Неужели искать встречи в подземелье — неправильно?
OMORI Fujino

Белл Кранел, только что получивший звание авантюриста, полный грандиозных надежд, держит путь в Орарио — город, где сбываются мечты и сны. Там он находит богиню Гестию, которая как раз ищет себе последователей.

Но череда судьбоносных встреч на этом не обрывается.

Когда от будущего героя удирает разъярённый Минотавр, на выручку приходит другая — прославленная авантюристка, первоклассная мечница и красавица Айз Валленштайн. Поражённый её мастерством, Белл даёт себе слово во что бы то ни стало сравняться с ней и стать фехтовальщиком высшего уровня, не уступающим своему новому кумиру.

====================

Начальные Иллюстрации

[[image:/storage/reader-images/f89c7669922b98224881c4c6dd64a857cf0db2f2.jpg]]

[[image:/storage/reader-images/997267a3ea02c19cc6e00849b05ff78d300305d9.jpg]]

[[image:/storage/reader-images/175527d8004f591b5d0476e2a46c9b6091c03dfc.jpg]]

----------

Пролог

[[image:/storage/reader-images/7c37f5043fa67640a27e4ff9dfb604b732842ffb.jpg]]

Неужели искать встречи в подземелье — неправильно?

Бесконечный лабиринт с множеством этажей. Внутри него — целые орды отвратительных монстров.

Присоединюсь к безбашенным авантюристам и заработаю себе славы и богатства. Схожу и зарегистрируюсь в гильдии.

Обрету меч и наконец встречу красавицу, окружённую монстрами.

Отчаянные крики. Дикий рёв монстров. Резкий звук точного удара мечом.

Монстр побеждён, лишь милая девушка осталась сидеть на земле, да я застыл в победоносной позе.

Её щёки окрасятся румянцем, а в ещё не высохших от слёз очах будет отражаться лишь мой образ, и тогда в её сердце пробьётся тонкий росток любви.

Время от времени я буду защищать эльфийку от диких авантюристов.

Время от времени я буду оказывать помощь амазонкам, попавшим в беду, создам с ними команду, и мы отправимся вместе к приключениям.

Время от времени я буду слишком близок к девушке, и другие девушки, заметив это, будут ревновать.

Время от времени, время от времени, время от времени, время от времени...

Это обычное мышление пацана, который вырос, стремясь к героическим приключениям.

Желать иметь близкие отношения с милыми девушками. Желать общаться с красивыми девушками других рас.

Держать в себе эти несколько неправильные или, возможно, незрелые мысли. Разве это не нормальное мышление молодого парня?

Я что, не могу встретиться с кем-то в подземелье, исправить там что-то, искать свой гарем – это, в самом деле, неправильно?

Заключение:

Я полностью ошибался.

— УААААААААААААААААА

— Хуааааааааааааааааах

Я полагаю, что это был результат такого искателя приключений как я, который держал подобные неправильные и незрелые чувства. Я скоро умру.

Если быть более точным, то меня в данный момент преследует монстр с телом человека и головой быка – «Минотавр».

Этот монстр совершенно неуязвим к моим атакам, которые, пока что, на первом уровне. Меня собираются сожрать.

Я в тупике. Это моя дверь, ведущая к смерти.

Так что это моя судьба, за то, что был одержим такими мелкими заблуждениями, поэтому стал пищей для монстра. Я такой дурак.

Я был таким дураком, что ожидал судьбоносной встречи.

Идея стать богатым и быть окружённым толпой жён и наложниц, естественно, была лишь мечтой.

Стоило мне начать готовиться и искать судьбоносную встречу в подземелье, где ежедневно погибает множество людей, как меня уже собирались прикончить.

Ах, я в самом деле хочу вернуться! Вернуться в то время и ударить самого себя, который только лишь достиг того возраста, чтобы с сияющими глазами в гильдии подписать регистрационный документ.

Но это уже невозможно, с какой стороны ни смотреть на это: как чисто физически, так и основываясь на моей судьбе.

— Вуууууун.

— Чего?

Копыто Минотавра.

Пусть он и не прямо ударил по моей спине, но каждый шаг, который сокрушал землю, был всё ближе к тому месту, где стоял я и страдал от его последствий.

Я не был в состоянии стоять ровно, а мог лишь кататься по полу подземелья.

— Фууууа

— Уаааааа

Я на самом деле сидел на полу, где моя жизнь трагически закончится.

Желание встретиться с милыми девушками было полностью уничтожено. Похоже, что с самого начала у меня не было квалификации, чтобы стать героем из сказок.

Моя спина уткнулась в стену. Больше некуда было отступать.

Он прошёл через десятки развилок и, наконец-то, смог нагнать меня. Закрыв меня в этом квадратном пространстве.

Ах!.. Я труп.

Мои зубы постоянно стучали, а слёзы текли ручьями.

Моя собственная кожа ощущала глубокое и тяжёлое дыхание, исходящее от Минотавра.

Подняв свою голову, я уставился на мускулистое тело, которое было в два раза больше меня. Словно полностью сдавшись, моё лицо выражало абсолютно отвратительную слабую улыбку.

В конце концов, я не повстречался с девушкой.

Когда в мой неработающий мозг хлынули эти неисправимые мысли, которые подвели меня к смерти, Минотавр медленно махал своим копытом перед моими глазами.

В следующую секунду линия прошла через тело монстра.

— Ээээ?

— Вуо

Эти глупые звуки были выданы мной и Минотавром.

Плавная линия не просто прошла по его телу, но также побежала по его толстой груди, копыту, а затем по верхнему запястью, бедру, нижней части тела, плечам и, наконец, сразу же побежала далее.

В конце концов, я мог лишь видеть серебряный свет.

Результатом стало то, что монстр, которого я совершенно не мог ранить, тут же превратился в куски мяса.

— Губух?! Вуааааааааааа...

Болезненные крики эхом прошлись по комнате, перед его смертью.

Вслед за вырезанными линиями, тело Минотавра также развалилось на куски. Вместе с разбрызгивающейся кровью, хлынувшей тёмно-красной жидкостью, после чего он рухнул в следующий же момент.

Громадное количество крови разбрызгалось по моему телу, словно я принимал душ. Я полностью окаменел.

— Ты в порядке?

После быкоголового монстра появилась девушка, которую даже можно было бы спутать с богиней.

Её стройное тело было завёрнуто в синюю лёгкую броню.

Гибкие конечности, которые выходили из-под её одежды, были также ослепительно красивы.

Учитывая её тонкое мягкое тело, её грудь, по моему мнению, была аномальна велика. У неё была эмблема на её серебряной верхней броне, а так же перчатки, такого же цвета, и аксессуары также имели на себе такую эмблему. Кровь стекала с кончика её меча, который был направлен в землю.

Её золотые волосы простирались ниже её плеч и сияли так, что не проиграли бы громадному количеству золотых сокровищ.

Более того: обладая телом, которому точно завидовали другие девушки, у неё было ещё и очень милое детское лицо, которое любили все.

Цвет её глаз, которые смотрели на меня, также был золотым.

......

Блондинка фехтовальщица с золотыми глазами, одетая в синюю экипировку.

Даже я, который всё ещё был первого уровня, будучи начинающим искателем приключений, знал того человека, который сейчас стоял предо мной.

Это была самая лучшая искательница приключений, которая принадлежала «Семье Локи».

Среди людей, нет, даже среди девушек всех рас, она считалась сильнейшей, обладая пятым уровнем.

«Принцесса Меча» Айз Валенштайн.

— Прости меня... с тобой всё в порядке?

Я не в порядке.

Я совсем не в порядке.

Для моего сердца, которое сейчас постоянно прыгало, словно готово было разорваться, вы никак не можете считать это полным порядком.

Мои щёки были ярко красные, а глаза, которые уставились на фигуру другой команды, полны слёз. Слабая... нет, сильная любовь пробуждалась.

Мои дикие идеи стали реальностью, пусть роли и изменились, и мои мысли также достигли своего предела.

В тот момент она украла моё сердце.

Разве просить шанса на судьбоносную встречу в подземелье неправильно?

Перезаключение:

Я точно не был неправ.

----------

Глава 1

[[image:/storage/reader-images/6562fb374f8749f33ca525a00e198d5d8cb671f2.jpg]]
— Эйнаааааааааааааааа!

— Э?

У приёмного окна руководства подземелья Эйна Тулл переключила внимание с книги в её руке и подняла голову.

У неё была пара тонких заострённых ушек и ясные изумрудные глаза. Её волосы, обрезанные по плечи, красиво блестели. Этот красивый внешний вид не происходил от эльфов, которые казались чистыми и безупречными, но был более естественного типа. Она была одета в униформу гильдии, а на её стройном теле чёрные брюки, такого же цвета что и верх, делали её чрезвычайно красивой.

Её нрав бизнес-леди заставлял других думать о том, что она была довольно доступной. Правда же была в том, что эта юная девушка была помесью человека и эльфа.

Её рабочий день в приёмной не был забит, так как авантюристы в это время обычно были в подземелье. Поэтому у неё было немного свободного времени, чтобы почитать книги. Она подняла свою голову и заметила того, кто звал её.

Похоже, что он и сегодня вернулся жив-здоров…

Это произошло две недели назад.

Тогда в гильдию пришёл этот молодой парень с сияющими глазами, чтобы пройти нужные процедуры.

Она действовала как советник в стратегии исследования подземелья. Этому парню было всего лишь четырнадцать лет, и, пусть «Искатель приключений» и было работой, которая не зависела от расы, пола или возраста, но всё же в ней множество людей случайно умирало. В его возрасте он был всё ещё дитя. Но он сознательно бросился в такое опасное место, и она не знала, какое выражение лица у неё было тогда.

Возможно, всё было так, потому что она чувствовала за него ответственность, но Эйна время от времени скучала по этому парню. Когда она подтвердила, что этот парень всё ещё был жив, то её лицо слегка расслабилось. Она вспомнила, что его звали Бэлл Кранэл.

Она подняла вверх свои очки и повернула свою голову навстречу к источнику звука.

— Эйнааааааааааааааааааааааа!!!

Фигура парня, покрытая черной кровью, появилась в поле её зрения.

— Аааааааааааааааааааа?!

— Пожалуйста, расскажи мне о Айз Валенштайн!

× × ×

— Бэлл-кун, ты... Если ты покрыт кровью, когда возвращаешься, то должен, по крайней мере, принять сперва душ...

— Прости...

Слушая Эйну, я склонил свою голову в смущении.

Мы сейчас находились в небольшой комнате, которая специально была построена отдельно в холле гильдии.

Эйна и я сидели друг напротив друга, разделённые столом.

Напротив меня, только что очистившего своё тело, Эйна, по-видимому, вздохнула.

— Ты, в самом деле, смог провести этот кровавый запах и абсолютно ужасающий внешний вид через все улицы, ведущие от подземелья до сюда. Я, в самом деле, сомневаюсь по поводу твоей адекватности.

— Насчёт этого.

Как только это сказала красивая Эйна, моё сердце как будто пронзило ножом, а в глазах появились слёзы.

Эйна одарила меня кривой улыбкой, пальцем указала на мой нос и сказала:

— В следующий раз, ты должен уделять больше внимания этому. Ладно?

Да, Да. Я сильно закивал.

— Так-с, далее... ты только что говорил, что хотел бы узнать информацию об Айз Валенштайн. Почему?

— Мм, насчёт этого...

Перед тем как я всё объяснил, моё лицо покраснело.

Я пробежал до пятого этажа со второго, где я обычно останавливался.

Как только я вошёл туда, то встретился с Минотавром, и он начал меня преследовать.

Как только он загнал меня в тупик, то меня спасла «Принцесса меча» Айз Валенштайн.

В то время я всё ещё был очень нерешительным, и когда я приготовился выразить ей свою благодарность, в тот момент, когда я увидел, как она протянула мне руку, в моей голове помутнело. Набухающие чувства стыда и нервозности запутали меня, и я сразу же убежал оттуда со всех ног.

Лицо Эйны, когда она, внимательно слушая, следила за моими словами, изменялось всё больше и больше.

— Ах, почему ты никогда не делаешь так, как я говорю! Ты не только входишь в подземелье в одиночку, но ты так же упорно спускаешься на нижние этажи! Разве я не говорила об этом множество раз? Рисковать тебе абсолютно, АБСОЛЮТНО, нельзя!

— Дааа...

————«Авантюристы не должны искать приключений»————

Это было вступительное заявление Эйны. Хотя, судя по тексту, оно было немного противоречивым, но оно действительно означало «Ты должен всегда быть осторожным и хорошо подготовленным, а также всегда отдавать приоритеты своей безопасности».

Особенно такой новичок как я должен постоянно думать об этом, потому что на этом этапе происходит большинство смертей в карьере искателя приключений.

Встретиться с Минотавром второго Уровня на пятом этаже – нечто такое никто себе не может даже вообразить.

В обычном понимании этот монстр должен появляться лишь на пятнадцатом этаже или ещё ниже. Эйна сказала, что у неё есть ощущение, что «Подобное может происходить в подземелье».

... В самом деле. Если бы та девушка не появилась, то прямо сейчас я бы уже умер. Я просто представил это, но моя спина задрожала, а следом я испытал сильное желание обмочиться.

Я поклялся в своём сердце, что абсолютно никогда не забуду о тех вещах, о которых только что сказала Эйна.

— Фуу... Кажется, что у тебя были фантазии, относительно подземелья. Причиной того, что ты сегодня натворил в подземелье, было, полагаю, также всё это?

— Ах ха ха...

Верно. Я преследовал цель встретиться с другим полом, поэтому я захотел немного рискнуть... Но если я прямо скажу об этом, то она меня точно ударит.

Первоначально я хотел стать искателем приключений лишь потому, что я всегда стремился встретиться с красивыми девушками, которых я не видел ранее. Наподобие тех судьбоносных встреч, которые происходили у героев в комиксах. Этот мотив был явно непристойным. Даже когда я проходил все процедуры в гильдии, то Эйна с сомнением смотрела на меня, потому что видела, как из меня источалась подозрительная и странная атмосфера, хотя она и не могла ухватить мои мысли в сердце.

Но с этого дня всё будет иначе. Я хочу полностью отбросить свои непристойные мотивы, и причина для вхождения в подземелье станет очень простой.

Встретиться с этим человеком.

— Это... Ну... Насчёт Валенштайн...

— Ах... Как член гильдии, я не могу давать какую-либо информацию о других искателях приключений посторонним лицам... Но я могу тебе рассказать то, что другие и так очень хорошо знают.

Сперва она произнесла краткое введение, а затем Эйна начала рассказывать. Почему-то мне всё казалось, что она довольно близко ко мне относилась. Возможно, всё потому что я всё ещё был новичком.

Настоящее имя – Айз Валенштайн. Мечница. Костяк «Семьи Локи».

Её фехтование безошибочно величайшее среди всех авантюристов. Она уничтожила в одиночку большую группу монстров пятого Уровня. Поэтому среди авантюристов у неё также есть титул «Принцесса меча». Похоже, что её имя также распространилось и среди богов, поэтому она получила похвалу и от них: «Айз не имеет себе равных в этом мире».

Она также преподала урок тем, кто приближался к ней с непристойными желаниями, вернее, она полностью сокрушила их.

В какой-то мере кажется, что её счётчик отказов встречаться перевалил за тысячу.

— Ну а что ещё? Большинство информации лишь о её внешнем виде и о том, как она выглядит.

— Разве всё это не информация с точки зрения искателей приключений... что насчёт её увлечений или любимой еды, а также есть же что-то, о чём ты не сказала...

Увидев, как моё лицо покраснело, и услышав мой робкий голос, Эйна моргнула два-три раза.

— Да не уж то Бэлл-кун влюбился в Валенштайн?

— Нет, ну... Эмммм, Да...

— Ха-ха-ах. Ну тогда ничего не поделать. Даже я, пусть и одного с ней пола, иногда каменею, когда вижу её.

Эйна криво улыбнулась и поднесла красный чай ко рту. Последовательное действие, но всё же такое элегантное.

Эта девушка, которая высоко оценила Валенштайн, на самом деле также была очень популярна среди авантюристов.

С нежными и кристальными глазами, острым подбородком и красивым прямым носом. Она имела все черты, необходимые для красоты. Говорилось, что было довольно много людей, которым она нравилась. Когда я узнал, что Эйна собралась стать моим советником, то я был очень этому рад.

Как полукровка, она обладала красотой — типичным внешним видом эльфов. Но в тоже время, она имела неожиданное влечение заботиться о ком-либо. Множество людей попадались на этот ошибочный разрыв между впечатлением от неё и реальностью.

После того как Эйна подумала немного, она сказала прямо мне в ухо:

— Валенштайн сейчас ни с кем не встречается.

Я не мог ничего поделать, кроме как сделать победный жест в ответ на это.

— Насчёт её увлечений, кроме этого, то я честно не слышала ничего, относительно неё... Ах ах. Нет-нет. Это не связано с моими услугами! Я не эксперт в любви!

— П... Просто что ты имела ввиду под этим?

— Нет~! Ладно, если в этом нет никаких проблем, то пошли назад, возвращаемся!

Словно прогоняя, Эйна первой встала и поторопила меня. Мои слабые протесты совершенно не работали, и мы оба вернулись в гильдейский холл.

Это был холл, построенный из белого мрамора и производящий большое впечатление. Прямо сейчас тут почти никого не было – лишь изображения авантюристов и богов на стенах давали ощущение присутствия кого-то здесь.

— Эйна в самом деле злюка...

— Это... Ты сейчас являешься искателем приключений. Существует ещё много, множество вещей, на которые тебе стоит обратить внимание, ладно?

— Ммм...

Это я и сам знаю.

Текущий я не способен защитить вообще никого. Чтобы прожить до следующего дня не было иного выбора, кроме как использовать своё тело и входить в подземелье. Будет неприемлемо, если я не разовью осознание экономии денег.

Для людей, у которых может и есть, а может и нет других людей, чтобы их лелеять... Нет, есть же Ками-сама! На самом деле у меня совершенно нет способностей, чтобы быть твёрдо убеждённым по вопросу, относительно Валенштайн.

— Ты уже обладаешь «Благодатью» от другого бога, кроме Локи. Если ты приблизишься к ней, являющейся ключевым членом «Семьи Локи», то проблемы будут уже и у меня.

— ...Да.

— ...Я не говорю тебе отказаться от своих чувств. Просто ты должен смотреть в глаза реальности. Если я не скажу этого, то я также буду чувствовать себя плохо по отношению и к Бэллу.

Смысл этих слов заключался в том, что с этого момента мне также предстояло тяжело работать как авантюристу.

Видя моё несклонное, но сдающееся лицо, Эйна также вернулась к своей роли должностного лица гильдии и задала вопрос:

— Обмен на золото?

— ...Да. По крайней мере, пока я не встретился с Минотавром, я всё же убил нескольких монстров.

— Тогда давай обменяем всё это на золото. Я пойду с тобой.

Несмотря на всю раздражительность, которую она испытывала из-за меня, я всё ещё чувствовал себя виноватым. Хотя я и понимал, что она это сделала для моего собственного блага, так как я многого не понимал, но я думал, что теперь, с этого момента, мне будет довольно сложно поднять перед Эйной свою голову.

После этого мы вместе сходили к обменщику на золото, расположенному внутри гильдии, и я получил награду за сегодня.

Монстры, которых я бил в первую очередь, были гоблинами и дриадами, а после я собирал кусочки магических камней из них. Всё это вместе было обменяно на 1200 Варису. Это было значительно ниже, чем мой средний доход, но это было так, потому что я сбежал от Валенштайн, а также время, проведённое мною в подземелье, было значительно короче, нежели обычно.

Ах, из-за стоимости ремонта моего оружия и еды для меня и боженьки я даже не мог пополнить необходимые мне запасы...

— ...Бэлл-кун.

— Ах, да. В чём дело?

Прямо когда я собирался уходить, Эйна, которая привела меня к выходу, сказала мне остановиться.

Она сомневалась, но после, всё же решившись, сказала:

— Насчёт этого: девушки, в первую очередь, думают о том, что у сильных и надёжных парней гораздо больше обаяния... Поэтому, если будешь упорно трудиться, то... эм... верно??

— ...

— ...Валенштайн также может посмотреть на Бэлла, который станет сильнее?

Я внезапно встал на месте, услышав это примечание, и поднял свою голову, взглянув на Эйну.

Как только я понял, что она действовала не как представитель гильдии, а, скорее всего, как друг, поддерживающий меня, то я не мог ничего поделать, кроме как улыбнуться.

[[image:/storage/reader-images/92f952072222b20372ada8701898c3d450aac179.png]]
Я быстро побежал с этого места и тут же повернулся головой, чтобы прокричать Эйне.

— Эйна, я люблю тебя!

— ...Э?!

— Спасибо тебе!

Как только я увидел, что заставил Эйну покраснеть, то тут же вошёл в уличную толпу.

Город-лабиринт Орарио.

Тут не только был подземный лабиринт, именуемый подземельем, но сверху него также располагался город.

Город, хотя вернее этот город процветал из-за гильдии, которая управляла подземельем, в котором жило множество людей, не только человеческой, но и других рас.

Что же до меня, который всё ещё мало понимал об этом месте, то все объяснения об Орарио заканчивались именно на данном факте. Пусть я и был здешним жителем, но мои знания о нём всё ещё были невелики.

Что же до людей, которые входили в подземелье и продолжали получать доход оттуда, чтобы поддерживать свои средства к существованию, то их всех звали авантюристами. Это было и моим текущим занятием.

Я вырос в сельской деревне, расположенной не так далеко от Орарио, и на меня смотрели как на кого-то, кто совершенно ничего не знал о мире. После того, как мой дедушка, который растил меня, умер, я полностью потерял всех своих опекунов. Поэтому я собрал все оставшиеся деньги и покинул деревню.

Можно это уже и не говорить, так как вы уже прекрасно понимаете, что я сделал это ради того, чтобы встретиться с кем-то в подземелье.

«Если ты – мужчина, то ты не можешь не мечтать о гареме!»

Когда я был молодым, мой дедушка часто говорил мне эту фразу, смеясь при этом, и до сих пор я помню всё это очень ясно.

Так как я начал понимать всё это, мне всегда нравились истории о героях, которые мой дедушка рассказывал мне. Отражать атаки монстров, спасать других, а также спасать пойманных принцесс. В те времена я также жил этими идеями и хотел стать крутым героем.

Но тогда, мой дедушка сказал мне.

В этих героических историях наибольший интерес в том, чтобы встретиться с милыми девушками.

Однако в то время для меня эта тема была всё ещё слишком ранней. Маленький я часто мечтал о том, чтобы стать героем и также стал проявлять страсть, чтобы встречаться с другим полом. Мой дедушка также начал внушать мне то, что зовётся «Мужской романтикой».

С моим взрослением я понимал как величественно существование героев, и то, что в моих идеях я выдавал желаемое за действительное, так что эта мечта постепенно увядала. Однако именно страсть заменила эту идею, и эта страсть постепенно увеличивалась.

После постоянных убеждений моего дедушки, моими любимыми книгами стали «Священные лабиринты подземелья» – книги, в которых описаны подвиги героев в лабиринте этого города. Возможно, он купил эту книгу, чтобы разжечь мою страсть.

Чтобы я постепенно ставил себя на путь приключений и следовал за героями... Если я поеду в Орарио, если я стану искателем приключений, если я войду в подземелье. В то время разве я не хотел стать героем и найти свою судьбоносную встречу?

Когда я потерял своего последнего родственника, то, кажется, был тронут его оставшимися мыслями и решил направиться в подземелье.

В начале я действительно действовал бессмысленно, прямо как сегодня, и часто ставил себя на грань жизни и смерти. Я стал приходить к мысли, что цель моего приезда сюда была, действительно, слишком глупа. Возможно, лишь один я имел столь игривые основания, чтобы стать авантюристом. Забудьте об этом: будь то богатство или известность, но эти люди всегда гонятся за чем-то, поэтому я не думаю, что я чем-то отличался от них.

Однако «Выжить» было действительно сложно. После того, как я почти что умер сегодня, я хорошо это понял.

Неважно если это подземелье, либо какие-то другие вещи – ты не должен считать всё это простым.

Моя цель уже сменилась по сравнению с той, какой была раньше, и теперь включает в себя обстоятельства с Айз Валенштайн.

На этих переполненных улицах встречались люди всех рас. Мне было довольно сложно просто идти через щели между людьми.

Дварфы, Гномы, Оборотни, Хоббиты... тут были и обычные жители, а также и те, кто был одет в великолепную экипировку. Для человека, который вырос в сельской деревне, эти улицы были наполнены свежестью и красотой. Возможно, я никогда не устану смотреть даже на эту простую толпу. Даже этот шум вызывал прекрасные чувства в моём сердце.

Пусть мои глаза были полностью привязаны к красивым эльфийским телам, но я всё же помнил куда направлялся. Пройдя по загруженной улице, я свернул в узкий проулок и повернул на нескольких углах.

Как только шум сзади полностью испарился, я дошёл до конца этой дороги.

— ...

Я поднял свою голову и посмотрел на здание предо мной.

Это была построенная в глубине этой непопулярной небольшой дороги и уже разваливающаяся церковь.

Вы могли бы также увидеть, что это двухэтажное здание, в котором нужно было восхвалять богов, было полностью разрушено. На внешнем фасаде можно было повсюду увидеть следы разваливающегося камня. Легко можно было понять, что это здание повидало уже множество лет и исчезло из памяти людей, что было довольно печально.

Сверху перед главным входом была статуя богини с ободранным телом, и половина её лица отсутствовала, но она улыбалась мне.

— Ладно.

Хотя совершенно не было необходимости подтверждать, но я всё же покрутил своей головой и посмотрел, есть ли кто в округе. Затем я тут же протиснулся через главный вход и вошёл в церковь. На самом же деле, на главном входе двери не было.

Во внутренней части здания степень разрушения была сравнима с внешней. Через щели в разбитом полу довольно плотно прорастали сорняки. Большая часть потолка уже обвалилась, что было эквивалентно его отсутствию. Из большой дыры в нём проходил тёплый солнечный свет. Он освещал алтарь, которому удалось сохранить свой первоначальный вид.

В основном это можно было назвать руинами церкви, и я использовал движения, которыми обучился, чтобы пройти через всё это. Я подошёл к небольшой комнате прямо перед алтарём и вошёл в неё. В этой тускло освещённой комнате располагался ряд полок без каких-либо книг. За всем этим располагалась... лестница, которая уходила вниз.

Пройдя вниз, по, казалось бы, бездонной лестнице, моим глазам представилась дверь, которую я открыл, и от крошечного окна над дверью в эту комнату просочился небольшой свет.

— Ками-сама тоже уже пришла! Ах, я вернулся.

Я прокричал это, шагнув за дверь. То, что открылось моим глазам, давало ощущение небольшой комнаты в подвале. Внутри была аура, будто кто-то жил здесь, но если говорить, что тут жили люди, то это утверждение было верным лишь наполовину.

Речь шла о той, кого я позвал сразу же, когда вошёл через дверь. Она лежала на фиолетовом диване. Лёжа на спине, она держала книгу в своих руках. Как только она услышала мой голос, то тут же вскочила.

Если судить по её внешнему виду, то выглядела она словно маленькая девочка... и её считали бы средней между маленькой девочкой и девочкой-подростком. Она была даже ниже меня, так что с точки зрения других людей, сказать, что она была моей младшей сестрой, которая была почти такого же возраста, что и я, не составляло никаких проблем.

Улыбка появилась на невинном девичьем лице. Со звуком «топ-топ-топ» она подбежала и встала передо мной.

— Ахах, ты вернулся. Разве ты сегодня пришёл не раньше обычного?

— Я почти умер в подземелье...

— Эй, эй, ты в порядке? Если ты умрёшь, то у меня будет достаточно много неприятностей. Возможно, будет даже печально об этом говорить.

Сказав это, она нежно прикоснулась своими маленькими ручками к моим рукам. Словно подтверждая, что я не был ранен.

Из её слов я мог уловить намёк на беспокойство. Я был очень счастлив из-за этого, а моё лицо начало краснеть.

— Это не проблема. Я не брошу тебя одну на улице.

— Ах, ты же говорил это ранее. Если однажды ты решишься отправиться в путь на громадной лодке, то ты должен приготовить для этого всю свою решимость, верно?

— Что это за странные слова...

Мы оба засмеялись, пока общались, и прошли внутрь комнаты.

Внутри помещение состояло из пространства, формируемого квадратом и прямоугольником. Она выглядела словно буква «Р». Возле двери в квадратной секции комнаты стояло два дивана. Я сел рядом с ней.

Девушка, глядевшая на меня, была, несомненно, красивой. Её гладкие чёрные волосы закрывали уши, и она завязывала косы по обе стороны головы. Для связки волос она использовала серебряные колокольчики. Округлая голова и круглое лицо делали её внешний вид довольно незрелым. Но именно из-за этого контраст между её лицом и верхней частью её одежды, выпирающей из-за её зрелых грудей, был более заметен.

Её круглые глаза раскрывались синим светом. Это идеальное тело всегда создавало у людей мечтательную атмосферу.

Хотя я мог с точностью гарантировать, что она станет несравненной красавицей в будущем, но вряд ли она сможет избавиться от её текущей внешности.

Ками-сама, как только что я назвал её, эта девушка была «Богиней».

В отличие от людей, полу-людей и монстров, которые появлялись в подземелье, она была из существ, которые существовали в совершенно другом мире, нежели мы. Они отличались от нас в том, что наш внешний вид менялся с возрастом. Это было за пределом нашего понимания, ведь они были существами величественнее, нежели герои, которых я видел.

— В таком случае, ты сегодня практически без урожая?

— Немного меньше, нежели обычно. Ками-сама, а что насчёт вас?

— Охо, смотри на это! Тада!!!

— Э... Это же?!

— Потому что я сделала множество небольших взносов в выручку магазина, то я получила множество картофельных крокетов! Сегодня на ужин у нас праздник из картофельных крокетов. Фуфу, Бэлл-кун, ты же не уснёшь сегодня ночью, верно?

— Ками-сама, ты лучше всех.

Это великое существо также работало в человеческом магазине. Конечно же, чтобы заработать денег и прожить до завтра.

Давным-давно «Боги» сошли в наш мир... По их словам это место называется «Нижний мир». Хотя было довольно много объяснений этому, но, основываясь на словах богини, стоящей предо мной, всё так произошло потому что «Небеса были слишком скучные, так что с этим ничего нельзя было поделать».

Мы, кто пытаемся вознестись на небеса, как правило, видим их раем. Однако Боги уже устали жить вечной жизнью. Поэтому чтобы избавиться от скуки они пошли искать веселье с культурно процветающими «детьми» – ну, то есть нами, которые проживали в Нижнем мире.

«Чтобы стоять с ними на одних позициях и обладать теми же способности, что и дети, и чтобы видеть все вещи так, как видят их они». Они – идеальные существа, поэтому они так неидеальны. Для них, кому было слишком скучно, этот мир был наполнен интересными вещами.

В результате Нижний мир сделал Богов чрезвычайно взволнованными. Удовлетворение от непредсказуемых событий, еды, интересов и искусств, а также множество других различных взаимодействий.

Они могли улыбаться, пока были удовлетворены этим.

Хотя всё это казалось, словно Боги просто играли с нами, но во время игры, когда они никак не могли предугадать конечный результат, заставляло их на самом деле наслаждаться этим.

Боги ещё не прожили слишком долго в Нижнем мире. Однако, казалось, что много Богов решили жить тут уже постоянно.

Жители Нижнего мира того времени, или наши предки, не отказывались от этого и не выражали какого-либо недовольства. Потому что они получили «Благодать» от Богов, поэтому они чувствовали себя так, словно нашли сокровище. Несмотря на всё это объяснение, но разве такие взаимоотношения формируются у тех, кто пользуется, и тех, кого используют? Текущая структура явно демонстрировала эти взаимоотношения. Они смешивались с детьми и были совсем как мы. Они ежедневно помогали друг другу и стремились выжить.

И попрощавшись с их скучными жизнями взаперти, Боги уже полностью проникли в этот мир.

— Ах, если подумать об этом... Даже хотя все говорят, что я крайне милый талисманный персонаж, но до сих пор не было никого, кто бы хотел войти в мою «Семью». Все говорят: «Я никогда не слышал имени Гестия». Все эти люди такие расчётливые.

— Да. Первоначально, неважно какая Семья даст «Благодать» – у всех всё одинаково...

Богиню перед моими глазами звали «Гестия». Боги, наподобие нее, также имели своих собственных детей, которые носили свой собственный титул.

Если быть точным, то «Семья Бога», это фракция Бога. «Семья Локи» означала «Дом Богини Локи», «Семья Гестии» означала «Дом Богини Гестии». Конечно же, были люди, которые предпочитали звать всё это фракциями, поэтому их и звали фракция Локи и фракция Гестии.

Я думал об этом так, что присоединение к семье эквивалентно становлению членом семьи Бога.

Хотя Боги решили жить с нами в Нижнем мире – но было правило, которое гласило, что Боги не могут использовать свою всемогущую «Божественную силу» в Нижнем мире. Но еда и проживание – всё это требовало денег.

Конечно же, несколько Богов наслаждались работой, но большинство всё же попросту развлекались. Эти Боги, чтобы продолжать свою беззаботную жизнь, одалживали силу людям из Нижнего мира.

После того, как люди Нижнего мира присоединялись к семье, они получали «Благодать».

Затем эти люди должны были удовлетворять запросы Богов и помогать им зарабатывать деньги.

Другими словами, если мы расшифруем эти слова, то Боги поддерживали их, словно своих членов семьи.

Однако мы не могли полностью игнорировать преимущества от «Благодати». Просто приняв её хотя бы раз, не важно, кем человек был ранее – все они были способны тогда дать отпор низкоуровневым монстрам в подземелье.

По словам Гестии это был «Эквивалентный обмен».

— Ах, взваливать всё бремя на одного Бэлл-куна – я действительно сожалею об этом...

— Я в полном порядке... Ками-сама, ты тоже занимаешься тяжёлой работой.

Если существуют большие семьи с множеством членов, то тогда, конечно же, существуют и слабые семьи, наподобие нашей.

Если дела обстояли именно так, то даже у Богов не было бы другого выбора... Они должны были тяжело трудиться, как и Гестия. У них не было ни времени, ни шанса наслаждаться вещами, которые им нравились, и они могли лишь сосредоточиться на выживании.

В таком случае, что они ещё могли сделать?.. Они могли лишь смешаться с толпой людей из Нижнего мира. Но видя такую Богиню, я не мог ничего с собой поделать, кроме как полюбить и сблизиться с ней.

Да. Среди Богов были и те, которые контролировали свои семьи, словно империи. Было бы более правильно сказать, что они развивали свои собственные семьи, словно империю... Словно они делали вид, будто играют в стратегическую игру?

Но потому что всё это управлялось и создавалось не людьми, считалось, что между Богами нет нарушений правил игры и предательства. Конечно же, были люди, которые говорили за их спинами, будто Боги играют с людьми Нижнего мира на основе своих собственных характеров, но были также и те люди, которые хотели стать частью королевской семьи.

Хотя Боги наслаждались улыбками и смотрели на сложные и поразительные вопросы людей, но с точки зрения содействия они, в основном, были бесполезны.

— ...Прости, я заставила тебя заключить контракт с такой некомпетентной Богиней.

— Ками-сама, ты...

Видя слабую и крошечную Богиню, я не мог ничего поделать, кроме как сказать об этом вслух.

Моя встреча с Гестией произошла вскоре после того, как я пришёл сюда из сельской деревни и собирался стать авантюристом. Это произошло, когда я бездумно шатался по улице, где вербовали новых членов в Семьи.

Известные семьи были уже насыщены множественными членами, а маленькие и средние по размеру Семьи всегда выбирали людей с некоторым боевым опытом или другими профессиями, и по сравнению с ними, я только что пришёл из сельской деревни и совсем ничего не знал, и даже требовал помощи от других. Меня, получившего очень много холодных отказов, в конце концов, приняла Ками-сама, поэтому я не постеснялся и последовал за ней.

Ками-сама могла подумать, что она создала психологическую нагрузку, потому что у неё было такое ощущение, будто бы она похитила дитя, которое совершенно ничего не знало.

По словам Гестии, она только недавно спустилась с небес и до сих пор находилась в Семье её подруги, до того как встретила меня. Как и большинство других Богов, она также наслаждалась играми снова и снова и предавалась чтению книг в Нижнем мире. Потому что она всегда жила небрежной жизнью, то словно в противовес этому, казалось, что она использовала свою подругу. Комната, располагающаяся под церковью, была последним жестом её дружбы.

Но на самом деле, не существовало никакой разницы между Божьей Благодатью – и это был факт.

После получения Благодати, не важно кто ты был до этого – все стартовали с одной и той же начальной линии.

Их развитие после этого полностью основывалось на каждом индивидууме в отдельности.

Это означало, что Семья, которая была похожа на магазин и империю, основывалась на индивидуальных способностях её членов. А абсолютно не потому, что Ками-сама была некомпетентна.

— Пусть это тебя не тревожит, Ками-сама! Наша Семья всё ещё только начинает свой путь – всё ещё развивается. Хотя в начале всё может быть, в самом деле, сложно, но пока мы сможем прорваться через всё это, наша жизнь станет существенно лучше. Тогда у нас будет личное свободное время, и люди будут приходить к нам, чтобы присоединяться!

— Бэлл-кун, ты!..

И тогда у тебя всё будет! Я встал с дивана, пока говорил всё это. По глазам Ками-самы, наполненным надеждой, я мог сказать, что она была полностью тронута моими словами. Но в реальности это было всё, что я совсем недавно услышал от Эйны. Так что моё сердце чувствовало боль.

Но, несмотря ни на что, я всё равно хотел, чтобы Ками-сама была немного счастливее.

В то время я мечтал о гареме, но в реальности, когда я пришёл в город, то полностью в нём потерялся, и именно Ками-сама с нежностью протянула свою руку мне. Она была очень важна для меня. Я хотел помочь этой Богине.

Это обещание, которое я сделал в тот момент, когда повстречался с ней, глубоко вырезалось у меня в сердце. Это также было моё первое обещание, которое я сделал самому себе.

— Ох, ох, встретиться с таким человеком как ты – должно быть, это была моя удача. Тогда, ради нашего будущего, давай сперва обновим твой «Статус»!

— Ладно!

Ками-сама также встала с дивана. Эти груди, которые не очень соответствовали её крохотному телу, слабо закачались. Я внезапно ненадолго окаменел и позволил себе улыбнуться, но затем сразу же отвернулся. Так как я был застенчивым человеком, то их влияние было слишком сильным для меня.

Кажется, что другие Боги иногда в шутку звали её «Лоли с большой грудью». Хм, что же означало слово «Лоли»...

— Тогда, как и обычно, снимай свою одежду и ложись на живот.

— Понял.

Направившись к кровати внутри комнаты, я снял лёгкий шлем, который использовали авантюристы, а затем снял свою майку. То, что было на верхней части моего тела, было уже полностью снято. После этого я наклонил свою голову, чтобы оглянуться назад.

У стены стояло зеркало. В нём отражалась моя фигура с пожилыми белыми волосами, а также кожа, светлого цвета. То, что сразу же бросалось в глаза, было чёрным текстом, выгравированным у меня на спине.

Всё это выгравировала Гестия на моём теле. Это была Божья Благодать – Подарок от Бога.

— Ладно, ладно, ложись, ложись уже.

Услышав, как Ками-сама поторапливала меня, я расслабил всё своё тело.

Как только я лёг на живот, Ками-сама запрыгнула и уселась сверху на мой пояс.

— Во всяком случае: ты только что говорил, что почти умер – что именно произошло?

— Чтобы объяснить всё потребуется время...

Когда я начал объяснять, Ками-сама продолжала касаться моей спины. Один раз, второй, она продолжала прикасаться вновь и вновь, словно говоря мне расслабиться и нежно гладя всё тело.

Затем я услышал металлический звук. Это Ками-сама достала иголку.

Я слегка приподнял свою голову, обернулся и посмотрел. Ками-сама использовала эту иглу, чтобы пронзить свой палец, а затем она позволила крови течь, чтобы та медленно капала на мою спину.

Красная кровь, которая приземлялась на мою кожу, распространялась, словно рябь, и полностью входила в мою спину.

— Ты пошёл вниз на нижний этаж ради судьбоносной встречи... Твои фантазии о подземелье в самом деле удивительны. В любом случае, в таком грязном месте невозможно встретиться с чистой и невинной девушкой, как ты себе это представляешь.

— Невинная девушка!.. Если такой и нету, то разве нет надежды встретиться с другими? Я имею в виду слух о том, что эльфы даже не держат друг друга за руки, если не одобряют такие отношения!

— Не кричи сейчас. Хотя есть и другие расы, похожие на эльфов, но также есть и другие расы, такие как Амазонки, которые дают свои тела лишь сильным мужчинам, чтобы родить сильных детей. Также я полагаю, что это твоё нереалистичное мышление рано или поздно приведёт к плохому концу.

— ...Да.

Рассказав ей о всех своих тяжёлых проблемах, я уткнулся головой в подушку. В тоже время на моей спине Ками-сама использовала точку, в которую капала её кровь, в качестве центра, и затем она обмакнула туда свой палец. С левой стороны моего тела она начала создавать дополнительные гравюры.

А теперь она гравировала на моей спине «Статус» – что также было «Божьей Благодатью».

Ками-сама использовала священный текст и гравировала его на моей спине, используя свою кровь как средство для этого. Этой силой обладали лишь Боги, и они могли улучшать способности цели. Конечно же, были ещё такие вещи, как «Очки опыта». Их можно было получить в результате множества событий, поэтому, как и следовало из названия, они основывались на твоём собственном жизненном опыте.

Конечно же, это не было что-то визуальное, а также это нельзя было создать руками людей Нижнего мира. Если нам нужно было объяснить это, то сие приравнивалось к истории твоего собственного опыта. Боги могли извлечь скрытые в истории события, скажем, «Победив монстров», извлечь всё это и позволить этому стать пищей для роста.

Значение совершенных событий в их количестве и качестве и являлись «Очками опыта».

Всё это для Богов было видимым и могло быть подконтрольным. Возможно, это было похоже на древние ритуалы, то есть после поражения врагов ты мог получить славу и благословение.

Как только священный текст на моей спине получал достаточное количество «Очков опыта», происходило повышение Уровня и мои способности вырастали.

Эта сила и была тем, что Боги давали людям Нижнего мира.

— К тому же, там была та, которую звали Айз Валенштайн? У этой красивой, но всё же сильной девушки, существует много поклонников, которым она нравится. Если бы я была ей, то вокруг меня крутилось бы множество мужчин.

— Как такое возможно...

— Фуу. Ладно, Бэлл-кун. Просто откажись от этой мгновенной влюблённости. Пожалуйста, удели больше внимания своему окружению. Вокруг тебя должны быть красивые и нежные люди, которые заботятся о тебе.

Я был обвинён в обдумывании вещей, над которыми я не должен был думать, и я сразу же начал плакать. Ками-сама начала непрерывно ругать Валенштайн. Я думал, что у неё было хорошее настроение, так что, возможно, я наступил на мину?

Ками-сама сказала всё это, но единственными девушками, окружавшими меня, были Эйна и Ками-сама. Эйна точно не примет меня, а что до Ками-самы, у которой впереди целая вечность... Забудьте об этом. Даже если пригрозите убить меня или отрезать язык, я все равно не скажу об этом. Совершенно невозможно думать о том, что Ками-сама станет моим партнёром.

И Эйна всегда говорила: Боги всегда слишком реалистичны и холодны.

— Как только она стала членом «Семьи Локи», то ты тут же получил запрет на женитьбу с Вален-как-то-там.

— ...

Она ударила прямо в точку.

В целом, люди, которые присоединились к семье, могли свободно выбирать на ком жениться внутри своей Семьи. Но давайте предположим, что вы женились на человеке из другой Семьи и сделали ребёнка. Какой семье он будет принадлежать?

Хотя это был особый случай, да и лишь этим всё не ограничивалось, но если вы поддерживали слишком тесные отношения с другой фракцией, то это легко могло привести к злоупотреблениям. Для того чтобы регулировать все эти правила, управление Богов над своими Семьями было очень строгим.

К тому же, если сами Боги имели очень плохие и даже враждебные отношения с другими Богами, то тогда они не позволяли своим членам навлекать опасность на свои Семьи.

Пусть Эйна также посоветовала мне это, но если я, из Семьи Гестии, и Валенштайн, из Семьи Локи, захотим встречаться друг с другом, то тогда посерёдке наших отношений появится куча трудностей.

— Ладно, я скажу прямо. Забудь об этой девушке и ищи судьбоносной встречи в непосредственной близости от себя.

— ...Ками-сама, ты такая злая.

Ах, я не сдамся. Хотя я ничего и не сделал, возможно, не было совершенно ничего, что я вообще мог сделать. Поэтому я до сих пор не разочаровался в этом.

Мои отношения с этой девушкой ещё никак не развивались.

Я вновь обновил свою решимость и надел свою одежду. В это же время Ками-сама написала мой Статус на приготовленной бумаге. Потому что я почти не понимал священных текстов, Ками-сама использовала язык Нижнего мира и писала на нём, чтобы легко передать мне все детали.

К тому же, довольно сложно увидеть слова, написанные у тебя на спине.

— А теперь, смотри. Твой новый статус.

Сказав ей слова моей благодарности, я схватил бумагу, которую она передала мне. Мой взгляд тут же упал на неё.

Бэлл Кранэл.

Уровень 1

Сила: I 77 → I 82 Выносливость: I 13 Сноровка: I 93 → I 96 Ловкость: H 148 → H 172 Магическая сила: I 0

«Магия»

[ ]

«Навыки»

[ ]

Это было краткое изложение моего статуса, записанного на моей спине.

Общие способности насчитывали пять категорий: Силу, Выносливость, Сноровку, Ловкость и Магическую силу – каждая из категорий представляла собой десять этапов от самого высокого до самого низкого: S, A, B, C, D, E, F, G, H, I. Чем выше был этап, тем могущественнее были твои способности.

К тому же, каждому этапу присваивалось определённое значение. Для I это было 0~99, для H 100~199. В основном это можно было связать с указанной формулой основных рангов способностей. К тому же, существовал потолок в 999. Чем больше усилий ты потратишь в определённой категории, тем быстрее будет повышаться значение этой категории, а тяжело работать над получением максимального значения в 999 – что считалось рангом S определённой способности – было не так уж плохо.

Самым же важным был Уровень. Даже если ты увеличишь всего лишь один уровень, то твои основные способности прилично усилятся. Также можно сказать, что будет громадное моральное и физическое усиление. Между текущим 1 Уровнем и 2 Уровнем существовал пробел громадной силы. Именно поэтому хаотичный Минотавр 2 Уровня причинил мне, 1 Уровню столько неприятностей.

В заключение можно сказать, что вы становились сильнее, когда ваш уровень повышался.

Ками-сама называла это «Улучшением Класса».

...Э? В этот раз исследование подземелья увеличило мою силу, сноровку и ловкость... Причём ловкость увеличилась так сильно?! От H 148 она увеличилась до H 172, поэтому я приобрёл целых 24 очка?!

Возможно, всё потому что я бежал куда глаза глядят, спасаясь от Минотавра?..

Система опыта была проста: если ты не используешь связанные со способностью навыки, то основная способность не увеличивается. К примеру: выносливость. Если я хочу улучшить это своё умение, то мне нужно противостоять атакам врага. А я обычно уклоняюсь от них, поэтому, в основном, она почти никогда не поднималась.

Хотя используя оружие или защитное снаряжение, чтобы блокировать атаки врага, навык также прокачивался, но независимо от чего-либо я всё равно пытался уклоняться от атак. Потому что от них больно!

— ...Ками-сама. Когда, на твой взгляд, я смогу использовать магию?

— Насчёт этого я не уверена. Кажется, что это основано на «Очках опыта», связанных с познанием... В любом случае, Бэлл-кун, ты же не читаешь книги, верно?

— Да...

Из «Статуса», который выгравировала Ками-сама, всех заботило то, смогут они использовать «Магию» или нет .

До того как Боги спустились в Нижний мир, Магия была привилегией для отдельных рас. Но также были и такие люди, которые никогда не принимали Божьего подарка, но всё же открывали то, что они способны использовать магию.

По крайней мере, одну, но не более трёх, так как существовало фиксированное число того, сколько магий ты можешь открыть. Обычно ты мог использовать лишь одну магию, но если это число доходило до двух или даже больше, то обычно это делало тебя достаточно популярным.

И не только это – само существование магии было очень важным. Существовала легенда, что давным-давно эльф ветра контролировал магию и мог сдвинуть сотни людей. Короче говоря, магия была козырной картой. Это был сильнейший навык, который мог полностью изменить всю ситуацию.

Вообще, если они были способны выпускать волны пламени, то даже если их враг будет тяжело трудиться и размахивать своим мечом, атакуя его, то у него всё равно не будет шансов на победу. В этом и заключалась концепция «Магии».

Я подтвердил «Статус». Внутри магической секции ничего не было, поэтому, естественно, я не мог использовать какую-либо магию?..

— Ками-сама, а что насчёт секции навыков? Такое чувство, что её полностью стёрли...

— ...Ахххххх, это просто тогда моя рука соскользнула. Не волнуйся – она пуста, как и обычно.

— Так вот что случилось...

В основном у меня были некоторые ожидания.

Значения «Навыков» и «Статусов» слегка отличались. Они обладали особыми эффектами, которые находились в теле лишь при определённых условиях. Если «Статус» представляет укрепление организма, то «Навыки» являются особыми реакциями, происходящими в теле.

Хотя это и не похоже на магию, удивительность которой ты можешь увидеть, но открытие «Навыка» ещё более редкое явление... Нет, его также у меня нет.

Снова подтвердив улучшение «Статуса», я посмотрел на настенные часы, а затем повернул свою голову к Ками-саме.

— Ну, Ками-сама. Может нам стоит приготовить ужин? Даже хотя сегодня у нас пир из картофельных крокетов, но мы же не должны есть только их, верно?

— Да. Тогда, я оставлю всё это на тебя, Бэлл-кун.

— Хорошо.

Слегка улыбнувшись Ками-саме, я повернулся и направился на кухню. Хотя я мог лишь приготовить простые блюда. Да, прямо как Эйна и говорила – с этого момента я должен учитывать своё финансовое положение...

Я чувствовал, что взор Ками-самы был всё ещё приклеен к моей спине, поэтому я внезапно почувствовал уверенность, что смогу сэкономить денег на будущее.

× × ×

Гестия смотрела, как Бэлл-кун вошёл на поле боя кухни, и спокойно выравнивала своё дыхание.

Положив «Статус», который она написала, себе в руку, она сравнивала его с тем, что было написано на спине мальчика.

Эти дети в самом деле быстро растут... Всё это совершенно отличается от нас, кто вообще не меняется.

Даже хотя это было и небольшое изменение, но всё равно создавало влияние. Это распространялось по физическому телу и психическому состоянию, а после чего изливалось наружу.

Это не было ни желание, ни культура. «Изменения» были самой сутью жителей Нижнего мира.

...Ах, нет, нет! Я не могу принять, что он начал меняться из-за остальных. Я абсолютно точно не хочу принять это!

Две руки Гестии взъерошили её чёрные волосы.

Это было уже слишком... После того как обе руки Гестии прижались к её голове, она снова посмотрела на спину Бэлла.

Если говорить правильно, то она смотрела на выгравированный на его спине «Статус» – на окно его «Навыков».

Бэлл Кранэл.

Уровень 1

Сила: I 77 → I 82 Выносливость: I 13 Сноровка: I 93 → I 96 Ловкость: H 148 → H 172 Магическая сила: I 0

«Магия»

[ ]

«Навыки»

[Целеустремлённое преследование]

* Ускоряет рост.

* Эффект длится, пока его чувства не изменятся.

* Эффект определяется силой его чувств.

Гестия, извлёкшая этот тип столь ожидаемых «Очков опыта» и лично вырезавшая их в его статусе, теперь начинала сожалеть, что сделала это.

----------

Глава 2

— ...Мммм.

База «Семьи Гестии» располагалась в никому не известной комнате внутри церкви.

Так как она была построена под землёй, звуки утренних птиц, чирикающих снаружи, не могли быть услышаны здесь. Я подтвердил, что уже настало утро, и проснулся на кровати в назначенное время.

Потому что раньше я жил в деревне, у меня развилась привычка делать сельскую работу поутру, поэтому уже натренировались некие биологические часы.

...Сейчас, должно быть, пять утра.

Просто на всякий случай я высунул свою голову из дивана, чтобы убедиться в этом с помощью настенных часов.

«Магическая лампа-камень», которая была разработана от технологии магических камней, тускло светила на потолке, так что даже если эта комната располагалась под землёй, она всё равно не была полностью погружена во тьму. Этот камень создавал свет, который позволял невооружённым глазом осмотреть окрестности.

Ками-сама также хвалила людские технологии этой «Магической лампы-камня», называя их «очень удобными и гибкими». Просто потому что это был такой объект, который восславляли даже Боги, вы могли понять величие продукции магических камней, которые когда-то были известны как «Величайшее изобретение века».

Вчера, после завершения небольшого праздника с Ками-самой, как и обычно, я отдал ей кровать, а сам уснул на диване. Он был узкий, но я уже привык к этому.

После того как я моргнул несколько раз, то уже приготовился идти умываться... когда внезапно заметил.

Кроме одеял, к моему телу прижималось два округлых объекта. Причём очень мягких. Потому что они никак негативно на меня не влияли, то я раньше их и не замечал.

С вопросительным знаком, возникшим внутри моего сердца, моя рука протянулась навстречу незнакомому округлому объекту... и я тут же всё понял. Это была Ками-сама.

Она уткнулась своей головой мне в грудь и быстро уснула. Хотя я был шокирован этим, но тут же криво улыбнулся.

Сон... Не так ли?

Я мог лишь вздохнуть и думать, что нечто подобное никак не могло случиться в этом мире. Ладно, теперь у меня проблемы, так что же мне стоит делать.

Было довольно просто сбежать с дивана не будя при этом Ками-саму, но, как бы это сказать, я не хотел отпускать это тёплое и удобное существо. Попросту это было лучше высококлассной подушки и достойно имени божественной подушки.

Я полностью понял, что даже «Семья», которая обладает могущественным оружием или предметами, она всё равно не способна превзойти эту подушку. Ками-сама в самом деле удивительна.

Я был немного напуган, но всё равно положил свою руку на спину Ками-самы и нежно обнял её. Это ощущение было очень нежным.

Всё кончено – я больше не могу сбежать.

Как только моё лицо стало совсем рядом с Ками-самой, которая была наполнена разными ароматами, то она испустила «Ммммммм...» звук, несколько подвинула нижнюю часть своего тела и потёрла своими щеками о мою грудь, словно ребёнок.

Ахххххххххххххххх, она в самом деле была такой милой!..

Всем своим сердцем я был безумно влюблён в неё. ...Внезапно со звуком «Ммм-Чмок» два холмика Ками-самы с подавляющей массой полностью опустились на меня сверху.

После этого я быстро сдвинулся. Я тут же отодвинул Ками-саму, которая превратилась из божественного в опасный предмет, и словно обменявшись с нею позициями, я положил Ками-саму вниз и сбежал с дивана.

Ками-сама на самом деле пыталась убить меня...

В то мгновение я впервые испытал страх к Ками-саме.

Если бы я хотя бы на секунду опоздал, то точно задохнулся.

Укрыв её одеялом, я приготовился уходить. Если я продолжу бездельничать здесь, то буду чувствовать себя очень странно. Спокойно обдумав это, я понял, что, в самом деле, должен был умереть, так как повёл себя очень грубо к Ками-саме.

Я быстро и тихо пробежал через дверь и покинул комнату.

— ...Бэлл-кун, ты – идиот. Хммммм.

Это в самом деле произошло ранним утром...

Мой вздох объединился с несколько прохладным утренним воздухом. Я шёл один по главной улице, которая имела совершенно другую атмосферу, нежели в полдень. Большая дорога не была шумной и не производила какое-то чувство открытости. Каменные магазины, построенные по обеим сторонам улицы, всё ещё стояли с наглухо закрытыми дверями.

Восточное небо уже светлело. Даже если это всё ещё было ранним утром, то ты уже мог почувствовать дыхание людей. Уже были хоббиты, готовящие магазины к открытию, а также были видны дварфы, которые являлись искателями приключений, и они что-то обсуждали у себя в команде. Похоже, что они собирались пойти в подземелье.

Я также переоделся в экипировку для похода в подземелье, после того как сбежал от Ками-са... покинул дом. Так что если другие люди видели меня, то меня классифицировали как авантюриста.

— Ах~ Я забыл съесть завтрак...

«ГРРРРРРРРРРР», услышав звук, исходящий из моего тела, я посмотрел налево и направо, продолжая идти вперёд и разглядывая окрестности. Это было плохо – я забыл поесть. Я был так голоден.

Похоже, что я не смогу сконцентрироваться и сосредоточиться на исследовании подземелья, если не разберусь с чувством голода.

Я не хотел потерять свою уверенность по сбережению денег сегодня, но другого выбора не было, так что же мне сегодня купить...

— ?!..

Я яростно оглянулся.

Остановившись, я посмотрел назад.

...Неприятное чувство. Хотя это и не относилось к тому типу, где я мог засечь жажду крови, но это лёгкое дыхание пришло от какого-то могущественного искателя приключений... ...За мной наблюдают?

Ощущение опасности. Так же, как и когда ты оцениваешь предмет, обычные люди абсолютно не могут не подражать этому и посылать свои беспощадные взгляды.

Сотрудник магазина собирался открыть кафе на тротуаре, команда из двух зверолюдей беседовала в переулке, девушка смотрела на улицу со второго этажа магазина... Этот вид появлялся в моём поле зрения, пока я неоднократно перемещал свой взгляд на движущиеся объекты.

С пустотой в голове я продолжал осматривать окрестности.

Не было никаких следов чего-либо подозрительного в торговой улице, которая ещё не открылась утром. Вместо этого странные взгляды устремлялись на меня, стоящего в центре дороге. Однако в это время у меня не было энергии, чтобы принять это к сведенью.

Я слишком много себе надумал?..

Прослушав звук моего чрезмерного биения сердца, я не мог ничего поделать, кроме как состроить озадаченную гримасу.

— Это...

— !

Я тут же изменил свою позу и развернулся к голосу, идущему сзади меня. Для любых зрителей это, скорее всего, выглядело так, словно я изображал напуганную кошку.

Человек, который обращался ко мне, был такого же возраста что и я. Это была обычная девушка.

Она была одета в белую блузу и длинную юбку цвета листвы до колен. Помимо этого вокруг её талии также был виден немного длинный фартук.

Её черные волосы, которые потеряли свой блеск, были связаны в небольшой узелок, и ниже этого узла свисал её хвост. Похоже, что её прическа была одним из видов «конского хвоста».

Её глаза были такого же цвета, что и волосы, и, казалось, были невинны и милы. Её молочно-белое и гладкое нежное лицо выражало удивление на мои бдительные действия.

Это был всего лишь безвредный житель... Ч... Что я наделал?!

— П... Прости! Всё потому что я немного удивился!..

— Н... Нет проблем, это мне очень жаль, что я испугала тебя...

Я поспешил извиниться, но другая сторона также последовала моему примеру и извинилась. Мне, в самом деле, было очень жаль.

Она должна была быть немного старше меня. Но выглядело так, словно разница между нами всего в один-два года.

Разве не она та сотрудница магазина, которую я только что видел за работой по открытию кафе на тротуаре?

Именно та, кто упорно пыталась перетащить стол в одиночку...

— Ч... Что-то не так?

— Ах... Да. Вы уронили это.

Пурпурно-синий кристалл лежал в её протянутой руке.

— Хах? Магический камень? А... Ааааа?!

Я изогнул свою шею и посмотрел на мешок, висевший на талии, около моей попы. Я обычно складывал Магические камни, которые добывал из монстров, в этот мешок на поясе размером с кулак.

Обычно я затягивал его, но неужели в это время ослабил?

Я точно помнил, что вчера, когда я обменивал всё на деньги, должен был сдать все Магические камни гильдии. Может быть, я что-то напутал?

Кроме авантюристов другие никак не могли обладать Магическими камнями... Да, всё должно быть так, как она и сказала.

— П... Прости. Я благодарен вам за это.

— Без проблем.

Она ответила с улыбкой, что заставило меня почувствовать себя комфортно. Моя нахмуренность, когда я извинялся, сменилась на улыбку именно из-за её улыбки. Возможность встретиться с такой чистой и доброй девушкой полностью расслабила меня.

— Вы готовитесь так рано отправиться в подземелье?

— Да, я просто собираюсь пойти...

Сотрудница кафе продолжала разговаривать со мной. Потому что меня беспокоило то, как я должен закончить этот разговор, я был благодарен за то, что она заговорила первой.

Обменявшись с ней ещё парой слов, я попрощался.

...И прямо когда я думал об этом – «Гррр» – мой живот издал такой неловкий звук.

— ...

— ...

Сотрудница кафе бесцеремонно расширила свои глаза, а мне только и оставалось, что покраснеть от стыда.

Затем она издала «Пфф» и проронила несколько смешков. Это был сильный удар. Я склонил свою голову и позволил пару выходить с её верхушки.

— Оххо, твой живот – ты голоден?

— ...Да.

— Возможно, ты ещё не завтракал?

Я был слишком застенчив и не мог прямо посмотреть на неё, поэтому просто кивнул.

Она встала в думающую позу, а затем поспешила от меня прочь.

Она прошла сквозь кафе, которое ранее упоминалось, и исчезла внутри него, но довольно скоро возвратилась.

Она несла то, что у неё раньше не было – небольшая корзинка качалась в её тонких руках. Внутри неё можно было увидеть небольшой кусок хлеба и немного сыра.

— Если ты хочешь, то, пожалуйста, съешь это... Потому что кафе всё ещё не открылось, то я не могу назвать это должной едой.

— Ээээээ?! В этом случае мне очень-очень жаль! К тому же – разве это не твой завтрак?..

Сотрудница кафе застенчиво улыбнулась.

Уааа... Эта девушка, безусловно, относится к тому типу людей, которые изнутри испускают свою красоту.

Хотя её внешний вид не был такого же типа, который заставлял чувствовать себя комфортно, к примеру, как у Валенштайн или у Ками-самы... Но казалось, что она относилась к такому типу, который будет привлекать тебя всё больше, чем ближе ты к ней будешь находиться...

Как бы мне это выразить, этот тип давал ощущение «Разве вон та девушка на улице не красивая?!», поэтому даже если бы боги увидели, то точно похвалили её.

— Если я проигнорирую это, то точно буду чувствовать себя виноватой. Поэтому, господин авантюрист, пожалуйста, примите это.

— С... Слишком хитро...

Когда она просила у меня это таким образом, я всё равно как-то смог найти в себе силы ей отказать. Использовать улыбку, чтобы говорить такие слова – это было слишком трусливо.

Я, чья тревога уже дошла до максимума, уже не знал, как ответить, когда сотрудница кафе закрыла свои крошечные глаза.

Открыв их снова, в этот раз, у неё была слегка озорная улыбка, и она подвела своё лицо поближе к моим глазам.

Т... Так близко...

— Господин авантюрист, всё это также учитывает мои собственные интересы. Хотя я немного и потеряю здесь, если наполню ваш желудок, но в обмен...

— В... В обмен?..

— ...Сегодня ночью вы придёте ужинать в кафе, где я работаю.

— ...

В этот раз уже была моя очередь расширить свои глаза.

Я через некоторое время понял значение этого предложения.

Смотря на улыбающуюся сотрудницу кафе, толстые стены, которые я бессознательно сооружал вокруг людей, с которыми я встречался в первый раз, полностью разрушились.

Следуя за её словами, я также улыбнулся.

— В самом деле... Так хитро.

— Ох хо, вы так быстро приняли это. Моя сегодняшняя зарплата, несомненно, увеличится.

Сотрудница магазина сказала мне «добро пожаловать».

Ну что, эта девушка, в самом деле, очень расчётлива.

— ...Тогда, увидимся сегодня ночью!

— Хорошо, я буду ждать тебя.

До самого конца сотрудница магазина продолжала поддерживать улыбку. Хотя меня умело разыграли, но я чувствовал себя так, будто с уютом пил чай. Думая об этом, я вдруг снова застеснялся.

Сотрудница кафе продолжала смотреть на меня, когда я держал небольшую корзинку в одной руке.

В конце длинной улицы в середине города располагалось подземелье под большим небоскрёбом, устремившимся в безоблачное утреннее небо.

Внезапно я кое-что вспомнил, когда приближался к этому белому небоскребу, поэтому я остановился и оглянулся назад.

Я окликнул скептическую сотрудницу кафе, которая всё ещё смотрела на меня.

— М...Меня зовут Бэлл Кранэл. Могу я узнать твоё имя?

— Сил Фловер, Бэлл-сан.

Мы обменялись улыбками и нашими именами.

× × ×

Подземелье существовало ещё до того, как боги спустились в Нижний мир.

Хотя оно и не было таким массивным, как ранее, но над ним уже были построены улицы, и говорилось, что это было сделано предшественниками гильдии.

Если обобщить всё это, то в древние времена существовали люди, которые сотрудничали со старой гильдией и сражались против монстров без всякой «Благодати» от Богов.

— ГЯЯЯЯЯЯЯУУУУУУ?!

— Ха!

Часть меня не могла в это поверить, но другая часть была в восторге от этого. Только подумать, в прошлом были настолько могущественные люди.

По сравнению со мной, получившим «Благодать» Ками-самы и наконец-то сумевшим побеждать «Кобольдов», существовали люди, которые действительно побеждали монстров подземелья лишь собственными силами в прошлом.

— ШЯААААА!

— Хах?!

— ГУУУУУУУУ?!

Если, только если...

Если люди из древних времён оказались бы здесь.

Если эти истинные воины, которые побеждали врагов сами, оказались бы здесь.

Они точно бы столкнулись с подобной ситуацией, прижав свой нос и убегая прочь.

— ГРООООООАААААААА

— Это же невозможно?!

По крайней мере, для меня это было совершенно невозможно.

— Чёрт возьми! НЕ ЧЕСТНОООООООО!!!

— ГАААААААААААААА

Повернувшись спиной к орде Кобольдов, я отчаянно побежал. Всего шесть монстров упорно погнались за мной.

Место действия располагалось на первом этаже подземелья.

Светло-синие стены и потолок полностью заполняли мой обзор.

Подземелье, где никто не видел небо, бесконечно протянулось во всех направлениях. Развилки дорог, перекрёстки и небольшие уклоны. По этому аккуратному и упорядоченному пути, который был проложен на протяжении всего подземелья, я бежал, размахивая руками.

Поскольку ещё было раннее утро, я не видел никаких признаков других авантюристов на первом этаже подземелья. Я, сумевший до сих пор без сучка и задоринки охотиться на монстров, к сожалению, столкнулся с группой Кобольдов.

Первоначально их было восемь. Хотя я и сумел убить двоих из них до того, как был окружён, но они всё же сумели идеально обложить меня. Поэтому у меня не оставалось никакого выбора, за исключением одного – бежать.

Во-первых: довольно редко Кобольды собирались в отряды. Используя свои острые зубы и когти как оружие, Кобольды обычно передвигались поодиночке или парами. Как начинающий авантюрист, то, что я говорил, звучало не слишком убедительно, но я точно никогда не сталкивался с подобными ситуациями ранее.

Включая вчерашнего Минотавра, я действительно чувствовал, что в течение этих нескольких дней ничего приятного не происходило. Напротив, они были сплошь опасными.

Может быть, кто-то возненавидел меня или тайно проклял...

— !

Я быстро прыгнул вправо – завернул за угол, а затем развернулся и затаился.

Я решил сделать засаду Кобольдам. Я приготовился атаковать их, как только они завернут за этот угол.

Думая о том, что мне следует сделать далее, я не мог не нервничать.

Если бы другие авантюристы видели это, то они бы подняли на смех моё решение как «глупое»?

Однако так как дороги первого этажа были довольно широкими, тут легко можно было нарваться на неблагоприятную битву, когда ты один противостоишь множеству. Поэтому, как бы я не пытался сбежать – будет довольно трудно создать ситуацию, чтобы сражаться с ними один на один.

И если бы я продолжил убегать, то точно встретился с другими монстрами.

Если я собираюсь сделать это, то мне следует действовать быстро.

— !..

Шаги отталкивания от земли постепенно приближались.

Взглянув в лицо приближающемуся моменту, мой взгляд упал на руку.

Пять пальцев крепко сжимали небольшой кинжал.

Бэлл Кранэл использовал кинжал. Этот кинжал обладал лишь двадцатисантиметровым клинком, и это было единственное оружие, которым я владел.

Рука, державшая рукоятку, явно вспотела. Слушая многочисленное эхо звериных рёвов, я попытался успокоиться и сделать глубокий вдох. Фууууу-Хааааа – что я и сделал.

Затем, в следующий момент, лицо зверя с красными глазами появилось у другой стороны стены.

— Уууааааааааааааааааааааааа!

— ГУУУУУУУ?

К тому времени, когда мы оба заметили друг друга, я уже ринулся им навстречу.

Когда моё отражение внутри зрачка Кобольда передо мной постепенно становилось всё больше... «Удар».

Мой кинжал вошёл в сердце противника. Это был первый.

Увидев неожиданную сцену того, что случилось с Кобольдом, который только что завернул за угол, другие были потрясены этим. Однако мои действия и порыв не остановились и не закончились на этом. Используя Кобольда, которого я только что убил, как щит, я ринулся в их скопище, а затем кинулся на двоих из них и заставил упасть на землю.

— Г...ГАААААА?!

— Фу!

— ГИОГУ?!

Двое, которых я с силой повалил на спины, были уже не теми, кем были ранее, поэтому я перекатился, чтобы быстро встать.

Развернувшись, я пронзил закутанную глотку Кобольда. Второй умер.

— ГУААААААААА?!

— !

— ГОООО?!

Трое, которые ранее окаменели от моих атак, наконец-то начали двигаться снова.

Я уклонился от первого и вовремя ударил по голове другого, словно футбольный мяч, когда он был на полу. Послышался звук ломающейся шеи.

Голова Кобольда была повёрнута и смотрела под неестественным углом. Третий.

— Я ВЫИГРАЮ!

— ГИААН?!

Заявление о победе.

Остающиеся Кобольды уже не могли окружить меня. Потому что низкоуровневые монстры с низким интеллектом не могли умело сотрудничать. Прямо сейчас я вскрывал живот четвёртого Кобольда. Оставалось ещё двое.

Вскоре после этого я сокрушил последнего из них, который смотрел на меня ужасающими глазами.

— Фуууууу~~... ...Наконец-то закончил.

Когда все Кобольды перестали двигаться, я присел.

Хотя я впервые сражался против столь многих врагов... мне повезло, что я избежал опасности.

И так как у меня не было никаких ранений, то я хорошо постарался.

Возможно, существовало множество способов сделать это лучше, нежели как поступил я. Однако у такого авантюриста как я не было учителя, поэтому и невозможно было приказать мне делать то, чего я не знал.

Потому что в «Семье Гестии» я был единственным её членом, у меня не было какого-либо сэмпая или компаньона, который научил бы меня сражаться. Хотя самообучение звучит довольно неплохо, но в реальности я всё ещё был новичком. Поэтому, для текущего меня, самообучение являлось чем-то ненадёжным.

Если я не хочу умереть, то мне следует отбросить свою гордость и спросить у экспертов других «Семей» об их методах сражений... Но если я сделаю это, то это точно повлияет не только на меня, но также и на Ками-саму, и я слышал, что тогда отношения между «Семьями» станут очень сложными.

Положив всё это на чаши весов, я решил, что хочу попытаться улучшиться сам.

И «Если я не буду рисковать», я всё равно могу сражаться.

Лишь думая о боях один на один в подземелье.

Никогда не гнаться вглубь.

Гибко пользоваться преимуществами местности.

Поэтому я всё же ясно помнил ту информацию о подземелье, которую Эйна внушила мне, словно это была моя собственная кровь и плоть.

Встав на ноги, я направился к трупам Кобольдов. Взгляд упал на их внешний вид с высунувшимися языками, потому что они полностью запыхались, и моё сознание немного зашаталось. Но я потряс голову и снова поднял кинжал.

С одним вздохом я опустил кинжал вниз и погрузил его в сердце монстра. Игнорируя дёрганье тела и брызги крови, я сразу же вытащил сияющие пурпурно-красные фрагменты, расположенные в центре сердца.

Это и был «Магический камень».

Из монстров ты можешь получить кристаллы, наполненные магией... По крайней мере, именно это я слышал. Как и обычно – я не был уверен в деталях. Похоже, как и говорила Ками-сама, мне действительно стоит прочитать некоторые книги.

В общем, в этих кристаллах содержалась невероятная сила, и ты мог использовать их, чтобы обменивать на деньги в гильдии. Это также означало, что эти Магические камни были источником денег для авантюристов.

Лучшим примером являлась «Магическая лампа-камень» у нас дома. Магические камни после применений человеческих технологий и обработки помогали во многих аспектах жизни. К примеру, используя их в качестве устройства зажигания или морозильника, чтобы сохранять пищу. Поэтому Магические камни рассматривались как ценные ресурсы. Я слышал, что город с лабиринтом экспортировал продукцию из Магических камней в другие страны и регионы и зарабатывал многие преференции. Но в этих условиях следовало упоминать не сам город, а гильдию, так как именно она добилась всех этих преимуществ.

Строго говоря, то, что я получил от Кобольда, было не Магическим камнем, а «Осколком Магического камня».

Эта вещица была размером с ноготок. Согласно тому, в чём я удостоверился, то, что ты получал с монстров с первого по четвёртый этажи, было, в основном, именно такого размера. Обменный курс для этого был чрезвычайно низким. Похоже, что за более большие Магические камни гильдия будет платить гораздо больше.

Я уставился на пурпурно-синие кристаллы в моей руке, и внезапно, тело Кобольда, из которого извлекли Магический камень, начало меняться. Сперва лишь цветные фрагменты отваливались от него, а в следующее мгновение можно было заметить, как развалилась его голова, и, наконец, всё его тело превратилось в пепел и исчезло без следа.

Это был конец монстра, который потерял Магический камень.

По информации Эйны, Магический камень являлся ядром монстра и его источником существования. Она также обучила меня тому, что целясь в Магический камень можно эффективно уничтожить монстров. Однако если Магический камень треснет, то тогда он станет уже бесполезным, но что важнее, чем твоя собственная жизнь?

Проводив Кобольда, который полностью превратился в пыль, я начал повторять ту же самую работу. Я должен был вернуться и найти тех двоих, которые умерли ранее, поэтому у меня не было времени на перерыв.

Поднимая свой кинжал, я махал им вниз снова, снова и снова.

— Э?..

Покончив с последним трупом, я увидел, что правый коготь от Кобольда лежал сам по себе, хотя должен был превратиться в пыль вместе со всем телом.

Я подобрал коготь, который был погребён под слоем пыли. Нежно постучав по нему, я убедился, что, кажется, он не собирался исчезать.

Похоже, что это была «Добыча».

Монстры, чьи Магические камни удаляли из их тел, иногда оставляли часть своего тела в первоначальной форме. Говорилось, что оставленная часть, обычно, располагалась в ненормальном развитом месте и держала в себе силу, которая позволяла ей независимо жить без Магического камня. В этой ситуации это должна была быть Магическая сила. Когда монстр всё ещё был жив, то это должно было быть его могущественным оружием.

Этот предмет также можно было обменять на золото. Особенно, если он мог использоваться как материал для оружия или брони. Его цена зависела от каждого предмета, но обычно подобные вещи можно было обменять на большее количество денег, нежели Магические камни.

— Повезло!

Положив Осколки Магических камней в сумку на поясе, я убрал «Коготь Кобольда» в чёрный рюкзак за плечами.

Этот рюкзак был сделан по-особому: это была магическая сумка, которая могла вместить в себя предметов намного больше, нежели судить по её внешнему виду... Ну, конечно же, это было не так.

Если она была сделана из ткани, то естественно, что она переполнялась, а также могла и порваться. Конечно же, её вес также влиял. Как вообще в этом мире может существовать такой полезный фантастический предмет.

Обычно, в группе находился не боевой персонаж, которого звали «Поддержкой», и которому доверяли сбор всех предметов, таких как Магические камни и Добыча, но так как члены «Семьи Гестии» состояли лишь из меня и Ками-самы, то, полагаю, я мог дальше и не продолжать. Поэтому мне, вошедшему в подземелье в одиночку, не оставалось другого выбора, кроме как тащить на себе тяжёлый багаж, даже во время битв, чтобы потом обменять всё на деньги.

Но у Ками-самы и моей «Семьи» не было денег, чтобы нанять людей...

— Дааааааааааа!

— ГАААААААААААА!!

— ...Продолжение битвы?

Чёрт возьми, дайте мне отдохнуть!

Включая существование Магических камней, подземелье было наполнено тайнами.

Единственное подземелье в мире, о котором я упоминал раньше, существовало в Нижнем мире ещё до того, как Боги снизошли сюда.

Некоторые говорили, что нижние этажи подземелья вели в ад или в Мир демонов. Боги, кажется, знали об этом, но они, по-видимому, не хотели об этом говорить.

— Подземелье – это подземелье. Место, где вы преследуете нечто другое.

Я слышал, что именно это было известной фразой Богов. Как сильно они любили подземелье?

Я слышал самую удивительную тему для разговоров, в которой говорилось, что «подземелье живое», верно? Однако тут не было вещей вроде нападающих на тебя стен, да и местность этажей также не менялась. В доказательство этого авантюристы исследовали и создавали карты этажей, которые продавались в гильдии. Но чем ниже ты идёшь, тем быстрее увеличивался размер площади, причём с невообразимой величиной, поэтому, я слышал, что для многих этажей ещё не было сделано полной карты.

Смысл того, что оно было живым, состоял в том, что оно восстанавливало себя само, и сооружения, которые уничтожались в подземелье, автоматически себя восстанавливали.

Говорилось, что подземелье было из материалов либо более высокого класса, либо более низкого класса, чем Магические камни. Только над тем, как оно было построено, до сих пор ломают головы различные учёные, но это строительство было остановлено, когда произошёл некий феномен.

К тому же, потому что оно строилось из материала, который был похож на Магические камни, то даже если солнечный свет не мог войти в подземелье, то в нём всё равно было очень ярко. Особенно первый этаж: зона, которую можно было рассматривать как его потолок, постоянно испускала свечение, поэтому независимо от времени дня – там было ярко до абсурдного уровня.

Более того – монстры. Они рождались внутри подземелья.

Пусть это кажется и шуткой, но в реальности они на самом деле вылезали из стен, словно цыплята, разбивающие скорлупу яиц. Многие лицезрели это. Именно поэтому, сколько бы на монстров ни охотились авантюристы – они всё равно бесконечно появлялись.

Однако каждый этаж мог производить лишь определённое число монстров. Хотя я и слышал, что иногда и случалось такое, что монстры с нижних этажей поднимались наверх, или другие монстры спускались ниже, но обычно они были прикреплены к соответствующим этажам, на которых и появлялись. Кстати, присутствовало основное правило: чем ниже этаж – тем сильнее монстр.

Место, которое соединяло верхний и нижний этажи, иногда выглядело как лестница, а иногда как громадный склон – в конце концов, было много вариаций этого. Но чтобы это ни было – абсолютно точно не существовало такой абсурдной вещи, как мгновенный переход по этажам. И это было логично, так как даже у Богов подобного не было. Монстры были такими же и могли лишь рассчитывать на свои собственные ноги, чтобы передвигаться по подземелью.

Монстры создавались лишь внутри подземелья.

Поэтому если мы сможем правильно управлять этим подземельем, то монстры не будут нам угрожать.

Таким образом, орган управления (Гильдия) был создан для этого в древние времена. Хотя лично я верил, что причина, по которой существование гильдии прошло через столькие года, в основном заключалась в выгоде, которую она могла получить из подземелья.

Когда я был всё ещё слишком молод, меня почти убил «Гоблин». Теперь, когда я думаю об этом, то этот гоблин должен был быть потомком монстров, которые пришли на землю ещё до того, как гильдия была создана. Если уйти из Орарио, то в окрестных землях или отдалённых частях мира вы также могли увидеть этих монстров.

Это также означало, что эти монстры могли размножаться.

Хотя это было и страшное виденье, но я действительно не мог поверить, что это подземелье было таким же живым существом, как и Боги, которые создали людей и другие расы Нижнего мира.

Конечно же, даже если у меня и было мужество, то ненужно говорить, что я не осмелюсь сказать подобные слова никому, включая Богов.

— ...Ах!

— ГОБУРЯЯЯЯЯ!

Я нанёс летящий пинок и сильный удар «Гоблину», стоящему прямо посередине моего пути.

Атака пришлась прямо в живот. Жирное тело Гоблина развернулось на 60 градусов, и он расширил свои глаза, отчего другие могли подумать, что они собирались лопнуть подобно петарде. Я послал его в полёт.

Ненавидимое зелёное существо одарило меня травмой в детстве, а теперь превратилось в корм для меня, когда я получил «Благодать» Ками-самы. Но это было странно.

Прямо сейчас я чувствовал, что в то время, когда впервые вошёл в лабиринт, я дрожал при виде этих существ, но это уже было делом прошлого.

— Ах, ещё добыча.

В этот раз это был «Зуб Гоблина».

Собрав добычу, я снова надел на себя рюкзак, который был уже достаточно тяжёлый, чтобы заставить других волноваться. Словно голос этого веса можно было услышать с моей спины.

Ах~, хотя, судя по вместимости рюкзака, я могу много унести... Но это, скорее всего, будет мешать моим действиям, верно?

Но если это были монстры, наподобие предыдущего Гоблина, которые должны находиться повсюду...

— ГИШШШААА!!

— Ух?! Ах, ммм?!

Верно! Я должен думать о том, что мне делать с рюкзаком!

Пусть это была и внезапная атака, но она не была неизбежной!

Я не знал, скрывался ли он в тени стен, но я уставился на постоянно запугивающего гоблина, который обнажил свои клыки, и поставил рюкзак на пол.

Верно, мне нельзя торопиться. Даже если я не буду рисковать, подземелье всё равно наполнено опасностями. Разве Эйна не говорила так много раз, что слова «Ну, будь что будет» – самое опасное тут.

Я должен сперва вернуться на поверхность. Ещё не было слишком поздно, чтобы потом вернуться обратно, обменяв мою добычу на деньги. Я не должен думать, что это будет слишком проблемным.

Разве я не говорил, что создам хорошие отношения с Валенштайн? Хотя я не знаю, что я точно должен делать, но текущий я совершенно негоден для этого.

Я внезапно вспомнил лицо с золотыми глазами и волосами моей спасительницы. Я не мог ничего поделать, кроме как чувствовать копившееся желание, от которого моё тело пылало.

Потому что сегодня мне также надо пойти в кафе Сил, так что мне нужно получить больше денег, нежели обычно. До обещанного времени я буду упорствовать и повторять одно и то же снова и снова, чтобы заработать деньги!

Я должен накопить достаточно.

— Но сперва... Я должен вернуть то, что я получил, с процентами!

— БУЭЭХ?!

Сокрушись!

× × ×

Бэлл Кранэл.

Уровень 1

Сила: I 82 → H 120 Выносливость: I 13 → I 42 Сноровка: I 96 → H 139 Ловкость: H 172 → G 225 Магическая сила: I 0

«Магия»

[ ]

«Навыки»

[ ]

— ...Что?

Закат.

Я, закончивший на сегодня с исследованием подземелья и вернувшийся назад в скрытое жилище внутри церкви, не мог ничего поделать, кроме как расширить свои глаза.

Потому что на переданной мне Ками-самой бумаге, на которой был записан мой обновлённый «Статус», отмеченный рост был так невероятен, что в это было сложно поверить.

— К... Ками-сама, это... Ты ошиблась в копировании или что-то в этом роде?..

— ...Ты что ли думаешь, что я не могу даже просто читать и писать?

— Н... Нет! Я не хотел об этом так говорить... Но...

Но... Кажется, что я вижу какие-то удивительные числа.

Убрав несколько ироничный ответ Ками-самы в сторону, я внимательно всмотрелся в бумагу.

Сегодня я действительно пытался стать сильнее. У меня действительно была уверенность, по сравнению с моими прошлыми усилиями.

Но разве это не слишком много... Суммарный рост превышает 160 пунктов – это что, шутка?

Я в самом деле достиг этого всего лишь за день, когда все мои прошлые заслуги зарабатывались в течение полумесяца...

— К... Ками-сама, тут должна быть какая-то ошибка?! Видишь, вот тут, в категории «Выносливость»! Я получил лишь одну атаку от врага сегодня!

— ...

Единственный урон, который я получил, был от той внезапной атаки гоблина. После неё я уклонялся от всех атак. Но лишь с этим «Выносливость» на самом деле повысилась на 29 пунктов... Характеристика за раз просто утроилась.

Я разгромил множество монстров до сегодняшнего дня, чтобы получить предыдущие характеристики, но как бы сильно я не работал – невозможно было одним нахрапом так сильно увеличить мою опытность.

— Так что я говорю, что тут должна быть какая-то ошибка... Э... Эм, Ками-сама?

— ...

Странно.

У Ками-самы сегодня было ужасное настроение. Просто очень ужасное. Ужасное настолько, что было даже страшно.

Маленькое личико нахмурилось и чётко уставилось на меня при помощи половинок глаз. Это давление было таким, словно Ками-сама говорила «Я зла».

П... Почему? Что я сделал не так?

Просто потому что я впервые столкнулся с такой Ками-самой, я просто потерялся.

Я, у которого со лба уже тёк пот, дрожал, словно беспомощный гоблин.

— К... Ками-сама?..

— ...

— Н... Насчёт этого – что мне сказать по этому...

— ...

— П... Почему... Я внезапно так... набрал характеристики...

— Да кто знает?!

Ками-сама надулась и проигнорировала меня.

В такой ситуации я не мог ничего поделать, кроме как подумать «Вау, как мило!», но у меня, в самом деле, были проблемы?

Это был первый мятежный акт Ками-самы.

— Хммммпф.

Она развернулась ко мне спиной и молча направилась к шкафу в глубине комнаты. Её две косы постоянно виляли, словно пытаясь запугать меня.

Открыв дверь шкафа, Ками-сама, которая тряслась из стороны в сторону, с усердием попыталась дотянуться до специально сделанного жакета. Одев этот жакет, который даже полностью скрывал несбалансированную грудь при её маленьком теле, она прошла мимо меня, в то время как я до сих пор был в ступоре.

— Я сегодня работаю официанткой на какой-то вечеринке, так что я пока что уйду. Ты тоже должен время от времени расслабляться САМ и есть роскошную еду в ОДИНОЧЕСТВЕ!

БАМ! С этим звуком дверь с силой захлопнулась.

До самого конца Ками-сама даже не взглянула мне в лицо. Лишь оставила загадку о вечеринке на её рабочем месте, где она работает служанкой.

...Ч... Что именно произошло?

Я сперва думал, что именно я был в чём-то не прав, но не мог вспомнить какой-либо ошибки, сделанной мною.

Просто из-за того факта, что разозлил Ками-саму, я удручённо покинул спрятанное жилище. И одновременно с этим вздохнул.

Ах, я должен взбодриться, прежде чем дойду до места Сил...

Солнце уже село на западе.

Потеря света от солнца привела к тёмно-голубому вечеру, слегка сияющей полной луне и бесчисленным звукам смеха.

Работники, закончившие свою смену, авантюристы, которые вернулись в целости и сохранности из подземелья – все они погружались в вино, словно для них всё сегодня закончилось. Процветающие голоса лились из баров, следуя за криками и смехом. Вместе с оранжевыми огнями из открытых магазинов, множество людей бродило по каменной дороге.

Если вспомнить, то место, где я повстречался с Сил-сан этим утром, было действительно неподалеку...

Идя по бесконечной главной улице, я переводил голову слева направо, словно потерявшийся ребёнок.

Окружающий вид был для меня абсолютно в новинку и полностью отличался от того, что было этим утром, когда не было видно вообще никого, из-за чего мне было трудно вспомнить расположение этого кафе. Сложно было вообразить, что это было то же самое место, что и было сегодня утром.

С ночными барами в пунктах торговли эта загруженная дорога с интенсивным движением излучала страстную атмосферу, заставляя даже полулюдей чему-то радоваться. Хоббиты, известные как народ с самым маленьким ростом, и гномы пели на дорогах, держась за плечи друг друга, а дварфы, известные как мощные и крепкие воины, также сердечно смеялись, войдя в их круг.

Тут были женщины зверолюди с ушками и хвостами зверей, одетые в откровенные наряды и завлекающие покупателей, а также были и ещё более сексуально наряженные Амазонки поспешно игнорирующие окружающие их взгляды и идущие вперёд со слабой улыбкой. Я поспешно убрал свой взгляд с их тел.

Хотя мелодия струнных и духовых инструментов и была слышна, но толпа обтекала окружающие её представления, и звуки прекрасной музыки лишь касались прохожих.

Главная улица полностью оделась в свой ночной вид.

— ...Это должно быть здесь, верно?

Наконец-то я нашёл знакомое кафе, так что я встал перед ним.

Оно было построено из камня, как и окружающие его здания. Это строение было высотой в два этажа и, возможно, являлось самым большим, по сравнению с окружающими его ночными барами.

Ночной бар, в котором работала Сил-сан, назывался «Хозяйка изобилия».

Глубоко внутри себя я думал, что это было действительно удивительное название, пока смотрел на вывеску, а затем я тихо посмотрел внутрь бара со входа.

Сперва я увидел хорошо развитую девушку дварфа, которая подавала еду у барной стойки. Скорее всего, она была управляющей тут. Затем я увидел небольшую часть кухни, где тяжело работали девушки-кошки с ушками и хвостами, а другие официантки принимали заказы, и казалось, что тут были лишь девушки.

Хотя я должен сказать, что все, кто работал тут, были девушками.

...Я думал, что теперь понимаю, откуда произошло название этого бара.

Однако, разве это заведение не слишком для меня?..

Увидев, что сотрудницей кафе также являлась гордая эльфийка, я не мог не почувствовать удивление, а затем сглотнул. До сегодняшнего дня я думал, что подобное не было возможным, но сад мечты с красивыми девушками и красотками, которых я желал, в самом деле располагался перед моими глазами. Естественно я говорил тут про всех, за исключением управляющей.

Хотя всё это не могло рассматриваться как чарующее и подозрительное место... Но для меня, не имеющего иммунитета к подобным ситуациям, просто того факта, что все сотрудницы здесь были девушками, уже было достаточно, чтобы покраснеть.

Атмосфера в кафе была исключительно яркой. Работницы там были наполнены энергией, и звуки смеха можно было услышать повсюду. Хотя тут было много клиентов авантюристов, которые смотрели на официанток с развратными глазами, но всё же тут все просто пили и ели, да и готовка также выглядела очень вкусной.

Интерьер также смотрелся очень стильно, по сравнению с другими заведениями, но даже так странное впечатление от этого бара всё ещё существовало. Из-за того что прямо у входа в него располагалось кафе, можно было понять, что это заведение тщательно следовало за модой. В любом случае, почему взгляды гостей ранее стали сосредотачиваться на мне?

Похоже, что сюда приходили не только посетители мужчины, но девушкам также нравилось это заведение.

Но я уже в самом деле хотел сбежать отсюда...

— Бэлл-сан!

— ...

Я был экстремально быстр, когда оглянулся и обнаружил, что Сил-сан стояла возле меня.

Я насильно состроил улыбку, чтобы скрыть подёргивания своего рта.

Я должен был просто признать это...

— ...Я пришёл.

— Ага, добро пожаловать.

Сил-сан, одетая в ту же одежду, что и утром, поприветствовала меня.

Пройдя через широкий вход, она прокричала ясным голосом:

— У нас посетитель!

...Разве в ночных барах нужно указывать на это?!

Я шептал это своему сердцу, так как не хотел привлекать к себе столько внимания! Пока что я прошёл в кафе, следуя за Сил-сан.

Встав в застенчивую позу, я не мог не засмеяться над собой в подобной ситуации.

Я в самом деле был никудышным парнем.

— Итак, пожалуйста, присаживайся.

— Л... Ладно...

Меня провели к месту прямо перед барной стойкой.

Как бы мне описать это: я сидел прямо на углу барной стойки, которая резко заворачивала под прямым углом. Это располагалось прямо на углу бара, поэтому если я отклонюсь назад, то уткнусь спиной в стену. Именно из-за этого углового места никто не мог подсесть ко мне, и поэтому никто сюда не мог прийти и сесть возле меня. Создавалось такое ощущение, что я тут сидел один и смотрел на управляющую за барной стойкой. Похоже, что это место было организованно специально для меня, как новичка, приведённого Сил-сан.

Таким образом, мне не нужно было встречаться с взглядами других людей, и я мог в своей манере наслаждаться едой.

Похоже, что она довольно неплохо позаботилась обо мне.

— Ты посетитель от Сил? Хаха, хотя ты и искатель приключений, но выглядишь немного мило!

Оставьте меня одного.

Столкнувшись с женщиной дварфом у барной стойки, я использовал несколько неприсущий мне удручающий взгляд и посмотрел на неё. Первоначально я боролся именно с этой проблемой...

— Я слышала, что ты довольно приличный едок, который может заставить нас плакать! Эта старая леди будет постоянно подносить тебе блюда, так что можешь расслабиться и постоянно отдавать нам свои деньги!

— ?!

Меня внезапно шокировали эти слова, услышанные от управляющей.

Я тут же повернулся к Сил-сан, но даже не думал, что она, остающаяся возле меня, действительно отвернётся в сторону.

Она отвернулась! Эта девушка действительно отвернулась!

— К... Когда это я стал большим едоком?! Даже я впервые слышу об этом?!

— ...Эхехе.

— Что за «Эхехе»?!

Меня больше не обдуришь! Эта девушка – демон!

— Насчёт этого: я сказала Миа-маме, что хочу обслужить гостя, которого только что встретила, поэтому попросила с гостеприимством принять его... И в результате всё превратилось в это.

— Это ведь было сделано преднамеренно, верно?!

— Я буду подбадривать тебя!

— Сперва разберись с этим недопониманием, ладно?!

Она точно была демоном! Кто сказал, что она была красивой девушкой на улице!

— Я абсолютно точно не смогу съесть и выпить столько! К тому же, моя «Семья» очень бедная!

— ...Пока голоден, я не могу использовать все свои силы!.. Всё, скорее всего, потому, что я забыл съесть завтрак!

— Пожалуйста, не рассказывай так хладнокровно эту историю, ладно?! В любом случае, ты что, в самом деле такая подлая?!

Было очевидно, что она насильно дала мне завтрак, а теперь, к тому же, заставляла меня вернуть долг за него, так что это был за вид мошенничества?!

— Ах ха, конечно же я просто шучу. Я лишь ожидала немного усилий с твоей стороны. Пожалуйста, наслаждайся едой в своё удовольствие.

— ...Немного, да?

Как опытно провёрнуто...

Я попытался сдержать вздох и посмотрел на барную стойку. Осторожно положив меню в свои руки и игнорируя контекст, я сперва взглянул на цены, так как для меня они значили всё.

Сегодня я обменял всю добычу на 4400 Варису. Так как я сегодня разгромил больше монстров, чем в предыдущие разы, и благодаря моей удаче мне выпало больше добычи, сегодня я получил гораздо больший доход, нежели ранее. Обычно же я получал, в среднем, 2000 Варису.

Хотя одного обеда стоимостью 50 Варису хватало, чтобы насытить себя... Но экипировка и предметы искателей приключений были довольно дорогими. Даже одно восстановляющее жизнь зелье стоило не менее 500 Варису, так что до сих пор я не покупал никакого нового оружия. И само оружие также не было бесплатным.

Кинжал, который я сейчас использовал, обошёлся мне в 3600 Варису. И он был приобретён на деньги, которые я попросил одолжить у гильдии. Хотя я наконец-то закончил выплачивать весь мой долг, включая плату за защитное снаряжение, авантюристы всегда должны были учитывать различные обстоятельства.

Всё же я не хочу тратить много денег и лучше их немного поднакопить.

В конце концов, я попросту в случайном порядке заказал пасту. Но даже она стоила 300 Варису. Угггх.

Было множество способов и стилей приготовления еды. Хотя я впервые в жизни ел в баре, но, возможно, из-за того, что тут всё бережно и хорошо готовилось, цена была немного высоковатой.

После вопроса управляющей «Вина?», я, хотя немного и задумался, решил отказаться. Пусть и не сказав никаких детских извинений, что я ещё несовершеннолетний, но всё же, в конце концов, оно стоило много денег.

Но я и не ожидал, что управляющая полностью проигнорирует мои слова и поставит стакан настоявшегося вина на стол передо мной.

Не было смысла спрашивать...

— Веселишься?

— ...Полностью проиграл управляющей.

После того как я съел половину пасты, Сил-сан пришла проверить меня.

Я сказал о некоторых скупых чувствах, которые у меня были к ней.

Её светлые волосы колыхались влево и вправо, пока она снимала свой фартук, а затем она взяла круглый стул у стены и села на него возле меня.

— У тебя нет работы?

— На кухне все очень заняты, но сейчас у нас достаточно официанток. Прямо сейчас у меня есть прилично времени.

Я ведь могу? Сил-сан использовала взгляд, чтобы спросить управляющую.

Управляющая также подняла уголок своего рта, словно соглашаясь на это.

— Эм, в любом случае, я действительно признателен за это утро. Хлеб был очень вкусный.

— Без проблем. Таким способом я также смогла дать тебе повод работать усерднее.

— ...Я думаю, что всё же тебе правильнее было бы работать усерднее, чтобы продавать больше еды.

Столкнувшись с неожиданно дорогим ужином, я не мог не пожаловаться на это.

Сил-сан криво мне улыбнулась и сказала «Прости», извинившись передо мной. Надеюсь, что это были её настоящие чувства.

Затем я стал болтать с Сил-сан о различных вещах в этом кафе.

Эта «Хозяйка изобилия» была построена руками одной управляющей Миа (я слышал, как другие сотрудницы кафе звали её мамой), и она также когда-то была авантюристкой. В настоящее время она находилась в полуактивном состоянии, как и её «Семья», которой она принадлежала, и было сказано, что её Бог дал на это разрешение. Я не мог ничего поделать, кроме как вздохнуть на то, что такой человек действительно существовал.

Она нанимала лишь девушек к себе. Говорилось, что люди с различными жизненными ситуациями собрались здесь, и что управляющую вообще не заботило то, какие обстоятельства у них были – она великодушно принимала их всех.

Тогда Сил-сан была такой же? Когда я решился расспросить её немного об этом, она ответила «Я работаю, потому что рабочая среда тут хорошая». Я подумал, что пока она работала с сотрудницами одного пола, работа должна быть расслабляющей, поэтому и поверил ей.

— Это кафе популярно среди авантюристов. Поэтому тут всегда людно. И заработная плата также неплоха.

— ...Сил-сан нравятся богатые люди?

— Конечно же это шутка, просто шутка. И тут собираются очень различные люди...

Сказав это, Сил-сан подняла голову из-за барной стойки и осмотрела всё кафе.

Дварф, который пропускал вперёд сотрудницу бара, и официантка, которая легко справлялась с такой ситуацией. Тут были не только люди, чмокающие своими губами на эльфийку, которая подавала блюда, но также и Хоббиты, которые сдвигали столы вместе, создавая шум.

Все были очень страстными, поднимая свои стаканы и улыбаясь с красными лицами.

— Если тут будет много людей, то многие заметят... что мои глаза не могут не сиять и радоваться этому зрелищу.

Сил-сан сузила свои глаза и сказала это предложение.

Внезапно заметив мой взгляд, которым я смотрел на неё с самого начала, она покраснела и нарочно кашлянула несколько раз.

— В любом случае, вот как всё обстоит. Контактировать с незнакомцами постепенно стало моим влечением и хобби... Как бы мне сказать об этом – я чувствую, словно чего-то касаюсь.

— ...Довольно неожиданно, что ты на самом деле сказала это. Однако я также понимаю это ощущение.

Я также понимал это. Потому что когда пришёл в Орарио, я был очень взволнован.

Делать новые открытия – это могло быть привилегией людей этого города.

Таким образом, когда я соглашался со словами Сил-сан, которые та упомянула, внезапно группа из десяти людей вошла в бар. Возможно, они заранее зарезервировали место тут, так как сразу же прошли на большое свободное пространство, которое располагалось диагонально к моей позиции.

Эта группа не выглядела как составная группа авантюристов. Похоже, что все они были члены группы с удивительной силой...

Ммм...

Моё сердце внезапно подпрыгнуло.

Словно внезапный удар, в поле моего зрения попали золотые волосы, которые сияли подобно золоту.

Подробное, тонкое и красивое очертание давало ощущение того, что она разрушится, если к ней прикоснуться. Она очень походила на эльфийку или фею, которые появлялись в историях, нежели на идеальную человеческую куклу.

Огромное присутствие её золотых глаз было ясным, словно кристалл, причём до такой степени, что люди ничего не могли с собой поделать, кроме как тонуть в них.

Её прямые брови совсем не двигались, придавая спокойное выражение к красоте, в то время как она неторопливо шла.

Среди множества могущественных людей, которые вошли в кафе, именно эту девушку моё сердце жаждало до крайности из-за чувств, смешавшихся внутри него.

Я абсолютно точно не мог ошибиться.

Айз Валенштайн!..

— ...Эй.

— Оххо! Красотка!

— Идиот, не это. Посмотри на эмблему.

— ...Гех.

Как только окружающие их посетители поняли, что это были члены «Семьи Локи», то сразу же подняли совершенно другое волнение.

Они пододвинули свои лица поближе друг к другу и тихо зашептали, словно у всех них была тайная беседа.

— Это же...

— ...«Семья – убийца гигантов».

— Разве тут не все их сильнейшие члены.

— Которая их них легендарная «Принцесса меча»?

Все звуки, которые входили в уши волнами, включали в себя чувство страха. В том числе было множество людей, которые свистели, когда видели Валенштайн и других девушек-членов этой группы.

Что же до меня, то я, конечно же, не мог успокоиться.

Я никогда не думал, что я смогу встретиться с человеком, за которым гнался.

Ч... Что же мне делать?

— Б... Бэлл-сан?

Я должен передать ей свою благодарность... нет-нет-нет, если я извинюсь в текущей ситуации, то все будут думать, что я срежиссировал это. И я должен приготовиться к тому, что я скажу перед ней. Может мне сказать «Я тебя люблю и, пожалуйста, встречайся со мной»? Успокойся ты, идиот. Мы сейчас всё ещё незнакомы – как ты вообще можешь сказать подобное?

Я решился. Сперва я буду наблюдать.

В любом случае, я не знаю как мне в идеале поступить. В моём мозгу произошло короткое замыкание.

— ...Бэлл-с... ан?

Положив своё красное, пылающее и нагретое лицо на барную стойку, я обследовал передвижения «Семьи Локи». Прямо как охотник смотрел из засады в траве. Сил-сан пыталась общаться со мной, чьё поведение так внезапно изменилось, но, к несчастью, у меня не было времени, чтобы беспокоиться об этом.

Место Валенштайн было прямо напротив меня. Я слышал звук своего собственного бьющегося сердца и прямо уставился на неё.

— Ладноооооо, хорошо поработали в экспедиции в подземелье. Сегодня праздник! Кампай!

Кто-то из них встал и взял инициативу. С моего места я мог видеть лишь её спину и не видел её лица.

После этого члены «Семьи Локи» начали веселиться. «Бдзынь!» Они использовали наполненные пивом стаканы, чтобы чокнуться, а затем стали набивать едой и вином рты. Валенштайн ела небольшими кусочками и неспешно наслаждалась своим ужином. Как только «Семья Локи» вошла в обстановку праздника, то другие посетители также вспомнили зачем они пришли сюда и продолжили наслаждаться своей едой и напитками.

— «Семья Локи» довольно частые посетители здесь. Всё потому что этот ресторан понравился их Богине – Локи-саме.

Сил-сан, заметив что я смотрел на «Семью Локи» глазами, полными любопытства, подвинула своё лицо поближе к моему и использовала свою руку, чтобы создать стену и тихо пробормотать мне это.

Понятно. Я точно не забуду это.

Если я буду приходить сюда, то шансы встретиться с Валенштайн увеличатся.

Я, раскрывший свои глаза так, что они уже вздулись, был полностью погружён в слова и жесты Валенштайн. Время от времени она криво улыбалась на стакан с вином, который подталкивали ей, иногда она разговаривала с яркими девушками-коллегами, сидящими возле неё, а также моментами она была похожа на маленького зверька, используя салфетку, чтобы вытереть свой рот...

Хотя такого рода прятанье и подглядывающее поведение было очень отвратительным, но я, никогда не знавший всё то множество выражений лица, которые делала Валенштайн, мог лишь смотреть на неё своими глазами.

Говорить вот так, улыбаться вот так.

Всё это привело к тому, что я впервые испытал странное ощущение, когда даже моё сердце покраснело.

— Ладно, Айз! Расскажи нам ту историю!

— Ту историю?..

Каждый раз, когда имя Айз вылетало из их ртов, то моё тело автоматически напрягалось.

Похоже, что молодой зверолюд, сидящий диагонально к ней через два сиденья, хотел о чём-то с ней поговорить.

Он был очень красивым, а также производил ощущение мужчины... Даже я, будучи одного с ним пола, также чувствовал, что он был очень крутым.

— О том случае, когда мы уже направлялись назад и случайно позволили нескольким минотаврам сбежать! Не ты ли убила последнего из них на пятом этаже?! А также про того паренька-томата!

Из-за совершенного иного смысла, нежели ранее, моё сердце снова потеряло своё спокойствие.

Исходя из этой перемены, мой мозг остановил всю свою активность, словно окаменев.

— Минотавры, это те, которые обычно атаковали нас на семнадцатом этаже, а затем сразу же отступали, как только мы их контратаковали?

— Именно те! Чудо что они так далеко забежали на верхние этажи, заставив нас отчаянно гнаться за ними! Они совсем не учитывали то, что мы были изнурёнными, потому что уже возвращались назад~

Если ты используешь свои собственные ноги, чтобы войти в подземелье, то тогда логично предположить, что ты также будешь использовать их, чтобы выйти оттуда. Потому что нет удобного способа направиться на нужный этаж, то мы, авантюристы, всегда проходим по одним и тем же местам множество раз, когда направляемся на новый для нас этаж.

Поэтому, в ситуации, когда тебе нужно направиться на самый нижний этаж, ты должен приготовиться для того, чтобы направиться туда, и для того, чтобы вернуться обратно. Потому что если ты пойдёшь туда без приготовлений и в результате израсходуешь все свои силы, то не сможешь вернуться обратно, и это были уже не шутки. Для «Семьи», которая направляется на нижние этажи, очень важны богатые члены, сильные бойцы, а также лидер, который точно может сказать, когда стоит вернуться.

Это было краткое изложение информации, которую я слышал.

«Экспедиция» на нижние этажи «Семьи Локи».

Когда они возвращались, то беспечно позволили Минотаврам сбежать.

Преследуя их, они наконец-то нагнали последнего на пятом этаже.

Валенштайн убила его.

Затем, рядом с ней был человек...

— А затем оказалось, что там был слабый новичок-авантюрист!

...Это был я.

— От этой сцены я захотел засмеяться, чуть живот не надрывая. Это было, словно кролика загнали в угол! Он там жалко дрожал до такой степени, что у него всё лицо поддёргивалось.

Всё моё тело ощущало себя так, словно пылало.

До той степени, что внутреннее тепло не могло найти ни одного места, которое не было нагрето.

— Э? Тогда что стало с тем авантюристом? Он выжил?

— Прямо когда с ним были готовы покончить – Айз разрезала Минотавра на куски, да?

— ...

В ситуации, где даже мои зубы не могли стиснуться достаточно плотно, мои нервы уже были готовы взорваться, когда я смотрел на этого человека.

А она лишь слегка нахмурилась.

— Затем этот парень полностью покрылся этой вонючей коровьей кровью... и стал тёмно-красным томатом! Хахаха, я смеялся так сильно, что аж живот заболел!..

— Вау...

— Айз, ты ведь сделала это нарочно, верно? Верно? Пожалуйста, скажи мне, что ты нарочно это сделала!..

— Нет, это было не так.

Молодой зверолюд пытался сдержать свои слёзы от смеха, и другие члены семьи не могли ничего поделать, кроме как неудобно засмеяться, а оставшиеся, которые слушали историю, также стиснули зубы, чтобы не дать вырваться смеху.

— И? Этот парень-томат на самом деле закричал и тут же сбежал прочь... Хаха! Наша семейная принцесса на самом деле позволила человеку, которого она сама же спасла, сбежать!

— ...Кхе.

— Ах-ха-ха-ха-ха! Это была великое дело! Айз-тан, которая заставляет авантюристов бояться – на самом деле моэ!

— Ха... Ха... ха... П... Прости, Айз, я больше не могу стоять!..

— ...

— Ах-ах-ха-эх, не делай такие ужасающие глаза! Это рушит твоё миленькое личико – ты ведь понимаешь это?

«Семья Локи» была окружена смехом.

Словно в противовес, в месте, где сидел я, казалось, что открыло громадную дыру.

Казалось, что эти два места были полностью изолированы друг от друга.

— Б... Бэлл-сан?..

Хотя я слышал рядом женский голос, но другой звук шёл прямо в мою голову.

Они снова начали суетиться.

— В любом случае, я не видел подобного мусора уже очень давно, в результате чего моё настроение стало очень плохим. Он, несомненно, был парнем, но точно хныкал и плакал.

— ...Арара~

— Что за отребье. Что бы вы ни говорили, но если вы начали плакать, то тогда вам не следовало становиться авантюристами. Это, в самом деле, отвратительно, не так ли, Айз?

— ...

Было такое ощущение, что мой мозг отрубило.

— Именно из-за подобных людей наша оценка снижается. Я, в самом деле, не могу вытерпеть их.

— Хватит, хватит – закрой уже свой раздражающий рот, Бат. Позволить Минотаврам сбежать – это была наша вина. Мы должны были извиниться перед этим юнцом за то, что вовлекли его в несчастный случай, и у нас нет никакого права рассматривать это в качестве темы для разговора во время нашей еды. У тебя, в самом деле, нет никакого стыда.

— Да, да, что и ожидалось от эльфийки-самы – очень горделиво. Но зачем защищать этого неизлечимого парня? Разве это не простое самодовольство, чтобы прикрыть свою собственную ошибку? Почему мусор нельзя звать мусором?

— Хватит. Бат и Риверия. При таком разговоре у вина будет дурной вкус.

Скрежет. Скрежет. Скрежет

— Айз, что думаешь? Что это был за мусор, который мог лишь дрожать перед твоими глазами. Этот мусор мог продолжать утверждать, что являлся авантюристом, как и мы?

— ...В тех обстоятельствах, я полагаю, что это была обычная реакция.

Скрежет. Скрежет. Скрежет. Скрежет. Скрежет. Скрежет

— Ну что такое – изображаешь из себя хорошую девушку... Тогда я сменю вопрос. Между тем парнем и мной – если бы ты выбирала партнера, то с кем бы ты хотела перепихнуться?

— ...Бат, ты что, напился?

— Ну что за напряг. Эй, Айз, выбирай быстрее. На какой стороне ты будешь махать своим хвостом, на какой стороне ты захочешь играть?

Скрежет. Скрежет. Скрежет. Скрежет. Скрежет. Скрежет. Скрежет. Скрежет. Скрежет

— ...Я могу лишь сказать, что это абсолютно невозможно для Бата.

— Как бесстыдно.

— Заткнись, старуха... Тогда что насчёт этого: если тот парень перед тобой скажет, что любит тебя, то ты примешь это?

— !..

Скрежет. Скрежет. Скрежет. Скрежет. Скрежет. Скрежет. Скрежет. Скрежет. Скрежет. Скрежет. Скрежет. Скрежет. Скрежет. Скрежет. Скрежет

— Ха, конечно же, это невозможно. Так как он слабее тебя – слабак, к тому же и неизлечимый – словно мусор, то он полностью неспособен стоять возле тебя. Это ты точно должна признать.

— Пока ты мусор, ты не способен стоять рядом с Айз Валенштайн.

Я пнул по стулу и внезапно встал.

Игнорируя взгляды, которые тут же устремились на меня, я вылетел из магазина.

— Бэлл-сан?!

Пробегая людей на улице и покидая окружающий меня вид. Даже голос, кричавший моё имя, был оставлен позади.

Я бежал по ночным улицам.

× × ×

— Бэлл-сан?

Фигура прорвалась и испарилась снаружи кафе, и лишь одна девушка-сотрудница погналась за фигурой.

Большинство людей в баре не поняли, что произошло в тот момент.

Спутанное ворчание распространилось по толпе.

— Ах ах? Возможно, он поел и убежал?

— Уааа, он, в самом деле, позволил себе поесть и не заплатить в заведении мамы Миа... У него, в самом деле, есть мужество.

Косясь в сторону, как делали другие окружающие её люди, наподобие Бата, Айз встала одна.

Её натренированное динамичное зрение точно поймало фигуру, которая бросилась подобно снаряду.

Белые волосы и тонкое тело.

Поникшая чёлка была яркой, и тёмные багровые, красные глаза были теми же, что и вчера.

Тогда...

Выйдя ко входу в кафе, она положила свою руку на колонну и оглянулась.

В направлении её правой руки, силуэт работницы кафе испарился в конце главной улицы.

След парня уже давным-давно испарился.

Бэлл...

Она положила имя, которое та девушка прокричала, на свой крохотный язык.

По сравнению с зовущими звуками её компаньонов, имя этого парня раздалось болью в её сердце.

— Ой, ой, А-а-а-айз. Что ты делаешь?..

— ...

Девушка, которая вела ранее банкет, встала возле неё и положила свои руки на живот Айз. Приблизив своё тело так близко, что даже её дыхание могло коснуться Айз, она прижала свою лобковую область к бёдрам Айз.

Если это сверхъестественное существо не было Богиней «Семьи Локи», нет, если бы она не была одного с ней пола, то точно бы отправилась в полёт, но, в конце концов, Айз не могла даже пальцем тронуть её.

Хотя эти мысли и промелькнули тут же в её голове, но Айз изменила выражение лица и сняла руки со своего живота, а затем нанесла локтевой удар, ожидая как та отступит на несколько шагов, после чего, подойдя к ней, ещё и шлёпнула по лицу.

— Эй, разве ты не полностью наложила на меня свои руки?!.. Твоё выражение лица и действия не полностью синхронизированы, Айз-тан?!..

— Пожалуйста, не используй эти странные штучки.

Она прижалась к своей щеке, на которой отпечатался красный след левой руки, заплакала и задрожала, а затем, моргнув глазом, воскресла и закричала:

— Холодная Айз – такая МОЭ!!!

Из-за этого Айз захотела отвернуться от «этого».

— Ну, ну, строй мне подобное лицо. Если ты не хочешь пить в одном месте с Батом, то я попрошу маму Миа выкинуть его наружу.

Похоже, что она неправильно поняла причину, по которой Айз прошла к выходу.

Взглянув, она увидела молодого зверолюда, кричавшего «Гуооооооооооо?!», который был связан верёвкой на земле совместными усилиями.

На его голову наступила эльфийка, которая спорила с ним.

Другие посетители, видя это, также подняли большой шум.

— Ну, пойдём. Айз-тан, помоги мне налить немного вина.

— ...

Пока её продолжали тянуть за плечо, Айз снова взглянула на улицу.

Магические лампы-камни горели в конце главной улицы, где уже нельзя было увидеть фигуру парня.

× × ×

Чёрт, чёрт, чёрт.

Бэлл бежал. Ему нужно было бежать. Капли слёз сочились из тёмных уголков его глаз и падали вниз прямо за ним.

Через его голову проматывалось лишь то, что недавно произошло.

Такой скромный я мог лишь чувствовать позор, позор и позор. Впервые в жизни я хотел убить слабого меня, который стал материалом для шуток, и над кем смеялись, и который, в конце концов, убежал.

Идиот, я – идиот!!!

Каждое слово того молодого парня и его действия вырезались в моём сердце.

Слабый, бедный, хрупкий, нежный, тонкий, бесхребетный, бессильный, уязвимый, отстойный.

Это уже даже не была ситуация, чтобы попытаться приблизиться к ней, а ситуация «Я не знаю, что мне делать дальше».

«Если я ничего не сделаю», то у меня не будет права стоять перед этой девушкой.

Намерение убивать, которое появилось у меня, не было направлено ни на молодого парня, ни на окружающих его людей, которые относились ко мне как к идиоту.

А на меня-идиота, который ещё ничего не сделал, но всё же желал получить награду.

Унизительно, унизительно, унизительно!!!

Я был оскорблён своим слабым Я, которое приняло слова того молодого парня.

Я был унижен тем, что ничего не мог ответить на свою беспомощность.

Я был оскорблён тем, что для неё я был всего лишь камнем, валяющимся возле дороги.

Но я был больше всех подавлен тем, что у меня не было ни малейшего права стоять возле неё.

— !..

Мои багровые глаза тут же уставились далеко вперёд.

Небоскрёбное здание, которое было построено над подземельем, открывшее свой подземный вход, ожидало Бэлла. Его целью было подземелье – наиважнейшая точка.

Позволив слезам накапливаться в глазах, Бэлл поспешно погнался навстречу возвышающей в темноте башне.

----------

Глава 3

Капли воды постоянно падали с неба и разбивались об окно.

Эйна лежала на столе, подняв свою голову и осматривая окружающий её вид.

Начался дождь...

Золотую луну, недавно висевшую в небе, теперь перекрыли толстые и тяжёлые облака, и начался ливень. Люди снаружи пытались найти убежище и вскоре все улицы опустели.

Внутри штаб-квартиры гильдии Эйна, которая была занята различной работой, устроила себе перерыв и слушала непрерывный звук дождя, безучастно глядя за окно.

— Уггггх~, работаю сверхурочно, а за окном такой сильный дождь. Мне, в самом деле, не везёт~ ах.

— ...Это всего лишь дождь – он прекратится, когда мы будем расходиться.

Коллега Эйны приблизилась к столу, который был заполнен горообразным количеством бумажек, смотря на этот сильный дождь со вздохом.

Сейчас было девять часов вечера. Внутри офиса, который выходил в главный холл, работники тяжело работали в сверхурочные часы. У начальства было такое выражение лица, словно их зажали в угол, когда они разбирались с этими документами. Подруга Эйны и её коллега – человеческая девушка – сказала, что уже хватит, и облокотилась на спину Эйны.

— Я знаю, что сейчас мы заняты, организуя фестивальный период, но я действительно надеюсь, что босс проявит сочувствие к нам~ Не все же такие способные, как Эйна.

— Слезь с меня, Миша, ты тяжёлая. Не мешай мне работать!

— Хах, чего? Возможно, что Эйна уже закончила с делами по фестивалю?

Коллега, игнорируя слабые протесты Эйны, посмотрела на документы, лежавшие на столе, и её глаза расширились.

Она протянула свою руку к толстой стопке бумаг и, до того как Эйна успела сказать что-нибудь, тайно вытащила листочек оттуда.

— Вводящая информация о том, как стать искателем приключений... Ах, ах, Эйна недавно же приняла того новичка-куна!

— ...Я слышала, что мне придётся передать его лидеру нашей команды, так что я подытожила всю детальную информацию.

Чувствуя, что всё, что она скажет, явно не поможет ей, Эйна вздохнула и честно ответила.

На бумаге, которую её коллега взяла, была записана простая информация о том человеке. Его раса, место рождения, опыт, «Семья», которой он принадлежал – вы могли бы сказать, что там была записана вся основная информация, которая требовалась для проживания в городе Лабиринте.

Его имя было записано вверху листка бумаги – «Бэлл Кранэл».

— Уааа?!~ Он же одиночка, но уже достиг пятого этажа, всего лишь за половину месяца! Этот ребенок, в самом деле, удивителен!

— Всё не так. Он не тщательно проходит этаж за этажом. Он лишь опрометчиво ныряет вниз и, используя удачу, достигает пятого этажа. И он уже почти что умер там.

Он не следовал всем тем вещам, о которых она постоянно предупреждала его, вот о чём сказала Эйна, подняв свои красивые ресницы.

Она искренне беспокоилась о нынешней молодежи, поэтому её слова казались несколько неестественными, и, глядя на выражение лица Эйны, её людская коллега, кажется, внезапно что-то поняла, криво улыбнувшись ей.

— Но разве Минотавр оказался там не из-за того, что «Семья Локи» беспечно позволила ему сбежать? Если встретишься с этим монстров даже не будучи новичком, то он всё равно тебя убьёт.

— Это да – Минотавр был нестандартным случаем... Но для этого парня исследование пятого этажа – слишком безрассудно на данный момент.

Эйна взяла обратно информацию о Бэлле от своей коллеги и посмотрела на данные о том парне.

— Начиная с пятого этажа монстры начнут меняться. И структура подземелья станет также экстремально запутанной. Если нынешний Бэлл захочет пройти всё это... Он точно умрёт.

У него сейчас была плохая экипировка. А также не было ни одного компаньона – он исследовал подземелье в одиночку.

Если говорить обо всём этом, то он всё ещё не вышел из «Статуса» незрелого новичка.

Вы думаете, что авантюрист, который набирался опыта лишь половину месяца, мог с лёгкостью устраивать рейды? Тогда вы недооцениваете подземелье. Если рассмотреть все элементы, то для Бэлла было ещё слишком рано опускаться на пятый этаж – к такому заключению пришла Эйна.

— В любом случае. Пока я всё ещё присматриваю за ним, точно не позволю ему продолжать делать это дальше.

— Чрезмерное покровительство, да... Может быть, Эйна беспокоится об этом дитя?

— ...Что?

Сказав это, она почувствовала, что всё вокруг опустело.

Случайное замечание её подруги поразило неподготовленное сердце Эйны.

Внезапно в её голове промелькнуло событие двухдневной давности – фраза «Я люблю тебя», которую тот юнец бросил ей, перед тем как ушёл. От этого полушутовского признания и невинной улыбки, Эйна рефлекторно покраснела, вспоминая.

Она, как полуэльф, признала, что её собственные острые уши кипели. Эйна медленно и спокойно глубоко вздохнула, а затем серьёзно посмотрела и сказала своей коллеге.

— ...Миша?~

— Уваааххх... Ссстра...шшно!

Смотря, как силуэт её коллеги покинул район её стола и убежал далеко, Эйна расслабила уголки своих глаз и села на стул.

Надо мной, в самом деле, забавляются...

В своём сердце Эйна сделала выговор парню, который вызвал всё это.

В конце концов, это всего лишь был милый парень, который ей был словно брат, и мысленно она приняла это заключение и отчаянно извинилась. На её слишком реалистичные фантазии улыбка Эйны почти что выпустила слюну.

...Что ты делаешь сейчас, Бэлл-кун?

Глядя за окно, было видно, что дождь стал ещё сильнее.

Бесконечные звуки плача с тёмного неба, как и её собственные взрывные чувства, яростно продолжали проливать дождь.

× × ×

Один шаг.

Оттолкнуться от земли.

— Ахххххх?!

Ошеломляющий удар лезвием прошёл там.

Монстр упал позади с коротким гудением, и с громким эхом его разбросало по земле.

Обернувшись, я увидел, что лягушачий монстр с одним громадным глазом умер, а тёмно-красная жидкость сочилась из его отрезанной части тела.

Монстр-лягушка, который использовал длинный язык, чтобы атаковать авантюристов – «Лягушка-стрелок».

Без какого-либо выражения лица я посмотрел на монстра, у которого закатились глаза, развернулся и побрел дальше.

Игнорируя усталость в моих конечностях и сконцентрировав свой взгляд на всём, что двигалось, я вошёл в сложное подземелье.

Плоский пол и стены от него создавали организованный лабиринт.

Куда ни пойди – всюду было одно и то же скучное пустое пространство, так что я продолжал идти по этому бесконечному пути.

Это всё отличалось от утренних исследований – в подземелье были следы холодного воздуха, и было тихо. Дыхание от монстров вообще не чувствовалось авантюристами.

Слушая звук собственных шагов, которые вели меня прямо вперед...

— ...

Словно одержимый призраком – я продолжал идти прямо вперёд.

У меня не было с собой какой-либо личной брони. Всё моё тело было покрыто следами когтей и зубов монстров от того, что они хватали меня. Изрезанная одежда создавала вид, будто бы меня ограбили. Моя правая рука или даже кинжал, который я использовал для чрезвычайных ситуаций, уже были покрыты бесчисленной стекающей кровью монстров.

Всё уже в лохмотьях...

Моей экипировки в основном и не было, и у меня создавалось такое чувство, что все эти шрамы были нанесены совершенно другому человеку. Я молча закрыл свои глаза и не останавливался.

Бежать, бежать, бежать, бежать.

Бежать от того бара и, пройдя по улицам, влететь в подземелье.

Лишь преследовать монстров и бежать по подземелью.

Махать, махать, махать, махать.

Я признал своё собственное бессилие и предался отчаянью.

Используя сожаление, которое изливалось из моего сердца как топливо, я махал единственным оружием, которое было у меня в руках.

Если я хотел гнаться за тем человеком, который был так далеко-далеко, то как много проблемных хлопот мне нужно преодолеть.

Идиотская страсть горела и стала волей моего сердца, позволив мне эти неразумные действия.

...Это место – где я вообще?

Верно, прямо сейчас.

После определённого периода времени, когда я отказался от своей собственной аргументации, огонь в моём сердце постепенно затухал.

Постоянно разбираясь с монстрами, с которыми сталкивался, я наконец-то начал понимать текущую ситуацию, и моё замешательство стало постепенно проясняться.

Стены подземелья, на которые я сейчас опирался, сменились с светло-синего на светло-зелёный. Путь начал становиться очень узким, а структура подземелья также становилась экстремально запутанной.

Монстры, с которыми я встретился раньше, также совсем отличались от тех низкоуровневых монстров, что были ранее.

Пятый этаж... Нет, это – шестой этаж.

Используя свои смутные воспоминания, я подсчитал, на сколько этажей я спустился.

Похоже, что я достиг этажа, на котором раньше не был.

Я, у которого полностью отсутствовала чувствительность, продолжал задерживаться повсюду, но никогда ещё не достигал шестого этажа. Если посмотреть назад, то эта мысль никогда не посещала меня, чьи чувства были парализованы.

Моё осознание снова стало тонким, словно меня что-то стимулировало, и я вновь вошёл в постоянный поиск следующей жертвы.

— Ха, хааа...

Моё дыхание начинало становиться неровным. Похоже, что я накопил больше усталости, нежели предполагал.

Как много времени прошло с тех пор, как я вошёл в подземелье – даже я сам не знал этого.

Светящийся потолок в подземелье позволял мне игнорировать вопросы необходимого освещения, скорее, освещение тут было примерно такое же, как когда солнце собиралось подниматься или опускаться. Для меня, когда я не носил с собой часы, не было никакого способа, чтобы определить время.

...Здесь.

Я продолжил свой путь и вошёл в просторную комнату.

Она была квадратной формы, и ни что не препятствовало моему взору. Лишь зелёные стены выполняли тут роль пейзажа.

Я направился в центр комнаты. Затем я осмотрелся вокруг и не увидел совсем никаких путей отсюда. Похоже, что дорога, по которой я пришёл сюда, была единственным выходом.

Затем я наконец-то понял, что это место было тупиком, и приготовился разворачиваться... И в это время.

Бум

— ...

Бум, бум

Внутри этого тихого пространства шёл звук чего-то ломающегося, но я абсолютно не мог понять, откуда исходил этот звук.

Мои ноги полностью окаменели, и я тут же поднял свою голову и огляделся.

Внутри широкого пространства, на котором не было ни одного объекта, я не мог увидеть ни одного тела монстра. Лишь звук чего-то постоянно стучащего входил в мои уши.

Впервые в жизни я столкнулся с этой ситуацией, так что мой мозг мог думать лишь об одной возможности.

Я использовал все свои пять чувств, которые были усилены моим «Статусом». Положившись на свой слух, я искал источник этого звука и направился к нему.

Светло-зелёные стены подземелья.

Стена подземелья прямо передо мной издавала звук, который постепенно становился всё громче.

В течение короткого промежутка времени стена подземелья передо мной разрушилась.

— !..

Монстры рождались внутри подземелья.

Это рождение происходило прямо перед моими глазами – всё это было так, словно я лицезрел, как жизнь выходила из стен подземелья. Скорость их роста была чрезвычайно быстрой, и они мгновенно превращались в то состояние, в котором могли сражаться.

Это громадное подземелье, в самом деле, было монстром среди монстров, который мог угрожать людям.

Из трещины в стене выпрыгнули руки монстра, которые боролись в воздухе. Одна из рук вцепилась в стены со всей своей силой, а другие лишь были вытянуты вперед. Стены подземелья неаккуратно расспались.

В конце концов, прозвучал огромный звук взрыва, и монстр приземлился на пол.

Если описать его одним словом, это была «Тень».

Высотой 160 сантиметров. Её тело хотя и походило на моё, но от головы до ног она была полностью чёрной, и формы двух рук и ног были очень похожи на человеческие. Однако без волос и кожи она не ощущалась, как нечто животное, и всё её тело было полностью покрыто чёрным цветом.

Единственным отличием была голова в виде креста с лицом, словно в голову встроили округлое зеркало.

Прямо как тень, которая превратилась в монстра.

Монстр, который появлялся на шестом этаже – «Боевая тень».

— ~…

Гатча Сзади меня прозвучал звук, и, развернув свою голову, я увидел, как другая Боевая тень родилась из стены и упала вниз.

Зажали в клещи.

Нет – два против одного. Это была неблагоприятная ситуация.

Из раннего полностью тихого состояния, сразу же – как только я попал в ловушку – появилось настоящее лицо подземелья.

— ...

У Боевых теней не было органов голоса, поэтому, молча передвигая свои тела, они приготовились к битве.

Своим скептическим блеском, который выражался на их лицах, они смотрели на добычу.

— ...хаааа.

Я выдохнул, а затем снова крепко сжал свой кинжал, который окрасился в красный цвет.

Я предположил, что уже достиг того состояния, где не мог полностью разгромить их, так что наступало полное отчаянье.

Мой мозг вспомнил сцену, которая произошла в баре. Тело, которое остыло из-за отчаянья, тут же вновь воспылало.

Проигнорировав инстинкты, которые предупреждали меня, я бросился в безрассудный бой, который лежал прямо перед моими глазами.

× × ×

У Боевой тени были очень острые «Пальцы».

Впереди были две необычные руки, на каждой из которых было по три пальца – эти три тонких и длинных пальца имели форму ножа. Они хорошо двигались со скоростью, которая была несравнима с Кобольдами или Гоблинами, а используя две свои руки как оружие – они всегда были готовы атаковать.

Боевые способности Боевых теней были самыми лучшими на шестом этаже.

Боевая тень была характеризована как первый монстр, которого новичок-авантюрист мог и не победить в верхних этажах подземелья, под которыми подразумевались 1-12 этажи.

— ?!..

В реальности всё было именно так.

Когда я атаковал их, то сразу же был ранен.

Две Боевые тени двигались независимо друг от друга, и, хотя их движения были очень скучными, они обладали ужасающей силой и скоростью. Из-за используемой ими скорости, которую я ещё не испытывал на себе раньше, и широких взмахов чёрными руками повсюду, моя одежда и даже кожа постепенно царапались.

Длинные руки также могли втягиваться обратно в тело. Это имело решающее преимущество в атакующем радиусе над противником, потому что это не позволяло противнику легко подойти к ним.

Они совершенно отличались от монстров, которых я видел до сих пор.

Неспособный сопротивляться, так как у них не было никаких слабостей, а также не было шанса на спасение.

Попросту говоря, они были сильными.

— ...

— Кууууууу?!

Беззвучная атака была смертельной.

Изогнутые крюкообразные чёрные грани приближались к моим глазам, поэтому моё сердцебиение усиливалось, желая прыгнуть вверх и избежать атаки, но я не мог этого сделать, потому что прямо сейчас другая атака шла вне моего поля зрения.

Спереди, сбоку и сзади.

Четыре руки продолжали атаковать меня, когда я находился между ними.

Моё тело было словно волчок, постоянно атакуемый монстрами. Мой взгляд уже расплывался от огромного количества пота и свежей крови, и, сама того не осознавая, моя жизнь вот-вот собиралась дойти до края. Внезапно я почувствовал, что моя жизнь была в опасности.

Как только я заметил это, то тут же спокойно выдохнул.

Почему...

Хотя это было уже немного поздно, но я почувствовал своё собственное чувство тревоги и, в то же самое время, сильное и неуютное чувство.

Моя плохая способность мыслить была поражена моим ощущением кризиса, что помогло мне немного остыть, и я, наконец-то, смог противостоять сложившейся ситуации.

Почему я всё ещё жив?

Первое, что я заметил, было именно это.

Почему моё тело всё ещё справлялось на шестом этаже.

Если тщательно подумать, то это действительно было странно. Авантюрист, который вошёл в подземелье всего лишь полмесяца назад, абсолютно точно не мог выжить на этом этаже. Столкнуться с Боевой тенью и едва лишь оставаться в живых – это было совершенно невозможно.

Меня этому точно обучила полуэльфийка. И меня также предупреждали об этом.

Со «Статусом» новичка я абсолютно точно не мог пройти этот этаж...

...Ста...тус?

Мысль, которая тут же прошла через мой мозг, говорила об аномальных числах моего безумного роста, пусть это было обновлено всего лишь раз.

Это означало, что мой мозг всё ещё был наполнен множеством идей.

«Священный текст», выгравированный у меня на спине, кажется, что-то мог сказать об этом.

— Ах, Куууу?!..

Внезапный удар, который пронзил моё тело, вернул моё собственное сознание обратно в реальность.

Пока я был занят излишним размышлением, Боевая тень напрямую атаковала моё тело.

Атака, которая была похожа на удар кулаком, поразила моё плечо. Всё моё тело последовало импульсу и отлетело назад, а сильный толчок заставил меня уронить кинжал на пол.

Моё единственное оружие выдало чёткий звук удара об пол.

— !

Моя собственная чёрная тень также сразу же отразилась в том месте, где я приземлился.

Боевая тень, которая только что атаковала, вместе с другой двигали своими правыми руками, ненадолго остановившимися ранее.

Их глаза стали очень маленькими.

Скоростная сцена стала, как будто, замедляться в течение времени.

Мои прошлые воспоминания внезапно всплыли у меня в голове. Подобно цевочному колесу, то, что я испытал до этого момента, начало само по себе повторяться.

Это включало в себе также самые новые воспоминания, в число которых входила судьбоносная встреча, которая у меня произошла.

...

Затем была и другая – та, в которой мне даровали Благодать... Самое важное моё воспоминание: улыбка Ками-самы.

— !!..

Через мгновение я использовал всю свою силу, чтобы снова сдвинуть тело.

Подпрыгнув вверх над полом подземелья, я использовал правую руку, чтобы атаковать глаз Боевой тени.

Длинная чёрная рука прошла возле моей щеки, и даже если это царапнуло мою кожу, я всё равно использовал всю свою силу, собранную в кулак правой руки, и атаковал вражье лицо.

То, что я услышал, было тусклым сокрушающим звуком.

— ... , …?!..

Кулак, в который была собрана вся моя сила, разрушил вражье зеркалообразное лицо и пронзил голову.

Чёрная жидкость полилась из затылка головы, после того как её пронзили. Боевая тень стояла в позе со скрещенными руками, а затем, после небольших спазмов, всё её тело потеряло свою силу, и она упала на колени.

— Фуууу!..

Я сейчас не мог останавливаться.

Достав свою руку из лица монстра, я использовал молниеносную скорость, чтобы приблизиться к Боевой тени, которая окаменела от того, что её товарищ был побеждён.

Я воспользовался преимуществом и подобрал кинжал, который упал на пол, а после погнался навстречу вражьим рукам.

Покачивающееся тело Боевой тени приготовилось перехватывать атаку, но я подобрался быстрее, так что одолел её.

Мгновенно, своим же кинжалом.

Заработав очередную победу – разрезав грудь противника.

— !!...

Магический камень внутри её груди, к сожалению, сломался.

Она не могла произнести какой-либо звук и умерла. Тёмно-чёрное тело монстра превратилось в пепел.

Я, вытащив свой кинжал, оставался стоять на месте, а посмотрев на громадное количество пыли, лежавшее на полу, я внезапно потерял все свои силы и начал задыхаться.

— Ха... ха... хааа!..

Позволив своим лёгким яростно дышать, я уставился в небо.

Как только напряжение из-за нервозности пропало, усталость тут же появилась в моём теле. Излишне говорить, что это точно была очень опасная битва. Осторожно открыв свои глаза, я вслушивался в звук своего учащённого сердцебиения.

Что именно произошло с моим телом?

Враг был на порядок сильнее меня, и я, который не должен был побороть его, смог одержать победу своими силами. Это перечёркивало общие знания. Всё это случилось из-за резкого роста моего «Статуса»?

Что именно произошло с моим телом? Я совершенно не мог понять этого.

Проблемы, которые появлялись одна за другой, делали меня совершенно неспособным ответить на них. Внезапно появилось такое чувство, будто моя нога готова была сломаться. Похоже, что я достиг своего предела. Я перестал думать над этой темой и начал двигать своим израненным и оборванным телом.

Прямо сейчас я должен был сбежать отсюда как можно скорее.

Словно был вытащен своими же повторно пробудившимися мыслями, я направился к выходу.

Однако, словно говоря мне, что я «Не могу сбежать»... Гатча

— ...

Я перестал дышать. Подняв свою голову, я увидел, что слева и справа от меня стены, которые, казалось, напоминали паутину, постоянно разделялись между собой. Тут же четыре, что вдвое превышало предыдущее количество, Боевые тени были рождены подземельем.

...Именно это было одной из причин, которые указывала Эйна-сан, на тему того, что мне не стоит рисковать и спускаться на нижние этажи подземелья.

С шестого, нет, с пятого этажа частота рождения монстров абсолютно отличалась от того, что было выше.

Я мог лишь безмолвно уставиться туда, а также звук, будто я был загнан в угол, входил в мои уши.

Повернувшись, я увидел, что только лишь у входа появилось множество глаз монстров.

...Уаааааа

Один за другим, монстры пятого этажа начали собираться в этом широком пространстве.

После того как единственный вход был запечатан, я тут же оказался в полном окружении. Боевые тени также участвовали в этом вместе с другими монстрами.

Хотя ситуация была вот такая, моя голова оставалась необычно спокойной.

— ...

Я медленно прошёл на то место, где раньше была убита Боевая тень, и наклонился.

И подобрал «Палец Боевой тени», который упал, когда вся она превратилась в пыль.

Экипировавшись оставшимся из трёх пальцем, я тут же закончил со своей подготовкой. Держа кинжал, у которого не было какой-либо рукояти, мои руки разжимались, и кровь постоянно текла из них.

...Ну что, сделаем это.

Я, держащий два оружия, сузил свои глаза.

Я, загнанный, совершенно даже не думал о том, чтобы сдаться, а вместо этого имел решимость и волю того, кто готов умереть здесь.

Была высота, которой я хотел достичь.

Я не собирался тут останавливаться.

Я, окружённый рёвом монстров, возобновил свой пыл.

Словно движимый пылающим следом, я схватился за своё оружие.

И через секунду я начал сражаться с бегущими на меня монстрами.

----------

Глава 4

Механический звук, который предупреждал о времени, прозвенел в доме.

Настенные часы указывали на пять утра.

Внутри скрытого домика в церкви Гестия постоянно ходила вперёд-назад.

Что бы то ни было – уже всё равно слишком поздно!..

Её руки были скрещены, а лицо, хмурясь, показывало тревожное выражение.

Скорость роста Бэлла, возможно, зависела от его влюблённости в Айз, и после просмотра такого «Статуса» она точно была недовольна этим вчерашней ночью.

Сдерживая свою вспыльчивость, Гестия отправилась напиться, но когда она вернулась, её повстречала лишь тишина – Бэлла не было в этом скрытом доме.

Потому что именно она сказала ему идти есть одному, а также из-за того, что никто не повстречал её, когда она вернулась обратно домой, её настроение стало ещё хуже, и в результате, она даже не помылась под душем, а сразу же запрыгнула на кровать, решив уснуть, но... Десять часов, одиннадцать, двенадцать – когда Бэлл не вернулся даже тогда, когда наступила полночь, она забеспокоилась.

Потому что у неё было недовольство и жалобы к Бэллу, Гестия могла лишь продолжать лежать в кровати с открытыми глазами. Она наконец-то сбросила одеяло, которое покрывало её тело, встала и отправилась наружу посмотреть.

— Куда ты пошёл, Бэлл......

В конце концов, результатов поиски не принесли.

Бросающихся в глаза белых волос нигде не было видно, поэтому у неё был проблеск надежды, что когда она вернётся в свой дом, он уже будет там, но молодого паренька всё так же не было.

Гестия всю ночь бегала по улицам, и в результате у неё было усталое выражение лица. Оно полностью вытеснило былую тревожную напряжённость.

Всё из-за того, что я сказала? Но даже если другие люди вовлекут этого ребёнка в неприятности, то он всё равно должен подавить чувства в своём сердце... Обычно он бы прижался ко мне и извинился.

Если вспомнить то временя, когда она вышла в предыдущий раз, Бэлл тогда состроил такое лицо, словно у брошенного кролика.

Чувство вины, которое она чувствовала тогда, снова нахлынуло на её грудь, и Гестия потрясла своей головой.

Сейчас было не то время, чтобы погружаться в печаль, а нужно было успокоиться и подумать.

Но если это не связанно со мной, тогда причина, по которой Бэлл не возвращается...

Он был вовлечён в происшествие.

Её спокойствие разрушилось как замок из песка, и она начала потеть. Гестия, от нетерпения, решила снова поискать Бэлла и направилась к двери.

— …«Бугю»

В тот момент, когда она положила свою руку на дверную ручку...

Словно это было так рассчитано – прямоугольная дверь направилась на неё.

И ударила Гестию прямо по лицу!

В то же самое время её груди сделали звук «мугю», который разрушил звук её крика!

Уровень доверия Гестии сразу же вырос на 100 пунктов!

Прикрывая своё лицо, на которое пришёлся удар, она простонала.

— К...Ками-сама... П...Прости...

Гестия, которую из-за внезапной атаки начало подташнивать, услышала голос, пришедший сверху её головы, и она убрала две свои руки, которыми прикрывала глаза.

Взглянув на владельца голоса, и заметив, что он был в безопасности, Гестия встала.

— Бэлл-кун?!

Как и ожидалось – человек, который стоял перед ней, был Бэллом.

Она почувствовала облегчение. Гестия, смотревшая на Бэлла, бессознательно начала лить слёзы... Но взглянув на его лицо, она потеряла дар речи.

Извиняющее выражение лица смотрело на Гестию. Красные и коричневые раны, тело, окрашенное грязью, и его усталое состояние нельзя было скрыть.

И, в конце концов – его ноги. Брюки, покрытые грязью, были разорваны, а на правом колене виднелись три шрама, которые были сделаны острыми когтями. Чёрные пятна означали, что кровь уже свернулась, но травма колена выглядела самой серьёзной раной.

Выражение лица Гестии изменилось, и она приблизилась к Бэллу.

— Что случилось, что это за раны?! Тебя что, кто-то атаковал?!

— В...Всё не так, наверное......

— Тогда – ЧТО СЛУЧИЛОСЬ?!

— ...Я был... в подземелье.

Слова, которые он выдавил, заставили Гестию полностью забыть о гневе и ошеломлённо стоять на месте.

— И...Идиот! О чём ты только думал?! Войти в подземелье в таком виде...... И к тому же... НА ВСЮ НОЧЬ?!

— ...Прости.

Прямо сейчас на Бэлле не было надето никакого защитного снаряжения. В подземелье это приравнивалось к тому, словно он был голым.

Единственная атака от яростного монстра могла стать фатальной. Множественные шрамы на его теле также говорили об этом.

Похоже, что он до сих пор держался за свой кинжал, который использовался в качестве амулета... Поверхностный, глупый – только так вы могли бы охарактеризовать это.

Использовать подобную экипировку, чтобы бросать вызов подземелью в течение ночи, мог лишь действительно простой идиот, которому не нужна была его собственная жизнь.

— ...Почему ты пошёл на такой неразумный поступок? Ты словно отказался от себя – это же не похоже на тебя?!

— ...

Глядя на текущее состояние Бэлла, у Гестии также пропало настроение бранить его, и она использовала нежный голос, чтобы предупредить его.

Но Бэлл не отвечал. Чёлка закрывала его глаза, выражая отказывающее настроение.

Гестия тихо вздохнула.

— Ясно, я не буду спрашивать. Ты удивительно упрямый, поэтому даже если я спрошу, то понимаю, что смысла в этом не будет.

— Прости...

— Ладно, забудь об этом. Иди, прими сейчас ванну. Похоже, что кровотечение уже остановилось, поэтому осторожно промой подтёки, вызванные ранами. А позже мы обработаем их.

— ...Да, спасибо.

В конце концов, Бэлл выдал небольшую улыбку, и Гестия, чьё сердце колола боль, ответила ему кривой улыбкой.

Открывая дверь, она позволяла Бэллу войти.

Похоже, что ранение в правом колене тяготило всё его тело.

Гестия, которая не могла продолжать смотреть на это, молча прокляла свой собственный вес, когда попыталась использовать своё плечо, чтобы поддержать его.

— П...Прости.

— Сегодня ты только лишь извиняешься. Если ты действительно сожалеешь об этом, то тогда должным образом поразмышлять об этом, ладно?

— Д...Да... Прости.

— Ну видишь – снова.

Они вместе шли к ванной. Открыв деревянную дверь, которая была возле кровати и располагалась в самом дальнем месте их дома. Дверь была немного кривой, от чего она находилась под весьма странным углом.

Гестия, которая использовала всю свою силу, чтобы поддерживать Бэлла, внезапно подумала кое о чём и сказала:

— Бэлл-кун. Тебе лучше сегодня поспать на кровати. Ладно?

— Это нормально?..

— Конечно же. Я не позволю тебе спать на диване в таком состоянии, ведь тогда это будет очень жестоко, верно?

Раненным людям нужен хороший отдых. Для того, чтобы обеспечить ему хорошие условия отдыха, Гестия решилась отказаться от своей собственной кровати.

Затем, сказав это, она решила пошутить.

Посмотрев на Бэлла, Гестия показала ему злую улыбку.

— В виде альтернативы – почему бы тебе не поспать со мной? Из-за того, что искала тебя, я уже очень сильно устала... Хихи, ты ведь не откажешь мне, верно?

— Аххх, верно. Ками-сама также тяжело трудилась. Тогда давай сразу же отправимся вместе спать.

— ...Шта?

Первоначально она хотела пошутить, но это было полностью проигнорировано, отчего Гестия, которой явно нанесли встречный удар, полностью потеряла дар речи. Её сердце забурлило. Вместо этого именно она занервничала.

Выглядело всё так, словно он был полностью истощён – физически и умственно, и даже его способность думать сильно снизилась. Бэлл уже даже не осознавал то, что он сам говорил.

Чёрт возьми, это всего лишь Бэлл-кун!..

Гестия стиснула зубы, но всё её лицо окрасилось в красный, а сердце было также поражённым, а сердцебиение становилось всё сильней.

Обниму. Я точно обниму тебя.

Она могла думать лишь об этом, трясь своим лицом о тело парня.

Так как он и так уже согласился на это, то, что было сказано обратно, уже не вернуть. У неё потекли слюни.

— Ками-сама...

— !.. Няя-няя, что?

Она выпустила странный звук.

Опасаясь, что он понял, что у неё было на уме, Гестия ждала продолжения.

— ...Я... хочу стать сильнее.

— !

Она безучастно уставилась в лицо парня.

Казалось, что его глаза уставились на что-то.

Гестия посмотрела на его профиль, глубоко вдохнула, а затем посмотрела вниз. После чего она вымолвила «Ах...» и искренне приняла это.

× × ×

Бэлл Кранэл.

Уровень 1

Сила: H 120 → G 221 Выносливость: I 42 → H 101 Сноровка: H 139 → G 232 Ловкость: G 225 → F 313Магическая сила: I 0

«Магия»

[ ]

«Навыки»

[Целеустремлённое преследование]

* Ускоряет рост

* Эффект длится, пока его чувства не изменятся.

* Эффект определяется силой его чувств.

Внезапно, руки Гестии остановились.

Сидя на его тонкой спине, она всматривалась в это. Правила были написаны там, словно в какой-нибудь древней книге. Вся спина парня была заполнена «Священным текстом» – «Статусом».

«Божья Благодать», которая даровала человеческое развитие – Гестия уставилась на это дрожащими глазами.

Прошла всего лишь одна ночь с возвращения Бэлла.

Из-за его сильной усталости он вчера проспал целый день. Как только Бэлл заметил, что спал с Гестией, то внезапно поднял сильный крик. И в тот ранний час они оба, в конце концов, сперва решили обновить «Статус».

Как обычно, Гестия сидела на спине Бэлла и использовала свою божью кровь, чтобы наносить «Священный текст»... То, что отличалось от обычного, так это числа в «Статусе» Бэлла, которые начали расти с невероятной скоростью.

...Слишком быстро.

Впервые в жизни Гестия предоставила «Божью Благодать» тому, кто стал первым человеком, присоединившимся к её «Семье». Она лишь слышала информацию о «Статусе» по слухам, но никаких точных сведений у неё не было.

Каким образом ускорить темпы роста, как раскрыть магию и навыки – у неё не было никаких знаний о данной информации.

Но дарованный «Статус» был абсолютно не таким, о котором она до сих пор знала.

Это было слишком быстро. Скорость роста опыта. Всё это уже было ненормальным.

Да это уже нельзя было назвать развитием – это был, скорее всего, «скачок».

Он абсолютно несравним с другими авантюристами...

Если бы другие авантюристы развивались с той же скоростью, что и Бэлл, то большинство из них считались «Третьесортными авантюристами» второго Уровня.

Второй Уровень – Элита всех искателей приключений. Они, в основном, были члены больших «Семей». Можно было сказать, что более половины людей, которые были возле них, до сих пор имели лишь первый Уровень в своём статусе.

Бэлл развивался со скоростью, которая на один-два порядка превышала всех остальных – это было сверхбыстрое развитие.

Средний рост пунктов составлял десять или около того, и то, это было лишь в самом начале, а затем всё это и вовсе врезалось в стену и останавливалось – вот что она слышала от своих друзей Богов.

Половина людей испытывала трудности в том, как же прорваться через эту стену.

Причина, по которой развитие стало именно таким, скорее всего!..

Что заставило Бэлла значительно воспылать.

«Целеустремлённое преследование». Это был единственный навык, о котором знала Гестия, и она подсознательно закусила свои губы.

Даже если она и была Богиней, то всё равно обладала эмоциями, как у ребёнка. Зависть. Она была под влиянием собственных эмоций.

— Ками-сама?

— !

Гестия, которая ничего не делала, удивилась. Бэлл слегка склонил свою голову, чтобы обернуться.

Гестия улыбнулась и сказала «Прости, прости», а затем вновь продолжила работать. Нет – делать вид, что работает. Обновление «Статуса» было в основном завершено.

Что же мне делать?.. Как именно мне рассказать о том, что произошло с Бэлл-куном?..

Мгновение уверенности могло привести к мгновению силы и высокомерия.

Гестия уже знала об этом. Не только у людей, но это были инстинкты всех детей. Высокомерие приводило к происшествиям, а они, в свою очередь, приводили к смерти.

Хотя она и верила, что Бэлл не относился к типу людей, которые думали о подобном, но всё же чересчур защищала этого мальчика, потому-то и создавала планы на возможность «Просто на всякий случай». Ведь «Просто на всякий случай» – она ведь могла потерять Бэлла.

Доверие и беспокойство – если эти два чувства положить на весы, то она не знала, какая сторона перевесит.

Но если я не скажу этому дитя, то это будет так, будто бы я солгала ему...

Кроме того, это может воспрепятствовать развитию Бэлла.

Не зная о силе в его собственном теле и сражаясь против врагов, которые даже рядом с ним не стояли – как сильно он тогда вырастет? В самом деле, говорилось, что природа «Опыта» заключалась в том, что чтобы быстрее получать опыт и усиливаться, тебе нужно сражаться с более сильными монстрами.

Если те слова, которые она передала ему, и стали бы ложью, даже если всё это было из добрых намерений, то всё равно существовала возможность того, что Гестия сломает Бэлла своими же собственными руками.

Сердце Гестии внезапно замолчало.

...Хочет стать сильнее, да.

В конце концов, то, что выбрала Гестия, было доверием.

Подавив своё собственное встревоженное сердце, она позволила одной чаше весов перевесить другую.

Одна лишь фраза этого мальчика – Я хочу стать сильнее – всё же должна была рассматриваться как его решимость, даже если она была рождена из-за любви. Это было нечто такое, что даже идеальные Боги не могли создать. Гестия думала, что она хотела протянуть руку помощи Бэллу.

— Бэлл-кун, могу я сегодня словесно передать твой сегодняшний «Статус»?

— Ах, ладно. Я не вижу никаких проблем в этом...

Подняв свою голову, чтобы посмотреть прямо в глаза Бэлла, Гестия начала говорить. О ненормальном росте характеристик.

Однако, она так и не рассказала о существовании навыка «Целеустремлённое преследование».

Это, в самом деле, эффект этого навыка.

Множество открытых навыков были, фактически, навыками, чьи эффекты можно было разделить между авантюристами.

Навыки, которые влияли только на тебя, появлялись довольно редко. Было множество подтверждённых навыков, хотя у них и были разные названия, но эффекты были похожи, как и у других. Особенно для представителей одной и той же расы. Между разными расами существовала определённая разница в навыках. К примеру, у эльфов была магическая сила поддержки, а у дварфов была усиляющая сила.

Среди повторяющихся навыков лишь некоторые, хотя, вернее, крайне редкие навыки относились к «Редким Навыкам».

Это были случайные имена, дарованные Богами.

Если я расскажу об этом, то дела будут плохи. Точно плохи.

Не позволять Бэллу знать об этом навыке точно не было проделкой.

Если быть честной, то ревность, которую она чувствовала по отношению к Вален-какой-то девке, составляла семьдесят, нет, девяносто процентов от этой причины, но, в любом случае, если она расскажет об этом, то это вызовет кучу проблем.

Так как другие боги жаждут развлечений, они точно отреагируют на слова «Редкий Навык» или «Оригинальный». Они будут удовлетворять свои собственные интересы, словно дети, и смеяться при этом.

К тому же, появятся идиоты, которые будут приглашать его в другие «Семьи».

Тут всё было так же, как и в личности игрока.

Это дитя очень плохо говорит ложь, поэтому, если его спросят, то он точно будет под подозрением других. Хотя я и сожалею об этом, но точно не уступлю в этом вопросе.

Конкретные условия этого быстрого темпа роста.

«Целеустремлённое преследование» – это точно было неподтверждённым новым навыком.

Чтобы защитить Бэлла от демонических рук, Гестия продолжала хранить существование этого навыка у себя в сердце.

После того, как ему рассказали о «Статусе», Бэлл явно был удивлён. Гестия закончила с остающимся «Священным текстом», завершив свою работу с прошлой ночи.

— Ну, ладно, о быстром росте опыта. У тебя есть какие-либо мысли по этому поводу?

— Н...Нет, совершенно... Ах.

— Что?

— В...Возможно, что это... Вчера я пошёл на шестой этаж и получил......

— Пф?! Ах, Ааааааааа?! Ты не только не взял свою защитную амуницию, но и случайно увеличил своё количество этажей!

— П...Прости?!

Гестия слезла со спины Бэлла, приготовившись выговаривать его. Бэлл даже не посмел надеть свою одежду, и его продолжали ругать в полуодетом состоянии, что делало его всё меньше и меньше.

— Ха... Вернёмся к главной теме. Прямо сейчас, по какой-то неизвестной причине, твоё развитие чересчур быстрое. Мы не знаем, как долго это продлится, так что давай попросту назовём это периодом развития.

— Д...Да.

— ...Это моё личное мнение, но ты очень талантливый. Способности и качества искателя приключений – у тебя есть всё это.

Текущее состояние Бэлла не определялось лишь его навыком.

Причиной быстрого развития мальчика могло быть и то, что он просто положился на открытый навык.

Но думая об этом, было ясно, что тут нужно осмотреть и другие вещи.

Хотя он уже один раз и был на грани жизни и смерти, но этот мальчик провёл свою жизнь на ферме без какого-либо мастера, поэтому мог надеяться лишь на себя, чтобы достичь таких результатов в подземелье.

Даже если всё это было из-за его «Целеустремлённого преследования». Этот навык, который ускорял развитие, всё равно требовал боевые приёмы и ловкое тело, а также реальный боевой опыт. Когда атаковать, когда защищаться, а когда уклоняться. Даже с навыком – тем, кто выносил решение, был Бэлл, и никто другой. Это была его собственная «Сила».

Бэлл, который до сих пор сражался для самого себя как авантюрист, был довольно талантлив.

— ...Ты станешь сильнее. К тому же, ты также ждёшь, когда сам станешь сильнее.

— ...Да.

Гестия положила свои руки на грудь Бэлла, который согнул спину на кровати и смотрел прямо вперёд.

Она показала тревожное выражение лица и произнесла:

— ...Я надеюсь, ты пообещаешь мне, что не будешь заставлять себя. Поклянись, что случившееся в этот раз больше не повторится.

— Я... Я...

— Я не буду противиться, а вместо этого буду уважать твоё мнение стать сильнее. Я буду поддерживать, помогать, и даже одолжу тебе свою силу... Поэтому.

Сдерживая свои слезы, Гестия взмолилась всем своим сердцем ради Бэлла.

— ...Поэтому, пожалуйста, не оставляй меня одну.

Эффект от этого был мгновенным.

Плечи Бэлла задрожали, и он расширил свои глаза. Казалось, что он начал думать над чем-то, вспоминая обещание, которое сделал самому себе, поэтому он закрыл свои глаза и оглянулся.

Тишина. В течение долгого времени тишина пролегла между ними.

— ...Да.

Бэлл поднял свою голову.

Его выражение лица сменилось с того, словно он извинялся, на такое, будто бы он хотел заплакать, а после этого на радостное, словно всё разрешилось.

Это была не фальшивая улыбка. Она содержала в себе доверие и веру и была сильнее каких-либо слов.

Парень перед её глазами сдержит своё обещание. Гестия была убеждена в этом.

— Я не буду безрассудным. Я буду очень стараться, чтобы стать сильным, но... Я абсолютно точно не позволю Ками-саме остаться одной. Я не позволю тебе волноваться.

— Слыша это, я чувствую себя спокойно.

Подавив волнение в своём сердце, Гестия одарила его слабой улыбкой.

Через некоторое время она передала одежду Бэлла и застенчиво сказала «Прости». Он начал переодеваться. Гестия, с другой стороны, уставилась в потолок.

... Ладно.

Она решилась сделать кое-что для Бэлла.

Топ-топ-топ Пройдя по сломанному полу, она подошла к ящику стола. Открыв средний ящик, она начала рыться в нём. Поискав внутри ящика, который был наполнен листовками и пригласительными билетами, она быстро нашла то, что ей было нужно.

Пригласительное письмо, на котором было написано «Банкет Ганеши».

Гефест ведь также придёт, верно?..

Она думала о лице того человека, который подарил ей этот скрытый дом.

Для неё, которая серьёзно работала в городе, связываться с ней было совсем непросто.

Чтобы встретиться с ней она решила воспользоваться этим банкетом.

Дата его проведения... Сегодня ночью.

Ах, у Гестии появилось паническое выражение лица.

— Бэлл-кун, мне придётся сегодня ночью покинуть дом... нет... возможно, даже на несколько дней. У тебя возникнут какие-нибудь проблемы с этим?

— Э? Ах, понял. По работе, да?

— Нет, пусть я и не собиралась пойти туда, но всё же я должна показаться на сборе моих друзей. Прошло уже прилично времени с тех пор, как я видела их лица.

— Тогда не нужно говорить об этом – просто иди.

Бэлл всё понял. Друзья были очень важны, и он улыбался ей, словно поддерживал самого себя.

Гестия почувствовала, словно она действовала беспорядочно, но всё же кивнула на это. Она начала рыться в шкафу. Там не было много одежды, и выбрав то, что смотрелось достойно, она начала паковать свои вещи. Затем она подумала о том, что ей придётся пропустить несколько смен на работе, поэтому направилась к двери.

Положив свою руку на дверь, она снова взглянула на Бэлла.

— Бэлл-кун, возможно, ты сегодня снова направишься в подземелье?

— Я думаю, что да... Это плохо?

После того, как сказал своё раннее обещание, он будет немного следить за собой, но Бэлл всё равно слегка боялся, пока ожидал её ответа.

Гестия улыбнулась и ответила:

— Ах, никаких проблем – можешь идти. Однако, ты же понимаешь, что должен вернуться, верно? Ты всё ещё ранен.

— Ладно, спасибо...

Бэлл радостно поклонился, и Гестия покинула дом.

× × ×

Солнце сейчас сияло высоко в небе.

На часах сейчас было где-то около полудня. Люди наводняли главные улицы, поэтому сейчас я шёл по переулкам.

После того как Ками-сама ушла, я надел свою экипировку авантюриста и ушёл из дому. И приготовился войти в подземелье.

Всё было так, как Ками-сама и говорила – рана на колене всё ещё болела. Монстры шестого этажа были экстремально яростные. Ощущения были такие, будто всё же потребуется ещё немного времени, перед тем как всё это полностью залечится.

Поэтому я не мог заставлять себя. Я не мог отправиться на поиск приключений. Чтобы ни произошло – я не могу делать бессмысленные вещи. Но я должен был сделать то, что я мог сделать.

Наметить ясную цель. Смотреть на отдалённую цель. Позавчера, когда всё ещё думал, что должен продолжать идти вперёд, я словно определил себе направление, но сейчас всё было совершенно иначе.

После того как Ками-сама меня выругала, мой разум немного успокоился. Я... Я уже двигался вперёд с максимальной скоростью.

К сожалению, существовали несомненные различия во времени, но если я хотел догнать Валенштайн, то это явно был самый верный и ближайший короткий путь. Если буду заставлять себя, то, в конце концов, именно я и буду страдать.

Я снова подумал о Ками-саме, которая серьёзно выругала меня – «не заставляй себя, не заставляй себя» – используя свой крошечный рот, чтобы сказать это. И, наконец-то, я достиг того места, куда я хотел прийти.

Было одно место, куда я должен был сходить, до того как направиться в подземелье.

— Это немного неловко...

Табличка «Закрыто» висела на двери.

Я некоторое время колебался, а затем решился и вошёл в «Хозяйку изобилия». «Дзынь, дзынь» зазвенел дверной звонок.

— Мне очень жаль, уважаемый посетитель. Но наше кафе всё ещё готовиться к открытию. Вы можете посетить нас немного позже?

— Он снова пришёл в магазин Мии, ня!

Внутри кафе работница эльфийка и работница кошкодевушка сейчас расстилали скатерть, но, заметив меня, они тут же ответили.

Независимо от различных внешностей – они обе были очень милыми. Обе были одеты в ту же одежду, что и Сил-сан, обладали тонкими чертами и чувством невинности, хоть и принадлежали к различным категориям. Я, недавно заметивший, что мне нравятся эльфийки, услышал её голос и бессознательно напрягся.

— Простите, но я не посетитель... Насчёт Сил-сан... Сил Фловер-сан здесь? Ну, а также и управляющая...

Словно заметив мои слова, они тут же посмотрели друг на друга.

— Ааааа! Разве это не тот человек, который поел и убежал, ня?! Беловолосый ублюдок, которого обслужила Сил, а он полностью проигнорировал её, ня!!

— Пожалуйста, замолчи.

— Буу...ня!

— Прости нас. Мы сейчас же позовём Сил и Миа-маму.

— Д...Да...

Сотрудница девушка-кошка, кажется, не следовала за настроением разговора.

Молодая зверодевушка потянула свои манжеты, словно она чрезвычайно боялась, что работница эльфийка будет её сопровождать, а я, которому ничего не оставалось делать, осмотрел интерьер кафе.

Тут всё отличалось с того раза, когда я был здесь в последний раз. Текущий внешний вид был такой же, как и в чайной. Большинство авантюристов совершали набеги на подземелье утром, поэтому-то тут всё и было по-другому в отличие от ночного времени – а всё потому, что цели посетителей явно отличались сейчас?

— Бэлл-сан?!

Из-за прилавка послышались быстрые шаги и Сил-сан появилась из глубины кафе.

Вспомнив то время, когда мы расстались, я действительно хотел найти дыру и запрыгнуть туда, но я собрал всю свою смелость и направился к ней.

— Я, в самом деле, извиняюсь за то, что случилось позавчера. Я не заплатил и убежал...

— ...Нет, это не имеет значения. Просто вернувшись, ты уже сделал меня очень счастливой.

Я поклонился и извинился, а Сил-сан улыбалась, как и обычно.

Даже в таких обстоятельствах она ни о чём не спрашивала и спокойно простила меня, поэтому я ненароком пустил слезу. Я использовал извинение, словно что-то попало мне в глаз, вытер свои глаза, а затем отдал ей приготовленные деньги.

— Это деньги, которые я не заплатил. Если тут не достаточно, то я могу дать больше...

— Я не говорила подобного. Одних твоих чувств уже достаточно... Именно мне бы стоило извиниться.

После того, как Сил-сан сказала эти слова, я тут же ответил, что ей не нужно брать на себя ненужной вины. «Хи-хи Хи-хи» Моё тело и руки дрожали, пока я говорил это.

После того как Сил немного смутило моим давлением, она слегка улыбнулась и покачала плечами, словно почувствовала облегчение.

Затем она использовала этот слегка улыбающийся взор, чтобы посмотреть на меня, а затем, кажется, она заметила что-то и хлопнула в ладоши.

— Пожалуйста, подожди секунду.

Сказав это, она исчезла на кухне.

Когда она вернулась, то уже несла с собой большую корзинку.

— Ты ведь направляешься в подземелье? Если это так, то, пожалуйста, прими это, ладно?

— Э?

— Тут блюда, которые наши повара сделали сегодня, так что во вкусе будь уверен. Ну а также, я тоже немного помогала с этим...

— Нет, но, почему?..

— Я хочу, чтобы ты оценил вкус этого – разве это плохо?

Она слабо наклонила свою голову, и даже я осознал, что она чувствовала.

Она хотела подбодрить меня... Нет, это слишком воодушевляло меня.

— ...Прости. Тогда я приму это.

Заметив её настроение, я улыбнулся и принял корзинку.

Пока мы оба смотрели друг на друга, то круглое лицо Сил слегка покраснело и показало нежную улыбку.

— Пацан пришёл?

Уааах, из двери за прилавком вышла управляющая – Миа.

Когда она внезапно появилась тут, я даже немного отступил.

Она явно была немного великовата для дварфа. Если смотреть на её ширину, высоту или даже элегантность – она, к тому же, была сильнее меня.

— Ахах, так вот в чём дело – он пришёл таки, чтобы заплатить деньги. Разве это не задевает людей, когда они слышат об этом.

— С...Спасибо...

— Сил, не вмешивайся. Как там с твоей работой?

— Ах, да. Я поняла.

Попрощавшись со мной, Сил-сан ушла. Миа показала героическую (не смелую) улыбку и использовала свои толстые пальцы, чтобы тыкнуть в мою грудь.

Затем эта дама сказала нечто вроде «Если бы он не пришёл, то тогда бы это место покончило со всем этим» и «Если бы ты опоздал ещё на день, то я бы отправилась подбирать свою давно потерянную игрушку». Если бы я действительно ещё немного опоздал, то моя собственная жизнь была бы в опасности.

Мне, в самом деле, повезло!..

— Сил, если ты передашь это, то тогда не будешь есть в течение дня...

— Ах, да. Я смогу продержаться в течение дня, верно?

— Ня, почему ты выбрала терпеть и отдала всё этому человеку, няяяя? Если он – авантюрист, то тогда сможет купить себе обед, няяяя.

— Нет, это...

— Хо-хо... Я услышала нечто хорошее. Так, возможно, что для Сил... этот паренек её... Это?

— НЕЕЕЕТ!!!

Из кухни послышался громкий голос, но я не обратил на него внимания.

Я поклялся своему сердцу, что я ни за что не обращу своего внимания на посторонние вещи, пока я перед Мией.

— Иди и поблагодари Сил. Я более энергична, чем большинство людей, так что если не её просьбы, то ты бы уже был на дне озера.

— ...

Я не мог рассмеяться.

— Она пыталась угнаться за тобой – ты не видел этого? Знаешь, увидев мрачную Сил, когда она вернулась, та эльфийка, по имени Рю, действительно чуть не предприняла действия. Пришлось постараться, чтобы не позволить ей сделать это.

Я, которому нравились эльфийки, кажется, создал недоразумение о них.

Но если бы это было так... Преследуя меня...

Слушая слова, я чувствовал, что огонь в моём сердце разгорается.

Я действительно хотел выразить ей свою благодарность – именно так я думал.

— ...Паренек?

— Что такое?

— Авантюристы, которые пытаются быть крутыми – абсолютно бесполезны. С самого начала достаточно просто отчаянно сражаться за свою собственную жизнь. Даже если твои знания и увеличатся, это не обязательно будет хорошей вещью.

Я расширил свои глаза.

В это мгновение, Миа, которая стояла перед кассами, видела меня насквозь.

Она улыбнулась.

— В конце концов, человек, который всё же стоит на своих ногах – самый лучший. Даже если его результаты мизерные. Конечно же, когда те люди возвращаются, я использую большой праздник, чтобы развлечь их. Видишь, эти люди же победители в жизни, верно?

Миа-мама!..

— Не делай такого отвратительного выражения лица. Уже бы время этому кафе открываться, так что не создавай нам ещё проблем – уходи прямо сейчас.

Заставив меня развернуться, она положила руку на меня и толкнула.

Даже если моё дыхание и остановилось, мои чувства признательности – нет.

Прямо сейчас остававшиеся кусочки травмы в моём сердце были наконец-то убраны.

Сказанные слова того зверолюда из «Семьи Локи» в настоящее время превратились для меня в топливо.

Прямо сейчас я могу лишь быстро становиться сильнее, не заставляя себя и пытаясь выжить.

Направление, которое я должен был выбрать, стало ясным.

— Парень, я скажу это лишь сейчас, но если ты умрёшь, то я не прощу тебя.

— Нет проблем. Спасибо вам!

Выйдя из кафе, я рефлекторно крикнул «Я ухожу!», а когда бежал по главной улице, моё лицо всё ещё было красным.

× × ×

Ночь.

Луна уже поднялась в небе, а всё в округе погрузилось во тьму. Лунный свет освещал леса, и уханье сов можно было услышать повсюду, а кроме этого было слышно много звуков падающих листьев.

Звуки молчаливых сов передавались по лесу, проплывали по листве и направлялись навстречу травянистой области, а после этого доходили до определённой точки, которая была их пределом.

До огромной стены.

Можно было сказать, что стены замка не были простым словесным преувеличением – это были толстые, высокие и крепкие «Городские стены».

Сама оборонительная стена состояла из огромных камней, которые пропускали немного света, и звуки различных шумов можно было услышать, когда они с лёгкостью нарушали тишину окружающего мира.

Город-лабиринт Орарио.

С изначальных времён, когда его ещё называли «Древний», когда Боги и Богини ещё не спустились, в мире существовало несколько крупных городов, но в то же время, в мире существовал лишь один город-лабиринт.

Стены окружали город идеальной окружностью. У внешней стороны круга располагались бесчисленные, относительно высокие здания, а ближе к центру здания становились существенно ниже. Город был словно рулетка, и был покрыт рассеянными частицами света – Магическими камнями-лампами.

Свет, который освещал город, был ярче звёздного неба.

В центре огромного города были возведены каменные стены, которые поднимались до небес.

Глядя на весь Орарио было видно, что не было ни одного здания выше этого, и казалось, что оно прорвалось через тьму и создало громадную тень, высвобождая своё подавляющее достоинство. Самое первое, что видели люди, когда они входили в Орарио, была эта башня, и от этого зрелища их сознание временно уходило от них.

Выступая в качестве прикрытия подземелья, небоскрёб «Вавилон» располагался в самом центре. Он имел название, как и город, так как подземелье было главной особенностью города. Из-за него Орарио мог процветать.

Орарио обладал особой чертой – подземельем, и, по сравнению с другими городами, тут было гораздо больше авантюристов. Корень всех монстров, которые распространялись по всему континенту, также был здесь – подземелье, которое также было известно как одно из Трёх величайших тайн мира, обладало «Неизвестными», спящими внутри него, с кем никто ранее не контактировал. И эти «Неизвестные» привлекали множество любопытных искателей приключений.

Конечно же, тут было больше авантюристов, которые посвятили себя всё большей выгоде. С рождающимися неограниченными монстрами, они могли получить неограниченное количество Магических камней и падающие вещи – все эти огромные сокровища, а также героическую историю о разгроме гигантских врагов. Это заставляло скучающих Богов и Богинь притягиваться к Орарио, за его способность получить тут славу. А с помощью своих авантюристов, их репутация могла стать хорошо известной по всему миру.

Всё это было известно им, как незнакомый азарт, огромные богатства, ослепительная слава и, наконец, власть.

Всё это собиралось в городе.

Тогда среди тех, кого вели их мечты, были и такие странные люди, которые желали судьбоносной встречи.

«Самый оживлённый город мира»

Вот как называли Орарио.

— Ах, разве это не представитель ультра-бедной «Семьи» – Такемиказучи-кун! Эй... Хихихи.

— Ах, разве это не Такемиказучи, у которого всегда плохое лицо, как будто он собирается упасть в обморок! Ей... Хихихи.

— Эти чертовы Боги?!..

Ну конечно же.

По сравнению с авантюристами, которые ищут всё неизвестное, «Боги и Богини» лишь наслаждаются всеми развлечениями, которые собраны в этом самом оживлённом городе в мире – что очень естественно.

Внутри частной земли.

Немыслимое количество Богов сформировали громадную группу.

— Йо.

— Охох, давно не виделись... Прошла уже сотня лет?

— Эм, всего лишь четыре дня.

— Ах... я тебя так давно не видел... Ты так сильно изменился.

— Простите, что это может быть и не по теме разговора, но место для «Банкета» здесь?

Здание, которое источало атмосферу обмана, в настоящее время было перед её глазами.

Сияющий мегаполис Орарио, но вот его внешний вид был немного другим. Скорее даже, он был очень странным.

Это была статуя человека со слоновьей головой, который был окружён белыми экранами и сидел, скрестив ноги.

Слон был примерно в тридцать метров в высоту. Словно он хотел, чтобы другие видели его силу и престиж, и это была поза, где его грудь выпячивалась вперёд, вызывая у людей, которые видели это, очень странные мысли, поэтому он и стал чрезвычайно известным. Сейчас он был освещён множественными крупными по размеру Магическими камнями.

Что было самое удивительное, так это то, что это здание было создано, основываясь на истории.

Со слегка чёрной кожей, и имея подходящую фигуру тела, крутой Бог Ганеша, не зная, как именно он сам додумался до этого, использовал все деньги, добытые его «Семьёй», чтобы построить это огромное здание.

Оплотом «Семьи Ганеша» было место, которое как бы говорило «Я – Ганеша».

Члены семьи к этому не очень хорошо относились и почти плакали, когда входили в это здание. Кстати, вход в него было в том месте, где статуя сидела, скрестив ноги.

— О чём Ганеша вообще думает?

— Ганеша действительно крутой.

Эти несколько красивых мужчин, одетых как знать, улыбнулись и прошли внутрь.

Все члены этой вечеринки были Богами.

Они были гостями «Банкета Богов», который организовал Ганеша.

«Банкет Богов» был местом для Богов, которые спустились в Нижний мир, где они смогли бы встретиться. Тут абсолютно не было правил о том, какой Бог организовывал это или когда его организовать. Просто когда они хотели устроить это, то все желающие Боги могли поучаствовать в нём. Это полностью демонстрировало непоследовательность и безудержный характер Богов.

— Всем, кто сегодня собрался здесь! Я – Ганеша! В этот раз так много Богов пришло, что я, Ганеша, очень благодарен за это! Я люблю вас всех! Далее, есть то, что я всем вам хочу сказать. В этом году, который абсолютно такой же, как и все предыдущие, через три дня будет проведён Фестиваль, так что передайте это всем своим «Семьям». Ну, и я рад знакомству с вами...

Внутреннее пространство имело иной вид, нежели само здание.

На сцене стояла громадная фигура, на голове которой была маска слона. Это и был Ганеша, который выглядел именно так, как и внешний дизайн этого здания. Он использовал свой довольно громкий голос, чтобы поприветствовать всех. Окружающие его Боги, как и обычно, игнорировали этот голос и продолжали разговаривать и смеяться.

Место встречи было выполнено в форме вечеринки. На белоснежных столах было много различных блюд, и запах еды плавал во всех направлениях. Послышались звуки шагов. Обслуживающий персонал бегал по этому огромному пространству, а оркестр ждал своего часа около стен.

Осмотрев переполненное место встречи, почти все Боги Орарио собирались вместе. Приглашение на «Банкет Богов» доставлялось, основываясь на различных способностях организующей «Семьи», так что количество Богов, которые участвовали в этом событии, также варьировалось в зависимости от организатора.

«Семья Ганеша» была самой известной «Семьёй» в Орарио, поэтому почти все Боги в городе-лабиринте были приглашены.

Гестия также входила в их число.

— Ммм! Официант, быстро принеси мне табуретку – быстрее!

— Д...Да!

Среди различных шумов, Гестия вызвала официанта «Семьи Ганеши» и сражалась с многочисленными блюдами. Из-за её телосложения она сама не могла дотянуться до внутренней части стола.

— (Ням! Ням! Ням)!

— ...

Получив табуретку, Гестия продолжила бешено есть. У официанта, увидевшего это, было шокированное выражение лица.

Для неё разложенная еда означала то, что ей не нужно следовать этикету. «Семья Гестии» была более бедной «Семьёй», нежели другие фракции Богов, и чтобы уменьшить нагрузку на Бэлла, Гестия полностью откинула своё достоинство и сделала свой выбор на экономии.

В действительности, одежда, которая была на ней, не была роскошным платьем – это всего лишь было одно платье из её личной одежды.

— Ах, Лоли с большой грудью пришла.

— Поглядите, она всё ещё жива.

— Ох, я слышала, что она работает на северной стороне деловой улицы. Она даже позволяет покупателям погладить её по голове в магазине под открытым воздухом.

— Как-и-ожидалось-от-Лоли-Богини!!..

Конечно же, такие действия будут очень бросаться в глаза. Независимо от того, какие присутствующие тут Боги молча ели свою еду, но даже если хоть что-то выделялось из их внешнего вида, то Божьи глаза остро высматривали это.

Было такое чувство, что с нею играли, но Гестия решила проигнорировать их и полностью не беспокоиться об этом. Она набивала свой рот, продолжая постоянно жевать.

— Что же ты делаешь...

— Мугу? Мммм...

Беспомощный голос донёсся до Гестии.

Развернувшись, она увидела красные волосы и чисто-красное платье, которое выглядело так, словно горело.

Стройные линии тела и острое лицо, показывающее сильное и упорное самосознание. На её ушах были золотые серьги, которые всё же проигрывали её огнеобразным бровям.

То, что более всего бросалось в глаза кроме её бровей, так это половина её лица, покрытая чёрной кожаной тканью.

Красавица с повязкой на правом глазе смотрела на шокированную Гестию.

— Гефест!

— Да, да, давно не виделись, Гестия. То, что ты довольно здорова – уже хорошо... Хотя если бы ты показывала более приятные манеры, то я была бы ещё более счастлива.

Вздохнув, Гефест погладила свои длинные волосы, которые достигали её пояса. Магический камень-лампа в воздухе освещал эти красные линии, которые блестели, словно в них подмешали сахара.

Где бы ты ни смотрел на них – эти волосы всегда были красивыми, и Гестия с радостным лицом подошла к ней.

— Хорошо, что ты действительно пришла. Прийти сюда, в самом деле, было верным решением.

— Так, перво-наперво, если речь пойдёт о деньгах, то я не одолжу тебе ни одного Варису.

— К...Как грубо!

Напротив – Гефест не показала дружественного взгляда. Тут следовало сперва рассказать о печальной истории Гестии.

До того как она встретила Бэлла, о ней заботилась Гефест.

Хотя они были знакомы в течение долгого времени, но как только начали жить в Орарио, Гестия не создавала «Семьи» и не работала, поэтому доверие Гефест к ней резко сократилось.

В конце концов, она не смогла сдержаться и выгнала её из дома своей «Семьи». Гестия слишком долго полагалась на Гефест, так что у неё не было денег, и она не могла найти ни работы, ни убежища, чтобы переждать дождь, так что, если коротко, Гефест о ней сильно позаботилась.

В то время Гефест не могла привыкнуть к этой подруге – крошечной Богине – но также и не могла оставить её одну, поэтому и испытывала некоторые неприятности.

В конце концов, она дала ей скрытый дом внутри церкви, который даже сейчас был рабочим местом, управляемым Гефест.

Можно было сказать, что Гестия стала независимо жить только тогда, когда добавила Бэлла в свою «Семью».

В реальности же Гестия старалась вести себя как взрослый перед Бэллом, но она была лишь Богиней, которая сама абсолютно ничего не могла сделать.

— Я же Богиня, которая и так способна на многое! Конечно же, Гефест заботилась обо мне множество раз, но я наконец-то нашла свой выход из данной проблемы! Прямо сейчас, ты всё ещё думаешь, что я буду беспокоить моих друзей?

— Ну, всё же, не ты ли до сих пор всего лишь ела бесплатную еду?

— Мммм... Это не так. Это же по любому останется, верно?.. По сравнению с тем, что всё это будет выкинуто, то почему бы мне более эффективно не воспользоваться этим...

— Хо-хо, ты, в самом деле, восхитительна – такой эгоистичный дух. Я действительно тронута до слёз твоими действиями.

— Гннннннн!..

Стоя перед Гефест, Гестия с сожалением бормотала.

Клац, Клац

Ясные звуки шагов приближались к Гефест сзади.

— Хихи... Всё как раньше.

— Э... Ф...Фрея?

Богиня, которая появилась в поле зрения Гестии, была более значимым, более выдающимся лицом среди остальных Богов. Можно было сказать, что она была совершенно из другого измерения.

Белая кожа, которая была похожа на новый снег. Казалось, что её тонкие конечности зависали в воздухе, выпуская аромат, а нежные бёдра и талия, посмотри вы на них, могли бы поставить вашу способность мыслить в опасность. Платье с золотыми гравюрами показывало её грудь. А роскошный бюст, обёрнутый одной лишь тканью, был словно долина, окрашенная цветом сакуры.

Точно золотое сечение, она была абсолютно идеальна.

Казалось, что её длинные ресницы были полностью объяты светом.

Богиня с очарованием красоты – Фрея – качая своими длинными волосами встала перед Гестией.

— Ты... Почему ты здесь...

— Ахах, мы просто столкнулись друг с другом. В любом случае, давно не виделись... Так что давайте пройдёмся вокруг.

— Сл...Слишком торопишься, Гефест.

— В этом есть какие-то проблемы, Гестия?

— Так-то нет...

Богиня красоты спросила это, пока улыбалась.

Гестия надулась и ответила:

— Я просто не очень хороша в общении с тобой.

— Хихихи. Знаешь, мне это, в самом деле, нравится в тебе.

Гестия помахала своей рукой, выражая, что всё не должно быть так.

Фрея, которая была совершенно на другом уровне в плане внешнего вида по сравнению с другими Богами, была известна как «Богиня красоты», и она также была самой красивой среди Богов.

Для Богов, которые в основном были непостоянны и похотливы, способность, которую они хотели, пуская слюни, была – «Красота». Все красивые Боги обладали ею. Люди Нижнего мира, увидев это, также заинтересовывались.

Однако по характеру «Красивые Боги» были очень хитры.

Это очень напрягало других Богов.

Если это было возможно, то лучше бы не провоцировать их, это были истинные слова Гестии.

— Ей! Гефест-тан, Фрея... Коротышка!!

— ...Хм, если мы заговорили об этом, то по сравнению с тобой есть ещё одна более раздражающая особа.

— Хм, это плохо.

Фрея, с самой лучшей улыбкой, посмотрела назад и помахала Богине, которая направлялась сюда.

Багровые волосы и глаза. Как правило, её волосы были связаны в обычную причёску, но так как это была вечеринка, она распустила их. Она была одета в тонкое чёрное платье.

Вторая персона, с которой было сложно иметь дело, появилась после Фреи, и конечно же, у неё было такое же выражение лица, как и у Гестии.

— Ах, Локи.

— Ты, почему ты сюда пришла!..

— Что, я не могу прийти сюда безо всякой причины? Сегодня же Банкет, если быть более точной! Если тебе нужна причина, то тогда всё потому, что у меня слишком много свободного времени. Ха, ты действительно не знаешь, как следить за атмосферой, Коротышка.

— !.. !!..

— Что за преувеличенное выражение лица, Гестия.

Локи, которая была на две головы выше её, пыталась косить под дурочку, и у Гестии не складывалось о ней какого-либо хорошего впечатления.

Стоя перед ней, Гестии нечего было сказать.

Эта женщина была её врагом.

— В самом деле, давно не виделись, Локи. Я также встретилась с Гестией и Фреей, так что сегодня не самый лёгкий день.

— Ах... в самом деле, прошло много времени... Ммм, тут есть лица, которых я также не хотела бы видеть.

Расширив свои крошечные глаза, Локи улыбнулась Богине с серебряными волосами.

Фрея, подняв свои брови и соблазнив официанта, который принёс ей стеклянный кубок, закрыла глаза, не переставая улыбаться.

— Что такое, ты встретилась с кем-то ещё?

— Мы просто столкнулись друг с другом. Пусть я и говорю об этом, но мы практически не разговаривали.

— Хммм... Ах, Локи слава о твоей «Семье» довольно часто на слуху в последнее время. Похоже, что ты неплохо справляешься.

— Да так-то всё не так, но если успешная Гефест-тан также говорит об этом, то тогда я буду рассматривать всё это как хорошо известное... Однако, эти дети могут рассматриваться как моя личная гордость.

Говоря об образовании её «Семьи», Локи использовала свои руки, чтобы скрыть своё смущение, а выражение её лица было полностью закрыто.

Гестия, которая до этого только слушала, внезапно озвучила вопрос.

— Эй, Локи. Я слышала, что в твоей «Семье» есть личность Вален-как-то-так, верно?

— Ах, «Принцесса меча», верно? Я также хотела бы услышать об этом.

— Э? Коротышка тоже захотела спросить у меня что-то – завтра что, прольётся дождь из лавы что ли? Армагеддон! Рагнарёк! У меня складывается именно такое чувство!

Я закусаю тебя до смерти, ты, падла, – думала Гестия.

— ...Я спрошу тебя. У «Принцессы меча», которая у всех на слуху – есть ли у неё отношения с мужчиной или даже партнёр?

— Дура. Айз – это моя любимица. Я абсолютно не позволю никому жениться на ней – кто бы это ни был. Есть люди, которые пытаются приблизиться к ней, но их всех сметают.

— Тцк!

— Почему ты щёлкнула языком на это...

Под защитой Локи к Айз Валенштайн относились как к сокровищу.

Она получала отношение, подобное отношению Гестии к Бэллу. Гестия думала, как было бы хорошо, будь у неё партнер. Вот такие вот тёмные мысли.

Стоя возле неё, Гефест внезапно заметила кое-что и сказала:

— Пусть это и смена темы, но разве платье Локи не очень редкое? Ты всегда надеваешь мужскую одежду.

— ...Хихихи, насчёт этого, Гефест-тан. Я слышала, что тут будет Коротышка, поэтому и поспешила приготовиться к вечеринке...

Скрытно нацелившись на Гестию, Локи сама приблизилась к ней.

— Бедная Богиня, которая даже не может позволить себе надеть платье – ну что за шутка.

Ррраааззздддрррааажжжаааееешшшь!!!

Стоя перед Локи, у которой было триумфальное выражение лица, Гестия была готова тут же взорваться.

Вот так каждый раз. У Локи и меня действительно не было какого-либо взаимодействия, хотя первая наша встреча случилась даже не век назад. Даже тогда эта Богиня всегда была такой, когда мы встречались... Нет, всё было так, словно она встречалась со мной, потому что хотела поиграть со мной.

Если быть честной, то у неё не было никаких причин продолжать разговор. Всё потому что у неё кое-чего не было, что было у Гестии.

«Тада!» Это была огромная долина перед её грудью.

— Хмммм!!.. Эта Богиня, в самом деле, веселая! Чтобы поиздеваться надо мной она даже выставила на показ свою плоскую грудь. Локи, у тебя действительно есть талант в создании шуток!

— Что?!

— Ахаха, прости, прости – не талант в создании шуток, а талант в копании!.. Особенно талант в вырывании своей собственной могилы!!

В этот раз не только лицо Гестии покраснело, но и лицо Локи также мгновенно окрасилось.

Действительно, у платья Локи, которое она носила, был высокий процент обнажения. Жалкая грудь была словно травяная равнина, обдуваемая ветром.

Гефест закрыла лицо одной рукой и осмотрелась вокруг с выражением лица... «Ну вот, это снова начинается».

Фрея, которая пила фруктовое вино, улыбалась обычным элегантным выражением лица.

У них обоих были довольно большие груди, укутанные в их роскошные платья.

— В любом случае, ради чего ты разочаровываешь мужчин своей не материнской грудью! Это выглядит так, будто ты в отчаянье стоишь у обрыва, дура! О, я думаю, что сказала сегодня нечто очень приятное!

— Это совсем не приятное, дурааааааааааааааа!!!

— Фумйюююююююю?!

Локи, со слезами в глазах, наконец-то ринулась на Гестию.

Используя обе свои руки, чтобы ухватиться за её нежные щёки, она потянула их.

Потянула в разные стороны.

Гестия, у которой тоже проступили слёзы, начала сопротивляться, но её короткие ручки и ножки не могли достать Локи, так что каждая её простая атака ударяла лишь пустое пространство.

— О, началось.

— Лоли с большой грудью против Лоли безгрудой!..

— Я ставлю 10000 Варису на то, что Лоли с большой грудью победит.

— Безгрудая, в конце концов, слишком небрежна – десять эликсиров.

— Я утешу всеми своими силами Локи-тан, которую победят. Всеми своими Звёздными фрагментами.

— Это уже превратилось в азартную игру.

Боги, которые были здесь, подняли шум.

Всё как всегда... Когда все воспылали от этого, Гефест лишь оставалось сдаться.

Руки Локи сжимали длинное лицо, а всё тело Гестии тряслось при этом.

Тряслось, тряслось, тряслось.

Продолжало и продолжало трястись.

— ...Хммм, хмммм. С...Сегодня мы закончим на этом...

Она так тряслась...

Локи, с несчастным выражением, бросила Гестию на землю.

Даже не взглянув на девушку, катающуюся по полу, Локи развернулась и ушла, дрожа при этом.

Победитель и проигравший в битве определился.

— Ммммм!.. В следующий раз, когда ты придёшь, не позволяй таким жалким вещам попадать в поле моего зрения, ты, проигравшая собака!

— Это слова про тебя, дура! Я запомню этоооооо!!

Локи, в конце концов, не смогла сдерживаться и сбежала отсюда.

Как и ожидалось, у всех было понимание того, почему она сбежала от Гестии.

— Эта Локи в самом деле стала такой нежной...

— Вместо того, чтобы говорить, что она стала нежной... Почему бы не сказать, что она полностью превратилась в ребёнка...

После того как Фрея громко пробормотала это, Гефест ответила ей с искренне проблемным выражением лица.

Фрея улыбнулась и погладила свои волосы.

— До прихода в Нижний мир она боролась против других Богов, чтобы скоротать время, верно? Она сейчас точно стала милее. Что бы ты о ней ни говорила – теперь она совсем не опасна.

— Кстати, говоря об этом – у тебя и Локи уже долгие дружеские отношения?

— Нет. Такие же, как и у вас обоих.

Гефест подняла Гестию, взяв её сзади.

У нас лишь плохие отношения с ней. Вот как она улыбнулась Фрее.

— Локи, кажется, очень сильно нравятся эти дети. Поэтому всё так и стало.

— ...Пусть и грустно, но я должна согласиться с тем, что ей нравятся её дети.

— Хех, разве ты раньше не говорила «Детям», чтобы те не входили в мою «Семью»?.. Разве у тебя самой прямо сейчас нет дитя в твоей «Семье», которого зовут Бэлл?

— Хихихи, ну. Кажется такая трата, что это дитя досталось мне.

— Как я помню, это паренёк с белыми волосами и красными глазами? Когда ты пришла и доложила мне, что создала «Семью», я была так шокирована...

Возле Гефест, которая кивала своей головой, Фрея слегка двинулась.

Кашлянув, она положила свой кубок на стол и отодвинула свои волосы.

— Тогда, прошу меня извинить.

— Ух, и это всё? Фрея, разве ты не хотела что-то сделать?

— Уже достаточно. Я уже подтвердила то, что хотела услышать......

— ...Ты, после того как пришла сюда, уже не собираешься делать каких-либо ходов, чтобы подслушать чужие разговоры?

Гефест, которая двигалась вместе с ней с самого начала вечеринки, сделала удивленное выражение лица.

Фрея проигнорировала её и использовала слегка другую улыбку, опустив свою голову и взглянув на Гестию.

Гестия моргнула.

— ...И, к тому же, я соблазнила уже достаточно мужчин здесь.

«Я не позволю вам уйти вот так.»

— ...

— ...

Затем, попрощавшись и сказав это, она ушла отсюда.

Лишь оставив Гестию и Гефест, которые сделали проницательные выражения лиц и посмотрели друг на друга.

— Что и ожидалось – Фрея также «Богиня красоты»... Ну что за шлюха.

— Ну, если Фрея и другие не справятся с любовью и похотью, то кто тогда сможет сделать это...

— И ее в самом деле не заботит её «Семья». Если она выступит против других Богов... То её возненавидят их дети.

— У меня такое чувство, словно если Фрея слегка улыбнётся, то она с лёгкостью восполнит членов своей «Семьи»...

Вздохнув, Гефест одной рукой погладила свою повязку на глазе.

Это была её привычка. Попросту говоря, если она чувствовала недовольство или что-то неприемлемое, то всегда делала это.

Увидев её движение, Гестия сама вздохнула.

— Тогда, что насчёт тебя? Я лишь хотела увидеть лица всех знакомых. Ты собираешься пойти домой?

Вздрогнув, плечи Гестии начали дрожать.

Она вспомнила свою истинную цель.

— Если ты планируешь остаться, то что собираешься делать? Может нам пойти напиться как в старые времена?

— Ах, ахх, насчёт этого...

Видя внезапно запаниковавшую Гестию, Гефест наклонила свою голову.

Её взор колебался между её тонкой шеей и красными волосами. Гестия наконец-то решилась и прочистила своё горло.

— Насчёт этого... Есть кое-что, что я хотела попросить у Гефест...

— ...

Сууу Левый глаз красного цвета тут же сузился.

Обычная уютная атмосфера внезапно изменилась, сменившись на серьёзную.

Это была именно та же поза, как и когда она говорила, что больше не одолжит ей денег.

— После всего, что было – ты всё равно желаешь ещё что-то попросить у меня? Ты что, не тщательно подумала о том, что только что сказала?

— Ухххх, что же это было?..

— Ты не потревожишь меня – разве не это ты говорила?

Ах ах, она говорила это, поэтому Гестия лишь пусто посмеялась.

Перед ней был взгляд, будто Гефест видела перед собой мусор. В её сердце у Гестии появился импульс забрать всё то, что она только что сказала, но она попыталась вытерпеть это. Однако, как только она подумала о лице Бэлла, то её сердце, внезапно, снова мотивировалось.

С незрелой решимостью, где была возможность того, что её собственная подруга возненавидит её, Гестия пришла на этот «Банкет Богов», чтобы достичь своей цели.

— ...Пусть и случайно, но я всё же прослушаю её. Что—ты—собираешься попросить у меня?

Перед ней была злая красноглазая красноволосая Богиня – Гефест.

«Семья», созданная ею, известной как Богиня Огня на небесах, была единственной, не полагающейся на доходы от авантюристов, чтобы продолжать работать.

Даже если она была внутри города-лабиринта, в котором невозможно было выжить не полагаясь на подземелье, особая «Семья Гефест» была огромной «Семьёй», о которой знал каждый авантюрист, который жил тут.

Можно было сказать, что это был известный бренд.

Известный и хорошо узнаваемый бренд «Семьи» с множеством талантов, которые развивались, и были лучше, чем сотни других изделий. Кроме того, в Орарио, да и во многих городах – даже по всему миру – многих привлекала её «Семья». Верно, «Семья кузнецов».

Бессменному президенту «Семьи Гефест» Гестия прокричала своё желание:

— Ради Бэлл-куна... ребёнка из моей «Семьи». Пожалуйста, сделай для него оружие!

----------

Глава 5

— «Буаа»

— ~

Быстро уклонившись от приближающихся когтей так, что вражеская атака не причинила мне никакого урона и пролетела перед моими глазами.

Крики Гоблинов раздавались в голубых стенах подземелья.

Я обследовал возбуждённых монстров, в то время как мелькал между размахивающимся оружием, в результате чего Гоблин последовательно сделал два или три пустых взмаха.

Правый! Левый!.. Диагональный!

Шаг в сторону, шаг назад.

Земля была связана с различными узкими проходами – это было широкое квадратное место. Я действовал так, чтобы меня не зажали в угол, сосредоточившись на уклонении от их атак. Уникальная тёплая атмосфера подземелья лизнула мою кожу.

Я не знал: то ли преследующие меня Гоблины, которые размахивали своими короткими руками и ногами, были упрямыми, то ли они просто были глупыми. Я прорвался сквозь размахивающую руку противника, быстро уклонившись от неё, и сосредоточился на касании моих ног и коленей, отталкиваясь от земли, пока выполнял танец, который никогда не пересечётся с Гоблином.

— Гиги~ ... Йаа

— !

Гоблин разозлился, потому что не мог поймать своего противника, а его огромные глаза ярко сияли яростью, но это продолжалось лишь мгновение.

Тревожный звук прозвучал в моей голове.

Это из-за того, что Гоблин закричал... Нет, это было не из-за этого. Всё это было потому, что угловым зрением я увидел монстра, который висел на стене и собирался спрыгнуть.

— Геге!

Большая тень, которая полностью поглотила меня, головой ныряла вниз!

— Нннн!

Я вывернул своё тело и уклонился от внезапной атаки в самый последний момент.

То, что избежало моего взгляда, было силуэтом ящерицы – скрещенные четыре ноги.

На вершине её сухой коричневой кожи был тонкий язык, шипящий из её рта, который приоткрывался на стороне её головы. Включая длинный хвост, её полная длина должна была быть такого же роста, как и я.

Монстр, который карабкался по стенам – «Ящерица Подземелья».

Она появлялась со второго по четвёртый этажи подземелья и была одним из низкоуровневых монстров, наряду с Гоблинами и Кобольдами.

— ...Фууу!

Пока она выискивала мгновение для атаки, я проигнорировал Гоблина и направился прямо на неё.

Ящерица подземелья могла использовать свои четыре конечности, чтобы прикрепляться к потолку и стенам, которые позволяли им свободно карабкаться, поэтому, чтобы расправиться с этим хитрым монстром, способным двигаться в сложных местах, ты должен ждать, пока она приземлится на пол.

Так как я был застигнут врасплох, то не смог контратаковать и поэтому постоянно уклонялся от атак Гоблина, что лишь накапливало его злость, и через мгновение, я рванулся.

Я стал пулей.

— Аххх ахх аххх ахх!!

— Геге?!

Ящерица подземелья, которая смотрела в сторону, внезапно заметила опасную ситуацию, в которой оказалась, и по её смутному выражению лица казалось, что она хотела сбежать отсюда, но с точки зрения скорости я был быстрее.

Я держал свой кинжал, который был частью моей экипировки, обратным хватом, и, прыгнув над землёй, ринулся вниз. Заставив кинжал войти в спину монстра, я лезвием с лёгкостью прорезал его чешуйки.

Бдзынь Оно ударилось о нечто очень крепкое, и я не знал, было ли это из-за того, что удар повредил Магический камень, но Ящерица подземелья, которую я пронзил, задрожала и упала, словно потеряв все свои силы.

Хотя и не превратившись в пыль, она даже совершенно не дёргалась.

— Гуиии.

Закричал Гоблин. Поблизости всё ещё оставались враги.

Я вытащил свой кинжал из трупа Ящерицы подземелья и решил сделать смелый ход. Смотря за гоблином и сняв со спины рюкзак, я поместил все его лямки в одну руку.

А затем я вальяжно бросил его.

— ?!

Большой багаж превратился в страшную ракету. Монстр уставился на неё.

Я уставился на брошенный мной рюкзак, летящий в воздухе, когда он красиво шарахнул по ошарашенному Гоблину.

— Хигее

Прозвучал тяжёлый грохот, и он был из-за того, что Гоблин подпрыгнул и улетел назад.

После того, как моя «Сила» обновилась, а также учитывая тяжёлую добычу в моей сумке, то предмет, брошенный со всей моей силой, способен разгромить небольшого монстра.

Гоблин вместе с рюкзаком продолжал катиться и катиться, катиться и катиться.

— ...Гууу

Наконец, перекатывание постепенно закончилось, и Гоблин некоторое время бился в конвульсиях, а затем его голова внезапно наклонилась.

Я внимательно наблюдал за бесшумным монстром и, подтвердив окончание битвы, опустил свои плечи и глубоко вздохнул.

Я отложил кинжал и расслабил свою боевую позу.

— ...Хорошо.

Я тут же потянулся всем своим телом, и состояние моего колена... Да, оно было нормальным.

Раненная нога уже была способна выполнять все движения, и можно было сказать, что она полностью зажила. Я не мог не показать улыбку облегчения.

— ...Я стал сильнее?

Я сейчас находился на четвёртом этаже подземелья. Подтвердив, что в округе не было присутствия монстров, я вспомнил предыдущую битву.

Несмотря на то, что она превратилась в битву один против двух, что было неблагоприятно для меня, я всё же с лёгкостью выступил противником для Ящерицы подземелья и Гоблина. Моё тело довольно неплохо реагировало, и я уже не волновался о состоянии моего ранения.

Это означало, что у меня – авантюриста – усилились мои способности.

Я действительно чувствовал изменения моего «Статуса». Прямо как Ками-сама и говорила – я сделал большой шаг вперёд в плане развития, по сравнению с тем, что было раньше.

... Я с тревогой думал, что тот день становился всё ближе.

Затем, стряхнув всю свою тревогу, я взмолился в своём сердце, надеясь, что этот день обязательно придёт.

Даже если я был поставлен в тупик по поводу своей собственной силы – то ли это было зло или попросту сумасбродная надежда, но я также хотел гнаться за человеком, который стоял так далеко от меня. Тихо мои мысли о ней стали заполнять моё сердце.

После этого я достал фрагменты Магического камня из павших Ящерицы подземелья и Гоблина. Сегодняшнее исследование подземелье было завершено. Мне нужно было учитывать путь, чтобы вернуться, так что сейчас было самое время, чтобы вернуться обратно наверх. Я снова полностью заполнил свой багаж, чтобы обменять его на золото, так что снова пошёл наверх, и это уже был четвёртый раз, когда я вступал на эту дорогу возвращения.

Я шёл, сверяясь с моими воспоминаниями, пройдя с четвёртого на первый этаж – лестницы трёх этажей.

Я с лёгкостью побеждал Кобольдов и Гоблинов, с которыми встречался по пути. Снаружи уже должен был быть вечер, и небо должно было окраситься в оранжевый цвет.

Когда я прошёл половину этажей и достиг первого, то мог ясно увидеть других авантюристов, как и я, потому что есть лишь один выход из подземелья, так что естественно, что искатели приключений будут встречаться, возвращаясь из подземелья.

Повсюду было видно, что здешние эльфы и дварфы были одеты в гораздо более высокоуровневую экипировку, так что по сравнению с их оружием и бронёй моя броня была очень жалкой. Мой голос встал в горле, и из-за психологического страха я быстро проходил мимо них.

Кстати, Ками-сама сегодня также не вернулась...

Ками-самы не было из-за собрания её друзей уже в течение двух дней, и она сама сказала, что её не будет дома несколько суток, так что не стоило об этом волноваться.

Но, возможно, потому что я не видел Ками-саму, в моём сердце было пусто.

Что же ты делаешь, Ками-сама.

— Ах, я уже тут.

Пройдя чрезвычайно широкий туннель, который назывался «Начало пути», я увидел громадную дыру, связывающую подземелье с поверхностью.

В ширину и высоту она была примерно десять метров – это напоминало цилиндр округлой формы. Внутри круглого цилиндра были выдолблены пологие ступени, создающие огромную спираль.

Несколько групп авантюристов вступили на эти серебряные ступени, так что я последовал за ними. Через некоторое время я наконец-то оставил последнюю ступень позади. Моё поле зрение внезапно расширилось, и искусственный запах вошёл в мой нос.

Белые стены громадной башни «Вавилон» были построены прямо над подземельем, и я сейчас стоял на одном из её подземных этажей.

В настоящее время я достиг широкого открытого пространства с громадной дырой в центре. Оно было неоправданно широким, и можно было сказать без преувеличения, что в нём могли уместиться тысячи авантюристов, да и после этого всё равно осталось бы свободное место.

Оно было построено так, чтобы иметь в себе атмосферу храма, и от этого явно никак не ощущалось того, что прямо внизу находится логово монстров. Как бы мне сказать об этом – это было наполнено величественной атмосферой. Скажи люди, что это было место, в котором приносили дань Богам, то, возможно, многие поверили бы этому. Этот большой зал был просто сгустком мастерства.

Большой зал почти весь был синего и белого цвета, и пространство было заполнено длинными и толстыми столбами с чёрными скальными досками, которых было столько, что невозможно было сосчитать, с выгравированными на них именами авантюристов, между которыми были многочисленные украшения. Если посмотреть вверх, то вы бы увидели угол потолка, заполненный синим небом – во всём мире не было такой изящной работы, которая бы смогла показать небо лучше, нежели это.

Если вы достигли этой зоны, то это означало, что вы находитесь в абсолютно безопасном месте. Я, естественно, расслабил свои нервы, и скрывающаяся усталость навалилась на мою спину.

...Что?

Огромное количество авантюристов и людей поддержки, которые несли за плечами рюкзаки, столпились вместе. Чтобы не мешать людям, идущим сзади, я подошёл к стене. Внезапно необычная сцена предстала перед моим взглядом.

Огромный груз в форме коробок был установлен на колёса – это было что-то вроде транспортных боксов. Я вспомнил, что в месте, не очень далёком от подземелья, как раз было несколько этих коробок.

Если я правильно помню... это использовалось для рейдов на более низкие этажи подземелья, также чаще во время «Экспедиций»?

Они были разработаны для хранения еды и запасной экипировки, а также для хранения добычи и большого количества предметов.

Я вспомнил туманные знания в своей голове и уставился на коробки... Внезапно, одна из них затряслась.

Чего?!

Я удивился и уставился на коробку, которая никак не могла пошевелиться сама по себе.

Это действие словно было заявлением, что что-то, находящееся внутри, хочет выйти оттуда. Не открывая коробки, вы могли ясно себе предположить, что же бушевало в них.

В...Возможно...

Как только я подумал, что коробку можно было рассматривать как клетку, то тут же подключил своё воображение и смог предположить, что же там находилось.

Внутри монстр?

Я даже мог слышать тихие ревущие звуки «Уууу», исходящие из коробки, словно подтверждение на мои мысли.

Неужели было действительно приемлемо, чтобы монстры тут находились?..

Башня «Вавилон», которая принадлежала управлению гильдии, была известна как «Крышка» подземелья, и во время «Древней» эры, монстры, выходящие на поверхность, были обычным явлением. И они могли ранить не только идиотов, повстречавших их – от монстров происходили разрушения в мире в глобальном масштабе. Чтобы предотвратить будущие проблемы, люди соорудили огромную башню, которая не давала монстрам покидать подземелье.

В настоящее время, так как авантюристы получили «Божью Благодать», они могли сами охотиться на монстров. Орды монстров, которых поставляли наверх, не могли быть какой-то случайностью... Однако я слышал, что гильдия использовала «Вавилон» как свою базу, и до сих пор они не ослабляли своё наблюдение за монстрами. На них было возложено управление Орарио, и до сих пор они могли обеспечить безопасность города и принимали соответствующие меры.

Другими словами, даже если это и была ошибка, то монстрам всё равно не позволялось покинуть подземелье. Монстры, покидающие подземелье и находящиеся в безопасных зонах – это было невозможно.

Однако, как только я начал думать над этим, то увидел группу, которая транспортировала новый груз по лестнице из огромной дыры. Я почувствовал разочарование, и моя уверенность резко испарилась.

— В этом году они также будут устраивать это.

— Фестиваль монстров, верно...

— Какой смысл в неустанном проведении этого?

— Ради славы, верно... Как скучно.

— У Ганеши, в самом деле, неудачный характер – заставлять гильдию выполнять такую задачу и льстить общественности каждый год.

— Всё потому, что чтобы вы ни говорили, но он «Всеобщий Лорд»-сама, ха-ха-ха!

Среди суетливого шума я услышал этот разговор.

...Фестиваль монстров?

Потому что я никогда не слышал этой фразы ранее, я ломал свою голову над этим. Возможно, силой схватить монстров, доставить их в коробках в главный зал – всё это было связано с так называемым Фестивалем монстров?

Члены «Семьи», ответственные за это, все они были экипированы эмблемой с лицом слона. Я, как и все остальные, смотрел на то, как они тащили груз различных размеров.

Ах... Эйна-сан?

Боковым зрением я увидел голову с короткими коричневыми волосами.

Мои глаза погнались за знакомым силуэтом. Да, это была та, кто выступал в качестве моего советника – Эйна-сан была там.

Она была полуэльфийкой с острыми ушами.

Её соразмерное лицо было очень серьёзным, и казалось, что она серьёзно обсуждала что-то с другим сотрудником гильдии.

Работа, верно?..

Я не стал подходить и не поприветствовал Эйну-сан, которая сейчас была занята обсуждением по согласованию документов.

Подумав над тем ранее услышанным разговором, я понял, что транспортировка монстров была одобрена гильдией.

Я мог сказать, что Эйна-сан и другие люди, которые были сотрудниками гильдии, были связаны с этой работой.

Хотя я и хотел бы спросить, чем она занимается... но я оставлю это до следующего раза.

Всё это было нечто постыдное, чтобы задать на эти вопросы и даже отвлечь её от работы. Если наш разговор будет услышан людьми, которых я ни разу не видел и не встречался с ними... Я думал, что надо мной будут смеяться за то, что я не знаю подобных вещей.

Я отложил в уме несколько вопросов и ушёл.

Я ничего не получу, если буду продолжать стоять тут, и моё тело точно источало запах пота.

Я в последний раз посмотрел на Эйну-сан, а затем направился в душевую, которая располагалась на этом этаже.

× × ×

— Спасибо вам.

Человек у кассы наблюдал, как я покидаю штаб-квартиру.

После душа, чтобы обменять добычу и Магические камни на золото, я пришёл сюда.

Так как я знал, что Эйны-сан тут не было, то быстро закончил со своими делами и покинул штаб-квартиру гильдии.

— Уже вечереет...

Снаружи небо уже полностью окрасилось в красный цвет.

Просто выйдя из штаб-квартиры гильдии, которую построили словно храм на главной улице, я попал на очень шумную площадь. Множество различных рас сливались в единую толпу, проходящую мимо монумента штаб-квартиры.

Орарио имел в общей сложности восемь проспектов, которые можно было назвать Главными проспектами – они расходились из центра города к его стенам в восьми направлениях. Общий вид Орарио намного легче можно было понять, если сравнить его с тортом. Он был словно торт, разделённый на восемь равных кусков.

Чтобы отличать каждый проспект, люди называли их, основываясь на его положении, говоря так: Северная Главная улица, Юго-Восточная Главная улица. Кстати, Ками-сама и я живём в скрытой комнате, расположенной внутри церкви, построенной между Северо-Западной Главной улицей и Западной Главной улицей. Если идти по Западной Главной улице, то можно было добраться до того места, где работает Сил-сан – «Хозяйке изобилия».

Сейчас я стоял на Северо-Западной Главной улице. Что и ожидалось от улицы, которая выходила к штаб-квартире гильдии – большинство людей, которые шли по ней, были авантюристами.

Если вы хотите спуститься в подземелье Орарио, то это невозможно сделать, не разрешив все формальности в гильдии и без получения её поддержки. Без каких-либо исключений – все авантюристы должны были часто посещать штаб-квартиру гильдии, так что естественно, что вы видели так много авантюристов на этой улице.

Основываясь на количестве авантюристов на улицах, то естественно, что множество магазинов отчаянно пыталось завлечь их к себе как покупателей. Просто посмотрев налево и направо – в моём поле зрения были лишь магазины оружия или бары. Выйдя на тёмную аллею, которая располагалась немного вдалеке от главной улицы, вы бы увидели магазин с подозрительными товарами, который служил входом сюда, а внутри на ней также располагалось множество различных специализированных магазинов для авантюристов. Гостиницы также можно было увидеть повсюду.

Я смотрел на авантюристов, которые исчезали в различных магазинах, пока бесцельно шёл вперёд. Даже если я вернусь домой, то Ками-самы там не будет, поэтому я мог лишь попросту тратить своё время.

— Э? Охох, это же Бэлл!

— Ах! Боже-сама.

Я только вступил на гравийную дорогу, и фигура передо мной поприветствовала меня.

У этого человека был красивый внешний вид, а его рост был намного выше моего. Если бы я мог использовать какие-нибудь неприглядные слова, чтобы описать его, то он был настоящим благородным принцем. Однако даже если он и придерживался другого стиля по сравнению с людьми и полу-людьми, но зелёная мантия, в которую он был одет, выдавала его.

Его необычный внешний вид, особенно уникальная божественность вокруг тела, заставляла всех заметить, что человек, который стоял передо мной, был, на самом деле, Богом-самой. Он был лишь единственным Богом-самой, кроме Богини Гестии-самы из моей «Семьи», с которым у меня были глубокие отношения. Я поклонился Миах-саме.

— Здравствуйте, Миах-сама, вы здесь, чтобы купить что-либо?

— Ну, я пришёл сюда, лишь чтобы купить ингредиенты для ужина, но заставлять Бога лично ходить за этим... Бэлл, а что ты тут делаешь?

— Я решил устроить короткую прогулку по магазинам... Хотя потому что у меня нет денег, то я могу лишь именно гулять.

— Вахаха! Быть небольшой «Семьёй» – довольно больно.

Миах-сама, который нёс большой бумажный пакет в обеих руках, рассмеялся в хорошем расположении духа. Даже если он и не был весёлым человеком, обаяние можно было увидеть в его улыбке. Даже я, пусть и был парнем, но всё равно видел это.

Боги – это существа, которые стоят выше нас, людей, как ни смотри на это. Они выглядели по-разному – от дитя до старика – но, безо всяких исключений, у всех у них был хороший внешний вид. Для несовершенных людей Нижнего мира можно было сказать, что мы всегда завидовали их идеальной внешности.

Синие волосы Миах-самы покачивались, и он показал улыбку, после чего уголки моего рта также опустились.

Затем я вспомнил о Ками-саме... О Гестии, так что я задал быстрый вопрос.

— Кстати, Миах-сама, вы слышали какие-нибудь новости относительно Гестии-самы? Она отправилась на вечеринку друзей два дня назад, но до сих пор не вернулась...

— Ты спрашиваешь о Гестии? Ммм... Прости. У меня нет никаких догадок по этому поводу, так что я, в самом деле, не могу помочь тебе.

— Нет-нет! Пожалуйста, не волнуйтесь об этом.

После того как передо мной извинился Бог-сама, я поспешил замахать своими руками, так как это действительно выглядело смешно.

— Во-первых: вечеринка, о которой ты говоришь – скорее всего, это Банкет Ганеша... Но я не посещал банкет в тот день. Возможно, что если бы я показался там на некоторое время, то смог бы понять что-нибудь.

— Возможно, это потому, что Миах-саму не пригласили на банкет?

— Нет, они пригласили меня, но я, как глава чрезвычайно бедной «Семьи», не обладаю каким-либо свободным временем. Меня не заботит банкет, который был несколько дней назад, и я лишь с волнением смог подсобить как помощник в производстве нашей продукции.

«Семья» Миах-самы, как бы это мне объяснить, с точки зрения бедности она не проиграет нам – «Семье Гестии».

Для авантюриста наподобие меня, который убежал из дома и смог построить отношения с Миах-самой, всё было так потому, что... Ну, люди говорят, что низкоуровневые товарищи связываются друг с другом.

— Охох, верно, Бэлл – я отдам это тебе. Как я ранее говорил про это – вот только что сделанные зелья.

— ЭЭ!!

Миах-сама сунул руку в бумажный пакет, достал из него две трубки и по-простому передал мне их.

Затем он сказал, чтобы я принял это, и подтолкнул их ко мне. Я взял их безо всяких сомнений.

Длинные и тонкие трубки были заполнены жидкостью тёмно-синего цвета, словно глубинной океанской водой, которая двигалась вперёд и назад, словно волны.

— Ми...Миах-сама, это же?!

— Что, разве это плохо – быть добрым к своим соседям, верно?

Его несколько злорадный взгляд ошеломил меня, но затем его мужественная улыбка появилась снова.

Он похлопал меня по спине, а затем тут же втиснулся в ближайшую толпу.

— Фухаха, с этого момента, Бэлл, я жду твоего патронажа моей «Семьи»!

Миах-сама помахал мне, когда уже его спина смотрела на меня.

Я внезапно понял это и улыбнулся силуэту Миах-самы, который смешался с толпой.

Я вновь быстро поклонился, а затем положил только что обретённые зелья восстановления в кобуру, которая висела на моей левой ноге.

«Семья» Миах-самы заведовала магазином различных вещей, и пусть магазинчик и был небольшим, но это, в самом деле, был магазин зелий, ориентированный на авантюристов.

Хотя я полностью и не понимал, как эти зелья создавались. Однако каждая «Семья» применяла сделанные предметы, используя различные методы, чтобы создать особые зелья восстановления. Они словно постоянно пытались оттолкнуть своих конкурентов и продать свои улучшенные товары. Миах-сама был хорошим примером этого. Меня часто поддерживала «Семья Миах» с помощью этих созданных зелий. Хотя их и звали «Семьёй», но активность «Семьи» была очень разнообразной, сложной и отличной от других.

Существовали подобные бизнес фракции, которые продавали различные предметы, и, также, существовали фракции кузнецов, которые создавали оружие и броню. А ещё я слышал, что существовали фракции, которые ловили рыбу в океане. Хотя лишь группы авантюристов рассматривались как «Семьи», но в реальности всё было не совсем так.

Если всё упростить, то так как «Семья Бога» существовала лишь для того, чтобы Бог-сама зарабатывал деньги, то абсолютно не было важно, какую деятельность они ведут.

Этот способ получения денег в «Семье» определялся Богом-самой, поэтому на фракцию могли повлиять сильные интересы, которые были у Бога-самы. К примеру: «Хочу есть вкусную еду Нижнего мира, поэтому пусть они откроют ресторан». К тому же, были «Семьи», которые, казалось, создавали целую страну, так что в мире существовали разные «Семьи».

Просто... Независимо от того, что бы люди ни говорили, но ссор между «Семьями» одной и той же фракции не было. Без сильных членов костяка «Семьи», она, по правде, не была способна вообще создаться. Естественно, что ещё там нужна была способность справляться с неожиданными событиями, которые также вызывали такие люди, как авантюристы.

Всё же Орарио был городом-лабиринтом, поэтому тут было множество людей, которые желали стать авантюристами, поэтому в этом аспекте существовала тенденция желания стать сильнее.

Что же до меня, то я хотел бы быть авантюристом, способным быстро зарабатывать деньги (Хотя также жаждал судьбоносных встреч, будучи искателем приключений), к тому же, у меня не было никаких особых навыков для других профессий.

Прямо и слева от меня располагался магазин оружия, расположенный в конце Главной улицы. Я уставился на него, представляя, как бы я выглядел, если бы был кузнецом, но это было слишком непропорционально, поэтому я криво улыбнулся.

— ...

Как только я ясно увидел магазины, продающие экипировку, которые стояли рядом, то количество фигур авантюристов, одетых в тяжёлую броню, также существенно выросло. Я шёл мимо магазина и остановился перед ним.

Этот магазин продавал оружие и был в два раза больше того здания, которое располагалось рядом с ним.

Он был покрашен в ярко-красный цвет, подобно пламени, и на этой улице, где все здания стояли в линию, он особенно бросался в глаза.

Тяжёлая дверь была украшена рекламным щитом, и там были написаны странные буквы «Ήφαιστος*».

Хотя я не мог понять текст, который был похож на «Священный текст», но я всё же понимал его значение. Это был символ, который представлял всемирно известную «Семью» кузнецов.

Я был обеспокоен тем, привлекаю ли к себе внимание окружающих, пока, как и обычно, приблизился к витрине.

Там, отделяясь от улицы стеклом, всё было наполнено различными мечами, которые даже посторонние люди могли назвать дорогими. Изумрудные клинки двух мечей, которые располагались на кресте. Был и большой меч, который мог похвастаться пугающе большим радиусом поражения. А также виднелся и лёгкий клинок, приукрашенный золотым декором.

Я безучастно уставился на остроту этих остроконечных мечей, а затем мои глаза прилипли к другому кинжалу.

У него было чистое белое лезвие, которое могло отразить свет, исходящий от Магического камня-лампы, и он был установлен диагонально в центре коробки с сокровищами. Кинжал, который пронзал эту коробку с сокровищами, излучал яркий свет, словно это был настоящий вид сундука с сокровищами. Клинок, который был создан из измельчённых зубов монстра, был не только красивым, но также можно было ясно увидеть, что этот кинжал не уступал окружающему его оружию.

Я тайно взглянул на его ценник – тут не было ничего, что бы не стоило чрезвычайно дорого.

Похоже, что я лишь могу мечтать, о том, чтобы получить это...

Я уткнулся лицом в окно – это уже почти что стало привычкой. Каждый раз, когда я шёл из гильдии, и как только у меня было свободное время, то я всегда старался посетить это место.

Это было лучшее оружие, как будто оно было разработано специально для высокоуровневых искателей приключений.

Хотя я и понимал, что это было сокровище, которое не шло мне, когда я всё ещё носил экипировку, данную мне гильдией.

Но я всё же мечтал однажды им воспользоваться.

...В самом деле желал этого.

Если эти мысли услышали другие авантюристы, то они все точно пробормотали нечто вроде «для этого иди тренируйся целую сотню лет».

Если я в самом деле хотел отчаянно гнаться за фигурой Валенштайн-сан, то тогда, однажды наступит день, когда я коснусь этого удивительного оружия?

Я глупо вообразил себе, как опытно размахиваю этим оружием.

Я продолжал смотреть на чистейший белый кинжал за стеклом, словно хотел пронзить это стекло своим взглядом.

× × ×

— ...Ты, как долго ты планируешь делать это?

— ...

В то мгновение Бэлл подглядывал в витрину определённого магазина и с тревогой надеялся пробурить себя внутрь.

Внутри того определённого магазина красноволосая Богиня Гефест с багровыми глазами издала звук, который, кажется, был устрашающим и усталым одновременно.

Она была одета в одежду её «Семьи» и сидела за столом, а её голос предназначался стоящему на коленях круглому объекту, которая склонила свою голову до пола, хотя нет – это должна была быть крошечная Богиня Гестия.

Это был Филиал «Семьи Гефест» на Северо-Западной Главной улице.

Внутри офиса известного магазина кузнецов с тремя этажами царила атмосфера хаоса.

— Не смотри на меня так – я также очень занята.

— ...

— Даже если ты и не шумишь, но свернувшись в клубок, словно жук, всё же сильно уменьшаешь мой стимул, а также уменьшается и моя рабочая эффективность. Поняла?

— ...

— Эй, Гестия?

— ...

— ...Ах.

Её крошечная подруга продолжала молчать и сохранять ту же позу, на что Гефест лишь вздохнула.

Весь день.

Это было то количество времени, в течение которого Гестия сохраняла позу падения ниц перед Гефест.

В день, когда был организован «Банкет Богов», Гестия просила её сделать оружие для главного члена её «Семьи», на что Гефест тут же отказала прямо там.

Это было не потому, что Гефест была самовлюблённой, но изделия, созданные высококлассными кузницами, принадлежащими «Семье Гефест», могли рассматриваться как самые высококачественные, и были широко известны. Никто не вмешивался в создание оружия «Семьи Гефест», если они не были высокоуровневыми авантюристами или членами известных «Семей». Если она примет это, то Гестия должна была бы оплатить громадное количество золота, чтобы обменять его на творение её собственной «Семьи».

Продавать нечто дешёвое было уже неразумно, из-за их дружбы. Для Гефест, как лидера «Семьи», было абсолютным запретом вмешиваться в создание оружия, которое создавалось кровью и потом главными членами её «Семьи», так что она не могла согласиться с этим.

Если Гестия хочет заказать оружие, то тогда ей, по крайней мере, следует накопить немного денег – вот что сказала Гефест. А ещё это означало, что она должна была также ясно видеть свои собственные способности. Гефест совершенно не отступала и отказала ей.

Однако Гестия, получив отказ на свою просьбу, начала неоднократно кланяться Гефест после банкета. Сколько бы раз она ни хотела избавиться от неё, но та, всё же, раздражающе продолжала цепляться к ней, что явно создавало Гефест трудности.

В этом случае она могла лишь продолжать игнорировать её, пока та не сдастся, так что Гефест собиралась, в конечном счёте, откинуть её в сторону и игнорировать. Она думала, что как только Гестия проголодается, то Гефест сразу же поможет отправить её домой.

И вот, два дня прошло с банкета Ганеша.

Гестия продолжала искренне просить Гефест.

Что именно сделало тебя такой настойчивой...

Гефест помассировала пальцами свои глаза, делая мрачное лицо.

Даже когда Гестия дремала, она всё равно сохраняла эту кланяющуюся позу. Гефест почти не была в состоянии понять чувства её подруги. Гефест смотрела на неё даже когда просыпалась, и даже почти что упала с кровати из-за этого, потому что Гестия тогда также была рядом с ней.

Хотя и до сих пор она просила о многих вещах у Гефест, но условия в этот раз были явно не те, что раньше.

Как бы это сказать... Упрямство или, возможно, выражение её желания показать свою сильную волю.

— В любом случае – что именно ты делаешь со вчерашнего дня? Что это за поза такая?

— ...Догедза.

— Догедза?

— Это максимальная секретная техника, в которой что бы ты ни сделал – пока ты делаешь догедзу, то будешь прощён, и что бы ни требовал – сможешь всё это получить... Я услышала об этом от Таке.

— Таке?..

— Такемиказучиноками.

Ахах... Гефест вспомнила лицо бога, с кем она близко дружила, и в то же время она ругала Такемиказучиноками за то, что он вбил в неё такую проблемную идею.

Уже было достаточно. Гефест вздохнула – она не могла сконцентрироваться на своей работе. Она положила перо на угол стола, отложив в сторону остальную работу, которую ей нужно было подписать.

Свет излучался от сияющего захода солнца, и он был очень слаб, что означало приближение вечера.

Гефест сразу же разок посмотрела за окно, а затем вдруг посерьёзнела, выпрямив позу и уставившись на Гестию. Та же в настоящее время показывала ей свой затылок.

— ...Пожалуйста, скажи мне, Гестия, почему ты готова зайти так далеко.

Гефест использовала свои пальцы, чтобы прикрыть половину лица, включая и повязку на правый глаз, прямо спросив при этом Гестию.

— ...Я хочу стать силой этого дитя!

Гестия не изменила позу догедзы и озвучила свой ответ.

— Прямо сейчас это дитя начинает меняться! Бэлл нашёл свою цель, и он встаёт на опасную дорогу! Это путешествие крайне опасное, поэтому я хочу иметь силу, которая поможет этому дитя! Я хочу дать ему оружие, которое откроет этот путь для него!

Уставившись в пол, она не смотрела на Гефест и продолжала говорить.

Акт просьбы между Богами заключался в раскрытии всех своих истинных чувств без утайки, и это также было церемонией, которая позволяла другим увидеть чувства других людей. Если эти мысли не трогали Богов, то это означало, что они не раскрывали правды.

— Это дитя всегда мне помогало! Можно сказать, что он в одностороннем порядке поддерживал меня! Очевидно, что я – Богиня этого дитя, но я не сделала ничего достойного, будучи его Богиней!

Когда Гестия хотела выжать свои финальные мысли, её тело стало более твёрдым.

— ...Я ненавижу то, что ничего не могу сделать для него...

Хотя эта фраза была слабой до такой степени, что казалась ничтожной, но этого было достаточно, чтобы тронуть Гефест.

В это мгновения она приняла чувства Гестии, которые явно не были лживыми.

— ...Я поняла. Я помогу тебе создать оружие для твоего дитя.

Гестия внезапно подняла свою голову и уставилась прямо на Гефест. Та в свою очередь пожала плечами, глядя на неё.

— Если я не соглашусь, то ты продолжишь вечно стоять там, словно лом, верно?

— ...Да! Спасибо тебе, Гефест.

Гестия хотела встать, но... Из-за отдачи от долгого сидения в позе догедза она тут же споткнулась и упала. Видя красное и смеющееся лицо её подруги, Гестия сделала вид, что вздыхает.

Хотя Гефест также чувствовала, что слишком её избаловала, но текущая Гестия также понимала это, даже если и хотела помочь другим, так что в этом не было злого умысла.

По сравнению с тем, что она обычно запиралась дома, сейчас она способна была, по крайней мере, выдать слабую улыбку.

— Только дай мне всё сразу же прояснить тебе – тебе всё равно придётся за это заплатить. Даже если это займёт десятки или сотни лет, но ты точно выплатишь этот долг.

Но всё же лучше бы было явно провести чёткую черту между общественными и личными делами.

Нельзя было сделать всё так просто потому, что это был всемирно известный бренд «Семьи Гефест». Гестия также должна была прочувствовать боль, если она хотела обратиться за помощью из внешних источников.

Если у неё была подобная решимость, то лучше было уничтожить это. Гефест встала со своего кресла и ошеломляюще подошла к ней, своими тонкими пальцами щёлкнув по носу Гестии.

— Я...Я понимаю это. Я также сделаю всё, что мне придётся сделать, так что не показывай такого взгляда. Ладно, я использую своё тело, чтобы доказать Гефест, что моя любовь к Бэлл-куну настоящая.

— Да, да, я с восхищением буду ждать этого.

Гефест закрыла свои глаза и выпрямилась, и, слушая слова Гестии, она направилась к полкам, установленным на стене.

На тонкой полке лежало множество полупрозрачных небольших молотов.

— На каком оружии специализируется твоё дитя?

— Ах... Н...Нож.

Бормоча, Гефест взяла багровый молот. Этот молот не имел никаких украшений и ставил во главу всего свою функциональность. Гефест положила его в мешочек, который часто носила на талии.

Затем она направилась к прозрачной кристальной коробке и открыла замок на ней. Внутри было множество различных кусков металла. Она выбрала «Мифрил», который излучал серебристый свет и был материалом для оружия.

Этот исходный материал был таким металлом, который был легче и прочнее, нежели железо, и, к тому же, его было намного легче ковать, чем то же самое железо.

Даже если это и были стройные руки женщины, не обладающей никакими особыми способностями женщны-кузнеца, то они всё равно с лёгкостью могли обработать этот металл. Что и ожидалось от самого лучшего металла.

— Г...Гефест, возможно... Ты сама будешь ковать это оружие?

— Конечно же, да. Это полностью личное дело между мной и тобой, так что я не могу вмешивать членов «Семьи» в наши проблемы.

Для проведения кузнечных работ, в этом здании был один этаж, который был построен в виде небольшой «Мастерской». Гефест там собиралась сама сделать это оружие.

«У тебя есть какие-то возражения?» Гефест сказала это, яростно уставившись на Гестию своим левым глазом, на котором не было повязки.

— Какие могут быть возражения! Тебя восславляли как Богиню Кузнецов на небесах, и если именно ты выкуешь это оружие, то тогда я буду очень рада этому!

— Ты не забыла? Это не небеса, так что я не могу использовать какую-либо «Силу».

На основе правил, согласованных между Богами, они не могли использовать какую-либо «Божью Силу» в Нижнем мире.

Хотя Гефест и была «Богиней Кузнецов», которая создала множество божественного оружия на небесах, но в Нижнем мире она была такой же, как и все дети без какой-либо «Божьей Благодати», так что ничем не отличалась от обычного человеческого ремесленника.

— Меня не волнует это! Если ты создашь это оружие, то я буду очень рада!

— ...

Она не сомневалась в способностях Гефест. Безусловное принятие этого Гестией заставило Гефест нахмуриться.

— ...Тогда, пожалуйста, иди со мной и помоги в надвигающейся работе. С этого момента тебе придётся тяжело поработать.

— Ага, оставь это мне!

Чтобы скрыть своё смущение и временное окаменение, Гефест выдала несколько команд, а услышав ответ на них, она тут же отвернулась.

Направляясь к двери, Гестия позади, кажется, радостно подпрыгивала и гналась за ней.

...Просьба, которую я ни за что бы не приняла от моих покупателей.

Настроение Гефест внезапно воспылало, и она сменила своё сознание с лидера «Семьи» на кузнеца.

Желаемое оружие Гестии.

Клинок, который откроет дорогу авантюристу.

Нужно создать беспрецедентное оружие, которое не опозорит имя «Гефест».

...Пусть я и говорю это.

В её памяти она вспоминала данные о пользователе этого оружия.

Бэлл Кранэл, человек, дитя четырнадцати лет.

Он был единственным членом дружественной для неё «Семьи», и получил «Божью Благодать» лишь полмесяца назад. Можно было сказать, что он был авантюристом, но также он был ещё полным новичком.

Молодой искатель приключений держит в своих руках сильнейшую экипировку.

Строго говоря, эта просьба зашла слишком далеко.

Слишком сильная сила оружия могла ухудшить авантюристов, так как из-за надежд на оружие в результате мог застопориться рост его пользователя, что не позволит ему использовать его ещё более опытно, нежели раньше. К тому же, оно могло не соответствовать личности пользователя, так что всё это также было очень важно.

Но с учетом всего этого если она сделает оружие абы как, то опорочит имя Гефест.

Гефест чувствовала, что она больше кузнец, нежели Божественная личность. Это естественное положение было усилено её ремесленническими стараниями, и ничто не останавливало её от создания оружия своими собственными руками, так как иначе это бы противостояло её собственным принципам. Так что если ей нужно было сделать что-то, то она использовала всю свою силу, чтобы создать наиболее выдающееся произведение.

Таким образом, у неё была дилемма.

Итак, как бы мне сделать всё это?

Обдумывая всё то, что она создала до сих пор, Гефест погрузилась в глубокие размышления.

Её подруга Богиня подкинула ей хитрую просьбу, и взглянув на Гестию, которая радостно следовала за ней, Гефест могла лишь пробормотать об этом у себя в сердце.

× × ×

Наутро третьего дня Ками-сама также не вернулась.

Я был внутри скрытой комнаты в пустой церкви, ел завтрак один, чувствуя себя немного одиноко. Затем я начал готовиться к сегодняшнему рейду в подземелье.

Даже если Ками-самы не было здесь, то вещи, которые необходимо было сделать, никак не менялись, поэтому, когда она вернётся, мне будет лучше радостно сказать ей, что я «Заработал много денег», поэтому мне надо работать ещё усерднее. Я посмотрел на фигуру, которая отражалась в гардеробном зеркале, возродил свой дух и вдохновился.

Я экипировался мешочком, в котором были зелья, привязав его к ноге, положил свой кинжал в ножны на поясе, и, в конце концов, надел рюкзак поверх брони. Надев всю свою экипировку, я сказал «Я ухожу» пустому дому и открыл дверь.

Ранение на моей ноге полностью исцелилось, так что сегодня я спущусь на пятый этаж...

Несколько дней назад я погрузился в неистовство и прорвался в глубины подземелья, и как результат, получил приличные ранения и сбежал. Сегодня же я планировал отомстить. Хотя я и не подтвердил это, но мой «Статус» должен был сильно усилиться, так что я не совершу ту же ошибку, что и в прошлом. Просто на всякий случай, было бы лучше, если бы я спросил мнения Эйны-сан.

Я подытожил сегодняшние планы, покидая свой подвал. Покинув церковь, которая лежала в руинах, меня окружил ранний утренний свежий воздух. Я вышёл на небольшую аллею и несколько раз умело повернул, покинув Западную Главную улицу. Я ускорился, из-за чего утренний пейзаж стал размываться.

Сотрудники готовили стулья под открытым воздухом, команда из двух зверолюдей стояла на углу аллеи. Девушку, которая смотрела на дорогу из окна двухэтажного магазина, теперь не было видно.

— Эээээййй... Ты, с белыми волосами – подожди минутку, няяяя!

Я отреагировал на фразу «с белыми волосами», что шокировала меня, но я не мог не остановиться.

Я развернулся ко входу в «Хозяйку изобилия» в направлении голоса, где девушка-кошка с кошачьими ушами и хвостом энергично размахивала мне руками.

...Она же сотрудница этого кафе вместе с той эльфийкой?

Потому что меня звали «Беловолосым патцаном», я явно запомнил её. Я оглянулся и указал на себя, словно спрашивая «Ты про меня?», на что она кивнула.

Я ведь уже вернул корзинку для обеда Сил-сан... Интересно, что же случилось? Я подбежал к ней, одетой словно официантка.

— Доброе утро, ня. Я извиняюсь, что так внезапно окликнула тебя, няя.

— Ах, нет. Доброе утро... Так в чём же дело?

Видя, как она поспешно поклонилась, я также обменялся с ней приветствием.

Я не знаю, почему её действия стали такими очень образованными, но затем она тут же спросила меня:

— Я хочу тебя кое о чём попросить, няя, и это немного раздражающее дело, няя, так что это тебе.

— Чего?

— Беловолосый близкий друг Сил, няя, я хочу попросить беловолосого передать кое-что этой беспечной девушке, няя.

Я тут же внимательно посмотрел на то, что девушка передала мне. Это был кисет, набитый деньгами.

Это был кошелёк кисетообразной формы с металлической пряжкой, а на его верхушке была выгравирована эмблема, которой я не видел раньше, так что можно было сказать, что это было изделие не какой-то случайной «Семьи». Дизайн фиолетового кошелька был очень изысканным и милым.

Ах, хотя он и был очень милым... Однако я не понимаю, куда вся эта тема ведёт!

Что означало – передать его Сил-сан?..

— Аня, если ты вот так скажешь без должных объяснений, то Кранэл-сан также будет испытывать проблемы.

В этот раз из кафе вышла эльфийка. Она готовила места под открытым воздухом и подошла к нам.

Хотя это был и не очень подходящий случай, но когда эта эльфийка назвала меня по имени, то это меня как-то тронуло, ведь она запомнила его.

— Рю, ты дура, няя. Была очередь Сил-сан присматривать за магазином, но она решила расслабиться и сбежала, чтобы посетить фестиваль. Я хотела бы передать ей забытый кошелёк, няя. Даже если бы я всё так подробно и не говорила, то беловолосый должен был понять это, няя. Няя, беловолосый?

— Ну, вот такие дела. Я извиняюсь, что прямо не объяснила всё тебе.

— Ах, нет, я всё понял. Так вот в чём дело.

Сотрудница кафе, которую звали Рю, великолепно проигнорировала работницу девушку-кошку, у которой было уверенное выражение лица, и извинилась передо мной. Мои сомнения также исчезли.

В то же мгновения девушка, которую звали Аня, была исключена из разговора, внезапно опустила свой хвост, которым недавно гордо трясла, а её лицо стало красным, после чего она опустила и его. Всё её тело задрожало и затряслось, а я начал потеть.

— Пожалуйста, не обращай на неё внимания. Поэтому, можем ли мы попросить тебя об этом? Ане и мне, как и другому персоналу, надо готовить кафе к открытию, и у нас нет свободных рук, так что, хотя я и чувствую себя неловко, когда прошу тебя об этом, отрывая от похода в подземелье...

— Это не так уж и важно для меня... Однако, это правда, что Сил-сан решила увильнуть от работы?

— Ну, увильнуть – это не совсем правильное слово. Обстоятельства Сил немного отличаются от тех, кто работает здесь.

Услышав, что Сил-сан, которая всегда выглядела так серьёзно, увиливает от работы, я никак не мог себе этого представить, поэтому решил переспросить. Похоже, что она использовала свои отпускные и немного отличалась от тех работниц, которые стояли сейчас передо мной. Это было не потому, что Сил-сан усердно работала в баре, а потому что управляющая, кажется, позволила ей это.

Главная причина заключалась в том, что Сил-сан приходила работать сюда из своего собственного дома, так что она и являлась исключением и была в состоянии обеспечить себя отпуском.

Тогда, походу, Сил-сан использовала свои отпускные дни, чтобы посетить «Фестиваль»...

— ...Фестиваль монстров?

— Да, Сил пошла посмотреть на события, которых организовали сегодня.

Это была та фраза, которую я услышал в «Вавилоне».

Для меня, который ничего не понимал в этом, всё это внезапно стало очень интересно.

— Ты в первый раз слышишь об этом? Невозможно же людям, которые живут в этом городе, не знать об этом событии.

— На самом деле, я совсем недавно прибыл в Орарио... Если вы можете, то, пожалуйста, расскажите мне об этом.

— Тогда, няя, позволь мне всё объяснить тебе, няя!

В то мгновение, когда слова вышли из моего рта, работница девушка-кошка внезапно впрыгнула между нами, словно хотела восстановить свою репутацию, и сказала:

— Фестиваль монстров проводится один раз в год и это супер-огромное событие, которое организует «Семья Ганеша», няя! Занимая Колизей на целый день, там приручают монстров, которых притаскивают из подземелья, няя!

— Э... Что, ПРИРУЧАЮТ?!

Слушая шокирующие вещи, которые она говорила, я был сильно удивлён этим.

Приручать... одомашнивать их? Этих жестоких монстров?

— Приручение монстров – не такое уж удивительное дело, беловолосый авантюрист, няя – просто у тебя должен быть опыт в этом, няя. В то мгновение, когда монстра сильно избивают, он встаёт, раскрывая свои глаза и желая сформировать команду.

— Нет, насчёт этого – я никогда раньше не видел этого...

Я не знал, какие глаза были у служащей кафе эльфийки, которая она смотрела на меня, но безо всяких сомнений вклинилась в разговор.

— Навык «Укрощение» существует, хотя и отличается из-за качеств каждого отдельного человека, но он позволяет монстру узреть силу своего противника и заставить слушаться его.

Призвать монстра к покорности... Это звучало, словно тема из другого мира.

— У монстров в подземелье суровые личности и их сложно приручить, поэтому в основном большинство людей приручает существ над поверхностью, няя... Но так как главные члены «Семьи Ганеша» совсем не слабые, поэтому они могут приручить монстров, которые живут внутри подземелья.

Даже я слышал имя «Семьи Ганеша», и даже среди «Семей» в Орарио их сила была доказана.

— Это означает, что они сражаются с монстрами и приручают их во время шоу?

— Именно так, няя, но, честное слово, всё это выглядит как цирковое представление, няя.

«Однако, вид такого зрелища – чересчур интенсивный» Работница кафе добавила эту последнюю фразу. Как и ожидалось – это, всё же, было очень опасно.

— Мы, на самом деле, также хотели бы посмотреть на это, няя, но мама не позволила нам, няя. Сил сказала, что купит нам сувениров, улыбнулась и поклонилась... но она оставила свой кошелёк в кафе, няя. Сил такая неуклюжая...

— Аня, я думаю, что не тебе говорить это о ней.

— Хаха...

Ну, я, скорее всего, всё это понял. Оставив в стороне тему подарков, если не взять с собой деньги, то у тебя будут проблемы. Сил мне так много раз помогала, так что я должен отплатить ей.

— Связывающаяся с Колизеем Восточная Главная улица, скорее всего, довольно многолюдна, так что, пожалуйста, направляйся туда, и там ты сможешь пойти за потоком людей и с лёгкостью прибыть на место.

— Сил только что ушла, так что если ты пойдёшь прямо сейчас, то должен будешь нагнать её, няя.

Они сказали, что мой рюкзак будет лишь мешать, так что я должен оставить его в кафе.

Я, который сейчас чувствовал лёгкость, словно пёрышко, взял кошелёк и уставился в направлении Восточной Главной улицы, которая была ещё дальше, нежели небоскреб.

Фестиваль монстров... Каков он?

Я думал, что хочу увидеть его, если у меня есть на это время, когда выходил из кафе.

× × ×

В настоящее время улица была заполнена громким шумом и волнением, от чего другие люди хотели пуститься в пляс.

Сейчас было около девяти утра, и множество авантюристов отправлялись в подземелье, и прямо сейчас, на Восточной Главной улице собралось громадное количество народа.

Бесчисленные киоски были поставлены как по центру дороги, так и по её сторонам, заполняя всё ароматным запахом, а звуки приготавливаемой еды постоянно разносились эхом в толпе. Казалось, что улицы были украшены ленточками и цветами, что делало их более оживлёнными, нежели обычно.

Над головами людей были натянуты верёвки с разноцветными флагами, развивающимися, когда дул ветер. Флаги были двух видов: одни представляли монстров, которые выглядели словно яростные львы, а на других была эмблема слоновой головы «Семьи Ганеши».

Дети зверолюдей, покрасневшие от волнения, постоянно тянули своих матерей за руки, и слышались мелодии, которые непреднамеренно создавались шагами толпы. С неба сиял солнечный свет, который, казалось, также сегодня праздновал, и был ярким и ослепительным.

Сегодня Восточная Главная улица была наполнена атмосферой фестиваля.

— ...

Толпа на Главной улице протянулась до самого конца города – прямо к Колизею. Пара серебряных глаз осматривала с высоты толпы людей, которые хотели посмотреть Фестиваль монстров.

Прямо со второго этажа кафе, которое выходило на Главную улицу.

Интерьер кафе использовал в себе дерево, чтобы создать уютную атмосферу, и она сидела одна на стуле возле окна. Оттуда вы могли увидеть всю улицу целиком. Чтобы не позволить другим увидеть её лицо, нет, чтобы её белая кожа не была открыта взглядам толпы, она намеренно была одета в синий женский плащ с длинными рукавами.

Однако эта одежда не могла скрыть её «Красоты».

Доказательством этого было то, что несмотря на сокрытие её лица, всё внимание людей в кафе всё же было полностью сосредоточено на ней. Каждый раз, когда ей тонкие пальцы брались за чашку на столе, каждый раз, когда её тонкий подбородок немного открывался от её плаща, то все в округе сотрясались, и здесь было довольно много людей, которые становились неподвижными, увидев это.

«Богиня красоты» Фрея не делала ничего, и всё же она постоянно крала сердца окружающих её людей. Она молча глядела за окно, тратя своё время.

— ...

Громадное количество людей Нижнего мира покрывало улицу... Громадное количество детей.

Люди, зверолюди, дварфы, эльфы – все виды различных рас были внутри этой толпы, а также вы могли увидеть немного авантюристов, которые смешались с этим населением.

Фрея, кажется, всматривалась в каждое из их лиц, пока смотрела на них с расстояния, когда, внезапно, раздался громкий стук.

Следующие за ним громкие звуки шагов по деревянному полу и небольшие звуки вздохов приближались к ней.

Она отвлеклась от своего занятия и посмотрела на того, кто ждал её.

— Йо, ты долго ждала?

— Нет, я только что прибыла.

Подняв свою руку, чтобы быстро поприветствовать её знакомую Богиню, Фрея бросила мелкий смешок под капюшоном.

У неё были волосы слегка алого цвета – совсем другие, нежели ярко красные волосы Гефест. Её волосы цвета заката, о котором явно напоминала её голова, а также одетые на ней старая рубашка и шорты создавали о впечатление, словно она небрежный парень.

Локи подавила свой зевок, пока её глаза были полны слёз смеха.

— Эй, я до сих пор не завтракала, так что я могу поесть тут?

— Пожалуйста, как пожелаешь.

Локи взялась за свое кресло, пока откровенно говорила это, на что Фрея показала слабую улыбку, а выражение её лица означало, что она вовсе не против. Атмосфера между ними двумя была такая, словно они были старыми друзьями и знали все стороны друг друга.

— После банкета ты довольно много спала, верно? Кто сказал тебе пить в одиночестве так, что ты в одиночку напилась и вырубилась. Хохо, Гестия в самом деле нечто, да?

— Эй, вонючие большие сиськи, где ты услышала эти вести?

— Твои милые члены семьи, кажется, вызвали большой переполох? Кто бы ни говорил об этом, но твои люди сильно беспокоились о тебе.

— Чёрт подери это озорное отродье. Они в самом деле сделали это.

Именно Локи была той, кто позвала Фрею, так что она также и решала о месте встречи.

С «Банкета Богов» прошло уже несколько дней, и для этой встречи здесь была кое-какая причина.

— В любом случае, когда ты собираешься представить это дитя мне?

— Что, мне всё же надо представлять её?

— Это, в конце концов, первая моя встреча с ней.

Теми, кто пришёл к Фрее, была не только Локи – был ещё один человек.

Эта красивая девушка с золотыми волосами и глазами имела при себе меч в ножнах и стояла так, словно она защищала Локи. Даже Фрея, которую звали «Богиней красоты», всё же сузила свои глаза и улыбнулась.

— Мм, это Айз из моей семьи. Этого достаточно? Айз, эта девчонка тоже Богиня, так что поприветствуй её.

— Рада с вами познакомиться.

«Принцесса меча», Фрея пробормотала это имя и уставилась на девушку перед собой.

Айз Валенштайн. Даже среди Богов она стала темой разговоров, так как в «Семье Локи» она была предвосхищающей мечницей. Её имя и отвага распространились за пределы Орарио – по всему миру. Поэтому не было нужды представлять её.

Её милый внешний вид не соответствовал опасной профессии искателя приключение, и люди, которые ничего не знали о ней и стояли рядом, ни за что бы не вообразили себе, что она уже переступила через множество трупов монстров.

Лицо девушки было исключительно тонким, поэтому Локи уговорила её «Можешь садиться», поэтому она послушалась и села возле Локи.

— Как мило, и... ах, теперь я понимаю, почему Локи так привязалась к этому дитя.

Золотые глаза и серебряные глаза Фреи обменялись взглядами. Холодное выражение лица Айз не изменилось, и она тут же вежливо поклонилась.

Казалось, что она не напоминала девушку – на это Фрея не могла ничего ответить, кроме как показать улыбку.

— Могу я спросить, зачем ты притащила «Принцессу меча» сюда?

— Эх хе хе хе!.. Эй, ты. Так как фестивали тут проводятся редко, то я сегодня могу устроить идеальное и милое свидание с Айз-тян, пока не удовлетворюсь.

Локи громко заявила это, показывая гнусную улыбку.

— ...Ох, и я думала, что после того, как «Экспедиция» этой принцессы закончилась, она сможет наконец-то вернуться и успокоиться, но она тут же захотела опять погрузиться в подземелье.

— ...

— Если ты не будешь делать короткие перерывы, то тогда не отдохнёшь в течение всей своей жизни.

Локи сказала это, протянув свою руку в сторону и нежно прикоснувшись к голове девушки. Айз, кажется, приняла свою ошибку и посмотрела вниз, позволяя Локи делать всё, что она захочет.

Фрея увидела, что внутри тонких и алых глаз Локи были тёплые цвета. Зная как разрушительна была Локи на небесах, Фрея понимала, что она в самом деле изменилась.

— Тогда, разве не настало время, чтобы ты объяснила, зачем вообще позвала меня?

— Да. Прошло довольно много времени с тех пор, как мы просто так болтали.

— Твой рот наполнен чушью.

Под тенью капюшона, Фрея показала небольшую улыбку, на что Локи также внезапно сменила своё шуточное поведение и показала смелую улыбку. Атмосфера между ними двумя внезапно изменилась.

Официанту, который только что принёс меню, в самом деле не повезло попасть под давление, созданное двумя Богинями. Молчание и огромное давление вызвало у него лицевой спазм, и он словно окаменел на месте. Выражение лица Айз не изменилось, и чтобы не мешать им обоим, она наблюдала за ситуацией со стороны.

— Позволь мне послушать – что же ты затеваешь.

— О чём ты говоришь, Локи?

— Не делай из себя дурочку, идиотка.

Фрея нежно улыбнулась неподвижному официанту, который расширил свои глаза и уставился на неё. Казалось, что у него слегка покраснело лицо, словно у него был слабый жар, а затем он внезапно развернулся и убежал.

Когда никого по близости уже не было, она развернула свою голову обратно. Тонкие глаза Локи показывали злобный и острый взгляд.

— Твои недавние действия были довольно велики: появиться на «Банкете», к которому ты совершенно не испытывала никакого интереса, а по тону текущего разговора создаётся ощущение, что ты собираешь информацию... Что ты затеваешь?

— Слишком шумно.

«Если ты не будешь делать никаких странных действий, то тогда ничего и не случится» Слова Локи явно показывали это. Если это затронет меня, то я ударю тебя. Алые глаза, кажется, хотели подтвердить её намерения.

Они продолжили бороться друг с другом взглядами. Небольшая улыбка Фреи, кажется, напрямую противостояла против взора Локи, который был наполнен убийственным намереньем. Казалось, что эти Божества излучали что-то, что никто не мог увидеть кроме них двоих. Заметив это, кто знает, когда в этом кафе остались лишь они. Айз была обеспокоена ими обоими и чувствовала, что этот бессловесный диалог мог продолжаться вечно.

Медленно Локи выпустила свою силу.

Она сделала так, что предыдущая атмосфера испарилась, а затем убедительно сказала:

— Всё из-за парня?

— ...

Богиня не ответила, а только лишь продолжила улыбаться под капюшоном.

Однако Локи, кажется, истолковала эту небольшую улыбку как подтверждение своих слов.

Локи зычно вздохнула, отчего другие могли бы поразиться.

— Ха... Это значит, что ты облюбовала определённого ребёнка «Семьи» – всё из-за этого?

Страстная Фрея... Это также означало, что она любила мужчин, и это был хорошо известный факт среди Богов.

Если она находила любимца из противоположного пола... То даже если это было дитя из Нижнего мира – она тут же приближалась к нему и использовала свою несравненную «Красоту», чтобы заставить других стать её собственностью. Она очень многих поймала своей магической красотой и сделала их своими пленниками.

В этот раз, кажется, Фрее приглянулся очередной главенствующий член какой-то «Семьи».

Участвуя в «Банкете Богов» она также хотела понять из какой «Семьи» это дитя.

Конечно же, если она предпримет действия против дитя, который заключило договор с другим Богом – а это означало, что она хотела схватить его – то это точно бы привело к громадным спорам. Если боевая сила этой «Семьи» была великой, то тогда Фрея понесла бы сильный урон и заплакала, уплетая обратно, поэтому она хотела избежать подобного беспечного поведения, и сперва собирала информацию. Это был прогноз Локи.

Фрея не отрицала слова Локи.

— Ты в самом деле развратная Богиня – у тебя всегда столько мотивации круглый год, и ты совершенно не заботишься о том, кто это. Ты всё равно хочешь сделать это?

— Ох хо, мне очень жаль, но у меня всё же есть способность различать.

— Чушь. Ты явно до сих пор обманываешь этих мужиков Богов.

— Связи с ними могут дать тебе множество преимуществ, поэтому у тебя так много мест для ночлега.

Ух. Голос Локи прозвучал громко, но её это не заботило, и она в самом деле сказала о плохом вкусе Фреи, на что та лишь слабо ответила и пожала своими хрупкими плечами.

Больше уже ни о чём не нужно было спрашивать по её делу. Локи выпустила громкий вздох и откинула весь свой вес на спинку кресла.

Обе её руки схватились за затылок, а затем она нежно отклонилась назад. Фрея также взяла свою холодную чашку и отпила немного воды. Тихое место стало более расслабленным.

Атмосфера между ними уже изменилась к яркой и солнечной, а звук бурлящего шума с улицы вошёл в их уши.

Нежный ветерок дул из открытых окон и нежно приподнимал мантию Фреи.

— И что?

— ?..

— Что это за человек – дитя, которого ты облюбовала? Когда ты нашла его?

«Скажи мне» Локи усилила свой голос.

Она требовала сказать ей эту крошечную вещь, и казалось, что она на полной скорости шла к выполнению этой цели.

«Если ты не расскажешь мне, то я не дам тебе уйти» Её возбуждённые глаза выражали это.

— ...

— Из-за тебя я потратила столько сил, так что у меня есть, по крайней мере, право выслушать это.

Слушая, как Локи вытащила такой надуманный повод, Фрея левой рукой решила поддержать свою щёку, пока сама взглянула за окно.

На главной улице люди шли вперёд и назад – это была чрезвычайно суетливая сцена. Фрея, кажется, гналась за видением в её памяти, и под капюшоном её серебряные глаза были нацелены на отдалённое место.

— ...Он не такой уж и сильный. По сравнению с твоей или моей «Семьёй», это дитя ещё полностью ненадёжно. Его, скорее всего, ранят очень небольшие проблемы, и он с лёгкостью может заплакать... это дитя именно такое.

Однако крохотные губы Фреи продолжали говорить.

— Он очень привлекательный и чистый. В этом дитя я увидела такое сияние, которого не видела раньше.

Хотя это было и не заметно, но её голос действительно постепенно повышался, и от этого вы могли почувствовать небольшой энтузиазм.

— На самом деле, я заметила его случайно. Он внезапно появился в поле моего зрения.

Фрея вспомнила детали той встречи, пока продолжала собираться с мыслями. Как будто она изо всех сил пыталась воспроизвести встречу с ним и смотрела на пейзаж за окном.

— В то время всё было примерно так же, как и сейчас...

Утренний свет, который шёл с западной стороны Главной улицы.

С другой стороны дороги парень направлялся в этом направлении.

Да, прямо как сейчас – примерно также как и вон тот паренёк, который бежал в поле её зрения.

— ...

Всё тело Фреи окаменело.

Пара её серебряных глаз была полностью привязана к «Парню с серебристыми волосами», одетому в стандартное обмундирование авантюриста.

Он двигался через толпу: иногда он замедлялся, местами вообще останавливался, а затем гнался вперёд.

Он направлялся в сторону Колизея, а его целью, вероятно, был Фестиваль монстров. Как будто он прорывался сквозь всю эту толпу – парень бежал к круглому и массивному зданию.

Фрея, которая смотрела, как его силуэт начинал испаряться, медленно показала своё лицо с чарующей улыбкой.

— Прости меня, но я внезапно кое о чём вспомнила.

— Чего?

— Увидимся в следующий раз.

Фрея встала и ушла, оставив ошарашенную Локи, которая продолжала сидеть на том же месте.

Фрея завернулась в свой плащ и покинула кафе.

Внутри него остались лишь Локи и Айз.

— Что за... почему она так внезапно сорвалась.

Локи, у которой было удивлённое выражение лица, смотрела на лестницу, по которой ушла Фрея.

Локи думала об этом, пока не произвела звук «Э?», который был наполнен сомнениями.

Возле неё, на небольшом расстоянии от окна, Айз также уставилась на улицу.

— Айз, в чём дело? Что-то не так?

— ...Нет.

Когда она уже приготовилась говорить, что ничего не произошло, Айз всё же продолжала смотреть за окно.

Её пара золотых глаз видели, безо всяких сомнений, то же, что и серебряные глаза Богини, преследующие знакомые серебряные волосы.

× × ×

— Подойди. Это тебе.

— Ооооооооооо?!..

Как только она получила небольшую коробку от Гефест, которая была одета в свою рабочую одежду, Гестия не могла не воскликнуть. Она могла сказать, что для того чтобы создать эту роскошную коробку ушло много сил, и глаза Гефест до сих пор сияли с блеском.

— Этого должно быть достаточно, чтобы оправдать твои ожидания, верно?

— Да, абсолютно достаточно! У меня нет совершенно никаких малейших возражений!

Со звуком «Ого», пока она открывала коробку, Гестия заглянула внутрь.

Внутри лежали абсолютно чёрные ножны, и даже рукоятка кинжала была чисто чёрной.

Всё оружие от верхушки до кончика было пепельно-чёрным, и хотя на вид оно было простым, но всё же было сделано силой, которая далеко превосходила силу Гестии, и являлось шедевром Гефест.

Выглядело оно так, словно было сделано эксклюзивно для Бэлла, ведь почти целый день ушёл на создание этого оружия. На лице Гестии возникло никогда ранее не виданное довольное выражение.

— Ах, верно. Оружие ведь должна назвать Гефест, верно?! Если возможно, то позволь мне назвать его! Верно, верно, потому что это кристаллизация моей и Бэлла любви, так что давай назовём его «Кинжал Любви». Как тебе?!

— Нет. Это нагоняет мысли, что это дешёвка... Но, к тому же, это в самом деле оружие лишь для тебя, для «Богини»...

— «Богиня – Кинжал Гестии» Как тебе?

Гефест вынесла это предложение.

Нет-нет, это было слишком смущающим. Гестия, которая была в восторге, внезапно прикрыла своё лицо. Её косы по обеим сторонам головы, кажется, выражали настроение своей хозяйки и радостно и смущённо покачивались.

— Прежде всего: деньги за это лишь были одолжены тебе, так что тебе не будет позволено соскочить с этого долга~

— Я знаю~ Я знаю.

Гефест распустила свои волосы и убрала шпильку, говоря это. Гестия, которая прыгала от радости, также ответила с улыбкой на лице.

Когда её подруга закончила с упаковкой, она приготовилась поспешно покинуть это место.

— Ты уже уходишь?

— Да, прости за беспокойство!

Действия Гестии были чрезвычайно быстры, словно она сидела на иголках и сгорала от беспокойства. Она прошла к двери комнаты.

— Гестия, тебе также бы следовало немного отдохнуть!~~

Услышав оклик сзади неё, Гестия не обернулась и не ответила – лишь нежно помахала своей рукой.

Выйдя из крошечной комнаты, расположенной в следующей мастерской, Гестия двигалась с той же скоростью и быстро вышла из магазина Гефест.

Ах!~ Я в самом деле хочу побыстрее показать это Бэлл-куну~

Какое детское выражение лица сделает то дитя – просто мысли об этом уже делали Гестию чрезвычайно счастливой.

Он будет доволен, потому что получил кое-что? Или он будет смотреть на меня уважающими глазами? Или, возможно, он будет плакать слезами эмоций?

Гестия воображала различные хорошие виды их встречи, и радость на её лице совершенно не спадала. Она пыталась двигаться вперёд по дороге, пока улыбалась, и всё её лицо светилось словно цветок, который только что зацвёл.

Затем, после того как Гестия немного успокоилась, она направилась к Северно-Западной Главной улице, думая о том, стоит ли ей отправиться домой, чтобы ждать там Бэлла. Хотя это было очень заманчивой идеей, но она хотела бы подарить это ему как можно быстрее, но в действительности, она совершенно не знала, где он прямо сейчас находился.

Она боялась, что в это время он уже мог болтаться по подземелью...

— Э?.. Аххх, так вот оно что.

Гестия, которая была в раздумьях, заметила листок, размещённый на определённом магазине, и уголки её рта приподнялись и показали тонкую улыбку, которую другие не смогли бы увидеть. Её улыбка была наполнена гордостью.

На этой листовке была записана повестка дня и расписание событий Фестиваля монстров, который проводился сегодня.

Сегодня же ежегодный фестиваль Филия... Если этот идиотский юнец, который только пришёл в город, узнал об этом фестивале, то он, должно быть, крайне заинтересовался в нём и направился посмотреть...

Будь это так, то если она также направится туда, они, возможно, и встретятся. Ожидая, что место проведения Фестиваля будет чрезвычайно хаотичным, то если они захотят успешно встретиться, тогда им понадобится очень много удачи. Но эта проблема совершенно не могла остановить Гестию, которая прыгала от радости.

Я уже предвидела действия Бэлл-куна! Гестия продемонстрировала свою необоснованную уверенность и решила направиться на место проведения Фестиваля.

Её целью была Восточная Главная улица.

— Эй~ Такси!

Это маленькое тельце с милыми небольшими ручками сильно постаралось вытянуться, чтобы вызвать повозку, которая направлялась в том направлении.

Затем юнец, который выглядел очень молодо, управляющий повозкой, остановился перед Гестией. Она прыгнула к нему, сказав: — Не могли бы вы, пожалуйста, отвести меня на Восточную Главную улицу? — указав водителю место назначения.

— Да-да, понял. Вы также хотите направиться на Фестиваль монстров, верно, Богиня-сама?

— Ах ах, нечто вроде этого.

После звука удара кнута, повозка сразу же тронулась. Колёса постоянно крутились по каменной дороге и издавали стучащиеся звуки, а также создавали сильную тряску, которая полностью отдавалась на Гестии, сидевшей внутри повозки.

Город Лабиринт был чрезвычайно большим. Хотя его населяли только авантюристы и члены «Семей» со всего мира, но вся его общая площадь была также самой громадной по сравнению с другими городами. В этом огромном городе такой грубый транспорт, как эта повозка, был вполне естественен. И сейчас бизнес по транспортировке людей или грузов также постепенно развивался тут.

Кстати, термин «Такси», который использовали, чтобы остановить повозку, был выбран по прихоти Бога, и никто не знал, когда им начали пользоваться, но он распространился, и наконец-то стал устоявшимся выражением.

— Я хочу поскорее очутиться там. Хотя тут и очень много народу, но, пожалуйста, не могли бы вы ехать чуть быстрее?

— Ах, я не могу найти причину, чтобы отказать на просьбу Богини-самы, так что, пожалуйста, держитесь крепче.

Юнец с готовностью согласился принять требование Гестии, а затем умело увеличил скорость, управляя движением повозки.

Он избегал толп на улице и проехал через множество небольших улочек. Чтобы направиться прямо к Восточной Главной улице, он даже использовал переулки, на которых повозка едва могла протиснуться. Пока она радостно говорила с юнцом, который максимум на пять лет в возрасте отличался от Бэлла, Гестия радостно смотрела на оживлённые из-за фестиваля улицы.

— Ах. Простите, Богиня-сама, но отсюда уже невозможно проехать дальше.

— Ну если это так...

Быстрая повозка остановилась. Восточная Главная улица была прямо за углом и плотность толпы там также существенно увеличивалась, поэтому там вообще не было никаких пустых мест, чтобы повозка смогла проехать.

Гестия, которая сидела за юнцом, тут же поклонилась, хотя это было и не совсем нужное место, но здесь она уже с лёгкостью дойдёт и сама. Затем она приготовилась покинуть повозку.

— Ладно, водитель-кун, досюда уже достаточно. Я смогу дойти отсюда сама.

— Мне в самом-самом деле жаль, что всё вот так. Хотя тут немного тускло, но если вы пойдёте по переулку дороги, то вам будет легче дойти до Главной улицы.

— Спасибо. Ну, и сколько с меня?

— Всего девяносто Варису.

Гестия достала свой кисет и перевернула его, а затем положила все монеты в руку юнца, который обслужил её.

— Хихи. Можешь не давать сдачу. Все оставшиеся чаевые тебе!

— Нет, эм, тут едва хватает денег...

До того как услышала слова юнца, Гестия уже убежала в переулок. Хотя она и ощущала жалкий взгляд, который шёл сзади, но полностью проигнорировала его и покинула это место.

Переулок был немного тёмным. Однако тут не было так много людей, по сравнению с соседней улицей, как и говорил тот юнец – тут можно было беспрепятственно идти. Гестия держала коробку с кинжалом, пока продолжала идти по переулку.

Вскоре после этого, другая фигура появилась тут же.

— Возможно, что это ты, Фрея?

— ...Гестия?

На перекрёстке, когда её путь пересекался с другим направлением Гестии, появилась девушка, укутанная в фиолетовый плащ. Из-под капюшона можно было увидеть её красивые серебряные волосы. Гестия подумала, что она узнала эти волосы, хотя и на мгновение, а затем она и определила владельца этих волос.

— Ты тоже направляешься на Фестиваль монстров? Идя по этой дороге, должно быть, ты также очень спешишь, верно?

— ...Ух, да. Потому что я не могу идти спокойно по Главной улице, где идут все пешеходы, так что это единственный путь, где я могу избежать всех глаз, спокойно продвигаясь вперёд.

— Ах~ Так быть «Богиней красоты» также довольно трудно.

Она думала, что эта Богиня, которую звали воплощением красоты, даже если она и была так одета, если бы пошла по Главной улице, то точно вызвала хаос в округе. Она также не была способна вызвать повозку, чтобы проехать, поэтому Фрея могла лишь использовать эти скрытные и слабо разоблачающие методы, чтобы достичь места назначения.

Гестия похмыкала своим ртом и кивнула Фрее, которая слегка улыбалась под своим плащом.

— Ах, верно. Фрея, ты не видела дитя моей «Семьи»? Я сейчас ищу его.

— ...

— Это беловолосый и красноглазый человек... Верно-верно, словно кролик!

Гестия танцевала, пока радостно объясняла про Бэлла. В отличие от неё, улыбка исчезла с лица Фреи, и она замолчала.

Однако улыбка тут же снова возникла, и она указала назад на дорогу, с которой она только что пришла.

— Ну, если ты так говоришь, то я думаю, что видела кого-то, похожего на него перед Восточной Главной улицей.

— В самом деле?!

— Да-да, кажется, что он направлялся прямо в Колизей. Иди по этому пути, а затем поверни налево, и ты должна будешь очутиться прямо перед ним~

Лицо Гестии тут же изменилось, и она радостно сказала «Спасибо!» и полностью приняла её предложение.

Гестия улыбнулась и приготовилась попрощаться с Фреей, а затем она уже погналась по новой дороге.

Вскоре после того, как она прошла по дороге, которую ей указали, тёплые солнечные лучи осветили путь перед ней.

Всё же ещё было раннее утро. Гестия тут же побежала к концу проулка и вышла на Восточную Главную улицу.

Там её ожидала плотная толпа без каких-либо пустот.

В середине этой толпы мелькала фигура Бэлла, который с трудом пытался прорываться вперёд.

— Эй!~ Бэлл-кун!~~

× × ×

— Э?

Услышав, как кто-то позвал меня по имени, я обернулся и осмотрелся. В течение некоторого времени я не мог ничего поделать, кроме как расширить свои собственные глаза.

Там была пропавшая Ками-сама, с трудом пытающаяся протиснуться сквозь толпу и быстро подойти сюда.

— Ками-сама?! Почему ты здесь?!

— Эй, эй, не говори таких глупых слов. Всё же ясно – потому что я хотела встретиться с тобой!

Ками-сама, которая подошла ко мне и остановилась, кажется, так внезапно гордо выпрямила свою массивную грудь и ответила на мой вопрос.

Столкнувшись с ответом, который я не мог рассматривать как ответ, я не мог ничего поделать, кроме как почувствовать холодный пот на себе.

— Нет, пусть ты и хотела увидеть меня. Это совсем не то... Тогда, что же случилось сегодня...

— Нет, даже это так здорово! Прямо сейчас я думала о встрече с тобой, и кто мог вообразить, что, в результате, я действительно встречусь с тобой! Похоже, что судьба между мной и тобой не так проста, хихихи~

... Похоже, что мои слова абсолютно не достигали её.

Перед Ками-самой, которая полностью погрузилась в свой собственный мир, я совсем не мог понять, куда меня кинет судьба.

— К...Ками-сама? Хотя я думаю, что это довольно грубо, но могу я спросить, чем именно вы всё это время были заняты?

— Хехе... Ты хочешь знать? Причину того, почему я так счастлива.

— Да.

Прямо когда я сказал это, Ками-сама, кажется, окончила весь разговор.

Она осмотрелась вокруг на переполненные и шумные улицы из-за Фестиваля, а затем сказала просто подождать минутку и уставилась в небо, словно размышляла над чем-то.

— ...Да, мы редко бываем вместе. Как и ожидалось – я не могу сказать тебе об этом прямо сейчас.

— Ээээээ?!

— Я хочу оставить радостные и счастливые вещи на самый конец.

Я полностью не представлял себе всю ситуацию, и в это мгновение, когда моё лицо полностью окаменело, Ками-сама схватилась за мою руку и потянула меня вперд.

Внезапно ощутив хватку на моей правой руке, я был ошеломлен, а моё сердцебиение также замедлилось.

— Давай устроим свидание, Бэлл-кун.

Далее Ками-сама прокрутилась на месте, улыбнулась и сказала мне вот это.

— ... СССС...СВИДАНИЕ?!

— Ах, да. Эта улица также очень праздничная, так что у нас нет никаких причин, чтобы не веселиться, верно?

— Нет, но, свидание...

— Хихи, тогда пойдём, Бэлл-кун!

Видя меня, полностью покрасневшего, Ками-сама, кажется, стала ещё более радостной и довольно улыбнулась. Её короткие и нежные пальчики крепко взяли меня за руку, ведя меня через шумную толпу.

Магазины по обеим сторонам дороги были очень привлекательны. Множественные товары продавались и больше всего поражали закуски, которых ты мог есть во время ходьбы, и, конечно же, игрушки и украшения, связанные с Фестивалем монстров. Тут также были и магазины, которые продавали настоящее оружие – что и ожидалось от города Лабиринта.

В далеком небе зажигались фейерверки, и хотя они были довольно большими, звук явно приглушался из-за расстояния до них, но когда они расцветали под ясным небом, то вызывали прекрасные ощущения.

— П...Пожалуйста, подождите минутку Ками-сама?! На самом деле у меня есть небольшое задание, которое мне нужно выполнить!

— Э? Что-то случилось?

— Да, поэтому я сейчас кое-кого разыскиваю!..

— Ладно, тогда мы можем устроить свидание, пока будем кого-то разыскивать! Веселиться, пока выполняешь задание – разве это не убийство двух зайцев одним камнем? Ах, старичок, пожалуйста, дайте мне два блина с вареньем.

— Ками-сама?!

Так просто перевернуть с ног на голову мой повод – я почувствовал сильное беспокойство.

Если всё превратится в это, то тогда я никак не смогу встретиться лицом к лицу с работницами кафе, которые попросили меня передать кошелёк Сил. Если то, что я пренебрёг своей задачей из-за свидания, станет известно, то это приведёт к негодованию.

К тому же...

Независимо от чего-либо – я не должен был позволить Ками-саме узнать об этом.

Наши руки постоянно держались вместе, отчего я сильно нервничал. К тому же, я заметил, что меня привлекали милые выражения лица Ками-самы, которых я не видел ранее.

Хотя наша разница в возрасте была, скорее всего, странной, но поведение Ками-самы и её действия соответствовали внешнему виду её собственного тела. Наивно глядя на товары внутри магазина, её глаза сверкали, что делало её совершенно другой, по сравнению с той Ками-самой, которая обычно встречала меня дома. Хотя она сейчас и показывала лёгкую улыбку, но, как бы мне сказать это, ну, ух... Она была чрезвычайно милой.

Ками-сама в самом деле была красивой девушкой. Это полностью обновило мои мысли о ней, когда я видел совершенно другое её поведение.

Глядя, как её грудь ритмично качалась, я в самом деле был чрезвычайно обеспокоен.

Особенно потому, что она была Богиней, которую другие люди обычно боялись.

— Бэлл-кун, Бэлл-кун.

— Да. В чём дело?

— Ааааа~

— ...ЭЭЭЭ???

Мой разум сейчас сталкивался с самыми разными вещами, которые беспокоили меня, и в это самое время меня атаковали концентрированной огневой мощью.

С улыбкой на лице, Ками-сама поднесла только что купленный блинчик с вареньем прямо к моему лицу.

Руки, которые сжимались вместе, разъединились, и теперь эти руки держали в себе по блинчику. Это маленькое и милое тело сильно старалось вытянуться вперёд, словно она хотела поднести блинчик с вареньем к моему рту.

Я не мог ничего поделать, кроме как вскрикнуть и использовать все свои силы, чтобы расширить свой кругозор.

— Ками-сама, что это такое?!

— Ну, в чём дело – это всего лишь Аааа~. Ааааа~. Потому что я также хотела это попробовать.

— ?!..

Я дрожал из-за того, что совершенно не мог управлять своим телом.

Слова, которые я первоначально хотел сказать Ками-саме, полностью исчезли, и я совершенно не мог говорить. Мой рот открывался и закрывался, и всё моё лицо покраснело.

Хотя я понимал, что чувства такого рода были довольно приятными. Но всё это было из-за атмосферы, которую создавал Фестиваль? Или из-за того, что Ками-сама была слишком радостной?!..

— Э? В чём дело, Бэлл-кун? Ты не можешь съесть его, потому что я уже откусила от него?

— Н...Неееет?! Всё совершенно не так, просто...

Я был немного застенчив... Нёт, всё было не так. Грубо, это слишком грубо!

Напротив меня же Богиня?! Если она позволит мне съесть это вот так, то тогда мне нужно будет предложить это и ей?!..

Пока я чувствовал жалость к необоснованным действиям, мои глаза продолжали вращаться, и я был так смущён до такой степени, что хотел найти дыру и спрятаться. Тогда я и осознал о существовании моего собственного блинчика с вареньем у меня в руке.

— К...Ками-сама, разве не сложно вот так принять это?! Почему мне нельзя просто съесть свою собственную долю?!

— ...ну, я позволю тебе уйти.

Глядя на блинчик с вареньем, который принадлежал мне, лицо Ками-самы, кажется, выражало недовольство.

Тогда она тут же сказала «Ладно», а затем её улыбка вновь появилась.

— Тогда дело за тобой. Ты ведь покормишь меня, верно?

— Э?

— Ну, это – Ааааа~

— ...А...Ааааа~~

Ками-сама закрыла свои глаза и открыла крошечный рот.

Я, который тут же окаменел, кажется, был загипнотизирован и медленно стал двигать свой блинчик с вареньем...

И в следующее мгновение – укус.

Эта пара крошечных губ, словно давая нежный поцелуй, продолжила его есть. Глядя на это невинное, словно детское действие, я, выглядевший идиотом, тут же покраснел безо всяких сомнений.

Ками-сама, открыв глаза, казалось, просто собираясь показать лукавую улыбку, и, наконец, она откусила приличный кусок от блинчика. Словно желая прочувствовать то, как вкусен он был, её нежные щёчки продолжали жевать с ритмичной скоростью.

Какое выражение лица у меня сейчас было...

Ах...

На её щеках было варенье белого цвета.

Видя, как варенье из блинчика вытекло на лицо Ками-самы, я рефлекторно поднял свою руку.

Желая использовать свои пальцы, чтобы вытереть белое варенье, я уже собирался коснуться её, но в то же мгновение остановился.

Потому что я подумал, что такое непозволительное беззаботное действие будет слишком грубым по отношению к Ками-саме. Однако сейчас у меня с собой не было платка, который я использовал, чтобы вытереть своё лицо.

Я неловко стал убирать свою руку... Но эта крохотная пара ручек ещё раз схватили меня.

— Хихи~ Помоги мне убрать это.

— ...

Отношение Ками-самы было чрезвычайно спокойным, и она снова слегка улыбнулась. Её щёки были слегка красными, но вы могли бы увидеть, что они были наполнены любовью.

Я, будучи полностью привлечённым слабой улыбкой Ками-самы, неловко протянул свою руку и нежно потёр по её щекам.

Её щекам, которые также были красными, кажется, было щекотно, и она закрыла свои глаза.

У... Ууууааааа

Было такое чувство, словно пар был готов повалить из моей головы.

Всё моё тело онемело. Всё это было чрезвычайно смущающим. Нет, скорее всего, так я себя чувствовал из-за сильной застенчивости.

Казалось, что Ками-сама полностью крутила мной.

— Ладно, Бэлл-кун, давай продолжим. Настало время есть картофельные крокеты!

— Мы будем продолжать заниматься этим?!

— Конечно же. Есть не так много возможностей, когда мы оба можем наслаждаться вместе снаружи.

Тогда, Ками-сама снова взяла меня за руку и потащила вперёд.

Пусть с разных точек зрения и было ясно, что я уже полностью смирился с судьбой, однако восстановившись, я заметил, что мой рот естественным образом вытянулся в улыбку.

Тщательно обдумав это, возможно, это всё на самом деле было так, как Ками-сама и сказала.

Чтобы поддержать эту «Семью» из двух людей, я постоянно бродил по подземелью, а Ками-сама также должна была работать.

Исходя из этого, можно было понять, что мы оба ни разу ещё ничего подобного вместе не делали.

С усилием пытаясь прорваться через дыры в толпе, вместе с Ками-самой мы продолжали двигаться вперёд по Главной улице.

Хотя я и держал на губах кривую улыбку, но сам всё же с нетерпением ждал того, как мною будет крутить радостная Ками-сама.

× × ×

После ошеломляющих ликующих звуков, веселье на этой стороне также началось.

Как только пыль поднялась, то монстр, который был освобождён от цепей, заревел и ринулся вперёд. Перед огромным монстром кабаном, который достигал двух метров в высоту – «Боевым кабаном» – стояла одна девушка, которая была в полной боевой готовности. Её короткие волосы вслед за ней качались на ветру, когда она едва смогла уклониться от атаки монстра.

Аплодисменты снаружи арены накладывались друг на друга и постепенно становились громче. Спираль энтузиазма аплодисментов создавалась пятьюдесятью тысячами зрителей на местах.

Это был круглый Колизей, который находился на Восточной Главной улице.

Под бесчисленным страстным вниманием стартовало главное событие дня Фестиваля монстров.

В центре арены был монстр, которого поймали только ради сегодняшнего дня, и он полностью выпустил свой жестокий характер. Он направлялся на жертву, которую видел своими глазами, и изо всех сил двигался и бил, используя все свои четыре конечности. Сталкиваясь с таким порывом кабана, который с лёгкостью мог сокрушить даже камень, укротитель из «Семьи Ганеша» с лёгкостью уклонялся и наслаждался аплодисментами, которые доставались ему.

Если присмотреться, то это было похоже на бой с быком. Человек был одет в великолепные одежды, держал плащ и кнут и сталкивался с неистовым монстром множество раз, уклоняясь от него.

На Фестивале монстров эта девушка получила задачу не победить монстра, а укротить его. Призвать монстра, которого она легко могла убить, к подчинению и заставить его стать абсолютно покорным – это заставляло граждан чувствовать благоговение, уважение и радость. Из-за всевозможных непредвиденных обстоятельств их руки сильно потели.

Монстр громко заревел, ведущий использовал громкоговоритель, который был создан с помощью Магического камня, чтобы комментировать события, и также были слышны звуки аплодисментов зрителей. Это место полностью вошло в страстное состояние.

— Это началось...

Тихо произнесла Эйна, чувствуя великое событие, происходящее в Колизее.

Она, стоящая наготове рядом с Колизеем, могла слышать звуки благоговения изнутри, и её кожа также чувствовала вибрации. Поэтому она развернулась и посмотрела на здание перед ней.

В настоящее время Эйна и другие сотрудники гильдии были отряжены к Колизею. Их главной обязанностью был приём и направление аудитории праздника. Также, в основном, они помогали с работой «Семьи Ганеша».

Фестиваль монстров не был событием, которое Боги могли устроить по своей прихоти. Но потому что «Семья Ганеша» пообещала организовать его, то он мог пройти гладко. Планирование такого события привело их в гильдию.

Хотя я и не должна думать о подобном... Но почему мы должны организовывать этот Фестиваль?

Открытие Фестиваля монстров решалось высшими чинами гильдии. Эйна, которая находилась на нижней ступени организации, не должна была жаловаться на это, но её сердцу всё же не было спокойно.

Хотя это и не представляло угрозы городу, но такие действия, как транспортировка монстров подземелья на поверхность, не должны были происходить. Эйна, кажется, сама отвергала это. Если это было ради управления городом-лабиринтом, и ради лучшего мира в городе, то как бы важно это ни было – они не должны были бросать эти небезопасные саженцы в корзины.

Монстры – это ужасающие существа.

Возможно, что они хотели использовать Фестиваль Филии, чтобы подчеркнуть, что могли подружиться с монстрами. Просто ради развлечения и желания взять на себя такой риск. Если всё именно так, то для гильдии... Вот что Эйна думала про себя.

— К тому же... Если это цирк или представление, то оно настолько громкое, что мои уши просто болят.

— Э? Эйна, о чём ты говоришь?

Глядя на свою коллегу, которая услышала её бормотание самой себе, Эйна криво улыбнулась и покачала головой, словно говоря, что ничего не случилось.

Этот город – Орарио – включал в себя огромное количество «Семей», и подавляющее большинство людей в нём были авантюристами. Хотя название «Авантюрист» звучит неплохо, но в реальности большинство из них были всего лишь жестокие и беззаконные люди. Потому что из-за плохого этикета они довольно легко устраивали конфликты на публике и вызывали проблемы касательно порядка на месте.

Для гильдии, которая пыталась произвести хорошую эффективность использования Магических камней подземелья, эти авантюристы, которые исследовали подземелье, были необходимы для их деятельности. Поэтому, говоря объективно, управление городом могло лишь закрыть глаза на Фестиваль монстров, даже если их и критиковала общественность за него.

Именно из-за этого Эйна сама могла лишь просто слушать ту клевету, которая произносилась в «Вавилоне» несколько дней назад.

Независимо от чего-либо, пожалуйста, пусть ничего не произойдёт – этого будет достаточно...

Во время проведения Фестиваля монстров у неё всегда довольно легко проступал холодный пот. До конца Фестиваля монстров она обычно чувствовала себя параноиком. Возможно, всё было так, потому что она была чересчур консервативна?

— Я тоже хочу увидеть это, — пробормотала коллега возле неё, и Эйна использовала свою руку, чтобы приподнять свой лоб, и вздохнула, ощущая раздражение.

— Тут нет никаких...

— Как и ожидалось – она уже вошла в Колизей?

...Э?

В поле зрения Эйны вошёл знакомый человек. Это был Бэлл.

Бэлл, кажется, разыскивал кого-то, осматривая площадь снаружи Колизея. Рядом с ним, должно быть, была Богиня его «Семьи».

Эйна посмотрела на её коллег, стоящих возле неё, и подумала, что всё будет нормально, если она их покинет на секунду. Тогда она направилась к молодому парню-авантюристу, за которого отвечала.

— Бэлл-кун.

— Э, Эйна-сан?

— Кто это, Бэлл-кун? Эта полуэльфийка.

Бэлл, который был слегка удивлён, не мог ничего поделать, кроме как криво улыбнуться. Эйна, всё же, сперва представилась Гестии, которая была рядом с ним.

— Я принадлежу к группе управления гильдией и отвечаю за Бэлла Кранэла как советник в исследовании подземелья. Меня зовут Эйна Тулл. Это моя первая встреча с вами, так что рада знакомству, Богиня Гестия-сама.

— Ахах, так вот оно что. Спасибо, что заботитесь о Бэлл-куне.

Как только её приветствие окончилось, Гестия, кажется, всё поняла и помахала своими руками. Эйна почтительно снова поклонилась, а Бэлл, который смотрел на развитие ситуации между ними, задал Эйне вопрос.

— А почему Эйна-сан сейчас здесь?

— Гильдия также отвечает за Фестиваль Филия, так что я помогаю с управлением его проведения. И я также ответственна за проведение гостей. Бэлл-кун также пришёл посмотреть на фестиваль, верно?

— Нет, я лишь разыскиваю кое-кого... Насчёт этого – девушка, одетая в одежду служанки... Или нет. Верно, Эйна-сан, вы не видели случайно девушку человека, которая испытывала проблемы с деньгами?

— Ух, я не уверена насчёт этого.

Слушая странное описание, Эйна не скрывала своей кривой улыбки. Бэлл также ответил «Ну если так», а затем почесал свою голову.

Чтобы войти в Колизей, нужно было заплатить определённую сумму, поэтому человек, у которого не было с собой денег, и которого разыскивал Бэлл, вряд ли находился там. После того, как Эйна выдала этот анализ Бэллу, то он кивнул и выразил, что понял её.

— Тогда я снова поищу в округе. Возможно, что мы просто разминулись где-нибудь.

— Да, если я её увижу, то скажу ей ждать тебя здесь, поэтому если ты не сможешь найти её, то, пожалуйста, приди сюда позже.

— Я в самом деле признателен за это.

Бэлл поклонился и был готов уйти. Однако Гестия, которая пришла вместе с ним, продолжала стоять и смотреть на Эйну, совершенно не двигаясь.

Эйна слегка наклонила свою голову, а затем медленно пошла.

— Ты ведь советник, верно?~

— Да, у вас есть какие-то проблемы?

— Использовать свой пост, чтобы строить глазки Бэлл-куну... Ты никогда подобным не занималась, верно?

С самого начала Эйна совершенно не понимала, о чём она говорит, и у неё было ошарашенное лицо.

Смотря на Гестию, у которой было серьёзное выражение лица, пока она выпытывала это, Эйна спокойно проговорила несколько слов своим ртом.

— Я всегда отделяю личные и рабочие вопросы...

— Угу, я верю твоим словам.

Гестия серьёзно кивнула, а её две ручки нежно хлопнули.

Затем она потащила Бэлла, который был удивлён всем этим, и они ушли.

Она предупреждала меня? Эйна смотрела на две эти фигуры и не могла не вспотеть.

Внезапно она почувствовала лёгкую головную боль и направилась к своим коллегам.

— В самом деле, что эти парни делают.

— Жалобы скажем им позже – давайте сперва переместим их.

— ?..

Сотрудники сильно шумели.

Создавалось такое чувство, что атмосфера полностью изменилась, что очень удивило Эйну.

— Простите, но могу я спросить, что же произошло?

— Ах. Персонал, который расположен у Западного входа, кажется, рухнули на землю.

— Э?..

— Эти люди, кажется, всё ещё в сознании. Однако такое чувство, словно их кости были вынуты из них, и они рухнули на землю, а все их тела обессилили... Ах, мы считаем, что они вчера выпили слишком много вина и совершенно не заботились о сегодняшней работе. Кажется, что они не могут продолжать стоять на страже, поэтому мы посылаем несколько людей со своей стороны.

Зверочеловек из мужского персонала положил руку на затылок, пока говорил это.

Услышав его, Эйна почувствовала своим сердцем нечто странное. Это было неприятное ощущение, которое заставило её задрожать.

Всё потому что я слишком нервничаю... Всё же должно быть нормально, верно?

Громкие аплодисменты и крики зрителей смешались вокруг её ушей. Эйна подняла свою голову и уставилась на огромный Колизей перед ней.

Казалось, словно ревущие звуки монстров, которые исходили над землёй, постоянно сильно били по ушам Эйны.

× × ×

Это было тёмное, сырое место со слабым освещением.

С потолка свисал Магический камень-лампа, слабо освещая комнату и показывая тени различных предметов. Метровые деревянные ящики лежали, разбросанные по полу, и повсюду также было много хлама. На стене висело множество предметов, хотя большинство из них составляло оружие.

В этом тусклом помещении, которое выглядело как склад, находилось множество «Клеток монстров». Множество монстров сидели тут под замками. Звуки царапанья по металлу часто звучали в этой комнате. Тут также был огромный монстр, похожий на пса, который пытался своим носом протиснуться сквозь решётку и использовал свои зубы, чтобы грызть её, издавая жужжащий звук.

Вот что происходило в огромной комнате под землёй. Она располагалась внутри арены Колизея, и её спокойно можно было назвать комнатой для сдерживания монстров.

Монстров транспортировали люди, ответственные за центральную арену. Как только их выводили на поверхность, оковы с монстров снимались, оставляя их укротителю, стоящему уже на центральной арене для подчинения.

Одобрительные возгласы зрителей, словно землетрясение, казалось, приходило издалека, и эхом отдавалось тут.

— Что вы делаете? Следующее шоу уже скоро начнётся! Почему монстр до сих пор не наверху?

Следом за звуком шагов медленно открылась большая дверь. Взволнованная девушка из «Семьи Ганеша» вошла в комнату.

Она была ответственна за подготовку и наблюдала за Фестивалем за его кулисами. Приближалось время нового шоу, но монстр всё ещё не был отправлен на арену, поэтому она встревожилась и погналась сюда, чтобы оценить ситуацию.

На её злой вопрос не было никакого ответа.

— Э... Эй, эй. Что случилось?

В комнате перед её глазами лежали её компаньоны в безвольных позах.

Четверо носильщиков, которые отвечали за эту зону – все они окаменели в бессильном состоянии.

Она в панике подбежала к ближайшему из них, чтобы оценить ситуацию. Ах, они всё ещё дышали. Также не было никаких внешних повреждений. Она подняла его голову, а затем обследовала и других. Все они были в одном и том же состоянии. Жизнь каждого из них была вне опасности..

— Ах... Ах.

Это яд монстров? Нет. Это же?!..

Слегка прерывистое дыхание. Слегка покрасневшие щёки. Их глаза также совершенно не были сфокусированы.

Это были симптомы, которых она никогда раньше не видела. Смотря на выражения лиц её компаньонов, которые лежали на земле, она почувствовала слабый холодок, который шёл сзади. Она не имела ни малейшего понятия о той ненормальной ситуации, в которую они все угодили.

Что, чёрт возьми, тут произошло? Она стояла на том же самом месте и была полностью сосредоточена на изучении комнаты, наполненной рёвом монстров.

— ...

Случайно она почувствовала, как воздух сзади неё затрясся.

Это было не ощущение вибрации от внезапной атаки, а казалось, что это была вибрация от того, что кто-то спокойно и медленно шёл к ней. Потому что в этом совершенно не ощущалось злого умысла, скорость её реакции также стала крайне медленной.

Кто-то сейчас точно стоял прямо за ней.

— Не двигайся, ладно?

— ...Ах.

В следующее мгновение её глаза закрыли сзади.

Пара гладких и тонких рук накрыла её глаза.

После этого удар, который ощущался словно спазм, тут же прошёлся по всему её телу.

Аромат, который разъедал весь шум толпы и входил в тесный контакт с её мягкой плотью, передался через температуру её тела, отчего все её чувства были полностью парализованы. Эта непостижимая «Красота» полностью окружала её.

Это была невероятная степень «Очарования».

Просто взглянув на это, ты уже мог попасть под действие этой способности.

Это было абсолютно невозможно. Этому нельзя было сопротивляться. Её сознание также замкнулось.

Её лишили собственной воли.

— Где ключи?

— ...Э?

— Ключи от клеток с монстрами – где они?

Звук так нежно подул в уши, что её шея даже почувствовала небольшую дрожь.

Столкнувшись с этими словами, которые, кажется, напрямую пронзили её голову, которые были дважды повторены, её собственное тело будто бы полностью подчинилось им, словно это был условный рефлекс.

Её дрожащая левая рука медленно опустилась и вытащила цепочку с ключами с пояса. Она поднесла ключи на высоту плеча, и этому следовали звуки их бряцанья.

— Спасибо.

Ключи были забраны, а руки, которые накрывали её глаза, исчезли. Однако её глаза уже потеряли всю способность функционировать, и она, потеряв даже свою собственную волю, не могла ничего видеть.

Она почувствовала, что человек, который был за ней, ушёл, и её ноги и руки тут же ослабели. Она упала на пол, приземлившись на попу.

Её постиг тот же исход, что и её товарищей, словно данная сцена повторилась ещё раз.

— Прости.

Фрея покинула девушку, которая полностью рухнула.

За Западным входом следили работники гильдии и авантюристы из «Семьи Ганеша». Фрея нейтрализовала членов обоих организаций и напрямую вторглась прямо сюда.

У неё не было никаких боевых способностей. В Нижнем мире она была полностью бессильной смертной.

Однако она всё же имела свою долю экстраординарной «Красоты», нет, скорее, что она сама была «Красотой».

Это был тип силы, которому нельзя было сопротивляться, используя логику. Люди, полулюди и даже Боги склонялись перед этой подавляющей силой. Пока она хотела, чтобы это случилось, не было ни одного человека, который смог бы противостоять, когда его тянули в бесконечную бездну экстаза.

В этот раз она использовала свою красоту в негативном ключе.

Не важно, мужчина или женщина – пока их сознание было неуправляемым, то они были лишены своих собственных сил. Это был эффект «Очарования», которое Фрея использовала.

До тех пор, пока они будут захвачены врасплох, она была той, кто способен на такие штучки.

— ...

Фрея остановилась в центре комнаты.

Всё пространство было заполнено большими и маленькими клетками с монстрами. Пойманные монстры были чрезвычайно взволнованными и жестокими. Их ревущие звуки окружали Фрею со всех сторон.

Однако, в то мгновение, когда она сняла свой плащ, весь рёв тут же прекратился.

— ...

Несравненная красота была выставлена на всеобщий обзор.

Белая, словно снег, и нежная коже влияла на зрение монстров, а благоухание полностью сковывало их действия. Глаза монстров, кажется, были под полным контролем сияющих серебряных волос и серебряных глаз.

Пусть это и были яростные монстры – они всё же не могли побороть влияние её красоты.

— ...Я выбираю тебя.

Эта пара серебряных глаз внимательно смотрела на монстров, словно тщательно выбирала именно одного. Наконец-то глаза остановились на одном месте.

Монстр был полностью покрыт чистыми белыми волосами. На его крепком теле были особенно заметны два мускулистых плеча и запястья. Его серебряные волосы были совсем как у Фреи, и они распространялись по всей его спине до хвоста.

У обезьяноподобного монстра «Сильвербэк*» вращались глаза, а его дыхание также становилось короче. Он чувствовал глаза Богини.

— Выходи же.

Фрея использовала ключи в своей руке, чтобы снять замки на клетке монстра.

Сильвербэк подчинился приказам Богини, открыл железную решётку и вышел оттуда – шаг за шагом. Замок, который был открыт, покачался с дребезжащим звуком.

Выпустить монстра наружу, как бы это ни было, всё же являлось чрезвычайно опасным поступком.

Действия этой своевольной Богини могли с лёгкостью причинить множество проблем другим людям.

У неё была лишь одна цель.

Это дитя также придёт сюда...

Фрея думала о молодом пареньке Бэлле Кранэле.

...Ах, ах, в самом деле. Я хочу посмотреть развитие этого паренька немного дольше...

Фрея очевидно знала о поразительной скорости развития Бэлла.

Хотя она в настоящее время и не знала причину этого, но используя свои глаза Богини, она была способна увидеть, что он сейчас развивался с такой скоростью, которая была несовместима со здравым смыслом.

...В конце концов, мне всё же придется предпринять дополнительные меры.

Фрея улыбнулась, словно ребёнок.

Это было чувство, словно она хотела подразнить его.

Она хотела увидеть, что же произойдёт, когда её дразнение дойдёт до других. Какую реакцию это вызовет, да и как это её развеселит.

Неужели это дитя сейчас что-то сможет с этим сделать.

Однако в настоящее время она уже не могла остановиться. Первая встреча с ним импульсом зажгла её сердце и даже вызвала любовь, что толкнуло Фрею на подобные действия.

Желая увидеть озадаченное выражение лица паренька, желая увидеть плачущее выражение лица паренька... И, что более важно – желая увидеть героическую позу паренька.

— ...

— «Хи, Хиии?!..»

Интенсивное дыхание Сильвербэка отдалось эхом. Фрея с любовью погладила его по щеке, словно он явно стоял на её стороне.

Если выпустить монстра, то, возможно, малейшая ошибка может привести Бэлла к смерти.

Фрея внезапно подумала об этой возможности, о которой никогда раньше не думала, но она продолжила смеяться.

Если этот паренёк умрет...

То тогда я последую за ним.

Не важно, где – она будет искать душу, которая покинет Нижний мир и взойдет на Небеса.

Я крепко обниму его.

Затем она позволит этой пойманной душе попасть в её любящие объятия.

Только подумав об этом, Фрея не могла ничего поделать, кроме как сузить свои глаза и радостно рассмеяться. Эта пара глаз была наполнена любовью и нежностью, но в тоже время, они были наполнены какими-то садистскими цветами.

Улыбка, которая оставалась на её лице, приблизилась к лицу Сильвербэка, которое она держала своими руками. Тело монстра сильно задрожало.

Так что я скажу.

В следующее мгновение Фрея прислонилась своими губами ко лбу монстра.

Тебе следует подождать меня, ладно?

Рёв монстра эхом разошёлся повсюду.

× × ×

— Ками-сама, о чём ты и Эйна говорили?

— Да-да, это просто был обычный разговор.

Чтобы найти Сил, Ками-сама и я снова прошли по окрестностям Колизея, а затем мы ещё раз вышли к Восточной Главной улице. Так как фестиваль начался, большинство людей уже вошло в Колизей, поэтому ранние загруженные улицы полностью отличались от нынешних, которые были намного спокойнее.

— Ах, Бэлл-кун. Возможно, что ты также ищешь девушку?

— Э? Ах, да. Это девушка человек с серыми волосами и глазами. Она относительно высокого роста, ну, примерно такого же возраста, что и я...

Я ошибочно подумал, что она спрашивала о внешних характеристиках Сил, поэтому я рассказал её особенности Ками-саме. Ками-сама, кажется, нацепила выражение лица, словно её это не заботило, и прослушала всё это молча. Затем она укоризненно посмотрела на меня.

Столкнувшись с таким выговаривающим взглядом, я не мог не испугаться.

— Э, Ками-сама?

— ...Ты в самом деле идеальный человек, о чём я и разговаривала с твоей советницей ранее.

— Э... Ч...Что это значит?

— Хмммпф~

Ками-сама повернула свою голову в сторону.

Косы на обеих сторонах головы также последовали за ней, словно она выражала своё недовольство мне.

Я не знал, почему Ками-сама внезапно так расстроилась. Я лишь знал, что если буду беспокоиться по этому поводу, то ничего не сделаю.

— ?..

— ...В чём дело, Бэлл-кун?

Я остановился, и Ками-сама, которая прошла вперёд несколько шагов, также развернулась с лицом, наполненным сомнениями.

Я совсем забыл ответить Ками-саме, и, кажется, вытянулся и осмотрелся вокруг.

Прямо сейчас – что-то точно было.

Какой-то звук прозвенел в моих ушах.

Он отличался от шумных звуков Фестиваля. Эти звуки ощущались очень остро и экстренно.

— ...Только что кто-то кричал?

В тот момент, когда я пробормотал эту фразу самому себе.

Тут же последовал громкий звук.

— М...МОННССТТТРРРРР?!

Словно всё вокруг окаменело – мирная и шумная улица внезапно стала страшной.

Затем я увидел его.

На дороге, которая вела в глубины Колизея.

Звуки панического бегства раздавались от каменной дороги, и монстр с чистыми белыми волосами гнался оттуда в угрожающей манере.

× × ×

Монстр, которого также звали Сильвербэк, был чрезвычайно возбуждён.

Он тяжело дышал и использовал все свои мускулы, чтобы двигаться. Его длинные серебряные волосы развивались на ветру, словно он контролировал это, продолжая мчаться вперед.

Он высматривал Богиню.

То, что появилось в его сознании и постепенно исчезало, была фигура с блестящими и серебряными волосами в комнате. Всем своим телом и душой Сильвербэк был полностью очарован, и его толкало вперёд чувство, которого он никогда не ощущал ранее, и это чувство нельзя было сдержать, словно на нём были невидимые замки, которые заставляли его гнаться за ней.

Искать его любовь!

Искать Богиню, чтобы побаловать её!

Это был совершенно другой инстинкт, который побуждал монстра действовать.

Это было абсолютно другой природой монстра. Это в самом деле было актом поиска любви.

— Ааааааааааааа!

— Чего?

В центре улицы он ударил повозку и тут же послал её в полёт.

Лошадь постоянно кричала, и не готовый к этому водитель также отправился в воздух, после чего рухнул на землю, несколько раз перевернувшись. Колёса повозки, которые полностью оторвало, по-прежнему катались повсюду.

Важным ключом к поиску Богини являлся остаточный аромат, который уже становился несколько туманным. Всё это было из-за его возбуждения, которое отшибло у него способность рассуждать, или он выбрал неправильный путь? Внезапно сладкий аромат полностью исчез.

Сильвербэк повернулся и осмотрелся вокруг, а затем полностью встал на месте. «Фу, фу» Он пытался почуять этот запах, пока оглядывался.

Тут было множество людей. Большинство людей полностью обмякли, некоторые из них использовали свои руки, чтобы прикрыть рты, а их лица были чрезвычайно бледными. Эти люди сформировали огромный круг, окружив Сильвербэка.

После этого, когда Сильвербэк уже собирался покончить с жизнями окруживших его людей...

Его налитые кровью глаза увидели её фигуру.

Его лицо окаменело и смотрело на эту черноволосую девушку.

Она полностью отличалась от окружающих его людей.

Это, должно быть, было существо, которое возвышалось над всеми живыми существами.

Потому что это было в основном практически то же существо, что и Богиня, которую он преследовал.

Он подумал некоторое время.

— Иди, преследуй эту крошечную Богиню, ладно?

Это были последние слова, которые она произнесла в его уши.

Он увидел её.

Сильвербэк сделал большой шаг вперёд к девушке, которая расширила свои глаза.

× × ×

— ...

То мгновение, когда он сделал шаг вперёд.

Множественные крики, побуждающие бежать, эхом разошлись от основной толпы.

— ... Б...Бэлл-кун?

Я потащил Ками-саму за руку, сделал шаг, второй, и сразу же начал отступать назад.

Это жуткое чувство распространялось по всему моему телу и полностью соответствовало чувствам в моём сердце.

Белое крепкое тело. Серебряные волосы, которые достигали талии. Это полностью подавляющее существо.

Его глаза бессмысленно глядели в направлении Ками-самы и меня.

Моё дыхание почти остановилось.

Почему монстр оказался здесь? Что произошло? Я всё ещё задавал себе эти вопросы, пытаясь краем сознания понять, что же произошло.

Это ощущение того, что всё моё тело вспотело – я ощущал его раньше несколько раз. Всё было так же, как и во время встречи с Минотавром – ощущение полной беспомощности преобладало в моём теле.

Сравнив обе стороны – кто будет тем, кого уничтожат? Я понял ответ на этот вопрос мгновенно.

Тогда, может мне стоит попытаться?

Этот голос – я чувствовал, что слышал его где-то раньше.

↑ Ήφαιστος – Гефест (с греческого языка)

↑ За основу монстра автор, наверно, взял реальную гориллу Silverback. Можете погуглить и увидеть, что она из себя представляет на фото

----------

Глава 6

— Ганеша-сама, Ганеша-сама! Всё плохо – у нас большие неприятности!

Горячий солнечный свет лился вниз на угол Колизея, а представление и не думало останавливаться.

Фестиваль монстров всё ещё продолжался. Возбуждение зрителей уже достигло своего апогея, когда они смотрели, как укротитель выполнял шоу верховой езды, галантно сидя позади длинной головы дракона.

— ...Ну что за спешка. Я – Ганеша.

— Ах, да я знаю это! Но сейчас не время представляться, верно?!

На самых верхних местах Колизея, Ганеша, который стоял в таком месте, чтобы контролировать всю Филию, увидел, как члены его «Семьи» подбежали к нему. Маска слона, кажется, выражала какую-то странную позу.

Про этого Бога, который иногда вёл себя по-особому, даже члены его же «Семьи» иногда шептали глубоко у себя в сердце. Но девушка тут же доложила ему о чрезвычайной ситуации.

— Монстры, которых мы поймали, сбежали! Клетки монстров совершенно пусты!

— ...Ух, разве это не громадные проблемы?

— Разве я вам это только что не говорила?

Стоя перед Ганешей-самой, который наконец-то прекратил свои странные действия, члены его «Семьи» быстро говорили и докладывали о ситуации в целом.

Неизвестный оглушил всех охранников в подвале. Некоторых членов гильдии это также затронуло. Исходя из этой информации, они предсказывали, что кто-то, не относящийся к «Семье», намеренно решил вызвать хаос.

Ганеша слушал это со странным выражением лица. Закончив выслушивать их, он тихо задал вопрос:

— Сбежало, нет, как много монстров было выпущено?

— Д...Девять. В это число входят несколько монстров, которые не проигрывают в силе высокоуровневым авантюристам...

Ганеша продолжал поддерживать свою элегантность и не реагировал. Однако маска слона, которую он носил, явно дрожала.

Громкие аплодисменты с центральной арены по-прежнему отдавались эхом. Стоя перед небольшим драконом, дрессировщик приказал ему остановиться, и в то же самое время он положил свою собственную руку на него. Монстр спокойно хмыкнул, а затем смиренно поклонился и стал своим языком лизать руку укротителя.

«УААААА!!~~» Трибуны снова разорвались аплодисментами. Этот красивый укротитель, который смог приручить дракона, поднял свою руку и помахал зрителям. Зрители безоговорочно продолжали кричать ему и аплодировать.

— Ладно, сразу же начинайте преследовать этих монстров! Также, быстро обратитесь за помощью к другим «Семьям»! Найдите Богов-сама, которые пришли сюда, и попросите их о помощи.

— П...Подождите минуту?! Независимо от причины, но позволить монстрам сбежать – это же наша ошибка. Если мы попросим помощи у других сил, то на нас в будущем, возможно, будут смотреть свысока...

— Я же всеобщий Ганеша! Вы хотите, чтобы жители, которых мы защищаем, получили ранения? Величайшее благословление – это улыбки детей. Положение и репутация – все эти вещи должны быть откинуты в сторону.

— Д...Да?! Нам действительно очень жаль!

— Фестиваль продолжится! Не дайте зрителям Колизея выйти. Также, не позвольте им узнать правду о том, что монстры сбежали! Это лишь приведёт к непредвиденному хаосу.

— Я...Ясно! К тому же, насчёт поимки того, кто выпустил всех этих монстров...

— Ох, мы пока что временно проигнорируем это. Потому что, в конце концов, они не выпустили вообще всех монстров, так что это всего лишь сильно преувеличенная шалость, и они не хотели причинить большие разрушения. Я думаю, что у них другая цель. Если мы мобилизуем все наши силы, то лишь устроим всеобщий беспорядок, и, возможно, именно этого они и хотят. Для нас безопасность людей это САМОЕ! ВАЖ! НО! Е!

«А теперь идите!» Получив приказы Ганеша, члены его «Семьи» быстро убежали.

Побег монстров был подтверждён менее пяти минут назад. Следуя приказам их Бога, «Семья Ганеша» быстро стала предпринимать соответствующие меры.

— Монстры сбежали?

Это происходило тогда же, когда Ганеша узнал об этом деле.

Перед Колизеем, Эйна также получила эту информацию.

— Ээээ, ааа! Просто когда они выбегали из Колизея, их заметила команда на Западной стороне. «Семья Ганеша» также спешно предпринимает соответствующие меры... Что нам делать, Эйна?~

В это мгновение Эйна была ошарашена. Однако она тут же переключила своё мышление. Её брови дёрнулись.

После этого она в тот же момент произнесла следующее своим друзьям, которые были готовы заплакать:

— Какие мы ни предпримем действия – все они будут на благо. Основываясь на расстоянии, мы должны как можно быстрее связаться с «Семьями» в округе! А также и с авантюристами!

— А... А нормально, что мы будем делать это? Мы не знаем, что на это скажут высшие чины...

Сейчас в данном месте все работники гильдии, включая Эйну, были лишь низшими чинами. Когда у Западного входа были проблемы, то так как им нужны были подкрепления, даже менеджеров можно было выслать туда.

Окружающие её коллеги мыслили одинаково – они не могли скрыть свою внутреннюю тревогу и растерянность, чтобы самим предпринять какие-либо действия.

— Всё это не важно, по сравнению с ранами людей! К тому же, Ганеша-сама также поймёт, что нам необходимо в приоритете спасать человеческие жизни. Они никак не будут возражать, если мы будем просить помощи у других «Семей»! Если что-то случится, то уже будет слишком поздно!

— Э...Это разумно. Действительно, если что-то печальное произойдёт, то будет уже слишком поздно.

Эйна присоединилась к мнению Ганеши-самы, который управлял Фестивалем монстров, и ради радости жителей, активно участвовавших в нём, она медленно убедила своих коллег.

Возможно, её искренние мысли были эффективными, но другие члены гильдии посмотрели друг на друга и выразили своё согласие с точкой зрения Эйны. После этого они тут же начали обсуждать, как разделить задачи по решению этого кризиса.

— ...Простите. Могу я спросить, что произошло?

Совершенно внезапно прозвучал голос возле Эйны и остальных.

Когда все посмотрели на хозяина этого голоса, то казалось, что всех словно оглушило и заморозило.

— А...Айз Валенштайн...

Услышав изумлённый голос её коллег, Эйна также удивлённым взглядом уставилась на девушку перед собой.

Мягкие и эластичные бёдра были наполовину покрыты мини-юбкой, а на тело была надета короткая блуза. Рапира, которая обычно висела поверх брони, также была внутри ножен и свисала на её боку. Золотые волосы, длиной до талии, сверкали при солнечном свете.

Она была сильнейшей авантюристкой во всём Орарио. Для Эйны и других она была полностью недостижимым человеком, который сейчас стоял прямо перед ними.

Ближайший сотрудник тут же подлетел и объяснил Айз в чём дело.

Она молча прослушала и, как только полностью поняла всю ситуацию, повернула свою голову назад.

— Локи.

— Я слышала. Похоже, что сейчас время совершенно не подходит для свидания. Ну, тогда мы также немного поможем Ганеше с этим делом.

Слушая ответ слегка улыбающейся Локи, сотрудники гильдии наполнялись радостью.

На их лицах начали появляться цвета облегчения, и даже Эйна почувствовала спокойствие. Но она ощутила, как её плечи снова напряглись, когда она услышала следующий вопрос:

— Тогда, вы знаете, где сейчас эти монстры?

— Д...Да. Большинство монстров направилось в направлении Восточной Главной улицы.

Восточная Главная улица – разве это не то место, куда Бэлл направился искать кого-то?

Так как этот кризис был таким громадным, этот паренёк мог быть вовлечён в водоворот событий.

— Миша, какие монстры сбежали?

— Э? Дай подумать, это должны быть... Олень-Меч, Тролль и также Сильвербэк.

Слушая ответ подруги, Эйна наморщила брови.

Сильербэк появлялся на одиннадцатом этаже. Олень-Меч и Тролль были монстрами, которые появлялись ещё ниже – на двадцатом этаже.

Для авантюриста, который едва выжил на пятом этаже, эти монстры были абсолютно непреодолимыми существами.

— Пожалуйста, ты должен послушно направиться в убежище...

Эйна подняла свою голову и посмотрела в небо в направлении Восточной Главной улицы.

Она не могла сделать ничего, кроме как молиться за безопасность Бэлл-куна.

× × ×

Нервозная атмосфера привела к тому, что мои уши даже почувствовали некоторую незначительную боль.

— Ругугугуу...

На этой яркой и блестящей улице, которая везде была украшена флагами, появилось совершенно иное существо.

Слушая гулкие крики окружающей толпы, я полностью не знал что сказать.

Этот монстр с длинными волосами, которые смотрелись, словно его хвост, заревел. Наручники и цепи на запястьях, которые выглядели так, словно были вырваны из стены с грубой силой, издавали скрежет, когда их тащили по дороге.

Это и есть Сильвербэк?

Я вспомнил его имя благодаря руководству Эйны и её урокам о подземелье.

Это был монстр, который появлялся на этаже, находившемся гораздо ниже того, которого я достиг.

Хотя он, всё же, был слабее, чем Минотавр, но его сила явно превышала мою.

— Кииаааа!..

Сильвербэк начал двигаться.

Его колени были немного согнуты, и он шагал навстречу нам с Ками-самой.

...Он приближается.

Как только моё сердце сжалось, Сильвербэк ускорился и побежал.

— ?!

— Ваааа?!

Я должен уклониться в сторону. Я схватил Ками-саму и приготовился уклониться от вражьего тела.

Я абсолютно не дал ей времени отреагировать. Я обнял это крошечное тело, когда она закричала в страхе. Наши тела красиво покатились вместе по каменной дороге.

Перекатившись два или три раза, мы остановились. Я быстро поднял свою голову и встал на колено.

Используя позу, которая прикрывала Ками-саму, я встал.

— УУУууу!..

Сильвербэк, от атаки которого мы увернулись, развернулся и снова погнался в нашу сторону.

Его свирепые глаза нацелились в нашу сторону, и он снова бросился на нас.

Почему он снова атакует?!

Глядя на монстра, который абсолютно не сомневался, перед тем как направиться на нас, я быстро оттолкнул Ками-саму и направился вправо. Это было прямо противоположное направление тому, куда монстр направлялся.

Своими действиями я хотел позволить Ками-саме сбежать от опасности, и на них не потребовалось даже секунды. Но мои действия стали бесполезными, стоило Сильвербэку зафиксировать направление своей атаки.

Что?!

Я был шокирован, так как ожидал, что он сменит своё направление.

Но этот монстр не смотрел на меня – его целью была... Ками-сама?

Мои ноги задрожали. Я был слишком безрассудным, когда уклонялся от вражьей атаки ранее, поэтому я вывихнул своё тело. Парню, который, кажется, хотел заблокировать дорогу монстру, не пришло на ум никаких особых мыслей, и он попросту действовал. Толстая правая рука замахнулась в воздухе.

— ...Ха?!

— Гуооооооо~

Сильный удар пришёлся на моё тело.

Оно всё ещё было немного наклонено на правую сторону. Вражеская атака всё же поразила мой живот.

Хотя она и ударила по броне, но всё же создала массивный удар, отчего моё дыхание почти прекратилось.

Я почувствовал, как всё моё поле зрения, кажется, окаменело, а тело буквально откинуло в сторону.

— Ах?!

Я влетел в магазин на краю улицы. Звук ломающегося дерева был довольно освежающим шумом.

Я терпел боль, которая отдавалась по всему моему телу. В настоящее время меня откинули в небольшой магазин. Если быть точным, то половина моего тела застряло внутри магазина. На броне отпечатался кулак, и я схватился за живот, пытаясь дышать.

— УУУАААААААААА

На улице воцарился полный хаос.

Окружающие люди постоянно кричали и бежали во всех направлениях.

Прямо как личинки паука – все карабкались и стремились убежать первыми. В мгновение все исчезли. Не было никого, кого я мог попросить помочь Ками-саме.

— ?!..

— Фу...уу!

Перед приближающимся Сильвербэком стояла девушка и дрожала.

Мой разум тут же вспыхнул.

— Угхххх, НЕЕЕЕТ!!!

Превозмогая боль, которая поразила всё моё тело, со слезами, переполняющими мои глаза, я рванулся вперёд – всё же в моём теле оставались силы.

Я подбежал к цепям, которые были прикреплены к рукам монстра и создавали звуки скрежета по дороге.

— Ваааа!

Со звуком хлопка, эти цепи натянулись, и Сильвербэк прекратил продвижение.

Из-за этого небольшого парня, который попросту натянул цепи, взгляд монстра стал чрезвычайно острым, и тот нетерпеливо потянул их со всех сил.

Моё тело с лёгкостью бросило в сторону.

— Угхххх...

— Гигия!

С точки зрения силы нас можно было даже не сравнивать. Перед силой монстра я был абсолютно беспомощен.

Несмотря на это, я всё же использовал силу всего своего тела, чтобы тянуть цепи... А затем, безо всякого предупреждения, цепь выскользнула из моих рук.

— ГИАААА

От внезапного высвобождения цепи Сильвербэк полетел вперёд из-за импульса своего же рывка. Цепь описала большую дугу в небе.

Пока была создана брешь, я оббежал монстра на одном дыхании и схватил руки Ками-самы.

— Сюда!

Если мы побежим на Главную улицу, он нас схватит!

Я схватил руку Ками-самы и побежал в переулок, который отходил от Главной улицы.

Тут же злой, звериный рёв раздался позади.

Драма побега, концовка которой была совершенно не ясна, только что началась.

— Почему всё вот так? Почему оно нацелилось на Ками-саму?

— К...Как я могу знать это?! Я впервые вижу этого монстра! Я в самом деле ничего не делала!

Я держал крохотную ручку Ками-самы и использовал стонущий голос, чтобы узнать о данной ситуации. Ответ Ками-самы, кажется, спрашивал меня, желая понять, что происходит. Она, видимо, была очень встревожена и держалась за мою руку ещё более крепко.

Злая аура, которая приближалась сзади, полностью не исчезала, и до сих пор внимательно следила.

Сильвербэк продолжал преследовать нас, нет, он, должно быть, преследовал Ками-саму.

Выглядело всё так, словно монстр не пытался случайным образом нападать на людей. Всё было так, как будто его кто-то контролировал ради ясной цели.

Что, чёрт возьми, происходит?

Держа в себе эти неразрешимые сомнения, я тянул за собой Ками-саму и пытался сбежать.

Хотя сейчас всё ещё был день, в переулке было тускло и мрачно. Такие обстоятельства способствовали лишь усилению нашего беспокойства. Если посмотреть наверх, то могло показаться, что небо и земля тут такие же, как и везде, но солнечный свет не мог сюда попасть.

Мы бежали по дороге и направлялись на юг Восточной Главной улицы. Это означало, что мы сейчас бежали в районе между Восточной и Юго-Восточной Главными улицами.

Мы не знали куда мчались. Мы просто бежали, куда глаза глядят, потому что у нас не было времени, чтобы думать над этим.

Я повернул свою голову назад, и перед моими глазами оказалась Ками-сама, у которой было болезненное выражение лица, потому что она не могла уже дышать. За ней была тёмная тень, которая простиралась до конца дороги. Я совсем не видел никаких признаков монстра.

Однако он всё же был здесь.

Он всё ещё внимательно следил за нами – это говорили мне мои инстинкты.

Я развернулся обратно вперёд, а затем самоотверженно увеличил скорость бега. В моей голове оставалось лишь желание поскорее убежать из этого положения, так что, независимо от чего-либо, в первую очередь мы должны были продолжать бежать. Прямо как сейчас.

— ...Бэлл-кун, я не могу! Уже всё!..

— Э?!

Услышав задыхающийся голос Ками-самы, я наконец-то пришёл в себя. Затем, пройдя большой поворот на пути, я наконец-то понял значение этих слов.

— ...

Пробежав по крошечному переулку, мы попали на эту грязную площадь.

В этом переулке было много поворотов. В стены то и дело врезались небольшие комнаты и грязные лестницы. Местность была построена в соответствии с теми, кто жил здесь, поэтому и следили за ней довольно неряшливо.

Эта сложная структура была похожа на множество этажей в подземелье.

Это же «Дорога Дедала»?..

Это был лабиринт внутри Орарио.

Так как эта зона перестраивалась множество раз, она стала запутанной жилой зоной.

Эта был странный и запутанный район, который населяли бедняки. Люди говорили, что стоит тебе здесь потеряться, ты уже никогда не сможешь выйти. Этот жилой район был назван в честь проектировщика, который отвечал за его постройку. Так как в результате другие люди терялись здесь, этот район был больше похож на подземелье, нежели настоящее подземелье.

Это плохо. Если мы пойдём в подобное место, то монстр с лёгкостью схватит нас.

Было очевидно, что если мы продолжим идти дальше по этим переулкам, то это может привести к последующей атаке на нас с фланга.

Я глянул на Ками-саму, которая по-прежнему с трудом дышала. Казалось, что её сообразительные глаза полностью погрузились в страх и могли лишь с горечью бежать от всего.

— ААААААААААААААА!

— ?!

Фигура монстра сразу же попала в наше поле обзора, когда мы стояли в переулке.

Единственное, что мы могли сделать, так это выбрать эту дорогу и двигаться вперёд. Я схватил руку Ками-самы и направился на дорогу Дедала.

Пробежав вниз по лестницам, мы внезапно вошли в величественный лабиринт. Воздух внутри этого отстроенного тёмного жилого района казался душным и влажным.

Жилая улица, нет, это должно называться улицей-лабиринтом, состояла из множества домиков, сделанных из камня. На наружных стенах домов было несколько Волшебных камней-люстр, выпускающих слабое свечение. Жители, которые, казалось, были одеты очень опрятно, кажется, полностью понимали сложную дорогу и гуляли повсюду.

Как только они заметили бегущих нас, а также Сильвербэка прямо за нами, то цвета их лиц полностью изменились. Тут же крики эхом разошлись по всей улице, и весь район опустел.

— Гуга~

— !..

Нас до сих пор преследовали. И выносливость Ками-самы, которая ничем не отличавшейся от обычного человека, уже достигла своего предела.

На самом деле, она уже неплохо потрудилась, продержавшись досюда. Казалось, что постепенно приближавшийся Сильвербэк уже мог схватить Ками-саму, которая постепенно замедлялась, если бы вытянул свою руку.

— Ками-сама, повернём здесь!

— Д...Да...

Мы быстро свернули на другую дорогу, уйдя с текущего пути. Пробежав несколько подъёмов, мы наткнулись на развилку и снова свернули на другую дорогу. Таким образом, мы меняли свой маршрут множество раз.

Мы сбежали от него?

Полагаясь на запутанную структуру этого лабиринта, кажется, мы несколько оторвались от Сильвербэка. Я обследовал всё, что происходило сзади.

Сейчас я не видел фигуры монстра. Может быть, он сдался и отступил? Я внезапно на мгновение расслабился.

— ...

Сперва мой слух, кажется, услышал ненормальное движение.

Такое чувство, словно по чему-то ударили – звук бряцающего камня.

Как только я подумал, что это был за тревожащий звук, который исходил не очень то и далеко, громадная тень появилась на каменной дороге под моими ногами.

Это плохо!..

Непосредственно над нами, из разрыва между домами, где вы могли увидеть небо, несколько раз промелькнул белый объект.

Оно было похоже на чудовище-обезьяну – оно двигалось словно между деревьев и спокойно передвигалась между зданиями. Совершенно игнорируя структуру этого лабиринта и быстро приближаясь к нам по небу.

— ГИАААААААААААА

— !

— Ах?!

Это была внезапная атака сверху. Монстр, рухнувший прямо между мной и Ками-самой, заставил нас разъединить руки. Следом за взрывным звуком приземления, Ками-сама и я, в результате, стояли по разным сторонам монстра.

И я смотрел прямо в лицо Сильвербэку. Прямо когда я собирался быстро перебежать на другую сторону, где была Ками-сама, монстр, который блокировал меня, также сделал свой ход.

— ООООООООООООООООООО!!!

Я, стоящий перед ним, полностью внял его массивный рёв.

— ...Чего?

Никакого особого эффекта он не производил, и его даже нельзя было рассчитывать как атаку – это был простой устрашающий рёв.

Это был рёв, который мог исходить только из инстинктов дикого зверя, но он сильно сотряс всю глубину моей воли двигаться, и мои действия были с лёгкостью насильственно остановлены.

Я полностью вошёл в состояние «Ужаса».

— Хииииии

Давление от Сильвербэка было реальным.

Я стоял перед яростным рёвом так близко – это пробудило мои подавленные воспоминания, которые когда-то были похоронены мной глубоко внутри. Минотавр пробудился в моём мозгу.

Крики того яростного быка внезапно всплыли, отчего мои уши почувствовали боль. Мои ноги также продолжали дрожать.

...

Прямо сейчас я стоял на распутье.

Передо мной был враг. Монстр, от которого я не мог избавиться. Глядя на него, я снова вспомнил символ отчаянья – Минотавра. Я действительно хотел убежать далеко-далеко.

Но за ним был человек. Та, которую я должен защитить. Рука, которая была отделена от моей, всё ещё желала взяться за меня.

Страшно...

Страх и Обязательство, Воображение и Задание. Полностью противоположные чувства и инстинкты постоянно сражались в моём теле.

Страшно...

Столкнувшись с мятежным порывом, моё слабое чувство ответственности, кажется, было попросту покорено.

Чудовищно страшно, но...

Несмотря на это.

...Я всё же «Мужчина»?!

Из-за крохотной воли «Я же мужчина» я не мог отступить от этого.

Иди.

Продолжай.

Иди вперед!

Ты же должен идти вперёд, верно?!

Ты абсолютно не можешь оставить «Девушку» позади и сбежать одиииннннн!

— УУУУУУААААААААААААА?!

Этот рёв содержал в себе всю мою смелость.

Казалось, словно я прогнал весь страх прочь, и, неожиданно, сила хлынула в моё тело.

Я ринулся на Сильвербэка.

— ГААААААААААААА

Сильвербэк также пошёл в атаку.

Толстые руки, на которых всё ещё висели цепи, пронзили воздух и атаковали. Я мог лишь надеяться на инстинкты своего тела, чтобы двигаться.

Внезапно, я опустил свою голову, и этот преувеличенный левый кулак прошёл надо мной.

Я схватился за свой кинжал – это была идеальная возможность.

Когда вражья левая часть груди приближалась ко мне без какой-либо защиты, так и я также пошёл в лоб и использовал все свои силы, чтобы рубануть по ней.

— Ха?!

Однако.

Прозвучал лишь металлический звук.

Кинжал, которым я взмахнул своей левой рукой, также ощутил сильный удар и полностью сокрушил всю мою руку.

Оружие отскочило. Кинжал даже не пробился сквозь эти белые грубые волосы на груди и только лишь оставил серебряный след.

Кинжал раскололся?

Молниеносный удар разошёлся по моему телу. Я глядел на расколотые фрагменты клинка, когда мои щёки невольно дёрнулись.

Моя решительная атака не могла даже ранить Сильвербэка!!

Я был полностью ошарашен сценой перед своими глазами и не мог говорить. Затем я почувствовал, как сам плыву по воздуху.

— Ги?

Сильвербэк использовал две большие руки и крепко держал меня, прижимая прямо к стене.

Я получил подавляющее воздействие оттого, что моя спина ударилась о стену. Моё дыхание на мгновение остановилось, когда я пытался открыть свои глаза.

— Гурууаа

Прямо сейчас передо мной было лицо уродливого монстра.

Как это произошло? Прямо когда я думал об этом, Сильвербэк намеренно показал мне свои клыки, подобные бритвам, открыв свой кровавый рот. Моё лицо полностью исказилось из-за страха.

— Бэлл-кун!

Если это продолжится, то тогда со мной на самом деле будет всё кончено?!..

Услышав крик Ками-самы, я с трудом попытался крутануться телом, желая сбежать от его оков. Но в это мгновение мои пальцы, кажется, коснулись чего-то.

Я опустил свой взгляд – это был Магический камень-лампа, установленный на стене.

Не было времени для раздумий. Я протянулся и взял Магический камень-люстру со стены. Одной рукой я оперировал изделием из Магического камня размером с кулак и включил его свечение на максимум.

Свечение от Магического камня-люстры было таким ярким, что невозможно было открыть свои глаза. Я же напрямую приложил его к глазам монстра своими руками.

— ГИГЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕ

Когда его глаза так атаковали, Сильвербэк закричал. Он прикрыл глаза и сделал несколько шагов вперёд.

Рука, которая прижималась к моему плечу, наконец-то расслабилась, и я упал на землю.

Я боролся с болью в моём теле. С выражением лица, словно собирался заплакать, я подбежал к Ками-саме. До того как она сказала то, что хотела сказать, я схватил её руку и сразу снова продолжил наше путешествие-побег.

— Бэлл-кун?..

— !..

Невыразимое раскаянье заполняло моё сердце.

Неважно, сколько бы смелости у меня ни было – я всё равно не мог защитить Ками-саму.

Я так слаб. Я совершенно не могу защитить человека, стоящего прямо передо мной

Слабый, бедный, хрупкий, нежный, тонкий, бесхребетный, неубедительный, бессильный, ранимый и отстойный я!

Было такое чувство, словно я полностью принял эти насмешливые фразы. Это нахлынуло в мой разум и вызвало боль в груди.

Голос молодого зверолюда – даже Валенштайн слышала фразы, которые описывали мусор – снова отдавался эхом в моём мозгу.

Точно так же, как и тогда.

Слабый я мог лишь постоянно сожалеть.

— УУУУООООООО

— !

Издалека раздался звериный рёв.

Рёв сердитого монстра эхом прошёлся по дороге Дедала.

Враг снова нас преследовал.

Если это продолжится!..

Нас, безусловно, нагонят, и даже если нам и улыбалась ранее удача, то это точно не произойдёт в третий раз. Что я могу сделать?.. Что я должен сделать?

Чтобы защитить Ками-саму, чтобы помочь ей, что же мне нужно сделать?!..

— ...

Когда эти мысли промелькнули в моей голове, возник простой ответ.

Это было заключением после окончания раздумий. Это был способ, который даже слабый я способен был сделать.

Не нужно её защищать.

Если это поможет Ками-саме, то этого уже будет достаточно.

— Эй, Бэлл-кун, что..?

Похоже, что я наконец-то понял. Сложные чувства, которые были на моём лице, также исчезли. Ками-сама ахнула, когда спросила меня. Кажется, что она волновалась о том, что произойдёт дальше.

Я полностью проигнорировал вопрос Ками-самы и повернул направо на перекрестке.

Передо мной был длинный, но не крутой склон, и пробежав по этой грязной дороге из тёмных камней, я увидел туннель. Появилась узкая канализация, и если в неё заглянуть, то вы могли увидеть слабый солнечный свет там. Если мы пройдём здесь, то точно достигнем оживлённой площади, расположенной неподалеку.

Я ничего не сказал Ками-саме и тотчас закинул её внутрь. Ками-сама, которую забросили в туннель, повернула свою голову и взглянула на меня с удивлённым выражением лица.

Затем я медленно закрыл железную ограду, которая располагалась около входа.

— Бэлл-кун?!

— ...Прости, Ками-сама.

После полного закрытия железной решётки атмосфера между Ками-самой и мной стала холодной.

У меня было мучительное выражение лица, и я изо всех сил пытался извиниться, используя свой собственный рот.

— Ками-сама, пожалуйста, продолжайте идти прямо.

— Я... Что ты планируешь сделать?!

— ...Я отвлеку монстра и выиграю немного времени.

Для слабого меня, который был неспособен защитить этого человека, это был единственный способ помочь ей.

Стать наживкой.

Пока я отвлекаю монстра, то могу позволить Ками-саме убежать в безопасное место и спрятаться.

Возможно, что она поняла мои истинные намеренья. У Ками-самы было шокированное лицо, и она впала в ступор.

— Т...Ты... Почему ты говоришь такие глупые вещи???!

— Пожалуйста, Ками-сама. Замолчите и, пожалуйста, прислушайтесь к моим словам!

— Нет! Я отказываюсь! Я абсолютно точно не соглашусь на подобное! Немедленно открой решётку, Бэлл-кун!

— Ками-сама...

Ками-сама сильно трясла своей головой и полностью отрицала моё желание.

Это небольшое тело цеплялась за неподвижную железную решетку, словно пытаясь протолкнуть её вперед, и, в то же время, она громко кричала на меня.

Столкнувшись с чувствами, которые шли ко мне, я обрадовался, но в то же время почувствовал грусть.

Времени не было. Я встал на колено, посмотрел Ками-саме прямо в лицо и искренне сказал:

— Ками-сама... Я... не хочу снова потерять свою семью!

— !..

Убедить её было самой трудной вещью, которая мне не удавалась.

Поэтому я мог лишь следовать своему сердцу и сказать слова, которые лежали глубоко в нём.

Это было нечто такое, что случалось ранее. До того как я пришёл в Орарио, до того как я встретил Ками-саму.

Я потерял своего дедушку – единственного родственника в целом мире.

Мой дедушка был убит монстром. Потому что он атаковал, когда дедушка покинул деревню по делам, и в то время меня не было рядом с ним, я ничего не смог сделать. Я мог лишь прослушать новости о его смерти из уст деревенских жителей – и ничего больше.

В то время чувство потери кого-то глубоко вырезалось у меня в сердце. Поэтому, из глубины моего сердца – понятие семьи было очень дорого для меня.

— Я очень боюсь потерять свою семью... Я не могу защитить никого – вот чего я больше всего боюсь.

Прийти в Орарио и получить судьбоносную встречу точно не было ложью. Словно чтобы подтвердить связи между мной и дедушкой, чтобы защитить эти связи так, что их нельзя будет разорвать. Я слушал его слова и отправился на поиски этой судьбоносной встречи.

Однако я верил, что кроме этого, где-то в моём сердце я также ожидал чего-то другого. Это и была теплота семьи.

Боги могли были дать то, что являлось узами семьи.

Я... Хотел членов семьи.

— Поэтому, пожалуйста, позволь мне защитить Ками-саму – своего члена семьи!

Я знал, что не смогу защитить её, но всё же произнёс эти слова. Нет, всё должно было быть так, потому что я не мог защитить её, поэтому я и произнёс своё желание вслух.

В этот короткий период времени она слушала меня. Ками-сама открыла свои милые глазки и уставилась на меня, но её лицо также становилось всё более горьким.

— ...Пожалуйста, побыстрее уходите отсюда и идите за помощью!

— ...Бэлл-кун!

Сказав это последнее предложение, я встал.

Брови Ками-самы сморщились, а её лицо было наполнено печалью. Она подняла свою голову, чтобы посмотреть на меня.

— ...Нет никаких проблем. Ками-сама, ты должна хорошо знать это – скорость моей «Ловкости».

В конце концов, я всё же продолжал сильно улыбаться Ками-саме.

Затем я сделал шаг назад, повернулся и побежал.

Слушая, как Ками-сама постоянно звала меня сзади, я всё же не мог обернуться.

Это произошло из-за моей собственной слабости и неспособности что-либо сделать. Прости! Я использовал свой дрожащий голос и извинился снова.

— !..

Я бежал, продолжая использовать руку, чтобы тереть своё лицо, а затем я последовал обратно на дорогу, откуда мы прибыли, и вернулся на перекрёсток.

Монстра всё ещё не было. Мысленно следил за всеми передвижениями в округе, я положил свою руку на сумку на моей ноге. Зелье с эмблемой «Семьи Миах». Я достал одну из трубочек и выпил тёмно-зелёную жидкость, находящуюся в ней.

Моя усталость тут же уменьшилась. Выносливость также восстановилась, и было такое чувство, словно даже моя сила выросла.

Боль во всём моём теле полностью исчезла.

Сильвербэк бежал с того конца дороги.

В этот раз я побежал по дороге абсолютно в противоположной ему сторону, обернувшись одной лишь головой.

— Уууу?..

— Ну же, сюда!

Монстр заметил, что Ками-самы не было поблизости, и посмотрел направо-налево. Но я громко провоцировал его.

— ГАААААААААААА

Отлично!

Подтвердив, что монстр рванулся на меня, я также начал бежать.

Это произошло из-за моей собственной слабости и неспособности что-либо сделать. Прости! Я использовал свой дрожащий голос и извинился снова.

Пока я убегал, мой взгляд притягивался к ярким направляющим линиям на стене. Это был ориентир. Жители, живущие здесь, вероятно нарисовали их. Они выглядели так, что если вы направитесь в направлении стрелки, то сможете выйти из улицы-лабиринта. Если Ками-сама увидит эти знаки, ей будет просто убежать.

Если подумать об обратном, то направившись в противоположном направлении от стрелки, я должен буду достигнуть глубин дороги Дедала. Если я направлюсь туда, то этим самым обеспечу безопасность Ками-самы.

Я, нашедший направление, сразу же направился в противоположную сторону указательных знаков.

......

Бесчисленные взгляды смотрели на нас.

Из теней ближайших улиц, из небольших окон в их домах – множество глаз постоянно следили. Из различных мест они наблюдали за нашими с монстром передвижениями.

Однако жители чрезвычайно боялись монстра.

Кто, в конце концов, кто это был?

Большинство взглядов были порицающими и направлялись на меня, кто принёс эту проблему прямо сюда. Однако тут был и абсолютно другой взгляд, который я не мог проигнорировать – взгляд с сильными чувствами.

Он полностью отличался от испуганных взглядов – он ощущался, беззаботный и расслабленный.

Некоторое время этот человек наблюдал за мной. Это было ощущение дежа вю, где чувствовалось, словно он лизал мою кожу. Хотя это ощущения было неуютным, моё сознание всё же было завлечено этим.

На меня нацелились, нет, ощущение скорее такое, как будто я под полным наблюдением...

Словами нельзя было полностью описать слабый холодок, который появился в моём горле. Своей рукой я прикрыл рот.

— Грууаа!

— Кххх!

Прямо когда я собирался убежать с этой дороги, я не смог полностью уклониться от атаки сверху от Сильвербэка. Меня бросило на каменную дорогу. Я мог лишь крутиться на дороге, пока, наконец, не докатился до несколько широкой овальной площади.

Хотя она выглядела довольно необработанной, но в центре этой площади стоял водяной столб, который являлся опрыскивателем. В эту площадь сходилось множество дорог. Тут стояла такая атмосфера, словно это была зона отдыха.

— ГРААААА

— ?!

Стоя рядом с ним, вы могли сказать, что Сильвербэк был аномально взволнован. Его атаки постепенно становились всё более интенсивными, и, возможно, это было потому, что он не мог найти Ками-саму.

Я не знал, как, но даже две цепи на его запястьях также начали размахиваться вокруг меня, словно кнуты.

Дорога разбивалась, а стены разрезались – всё было так, словно ужасный шторм прошёл тут.

Раздражающий звук в воздухе, создаваемый силой монстра, постоянно атаковавшего меня. Эти неизбежные звуки не давали мне сконцентрироваться.

И цепи, которые контролировались сильными запястьями, продолжали яростные атаки снова и снова.

— ?!~~~~~~~~~~~~

Наконец-то меня поймали.

Это была атака, нацеленная на голову.

Цепи также выпрямились и крепко обвили меня, сопровождаемые резким, пронзительным рёвом.

Хотя потому что я направил свой кинжал, чтобы защитить свою голову, то удачно заблокировал атаку, но массивный удар всё же распространился по всему моему телу.

Красные искры промелькнули в моих глазах, а затем я отлетел в сторону.

— Ахх, кххх?!..

Я использовал свою дрожащую руку, чтобы поддержать верхнюю часть своего тела, которая приклеилась к земле, и отчаянно пытался встать. Меня не заботило то, что реакция моего организма сопротивлялась этому, но мне всё же не удалось это сделать.

Как и ожидалось, я ему был совсем не ровня. Не было абсолютно никакого способа победить его.

Моё поле обзора приковалось к каменной улице, и боль с раскаяньем переплетались внутри моего тела.

Я медленно поднял свою голову. Я увидел, как Сильвербэк разбрызгивал своей слюной, рыча низким голосом, словно желая покончить со мной следующей атакой. Цепь, за которую держалась моя рука, издавала металлические звуки.

Я не хочу умирать. Я действительно всем своим сердцем не хотел умирать. Однако кажется, что моё тело и разум уже сдались.

Моё тело уже не могло использовать какую-либо силу, но мой разум всё ещё был в сознании. Мой разум до сих пор волновался.

Смогла ли Ками-сама сбежать? Сейчас моё сердце также волновалось лишь ещё об одном.

Если это тот самый случай, тогда в это время...

Это было именно такое чувство.

Мгновение, когда та девушка подбежала, чтобы помочь мне.

Мгновение, когда Валенштайн протянула мне руку помощи.

Однако в этот раз не было никакой надежды, что она прибежит сюда и снова поможет мне. Потому что моё сердце всё ещё имело детское желание встретиться с ней снова, но в то же время именно из-за этой мысли я чувствовал неразбериху у себя в голове.

Это позорное положение – я не хочу, чтобы она видела это во второй раз.

У меня уже было некоторое замешательство по текущей и прошлой сцене, поэтому я склонил свою голову, словно принимая свою судьбу.

— Бэлл-кун!

— ...

Время полностью остановилось в это мгновение.

Этот голос позвал меня из глубин моего пустого сознания, но моё сердце также сильно пострадало из-за него.

Подняв свою голову, моё зрение восстановилось. Но из-за сцены перед моими глазами я не мог ничего поделать, кроме как остолбенеть.

Там был человек, который пришёл на помощь. Он не был той самой девушкой, но этот человек также был очень важен для меня.

Я увидел задыхавшуюся Ками-саму – Гестию-саму.

Как? Почему? Почему... ты здесь?

Сложные эмоции нахлынули на моё непостижимое тело, и даже ни одного предложения нельзя было вытянуть из моего разума.

— Угггххххх...

— ...

Если это продолжится, то ситуация разовьётся в самом худшем направлении.

Сильвербэк наконец-то обнаружил присутствие существа, которое он искал. Было такое чувство, словно цвет его глаз изменился, и цель, на которой он сосредоточивался, сменилась с меня на Ками-саму.

Он расширил свои глаза и уставился на неё.

Сильвербэк сделал несколько шагов навстречу к Ками-саме, которая тяжело дышала, и в следующее мгновение он использовал все свои силы, чтобы броситься на неё.

— Ками-сама?!

Я также побежал.

Я внезапно разорвал все ограничения своего тела и побежал.

С этим постоянно стонущим телом, которое было покрыто ранами, я мгновенно сократил расстояние до неё.

Прямо когда запястье монстра собиралось коснуться Ками-самы, моя рука обняла её крошечное тело.

— !

Мы пролетели мимо громадного тела монстра, которое было прямо перед нами. Я и Ками-сама вылетели на другую дорогу.

Прямо когда я подумал, что мы точно упадём, так как опрометчиво вылетели на другой путь, в этот раз там оказался действительно длинный наклонный спуск, так что я великолепно скатился.

Со звуками криков, мир перед моими глазами перекрутился более десятка раз.

— ... К...Ками-сама, ты в порядке?!

— А...Ах. Да...

Я, брошенный на плоскую каменную дорогу, испытав такой сильный удар, терпел боль в теле и подтвердил безопасность Ками-самы. В это же время Ками-сама, которая упала на землю, также чувствовала головокружение и ответила слабым голосом.

После того как я удостоверился в этом, тут же повысил свой голос и спросил:

— ПОЧЕМУ? ПОЧЕМУ ТЫ ЗДЕСЬ? РАЗВЕ Я НЕ СКАЗАЛ ТЕБЕ ИДТИ В УБЕЖИЩЕ?! ЕСЛИ ВСЁ ВОТ ТАК, ТО ТОГДА В ЧЁМ СМЫСЛ ВСЕГО ТОГО, ЧТО Я ДЕЛАЮ?!..

Одежда Ками-самы полностью пропиталась потом. Возможно, разделившись со мной, она продолжала искать меня на дороге Дедала и бегала повсюду.

Может быть, она предугадала мои действия, видя ориентиры? Или, возможно, она положилась на сведения свидетелей, которые наблюдали за мной и монстром, бегущим по улице-лабиринту, и, в конце концов, прибежала сюда?

Так как ситуация развилась до таких обстоятельств, Ками-сама также заговорила, произнеся мне следующее со сложными чувствами:

— ...Ну что ты за беспомощное дитя.

Ками-сама произнесла это мне.

Её слегка грязное, но всё же милое лицо поднялось. Она использовала свои руки, чтобы вытереть лицо, а затем нежно улыбнулась.

— Я не брошу тебя и не убегу одна!

— ...

— Разве ты не говорил, что хочешь защитить меня? Если это так, то тогда я точно вернусь к тебе.

Вот так Ками-сама продолжала разговаривать.

Её крошечный рот нежно выговаривал.

— Разве у нас не было соглашения?

— !..

Я вспомнил.

Обещание, которое я абсолютно не мог забыть.

В тот день я поклялся, пообещал, что я решил никогда не отпускать этой руки.

Пожалуйста, не оставляй меня одну

Я сдался и безответственно нарушил обещание.

И оставил Ками-саму одну.

— ...Но если всё так продолжится, то мы оба!..

Нахмурившись, я изо всех сил продолжил говорить.

Но до того, как я завершил свои слова, Ками-сама решительно прервала меня.

— Ещё слишком рано сдаваться, Бэлл-кун.

— Э?

— У меня есть идея.

Сказав это, Ками-сама порылась у талии и достала небольшую коробку.

Под моим взглядом Ками-сама с гордым выражением лица открыла её.

— Ах.

— Э?

Внезапно действия моей руки полностью остановились.

Ками-сама также посмотрела наверх с полуоткрытым ртом.

Проследовав за линией её взгляда, я также посмотрел на длинную лестницу позади нас, где находился быстро спускающийся обезьяний силуэт.

Это сильное чувство дежа вю заставило наши лица окраситься в фиолетовый цвет.

— ГАААААААААААА

— ААААААААААААААААААА?!

Мы тут же побежали оттуда.

В следующую секунду то место, где мы находились ранее, было раздавлено Сильвербэком. Ками-сама и я не останавливались и продолжили ускоряться.

К...Как, Ками-сама... ТАК БЫСТРА?! Она в самом деле бежала передо мной?!

Тогда, что это были за ранние трогательные фразы?!

— Кхххх?!

— К...Ками-сама?!

Увидев, как Ками-сама упала на дорогу, я не мог не воскликнуть.

Не колеблясь, я подобрал Ками-саму, которая на тот момент оставалась в позе поклонения Богам. В это мгновение Сильвербэк всё также быстро приближался к нам.

— П...Прости, Ками-сама!

— ВААА?!

Было не то время, чтобы говорить это.

Я нежно прижал Ками-саму и использовал свою максимальную скорость, чтобы сбежать.

Несу, словно принцессу. Прямо как герои всегда делают в сказках. Принцесса – которой была Ками-сама – лежала на моей груди, краснея и продолжая бормотать.

— Прости, Бэлл-кун. Даже в такой ситуации я всё равно очень рада этому всем своим сердцем!..

— О чём ты говоришь, Ками-сама?!

Её слова не достигали меня.

Потому что из-за страха я мог лишь беззаветно думать лишь о том, как бежать вперёд, крепко держа Ками-саму. Я использовал всю свою силу, отталкиваясь от дороги. Ками-сама была удивительно лёгкой. Я медленно создал разрыв между собой и монстром, сосредоточившись на беге и петляя в этом бесконечном лабиринте.

Но.

В конце концов, Богиня удачи нас оставила.

— Этот путь зашёл в тупик...

Передо мной было трёхэтажное здание, полностью закрывающее дорогу и создающее тупик. Пока мы направлялись сюда, то также бежали по прямой дороге, что означало, что у нас не было другого пути, даже если бы мы вернулись. Наш путь к отступлению был полностью заблокирован.

Ками-сама осмотрелась, а жители дороги Дедала продолжали скрытно наблюдать за нами. Однако как только они замечали наши взгляды, то тут же паниковали и отводили свои взоры.

Для всех монстры были ужасающими существами, и если они спрячут нас, то тогда, несомненно, нарвутся на неприятности. Такая реакция была ожидаемой, и мы не могли винить их.

Медленно монстр нагонял нас.

Возле меня, печально склонившегося, Ками-сама использовала свои руки, чтобы поддержать свою челюсть, словно думала над чем-то.

— ...Нет – эта ситуация также неплоха.

— ЭЭ?!

Услышав слова, которые выходили изо рта Ками-самы, я удивился и поднял свою голову.

Ками-сама, которая была намного короче меня, использовала свой пронзающий взгляд, чтобы уставиться на меня.

— Бэлл-кун, ты победишь этого монстра.

— !..

— Я снова обновлю твой «Статус» прямо здесь. После этого ты используешь свои усиленные способности, которых должно хватить, чтобы победить этого монстра.

В самом деле, если Ками-сама снова обновит мой «Статус», который выгравирован на моей спине, то тогда мои способности также существенно возрастут.

Но... Даже тогда я не мог выстоять против него.

Сильвербэк был монстром, который появлялся на одиннадцатом этаже. Для меня, который ещё не достиг шестого этажа, эта цифра была удвоенной. Можно было сказать, что разница в Уровне, которого достиг авантюрист, и Уровне, который был у монстра, представляла собой разницу в силе. Мои способности могли бы стать немного сильнее, но против Сильвербэка, монстра, чьё существование было несравнимо со мной...

Даже если я и сражусь с ним, то всё равно, вне всяких сомнений, не смогу дать ему отпор. В таком случае...

— ...Невозможно, Ками-сама. Вы ведь уже видели это? Моя атака была совершенно бесполезна против него. Даже если моя сила и увеличится немного, то я всё равно не смогу нанести каких-либо фатальных ран.

Выйдя на дорогу Дедала, я уже пытался использовать свою смертоносную атаку, на которую был способен, но, в результате, даже не смог прорваться сквозь его волосы на теле.

Даже если мой «Статус» и усилится, а сила моего оружия увеличится, я всё равно не думаю, что смогу прорваться сквозь вражескую оборону.

— Я... точно не смогу победить его.

Я печально склонил свою голову и сказал это удручённым голосом.

Оскорбления, которые говорил молодой зверолюд. Постоянный смех посетителей в баре. Эта сцена всплыла в моей голове. Эти сцены всё ещё причиняли боль нынешнему мне.

Я не мог ранить Сильвербэка, а тем более победить его. Я, даже я не мог поверить в это.

Прямо сейчас вся моя самоуверенность полностью испарилась.

— Но, что если твои атаки сработают?

— ... Э?

— Если ты сможешь поразить его, то тогда сможешь и победить монстра, верно?

Ками-сама сказала это, используя свои руки, чтобы открыть коробку и положить некий предмет передо мной.

То, что было вынуто из коробки, было чёрным кинжалом в ножнах.

Я был полностью ошарашен. Я медленно вытащил кинжал из его ножен. Удивительным было то, что этот кинжал, от рукоятки до ножен, и даже лезвие, безо всяких исключений был полностью абсолютно чёрным.

Это был прямой кинжал, полностью окрашенный в чёрный цвет.

По всему клинку располагались сложные гравюры.

Затем, словно Ками-сама поддерживала меня, этот «Кинжал Гестии» начал слабо светиться красным светом в моей руке.

Несколько секунд я был полностью ошеломлён богоподобным художественным исполнением и дизайном оружия.

Подняв мою голову, Ками-сама своими ясными глазами уставилась на меня.

— Бэлл-кун, когда это ты стал таким смиренным парнем? Раньше ты всегда говорил те глупые вещи о судьбоносной встрече и спокойно направлялся в глубины подземелья, верно? Ты, кто был беззаботным всё это время, нашёл цель и поклялся, что станешь сильнее. Куда всё это ушло?

Я пожал плечами. Ками-сама продолжила говорить нежным голосом.

— Но я верю в тебя! Ты что, не хочешь так рисковать? Если это авантюрист Бэлл Кранэл, который сделал своей целью такую девушку как Вален-как-то-там, то этот монстр должен быть для тебя легче лёгкого.

В итоге лицо Ками-самы стало торжественным, и затем она продолжила говорить:

— Я заставлю тебя выиграть, поэтому ты также должен показать мне свою победу.

— ...

— Прямо сейчас, возможно, ты и не веришь в себя. Тогда, иными словами, ты можешь верить в меня – в меня, кто полностью верит в тебя.

Я почти заплакал. Я чувствовал слабое подташнивание, и слёзы начали падать из глубин моих глаз.

Ками-сама слабо улыбнулась и использовала своё милое запястье, чтобы вытереть мои слёзы. Смешивая со звуками плача, я кивнул своей головой и ответил:

— Да.

× × ×

Солнце постепенно поднималось в небе.

Под солнечными лучами грязные дома на дороге Дедала откидывали небольшую тень. Солнце постепенно становилось всё выше в небе, и солнечные лучи также светили всё сильнее.

Даже тупик этой длинной дороги освящался сильным солнечным светом.

Быстрее, быстрее, быстрее, скорее!

Гестия использовала свой маленький язычок, чтобы облизывать губы, а её милые и небольшие ручки продолжали безостановочно работать. Перед ней была спина Бэлла. Сейчас он сидел на коленях и молча ждал. Гестия полностью сосредоточилась на обновлении его статуса.

Бэлл уже снял сломанную броню. Лишь чёрного цвета майка оставалась на его торсе. Гестия постоянно использовала свою Божью кровь, чтобы писать «Священный текст».

Тебе не нужно использовать свои глаза, чтобы обновить «Статус». Всё-таки это был опыт внутри тел людей Нижнего мира, и, используя «Статус», Боги всего лишь вытаскивали его. Даже если тело было под майкой – пока само тело содержит в себе опыт, всё ещё можно будет с лёгкостью обновить сам «Статус».

— Эй, Гестия! Слушай меня.

Страх незнания того, когда именно монстр атакует их, постоянно окружал парочку. Гестия вспомнила слова Гефест.

— Этот кинжал, благодаря гравированному на нём «Священному тексту», также обладает своим собственным «Статусом». Другими словами, это оружие может рассматриваться, как живое.

Когда Гефест закончила ковку Мифрила, превратив его в клинок, она добавила на него «Статус». Это и был текущий «Кинжал Гестии».

Если присмотреться, то можно было увидеть, что на чёрном клинке был выгравирован «Священный текст».

— Это также означает то, что как и твоё дитя, которому дарована «Божья Благодать», этот клинок тоже использует опыт пользователя как пищу для себя. С получением достаточного опыта это оружие будет также развиваться.

Поэтому этот кинжал можно было использовать только людьми, у которых также есть «Благодать Гестии». Только лишь в плане оружия оно могло рассматриваться как ошибочное и дефектное изделие. Гефест сказала и следующее:

— С ростом пользователя это оружие также будет становиться сильнее. Когда у пользователя будет повышение Уровня, оно также будет демонстрировать соответствующий уровень силы.

Поэтому оно могло рассматриваться, как лучшее оружие для постоянно развивающихся авантюристов.

Не слишком сильное и не слишком слабое – это было оружие для развития.

— Сейчас оно слабее, нежели всё остальное оружие. Но твоё дитя... Как только ты передашь его Бэллу Кранэлу, то только тогда начнётся его развитие.

Это было экстремальное условие. Когда пользователь слаб, то и кинжал будет также чрезвычайно слаб. Но когда пользователь станет сильнейшим, этот кинжал также станет сильнейшим оружием.

— Для кузнецов такой тип оружия, которое может достичь самого высокого Уровня, является абсолютно запретным. Поэтому я ни за что не кую такой тип оружия.

Своей подруге, которая была полна жалоб к ней, Гестия была искренне благодарна.

Прямо сейчас, вместе с Бэллом, этот «Кинжал Гестии» мог также усилиться.

Это оружие будет эффективным против Сильвербэка, когда усилится.

Проблема в...

Для Бэлла, у которого есть навык «Целеустремлённое преследование» в своём «Статусе» – как сильно оно сможет развиться и насколько возрастёт сила «Кинжала Гестии». Вот в чём был вопрос.

— Ками-сама, он идёт!

— !

Сильвербэк появился из-за угла и бежал по прямой и длинной дороге. После этого сердцебиение Гестии также постепенно ускорилось, но в то же самое время «Статус» был обновлён.

Бэлл Кранэл.

Уровень 1

Сила: G 221 → E 403 Выносливость: H 101 → H 199 Сноровка: G 232 → E 412 Ловкость: F 313 → D 512Магическая сила: I 0

?!..

В общей сложности очки навыков увеличились на шестьсот пунктов??!

Это был резкий скачок. Они могли и ещё увеличиться? Они уже и так росли с экстраординарной скоростью.

Пламя ревности к Айз снова загорелось в груди у Гестии, почти сведя её с ума. Но в то же время она также подтвердила кое-что иное.

В таком случае!..

Сила оружия также должна была быстро увеличиваться.

Рука Бэлла держалась за чёрный клинок, который бился, словно зародыш, и фиолетово-красный свет вокруг него постепенно усиливался.

Дальше всё за тобой, Бэлл-кун!

Гестия с силой хлопнула по его спине, словно посылая парня вперёд.

— Ладно, пошёл!

× × ×

— Ладно, пошёл!

Как только он услышал этот звук, телесное восприятие Бэлла достигло своего предела.

Он был способен слышать звук своего собственного сердцебиения. Его ноги имели такое ощущение, словно были окружены пламенем. Однако его голова по-прежнему была ясной и светлой.

Гестия уже предсказала ранее, что обновление «Статуса» также усилит его развитие.

Он использовал всю свою силу, чтобы оттолкнуться. Нога, которая была согнута, моментально выпрямилась.

— ГАААААААААААА!

В конце дороги, на противоположном конце, монстр ревел от возбуждения.

Это был Сильвербэк. Хоть я и усилился, этот монстр всё же мог победить меня.

Был очень небольшой шанс на победу. Смогу ли я победить его? Бэлл всё ещё сомневался по этому поводу.

Однако, даже если он не мог поверить в это, то всё же продолжал напоминать самому себе.

Если всё было так, как и сказала Гестия, то, независимо от чего-либо – Бэлл всё равно верил бы в это.

Слепо следуя глупым идеям своей Богини, парень открыл занавес схватки с монстром.

— ...

Сильвербэк перестал кричать.

Бэлл мчался на монстра по прямой линии, а его скорость стала ещё быстрее.

Усиление свыше шестисот пунктов в его способностях придало Бэллу совершенно иную скорость. Даже хотя всё равно и была огромная пропасть между ними, но Сильвербэк также ощущал, что текущий Бэлл способен был нанести ему фатальный урон.

— Эй, эй, Бэлл-кун? Послушай то, что я тебе сейчас скажу. Абсолютно не делай каких-нибудь глупостей, из-за которых твоя жизнь будет в опасности!

Когда Бэлл пронзал пространство перед собой, то вспомнил слова, которые Эйна говорила ему.

— Как бы силён ни был монстр, как бы ни была сильна его защита – у монстра всегда существует неизбежное слабое место.

Бэлл вспомнил, как Эйна-сан махала своими пальцами и страстно описывала позы многочисленных монстров.

— Пока можешь попасть в его слабое место, ты способен победить даже дракона. Слабое место может заставить плакать даже монстров.

Помни. Я запомнил. Её голос и слова, которые она сказала далее:

— Это займёт всего лишь одну атаку. Будучи в состоянии пронзишь шкуру врага, авантюристы, теоретически, способны разгромить любых монстров.

Причина, по которой монстры являются монстрами, заключается в том, что они несут в себе уникальное ядро монстров.

— Даже если я и не скажу оставшееся, ты уже должен понять это, верно? Да, неважно какой это монстр – он всегда содержит кое-что у себя в груди...

...Магический камень. Это было абсолютное слабое место для уничтожения монстров.

Место, куда нацелился Бэлл – оно было немного повыше груди противника.

Сильвербэк также приближался. В это мгновение время, кажется, стало замедляться. Видя, как враг поднял свою руку, глаза Бэлла окаменели.

«Кинжал Гестии» выпустил слабое свечение. Казалось, что могущественная атака высвободилась из этого пурпурно-красного клинка и описала красивую дугу в воздухе.

Кинжал не оставил никакого места для манёвра. Могущественный прокол. Удар мгновенной смерти, на который он поставил абсолютно всё.

Казалось, что его тело превратилось в копьё. Бэлл бросился прямо к груди противника.

— ААААААААААААААААААААААААААААААААА!!!

Внезапная атака.

— ГРАААААААААА!!

Чёрный клинок пронзил центр груди монстра.

Следом последовало ощущение касания чего-то его рукой, которая пронзила плоть, а далее было чувство, словно нечто твёрдое разрушилось.

Сильвербэк отчаянно расширил свои глаза, а затем рухнул на землю.

— ?!..

Подавляя импульс рывка, тело Бэлла также сдуло, и он подлетел в небо.

Ограничение скорости и отдача от удара были чем-то совершенно неожиданным. В конце концов, тело, которое только лишь желало пронзить врага, кажется, стало словно человеком-ядром и описало параболу в воздухе.

Вскоре он упал на землю.

— Гххууу?!

Несколько раз прокрутившись на земле, он наконец-то остановился. Бэлл лежал спиной на земле и несколько раз простонал, а затем попытался открыть свои глаза, чтобы посмотреть на врага.

На дороге лежал Сильвербэк. Кинжал всё ещё торчал из его груди, и казалось, что время замерло. И, в конце концов, его тело начало разрушаться.

Тело, у которого был разрушен Магический камень, начало превращаться в пепел, а после порыва ветра оно полностью исчезло не оставив и следа.

«ДЗЫНЬ» «Кинжал Гестии», который немного прокатился по каменной дороге, продолжал сиять пурпурно-красным светом.

— !!..

Тут же звуки ликования прорвались со всех направлений.

Это были крики восхищения, которые вырывались от жителей дороги Дедала, смотрящих за битвой между Бэллом и Сильвербэком. Это полностью отличалось от ранних событий, когда они пытались вести себя как можно тише и скрывались. Они высунулись из окон и продолжали аплодировать. Угол этой улицы-лабиринта был наполнен таким восторгом, который не проиграл бы и Колизею.

Столкнувшись с постоянной похвалой, направленной в его адрес со всех сторон, Бэлл также показал улыбку на своём лице.

По крайней мере, им это удалось. В глубине дороги стояла Гестия с великолепной улыбкой на лице... А затем она упала на землю. Бэлл смотрел, как её тело рухнуло на дорогу.

— Ками-сама?!

Побледневший Бэлл сразу же поднял «Кинжал Гестии», а затем быстро подбежал к ней.

Затем он, полностью игнорируя праздничную атмосферу, взял её на руки и быстро убежал отсюда под звуки аплодисментов.

× × ×

— Хотя я сделала Гестии нечто плохое... Но это действительно вызвало у меня ревность.

Она стояла на вершине крыши дома какой-то «Семьи».

Фрея стояла на высоком месте, откуда могла наблюдать за Бэллом. Она шептала.

Её серебряные глаза уставились на фигуру Бэлла, нежно держащего Гестию.

Под ясным небом Богиня, кажется, была зла, но затем она тут же снова улыбнулась.

— Поздравляю. Хотя я и не хотела такого результата... Хи-хи, да, ты был действительно крутой.

Глядя на фигурку Бэлла, который, не глядя налево или направо, немедленно направлялся к выходу, глаза Фреи были наполнены пламенем и слегка щурились.

Под солнечным светом серебряные волосы развивались на ветру. Она также покинула это место.

— До следующей встречи... Бэлл.

× × ×

— ГРАААААААААААА?!

Тролль был мгновенно убит одной атакой.

— Всё кончено?

— Да...

После звука серебряной рапиры, пронзающей небо, Айз умелым движением положила клинок обратно в ножны. Глядя на монстров, растянувшихся на дороге, со всех направлений к ним подходили жители.

За спиной Айз стояла скучавшая Локи. Она использовала свою руку, чтобы нежно погладить свою голову, и вздохнула.

— Эти люди действительно не знают как себя вести. Это должна быть серьёзная ситуация... но, как бы мне сказать, похоже, что они страстно поддерживали нас.

В самом деле. Айз согласилась с точкой зрения Локи у себя в сердце.

Обычно они бы бегали повсюду, стараясь не допустить ранений жителей. Но они увидели, что монстры полностью игнорировали жителей. Казалось, словно те искали что-то, кружа вокруг хаотичного Колизея.

От самого начала до конца – было такое чувство, словно они старались кого-то найти.

— Это был последний?

— Нет... Остаётся ещё один.

Среди девяти сбежавших монстров сейчас оставался лишь один. Это был Сильвербэк.

Для Айз это были враги, которых она могла легко победить. Локи, которая не была мотивирована, просто хотела поскорее покончить с этим и начала двигать ногами. Айз также искренне последовала за ней.

По информации очевидцев, полученной от сбегавших гражданских лиц, монстр двигался в направлении Восточной Главной улицы.

— А? Что, уже всё кончилось?

На Главной улице люди шли и шли. Выглядело всё так, словно они никогда и не боялись монстра – все вокруг были счастливы.

В толпе, которая образовалась из-за слияния людских потоков, Локи расспрашивала у всех информацию.

— Дядя, а где монстр? Какова сейчас ситуация?

— Насчёт этого. Кажется, что паренёк победил монстра! Друг с дороги Дедала только что сказал мне это. Их преследовали внутри лабиринта, и он наконец-то смог победить монстра одним ударом.

— Ээ, постой минутку, дядя. Этот паренёк – кто он?

— Э, ну он не здешний житель. Я никогда не видел его раньше. Это был паренёк-авантюрист с красными глазами и белыми волосами... О, совсем как кролик!

— Чего?

Рядом с Локи, которая была немного озадачена, Айз, услышавшая эту новость, слегка задрожала.

Белые волосы?..

В сердце она подумала об этом человеке.

Утром она, кажется, видела его фигуру со второго этажа магазина.

По её собственным причинам, и потому что она сделала ему больно – из-за этого она смотрела на парня с белыми волосами и парой тёмно-красных глаз.

— Простите, пожалуйста, дайте мне пройти.

Группа людей спереди была всё ещё крайне взволнованна. Казалось, что авантюрист уже ушёл.

Граждане весело толкали друг друга. Локи также заинтересовалась этим и, сказав «Я тоже пойду и посмотрю», тут же убежала, чтобы поучаствовать в этом оживлённом событии. Айз, которая осталась одна, стояла там слегка одиноко.

Она, слегка встревоженная, решила добраться до конца этой толпы и поучаствовать в этом событии.

— Простите, пожалуйста, пропустите меня.

— !

В это мгновение паренёк, который с трудом пытался прорваться сквозь людскую стену, пробежал возле Айз.

Когда он промчался, золотые глаза Айз проследовали за фигурой мальчика.

... Действительно.

Айз смотрела за его фигурой, тогда как он совершенно не заметил её и медленно исчез.

Ошибки быть не могло. Это был тот мальчик, которого она спасла от Минотавра.

Победил Сильвербэка?..

Полностью негодный. Хотя то, что члены её Семьи сказали, было в самом деле перебором, но в реальности, он всё же по-прежнему считался наивным и начинающим авантюристом.

Если Айз правильно помнила того мальчика, то для него в настоящее время Сильвербэк должен был быть непреодолимым существом.

Поздравляю.

Как только она заметила это, предложение уже появилось на её губах.

Это было всего лишь слово, благословляющее развитие этого паренька, над которым многие смеялись и плакали слезами раскаянья.

...

Айз не интересовало, как он победил монстра, но...

Она думала, что независимо от чего-либо – она всё равно должна встретиться с ним и извиниться.

× × ×

«БАМ» Громадная дверь зазвучала, когда закрылась.

Бэлл в панике подбежал, глядя на Сил, которая только что вышла из комнаты.

— С...Сил-сан, Ками-сама?..

— Ничего такого – просто усталость.

— У...Усталость... Э, тогда это значит?

— Да. Её жизни ничего не угрожает.

Время уже шло к вечеру.

Бэлл сейчас был внутри «Хозяйки изобилия». После того, что произошло, Бэлл случайно столкнулся с Сил, которая возвращалась с Фестиваля монстров. После её уговоров, они перенесли бессознательную Гестию сюда.

Волнения, вызванные Фестивалем монстров, уже полностью успокоились. Потери были минимизированы благодаря быстрому ответу «Семьи Ганеша» и других организаций, включая гильдию. И не только это. Казалось, что не было ни убитых, ни даже раненных. Поэтому, можно было сказать, что тем, кто был ранен сильнее всех, являлся именно Бэл.

Человек, который вызвал весь переполох так и не был пойман. Они даже не имели ни малейшей зацепки о том, кто это сделал. «Семья Ганеша» и члены гильдии, которые контактировали с преступником, кажется, подверглись какой-то магии со стороны волшебника, потому что они не могли ничего вспомнить. Поэтому они не знали, кто был преступником, и это дело закончилось вот так.

Позволяя Гестии отоспаться, Бэлл сейчас говорил с Сил в деревянном коридоре на втором этаже бара.

— Это в самом деле хорошо... Она внезапно упала, поэтому я так сильно волновался.

— Хи-хи, должно быть, это было тяжело для тебя, Бэлл-кун.

Глядя на Бэлла, у которого почти не было сил, девушка слегка улыбнулась и извинилась нежным голосом.

— Мне действительно очень жаль о сегодняшнем дне. Из-за того, что забыла свой кошелёк, в результате я вовлекла тебя в такую катастрофу...

— Н...Нет, это абсолютно не так. Это точно не вина Сил-сан!

Глядя на неистового Бэлла, Сил-сан также стала чувствовать себя очень виноватой, но затем её лицо медленно расслабилось. Бэлл, видя изменения в её лице, также успокоился.

— Но из-за этих волнений среди людей на улицах распространились слухи. Тот самый авантюрист – разве это не мужественный Бэлл-кун.

— Э...

— Я также верю в это, в действительности же, я видела сцену боя Бэлл-куна против монстра...

— Ничего храброго в этом не было. Я лишь постоянно получал удары, поэтому и бегал повсюду. Стоя перед тем монстром у меня не было смелости, чтобы бороться...

Бэлл, кажется, смутился, пока объяснял всю ситуацию, и он постоянно пожимал плечами.

Сил, видя такого Бэлла, не могла не засмеяться, а её тёмно-серые волосы также затряслись.

— Несмотря на это – разве ты всё же не был крутым?

— Э?

— ...Хотя и несколько небрежно и грубо, но Бэлл-кун, который так мужественно выступил против монстра... полностью пленил меня.

Пока говорила это, она внезапно приблизилась и своими руками прикрыла ухо Бэлла, шепча эти нежные слова прямо в него. Парень не мог ничего поделать, кроме как расширить свои глаза.

Сил отошла влево от Бэлла, а её лицо, кажется, было покрасневшим из-за солнечного света, и после этого она чарующе улыбнулась.

— Кафе нужна моя помощь. Поэтому я уйду первой!

— Да, л... ладно...

— Ты можешь также пойти прилечь и отдохнуть – это вполне нормально. Так что, Бэлл-кун, увидимся позже.

Увидев, как Сил покидает коридор, Бэлл мог лишь наклонить свою голову в сторону с невыразительным выражением лица.

— Со мной играли...

Озорное выражение лица и эта пара огненных глаз. Бэлл не знал, должен ли был верить этому, и пытался подавить жар на своём лице, а затем он направился в комнату Гестии.

Я должен дать ей отдохнуть немного дольше. Глядя на рукоятку двери, Бэлл молча столкнулся с дилеммой.

«Бам» Услышав этот, казалось бы, глухой звук падения на пол, он подумал над тем, что это было.

— ?!

Бэлл влетел в комнату, и его поприветствовала фигура Гестии, которая, кажется, скатилась с постели.

Её щёки были приклеены к полу, и этот вид был очень позорным. Возможно, она упала на пол в этой странной позе.

Бэлл не мог не вскрикнуть из-за этого. Он быстро подбежал к ней, встал на колени и поднял её небольшое тельце.

— К...Ками-сама?! В чём дело? Что случилось?!

— Аххх, Бэлл-кун... Нет, я просто изначально хотела встать, но у меня вообще нет никаких сил...

— Не можешь использовать свои силы... Я слышал, что ты сильно устала. Чем ты занималась прошедшие несколько дней?

Крошечные глазки Богини, кажется, что-то скрывали.

— Догедза!

— Что за догедза?

— Я преклонила колени и не двигалась перед упрямой Богиней. Это продолжалось в течение тридцати часов...

— Т...Тридцать часов?!.. Догедза это что, какая-то пытка?

— Нет, это предельная техника. Догедза – это последняя предельная техника...

Глядя на Гестию, которая, казалось бы, говорила чушь и постоянно лишь упоминала об этой предельной технике, Бэлл не мог не почувствовать холодный пот.

— Но почему ты пошла на такое... Разве Ками-сама направлялась не на Банкет?!

— ...Это.

— Э?

Неуклюжие руки Гестии протянулись к талии Бэлла и вынули пепельно-чёрный кинжал. Ах, Бэлл наконец-то понял. Это было то оружие, о котором он никогда не слышал от Ками-самы.

Как этот кинжал попал к ней в руки? Когда он собирался спросить об этом... То сделал глубокий вздох.

В углу ножен кинжала Бэлл заметил «Ήφαιστος» – знакомый «Священный текст», который был выгравирован на них.

Гефест

В этом случае было бессмысленно спрашивать, и он всё же должен был и сам это понять.

Это клеймо... это было то самое клеймо, которое было видно в магазине Гефест, которое у него не было возможности получить даже на протяжении всей его жизни.

— К...Ками-сама, это же...

— Прости, что заставила тебя волноваться... Но мне было слишком больно смотреть на это. Я не хотела чувствовать себя зависимой от тебя... Когда тебе просто кто-то помогает, ты чувствуешь себя крайне неуютно.

Рука Бэлла дрожала, когда он держал кинжал. Гестия медленно убрала оружие обратно в ножны.

Если теперь на него посмотреть, то он был полностью чёрным клинком.

У кинжала не было никакого искривления, и по сравнению с кинжалом, которым пользовался Бэлл, было видно различие в качестве. На самом лезвии был выгравирован небольшой текст, именно тот подлинный «Священный текст».

От кончика клинка до самого его конца – у кинжала был тот же цвет, что и волосы Гестии. Находясь в руке Бэла, он сиял пурпурно-красным светом, который выглядело словно дыхание младенца.

— Я знаю. Ты всегда смотришь на витрину магазина Гефест, причём помногу раз. Хотя это и не то оружие, которое ты хочешь, но этот кинжал всего лишь один в целом мире – разве это не удивительно?

— Это, но, это... Разве оружие Гефест не чрезвычайно дорогое?.. Деньги, как?!..

— Не беспокойся, я уже обсудила это с ней.

Не только его голос, но даже глаза были слегка рассеянными.

У Гестии всё ещё было усталое выражение лица, но взглянув на Бэлла, она успокоилась и улыбнулась ему.

— Разве ты не хотел стать сильнее?

— !

— Разве я не говорила, что помогу тебе? По крайней мере так, но я всё же могу помочь.

— Э... Это...

— Независимо от кого-либо и чего-либо – именно я являюсь той, кто хочет стать твоей силой больше всех на свете. Всё же... Ты мне очень нравишься.

— !..

Из глаз Бэлла полились крупные слёзы.

Лицо Гестии также было настолько смущённым, что уже становилось розовым, но его всё же продолжала переполнять улыбка.

— Независимо от чего-либо – я позволю тебе положиться на меня. В этом нет никаких проблем. Что бы ни говорили – я же твоя Богиня, верно?

Бэлл больше не мог вытерпеть это.

Он разрыдался и крепко обнял Гестию.

— Ками-сама!!

Бэлл продолжал обнимать небольшое тельце, словно ребёнок.

— Эй, эй, клинок же вынут – разве это не опасно?

Её грудь была очень тёплой. Только она сказав это, Гестия также положила свои руки за спину парня.

Приняв объятие от Бэлла, который был намного больше неё, она погрузила свои пальцы в его снежные волосы. Звуки плача и рыдания звенели в её ушах.

Этого парня, чьё поведение было настолько плохим, что он плакал, потому что не мог скрывать своих чувств – Гестия любила больше всех на свете.

Ахх, ну и славно...

Пусть и очень медленно, но медлительность вовсе не означает глупость. Но для этого мальчика она всё же была Богиней. Хотя именно из-за его безрассудства он стал таким сильным.

Однако, если это для него же самого, то быть немного безрассудным не так уж и плохо, верно?

Когда Гестия, которая наслаждалась этим радостным событием, думала об этом...

По крайней мере, мы оба взаимны в нашей любви.

В конце концов, она с великолепием сделала ту же ошибку снова.

----------

Эпилог

Верно, это был тот самый момент, когда Гестия не смогла рекрутировать человека для её «Семьи» уже в пятидесятый раз.

Своими удручёнными глазами она увидела маленький и немного одинокий силуэт.

Учитывая внешний вид этого силуэта, он был людской расы. Парень с прямыми серебряными волосами, кажется, был в той же депрессии, что и Гестия. Казалось, он шатался по улице без какой-либо цели.

Так как Гестия заинтересовалась в нём, она решила последить за этим ребёнком некоторое время.

Чтобы между ними пролегало определённое расстояние, и чтобы не быть обнаруженной, она спрятала себя в тени зданий и делала как можно меньше шума своими шагами, быстро бегая вслед за ним.

Судя по всему, этот парень искал новую «Семью». Когда он стучался в дверь «Семьи», то его тут же отвергали прямо у входной двери. Основываясь на счёте Гестии, его уже десять раз отвергли различные «Семьи» на таких встречах. После очередного отказа парень бессильно сел.

Смутно осматривая толпу на улице, он также безнадёжно искал место, которому мог бы принадлежать. Если бы это продолжалось, то сие одиночество привело к смерти – вот что Гестия подумала, когда увидела его бледное лицо.

— Эй, ты, там! Переулки довольно опасные, поэтому не лучше ли не заходить туда?

Ей пришлось заговорить, чтобы он заметил её.

Парень, который пытался войти в переулок, развернулся с удивлённым взглядом на лице, а затем уставился на Гестию.

— С-спасибо... эмм, а что насчёт тебя? Ты одна в таком месте – ты потерялась?

— ...Разве не у тебя глаза, словно у потерянного дитя?

Их первая встреча не была очень приятной. Эта ситуация происходила не впервые – почти все, кто встречал Гестию впервые, относились к ней, как к ребёнку. Узнав об истинной личности Гестии, паренёк повторял свои извинения с взволнованным лицом.

— Хе~ Так тебе постоянно отказывали «Семьи», одна за другой?

— Д-Да...

Гестия, которая пыталась делать из себя дурочку, украдкой взглянула на подавленного парня.

Его внешний вид был действительно ненадёжным, но, казалось, что никаких проблем с его характером не было. Скорее он даже был симпатичным.

В хорошем и плохом смыслах, этот парень всё ещё был ребёнком – это уже можно было увидеть по их небольшому разговору.

— Ахх~ Ммммм~ ... Честно говоря, я также не могу найти никого, кто бы стал моей «Семьёй». Какое совпадение, не так ли? Я также хочу получить в свою «Семью» авантюриста, если это возможно. Это, да, ну...

Пока Гестия говорила о своей некомпетентности, о неспособности получить даже одного авантюриста в свою «Семью», с неприятным голосом, который, казалось бы, исходил от отчаянья...

Парень тут же подпрыгнул, как только услышал её историю.

— Позволь мне вступить! Пожалуйста, позволь мне вступить!

— ... Т...Ты уверен? Ты серьёзно хочешь стать моей «Семьёй», даже если сейчас там всего лишь я?

— Это ничего, в этом нет никаких проблем! Напротив – нормально ли позволить такому как я присоединиться к тебе?

С этого момента всё развивалось быстро. Они закончили друг другу представляться, и «Семья» из Гестии и Бэлла была основана.

— Ладно, Бэлл-кун, иди за мной! Я проведу церемонию присоединения к «Семье».

— Ага!

Они прибыли ко входу в ветхий книжный магазин.

Перед входом сидел старичок, и когда Гестия хотела войти в магазин, этот старик с короткой белой бородой приблизился к ней.

— Эйй, Гестия-тян. Если это снова о становлении членом «Семьи», то я снова откажу.

— Всё не так! Одзи-сан, позволь мне одолжить библиотеку на втором этаже!

— Да-да, я одолжу её тебе. Если ты хочешь прочитать книгу, то пожалуйста, верни потом её на первоначальное место.

Она побежала вверх по лестнице, тянув Бэлла за руку. Из комнаты несло запахом старого дерева.

Заполненные книжные полки занимали все стены комнаты. Тут даже была гора книг, наваленных прямо перед полками.

Гестия, у которой не было денег, чтобы купить книгу, проводила всё своё время в этой библиотеке благодаря доброй воле её хозяина.

— Ну, снимай свою одежду, а затем садись здесь.

— М-мою одежду?

— Ох, можешь снять лишь всё с торса. С этого момента на тебе будет выгравирована моя «Благодать».

Гестия радостно начала гравировать Бэлла «Божьей Благодатью».

Она выбрала это место, чтобы дать «Благодать» своему первому дитя – это она решила уже давным-давно. Для меня, любящей книги, это будет идеальным местом для старта.

Начало её истории было окружено множеством книг. Разве это не было подходящим местом?

— Бэлл-кун, ты когда-нибудь задумывался, почему хочешь стать авантюристом?

— Н-на самом деле, со своих младых лет я сильно желал о судьбоносной встрече в «Священном лабиринте подземелья»!..

— Судьбоносной встрече? С девушкой же, верно? Ради такого ты хочешь стать авантюристом?

— В...Всё совсем не так! Судьбоносная встреча это здорово, это же Мужская романтика! Даже мой дедушка, который растил меня, говорил «Гарем – самое лучшее!».

— Ты точно ошибся с родственником, который растил тебя.

Через некоторое время «Божья Благодать» была выгравирована.

Перед глазами Гестии было множество букв пепельно-чёрного цвета, выгравированных на спине парня. Затем она нежно погладила его спину вместе с этими буквами.

Всё сделанное очень близко напоминало первую страницу в древней книге, в которой были перечислены священные буквы.

Эта книга называлась «Статус».

Ты. Интересно, какую историю создашь именно ты.

«Очки опыта»... Говорилось, что накапливаемый опыт будет записан в «Статусе». Это была, так сказать, запись всего для тех, кто получил «Благодать». Эти дети позволят своему Богу оценивать то, что они видели или слышали, чтобы это потом было записано на их спинах.

Везде, где пройдёт Бэлл, он будет творить свою историю. А Гестия продолжит записывать её.

— ...А теперь, Бэлл-кун. Давай хорошенько поработаем. Начало нашей «Семьи» стартует отсюда.

— Д-Да!

Золотой свет сиял через окно, освещая комнату, где скопилась пыль.

В этой заставленной комнате, невыразимая груда книг, кажется, благословляла начало новой истории.

Пустая история была вырезана на спине у Бэлла. Но видя это, Гестия радостно улыбалась.

После этого его история будет написана её собственной рукой.

История о том, какой путь проложит это дитя.

В прошлом, истории авантюристов неоднократно встречались.

Так происходило, потому что Боги продолжали присматривать за ними. История о Мифическом герое.

Всё это: парень идёт, а Богиня записывает.

«История Семьи»

----------

Послесловие команды

Послесловие команды

От Elberet (перевод)

Здравствуйте, мои уважаемые читатели. С вами снова Элберет.

Ну чтож... Я ВЕРНУЛСЯ! Командировка закончилась! И я снова приступаю к бешеным переводам.

Итак, сразу же отвечу всем возможным недовольным. Идея о переводе данного тайтла вынашивалась давно, поэтому просьба не рассматривать его с той точки зрения, будто я им кому-то войну объявляю. Меня очень тронул данный тайтл, поэтому я и решил его переводить. Данмачи так же, как и все другие мои проекты, будет доведен до конца. Причем темпы перевода будут на уровне. Как и качество перевода(об этом ниже).

Также следует отметить то, что я данный перевод хотел выложить в день выхода аниме. Но к сожалению мы не знали точной даты выхода 1 серии аниме, да и сам перевод был сделан немного поздно. Так что, пусть аниме и вышло быстрее, чем данный текст, но пусть он вам поможет с заполнением тех пустот, которых не показали в аниме.

О темпах дальнейшего перевода. Изначально я надеялся, что товарищи аниматоры всё же будут БОЛЬШЕ и ЛУЧШЕ работать и аниме-адаптация будет намного лучше, чем она вышла сейчас. Честно говоря, темп анимации 2 серии на 1 том - для меня неОК вообще... Причём тут аниме и перевод? Дело в том, что изначально я рассчитывал, что аниматоры будут делать 4 серии на том. И выкладывать перевод каждого тома немного заранее, чем появится аниме. Но когда 1 том укладывают в 2 серии... Пусть я и смогу так переводить, но вот редакт - нет. Тем более я не хочу забивать на Ванадис. Ибо с понедельника я сажусь за него. Так что... Видимо, впереди паровоза не судьба бежать.

Ладно. Посмотрим, как всё пойдет. А пока что уголок благодарностей. Я глубоко благодарен Кандару, за то, что он вызвался редактировать это ранобэ. Всё же он более-менее освободился от редактирования Детей, так что теперь его будут ругать за редакт тут :) Я же очень счастлив, что он решил мне помочь. Заявляю, что без редакта Кандару данный тайтл выкладываться не будет. Также... Мой вечный эдитор Мохнат выразился помогать c иллюстрациями. Спасибки ему за это. Ну и команда РуРы помогает со всеми критичными местами. Эт славно.

1 том Данмачи готов. Начало серии положено. Читайте и наслаждайтесь. Ну и если вам понравилась наша совместная работа, то окажите нам финансовую поддержку. Ибо проекту РуРанобэ всё же надо развиваться. До следующей встречи на полях данного Ранобэ!

Всё ещё тяжело болеющая после командировки Элберет.

От Kandaru (редактура)

Всем привет! Вот я и появился на страницах данного тайтла!

Медленно перебравшись с Детей, от которых у меня временный "отдых", вдохновлённый манга-адаптацией, я решил взяться за это чудо. Но вот незадача, дата выхода аниме пошла в разрез с моим обычным графиком работы, и пришлось как-то пытаться редактировать во время недели и даже немного на парах :3

Собсна, о чём я. Как обычно, видимо, будут ругать за задержки, а поза догедза на этот раз занята Гестией, так что вам придётся простить меня и так.

Ну, и немного благодарностей. Спасибо, конечно же, Элб-тян(?) за то, что взялся за этот тайтл, который я, честно говоря, не ожидал увидеть у нас. Спасибо Мохнату, который каким-то чудом опять со мной в одной группе, за чудесные иллюстрации. И также хочу поблагодарить коллектив РуРы(выделю тут Резеля) за поддержку и помощь в некоторых трудных ситуациях.

На этом, наверно, я завершу это тру вступительное послесловие.

Ваш слоуред, который не тян и не трап.

Kandaru

----------

Пролог

Помощник: не боевой член группы, проходящей подземелье.

Основная роль – сбор магических камней и выпавших предметов после сражения и их благополучная доставка на поверхность.

Находясь в тылу, они взваливают себе на плечи весь груз, чем позволяют членам группы сражаться на передовой, отягощёнными лишь самым необходимым.

Если коротко, помощники – просто носильщики.

— Что ты там возишься, чёрт возьми?! Шевели булками!

Всё как обычно. Море оскорблений.

Мужчина-авантюрист сердито кричал на задержавшегося лишь на пару шагов помощника, почти не видимого за массивным, раздутым рюкзаком.

Они находились в лабиринте, где проблем не вызывало лишь освещение.

Голосом, не скрывающим презрения, он жестоко разносил своего помощника:

— Хотя бы таскай мои вещи как надо, туфта ходячая!

Ничего нового – всё та же ни капли не изменившаяся ругань, которую помощник наслушался уже предостаточно.

Иногда высокомерные слова оборачиваются даже насилием. Обычно авантюристы стоят выше в ранге, и им совершенно плевать на тех, кого они опережают.

Искатели приключений даже не оглянутся на помощников.

Не говоря уже о том, что профессия помощника представляла из себя не что иное, как предмет насмешек.

Жестокость искателей приключений к любому слабее их не знает границ.

Они могут забрать деньги, достоинство, надежду – всё.

Все где-то слышали подобные слова:

Первое, без хорошего помощника авантюрист не может в полной мере раскрыть свой потенциал.

Второе, именно благодаря заслугам помощников искатели приключений могут рыскать по подземелью.

Третье, помощники – невоспетые герои.

Прекрасные слова, с ними нельзя не согласиться. В них определённо есть резон. И некая доля истины.

Помощники выполняют важную роль по облегчению нагрузки на авантюристов. Этого никому не оспорить.

— Чёрта с два я стану платить ленивой заднице, которая задерживает меня!

Вот только, сколько авантюристов хотя бы начало задумываться об этих фактах?

Где же те замечательные искатели приключений, которые ценят то, сколько помощники делают для них?

Вообще существует ли такой авантюрист, который не смотрит на профессию помощника с презрением?

— Слушай! Когда нас окружат, делай свою работу чётко, ясно? Ничтожество.

Помощники — отличные приманки для монстров.

От этих бесстыдных слов улыбка помощника померкла.

Да-да.

Они в самом деле могут без раздумий бросить своего помощника.

Все искатели приключений такие.

----------

Глава 1

Нечто с хрустом вгрызалось в землю.

Свет, льющийся с потолка, полностью освещал пространство вокруг меня, окружённое бледно-зелёными стенами. Я находился в квадратном помещении подземелья, которое обычно называли просто «комнатой».

Я нацелил кинжал Богини, который держал обратным хватом, на жующего землю.

Четыре ноги, две тонкие руки и пара огромных глаз. Телом оно походило на гигантского красного муравья.

От обычного муравья его отличал огромный рост, сравнимый с моим, если он изогнётся в талии, подняв грудь с головой.

Муравей-убийца.

Монстр, первым появляющийся на седьмом уровне. Я слышал, его называют «убийцей новичков», прямо как Тень-стену на шестом уровне.

Он получил своё прозвище благодаря непробиваемому панцирю и силе, заставляющей устыдиться таких низкоуровневых монстров как, например, гоблины. Кутикула* муравья-убийцы настолько крепка, что может легко сойти за броню. Вялые атаки отражаются от этих живых доспехов, и пробить внешний слой практически невозможно.

Каждая из его лап венчается четырьмя когтями. Искривлённые и изогнутые, они мерцали каким-то жутким блеском.

Острейшими когтями он разрывает людей, прежде чем они успевают прорвать его защиту. Такова обычная тактика муравья-убийцы.

Авантюристы, привыкшие к простым монстрам первых этажей, не ожидают таких врагов и, как правило, становятся закуской муравья-убийцы.

— Ге-гии!

Муравей с клацаньем защёлкал челюстями, словно жуя воздух.

Ещё об этих монстрах — они могут подозвать своих приятелей. Но зовут не криками: попадая в передрягу, муравей испускает особый феромон, который нам не учуять, и другие муравьи тут же сбегаются на его источник.

Действительно прекрасное сочетание непробиваемых панцирей и совместной работы. Но для авантюриста это рецепт катастрофы.

В любом случае, я должен справиться с ним быстро. Мгновенный удар в слабое место – наилучший вариант.

На расстоянии нескольких шагов, я и муравей уставились друг на друга.

— Яах!

Я сделал ход первым. Отражать первый удар и контратаковать, серьёзно, не мой конёк.

Схема тут такая: приближаешься, а затем резко бросаешься на муравья, угрожающе замахнувшись правой рукой и крича.

Заметил белую дугу когтей, приближающуюся слева, — удар!

Я оказался на секунду быстрее. Когти монстра, вместе с хорошей частью руки, отправились в полёт.

— Гииии!!!

Правая сторона монстра лишилась своего оружия – его руки. Слушая его крики, полные боли, я подготовил кинжал Богини к следующему удару.

Рекомендуемый метод ликвидации муравья-убийцы – целиться в стыки между частями панциря, где легко поразить мягкую плоть, скрытую бронёй. Для начинающих искателей приключений это довольно тяжело, но такова, по крайней мере, теория.

Однако я решил проигнорировать это.

Нет рук – нет оружия. Значит, справа муравей беззащитен. Я нацелился чёрным как смоль лезвием в шею монстра.

— ...

Давление потребовалось лишь сначала. После, лезвие проскальзывало без малейшего сопротивления. Всё что осталось – завершить дело одним движением руки.

С приятным звоном кинжал выскользнул из-под шеи монстра, отправив голову муравья в воздух.

Из открытой раны брызнула фиолетовая жидкость, а в глазах муравьиной головы, рухнувшей на пол, выражалось полнейшее изумление таким поворотом дел.

Обезглавленное тело замерло на мгновенье, но, вспомнив о потере, рухнуло на землю как мешок с камнями.

— Угу, так-то!

Смахнув фиолетовую слизь с лезвия, я присмотрелся к кинжалу Богини.

Он идеально лежал в моей ладони. Мы словно выросли вместе или, по крайней мере, хорошо друг к другу привыкли.

Его сила тоже не поддаётся возражениям: лезвие рассекло панцирь муравья-убийцы, словно горячий нож масло.

Поразительно! Вот она, сила оружия, сотворённого Гефестом!

Подарок моей Богини!

— Туттуру~~.

С видом ребенка, только что получившего новую игрушку, я приступил к выковыриванию магического камня из груди монстра.

Я и в самом деле не так уж и отличался от ребёнка. Меня охватило то же чувство, что и на одном из дней рождений, когда дедуля подарил мне «Подземелье Орарио» — книжку с картинками известных героев. Тогда я листал её с великой осторожностью, боясь испортить неосторожным касанием.

Конечно, не стоит использовать этот подарок так расточительно, но веселящийся в душе, я не мог остановиться.

Спасибо тебе, Ками-сама...

Я улыбнулся её лицу, всплывшему перед глазами. Она в последнее время так занята; нужно найти время, чтобы как следует отблагодарить её.

Я стану сильнее. Чтобы быть достойным этого оружия, чтобы моя Богиня гордилась мною.

Убрав клинок в ножны на поясе, я пошел за своей следующей целью на седьмом этаже.

× × ×

— КАКОЙ ЭТАЖ?!

— Ох! — вскрикнул Бэлл.

Прямо перед ним стояла нахмурившаяся Эйна Тулл, кипящая от гнева. Она-то и стала причиной его жалкого взвизга.

Сегодня Бэлл, окончив охоту на седьмом этаже, с триумфом вернулся в Гильдию, совершенно довольный кинжалом Гестии. Обналичив трофеи, он с широкой улыбкой на лице заглянул к своей советнице, чтобы поведать о своём прогрессе. Но в ту секунду, когда он произнёс «Седьмой этаж», его хорошему настроению подошёл конец.

— Что с тобой такое?! Все мои слова отскакивают от твоей толстой черепушки?! С пятого этажа на седьмой?! Ты в своём уме?!

— П-п-п-п-прошу прощения!

Эйна с силой хлопнула руками по столу. Нависнув над столом, она прожигала Бэлла своими изумрудными глазами, и тот сейчас не сильно отличался от лягушки, которую пожирает глазами питон.

Эйну разозлило, что Бэлл легкомысленно спустился на нижний этаж, совершенно не заботясь о своей безопасности. По её убеждению, такое "приключение" достойно обвинений.

— Напомни-ка мне, кто меньше недели назад чуть не погиб от рук Минотавра?

— Й-я?

— Тогда почему ты продолжаешь это делать?! Ты не понимаешь даже после всего этого?!

— П-простите!.. — ответил Бэлл.

В его глазах стояли слёзы. Такой злой он её ещё никогда не видел. Эйна совсем не сдерживалась. Желание сохранить Бэллу жизнь превратило её в огра.

Авантюриста-новичка, и месяца не проходившего по подземелью, можно спокойно записывать в самоубийцы, если он решится спуститься ниже пятого этажа.

Структура подземелья, после пятого этажа, становится гораздо запутанней, не говоря уже о более сильных монстрах. Например, Бэлл спустился на седьмой этаж – он бы точно не вернулся оттуда живым, позови муравей-убийца своих дружков. Муравьи-убийцы — не стадо Кобольдов, они мгновенно разорвут одинокого искателя приключений на мелкие кусочки.

— Похоже, тебе не хватает адреналина! Совсем не хватает! Сегодня, в дополнение к исправлению таких мыслей, я вобью в тебя весь ужас подземелья!

Бэлл снова взвизгнул.

За прошедшие полмесяца он отлично усвоил спартанские методы Эйны.

Её наставления, безусловно, полезны, однако с готовностью согласиться с её особой тренировкой со словами "Да, положитесь на меня" — уже совсем другое. Бэлл поторопился объясниться:

— Пожалуйста, погодите! Я, эм, прилично вырос с тех пор, Эйна-сан!

— «Вырос» – странное утверждение от того, кто только получил уровень H!

— Э-это не так! Некоторые мои характеристики уже на уровне E!

— Е?..

Эйна уставилась на Бэлла квадратными глазами.

Сперва она не поняла о чём он, но, разобравшись, тут же приняла недоверчивый вид.

— Д-думаешь, сможешь обдурить меня?..

— Это самая настоящая правда! Может, это какой-то скачок в росте, но я становлюсь сильнее очень быстро!

— В самом деле?.. - оторопела Эйна, а Бэлл энергично закивал.

Хоть она и недолго с ним работает, но уже может точно отличить врёт ей парнишка или нет.

Эйна чувствовала, что сейчас Бэлл говорит правду.

— В самом деле Е?..

— Д-да.

Эйна сделала жест ладонью, словно говоря «погоди минутку».

Оставшиеся уровни: S, A, B, C, D, затем Е — она загнула шесть пальцев. Проговорила «Хмммм». Затем повторила — S, A, B, C, D, E... снова шесть. Ничего не поменялось.

Теперь Эйна точно запуталась. Бэлл не лгал, но такие темпы роста больше похожи на какое-то бахвальство.

Хоть Эйна и сказала, что у него уровень H, но она лишь тыкнула пальцем в небо. Разумный предел, до которого искатель приключений может дойти за полмесяца, — уровень H. Да и то его смогут достичь лишь действительно одарённые.

Уровень G уже просто невероятен, а если он выше F... как ни крути, это слишком быстро.

Было бы понятно, если бы Бэлл имел боевой опыт до того как стать авантюристом, однако стоящий перед ней парень — бывший фермер. Тем не менее Бэлл не врал...

— Хм-хм-хмм... — с хмурым лицом Эйна задумалась, поглаживая свой тонкий подбородок указательным пальцем.

Бэлл же сидел молча, чувствуя себя не в своей тарелке.

— Эй... Бэлл-кун.

— Д-да?

— Не мог бы ты показать мне свой «статус» на спине? — сказала Эйна с очень серьёзным лицом.

— Чего?!.. — взвизгнул в ответ Бэлл.

— Не то чтобы я не верю твоим словам, просто... — поспешила разрешить недоразумение Эйна, помахивая руками.

Да, просто... Гестия, Богиня Бэлла, наверное, что-то напутала и дала ему неправильную информацию.

Или, может, где-то возникло недопонимание.

Эйна не могла и помыслить, что Бэлл смог подняться до уровня E.

Она поверит лишь неопровержимым доказательствам.

— Н-но разве авантюристы не должны скрывать свой статус?..

Городским искателям приключений запрещено разглашать свои персональные данные кому-либо, даже членам Гильдии, под юрисдикцией которой они находятся. Авантюристы обязаны докладывать о своих уровнях как о показателях силы своих семей и личного ранга, но не более того.

Кроме того, некоторые авантюристы обладают редкими навыками и особой магией. Из-за особенности организации Семей, сегодняшние друзья завтра легко могут стать врагами. Целесообразней скрывать информацию и не рассказывать свои слабости кому попало.

— Даю тебе слово: ни одна душа не узнает о том, что я сейчас увижу. Если твой статус станет достоянием публики, я понесу заслуженную ответственность. Клянусь, тогда я перейду в полное подчинение тебе.

— П-подчинение?.. Постойте, Эйна-сан, вы умеете читать иероглифы?

— Да, правда немного. Но, думаю, этого хватит, чтобы прочесть статус.

Всё-таки Эйна ходила в школу и закончила её, специализируясь в общей теологии.

Уж простые иероглифы она точно должна уметь читать и писать.

— Если я не увижу это своими глазами, то никогда больше не допущу тебя ниже пятого этажа.

— Э-это точно вызовет множество проблем...

— Обещаю, на слоты с навыками и магией я смотреть не буду. Пожалуйста!

— Всё равно у меня ни навыков, ни магии, так что разницы никакой... ну ладно.

Бэлл сдался просьбе, и Эйна поклонилась, сложив ладони.

В прошлом она столько сделала для Бэлла, что заслуживает полного доверия не меньше Гестии. Бэлл нисколько не сомневался в своём советнике.

— Ну, эм... Мне тогда раздеться?

— Раз сам краснеешь, то не надо об этом лишний раз спрашивать! Я тоже смущаюсь!

С пылающими щеками оба поднялись и направились в дальний угол просторной комнаты. Преодолев смущение, Бэлл отстегнул броню и быстро стащил майку.

Вместо того, чтобы сразу же сосредоточиться на статусе, выгравированном на спине парня, Эйна на мгновенье задержала взгляд на неожиданно мускулистом теле Бэлла. Однако она тут же тряхнула головой, снимая наваждение.

Её тонкие заостренные ушки пылали, пока она медленно считывала иероглифы.

Бэлл Кранэл

Уровень 1

Сила: E 403 Выносливость: H 199 Сноровка: E 412 Ловкость: D 521 Магическая сила: I 0

Не может быть...

Она, конечно, допускала возможность, что это правда, но всё равно не могла поверить глазам, когда это предстало прямо перед ней.

За исключением магической силы, все его статы достаточно высоки для монстров седьмого этажа. Эйна, придававшая большое значение защите, хотела бы вставить замечание низкой "выносливости", однако боевой стиль Бэлла — «бей-и-беги» — больше связан с уклонением от атак и созданием беспорядка, так что уровень вполне приемлемый.

Ещё больше шокировало, что его «Ловкость» уже на уровне D.

Невероятно...

Эйна слегка прокашлялась. Этот звук знаменовал полное крушение парадигмы её сознания. Она почувствовала, как холодок пробежал по спине. Эйна, благодаря своей работе, хорошо знакомая с делами искателей приключений, прекрасно понимала насколько странная картина открылась её глазам.

Рост Бэлла просто невероятно быстрый.

Навык?

Данная возможность всплыла в уголке её сознания.

Возможно у него есть какой-то Навык, который объясняет его необычный рост – размышляла она, сгорая от любопытства. И вдруг поддалась своему внутреннему желанию.

Только одним глазком...

Её взгляд спустился к иероглифам, расположенным ниже способностей Бэлла.

Там располагались слоты Магии и Навыков.

Она зашла так далеко, что уже почти не могла сопротивляться своему внезапному порыву. Желание заглянуть внутрь отворённого сундука, похоже, присуще и полулюдям.

Потакая своему любопытству, Эйна быстро глянула на слот Навыков и Магии Бэлла.

О нет.

Она не могла понять написанное.

Из-за сложности иероглифов Эйна не разобрала содержание.

Наверное, Гестия со своей чрезмерной опекой как-то схитрила с иероглифами там, где это не повлияет на способности, чтобы защитить статус Бэлла.

Эйна, не совсем понимающая суть и систематику иероглифов, посчитала эту ужасно сложную и странную систему своеобразным стилем Гестии. Однако она совершенно ошибалась в своём суждении о почерке богини.

Что ж, на этот раз Гестия взяла верх.

— Эм... Эйна-сан? Уже всё?

— А... Д-да!

Осознав ситуацию, Эйна непроизвольно дёрнула ушками в ответ смущённому вопросу Бэлла. С неловкой улыбкой она отвернулась от статуса, в душе прошептав извинения Бэллу, сейчас быстро накидывающим одежду.

Это правда... — мысленно простонала Эйна.

С таким уровнем способностей она никак не могла запретить Бэллу спускаться на седьмой этаж. Пока он будет осторожен, то даже в одиночку сможет вернуться в безопасности.

Однако тогда открывается другая проблема.

— ...

— Чт-что такое?

Эйна пристально всматривалась в уже одетого Бэлла с головы до пят. В ответ её бесцеремонному разглядыванию, парень смог лишь слегка вскрикнуть.

Однако её взгляд вовсе не смаковал тело парня.

Не тело она разглядывала, но снаряжение Бэлла... бедную, потрёпанную броню.

— Бэлл-кун.

— Д-да?

— У тебя есть какие-нибудь планы на завтра?

— Чего?..

× × ×

Прошёл день.

Я в северной части Орарио стою один на полукруглой площади, выходящей прямиком на главную улицу.

Жду встречи с Эйной-сан.

Да, встречи...

Э-это... свидание?

Даже зная, что такое невозможно, я не мог перестать об этом думать.

Вчера Эйна-сан предложила сходить с ней купить мне новую броню.

Сравнив моё снаряжение и уровень погружения в подземелье, она, похоже, пришла к выводу, что моя нынешняя броня никуда не годится. Снова она беспокоится обо мне, снова выручает.

Да, именно так, и никакой подоплёки. Добрые хлопоты доброго человека...

Всё же для прохожих это будет как...

Формально, по крайней мере, сходится.

«Встретимся в десять перед бронзовой статуей на площади!». «Только мы вдвоём!».

Вау! Вау!!!

— Эй, Бэлл-куун!

— !

И вот момент наконец настал.

Обладательница милого голоска, ласкающего слух, появилась в поле видимости и начала постепенно приближаться.

— Доброе утро! Ты не слишком рано? Что, так не терпится купить новую броню?

— А, нет, я просто...

Так странно осознавать себя наедине с Эйной-сан.

Надеюсь, она не подумает, что я какой-то безнадёжный, который даже выразиться ясно не может...

— Ну, на самом деле я тоже ждала этого. Хоть это всего лишь поход по магазинам с тобой, Бэлл-кун, я немного нервничаю.

Наряд Эйны-сан отличался от её обычной одежды. Как правило, на ней идеально выглаженная форма Гильдии, но сегодня она в милой белой блузке, отделанной кружевами, и коротенькой юбке. Выглядит ярко и легко. К тому же сегодня она без очков, обычно не покидающих её.

Наверное, я слишком привык к ней в форме, но сейчас Эйна-сан, совершенно переменившая свой взрослый образ, выглядела... просто ослепительно.

Да, она милая.

Меня полностью очаровала эта новая Эйна-сан.

— Я, наверное, странная, раз так взволнована покупкой опасного снаряжения?

— Со-совсем нет! — в спешке заотрицал я, а Эйна-сан просто захихикала. Воу-воу...

По популярности у авантюристов она занимает первое или второе место среди всех членов Гильдии.

Интересно, все ли полуэльфы такие...

— Гхм. Ну, Бэлл-кун?

— Ч-что?

— Не скажешь что-нибудь о моём внешнем виде?

В её взгляде читалось озорство шаловливого ребёнка.

Воу-воу...

— Вы выглядите... ну, очень... гораздо моложе, чем обычно.

— Эй! Мне вообще-то девятнадцать!

— Ой-ой-ой-ой-ой!!!

Тонкая белая рука Эйны-сан крепко обвила мою шею.

Пытаясь вырваться из захвата, я начал тереться щекой о её мягкую грудь...

— Эй! Проси прощения!

— П-пожалуйста, простите-е-е-е-е-е-е! — закричал я изо всех сил под переливчатый смех Эйны-сан.

× × ×

— Давненько я уже так не ходила за покупками.

— В самом деле? Удивлен, что люди могут оставить такую как вы одну... особенно парни.

— Хе-хе, а ты хорош, Бэлл-кун. Но так и есть. С тех пор, как начала работать в Гильдии, я только ей и занята.

На небе ни облачка.

Идеальная погодка для свидания... хотя я не это хотел сказать, но нам открывалось чистое, почти ослепляющее голубое небо. Я следовал за Эйной-сан на юг по Северной главной улице, освежающий бриз приятно меня обдувал.

В это время проспект загружен под завязку. Просто яблоку негде упасть. Продавцы, как крупных магазинов, так и небольших лавочек, энергично зазывают себе покупателей. Гул стоит такой, словно мы оказались в подземных копях дварфов.

Пару раз с Эйной-сан пытались заговорить (принимая меня, наверное, за слугу), но она лишь дружелюбно махала им в ответ. Один зверочеловек-зазывала подмигнул ей с радостным лицом.

— Эм, куда мы сегодня идём? Если мы продолжим так идти, то скоро дойдём до Подземелья...

— Не будет ли жестко, сказать подождать до того, как мы придём? Ладно, я скажу.

В Орарио есть восемь главных улиц, и все они выходят из одной точки. Из центра Орарио проспект, именуемый Главной улицей, разветвляется на восемь направлений: север, северо-восток, восток, юго-восток, юг, юго-запад, запад и северо-запад. С высоты птичьего полёта отлично видно четыре широких линии, пересекающие центр города.

В месте их пересечения находится Подземелье.

Прямо перед нами развернулась Центральная площадь, в которой соединяются все Главные улицы. Разглядывая огромный небоскреб, подавляющий собой всё вокруг, я ждал ответа Эйны-сан.

— Сегодня мы идём... в Подземелье.

— Что-о-о-о-о-о?

— Точнее, в башню над Подземельем – Вавилон.

Вавилон — огромной высоты башня, служащая крышей Подземелья, если короче — небоскрёб.

Будучи крышей, главная роль Вавилона — контроль и наблюдение за Подземельем.

Это здание, управляемое Гильдией, очень хорошо знакомо авантюристам.

— Вавилон... Разве это не просто общественный центр, вроде душевых для авантюристов?

— Ты и правда ничего не знаешь... Но ты ведь ещё и месяца не пробыл авантюристом? Что ж тогда сегодня тебя ждёт немного полезной информации.

Помня о её спартанских методах впихивания в меня знаний о Подземелье, я, если честно, испугался торжествующего лица Эйны-сан.

Молясь, чтобы на этот раз всё прошло спокойно, я внимательно слушал её рассказ.

— Да, Вавилон, которым владеет Гильдия, частично является общественным центром для авантюристов, как ты и сказал. Но ты знал, что там ещё есть и кафе, и госпиталь, и даже пункт обмена?

— Э? Разве пункты обмена не только в штаб-квартире Гильдии и её филиалах?

— Нет, тут он тоже есть. Но персонала там маловато, и потому людям приходится подолгу стоять в огромных очередях... О чём это я? А, Гильдия сдаёт в аренду часть свободного места магазинам и торговцам, и как раз туда мы и направляемся.

Теперь понятно. Мы идём в оружейную лавку, расположенную в Вавилоне.

— Раз башню возвели прямо над Подземельем, то логично, что все лавки в ней торгуют товаром для авантюристов. Множество из них управляется торговыми Семьями. Среди них есть даже представительство Семьи Гефест. Ты слышал это имя?

— Д-да.

Моё сердце йокнуло. Я рефлекторно коснулся кинжала, висящего на поясе..

— Как много ты знаешь о Семье Гефест, Бэлл-кун?

— Ну, эта Семья известна своим оружием, которое стоит ужасно дорого и которое хотят все искатели приключений...

— Угу, абсолютно верно. Кстати, в магазин Семьи Гефест мы сегодня и идём.

— Ш-ШТА-А-А-А-А-А?

Я вскричал как никогда. Глядя на меня, Эйна-сан улыбалась подобно ребенку, шалость которого удалась.

Я поспешил к ней, надеясь на какие-то объяснения, но она лишь ускользнула, словно капризная фея, и решительно ступила в представшее нам открытое пространство.

— П-пришли...

Центральная площадь.

Огромным кругом она окружала белокаменную громадину Вавилона. Повсюду установлены фонтаны и высажены зелёные деревья — можно спокойно назвать это место парком.

Если на проспекте встречалась куча совершенно разного люда, то на Центральной площади в основном находились авантюристы с огромными мечами, копьями и всякого рода оружием. Но больше всего пугало, что хоть тут и находилось головокружительное число авантюристов, Центральная площадь совершенно не казалась переполненной.

— Эйна-сан, что происходит? Разве я похож на кого-то, кто может что-то купить у Семьи Гефест?!

— Ну-ну, дождись, пока мы придём!

— Я уже достаточно заинтригован! Я так с ума сойду!

Она совершенно спокойно поглядела на моё напряженное лицо и заплаканные глаза. И даже шага не замедлила.

Наоборот, её тонкие пальцы крепко ухватили мою вялую руку.

— Ну вперед! Будь мужчиной, хватит колебаться!

У меня всё померкло перед глазами, а лицо тут же залилось краской, пока Эйна-сан уверенно тащила меня к башне.

Её мягкая рука, в отличие от моих ладоней, огрубевших из-за каждодневной работы в поле в детстве, была тёплой и легонько щекотала мою ладонь. Голова шла кругом, а мысли смешались в единую кучу.

Когда мы продирались сквозь толпу, каждый мужчина-авантюрист, собиравшийся спуститься в Подземелье, глядел на меня взглядом, полным желания убить.

Я побледнел, но благодаря этому смог немного успокоиться.

— Э-Эйна-сан, н-не могли бы вы отпустить мою руку?.. П-п-п-пожалуйста!..

— Раз мы собираемся посетить Семью лучших кузнецов, то неплохо бы немного узнать и о самих кузнецах, верно? Бэлл-кун, знаешь ли ты о «Продвинутых способностях»?

Похоже, моя нерешительная просьба, не соответствующая мужчине, останется без ответа. Но это дело жизни и смерти!

Я сдался и отчаянно пытался казаться незаметным, весь трясясь.

— Нет, не знаю...

— Продвинутые способности — это такие способности, которые могут произвольно появиться при повышении уровня. Они более специализированные в профессиональных умениях, нежели базовые.

Продвинутая способность — это словно награда за повышение уровня... некоторое «повышение ранга».

— Выбор возможной способности определяется распределением очков опыта человека, и среди них есть способность Ковка.

Продвинутая способность Ковки... Впервые слышу.

По словам Эйны-сан, в наши дни способность Ковки необходима, чтобы стать кузнецом. И, по-видимому, у большинства кузнецов Семьи Гефест она есть.

Иными словами, многие из них не ниже второго уровня... Похоже, это очень сильная фракция.

— Конечно же, кузнецы были среди нас и в древности. Большинство их работ уже антиквариат, но некоторые используются до сих пор. Но сейчас... благословлённые кузнецы, обладающие способностью Ковка, могут добавлять предметам особые свойства.

— Особые свойства?..

— Ну, какую-то уникальную способность. Знаешь, навыки, которые получают авантюристы, одарённые статусом? То же самое кузнецы и делают с оружием. Например, меч, который никогда не сломается, или сабля, что никогда не затупится. Если просто придавать металлу нужную форму, то такого ведь не добиться?

Я кивнул в полном согласии.

— Ещё есть оружие, вызывающее нечто вроде магии. Выстреливающее пламя при взмахах, например.

— Чего?!

— Я думала, это все знают... Так вот, оружие, производящее эффект равный магии, относится к «магическим клинкам». Их выковать могут лишь действительно умелые кузнецы.

Я зычно сглотнул. Другими словами, если я заполучу один из таких магических мечей, то у меня будет сила, с которой можно победить даже опытных фехтовальщиков.

— Сразу предупреждаю – у магических мечей есть свой предел. Дойдя до него, они тут же рассыпаются на кусочки. И хоть их эффект активируется мгновенно, без магических слов, однако он куда слабее настоящей магии.

Одноразовое оружие за целую кучу золота, добавила Эйна-сан, ухмыльнувшись.

Полагаю, это означает, что большинство авантюристов магические мечи не используют. Хотя не думаю, что дело в недостатке популярности, но брать с собой в подземелье, где может случиться всё, что угодно, оружие с изъяном — любой желающий стабильности авантюрист воздержится от такой покупки.

Ну и не стоит забывать про ценник.

— Эм, Эйна-сан. А есть другие Продвинутые способности, кроме Ковки? — спросил я то, что крутилось у меня в голове как у одного из авантюристов.

Рано или поздно это предстоит и мне. Нет, это точно мне предстоит!

— Хмм, многие искатели приключений получают способности Антианомальность или Контроля магии. Кроме них, есть ещё способность Энигма.

— Энигма?..

— Да. Как бы это объяснить... Она позволяет исполнить некое Чудо, присущее лишь Богам. «Божественное искусство» – неплохое описание этого. Ты знаешь историю о Философском камне, Бэлл-кун?

Конечно же, нет. Я покачал головой.

— Это произошло давным-давно: член одной Семьи со способностью Энигма смог создать предмет, который назвал Философским камнем. Он даровал пользователю вечную жизнь.

— Я просто в шоке...

— Хе-хе, вот как. Но у этой истории есть продолжение... создатель, полный радости, пошёл с докладом о создании Философского камня к своему Богу... Бог взял камень в руки и разбил его об пол прямо на глазах создателя... Источник вечной жизни.

— ...

— Бог, тыкая пальцем на опустевшее лицо создателя, так смеялся, что потянул мышцы живота.

Самый жестокий миф, который мне доводилось слышать.

Кстати, этот миф указывает на то, что как же мы на самом деле ничтожны по сравнению с Богами.

Как хорошо, что первой я повстречал Гестию...

— Философский камень был создан случайно, и все попытки его воссоздать провалились. После этого никто не смог освоить навык Энигма, и Философский камень стал буквально легендарным предметом.

— Освоить?.. Так у продвинутых способностей есть уровень мастерства, как и у основных?

— Ну, не уровень мастерства. Но у них есть ранги от I до S как и у основных способностей, к тому же повысить их уровень очень сложно. Совсем не так, как основную способность.

Звучит действительно невероятно... но я заглотил свои слова

Пока я не смогу прочувствовать это сам, мне остаётся лишь представлять.

За разговором мы прибыли к передним вратам Вавилона. «Врата», возможно, не лучшее слово: по всему первому этажу башни кругом расположены трапециевидные арки, позволяющие множеству авантюристов входить в любое время и с любого направления. За вратами открылся холл, выполненный в бледно-голубых и белых тонах.

Вход в Подземелье прямо у наших ног.

— А дальше?..

— Наверх. Магазины начинаются с четвёртого этажа.

Первый этаж Вавилона это, так сказать, парадная со множеством врат, все общественные учреждения начинаются со второго этажа. Поднявшись на третий, я краем глаза заметил пункты обмена, о которых недавно услышал, и, пока искал хоть какие-нибудь признаки лестницы, прервавшейся на этом этаже, Эйна-сан повела меня к центру зала и потянула за цепочку.

Тут располагалось множество круглых пьедесталов, и мы вошли в один из них. Вокруг поднималась прозрачная стена чего-то, напоминающего стекло, если приглядеться, то от стекла оно и правда не отличалось.

Между тем Эйна-сан нажимала что-то на контрольной панели... И пьедестал, оторвавшись от пола, поплыл.

Он всплывал всё выше и выше, нет, он движется вверх!

— ?!

— А-ха-ха, в первый раз я также отреагировала.

Похоже, это псевдостекло – часть устройства по переходу по этажам... Наверное, очередной механизм на магическом камне.

Под пьедесталом, должно быть, скрывается огромное количество магических камней, и их энергия конвертируется в подъём. Эйна взглянула на моё удивленное лицо и объяснила, что магические камни нужно постоянно заменять. Похоже, вечно механизм всё-таки не работает.

Вскоре мы достигли четвертого этажа.

— Магазин, который я заприметила, находится несколько выше, но раз уж мы сюда пришли, то давай осмотримся. Ты же хочешь увидеть экипировку высшего класса, Бэлл-кун?

Весь этаж, насколько хватало глаз, заполняли магазины с оружием и бронёй. Признаю, я немного взволновался и кивнул Эйне-сан.

Я заметил, табличку с логотипом: «Hφαιστος»... Хотите сказать, все магазины тут принадлежат им?..

— Ах, на самом деле, все магазины с четвертого по восьмой этажи принадлежат Семье Гефест.

Все этажи... Как же удивительна Семья Гефест!

Кстати, недалеко от нашего с Богиней дома, на Северо-западной главной улице, тоже есть их магазин.

Я глянул цену короткого меча, покоящегося за витриной... 8 миллионов варису.

Этого достаточно, чтобы купить несколько хороших домов.

Я поглядел на витрину расположившегося неподалёку магазина и, увидев цену багрового меча, закреплённого там...

Тридцать миллионов варису?!

Я приложил руку ко лбу, пытаясь успокоиться. Эйна-сан горько улыбнулась по соседству.

Мой кинжал, выкованный Гефест, Ками-сама сказала, что он такой единственный в мире... Сколько же он тогда стоит?!

— Добро пожаловать в наш магазин! Могу ли я вам что-то подсказать?

Должно быть, работница магазина заметила меня, пускающего слюни на багровый меч, и поприветствовала нас весёлым голосом.

Хоть девушка и была низковатой, выглядела она очень ухоженной, и сейчас на её лице сияла широкая хорошо отрепетированная улыбка клерка. Два милых хвостика забавно подпрыгивали при каждом её шаге.

На ней была униформа в виде красного фартука, через который выпирала непропорциональная маленькому телу грудь...

— Что ты здесь делаешь, Ками-сама?..

— ...

Её отрепетированная улыбка тут же окаменела.

Так вот оно что. Если подумать, в последнее время она была так занята, а она оказывается работала здесь!..

— Почему ты здесь?! Тебе не нужно брать на себя две подработки! Разве я не говорил, что нам больше не нужно искать деньги, раз я захожу глубже в Подземелье?!

— Слушай внимательно, Бэлл-кун. Ты забудешь обо всём, что видел здесь, и тихо уйдешь отсюда, закрыв глаза и уши!.. Тебе ещё рано приходить сюда!

— А для тебя не слишком рано?! Разве ты не получала тридцать варису в час до этого?!

— Не высмеивай мою карьеру на картофельных снеках!

— Забудь об этом! Давай пойдем домой. Ты же Богиня! Нельзя, чтобы тебя здесь видели такой, как же твоя репутация?! Ты что, хочешь стать посмешищем?!

— Эй, отпусти, отпусти меня, Бэлл-кун! Даже Богам нужно откинуть в сторону свою гордость в тяжелые времена!

— И когда это такие тяжелые времена наступают для Богов?! Пожалуйста, послушай меня!

Я схватил её праву руку обеими руками, в то время как Богиня отвернулась и отчаянно пыталась убежать.

Ну почему моя Богиня такая упрямая?!..

Краем глаза я заметил как Эйна-сан смотрит на меня квадратными глазами, но сейчас не время беспокоиться об этом.

— Эй! Новенькая, хватит уже играться! Возвращайся к работе!!

— Да, сэр!

— Чего?!

«Бамс!», Богиня прыжком вырвалась из моего захвата.

Размахивая своими хвостиками, она поспешно скрылась внутри магазина.

— Ками-сама... — проговорил я жалким голосом, и Эйна-сан силком улыбнулась мне.

— О-она всегда такая необычная?..

Несмотря на небольшую удручённость, охватившую меня, я, вспомнив, что сегодня со мной Эйна-сан, заставил себя собраться.

Пока что забуду об этой проблеме Богини.

— Прости за эту сцену...

— Всё нормально. Пойдём наверх?

Я кивнул, и Эйна-сан, горько мне улыбнувшись, повела меня на восьмой этаж Вавилона.

Мы зашли в «лифт» (именно так называется этот магический подъёмник) и вскоре прибыли на верхний этаж.

— Мы на месте.

— Мы здесь...

Эйна-сан открыла дверь остановившегося лифта, и нам открылся новый этаж, наполненный магазинами, как и четвертый.

Мечи, копья, топоры, боевые молоты, сабли, луки и стрелы, щиты, броня и многое другое... оружейные лавки, с различным товаром, выстроились по всему этажу. Единственное, что отличало восьмой этаж от четвёртого — количество покупателей... между магазинами и внутри них виднелось множество авантюристов.

На мгновенье подумав: «А не первоклассные ли они все авантюристы?», я тут же вздрогнул от этой мысли.

— Ты думаешь, что ты не можешь себе ничего позволить в магазинах Семьи Гефест, не так ли, Бэлл-кун?

Я чувствовал себя здесь неуютно и послушно кивнул.

Эйна-сан поглядела на меня и выдала гордую улыбку.

— На самом деле это не совсем так. Ну, лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать! Следуй за мной.

Эйна-сан повела меня в ближайшую лавку – вроде бы, это был магазин копий.

Зайдя внутрь магазина, она остановилась перед стойкой с копьями, установленной у стены. Там стояли в ряд великолепные копья, обращённые остриями к потолку.

Думая «и вот опять», я поглядел на ценник... двенадцать тысяч варису.

— Ч-чего?..

Я могу себе это позволить...

— Хе-хе, удивлен? — радостно спросила, глядя на моё изумлённое лицо, Эйна-сан.

— Д-да, но почему?

Я всё не мог оторвать взгляда от этого великолепного копья.

— Отличие Семьи Гефест от других Семей кузнецов в том, что они позволяют даже самым неопытным работникам создавать предметы и продавать их в своих магазинах.

— А это... нормально? В смысле, сравнивая мастеров...

— Конечно же, это оружие не будет продаваться рядом с работами опытных мастеров. Но молодые получают ценный деловой опыт, продавая свою работу напрямую искателям приключений. В этом есть реальный плюс – кузнецы получают оценку своих работ. Как похвальную, так и действительно жесткую. Это мотивирует их делать всё лучше и лучше.

Я был немного удивлен, но затем понял, что это весьма разумно. Получать комментарии и критику от людей в реальном мире мотивирует намного больше, чем закрываться в узкой мастерской, занимаясь лишь упражнениями и практикой.

— Это выгодно и магазинам. Продавая это оружие очень низкоуровневым искателям приключений, они получают больше покупателей.

Среди новичков-авантюристов вполне может находиться тот, кто впоследствии станет первоклассным искателем приключений, и, поднявшись в уровне и рангах, определенно купит высококлассное снаряжение. Если, короче, то это что-то вроде хорошо спланированной пирамиды, сказала Эйна-сан.

Магазины завлекают множество искателей приключений из широкого среднего класса и выбирают среди них некоторых основных клиентов, имея при этом перспективу высокого дохода, когда эти клиенты внезапно поднимутся в уровне.

Такова особенность Орарио. Если посмотреть общё, то в городе авантюристам открываются широкие возможности для получения крупной прибыли.

— Самой важной частью здесь является то, что авантюристы-новички и молодые кузнецы могут сформировать связи в самом начале своей карьеры. Неважно, слабые эти связи или сильные.

О чём вы? — спросил я глазами.

— Купив работу молодого кузнеца, авантюрист-новичок запомнит его имя. Между ними может завязаться знакомство. Очень талантливые, но ещё неотёсанные, кузнецы могут скрываться на задворках рынка, ожидая авантюриста, обладающего достаточно острым взглядом, чтобы найти их. Они, может, и не станут близкими друзьями, но авантюристы будут использовать их предметы в бою, будут чувствовать их броню своей кожей, что создаст более ценную обратную связь.

Её слова звучат разумно.

По крайней мере, я чувствую то же самое по отношению к ножу и легкой броне, которые мне предоставила Гильдия.

— А если кузнец будет работать специально для кого-то, то это породит более глубокую связь и одарит некой особой силой... Ну, так мне кое-кто сказал.

Эйна-сан слегка высунула язык. Я опешил.

Даже в самых диких мечтах я и не представить не мог от неё такой детский жест.

— Мы немного заговорились, просто хочу тебе сказать, что даже ты можешь купить товары Семьи Гефест. Сколько у тебя сейчас на руках, Бэлл-кун?

— Эм, около десяти тысяч варису.

— Интересно, найдём ли мы тебе полный набор новой брони. Как я и сказала, тут встречаются настоящие самородки, главное хорошенько поискать! Пошли!

Эйна-сан казалась даже более взволнованной, нежели я сам. Мне осталось лишь улыбнуться и немного собраться.

Я направился прямо в магазин, на входе которого висела вывеска с бронёй и щитом. Эйна-сан с бодрой улыбкой предложила разделиться, чтобы просмотреть побольше предметов. Потому дальше я пошёл без неё.

Я вошёл внутрь, и моим глазам открылась совершенно незнакомая сцена.

Воу... Они действительно сделаны низкоуровневыми кузнецами? Тут всё выглядит просто поразительно!

Наиболее подходящие слова для убранства магазина — Лес Брони.

Белоснежные торсы манекенов, облачённые в броню самых разных видов и форм. Хоть у них и отсутствовали головы и руки – одна только грудь выглядела уже внушительно. Было и несколько манекенов в натуральную величину, и я уже явно видел себя в доспехах одного из них.

Щиты и боевые шлемы украшали полки на стене. Некоторые из них выглядели простыми и надёжными, другие же были отделаны великолепными орнаментами – для каждого что-то да найдется.

Неважно мужчина ты или женщина, любой мог свободно выбрать себе броню. Похоже, тут даже можно примерить свой выбор.

Что же мне делать? Я уже весь в предвкушении... Хм?

Пока я оживлённо расхаживал по магазину, увлечённый атмосферой, кое-что вдруг привлекло мой взгляд.

Самый обычный, ничем не выделяющийся угол. Там стояли коробки, наполненные частями экипировки.

Это же... набор доспеха?

Остальной товар магазина располагался на манекенах, так что это, наверное, коробки с мусором? Постойте, вон ещё одна коробка стоит рядом, а за ней ещё несколько. Похоже, Семья считает их недостойными сиять на манекенах.

Должно быть, они уже использовались кем-то, либо в них какие-то дефекты.

— Ах, они тоже продаются...

На каждой коробке висел ценник: пять тысяч семьсот варису, шесть тысяч четыреста варису, три тысячи девятьсот варису... И хоть цены, написанные красными чернилами, были разными, все они одинаково дёшевы.

Полный набор брони, который я недавно видел, стоил пятнадцать тысяч варису, а моя легкая броня от Гильдии — пять тысяч... Угу, я, вероятно, прав. Я могу позволить себе всё это.

Но Эйна-сан точно скажет, что это важно для сохранения моей жизни, и я не должен скупиться.

— ?..

Вышагивая рядом с рядом коробок, я вдруг остановился.

Среди множества просмотренных коробок, мой взгляд зацепился за этот набор.

Серебро. Вместо чёрного с оттенками красного или чего-то тёмного, эта броня сияла чистым металлическим блеском. Хоть на ней и не было окраски и она выглядела словно только из кузницы, однако она произвела на меня сильное впечатление.

Я наклонился, чтобы получше её рассмотреть. Это была легкая броня.

Наколенники и небольшой нагрудник, словно подогнанный под тело. Под ними я нашел наплечники и наручи вместе с пластиной, закрывающей поясницу. Эта броня создана, чтобы, закрывая минимальную площадь тела, обеспечивать максимальную мобильность. Если честно, её лишь частично можно назвать бронёй.

Подняв нагрудник, я понял, что он очень лёгок – гораздо легче, чем броня, предоставленная мне Гильдией. И хотя, просто постучав по ней, особо многого не поймёшь, она явно крепка. По крайней мере, у меня сложилось такое ощущение.

И, похоже, размер мне как раз.

— ...

Я определённо очарован.

Хотя, может, это всё из-за того, что это первое, что я подобрал.

Не успел я и опомниться, как эта броня пленила меня.

Я приподнял нагрудник, чтобы получше рассмотреть. Перевернув его, я увидел подпись создателя: «Вельф Кроззо».

Похоже, эта броня недостойна имени «Ἥφαιστος».

Вельф Кроззо...

Я запомню.

Мой мозг выхватил имя, написанное на броне, словно ястреб рыбу из воды. Теперь я буду высматривать имя этого кузнеца.

Эйна-сан говорила о связи между авантюристами и кузнецами, так вот какова эта связь.

Я уже выбрал эту легкую броню. Я хочу купить её – прямо сейчас.

Я поглядел на цену, написанную на коробке... Ого! Девять девятьсот варису!

Это почти все мои деньги...

— Э-эй, Бэлл-кун! Я нашла кое-что хорошее! Бригантина*! Она немного дорогая, но будет лучше купить, по крайней мере, одно... О? Ты тоже что-то нашел?

Вернулась Эйна-сан. Она вгляделась в нагрудник, который я держал над головой... её лицо выразило задумчивость.

Она поглядела на то, что броня продаётся в коробке, наверняка, это произвело на неё плохое впечатление.

— Ты решил взять это?

— Да. Я куплю это.

— Да уж... Похоже, у тебя и правда слабость к лёгкой броне, Бэлл-кун. И когда я нашла для тебя кое-что хорошее...

— П-прошу прощения.

Мои плечи поникли, но Эйна-сан улыбнулась мне, как бы говоря «всё хорошо, не волнуйся».

— Тебе же носить её, Бэлл-кун. Я просто хочу, чтобы ты чуть больше думал о своей безопасности... но если ты решил купить это, то в этом ничего плохого.

— Спасибо большое.

Я поблагодарил её с коробкой в руках.

Затем отправился к продавцу и оплатил её. В итоге у меня осталось лишь сто варису...

Сегодняшний день очень затратный.

— Чего?..

Эйна-сан пропала. Я огляделся по сторонам, держа на спине коробку со своей новой бронёй.

Я уже начал думать, не ушла ли она, как вдруг заметил её. Эйна-сан стояла прямо за моей спиной с сияющей улыбкой на лице. Она только что вышла из магазина?

— Бэлл-кун, вот.

— Э?..

Она медленно передала мне длинный, узкий наруч.

Он крепился над запястьем и закрывал руку до локтя. Поверхность его была металлическая, и, похоже, им можно пользоваться как щитом. Он имел цвет глаз Эйны-сан – изумрудно-зеленый.

— Э-это?..

— Это подарок от меня, пожалуйста, используй его, ладно?

— Что-о-о?! Н-нет, я не могу принять это! Возьмите обратно, пожалуйста!

— Что-о? Ты отвергаешь подарок девушки?

— Н-нет, просто... мне так неловко! — в панике выкрикнул я свои чувства.

Неважно насколько она старше, но получить подарок от девушки... Я чувствую себя, словно сделал что-то неправильное.

Эйна-сан тепло улыбнулась мне, в то время как я стыдливо упёр взгляд в землю.

— Я хочу, чтобы ты взял это. Не ради меня – ради себя.

— Что?..

— Правда в том, что авантюристы и сами не знают, когда умрут. Даже действительно сильные легко исчезают, как по прихоти Богов. Я знала многих невернувшихся.

— ...

— Я не хочу, чтобы ты оказался одним из них, Бэлл-кун. Ахах, похоже, подарок ещё и для меня?

Эйна-сан слабо засмеялась над собой, но не отвела взгляда от меня.

О, эти спокойные глаза.

— Это плохо? — спросила она.

Я глядел в землю.

Волосы закрывали моё красное лицо.

Нечестно, после такого я никак не мог отказаться.

— И, Бэлл-кун, разве ты не сказал, что любишь меня?

— Э-а?!

Теперь моё лицо стало уже свекольным. Подняв голову, я встретился с ней взглядом.

Щёки Эйны-сан легонько покраснели.

— Это было, ну... Я просто был так рад, что вы обнадёжили меня!..

— И я была рада, услышать, что ты любишь меня. Конечно же, ты имел в виду не «это»?

Мы оба залились краской.

— Это ничего не значит, но я хочу дать тебе немного силы. Ты так трудишься, и я хочу помочь тебе. Пожалуйста, не примешь ли ты это?

Я шмыгнул носом.

Я вытер его рукавом, кивая весь красный.

— Большое... спасибо.

— Всегда пожалуйста.

Я чувствовал нежное тепло, исходящее от изумрудного наруча, который прижал к груди.

× × ×

— Уже поздновато...

Небо окрасилось красным. Наступал поздний вечер.

Закончив с покупками, я проводил Эйну-сан и теперь сам направился домой.

Пробежав Западную главную улицу, я вышел в узкий ветвистый переулок.

Подумать только, моё сердце так часто билось рядом с Эйной-cан... Это нехорошо.

Я так и видел, как Валенштайн-сан смотрит на меня с разочарованием. Конечно же, это всё мои фантазии.

Не хочу и думать, что я могу заинтересоваться кем-то ещё... А ведь совсем недавно я думал о гареме. Я надломленно рассмеялся, пытаясь отогнать эти мысли.

Мне нужна лишь Валенштайн-сан, лишь Валенштайн-сан...

— Шаги?..

Я остановился.

Из глубины переулка доносились звуки, будто кто-то бежал. Один... нет, скорее, два человека.

— Откуда?..

Я только что свернул с главной улицы. Оглянувшись туда, я увидел людей, шедших по загруженному проспекту. Шаги становились всё громче – они бежали сюда.

Хоть они были ещё далековато, мне как-то не хотелось попасть в передрягу недалеко от дома.

С максимальной осторожностью я робко заглянул за угол – на дорогу своего обычного маршрута.

— Ой!

— Чего?

Вдруг тень рухнула прямо передо мной. Должно быть, бегущий зацепился за мою ногу, когда я высунулся из-за угла.

Тихонько вскрикнув, я приблизился к фигуре...

Хоббит?..

Ростом немного ниже Богини, с такими тонкими руками и ногам, что, кажется, они сломаются от одного лишь прикосновения. При виде такого крохотного внешнего вида, эта раса сразу же приходила на ум.

Они славятся своей любовью к еде, танцам и веселью.

— Простите, вы в порядке?!

— У...у.

Хоббит отполз от меня, трясясь всем своим маленьким тельцем.

Это была девушка: спутанные каштановые волосы закрывали её шею.

На вид словно дитя. На фоне крохотного тела, её огромные круглые глаза производили сильное впечатление.

— Нашёл, чёртова хоббитша!

Только я собрался протянуть руку помочь девушке подняться, как с другой стороны улицы появился человек. Его разъяренный голос ужасно испугал бедную девушку.

Глаза мужчины сияли гневом; похоже, он авантюрист.

Ему где-то около двадцати? За спиной у него висел относительно большой меч, да и сам он выглядел куда внушительнее меня.

— Уже не смоешься!..

Запыхавшийся парень выглядел словно демон.

Хоть он направлялся не прямо ко мне, я всё же невольно отступил назад от страха. Жуткий тип...

Что он собирается сделать с этой девушкой-хоббитом?

Пока я размышлял, моё тело двинулось само по себе.

Я встал у него на пути, закрыв собой девушку.

— Чё за?! Пацан, сдрысни! По шее получишь!

Парень так сосредоточился на девушке, что, похоже, только сейчас заметил меня.

У меня дернулись щеки. Я убил множество монстров, но так и не привык к этому чувству.

Парень подавлял меня своей мощной аурой, но я отчаянно стоял на месте.

— Эмм... Что вы собираетесь делать с этим ребёнком?

— Заткнись, пацан! Если ты щаз не исчезнешь, то я тя зарежу вместе с тем куском дерьма за тобой!

Нет, не сдвинусь.

Я был на грани слёз, но решился.

Я не знаю всех деталей, но этот парень определённо собирается сделать что-то жестокое с этой девушкой.

Я скинул рюкзак в угол переулка. Конечно же, парень удивился, но я заметил изумление и на лице девушки, стоящей за мной.

Парень, глядевший на меня круглыми глазами, тут же аж покраснел от гнева.

— Пацан!.. Чё, жить надоело?!

— Д-давайте сначала немного успокоимся!..

— Заткнись!! Чё, чёрт возьми, с тобой такое?! Эта коротышка твой друг или как?!

— В-впервые её вижу.

— Тогда какого черта ты защищаешь этот кусок дерьма?!

— Э... По-потому что она девушка?

— Какого чёрта ты несёшь!..

И правда, что я говорю...

Но, не думаю, что у меня есть выбор. На самом деле в этом и причина.

Так ведь поступают настоящие мужчины? Если девушка попала в беду, ей ведь нужно помочь?

Разве есть причина получше?!..

— Ладно... Я вскрою твою глотку первой, пацан!..

Парень завел руку за спину и вытащил меч.

Желание убить так и сочилось от него, я рефлекторно вытащил Кинжал Богини.

Девушка за спиной затаила дыхание. Оглянувшись, я видел, что она глядела на меня широко открытыми глазами.

Нет, не на меня... на кинжал Богини?

Парень на мгновение удивился, но тут же встал в стойку, внимательно следя за мной.

Плохо.

Это мой первый бой против человека... У меня трясутся ноги. Смогу ли я сражаться?

Его жажда крови начала вгонять меня в панику. По моему лицу струился пот, я несколько раз сглотнул. На лице авантюриста расплылась жестокая улыбка, когда он увидел мой жалкий испуг. Похоже, он почувствовал, что перед ним неважный противник.

Одним шагом он уменьшил расстояние между нами. Я рефлекторно хотел отступить, однако усилием воли сдержал этот импульс.

У меня не было радужных представлений относительно этого парня. Но отступить я не мог.

Вся моя сила ушла просто на то, чтобы встретиться с ним взглядом.

В следующий миг парень прыгнул ко мне.

— Стоять на месте.

Однако он не смог опустить свой клинок.

Сильный резкий голос раздался по переулку.

Поражённые, мы оглянулись на источник голоса. В нескольких метрах от нас стояла эльфийка с огромным бумажным пакетом в руке.

Чертами лица она очень походила на Эйну-сан. Главное их отличие — у этой девушки более чёткая линия ушек.

Небесно-синие миндалевидные глаза сверлили авантюриста.

Постойте, это же... Рю-сан? Одна из официанток «Хозяйки изобилия»?

— И откуда все эти крысы вылезают?!.. А ты чего приперлась?!

— Тот, кому ты хочешь навредить... Он предназначен стать спутником незаменимому мне человеку. Я не позволю тебе ранить его.

Что она сейчас сказала?..

— Да что, чёрт возьми, стало со всеми?! Ты чё, реально так хочешь сдохнуть?!

— Молчать!

Казалось, сам воздух замерз.

Оравший во все лёгкие парень проглотил свои слова. Рю-сан, глядевшая на него с прищуром, испускала просто невероятно пугающую ауру. Это сработало – парень заметно подрастерялся.

Не могу винить его: у меня у самого язык прилип к нёбу.

— Э?!..

— Не хочу прибегать к силе. Я всегда захожу слишком далеко, — равнодушно, почти скучающе проговорила Рю-сан, купаясь в красных лучах закатного солнца, пробивающегося со стороны главной улицы.

Думаю, она определённо не врала.

Сам её вид подтверждал её слова.

Авантюрист несколько раз открыл и закрыл рот, словно пытаясь высказать своё последнее предупреждение. Я услышал резкий звон — внезапно в свободной руке Рю-сан оказался стилет.

Д-даже не успел увидеть...

— Ч-ЧЁРТ ПОДЕРИ!

Посинев в лице, парень поспешно отступил.

— ...

— Ты в порядке?

Эта девушка без единого удара смогла прогнать авантюриста... Честно говоря, я теперь немного побаиваюсь её.

Я смахнул пот, струившийся по подбородку. И даже не знаю, от встречи с авантюристом он или от ужасающей ауры Рю-сан.

Наверное, Рю-сан тоже авантюрист?..

— Сп-спасибо вам громадное. Вы спасли меня...

— Нет, это я прошу прощения, что встала у тебя на пути. Уверена, ты смог бы сам разобраться.

— Нет, такое...

Я просто ужасно испугался. Настолько, что ни о чём, кроме наихудшего, и думать не мог.

Я почесал щёку и отвёл взгляд.

— Р-Рю-сан, а почему вы здесь?

— Ходила за покупками к вечеру. Авантюристы, в основном, ходят к нам ближе к ночи, потому лучше запастись заранее, иначе возникнут проблемы. Я случайно заметила тебя по пути из лавки, остальное ты знаешь.

И правда. «Хозяйка изобилия» – весьма популярный бар, так что им нужно заботиться о запасах еды и выпивки.

Однако, «случайно»? Хоть мы и не знаем хорошо друг друга... Возможно, у Рю-сан очень сильное чувство справедливости?

— Что насчет тебя? Почему ты здесь?

— Ну, видите ли, эта девушка... Чего?

Я огляделся, ища взглядом девушку-хоббита, но та вдруг словно испарилась.

— Тут кто-то был?

— Д-да. По крайне мере, я так думаю...

Она, должно быть, испугалась и убежала.

Ну, ничего не поделаешь. Я сам не хило испугался.

Хотя что-то тут не так...

— Тогда я пойду.

— Хорошо, — ответил я. — И ещё раз огромное спасибо.

Мы обменялись поклонами и пошли разными путями.

× × ×

— Ладненько...

Бэлл надел купленную вчера броню и теперь смотрелся в большое зеркало.

Эта броня стального цвета хорошо смотрелась с его чёрной одеждой и брюками. Вес самой брони практически не чувствовался; ничто не мешало движению.

Изумрудно-зеленый наруч поблёскивал на левой руке.

Бэлл с улыбкой погладил кромку подарка Эйны.

— Ками-сама, я пошел!

— Угу... Счастливого дня...

С горькой улыбкой поглядев на свою Богиню, утонувшую в кровати от усталости, Бэлл направился к выходу. Он уже отказался от идеи получить объяснения от Богини насчёт её работы на Семью Гефест.

Бэлл в последний раз глянул в зеркало. Теперь он не во временном снаряжении Гильдии. Бэлла взяла гордость за себя: он стал больше походить на авантюриста.

Бэлл покинул скрытую в церкви комнату, с ножом и кинжалом Гестии, висящими у него на поясе.

Сегодня хорошая погода...

Перед ним раскинулось синее и безоблачное небо.

Бэлл с улыбкой глядел вверх. Он чувствовал, сегодня произойдет нечто хорошее.

Он прошел по переулку к Западной главной дороге, а затем направился к Центральной площади.

Бэлл влился в поток авантюристов, идущих к Вавилону.

Сегодня я... – прошептал себе Бэлл, глядя на образ золотоглазой блондинки в своём сердце.

— Онии-сан, онии-сан. Беловолосый онии-сан, — прервал его кто-то, позвав.

— Чего?

Он повернулся в направлении голоса, однако всё, что там увидел – других авантюристов, которые шли и шли, избегая смотреть ему в глаза. Никто из них не мог звать его.

— Онии-сан, ниже, посмотри ниже.

Опустив подбородок, я увидел обладательницу этого ласкающего слух голоска.

Ростом она где-то сантиметров сто. На ней была просторная кремовая мантия, из-под глубокого капюшона выбивалась прядь каштановых волос. На её крохотных плечах висел рюкзак, который был, по крайней мере, раза в два, нет, в три больше её самой – такой большой, что невольно даже пугал.

Бэлла охватило сильнейшее чувство дежа вю. Он с круглыми глазами, вспоминал вчерашнее проишествие в переулке.

— Т-ты?..

— Рада познакомиться, онии-сан! Вы не против, если я задам вам вопрос – вы, случаем, не ищете помощника?

Прервав его, девушка указала своим, словно детским пальчиком, на спину Бэлла.

Если точнее, на его рюкзак.

Легко догадаться, что авантюрист с рюкзаком - одиночка.

И, наверное, думает: Вот был бы у меня помощник...

Потому девушка и подошла, чтобы напрямую спросить не нужен ли он ему.

— Ч-что?..

— Вы растеряны? Но ведь это очень просто. Бедные помощники подходят к одиноким авантюристам и продают свои услуги.

На изумлённый взгляд Бэлла девушка улыбнулась от уха до уха.

— Разве не... ты... вчера?..

— Хм?.. Онии-сан встречал Лили раньше? Лили не припоминает.

Девушка миленько склонила голову набок, в ответ Бэлл сделал то же самое.

Проходящие мимо авантюристы кидали на них недовольные взгляды, так и говорящие, "чего это вы встали посреди дороги?".

— Да?..

— Итак, Онии-сан, вам нужен помощник?

— Ну... если получится... Да, хотел бы.

— Правда?! Тогда, пожалуйста, возьмите Лили, онии-сан!

Девушка выглядела такой невинной, а её миленькие глазки так и сияли из-под челки и капюшона.

Эти большие глаза, словно приворожённые, глядели на кинжал, висевший на поясе Бэлла.

— Но нормально ли это?.. Хмм...

— Ах! Имя? Простите, Лили не представилась.

Девушка отступила на шаг и весело улыбнулась Бэллу.

— Лили зовут Лилилука Адэ. А как вас зовут, онии-сан?

Глаза девушки мерцали подозрительным блеском.

↑ Хитиновая кутикула - внешний покров насекомых

↑ Кожаная броня с металлическими пластинами

----------

Глава 2

— Значит ты – свободный помощник?..

— Да, хотя у Лили и есть Семья.

Кафе, второй этаж Вавилона. Большинство авантюристов к полудню уже спустились в Подземелье, и в почти пустом просторном зале я разговаривал с миниатюрной девушкой, сидевшей по другую сторону стола.

Всё для того, чтобы тщательно обдумать предложение, выдвинутое этой девушкой – Лилилукой Адэ.

— Имя твоей Семьи?

— Семья Сома, Онии-сан. Лили считает, что это довольно известная фракция.

По словам Лилилуки-сан, она договорилась сопровождать авантюристов в Подземелье в качестве помощника, однако её спутники расторгнули контракт. После этого она днями напролёт моталась то к Вавилону, то к Гильдии в поисках новых людей для контракта, совершенно не зная, что предпринять. И сегодня ей попался я.

Я настоящий соло-авантюрист – у меня ни соратника-авантюриста, ни помощника.

Она сказала, я сразу же привлёк её, и она ни о ком другом даже думать не хочет.

Недавно я и правда хотел найти помощника... Однако меня это не настолько обрадовало, чтобы попросту кивнуть головой в ответ на просьбу.

Я молча оглядел девушку. Очень худая. В тени глубокого капюшона, её тонкие губы сложились в невинную улыбку. Милое и аккуратное личико, нос с изящным изгибом. Весь её облик производил впечатление «развитой не по годам».

Мне не хочется подозревать такое невинное дитя, но нужно следовать здравому смыслу и не принимать просьбу, не задав ни одного вопроса.

Кое-что меня беспокоило, и потому я попытался первым же вопросом прояснить ситуацию.

— Почему ты выбрала меня, ведь я из другой Семьи? Иметь отношения с членами другой Семьи – это не очень хорошо... Ты не можешь сформировать группу внутри своей Семьи?

— Э-хе-хе, Лили маленькая и не шибко сильная. Все члены Семьи ненавидят Лили за её медлительность и относятся к ней как к помехе. Они не позволят ей присоединиться, даже если попросить.

Я опешил, когда она как ни в чём не бывало рассказывала про изгнание собственными товарищами.

— Лили очень стыдно за то, что она такая бесполезная, и очень неудобно находиться в резиденции Семьи. Она часто подыскивает себе дешёвый отель, чтобы переночевать там.

У неё есть дом, но она не может спать там. Доходит до того, что она не может там оставаться... К-как такое вообще возможно.

Её слова сильно шокировали меня. Оказывается, внутри Семей тоже есть изгои..

По-моему, «Семья» должна быть наподобие обычной семьи.

Хотя в Семье Гестии лишь я и Ками-сама, но между нами очень сильные связи. Здесь всегда можно найти утешение, и тут так тепло, что это место можно действительно назвать семьёй. Даже если нас станет больше – это не изменится.

Отношения, в которых на протяжении всей жизни можно делиться радостями и печалями, – вот какой должна быть Семья.

И не смотря на это члены этой Семьи... презирают своих детей?

У меня голова шла кругом. Понимая, что всё-таки нельзя так слепо в это верить, но тогда меня словно вышвырнули из знакомого и понятного мне мира, я слегка вздрогнул.

— У меня осталось совсем немного денег на сегодняшнюю ночь в отеле. Пожалуйста- пожалуйста-пожалуйста! Лили хочет спуститься в Подземелье вместе с Онии-саном!

— Ну, это...

— О, если вы насчёт отношений между Семьями, то всё в полном порядке. Главный Бог Лили – Сома-сама, совершенно равнодушен к другим Богам, так что никаких проблем с тем, что наши Боги могли быть раньше врагами. Пока ваш Бог не стал врагом Сомы-самы, не думаю, что между нашими Семьями возникнет спор.

Неправильно поняв моё колебание, Лили разом накинула кучу объяснений.

У меня возникло множество мыслей, но я проигнорировал их.

Несколько смущённый, я вернул мысли к изначальной теме.

— Я понял обстоятельства Лилилуки-сан... Я хочу подтвердить лишь ещё одно. Ничего?

— Да, что именно?

— Мы действительно раньше не встречались?

Девушка-хоббит, которую я вчера встретил в переулке, – не Лилилука-сан ли это?

Это-то меня и волновало. Хотя по голосу и лицу я не смог это точно понять, но она и та девушка на вид удивительно похожи. Прошел всего лишь день, так что маловероятно, что я ошибаюсь.

— Это первая встреча Лили с Онии-саном... Может, вы с кем-то перепутали?

— Не снимешь свой капюшон?

Увидев скрытое под капюшоном, я смогу понять точно. Меня гложили сомнения главным образом из-за того, что я видел лишь часть её детского личика.

Лилирука-сан, явно пришедшая в смятение от этой просьбы, зачем-то качнула телом и пробормотала «Хорошо...». А затем её тоненькие ручки подняли капюшон.

— Э?..

— Т-теперь нормально?

Моему взору открылись чрезвычайно милые звериные ушки, слегка подрагивающие на макушке.

Я встал как вкопанный с отвисшей челюстью.

— Зверо... Зверочеловек?

— Д-да. Лили – чиантроп*.

Несколько секунд я изумлённо пялился на неё, а затем решительно встал и наклонился к другой стороне стола.

Возможно, почувствовав мой взгляд, Лилилука-сан, сидевшая на стуле, смутилась и медленно обняла себя. Показался и хвост, ранее скрытый её робой. Темно-бордовый, он легонько покачивался.

Н-не хоббит... Зверодевушка?

Не может быть.

В рассеянности я бессознательно протянул руку к ушкам Лилилуки-сан. Не замечая её дрожащих плеч, я ухватил её уши.

— М-м-м-м...

Пальцы окутали теплота и мягкость. А ещё ушки были пушистыми.

Каждый раз, когда я двигал пальцами, лицо Лилилуки-сан заливалось румянцем, и её тело легонько подрагивало.

Они настоящие.

От густых волос и хряща под кожей до влажной и розоватой внутренней части уха — всё это не подделка. Вне всяких сомнений – это звериные уши.

Э-это не то дитя...

Теперь все недопонимания разрешены. Как бы похоже они не выглядели, у них разные расы, и эти ушки являются наилучшим тому доказательством.

Я отбросил всю незначительную похожесть девушек, и забыл о своих сомнениях.

— Э-это, Онии-сан...

— П-Прости!

Услышав её тающий голос, я наконец заметил своё положение и тут же отпрыгнул от девушки.

Зверодевушка прикрыла руками ушки, с которыми я недавно игрался. А затем с пылающими щеками поглядела на меня и озорно улыбнулась.

— Паренёк, который так взъерошил драгоценные ушки Лили... Разве не должен взять на себя ответственность?

Я просто лишился дара речи.

Смутившись, я тут же весь покраснел и какое-то время искренне извинялся перед ней.

— П-почему ты скрываешь свою расу? — робко спросил я, после длительных извинений.

— У Лили очень спутанные волосы, и это выглядит некрасиво. Я не хочу, чтобы кто-то это видел... — застенчиво ответила Лилилука-сан, снова накинув свой капюшон.

А мне её коричневые волосы показались очень даже симпатичными и милыми... Но подобные проблемы мужчинам не понять. Будь я девушкой, может, и понял бы.

В любом случае, если бы она относилась к карликовой расе хоббитов, я бы ещё понял, но она такая маленькая зверодевушка... Скорее всего, возраст Лилилуки-сан около десяти лет.

— Ну, Онии-сан, так что? Хотите нанять Лили?

— Хорошо. Тогда только сегодня, пожалуйста, будь моим помощником.

— Спасибо!

Из-за чувства вины со случаем с ушками, я не смог отказать её просьбе. Отказав, я бы стал извращенцем, облапавшим невинную девушку и сбежавшим от последствий.

И если честно, то на днях я действительно хотел себе помощника. Чтобы стать сильнее, мне нужно полностью сосредоточиться на битве. Предложение Лилилуки-сан как раз вовремя.

— Ну, а цена контракта... сколько тебе нужно?

— Сегодня ещё пробный период, то, может, вы поделитесь частью вашего дохода от погружения? Лили будет счастлива, если получит тридцать процентов.

— Ах, так немного? Ты ведь должна получить побольше...

Затем на какое-то время Лилилука-сан, сияющая беззаботной улыбкой, и я были полностью поглощены разговором.

× × ×

Местность и природа Подземелья после определённых этажей меняется.

С первого по четвертый этажи стены Подземелья светло-синие. Почти все монстры этих этажей — низкоуровневые гоблины и кобольды. Разнообразия немного.

При приближении к четвёртому этажу уже есть некие тонкие отличия, однако единственное, что может стать ловушкой для новичков — высокоуровневые Лабиринты. Если тебя, одиночку, не окружило множество монстров, иными словами, если ты в группе, то умереть довольно сложно.

Однако с пятого этажа ситуация начинает изменяться.

Не только цвет стен изменяется на светло-зеленый – усложняется сама структура Подземелья. Следом за Муравьём-убийцей, первым появляющимся на седьмом этаже, частенько можно встретить и других хитрых монстров.

И интервалы появления монстров из стен уже несравнимы с четвертым этажом. Как только наткнешься на тупик, то тут же множество монстров начнут карабкаться по стенам и окружать тебя.

Большинство новичков, без напряжения прошедшие верхние этажи, здесь умирают. И даже если не терять бдительности, с пятого по седьмой этаж Подземелье впервые показывает всю свою опасность. Это первая трудность, с которой предстоит столкнуться авантюристам.

Хоть новичкам это и не нравится, но просто так спускаться на нижние уровни нельзя. Сперва следует тренироваться основам на верхних этажах, включая четвертый. И это не ограничивается лишь «Статусом»: опыт, экипировка, знания – всё это авантюрист должен улучшать, чтобы быть готовым к нижним этажам.

Новички-авантюристы должны сперва поставить себе цель: трудиться и становиться сильнее.

И особенно это касается авантюристов-одиночек.

Однако...

— Ху-ух!

— ГСА-А-А-А-А?!

Положение Бэлла несколько отличалось.

Хоть он и не входит в ряды лучших авантюристов, скорость его роста значительно выше, чем у обычных людей.

Мощный размашистый удар пришёлся прямо на тонкий живот муравья-убийцы, разрубив монстра пополам.

Седьмой этаж. Как правило здесь требуется собранная командная работа, однако Бэлл в одиночку справлялся с бесконечными ордами монстров.

— ГИ-ГИ-ГИ-ГИ-ГИ-ГИ!

— Ха!

— БГИ?!

Уклонившись от Фиолетовой моли, спикировавшей с потолка, Бэлл срубил ей крыло Кинжалом Гестии.

Воспользовавшись тем, что огромная моль потеряла равновесие из-за потерянного крыла, он вонзил кинжал в её тело. Бэлл быстро успокоил её навечно.

— Стой там – не двигайся!

В этот раз к Бэллу снова кинулись Муравьи-убийцы. Теперь двое.

Глядя на широко распахнутые в угрозе жвала, характерные для насекомых, Бэлл тут же ускорился.

Сделав вид, что нацелился сразу на обоих, он кинулся прямо промеж них, однако настоящей целью был тот, что справа.

Монстры не успели вовремя отреагировать на внезапно изменившего направление Бэлла.

— ГА?!..

Кинжал, направленный вперёд, воткнулся в центр тела Муравья-убийцы.

Сокрушив твёрдый панцирь муравья-убийцы, Кинжал Гестии вошёл в мягкую плоть; монстр не успел даже испустить предсмертный крик. Его глаза потускнели, и Муравей-убийца затих.

Бэлл хотел тут же разобраться с оставшимся муравьём... однако не мог вытащить кинжал.

— Чего?!

Рукоять кинжала застряла в мощном панцире монстра. Бэлл не мог двигаться.

В это мгновение монстр, видя убитого товарища, впал в неистовство и резко развернулся: его острые когти замахнулись на молодого авантюриста.

Бэлл быстро закрылся левой рукой.

— ГИ-И-И-И-И?!

— А-а-а-а-а-а!

Когти со звоном отскочили от наруча нефритового цвета.

Посыпались искры, однако даже атака Муравья-убийцы не смогла нанести хоть какой-то урон этой броне.

Бэлл начал контратаковать. Не обращая внимания на то, что его левая рука онемела от удара, он подбросил ей нож в воздух, а затем схватил его правой рукой, которой отпустил Кинжал Гестии.

А затем ударил.

Нож вошел в щель между пластинами панциря. Брызнула фиолетовая кровь.

Хоть сила ножа и оценивалась как самая низкая, он нанёс смертельную рану Муравью-убийце.

— ГИ...

— Дальше!

Прикончив муравья, Бэлл вытащил Кинжал Гестии и без промедления направился к следующей группе монстров.

— Бэлл-сама такой сильный!

В стороне от Бэлла, раскидывавшего своих противников, Лили собирала в кучу убитых им монстров.

Она действовала весьма умело. Несмотря на свою улыбку, она совсем не теряла бдительности и определённо старалась избегать столкновения с другими монстрами. С помощью веревки чайного цвета, созданную специально для помощников, Лили связывала монстрам руки и ноги и тянула их по подземелью.

— Ша-а!

— КИ-И-И-И?!

Зона, в которой активно передвигалась Лили, совсем не ограничивала Бэлла – он спокойно отдал Рого-кролика на растерзание своему ножу.

Бэлл не отступал от основ. Несмотря на свою силу, достаточную для победы над монстрами уровня Муравья-убийцы, он не чувствовал чрезмерную самоуверенность. Следуя наставлениям Эйны-сан, он сперва убивал каверзных Муравьёв-убийц, которые могли подозвать товарищей, чтобы не оказаться в ситуации, где он один будет сражаться против множества монстров.

Можно с уверенностью сказать, что битва этой широкой комнаты под полным контролем Бэлла.

— ГШШШААА!.. ШААААААААААА!!

— О-О-О-О-ОЙ! Б-Бэлл-сама, снова лезут?!

Медленно выкарабкиваясь из стены подземелья, муравей-убийца испустил жалкий крик.

Повторилась сцена, происходившая уже бог знает сколько раз. Бэлл отреагировал быстро.

Быстро разобравшись с оставшимися монстрами, он побежал к Муравью-убийце, который пытался выбраться из стены.

Через десять метров он с силой подпрыгнул, оттолкнувшись левой ногой.

— Хэ-э-эйя-я-я!!

— ГУХУУУУ?!

Удар в полете.

Стена издала глухой звук. Голова монстра извернулась в неестественном направлении, а тело обвисло, словно обессилев.

— А-ах... Что же нам делать, Бэлл-сама? Этот Муравей-убийца ведь застрял внутри стены?

— Ч-что же тогда?

Довольно необычно, что монстру так и не удалось вылезти из дыры. Бэлл, глядя на полувысунувшегося из стены Муравья-убийцу, смахнул пот со лба. Тело монстра находилось выше, чем Лили могла бы достать, и она пыталась допрыгнуть до него, но, заметив смущённый профиль Бэлла, улыбнулась.

— Бэлл-сама такой сильный, но всё же такой странный. Аха-ха-ха!

— Не надо смеяться над этим.

Бэлл смутился смеху Лили, и на его лице выступила натянутая улыбка.

После этого в округе стало тихо. У них обоих наконец-то появился короткий перерыв, и они начали вытаскивать магические камни.

Хоть сейчас они и работали вдвоём, однако это было специализацией помощников, класса Лили. Бэлл же отвечал лишь за предупреждение вражеских атак.

— Ха, ты и правда умела в этом...

— Ценность Лили лишь в этом. Бэлл-сама, победивший всех этих монстров, гораздо удивительней.

Лили заранее подготовленным ножом ловко и аккуратно извлекала Магические камни из тел монстров.

После легкого танца её крошечных рук, в телах монстров образовывалась ещё одна дыра, а после трупы обращались в пепел.

Сравнивая свою незрелую технику с умениями Лили, Бэлл произнёс то, над чем недавно размышлял.

— Кстати, может, уже хватит звать меня Бэлл-сама...

— Простите, но это невозможно. Хоть у нас лишь временный контракт, нужно соблюдать иерархию. Помощники должны всегда оставаться почтительными перед авантюристами-сама.

— Ну, но, Лилилука-сан.

— Бэлл-сама, пожалуйста, зовите Лили – «Лили». Можно и по-другому, но, пожалуйста, не добавляйте «-сан».

— Н-но почему так...

После того как третий Муравей-убийца рассыпался в пыль, Лили подняла голову и посмотрела на Бэлла. Под капюшоном, надвинутым по самые глаза, можно было заметить её усмешку. «Мне объяснить, Бэлл-сама?» — проговорила она и начала свой рассказ.

— Помощник. Хоть это и звучит хорошо, но вскоре становится понятно, что Лили и другие помощники попросту носильщики. Для авантюристов, лицом к лицу сражающихся с монстрами, Лили и другие лишь трусы, которые прячутся в укромных уголках, следя за боем со стороны. Паразиты, желающие урвать кусок пирога.

При погружении в подземелье помощники подвергаются такой же опасности, потому не стоит говорить так категорично, однако Лили продолжила без изменений:

— Уже довольно высокомерно, думать, что Лили и другие помощники стоят на одном уровне с авантюристами-сама. Авантюрист-сама сам не позволит это. Если же нет, то он разозлится и не даст соответствующей награды Лили.

— Такое действительно происходит?!

— Доброта Бэлл-самы понятна даже Лили, только встретившей вас. Однако мы должны провести чёткую черту. Если Лили не уважает Бэлл-саму, это значит, что Лили – высокомерный помощник. Если пойдёт такая молва, то другие авантюристы, спускающиеся в подземелье, даже и не подумают о найме Лили. Поэтому быть бесполезным, иногда тоже неплохо.

— ...

Относись это лишь к Бэллу, он бы тут же опроверг это. Однако за других Бэлл говорить не мог.

Неправильное для тебя может быть абсолютно нормальным для других.

— Хоть я и принуждаю Бэлл-саму делать то, к чему он не привык, но пожалуйста, не могли бы вы согласиться? Пожалуйста, вы очень поможете Лили.

— Хорошо, Лили.

— Благодарю!

В конце концов Бэлл сдался. Ради Лили он должен откинуть своё упрямство.

Он не будет использовать формальностей и постарается создать дружескую атмосферу.

— Кстати... Бэлл-сама в самом деле новичок? Вы убили столько монстров...

Похоже, Лили решила немного отдохнуть: она остановила работу и сосчитала оставшиеся трупы.

Включая уже обратившихся в пепел, тут лежало четыре Муравья-убийцы, три Фиолетовой моли и пять Рого-кроликов. Всего двенадцать монстров.

В отличие от Муравья-убийцы, достигающего размеров человека, Фиолетовая моль и Рого-кролик мелкие монстры. Бороться с ними не так обременительно.

Хотя всё равно довольно необычно, что один человек победил столько монстров.

— Хоть я и убил их, но много раз сам находился в опасности.

— По-другому и быть не может, раз Бэлл-сама сражается один. Знаете, обычные авантюристы-сама погружаются в подземелье, только собрав группу из не менее трёх человек. Обычно никто не ходит в одиночку.

— Не сказал бы, что хочу сражаться один. Хоть ты и говоришь, что обычно никто этим не занимается – но есть ли у меня выбор? Кроме того есть ещё куча первоуровневых авантюристов сильнее меня.

— Насчет этого... Может быть и так.

— Раньше ты заключала контракты со множеством групп и разве не видела авантюристов сильнее меня?

— Да. Лили и правда видела множество авантюристов сильнее Бэлл-самы...

— Ах, похоже, я всё ещё слабак.

Лили озадаченно поглядела на Бэлла, губы которого скривились в горькой усмешке. Всё-таки они слегка отошли от темы.

Авантюристы, сражавшиеся в одиночку, и правда существуют. Однако Лили спрашивала не об этом, её интересовало, как Бэлл стал таким всего лишь за месяц.

По здравому смыслу авантюрист первого уровня может рейдить с первого этажа по двенадцатый.

Если судить по базовым способностям, разделявшимся по рангам, то 1-4 этажи для рангов с I по H, 5-7 с G по F, 8-10 с E по C, а 11-12 этажи – ранги B и S.

Однако на этом подразделения не заканчиваются. По достижению тринадцатого этажа начинают появляться такие монстры, победить которых может лишь авантюрист второго уровня. Искатель приключений первого уровня там рейдить уже точно не сможет.

Если оценить «средний» уровень авантюристов Орарио, то это первый уровень. У половины всех авантюристов сейчас именно он.

У оставшейся половины, включающей в себя элитные силы, второй уровень. Очень небольшое число авантюристов обладают более высоким уровнем.

Переходный этап между первым и вторым уровнями — это граница между низкоуровневыми и высокоуровневыми авантюристами. Другими словами, это огромный разрыв. «Третьесортным» авантюрист перестаёт быть лишь достигнув второго уровня. Если средний уровень — первый, то сам мир требует талант и качество, чтобы быть способным конкурировать с другими авантюристами.

Поскольку личная информация как, например, основные способности строго охранялась, довольно сложно выделить каков обычный «Статус» первого уровня. Можно лишь с уверенностью сказать, что авантюристы, не повысившие свой уровень, останавливаются где-то между седьмым и десятым этажами.

Это означает и то, что ранги основных способностей – с G по C. Следовательно, именно это и есть универсальный «Статус» «среднего» авантюриста, ещё не прошедшего ступень новичка, но уже вошедшего в число опытных.

И Бэлл, меньше месяца пробывший авантюристом, уже соответствовал им. Понятно почему у Лили была так удивлена.

— Хм, Бэлл-сама так силен не только из-за «Статуса» – оружие тоже очень важно.

В её голосе что-то переменилось.

Она сверкнула глазами, скрытыми капюшоном и чёлкой, словно что-то задумала. Лили глядела прямо на кинжал, висевший на поясе Бэлла.

Бэлл не заметил выражения её лица и лишь робко улыбнулся.

— Похоже, что так. Думаю, я слишком полагаюсь на этот кинжал. Может, я вовсе и не становлюсь сильнее сам?

— Это не так. Само оружие желает, чтобы его хозяин полагался на него. Главное не играть с ним. Если вы правильно управляете им, тогда оно станет могущественной силой Бэлла-самы.

— П-правда?..

В этот момент Бэлл стоял спиной к Лили, наблюдая за окрестностями. Ему нестерпимо захотелось завести руку за спину и нежно коснуться кинжала.

Его заветный кинжал, полностью черный – от острия до рукоятки.

Меж его пальцев можно заметить гравировку: «Гефест».

Глаза Лили засияли.

— Хоть Лили и не знакома с оружием, она понимает: кинжал Бэлл-самы – удивительная вещь. Где вы его достали? Простите за грубость, но Бэлл-сама – новичок, у него не должно быть столько денег...

— Ками-сама... Богиня моей Семьи даровала его мне. Думаю, она вымолила его у своей подруги-Богини. Довольно неосмотрительно.

— Действительно хорошая Богиня...

— Да... Она очень важна мне.

Похоже, Бэлл не заметил лёгкой дрожи оттенка зависти в голосе Лили.

— Бэлл-сама.

— Ах, ты уже всё?

Лили улыбнулась мгновенно обернувшемуся Бэллу.

— Давайте достанем магический камень из замурованного в стене Муравья. Всё же вы хорошо постарались, чтобы убить его.

— Ахах, верно. Но как мы сделаем это?

— Думаю, будет нормально, если мы попробуем прорубиться через тело, раз магический камень располагается в груди. А дальше уже работа Лили.

— Ясно. Тогда...

— Вот, Бэлл-сама.

— Э... Ах, да.

Бэлл взял нож, который ему внезапно передала Лили. Сначала он думал воспользоваться Кинжалом Гестии, но, совершенно позабыв об этом, направился к полувылезшему из стены Муравью-убийце с ножом.

Держась за панцирь трупа, Бэлл прорубил талию муравья, соединявшую грудь и брюшко.

Ах, сложновато резать...

Бэлл, ступивший на путь сей трудной борьбы, не привык к ножу Лили и встал на цыпочки перед монстром.

Он полностью сконцентрировался на нём и совершенно не обращал внимания на происходящее за спиной.

Его неприкрытая талия открыта обзору. Абсолютно беззащитная позиция.

— ?

Он слегка напрягся, когда почувствовал, что его легонько потянули.

И тут же обернулся.

— Закончили?

Лили стояла возле него и вытягивала шею, глядя на монстра. Бэлл, ошарашенный на мгновение, лишь криво ухмыльнулся, а затем вернулся к работе.

Он быстро дорезал Муравья-убийцу, и в руку Лили упал извлеченный Магический камень.

— Тогда на сегодня всё, Бэлл-сама.

— Э-это всё? Я ещё не устал.

— Не в этот раз – вы слишком небрежны. Бэлл-сама сегодня убил множество Фиолетовой моли, однако они распространяют ядовитые споры. Они действуют не мгновенно, но если ими надышаться, то можно отравиться.

— Д-да ладно?!

— Правда. И, к сожалению, Лили уже потратила своё противоядие... Давайте как можно быстрее вернемся в Вавилон, чтобы получить необходимое лечение.

Бэлл наконец вспомнил: Эйна предупреждала его, чтобы он был осторожен во время битвы и особо не приближался ко всякой моли. Бэлл охнул, растирая виски, и согласился с мнением Лили.

— Что произойдет, когда я получу отравление?.. Симптомы быстро проявятся? Я ведь должен убить всех монстров, пока мы возвращаемся...

— Никаких проблем, Бэлл-сама. Позвольте Лили показать вам способ, как быстро возвращаться без сражений с монстрами.

— Е-есть такой способ?

Лили кивнула и указала на вход в «комнату». Пройдя через него они увидели множество авантюристов, запрудивших дорогу. Заметив Бэлла, они сразу поняли, что поблизости монстров нет, развернулись и ушли.

— Если следовать по пути, где прошли авантюристы, то монстров там точно не окажется. Всё же все искатели приключений охотятся на них и спускаются в подземелье ради магических камней и добычи.

— О, ясно.

— Если там окажется монстр, то просто прячьтесь, чтобы другая группа сразилась с ним. Самое важное – выбрать путь, на котором есть другие люди. Тогда шанс сражения с монстрами снизится до нуля.

Как правило, чтобы не ссориться попусту, следует избегать мест, в которых собираются члены другой Семьи. Но в зависимости от ситуаций это правило может не действовать.

Если правильно подбирать время, то можно легко выйти из сего затруднительного положения.

— Сейчас авантюристы должны спускаться в подземелье большими группами. Следуйте за Лили, Бэлл-сама, и вам не придется использовать оружие.

Бэлл глядел на улыбающуюся Лили и чувствовал, что ей можно верить.

Она точно лучше знает подземелье, так как дольше знакома с ним, потому Бэлл без лишних мыслей кивнул.

— Лили, ты просто удивительна. Что бы они не говорили о помощниках, ты – очень надёжна.

— Поднакопив опыта, Бэлл-сама сам сможет легко делать это. Ладно, пойдемте!

Лили потянула Бэлла с видом, словно хочет отчаянно уйти отсюда, и они пошли. Следуя оставленным на земле следам, они несколько раз встречались с другими авантюристами и лишь пару раз натыкались на монстров. Техника Лили и правда действенна.

Настолько, что кажется даже слишком успешной.

— Бэлл-сама, Бэлл-сама. Насчет сегодняшней оплаты...

— Да. Раз ты так помогла мне сегодня, то разделим всё пополам...

— Я отдам все магические камни и добычу, которые получил Бэлл-сама. Это даст вам приличный доход.

— Чего?! Получается, ты работала бесплатно?! Ты же говорила, что хочешь тридцать процентов!

— Если я смогла заполучить доверие Бэлла-самы, то уже рада. Можно сказать, сегодня Бэлл-сама смог осознать ценность Лили и прошёл проверку Лили на благонадежность.

— Хм, ты о чём?..

— Все это делают – не только Бэлл-сама.

Белл очень смутился оттого, что Лили видела насквозь его попытки проверить её.

Его лицо было смущено настолько, что выглядело жалким.

— Ну, разве это не прощальный подарок?..

Ветер унёс её шёпот, больше похожий на комариный писк.

— Лили, ты что-то сказала?

— Нет, ничего. Бэлл-сама, могу я попросить вас нанять Лили ещё раз в будущем?

— Да, я постараюсь... пожалуйста, дай мне обдумать это.

После этого Лили обогнала его и развернулась лицом к Бэллу.

— Хорошо. Лили будет внутри Вавилона, так что вы всегда сможете найти её. Лили никогда не сбежит, поэтому, пожалуйста, внимательно обдумайте это.

А затем она по-доброму улыбнулась.

× × ×

— Э... Помощник из другой Семьи, значит...

— Это всё-таки плохо?

Сейчас в знакомой комнате переговоров, внутри штаб-квартиры гильдии, я беседовал с Эйной-сан о проблеме относительно Лили. Вернувшись на поверхность, я сперва направился в больницу Вавилона (это не бесплатно, конечно) и в обменник, а затем направился сюда.

Всё равно мне стыдно. Чувствую, сам я не смогу правильно разрешить эту ситуацию.

Посоветоваться с другими – отличная мысль, и я пошел к Эйне-сан, чтобы спросить её мнения.

— Хоть между Семьями и существуют раздоры, но подобные контракты заключаются не впервой, если он выгоден обеим сторонам... Бэлл-кун, сам-то ты что думаешь о том дитя, Лилилуке?

— Да, она – хорошая... К тому же её навыки помощника очень даже неплохи.

Своими способностями помощника она произвела на меня хорошее впечатление.

Или скорее, стоит сказать, меня переполняло нечто похожее на жалость, я чувствовал, что не могу просто так оставить это дитя.

Хоть я и знал, что не должен смешивать подобные чувства... Но всё-таки я не смог.

Изгой своей Семьи и всегда одна. Не похоже, что Лили тогда лгала. Она просто констатировала общие факты.

— Ты знаешь к какой Семье она принадлежит?

— Да, если я правильно помню, Семья Сома.

— Семья Сома?.. Если вспомнить ту ситуацию: у тебя была четкая причина принять её или отказать?

— Насчет этого, Эйна-сан. Семья Сома – что это за Семья?

В ответ на мой вопрос Эйна-сан лишь сказала «подожди минутку», а затем быстро раскрыла огромную папку, которую принесла с собой заранее. Одновременно с этим она ловко надела очки, вынув их из кармана.

Похоже, она собирается дать мне более точную информацию, а не лишь свои суждения и услышанные слухи.

— Семья Сома является обычной исследовательской Семьёй. Если говорить об отличиях от других Семей, то они вдобавок ещё занимаются бизнесом.

— Бизнес? И что они продают?

— Ах... Вино.

— Вино?..

— Да. Тип вина меняется в зависимости от рынка, однако неизменным остаётся то, что это вино наивысшего качества и производится в довольно небольших количествах. Это весьма популярный продукт, пользующийся высоким спросом в Орарио.

Ну и естественно, они развивают свой бизнес, добавила Эйна-сан.

У авантюристов всегда есть риск потерять свою жизнь в любое мгновенье. Поэтому, если они хотят стабильно развивающуюся Семью, то занятие обычными профессиями – лучший вариант. Хотя бизнес та же азартная игра, но авантюристы всегда сражаются на мосту, с которого можно соскользнуть в любое мгновение. Карьера авантюриста всегда проходит на границе со смертью.

Однако авантюристы отличаются и друг от друга. В этом городе-лабиринте быстро заработать деньги смогут лишь те авантюристы, которые идут на высокие риски и следуют принципу высокой отдачи.

— Сила этой Семьи считается довольно средней. Хоть там и нет каких-то талантов, но сила авантюристов этой Семьи выше среднего. Ничего себе... Самое главное, число членов этой семьи просто поражает. Я сама только узнала.

— Если у Семьи много членов, это значит...

— Похоже, множество людей верят в главного Бога – Сому. Хотя об этом Боге, нет никаких слухов – хороших или плохих...

— Насчет этого... Я слышал от Лили: похоже, Сома-сама не взаимодействует с другими Богами, верно?

— Ну, в этом плане Бог Сома несколько известен. Существовать в мире смертных для Богов уже странно, а тут ещё и такой Бог. Я слышала, что он никогда не появлялся на банкетах, организованных другими Богами. Фактически, у него нет ни одного друга. Если спросить, есть ли вообще какой-нибудь Бог, который знает этого Бога? Думаю, такого не найдётся.

В самом деле... Как бы это сказать, это уже крайность, если не что-нибудь другое.

Никогда не заботиться о будущем или о чём-то другом – вот что говорила Лили.

Эйна-сан не сказала ни слова о том, чтобы принять это предложение или отказать, потому что отношение этой Семьи к посторонним слишком неоднозначно. Нельзя сказать, что эта Семья ко всем дружелюбна и улыбчива, но это и не Семья, с которой точно нельзя вести дел... Наверное, из-за чего-то такого.

— Я чувствую, что в самой Семье нет каких-то странностей... Но...

— Но?

Эйна-сан стиснула зубы и нахмурилась, но затем прорвалась сквозь свои сомнения и проговорила:

— Это всего лишь моё мнение, но дух авантюристов Семьи Сома несколько отличен от авантюристов других Семей. Хоть они и товарищи, но они не уступают друг другу и чересчур увлечены магическими камнями и предметами...

— ...

— Хотя не чувствуется, что они с нетерпением выискивают успеха. Как бы это сказать... Создается ощущение, что все члены этой Семьи слишком отчаянны.

На лице не перестававшей рассказывать Эйны-сан выразилась озадаченность. Не стоит и говорить, что и у меня самого всё смешалось в голове.

Не знаю почему, но после объяснения положения этой организации, ситуация с Лили стала ещё туманнее.

— Пока что соглашусь нанять её в качестве помощника.

— Ах, ты уверен?

— Да. В Семье Сома действительно множество странного, но я верю: судя по характеру Сомы, спора между фракциями точно не будет.

Такое же мнение как и у Лили, да.

— Просто будь осторожен и не раздражай других из этой Семьи, и всё будет нормально. Я надеюсь, что ты, одиночка, быстро найдешь себе помощника для формирования группы. Хотя я всегда пытаюсь убедить тебя сделать это.

— Эйна-сан...

— Решать тебе, Бэлл-кун. Последнее слово всё же за тобой. Ты должен нести всю ответственность сам.

Конечно.

Если я приму Лили, основываясь на решении другого человека, то по отношению к ней это будет очень грубо. Сейчас я должен обдумать всё сам и вынести своё решение. Я снова собрался с мыслями и наконец пришел к окончательному ответу.

— Соглашусь. Я всегда пытался найти помощника-одиночку, но до сих пор не находил ни одного. Предыдущие помощники, с которыми я встречался, уже были в составе Семей.

Эйна-сан извиняюще улыбнулась. Ранее мы уже обсуждали стоит ли мне нанимать помощника. Возможно, она всегда думала об этом.

— Ну, помощники-одиночки обычно не ходят в подземелье. Их награда изменяется в зависимости от контракта. К тому же есть множество профессий побезопасней и где платят получше.

Отсутствие принадлежности к Семье означает также и её отсутствие. Божья «Благодать»... «Статус», их тоже не будет. У них будут те же физические способности, что и у обычных людей.

Хм, конечно, есть более физически сильные гномы и способные к магии эльфы, что определённо не будет лишним в боях против обычных монстров, потому нельзя сказать, что боевой силы нет у всех не принадлежащих к Семьям.

Обдумывая это, мне вспомнились фразы Лили, которые обеспокоили меня во время нашего разговора.

— Эйна-сан. Помощники не имеют близких отношений с авантюристами?

— Вроде того. Помощник в основном имеют относительно низкий статус. Причину ты должен знать и без меня...

Люди, которые лишь несут багаж. В памяти всплыла та фраза Лили.

Если это действительно так, то чувство к авантюристам должно измениться от мечтательного к почти что отчаянью.

— Обычно помощниками выбираются слабые люди. И среди высокоуровневых Семей: даже если они и повысят свой уровень, то всё равно будут терпеть издевательства авантюристов, даже тех которые ниже их уровнем.

Тем не менее они могут наблюдать за авантюристами, которые идут впереди, во время погружения в подземелье. Значит, они тоже могут обучаться. Хоть они всего лишь носильщики, но, следуя за другими они смогут дойти до этажей, которых никогда бы не достигли своими собственными силами, до невиданных земель. Сила могущественных монстров и тактики, используемые элитами их Семей – у них есть возможность увидеть это своими собственными глазами.

— Даже если кому-то даруется «Божья Благодать», то это не означает, что любой точно станет сильным. Это зависит и от их качеств и умственной силы, чтобы не дрогнуть, когда перед ними появятся монстры. Даже если ты смог уничтожить низкоуровневых монстров, то в будущем будет множество сложных ситуаций, с которыми придется столкнуться.

— ...

— Я могу сказать, что авантюристы, которые в конечном итоге сдаются, потом берут класс помощника... Хотя их не так и много. Но это может быть причиной того, почему они так легко становятся объектом презрения.

Казалось, атмосфера потяжелела. Горькое выражение Эйны-сан показывало, что эта тема разговора не из приятных.

Однако это правда. Поэтому Лили и была столь скромной. Скорее всего, окружающие прикрепили к ней ярлык «бесполезная», доходя до гонений членами свой Семьи.

У меня что-то сжалось в груди.

Что это за ощущение? Это не моя проблема, но я обеспокоен.

Я уже бессознательно потянулся почесать в затылке, но стиснул зубы и поднялся.

Изначально я хотел лишь мельком спросить об этом, но, похоже, мы полностью перешли на эту тему.

— Спасибо, Эйна-сан, за столько вариантов. Я внимательно рассмотрю их все.

— Угу. Я всегда буду здесь, поэтому, если возникнут какие-то проблемы, приходи.

Я снова поблагодарил нежно улыбающуюся Эйну-сан.

Затем я лениво потянулся и направился к дверям.

— Чего... Бэлл-кун?

— Что такое?

— Твой кинжал, что с ним?

— Э? — издал я бессознательный звук.

Эйна-сан уже собиралась вставать, но с удивлением уставилась на мой пояс.

— Кинжал?..

Я пошарил по поясу.

Нож здесь.

Поясная сумка для переноски магических камней тоже на месте.

Да и Кинжал Богини не потерялся.

Однако сейчас там остались лишь ножны...

— ...

Мои пальцы находили лишь воздух там, где должна располагаться рукоять кинжала.

Кровь отхлынула от моего лица с бешеной скоростью.

Глядя на то как я в панике обшариваю свой пояс, Эйна-сан выразила на лице «не может быть».

Кинжал Богини пропал.

Моё лицо побледнело.

— Я ЕГО УРОНИИИИИИЛ?!

× × ×

Идёт по переулку.

Довольно узкому по сравнению с просторной и оживленной торговой Главной улицей.

Если посмотреть вверх, то и небо, разрезанное на кусочки кирпичными домами, тоже очень узко.

Из-за густых облаков, окрашенных в желто-оранжевый цвет, переулок казался ещё темнее. Такое ощущение, будто солнце никогда не освящало это место. Черная кошка лежала на куче сырого мусора и лениво глядела на ниспадающие золотые лучи. Мяукнув, она быстро убежала.

Тихие шаги эхом отдавались по округе.

Она шла вперёд не колеблясь, словно уже знакома с этой лабиринтоподобной дорогой, полной перекрёстков. Пара поворотов, и она увидела здание, которое и было пунктом её назначения.

Там, почти на пустыре, стоял одинокий магазин. Хоть и не известно, действительно ли он старый, однако атмосферу такую он производил.

На вершине бревенчатого здания, перед входом в магазин висела пестрая слегка покосившаяся вывеска.

Она открыла дверь, и раздался резкий звук дверного звонка.

— Ох-ох, снова ты.

— Прошу.

Лысый гном с длинной белой бородой оторвался от доклада и поднял голову.

Несмотря на красный колпак, всё равно понятно, что волос у него нет. Не сказав ни слова, она положила кинжал на стойку.

— Ах, и снова ты принесла какую-то странную штуку

Поправив очки, он внимательно осмотрел кинжал, а затем сказал «подожди немного» и поднялся. Глянув, как сгорбившаяся фигура исчезла в глубине магазина, она начала осматривать различный антиквариат, украшающий магазин. Она вздохнула, глядя на витрину с множеством цветных драгоценных камней.

Хозяин вернулся куда быстрее обычного.

Лицо у него было хмурое, что необычно.

— Что это такое? Ты что, подобрала его на мусорной свалке?

— Что...

— Сколько бы я ни давил или тянул – он ничего не режет. И не похоже, что у него есть какие-то особые способности. Не знаю как его использовать... Похоже, этот клинок умер.

Глядя на черный как смоль кинжал, лежащий на прилавке, гном почесывал бороду, словно не зная, что же с ним делать. Затем хозяин пришел к выводу – «это просто мусор».

— Довольно странно, что ты принесла сюда такое.

— П-пожалуйста, погодите, он не...

— Хотя это и так, но не стоит отпускать своего постоянного покупателя с пустыми руками... Может, я украшу им стену? Как насчет тридцати варису?

— Я приду позже!

— Ох-хо, буду ждать следующего визита... Однако этот текст, извивающийся словно черви, где-то я его раньше видел...

Она вздрогнула и грубо распахнула дверь.

Она вернулась в переулок. Её шаги звучали жестче, чем когда она шла сюда.

Тридцать варису? Столько же сколько и картофельные крокеты из передвижного ларька?

Не шути, это высококлассный клинок, который легко разрезает даже твёрдый панцирь монстров. Это оружие должно стоить как три роскошных дома и денег ещё останется.

Поразмыслив, она поняла, хозяин не будет валять дурака. Недавно он оценил предмет на вполне удовлетворительную цену. Он не мог съехать с катушек за несколько дней.

Он настоящий оценщик. Сотрудникам Гильдии с ним не сравниться.

Подобный ему... Лили не слышала о таком в этом городе.

Почему?..

Она посмотрела на кинжал.

Клинок полностью поглощает свет. Центр кинжала от кончика острия до рукоятки исписан сложной вязью, однако вязь словно сливалась с чернотой клинка.

Какой-то гнилой чёрный цвет. Такое ощущение, будто что-то не так.

Раньше он сиял ярким фиолетово-синим светом и даже оставлял серебристо-белый контур в воздухе при взмахе.

Если бы только там было выгравировано «Гефест»... Если бы у меня были ножны...

Если получить непоколебимое доказательство, то даже если это мусор, его купят по высокой цене.

Ножны. Нужны ножны. Она сосредоточилась на этом, глядя на тусклый черный клинок.

Нужно изменить планы. Пусть это и рискованно, я должна встретиться с ним снова...

— Прости, Сил. Тебе приходится нести всё это.

— Ах, да ничего... Рю, ты всегда ходишь этой дорогой?

— Да. Если запомнить маршрут, то этот путь сохраняет кучу времени. Не стоит волноваться, Сил.

— Я не об этом...

Спереди приближались люди. Эльф и человек. Обе несут бумажные пакеты. Если присмотреться, то в основном там яблоки, но внутри, похоже, были и другие фрукты и овощи.

Она быстро спрятала кинжал в рукав, чтобы они его не заметили.

Удивившись, что по этому пустынному переулку всё же кто-то ходит, она как ни в чём ни бывало пропустила их.

— Пожалуйста, погоди минутку, хоббит, — донёсся сзади голос, не терпящий возражений.

Она не могла не остановиться. По её спине стекал холодный пот.

Почему она окликнула меня. Этого не может быть... – мелькнуло в уголке её сознания.

— Покажи-ка мне кинжал, который ты прячешь в рукаве.

Казалось, её сердце полностью замерло.

— Р-Рю?

— Этому есть причина?

— Он похож на предмет моего знакомого. Я бы хотела удостовериться в этом.

Да что у тебя за зрение! – так и хотелось крикнуть ей.

— К сожалению, это моё. Вы, должно быть, ошиблись, — сказав это, она быстро зашагала, не оставляя возможности опровергнуть себя.

Она отказала её просьбе и пыталась скрыться отсюда.

— Показывай!

Атмосфера так накалилась, что затрещал сам воздух.

— ?!..

— Оружие с выгравированными на нём иероглифами. Я знаю лишь одно такое.

Её охватило чувство, будто ей ледяной клинок приставили к шее. Казалось, даже её обувь окаменела.

Не стоило и смотреть, чтобы понять, что эльфийка сейчас зла. Атмосфера наполнилась именно таким злостным напряжением.

Она не оборачивалась. Она и не хотела оборачиваться.

— Не двигайся.

Она даже не могла стиснуть зубы. Дыхание стало прерывистым, а сердце словно выскакивало из рёбер.

Шаги приближались. Пространство между ними уже нельзя назвать дистанцией.

Не стоит так волноваться. Если запетлять, то, скорее всего, удастся сбежать.

Она отчаянно старалась оживить свои готовые разломаться колени, и в то мгновение, когда нога той девушки оторвалась от земли, она оттолкнулась от мостовой и ринулась к перекрестку.

— Я предупреждала.

Сильный удар обрушился на её руку в то мгновение, когда она собиралась завернуть за угол.

— Уху?!

Яблоко.

Яблоко взорвалось.

Красный фрукт ударил точно по её левой руке, держащей кинжал, и разлетелся на куски. Просто невероятно.

— Наверное, лучше приложить тебя в живот?

— ...

Кинжал выпал из её рукава, она оглянулась.

Эльфийка спокойно смотрела сверху вниз на неё своими небесно-синими глазами и сильно занесла ногу для удара.

Вот как. Она мяч. Без всяких шуток.

В момент удара её отбросило в другую сторону переулка.

— Уйя-я-я-я!

× × ×

— Ч-чего?

Бэлл бежал в штаб-квартиру Гильдии, расположенную на Северо-Западной главной улице.

Вдруг из соседнего переулка раздался резкий звук удара.

Бэлл высматривал не обронил ли он по дороге кинжал Гестии, возвращаясь тем же путём, которым пришёл. Однако остановился, услышав странный шум.

Полулюди вокруг Бэлла поступили подобно ему. В следующее мгновение из переулка хлынул целый поток кошек. У Бэлла округлились глаза.

С громким мяуканьем кошки убегали от чего-то в переулке. Одна за другой они пробегали между ногами пешеходов, погрузив улицу в хаос. Бэлл подошёл к переулку.

Когда он осторожно заглянул за угол, внезапно маленькая тень рухнула прямо у его ног с громким звуком.

— Л-Лили?!

— Хух, ах...

Неожиданная фигура вся тряслась. Бэлл встал на колено рядом с Лили.

— Эй, в чём дело?! Что произошло?!

— Э-этот голос... Бэлл-сама?

Её крохотное тело подрагивало. Лили стояла на четвереньках словно новорождённый оленёнок. На мгновение на её лице выразилось напряжение, но вскоре оно сменилось натянутой улыбкой.

— Ужасная женщина... Нет, на Лили напала дикая собака...

— Т-ты в порядке?!

— Вроде бы...

Хоть её кремовая роба и оставалось целой, но, похоже, Лили получила сильную травму. Бэлл тут же взял её на руки и вынес из переулка.

Есть ли у меня зелье... – думал Бэлл, в панике нашаривая кармашек на бедре.

— Не могу поверить, что он смог удрать...

Послышались звуки шагов, и из переулка вышла эльфийка Рю.

— Это же Рю-сан! Ч-что вообще происходит?

— Ах, ты вовремя. Твой...

Уже начавшая было говорить, Рю заметила сидящую на мостовой Лили и тут же прищурилась.

Лили задрожала, словно котенок, и что-то забормотала, прикрыв руками голову.

— Кранэл-сан, отойдите, пожалуйста.

— Э, п-подождите?!

— Хи-ия!

Оттолкнув Бэлла, Рю протянула руку и без колебаний сорвала капюшон.

Её взору открылись большие глаза и спутанные каштановые волосы. И звериные ушки. Рю поглядела прямо в глаза сжавшейся от страха Лили и, извинившись, опустила капюшон.

— Ч-что вы делаете?! Лили, ты в порядке?!

— Д-да...

— Прости, я приняла его за другого человека. Похоже, я слишком поспешила.

Что вообще происходит? Бэлл совсем запутался в таком головокружительном ходе событий. Поддерживая Лили, которая бессильно рухнула на землю, он попеременно поглядел то на переулок, то на Рю.

Вскоре в переулке снова зазвучали шаги, и появилась Сил с двумя бумажными пакетами в руках.

— Р-Рю! Нельзя так обращаться с едой! Мама разозлится!

— Тогда у меня будут большие проблемы...

— Тогда объясни, пожалуйста, всё это...

— Ах, Бэлл-сан, добрый день.

Сил вежливо поклонилась ему, и Бэлл мог лишь сказать в ответ «Ага, и тебе...».

Рю молчала во время их обмена приветствиями, но вскоре спросила Бэлла прямо:

— Кранэл-сан. Твой чёрный кинжал сейчас при тебе?

— Ах, верно! Вы случаем не видели кинжал, полностью черный, сверху донизу?!

Бэлл, похоже, что-то вспомнил и запаниковал, и Рю и Сил обменялись взглядами.

Затем Рю снова перевела свой взгляд на Бэлла и достала кинжал без ножен из-за пазухи.

— Этот?

— УААААААААААААААААААААААА!!!

Казалось, крик Бэлла достиг самого неба.

Услышав этот громогласный крик, пугающий кого угодно, множество девушек различных рас разом вздрогнули.

Даже обычно спокойная Рю-сан глядела на Бэлла широко отрытыми небесно-голубыми глазами.

— Спасибо!! Громадное спасибо!!

— Кранэл-сан, это неправильно... Такое вы должны делать не со мной, а с Сил...

— Что ты говоришь, Рю?!

Бэлл, чуть ли не плача, крепко сжал руками гладкие белые руки Рю. Он вдруг приблизил своё почти детское плачущее лицо, и она смущённо отвернулась, что для неё довольно необычно.

Услышав крик Сил, Бэлл вытер лицо и принял черный как смоль кинжал.

— Ах, как же хорошо... Ками-сама, прости. Я больше никогда его не потеряю...

— Потеряю?..

Когда Бэлл произнес клятву, прижав кинжал ко лбу, этот «мусор», словно восстановившись, вновь окрасился тёмно-фиолетовым светом.

Из обычного куска металла он вновь стал Кинжалом Гестии.

И так большие глаза Лили расширились ещё больше.

— Я так сожалею. Где вы нашли этот кинжал?

— Ну, на самом деле он был у хоббита.

— Хоббита?

Ответ Рю удивил Бэлла.

У зверодевушки, стоящей за его спиной, на лице выразилось напряжение.

— Наверное, недавно...

— Да, только что я преследовала хоббита, но, кажется, он сбежал... Почему я заподозрила её, раз она здесь. Прости за мои поспешные действия.

— Поспешные?..

— Да. Она – чиантроп. А я преследовала хоббита-парня.

Закончив слушать объяснения, Бэлл наконец выразил понимание на лице. Между тем Лили попыталась скрыть облегчение, смешанное с изнеможением.

— Здесь были какие-то парни-хоббиты? Что-нибудь припоминаешь?

— Нет, ничего...

— Тогда тот хоббит просто подобрал то, что ты потерял. Хорошо, что я видела твой кинжал вчера в переулке. Кинжал довольно необычный, и я смогла его опознать, хоть и видела совсем немного.

— А, так вот оно что.

Пока Бэлл разговаривал с Рю, Лили чувствовала себя не в своей тарелке.

Сил молча глядела на Лили через щель между двумя бумажными пакетами.

Вскоре девушки вспомнили, что они ещё не окончили покупки и решили распрощаться. Бэлл снова поблагодарил обоих. Рю кивнула с неизменившимся выражением лица, в то время как Сил горько усмехнулась, сказав, что она ничего не делала.

Затем Бэлл отступил, пропуская девушек в переулок. В это мгновение...

Сил вдруг прошептала Лили на ушко:

— Не увлекайся слишком сильно, хорошо?

— !!

Мурашки пробежали по телу Лили.

Её крохотное тельце жалко задрожало.

Сил встала как ни в чём не бывало и вошла в переулок вместе с озадаченной Рю.

— Лили, что Сил-сан тебе сейчас сказала?

— Н-ничего... Эм, Бэлл-сама...

— Что?

— Эти девушки – кто они?

— Они – официантки в баре Хозяйка изобилия. Довольно известное заведение. Слышала о нём, Лили?

— Бэлл-сама...

— А?

— Пожалуйста, никогда не водите туда Лили...

Бэлл смог лишь промямлить «Э, ну, ладно...» в ответ Лили, улыбающейся сквозь слёзы. Её словно мучили душевные терзания, пот слегка выступил у неё на лице.

Окутанная закатом Главная улица наконец успокоилась, и Бэлл с Лили на какое-то время разделили эту странную атмосферу.

× × ×

Следующий день.

Ранним утром Лили и я помчались в подземелье. Под светящимся потолком, свет которого напоминал сияние магических камней, мы достигли первого этажа.

В конце концов я всё же нанял Лили своим помощником.

Я тщательно всё обдумал и расставил по полочкам, после чего принял решение, честно отражающее мои чувства. Ками-сама также согласилась. Я уже слишком далеко зашёл, чтобы ещё колебаться.

Лили и я заключили контракт члена группы, не установив конкретных сроков, как и вчера.

— Бэлл-сама?..

— М?

— Где же ваш кинжал?..

— А, я переставил его вместе с ножнами внутрь наруча, чтобы больше не потерять. Там как раз есть место.

— В-вот как...

Я озадаченно склонил голову набок, увидев как Лили разочарованно повесила голову.

Почему-то у Лили не было такого же рвения как раньше. Хотя она и улыбалась, но это лишь показная бодрость. Что же с ней?

— Бэлл-сама, большое спасибо вам, что снова наняли Лили. Лили будет стараться, чтобы Бэлл-сама не бросил её.

— Уж бросить я не могу. К тому же из помощников я знаю лишь тебя, Лили.

— Это хорошо... Лили не верит, что Бэлл-сама так поступит. Бэлл-сама очень и очень добрый.

Я всё не могу привыкнуть к этому чувству дистанции.

Хоть Лили и всегда была любезной, но добрый... Отчего-то от этого у меня зуд по коже.

— Бэлл-сама, могу я спросить о планах на сегодня?

— Ну, я думал сходить на седьмой этаж и остаться там до вечера. Лили, ты не против?

— Если так решил Бэлл-сама, то тогда Лили должна подчиниться. Но всё будет хорошо? Всё-таки Лили – обычный помощник и не сможет помочь вам в бою. Тогда ведь Бэллу-саме придётся непрерывно сражаться?

— Нет проблем. Я всегда сражаюсь один, и сегодня Ками-сама обновила мой накопленный «Статус».

Всё же я ведь не для виду день и ночь брожу по лабиринту в одиночку.

Благодаря этому я привык к длинным сражениям. К тому же Эйна-сан также как следует обучила меня. По крайней мере, я мог гордиться контролем своей скорости.

Более важно то, что получив обновленный «Статус» от Ками-самы, я точно не проиграю монстрам этого этажа. Честно говоря, я так рвался испытать свою силу.

Темпы роста моего «Статуса» не изменились. Похоже, сейчас я в наилучшей форме.

Только вот не могу понять, отчего же настроение Ками-самы ухудшилось, когда она увидела быстрый рост моего «Статуса»... Почему же?

— Но это же может нагрузить и Лили, верно? Если добыча будет постоянно падать, то багаж будет становиться тяжелее и тяжелее...

Я посмотрел на Лили, стоящую рядом со мной. Её макушка едва доставала до моего живота. Ей, должно быть, очень трудно ходить по подземелью, таская столько багажа.

— Пожалуйста, не волнуйтесь, Бэлл-сама. Всё-таки Лили тоже дарована «Божья Благодать». Не стоит беспокоиться, если багаж станет слишком громоздким.

Хоть я это и знал, но... просто это как-то...

Рюкзак Лили больше обычного. И хоть она ещё не начала собирать выпавшие предметы, её рюкзак выглядел полным.

— К тому же у Лили есть поддерживающий навык. Ничто не помешает транспортировке.

— Э-э?! У тебя уже есть навык?!

Поразительно! И завидно! Я кричал, даже не пытаясь скрыть эти чувства.

К моему удивлению Лили лишь покачала головой и горько улыбнулась.

— Я действительно имею навык, но он – бесполезен. Это не та «Благодать», о которой думает Бэлл-сама.

— Однако это уже славно. У меня вот ни одного навыка...

Я слышал, что «Навыки» и «Магия» различны, и у них нет ограничений по количеству. Пока условия «Опыта» соблюдаются, можно обучиться множеству навыков и магий. Я случайно подслушал, что существуют авантюристы более чем с пятью навыками! Даже если это, как сказала Лили, бесполезный навык, то если у него нет негативных эффектов, то лучше иметь его, чем не обладать вообще ничем.

— Я в самом деле завидую. Ведь навыки и магию действительно сложно получить, верно? У меня нет и магии... Ах, может, у Лили есть и магия?

— К сожалению, у меня её нет. Я слышала, множество людей и за всю жизнь не получили, так что Лили в таком же положении.

Это правда. Даже Магия «Божьей Благодати» это нечто такое, чем могут обладать лишь немногие из десятков тысяч. Но в конце концов, магия всего лишь возможность, и, похоже что многие не получили её.

Когда я был мал, то часто зачитывался книгами о героях. Я так и видел себя, владеющим множеством самых разных магий. Всё-таки я надеялся, что подобный ужас не сбудется... Я вздрогнул от этих неприятных фантазий, что не ушло от внимания Лили.

Если ваш спутник не из вашей Семьи, то ссылаться на содержимое «Статуса» других людей считается крайне грубым, и строго регламентируется. Тут без исключений, даже если человек связан контрактом.

Если задуматься, то это очевидно. Всё же персональная информация «Статуса» жизненно важна для каждого человека.

Услышав её ответ, я начал сожалеть о своей идиотской речи.

— К тому же, правда достаточно лишь заплатить предоплату? — снова спросил я о содержании контракта, выискивая монстров.

Когда мы выполняли ритуал контракта в Вавилоне, то Лили сказала мне это. Наградой будет часть доходов, полученных при погружении в подземелье.

В любом случае я, кажется, всё же работодатель. У меня же есть какая-то гордость...

— Ах, всё нормально. Бэлл-сама не создаёт группу с другими, поэтому наша дележка не будет чересчур обременительной... И...

— И? — тут же спросил я.

С лица Лили ушла её прежняя весёлость... Из глубин её капюшона блеснул ледяной взгляд.

— ...и так ведь будет удобней Бэлл-саме, верно?

— Э?

После её незавершённых слов последовали лишь насмешка и самоирония.

Я растерялся от этого взгляда Лили.

Затем меньше чем за миг Лили улыбнулась, словно ничего не произошло, и вернула прежнее расположение духа.

— Тогда пойдемте быстрее. Всё будет хорошо, пока Бэлл-сама трудится и позволяет Лили увеличивать его доход!

— М-м-м, хорошо...

Для меня это удобней?..

Другими словами, я не заплачу Лили, так что ли?

Или что-то другое?

Понятия не имею, что Лили пыталась этим сказать.

Ну, я не она, мне в голову к ней не залезть.

Ты такой же, как и все авантюристы.

Было ощущение, что глаза Лили говорили мне это.

× × ×

— Эйна, Эйна.

— М?

Эйна сейчас находилась за стойкой штаб-квартиры гильдии. Её коллега, тоже ответственная за приём посетителей, заговорила с ней.

Эйна взглядом спросила в чём дело, на что девушка указала в сторону.

Её взгляд проследовал за направлением пальца... У обменника золота авантюрист яростно спорил с сотрудником гильдии.

— Посмотри быстрее, это произошло снова. Опять авантюрист Семьи Сома.

— ...

Эйна рефлекторно нахмурилась.

Она не пыталась намеренно подслушать, однако эти сердитые крики не могли пройти мимо её ушей.

— Всего двенадцать тысяч варису?! Не шути со мной! Ты что, ослеп?

— Сколько, по-вашему, я тут работаю?! Эти глаза не ошибаются!

Эйна поняла, что спор шёл о содержимом, которое менялось на золото.

На самом деле подобные сцены довольно обычны. Авантюристы рискуют своими жизнями, когда спускаются в подземелье. Они идут к пункту обмена с большими ожиданиями. Если цена оказывалась ниже ожидаемой, то они повышали голос и изо всех сил старались опровергнуть её. Их можно понять.

Гильдия уже привыкла к подобным ситуациям. Сотрудники по оценке в обменнике тщательно отбирались на предмет мужества и смелости. Сейчас сотрудник громко кричал, ни капли не проигрывая в этом авантюристу.

Да, подобную сцену можно встретить сплошь и рядом.

— Ты тщательно оценил добычу?! Эй, проверь снова! Быстрее, это невозможно, не должно же быть так мало?..

Однако проблемы вызывали снова члены Семьи Сома. Для них такие сцены вошли в привычку.

Члены Семьи Сома так часто обвиняют оценщиков в обменнике, что сотрудники гильдии уже сбились со счёта. Это повторяется изо дня в день. Однако сотрудники оценки не отступали на эти бесконечные крики.

Обычно они требовали «Больше денег!» и стояли на этом до конца.

Невероятная и странная преданность деньгам.

Даже наблюдая за этой сценой, озноб проходит по коже. Жуткая жажда денег.

— М-м-м, уставятся своими глазами, словно желая разорвать на мелкие кусочки – отвратительно! Повезло же, что за людей Семьи Сома отвечаю не я.

— ...

Эйна смогла лишь с горечью поглядеть на свою подругу, открыто выражавшую своё недовольство.

Эйна никогда не выступала советником авантюристов Семьи Сома, однако со своим положением она не могла не замечать их дел.

— Черт возьми... ведь их так... так мало?!..

Авантюрист уходил, обхватив голову обеими руками, и от этого зрелища Эйна сама положила руку на лоб, словно от головной боли.

Не поспешил ли он...

× × ×

Наличие такого помощника как Лили просто впечатляло.

Для начала она несла рюкзак, и мне больше не нужно нести добычу до нулевого уровня. Я могу оставаться в подземелье довольно долго.

Каждый раз, когда я погружался и входил на новый этаж, это означало, что и расстояние между подземельем и обменным пунктом увеличивалось (И, соответственно, время, которое я проводил в подземелье уменьшалось). С новыми этажами мой доход должен увеличиться, но так происходит не всегда. Другими словами, я терял время.

Сегодня у этой проблемы нашлось прекрасное решение.

Благодаря Лили мне больше не нужно брать с собой тяжелый рюкзак. Мне стало легче двигаться, и это начало показывать свой эффект на седьмом этаже. Даже не знаю, сколько монстров я сейчас убил.

В тот же миг, когда враг появлялся перед моими глазами, я взмахивал кинжалом. Затем Лили быстро извлекала магический камень и случайно выпадавшую добычу.

И вот какой результат.

Сегодня в обменнике я получил...

— ...

— ...

Лили и я склонили головы и заглянули внутрь открытого льняного мешка.

Нашим широко открытым глазам открылись... Монеты, монеты, монеты, монеты...

Бесчисленное множество монет, можно сказать, им даже тесно в этой слишком узкой сумке.

Головокружительное зрелище.

— Двадцать шесть тысяч варису...

— Двадцать шесть тысяч варису...

Мы подняли головы от мешка и посмотрели друг на друга, между нашими лицами было расстояния не больше ладони.

В следующее мгновение...

— УРА-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!!!

— УРА-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!!!

Мы запрыгали с радостными криками!

— Удивительно, поразительно! Там было не очень много добычи, но один Бэлл-сама смог заработать больше двадцати пяти тысяч варису!

— Уа-а-а, Уа-а-а, Уа-а-а! Это сон! Это правда реальность?! Я на самом деле смог заработать столько денег за один день... Это заслуга и Лили!

Ура помощникам!

— Не говорите таких глупостей, Бэлл-сама. Хоть это и зависит от типов монстров и добычи, но группа из пяти авантюристов первого уровня может провести целый день в подземелье и всё же не набрать двадцать пять тысяч варису. Бэлл-сама один продуктивнее, чем они вместе!

— Нет, знаешь, разве нет поговорки, что если похвалить кролика, то он сможет залезть и на дерево?! Сейчас именно этот случай!

— Хотя Лили вовсе не понимает что Бэлл-сама пытается сказать, но это ваша слава! Бэлл-сама – удивительный! Мы должны продолжать стремиться к лучшим результатам!!

— Ты слишком сильно хвалишь меня, Лили!

Возбуждение становилось всё сильнее и сильнее, но мы не могли остановиться.

Мы находились не в баре, но продолжали смеяться и улыбаться.

Уже вечерело, потому в обычной столовой Вавилона больше не осталось других авантюристов, кроме нас. Другие, должно быть, разошлись по различным барам и кабакам.

Я хлопнул в ладоши Лили, которая стояла на стуле, наше возбуждение уже достигло кульминации.

— Что ж, Бэлл-сама, пора делить награду?

— А, да!

Я передал тринадцать тысяч варису Лили.

— Э?..

— Ах, сейчас я, наверное, смогу позволить Ками-саме еду повкуснее...

Я весь воодушевился, так и представляя эту картину.

Я наконец-то смогу отплатить свой долг Ками-саме!

На лице Лили внезапно появилось выражение словно её громом поразило, однако я не придал этому значения и продолжил погружаться в свои фантазии.

— Б-Бэлл-сама, это же?..

— Твоя доля, мы же так и договорились! Ах, верно! Такое случается не часто, так почему бы нам вместе не сходить в бар? Я знаю одно очень хорошее заведение!

У меня было такое хорошее настроение, что я пригласил её, но у Лили округлились глаза и перехватило дыхание.

Ах, она же говорила, что не хочет ходить в «Хозяйку изобилия»?

Но, забудем – сегодня это можно! Лишь сегодня!

— Пойдём быстрее, Лили!

— Б...Бэлл-сама!

Мы должны поторопиться ради нашего же блага! Но, пока я собирался, меня окликнула Лили.

С недоверчивым выражением лица она осторожно проговорила:.

— В... Вы не собираетесь забрать себе это всё... Бэлл-сама не думал об этом?

— Э? Почему? — не поверил я своим ушам.

Лили не знала, что ответить на мой вопрос.

— Один я бы никогда не достиг такого. Это ведь потому, что ты была рядом, Лили. Так что спасибо тебе, — радостно произнес я и добавил: — Надеюсь и на дальнейшую работу вместе.

Встретить Лили в самом деле было довольно здорово – я улыбнулся ей.

— ...

— Лили, пойдем?

Я протянул руку Лили, и та внезапно подняла голову, чтобы посмотреть на меня.

Сначала она лишь глядела на протянутую руку, а затем медленно накрыла её своей рукой.

— Странный...

Этот шёпот совершенно ускользнул от меня.

[Бэлл Кранэл]

Принадлежность: «Семья Гестии»

Раса: Человек

Класс: Авантюрист

Достигнутый этаж: 7 этаж

Оружие: Кинжал Гестии, Нож

Деньги: 18900 варису

[Статус]

Уровень 1

Сила: D 591 Выносливость: G 233 Сноровка: C 607 Ловкость: B 702 Магическая сила: I 0

«Магия»

[ ]

«Навыки»

[Целеустремленное преследование]

* Ускоряет рост.

* Эффект длится, пока чувства носителя не изменятся.

* Эффект определяется силой чувств носителя.

[Экипировка]

«Броня Кролика МК-II»

* Первая серия брони, созданная Вельфом Кроззо в качестве филиала Семьи Гефест.

* Название данной брони изменилось из-за несчастного случая. Из-за него же и была помещена в коробку. Это оставило впечатление в сердце Бэлла.

* В изготовлении использовался выпадающий из монстров материал «Мех Металлического кролика». Бэлл однажды сказал, что он «Чрезвычайно легкий».

* Можно сказать, что стойкость этой брони высокая до такой степени, что управляющие Семьёй Гефест оценили её на отлично.

«Изумрудный наруч»

* Цена – 7700 варису.

* Подарок Эйны. Обладает тем же изумрудным цветом, что и её глаза.

* Создан для блокировки атак. Прочность его ниже, чем у настоящего щита, однако очень легкий.

* Его длина компенсирует небольшую ширину. Может хранить в себе кинжал или короткий меч.

↑ Чиантроп - подвид зверолюдей, который официально ввел автор произведения. Люди с собачьими ушками и хвостом

----------

Интерлюдия

Небо постепенно сменялось с тёмно-красного на насыщенный синий.

Западный Орарио. Западную главную улицу заполонило множество возвращающихся с работы работников и группы авантюристов, только что закончивших погружение в подземелье. Сейчас самый шумный период дня.

— Н-на сегодня отстрелялась...

Гестия, шатаясь в толпе людей, брела по дороге. Она шагала к своему дому, словно пытаясь сбежать от небоскреба в центре Орарио.

Сейчас она возвращалась домой, окончив работу в отделении семьи Гефест в Вавилоне.

— Эта Гефест... могла бы хоть немного поберечь меня!..

Хотя ей ведь всё-таки нужно выплатить долг. Но это всё равно слишком жестоко, ведь она впервые занимается такой тяжёлой работой и до сих пор жила ленивой жизнью.

Был ли это приказ её подруги-Богини, но дети, работающие в отделении, совершенно не выражали почтения к ней. Даже можно сказать, они вообще не сдерживались, распоряжаясь ей. Она лишь могла вздыхать, думая о работе, которую на неё взвалили.

Тут просматривается желание Гефест исправить характер Гестии, которая всю жизнь полагается на других.

— Ах, я так хочу увидеть Бэлл-куна!..

Тело и разум Гестии полностью истощили бесконечные дни тяжелой работы, однако она вспомнила о делах члена её семьи.

Ожидание, когда она с нежностью встретит паренька из подземелья, уже стало каждодневным делом. Поэтому она частенько уходила с работы пораньше. Но сегодня они полностью поменялись позициями.

Она действительно хотела прыгнуть ему на грудь и побыть испорченным ребенком. Фантазируя о таком, Гестия тащила своё тяжелое тело и ускорилась, чтобы побыстрее вернуться домой.

— М-м-м?!

Среди толпы на главной улице она краем глаза заметила кого-то похожего на кролика. Гестия почти рефлекторно обернулась.

В самой гуще толпы из представителей множества рас время от времени появлялась и исчезала знакомая фигура.

Это же Бэлл-кун!

Круглые глаза Гестии блеснули, когда она узнала его.

Наверное, он уже закончил погружение в подземелье и шёл домой. Он был одет в новую броню и стоял к ней спиной. Сейчас он шагал в сторону их дома.

Гестия, словно рыба, вернувшаяся в воду, тут же взбодрилась, шагнула и уже было хотела приблизиться к Бэллу, стоящему перед ней, как в следующее мгновение...

— ?!

Ей на глаза попалась фигура, которая шла слишком близко к Бэллу и до этого скрывалась толпой.

Телом ещё меньше, чем Гестия. В просторной робе и с рюкзаком на спине. Хоть сзади и трудно судить о поле, но Гестия уверена: их пол – одинаковый.

Любой парень захочет защитить такую, и Бэлл сейчас протягивал ей руку, словно прикрывая эту таинственную девушку.

Затем Бэлл обернулся к ней и по-доброму улыбнулся.

«Га-а-ах!», Гестию охватил шок.

Эта дополнительная атака выбила ей, чрезвычайно уставшей физически и психически, последнее дыхание. Паренек – её последняя опора – так радостно улыбался девушке рядом с ним. Эта словно падение небес на землю, что лишь усилило её раны. Урон, который понесла Гестия, просто неоценим.

Гестия даже не предполагала, что эта девушка и есть тот самый помощник, о котором и рассказывал Бэлл. Богиня отшатнулась на несколько шагов, получив мощнейший удар, а затем развернулась и убежала.

× × ×

— Послушай меня, Миах! Бэлл-кун, он, Бэлл-кун мне изменяет! — закричала в слезах Гестия, со стуком ударив по столу стеклянным бокалом с вином, который она осушила залпом.

Паб в переулке на окраине города, немного дальше главной улицы. Внутри старого, деревянного и узкого помещения, сплошь занятого авантюристами, одетых в промокшее снаряжение. Отовсюду доносились буйный смех и безвкусные разговоры.

Среди авантюристов, наливавшихся дешёвым вином, Гестия рассказывала о происшествии, которое лицезрела ранее, Богу, сидящему напротив неё.

— Изменяет? Тогда нам стоит позаботиться об этом. Однако не могу и представить, что Бэлл пойдет на это, — аккуратно поделился своим мнением слегка приглушённым глубоким голосом симпатичный Бог Миах, кивая на жалобы Гестии.

В своей изношенной и потёртой робе он вписывался в атмосферу этого бара как нельзя лучше.

Гестия и Миах располагались на самой нижней ступени иерархии богов, поэтому отношения между ними довольно глубоки. Также довольно близки и отношения Семьи Миах, варящей различные зелья на продажу, и Семьи Гестии. У Богов было определенное представление о членах обоих фракций.

Хоть Гестия и насильно притащила его сюда выпить с ней за компанию, случайно повстречав на улице, Мих не выказывал и тени отвращения и внимательно её слушал.

— Я сама видела! Бэлл-кун держался за руки с девушкой, с которой у него явно хорошие отношения! Куда уж убедительней доказательство?!

— У Бэлла могут быть свои дела, он должен иметь свой круг общения. Думаю, ещё рано называть это убедительным доказательством... И, в любом случае, странно говорить об измене, когда вы не пара и не любовники.

Вторая часть предложения прошла мимо ушей Гестии — она как раз осушала бокал.

Похоже, она сегодня снова напьётся и выйдет из себя. Миах покачал синими волосами и глубоко вздохнул.

— Чёрт! Кто, чёрт возьми, эта девка?! Бэлл-кун – МОЙ, А-А-А-А-А!

— Ну вот, снова. Ты слишком далеко заходишь, хоть и его Богиня. Бэлл не чья-то собственность.

— Я знаю, а-а-ах, знаю! Я просто хочу сказать! Нет, это то, что я хотела сказать раньше!!!

— Ты уже напилась?

— Да ни в глазу! Если я не напьюсь, то уже не знаю, как жить дальше! — сказала Гестия, глотая вино сразу же, как только наливала. Как только она поняла, что стол уже переполнен стеклянными бокалами и бутылками, в то же мгновенье ей снова вспомнился тот вид... Затем её глаза внезапно увлажнились, и она закричала:

— УА-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А! Бэлл-кун, Бэлл-кун, Бэлл-кун, Бэ-элл-ку-ун! Прошу тебя, не исчезай снова передо мной! А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!!..

— Эй, эй! Гестия, ты слишком шумишь!

Миах растерялся от этого слишком громкого вопля, который затмил собой все ближайшие разговоры. Всё взгляды устремились к Гестии, пронзая их обоих.

— Если ты мне улыбнешься, я готова жить хоть в канализации! Вот как я люблю тебя! Я хочу спать с тобой на одной кровати, нежно прижиматься к твой груди и тереться лицом о тебя-я-я-я! Если ты легонько мне улыбнешься, то я могу разом съесть три хлеба-а-а-а!

Она ошарашила даже Миаха, он мог лишь молча смотреть на неё.

— Я люблю тебя, Бэ-элл-кю-ю-юн!!! Эхе-хе, хоть разок, но я хочу рассказать абсолютно всё Бэлл-куну. Хи-хи, я расскажу обо всём...

— Хорошо, что его тут нет. Официант, счёт, пожалуйста.

Не в состоянии пробиться сквозь её иллюзии, Миах и официант переговаривались на ходу. Гестия с поникшим выражением лица лежала на столе и над чем-то радостно-глупо смеялась.

Глядя на её позу, Миах пробормотал «Ну и ну» и, тяжело взвалив пьяную Богиню на плечо, направился к ней домой.

— Миах. Что там со счётом?

— М-м-м. Я всё оплатил.

— Эй, эй, только ты? В этот раз мы должны разделить счёт поровну.

— Хм. У тебя же только двадцать варису.

Миах слабо отвечал на продолжительные речи Гестии. Он положил её в четырехколесную тележку, нагруженную товарами, и покатил, словно детскую коляску.

Фигуры двух Богов в сопровождении сухого звука колёс постепенно исчезали в глубине главной улицы, освещаемой магическими камнями-лампами.

— Миах. Сделай мне афродизиак. Тогда я смогу приворожить Бэлла...

— М-м-м. Сделаю вид, что никогда не слышал этого.

× × ×

— Хуа-а-а-а-а-а-а-а-а?!..

Как только она проснулась, её голову тут же пронзила острая боль.

Гестия лежала на кровати и, постанывая, боролась с внезапной головной болью. Она углядела знакомый потолок.

Часы на стене сказали, что сейчас раннее утро.

Прошла ночь с её попойки с Миахом. Сейчас Гестию терзало похмелье.

— В-вы в порядке, Ками-сама?

Бэлл стоял возле кровати.

Он держал стакан с водой в руке и сильно волновался о Гестии.

— П-прости, Бэлл-кун, за то, что позволяю тебе видеть такое отвратное зрелище...

— Да что вы, конечно же это не так... Я уже всё слышал вчера от Миаха-самы, так это правда?

— А-а-ах, похоже, я выпила слишком много.

Гестия, продолжая лежать на спине, осторожно сделала несколько глотков, а затем нахмурилась.

Вчера Миах привёз её сюда, бросил многозначительные слова «Я что-то подустал. Хоть немного, пожалуйста, позаботься о ней» и сразу же ушел.

Не могу ничего вспомнить...

Воспоминания вчерашнего дня полностью испарились. Что она говорила или делала. Услышав послание её друга-Бога, её пронзило сильное чувство беспокойства.

Несколькими днями позже Гестия впадёт в глубокую депрессию, встретившись с Миахом, лицо которого выразит молчаливое сострадание.

— Бэлл-кун, ты не собираешься в подземелье?

— Я не могу оставить Ками-саму в таком состоянии. Поэтому сегодня отдохну.

Он уже связался с нанятым помощником. Брови Бэлла опустились, пока он улыбался.

Хотя она мысленно извинялась за то, что заставила Бэлла поволноваться, но Гестия сильно обрадовалась. Они проведут целый день вместе. Уже само собой ясно, что сегодня она не пойдёт на работу.

И это вызовет ярость Богини-кузнеца. Но над этим подумаем попозже.

— Ками-сама, вот, вы сможете есть?

— Я... Немного трудно. Бэлл-кун, можешь покормить меня?

— Ах, ладно, хорошо.

Бэлл зачерпнул нарезанное на мелкие кусочки яблоко и поднес ложку к её рту. Гестия, радуясь такой удаче, приподнялась и проглотила еду с блаженным выражением на лице.

Бэлл, как правило, слишком застенчивый и обычно на такое не соглашался, но сегодня всё прошло гладко, наверное, потому что он хотел позаботиться о ней. Пока она отчаянно пыталась скрыть своё смущение, парень действовал решительно, доставляя Гестии несравненную радость.

— У-у... У-у-у-у-у... моя голова... — проговорила Гестия монотонным голосом и вдруг резко опала, и её голова опустилась на грудь Бэлла. Со стороны выглядело будто парень её обнимает.

— К-Ками-сама?

Ясно понимая, что ставит Бэлла в противоречивое положение, Гестия всё же терлась ярко-красными щеками о его грудь. От него пахло нежностью леса. Затем она крепко обняла его.

На какое-то время между ними завязалась борьба — Бэлл наконец осознал положение и запаниковал.

— М-м-м... Тогда вчера вечером ты ходил ужинать вместе с тем помощником, о котором рассказывал?

— Да. Вчера произошло кое-что очень хорошее.

Время постепенно текло. И не успели они и заметить, как уже наступил полдень. Гестия с большим интересом болтала с Бэллом, сидя на кровати. К этому времени симптомы ночной попойки постепенно ослабли.

Услышав правду о вчерашнем, она немного успокоилась. Но как только вспоминала эту интимную сцену держания за руки, она не могла удержать свою разбушевавшуюся фантазию.

Кроме того, её волновали высокие темпы роста при прошлом обновлении его Статуса. Мысли парня всё ещё вертелись вокруг ненавистной златоволосой женщины с золотыми глазами, пусть между ними и не было никакого прогресса.

Для начала пока не стоит волноваться о Принцессе меча. Нужно побольше расспросить об этой девушке-помощнике и добраться до сути вещей. Конечно же, это включает в себя то, как она будет относиться к ней.

Пламя ревности Гестии уже постепенно начинало разгораться по отношению к девушке, которую она никогда не видела.

— Вы, должно быть, мило провели время. Ты вчера ел вместе с помощником хорошую еду и, должно быть, очень рад, верно? Ах-ах, я тоже хотела бы сходить...

Гестия, внезапно начав высмеивать эту ситуацию, вдруг по-детски отвела лицо в сторону. В это мгновение Бэлл опустил свои плечи и нервно сглотнул, но у неё не было возможности это увидеть.

Бэлл растеряно дрожал какое-то время, но потом решился и сказал:

— Т-тогда, почему бы и нам не сходить? Мы вдвоём, эм, поедим роскошной еды...

— Чего?

— Ро-роскошной еды или чего-нибудь такого... Ка... Как насчет этого?

Гестия окаменела и молча глядела на Бэлла, у которого запылали щеки, он отчаянно пытался подавить своё смущение.

Она не могла поверить своим ушам.

— Я-я получил много денег за вчерашнее погружение!.. Я хотел показать свою признательность Ками-саме, поэтому я!..

Она не слушала его слов.

Приглашение Бэлла крутилось в голове Гестии подобно карусели.

Это приглашение на свидание-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е?!

Не могу поверить, что Бэлл взял на себя инициативу! И к тому же ужин! — поражалась Гестия.

Вскоре её накрыло волнами экстаза.

— Но лучше подождём, пока Ками-сама восстановится, и как-нибудь потом...

— Пойдём сегодня!

— Э?

— Мы идём сегодня!

Гестия внезапно сбросила одеяло и спрыгнула с кровати.

Бэлла охватил шок.

— К-Ками-сама, ваше тело...

— Вылечилось!

Это не было ложью. Внезапная страсть быстро вливала силы в тело Гестии.

Оставив ошарашенного Бэлла, Гестия быстро начала готовиться к свиданию.

Нет, постойте.

Гестия внезапно замерла и, подняв воротник, понюхала его.

Пахнет... вонь алкоголя. В воздухе витал запах перегара, далекий от образа Богини.

У Гестии округлились глаза.

— Бэлл-кун – в шесть часов!

— Л-ладно... Чего?

— Встретимся в шесть часов на площади Амор в районе Юго-Западной главной улицы!

Бэлл, истекая потом, наблюдал, как Гестия собрала немного вещей и вылетела из дома.

× × ×

Если описывать это место одним словом, то это – рай.

— Похоже, они и правда выросли?

— Богини не могут расти... Чего, эй, не тритесь!

Люди нижнего мира... Если бы эти дети присутствовали тут, то они, скорее всего, потеряли бы сознание, после носового кровотечения.

Скрытые обволакивающим паром головокружительные линии, чувственные и шикарные фигуры, обнаженные, словно они только что родились, – прекрасные Богини сейчас великодушно раскрывали всё.

Это действительно тот небесный рай, о котором фантазируют все мужчины.

— Фу-у-ух... Тут в самом деле хорошо, — расслабленно пробормотала Гестия, отмокая в горячей воде, в которую погрузилась по плечи.

Священная купальня. Как и подразумевается в названии, в эту очищающую ванну могут ступить лишь Богини.

Широкое помещение купальни создано из бассейнов различных размеров. Тут произрастают огромные деревья, и высятся самые настоящие скалы, словно созданные самой природой. Каменные стены и столбы были так тонко и достойно высечены, что казались чрезвычайно экстравагантными.

Эта обширная купальня построена специально для Богинь, и управляется Гильдией ради проживающих в Орарио Богов. С каждой Семьи собирался небольшой налог – что считалось в некотором роде частью почитания Богов – и всё это шло им на развлечения.

Купальня, конечно же, разделялась для Богов и Богинь. Однако Боги-мужчины редко ходят сюда. И из-за этого, когда люди говорят про Священную купальню, то всегда подразумевается место для Богинь. Поговаривают, однажды сюда ворвался один Бог-старик (который уже стал легендой), и с тех пор система охраны Гильдии стала настолько строгой, что и мыши не проскользнуть.

Все Богини тут обнажены и беззащитны. Гестия, глубоко погрузившаяся в горячую воду, от чего её гладкая кожа слегка порозовела, пылко выдохнула.

— Неужели ты, Гестия? Довольно редко сюда заходишь.

— А... О, Деметра. Давненько не виделись, — расслаблено обратилась Гестия к знакомой Богине.

Деметра погрузила своё роскошное тело, скрытое толстым полотенцем, в горячую воду рядом с ней.

— Уххх... И как всегда такая огромная грудь.

— Твоя же тоже довольно большая.

Гестия шлепком отбила протягивающуюся руку, тянущуюся к её груди.

Из-за отдачи прелестные холмы самой Деметры затряслись, и по воде пошла сильная рябь.

— Тогда что случилось? Ты ведь здесь впервые?

— Да...

Гестия скрыла своё поникшее лицо, в то время как Деметра, спрашивая, закалывала свои пышные волосы цвета мёда.

Вход в Священную купальню платный, и потому она никогда и не думала, что придёт сюда помыться. Но сегодня у неё намечалось свидание с Бэллом, и Гестия решила потратить всё, что у неё осталось из сбережений, на это.

Она хотела полностью отмыть этот запах алкоголя – как физически, так и психически.

Всё ради свидания с Бэллом.

— После у меня встреча кое с кем за ужином. Я хочу отнестись к этому со всей серьёзностью.

— Уж не парень ли этот кое-кто?

— А что если и да?

Гестия показала удивленное лицо Богине, которая была ошеломлена ещё до её ответа.

Звук брызг воды эхом разошелся от небольшого водопада в центре ванны. Лицо, вроде бы взрослой, Деметры сейчас по-детски сияло.

— Ого-го-го-го! Гестия нашла себе парня!! А-а-а-а-а-а, это же... СЛУШАЙТЕ ВСЕ!

— Э... Эй-эй?

Гестия, увидев внезапное возбуждение Деметры. осознала насколько жуткую ошибку совершила.

Все Богини вокруг обернулись к источнику внезапного вскрика, эхом разнесшимся по купальне, и постепенно начали приближаться с озадаченными лицами... Деметра ещё не закончила свой рассказ, а они уже воспылали не меньше её.

— Гестия с парнем?!

— Что творится с этим миром?

— Гестия, которая даже на Небесах не жаловала парней!..

— Лоли-Гестия!

— Ч-что же это такое, возможно...

— Быстро всё выкладывай!

Тут же шквал атак обрушился на Гестию.

Некоторые даже неприкрыто прыгали в бассейн, и куча тел, слившись в единый персиковый цвет, продолжала приближаться к Гестии.

— Ч-что такое? Неужели странно, что у меня появились отношения с парнем?

— Ошибаешься, Гестия. До сих пор ты же всегда отказывалась от мужских ухаживаний?

— Вместе с Богиней мудрости и Богиней непорочности, ты одна из Большой троицы Богинь-девственниц на Небесах.

— Короче говоря, мы лишь хотим знать, кто этот человек, которому удалось покорить такую неприступную крепость.

Гестия не могла не показать коварного выражения лица шумным Богиням, ведомым Деметрой.

Хотя она пыталась выяснить, что же Боги пытаются найти в отношениях, но никто из них не был серьёзен. Однако, казалось, объяснять это всё Богиням с сияющими глазами просто бесполезно.

Даже в такой момент, к сожалению, превалирует натура Богов, жаждущих развлечений.

— Мой партнер – дитя моей Семьи. Он – человек.

«О-о-о-о-о» — прошлось среди окружающих её Богинь. «Что и ожидалось!» или «Он пробудил в тебе желания защищать его?» — эти обыденные выдохи и вопросы продолжали вылетать один за другим.

— Он тебя за нос не водит? Тебе ведь не должно встречаться с каким-то странным парнем.

— Не держи меня за дуру. Я всё-таки Богиня. Я хорошо разбираюсь в людях.

— Все знают, что дети, могут скрывать что-то от Богов.

— Тогда чем это дитя пленило твоё сердце?

— Ну, наверное, его характер.

Поток вопросов прервался, и, пока Богини перешептывались, Гестия снова задумалась. Если уж так говорить, то её пленили его невинность и неизлечимая глупость.

Прошло уже прилично времени, а допрос всё никак не прекращался. У Гестии не оставалось иного выбора, кроме как покинуть купальню. Учитывая, что ей уже пора начинать готовиться к свиданию, то время самое подходящее.

Она проигнорировала Богинь, которые попытались остановить её. Сотни капель воды, стекающих по её идеально стройному и миниатюрному телу, постепенно опадали, сверкая и блестя лучами солнечного света, проходящего сквозь стеклянную крышу. Её незаколотые чёрные волосы всё ещё были немного влажными, но эта влага несколько зачаровывала.

Лишь на мгновение Гестия закрыла глаза и замерла.

Она словно сошла с полотна — юная Богиня, молча купающаяся в лучах солнца. Другие Богини прищурились от этого прекрасного завораживающего вида.

— Последний вопрос, Гестия. Что тебе нравится в этом дитя?

Богиня подняла руку, заканчивая разговор.

Гестия обернулась и спокойно им улыбнулась.

— Мне нравится в нём всё.

× × ×

Площадь Амор. Ещё один поворот с Юго-Западной главной улицы, и она прибудет.

Сад площади украшен разноцветной брусчаткой и цветами, окруженных изгородью — создавалась просто завораживающая атмосфера. Солнце уже зашло, и небо начало заволакиваться мягким сумраком. Волшебные камень-лампы, висевшие прямо над площадью, начинали неярко освещать площадь.

До шести часов ещё оставалось время. Бэлл стоял, обняв плечи, среди встречающихся любовных парочек перед статуей какой-то Богини.

— Бэлл-кун!

— Ах!..

Увидев фигуру Бэлла, Гестия зашагала быстрее.

Бэлл сначала расслабился, но тут же часто заморгал, словно не мог поверить своим глазам.

Гестия сменила прическу. Её волосы, всегда собранные в два хвостика, теперь были распущены и ниспадали водопадом за спиной. Её юный внешний вид производил несколько взрослое впечатление, и Бэлл уже не мог отвести взгляда.

Украшения, которые она обычно использовала для заколки волос, сейчас браслетами висели у её запястий. Сегодня она одела свою самую лучшую одежду. Гестия явилась во всей красе.

Когда она, тяжело дыша, остановилась перед зардевшимся Бэллом, то нервно спросила:

— К-как я выгляжу? Я слегка изменила своему обычному виду...

— Ах, да, прекрасно, очень красиво! Эм, как бы это лучше сказать – мне стоит сказать, что Ками-сама сегодня величественней, чем обычно... В любом случае это означает, что вы очень красивы!

Краснея, Бэлл хвалил Гестию, отчаянно пытаясь использовать весь свой бедный словарный запас.

Наверное, эти фразы включали в себя и уважение к Богам, но они сами выскакивали у него из-за смущения. В этот момент Бэлл просто пожирал Гестию глазами.

Хорошо! Мысленно Гестия вскинула победный знак.

— Вообще-то я хотела прийти пораньше. Прости, Бэлл-кун. Я заставила тебя ждать?

— Н-нет, я только что пришёл.

Как и ожидалось. Он странно дрожал.

Диалог, словно на настоящем свидании. Гестия чувствовала, что сейчас её сила словно текла по щекам.

Даже если ей не понравится дальнейшее, её сердце сейчас чуть ли не выскакивало из груди, а эмоции зашкаливали.

— Что дальше, Бэлл-кун? Ты должен хорошенько защищать меня сегодня ночью, хорошо?

— Д-да.

Затем он улыбнулся и протянул руку. Бэлл уже почти принял на себя руководящую роль. Но за секунду до этого...

Внезапно на окраине площади Амор началась сумятица.

— Ах, нашли её?!..

— Гестия там!

— То есть... Он рядом с ней!

Это Богини. Все без исключения. Группа прекрасных женщин сейчас направлялась к ним для массированной атаки.

Глаза Гестии стали квадратными, пока их хозяйка стояла рядом с ошарашенным Бэллом.

— Поймали-и-и-и!

— Ах, эх, ну разве он не милашка?!

— Так вот каких детей любит Гестия.

— Мг... Мгху-у-у-у-у?!

Поток Богинь мгновенно оттолкнул Гестию и поглотил Бэлла.

Множество рук тянуло тело Бэлла, Богини поочередно крепко прижимали его к своей груди.

Внутри этой райской клетки, в которой и вздохнуть-то невозможно, лицо Бэлла тут же залилось краской.

— Ч... Ч... Чего?!..

— Прости, Гестия. Мы очень заинтересовались твоим дитем и проследили за тобой... А-а-ах, не могу сдержаться – он и в самом деле словно кролик.

— М-м-м-м-м... М-м-м-м-м-м-м-м-м-м?!..

— Б-б-б-б-бэлл... кун?!.. - вскричала Гестия.

Крепко зажатый между буйными грудями Деметры, которые превосходили холмы других Богинь, Бэлл уже прощался с жизнью, угасая, словно свеча на ветру. Каждый раз, когда руки Деметры нежно гладили волосы Бэлла, то в груди у Гестии нарастало напряжение, а на глазах выступали огромные слёзы.

Сейчас её собственность безжалостно опустошали любопытными пальчиками чужих Богинь.

И когда Гестия уже почти отчаялась...

Показался Бэлл, лишь наполовину вырвавшийся из цепких рук Богинь.

— Ками... Сама...

— Т-ты в порядке, Бэлл-кун?!

— Я уже ни о чём не жалею...

Гестия пнула Бэлла по ноге.

— Я очень сожалею!!!..

— Ладно, нам нужно бежать!

Силой вытянув Бэлла за ногу, они побежали.

Воспользовавшись моментом, когда Богини окаменели оттого, что их жертва исчезла, они сбежали с площади Амор.

Чтобы отвязаться от надоедливых преследовательниц, Гестия и Бэлл неслись к центру города.

× × ×

— А-ах, а-ах, да что там с этими Богинями?! Вечно они творят, что хотят!

— Хха, хха, хха..

Бэлл лишь натянуто улыбался на громогласные выкрики Гестии.

Хоть они и оторвались от преследователей, но сейчас находились где-то у окраин Западной главной улицы в какой-то старой кирпичной часовой башне. Башней уже перестали пользоваться и над их головами висели сломанные часы.

Гестия и Бэлл забежали в эту башню, чтобы хоть на какое-то время спрятаться от Богинь, и наконец смогли немного передохнуть.

— Уже так поздно... А это ведь такое редкое свидание с Бэлл-куном.

— Св-свидание?

До полуночи оставалось совсем немного. Поправляя растрепавшиеся от бега волосы, Гестия тяжело вздохнула.

Почему сегодня так много проблем, — она бессильно вздохнула.

— Ах... К-Ками-сама, взгляните!

— ?..

Бэлл вскрикнул, указывая куда-то.

Когда Гестия повернулась, ей открылся вид ночного города-лабиринта, сверкающего подобно звездам.

Бесчисленные Магические камень-лампы, освящали город, сияя различными цветами.

Даже в эту темную ночь громадная белостенная башня в центре бесконечно стремилась в небо.

Какое-то время Гестия не могла оторвать взгляда от этого прекрасного ночного вида, открывавшийся в таком ракурсе лишь с часовой башни. Она молча глядела, и Бэлл тоже неотрывно вглядывался в эти сияющие огоньки.

Вскоре Бэлл заметил взгляд Гестии, и его щёки наполнились легким волнением. Он медленно проговорил, словно через эти слова вытекали его чувства, переполняющие грудь:

— Ками-сама, ну... Когда-нибудь мы снова сходим куда-нибудь. В следующий раз уже точно.

— Бэлл-кун...

— И до тех пор я буду трудиться, чтобы накопить ещё больше денег. Мы сходим поесть вкусной еды и выпьем чего-нибудь приятного... Затем ещё раз придём сюда.

— ...

— Сегодня нам очень повезло увидеть такой прекрасный вид... И мы должны прийти сюда снова – вдвоём.

И поэтому сегодняшний день потрачен не зря.

Радость переполняет Бэлла оттого, что сегодня он попал сюда вместе с Богиней.

Бэлл, похоже, поддерживал Гестию своей речью. Но эти слова не просто утешали её, а скорее выражали чувства, которые хранились глубоко в его сердце.

Гестия глядела на покрасневшее, словно в лихорадке, лицо и беззаботную улыбку парня и чувствовала, что в её груди затрепетало сердце. Затем она спокойно прищурилась.

Не то, чтобы говоря одно он подразумевал абсолютно другое. Эта абсолютная непорочность и неизлечимая идиотская улыбка мгновенно пленили её.

Эта Богиня чувствовала, как сильно любит его... Бэлла, который создал ей воспоминания сегодня и обещал ещё и завтра.

— Буду ждать с нетерпением, Бэлл-кун!

— Да.

Расцвела улыбка и на её лице – Гестия и Бэлл поглядели друг на друга и улыбнулись.

Вскоре после этого они отвернулись и снова наслаждались видом из часовой башни. Время тихо текло лишь для них двоих.

Гестия быстро и удачно пододвинулась, приближаясь к Бэллу. Её щеки слегка покраснели, а уголки глаз также нежно опустились.

Я ведь хотела услышать побольше об этом помощнике... Ладно, забудем об этом на сегодня.

Гестия не хотела нарушать эту атмосферу и задумчиво глядела на ночной город, открывающийся её глазам.

Чувствуя тепло от такой близости к этому мальчику, она улыбнулась и закрыла глаза.

Прохладный ночной ветерок ласкал украшения на её запястьях, заставив крохотные колокольчики легонько зазвенеть.

----------

Глава 3

Серебряная вспышка.

— Уо-о-о-о-о?!

Скелетон «Спарт» испустил предсмертный вопль, когда серебряная полоса вычертила прямую линию от его макушки до промежности.

В основе его скелета лежали в основном человеческие кости, по всему телу монстра выступали зловещие наросты, напоминающие броню. Острые выступы по всему телу, вдобавок в руках у него различное оружие из белой кости, так что его можно спокойно назвать костяным бойцом.

Появляется на территории «Глубинных этажей», его сила равна силе монстра четвертого уровня, но сейчас для его убийства понадобилась лишь секунда.

— ...

Мечница, нанёсшая меткий удар, от которого кровь стынет в жилах, со свистом опустила остриё рапиры к полу.

Кости, кости, кости, кости.

Куда ни глянь – везде разбросаны фрагменты многочисленных костей. Эти уже неопознаваемые останки были, безо всяких сомнений, десятью Спартами, встретившими свою погибель.

Золотые волосы и золотые глаза.

Девушка с внешностью не уступающей Богиням молча стояла в центре этого кладбища.

— И в итоге расправилась с ними сама...

— После такого ожесточённого боя, она выглядит даже милее...

Слушала ли она ворчания своих напарников или нет, но девушка с длинными волосами – Айз Валенштайн – молча вложила рапиру в ножны и повернулась.

— Ладно. Хорошая работа, Айз! Зелье восстановления? Эликсир? Или твои любимые картофельные крокеты с кремом и красной фасолью?

— Всё в порядке, Тиона. Спасибо... Предпочту последнее.

— Всё равно, раз ран нет, то и нужды в зельях тоже нет.

— Ну, как бы то ни было, с большинством монстров мы уже разобрались... Что дальше, Финн?

— М-м... может, пора уже возвращаться? Мы же тут просто повеселиться. Но если мы задержимся, то монстры продолжат появляться, когда мы начнём отступать, и с ними будет трудно справиться. Риверия, твои мысли?

Место действия – тридцать седьмой этаж. В глубинах подземелья, в зоне под названием Глубинные этажи, несколько членов Семьи Локи занимались разведкой. Их не так уж и много. Вся группа, включая Помощников, – семь человек. Среди них лишь пятеро, во главе с Айз Валенштайн, — авантюристы высшего класса.

Под «весельем» не подразумевалась Экспедиция, которую до этого собирали члены Семьи Локи. В этот раз это обычное погружение группой товарищей.

На самом деле, они попросту убивали время.

Их сила совсем на другом уровне, раз они заговорили о «веселье» в зоне Глубинных этажей, куда большинство авантюристов никогда даже и не зайдут.

— Если это приказ капитана, то так и поступим... Всем, отступаем! — прокричала эльфийка Риверия, от которой так и веяло спокойствием.

Сёстры-амазонки с пшеничным цветом кожи спокойно приняли приказ. Айз не могла не расстроиться, ведь она уже аккуратно разломила картофельный крокет, готовясь его съесть.

Если спускаешься в глубины подземелья и не следишь за количеством провианта, то это частенько оборачивается бедой.

— В этот раз с нами пошел Бат, но он только и делал, что базарил без устали, и выбесил всех. Такие показушники полностью усыхают перед Айз!

— Он жутко расстроился, когда уже трезвый услышал, что Айз его вчера отшила.

— Да ладно?! Вот бы на это посмотреть! Почему ты раньше не рассказала, Тионэ?!

Они готовились отступать, но фактически делать ничего не требовалось. Изъятие Магических камней – работа Помощников. Все сражения Айз взяла на себя. Два Помощника, лишь недавно достигшие третьего уровня, сейчас собирали Магические камни у Спартов. От двух близняшек в центре группы расходилась расслабленная атмосфера.

В центре всего этого Айз подняла лицо от картофельного крокета и неожиданно заявила:

— Финн, Риверия. Я бы хотела остаться.

Эти двое отреагировали немного по-разному. Финн слегка вытаращил глаза. Лицо Риверии же осталось неизменным, она лишь закрыла глаз.

Не обращая внимания на Тиону и Тионэ, которые внезапно замерли на месте, Айз продолжила гнуть своё:

— Можете не оставлять мне еды. Я не хочу причинять неудобств. Пожалуйста.

— П-погоди минутку! Айз, ты причинила нам неудобств, как только сказала это! Если мы оставим тебя одну здесь, то будем беспокоиться!

— Думаю также. Уровень монстров тут, может, и ниже, то я всё равно не могу бросить товарища на Нижних этажах. Это слишком опасно.

Айз подрастерялась, когда Тиона, уперев руки в бока, наклонилась так, что нос амазонки почти касался её лица. Вдобавок, сзади поддержкой возвышалась Тионэ.

И их слова были правильными, без всяких обсуждений.

— Почему тебе так захотелось сражаться, Айз? Это так расточительно для такой красотки. Ещё вела бы себя поженственней. Как насчёт приодеться как амазонка, а?

— Мне... это не нужно.

— Почему? Сильный мужчина... у тебя никогда не было парня, который тебе нравился? Красивое личико просто украшение?

— Хватить давить там, где сама не мастер.

Риверия вздохнула и шагнула к Айз, молча опустившей голову.

Она развернулась к Финну и сказала:

— Финн, прошу и я. Посчитайся со словами Айз.

— Риверия?!

— Риверия?!

— М-м?..

Хоббит, по росту явно ниже всех присутствующих, посмотрел на Риверию, словно не понимал смысл её слов.

— Она ведь такая упрямая. Надеюсь, ты примешь моё предложение.

— Не надо потакать ей, Риверия. Слова Тионы и остальных разумней. Как ответственный за команду я не могу позволить этого.

— Я понимаю, что балую её... Тогда...

Риверия снова вздохнула и посмотрела на Айз.

Встретившись с извиняющимся взглядом этой обычно не слишком эмоциональной девушки, она усмехнулась про себя.

Затем снова обернулась к Финну.

— Я тоже останусь, — поддержала Айз Риверия.

Финн посмотрел ей в глаза и положил руку на подбородок. Затем медленно кивнул.

— Хорошо, разрешаю.

— А-а-а, Финн. Уговори и-их.

— Если останется и Риверия никаких неприятностей возникнуть не должно. Даже наоборот – для нас это возможность вернуться, избежав опасностей.

— Я не так хорош в атаке и лечении, капитан.

Команда быстро приняла решение лидера.

Финн и остальные начали выдвигаться, оставив Айз с Риверией позади.

Тиона свистела и широко махала руками до самого выхода из комнаты.

— Спасибо, Риверия.

— Не хотелось бы заходить так далеко, да поздно уже. Попрошу только, особо не увлекайся.

— Прости...

В самом их разговоре, в ходе которого они не взглянули друг на друга, чувствовалось доверие.

Мгла тридцать седьмого этажа в корне отличалась от сумерек верхних этажей. Казалось, что пространство над их головами продолжается бесконечно, и невооруженным глазом потолок попросту не разглядеть. Его окутывала мрачная тьма.

Белые стены излучали достаточно света, и это сияние, подобное огню свечи, являлось единственным источником освещения.

Какое-то время они не двигались и просто стояли. Вдруг у Риверии показалось удивление на лице.

Словно что-то почувствовав, Айз вытащила рапиру.

— Приближается.

— Что же?

Риверия хотела было спросить о чём же Айз говорит и посмотрела на напряжённое лицо девушки… как сама заметила ЭТО.

Пол подземелья, на котором они стояли, трясся.

— Не может быть...

Словно соглашаясь с шепотом товарища, Айз перевела взгляд на вздутие в центре этой огромной комнаты.

В следующий миг оно взорвалось.

Грянул дождь из кусков земли, и показалось неимоверно огромное тело.

С громким треском пол пошёл трещинами. Показалось тело, обломки земли посыпались подобно водопаду с оглушительным грохотом.

Череп, ключицы, рёбра, таз. Чёрный скелет всё продолжал подниматься из земли.

Тряска достигла пика. Содрогался весь тридцать седьмой этаж.

Всё подземелье стонало, даря жизнь своему сыну.

— УО-О-О-О-О-О!

Неистовый крик этого младенца ударил по ушам.

Кричащий в потолок монстр был невероятно огромен. Свыше десяти метров.

Всё его гигантское тело состояло из черных как смоль костей. Нижняя часть тела всё ещё располагалась под землёй. Огромный монстр чем-то походил на увеличенную версию Спарта, а его Магический камень висел в воздухе.

— Ясно. Три месяца уже прошло...

Как правило, количество монстров на каждом этаже определяется по их типу.

Их не может быть больше определённого числа. Стены подземелья воспроизведут новых монстров лишь при уменьшении количества. Время появления монстров на каждом этаже различно, но самое долгое – один день.

Однако среди них существуют и монстры, которым требуется определенное время, они появляются не сразу после смерти.

Уже доказано, что на каждом этаже есть по одному из подобных монстров.

Всё из-за их силы или размера? Отложим причины в сторону. Главное, он не может выходить дальше этажа, на котором родился.

Гильдия, которая сохранилась с древних времен, зовёт этих особых монстров:

«Одинокие короли Подземелья»

— Риверия, не вмешивайся.

Помимо особого периода в появлении, другая общая черта всех Королей Подземелья — их невероятная сила.

Поговаривают, что к среднему уровню монстров этажа можно прибавить два, и получится уровень Короля.

Третьесортные искатели приключений боятся их и называют Боссами этажей. Обычно, чтобы справиться с ним необходимо огромное количество авантюристов в группах.

— Айз, ты правда собираешься идти одна? — заволновалась Риверия.

Айз лишь подняла серебряный клинок и молча приблизилась к угрожающе ревущему «Удею».

— Не беспокойся.

Девушка в одиночку пошла против прозванного Богами «Босса уровня В», которого даже в песнях восхваляли как могущественного воина.

— Это ненадолго.

Неделей позже слух о том, что Принцесса меча уже достигла шестого уровня, распространился по улицам Орарио.

× × ×

— ...

Бэлл остановился.

Они шли по лестнице, соединяющей второй и первый этажи, Бэлл развернулся и посмотрел вниз.

— В чём дело, Бэлл-сама?

— Не чувствовала сейчас тряску?

Под взглядом Лили, которая шла прямо за ним, Бэлл вгляделся в пол второго этажа – нет, ещё глубже. Он пытался почувствовать глубинные этажи.

— Тряску? Лили ничего не чувствовала.

— Показалось, что ли?

Бэлл весь насторожился, но сколько бы не ждал, ничего не происходило. Он изумлённо склонил голову набок, но затем пришел к выводу, что ему просто почудилось.

— Мы сегодня задержались.

— Ага. Немного. Сейчас уже полночь.

— Э, как так?!

Лили глянула на золотые карманные часы и кивнула.

Короткая и длинная стрелки полностью закрывали друг друга на отметке двенадцать.

— Вот ведь, а я совсем и не заметил...

— Всё потому, что мы до последнего встречали группы монстров.

Времени смотреть на часы у них не было. Лили потрясла рюкзаком на спине. Огроменный рюкзак, наполненный бесчисленным добром, уже почти разрывался.

Прошло уже несколько дней с тех пор, как они заключили контракт.

С Лили каждый день Бэлла проходил с пользой. А может, он просто наконец-то привык к жизни авантюриста, и всё улеглось. С каждым днём охота на монстров становилась всё эффективнее и прибыль уже не шла ни в какое сравнение с той, когда он ходил один. Сейчас он на всех парусах летел к своей цели.

Только объединился с помощником, и уже такая разница. Бэлл всё никак не мог поверить в это.

С другой стороны, ещё новичок Бэлл с каждым днём убивал всё больше и больше монстров. Лили лишь поражалась ему.

— Так что, Лили? Деньги за сегодня тоже пополам?

— Бэлл-сама, где же ваше здравомыслие и тяга к деньгам? Лили с благодарностью принимает это и не должна такое говорить... Но вы слишком любезны.

— Но разве тебе не нужны деньги, Лили?

— Пусть так... но, может быть, Лили волнуется о Бэлл-саме и не может дальше это терпеть, или может, слишком обеспокоена знакомым кроликом, о котором меня попросили заботиться... М-м-м, в общем, я чувствую, словно меня вводят в заблуждение.

Бэлл подумал, что в последнее время жалоб стало больше.

Не так давно она сама решила провести черту «мастера и последователя». Теперь они всё меньше были чужими друг другу. Они становились всё ближе, и Бэлл чувствовал, что пропасть между ним и Лили постепенно сходила на нет.

Разбивая атаки Гоблинов, Бэлл и Лили прошли через первый этаж и вскоре покинули подземелье. Приняв душ и сбегав до обменника золота, они наконец-то вышли через главные врата.

— Уох, и правда темно...

Небо, окружающее центральную площадь Вавилона, уже погрузилось в сумерки.

Магические камни-лампы чарующе освещали улочки спокойным ярким светом. Сияние ламп подчёркивало тихую ночь, и всё казалось совершенно иным, нежели утром.

Несмотря на позднее время, таверны и кабаки лишь начинали включать лампы, сверкая вдалеке, словно огоньки.

— Она в самом деле большая.

Бэлл оглядел центральную площадь и поднял взгляд к тому, что возвышалось нам всем Орарио.

Огромная башня пронзала ночное небо. Её белые стены спокойно высились над Бэллом и другими людьми.

Ночь становилась всё темнее, и сейчас уже не разглядеть углов и граней башни. Но Бэлл знал, эта огромная башня — воплощение изобретательных идей даже в мельчайших деталях.

Трудно соединить внутреннюю функциональность с красивым внешним исполнением. В этом и заключается вся восхитительность Вавилона, с которым сами Боги возились до самого конца. Бэлл, продолжая смотреть в вышину, вздохнул.

— Почему Вавилон такой высокий? Я слышал, там располагаются магазины, но строить выше пятидесятого этажа...

— Бэлл-сама, вы знали, что гильдия сдаёт в аренду лишь до двадцатого этажа?

— Эм... Р-разве это так?

Бэлл оторопел, и Лили хитро улыбнулась своими небольшими губками.

Бэлл, преодолев неловкость, прямо спросил:

— Если там не магазины, то что выше двадцатого этажа?

— Боги живут там, Бэлл-сама.

— Боги?..

— Да. Правда, там живут только Боги с Семьями. Но они заняли все этажи до самого верхнего.

Несколько знатных Богов наслаждаются роскошной жизнью в огромной башне, которую без преувеличений можно назвать символом города-лабиринта. В какой-то степени это абсолютно нормально.

Каждая комната оформлена предельно изысканно и роскошно. Особое внимание уделено окнам — вид ничто не загораживает. Боги без всяких препятствий наблюдают великолепный пейзаж большей части города.

Аренду предоставляет гильдия, и рента вырастает до небес. При таких деньгах можно спокойно обеспечить себе самое комфортабельное и высококлассное проживание в Орарио.

Другими словами, жить здесь в состоянии лишь богатые Боги.

— О... Так некоторые Боги проживают где-то в других местах.

— Просто знай, там живут Боги, хорошо? Если в прошлом некоторым Богам захотелось жить с людьми, то найдутся и Боги, которым хочется жить отдельно.

Бэлл согласно кивнул.

— Вавилон не всегда был таким огромным. Рассказывают, что когда башня лишь «закрывала» монстров, бегущих из подземелья, от людей, она не особо выделялась на фоне города.

— Тогда почему сейчас она такая большая?

— Когда Боги впервые снизошли на землю, та башня разрушилась... Боги падали на землю словно метеоры и случайно задели верхушку башни.

— ...

И наверняка все подумали, что они разрушили её намеренно.

Башню наконец достроили. И когда люди со слезами на глазах уже праздновали своё достижение, Боги внезапно сокрушили её... В ответ на поражённые лица древних жителей Орарио Боги лишь со смехом извинялись.

Бэлл сухо рассмеялся.

— С тех пор башню называют «Рухнувшей башней»... «Башней Богов». Ну, поэтому Боги и живут в этой башне.

Боги, уничтожившие башню, воссоздали её в качестве извинения... К тому же они сделали огромный вклад в подавление подземелья, добавила Лили. Именно этим и является «Божья Благодать».

До тех пор, пока Боги не утвердили понятие «Семьи» в Нижнем Мире и не распространили его повсюду, им приходилось взаимодействовать как почитаемый и его паства. Можно сказать, что Вавилон построили таким высоким, чтобы показать власть Богов.

В результате Вавилон стал таким как сейчас и частично принял за собой статус дома Богов.

— Ладно, я наконец немного разобрался... У-у-ух, но когда я впервые услышал о Богах, то очень хотелось спросить: на Небесах вправду так скучно, что Боги даже захотели спуститься в Нижний Мир?

— Может, им настолько не нравилась работа там, что они захотели сбежать?

Бэлл, услышав столь непривычную точку зрения, переместил свой взгляд с Вавилона на Лили.

— Говорят, на Небесах Боги должны постоянно исполнять свои обязанности. Самое частое – они направляют детей Нижнего Мира, таких как Лили, когда те уснут вечным сном.

— То есть...

— Да. Туда отправляются люди после смерти.

Бэлл вдруг почувствовал, что от этих слов его сердце замерло.

Конечно, это всего лишь слова, и как там всё на самом деле нам не узнать, но это тот самый неизбежный рок, и он мог лишь слушать о нём.

В общем, Лили рассказывала, что Боги ответственны за мёртвых Нижнего Мира.

Если описывать это словами, то на ум приходит слово «Души».

Рассказывают, что жизнь там меняется в соответствии с волей Богов. После смерти перед тобой открываются множество путей. Позволят тебе жить на Небесах, окатят невыносимой болью и виной, либо заставят ежедневно делать бессмысленный труд... Это можно продолжать бесконечно.

Освобожденные дети Нижнего Мира подчиняются лишь Богам. Там совершенно не важно, грешил ты в прошлой жизни или нет.

Либо ты понравился Богам, либо нет. Всё решится в одно мгновение, важно лишь хорошее настроение у Бога. В это мгновение твоя судьба решится только по велению госпожи удачи.

Мимоходом, без каких-либо законов и основываясь лишь на собственных суждениях и личном мнении – вот такой вот Суд Божий.

— М-м-м, в конце концов большинство людей всё же могут переродиться... Ну, именно поэтому, оставшиеся Боги, заменяя так внезапно исчезнувших товарищей, должны не прерывно работать – без всякого отдыха. Чувствуете, что их убийственные намеренья доходят аж досюда? Кандидатуры тех, кто сможет вернуться в Нижний Мир, также утверждаются на тяжелых «Дискуссиях», наполненных убийственными намерениями навести полнейший порядок.

Я не хочу отправиться в такое место, нет, я не хочу умирать... — Бэлл всерьёз подумал об этом.

Если он прямо сейчас встретится с Богами на Небесах, то, похоже, его пригласят пройти в ад без каких-либо объяснений. Просто веселья ради.

Может, его мысли читались у него на лице, но Лили, взглянув Бэллу в лицо, тряхнула плечами и тихо хихикнула.

Бэлл тоже засмеялся с жалким выражением лица.

Но что-то было не так.

— Но Лили когда-то желала смерти.

Вот что.

Это предложение, несомненно, стало тревожным сигналом Бэллу.

— Э?..

— Когда Лили однажды вернётся к Богам... Сможет ли она переродиться в лучшее, чем Лили сейчас... — пробормотала зверодевочка, глядя на Вавилон, нет – в бездонное ночное небо.

Её капюшон немного спал, показалась её каштановая челка, и открылись её огромные глаза, которые сейчас смотрели вдаль.

Казалось, что от этого бездонного чёрного как смоль неба её охватывала мучительная тоска.

— Л-Лили!

Бэлл окрикнул её, как только это заметил.

Он чувствовал, что если не позовёт её, то Лили уйдёт куда-то очень далеко.

Она медленно закрыла глаза, отвела взгляд от неба и повернулась к Бэллу, закрыв глаза чёлкой.

— Простите, я говорила странности.

— ...

— Это всё в прошлом. Не принимайте всерьёз. Даже если Лили говорит такое, она всё равно дышит жизнью.Она не хочет вспоминать об этом.

Бэлл не смог ничего сказать.

Должно быть, это правда. Да, в этой девушке, выпячивающей свою грудь, уже не усматривалось и следа горечи. Похоже, она снова повеселела.

Но именно из-за этого Бэлл не мог понять свои эмоции и тем более выразить их Лили словами.

— Ну, пойдемте, Бэлл-сама – уже поздно. Нам следует поспешить. Лили надо вернуться в дом её Семьи.

Широко улыбаясь, Лили развернулась и крошечными шажками направилась вперёд.

Бэлл посмотрел на её плечи – они казались невероятно тонкими по сравнению с тяжёлым рюкзаком, висевшим на них.

Наблюдая за фигурой Лили, такой несуразной с этим рюкзаком, Бэлл подавил томящее чувство, застрявшее в груди и побежал за ней.

× × ×

— Так, значит. Он снова стал сильнее, — раздался тихий шёпот.

Белая фигура далеко внизу. Она бежала за другой фигурой и постепенно исчезала из виду.

Она дала волю волнению. Её пылающий взгляд неотрывно следовал за скрывающейся фигурой.

Двинулись облака, и луна, выглянувшая в ночном небе, осветила комнату, окутанную тьмой.

Окно во всю стену. Луна ясно, словно лучом прожектора, осветила фигуру, стоящую у окна.

Её стройное и полногрудое тело укутывало лёгкое чёрное платье.

Её необычайно белая и нежная кожа купалась в холодном лунном свете.

Её серебристые, почти достигающие пояса волосы сияли, словно инкрустированные кристаллами льда.

— Превосходно. Ты сияешь всё ярче...

Она – Фрея – протянула руки, словно желая что-то схватить, к окну, что отражало её непомерную красоту; раздался скрежет стекла.

Один из самых высоких этажей Вавилона.

В одной из самых лучших комнат башни, она, словно владелица этого дома, смотрела на Бэлла.

— Всё ярче и ярче? Ты обязан быть таким, раз заставил меня влюбиться с первого взгляда...

В её глазах сияла глубокая любовь, и она устанавливала абсолютное чувство превосходства между ней и тем, кто находился гораздо ниже её.

Фрея безумно влюбилась. В Бэлла.

Откинув все мелочи и просто позволив яростной одержимости поглотить своё сердце, Богиня красоты тосковала по этому парню денно и нощно.

Глаза Фрейи — «глаза провидца» — видят самую сущность людей Нижнего Мира, их «Душу».

Боги между собой провозгласили запрет на использование своей Силы, но ведь это её врожденная способность, потому она под запрет и не попадает. Фрейя с самых истоков с помощью своих глаз судила людей, умерших в Нижнем Мире – особенно тех, кого превозносили как Героя – и провожала их в свои небесные владения.

Это можно назвать коллекционированием.

Её глаза способны быстрее любого уловить цвет душ умерших, потому она всегда собирала тех людей, которые ей нравились.

Людей, проходящих после смерти Суд Божий под её руководством, постигала невероятная удача.

Ожидая смерти, люди, пойманные её взглядом, получали высшее счастье.

Потому что их любило само божество, известное как Богиня красоты, вечно.

И они никогда не освободятся и будут прикованы к ней вечно.

Богиня Фрея отвечает как за красоту, так и за любовь.

Ей принадлежат как положительные, так и отрицательные стороны – смелая и жестокая Богиня красоты.

— Становиться сильнее и более подходящим... Вот твоя обязанность.

Как и множество других Богов она покинула Небеса, бросив свои владения, и эгоистично снизошла в Нижний Мир. Но интересы Фрейи не изменились. Эти глаза просматривали саму сущность детей, их талант и яркость, что позволяло носителям самых превосходных Душ вступать в её Семью.

Никто не мог отказаться. Никто не желал отвергнуть её.

Не существовало человека, который мог бы пойти против магической красоты Фрейи.

Потому члены её Семьи обладали силой, которая выделяла их среди окружающих. Даже в этом городе-лабиринте Семья Фрейи являлась одной из сильнейших.

Локи, зная силу её глаз, даже оценил их как «Гнуснейшая читерская способность».

— Знаешь, мне нравятся сильные мужчины.

Она заметила Бэлла случайно.

Однажды утром ей на глаза попалась его фигура, вышагивающая по Главной улице.

Хочу.

Пронеслось у неё в голове сразу как она увидела его.

Она не испытывала такого уже давно. Всё тело охватила дрожь, живот перекрутило, а дыхание участилось настолько, что казалось она близка к экстазу. Что было до сего момента уже неважно. Она хотела, чтобы это принадлежало ей. Даже если это и было отвратительно, её разум всё равно выдавал это чисто детское желание.

В глазах Бэлла виднелся цвет, который Фрея никогда не видела раньше, – прозрачный.

Каким он станет, или так и останется прозрачным? Интерес Бога безграничен к этому «Неизвестному».

Так почему бы и нет?

Она решила понаблюдать за ним. Покрасить его в свои цвета тоже доставит некое удовольствие, но Фрея всегда успеет сделать это, вдоволь насмотревшись.

— Я в самом деле жду этого. Каким сильным станешь и как засияешь... И каким цветом окрасишься.

В глазах, наблюдающих за Бэллом, действительно присутствовала любовь. Только это была испорченная любовь.

Фрея нежно зажала соблазнительными губами свой указательный палец.

Чарующий аромат тут же заполнил всё вокруг.

— О-о?.. М-м, хи-хи, он снова заметил?

Бэлл, уже ставший довольно маленьким, внезапно остановился и обернулся.

Словно его терзало беспокойство, и он пытался что-то разглядеть. Фрея прикрыла глаза, её улыбка стала ещё шире.

Абсолютно то же самое она чувствовала, когда влюбилась в него с первого взгляда на Западной главной улице. Он заметил взгляд, который изливался из её страстного тела. Его восприятие, похоже, острее, чем она думала.

Или, возможно, эти Глаза уставились на парня чересчур невежливо.

Сначала я думала, что по сравнению с моими детьми его таланты скудные... Так почему? Или всё благодаря его Росту? Хи-хи, а это действительно интересно...

Честно говоря, Фрея могла забрать его сразу же, как только впервые увидела. Заметив его личный разговор с противоположным полом, стало ясно, что его поймать очень легко. Даже если другой Бог одарил его Благодатью, она была уверена, что сможет насильно убедить его.

До сих пор она не сделала этого потому, что до сих пор не узнала, к какой точно Семье он принадлежит. Ей не хотелось ввязаться в дикие разборки с кем-то вроде Семьи Локи или похожих по уровню. Однако не только поэтому.

Только увидев его невинную улыбку, Фрея застывала на месте и могла лишь смотреть. Забывала обо всём на свете.

Жалко Гестию... но я хочу это дитя.

Фрея подумала, что на этот раз лучше сменить стратегию. Да и наблюдать за ним из тени тоже неплохо.

Наблюдать за котенком на коленях и ласкать его – всё же ничего нового от этого не получишь. Иногда стоит ему позволить побродить во дворе.

Всё равно этот сад её.

Она может заполучить всё, что захочет.

— Я уже давно хочу, чтобы ты стал моим... Но всё так запутано. Я хочу, и чтобы это мгновение никогда не настало. Наверное, сейчас идет самое приятное время.

И на этот раз всё будет так же, как всегда. Получив его, её забота о нём будет всё угасать, и в конце концов она устанет от Бэлла. Её любимые игрушки в итоге становились куклами внутри шкафа. Она достаёт их, когда хочет. Но наигравшись, снова ставит обратно.

Ощущения нетерпеливого ожидания и радости в конечном итоге исчезнут. Все её эмоции сотрутся.

Как и любовь. Как только она достигнет пика, то будет лишь медленно угасать. Как только любовь полностью исчерпается, то желания к объекту тут же исчезают.

Всё бессмысленно, но Фрея не согласилась бы.

Именно такова любовь, а Фрея — Богиня любви.

Поэтому, пока коллекция в её шкафу растёт, то всё хорошо. Так думала Фрея.

Она убрала выбившуюся прядь волос, которая касалась её щеки, за ушко.

Под иллюзорным лунным светом её обнажённые плечи казались влажными.

Какое-то время её глаза сияли любовью. Фрея наблюдала за Бэллом, словно нырнула в омут любви с головой.

— Точно. Уже подошло время освоить Магию.

Она приложила указательный палец к подбородку и задумалась.

Склонила голову набок и молча обдумывала, казалось, не хотела отрывать взгляд от Бэлла, который продолжал идти.

Хотя Глаза Фрейи не могли видеть истинную форму Статуса, дарованного другими Богами, но всё же она могла смутно разглядеть его цвет и яркость и уже поэтому судить о его состоянии.

По тому, что она видела, окно Магии у Бэлла заполнено не было. Фрея могла лишь догадываться об этом, наблюдая за ним.

Тут же она протянула руку.

— Подойдет ли?

В углу комнаты стоял книжный шкаф. Довольно широкий и высокий – настолько, что легко мог закрыть её с головы до ног.

Её тонкие пальцы потянулись к центральной полке и вытащили одну книгу с толстым корешком. С хлопком книга упала, и Фрея её подобрала.

Пролистав несколько страниц, чтобы убедиться в содержимом, Богиня красоты удовлетворенно кивнула.

— Оттар, — позвала она.

— Да, — ответил ей внушительный голос.

У входа в комнату стоял человек.

Зверочеловек с короткими волосами цвета руды и свиными ушами. Крепкий мужчина с каменным телом двухметрового роста.

Он стоял словно статуя, словно верный пёс, ожидая слов Фрейи – его хозяйки.

— Возьми книгу...

Фрея задумалась, как же передать книгу, и оборвала предложение на полуслове.

Она отвела руку и внимательно посмотрела на книгу.

— Могу я спросить, что случилось?

— Хи-хи, ничего, совсем ничего. Просто забудь то, что я только что сказала.

— Понял.

Оттар коротко согласился, и Фрея тут же выкинула его из головы. Она смотрела на книгу в своей руке и слегка улыбалась.

Верно. Совершенно не обязательно доставлять книгу прямо в руки.

Если этот такой громила появится перед ним и молча передаст книгу, то парень, скорее всего, сильно испугается. Всё должно произойти не так. Фрея улыбнулась и решила.

Не нужно лично передавать. Книга сама попадет ему в руки.

Я оставлю её там.

На улице, где она столкнулась с ним и влюбилась с первого взгляда.

In the shop that was opened there.

В баре, который там открыт.

Она оставит книгу там, и в любом случае её передадут ему.

В окутанной сумерками комнате Фрея, продолжая смотреть словно сталкер*, тихо смеялась про себя.

× × ×

— Апчхи!

Сил мило чихнула.

Продолжая держать руку у рта, она покраснела. Нервно осмотрелась: на неё устремились взоры персонала бара. Щеки Сил покраснели ещё больше, она опустила голову.

— Сил, ты простудилась?

— У... У-у-у. Я в порядке, не нужно волноваться.

На вопрос эльфийки Рю Сил, с лица которой ещё не сошла краска, смущённо улыбнулась.

Сил замахала ей руками, и её волосы пепельного цвета, собранные в пучок, словно оданго, тоже затряслись.

— Возмяужно, кто-то Сил упомяунул, ня-я?

— Если так, то ответ очевиден... Ни-хи-хи, это тот парнишка-авантюрист, няя.

— Хлоя, я ведь разозлюсь.

Кошкодевушка ухмыльнулась ей, на что Сил слегка приподняла брови.

На это девушка по имени Хлоя подмигнула ей, продолжая ухмыляться. Она переносила стол, но под юбкой её хвост радостно дёргался.

Сил тяжело вздохнула.

— Но всё-таки этот авантюрист-кун вчера так и не пришел.

— Обычно он приносит пустую, няя, полную любови коробку бэнто, няя.

— Неудивительно, что сегодня Сил пришла так рано. Наверняка хотела разыскать этого парня, няя.

— Не хотела я!

Её коллеги перетаскивали столы, чтобы подготовить обстановку бара, но это не мешало им смущать её со всех сторон. Слова Сил были решительны, но её сослуживцы продолжали ухмыляться и не думали отступать, продолжая сновать по бару, словно тараканы.

— Сил, всё будет хорошо. Кранэл-сан так просто не забудет про твои чувства. Должно быть, вчера он не пришел, потому что поздно вернулся из подземелья.

— Рю, это немного не то... М-м-м, забудь.

Рю лишь недоверчиво посмотрела на Сил, которая сдалась и поклонилась ей. Она не понимала всю серьёзность сказанной фразы Сил: — Это всё недопонимание.

С тех пор, как она впервые дала Бэллу бэнто, это превратилось для Сил в каждодневную заботу.

Она всё не могла понять, почему окружающие постоянно всё не так понимают, и как это недопонимание приводит к таким ситуациям.

Обычно Бэлл возвращал коробку от бэнто вечером того же дня, но вчера он не пришёл. На следующее утро все в баре поддразнивали Сил из-за этого.

—Может, няя, у него неприятности в подземелье, может, няя?

— Эй-эй, Аня, не спеши! Этот авантюрист ни за что не оставит Сил и не исчезнет!

— Как я устала от всего этого...

— Сил, не отчаивайся. С Кранэлом-саном, скорее всего, всё хорошо.

— Нет, Рю, я не об этом...

— Всё как Рю и сказала, няя. Он не умрёт, няя. А может, я тоже не хочу его смерти, няя. Если он умрет, то грудь мя будет разрываться от боли, няя...

По бару тут же поползи шепотки.

— Невозможно...

— Даже Хлоя...

Сил с недоумением закачала головой, словно стараясь сбить наваждение.

— Его не заменить, няя... Да, если и захочу, няя, то у меня не получится, няя...

— Х-Хлоя? О... О чём ты?.. — не поняла внезапных непонятных слов кошкодевушки Сил.

Хлоя с прищуром поглядела на Сил.

— Сил. Мя хочет публично признаться...

— В... в чём?

— Мя... У меня всё горит внутри, когда я вижу его соблазнительную фигуру и незрелую попку!..

— ...

— Стоит мне только подумать об этом плоде, покрытым тонким слоем жира, сразу же охватывает грязное желание!.. Мя, Мя... Фу-ах, Фу... Ай!

— ...

— Ай, стой... Больно, прости, и... извини!..

Все остальные сотрудницы бросились останавливать Сил.

Этим утром суета в баре «Хозяйка изобилия» отличалась от той, что была раньше.

— Эй, глупые девчонки! Хватит играться, марш работать! — прокричала из-за дверей управляющая Миа, видя, что приготовления к открытию не идут.

Девушки разом вздрогнули и поспешно вернулись к работе.

— Ну что поделать, — сказала женщина-дварф, выглянув, и пожала плечами.

— Э? Сил, что это?

— А?

Сил обернулась и посмотрела, куда указывала одна из сотрудниц бара, — в угол.

На особый столик в углу бара, который Сил бронировала для Бэлла, когда он пришёл сюда в первый раз несколько дней назад.

На том месте, где он раньше сидел, лежала книга.

— Это же...

— Кто-то что-то оставил?

— Няя, что это, няя?

— Что случилось, няя?

Весь персонал бара завытягивал головы, подглядывая за спину Сил, которая держала книгу обеими руками.

— Мя, няя, не умеет читать, няя.

— Как и я, няя.

— Да знаем мы. Можете помолчать?

— Жестоко, няя.

— Жестоко, няя.

— Сил, в чём дело?

— Там лежала книга... Не похоже, что она кого-то из наших. Может, посетитель забыл?

— Хм? Не припоминаю вчера там ничего...

— Ладно, может, это показалось Лунор, ня. Вдруг это не кто-то забыл, а кто-то нарочно положил, ня? Пум-пум, только зачем, у меня уже голова болит, няя.

— Как всё сложно с такими дурындами, няя...

— У-а-а, ты плохая!

Игнорируя шум, Сил и Рю осматривали книгу.

Неизвестная толстая книга с белой обложкой, от неё исходил запах старой бумаги.

На обложке выгравированы различные геометрические фигуры, но название нигде не указано.

— Постой. Неужели...

Рю, кажется, что-то поняла, но тут раздался гневный крик Мии:

— Почему я должна повторять?! Или слов уже не достаточно?! Ладно, тогда я вобью это в ваши головы!

Все тут же испугались.

— П-погоди, мама, няя. Мя нашла странную вещь, няя!

— Вот, вот!

— Сил, быстрей покажи её маме, няя!

— М-м, странную вещь?

Сил подтолкнули окружающие девушки, и она вышла вперёд. Её тонкие пепельные волосы тряслись, когда она показывала книгу крайне удивлённой Мие.

— Миа-мама, вот, книга. Похоже, её забыл посетитель. Что с ней делать?

— А-а-а?..

Под взглядом работниц, сглотнувших слюну, Миа переводила взгляд с Сил на книгу. Затем управляющая нахмурилась.

?..

Рю удивилась выражению лица Мии. Она никогда не видела, чтобы у управляющей с силой первоклассного авантюриста было такое озабоченное выражение лица.

Пока эльфийка поражалась и не верила своим глазам, Миа взглядом буравила книгу, а после приказала Сил слегка менее низким и скупым голосом:

— Положи на видное место. Коль не дураки, заметят пропажу и вернутся.

— Хорошо.

Сил со всей серьёзностью поклонилась, и все быстро разошлись по местам.

Из-за нагоняя Мии весь персонал работал усерднее обычного.

Рю на секунду замерла на месте, но увидев лица своих болтающих и весело смеющихся коллег, глубоко вздохнула и тоже вернулась к работе.

× × ×

— Бэлл-сама, нет! У ног!

— Э?

Крик Лили ударил по ушам.

Местоположение – седьмой этаж. Я уже приготовился к прыжку на Муравья-убийцу с Кинжалом Богини в руке, но всё же не понял этого внезапного предупреждения.

Я не смог полностью контролировать ситуацию на этаже, хотя и знал его как свои пять пальцев.

— Ги!..

— ?!

Внезапно я понял смысл предупреждения Лили.

Рого-кролик.

Монстр вида кролика с рогом на лбу зашёл со слепого пятна, пригнувшись к земле. Если бы меня пронзило Добычей, которая считается высококлассным оружейным материалом, то смертельной раны было бы не избежать.

Пока я глядел в пару тёмных глаз, Рого-кролик приготовился кинуться на мою левую ногу.

— !

Моя нога сейчас находилась в воздухе, уклониться я не мог. Моё тело неслось на большой скорости, а правая нога почти оторвалась от земли.

Я быстро согнул левое колено.

Снизу броня есть лишь в одном месте – на колене. Чтобы защититься от внезапной атаки однорогого зверя, я решил рискнуть. ... И без малейшей ошибки, удар однорогого пришёлся на наколенник.

Отдача от столкновения прошла сквозь металлическую пластину и ударила в кость.

От столкновения с Рого-кроликом раздался металлический звон, и я потерял равновесие.

— ГА-А-А-А-А-А-А-А-А!

Они словно сговорились.

Муравей-убийца, которого я собирался атаковать, теперь уже атаковал меня. Более того, их было двое.

За прошедшие дни я кучу раз сражался с Муравьями-убийцами. Бывало, бои шли четверо на одного.

Но сейчас только двое... Наверное, это наказание за мою гордыню.

Прямо на меня неслись четыре клешни.

— М-м-м?!

Я закрыл лицо изумрудным наручем.

Благодаря высокой прочности броня особо не пострадала. Однако на руку пришёлся мощный удар, меня отбросило в сторону.

Мне всё никак не удавалось удержать равновесие. Я не упал, но ноги держали с трудом.

Затем, вырывая победу, второй Муравей-убийца кинулся в добивающей атаке.

Плохо.

Меня задавят.

Только муравей воспользуется преимуществом от удара и повалит меня на землю, то тут же в ход пойдут этими четыре клешни. И, пока я не смогу двигаться, они разорвут меня на восемь кусков. Ведь броня Муравья-убийцы как тяжела, так и прочна.

Эйна-сан часто напоминала мне обращать внимание на это.

Я слишком худой, и если монстр прижмёт меня к земле, то пиши пропало

Ах...

Уже второй раз.

Чувство неминуемой смерти – такое же, как и с Минотавром.

Тело дрожало, сознание сковал страх, я не мог двинуться и лишь ошарашено замер. Дыхание тоже остановилось. Время замедлило свой ход.

Муравей-убийца внезапно раскрыл пасть и показал уродливую морду.

Из пасти стекала слюна, и я ясно видел эти тошнотворные хелицеры.

В голове пусто. Я лишь безучастно готовился к удару Муравья-убийцы.

— Нет!!!..

Сразу за криком Лили откуда ни возьмись вылетел огненный шар.

— ?!

— ГИКИА-А-А-А-А-А-А-А?!

— Бэлл-сама!

Огненный шар ударил Муравья-убийцу в голову, и тот скорчился от боли, течение времени восстановилось.

Я вздрогнул от крика Лили, но тут же кинулся со скоростью молнии и замахнулся правой рукой с Кинжалом Богини.

— ГИ?!

— УА-А-А-А-А-А!

Горящая голова Муравья-убийцы взлетела в воздух под аккомпанемент чистого звона металла. Остался ещё один. Другой Муравей-убийца замешкался и тоже погиб от одного удара.

Но по телу монстра я рубанул дважды. Финальные мгновения этой сцены лицезреть не удалось, пришлось обернуться.

Прямо в это мгновение Рого-кролик уже прыгнул, надеясь застать меня врасплох. Я вытащил кинжал и с яростью встретил его прыжок.

— КИ-И-И...

— Ха!

Только убив последнего монстра, я смог выдохнуть.

Лишь сейчас меня прошиб пот. Я присел и вытер лицо.

Было очень опасно.

Я мог лишь тяжело дышать, пока бешеный пульс стучал у меня в ушах.

— Бэлл-сама, вы не ранены?

— Лили. Спасибо тебе огромное.

Глядя на приближающуюся фигуру Лили, я постепенно растерял все свои силы и осел на землю.

— Сейчас вы были слишком беспечны! Здесь и правда сложно разобраться, но Бэлл-сама тоже виноват!

— Прости...

Мне нечего было возразить.

Беспечен. Нет, я был слишком тщеславен и переоценил себя. Думал, что смогу мгновенно убить двух Муравьёв-убийц.

Всё как в учебниках... Как предупреждала Эйна-сан о том, как разбираться с этим. Если меня и атаковал Рого-кролик, то всё не должно было так обернуться.

Меня охватил ужас. Ужас подземелья. Тут нет ничего абсолютного.

Если бы я сделал неверный шаг, если Лили тут не было, тогда бы я точно умер.

Дрожь всё не унималась, этот урок я вырежу в сердце. Поспешность может мгновенно забрать чью-то жизнь.

Голос Лили, грубо распыляющей о том и об этом, влетал в одно ухо и тут же вылетал из другого. Она тяжело вздохнула.

— Вы слушаете, Бэлл-сама?!

— А, э, извини... Прости, этого больше никогда не повторится...

— Похоже, вы, в самом деле, сожалеете. Тогда Лили больше ничего не скажет. Если вы не научитесь на этом, то виноваты будете вы сами, Бэлл-сама.

Я ещё раз кивнул и пообещал никогда не повторять ту же ошибку, а потом поднялся.

Я снова поблагодарил Лили и тут вспомнил, что до этого произошло.

— Кстати, Лили, ты сейчас использовала магию?

— А?!

Лили вздрогнула от моих слов. Она поспешно спрятала небольшой красный кинжал, который держала в правой руке, за спину.

— Неужели магический меч? Ты использовала его, чтобы помочь мне... Я так благодарен, даже рад.

— А!.. Я н... не помогала именно Бэлл-саме! Просто если Бэлл-самы не станет, то доход Лили уменьшится! П... пожалуйста, не поймите неправильно!

— О чём ты, Лили?..

Я выразил недоумение на лице на эту непонятную путанную речь, у Лили от удивления округлились глаза. Она покраснела и схватилась за голову, покрытую капюшоном.

— Что Лили сейчас сказала?.. Много, слишком много...

— Так... Лили, ты купила магический меч?

— Ха... Ха-а-а. Много что произошло, и в результате он как-то очутился у Лили...

— А-а-а. Но разве магический меч не разрушится, если им много пользоваться?

— Да, поэтому Лили использует его только в крайней необходимости. Но ради Бэлл-самы Лили не станет сдерживаться!

М-м-м, что-то это противоречит её предыдущим словам. Ну да ладно.

Полдень мы встретили чувством голода. Лили опустошила труп монстра, и мы заняли центр комнаты. Из стен возрождаются монстры, и, если прислоняться к ним, то можно попасть под атаку, поэтому во время привала лучше занимать центр комнаты.

Тут очень просторно, и даже если появятся монстры, им не удастся напасть внезапно.

Кстати, я ещё не вернул коробку, которую брал у Сил-сан...

Набивая рот простой едой, я вспоминал об обеде, который вчера она мне дала.

Вчера мы вернулись очень поздно, и я не смог вернуть коробку. А утром я проспал и упустил шанс посетить Хозяйку изобилия. Чувствую, случится что-то плохое, если сегодня не верну её...

Следом мы погрузились в разговоры.

В подземелье было невероятно тихо. Никаких признаков появления монстров.

Я тайком наблюдал за беззаботной улыбкой Лили и нервно ждал возможности напрямую спросить то, что терзало меня.

— Кстати, Лили, ты ведь говорила, что тебе вчера нужно было вернуться в Семью. Что-то случилось?

Я собирался спросить это мимолетом, но выражение лица Лили резко окаменело.

Она тут же скрыла это улыбкой, хотя улыбка казалась слишком натянутой.

Как и ожидалось... Не стоило это упоминать.

— Почему вы спрашиваете, Бэлл-сама?

— Всё же у Лили и других членов её Семьи ужасные отношения, поэтому я немного волновался... Прости.

Я слышал, что Лили игнорировали в её Семье и обида от этого никуда не делась. Меня переполняли эмоции, когда услышал, что Лили вчера ночью возвращается в резиденцию своей Семьи.

Ничего не поделать – пришлось извиниться, сожалея об этом. Лили расслабилась и улыбнулась.

— Спасибо за беспокойство о Лили, Бэлл-сама. Но всё хорошо. Ничего, о чём мог бы волноваться Бэлл-сама.

— Правда?

— Ха-ха, да. Вчера Семья Сома устраивала ежемесячный сбор.

— Сбор?..

— В основном там говорили о том, сколько нужно заработать в следующем месяце. Сумма зависит от членов Семьи и всегда разная, поэтому там обязаны присутствовать все.

Эксплуатационные расходы Семьи, наверное, что-то вроде этого.

Сбор средств от доходов членов. В каком-то смысле это норма, когда присоединяешься к крупной фракции. В моём понимании, это тоже самое, что арендная плата за дом. Ничего подозрительного.

Лили игнорировали члены её собственной Семьи, от чего она решила стать Помощником. Наверно, ей пришлось сделать это, чтобы хоть как-то собрать нужное количество денег.

— Но это жестоко – требовать ото всех выполнения своей доли. А для тех, кто может добыть мало...

— Верно, Лили думает также. Особенно для Помощников или новичков...

А! Я вытаращил глаза.

В это сложно поверить, но всё же придётся принять.

Недавно Лили говорила так, потому что ей и правда нужны деньги?..

Возможно, поэтому у неё плохие отношения с товарищами – всё из-за денег.

— А что с теми, кто не выполняет квоту? — тут же спросил я.

Похоже, Лили поняла скрытый смысл моих слов и улыбнулась. Она потрясла головой и ответила:

— Да ничего особенного.

Значит, наказания нет... Я, как дурак, успокоился, но когда такой ребенок-зверодевушка работает одна, меня не покидают дикие домыслы о том, что же происходит внутри Семьи Сомы.

Лили поглядела на моё хмурое и беспокойное лицо и коснулась своей головы, словно извиняясь. Извиняясь?..

— Л-ладно. Я слышал, Семья Сома продаёт вино?

Повисла напряжённая атмосфера, потому я попытался сменить тему и криво улыбнулся.

— А-а, это всё... бракованное.

— Брак?.. Э-э?

— Да. Только бракованная продукция, которую перегоняют в вино, выходит на рынок. Глупо было бы просто его выбрасывать.

Секунду.

Эйна-сан точно говорила, что вино Семьи Сомы очень изысканное. И спрос на него чрезвычайно высок... В конце концов среди покупателей вина есть и множество экспертов. И то, что эти люди оценивают как исключительное вино, на самом деле... брак?

Как можно назвать такое вино бракованным?

Я даже не пытался скрыть замешательство, а Лили лишь туманно улыбнулась.

— Даже если это брак, всё равно это очень изысканное вино. Как-то так.

«Тогда может, не стоит говорить, что это «брак»?» Хотел я спросить.

Нет, если так, то «что же тогда «конечный продукт»?»..

— Почтенный Бог Семьи Лили – Сома-сама – очень отдалился от других Богов-сама. Его ничего не интересует... За исключением одного – производства вина.

— ...

— Это единственный интерес Сомы-самы, который может заставить его трудиться, ни на что не отвлекаясь... Причина, по которой Сома-сама создал Семью, да и само существование Семьи Сома служит лишь одной цели – помощь в создании вина.

Производственный процесс требует больших расходов. Похоже, что ради него и устанавливаются фиксированные доли для членов Семьи.

Не такая уж и редкость, что Бог создаёт Семью лишь ради своего увлечения. Всё же Боги бесконечно гонятся за развлечениями. Можно понять, что кроме обеспечения уровня жизни они занимаются и какими-то хобби. Боги активно участвуют в этом деле, и потому, что оно их крайне заинтересовало в самом начале.

Но... Почему у меня до сих пор такое чувство, будто с Семьёй Сома что-то не так?

Это не обязательно из-за того, что я узнал об обстоятельствах Лили, но если мне открылось внутреннее искаженное состояние Семьи Сомы, то, возможно, всё именно из-за этого.

Безумная гонка за деньгами, Тревога, Отчаянье

Выражение лица Эйны-сан, когда она говорила эти слова, внезапно промелькнуло у меня в голове.

— А-ахах... Ес... Если это вино настолько вкусное, то хотел бы я его попробовать...

С крайне нестойким выражением лица, я пошутил, пытаясь продолжить наш диалог.

Лили посмотрела на меня, находящегося в таком состоянии, словно я собирался исчезнуть в любой момент, и слегка улыбнулась.

— Лучше остановиться...

— ...

Наш разговор закончился, когда она пробормотала это себе под нос.

Мы не решались продолжить разговор и, когда уже в открытую начали страдать от безделья, внезапно появились монстры, и у нас не осталось другого выбора, кроме как сражаться. Лили быстро восстановила былое настроение, я мог лишь принять это.

Пропасть между нами никуда не делась.

Я не знаю, возможно ли её заполнить.

Я хорошо понимаю это.

Снова дала о себе знать моя слабость, моя неспособность что-либо сделать, мрачные мысли охватили меня.

× × ×

Прошло два дня.

Уже прошел день с тех пор, как я ходил в подземелье вместе с Лили.

Позавчера Лили сказала, что у неё какие-то дела, поэтому она не сможет пойти в подземелье.

Я не знал, связано ли это с её Семьёй, но извиняющееся выражение лица Лили до сих пор не выходило у меня из головы.

Почему-то я растерял всю мотивацию и вчера тоже не спускался в подземелье.

Мне следовало воспользоваться этим перерывом и забыть обо всех проблемах, связанных с подземельем. Хотя я и пытался убедить себя в этом... Но всё-таки это не объяснить.

Каждый раз, вспоминая лицо Валенштайн, меня переполняют мысли в стиле «у тебя нет времени прохлаждаться». Но всё равно мотивация у меня на нуле. Примерно как у парусной лодки в штиль.

— А-а, пора это прекращать.

Я взъерошил волосы, вздохнул и выкинул все мрачные мысли из головы.

Нужно действовать. Чем-нибудь заняться. Нельзя позволять себе так разлагаться.

За пробудку не считается, но, в любом случае, мне нужно перестать думать о проблемах Лили.

Займусь-ка уборкой – давно её не было...

Дома я проводил куда меньше времени, и создавалось ощущение, что тут полный бардак.

Плохо всё сваливать на Ками-саму. Когда я подумал об этом, то тут же встал с дивана... И тут в моё поле зрения попала корзинка, стоящая на шкафу.

— Ох.

Я идиот.

— Мне очень жаль!

— Ах-ха-ха-ха...

Я с хлопком сложил ладони и опустил голову.

Уже полдень. Я прибежал в Хозяйку изобилия и сейчас извинялся перед Сил-сан. Я не мог вымолвить ни единого объяснения столь глупого поступка – уже несколько дней подряд забывать о корзинке.

— Пожалуйста, подними голову, Бэлл-сан. Всё хорошо.

— Нет, но...

— Раз уж всё так вышло, то, пожалуйста, в следующий раз не забудь об этом. Что было, то прошло, поэтому в будущем покажи действиями свою искренность.

О чём ты... Я встревожено глянул вверх.

Сил-сан, слегка улыбаясь, смотрела на меня нежным взглядом.

В это мгновение я всем сердцем ощутил, что этот человек действительно старше меня.

— Но знаешь. Отсутствие каких-либо вестей действительно взволновало меня. Я даже пару раз ошиблась в работе.

— Прости...

— А ещё меня дразнили.

Сил поджала губы, а в её глазах виднелась слабая обида. М? Интересно, почему её щеки покраснели. Она кашлянула и сделала вид, будто ничего не произошло.

Хоть я и вернул корзинку, у меня оставались некоторые сомнения. Но затем я взял меню, ибо будет слишком подло просто вернуть ей вещи и на этом распрощаться. Это, конечно, не равноценный обмен, но я просто обязан что-нибудь заказать.

Остальными посетителями были в основном женщины Домохозяйка-зверочеловек улыбается своим детям. Они с воодушевлением набивали рты фруктами с тарелки.

— Эм, а раньше тут было это украшение?

Со стула у барной стойки мне открывался вид на весь бар, и одна белая книга попалась мне на глаза.

Стоит у стены позади меня... Сказать, что она элемент декора – несколько натянуто.

— А-а-а-а, это...

Сил подала меню и внезапно замолчала. Однако она заговорила до того, как я успел выразить какие-либо сомнения.

— Кто-то оставил её в баре. Мы поставили книгу там, чтобы он заметил и забрал её, когда вернётся.

— О-о-о, — поразился я. Кто-то действительно умудрился забыть такую толстую книгу в баре.

После я продолжил неспешно разговаривать с Сил-сан, она принесла торт и красный чай. Похоже, кошкодевушка из персонала решила позволить Сил-сан отдохнуть. Надеюсь, что с этим всё нормально.

Всё равно это мне кажется немного подозрительным.

— Так ты сегодня отдыхаешь?

— Звучит, конечно, хорошо...

Я скрыл всё о Лили и рассказал о своём внезапном отсутствии мотивации.

Это не случайные слова. Наверное, я просто хотел поговорить об этом с кем-нибудь.

Кроме того, мне бесстыдно хотелось, чтоб кто-нибудь помог полезным советом.

Сил посмотрела на меня и через мгновение улыбнулась.

— Тогда как насчет почитать?

— Почитать?

— Да. Не похоже, что Бэлл-сан из тех, кто читает. Почему бы не воспользоваться шансом и не попытаться?

Раз так, то книга может стать хорошим стимулом, добавила Сил-сан.

Почитать... Никогда не думал об этом. Но это и правда может помочь мне.

Я всегда был полон воодушевления, когда заканчивал читать книги о героях.

Погрузиться в мир книги и позволить сердцу прыгать от радости – возможно именно это вытянет меня из меланхолии.

— Хм, наверное, это не такая и плохая идея. Большое спасибо, Сил-сан. Я попробую прочитать что-нибудь.

— Очень рада, если смогла помочь тебе.

Я с благодарностью принял предложение Сил-сан, и, когда уже думал, что следует сменить тему с себя на что-то другое, она добавила:

— Какие книги тебе нравятся?

— Да даже не знаю. У нас дома лежит много книг от Ками-самы. Наверное, возьму какую-нибудь оттуда...

Когда я уже думал, что, наверное, стоит сходить в книжный магазин, Сил-сан принесла белую книгу, которая стояла прислонённая к стене.

— Почему бы тебе не почитать эту?

— Э? Но её же оставил посетитель...

— Всё будет хорошо, ты же вернёшь. Книги ничего не теряют, если их читать. И она может быть как-то связана с авантюристами. Может, она как-то поможет тебе, Бэлл-сан.

Этот бар очень популярен среди авантюристов, так что можно представить, кто является хозяином книги.

И в самом деле: настолько дорогую книгу он видел впервые. Возможно в будущем у него не появится шанса прикоснуться к ней.

Но брать чужую вещь...

— Не волнуйся. Мама Миа казалась огорченной, когда увидела, что эту книгу забыли. Если Бэлл-сан возьмёт её, то, возможно, это несколько нам поможет... И...

Сил-сан слегка смутилась.

— Я хочу помочь тебе, Бэлл-сан...

— ...

— Я могу лишь это, поэтому, Бэлл-сан, примешь ты это?

Я мог лишь слабо улыбнуться на признание в таком будто обычном желании.

С благодарностью приму.

Я не хотел огорчать Сил-сан, поэтому решил взять книгу.

Когда я взял её, то нежные руки Сил-сан коснулись моих, от чего моё сердце бешено заколотилось.

— Б-большое спасибо. Тогда, мне уже пора идти.

— Хорошо. Спасибо, что пришел.

Я запаниковал и использовал этот предлог, чтобы встать.

Я похвалил торт и поспешно вышел из бара.

Всё также, как и с Эйной-сан... Только я касаюсь девушки, как тут же охватывает невероятное волнение. Лицо пылает. Какой же я наивный.

— Сил, ты одолжила ему книгу?..

— Да.

— Ты знала, что эта вещь лишь отдалённо принадлежит бару, но всё-таки одолжила её. Как необычно для такой серьёзной Сил...

— Вы, няя, разве не слышали фразу «любовь слепа», няя? Сил, няя, не пересилить это, няя.

Я быстро бежал домой, всё ещё смущаясь от прикосновения тёплых рук Сил-сан.

× × ×

Вернувшись, я тут же приступил к чтению.

Ками-сама ещё не вернулась, так что поначалу я держал белую книгу в руках, а затем положил на стол.

Я пододвинул стул и нервно перевернул обложку без названия.

Автобиография: Зеркальное Зерцало: Самая красивая волшебница в мире это Я. Приложение: Пробуди свою магию!

С самого начала какие-то нехорошие ощущения.

Глава 1: Современная магия, которую поймут даже Гоблины!

Тогда почему бы не обучить Гоблинов магии...

Я отчаянно сопротивлялся искушению захлопнуть книгу. Но всё же я не мог предать хорошие намерения Сил-сан, потому заставил себя и продолжил читать.

Начало было то ещё, но содержание оказалось вполне нормальным.

По оглавлению эта книга, похоже, как-то связана с магией.

— О-о-о-о! — мои глаза засияли, и я с воодушевлением погрузился в чтение.

Магия делится на врожденную и приобретенную. Врожденная, что очевидно, связана с происхождением способностей личности, а также его расы. Древние магические расы несут в себе потенциальный талант и через тренировки и ритуалы могут с раннего возраста обучиться магии. Однако также присутствует и вероятность в предвзятости атрибутов магии, но большинство обладают широким спектром возможностей.

Текст написан на общем языке, так что я едва его понимал.

Но что это за вставочки между строк?..

Древние письмена... Нет, наверное, это формулы?

Я перевернул страницу.

Приобретённая магия использует Божью Благодать в виде питательной среды, поэтому становится возможным её использование. Появляются неограниченные пути развития. Всё это прямо зависит от Очков опыта.

Это отличалось от иероглифов, но и не походило на языки полулюдей.

Нет единой формы – лишь группа сложных и странных знаков.

Я тонул в стиле этого... текста.

Я перевернул страницу.

Магия схожа интересом. Это первое, что требуется для приобретенной магии. То, что заботит человека, с чем он соглашается, что ненавидит, о чём мечтает, к чему стремится, о чём сетует, что чтит, в чём клянется и чего желает. То, во что они верят, всегда существует в их телах. Божья Благодать лишь отражает нетронутую часть души.

Появилось «Изображение».

Лицо. Глаза, нос, рот, уши. Человеческое лицо.

Его составляли тёмные буквы текста Глаза закрыты. Лицо книги.

Я перевернул страницу.

Если желаешь, следует лишь попросить. Если желаешь, то нужно лишь пошатнуть. Если желаешь, то нужно лишь сидеть и увидеть. Зерцало, что не допустит обмана, уже готово.

Стоп, это «Лицо». Это же моё лицо, ничего больше нет, только голова.

Нет, это «Маска». Другое моё лицо. То, которое я не знаю – другая сторона сознания.

Я перевернул страницу.

Тогда начнём.

Глаза открылись. Я услышал свой голос.

Багровые глаза, собранные из букв, пронзили меня. Небольшие губы из коротких фраз начали плести слова.

Я перевернул страницу.

Что для меня магия?

Я не знаю.

Нечто неясное, но могущественное.

Финальный рывок для победы над монстрами. Тайна, которая позволяет Героям восстать из мертвых.

Могущественная, полная силы, лишенная жалости и непреодолимая.

Я желаю получить её, хочу опробовать хоть раз. Чистое стремление.

Я перевернул страницу.

Что для меня магия?

Могущественная сила.

Великое оружие, которое способно уничтожить слабого меня.

Могущественное оружие, которое может вдохновить слабого меня.

Это ни тяжелый щит, ни исцеляющие длани.

Сила Героев, способная сломить препятствия на их пути.

Я перевернул страницу.

Чем для меня является магия?

Чем?

Чем является Магия?

Когда я слышу о магии, то думаю об огне. Самое первое, что приходит на ум, – огонь.

Могущественный, неистовый, полыхающий.

Способный сжечь поля, поднять вверх пепел, встревожить небеса. Поглотить всё, словно волны, поколебать солнечные лучи. Нечто, что не соответствует слабому мне, – ярко-красный огонь.

Жарче чем что-либо и никогда не угасающий... Бессмертный огонь.

Я хочу стать огнём.

Зачем тебе нужна Магия?

Чтобы стать сильнее, чтобы встать рядом с ней.

Стать более ловким, чтобы встать рядом с ней.

Словно вспышка молнии, прошедшая через прорези меж облаками.

Словно оседлать молнию.

Сильнее, чем кто-либо, Сильнее, чем кто-либо, Сильнее, чем кто-либо.

Сильнее, чем кто-либо, оно должно быть более проворным.

Чтобы встать рядом с ней.

Чтобы она заметила

И только?

Если возможно, если возможно, если возможно.

Я хочу стать Героем.

Я хочу стать Героем, к которым всегда стремился с тех самых пор и о которых я до сих пор мечтаю, словно дурак.

Как те, кто появляется в мифах. Герой, которого все хвалят и превозносят.

Даже если это бесстыдное заблуждение, даже если это тщеславие, от которого тошнит, даже если это мечта, которой никак и ни за что не сбыться.

Я хочу стать Героем, которого она признает.

Как по-детски

Прости...

Но это Я.

Я в книге наконец улыбнулся.

Следом моё сознание погрузилось во тьму.

× × ×

— ...кун... элл-кун.

Слышу голос.

Он эхом расходится в моём непроглядно чёрном сознании. Тёплый и красивый голос звучит у меня в ушах.

Лёгкий зуд, вдруг свет пронзает тьму.

— Бэлл-кун!

В следующее мгновения я проснулся.

— А... К-Ками-сама?

— Ага. В чём дело, почему ты лежишь на столе? Если ты хотел спать, не мог выбрать места получше?

Ками-сама приблизила ко мне лицо, и я оглянулся сонными глазами. Затем я поднял голову и осмотрелся.

Я в нашем доме. Комната, скрытая в церкви. Время... семь часов вечера. Уже вечер.

Я подумал, что ещё нормально не соображаю, поэтому решил удостовериться в происходящем ещё раз.

— Ты читал книгу? Ха-ха, занялся непривычным делом, и в итоге проиграл сну?

— О... Ах да... Наверное?

Я уснул?..

Книга, которую я одолжил у Сил-сан, ещё лежала открытой на столе.

Я закончил читать?..

Я прижал пальцы к вискам. В голове всё гудело словно от удара.

Мелькали какие-то неясные воспоминания. Всё казалось нереальным сном.

С кем я говорил? Что у меня спрашивали? И эти воспоминания – всего лишь сон?

Плохо, всё слишком запутано...

— Ха-ха, как мило. Мою усталость как ветром сдуло, только я увидела смешное личико Бэлл-куна.

— С-смешное...

— Хи-хи. А теперь давай быстрее поедим.

Я несколько смутился от её слов, но Ками-сама улыбнулась и пошла к шкафу.

Пока Ками-сама переодевалась, я ждал за дверью. Прозвучало «уже можно», и из двери показалось крохотное личико. Затем я приступил к готовке. Хоть я и вернулся домой раньше, но до сих пор ничего не приготовил, и от этого чувствовал себя немного виноватым. Но когда мы вместе стояли на кухне, то Ками-сама очень обрадовалась этому, её щеки порозовели. Я последовал её примеру и тоже улыбнулся.

— Бэлл-кун, что это за толстая книга? Это же не ты её принёс?

— Какие грустные слова... Я одолжил её у знакомой.

— О, можно я тогда тоже потом взгляну? Редко когда увидишь столь древнюю книгу. У меня аж дрожь по телу.

— Какая же ты любительница книг, Ками-сама.

Мы убрали после нашего простого ужина, поочередно сходили в душ, и наконец наступило время обновления моего Статуса. Частота обновлений в последнее время увеличилась, если сравнивать с тем, что было раньше.

И Ками-сама, похоже, наконец-то привыкла к работе в филиале Семьи Гефест. Она выглядела расслабленной и способной уделить мне время.

Пока Ками-сама доставала иглу, которая поможет выпустить из пальца Божью кровь, я снял рубашку и лег на кровать.

— М-м-м ... М-м-м-м?.. Э-э-э-э?

— К-Ками-сама... Мой статус продолжает расти?

— А-а, это не изменилось. Твоё состояние – идеальное, по-другому не описать скорость твоего роста.

Я со страхом поинтересовался у Ками-самы, издающей такие странные звуки, мой затылок нагревался от неприятного голоса.

Ещё злится... Или снова разозлилась?

Такое ощущение, что у неё так каждый раз, когда мы обновляем Статус...

— Ох, ты такой упрямый. Надеюсь, это не изменит тебя.

Ками-сама бормотала жалобы, на которые сложно ответить.

Я ничего не могу сделать – лишь замереть в атмосфере надвигающейся бури.

Я не знаю почему, так как не мог увидеть, но похоже, что меня два раза кольнули иглой.

Э, ах, о... О-о-о-й-й-й?

— Ками-сама, больно! Это ведь нарочно?

— Хм-м-пф!

— Что за «Хм-м-пф»?!

Я пожаловался, но Ками-сама лишь неясно ответила и снова кольнула иглой меня в голову. Сильно.

Я не мог сопротивляться поведению Ками-самы и лишь лил слёзы в подушку.

У-у-у, лежать лицом вниз, в самом деле, болезненно.

— М-м-м, всё, кроме Выносливости. Все характеристики приблизились к уровню S, но всё-таки такого же роста нет.

— Всё так?

— Ага. М-м-м, даже если всё так, но это всё равно довольно необычно...

S – самый высокий ранг в основных способностях Статуса. По мере приближения к верхнему пределу, темпы роста значительно снижаются. Бывало, что и убийство сотен монстров не давало ничего.

И моя характеристика тоже подверглась феномену снижения скорости роста. Скорость роста снижалась, но я продолжал успешно увеличивать свои способности.

Как и сказала Ками-сама, мой текущий рост – это довольно необычно...

— ...

— Ками-сама?..

Я удивился, когда Ками-сама перестала говорить и замерла.

Я позвал её ещё раз, а затем стал ждать...

— Магия.

— Чего?

— Выучена магия, — ответила она невероятными словами.

— Э-э-э-э-э-э-э?!

— Чег?!..

Я дёрнулся вверх.

От удивления я изогнулся словно креветка.

В этот момент сидящую на мне Ками-саму сбросило на кровать, и она упала на спину, приложившись головой об пол.

— Эм, А-а-а?!

— К-Ками-сама?! П-Прости, ты в порядке?!

— Н-не думала, что ты способен на такое... Н-не плохо, Бэлл-кун...

Ками-сама всё в той же позе дрожала и сдерживала слёзы.

Э-это сейчас... Её груди сейчас идут против гравитации?!.. Эм, это вообще нормально?!

Отдавая громадное почтение не двигающейся груди, я помог Ками-саме. Создав этот большой переполох, снизошедший на Семью Гестии, я мог лишь извиниться ей в земном поклоне.

Детали статуса открылись мне позже.

Бэлл Кранэл

Уровень 1

Сила: B 701 → B 734 Выносливость: G 287 → F 355 Сноровка: B 715 → B 719 Ловкость: B 799 → A 817 Магическая сила: I 0

«Магия»

[Огненный шар]

* Магия мгновенной активации

«Навыки»

[ ]

[ ]

— !..

Я изо всех сил старался сдержать свой крик.

С листком бумаги от Ками-самы в дрожащих руках я отчаянно кусал губы, чтобы подавить свою радость.

Мои глаза сияли, и даже если я не видел, то точно знал, что лицо расплылось в глупой улыбке

— Даже обучение магии... Этот навык не влияет на магическую силу? М-м-м, не понимаю.

Ками-сама, в отличии от меня, нахмурилась и приложила руки к подбородку, глубоко задумавшись.

Она бегала взглядом от моей спины к лицу, но ничего не менялось.

— К-Ками-сама... Это магия, магия?!.. Я могу использовать магию!..

— Да-да. Поздравляю, Бэлл-кун.

Что бы ни случилось, я был полон воодушевления.

Я чувствовал жар. Всё тело словно охватило лихорадкой.

Я чувствовал, что в любой момент мог разлиться слезами, настолько меня это тронуло.

— Так шуметь из-за какой-то мелочи, не больно-то романтично, не думаешь?

Я чувствовал, как Ками-сама грустно улыбнулась мне, когда я сидел на корточках с листком в руках.

Счастлив. В самом деле счастлив. Я наконец-то могу использовать магию.

Магия! Финальная техника, которую использовали Герои в книгах, – магия!

— Жалко возвращать тебя с небес на землю, но всё же лучше побыстрее исследовать эту магию. Меня в ней кое-что беспокоит.

— Да! — вскочил и крикнул я.

Но затем сказал себе, что нужно успокоиться. Я сделал пару глубоких вздохов и унял волнение в теле.

— Ты слушаешь? В общем, магия требует определенных «слов» для активации. По крайней мере, это ты знаешь?

Я решительно кивнул на вопрос Ками-самы.

Все маги должны произносить заклинания, чтобы активировать эффект.

Порядок постановки магических слов схож со сборкой пушки. Как только всё закончено – можно загружать ядро внутрь. Иными словами, чем больше размер пушки, тем больше времени займет произношение слов. Размер ядра соответственно увеличится, а вместе с ним и разрушительная мощь.

С другой стороны, чем меньше размер пушки, тем слабее магия, но времени на произношения заклинания меньше, что позволят быстрее активировать магию.

— А теперь уже по теме. Судя по тому, что рассказывали мои друзья, когда выучиваешь магию, то слова запуска отображаются в окошке магии Статуса. Прочитаешь их и научишься использовать магию.

— Эм... Но здесь никаких «слов» нет...

— Именно. И не думай, что это я забыла их написать.

В окошке магии было лишь «Огненный шар» и никаких слов запуска. Даже не представляю, как найти способ активации.

Я начал ломать голову, раздумывая над этим, но затем Ками-сама высказала свои мысли:

— Это лишь моё предположение. Основываясь на информации из окна и содержимого магии Бэлл-куна... Наверное, каких-то слов вообще не требуется.

Я замер, а затем снова уставился на листок бумаги, словно собираясь проглотить его.

Нигде не упоминаются слова заклинания. Единственная информация, так это простое объяснение – Магия мгновенной активации.

Надеюсь, догадка Ками-самы оказалась верной. Ни до чего другого я и додуматься не могу.

— Мы не знаем её силу, но исходя из пункта «Магия мгновенной активации»... времени на произношение практически не требуется. Это точно.

— Т-тогда, если оно называется Огненный ш... М-м-г-м...

Ками-сама прикрыла мой рот своими нежными руками, выпрямила спину и поглядела мне в глаза.

— Лучше не произносить просто так название этой магии.

— Мгм-м?

— Мы ещё не знаем, что её запускает, но в худшем случае магия может активироваться словами Огненный шар.

Я побледнел. Эффекта магии мы ещё не знаем, но если она активируется здесь, то вся наша квартира попросту исчезнет.

— Понятно?

Я кивнул.

Мой рот освободили.

— В конце концов это всего лишь предположение. Оно требует подтверждения... Испытай это завтра в подземелье. Тогда всё станет ясно.

— Э, завтра?..

— Эй-эй, неужели ты думаешь сейчас отправиться в подземелье? Ты ведь уже сходил в душ. Не стоит так беспокоиться – у твоей магии не вырастут ноги, и она не убежит, верно?

— Ах, да... Верно.

Ками-сама посмотрела на меня с натянутой улыбкой, и я подавленно кивнул.

Уже почти ночь; Ками-сама прикрыла зевок рукой. Похоже, усталость от работы достигла своего пика, и мы отправимся спать.

Ками-сама почистила зубы, а затем рухнула в кровать, и мне оставалось лишь выключить свет.

Я тоже лёг на диван и отправился в страну снов...

Прости, Ками-сама.

Это... попросту невозможно.

Я ненормально бодр и полон сил. Как тут уснуть?

Я спрыгнул с дивана. Удостоверившись в тихом дыхании Ками-самы, я положил всю экипировку в рюкзак и вышел из комнаты, стараясь не потревожить сон Богини.

Снаружи я быстро надел экипировку, оставил рюкзак на лестнице церкви и вышел на улицу.

Я хочу сейчас же ей воспользоваться!

Звезды и луна выглядывали на Главную улицу. Огни из баров освещали лица прохожих, словно тех охватила лихорадка. Я быстро зашагал вперед, воспринимая шумные возгласы пьяных полулюдей как музыку.

Орарио ещё не уснул. Я тоже спать не собирался.

Белый небоскреб постепенно увеличивался. Я засмеялся от воодушевления.

Влетев на первый этаж Вавилона, я прошёл по вертикальному спуску под землю.

Отверстие в полу соединяло башню с подземельем. Я зашагал по спиральной лестнице, скорее даже бежал так, словно скатывался. На середине пути я даже перемахнул через перила и прыгнул к центру отверстия.

С шумом я приземлился. Приятное чувство отдачи разошлось по моим ногам.

Я начал с первого этажа подземелья.

— ...

Вскоре пришлось остановиться.

Широкий коридор. Прямо в центре стоит одинокая толстая зеленая фигура.

При всём этом...

Цель средних размеров. Расстояние тоже не такое и большое. Идеально.

Я сглотнул и вытер вспотевшие ладони о рубашку.

Гоблин заметил меня. Он заревел и ринулся в атаку.

Я лишь разжимал и сжимал ладонь, а затем протянул руку в сторону Гоблина.

— ...

Стук сердца отдавался в барабанных перепонках.

Подскочившая нервозность, беспокойство и ожидание разом охватили мой разум.

Я неглубоко вздохнул, поднял брови и взревел:

— Огненный шар!

В следующее мгновение алый свет заполонил всё вокруг.

— ?!

Выстрел алой молнии.

Нет, это больше похоже на пламя в виде молнии.

Характерно острое, но неравномерное пламя пронзило тело Гоблина.

Я лишь успел увидеть результат

Молния ударила в тело монстра, в глаза ударила ослепительная вспышка.

Словно расцвёл оранжевый цветок.

— ...

Тело превратилось в угольки. Гоблин с побелевшими глазами рухнул на землю, над ним завился дымок. Его предсмертный стон эхом разошелся по туннелям подземелья.

— Не может быть.

Получилось. В самом деле.

Моя магия.

Я продолжал стоять без движения с вытянутой рукой и поглядел на свою ладонь.

Тонкая рука. Мозоли от работы в поле никуда не делись.

Мои привычные руки. Ничего не изменилось.

Но получилось.

Из этой самой руки. Магия.

— Хха-ха.

Осознав это, я почувствовал неудовлетворенность.

Всё тело кипело. Я сжал кисть в кулак.

Да!..

Это явное чувство. Я действительно продвинулся.

Это отличалось от цифр в моём Статусе. Это огромное изменение, которое я могу увидеть своими глазами. Ощущение того, что я на шаг приблизился к ней.

Огненный шар. Пламя молнии.

Мгновенная активация, скорость как у молнии и абсолютная огневая мощь.

Огненная магия, более проворная, чем у кого-либо.

Магия, что принадлежит лишь мне.

— !!~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~

Меня затопило чувство счастья.

Я прикусил губу, встал в победную позу. Было больно, но я не придавал этому никакого значения.

Лицо покраснело

Как у дурака, прямо как в тот день, когда я отправился в гильдию для регистрации авантюристом. Мои глаза сияли.

Я увлекся, поддавшись соей радости, и пошел дальше в поисках новой жертвы.

— Огненный шар!

— ГУА-А-А-А-А-А-А?!

Я нашёл монстра и тут же вытянул руку.

— Огненный ша-а-ар!

— Уа-а-а-р!

Я громко кричал, словно ребёнок.

— Огненный ша-а-а-а-а-а-а-а-ар!

— УГЯ-Я-Я-Я-Я-Я-Я-Я-Я-Я-Я-Я-Я-Я-Я-Я?!

Как только я видел их, они тут же взрывались.

— Огненный шар! Огненный шар! Огненный шар! Огненный шар! Огненный шар! Огненный шар! Огненный шар! Огненный шар! Огненный шар! Огненный шар!

— ЧУ?! — ЧУ?! — ЧУ?! — ЧУ?! — ЧУ?!~ — ЧУ?!

Тут и там мелькали и в беспорядке били бесконечные вспышки.

— Ох, я дошел до пятого этажа...

Нет-нет-нет, я нацепил улыбку на лицо и быстро оглянулся.

Светло-синие стены подземелья становились светло-зелеными, и это значит, что место уже за четвертым этажом.

Меня слишком одурманило чувство радости, и я смог подумать об этом и о своих действиях лишь осмотревшись по сторонам.

Пора уже возвращаться, и я шагнул, напевая про себя.

— М-м-м?

Тут же меня охватило странное ощущение.

Я слышал стук сердца.

— Э?..

Всё случилось так внезапно.

Я никогда и не пил вино, но, возможно, именно такое ощущение приходит, когда напьёшься.

Я не мог твёрдо стоять. Даже не знаю, стоял ли я на самом деле.

Мир вокруг пару раз качнулся, я увидел резко приближающуюся землю и потерял сознание.

× × ×

— ?..

— Айз, в чём дело?

Двое авантюристов вошли на пятый этаж.

Только они не спустились сверху, а поднялись снизу.

Явных ран не видно. Айз и Риверия шли в ровном темпе. У них ушло три дня на путь до сюда с зоны Глубинных этажей – тридцать седьмого этажа. Совершенно незачем рассказывать об их долгой дороге с нижних этажей. Несмотря на то, что они находились под постоянной угрозой нападения монстров, в них нет и следа усталости.

Сейчас им лучше не задерживаться в подземелье. Однако идущая впереди Айз внезапно остановилась.

Риверия спросила сзади девушку с золотыми волосами, ниспадающими по спине, что случилось.

— Лежит человек.

— Его убил монстр?

В центре комнаты лежал авантюрист.

Они вдвоём приблизились туда, где, как им казалось, из-за несчастного случая умер искатель приключений.

— Внешних ран нет. Нет нужды в лечении или противоядии... Обычная психическая истощенность.

Результат безрассудного использования магии. Такое заключение вынесла Риверия, осмотрев его.

Магия тоже берёт свою плату. Всё так же, как и с выносливостью. Магия активируется с помощью твоей психической силы. И как в выносливости существует свой предел, так и психическая сила не может быть бесконечной.

Он в самом деле довёл себя до потери сознания. Риверия чувствовала смесь страха и восхищения.

Айз же, положив руки на колени, глядела на белые волосы на голове авантюриста.

— Этот парень...

— Что, твой знакомый, Айз?

— Да, но я никогда не говорила с ним... Это он был тогда с Минотавром...

— Ясно. Так тот идиот это он?

Похоже, Риверия поняла, что к чему.

Она слышала о произошедшем с этим парнем – Бэллом. Непутёвый авантюрист, которого преследовал сбежавший Минотавр. Когда его высмеивали в баре несколько дней назад, она была там.

Однако Риверия не вмешивалась в обсуждение. Она не знала, что Бэлл тоже там был, но всё же сожалела, что не смогла тогда сразу всё остановить. Они плохо с ним поступили.

И Айз, причина всего этого, чувствовал себя ещё более виноватой.

— Риверия. Я хочу отплатить ему.

— Ты, наверное, не это хотела сказать?..

Больно черствая фраза, но обменявшись взглядом с вздохнувшей Риверией, Айз моргнула два-три раза.

Риверия решила сдаться этой ничего не понимающей девушке и ничего больше не говорить.

— Ну-у, сейчас твоя помощь будет вполне естественной...

Риверия глядела на продолжающего лежать Бэлла, и Айз закивала.

Удостоверившись, что он проснётся не скоро, эльфийка перевела взгляд на девушку.

— Айз, сделай ему то, что я скажу. Думаю, такой компенсации будет достаточно.

— Что же?

Риверия объяснила, что делать.

— И этого достаточно?

— Точно не уверена. Однако ты будешь защищать его и исполнишь свой долг... И если это сделаешь именно ты, то вряд ли найдется мужчина, который не обрадуется.

— Всё равно не понимаю...

Тебе и не обязательно понимать, — подумала Риверия, криво улыбнувшись.

Эльфийка на мгновение посмотрела на Айз, словно мать, увидевшая, что её ребёнок уже вырос, но тут же вернула строгое выражение лица и поднялась.

— Мне надо возвращаться. Если я останусь тут, то буду лишь помехой. Если ты хочешь разобраться с этим, то тогда воспользуйся преимуществом времени, когда вы наедине.

— Хорошо. Спасибо, Риверия.

Эльфийка кивнула и ушла.

Её совершенно не волновали монстры.

Всё же этого парня охраняла сильнейшая защитница, с которой никто не мог сравниться.

× × ×

Уютная дрёма.

Моё лицо окутывал аромат ветра в погожий солнечный день и теплота солнечного света.

Кожей я ощущал эти мягкость и тепло.

Я хочу спать.

Хочу, чтобы меня вечно окутывало это ощущение.

?..

Мои волосы нежно погладили. Тонкие пальцы, касающиеся моего лба, вызвали щекотку.

Столь нежные движения пробуждали во мне спокойствие.

Я робко открыл глаза.

Мама?..

Я позвал по имени человека, чьё лицо никогда раньше не видел.

Я встретил туманный контур человека, который внезапно прекратил свои действия.

Прости, я не твоя мама...

Э?..

Человек ответил мне ясным голосом.

Туман постепенно прояснился.

Медленно проступили очертания тела.

Сперва оформились ослепительно золотые волосы, а за ними последовало красивое величественное лицо.

В завершении показались глаза, такие же золотые, как и волосы.

— ...

— Проснулся?..

Я полностью пробудился. Всем разумом.

Но время внезапно остановилось.

Голова полностью опустела. Я лишь уставился на лицо человека, смотрящего на меня.

Мой затылок лежал на чем-то мягком и теплом.

Я уже догадался о том, что происходило. Скорее всего, моя голова лежала у неё на коленях.

Она... Пальцы Валенштайн всё ещё гладили мои волосы.

Векам, к которым она прикасалась, сейчас стало очень жарко.

— ...

Я медленно присел.

Очень жаль, что ощущение теплоты, согревающее мою голову, постепенно исчезает, но я должен подняться.

Она исчезла из вида. Вместо этого мне открылись бесчисленные обезглавленные трупы монстров.

Я притворился, будто ничего этого не видел, и повернулся. Валенштайн-сан не исчезла.

— Мираж?

— Я не мираж.

Хм, выражение лица Валенштайн-сан изменилось. Её красивые брови слегка изогнулись.

Затем мы поглядели друг другу в глаза.

Алые глаза смотрели в золотые. Она начала приходить в замешательство от этой молчаливой атмосферы и увидела, как я постепенно краснел. Когда она заметила это, то я уже превратился в спелое яблоко.

Я не мог сконцентрироваться. Мои глаза сейчас напоминали непрекращающих извиваться дождевых червей на тарелке.

Я резко вскочил...

— А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А?!

...и убежал со всех ног.

— Почему ты всегда сбегаешь?..

Если б кто-нибудь услышал это, то почувствовал бы одиночество в её тихом шепоте.

↑ Если кто не знает, что означает это слово, то вам сюда

----------

Глава 4

— Вот, взгляните, пожалуйста.

— Хорошо.

Зеленый, инкрустированный драгоценными камнями амулет оказался на прилавке. Владелец магазина — старый гном с длинной белой бородой и красным колпаком на голове, взяв его в руки, направился в заднюю комнату.

В антикварной лавке, носившей простенькое название «Гном-Торговец», вновь проходила небольшая сделка. Ожидая возвращения хозяина магазинчика, у стойки, в окружении беспорядочного ассортимента самых разнообразных товаров, стоял хоббит.

— Я закончил. Простите за ожидание.

— И каков результат?

— Похоже, его статус полностью повышен… да еще и сопротивление к яду наложено. Очень хорошо, очень хорошо… Хм… Как насчет сорока шести тысяч варис?

Хоббит кивнул с очень довольным видом, тем самым подтверждая сделку.

— Сегодня заплатить наличными?

— Нет. Как обычно.

Они живо закончили обсуждать условия.

Высокие напольные часы в углу лавки отсчитывали секунды.

Медленно открыв рот, гном заговорил:

— Возможно, не такому чудаковатому старикашке, как я, говорить об этом, но…

Возясь с амулетом, владелец лавки пристально посмотрел на своего клиента. В его глазах читалась некоторая обеспокоенность. Хоббит склонил голову набок.

— … Стоит ли рисковать своей головой в столь опасных ситуациях? Я понимаю, может, уже поздно…

— …

— В некоторых кругах авантюристов ходят слухи (хотя пока они и не получили широкого распространения)… Поговаривают о нечистом на руку хоббите, что крадет у них ценные вещи. Порой сразу у всей группы.

— …Что вы хотите этим сказать?

— Нет, нет, мой друг. Я не подозреваю вас. Хоббит, о котором идет речь — девушка, и, судя по слухам, она уже давно промышляет воровством. Подозревать вас — парня, все равно, что взять не тот след. Просто… — пробубнил гном себе под нос, от чего его борода колыхнулась

— … Я же видел большую часть украденных вещей своими собственными глазами… ведь так? Старику кажется, что тебе стоит держать ухо востро в своем окружении и стараться избегать проблем.

Настроение владельца лавки внезапно стало кислым. Хоббит не мог не заметить это по его глазам. Ответил парень, однако, с заносчивой улыбкой.

— Звучит так, будто на свободе разгуливает скверный хоббит. Хотя, с другой стороны, стоит ли верить на слово авантюристам? Я это к тому, что многие из них сами не гнушаются идти на воровство и шантаж.

— Это… правда…

— Как по мне, им всем следовало бы поумерить свою спесь, — продолжил хоббит с неприятной улыбкой на губах. — Пусть это и жестоко, но они сами виноваты в том, что их обвели вокруг пальца.

— Хм-м? — сердито ответил хозяин лавки, однако его голос был заглушен тиканьем настенных часов.

× × ×

— Хны-ы…а-а-а-а-а…?!

— Бэлл, чем ты занимаешься?

Я лежал на диване, уткнувшись в него лицом, и прижимал к затылку обхваченную обеими руками подушку. Похоже, Богиню веселила моя «страусиная» манера прятать лицо, оттопырив зад, однако я был не в состоянии подобрать ни единого язвительного ответа.

Я сбежал от Айз Валенштайн.

Понятия не имею, что за цепочка событий могла привести к подобному результату, однако сомнений нет — все это было взаправду. И что моя голова лежала на коленях у девушки моей мечты, и что я, как свихнувшийся идиот, убежал от нее, сверкая пятками.

А-а-а-а… Кто-нибудь, пожалуйста, убейте меня…

— Только не говори мне, что обмочился в постели…

— Нет, Богиня, нет…

Обычно, на сказанное ей, я бы непременно нашел, что ответить , но сейчас мне удалось издать лишь этот жалкий возглас.

После того, как я, сгорая от стыда и смущения, сбежал от Айз Валенштайн, я, кажется, бродил тут и там, однако, где точно — не знаю. Пришел в себя и осознал, где нахожусь, я только под утро, на обессилевших ногах подойдя к дому и рухнув перед входной дверью на колени.

— Я, конечно, не знаю всех подробностей, но ты такой ранимый мальчик…

Нет, Богиня, дело не в ранимости. Просто я убит горем…

Мне удалось оторвать свое дрожащее тело от дивана — уши по-прежнему пылали — и даже добраться до стола, чтобы позавтракать с Богиней.

Я был бы не прочь остаться в комнате и проваляться весь день, но прекрасно понимал, что этого делать не стоит. Хотя бы на сегодня нужно выкинуть Айз Валенштайн из головы… Да, я, черт возьми, сделаю это.

Придет ли день, когда я смогу должным образом выразить ей свою признательность, сказав слова благодарности?

— О, точно… Бэлл, покажи мне книгу, которую ты вчера читал. Мне абсолютно нечем заняться сегодня утром.

— Конечно. Вот, пожалуйста.

Сегодня ее смена начинается после полудня. В дополнение к неполному рабочему дню в филиале магазина Семьи Гефест, расположенного в «Вавилонской башне», Гестия по-прежнему продолжала трудиться в торговой палатке на улице. Продолжив в том же духе, не подорвет ли она свое здоровье?

Я протянул Богине толстенную, словно энциклопедия, книгу, что получил от Сил.

— Хм…чем больше я смотрю на нее, тем более и более странной она мне кажется… А?..

Открыв книгу, девушка просмотрела несколько первых страниц и внезапно замерла.

Правда, не совсем — ее глаза стали вращаться по кругу. Выглядело это так, словно кто-то пришел взыскать долг, о котором она понятия не имела.

Аа?.. Что происходит?..

— Это, случаем, не гримуар?

— Г… гримуар? — повторил я за Богиней.

Никогда прежде не слышал этого слова. Что-то у меня возникло нехорошее предчувствие.

— Так, мм, что это?.. — спросил я, обливаясь холодным потом.

— Не вдаваясь в подробности, Гримуар — это книга, что форсирует освоение магии у прочитавшего ее.

По ощущениям, все потовые железы в моем теле в этот момент разом открылись.

— Не думаю, что ты знаешь о «Продвинутых Навыках», но среди них есть такие особые, как «Энигма» и «Контроль Магии». Эта книга могла быть создана только тем, кто в полной мере овладел обоими.

Я понимаю, о чем ты говоришь, Богиня.

Тот, кто освоил два «Продвинутых Навыка» … Другими словами, член Семьи, достигший по меньшей мере третьего уровня. Заурядности и мечтать не могут о создании чего-то подобного — это должен был быть кто-то много, много более умелый.

Подобный шедевр мог быть создан лишь тем, кто непосредственно приблизился к уровню такой легендарной личности, как «Философ».

Мое тело обратилось в камень, а на губах появилась отнюдь не счастливая улыбка.

— Так вот каким образом ты освоил магию… Итак, Бэлл… Для начала, как именно этот гримуар оказался тут?

— Одолжила подруга… По ее словам, кто-то его позабыл…

— …

— Сколько он стоит?..

— Не меньше, чем оружие Семьи Гефест наивысшего качества, или, возможно, даже больше…

Мое окаменевшее тело с треском раскололось прямо посередине.

— К слову, его можно использовать лишь раз. Единожды одарив кого-то магией, гримуар становится не более, чем мусором. Большим пресс-папье.

Я покойник.

Поговаривают, обрести магию извне — сродни чуду, а я воспользовался книгой, что может подобное чудо даровать. Более того, по сути, я ее украл и теперь она бесполезна. Миллионы варис пошли коту под хвост, и все по моей вине…

Наш дом погрузился в глубокое молчание.

Я в отчаянии — сделанного мной никак не отменишь.

Богиня уставилась в пол; ее лицо, словно маска, не выражало никаких эмоций. Внезапно повернувшись к столу, девушка схватила стул и легкой походкой подошла ко мне. Поднявшись на сиденье и опустив руки мне на плечи, она, с высоты «своего роста», заговорила:

— Послушай меня, Бэлл. Все должно выглядеть следующим образом: ты случайно повстречал владельца Гримуара и вернул ему книгу прежде, чем прочел ее. Здесь же гримуара никогда не было. В случае недоразумения — гримуар был использован прежде, чем попал тебе в руки…

— Богиня, так нельзя!

Почему она попыталась пойти на обман?

— Бэлл, Гекай* — это не только свет солнышка да цветочки вокруг, тут можно столкнуться со множеством поистине ужасных вещей. Я видела это своими глазами. Быть выставленной за порог дома и остаться в такой нищете, что даже картофельные крокеты купить невозможно, голодать, живя при этом под руинами… с огромным долгом на плечах. Этот мир полон несправедливости.

— Разве все это произошло не по твоей собственной вине?

И да, что это ты там последнее упомянула? Что ты скрываешь, Богиня?

— Как бы там ни было, я пойду и объясню все той, что одолжила мне книгу.

— Бэлл, не надо! Тебе необязательно быть столь честным! Этот мир куда более непредсказуем, чем даже сами боги!

— Прошу, не пытайся показаться мудрой в такой ситуации. Даже если мы это скроем, правда, рано или поздно, все равно выплывет наружу!

Жребий брошен! Сил непременно спросит, прочел ли я книгу. Даже солги я ей, правда все равно откроется, когда настоящий владелец вернется за гримуаром. Все! На выход!

На данный момент, единственный оставшийся вариант — объяснить все и принести извинения в догеза*.

Схватив книгу, я засунул ее под мышку и, игнорируя попытки Богини меня остановить, пинком открыл дверь.

× × ×

— Сил здесь?

— О, только посмотрите, кто к нам пожаловал! Утречка, мья!

Одна из официанток-кошечек, что работали в «Хозяйке изобилия», ответила мне, подметая улицу перед заведением.

Если память меня не подвела, ее звали Хлоей. Девушка смотрела на меня с улыбкой, от которой голова может кругом пойти, а хвост позади нее ходил ходуном.

— Что? Что это? Даже доброго утра не пожелал и вызываешь Сил в такой ранний час, мья? Что ты собираешься…

— Прошу, позови Сил!

— Чт…? Ладно, ладно, мья!

Мои резкие слова смогли, наконец, достучаться до нее, отчего девушка подпрыгнула от удивления. Возможно, поняв, что я выбит из колеи, она залетела внутрь заведения так быстро, что по пути едва не поскользнулась несколько раз. Колокольчик на двери издал резкий звук.

Спустя несколько мгновений из-за входной двери показалось лицо Хлои, и мне предложили пройти внутрь.

Переступив порог, я оказался внутри таверны. Похоже, работники вовсю готовились к рабочему дню.

— Доброе утро, Бэлл. Что-то случилось?

— Сил!!

Я слышал стук ее обуви по полу, пока девушка бежала с кухни. Похоже, она спешила — в ее руках остался деревянный поднос.

Серо-голубые волосы были перевязаны сзади треугольным платком.

Я принялся излагать ей суть всего произошедшего.

Поначалу на ее лице была вежливая, слегка смущенная улыбка, однако по мере моего рассказа ее глаза становились все больше и больше. В какой-то момент изменился даже цвет лица… По окончании моего рассказа она отвела глаза, как уже делала когда-то прежде.

— … Ну, ты и правда оказался в весьма щекотливой ситуации, Бэлл.

— Постой, Сил! Почему ты ведешь себя так, будто бы тебя это совсем не касается?

Мне нужно было как-то ответить на ее слова, произнесенные странным тоном. Она что, планирует сделать из меня козла отпущения?

Спрятав за подносом нижнюю половину лица, она посмотрела на меня снизу-вверх.

— Так… мне нельзя?

— Как бы мило ты сейчас не выглядела — нет! Конечно же — нет!

Идя наперекор умоляющему взгляду Сил, я отклонил ее просьбу. Мое лицо приобрело цвет спелой вишни.

Эта девушка — точно ведьма!

— Пацан, врываясь столь ранним утром в заведения к другим людям, ты — что бельмо на глазу!

Владелица таверны, Мама Мия, должно быть услышала нашу перепалку и пришла на шум. Ввиду своего телосложения она выглядела чрезвычайно внушительно, даже несмотря на то, что дворфийка. Мое тело сковал лед, когда она, подойдя ко мне, вырвала книгу из моих ненормально задеревеневших рук. После чего, полистав немного книгу, она произнесла:

— Понятно…Это гримуар. Ну, что сделано, то сделано. Пацан, просто забей, слышишь?

— Ааа?! Н-н-но…

— Виноват тот кретин, что забыл книгу здесь — это ж все равно, что сказать: «Вот, пожалуйста, прочтите ее». Пацан, не прочитай гримуар ты, в любом случае какой-нить другой авантюрист заявил бы на него свои права и забрал. Именно так все обычно и бывает.

А она весьма убедительна. Я закрыл свой, все еще раскрытый рот. Вместе с этим Мия протяжно выдохнула через нос.

— Он был готов расстаться с ним, в тот самый момент, когда выпустил из виду. Пацан, пораскинь мозгами: если ты потеряешь кошель с деньгами, ты же вернешься за ним, ведь так?

— Ну-у…

— И тут все также. В общем, не стоит грузить себе голову этим. Просто радуйся тому, что получил, и забудь.

Сказав, что хотела, Мия замолкла.

Я оглянулся на Сил. Немного гримасничая, та склонила голову набок.

— Настоящие мужчины не парятся по пустякам, — покосившись на меня краем глаза, произнесла Мия.

— Да, мэм.

Своим голосом она будто бы меня журила. В ответ я вытянулся по стойке «смирно».

Наблюдая, как дворфийка тяжелой поступью удаляется в заднюю часть таверны, я продолжал задаваться вопросом: действительно ли нормально, не придавать произошедшему значения?

Потерев щеки, я попытался привести свои мысли в порядок.

— Ну… Простите за беспокойство. Я, пожалуй, пойду.

Простояв мгновение в тишине, я развернулся на пятках. Вместе с этим хитрющая Хлоя принесла Сил корзинку. Взяв ее в руки, та нервно встала передо мной.

— Не возьмешь ее и сегодня?

— С…Спасибо.

Заикаясь, я принял протянутую мне корзинку из рук застенчиво улыбающейся Сил.

Я всегда чувствовал себя немного не в своей тарелке, когда она передавала мне обед, однако Сил при этом неизменно выглядела такой счастливой. Честно, ее улыбка становится более радостной, чем обычно… Ну, не то чтобы она в остальное время не такая… Просто… мне сложно выразить это словами.

Повторив слова благодарности - и еще больше при этом покраснев - я наконец покинул «Хозяйку изобилия.

× × ×

Вернувшись домой, я положил гримуар и, готовясь провести день в Подземелье, экипировал броню.

Прежде, чем уйти, я в общих чертах объяснил Богине произошедшее в баре. «Хорошего дня» — очень спокойный голос проводил меня, когда, открыв дверь, я вышел наружу.

Если подумать, разве я не использовал последнее из своих зелий?..

Я спускался вниз по «Главной-Западной», когда внезапно вспомнил о ситуации с расходниками. Три дня назад я использовал последнее зелье, и сейчас специальная сумка, закрепленная на левом бедре, пустовала.

Они помогали мне прежде… Может, стоит заскочить в их лавочку по дороге?

Я решил по пути к Подземелью зайти в магазинчик, в который уже давненько не захаживал.

Лавочка находилась в стороне от «Главной-Западной», но, чтобы добраться до нее, пройти мне предстояло лишь несколько улочек.

В целом, она представляла собой дом, построенный в мрачном, сыром месте. Однако над входной дверью висела вывеска с эмблемой Семьи Миах, выглядящей, как полностью здоровое человеческое тело.

— П…прошу прощения. Доброе у-утро…

Отворив двойные деревянные двери, я заглянул внутрь. Мои глаза прошлись по рядам полок, в попытке отыскать девушку-зверочеловека внутри тускло освещенного магазина. Услышав мой голос, она обратила ко мне слегка прикрытые глаза.

— Утро доброе, Бэлл. Давно не виделись…

По ее тягучему голосу и заспанным глазам можно было легко прийти к выводу, что она только-только проснулась, однако она всегда так выглядела. Вкус в одежде она тоже имела несколько странный. Хвост девушки оттопыривал юбку, правый рукав доходил до запястья, а левый — лишь до локтя. А перчатка была только на правой руке. Похоже, девушка была ровесницей Эйны, или чуть моложе.

Отвлекшись от своих занятий, она, направившись к задней части магазина, встала за прилавок.

— Прошу прощения, что так рано. Вы не заняты?

— Не беспокойся. Все равно никто не придет после того, как ты покинешь магазин, Бэлл… Так, что ты собираешься купить сегодня?

Потянувшись под прилавок и вытащив наверх закрытую коробку, она поставила ее между нами.

В широкой коробке в ряд выстроилось множество трубочек, заполненных различными жидкостями ярких цветов.

— Кстати, а Господин Миах здесь? Мне хотелось бы поговорить с ним, если это возможно.

— Господин Миах отбыл по личному поручению и не вернется до вечера. Сегодня я одна… — ответила она, пока я изучал трубочки глазами.

Магазин принадлежит Семье Миах, и управляет им непосредственно сам Миах. В тоже время он служит Семье и домом. Девушку, с которой я разговаривал, зовут Наза, и она — единственный член Семьи Миах.

Вытащив очень дорогое на вид зелье из коробки, Наза протянула его мне.

— Скажи, Бэлл… Как думаешь, не пора ли попробовать зелье высокого качества?

— О, н-нет. Для меня все еще слишком рано.

С нервной улыбкой на лице я попытался уклониться от ее предложения. Зелье, что она держала в руках, стоило десятки тысяч варис. Подобные разговоры стали для нас почти обыденностью, поскольку и она, и я принадлежали к самым нищим из Семей. Если был способ заработать или сэкономить немного варис, мы его непременно использовали.

Тем не менее, пытаясь торговаться с Назой, я обычно оказывался в проигрыше.

— Бэлл, ты давненько к нам не заходил…

— …

— Господину Миаху было так одиноко. Его живот урчал… от голода.

Я не посещал этот магазинчик с того момента, как нанял Лили. Поскольку она может подготовить все, что бы я ни попросил, то надобность идти куда-либо самостоятельно, дабы приобрести зелья, отпала. Слова Назы надавили на мою совесть, отчего я покрылся холодным потом.

Это плохо! Такими темпами все кончится покупкой чего-нибудь мне не нужного.

— А! Только вспомнил! Вчера со мной приключилось кое-что странное в Подземелье.

Отчаянно желая сменить тему, я вспомнил о том, как вырубился посреди Подземелья, использовав магию. Слушая мой рассказ, Наза выдала утвердительное «А!»

— «Ментальное истощение». Подобное постоянно происходит с авантюристами, которые, только овладев магией, слишком увлекаются…

— «Ментальное истощение»?

— С магией сопряжено потребление ментальной энергии — если слишком часто её применять, быстро свалишься без чувств.

— Потому, во избежание этого… — продолжила Наза, роясь внутри коробки под прилавком.

— … Тебе нужно зелье, восстанавливающее эту энергию. Вот это было сварено на днях…

— Э-э, однако… цена на зелье кусается…

— Не волнуйся. Я дам тебе скидку, как постоянному клиенту… и отдам… за восемь тысяч семьсот варис.

Я сделал шаг назад, чтобы немного обдумать предложение.

— Ладно…

Вместе с моим ответом собачьи ушки на голове Назы радостно дернулись, она быстренько наклонилась, чтобы вытащить наверх еще две трубки.

— Если ты готов купить это зелье за восемьдесят семь сотен, то я могу добавить еще эти два и округлить цену до девяти тысяч… Звучит неплохо, правда?

От такого предложения у меня глаза полезли на лоб, а голова пошла кругом. Разве это и вправду не замечательная сделка?

Самые дешевые зелья Семьи Миах стоят по 500 варис за штуку. С учетом этого, предложение Назы было действительно хорошим. В тоже время, необходимость выложить 9000 варис за раз отдавалась почти что реальной болью…

Но, опять же, расходники, позволяющие мне больше использовать магию… Весьма заманчиво…

Первое правило для авантюриста — быть готовым ко всему.

— Никто не знает, что может случиться в Подземелье. Было бы не плохо основательно подготовиться…

Этими словами она, по сути, заключила сделку.

Может я немного и трус, но, если придется выбирать между деньгами и сохранностью своей группы, я выберу последнее.

— Хорошо. Я принимаю ваше предложение.

— Спасибо, Бэлл. Люблю тебя…

От ее внезапных слов мои щеки зашлись пламенем. Закончив сделку, я забрал зелья у лениво улыбающейся с полуприкрытыми глазами Назы. После этого меня сразу же посетило непреодолимое желание убраться из магазина.

Девушка помахала на прощание, когда я, прежде чем покинуть лавочку, остановился перед деревянными дверьми.

— Ты такой простачок, Бэлл…

Кажется, я кое-что услышал прежде, чем двери закрылись за моей спиной, но нет — это все мое воображение. Мое воображение, говорю вам!

× × ×

Покинув лавочку, я продолжил спускаться к Подземелью по улице, на которую уже не раз выходил за последние несколько часов — «Западной-Главной».

Под ясным голубым небом Центрального Парка, напоминавшего по форме гигантский круг, уже собралось множество полностью экипированных авантюристов.

Интересно, она еще не пришла…?

Я огляделся в надежде отыскать Лили. Мы выбрали этот парк местом встречи, однако похожей на нее девочки-чиантропа я не увидел.

Уже было подумав, что это как-то на нее не похоже, по пути к Вавилонской башне я заприметил кое-что странное.

Лили стояла в тенистой части парка под сенью дерева с крупными листьями вместе с тремя авантюристами. Солнечный свет плясал на их лицах, а тихий ветер колыхал листву. Какая идиллия…

Тем не менее, трое крупных мужчин окружили Лили. Выпятив грудь, они что-то говорили, смотря на нее сверху вниз. Лили, тем временем, лихорадочно качала головой из стороны в сторону. Они не выглядели счастливыми, никто из них.

...Может они из Семьи Сома?

Как только меня посетила эта мысль, я двинулся в их направлении.

— …достаточно… передай… мне!

— Уже… нет… Правда!!

Похоже, они горячо спорили.

Спрятавшись за деревом, я готовился выпрыгнуть в любой момент.

— Привет!

— …!

Но затем, совершенно внезапно, кто-то схватил меня за плечо, будто пытаясь помешать.

Рефлекторно вывернувшись, что стало неожиданностью для меня самого, я повернулся лицом к захватчику.

Им оказался черноволосый мужчина-авантюрист. Парень имел прекрасное телосложение, а за спиной у него был пристегнут длинный меч.

Постойте, разве это не…?

— Хех, ты же тот самый паренек… Пофиг, у меня к тебе вопрос. Ты ведь работаешь вместе с той коротышкой?

Этот голос… и интонация…Без сомнения — это его я не так давно встретил в переулке.

— Эй! Мы не можем торчать тут весь день! Ты нанял ее как помощницу или нет?

— Эта девушка не тот хоббит, за которым вы гнались тогда в переулке.

Одного взгляда в его глаза хватило, чтобы понять, что он злился. Несмотря на это я дал ему такой ответ. Отчасти это произошло непроизвольно.

Поскольку моя напарница носит не по размеру большую накидку и глубоко задвигает капюшон на лицо, ошибиться не сложно, однако Лили — не хоббит, а чиантроп.

И только я хотел сказать: «Не поймите неправильно…», как мужчина изогнул губы в усмешке.

— Придурок… по-другому и не скажешь. Однако, чем ты там себе голову грузишь — ток твое дело. Хочешь оставаться дурачком — вперед, я не против.

Его слова звучали словно гневная нотация, но что-то в тоне его голоса меня беспокоило.

Парень будто бы говорил: «Тебя обманывают».

Но я не собирался принимать его слова за чистую монету…

Я подозрительно прищурился, на что авантюрист вернул мне насмешливую улыбку.

— Ну да неважно. Ты мне поможешь…и мы ее поймаем.

— Чт…

— Не за бесплатно, конечно… Я заплачу тебе немного вперед, а также ты получишь долю от того, что мы заберем у коротышки.

Парень не шутил. Меня настолько потрясло это внезапное предложение, что слова застряли в горле.

— Все что тебе нужно сделать — отправиться в Подземелье, как обычно. После чего под каким-либо предлогом оставить ее одну, а я уже позабочусь обо всем остальном. Проще простого, не правда ли?

Широко раскрыв рот, мужчина рассмеялся во весь голос.

Не нравится мне этот смех — никогда прежде не слышал, чтобы в нем было столько злобы.

Я сжал руку в кулак, вместе с чем по моей коже пробежал озноб.

— Зачем вы говорите подобное?

— А? Что за дерзкий ответ, малыш? На этом месте ты должен кивнуть в знак согласия, как хороший мальчик. Подумай о куче денег, которые получишь. Это чертовски хорошая сделка, — мужчина залился в еще одном приступе смеха.

— Пораскинь мозгами, парень! Она просто помощник — хоббит, что таскает сумки! Какое тебе дело, если отброс вроде нее исчезнет. Ну, что скажешь? Выжми из нее все до капли, пока есть возможность, и не парься об остальном.

Моему терпению пришел конец.

В этот раз все отличалось от случая в темном переулке. Страху не осталось места — моим телом овладела неистовая ярость.

— Катись к черту!

— Поганец!

Лицо мужчины исказилось в отвратительной гримасе. Мой лоб напрягся, в то время как сила разливалась по всем мышцам.

Вокруг нас неистовствовала энергия. Листва находящейся над нами ветки тряслась, будто испугавшись происходящего внизу.

Так мы сверлили взглядами друг друга в течении минуты-двух, пока он не развернулся, громко цокнув, и не двинулся прочь.

Я смотрел ему вслед — маска гнева по-прежнему не желала сходить с моего лица.

— Господин Бэлл? — донесся голос из-за спины.

— …!

Будто затянутый им, я обернулся, обнаружив позади ошарашено смотревшую на меня Лили.

Пламя ярости, сжигавшее меня изнутри, затухло, и я вернулся к своему обычному состоянию.

— Лили? Как долго ты уже здесь?

— Лили только подошла… О чем вы говорили с тем достопочтимым авантюристом?

— Кхем… Ничего особого, он просто пытался нарваться на драку…

Мне удалось придумать ответ. Я просто не мог сказать стоявшей предо мной девушке, что тот парень пытался подстроить ей ловушку.

Лили, должно быть, прочла мое беспокойство. Она молча смотрела на меня со слегка мрачноватым выражением.

— Ох! Кажется, несколько минут назад у тебя возникли какие-то проблемы? Все в порядке, Лили?

— Так вы видели… Прошу, не стоит об этом беспокоиться — как можете видеть, с Лили все в порядке.

Разведя руки в стороны, она немного покрутилась на месте, после чего с широкой улыбкой на лице взглянула на меня.

— Лили, кто они такие…

— Все так же, как и с вами, господин Бэлл — они пытались затеять ссору. Может, Лили и господин Бэлл выглядят слабыми? — не дав мне закончить, ответила Лили.

Сверкая своей как обычно яркой улыбкой и рассказывая шутку за шуткой, она и слова вставить мне не давала.

Полагаю, она не хочет говорить о том, что произошло на самом деле.

— Отлично, пойдемте, господин Бэлл! Я не работала последние два дня, так что сегодня Лили рассчитывает на вас!

Пройдя рядом со мной, она направилась к Вавилонской Башне. Челка, торчавшая из-под ее капюшона, вздрогнула, когда Лили на мгновение обернулась. Мельком я увидел ее глаза цвета каштана, совершенно нормальные — будто ничего не произошло.

Я решил оставить все как есть и больше ничего не говорить. Прикрыв рот, я двинулся вслед за Лили.

Поскольку она шла впереди, я не мог сказать, какое у нее было выражение лица. Но мысли об этом не оставляли меня, пока мы, пробираясь по шумной и переполненной улице, двигались к Подземелью.

— …Похоже, сейчас самое время.

***

— Что? Ты уже заканчиваешь, Эйна?

— Да. Как раз собираюсь. — кивнула Эйна коллеге.

Они находились в вестибюле главного отделения Гильдии. Полы и стены первого этажа были выполнены из белого мрамора, что создавало мрачную атмосферу. Свет вечернего солнца, проникавший сквозь окна, освещал вестибюль столь же ярко, что и дома по соседству.

Вытирая стол, Эйна окинула взглядом вестибюль, после чего поднялась.

— Оу! Вместе с закрытием Гильдии?! Эйна, которую я знаю, никогда не уходит так рано… Неужели… нет — наверняка … свидание?!

— И почему это единственное…

Эйна отмахнулась от этой идеи, вежливо ее опровергнув, и, прежде чем уйти, заставила себя улыбнуться.

Наскоро распрощавшись со своими коллегами, она покинула здание через выход для персонала.

— Так, теперь…

Девушка двинулась в противоположную от дома сторону по вымощенной камнем улице. Забавный стук предоставленной ей Гильдией обуви эхом разносился вокруг.

На этом участке «Главной-Западной» невозможно найти уличные палатки с торговцами. По обе стороны улицы, купаясь в лучах вечернего солнца, длинными рядами расположились большие магазины. Находясь столь близко к Гильдии, почти все из них ориентировались на авантюристов как своих основных клиентов.

По той же причине жители и работники этого района прозвали сию главную улицу «Путь Авантюристов».

Она была в достаточной мере широка, чтобы авантюристы в тяжелых доспехах, могли передвигаться по ней, не мешая друг другу.

В конце концов, после поисков средствами Гильдии я смогла собрать лишь общую информацию о Семье Сома…

В течение последних нескольких дней Эйна пыталась отыскать данные о внутренних делах этой Семьи.

Когда кто-либо спрашивал, зачем она это делает, девушка отвечала, что ей нужно кое-что узнать. Если бы ее вдруг попросили рассказать подробнее, Эйна добавила бы, что, возможно, Бэлл оказался в трудной ситуации, и это ее обеспокоило.

Все ответственные за авантюристов Семьи Сома, которых я расcпрашивала, отвечали одно и то же … Посмотрим, что мне удастся разузнать самой.

Несмотря на то, что Эйна прошлась по всем записям Гильдии и поговорила со множеством людей, результат оказался далек от ожидаемого.

Она лишь в общих чертах поняла, что все члены этой Семьи помешаны на деньгах, и что, похоже, за подобным их остервенением стояла какая-то причина. Эйна собралась с мыслями, всеми силами стараясь сосредоточиться на главном.

Бог использует свою Семью, преследуя собственные цели… Нет, в этом нет смысла.

Нет дыма без огня. «Дым» в этом случае шел из двух мест: бесконечного стремления членов Семьи Сома к деньгам и конкретно количества самих членов в этой Семье.

У Сомы было не то реноме*, что позволило бы привлечь столь большое число последователей в свою Семью.

Но что, если бог Сома — не причина? Что, если есть еще что-то… что-то, заставляющее членов этой Семьи поступать подобным образом?

Дойдя до этой мысли, Эйна остановилась.

Перед ней стоял большой трактир.

— Хм… Может, зайти сюда и полезно, однако…

Без сомнения, трактир неизменно оставался лучшим местом для сбора информации.

Однако именно подобных мест Эйна старалась избегать.

Для нее…нет, для всех эльфов, трактиры, где авантюристы собирались толпами, как правило, было не лучшим местом.

В общих словах, мужчины всех рас слетелись бы на нее, словно пчелы на цветок.

— Ха-ха… Нет, не стоит думать в подобном ключе.

Раздумывая о том, что могло ее поджидать за этими дверьми, Эйна тихонько рассмеялась про себя, после чего прошла мимо. Когда дикие голоса авантюристов внутри эхом докатились до входа, она ускорила темп.

— Не пытайся льстить себе…

Эйна всегда отчетливо осознавала свою привлекательность.

Эйна наполовину человек, однако в ее жилах все же течет кровь эльфов, которых, независимо от пола, считают самыми красивыми среди всех рас. Эйне пришлось принять тот факт, что она, в той или иной степени, привлекательна для мужчин других рас.

Не то чтобы я против свиданий…

Эйна внезапно вспомнила удивленный взгляд коллеги, когда та, перед уходом с работы, спросила о парне или свидании.

Эйна не пыталась строить из себя невинную девушку. Ей уже исполнилось девятнадцать — в ее возрасте совершенно нормально иметь партнера. Время от времени девушка чувствовала себя немного одинокой.

Однако это чувство она, как правило, топила в работе.

С другой стороны, у меня никогда не возникало чувства «Это он!» по отношению к кому-нибудь.

Большинство мужчин, что в прошлом сближались с Эйной, были крепкими, способными авантюристами.

Все они были надежными мужчинами способными поддержать и защитить. Они вполне могли заставить девушку потерять голову.

Но именно потому, что они были такими, кое-что в них заставляло ее немного нервничать:

Может, было бы лучше, не будь они столь надежны…

Поскольку девушка была помешана на работе, ей, возможно, лучше бы подошел кто-нибудь чуточку непредсказуемый… Никогда доселе она не была с собой столь честна.

Ах, интересно, есть ли где-нибудь парень вроде Бэлла…?

Да, это оно.

Ответ был очевиден. Трудно было не заметить этого, когда облачил все в слова.

Так значит, парень вроде Бэлла подошел бы идеально…ах… — Эйна нашла наиболее подходящий ответ.

…Постойте.

Эй. Эй! Она замахала рукой перед лицом словно веером.

Парень вроде Бэлла… Ведь тогда… Это оно, да?

— Хи-хи…

Рядом не было никого, кто бы мог увидеть, как уши Эйны приняли розовый оттенок, или услышать ее хихиканье.

— Ах! Это оно… Оно!

Пусть никого кругом и не было, но все же эльфийка озвучила свои мысли вслух гораздо громче необходимого.

Ее лицо все также пылало, когда девушка вошла в двухэтажный возведенный из камня магазин.

Вывеска над входом гласила: «ТОВАРЫ В РОЗНИЦУ».

Эйна хотела попасть сюда по определенной причине — изучить вино Семьи Сома.

Хотя отчасти это было из-за того, что она исчерпала большую часть своих возможностей, однако факт, что они продавали так мало вина, и правда не давал полуэльфийке покоя. Эйна не думала, что таким образом сможет докопаться до истины, однако в тоже время считала, что внимания вопрос с вином все же заслуживает.

Давненько я здесь не была. Интересно, у них большой выбор?

Прозрачные шкафы, однако, много более прочные, нежели стеклянные, выстроились рядами внутри магазина, создавая впечатление, схожее с армейским лагерем. Эйна вытянула шею, стараясь заглянуть на самые высокие полки.

На каждой полке хранилось множество товаров. Зелья — заполненные синей жидкостью, круглодонные колбы. Противоядия — цилиндрические трубки с зеленым флюидом внутри. А эликсиры продавались в причудливых бутылках сложного дизайна. Все это создали Семьи, что специализировались на торговле.

Множество лавочек с расходниками торговали исключительно продукцией одной из Семей. Но этот особый магазин обеспечил себе место на «Пути Авантюристов» благодаря хорошей репутации и богатому ассортименту товаров.

Эйна прошла мимо расходников для авантюристов к углу магазина, что был отмечен как «БАКАЛЕЯ».

Да! Вот оно где!

Заметив среди выстроившихся в ряд бутылок с вином сосуд с этикеткой Семьи Сома, Эйна радостно хлопнула в ладоши.

Сосуд на полке выглядел не очень привлекательно, представляя собой не более чем обычную стеклянную бутылку. Жидкость внутри была чиста. Для чего-то столь востребованного внешний вид казался не слишком хорошим.

Однако среди множества алкогольных напитков на полке остался лишь один экземпляр вина Семьи Сома. Похоже, оно действительно пользуется большим спросом.

— …Сома?

Эйна несколько раз моргнула своими изумрудными глазами, глядя на самую безвкусную и непродуманную этикетку во всем магазине.

Носит то же имя, что и создатель… Бог назвал его так в свою честь?

Эйна склонила голову набок, размышляя об этом. Уже подумывая позвать продавца, дабы он открыл для нее запечатанный сосуд, она, однако, увидела ценник.

Шестьдесят тысяч варис.

Эйна с громким стуком ударилась лбом о полку.

Что…А-а…? Это же просто вино?!

Невероятно! Оно стоит больше, чем вся экипировка Бэлла вместе взятая!

Потерев красное пятно на лбу, Эйна еще раз осмотрела бутылку.

Цена равнялась стоимости оружия и доспехов, что создают специально для авантюристов. Хотя и не сказать, что простые смертные не могут себе позволить это вино, однако с таким ценником это маловероятно.

Сколько у меня с собой денег? Не может такого быть, что достаточно…

Средняя заработная плата сотрудника Гильдии больше дохода рядового авантюриста, однако не настолько, чтобы можно было отправиться на прогулку с шестьюдесятью тысячами в карманах. Покупка даже одной бутылки сильно бы ударила по бюджету Эйны. Не говоря уже о том, что она купила часть брони Бэллу в подарок несколькими днями ранее.

Эйна застыла перед полкой с вином — в ее голове разгорелись ожесточенные дебаты.

— Эйна Тулл?

— А-а?

Чистый, ласкающий уши голос. Эйна обернулась в поиске той, что произнесла ее имя.

Позади нее стояла поразительно высокая эльфийка, просто ошеломляющая своей красотой.

Ее, мерцаюшие на свету, волосы цвета нефрита были подвязаны сзади в хвостик и спускались до середины спины. Словно листья на дереве, уши эльфийки гордо поднимались вверх, направляя великолепные длинные волосы в обратную сторону. Даже среди прекрасных и утонченных эльфов она возвышалась словно королевская особа. Ее внешность можно было даже назвать неземной.

В полной мере соответствуя ее изящному образу, изумрудные глаза эльфийки были точь-в-точь как у Эйны, если даже не более глубокого оттенка.

Эйна непроизвольно вытянулась по стойке «смирно».

— Госпожа Риверия?!

— Все-таки это ты… Как много времени минуло. В мое отсутствие ты стала столь прекрасной, что я почти не узнала тебя.

Хотя это было не совсем улыбкой, губы Риверии Райос Арве смягчились и изогнулись кверху.

— Для меня большая честь получить столь высокую оценку, моя госпожа. Я буду держать ваши слова у сердца…

— Полно, перестань так говорить — мы не в эльфийских землях. Да и для начала, родилась ты не там — у тебя нет причин держаться со мной с таким почтением.

— Даже так, мне не должно забывать о смирении и проявлении крайнего уважения к королевской особе, коей вы являетесь. Мама всегда говорила мне…

— Так значит, даже Айна привила это своей дочери… печально... Сбежать вместе со мной из эльфийских земель, дабы все пришло к этому.

Риверия печально вздохнула, после чего остановила на Эйне пронзительный взгляд.

— Проявлять минимальное уважение — разумно, но не более, чем это необходимо. Я считаю утомительным находиться в клетке особого ко мне отношения. Если ты говоришь, что хочешь уважать меня и чтить — в таком случае тебе нужно также понять, чего желает мое сердце.

— М-миледи…

От давящих слов Риверии Эйна потеряла дар речи.

По факту Эйна родилась в свободном городе, где двери широко распахнуты для всех, какой бы расе они не принадлежали. Девушка мало знала об эльфах, живущих на родине, однако… она знала, что особа перед ней — высшая эльфийка из королевского рода.

Эльфийская половина, что была в ее крови, заставила склонить голову.

— Я не прошу тебя идти против обычаев — только лишь не заходить с этим слишком далеко.

— Поняла.

— Хорошо.

Риверия удовлетворенно кивнула, однако Эйне пока было сложно разобраться в своих чувствах. Даже ее брови не могли успокоиться.

Эйне казалось, будто она проиграла спор, и девушка всеми силами старалась скрыть это чувство. Потому, вместо того, чтобы зацикливаться на этом, она решила предаться радости от воссоединения с Риверией.

В юности девушки часто встречались в доме, где росла Эйна. Однако с тех пор они не виделись друг с другом ни разу.

Войдя в ряды сотрудников Гильдии, Эйна не могла не знать о деятельности Риверии. Однако вследствие их графиков и обязанностей на работе, не выдавалось хорошей возможности встретиться вновь.

Не то чтобы это было совсем невозможным, однако ни одна из них не делала каких-либо попыток.

— Я рада, что у тебя все хорошо. Подумать только, что из всех мест ты станешь работать в Гильдии…

— Прошу, простите меня — я хотела связаться с вами…

— Не думай об этом. С момента прибытия в Орарио у меня и минутки свободной не выдавалось, поскольку почти все свое время я пребывала в Подземелье. Вне всяких сомнений, мы бы постоянно откладывали нашу встречу.

Все движения Риверии, даже ее короткий кивок головой, были в высшей степени утонченными и безупречными. Эйна выросла, наблюдая за изяществом и достоинством в поведении своей мамы, однако высшие эльфы были абсолютно на другом уровне. Девушки вышли из совершенно разных слоев общества.

— Что привело вас сегодня в это место, госпожа Риверия?

— Что? Я использовала все свои расходники в Подземелье на днях — лишь по этой причине.

— Возможно глупо так думать… но неужели вы, госпожа, не можете использовать магию исцеления?

— От чего же… могу. Однако магия не всесильна. Когда расходник находится под рукой — нет ничего лучше. Что насчет тебя, Эйна?

— Ох…

Вопрос Риверии напомнил Эйне о цели. На мгновение ее коленки дрогнули, после чего она решила ответить, не касаясь, насколько это возможно, проводимого ею расследования касательно Семьи Сома.

Она так поступила, дабы избежать возможного распространения слухов, что кто-то в гильдии проводит расследование о конкретной группе.

— А-а, это вино. В моей семье у него много поклонников.

— Эм… могу я задать вам вопрос, госпожа Риверия? Ни у кого из них не проявлялись признаки зависимости или, может, странное поведение?

— Любой, кто пьет алкоголь, выглядит странным в моих глазах… однако никто не делал ничего, что я сочла бы необычным. Почему тебя это интересует?

— Ну… мой друг рекомендовал его мне. Но из того, что я слышала о Семье Сома…

Отчасти Эйна не соврала. Несмотря на это, она чувствовала себя не в своей тарелке, намеренно вводя в заблуждение Риверию своим ответом, однако шанс получить ценную информацию от нее был слишком хорош, чтобы его упускать.

— Понятно. До меня тоже доходили слухи, о том, что члены этой Семьи ведут себя странно, даже, можно сказать — холодно.

— Госпожа Риверия, вы знаете о них что-нибудь?

В надежде, ее голос дрогнул от волнения.

Ее раскрыли. Прикрыв один глаз, Риверия некоторое время пристально смотрела на пребывающую в волнении Эйну.

О нет…

Эйна застыла, слишком поздно осознав свою ошибку.

Риверия обладала чрезвычайной проницательностью. Она могла ощущать эмоции собеседников, тем самым выясняя их истинные намерения. В детстве, лишь от Риверии Эйне не удавалось сохранить что-либо в секрете.

Скорее всего, она догадалась, что Эйна ведет расследование касательно семьи Сома.

Волна холодного пота прошла по телу Эйны, пока она ждала ответа Риверии.

— … Как бы там ни было. Мне жаль это говорить, но я не владею какой-либо информацией относительно этой Семьи. Не более, чем знаешь ты… возможно, даже менее.

— Ох, все так?

Риверия видела ее насквозь, однако Эйна почувствовала облегчение, когда высшая эльфийка не стала задавать вопросов.

Некоторое время Риверия смотрела на Эйну, после чего, приоткрыв рот, заговорила:

— Хотя я сама ничего о них сказать не могу… Но я знаю кое-кого, кто может обладать некоторой информацией об этой Семье.

— …Правда?

— Не согласишься сопроводить меня в дом моей Семьи?

***

Главная резиденция.

Именно такое описание подошло бы для этого здания.

Конечно, я никогда о них ничего не слышала… однако именно таким должен быть дом известной Семьи, занимающейся покорением Подземелья…

Здание располагалось у северной границы Орарио, по одной из сторон переулка в квартале от «Главной-Северной».

Неширокое и вытянутое, будто бы строители сжали его прямо на этом самом месте. Несколько остроконечных башен, дополняя друг друга, возвышались над крышей, словно ощетинившийся ряд копий.

Конечно же, эти бронзовые башни не шли ни в какое сравнение с Вавилонской, однако были достаточно высоки, чтобы заставить рассматривающего их задрать голову кверху. В вечернем свете кончики башен окрасились в черный.

Жилище, будто высеченное из пламени.

— Госпожа Риверия, с возвращением.

— Прошу меня простить, девушка с вами… она из Гильдии?

— Она дочка моей подруги. Прошу вас закрыть глаза на ее должность.

После небольшого расспроса женщины и мужчины, охранявших вход, Эйна вместе с Риверией прошла внутрь.

Вдвоем они выглядели словно сёстры, вышедшие вместе на прогулку. Хотя на самом же деле, Риверия была много старше Эйны.

Эльфы живут дольше любой из рас полулюдей.

— Думаю, для этого уже немного поздно, однако… вы уверены, что все в порядке?

— О чем ты?

— Приглашать меня — сотрудницу Гильдии, в подобное место... Если внутренняя информация Семьи Локи просочится наружу из-за меня…

— Не стоит говорить о невозможном, Эйна. Будь у меня чувство, что ты способна на такое, я бы не привела тебя сюда. Или ты, быть может, пытаешься меня оскорбить?

— Н-нет! Конечно же, нет!

Все больше и больше воспоминаний из детства всплывало в памяти Эйны, пока она следовала за Риверией через главный холл в приемную.

Та открыто соединялась с прихожей и была оформлена в успокаивающих светло-оранжевых тонах. Здесь стояли дорогие на вид диваны и круглые драпированные тканью столики. И, хотя вся мебель внутри была высочайшего качества, комната более походила на место для общения и отдыха, нежели на приемную.

Эйне хватило лишь одного взгляда на эту комнату, чтобы в полной мере ощутить атмосферу и настроение, царившие в Семье Локи.

Эй, неплохо. Я и сама была бы не прочь пожить здесь… Хм?

Когда ее взгляд добрался до дальнего угла комнаты, она кое-что заметила.

Ей показалось, что к боковой стороне кресла напротив нее был прикреплен большой пучок золотых нитей.

Нет, это были не нити, а чьи-то русые волосы, что, спускаясь с тыльной части головы по сторонам кресла, прилипли к нему.

Девушка, сидящая в кресле, медленно повернула тонкую шею в сторону эльфов.

Внезапно у Эйны сперло дыхание.

— Добро пожаловать домой, Риверия.

— Да, Айз. Я вернулась.

Заговорившей оказалась прекрасная девушка, даже моложе Эйны.

Более мягких и нежных черт выделялась ее утонченная торжественность. На лице девушки, словно золотые озера, мерцали глаза. Слово «невинность» подошло бы ей, как нельзя лучше.

В ней, казалось, сочетались благородная красота и детская непорочность.

Как Эйна однажды сказала: при виде красоты этой девушки, ее сердце замирало.

Айз Валенштайн.

Золотые глаза, светло-русые волосы — авантюристка, по которой Бэлл сходил с ума.

— Кто… эта девушка? — спросила Айз.

— Я… м-м-м, я… — запиналась Эйна.

— Она все равно что член моей семьи. Представьтесь друг другу.

Последовав этому предложению, они обменялись приветствиями. Айз говорила, не прерывая зрительный контакт с Эйной. ее речь была ясной и лаконичной.

Без всякой брони Айз выглядела, словно благородная леди. Белое платье, в которое была облачена стройная девушка, подчеркивало, как ее женственность, так и объемный бюст.

Босые ноги Айз — гладкие, жемчужно-белые, словно из алебастра, полнились энергией.

…Завораживающе.

Эйна чувствовала себя не в своей тарелке, смотря на девушку с такой стороны. Пусть Бэлла здесь и нет, ей казалось, будто она вклинивается между ним и Айз.

Двигаясь медленно и осторожно, Эйна обошла кресло и присела на диван лицом к Айз. Риверия присоединилась к ним, и таким образом девушки расположились вокруг столика.

— Айз, ты уже заменила расходники, что мы использовали во время последнего спуска? Мы выступаем вновь через десять дней.

— Да… Я займусь этим завтра.

Колени, что Айз прижимала к груди, сидя в кресле, приглушили голос девушки. Ее слова звучали тускло, будто звук, упавшего на бок, колокола.

Эйна могла с уверенностью сказать, что что-то не так. Обратив взгляд на Риверию, она увидела лишь теплое, материнское выражение на лице высшей эльфийки, которым она частенько одаривала Эйну несколькими годами ранее. Набравшись, наконец, смелости она озвучила свои мысли.

— Эм, госпожа Риверия?

— Что такое?

— Вам не кажется, что Айз выглядит…несколько расстроенно?

Эйна абсолютно не чувствовала энергии, которая должна была исходить от девушки, чье лицо наполовину утонуло в коленях, покрытых белой тканью. Даже волосы Айз лишились привычного блеска, а плечи безвольно поникли.

Эйна лишь недавно познакомилась с этой девушкой, однако ясно поняла, что Айз сильно грустит.

Риверия тихонько рассмеялась над вопросом Эйны, позволив редкой улыбке появиться на ее устах.

— Судя по всему, мальчик, коим она заинтересована уже некоторое время, сбежал от нее.

Плечи Риверии подрагивали, когда она, вновь рассмеявшись, поддразнивала Айз насчет этих обстоятельств. Эйна же, напротив, не считала это смешным.

— Ужасно… — произнесла она, приложив руку ко лбу.

Кажется, шансы ее юного симпатичного подопечного обрести девушку, были довольно низки.

Эйна решила скрыть эту информацию от Бэлла, запечатав ее внутри своей памяти.

— …Госпожа Риверия. Насчет причины, по которой я сегодня здесь…

— О, верно — мои извинения. Давай позовем ее сюда.

По-прежнему улыбаясь, Риверия потянулась к сумке, что принесла с собой, и вытащила из нее бутылку вина Сома.

— Эм… госпожа Риверия? Разве вы не собирались позвать кого-то ко мне?..

— Искать ее — пустая трата времени. Она всегда была неуловимой. Я даже представить себе не могу, сколько уйдет времени на ее поиски. Эффективнее будет, если она сама к нам придет.

Прежде, чем Эйна успела задать следующий вопрос, Риверия откупорила вино, которое сама же и купила, хотя факт, что она оплатила всю его стоимость за счет Гильдии Локи, казался еще более поразительным.

Вскоре, по приемной распространился удивительно сладкий запах вина.

— Оу… Освежающий букет.

— Хм. Несмотря на то, что я уже в полной мере к нему привыкла, этот запах по-прежнему оставляет неизгладимое впечатление.

Еще мгновение Эйна наслаждалась ароматом, после чего, поняв, что Риверия протянула ей стакан, непроизвольно его приняла. Прежде, чем девушка успела это осознать, высшая эльфийка налила ей напиток. От стыда и смущения Эйна оказалась на грани обморока.

Чувствуя себя ужасно из-за сложностей, доставленных ею Риверии, она осторожно поднесла стакан ко рту.

О-о-о-о…!

Ее глаза распахнулись, как только стакан коснулся губ.

Бесподобно. Просто бесподобно.

От сладости напитка ее язык едва не онемел. Но по какой-то причине вино имело однородную, почти тающую структуру.

Неудивительно, что оно нравится столь многим…

С первого глотка Эйна на себе прочувствовала, откуда у этого вина его реноме.

— Узнаю этот запах…

Звук взволнованных шагов все приближался и приближался, будто его притягивал запах алкоголя.

— Эй, вы… Это же Сома?!

С этими словами, мгновение спустя, из-за угла появилась огненноволосая богиня этой Семьи — Локи.

— А вот и она.

— Так это вы подразумевали под словами «она сама придет сюда» …

— Я знала! Знала! Без сомнений, это — Сома! Ты принесла мне подарочек, Риверия? Ты…ты такое преданное дитя!

Эйна взглянула на стакан в руке, что являлся источником мягкого запаха вокруг нее. После чего перевела глаза на Локи, благоговея от того, насколько хорошо сработал план Риверии по ее вызову.

Даже в тускло освещенной приемной Эйна отчетливо видела волосы и глаза Локи насыщенного красного цвета.

— Хоть я и заплатила за вино, идея была не моей.

— Ну, тогда, походу, Айз! Значит, вернувшись из подземелья, ты все время притворялась грустной, чтоб держать в секрете этот сюрприз! Оу-у-у! Айзу-у, ты такая милашка!

— Не я.

Локи, уже было готовую броситься на Айз и крепко ее обнять, на полпути остановил устрашающий взгляд пребывающей в депрессии девушки. Глаза Айз, как бы говорили: «Прикоснись ко мне, и я тебя на ломтики нарежу».

— А-а…..? — в смущении Локи сделала пару шагов назад, вместе с тем обливаясь потом.

— Айзу-у… злюка… Тебе не кажется, что это слишком, даже для тебя?

— Хочешь получить мое разрешение — говори так, чтобы я тебя могла понять. Что важнее, девушка, которая принесла вино, находится прямо вон там.

Ах, вот оно что….

Эйна поняла, что это тоже было частью плана Риверии.

Личностью, что обладала информацией о внутренних делах Семьи Сома, по факту, была богиня ее собственного семейства — Локи. Получив подарок, она, быть может, захочет ответить на несколько вопросов.

Эйне было неловко напрямую спрашивать мнение богини, но она заставила себя расслабиться.

— А? Кто эта девушка?

— Мы впервые встречаемся, госпожа Локи. Знакомство с вами доставляет мне огромное удовольствие. Меня зовут Эйна Тулл. Я понимаю, что мой визит стал весьма неожиданным…

— Нуу…Что за формальности? Мне даже неудобно как-то стало. Говори, нормально, ясненько?

Отмахнувшись от формальности Эйны, будто это доставляло слишком много беспокойства, Локи повернулась к ней лицом. Заметив униформу Эйны, богиня замерла, пристально глядя на полуэльфийку.

Она приоткрыла правый глаз, на губах появилась хищная улыбка.

— Что тут у нас? Сотрудница Гильдии почтила мою Семью визитом на дом? ... Старик Уран, вечно ратующий за нейтралитет и все такое, наконец, взялся за оружие? Я права?

— Н-нет, все не так! Я… Я…

— Эта девушка моя гостья. Я не позволю клеветать в ее адрес.

— Ах, э-э. Так значит, ты гостья Риверии… ошибочка вышла. Прости, Эйни. Ты же простишь? Простишь?

— Э…Все нормально. Не придавайте этому значения…

Ощутив на себе немой взгляд Риверии, Локи, стараясь закрыть тему, отшутилась, при этом пожав плечами.

После чего плюхнулась на диван.

— Ну, довольно маскарада, давайте к делу. Ты принесла мне одну из моих любимок, а значит, хочешь о чем-то спросить. Все так?

— … В таком случае, я сразу перейду к сути. Если вам известны какие-либо подробности о том, что происходит в закулисье Семьи Сома, не могли бы вы мне об этом рассказать?

— Принести вино Сома для этого? Ха-ха-ха. Понятненько.

Удерживая бутылку в одной руке, Локи грубо схватила стакан со стола и наполнила его. Сделав один большой глоток, она удовлетворенно и протяжно выдохнула, после чего повернула раскрасневшееся лицо в сторону Эйны.

— Не сказать, что у меня сложились хорошие отношения с этим придурком Сомой. И не знаю, смогу ли я дать тебе то, что ты ищешь, Эйна… Но, черт возьми, я раскрою секреты обо всем, чем только пожелаешь. Так что же это будет?

— … Вы знаете, в чем причина странного поведением членов Семьи Сома?

— Хм… Сразу к сладенькому, да? ... Но как бы это объяснить.

Немного покрутив стакан с вином в своей руке, Локи наблюдала за плеском волн внутри него.

Несколько мгновений спустя она допила оставшееся вино одним глотком.

— Поняла! Я расскажу тебе историю обо мне и Соме. Ах, сразу поясню, вине Сома. Не том придурочном боге.

— Ах, эм… Хорошо?

— Итак… Как ты могла понять, я обожаю вино. Ходить по разным магазинам, пробовать и сравнивать различные бренды день за днем. Напиваться в стельку, блевать и отрубаться… Проводить будто во сне каждый день, повторяя все из разу в раз… Так я жила, пока в один прекрасный день не наткнулась на прелестное вино Сома.

Риверия смотрела на Локи, прикрыв глаза и не понимая, к чему клонит богиня. Однако Локи это, казалось, ничуть не волновало, и она продолжила свой рассказ.

— Наверное, ты могла бы назвать это одной из тех судьбоносных встреч? То была любовь с первого глотка! Что за семья его сделала, мне было чхать. Носясь по всему Орарио, я скупала вино Сома, где только можно… Однако я услышала нечто весьма интересное, пока занималась этим.

— Что-то интересное…?

— Ты можешь в это поверить, Эйна? Это вино — неполноценное, бракованное.

Что…

Эйна вспомнила слова Бэлла о том, что он слышал подобное от Лили.

Улыбка Локи становилась все шире и шире.

— Пробуждает интерес, не правда ли? Продукт, что так хорош — дефектен? Тогда, что насчет не бракованного, а? Я узнала это лично, своими силами отыскав путь в резиденцию Семьи Сома.

Эйна была потрясена, а Риверия смотрела на Локи с отвращением. Пусть и нельзя сказать, что эти два бога были друг другу врагами, однако вход одного из них прямо на чужую территорию, по сути, являлся открытым вторжением с целью нападения.

Даже у богов есть определенные устои. Покуда часть из них заключается в защите личной информации, нет ни единой причины члену одной Семьи, пританцовывая, отправляться в дом другой.

— Поднявшись на веранду, я прокричала: «СОМА! Выходи за меня! Умоляю!». Но…меня проигнорировали и мне стало так… так одиноко… Это взбесило меня, потому я вошла внутрь без разрешения.

Эйна помассировала виски, как если бы у нее разболелась голова.

Тем не менее, отсутствие какого-либо противодействия незваной гостье со стороны Семьи Сома, подогрело ее любопытство касательно членов этой Семьи.

— Внутри стояла гробовая тишина. Ни одного дитя не было. Знаешь, это ведь их дом? Как так вышло, что все свалили в одно и то же время? «Что-то здесь не так», — вот что я могла с уверенностью сказать, и от этого меня пробрал озноб. Проигнорировав это, я немного воспряла духом и начала там все обследовать.

— …

— Я заклинаю тебя, Локи. Не выставляй более напоказ столь постыдную информацию.

— Хе-хе-хе, ты такая бука, Риверия. Как бы там ни было, я нигде не смогла найти настоящее вино Сома. И вот, когда я уже была сыта по горло и как раз собиралась вернуться домой… нарисовался тот самый кретин собственной персоной.

Локи опустила голову, будто вспоминая каждую деталь той встречи. Улыбка исчезла с ее лица.

— Я очень по-дружески выдала «Эй, привет!», а тот придурок ответил лишь «Добро пожаловать». Ничего более. Знаешь, это ведь была наша первая встреча. Изредка бросая на меня взгляд, он просто стоял там со своей мотыгой в руках, ухаживая за своим огородом. Похоже, для своего вина он выращивает все ингредиенты сам, хотя узнала я об этом позже. Ах, правда, ничего угрожающего не происходило.

Даже рассказывая историю, Локи не забывала наполнять стакан и пить. С каждой минутой ее ярко-розовые щеки краснели все больше и больше.

Тон ее голоса поднялся.

— Этот бог Сома… по-настоящему вывел меня из себя.

— А?

— Я пробовала говорить обо всем, что только можно, но он отвечал лишь «да» или «хм-м», продолжая работать мотыгой… Для него важнее было его дерьмовое удобрение, нежели я.

Взгляд Локи становился все более и более серьезным по мере того, как она рассказывала об этих воспоминаниях.

Эйна насквозь промокла от пота.

— Даже будучи не более, чем жалким, нерешительным трусом, он вел себя так, будто я была каким-то тупым пугалом, и продолжал меня игнорировать… Даже от мысли об этом меня подташнивает!

— ...

— Эйночка, и в довершение, в довершение всего!

— Э-эйночка?..

— Как думаешь, что ответил этот кретин, когда я, закрыв глаза на всю его грубость и много еще чего, все же вежливо попросила попробовать настоящее вино Сома? Даже поклонилась ему! Я!

Поскольку Локи не ощущала какого-либо недовольства со стороны Сомы, она считала, что у нее есть шанс попробовать, если не целую бутылку, то хотя бы один или два стакана. Однако, наконец, перестав работать и впервые повернувшись к Локи, Сома ответил: «Я отказываюсь».

По-видимому, это был первый раз, когда он проявил хоть какие-то эмоции.

— А-а-а-а-а! Он вроде как должен был быть на моей стороне. Но этот его чертов тон вывел меня из себя столь сильно, как ничто до этого.

— Локи, держи себя в руках. Заканчивай ходить вокруг да около и давай к сути.

— Хи-хи-хи… — Локи несколько раз глубоко вздохнула, дабы успокоиться, и, когда ее лицо расслабилось, опустилась на диван.

— Простите, простите… Немного отклонившись от темы, я спросила этого кретина о его Семье. Его ответ вызвал у меня приступ тошноты. Он абсолютно не имеет понятия, как руководить Семьей, все бессмысленно. Будто бы у него изначально не было сердца.

Брови Эйны поползли наверх.

Изначально не было сердца…? Тогда в чем его цель?

Мысли Эйны понеслись по новому пути.

— Эйна, знаешь, не стоит ломать голову на этот счет. У бога, известного как Сома, лишь одна мысль в черепушке — его хобби. Таких ребят множество, не правда ли? Витая высоко в облаках, они не замечают вокруг себя ничего другого. А этот кретин — первый среди них, самый ярко выраженный случай. Не жестокий или злой, а просто живущий своим делом. Бог чистейшего времяпрепровождения. Ты могла бы назвать его мудрым старичком-отшельником среди богов…ха-ха-ха! — пошутила Локи.

Среди богов было множество странных и необычных личностей, но даже среди них Сома выделялся.

По крайней мере, такое впечатление сложилось у Эйны со слов Локи.

— Теперь к проблеме с вином Сома. Тот придурок создал Семью лишь по одной причине — из-за своего хобби. Но ему не хватало денег — по крайней мере, на поддержание его развлечения уж точно. Как-никак изготовление вина — дорогое удовольствие, согласна? Тогда маленький мозг подсказал ему, что нужно дать им какую-то «награду». Нечто поистине особенное, что заставит их работать усерднее.

— Вы же не хотите сказать…

— Угусь, это вино Сома. Хорошая вещь, не правда ли?

Капля вина, оставшаяся после ее последнего глотка, покатилась по губе Локи. Секундой позже она слизнула ее.

— Эйна, ты попробовала бракованный продукт, так, вероятно, понимаешь это, однако настоящее вино Сома — не игрушка. Оно поглощает тебя. И я сейчас говорю не о том, что можно слететь с катушек в результате опьянения. Оно забирает самую сокровенную часть твоей души, сущности. Овладевает телом и разумом, словно они и не были твоими.

Внезапно, холодок пробежал по спине Эйны.

Она вспомнила жаркое, бодрящее дух чувство, что она испытала, выпив бракованное вино не так давно.

Все ее ощущения, в хорошем смысле, оказались раздавлены вином. Девушка находилась на душевном подъеме.

Нечто, заставляющее испытать еще большую эйфорию, чем это?

Под одеждой она покрылась гусиной кожей.

Следом Локи произнесла:

— Может, если я выражусь следующим образом, тебе станет понятнее, — готовя Эйну к следующим словам.

— Дети, что следуют за ним, находятся там не из-за этого идиота, а именно из-за Сомы.

Члены его семьи поклоняются не богу, но божественному вину.

Это означало, что причина, по которой количество членов Семьи Сома было больше, нежели должно исходя из репутации бога Сомы, заключалась в поглощении их душ вином, которое он им давал.

Его последователи были без ума от вина, один глоток которого мог даровать им большее счастье, нежели все остальное.

— Этот кретин — настоящий монстр. Он не прибег к помощи одного из членов Семьи с «Энигмой», а просто собственноручно выращивает ингредиенты, смешивает их и варит вино. Чертов придурок довел свое хобби до совершенства.

Внезапно Эйна поняла.

Что отчасти Локи называла Сому кретином из страха и трепета.

— Он также не пользуется нашей силой. Используя те же способности, что и его дети, а может, даже меньше, он создает нечто подобное. Ты можешь в это поверить? Другими словами, человеческие руки могут создать божественное вино. И чем он, черт возьми, занимался наверху, в Тенкай*?

— Хм, полагаю, я поняла суть вашей истории. Бог Сома использует вино, дабы завлекать в свою Семью...

— Угусь, все так. Как только члены его Семьи познают вкус этого вина Сома, они идут на все, дабы заполучить деньги. Хоть я и назвала это «наградой», но не все внутри Семьи получают равную долю. Тот кретин поощряет настоящим вином тех, кто помимо выполнения плана, приносит наибольший доход. В его семье идет внутренняя война. Ах да, те, кто выполняет план, по-моему, получают глоток?

Локи напрягала память, стараясь вспомнить. Однако Эйна уже поняла.

Вот почему члены Семьи Сома, коих она временами видела в Гильдии, были столь одержимы деньгами.

Они жаждали вино Сома.

— Чем больше я слушаю, тем больше мне кажется, что вино Сома — опасный наркотик. Приемлемо ли позволить этому продолжаться?

— Может я плохо подобрала слова. Душа крадется, однако мышление не погружается в туман, как от наркотиков. Ты не сходишь с ума, просто чувствуешь блаженство. Все твое тело испытывает трепет. Хочешь сделать еще один глоток несмотря ни на что. Но, как и в случае с обычным алкоголем, это чувство проходит.

Локи разъяснила, в чем разница между Сомой и наркотиками, следующим образом:

— Сома не вызывает ломки. Да и зависимость от него быстро сходит на нет.

Поскольку подобное состояние последователей Сомы было лишь временным, со временем все должно было бы вернуться в норму.

Однако из-за того, что члены Семьи Сома каждый раз получали вино прежде, чем эффект с предыдущего раза успевал развеяться, они застревали в адском цикле.

— Не могли бы вы пояснить, что имели в виду, говоря о коротком периоде зависимости?

— Ну, были дети, что попробовали вино Сома, но после, перестав его пить, выздоровели.

В дополнение к этому, даже потребляющие вино Сома со временем становились более толерантными. Сильнейшие члены Семьи Сома почти постоянно оставались на вершине, и посему всегда получали вино. Однако, каким-то образом они могли пить его, не теряя себя и оставаясь в норме.

А если подумать, то среди всех членов Семьи Сома, что требуют денег на Пункте Выдачи, те, кто достигли второго уровня, всегда были более спокойными и собранными. — вспомнила Эйна.

— Подводя итог для тебя: руководство беспечного идиота, одержимого своим хобби, пленяющее вино Сома и члены Семьи, его жаждущие — все это смешалось, создав безумие, поглотившее Семью Сома.

Такого бы не произошло, если бы бог, стоящий во главе Семьи имел бы к ней реальный интерес, как это обычно и бывает.

Ведь создателю Семьи достаточно лишь поднять голос, чтобы все ее члены замолкли. А иначе они просто лишились бы своего благословления — Фалны.

Судя по полученной информации, в нынешнем положении дел его прямой вины нет. Однако Сома собственными руками привел последователей в движение и до сих пор не остановил.

— Это все, что я знаю, Эйна. Хочешь спросить еще что-нибудь?

— Нет, это все. Огромное спасибо, что уделили свое время.

Эйна поняла, что происходит в Семье Сома.

Хотя их тяга к этому особому вину была страшна сама по себе, в данном случае она излишне зациклилась на их внешнем поведении.

Эйна пришла к такому заключению, поскольку их тяга к алкоголю и большим деньгам не сильно отличались от таковой у остальных авантюристов, что пытались быстро разбогатеть в Подземелье. Единственной пугающей частью всего этого являлись методы, к которым они прибегали для достижения цели.

Однако, согласно объяснению Локи, то был лишь риск отдельных членов Семьи, не каждого. Помощница, которую нанял Бэлл, судя по описанию, которое дал ее подопечный при последнем разговоре, была совершенно нормальной.

Заключив, что шанс для Бэлла оказаться в жизненно-опасной ситуации маловероятен, Эйна почувствовала облегчение.

Локи внимательно смотрела на нее, и увидев облегчение на лице Эйны, чуть шире приоткрыла глаза.

— Эйна.

— Да?

— Знаешь, что произойдет, если перед ослами повесить морковку, которую им никак не достать?

Разгибая пальцы на обеих руках один за другим и не дожидаясь ответа Эйны, Локи продолжила:

— Более слабых задавят, поскольку сильные побегут за чужой морковью, трепля и пиная своих конкурентов по пути.

Сперва Эйна запуталась. Ответ пришел к ней спустя мгновение.

— Вот что происходит в этой Семье. Тот кретин развешивает перед ними морковки и ничто их теперь не может остановить.

Локи сложила все пальцы в замок, за исключением мизинца на правой руке.

— Среди них может оказаться осел, которого не заботит, сколь много раз он был избит своими «товарищами». Тот, кто не может делать ничего в одиночку… но при общении искусно пробуждает симпатию и жалость другого «хозяина». Умный, бескомпромиссный осел.

Лицо, отражающееся в ярко-красных глазах Локи, внезапно напряглось. Лицо Эйны.

— Новый хозяин может внезапно осознать, что его морковки пропали, верно?

Скользнув по всей длине дивана, Локи села.

Наливая то немногое, что осталось от вина в стакан Эйны, она продолжила:

— Просто подумай. Если у тебя есть друг, связанный с кем-то из них, может, тебе стоит предупредить его, хотя бы на всякий случай? Не думай, что все обернется чем-то серьезным, но могут возникнуть некоторые проблемы. Должно заботиться о авантюристах из Гильдии, верно? — скрестив ноги и ухмыляясь, произнесла Локи.

Она видела Эйну насквозь. Локи поистине была достойна зваться богиней.

— Хотя, может, говоря все это из добрых побуждений, я лезу не свое дело.

— … Нет. Я приму ваш совет близко к сердцу.

Она была хорошей богиней. Много более сочувствующей, нежели о ней ходила молва. Либо все было так, либо к Эйне проявили особое отношение из-за связи с Риверией.

Ощутив взгляд Эйны на себе, Локи сверкнула еще одной ухмылкой.

— Хорошо, вино закончилось. Простимся на этом?

— Прошу прощения, что потратила столько вашего времени.

— Не беспокойся. Я была рада поболтать с такой миленькой красавицей, как ты, Эйна.

— Э-хе-хе-хе…

Локи встала с дивана и потянулась так сильно, как только смогла, после чего подошла к девушке, что все это время провела в молчании — Айз.

— Эй, Айз. Долго ты еще будешь заниматься ненужным самобичеванием?

— …

— Отличненько, тогда, может, обновим твой статус? Мы ведь не делали это с тех пор, как ты вернулась, верно?

— … Хорошо.

— Фу-хи-хи-и, давненько у меня не было возможности наложить руки на нежную кожу Айз…

— Сделаешь что-нибудь лишнее, и я порежу тебя.

— А?! Ты серьезно?

Суровый тон Айз заставил богиню немного поежиться, когда они вместе покидали приемную. Прежде чем скрыться за углом, Локи, обернувшись назад на эльфов, подмигнула и коротко махнула рукой.

— Она… интересная богиня.

— Склонна согласиться, что она интересная, но на самом деле — много больше. Мы полностью ей доверяем.

— И вы тоже, Госпожа Риверия?

— Да, я тоже.

Эйна хихикнула про себя, наблюдая за тем, как Риверия улыбнулась с прикрытыми глазами.

Взяв со стола стакан, Эйна выпила оставшееся в нем.

Интересно смогу ли я поговорить с Бэллом завтра…

Предупреждение Локи было свежо в памяти. Сома горько разливался на языке Эйны.

— АЙЗУ-У-У-У-У ШЕСТОГО УРОООВНЯ-Я-Я!! — внезапно завопила Локи.

— ПФ-Ф-Ф-Ф…

— …Эйна.

— А-а-а! Мне так жаль!

↑ Нижний мир. Мир смертных, где живут люди и прочие расы.

↑ Поклон лбом в пол. Высшая форма извинения в Японии.

↑ «Реноме – устоявшееся мнение, о чем-либо, ком-либо».

↑ Верхний мир. Небеса или мир богов.

----------

Глава 5

Солнце село, взошла луна, а затем, возвещая о начале нового дня, небеса озарились светом вновь восходящего солнца.

Обычно в столь ранний час я еще из дома даже не вышел бы, сегодня, однако, я уже находился около Вавилонской башни.

В течение всего времени, что мы с Лили провели накануне в Подземелье, из моей головы не выходили слова авантюриста, что пытался устроить моей помощнице ловушку. Мне с трудом удавалось сохранять самообладание, и из-за этого ей явно приходилось нелегко.

Не желая тревожить Лили, я скрыл от нее подробности. Но несмотря на это, было сложно не заметить, что она все равно волновалась: пока я осматривался в поисках чего-либо необычного, Лили — явно нервничая — украдкой поглядывала на меня с опустошенным выражением на лице.

Пытаясь оградить ее от возможных неприятностей, я и пригласил ее сюда столь рано.

Вот почему я оказался здесь, и стоял, устремив взгляд в голубую высь. До прихода Лили заняться мне было нечем, так что мои мысли вернулись к разговору, что состоялся прошлой ночью между мной и Богиней.

× × ×

Вернувшись домой из подземелья, я сразу же рассказал ей все, что знал о Лили и ее ситуации.

Согласно моему плану, до того как опасность миновала бы, ей предстояло пожить вместе с нами под церковью — так что, рано или поздно, мне все равно пришлось бы объяснить все Богине.

— Бэлл, эта помощница… ты ей доверяешь?

— А?

Спокойно выслушав все сказанное мною, она медленно задала этот вопрос.

Поначалу я не мог понять, что она имеет в виду. Однако следом меня осенило, и я вскочил, нависнув над столом, дабы сказать что-нибудь в защиту Лили. Слова, уже готовые вырваться наружу, застряли в горле, когда я приметил безмятежность в глазах Богини.

— Судя по твоему рассказу, что-то в этой девушке меня настораживает. Взять хотя бы тот день, когда ты потерял мой кинжал… О, я ни в чем ее не обвиняю, не смотри на меня таким взглядом! Просто я никак не могу отделаться от мысли, что она каким-то образом в этом замешана — вы ведь в тот день работали вместе все-таки.

Весьма неожиданное знакомство, девушка, по загадочным причинам не поддерживающая связи со своей собственной Семьей и, к тому же, преследуемая авантюристами… Опустив излишние подробности, богиня процитировала основные пункты моего рассказа.

Мне нечем было на это ответить и я лишь с жалким видом повесил плечи.

— Прости, что так разом все высказала. Однако я ни разу не встречалась с этой девочкой, потому судить могу только по твоим словам. Ты лучше знаешь ее — так что, может, и решение твое наиболее правильное. Впрочем, я не слишком этим довольна.

Богиня продолжила, сказав, что в большей степени беспокоится обо мне. А следом аура, окружавшая ее, изменилась — с величием и достоинством, она спокойно принялась расспрашивать меня о Лили.

— Не думаешь, что эта девчушка скрывает что-то от тебя? Нечто, в чем ее подозревал тот авантюрист — нет, считал виновной.

Она произнесла то, что я и сам должен был понять. Ее слова, словно стрелы, пронзили мое сердце.

Быть может, я старался избегать мыслей о возможности подобного.

В качестве помощницы, Лили сделала для меня многое, даже жизнь спасла от монстров. Это заставило меня закрыть глаза?

Какое-то время я лишь сидел, погрузившись в воспоминания о Лили, и молча смотрел на Богиню. Вспоминал все, стараясь отыскать моменты, где Лили, хотя бы немного, но открывала мне свои настоящие чувства.

— Богиня, я…

× × ×

— Господин Бэлл?

— …!

Голос, позвавший меня по имени, привлек мое внимание и вернул в настоящее.

— Ах! Л-Лили, утречка.

Ответил я немного с запозданием, после чего, прогоняя из головы оставшиеся о прошлой ночи мысли, слегка потряс головой.

При виде этого, Лили улыбнулась. Ее глаза, как обычно, скрывала челка.

— Доброе утро, Господин Бэлл. Лили глазам своим не верит — и подумать не могла, что вы придете так рано.

— Ах-хах, ты права. Независимо от назначенного времени, ты всегда оказывалась здесь раньше меня, Лили.

По крайней мере, похоже, что с ней ничего не приключилось. Какое облегчение.

Как я и предполагал, тот авантюрист и пальцем не осмелится тронуть Лили вне подземелья.

Авантюристов, что доставляют проблемы, заносят в черный список Гильдии. Для них жизнь в Орарио становится невыносимо сложной.

Сначала, в случае отзыва их регистрации Гильдией, Пункт Выдачи переставал платить им за магические камни и выпавшие предметы, бесцеремонно их отбирая. А немного погодя, их ждало изгнание из семьи, означавшее, по сути, что их бог отвернулся от них. В наказание за особо серьезный проступок они могли даже угодить за решетку.

Согласно этим законам, занесенные в черный список авантюристы, отчасти приравнивались к преступникам, но у Гильдии не было иного выбора, кроме как занять твердую позицию против них. Можно сказать, они старались держать преступную деятельность под контролем.

Поэтому-то, если кто и создавал проблемы, то делали они это в Подземелье. Ввиду отсутствия свидетелей, атаковавшая сторона могла заявить, что лишь защищалась или же, что жертву атаковали, по ошибке приняв за монстра. Способов избежать наказания — безграничное множество.

— Господин Бэлл.

— А, прости. Что такое?

— Давайте сходим сегодня на десятый этаж?

— Хм…

Почти в шоке я опустил взгляд на Лили: на ее лице, скрытом челкой и капюшоном, застыла улыбка.

— Это очень неожиданно…

— Господин Бэлл, вы действительно считали, что Лили не заметит? У вас ведь более чем достаточно сил для десятого этажа, или я не права?

— …

Под «силой» она, должно быть, имеет в виду мой статус.

Действительно, многие из моих основных характеристик, в частности Ловкость, уже достигли А или B рангов. Самым нижним этажом, на который авантюристам первого уровня позволялось спускаться, Гильдия объявила двенадцатый.

Причина, по которой я до сих пор на него не спускался, в том, что я — одиночка. К тому же, начиная с десятого этажа Подземелье становилось особенно враждебным, запутанным и сложным.

Можно сказать, оно начинало показывать свои клыки. В любом случае, средний ранг A для двенадцатого этажа резко отличался от среднего ранга G для седьмого.

На самом деле, я уже спускался на девятый этаж и благополучно вернулся. При таком раскладе, я смог бы добраться до одиннадцатого даже в одиночку. Лили, должно быть, решила, что сейчас подходящее время для спуска на десятый этаж.

Честно говоря, я чувствую, что готов сделать это. Возможно, я слегка и переоцениваю свои навыки, но по крайней мере, мне это не кажется чем-то невозможным.

И все же, есть и другая, более гнетущая причина, по которой мне не хотелось бы заходить на этот этаж.

На десятом этаже появляются “они”.

Крупные монстры, которые вплоть до девятого не встречаются.

К этой категории относятся монстры, вроде того Минотавра.

— Но я чуть не умер на седьмом этаже на днях. Ты уверена, в моей готовности к десятому этажу?..

— Это — правда, но поскольку вы, Господин Бэлл, уже успели получить подобный опыт из-за самоуверенности, сегодня у вас с этим проблем не возникнет, верно? Лили полагает, что из-за этого у вас, Господин Бэлл, теперь только больше прав зваться авантюристом.

— …

— И не забывайте, Господин Бэлл, теперь вы владеете магией. Сильной магией. Теперь у вас нет слабых мест.

Я показал ей «Огненный разряд» вчера.

То была небольшая демонстрация — я хотел увидеть, насколько моя Магия улучшилась после обновления статуса накануне ночью. Помимо этого, мне хотелось привыкнуть к использованию магии, так что я счел время подходящим. Лили осталась под большим впечатлением.

Для одиночки вроде меня ценность Магии с Быстрым вызовом неоспорима.

— Лили спускалась на одиннадцатый этаж вместе с другими авантюристам, так что можете поверить мне на слово. Десятый этаж не доставит вам, Господин Бэлл, каких-либо трудностей. Лили за это ручается.

Еще до того, как я обрел магию, Эйна дала мне свое разрешение на спуск ниже десятого этажа (вместе со строгим предостережением). Так что, если думать об этом в таком ключе, все, как и сказала Лили — теперь, когда я овладел магией, десятый этаж не должен стать проблемой.

Продвинуться дальше или остаться на месте.

— По правде сказать, Лили нужно собрать большую сумму денег за следующие несколько дней.

— Подожди минутку, это не?!

— Лили не может вдаваться в подробности, но это связано с моей Семьей…

Словно управляя ходом моих мыслей, она поразила меня, рассказав о своих настоящих мотивах.

Я невольно вспомнил, как ее окружила та троица авантюристов.

Голова перестала работать, а мышцы на шее начали судорожно сокращаться.

— Не простите ли вы Лили подобный эгоизм, Господин Бэлл?

Лили склонилась в поклоне, не отрывая взгляда от моего лица.

Если это действительно связано с ее Семьей, тогда мое вмешательство — особенно, если возьмусь помочь собрать «большую сумму денег» — будет ей лишь во вред. Если вскроется, что кто-то из другой семьи помог Лили собрать деньги, это может быть воспринято со смешанными чувствами, или даже, как оскорбление.

У меня нет ни единого способа узнать, правдивы ли слова Лили. А спросив ее саму, не уверен, что получу честный ответ.

Вероятно, на ее месте, я бы не ответил.

Приняв решение, я сжал правый кулак.

— Хорошо. Идем на десятый этаж.

— Спасибо вам, спасибо, спасибо!

После моих слов на лице Лили расцвела широкая улыбка. Не прекращая кланяться, она вновь и вновь рассыпалась в благодарностях. Сведя брови вместе, я натянуто улыбнулся.

— Выдвигаемся прямо сейчас? Или, на всякий случай, купим еще несколько предметов внутри Вавилонской башни?

— Лили вчера приобрела кое-что дополнительно. У меня есть предложение: почему бы вам, Господин Бэлл, не попробовать вот это?

Произнося все это, Лили положила свой рюкзак на мостовую и вытащила из него чернильного цвета ножны с коротким мечом внутри.

— Это же…

«Кинжал Богини» длиной около двадцати сантиметров, а это оружие, насколько я могу судить, лишь взглянув на него, — около пятидесяти.

Короткий меч?.. Нет, баселард?

Очень простые, с округлыми краями ножны плотно прилегали к рукояти клинка, полностью скрывая лезвие. Оружие имело весьма незатейливый дизайн.

— Так... зачем?

— Не переживайте, Господин Бэлл — это часть приготовлений. У вашего нынешнего оружия недостает размаха для сражений с крупными монстрами. Лили и так уже некоторое время подумывала, что вам, Господин Бэлл, нужно увеличить радиус поражения.

— Так ты… отдаешь его мне? Думаю было бы неправильно, не заплатить за него…

— Господин Бэлл согласился с эгоистичной просьбой Лили. Это мой подарок в благодарность вам. Прошу, примите его.

— Ну если ты настаиваешь…

Я вытянул из ножен клинок переданного ею баселарда.

Серебряный, обоюдоострый клинок. Очень легкий, и не сказать, что намного больше моего кинжала — хоть я никогда и не пользовался мечом, он вполне может мне подойти…

— Интересно, он подойдет мне? Никогда прежде не пользовался ничем подобным…

— Почему бы не испытать его по пути к десятому этажу? Монстры вплоть до седьмого идеально для этого подойдут. Если глаза не обманывают Лили, то при использовании короткого меча у вас, Господин Бэлл, не возникнет особых затруднений.

Лили побывала во многих группах и видела множество разных боевых стилей, так что в этом вопросе я могу ей доверять. Да и со мной она уже довольно давно — так что знает, о чем говорит.

Нет причин сомневаться в ней — поверю на слово.

— А… У меня нет пояса для него…

Все, что мне оставалось — повесить его на пояс, однако с небольшим опозданием я осознал, что при этом ножны мешаются.

— Господин Бэлл, Господин Бэлл.

— …?

— Если память не изменяет Лили, то оружие подобного размера можно держать в вашем наруче, так ведь?

Ах, совсем забыл. А ведь сам ей об этом и рассказал.

Я вытянул «Кинжал Богини» из наруча на мгновение, дабы удостовериться, поместится ли баселард внутри.

Угу, без проблем.

— У тебя потрясающая память, Лили. У меня это полностью вылетело из головы.

— Хе-хе, Лили тоже вспомнила только сейчас.

Положив руки за голову, Лили застенчиво отвернулась на мгновение.

Смотря на нее, я непроизвольно рассмеялся, но вскоре я осознал, что возникла другая проблема: Куда мне положить «Кинжал Богини»?

— …

Внезапно в моей голове прозвучали слова, произнесенные Богиней прошлой ночью:

— Эта помощница… Ты ей доверяешь?

И словно это произнес сам кинжал в моей руке — голос Богини задал мне тот же вопрос в третий раз.

Медленно закрыв глаза, я попросил прощения.

Открыв их вновь, я вложил нож в набедренную сумку для расходников.

В ней были ячейки, достаточно большие для трубочек с зельями, так что Кинжал вместе с ножнами плотно закрепился в одной из них.

Одобрительно покачивая головой, Лили молча за мной наблюдала.

— Ну что ж, пойдем?

Услышав мое предложение, Лили подняла голову. Коротко и быстро кивнув, она улыбнулась и ответила:

— Да.

× × ×

— Рассчитываю на тебя, Тулл. Пусть это и проверка, но не переусердствуй.

— Да, сэр.

Начальник Эйны, ответственный за работу с кадрами, заметил ее в дверях, выходящей на «Западную-Главную».

Ей поручили отправиться в Вавилонскую башню для проверки магазинов, что арендовали место у Гильдии. Это была просто рутинная работа — непосредственно заходя в магазины, убедиться, что ни одна Семья не занимается какой-либо подозрительной деятельностью.

Подтянув кверху официальную повязку на рукаве и укутав шею шарфом, Эйна отправилась в путь по утренним улицам Орарио. Этот комплект показывал, что она — ревизор из Гильдии. На проверку Вавилонской башни назначили также и других сотрудников Гильдии, но Эйна двигалась в нескольких минутах позади них.

В конце концов, мне так и не выдалась возможность поговорить с Бэллом…

Информация, что она вчера собрала в Семье Локи, вертелась у нее в голове в течении всей ночи.

Предостережение Локи все еще было свежо в памяти Эйны, и она хотела как можно скорее рассказать Бэллу о том, сколь большая опасность нависла над ним.

Она сожалела, что накануне вечером не пошла на большее, дабы увидеться с ним — ей стоило все ему рассказать, невзирая ни на какие преграды.

Я преступаю границу дозволенного… Но поскольку, я, так или иначе направляюсь туда, мне стоит сообщить информацию Богине Гестии.

Сегодня Эйна шла с проверкой к Семье Гефест. Лицо богини, что не так давно начала там работать, всплыло в памяти девушки, и она решила, что разговор с ней стал бы лучшим решением. Серьезная, следующая букве закона Эйна осознавала, что таким образом она злоупотребляет своим положением, а также смешивает личную жизнь с работой. Однако…

Думаете, я этого не понимаю? — с этим она выкинула эти мысли из головы и продолжила свой путь.

— Ах.

— …

Вместе с Эйной, только не со стороны «Западной-Главной», а — «Северной-Главной», в «Центральный Парк» вошла Айз Валенштайн и направилась к ней.

— Д-доброе утро, Мисс Валенштайн.

— Доброе утро.

Айз поприветствовала заикающуюся Эйну небольшим кивком. При этом светло-русые волосы девушки слегка колыхнулись, сверкая на солнце подобно золотой пыли.

Не зная, как продолжить разговор с девушкой, официальное знакомство с которой произошло лишь вчера, и чувствуя вину за повисшую — после пожелания доброго утра — паузу, Эйна произнесла первое, что ей пришло в голову:

— Мисс Валенштайн, какие у вас на сегодня планы?

— Я думала купить несколько предметов.

— Хм…в Вавилонской башне?

Поддерживая разговор, Айз вновь кивнула. Судя, по ее словам, она собиралась спуститься в Подземелье и сегодня.

Эйне казалось немного странным, что Риверия покупает предметы в другой лавке, но увидев полностью экипированную и готовую к бою Айз, она быстро все поняла.

Хоть с первого взгляда на нее подобное и сложно представить, но эту прекрасную девушку знали под двумя другими именами. Ее первым прозвищем было «Кэнки» — Принцесса меча, или леди меча. Однако среди других авантюристов она была известна, как «Сэнки» — Принцесса битвы, или леди на поле боя.

…Она все еще выглядит подавленной.

Эйна уже видела Айз в подобном состоянии прошлой ночью в доме Семьи Локи. Она всеми силами старалась вовлечь Айз в разговор, несмотря на то, что голос светловолосой девушки был безжизненным, а взгляд — неизменно подавленным.

Похоже, для нее стало настоящим шоком, что мальчик, понравившийся ей, сбежал от нее прочь.

— Мисс Валенштайн, позвольте мне выразить благодарность за спасение одного из моих авантюристов.

— …?

— Только не говорите мне, что запамятовали? Не так давно вы очень вовремя подоспели и убили разъяренного минотавра на пятом уровне, чем спасли его.

— Минотавр.

— Да. Имя этого авантюриста Бэлл Кранел. Он чрезвычайно благодарен вам…

Стоило Айз услышать имя Бэлла, ее шея ужасным образом скривилась. Эйна старалась донести до Айз чувства, что Бэлл испытывал в отношении нее, однако в шоке замолчав, отступила на шаг.

Некоторое время они молча стояли под Вавилонской башней. Айз с печалью в глазах посмотрела на Эйну и, приоткрыв рот, нервно произнесла:

— Он не боится меня?

— Чт… А?

Эйна была столь сбита с толку, что в ответ из ее рта вырвалось лишь несколько звуков.

— …?

В этот момент, Эйна мельком заметила кое-что.

В поле ее зрения попали четыре авантюриста, что собрались под широколиственным деревом.

Трое из них носили на доспехах эмблему полумесяца над стаканом вина… Символ Семьи Сома.

Почти непроизвольно, Эйна всеми силами постаралась прочесть их разговор по губам.

— …как и планировалось… заблуждается…

— …зная это… Арде нужно…

Несмотря на большое расстояние до авантюристов, Эйне удалось вытянуть эти слова из их разговора.

Пусть они не упоминали именно Бэлла, но произнесли имя его помощницы.

После этого группа разошлась, однако каждый из них направился к Вавилонской башне. Эйна была уверена, что они — почти наверняка — собрались спуститься в подземелье.

Айз должно быть почувствовала, что с Эйной творится неладное и подняв голову, заговорила:

— Что-то не так?

Лицо Эйны приняло куда более напряженный вид, нежели обычно, ее глаза лихорадочно забегали. Постояв в тишине еще несколько мгновений, Эйна низко поклонилась и разом высказала все свои опасения:

— Я знаю, что это крайне грубо с моей стороны, но у меня есть просьба. Прошу, помогите моему подопечному. Спасите Бэлла Кранела.

— ...

— Может я излишне беспокоюсь, но у меня есть основания полагать, что он находится в чрезвычайно опасной ситуации. Я понимаю, что прошу многого от вас, но умоляю — помогите ему.

— Это не вчерашний..?

Айз слышала разговор, что состоялся накануне вечером в приемной Семьи Локи, и мгновенно связала все воедино. Эйна, стоявшая в поклоне, кивнула, после чего в подробностях рассказала Айз все с самого начала вплоть до момента, когда авантюристы направились в Подземелье.

Периодически кивая в ответ, Айз молча выслушала рассказ Эйны, и, когда та закончила, произнесла:

— Я поняла.

— Вы уверены, что все в порядке?

— Да… У меня до сих пор не было возможности извиниться перед ним.

Хотя последние слова Айз несколько сбили Эйну с толку, она сделала шаг в сторону, пропуская девушку.

Эйна собиралась лишь проводить ее взглядом, но наблюдая за тем, как золотые локоны девушки уплывают вдаль, ей сильно захотелось прокричать кое-что еще.

— Эм, Мисс Валенштайн!

— …?

— Бэлл… Бэлл Кранел правда очень, очень благодарен вам за то, что спасли его!

Слова Эйны придали еще больше сосредоточенности и ясности лицу Айз, черты лица вокруг глаз смягчились, а на губах появился намек на легкую улыбку.

× × ×

Планировка и убранство Подземелья кардинально менялись на восьмом и девятом этажах.

Прежде всего, возрастало число залов, и они становились значительно шире, а коридоры, их соединяющие — значительно короче. Также, потолок, что ранее располагался в трех-четырех метрах над головой, теперь высился в десяти.

Желтые стены этих этажей покрывал мох,а пол — короткая трава, из-за чего эти этажи напоминали степь. Сосредоточенный в одной точке свет лился сверху — словно от солнца, зависшего над уходящей за горизонт равниной. Будто бы шагаешь по сельской местности — такое у меня сложилось впечатление.

Бестиарий этого этажа представлял собой пересмотренную версию предыдущих — на нем не появлялись новые монстры, вместо этого по этажам бродили более сильные кобольды и гоблины. Весь опыт, что авантюристы получили, сражаясь с этими монстрами на этажах выше, был применим и здесь. Потому, покорение восьмого и девятого этажей обычно давалось относительно легко.

В доказательство этому, мы с Лили неоднократно спускались сюда за последние несколько дней.

Теперь же, нашим пунктом назначения был десятый этаж.

— Этот этаж…

— Туман…

Не то, чтобы это было плохо, но довольно плотное облако тумана, мешало разглядеть другой конец зала.

Десятый этаж по убранству и планировке в целом напоминал восьмой и девятый. Однако, «солнце», прежде ярко сиявшее высоко над головой, исчезло. Вместо этого, кругом, словно в предрассветное утро, стелился туман.

Это первый раз, когда видимость в Подземелье была затруднена.

— Лили, держись рядом со мной.

— Да.

Понятия не имею, сколько раз я уже сказал ей это, однако повторил снова.

В первую очередь я беспокоился, конечно же, о том, что если окажусь отрезан от Лили, могу потерять ее в этом тумане, но помимо этого я оставался наготове из-за того авантюриста. Он мог нанести удар в любой момент. Должно быть, я вконец надоел Лили своими напоминаниями о том, чтобы она оставалась рядом — еще задолго до того, как мы спустились на десятый этаж — так что не удивлюсь, если ее от них уже подташнивает.

В любом случае… Эта вещь неплоха.

Держа Лили в поле зрения, я кинул взгляд на баселард в моей правой руке.

Он оказался весьма полезным. Поскольку ранее я не использовал оружие длиннее кинжала, первое время руке было малость неудобно. Но думаю, что он мне понравится. Этот клинок превращает муравьев-убийц в фарш.

Зона поражения баселарда — словно глоток свежего воздуха. Чувство, что можно наносить удар за ударом с безопасного расстояния для меня в новинку.

Хоть его режущая способность и уступает «Божественному кинжалу», жаловаться мне не на что.

— ...!

Пройдя по коридору, мы вышли в еще один зал.

Нашему взору вновь предстала саванна. Туман по-прежнему висел в воздухе, но теперь мне удалось определить размеры зала.

Повсюду виднелись мертвые, голые деревья.

Окутанные туманом, они создавали жуткое впечатление. Я нахмурился, как только мы вошли внутрь. Пока что, лучшим решением было бы отойти от стены, прежде чем из нее появятся монстры.

Мы подошли к небольшой группе мертвых деревьев: каждое из них достигало в высоту где-то одного-двух метров. У основания ствол покрывала ненормально толстая кора, но ближе к верхушке дерева он становился все тоньше и тоньше. Очень странно…

Ах, это должно быть они.

Немного осмотрев дерево, я повернулся к Лили и произнес:

— Что думаешь? Нам стоит срубить их?

— Нет, у нас нет на это времени.

Неожиданно тон голоса Лили резко стал выше, и вместе с этим она уставилась мне за спину.

Почувствовав волну ужаса, прокатившуюся по спине, я обернулся посмотреть, что же так ее поразило.

Крупный силуэт двигался, рассекая туман. Я не только слышал, как его гигантские ноги опускаются на пол, но даже чувствовал вибрацию, что проходила через мои ботинки . Все мое тело дрожало.

Мое лицо свело судорогой. Подняв руки в защитном положении, я покрепче стиснул зубы.

— Р-р-р-х-ха…

С низким рычанием, орк —монстр, относящийся к категории «Крупных» — вышел из тумана.

Коричневая кожа, голова вепря. Шкуры, которыми был обмотан пояс, создавали впечатление старой, потрепанной юбки. Судя по всему, в высоту он достигал трех метров — чуть выше Минотавра.

Однако в отличие от чрезвычайно мускулистого Минотавра, орк был округлым — приземистым и весьма толстым.

— Ну-у, они и правда огромные…

— Вам нельзя отступать, Господин Бэлл…

Лили всегда говорила, что сбегая, не продвинуться вперед. Сглотнув, я кивнул.

Она права. Если не смогу убить этого орка, то никогда не справлюсь и с другими крупными монстрами впоследствии… вроде того Минотавра.

Я не поддамся страху, лишь потому, что монстр возвышается надо мной.

Глубоко вздохнув, я решился.

Найдя своими глазами-бусинками нас с Лили, орк зарычал.

Не сводя глаз со своей добычи, монстр ускорился, отчего пол затрясло еще сильнее. Прокладывая себе путь сквозь группу мертвых деревьев, орк вытянул мясистую руку.

Схватившись за одно из деревьев, он выкорчевал его из земли.

То, что некогда было лишь частью естественного ландшафта Подземелья, в руках монстра обратилось грубой дубинкой.

Ландформы — собственный склад оружия Подземелья и еще одна неприятная его особенность.

Подземелье живет, и само, естественным образом обеспечивает монстров, что бродят внутри, оружием.

Впервые ландформы появляются на десятом уровне, значительно усиливая монстров на нем.

Поддержка Подземелья дает один или два дополнительных камня за монстров, убитых безоружными.

— Как не вовремя…

Ландформы можно уничтожить, но поскольку они являются частью живого Подземелья, они вновь вырастают спустя какое-то время. Точно так же, как и появляются вновь сами монстры. Однако, я слышал, что эти мертвые деревья вырастают вновь почти мгновенно.

Обычно, авантюристы уничтожают ландформы до прибытия монстров, дабы не допустить их использование в качестве оружия. Так что со временем нам сильно не повезло.

Теперь же мне предстояло противостоять полностью вооруженному орку, в зале, где особо не развернешься.

Тяжелое дыхание орка становилось все ближе, а глаза сверкали, словно он был готов броситься на меня в любую секунду.

Первое сражение с Крупным монстром. Мое напряжение достигло предела.

Казалось, что грудь вот-вот взорвется. Пытаясь успокоить биение сердца, я глубоко вздохнул и расслабил свои плечи.

В этот момент орк взревел во всю глотку. Словно гонг, возвещающий о начале — пришло время сражения.

Как только этот “сигнал” коснулся моих ушей, я бросился в атаку.

Нельзя пропустить удар!

Разница в размерах слишком велика. Нет и шанса заблокировать атаку.

От любого пропущенного удара, я могу отправиться в полет. И наруч на моей руке не сможет защитить от этого.

С другой стороны, если я атакую…

Первая цель: нижняя часть тела. Особенно ноги, твердо стоящие на земле.

То, что он большой, еще не значит, что — неуязвимый. Конечно, поначалу меня испугали его размеры, но, как и у всех крупных монстров, у него есть слабые места.

Крупному противнику обычно сложно поразить маленькую, проворную цель.

И это в особенности справедливо для медленного, неповоротливого орка. Его тело настолько тяжелое, что он с легкостью теряет равновесие.

Один удар.

Лишь один удар.

Если я смогу уклониться от первого удара, он полностью откроется для контратаки.

Орк приблизился, несясь прямо на меня!

— Р-Р-Р-О-О!

Приложив достаточно силы, орк резко поднял дубинку перед собой.

Мертвое дерево за счет корней расширялось на конце, из-за чего было похоже на большой молот или дубинку. Размахивая им над головой и готовясь нанести по мне первый удар, орк вышел на линию атаки.

Над головой… Значит!..

— …!

Не колеблясь я бросился вперед.

От удара, идущего по дуге сверху уклониться намного проще, чем от бокового. Если удастся просчитать, куда попадет оружие, то разминуться с ним не составит труда. Как только дубинка столкнется с землей, о последующей атаке можно уже не беспокоиться.

А также, орк не сможет защищаться, пока снова не поднимет свою дубину — так что это мой шанс.

Ударю изо всех сил!

Монстр яростно взревел.

— Ша!

Я с легкостью уклонился от обрушившейся сверху дубинки.

Воспользовавшись инерцией, я приблизился к орку с правой стороны и всадил баселард в тело монстра под ребра.

Из раны хлынула зеленоватая жидкость, а орк издал пронзительный визг.

Трава внизу окрасилась в более насыщенный зеленый.

— Хаа!

В соответствии с изначальным планом, я быстро решил развить свою атаку ударом по ногам.

Опустив клинок как можно ниже, я крутанулся, вместе с этим полоснув правую ногу орка по восходящей траектории.

Пока меч скользил, цепляя краешек травы, я перехватил его обеими руками и вонзил орку под колено.

Мои уши поразил оглушительный рев.

Попав в кость, баселард остановился. Я почувствовал и саму кость, и вес монстра, что на нее опирался — дальше клинку было не продвинуться.

Но стиснув зубы, я приложил все силы, чтобы приподнять орка и заставить режущую кромку двигаться вперед.

— КАК ТЕБЕ ЭТО?!!

Ногу отрезало начисто.

Баселард вышел из задней части голени монстра. Поскольку нижняя часть ноги более к телу не крепилась, орк грохнулся на землю.

Вопль, страдающего от боли, монстра потряс зал. Орка охватила агония, но я не собирался на этом останавливаться.

Запрыгнув орку на спину, я бросился к его голове. Держа короткий меч обратным хватом, я прицелился, и, направив клинок вниз, пронзил череп монстра. Тот жалостно взревел.

— Господин Бэлл! Еще один!

— …!

Орк подо мной неистово затрясся прежде, чем испустить дух. Стоя на его трупе я увидел, что с направления, откуда мы пришли ранее — как и сказала Лили — на нас несся еще один орк. Похоже, услышав звуки битвы, он пришел в ярость, поскольку, двигаясь сквозь туман, он полностью игнорировал ландформы.

Спрыгнув с безжизненного орка, я выставил руку вперед.

Мне нельзя промахнуться.

Зафиксировав взгляд на массивной туше орка, я сразу же вызвал заклинание.

— ОГНЕННЫЙ РАЗРЯД!

— РАУУУУ?!

Иссушив воздух, разряд пламени поразил грудь, только-только подошедшего орка.

Однако тот лишь издал вопль и замедлился.

Его разорванная грудь обуглилась, однако падать замертво он похоже не собирался.

Похоже, моей магии пока недостает силы, чтобы сходу убить орка. Не удивительно — я лишь несколько дней назад освоил ее. Огненному разряду все еще не хватает мощи.

Однако…

— ОГНЕННЫЙ РАЗРЯД!

Вторая попытка.

Еще одно быстро вызванное заклинание поразило орка, сразу вслед за предыдущим.

Я не задумывал так, но новый огненный разряд попал в орка в том же самом месте, что и предыдущий. Взрывом монстра отбросило назад. Разряд зацепил его подбородок, из-за чего, неуверенно держащийся на ногах, орк уставился в потолок, и, отшатнувшись от меня… замер.

Не издав и звука, орк обратился в пепел.

Два взрыва заклинания в непосредственной близости пробили дыру в его груди. Магический камень, что должен был находился внутри, похоже уничтожило пламя.

Я наблюдал, как монстр растворяется в, окружающем мою выставленную вперед ладонь, воздухе. Лишь, когда тот окончательно исчез, я успокоил дыхание и опустил руку.

Я победил…

Сработало.

Меч, мой боевой стиль, моя магия — все сработало. И на монстре, чей размер во много превышал мой собственный, на крупном монстре, что мало чем отличается от того Минотавра.

Как только сердце окончательно успокоилось, внутри меня разгорелось новое пламя.

Чувство выполненного долга. Возможно… чувство прогресса.

Я наслаждался каждой секундой, бурлящего во мне, чувства триумфа, от чего мои губы задрожали.

— Лили! Я сделал… это…

Я обернулся в поисках Лили; на моем лице застыло выражение истинного счастья. Но обнаружил — лишь белый туман.

Напарница, что сопровождала меня до этого дня, исчезла.

Эйфория отступила.

— Лили?!

Мое горло смог покинуть лишь этот робкий вскрик.

Голова пошла кругом, словно мне пощечину отвесили. Но куда бы я ни посмотрел, мои глаза находили лишь туман — девушка как сквозь землю провалилась.

Поначалу я опасался самого худшего, но сделав глубокий вздох, успокоился, после чего сорвался на бег.

Если бы тот авантюрист стоял за исчезновением Лили, то она, по крайней мере бы, вопила и как-то сопротивлялась. То, что это были монстры, кажется более вероятным.

Я двигался по направлению к углу зала, где туман был наиболее плотным.

— …?

Прокладывая себе путь между мертвыми деревьями, я учуял отвратительный, ужасно тяжелый запах.

Закрыв нос рукавом, я оглянулся в поисках его источника. На это ушло немного времени — у основания одного из деревьев находился толстый кусок окровавленного, сырого мяса.

— Разве это… не приманка для монстров?..

Дабы взглянуть поближе, я опустился на колени рядом с жирной массой прошедшей обработку плоти.

Сомнений нет. Эта вещь продается в магазинах расходников. Искатели приключений вроде меня используют подобные ловушки, дабы приманивать монстров, увеличив тем самым количество магических камней и выпадающих предметов, не сходя при этом со своего привычного маршрута по Подземелью.

Но почему одна из них здесь?..

Моих ушей коснулся звук тяжелых шагов. Орки.

И не один. Словно отбивая наихудшую барабанную партию в мире, приближался топот сразу множества ног.

А следом я заметил кое-что еще — множество кусков блестящего, покрытого слизью мяса, разбросанного кругом.

Я застыл, словно вкопанный. Шаги приблизились настолько, что я уже мог подсчитать количество орков. У меня перехватило дыхание.

Дерьмо…

Четыре.

В гробовой тишине, я выругался про себя, поскольку тени орков стали различимы в тумане: выстроившись в линию, они двигались рядом друг с другом.

Убийство даже одного из них, полностью меня истощит. Четырех за раз — невозможно. У меня нет и шанса. Через несколько секунд меня окружат и отправят на тот свет. Кроме того — их размер. Если они воспользуются Ландформами, которых кругом в достатке, у меня даже возможности не будет выйти из их зоны поражения.

Нужно убираться отсюда, сейчас же — нет и шанса, что я смогу выйти из боя живым.

Но что насчет Лили?

Что если она раненная лежит в этом зале или по какой-то причине не может сбежать?

Оставить ее позади? Бросить умирать?

Орки, пришедшие сюда на запах окровавленного мяса, уставились на меня — похоже, они были не очень рады встрече. Темно-зеленые жилы на их толстых, мускулистых руках медленно пульсировали.

Еще немного, и сбежать, не обнажив при этом меч, стало бы невозможно, однако сдвинуться с места я все равно не смог.

Внезапно, пронзая воздух вне поля моего зрения, нечто устремилось в мою сторону.

— А?!

Оно пронзило сумку расходников на моей левой ноге, отправив часть от нее в воздух. Ту часть в которой хранился «Божественный Кинжал».

Пока она улетала прочь, я заметил, торчавшую из нее, маленькую золотую стрелу.

Орки, заметив, что я, широко распахнув глаза, слежу за частью сумки, и посчитав это своим шансом, с яростным рыком разом набросились на меня.

— …?!

Двое из них, схватив Ландформы, по широкой траектории замахнулись ими в мою сторону.

Хоть и самым неловким образом, я, однако, смог уклониться, поднырнув под удары.

Однако перевести дыхание мне не дали. Два других орка, казалось бы столь большие и неуклюжие, в мгновение ока сократили расстояние между нами.

— Э-э-а!

Я издал вопль, поскольку массивные руки опускались мне на голову со всех направлений.

Опасно! И что, черт возьми, мне сейчас делать?

Даже будучи авантюристом-одиночкой, никогда прежде я не чувствовал себя настолько уязвимым. Уходя от ударов — градом которых меня осыпали орки — я не мог найти время даже вздохнуть.

Уклонившись от обрушившегося сверху удара и случайно бросив взгляд мимо монстров, я увидел ее.

Она шла на безопасном расстоянии от орков — словно по Центральному Парку.

— Лили?! Э-э-а-а-а!

Следующая атака пришла в то же мгновение, как я закричал. Нельзя терять сосредоточенность ни на секунду.

Пока я, стараясь выжить, уклонялся, Лили подобрала часть моей сумки и вытащила «Божественный Кинжал»

Тщательно осмотрев его, она засунула его под рубашку и с обычной для нее улыбкой на лице посмотрела в мою сторону.

— Простите, Господин Бэлл. Здесь все и кончится.

— Лили, что, черт возьми, ты такое говоришь?

— Лили кажется, что вам, господин Бэлл, не стоит быть столь доверчивым к другим.

Я выхватил ее глазами среди конечностей орков: она наклонила голову в сторону, словно милая маленькая девочка, хоть я и кричал на нее.

Челка и капюшон не скрывали ее глаза, а на лице, как всегда, застыла милая улыбочка.

Однако она выглядела несколько… одиноко.

— Надеюсь, вы отыщете возможность сбежать.

Находившаяся по другую сторону “стены” орков, Лили произнесла это, словно давая свой последний совет. После чего, поправив свой пухлый рюкзак, повернулась ко мне спиной.

— Прощайте, Господин Бэлл. Мы никогда больше не увидимся.

Бросив напоследок взгляд через плечо, девушка убежала, растворившись в тумане.

— Лили! Лили!.. А-а-а-а! Прекращай уже!

— Р-Р-О-О-А?!

× × ×

— Вы слишком хороший, Господин Бэлл.

Лили бежала по залам Подземелья, неся на себе груз, который обычный человек не мог и надеяться поднять.

Схватившись за ремни своего рюкзака, она без колебаний продолжала двигаться вперед.

В общей сложности Лили соврала Бэллу дважды.

Во-первых, о том, что была нищей помощницей.

Лили была воровкой. Или, возможно, правильнее было бы сказать — мошенницей.

Своими целями она выбирала авантюристов высокого класса с большим доходом, в особенности тех, кто обладал дорогим оружием и доспехами.

К примеру, с Бэллом она работала до этого момента, как раз потому, что он стал ее целью. Вернее, кинжал, изготовленный Семьей Гефест, что Бэлл носил с собой.

История о том, что она нищенка — не более чем способ сблизиться с ним.

А во-вторых…

— Хм…

Ветер, что бил ей в лицо во время бега, откинул назад ее капюшон. Показались распушенные, словно шерсть волосы и собачьи ушки.

Потянувшись рукой, Лили слегка погладила свои ушки, вместе с этим с ее губ сошли слова:

— Звон полночного колокола.

Серая пыль окутала ее голову — словно Лили осыпало пеплом.

Беззвучно вспыхнул свет, а когда вокруг нее прояснилось, ушки с головы Лили исчезли.

Однако — кроме этого — также пропали челка, что скрывала ее глаза, и пушистый хвостик сзади.

— Похоже, полное превращение не требуется. Смена нескольких частей тела столь же эффективна.

Будь здесь Бэлл, то произошедшее несомненно бы его потрясло.

Большие, на вид жизнерадостные глаза каштанового цвета, личико милой девочки. От девушки-чиантропа не осталось и следа.

Вне всяких сомнений — Лили была тем самым хоббитом, с которым Бэлл столкнулся в переулке.

А во-вторых… Лили соврала о том, кем на самом деле являлась.

Убежав от того парня-авантюриста, она воспользовалась своей магией — «Золушкой», дабы полностью изменить свою внешность девушки-хоббита на кого-то еще.

Используя эту особую магию, Лили удалось обмануть множество и множество авантюристов.

Сменой внешности она вводила в заблуждение своих жертв — что в ином случае в гневе непременно бы набросились на нее. Попавшись на удочку, те уже ничего не могли ей сделать. Слухи, ходящие среди авантюристов, о «группе нечистых на руку хоббитов», напрямую свидетельствовали о силе ее магии.

Порой она становилась помощницей. А иной раз — невинным городским жителем.

Лили пользовалась этой магией не только для изменения внешности, но и смены расы. На текущий момент она совершила сотни преступлений.

Похоже, по неосмотрительности позволить тому авантюристу увидеть мое превращение, было большой ошибкой…

Парню, что преследовал ее на днях, — тоже пострадавшему от аферы Лили — повезло увидеть, как она развеивает эффект «Золушки». Он видел ее настоящее лицо. Вот что стояло за инцидентом в переулке.

Ей удалось выбраться сухой из воды, однако, похоже, тот авантюрист рассказал Бэллу кое-что, чего тому знать не следовало бы.

С того самого дня — когда она заметила их тайную встречу в Центральном Парке — поведение мальчика по отношению к ней сильно изменилось. Бэлл глаз с нее не сводил, а когда она спрашивала почему, неизменно отмалчивался. Все это наталкивало на мысли, что он ее подозревает, или, зная, что она может менять внешность, бдительно за этим следит.

Судя по всему, у нее больше не было выбора, и она все сделала верно…

Уверена, все так…

«Какая потеря» — подумала она про себя, вспоминая, как много ей удалось заработать за время сотрудничества с Бэллом.

Все кончилось — хорошее настроение и безопасность, что он дарил ей, исчезли. Отчасти она чувствовала утрату.

Незнакомое для такой воровки, как она, чувство. Чувство, которого она не могла понять. Однако одно она знала наверняка: сколько о нем не думай — это всего лишь бесполезное чувство.

У нее просто не осталось иного выбора, кроме как разорвать связь с мальчиком.

Она не могла проигнорировать опасность, что ей сулило продолжение сотрудничества. Теперь, когда Бэлл узнал о ней все от того авантюриста не осталось и шанса, что он ее простит.

На лице Лили отразилось страдание. Однако, глубоко вдохнув, девушка помотала головой из стороны в сторону.

Какая разница? — подумала она, не желая признавать чувство вины. Чтобы кого-то вроде нее тронула доброта авантюриста — шутка что ли?

Потому, что все авантюристы одинаковы.

Авантюристы… Авантюристы!..

Поскольку ее родители принадлежали к Семье Сома, у Лили с рождения не было иного выбора, кроме как войти в эту Семью. И лишь из-за того, какой она появилась на свет, карты в колоде ее судьбы смешались.

Мир не был добр по отношению к Лили.

Еще со младенчества она помнила, как родители раз из раза повторяли, что хотят сэкономить для нее денег. Однако как родители они ничего для нее не делали, и не успела Лили оглянуться, а они уже были мертвы. В своем стремлении раздобыть денег на Сому они спустились на этажи Подземелья, что оказались им не по зубам. Судя по всему, они были убиты монстром, не успев даже понять, что на них напали.

Таким образом Лили оказалась одна в Семье Сома, среди людей, что постоянно воровали вино друг у друга. Никто из Семьи не заботился о девочке, предоставив ее самой себе — то были дни, полные мучений.

Выпив Сому во время официального вступления в Семью, Лили тоже поддалась его чарам.

Ей не на кого было положиться, так что она решила действовать и зарабатывать деньги самостоятельно. Но все оказалось тщетно. У Лили не было задатков, чтобы стать авантюристом, из-за чего ей пришлось работать в качестве помощника.

И ее начали эксплуатировать.

«Ты ведь присвоила себе часть магических камней, не так ли?», «Ты стянула часть прибыли!», «Тебя стоит наказать!», «Ты не получишь от нас ни гроша» — она слышала подобное всякий раз, когда работала с группой авантюристов.

Лили отчаянно пыталась достучаться до них, говоря, что они ошибаются и что она невиновна. Но они лишь отворачивались от нее с отвратительными ухмылками на лице. Однажды девочка оказалась на грани смерти, попав в когти монстра, но никто не пришел ей на помощь. Более того, впоследствии Лили даже отказали в лечении. Девочку постоянно пинали и грозились сделать с ней всякое, если потеряет сумки.

Ей никак не удавалось вписаться в Семью Сома. По возвращении из Подземелья, ее неизменно ждали яростные споры и борьба за заработанные деньги.

Лили ненавидит авантюристов… Они отвратительны!..

Когда же эффект Сомы сошел на нет, она сбежала из Семьи, пролив при этом немало слез.

Она попыталась отбросить свое прошлое — как члена Семьи Сома — и вести нормальную жизнь в городе. И стоило ей, наконец, обрести чувство стабильности и счастья, как их у нее отняли. Члены Семьи Сома разрушили ее новую жизнь.

Лили не знала, как ее нашли, но появившись — с безумными от жадности глазами — они украли у нее все. Более того — ограбили и место, где жила девочка.

Прекрасная пожилая пара, что приютила ее в своем цветочном магазине, после этого выгнала Лили прочь. Воспоминания о том, как они смотрели на нее, словно на грязный, прогнивший кусок мусора, были до сих пор свежи в ее памяти.

Даже в этом месте, Семья Сома заставила ее мучаться.

Лили затаила обиду на бога, что стоял на вершине — Сому. Ей не давал покоя вопрос: почему он создал подобную Семью?

Она не чувствовала неприязни или злости по отношению к нему, ведь Сому не интересовали члены его семьи — по факту между ними не было никакой связи.

Сома никогда не делал ничего ради них. И не собирался. Лили казалось, что он не знает даже о происходящем в собственной Семье.

Возможно, с его точки зрения, проявлять сострадание к кому-либо из своих «детей» — бессмысленно, пускай он и их «родитель» — их бог. Но обида на него никогда не оставляла девочку.

В конце концов — чтобы выжить — у Лили не осталось иного выбора, кроме как, вернувшись в Семью Сома, продолжить работать помощницей. Любые ошибки (когда она плохо исполняла роль преданной маленькой помощницы) приносили ей лишь еще большие страдания. Даже если она была в хороших отношениях с несколькими челнами Семьи. Даже если она работала бесплатно.

Да все авантюристы совершенно одинаковы.

Все они творили ужасные вещи с Лили, лишь из-за ее слабости.

Даже тот мальчик, несомненно… несомненно…

Даже Бэлл… Даже Бэлл!..

Каким бы хорошим он ни был, в конце концов, он непременно поднял бы на нее руку.

Разве неправильно предать прежде, чем предадут тебя?

Пожилая пара относилась к ней, как к внучке. Едва подумав о них, Лили вспомнила их глаза. Да, вне зависимости от ее действий, в какой-то момент ее выбрасывали. И так обещало быть всегда.

Однако эти мысли были не в силах облегчить боль в сердце. Пытаясь ее заглушить, Лили ускорила свой бег.

× × ×

— Ревизор из Гильдии прибудет сегодня. Если вдруг допустишь ошибку, постарайся не выкинуть чего-нибудь глупого, новенькая.

— Да, сэр!

Гестия вернулась на рабочее место, как только управляющий магазином полудворф закончил читать ей нотацию.

Она уже хорошо знала, как держаться с работниками магазина, которые не относились к ней, как к богине. Двойные черные хвостики качнулись из стороны в сторону, когда их обладательница принялась за работу.

Поскольку в основном ее обязанности заключались в работе с клиентами — именно Гестии предстояло встречать ревизора Гильдии.

Прибывшая полуэльфийка-Ревизор показалась Гестии знакомой.

— Ах, разве ты не…

— Я пришла сюда, как представитель Гильдии. Меня зовут Эйна. Как и было намечено, я здесь, дабы провести проверку.

Эйна поприветствовала ее подчеркнуто профессионально. Гестия задумалась об этом на мгновение, но отбросив эти мысли, как само собой разумеющееся, провела девушку в магазин.

Продолжив свой визит согласно инструкции, Эйна представилась управляющему магазином и, достав кусок пергамента и перо, начала обход лавки.

— Богиня Гестия.

— А?

— Мне бы хотелось переговорить с вами, — осматривая стойки с оружием и кондиционеры воздуха на основе волшебных камней, Эйна направилась в сторону Гестии. Она говорила тихо, не встречаясь с богиней глазами.

— У вас не найдется минутки?

Гестия слегка удивилась, но, быстро вернув самообладание, кивнула и вместе с этим потрясла стойку с оружием, стараясь тем самым скрыть от прочих свой ответ. После чего богиня быстро оглянулась по сторонам и, прилежно отыгрывая роль проводника, повела Эйну к углу помещения.

— Я удивлена, что вы обратились ко мне подобным образом. Вы все планируете, не так ли, Госпожа Советник?

— Извините, что беспокою вас.

Делая вид, что продолжают работать, и не смотря друг на друга, они продолжили беседу.

— У меня есть информация о помощнице, которую нанял господин Бэлл Кранел.

Руки Гестии остановились, а по спине вверх пробежала дрожь, заставившая ее плечи дернуться. Она повернулась лицом к Эйне.

— Я собираюсь рассказать вам о Семье, к которой она принадлежит, так что, прошу, выслушайте внимательно.

Чем больше Эйна рассказывала о том, что узнала накануне ночью в Семье Локи, тем более напряженным становилось выражение лица Гестии.

Пусть шанс того, что она находится под влиянием Сомы весьма низок, у помощницы, что работала с Бэллом, могла быть и другая причина сблизиться с ним — вроде кражи имущества.

Эйна настоятельно рекомендовала оборвать все связи между Бэллом и его помощницей, пока не случилось ничего серьезного.

— Богиня Гестия, могу я попросить вас убедить его вместо меня?

Эйна обратила свои изумрудно-зеленые глаза на богиню.

Гестия безмолвно посмотрела на нее в ответ.

× × ×

Оставив Бэлла позади, Лили направилась по безопасному пути прямиком к верхним этажам. Без проблем миновав десятый и девятый этажи, она вышла на восьмой.

Лили знала планировку Подземелья до одиннадцатого этажа, как свои пять пальцев.

Помогая авантюристам избавляться от своих ценностей, она обычно использовала тот же прием, что совсем недавно применила на Бэлле — отвлечь и действовать во время последующей сумятицы. И прежде, чем цель успевала понять, что ее нет рядом, Лили сбегала.

Однако, догони ее авантюристы — все оказалось бы тщетно. Лишь один способ мог помочь Лили избежать подобного хода событий — ей требовалось запомнить карты Подземелья, что продавались в Гильдии.

Также она в совершенстве научилась приводить и сбрасывать монстров — что иногда ей встречались — на других авантюристов.

Собственно это все, что Лили приходилось делать. По возвращении на поверхность, ей оставалось лишь вернуть себе обычную внешность да продать товары.

В одиночку, она почти ничего не могла. Однако немного планирования и порочный образ мыслей позволили Лили обвести вокруг пальца множество авантюристов.

Что подталкивало ее воровать у них? Если коротко — месть.

Решив отобрать назад у превративших ее жизнь в ад авантюристов все, что принадлежало ей по праву, Лили неоднократно выбирала своей целью членов Семьи Сома.

Она не чувствовала угрызений совести за свои поступки — у нее было право на это, как у жертвы.

Все авантюристы одинаковы — это всегда было для нее непреложной истиной и аргументом. Так все и оставалось, пока отвернувшись от одного мальчика, она не почувствовала свою жестокость.

Теперь — когда я его заполучила — Лили хватит денег…

Ее не интересовало вино Сома. Напротив, Лили испытывала к нему отвращение — отчасти даже ненавидела.

Лишь почувствовав аромат этого вина, она рисковала вновь оказаться под его влиянием — обезуметь, словно животное.

Потому, эти деньги должны были стать ее ключом к спасению.

Лили надеялась, что однажды ей удастся выменять себе свободу от Семьи Сома на крупную сумму денег.

Дело в том, что по факту девушка принадлежала богу Соме. Она пробовала привлечь Гильдию, но не имея ни ресурсов, ни возможности помочь девушке, они так ничего и не сделали. Так что единственное, что ей осталось — убедить Сому даровать ей свободу в обмен на необычайно большую сумму варис.

И Лили приняла решение — она добьется свободы своими собственными руками.

— Хм-м-м-м!

Войдя в высокую траву, Лили остановилась.

Впереди — рядом с единственным выходом из зала — бродил гоблин восьмого этажа.

Хоть она и могла тайком перемещаться вокруг, однако путь вперед был им заблокирован.

Признаков других авантюристов не было, а на то, чтобы вернуться назад и пойти другим путем ушло бы слишком много времени.

Хоть Бэлл, наверняка, был по уши занят наступающими на него монстрами и не мог ее преследовать на полной скорости, в подземелье существовали и другие опасности. Время было на вес золота, так что Лили решила прорываться.

— Лили просто не создана для такого… — пробормотала себе под нос девушка, закатав кверху правый рукав своей кремовой накидки.

Она вытащила маленький ручной арбалет.

Использовать магический меч на гоблина было бы слишком расточительно.

Выставив правую ногу вперед, она навела арбалет на монстра.

Хоббиты славились своим прекрасным зрением. Круглые, каштанового цвета глаза Лили нацелились на гоблина, метя точно в центр. В этот момент, монстр, наконец, тоже заметил ее.

С характерным звуком золотая стрела с ужасающей скоростью вылетела из арбалета.

Прорезав воздух насквозь, она вонзилась в правый глаз гоблина.

— Прости меня!

Завопив от боли, гоблин зажал лапой пораженное место, а Лили, воспользовавшись моментом, проскочила мимо монстра к выходу.

Она тоже могла сражаться, пока у нее был план. Однако при этом ей приходилось полностью полагаться на оружие и расходники. Убийство одного монстра — даже с натяжкой — не оправдывало затрат, требуемых для этого....

Лили сражалась с монстрами лишь в целях самозащиты.

— Лили завидует Господину Бэллу, что может делать все самостоятельно!

Все сильные стороны Лили — включая ее магию («Золушку») — не имели практически никакого отношения к бою. Девушка была крайне слаба физически.

Лили надеялась, что магия — полученная ею вскоре после того, как поклялась отомстить авантюристам — позволит такой слабачке, как она стать сильнее. Узнав же правду о «Золушке» , девушка была крайне подавлена.

Однако, вскоре она придумала, как использовать ее по-другому во имя своей мести. Прокачав свою магию до предела, она выяснила ее истинные возможности.

В подтверждение своей силы, магия Лили позволила ей обставлять авантюриста за авантюристом (не меняя при этом подхода) и украсть множество предметов.

Лили стала достаточно сильной, чтобы смеяться над слабой собой из прошлого.

И… седьмой этаж!

Она поднялась по лестнице, выступающей прямо из стены, на следующий этаж.

Все быстрее и быстрее Лили неслась вдоль светло-зеленых стен Подземелья.

После него все оставшееся — проще простого.

В плане угрозы от монстров, седьмой этаж был последней преградой, что оставалось преодолеть Лили — так что на нем не стоило терять бдительности.

После этого этажа, не оставалось ничего, с чем она не смогла бы справиться самостоятельно. Девушка не смогла сдержать улыбки. Едва забежав в следующий зал, девушка не смогла сдержать улыбки.

— Вот так сюрприз! Похоже я сорвал джекпот.

— А?

Лили едва успела забежать в зал, когда нога, неожиданно возникшая со стороны, подцепила переднюю часть голени низкорослой Лили.

Потеряв равновесие, девушка упала лицом вниз на пол подземелья.

Чт… что произошло?..

Ошеломленная и сбитая с толку, Лили поставила руку в грязь и попыталась подняться. В этот момент на нее упала длинная тень и — прежде чем девушка успела обернуться — ее грубо дернули вверх. Мгновение спустя она получила удар сапогом по лицу.

— И-а-а?!

— Лучше бы мне получить извинения, поганая хоббитша!

Кулак с силой врезался в ее левую щеку; из носа рекою хлестала кровь.

И только глаза Лили начали фокусироваться, как она получила еще и пинок в район груди. Ненормально огромный рюкзак, слетев с ее плеч, словно снежный ком откатился назад.

Не заставив долго себя ждать, следующий удар сапогом пришелся по спине девушки.

— …Кх?!

Лили ненадолго оказалась в воздухе, а затем по инерции — словно мяч, отскакивающий от поверхности — несколько раз ударилась об пол.

Когда же она, наконец, остановилась, распластавшись на полу, девушку захлестнуло волной боли.

— А-а!.. Кха-а-а!..

— Ха! А-ха-ха-ха-ха! Какой прекрасный у тебя видок! Вся в грязи и измазана кровью.

Хоть мир и крутился у нее перед глазами, Лили, наконец-то, удалось мельком увидеть говорившего.

Человек-авантюрист. Тот самый, что говорил с Бэллом накануне — ее бывший наниматель.

Немного задирая подбородок кверху, мужчина презрительно ухмыльнулся.

— Похоже, ты наконец избавилась от парнишки. Я тут ловушку подготовил для тебя — до смерти захотелось поздороваться!

— Ло… вушку?

— Подземелье громадно — поджидать тебя в одиночку, было бы столь же утомительно, что искать иголку в стоге сена. Однако с привлечением нескольких партнеров, мои шансы возросли.

Само Подземелье поражало размерами: этажи ниже пятого превосходили по площади Центральный парк. Однако несмотря на это, непосредственно с этажа на этаж существовало лишь три-четыре спуска.

Этот мужчина — с помощью товарищей — занял каждый из них и дожидался появления Лили.

Из четырех маршрутов Лили выбрала именно тот, за которым следил ее бывший наниматель.

— Я глазам своим не поверил, увидев, что тот беловолосый пацан носится по округе с коротышкой… Только не говори мне, что у него было что-то, из-за чего ты совсем голову потеряла. Совсем тупая?

— …!

— Хотя мне плевать. Прежде чем — в благодарность за кражу моего меча — я начну отрывать от тебя кусочек за кусочком, пожалуй заставлю тебя немного посотрудничать со мной.

С садизмом в глазах он заявил о намерении отобрать у нее все.

Лили всеми силами старалась зажать руками, до сих пор кровоточащий, нос, когда авантюрист сорвал с нее накидку, из-за чего все, что было внутри, посыпалось на землю. Девушка, оставшаяся теперь лишь в легкой тканевой одежде, не могла, как либо ему воспрепятствовать.

— Магические камни, золотые часы… Эй, эй! Это же магический меч? Ха-ха-ха-ха! Ты и его украла?

Мужчина крайне обрадовался находке, а, когда заметил еще и багрового цвета нож, его настроение стало еще лучше.

Он повертел его в одной руке, вместе с этим на его губах появилась мрачная ухмылка.

— Хе-хе-хе… Ладно, чертова хоббитша, пожалуй, пощажу тебя. Не может же такой хороший парень вроде меня не проявить хоть каплю сострадания, после того, как ему преподнесли тако-о-о-й подарок.

— Акх!..

Два быстрых пинка в живот едва не заставили Лили потерять сознание.

Все плохо, плохо, плохо. — сердце в ее груди бешено колотилось, а от паники мысли пришли в полнейший беспорядок.

Она явственно поняла, что если сейчас не сбежит — встретит печальную судьбу в объятьях жестокости этого человека. Девушка глубоко вздохнула

И тут где-то невдалеке заговорил другой мужчина.

— Вы, конечно, сил не пожалели, Господин Гедо.

— …?

Лили перевела взгляд — со стороны, откуда секундой ранее раздался голос, к ним приближался ее знакомый. Один из авантюристов, что на днях пытались вытрясти с нее деньги, и всего лишь еще один член Семьи Сома, пытавшийся сделать подобное.

Вместе с этим к девушке пришло понимание происходящего — партнерами мужчины были члены Семьи Сома. Вероятно, после разговора с Бэллом, он увидел, как те спорят с ней, и предложил им сотрудничество.

— Только глянь, Кану! У этой коротышки был магический меч! Как ты и думал, похоже, она воровала, где только можно. Ха-ха-ха!

— Вот как?..

Кану — зверочеловек в возрасте — сощурил свои мутные, мрачные глаза, уставившись на веселящегося Гедо. Но у того было настолько приподнятое настроение, что он даже не обратил на это внимания.

— Господин Гедо, у меня есть предложение…

— Чего? Отдать его? Эй, слушай, я поймал коротышку, и имею право первым…

— Не совсем так. Не только магический меч, но и все, что отнял у нее. Я предлагаю вам оставить все это на земле.

— А? — Гедо взглянул на партнера с растерянной улыбкой на лице. Однако прежде, чем он успел что-либо сказать, Кану вытащил нечто из-за спины и швырнул. Оно приземлилось прямо перед Лили.

— И-И-И-И-И-И-И! — завопила Лили — Муравей-убийца?!

А точнее — лишь верхняя его половина, что облегчало переноску. Окровавленная масса по-прежнему истекала фиолетовой жидкостью из-за глубоких ран по всему телу. Похоже, он был убит несколькими минутами ранее. Нет — не убит. Его жвала по-прежнему двигались, а лапка дергалась в агонии.

— Вы должно быть считали, что мы с самого начала охотимся вместе. Однако внутри Подземелья мы трое объединились и разработали этот план на случай, если Господин Гедо — которому покорилось столько этажей — окажется сильнее нас.

С характерным звуком еще два умирающих муравья-убийцы приземлились рядом с ними.

С разных входов в зал вошли двое — авантюристы, что работали вместе с Кану. Словно выкрикивая проклятия с того света, три муравья в предсмертной агонии завопили как один, наполнив зал жутким эхом.

Лица Лили и Гедо побледнели.

Умирая, муравьи-убийцы выпускают особый феромон — по сути это зов о помощи, на который непременно приходят их сородичи.

Три мешка с по-прежнему живой плотью муравьев уже некоторое время источали этот феромон. Зал обратился бомбой замедленного действия.

— Ты серьезно?! — воскликнул Гедо.

Три зовущих на помощь муравья — сколько же их товарищей откликнется?

Даже крик Гедо не смог поколебать Кану со спутниками — несмотря на ситуацию их лица оставались необычайно спокойными.

Только Лили — сама однажды побывавшая под влиянием Сомы — полностью осознавала, насколько (до ненормальности) эти авантюристы одержимы деньгами.

— Вы же не хотите стать их добычей, пока сражаетесь с нами, не так ли, Господин Гедо?

— Э-э-э?!

Пять Муравьев-Убийц высунули свои головы из прохода позади Гедо.

В зал вело четыре входа — Кану с дружками стояли перед тремя из них, а через оставшийся подходили муравьи-убийцы. Гедо стиснул зубы, трясясь от страха и гнева одновременно. С окаменевшим, бледным лицом он побросал отобранное у Лили на землю.

— Проклятье! Черт бы вас всех побрал!!!

— Усмехнувшись, Кану отошел в сторону, позволяя Гедо пройти. Тот, в последний раз оглядев зал, пробежал мимо него.

Не прошло и мгновения, как из коридора раздался дикий рёв, следом лязг меча. А после — все смолкло.

У Лили — пребывающей в шоковом состоянии — не было никакой возможности узнать, что произошло: между ней и выходом возникла стена из гигантских муравьев.

— Ги-и-и-и!

— ?!

Муравей-убийца подошел прямо к Лили; тем временем в зал стекалось все больше и больше монстров.

Ее искалеченное тело не двигалось — как бы ей того не хотелось — и потому девушка уже не могла уклониться от приближающихся жвал монстра.

Внезапно в воздух взмыли брызги крови. Раненный муравей-убийца свалился на пол.

— Ты в порядке, Арде?

— Господин… Кану…

Кану посмотрел вниз на девочку и зловеще улыбнулся; на его плече покоился забрызганный кровью меч.

— Я пришел спасти тебя. В конце концов, мы из одной Семьи.

Закусив губу, Лили сжала кулаки, когда мужчина перед ней заговорил, словно какой-то герой.

Его товарищи в этот момент сдерживали муравьев-убийц.

— Все верно, мы все пришли за тобой, Арде. В этой отчаянной ситуации мы — как видишь — не бросили тебя.

— Да.

— Ты понимаешь, к чему я веду, верно? — одной рукой приобняв Лили за плечо, произнес Кану голосом, более подходящим какому-нибудь спектаклю, нежели смертельно опасной ситуации, в которой они находились.

И пусть его глаза смотрели на дрожащее тело Лили, однако ее он не видел — лишь деньги. Если точнее — вино Сома, которое он мог за них получить.

Лицо Кану оставалось спокойным и собранным, однако внутри он был не на шутку встревожен.

— Эй, поторопись! Мы не можем больше их сдерживать! — прокричал один из его товарищей.

— Знаю! — Кану взглянул на Лили. — Вчера ты сказала, что у тебя нет денег. Перестань притворяться. Если ты будешь продолжать в том же духе…

— Хорошо! Хорошо-хорошо-хорошо!..

Видя, в насколько патовой ситуации находится, Лили раздосадованно кивнула.

На гнев времени не было, поэтому схватившись за маленький ключ, замаскированный под часть ожерелья, Лили протянула его Кану

— Что это, черт возьми?

— Ключ от арендованного хранилища гномов в западном административном районе Орарио…

— Говоришь о ячейке хранения? Не думаю, что ты хранишь большую сумму варис в столь маленьком ящичке…

— Там гномьи драгоценные камни…

— А… теперь понял…

Собранные гномами драгоценные камни и минералы высоко ценились. Их стоимость почти не менялась, потому и покупателя на них можно было найти всегда. Лили обменяла большую своих монет — добытых нечестным путем — на самоцветы в лавочке «Гном-Торговец», поскольку перенос столь большой суммы денег — по многим причинам — весьма затруднителен.

С мрачной ухмылкой на губах, Кану кивнул и схватил Лили за воротник рубашки. Хорошо ухватившись за ткань он поставил девушку на ноги,а потом приподнял над полом, до уровня своих глаз.

— Господин Кану… Что вы?..

— Знаешь, нас тут немного зажали. Оглянись — мы окружены.

Не меньше двадцати муравьев-убийц почти сомкнули кольцо вокруг них — лишь через один выход, все еще была возможность сбежать.

Повиснув в хватке зверочеловека, Лили тщетно брыкалась ногами, что больше, однако, походило на попытку плыть по воздуху.

На лице Кану, покрытом щетиной, появилась прощальная, широкая ухмылка.

— Выиграй нам немного времени.

— ?!

— Тот проход пока еще не заблокирован, так что мы сможем справиться с парочкой монстров и сбежать, пока ты будешь играть роль приманки.

Глаза Лили наполнились ужасом, когда она оглянулась на Кану.

Бросив взгляд в сторону, она увидела, что у его дружков столь же зверские улыбки на лицах.

— Без денег ты бесполезна. По крайней мере, в последний раз выполни свою работу, помощница.

Подброшенная вверх Лили по широкой дуге перелетела окружение муравьев.

Монстры, моментально обратив внимание на взмывшую в воздух девушку, последовали вслед за ней.

Для Лили время остановилось. Наблюдая за тем, как авантюристы со злобными ухмылками прорываются к выходу, она, наконец, грохнулась на пол подземелья.

От удара у нее сперло дыхание, но не более.

— ...Ха-а ха-а...

Лежа на спине и уставившись в потолок, она с трудом, прерывисто засмеялась. Муравьи-убийцы продолжали приближаться к ней.

Так вот, как все закончится — подумала она про себя. Причин смеяться не было, но она не сдержалась.

Авантюристам и правда не стоит доверять.

Если это какое-то наказание за все былое — не слишком ли оно жестоко? — текли ее мысли.

Постойте.

Если это наказание за то, как она поступала с Господином Бэллом, быть может все и правильно.

Бэлл не был похож ни на кого, из знакомых Лили авантюристов — его поведение отличалось. Так что, если это ее ждало воздаяние за содеянное, она — как ни странно — чувствовала, что обязана его принять.

— ГИ-И-И!

Муравьи убийцы в количестве большем, чем она могла сосчитать, c шумом надвигались на нее волной из лапок и жвал.

Шанса спастись не было — она приземлилась у самой стены.

Монстры приближались, образовав вокруг, беспомощно распластавшейся на спине Лили, дугу без единой прорехи.

— Лили… грустно.

Ее слова потонули в не стихающем ни на секунду шуме сотен лапок муравьев-убийц.

Профессиональные помощники, к которым всегда относятся, словно к вещам.

Невзирая на безжалостность Авантюристов, боль и падения, они несут на себе вещи. Совершенно бесполезные в бою.

Именно к ним Лили, что ничего не могла делать самостоятельно, и относилась. То, кем она, по сути, была.

Лили ненавидела такую “жалкую себя” больше всего.

— Господи… почему?..

Никто никогда не взывал к ней, не рассчитывал на нее.

Всегда лишь использовали, но никто не нуждался.

Она ненавидела себя за слабость. За то, что ее жизнь всегда была в чужих руках.

Ей хотелось стать кем-то другим — не Лили. Даже магия, освоенная ею, на это указывала.

— Почему… почему ты сделал Ли… Лили такой?..

Сколько раз уже ей хотелось умереть — отправиться к богам и попросить о новом начале. Стать другой, лучшей Лили. Однако ей не хватало мужества, чтобы на это решиться.

И все же — где-то в глубине души — Лили всегда хотелось начать все с нуля.

— Г-И-И-И!..

— Верно. Это больше не имеет значения.

Монстры, образовавшие вокруг нее полукольцо, с каждой секундой становились все ближе и ближе.

Лили улыбнулась, словно принимая свою судьбу, и повернула голову в сторону; c характерным звуком ее щека коснулась пола.

Один из муравьев стоял так близко, что казался, лежащей на земле, Лили исполином.

Лапка монстра опустилась прямо перед ее лицом.

— Так одиноко.

Лили была удивлена словами, что сорвались с ее языка.

Это были ее настоящие чувства — лишь под конец, она это осознала.

Ох… Лили было одиноко.

Это чувство никогда ее не покидало, хоть она и привыкла к тому, что никому не нужна.

Одна.

Никто на нее не рассчитывал, и сама она ни на кого не могла положиться.

Привыкла быть одна, но так и не привыкла к одиночеству.

— Так вот оно что, Лили…

Ей хотелось быть с кем-то.

Девушка жалела, что поняла это только сейчас.

— Г-И-И-И-И-И-И-И-И-И-И-И-И-И-И-И!..

Ближайший к ней муравей-убийца занес лапки с когтями. Они блеснули в свете, ниспадающем с потолка.

Прощайте.

Наконец-то все кончилось — она могла умереть и отойти к богам.

Крошечная девочка, которую некому было спасти. Не стоящая и гроша… одинокая девочка… — наконец-то она получила возможность отбросить все это.

Наконец-то, Лили может…

...Наконец-то она так близка, к тому чтобы тоже обрести кого-то...

… может умереть?

Она слегка улыбнулась; по щеке скатилась одинокая слеза.

И тогда…

— ОГНЕННЫЙ РАЗРЯД!

Всполохи пламени.

— А?..

Зал охватило багряное, адское пламя.

× × ×

— Не выйдет.

Глубоко вздохнув и переведя взгляд на Эйну, ответила Гестия.

— Что вы имеете в виду?..

— Это невозможно — Бэлл уже принял решение не разрывать узы со своей помощницей.

Не ожидавшая такого ответа, Эйна полностью остолбенела.

Гестия вновь вздохнула и, прикрыв глаза, вспомнила произошедшедшее накануне ночью.

— Богиня, я… Даже так, если у нее проблемы, я хочу ей помочь.

Так ответил Бэлл, когда Богиня упомянула, что этой девчонке — его помощнице — нельзя верить.

Возможно, решив, что мальчик ее совсем не слушает, Гестия попыталась переубедить его, однако Бэлл, быстро подобрав слова, опередил ее. Он все слышал… но просто не мог внять ей и изменить свое мнение.

— Эта девушка… она выглядит одинокой. И не думаю, что она сама это понимает. Лили словно оцепенела: лишь мило улыбается… И считает, что ей хорошо в одиночестве.

Бэлл продолжил говорить о Лили и своих наблюдениях. А Гестия — что ни разу с этой девушкой не встречалась — продолжала слушать.

Сверх того, Бэлл добавил в разговоре и кое-что из своих воспоминаний.

— Разве не ты, Богиня, спасла меня от одиночества?

Отчасти он увидел в Лили свое отражение.

До встречи с Гестией, Бэлл и сам бродил по Орарио, чуть ли не раздавленный тревогой и одиночеством. Глаза Лили один в один походили на его в то время.

— Хорошо, если я ошибаюсь. Но если я прав… На этот раз, я хочу стать тем, кто протянет руку помощи.

Бэлл имел в виду, что хочет стать похожим на спасшую его богиню — на Гестию. Таково было его окончательное решение.

— Этот мальчик… Бэлл. Он из тех, кто способен передать окружающим полученную ранее доброту. А Боль, что однажды сам испытал, он замечает и в других — произнесла Гестия, продолжая смотреть на полки перед собой. После чего еще раз подняла взгляд на Эйну.

— Приняв решение, он становится по-настоящему упрямым. Сейчас его никто не сможет переубедить.

Эйна выглядела чрезвычайно расстроенно. Ее губы вздрагивали, словно она силилась что-то сказать.

— Не убедила? — плечи Гестии поникли.

— Нет, нет… Это действительно похоже на то, что сказал бы Бэлл. Однако на чем он основывается?..

Видя обеспокоенность на лице Эйны, Гестия, в задумчивости скрестив руки на груди, коротко хмыкнула.

Надув щечки, она подбирала слова — ей казалось странным произносить подобное вслух.

— Об этом... Бэлл прекрасно разбирается в людях. Он столь же хорош в этом, как и мы — боги. Надеюсь...

× × ×

— Л-И-И-И-И-И-И-Л-Л-Л-И-И-И-И-И-И!

Голос, что взывал к ней, пробился сквозь рой монстров.

Эхо от огненного взрыва распространилось по всему залу. Перепуганные муравьи-убийцы разом попытались развернуться в сторону пришедшей сзади неожиданной атаки, однако во время движения столкнулись друг с другом.

В глазах Лили отражались всполохи пламени, что прокладывал к ней путь чрез рой огромных муравьев. В тот момент, когда она отчетливо увидела огненную молнию… сквозь рухнувшую стену монстров прорвался беловолосый парень.

— ПРОЧЬ С ДОРОГИ!!!

— ГИ-И-И?!

Мальчик — Бэлл — с кортиком и коротким мечом в руках, пригнувшись, поднырнул к Лили.

Нависший над девушкой муравей-убийца на мгновение застыл, после чего его голова отделилась от тела.

— Лили! Ты в порядке?! Узнаешь меня?

Девушка не сразу даже поняла, что Бэлл удерживает ее в руках.

Его рубиновые глаза подрагивали, а пальцы сжимали плечи Лили до боли.

Парень быстро вытащил зелье и поднес к ее губам.

Глаза Лили были пусты — словно девушка уже находилась одной ногой в могиле. Но ее рот, все же, приоткрылся ровно настолько, чтобы голубая жидкость смогла скатиться по горлу.

Мгновение спустя, милый, короткий кашель вырвался из легких Лили.

— Господин Бэлл?

— Да, это я! Ты в порядке? Правда?

Стоило Бэллу заговорить, как его голос надломился, а из глаз хлынули слезы — точно также, как и у Лили мгновением ранее. На лице мальчика появилась улыбка.

Как только ее заключили в крепкие, отчасти болезненные, объятия, до этого холодное тело Лили, стало наполняться теплом.

Поняв, что с девушкой все в порядке, Бэлл немедля отстранился от нее — когти выживших монстров были уже в непосредственной близости.

Руки Лили сами собой скользнули под рубашку, где она до сих пор прятала черный как смоль кинжал. Вытащив наружу, она протянула его мальчику.

Забирая у нее Кинжал Богини, Бэлл ухмыльнулся от уха до уха.

— Как обычно — подожди минутку.

Произнеся эти слова, Бэлл поднялся.

Гневные, щелкающие звуки эхом отражались от стен комнаты. Во многих местах зала полыхал огонь от магии Бэлла, а в воздух поднимался дым.

Не менее тридцати монстров окружали Бэлла и Лили. Еще больше подходило из проходов и рождалось из стен. Сложно представить более сильное, чем в данный момент, ощущение отрезанности от внешнего мира.

Все они выглядели так, словно были готовы наброситься в любую секунду. И все же, Бэлл не боялся.

Всего пару дней назад он наверняка дрогнул бы перед лицом столь большого числа врагов. Даже сейчас мальчик не мог сражаться с таким количеством монстров разом.

Однако теперь Бэлл владел магией.

— А вот и я!

Он извлек флакон с желтоватой жидкостью из набедренной сумки.

Бэлл уже знал о Ментальном Истощении и купил эту козырную карту стоимостью 8700 варис, на случай если придется встретиться со смертью лицом к лицу.

Зелье Магии. Лекарство, что восстанавливало дух.

Сорвав колпачок с флакона большим пальцем, Бэлл осушил его за один глоток.

— СЕЙЧАС!

Еще один муравей вышел вперед, на что мальчик вскинул правую руку.

— ОГНЕННЫЙ РАЗРЯД!

В тот же мгновение, как наэлектризованное пламя вырвалось из ладони Бэлла, муравья-убийцу разорвало.

Это послужило сигналом к началу боя, и монстры — все разом — бросились в атаку. Пред надвигающейся волной муравьев Бэлл стал выкрикивать заклинание за заклинанием.

Быстро высвобождаемые взрывы пламени и электричества поглотили монстров.

С каждым выкриком мальчика новый сноп наэлектризованного адского пламени устремлялся вперед, освещая зал.

С каждой вырвавшейся на свободу алой молнией по крайней мере одного муравья-убийцу разрывало на части. А некоторые — наиболее удачные разряды — умерщвляли по два монстра за раз.

Даже не думая об отступлении, рой муравьев-убийц атаковал Бэлла лоб в лоб.

Магия перевернула бой с подавляющим числом противником с ног на голову.

— А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!

Когда значительная часть монстров пала, Бэлл потянулся за оружием.

С «Кинжалом Гестии» в одной руке и кортиком в другой, он стремглав влетел в толпу раненых муравьев.

Ошеломленная, развернувшейся перед глазами сценой, Лили молча наблюдала за фиолетовыми вспышками, что оставляли за собой отрубленная голова или торс, взмывший в воздух.

Всякий раз, когда она мельком замечала белые волосы Бэлла, с волной фиолетовой жидкости новый муравей-убийца падал замертво.

Он был быстр, хлесток и силен.

Прежде чем она успела это осознать, на ногах остался стоять только Бэлл. Лишь несколько минут назад, зал просто кишел муравьями. Теперь же, монстры неподвижно лежали на полу.

С выражением облегчения на лице Бэлл вернул оба клинка в ножны. Обведя зал взглядом в последний раз, он вернулся к Лили.

— Как… вы тут оказались? — спросила девушка.

— Ну, после твоего ухода, орки продолжили наседать, но вскоре появился еще один авантюрист. Скорее всего... Из-за тумана я не смог почти ничего разобрать, однако все монстры между мной и выходом внезапно исчезли…

Именно так Бэллу и удалось совершить — казалось бы — невозможное и, покрыв столь большое расстояние, успеть на помощь к Лили.

Натянуто улыбнувшись Бэлл почесал затылок, словно сделанное им, было сущим пустяком. Однако при виде этого, что-то внутри Лили щелкнуло.

— Почему?

— А? Ты что-то сказала, Лили?

— Почему вы сделали это?

И тут Лили прорвало: слова сами собой хлынули наружу.

— Почему вы спасли Лили? Почему просто не бросили?

Прямо сейчас ей стоило бы сказать нечто другое, но непроизвольно у нее вырвались эти слова .

— Что?

— Быть не может, чтобы вы до сих пор не поняли, что Лили обманывала вас! Неужели господин Бэлл думает, что Лили хотела лишь удивить его забрав кинжал, или нечто столь же глупое?

Отразившейся на лице растерянностью Белл лишь подлил масла в огонь.

Ярость, что внезапно обуяла Лили, сожгла последнюю, сдерживавшую ее преграду.

— Что с Вами, Господин Бэлл? Вы идиот? Фигляр?! Или пустоголовый придурок без надежды на выздоровление?

— Придурок?! Постой, Лили, успокойся!..

— Невероятно! Господин Бэлл ничего не заметил?! Лили присваивала себе деньги на Пункте Выдачи! Господин Белл и Лили договорились делить добычу пятьдесят на пятьдесят, но на самом деле части были сорок на шестьдесят. А иногда — из-за жадности Лили — и тридцать на семьдесят! Я заставляла вас платить двойную цену, за предметы, которые подготавливала! За двенадцать из них! Вы себе представить не можете, сколько раз повергали Лили в шок: полным отсутствием знаний о расходниках и крайне небрежным отношением к экипировке!

Лицо Бэлла передернула гримаса от внезапно открывшейся информации.

Лили не успокаивалась. Тонкий голосок на задворках разума отчаянно призывал ее остановиться, однако безрезультатно. Она продолжала сознаваться во всем.

— Теперь вы понимаете?! Лили плохая, очень плохая! Воровка! Поганый хоббит, что лгала вам из раза в раз. Лили не достойна быть вашим помощником!

— Э-эм…

— И даже так… вы, Господин Бэлл, все равно спасли бы Лили?!

— Д-да.

— ПОЧЕМУ?!

Задыхаясь, Лили смотрела на Бэлла — она и сама не знала, что надеялась услышать в ответ.

Но ее сердце бешено билось, быстрее чем должно было бы.

Несколько напуганный потоком резких замечаний Лили, мальчик — почти непроизвольно — ответил:

— П-потому что ты девушка.

— А-А-А? — казалось все тело Лили охватил огонь.

В ярости втянув голову в плечи, она сжала кулаки.

Она совершенно не понимала: почему внутри нее кипят эмоции, и чем вызвана вспышка недовольства.

— ИДИОТ! Господин Бэлл, вы ПРИДУРОК! Ляпнуть такое, прямо как прежде?! Господин Бэлл что, спасет любую девушку лишь по этой причине? Лили не может в это поверить! Вы ужасны! Бабник! Извращенец! Враг всех женщин!

Слезы не переставая текли по щекам девушки, в течении всей ее напористой речи.

Даже находясь в неподходящем для этого положении, Лили, все равно, выплеснула свое недовольство на находящегося перед ней мальчика.

Недовольство? В чем?

Он спас ее, с чего ей быть недовольной?

Что это за пламя полыхает в груди — нет, по всему телу… Что оно значит?

Она не имела ни малейшего понятия.

Лили вновь тяжело задышала, восстанавливая дыхание.

Стойко выдержав последнюю тираду, Бэлл расслабил плечи и улыбнулся. После чего, наклонившись вперед, нежно притронулся рукой к щеке Лили, у которой теперь не было собачьих ушек.

— Тогда, потому что ты — это ты, Лили.

— …

Глаза цвета каштана расширились настолько, насколько это вообще было возможно.

— Я спас тебя, потому что ты — это ты. Я не хочу, чтобы Лили исчезла.

— У-у-у!..

— Только из-за этого. С чего бы мне понадобилась лучшая причина, чтобы спасти тебя?

Слезы водопадом хлынули из глаз девушки, стекая по лицу во всех направлениях.

Более не в состоянии сдерживаться, Лили взвыла.

— Ик… Ва-а-а-а-а-а-а!

— Лили, если у тебя проблемы, поговори о них со мной. Я дурак, так что не пойму, пока ты сама мне не расскажешь.

— Ик… Ва-а-а-а-а-а…

— Я помогу тебе — можешь на меня положиться.

Лили зарылась в его грудь и крепко обняла.

Металлическая броня мальчика мешалась, но ей было все равно. Обхватив спину Бэлла, она изо-всех сил прижималась к нему.

Она чувствовала, как снова и снова теплые ладони мальчика нежно гладят ее по голове и спине.

Она поняла. Она заметила.

Бросившись в эту комнату, Бэлл думал о ней.

Его легкая одежда была испорчена — разорвана в клочья.

Бледная кожа, что открывалась через дыры, была испещрена порезами и кровоподтеками.

Лили осознала: Бэлл бросил вызов ордам монстров, чтобы прийти за ней.

Ей хотелось позвать его, какими-то словами выразить признательность за то, что он сделал.

Лили хотелось, чтобы он принял ее — ту что, она ненавидела больше всего на свете.

— Простите… мне так… так жаль!..

— Все хорошо.

Звуки плача Лили эхом разносились во все стороны.

В одном из уголков Подземелья можно было наблюдать сцену бойни с гигантскими муравьями. Медленно, но верно их магические камни — и сами поверженные монстры — обращались в пепел посреди дыма, поднимающегося от все еще пылающих угольков, разбросанных по залу подземелья.

Вместе со слезами пепел медленно опадал с заплаканного лица девушки.

Человек держал в крепких объятиях маленькую девушку-хоббита, на его лице была все та же спокойная улыбка.

× × ×

Чистое небо.

Прямо, как в тот день — когда кое-кто позвал его — на небе не было ни облачка.

Бэлл подошел к Вавилонской башне; его белые волосы купались в солнечном свете.

С тех пор минуло два дня.

После расставания он так и не смог отыскать ни следа Лили.

Комната, что она снимала, была абсолютно пуста — девушка не оставила никаких сообщений.

К Семье Сома обращаться за помощью не имело смысла. Лили как сквозь землю провалилась.

Он волновался, беспокоился и уже столько раз подумывал о том, чтобы прочесать весь город, что сбился со счету.

Но в тоже время Бэлл чувствовал.

Чувствовал, что скоро увидится с ней вновь.

На самом деле эти мысли не имели под собой основания, однако он продолжал придерживаться обычного распорядка — чтобы его было проще отыскать.

— …!

Бэлл остановился. И сразу же двинулся в обратном направлении.

Кое-что у западных ворот Вавилонской башни привлекло его внимание: неподвижно стоящая, маленькая фигура в кремовой накидке.

Сжав руками ремешки рюкзака, фигура уткнулась взглядом в землю.

В солнечном свете ее круглые, милые глаза были отлично видны за челкой.

Бэлл быстрым шагом направился прямо к фигуре. Он не хотел напугать ее или заставить подпрыгнуть от неожиданности.

Девушка-хоббит моментально его заметила — ее плечи жалко опустились.

Она продолжала стоять, наблюдая за приближающимся мальчиком.

— …

— …

Они находились достаточно близко, чтобы пожать друг другу руки — стоит лишь одному из них протянуть ее.

Подняв взгляд, Лили снова и снова открывала рот, пытаясь заговорить, но каждый раз ей не удавалось выдавить и слова. Это было совсем на нее не похоже.

Бэлл терпеливо ждал, но, видя ее затруднение, коротко улыбнулся и начал разговор первым:

— Госпожа Помощница! Госпожа Помощница! Вы не ищите авантюриста?

— А?

Лили вновь подняла взгляд.

Широкая ухмылка Бэлла отразилась в круглых каштановых глазах Лили.

— Вы растеряны? Знаете, все довольно просто. Авантюрист, нуждающийся в помощнице, подошел к вам, чтобы договориться о сотрудничестве.

Лили поняла, что происходит.

От радости ее глаза наполнились слезами, а щеки приобрели розовый оттенок.

Бэлл застенчиво протянул руку, будто бы смутившись.

— Мне интересно, не желаете ли вы побродить со мной по Подземелью?

Сегодня все началось с чистого листа.

Бэлл и Лили на самом деле объединили усилия, образовав свою собственную группу из двух участников.

Их взаимоотношения начались с нуля. Новое начало.

— Да! Пожалуйста, возьмите Лили с собой!

C широкой, лучезарной улыбкой Лили взялась за протянутую Бэллом руку.

----------

Эпилог

— Убежал, — тихо произнесла Айз.

В одиночестве она стояла в тумане десятого этажа, окруженная трупами убитых ею монстров.

Не так давно она видела мальчика в тумане, но тот, расправившись с очередной группой монстров, вылетел из зала словно ужаленный.

По просьбе Эйны она собрала информацию о местоположении беловолосого мальчика у других авантюристов, и ей, наконец, удалось его разыскать… Только для того, чтобы он снова сбежал от нее. Плечи девушки поникли.

Но…

Айз предположила, что, возможно, ей удалось ему помочь.

Хотя из-за тумана, она не была до конца уверена, однако ей показалось, что он сражается с полным отчаяния нетерпением. И стоило ей пробить ему путь, как он тут же сорвался с места и унесся словно сумасшедший, ведомый мыслями, о чем угодно, но только не о ней.

У Айз сложилось впечатление, что у мальчика был повод так спешить, но она не знала какой.

И что мне теперь делать?..

Она взялась убедиться в безопасности мальчика для Эйны, потому ей стоило отправиться вслед за ним. Однако, теперь его розыск вновь обещал стать поиском иголки в стоге сена. Она раздумывала над возможными вариантами действий, когда внезапно…

Посреди тумана что-то сверкнуло.

Что это…

Она наклонилась, чтобы поднять источник света из травы. Им оказался изумрудно-зеленый — точно цвет глаз Риверии и Эйны — немного потрепанный наруч. Судя по всему, прежде чем упасть, он принял на себя два или три неплохих удара — его поверхность покрывали сколы, царапины и разрезы.

Но почему здесь?.. — удивилась она про себя, после чего до нее сразу дошло.

Ах!

Ей пришла на ум важная мысль.

Может ли это быть его?..

Позади нее, прыгал маленький кролик, потерявшийся на степных просторах десятого этажа Подземелья.

----------

Послесловие

Послесловие

Это вторая книга серии — спасибо, что приобрели ее. C вами Фудзино Омори.

Хотя история и происходит в фэнтези-мире, я прекрасно осознаю, что пишу ее используя концепции компьютерных игр.

Самой большой проблемой для меня было придумать, как вписать систему очков опыта (один из базовых элементов RPG-игр) в историю, чтобы она не вызывала у некоторых читателей недопонимания.

Над ее решением я бился долгие и долгие дни.

На этот раз в центре внимания "помощники", что занимаются переноской багажа. Идея этой профессии пришла мне на ум, когда я работал над первой проблемой.

Поскольку у авантюристов нет "волшебных карманов", куда они могли бы засунуть все что душе угодно в любых количествах, то как они собираются поднимать всю свою добычу из Подземелья на поверхность?

Могут ли они сражаться в полную силу, таская с собой столь большие сумки? Если нет, то кто тогда несет все это? Вот так и появилась роль "помощника”.

Как вы должно быть теперь знаете, "помощник" — не самая привлекательная — с какой стороны не посмотри — профессия. Их положение в обществе столь низкое, что порой приходится довольствоваться лишь глотком мутной воды.

Так что неудивительно, что героиня этой истории — и многие другие подобно ей — сбились с пути.

Однако — отложив в сторону книгу — думаю, что и наша жизнь становится легче, когда рядом есть кто-то, с кем можно разделить груз. Только вместе с такими людьми мы можем смело встречать новые испытания.

Не хочется, чтобы меня сочли человеком, что поддавшись моменту, забыл выразить благодарность тем, кто помогал ему на протяжении всего пути. Написание этой книги напомнило мне об этом.

Так что воспользовавшись этой возможностью, мне хотелось бы сделать именно это.

Во-первых, большое спасибо моему редактору, что неоднократно меня поддерживал. Также Господину Судзухито Ясуда, что несмотря на тяжелый график, создал для книги изумительные иллюстрации. И всем, кто, вложив частичку своей души, помог воплотить эту книгу в реальность — спасибо, от всего сердца.

Благодаря ошеломляющей поддержке читателей, работа над третьей книгой уже начата. Я тружусь не покладая рук, чтобы она, как можно скорее, оказалась на ваших полках.

Спасибо вам всем за постоянную поддержку. На этом все.

Фудзино Омори.

----------

Послесловие команды

Послесловие команды

От Dayt (перевод)

Добрый день! Позвольте представиться, Dayt — принял эстафету перевода Danmachi.

Я очень рад предоставленной мне возможности поработать над тайтлом. Как говорят в таких случаях: "Постараюсь изо всех сил!"

Что ж, наконец-то перевод тома завершен! Простите, что пришлось ждать Так долго.

Большое спасибо команде, благодаря которой переведенные мной главы добрались до релиза (со мной бывает весьма сложно работать — прошу у вас за это прощения). Также благодарю всех, кто помогал нам (и мне в частности) за кулисами.

---

Спасибо, что читаете, и надеюсь, вам понравилась проделанная нами работа. Увидимся в следующем томе.

От Kalamandea (обработка иллюстраций)

Всем привет. Я рад, что перевод этого произведения продолжился. Спасибо Dayt, Demilord, Holly и Graysonчто помогли возродить проект. Увидимся в следующем томе.

От Грейсон (контроль качества)

Доброго всем времени суток.

Я снова с вами. Уже отвык послесловия писать. Да хочу сразу вас обрадовать меня повысили в должности теперь я некромаг воскрешаю тайтлы из праха))) И как видите Данмачи воскресло))

Не все решили черкнуть пару строк. но, возможно. без этих людей не было бы Данмачи. Огромное спасибо тем кто принял участие в работе над данным томом: Elberet, Chaika, Demilord. Holly, Kalamandea и особенно Dayt, за то что решился продолжить начатое дело. И отдельная благодарность нашему доброму еноту — Лессе, за то что вернула меня на данный проект. Ведь с него началась моя работа в Руре.

“(со мной бывает весьма сложно работать — прошу у вас за это прощения)” работать? открыть вам маленькую тайну? Мне текст надо на релиз заливать. а они его еще редачат)) Поэтому я поставил металлические набойки на свои сапоги так что пинать буду часто и больно)))

Хм… и немного спойлеров. Вас ждут новые приключения Бэлла.

До встречи в следующем томе!

От Demilord(редактура)

Неужели пинать своих подчиненных, чтобы они работали быстрее и выложили хотя бы одну главу после стольких лет молчания — неправильно?

Усем прувет. Возрадуйтесь, любители подземелий, грудастых лоли и прочая и прочая и прочая… Как ни странно это осознавать, но данма все-таки воскресла. Это было больно, много членов команды пало в неравной схватке со слаком, но все же мы это сделали.

Хочу сказать спасибо всем-всем-всем, кто работал над этим тайтлом. Грейсон уже всех перечислил, поэтому не буду повторяться, ибо лень С: Поэтому скажу спасибо всем читателям, которые преданно ждали возвращения Бэлла. Вы герои, ребят. Ни одна девушка не ждала так парня из армии, как вы ждали данму.

Будем надеяться, свежезалатанная лодочка не даст трещину. А значит, есть надежда на скорую встречу! Увидимся в следующем томе.

Р. S. (Грейсон) угу даст она трещину, я лучше кому-нибудь затрещину дам...

----------

Пролог. «Alea Jacta Est»

— Оттар, тот мальчик стал сильнее.

— Этого вы и желали, госпожа?

— Что же, да.

В комнате было темно. Слабый закатный свет просачивался в комнату сквозь окно.

В свете одиноко стоящей на столе лампы с магическим камнем было видно, что уголки губ Фреи направлены вверх.

Верхний этаж Башни Вавил, построенной над Подземельем.

В комнате очень мало мебели. Несмотря на то, что для высококлассного жилья башни эта комната выглядит скудно, каждая часть мебели на своём месте. Каждый предмет установлен так, чтобы идеально вписываться в обстановку и подчёркивать остальные.

Интерьер включает в себя: огромный книжный шкаф, кровать, такую огромную, что нормальному человеку в голову бы не пришло себе такую установить и элегантный, тёмно-красный ковёр. Мебель обрамляют огромные вырезанные изображения солнца и луны.

В этой комнате, серебряноволосая богиня Фрея, держа в руках бокал вина, наслаждалась разговором с одним из своих последователей.

— Я его недооценила. Дело не только в статусе. После получения магии его душа засияла ещё ярче… для моих глаз он будто очистился.

Она подняла бокал, наблюдая как луч холодного, лунного света отражается от плещущейся внутри жидкости.

Молодое белое вино было кристально чистым, даже прозрачным. Разумеется, вкуса в таком напитке тоже не было.

Но серебряные глаза Фреи блеснули от радости, когда она поднесла к губам бокал, будто богиня считала, что прозрачность, сама по себе, высшее качество.

— Рост его души… так заметен?

— Может и так. сама не знаю — ответила богиня, стоявшему в углу комнаты с каменным лицом, Оттару.

Он был весь во внимании, он не сводил взгляд со своей богини.

Её серебряные глаза встретились с взглядом рыжих глаз зверочеловека, и Фрея, медленно и задумчиво, опустила взгляд.

— Вот только есть что-то… всего одна вещь, которая мешает ему сиять. Она его сдерживает, словно путы на его душе.

— …

— Конечно, у него достаточно силы духа, чтобы засиять. Но его душе будто не хватает прочного ядра. Хотя нет, он достаточно силён, но что-то будто скрывается от меня… будто чего-то не хватает или что-то его блокирует. Есть идеи, Оттар? — спросила Фрея, заглядывая через плечо, будто нуждаясь в мнении другого мужчины.

Зверочеловек, огромный как скала, разжал свои губы чтобы ответить своей госпоже:

— Может, дело в его скованности.

— Его скованности?..

— Да, всё как вы и сказали, Госпожа Фрея: мальчика сковывает его связь с Минотавром… Возможно, он сам об этом не подозревает, но часть его прошлого стала шипом, который разрывает его изнутри.

Оттар знал о встрече Белла с Минотавром в подземелье. Несмотря на то, что Фрея ничего не слышала лично от Белла, она собрала достаточно информации, чтобы собрать историю воедино.

Это всего лишь предположение, но богиня была уверена, что Белл был слаб и поэтому проиграл Минотавру.

Фрея провела своим указательным пальцем с щеки к подбородку.

— Значит, у него есть травма… Дети такие нежные. Может, у нас есть свои привязанности, но богов никогда не сдерживает прошлое. Очень интересно… впрочем, возможно, тебе кажется, что мы просто чудаки?

— Не несите ерунды.

— Если бы ты хоть разок меня подколол, мне было бы не так скучно…

Лицо Оттара осталось неизменно.

— Ну ладно… — пробормотала сама себе Фрея, возвращая взгляд к окну и Беллу.

— Скажи мне, что мы можем сделать, чтобы освободить его от оков?

Фрея нахмурилась, снова посмотрев на своего слугу и задав ему вопрос.

— Человек может освободиться от цепей прошлого только своими собственными силами. Другого пути нет. — Вечно серьёзный Оттар ответил на вопрос своей богини.

— …Это из личного опыта?

— Я верю, что мужчина умирает, когда повторяет свои собственные ошибки.

Фрея тихонько рассмеялась, прежде чем отвести взгляд.

Причина сомнений наконец стала ясна. Отличное настроение Фреи ушло, и она погрузилась в размышления.

«Если тень того Минотавра действительно является причиной, ответ прост: мне ничего не нужно делать, всего лишь подождать. Мальчик станет сильнее и преодолеет эту преграду…»

Со временем, Белл станет достаточно силён для победы над Минотавром.

Всё что ему нужно сделать, это сбежать от прошлого, которое до сих пор за ним следует. Нет никакой проблемы, которую нужно было бы решать.

«В тот момент, когда он убьёт Минотавра он засияет ярче, чем когда-либо…»

Когда это случится, мальчик предстанет перед ней, как распустившийся цветок; его сияния хватит, чтобы богиня обожала его ещё сильнее.

Она может ждать, решила богиня. Сейчас Белл для неё центр всего мира; он привлекает её сильнее, чем что бы то ни было.

Она хочет его, очень сильно.

Она хочет, чтобы он всегда был рядом, на расстоянии прикосновения.

Когда мысли богини привели её к такому выводу, Фрея задала Оттару ещё один вопрос:

— Оттар.

— Чего изволите, госпожа?

— Ты ничего не чувствуешь? Я так увлечена этим мальчиком, что игнорирую всех, кто уже попал в мою Паству.

Лицо Оттара осталось неизменным, когда Фрея продолжила:

— Что если этот мальчик станет сильнее, чем ты?

— …

— Может, я дорожу им больше, чем тобой. Место, которое ты сейчас занимаешь может перейти ему.

— Как того пожелает ваше сердце, Госпожа Фрея.

— Ты не будешь ревновать?

Оттар ответил с покорностью и доверием, не проявив ни одной эмоции, которая бы его предала:

— Ваша любовь озаряет всех нас. Несмотря на то, что есть особые люди, никто без неё не останется.

— …

— Даже если вы сместите меня с занимаемого поста, я всем сердцем верю, что ваша любовь ко мне не исчезнет.

Взгляд серебряных глаз снова встретился со взглядом рыжих.

После последовавшего неловкого молчания, Оттар склонил своё огромное тело и слегка наклонил голову.

— Я слишком увлёкся.

— Не важно. На самом деле, это было неплохо. Ты стал мне даже дороже.

— Ваши слова очень сильно меня радуют.

Они обменивались обыденными фразами, будто проверяя друг друга.

Фрея слегка рассмеялась, и как только её великолепный голос смолк, не замедлила с ответом:

— Всё же, какая жалость. Ты всегда так беспристрастен. Мне бы хотелось хоть разок увидеть, как ты зеленеешь от зависти.

— Если вы так пожелаете.

— …Ха. Ах-ха! Ха-ха-ха! Не соблаговолишь ли, Оттар? Не смеши меня, пожалуйста! Если я увижу, как на твоём серьёзном лице будет ревность, не думаю, что у меня получится сдержаться.

— …

Фрея разразилась смехом, словно нашла замечание невероятно смешным. Одной рукой она прикрыла рот, а вторую положила на живот, будто изображая молодую девушку, пытающуюся удержать себя от смеха.

Оттар наконец отреагировал на поведение богини, непроизвольным подёргиванием уха. Одно из звероподобных ушей на его голове неожиданно повернулось в неожиданном направлении.

Вдоволь посмеявшись, Фрея вытерла глаза и повернулась к своему смущённому подчинённому, меняя тему разговора.

— Итак, Оттар, что ты думаешь?

— …Что вы имеете в виду?

— Насчёт мальчика. Я переживаю из-за пустяка?

Оттар немедленно вернулся к своей непоколебимости.

— Скоро он станет достаточно силён, чтобы мне сопротивляться. Достаточно силён, чтобы сбросить те «оковы», о которых ты говорил.

— …

— Но, часть меня сомневается, что этого будет достаточно. Не могу объяснить словами… разумеется, придётся потерпеть, прежде чем я увижу всё своими глазами… В моей голове смешиваются все эти слова, и я будто пугаюсь. Я знаю, что это не может быть правдой, но мне кажется, будто я ошибаюсь. — Фрея вдруг перешла на шёпот. — Может, я просто слишком много об этом думаю.

Фрея могла только размышлять и, разумеется, не видела никаких ошибок, она не сделала ничего неправильно.

Для этого нет совершенно никаких предпосылок. К тому же, Фрея наблюдала за ростом множества талантливых детей своей Паствы, и все они становились сильнее, получив достаточное время. Разумеется, и этот мальчик следует тому же пути.

В этот момент, Оттар впервые нахмурился.

— Оттар, думаешь время решит и его проблему?

— Да, бесспорно. Если он получит достаточно времени, это произойдёт. Вот только… — Оттар на мгновенье прервался, но после заговорил с полной уверенностью: — Те, кто никогда не пускается в авантюры, никогда не вырываются из своих раковин. Таковы факты.

Он умолк.

Его истинные чувства наконец открылись.

Где-то в Орарио была полуэльфийка, которая считала совершенно иначе.

Впрочем, сказанные слова принадлежали мужчине, пережившему множество вызовов — закалённому в боях ветерану. Он считал, что тот, кто никогда не идёт на риск не преодолеет определённый уровень.

Оттар указал на возможности неожиданностей, которые даже Фрея не может предугадать.

Именно так, не Фрея, а Оттар увидел, чем может стать этот мальчик.

— …Оставляю его развитие в твои руки, Оттар.

Богиня Красоты поставила бокал белого вина на стол.

Закрыв глаза, она повернулась к зверочеловеку спиной.

После такого Оттар не смог скрыть подозрительность, появившуюся на его лице.

— …Что вызвало такую неожиданную перемену?

— Разве не ясно? Ты понимаешь мальчика куда лучше, чем я.

Голова Фреи была опущена, её голос звучал будто голос разозлившегося ребёнка.

Она подняла голову и очень элегантно рассмеялась.

— Настолько, что я начала ревновать.

----------

Глава 1. Появление Кенки

Глава 1. Появление Кенки

[[image:/storage/reader-images/50a75a0163e7416fe6a1cdb05cf5209e206919f0.jpg]]

Солнце сияло высоко в небе.

Его свет освещал главную улицу к северу от Башни Вавил.

На этой улице было очень мало авантюристов; зато на ней было много простых городских жителей и открытых кафе. Сидящие в кафе люди смеялись и наслаждались теплотой светящего солнца.

Белл и Лили сидели за столом друг напротив друга, их окружало множество посетителей кафе, поедавших свой поздний завтрак на воздухе.

— Значит ты больше не имеешь дел с Паствой Сомы?

— Да. Потому что Лили не сомневается, что в Пастве её считают мёртвой.

С момента воссоединения группы Белла и Лили прошёл день.

Белл хотел узнать что сейчас происходит в жизни Лили и слушал её рассказ.

— Поскольку Лили мертва, нет никаких причин продолжать работу с Паствой Сомы. К тому же, Паства Сомы искать Лили не будет. С чего бы им этим заниматься? Лили ведь мертва.

Лили продолжила, объясняя Беллу причину, по которой её Паства не причинит Беллу проблем.

Белл слегка помрачнел, взглянув на лицо Лили, её ясные глаза и привлекательные черты были отлично видны, поскольку после отмены превращения с её лица исчезла шерсть.

— Обо мне не беспокойся… Ты уверена, что то, что тебя считают мёртвой не принесёт проблем тебе самой?

— Спасибо за вашу заботу, Сударь Белл. Но будет лучше оборвать все связи. У Лили всё равно не было никого, на кого можно положиться… и, как вы знаете, Сударь Белл, это полностью удовлетворяет Лили.

Лили говорила от всего сердца. Белл всё понял и решил больше не вдаваться в расспросы.

Он не хотел бередить старые раны девушки, так что пришёл к заключению, что всё решено.

— Я верю тебе на слово, Лили. Но что будет, если Паства Сомы узнает о тебе? О том, что ты жива, я имею в виду.

— Лили не может гарантировать, что этого не выяснится, но она потратила последние два дня на уничтожение всех следов, которые могли бы к ней привести. Не нужно об этом беспокоиться. К тому же, у Лили есть это.

Лили положила руки на голову с лёгким стуком и взъерошила себе волосы. Её ореховые волосы неожиданно стали тёмно-коричневыми, и из-под капюшона выглянули кошачьи уши. Её глаза также приобрели золотистый оттенок.

— Золушка.

Благодаря этой магии у Лили всегда есть туз в рукаве. Кто бы сейчас не смотрел на эту девушку, видел бы ребёнка зверолюда. Несмотря на то, что черты лица Лили, по большей части, остались неизменны, сейчас она нисколько не была похожа на полурослика.

Пока этот её «туз» никому не известен, шансы на то, что кто-то узнает в этой девушке Лилируку Арде один к миллиону. Белл и сам был поражён, когда узнал о заклинании Лили.

— М-м-м-м, ну что же…

— Да, никаких неприятностей не будет. Даже если кто-то узнает о том, что Лили жива, они не причинят вам, Сударь Белл, никаких проблем.

Белл скривился и кивнул, не беспокоясь о своей собственной безопасности. Но всё же, ему действительно стало легче.

Если так всё и будет, нет практически никаких шансов, что Лили окажется в другой опасной ситуации. А даже если окажется, Белл сможет помочь.

По правде говоря, Белл был зол и опечален, услышав рассказ Лили — зол на тех, кто обращается с другими не как с людьми, а расстраивал его тот факт, что эти люди останутся безнаказанны.

Однако, если подумать с точки зрения Лили, ей и не стоит связываться с Паствой Сомы. Попытка что-то сделать только спустит на Лили и Белла волчью стаю.

Пока Лили в безопасности, ничто другое не важно. Белл прогнал своё недовольство из головы, придя к такому заключению.

Они похоронили топор войны.

Расстояние между Беллом и Лили не исчезло полностью, но уже почти растворилось. Им было достаточно комфортно друг с другом, даже на расстоянии рукопожатия.

«Сегодня начинаем с чистого листа», — подумал Белл и на его лице появилась улыбка.

— …Сударь Белл?

— Э? Что такое?

— Вас действительно ничего не смущает, Сударь Белл?

— А?

— Вы действительно прощаете Лили всё?

В этот момент, сидящая напротив Белла, Лили помрачнела.

Она взглянула на Белла глазами преступника, молившего о прощении.

— Лили обманула Сударя Белла. Она воспользовалась добротой Сударя Белла и предала его.

— …

— И Лили никак не сможет вернуть похищенное. Если Лили будет вот так прощена…

Если так продолжится, то дальше рукопожатия эти двое никогда не сблизятся.

Лили чувствовала себя ужасно. Её съедало чувство вины. Она хотела расплаты.

Её тяготели вещи, которые она сделала в прошлом. Белл потерял счёт количеству её извинений.

Во время произошедшего, Лили потеряла всё. Все деньги и предметы, которые были при ней, а также её запас гномьих драгоценных камней был похищен её бывшими «соратниками» из Паствы Сомы. Осознание того, что ей совершенно нечего дать Беллу, чтобы хоть как-то ему отплатить, сводило девушку с ума.

Сколько бы Белл не говорил ей, что ей не о чём беспокоиться, вместо того, чтобы облегчить чувства девушки, это её только больше расстраивало. Она будто хотела получить наказание, нечто большее, чем простой удар по руке.

«Но я же ничего от неё не требую…» — по лицу Белла было заметно, что он потерян и не знает что ответить. Он посмотрел на Лили через стол.

Он плох в подобном — что там определить наказание, даже смотреть на кого-то свысока Беллу неудобно.

До этого момента свысока всегда смотрели на него.

Белл ломал голову, пытаясь найти способ, который мог бы помочь избавить Лили от чувства вины, когда явилось неожиданное подкрепление.

— Э-э-эй! Белл!

— А! Боженька!

Белл поднялся, услышав как молодая девушка обратилась к нему по имени. Как и было назначено, богиня Гестия явилась в кафе.

Гестия не очень высокая девушка. На самом деле, ростом она не слишком отличается от Лили. Богиня пробралась через столу посетителей к столу, за которым сидели Белл и Лили.

— Прости, что заставила ждать. Ты здесь уже долго?

— Вовсе нет. Это я должен извиняться. Тебе пришлось взять отгул с работы, чтобы сюда прийти…

— Об этом не беспокойся. Итак… это та девчонка.

— А, да. Именно о ней я тебе говорил…

— Я-я Лилирука Арде. Приятно с вами познакомиться. — Лили спрыгнула со стула и поклонилась.

Они пришли сегодня в кафе по просьбе Гестии.

Намерения богини были ясны. Она хотела лично взглянуть на помощницу, которая работает с единственным членом её Паствы.

Если Лили не получит разрешение Гестии, их собранная заново группа будет распущена, не успев даже начать совместную работу. Понимая, что такая возможность имеется, Лили переживала, смотря на лицо богини.

Чувствуя напряжение, Белл легонько вздохнул и подскочил с места, вспомнив нечто важное.

— О нет, я забыл, что тебе нужен стул, Боженька…

— !.. Ну уж об этом-то точно можно не беспокоиться! Здесь столько людей, что я сомневаюсь, будто здесь найдётся лишний стул. Садись Белл, я устроюсь у тебя на коленях!

— Ха-ха-ха, ты же шутишь, Боженька, не правда ли? Подожди минутку, я найду кого-нибудь и достану стул.

Белл отошёл с широкой улыбкой на лице. Это была улыбка ребёнка, который ничего не понимает в заговорах и задумках.

Какое-то мгновение Гестия смотрела ему вслед, её хвостики будто опустились от грусти.

Лили озадаченно смотрела на, неожиданно охваченную грустью, Гестию.

— …К-какая удача. Я ведь хотела, чтобы он на минутку отошёл. Так было нужно.

— Д-да.

Гестия опустилась на стул Белла, который был свободен, её лицо слегка покраснело.

Лили также последовала за богиней и вернулась на своё место.

— Что же, перейдём к делу. Кто же знает, через сколько он вернётся. Представления не нужны, так ведь? Уверена, Белл сказал тебе кто я такая.

— Д-да.

Прошло несколько секунд, прежде чем Лили осознала в какое русло Гестия переводит разговор.

Несмотря на то, что Лили молодая девушка-полурослик, её невинность и привлекательность ни в какое сравнение не идут с Гестией. Богиня существует будто на границе между «соблазнительной девушкой» и «очаровательной молодой леди».

Особенно это отличие проявлялась в красивых и привлекательных чертах богини.

Она казалась одновременно озорной и собранной — будто обе этих характеристики сочетались в богине.

Солнечные лучи, пробиваясь сквозь щели между зонтами, падали прямо на чёрные хвостики Гестии, придавая им блеск.

— Спрошу тебя напрямую. Помощница, ты по прежнему собираешься бегать от каких-нибудь подонков?

— …

Слишком прямой вопрос поставил Лили в тупик.

Гестия не моргала, уставившись на девушку через стол. Несмотря на свой молодой вид, Гестия обладала присущим богам достоинством.

Лили неожиданно осознала, что её проверяют. Гестия будто видит её насквозь.

Доказательством можно считать то, что Гестия не назвала Лили по имени. Впрочем, после всего, что Лили сделала Беллу, совершенно естественно что богиня видит в ней не заслуживающего доверия полурослика.

В ответ Лили ответила от всего сердца:

— Вовсе нет. Лили была спасена Сударем Беллом. Лили не хочет его предавать или ранить.

Их глаза встретились, девушки не моргали. Никто не отвёл взгляд. Окружающие звуки будто раздавались где-то очень далеко.

«Никто не может соврать богу». — Лили слышала эти слова раньше, но до этого момента девушка не понимала насколько они правдивы. Гестия видела её насквозь.

Боги и богини могут увидеть любую ложь, произнесённую в Гекае, если захотят.

— …М-м-м-м, ладно. Я поверю тебе на слово.

Этой фразой Гестия окончила минуту молчания, затянувшуюся для Лили на вечность.

К Лили будто вернулась возможность дышать и она наконец смогла расслабить плечи.

— Помощница, Белл для меня очень особенный человек. Он моя гордость и отрада, он центр моего мира. Первый участник моей Паствы, моя первая семья. И я могу сказать тебе честно, что терять его я не хочу. — Гестия сделала небольшую паузу, выдохнула и продолжила. — Белл многое мне рассказал о тебе, включая мотивы твоего воровства.

— …

— Я не собираюсь кормить тебя ложной жалостью. В этом нет никакого смысла. Так что мне нечего сказать о твоём положении… однако.

Богиня выделила последнее слово, чтобы намекнуть Лили, что за ним последует самое важное.

Перед тем, как снова начать говорить, Гестия убедилась, что девушка не сводит с неё взгляд.

— Если ты сделаешь что-то, что угодно, что снова подвергнет опасности этого мальчика… я заставлю тебя заплатить.

…Лили не могла пошевелиться.

На мгновенье, она даже забыла, как дышать.

Очень важная мысль промелькнула в голове Лили. Несмотря на то, что сидевшая напротив неё девушка, казалась такой же, как и все окружающие люди, она из совершенно другого мира. Она богиня.

После этих слов стало ясно, что у Гестии есть сила — как и у всех божеств — способная за считанные мгновения обратить этот город в руины, Лили вспомнила об этом.

Взгляд синих глаз был так холоден, что пробирал Лили до дрожи, только эмоции, испытываемые Лили могли придать ей сил. Чтобы ответить на слова богини Лили пришлось собрать все свои силы.

— …Лили вам клянётся. Она никогда не сделает ничего, что подвергнет опасности Сударя Белла, подвергнет опасности Леди Гестию… или даже саму Лили, больше никогда.

Другие посетители кафе продолжали свои обычные разговоры, даже не представляя, что происходит неподалёку.

Обе девушки какое-то время молчали, прежде чем Гестия закрыла глаза, давая понять, что разговор окончен.

Несколько раз моргнув, Гестия сказала собеседнице «Ладненько». Заметив, что лёд тронулся, тело Лили обмякло. Она чуть не рухнула лицом прямо в стол, но смогла поймать себя в последнее мгновенье.

После предупреждения, Гестия скрестила руки перед своей огромной грудью и молча смотрела на Лили. Богиня начала дуться. Лили заметила, что от богини исходит мрачная аура и вжалась в стул.

— …Помощница. Я буду с тобой честна.

— Д-да?

— Я тебя ненавижу. И не хочу, чтобы ты ошивалась рядом с Беллом.

— !

Глаза Лили округлились, когда Гестия продолжила:

— Ну это же естественно. Я знала, что ты принесёшь неприятности с тех пор как впервые о тебе услышала — пользуешься добротой Белла и делаешь что тебе вздумается. Даже сейчас ты пытаешься получить место рядом с ним, будто за все свои дела уже расплатилась. Что же ты замышляешь, хитрая лисица?!

Кошачьи уши Лили, полученные благодаря «Пепельной Элле», начали дрожать. Девушку пробил холодный пот, она была озадачена словами, подобранными Гестией.

— И вообще, что это с тобой? Ты так расстроена ещё с того момента, как я пришла. У меня от одного взгляда на тебя депрессия начинается!

Богиня, будто заявила, что от одного присутствия Лили портится вкус еды.

Впрочем, указав на это, Гестия не остановилась.

— Наверняка, ты о Белле подумываешь, я ведь не ошиблась?

— !

— Откуда я знаю, спрашиваешь? Потому что такое лицо я постоянно вижу смотрясь в зеркало! Ах-х-х, ненавижу! Я не хочу, чтобы ты проводила время с Беллом!

От богини исходили наводящие жуть волны.

Остальные посетители заметили, что что-то происходит, поэтому скользнули взглядом по девушкам, но тут же отвернулись. Казалось, что Лили вот-вот разрыдается.

— Спасение Беллом стало для тебя началом новой жизни, а? Но ты же теперь не перестаёшь думать, что принесёшь ему только больше проблем, потому что он слишком добр?

— ?!

— Он никак тебе не отомстил, так что ты чувствуешь, как твои плечи тяготит огромная вина. Но при этом, даже я могу сказать, что ты положила на него глаз. Я тебя искренне ненавижу.

Слова Гестии были кинжалами, врезавшимися всё глубже и глубже.

Богиня не сводила взгляд с девушки-полурослика. Лили не могла издать в ответ ни звука.

— Что же. Я накажу тебя вместо Белла. Кстати, чтобы ты знала, у тебя нет права отказываться. Я вынесу «вердикт» здесь и сейчас.

Гестия гневно выдохнула.

Озадаченная Лили могла в ответ только кивнуть. Возможно, какая-то часть девушки хотела принять слова богини Белла и полностью с ними согласиться.

Лили ждала, когда Гестия заговорит снова, она была так напряжена, что, казалось, готова взорваться.

Что же до Гестии, богиня скрипнула зубами, величественно смотря на Лили… и, наконец, начала говорить. Но перед этим Гестия тяжело вздохнула.

— Пожалуйста, присмотри за Беллом.

— …Э?

— Тц. — Гестия будто метнула этот недовольный звук в Лили. — Позволь объяснить: это не ради тебя. После того, как я услышала, как Белл о тебе рассказывает, я начала за него беспокоиться. Можно сказать, что мои страхи подтвердились… Его легко обмануть.

— …

— Вот о чём я тебя прошу. Убедись, что его не обманет какой-нибудь незнакомец. Ты должна его защищать.

Лили была поражена. Она собралась с мыслями, пытаясь подобрать ответ, но слова никак не могли вырваться из её рта.

Взгляд Гестии не позволял ей говорить.

— Ты же не думала, что я буду смотреть на тебя свысока и выносить тебе приговор? Мы, божества, сейчас таким не занимаемся. Ты чувствуешь вину потому, что не можешь простить себя.

Гестия прищурилась, будто пытаясь сказать: «И не пытайся найти прощения у Белла».

— Если хочешь ему отплатить, помогай ему пока не начнёт справляться сам. Это же очевидно. Может, ты слышала, что есть такая штука, которая называется искренность? Может, закончишь, раз начала? Если ты действительно изменилась, докажи это своими действиями.

Наконец поток слов Гестии подошёл к концу.

Возможно, Гестия была немного груба, но Лили могла почувствовать её настоящие чувства.

Богиня Гестия дала ей шанс. Она очень милосердна.

Она великодушна и благородна одновременно.

Вся злоба, которую показала богиня, это её личные чувства. Но, несмотря на них, Гестия позволила Лили быть помощницей Белла.

Она проявляет невероятное милосердие; она защитница тех, кто в нужде.

Благодаря этой неожиданной теплоте, Лили молча посмотрела на Гестию, прежде чем низко той поклониться.

За столиком девушек воцарился мир и покой, будто на освещенной солнцем лесной полянке.

— Простите, что заставил вас ждать!..

— …Я даю тебе моё благословение на работу с ним. Пожалуйста, убедись в том, что он в безопасности. На большее даже не зарься.

— Че?..

Неожиданное предупреждение Гестии разрушило покой. Лили удивлённо открыла глаза.

Прежде, чем девушка-полурослик успела спросить, что это означает, Белл поставил стул и сел за стол. Он уже собирался извиниться ещё раз, но к нему подскочила Гестия, схватила Белла за руку и прижалась к парню.

— А…

— Боженька?..

— Итак, познакомимся снова? Приятно с тобой встретиться, Помощница. Судя по всему, ты будешь усердно помогать моему Беллу в ближайшем будущем.

Гестия очень отчётливо выделила слово «моему». Богиня снова изменилась. Сейчас она была похожа на тигрицу, защищающую свою территорию. Её прежде ледяной взгляд изменился на пылающий, говорящий «руки прочь, или я тебя разорву».

Лили отпрянула, от действий Гестии у девушки задёргалась щека.

Гестия богиня. Её великодушие и праведность заслуживают восхваления и поклонения.

Но ещё она дитя.

Или, точнее — соперница.

Схватив Белла за руку прямо на глазах Лили, Гестия будто попыталась его оградить. Где-то в глубине сознания Лили мелькнула искра гнева.

Только что они пришли к взаимопониманию, но сейчас совсем другое дело.

Вух! Лили протянула вперёд обе руки и схватилась за свободную руку Белла.

Лили встретила испепеляющий взгляд богини с решимостью.

— Нет, нет, это Лили рада с вами встретиться. В конце концов, Сударь Белл всегда был так ужасно добр к Лили.

— !..

Девушка-полурослик с одной стороны, юная богиня с другой.

Впрочем, несмотря на то, что выглядят они очень молодыми девушками, друг на друга они уставились как полноценные женщины.

Даже не достающие ногами со стульев до земли, девушки пытались уничтожить друг друга взглядом.

«Б-боженька?!»

Рука Белла оказалась прижата прямо к роскошным формам Гестии и он в панике уставился на богиню. Он не замечал, проходившую чуть ниже, игру в гляделки.

В женской битве первую победу одержала богиня.

— Чёрт возьми!.. Вот какие богини… Так эти штуки не просто для показухи!..

— Что-то сказала, помощница?..

— Эм, Лили. Что ты планируешь делать дальше?.. — когда боевой пыл поутих, Белл начал разговор.

Все присутствующие успокоились и мирно расселись по своим стульям. Коричнево-золотые глаза Лили озадаченно уставились на Белла.

— Ну, у тебя сейчас ведь… нет дома, в который ты могла бы вернуться, так ведь, Лили?

— Нет, у меня нет дома. Но я и раньше говорила правду, Лили всегда остаётся в дешёвых гостиницах.

Лили нервно улыбнулась, а Белл посмотрел на Гестию.

Несмотря на то, что губы Гестии слегка скривились, она кивнула в ответ на взгляд Белла.

— Лили, если тебе будет удобно… почему бы тебе не пожить с нами?

[[image:/storage/reader-images/17130f2f2d31a1ac340e95b3acf4d177c396a8b4.jpg]]

— ?..

— Я пытаюсь сказать, почему бы тебе не присоединиться к Пастве Гестии? Сейчас в ней состоим только мы с боженькой.

Разумеется, Белл знал, что лили член Паствы Сомы, но также ему было известно, что девушка больше с ними не связана.

Поэтому, он подумал что это предложение уместно. Вместо того, чтобы оставлять девушку на улице, почему бы не пригласить её присоединиться? Беллу и самому этого хотелось.

Гестия не была против, так что осталось только согласие Лили.

— …Леди Гестия, вы действительно не против? Вы не ненавидите Лили?…

— Хе-хе-хе… Не пойми меня неправильно. Несмотря на то, что ты мне не слишком нравишься, игнорировать оказавшееся в твоём положении дитя против моих принципов. Я шла сюда понимая, что возможно нам придётся тебя приютить, пока ты не найдёшь другую работу.

Щёки Гестии покраснели, когда она пыталась произнести эти слова с невозмутимым лицом. Богиня явно что-то от него скрывала, так что Белл нахмурился.

Лили усмехнулась, увидев это общение и, тяжело вздохнув, помотала головой.

— Спасибо вам, Сударь Белл, Леди Гестия. Но Лили достаточно и одиночества.

— Что… П-почему?!

— Лили будет чувствовать себя виновато, если снова воспользуется вашей добротой, и… Лили всё ещё член Паствы Сомы.

Посмеявшись над удивлённым лицом Белла, Лили протянула руку и коснулась своей спины.

Даже Гестия нахмурилась, подумав о характеристиках, записанных под кончиками пальцев Лили.

— Как члену Паствы Сомы Лили нельзя входить в дом Сударя Белла и Леди Гестии. Если кто-то узнает, что Лили осталась у вас, это принесёт проблемы вам обоим. Лили не простит себя, если что-то случится.

— М-меня это не слишком беспокоит… ой… — Белл уже хотел взять на себя ответственность, но неожиданно понял нечто важное и замер.

Дело уже не только в нём. Его семья окажется в опасности.

Белл закрыл глаза, будто его неожиданно поразила головная боль. Заставив себя приоткрыть глаза он посмотрел на Гестию.

— Помощница, каковы условия выхода из Паствы Сомы? Это вообще запрещено? Что об этом говорил ваш бог?

— Сома ничего не говорил напрямую… но Лили кажется, что, скорее всего, требуется большая сумма денег.

— Деньги, да…

Пастве Гестии, как раз-таки недостаёт денег.

Благодаря усилиям Белла в Подземелье, сейчас они живут гораздо лучше, чем месяц назад, но, всё же, экономят на всём, чём только можно. В лучшем случае, на данный момент, они могут предложить около десяти тысяч валис.

И даже если бы Белл и Гестия каким-то чудом нашли деньги, чтобы заплатить за освобождение Лили, она не стала бы эти деньги принимать.

— Неужели так сложно уйти из Паствы?.. Я слышал, что кое-кто…

— Всё зависит от бога. Кто-то отвечает на такие запросы, кто-то нет.

Когда кто-то уходит из Паствы, дело не только в том, что Паства теряет человека; это также подвергает Паству опасности. Самая большая опасность это, разумеется, утечка информации.

Как бы ни были распущены боги и богини, управление Паствой требует очень деликатного отношения. Большая часть божеств предпочитает, чтобы члены их групп их не покидали.

— Человеку, о котором ты говоришь, наверняка, поставили особые условия, о которых этот человек не рассказывает. — Гестия взглянула на Лили и Белла. И Белл и девушка понимали, к чему ведёт богиня.

Лили всё ещё состоит в Пастве, хоть и посещать её не собирается. Сейчас она похожа на уличную кошку, отбившийся от Паствы авантюрист.

Что же до человека, получившего разрешение покинуть Паству — Мамы Мии, владелицы Щедрой Хозяйки — у Белла появилось ощущение, что Гестия права. Учитывая проскальзывающие в разговорах с Силь Фловер и остальными обстоятельства, очень возможно, что Мия действительно покинула Паству с «особыми условиями».

Даже не спрашивая напрямую, Белл ощущал насколько тяжела жизнь людей, покинувших свою Паству.

— …А что, если человек не выбирал жизнь в Пастве? Неужели к ним никто не прислушивается?

— Ребёнок — это часть семьи. Дети фермеров становятся фермерами. Так устроен мир, Сударь Белл.

Если родители члены Паствы, ребёнок обязан в неё вступить, хочет он этого или нет.

С точки зрения бога или богини, за ребёнка должны отвечать его родители. Боги не просят появления плачущих детей в своих домах, так что заботиться о них не будут.

Грубо говоря, обстоятельства богов не касаются.

В конце концов, разрешение покинуть Паству во власти бога. Будут ли они великодушны или нет?

Потому что, если человек окажется достаточно неудачлив, с него запросят невероятно высокую сумму денег или заставят выполнять невыполнимое задание, а за выполнением будет следить бог и наслаждаться бессмысленными трудами.

Белл смотрел на улыбкуЛили с сомнением на лице.

— Без участия Сомы ты не сможешь обновлять свои характеристики… и, мне кажется, что ты не сможешь от этого скрыться.

— Может и нет…

— Ты же не собираешься вечно оставаться на этом уровне, да? Значит ты собираешься когда-нибудь ему показаться?

— Да. Лили понимает, что сейчас возможности нет, но Лили сходит к Соме в подходящий момент. Впрочем, Лили не уверена, что бог её выслушает…

На этих словах Лили разговор подобрался к неожиданному завершению. Все трое откинулись на своих стульях и погрузились в раздумья.

Несмотря на воцарившуюся задумчивую атмосферу, Белл снова поднял голову и задал Лили вопросы:

— Хорошо, в таком случае, что ты собираешься делать, Лили? Снова снимешь комнату, в которой жила?..

— На самом деле, есть один старый гном, который хорошо знает Лили… Не совсем эту Лили, конечно, но достаточно близко. В общем, он, наверняка, протянет Лили руку помощи. Лили собирается на время остаться в его лавке. Разумеется, Лили будет работать! Она будет очень стараться не использовать свою магию и зарабатывать честным трудом.

Белл не услышал ни нотки сомнения в голосе девушки. Осознание того, что у Лили есть план чуточку облегчило его сомнения.

«Думаю, мне снова стоит поговорить с Эйной…»

Белл поразмыслил и не мог не подумать, что ситуация с Паствой Сомы может быть решена без помощи Эйны Тулле.

Политика Гильдии заключается в том, что Гильдия не вмешивается в дела Паств, если только не происходит чего-то крупного.

Будучи организацией, которая держит в узде весь Орарио, Гильдия не может вмешиваться в личные дела каждого авантюриста и помощника.

Их роль в «поддержке» заключается только в обучении авантюристов и помощников эффективно собирать магические камни. В этой организации даже не слушают личные запросы.

Белл одной рукой потёр виски, понимая, что ему придётся воспользоваться добротой Эйны.

— Эй, ты уверена, что всё в порядке, раз ты собираешься работать на какого-то старика? Знаешь, я могу тебя со своим менеджером познакомить, — вступила в разговор Гестия.

— Нет, нет, Лили не хочет оказаться рядом, когда кто-то забудет, как работает плита с магическими камнями и сжигает целый стенд. Спасибо за предложение, но Лили вежливо отказывается.

— Как ты узнала?!

— История о Лоли-богине, проклятье и бедствии Северной Главной Улицы довольно популярны, так что…

— Э-э-э-э-э-э-э! Только не перед Белло-о-о-ом!!!

— Мф-ф-ф-ф?!

«Как бы там ни было, — подумал Белл, — пока они остаются возле моей беловолосой головы, я буду стараться, чтобы у них в любой день был повод для радости».

Наконец, впервые увидев искренний и заразный смех Лили, Белл и сам улыбнулся.

[[image:/storage/reader-images/b0aa3dfe7a2551013aca276378d62462d659a4d1.jpg]]

Я бодро шагал по Северной Главной Улице: «Пути Авантюристов».

Попрощавшись с боженькой и Лили, я направился к главному офису Гильдии. Никак не мог справиться с ощущением, что мне стоит, по крайней мере, дать Эйне знать о Пастве Сомы и других деталях, прошедшего только что, разговора.

Расположенные на этой улице магазины уже были открыты, в каждом было очень оживлённо.

Поскольку авантюристы ежедневно ходят по этой улице, каждая лавка пытается выделиться своим дизайном. У магазина аксессуаров вход огибает водопад эля, построенный в качестве декорации, а следующий магазин предметов построен из кирпичей пепельного цвета, прочных как сталь. В каждом окне виднеются высококлассные предметы, выставленные напоказ.

Интересно, большинство авантюристов сегодня взяло выходной, поэтому улицу заполонило множество полу-людей боевого вида, занимающихся покупками. Большинство из них ходит небольшими компаниями, наверное, они входят в одну группу, потому что постоянно переговариваются на разные темы и часто смеются.

Как же это здорово. Всегда находиться в группе друзей, которые знают тебя лучше чем кто-либо другой, сражаться плечом к плечу, даже по магазинам вместе ходить… если честно, я немного завидую.

А, вот и он. Огромный храм в стороне от дороги, пантеон.

Я прошёл по небольшому саду и мимо колонн из белого мрамора в Гильдейский главный офис.

Сейчас почти полдень, большая часть авантюристов уже в Подземелье, так что в приёмной пусто. Ослепляющая белизна приёмной бросается в глаза, когда внутри почти никого нет. Поскольку толпы, обычно перекрывающей мне поле зрения не было, я мгновенно нашёл Эйну.

— ?..

У её окна посетитель.

Одинокий авантюрист стоит через стойку от Эйны, протягивая нечто, обёрнутое в белую ткань.

Эйна кивнула. Она выглядит очень обеспокоенно, будто разговор идёт о чём-то серьёзном. Я так засмотрелся на выражение лица Эйны, что даже не взглянул на авантюриста, который стоит ко мне спиной, так что я осторожно направился к стойке, пытаясь на него не пялиться. Краем глаза я заметил длинные светлые волосы и женственную фигуру.

Эйна заметила, что я уже в нескольких метрах. Её изумрудные глаза удивлённо округлились.

Это запустило целую цепную реакцию.

Стоявший у стойки человек медленно повернулся ко мне лицом.

«Че…»

Из под светлых локонов на меня взглянули два золотых глаза.

Мягкий, округлый подбородок и стройная шея. Несмотря на то, что гладкой, молочно-белой кожи я уже заметить не мог, эта девушка поразила меня красотой.

Лёгкое удивление на лице при виде меня, стоявшего посреди приёмной, которое способно посоперничать с красотой самих богинь.

Мисс Айз Валленштайн.

Я забыл как дышать, мы все втроём стояли в удивлённом молчании.

— …

— …

— …

Я смотрел только на Айз, но, краем глаза, заметил, что Эйна переводит взгляд с меня на Айз и обратно.

Ну вот, я совсем дышать не могу. Стоит мне увидеть эти золотые глаза, и разум тут же пустеет.

Молчание продолжалось.

Не меняя лица, я завёл левую ногу назад и медленно от неё отвернулся.

В то мгновенье, когда я услышал, как одна из них сказала «А?», я рванул к двери. Каждая клеточка моего тела хотела убраться отсюда и побыстрее!

— Б-Белл! Подожди!

Я игнорировал голос Эйны, кричавшей мне вслед, и просто бежал, бежал, бежал.

Мои ноги отталкивались от мраморных плиток на полу, руки тёрлись о рубашку с такой скоростью, что, казалось, она может загореться. Я почти у дверей!

…Какого чёрта Эйна разговаривает с ней?!

…Что за чертовщина здесь твориться?!

Это не к добру. Я потряс головой, пытаясь выбросить из неё мысли о разных плохих вещах, которые могли случиться. Мои инстинкты подсказывали мне выбраться из приёмной, уши покраснели, а я всё набирал скорость.

По прежнему находясь в замешательстве, я выбежал из парадной двери и побежал по саду, стремясь к безопасной и людной улице.

Но в этот момент я почувствовал за спиной порыв ветра.

Между мной и улицей неожиданно встала она, её светлые волосы развеяло ветром, который поднялся от погони за мной.

— …ДАААХХ?!

Я её видел, но бежал на полной скорости. Я никак не смог бы увернуться от столкновения с ней, так что мог только отсчитывать каждую ужасающую секунду, которые шли будто в замедлении.

— Белл? Мисс Валленштайн?!

Перед столкновением я закрыл глаза, но слышал шаги Эйны, выходящей из Гильдии… Стоп, а где столкновение?

Осторожно открыв глаза я увидел, что мой живот придерживает тонкая рука. Другая у меня на спине. Она меня поймала…

Я поднял взгляд. Она смотрит на меня сверху вниз, её брови сведены.

— …Прости. Ты в порядке?

— …МНЕ Ж-ЖАЛЬ!!!

Моё лицо стало багровым, я буквально выскочил из её рук.

Ещё несколько секунд я пытался собраться, дрожь от неожиданной встречи с ней начала отступать. Кажется, будто меня… поймали.

— И что ты по твоему творишь?! Убегать от человека, который пытается с тобой поговорить это очень грубо, чтобы ты знал!

— П-простите, Мисс Эйна…

Я рефлекторно извинился перед очень злой Эйной, а сам не мог отвести взгляд от Мисс Валленштайн.

В тот момент, когда наши взгляды встретились я посмотрел в сторону и задал Эйне вопрос:

— Т-так к чему это всё?.. Почему вы… и вы?!..

— А… Мисс Валленштайн хотела с тобой поговорить, Белл.

— А?!

Эйна тяжело вздохнула на моё недопонимание, но больше ничего не сказала.

Я снова вернул взгляд на Мисс Валленштайн, а она убрала ткань с вещи, которую держала в руках.

Изумрудно-зелёный нарукавник.

Кажется, мои глаза не могли раскрыться ещё шире чем в этот момент.

— Она нашла это в Подземелье и хотела отдать его тебе лично. Она пришла ко мне, чтобы договориться о встрече с тобой.

Эйна говорила непререкаемым тоном, будто это было очевидно. А я по прежнему пребывал в ужасе.

Три дня назад я сражался с волнами монстров на десятом этаже Подземелья. В хаосе боя у меня с руки сбили нарукавник, но я был так увлечен попыткой спасти Лили, что у меня не было времени за ним вернуться…

И тут меня озарило. Таинственным авантюристом, открывшим мне путь, защитившим меня… была она.

— …Белл, я оставлю вас двоих наедине, чтобы вы поговорили.

— А?!

Мои плечи вздрогнули, как только слова Эйны достигли моих ушей.

Раскрыв рот, будто пытаясь закричать я взмолился, обращаясь к Эйне.

— П-постойте, Мисс Эйна! Умоляю вас, останьтесь здесь!.. Я-я же так умру!

— Ты же мужчина, не так ли? Тебе нужно многое сказать, так что храбрись и говори, ладно? — Эйна подбодрила меня кивком и сказала: — Удачи.

Наверняка, Эйна просто пыталась быть вежливой и оставить нас наедине, но одна только мысль о том, чтобы остаться с ней наедине могла заставить меня разрыдаться. Эйна повернулась на каблуках и вошла в здание Гильдии. Неожиданно я почувствовал что понимаю как чувствует себя щенок, которого бросают в коробке у края дороги, и который наблюдает как его хозяин уходит вдаль.

— …Эм-м, вот.

— !

Услышав её голос, я повернулся и принял нарукавник от Мисс Валленштайн одним движением.

Она почти с меня ростом; чуть выше, как мне показалось. И она стоит напротив.

Всё моё тело покраснело. А рот никак не хотел открываться.

— Извини.

— А?..

— Это по моей вине Минотавр не был убит, и из-за этого у тебя было столько проблем, и ты был ранен… Я надеялась, что мне представится шанс извиниться. Мне очень жаль.

Я не мог поверить своим ушам и глазам, когда девушка опустила голову. Наконец, осознав, что происходит, я раскрыл рот и выдавил из себя слова:

— Н-нет, нет! В первую очередь, это я виноват в том, что оказался на пятом этаже! Вы не сделали ничего плохого, Мисс Валленштайн! На самом деле, вы моя спасительница! Это я должен перед вами извиняться, это я дурак, который начинает бесстыдно удирать… П-простите!

Дрожа от макушки до кончиков пяток, всё что я хотел сказать вылетело из моего рта на одном дыхании.

В конце концов, всё, о чём я думал — она каждый раз спасала мне жизнь — её извинения заставили меня захотеть исчезнуть с лица земли от смущения.

— Что же, эм, я пытаюсь сказать…

Кажется, моё лицо начало плавиться от того, с какой скоростью я гонял свой мозг в поисках нужных слов, чтобы выразить то, что я хотел сказать очень давно — наконец слова из меня вышли:

— За всё те разы, в которые вы мне помогали… ОГРОМНОЕ ВАМ СПАСИБО!

Я склонился так низко, как мог, чтобы при этом не поцеловать землю.

Я прекрасно видел каменные блоки дорожки и как с моего носа стекают капли крови, падая вниз.

Казалось, что оживлённая улица где-то далеко, её звуки тонули в барабанном бое сердца в моей груди.

Ни один из нас не двигался несколько секунд.

Наконец я собрался с силами и взглянул наверх, выпрямляя спину.

Мисс Валленштайн спокойно стояла напротив, на её губах была лёгкая тень улыбки.

— !..

Фух-х-х-х… Из моих лёгких вышел весь воздух, и на меня нахлынула новая волна смущения.

Я опустил голову, скрывая её улыбку за своими волосами.

Похоже, даже бабочки в моём животе в этот момент покраснели.

— …

— …

Никто из нас не произносил ни слова.

Мы молча стояли друг напротив друга, единственное, что двигалось, это время.

Это мост, который авантюристы должны преодолевать, как нормальные люди. Но всё, что мог сделать, это стоять в саду перед зданием Гильдии, не в силах произнести ни звука.

— У тебя всё хорошо… в Подземелье?

— Д-да!

Она нарушила молчание, и я ответил так быстро, как смог.

Она продолжила говорить, выражение её лица не выражало практически никаких эмоций.

— Кажется, ты смог спуститься до десятого этажа… это впечатляет.

— Нет, вовсе нет! Я смог зайти так далеко только потому, что мне помогли! Мне ещё очень многое предстоит! Я ещё и близко к своей цели не подобрался!..

Похвала от моего идола, это не то, что я могу выдержать. Подкатывает новая волна паники!

Я поднял руки и начал махать ими из стороны в сторону, а мои глаза округлились.

— То есть, когда я сражаюсь с монстрами в Подземелье, я прыгаю, как полнейший новичок. Я уже со счёта сбился, сколько раз монстры почти по мне попадали. Я знаю, что должен стать сильнее, но пока я слишком слаб, и не чувствую, что становлюсь лучше, эм?!

Нервозность вызвала у меня целый поток слов, чего до этого никогда не было. К тому же, я и сам не понимаю, пытаюсь ли я быть скромным, или что это вообще такое.

— …

Мисс Валленштайн молча смотрела на паникующего паренька, который старался поддержать с ней разговор: на меня.

Наконец, она начала двигаться. Её рука медленно легла на подбородок, будто она о чём-то задумалась.

Я заметил это только через несколько секунд, потому что не мог мыслить здраво, но я собрался с мыслями, и этого хватило, чтобы задать ей вопрос.

— А… эм, что-то не так?

Она ответила не сразу. На её лице появилось выражение неуверенности, когда она ударила воздух между нами. Она простояла в этой позе молча ещё несколько секунд.

Судя по выражению на её лице она начала нервничать, прежде чем заговорить.

— Может, мне… тебя поучить?

— …А?

— …Как сражаться. Тебя ведь некому было обучать, я права?

Осознание того, что она сказала заняло у меня некоторое время.

Мои глаза распахнулись от удивления; мне казалось, что я схожу с ума.

— П-почему… почему вы предлагаете нечто подобное?!

— …Потому, что мне кажется, что ты хочешь стать сильнее. Мне знакомо это чувство. — сказала Мисс Валленштайн добавляя что-то о том, что это способ мне отплатить за беспокойство, через которое я прошёл.

Как она может быть так спокойна?! У меня голова готова взорваться!

Я смогу учиться сражаться? У неё? Девушка, которую я хочу догнать хочет меня обучить?

А так можно?

Я всё правильно понял? Точно не ошибся?

Я в сравнении с ней ничто, и у меня будет шанс обучаться под её руководством? Даже коснуться её?

Но проблема в том, что она из другой Паствы.

Мой разум заполнили вопросы, но это всего лишь попытка скрыть мои настоящие чувства.

Я хочу с ней разговаривать, хочу узнать и проводить с ней время.

Мысли о тренировках сводили меня с ума, но в моём сердце, в дальнем его уголке, я видел это просто, как возможность побыть вместе с ней.

Пока все эти мысли разрывали меня на части, я думал над простым ответом и отчаянно пытался сложить слова во фразу.

[[image:https://ranobehub.org/img/ranobe/content/239/3/3/3.jpg]]

— …

Айз молча смотрела, как очень смущённый Белл пытается собраться с мыслями.

В том, что Айз предложила ему секунду назад не было лжи. Она слышала отчаянное желание стать сильнее и действительно его понимала. Такова реальность.

Но, разумеется, это предложение было сделано не только из доброты. Была одна вещь, которую девушке хотелось узнать.

Первым признаком, что всё не так просто, был Сереброгрив.

После, тот факт что парень смог добраться до десятого этажа.

Айз видела, как этот мальчик творит одно чудо за другим, демонстрируя небывалый рост своих навыков и способностей в очень короткие сроки.

Новичок, которого она встретила из-за случая с Минотавром становился сильнее так быстро, что смог привлечь её интерес.

«Как у него получается?..»

Она хотела знать секрет его роста. Изучить его.

Для себя.

Такова основная причина предложенной тренировки.

— Я не знаю, что вы сможете сделать с тем какой я сейчас… но раз вы предложили…

— …

В то же время, она чувствовала себя виноватой.

Мальчик верил, что её предложение было от чистого сердца. То, что она скрывала от него настоящие мотивы, ранило её сердце.

Белл говорил опустив голову, слова вылетали из его рта, а Айз молча смотрела.

Она сжала в руке рукоять меча, висящего у неё на поясе, будто в поисках способа отсечь свои дурные предчувствия.

— …Эм, Мисс Валлен… штайн…

Парень поднял взгляд.

Его лицо по прежнему было красным, отчего его белые волосы казались белее обычного. Но его глаза были полны решимости, он посмотрел ей в глаза и низко поклонился.

— Я выучу всё, чему вы захотите меня научить.

Наконец сильный ответ.

Видя решимость в глазах парня, Айз пообещала себе, что в качестве извинений за сокрытие своей настоящей цели, она приложит всю свою силу, чтобы соответствовать его ожиданиям.

— …Очень хорошо. Я постараюсь тебя обучить.

----------

Глава 2. Бык и особая тренировка кролика

Небо покрывала тьма.

Солнце ещё не встало на востоке, но горизонт уже начал окрашиваться в светлые тона. Момент перед рассветом, когда нельзя сказать с уверенностью идёт ли ещё ночь, или уже наступило утро.

«Городская стена… Я никогда не был здесь раньше».

Этим утром я проснулся гораздо раньше обычного и забрался на стену окружающую Орарио.

Я стоял на северо-западном краю городской стены. Вид города, открывающийся с высоты, захватывал дух.

Я видел Пантеон, Колизей, здания, которые возможно принадлежат большим Паствам и просто высокие постройки. Даже с такого расстояния, я мог рассмотреть небольшие детали, созданные мастерами. Просто поразительно!

Но, разумеется, было здание, возвышающееся над всем остальным городом, в самом центре: Башня Вавил. Её величие почти лишало дара речи. А ещё можно добавить, ко всему прочему, небольшие домики, заполняющие город, никогда не устану смотреть на Орарио.

В большинстве зданий, стоящих на главных улицах, разделяющих Орарио на восемь частей, гаснут огни. На город будто опускается тишина и спокойствие. Один за другим, фонари с магическими камнями повсюду гаснут.

Подумать только, я на самом деле живу в метрополисе! Холодок пробегает по спине и сердце начинает биться чаще, когда вспоминаю где я нахожусь.

— Ты готов?

— А, д-да!

Её голос прозвучал в моих ушах будто звон. Я повернулся к Мисс Валленштайн лицом.

Это она, причина, по которой я оказался здесь. Я буду учиться сражаться.

Она сказала, что её Паства, Паства Локи, через несколько дней уходит в экспедицию. Так что у нас не слишком много времени, но она будет меня тренировать, пока есть время. Именно поэтому вчера мы решили, что тренировки начнутся сегодня.

— Прости, что заставила тебя так далеко идти…

— Н-не беспокойтесь! Это совершенно естественно!

Поскольку она член Паствы Локи, она не должна делать чего-то подобного. Если другой член её Паствыузнает, что она тренирует члена другой группы боевым навыкам, у неё определённо будут большие проблемы.

Поэтому мы решили заниматься на вершине стены — чтобы не привлекать внимания.

Учитывая её положение, прятаться и встречаться тайно, это единственное возможное решение.

А так рано мы сюда пришли потому, что мне по прежнему нужно зарабатывать деньги в Подземелье, в обычное время. Лучше заниматься тренировками перед напряжённой работой.

— Итак, эм, Мисс Валленштайн, что мне…

— …Айз.

— А?

— Называй меня Айз.

В ту секунду, когда я понял, что она говорит мне, как мне к ней обращаться, я чуть сознание не потерял.

— Все меня так зовут. Тебе неудобно?

— Э, эм, ум-м-м… Нет, меня это устраивает.

«С чего бы мне отказываться?» — сказал я себе, поднося руку ко рту. Что-то в её голосе подсказывало, что она будет расстроена, если я не буду звать её по имени.

Мои щёки полыхнули. Разумеется, я не так уж много времени смотрел на Мисс Валленштайн… эм, Айз, но не покраснеть…

Впрочем, надеюсь я смогу произвести положительное впечатление, какой странной бы не была эта ситуация.

— …А-Айз, что мне делать?

— …Хороший вопрос.

— А?

В её голосе слышалось напряжение; как мне отреагировать?

Брови Айз опустились, и она положила руку на подбородок. Будто она пыталась ухватиться за какую-то идею в голове.

— Я очень много думала… со вчерашнего дня.

Она резко отвернула голову, будто у неё была какая-то пружина в шее, она походила на ребёнка, которого отругали.

Где её обычная грация и уверенность?

Это… странно.

Мой идол, моя Айз Валленштайн, и настоящая Айз начали расходиться…

— …Можешь показать мне в какой ты форме?

— Д-да, конечно.

Я сделал как она сказала, но меня начал пробивать пот.

Вытащив свой нож я, чувствуя себя смущённо, сделал несколько ударов по воздуху, пока она за мной наблюдала.

Она уставилась на меня, изучая мои движения.

— Ты используешь только свой кинжал?

— Э?..

— Бойцы с кинжалами, которых я знаю, используют навыки рукопашного боя.

Если подумать, она права. Когда я сражаюсь в Подземелье, я полагаюсь только на своё оружие. Я уже со счёта сбился, сколько раз монстры пинали меня и били руками.

Я посмотрел вниз, на свои руки, а в эту секунду Айз сказала: «Дай его мне», — и взяла оружие из моих рук.

Она приняла боевое положение; похоже, она хочет показать мне пример?

— …Вот так.

Заведя кинжал за спину в своей правой руке так, что лезвие оказалось направлено вниз, она выкинула вперёд левое колено, её ступня была в нескольких сантиметрах от земли.

Застыв в такой позе, Айз наклонила голову набок.

Она поставила ногу на землю и снова её подняла… снова наклонив голову набок после этого движения.

— ?..

— …

Айз поднимала и опускала колено снова и снова, каждый раз наклоняя голову.

В этот момент я не мог скрыть своего замешательства. Наблюдать за ней было очень неудобно. Но она старается показать мне пример. Нужно следить за каждым её движением.

«Может она просто… понятия не имеет?..»

— М-м-м…

…Такой была моя последняя мысль.

Тело Айз мелькнуло, будто она наконец решилась, или что-то вроде того.

— …Ха?

Используя правую ногу, она оттолкнулась от земли, её тело начало делать оборот.

Игнорируя озадаченный звук, который вырвался у меня изо рта она вытянула левую ногу, делая в воздухе пируэт.

Её юбка задралась; тёмно-синие гольфы до колен мелькнули у меня перед глазами.

В момент когда я заметил белую полоску… я был отправлен в полёт.

— А…

Скоростной удар разворотом в прыжке.

Я оказался слишком близко для поразительно быстрого удара ногой от высококлассного авантюриста. Я одновременно видел и не видел, как её нога ударила меня прямо в грудь и отправила к краю городской стены.

Я не смог отреагировать, не смог защититься, даже вскрикнуть не смог моё тело с огромной силой врезалось в край городской стены, руки и ноги ударились о неё в следующее мгновение, и я оказался на полу.

«Что это была за чертовщина?»

«Она пнула меня точно в центр тела».

На то, чтобы поднять голову и взглянуть на Айз у меня ушли все оставшиеся силы. Её лицо было как обычно невозмутимым, но, кажется, при взгляде на меня её глаза расширились от удивления.

«…Ага, она растерялась…»

Последние силы оставили меня, и это последнее заключение, к которому я пришёл, прежде чем потерять сознание.

— Прости…

Я был без сознания несколько секунд. Я очнулся, и Айз извинилась с грустью на лице.

Я постарался улыбнуться и сказать ей, что ей не о чём беспокоиться, но боль в груди не унималась, и, похоже, что ключица у меня треснула.

В конце концов, мы попробовали ещё несколько раз, путём проб и ошибок, но, казалось, что это не работает.

Я замечал, что она погружается в глубокие раздумья после каждой неудачи, и мне начало казаться, что мне стоит извиниться и уйти.

Прямо перед самым рассветом между нами повисло напряжение.

— …Достаточно. Давай сразимся.

— А?!

Она молчала, не знаю как долго, прежде чем поднять голову и сказать мне это.

Она выпрямилась, её рука легла на рукоять меча.

Я подпрыгнул от удивления, когда она достала свой меч и положила его у края стены. Повернувшись ко мне, она перехватила ножны, как оружие.

— Я не умею учить так же хорошо, как Риверия и остальные… думаю, так будет лучше.

Неожиданно исходящее от неё настроение изменилось.

Она держала ножны одной рукой приняв оборонительную позицию. Однако, её ножны и меч практически одной длины, так что мне не стоит ни на секунду расслабляться.

Моя кожа покрылась мурашками, а спустя мгновение мои мышцы отреагировали сами.

Единым плавным движением я достал кинжал из ножен, поправил броню и приготовился к бою.

— Да… Так лучше.

— ?!

— Я видела, как ты сейчас двигался и хочу, чтобы ты почерпнул как можно больше из того, что случится дальше.

Я буду получать опыт из первых рук благодаря спаррингу, мы будем сражаться. Вот что она пыталась сказать.

Она сказала мне обучаться столкновением мечей, учиться, читая движения противника.

— Н-но… Я использую настоящее оружие, а ты…

— Всё нормально.

Она отвергла мою быстроту так быстро и отрывисто, что у меня пересохло в горле.

Демонстрировать жалость к вооружённому противнику, это всё равно, что быть убитым. Серьёзность в её глазах будто на меня накричала.

Она ошеломила меня одним взглядом, держа в руках тупой кусок дерева.

— …

—…

Воздух между нами начал раскаляться; я практически видел, как летели искры. Ночное небо было всё ещё тёмным; солнце так и не выглянуло из-за горизонта.

Айз не моргала. Не моргал и я.

Впрочем, в моём случае, я не мог пошевелиться даже если бы попытался.

Представляя её атаку, я напрягся. Почти безусловно, что как только она сделает первый шаг, меня ждёт удар, намного превосходящий мою собственную скорость и радиус поражения.

Кинжал в моих потных руках ещё никогда не был так бесполезен.

— …Ты напуган.

— ?!

— Думаю авантюристу-одиночке важно испытывать страх. Но есть что-то, что тебя по-настоящему ужасает.

Я не хотел слышать этого от неё, точнее, именно от неё, слышать подобного мне не хотелось.

С той же серьёзностью на лице Айз сделала шаг вперёд.

— Я не знаю чего именно ты так боишься… но если так будет дальше, с таким лицом ты сможешь только убегать.

Она права. Её слова вонзились глубоко в меня.

Чёрт… У меня всё внутри запылало. Я стыжусь? Сержусь? Надеюсь, всё таки первое.

Не знаю почему, но она будто задела что-то прямо у меня в голове. Нечто запретное. На какое-то мгновенье, во мне взревел мальчишеский рёв, застилая разум.

Несмотря на то, что я знал, что всё это не по настоящему, я ощутил приступ ужаса.

Что это? Почему у меня стучат зубы? Мне нужно стиснуть их и побыстрее.

Сжав кинжал в руке так сильно, как только смог, я сделал шаг в направлении взгляда, который будто сверлил в моей душе дыры.

Времени думать не было, я просто вложил всю силу своих мышц и пошёл! Один шаг, второй… я начал нападать.

— ЙЯ-А-А-А-А-А-А!!!

— Это не сработает.

…Мои ноги оторвались от земли.

Свист ветра раздался в ушах. Следующее, что я помню, я уже на боку, сжимаюсь от боли. Каменный пол казался раскалённым, так что я подскочил.

Мои рёбра… боль была адской.

— А… гх?!

— Никогда не будь безрассуден. Не стоит действовать опрометчиво, особенно в Подземелье.

Думаю, она пыталась сказать мне вежливо, но её слова меня не достигли.

Я замахнулся снова.

Но мой кинжал оказался слишком далеко впереди, и она ударила меня с незащищённой стороны так быстро, что я даже не заметил удара.

Я видел лишь размытое движение. Точнее, мне показалось, что это размытое движение…

Я знал. Я должен был знать.

Я знал, но…

Она просто слишком… быстрая.

— Можешь встать?

— !..

Этот вопрос был задан свысока, и я медленно, но верно поднимался с пола на ноги.

Я не могу дышать. Мой бок ужасно болит, мне очень сильно захотелось разрыдаться, но нет. Я не заплачу, не сейчас.

Я прикусил губу передними зубами и снова к ней повернулся.

— Ты не привык к боли…

— Гх-х-х?!

— Но ты не должен её бояться.

Очередной удар.

Прямой удар прямо в тело на ошеломляющей скорости. Я видел этот удар, а потом почему-то свои ноги… я снова был отправлен в полёт, не так ли?

Бам! Я ударился затылком о каменный пол. Воздух не мог ни выйти, ни попасть в моих лёгкие.

— Можешь встать? — В её голосе не было жалости. Каким-то чудом мне удалось откатиться в сторону и подняться не задыхаясь.

— То, что ты в Подземелье один, означает, что тебе нельзя расслабляться, никогда. Всегда будь настороже и держи глаза открытыми.

— !

— Лучше.

— Хмф-ф-ф?!

Я думал, что уклонился от удара, но она изменила траекторию.

В этот раз она ударила меня по колену, сбивая меня с ног. В следующий момент я чуть не поцеловался с полом, а моё лицо покраснело.

Кстати, всё это время я дрался в своей броне. И, всё же, как больно!..

— Можешь встать? — Снова эти ледяные слова. Я почувствовал, как у меня из носа потекла кровь, когда я в очередной раз поднялся на ноги.

— Пока просто следи за моими атаками. Научись читать своего противника.

— Тц?!

— Вроде того.

— Бха?!

Удар сверху, потом ещё один сбоку.

Но мой кинжал всегда на шаг позади. Точнее, он оказывается в нужных местах, но её ножны просто на порядок быстрее, так что всегда меня достигают. Кажется, после этого удара, я как минимум один раз крутанулся в воздухе.

— Можешь встать? — Будто заклинание. Я снова на ногах.

— …Аты не слишком хорош в блокировании, да?

— ?!

Удар, удар, удар.

Поток из вспышек, которым я потерял счёт. Им нет конца! Я чувствовал будто меня по всему делу бьют небольшие взрывы, когда её ножны встречались с моим телом.

Бам! Я рухнул на колени, звук удара разнёсся по воздуху, разнося пыль.

Я не мог встать. Чудо уже то, что я не рухнул лицом на каменный пол.

И снова я слышу своё сбитое дыхание, слабое и жалкое…

— Мы, высококлассные авантюристы, обычно говорим, что многие полагаются только на свои характеристики.

— Э…

— Все слишком полагаются на свои благословения. Навыки и техника боя, это другое дело.

Она смотрела на меня сверху вниз. Будто читала мне лекцию. Было больно, но я принудил себя открыть глаза и смотреть на неё.

Она говорила медленно, будто пыталась передать мне знания, которые изучила самостоятельно.

— Техника и стратегия. Тебе не хватает и того, и того.

— !..

— Эти знания останутся, даже если ты потеряешь характеристики. Только этому… я могу тебя научить.

На мгновенье она разорвала со мной зрительный контакт, но в следующую секунду посмотрела мне в глаза снова.

— У тебя проблемы с защитой, так что мы сконцентрируемся на этом. В этой тренировке ты должен научиться читать мои атаки и защищаться. Для тебя это может быть болезненно, но эти знания останутся с тобой, так я думаю. И мне кажется… что ты приблизишься к своей цели.

Она сказала всё разом, глядя прямо в мои удивлённые глаза.

В её золотых глазах светилась искренность, когда она смотрела на меня.

Я попытался хоть как-то ответить — выдавить из себя хоть какой-то звук — но ничего не получалось. Айз сделала шаг назад и встала, ожидая, когда я поднимусь.

— Можешь встать?

— …Спасибо!

Она разглядела мою слабость и приняла меня. Я должен что-нибудь сказать.

Время, которое я проведу, тренируясь с ней, будет недолгим, поэтому я не хочу не терять ни секунды.

Используя все оставшиеся силы, я поднял своё упавшее на колени тело на ноги.

Я продолжал получать удар за ударом от её ножен, пока солнце наконец не выползло из-за горизонта на востоке.

Сверху, снизу, справа, слева — в какую сторону он бы не посмотрел, его ожидали стены подземелья покрытые разными по размеру скалистыми камнями.

Несмотря на очень высокий потолок, казалось, будто стены постоянно крадутся за тобой. Закреплённые на стенах камни, могли в любой момент свалиться, а их смутные очертания создавали ощущение постоянного давления. Источники света были тусклы и ненадёжны, отчего каждая тень казалось опасной.

Разумеется, сам проход также не был гладким. На пути было множество крупных и мелких камней, само передвижение по этому месту казалось вызовом.

Пещера, шахта, глубокая штольня.

Во время путешествия по этому этажу, наполненному случайным нагромождением скал, могло прийти на ум немало названий.

— Много времени прошло с тех пор, как я охотился на этом этаже…

Семнадцатый этаж подземелья.

Оттар, зверолюд необычных размеров, продолжал свой одинокий поход по этажу, этажу, на котором ведут охоту авантюристы Второго Уровня.

Проходя мимо одной из, похожих на фонарь, светящихся скал, мужчина впечатляющих размеров наконец показался среди теней.

Для защиты он одел только лёгкую броню. Несмотря на то, что он мог бы облачиться в полные латы, он решил одеть лишь необходимые части для защиты жизненно важных органов.

Впрочем, каждая часть его брони была невероятно прочна. Будто он надел на себя не броню, а настоящие щиты. Можно ли отнести его экипировку к «лёгкой» броне, не знал даже он сам.

За его плечами был огромный и прочный рюкзак. Этот рюкзак был забит до отказа, казалось, он в любой момент может порваться.

«Впрочем, я не уверен даже сколько прошло времени с тех пор, как я последний раз был в Подземелье».

Могучие шаги Оттара заставляли подрагивать его тело. Однако, несмотря на то, что мужчина легонько сотрясал землю каждым шагом, его шаги были бесшумны. По странному тихая аура следовала за каждым его движением.

Будто само его присутствие, которое невозможно было бы проигнорировать, оставалось незамеченным.

Ему не встречалось ни единого монстра, будто все они бежали от зверолюда в ужасе.

«…Ревность, да?»

Его глаза и уши напряжённо следили за происходящим вокруг, но разум Оттара был поглощён прошлым разговором с Фреей.

Она спросила его, будет ли он ревновать.

В то время он ответил со всей своей честностью. Что бы ни случилось, он никогда не будет сомневаться в любви Фреи и продолжит служить ей верой и правдой.

Любовь Богини Фреи похожа на ветер, гуляющий по миру.

Если кто-то думает, что её удастся поймать, они ошибаются. Её любовь окутывает человека, словно лёгкий бриз, но стоит кому-то подумать, что любовь богини принадлежит ему, как она утечёт сквозь пальцы.

Ветер невозможно удержать. Им невозможно обладать. Его невозможно остановить.

И, в конце концов, у ветра не может быть компаньона.

Ветер выбирает направление, как ему заблагорассудится и путешествует в небе своим собственным путём. Если ветер встретит одинокого путника в открытом поле, он улыбнётся и окутает его. Но как только путник повернётся к ветру, ветер тут же побежит дальше.

В то же время, ветер беспристрастен.

Он может подарить свою благосклонность и прохладное дуновение любому, кто пройдёт мимо.

Иногда он жесток; иногда приятен. Он может налететь с севера, а может задуть с юга.

Ветер всегда шепчет в уши своим дуновением. Ветер никогда не останавливается. Ветер вечен.

Пока Оттар и другие дети на этой земле, куда бы они не пошли, ветер всегда их достигнет.

«Тот факт, что я сейчас здесь, это ведь и есть ответ?»

Что если ветер улетит домой на небо? В небеса, которых ветер так жаждет?

Как человек, принадлежащий этому миру, он может только смотреть в небеса.

Если наблюдение за чем-то далёким порождает эмоции, то да, это можно назвать завистью.

Зависть и ревность, это стороны одной монеты.

«Ребячество…»

Горестная улыбка показалась на его беспристрастном лице. Это могло бы кого-нибудь удивить, если бы кто-то это видел.

На самом деле, он принял свою судьбу в тот момент, когда согласился подчиняться приказам Фреи. Его обдувает ветер.

Кех! Смешок, насмешка над самим собой разнеслась по пещере.

— …Хмм.

Оттар остановился.

Его свиные уши ударились о чёрный, почти каркасный шлем, который мужчина носил на голове.

Изменив направление, Оттар пошёл в направлении услышанного звука. Вскоре у его ног показалась красно-чёрная бычья голова, вылезшая из дыры в стене, скрытой двумя большими камнями.

— Ммро-о-о!..

— Вот и ты.

Глаза зверя налились кровью, найдя свою добычу: Оттара.

Минотавр. Монстр, относящийся к категории больших, с телом мускулистого мужчины и головой быка. Поднявшись, этот монстр оказался размером с Оттара — может, немного выше. Начиная с роста, между бойцами было много общего.

Ради этого Оттар пошёл охотиться на этаж Подземелья, на котором монстры были куда ниже его собственного уровня.

Он собирался поймать одного из диких зверей.

— М-м-м-мр-р-р-р-ргм!..

Минотавр начал выходить из себя.

В его руках был кусок скалы. Естественное оружие, которым Подземелье его обеспечило, похожее на каменный топор.

Лезвие оружия было покрыто красной жидкостью. Или зверь только что разобрался с авантюристом, или топор был покрыт его собственной кровью. Впрочем, повреждений на монстре Оттар не заметил.

«Этот подойдёт», — подумал Оттар и прищурил глаза.

Оттар взялся за лямку, на которой был подвешен рюкзак и развязал её, отчего тот с грохотом свалился на землю. Среди прочих звуков был различим металлический звон.

Звук падения рюкзака стал для Минотавра сигналом к началу. Монстр посмотрел на Оттара и рванул прямо к нему.

— Мро-о-о-о-оа!!!

Копыта зверя били по земле с такой силой, что от бега зверя разлетались куски скал. Минотавр занёс топор над головой, сокращая дистанцию.

Увидев несущегося на него Минотавра, от рёва которого дрожали даже стены, Оттар не повёл и бровью.

Взяв свой рюкзак правой рукой, Оттар выставил левую руку. Он ждал, без оружия, когда к нему подберётся минотавр.

В тот момент, когда Минотавр поставил свою ногу — с такой силой, что оставил в полу небольшое углубление — прямо перед Оттаром и готовился нанести удар, огромный мужчина спокойно поднял левую руку.

— Му-у-у-у… Мура?!

— …Неплохо. Считай ты избран.

Оттар заблокировал движение каменного топора.

На самом деле, каменный топор получил повреждения. Клинок треснул, и его осколки полетели на пол.

Минотавр вложил в этот удар все свои силы, только для того, чтобы быть заблокированным полоской брони на руке Оттара.

Несмотря на то, что хватило бы одной только брони, уровень Защиты Оттара запределен. Оттар встретил удар стоя прямо, но его огромное тело не сдвинулось с места. Он принял атаку Минотавра, даже не встав в защитную стойку.

Оттар казался гигантским деревом, вросшим в это место, когда оценивающе смотрел на Минотавра.

Возможно, у зверя проявились инстинкты, но Минотавр сделал шаг назад, потом другой, в глазах монстра читался страх.

Он слишком поздно понял, что создание, стоящее напротив, куда больший монстр, чем он сам.

— Грох?!

— Ты должен попытаться снова. А если нет…

Пронзительный взгляд Оттара заставил Минотавра застыть от ужаса.

Оттар, увидевший, что остатки каменного топора выпадают из хватки Минотавра, неожиданно кое-что придумал.

Он потянулся рукой к своему поясу. Продолжая смотреть на Минотавра, Оттар взял один из двух мечей, висящих у него на поясе — великих мечей, если точнее — взял его в руки и бросил Минотавру.

— …Увва?

— Ты показал свою технику. Теперь используй это.

С вылетевшим из пасти Минотавра звуком, который любой наблюдающий мог бы принять за удивление, зверь посмотрел на рукоять меча.

Взгляд монстра метался от Оттара к мечу и обратно, Минотавр наконец подошёл и взялся за рукоять.

Пальцы Минотавра обхватили её, поначалу несмело, но вскоре крепкой хваткой.

«В своей жизни, Госпожа Фрея, я не стану сдерживаться».

Фрея сказала это сама. Она передаёт развитие Белла в руки Оттара.

Как он и сам говорил в том разговоре, вырасти парень сможет только в одном случае. Фрея отдала ему приказ, полностью понимая, что произойдёт.

Этот минотавр сразится с Беллом.

Путь, который Оттар готовит для Белла будет жесток и тернист.

«…Я пойду на большее, чем обычная подготовка».

До этого момента Оттар встретил множество Минотавров, но счёл их недостойными.

Всё ради того, чтобы с души мальчика упали цепи. Чтобы он «засиял», как того желает Фрея.

Для авантюристов первого уровня, победа над монстром второго уровня, вроде Минотавра, практически невозможное достижение. Из-за разницы в чистой силе и способностях, авантюриста первого уровня, который попытается сразиться с минотавром, ждёт только смерть. Несмотря на это, Оттар отдал выбранному им Минотавру оружие.

«Обучение» Оттара так жестоко, что граничит с тиранией.

Оттар не принимает глупую эмоцию, которая пустила корни в его сердце. Он принудил себя думать только о мальчике, которого зовут Белл.

Возможно, ему стоило бы обойтись с парнем, на которого упал взгляд Фреи, полегче?

Оттар задал себе этот вопрос и ответом послужило чёткое нет.

Если этот мальчик умрёт, нет никаких сомнений, что Фрея отправится за его душой. Она отправится на небеса, чтобы принять его в свои объятья. Если бы это было не так, она бы не позволила Оттару подвергнуть его такой опасности.

Поэтому совершенно не важно, выживет Белл или умрёт. Не важно, что случится, богиня любви будет его ждать.

Это не ревность.

Это испытание.

«Если ты достоин её любви, выживи».

Оттар хотел получить доказательство, что Белл заслуживает особого обращения. Доказательство, что у мальчика есть право на Фрею.

Потеря её благожелательности Оттара не заботит. Он принял тот факт, что любовь богини принадлежит одному лишь Беллу.

Однако, он отказывался позволять кому-то недостойному её внимания, порочить имя богини, которой он служит.

«Раз ты привлёк её внимание, твой долг, показать себя достойным». — Именно эта мысль руководила Оттаром.

— Мро-о-о-о-оа-а-а!

— …Поправка. Я хочу, чтобы ты использовал это оружие правильно.

Оттар с лёгкостью отвёл первый удар Минотавра великим мечом.

Чтобы подготовить зверя для его роли, Оттар подготовился к «тренировке» и полностью себя ей посвятил.

Раздались звуки столкновения мечей, час за часом сыпались искры от столкновения стали со сталью.

Всё ради Фреи.

Оттар следовал её приказу так, как того позволяют его способности.

— Сударь Белл, почему вы выглядите так побито до того, как мы вошли в Подземелье?

— Ха-ха… Ну, знаешь, всякое случилось.

Я слабо рассмеялся в ответ на вопрос Лили, пытаясь её успокоить.

Каким-то образом мне удалось пережить два дня уничтожения от Айз… Наверное, можно назвать это «интенсивной тренировкой».

Лили одарила меня взглядом, который дал мне понять, что она знает, что я что-то скрываю и винить её в этом я не могу. Из-за того, как сейчас выглядит моё тело, она, должно быть, сейчас думает, что я от орды монстров в одиночку удирал.

Но я не могу сказать ей правду. Я не хочу ей говорить. Я просто не хочу, чтобы она знала насколько я на самом деле не собран.

Я не могу заблокировать ни одного удара. Ни единого. И сейчас я совершенно разбит.

Я понимаю, что рассчитывать на то, что эти тренировочные сессии сделают меня лучше вот так сразу… Но пока тренировки ничем не отличались от избиения мешка с картошкой, и вся моя уверенность исчезла.

Я знал, что я не слишком силён, но даже подумать не мог, какой путь мне будет нужно пройти.

Есть её уровень, и есть мой. Между нами такая огромная разница, что от одной мысли об этом у меня начинается головокружение.

В башню Вавил, вместе с Лили, я вошёл в подавленном состоянии.

Приёмная комната башни просто огромна. Пол покрыт большими круглыми узорами тёмно-синего и белого цвета. А самым красивым элементом остаются окна из разноцветного стекла, проходя через которые, свет оставляет на стенах похожие на цветы узоры.

Сейчас внутри множество авантюристов, которые ведут свой путь в Подземелье или из него. Впрочем, большая их часть, как и мы, направляется в подземный лабиринт. Однако, были среди авантюристов и те, кто провёл в Подземелье ночь.

Контраст между улыбающимися и довольными группами авантюристов, и теми, чьи битвы не принесли желаемых результатов, был отлично заметен.

Количество добычи, которую авантюристы несли из Подземелья на поверхность говорил о многом. Медленно кивнув самому себе, пока мы с Лили пробирались через толпу, я пообещал себе, что после проведённого в охоте дня, я не буду выглядеть, как эти расстроенные авантюристы.

Такие проблемы бывают у каждого, нет смысла расстраиваться. Совершенно никакого.

— Лили жаль, что Сударю Беллу приходится носить вещи Лили, когда он так устал.

— Да не о чём жалеть, это ведь я виноват, что пришёл уставшим… к тому же, у меня ведь пустой рюкзак.

Когда мы спускались, по ведущей в Подземелье, лестнице, Лили смотрела на меня с сожалением, её плечи были опущены. Я в ответ улыбнулся несколько раз подпрыгнул, говоря: «Видишь? Очень лёгкий!»

Мы поменялись местами, точнее, так можно было подумать по нашей одежде. Вообще, неся за плечами рюкзак Лили я выглядел как помощник.

Лили же, была одета не в свою обычную кремовую робу, а плотный кожаный жакет, надетый поверх лёгкой боевой одежды. Вишенкой на торте был мой нарукавник, который она надела на спину, как ножны, рукоять баселарда торчала у неё из-за спины… в общем, кто бы на неё не взглянул, подумал бы, что это бывалый авантюрист.

Почему мы так маскируемся? Чтобы удержать в секрете от Паствы Сомы существование Лили.

Разумеется, Лили использует свою магию для маскировки, но с её ростом, ношение привычного огромного рюкзака может выдать её любому, чей разум способен проводить параллели.

Полурослики, одна из самых маленьких рас среди разумных, обычно не могут носить рюкзаки, которые превышают их размеры в несколько раз. То же самое можно сказать и о детях других рас.

Мы проявляем осторожность, поэтому идём в подземелье в такой маскировке.

— К тому же мы скоро обменяемся, так что можешь обо мне не беспокоиться.

Поскольку мы поменялись ролями, для начала нам нужно скрыться из вида, чтобы вернуть всё друг другу. Лучшим местом для этого будет место на девятом этаже, перед самым спуском на десятый. Туман десятого этажа послужит нам дополнительной поддержкой; нам не придётся волноваться о группах авантюристов, которые могут случайно нам встретиться.

Перед путешествием обратно мы поделим полученную добычу, чтобы никто из нас не выглядел странно, когда мы будем подниматься.

С момента «смерти» Лили прошло всего несколько дней, так что мне кажется, что сейчас лучше переусердствовать с защитой настоящей личности Лили.

— М-м-м-м… Лили в долгу перед Сударем Беллом и за случившееся. Поэтому Лили неудобно делать такое с Сударем Беллом…

По тону голоса было понятно, что Лили расстроена. Её волчьи ушки на голове поникли.

Я потерянно рассмеялся, взглянув на неё.

Для меня баселард был коротким мечом, но когда он висит на спине Лили кажется куда больше. Это заставило меня улыбнуться. Рукоять Баселарда выглядывала из-за её длинных, пепельно-серых волос. Глаза девушки были жёлтыми, как полная луна, сегодня она решила побыть ликантропом.

Длинные волосы были значительным изменением её обычного образа, так что поначалу я её даже не узнал. Будто она из энергичной, шаловливой девушки неожиданно превратилась в серьёзную, почти величественную особу.

В ней изменилось и кое-что ещё; она совершенно отличалась от Лили, к которой я привык.

— А, эм… Это немного слишком?

Похоже, она заметила мой взгляд. Она посмотрела на меня, будто бы была в себе не уверена, а её голос слегка дрожал.

Не знаю, имеет ли она в виду образ авантюристки или перевоплощение в вервольфа, но я улыбнулся и покачал головой.

Скажу ей, что она выглядит нисколько не странно.

— Ты просто выглядишь немного по-другому… обновлённо, наверное? На самом деле, мне кажется, что ты очень мила.

— П-правда?

— Ага, тебе очень идёт.

Она взглянула на меня снова, с волнением, а потом её глаза заблестели от счастья.

После она снова начала смотреть перед собой, но её волчьи ушки поднялись, и я заметил как хвост, выглядывающий из-под юбки, начал вилять в разные стороны.

Кажется, я к такому ещё не привык, но то, как Лили реагирует на мои комплименты, то, как она счастлива, заставляет меня улыбаться.

Будто у меня появилась милая младшая сестра. И это… здорово.

Я смотрел на проходящих мимо авантюристов… Может, для них мы действительно похожи на брата и сестру.

— Заяц и волк…

— Волк и кролик…

— Ага, кролик-помощник… надеюсь, его не сожрут.

— Экстренный запас провизии для худшего варианта развития событий… как прискорбно!

— Страшно, страшно. Выходит авантюристов нельзя судить ни по виду, ни по характеристикам, да? Надо бы держаться настороже.

…Это странно.

Почему мне кажется, что меня оскорбляют?

Шепчитесь, шепчитесь. Я, вообще-то, здесь, и мне всё слышно, знаете ли!

Ещё никогда я не видел на себе такие взгляды авантюристов — я будто стал центром сочувствия всего мира.

И что с этим замечанием от мужчины эльфа. Что он пытался сказать своим «как прискорбно»?

Впрочем, улыбка на лице помогла мне всё это преодолеть, но неожиданно в моей голове возник новый вопрос и я снова перевёл внимание на «авантюристку» Лили.

Я раскрыл рот, чтобы его задать. По взгляду на часть её лица, можно было сказать, что она по прежнему в приподнятом настроении.

— Эй, Лили. Ты ведь больше не сможешь улучшать свои характеристики, не так ли?

— Что вы хотите сказать, Сударь Белл?

— …Ну, знаешь, ты ведь не можешь вернуться в Паству Сомы, чтобы встретиться со своим богом, верно?

Осторожно, чтобы нас никто не услышал; я приблизился к уху Лили, задавая свой вопрос.

Какое-то время Лили не сможет приближаться к богу Соме. Поэтому характеристики, записанные на её спине, не изменятся.

Не улучшать свои характеристики, будучи авантюристом, подобно смерти. Мне кажется, что такое справедливо и для помощников. Когда я стану спускаться ниже, монстры будут сильнее, а значит мы будем подвергаться большей опасности…

— Тебя это не беспокоит? — спросил я её, устанавливая зрительный контакт.

— Честно говоря, Лили немного беспокоиться… но, наверное, всё будет в порядке. По крайней мере, в ближайшее время.

— П-правда?

— Да, Лили изобретательна, когда дело касается убийства монстров… В конце концов, статус Лили не обновлялся последние полгода и всё было хорошо.

— П-полгода?!

Её слова меня ошарашили.

Наверное, даже рассказывать о таком не стоит, но без улучшения характеристик она не станет сильнее, чем сейчас. Сколько бы она не била монстров, не сражалась с ними — всё будет бесполезно. Высокий риск и никакой награды.

Лили скривилась, видя шок на моём лице и объяснила.

— Чтобы получить улучшение характеристик в Пастве Сомы, Лили нужно было отработать норму.

— Че… это разве?..

— Да, так Сома… постановил.

Если верить Лили, Сома с самого начала никому не улучшает характеристики.

Как по мне, это странно, но похоже, что он улучшает характеристики авантюристов только «по необходимости». Он тратит всё своё время и деньги на своё увлечение, производство вина. Так что, если кто-то, вроде Лили, не приносит ему денег, делать такого человека сильнее — всего лишь трата времени для бога. Без денег, приносимых авантюристами, ему не сделать вина.

К тому же, его Паства достаточно велика. Улучшение характеристик всех её членов, безусловно, заняло бы огромное количество времени и стало бы настоящей головной болью…

Наверняка, с этой мыслью он и объявил: «Когда вы выполните норму, я улучшу ваши характеристики».

— То есть, Лили, ты не улучшала характеристики потому, что у тебя не было денег?

— Вовсе нет, Сударь Белл. Лили просто не хотела выделяться.

— Выделяться?

— Регулярное выполнение нормы означает, что человек обладает определёнными навыками. Лили не может сражаться, это было известно всем. Так что, если бы Лили выполняла норму, кто-то мог бы что-нибудь заподозрить.

— А… — этот звук вылетел из меня прежде, чем я успел его остановить. Вот почему она так долго не улучшала характеристики.

Получается, Лили…

— На самом деле, у Лили всегда было достаточно денег, чтобы платить норму, но Лили никогда их не тратила. Если Лили бы показала деньги, их бы отняли. Отказ от улучшения характеристик — это жертва, на которую Лили пошла, чтобы скрывать то, что она делает.

Даже походы на встречи членов Паствы были простым прикрытием.

Лили добавила, что после того, как получила заклинание, несколько раз улучшала свой статус, но не делала этого последние шесть месяцев.

Не улучшать свои характеристики из страха, что члены твоей Паствы что-то заподозрят?.. С этой Паствойявно что-то не так.

Я знал, что всё это время Лили была одна, но только услышанное позволило мне понять насколько она была одинока.

В таком ужасном положении она должна была выживать в Подземелье день за днём, только потому, что росла в такой жестокой обстановке.

Она столько продержалась только благодаря своему уму и стратегиям. Спуск в Подземелье, будучи вооружённым только этими двумя вещами, осознание, что твои характеристики никогда не станут выше, это и послужило причинами её странного воспитания.

Я осознал, что начал хмуриться.

— Всё-таки вы её презираете?

— А?

— Лили, которая обманывала всех и каждого. Таящегося в Лили монстра…

Будто заранее зная к чему приведёт этот разговор, Лили его ускорила.

Её жёлтые глаза на меня даже не взглянули. Она смотрела только вперёд.

Её голос был тихим. Я не знал, что ответить.

— Лили ненавидит авантюристов. За исключением Сударя Белла, Лили в обиде на всех… они все омерзительны.

— …

— Что бы ни подумал Сударь Белл, Лили не собирается просить прощения за свои поступки… и не чувствует за это вины.

Это ложь.

Что-то внутри меня знало, что она говорит неправду, но, всё же, сказать ей этого я не могу.

Потому, что вижу угрюмость на её лице, слышу жёсткость в её голосе. Сделав небольшую паузу, Лили вернулась к теме разговора.

— Так Сударь Белл презирает Лили за её поступки? — спросила она снова, не сбавляя скорости.

Её голос был обычным. Её глаза смотрели вперёд… но что-то… неужели, она заметила?

Волчьи ушки на её голове никак не могли успокоиться. Они постоянно дрожали, будто от страха.

Несколько раз моргнув, я собрал слова в своей голове в законченную фразу, прежде чем её сказать.

Я знаю, что сейчас не самое время для улыбки, но когда я говорил у меня на лице мелькнуло её подобие.

— …Мне сложно презирать людей, которые не могут быть честны сами с собой, кажется.

— Э?

Она остановилась и посмотрела на меня.

— Всё в порядке, Лили. Мне нравится то, какая ты есть, так что я не могу тебя презирать, что уж говорить о ненависти.

Именно это я чувствую.

Чтобы помочь ей рассеять остатки недопонимания, царящего между нами, я сказал ей правду.

Я и не знал, что у Лили может быть такой решительный взгляд! Она будто посмотрела сквозь меня и покраснела. Волчьи ушки, кончики которых до этого висели, неожиданно поднялись.

Я притих. Хвост Лили метался, как сумасшедший, под юбкой.

Может, снаружи я выглядел спокойно, но внутри был совершенно озадачен. Глаза Лили пронзительно смотрели на меня, её щёки были розовыми, и она наконец отвернулась.

— Спрашивать Сударя Белла, что он имел в виду… будет глупо, не так ли?

— Ха? — Прежде, чем я успел узнать что это за вопрос, Лили пошла дальше.

Со спины выглядело будто она стала ещё довольнее, чем раньше.

Я её подбодрил? Прежде, чем я что-либо обдумал, мне пришлось бежать за ней, чтобы не отстать.

— Голос Сударя Белла достиг сердца Лили.

Её голос был тихим.

Я ещё несколько раз попытался узнать, что такого сказал, но она мне ничего не ответила. Шагая за ней следом, я снова и снова прокручивал в голове наш разговор.

— Хия-а-а!

— Ги-и-и!

Небольшие демоны монстры — бесы — с визгом налетели на меня.

Их тела были черны от макушки до кончика хвоста. Небольшие рога, насаженные на огромные головы, в сравнении с которыми тела казались мелкими, отчего монстры смотрелись комично. Однако у них высокая подвижность и точные движения, вопреки внешнему виду.

Их хвосты метаются из стороны в сторону, следуя за поворотами и движениями их тел, заставляя крючки на кончиках хвостов появляться с разных сторон.

— !

Окружив меня с разных сторон, они покачиваются в воздухе. Я же, встретил их вооружившись Божественным Кинжалом и Баселардом.

Я шагнул в сторону, к правому бесу.

Так они не смогут напасть на меня одновременно, и передо мной сейчас только один бес, второму придётся подобраться.

Всё равно, что оказаться с противником один на один. Используя свои когти и клыки, первый бес бросился на меня, подняв свою правую руку.

— Ги-и-и!

— Слишком. Медленно!

…Даже не сравнить со скоростью её ударов!

Монстр собирался ударить своими когтями по моему лицу, так что я выставил навстречу Божественный Кинжал.

В тот момент, когда мои глаза уловили фиолетовые следы на клинке, бес не только потерял свои когти, но и несколько пальцев его правой руки оказались в воздухе.

— Ге, Гии?!

Бес пронзительно и удивлённо вскрикнул от боли, а я, продолжая начатое рукой движение, завершил полный оборот.

Я много раз видел перед собой мелькание светлых волос, что это движение плотно засело в моей голове. Самое время попробовать повторить это её движение самостоятельно.

Сделав на правой ноге оборот, я нанёс мощный и быстрый удар по монстру, стоящему напротив.

— Хигя?!

— ?!

Удар моей левой ноги пришёлся лёгкому монстру прямо в грудь и отправил его в полёт.

В полёте бес зацепил, стоявшего позади него, собрата. Второй бес тут же поднялся после получения удара своим беспалым другом, но к этому времени, я уже был готов к следующей атаки.

Заведя правую руку за спину, я нанёс прямой удар баселардом!

— Гиги?!

Мой удар пробил обоих врагов.

Тела монстров забились в предсмертных конвульсиях.

Потоки жидкостей начали вырываться из открывшихся в них ран, а конвульсии заставляли рукоять моего клинка дрожать.

— Сударь Белл! Сзади!

…Я знаю!

Лили не нужно было меня предупреждать. Я смог почувствовать, что на меня нападает очередной монстр.

«Всегда будь настороже и держи глаза открытыми».

Я отпустил рукоять баселарда и развернулся, чтобы встретиться с явившимся новичком, подготавливая для удара свой кинжал.

Перейдя в нападение, я прыгнул на нового беса, нанеся несколько быстрых ударов.

— Гее!..

— Ого… Отличный удар, Сударь Белл.

Ноги. Тело. Голова.

Я перепрыгнул монстра; разделённые части его тела упали на землю, когда я приземлился в метре за его спиной.

Я уже осмотрелся в поиске других монстров. В тумане было ещё множество чёрных теней. Их количество уменьшилось не слишком сильно.

Лили подала мне мой баселард, и я тут же ринулся на тени в тумане.

Мы на десятом этаже.

Пол этого этажа покрыт травой, а его комнаты и коридоры гораздо больше, чем на любом этаже, на котором я бывал ранее. Не знаю, откуда здесь туман, но он очень плотный и покрывает всё пространство этажа.

Выбрав своей базой одну из просторных, тупиковых комнат, мы с Лили работали на этом этаже Подземелья.

У меня есть возможность попробовать то, чему меня научила Айз за последние несколько дней тренировок в настоящих боях.

После того, как я пережил несколько смертельных опасностей, мой долг использовать то, чему я у неё научился и стараться сильнее.

— ХИ-И-ИЯ-А-А-А!!!

Мы с Лили сражаемся против орды бесов. Эти небольшие монстры встречаются на этом этаже гораздо чаще, чем орки.

Они используют в качестве своего оружия численность — сколько бы я их не убил, казалось, что их число нисколько не уменьшилось.

Бесы достаточно умны. Выглядят они как гоблины, но между ними есть одно большое отличие: эти мелкие ублюдки соображают. У них есть знание стратегии.

Они никогда не атакуют по одному; они нападают группой. И этим они представляют серьёзную угрозу. В отличии от монстров, с которыми я сражался раньше, у этих есть план. В какой-то мере, это даже впечатляет.

К тому же, этот этаж предоставляет им постоянное прикрытие в виде густого белого тумана, говорят, что группы бесов стоит опасаться даже куда сильнее, чем огромных орков, бродящих по этажу.

— Гии!

— Ммм!

С этим я, определённо, согласен. Бесы так быстры, что когда я блокирую атаку своим нарукавником, они успевают скрыться в тумане к тому времени, как я контратакую. Этого достаточно, чтобы мои губы начали дрожать.

Они используют туман, чтобы нападать на меня с разных сторон. Именно это даёт мне понять, что бесы умны. Они окружают и работают в команде.

Если я встаю куда-то, где они меня окружить не могу, они начинают щёлкать языками и повизгивать, прикрываясь туманом. Сейчас их восемь. Но постоянно подходят новые.

У группы авантюристов не было бы столько проблем, но, поскольку я одиночка, эти ребята чуют во мне добычу.

— Хьяхи-и!

— Хи-и-и…

— …

Стоило мне здесь оказаться, они окружили меня, будто заманив в сети.

Я вижу, как их плечи дрожат от смеха надо мной, даже сквозь туман.

Кольцо бесов начинает сжиматься. Пригибаясь к земле, они ползут через траву, облизывая губы будто вышедшие на охоту волки. Я всё слышу.

Если бы я встретился с ними на прошлой неделе, точно бы запаниковал.

Может, я просто смирился с тем фактом, что придётся получить удар или два, чтобы вырваться из, окружавшей меня, цепи врагов.

Но…

— То, что на сударя Белла смотрят, как на еду… раздражает Лили!

Я больше не один.

Её голос раздался из-за кольца бесов.

Неожиданно в воздухе просвистела стрела.

— Гья-я?!

— ?!

Стрела Лили поразила одного из бесов в затылок. Скрытная атака застала оставшихся монстров врасплох.

Не только монстры могут использовать туман в качестве укрытия. Лили также скрылась и осталась незамеченной бесами.

Они умны, но их уму есть предел. К тому же, мы с Лили заранее всё спланировали, а также сказался опыт совместной работы. Наша группа сильнее.

Вот что такое командная работа. Это приятно.

«Моя очередь!»

У меня есть возможность. Бесы пока пытаются найти откуда в них стреляли.

Я разрубил беса, который уставился на золотую стрелу, пронзившую его собрата.

И на этом я не остановился. Монстры пригнулись к земле — пока они в замешательстве они идеальные цели для пинков. Сейчас не время для милосердия.

— ШЬЯ-Я!

— !.. Лили!

Пока я разбирался с бесами, я увидел их.

Двое оставшихся бесов отбились от своей группы и побежали к Лили.

Конечно, я вскрикнул, но она тоже не так проста. С улыбкой на губах Лили залезла рукой в карман и вынула небольшой мешочек.

— Спасибо за внимание.

Чик! Лили открыла мешочек и поднялось небольшое облако пыли. Забежавшие в него бесы тут же начали кашлять и плеваться.

Кхе! Кхе! Фиолетовая пыль будто впитывалась в тела бесов и они кашляли так сильно, что начали задыхаться.

Пыльца Фиолетовых Мотылей. Добыча.

Лили использовала отравленную гранату, созданную из пыльцы монстров.

Эта граната действует куда быстрее, чем сама пыльца монстров, и она достаточно сильна, чтобы отравить небольших монстров.

…Умница! Судя по всему, она не обманула меня, сказав, что может убивать монстров!

Лили сделала шаг назад, теперь моя очередь действовать.

Я встретился с ней взглядом и легонько кивнул, дав понять, что понимаю, что от меня требуется.

В этот момент я не мог не улыбнуться.

— Итак!

Я задержал дыхание и запрыгнул в фиолетовой облако пыли. После, удар.

Используя оба коротких клинка обеими руками я мгновенно убил обоих бесов.

Теперь остались только…

— …Сударь Белл, идёт что-то большое!

— !

Лёгкое землетрясение заставило комнату дрожать. Я мгновенно понял, что приближается.

Орк. Я уже встречался ранее с этими свиноголовыми монстрами. Почти три метра в высоту, этот монстр подходил к нам безоружным.

Разумеется, помимо него осталось ещё несколько бесов, но теперь они казались лишь подручными, ожидающими распоряжений от главаря, я осмотрелся тщательнее.

Над моей головой летала летучая мышь зла. Это чёрный, похожий на летучую мышь, монстр с острыми когтями и очень пронзительными криками. Настолько пронзительными, что в бою они могут вызывать головокружение.

Оставшиеся в живых бесы, поднялись с земли и, поджав свои хвосты, присоединились к пришедшим монстрам под прикрытием тумана.

— Как много…

— Да, очень редко монстры стольких типов собираются вместе. Что делать Лили? Увести отсюда орка?

Лили сбросила свой рюкзак на траву и зарядила стрелу в арбалет, принимая решение.

Я отвёл взгляд, задумавшись о нашем положении.

В этом тумане я не могу точно определить, сколько монстров нас атакуют. Кроме орка, конечно. Поэтому мне не нравиться говорить Лили уходить от меня, не зная, с чем нам придётся столкнуться…

Я вернул оба клинка в ножны и потряс правой рукой.

— Сударь Белл?

— Хе-хе. Наверное, я полагаюсь на него слишком сильно…

Я улыбнулся и кивнул, давая Лили понять, что сейчас произойдёт. Думаю, она меня поняла, потому что тут же отошла мне за спину.

Теперь мне ничто не помешает.

Моих ушей достигали рёв и визг множества монстров, так что я выставил вперёд правую руку и прицелился.

— ВСПЫШКА!

Снаряды алого пламени понеслись в туман, выжигая всё на своём пути.

— Можно у тебя спросить, Лили? Ты не думаешь, что я слишком сильно полагаюсь на свою Магию?

Держа в руках сэндвич, я задал вопрос, чтобы узнать мнение Лили.

После того, как мы избавились от большей части монстров, мы решили отдохнуть, так что вернулись в первую комнату десятого этажа. Лестница, соединяющая этот этаж с девятым прямо за нашими спинами.

Это единственная комната на десятом этаже, в которой нет никакого тумана. Поскольку в других местах шансы на неожиданное нападение монстров гораздо выше, думаю можно сказать, что это наименее опасное место на этаже.

Я ел свой обычный, приготовленный Силь, обед и ждал когда Лили мне ответит.

Кстати, раз уж мне выдалась возможность об этому подумать, приготовленные Силь сэндвичи всегда были немного странными. Чем больше я их жевал, тем новее и изысканнее становились оттенки горечи.

Сегодня она снова попробовала что-то новенькое, но у меня было ощущение, что я жую болото… Как же грубо с моей стороны так думать, надо просто лучше пережёвывать и глотать. Впрочем, если честно, я готов разреветься.

С каждым днём мой обед становился всё страшнее и страшнее.

— М-м-м-м… Это не кажется Лили проблемой… К тому же, Магией Сударя Белла очень легко пользоваться…

Лили покачала головой из стороны в сторону, будто размышляя о том, что приходит ей в голову, держа при этом в руках большой кусок хлеба.

Её губы обхватили хлеб, когда она его укусила; это выглядело мило. Справившись со своим обедом, она вытерла рот и продолжила говорить.

— Из-за того, что её легко использовать, это заклинание могло бы войти в привычку. Дело не в том, что вы полагаетесь на это заклинание, Лили думает, что оно должно стать одними из ваших базовых приёмов.

— Что же, если смотреть на это с такой стороны…

На самом деле, Лили хорошо выразилась.

Вспышка — это Магия Быстрого Действия.

Магия требует заклинания для активации… так что, возможно, её не стоит так хранить.

Для меня, Заклинание, всё равно, что удар или пинок, который нельзя использовать слишком часто. Возможно, это действительно всего лишь техника, которую можно использовать в бою.

— Лили думает так. Заклинание Сударя Белла очень эффективно, но его роль слишком ограничена в сравнении с остальными Заклинаниями.

— Эм… и что это за роль?..

— Завершающий удар.

Когда она это сказала, я тут же вспомнил изображение одного из героев, в книге Повесть о Приключении.

Молодой эльфийский воин призвал ледяную бурю, чтобы справиться с ужасным зверем.

— Магия, это как козырь. Можно назвать её последним средством, потому что Магия достаточно могущественна, чтобы победить врага большего уровня, чем колдующий. Хоть Заклинание Сударя Белла и очень легко использовать, но Лили кажется, что его нужно оставлять только для смертельного удара.

Разумеется, как именно я использую свою магию никого не касается, но это не значит, что она всемогуща.

Лили сейчас говорит о Заклинаниях, которые используются не ради простого удара.

Я сделал покорное лицо и дослушал, что Лили пыталась мне сказать.

— Поскольку заклинания, которые нужно читать дольше, могущественнее, они обладают способностью изменить поражение на победу. В какой-то мере они творят чудеса.

Если смотреть с такой точки зрения…

— Получается моя Магия для этого слишком слаба?..

— Нет, вовсе нет. Это не то, что Лили пыталась сказать. Это всё равно, что выбирать, что лучше, количество или качество. Заклинание Сударя Белла великолепно… По крайней мере, Лили кажется, что магия, которую можно использовать неожиданно, пугает гораздо сильнее, чем то, что бьёт сильнее, но требует времени на подготовку. «Вспышка» Господина Белла потому и страшна, что от неё не уклониться.

Улыбнувшись, закончила Лили.

Думаю, она пыталась мне сказать, что моё Заклинание достаточно сильно в том виде, в котором оно есть.

Вот только каждому его удару недостаёт силы других Заклинаний.

Так что, если я встречусь с сильным монстром — который обладает очень высокой Защитой — то моё Заклинание будет на так эффективно, как другая атакующая магия.

Что же, да, Магия не идеальна. Наверняка, кто-то может найти отрицательные стороны в любом известном Заклинании…

Не знаю, потому ли это, что я фантазировал о Магии с детства, но осознание слабости собственного Заклинания… не знаю, похоже, что мне стало грустно.

Кажется, Лили прочла расстройство на моём лице, потому что, когда я на неё взглянул, она мне улыбнулась.

— Сударь Белл, Сударь Белл? Лили кажется, что Заклинание Сударя Белла одно из лучших, понимаете? Не нужно колдовать, огромная скорость, и оно становится сильнее очень быстро. Это Заклинание точно выделяется среди остальных.

— …

— Магию, которая требует подготовки очень сложно использовать. Сударь Белл, вы же не думаете, что монстры будут ждать пока кто-то завершит чтение заклинания? А поскольку такие Заклинания нельзя использовать часто, их очень сложно сделать сильнее. Чтобы сделать магию сильнее, нужно её использовать; иначе характеристики не изменить.

Получается, если у мага не будет шансов использовать свои Заклинания, они не станут сильнее.

Если так, то я могу, используя своё время и усилия, сделать свою магию во много раз сильнее, чем она есть сейчас. Если будут использовать её достаточно часто.

— Когда поднимается характеристика магии, это оказывает влияние на все заклинания. Лили знает об этом, потому что её Заклинание менялось когда у неё возрастала характеристика магии. В бою, конечно, не менялось ничего, зато это оказывало другое влияние.

Заклинание Лили, «Золушка», ограничено в изменении формы тела. По большей части, Лили может выглядеть только как низкорослые расы или дети других рас. С увеличением параметра магии, она получила возможность копировать различную одежду. Однако, чтобы этот эффект сработал, сначала ей нужно эту одежду примерить.

Изменение одежды — это эффект появившийся благодаря использованию Заклинания. (Как сказала Лили, этот эффект пропадает, как только она получает удар)

Я долго и очень напряжённо смотрел на свою руку.

Если подумать, огненные снаряды стали куда плотнее и мощнее, с того дня, когда я впервые пользовался Вспышкой.

— Вернёмся к вашему вопросу: Полагается ли Сударь Белл на своё Заклинание слишком сильно или нет. Поскольку Заклинание становится сильнее, чем больше используется, Лили кажется, что ничего плохого в этом нет. Заклинание Сударя Белла очень близко к обычной боевой технике, и, возможно, Сударь Белл пользуется Заклинанием чаще, чем остальные, так что всё не так просто… Впрочем, Лили кажется, что Сударь Белл хорошо справляется.

Лили была очень убедительна, так что я ответил кивком.

Это мнение человека, который провёл больше всего времени со мной, как с авантюристом.

— Заклинание Сударя Белла может и простое, а его сила не слишком велика, но потенциал этой магии делает её отличной. Будьте уверены, Сударь Белл.

Я слегка покраснел в ответ на её широкую улыбку.

Благодаря одобрению Лили, теперь мне гораздо легче принять моё Заклинание.

Если честно, я почувствовал облегчение.

Тихонько сказав «спасибо», я поднялся.

— Ну что, продолжим охоту?

— Конечно. Лили поможет Сударю Беллу, куда бы он не отправился.

Она сказала это так уверенно… Я мог в ответ только улыбнуться.

После этого разговора, мы продолжили совместную работу, посвятив себя убийству монстров на десятом этаже.

----------

Глава 3. Чёрный рейд

— …

Мои глаза медленно открылись.

Всё, что я видел, это чистое, голубое небо.

Уставившись наверх, я ощущал, как меня обдувает лёгкий бриз. Похоже, он налетел откуда-то сверху.

Всё моё тело болит. Что я там делал?.. А, точно — неожиданные удары, будто вспышки снова и снова — это всё были её атаки.

Я снова отключился?..

Я потерял счёт пропущенным ударам; если бы я мог пошевелить шеей, я бы опустил голову.

Так проходят мои тренировки с Айз на городской стене.

Эти тренировки становились всё жёстче, день ото дня, так что то, что я в определённый момент потерял сознание, это не просто естественно, а ожидаемо. Скорее всего, именно это и случилось, я растянулся на каменном полу.

Когда я попытался повернуться, чтобы понять сколько я лежу без сознания, я заметил, что мою голову поддерживает что-то мягкое… как так вышло.

Неожиданно в моём поле зрения оказались два золотых глаза, впрочем, сначала я увидел лоб, а лежу я не спине.

— Ты в порядке?

— …Ва-а-а-ай?!

Лицо Айз! Неожиданно очнувшись, я почувствовал неожиданно сильное удивление.

Тут же откатившись, я разорвал между нами дистанцию и поднялся на ноги. Я мгновенно обернулся, и действительно, там где я был, сидела она. Айз спокойно сидела, поджав под себя ноги, её колени были на каменном полу.

…Я лежал на её коленях, снова.

С того случая в Подземелье — когда я использовал Заклинание слишком много раз и отключился — Айз ложила мою голову на свои колени, когда я терял сознание. Интересно, это всё из-за того дня в Подземелье…

Не поймите меня неправильно, мне очень нравиться, что она ложит меня на колени… Но часть меня хочет умереть. Во многих отношениях, это просто жалко.

Айз вопросительно на меня посмотрела и несколько раз хлопнула себя по коленям. Хлоп, хлоп, хлоп. Приглашение вернуться.

В ответ я помотал головой.

— Твоему телу лучше?

— …Да.

Она указала мне сесть рядом с ней. Моё лицо и так в её присутствии краснеет, а садясь с ней рядом, я ощутил, как заливаюсь краской ещё сильнее.

Камни пола были холодными, но я попытался расслабиться и откинуться на часть стены за моей спиной.

Сегодня мне выдалась возможность провести в тренировках с Айз весь день.

Что же до причин — Лили сказала мне, что сегодня ей нужно помочь в лавке, в которой она живёт, поэтому в Подземелье со мной она отправиться не может.

Так что, вместо зачистки Подземелья в одиночку, я сказал Айз, что сегодня свободен. Мне немного неудобно, что наша тренировка продлиться больше обычного, но, вот мы здесь, продолжаем тренироваться под голубым небом.

Почти наступило время сделать перерыв.

— Эм-м, я стал хоть чуточку лучше?

— …Почему ты спрашиваешь?

— Ну, просто, в последнее время я слишком часто теряю сознание…

Я ощущал нервозность от одной только мысли, что мои плечи близки к её плечам, так что я решил начать разговор.

Айз молча посмотрела на сторону моего лица; повернуться и взглянуть ей в глаза мне не хватило смелости.

— Ты становишься лучше и очень быстро… Настолько, что это меня удивляет.

— Э? Н-но…

— Скорее всего, твои обмороки, это моя ошибка… я забываю о собственной силе.

— В-вот как?!

Она прикрыла свои глаза. Я заметил, что она так делает, когда ей становится грустно.

Её плечи поникли, когда её настроение испортилось. Я попытался её подбодрить, но, в то же время, чувствовал себя как-то странно.

Она — это звезда, до которой мне не дотянуться.

Этот факт нисколько не изменился, но такие эмоции делают её гораздо человечнее. Сидящая со мной рядом девушка, не похожа на Кенки.

Не знаю как выразить это словами… всё кажется неестественным.

У великой, возвышенной и прекрасной Айз Валленштайн есть свои странности, как и у любой обычной девушки… и увидеть это мне удавалось только во время наших перерывов.

А думать так я начал после того, как увидел насколько она расстроена, из-за того, что не может сдерживаться на тренировках.

— …Могу я задать тебе вопрос?

— А?

Цепочка моих мыслей, уносящих мой разум куда-то вдаль, была прервана голосом Айз.

Повернув к ней лицо, я заметил, что она скрыла свою грусть за очень серьёзным выражением.

— Как ты так быстро становишься сильным?

— С-сильным?..

От таких слов у меня округлились глаза.

Сильным… Я представить не мог, что кто-то использует это слово по отношению ко мне. Такого никогда раньше не случалось. Как мне реагировать?

Моменты, когда я был жалким пролетели в моей голове. Прямо сейчас мне хотелось провалиться сквозь землю. Но, её взгляд заставил меня задуматься.

Как я стал сильным… Нет, почему я пытаюсь стать сильным всё это время…

— …Знаешь, есть человек которого я хочу догнать. Все свои усилия я вложил в эту погоню и это делает меня таким, какой я есть… Так…

Разум будто убежал вперёд меня; нужные слова никак не хотели подбираться.

К тому же, «человек», за которым я гонюсь сидит прямо передо мной, но не могу же я ей признаться! Это слишком неловко.

Чувствуя себя слегка потерянным, я наконец сумел сложить ещё одну фразу.

— …Думаю, это потому, что у меня есть цель, которой я хочу достичь во что бы то ни стало.

Кажется, я увидел удивление Айз в её глазах, когда она меня услышала.

Она какое-то время сидела молча, прежде чем отвести взгляд.

— Вот как.

Она обхватила руками колени и посмотрела на небо.

Налетел сильный порыв ветра; светлые волосы Айз пощекотали мне нос.

— …Мне знакомо это чувство.

— А? — в ответ на её неожиданное признание из моего рта вылетел непонятный звук.

— Я тоже…

Ещё один порыв ветра подхватил и унёс окончание произнесённой ей фразы. Так что я понятия не имел, что она сказала.

Ветер был достаточно силён, чтобы заставить меня закрыть глаза.

Неожиданно холодный порыв с запада. Поднятый им свист прокатился по широким улицам города.

Когда я наконец открыл глаза вновь, она сидела в том же положении, будто ничего не произошло. Её взгляд был устремлён наверх.

— Э-эм…

— ?

— А, нет, ничего.

Она наклонила голову, на её лице практически не было эмоций. Я не мог ничего понять.

«А стоит ли мне её переспрашивать?» — спросил я себя, сидя перед девушкой с взглядом, который я прежде не видел никогда. Её глаза выражали множество эмоций… но не в этот раз. Они остановили мой вопрос ещё до того, как я его задал.

На этом наш разговор был окончен. После него я начал ощущать беспокойство.

Колокола зазвонили на восточной колокольне Орарио. Полдень.

Звон колоколов заполнил мои уши. Звучат как церковные колокола. Но, вместе с этим я услышал ржание лошадей, движущихся к воротам города из-за стены. Похоже, какие-то торговцы пытаются въехать в городские ворота, а Гильдия проводит досмотр их товаров.

Мы сидели на широком проходе, на городской стене Орарио. С обеих сторон на стене были бойницы, высотой примерно по грудь. Со стены открывался очень красивый вид на величественный город. С другой стороны можно было разглядеть вдалеке горную гряду, окружённую тёмным лесом и широкой полосой равнин.

Вслушиваясь в звон колоколов, перемешанный с городским шумом, меня будто озарило: сегодня исключительная погода.

Я поднял взгляд, наслаждаясь теплотой лучей полуденного солнца и смотря на пушистые облачка вдали.

— Ха-а-а-а-ах…

— ?..

Повернув голову, чтобы найти источник раздавшегося только что звука, я увидел, как Айз прикрывает рот.

Её рот приоткрыт, губы слегка вытянуты… она зевнула.

Она тут же снова обхватила руками колени, будто ничего не было.

А мгновенье спустя…

— Может, попрактикуем сон?

— А?

Я сощурил глаза, обдумывая это странное предложение.

Повернув ко мне голову, Айз неожиданно очень уверенно заговорила.

— Тебе нужно уметь засыпать в любое время и в любом месте, когда ты в Подземелье.

— …

— Очень важно быстро восстанавливать свои силы.

Она отлично подметила.

Обычно охоту в Подземелье я провожу днём, но если я захочу спуститься глубже, мне придётся проводить в Подземелье ещё и ночи. Это значит, что мне нужно будет засыпать, даже зная, что неподалёку от меня монстры, и тёплой, мягкой постели мне тоже не видать. Будучи авантюристом, рано или поздно я столкнусь с такой проблемой.

Айз, со всей серьёзностью, объяснила, что важно привыкнуть засыпать быстро, где бы ты не находился.

Но, во время всех этих объяснений, я не мог не смотреть на неё со своей смущённой улыбкой.

— Эм, может тебе… просто… спать захотелось?

— …

После этого она нависла надо мной и сказала:

— Это тренировка.

— Т-точно.

Её лицо оказалось в нескольких сантиметрах от моего. Изрядно потея, я начал кивать, и не переставал пока она не отдалилась.

Казалось, что она слегка разозлилась. Я её разозлил?.. Но её щёки… совсем немного, но они порозовели.

Я… Я дышать не могу!… Почему я веду себя как дурак?!

— Что же, эм… ты собираешься лечь прямо здесь?

— Да.

Она кивнула и отошла от стены, ложась на каменную поверхность.

Даже не знаю, стоит ли это отмечать, но эти камни очень жёсткие. К достоинству строителей, ступени наверх сделаны очень и очень хорошо, но на самой стене там и тут встречаются небольшие неровности.

Но Айз это нисколько не волновало. Она легла и начала засыпать. Вот какова сила высококлассных авантюристов.

Для кого-то, кто может отдыхать даже на самых низких этажах Подземелья, спать на стене — без каких-либо сложностей, могу заметить — всё равно, что прогулка в парке.

— Ты не собираешься спать?

— А, эм… Нет, я прилягу.

Чувствуя себя неудобно от её взгляда, я сел на стену чуть поодаль от неё.

Лёжа на боку, она казалась совершенно беззащитной. Если я задумаю что-то бесчестное… Да будто я буду!.. Но у меня есть возможность… Клинок сабли Айз неожиданно блеснул в свете послеполуденного солнца. Это быстро положило конец подобным мыслям в моей голове. Любая подобная попытка гарантированно приведёт мою свежесрезанную голову куда-нибудь за стену.

К тому же, наверняка, она как-то понимает, что происходит рядом. Может, это ещё один из навыков, которые мне нужно развить? Может, это какая-то её проверка.

…В конце концов, она же сказала, что это тренировка.

— …Что же…

Осторожно опустив своё тело, я лёг неподалёку от Айз.

И да, спать я совершенно не хочу. Моё сердце бьётся слишком громко, чтобы я мог даже расслабиться.

Я взглянул на Айз уголком глаза. Но когда я заметил, что её глаза закрыты, тут же отвёл взгляд.

Я зажмурился так крепко, что у меня на лбу появились морщины.

«Засни, усни, СПИ!» — скомандовал я себе, лёжа на спине.

— ?..

Уже секунду спустя я услышал: лёгкое посапывание.

Рискнув открыть глаза, я повернул голову и увидел, что Айз заснула, её глаза были закрыты.

Это было… быстро.

Я знаю, что восстанавливать силы в Подземелье очень важно, но как она могла привыкнуть засыпать в подобных местах?

А может, она настолько устала?..

— …ёд, Белл.

…Чего?

— Вперёд, Белл.

Мне знаком этот голос. Что он делает в моей голове?

Я никогда не спутаю этот голос с чьим-то ещё… Голос Дедули. Он меня вырастил; я никогда не забуду звук его голоса. А теперь он, почему-то, звучит прямо у меня в голове.

Голос становится всё громче. Я одержим? Или у меня галлюцинации?..

«…Эй, что происходит?..»

Айз стала ближе?..

Наверняка, это какая-то иллюзия. Я потёр глаза, как я обычно делаю, просыпаясь по утрам.

Между нами достаточно места для одного или двух человек… так почему…

— Белл, это твой шанс!

А теперь её лицо совершенно точно стало ближе!

?!

Вот теперь я заметил что что-то не так.

Мы лежим лицом к лицу; расстояние между нами исчезло.

Айз неумолимо приближалась… Стоп, нет! Всё это время она не двигалась ни на сантиметр!

Значит… это значит!..

— Сейчас!

Это я к ней приближаюсь?!

Моё сердце колотится так, будто готово взорваться, но когда я заметил, оно будто замерло. Моё тело неожиданно покрыл холодный пот.

Это происходит! Моё тело всё ближе к Айз!

ПОЧЕМУ?! КАК?! Я действительно сделаю нечто… подобное?!

Она же меня убьёт!

— Воспользуйся моментом!

«ГАХ-Х-Х?!»

Чуть ближе.

Её лицо становится больше, я уже могу рассмотреть каждый миллиметр её невинного, спящего лица.

Чистая и гладкая белая кожа. Изгибы шеи… мягкие, розовые губы.

Я побагровел, когда её нетронутые губы стали чуть ближе.

«Подожди! Стоп, стоп, стоп!» — кричал я в своей голове.

Я будто подчинялся «наставлениям» своего Дедули, моё тело начало двигаться приближаясь к девушке всё сильнее. И достаточно умело, чтобы Айз даже не понимала, что я к ней приближаюсь. Да что за чертовщина творится?!

Я действительно собираюсь… её?!

— Целуй её!

ДА-А-А-А-А-А-А-А-АХ-Х-Х-Х-Х?!

— …НЕТ! Стой! Белл!!!

Голос Всевышней Гестии зазвенел в моих ушах, напоминая мне, что я совершаю ошибку.

— Ты действительно думаешь, что я позволю тебе покуситься на беззащитную, спящую девушку?! Не помню, чтобы я тебя таким воспитывала!

Холодный пот начал течь по всему моему телу.

Моё тело будто подчинялось невидимым ниточкам, я будто был марионеткой. Но, при этом… всё было будто нормально.

Конечно, боженька ведь совершенно права!..

— Если ты поцелуешь её вот так, я тебя никогда не прощу, Белл! Слышишь? НИКОГДА!

В её голосе слышалось отчаяние, а от её тона у меня пробежал по спине холодок. Я попытался отдалиться от Айз.

Моё тело начало отстраняться, хоть и очень медленно. Будто два титана сражались за контроль, а моё тело было для них полем боя.

«Свет» боженьки и «тьма» Дедули сталкивались снова и снова.

— А теперь отойди от неё…

— Ха, война только начинается!

— …Ах. Эй! Что ты дела… агх-х-х-х!

…Боженька проиграла!

Её голос смолк, а волны тёмной энергии заполонили моё сознание.

Место между мной и Айз снова исчезло, наши носы соприкоснулись.

— !..

Она так прекрасна, так мирно спит с закрытыми глазами.

Она так близко, что я не могу сфокусировать взгляд. И моё тело, и мой разум пылают от её вида.

Под раскатистый смех Дедули я наклонил голову, чтобы поцеловать, коснувшись губами её губ.

— Подо… жди!..

— !!!

Я вернул себе контроль над телом!

Тут же отведя голову от Айз, я от неё откатился.

Сердце бешено колотилось; казалось, оно сейчас разорвётся. Я будто оказался в луже собственного пота.

Оказавшись к Айз спиной, я услышал разочарованный вздох Дедули. Медленно, очень медленно я повернулся, взглянув на девушку через плечо.

— …

Она по прежнему спала.

Её глаза были закрыты, дыхание было тихим и размеренным, чтобы его услышать мне пришлось даже сконцентрироваться.

Неожиданно напряжение ушло из моего тела.

«…Подожди?»

Пока моё сердце бьёт мне по рёбрам изнутри, я заметил, что губы Айз по прежнему что-то шепчут.

Не «остановись»… а «подожди».

Вот, что она сказала, я в этом уверен.

Я начал думать о значении этого слова, когда неожиданно на меня навалилось чувство вины. В агонии я сжал голову руками. Что за фигню я только что чуть не натворил?!

«АГХ-Х-Х-Х-Х…» — лёжа рядом с ней я безмолвно кричал, размышляя о том, какую бесстыдную вещь чуть не сделал.

— …Ха-а-а.

Ешё несколько минут я пролежал в смеси чувств стыда и вины.

Издав тяжёлый вздох, я лёг от Айз ещё дальше. Снова этого не случится. Перевернувшись на спину, я уставился в небо.

Последние несколько минут пронеслись у меня перед глазами, каким-то образом мне удалось слегка остудить своё пылающее лицо.

— …

До моих ушей донеслось ритмичное посапывание. Но даже его я не мог услышать.

«Стоит мне? Или не стоит?» — пообещав самому себе, что больше такого не повториться, я повернул голову и взглянул на Айз, моя щека ощутила холод камней.

— …

Её лицо близко — настолько же близко, насколько оно было до начала нашей «тренировки».

Звук её дыхания наконец был мной услышан. Прядь её светлых волос лежала на щеке.

Я видел нечто подобное в Повести о Приключении… что же это была за героиня?

О, точно, принцесса, которая была проклята столетним сном.

Её пробудил только нашедший её герой, до этого она была заключена в вечном сне.

Персонаж, о котором я читал так давно и девушка, лежащая передо мной, прямо сейчас имеют немало общего, начиная с размеренного дыхания.

— …

Я пролежал ещё немного, смотря на её прекрасное лицо, прежде чем снова посмотреть наверх.

Глядя в лазурное небо я поднял левую руку, поднёс её к щеке и потянул себя за неё.

Да, это больно.

«Я будто во сне…»

Быть рядом с ней, проводить наедине с ней время.

Я вернул левую руку на пол и позволил себе утонуть в синеве неба.

Я отпустил все свои эмоции, моё сердце наконец успокоилось.

Сейчас мы просто два человека, лежащие на вершине городской стены и омываемые тёплыми солнечными лучами. Закрыв глаза я наконец погрузился в глубокую дремоту.

Городская Стена Орарио не только прочна, но и огромна.

Она кольцом окружает город. Вершина этого кольца похожа на окружающую город дорогу.

Горожанам запрещено использовать это место, так что на стене практически никогда никого не бывает.

Стена возведена не только для сдерживания врагов извне, но и для удерживания их внутри. Поэтому бойницы внутренней части стены также достаточно высоки, чтобы происходящего не было видно даже с самых высоких зданий города. Разумеется, с земли тоже ничего не видно.

Шансы на то, что тех двоих заметят близки к нулевым.

Никто не должен был ни наблюдать за их тренировкой, ни даже увидеть её.

Можно с уверенностью сказать, что Айз решила тренировать Белла на городской стене, чтобы избежать столкновения их Паств и пока всё идёт неплохо.

— Кто бы мог подумать, вы как на ладони.

Однако, есть в городе одно место, с которого тренировки можно увидеть: самая высокая комната в высочайшем здании Орарино — Вавиле.

Сидя в роскошном кресле, лицом к стеклянной стене своей комнаты, Фрея с интересом наблюдала за тренировкой.

Как бы ни была высока городская стена, комната Фреии находилась достаточно высоко, чтобы она могла наблюдать за происходящим сверху сколько ей будет угодно.

— Душа этой девушки… Кенки, ослепительна…

Фрея располагалась на пятнадцатом этаже Башни Вавил в самом центре города. Для людских глаз подобное расстояние было бы непреодолимо, но взгляд Фреи совершенно иной. Она может видеть души, сияющие на вершине стены.

Всеведение богини позволяет ей определять качество души любого человека по её цвету. Она не отрываясь следила за яркой, бесцветной душой и душой чистого, золотого цвета. Глаза Фреии просто не могли такого пропустить.

Она заметила их, тренирующимися ранним утром, и наблюдала за ними весь день.

— К тому же… становится только интереснее.

На губах Фреи царила лёгкая улыбка и она пробежалась пальцами по своим серебряным волосам, заправляя их за ухо.

Пока её последователь подготавливает сцену далеко в Подземелье, звезда представления занимается тренировками с девушкой-воителем в качестве её ученика.

Монстр, натренированный Оттаром сойдется в бою с мальчиком, натренированным Кенки.

Сердце Фреи трепетало, когда она думала о развитии событий. Всё складывается куда интересней, чем она могла себе даже представить.

— …

Взгляд её серебряных глаз на мгновенье остановился на этих людях.

Они лежали, будто решили подремать. Фрея глядела на их души с улыбкой на лице. Стук, стук, стук. Пальцы Фреи били по подлокотнику её кресла снова и снова.

Другая рука богини сама собой поднялась к волосам и начала накручивать их на пальцы. После этого Фрея неожиданно замерла.

Она наконец заметила, что она делает. Фрея скривилась и усмехнулась, прошептав сама себе.

— А-а-а, теперь я ревную к ней…

«Самой верится в такое с трудом», — подумала богиня разразившийся смехом.

Богине, вроде неё, чувствовать что-то подобное к одному из детей, это полнейший бред, поэтому Фрея смеялась над собой.

То же чувство она ощущает когда мальчик вместе с Гестией. Впрочем, сейчас это чувство было куда сильнее.

Тот факт, что золотая чистота оказывает влияние на чистый свет души немного — всего лишь немного — выводил богиню из себя.

Небольшой бутон ревности начал расцветать в груди богини.

— …Это раздражает, — пробормотала богиня себе под нос. Она поднялась с кресла и посмотрела на облака через свою стеклянную стену.

Прошло несколько мгновений.

Богиня широко раскрыла свои прикрытые глаза… и залилась смехом.

— Интересно, насколько сильнее ты теперь?

Вернувшись в кресло, Фрея вернула свой взгляд на мальчика.

Её взгляд был наполнен желанием его подразнить… и кое-чем более зловещим: ревностью.

«Может сейчас самое время, чтобы с ним поразвлечься», — подумала богиня с мрачной улыбкой на губах.

Садисткая усмешка отразилась на стеклянной стене комнаты богини в Башне Вавил.

Пройдя по коридорам и лестницам внутри Стены Орарио, мы наконец вышли к двери, ведущей в город, и открыли её.

Тяжёлая деревянная дверь открываясь скрипнула, открыв, накрытую тенью, аллею.

Сама аллея была очень грязной, разбросанные деревянные коробки, старые строительные материалы и металлические части. Будто кто-то использовал это место в качестве склада, а потом о нём забыл, как и о двери на городскую стену. Мы с Айз прошли через небольшой проход и направились в лабиринт переулков.

Мы продолжили тренироваться после освежающего, на удивление, сна и спустились сюда уже после обеда.

— А-Айз, не волнуйся об этом. Это была случайность, так что…

— Всё в порядке. Я тоже проголодалась.

…Видите ли, прямо во время яростных атак, когда я мог увидеть лишь направление её ударов, мой живот решил… подать голос.

Айз увидела, как я краснею и решила прерваться на небольшой перекус. Поэтому, мы сейчас здесь.

«Знаю, что сегодня я ел только завтрак, но, всё же… эх…»

Сдерживая слёзы стыда, я, опустив плечи до самых рёбер, побрёл следом за Айз.

Незащищённая дверь, ведущая в запретное место, которую нашла Айз, находится на самом краю северо-восточного Орарио. После того, как мы преодолели множество поворотов в переулках, мы вышли на одну из широких улиц, которая близко от Главной улицы, и с которой слышен шум, идущих по своим делам, людей.

В этом месте множество домов, украшенных резными лампами с магическими камнями. Я таких ещё не видел. Поэтому, я крутил головой, пытаясь рассмотреть всё, что только смогу.

— Можно узнать, куда мы идём?

— На Северную Главную. Тиона сказала мне, что здесь продаётся воздушная картошка.

Таков был её ответ. Тиона… наверное, это один из членов Паствы Локи.

Пока мы с Айз ходим боковыми улицами, потому что избегаем посторонних взглядов. Несмотря на то, что проявление осторожности, это здорово, отчего-то мне стало очень неудобно, что сейчас я с Айз наедине.

Воздушная картошка… почему-то мне знакомо это название. Почему у меня такое неприятное предчувствие?

Мои уши улавливали звуки Главной Улицы. Мы пришли.

Солнце высоко в небе, но уже начинает закатываться. Небо уже окрашивается в оранжевые тона. Северная Главная улица заполнена эльфами, дварфами и другими полу-людьми всех рас, которые спешат по домам после работы. Мы очень выделяемся из-за брони и всего такого… А, нет, не я причина. Все просто смотрят на Айз. Я попытался уменьшится, насколько это возможно, пока мы пробираемся через вытаращившую глаза толпу.

Айз не обращала на это никакого внимания: её глаза осматривали здания. Кажется, она нашла, что искала, потому что неожиданно свернула на одну из боковых улиц.

Эта улица не слишком широка, может, её хватит только для того, чтобы уместилась одна карета, но этого достаточно. Всего несколько шагов по этой улице и мы его нашли. Небольшой киоск продающий Воздушную картошку.

…Когда до меня дошло, я застыл на месте.

— Добро пожаловать к нашему… стенду?

Продавщица поприветствовала Айз, отодвигая тканевую «дверь» и показавшись… боженька. Время остановилось.

Лицо боженьки изменилось с приветственной улыбки на раскрытые от шока глаза.

В её глазах отражалась Айз… и я, стоявший рядом.

Моё лицо неожиданно посинело.

— …

— …

— Две воздушных картошки со сладкими бобами, пожалуйста.

Айз радостно заказала воздушную картошку, пока мы с боженькой стояли как статуи рядом.

«Продавщица» медленно начала двигаться, положив две свежих воздушных картошки, покрытые глазурью, в пакет и сказала: «Это стоит восемьдесят валис», — протягивая пакет. Айз положила деньги на стойку, сказала: «Спасибо», — и приняла еду из рук застывшей боженьки.

Продавщица неожиданно потеряла творение, каждый мускул на её лице начал дрожать, и она выбежала из-за стойки, встав прямо перед нами.

Я же, тем временем, ощущал, как капли холодного пота стекают по моей спине.

— …ЧТО ЗА ЧЕРТОВЩИНУ ТЫ ТВОРИ-И-И-И-ИШЬ?!

— П-П-ПРО-ПРО-ПРОСТИ!

Перед пылающей боженькой я мог только во весь голос крикнуть извинения.

Я ни разу не сказал ей о своих тренировках с Айз.

В широком смысле, иметь связь с членом другой Паствы, это не очень хорошо. Мне известно, что моя богиня не в самых лучших отношениях с богиней Айз, Локи. К тому же, то, что боженьке не очень нравится Айз, это факт…

Я знал, что она не позволит мне тренироваться с Айз, если я ей расскажу, так что я принял риск, что может случиться нечто подобное и сохранил тренировки в секрете.

— С Кенки, значит, наедине гуляешь?! Что на тебя нашло, Белл?!

— Н-на это есть причина, так!..

— Никаких отговорок! Выкладывай, сейчас же! И отойди от неё! ОТОЙДИ!!!

Голос боженьки дрогнул, когда она практические влезла между мной и Айз.

Айз смотрела на боженьку слегка озадаченно, получив в ответ взгляд, как на смертельного врага, когда боженька влезла между нами.

— Объясняй! Почему ты с Кенки?!

— Эм, ам, видишь ли, мы случайно друг с другом столкнулись?!

— …НИКТО НЕ МОЖЕТ СОВРАТЬ БОГИНЕ!!!

Она повернулась ко мне лицом, и начала махать руками с криком: «ГА-А-А-АХ-Х-Х!!!» Я свернулся в небольшой клубочек, из моих глаз потекли слёзы.

Её чёрные хвостики будто ожили и начали слегка бить меня по лицу, когда богиня содрогалась от гнева.

Она осудила меня, за мою маленькую ложь, которую я сказал, чтобы её успокоиться!

— Эм… Я учу его сражаться.

Айз, молчаливо наблюдавшая за происходящим, впервые заговорила.

Наверняка, за этим было сложно наблюдать. Она сказала правду, пытаясь меня защитить.

Боженька повернула голову, её глаза пылали, когда она смотрела на Айз. Когда сказанное светловолосой девушкой до неё дошло, плечи боженьки начали дрожать.

— Белл, ты же не показывал ей свои характеристики, не так ли?

— Разумеется, не показывал. С чего бы мне это делать?

— Значит, скорость твоего роста осталась незамеченной?!

Я мог понять, что именно пытается сказать боженька, но видел, как она свысока (снизу вверх, если точнее) уставилась на Айз, будто та её заклятый враг.

Без предупреждения боженька обхватила меня руками.

Ч-что здесь происходит?!

— Ты же пытаешься забрать себе моего Белла, не так ли! Я такого не допущу. Я его первая нашла, можешь что хочешь говорить!

— Б-Боженька, что ты делаешь?!

— А… А-а-а-а-а?! Б-Белл, ты чего так холоден?!

«Я?!»

— Ох, Гестия, дорогуша, ты слишком шумишь. Я так ничего продать не смогу. Если хочешь покричать, будь добра, делай это подальше!

— А! П-прости, Грам! Вы двое, за мной!

Старший зверочеловек прикрикнул на боженьку из-за стойки. Боженька злобно посмотрела по очереди на Айз и на меня, потом указала рукой на улицу за киоском.

Я был разбит; будто я стал пустой оболочкой прежнего себя. Но боженька схватила моё безжизненное тело за руку и потащила за собой по улице. Айз молча последовала за нами.

Боженька повела нас за киоск, и пройдя ещё несколько поворотов мы оказались в узком переулке. Не думаю, что сюда кто-то заходил и очень давно…

Какое-то мгновенье мы втроём стояли молча, небольшим, тесным кружком.

— …М-м-м-м. Для начала, я хочу знать всё, что произошло до этого момента.

Я был рад, что боженька немного успокоилась. Собравшись с мыслями, я снова извинился и рассказал ей всё, что случилось, начав с нашей случайной встречи в Гильдии.

Каждые несколько фраз я смотрел на Айз, которая кивала в подтверждение, прежде чем продолжить рассказ.

Боженька слушала мои объяснения, скрестив руки на груди, и несколько раз кивнула когда я закончил.

— …Отличненько, всё ясно. А теперь самое время вам двоим закончить.

— Че?!.

— Это плохо?..

— Да, Мисс Валлен-как-то-там. Никогда снова не приближайся к моему Беллу. У тебя есть своё место, так? И, зная богиню твоей Паствы, думаю будет лучше… мфмфм-м-м-м?!

Я собрал всю свою смелость, прежде чем поклониться, извиниться и прыкрыть рот боженьки рукой.

— Пожалуйста, Боженька. Ещё немного. Умоляю, позволь мне продолжить тренировки с Айз ещё чуть-чуть.

— ?..

Айз наклонила голову, когда я отвернулся от неё к богине и сказал это тихим голосом, наклонившись поближе.

— Ещё чуть-чуть, сколько ты просишь?!

— Всего два дня! И всё! Она сказала, что готова работать со мной только до этого времени!

Я объяснил, что через три дня Айз уходит в «экспедицию» с Паствой Локи и кланялся снова и снова, надеясь, что боженька даст своё согласие.

Я от чистого сердца говорил, что мне нужно обучиться у Айз, как можно большему за этот короткий промежуток времени.

— Я не потрачу ни секунды времени тренировок! Это позволит мне зарабатывать в Подземелье больше денег! Пожалуйста, Боженька!..

— Гах-х!..

Я просил снова и снова, будто от нескольких минут тренировок может зависеть моя жизнь, связывая себя словами и обещаниями, будто в последний раз.

Но боженька в ответ только рычала и бросала на меня злобные взгляды, прежде чем, наконец, тяжело вздохнуть.

— Ты слишком наивен; как и я…

— Боженька…

— …Всего два дня. И я не шучу.

Как только я услышал эти слова, моя тело, разум и душа склонились так сильно, как только можно.

Раскаиваясь за все те проблемы, которые мой эгоизм причинил боженьке, я был очень благодарен.

Единственное требование боженьки заключалось в том, что никто другой из Паствы Локи не узнает об этих тренировках. Этого было достаточно, чтобы получить разрешение на двухдневное продолжение тренировок с Айз.

— А этого я не сказать не могу: Как только ты сделаешь с Беллом что-то ещё, я устрою Преисподнюю. Поняла?

— Да.

— И даже не думай начать с ним заигрывать!..

— Да?..

Боженька дала Айз очень странное предупреждение. О чём она говорит?.. Не могу понять… надо вмешаться.

— Что же, остаток вашей сегодняшней тренировочной сессии я посмотрю.

— Хах?!

— Что такое, Белл? Мой долг, как богини и защитницы, убедиться, что моё дражайшее дитя будет в порядке!

— Эм-м-м-м, а ч-что насчёт твоей работы?..

— Возьму отгул на остаток дня.

Она сказала нам подождать, пока она сбегает до киоска с воздушной картошкой. Я смотрел ей вслед, почёсывая щёку, а по моему лицу стекали крупные капли пота.

Я взглянул на Айз, пытаясь убедиться, всё ли в порядке. Она улыбнулась в ответ и кивнула.

— Она замечательная богиня, не так ли…

— …Именно.

Мы поднялись на городскую стену вместе с боженькой. Чтобы наверстать потерянное время, я и Айз тут же приступили к тренировке.

Не знаю, потому ли это, что мне не хотелось, чтобы боженька видела нечто настолько постыдное, но весь остаток дня я практически не вставал. Я был избит, но, кажется, всё равно неплохо справлялся.

К тому времени, как мы закончили, уже была ночь.

— Эй, Белл, взгляни на себя. Ты совершенно разбит. Тебе стоит прекратить… Айз Валлен-как-там-её использует тебя в качестве персональной боксёрской груши.

— Б-Боженька…

Мы вошли в каменный проход, ведущий к выходу со стены, боженька сокрушала остатки моей гордости.

В этом проходе нет никаких окон, так что в проходе очень темно. Боженька крепко схватила меня за руку, когда мы спускались по лестнице, а я был готов разрыдаться. Похоже, что она в хорошем настроении; я заметил следы широкой улыбки на её лице.

Неужели, унижать меня так весело?

Впрочем, после того, что сегодня чуть не случилось, мне остаётся только выносить унижения…

— Мы на месте…

Шедшая в нескольких ступенях впереди нас, Айз держала в руках переносную лампу с магическим камнем (она сказала, что иметь такую под рукой авантюристу просто необходимо).

Под эхо шагов Айз по каменному полу, мы спустились вниз по лестнице, к выходу со стены. После слегка спёртого воздуха на спуске, поток холодного, ночного ветра окутал моё тело.

Золотой диск луны и сотни звёзд заполняли ночное небо.

— Эм, Боженька? Мы уже вышли, ты можешь больше не держать меня за руку…

— О чём это ты, Белл? Эта дорога не освещается, как Главные Улицы; так что здесь очень темно. Ты должен следить, чтобы я не упала и не поранилась.

Моё лицо запылало ещё сильнее, когда боженька только сильнее обхватила мою ладонь и улыбнулась.

Но она права — на этой улице гораздо темнее, чем на любой из Главных Улиц. Стоит заметить, что луна и звёзды давали достаточно света, чтобы видеть куда наступать…

Улицы стали шире, когда мы наконец вышли из переулков.

«Что об этом думает Айз?..»

Я чувствовал смущение, идя за руку с боженькой всё это время. Всё же, я набрался смелости и взглянул на лицо Айз.

Она была, как обычно, безэмоциональна. Немного грустно, если подумать…

«…А?»

Я смотрел на лицо идущей рядом девушки, и из-за мыслей заметил не сразу.

Её лицо было, как всегда, прекрасно, но её глаза блестели, будто она что-то выслеживала.

Вух.

Голова закружилась, как будто я получил пощёчину.

Широкий переулок соединял эту улицу с соседней. Он был совершенно тёмен, и от царившей там тишины у меня по коже пробежал холодок. Полное отсутствие шума и света казалось неестественным.

В тот момент, когда у меня появилось неприятное ощущение, я заметил осколки лампы с магическим камнем.

«…Кто-то сломал её?»

Поддерживающие части были прикреплены к деревянной витрине, а сам фонарь был разбит чем-то твёрдым.

— …

— !

— Что?!

Айз замерла на месте.

Только она сразу заметила, что что-то не так, но я остановился следом за ней. Боженька чуть не потеряла равновесие от неожиданности.

Золотые глаза Айз даже не пытались скрыть, что она встретилась с опасностью. Я проследил за взглядом девушки.

Вскоре, я заметил огромную тень между двух зданий.

«Коточеловек?..»

Его силуэт сливался с тьмой, из-за использования чёрной брони, чёрных одежд и чёрной маски на лице.

Эта маска была сделана из металла и скрывала верхнюю половину лица человека. Однако я заметил выглядывающие кошачьи уши у него на голове. Я уверен, что это мужчина.

Может, это из-за него в переулке царит такая зловещая атмосфера?

Множество вопросов пронеслось в моей голове, а коточеловек-авантюрист, бывший на голову ниже меня, понёсся к нам.

Когда до нас осталось около двух метров, коточеловек оттолкнулся от земли.

Топ! Лёгкий стук каменной мостовой и силуэт испарился прямо в воздухе.

— …

Меньше, чем вдох спустя, тень появилась прямо у меня перед лицом.

Невероятно близко от меня.

Этот прыжок занял у него всего мгновение. Его Ловкость, должно быть, развита до предела.

Я дрогнул всем телом.

Свет луны отразился от его металлической маски, без единого звука коточеловек направил в меня удар копья.

Время замерло, жизнь пронеслась у меня перед глазами.

— !..

— ?!

Сабля мелькнула у меня прямо перед носом и перехватила удар копья в считанных сантиметрах от моей головы.

Искры блеснули прямо у меня перед глазами, когда сабля на невероятной скорости отбросила копьё.

Ко мне вернулось чувство времени. Холодный пот прошиб моё тело, а мозг наконец смог прийти в норму, и я принял боевую стойку.

Атакующий отпрыгнул, выходя из зоны досягаемости сабли Айз. Но светловолосая девушка молча сделала к нему шаг.

Спустя секунду последовало новое столкновение, вызвавшее новую серию искр.

— Ч-что… что… что происходит?!

Отчаянный крик боженьки смешался со звуками столкновения металла с металлом. Переулок превратился в поле боя.

…Они слишком быстры!

Я видел только следы в воздухе от ударов копья и сабли, когда доносился звук столкновения уже из другого места.

Я не могу за ними уследить. Это невозможно! Я даже движения их не вижу!

Мы с боженькой стояли в стороне, наблюдая, как чёрные и золотые вспышки сталкивались снова и снова.

— …

Тогда я заметил их.

Над Айз, дерущейся с коточеловеком, мелькнуло четыре тени, скрытые тьмой.

Эти тени спрыгнули с крыш домов, направляясь прямо в бой.

Меч, кнут, копьё, топор.

Все они держали оружие наготове, лезвия мелькнули в лунном свете.

— АЙЗ?!

Стоило мне крикнуть, Айз отреагировала на изменения.

Отогнав коточеловека широким ударом, Айз прыгнула, сбивая нападающих на неё сверху одним круговым ударом.

Я восхищённо наблюдал, как звякнула металлическая броня нападавших.

— Монстр… чёртов.

Стоя на безопасном расстоянии от Айз, первый из нападавших бросил эти слова, будто яд.

— …

Сабля Айз легонько свистула, когда девушка молча сделала несколько разминочных взмахов, позволив говорить за себя своему оружию.

Пятеро нападавших окружили девушку, держа наготове оружие и выйдя из тени.

Все они выглядели как полурослики. Помимо этого они были одеты в ту же броню и носили такие же маски, как и коточеловек. Сомнений не было — они работают вместе.

Ловушка захлопнулась, все пятеро безжалостно напали на Айз со всех сторон.

— Б-Белл, давай выбираться. На этой сцене нам не засиять…

Несмотря на то, что слова боженьки больше походили на шутку, учитывая в каком мы оказались положении, они подходят лучше всего.

Мне ни в чём не сравниться с этими пятерыми напавшими — по крайней мере, такому, какой я сейчас. Все они, должно быть, высококлассные авантюристы. Скорость и точность их атак лучшее тому подтверждение.

А посреди этого металлического шторма и хаоса искр стоит светловолосая девушка, отражающая все атаки и не пропустившая ни одной.

У неё нет места для уклонения, но утончённые движения её меча вдохновляют. Танцем одного меча она блокирует все атаки и находит возможность для ответа на них. Её удары бьют в цель куда чаще, чем промахиваются.

Такова Кенки, Принцесса Меча.

Несмотря на то, что я не видел все движения вовремя, призрачные силуэты, остающиеся после, показывают насколько она сильна.

Наши уровни слишком сильно отличаются.

«…Д-дурак!»

Я знал, что вид Айз в действии меня шокирует, но я стою без действия слишком долго.

Что я делаю, почему теряю время! Разве я не должен сейчас хоть что-то предпринять?!

Если у меня есть время стоять и смотреть, я мог бы ей помочь!..

— Че?!. Б-Белл?!

— ?!

Когда я собрался броситься в бой, боженька схватила меня за плечо и завопила изо всех сил.

Я повернул голову, чтобы увидеть, как новые тени спрыгивают с крыши и окружают нас двоих.

Два мужчины, две женщины. Все они в такой же броне и масках, как и другие нападавшие.

Мои глаза округлились.

…Что мне теперь делать?

Новые тени напали, воспользовавшись моим замешательством.

— !!!

Нужно взять их на себя! У меня нет другого выбора!

Вытащив нож и Божественный кинжал, я сделал шаг к новой четвёрке.

— Боженька! Держись за мной!

Прежде, чем я услышал ответ, я бросился на первую цель.

Одна из женщин держала в руках нож, похожий на мой, и в мгновение ока сократила дистанцию.

Её маска скрывала глаза, но я чувствовал исходящую от них ауру. Она собиралась разорвать меня на части. Её клинок начал наносить удар!

…Я всё вижу!

Она открыта с другой стороны! Я сделал шаг заходя с мёртвой для неё стороны.

— Че…

— ХА!

Первый удар за мной.

Прицелившись в её нагрудник, я ударил своим ножом.

Прямое попадание! Мой клинок ударил броню, но сила удара отправила женщину в полёт. Я не стал наблюдать за её приземлением, а сразу обернулся для другой атаки.

Прижав к себе правой рукой ошеломлённую боженьку, я уклонился от неожиданного удара мечом. Перекатившись к месту, с которого я могу атаковать, я пнул мечника по телу.

Поднявшись на ноги, я использовал инерцию своего движения, чтобы левой ногой окончательно сбить сбить мечника с ног вторым пинком, прежде чем повернуться ко второй женщине-авантюристу. Быстрый удар с разворота, и она также отправилась в полёт.

«Все они Первого Уровня!..»

В этом я уверен.

Эти ребята не ровня группе, с которой сейчас сражается Айз; тот факт что я вижу их движения, достаточное этому подтверждение.

Разница в наших характеристиках невелика.

Эта битва будет выиграна техникой и навыками, а не силой!

Прикрывая боженьку своим телом, я увидел, как авантюрист в тяжёлой броне врывается в бой.

— ХЬЯ-А-А!!!

Издав боевой клич, авантюрист направил огромный тесак прямо мне в голову. Я приготовил для защиты Божественный Кинжал.

Прочертив во тьме фиолетовую дугу, Божественный Кинжал с силой ударился в лезвие тесака.

— Чего-о-о?!

Авантюрист выглядел удивлённым. Думаю, он не ожидал, что я смогу отразить его удар коротким кинжалом. Используя инерцию отражённого удара для вращения и прыжка я правой ногой пнул авантюриста прямо в лицо. А я становлюсь неплох в пинках!

— Га-а-а-а-ХРК!

Металлический великан отступил, выронив тесак из рук, прежде чем рухнуть с громким ударом.

— Белл! Остальные!

— !

Голос боженьки прорвался сквозь звук удара металла.

Они рассредоточились треугольником, боженька и я оказались в центре, а после напали на нас одновременно!

Я почти забыл, как дышать, принимая мгновенное решение, и схватил тесак с каменной улицы.

— БОЖЕНЬКА! ЛОЖИСЬ!

Её голова скользнула под тяжёлым клинком, который я со всей силы размахнулся, встречая нападающих.

— ГаХА-А?!

Размашистый удар тяжёлого оружия одновременно ударил всех троих авантюристов, нанося им серьёзные повреждения.

…Я смог его использовать!

Рукоять была неудобна и велика для моих рук; ладони будто пылали, когда я пытался удержать эту штуку.

— Ого-о-о-о! Белл, это было так круто! Я заново в тебя влюбилась!

— Боженька, пожалуйста, успокойся!

Прямо посреди боя я на мгновенье потерял сосредоточенность, потому что боженька прыгнула мне на грудь и обхватила меня руками. Но я заставил себя включиться обратно в сражение почти мгновенно.

Рядом идёт ещё одна битва. Множество искр разлетаются в разные стороны, Айз продолжает свой смертельный танец меча и металла.

Я знаю, что это не сработает. Но от попытки это меня не остановит! Подняв правую руку, я прицелился.

Левой рукой прижав к себе боженьку, я смотрел на свои цели сквозь пальцы напряжённой ладони.

— АЙЗ!!!

Я заметил, как она бросила на меня взгляд после моего крика. Быстрый кивок и девушка отпрыгнула, раскрывая для меня нападающих.

— ВСПЫШКА!!!

Шесть последовательных ударов.

Меньше, чем за время, требующееся, чтобы моргнуть шесть потоков раскалённой плазмы разрезали ночной воздух, направляясь к людям в чёрной броне.

На какое-то мгновенье переулок озарило алое пламя.

Заклинание с хлопком поразило каждого нападающего, вызвав новые потоки искр.

Но, все они, и коточеловек, и четыре полурослика стояли в алом пламени совершенно нетронутыми, прежде чем из него выйти.

— Магия без заклинания…

— Достойные вести. Нет никаких сомнений, что она будет довольна.

Мою голову пронзила острая боль, а рука онемела, однако, после того, как я потратил ментальную энергию на бесполезную атаку чёрные силуэты начали переговариваться.

Я знал, что это не сработает, но того, что это будет совершенно бесполезно… я чувствовал себя таким мелким, что думал, что в любой момент могу сломаться.

Прерывисто дыша я медленно опустил руку.

Я никогда не видел разницу между собой и высококлассными авантюристами так наглядно. Ни малейшего шанса…

— Слишком ярко. Это пламя привлечёт слишком много внимания.

— Сам понял… Достаточно, отступаем!

Коточеловек взглянул наверх, прежде чем отдать приказ. Остальные двинулись одновременно.

Полурослики захватили авантюристов, которых я побил, прежде чем раствориться в ночи.

Всё что осталось от этой битвы, несколько слабых очагов пламени, оставленных моим Заклинанием.

— Белл…

— А! Прости меня, Боженька…

Я отпустил боженьку — которую до этого момента прижимал к себе левой рукой — и быстро извинился.

Вместо того, чтобы отойти, она осталась возле меня и прикоснулась рукой к моей щеке.

— Ты ранен?

— …

В глазах боженьки было волнение, когда она спросила меня в порядке ли я.

Наверняка, она поняла. От этого мне ещё хуже. Скорее всего, она и сама всё это видела.

Но из-за теплоты её мягких пальцев на моей щеке, я смог выдавить из себя улыбку.

— Не ранен?

— А, да, я в порядке. Айз, что насчёт тебя?..

— Я тоже, не ранена.

Айз подошла к нам, на ней не было ни царапины. Даже её лицо вернулось в обычное, безэмоциональное состояние.

Только что она меня спасла… чёрт, она всегда меня спасает. Я прикусил губу, пытаясь привести себя в норму и задать вопрос.

— Так кто они такие? Неожиданно на нас напали…

Их лица были скрыты, и я не видел ни одного символа Паствы на их броне.

Они не только напали на нас пока мы были одни, но и уничтожили фонари с магическими камнями в нужном месте. Если всё это учесть, становится ясно, что они планировали напасть на определённую цель.

Была ли причина, по которой они хотели напасть на нас под покровом тьмы?..

— Засады очень частое явление.

— Правда?!

— Да, однако очень редко такое случается вне Подземелья…

То есть, такие вещи в Подземелье, это норма. У меня пропал дар речи. Я о таком даже не думал.

И напавшие на нас были высокого уровня… Значит, они принадлежать к очень могущественной Паствеавантюристов.

Неужели, они прознали, что Айз сейчас не со своей Паствой и использовали эту возможность, чтобы на неё напасть?..

— Есть кое-что, чего я понять не могу. Если бы они пришли за Валлен-как-её-там, это одна вещь. Но они пришли за нами… нет, за тобой, Белл.

— Что же…

— К тому же, напавшие на тебя, были того же уровня, что и ты сам, будто их специально для тебя отбирали.

…Должен признать, что боженька подметила очень точно.

Напавшие на Айз разделили её со мной, а после я сражался и победил других. Это было специально для меня? Пока мне в голову приходит только то, что меня пытались проверить.

Это, конечно, всего лишь предположение…

— Знаешь кого-нибудь, кто мог бы на тебя вот так напасть, Мисс Валлен-как-тебя-там?

— …Не кого-нибудь. Таких слишком много.

— Ага, ввязывалась значит Локи в опасные делишки.

— Прошу прощения…

— Ох… Л-ладно, не важно. Уходим отсюда и побыстрее. Кто-нибудь точно увидел дым и услышал взрыв.

Разговор Айз и боженьки закончился решением уходить из этого переулка. После того, что произошло, сюда в любой момент могут прийти не только обычные городские жители, но и люди из Гильдии.

Нужно уйти подальше, чтобы нас не поймали и мы не попали в плохую ситуацию. Таков наш текущий план.

Боженька быстрым шагом пошла по узкому переулку. Я последовал за ней.

И тогда я почувствовал это.

— ?!

Дзынь! Моё тело вздрогнуло.

Будто сокол вырвал сердце у меня из груди. Откуда это чувство? За мной наблюдают?

В воображении тут же всплыл странный взгляд и соблазнительная улыбка.

Я рефлекторно обернулся в ту же сторону, в которую удалился коточеловек считанные секунды назад.

Там была только она: огромная белая башня Вавил.

По какой-то причине моё тело дрожало, будто эта башня нависает надо мной.

— …

Боженька что-то объясняла Айз, а светловолосая девушка наклонила в ответ голову. Я остановился.

Что-то приближается. Я уверен. Чёрный посланник идёт за мной.

В небе блестели серебряные звёзды, и я ощутил неожиданный порыв ледяного ветра, налетевшего из ниоткуда.

----------

Глава 4. Значение приключениям

Она кивнула сама себе.

Айз сидела в кресле, обняв колени, погружённая в глубокие раздумья.

Комната, в которой она пребывала, была оформлена в светлые тона, и в ней было много круглых столиков и диванчиков. Девушка была не одна; множество других авантюристов садились отдыхать в этом огромном зале.

Приёмный покой Паствы Локи.

— Эй, Айз, о чём задумалась?

Айз приподняла, спрятанное между коленей, лицо, когда к ней подошла смуглая черноволосая девушка.

Лишь полоска ткани прикрывала грудь подошедшей девушки, на её животе виднелся рельеф мышц. На поясе девушки была повязана традиционная племенная ткань. Она выглядела, скорее, как уличный танцор, а не как авантюрист.

Айз посмотрела в глаза молодой девушки-амазонки в длинной парео-юбке.

— Тиона…

— У тебя всю неделю очень странное лицо, Айз. Если тебя что-то беспокоит, я могу тебе помочь!

Щёки Айз слегка порозовели, когда она увидела дружелюбную улыбку на лице девушки.

А когда она открыла рот, чтобы поблагодарить в ответ...

— Даже не думай, Айз. Разговор с Тионой ничего не решит. Ты так на месте будешь кружиться.

— Потеряйся, Бете! Я с Айз разговариваю, так что рот зашей!

— Стоит заметить, что в чём-то Бете прав.

— Нет, и ты тоже, Тионэ?! Никогда не принимай его сторону!

Молодой зверочеловек с пепельно-серой шерстью вступил в разговор вместе с другой девушкой-амазонкой.

— И да, Айз, куда ты пропадать начала? Тебя по утрам не видно, а вчера на весь день свалила!

— Что тут у нас? Слыхала, Тионэ? Кажется, Бете у нас за Айз шпионит. Даже знает, когда её дома нет. Отвратительно!

— А ты язычок проглоти, отморозок Амазонский! Мы в экспедицию через несколько дней уходим, а Айз куда-то сваливает, зная об этом! Вот я к чему!

— Да такое не редкость, в чём проблема? Она не по Подземелью в одиночку ходит, как раньше. А всё остальное в миллион раз безопасней… и кого ты только что отморозком назвал?!

Айз сидела молча, понимая, что она причина этого спора. Но она знала, что если заговорит, то только подольёт масла в огонь, так что держала рот на замке.

Она наблюдала за спором, когда услышала поблизости постукивание. Девушка повернула шею, чтобы увидеть, кто ещё с ней рядом.

Стук, стук. Два человека играли в шахматы за соседним столиком; высокая эльфийская красавица и небольшой полурослик.

Эльфийка была на голову или две выше полурослика и сидела с расслабленным, почти игривым, выражением на лице, которое резко контрастировало с серьёзным выражением противника.

— Шах.

— Ой…

Парень двинул фигуру на позицию, прежде чем это заявить, отчего эльфийка свела брови. Она, однако же, сохраняла своё великолепие, даже слегка задумавшись.

Её глаза скакнули, когда она о чём-то подумала, но её руки легли на колени и она вздохнула.

— Это конец. Я проиграла эту партию.

— Это очень по-спортивному, Риверия. Ты ведь могла бы и время потянуть?

— Я не люблю проигрывать, Финн.

Выражение на лице полурослика отличалось от выражения лица Эльфийки, когда они обратились друг к другу по имени.

Риверия заметила взгляд Айз. Её волосы нефритового цвета скользнули по одежде, когда она повернулась и задала Айз вопрос:

— Что случилось?

— Что-то с чем мы можем тебе помочь? Как-то я сомневаюсь, что тебе захотелось партию провести.

— Ха-ха, Айз-гроссмейстер. Теперь даже увидеть такое хочется.

Издав беззаботный смешок, пришедшийся ни к месту, умудрённый Финн взглянул на девушку тёплым взглядом своих синих глаз.

— Тиона уже спрашивала, но я повторю, что тебя беспокоит, Айз?

— Ого, первый раз такое. Можешь и со мной поговорить; я помогу чем смогу.

Айз сидела какое-то время молча, после того, как «двойка лучших» лидеров Паствы Локи, спросила её всё ли в порядке. Неожиданно девушка начала говорить, у неё на лице осталась та же задумчивость.

— Что бы вы двое сделали, чтобы обучить авантюриста?

— …Снова странные вопросы.

— Хм-м-м. Интересно об этом задуматься, кстати.

— Э? Что это было? Ты что-то спросила, Айз?!

Ругань Амазонок со зверочеловеком приостановилась, когда они присоединилась к разговору.

Обе девушки нашли места поближе к креслу Айз, Бете стоял чуть позади.

— Это очень необычно. Айз, что-то произошло?

— Когда ты сказала «обучить», ты имела в виду обучение авантюриста, который слабее тебя, да?

— К чёрту. На обучение какого-то мусора только время зря потратишь. Не тупи.

Айз продолжала обнимать колени и прижимать их к груди, когда боевые товарищи кружком собрались вокруг. Она решила спросить об этом всех разом.

— Что бы сделал каждый из нас?

— Я бы обучала его медитациями. Никто не может стать сильнее, сначала не познав себя.

— О? Взяла бы в Подземелье, конечно! Только боевое крещение приносит результаты!

— Тренировочные бои, мне кажется. Заставить авантюриста привыкнуть к жестокости и хаосу сражений.

— Тиона, разве тренировочные бои, это не обязательная часть?

Девушки наперебой предлагали свои решения, но Бете прервал всех громко фыркнув.

— Не заставляй меня повторять! Мусор останется мусором. Если он слаб, нахрен его чему-то учить!

— …Бете, такова только твоя философия.

— Хах! Как он выпендриться пытается!

— Я тебя напополам разорву, женщина!..

— Кстати, те, у кого есть сила, на мой взгляд, не слишком много о себе мнят и могут показать техники по просьбе… не думаю, что когда-нибудь могла чему-то у Бете научиться.

— А ты чё встряла, карга старая?..

Айз наблюдала, как разговор разделился на несколько частей. Она повернулась к последнему участнику разговора, который ещё молчал.

— А что насчёт тебя, Финн.

— Хм-м-м, что бы я сделал? Для начала, я бы попытался отыскать слабости своего ученика, а потом попытался обратить их в сильные стороны. Но это очень долгий и сложный путь.

Финн почесал лоб и его небольшое тело всё глубже погружалось в софу.

После, он задал Айз встречный вопрос:

— Почему ты спрашиваешь, Айз? От твоего ответа будет зависеть мой.

— …Я…

Причина её вопроса была проста.

Она пыталась найти лучший способ обучить одного мальчика.

Прошло шесть дней с тех пор, как она стала его учителем. Поначалу, ей хотелось узнать причину его быстрого развития, но теперь ей стало интересно насколько он сможет стать лучше.

Айз и сама не понимала, почему ей так хочется приготовить особое «меню» для следующего урока, но желание Белла стать сильнее было определяющим фактором.

Он открыт и честен, в хорошем смысле.

Скорее всего, он примет всё, что Айз для него приготовит, раз перенёс и обучался всему из строгих уроков Айз, какими жёсткими они бы ни были.

Он никогда не жалуется и встречает любые трудности с готовностью, а также быстро учится.

И дело вовсе не в том, что он хорош в обучении — просто быстро восстанавливается. Каждый раз, когда он ошибается, он встаёт и пробует снова.

Поэтому, Айз ломала голову последние несколько дней. Как лучше всего его обучить, и как вознаградить его за его усилия.

Сейчас, она могла сделать это только на своём примере.

«Если Финн всё поймёт, то могут появиться проблемы…»

Однако, даже если полурослик может подсказать лучшее решение, ей нельзя раскрывать свою связь с Беллом.

К тому же, прошлой ночью произошёл инцидент, когда она была не со своей Паствой — таинственная группа (Айз думала только об одной «группе» чьи члены могут быть настолько сильны) атаковала её под покровом тьмы.

Чтобы скрыть свои разговоры с Беллом, ей приходится также держать в секрете и всё, что касается ночного рейда.

— …Просто об этом задумалась. Да.

— …Тогда ладно. Вот тебе моё заключение.

Светлые волосы Финна слегка дрогнули, когда он наклонил голову.

Он собрался с мыслями, прежде чем сказать.

— Существуют времена, когда авантюристы обязаны пускаться в авантюры. Подготовка силы воли ученика для таких событий — это лучшее обучение, как по мне.

Айз вслушивалась в слова своего союзника, отчётливо их запоминая. Она ответила сердечным «спасибо».

Пожав плечами, Финн медленно поднялся на ноги.

— Несмотря на то, что я стараюсь избегать беспечных поступков, думаю, для тебя это тоже отличная возможность, Айз. С какой группой ты бы не связалась, не останавливайся. Не знаю сколько я смогу играть дурачка, но сохраню это в секрете столько, сколько возможно.

— …

— Однако я не задумываясь расскажу всё, если сочту, что твои действия ставят под угрозу нашу Паству. На этом закончим.

Финн улыбнулся напоследок, прежде чем покинуть приёмный покой. Айз молча смотрела ему вслед.

Теперь она знала, что не может обдурить ни Риверию, ни полурослика, Лидера их Паствы; эти двое, будто видят её насквозь.

— А знаешь, Айз, кажется, ты весело проводишь время.

— …Весело провожу время?

Тиона отбилась от разговора оставшейся части группы и приблизилась к креслу Айз.

Айз выглядела озадаченной. Тиона просто кивнула.

— Когда ты не в Подземелье, раньше проводила всё своё время практикуясь с саблей. Но теперь, ты чем-то увлечена, изо всех сил пытаешься что-то сделать. Это то, что я смогла увидеть.

Похожая на оскал, улыбка Амазонки отразилась в золотых глазах Айз.

— О чём-то думаешь, что-то понимаешь, пытаешься что-то сделать… Выглядит так, будто ты этим наслаждаешься.

— …Возможно, это правда.

— Правда. Тебе весело, Айз.

Девушка попала в самую точку, заявив это Айз, одновременно уверенно кивнув.

Айз счастливо улыбнулась.

Окружающий меня шум казался далёким.

Волна шока разрывала моё неподвижное тело на части, я не мог отвести взгляд от листа бумаги, на котором держал руку. Этот лист был приколот к стене.

Из моего рта вырвалось:

— Шестой уровень…

На этой бумаге перечислены объявленные уровни всех авантюристов, сильнейшие указаны сверху. Дух покинул моё тело, когда мой взгляд нашёл имя Айз Валленштайн.

— Это случилось недавно. Мы узнали, что Мисс Валленштайн увеличила уровень всего несколько дней назад…

Слова Эйны влетели в одно моё ухо и вылетели из другого.

От шока, что человек, которого я пытаюсь нагнать всеми своими силами, увеличил расстояние между нами, у меня закружилась голова. Будто я остаюсь на земле, а она парит где-то в облаках.

Я зашёл в Главный Офис Гильдии по пути домой из Подземелья.

Обычно я не смотрю на доску объявлений в приёмной Гильдии, но так случилось, что я скользнул по ней взглядом и спросил у Эйны, правда ли это.

— Согласно моим источникам она в одиночку убила Главаря Этажа. Причём не в Нижнем Форте Подземелья, а даже ниже, в Глубокой Зоне…

Главарь Этажа… Монстр Рекс.

Самый могучий монстр на этаже, обычно, чтобы победить такого требуется огромная группа авантюристов.

Он намного превосходит обычных монстров этажа силой и размером, победа над Монстр Рексом считается самой сложной частью покорения этажа.

На самом деле, Паствы разделяются на то, сколько их членов участвовали в успешных убийствах этих монструозных созданий. Немногие авантюристы участвовали даже в одном убийстве…

А она сделала это в одиночку?..

— Эм… Белл, может, тебе это покажется сложной задачей, но ты не должен на этом зацикливаться. Даже я никогда не слышала об убийстве главаря этажа в одиночку. Мисс Валленштайн… особенная.

Наверное, всё так, как она говорит.

И всё равно, это не остановило мой дух от падения в забвение.

То, что она делала в том переулке постоянно прокручивалось в моей памяти.

Я видел, как она столкнулась с пятерыми из сильнейших авантюристов города, даже не отступив, блеск клинка, снопы искр, столкновение стали.

Той ночью, наблюдая за битвой между мастерами, я узнал насколько я незначителен.

Быстры.

Они слишком быстры.

Насколько она сильнее, если сравнивать со мной?

Могу я хотя бы надеяться на достижение такой высоты?.. Могу ли я воспарить в облака?

Холодная и безжалостная правда сжала мою душу и разбила её на мелкие кусочки.

— Белл?..

— …Ой, простите. Всего лишь задумался на минуту. Я пойду домой.

Эйна выглядела взволнованно, так что я улыбнулся, насколько это было возможно, и вежливо поклонился.

Мы обменялись привычными фразами, вроде «Удачного дня» и «Скоро увидимся», прежде чем я вышел из Гильдии.

Эйна смотрела на меня, махая рукой, с неуверенностью на лице.

«Я попытался казаться сильным, но…»

Я раздавлен.

Кажется, с такой подавленной походкой я каждый камень на мостовой соберу.

Испуская вздох за вздохом, я шёл по Главной Улице с опущенной головой, уставившись на свои ноги.

Солнце заходило в западном небе. Чем ниже оно опускалось, тем живее становились улицы. Открылись бары, один за другим завлекая посетителей. До меня донеслись звуки губной гармошки — что-то новенькое. Кажется, какой-то эльф поёт прекрасную балладу о храбрости и силе авантюристов Орарио.

Я остановился, чтобы послушать и он мне улыбнулся. Не зная, что делать я улыбнулся ему в ответ и дал несколько монет из своего кармана, прежде чем поспешно убежать… могучий и отважный авантюрист во всей красе.

Вместо того, чтобы направиться домой я вернулся в Центральный Парк. Потоки авантюристов выходили из Башни Вавил, из Подземелья. А я просто пытался убить время. Просидев в парке какое-то время, я решил вернуться на Западную Главную Улицу.

Я не чувствую, что я часть этого города; шум улицы не производит на меня никакого действия.

— …Белл!

— А?

Я отвёл глаза от улицы и повернул их на владелицу, окрикнувшего меня, голоса.

Ко мне приближались синевато-серые волосы. Силь?

Я что, уже дошёл до Щедрой Хозяйки?

Пока я пытался осмотреться и узнать место, в которое я попал, Силь схватила меня за руку.

— А?..

— …

Она обеими руками обхватила мою правую руку, её гладкая, молочно-белая кожа касалась моей.

Я потерял дар речи, а она подняла мою руку и указала на неё взглядом. Она будто говорила, что поймала меня и довольствовалась теплотой моей руки.

Я начал краснеть. Она посмотрела мне в глаза с довольной улыбкой на лице и сказала:

— Белл, я тебя искала!..

— …

Динь, динь. Звуки текущей воды и постукивание блюд были повсюду, пар бил мне в лицо, а впереди ждал бесконечный поток блюд.

Повар коточеловек занято носился по кухне, пока я тихонько, в одиночестве, промывал блюда.

— Я очень признательна, Белл! Подумать только, ты вызвался помочь мне на работе!

— Вообще-то, я не вызывался! Ты меня практически заставила!

Силь остановила свои дрожащие ноги и склонилась в извиняющемся поклоне, когда я ответил ей так громко, что слюна брызнула изо рта.

— Я проигнорировала очень много дел и сбежала утром… Мама Мия очень на меня разозлилась, и теперь мне нужно сделать куда больше, чем раньше!

— Так ведь это на все сто процентов твоя вина!

Разве она только что не сказала, что она «сбежала» и «проигнорировала дела»?!

Впрочем, бегает она, как сумасшедшая, кажется, она действительно загружена работой.

Ловко уворачиваясь от других работниц, Силь занимается делами одновременно и на кухне, и в баре.

— Мя, какой сюрприз, Беловолосик.

— Взят в рабство Силь, мя. Обмязан был!

— Угх…

Очень стараясь не поддаваться на поддразнивания работниц-кошкодевушек Ани и Хлои, я продолжил яростно сражаться с горой тарелок рядом с мойкой.

Разумеется, я не очень рад такой работе… Но эти люди часто меня выручали, а Силь всегда готовит мне обед, так почему бы мне не оказать ей услугу?

«Ну почему это должно быть именно мытьё посуды?» — кричал я про себя, продолжая работать вместо Силь.

— …

Впрочем, возможно, монотонная работа сейчас подходит мне лучше всего.

Постоянные движения и шумы тут и там отвлекают мой разум от неё, в конце концов.

— Вы в порядке, Господин Кранелл?

— А?..

— Количество посуды обескураживает. Я помогу.

У меня появилась гостья — другая работница бара встала рядом со мной у мойки.

Тонкие руки, которые, казалось, могут сломаться в любое мгновенье, начали работать рядом с моими. Я заметил длинные, тонкие уши девушки.

Эльфийка со светло-голубыми глазами, безграничными, будто небо, взглянула на меня. Это была Лю.

— П-простите. Я знаю, что вы тоже заняты…

— Нет, в том, что произошло виновата сама Силь. Но вина также лежит на нас, работниках, которые не прикрыли её отгул. Мы задолжали вам извинения. От имени всех работников, позвольте мне попросить у вас прощения.

— Нет-нет-нет, вам не нужно заходить так далеко!

Я на мгновенье перестал мыть тарелки, посмотрев и ответив вечно-серьёзной Лю, которая сейчас была слишком серьёзной. Я и раньше знал, что она очень строго относится к манерам и нормам поведения, но это какой-то новый уровень вежливости.

Похоже, что Лю, это один из лучших примеров эльфийской прямолинейности.

— Что-то случилось?

— Э?

— Не хочу на вас давить, но, кажется, будто вы чем-то расстроены.

Я стоял рядом с ней в ошёломлённом молчании, когда она, опустив руки в мойку, начала отточенными движениями перемывать тарелки.

Эльфы известны своей красотой. Лю не исключение. Даже стоя в профиль, она излучала красоту с ноткой холодности. Этого было достаточно, чтобы я, рядом с ней, начал нервничать.

— Если сочтёте меня достойной, я выслушаю.

— …

— Я считаю себя обязанной за оказываемую вами помощь. Если у вас нет возражений, позвольте мне помочь вам.

Если честно, стоя и смотря на её красоту со стороны, часть меня хотела выложить ей всё разом.

Но нет, я не могу это сделать. Я не хочу.

Я не могу сказать ей, что человек, которого я идеализируют втоптал меня в грязь, показав, как я на самом деле слаб и беспомощен. Где-то внутри ещё есть жалкая часть меня, которая надеется, что я смогу еёдостигнуть, если продолжу стараться.

Это может показаться трусостью, но я решил задать Лю вопрос на другую тему.

Услышав сегодня, что Айз получила уровень, я захотел кое-что узнать.

— Эм, Лю… Ты была авантюристкой?

— …Да. Было время, когда я была одной из них. Хочешь что-то выяснить?

Я быстро объяснил ей, что не пытаюсь узнать о её прошлом, прежде чем задать вопрос.

— Хочу узнать, как стать сильнее… Как авантюристы поднимают уровень?

Я всегда думал, что если я продолжу сражаться и получать экселию, я подниму себе уровень, но не знаю, так ли это на самом деле.

Разница между Первым и Вторым Уровнями… Между ними будто возведена стена. Очень высокая стена, которую мне нужно преодолеть, если я хочу когда-нибудь заработать уровень.

Лю выслушала мой вопрос, её глаза смотрели на меня. Наконец она ответила:

— Вы должны сделать нечто великое.

— …А?

— Совершить великий поступок, что-то, что даже боги не смогут проигнорировать.

Великое?..

— Победить противника, сильнее, чем вы сами… Получить разом огромное количество экселии. Таковы условия.

Получить много экселии разом… Значит, сколько бы монстров низкого уровня я не убил, я не подниму уровень. Будут улучшаться только мои характеристики.

Если я не одолею кого-то по настоящему могучего, если я не совершу нечто великое, как герои Сказания о Приключении… Я никогда её не достигну?

— Уровень авантюриста — это сила его души, — как «контейнер» внутри. Благословение бога позволяет душам расти, но только тем душам, которые показали себя достойными.

— Ну, а что тогда с моими способностями? С моими характеристиками?..

— Если вкратце, они нужны, чтобы подготовить вас к великим делам. Только и всего.

Но ещё они показывают способности.

Лю пытается сказать, что авантюрист может поднять свой уровень, когда его характеристики становятся выше, чем D.

— Но сражение с монстром во много раз сильнее, чем ты… разве это не означает, что ты проиграешь?

Кажется, именно это означает «сильнее, чем ты», так?

— Превзойти эту разницу отчасти помогает техника, а отчасти стратегия… Назову тебе обычный способ, которым пользуются: формируют боевую группу.

— Группу?

— Да. Использование совместных усилий и стратегии позволяет убивать зверей, которые сильнее, чем любой из членов группы. Авантюристы Орарио повторяют подобное много раз, чтобы стать сильнее.

Кажется, экселия делится на всех членов группы, но это действительно самый действенный способ слабому авантюристу стать сильным.

— Господин Кранелл, если вы на самом деле желаете стать сильнее, боевая группа необходима. Пожалуйста, примите это во внимание.

— Ладно…

Но это означает, что она…

Она победила главаря этажа, убила монстра такого размера и силы самостоятельно — подобные высоты, это…

Меня сковала дальность моей цели, и она же напомнила мне насколько далеки от меня высококлассные авантюристы.

— …Я могу предложить вам совет. Вы не против выслушать?

— А, да. Говорите.

Голос Лю отвлёк меня от мыслей. Она продолжила:

— Господин Кранелл. У каждого приключения есть значение.

— …

— Никто не знает, когда его ждёт приключение. Не теряйте из вида значение вашего пути, вашу цель.

Сделав в этот момент паузу, чтобы я задумался над сказанными ей словами, она продолжила:

— Вы — авантюрист.

Её слова достигли моих ушей, и будто проникли мне в душу.

— То, что вы ищите, скорее всего, нельзя получить не попав в опасность.

— Э-эм…

— Впрочем, нет, не стоит слушать меня в таком вопросе. Интуиция часто меня подводит.

Кажется, на какую-то секунду она мне улыбнулась. Я моргнул в ответ, чтобы прочистить глаза, а у Лю было её обычное холодное выражение на лице.

Я протёр глаза, просто, чтобы убедиться. Лю спросила меня, всё ли в порядке; я в ответ махнул рукой и сказал, что ничего не случилось.

После этого мы продолжили битву с горой грязных тарелок.

— Что же, Господин Кранелл. Пожалуйста, посетите нас снова, когда вам представится такая возможность.

— Разумеется, очень скоро я снова сюда приду.

У Лю остались дела, так что она проводила меня с кухни взглядом, когда я вышел в главное помещение Щедрой Хозяйки. В баре слышится множество разговоров, как всегда людно. Пройдя через выход, я оказался на террасе. Мне пора пойти домой.

— Белл.

— …Силь.

Я обернулся на голос, который меня позвал, и увидел её, стоящую прямо за моей спиной.

Её белые щёки были слегка покрыты краской, интересно, связано ли это как-то с завершением работы, в которую она меня сегодня вовлекла.

— Я очень извиняюсь за сегодня… Большое тебе спасибо за помощь.

— А, что же, поначалу я слишком много возражал, но ты уже много раз тоже меня выручала…

Мои слова оборвались поскольку Силь мне поклонилась. Её обычный пучок с конским хвостиком оказался прямо у меня перед лицом.

Не могу сказать, почему она в таком настроении; это похоже на боевое извинение.

Не то, чтобы оно мне было нужно.

— …Белл.

— ?..

Она подняла голову и взглянула на меня пристальным взглядом.

Её губы то открывались, то снова закрывались. Но не произносили ни звука. Она хочет мне что-то сказать? Я озадаченно наклонил голову.

— Я не авантюристка, так что не знаю, как это выразить…

— Силь?

— …Но ты же не станешь искать себе приключений, правда?

Я широко распахнул глаза, когда её мягкий голос достиг моих ушей.

Она отвела взгляд, смотря куда-то через плечо, и выдавила из себя улыбку.

— Пожалуйста, не делай ничего необдуманного. Вот, что я хочу сказать.

— …

— …Подумать только, я разволновалась, и именно сейчас.

Я никогда её такой не видел. Она прошептала эти слова, будто на её плечах лежит огромный вес.

Она слышала мой разговор с Лю?

Она обычный житель города, так что некоторые вещи в нашем разговоре могли показаться ей шокирующими.

— Прости, наверное, это прозвучало странно.

— Нет, нет…

— У меня всегда будет готов для тебя обед. Пожалуйста, не забывай приходить.

Я нервно улыбнулся и неожиданно понял настоящее значение её слов.

Она хочет убедиться, что день, когда я не приду, никогда не настанет, и это её способ меня предостеречь.

Она одарила меня красивейшей улыбкой, а после развернулась и вернулась к работе.

— …

Я отвернулся от тёплого, оранжевого света, исходящего из окон, и радостных голосов посетителей, доносящихся из дверей, и посмотрел в ночное небо.

Кажется, будто я оказался на перепутье.

С одной стороны, путь, который мне указала Лю. С другой стороны путь, о котором сказала Силь — а до этого и Эйна, если подумать.

«…Ты авантюрист».

«…Авантюристы не должны пускаться в авантюры».

Возможно, да нет, наверняка, они друг другу противоречат.

Я попытался очистить разум и позволил их словам пронестись мимо.

Не в силах выбрать путь, на этом перепутье я продолжал смотреть на ночное небо.

Первые солнечные лучи утреннего солнца прорвались из-за горизонта, осветив вершину городской стены Орарио.

Горная гряда вдалеке ярко блеснула, я ощутил теплоту солнца на своём лице.

Почти конец.

Я всё ещё в процессе жёсткой тренировки, но всё уже ясно.

Девушка со светлыми волосами продолжает безжалостно меня атаковать.

Вот задание, которое она мне дала: Получая удары ножен один за другим, двигать телом, пытаясь защитить определённый его участок.

Это и ещё блокирование ножен.

Мои глаза следили за её ударами, и я повышал количество заблокированных атак с самого раннего утра.

Я пытаюсь повторить технику, которую видел сотни раз, её защитную козырную карту.

Вместо прямого блока атаки противника, перенаправить удар оружия, ударив его со стороны, тем самым отведя клинок от своего тела.

После всего случившегося, после того, как я старался с самого восхода и до последнего лучика солнца, самое время применить эту технику против неё.

— !..

Я отступил, сделал вдох и приготовился к её атаке.

Сместив вес тела, перемещаясь между ударами, одни из которых я перенаправил, а от других уклонился, я наконец нашёл время и нанёс удар кинжалом в правой руке.

Так.

Я перестал защищаться и впервые перешёл в нападение.

— !..

Раздался звук удара металла о металл.

Её броня с лёгкостью отразила мою атаку. Но я попал.

Я опустил руку, тяжело дыша, пока Айз молча смотрела на меня.

Солнце осветило горы, заливая всё вокруг утренним светом. Я прищурился, потому что свет ударил мне в глаза.

Но в это мгновенье она улыбнулась. Я не мог этого увидеть, потому что стоял лицом к солнцу, но я это почувствовал.

— На этом закончим… — тихо сказала Айз, смотря на меня.

Часть солнца стала видна в восточном небе с вершины городской стены, на которой мы стоим. Это знак, что наша неделя тренировок окончена.

Я посмотрел, как солнечные лучи начали заливать раскинувшийся внизу город. Когда я осознал, что Айз смотрит туда же, куда и я, наши взгляды встретились. Я склонил голову.

— Спасибо тебе, за всё.

После я низко поклонился, перед моими глазами снова был каменный пол.

Если подумать, может, эта неделя и была короткой, но каждое её мгновение было похоже на сон наяву.

Я выпрямил спину и посмотрел Айз в глаза. Она была, как всегда, безэмоциональна, но её взгляд был мягким и она ответила тёплыми словами:

— Спасибо и от меня. Это было… весело.

Яркие солнечные лучи осветили её лицо, заставив её глаза блеснуть, а на губах девушки была первая улыбка, которую я когда либо от неё видел.

Даже сейчас, в самые последние секунды последнего дня, я перед ней краснел. Я попытался ответить, несколько раз открыл и закрыл рот, прежде чем кивнуть и наконец из себя выдавить:

— …Так вот, постарайся в походе.

— …Постараюсь.

Оставив мне напоследок это слово, она развернулась и пошла прочь.

Я наблюдал, как она пропадает в солнечных лучах, а в моём разуме была только одна мысль: Смогу ли я когда-нибудь её достигнуть?

Наступит ли когда-нибудь ещё один момент, как тот, что был раньше, когда я приблизился к ней настолько, что мог её коснуться?

Если я что и понял за эту недель, так это то, что мой путь к ней будет очень долгим.

Достаточно долгим, чтобы заставить меня замереть от восхищения, и даже погрузиться в отчаянье.

Сможет ли кто-нибудь поймать девушку, которая сейчас уходит?

— …

Но я должен попробовать.

Если я не попробую, значит я уже проиграл. Проиграл, не успев начать.

Возможность стоять с ней рядом, достичь её, испарится, если я не попробую.

Может, я сейчас и слаб, но я клянусь перед восходящим солнцем, что настанет день, когда я её достигну.

В последний раз взглянув на удаляющиеся светлые волосы, я обернулся и побежал в противоположном направлении.

Эйна распределила все документы на своём столе и вздохнула.

Многие её коллеги уже закончили свою работу и собирались уходить.

Часы, висящие под потолком на стене, показывали восемь часов вечера. Эйна была в офисном помещении, в самом углу Гильдейской приёмной. Поскольку сейчас оставались только люди, работавшие сверхурочно, сама Гильдия к этому моменту была пуста.

Как только Эйна подумала о том, чтобы налить себе чашечку кофе, она услышала замученный голос своей подруги и коллеги из того же департамента.

— Хе-е-е-ех, Эйна, помоги немножко!.. Я одна со всем и до утра не справлюсь?!

— …Что посеешь, то и пожнёшь. Ты эти документы до обеда даже не раскрывала, Миша. Сама виновата.

Мольба Мишы нисколько не убедила Эйну передумать со своим отказом.

Миша, работница-человек Гильдии, вернулась к своему столу, гора документов на котором могла сравниться с высотой городской стены Орарио.

Работа собралась в такую огромную кучу из-за постоянного игнорирования запросов на публикацию информации от богов и богинь разных Паств Орарио.

— Какого чёрта так много авантюристов разом подняли уровень?! Соревнование за поднятие уровня в последнюю минуту?! Это безумие! Кто-нибудь объясните мне!..

— Эй, а ну не жаловаться! На твоём столе результаты множества авантюристов, заработанные кровью и по́том, а ты только жалуешься. Если бы ты работала понемногу каждый день, этого ведь не произошло был, да?

— Да, я раскаиваюсь, Эйна, раскаиваюсь!.. Поэтому, пожалуйста, Эйна, помоги?!

— НЕ-А.

Эйна повернулась спиной, чтобы окончательно утвердить своё решение. Она вздохнула, когда Миша заявила своё последнее «Почему ты так бессердечна?!», вместе с этим Эйна подумала, что её коллеге тоже можно принести немного кофе.

— …

Чувствуя эффект долгого рабочего дня, Эйна поднесла ладонь от подбородка ко лбу, смотря на документ, который она только что завершила.

Это запрос разрешения на проведение официального расследования внутренних дел Паствы Сомы.

В нём содержится информация, которую Эйна лично собрала от Белла и Богини Локи.

Однако, Эйна не пытается распустить Паству Сомы. Разумеется, у неё есть собственные мысли о том, как должна работать Паства — множество мыслей.

Если поднимется вопрос о роспуске Паствы, помощница, которую упоминал Белл, Лили, будет наказана, за всё, что она совершила с самого начала. Какими бы смягчающими ни были обстоятельства, её ждёт наказание.

Эйна не какая-нибудь богиня правосудия; у неё нет ни меча, ни весов.

Она не слишком хочет во всё это вмешиваться; это не её война.

Но для неё этот случай — это нечто большее.

Если она сможет сделать для авантюристов что-то хорошее — что бы это ни было — раскрыв тем самым правду, Эйна может переступить и через свои личные связи.

Эйна желает только безопасного возвращения каждого авантюриста, и даже если в процессе пострадает она сама, это будет не важно, если её цель будет достигнута.

«После того, как я связалась с этой Паствой, пути назад уже нет…»

Эйна знала сколько личной информации было написано на этом листе бумаги, и что, написав этот документ, она компрометирует саму себя.

«Эта Паства… Паства Белла».

В конце концов, её решимость помочь Беллу привела её в Паству Локи и вовлекла в проблемы, касающиеся Паствы Сомы.

Это нечто, что работники Гильдии — кто-то, кто должен поддерживать нейтралитет и находиться в тени — никогда не должен делать. Она не просто дала Беллу совет и оставила всё как есть.

Она воспользовалась своей властью, и этим заслужила исключение из Гильдии.

Однако.

«…Куда хуже было бы просто проигнорировать случившееся».

Несмотря на то, что это означает её провал как работника Гильдии, для неё это значит куда меньше, чем провал как человека, Эйны Тулле. Возможно, в этой логике есть изъян, но девушка уже приняла своё решение.

В ней течёт та же благородная кровь, что и в Риверии. Может, она эльфийка только наполовину, но она не хочет сделать что-то, что отбросит тень на её имя или родню.

«Если меня уволят… может, я просто попытаюсь присоединиться к Пастве Гестии».

Пошутив про себя, чтобы не падать духом, Эйна задумалась о перспективах на новых местах работы.

От усмешки волосы Эйны слегка дёрнулись.

— Что такое Эйна? Ты так неожиданно начала улыбаться.

— Я не улыбаюсь. Не преувеличивай.

— Да, да, а на самом деле? Что-то произошло? Расскажи, расскажи!

— Ничего серьёзного… Просто задумалась о следующем месте работы…

— Следующая работа… Быть не может! Ты уходишь из Гильдии?!

Вжух, топ, вжух. Когда Миша чуть не вскрикнула от удивления, половина их коллег повскакивала со стульев — мужская половина.

Чувствуя на себе неожиданно много взглядов, Эйна быстро поправила свою подругу.

— Н-нет, вовсе нет. Просто думаю «что было бы, если бы меня уволили», только и всего. Я не собираюсь уходить из Гильдии.

— Не пугай меня так… И быть не может, что тебя уволят, Эйна.

«Ну это не совсем правда…» — подумала Эйна, натягивая улыбку на лице.

Тем временем, поднявшиеся мужчины, с лёгкими вздохами плюхнулись обратно на стулья.

«Как бы там ни было…»

Стоит Эйне передать этот документ, как начнётся расследование политики управления Сомы.

Несмотря на то, что больших проблем с этой группой нет, многие её члены находятся очень близко к темнейшим частям серой зоны. А если принять во внимание предоставленную Беллом информацию, практически гарантированно, что некоторые из членов этой Паствы совершали преступления против обычных жителей.

Бывали случаи, когда целые Паствы изгонялись из Орарио за игнорирование предупреждений со стороны Гильдии.

Для бога, погружённого в своё хобби, такого как Сома, одного предупреждения будет достаточно, чтобы он пересмотрел политику управления.

«И, в конце концов, оказалось, что помощница по фамилии Арде вовсе не плохой полурослик…»

Эйна отследила и посетила супружескую пару, которая упоминала Лили, когда рассказывала о Пастве Сомы. Они рассказали, что произошло после того ужасного дня с явным чувством вины в голосах.

С тех пор, как они выкинули Лили на улицу, у дверей их лавки начали оставлять деньги. Поскольку деньги оставляют на постоянной основе, эта пара никогда не рассказывала о нанесённом уроне в Гильдию.

Они попросили Эйну извиниться перед Лили вместо них, но Эйна отказалась. Долг той супружеской пары принести извинения лично, никто не должен его передавать.

«…Кровью и потом авантюристов, эх».

Эйна вспомнила слова, произнесённые ей минуту назад.

Она подняла взгляд, будто пытаясь посмотреть куда-то вдаль.

«Если авантюристы топчут ногами других людей… то часть этой крови и пота принадлежит вовсе не авантюристам, не так ли?»

«Не всем из них, по крайней мере», — подумала Эйна.

Эйна искренне надеялась, что все авантюристы однажды вернутся домой, и хотела их поддержать. Но была одна вещь, которая заставляла её задаваться вопросами: авантюристы, которые способны на подобные вещи, не поведя при этом бровью.

Её собственный эмоции противоречили друг другу; очень странное чувство. Уже не впервые Эйна задумывалась, правильно ли она поступает, поддерживая авантюристов. Тело Эйны вздрогнуло, когда она поднялась.

Она знала, что, возможно, думает слишком много, но это не облегчало то нелёгкое чувство, которое она испытывала.

— …Тулле.

— А, да?

Один из коллег обратился к девушке, прервав её мысли прежде, чем она смогла найти ответ.

Мужчина, чей стол был ближе всего к стойке, помахал рукой, указывая на приёмный зал.

Эйна посмотрела в указанном направлении и увидела, подходящего к стойке, Белла.

— …Спасибо.

Она быстро поклонилась и вышла из-за своего стола.

Её лицо было довольно мрачным, но сейчас на нём, будто появился лучик света.

Эйна ускорила шаг и встретилась с Беллом в приёмном зале.

«…Есть авантюристы, которые стараются изо всех сил».

Увидев выходящую к нему Эйну, Белл улыбнулся.

Эйна улыбнулась в ответ.

Разумеется, существует множество разных авантюристов, но видя их стремления и способность игнорировать плохие события, Эйна была рада.

Несмотря на то, что существуют авантюристы, которые могут бросить помощника, существуют и те, кто захочет помощника спасти.

Эйна чувствовала, что даже увольнение стоит того, если оно поможет таким авантюристам. Её желание, чтобы авантюристы были живы, было чистым.

Эйна осознала это, когда смотрела на небольшого авантюриста, стоящего перед ней.

Говорят, что хорошие люди умирают рано, а плохие продолжают жить…

Эйна не верила этим словам; она не хотела в них верить. Но она старалась помочь сохранить хорошим людям жизнь.

В этот момент все её «подозрения» закончились.

Это Город Лабиринта, Орарио.

Город, со своей собственной волей, в котором даже богам неизвестно, что случится дальше.

Кану замер на месте.

— К-КАНУ?! ПОМОГИ… ГЬЯ!!!

Он мог только стоять и смотреть на кровь, стекающую по телу авантюриста.

— ГУЮ-Ю-ЮА-А-А-А-А-А!..

Окровавленный, сумасшедший бык.

Волна свежей красной жидкости стекает по его тёмному, двухметровому телу, когда зверь поднимает голову вверх и из его пасти вырывается взрывной рёв.

— УВО-О-О-О-ОХ-Х-Х-Х!!!

Монструозный рёв.

Из ушей Кану пошла кровь, его тело замерло на месте от ужаса, когда сокрушительный рёв подошёл к концу.

Из за твёрдых, будто камни мышц, всё тело зверя казалось оружием. Немногое может вселить в сердца множества авантюристов неподдельный ужас.

Минотавр.

Такое название дано этому типу монстров, которые обычно вооружены огромными топорами, рассекающими авантюристов на пути одного за другим.

Всё началось, когда Кану столкнулся с группой Амазонок, сражающихся с огромным мужчиной.

Их жаркая битва занимала собой половину огромной комнаты. Битва между мастерами, авантюристами, которые слишком сильны, чтобы охотиться на верхних этажах Подземелья. Битва, происходившая на глазах у Кану, была эпична.

Поначалу Кану и члены его группы не поверили своим глазам, наблюдая за тем, как целая группа дерётся с одним единственным авантюристом, но заметив эмблему на броне зверочеловека — профиль богини, выгравированный на золотом амулете — они осознали, что бой идёт между членами одной Паствы.

Огромный человек состоит в Пастве Фреи. Поскольку Фрея богиня любви и красоты, у неё немало врагов. Сила ревности не знает границ.

Так что совершенно естественно, что её враги пытаются отплатить любым возможным способом. Фрею не слишком беспокоило, что её авантюристы подвергаются нападениям, когда в одиночку ходят по Подземелью.

Несмотря на то, что Кано и его группа ничего не знали, слухи, что этот мужчина, Оттар, в одиночку охотится на семнадцатом этаже последнюю неделю уже какое-то время ходили по городу. Это нападение на Оттара было спланировано богиней, чтобы поддержать интерес.

Бойцы были гораздо сильнее Кану. Он и его соратники могли только наблюдать за боем с безопасного расстояния. И в этот момент, они заметили нечто странное.

Зверочеловека совершенно не волновала разница в числе, он оборонял огромный ящик за своей спиной.

Момент истины.

Кану и его группа зашли сзади и ждали возможности похитить ящик. Когда им это удалось, звуки битвы за их спинами не стихли. Кану был уверен, что Оттар будет слишком занят нападающими, чтобы начать преследование незамедлительно.

Группа Кану бежала по Подземелью с огромным ящиком. Стоит заметить, что из-за веса и размеров ящика, бег был достаточно медленным, но нужно было сбежать от Оттара так далеко и быстро, как это возможно.

Кану решил, что ящик наполнен добычей с нижнего Подземелья — редкие вещи добытые высококлассным авантюристом. Тот магический меч, который кану недавно получил от… бывшего коллеги, всё ещё был свеж в памяти авантюриста, и Кану нисколько не сомневался, что полоса удач продолжается.

После.

Разорвав дистанцию со зверочеловеком, Кану и его боевая группа потеряли терпение и решили распределить добычу прямо здесь и сейчас.

И тогда они увидели, что было внутри.

Огромный и очень злой Минотавр.

Все члены группы без исключения замерли.

Вскоре всё вокруг заполнили красные брызги.

Яростно разрывая сковывающие его цепи, Минотавр превратил в фарш одного из боевых товарищей Кану.

Испустив рёв, возвещающий о конце света, разъярённый Минотавр выбрался из ящика, с рук монстра стекала свежая кровь.

— Ху-у-уе-е-е-е… я-а-а-а-ах-х-х?!

Мужчина — один из последних выживших в боевой группе — заорал звуком, похожим на звук сломанного горна, пытаясь бежать со всех ног.

Обычно покрытый травой пол, превратился в кровавое болото. Его группа стала обычным удобрением на ужасающем поле смерти. Комната превратилась в скотобойню.

Однако, этот человек уже потерял способность мыслить рационально и, пытаясь сбежать, загнал сам себя в угол.

Минотавр приближался к человеку вальяжно, его глаза смотрели на раскрытую шею авантюриста. Кану взглянул через плечо, его ждало неестественное зрелище: Минотавр был вооружён огромным тесаком, который оказался в ящике, будто монстр был авантюристом.

— Э-это тупик?!

— Мро-о-о-о-о-о!..

— Я-а-а-а-ах?!

Понимая, что часть его союзник сыграл свою роль в происходящем, Кану лишь улыбнулся.

Ни выражение на его лице, ни его стойка не изменились, изменился лишь цвет лица Кану, когда монстр приближался к члену его группы.

— Хрррнн!..

— Почему, чтоб тебя! Какого хрена ты здесь?! — кричал человек, прижимаясь спиной к стене. Минотавр смотрел на него сверху вниз, плечи монстра поднимались и опускались в такт дыханию.

Минотавр слушал свои инстинкты и поднял тесак, в то время, как сжавшийся человек, рухнул на пол.

Все мускулы зверя разом напряглись, занеся клинок, будто гильотину.

Чёрная тень пала на авантюриста, погрузив его разум в отчаянье.

Нечленораздельные панические крики авантюриста заполнили комнату, когда…

— Му-у-у-у-у-у-ух!!!

Тук. Разрубающий звук раздался комнате, соединяясь с яростным рёвом монстра.

ПЛЕСЬ. Ещё одна волна свежей крови окатила тело монстра.

— …А?

С того места, в котором стоял Кану, он мог видеть только плечи зверя, так что он не знал, что стало с бывшим членом его группы.

Впрочем, ему хватило взгляда на кровавый фонтан и алых брызг на стене, чтобы понять, что именно произошло.

Кану стоял в ужасе, не в силах даже пошевелиться, но из его рта вырвался тихий звук.

— Мро-о…

Но этого было достаточно, чтобы Минотавр его услышал.

Минотар обернулся, морда монстра исказилась от ярости.

Его глаза, окружённые кровавыми брызгами, вонзились в кану, будто раскалённые ножи в масло.

Тело авантюриста дрогнуло, будто его в это мгновенье сковали цепями. У Кану сбилось дыхание.

— Мро-о-о-о-о-о!!!

Он побежал.

Освободившись от сковывающих его ментальных цепей, он вложил столько силы в бег, что чуть не растянулся на земле с первыми же шагами.

Однако, восстановив равновесие, Кану рванул с такой скоростью, на которую был способен, а рёв зверя только подстёгивал его бежать быстрее.

Он двигался так быстро, что его ботинки издавали свист с каждым шагом, глаза Кану были широко раскрыты. Разум начал его покидать.

«Да вы издеваетесь?!»

Дыхание кану было прерывистым, будто у загнанной собаки. Кану одновременно думал обо всём, но ни одна мысль не могла завершится в его голове.

Разум будто закипел в его голове. Горячо, слишком горячо.

Реки пота стекали по его телу, пока он бежал как сумасшедший.

Кану бежал не задумываясь о том, куда он направляется. Он много раз чуть не падал, концентрируясь только на своём побеге.

Снаружи была ночь. Никто из авантюристов не охотился в этих коридорах. Кану был в Подземелье совсем один. Подземелье для него обратилось бесконечным лабиринтом стен и коридоров, уходящих в вечность.

«Не успокоиться, не успокоиться, не успокоиться?!»

Авантюрист никак не мог избавиться от ошеломляющей ауры за своей спиной.

Это неправильно. Присутствие зверя погрузило его в свой собственный страх.

Минотавры известны за свои лобовые атаки с разгона, или что-то вроде, так что Кану кричал и пытался разорвать дистанцию со зверем.

Половина рогов минотавра пропала, чем-то сломана. И зверь будто стал умнее, пройдя через эту боль.

Минотавр держал в правой руке огромный меч, продолжая погоню на полной скорости.

— Ха-а-а-ха-ха-а-а-а?!

У Кану перехватило дыхание когда он сделал неожиданный поворот, бросившись в небольшой коридор справа.

Безрассудно бежать, отчаянно пытаясь оторваться.

Последние остатки спокойствия исчезли, мужчина желал только избавиться от проглотившего его страха.

Он совершенно не понимал где сейчас находится, и как он сюда попал.

Его ботинки топтали траву, пока он про себя молился о большей скорости, чтобы избежать смерти.

Прежде, чем Кану сам это осознал, он загнал себя в комнату, из которой нет выхода.

— Твою ма?!.

Его глаза чуть не выскочили из орбит.

Голос звучал напряжённо, казалось голосовые связки сейчас лопнут.

Осознав, что произошло, Кану обернулся, его глаза дрожали.

Громоподобные шаги, преследовавшие его, пропали. Мгновение затишья, такого вязкого, что будто удушающего.

В следующее мгновенье, будто из ниоткуда…

Однорогий Минотавр показал свою морду.

— ?!

Крик, будто объединивший в себе все крики мира, раздался изо рта Кану.

Он перешёл от страха к всепоглощающему ужасу. Паника сковала его тело.

Минотавр был наготове, он крепче перехватил тесак своей могучей хваткой. Этот огромный меч требует двуручной хватки и огромной силы от своего владельца. Но в руках минотавра он казался обычным одноручником.

Злобное дыхание вырывалось изо рта монстра.

Обагрённое оружие и налитые кровью глаза были поглощены жаждой убийства.

— У-убирайся!

Кану завёл руку за спину и достал алый кинжал.

Прицелившись магическим клинком в приближающегося монстра, Кану использовал магическую силу.

— ГУВОУУ!..

— Беги! Проваливай! Отвали от меня!

Поток пламени вырвался из магического клинка и ударило прямо в монстра.

Кану использовал магический клинок по полной; один за другим пламенные залпы находили свою цель. Поскольку бежать больше некуда, только эта огненная стена отделяла Кану от неминуемой смерти.

Минотавр защитил себя от летящих в него залпов своими огромными руками. Кану продолжал выпускать снаряд за снарядом… Пока не услышал громкий треск. Прямо в его руках клинок разлетелся на куски.

— Ха-а-а… че-е-е-е?!

Безжизненный, теперь, магический клинок достиг своего предела и начал уменьшатся, рассыпаясь пылью по полу.

Авантюрист как-то смог вскрикнуть от удивления, когда его последняя стена обороны пала.

В конце концов, Кану был предан даже собственным оружием.

— Хнф-ф-ф, хф-ф-ф!!!

— Э-э-э!!!

Пропитанную кровью шкуру Минотавра всё ещё покрывали искры, когда он приблизился к Кану настолько, что последний ощутил на себе влажное дыхание зверя.

Яростные глаза впились в авантюриста.

Мускулы Минотавра напряглись, по его тени было заметно, что он снова высоко поднял свой меч.

— Н-не-е-е-е-е-е-е-ет!..

Сознание Кану погрузилось в небытие, когда он ощутил сокрушающую, нестерпимую боль.

Треск!

Ручка чашки сломалась.

— …

Гестия замерла, её взгляд впился в одно место.

Белая чашка сломалась сама по себе, отколовшаяся белая ручка лежала на столе, будто детские качели.

Разлом был чистым; чашка превратилась в кубок без рукояти.

— …

Гестия стояла, молча уставившись на бывшую чашку, чувствуя напряжение. Такой скол, это не нормально. Звук торопливых шагов и одевания заставил её повернуть голову, чтобы увидеть, как Белл проходит мимо стола.

Он только что завершил свои тренировки с Айз. Торопился ли он проверить полученные навыки или нет, но он определённо спешил больше, чем обычно, чтобы начать охоту в Подземелье пораньше.

Гестия смотрела на Белла пока он проходил мимо. Парень на мгновенье остановился, проходя мимо сломанной чашки. Неожиданно богиню охватило беспокойство; она обязана его остановить.

— С уборкой я закончил, Боженька! Если выключишь лампы с магическими камнями перед уходом, будет здорово!

— А… Белл!

Слова вырвались изо рта Гестии в тот момент, когда в Белл уже схватил одной рукой мешок со своей лёгкой бронёй, а вторую положил на дверную ручку. Она знала, что ей не убедить парня сегодня остаться только потому, что у неё «плохое предчувствие». Она и сама себя не совсем понимала.

Однако, и ощущение в своей груди богиня проигнорировать не могла. Она чувствовала, что чашка, будто пыталась её предупредить. Наконец Гестия отвела взгляд, посмотрев наверх.

— А, а… Почему… Что там у тебя с характеристиками? Мы ведь не обновляли их последние несколько дней, да?

— И… правда…

— О чём это ты беспокоишься? Это всего минутку займёт, так… давай?

Гестия пыталась скрыть свои нелёгкие чувства, так что криво улыбнулась. Видя странное выражение на лице богини, Белл расслабился и принял её предложение.

Гестия попыталась выбросить произошедшее с чашкой из головы и быстро принялась за работу.

— …Итак, Белл. Как дела у тебя с помощницей?

— Боженька… ты уже десятый раз об этом спрашиваешь.

— В-вот как?

Молчание напрягало Гестию, так что она попыталась завести разговор первой пришедшей ей в голову фразой, но в ответ получила только смущённую улыбку Белла.

У Гестии были свои причины, чтобы знать, как именно проходят дни Белла и Лили в Подземелье, и поэтому она задавала этот вопрос практически ежедневно с тех пор, как позволила им работать вместе.

Её лицо покраснело, когда она села на спину Белла. Проткнув свой палец иглой, она выдавила ихор — содержащуюся в её крови, силу — и начала наносить иероглифы на спину Белла.

— Ого, это всего неделю было, да? Кенки тебя, похоже, целыми днями избивала. Твоя Защита так возросла, что приблизилась к остальным навыкам.

— …Ха-ха-ха.

Пустой смех Белла достиг ушей богини, и она ускорила темп.

Это стало обыденностью. Когда Гестия обновляла Характеристики Белла, её настроение становилось всё хуже и хуже. Причиной таких перемен был, разумеется, навык, являющийся причиной скорости развития Белла: Liaris Freese.

По виду, Гестия была не очень довольна и неожиданно задала мучивший её, с того самого момента, когда она узнала о тренировках с Айз, вопрос:

— Белл. Прости, что ворошу прошлое, но ты и эта Кенки… Вы же ничем… близким не занимались, не так ли? Ну вроде лежания на коленях или чего-то подобного.

Белл, лежащий лицом на кровати, закашлялся. После этого богиня увидела, как его уши покраснели.

«Чтоб тебя, Валлен-что-то-там!!!» — Гестия стиснула зубы.

Характеристики парня почему-то значительно возросли. Судя по реакции Белла на вопрос Гестии, у богини стало куда больше причин предполагать, что их контакт был ближе, чем простое лежание на коленях.

«Вот чертовка!» — Ревность показала своё уродливое лицо в сердце Гестии.

— А-а, Боженька! Ты знаешь, могут ли мои характеристики улучшаться без боёв с монстрами? Например, на тренировках?

«От ответа уходишь, не так ли?» — подумала Гестия, но ничего не сказала. В конце концов, она богиня. На подобное она способна.

Рука с иглой скользнула вниз.

Белл мог только охнуть от боли. Гестия проигнорировала этот звук, отвечая на вопрос:

— Да, они растут. Экселию можно получить сражаясь с монстрами, или тренируясь этому. Однако, игры тебе ничего не дадут. Помни, что только тяжёлый труд заставляет экселию отпечататься внутри тебя, и я могу использовать её, чтобы увеличивать твои характеристики.

— То есть, ты пытаешься сказать…

— Принимаешь ли ты свой опыт со всей серьёзностью или нет. Твоя собранность определяет количество оставшейся в тебе экселии. В конце концов, боги всего лишь ищут в людях экселию, чтобы улучшать характеристики.

Этот поверхностный разговор приблизил Гестию к тому, чтобы объяснить Беллу, как использовать его Навык, но сказать о нём напрямую богиня не может. Она подумала, что такое объяснение парню будет легче понять.

Как только Гестия завершила обновлять характеристики Белла, она взглянула на полученные результаты. Её губы начали дрожать.

— Ах!.. Боженька, ты только глянь на время. Прости, мне нужно бежать!

Белл взглянул на часы и тут же начал подниматься.

Перенеся свой вес в сторону, он убедился, что боженька свалилась на кровать и спрыгнул с кровати сам. Схватив свой рюкзак, Белл был у дверей считанные секунды спустя.

— Б-Белл! Твои характеристики!..

— Прости, расскажешь, когда я вернусь вечером! Увидимся!

Белл очень торопился, когда Гестия смотрела, как парень закрывает за собой дверь.

Оставшись в одиночестве, Гестия опустила поднятую руку и издала тяжёлый вздох.

Она снова взглянула на сломанную чашку, на столе, прежде чем уставиться на место, в котором находился Белл считанные секунды назад.

Она задумалась о том, что увидела у него на спине.

Белл Кранелл

Уровень 1

Сила: S 982

Защита: S 900

Проворство: S 988

Ловкость: SS 1049

Магия: B 751

— И что должно означать это «SS»…

Гестия положила свою правую руку на щёку, будто пытаясь поддержать голову.

Солнце начало восходить над горной грядой с восточной стороны городской стены Орарио.

Айз наблюдала за восходом солнца из квадратного окна своей комнаты. Оно расположено достаточно высоко, чтобы можно было взглянуть на природные красоты, расположенные за городской стеной.

Спокойное, красновато-оранжевое утреннее сияние блеснуло на волосах девушки, когда она заправила их за уши.

Пристегнув саблю — своё единственное оружие — к поясу, Айз надела свои наручные щитки. Удовлетворившись тем, как они сидят на руках, девушка взглянула в окно.

Она была вооружена и готова.

Солнечный свет окружил девушку своим оранжевым сиянием, синяя броня, серебряный нагрудник и щитки на ногах сверкнули в утреннем свете.

Она — принцесса меча, Кенки. И сейчас Айз выглядела именно такой девушкой-воином, как того требует её репутация.

— Эй, Айз, ты всё там? Сколько нам ещё тебя ждать?

— …Я уже выхожу.

Отвечая на голос Бете с другой стороны двери, Айз в последний раз взглянула на себя, прежде чем взяться за дверную ручку.

Прошло десять и ещё два дня с тех пор, как она получила Шестой Уровень. Сегодня день, которого она ждала с нетерпением: экспедиция в Подземелье.

Группа авантюристов Паствы Локи планирует изучать этаж под Нижними Фортами, для этого и началась экспедиция.

Айз стала слишком сильна для «обычных» походов в Подземелье. Это её шанс добраться до новых глубин, единственная возможность увидеть, насколько сильнее она стала.

— Айз, идём! Посмотрим, кто из нас больше монстров завалит!

— Вот заноза… Какого хрена ты тут забыла, Тиона?

— Ой, кто бы говорил. Побитой собачке стоит держать свой хвостик между ног!

— Я не собачка, я волк, чёрт бы тебя побрал! И что значит твоё «побитой»?!

— Так тебе же наотрез отказали, забыл? «Мне нечего сказать побитой собаке», не так ли? Хе-хех!

— Гр-р-р-р-р!!!

За дверью стало шумно, но Айз не придала этому значения. Неожиданно, другой звук привлёк её внимание, и она взглянула в окно.

Ушей девушки достиг гул. Колокольни по всему городу возвестили приход утра.

Девушка обратила внимание на ближайшую к её окну колокольню, на востоке, когда колокол прозвенел во второй раз.

Пинь. Боль неожиданно пронзила мне шею.

— …

— Сударь Белл?

Я потёр место рукой и осмотрелся.

Широкая комната, с заросшим травой, полом и жёлтыми стенами. Мы на девятом этаже, но я не могу скрыть беспокойство.

Лили уставилась на меня, но я никак не могу выразить.

— Вас что-то волнует, Сударь Белл?

— …Кажется, ничего.

…Кто-то за мной наблюдает?

Я не могу избавиться от ощущения, что кто-то следит за мной.

Ощущения, что мне хотят причинить вред или ранить, у меня нет… просто на моих плечах, будто тяжкий груз.

Мы с Лили решили сегодня охотиться на десятом этаже, так что я решил выйти пораньше, чтобы начать раньше всех. Если подумать, я видел нескольких авантюристов на этажах выше, но по большей части в Подземелье пусто.

Я встретил одного зверочеловека пару комнат назад — этот парень был огромен.

Может, это его взгляд? Впрочем, следовать за нами у него причин нет… но ощущение такое сильное, что я не могу его игнорировать.

— Лили, обменяемся экипировкой тут?

— А, да, конечно.

Слегка покраснев, Лили быстро сняла мой нарукавник с баселардом внутри со своей спины, и протянула мне.

Я вытащил из рюкзака свою броню и надел её на себя, дважды проверив, что каждая её часть сидит на мне удобно.

Я понадеялся, что чувство защищённости, которое даёт мне броня, поможет мне избавиться от нервозности… но тяжесть с моих плечей и шеи никуда не делась.

На моё сердце, будто оказывалось давление. Все мои внутренности кричали.

— Не слишком ли это странно?..

— Странно?

— Монстров очень мало.

Я наконец сказал о том, что всё это время меня беспокоило. После этого даже Лили осмотрелась и прошептала:

— Теперь, когда вы об этом сказали…

В Подземелье было слишком тихо с тех пор, как мы спустились на девятый этаж. Мы здесь уже некоторое время, и лестница, ведущая на десятый этаж, всего в нескольких комнатах от нас, но мы не встретили ни единого монстра.

Впрочем, мимо нас проскочила группа гоблинов, но они не стали нас атаковать. Было больше похоже, что они от чего-то бегут, на самом деле.

Беспокойство проникло ещё глубже; мои поджилки начали трястись.

Я уже ощущал подобное раньше, и это вернуло мне те воспоминания.

Да.

В тот день в Подземелье тоже было тихо.

Я усиленно помотал головой.

— С-Сударь Белл?

— …Идём. На десятый этаж.

Я приложил руку ко рту, чтобы успокоиться, и сказал эти слова через пальцы.

Мне хотелось сказать: «Давай отсюда выбираться», но я просто не могу.

Будто мой дух подгоняет тело вперёд, несмотря на всё остальное.

Мы вошли в следующую комнату. Два выхода. Один, как я помню, ведёт к лестнице… Когда произошло это.

«…А теперь, покажи мне».

Че?..

Голос, неожиданно прозвучал в моей голове. Не мой голос… будто кто-то разговаривает со мной изнутри. Я напрягся.

Спустя секунду…

— …МРО-О-О-О-О-О-О…

Ноги застыли.

— …

— Ч-Что это было?..

Лили что-то сказала. Я её не слышал.

Мои уши были заняты другим звуком.

Этот звук… он звучит так похоже на тот рёв. Каждая клеточка моего тела пылала, когда тот рёв всплыл в моей памяти.

— …

Будто дверь, которую давно не смазывали, моя шея со скрежетом повернула голову, чтобы я мог посмотреть за спину.

Этот звук исходил из комнаты, из которой мы только что пришли. Что-то перегородило выход.

Я начал часто дышать. Мои пальцы задрожали. Я не мог сжать кулак.

Я не издал ни единого звука, но мой разум не переставал думать: «Это не правда». Моё внутреннее я говорило как плачущий ребёнок.

Лили тоже дрожала, она тоже заметила. Я молился, будто от этого зависела моя жизнь.

После…

— …Ву-у-у-у-у!

Вот и оно.

— …Ха?

— …

Я был прав. Проклятье.

Всё-таки мне никогда не забыть тот рёв.

Я даже не знаю сколько раз я слышал его в кошмарах. Невозможно вспомнить, сколько раз я слышал подобный рёв других монстров, и это сразу переносило меня в тот день.

Я уже сбился со счёта, сколько раз я был этим напуган.

— Ву-у-у-у-уху-у-у-у-уху-у-у-у…

Минотавр.

— П-почему на девятом этаже Минотавр?..

Хотел бы я это узнать.

Зато одно я узнаю наверняка.

Я узнаю это чувство беспомощности.

Отчаяние, которое не описать словами, я знаю его слишком хорошо.

Моё тело пробила бесконтрольная дрожь.

Всё так же.

Всё так же, как в тот прошлый раз.

— Мро-о-о-о-о-о-о!!!

Безумный бык взревел.

Ошеломляющая мощь и сила прошли сквозь моё тело; я не могу сдержаться. Этого рёва достаточно, чтобы сломить боевой дух любого, кто встанет на пути Минотавра.

Мы с Лили не были исключением, волна страха накрыла нас обоих с головой.

Чудовище сделало ещё один шаг в комнату, оно вышло на свет. Его широкое, серебряное оружие было покрыто свежей кровью.

— Д-Давайте убираться отсюда, Сударь Белл! У нас нет ни единого шанса! Быстрее, пока ещё есть время… Сударь Белл?

Мои глаза смотрели в одно место.

Мои ноги не двигались.

Страх парализовал мою спину; я не мог пошевелиться.

Может, моё тело говорит мне сдаться.

Я напоминаю себе пугало, которое Дедуля делал, когда я был ребёнком. Он надевал броню на любой предмет… И сейчас, я этот предмет.

— Сударь Белл? Сударь Белл?!

Страшно, страшно, страшно, страшно, страшно, страшно.

Как же страшно.

Монстр ужасает.

Слёзы полились из моих глаз. Казалось, что лёгкие сейчас выпрыгнут из груди. Я никак не мог сомкнуть челюсти.

Не уверен, что есть подходящее слово, чтобы описать цвет моего лица.

Аура Минотавра становилась тяжелее с каждым шагом его копыта. Он сминал траву, неумолимо приближаясь.

Передо мной явилось физическое воплощение страха. Моё тело было готово взорваться.

— Мро-о-о-о-о-о-о!

Минотавр побежал со скоростью пушечного ядра.

Монстр приблизился к нам с поразительной скоростью.

Нужно вытащить оружие, но мои руки не двигались. Я ничего не могу сделать.

Это конец.

Монстр высоко занёс меч, собираясь отрубить мне голову. И тогда это случилось.

— …А?!

— Что?

Мои глаза неожиданно уставились в потолок, а до моих ушей донёсся тихий плач.

Прежде, чем я успел осознать, что я ещё жив, я ощутил, что тёплое тело Лили ударилось мне в живот.

Опустив взгляд, я увидел её голову, залитую кровью.

— Л-Лили?..

Я оказался брошен на землю. Монстр по мне не попал; я был брошен на землю броском Лили.

Благодаря тому, что она прыгнула на меня со стороны, я не попал под удар оружия. Но взамен, Лили была ранена.

По ней попал меч? Нет… скорее, один из камней, которые минотавр пнул во время удара.

Моё тело ударилось о землю и проскользило. Земля и камешки пола подлетели в воздух, пока я несколько метров пробороздил землю.

Голова Лили уткнулась в меня, а из её рта раздался слабый стон.

Гах… Моё тело вернулось к жизни, загоревшись изнутри.

— !!!

Энергия заструилась по моим трусливым мышцам, и я поднялся на ноги.

Я боюсь. Я очень сильно напуган. Почти в ужасе.

Вид Минотавра прямо передо мной куда страшнее, чем когда он был на другом конце комнаты. Я не могу контролировать свой страх.

Но мысль о смерти Лили пугает меня куда больше!

— МРО-О-О-О-О-О-О-О!!!

«Прости!» — безмолвно крикнул я, изо всех сил откидывая девушку со своих рук в сторону.

Я не стал смотреть, куда приземлится её небольшое тело. Вместо этого я повернулся к огромному, тяжёлому телу лицом.

Я прикусил зубами свои дрожащие губы. Зверь уставился на меня сверху вниз, снова занеся оружие для смертельного удара, а я поднял правую руку и во весь голос крикнул:

— ВСПЫШКА!!!

— Мро-о-о-о?!

Паутина алых вспышек пламени окружила тело минотавра.

Ошеломлённый неожиданной пламенной атакой, монстр отступил, покрытый целым вихрем огоньков.

Насколько я знаю, на то, что моё Заклинание прикончит монстра, надежды мало. Но я должен попробовать.

Борясь с усталостью, я запаустил заклинание снова.

— Е-Е-Е-Е-Е-Е-ЕА-А-А-А-А-АХ-Х-Х-Х!!!

Снова. Снова. Снова.

Вслепую запуская заклинание за заклинанием, я вложил всю свою веру в Магию.

Вспышки пламени продолжали находить свою цель, взрывы поджигали плоть монстра. Новые языки пламени рождались с каждым взрывом.

Тогда у меня не было этой силы. Вспышка — это мой единственный луч надежды…. и я его не отпущу.

Я продолжал повторять заклинание в своей голове.

— Ха-а-а-ха-а-а!..

Когда я пришёл в себя, я видел только чёрный дым.

Трава вокруг сгорела; я чувствую это по запаху. Что же до Минотавра, даже не знаю. Я не могу увидеть или услышать его.

…Я победил?

Единственным звуком, который я слышал, был треск пламени, я опустил руку.

— Мро-о-о-о…

— …

Внезапный, неожиданный звук пронзил молчание и ударил в мои барабанные перепонки.

Неожиданно облако дыма разорвалось; я заметил огромную руку.

Эта рука нанесла молниеносный удар прямо мне в живот.

Нечто, похожее на живую скалу, нанесло удар по моей броне.

Броня треснула, а сила удара прошлась по моему телу.

— ДАХ-Х-Х-Х?!

Мир вокруг начал вращаться. Воздух вышел из моих лёгких — что сейчас произошло? Мой разум вращался, пока я летел спиной вперёд.

Впрочем, одну вещь я осознал: Айз меня спасла.

Раз моё тело сразу же подлетело в воздух, я получил не всю силу прошедшего удара.

Разумеется, это не означает, что я не почувствовал совершенно ничего. Если бы я принял этот удар неподготовленным, не сомневаюсь, что мой разум и внутренние органы бы разорвались. Эта мрачная мысль промелькнула в моей голове и я беспомощно влетел в стену подземелья.

— ?! А, гах?!

От столкновения стена треснула. Новая волна боли, исходящая от моей спины, заполнила мой разум, и я осознал кое-что очень разочаровывающее: я вбит в стену.

Говорить не могу. Возле моей головы раздался треск, и я упал задом на на пол Подземелья, после чего меня слегка присыпало осколками стены.

Моя броня, похоже, сломалась. Совершенно.

Задняя пластина раскололась; её части лежат рядом со мной. Без её поддержки все остальные части слетели с меня, как только моё тело коснулось земли.

А сколько ещё раз он может отправить меня в полёт?!

Оставшись в одной разорванной тканевой одежде, я поднялся на своих дрожащих ногах.

— Хн-н-н-н-н-ф-ф-ф!..

— !..

Морда зверя скривилась. Выглядит злым.

Но целым.

Я запустил в него больше Вспышек, чем могу упомнить, но он на своих ногах, здоровье в его исконном смысле. Я даже раны на его теле не оставил.

Конечно, по всему его телу горелые следы, но ничего, что могло бы угрожать жизни монстр.

Я слишком слаб.

Взглянув на моё поражённое лицо, Минотавр задрал голову взревел.

— МРО-О-О-О-О-ОА-А-А-А-АХ-Х-Х-Х!!!

Что же, вот что такое приключение.

Первое для авантюриста, Белла Кранелла.

…Безнадёжно. Мне не победить.

Глядя на яростного зверя, стоявшего напротив, я мог увидеть только отчаяние.

----------

Глава 5. Решимость героя

То, что Подземелье становится больше с каждым этажом, известно всем.

Пятый этаж по размеру примерно как Центральный Парк, а вот четырнадцатый, по слухам, может потягаться своими размерами с целым Орарио.

Это вызывает у боевых групп, идущих в экспедицию, необычные сложности. Огромные группы авантюристов идут в экспедиции, чтобы спуститься в Подземелье так глубоко, как получится. На нижних этажах подобные совместные походы сложностей не вызывают, но вблизи от узких верхних этажей Подземелья всё не так просто.

На первых этажах полная экспедиционная группа будет постоянно застревать. Огромное количество грузовых ящиков и большое количество участников делают продвижение вниз практически невозможным.

Дело не только в монстрах, с которыми приходится справляться в очень ограниченных пространствах, но и в других авантюристах, которым такая группа затруднит передвижение.

Поэтому, для ускорения продвижения вниз, было установлено несколько правил. Одно из таких правил заключается в том, что целая экспедиционная группа делится на две или три группы, которые встречаются в определённой точке, внизу.

Паства Локи следует этому правилу. Они разделились на две группы и начали спуск в Подземелье.

— Эй, эй, Тионэ. Почему с нами люди из другой Паствы? Нам не нужно столько помощников, а на бойцов они не тянут…

— Дура, Тиона. Забыла уже почему нам в прошлый раз пришлось уйти?

— ?

— Это кузнецы, Тиона.

— А-а-а!

Финн Деймне, полурослик и полевой генерал Паствы Локи, возглавляет группу высококлассных авантюристов, идущих по коридорам седьмого этажа.

В их группе пятнадцать человек, среди которых: Тиона, Тионэ и эльфийка Риверия.

— Оружие подвело нас прежде, чем у нас закончились силы в прошлой Экспедиции. Поэтому, генерал нашёл подходящее решение.

— Пока с нами будут кузнецы, у которых есть навык Ковки, у нас всегда будут под рукой острые клинки! Неплохо, Финн!

— Было бы неудобно брать с собой лишний ящик только для вооружения. Поскольку Локи и Богиня Гефест хорошие подруги, без её помощи мы бы подобный поход не организовали.

— Если подумать, разве не странно, что в нашей Пастве нет никого с навыком Ковки. Было бы неплохо обзавестись таким человеком, вам так не кажется?

Так лучшие из авантюристов Паствы Локи вели себя до прибытия на нижние этажи… Помощники разбирались с монстрами на пути, а сильнейшие авантюристы, спускаясь, убивали только время.

Пока они ожидали своей очереди, они казались беззаботными, но в каждом из них горела готовность.

— Айз! Эй, Айз! Слышала? С нами идут Высшие Кузнецы из Паствы Гефест!

— Да… слышала. Это хорошо.

— Ну, конечно, хорошо! Мы ж можем спускаться как ненормальные! Это будет так весело!

— Просто напомню, что даже Высшие Кузнецы Паствы Гефест не починят расколовшийся клинок. Не забывайтесь.

Тиона подбежала к Айз и обняла её за плечи, продолжая разговор. Айз легонько улыбнулась, повернувшись к Амазонке.

От такой реакции Тиона расплылась в улыбке, обнажив зубы.

Большинство Амазонок не такие, как она. Тиона была бы на своём месте, родись она в какой-нибудь другой расе. Но её теплота и энергичность расплавили даже ледяную стену, имя которой Айз Валленштайн.

Тионэ, старшая сестра Тионы, сделала той предупреждение, но оно прозвучало, скорее, игриво. Несмотря на то, что все три девушки в бою не имеют себе равных, будучи подругами, они любят друг друга подразнить.

— Чёрт с ним. Раз эти ребята из Паствы Гефест, значит под ногами путаться не будут, и из себя не выведут. Какое облегчение.

— Ну это вопрос времени. Твой комплекс мачо никуда не денется, Бете.

Всё ещё держась за плечи Айз, Тиона повернулась и взглянула на одного из своих спутников, с нервным тиком.

— Какие-то проблемы? — ответил Бете, злобно зыркнув в ответ и обнажив клыки.

— Бете, почему ты всегда говоришь нечто подобное? Неужели, смотреть на всех свысока так приятно? Честно, не могу понять эту твою черту.

— Ха, не думай лишнего. Даже я бы постыдился тягаться в силе с такими мелкими сошками! Просто реалистично смотрю на вещи!

Бете скользнул взглядом по Высшим Кузнецам и добавил:

— Я, если что, их похвалил.

— Тебе бы силе слова поучиться. Наверняка, из-за того, как ты это сказал, они тебя не поняли.

— Ох-хо-хо! Пасть закрой! Вертел я твоих эльфов с их вежливостью! Не встревай в чужие разговоры, Риверия!

Жёсткая, пепельно-серая шерсть Бете вздыбилась, когда он мотнул головой и плечами, огрызаясь эльфийке.

Парень расслабил губы, убирая оскал.

— Кто ты такая, чтобы вякать? Все твои высшие могучие эльфы точно так же думают. Можешь глядя в глаза сказать, что тебя не бесит, как какой-то хиляк пытается играть в большого мальчика?

— Тионэ только что у меня всё стащила-а-а-а-а!!!

— Перестань кричать странные вещи, эй…

— Будет ложью, если я скажу, что никогда не смотрела на них с жалостью, не сравнивай моё сострадание и своё презрение.

— А знаешь? То есть, это от жалости к слабакам могучие высшие эльфы и выглядят такими снобами… догоняешь?

Финн издал тяжёлый, протяжный вздох, когда Бете и Риверия продолжили свой спор.

Он понимал, что Бете прав в том, как большинство эльфов относится к другим расам, и не стал задевать Риверию лично. К тому же, и сами вервольфы не славятся своим сочувствием к другим людям, а особенно это относится к Бете.

Споры между этими двоими не редкость; на самом деле, это почти естественно. Обычно их начинает Риверия, когда Бете говорит что-то, с чем эльфийка не согласна.

Финн и остальные прекрасно об этом знают, так что уже не пытаются остановить эти споры. Даже Айз тихонько наблюдает, идя в нескольких шагах позади.

— Я просто презираю слабаков. Они постоянно бахвалятся хотя нихрена не могут! Блевать тянет от одной этой мысли!

— А я слышу только самоуверенность человека, однажды бывшего в том же положении.

— Она права, Бете, разве ты и сам недавно не был слабаком?

— Знай своё место, я только это имею в виду.

Айз тихонько повторила себе под нос: «своё место», Тиона всё ещё обнимала её за плечи.

Какое-то время девушка об этом думала.

У неё не было жалости, сочувствия или отвращения, был только вопрос.

Как мальчик, настолько ненавидящий своё место, мог так сильно вырасти за прошедшее время? Что им движет?

Айз немного могла вспомнить о их первой встрече, только, готовые разрыдаться, рубиново-красные глаза.

И тогда это произошло.

Без предупреждения, Айз навострилась.

— …Четверо, вроде?

— Что-то случилось, может, вы об этом слышали?

Один за другим все члены группы тоже услышали шум и повернулись к его источнику. Тиона перенесла свой вес с одного плеча Айз на другое, чтобы взглянуть, а волчьи уши Бете вытянулись в сторону шума.

Звук быстрых шагов раздавался из-за правого угла перекрёстка. По торопливости можно было понять, что кто-то в ужасе убегает.

Помощники тут же выступили вперёд со щитами, готовясь к засаде, но Финн поднял руку и отозвал помощников. Он приказал всем занять свои места.

Наконец, из-за угла показалась группа авантюристов.

— Кажется, они спешат. Стоит спросить почему?

— Даже не думай. Мы не станем вмешиваться в дела другой группы в Подземелье.

— Эй, ребята! Где пожар?

Игнорируя предостережение сестры, Тиона окликнула появившуюся боевую группу.

Все четверо авантюристов бежали, оглядываясь назад, будто их кто-то преследовал. Голос Тионы заставил авантюристов подпрыгнуть от неожиданности.

— Ч-ч-что за?.. А? Амазонка?!

— Тиона Хайрит?!

— Стоп… Паства Локи?! Экспедиция?!

Бегущие авантюристы остановились, вздрогнув от неожиданности, и уставились, на стоящих напротив, высококлассных авантюристов.

Тиона надулась, когда один из авантюристов завопил, будто убийцу увидел, но Бете это не волновало и он подошёл к авантюристам.

— Ну всё, тихо. Мы задали вопрос, ты ответишь. Какого чёрта вы делаете? На орду муравьёв-убийц набрели или что? Пару помощников им скормили, чтобы удрать?

— Да как ты смеешь?!

— Тише будь.

— …В сравнении с этим, я бы лучше с сотней муравьёв-убийц встретился!

Одного из мужчин будто прорвало. Бете поднял плечи от удивления.

Подозрительно взглянув на каждого, Бете опустил брови, будто спрашивая что случилось. Авантюристы переглянулись, прежде чем человек, скорее всего, лидер группы, начал разговор.

— …Там был Минотавр.

— …Чё?

— Минотавр, говорю! Он бродит по верхним этажам!

Видя бледность лица лидера группы, Бете глянул на своих спутников через плечо.

Финн и остальные не вступали в разговор, но у всех были мрачные лица.

Никто не взглянул на Айз, но правая рука девушки начала дрожать.

— Не думаете… Что это один из тех, что от нас удрал?

— Невозможно. Мы всех до единого убили, разве нет?

— Было бы странно, если это один из тех, даже если мы просмотрели. Прошёл месяц с прошлой экспедиции. Если бы по верхним этажам столько бродил Минотавр, среди авантюристов низкого ранга было бы много потерь. Я бы о таком услышал.

— …Прошу прощения. Не могли бы вы объяснить подробнее, что вы видели?

— А… конечно.

Финн подошёл к лидеру группы и спросил того в лицо. Лидер начал рассказывать, что произошло.

Он сказал, что группа шла своим обычным путём, когда они увидели два силуэта в конце коридора: Минотавра и беловолосого парня.

Крики парня и рёв Минотавра напугали их до смерти. Поэтому, они просто сбежали.

Лидер группы добавил, что у Минотавра был огромный меч.

— Меч?..

— Не оружие Подземелья?

— Д-да… Не сомневаюсь, что меч.

— …Вы слышали что-нибудь о Минотавре до того, как его встретили?

— Ничего не слышали! Думаете мы бы сюда спустились, если бы знали?

— Генерал?..

— Ага… как-то это очень подозрительно.

Когда выяснилось, что за этого Минотавра члены Паствы Локи никакой ответственности не несут, возникло ещё больше вопросов об этом монстре.

Финн, чья интуиция обычно не подводит, решил, что это проделка какого-то божества.

По крайней мере, бог должен быть вовлечён в случившееся. Нет никакого другого логичного объяснения.

Оставшаяся часть экспедиционной группы также услышала разговор и остановилась.

— Где вы видели Минотавра?

Из собравшихся людей вышла светловолосая девушка.

Её голос был мягким, когда она подошла к четвёрке авантюристов.

— А?

— На каком этаже вы видели, как авантюрист сражается с Минотавром?

— Де-девятый… если они никуда не убежали…

Услышав номер этажа, Айз сорвалась и побежала по Подземелью.

— АЙЗ?!

— Ты что творишь?!

— Эй, ребята, мы тут в экспедицию идём, или как?!

— …Финн?

— Да, знаю… Группа, продолжайте движение! Идите самым коротким путём на восемнадцатый этаж! Рауль, ты за главного!

— С-Сэр?

— «За главного»… Собираешься проверить лично?

— За главного, пока я не вернусь. Хочу увидеть своими глазами. Риверия, ты же и сама не собираешься с группой оставаться?

— …Если ощущения подсказывают тебе, что тебе нужно идти, Финн, я пойду за тобой, понравится тебе это или нет.

— Ха-ха-ха!

Члены Паствы Локи и Паствы Гефест погрузились в молчание, когда небольшая группа сильнейших авантюристов отправилась в глубины Подземелья.

У небольшой группы авантюристов появилось новое задание — найти ответы на девятом этаже.

Лицо Дедули.

Не хочу видеть его лицо.

Мои родители пропали, он был единственным, кто меня растил.

В его глазах всегда были искорки веселья и он говорил что-то вроде «Хотелось бы мне спасти пару милых девочек и заработать очки!» Или «Обхаживание дам — это самая мякотка романтики!» или «В том, чтобы поиграть нет ничего плохого!» и даже «Только не изменяй, понял меня?» Он говорил и многое другое, чего я понять не мог, но это всегда звучало весело и задорно.

Обычно он рассказывал мне истории о героях, причём так живо, будто я и сам оказывался вовлечён в эту историю.

Только после его смерти, я узнал, что это он сам рисовал картинки в книгах, которые дарил мне на дни рожденья, все эти годы.

…Они просто нечто!

…Любой из них может победить врага, который сильнее, чем они сами.

…Куда уж до них мне, чудаку.

Заявляя, что в сравнении с этими героями он ничто, дедушка всегда широко улыбался.

Но то, что он не сделал ничего героического — это большая ложь.

Дедуля легендарен.

Когда я был ребёнком и меня чуть не убил гоблин, дедуля примчался со скоростью молнии, вооружённый садовой лопатой.

Он всегда ходил в мешковатой одежде, но тогда я увидел, как велики его мышцы, насколько он силён. В тот день, он сиял как настоящий воин.

Даже, когда показалось ещё два гоблина, Дедуля не отступил и прикрыл меня. Я помню его руки, толстые как деревья, которыми он держал своё «оружие».

А после он меня обнял. Ещё никогда я не чувствовал себя в такой безопасности, как когда его руки были на моей спине.

Если подумать, то…

Первым героем, которого я идеализировал, был мой дедушка.

Если ты в опасности, беги.

Если ты напуган, отступи.

Если ты можешь умереть, зови на помощь.

Если женщина злится, немедленно проси прощения.

В том, чтобы быть смешным, нет ничего постыдного.

Самое худшее — это невозможность принять решение и действовать.

Дедуля всегда об этом говорил.

Даже после того, как он исчез из моей жизни, его поучения со мной. Дедуля был тем, кто дал мне мотивацию.

Это его слова привели меня в Орарио.

Но я не хочу, чтобы он видел меня таким. Я не могу взглянуть на его лицо.

— МРО-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О!!!

Дедуля.

Сейчас я не могу двинуться.

— …Н… а.

Я поднял голову, и увидел только брызгающую изо рта Минотавра слюну.

Монстр всё ещё далеко от меня, но он рычит и бренчит своим мечом снова и снова, будто назло.

Я не вижу всё его тело, его шкура как тяжёлая броня. Даже после стольких Вспышек, на его огромном теле не осталось ни единого ранения.

Осознание, что моя Магия не работает, сделало меня совершенно беспомощным, у меня слабое и пустое тело.

«Мне не победить». — Уже и не знаю, сколько раз эти слова прозвучали в моей голове.

Руки и ноги будто задубели.

Я поднялся на ноги, но мои колени дрожат. Они в любой момент могут подкоситься.

— Хн-н-н-ф-ф-ф!!!

— ?!

Я ощутил, как холодок пробежал по спине, когда монстр в очередной раз начал безотрывно смотреть на меня.

Леденящий страх окутал моё тело и сменился беспросветным отчаянием, все мышцы в моём теле будто поразила слабость.

Голова работала на полной скорости, но инстинкты подсказывали, что конец близок.

Следующий удар меня сотрёт меня в порошок.

Мы с Лили всё равно, что мертвы.

Нужно двигаться!…

Пальцы начали дрожать.

— МРО-О-О-О-О-О-О-О!

…Я слишком близко к стене!

В ту секунду, когда я увидел, как Минотавр начал нападать, я двинулся.

Этот монстр настолько велик, что стоит мне упереться спиной в стену, мне не уклониться и не убежать.

Первостепенная задача: выбраться на открытое пространство. Отбежав от Лили, я остановился в середине комнаты.

Глаза Минотавра следили за каждым моим движением. Он видел, что я пытаюсь сделать и предвидел это движение, ринувшись на меня с правой стороны на полной скорости.

Он приближается слишком быстро!

Я видел, как его силуэт становился всё больше своими собственными глазами.

— МРО-О-ОНН!!!

— …Гк!!!

Оторвавшись от земли, он подлетел.

Мне осталось только ответить прыжком, иначе я не смогу уклониться от его огромного тесака.

Я отвёл его клинок своим, убирая его с пути своего тела и пролетая за Минотавра.

Удар от столкновения лезвий заставил меня на секунду потерять равновесие, мои руки коснулись пола, а по спине пробежал холодок. Но я опустил голову вниз и несколько раз перекатился, прежде чем снова оказаться на ногах.

Поворот и шаг назад.

Земля под моими ногами треснула, разлом начинался от пропитанного кровью клинка в руках минотавра. Зверь уставился на меня, а я разрывал дистанцию так быстро, как только мог.

— МРО-О-О-О-А-А-АХ-Х-Х!!!

Но стоило монстру пригнуться головой к земле, как он свёл на нет все мои усилия.

У меня округлились от удивления глаза, когда монстр, держа обеими руками меч, готовился нанести размашистый удар.

Я ощутил, как кровь прилила к лицу.

Я услышал, как рассекается воздух, когда упал на колени и пригнулся так сильно, как смог. Я ощутил мощь удара Минотавра, когда лезвие его огромного меча пронеслось над моей головой.

Ощущение было такое, будто мою тень разрубили надвое — удар был близок к тому, чтобы снести мою голову с плеч. Он даже срезал несколько волос у меня с затылка.

— МРО-О-О-О-А-А-А!!!

— М-м-м-м?!

Пока мои волосы ещё падали на землю, Минотавр уже занёс меч над моим телом. Я сделал кувырок вперёд так быстро, будто моим телом выстрелили из пушки. БАХ!

Вот и начался настоящий натиск.

Минотавр наносил удары снова и снова, перепачканный кровью клинок, был направлен в мою шею. В каком направлении я бы не пытался уклониться, уйти из зоны поражения клинка я не мог. Вскоре на моё тело начали сыпаться удары и пинки. Я даже не успеваю увидеть, когда они наносятся, но если перестану кувыркаться, всё будет кончено!

Каждый удар сердца, каждое дыхание вызывали жжение в груди.

Осознание того, что одна ошибка повлечёт за собой неминуемую смерть, зажала мой разум в тиски.

Ощущение опасности, в моей голове никак не унималось.

У меня сейчас уши отвалятся.

— ?! Гух?!

К тому времени, как я это заметил, моё тело было разбито. Впрочем, чего можно было ожидать после того, как я столько катался по полу, избегая одного смертельного удара неистового Минотавра за другим?

У меня нет права на ошибку, как мне ещё быть? Я весь в порезах и синяках, кажется, я уже одной ногой в могиле.

Если так продолжится и дальше…

Мысли о будущем в моей голове оставляли странное ощущение.

Я уклонился от последнего удара на волосок, снова.

Это всего лишь вопрос времени. Даже, если у меня получится избежать следующего, от смерти мне не уйти.

Убегать.

Убираться отсюда, у меня нет ни единого шанса!

Если я не сбегу, никто меня не спасёт!

— Сударь… Белл…

Мои глаза отвлеклись на источник звука. Небольшая кочка на земле вздрогнула.

Это Лили. Её тело дрожит, будто она в любой момент рухнет обратно. Она взглянула на меня, её глаза были блеклыми. У неё всё ещё идёт кровь, небольшая красная струйка стекает по её щеке.

Я крикнул, что есть силы:

— Лили убегай отсюда!

Мой голос практически привёл её в чувство, волна сильной дрожи поразила её тело.

Отпрыгивая от ударов огромного меча, я снова и снова кричал ей разворачиваться и бежать.

Но она не двигалась. Она стояла и смотрела на меня мокрыми, от слёз, глазами.

Ах-х… Это слишком!

— Беги… Уходи отсюда!

Она замотала головой нет, слёзы потоком полились из её глаз. Она не может ясно мыслить? Сейчас она как испорченный ребёнок, который хочет, чтобы всё было, как он того захочет.

ПОЧЕМУ?!

Пока она здесь, я не могу убежать!

Как только сбежит она, смогу уйти и я!

Ты не понимаешь? Почему ты не бежишь? Умоляю, очнись!!!

— УБИРАЙСЯ!!! СЕЙЧАС ЖЕ!!!

Гнев наполнил мой голос, когда я крикнул на неё в очередной раз.

Слёзы заполнили её окровавленное лицо, когда она поворачивалась ко мне спиной.

Топ, топ, топ. Она побежала прочь из комнаты.

Да! Теперь я могу сбежать!

Наконец, я смогу отсюда выбраться!

Я могу уйти…

«Да чёрта с два я могу уйти…»

Если меня здесь не будет, что остановит этого ублюдка от погони за ней?

Если этот сумасшедший бык пойдёт за ней, Лили… Тогда Лили…

— …ЧТОБ ТЕБЯ!!!

Я скользнул правой рукой к нарукавнику и вытащил баселард.

Сделав последний перекат, я упёрся ногой в землю и оказался с монстром лицом к лицу.

Даже не знаю, хочется ли мне злиться, или мне хочется разрыдаться. Произошедшее повредило мой разум, я не могу мыслить ясно.

От отчаянья, я ввязался в бой с Минотавром.

— МРО-О-О-О-О-ОА-А-АХ-Х-Х!!!

— ?!

Я быстро уклонился от неожиданного удара рукой и ударил баселардом по руке понстра.

Чувствуя, как отдача проходит по моей руке, я отпрыгнул, уклоняясь от удара его меча. Мне бы не удалось заблокировать удар такой силы баселардом.

Приземлившись, я подготовился к следующей атаке.

Мой взгляд встретился с яростным взглядом зверя.

— РОА-А-А-А, ВО-О-О, О-О-ОХ-Х-Х!!!

— Гах!

Я не переставал уклоняться от ударов, продолжая свой танец совершенно без брони. Огромный меч снова и снова ударялся о землю, каждый раз окидывая меня и мои раны грязью и камнями.

Дыхание Минотавра было тяжёлым и прерывистым. Ему не нравится, что он не может по мне попасть?

Моё же дыхание стало размеренным, почти спокойным. Разумеется, вспотел я как в последний раз. Наверное, сейчас я бы целое озеро выпил.

Каждая атака Минотавра снова и снова вызывала волны мощи, но все они не причиняли мне вреда. Каждый звук в Подземелье сейчас исходил только от этой битвы.

Два силуэта сражались в широкой, покрытой травой, комнате под светом потолка высоко над головами.

— ФО-О-О… ВО-О-О-ОХ-Х-Х!!!

Я ощущаю ярость в рёве зверя.

Он будто кричит: «Не трепыхайся!»

Только набравшись смелости встретиться со зверем лицом к лицу с одним баселардом для защиты, я заметил, что моя ловкость на уровне ловкости монстра.

Но я не могу сражаться.

Каждый раз, когда в моей голове возникает мысль об ударе, руки холодеют и я отступаю. Я ещё слишком напуган.

Не нападать.

Сконцентрироваться на отступлении.

Уклоняться, уклоняться, уклоняться. Столько, сколько возможно.

Если я смогу прожить на секунду больше, этого достаточно!…

Правда?..

— Ха-ах-х-х!

Тяжело вдохнув, я наклонился, уходя от очередного мощного бокового удара.

Я уже потерял счёт, сколько раз я ощущал на своём лице дыхание смерти. От постоянных ударов, проходящих на волосок, по моим щекам ручьями стекал пот. Моё сердце будто сковано мощью ауры зверя.

Может, я и дрожу, но я ещё здесь, ещё продолжаю.

Отпрыгнув от очередного вертикального удара тесака зверя, я заметил брешь в нападении Минотавра. Когда всё его тело подаётся вперёд, а меч оказывается перед ним, он не может нанести удар сбоку без моего ведома. Безопасный момент!

Когда я отпрыгнул в место, в котором зверь открыт, глаза Минотавра сузились.

— …

Фу-у-уф-ф-ф. Его тяжёлое дыхание достигло моих ушей, минотавр отвёл взгляд от своего огромного меча и повернул шею, готовясь к другому удару.

— …Дах?!

С этой стороны у него была возможность, о которой я не подумал — удар головой.

Ко мне приближалось оружие с головы монстра, его рог!

И его кончик был направлен прямо мне в грудь!

— Е-е-ей?!

Несмотря на то, что я знал о бесполезности своих намерений, я выставил свой нарукавник для встречи с кончиком рога. Рог вошёл в нарукавник как раскалённый нож в масло.

Благодаря углу атаки я избежал смертельного ударам. Каким-то чудом, несмотря на то, что моя левая рука была в нарукавнике, я отделался лишь лёгким порезом.

Вот только…

Рог застрял в нарукавнике.

Нарукавник пристёгнут к моей руке. Мои ноги оторвались от земли, когда минотавр поднялся вместе со мной, висящем на нём.

— Гехе?!

— О-О-ОуВОУ-У!!!

Он мотал шеей, вертя мной, будто тряпичной куклой.

Когда он менял направление головы, моё тело двигалось вместе с ней.

Всё закружилось; я был в шоке. Я не мог понять, где именно находится земля — знал только, что я в двух метрах над ней.

Ничего не вижу! Слишком быстро!

Я стал двигаться ещё быстрее, воздух вокруг меня начал свистеть.

Левое плечо было на пределе, болело от постоянного дёрганья в разные стороны.

Ещё два или три бешеных рывка зверя, и нарукавник сломался, за секунду до того, как моё плечо бы отказало.

Нарукавник сломан, но рог всё ещё цепляется за обломок.

И в эту секунду, минотавр мотнул рогом вверх. Рука свободна, ничего не остановило меня от полёта.

— УХ-Х-Х-ВА-А-А-А-А-А-А-АЙ!!!!

Я подлетел на расстояние прикосновения до десятиметрового потолка девятого этажа подземелья, прежде чем гравитация сделала своё дело.

Достигнув вершины Подземелья, я перешёл к падению.

Я не мог перевернуть своё тело перед падением, потолок отдалялся от меня — быстро.

— ГЕХА-А-А-А-АХ!

Я приземлился прямо на спину.

Адская боль разнеслась по моей спине и каждому нерву в моём теле. Перед глазами кружились звёзды.

Я ощущал, как мои руки и ноги бьются в конвульсиях снова и снова.

Если бы не моя Защита, я был бы уже мёртв?!

— Ах… хах?!

Глаза не переставали моргать.

Волна боли криком вырвалась изо рта. Я схватился за лоб и заставил себя закрыть глаза.

Но я ощущал, как от шагов Минотавра дрожит земля, как он приближается.

Это плохо, но больше я ничего не могу сделать. Я не могу двинуться; я могу только издавать странные звуки.

Невозможность двигаться вернула в меня ужас, я держался на одной только силе воли. Страх вернулся и взял своё.

Стук, стук — зубы начали стучать. Слёзы полились из глаз.

Напуган.

Я никогда не был так напуган.

Мне больно. Болит всё. Я корчусь от боли.

Но помимо всего прочего.

Я в беспросветном ужасе.

Слишком напуган, чтобы встать.

— У-у-ух!..

Дрожь земли, от приближающихся шагов, заставила мои волосы встать дыбом. Он приближается, медленно.

Я буду разрублен. Паника отобрала у меня чувство рук и ног.

Страх меня подчинил, сломал меня. Но если я ему сдамся, сделает ли это приближающееся безболезненным?

Я открыл глаза и увидел яркие огни над головой. Каждый из лучиков света отражался в моих слезах.

…Это конец.

Ужас внутри меня поглотил последние осколки надежды, и я в последний раз тяжело вздохнул.

— ?..

Шаги остановились.

Расправа, которой я не мог бы противостоять, остановилась, и стало очень тихо.

Вместо дрожи от шагов, налетел ветерок.

Как странно. Что случилось? Я метался между ужасом и интересом. Что происходит?

Расслабив лицо, я попытался двинуться.

Тело всё ещё дрожало, но я смог поднять с земли голову.

И тогда…

— …

…Я увидел её.

— …

Длинные, светлые волосы. Синяя броня. Тонкая, сияющая сабля.

Как и вчера, спиной ко мне стояла девушка рыцарь.

Время замерло.

— Ух-х… Уво-о-о?!

Минотавр был напуган.

Его взгляд остановился на молчаливой воительнице, зверь сделал несколько шаркающих шагов назад.

Я ощутил ветер.

И она была в центре, её появление наполнило комнату и принесло спокойствие.

Её аура распространилась повсюду.

…Кенки, Айз Валленштайн.

— Нашла! Эй, Айз!!!

— Хах, ради такой скуки заставила меня сюда тащиться? Мерзость!

Ещё больше звуков шагов, и новые голоса достигли моих ушей, но я не мог отвести от неё взгляд.

Её глаза и кончик носа.

Айз встала между мной и Минотавром, встав напротив зверя.

В моей голове всё смешалось. Что происходит?

Что случилось?

Моё тело оторвалось от земли, будто кто-то поднял меня невидимыми верёвками. Я этого даже не заметил, всё моё внимание было на девушке, стоящей впереди.

— …Ты в порядке?

…В порядке ли я?

Как и в первый раз.

Она стояла передо мной, смотря на меня через плечо, из её тонких губ вырвались эти слова.

Меня тряхнуло, будто от удара молнии.

— …Ты хорошо постарался.

Я… постарался?

Не так, как в прошлый раз.

Слова жалости, подбадривание.

Ба-бах! Моё сердце рухнуло.

— Я спасу тебя.

Спасёт… меня?

Моё сердце вырвалось из груди.

На моих глазах, неожиданно, мир потерял краски.

Всё было объято белым.

Спасёт?

Я буду спасён?

Снова?

Ею?

Как и раньше?

Как по сценарию?

Кто?

…Я.

— ?!

Во мне зажёгся огонь.

Искра разгорелась во всепожирающее пламя, которое выжгло все эмоции из моей головы.

Страх исчез в ревущем пламени.

Новая сила, о которой я никогда не подозревал, использовала пламя, чтобы наполнить моё тело силой.

Поднимись.

Вставай!

ВСТАНЬ, СЕЙЧАС ЖЕ!!!

Сколько ты собираешься тут отлёживаться?!

Сколько раз ты позволишь ей спасать себя?!

Такое уже было!

Я не могу позволить себе быть спасённым ей ещё раз! Я не могу этого позволить!!!

— ?!

Тело, двигайся!

Если у тебя было время на то, чтобы пугаться, было и время, чтобы решиться!

Она — твой идол! Хочешь, чтобы она снова увидела тебя таким?

Это её ты хочешь поразить — так что не показывай ей что-то настолько же постыдное, насколько уже показал. Как это тебе послужит?

Я не могу этого вынести, я не хочу через это проходить, я отказываюсь вот так сдаваться!

Если я не смогу впечатлить её сейчас, когда ещё у меня будет шанс?!

Если сейчас неподходящий момент, чтобы взглянуть ей в глаза, когда он будет подходящим?!

Если я не смогу подняться на ноги сейчас, то когда я смогу?

Если я сейчас не достигну новой высоты, то когда, чёрт меня дери, я это сделаю?!

Мои ноги оттолкнулись от земли.

Я поднялся и снова начал двигаться.

— ?!

— …не могу…

Я схватил её за руку.

Она казалась такой тонкой, такой нежной, что сильным сжатием я мог бы её сломать. Я легонько толкнул девушку себе за спину.

Я пошёл вперёд; таков мой выбор.

— Я не могу быть спасён Айз Валленштайн снова!

Крикнул я выхватывая свой кинжал.

Минотавр, увидел, что я вышел вперёд. Его глаза округлились, а после он издал нечто, похожее на победный смешок.

Будто исполняя моё желание, зверь направил на меня лезвие своего меча.

— Я твой противник!..

Самое время для приключения.

Часть меня знала это с самого начала.

Сегодня, впервые я узнаю, что лежит по другую сторону стены.

Парень рванул вперёд.

Айз поражённо наблюдала, как маленький кролик бросился на огромного быка.

— Ладненько, красть чужое убийство, против правил. Кажется, тебя отшили, Айз.

— …

Беззаботный, почти шутливый голос Бете раздался за спиной одинокой, теперь, Айз.

Он продолжил, сказав, что у этого ребёнка есть такое право, он авантюрист.

Бете и Тиона вошли в комнату почти сразу после Айз, вскоре подошла Тионэ и, наконец, Риверия вместе с Финном.

Все они подошли вовремя, чтобы увидеть, как Белл вызвал Минотавра на бой.

Глаза Бете следили за движениями мальчика, когда Белл уклонился от первого удара монстров. Он охнул от удивления и широко раскрыл рот, заметив что-то необычное.

— Этот беловолосый… это же помидорка? Ке! Ха-ха-ха-ха! Бедный ребёнок! Видимо, Минотавры на него западают!

— Ты про того, кого Айз спасла в последний момент?

— Тот, ага! Видишь сердечки в глазах рогатого? Ради любви к Беловолосику он даже на такую высоту забрался!

— Заканчивай шутить, Бете.

Бете отмахнулся от предупреждения Тионэ.

На лице вервольфа появилась усмешка, он продолжил следить за боем.

— Ладно, ладно. Но я этого пацана вытаскивать не буду. Зад Беловолосика итак недавно прикрыли, а он ещё и сбежал как слабак какой-то.

— Ты уверен насчёт этого? Он же первого уровня, так? Минотавр точно его победит!

— Помидорка сам решил. Дальше не наше дело. Не думаешь, что так правильно, Тионэ?

— Хочешь, чтобы я не вмешивалась?

Бете заметил раздражение на лице Тионэ, но это его не беспокоило. Он снова начал следить за боем, улыбка не сходила с его лица.

Три авантюриста стояли почти неподвижно, но Тиона не могла усидеть на месте. Она хотела помочь парню, а не наблюдать за его смертью.

— Мы же всё равно этого монстра не проигнорируем! Мы можем убить его до или после смерти мальчика, так ведь! Ему помогу я!

— Оставь его. Мальчик становится мужиком. Ты хоть понимаешь каково ему будет в этот раз, после прошлого унижения? Я бы на его месте предпочёл бы сдохнуть, а не пройти через такое снова.

— Никто твоего аскетизма не разделяет, Бете!

Все трое тихонько усмехнулись, на мгновенье забыв, что происходит. Но среди этих смешков раздался дрожащий, едва различимый, голос.

Небольшой силуэт в стороне, почти неспособный стоять.

— …Пожалуйста, великие авантюристы. Сударь Белл… Пожалуйста, спасите Сударя Белла…

— П-полурослик…

— Эй, руки убери! Я сказал, УБЕРИ!

Совершенно не пришедшая в себя Лили, сделала шаг вперёд и ухватилась за одежду Бете, чтобы не упасть.

— Лили вам отплатит. Лили сделает всё, всё, что угодно… Пожалуйста, спасите Сударя Белла… Пожалуйста!..

— Я-я тебе чё сказал…

В голосе девушки полурослика было всё больше отчаяния, Бете смотрел на неё, его волчьи уши были навострены. Но, увидев лицо девушки, даже он смягчился.

Риверия подошла к Лили сзади и поднесла правую руку к глазам девушки. После, эльфийка обхватила девушку за живот и приобняла.

— Не перенапрягайся. Раны можно закрыть, а вот потерянную кровь так просто не восполнить.

Как только Риверия завершила чтение заклинания, из руки эльфийки вырвался нефритовый свет, осветив глаза Лили. Как и сказала эльфийка, раны Лили закрылись; поток крови, текущей по её лицу, иссяк.

Авантюристы Паствы Локи появились в этой комнате не случайно — всё благодаря Лили.

Несмотря на то, что она убежала, оставив Белла позади, она начала бегать по девятому этажу, несмотря на раны, и искала помощи. Тогда она и набрела на Айз.

Мольбы о помощи помощницы привели Паству Локи в эту комнату.

— Пожалуйста, спасите… спасите… пожалуйста…

— …Тц.

Бете достиг предела. Он щёлкнул языком, смотря на бормочущую девушку.

Он почесал затылок, пепельная шерсть вздыбилась. Прочистив горло, Бете сделал шаг к Айз и, идущей впереди, битве.

— Помогать пошёл?

— Не думай лишнего, ненавижу спасать мусор. Но просто стоять, когда кто-то молит спасти слабака от расправы, я не могу. Это хуже.

Бете даже не взглянул на Риверию, давая прямой ответ.

— Двинься, Айз. Я разберусь.

— …

— Эй, ты на что устави… лась…

Бете дошёл до Айз и неожиданно остановился.

Как обычно, лицо Айз не выражало эмоций — только её золотые глаза. Они округлились от удивления.

Она наблюдала за происходящим, ни разу не отведя взгляда.

— …Хах?

Бете взглянул и сам.

И его челюсть отвисла.

Минотавр сражался огромным мечом, в руках парня был кинжал.

Их клинки сталкивались, но никто не сдвинулся ни на шаг.

— …Какого?..

Битва наполняла комнату ударами металла о металл.

Но эти удары были разными; в каких-то чувствовалась разрушительная сила. Другие же, были так быстры, что, казалось, будто они способны разрубить любой материал.

Уши Бете вздрагивали снова и снова, когда звуки металлических столкновений разносились по Подземелью.

Его глаза следили за серебряными разводами меча и оставляемым кинжалом фиолетовым светом. Когда он видел, как серебряный развод наносил удар, фиолетовая дуга огибала его, перехватывая и создавая звук удара.

Белл и Минотавр смотрели друг другу в глаза, обмениваясь атаками и блоками. Никто из них не отступал.

— Э… а, чё?..

— …Он точно Первого Уровня?

Битва увлекла Тиону и всех остальных.

Каждому было ясно, что у Минотавра преимущество, как минимум из-за размеров. Однако, то, что они видели не было похоже на одностороннее избиение.

Это была дуэль, обе стороны сражались насмерть.

Неожиданно, до ушей авантюристов донесся особенно высокий звук.

Группа Тионы снова посмотрела, как Белл блокирует удары огромного меча своим кинжалом и перевела взгляды на Бете. В этих взглядах было полно вопросов.

Бете не знал, что ему ответить.

— Если меня память не подводит…

Спокойный голос послышался среди хаоса боя.

Плечи Бете опустились, на его лице был такой шок, которого даже сам вервольф от себя не ожидал, когда он повернулся к говорящему.

Лидер группы, Финн Деймне, сделал несколько небольших, тихих шагов, вступая в разговор. Он остановился прямо за спиной Бете и продолжил.

— Разве это не тот парень, которого, месяц назад, ты назвал «желторотиком среди желторотиков», Бете?

— …

Поток вспышек осветил лица группы.

Стоило алой вспышке угаснуть, как очередная волна от столкновения оружия бойцов обдувала волосы, шкуру и одежду.

Финн даже не шевельнулся, взгляд его синих глаз смотрел на Бете, поднявшего руку перед глазами.

Парень был новичком, в этом нет сомнений.

Он ничего не знал о бое и бегал от Минотавра кругами. Первого же взгляда Бете было достаточно, чтобы всё понять.

Он был жалкой пародией на авантюриста, посмешищем.

Этот парень.

«Что за чертовщина?!»

Он стал настолько сильнее.

Человек, который сошёлся в смертельной схватке с этим Минотавром, вовсе не тот жалкий мусор, которого Бете высмеивал.

У этого парня заметен потенциал, настоящий молодой боец.

Всего за месяц. Столько это заняло.

Даже авантюристы, обладающие врождённым талантом и боевым опытом, не становятся настолько сильны, ощущение от них не меняется так сильно за какие-то тридцать дней. В большинстве своём, авантюристы становятся лучше очень медленно.

Этот новичок совершил невероятный скачок с самого низа на уровень, на котором он находится сейчас.

Бете был восхищён.

«Да ни хрена это не возможно!» — Бете потерялся в мыслях и на его лицо снова отразилось непонимание, когда он пересчитал дни, за которые изменился Белл.

Сколько бы он не пытался, он не мог найти подходящего объяснения. От осознания этого факта, у Бете холодок пробежал по спине.

— …

Стоявшая рядом с вервольфом Айз, также не сводила взгляд с Белла.

Несмотря на оставшиеся нотки удивления в её золотых глазах, она следила за происходящим с интересом.

— УВА-А-А-А-АО-О-О-О-О!!!

— ХА-А-А-А-А-А-А!!!

Голоса бойцов сопровождали металлический лязг.

Человек и Минотавр снова и снова сталкивались в борьбе силы против скорости.

Амазонки присоединились к Бете и Айз в первых рядах. Риверия была неподалёку, на руках эльфийки отдыхала Лили.

Авантюристы стояли в линию, их челюсти слегка подрагивали, пока они наблюдали за проведением каждой атаки немигающим взглядом.

— …

Элитные авантюристы Паствы Локи наблюдали за смертельной дуэлью со стороны.

По их стандартам, это была очень жалкая битва.

Низкоуровневая схватка, которая не стоила их времени.

Однако, было в этом бою что-то, что приковывало взгляды. По крайней мере, им было интересно узнать результат.

Некоторые смотрели с восхищением, некоторые следили за каждым движением, прищурив глаза, оставшиеся наблюдали с молчаливым спокойствием.

Алые взрывы иногда сопровождали проходящую битву.

Свист, рассекающих воздух ударов, не прекращался.

Свет в уже тёмной комнате, будто сошёлся на сражающихся, будто их дуэль была событием.

Будто в одной из историй.

Человек, сошедшийся с устрашающим зверем в отчаянной, смертельной схватке.

Тиона прищурилась.

— Аргонавт…

Человек из легенд.

История о мальчике, который мечтал стать героем. Он совершил путешествие в лабиринт, чтобы спасти свою королеву, которая была похищена монстром-быком.

Каждый раз его кто-то обманывал.

Король много раз им манипулировал.

Его решимость помочь другим ставила множество трудностей на его пути. Но эта история была юмористической.

Мальчик завёл множество друзей, многое от них узнал.

Получил оружие от фей.

Каждая из его встреч вела к спасению его королевы, прославляя его имя. Добрый, смешной, но, всё же, героический Аргонавт.

— Мне всегда нравилась… эта история…

Тиона сложила руки у груди, её глаза блестели, будто она нашла огромное сокровище, в проходящей перед ней, битве.

Улыбку девушки наполнила ностальгия, воспоминания о той истории заполнили её разум.

Будто рябь на воде, каждый из авантюристов вспомнил об этой легендарной истории, под неутихающие звуки битвы.

Бой продолжался, белые и алые вспышки сталкивались друг с другом.

Элитные авантюристы смотрели на сказку, разворачивающуюся перед их глазами.

В моём теле лёгкость.

Мой разум чист.

Моя душа в огне.

Огромный меч пролетел рядом с лицом, когда я понёсся вперёд.

Я крикнул в ответ на рык монстра и бросился на него.

Всё моё тело собрано, я ищу свой шанс вырвать победу, нападаю.

Единственное, что имеет значение — это враг передо мной.

Это впервые.

Это не какая-то жалкая фантазия.

Меня не подавляет моё собственное эго.

Я не мечтатель; это не какое-то невыполнимое желание.

Я хочу быть героем.

Героем, который покончит с врагом.

Впервые я всем сердцем желаю быть не каким-то слабым ребёнком, а кем-то, похожим на героя.

Я…

Я хочу быть… героем.

— !..

Стук.

Кресло упало, когда Фрея подпрыгнула на месте.

Белл и Минотавр были в пылу сражения.

На лице Фреи было удивление, когда она наблюдала за битвой сквозь, висящее в центре её комнаты, окно.

— …Это на самом деле происходит?

Божественное Зеркало — это единственный Арканум, божественная сила, которая разрешена в Гекае.

Одно используется, чтобы боги и богини могли наблюдать за действиями детей. Это устройство, которое открывает одностороннее окно в любое место мира. Поскольку его главным назначением является развлечение, Божественное Зеркало является исключением из законов, ограничивающих Арканум.

Разумеется, использование Божественного Зеркала для чего-то, кроме развлечения, строго запрещено. Если будет раскрыто злоупотребление этой силой, её пользователь будет изгнан в Тенкай, высший мир на небесах.

Также, как только Божественное Зеркало используется, любой ближайший бог или богиня могут видеть, что происходит, активировав собственные зеркала. Богам и богиням очень рискованно использовать эту силу для собственной выгоды. Никто из них не настолько глуп.

Однако, у этой богини есть средство «убеждающее» богов мужчин позволить ей использовать эту способность: её красота.

«Всего на денёк». «Это не доставит никаких неприятностей другим Паствам». «Всего лишь комната в Подземелье». Такими были заключённые условия. Она приняла все остальные риски и открыла зеркало.

Всё, чтобы убедиться, что она увидит битву своими собственными глазами.

— …А-а-а-а!

Выражение на лице Фреи сменилось с удивления на удовольствие, после она погрузилась, в разворачивающийся перед ней, бой.

— Ха-ха, Аха-ха?! Ты же видишь, Оттар? Видишь эту красоту?!

Он сияет.

Дух Белла сияет.

Сияет так ярко, чтобы выжечь своё изображение в глазах Фреи.

Несмотря на то, что этот свет слишком ярок, он всё равно остаётся чистым.

Чистейшее желание.

Он чист, никаких скрытых мотивов. У мальчика в голове только одна мысль.

В Белле расцветают бесконечные возможности.

Битва кипит.

Белл и Минотавр обмениваются ударами, каждый пытается занять выгодное положение.

Две пары ног разрывают траву, вертятся, подпрыгивают, уклоняются.

Никто не перестаёт двигаться.

«Не беспокоиться о его размерах».

Белл смотрит на монстра со спокойствием во взгляде и льдом, текущим по венам.

Страх, который поглотил парня ранее, испарился.

Освободившись от сковывающего отчаянья, Белл перестал желать отступления.

Парень встречал атаки Минотавра не мешкая, обретённая смелость позволяла ему разобраться с каждым ударом.

«Он просто большой и всё! Держи глаза открытыми!»

Его разум был под контролем; глаза делали то, что было указано.

Конечно, Минотавр обладает огромной силой. Если Белл получит прямой удар, каждая его кость будет сломана ударной мощью. Этим и прославились Минотавры: силой, убивающей с одного удара.

Но это всё.

Как бы ни были сильны атаки, для начала им нужно найти свою цель. Даже меч в правой руке монстра всего лишь кусок железа, если он не находит своей цели.

Белл осознавал всё куда яснее, чем раньше.

Его рубиново-красные глаза были достаточно остры, чтобы видеть всё: от выражения морды Минотавра, до движения его мышц.

Пока он остаётся спокоен, это количество информации даёт ему всё, что ему нужно знать. Зверь вкладывает в каждую свою атаку все свои силы, мышцы перекатываются под его кожей. Однако, это также говорит Беллу время до каждой атаки и её направление.

Движения Минотавра прямолинейны, просты.

Атаки зверя так понятны, что Белл с лёгкостью может их предсказать.

«Я сражался с противником в сотни раз быстрее этой штуки!»

В сравнении с девушкой, которая его тренировала, этот противник всё равно, что раздуваемое ветром дерево.

Даже тот факт, что монстр вооружён оружием авантюриста, означает лишь то, что Минотавр знает с какой стороны его держать, ничего более.

Если Белл не справится с таким противником, у него нет ни единого шанса достичь её.

Атаки Минотавра не достигнут цели. Он не позволит.

Каждый удар огромного меча приходился по воздуху. Белл использовал свой чёрный кинжал, чтобы отводить каждый удар в землю.

Скорость стала его козырной картой. Он привык уклоняться, отводить и защищаться от каждого удара.

— …Да что у него за кинжал? Блокирует такую громадную фигню как зубочистку?

— Нет, дело не только в кинжале…

— Впечатляет. Использует технику против атак Минотавра.

Фиолетовый всполох, и огромный меч был откинут с металлическим отзвуком.

Слова вырвались изо рта Бете, ответили ему Финн и Риверия.

Особое свойство Кинжала Гестии заключается в улучшении вместе с Характеристиками авантюриста, так что он не мог бы выдержать прямой удар от почти двухметрового металлического тесака. А если добавить к этому силу Минотавра, то отражение атаки становится невозможным.

Однако, Белл целился в боковую сторону клинка.

Удар кинжала Белла создавал достаточно пространства, чтобы его тело осталось невредимо атакой Минотавра. Это действенная стратегия, но в ней нет права на ошибку.

Это техника, которую парень «одолжил» у Айз. Однако каждая секунда и каждое движение определяли жизнь от смерти.

Каждый из уроков девушки был вбит в тело Белла, и теперь он мог сражаться с Минотавром на равных.

Всё, чему он научился во время тренировок на вершине стены, пошло в этом бою в ход.

— А он неплохо уклоняется. Только вот…

— Парню монстра не прикончить.

Амазонки наблюдали за битвой, Тионэ смотрела с отстранённым взглядом, а Тиона вздрагивала каждый раз, когда кинжал отводил лезвие огромного клинка и парень наносил ответную атаку баселардом. Но этого было недостаточно.

Короткий меч несколько раз попал по Минотавру, но раны были недостаточно глубокими, чтобы нанести какие-то повреждения. Они лишь царапали шкуро монстра.

Дыхание Минотавра сбилось, когда он наносил очередной удар по Беллу.

— …Минотавров сложно порезать.

Кенки сказала своё мнение о минотаврах. Учитывая, что она убила сотни и даже тысячи монстров, её слова имели вес.

Раздутые мышцы по всему телу зверя не для украшения. Разумеется, они визуально отражают общую силу монстра, но их эластичность делает их похожими на резину.

Вдобавок, шкура Минотавра — это очень ценная добыча, которая используется для изготовления брони с очень высокой Защитой. Даже если атака достаточно сильна, чтобы пробить шкуру, существует вероятность, что клинок просто отобъётся мышцами. Только у прямой, сильной атаки есть шанс убить Минотавра.

Минотавры — это одни из немногих монстров, которые выделяются из общей массы. Всё потому, что их Защита невероятно высока. Когда авантюристы думают о местах, называемых Центральной Крепостью, Минотавры первые монстры, которые приходят на ум.

— МРО-О-О-О-АХ-Х-Х!!!

— ГЕХ!

Понемногу, монстр, обладающий превосходящей атакой и защитой, начал давить Белла.

Минотавр считается монстром Второго Уровня. Будучи Первым Уровнем, Белл встретился с пропастью, которую ему невозможно перепрыгнуть.

За Минотавром абсолютное преимущество.

А Белл встретился со стеной отчаянья.

Характеристики Минотавра были созданы достаточно высокими, чтобы превзойти любую технику, которую бы не применил Белл.

— Сударь Белл…

Лили пришла в себя достаточно, чтобы стоять на ногах, но произнести имя Белла всё равно стоило ей огромных усилий.

Она присоединилась к рядам, наблюдающих за тем, как Белл в очередной раз свёл удар монстра в землю.

Не теряя ни секунды, Минотавр использовал инерцию, чтобы направить в грудь Белла могучий пинок. Однако, Белл заметил приближение атаки и ловко ушёл от удара, направив в монстра Кинжал Гестии.

Минотавр махнул тесаком, чтобы отразить кинжал. Ещё один металлический отзвук раздался в комнате.

— !..

— МРО-О-О-О-О-О!!!

Белл не мог скрыть своего удивление реакции Минотавра. Можно подумать, что зверь напуган Кинжалом Гестии.

Без сомнений, монстр ощутил, что кинжал — это единственная явная угроза, которую ему может представлять Белл.

Белл и сам пришёл к такому заключению.

Его враг, Минотавр, позволял себе открыться только в моменты, когда кинжал парня не мог бы нанести ответную атаку.

Если клинок пронзит мышцы, кости Минотавра окажутся в опасности. Зверь это понимал.

Взглянув в глаза противника, Белл ощутил его неестественный интеллект, а после отметил и сломанный рог, тогда Белл понял, что должен сделать.

— ВЫКУСИ!!!

Отпрыгнув и разорвав дистанцию, Белл собрался с мыслями.

Будто показав «не приближайся», он вытянул вперёд правую руку.

Глаза Минотавра округлились, а мгновенье спустя…

— ВСПЫШКА!!!

Похожая на молнию, огненная волна, устремилась вперёд.

Из-за взрывов и огненных всполохов зверь был вынужден отступить.

Минотавр издал яростный рёв, который эхом отразился от потолка, прогремел над поднявшимся дымом и пламенем.

— …А где заклинание? Это точно Магия.

— Не-е-е… Не слышал, чтобы он заклинание читал.

Сравниться Беллу, Первого уровня, с монстром, вроде Минотавра, Второго Уровня, может помочь Магия.

Несмотря на то, что Белл уступает в физической силе, его способом избежать неминуемой смерти без сомнений является его Мгновенное Заклинание, Вспышка.

К несчастью…

— У-У-УВА-А-А-А-АО-О-О-О-О-О-О!!!

— !..

…оно не работает.

— Слишком слабо.

— А-а-а-а, с монстром не поможет.

— Скорость использования поразительна, но противник слишком силён. При правильном использовании заклинание может быть очень полезно…

Лежащий за Заклинанием Белла недостаток, был раскрыт.

Оно недостаточно мощное.

По всему огромному телу Минотавра виднелись порезы и ожоги. Однако, ничего более. Шкура монстра не была пробита достаточно глубоко.

Обычные атакующие заклинания могли бы нанести урон, но Вспышка Белла недостаточно сильна, чтобы нанести Минотавру смертельные повреждения.

Заклинанию не хватает мощи.

— Других вариантов не осталось?

— Рановато считать бой завершённым… хотелось бы мне сказать.

Новая волна ярости охватила Минотавра, и он снова сошёлся с Беллом в неистовой битве.

Риверия и Финн реалистично оценили ход боя, пока Белл в очередной раз обменивался ударами с Минотавром.

Сколько бы Белл не сдерживал удары противника, у его атак нет ни единого шанса нанести зверю повреждения. Попытка завершить бой в один удар, пробив грудь монстра, обречена на провал. Кинжал Белла недостаточно длинный, чтобы достичь магического камня монстра.

Единственным вариантом остаётся принять свою смерть и попытаться забрать с собой минотавра.

Как только Белл примет такое решение, существует 99% вероятность, что Минотавр одержит победу.

Минотавр в очередной раз взревел.

Снова размашистая атака сверху, Белл двинулся, чтобы от неё уклониться. Но в этот раз парень чуть замешкался. Тело Белла успело уйти от атаки, однако под удар попал баселард, тут же расколовшийся на две части.

Лицо Белла помрачнело.

— Теперь у парня и оружия нет.

Голос Финна, подхваченный порывом ветра, разлетелся по комнате.

Яростный удар Минотавра, пройдя мимо Белла пришёлся в пол и создал небольшую яму.

Белл поднял правую руку к лицу, сжимая то, что осталось от его короткого меча в руке. Белла осыпало землёй, а сила удара подкинула его в воздух.

Белл находился в полёте считанные мгновения, прежде чем приземлиться и повернуться к монстру.

«…Нет оружия? Да оно же прямо передо мной!»

Глаза парня уставились в одну точку, Белл смотрел только на огромный меч Минотавра. Сделав шаг, Белл со всей силы кинул остатки меча в монстра.

— УО-О-О?!

Неожиданная атака Белла застала Минотавра врасплох.

Отражение летящего оружия становилось всё больше в глазах Минотавра, свет блеснул на кромке сломанного клинка.

Сломанный баселард ударил бы Минотавра прямо между глаз. Монстр быстро отклонил голову в сторону. Кромка клинка скользнула по щеке зверя; капля крови показалась на его лице.

А в это время Белл…

Даже не смотрел, достигла ли его неожиданная атака цели; он уже перешёл к исполнению своего следующего плана.

— ?!

— Е-Е-Е-Е-ЕА-А-А-А!!!

Эта диверсия стоила Минотавру драгоценных секунд, он слишком медленно отреагировал.

Тело Белла дёрнулось, занося для удара скрытую за спиной, правую руку.

Минотавр был отлично обучен. Прищурившись, он выставил меч перед собой, чтобы встретить несущегося на него человека и не дать Беллу атаковать.

Оторвав свой огромный меч от земли, монстр использовал лезвие в качестве щита, чтобы заблокировать Кинжал Гестии.

«Сработало!»

Морда Минотавра удивлённо скривилась, когда он увидел нечто неожиданное.

Клинок, который Белл скрывал за спиной, не был чёрным.

Белое лезвие; обычный боевой нож.

Бросив баселард, Белл перекинул Кинжал Гестии в левую руку.

Парень остановил удар кинжала и неожиданно замахнулся левой рукой.

Его красные глаза смотрели не на минотавра, а на меч.

— ХЕХ!!!

— ГУВА-А-АО-О-О?!

Держа Кинжал Гестии лезвием вверх, парень нанёс удар в правую руку Минотавра.

Поскольку Минотавр поставил меч в защитное положение, его стойка была уязвима. Потерявший равновесие тесак, был бесполезен в защите.

ШИН! Кинжал вошёл в правую руку Минотавра, разрезая плоть, кости и сухожилия.

Пока зверь кричал от боли, Белл использовал инерцию, чтобы прокрутить кинжал и оттолкнулся от широкой поверхности тесака. Огромный меч был поднят в воздух, пальцы минотавра всё ещё пытались его зацепить.

Финн и остальные заметили, что из раненной Руки Минотавра полилась кровь.

— МА-А-А-АВО-О-О-О-О-О?!

Зверь расцепил хватку и схватился за руку.

Игнорируя раздавшийся из пасти Минотавра рёв, Белл ринулся на противника, пригибаясь к земле.

Используя тело зверя, как лестницу, парень прыгнул на уровень взгляда Минотавра. Ударив минотавра ногой в плечо, Белл сделал сальто, описывая в воздухе дугу.

Это не было обычной атакой. Небольшое тело Белла пыталось добраться до окровавленного меча, лежащего на земле.

Вжух-вжух. Приземляясь, Белл оказался поблизости от клинка. А спустя мгновение уже схватил его.

Быстрый перекат, и парень снова оказался на ногах.

— МО-О-О-О-ОА-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А?!

Сражаясь с болью в руке, Минотавр обернулся в поисках Белла и тут же ринулся на противника.

Левая рука монстра была вытянута, он будто пытался сказать: «Верни его обратно!» Минотавр не хотел расставаться с оружием так запросто.

Белл стоял спиной к зверю, его левая рука держала рукоять, лежащего на земле, огромного меча, когда парень обернулся, направляя на минотавра правую руку.

— ВСПЫШКА!

Раздался взрыв.

— …Мо-оо?!

Ноги минотавра оторвались от земли, когда Заклинание ударило его с такого близкого расстояния.

Как и раньше, скорости и силы Магии Белла было достаточно, чтобы отбросить Минотавра. Но в этот раз, зверь был ещё и опрокинут на спину.

Неожиданная цепочка пылающих молний окружила Минотавра, загоревшиеся клочки его шерсти падали на землю. Однако зверь поднялся на ноги и ринулся прямо в поднявшееся облако дыма. Алые вспышки подожгли траву, создав небольшое пылающее и дымящееся кольцо на поле боя.

Прежде, чем кто-либо успел моргнуть…

Из дыма выпрыгнул Белл, держа тесак обеими руками.

— ХЬЯ-А-А-А-А-А-А-АХ-Х-Х-Х!!!

Парень держал огромный меч над головой, и со всего размаха его опустил.

— УВА-А-АО-О-О?!

На груди Минотавра появился алый развод, удар разрубил его прочную, как броню, плоть.

— Сработало?!

Кровь брызнула из косого пореза, начинающегося от плеча и заканчивающегося под рёбрами. Трава подземелья потемнела от красной жидкости.

Удивление Тионы выплеснулось в слова, прежде чем она сама успела это понять. Минотавр снова отступил на несколько шагов.

Белл не собирался упускать такой шанс.

— ВЫКУСИ-И-И-И-И-И-И-И-И-И-И!!!

— МУВО-О-О?!

Белл ринулся на Минотавра, используя его же меч.

Парень выпустил всю разрушительную силу в своих руках, но огромный клинок рассёк лишь воздух.

Зарываясь в землю ступнями, он тут же снова поднял опущенный меч.

Белл промазал по огромной цели, но времени отдышаться у Минотавра не было. Следующая атака уже искала свою цель.

— Хах, паренёк лажает!..

— Но монстра теснит.

Можно сказать, что Белл не слишком умело обращается с большим оружием.

Было больше похоже, что это он вертится вокруг меча. В другой ситуации это было бы больше похоже на комедию: небольшой парень пытается управиться с мечом вдвое больше его размера и проигрывает.

Однако, интенсивность этого нападения сковала Минотавра по рукам и ногам.

Белл, будто превратился в стальной вихрь. Его окружали серебрянные всполохи, и парень кричал не переставая.

Похожий на быка, монстр начал заметно дрожать. Всё ещё находясь в шоке от подобного поворота событий, он не мог даже подумать о защите. Его единственной надеждой было уклонение от этого беспощадного натиска.

Несмотря на то, что Минотавр уклонялся от прямых ударов, всё больше красных царапин начало покрывать его руки и ноги. Всё больше крови лилось на землю после серебряных разводов.

Короткий меч Белла не наносил видимых повреждений, а вот огромный тесак бил куда сильнее.

— Ммо-о-ох… МВА-А-А-А-А-А-АО-О-О-О-О-О-О-О-О!!!

Минотавр взревел, пытаясь устрашить противника.

Звериные инстинкты пробудились. Глаза зверя превратились в щёлки, клыки обнажились, зверь будто крикнул: «НЕ ЗАДИРАЙ НОС!»

Побив копытом по земле, Минотавр отбил клинок и разорвал дистанцию.

— !!!

Решающее столкновение.

Бойцы смотрели друг другу в глаза, каждый кричал во всё горло.

Минотавр поигрывал мышцами. Человек ответил занеся клинок над головой. Эта битва мастерства сражения и техники, против первобытной силы и мощи.

Они понеслись друг на друга и столкнулись, удар за ударом, шаг вперёд, шаг назад. Никто не собирался отступать.

Минотавр попытался сбить Белла с ног, направив удар ноги в лицо парню, но был заблокирован мечом.

Белл использовал меч, чтобы себя разогнать, и ударил Минотавра рукой между глаз.

От удара, кости в его руке хрустнули, но парень перелетел над Минотавром, приземлившись прямо за его спиной.

Битва разгорелась. Копыта мяли траву; куски грязи отлетали от ударов приземляющегося меча; даже исходящий сверху свет, начал тускнеть. Само место их битвы, будто начало ломаться.

Каждый удар был наполнен силой, жаждой убийства. Ни один из сражающихся теперь не мог пропустить удар.

«Не могу остановиться, не хочу останавливаться, нельзя давать преимущество».

Покрытый кровью меч столкнулся с рогом; полетели искры. Белл крутился и бил снова.

Все наблюдали за, происходящей на девятом этаже, битвой в Подземелье, зная, что конец уже близок.

— Я-А-А-А-А-А-АХ-Х-Х-Х!!!

— УГО-ОУ-У-У?!

Белл проскочил под ударом минотавра и повернулся, используя каждый мускул в своём теле. Огромный меч нанёс удар в открытое место Минотавра, нанеся глубокий порез.

Однако, клинок был остановлен могучими мышцами зверя, твёрдыми как камни. Сила удара отбросила минотавра и огромный клинок в разные стороны.

Треск. Беллу показалось, что он услышал странный звук, исходящий от клинка, но этот звук тут же утонул в рёве зверя.

— ФОХ-Х-Х, ФОХ-Х-Х, УВА-А-А-А-АО-О-О-О-О-О-О-О-О!!!

Между противниками оказалось пять метров.

Минотавр стиснул рукой рану, его глаза застилала яростная пелена. Сделав тяжёлый вдох, монстр встал на землю руками.

Несмотря на то, что верхними конечностями Минотавра были руки, они были так сильно повреждены, что сейчас больше походили на копыта. Поставив все конечности на землю, зверь опустил голову. Он выпрямил ноги и окончательно превратился в огромного, яростного быка.

Бете и остальные стояли молча, сконцентрировавшись на битве.

Минотавр был загнан в угол комнаты, всё, что ему оставалось — это ринуться на Белла.

У него ещё осталось средство: острый рог на его голове. И этот рог целился прямо в сердце Белла.

Минотавр готовил мощный рывок, способный сокрушить всё на своём пути.

Однако, на такой дистанции, ему не разогнаться до полной скорости. Этот рывок будет иметь половину силы, в лучшем случае.

Тот факт, что минотавр собрался воспользоваться этой своей силой, доказывает, в какое отчаяние он впал.

— …

Глаза Минотавра блеснули, когда последняя частичка его гордости, рог на его голове, был наведён на цель.

В глазах каждого из сражавшихся была видна полнейшая концентрация. Безмолвное понимание. Сейчас столкнутся две силы воли.

Взгляд Белла встретился с яростью в глазах Минотавра.

А потом…

— ХЬЯ-А-А-А-А-А-А-А-АХ-Х-Х-Х!!!

— УВА-А-А-А-А-А-АА-АО-О-О-О-О-О-О!!!

Они столкнулись.

«…Как наивно».

Риверия почти отвела взгляд, когда бойцы понеслись друг на друга.

— Идиот!

— Нет, Сударь Белл!

Бете и остальные не могли удержаться от комментариев, особенно был слышен крик Лили.

Но все эти голоса утонули в волне, созданной столкновением, до Белла и Минотавра донеслись только завывания окружающего их ветра.

Их глаза были широко открыты, каждый вложил в эту атаку всю свою мощь. Кожа горела от жажды победы.

Удар сверху вниз и удар снизу вверх.

Два удара сошлись в полную силу.

В этот момент ход битвы снова переменился.

— …

Прозвучал треск металла.

Паутина трещинок покрыла лезвие меча исходя из того места, где он сошёлся с рогом Минотавра.

— УВО-О-О-О!!!

Оружие начало рассыпаться.

Как доказала последняя экспедиция Паствы Локи, всё оружие становится бесполезным, если за ним не ухаживать.

И этот, постоянно эксплуатируемый клинок, достиг своего предела.

Он пробыл в Подземелье почти неделю.

Этот меч выдержал тренировки Оттара, после забрал огромное количество жизней в руках Минотавра. И этот удар оказался для него слишком сильным.

Удар сломал оружие почти у самой рукояти, сокрушив тело клинка на части и заставив улететь оставшуюся часть лезвия в неизвестном направлении.

А вот на роге Минотавра он не оставил ни единой царапины.

Поток стальных осколков оказался перед глазами Белла.

Белл, следуя направлению своей атаки, отклонился вправо, осколок металла в его руках пролетел мимо морды Минотавра не нанеся тому никаких повреждений.

Атака минотавра же была направлена влево. Бойцы проскользнули мимо друг друга, не нанеся повреждений.

На мгновенье их взгляды встретились. Белл уловил подобие улыбки на морде зверя.

Это не было улыбкой безоговорочного победителя, это была улыбка, отчаянно жаждущего победы, бойца.

Минотавр, воспользовавшись своим шансом, ликовал, поскольку его противник потерял своё преимущество.

Белл был молчалив, белые волосы прикрыли взгляд его рубиново-красных глаз.

Зверь летел мимо парня, будто в замедленной съёмке.

«Моя козырная карта…»

Белл…

«…сейчас при мне!»

…вытащил из ножён чёрный кинжал.

— !!!

Белл остановил движение ногами.

Он полностью остановился рядом, с несущимся вперёд, Минотавром.

Игнорируя ноющие колени, Белл обернулся.

Они с минотавром должны были оказаться спина к спине. Вот только Ловкость Белла превзошла обычные пределы. Ещё одно его преимущество, открывшее ему простор для атаки.

Кинжал Гестии скользнул в руке Белла, описав в воздухе идеальную фиолетовую дугу.

Минотавр также остановился, его голова была направлена влево, так что он мог заметить блеск клинка Белла только краем глаза.

— ША-А-А!!!

— УВОА?!

Кинжал Гестии пронзил незащищённый правый бок монстра, пробивая его защиту.

Скорость, инерция и сила вращения сошлись в одном ударе. От этой неожиданной, тайной атаки Минотавр дёрнулся в сторону.

Белл погрузил свой кинжал в тело монстра так глубоко, как возможно и крикнул:

— ВСПЫШКА!!!

БУМ! Взрывная волна сотрясла тело Минотавра.

Грудь зверя неожиданно раздулась, будто что-то взорвалось внутри него.

Алое пламя вырвалось из раны, окружив Кинжал Гестии. Яростные глаза монстра распахнулись так сильно, как это было возможно.

— ВСПЫШКА-А-А!!!

Ещё один взрыв.

Верхняя часть тела Минотавра снова раздулась, будто паруса на лодке.

Как бы ни были эластичны мышцы зверя, как хорошо бы его шкура не сопротивлялась Магии, его внутренностям это не поможет.

Заклинание Белла ещё глубже погрузило кинжал в монстра, пламя сжигало Минотавра изнутри.

Потоки пламени искали выход и неожиданно вырвались прямо из горла зверя.

— ГЕГАХ-Х-Х! — алое пламя захлестнуло нос и рот Минотавра.

— ГАХА, ГЕХА… ГУВА-АО-О-О-О-О-О-О?!

Глотка и рот монстра сгорели дотла, но последние свои силы тот вложил в могучий поворот головы, пытаясь достать Белла.

Остатки предельной силы.

Этой атаки, даже без прицела было бы достаточно, чтобы обратить тело Белла в кусок фарша.

Следующее мгновение смертельно.

И в самый последний момент, до того, как сокрушительная сила успела коснуться головы парня…

Белл оказался быстрее.

— ВСПЫ-Ы-Ы-Ы-Ы-ЫШ-Ш-ШКА-А-А-А-А-А-А!!!

Ещё один всполох.

— ?!

Ослепительная вспышка света — и верхняя часть тела Минотавра оказалась разорвана на куски.

Множество взрывов заполнили комнату, пламя поглощало останки зверя.

Алые огоньки добрались даже до потолка, спустя секунды всё поглотил дым. Бете и остальные смотрели на развязку, им казалось, что это больше похоже на извержение вулкана, чем на финал дуэли. Ноги минотавра, по большей части нетронутые взрывом, ещё какое-то время стояли, прежде чем упасть на землю.

После начался настоящий дождь из крови и останков.

Поднимающийся дым, скрывал тысячи фрагментов, когда они падали на землю.

Среди стука капель, падающей на землю, крови стал заметен одинокий магический камень, падающий откуда-то сверху. Он несколько раз прокрутился в воздухе, прежде чем с лёгким звоном упасть на пол.

— Он прикончил?..

Шокированно прошептал Бете.

Он не мог отвести взгляд от Белла, не мог поверить в увиденное.

Белл стоял спиной к Пастве Локи, но вопрос Бете всё равно был задан самому себе.

Бете задумался, как давно он сам стал достаточно силён, чтобы победить Минотавра.

Нет, сколько времени у него ушло на то, чтобы стать достаточно сильным, чтобы победить Минотавра в одиночку?

Эти вопросы разожгли в нём огонь, лицо вервольфа покраснело.

Ощущение, которое его захватило быстро расползлось по всему телу, став полноценным смущением. Это смущение захватило каждый уголок Бете.

— …Истощение Разума.

— Он… он же стоит, как так…

Сёстры Амазонки так же были поражены. Их голоса не могли скрыть удивление, когда они смотрели на Белла, замершего в стойке своего последнего удара. Правая рука была вытянута вперёд, она была согнута, будто парень держал Кинжал Гестии.

Девушки были восхищены мальчишкой, который каждую каплю своей энергии вложил в бой.

Перед ними будто был герой, сошедший прямо со страниц книг.

— !.. Отвечай, полурослик! Что за херня с этим пареньком?!

— Сударь Белл… Сударь Белл!!!

— Эй, я с тобой говорю… Тц!

Бете щёлкнул языком, когда девушка нетвёрдой походкой засеменила к Беллу.

Зверочеловек смотрел ей вслед, раздираемый чувством, которого не мог понять.

После он заметил надписи, на спине Белла. Броня давно была сломана, так что чёрная рубашка парня была разорвана в клочья. Плечи парня оказались открыты, лишь несколько ниточек ткани придерживали остатки рубашки на спине.

К тому же, иероглифы были видны за повреждённой одеждой.

— !.. Риверия! Скажи мне характеристики пацана — быстро!

— …Хочешь, чтобы я воровала личные данные?

Только верхняя часть спины Белла была видна.

То, что касается его Заклинаний и Навыков было под остатками рубашки. Несмотря на множество дыр, большая часть характеристик Белла была скрыта.

— Да нихрена это не воровство, когда он сам ими на всё Подземелье светит! Ну и ладно, если ты не чешешься, спрошу кого-нибудь кто станет. Не мне же одному любопытно.

Бете считал, что получить информацию, которая сама попала в поле зрения, совершенно законно. Он обиделся на Риверию, за то, что она не захотела смотреть на статус парня и расшифровывать иероглифы.

Мудрая эльфийка вздохнула и сама взглянула на Белла. Возможно, ей также было интересно.

Её тёмные изумрудные глаза читали иероглифы на спине Белла.

— Проклятье, чего так долго?

— Терпение, я почти закончила…

Неожиданно Риверия замолкла, её фраза оборвалась.

Бете уставился на эльфийку, Тиона и остальные тоже устроились неподалеку, от поглощённой интересом, Риверии.

Спустя мгновенье эльфийка разразилась неожиданным смехом:

— …Хех. Ха-ха-ха-ха.

— Да что с тобой твориться, эй?! Чтоб тебя… Эй, Айз. Ты же тоже иероглифы читаешь, да? Разглядела что-нибудь?

Бете злобно оскалился на Риверию. Могло показаться, что эльфийка потеряла голову, её плечи сотрясались от смеха. Поэтому, Бете обратился с вопросом, к стоящей в нескольких метрах от него, Айз.

Девушка будто приросла к месту, она не сводила взгляд с мальчика. Она быстро кивнула и взглянула на спину Белла.

Её золотые глаза, будто пронзили цель мечом.

— …S.

— …А?

— Все его характеристики S.

— ВСЕ S?!

Удивлённому голосу Бете вторили Тиона и остальные. Дар речи покинул авантюристов.

На самом деле, из-за остатков рубашки Айз не видела параметр Магии Белла. Однако, если всё, что она смогла расшифровать, она чувствовала, что и Магия около этого значения.

Однако одну вещь Бете и остальным она не сказала.

Ту самую вещь, которая привела Риверию в такое состояние. SS. Ловкость парня превзошла обычные пределы. От этого и у самой Айз округлились глаза.

— Его имя?

Прозвучал новый голос.

Голос, разрезавший воцарившееся молчание.

Все кроме Айз повернулись к источнику этого голоса.

Поймав на себе взгляды сопартийцев, Финн неторопливо подошёл, поправляя кончик копья на своём плече.

Он смотрел на парня спокойным взглядом, подойдя к группе. Задав свой вопрос снова, Финн был чрезвычайно серьёзен.

— Как зовут этого парня?

— Да чтоб я знал… не слышал ни разу.

— …Риверия. Перестань, пожалуйста, смеяться.

— Хах-хах… А-а-а, прошу прощения. Что ты спросил?

— Пожалуйста, посмотри в характеристиках имя этого парня. Я хотел бы знать.

— Да, запомнить было бы не лишним. Секундочку…

Характеристики служат контрактом между богом и тем, кто получил фалну — божественное благословение.

Чтобы закрепить этот контракт бог наносит свою печать рядом с настоящим именем, заключившего контракт.

Риверия прищурила глаза, пытаясь прочесть имя парня. Но прежде, чем она успела что-то сказать, её перебил другой голос.

Голос Айз.

— Белл.

— Айз…

Её мягкий голос раздался в тишине.

Она не двинулась.

Она даже не повернулась к Тионе, когда девушка Амазонка к ней обратилась. Взгляд светловолосой девушки был сосредоточен только на Белле.

— Белл Кранелл.

В золотых глазах Айз отражался силуэт парня.

Время работы: один месяц

Всего монстров убито: 3 001

Три дня назад он установил рекорд получения Второго Уровня среди всех авантюристов.

----------

Эпилог. Страница 0 → Страница 1

Я услышал чей-то плач.

Маленький ребёнок, из глаз которого текут слёзы, всхлипывает снова и снова, прижимаясь к широкой груди.

Этого ребёнка, перепачканного грязью и кровью, легонько поглаживает по голове старик.

— Болит, Белл?

Мальчик был готов кивнуть, слушая мягкий голос старика, но вместо этого быстро помотал головой. И начал плакать снова.

Старик улыбнулся и обнял дрожащего ребёнка, утешая его.

— Я говорил тебе не выходить из деревни, разве нет? Много этих гоблинов на тебя напало.

Этот голос, эта трава, эта улыбка… Я знаю это место.

Заходящее солнце, лицо, которое, как мне казалось, я никогда не увижу, всё так ярко.

— Но ты хорошо держался. Ты не сдался этим монстрам. Можешь гордиться.

Небо наполнено красными отблесками, поля золотой пшеницы танцуют в вечернем бризе.

А посреди этой сцены из моей памяти старик, который знает, как донести свои слова до сердца маленького мальчика.

Всё это без сомнений затеряется где-то в дальнем уголке его памяти.

Как только он проснётся, это видение обратится забытым, далёким желанием.

Неуместное воспоминание из детства.

— Будь повнимательнее, Белл.

Видя улыбку старика, мальчик начал всхлипывать снова.

Всё же, в его наполненных слезами глазах, сияло восхищение.

Смотря на близкое лицо старика, мальчик переборол слёзы и поклялся сам себе.

Когда двинулись губы ребёнка, я ощутил, как мои собственные повторяют его слова. Наши голоса слились, став одним целым.

Я хочу стать похожим на тебя.

Я хочу стать, как человек, который меня спас, таким же сильным, как ты.

Кем-то, как мой герой, я хочу быть, как ты.

— И всего-то? Как-то низко метишь. Старый чудак — твоя цель? Ты должен стремиться выше.

Что же, тогда я стану таким, как герои историй.

Одним из тех героев, которых все восхваляют.

Тогда ты скажешь, что я достоин?

Тогда ты скажешь, что мной гордишься?

Тогда ты будешь счастлив?

— Разумеется, улыбнусь так, что аж щёки треснут. А потом буду рассказывать всем и каждому, что ты мой внук. Буду говорить всем во весь голос, как тобой горжусь.

Ладно. Раз ты так хочешь. Тогда, конечно, я…

Ты всегда будешь присматривать за мной с небес, ты мой единственный…

— Я всегда буду наблюдать. Ты всегда будешь у меня в мыслях. Так что не нужно делать чего-то ради меня.

Старик рассмеялся снова, морщинки появились на его радостном лице.

— Настоящие мужчины гонятся за девушками. Несутся на полной скорости. Выпяти грудь, подними голову, только вперёд.

После этого старик посерьёзнел и продолжил:

— Ради любви женщины, ты можешь стать героем, или кем тебе захочется. Ты сможешь сделать всё, что угодно.

Последний луч заходящего солнца померк.

Я отчаянно погрузился в разрастающуюся тьму. После этого я услышал его последние слова:

— Ты же, в конце концов, мой внук.

— Что же тебе снится, Белл… — прошептала Гестия, смотря, как слеза стекает по щеке Белла.

Член её паствы спал на кровати в медицинском центре Башни Вавил. Его сюда принесла светловолосая девушка с золотыми глазами. Помощница Белла была неподалёку. Единственным звуком в комнате было размеренное дыхание Белла.

Мальчик, который только что перенёс самую серьёзную битву в своей жизни, пребывал в спокойствии во сне.

— …Столько всего мне хочется тебе сказать, но…

Гестия нежно стёрла слезу, которая катилась по щеке Белла.

Рот парня был слегка приоткрыт, его дыхание было глубоким и размеренным. Гестия не могла не улыбнуться.

— Ты старался изо всех сил, не так ли… Поздравляю.

Она осмотрела комнату, прежде чем наклониться и потрепать щёки Белла. После, богиня коснулась губами его лба.

Гестия слегка покраснела, читая историю, выгравированную на спине парня, её глаза медленно закрылись.

— Вот и первая страница.

----------

Послесловие

Послесловие

Первая часть завершена.

Несмотря на то, что в пути я несколько раз споткнулся, я чувствую, что написал именно то, что хотел бы написать и прочитать в третьей истории серии.

Во время написания этой книги, я осознал, что те, кто пускается в авантюры в конце, обычно, оказываются победителями.

Погружение в неизвестность требует огромной смелости. По моему личному мнению, идти в место, о котором ты совершенно ничего не знаешь, очень страшно.

Стоит добавить, что в тот момент, когда ты совершаешь шаг в место, о котором не знаешь, что-то в тебе меняется.

Другие авторы об этом уже говорили, а я могу подтвердить: Никто не знает, удастся ли преодолеть трудности, но рост в процессе неминуем.

Успехи и провалы сопровождают нас всю жизнь. Однако, те, кто встречают обстоятельства лицом к лицу, не прогибаясь под них, растут. В этом я уверен.

Пускайтесь в авантюры.

Будьте немного авантюристами.

Несмотря на то, что не в моих правилах в последний момент делать вид, будто так и задумано, я всегда пытаюсь сделать что-то новое.

А теперь к моим благодарностям.

Завершение истории и её печать — это заслуга огромного количества людей. Особую благодарность я бы хотел выразить Сузухито Ясуде, H2SO4, Курогину, Фокс Марку, Сики Доуджи, toi8, Юииджи Нимуре, Кийоши Хамуре и Руроо за ваши прекрасные рисунки и за то, что все вы помогли превратить эту книгу в реальность.

Также, я хочу поблагодарить всех, кто читал эту серию с первого тома, я очень благодарен за вашу поддержку.

Далее, я надеюсь расширять границы этого мира, начиная со следующего тома. Моя цель постоянно улучшать серию, и я постараюсь закончить высококачественный четвёртый том так быстро, как это возможно.

Встретимся снова на этих страницах.

Спасибо вам от всего моего сердца. До следующего раза.

Фуджино Омори

----------

Послесловие переводчика

Послесловие переводчика

Всем добра, с вами снова Kristonel.

Надеюсь, очередной том вам понравился. Эта книга была насыщена действием и эмоциями, перевод которых стал для моих способностей, как переводчика, так и редактора, настоящим вызовом. Разумеется, моя адаптация не идеальна. Наверняка, некоторые из вас найдут моменты, которые можно было бы написать и получше, а через какое-то время, через несколько месяцев или лет, когда я буду перечитывать эту книгу, я и сам это замечу.

Недавно мне пожаловалась одна хорошая знакомая, что её рекомендации что почитать/посмотреть часто остаются без внимания. После короткого обсуждения, я вдруг понял, что советую другим людям то, что мне в определённом роде понравилось крайне редко. Решил исправиться в своих послесловиях, может, кто-то найдёт для себя что-то новое.

Итак, пять аниме-сериалов (не считайте это топом лучших аниме-сериалов, это не так), которые заслуживают внимания, по моему мнению:

1) Покорение горизонта — Просто достойный сериал про попаданцев в онлайн игру. Не совсем типичен из-за своего неторопливого повествования, отчего и кажется медлительным. Но он тёплый и ламповый.

2) Семь смертных грехов — Один из лучших сёнэн-сериалов по моему скромному мнению. Пожалуй, это из-за драмы отдельных персонажей (иногда с ней перебарщивают). Второй сезон немного просел, но это похоже на типичную вторую часть трилогии. Последний акт будет хорош.

3) Как и ожидалось моя романтическая школьная жизнь не удалась — Первый сезон этого сериала представляет из себя обычную романтическую комедию. А вот второй вызвал немало споров. Кто-то называет его провальным, кто-то восхваляет и говорит, что это шедевр. Смотреть второй сезон однозначно сложнее из-за «тяжёлых» диалогов и самокопаний, но, благодаря этому, сериал и заслуживает внимания.

4) Этот замечательный мир! — Это одно из двух комедийных аниме, которые запомнились мне, как комедийные аниме. Если вам знакомо строение онлайн игр и аниме про попаданцев… не пропускайте.

5) Было бы лучше, если бы была только младшая сестра — за горой треша и фансервиса (ОСТОРОЖНО, этой дряни ну просто о-о-о-о-очень много) прячутся неплохие персонажи и интересные мысли.

Разумеется, все эти сериалы достаточно известны и, наверняка, многие их уже видели, но я всё равно приведу их в качестве заслуживающих внимания.

Спасибо вам за то, что прочли книгу в моём переводе и читаете это послесловие. Заходите в группу AkaiYuhiMun team вконтакте, возможно, найдёте для себя что-нибудь интересненькое.

Если у вас есть ко мне вопросы (или вам не терпится назвать меня поехавшим и кинуть в меня тапком после пятого аниме-сериала), заходите в наш уютный чатик в дискорде.

Ну и не забывайте поддерживать меня материально, если вам нравиться то, что я делаю.

Вы очень поможете мне подписавшись на мой Патреон: https://www.patreon.com/Kristonel

А также можете кинуть мне денег на печеньки по следующим кошелькам:

Qiwi: +79237177586

WMR: R532697894558

ЯД: 410012644267696

----------

Пролог. Быстрейший парень на Улицах

В Главном Офисе Гильдии утром было шумно и оживлённо.

Поток авантюристов, приходящих и проходящих через огромную приёмную Гильдии, всегда достигает своего пика между восходом солнца и полуднем. Есть среди приходящих те, кто обращается за советом к своим советникам, прежде чем направиться в Подземелье, но подавляющее большинство приходит, чтобы прочесть объявления, вывешенные на доску объявлений за ночь или просто поболтать с собратьями-авантюристами.

Бо́льшая часть этих объявлений посвящена поступившим в продажу предметам Паств торговцев или запросам на особую добычу в Подземелье. Впрочем, объявления о силе каждой Паствы и появляющихся в Подземелье редких монстров, также помещаются на эту доску. Гильдия вывешивает их, чтобы помочь авантюристам в путешествиях.

То, что авантюрист узнает с доски объявлений может определить его удачу на рабочий день, а значит и на плату. Вот поэтому авантюристы и не могут позволить себе игнорировать информацию.

В освещённой сильным солнечным светом, пробивающимся сквозь окна, Гильдейской приёмной, множество людей и полулюдей занимались своими суетливыми делами.

— Ого… Как сегодня много авантюристов показалось.

— У нас полно работы. Не время разговаривать.

Эйна Тулле сделала своей коллеге, Мише Фрот, лёгкое замечание, не поднимаясь со своего стула возле стойки.

Как Миша и заметила, этим утром в Гильдии было больше авантюристов, чем обычно. Эйна и её коллеги знали, что это не случайно; что-то побудило авантюристов к действию. Эйна лично была занята с самого раннего утра и только сейчас у неё появилась возможность перевести дыхание.

Обычно к этому времени поток авантюристов замедляется настолько, что кто-то из пришедших уже начинает флиртовать с миленькими гильдейскими работницами. Чаще всего девушки просто закатывают глаза, но сегодня с подобными ухажерами безжалостно прощаются и указывают на дверь, так что те, кому не нужны советы, уходят первыми.

— Денатус на носу, так что, судя по всему, его ждут, поднявшие уровень, авантюристы… Ну и всех переполошила сама знаешь какая новость, — тот Минотавр, показавшийся на девятом этаже.

— …Да, кажется, так всё и есть.

Три дня назад вывесили объявление, от которого у авантюристов первого уровня полезли на лоб глаза.

В нём было сказано: На верхних уровнях показался минотавр.

Объявление, сделанное Паствой Локи, вызвало волны страха большей части авантюристов Орарио. С того самого момента они требовали объяснений.

Появление монстров на этажах, на которых их быть не должно, это обыденность. В большинстве случаев монстры забредают на два этажа выше или ниже места своего рождения. Но этот Минотавр показался на девятом этаже, это означает, что он проделал путь с самой Центральной Крепости. Самым ранним этажом, на котором можно встретить Минотавра, считается пятнадцатый, шестью этажами ниже.

От того факта, что Минотавр оказывается на верхних этажах не впервые, у многих авантюристов кровь стыла в жилах.

Около месяца назад — в день, когда Белл встретил Айз — подобный монстр был замечен гораздо выше, чем обычно.

Тот инцидент был вызван случайно, во время возвращения Паствы Локи с экспедиции. Работники Гильдии объясняли это много раз, но авантюристов не так легко убедить. Некоторые авантюристы пустили слух, что это всё из-за изменения расположения Подземелья, которое и позволяет Минотаврам рождаться на верхних этажах.

Эйна и её коллеги никак не могли избавиться от этого слуха.

Для авантюристов первого уровня это было вопросом жизни и смерти. Если монстры со Средних Крепостей начнут бродить по верхним этажам, они не смогут работать. Понимая страхи авантюристов, Гильдия приняла тот факт, что многие попросту паникуют, и постаралась развеять появившиеся страхи авантюристов.

«…Не слышала о нём с того дня, кстати. В порядке ли он?»

Эйна не видела Белла среди, спешащих в Гильдию, авантюристов, и это заставляло её нервничать.

С его последнего визита в Гильдию прошло меньше недели, она знала, что беспокоиться пока рано… Но Белла недавно чуть не убил Минотавр. Даже произнесённого названия этого монстра было более чем достаточно, чтобы Белл притих, и Эйна его за это не винила.

Мысли о Белле заставляли Эйну ощутить беспокойство, вызывающее волну неприятных эмоций у неё в груди.

— О, любимчик Эйны показался, на двенадцать часов.

— !

Её подруга специально, растягивая слова, привлекла внимание полуэльфийки, и та подняла взгляд.

Вскоре она и сама заметила парня с белыми волосами, выходящего из толпы авантюристов и машущего ей рукой всю дорогу до стойки. Заметив на себе взгляд Эйны, Белл немного покраснел и широко ей улыбнулся.

— Что тут у нас — тебе не кажется, что он в куда более хорошем настроении, чем обычно?

— …

Эти слова Миши влетели в одно ухо полуэльфийки и вылетели из другого. В Эйне родилось тёплое ощущение облегчения, её розовые губы расплылись в улыбке, прежде чем она сделала глубокий вдох и собралась.

Наблюдая, как Белл пробирается через толпу, будто кролик сквозь траву, она почувствовала лёгкое раздражение, оттого, что этот парень заставил её поволноваться. Но чувство облегчения всё-таки победило.

— Доброе утро, Мисс Эйна!

— И тебе доброго утра, Белл. Давно тебя не было видно. Может, мне не стоит спрашивать, но… Трудился в Подземелье?

— Ага! Изо всех сил старался! Хоть и всего на несколько дней!

— Хе-хе, перерывы тоже нужно делать. Телу нужно отдохнуть, так что несколько дней — это правильно.

От разговора с Беллом на лице Эйны расцвела ещё более широкая улыбка.

Белл, сидящий рядом с Эйной, заразил своим хорошим настроением и Мишу, заставив ту улыбнуться. Она покинула своё место за стойкой, давая Эйне чуть больше личного пространства. Сев за свой стол, Миша начала сортировать документы.

Глаза Эйны излучали радость, когда она задала следующий вопрос:

— Итак, случилось что-то хорошее?

— О-откуда вы узнали?

— С первого взгляда на тебя любой бы понял.

Эйна хихикнула, когда Белл приложил руки к своим краснеющим щекам.

По лицу Белла она понимала, что тому не терпиться расскзаать ей о случившемся, что бы не произошло. Эйна слегка прикрыла глаза и кивнула, будто говоря «Начинай». Парень в ответ, сияя, кивнул. Он не выглядел таким счастливым с того самого дня, как официально стал авантюристом. Сидящая спиной к Эйне, Миша улыбнулась, прикусив губу. Девушка отложила горы работы, сваленные на её столе и, слегка отклонившись, прислушалась к разговору.

«Врать ему совсем не дано», — подумала Эйна, ожидая следующих слов Белла. Спокойное, тёплое чувство пронизывало девушку насквозь; будто она смотрела на своего младшего брата.

— Ч-что же, видите ли…

— Да?

После Белл снова расплылся в счастливой улыбке и, блеснув глазами, сказал:

— Я теперь Второго Уровня!

Документы Мишы с громким шорохом разлетелись по полу.

Девушка замерла, будто статуя, стоя спиной к Эйне и Беллу.

Миша видела документ Белла на столе Эйны, так что знала, что Белл не пробыл авантюристом и двух месяцев.

Эйна улыбнулась.

Её улыбка была прекрасна.

А спустя мгновение на её лице застыл шок.

Если точнее, время будто остановилось.

Девушки, будто попали во временной пузырь; звуки Гильдии вокруг будто перестали существовать.

— …ха?

«Я всё правильно расслышала?» — Только эта мысль сейчас могла объяснить услышанное девушкой. На её губах застыла вопросительная улыбка, и она наклонила голову, когда её разум заполнило множество вопросов.

Уголки губ Эйны начали дрожать.

— Как я и сказал, я получил Второй Уровень! Я! Три дня назад!

Будучи в слишком хорошем настроении, чтобы заменить состояние Эйны, Белл со счастьем в голосе повторил сказанное, достаточно громко, чтобы это можно было услышать через шум.

Напряжение в теле девушки достигло критической отметки, заставив её вжаться в стул за стойкой.

— Второй Уровень?

— Да!

— Три дня назад?

— Да!

— И это правда?

— Да!

— Белл, когда ты стал авантюристом?

— Месяц с половиной назад!

Слова Белла повисли в воздухе.

Человек и полуэльфийка обменялись улыбками, разговор прокручивался в их головах.

Новая волна авантюристов заявилась в Гильдию и выстроилась в очередь за Беллом, с нетерпением ожидая своей очереди.

Поскольку Миша прервалась, вся работа остановилась.

Ших! Эйна вскочила со своего стула и взорвалась.

— ВТОРОЙ УРОВЕНЬ ЗА ШЕСТЬ НЕДЕЛЬ?!

Её пронзительный крик пробился через разговоры в приёмной.

Каждый работник Гильдии подпрыгнул на стуле, когда неожиданно раздался голос Эйны.

Белла, оказавшегося почти в самом эпицентре взрыва, пробил холодный пот, и он отклонился от Эйны подальше.

----------

Глава 1. Денатус

— Мне очень жаль!

Эйна сложила сложила руки над головой с громким хлопком.

Они с Беллом перешли от стойки в небольшую комнату рядом с Гильдейской приёмной. Подобные небольшие и скромные комнатки часто используются для личных переговоров из-за своей звуконепроницаемости.

Белл и Эйна сидели друг напротив друга, Эйна снова и снова извинялась перед парнем.

— Я громко закричала, когда в приёмной было множество представителей разных Паств… Мне очень, очень жаль!

Несколько минут назад Эйна во весь голос крикнула личную информацию Белла. Теперь все, кто был в приёмной знали, что Белл поднял уровень.

Как бы девушка не была удивлена этой новости, мысль о том, как она выглядела в тот момент, заставила её густо покраснеть.

Она не смогла защитить личные данные авантюриста. Эйна была так пристыжена своими собственными действиями, что даже кончики её ушей были багровыми.

— В-всё в порядке, Мисс Эйна. Уровни авантюристов всё равно объявляют… Просто несколько человек узнали раньше положенного времени. В этом ведь нет ничего страшного, не так ли?

Полуэльфийка даже не пыталась поднять голову, от этого Белл начал чувствовать себя неловко. Его голос дрожал, когда он пытался подобрать правильные слова.

На лице парня было беспокойство, когда полуэльфийка наконец встретилась взглядом с парнем, который не мог понять, что плохого случилось.

«Это правда… Но дело не том факте, что ты поднял свой уровень; дело в скорости, с которой ты это сделал…»

Достижение Второго Уровня всего за полтора месяца, это куда быстрее, чем все предыдущие рекорды. Даже на словах это звучит совершенно неестественно.

Поднятие уровня требует великого свершения — вроде победы над врагом, сильнее, чем ты сам, и переполнение контейнера, которым является твоя душа, экселией. Эйна была одной из нескольких человек, которые знают, что Белл растёт очень быстро, но поднятие уровня с такой скоростью… парень, будто бы пошатнул основы самых базовых знаний.

Несмотря на то, что об этом всё равно было бы объявлено, Эйна хотела бы сохранять эту информацию в секрете столько времени, сколько возможно.

Во-первых, это невероятная история, в которую многие могут не поверить… А вот боги и богини, напротив, любят подобные, «никогда ранее не случавшиеся», истории.

В голове Эйны возникло представление божеств Орарио, уставившихся на Белла и пускающих слюни. Он этого девушке стало не по себе.

— Эм, Мисс Эйна?..

— …Ничего. Прости, я на мгновенье задумалась.

Пытаясь выбросить из головы представления богов и богинь, гоняющихся за Беллом по городу, Эйна собралась и выдавила из себя натянутую улыбку. После, сделав быстрый вдох, она вернулась к насущным проблемам.

— Белл, я вынуждена снова извиниться, но у меня есть просьба. Я знаю, что ты пришёл сюда, чтобы со мной поговорить… но у меня есть работа, которую я должна выполнить.

— Д-да, конечно. Чем я могу помочь?

— Я хочу, чтобы ты рассказал мне всё, что ты сделал как авантюрист до этого момента.

— А?..

— Даже самую рутинную информацию. Типы монстров, с которыми ты сражался, задания, которые завершил, и остальные описания.

Эйна достала ручку и блокнот из стола, начиная этот разговор.

Гильдия собирает и распространяет информацию о том, как авантюрист поднял уровень, если это не противоречит интересам Паств, запрещающих разглашение личной информации своих членов. Всё ради того, чтобы помочь увеличить количество магических камней, собираемых в Подземелье.

Поскольку Белл совершил рекордно быстрый подъём уровня, Эйна хотела узнать, каким способом он собрал экселию. Скорее всего, его имя скоро будет на слуху, а рекорд и способ, которым он его установил никто не сможет игнорировать.

Проще говоря: «Вот так это сделал Белл Кранелл. Следуйте его примеру и станете сильнее».

Эйна хотела получить эту информацию, потому что это уменьшит потери среди авантюристов, которые узнают, как стать сильными, так же быстро, как и Белл. С осторожностью, чтобы снова не нарушить какие-нибудь правила, девушка внимательно слушала всё, что Белл ей говорил.

Белл наконец подобрался к событиям, случившимся три дня назад.

Во второй раз за день у Эйны закружилась голова.

— М-минотавр…

Пам. Голова Эйны начала падать набок, девушке пришлось поддержать себя правой рукой.

…Три дня назад, девятый этаж, встретил Минотавра, убил его.

Каждое слово Белла усиливало головокружение Эйны. Всё, что он сказал, идеально совпадало с отчётом Паствы Локи.

Когда она попросила посланника рассказать кто убил монстра, он сам в свои слова не верил. Эйна помнила, как посланник бормотал, стоя напротив неё за стойкой Гильдии. Совершенно естественно, что было сложно поверить в то, что авантюрист первого уровня может убить Минотавра.

Эйна закрыла на мгновенье глаза, чтобы избавиться от своего головокружения, а когда открыла, в них была искорка гнева.

Она сердито уставилась на парня, будто говоря: «И это после того, как я столько раз тебе говорила не пускаться в авантюры!»

Белла прошиб холодный пот, его тело приросло к стулу.

«Что за волшебство он использовал?!»

Она потратила почти целый час, чтобы получить ответ на вопрос, как именно авантюристу Первого Уровня удалось победить монстра Второго Уровня, вроде Минотавра.

— …Воу. Ну, теперь я всё понимаю. Я отлично понимаю, что ты совершенно не слушаешь, что я говорю.

— А?! Нет, это… Простите.

Гнев ещё пылал в Эйне, Белл попытался оправдаться, но девушка закрыла глаза. Голос девушки прервал оправдания и Белл просто извинился, опустив голову.

Эйна открыла один глаз, чтобы посмотреть, как Белл расстроенно ссутулился на стуле, и не могла не ощутить жалость к тому, как парень по-детски сожалеет о своих поступках.

Впрочем, Эйна всё равно была рада, что Белл полностью осознавал, что он сделал.

Если бы он отвлёкся на одно мгновение в любой момент боя, он не мог бы сейчас сидеть здесь и сожалеть о случившемся.

— …Белл. Меня там не было, так что, возможно, я ошибаюсь. Возможно, твоё решение не убегать, в конце концов, было верным.

— Мисс Эйна…

— Возможно, у меня нет права тебя ругать… но, всё же, — не забывай одну единственную вещь: Ничего уже не будет иметь значения, если ты умрёшь.

«Прошу тебя», — говорила Эйна парню своим взглядом.

Она не могла скрыть свою собственную убеждённость, что вернуться живым, это самая важная вещь.

Белл не сдвинулся своего места, но он медленно поднял глаза и встретился со взглядом Эйны.

Их взгляды встретились на мгновенье, после чего Эйна легонько откашлялась. Пытаясь разбавить повисшую в комнате мрачную атмосферу, девушка перегнулась через стол и протянула палец к лицу Белла.

— Как бы там ни было, — не будь безрассуден, понял?

— Д-да!

Эйна легонько нажала на кончик носа Белла и, улыбаясь, вернулась на своё место.

«Хватит на сегодня поучений», — подумала девушка.

Тёмные волосы скользнули по плечам девушки, она посмотрела на Белла с тёплой улыбкой.

— …Белл, поздравляю тебя с продвижением до Второго Уровня. Ты очень упорно работал.

Кончик носа Белла был слегка красным от прикосновения Эйны, а потом лицо парня прояснилось и он улыбнулся от уха до уха.

Он не из тех, кто жаждет похвалы, но эти слова Белл очень сильно хотел услышать.

— Большое спасибо, — сказал парень, его щёки покраснели. Его советница Эйна, которая наблюдала за его ростом, в качестве авантюриста, с самого первого дня, не могла не ощутить гордость.

— Итак, с твоим продвижением на следующий уровень мы закончили? Есть что-то ещё, о чём ты хотел спросить?

— Эм, точно… На самом деле, есть ещё одна вещь, которую я хотел спросить у вас, Мисс Эйна.

Теперь, когда Эйна успокоилась, Белл вспомнил главную причину, по которой он пришёл в Гильдию.

— Насчёт Способностей…

— О, вот как. Пока ещё ты официально не получил Второй Уровень, не так ли, Белл?

Способности вместе с Характеристиками увеличивают общую силу и мощь авантюриста.

Однако, эти способности могут быть получены только когда человек, с Благословением бога или богини, поднимает уровень. Они отличаются от Характеристик тем, что более специализированы и отражают профессию человека.

— Вот как, похоже, что у тебя на выбор несколько возможностей.

— Да. Я уже переговорил с боженькой, но, думаю, что мне стоит услышать и ваше мнение, Мисс Эйна…

Эйна ответила понимающим кивком.

Способности, которые может изучить человек, зависят от типа экселии, которую этот человек собирал. Люди могут контролировать, какую способность они получат благодаря Фалне, благословению их божества.

Некоторые Способности недоступны, если в авантюристе нет нужного типа экселии при повышении уровня. В то же время, получивший благословение, человек может выбрать способности, на которую у него достаточно экселии. Только одна способность может быть изучена с каждым повышением уровня, так что принятые решения распахивают одни пути и закрывают другие.

Способности на выбор появляются среди характеристик авантюриста, так что Белл ещё официально не перешёл на Второй Уровень.

Повышение уровня Белла было остановлено, чтобы дать ему время на обдумывание его возможностей. Он выполнил все требования; осталось только, чтобы Гестия записала его новые Характеристики. Пока Белл находится в своеобразном подвешенном состоянии.

— И какие способности даны тебе на выбор? — спросила Эйна.

— Их всего три. Но действие одной я не знаю…

Эйна кивнула снова, несколько раз, готовясь записать способности на выбор в своём блокноте.

Первой была одна из базовых Способностей, которая нейтрализует эффекты яда и прочих воздействий монстров, — она называется Иммунитет. Не самая яркая способность, но в опасном Месте, таком как Подземелье, многие авантюристы очень её ценят. Из-за огромного количества Фиолетовых Молей на верхних этажах, авантюристы вдыхают ядовитые споры. Так что Иммунитет — это одна из простейших, для получения, Способностей.

Второй была способность противостоять монстрам, называемая Охотник. Характеристики авантюриста временно возрастают при сражении с монстрами, в боях с которыми у авантюриста есть опыт. Поскольку Охотник может быть изучен только на Втором Уровне и требует до безумия огромного количества экселии одного и того же типа монстров, это одна из сложнейших, для изучения, способностей. Разумеется, это популярный выбор среди авантюристов, а также эта способность высоко ценится богами из-за её редкости.

Что же до третьей способности…

— …Везение?

— Да…

Ручка Эйны остановилась прямо в процессе записи, и девушка несколько раз моргнула.

Несмотря на её опыт и знание в продвижении авантюристов, она никогда о таком не слышала.

Вопрос в том, как именно везение будет действовать?

— Хм, а что по этому поводу сказала Всевышняя Гестия?

— Она и сама не знает…

«Что же, в этом есть смысл», — подумала Эйна.

Всё, что известно о характеристиках было изучено давным давно, когда боги впервые спустились в нижний мир, и много раз подтверждалось.

Даже давший благословение бог, может не знать, что за способности изучает каждое дитя. С самого начала Характеристики полностью зависят от экселии. Это она показывает возможности жителей Земли. Боги, будто родители, которые присматривают за ростом своих детей и смотрят на изменения, происходящие в них, своими глазами. Поэтому и можно сказать, что даже богам неизвестно, что случится в этом мире.

В этом и заключается причина, по которой многим богам и богиням так интересны редкие способности. Неизвестность делает жизнь в этом мире интересной, и этим интересом никак не могут насытиться боги.

«Для поддержания незаметности, это будет не слишком полезно», — в Эйне заговорила рассудительность.

Способность, которой никогда не было в Гильдейских записях, — и о которой она никогда не слышала своими ушами.

Другими словами, это самая что ни на есть редчайшая способность.

Скорее всего, Белл первый авантюрист в истории, раскрывший эту Способность.

Если бы среди ему пришлось выбирать только между «Иммунитетом» и «Охотником», тогда бы Эйна могла предложить какой-то совет. Однако о значении способности, о которой она слышит впервые, девушка могла только гадать.

— А, но… — Белл неожиданно что-то вспомнил и подал голос, погрузившись в собственные мысли. — Боженька говорила, что ей кажется, что это что-то вроде… «оберега».

Какого бы вопроса это не касалось, нельзя игнорировать божественное видение. Если Гестия так высказалась, увидев новую способность Белла, скорее всего, она права.

Оберег… Сила, которая защищает человека, который об этом даже не подозревает. Её можно назвать божественной защитой, которая присматривает за человеком.

— М-м-м-м, — тихонько сказала Эйна, собираясь с мыслями. Она решила, что на время ей не стоит передавать полученную информацию Гильдии. К Беллу и так проявляют много внимания.

— Что же… такая возможность есть. Но есть ещё сферы, в которых Везение полезно авантюристам… например, больше получаемой добычи?

— А, да, и правда.

— Но мне не кажется, что эта способность связана с деньгами. Прости, не думаю, что я тебе слишком помогла.

— Н-но!..

Белл замахал руками и начал трясти головой.

Чувствуя неловкость, оттого что она не смогла помочь, Эйна решила спросить о решении Паствы Гестии.

— Что вы с Всевышней Гестией собирались изучать?

— Боженька хотела, чтобы я изучил Удачу. Она сжала кулак, махала им вот так и кричала «Тебе просто необходима эта способность»!

«Звучит немного рискованно», — подумала Эйна, удивлённо поднимая брови и смотря на парня.

Поздно сейчас спрашивать, но ей стало интересно, что именно сделал Белл, чтобы получить для изучения такую способность.

Тем временем, Белл не мог понять, почему его так ошеломляет интерес в глазах Эйны.

— …А что насчёт тебя, Белл?

— Охотник круче… то есть, нет, но, просто, я не могу его проигнорировать, и да…

— Хе-хе. Могу понять почему ты так волнуешься. И всё-таки?

— Эм, всё-таки, как и сказала боженька, я не могу проигнорировать и Везение тоже…

Несмотря на неуверенность парня, Эйна прекрасно понимает о чём думает Белл.

Охотник — это очень сильная способность. Авантюристы, которые встречают опасности Подземелья, день за днём, скорее всего, запрыгали бы от восторга, получив возможность получить эту способность.

Другой выбор, это Везение — незнакомая ранее способность с неизвестным эффектом. Но в человеческой природе заложено реагировать на слова «редкая способность», особенно, если человек может её получить.

Учитывая, что Иммунитет может быть получен и при следующем поднятии уровня, скорее всего, Белл колеблется выбирать ли ему Охотника.

По правде говоря, он, возможно, хочет обе способности.

Девушка могла войти в положение Белла, ему придётся принять непростое решение. Эйна и сама не могла не сморщиться.

— Я часто это говорю, но окончательное решение принимать тебе, Белл. Так что я не хочу говорить тебе что-то, что может склонить тебя к тому или иному пути. Поэтому я хочу, чтобы ты задумался кое о чём, вместо этого самого выбора.

— К-конечно.

Эйна подождала пока Белл настроится, прежде чем продолжить.

— Простейший способ решить — это задуматься о твоих будущих целях.

— О моих целях?

— Да. Если ты хочешь становиться сильнее и усердно трудиться, пробивая себе путь в Подземелье, то Охотник очень хорошо тебе послужит, Белл. Если ты хочешь эффективнее охотиться в Подземелье, то я очень рекомендую тебе эту способность.

Эйна на мгновенье прервалась, заглянув прямо в рубиново-красные глаза Белла.

— Но если твоя цель нечто необъяснимое, — что-то, что сейчас не в твоих силах… То с обычными способностями на этом пути делать нечего. Я верю, что Везение станет тебе лучшим союзником, когда придёт время.

— …

— В таком случае, думаю, что Везение понадобиться тебе куда сильнее.

В комнате стало тихо.

Белл сделал глубокий вдох и посмотрел на свои руки.

Когда парень сжал пальцы в кулак, Эйна ощутила, по взгляду Белла, что он пришёл к решению.

— В этом вопросе нет неверного выбора. Просто тебе нужно прийти к решению. Что бы ты ни выбрал, оно послужит тебе и твоим нуждам.

— …Да. Спасибо.

Белл поднял голову, на его лице появилось решимость, и он ещё раз кивнул.

Может, он и достиг Второго Уровня, но его разум сжигали вопросы.

Эйна посмотрела на мальчика, который принял своё решение, и подумала, что, возможно, будет неплохой мыслью присмотреть за ним чуть дольше. Мягкая улыбка была на её губах.

— Боженька, я дома!..

Я открыл дверь дома, скрытой комнатки под старой церковью.

Боженька оторвала взгляд от книги, которую она читала на софе, в тот момент, когда я с ней поздоровался и улыбнулась.

Топ, топ, топ, — затоптали её ножки по полу, когда она поднялась, чтобы меня встретить.

— Добро пожаловать домой, Белл. Итак, что ты решил? Уже знаешь какую способность выбрать?

— Да, я хочу выбрать Везение.

Совет Эйны помог мне принять решение.

Я думаю не о настоящем. Я выбираю будущее.

Я не знаю наверняка, нужна ли мне эта способность, Везение, но слова Эйны попали в точку. Я в это верю.

Боженька радостно улыбнулась и шепнула «Ладненько».

— Тогда, может, делом займёмся? Ты ещё не поднял уровень.

Она так ко мне подскочила, только чтобы выбор мой узнать? Я нервничал, но кивнул в знак согласия.

Мы подошли к её кровати и начали готовиться к моему последнему улучшению Характеристик, в качестве авантюриста первого уровня.

— Вот, наконец, ты и поднял Второй Уровень, Белл… хотела бы я сказать, но ты сделал это так быстро, что у меня даже ощущения ностальгии нет.

— П-правда?

— Ага. Я помню, будто это было вчера, — момент, когда ты убил гоблина после того, как стал членом моей Паствы и вернулся с улыбкой до ушей. Немного странные ощущения, на самом деле.

Боженька продолжила говорить, при этом начав обновлять мне характеристики. Если не считать редких «ого» и «ага», я даже слова в её монолог не мог вставить.

Я стану авантюристом Второго Уровня.

Почему-то любое, совершённое мной движение, казалось очень шумным. Впрочем, на кровати было удобно. Мысли о поднятии уровня погрузили меня в свои мысли. Знаю, до меня уровни поднимали многие, но, всё же.

Ничего кроме мыслей о новом уровне в голову не лезло, да и с телом всё было как обычно. Нет, если подумать, то меня, ниже шеи, будто окутало тепло.

Я не переживал и не нервничал; я просто тихонько ждал, слушая стук своего сердца… и вот, настал этот момент.

Пальцы боженьки остановились.

— !

— …Готово.

Я сел, как только ощутил, что она слезла с моей спины.

Расположившись прямо посреди кровати, я взглянул на свои руки.

Я ощутил взгляд Боженьки, смотрящей со стороны, как я сжимаю и разжимаю кулаки.

— …Я никакой разницы не ощущаю.

— А чего ты ожидал? Что подскочишь и заорёшь «Мощь течёт по моим жилам!..» во всё горло? — Боженька разыграла передо мной целую сценку, изображающую получение новых сил, прежде чем рассмеяться.

Может, раскрывать свои настоящие чувства в таком положении немного грубо, так что я в ответ только кивнул.

Я поднял уровень, но остался точно таким же.

Я думал, тело будет легче. Я думал, что увижу мир по новому. Или что-то вроде этого. Но ничего такого. Я не ощутил разницы в сравнении с несколькими минутами назад, когда я вошёл в комнату. А где же чувство завершённости после поднятия до Второго Уровня?

Это сильно разочаровывает… Будто ветер, раздувающий мои паруса, просто исчез.

— Так ведь строение твоего тела не меняется, знаешь ли. Прости, если заставила думать, что тебя ждут какие-то разительные перемены.

— А, нет, дело не в этом…

— Ха, но вот изменения в твоих Характеристиках существенным. «Контейнер» твоего духа стал гораздо больше. Для меня, да и для любого другого бога, это ясно, как день. Может, пока ты сам этого не осознаёшь, но оказавшись в бою в следующий раз, ощутишь, будто кто-то переключателем щёлкнул. Такие атаки проводить будешь, о которых раньше даже не подозревал.

Боженька рассмеялась снова, записывая мои Характеристики на Коине, обычном языке людей и полу-людей.

Мне известно, что когда авантюристы получают новый уровень все их Характеристики сбрасываются до нуля. Я слышал, что прошлые характеристики не пропадают просто так, вместо этого они скрыто записываются в Характеристики как «дополнительные очки». Как там боженька это называла, — «Скрытые параметры»?

Раз на листочке всё равно будут одни нули, нет особого смысла в записях, которые боженька сейчас делает… Но почему бы и не проверить?

Я наклонил голову набок, поднявшись с кровати. Моя обычная одежда была разорвана в бою с Минотавром, так что я схватил запасную рубашку и забрался руками в рукава.

Я встретился взглядом с боженькой, когда моя голова выбралась из воротника рубашки и она протянула мне бумажку с записями.

— Хотела бы я, чтобы это было сюрпризом, но, думаю, лучше будет сказать лично.

— ?

Боженька светилась от счастья, когда я взял лист у неё из рук.

Я даже взгляд не успел на бумагу бросить, как боженька сказала:

— Отличные новости, Белл.

Я уже раскрыл рот чтобы задать вопрос, что за новости, но боженька и тут же меня опередила:

— Навык.

— Ах?

— Это твой вто… Нет!.. То есть, ну ты понял. То, чего ты всегда так сильно ждал: Твой собственный Навык!

Несколько секунд прошли в тишине.

Её слова застряли в моей голове, прежде чем что-то наконец щёлкнуло и мои глаза побежали по, полученной мной, бумажке.

Я ощутил, как вращаются зрачки моих, налившихся кровью, глаз, когда я вскользь читаю написанное.

И тогда.

Белл Кранелл

Уровень Два

Сила: I-0

Защита: I-0

Проворство: I-0

Ловкость: I-0

Магия: I-0

Везение: I

Заклинания:

«Вспышка»

• Магия быстрого действия

Навыки:

«Решимость Героя, Аргонавт»

• Применяется автоматически активным действием

Мои глаза никогда не раскрывались так широко.

Что-то появилось в графе моих Навыков.

Голова начала кружиться. Маленькая богиня, намного старше, чем я, смотрела на меня с одобрением во взгляде. Она одними губами произнесла: «Вот так».

Мои щёки расплылись в улыбке сами по себе. Меня начало распирать от радости. Это событие определило мой день!

Мышцы лица никак не расслаблялись. Даже я мог понять, как сияют мои глаза, когда ещё раз пробежался взглядом по бумажке. И тогда я кое-что заметил.

…«Решимость Героя»?

Радость, до этого охватывающая всё моё тело, меня отпустила, я не мог отвести взгляд от этой записи в своих Характеристиках.

Как-то это слишком пафосно для описания… Теперь каждый уголок моего мозга остыл и посылал мне отчаянные сигналы.

«…Секундочку».

Губы онемели. Улыбка исчезла с лица.

Я слышал, что Навыки и Заклинания в Характеристиках авантюриста отражают не только собранную экселию, но и личность благословенного.

Даже название этого Навыка… То есть, Характеристики авантюриста — это отражение его души?

И теперь, фраза «Решимость Героя», выгравирована на моей спине… То есть, мой скелет в шкафу, что я уже в своём возрасте хочу быть героем…

Скрииииип. Моя голова поднялась, открываясь от клочка бумаги с таким же звуком, как ржавая дверь, уши горели.

Напротив стояла боженька, с теплотой во взгляде и озорной улыбкой…

— …Гах, ДА-А-А-А-А-А-А-А-А-АХ-Х-Х-Х-Х-Х-Х-Х-Х?!

Я закричал во всё горло, а смотревшая на меня боженька, казалось, в любое мгновенье разразится смехом.

Откинув клочок бумаги, я шлёпнулся на пол в позу младенца, прикрыв уши.

Нет, нет, нет, нет!..

Она знает! Боженька знает, что я хочу стать как те герои, которых рисуют в книжках! Она знает!!!

Чистейшая агония. Я также смущён и пристыжен, как во все те разы, когда я убегал от Айз. Уверен, моё лицо сейчас всё равно, что помидор. Душа в огне, это сжигает меня изнутри.

Я умираю! Кто-нибудь, пожалуйста, унесите меня от этих страданий!

— Белл.

Цзинь! Её голос для меня был, будто взрыв фейерверка, тело вздрогнуло.

Но в нём слышалась нежность. Я ощутил, как мягкие пальцы касаются моего плеча.

Она прямо за моей спиной; надо хотя бы взглянуть на неё. Пытаясь морганием прогнать из глаз слёзы, я повернулся к ней, опасаясь худшего.

На её лице была радостная и нежная улыбка.

— Это так миленько!

— УВА-А-А-А-А-АХ-Х-Х!!!

За что, Боженька, ЗА ЧТО?!

— У-о-о-ох-х-х-х…

— Эй, сколько ты там сидеть собрался?

Я в углу комнаты, прижимаю колени к груди.

Падение с небес в глубины ада оставило на мне глубокий след. Этот шрам, возможно, останется на моём сердце навечно.

Я услышал голос боженьки за спиной, и горячие слёзы потекли по моим щекам.

— Ой, да ладно тебе. Ну идеализируешь ты героев, в чём проблема? Ты хоть знаешь сколько детей в наши дни остаются так чисты в таком возрасте?

— Я вижу, как ты прикусила губу, чтобы не расхохотаться, Боженька!!!

То как она говорит «дети» это уже, — так снисходительно!

Эхо моего, почти сорвавшегося на крик, голоса разнеслось по комнате. Я очень расстроен.

Боженька улыбнулась и наклонилась ко мне, сказав: «Прости, если я тебя расстроила». Меня утешает богиня, которая выглядит, как ребёнок. Хорошо, что рядом никого нет, потому что это самая жалкая картина всех времён и народов. Представление, как это выглядело со стороны, заставило меня чувствовать себя ещё хуже.

— Тебе уже лучше?

— Я выбираюсь…

Я усилием выпрямил колени и поднялся. Нет, мне нисколько не лучше, но ей всё равно этого не понять, так какой смысл так сидеть?

Размяв шею и подняв голову, я наклонился и подобрал с пола листок с моими Характеристиками, чтобы снова на него взглянуть.

«Аргонавт…» — Это название Навыка, но я ничего кроме этого о нём не знаю… Кроме этого ничего не написано. Информации о нём крохи.

Также было и со Вспышкой. Почему, когда я изучаю что-нибудь новое, нет никаких объяснений, как я могу это использовать? Даже не подозреваю, что может делать этот навык…

— Боженька, ты знаешь, какой этого Навыка эффект?

— М-м-м, сложно объяснить. Кажется, этот навык не из тех, что работает постоянно… применяется Активным Действием, то есть, когда ты решишь действовать, то сработает какой-то определённый эффект.

— Решу действовать?..

— Ну, знаешь, атаковать или защищаться, — добавила она. — Но, если это так, думаю, на контратаки он не работает.

Хах? Я вроде всё понял, но вроде бы и нет…

Бесполезно. Я недостаточно умён, чтобы выразить это самостоятельно.

— В общем, тебе просто стоит попробовать использовать его в бою. Это немного сомнительный путь, конечно.

— Об этом можешь не беспокоиться. Это же мой Навык…

Похоже, что мне остаётся только ждать и наблюдать.

Чувствуя себя немного не в своей тарелке, я снова взглянул на бумагу.

Я немногое знаю о Навыках в общем, но название Аргонавт… об этом я знаю многое. Что же, точнее будет сказать, что я помню многое об этом названии.

— Аргонавт.

Это история о несчастном парне, который отправился вызволять прекрасную королеву из лап яростного монстробыка.

Главный персонаж часто оказывался обманут многими людьми и даже этого не понимал. Он просто шёл напролом, как дурак и, каким-то чудом, нашёл монстра, которого искал. Если я правильно помню, в самом конце, королева, которую он пытался спасти, сама спасла его от монстра.

Из всех героев и историй, которые я читал, эта история меньше всего похожа на героическую.

Может, я слегка преувеличиваю, но я точно помню, как читал эту книгу и у меня от удивления чуть не вылезли на лоб глаза. Он совершенно не был крутым… разве, может быть герой, который мечтает стать героем?

Но Дедуля, он любил эту историю. Он говорил что-то вроде: «Лучшие дни этого паренька ещё впереди», — или нечто подобное. Из всей истории я не переставал думать только о её конце.

Кто бы мог подумать, что я случайно столкнусь с чем-то из своего детства… это очень сбивает с толку.

— Прости, Белл. Мне пора уходить.

— Э? Ты сегодня работаешь, Боженька?

Голос боженьки прорвался сквозь мои воспоминания, давая мне понять, что она собирается уходить.

Я был уверен, что у неё сегодня выходной, так что на всякий случай переспросил.

— Просто, видишь ли, сегодня Денатус — собрание богов, которое проходит каждые три месяца.

— Денатус… Это же?..

— Ага, именно так. Собрание, на котором присутствуют боги, которым нечего делать… Мы выбираем титулы для авантюристов, поднявших уровень.

«Титулы». — От этого слова мои плечи напряглись.

Как и второе имя Айз, «Кенки». Это имя было избрано богами.

Это означает, что боги подбирают титулы авантюристам на общем собрании. Вот что называется Денатусом.

Если боги сегодня собираются на такое собрание…

— Поскольку ты получил Второй Уровень, Белл, мне нужно присутствовать. Скорее всего, мы будем выбирать тебе второе имя.

Я так и знал!

Я надеялся, что она скажет именно это. В который раз, за этот день, я ощутил волнение, но это того стоит!

— Т-т-т-то есть, и я тоже? Я получу второе имя, как у Айз?!

— …Полон энтузиазма, не так ли?

— Ну конечно, я загорелся!

Титул авантюриста, это как его флаг!

Только поднявшие уровень авантюристы, получают второе имя; это доказательство того, что боги признали твои способности! Я абсолютно уверен, что это великая честь!

И тогда!…

— Все эти титулы, которые выбирают боги и богини, такие крутые и утончённые! Прозвища вроде «Падший Небесный Воин Тёмного Пламени, Ангел Тьмы», это так круто и даже звучит мощно!

— …О, вот ты что думаешь.

Несмотря на моё искреннее восхищение, взгляд боженьки устремился куда-то далеко, а на её губах появилась слабая улыбка.

Если честно, это была очень грустная улыбка. Боженька старалась на меня не смотреть.

Ч-чего?

Что случилось с тем тёплым взглядом, который был ещё мгновение назад?..

— И правда. Детям этого мира ещё рано…

— Эм… Ч-что ты имеешь в виду?..

— Нет, ничего. Уверена, придёт день, когда ты всё поймёшь, Белл.

Её многозначительная фраза повисла в воздухе, когда боженька замолчала и пошла к двери.

Так много вопросов возникло в моей голове, что лицо сменилось с восторженного на озадаченное.

Неужели Денатус… нечто совершенно иное, чем я думал раньше?

Я слышал, что это собрание, на котором совершенно серьёзные божественные воли противостоят друг другу?..

— Итак, вернусь чуть позже.

— Л-ладно.

Боженька, остановившись у двери, помахала.

Она была похожа на, собирающегося на смерть, солдата, и я не мог не мяться.

Боженька взглянула на меня ещё раз и мускулы на её лице напряглись. Она открыла рот и сказала:

— Меня не волнует, что мне придётся сделать; но клянусь, что выбью тебе самый приемлемый титул ради тебя, Белл!..

«Ради тебя!..» — Её слова эхом раздались в моих ушах.

Хлоп… Она закрыла дверь за своей спиной.

Не могу сказать, была она воодушевлена или в отчаянье, но сейчас это была не та боженька, которую я знаю. Моё тело пробил холодный пот, когда её шаги по лестнице стихли.

Изначально Денатус был встречей безработных богов и богинь, который проводился из-за огромного количества свободного времени.

Паствы таких богов уже достигли определённого уровня силы и влияние, поэтому божествам хотелось забыть рабочий стресс и расслабиться по полной. Поскольку делать богам было нечего, они решили, что будет весело собраться вместе и поговорить о делах насущных, чтобы убить время.

Несмотря на то, что это было всего лишь небольшим собранием, расточительным богам и богиням было нужно место для собраний. И вскоре одно такое место было найдено.

С годами, число участников росло, и цель их встреч начала меняться. Бесцельные разговоры уступили место новостям. Но одним обменом информацией между Паствами дело не ограничилось, а когда в Денатус вмешалась Гильдия, эта встреча стала оказывать влияние на всё Орарио в целом.

Несмотря на то, что Денатус известен только своим названием, боги и богини, участвующие в Денатусе, влиятельны, их голоса оказывают влияние на авантюристов.

Процесс подбора титулов, напрямую влияющий на авантюристов, стал общеизвестным событием.

— Похоже, что в этот раз немало детей подняли уровни.

— Да, я слышал, что урожай просто выдающийся. Будет весело.

Местом проведения Денатуса был выбран тринадцатый этаж небоскрёба в самом центре Орарио, — Башне Вавил.

Это место было полностью переоборудовано, от оригинального помещения остались только колонны, поддерживающие потолок. Большой, круглый стол в самом центре комнаты был окружён стульями. Остальная часть этажа была совершенно пуста. Внешние стены были заменены на стёкла, создавая впечатление, что встреча проходит прямо над городом.

Из-за высокого потолка кажется, будто божества встречаются в парящем в воздухе храме.

— В этот раз нас тут больше собралось.

— Хах, а кое-кто, наоборот, показываться перестал.

Когда последний из божеств подошёл к столу, оказалось, что собралось более тридцати богов и богинь. У каждого из этих богов был как минимум один продвинутый авантюрист — Второго Уровня и выше — в их Пастве, что делает их самыми влиятельными среди Паств Орарио.

В отличии от Празднований, для этой встречи не нужно наряжаться. Гестия прошла мимо божеств в пёстрых нарядах и заняла подготовленное ей место.

— Выглядишь на удивление спокойно.

— Так мне и переживать не о чём, не так ли? — затараторила Гестия, задавая ответный вопрос красноволосой и красноглазой богине, Гефест, посмотрев на неё.

Гефест была в плотной чёрной блузке, её огненно-красные волосы падали на спину. Её наряд был, скорее, мужским, но это не мешало божествам обоих полов быть очарованными её шармом.

Богиня взглянула на Гестию, её правый глаз прикрывала повязка и медленно пожала плечами.

— Мне казалось, ты будешь куда нетерпеливее. Ну, знаешь, ногти грызть, как ты обычно это делаешь.

— …Если что-то идёт не так, я начинаю шуметь. Но это только развлекает всех остальных, так ведь?

— И не поспоришь…

Гефест ощущала, как Гестия напрягается, когда божества, один за другим подходили к ней и трепали её за щёки. Гестия была новенькой и многие боги и богини слетелись к ней, как мотыльки к свету. Они даже не пытались скрыть своих намерений.

Они бы подходили, даже если бы новенькой была не Гестия. За этим кроется простая причина.

Боги поздравляли Гестию, в своей манере. Почти чудо, что её крошечной Пастве удалось поднять статус.

— Скажу тебе сразу: Никакой помощи от меня не жди. Нас тут много, а у меня всего один голос.

— Да, я понимаю. — Гестия слегка вжалась в свой стул услышав предупреждение Гефест.

— Ну что, покатили! — раздался в зале голос.

Все разговоры тут же стихли. Владелица голоса поднялась, её рыжевато-красные волосы растрепались.

— Самое времечко начать тысячный Денатус. Сегодня хозяйничает никто иная, как всеобщая любимица Локи! Приятно свидеться!

Целый хор присвистываний и аплодисменты заполнили комнату.

Локи, с её светло-рыжими волосами собранными в короткий хвостик, улыбнулась и махнула рукой, указывая всем остановиться.

Гестия тем временем смотрела на неё с другой стороны стола и пробормотала почти с отвращением:

— И почему сегодня Локи за главную?

— Сама вызвалась. Большинство членов её Паствы ушло в экспедицию, и у неё дома почти пусто. Кажется, ей стало скучно.

— О-о-о-ох, у неё есть время на скуку…

Гестия нисколько не любила Локи и её расстройство проявлялось в голосе.

Не ясно, был ли услышал злобный шёпот Гестии, или нет, но Локи бросила взгляд в направлении Гестии, решив, впрочем, игнорировать юную богиню и продолжать заниматься делами.

Гестия была удивлена такому повороту событий. Обычно, Локи не упустила бы возможности с ней поцапаться.

— Отличненько, перейдём к делишкам. Для начала, что у нас по новостям? Если у кого есть что-нибудь интересненькое, не молчим!

— О, у меня, у меня! Несчастный бедняга Сома получил предупреждение от Гильдии. Ему пришлось бросить его единственное и любимое хобби!

— Чё ты сказал?!

— Э, а чем там Сома занимался?

— Без понятия.

— А… маленькая Мисс Эйна постаралась…

— Кто бы мог подумать, что мы тут о задроте Соме говорить будем!

— Что там у нас ещё случилось? Ну, не томите!!!

— Кстати, он из комнаты не выходит. Сидит в углу, качается из стороны в сторону.

— Ох, я бы глянула-а-а-а-а-а-а!!!

— А я бы его подбодрил!

— ЭЙ!

— Да ты бы просто соли на раны посыпал, разве нет?

— Прошу прощения, что я так неожиданно меняю тему разговора, но есть важная вещь, которую нам следует обсудить. Прошёл слух, что Королевство Ракия готовит вторжение в Орарио.

— Как-то неожиданно.

— Ой, не говорите мне, что это снова Арес.

— Может, пора бы нам что-нибудь сделать с этим идиотом? Он уже достал всех, ну серьёзно.

— И вообще, чего Ареса так превозносят в той стране?

— Может, потому что он славным парнем кажется? Детишки таких любят.

— А ещё дело в его сногсшибательной внешности. Он на равных с богинями красоты. Я, кстати, за Фрею, если что.

— Мускулы вместо мозга.

За столом начались разговоры, от шуток переходили к серьёзности, так повторилось два или три раза.

Каждый бог высказывал своё мнение, атмосфера была расслабленной и непринуждённой.

Несмотря на то, что Гестия слышала о том, что происходит на Денатусе, увидев этот хаос своими Глазами, она была озадачена.

Казалось, что восстановить порядок будет невозможно, но:

— Ну всё, рты позакрывали, живо! — голос Локи неожиданно перебил всех богов. Гестия даже подумать ничего не успела, а все боги тут же затихли.

— Отличненько. Вот что получаем. Нужно присматривать за Ракией и доложить в Гильдию. Как только старик Уран всё узнает, лично прекратит. Всем остальным, дать втык своим Паствам. Всё ясно?

— Ясно!!!

Локи разобралась в новостях и указала на важные вещи. Поскольку в этом зале собрались боги и богини самых влиятельных Паств Орарио, убедиться, что все услышали самые важные новости, это часть работы Локи.

Локи осмотрела стол, спросив есть ли ещё важные новости. Как только её ушей достигла абсолютная тишина… она хлопнула в ладоши, и на её лице воцарилась хитрая улыбка.

— Пора перейти к Церемонии Раздачи Титулов.

В зале повисло напряжение.

Когда Локи произнесла эти слова, множество богов, до этого времени выглядящих очень оживлённо, застыли, их лица стали на порядок бледнее. Среди таких богов была и Гестия.

Остальные же лишь злорадно хихикали.

Все божества привыкли к тому, как проходит Денатус и сейчас начинается любимая часть большинства. На лицах некоторых богов показались уродливые улыбки.

Их праздник, и трагедия остальных, скоро начнётся.

— Ну что, все записи получили, да? Итак, время начать представление! Только сегодня, гран при… ребёнок Сето, авантюрист, по имени Цети!

— П-пожалуйста, полегче с ним, пожалуйста!..

— ОТКЛОНЕНО, — послышалось множество голосов.

— Не-е-е-е-е-е-е-ет!

Чувствительность богов, как и людей внизу, меняется под стать культуре на Земле. Очень во многом боги схожи с людьми. Поскольку Гестия с Деусдии, для неё не секрет, что боги и богини обладают схожими чувствами, напоминающими человеческие. Пусть это и не всегда верно, но очень часто боги ощущают мир, подобно людям Земли.

Однако.

Для божеств совершенно отличается понятие хорошего имени при раздаче титулов детям.

Странность ли это богов, или глупость детей?

Слишком ли боги радикальны, или просто дети старомодны в своих мыслях?

Где лежит истина, непонятно, однако фактом остаётся, что имена, которые заставляют глаза детей светиться от гордости, также заставляют богов отворачиваться от стыда.

— …Решено. Авантюрист Цети Селти, теперь будет известен как драконий рыцарь заката: «Боец Пламенного Сражения»!

— За что-о-о-о-о-о-о-о?!

Ещё один «прискорбный титул» только что был придуман.

Божества с не самыми доблестными характерами любят наблюдать, как любимые дети других божеств один за другим получают подобные прискорбные титулы. Дети, получающие их, однако же, будут восхищаться представляя, как эти титулы им придумывали.

А божества, в свою очередь, будут с удовольствием смотреть, как боги и богини теряют голову от смущения, когда их дети открыто хвалятся полученными титулами. Сегодня великий день, поскольку многие будут кататься по полу от смеха. А самое лучшее, что множество этих титулов будет продолжать жить в легендах мира людей.

— Это слишком жестоко…

— Я слишком хорошо тебя понимаю…

Изо рта Гестии вырвался испуганный хрип.

— Мне тоже было нелегко, поначалу, — сказала Гефест, медленно кивнув. Её единственный алый глаз смотрел куда-то вдаль.

Божества, посещающие Денатус впервые, и особенно Церемонию Раздачи Титулов, получают особенно жестокое отношение.

Может, главной целью встречи и является обсуждение важных новостей, но после него начинается издевательство над новичками. Лицо Гестии потемнело, когда она смотрела, как некоторые боги кричат от отчаянья, в то время, как другие смеются во весь голос, держась за рёбра. Разница между этими группами слишком велика.

— Итак, следующий. Такемиказучи… Ого, миленькая какая девчушка. М-м-м-м-м, она откуда-то с Дальнего Востока, так что зовут её… Маленькая Мисс Ямато Микото!

Локи взглянула на Гильдейскую карточку в руках, оценивая её взглядом.

В карточке были профили всех авантюристов, которые должны получить титул, а также рисунки, изображающие лица при регистрации в Гильдии. Неожиданно зал заполнило шуршание бумаги, почти сразу после которого раздалось коллективное: — Ого-о-о?

— Ты глянь какая… чертовски хороша.

— Чёрные волосы отлично смотрятся…

— М-м-м-м-м, и так молодо выглядит, нельзя же…

— О да, мысль о том, чтобы с девчушкой в таком возрасте чего-нибудь… меня прямо заводит! Шучу, я ценю своё положение.

— Д-да что вы несёте?!

Божества могут избежать драмы при получении титулов на Денатусе двумя способами.

Первый, это задобрить самых влиятельных богов и богинь до начала встречи. Однако, для большинства бедных Паств, это практически невозможно.

А второй случается, когда влиятельный бог или богиня при виде человека и его характеристик проявляют симпатию, как сейчас и случилось. Девушкам обычно достаются лучшие титулы, чем юношам из-за такого отношения.

— Эх, Такемиказучи, безнадёжный ты чертяка!

— Жигало ты с рождения, вот ты кто…

— Богиня или дитя тебе вообще не важно, да? Постоянно в свои сети их ловишь…

— У тебя что, комплекс Лолиты, что ли?!

— О-о чём вы вообще говорите?!

— Бедненькая Микото… тоже попалась…

— Если ничего на ум не приходит, почему бы не придумать что-нибудь менее реалистичное… Хе-хе-хе.

— Чтоб вас всех!..

Нет ничего более безжалостного и непредсказуемого, чем бог.

Такемиказучи стиснул зубы. Его охватила злость на других божеств.

— Я стану той, кто исполнит реквием для Мисс Микото! Будущее Млечного Пути — Вселенская Счастливица!

— Дорогая Микото, ты очень хорошая девочка, но твой бог безнадёжен. Падшая святая — Последняя Героиня!

— Хватит! А ну, перестаньте! Я всю душу вложил, чтобы вырастить и воспитать моего маленького ангела!

— «Маленький Ангел», значит!

— Попался!!!

— Пожалуйста… пощады…

Такое зрелище для богов, пришедших на Денатус, не редкость.

Гестия и Гефест также пытались внести несколько предложений, но их проигнорировали.

— Итак, имечко этой девчушки, Микото… «Безграничная Тень». Все согласны?

— Возражений нет.

— Ува-а-а-а-ах-х-х… га-аа-а-а-а-а-а-а-ах-х-х-х-х!!!

Гестии было обидно за друга, откинувшего голову, закрывшего уши и кричащего во весь голос из-за перенесённого унижения. Она поклялась себе, что позовёт его выпить этим вечером.

Даже после того, как Такемиказучи, бог боевых искусств, перестал лить кровавые слёзы, боги продолжали злорадствовать на Церемонии Раздачи Титулов.

Расправа продолжалась, пока все авантюристы из Паств низкого и среднего класса получили свои титулы. Пришло время для сливок общества.

Авантюристы из Паствы Гефест, Паствы Ганеша и Паствы Иштар были на очереди.

— …Фрея! Ни одного твоего ребёнка в списках не видно. Так ты только поразвлечься пришла? И почему же Всемогущая Фрея снизошла до посещения подобного мероприятия?

— Что же. Даже в Тенкае праздность — это яд, который любого из нас убивает. Я всего лишь хотела немного развеяться, Иштар.

Любое божество, получившее приглашения на Денатус, имеет право принять участие в любом проводимом мероприятии.

Если никто из Паствы божества не поднимает уровень, богу остаётся прийти на Денатус только ради развлечения. Примером может служить множество богов и богинь, которые просто пришли раздавать титулы на церемонии.

Несмотря на то, что провокация Иштар была скрыта очень плохо, Фрея ответила другой богине красоты с холодной улыбкой на губах.

— О, вот как? Кстати, о прожигании времени, кажется, недавно один из твоих этим занимался. Бродил по средним этажам, Минотавра за Минотавром бил, ради развлечения, да? Яблочко от яблони недалеко падает, не правда ли?

— Ха-ха, может, ты и права.

— И кстати. Раз уж мы отвлеклись от темы. Я слышала, что Минотавр поднялся на верхние этажи… Не связано ли это с твоим домом, Фрея? И если связано, что на это скажет Гильдия?

— А к чему ты спрашиваешь, Иштар? Я вот слышала, что моё дитя, играя с Минотаврами, подвергся нападению группы амазонок в масках… Не думаешь, что это грубо? Хотела бы я перекинуться парой слов с их матерью…

— !..

Лицо Иштар исказилось, по тёмной коже богини, выглядывающей из-под дразнящего наряда, было заметно напряжение. А Фрея же тихонько захихикала, прикрывая глаза и завершая разговор.

Тайна, скрытая за появлением Минотавра, всколыхнула сообщество авантюристов и породила множество слухов. Все присутствующие боги знали об инциденте.

Остальные боги смотрели, как две богини красоты вступили в словесную перебранку, посмеиваясь про себя.

— Амазонки. Выходит Иштар попыталась влезть в дела Фреи?

— Очень может быть. Не в первый раз такое. Иштар всегда считала Фрею соперницей.

— А вот Фрея с ней всегда играла… Впрочем, даже спорить, кто из них двоих красивее, бесполезно.

— Только не ляпни это Иштар в лицо.

Гестия и Гефест перешёптывались друг с другом, но взгляд маленькой богини был устремлён только на Фрею.

Поскольку Белл оказался вовлечён в случай с Минотавром, этот случай не принёс проблем никому другому… Однако, поскольку её слово сейчас ценится далеко не так сильно, как слова Фреи и Иштар, Гестия не в том положении, чтобы требовать ответов. А бросать беспочвенные обвинения она не хочет.

Несмотря на то, что в голове Гестии запылали мысли, она решила не пытаться понять, что кроется за словами Фреи. Однако же, взгляд от сереброволосой богини, она не отвела ни на мгновенье.

— Ладненько, хватит болтать. Вернёмся к делам. Следующий в списке… Нухе-хе, родненькая героиня, моя Айз!

— Снова Кенки!!!

— Принцесса прекрасна, как всегда.

— Так, получается, она Шестого уровня?..

Церемония Раздачи Титулов чуть не переросла в стачку, но известное имя Айз Валленштайн вернула всё в своё русло. Каждое божество перелистало страницы и нашло очень детальное изображение юной девушки, уставившись на неё стеклянными глазами.

Каждый раз, когда кто-то поднимает уровень, этот человек получает шанс на исправление своего титула. Даже если поначалу титулы звучат довольно странно, если человек поднимает уровень снова, его второе имя может быть исправлено на следующей Церемонии Раздачи Титулов.

— Вам не кажется, что у Айз и сейчас достойный титул?

— Согласен.

— Может, изменить его на что-нибудь, вроде, святой меч — Кэнсей?

— М-м-м-м?

— Айз такого впечатленьица не производит, не думаешь?

— А, может, мы остановимся на чём-то, вроде, Дочь Богов — Наша Девочка.

— Согласен! — раздался хор голосов.

— Я вас всех порешу.

— Приносим свои извинения!!!

Кстати, есть ещё один способ избежать позорного титула, но он доступен только, если бог или богиня управляет могущественной Паствой в Орарио.

Если вкратце, можно просто заставить думать остальных, что нарываться на драку — это очень плохая мысль.

Никто из богов не будет так глуп, чтобы вызывать на себя ярость Локи.

Божества, которые соглашались не думая, сейчас склонили свои головы в глубоком поклоне Локи, чтобы избежать испепеляющего взгляда в свою сторону.

— Серьёзно, вы же знали с кем пытаетесь связаться. Ладушки, дальше… М-м-м, последний, да?

Гестия неожиданно напряглась и сглотнула.

В подготовленных документах осталась всего одна страница. Это поднятие уровня произошло прямо перед самым Денатусом, так что в бумаге была представлена лишь самая основная информация.

Она касалась авантюриста, принадлежащего к Пастве Гестии, о котором никто раньше не слышал.

Белл.

— Так этот парень действительно поднял уровень до второго…

Тихонько шепнула Гефест себе под нос, рассматривая утвердительную печать Гильдии на бумаге в её руках.

Слова подруги остались незамеченными Гестией, скользящей взглядом из стороны в сторону.

Богиня видела множество улыбок. Но это были грязные, отвратительные улыбки людей, готовых сполна насладиться неожиданным десертом.

Настал её черёд.

Она многое наговорила Беллу, прежде чем уйти, но так и не подготовила стратегию, поскольку решила верить в силу любви и отваги!..

…А секунду спустя.

Локи поднялась на ноги.

— …Локи?

— Прежде, чем перейдём к титулу, есть вещь, которую я хочу обсудить, Коротышка.

Никто не возражал, обычно шумная Локи открыла глаза пошире, чтобы каждый мог понять, что прерывать её не стоит.

— Он столького достиг с нашим благословением всего за месяц с лишним… думаешь я в это поверю?

БАМ!

Локи ударила по столу ладонью, на которой лежала бумага с изображением лица Белла, уставившись на Гестию.

— У моей Айз поднятие уровня впервые заняло год… целый год! А этот мальчишка справился за полтора месяца?! Ты кого надуть собралась?

Восемь лет назад.

Практически беспомощная восьмилетняя девочка стала авантюристом, поставившим рекорд поднятия второго уровня. К тому же, она была человеком, — представителем расы, которая физически и морально слабее, чем многие другие.

Новость о том, что такой человек установил рекорд разнеслась по Орарио лесным пожаром.

— Благословение не делает ребёнка особенным. Дитя, которое подняло уровень с такой скоростью, это неестественно. Нет никаких коротких путей, все они обязаны жопы рвать, чтобы уровень получить.

Локи пыталась сказать, что сила, которую даёт Фална, не даётся сразу.

Характеристики всего лишь дают детям шанс. Фална по разному проявляет себя в человеке, опираясь на его опыт и желания.

Способности, Навыки, Магия. Всё это развивается, опираясь на характеристики личности. Даже сами характеристики основываются на истории человека, — экселия, получаемая с опытом, усиливает силу благословения или изменяет его. Также, как цветок, форма и размеры которого будут зависеть от окружения в процессе его роста.

Однако, это всего лишь стимул.

На фалну нельзя повлиять извне. Проще говоря, это всего лишь ключ к раскрытию внутреннего потенциала.

— Выкладывай, Коротышка.

— …

Гестия могла поклясться, что Локи сейчас пламя выдохнет; черноволосую богиню покрыл холодный пот.

«Это плохо, очень-очень плохо».

Когда остальные боги и богини узнают о Навыке Белла, «Liaris Freese», это место превратится в самый настоящий зоопарк. Она не говорила Беллу о его Навыке именно по этой причине; в точности зная, как отреагируют остальные… А если добавить к этому навыку тот факт, что парень только что установил новый рекорд поднятия уровня, каждый бог в этой комнате на него накинется.

Гестия должна исполнить свой долг и защитить мальчика. Однако, чтобы это сделать, ей нужно объяснить, что Белл особенный, не раскрывая этого напрямую. Нужно дать Локи какое-то правдоподобное объяснение, но Гестия не могла придумать ничего, что могло бы удовлетворить других божеств.

Она оказалась между молотом и наковальней. Махнув рукой, будто попытавшись поплыть по воздуху, Гестия отчаянно пыталась придумать хоть какое-то объяснение.

— Что, сказать не можешь? Ты же не стала использовать свои божественные силы, не так ли?

— К-конечно, я их не использовала!

— Ладненько, сойдёмся на этом. Но раз у тебя рыльце не в пушку, тебе всё рассказать — раз плюнуть.

— А…

Локи обвинила Гестию в использовании Арканума, божественной силы, для ускорения развития Белла. Гестия была почти в панике, так что даже двух слов не могла сказать в свою защиту.

Гефест, сидящая рядом с подругой, тоже была озадачена. Рот богини открылся, будто она хотела что-то сказать, но не могла выразить свою мысль.

Все взгляды за столом сейчас сошлись на Гестии. Заинтересованные происходящим боги и богини ловили каждый звук. Гестия ощутила, будто комната начала сжиматься вокруг неё. Она никогда в жизни так не потела.

«Мне конец», — сказал тихий голос в голове богини, надежда её оставила. И в этот момент.

— Ой, ой, так ли это важно?

Прозвучало красивое сопрано.

— …А?

— Чё сказала?

Все взгляды тут же переметнулись с Гестии на владелицу голоса.

Фрея отклонилась на стуле, на её лице было задумчивое выражение.

— Если Гестия не нарушала наши законы, объясняться она не обязана, так? В конце концов, нам запрещено раскрывать внутренние дела наших Паств. Включая, Характеристики и Способности их членов.

Взглянув на локон своих волос, богиня заправила их за ухо. Фрея не проявляла ни малейшего интереса, будто говорила о чём-то естественном. Но это остановило Локи от её изысканий.

— …Но всего месяц? Ты хоть думаешь, что говоришь, стерва пустоголовая?

— Хе-хе, а почему тебя это так волнует, Локи? Такое внимание по мне выглядит странно… Это же, зависть, наверное? Это потому, что малыш Гестии побил рекорд твоей маленькой любимицы?

— Не волнует меня это, — презрительно парировала Локи.

— Хотелось бы так думать, — ответила Фрея со своей извечно-приятной улыбкой.

Лицо Локи исказил гнев, она открыла рот, чтобы возразить, но не издала ни звука. Как Локи минуту назад поставила Гестию в неудобное положение, так и Фрея загнала Локи в угол, из которого нет выхода. От яростного выражения на лице Локи, Фрея улыбнулась ещё шире, расслабленно сидя на своём стуле.

Тц! Локи прищёлкнула языком, смотря на Фрею почти с яростью во взгляде.

— Конечно, мне тоже было сложно поверить своим ушам, когда услышала цифры… Но этот мальчик, каким-то чудом смог справиться с Минотавром несмотря на низкий уровень.

— …

— Если бы кто-то спросил об этом меня, я бы сказала, что причина заключается в Минотавре. Если по какой-то причине убийство Минотавра было для этого мальчика чем-то особенным, то экселия, которую он получил, должна повлиять на него гораздо сильнее, чем обычно… Вот, что я думаю.

Каждое слово Фреи, будто пускало по комнате, в которой проходит встреча, дрожь.

Все божества погрузились в чтение бумаг в своих руках, и в графе «личная история» заметили, что, на самом деле, это вторая встреча авантюриста Белла Кранелла с Минотавром. Но убил он только одного. Один за другим, боги и богини за столом начали бормотать, соглашаясь с Фреей. Даже Локи не могла отрицать, что в словах богини красоты есть смысл, хоть и признала это с неохотой.

Прошла почти тысяча лет с тех пор, как божества спустились с небес и начали раздавать детям благословения.

Никто из них не мог предсказать какие возможности скрываются в людях нижнего мира. Даже сейчас происходят подобные неожиданные случаи, — всё, что сделала Фрея, указала на этот факт.

Спустя мгновенье в комнате стало тихо.

После она сказала, что несмотря на то, что ей очень интересно, нет никаких причин принуждать Гестию рассказывать о необычной скорости развития Белла Кранела. А после и остальные божества за столом начали говорить, что подобные вопросы против правил.

Фрея снова улыбнулась и перевела взгляд на Гестию.

Гестия заметила на себе взгляд серебряных глаз не сразу. Всё, что могла делать молодая богиня, это моргать, не понимая, что происходит.

Несколько секунд спустя Фрея поднялась со своего места.

— О, сваливаешь, Фрея?

— Да. У меня есть неотложные дела, так что мне следует уйти прямо сейчас.

— Раз ты здесь оказалась, почему бы тебе имечко мальцу Сисястой Лоли не придумать? Он же последний, в конце концов.

— Хех, я прошу прощения, но у меня нет времени. Всё же… — Фрея взяла в руки свою копию документов со стола. Она посмотрела на лицо Белла и сказала: — Хотелось бы, чтобы у него было какое-нибудь милое имечко.

— Хорошо!!!

Все боги за столом несказанно обрадовались, когда Фрея улыбнулась каждому из них, по очереди, очаровательной улыбкой. Богини же, взглянули на своих коллег-мужчин, как на мусор.

Фрея развернулась и пошла к двери, в последний раз заглянув через плечо.

— Ну что, может, мы уже перейдём к делам и выберем этому парню имя?

— Неплохая мысль.

— Но этот человек… никогда ничего о нём не слышал.

— Он из тех, кто появляется, будто из ниоткуда.

— О нём даже слухов никаких не ходило.

Боги начали неожиданно серьёзно обсуждать парня.

Гестия наконец оправилась от потрясений, перенесённых во время Денатуса, и посмотрела на сидящую рядом Гефест. Её глаза выражали именно то, что она хотела бы знать: «Что это было?»

Красноволосая богиня дёрнула плечами, было заметно, что она и сама в замешательстве, ответив: «Понятия не имею».

— О нём никакой информации. Не за что зацепиться. Кажется, Гильдия работала спустя рукава.

— Он поднял уровень за два дня до Денатуса, понятно, что его пропустили. Ничего не поделать.

— Посмотрим… Белые волосы, красные глаза… Кролик… Почему бы не «Маленький Кролик Пьёнкичи»?

— Нельзя, это название используется. Кузнец Вель-кто-то-там назвал так свой набор брони.

— Ого, как с языка снял!!!

— Вель-кто-то… Это вообще кто?

— М-м-м-м-м, Ганеша, есть предложения?

— …Я Ганеша!

— Да, да, Ганеша, Ганеша.

— На роль, более подходящего имени, мне ничего в голову не приходит!

Обсуждение продолжалось, боги-мужчины активно принимали в нём участие, хотя шло оно не слишком продуктивно.

Гестия наклонила голову, расслабившись от того, что главная опасность миновала.

Спустя мгновенье за её спиной возникла тень.

— …Локи?

— …

Локи стояла за спиной богини. Она покинула своё место и обошла стол, нависнув прямо над Гестией.

Было заметно, что Локи в плохом настроение, но она всё равно сказала:

— …Будь повнимательнее, Коротышка.

— А?

— По сторонам смотри, вот что я пытаюсь сказать. Хотя меня и бесит тебя предупреждать… Я не могу стоять и смотреть, как эта дурёха творить, что ей вздумается. Пора это прекращать.

— Она меня явно недооценивает, — сказала Локи с раздражённой ухмылкой.

Локи дёрнула головой в направлении двери, привлекая внимание Гестии. Посмотрев в ту сторону, маленькая богиня увидела, как скрываются из вида серебряные волосы Фреи.

— С-секундочку! Что значит твоё «меня предупреждать»?

Не понимая слов Локи, Гестия попросила разъяснений. Брови Локи дёрнулись, прежде чем она наклонилась к Гестии поближе.

— Совсем дубовая? — спросила Локи, посмотрев Гестии прямо в глаза, их носы почти соприкоснулись.

— Дура! Проснёшься, может? Она только что твоего мальчишку прикрыла.

— ?..

По прежнему не в силах связать события, Гестия могла только озадаченно смотреть на Локи.

Локи выпрямилась и фыркнула, выпустив воздух через нос. С неё было достаточно.

— Ого, да ты и правда ничего не поняла. Ну ладненько, не мои проблемы. Какая же дура, — себе под нос бурчала Локи, возвращаясь на своё место.

Гестия сопровождала Локи взглядом, пока та шла вокруг стола к своему месту. Потому она взглянула на дверь, в которую вышла Фрея.

Богиня прокрутила в голове слова Локи.

А после вспомнила взгляд, которым её одарила богиня красоты перед тем, как уйти.

«…Фрея… Защитила его?»

К тому моменту, как Гестия смогла понять значение слов Локи, боги за столом громогласно закричали.

— РЕШЕНО!!!

Повисшую атмосферу нельзя было назвать странной, но и обычной она определённо не была.

Напряжение повисло в одной из самых больших комнат Главного Офиса Гильдии.

— Почему кажется, будто все здесь готовы кого-нибудь убить?

— Не думаю, что понимаю, что происходит…

Миша шептала в заострённое ухо. Эйна тихо ответила себе под нос.

Они обе покинули свои места за стойками в приёмной зала Гильдии и поднялись по лестнице в зал второго этажа.

В обычно шумном и суетливом помещении царило необычное спокойствие.

— Тулле, ты меня слушаешь?

— А… п-прошу прощения, сэр.

Голос человека напротив вывел Эйну из состояния задумчивости. Стоящая рядом Миша, также пришла в себя.

В кресле напротив девушек сидел зверочеловек, держа в руках документ, ранее подготовленный Эйной. Его глаза смотрели то на подчинённую, то на бумагу в его руках, в этом взгляде читалось недовольство.

— Тогда я смею повторить, сообщать об этом всё равно, что приговорить всех авантюристов Первого Уровня к смерти.

— Эм-м-м…

— Я понимаю, что ты приложила немало усилий, чтобы собрать эти данные, но Гильдия ни при каких обстоятельствах не может позволить их разглашение. Я бракую план использования Белла Кранелла как примера развития для авантюристов.

«Этого я и боялась», — подумала Эйна, расслабив плечи и слегка отклонившись.

…Работая в одиночку, убить множество Муравьёв-убийц и победить Минотавра один на один.

В целом, именно так Белл заполучил второй уровень.

Если эта стратегия станет достоянием общественности и её начнут использовать авантюристы низких уровней в качестве способа быстрого развития, нет никаких сомнений, что потери возрастут в геометрической прогрессии.

Низкоуровневые авантюристы подумают, что Гильдия над ними издевается.

— …Нам стоит избавляться от таких инструкций. О последствиях я позабочусь.

— Мне очень жаль, сэр…

Начальник Эйны, господин с тонкими чертами, взглянул на записи ещё раз, прежде чем закинуть лист в глубины своего стола. Скорее всего, никто никогда их больше не увидит.

Легонько почесав длинное ухо на своей голове, мужчина снова посмотрел на девушек с явным недовольством.

— Тулле, ещё одна вещь.

— Что такое, сэр?

— Пожалуйста, попытайся держать свои эмоции под контролем.

— …Конечно, сэр. Я буду осторожней.

После того инцидента с криком — когда Эйна на весь приёмный зал прокричала личные данные Белла — Эйна низко склонила голову, извиняясь.

Она была благодарна, что её начальник не стал давать делу ход и тихонько вздохнула.

Мужчина прочистил горло кашлем и продолжил: — Теперь, Фрот. — Переведя взгляд на девушку-человека.

— Д-да?

— …Качество предоставленных данных для Денатуса было крайне низким. Особенно о последнем авантюристе, Белле Кранелле.

— Н-но, сэр… Он поднял уровень прямо перед собранием богов, у меня совершенно не было времени!.. Я была прижата к стене, но работала не покладая рук, пожалуйста, не подвергайте сомнениям усилия, которые я приложила собирая информацию!

— Я понимаю, о чём ты говоришь… но сейчас речь идёт о проекте в целом. Если мы получим жалобы со стороны богов, объясняться с ними придётся лично тебе, Фрот. Я не смогу тебе помочь, если до этого дойдёт.

— Ва-а-а-ах… Эйна-а-а… — всхлипнула Миша, обнимая коллегу за плечи. Эйна во второй раз тяжело вздохнула. Их начальник повернулся к столу и очень сухо сказал:

— Вы свободны.

Девушки развернулись и пошли к выходу.

Но вместо того, чтобы вернуться в приёмный зал, они решили остановиться и отдохнуть в углу офисных помещений.

Используя работающий на магических камнях автомат, с которым они уже давно были знакомы, девушки получили по чашке горячего чая за считанные секунды.

— Ух-х… Передавай своему младшему братику, что я ему «очень благодарна»…

— Младшему братику?.. Вообще-то, не он один виноват в сложившейся ситуации, Миша.

— Ничего не слышу! Вообще ни единого твоего слова!

Жух. Эйна заметила только, как её подруга дёрнула плечами и отвернулась.

Розовые волосы Миши слегка содрогнулись, когда девушка наклонилась и глотнула чая, пытаясь сжаться и стать ещё меньше.

«Совсем с наших школьных дней не изменилась», — подумала Эйна, скривив лицо.

— Я не пытаюсь сменить тему, но что это сегодня с ними? Кажется, будто все на нервах.

— М-м-м, и правда, обычно так не бывает…

Девушки не видели ни одного расслабленного лица среди работников Гильдии с того угла, в котором они стояли.

Множество работников были напряжены, прохаживаясь перед своими столами туда и сюда. Те, кто сидел, не сводили взгляда с часов, будто те сейчас взорвутся. Обычно в офисе слышались звуки записей ручками по бумаге, но сейчас ничего подобного не было слышно.

На самом деле, девушки имели представление, почему в офисе повисли такие тяжёлые настроения.

— Уже почти три часа… Он же скоро закончится, да… Денатус?

— Скорее всего. Результаты должны скоро доставить…

Подобное зрелище вполне обычно для Второго Этажа Гильдии, в день встречи богов.

Работникам Гильдии очень интересно услышать титулы, дарованные авантюристам. Люди Гекая снимают свои шляпы, перед каждым дарованным титулом и всегда нетерпеливо ждут, что боги и богини придумают в следующий раз.

Для Эйны и Миши в подобных настроениях не было ничего странного, они ежедневно видели авантюристов в таком же состоянии в приёмном зале Гильдии.

— А тебе интересно, Эйна? Хотелось бы мне знать, какие титулы боги придумают в этот раз.

— Я… М-м-м, да. В этот раз интересно и мне.

— Что, правда? На самом деле, один из моих подопечных тоже уровень поднял, так что я дождаться не могу!

Их разговор был прерван неожиданным БАМ!

Дверь офиса распахнулась, ударившись о стену. Все взгляды в комнате устремились к двери.

В проходе стоял мужчина, пытаясь перевести дыхание и сжимая в руках пачку бумаг.

— Вот они… Результаты Денатуса доставлены!

— Наконец-то!

— Эй, раздавайте их уже!

Все работники бросили свои дела и побежали к двери. Толпа окружала мужчину, продававшего бумагу за бумагой, на которой были указаны титулы — новые имена авантюристов.

Восхищённые и радостные голоса начали звучать то там, то тут.

— Вы только посмотрите на это, какой титул.

— Ого! Как клёво…

— Они всегда держат марку.

— Ах-х-х, мы никогда так не сможем.

— Боги настолько круче, чем мы. Рука Силы и Грации, «Биолантэ»… У меня мурашки по всему телу!

— Как воодушевляюще!

— Боги, наверняка, придумывали это, используя свою безграничную мудрость. Все эти титулы заслуживают внимания.

В офисе Гильдии неожиданно воцарилось воодушевление, особенно оно охватило работников-мужчин.

Начальники Эйны и Миши стояли кругом, и говорили так, словно они на одной волне. Группа девушек из другого отделения также пришла в офис, их высокие голоса слились с остальными восторженными разговорами.

Миша поднялась, выйдя из комнаты для перерывов, энергия офиса, будто совершенно на неё не влияла. Неожиданная дрожь пробежала по её спине, плечи девушки вздрогнули.

— О-они начали без нас!.. Идём, Эйна!

— А, конечно.

Эйна пошла следом за своей подругой. Не упуская розовые волосы Миши из вида, Эйна шла, чтобы получить свою копию листа с титулами, когда в её голове неожиданно возникло лицо Белла.

«О-о-ох, ему бы больше подошло какой-нибудь мягкий титул…»

«Что если его назвали как-нибудь вроде «Алый Авантюрист, Кровавый Парень»? — Неожиданно Эйна представила, как Белл ей это говорит — гордо выпятив грудь, пока она покрывается холодным потом — и она пытается ответить ему очень осторожно подбирая слова.

Несмотря на то, что это имя нельзя было назвать совершенно неподходящим Беллу, почему-то это не соответствовало его виду. Прикусив губу, девушка успокоилась и молилась, чтобы ей не пришлось оказаться в подобном положении.

— Эйна, я взяла! Быстрее, давай смотреть!

Миша, с улыбкой до ушей, махала листами бумаги в руках.

Несколько страниц, содержащих выбранные авантюристам титулы. Девушки начали изучать их с самых первых имён, и постепенно их взгляды дошли до второго и третьего листа.

Эйна наконец нашла того, кого она искала в самом конце последнего листа с титулами.

— Ах-ха-ха.

— О? Титул Белла?

Эйна не могла сдержать смех.

Её щёки порозовели, а губы расплылись в мягкой улыбке.

Миша снова уткнулась в лист, пытаясь найти титул парня. Эйна громко прочла.

— «Маленький Новичок».

----------

Глава 2. Смена обстановки, новые знакомства

— …

Я лежу и смотрю на белый потолок.

Я один в небольшой комнате под церквушкой, распластался на софе.

Мне совершенно нечем заняться, остаётся отключить сознание и позволить этому дню закончится. Тик-так, тик-так. Я слышу, как шестерёнки внутри часов на стене отмечают прошедшие секунды.

С моего сражения против Минотавра прошло три дня.

Это уже вошло в привычку. Я привык подолгу проводить неподвижно, наедине с мыслями.

Я проспал два дня в госпитале в Башне Вавил после того боя.

Он дался мне очень нелегко… В самом конце ни моё тело, ни мой разум не выдержали, и я просто отключился. Похоже, я спал как убитый, как какой-нибудь мёртвый груз. Но, всё же, один раз я ненадолго пришёл в себя и увидел на лицах Лили и боженьки облегчение. Это единственное, что я помню после той битвы.

После этого боженька и Лили почти дотащили меня сюда. Я провёл остаток дня отдыхая на софе, — ровно в том же положении, что и сейчас.

— Уровень… Два…

Я авантюрист Второго Уровня.

Когда я узнал, что поднял уровень, я довольно улыбнулся. Доказательство, что я сократил расстояние между ней и мной, теперь выгравировано на моей спине.

…Ну и я просто не могу упустить того факта, что я выиграл, я победил Минотавра.

Будто бесконечная пронизывающая дрожь, никак не связанная с ощущением победы. Но это вовсе не тяжёлое чувство — скорее, похоже на то, как вода вытекает из переполненного источника.

Сказать, что это чувство похоже на чувство завершённости будет преувеличением, но ощущение, что я избавился от какого-то груза, есть.

Потеря… Да, я будто что-то потерял.

Не могу выразить это словами, но что-то в том Минотавре многое для меня значило.

Разумеется, поднятие уровня, это очень важное событие, но тот факт, что я убил Минотавра почему-то ощущается важнее.

— …

Я поискал рукой рядом с ногой, схватил, что искал, и поднёс на свет.

Острый кончик, поверхность покрытая трещинами. Рог, который формой похож на большой нож.

Добыча «Рог Минотавра».

Лили сказала мне, что когда Минотавр обратился в пепел остались только магический камень и рог. Она обменяла камень на деньги, но оставила мне рог.

Держа его в свете лампы, я поскрёб его пригоревшую поверхность.

Я посмотрел, как сероватая пыль с поверхности рога падает, обнажая красноватый цвет. Интересно, это естественный цвет или что-то сделала моя магия.

Рог очень крепкий.

Подумать только, под конец Минотавр понёсся прямо на меня.

Почему-то, ужасающий рёв, который засел в моей голове с того дня, месяц назад, теперь казался далёким.

Всё, что осталось, это безмолвный рог в моей руке, будто прощальный подарок.

— …Итак.

Я поднялся с софы. Тело оказалось удивительно лёгким.

Нужно собраться. Стиснув зубы, я убрал рог со своих глаз. Хватит размышлять.

Нужно двигаться. Для начала я взглянул на часы.

На самом деле, сегодня я иду на вечеринку. В моём обычном баре и кафе, Щедрой Хозяйке.

По правде говоря, эта вечеринка для празднования моего поднятия уровня…

Я сказал Силь, что поднял уровень этим утром, когда вернул её корзинку для обедов, и тут же узнал, что я иду на вечеринку в Щедрой Хозяйке.

Кажется, она хочет, чтобы я потратил денег. Звучит, как один из её планов, и мне стоит сдерживаться… но это всё равно странно.

«Было бы неплохо, если бы боженька пришла…»

Не думаю, что у неё есть время. Она сказала, что у неё будет вечеринка с другими богами. Не уверен, это какой-то праздник или они пытаются кого-то подбодрить, я просто знаю, что она занята.

Когда она пришла после встречи богов, она сказала мне, что мой титул «Маленький Новичок».

Маленький Новичок… М-м-м-м. Что же, боженька была им довольна. Она махала руками и кричала: «Отлично, Белл! У тебя хороший титул!» Так что я не… расстроился.

С того момента я был наедине со своими мыслями. Но уже шесть вечера. Пора двигаться.

Я покинул небольшую комнатку под церковью и вышел на улицу.

С западной стороны небо уже начало краснеть. Почти ночь.

Я пошёл по переулкам и вышел на заполненную людьми Главную Улицу.

— …Вот и-и-и-и-и-и-и-и о-о-о-о-о-о-он!!!

— Э?

Это случилось тогда, когда я почти смешался с толпой.

Неожиданно громкий крик достиг моих ушей.

Ч-что? У меня даже времени осмотреться не было, меня окружила целая волна людей.

Это всё… боги?..

— Никак не могли найти дом Лоли, а искали так тщательно…

— Но разделиться в этом районе определённо стоило…

— Знаете ли, в охоте главное затаиться.

— Вот ты и выполз из своей норки, Крольчишка.

…Мне страшно.

Они приблизились, окружили меня. Не знаю почему, но в моей голове бил сигнал тревоги. Особенно после последнего голоса. Кровь похолодела, когда до меня донёсся его звук.

Что за чертовщина творится?

Что они тут делают, о чём они вообще?! Я совершенно сбит с толку.

— Кто первый встал, того и тапки! Белл, не хочешь присоединиться к моей Пастве? Если прямо сейчас пойдёшь ко мне, я тебя с распростёртыми объятиями приму!

— Дурачина! Слышно же, как ты отчаялся! Жди своей очереди, чего встрял? Вот поэтому у тебя Пастватакая мелкая!..

— Эй, тараторки, с дороги. Белл, иди ко мне! Ты похитил моё сердечко, кролик-шалунишка!

— Ты чего с этим Ребёнком сделать задумал?!

Они начали спорить друг с другом, шаг за шагом приближаясь ко мне. Нужно что-нибудь сказать, так что я прочистил горло.

— Кхем.

…Меня с распростёртыми объятиями примут в Паству? Почему сейчас?

Каждое божество Орарио, к которому я приходил впервые, оказавшись в городе, указывали мне на дверь почти не глядя…

— У меня, эм, уже есть богиня… Я член Паствы Гестии?!

— Какая разница, что было в прошлом, перед лицом истинной любви. Разве тебе так не кажется?

— Ты слишком хорош для этой Лоли!

О-они не слушают!..

— А теперь серьёзный вопрос: В чём секрет твоего быстрого развития? Редкий талант? Навык? А может, ты правила нарушил?

— Редкий навык, редкий навык? Правда, правда же? Наверняка, дело в редком навыке!

— Как же я хочу увидеть, что у этого парня написано на спине.

— Если тебя не затруднит, может, ты разденешься? Можешь только верх снять, больше не надо! Я тебе заплачу?.. Хе-хе-е-е.

— Мы всегда можем его силой заставить…

— Ху-хах-хах-хах.

…Я побежал со всех ног.

— Вот и он, мя!

— Ах-ха-ха! Не опаздываете, а задерживаетесь, не так ли, Господин Авантюрист.

Небо было совершенно тёмным и луна ярко светила над моей головой к тому времени, как я достиг Щедрой Хозяйки.

Я опёрся на одну из колонн рядом с дверью, пытаясь перевести дыхание. Хуфф… хуфф… хуфф… Нужно отдышаться.

Я добирался переулками, много раз петляя, пытаясь скинуть своих божественных преследователей. Оторвался я от них только пару минут назад.

Я должен был быть в куда лучшей форме чем они… Так почему? Пару раз они меня чуть не догнали; я будто за жизнь боролся. Никогда раньше не думал, что боги и богини могут так сильно пугать.

Почему так неожиданно?..

— Силь с остмяльными тебя уже ждут, мя! На кухне тоже замято, мы тут спины гнём, чтобы тебя встретить, мя! Так что не стой, мя.

— П-простите…

— Они без виновника торжества не начнут. Проходите сюда, быстрее.

Две служанки — Аня, кошкодевушка, и человек — вышли и затолкали меня в бар. Если я правильно помню, девушку человека зовут… Руноа. Она тоже хихикала.

Оказавшись внутри, я вытер пот с лица и выпрямился.

— Сударь Белл! Мы тут!..

Могу поклясться, что сегодня в баре все места заняты посетителями! Но среди оживлённой толпы людей я заметили Лили, стоявшую на стуле и махавшую мне рукой с широкой улыбкой на лице.

Я пригласил Лили прийти сегодня сюда. Не каждый день случается нечто подобное и она ответила громким согласием, так что я попросил Силь и для неё подготовить место.

…Было бы здорово, если бы пришла Айз, — Разве не так? Но она сейчас где-то на низких этажах Подземелья, в экспедиции, так что пригласить её я не мог. Пытаясь выкинуть эти было бы из головы, я кивнул Лили.

Стол, который был для нас подготовлен, находился в углу, в котором обычно сижу я. Силь и Лю сидели рядом с Лили, они были одеты в свою обычную униформу.

Я встретился взглядом с Силь проходя через заполненный людьми зал. Склонив голову, я начал снова и снова говорить: «Прости, я опоздал!»

— Белл?..

— Паства Гестии?

В тот момент, когда я подошёл к ожидающим меня девушкам, я неожиданно ощутил на себе взгляды всех людей в баре.

Предмет разговоров, окружающих авантюристов, неожиданно изменился, будто искра разожгла настоящее пламя.

Не останавливаясь, я смотрел по сторонам.

— Беловолосый человек… Это он, точно. Как там его назвали?.. «Маленький Новичок»?

— Этот засранец пацан?

— Слышал? Теперь он рекорд поставил.

— Кто сказал, что он останется? Ну восхитились им боги, что с того. Месяц — это ничто!

— Ага, ты прав!

— Ну а я слышал, что он реально Минотавра убил. Ну, того, на девятом этаже.

— Ну уложил он одного минотавра, большое дело!

— А сам-то на Первом Уровне Мино урабатывал? Без помощи, я имею в виду.

— Да кто в своём уме вообще станет что-то подобное делать?

Взгляды были направлены на меня со всех сторон. Я проходил через лабиринт столов так быстро, как получалось. Вокруг меня закружился настоящий вихрь их перешёптываний.

Я был его центром, внимание выбивало меня из колеи! Я будто преступник, или что-то подобное. Когда взгляды людей встречались с моим взглядом, они замолкали.

По моим жилам потёк лёд, я наклонился так сильно, как это возможно, и постарался быстрее добраться до места моего назначения.

— Вы стали предметом разговоров в городе, Сударь Белл.

— П-правда? Совсем расслабиться не могу… Пока я шёл сюда, за мной гналась целая группа богов…

— Такова судьба всех авантюристов, которые стали знамениты. Ты не исключение, Белл. Просто смиритесь с этим.

Я ощутил, как мускулы на моём лице отвисли. Наверное, я выглядел очень смешно, потому что Лили изо всех сил пыталась не расхохотаться.

Я потянул шею левой рукой по привычке и поклонился всем девушкам по очереди.

— Итак, теперь, когда Белл пришёл, мы можем начать, не так ли?

— Эм, Силь и Лю, вы уверены, что можете праздновать, когда в баре столько народу?..

— «Я вверяю вам этого пацана. Хорошенько его накормите», — вот что сказала Мама Мия. Это, и ещё добавила: «Пусть тратится».

То, как Лю подражает владелице — Мие — своим спокойным голосом, заставило меня усмехнуться.

Что же до Мии, я взглянул через плечо и увидел, как она, стоя за барной стойкой, махнула мне рукой и добродушно улыбнулась. Должно быть, это её способ сказать мне повеселиться этим вечером.

Прошло очень мало времени и мы вскрикнули «Пьём!», стукнувшись нашими бокалами.

Миа решила, что я могу впервые попробовать эль, поскольку сейчас особый случай. Для начала я сделал небольшой глоток содержимого, стоящей напротив меня, кружки.

Силь держала в руках цитрусовый коктейль, Лили воротит от эля, так что она пьёт фруктовый сок, а Лю отказалась пить что-то, кроме воды. Секундочку… Только я и Силь пьём алкоголь?

Как только на столе начала появляться еда, все взгляды в баре наконец от меня отвернулись. Какое облегчение! Аня и Хлоя несколько раз подшутили, проходя мимо нашего столика, и мы весело проводили время.

Знаю, что Лили и Лю слегка недолюбливают друг друга после того инцидента, когда Лили стала воровкой, но эта тема не всплывала, а Лили смеялась, казалось, что она тоже отлично проводит время. Силь улыбалась во весь рот, а Лю отвечала на вопросы со всей серьёзностью, как обычно.

Интересно, произошло ли что-то до того, как я сюда добрался. Я видел, как Лили смотрит на меня уголком своих глаз.

— Теперь, Белл, пей побольше. В конце концов, ты сегодня звезда вечера. Или, может, ты хочешь что-нибудь съесть?

— С-спасибо…

Неожиданно Силь подвинулась ко мне поближе, ожидая от меня распоряжений.

Она подливала мне эля, докладывала еды на тарелку, наполняла кувшин и вообще всё время возле меня крутилась. По какой-то непонятной причине, обычная улыбка Лили стала пугающей.

Несмотря на то, что я чувствовал себя странно, казалось, что Силь это очень нравилось.

— Я могу ошибаться… но, кажется, у тебя очень хорошее настроение, Силь.

— Тебе правда так кажется?

Мне показалось, что она только что слегка покраснела. Не могу сказать точнее, потому что она прикрыла щёки руками и хихикала, будто кто-то начал её щекотать.

— Может, с моей стороны это прозвучит грубо, но… я ощущаю, что помогла тебе, когда дала ту книгу. И подобные мысли очень меня радуют, не знаю почему.

Наверное, она говорит о гримуаре. Она не сводит с меня тёплого взгляда.

Когда наши взгляды встретились, она улыбнулась мне ещё шире. Почти устрашающе.

Мускулы на моём лице застыли. Интересно, как это выглядит со стороны?

— Если позволите сказать, Господин Кранелл, я вас поздравляю. Кто бы мог подумать, что вы поднимите уровень своими силами… Похоже, я вас недооценила.

— В-всё в порядке…

В то же время я получил комплимент с другой стороны стола.

Выражение лица Лю нисколько не изменилось, но я всё равно ощутил неловкость.

— М-мне помогли очень многие людей; это всё благодаря им. И тебе тоже, Лю…

— Нет нужды в скромности. Из всех монстров, относящихся ко второму уровню, победа над Минотавром заслуживает похвалы. Господин Кранелл, вы можете гордится своей заслугой.

Лю сказала это неспешно, серьёзным тоном. Она посмотрела на меня через стол своим благородным взглядом.

Я только что заметил это сам: я не очень хорош в принятии похвалы.

Моё лицо покраснело, а горло перехватило так крепко, что я мог выдавить из себя только «спасибо».

Ко всему прочему, Силь надо мной потешалась…

— Лили очень сильно за вас беспокоилась. Её сердце разрывалось снова и снова…

— П-прости, Лили…

— …Но вы были так круты, Сударь Белл.

Я так больше не выдержу…

Лили прислонилась ко мне плечом с улыбкой на лице, это стало последним ударом.

Её щёки были розовыми, а огромные, ореховые глаза были так близко, что я видел в них своё отражение.

Наверное, это алкоголь, мне стало очень жарко.

— Господин Белл, что вы планируете делать дальше?

— ?

— Мне тоже интересно, что вы собираетесь делать.

Поговорив с Лили, я снова услышал голос Лю, изо всех сил пытаясь бороться с действием эля. Я почти об этом не задумывался, так что начал говорить о своих планах на завтра.

— Ну, завтра я вместе с Лили иду за новой экипировкой. Моя старая броня совершенно разбита.

— …Насчёт этого, Сударь Белл.

— Что такое, Лили?

— В магазинчике, в котором живёт Лили, накопилось много дел… Похоже, я не смогу завтра пойти с вами.

— Что, правда?

Я заметил, как Лили ёрзает на своём стуле с виноватым видом. Но, учитывая, что у неё есть работа в лавке, ничего не поделаешь… так что я сказал ей не волноваться об этом и начал думать, что буду делать дальше.

Я хотел начать ходить в Подземелье как можно скорее, и мне нужна новая броня, чтобы этим заниматься.

Думаю, я смогу подобрать себе броню самостоятельно, не так ли? Значит пойду завтра один.

Конечно, я не слишком хорош в оценке качества… но это станет для меня отличным опытом.

— Получается, завтра ты пойдёшь по магазинам один, Белл?

— Похоже на то.

— Тогда, ты будешь не против, если я пойду с тобой?

— А?! — слова Силь застали меня врасплох; так что в ответ я мог только удивлённо раскрыть рот.

Лили тоже подпрыгнула, но спустя мгновение сложила руки на груди и повернулась к Силь. Она казалась боксёром, готовящимся к поединку.

— П-почему ты спрашиваешь?

— Мне всё равно скоро нужно будет сходить по магазинам… Я могу купить их по пути, если тебе это не помешает, Белл, я хотела бы пройтись по магазинам.

— Нет, Сударь Белл! Сударыня Силь хочет, чтобы вы просто несли за неё покупки! Всё правильно, Лили заметила твои скрытые намерения! Сударь Белл, она вас так сильно нагрузит, что у вас кости треснут! Откажите ей!

— Я-я не стану столько покупать…

Капли пота начали стекать по моему лицу после крика Лили. Она придвинулась ко мне, так что я посмотрел в сторону Силь.

Но Силь казалась нисколько не обеспокоенной и криво улыбалась Лили.

— С чего бы мне делать нечто подобное? — сказала Силь, одарив меня тёплым взглядом своих светло-серых глаз.

Ч-ч-что мне делать?..

Я ничего не имею против похода с ней по магазинам и мне неудобно ей отказывать… А всё же, что-то постоянно случается, когда я с ней соглашаюсь. Вспоминается ночь, когда я пришёл сюда впервые… А всего несколько дней назад мне пришлось помогать ей мыть посуду.

Я оказался между возражениями Лили и тёплой улыбкой Силь. В тот момент, когда я сжался от давления — деревянный пол скрипнул.

За спиной Силь появилась большая тень.

— Не испытывай удачу!

— Уа-а-агх-х-х!!!

Бам! Из ниоткуда возникла рука, рассекла воздух и отвесила Силь подзатыльник.

Мия. Она стояла, многозначительно и злобно смотря на Силь. Удар, должно быть, был достаточно сильным; Силь держалась за голову, в уголках глаз девушки показались слёзы.

— Не думай, что тебе так просто будут даваться выходные, засранка мелкая. Жизнью наслаждаешься, значит, да? Никто тебе не даст отлынивать, когда вздумается, — тихо прорычала Миа.

Удержав дрожащее тело и положив локти на стол, Силь взглянула на Мию, увидев испепеляющий взгляд хозяйки.

Силь вздрогнула и повернулась, глядя Мии в глаза. Я не видел лица девушки, ко мне были повёрнуты её светло-серые волосы, собранные в обычный пучок посреди головы. Но по ощущениям казалось, что она злобно смотрела на Мию в ответ.

— Ух, только вот глазки эти тебе ничем не помогут. Тут моё слово — закон, уяснила? Лю, проследи за ней завтра.

Ноздри Мии раздулись от ярости и она повернулась и пошла к барной стойке, прежде чем Лю успела ответить.

Наш стол стал островом затишья в море весёлых голосов.

Напряжение длилось несколько секунд, после которых Силь повернулась ко мне.

— Белл, из меня сделали крайнюю. Не мог бы ты погладить меня по голове и подбодрить?

— Итак, Сударь Белл! Сполна насладитесь своим завтрашним путешествием по магазинам и подберите себе что-нибудь хорошее в одиночестве. Лили очень хочет увидеть ваши покупки!

Меня немного беспокоит, что они больше никогда не смогут сидеть за одним столом.

— Господин Кранелл, а что дальше?

— Э?

— Я спрашивала, что вы планируете делать после того, как подберёте подходящее снаряжение.

— Что ты имеешь в виду… после?

— Спрошу напрямую. Господин Кранелл, Мисс Арде, вы собираетесь отправиться на средние уровни, как только вернётесь в Подземелье?

Так вот о чём она хотела узнать всё это время.

Мы с Лили переглянулись — мы же одна группа, в конце концов — а после я взглянул на Лю.

— Для начала, я хотел бы проверить мои новые силы на одиннадцатом этаже. Если всё пройдёт хорошо, я хотел бы спуститься на двенадцатый.

— Хорошо, это очень мудро.

Я попытался сказать ей, что хочу проверить мои новые характеристики на верхних уровнях, и самое подходящее для этого место, — двенадцатый этаж. Мы с Лили договорились, что разомнёмся на двенадцатом этаже и, если всё пройдёт хорошо, спустимся на средние уровни.

Наверное, Лю о нас беспокоиться, мне так кажется.

— Может, мне не следует подобного говорить… но мне кажется, что вам не стоит сейчас переходить на средние этажи.

— То есть, Мисс Лю, вы считаете, что Сударь Белл и Лили недостаточно хороши для средних этажей?

— Я не пыталась оскорбить вас или назвать вас слабыми. Просто мне стоит сказать, что верхние этажи очень сильно отличаются от средних.

Разумеется, Лю не оставила свои слова без разъяснения.

— Дело не в ваших силах и навыках. Авантюристу-одиночке будет невозможно разобраться с каждым монстром. Средние этажи, это такое место. Разумеется, я не знакома с уровнем поддержки, который оказывает Мисс Арде, но, боюсь, что Господин Кранелл не сможет разбираться с монстрами и следить за положением в Подземелье самостоятельно.

— То есть, Мисс Лю, вы считаете…

— Да. Вам необходимо найти больше участников в вашу боевую группу.

Построение из троих человек считается самой базовой формации для охоты в подземелье. По крайней мере, таково предложение Гильдии.

Построение из троих человек — это формация, которая предполагает атакующую, защитную и поддерживающую роли.

Один член группы фокусируется на атаке в передних рядах, в то время как второй прикрывает его от контратак монстров. Третий участник стоит на расстоянии иногда помогая атаками с дальней дистанции, заклинаниями и целебными предметами, по мере необходимости.

Особенно это проявляется при атаках со спины. Если человек, выполняющий роль помощника, может сдерживать монстров самостоятельно, то можно очень долго держаться в окружении, пока не появится возможность повернуть битву в свою сторону.

Работая в паре очень легко попасть в окружение, что уж говорить о одиночном походе. Покорение нижних этажей Подземелья дастся нам очень непросто, если не найти, по крайней мере, одного дополнительного участника в группу.

Третий участник не окажет большого влияния на наши персональные возможности, но сделает нашу группу значительно сильнее.

Понимая это, Лю, наверное, подумала, что наша формация из двух человек недостаточно сильна, чтобы выжить на средних этажах.

— Секундочку, Лю. Разве вдвоем Беллу и Лили не будет проще сбежать? Чем больше людей, тем больше вероятность, что кто-то отстанет, не так ли?

— Несмотря на то, что в твоём суждении есть смысл, Силь, авантюристы отступают только после того, как их загонят в угол. Куда практичнее избегать подобных ситуаций, чем планировать отступление.

Я издал восхищённый вздох.

Поскольку Лю была авантюристкой, её слова имеют огромный вес.

— Вы должны быть готовы ко всему. Найдите человека, заслуживающего доверия, и пригласите его в свою группу.

Я понял, что она имеет виду. Взглянув на Лили краем глаза, я задумался.

Просто… я не знаю никого, кого я мог бы пригласить в нашу группу. Если бы у меня был такой человек, я бы его уже пригласил. Думаю, поэтому Лю и сказала, что такого человека нужно найти…

Я попросил бы саму Лю, но, наверное, у неё с этим трудности. Единственный человек, которого я ещё мог бы позвать, это Нажа, из Паствы Миаха. Но нет, она тоже не подойдёт. Я не хочу вести в Подземелье человека, страдающего от оставленной монстром травмы.

Неужели, лучший выход, это найти человека, который присоединится к моей Пастве?

Я начал массировать виски.

— Хах! Что, с группой проблемы, а, «Маленький Новичок»?!

— Че?.. — я был так поражён, услышав громкий голос, что не смог ответить.

Пока я приходил в себя, посетитель — авантюрист-мужчина, вместе с двумя друзьями — подошёл к нашему столу. Они остановились напротив меня, за спиной сидящей Лю.

И эти парни… огромные.

Их лица покрыты шрамами… настолько, что я содрогнулся.

— Мы тут слышали о твоей проблеме! Союзники нужны, да? Почему бы тебе с нами не сходить, ублюдок мелкий?

— Э?!

Ладно, вот теперь я удивился.

Кто бы мог подумать, что квадратный, краснолицый мужчина, с которым я никогда не встречался, пригласит меня в свою группу?

— П-прошу прощения?

— Всё не так сложно, даже просто, на самом деле. У моего собрата-авантюриста проблемы, так что я, по доброте душевной, готов тебе помочь. Хех, отлично звучит, да?

— Н-ну, я не то чтобы…

— Ну, конечно, тебе это нужно! Это называется спину прикрывать, мы твою прикроем! А раз ты такой известный, мы не против, что ты с нами пойдёшь… ага!

— У-у-угх?!

Сколько эля эти ребята выпили?!

Вонь алкоголя достигла меня через стол. Силь рядом со мной скривилась, у Лили на лице было чистейшее отвращение. Точно, у неё же аллергия на авантюристов…

Лю сидела к пришедшим ближе всех, так что она получила самый сильный удар запахом. Но она сидела совершенно спокойно. Её выражение ни на йоту не изменилось.

— Ну что, по рукам! Мы берём тебя на средние этажи, а в обмен…

…А?

Становится ещё хуже?

— Одолжишь нам ненадолго этих девочек?! Чур я развлекаюсь с этой волшебной эльфиечкой!

…Ого. Ого.

— Пусть она меня обслужит, если ты понимаешь, о чём я. Не знаю сколько ты на них потратил, но правило есть правило, мы прикрываем твою спину, ты прикрываешь наши. Это основа основ, не думаешь?

Я, конечно, сегодня немало денег потратил… Но причём тут это?

Мужчина в центре уставился на Лю, его приятели смотрели на Силь и Лили. В их взглядах было нечто странное, будто они представляли что-то очень извращённое. Никогда не видел Лили такой злой.

…Это плохо, очень плохо.

Я никогда не пожму руки тому, кто так смотрит на женщин.

Я не слишком хорош в подобных вещах, но нужно проявить себя «мужчиной». Не допущу, чтобы с моими друзьями что-то подобное случилось!

Я начал подниматься, обдумывая слова отказа.

— В этом нет никакой нужды. Вы ему не нужны.

Прежде, чем я успел открыть рот…

Лю гневно заговорила…

— …О-о-о-о? Какие-то проблемы, феечка? Хочешь сказать, мы этого ребёнка защитить не сможем?

— Именно. Немедленно убирайтесь.

— Хи-хи, парни, вы слышали? Говорит мы новичка не прикроем! Будто бы не справимся, ха-ха-ха!

Все трое мужчин громко расхохотались. Я не только упустил свой шанс подняться, я и дара речи лишился.

Я уже привстал со стула, но не знал, стоит ли мне выпрямиться, или лучше сесть обратно.

— Слушай, девчуля, мы годы на средних этажах провели.

— Вот как?

— Именно так, Второй Уровень. Большинство из нас, ага.

— Благодарю за информацию. А теперь, уходите. Такие, как вы, его не достойны.

Тишина. Смеющиеся ровно до этой фразы, мужчины затихли, их лица охватил гнев.

Мгновение спустя улыбки вернулись на их лица. Но их глаза… будто стали тёмными, мёртвый взгляд, как у кукол.

Даже я осознал, что напряжение возле нашего стола резко возросло.

— Девчуль, ты что сказать хотела? Что мы мусор, недостойный даже этого мелкого засранца?

Мужчина сделал шаг вперёд, и протянул руку к плечу Лю.

А! Я почти подпрыгнул, когда вспомнил как кто-то недавно мне говорил:

«…Эльфы не позволяют людям, которым не доверяют, касаться себя».

— Руки прочь.

Движения Лю были едва различимы.

Она молниеносно схватила мою, почти наполненную, кружку и направила её на приближающуюся к ней руку.

Спустя мгновенье, ТУК!

Рука мужчины застряла в кружке, его глаза округлились от удивления. Тихое «Э?» вырвалось из его рта.

Лю повернулась и поднявшись на ноги крутанула кружку.

— Ау-ау-ау-АУ-У-У-У-У-У!

Мужчина закричал во всё горло; его локоть согнулся под невозможным углом.

— Прошу прощения. Похоже, что мои причины оказались эгоистичнее, чем я предполагала. Я не хочу, чтобы Господин Кранелл присоединялся к вашей группе.

Её слова рассекали воздух, будто кнут, мужчина перед ней вертелся от боли.

— И я не позволю вам смотреть на него свысока. Он мой хороший друг.

Лю впилась в мужчину своим ледяным взглядом и ещё раз крутнула кружку.

Крики мужчины стали выше на октаву. Его приятеле бросились на помощь, начав его тянуть.

ПЛОП! Рука мужчины наконец освободилась от кружки, в процессе шлёпнув его ровно по заднице.

— …Ах ты СУКА!

— Клятая баба!

— Ты что творишь?!

Так Лю сказала всё это ради меня? Тёплое чувство появилось в груди, а разъярённые мужчины бросились на эльфийку.

Считанные мгновения спустя в руках Лю уже был маленький меч. Все трое авантюристов собирались напасть на неё одновременно. Но, прежде чем они смогли…

СТУК! БАМ! Два громких удара пришлись на головы приятелей авантюриста.

— Га-а-а-х?!

Оба мужчины с глухими звуками рухнули на пол.

Две кошкодевушки стояли за спиной авантюристов, держа в руках обломки стульев.

— Мяху-ху-ху. За своимя спинами присмотрите, мя!

— Мяжчины такая головная боль, мя…

Хлоя смеялась, будто бы она и сама была богиней, а уши Ани метались вперёд и назад от раздражения.

Я понимаю, что девушки напали со спины, но… одним ударом?! Эти парни Второго Уровня!

— Сир. Наша эльфийка отличается жестокостью. Отступление будет верным решением.

Руноа спокойно прошла мимо, неся в руках огромное количество грязных блюд, и дала мужчине дружеский совет.

Он окружён, ограничен в месте, но, судя по всему, собирается драться. Я же не ошибся?

— А-а-а-а, началось. — Я снова ощутил взгляды, и услышал голоса множества людей. Но никто из них не был напуган, будто знал, что сейчас случится. Все эти взгляды были направлены не на меня, а на мужчину. Сейчас он был одиноким островком, центром внимания.

— …Д-да что за херня с вами?!

Освещаемый светом лампы с магическим камнем, мужчина завёл руку за спину и вытащил белый клинок.

Короткий меч. Мужчина был охвачен яростью, его тело дрожало. Невозможно было понять в какую секунду он ринется в бой.

Персонал Щедрой Хозяйки не сводил с него глаз.

Цзинь! По моей спине пробежала дрожь.

У меня было ощущение, что для этого парня всё кончится не слишком хорошо. И в этот момент…

Удар пришёл совершенно с другой стороны.

«Что на этот раз?!»

Все взгляды повернулись в направлении громкого звука… и вот теперь я по настоящему потерял дар речи.

Стойка… Мгновение назад она была прямой, а теперь имела форму огромной буквы V. Бедные, сидящие за стойкой, посетители… их рты были раскрыты от шока.

А в центре этой буквы V стояла Мия, кулак был самым центром этой буквы.

Руноа и остальные служанки неожиданно покрылись потом.

— Потасовки устраивайте снаружи. Здесь люди пьют и едят.

В баре повисла тишина. Персонал тут же отвернулся от Мии и вернулся к работе.

Наконец, Мия выпрямилась и повернулась прямо к авантюристу.

— Эй, ты, твердолобый. Не забудь своих приятелей-идиотов, растянувшихся на полу, с собой прихватить. Снова будешь шуметь — похороню прямо под баром.

«Стоп, это значит, что он…» — Капля пота скатилась по моему лицу, а авантюрист тут же закивал.

Взвалив упавших товарищей на плечи, он двинулся к дверям.

— Эй, дерьмо-вместо-мозгов! А заплатить!!!

— К-конечно, мэм!!!

Мужчина бросил нечто похожее на деньги на пол, опасаясь ярости Мии. Полный монет мешочек звякнул, упав мужчине под ноги.

После того, как все трое практически вывалились в дверь, в баре воцарилась привычная атмосфера. Полурослики пили и пели, будто ничего и не случилось, их голоса разносились по залу.

Бар, в котором группы Второго Уровня в панике убегают…

А я мог только смотреть…

— Приношу свои извинения, я разрушила атмосферу вашего особенного вечера.

— Н-нет, не беспокойся об этом…

— Хе-хе-е, Госпожа Лю очень сильная… У Лили до сих пор зад зудит.

Я пытался справиться с паникой, которая взяла надо мной верх, а Лили уже дразнила Лю за её извинения.

Только я не привык к чему-то подобному?..

Казалось, напряжение никуда не ушло, но Силь неожиданно хлопнула в ладоши и поднялась.

— Итак, почему бы нам тогда не начать сначала?

…Она тоже очень сильна.

Она заказала для всех напитков и вскоре мы уже снова чокались бокалами. Я не мог не улыбаться наблюдая за ней за работой.

В который раз мне напомнили на что способен персонал Щедрой Хозяйки.

Этим вечером мы сполна насладились хорошей едой и выпивкой.

Прекрасное синее небо и лёгкий бриз, обдувающий моё лицо.

Утро, после моей вечеринки в баре.

Используя руку, чтобы прикрыть глаза от солнца, я посмотрел на огромное здание впереди.

Белая башня, Вавил.

Я решил пойти в лавку Паствы Гефест, чтобы подобрать экипировку, которая мне нужна.

Мне не придётся беспокоиться о качестве оружия и брони продаваемых в этой лавке. Учитывая, что я не отличаю хорошие вещи от плохих, мне нет смысла искать где-то в другом месте. К тому же, Эйна меня сюда водила, так что я не нервничаю.

Не уверен, сколько я могу потратить. Не так давно я начал копить… К тому же магический камень Минотавра стоил 50 000 валис. Лили сказала, что даже у служащего на Обмене, глаза на лоб полезли, так что я уверен, что тот Минотавр был особенным… В конце концов, у него был меч.

Как бы там ни было, сейчас при мне 100 000 валис. С улыбкой на лице я прошёл в главные ворота башни Вавил.

Воспользовавшись лестницей, вместо лифта, я поднялся на восьмой этаж.

Лучшее, что есть в подьёме по лестнице, это вид из окон. Сегодня небеса были особенно прекрасны.

«А, вот и она».

Восьмой этаж.

Похожий на бублик, этаж с отверстием для лифта в центре. Лавки расположены с обеих сторон круглого холла, в каждой такой лавке свой набор мечей, копий и прочих предметов, выставленных снаружи, в качестве украшения.

Останавливаясь перед некоторыми тентами по пути, я наконец добрался до места назначения.

Поскольку вещь, которая защищала моё тело, моя лёгкая броня, была полностью уничтожена, сюда стоит зайти в первую очередь.

Как и прежде, это место было похоже на лес из доспехов. Большая часть создавалась для защиты груди, но цветовые вариации куда скуднее, чем в прошлый раз, когда я сюда заходил. Очень много серого и чёрного.

«Если я поброжу по этому этажу, смогу ли я купить… разных вещей?»

Я взглянул на ценники ближайшей ко мне брони… 21 000, 35 000, 46 000… Ага, у меня должно хватить. Нельзя транжирить деньги. Броня, это не единственная вещь в моём списке.

Подумать только, настал подобный день… Даже несколько недель назад я не мог себе этого представить.

«…Они её больше не продают?»

От очень больших до очень маленьких размеров, в этой лавке огромный выбор дорогой брони на витрине. Но сейчас я ищу работу определённого кузнеца.

Я носил его броню каждый день, пока её не уничтожил Минотавр. Её название было немного… странным — «Пьёнкичи» — но она была лёгкой, прочной, и идеально подходила под моё тело.

Я прошёл по лавке, прежде чем пройти в угол, где были расставлены коробки с частями брони не попавшими на витрину и заглянул в них. Именно здесь я подобрал себе работу этого кузнеца.

И в коробках… ничего.

— …

Я ощутил, как разочарование кольнуло меня в живот. Нет никакой причины покупать что-то сделанное им, но всё же.

Вельф Котцо…

«…Что же, я могу спросить».

Чувствуя себя разбитым, я поплёлся к стойке, обслуживающей покупателя.

Наверняка, в этой лавке должна быть целая куча брони такого же или даже лучшего качества, чем моя старая броня, но я не мог заставить себя начать поиски.

Когда я стал фанатом этого парня?

— Почему так… ужасно!..

— ?

Когда я приблизился к стойке, услышал злой голос одного из работников лавки.

В этой лавке две стойки возле входа, и покупатель вступил в какой-то жаркий спор с продавцом Паствы Гефест.

— Почему всегда… из ниоткуда!.. Я тебе чем-то насолил!..

Чем ближе я подходил, тем больше слов мог разобрать.

Молодой человек говорил с очень уставшим, по виду, работником лавки. Этот молодой человек был одет в длинный чёрный плащ… но этот плащ был так поношен, что напоминал лохмотья.

На голове у парня были огненно-рыжие волосы, он выглядел чуть старше, чем я. Может, и немного выше, и мускулистее, но не был слишком накачан.

Подойдя к стойке, я увидел его лицо. Спереди его причёска выглядела очень странно. Будто его коротко остриженные волосы выросли, но он сам взял ножницы и обрезал пряди, чтобы они не сползали на глаза.

На стойке перед ним стоял ящик с частями лёгкой брони. Судя по выбору слов и злобному настрою, я решил, что он тоже авантюрист. Может, броня, которую он купил, оказалась дефектной?

— Это мой хлеб, слышишь? Ну хоть отнесись ко мне, как к остальным!

— Решение было принято менеджером… Нам нужны продажи, без них…

— О, вот к чему мы пришли, да?! Ну ладно, у меня тоже есть, что сказать!!!

Авантюрист в поношенном жакете отказывался отступать, он становился злее.

Работница магазина за соседней стойкой наблюдала за спором с раздражением. Я подошёл к ней.

— Добро пожаловать! — улыбнувшись, сказала она.

Пытаясь игнорировать происходящую рядом ссору, я положил руки на стойку и собрался с мыслями.

— Могу я чем-то вам помочь?

— Да. У вас есть что-нибудь сделанное Вельфом Кротцо?..

…Тишина. Спор за соседней стойкой утих.

Глаза работницы округлились, а люди за соседней стойкой медленно посмотрели на меня.

А… ч-чего?

Все три взгляда смотрели только на меня; было очень неудобно.

— …Э-эм, вы ищете работу Вельфа Кротцо?..

— Д-да. Я хотел бы купить броню, сделанную Вельфом Кротцо…

Я никогда не слышал, чтобы вопрос был задан с таким страхом. Отвечая на него, я ощущал, будто произойдёт что-то плохое, если я ошибусь.

Но первым, кто отреагировал на мои слова были не работники магазина, а молодой человек, споривший за соседней стойкой.

— ХЕ… АХА-ХАХ-ХА-ХА-ХАХ! Вы посмотрите! В моём списке клиентов есть по крайней мере одно имя!

Посмеявшись во весь голос, молодой человек повернулся к работнику лавки и ударил рукой по стойке.

Работник лавки ничего не ответил, он отвёл глаза и пытался не встречаться взглядом с молодым человеком.

Я ничего не могу понять… Молодой человек заметил озадаченное выражение на моём лице, потому что посмотрел на меня.

— Мессир авантюрист, если вы ищете броню Вельфа Кротцо…

— Э?!

— Вот она.

Шух. Он поставил на прилавок передо мной коробку.

Внутри был набор сияющей белой лёгкой брони.

Форма немного отличалась от той, что я использовал… но это определённо его работа!

— Ну так что? Примерите?

— Э? Разве, это не ваша?..

Вопрос был странным? Потому, что как только я замолк, молодой человек несколько раз моргнул, а потому улыбнулся как ребёнок в магазине игрушек.

Он посмотрел мне в глаза и сказал.

— Ага, она моя, точнее… я её выковал, понимаешь.

— А?

— Позвольте представится, мой первый фанат. Меня зовут Вель Кротцо, я кузнец низкого уровня Паствы Гефест. Хотите автограф? — сказал он с радостной улыбкой на лице. От него исходила дружелюбность… Господин Кротцо смотрел на меня, а я пытался собраться с мыслями.

— Серьёзно? Ты Маленький Новичок? Новый рекордсмен!

— Н-не так громко… и что вы имеете в виду под «рекордсменом»?

Не понимаю, о чём он говорит, что мне ещё сказать?

Небольшое местечко для отдыха на восьмом этаже Башни Вавил, прямо возле лифта. Мы с Господином Кротцо разговорились, устроившись на стульях.

После того, как мы встретились в лавке, он сказал, что хочет переговорить со мной лично, и привёл сюда.

Думаю, ему хотелось со мной поговорить, потому что он продал только два комплекта своей брони, и только я пришёл, чтобы спросить о новом.

Всё, что случилось с ним до этого момента… как он пытался заработать себе репутацию в лавке, а к нему относились как к мусору. Как первое, что он продал было возвращено в лавку из-за происков его собратьев-кузнецов Паствы Гефест, чтобы убрать его с пути… Он многое рассказал.

Кажется, он не в себе от возбуждения, от того факта, что кто-то захотел купить его работу. Он, конечно, выглядит взросло и мужественно, но постоянно смеётся. Знаю, я его только встретил, но он произвёл на меня впечатление хорошего человека и кузнеца, вкладывающего-в-работу-душу.

— А ты младше меня. И всё же, возраст ничего для авантюристов не значит, не так ли?

Когда я представился, Господин Кротцо наклонил голову набок. Его рыжие волосы наклонились вместе с головой.

Даже лицо у него кажется мускулистым, и он очень уверенно разговаривает — как честный работник, который никогда не отступается от своего слова, не сгибается и смотрит вперёд. Знаю, что это всего лишь мнение человека, который постоянно уворачивается от ударов, но он выглядит круто.

Он не слишком велик сложением — он, скорее, даже тощий — но я вижу мускулы на его предплечьях и груди из-за того, что его, похожий на робу, плащ очень тонок. У меня нет сомнений, что он немало часов проработал в кузнице.

— Эм. Господин Кротцо, могу я узнать, сколько вам лет?..

— Девятнадцать в этом году будет. И ещё одна вещь: Можешь перестать называть меня Господином Кротцо? Я не очень люблю свою фамилию.

Странно говорить о таком в разговоре.

Он уже говорил мне называть его на ты. Но он не только старше, но и сделал броню, которая мне очень понравилась. Нужно выражать ему больше уважения… но раз он хочет…

— Ладно, эм… Господин Вельф? Вы сказали, что хотели о чём-то со мной поговорить?..

— Эй, что это ещё за «Господин»?.. А, пока не важно. Ладно, к делу.

Он поднялся со стула и посмотрел на меня сверху вниз.

Ящик брони из лавки был у его ног.

«Я её сделал, так что я могу и забрать её обратно, да?» — сказал он продавцу, забирая коробку со стойки и неся её с собой когда мы вышли.

— Если совсем начистоту, я не хочу тебя потерять.

— ?

— Не важно, оружие я делаю или броню, мои вещи не продаются. Не хочу говорить о себе самоуверенно, но я знаю, что делаю хорошие, качественные вещи. Единственная проданная мной вещь, была возвращена почти сразу. И я не понимаю почему.

— …

Пьёнкичи… Я хотел сказать, что это связано с названиями, которые он даёт своим работам, но не решился говорить подобное ему в лицо.

— И, несмотря на всё это, ты здесь. Авантюрист, который признал ценность моей работы.

— И это значит?..

— Ты пришёл, чтобы купить мою броню, мою работу, снова. Значит ты — мой покупатель, мой клиент. Я ошибаюсь?

Ну, если смотреть с этой стороны… похоже, что именно так всё и есть.

Несмотря на то, что я осмотрел столько брони, моё внимание привлекла только работа Господина Вельфа.

— Правда заключается в том, что низкоуровневые кузнецы должны сражаться за клиентов и воровать их друг у друга. Как только кузнец становится известным, авантюристы готовы матерей своих продавать за его броню и оружие. Но у тех, кого не знают, дела обстоят не так. Мы рвём и мечем, чтобы поговорить с авантюристами, получить их совет и продать свои работы. Таков мир, в котором мы живём. Ты со мной? — спросил он.

Я кивнул.

Сражаться за клиентов… Им нужно подтверждение, будет ли покупатель лоялен или нет. Это основа бизнеса в мире. Также, когда станет известен авантюрист, станет известно и оружие, которое он использует. Имя кузнеца станет знаменитым, даже если до этого он жил в безвестности.

Не сказал бы, что авантюристы становятся ходячими рекламными щитами… но, похоже, что связь кузнецов и авантюристов куда важнее, чем я сначала подумал.

— О, это важно, правда, когда работу кузнеца признаёт авантюрист. Как я и говорил, ты признал мою броню. Нет ничего, что делало бы кузнеца счастливее. Ты мой первый, так что я не хочу тебя упустить… Я не позволю этому случится.

Несмотря на довольно странный выбор слов, с его лица не сходила дружелюбная улыбка.

Может, он слегка самоуверен, я не могу не уважать Господина Вельфа, как человека.

Он хороший человек, хороший кузнец.

— Итак, вы хотите, чтобы я продолжал быть вашим покупателем?

— В этом ты, конечно, прав… Но я бы хотел кое-чего более постоянного.

Улыбка на лице Господина Вельфа сменилась с тёплой на хитрую.

— Может подпишешь со мной прямой контракт, Белл Кранелл?

…Прямой контракт?

Видя удивление на моём лице, Господин Вельф мне разъяснил.

Это контракт, который связывает кузнеца и авантюриста взаимовыгодными обязательствами.

Авантюристы приносят кузнецам добычу из Подземелья, а те используют её для изготовления мощного оружия для авантюристов по сниженной цене.

Взаимная выгода. Кузнецы и авантюристы помогают друг другу.

И вишенка на торте: Оружия обладают повышенными характеристиками, когда делаются для определённого человека, а не на общую продажу.

Так вот о чём говорила мне Эйна.

— А… вы уверены, что хотите заключить контракт?!

— Эй, это я должен у тебя спрашивать. Ты уже Второго Уровня, а я безымянный низкоуровневый кузнец, который не изучил способность Ковка. Если подумать, не так уж это и честно, не так ли?

Я хотел сказать, что это неправда, но, если подумать, в его словах есть смысл.

Если я буду утверждать Господину Вельфу обратное, для него это прозвучит не как скромность, а как издёвка.

Потребовались огромные усилия, но я заставил себя промолчать и закрыть рот.

В то же время, я размышлял, Господин Вельф дружески обнял меня за шею и начал указывать на множество других лавок. Я видел улыбку на его лице краем глаза.

— Взгляни туда, на парней, которые стоят рядом с мечами, топорами и щитами. Они на нас смотрят.

— Д-да…

Взгляды множества людей и полулюдей сошлись на нас.

Будто они чего-то ожидают…

— Все эти парни, они тут из-за тебя. Они хотят заключить с тобой контракт, как и я.

— А?

— Не только с тобой. Хорошо это или плохо, все авантюристы, поднявшие Второй Уровень, становятся целями. Вот в чём разница между высоким и низким классом, мой друг.

С-серьёзно?..

Моя голова не двинулась, но глаза посмотрели на лицо Господина Вельфа.

Он бросил на других кузнецов уверенный взгляд, будто уже одержал победу.

— Так обстоят дела, — ухмыльнувшись, сказал он и отпустил меня.

— Я хочу стать твоим поверенным кузнецом. Если я буду сидеть и смотреть сквозь пальцы, какой-нибудь другой кузнец тебя привлечёт, и я потеряю своего первого покупателя. Так что я использую всё, что угодно, чтобы получить тебя первым.

— И, конечно, на моей репутации очень положительно скажется, если я заключу контракт с авантюристом, обладающим таким потенциалом, — добавил он, снова рассмеявшись.

— …И чуть более личное замечание, твой Уровень не имеет для меня значения, веришь ты мне или нет. Никогда бы бы не подумал, что придёт день, когда человек скажет, что хотел бы получить мою работу, когда у него перед глазами столько альтернатив… Понимаешь?

— …

— Это клёвое чувство внутри просто меня разрывает, понимаешь? Это знак гордости кузнеца, — добавил он, смутившись.

Я наконец смог понять его намерения, и я не слишком обрадовался, что он с самого начала хотел заключить прямой контракт.

Он слегка переборщил, устроив всё это шоу. Но мысль о том, что мы, два новичка, будем работать вместе, согревала мне душу.

Не до конца себя понимаю… но мне кажется, что это хороший знак.

— …Ладно, хорошо. Я заключу с вами прямой контракт, Господин Вельф.

— Вот и заключили! Не знаю, что бы я делал, если бы ты сказал нет!

Я поднялся и пожал протянутую руку.

— Очень жду сотрудничества с тобой, Белл, — сказал он, лучась энтузиазмом.

Его рука не только больше моей, она ещё и горяча как горн.

— Официальную часть оставим на потом, а сейчас…

Он живо тряс мою руку вверх и вниз, продолжая говорить.

Другие кузнецы, наблюдавшие за нами, развернулись и ушли. Господин Вельф демонстративно дал им знать, что одержал победу.

После того, как все кузнецы разошлись, Господин Вельф отпустил мою руку и склонил голову.

— Я знаю, что ещё очень рано… но могу я просить тебя оказать мне услугу?

Мои глаза округлились.

— Разумеется, я не ожидаю, что ты будешь помогать мне просто так. Я буду делать любую экипировку, которая тебе потребуется, бесплатно.

— АХ?!

— Не удивляйся ты так. Совершенно естественно, что авантюристы требуют от кузнецов предметы, так?

Даже в самых смелых мечтах я и подумать не мог, что получу новую экипировку просто так.

Если он говорит правду, мне больше не придётся беспокоиться о заменах после поломок…

Мускулы на моём лице напряглись; уверен, выгляжу я как полоумный идиот.

— Сейчас скажу. Готов?

— …

Затаив дыхание, я ждал его следующих слов.

— Позволь мне присоединиться к твоей группе.

----------

Глава 3. Положение кузнеца

— Наконец-то одиннадцатый этаж!

Господин Вельф провёл рукой по висящему за плечом оружию, заявив о нашем появлении в пустоту.

Как он жизнерадостно сказал несколько мгновений назад мы на одиннадцатом этаже Подземелья.

Мы только что сошли с очень широкой лестницы, в зал, который служит начальной точкой этого этажа. Как и на десятом этаже выше, каждый зал этого этажа, кроме начального, заполняет плотный туман.

Поскольку ничего не мешало мне осмотреться, я увидел, что этот этаж покрывает невысокая трава, высоты которой достаточно чтобы скрыть мои ботинки. Помимо травы, в комнате было несколько мёртвых деревьев. Монстры могут использовать эту часть ландшафта в качестве оружия.

— Разве вы не говорили, что это самый нижний этаж, на котором вы бывали, господин Вельф?

— Ага, это так. Прости, Белл. Я слишком много болтал с самой нашей встречи.

Поначалу я был очень удивлён, когда он вчера попросил меня принять его в группу, но услышав почему, я тут же позвал его в группу.

Мы согласились на прямой контракт, так что у меня нет причин ему отказывать. Я, всё равно, искал нового участника в группу, так что это взаимовыгодная ситуация.

— Об этом не беспокойтесь. К тому же, это для того, чтобы получить навык Ковки, так что я в этом заинтересован…

— Рад слышать, что ты так к этой просьбе отнёсся.

Господин Вельф попросил помочь ему поднять уровень, чтобы он получил умение, называемое Ковка.

Это умение полностью меняет условия игры для получивших его кузнецов. Можно без преувеличений заявить, что оно может создать или загубить будущее кузнеца. Господин Вельф с грустью в глазах объяснил насколько больше могут делать его собратья-кузнецы "Паствы Гефест" после поднятия уровня.

Обычно, когда члены какой-нибудь "Паствы" идут в Подземелье, они формируют группу с другими членами этой же "Паствы"…

— Очень стыдно в таком признаваться… но о чём они думают?! Когда в Подземелье идут боевые группы, меня всегда игнорируют! Можешь себе представить?

…Ну, вот что происходит.

Господину Вельфу нужна высококачественная экселия для поднятия уровня, но поскольку его союзники всегда его игнорируют ему приходится работать в одиночку. Поэтому, спуститься ниже нескольких начальных этажей подземелья невозможно – никто не спускается вниз в одиночку. Так что он начал искать боевые группы для объединения из других "Паств" в качестве крайней меры.

Судя по всему, участникам – кузнецам "Паствы Гефест" – приходится множество трудностей проходить в одиночку, и даже состязаться с другими кузнецами чтобы стать лучше. Но умение Ковки – поднятие уровня, другими словами – это для них как воздух. Поскольку все они в одной лодке, большинство создают дружеские узы пробивая себе путь в Подземелье.

Я спросил господина Вельфа, почему его всегда оставляют, но на этот вопрос он сказал только: «Они просто завидуют моему скрытому таланту», – очень мрачным голосом. Интересно, что это означает на самом деле…

Господин Вельф, должно быть, заметил, как я на него смотрю, когда чесал голову. Он размял плечи и тепло улыбнулся.

— Как бы там ни было, я благодарен, Белл. "Паствы" часто очень избирательны в том, с кем работать, но я рад что ты отбросил подобные мысли куда подальше.

— Л-ладно, эм… Я просто не мог отказать после того как всё это получил…

Господин Вельф снова мне улыбнулся. Я в очередной раз осмотрел мою новую экипировку и улыбнулся в ответ. Ничего не поделаешь.

Броня на моей груди сияла, как новенькая, даже в тусклом свете.

— …Лили слышала, что у нас новый друг, но что это за причина? Сударя Белла оказалось так легко подкупить?

Очень раздражённый голос ворвался в наш утихший разговор.

Капля пота покатилась по моей щеке. Недовольство Лили было выражено очень громко и ясно. Я посмотрел через плечо, она была в нескольких шагах позади, её руки вцепились в лямки её рюкзака, а в глазах мелькал сердитый огонёк.

Я сказал ей что это всё недопонимание, но с её точки зрения это действительно выглядело взяткой.

Я был одет в новую лёгкую броню, которую для меня сделал Господин Вельф.

Этот доспех не слишком отличается от того, который я носил. Пластины брони на коленях и нагрудник, вместе с двумя инкрустированными рубинами накладками на руки, которые прикрывают предплечья вместе с локтями. Чуть круче, чем раньше.

Броня настолько же лёгкая, как и прежняя. Господин Вельф сказал, что материал прочнее, но я не чувствую большой разницы. На привыкание к новой броне нужно время, но ощущение такое, будто я носил этот доспех годами.

Не то, чтобы я не хотел получить броню, которая привычна телу… но да, я бы соврал, если бы сказал, что это не стало доводом.

Давление от взгляда полуприкрытых глаз Лили было таким сильным, что я даже выдавить улыбку из себя не смог.

— Ох, Лили грустно. Очень, очень грустно. Это должно было стать приятным походом по магазинам, но все надежды Лили рухнули и теперь мы столкнулись с проблемой… Доброта сударя Белла доводит Лили до слёз.

Неприкрытый сарказм в её голосе похож на удар под дых, но такой удар броня господина Вельфа заблокировать не может!..

И что она имела в виду, говоря «проблема»?..

— Лили, ты не слишком далеко заходишь?! Господин Вельф ничего плохого не делал… Это не проблема, а простое недопонимание!

— …И что Лили недопоняла?! «Пока не появится способность»? Да он просто нами пользуется! И разве это случилось не в самый подходящий момент для поиска нового участника группы?! Как только этот безымянный кузнец добьётся своего, он уйдёт, и мы окажемся там, где начинали! Шаг вперёд, шаг назад! Бесполезная трата времени! Нет никакого света в конце тоннеля!!!

Её брови опускались сильнее с каждым словом, глаза резали, как ножи.

На меня обрушился яростный поток атак, отовсюду, будто рой словесных пчёл, которые вылетели на защиту улья. Такими темпами она меня напополам сломает!

То как на меня смотрит господин Вельф… сколько жалости!..

— Почему сударь Белл не поговорил с Лили прежде чем добавлять в группу участника?! Почему, сударь Белл?!

— Это… найти нового участника было плохо?..

— Не плохо, нет, нисколько не плохо, но если сударь Белл не будет сначала советоваться с Лили, у Лили могут быть проблемы! Леди Гестия доверила Лили безопасность сударя Белла!

П-правда? Боженька попросила её о подобном… Думаю это показывает, насколько слабо она мне доверяет.

Я ощутил, как у меня кружится голова, когда я смотрю на очень возмущённую Лили. Но у меня появилось чувство, что её злоба никак не связана с господином Вельфом.

Может она пытается обо мне позаботиться… Нет, не может такого быть.

Она, должно быть, думает, что мне опасно принимать решения самостоятельно и хочет держать меня под контролем. Наверное.

— О, то есть я мешаю, Малышка?

Господин Вельф следил за нашим разговором молча, но выбрал момент чтобы в него включиться.

Лили уже была не слишком высокого мнения о Господине Вельфе, но, когда её назвали «Малышкой» её ореховые глаза полыхнули.

— Лили не Малышка! Лили зовут Лилирука Арде!

— Круто, приятно познакомиться, Малютка Лил.

— …Лили даже пытаться не будет. Это бесполезно!

Господин Вельф наклонился к Лили, обнажив зубы улыбкой, будто его повеселила эта реакция, и я уверен, что так и есть. Лили тихонько хмыкнула и отвернулась.

Похоже его не слишком волновало отношение Лили; наоборот, казалось, ему нравится… У меня появилось не слишком хорошее предчувствие на счёт этой парочки.

— …Что же, Лили. Я знаю, что уже поздно, но я его представлю. Это господин Вельф Кротцо. Он кузнец из "Паствы Гефест".

Нужно чтобы Лили, по крайней мере, знала полное имя господина Вельфа, так что я ей сказал. Я хотел сказать раньше, ещё утром, когда мы шли к месту встречи, но у неё было такое плохое настроение, что время показалось мне неподходящим.

И господин Вельф уже знает полное имя Лили, так что всё должно быть в порядке.

Я не ожидал ответа, к тому же Лили не смотрела в нашу сторону…

— Кротцо?

Тело Лили вздрогнуло, будто кто-то отвесил ей пощёчину, когда услышала фамилию господина Вельфа.

— А? — звук вылетел из моего рта прежде чем я успел понять. Что это за реакция?

— Падший дом кузнецов магических мечей? Благородный род кузнецов, чьё имя кануло в лету?

Кузнецы магических мечей?..

Более того, что она имела в виду говоря: «Благородный род кузнецов»?

Я озадаченно повернулся к господину Вельфу в поисках ответов.

Его игривая улыбка пропала; на его лице появилась горечь.

— А, эм… Кротцо?

Мой взгляд метался между ними, Лили была в шоке, а у господина Вельфа от нервного тика дёргался глаз. Нужно было нарушить неудобное молчание, так что я спросил его о его фамилии. Глаза Лили округлились, она посмотрела на меня с удивлением.

— Вы ничего о нём не знаете, сударь Белл?..

— Эм, ну… Нет, не знаю.

Был ли смысл говорить что-нибудь ещё? Я покачал головой.

— В давние времена роду Кротцо, одним из королей, был дан благородный статус, за магические мечи, которые они ковали. Говорят, что они ковали только магические, мечи… десятки, сотни, тысячи.

— Так значит?!

— Они мастера магических мечей, символ своего времени. Некоторые заявляют, что их магические мечи были так сильны, что могли «заставить пылать океан» …

Лили на мгновенье прервалась, подняв взгляд на господина Вельфа.

Её пальцы согнулись; казалось она набирается смелости чтобы сказать что-то серьёзное.

— …Но однажды они лишились милости короля. Они потеряли свой благородный статус и их дом пал…

Лили говорила так быстро как могла. И какие эмоции я должен испытать? Я пытался сохранять спокойствие, когда перевёл взгляд на господина Вельфа.

Несколько секунд он чесал затылок, его волосы ходили ходуном. Потому он опустил руку и помахав, натянуто улыбнулся.

— …Ну сейчас-то это не важно, да? Мы же пришли в Подземелье охотиться? Правильно?

— А… д-да.

Неожиданно взгляд господина Вельфа упал на меня, будто он пытался сменить тему разговора.

Он взял в руки оружие, лежавшее у него за плечом, на удивление широкий длинный меч с лезвием, превышающим обычную длину и опёрся на него.

Я быстро кивнул, а Лили отступила на шаг назад, будто ожидая что что-то произойдёт. Она смотрела на господина Вельфа, её пристальный взгляд выискивал что-либо необычное.

— ?..

— Хм?

"Крак!" Одновременно услышали мы.

На мгновение мы замерли. Все трое из нас провели в Подземелье достаточно времени, чтобы понимать, что означает это треск.

Монстр появился из стены подземелья.

— О-ого!..

— …Здоровенный.

— Всем оркам орк.

Мы впились взглядами в источник шума, никто из нас не промолчал. Отыскать огромную трещину в стене было несложно.

Раздалась ещё целая куча трескучих звуков, когда из трещины показалась крепкая, коричневая рука.

Куски стены подземелья упали на пол будто скорлупа. Огромное копыто ударилось о землю, ровно в тот момент, когда из трещины вырвалась правая рука, следом за которой показались голова и верхняя часть туловища зверя.

— БУГГГИИИИ… ООООО!..

Оповещая о своём рождении, орк взревел во всю глотку.

"Я никогда раньше не видел рождения орка…"

Я прочистил горло, чтобы себя успокоить. Рождение монстров относящихся к категории больших, то ещё зрелище.

Единственное слово, которое возникло в моей голове, когда я смотрел как монстр сокрушает стену подземелья это «ошеломительно».

Монстр очень громко рухнул на все четыре своих конечности. Неторопливо, но неотвратимо он поднялся на ноги.

— …Это не всё. Вот почему Подземелье начиная с десятого этажа так пугает.

"Крак, крак, крак!" Стены подземелья продолжили трещать. Теперь звуки раздавались с каждой стороны зала, а после показывались монстры.

Многие авантюристы говорят, что монстры начинают появляться неожиданно и в огромных количествах в одном зале, начиная с десятого этажа Подземелья.

Стены практически разрушаются пока комната заполняется монстрами. Авантюристы называют это «отрядом монстров».

Они, разумеется, очень опасны. Особенно если появление отряда происходит, когда ты в центре комнаты и ты оказываешься мгновенно окружён. Я сделал шаг назад, с глупой улыбкой на лице.

— Нет нужды паниковать. В этом зале нет тумана, и он очень большой. Шансы, что нас окружат невелики и мы можем отступить на десятый этаж, если это потребуется.

Спокойно сказала Лили, с тихим вздохом поправив рюкзак на спине.

Она прошла немало боевых групп и это не первый её поход на одиннадцатый этаж. Её Характеристики может и ниже наших, но она знает, что делает.

Я посмотрел назад, через плечо и увидел лестницу наверх, как и сказала Лили. Напряжение немного утихло, и я сделал глубокий вдох, осматривая комнату.

— Ладно, я поиграю с орком.

— Эм, вы уверены? — у меня округлились глаза от заявления господина Вельфа.

Орки очень сильны. Если авантюрист первого, или даже второго уровня получит от такого монстра прямое попадание, этот человек долго он не протянет.

— Ну, есть отличные новости, слышал? Эти штуки тормознутые и глупые. Даже меня будет достаточно, чтобы с ним справиться.

О, вот, значит, как могут думать люди…

Впрочем, это я новичок, или господин Вельф сорвиголова, мне неизвестно. Как бы там ни было, он, судя по виду, верит, что орк не доставит ему проблем. Он сделал шаг вперёд, в направлении зверя и размял челюсть.

Может "Паства Гефест" и группа кузнецов, но помимо этого они очень сильны. Воины-кузнецы, если хотите. И господин Вельф не исключение – несмотря на то, что он заявляет, что всё это ради Продвинутой Способности Ковка. Судя по той части его боевого стиля, которую я видел на десяти первых этажах, он не будет нас задерживать. Пусть он и авантюрист первого уровня, я нисколько не сомневаюсь, что он один из сильнейших.

— Сударь Белл, сражайтесь как вам угодно. Лили прикроет кузнеца со спины. Честно говоря, Лили будет благодарна, если сударь Белл будет время от времени на нас поглядывать.

— Ого? Что это у нас? Я думал я тебе с первого взгляда не приглянулся, Лили?

— Конечно Лили недовольна. Но Лили не хочется, чтобы ты путался под ногами сударя Белла.

Лили посмотрела на него с широкой улыбкой, её глаза блестели. Я же, мог только скорчится от такого выражения на её лице.

Наверное, она решила дать мне попробовать мои новые возможности второго уровня. Она уверена, что я справлюсь самостоятельно.

И я не собираюсь ей возражать.

…Ну, может, это немного безрассудно, но…

Мне хотелось бы себя проверить.

— Тогда разделяемся! Пока нас бесы не окружили, да?

— Лили не нужно повторять дважды, сударь Белл. Лили думает, что сударь Белл знает, но…

— Конечно, не беспокойся. Я буду настороже.

Мы достали оружие, звуки скользящего по ножнам металла окружили нас.

Я быстро потянулся, сделал глубокий вдох, чтобы сконцентрироваться и рванул в толпу монстров.

— Хуууууэээх!

— Хиииэээгиии!

Я побежал по комнате, целая орда бесов прямо передо мной.

Господин Вельф разбирался с монстрами, которых мы встречали по пути до одиннадцатого этажа. Так что на сегодняшний день это моя первая настоящая битва.

Небольшая группа отделилась от орды монстров и рванула ко мне, вереща во весь голос. Пятеро на одного.

Я понятия не имею, сколько монстров родилось из стен подземелья. В комнате до сих пор стоит громкий треск, а орда бесов разрастается с каждой секундой.

…Впервые я понёсся к ним на полной скорости, я даже наклонился в движении.

Расстояние между нами стремительно сокращается, я с силой бил ногами о землю и отталкивался.

Грязь разлеталась от моих ног.

— Уээ?

Бес подлетел к моему лицу.

Нет.

Это я так сократил дистанцию.

Такая скорость не шутки. Ветер свистит в ушах.

Несмотря на то, что я нёсся быстрее чем когда-либо раньше, мои чувства поспевали.

Я ударил беса, передо мной Божественным Кинжалом.

"ШИН!"

— ?!

Голова беса отделилась от туловища и полетела к потолку.

Почти половина из орды бесов отвлеклась на подлетевшую голову товарища после того, как фиолетовый развод отделил её от туловища.

Их удивление таким неожиданным поворотом событий создало нужное временное окно чтобы я мог продолжать и разобраться с остальными.

Удар сверху вниз.

Тело лёгкое, как пёрышко, я перелетал от беса к бесу как шаровая молния. Каждый удар заставлял одного из монстров распадаться на куски. Я оказывался рядом с монстром и наносил удар, прежде, чем они успевали что-либо осознать.

Все убийства одним ударом. С ножом в одной руке и Божественным Кинжалом в другой, со своими чёрным и белым клыками я прорывался сквозь орду бесов оставляя за собой след из тел.

"Какие-то они медленные… Стоп…"

Я наношу удар первым. Ни один из монстров даже не попробовал контратаковать.

Это не мои враги медленные.

Это я стал настолько быстрым…

"Они просто не могут контратаковать!"

Я изменился. Полностью изменился. Ничего уже не будет, как прежде!

Вот что означает поднятие уровня!

Благословение боженьки!

— ААААААААА!!!

— ГАХИИИ?!

Я сделал один из пинков с разворота, использованных Айз, прямо в грудь нападающего беса. Удар моей ноги запустил его прямо, со скоростью стрелы. Несколько раз ударившись об землю и подскочив, монстр остановился и перестал двигаться.

Орда бесов, больше десятка монстров была полностью стёрта с лица земли.

— РВОООО!!!

— !

Несколько монстров с рыками появились передо мной.

Высотой примерно с меня. У них очень короткие и широкие ноги, но две длинных руки венчают смертельно опасные когти. Их спины и руки полностью покрыты пластинами, будто они одеты в костюм или броню. На голове у них также броневая пластина, прямо между глаз, напоминающая боевой шлем.

Одни из схожих с броненосцами созданий. Двое таких монстров двинулись ко мне.

«Твердобронники» Они впервые появляются на одиннадцатом этаже.

Я никогда таких раньше не видел, но, к счастью, у меня целый бестиарий в голове, благодаря агрессивному обучению Эйны. Что там она про этих ребят говорила?

Как и муравьи-убийцы, Твердобронники обладают очень высокими защитными качествами, благодаря своей прочной, похожей на панцири, броне. Однако, их незащищённые части очень уязвимы для ударов. В сравнении с покрывающей всё тело бронёй муравьёв-убийц, найти место для удара гораздо легче… Однако, Защита этих монстров гораздо выше.

Из всех монстров до одиннадцатого и двенадцатого этажей их защита не уступает ни одному виду. То есть, когда дело доходит до попадания, они могут выдержать гораздо больше повреждений, чем любой другой монстр верхних этажей.

Твердобронники это ходящие стальные крепости, которые могут с лёгкостью отразить атаки дворфов. Считается, что ни у одного авантюриста первого уровня нет ни единого шанса на победу в бою с таким монстром один на один.

То, что авантюристам необходимы характеристики от B до S чтобы выжить на одиннадцатом и двенадцатом этажах это нисколько не преувеличение, из-за Твердобронников.

— …ХЕХ!

Время будто замерло на мгновенье, когда мы осматривали друг друга и когда наши взгляды встретились, мы столкнулись.

Мои сильные ноги понесли меня вперёд.

Один из Твердобронников свернулся в клубок и, с ослепительной скоростью, покатился на меня.

Прочный панцирь на спине – это невероятно крепкая защита, но, в то же время, и могучее оружие. Мощи одной такой атаки должно быть достаточно, чтобы разносить целые боевые группы и отправлять их в полёт. Кроме мощной ответной атаки ничто не способно их остановить.

Свёрнутый в клубок, почти размером с человека, зверь, нёсся прямо на меня. Он приблизился за считанные мгновения, я едва успел избежать столкновения, которое отправило бы меня высоко в воздух.

Я взглянул на второго монстра.

Он по-прежнему был на ногах, так что я решил сперва позаботиться о нём, а уже после я смогу разобраться с ездуном, не беспокоясь о своих тылах.

— ОАААААА!!!

Зверь рванул ко мне, его когти были готовы к удару.

Я стоял, выставив перёд клинки до самого последнего момента – прежде чем отпрыгнуть вверх и в сторону.

— ?!

Моё тело сделало оборот прямо перед носом у монстра.

Он не мог уследить за моими движениями, я полностью исчез из его поля зрения.

Это слепая зона монстра, в стороне выше его головы.

Сделав пируэт и перекинув лезвие Божественного Клинка вниз, в руке, я нанёс удар.

— …ГАААХХХ?!

Панцирь Твердобронника разлетелся надвое от мощи моей атаки.

…Уязвимость!

Лучшую Защиту верхних этажей можно сломать.

Поворачиваясь в воздухе я краем глаза глянул на повреждения, которые нанёс монстру и покрепче схватил кинжал.

— РОООООААААА!!!

Оставшийся Твердобронник восстановился и на полной скорости понёсся ко мне.

Наклонив голову, я перекатился через спину, после приземления. В то мгновение, когда мои ноги встали на твёрдую почву я поднял правую руку и направил её на приближающего монстра.

— Вспышка!

Прогремела молниеносная цепь взрывов.

Каждый снаряд был громче, быстрее и плотнее чем раньше. На звере отразились алые всполохи, прежде чем в него врезалось пламя.

"БАБААХ!"

Взрывная волна от снарядов прошла сквозь меня, а мгновеньем позже показалось обгорелое тело твердобронника. Часть его панциря исчезла, другая часть отвалилась, когда его безжизненное тело рухнуло на землю.

Избавленный от своей брони твердобронник остался неподвижно лежать на земле, из его рта вырвался дымок.

Даже моя Магия стала сильнее…

Посмотрев на оставшиеся искры, я поднёс руку к груди.

Моя сила на совершенно ином уровне. Её масштабы полностью изменились.

Дело не только во Вспышке; не могу отрицать, что я будто не могу контролировать эту силу полностью, но…

"Я определённо стал ближе!"

Я смог увидеть спину одной девушки рыцаря в моём воображении.

Место, которое я хочу занять, позади этих длинных, светлых волос, я приблизился.

Моё сердце забилось чаще, его биение слышалось в ушах. Мне пришлось приложить усилия, чтобы заставить себя успокоиться.

— …ооооООО!

Рёв орка застал меня врасплох и вернул меня в настоящее.

Слова Лили неожиданно пришли мне на ум, и я посмотрел в их сторону. Шум шёл с той стороны, в которой Господин Вельф и орк готовились к драке.

— Вот это скорость…

Пробормотал Вельф себе под нос.

Движения, рефлексы, атаки и заклинания Белла были слишком быстры для его глаз.

Не зная об этом раньше, Вельф наконец понял, почему Белла называют «кроликом».

— Хех-хех-хех, не стань блинчиком, смотря по сторонам. Сударь Белл очень расстроится.

— Понял о чём ты, Малютка Лил.

Вельф ответил на слова стоящей за его спиной Лили серьёзно кивнув.

Он не повернулся, чтобы ответить, причиной был огромный орк, издающий отвратительный рёв и идущий прямо на них двоих. Он приблизится в считанные мгновения.

Заметив взгляд Белла, Вельф легонько хлопнул себя по лбу и улыбнулся, будто говоря: «Хватит меня проверять».

— Ух, как круто. Большая свинка номер два.

Стоя спиной к телу орка, неподвижно лежащего рядом с Лили, Вельф широким движением перехватил покоившийся на его плече длинный меч.

— ООоооООО!!!

"Бам, бам, бам!" Орк продвигался неуклюжими, но мощными шагами.

Уголки рта Вельфа поползли вверх, и он сделал несколько шагов навстречу монстру.

— БУГУРУАААА!!!

Когда добыча оказалась на подходящем расстоянии невооружённый орк, со всей силы махнул своей мясистой рукой.

Вельф мгновенно наклонился, пройдя под ударом монстра.

Оказавшись у земли, Вельф опёрся на неё левой рукой, правой держа меч за своей спиной, он впился взглядом в зверя, готовясь в любой момент нанести удар.

Когда огромная рука пролетела над ним, Вельф выпрямился и, прицелившись, махнул своим клинком.

— …РАААА!

Звук стали, столкнувшейся с плотью. Клинок попал в цель, нанеся рану прямо по раскрытому животу орка.

Тёмно-зелёная кровь полилась из раны, а сила удара заставила монстра потерять равновесие. Монстр рухнул на спину, ударившись затылком в грязь.

— Как тебе такое!

Вельф пробежал вперёд и прыгнул в сторону от головы орка, его взгляд впился в шею зверя, после чего, оружие одним махом было опущено вниз.

"ШИН-ТУК!" Звук удара разнёсся по комнате.

— Малютка Лил! Следующий!

— Уже тут!

Оставив безголового монстра позади Вельф повернулся в направлении, указанном Лили.

В его глазах отразился силуэт ещё одного орка – этот нёс в правой руке дерево-дубинку, элемент ландшафта. Зверь неумолимо приближался к нему. Вельф озадаченно щёлкнул языком, но на его лице была обычная усмешка.

— Хах, ну разве не заноза в заднице!

— Лили наготове!

Лили обежала мёртвые тела орков, лежащих на земле, чтобы оказаться под другим углом от орка.

Она задрала рукав своей робы, обнажив небольшой арбалет, и прицелилась, вытянув свою тонкую руку.

"ПИНЬ!" Золотая арбалетная стрела вонзилась в плечо зверя.

— !

Орк остановился и приложил руку к раненному плечу. Глаза на свиной морде сощурились, забыв о своей первой цели – Вельфе – и он перевёл взгляд на новую: Лили.

Это создало секундную паузу.

Увидев возможность атаковать отвлечённого орка Вельф сделал шаг вперёд и опёрся на левую ногу, крепко встав ей на землю.

Его чёрный плащ развевался, будто дым на ветру, ботинок Вельфа сделал в земле небольшое углубление, когда юноша сделал ещё один шаг вперёд.

— ВОТ ТЕБЕ!

Клинок, покоившийся до этого на плече сделал в воздухе широкий развод.

Вся сила Вельфа была собрана в его правой руке, наносящей этот удар. Меч с огромной силой прошёлся по телу монстра.

Удара длинного меча было достаточно, чтобы рассечь орка напополам. Тело монстра дрогнуло, но он не смог издать крика боли из-за крови, заполнившей его рот. Налившиеся кровью глаза зверя успели бросить последний взгляд на атакующего прежде чем тело монстра обратилось в пепел.

Атака Вельфа разрубила тело и уничтожила магический камень, находящийся в глубине груди монстра.

— Сударь Кротцо, у нас будут проблемы если вы продолжите ломать магические камни! Сударь Белл и Лили так меньше заработают!

— Что сделано, то сделано. Ничего не попишешь. О, и так меня не называй.

Вельф повернулся к девушке, стоящей чуть поодаль, на его лице было лёгкое недовольство. Она всегда найдёт к чему придраться.

— К тому же, как насчёт моей доли, а? — парировал Вельф недовольство девушки-полурослика.

Только остатки пурпурного пепла остались на травянистом полу Подземелья.

— …Сударь Кротцо!

— Что я тебе только что сказал об этой фами… аааа…

Когда Вельф уже начал возмущаться, он наконец понял почему именно Лили вскрикнула.

Два новых монстра, которые меньше орков, молчаливо объявились за спиной Вельфа.

— Сереброгривы.

Мускулистые тела, покрытые плотной белой шерстью, эти монстры похожи на огромных диких горилл. Их название происходит от плотной серебристой шерсти, окружающей шеи и полоски такой же шерсти, спускающейся по их спинам. Эта полоска снизу имеет достаточную длину, чтобы выглядеть как короткий серебряный хвост.

Не так давно Белл сражался с одним из этих монстров во время Монстромании. Вместе с твердобронниками они делают одиннадцатый этаж Подземелья очень опасным местом для авантюристов первого уровня. Несмотря на то, что размером они уступают оркам, это позволяет им обладать немалой ловкостью, при достаточной силе. Обнажённые клыки и перекатывающиеся мышцы, есть только одно слово, которое подходит чтобы их описать: сила.

Вельф повернулся лицом к новым нападающим, но, неожиданно "БАМ". Третий сереброгрив спрыгнул с особенно большого высохшего дерева и приземлился прямо между ним и Лили.

— …

— Геееее…

— Дерьмо! — почти рефлекторно выругался парень.

Монстры его окружили. Это одна из ситуаций, которые авантюристы в Подземелье избегают любой ценой.

"Фантастика… Я как будто снова одиночка."

Ощущая капли пота стекающие со лба, Вельф встал в защитную стойку и осмотрел всех троих монстров по очереди.

Оказавшись без боевой группы, он брал с собой так много зелий, как мог унести и ходил на десятый этаж самостоятельно… Все подобные моменты пронеслись у него перед глазами, когда он смотрел на сереброгривов.

"Нужно бежать и быстро… Проклятье, меня загнали в угол!"

Его тело начало подрагивать, когда монстры стали приближаться, разум Вельфа метался в поисках пути к отступлению.

Он уже встречался с подобными противниками и понимал, что он чуть сильнее одного сереброгрива. Однако, когда он начнёт битву с одним из монстров окажется полностью открыт для атак других противников. Мельком увидев подавленное лицо Лили, он понял, что сейчас помощница никак не сможет его выручить.

"Я труп," стало единственным заключением, к которому пришёл юноша, но Вельф предпочёл игнорировать эту мысль. Махнув своим мечом по широкой дуге, он вернул его на плечо, прежде чем сделать шаг к ближайшему сереброгриву.

Он решил прорваться сквозь окружение. В его ушах прозвучал странный, звонкий звук. Ему никогда не привыкнуть к напряжению, которое приходит вместе с окружением врагами в Подземелье, сколько раз это бы не случилось. Он подготовил тело к бою.

Атмосфера опасности окружила юношу.

Сереброгив, на которого уставился Вельф, ответил яростным взглядом, в котором горела злоба.

Монстры двинулись одновременно.

А спустя мгновенье…

— …Раз, два, ииииии!!!

— ГегОООО?!

— ?!

Что-то с огромной силой влетело в окружение извне.

Белл запустил себя как снаряд, его ужасающий удар ноги попал по челюсти одного из сереброгривов. Голова не ожидавшего удара зверя изогнулась под неестественным углом, и он угодил в другого сереброгрива.

Вельф с оставшимся монстром стояли в ошеломлённом молчании, после такого поворота событий. Белл, ещё находясь в воздухе извлёк кинжал из ножен.

— Господин Вельф!

Взгляд рубиновых глаз встретился со взглядом Вельфа и юноша понял, что сейчас случится.

Он отклонился так быстро, как только мог, уходя с пути.

Не теряя ни единого движения Белл со всей силы бросил нож правой рукой.

— ГЕХ?!

— !!!

Нож просвистел у лица Вельфа и попал прямо в глаз сереброгрива неподалёку от которого юноша стоял.

Зверь отклонился назад, завопив от боли. Посчитав это возможностью, Вельф прокрутился на месте, направляя собственный клинок.

Длинный меч сделал глубокий порез на теле монстра.

— …

Монстр медленно рухнул на колени. Вельф замер, держа меч в том же положении в котором он завершил удар. Не меняя позы, он через плечо посмотрел на Белла.

Тот уже закончил разбираться со вторым сереброгривом и стоял у его окровавленного, неподвижного тела.

Прежде чем улыбнуться и вернуть меч на плечо Вельф ещё несколько мгновений смотрел на Белла.

— Может я и правда смогу привыкнуть ко всем этим штукам с группами.

Беловолосый парень повернулся к юноше, и кивнул с широкой улыбкой на лице.

— Дружище, а ты чертовски быстрый, ты знал? Я даже не различил, как ты подлетел.

— Я-я и сам не совсем понимаю, как у меня это получилось…

Бой нашей группы против отряда монстров наконец закончился, и мы решили сделать небольшой перерыв.

Мы остались в той же комнате на одиннадцатом этаже. Последствия стычки были разбросаны по всему залу. Вырванные с корнем мёртвые деревья, ямы в земле, пепел, оставшийся после тел монстров и даже куски стены подземелья, были разбросаны повсюду, куда бы я не глянул. Полная разруха.

Длинный меч господина Вельфа был в ножнах на его спине. Он стоял рядом со мной скрестив руки на груди, и мы обсуждали прошедшую битву.

— Все эти штуки с зачисткой подземелья определённо легче, когда с тобой сильный союзник. Хотя, конечно я не могу всегда полагаться на то, что ты будешь спасать мою задницу.

— У меня такое ощущение, что мне не пришлось убивать так много монстров, как обычно.

— Это преимущество боевой группы. Твой разум и тело работают не так напряжённо, и ты можешь драться как тебе хочется. Союзники прикрывают твои недостатки.

Господин Вельф сделал несколько неплохих замечаний. Поскольку у него больше опыта работы группой в Подземелье, чем у меня, я прислушивался к каждому его слову.

— Думаю мы очень неплохо справились, учитывая, что это первый наш день в группе. Мы пока ещё не читаем намерения друг друга, но наши действия сочетаются… Всё благодаря Малютке Лил.

— Благодаря Лили?

— Ага. Кажется, что она делает немного, но эти действия оказывают огромное влияние. Предупреждает нас о новых монстрах, не даёт нам сталкиваться в бою, она отлично нас координирует.

Он подобрал очень странные слова, если сказать проще, Лили нас направляет.

Возможно, будет лучше сказать, что она указывает нам, что от нас требуется. Она может видеть поле боя со стороны, так что всегда знает, когда и как нам лучше помочь. Включая и то, как правильнее разделить наши обязанности.

Я услышал, как господин Вельф сказал:

— Она знает, как действуют авантюристы.

Я медленно кивнул на его слова, добавив:

— Да, в этом есть смысл, — если учесть опыт Лили в качестве помощницы и воровки, думаю она понимает, как мыслят авантюристы.

— Она правда нечто, Малютка Лил.

— В подобные моменты даже подумать сложно, что можно сказать про помощника что-то плохое…

— Золотые слова. — ответил Господин Вельф, взглянув на Лили через плечо. Она была в дальнем углу комнаты, собирала магические камни и добычу с поразительной скоростью и эффективностью.

Мы вдвоём убили целую кучу монстров, так что, вполне естественно, что у неё оказалось немало работы. Мы предложили помочь, но она немедленно отказала.

— Это работа Лили, отдыхайте, пока есть время. — сказала она, прогоняя нас от останков монстров.

Она сказала, что хочет внести свой вклад.

— Ты заметил, что стало слишком оживлённо. Может куда-нибудь в другое место перейдём?

— Мммм, да, стоит уйти…

В комнате появилось несколько групп авантюристов, которых не было, когда мы пришли.

Многие авантюристы проходят через этот зал, поскольку он соединяет этот этаж с верхним. Немало боевых групп использует его в качестве места для отдыха, потому что здесь нет тумана. Что и говорить, найти тут монстра, чтобы его убить непростая задача.

Устраивать с ними споры за добычу будет слишком жалко, а то и выльется во что похуже, если это вызовет разногласия между "Паствами". На самом деле, несколько групп оказались в комнате, ещё пока мы сражались. Среди авантюристов существует негласное правило: «Мы не мешаем другим в Подземелье, пока это возможно».

…Теперь, когда я об этом подумал, Лили была первой, кто понял, что в зале появились другие авантюристы. Она начала обирать тела убитых монстров чтобы защитить нашу добычу. Вроде: «Это наше, руки прочь».

Не знаю, действительно ли она так внимательна к деталям, но это часть работы, которую только опытный помощник может выполнить для группы.

— …Раз уж мы тут, почему бы нам не пообедать? Здесь много авантюристов, так что можно не беспокоиться о нападении монстров.

— Отличная мысль. Плюс, очень жаль отсюда уходить. Возьмём ситуацию в свои руки. Пообедать будет неплохо.

Причины, названные господином Вельфом прозвучали слегка надуманно, но, по крайней мере, он со мной согласился.

Мы приступим к еде, как только вернётся Лили.

"Все эти люди… знаю, это одиннадцатый этаж, но все группы выглядят нереально сильными…"

Вокруг каждой группы витала атмосфера мощи и опытности.

То же самое можно было сказать о их броне и оружии. Острое, прочное… целый список хвалебных слов приходил мне на ум при одном только взгляде на проходящих мимо.

Зверочеловек с крепким луком за спиной, амазонка, опирающаяся на удивительно огромный боевой топор, величественный эльф в серебристо-белом плаще с посохом в руках… смеси рас людей и полулюдей, каждый с отличительными особенностями.

"Сколькие из них подняли уровни?.."

По большей части группы, собирающиеся на одиннадцатом и двенадцатом этажах переходят на серединные уровни. Так что среди них должно быть немало авантюристов второго уровня.

"…Действительно ли я на равных со всеми этими людьми?"

Я второго уровня, так что на бумаге мы равны… но вид огромных мышц дворфа заставил меня захотеть сжаться в комочек. Моя цель намного, намного выше, так что такая лёгкая сдача – это не очень хороший знак.

Уверен, у каждого из них есть какое-нибудь поразительное Заклинание и Навыки…

"Секундочку, у меня тоже есть Навык…"

Не могу поверить, что осознание этого заняло у меня столько времени.

«Решимость Героя, Аргонавт» Я совершенно забыл об этом, так что даже не пытался проверить его действие…

"Я сражался как обычно, ничего не изменилось… не так ли?"

Я быстрее и сильнее, чем раньше, но это из-за того, что я поднял уровень. Не думаю, что навык оказал какое-то действие.

«Активное Действие. Определиться с движением. Атаковать, а не контратаковать.»

Я наклонил голову вспомнив слова боженьки. — Мммм…

Понятия не имею о чём она говорила. Определиться с движением, атаковать и всё такое… Это для меня естественно. И пока ничего необычного не случилось. Возможно, нужно не только движение чтобы его активировать.

Заклинаниям необходимы слова для активации, так может и для Навыка это справедливо?

Как я…

…вообще выучил навык, который называется Аргонавт?

Из-за того, что поднял уровень?

Из-за того, что убил того монстра, Минотавра?

Из-за того, что я от всего сердца пожелал, чтобы Айз не увидела меня в таком же постыдном положении?

…в тот момент, я…

Я хотел стать…

… «героем!»

Вот чего я желал.

— …

Как герои в сказках.

Как люди, которые могут без страха противостоять могучим врагам.

Как девушка, которая рискует всем ради спасения жизней.

Стать таким человеком, приблизиться к ней, таково моё желание.

Решимость героя.

— …Эй, Белл. Что с тобой?

— !

Голос мгновенно вырвал меня из погружения в мысли, вернув в реальность.

Передо мной стоял Вельф, его брови были сведены от удивления.

Я хотел спросить его что случилось, но проследил за его взглядом на мою правую руку.

Вокруг неё собрались небольшие искорки света.

— …Э?

Мои глаза округлились от удивления, а с языка сорвалось озадаченное восклицание.

Небольшие огоньки вращались вокруг моего предплечья, они излучали белый свет и мягко пульсировали.

Огоньки были меньше, чем снежинки, размером с крупицы песка. Они растворялись, кружась вокруг моей руки, только чтобы уступить место новым, в этом бесконечном цикле.

Загораются, пульсируют, меркнут и по новой.

Моя рука будто оказалась в центре вихря мигающих белых огней.

Пин, пин. Огоньки издавали звук, мерцая.

Будто маленькие колокольчики.

— …

— …

Мы с господином Вельфом переглянулись.

Он выглядел таким же удивлённым и поражённым, как и я. Не думаю, что смогу ответить на его вопросы, если он их задаст.

— Что… что это такое?..

Я впился взглядом в правую руку, удивляясь, почему это никак не кончается.

Краем глаза я видел, как господин Вельф переводит взгляд с моей руки на лицо и обратно. В тот момент, когда он раскрыл рот, чтобы заговорить… случилось это.

— оооОООООО!!!

Яростный рёв ворвался в зал, вызвав у меня звон в ушах.

— ?!

Мы с Господином Вельфом обернулись в направлении рёва. Нет, не только мы. Все авантюристы в комнате посмотрели в одну и ту же сторону, их глаза округлились от ужаса.

В этой стороне был вход в зал. Из тумана показалась янтарная чешуя, приближающаяся из соседнего зала.

Не только чешуя, длинный хвост, острые когти и очень зубастая пасть.

Всего 150 сантиметров в высоту, но, казалось, что в длину этот небольшой дракон достигает всех четырёх метров.

— Детёныш дракона?!

Прозвучал голос авантюриста, с которым я никогда не встречался.

Четырёхлапый зверь, драконьей расы считается одним из сильнейших монстров Подземелья. Несмотря на то, что у него нет крыльев, его мощное тело покрыто янтарной чешуёй. С первого взгляда я понял, что эта штука мощнее орка. Его голова покачивалась из стороны в сторону, осматривая комнату красными глазами, размером с обеденные тарелки.

Детёныш дракона?

Редкий монстр, который появляется только на одиннадцатом и двенадцатом этажах Подземелья.

Учитывая, что по Подземелья бродят всего четверо или пятеро таких одновременно, требуется немалая удача, чтобы их встретить. Впрочем, детёныши дракона способны уничтожить целую группу авантюристов первого уровня. Так что удачей это тоже не назвать…

На этих этажах нет полноценных «Монстр Рексов», так что, можно сказать, что детёныши дракона – это боссы верхних этажей.

— !!!

Дракон начал действовать, как только услышал крик человека, будто этот крик послужил сигналом к старту. Размахивая своим длинным хвостом, как кнутом он ударил эльфа, который оказался слишком близко и отправил того в полёт. Эльф ударился в стену мгновением позже, его глаза были широко раскрыты. Он рухнул на пол, будто кукла, которой перерезали ниточки. Секунду спустя комнату уже заполняли крики авантюристов.

Может он не так силён, как Минотавр, но не удивлюсь, если этот монстр считается монстром второго уровня. Самое время проигнорировать неписанные законы авантюристов, и все это прекрасно понимали. Все группы начали действовать как единое целое. Началось чтение множества заклинаний, Амазонки и дворфы понеслись вперёд с мечами и топорами наготове.

— МАЛЮТКА ЛИЛ! УБИРАЙСЯ ОТТУДА!!!

Во всём этом хаосе крикнул Господин Вельф.

Даже в своём поражённом состоянии, я видел всё, что происходило.

Дракон направился к Лили, которая ещё собирала магические камни в углу зала.

Я видел, как она повернулась к монстру лицом. Неожиданно, моё тело начало двигаться само по себе.

Моя правая рука, всё ещё находящаяся в вихре огоньков вытянулась в направлении монстра, рот закричал:

— ВСПЫШКА!!!

Спустя полсекунды.

Всё стихло.

— …

Луч чистого, белого света.

Комнату озарил свет, и раздался звук, который посоперничал бы с рёвом дракона, ещё звеневшим в моих ушах.

Молниеносные огненные снаряды вырвались из льющегося из моей руки белого света. Вспышка.

Но совершенно другая. Обычно алые, снаряды моей магии были окружены белыми искрами, так плотно, что их можно было принять за единое целое. Пламя направилось к детёнышу дракона.

Впившись в зверя плазмой Вспышка пронеслась сквозь него и ударила в стену.

Огромный взрыв.

— …ГАХ, ааа…

Янтарные чешуйки, мгновенье назад казавшиеся такими прочными, развеялись будто пепел на ветру.

Детёныш дракона издал лёгкий стон боли, прежде чем рухнуть на землю, охваченный разгоревшимся пламенем. Я слышал, что у драконов естественная сопротивляемость огню, но он сгорел, оставив после себя дымящиеся остатки.

От дракона остались только распадающиеся в воздухе куски, лежащие в углу комнаты. Стена, принявшая на себя взрыв, оказалась очень сильно повреждена. Она была покрыта трещинами, всё больше её кусков падало на пол.

КРААК БАХ! Огромный кусок стены упал на пол, будто развеивая тишину.

— …

В комнате повисла тяжёлая атмосфера.

Все остальные авантюристы остановились и уставились на меня. В том числе и Лили с господином Вельфом.

Удивление, трепет и… враждебность. Я не мог отреагировать ни на одну, направленную на меня эмоцию. Придя в себя, я поднёс правую руку к груди. Окружавшие её огоньки исчезли, рука выглядела так, будто ничего не произошло.

— …ауууу.

Я просунул голову через воротник рубашки. Всё тело гудело, каждое движение отдавалось болью.

Одевшись, я открыл дверь и вышел из душевой.

Боженька, уже переоделась и сидела на фиолетовой софе.

— Белл, если ты сильно устал, можешь отдохнуть. Я могу приготовить ужин сама.

— Нет, я в порядке. Я помогу!

— Хе-хе, вот как? Ну ладно, приготовим вместе.

У неё был долгий день на работе, а у меня очень долгий день зачистки подземелья. Мы оба пришли домой поздним вечером, так что я не хочу заставлять её всё делать самостоятельно. Уже почти ночь.

Мы делаем большую часть работы по дому вместе, почти всё, что возможно; я знаю, что именно так хотела бы боженька. Я не хочу заставлять её напрягаться, но когда я делаю что-нибудь один, она говорить что-то, вроде: «Разве мы не вместе тут живём, Белл?»

И всё равно, кажется, что это странно…

— …Эм, Белл? Могу я спросить кое-что?

— Что именно?

Я только начал мыть овощи, на нашем небольшом подобии кухни, когда боженька, нарезающая мясо, задала мне вопрос.

Я повернулся к ней, наши глаза были на одном уровне, потому что она стояла на небольшом стуле.

— Ты когда-нибудь встречал Фрею… То есть, богиню с серебряными волосами?

— Богиню с серебряными волосами? Нет, кажется ни разу…

Я пытался припомнить, перед ответом.

Я могу по пальцам пересчитать, сколько раз я видел богинь, кроме Всевышней Гестии, с того момента, как оказался в Орарио. И я бы запомнил, если бы среди них была богиня с серебряными волосами.

— Ммммм, да, похоже, что это правда…

Пробормотала боженька, смотря в потолок. Что-то произошло?

Мне казалось, что боженька постоянно осматривается, с тех пор как Денатус закончился. Я несколько раз пытался спросить её, что произошло, но она качала головой и говорила: «Ничего. Совершенно ничего.»

Меня это слегка беспокоит, но сейчас нужно готовить. Казалось, что за считанные мгновения ужин был готов и мы сели с боженькой за стол.

— Ого? Выходит, этот кузнец из хороших людей?

— Да. Он очень открыто говорит о том, что думает и мне кажется, что я могу на него положиться. Впрочем, я слегка беспокоюсь о его отношениях с Лили. Не думаю, что они друг с другом поладят…

— Хахахаха!

Мы с боженькой всегда весело проводим ужины в поздние часы.

В последнее время, наша еда стала намного роскошнее. Стало намного меньше самых простых блюд.

Теперь мы едим по куску хлеба и блюдо из смешанных с листами салата кусков мяса, а ещё у нас в обыкновение вошло есть воздушную картошку, вечерами.

У нас ушло не так много времени, чтобы подобные ужины перестали быть редкостью, но, казалось, что прошла вечность. Крайняя нищета, вот как можно описать состояние, в котором мы жили ещё месяц назад. Я почти уверен, что сейчас наше состояние таким не назвать.

— Что же, если он действительно из таких людей, то не вижу ничего плохого. Я всеми руками за даже выпить за него готова. Тебе лучше его не упускать, Белл.

— Я тоже так думаю. Господин Вельф кузнец и с ним мы можем действовать как группа. Я слышал, что гораздо безопаснее охотиться в Подземелье втроём! Хотел бы я, чтобы он задержался в группе подольше, но…

— Ты должен сделать так, чтобы он остался. Куда опаснее если вы с помощницей будете в Подземелье "наедине. Намного, намного опаснее."

На губах появилась облегчённая улыбка, когда я, соглашаясь с ней, кивнул.

Даже по чёрным хвостикам боженьки можно было заметить, что она в хорошем настроении, они болтались из стороны в сторону. Она наверняка очень сильно о нас беспокоится.

Кстати это уже вошло в привычку, но я рассказываю боженьке обо всём что произошло каждый день.

Я уже рассказал ей о господине Вельфе. Я сказал ей о прямом соглашении и всём, что случилось вчера, так что сегодня я мог только выразить своё впечатление о нём, как о члене группы.

— Мне всё ещё не верится, что ты оказался в одной группе с одним из членов "Паствы Гефест"… хе-хе, может это судьба, раз уж ты в моей "Пастве".

Боженька улыбалась от уха до уха.

Всевышняя Гестия и Всевышняя Гефест провели немало времени вместе, ещё во времена Тенкая, так что есть смысл в том, что они стали подругами и на Земле. Однако, я слышал, что произошло очень многое, с того момента как боженька поселилась в Орарио, до того, как она собрала свою "Паству". Теперь им сложно встретиться просто так.

Кажется, боженька считает эту нерушимую связь очень забавной. Она рассмеялась так сильно, что её плечи начали дрожать.

— …Эм, Боженька? Фамилия господина Вельфа, Кротцо. Ты слышала о этом роде что-нибудь?

Воспользовавшись возможностью, я решил спросить её о том, что вызвало у меня очень много размышлений.

История Лили о семье Кротцо и магических мечах.

Мне слегка неловко узнавать о истории его семья за его спиной, но я не могу сдержать свой интерес.

— Магические Мечи Кротцо, так?.. Я тоже о них немного слышала, но… Не думаю, что знаю больше, чем ты, Белл.

— Вот как…

Я слышал, что боженька пробыла на Земле не слишком долго. Ничего не поделаешь, она знает о событиях, происходивших в Гекае – на Земле – давно, столько же, сколько и я.

Судя по всему, на какое-то время Господин Вельф останется загадкой…

— …несмотря на то, что я немногое знаю о семье Кротцо, я слышала кое-что о кузнеце, Вельфе Кротцо.

— А?

— Хе-хе-хе. Белл, только не говори мне, что забыл, где я работаю?

О! Так вот о чём она говорит.

Боженька работает на владельца лавки из "Паствы Гефест", той же "Паствы", в которой состоит господин Вельф. Уверен, что, работая там, она о нём что-нибудь слышала.

— Вот-так-то, Белл! — сказала она, выпятив свою внушительную грудь слишком сильно.

Я ответил быстрым: «Расскажи, пожалуйста», — густо покраснев. У меня отняло немало усилий выдавить из себя улыбку, а боженька начала говорить.

Оказывается, когда она вчера услышала о господине Вельфе, она начала самостоятельно собирать информацию.

— На самом деле, он хороший кузнец. Мальчику есть куда расти, но Гефест часто о нём говорит. В этом я не сомневаюсь.

— В-всевышняя Гефест говорит о господине Вельфе?

— Ага. Я слышала об этом когда она напилась, но в этом парне полно скрытого потенциала и он может стать чем-то большем.

Подумать только, эта "Паства" известна своими умелыми кузнецами, но Всевышняя Гефест отметила Господина Вельфа. Неужели он какой-то виртуоз даже в своей "Пастве"?

— О, Гефест за ним следит, всё так. Она его изучила и поняла, что в нём есть особое сияние… Но, ко всему прочему она добавила, что её разочаровывает его чувство вкуса.

— …

«Пьёнкичи», название моей брони тут же пришло мне в голову.

Кстати, этот комплект брони получил то же название, что и предыдущий. Сейчас эта модель называется Марк-3.

— А теперь самому соку. Гефест очень строга к нему, в рамках своей "Паствы", относится к нему совершенно иначе, чем, когда напьётся.

— А? Что это значит?

Это совершенно непонятно. Я попросил боженьку мне разъяснить, она легонько кивнула, говоря:

— Конечно. Сразу к делу, он уже способен делать магические мечи.

— !..

— Не какие-то дешёвые подделки, а самые настоящие. Он может изготавливать такие же мощные магические мечи, как и Высшие Кузнецы "Паствы Гефест". Магические мечи, достойные марки Кротцо.

…Кузнецы Магических Мечей.

Эти слова я прежде слышал. Пока мысли в моей голове улеглись прошло несколько секунд.

— Но, подожди… Этого не может быть. Кузнецы не могут ковать магические мечи без умения Ковка… правда же?

Так должно быть. Эйна говорила мне об этом когда мы впервые пришли в лавку "Паствы Гефест" в Башне Вавил. Я точно это помню.

Только кузнецы высокого уровня, освоившие умение Ковка до определённого уровня могут делать магические мечи.

— Даже я не знаю причину, но он может. Гефест лично это подтвердила.

— Значит…

— Да, семья Кротцо не подделка. И кровь этой семьи течёт в его жилах.

Мои мозги будто только что по стенке размазали.

Господин Вельф действительно член благородной семьи кузнецов, пришедшей в упадок.

И он действительно способен изготавливать магические мечи без умения Ковка.

…Навык?

Только эта мысль пришла мне в голову. Может у него какой-то особый Навык, который позволяет ему изготавливать этот тип оружия без Ковки.

И снова, Лили говорила, что вся семья Кротцо может делать магические мечи… Получается каждого из них есть такой Навык?

Мммм, это кажется… я потёр виски.

Бесполезно. Случайные мысли ничем не помогут.

Изо всех сил пытаясь погасить возникшие вопросы я сконцентрировался на рассказе боженьки.

— Вот только, он их не делает.

— …э?

— По какой-то причине, он даже не пытается. Если бы он ковал магические мечи, стал бы знаменит и у него бы не было отбоя от клиентов, но он их не делает. Он настолько упрям, что однажды даже устроил переполох за столом Высших Кузнецов.

Он может делать магические мечи, но отказывается?

Клинок, который способен испускать заклинания – или нечто очень похожее – всего лишь одним взмахом это огромная сила. Несмотря на то, что у них есть ограничения, магические мечи могут каждого наделить благословлением Магии. Использовать их, всё равно что руками размахивать.

Такое оружие может спасти сотни жизней.

Что уж говорить о деньгах, которые он мог бы получить и покупателях, которых мог бы привлечь, если бы просто занялся магическими мечами.

Всего этого господин Вельф не хочет?..

— Его упоминают как «Порченное Сокровище», в лавке, в которой я работаю. Члены его собственной "Паствы" называют его «Дефектным Кротцо» и другими жестокими кличками.

Боженька пытается сказать, что так не говорят перед другими людьми.

…Но люди понимают такое отношение, даже не услышав обо всех этих прозвищах.

«Порченное Сокровище» … такое говорят в лавке, думая о том, сколько денег он бы принёс. А члены его собственной "Паствы" – кузнецы, как и господин Вельф и они очень завидуют.

У него есть потенциал присоединиться к касте Высших Кузнецов и заработать столько денег, сколько он пожелает, просто потому что он из рода Кротцо.

Теперь понятно почему он постоянно оставался без группы.

— У него есть способности, но, по какой-то причине… Он стал кузнецом, который подписал с тобой прямой контракт, Белл.

— …

Причина у него есть…

И это наверняка та самая причина, по которой господин Вельф никогда не говорил мне, что может делать магические мечи.

Никто не рассказывает секреты человеку, которого встретил два дня назад, так что я уверен, что господин Вельф не будет пытаться что-то скрывать.

Теперь его реакция на рассказ сегодняшний рассказ Лили в Подземелье, становится куда понятней.

— Белл, тебе стоит принимать секрет или несколько не слишком об этом задумываясь. Даже у богов есть тайны, которые они скрывают от других. Так что прими его таким, какой он есть.

— Боженька…

Она говорила очень величественным тоном, будто она наставляет меня, присматривает.

Её локти лежали на столе, руки поддерживали голову, наши взгляды встретились. Я расслабил плечи и улыбнулся, даже не осознавая этого.

Боженька хихикнула, увидев странное выражение на моём лице.

— Мы говорим уже довольно долго. А стоило бы ужинать. Или, может, есть ещё что-то, о чём ты хочешь мне рассказать?

Боженька спросила меня, посмотрев на свой остывший ужин. Я подумал ещё несколько секунд и решил спросить её об одной последней вещи.

О том Навыке.

— Так, ты его активировал? Свой Навык.

— Да…

Я рассказал ей что произошло, когда я подумал людях, которыми восхищаюсь, о героях.

Всё началось с огоньков белого цвета круживших вокруг части моего тела. После из неё вырвалась невообразимая сила… Таково Активное Действие: моя мощь очень сильно возросла.

Скорее всего, необходимо зарядить навык прежде чем выпускать энергию.

Я рассказал боженьке всё, что я думаю о своём Навыке, судя по тому, что сегодня произошло.

— …Белл, не мог бы ты ненадолго подняться и показать мне свои Характеристики?

— А, да, конечно.

Её серьёзный взгляд застал меня врасплох.

"Пам." Боженька соскочила со стула и подошла ко мне, пока я снимал свою рубашку.

Я повернулся к ней спиной и ощутил, как она скользит взглядом по иероглифам на моей спине.

— …Мммм.

Тёплые кончики её пальцев прошлись по моей спине.

После они неожиданно остановились. Иероглифы под её рукой начали теплеть.

Я не могу их увидеть, но, по какой-то причине, казалось, что эти символы оказались записаны в моей голове.

Не только символы… История «Аргонавта», высеченная на огромной каменной табличке.

— Достаточно.

Я медленно повернулся.

Боженька подняла мою рубашку, висящую на спинке стула и протянула мне.

— Забегу вперёд и скажу своё личное впечатление. Этот Навык так силён, что может перевернуть исход боя.

Вот что она мне сказала.

Её рука протянута, а голос так тих, что мне пришлось прислушиваться.

— Он даёт тебе силу побеждать врагов, которые сильнее тебя… Способность выбираться даже из самых безнадёжных ситуаций. По крайней мере, даёт тебе такую возможность.

Я видел своё отражение в огромных, таинственных глазах боженьки.

— Этот навык – это ключ, доступ к которому может получить дитя, которое жаждет стать героем – ключ, который открывает героя внутри тебя.

…Аргонавт.

История о мальчике, который мечтал стать героем.

И пути, который он выбрал, путь наверх.

Путь героизма.

— Когда ты вкладываешь всё в один удар этот Навык значительно увеличивает твою силу. Даже перед лицом могучего врага это позволит тебе прорваться и повернуть течение битвы.

Так делали герои множество раз до меня.

Боженька добавила ещё одну вещь.

— Ты получил «удар героя».

После этих слов комната погрузилась в тишину.

Я не сразу понял, что мы с боженькой смотрим друг другу в глаза. Я заметил, что мы смотрим друг на друга только когда боженька несколько раз стукнула меня мой рубашкой по плечу.

Я схватил её и просунул голову в воротник, у меня покраснели уши. Я ощущал, как она на меня смотрит, пока скользил обратно в одежду.

Потом она улыбнулась, но я никогда раньше не видел такой улыбки. Она будто смотрела куда-то очень далеко, в то место, которого мне не достигнуть.

Улыбка, с которой любящий ангел смотрит на ребёнка, которого она защищает с облаков.

Такое было впервые.

Впервые боженька приковала моё внимание и вырвала меня из размышлений.

Я стоял, молчаливо восхищаясь её видом, когда услышал, как она сказала:

— Хорошенько запомни этот момент.

— ГВАААААААААРРРРААААХХХ!!!

Раздался яростный рёв.

Невероятно быстрый пинок ударил монстра прямо в голову, разбив его череп.

Длинные, позолоченные ботинки обагрила свежая кровь. Несмотря на сотни завершающих ударов монстрам и брызги раскалённой лавы их золотые ботинки нисколько не потеряли в качестве.

Эта металлическая обувь была создана не ради защиты ног того, кто её носит. Это оружие, простое и незатейливое. С невероятной скоростью разрывая воздух эти ботинки сокрушали всё на своём пути.

— Свали, Бете! Не вини меня если тебя размажет!

— Да разве такой хреновой фигнёй вообще можно по кому-то попасть?!

— Тионэ! Сегодня на ужин суп из волчёнка! Аввв! Вкуснятинка!

— Я тебя прикончу!

— …Идиоты.

Сорок седьмой этаж.

Один из нижних этажей Подземелья, на котором нестерпимо жарко.

Красный этаж будто всегда в огне, повсюду разбросаны камни причудливых форм. Множество трещин покрывает обгорелые стены, а на полу лежит серый пепел, созданный самим Подземельем. Насыщенное красное свечение исходит из трещин, будто внутри что-то готово вырваться наружу.

Экспедиция "Паствы Локи" в процессе погружения, несколько авантюристов из её состава сошлись в бою с группой монстров, именуемой Пылающими Скаловиками, в месте, похожем на жерло вулкана.

— Что их так распалило?

— Гарет.

Удивлённый, но тихий, низкий голос донёсся до ушей полевого командира "Паствы Локи", Финна.

Дворф подошёл к нему сзади.

Длинная борода спускалась по его мощной груди; стальные мышцы были видны в сочленениях прочной брони. Покручивая в руках огромную секиру, будто пёрышко, дворф казался могучим воином.

Этот дворф, по имени Гарет, с удивлением наблюдал как Бете, и остальные авантюристы яростно бросались вперёд, уничтожая монстра за монстром.

— Они ещё со средних этажей так пылали, заметил? Так другому молодняку ничего не останется. Вон, смотри, Рауль вклиниться никак не может.

— Мммм. Мне тоже не по душе такой энтузиазм, но сейчас их ничто не остановит.

С монстрами сражалась не только небольшая группа Бете. Немало членов "Паствы Локи" вступило в бой. Большинство из них было авантюристами третьего уровня, так что им приходилось избегать не только атак монстров, но и краем глаза следить за высокоуровневыми авантюристами.

Бете, Тиона и Тионэ. Все трое убивали всё больше и больше монстров из орды, забирая себе ценную экселию. Финн наблюдал за ними с возвышения, стоя на большом булыжнике, на его лице был усталый вид, он тяжело вздохнул.

— Даже Тионэ своего внутреннего монстра с цепи спустила… Финн, да что с ними случилось до нашей встречи?

Одна из сестёр-Амазонок, обычно державшая себя в руках на глазах у Финна, сражалась с ледяным блеском в глазах и демонической улыбкой на губах. Держа в руках свои Кукри, она рубила и кромсала, пробивая себе путь сквозь вражеские ряды, её гладкие чёрные волосы мелькали то в одном, то в другом месте.

Гарет взглянул на Финна – стоявшего на большом камне – через глазницы своего шлема.

— Кажется их вдохновил авантюрист, на которого мы наткнулись по пути.

— Вдохновил, говоришь. Неужели на средних этажах кто-то был так хорош?

— Нет, на верхних.

— Чего?

"Паства Локи" следовала требованию Гильдии разделять экспедиционные группы на две части. Гарет отвечал за вторую группу. Большая часть боевой мощи "Паствы Локи" была сосредоточена в первой части группы, пробивающей путь для второй, поэтому он был единственным авантюристом высшего класса в своей команде. Обе части встретились в оговоренном месте в Подземелье. Гарет не знал, что группа Финна видела или через что прошла в пути.

Глаза дворфа округлились, нижняя челюсть слегка опустилась от удивления.

— Думаю случилось что-то непредвиденное, на девятом этаже оказался Минотавр. С ним сошёлся в бою авантюрист Первого уровня и победил.

— Минотавра прикончил Первый Уровень? Так, постой, откуда ты знаешь, что у того парня был Первый Уровень?

— Характеристики того авантюриста были на виду. Так что, если Риверия, всё-таки, умеет читать иероглифы, так и есть.

— Что я слышу? Финн, сомневаешься в моих способностях?

— Ааа, Риверия.

Эльфийка подошла сзади и присоединилась к разговору.

Её длинные тёмно-зелёные волосы освещали алые вспышки. Впрочем, даже в такой жаре на её гладкой белой коже не было видно ни единой капли пота.

Она была одета в роскошное голубое платье, казалось будто она плыла, подходя к камню, на котором стоял Финн.

— Финн, в следующий раз предпочту робу. Это Ундиновое платье слишком долго одевать.

— Мммм. После всего, что Локи прошла, чтобы его для тебя достать, тебе стоило бы свыкнуться с этим лёгким неудобством.

— Ага. Ладно сидит.

— От одной мысли о том раздевающем меня взгляде мне хочется сжечь эти одежды здесь и сейчас…

Глава её "Паствы", Локи, неожиданно за несколько дней до экспедиции принесла это голубое платье эльфийке, со словами: «Риверия, дорогая моя, носи вот это, тебе же не сложно?» Риверия приняла платье с ледяным взглядом.

На Финне и Гарете были подобные голубые рубашки под бронёй. Как и Риверия, они не ощущали жара этого этажа.

Материал был зачарован магией фей и был способен защитить от высоких температур.

— Вернёмся к вашим вопросам, ещё один человек может подтвердить уровень того авантюриста. Айз тоже прочла характеристики Белла Кранелла.

Впервые услышав имя авантюриста, Гарет поднял плечи и посмотрел на Риверию, прежде чем повернуться и уставиться на молчаливую Айз.

— …если услышанное этими ушами, это правда, Айз должна была на этих монстров налететь, как мотылёк на огонь. Неужели я хватку теряю?

— Мммм. А ведь правда. Она так притихла, что я почти забыл.

— Дайте ей немного времени. В конце концов она всегда становится собой.

Финн очень озадаченно посмотрел на Риверию, которая улыбнулась и указала взглядом в сторону.

В том месте стояла Айз. Девушка уставилась себе под ноги, погрузившись в раздумья.

На её лице не было эмоций, но вскоре трое авантюристов услышали тихое «Мммммм», с той стороны в которой она сидела.

— Мне всё равно кажется, что вы меня за нос водите… Тот парень был так хорош? Что ты о нём подумал во время того боя?

— Он был безрассуден и очень неопытен… Но, всё же, я могу понять почему Бете и остальные не могут утихомириться. Тот мальчик напомнил им, что они "авантюристы", как и он сам.

Золотые волосы Финна слегка дрогнули, когда он посмотрел на Гарета с невинной улыбкой на своём детском лице. Риверия согласно кивнула и заговорила.

— Поскольку мы главные силы этой "Паствы", мы пережили очень много битв и слишком к ним привыкли. Шансы на то, что кто-то из нас падёт в битве очень малы. Однако, ощущение смертельной битвы сильно… захватывает.

— …Похоже вы там нашли нечто гораздо ценнее, чем сокровища.

Гарет почёсывал свою могучую бороду, в его голосе слышалась нотка сожаления.

Трое членов "Паствы Локи" самого высокого ранга, всегда осторожные и избегающие любой беспечности, наблюдали как их молодые товарищи вцепились в орду монстров зубами и когтями.

— …Риверия.

— Что такое, Айз?

Риверия ответила тихим голосом, будто зная, какой последует вопрос.

Айз притихла, собираясь с мыслями, прежде чем продолжить.

— Как думаешь, кто-нибудь… может превзойти пределы Характеристик?

Взгляды Гарета и Финна встретились, этот вопрос застал их врасплох.

Но уже мгновенье спустя Финн нахмурился, понимая, о чём спрашивает девушка и перевёл на неё взгляд.

— Мы говорим о невозможном. Несмотря на то, что пытаться улучшить способности можно бесконечно, нет никакой возможности выйти за их пределы.

Ответила Риверия на вопрос Айз.

В качестве примера она могла привести себя, поскольку она эльфийка и маг, ранг Магии S для неё считается достижимым. Впрочем, физические пределы её тела не позволяют ей улучшать её Силу и Защиту выше определённого уровня. У каждого есть сильные и слабые стороны, не важно, ментальные или физические, характеристики работают по такому же принципу. Всегда есть предел.

Она закончила свою речь, добавив, что очень сложно поддерживать способности на пике, но никому не превзойти пределы, которые устанавливают Характеристики богов.

— Не терзай себя безумными идеями, Айз. Абсолютная сила, которую мы можем получить определяется нашим Уровнем.

— …Понятно.

Девушка снова притихла, Риверия строго смотрела на неё.

Айз сделала шаг назад, будто разум оставил её тело на какое-то мгновенье – и вытащила свою саблю из ножен.

Извлекаемый из ножен клинок легонько звякнул, разрезая горячий воздух с острым звуком.

Остальные наблюдали как девушка повернулась и двинулась в сторону поля боя.

— …Эй, Риверия.

— Не поможет. Она уже загорелась.

Риверия вздохнула будто мать, слишком долго знающая своего ребёнка, отвечая стоящему чуть позади дворфу.

Айз решительно, шаг за шагом приближалась к боевой группе Бете. Её светлые волосы развевал жар, но она не сводила взгляда золотых глаз со своей цели. На её лице не было ни единой эмоции, но душа пылала.

Таково другое лицо Айз Валленштайн.

Такова Сенки, Принцесса Боя, как её называют.

Собрав все свои силы, девушка бросилась в бой.

"…Сильнее, я могу стать сильнее."

Жар Подземелья заботил её меньше всего, новой целью Айз был не монстр, а невозможное.

Она своими глазами видела парня, который преодолел пределы. Его силуэт распалял душу девушки.

Раннее утро.

Солнце только-только выглянуло из-за верхушки городской стены, окружающей город.

Силь, стоящая перед Щедрой Хозяйкой привлекла моё внимание по пути в Подземелье.

— Прошу прощения, не мог бы ты подождать ещё немного? Что-то пошло не так, когда я утром готовила…

— Эм, Силь, можешь не беспокоиться… Ты всегда обеспечиваешь меня обедами, так перерыв в один день не так уж и важен…

— Нет, я приготовлю! Пожалуйста возьми с собой обед!

Шух. Я почти услышал, как напряглись мускулы на её лице, которое становилось всё более ужасающим.

— К-конечно… — сказал я, быстро кивнув. Я был слишком напуган, чтобы сделать что-то другое. Неожиданно, её щёки покраснели, и она забежала обратно в бар.

Она ежедневно делает мне обеды. Судя по всему, что-то этим утром пошло не по плану. Обычно, её эмоции очень сложно прочитать, но, сегодня, она кажется в отличном настроении… Ой-ёй, неужели в сегодняшнем обеде будет что-то новенькое? От этой мысли меня пробил холодный пот.

— Доброе утро, Господин Кранелл.

— А, Лю. Доброе утро.

— Я приношу свои извинения за упущенное время. Силь очень старается… так что, пожалуйста, примите её обед.

Когда мне показалось, что я остался в одиночестве, открылась парадная дверь.

Лю вышла и поздоровалась со мной. Она попыталась прикрыть Силь, так что я сказал ей что не случилось ничего страшного и улыбнулся.

Она даже отложила свои дела в Щедрой Хозяйке, чтобы задержаться и со мной поговорить.

— Значит вы успешно нашли ещё одного участника в свою боевую группу.

— По крайней мере на время, да…

Она спрашивала меня о поиске нового члена группы с той ночи, когда мы праздновали, так что я начал с рассказа обо всём случившемся. Лю была одета в белую кофту прямо на её униформу горничной. Выслушав мой рассказ, Лю задала мне новый вопрос.

— Господин Кранелл, этот человек заслуживает вашего доверия?

— Э? Ну, эм…

— Прошу прощения, я не собираюсь вас допрашивать. Просто условия меняются, когда авантюристы из разных "Паств" объединяются в группы.

Лю посмотрела на меня своими небесно-голубыми глазами и объяснила, что беспокоиться нужно не только о личных отношениях, но и внутренних делах "Паствы", в которой он состоит.

Я знаю, она просто обо мне беспокоится. В конце концов, она защитила меня от авантюристов той ночью, я уверен, что она хочет убедиться, что человек, которого я нашёл, это подходящий человек.

Я собрался с мыслями, от беспокойства Лю исходила теплота и мягкость.

— Поскольку он член "Паствы Гефест", не думаю, что у нас будут проблемы. Наши богини также в хороших отношениях.

В "Пастве Гефест" множество кузнецов, заключивших личные договоры с множеством других авантюристов, так что их репутация на высоте. Я слышал ужасающие истории о ссорах между "Паствами", которые начинались с собранных групп, но не думаю, что подобные проблемы ждут нас.

И у меня нет никаких плохих мыслей о господине Вельфе… хотя, кое-что беспокоит.

Я очень много думал после разговора с боженькой прошлым вечером. Может стоит выслушать, что на этот счёт может сказать Лю, так что я сказал ей полное имя господина Вельфа и, что он очень талантливый кузнец.

Ого, а я и правда начал сплетничать за его спиной…

— Кротцо…

Она застыла, услышав фамилию господина Вельфа. Эта фамилия почти сорвалась с её губ.

Обычно она ни на что так не реагирует. Это заставило меня нервничать.

— З-знаешь о нём что-нибудь?..

— Нет, лично о нём ничего… Но Кротцо, это фамилия, к которой ни один эльф не будет равнодушен.

Эльфы неравнодушны?

Я не ожидал, что смогу узнать что-то о семье Кротцо.

— Можешь рассказать мне почему? Я хочу знать о господине Вельфе больше…

— …Хорошо. Но предупреждаю, что, скорее всего, это никак не относится к тому, что ты хочешь узнать.

Она перешла к истории, после короткого предупреждения.

— Думаю ты слышал о магических мечах их производства, но знаешь ли ты, где проживает этот род кузнецов?

— Нет, не знаю.

— Королевство, которое называется Ракия. Из всех стран мира это королевство ближе всего находится к Орарио.

Ракия… Кажется я несколько раз слышал это название, прежде чем пришёл в Орарио из своей деревни.

Что-то, вроде «Эта страна начала очередную войну» или «Они постоянно куда-то экспедиции запускают» и подобное.

— Страна управляется одним из богов, объявившим себя королём, используя свою "Паству". Семья Кроцо предложила свои услуги в обмен на благородный статус. Эти услуги, разумеется, заключаются в изготовлении огромного количества магических мечей.

Всё что она говорила, сходилось с рассказом Лили. Я кивнул, а Лю продолжила.

— Возможно из-за того, что правитель считает себя богом войны, Ракия это очень агрессивная страна. Это правда и по сей день. Стоит соседней стране или городу проявить слабость, Ракия начинает вторжение.

"Так слухи не лгут…"

— За обширную историю постоянных войн страны, Магические Мечи Кротцо не раз были использованы в полную силу.

Она уже почти перешла к сути, я это чувствую. Я бы сейчас заёрзал на месте, по крайней мере, если бы сидел.

— Армия обычных солдат, вооружённых магическими мечами – можете представить себе такое, Господин Кранелл?

— …ты же не хочешь сказать…

— Именно. Ранее Ракия обладала огромной мощью. Этой стране не были нужны стратегии и планирование. Они просто уничтожали всё, на своём пути, огромной силой.

Победа за победой, непобедимый и неуязвимый, бог войны, который никому не проигрывает.

Она сказала, что никто не знает, как можно было остановить Ракию из-за обладания нескончаемым потоком магических мечей.

— Ракия была слишком агрессивна. Их войны изменили лицо мира. Равнины и города сгорали дотла, ничего не оставалось… И это пламя достигло эльфийских лесов.

Считается что люди, полулюди и эльфы не были слишком близки прежде чем боги спустились в этот мир. До сих пор существуют группы единомышленников, которые не общаются с другими расами.

В пример можно поставить эльфов. Я слышал, что отдельная их часть слишком горда, что им противна сама мысль о связях с другими расами. Они скрываются от мира в глубинах лесов.

Стоп, это должно означать…

— Ракия выгнала эльфов из их лесов? Лес, в котором они жили был уничтожен войной?

— Слово выкурили подойдёт больше. Земли эльфов утонули в пламени.

Значит их леса выжгли.

Я сглотнул, понимая значение от потери дома.

Лю закончила историю, рассказав, что выжившие эльфы просили помощи у других богов. Они присоединились к "Паствам" в соседних нациях, получали благословения и мстили Ракии.

К несчастью для королевства, магических мечей в их арсенале уже не было. Лю сказала, что тем эльфам отмщение далось на удивление легко.

— Солдаты Ракии несли разрушение, считая это игрой. Поскольку это их нужно винить в случившемся, ненависть к семье Кротцо можно считать направленным не на тех людей гневом… Однако осталось множество эльфов, которые так и не смогли забыть те обиды.

— …

— Вот поэтому эльфы не могут равнодушно отнестись к фамилии Кротцо.

— …а что насчёт тебя, Лю?

— Нет, я не держу на них зла.

Её быстрый ответ меня удивил.

Я слышал, что эльфы считают свою расу большой семьёй, и относятся к расе в целом и друг к другу с гордостью.

Лю сказала, что всё это преувеличение и её собственная родина не была затронута на прямую… и это меня поразило.

Конечно, Силь – как и остальные – обо мне заботится, но я и подумать не мог, что Лю, зная меня так мало времени, разделяет подобные чувства… Я очень её ценю.

— Белл! Прости что заставила подождать!

— …Уже пора. Господин Кранелл, пожалуйста, будьте осторожны сегодня в Подземелье.

— А, да…

Лю склонилась в лёгком поклоне, когда наружу вышла Силь.

Ничего больше не сказав она вошла в бар. Я молча наблюдал как за ней закрывается дверь.

— Я слегка опоздал…

Я быстро шёл по Западной Главной Улице. Я шёл через растущую толпу людей, а меня сопровождал утренний звон колоколов с востока. Лили и господин Вельф должны были ждать меня у основания Башни Вавил. Нужно добраться туда так быстро, как это возможно.

Ноги несли меня вперёд, но мысли были где-то совершенно в другом месте. Я погрузился в историю, которую услышал от Лю, так что даже не заметил, что ко мне подошёл человек.

— О, ты и правда с этой стороны ходишь.

— А. — сказал я, приходя в себя. Человеком этим оказался господин Вельф, он мне помахал.

Разве это не странно? Я говорил ему что мы встречаемся там же, где и вчера… Почему он встретил меня на полпути?

— Белл, утречка.

— Доброе утро. Эммм… Господин Вельф, что вы тут делаете?

— Получил сообщение от Малютки Лил. Она не сможет сегодня пойти с нами на охоту.

— Э?

Он объяснил, что ждал у башни Вавил, когда к нему подбежала очень взволнованная Лили. Она сказала, что у неё оказалось больше дел, чем обычно, к тому же, гном, с которым она работает слёг с болезнью. Только она может о нём позаботиться. Извиняясь, она поклонилась столько раз, что у господина Вельфа закружилась голова.

Услышав, что я всегда прихожу с Западной Главной Улицы он решил пойти и встретить меня.

— Итак, что будем делать? Пойдём в Подземелье вдвоём?

— Н-ну, эммм…

Мы не соберём достаточно магических камней и добычи без Лили. Но если мы не пойдём в Подземелье, мне целый день будет нечем заняться… а этого я хотел бы избежать.

Может взять мой старый рюкзак и пособирать магические камни и добычу, как я делал это раньше, когда ходил один?

— …Белл. Если тебе сегодня больше нечего делать, могу я занять немного твоего времени?

— Чего?

Я наклонил голову, получив такое предложение.

Уголки его губ расплылись в улыбке; он махал рукой из стороны в сторону.

— Я же обещал, разве нет? Полный набор новой экипировки.

— З-знаете, господин Вельф, мне достаточно и одной лёгкой брони…

— Не нужно скромности. Кузнецы от своих слов не отступаются.

Господин Вельф куда-то шёл в очень быстром темпе, а я старался не отставать.

Знаю, я уже согласился, но мысли о получении новенькой экипировки бесплатно, заставили меня думать, что я его использую… я ощущаю вину.

Я попытался несколько раз отказаться, но он отмахивался, говоря:

— Предоставь всё мне.

Так что я следовал за его раскачивающимся из стороны в сторону плащом.

— Белл, я не могу сказать, что знаю всё наперёд, но ты должен охотиться за лучшими вещами, которые можешь себе позволить. Авантюристы не знают, что будет завтра. И поэтому, тебе стоит всегда использовать лучшую броню и оружие – так ведь?

— Ага…

Он сделал очень хорошее замечание. Я не мог не согласиться.

Ничто уже не будет важно, если ты умрёшь. Я сбился со счёта, сколько раз слышал это от Эйны.

И я пообещал боженьке, что я её не оставлю. Скромность – это неплохо, но… гораздо важнее не делать больших ошибок, мне так кажется.

Какое-то время я размышлял, но в итоге решил принять предложение господина Вельфа.

К тому времени, как я сказал:

– С удовольствием приму вашу работу.

Господин Вельф улыбнулся от уха до уха и сказал:

— Почти на месте.

— Господин Вельф, могу я узнать, куда мы идём?

— В мою мастерскую.

Мастерскую? Похоже он взглянул через плечо и увидел замешательство, на моём лице, потому что начал объяснять.

Мастерская это место, в котором кузнец создаёт броню и оружие. Он сказал, что всё необходимое для моей новой экипировки уже там; горн, различные металлы и инструменты…

Оказывается, его "Паства" предоставила ему собственную мастерскую… Как и любому члену "Паствы Гефест".

— Разве иметь собственную мастерскую это не в порядке вещей?

— Сомневаюсь. Куда дешевле собирать всех в одном месте; и эффективней тоже.

— Тогда почему?

— В личной мастерской другие кузнецы не видят твоих техник. Мой путь – это "только" мой путь.

Наверное, какая-то из мыслей творца… Или, может в подобном заключается его гордость кузнеца?

Члены его "Паствы" его соперники. Наверное, работать в напряжённой обстановке это большой стресс.

— Вот только не начинай думать, что это какие-то мои грязные мыслишки. Так считает Всевышняя Гефест.

Усмехнувшись себе под нос, господин Вельф начал набирать скорость.

Теперь мы идём по Северо-восточной Главной Улице.

Большие и малые лавки с обеих сторон, с козырьками над входами. Магазины, продающие инструменты и детали, нигде не видно ни единого бара. Люди вокруг, одетые в разнообразные рабочие одежды, готовились к началу дня. Всего у нескольких были символы "Паствы" на одеждах, так что мне кажется, что большинство просто свободные рабочие. Рядом множество больших, похожих на коробки зданий… наверняка это фабрики.

Если я правильно помню, всё производство, связанное с магическими камнями сосредоточено неподалёку от Северо-восточной Главной Улицы.

Промышленный Район, так это называется.

— Тут поворачиваем.

Моё внимание привлёк дворф, который брёл по улице неся через плечо огромный древесный ствол, но я последовал за господином Вельфом.

Когда мы свернули с главной улицы, дорога стала гораздо уже. Уже утро, но солнечные лучи не достигли этого каменного переулка. Здесь довольно прохладно. Яркая голубая полоска неба вверху, выглядит очень притягательно.

Все здания сделаны из камня. Стоило мне подумать, что мы почти дошли до городской стены, как господин Вельф остановился.

— Ого…

Пройдя множество переулков, мы наконец оказались у цели.

Небольшое, одноэтажное здание оказалось прямо перед нами.

Отметины от огня и копоть покрывают каменные стены, но это выглядит как мастерская! Атмосфера настоящей кузницы пропитывает это место насквозь. Дымовая труба расположена в самом углу крыши. Всё здание выглядит по-своему притягательно.

— Наверное ты уже знаешь, но это место большая часть рабочих зовёт домом. И двух шагов не пройти, не увидев какую-нибудь мастерскую или фабрику. База моей "Паствы" расположена прямо за углом.

Для меня, разумеется всё это было в новинку. «О, вот как», сказал я, вращая головой, пытаясь рассмотреть всё получше.

Мастерская господина Вельфа довольно далеко от Главной Улицы. Это чем-то напоминает мне мой собственный дом, чуть темноватый и расположенный на самой окраине.

Металлические отзвуки слышны отовсюду… Я прямо ощущаю, что другие кузнецы уже заняты делом, и слышу, заодно.

Мало того, похоже, что "Паства Гефест" обеспечивает мастерской каждого своего члена.

Им всем приходится следить за мастерскими лично… но, всё же, это очень щедро.

— Чего встал как вкопанный? Проходи.

— А, конечно.

Я тихонько поблагодарил господина Вельфа, проходя за ним в мастерскую.

Первое, что было заметно это сильный запах железа. Господин Вельф открыл окна и тёмную комнату осветил утренний свет.

Огромный выбор разнообразных инструментов висел на стенах. Молоты, клещи, различные принадлежности… целое множество. Я никогда не видел ничего подобного раньше.

Огромная доменная печь располагается в углу, рядом со штукой средней высоты. Кажется, это называют наковальней?

В мастерской нет никаких разделяющих стен, одно большое пространство для изготовления оружия и брони.

Вот как выглядит мастерская кузнеца.

— Прости, тут слегка грязновато. Можешь пока не обращать на это внимания?

— Не беспокойтесь, меня это не волнует!

На самом деле, мне хотелось бы посмотреть на него в действии… Сгорая от любопытства, я осмотрел комнату снова.

Господин Вельф подвинул табурет и указал мне сесть.

— Для начала, мне нужно снять мерки, потом я смогу заняться всем остальным самостоятельно.

— Нужно снять мерки?

— Ага, я подгоню броню под тебя. Стыд и позор, если она не будет сидеть, как влитая, не так ли?

Продаваемая в лавках броня изготавливается на широкий круг форм тела и размеров, так что всегда есть места, которые давят или наоборот, свисают. Авантюристы сами справляются с подгонкой, но куда лучше использовать броню и оружие которые сидят идеально.

— Я подумываю сделать пару наголенников в схожем стиле. Какие-нибудь запросы, Белл?

— Эмммм, хммммм?..

— Если тебе нужна какая-нибудь часть экипировки, только скажи. Может ты чувствуешь себя голым без щита, или что-нибудь вроде этого… Если чего-то хочется, просто говори, сделаю что угодно.

Господин Вельф повернулся ко мне спиной, собирая со стены различные инструменты.

"Клик, клак." Я слышал, как он перекладывает инструменты на свой рабочий стол, пока сидел на стуле и напряжённо думал.

Кажется, я предпочитаю короткие клинки и лёгкую броню? Не хочу просить об одном и том же, но ничего другого мне в голову не лезет.

Хотя… не щитом, а нарукавником было бы неплохо обзавестись. Может попросить такой?

"Ого, какой огромный клинок…"

Краем глаза я увидел блеск. Я посмотрел в том направлении и увидел множество полок,

На них лежало несколько оружий. Наверное, одни из последних работ господина Вельфа.

В самой середине лежал меч, который напомнил мне то оружие, которое я использовал против Минотавра.

— …Господин Вельф, не зайду ли я слишком далеко, если попрошу попробовать вот это?

Он оказался прямо рядом со мной, держа в руках верёвку. Его глаза проследили за моим взглядом на огромный меч, лежащий на полке.

Это не декоративное оружие, но серебристое лезвие и форма клинка просто поражают.

Я уже говорил так о броне, которую ношу в Подземелье, но по этому мечу отчётливо понятно, что его создал господин Вельф.

— Это нисколько не «слишком», нет… Лавка отправила мне его обратно, потому что он не продался.

— Но м-мне бы хотелось им воспользоваться.

Я спросил, могу ли я сделать несколько пробных ударов. В его глазах виднелось отчётливое замешательство, но господин Вельф мне разрешил.

"Шин." Схватившись за рукоять и взяв этот меч с полки, я махнул клинком от пола до потолка, оставив размытый серебристый след. Я не мог не улыбнуться.

Я попробовал несколько боковых ударов. Он гораздо тяжелее кинжала, и я не могу точно рассчитывать свои движения.

— …

— ?.. Что-то не так?

Несколько раз махнув мечом, я заметил, что Господин Вельф застыл на месте.

Когда он наконец ответил, было заметно что его губы почти не двигались.

— Ты правда… не из-за магических мечей.

Че-? Я наклонил голову снова, пытаясь понять, правильно ли я расслышал. — А?

— Я даже и не представлял, что тебе окажется куда интереснее отбракованный товар, чем магический меч после того как мы сюда пришли.

Он выглядел счастливее с каждой прошедшей секундой. Я мог только невразумительно промычать в ответ.

Точно! Магические мечи Кротцо… Я так погрузился в изучение мастерской и этого оружия, что совершенно об этом забыл. Все рассказы неожиданно вернулись в мою голову.

Не знаю, что мне ответить, но господин Вельф неожиданно улыбнулся.

— Итак, что она тебе сказала? Твоя богиня… Что тебе рассказала Всевышняя Гестия обо мне?

— ?!

— Один из парней, которые работают в Вавиле мне рассказал. Молодо выглядящая богиня обо мне расспрашивала.

Кровь отлила от моей головы, когда Господин Вельф сказал об этом с ледяным спокойствием.

Он знал, что о нём выспрашивают за его спиной?!

— Я-я, мне очень жаль! Моя богиня не хотела ничего плохого, она просто… беспокоится обо мне… это всё моя вина!

— Я бы не меньше беспокоился. Кто-то из другой "Паствы" начинает работать с членом её собственной. Ей необходимо всё разузнать.

— Это не так плохо, да?

Господин Вельф говорил с беззаботной улыбкой. Похоже, его не волнуют расспросы.

Я вздохнул с облегчением.

— Я очень беспокоился что ты изменишь обо мне своё мнение… когда узнаешь. Прости что так тебя проверял, но мне хотелось убедиться.

Несмотря на улыбку он выглядел так, будто ему жаль.

…Значит он пытался проверить, спрошу ли я о магических мечах, когда представится возможность. Стану ли я использовать его умение в ковке таких мечей, чтобы такой себе получить.

Учитывая, что он из знаменитого рода Кротцо, он очень чувствителен к подобным просьбам.

Хах. Вот почему он меня спрашивал.

— Мы слегка отвлеклись от темы, поэтому я спрошу снова. Кроме большого меча, тебе что-нибудь нужно?

— А, да… эммм.

Я так толком и не понял, посмотрим. Может попросить короткий меч? Минутку, может эти полки с оружием мне что-нибудь подскажут.

Повернувшись спиной, я снова начал разглядывать оружие.

— …Эй, Белл. Я кое-что заметил, это ведь добыча у тебя на поясе?

— Э? Ааа.

Я посмотрел себе за спину через плечо, увидев, что Господин Вельф указывает на пояс, где был пристёгнут мой Божественный Кинжал и Рог Минотавра.

— Это… Да. Он остался от Минотавра… Почему-то я не могу его отпустить.

Обожжённый рог с пробивающимися красными пятнами. Не знаю, можно ли считать его талисманом, но я ощущаю, что продавать его было бы неправильно.

…Я не могу отвернуться от того, через что я прошёл, сражаясь с тем Минотавром.

По крайней мере, я должен оставить этот рог, как есть.

Впрочем, носить его просто так это бесполезно…

— …Почему бы не сделать из него что-нибудь?

— А?

— Использовать этот рог в качестве материала для экипировки. Я могу сделать чёртову прорву видов оружия из Рога Минотавра.

У меня глаза округлились.

Ну конечно! Прямой контракт – я приношу ему добычу из Подземелья, а он делает мне оружие!

Предложение Господина Вельфа прозвучало в моих ушах, как ангельская песнь. Так я смогу сохранить рог при себе, и добыча не пропадёт. Я очень быстро закивал.

— Да, пожалуйста!

— Решено, значит.

Я протянул Рог Минотавра господину Вельфу.

Он повертел рог в руках, осматривая каждый сантиметр.

— …Рога Минотавров красного цвета?

— Что вы имеете в виду?

— Не бери в голову, не важно… отличная форма и он прочнее чем обычно. Чуток обработки, закалка и заточка и из него выйдет отличный клинок…

Господин Вельф, смотря на рог загорался всё сильнее и сильнее.

Вздохнув и сведя брови, он отвёл взгляд от рога, чтобы посмотреть на меня.

— Белл. Можешь мне довериться? Я не хочу никуда торопиться в работе.

— К-конечно. Я не кузнец, так что всё равно ничего подсказать не могу…

— Спасибо, это поможет. Поскольку рог только один, варианты нового оружия ограничены…

Один короткий меч или два ножа.

Вот «меню» из Рога Минотавра, которое предложил мне господин Вельф.

Ещё он сказал, что перековка в короткий меч сделает клинок очень тонким, так что порекомендовал последнее.

Божественный Кинжал хорош, но мой второй нож предоставлен Гильдией… самое время обзавестись новым. Не думаю, что оружие низшего ранга можно будет использовать против монстров серединных этажей.

Отличная возможность для улучшения. Я использую нож уже два месяца, так что избавиться от него неплохое решение.

Я попросил господина Вельфа сделать ножи.

— Хорошо, тогда поступим так. Один я сделаю сейчас, а остатки мы используем, когда я выучу Ковку. Подожди и увидишь, как я с этим справлюсь!

— Ха-ха-хах…

В глазах господина Вельфа горел возбуждённый огонёк, так что я не мог не посмеяться над таким энтузиазмом.

Когда мы условились, он не стал терять времени и приступил к замерам. Схватив ленты для замеров и различные инструменты из металлического ведра господин Вельф снял с меня все мерки.

Он попросил меня скинуть ботинки и потратил огромное количество времени на изучение формы моей ноги.

— Можешь идти домой, когда я закончу с замерами.

— Эм, господин Вельф, насчёт этого…

— Да?

— Вы не против если я понаблюдаю?.. — спросил я, пока он работал с моей ладонью, решая, как подогнать рукоять оружия.

Я хочу увидеть, как работает кузнец и как куётся новое оружие. Я долго сюда шёл и это подогрело мой интерес. Пока господин Вельф снимал мерки я пытался представить процесс работы.

Господин Вельф не знал, как мне ответить. «Ты странный малый», - сказал он, наклонив голову. Но он согласился, позволяя мне остаться.

Я пообещал, что не буду ему мешать. Не знаю, в том ли дело что во мне загорелось любопытство, но мои щёки покраснели.

— Здесь будет чертовски жарко; тебе бы снять броню.

— Эм, конечно.

Не понимая, что именно он собирается делать, я последовал его указанию.

Оставшись в рубашке и штанах, я сложил броню в углу мастерской, а повернувшись, увидел, как господин Вельф, стоит у печи и… зажигает огонь.

— Ч-что вы делаете?

— Раскаляю добычу.

— Вы собираетесь сжечь рог монстра?!

Я вскрикнул от удивления, несмотря на обещание не вмешиваться в процесс, данное несколько секунд назад.

Рога животных – это же кости, не так ли? Что же, я не слишком уверен… но они же превращаются в пепел, на огне?..

— В рогах и когтях монстров содержится нечто похожее на металл.

— Металл?..

— Ага. Слышал когда-нибудь об адамантите?

Адамантит… кажется я уже где-то о нём слышал, но ничего выразить не могу.

Думаю, я понимаю только, что это очень редкий металл…

— Адамантит можно найти только в Подземелье. Когда разговор заходит об изготовлении оружия, ничего лучше не найти. Очень прочная штука.

— Его находят в Подземелье?

— Ага. Иногда куски просто падают со стен, как монстры. Но так бывает только когда рак на горе свистит. Изредка я слышал, как его находили на верхних этажах, но большая часть добывается глубоко внизу.

Его можно получить только в Подземелье… значит этот металл можно найти только в Орарио.

Получается, адамантитовое оружие – это особенность Орарио. Поскольку его очень сложно получить, его ценность заставляет магические камни рыдать в сторонке.

— …Получается, что в рождённых Подземельем монстрах есть адамантит?..

— Вот тут ты попал прямо в точку. Именно. Вот только он не настолько чистый, как падающие из стен куски. Он не такой прочный.

Получается, не так странно что на рождённых в подземелье монстров оказывает влияние этот материал.

Господин Вельф сказал мне что в когтях и клыках не так много адамантита, но это идеальный материал для оружия.

…Этот рог. Этот рог разбил прочный меч в бою.

— У Рогов Минотавров также есть металлические свойства. Распалив их до правильной температуры можно менять их форму по желанию.

Ладно, теперь я понял. Он собирается раскалить Рог Минотавра так, чтобы его можно было перековать, как кусок металла… Это первый шаг.

Я представил себе красный рог. В моём представлении он казался куском конфеты.

После этого господин Вельф взялся за различные инструменты, будто собирается работать с металлом.

— Прости, что приходится тебя просить, Белл. Не мог бы ты открыть дверь и все ставни?

— К-конечно.

Господин Вельф повязал полотенце вокруг головы, говоря о своей просьбе.

Я прошёл по мастерской, открыв каждое окно и дверь.

Повернувшись, я увидел, что господин Вельф начал подгонять жар и раскалять пламя. В основании печи лежит камень, тоже добыча из монстра, он называется Адским Камнем… Пламя, которое он может создать такое горячее, что обычным людям такой жар попросту не нужен.

— Как и адамантит, этот рог не поддастся, пока не нагреть его правильно.

Продолжая говорить, господин Вельф не сводил взгляд с доменной печи.

За считанные мгновения ревущее пламя вырвалось из камня и печь заполнило пламя. Волна жара окатила меня мгновеньем позже. Я стоял достаточно далеко, но начал потеть. Даже представить себе не могу, что бы со мной было, останься я в броне.

Господин Вельф сосредоточился на поддержании температуры в печи. Я сел на стул и наблюдал за происходящим.

Утро в самом разгаре. Не думаю, что прошёл даже час с того момента, как я получил обед от Силь. Наверняка в Башне Вавил сейчас толпы авантюристов, спускающихся в Подземелье.

А я сижу в тёмной комнате, где-то на задворках города, в которой единственным источником света служит доменная печь.

Она стоит перед огромным горном, её красный очаг широко открыт, всё происходящее кажется таким таинственным.

Я видел только часть лица господина Вельфа, но всё его внимание было направлено на только на танцующие в печи языки пламени.

— Кажется у тебя что-то вертится на языке.

— А?!

— Давай, спрашивай. У нас прямой контракт. Не хочу никаких секретов.

Следующие мгновенья прошли в тишине. Его подготовка завершилась, господин Вельф отвернулся от печи и посмотрел на меня.

Я замер на месте, поражённый его неожиданной просьбой… Как он вообще понял?

У меня нет какого-то определённого вопроса, но я и правда хочу кое-что узнать. Каждый раз, когда я слышал рассказы о господине Вельфе, моё любопытство возрастало, так что, если бы я не был осмотрителен, мог бы что-нибудь ляпнуть. Похоже, я пойман с поличным.

От него веяло дружелюбием. Лёгкая улыбка на губах. Я видел в его глазах доверие… по крайней мере, мне так показалось.

Я сглотнул стоящий в горле ком и сделал первый шаг к попытке получить ответы от господина Вельфа лично.

— Почему вы не… Почему вы не делаете магические мечи, господин Вельф?

Его радость, когда я стал его клиентом ещё свежа в моей памяти.

Если бы он делал магические мечи, у него было бы гораздо больше клиентов и денег чем от такой работы.

Его фамилия прославлена, это привлекает множество людей. Такова сила фамилии Кротцо.

Я должен понять, почему он этим даже не пользуется.

— Что же, причин несколько, но…

Его рот скривился, а взгляд вернулся на огонь в печи.

— Я ненавижу магические мечи.

Он начал объяснять причину, по которой он их так презирает.

— По правде говоря, я говорил тебе что мои работы не продаются, но у меня была гора клиентов… точнее, до сих пор есть.

— Э?..

— Всё так просто, что меня воротит. Все эти люди видя мою броню и оружие в лавках, видят только подпись «Кротцо» … Они оббивают мой порог, умоляя меня сделать им магический меч.

Господин Вельф нагнал больше воздуха в печь, используя устройство у себя под ногами.

— Им нисколько не интересна моя работа, только магические мечи, магические мечи, магические мечи… Все кроме тебя просят меня только об этом. Я осознаю и понимаю, что я неопытен, но… знаешь. Это больно.

Небольшие морщинки появились под его ртом, а мрачность его лица подчёркивалась алыми и оранжевыми отблесками.

Магический меч достаточно могущественен, чтобы сжечь целое моря, возможно сильнейшее оружие. Все приходят за магическими мечами Кротцо, а не за бронёй и оружием господина Вельфа.

Ни один покупатель не смотрит на его работы даже краем глаза… Все они видят только ценность наследия Кротцо?

Они ищут только магические мечи.

— Эм, господин Вельф… Как вы, эм, ну, знаете…

— А, ну по наклонной всё пошло довольно быстро. Много криков вроде «Потеряйтесь, ублюдки!» и «Да кто вообще будет ваши запросы слушать?!», в общем я всех прогоняю.

— Ха-ха-ха…

Я не мог подобрать слова; я мог ответить только пустым смехом, но я всё осознаю. Я понимаю.

Он зол на людей, которые не уделяют его броне и оружию никакого внимания. Что же, отчасти он возможно зол на кровь Кротцо, текущую по его жилам.

Я слышал, что он сказал и понял это… Но.

— Эм… это единственная причина?

Думаю, есть что-то ещё.

Он сказал, что ненавидит магические мечи, и это должно означать нечто большее.

— …

Ответ пришёл не сразу.

Отведя взгляд от печи господин Вельф подошёл к своему рабочему столу и посмотрел на Рог Минотавра. Взяв в руки стамеску и молоток, он принялся разбивать добычу надвое.

После примерно пятидесяти звонких ударов Рог Минотавра наконец разделился на две части. Отложив большую часть в сторону, он подошёл с меньшей к печи и сел.

— Ты знаешь, почему семья Кротцо может делать магические мечи, Белл?

Особым инструментом он взял часть рога и погрузил его в самое сердце пламени.

— Я не… — ответил я, смотря за каждым шагом изготовления оружия.

— Был однажды обычный человек с фамилией Кротцо. Это он положил начало нашей династии. Мы зовём его Предок. Всё это случилось до того, как спустились боги.

Времена, до того, как боги спустились в наш мир называются «Старой Эрой». Эта эпоха закончилась около тысячи лет назад.

История семьи Кротцо началась так давно?! Ого…

— Считается что Предок был неудачливым кузнецом. Ничего не продавалось. И, разумеется, магические мечи он делать не умел. При этом, никто не сомневается, что он начал наш род.

Тяжёлый вздох.

— Предок, рискуя своей жизнью спас члена магической расы от монстра.

— Магической расы?..

— Фею.

— Чегооо?! — у меня голос сорвался от удивления.

Господин Вельф ухмыльнулся, увидев такое удивление на моём лице и продолжил с большим энтузиазмом.

— Фея сделала всё, чтобы спасти жизнь того человека, который лежал на земле истекая кровью. Она отсекла часть своего тела и дала Предку свою собственную кровь.

— З-значит род Кротцо?..

— Ага. В наших жилах течёт кровь фей.

…Феи.

Нимфы, духи, элементали, джинны… У этой таинственной расы множество имён. Их численность очень мала в сравнении с численностью других рас.

«Самые любимые из детей». «Потомки самих богов».

У людей и полулюдей множество историй о представителях этой расы, но в целом, считается что феи ближайшая раса к самим богам.

— Предок полностью восстановился, будто ничего и не было. Чудо из чудес. Однако, после того дня он овладел магией, несмотря на человеческое происхождение… и смог делать магические мечи.

У фей столько способностей что остальные расы меркнут в сравнении с ними.

Они используют магию, как эльфы. Они могут управлять пламенем, призывать ветер, создавать целые пруды в глубинах леса и даже создавать из ничего ценные металлы.

Можно сказать, что их сила соперничает с силой богов.

Точнее, они могут творить чудеса.

— Получается, получается семья Кротцо стала семьёй героев?..

— Хах, ничего подобного. Хорошо это, или плохо, Предок был обычным городским жителем.

Феи появляются во множестве историй, особенно это касается историй о героях – а также во многих других историях, основанных на реальных событиях. Дедуля мне об этом говорил.

Феи в таких историях используют свои милы чтобы направить юных героев, иногда одалживают свои силы и используют свои чудеса, чтобы помочь им выполнить своё предназначение, когда приходит нужное время.

Обычно они обучают героев магии или вручают ему магический клинок, что похоже на историю господина Вельфа. Я даже слышал о фее, которая обратила своё тело в оружие.

Феи играют большую роль в героических деяниях главных персонажей различных историй, а иногда вмешиваются напрямую.

В добожественные времена, привлечь на свою сторону фею это всё равно что получить Фалну в наши дни.

— Предок умер от старости, но его кровь передалась потомкам. Возможно магия фей очень сильна, поскольку она действует и сейчас, спустя более чем тысячу лет. Боги и богини, которые наблюдали за всем с небес могут подтвердить, что я прямой наследник.

Считается что как только боги спустились в этот мир, феи стали чаще контактировать с другими расами. Впрочем, большая часть всё равно нас избегает. Не знаю, дело в том, что они слишком гордые или в том, что они капризны.

Гномы – это также раса фей, которой неплохо живётся среди нас. Они выглядят как старые мужчины и женщины, но их знания о драгоценных камнях и ценных материалах стали важной частью нашего общества.

Благословения от богов и богинь сделали фей менее влиятельными чем в Старую Эру. Однако, их таинственность по-прежнему привлекает людей и полулюдей.

— Несмотря на то, что в жилах первых поколений после Предка также текла кровь фей, использовать этого в полную силу они не могли… Так было, пока Кротцо не получили благословение богов. Это всё изменило.

— …Навык?

— Ага. Тот, который позволяет делать магические мечи. Каждый член семьи его получает вместе с благословением богов. Это в порядке вещей.

Скрытый потенциал пробуждается как только член семьи Кротцо получает Фалну.

Даже по прошествии такого огромного количества времени это работает.

— Малютка Лил уже рассказывала, что было дальше. Магические мечи – это одно из самых сильных оружий, и семья Кротцо начала продавать свои работы королю.

Господин Вельф объяснил, что как его семья стала благородным родом.

Если подвести итог, Предок использовал кровь феи, дарованную ему чтобы делать магические мечи, прежде чем появилась возможность использовать Фалну. Но род Кротцо стал известен как род кузнецов, кующих магические мечи потому что… их кровь была ключом к способности создавать могущественное оружие.

Источник славы Кротцо заключается в их наследии.

— После наш род жил, творя что ему вздумается. Их мечи принесли армиям короля несравненную силу; благодарности короля и награды за работу лились рекой. Мой род ел самые дорогие деликатесы, запивая их самым дорогим элем… Кузнецы обленились – о чём они тогда вообще думали?

Недовольство господина Вельфа слышалось в тоне его голоса, он не сводил взгляда с пламени.

Повисло молчание.

На какое-то время единственным звуком в кузнице был треск пламени в печи.

— …Кротцо стали самодовольны. Они забыли, что должны быть благодарны за всё крови фей, текущей в их жилах. Они начали считать, что навык их сила, что магические мечи их привилегия… Ослеплённые жадностью они продолжали делать их всё больше и больше.

— …Так наш род пришёл к проклятью.

Господин Вельф сказал эту фразу очень отчётливо.

— Использовавшее магические мечи Кротцо королевство вело войну за войной… заслужив тем самым ярость эльфов и спалив их родные леса…

— Я-я знаю.

— Так получилось, что они вызвали ненависть не только эльфов, но и феи, которую спас Предок.

— ?!

— Феи любят единение с природой. Они окружают ей себя. Магические мечи дробили их горы, испаряли их озёра, сжигали их леса… Как и эльфы, феи также были изгнаны из своих домов.

Это очень похоже на обиду эльфов, о которой рассказала Лю.

Неужели Магические Мечи Кротцо сделали и фей кровными врагами, которые мечтают отомстить Королевству Ракия?

— Эльфы обратили свою ярость против страны. А феи начали обвинять во всём род Кротцо.

— …

— И тогда, прямо перед очередной битвой, ничем не отличавшейся от других, магические мечи, без каких-либо предпосылок испортились. Свежие, только скованные и ни разу не использованные мечи. Разумеется, без своего величайшего оружия королевство проиграло битву.

— Это сделали феи?

— Я уверен, что так. Одновременно с этим, Кротцо потеряли свои способности ковать магические мечи. Они были прокляты феями.

Так вот что значит эта история о проклятье?..

И когда мои плечи успели так напрячься?

— Королевство проигрывало снова и снова. Во всём обвинили род Кротцо и отобрали благородный статус. Вот так и случилось падение в немилость. К тому времени, как я был рождён, от старой славы не осталось ничего.

С небес прямиком в ад. Что посеешь, то и пожнёшь…

Это объясняет почему семья Кротцо пала.

Но, стоп. Секундочку…

— Вы сказали, что Кротцо больше не могут делать магические мечи, так? Но я слышал, что вы можете, господин Вельф?..

— Ага. Могу. Почему не знаю.

Может проклятье больше не действует, может феи были удовлетворены своей местью. А может в господине Вельфе есть нечто особенное.

Какова бы ни была причина, одно ясно наверняка:

Сейчас он единственный Кротцо способный делать магические мечи, но господин Вельф сбежал из дома и разорвал связи с родом Кротцо… Он сказал, что он простой путешественник, когда его встретила Всевышняя Гефест.

— Насколько я знаю они пытаются восстановить род Кротцо, но я благодарен своему старику за то, что он научил меня всем этим техникам ковки. Благодаря ему я узнал радость от создания полезных вещей.

Моё тело будто потеплело. Я совсем потерял счёт времени, но господин Вельф, судя по всему, понимал, что происходит. В нужный момент он вытащил добычу из доменной печи и положил его на наковальню.

Несмотря на то, что часть Рога Минотавра осталась той же формы, казалось, что она в любую секунду расплавится, настолько красным было исходящее от неё свечение.

— Может дело в том, что я этого не ненавидел. Я любил помогать в мастерской, работать со своим стариком и использовать его инструменты. То чувство, когда я впервые ударил по металлу… — сказал он таким тихим голосом, что мне пришлось прислушиваться.

До моих ушей донёсся шипящий звук.

— Вот только… стоило им понять, что я способен делать, мой старик тут же вынудил меня изготовить магический меч. Он сказал, что это вернёт роду Кротцо славу.

Господин Вельф тяжело вздохнул и взялся правой рукой за молот.

Его губы стали прямой линией, глаза сфокусировались.

Впервые я увидел его таким – лицо господина Вельфа за работой.

Я затаил дыхание.

— …Сделать "устройство", которое понравится королю, вот что он сказал, но кое-что он упустил.

Спустя мгновенье господин Вельф с силой ударил молотом по Рогу Минотавра.

— Это не одно и то же. Оружие таким быть не может, даже не близко.

Звук удара металла о металл волной пронёсся по комнате. Началась ковка.

Господин Вельф бил по рогу своим молотом, будто вкладывая в материал свои мысли.

— Ни одно устройство, даже такой политической важности, не будет таким как оружие, оружие, оно становится частью владельца.

Серия быстрых, более точных ударов, эхом прозвучала в мастерской.

Вся сила, которую он получил в Подземелье, делала удары сильнее, чем удары обычного человека.

— В каком отчаянном положении человек бы не оказался, он всегда может положиться на своё оружие. В тот момент, когда берёшься за рукоять, оружие становится продолжением руки.

Он начал чередовать сильные удары молотом с быстрыми, ритм звуков менялся с каждой секундой.

Материал становился длиннее с каждым сильным ударом; быстрые придавали форму.

Он не ждал от меня ответа. Он просто продолжал говорить, придавая новую форму раскалённому предмету на наковальне.

— Кузнецы должны делать оружие, которое выдержит.

Из него вырывалась его тяга к надёжному оружию и броне. Господин Вельф будто бы был охвачен своим собственным пламенем.

Истинная приверженность своему делу.

— Мы встречаем раскалённый металл своим огнём. Оружие можно сделать только, вложив всё что есть, без остатка. Что будет, если выложиться не на полную? Если не вложить в него свой пот и кровь? Что если мы забудем о своих собственных амбициях?

Господин Вельф бил, будто вкладывая в каждый удар целый мир.

Его кровь кипела, будто он был одержим чем-то незримым.

Интересно, что он видит в раскалённом куске металла…

— Я ненавижу магические мечи. Они всегда ломаются раньше владельца.

Снопы искр, красноватые отблески света.

Капли раскалённого металла отлетали от рога с каждым ударом. Они оседали на чёрном плаще Господина Вельфа и на полу. Интересно, у его плаща какие-то защитные свойства, как у брони авантюристов…

Стоп, вот же оно.

Его чёрный плащ такой формы, потому что это рабочая одежда.

Чёрный цвет и поношенность – это доказательство упорного труда, и того, что изготовлено в этом плаще было немало.

— Я всем сердцем презираю магические мечи. Подобная сила развращает людские души. Гордость владельца, гордость кузнеца – всех и каждого. По крайней мере, так делают Магические Мечи Кротцо.

Всемогущие магические мечи разрушают своих создателей.

«Проклятые кузнецы магических мечей.»

Думаю, я наконец понимаю значение этих слов.

— Я не стану делать магический меч. А если и сделаю, никогда не выставлю его на продажу.

Пот выступил на лбу господина Вельфа, когда он в очередной раз поднял молот.

Прозвучала ещё серия ударов. Мастерская утонула в звонкой мелодии столкновений металла с металлом.

Я был так погружён в этот спектакль, что забывал вытереть пот с лица.

Когда я впервые вошёл, в нос мне ударил запах металла.

Он был так силён, что мне хотелось зажать нос. Но теперь это в прошлом.

Я смотрел как господин Вельф раз за разом бьёт по рогу.

Я выглянул наружу и увидел вечернее небо. Уже почти стемнело.

Только сейчас, господин Вельф почти закончил с работой.

— …Вот, вроде и всё.

— Ого!..

Господин Вельф отошёл от угла мастерской, неся в руках небольшую коробочку. Он поставил эту коробочку на свой верстак.

Я опёрся на скамью и увидел тёмно-красный клинок.

Лезвие клинка было таким тонким, что я почти различал вещи сквозь него. Он немного короче Божественного Кинжала. Его цвет почти идеально совпадал с Рогом Минотавра.

Рукоять тёмно-бордового цвета кажется была подогнана под мою руку.

— Э-это… это… он очень, очень хорош!..

— У меня был отличный материал. Из всех моих работ, эта, должно быть, самая лучшая.

Господин Вельф улыбался от уха до уха, довольный выкованным оружием.

Он выразился скромно, но я заметил, что в его глазах горит огонёк гордости. Наверняка он не стал бы использовать слово «лучший», если бы это было не так.

Я снова и снова кланялся, выражая свою благодарность.

— А… прости. Не было времени на ножны. Я подготовлю к завтрашнему дню специальные, возьмёшь обычные на сегодня?

— К-конечно, разумеется! Вообще-то, не нужно так торопиться… уже поздно.

— Хах, лучше закончить с работой, пока ничего не остыло. Так устроен металл. — сказал господин Вельф разминая правое плечо.

"Наверняка так говорят кузнецы. Стоп, он же и есть кузнец." Я скривился, проследив за своей же мыслью.

"Интересно, все кузнецы такие же люди, как господин Вельф." Представления о ежедневной жизни кузнецов пронеслись в моей голове, когда я позволил себе задуматься.

— Теперь этого парня неплохо было бы назвать.

Господин Вельф наклонился над ножом и пристально посмотрел на тёмно-красный клинок.

Его глаза были прищурены, и он чесал лоб правой рукой.

Никогда не видел, чтобы кто-то так сильно сосредотачивался… Его рот медленно открылся и произнёс.

— Молодой Бычок, Ушивакамару… НЕТ, Ножебык, Минотан.

— Стоп, стоп, стоп, стоп, стоп, стоп, СТОП! Первое же гораздо лучше?!

— А? Тебе больше нравится Ушивакамару, Белл?

— Я даже сомневаться в этом не хочу!

Я говорил так живо, что у меня изо рта, прямо на господина Вельфа брызнула слюна.

Я попытался убедить его остановиться на первом названии. «Ну ладно…» сказал он с грустью в глазах, но согласившись.

— Хорошо, можешь забирать.

— Спасибо вам большое, господин Вельф!

Я схватил ножны с одной из оружейных полок, а господин Вельф взял в руки нож.

Я поблагодарил его ещё раз, и попытался взять нож… Жух! Неожиданно клинок оказался у моей груди!

— Ээээ? — Я раскрыл рот от удивления.

— Вот так-то.

— З-за что?

— Ты в последний раз так ко мне обращаешься.

Его слова заставили мои глаза только сильнее округлиться от удивления.

— Мы знм

— Наконец-то одиннадцатый этаж!

Господин Вельф провёл рукой по висящему за плечом оружию, заявив о нашем появлении в пустоту.

Как он жизнерадостно сказал несколько мгновений назад мы на одиннадцатом этаже Подземелья.

Мы только что сошли с очень широкой лестницы, в зал, который служит начальной точкой этого этажа. Как и на десятом этаже выше, каждый зал этого этажа, кроме начального, заполняет плотный туман.

Поскольку ничего не мешало мне осмотреться, я увидел, что этот этаж покрывает невысокая трава, высоты которой достаточно чтобы скрыть мои ботинки. Помимо травы, в комнате было несколько мёртвых деревьев. Монстры могут использовать эту часть ландшафта в качестве оружия.

— Разве вы не говорили, что это самый нижний этаж, на котором вы бывали, господин Вельф?

— Ага, это так. Прости, Белл. Я слишком много болтал с самой нашей встречи.

Поначалу я был очень удивлён, когда он вчера попросил меня принять его в группу, но услышав почему, я тут же позвал его в группу.

Мы согласились на прямой контракт, так что у меня нет причин ему отказывать. Я, всё равно, искал нового участника в группу, так что это взаимовыгодная ситуация.

— Об этом не беспокойтесь. К тому же, это для того, чтобы получить навык Ковки, так что я в этом заинтересован…

— Рад слышать, что ты так к этой просьбе отнёсся.

Господин Вельф попросил помочь ему поднять уровень, чтобы он получил умение, называемое Ковка.

Это умение полностью меняет условия игры для получивших его кузнецов. Можно без преувеличений заявить, что оно может создать или загубить будущее кузнеца. Господин Вельф с грустью в глазах объяснил насколько больше могут делать его собратья-кузнецы "Паствы Гефест" после поднятия уровня.

Обычно, когда члены какой-нибудь "Паствы" идут в Подземелье, они формируют группу с другими членами этой же "Паствы"…

— Очень стыдно в таком признаваться… но о чём они думают?! Когда в Подземелье идут боевые группы, меня всегда игнорируют! Можешь себе представить?

…Ну, вот что происходит.

Господину Вельфу нужна высококачественная экселия для поднятия уровня, но поскольку его союзники всегда его игнорируют ему приходится работать в одиночку. Поэтому, спуститься ниже нескольких начальных этажей подземелья невозможно – никто не спускается вниз в одиночку. Так что он начал искать боевые группы для объединения из других "Паств" в качестве крайней меры.

Судя по всему, участникам – кузнецам "Паствы Гефест" – приходится множество трудностей проходить в одиночку, и даже состязаться с другими кузнецами чтобы стать лучше. Но умение Ковки – поднятие уровня, другими словами – это для них как воздух. Поскольку все они в одной лодке, большинство создают дружеские узы пробивая себе путь в Подземелье.

Я спросил господина Вельфа, почему его всегда оставляют, но на этот вопрос он сказал только: «Они просто завидуют моему скрытому таланту», – очень мрачным голосом. Интересно, что это означает на самом деле…

Господин Вельф, должно быть, заметил, как я на него смотрю, когда чесал голову. Он размял плечи и тепло улыбнулся.

— Как бы там ни было, я благодарен, Белл. "Паствы" часто очень избирательны в том, с кем работать, но я рад что ты отбросил подобные мысли куда подальше.

— Л-ладно, эм… Я просто не мог отказать после того как всё это получил…

Господин Вельф снова мне улыбнулся. Я в очередной раз осмотрел мою новую экипировку и улыбнулся в ответ. Ничего не поделаешь.

Броня на моей груди сияла, как новенькая, даже в тусклом свете.

— …Лили слышала, что у нас новый друг, но что это за причина? Сударя Белла оказалось так легко подкупить?

Очень раздражённый голос ворвался в наш утихший разговор.

Капля пота покатилась по моей щеке. Недовольство Лили было выражено очень громко и ясно. Я посмотрел через плечо, она была в нескольких шагах позади, её руки вцепились в лямки её рюкзака, а в глазах мелькал сердитый огонёк.

Я сказал ей что это всё недопонимание, но с её точки зрения это действительно выглядело взяткой.

Я был одет в новую лёгкую броню, которую для меня сделал Господин Вельф.

Этот доспех не слишком отличается от того, который я носил. Пластины брони на коленях и нагрудник, вместе с двумя инкрустированными рубинами накладками на руки, которые прикрывают предплечья вместе с локтями. Чуть круче, чем раньше.

Броня настолько же лёгкая, как и прежняя. Господин Вельф сказал, что материал прочнее, но я не чувствую большой разницы. На привыкание к новой броне нужно время, но ощущение такое, будто я носил этот доспех годами.

Не то, чтобы я не хотел получить броню, которая привычна телу… но да, я бы соврал, если бы сказал, что это не стало доводом.

Давление от взгляда полуприкрытых глаз Лили было таким сильным, что я даже выдавить улыбку из себя не смог.

— Ох, Лили грустно. Очень, очень грустно. Это должно было стать приятным походом по магазинам, но все надежды Лили рухнули и теперь мы столкнулись с проблемой… Доброта сударя Белла доводит Лили до слёз.

Неприкрытый сарказм в её голосе похож на удар под дых, но такой удар броня господина Вельфа заблокировать не может!..

И что она имела в виду, говоря «проблема»?..

— Лили, ты не слишком далеко заходишь?! Господин Вельф ничего плохого не делал… Это не проблема, а простое недопонимание!

— …И что Лили недопоняла?! «Пока не появится способность»? Да он просто нами пользуется! И разве это случилось не в самый подходящий момент для поиска нового участника группы?! Как только этот безымянный кузнец добьётся своего, он уйдёт, и мы окажемся там, где начинали! Шаг вперёд, шаг назад! Бесполезная трата времени! Нет никакого света в конце тоннеля!!!

Её брови опускались сильнее с каждым словом, глаза резали, как ножи.

На меня обрушился яростный поток атак, отовсюду, будто рой словесных пчёл, которые вылетели на защиту улья. Такими темпами она меня напополам сломает!

То как на меня смотрит господин Вельф… сколько жалости!..

— Почему сударь Белл не поговорил с Лили прежде чем добавлять в группу участника?! Почему, сударь Белл?!

— Это… найти нового участника было плохо?..

— Не плохо, нет, нисколько не плохо, но если сударь Белл не будет сначала советоваться с Лили, у Лили могут быть проблемы! Леди Гестия доверила Лили безопасность сударя Белла!

П-правда? Боженька попросила её о подобном… Думаю это показывает, насколько слабо она мне доверяет.

Я ощутил, как у меня кружится голова, когда я смотрю на очень возмущённую Лили. Но у меня появилось чувство, что её злоба никак не связана с господином Вельфом.

Может она пытается обо мне позаботиться… Нет, не может такого быть.

Она, должно быть, думает, что мне опасно принимать решения самостоятельно и хочет держать меня под контролем. Наверное.

— О, то есть я мешаю, Малышка?

Господин Вельф следил за нашим разговором молча, но выбрал момент чтобы в него включиться.

Лили уже была не слишком высокого мнения о Господине Вельфе, но, когда её назвали «Малышкой» её ореховые глаза полыхнули.

— Лили не Малышка! Лили зовут Лилирука Арде!

— Круто, приятно познакомиться, Малютка Лил.

— …Лили даже пытаться не будет. Это бесполезно!

Господин Вельф наклонился к Лили, обнажив зубы улыбкой, будто его повеселила эта реакция, и я уверен, что так и есть. Лили тихонько хмыкнула и отвернулась.

Похоже его не слишком волновало отношение Лили; наоборот, казалось, ему нравится… У меня появилось не слишком хорошее предчувствие на счёт этой парочки.

— …Что же, Лили. Я знаю, что уже поздно, но я его представлю. Это господин Вельф Кротцо. Он кузнец из "Паствы Гефест".

Нужно чтобы Лили, по крайней мере, знала полное имя господина Вельфа, так что я ей сказал. Я хотел сказать раньше, ещё утром, когда мы шли к месту встречи, но у неё было такое плохое настроение, что время показалось мне неподходящим.

И господин Вельф уже знает полное имя Лили, так что всё должно быть в порядке.

Я не ожидал ответа, к тому же Лили не смотрела в нашу сторону…

— Кротцо?

Тело Лили вздрогнуло, будто кто-то отвесил ей пощёчину, когда услышала фамилию господина Вельфа.

— А? — звук вылетел из моего рта прежде чем я успел понять. Что это за реакция?

— Падший дом кузнецов магических мечей? Благородный род кузнецов, чьё имя кануло в лету?

Кузнецы магических мечей?..

Более того, что она имела в виду говоря: «Благородный род кузнецов»?

Я озадаченно повернулся к господину Вельфу в поисках ответов.

Его игривая улыбка пропала; на его лице появилась горечь.

— А, эм… Кротцо?

Мой взгляд метался между ними, Лили была в шоке, а у господина Вельфа от нервного тика дёргался глаз. Нужно было нарушить неудобное молчание, так что я спросил его о его фамилии. Глаза Лили округлились, она посмотрела на меня с удивлением.

— Вы ничего о нём не знаете, сударь Белл?..

— Эм, ну… Нет, не знаю.

Был ли смысл говорить что-нибудь ещё? Я покачал головой.

— В давние времена роду Кротцо, одним из королей, был дан благородный статус, за магические мечи, которые они ковали. Говорят, что они ковали только магические, мечи… десятки, сотни, тысячи.

— Так значит?!

— Они мастера магических мечей, символ своего времени. Некоторые заявляют, что их магические мечи были так сильны, что могли «заставить пылать океан» …

Лили на мгновенье прервалась, подняв взгляд на господина Вельфа.

Её пальцы согнулись; казалось она набирается смелости чтобы сказать что-то серьёзное.

— …Но однажды они лишились милости короля. Они потеряли свой благородный статус и их дом пал…

Лили говорила так быстро как могла. И какие эмоции я должен испытать? Я пытался сохранять спокойствие, когда перевёл взгляд на господина Вельфа.

Несколько секунд он чесал затылок, его волосы ходили ходуном. Потому он опустил руку и помахав, натянуто улыбнулся.

— …Ну сейчас-то это не важно, да? Мы же пришли в Подземелье охотиться? Правильно?

— А… д-да.

Неожиданно взгляд господина Вельфа упал на меня, будто он пытался сменить тему разговора.

Он взял в руки оружие, лежавшее у него за плечом, на удивление широкий длинный меч с лезвием, превышающим обычную длину и опёрся на него.

Я быстро кивнул, а Лили отступила на шаг назад, будто ожидая что что-то произойдёт. Она смотрела на господина Вельфа, её пристальный взгляд выискивал что-либо необычное.

— ?..

— Хм?

"Крак!" Одновременно услышали мы.

На мгновение мы замерли. Все трое из нас провели в Подземелье достаточно времени, чтобы понимать, что означает это треск.

Монстр появился из стены подземелья.

— О-ого!..

— …Здоровенный.

— Всем оркам орк.

Мы впились взглядами в источник шума, никто из нас не промолчал. Отыскать огромную трещину в стене было несложно.

Раздалась ещё целая куча трескучих звуков, когда из трещины показалась крепкая, коричневая рука.

Куски стены подземелья упали на пол будто скорлупа. Огромное копыто ударилось о землю, ровно в тот момент, когда из трещины вырвалась правая рука, следом за которой показались голова и верхняя часть туловища зверя.

— БУГГГИИИИ… ООООО!..

Оповещая о своём рождении, орк взревел во всю глотку.

"Я никогда раньше не видел рождения орка…"

Я прочистил горло, чтобы себя успокоить. Рождение монстров относящихся к категории больших, то ещё зрелище.

Единственное слово, которое возникло в моей голове, когда я смотрел как монстр сокрушает стену подземелья это «ошеломительно».

Монстр очень громко рухнул на все четыре своих конечности. Неторопливо, но неотвратимо он поднялся на ноги.

— …Это не всё. Вот почему Подземелье начиная с десятого этажа так пугает.

"Крак, крак, крак!" Стены подземелья продолжили трещать. Теперь звуки раздавались с каждой стороны зала, а после показывались монстры.

Многие авантюристы говорят, что монстры начинают появляться неожиданно и в огромных количествах в одном зале, начиная с десятого этажа Подземелья.

Стены практически разрушаются пока комната заполняется монстрами. Авантюристы называют это «отрядом монстров».

Они, разумеется, очень опасны. Особенно если появление отряда происходит, когда ты в центре комнаты и ты оказываешься мгновенно окружён. Я сделал шаг назад, с глупой улыбкой на лице.

— Нет нужды паниковать. В этом зале нет тумана, и он очень большой. Шансы, что нас окружат невелики и мы можем отступить на десятый этаж, если это потребуется.

Спокойно сказала Лили, с тихим вздохом поправив рюкзак на спине.

Она прошла немало боевых групп и это не первый её поход на одиннадцатый этаж. Её Характеристики может и ниже наших, но она знает, что делает.

Я посмотрел назад, через плечо и увидел лестницу наверх, как и сказала Лили. Напряжение немного утихло, и я сделал глубокий вдох, осматривая комнату.

— Ладно, я поиграю с орком.

— Эм, вы уверены? — у меня округлились глаза от заявления господина Вельфа.

Орки очень сильны. Если авантюрист первого, или даже второго уровня получит от такого монстра прямое попадание, этот человек долго он не протянет.

— Ну, есть отличные новости, слышал? Эти штуки тормознутые и глупые. Даже меня будет достаточно, чтобы с ним справиться.

О, вот, значит, как могут думать люди…

Впрочем, это я новичок, или господин Вельф сорвиголова, мне неизвестно. Как бы там ни было, он, судя по виду, верит, что орк не доставит ему проблем. Он сделал шаг вперёд, в направлении зверя и размял челюсть.

Может "Паства Гефест" и группа кузнецов, но помимо этого они очень сильны. Воины-кузнецы, если хотите. И господин Вельф не исключение – несмотря на то, что он заявляет, что всё это ради Продвинутой Способности Ковка. Судя по той части его боевого стиля, которую я видел на десяти первых этажах, он не будет нас задерживать. Пусть он и авантюрист первого уровня, я нисколько не сомневаюсь, что он один из сильнейших.

— Сударь Белл, сражайтесь как вам угодно. Лили прикроет кузнеца со спины. Честно говоря, Лили будет благодарна, если сударь Белл будет время от времени на нас поглядывать.

— Ого? Что это у нас? Я думал я тебе с первого взгляда не приглянулся, Лили?

— Конечно Лили недовольна. Но Лили не хочется, чтобы ты путался под ногами сударя Белла.

Лили посмотрела на него с широкой улыбкой, её глаза блестели. Я же, мог только скорчится от такого выражения на её лице.

Наверное, она решила дать мне попробовать мои новые возможности второго уровня. Она уверена, что я справлюсь самостоятельно.

И я не собираюсь ей возражать.

…Ну, может, это немного безрассудно, но…

Мне хотелось бы себя проверить.

— Тогда разделяемся! Пока нас бесы не окружили, да?

— Лили не нужно повторять дважды, сударь Белл. Лили думает, что сударь Белл знает, но…

— Конечно, не беспокойся. Я буду настороже.

Мы достали оружие, звуки скользящего по ножнам металла окружили нас.

Я быстро потянулся, сделал глубокий вдох, чтобы сконцентрироваться и рванул в толпу монстров.

— Хуууууэээх!

— Хиииэээгиии!

Я побежал по комнате, целая орда бесов прямо передо мной.

Господин Вельф разбирался с монстрами, которых мы встречали по пути до одиннадцатого этажа. Так что на сегодняшний день это моя первая настоящая битва.

Небольшая группа отделилась от орды монстров и рванула ко мне, вереща во весь голос. Пятеро на одного.

Я понятия не имею, сколько монстров родилось из стен подземелья. В комнате до сих пор стоит громкий треск, а орда бесов разрастается с каждой секундой.

…Впервые я понёсся к ним на полной скорости, я даже наклонился в движении.

Расстояние между нами стремительно сокращается, я с силой бил ногами о землю и отталкивался.

Грязь разлеталась от моих ног.

— Уээ?

Бес подлетел к моему лицу.

Нет.

Это я так сократил дистанцию.

Такая скорость не шутки. Ветер свистит в ушах.

Несмотря на то, что я нёсся быстрее чем когда-либо раньше, мои чувства поспевали.

Я ударил беса, передо мной Божественным Кинжалом.

"ШИН!"

— ?!

Голова беса отделилась от туловища и полетела к потолку.

Почти половина из орды бесов отвлеклась на подлетевшую голову товарища после того, как фиолетовый развод отделил её от туловища.

Их удивление таким неожиданным поворотом событий создало нужное временное окно чтобы я мог продолжать и разобраться с остальными.

Удар сверху вниз.

Тело лёгкое, как пёрышко, я перелетал от беса к бесу как шаровая молния. Каждый удар заставлял одного из монстров распадаться на куски. Я оказывался рядом с монстром и наносил удар, прежде, чем они успевали что-либо осознать.

Все убийства одним ударом. С ножом в одной руке и Божественным Кинжалом в другой, со своими чёрным и белым клыками я прорывался сквозь орду бесов оставляя за собой след из тел.

"Какие-то они медленные… Стоп…"

Я наношу удар первым. Ни один из монстров даже не попробовал контратаковать.

Это не мои враги медленные.

Это я стал настолько быстрым…

"Они просто не могут контратаковать!"

Я изменился. Полностью изменился. Ничего уже не будет, как прежде!

Вот что означает поднятие уровня!

Благословение боженьки!

— ААААААААА!!!

— ГАХИИИ?!

Я сделал один из пинков с разворота, использованных Айз, прямо в грудь нападающего беса. Удар моей ноги запустил его прямо, со скоростью стрелы. Несколько раз ударившись об землю и подскочив, монстр остановился и перестал двигаться.

Орда бесов, больше десятка монстров была полностью стёрта с лица земли.

— РВОООО!!!

— !

Несколько монстров с рыками появились передо мной.

Высотой примерно с меня. У них очень короткие и широкие ноги, но две длинных руки венчают смертельно опасные когти. Их спины и руки полностью покрыты пластинами, будто они одеты в костюм или броню. На голове у них также броневая пластина, прямо между глаз, напоминающая боевой шлем.

Одни из схожих с броненосцами созданий. Двое таких монстров двинулись ко мне.

«Твердобронники» Они впервые появляются на одиннадцатом этаже.

Я никогда таких раньше не видел, но, к счастью, у меня целый бестиарий в голове, благодаря агрессивному обучению Эйны. Что там она про этих ребят говорила?

Как и муравьи-убийцы, Твердобронники обладают очень высокими защитными качествами, благодаря своей прочной, похожей на панцири, броне. Однако, их незащищённые части очень уязвимы для ударов. В сравнении с покрывающей всё тело бронёй муравьёв-убийц, найти место для удара гораздо легче… Однако, Защита этих монстров гораздо выше.

Из всех монстров до одиннадцатого и двенадцатого этажей их защита не уступает ни одному виду. То есть, когда дело доходит до попадания, они могут выдержать гораздо больше повреждений, чем любой другой монстр верхних этажей.

Твердобронники это ходящие стальные крепости, которые могут с лёгкостью отразить атаки дворфов. Считается, что ни у одного авантюриста первого уровня нет ни единого шанса на победу в бою с таким монстром один на один.

То, что авантюристам необходимы характеристики от B до S чтобы выжить на одиннадцатом и двенадцатом этажах это нисколько не преувеличение, из-за Твердобронников.

— …ХЕХ!

Время будто замерло на мгновенье, когда мы осматривали друг друга и когда наши взгляды встретились, мы столкнулись.

Мои сильные ноги понесли меня вперёд.

Один из Твердобронников свернулся в клубок и, с ослепительной скоростью, покатился на меня.

Прочный панцирь на спине – это невероятно крепкая защита, но, в то же время, и могучее оружие. Мощи одной такой атаки должно быть достаточно, чтобы разносить целые боевые группы и отправлять их в полёт. Кроме мощной ответной атаки ничто не способно их остановить.

Свёрнутый в клубок, почти размером с человека, зверь, нёсся прямо на меня. Он приблизился за считанные мгновения, я едва успел избежать столкновения, которое отправило бы меня высоко в воздух.

Я взглянул на второго монстра.

Он по-прежнему был на ногах, так что я решил сперва позаботиться о нём, а уже после я смогу разобраться с ездуном, не беспокоясь о своих тылах.

— ОАААААА!!!

Зверь рванул ко мне, его когти были готовы к удару.

Я стоял, выставив перёд клинки до самого последнего момента – прежде чем отпрыгнуть вверх и в сторону.

— ?!

Моё тело сделало оборот прямо перед носом у монстра.

Он не мог уследить за моими движениями, я полностью исчез из его поля зрения.

Это слепая зона монстра, в стороне выше его головы.

Сделав пируэт и перекинув лезвие Божественного Клинка вниз, в руке, я нанёс удар.

— …ГАААХХХ?!

Панцирь Твердобронника разлетелся надвое от мощи моей атаки.

…Уязвимость!

Лучшую Защиту верхних этажей можно сломать.

Поворачиваясь в воздухе я краем глаза глянул на повреждения, которые нанёс монстру и покрепче схватил кинжал.

— РОООООААААА!!!

Оставшийся Твердобронник восстановился и на полной скорости понёсся ко мне.

Наклонив голову, я перекатился через спину, после приземления. В то мгновение, когда мои ноги встали на твёрдую почву я поднял правую руку и направил её на приближающего монстра.

— Вспышка!

Прогремела молниеносная цепь взрывов.

Каждый снаряд был громче, быстрее и плотнее чем раньше. На звере отразились алые всполохи, прежде чем в него врезалось пламя.

"БАБААХ!"

Взрывная волна от снарядов прошла сквозь меня, а мгновеньем позже показалось обгорелое тело твердобронника. Часть его панциря исчезла, другая часть отвалилась, когда его безжизненное тело рухнуло на землю.

Избавленный от своей брони твердобронник остался неподвижно лежать на земле, из его рта вырвался дымок.

Даже моя Магия стала сильнее…

Посмотрев на оставшиеся искры, я поднёс руку к груди.

Моя сила на совершенно ином уровне. Её масштабы полностью изменились.

Дело не только во Вспышке; не могу отрицать, что я будто не могу контролировать эту силу полностью, но…

"Я определённо стал ближе!"

Я смог увидеть спину одной девушки рыцаря в моём воображении.

Место, которое я хочу занять, позади этих длинных, светлых волос, я приблизился.

Моё сердце забилось чаще, его биение слышалось в ушах. Мне пришлось приложить усилия, чтобы заставить себя успокоиться.

— …ооооООО!

Рёв орка застал меня врасплох и вернул меня в настоящее.

Слова Лили неожиданно пришли мне на ум, и я посмотрел в их сторону. Шум шёл с той стороны, в которой Господин Вельф и орк готовились к драке.

— Вот это скорость…

Пробормотал Вельф себе под нос.

Движения, рефлексы, атаки и заклинания Белла были слишком быстры для его глаз.

Не зная об этом раньше, Вельф наконец понял, почему Белла называют «кроликом».

— Хех-хех-хех, не стань блинчиком, смотря по сторонам. Сударь Белл очень расстроится.

— Понял о чём ты, Малютка Лил.

Вельф ответил на слова стоящей за его спиной Лили серьёзно кивнув.

Он не повернулся, чтобы ответить, причиной был огромный орк, издающий отвратительный рёв и идущий прямо на них двоих. Он приблизится в считанные мгновения.

Заметив взгляд Белла, Вельф легонько хлопнул себя по лбу и улыбнулся, будто говоря: «Хватит меня проверять».

— Ух, как круто. Большая свинка номер два.

Стоя спиной к телу орка, неподвижно лежащего рядом с Лили, Вельф широким движением перехватил покоившийся на его плече длинный меч.

— ООоооООО!!!

"Бам, бам, бам!" Орк продвигался неуклюжими, но мощными шагами.

Уголки рта Вельфа поползли вверх, и он сделал несколько шагов навстречу монстру.

— БУГУРУАААА!!!

Когда добыча оказалась на подходящем расстоянии невооружённый орк, со всей силы махнул своей мясистой рукой.

Вельф мгновенно наклонился, пройдя под ударом монстра.

Оказавшись у земли, Вельф опёрся на неё левой рукой, правой держа меч за своей спиной, он впился взглядом в зверя, готовясь в любой момент нанести удар.

Когда огромная рука пролетела над ним, Вельф выпрямился и, прицелившись, махнул своим клинком.

— …РАААА!

Звук стали, столкнувшейся с плотью. Клинок попал в цель, нанеся рану прямо по раскрытому животу орка.

Тёмно-зелёная кровь полилась из раны, а сила удара заставила монстра потерять равновесие. Монстр рухнул на спину, ударившись затылком в грязь.

— Как тебе такое!

Вельф пробежал вперёд и прыгнул в сторону от головы орка, его взгляд впился в шею зверя, после чего, оружие одним махом было опущено вниз.

"ШИН-ТУК!" Звук удара разнёсся по комнате.

— Малютка Лил! Следующий!

— Уже тут!

Оставив безголового монстра позади Вельф повернулся в направлении, указанном Лили.

В его глазах отразился силуэт ещё одного орка – этот нёс в правой руке дерево-дубинку, элемент ландшафта. Зверь неумолимо приближался к нему. Вельф озадаченно щёлкнул языком, но на его лице была обычная усмешка.

— Хах, ну разве не заноза в заднице!

— Лили наготове!

Лили обежала мёртвые тела орков, лежащих на земле, чтобы оказаться под другим углом от орка.

Она задрала рукав своей робы, обнажив небольшой арбалет, и прицелилась, вытянув свою тонкую руку.

"ПИНЬ!" Золотая арбалетная стрела вонзилась в плечо зверя.

— !

Орк остановился и приложил руку к раненному плечу. Глаза на свиной морде сощурились, забыв о своей первой цели – Вельфе – и он перевёл взгляд на новую: Лили.

Это создало секундную паузу.

Увидев возможность атаковать отвлечённого орка Вельф сделал шаг вперёд и опёрся на левую ногу, крепко встав ей на землю.

Его чёрный плащ развевался, будто дым на ветру, ботинок Вельфа сделал в земле небольшое углубление, когда юноша сделал ещё один шаг вперёд.

— ВОТ ТЕБЕ!

Клинок, покоившийся до этого на плече сделал в воздухе широкий развод.

Вся сила Вельфа была собрана в его правой руке, наносящей этот удар. Меч с огромной силой прошёлся по телу монстра.

Удара длинного меча было достаточно, чтобы рассечь орка напополам. Тело монстра дрогнуло, но он не смог издать крика боли из-за крови, заполнившей его рот. Налившиеся кровью глаза зверя успели бросить последний взгляд на атакующего прежде чем тело монстра обратилось в пепел.

Атака Вельфа разрубила тело и уничтожила магический камень, находящийся в глубине груди монстра.

— Сударь Кротцо, у нас будут проблемы если вы продолжите ломать магические камни! Сударь Белл и Лили так меньше заработают!

— Что сделано, то сделано. Ничего не попишешь. О, и так меня не называй.

Вельф повернулся к девушке, стоящей чуть поодаль, на его лице было лёгкое недовольство. Она всегда найдёт к чему придраться.

— К тому же, как насчёт моей доли, а? — парировал Вельф недовольство девушки-полурослика.

Только остатки пурпурного пепла остались на травянистом полу Подземелья.

— …Сударь Кротцо!

— Что я тебе только что сказал об этой фами… аааа…

Когда Вельф уже начал возмущаться, он наконец понял почему именно Лили вскрикнула.

Два новых монстра, которые меньше орков, молчаливо объявились за спиной Вельфа.

— Сереброгривы.

Мускулистые тела, покрытые плотной белой шерстью, эти монстры похожи на огромных диких горилл. Их название происходит от плотной серебристой шерсти, окружающей шеи и полоски такой же шерсти, спускающейся по их спинам. Эта полоска снизу имеет достаточную длину, чтобы выглядеть как короткий серебряный хвост.

Не так давно Белл сражался с одним из этих монстров во время Монстромании. Вместе с твердобронниками они делают одиннадцатый этаж Подземелья очень опасным местом для авантюристов первого уровня. Несмотря на то, что размером они уступают оркам, это позволяет им обладать немалой ловкостью, при достаточной силе. Обнажённые клыки и перекатывающиеся мышцы, есть только одно слово, которое подходит чтобы их описать: сила.

Вельф повернулся лицом к новым нападающим, но, неожиданно "БАМ". Третий сереброгрив спрыгнул с особенно большого высохшего дерева и приземлился прямо между ним и Лили.

— …

— Геееее…

— Дерьмо! — почти рефлекторно выругался парень.

Монстры его окружили. Это одна из ситуаций, которые авантюристы в Подземелье избегают любой ценой.

"Фантастика… Я как будто снова одиночка."

Ощущая капли пота стекающие со лба, Вельф встал в защитную стойку и осмотрел всех троих монстров по очереди.

Оказавшись без боевой группы, он брал с собой так много зелий, как мог унести и ходил на десятый этаж самостоятельно… Все подобные моменты пронеслись у него перед глазами, когда он смотрел на сереброгривов.

"Нужно бежать и быстро… Проклятье, меня загнали в угол!"

Его тело начало подрагивать, когда монстры стали приближаться, разум Вельфа метался в поисках пути к отступлению.

Он уже встречался с подобными противниками и понимал, что он чуть сильнее одного сереброгрива. Однако, когда он начнёт битву с одним из монстров окажется полностью открыт для атак других противников. Мельком увидев подавленное лицо Лили, он понял, что сейчас помощница никак не сможет его выручить.

"Я труп," стало единственным заключением, к которому пришёл юноша, но Вельф предпочёл игнорировать эту мысль. Махнув своим мечом по широкой дуге, он вернул его на плечо, прежде чем сделать шаг к ближайшему сереброгриву.

Он решил прорваться сквозь окружение. В его ушах прозвучал странный, звонкий звук. Ему никогда не привыкнуть к напряжению, которое приходит вместе с окружением врагами в Подземелье, сколько раз это бы не случилось. Он подготовил тело к бою.

Атмосфера опасности окружила юношу.

Сереброгив, на которого уставился Вельф, ответил яростным взглядом, в котором горела злоба.

Монстры двинулись одновременно.

А спустя мгновенье…

— …Раз, два, ииииии!!!

— ГегОООО?!

— ?!

Что-то с огромной силой влетело в окружение извне.

Белл запустил себя как снаряд, его ужасающий удар ноги попал по челюсти одного из сереброгривов. Голова не ожидавшего удара зверя изогнулась под неестественным углом, и он угодил в другого сереброгрива.

Вельф с оставшимся монстром стояли в ошеломлённом молчании, после такого поворота событий. Белл, ещё находясь в воздухе извлёк кинжал из ножен.

— Господин Вельф!

Взгляд рубиновых глаз встретился со взглядом Вельфа и юноша понял, что сейчас случится.

Он отклонился так быстро, как только мог, уходя с пути.

Не теряя ни единого движения Белл со всей силы бросил нож правой рукой.

— ГЕХ?!

— !!!

Нож просвистел у лица Вельфа и попал прямо в глаз сереброгрива неподалёку от которого юноша стоял.

Зверь отклонился назад, завопив от боли. Посчитав это возможностью, Вельф прокрутился на месте, направляя собственный клинок.

Длинный меч сделал глубокий порез на теле монстра.

— …

Монстр медленно рухнул на колени. Вельф замер, держа меч в том же положении в котором он завершил удар. Не меняя позы, он через плечо посмотрел на Белла.

Тот уже закончил разбираться со вторым сереброгривом и стоял у его окровавленного, неподвижного тела.

Прежде чем улыбнуться и вернуть меч на плечо Вельф ещё несколько мгновений смотрел на Белла.

— Может я и правда смогу привыкнуть ко всем этим штукам с группами.

Беловолосый парень повернулся к юноше, и кивнул с широкой улыбкой на лице.

— Дружище, а ты чертовски быстрый, ты знал? Я даже не различил, как ты подлетел.

— Я-я и сам не совсем понимаю, как у меня это получилось…

Бой нашей группы против отряда монстров наконец закончился, и мы решили сделать небольшой перерыв.

Мы остались в той же комнате на одиннадцатом этаже. Последствия стычки были разбросаны по всему залу. Вырванные с корнем мёртвые деревья, ямы в земле, пепел, оставшийся после тел монстров и даже куски стены подземелья, были разбросаны повсюду, куда бы я не глянул. Полная разруха.

Длинный меч господина Вельфа был в ножнах на его спине. Он стоял рядом со мной скрестив руки на груди, и мы обсуждали прошедшую битву.

— Все эти штуки с зачисткой подземелья определённо легче, когда с тобой сильный союзник. Хотя, конечно я не могу всегда полагаться на то, что ты будешь спасать мою задницу.

— У меня такое ощущение, что мне не пришлось убивать так много монстров, как обычно.

— Это преимущество боевой группы. Твой разум и тело работают не так напряжённо, и ты можешь драться как тебе хочется. Союзники прикрывают твои недостатки.

Господин Вельф сделал несколько неплохих замечаний. Поскольку у него больше опыта работы группой в Подземелье, чем у меня, я прислушивался к каждому его слову.

— Думаю мы очень неплохо справились, учитывая, что это первый наш день в группе. Мы пока ещё не читаем намерения друг друга, но наши действия сочетаются… Всё благодаря Малютке Лил.

— Благодаря Лили?

— Ага. Кажется, что она делает немного, но эти действия оказывают огромное влияние. Предупреждает нас о новых монстрах, не даёт нам сталкиваться в бою, она отлично нас координирует.

Он подобрал очень странные слова, если сказать проще, Лили нас направляет.

Возможно, будет лучше сказать, что она указывает нам, что от нас требуется. Она может видеть поле боя со стороны, так что всегда знает, когда и как нам лучше помочь. Включая и то, как правильнее разделить наши обязанности.

Я услышал, как господин Вельф сказал:

— Она знает, как действуют авантюристы.

Я медленно кивнул на его слова, добавив:

— Да, в этом есть смысл, — если учесть опыт Лили в качестве помощницы и воровки, думаю она понимает, как мыслят авантюристы.

— Она правда нечто, Малютка Лил.

— В подобные моменты даже подумать сложно, что можно сказать про помощника что-то плохое…

— Золотые слова. — ответил Господин Вельф, взглянув на Лили через плечо. Она была в дальнем углу комнаты, собирала магические камни и добычу с поразительной скоростью и эффективностью.

Мы вдвоём убили целую кучу монстров, так что, вполне естественно, что у неё оказалось немало работы. Мы предложили помочь, но она немедленно отказала.

— Это работа Лили, отдыхайте, пока есть время. — сказала она, прогоняя нас от останков монстров.

Она сказала, что хочет внести свой вклад.

— Ты заметил, что стало слишком оживлённо. Может куда-нибудь в другое место перейдём?

— Мммм, да, стоит уйти…

В комнате появилось несколько групп авантюристов, которых не было, когда мы пришли.

Многие авантюристы проходят через этот зал, поскольку он соединяет этот этаж с верхним. Немало боевых групп использует его в качестве места для отдыха, потому что здесь нет тумана. Что и говорить, найти тут монстра, чтобы его убить непростая задача.

Устраивать с ними споры за добычу будет слишком жалко, а то и выльется во что похуже, если это вызовет разногласия между "Паствами". На самом деле, несколько групп оказались в комнате, ещё пока мы сражались. Среди авантюристов существует негласное правило: «Мы не мешаем другим в Подземелье, пока это возможно».

…Теперь, когда я об этом подумал, Лили была первой, кто понял, что в зале появились другие авантюристы. Она начала обирать тела убитых монстров чтобы защитить нашу добычу. Вроде: «Это наше, руки прочь».

Не знаю, действительно ли она так внимательна к деталям, но это часть работы, которую только опытный помощник может выполнить для группы.

— …Раз уж мы тут, почему бы нам не пообедать? Здесь много авантюристов, так что можно не беспокоиться о нападении монстров.

— Отличная мысль. Плюс, очень жаль отсюда уходить. Возьмём ситуацию в свои руки. Пообедать будет неплохо.

Причины, названные господином Вельфом прозвучали слегка надуманно, но, по крайней мере, он со мной согласился.

Мы приступим к еде, как только вернётся Лили.

"Все эти люди… знаю, это одиннадцатый этаж, но все группы выглядят нереально сильными…"

Вокруг каждой группы витала атмосфера мощи и опытности.

То же самое можно было сказать о их броне и оружии. Острое, прочное… целый список хвалебных слов приходил мне на ум при одном только взгляде на проходящих мимо.

Зверочеловек с крепким луком за спиной, амазонка, опирающаяся на удивительно огромный боевой топор, величественный эльф в серебристо-белом плаще с посохом в руках… смеси рас людей и полулюдей, каждый с отличительными особенностями.

"Сколькие из них подняли уровни?.."

По большей части группы, собирающиеся на одиннадцатом и двенадцатом этажах переходят на серединные уровни. Так что среди них должно быть немало авантюристов второго уровня.

"…Действительно ли я на равных со всеми этими людьми?"

Я второго уровня, так что на бумаге мы равны… но вид огромных мышц дворфа заставил меня захотеть сжаться в комочек. Моя цель намного, намного выше, так что такая лёгкая сдача – это не очень хороший знак.

Уверен, у каждого из них есть какое-нибудь поразительное Заклинание и Навыки…

"Секундочку, у меня тоже есть Навык…"

Не могу поверить, что осознание этого заняло у меня столько времени.

«Решимость Героя, Аргонавт» Я совершенно забыл об этом, так что даже не пытался проверить его действие…

"Я сражался как обычно, ничего не изменилось… не так ли?"

Я быстрее и сильнее, чем раньше, но это из-за того, что я поднял уровень. Не думаю, что навык оказал какое-то действие.

«Активное Действие. Определиться с движением. Атаковать, а не контратаковать.»

Я наклонил голову вспомнив слова боженьки. — Мммм…

Понятия не имею о чём она говорила. Определиться с движением, атаковать и всё такое… Это для меня естественно. И пока ничего необычного не случилось. Возможно, нужно не только движение чтобы его активировать.

Заклинаниям необходимы слова для активации, так может и для Навыка это справедливо?

Как я…

…вообще выучил навык, который называется Аргонавт?

Из-за того, что поднял уровень?

Из-за того, что убил того монстра, Минотавра?

Из-за того, что я от всего сердца пожелал, чтобы Айз не увидела меня в таком же постыдном положении?

…в тот момент, я…

Я хотел стать…

… «героем!»

Вот чего я желал.

— …

Как герои в сказках.

Как люди, которые могут без страха противостоять могучим врагам.

Как девушка, которая рискует всем ради спасения жизней.

Стать таким человеком, приблизиться к ней, таково моё желание.

Решимость героя.

— …Эй, Белл. Что с тобой?

— !

Голос мгновенно вырвал меня из погружения в мысли, вернув в реальность.

Передо мной стоял Вельф, его брови были сведены от удивления.

Я хотел спросить его что случилось, но проследил за его взглядом на мою правую руку.

Вокруг неё собрались небольшие искорки света.

— …Э?

Мои глаза округлились от удивления, а с языка сорвалось озадаченное восклицание.

Небольшие огоньки вращались вокруг моего предплечья, они излучали белый свет и мягко пульсировали.

Огоньки были меньше, чем снежинки, размером с крупицы песка. Они растворялись, кружась вокруг моей руки, только чтобы уступить место новым, в этом бесконечном цикле.

Загораются, пульсируют, меркнут и по новой.

Моя рука будто оказалась в центре вихря мигающих белых огней.

Пин, пин. Огоньки издавали звук, мерцая.

Будто маленькие колокольчики.

— …

— …

Мы с господином Вельфом переглянулись.

Он выглядел таким же удивлённым и поражённым, как и я. Не думаю, что смогу ответить на его вопросы, если он их задаст.

— Что… что это такое?..

Я впился взглядом в правую руку, удивляясь, почему это никак не кончается.

Краем глаза я видел, как господин Вельф переводит взгляд с моей руки на лицо и обратно. В тот момент, когда он раскрыл рот, чтобы заговорить… случилось это.

— оооОООООО!!!

Яростный рёв ворвался в зал, вызвав у меня звон в ушах.

— ?!

Мы с Господином Вельфом обернулись в направлении рёва. Нет, не только мы. Все авантюристы в комнате посмотрели в одну и ту же сторону, их глаза округлились от ужаса.

В этой стороне был вход в зал. Из тумана показалась янтарная чешуя, приближающаяся из соседнего зала.

Не только чешуя, длинный хвост, острые когти и очень зубастая пасть.

Всего 150 сантиметров в высоту, но, казалось, что в длину этот небольшой дракон достигает всех четырёх метров.

— Детёныш дракона?!

Прозвучал голос авантюриста, с которым я никогда не встречался.

Четырёхлапый зверь, драконьей расы считается одним из сильнейших монстров Подземелья. Несмотря на то, что у него нет крыльев, его мощное тело покрыто янтарной чешуёй. С первого взгляда я понял, что эта штука мощнее орка. Его голова покачивалась из стороны в сторону, осматривая комнату красными глазами, размером с обеденные тарелки.

Детёныш дракона?

Редкий монстр, который появляется только на одиннадцатом и двенадцатом этажах Подземелья.

Учитывая, что по Подземелья бродят всего четверо или пятеро таких одновременно, требуется немалая удача, чтобы их встретить. Впрочем, детёныши дракона способны уничтожить целую группу авантюристов первого уровня. Так что удачей это тоже не назвать…

На этих этажах нет полноценных «Монстр Рексов», так что, можно сказать, что детёныши дракона – это боссы верхних этажей.

— !!!

Дракон начал действовать, как только услышал крик человека, будто этот крик послужил сигналом к старту. Размахивая своим длинным хвостом, как кнутом он ударил эльфа, который оказался слишком близко и отправил того в полёт. Эльф ударился в стену мгновением позже, его глаза были широко раскрыты. Он рухнул на пол, будто кукла, которой перерезали ниточки. Секунду спустя комнату уже заполняли крики авантюристов.

Может он не так силён, как Минотавр, но не удивлюсь, если этот монстр считается монстром второго уровня. Самое время проигнорировать неписанные законы авантюристов, и все это прекрасно понимали. Все группы начали действовать как единое целое. Началось чтение множества заклинаний, Амазонки и дворфы понеслись вперёд с мечами и топорами наготове.

— МАЛЮТКА ЛИЛ! УБИРАЙСЯ ОТТУДА!!!

Во всём этом хаосе крикнул Господин Вельф.

Даже в своём поражённом состоянии, я видел всё, что происходило.

Дракон направился к Лили, которая ещё собирала магические камни в углу зала.

Я видел, как она повернулась к монстру лицом. Неожиданно, моё тело начало двигаться само по себе.

Моя правая рука, всё ещё находящаяся в вихре огоньков вытянулась в направлении монстра, рот закричал:

— ВСПЫШКА!!!

Спустя полсекунды.

Всё стихло.

— …

Луч чистого, белого света.

Комнату озарил свет, и раздался звук, который посоперничал бы с рёвом дракона, ещё звеневшим в моих ушах.

Молниеносные огненные снаряды вырвались из льющегося из моей руки белого света. Вспышка.

Но совершенно другая. Обычно алые, снаряды моей магии были окружены белыми искрами, так плотно, что их можно было принять за единое целое. Пламя направилось к детёнышу дракона.

Впившись в зверя плазмой Вспышка пронеслась сквозь него и ударила в стену.

Огромный взрыв.

— …ГАХ, ааа…

Янтарные чешуйки, мгновенье назад казавшиеся такими прочными, развеялись будто пепел на ветру.

Детёныш дракона издал лёгкий стон боли, прежде чем рухнуть на землю, охваченный разгоревшимся пламенем. Я слышал, что у драконов естественная сопротивляемость огню, но он сгорел, оставив после себя дымящиеся остатки.

От дракона остались только распадающиеся в воздухе куски, лежащие в углу комнаты. Стена, принявшая на себя взрыв, оказалась очень сильно повреждена. Она была покрыта трещинами, всё больше её кусков падало на пол.

КРААК БАХ! Огромный кусок стены упал на пол, будто развеивая тишину.

— …

В комнате повисла тяжёлая атмосфера.

Все остальные авантюристы остановились и уставились на меня. В том числе и Лили с господином Вельфом.

Удивление, трепет и… враждебность. Я не мог отреагировать ни на одну, направленную на меня эмоцию. Придя в себя, я поднёс правую руку к груди. Окружавшие её огоньки исчезли, рука выглядела так, будто ничего не произошло.

— …ауууу.

Я просунул голову через воротник рубашки. Всё тело гудело, каждое движение отдавалось болью.

Одевшись, я открыл дверь и вышел из душевой.

Боженька, уже переоделась и сидела на фиолетовой софе.

— Белл, если ты сильно устал, можешь отдохнуть. Я могу приготовить ужин сама.

— Нет, я в порядке. Я помогу!

— Хе-хе, вот как? Ну ладно, приготовим вместе.

У неё был долгий день на работе, а у меня очень долгий день зачистки подземелья. Мы оба пришли домой поздним вечером, так что я не хочу заставлять её всё делать самостоятельно. Уже почти ночь.

Мы делаем большую часть работы по дому вместе, почти всё, что возможно; я знаю, что именно так хотела бы боженька. Я не хочу заставлять её напрягаться, но когда я делаю что-нибудь один, она говорить что-то, вроде: «Разве мы не вместе тут живём, Белл?»

И всё равно, кажется, что это странно…

— …Эм, Белл? Могу я спросить кое-что?

— Что именно?

Я только начал мыть овощи, на нашем небольшом подобии кухни, когда боженька, нарезающая мясо, задала мне вопрос.

Я повернулся к ней, наши глаза были на одном уровне, потому что она стояла на небольшом стуле.

— Ты когда-нибудь встречал Фрею… То есть, богиню с серебряными волосами?

— Богиню с серебряными волосами? Нет, кажется ни разу…

Я пытался припомнить, перед ответом.

Я могу по пальцам пересчитать, сколько раз я видел богинь, кроме Всевышней Гестии, с того момента, как оказался в Орарио. И я бы запомнил, если бы среди них была богиня с серебряными волосами.

— Ммммм, да, похоже, что это правда…

Пробормотала боженька, смотря в потолок. Что-то произошло?

Мне казалось, что боженька постоянно осматривается, с тех пор как Денатус закончился. Я несколько раз пытался спросить её, что произошло, но она качала головой и говорила: «Ничего. Совершенно ничего.»

Меня это слегка беспокоит, но сейчас нужно готовить. Казалось, что за считанные мгновения ужин был готов и мы сели с боженькой за стол.

— Ого? Выходит, этот кузнец из хороших людей?

— Да. Он очень открыто говорит о том, что думает и мне кажется, что я могу на него положиться. Впрочем, я слегка беспокоюсь о его отношениях с Лили. Не думаю, что они друг с другом поладят…

— Хахахаха!

Мы с боженькой всегда весело проводим ужины в поздние часы.

В последнее время, наша еда стала намного роскошнее. Стало намного меньше самых простых блюд.

Теперь мы едим по куску хлеба и блюдо из смешанных с листами салата кусков мяса, а ещё у нас в обыкновение вошло есть воздушную картошку, вечерами.

У нас ушло не так много времени, чтобы подобные ужины перестали быть редкостью, но, казалось, что прошла вечность. Крайняя нищета, вот как можно описать состояние, в котором мы жили ещё месяц назад. Я почти уверен, что сейчас наше состояние таким не назвать.

— Что же, если он действительно из таких людей, то не вижу ничего плохого. Я всеми руками за даже выпить за него готова. Тебе лучше его не упускать, Белл.

— Я тоже так думаю. Господин Вельф кузнец и с ним мы можем действовать как группа. Я слышал, что гораздо безопаснее охотиться в Подземелье втроём! Хотел бы я, чтобы он задержался в группе подольше, но…

— Ты должен сделать так, чтобы он остался. Куда опаснее если вы с помощницей будете в Подземелье "наедине. Намного, намного опаснее."

На губах появилась облегчённая улыбка, когда я, соглашаясь с ней, кивнул.

Даже по чёрным хвостикам боженьки можно было заметить, что она в хорошем настроении, они болтались из стороны в сторону. Она наверняка очень сильно о нас беспокоится.

Кстати это уже вошло в привычку, но я рассказываю боженьке обо всём что произошло каждый день.

Я уже рассказал ей о господине Вельфе. Я сказал ей о прямом соглашении и всём, что случилось вчера, так что сегодня я мог только выразить своё впечатление о нём, как о члене группы.

— Мне всё ещё не верится, что ты оказался в одной группе с одним из членов "Паствы Гефест"… хе-хе, может это судьба, раз уж ты в моей "Пастве".

Боженька улыбалась от уха до уха.

Всевышняя Гестия и Всевышняя Гефест провели немало времени вместе, ещё во времена Тенкая, так что есть смысл в том, что они стали подругами и на Земле. Однако, я слышал, что произошло очень многое, с того момента как боженька поселилась в Орарио, до того, как она собрала свою "Паству". Теперь им сложно встретиться просто так.

Кажется, боженька считает эту нерушимую связь очень забавной. Она рассмеялась так сильно, что её плечи начали дрожать.

— …Эм, Боженька? Фамилия господина Вельфа, Кротцо. Ты слышала о этом роде что-нибудь?

Воспользовавшись возможностью, я решил спросить её о том, что вызвало у меня очень много размышлений.

История Лили о семье Кротцо и магических мечах.

Мне слегка неловко узнавать о истории его семья за его спиной, но я не могу сдержать свой интерес.

— Магические Мечи Кротцо, так?.. Я тоже о них немного слышала, но… Не думаю, что знаю больше, чем ты, Белл.

— Вот как…

Я слышал, что боженька пробыла на Земле не слишком долго. Ничего не поделаешь, она знает о событиях, происходивших в Гекае – на Земле – давно, столько же, сколько и я.

Судя по всему, на какое-то время Господин Вельф останется загадкой…

— …несмотря на то, что я немногое знаю о семье Кротцо, я слышала кое-что о кузнеце, Вельфе Кротцо.

— А?

— Хе-хе-хе. Белл, только не говори мне, что забыл, где я работаю?

О! Так вот о чём она говорит.

Боженька работает на владельца лавки из "Паствы Гефест", той же "Паствы", в которой состоит господин Вельф. Уверен, что, работая там, она о нём что-нибудь слышала.

— Вот-так-то, Белл! — сказала она, выпятив свою внушительную грудь слишком сильно.

Я ответил быстрым: «Расскажи, пожалуйста», — густо покраснев. У меня отняло немало усилий выдавить из себя улыбку, а боженька начала говорить.

Оказывается, когда она вчера услышала о господине Вельфе, она начала самостоятельно собирать информацию.

— На самом деле, он хороший кузнец. Мальчику есть куда расти, но Гефест часто о нём говорит. В этом я не сомневаюсь.

— В-всевышняя Гефест говорит о господине Вельфе?

— Ага. Я слышала об этом когда она напилась, но в этом парне полно скрытого потенциала и он может стать чем-то большем.

Подумать только, эта "Паства" известна своими умелыми кузнецами, но Всевышняя Гефест отметила Господина Вельфа. Неужели он какой-то виртуоз даже в своей "Пастве"?

— О, Гефест за ним следит, всё так. Она его изучила и поняла, что в нём есть особое сияние… Но, ко всему прочему она добавила, что её разочаровывает его чувство вкуса.

— …

«Пьёнкичи», название моей брони тут же пришло мне в голову.

Кстати, этот комплект брони получил то же название, что и предыдущий. Сейчас эта модель называется Марк-3.

— А теперь самому соку. Гефест очень строга к нему, в рамках своей "Паствы", относится к нему совершенно иначе, чем, когда напьётся.

— А? Что это значит?

Это совершенно непонятно. Я попросил боженьку мне разъяснить, она легонько кивнула, говоря:

— Конечно. Сразу к делу, он уже способен делать магические мечи.

— !..

— Не какие-то дешёвые подделки, а самые настоящие. Он может изготавливать такие же мощные магические мечи, как и Высшие Кузнецы "Паствы Гефест". Магические мечи, достойные марки Кротцо.

…Кузнецы Магических Мечей.

Эти слова я прежде слышал. Пока мысли в моей голове улеглись прошло несколько секунд.

— Но, подожди… Этого не может быть. Кузнецы не могут ковать магические мечи без умения Ковка… правда же?

Так должно быть. Эйна говорила мне об этом когда мы впервые пришли в лавку "Паствы Гефест" в Башне Вавил. Я точно это помню.

Только кузнецы высокого уровня, освоившие умение Ковка до определённого уровня могут делать магические мечи.

— Даже я не знаю причину, но он может. Гефест лично это подтвердила.

— Значит…

— Да, семья Кротцо не подделка. И кровь этой семьи течёт в его жилах.

Мои мозги будто только что по стенке размазали.

Господин Вельф действительно член благородной семьи кузнецов, пришедшей в упадок.

И он действительно способен изготавливать магические мечи без умения Ковка.

…Навык?

Только эта мысль пришла мне в голову. Может у него какой-то особый Навык, который позволяет ему изготавливать этот тип оружия без Ковки.

И снова, Лили говорила, что вся семья Кротцо может делать магические мечи… Получается каждого из них есть такой Навык?

Мммм, это кажется… я потёр виски.

Бесполезно. Случайные мысли ничем не помогут.

Изо всех сил пытаясь погасить возникшие вопросы я сконцентрировался на рассказе боженьки.

— Вот только, он их не делает.

— …э?

— По какой-то причине, он даже не пытается. Если бы он ковал магические мечи, стал бы знаменит и у него бы не было отбоя от клиентов, но он их не делает. Он настолько упрям, что однажды даже устроил переполох за столом Высших Кузнецов.

Он может делать магические мечи, но отказывается?

Клинок, который способен испускать заклинания – или нечто очень похожее – всего лишь одним взмахом это огромная сила. Несмотря на то, что у них есть ограничения, магические мечи могут каждого наделить благословлением Магии. Использовать их, всё равно что руками размахивать.

Такое оружие может спасти сотни жизней.

Что уж говорить о деньгах, которые он мог бы получить и покупателях, которых мог бы привлечь, если бы просто занялся магическими мечами.

Всего этого господин Вельф не хочет?..

— Его упоминают как «Порченное Сокровище», в лавке, в которой я работаю. Члены его собственной "Паствы" называют его «Дефектным Кротцо» и другими жестокими кличками.

Боженька пытается сказать, что так не говорят перед другими людьми.

…Но люди понимают такое отношение, даже не услышав обо всех этих прозвищах.

«Порченное Сокровище» … такое говорят в лавке, думая о том, сколько денег он бы принёс. А члены его собственной "Паствы" – кузнецы, как и господин Вельф и они очень завидуют.

У него есть потенциал присоединиться к касте Высших Кузнецов и заработать столько денег, сколько он пожелает, просто потому что он из рода Кротцо.

Теперь понятно почему он постоянно оставался без группы.

— У него есть способности, но, по какой-то причине… Он стал кузнецом, который подписал с тобой прямой контракт, Белл.

— …

Причина у него есть…

И это наверняка та самая причина, по которой господин Вельф никогда не говорил мне, что может делать магические мечи.

Никто не рассказывает секреты человеку, которого встретил два дня назад, так что я уверен, что господин Вельф не будет пытаться что-то скрывать.

Теперь его реакция на рассказ сегодняшний рассказ Лили в Подземелье, становится куда понятней.

— Белл, тебе стоит принимать секрет или несколько не слишком об этом задумываясь. Даже у богов есть тайны, которые они скрывают от других. Так что прими его таким, какой он есть.

— Боженька…

Она говорила очень величественным тоном, будто она наставляет меня, присматривает.

Её локти лежали на столе, руки поддерживали голову, наши взгляды встретились. Я расслабил плечи и улыбнулся, даже не осознавая этого.

Боженька хихикнула, увидев странное выражение на моём лице.

— Мы говорим уже довольно долго. А стоило бы ужинать. Или, может, есть ещё что-то, о чём ты хочешь мне рассказать?

Боженька спросила меня, посмотрев на свой остывший ужин. Я подумал ещё несколько секунд и решил спросить её об одной последней вещи.

О том Навыке.

— Так, ты его активировал? Свой Навык.

— Да…

Я рассказал ей что произошло, когда я подумал людях, которыми восхищаюсь, о героях.

Всё началось с огоньков белого цвета круживших вокруг части моего тела. После из неё вырвалась невообразимая сила… Таково Активное Действие: моя мощь очень сильно возросла.

Скорее всего, необходимо зарядить навык прежде чем выпускать энергию.

Я рассказал боженьке всё, что я думаю о своём Навыке, судя по тому, что сегодня произошло.

— …Белл, не мог бы ты ненадолго подняться и показать мне свои Характеристики?

— А, да, конечно.

Её серьёзный взгляд застал меня врасплох.

"Пам." Боженька соскочила со стула и подошла ко мне, пока я снимал свою рубашку.

Я повернулся к ней спиной и ощутил, как она скользит взглядом по иероглифам на моей спине.

— …Мммм.

Тёплые кончики её пальцев прошлись по моей спине.

После они неожиданно остановились. Иероглифы под её рукой начали теплеть.

Я не могу их увидеть, но, по какой-то причине, казалось, что эти символы оказались записаны в моей голове.

Не только символы… История «Аргонавта», высеченная на огромной каменной табличке.

— Достаточно.

Я медленно повернулся.

Боженька подняла мою рубашку, висящую на спинке стула и протянула мне.

— Забегу вперёд и скажу своё личное впечатление. Этот Навык так силён, что может перевернуть исход боя.

Вот что она мне сказала.

Её рука протянута, а голос так тих, что мне пришлось прислушиваться.

— Он даёт тебе силу побеждать врагов, которые сильнее тебя… Способность выбираться даже из самых безнадёжных ситуаций. По крайней мере, даёт тебе такую возможность.

Я видел своё отражение в огромных, таинственных глазах боженьки.

— Этот навык – это ключ, доступ к которому может получить дитя, которое жаждет стать героем – ключ, который открывает героя внутри тебя.

…Аргонавт.

История о мальчике, который мечтал стать героем.

И пути, который он выбрал, путь наверх.

Путь героизма.

— Когда ты вкладываешь всё в один удар этот Навык значительно увеличивает твою силу. Даже перед лицом могучего врага это позволит тебе прорваться и повернуть течение битвы.

Так делали герои множество раз до меня.

Боженька добавила ещё одну вещь.

— Ты получил «удар героя».

После этих слов комната погрузилась в тишину.

Я не сразу понял, что мы с боженькой смотрим друг другу в глаза. Я заметил, что мы смотрим друг на друга только когда боженька несколько раз стукнула меня мой рубашкой по плечу.

Я схватил её и просунул голову в воротник, у меня покраснели уши. Я ощущал, как она на меня смотрит, пока скользил обратно в одежду.

Потом она улыбнулась, но я никогда раньше не видел такой улыбки. Она будто смотрела куда-то очень далеко, в то место, которого мне не достигнуть.

Улыбка, с которой любящий ангел смотрит на ребёнка, которого она защищает с облаков.

Такое было впервые.

Впервые боженька приковала моё внимание и вырвала меня из размышлений.

Я стоял, молчаливо восхищаясь её видом, когда услышал, как она сказала:

— Хорошенько запомни этот момент.

— ГВАААААААААРРРРААААХХХ!!!

Раздался яростный рёв.

Невероятно быстрый пинок ударил монстра прямо в голову, разбив его череп.

Длинные, позолоченные ботинки обагрила свежая кровь. Несмотря на сотни завершающих ударов монстрам и брызги раскалённой лавы их золотые ботинки нисколько не потеряли в качестве.

Эта металлическая обувь была создана не ради защиты ног того, кто её носит. Это оружие, простое и незатейливое. С невероятной скоростью разрывая воздух эти ботинки сокрушали всё на своём пути.

— Свали, Бете! Не вини меня если тебя размажет!

— Да разве такой хреновой фигнёй вообще можно по кому-то попасть?!

— Тионэ! Сегодня на ужин суп из волчёнка! Аввв! Вкуснятинка!

— Я тебя прикончу!

— …Идиоты.

Сорок седьмой этаж.

Один из нижних этажей Подземелья, на котором нестерпимо жарко.

Красный этаж будто всегда в огне, повсюду разбросаны камни причудливых форм. Множество трещин покрывает обгорелые стены, а на полу лежит серый пепел, созданный самим Подземельем. Насыщенное красное свечение исходит из трещин, будто внутри что-то готово вырваться наружу.

Экспедиция "Паствы Локи" в процессе погружения, несколько авантюристов из её состава сошлись в бою с группой монстров, именуемой Пылающими Скаловиками, в месте, похожем на жерло вулкана.

— Что их так распалило?

— Гарет.

Удивлённый, но тихий, низкий голос донёсся до ушей полевого командира "Паствы Локи", Финна.

Дворф подошёл к нему сзади.

Длинная борода спускалась по его мощной груди; стальные мышцы были видны в сочленениях прочной брони. Покручивая в руках огромную секиру, будто пёрышко, дворф казался могучим воином.

Этот дворф, по имени Гарет, с удивлением наблюдал как Бете, и остальные авантюристы яростно бросались вперёд, уничтожая монстра за монстром.

— Они ещё со средних этажей так пылали, заметил? Так другому молодняку ничего не останется. Вон, смотри, Рауль вклиниться никак не может.

— Мммм. Мне тоже не по душе такой энтузиазм, но сейчас их ничто не остановит.

С монстрами сражалась не только небольшая группа Бете. Немало членов "Паствы Локи" вступило в бой. Большинство из них было авантюристами третьего уровня, так что им приходилось избегать не только атак монстров, но и краем глаза следить за высокоуровневыми авантюристами.

Бете, Тиона и Тионэ. Все трое убивали всё больше и больше монстров из орды, забирая себе ценную экселию. Финн наблюдал за ними с возвышения, стоя на большом булыжнике, на его лице был усталый вид, он тяжело вздохнул.

— Даже Тионэ своего внутреннего монстра с цепи спустила… Финн, да что с ними случилось до нашей встречи?

Одна из сестёр-Амазонок, обычно державшая себя в руках на глазах у Финна, сражалась с ледяным блеском в глазах и демонической улыбкой на губах. Держа в руках свои Кукри, она рубила и кромсала, пробивая себе путь сквозь вражеские ряды, её гладкие чёрные волосы мелькали то в одном, то в другом месте.

Гарет взглянул на Финна – стоявшего на большом камне – через глазницы своего шлема.

— Кажется их вдохновил авантюрист, на которого мы наткнулись по пути.

— Вдохновил, говоришь. Неужели на средних этажах кто-то был так хорош?

— Нет, на верхних.

— Чего?

"Паства Локи" следовала требованию Гильдии разделять экспедиционные группы на две части. Гарет отвечал за вторую группу. Большая часть боевой мощи "Паствы Локи" была сосредоточена в первой части группы, пробивающей путь для второй, поэтому он был единственным авантюристом высшего класса в своей команде. Обе части встретились в оговоренном месте в Подземелье. Гарет не знал, что группа Финна видела или через что прошла в пути.

Глаза дворфа округлились, нижняя челюсть слегка опустилась от удивления.

— Думаю случилось что-то непредвиденное, на девятом этаже оказался Минотавр. С ним сошёлся в бою авантюрист Первого уровня и победил.

— Минотавра прикончил Первый Уровень? Так, постой, откуда ты знаешь, что у того парня был Первый Уровень?

— Характеристики того авантюриста были на виду. Так что, если Риверия, всё-таки, умеет читать иероглифы, так и есть.

— Что я слышу? Финн, сомневаешься в моих способностях?

— Ааа, Риверия.

Эльфийка подошла сзади и присоединилась к разговору.

Её длинные тёмно-зелёные волосы освещали алые вспышки. Впрочем, даже в такой жаре на её гладкой белой коже не было видно ни единой капли пота.

Она была одета в роскошное голубое платье, казалось будто она плыла, подходя к камню, на котором стоял Финн.

— Финн, в следующий раз предпочту робу. Это Ундиновое платье слишком долго одевать.

— Мммм. После всего, что Локи прошла, чтобы его для тебя достать, тебе стоило бы свыкнуться с этим лёгким неудобством.

— Ага. Ладно сидит.

— От одной мысли о том раздевающем меня взгляде мне хочется сжечь эти одежды здесь и сейчас…

Глава её "Паствы", Локи, неожиданно за несколько дней до экспедиции принесла это голубое платье эльфийке, со словами: «Риверия, дорогая моя, носи вот это, тебе же не сложно?» Риверия приняла платье с ледяным взглядом.

На Финне и Гарете были подобные голубые рубашки под бронёй. Как и Риверия, они не ощущали жара этого этажа.

Материал был зачарован магией фей и был способен защитить от высоких температур.

— Вернёмся к вашим вопросам, ещё один человек может подтвердить уровень того авантюриста. Айз тоже прочла характеристики Белла Кранелла.

Впервые услышав имя авантюриста, Гарет поднял плечи и посмотрел на Риверию, прежде чем повернуться и уставиться на молчаливую Айз.

— …если услышанное этими ушами, это правда, Айз должна была на этих монстров налететь, как мотылёк на огонь. Неужели я хватку теряю?

— Мммм. А ведь правда. Она так притихла, что я почти забыл.

— Дайте ей немного времени. В конце концов она всегда становится собой.

Финн очень озадаченно посмотрел на Риверию, которая улыбнулась и указала взглядом в сторону.

В том месте стояла Айз. Девушка уставилась себе под ноги, погрузившись в раздумья.

На её лице не было эмоций, но вскоре трое авантюристов услышали тихое «Мммммм», с той стороны в которой она сидела.

— Мне всё равно кажется, что вы меня за нос водите… Тот парень был так хорош? Что ты о нём подумал во время того боя?

— Он был безрассуден и очень неопытен… Но, всё же, я могу понять почему Бете и остальные не могут утихомириться. Тот мальчик напомнил им, что они "авантюристы", как и он сам.

Золотые волосы Финна слегка дрогнули, когда он посмотрел на Гарета с невинной улыбкой на своём детском лице. Риверия согласно кивнула и заговорила.

— Поскольку мы главные силы этой "Паствы", мы пережили очень много битв и слишком к ним привыкли. Шансы на то, что кто-то из нас падёт в битве очень малы. Однако, ощущение смертельной битвы сильно… захватывает.

— …Похоже вы там нашли нечто гораздо ценнее, чем сокровища.

Гарет почёсывал свою могучую бороду, в его голосе слышалась нотка сожаления.

Трое членов "Паствы Локи" самого высокого ранга, всегда осторожные и избегающие любой беспечности, наблюдали как их молодые товарищи вцепились в орду монстров зубами и когтями.

— …Риверия.

— Что такое, Айз?

Риверия ответила тихим голосом, будто зная, какой последует вопрос.

Айз притихла, собираясь с мыслями, прежде чем продолжить.

— Как думаешь, кто-нибудь… может превзойти пределы Характеристик?

Взгляды Гарета и Финна встретились, этот вопрос застал их врасплох.

Но уже мгновенье спустя Финн нахмурился, понимая, о чём спрашивает девушка и перевёл на неё взгляд.

— Мы говорим о невозможном. Несмотря на то, что пытаться улучшить способности можно бесконечно, нет никакой возможности выйти за их пределы.

Ответила Риверия на вопрос Айз.

В качестве примера она могла привести себя, поскольку она эльфийка и маг, ранг Магии S для неё считается достижимым. Впрочем, физические пределы её тела не позволяют ей улучшать её Силу и Защиту выше определённого уровня. У каждого есть сильные и слабые стороны, не важно, ментальные или физические, характеристики работают по такому же принципу. Всегда есть предел.

Она закончила свою речь, добавив, что очень сложно поддерживать способности на пике, но никому не превзойти пределы, которые устанавливают Характеристики богов.

— Не терзай себя безумными идеями, Айз. Абсолютная сила, которую мы можем получить определяется нашим Уровнем.

— …Понятно.

Девушка снова притихла, Риверия строго смотрела на неё.

Айз сделала шаг назад, будто разум оставил её тело на какое-то мгновенье – и вытащила свою саблю из ножен.

Извлекаемый из ножен клинок легонько звякнул, разрезая горячий воздух с острым звуком.

Остальные наблюдали как девушка повернулась и двинулась в сторону поля боя.

— …Эй, Риверия.

— Не поможет. Она уже загорелась.

Риверия вздохнула будто мать, слишком долго знающая своего ребёнка, отвечая стоящему чуть позади дворфу.

Айз решительно, шаг за шагом приближалась к боевой группе Бете. Её светлые волосы развевал жар, но она не сводила взгляда золотых глаз со своей цели. На её лице не было ни единой эмоции, но душа пылала.

Таково другое лицо Айз Валленштайн.

Такова Сенки, Принцесса Боя, как её называют.

Собрав все свои силы, девушка бросилась в бой.

"…Сильнее, я могу стать сильнее."

Жар Подземелья заботил её меньше всего, новой целью Айз был не монстр, а невозможное.

Она своими глазами видела парня, который преодолел пределы. Его силуэт распалял душу девушки.

Раннее утро.

Солнце только-только выглянуло из-за верхушки городской стены, окружающей город.

Силь, стоящая перед Щедрой Хозяйкой привлекла моё внимание по пути в Подземелье.

— Прошу прощения, не мог бы ты подождать ещё немного? Что-то пошло не так, когда я утром готовила…

— Эм, Силь, можешь не беспокоиться… Ты всегда обеспечиваешь меня обедами, так перерыв в один день не так уж и важен…

— Нет, я приготовлю! Пожалуйста возьми с собой обед!

Шух. Я почти услышал, как напряглись мускулы на её лице, которое становилось всё более ужасающим.

— К-конечно… — сказал я, быстро кивнув. Я был слишком напуган, чтобы сделать что-то другое. Неожиданно, её щёки покраснели, и она забежала обратно в бар.

Она ежедневно делает мне обеды. Судя по всему, что-то этим утром пошло не по плану. Обычно, её эмоции очень сложно прочитать, но, сегодня, она кажется в отличном настроении… Ой-ёй, неужели в сегодняшнем обеде будет что-то новенькое? От этой мысли меня пробил холодный пот.

— Доброе утро, Господин Кранелл.

— А, Лю. Доброе утро.

— Я приношу свои извинения за упущенное время. Силь очень старается… так что, пожалуйста, примите её обед.

Когда мне показалось, что я остался в одиночестве, открылась парадная дверь.

Лю вышла и поздоровалась со мной. Она попыталась прикрыть Силь, так что я сказал ей что не случилось ничего страшного и улыбнулся.

Она даже отложила свои дела в Щедрой Хозяйке, чтобы задержаться и со мной поговорить.

— Значит вы успешно нашли ещё одного участника в свою боевую группу.

— По крайней мере на время, да…

Она спрашивала меня о поиске нового члена группы с той ночи, когда мы праздновали, так что я начал с рассказа обо всём случившемся. Лю была одета в белую кофту прямо на её униформу горничной. Выслушав мой рассказ, Лю задала мне новый вопрос.

— Господин Кранелл, этот человек заслуживает вашего доверия?

— Э? Ну, эм…

— Прошу прощения, я не собираюсь вас допрашивать. Просто условия меняются, когда авантюристы из разных "Паств" объединяются в группы.

Лю посмотрела на меня своими небесно-голубыми глазами и объяснила, что беспокоиться нужно не только о личных отношениях, но и внутренних делах "Паствы", в которой он состоит.

Я знаю, она просто обо мне беспокоится. В конце концов, она защитила меня от авантюристов той ночью, я уверен, что она хочет убедиться, что человек, которого я нашёл, это подходящий человек.

Я собрался с мыслями, от беспокойства Лю исходила теплота и мягкость.

— Поскольку он член "Паствы Гефест", не думаю, что у нас будут проблемы. Наши богини также в хороших отношениях.

В "Пастве Гефест" множество кузнецов, заключивших личные договоры с множеством других авантюристов, так что их репутация на высоте. Я слышал ужасающие истории о ссорах между "Паствами", которые начинались с собранных групп, но не думаю, что подобные проблемы ждут нас.

И у меня нет никаких плохих мыслей о господине Вельфе… хотя, кое-что беспокоит.

Я очень много думал после разговора с боженькой прошлым вечером. Может стоит выслушать, что на этот счёт может сказать Лю, так что я сказал ей полное имя господина Вельфа и, что он очень талантливый кузнец.

Ого, а я и правда начал сплетничать за его спиной…

— Кротцо…

Она застыла, услышав фамилию господина Вельфа. Эта фамилия почти сорвалась с её губ.

Обычно она ни на что так не реагирует. Это заставило меня нервничать.

— З-знаешь о нём что-нибудь?..

— Нет, лично о нём ничего… Но Кротцо, это фамилия, к которой ни один эльф не будет равнодушен.

Эльфы неравнодушны?

Я не ожидал, что смогу узнать что-то о семье Кротцо.

— Можешь рассказать мне почему? Я хочу знать о господине Вельфе больше…

— …Хорошо. Но предупреждаю, что, скорее всего, это никак не относится к тому, что ты хочешь узнать.

Она перешла к истории, после короткого предупреждения.

— Думаю ты слышал о магических мечах их производства, но знаешь ли ты, где проживает этот род кузнецов?

— Нет, не знаю.

— Королевство, которое называется Ракия. Из всех стран мира это королевство ближе всего находится к Орарио.

Ракия… Кажется я несколько раз слышал это название, прежде чем пришёл в Орарио из своей деревни.

Что-то, вроде «Эта страна начала очередную войну» или «Они постоянно куда-то экспедиции запускают» и подобное.

— Страна управляется одним из богов, объявившим себя королём, используя свою "Паству". Семья Кроцо предложила свои услуги в обмен на благородный статус. Эти услуги, разумеется, заключаются в изготовлении огромного количества магических мечей.

Всё что она говорила, сходилось с рассказом Лили. Я кивнул, а Лю продолжила.

— Возможно из-за того, что правитель считает себя богом войны, Ракия это очень агрессивная страна. Это правда и по сей день. Стоит соседней стране или городу проявить слабость, Ракия начинает вторжение.

"Так слухи не лгут…"

— За обширную историю постоянных войн страны, Магические Мечи Кротцо не раз были использованы в полную силу.

Она уже почти перешла к сути, я это чувствую. Я бы сейчас заёрзал на месте, по крайней мере, если бы сидел.

— Армия обычных солдат, вооружённых магическими мечами – можете представить себе такое, Господин Кранелл?

— …ты же не хочешь сказать…

— Именно. Ранее Ракия обладала огромной мощью. Этой стране не были нужны стратегии и планирование. Они просто уничтожали всё, на своём пути, огромной силой.

Победа за победой, непобедимый и неуязвимый, бог войны, который никому не проигрывает.

Она сказала, что никто не знает, как можно было остановить Ракию из-за обладания нескончаемым потоком магических мечей.

— Ракия была слишком агрессивна. Их войны изменили лицо мира. Равнины и города сгорали дотла, ничего не оставалось… И это пламя достигло эльфийских лесов.

Считается что люди, полулюди и эльфы не были слишком близки прежде чем боги спустились в этот мир. До сих пор существуют группы единомышленников, которые не общаются с другими расами.

В пример можно поставить эльфов. Я слышал, что отдельная их часть слишком горда, что им противна сама мысль о связях с другими расами. Они скрываются от мира в глубинах лесов.

Стоп, это должно означать…

— Ракия выгнала эльфов из их лесов? Лес, в котором они жили был уничтожен войной?

— Слово выкурили подойдёт больше. Земли эльфов утонули в пламени.

Значит их леса выжгли.

Я сглотнул, понимая значение от потери дома.

Лю закончила историю, рассказав, что выжившие эльфы просили помощи у других богов. Они присоединились к "Паствам" в соседних нациях, получали благословения и мстили Ракии.

К несчастью для королевства, магических мечей в их арсенале уже не было. Лю сказала, что тем эльфам отмщение далось на удивление легко.

— Солдаты Ракии несли разрушение, считая это игрой. Поскольку это их нужно винить в случившемся, ненависть к семье Кротцо можно считать направленным не на тех людей гневом… Однако осталось множество эльфов, которые так и не смогли забыть те обиды.

— …

— Вот поэтому эльфы не могут равнодушно отнестись к фамилии Кротцо.

— …а что насчёт тебя, Лю?

— Нет, я не держу на них зла.

Её быстрый ответ меня удивил.

Я слышал, что эльфы считают свою расу большой семьёй, и относятся к расе в целом и друг к другу с гордостью.

Лю сказала, что всё это преувеличение и её собственная родина не была затронута на прямую… и это меня поразило.

Конечно, Силь – как и остальные – обо мне заботится, но я и подумать не мог, что Лю, зная меня так мало времени, разделяет подобные чувства… Я очень её ценю.

— Белл! Прости что заставила подождать!

— …Уже пора. Господин Кранелл, пожалуйста, будьте осторожны сегодня в Подземелье.

— А, да…

Лю склонилась в лёгком поклоне, когда наружу вышла Силь.

Ничего больше не сказав она вошла в бар. Я молча наблюдал как за ней закрывается дверь.

— Я слегка опоздал…

Я быстро шёл по Западной Главной Улице. Я шёл через растущую толпу людей, а меня сопровождал утренний звон колоколов с востока. Лили и господин Вельф должны были ждать меня у основания Башни Вавил. Нужно добраться туда так быстро, как это возможно.

Ноги несли меня вперёд, но мысли были где-то совершенно в другом месте. Я погрузился в историю, которую услышал от Лю, так что даже не заметил, что ко мне подошёл человек.

— О, ты и правда с этой стороны ходишь.

— А. — сказал я, приходя в себя. Человеком этим оказался господин Вельф, он мне помахал.

Разве это не странно? Я говорил ему что мы встречаемся там же, где и вчера… Почему он встретил меня на полпути?

— Белл, утречка.

— Доброе утро. Эммм… Господин Вельф, что вы тут делаете?

— Получил сообщение от Малютки Лил. Она не сможет сегодня пойти с нами на охоту.

— Э?

Он объяснил, что ждал у башни Вавил, когда к нему подбежала очень взволнованная Лили. Она сказала, что у неё оказалось больше дел, чем обычно, к тому же, гном, с которым она работает слёг с болезнью. Только она может о нём позаботиться. Извиняясь, она поклонилась столько раз, что у господина Вельфа закружилась голова.

Услышав, что я всегда прихожу с Западной Главной Улицы он решил пойти и встретить меня.

— Итак, что будем делать? Пойдём в Подземелье вдвоём?

— Н-ну, эммм…

Мы не соберём достаточно магических камней и добычи без Лили. Но если мы не пойдём в Подземелье, мне целый день будет нечем заняться… а этого я хотел бы избежать.

Может взять мой старый рюкзак и пособирать магические камни и добычу, как я делал это раньше, когда ходил один?

— …Белл. Если тебе сегодня больше нечего делать, могу я занять немного твоего времени?

— Чего?

Я наклонил голову, получив такое предложение.

Уголки его губ расплылись в улыбке; он махал рукой из стороны в сторону.

— Я же обещал, разве нет? Полный набор новой экипировки.

— З-знаете, господин Вельф, мне достаточно и одной лёгкой брони…

— Не нужно скромности. Кузнецы от своих слов не отступаются.

Господин Вельф куда-то шёл в очень быстром темпе, а я старался не отставать.

Знаю, я уже согласился, но мысли о получении новенькой экипировки бесплатно, заставили меня думать, что я его использую… я ощущаю вину.

Я попытался несколько раз отказаться, но он отмахивался, говоря:

— Предоставь всё мне.

Так что я следовал за его раскачивающимся из стороны в сторону плащом.

— Белл, я не могу сказать, что знаю всё наперёд, но ты должен охотиться за лучшими вещами, которые можешь себе позволить. Авантюристы не знают, что будет завтра. И поэтому, тебе стоит всегда использовать лучшую броню и оружие – так ведь?

— Ага…

Он сделал очень хорошее замечание. Я не мог не согласиться.

Ничто уже не будет важно, если ты умрёшь. Я сбился со счёта, сколько раз слышал это от Эйны.

И я пообещал боженьке, что я её не оставлю. Скромность – это неплохо, но… гораздо важнее не делать больших ошибок, мне так кажется.

Какое-то время я размышлял, но в итоге решил принять предложение господина Вельфа.

К тому времени, как я сказал:

– С удовольствием приму вашу работу.

Господин Вельф улыбнулся от уха до уха и сказал:

— Почти на месте.

— Господин Вельф, могу я узнать, куда мы идём?

— В мою мастерскую.

Мастерскую? Похоже он взглянул через плечо и увидел замешательство, на моём лице, потому что начал объяснять.

Мастерская это место, в котором кузнец создаёт броню и оружие. Он сказал, что всё необходимое для моей новой экипировки уже там; горн, различные металлы и инструменты…

Оказывается, его "Паства" предоставила ему собственную мастерскую… Как и любому члену "Паствы Гефест".

— Разве иметь собственную мастерскую это не в порядке вещей?

— Сомневаюсь. Куда дешевле собирать всех в одном месте; и эффективней тоже.

— Тогда почему?

— В личной мастерской другие кузнецы не видят твоих техник. Мой путь – это "только" мой путь.

Наверное, какая-то из мыслей творца… Или, может в подобном заключается его гордость кузнеца?

Члены его "Паствы" его соперники. Наверное, работать в напряжённой обстановке это большой стресс.

— Вот только не начинай думать, что это какие-то мои грязные мыслишки. Так считает Всевышняя Гефест.

Усмехнувшись себе под нос, господин Вельф начал набирать скорость.

Теперь мы идём по Северо-восточной Главной Улице.

Большие и малые лавки с обеих сторон, с козырьками над входами. Магазины, продающие инструменты и детали, нигде не видно ни единого бара. Люди вокруг, одетые в разнообразные рабочие одежды, готовились к началу дня. Всего у нескольких были символы "Паствы" на одеждах, так что мне кажется, что большинство просто свободные рабочие. Рядом множество больших, похожих на коробки зданий… наверняка это фабрики.

Если я правильно помню, всё производство, связанное с магическими камнями сосредоточено неподалёку от Северо-восточной Главной Улицы.

Промышленный Район, так это называется.

— Тут поворачиваем.

Моё внимание привлёк дворф, который брёл по улице неся через плечо огромный древесный ствол, но я последовал за господином Вельфом.

Когда мы свернули с главной улицы, дорога стала гораздо уже. Уже утро, но солнечные лучи не достигли этого каменного переулка. Здесь довольно прохладно. Яркая голубая полоска неба вверху, выглядит очень притягательно.

Все здания сделаны из камня. Стоило мне подумать, что мы почти дошли до городской стены, как господин Вельф остановился.

— Ого…

Пройдя множество переулков, мы наконец оказались у цели.

Небольшое, одноэтажное здание оказалось прямо перед нами.

Отметины от огня и копоть покрывают каменные стены, но это выглядит как мастерская! Атмосфера настоящей кузницы пропитывает это место насквозь. Дымовая труба расположена в самом углу крыши. Всё здание выглядит по-своему притягательно.

— Наверное ты уже знаешь, но это место большая часть рабочих зовёт домом. И двух шагов не пройти, не увидев какую-нибудь мастерскую или фабрику. База моей "Паствы" расположена прямо за углом.

Для меня, разумеется всё это было в новинку. «О, вот как», сказал я, вращая головой, пытаясь рассмотреть всё получше.

Мастерская господина Вельфа довольно далеко от Главной Улицы. Это чем-то напоминает мне мой собственный дом, чуть темноватый и расположенный на самой окраине.

Металлические отзвуки слышны отовсюду… Я прямо ощущаю, что другие кузнецы уже заняты делом, и слышу, заодно.

Мало того, похоже, что "Паства Гефест" обеспечивает мастерской каждого своего члена.

Им всем приходится следить за мастерскими лично… но, всё же, это очень щедро.

— Чего встал как вкопанный? Проходи.

— А, конечно.

Я тихонько поблагодарил господина Вельфа, проходя за ним в мастерскую.

Первое, что было заметно это сильный запах железа. Господин Вельф открыл окна и тёмную комнату осветил утренний свет.

Огромный выбор разнообразных инструментов висел на стенах. Молоты, клещи, различные принадлежности… целое множество. Я никогда не видел ничего подобного раньше.

Огромная доменная печь располагается в углу, рядом со штукой средней высоты. Кажется, это называют наковальней?

В мастерской нет никаких разделяющих стен, одно большое пространство для изготовления оружия и брони.

Вот как выглядит мастерская кузнеца.

— Прости, тут слегка грязновато. Можешь пока не обращать на это внимания?

— Не беспокойтесь, меня это не волнует!

На самом деле, мне хотелось бы посмотреть на него в действии… Сгорая от любопытства, я осмотрел комнату снова.

Господин Вельф подвинул табурет и указал мне сесть.

— Для начала, мне нужно снять мерки, потом я смогу заняться всем остальным самостоятельно.

— Нужно снять мерки?

— Ага, я подгоню броню под тебя. Стыд и позор, если она не будет сидеть, как влитая, не так ли?

Продаваемая в лавках броня изготавливается на широкий круг форм тела и размеров, так что всегда есть места, которые давят или наоборот, свисают. Авантюристы сами справляются с подгонкой, но куда лучше использовать броню и оружие которые сидят идеально.

— Я подумываю сделать пару наголенников в схожем стиле. Какие-нибудь запросы, Белл?

— Эмммм, хммммм?..

— Если тебе нужна какая-нибудь часть экипировки, только скажи. Может ты чувствуешь себя голым без щита, или что-нибудь вроде этого… Если чего-то хочется, просто говори, сделаю что угодно.

Господин Вельф повернулся ко мне спиной, собирая со стены различные инструменты.

"Клик, клак." Я слышал, как он перекладывает инструменты на свой рабочий стол, пока сидел на стуле и напряжённо думал.

Кажется, я предпочитаю короткие клинки и лёгкую броню? Не хочу просить об одном и том же, но ничего другого мне в голову не лезет.

Хотя… не щитом, а нарукавником было бы неплохо обзавестись. Может попросить такой?

"Ого, какой огромный клинок…"

Краем глаза я увидел блеск. Я посмотрел в том направлении и увидел множество полок,

На них лежало несколько оружий. Наверное, одни из последних работ господина Вельфа.

В самой середине лежал меч, который напомнил мне то оружие, которое я использовал против Минотавра.

— …Господин Вельф, не зайду ли я слишком далеко, если попрошу попробовать вот это?

Он оказался прямо рядом со мной, держа в руках верёвку. Его глаза проследили за моим взглядом на огромный меч, лежащий на полке.

Это не декоративное оружие, но серебристое лезвие и форма клинка просто поражают.

Я уже говорил так о броне, которую ношу в Подземелье, но по этому мечу отчётливо понятно, что его создал господин Вельф.

— Это нисколько не «слишком», нет… Лавка отправила мне его обратно, потому что он не продался.

— Но м-мне бы хотелось им воспользоваться.

Я спросил, могу ли я сделать несколько пробных ударов. В его глазах виднелось отчётливое замешательство, но господин Вельф мне разрешил.

"Шин." Схватившись за рукоять и взяв этот меч с полки, я махнул клинком от пола до потолка, оставив размытый серебристый след. Я не мог не улыбнуться.

Я попробовал несколько боковых ударов. Он гораздо тяжелее кинжала, и я не могу точно рассчитывать свои движения.

— …

— ?.. Что-то не так?

Несколько раз махнув мечом, я заметил, что Господин Вельф застыл на месте.

Когда он наконец ответил, было заметно что его губы почти не двигались.

— Ты правда… не из-за магических мечей.

Че-? Я наклонил голову снова, пытаясь понять, правильно ли я расслышал. — А?

— Я даже и не представлял, что тебе окажется куда интереснее отбракованный товар, чем магический меч после того как мы сюда пришли.

Он выглядел счастливее с каждой прошедшей секундой. Я мог только невразумительно промычать в ответ.

Точно! Магические мечи Кротцо… Я так погрузился в изучение мастерской и этого оружия, что совершенно об этом забыл. Все рассказы неожиданно вернулись в мою голову.

Не знаю, что мне ответить, но господин Вельф неожиданно улыбнулся.

— Итак, что она тебе сказала? Твоя богиня… Что тебе рассказала Всевышняя Гестия обо мне?

— ?!

— Один из парней, которые работают в Вавиле мне рассказал. Молодо выглядящая богиня обо мне расспрашивала.

Кровь отлила от моей головы, когда Господин Вельф сказал об этом с ледяным спокойствием.

Он знал, что о нём выспрашивают за его спиной?!

— Я-я, мне очень жаль! Моя богиня не хотела ничего плохого, она просто… беспокоится обо мне… это всё моя вина!

— Я бы не меньше беспокоился. Кто-то из другой "Паствы" начинает работать с членом её собственной. Ей необходимо всё разузнать.

— Это не так плохо, да?

Господин Вельф говорил с беззаботной улыбкой. Похоже, его не волнуют расспросы.

Я вздохнул с облегчением.

— Я очень беспокоился что ты изменишь обо мне своё мнение… когда узнаешь. Прости что так тебя проверял, но мне хотелось убедиться.

Несмотря на улыбку он выглядел так, будто ему жаль.

…Значит он пытался проверить, спрошу ли я о магических мечах, когда представится возможность. Стану ли я использовать его умение в ковке таких мечей, чтобы такой себе получить.

Учитывая, что он из знаменитого рода Кротцо, он очень чувствителен к подобным просьбам.

Хах. Вот почему он меня спрашивал.

— Мы слегка отвлеклись от темы, поэтому я спрошу снова. Кроме большого меча, тебе что-нибудь нужно?

— А, да… эммм.

Я так толком и не понял, посмотрим. Может попросить короткий меч? Минутку, может эти полки с оружием мне что-нибудь подскажут.

Повернувшись спиной, я снова начал разглядывать оружие.

— …Эй, Белл. Я кое-что заметил, это ведь добыча у тебя на поясе?

— Э? Ааа.

Я посмотрел себе за спину через плечо, увидев, что Господин Вельф указывает на пояс, где был пристёгнут мой Божественный Кинжал и Рог Минотавра.

— Это… Да. Он остался от Минотавра… Почему-то я не могу его отпустить.

Обожжённый рог с пробивающимися красными пятнами. Не знаю, можно ли считать его талисманом, но я ощущаю, что продавать его было бы неправильно.

…Я не могу отвернуться от того, через что я прошёл, сражаясь с тем Минотавром.

По крайней мере, я должен оставить этот рог, как есть.

Впрочем, носить его просто так это бесполезно…

— …Почему бы не сделать из него что-нибудь?

— А?

— Использовать этот рог в качестве материала для экипировки. Я могу сделать чёртову прорву видов оружия из Рога Минотавра.

У меня глаза округлились.

Ну конечно! Прямой контракт – я приношу ему добычу из Подземелья, а он делает мне оружие!

Предложение Господина Вельфа прозвучало в моих ушах, как ангельская песнь. Так я смогу сохранить рог при себе, и добыча не пропадёт. Я очень быстро закивал.

— Да, пожалуйста!

— Решено, значит.

Я протянул Рог Минотавра господину Вельфу.

Он повертел рог в руках, осматривая каждый сантиметр.

— …Рога Минотавров красного цвета?

— Что вы имеете в виду?

— Не бери в голову, не важно… отличная форма и он прочнее чем обычно. Чуток обработки, закалка и заточка и из него выйдет отличный клинок…

Господин Вельф, смотря на рог загорался всё сильнее и сильнее.

Вздохнув и сведя брови, он отвёл взгляд от рога, чтобы посмотреть на меня.

— Белл. Можешь мне довериться? Я не хочу никуда торопиться в работе.

— К-конечно. Я не кузнец, так что всё равно ничего подсказать не могу…

— Спасибо, это поможет. Поскольку рог только один, варианты нового оружия ограничены…

Один короткий меч или два ножа.

Вот «меню» из Рога Минотавра, которое предложил мне господин Вельф.

Ещё он сказал, что перековка в короткий меч сделает клинок очень тонким, так что порекомендовал последнее.

Божественный Кинжал хорош, но мой второй нож предоставлен Гильдией… самое время обзавестись новым. Не думаю, что оружие низшего ранга можно будет использовать против монстров серединных этажей.

Отличная возможность для улучшения. Я использую нож уже два месяца, так что избавиться от него неплохое решение.

Я попросил господина Вельфа сделать ножи.

— Хорошо, тогда поступим так. Один я сделаю сейчас, а остатки мы используем, когда я выучу Ковку. Подожди и увидишь, как я с этим справлюсь!

— Ха-ха-хах…

В глазах господина Вельфа горел возбуждённый огонёк, так что я не мог не посмеяться над таким энтузиазмом.

Когда мы условились, он не стал терять времени и приступил к замерам. Схватив ленты для замеров и различные инструменты из металлического ведра господин Вельф снял с меня все мерки.

Он попросил меня скинуть ботинки и потратил огромное количество времени на изучение формы моей ноги.

— Можешь идти домой, когда я закончу с замерами.

— Эм, господин Вельф, насчёт этого…

— Да?

— Вы не против если я понаблюдаю?.. — спросил я, пока он работал с моей ладонью, решая, как подогнать рукоять оружия.

Я хочу увидеть, как работает кузнец и как куётся новое оружие. Я долго сюда шёл и это подогрело мой интерес. Пока господин Вельф снимал мерки я пытался представить процесс работы.

Господин Вельф не знал, как мне ответить. «Ты странный малый», - сказал он, наклонив голову. Но он согласился, позволяя мне остаться.

Я пообещал, что не буду ему мешать. Не знаю, в том ли дело что во мне загорелось любопытство, но мои щёки покраснели.

— Здесь будет чертовски жарко; тебе бы снять броню.

— Эм, конечно.

Не понимая, что именно он собирается делать, я последовал его указанию.

Оставшись в рубашке и штанах, я сложил броню в углу мастерской, а повернувшись, увидел, как господин Вельф, стоит у печи и… зажигает огонь.

— Ч-что вы делаете?

— Раскаляю добычу.

— Вы собираетесь сжечь рог монстра?!

Я вскрикнул от удивления, несмотря на обещание не вмешиваться в процесс, данное несколько секунд назад.

Рога животных – это же кости, не так ли? Что же, я не слишком уверен… но они же превращаются в пепел, на огне?..

— В рогах и когтях монстров содержится нечто похожее на металл.

— Металл?..

— Ага. Слышал когда-нибудь об адамантите?

Адамантит… кажется я уже где-то о нём слышал, но ничего выразить не могу.

Думаю, я понимаю только, что это очень редкий металл…

— Адамантит можно найти только в Подземелье. Когда разговор заходит об изготовлении оружия, ничего лучше не найти. Очень прочная штука.

— Его находят в Подземелье?

— Ага. Иногда куски просто падают со стен, как монстры. Но так бывает только когда рак на горе свистит. Изредка я слышал, как его находили на верхних этажах, но большая часть добывается глубоко внизу.

Его можно получить только в Подземелье… значит этот металл можно найти только в Орарио.

Получается, адамантитовое оружие – это особенность Орарио. Поскольку его очень сложно получить, его ценность заставляет магические камни рыдать в сторонке.

— …Получается, что в рождённых Подземельем монстрах есть адамантит?..

— Вот тут ты попал прямо в точку. Именно. Вот только он не настолько чистый, как падающие из стен куски. Он не такой прочный.

Получается, не так странно что на рождённых в подземелье монстров оказывает влияние этот материал.

Господин Вельф сказал мне что в когтях и клыках не так много адамантита, но это идеальный материал для оружия.

…Этот рог. Этот рог разбил прочный меч в бою.

— У Рогов Минотавров также есть металлические свойства. Распалив их до правильной температуры можно менять их форму по желанию.

Ладно, теперь я понял. Он собирается раскалить Рог Минотавра так, чтобы его можно было перековать, как кусок металла… Это первый шаг.

Я представил себе красный рог. В моём представлении он казался куском конфеты.

После этого господин Вельф взялся за различные инструменты, будто собирается работать с металлом.

— Прости, что приходится тебя просить, Белл. Не мог бы ты открыть дверь и все ставни?

— К-конечно.

Господин Вельф повязал полотенце вокруг головы, говоря о своей просьбе.

Я прошёл по мастерской, открыв каждое окно и дверь.

Повернувшись, я увидел, что господин Вельф начал подгонять жар и раскалять пламя. В основании печи лежит камень, тоже добыча из монстра, он называется Адским Камнем… Пламя, которое он может создать такое горячее, что обычным людям такой жар попросту не нужен.

— Как и адамантит, этот рог не поддастся, пока не нагреть его правильно.

Продолжая говорить, господин Вельф не сводил взгляд с доменной печи.

За считанные мгновения ревущее пламя вырвалось из камня и печь заполнило пламя. Волна жара окатила меня мгновеньем позже. Я стоял достаточно далеко, но начал потеть. Даже представить себе не могу, что бы со мной было, останься я в броне.

Господин Вельф сосредоточился на поддержании температуры в печи. Я сел на стул и наблюдал за происходящим.

Утро в самом разгаре. Не думаю, что прошёл даже час с того момента, как я получил обед от Силь. Наверняка в Башне Вавил сейчас толпы авантюристов, спускающихся в Подземелье.

А я сижу в тёмной комнате, где-то на задворках города, в которой единственным источником света служит доменная печь.

Она стоит перед огромным горном, её красный очаг широко открыт, всё происходящее кажется таким таинственным.

Я видел только часть лица господина Вельфа, но всё его внимание было направлено на только на танцующие в печи языки пламени.

— Кажется у тебя что-то вертится на языке.

— А?!

— Давай, спрашивай. У нас прямой контракт. Не хочу никаких секретов.

Следующие мгновенья прошли в тишине. Его подготовка завершилась, господин Вельф отвернулся от печи и посмотрел на меня.

Я замер на месте, поражённый его неожиданной просьбой… Как он вообще понял?

У меня нет какого-то определённого вопроса, но я и правда хочу кое-что узнать. Каждый раз, когда я слышал рассказы о господине Вельфе, моё любопытство возрастало, так что, если бы я не был осмотрителен, мог бы что-нибудь ляпнуть. Похоже, я пойман с поличным.

От него веяло дружелюбием. Лёгкая улыбка на губах. Я видел в его глазах доверие… по крайней мере, мне так показалось.

Я сглотнул стоящий в горле ком и сделал первый шаг к попытке получить ответы от господина Вельфа лично.

— Почему вы не… Почему вы не делаете магические мечи, господин Вельф?

Его радость, когда я стал его клиентом ещё свежа в моей памяти.

Если бы он делал магические мечи, у него было бы гораздо больше клиентов и денег чем от такой работы.

Его фамилия прославлена, это привлекает множество людей. Такова сила фамилии Кротцо.

Я должен понять, почему он этим даже не пользуется.

— Что же, причин несколько, но…

Его рот скривился, а взгляд вернулся на огонь в печи.

— Я ненавижу магические мечи.

Он начал объяснять причину, по которой он их так презирает.

— По правде говоря, я говорил тебе что мои работы не продаются, но у меня была гора клиентов… точнее, до сих пор есть.

— Э?..

— Всё так просто, что меня воротит. Все эти люди видя мою броню и оружие в лавках, видят только подпись «Кротцо» … Они оббивают мой порог, умоляя меня сделать им магический меч.

Господин Вельф нагнал больше воздуха в печь, используя устройство у себя под ногами.

— Им нисколько не интересна моя работа, только магические мечи, магические мечи, магические мечи… Все кроме тебя просят меня только об этом. Я осознаю и понимаю, что я неопытен, но… знаешь. Это больно.

Небольшие морщинки появились под его ртом, а мрачность его лица подчёркивалась алыми и оранжевыми отблесками.

Магический меч достаточно могущественен, чтобы сжечь целое моря, возможно сильнейшее оружие. Все приходят за магическими мечами Кротцо, а не за бронёй и оружием господина Вельфа.

Ни один покупатель не смотрит на его работы даже краем глаза… Все они видят только ценность наследия Кротцо?

Они ищут только магические мечи.

— Эм, господин Вельф… Как вы, эм, ну, знаете…

— А, ну по наклонной всё пошло довольно быстро. Много криков вроде «Потеряйтесь, ублюдки!» и «Да кто вообще будет ваши запросы слушать?!», в общем я всех прогоняю.

— Ха-ха-ха…

Я не мог подобрать слова; я мог ответить только пустым смехом, но я всё осознаю. Я понимаю.

Он зол на людей, которые не уделяют его броне и оружию никакого внимания. Что же, отчасти он возможно зол на кровь Кротцо, текущую по его жилам.

Я слышал, что он сказал и понял это… Но.

— Эм… это единственная причина?

Думаю, есть что-то ещё.

Он сказал, что ненавидит магические мечи, и это должно означать нечто большее.

— …

Ответ пришёл не сразу.

Отведя взгляд от печи господин Вельф подошёл к своему рабочему столу и посмотрел на Рог Минотавра. Взяв в руки стамеску и молоток, он принялся разбивать добычу надвое.

После примерно пятидесяти звонких ударов Рог Минотавра наконец разделился на две части. Отложив большую часть в сторону, он подошёл с меньшей к печи и сел.

— Ты знаешь, почему семья Кротцо может делать магические мечи, Белл?

Особым инструментом он взял часть рога и погрузил его в самое сердце пламени.

— Я не… — ответил я, смотря за каждым шагом изготовления оружия.

— Был однажды обычный человек с фамилией Кротцо. Это он положил начало нашей династии. Мы зовём его Предок. Всё это случилось до того, как спустились боги.

Времена, до того, как боги спустились в наш мир называются «Старой Эрой». Эта эпоха закончилась около тысячи лет назад.

История семьи Кротцо началась так давно?! Ого…

— Считается что Предок был неудачливым кузнецом. Ничего не продавалось. И, разумеется, магические мечи он делать не умел. При этом, никто не сомневается, что он начал наш род.

Тяжёлый вздох.

— Предок, рискуя своей жизнью спас члена магической расы от монстра.

— Магической расы?..

— Фею.

— Чегооо?! — у меня голос сорвался от удивления.

Господин Вельф ухмыльнулся, увидев такое удивление на моём лице и продолжил с большим энтузиазмом.

— Фея сделала всё, чтобы спасти жизнь того человека, который лежал на земле истекая кровью. Она отсекла часть своего тела и дала Предку свою собственную кровь.

— З-значит род Кротцо?..

— Ага. В наших жилах течёт кровь фей.

…Феи.

Нимфы, духи, элементали, джинны… У этой таинственной расы множество имён. Их численность очень мала в сравнении с численностью других рас.

«Самые любимые из детей». «Потомки самих богов».

У людей и полулюдей множество историй о представителях этой расы, но в целом, считается что феи ближайшая раса к самим богам.

— Предок полностью восстановился, будто ничего и не было. Чудо из чудес. Однако, после того дня он овладел магией, несмотря на человеческое происхождение… и смог делать магические мечи.

У фей столько способностей что остальные расы меркнут в сравнении с ними.

Они используют магию, как эльфы. Они могут управлять пламенем, призывать ветер, создавать целые пруды в глубинах леса и даже создавать из ничего ценные металлы.

Можно сказать, что их сила соперничает с силой богов.

Точнее, они могут творить чудеса.

— Получается, получается семья Кротцо стала семьёй героев?..

— Хах, ничего подобного. Хорошо это, или плохо, Предок был обычным городским жителем.

Феи появляются во множестве историй, особенно это касается историй о героях – а также во многих других историях, основанных на реальных событиях. Дедуля мне об этом говорил.

Феи в таких историях используют свои милы чтобы направить юных героев, иногда одалживают свои силы и используют свои чудеса, чтобы помочь им выполнить своё предназначение, когда приходит нужное время.

Обычно они обучают героев магии или вручают ему магический клинок, что похоже на историю господина Вельфа. Я даже слышал о фее, которая обратила своё тело в оружие.

Феи играют большую роль в героических деяниях главных персонажей различных историй, а иногда вмешиваются напрямую.

В добожественные времена, привлечь на свою сторону фею это всё равно что получить Фалну в наши дни.

— Предок умер от старости, но его кровь передалась потомкам. Возможно магия фей очень сильна, поскольку она действует и сейчас, спустя более чем тысячу лет. Боги и богини, которые наблюдали за всем с небес могут подтвердить, что я прямой наследник.

Считается что как только боги спустились в этот мир, феи стали чаще контактировать с другими расами. Впрочем, большая часть всё равно нас избегает. Не знаю, дело в том, что они слишком гордые или в том, что они капризны.

Гномы – это также раса фей, которой неплохо живётся среди нас. Они выглядят как старые мужчины и женщины, но их знания о драгоценных камнях и ценных материалах стали важной частью нашего общества.

Благословения от богов и богинь сделали фей менее влиятельными чем в Старую Эру. Однако, их таинственность по-прежнему привлекает людей и полулюдей.

— Несмотря на то, что в жилах первых поколений после Предка также текла кровь фей, использовать этого в полную силу они не могли… Так было, пока Кротцо не получили благословение богов. Это всё изменило.

— …Навык?

— Ага. Тот, который позволяет делать магические мечи. Каждый член семьи его получает вместе с благословением богов. Это в порядке вещей.

Скрытый потенциал пробуждается как только член семьи Кротцо получает Фалну.

Даже по прошествии такого огромного количества времени это работает.

— Малютка Лил уже рассказывала, что было дальше. Магические мечи – это одно из самых сильных оружий, и семья Кротцо начала продавать свои работы королю.

Господин Вельф объяснил, что как его семья стала благородным родом.

Если подвести итог, Предок использовал кровь феи, дарованную ему чтобы делать магические мечи, прежде чем появилась возможность использовать Фалну. Но род Кротцо стал известен как род кузнецов, кующих магические мечи потому что… их кровь была ключом к способности создавать могущественное оружие.

Источник славы Кротцо заключается в их наследии.

— После наш род жил, творя что ему вздумается. Их мечи принесли армиям короля несравненную силу; благодарности короля и награды за работу лились рекой. Мой род ел самые дорогие деликатесы, запивая их самым дорогим элем… Кузнецы обленились – о чём они тогда вообще думали?

Недовольство господина Вельфа слышалось в тоне его голоса, он не сводил взгляда с пламени.

Повисло молчание.

На какое-то время единственным звуком в кузнице был треск пламени в печи.

— …Кротцо стали самодовольны. Они забыли, что должны быть благодарны за всё крови фей, текущей в их жилах. Они начали считать, что навык их сила, что магические мечи их привилегия… Ослеплённые жадностью они продолжали делать их всё больше и больше.

— …Так наш род пришёл к проклятью.

Господин Вельф сказал эту фразу очень отчётливо.

— Использовавшее магические мечи Кротцо королевство вело войну за войной… заслужив тем самым ярость эльфов и спалив их родные леса…

— Я-я знаю.

— Так получилось, что они вызвали ненависть не только эльфов, но и феи, которую спас Предок.

— ?!

— Феи любят единение с природой. Они окружают ей себя. Магические мечи дробили их горы, испаряли их озёра, сжигали их леса… Как и эльфы, феи также были изгнаны из своих домов.

Это очень похоже на обиду эльфов, о которой рассказала Лю.

Неужели Магические Мечи Кротцо сделали и фей кровными врагами, которые мечтают отомстить Королевству Ракия?

— Эльфы обратили свою ярость против страны. А феи начали обвинять во всём род Кротцо.

— …

— И тогда, прямо перед очередной битвой, ничем не отличавшейся от других, магические мечи, без каких-либо предпосылок испортились. Свежие, только скованные и ни разу не использованные мечи. Разумеется, без своего величайшего оружия королевство проиграло битву.

— Это сделали феи?

— Я уверен, что так. Одновременно с этим, Кротцо потеряли свои способности ковать магические мечи. Они были прокляты феями.

Так вот что значит эта история о проклятье?..

И когда мои плечи успели так напрячься?

— Королевство проигрывало снова и снова. Во всём обвинили род Кротцо и отобрали благородный статус. Вот так и случилось падение в немилость. К тому времени, как я был рождён, от старой славы не осталось ничего.

С небес прямиком в ад. Что посеешь, то и пожнёшь…

Это объясняет почему семья Кротцо пала.

Но, стоп. Секундочку…

— Вы сказали, что Кротцо больше не могут делать магические мечи, так? Но я слышал, что вы можете, господин Вельф?..

— Ага. Могу. Почему не знаю.

Может проклятье больше не действует, может феи были удовлетворены своей местью. А может в господине Вельфе есть нечто особенное.

Какова бы ни была причина, одно ясно наверняка:

Сейчас он единственный Кротцо способный делать магические мечи, но господин Вельф сбежал из дома и разорвал связи с родом Кротцо… Он сказал, что он простой путешественник, когда его встретила Всевышняя Гефест.

— Насколько я знаю они пытаются восстановить род Кротцо, но я благодарен своему старику за то, что он научил меня всем этим техникам ковки. Благодаря ему я узнал радость от создания полезных вещей.

Моё тело будто потеплело. Я совсем потерял счёт времени, но господин Вельф, судя по всему, понимал, что происходит. В нужный момент он вытащил добычу из доменной печи и положил его на наковальню.

Несмотря на то, что часть Рога Минотавра осталась той же формы, казалось, что она в любую секунду расплавится, настолько красным было исходящее от неё свечение.

— Может дело в том, что я этого не ненавидел. Я любил помогать в мастерской, работать со своим стариком и использовать его инструменты. То чувство, когда я впервые ударил по металлу… — сказал он таким тихим голосом, что мне пришлось прислушиваться.

До моих ушей донёсся шипящий звук.

— Вот только… стоило им понять, что я способен делать, мой старик тут же вынудил меня изготовить магический меч. Он сказал, что это вернёт роду Кротцо славу.

Господин Вельф тяжело вздохнул и взялся правой рукой за молот.

Его губы стали прямой линией, глаза сфокусировались.

Впервые я увидел его таким – лицо господина Вельфа за работой.

Я затаил дыхание.

— …Сделать "устройство", которое понравится королю, вот что он сказал, но кое-что он упустил.

Спустя мгновенье господин Вельф с силой ударил молотом по Рогу Минотавра.

— Это не одно и то же. Оружие таким быть не может, даже не близко.

Звук удара металла о металл волной пронёсся по комнате. Началась ковка.

Господин Вельф бил по рогу своим молотом, будто вкладывая в материал свои мысли.

— Ни одно устройство, даже такой политической важности, не будет таким как оружие, оружие, оно становится частью владельца.

Серия быстрых, более точных ударов, эхом прозвучала в мастерской.

Вся сила, которую он получил в Подземелье, делала удары сильнее, чем удары обычного человека.

— В каком отчаянном положении человек бы не оказался, он всегда может положиться на своё оружие. В тот момент, когда берёшься за рукоять, оружие становится продолжением руки.

Он начал чередовать сильные удары молотом с быстрыми, ритм звуков менялся с каждой секундой.

Материал становился длиннее с каждым сильным ударом; быстрые придавали форму.

Он не ждал от меня ответа. Он просто продолжал говорить, придавая новую форму раскалённому предмету на наковальне.

— Кузнецы должны делать оружие, которое выдержит.

Из него вырывалась его тяга к надёжному оружию и броне. Господин Вельф будто бы был охвачен своим собственным пламенем.

Истинная приверженность своему делу.

— Мы встречаем раскалённый металл своим огнём. Оружие можно сделать только, вложив всё что есть, без остатка. Что будет, если выложиться не на полную? Если не вложить в него свой пот и кровь? Что если мы забудем о своих собственных амбициях?

Господин Вельф бил, будто вкладывая в каждый удар целый мир.

Его кровь кипела, будто он был одержим чем-то незримым.

Интересно, что он видит в раскалённом куске металла…

— Я ненавижу магические мечи. Они всегда ломаются раньше владельца.

Снопы искр, красноватые отблески света.

Капли раскалённого металла отлетали от рога с каждым ударом. Они оседали на чёрном плаще Господина Вельфа и на полу. Интересно, у его плаща какие-то защитные свойства, как у брони авантюристов…

Стоп, вот же оно.

Его чёрный плащ такой формы, потому что это рабочая одежда.

Чёрный цвет и поношенность – это доказательство упорного труда, и того, что изготовлено в этом плаще было немало.

— Я всем сердцем презираю магические мечи. Подобная сила развращает людские души. Гордость владельца, гордость кузнеца – всех и каждого. По крайней мере, так делают Магические Мечи Кротцо.

Всемогущие магические мечи разрушают своих создателей.

«Проклятые кузнецы магических мечей.»

Думаю, я наконец понимаю значение этих слов.

— Я не стану делать магический меч. А если и сделаю, никогда не выставлю его на продажу.

Пот выступил на лбу господина Вельфа, когда он в очередной раз поднял молот.

Прозвучала ещё серия ударов. Мастерская утонула в звонкой мелодии столкновений металла с металлом.

Я был так погружён в этот спектакль, что забывал вытереть пот с лица.

Когда я впервые вошёл, в нос мне ударил запах металла.

Он был так силён, что мне хотелось зажать нос. Но теперь это в прошлом.

Я смотрел как господин Вельф раз за разом бьёт по рогу.

Я выглянул наружу и увидел вечернее небо. Уже почти стемнело.

Только сейчас, господин Вельф почти закончил с работой.

— …Вот, вроде и всё.

— Ого!..

Господин Вельф отошёл от угла мастерской, неся в руках небольшую коробочку. Он поставил эту коробочку на свой верстак.

Я опёрся на скамью и увидел тёмно-красный клинок.

Лезвие клинка было таким тонким, что я почти различал вещи сквозь него. Он немного короче Божественного Кинжала. Его цвет почти идеально совпадал с Рогом Минотавра.

Рукоять тёмно-бордового цвета кажется была подогнана под мою руку.

— Э-это… это… он очень, очень хорош!..

— У меня был отличный материал. Из всех моих работ, эта, должно быть, самая лучшая.

Господин Вельф улыбался от уха до уха, довольный выкованным оружием.

Он выразился скромно, но я заметил, что в его глазах горит огонёк гордости. Наверняка он не стал бы использовать слово «лучший», если бы это было не так.

Я снова и снова кланялся, выражая свою благодарность.

— А… прости. Не было времени на ножны. Я подготовлю к завтрашнему дню специальные, возьмёшь обычные на сегодня?

— К-конечно, разумеется! Вообще-то, не нужно так торопиться… уже поздно.

— Хах, лучше закончить с работой, пока ничего не остыло. Так устроен металл. — сказал господин Вельф разминая правое плечо.

"Наверняка так говорят кузнецы. Стоп, он же и есть кузнец." Я скривился, проследив за своей же мыслью.

"Интересно, все кузнецы такие же люди, как господин Вельф." Представления о ежедневной жизни кузнецов пронеслись в моей голове, когда я позволил себе задуматься.

— Теперь этого парня неплохо было бы назвать.

Господин Вельф наклонился над ножом и пристально посмотрел на тёмно-красный клинок.

Его глаза были прищурены, и он чесал лоб правой рукой.

Никогда не видел, чтобы кто-то так сильно сосредотачивался… Его рот медленно открылся и произнёс.

— Молодой Бычок, Ушивакамару… НЕТ, Ножебык, Минотан.

— Стоп, стоп, стоп, стоп, стоп, стоп, СТОП! Первое же гораздо лучше?!

— А? Тебе больше нравится Ушивакамару, Белл?

— Я даже сомневаться в этом не хочу!

Я говорил так живо, что у меня изо рта, прямо на господина Вельфа брызнула слюна.

Я попытался убедить его остановиться на первом названии. «Ну ладно…» сказал он с грустью в глазах, но согласившись.

— Хорошо, можешь забирать.

— Спасибо вам большое, господин Вельф!

Я схватил ножны с одной из оружейных полок, а господин Вельф взял в руки нож.

Я поблагодарил его ещё раз, и попытался взять нож… Жух! Неожиданно клинок оказался у моей груди!

— Ээээ? — Я раскрыл рот от удивления.

— Вот так-то.

— З-за что?

— Ты в последний раз так ко мне обращаешься.

Его слова заставили мои глаза только сильнее округлиться от удивления.

— Мы знаем друг друга недавно и не могу сказать, что доверяем друг другу полностью, но называй меня как-нибудь, как я называю Малютку Лил.

— Как-нибудь по-дружески. — добавил господин Вельф – нет, Вельф – с улыбкой на лице.

Я улыбнулся ему в ответ.

— Замётано, Вельф.

Он перехватил нож за лезвие, протянув мне рукоять, которую я принял.

аем друг друга недавно и не могу сказать, что доверяем друг другу полностью, но называй меня как-нибудь, как я называю Малютку Лил.

— Как-нибудь по-дружески. — добавил господин Вельф – нет, Вельф – с улыбкой на лице.

Я улыбнулся ему в ответ.

— Замётано, Вельф.

Он перехватил нож за лезвие, протянув мне рукоять, которую я принял.

----------

Эпилог. Новая сцена

В тот день в Гильдии было как обычно шумно, множество авантюристов сновали туда и сюда.

Однако, ни шаги, ни голоса не проникали в комнату для консультаций, в уголке приёмной.

Белл и Эйна сидели друг напротив друга, по разные стороны стола в звуконепроницаемой комнате.

— Кротцо? Я могу ошибаться, но, кажется он из той семьи кузнецов?..

— Так и есть… Значит, они действительно настолько известны?

— Думаю, что так и есть. Когда авантюристы или люди в Орарио слышат фамилию Кротцо, это первая семья, приходящая на ум.

Прошла неделя с того времени как Белл получил новое оружие и сейчас делился информацией со своей советницей. Эйна натянуто улыбнулась, слушая о новом партнёре Белла и прямом контракте с кузнецом. Одного имени юноши было достаточно, чтобы разговор перешёл в новое русло.

— Но, это удивляет.

— М?

— Что кто-то с фамилией Кротцо в Орарио. За столько времени он должен был стать знаменит в городе. Именитые кузнецы не те люди, которые остаются в безвестности слишком долго.

Причина, по которой Вельф не прославился предельно проста: он отказал всем клиентам, которые пришли за магическими мечами.

Проще говоря, очень сложно принять Вельфа за члена рода Кротцо, раз он не делает магические мечи. Люди, которым известна правда принадлежат к "Пастве Гефест". Клиенты же, которым неизвестна эта часть истории относятся к Вельфу как к «фальшивому» Кротцо.

— Кротцо, который не делает магических мечей бесполезен, — из-за людей, которые уходили от Вельфа с такими словами, слухи о его существовании никогда не разносились по городу.

Несмотря на то, что Эйну это никак не трогало… Беллу было грустно что большинство людей, заслышав фамилию Кротцо думают только о магических мечах.

— Прошу прощения, но нам следует вернуться к нашему разговору.

— А, да… Итак, могу я их увидеть?

Меняя тему, Белл напомнил Эйне зачем он сегодня пришёл.

Неожиданно разволновавшаяся Эйна поднялась, её лицо было сосредоточенно.

Белл встал следом. Повернувшись спиной к девушке, он снял броню и рубашку.

Белл Кранелл

Уровень 2

Сила: G-267

Защита: H-144

Проворство: G-288

Ловкость: F-375

Магия: H-189

Удача: I

— …

Челюсть Эйны упала, когда она увидела Характеристики Белла. Её губы несколько секунд дрожали, прежде чем она смогла прикрыть рот.

Прошло всего десять дней с того момента как парень поднял второй уровень. Несмотря на это, его самая высокая характеристика достигла уровня F, на три уровня выше чем нижняя планка, I.

Сколько ещё барьеров он сокрушит прежде чем успокоиться?

Белл надел свою рубашку обратно и сел. Он подумал, что сейчас самое время задать вопрос, который горел в нём с самого начала встречи.

— Моя боевая группа состоит из троих человек. Мы ведь можем спуститься на средние этажи?

Рубиновые глаза Белла горели решимостью, он смотрел Эйне прямо в глаза. Его готовность застала девушку врасплох, Эйна сделала глубокий вдох, чтобы успокоиться и прикрыла глаза.

Первые два этажа Серединной Крепости, тринадцатый и четырнадцатый рекомендуются для авантюристов второго уровня с характеристиками от I до H. Это значит, что параметров Белла более чем достаточно для охоты.

Оставшиеся участники группы – это кузнец первого уровня и помощница с очень низкими характеристиками. Может официально это и построение из троих человек, но оно очень не сбалансированно. На самом деле, на тринадцатом этаже монстры не так сильно отличаются в силе от двенадцатого. Монстры вроде твердобронников обитают и на средних этажах.

Если группа Белла не станет заходить слишком далеко, опасность, что их уничтожат на тринадцатом и четырнадцатом этаже невелика.

Их боевая группа достаточно сильна, чтобы получить разрешение на вход в серединные этажи.

— …секундочку.

Эйна открыла глаза и покинула комнату для консультаций.

Белл какое-то время стучал большими пальцами, а вскоре Эйна вернулась. Она несла в руках три листа бумаги, похожие на какие-то билеты.

— Белл, возьми.

— Это…

— Это купоны на шерсть саламандры. Покажи их в Башне Вавил и получишь скидку.

Увидев замешательство на лице Белла, Эйна объяснила подробнее.

— Я даю разрешение охотиться на серединных этажах. Но только при одном условии: Вся твоя группа должна быть одета в шерсть саламандры.

— Ш-шерсть саламандры?

Эйна наклонилась вперёд, её палец был у лица Белла. Когда Белл отвечал, по его щеке скатилась капля пота.

— Это ткань, в которую вложена духовная защита. Без неё вы даже думать не должны о спуске на средние этажи. Я выразилась понятно?

— О-очень понятно!

Тонкие брови полуэльфийки расслабились, она вернулась на своё место.

— Белл, я запрещаю тебе заходить далеко. Ты обязан вернуться при первом же признаке опасности. Обещаешь мне это?

— …Да, мэм.

Белл кивнул в ответ на пристальный взгляд изумрудных глаз Эйны.

Эйна хотела, чтобы он осознал тревогу, которая приходит от незнания, что ждёт на средних этажах.

Она некоторое время молчала, чтобы её слова были обдуманы.

— Постарайся.

Наконец Эйна искренне улыбнулась Беллу.

Белл покинул Гильдию и направился в Подземелье, где его уже ждали друзья, а улыбка Эйны врезалась в его память.

— РугуяААА?!

Алый развод и сереброгрив безмолвно лежит на полу.

Красноватое свечение исходит от тёмно-красного кинжала, лежащего в левой руке Белла. Он разрезает туман Подземелья, как факел разрезает тьму.

Ощущая, что новый монстр рвётся к нему из этого плотного тумана, Белл, не теряя времени подготовил Кинжал Гестии для удара.

— Хьяяяя!

— ГЕЕЕЕ?!

Избежав первого удара скоростью, которая находится за пределами первого уровня Белл рубанул свою цель быстрой контратакой.

Бес вскрикнул от боли прежде чем его тело ударилось о покрытый травой пол.

— Туман заканчивается!

Белл услышал голос Лили в стороне, сквозь такой плотный туман, что десятый этаж казался прогулочным парком.

Они достигли места назначения на двенадцатом этаже: комнаты, которая соединяет этот этаж с тринадцатым.

Туман наполняет лишь половину квадратной комнаты. Как только они подойдут к выходу, ничто не будет ограничивать зрение.

Полурослики известны своим отменным зрением и Лили попала в точку. Они действительно приближаются к месту назначения.

Топ-топ-топ. Все трое шли достаточно близко чтобы слышать шаги друг друга по траве. Вельф оставался неподалёку, боясь отделиться от группы, пока они продвигались дальше.

— !

Белый туман улетучился будто дым, когда они вышли на открытое пространство.

Орда монстров показалась Беллу, как только он смог осмотреть комнату. Задняя стена выглядела как нагромождение булыжников друг на друга, за спинами зверей.

Остальные стены до этого места были желтоватыми, но сейчас их место заняли камни пепельного цвета, стоящие друг на друге. Огромная дыра была прямо в центре этой стены.

…Вот оно!

Вход на средние этажи.

Тук, тук. Стук сердца Белла отдавался в ушах.

— Хааа!

Парень оставил Вельфа и Лили позади, побежав вперёд.

Игнорируя предупредительный рёв монстров Белл использовал свою Ловкость чтобы с лёгкостью через них прорваться.

— ?!

Один удар его красного ножа и твердобронник обратился в пепел.

Несмотря на то, что Белл целился чуть ниже груди монстра, удар породил волну, которая прошлась по магическому камню монстра и уничтожила его.

— Молодой Бык, Ушивакамару.

Нож примерно пятнадцать сантиметров в длину. Сделан Вельфом из Рога Минотавра, удары им отличаются от точных разрезов Кинжала Гестии, этот нож практически уничтожает всё на своём пути своей мощью.

Алые и фиолетовые разводы пробивали путь вперёд.

Белл совместил свою Ловкость с атаками двумя клинками, оставляя после себя след из мёртвых монстров.

— Вот так это делается… Да, чёрт подери!

— Хегьяяяя?!

Вельф также двинулся вперёд с длинным мечом на своём плече. Видя Белла, прорывающегося сквозь вражеские ряды с его оружием в руках, Вельф улыбался. В этот же момент Белл отправил ещё двух бесов на землю ударами с разворота.

— ОООУУОООООООО!

— Поиграть пришёл, да!..

Пол сотрясли шаги огромного тела, появившегося из тумана.

Вельф повернулся чтобы сразиться с орком в руках которого было естественное оружие.

— …КИИИИИ!

— ?!

Но целый хор пронзительных криков достиг его ушей прежде чем юноша успел подойти к орку.

Эти крики исходили от Плохих Летучих мышей, прямо над головой.

Вельф был дезориентирован этими криками монстров, и встал на колено, пытаясь успокоиться.

Орк, не теряя времени воспользовался возможностью и занёс дубину над Вельфом.

— Сударь Вельф?!

— !

Лили вскрикнула, предупреждая Белла о том, что происходит за его спиной. Парень тут же понял насколько велика опасность и поспешил на помощь.

Поскольку монстры перегородили Вельфа, Белл не мог прицелиться. Вспышка бы не помогла.

Спустя мгновенье решение было принято.

Оттолкнувшись ногами от земли, парень запустил себя в орка, собравшись ввязаться с монстром в ближний бой.

— Лили, меч!

Голос Белла прорвался сквозь хаос.

Лили поняла, что Белл собирается предпринять.

Она выскочила вперёд, её руки взялись за рукоять меча, которая торчала из её рюкзака.

Надавив девушка перевела рукоять меча в сторону. Оружие по-прежнему плотно сидело в рюкзаке. Клинок, длинной с рост Лили торчал со стороны, их совместная тень на траве казалась знаком плюс.

Подбежав к траектории полёта Белла, девушка повернулась спиной.

Белл схватился за рукоять, вытаскивая серебристый меч из рюкзака Лили как из ножен.

— !!!

Полная скорость.

Дубина орка уже почти опустилась на голову Вельфа, когда Белл на полной скорости ворвался в бой.

— ООООУУУУ!!!

— ХААААААА!!!

Удар орка направленный сверху вниз был перехвачен встречным ударом наверх Белла.

Меч отразил атаку орка, при этом разрезав надвое естественное оружие монстра.

— БУБЕЕЕ?!

Удивлённый крик.

Зрачки орка округлились от удивления, когда монстр увидел, что его мощная атака провалилась.

Скорость и инерция Белла слились в атаку, которой было достаточно чтобы напрямую отразить мощь монстра.

Вельф использовал это мгновенье чтобы нанести свой собственный удар и перепрыгнул пригнувшегося Белла. Перевернувшись в воздухе, он отделил голову орка от плеч одним широким взмахом.

— …Прости за это.

— Всё в порядке… Мы же друзья, да?

Вельф почесал затылок, а Белл улыбнулся и кивнул.

Глаза Вельфа округлились, и он неожиданно стал очень серьёзен.

Неожиданно: "Тван! Плюх!"

Прицел Лили был точен, её стрела пронзила плохую летучую мышь, которая тут же рухнула на пол.

— Ещё раз пройдёмся по плану.

Последний монстр в комнате был побеждён, трое авантюристов сидели кружком.

Трава на кочке между ними была срезана так коротко, что виднелся каменистый пол. Лили использовала свой нож чтобы рисовать простые картинки и разъяснить остальным её план.

— Идти по Средним Этажам будет непросто, так что двигаться будем строем. Для начала, сударь Вельф будет идти впереди.

— Ты уверена, что я для этого подхожу?

— На самом деле это единственное место, которое сударь Вельф может занять. Лили не пытается вас похвалить, кстати… идём дальше.

Лили перевела свой кинжал на центральный из трёх кружков, изображённых на камне.

— Сударь Белл идёт в центре. Поддерживает сударя Вельфа в бою. Будьте начеку, сударь Белл, вам придётся заниматься и атакой, и защитой, это самое сложное место в построении… всё будет в порядке?

— Я готов.

После кивка Белла Лили продолжила, сказав — Методом исключения, получаем что Лили идёт сзади. — она указала на последний кружок.

— Лили думает, что вы это понимаете, но наша группа не сбалансирована. Поскольку Лили не может сражаться, она не может прикрыть вас в случае нападения. Перегруппировка будет бесполезна.

— Значит нас размажут при первой же ошибке. Жестковато.

— Тогда поворачиваем? Ещё не поздно, знаете ли.

— Не глупи. Я стану Высшим Кузнецом, попомни мои слова. Хрена лысого я подожму хвост после того как мы столько прошли.

Белл молча выслушивал перепалку Лили и Вельфа, когда они втроём разошлись по позициям.

Он обратил на них внимание, только когда заметил, что эти двое пристально на него уставились.

— А ты какого чёрта улыбаешься?

— А?.. Я-я улыбаюсь?

— Да и очень радостно… Сударь Белл хотя бы имеет представление какое опасное место Серединные Этажи?

Белл положил руки на щёки и убедился, что улыбается от уха до уха.

Он тут же извинился.

— Не извиняйся, чего ты улыбаешься-то? Это слегка беспокоит.

— Эм… Ну, это вдохновляет, не думаете? …Мы втроём будто стали настоящей боевой группой и это заставило меня… не знаю, порадоваться.

Белл покраснел и посмотрел на пол, а Лили с Вельфом обменялись взглядами.

— И разве это по-своему не бодрит? Мы все работаем сообща, отправляемся в приключение.

Радость снова начала вырываться из Белла, его щёки слегка порозовели, и он снова расплылся в улыбке.

В этом и заключается жизнь авантюриста.

Первые шаги в места, в которых ты никогда не бывал и работа с товарищами ради новых открытий.

Волнение неизвестности, сражение бок о бок, разделение плодов путешествий с людьми, которых ты можешь назвать друзьями… Всё это очень будоражит.

В глазах парня было полно задора, Белл решил проигнорировать наставления, которые отговаривают авантюристов от авантюр.

— …Ке-ха-ха-ха-ха! Ты прав, это вызывает чёртов трепет! Нельзя назвать себя мужчиной, если тебя это не будоражит!

— Лили не совсем согласна… но Лили понимает чувства Сударя Белла.

Все трое переглянулись. На лице Вельфа показалась улыбка, своей широтой не уступающая улыбке Белла, по лицу Лили тоже можно было подумать, что она в любой момент рассмеётся.

Его собственные эмоции подгоняют его вперёд, Белл не мог не улыбнуться своим товарищам.

— Итак, мы идём вперёд?

— Ага, я готов. Сделаем это!

— Да.

Все трое поднялись, выстроились в линию и сделали первый шаг в каменистый проход.

Вход на Серединные Этажи оказался пещерой из чёрных камней. Единственный свет пробивался откуда-то из пола, снизу.

Замшелые, грязные камни пахли как земля. Разбросанные без какого-либо порядка эти камни добавляли группе авантюристов напряжения. Новые, сильные монстры, с которыми они раньше не встречались ожидают их в конце этого прохода.

Кожа Белла покрылась мурашками, сжав кулаки он сделал уверенный шаг вперёд, смотря перед собой, в самое сердце Подземелья.

…Беспокоиться не о чём.

Он не один. Может они не семья и не часть одной "Паствы", но они друзья, которых связывают прочные узы.

Вместе, они как-нибудь справятся.

Такие мысли пробежали в разуме Белла.

…Вот и мы!

Стремление, золотым светом озарило мысли парня.

Белл сделал первый шаг на серединные этажи.

----------

Квест и Квест

Чистое, голубое небо.

В последние дни погода была особенно спокойной. Давненько я не видел в небе над Орарио облака.

Множество людей различных комплекций и роста идут по своим делам, неся в руках разные вещи, и купаясь в нежных лучах солнца.

Женщина несёт на голове заполненную доверху корзину фруктов, мужчина, с целым мешок чего-то, напоминающего грязные тряпки, в руках, между ними проскальзывает хорошо одетый торговец. Лошади тянут повозки посреди улицы, огибаемые суетливыми людьми.

Улицы заполнены людьми множества рас, люди и полулюди живут бок о бок, в гармонии.

— Сегодня пришлось особенно сложно…

Я уставился на снующих людей силком заставляя себя переставать колени, волочась по Западной Главной Улице.

Айз учит меня сражаться последние три дня.

Мы начинаем тренировки затемно, до наступления рассвета и это означает, что моё тело превращается в отбивную до того, как я попадаю в Подземелье. Кажется, мне достаётся гораздо сильнее, чем от всех монстров, с которыми я сражаюсь внизу.

На Главной Улице множество улыбающихся и смеющихся людей. А я продолжаю с трудом переставлять одну ногу за другой, шагая по каменной дороге.

Это всё, чтобы я смог стать сильнее.

Так я смогу догнать её, моего инструктора.

Я продолжал говорить себе это снова и снова, игнорируя дрожь в конечностях, направляясь к месту, в котором меня ожидает Лили.

— Белл… Бе-елл…

Монотонный, почти ленивый голос достиг моих ушей.

Я остановился, когда осознал, что кто-то произносит моё имя. Осмотрев толпу, я вскоре нашёл владелицу голоса.

Это чинтроп, собакочеловек, которую зовут Нажа, она из Паствы Миаха.

Она медленно машет мне рукой, стоя между двух зданий, которые являются началом переулка. Как и всегда, одета она довольно странна. Рукава её рубашки были совершенно разной длины, левый кончался где-то около локтя, а правый укрывает собой даже кисть. Да и кисть правой руки одета в перчатку. Опустив взгляд, я заметил, что её пышный хвост мотается из стороны в сторону под длинной юбкой. Она махнула, чтобы я подошёл.

Я молча кивнул и, осматриваясь по сторонам, чтобы ни в кого не врезаться, прошёл к ней через толпу.

— Эм, доброе утро. Что ты здесь делаешь… что-то случилось?

— Да, кое-что…

Впервые я встречаю её утром в таком месте.

Я озадаченно наклонил голову, а она посмотрела на меня сонным взглядом. Выражение на её лице никак не менялось, а губы начали шевелиться, произнося слова.

— Я ждала тебя, Белл. Мне показалось что стоя здесь я увижу, как ты идёшь мимо…

Я всегда иду по Западной Главной Улице, к Подземелью, когда выхожу из дома. Нажа наверняка об этом знает, поэтому тут меня и ждала.

Что же до причины почему… Она достала свёрнутый лист бумаги из кармана и протянула его мне.

— Квест. Было интересно, возьмёшься ты за него или нет…

— Квест?..

— Да, за него даже награда есть… Не мог бы ты принести то, что записано в памятке?

Мы с Нажей встретились взглядами, после чего она склонила голову, а я посмотрел на «памятку» в моих руках.

— Считай, что можешь помочь этим мне и Милорду Миаху… Пожалуйста.

— К-конечно…

— На количество предметов ограничений нет, но чем раньше, тем лучше… Большое спасибо.

Шарк, шарк! Неожиданно оживившись, Нажа помахала рукой, после чего повернулась и пошла по переулку. Я несколько раз моргнул, наблюдая как она идёт к дому Паствы Миаха.

Кажется, я только что принял от них работу?..

Я развернул кусок бумаги и взглянул на записи. Сверху были названия монстров, а под ними очень подробные и содержательные описания. Какое-то время я, почёсывая голову их читал. Как бы там ни было, нужно встретиться с Лили.

— Квест?

Я кивнул Лили, когда она озадаченно у меня переспросила.

Мы стоим в углу Центрального Парка, вблизи от Башни Вавил. Мы используем это место в качестве точки сбора, потому что здесь растёт огромное дерево и стоит скамейка, подходящей высоты, на которой очень удобно сидеть.

Яркие солнечные лучи пробивались сквозь крону дерева и падали прямо на моё лицо, когда я рассказывал Лили о своём разговоре с Нажей.

— Это необычно. Как бы дружны не были Паствы, Лили никогда не слышала, чтобы кто-то давал задания низкоуровневым авантюристам напрямую.

— То есть квесты сложные?

— Да. Зависит, конечно, от предметов, которые Паства заказывает, но обычно задания предназначены для высокоуровневых авантюристов.

Лили была помощницей долгое время, так что она знает о Подземелье гораздо больше чем я. Получается, она больше знает и об авантюристах. — Могу я взглянуть, пожалуйста? — сказала она, указав на список. Почему-то её голос звучал не слишком успокаивающе. Я протянул ей бумажку.

— Что же, я не вижу здесь ничего, с чем бы не справился Авантюрист Первого Уровня, так что с принятием этого квеста нет никаких проблем…

Запрос, записанный на бумажке предписывал собрать добычу, которая называется Крылья Голубых Мотыльков.

Лили посмотрела на меня с подозрительным выражением на лице.

— Сударь Белл. Возможно ли, что Сударя Белла используют? Убедился ли Сударь Белл, что награда достойна и подготовлена? Лили кажется, что вас отправили как мальчика на побегушках… за очень скромную плату.

— М-мне так не кажется…

…но так и есть. Закончил фразу внутренний голос в моей голове.

Если подумать, то Нажа постоянно практически принуждает меня покупать у неё зелья… Может грубо так думать, но в подозрениях Лили есть определённый смысл.

Я быстро сменил тему разговора, чтобы скрыть пот, который начал скатываться с моего лба.

— Эм, ладно, а как эти квесты вообще выполняются? Я, кажется, где-то слышал о них раньше, но…

Если я правильно помню, когда я только стал авантюристом, Эйна предупредила меня что я не должен «принимать странных квестов». Но я был так поглощён попытками стать сильнее, после того дня, когда я встретил Айз, что у меня не было времени разбираться в чём-то другом.

Лили почесала лоб одним из своих маленьких пальчиков, будто раздумывая, как мне ответить.

— Сударь Белл вы задали правильный вопрос, каждому авантюристу когда-нибудь приходится начинать выполнять запросы… Ладно, давайте сегодня поработаем над выполнением этого квеста?

Она улыбаясь взглянула на меня говоря последнюю часть.

— Эм, но…

— Это кажется неплохим вариантом. Сударь Белл, судя по всему, в последнее время очень сильно устаёт…

Добавила она, будто заметив, что часть меня хочет крикнуть: нет у меня времени на отдых, раз я собираюсь когда-нибудь её догнать.

От взгляда, которым она посмотрела на меня уголком глаза, я вздрогнул. Я скрываю от неё тренировки с Айз, но, кажется, Лили как-то прознала о том, что происходит…

— Отдыхать тоже важно, Сударь Белл. Давайте слегка сбавим обороты, приняв это задание.

— …Ладно, так и сделаем.

Отчасти мне показалось, что она сейчас мной управляет.

Впрочем, наверняка она обо мне беспокоится. Так что я решил последовать её совету без возражений.

К тому же, в том, что она сказала есть смысл.

— В первую очередь, нам надо пойти в Гильдию. Лили считает, что Сударю Беллу было бы неплохо узнать о квестах, на будущее.

Похоже, она была рада, потому что с энтузиазмом схватила меня за руку и вывела из Центрального Парка.

— Если кратко, то квесты это запросы, которые делают авантюристам.

Мы вдвоём шагали по Северо-Западной Главной Улице.

Она же известна как «Путь Авантюристов», она чуть шире, чем другие главные улицы чтобы множество авантюристов могло ходить по ней одновременно.

— Люди, которые делают подобные запросы называются клиентами. Они ищут авантюристов для разрешения различных задач. В обязанности клиента входит подготовка награды, которая подходит за выполнение задачи. А авантюристы, после выполнения задачи эту награду забирают.

— Эммм, это звучит похоже на получение Благословений, которые даруют нам боги, в обмен на поддержку…

— Похоже, даже очень. Боги даже подобрали название: деловые отношения.

Звуки множества ботинок, стучащих по камням мостовой, звучали у меня в ушах.

Ещё довольно раннее утро, так что многие авантюристы идут в Гильдию или покупают предметы в лавках по бокам улицы, готовясь к рабочему дню в Подземелье.

Засмотревшись на группу эльфов, одетых в элегантные робы и броню я случайно столкнулся с Лили, приобняв её рукой. Я извинялся снова и снова, а её щёки полыхнули от гнева. Я переключил внимание на её объяснения, когда она заговорила со мной снова.

— Возьмём, к примеру, самые обычные квесты в Орарио… Когда клиент недостаточно силён, чтобы достать какой-то предмет самостоятельно, он оставляет запрос на этот предмет авантюристу, который спускается в глубины Подземелья и находит нужный предмет.

— Очень подходит для «Города Лабиринта».

— Хе-хе, и правда подходит.

Мы шли в огромном потоке авнатюристов, пока не показалось огромное мраморное здание, красивые очертания которого были подобны очертаниям огромного храма: Главный Офис Гильдии.

Мы прошли через небольшой садик у входа в забитую людьми приёмную, авантюристы постоянно проскальзывали внутрь и наружу через узкие двери.

Лили, уже «трансформированная» в ребёнка-зверолюдку провела меня через толпу и остановилась у очень длинной доски с объявлениями. Я следовал за ней, смотря как волчьи ушки на её голове покачиваются из стороны в сторону.

— Большинство квестов Гильдия вывешивает вот здесь.

Листы бумаги были приколоты к этой доске. На некоторых из них была информация и советы авантюристам по поведению в Подземелья, но большинство листов было исписано квестами, как и сказала Лили.

Я заметил списки предметов и награды, вместе с подписями клиентов и эмблемами Паств на этих листах.

— Посмотрим… «Клыки Адских Гончих десять штук» … «Двадцать четвёртый этаж… Хочу обменять указанные ниже предметы на фрукт дерева драгоценностей» … «Набираю людей в группу для битвы с боссом этажа. Внимание, требуются только авантюристы Третьего и выше уровней» …

Я ощутил, как у меня задёргалась щека, когда я начал читать запросы.

Если посмотреть на все эти запросы с точки зрения сложности, можно отметить что все они вне моих возможностей. Самое доступное из того, что я заметил это запрос на тридцать «Шкур Орков».

Не думаю, что кому-то удастся выполнить его за один день… да и звучит довольно непросто, на самом деле.

— Как Сударь Белл мог заметить, большинство квестов выдаётся на серединные и нижние этажи.

Серединные этажи: Область Подземелья которая начинается с тринадцатого этажа. Авантюристам требуется по крайней мере второй уровень для выживания.

Авантюристы, которые подняли уровень и считаются поднявшими свой класс. Только они могут туда попасть.

— Почему так мало квестов для верхних этажей?

— Потому что большинство Паств и авантюристов достаточно сильны чтобы добыть требуемые предметы самостоятельно. Если не поджимает время и в Пастве есть авантюристы, практически любая группа может спуститься до седьмого этажа.

О, теперь понятно.

Большинство авантюристов Орарио ещё не подняли уровень. Они по-прежнему первого уровня.

Это значит, что большинство Паств могут сражаться на верхних этажах, а на серединные проходят уже немногие. Ещё меньшее количество людей может зайти дальше. А это ведёт к тому, что квестов становится тем больше, чем меньшее количество авантюристов может их выполнить.

— К тому же, есть квесты которые не одобряются Гильдией или запросы от простых жителей, такие можно найти в барах неподалёку. Большинство из таких квестов так или иначе имеют сомнительный статус.

Лили указала на один из баров, построенных прямо напротив Гильдии, на другой стороне Западной Главной Улицы.

Кажется, он управляется какой-то Паствой. Место, помимо Гильдии, в котором авантюристы могут принимать квесты – пусть и из-под полы – от обычных людей. Я несколько раз моргнул и заметил небольшую, похожую на знак Паствы доску объявлений.

Вдобавок, Паствы, которые управляют такими заведениями, как это, это неплохое место для сбора информации — разного рода знаний.

Использовать Паству для сбора информации и выдачи заданий… не такая уж плохая идея.

Немало существует типов Паств в мире…

— Но всё равно, что, если вы не хотите попасть в щекотливую ситуацию, лучше не принимать квесты, которые не одобрены Гильдией… даже если вас напрямую просит друг из другой Паствы.

…Так вот что она пыталась объяснить мне всё это время.

Лили рассказала мне всё о квестах, чтобы я в будущем не принимал задания, которые не вывешены на эту доску объявлений. Включая и запросы от людей вроде Нажи, которые не заслуживают полного доверия.

Но ведь Нажа это не тот человек, которого я раньше никогда не встречал и с которой я знаком лично. Так что не думаю, что у меня есть повод для беспокойств.

— Всё так, как Лили уже говорила, Сударь Белл слишком добрый. Плохие люди пользуются любыми слабостями, так что используют эту доброту чтобы заслужить доверие. Запомните мои слова Сударь Белл и не говорите, что Лили вас не предупреждала.

…Она мысли мои читает? Или у меня всё на лице написано?

Думаю, она понимает и эту мысль… но ответить мне нечего.

— Не беспокойтесь, Сударь Белл, пока в глазах Лили ещё есть жизнь, она защитит вас от подобных ловушек. Ладно, хватит на сегодня обучения, перейдём к главному.

— Да, конечно.

Пока мы выходили на главную улицу я снова взглянул на бумажку, которую держал в руках.

Я тщательно читал запрос, который оставила Нажа, чтобы убедиться, что не упустил ни единого слова.

Ммммм. Итак, Крылья Голубых Мотыльков…

— А разве сильные мотыльки не из этих… как их называют… «редкие монстры»?

— Ага. Они обитают на верхних этажах, так что не слишком опасны для Сударя Белла… Хотя найти такого, легче на словах, чем на деле.

— Ну конечно…

Нажа сказала, что ограничения по времени нет, но… квест, который я принял может обернуться очень проблемной задачей.

Моя голова и плечи опустились. Лили широко улыбнулась, будто пытаясь развеять мои страхи.

— Не беспокойтесь, Сударь Белл. У Лили есть план. Когда Лили закончит с подготовкой, пойдём в Подземелье.

…Лили очень сильно помогает мне на каждом шагу.

Я очень благодарен что у меня есть помощница, на которую я могу положится, и которая с такой лёгкостью прикрывает мои слабости. Боюсь, что её ждёт ещё немало трудной работы…

«Голубой мотылёк»

Это редкий бабочкоподобный монстр, который обитает на седьмом этаже.

У него светло-голубые крылья, настолько тонкие, что сквозь них пробивается свет. В полёте с этих крыльев опадают маленькие чешуйки, оставляя за монстрами красивый, блестящий след. Я слышал, что это такое прекрасное зрелище, что ради того, чтобы им полюбоваться останавливаются даже самые закалённые из авантюристов.

Впрочем, какими бы завораживающими голубые мотыльки не были, они также известны как одни из самых сложных для нахождения монстров.

Мы, авантюристы, называем монстров, которых очень сложно найти на этажах Подземелья «редкими монстрами». И голубые мотыльки одни из них. Наверное, о таком даже напоминать не стоит, но добыча с редких монстров встречается гораздо реже и продаётся за огромные деньги.

Я помню, что где-то слышал, о том, что голубых мотыльков найти легче чем других редких монстров… Но, если мы просто, как обычно, будем ходить по Подземелью, поиск всё равно займёт много времени. Тот факт, что я таких не встречал ещё ни разу, неплохое доказательство.

Вспоминая энциклопедию монстров, которую Эйна недавно вбила в мою голову, и размышляя над нашей целью я начал понимать, что этот квест одним днём не обойдётся.

— …Мы довольно далеко зашли, не так ли?

— Да. Скоро дойдём до южного края Подземелья.

Мы на седьмом этаже. Мы с Лили пошли на поиски голубых мотыльков чтобы найти редких голубых мотыльков после быстрой остановки для посещения лавки предметов.

Следуя инструкциям Лили, я шёл по очень узкому коридору. Уверен, мы провели здесь уже больше часа. Вместо того, чтобы идти на более низкие этажи мы начали бродить по седьмому этажу, изучая самые отдалённые его уголки.

Я заходил и глубже в Подземелье, но никогда не занимался детальным изучением каждого этажа. Незнакомая обстановка заставляла мою кровь бежать по телу быстрее от волнения, и я быстро разбирался со всеми монстрами, которые встречались мне на пути используя Божественный Кинжал и баселард.

Лили вытащила магический камень, из муравья-убийцы которого я только что уложил.

— Лили, а что нас ждёт в конце этого пути?

— Кладовая Подземелья.

— Кладовая? — когда я повторил за Лили её слова, коридор начал меняться.

Бледно-зелёные стены, свет, льющийся с потолка, пол под ногами – всё стало необычным. Чем дальше я шёл, тем меньше это место напоминало Подземелье, которое я знаю. Казалось, что я потерялся где-то в пещере.

Неожиданно, светящиеся места на потолке начали меркнуть. Моё сердце было готово вырваться из груди, а я продолжал идти дальше, в сгущающейся тьме.

Этот свет…

За поворотом я увидел мягкое зелёное свечение.

Остановившись, я взглянул на Лили, идущую позади. Она не издала ни звука, только молча кивнула. Я сделал глубокий вдох, посмотрел вперёд и повернул за поворот.

Моё сердце билось так быстро, что я ощущал его биение в ушах.

Я уже привык к исследованию Подземелья, так что прошло немало времени с того момента, как я впервые испытывал подобные ощущения. Идти в неизведанные места, встречать «неизвестность» это очень будоражит и пугает одновременно. Мой внутренний авантюрист чувствовал себя таким живым!

Я прошёл ещё несколько изгибов пещеры, направляясь к этому свечению, в сопровождении только звуков наших шагов. Источник света ждал нас в конце пути.

— …

Я потерял дар речи, на выходе из каменистого коридора.

Мы оказались в очень-очень большом зале.

Никогда не видел подобного по величине места, хоть и продвинулся по этажам Подземелья ниже.

Мои глаза впились в возвышавшуюся кварцевую колонну в самом конце комнаты. Колонна была совершенно чёрной. Её поверхность не была гладкой, её испещряли узоры, похожие структурой на кору дерева. Вся эта колонна была похожа на огромный древесный ствол, сделанный из кварца.

Из её середины исходил мерцающий, зеленоватый свет. Так вот откуда взялось то зелёное свечение…

А это монстры…

Чистый, белый древесный сок лился из трещин в коре, его хватало чтобы сделать довольно большое озеро у основания «дерева».

Я заметил муравьёв-убийц и фиолетовых молей, припавших к поверхности дерева, а шипастые кролики пили прямо из озера. Все они питались этим древесным соком.

— Сударь Белл удивлён?

— Лили…

— Это кладовая… место, в котором Подземелье хранит еду для монстров.

Открыто наслаждаясь моим озадаченным видом, Лили завела разговор, объясняя, что именно происходит.

Монстры, рождённые из стен Подземелья живые, поэтому они чувствуют голод. Несмотря на то, что они могут поглощать авантюристов, или других монстров, похоже большую часть из них питает их «мать», само Подземелье.

Это огромное помещение источник питания для монстров.

Теперь я понимаю, почему это называется «Кладовой Подземелья».

— …Значит, Голубые мотыльки тоже?..

— Ага. Вместо того, чтобы бродить по Подземелью непонятно сколько времени, Лили кажется, что шанс на поимку такого мотылька выше именно здесь.

Я согласен.

Лили объяснила, что на каждом этаже Подземелья две или три таких кладовых, кроме первых двух этажей. По крайней мере, если быть наготове, рано или поздно появится голодный голубой мотылёк. После этого мы сделаем свой ход.

Устроить засаду и напасть на свою добычу. Вот что значит охота…

— Не стойте в проходе, Сударь Белл. Нам нужно спрятаться. Лили не знает, что будет, если нас заметят монстры.

— А… точно, давай спрячемся.

Я ощутил, что руки Лили толкнули меня с прохода к одной из сторон.

Осмотрев комнату ещё раз, я заметил, что в неё есть несколько проходов. Даже сейчас потоки монстров идут из десяти, нет, двенадцати других мест. Если нас заметит хоть один из них, нам придётся сразиться с каждым монстром в этой комнате, чтобы сбежать… Не хотелось бы такого исхода.

Мы прокрались в угол зала.

— А теперь, прошу прощения.

Лили достала из своего рюкзака большой кусок ткани. Эта ткань была болотно-зелёного цвета, почти в точности подходя по тому к стенам и полу Подземелья.

Лили расправила ткань, встряхнув ей в воздухе и укутала нас обоих с головы до ног будто бы огромным плащом.

— Так вот зачем ты её купила…

— Именно так. Ни один вид монстров с седьмого этажа не обладает хорошим слухом или нюхом, так что, если мы будем вести себя тихо и скроемся из вида с Сударем Беллом и Лили всё будет в порядке.

Она купила эту ткань в лавке вещей прямо перед тем, как мы пошли в Подземелье. Я тогда и понятия не имел, что она делает… вот что она тогда замышляла.

Судя по всему, наш камуфляж работает. Ни один из монстров нас не замечал; даже те, кто смотрели в нашу сторону думали, что мы – всего лишь отвалившийся кусок стены и приступали к своей трапезе.

— С-с-секундочку, Лили. Не слишком ли ты близко?

— У Лили нет выбора. Лили нужно спрятать рюкзак, и только так он скрыт тканью. Ой, он выглядывает! Лили нужно прижаться сильнее!

Она прижала своё маленькое тело к моему, заставив меня покраснеть.

Лили подлезла под мою правую руку и обхватила меня руками за грудь, будто позволяя себя обнять и прижалась крепче. Что-то мягкое прижалось к моим рёбрам через рубашку. Моё лицо полыхнуло.

Я понимаю зачем это… но, если бы у меня не было лучшего объяснения, я бы подумал, что ей это нравится. Наверное, воображение разыгралось.

Мы говорили приглушёнными голосами, чуть поворочавшись и устроившись поудобнее.

— …Э-эй, у меня вопрос. Ты же знаешь про эти штуки, которые привлекают монстров, да? Если есть место, в котором они могут есть сколько захотят, почему эти предметы вообще работают?..

Я начал разговор чтобы отвлечь свой разум от прижавшегося ко мне тела.

Клянусь, она в таком отличном настроении, что, если бы она была кошкой, мурчала бы во весь голос. Лили ответила на мой вопрос незамедлительно.

— Разве не скучно есть одну и ту же еду постоянно, Сударь Белл?

— Аааа…

— Хи-хи, вот поэтому. Монстры тоже любят разнообразие.

Я продолжаю становится чуточку умнее с каждым заданным Лили вопросам о всякой всячине. Так что это не стало последним заданным мной вопросом.

Для начала я спросил её, почему авантюристы игнорируют такое замечательное место для охоты. Она объяснила, что это место находится слишком далеко от главных путей. Каждая из подобных кладовых находится очень далеко от подъёмов и спусков, так что добираться до них приходится часами. Даже если удаётся такую найти — и авантюристы достаточно сильны чтобы выжить после сражения со всеми монстрами разом – куда эффективней собирать магические камни из монстров ближе к выходу.

Но более важной причиной является то, что единственная ошибка может привести к окружению огромной ордой монстров.

Поэтому большинство авантюристов предпочитают избегать превращения таких кладовых в поля боя.

…Наверняка к этому добавляется мысль, что нельзя рушить такое прекрасное место.

По крайней мере, так кажется мне, когда я смотрю на этот умиротворяющий вид из-под нашего камуфляжа.

Огромная пещера, омываемая мягким, зеленоватым светом.

От вида чистых кристаллов, напоминающих дерево, захватывает дух. Свет отражается от поверхности озера внизу, напоминает луну спокойной ночь. Поверхность озера тихонько плещется в тишине.

Белые цветы с синими ножками цветут в кустах, окружающих озеро. Частенько среди них проскакивают головы шипастых кроликов. Фиолетовые моли летают среди этих цветов и приземляются на кристальную поверхность дерева, давая отдых своим крыльям. Раздаётся звук мягких всплесков, когда группа муравьёв убийц идёт через озеро прямо к кристальному дереву, стоящему у чёрной стены.

Зелёный свет придаёт этой картине спокойствие, почти мягкость.

Сложно поверить, что монстры, такие яростные и ужасающие могут выглядеть настолько прекрасно.

Разумеется, я понимаю, что эти звери враги человечества.

Они крайне опасны и нападут, даже если я попытаюсь их погладить.

И, всё же, мне бы не хотелось, чтобы что-то рушило этот вдохновляющий вид.

Смотря через пещеру на монстров, на весь этот вид, я чувствовал именно это.

— !.. Сударь Белл.

— !

Плечо Лили вздрогнуло, когда она схватила мою руку.

Мои мысли вернулись в настоящие и я сел, проследив взглядом в том направлении в котором смотрела Лили. Я тут же их заметил.

Бабочки с голубыми крыльями грациозно порхали среди цветов.

Группа Синих Мотыльков, цель нашего квеста появилась в кладовой.

— Это стоило затраченного на поход времени.

— Д-да.

Мы синхронно поднялись, готовясь в любой момент сорваться с места.

Грациозность и элегантность бабочек идеально вписывалась в пейзаж этой пещеры. Их тела были гораздо тоньше, чем тела фиолетовых молей, а взмахи двух пар крыльев были подобны текущей воде. Они оставляли после себя светло-голубой след, от красоты которого сердце билось чаще.

Несмотря на то, что Голубые мотыльки не представляют угрозы в бою, чешуйки с их крыльев излечивают раненных монстров поблизости. Причина, по которой Наже нужна добыча с голубых мотыльков заключается в том, что эти предметы являются отличным ингредиентом для целебных зелий. В этом я уверен.

— Нет нужны драться с ними прямо здесь. Можно проследить за ними и выйти тем же выходом что и они из кладовой.

— Ладно, я понял.

Мой разум наконец переключился в боевой режим, мы с Лили затаили дыхание, поджидая удобной возможности захлопнуть нашу ловушку.

Лёгкий бриз обдул моё лицо.

Закрыв по одному глазу чтобы защититься от ветра мы с Лили вышли из основания Башни Вавил с улыбками на лицах.

— Всё прошло просто замечательно.

— Да, мы очень везучие, раз смогли заполучить столько добычи разом.

Лили посмотрела на меня со счастливой улыбкой на губах. Наш план сработал без сучка и задоринки. Преследование группы голубых мотыльков, сбор добычи и возвращение на поверхность.

Как и сказала Лили, все голубые мотыльки оставили после себя добычу. Мы были довольны, что нам удалось разобраться с квестом так быстро.

Пять крыльев разом… не сомневаюсь, что Нажа порадуется такому улову.

— Если Сударь Белл сдаст эти предметы в Гильдию, за них заплатят, по меньшей мере, девять тысяч валис. А то, что они в отличном состоянии может даже увеличить их стоимость…. Как неприятно, что нам придётся их обменять.

Казалось, что Лили так возмущается, потому что это добыча с редких монстров. Я натянуто улыбнулся своей обычно радостной партнёрше, и мы пошли к Западной Центральной Улице через Центральный Парк.

Это и было мне нужно чтобы меня взбодрить…

Прекрасный пейзаж всплыл в моей голове.

Я не планировал отдыхать, но рад что мне это удалось. Конечно, я не восстановил силы полностью, но мне лучше. Кажется, мои шаги стали даже пружинистей.

— Доброго вечера! Кто-нибудь на месте?

— …Белл?

Мы вошли в дом Паствы Миаха, лавку в переулке.

Нажа наблюдала как мы прошли через дверь со своего стула за стойкой, её сонные глаза открылись так сильно, что я это отметил.

— Ты же не хочешь сказать, что уже завершил квест?..

— Да. Мы пришли доложить о завершении.

Я открыл коробочку, размерами с небольшой щит, которую держал в руках, чтобы показать её содержимое.

Редкое, очень энергичное выражение пробежало по лицу Нажи, когда она увидела прекрасное, голубое свечение, исходящее от Крыльев Голубых Мотыльков. По её губам тут же пробежала улыбка.

Мохнатый собачий хвост выглядывающий из-под длинной юбки начал мотаться из стороны в сторону.

— Спасибо тебе, Белл… Ты хорош; я и не подозревала что настолько.

— Э-это мелочь…

— Я верила, что тебе это под силу, если ты попытаешься, Белл…

Я смущённо почесал затылок, мои щёки горели, а Нажа говорила мне похвалу за похвалой.

Она почти рефлекторно сделала ко мне шаг и погладила по голове.

— Простите, что прерываю трогательный момент, но не стоит ли нам обменять предметы на награду?

Лили молчала с того момента как мы вошли в лавку, вступила в разговор чтобы ускорить процесс.

Нажа застыла и посмотрела вниз, прежде чем на её губах возникла невинная улыбка.

Они с Лили никогда раньше не встречались. Нажа, наверное, поняла, что Лили участница моей группы, потому что кивнула и сказала – …Ну конечно. — прежде чем подойти к стойке.

— Сударь Белл сейчас не время расплываться.

— Н-не думаю, что я расплылся…

— Хорошенько запомните, Сударь Белл. Квест не завершён, пока награда не в ваших руках.

— …А?

Я никогда не слышал, чтобы она говорила нечто настолько дальновидного. Говоря, она даже не меня не смотрела, просто продолжала улыбаться Наже.

Я, наклонив голову смотрел на Лили, когда услышал, что Нажа вернулась с деревянным ящиком в руках.

— Вот ваша награда: два десятка зелий.

— Д-двадцать?!

Обычно я покупаю самые дешёвые зелья, которые предлагает Паства Миаха и они стоят по пятьсот валис. Двадцать четыре это получается… двенадцать тысяч валис!

Меня переполнила благодарность, за то, что нам надбавили ещё несколько зелий за быстроту исполнения.

Жидкая радость бежала по моим венам, когда я смотрел на свою первую в жизни награду за квест. Я почти отдал коробочку с Крыльями Синих Мотыльков, как вдруг – Шух!

Маленькая рука возникла из ниоткуда и схватила мою кисть.

— Л-Лили?..

— Подождите секундочку, Сударь Белл.

Продолжая смотреть на Нажу Лили потянулась к предложенной коробке зелий.

Она быстро вытащила один из наполненных синей жидкостью фиалов.

— Надеюсь вы не возражаете. Лили заплатит за зелье позже.

— Э, что ты?..

Не дожидаясь разрешения Лили открыла фиал и поднесла его к носу.

Сначала Лили принюхалась, потом оценила цвет жидкости. Нажа была удивлена, когда увидела, как Лили капает каплю зелья на руку и слизывает её. А в следующую секунду.

— …Хе-хе и это зелье стоит пятьсот валис? Какие миленькие делишки вы обстряпываете, Лили даже завидно.

Слова Лили звучали устрашающе, но на лице было выражение невинного ребёнка.

— …

— Это зелье порядочно разбавлено, не так ли? Оно и наполовину не такое качественное, как должно быть. К тому же, в нём примешаны дополнительные ингредиенты чтобы придать ему правильный цвет и сладость. Да, типичное надувательство.

По моему телу пробежала дрожь. Это правда?

Мы с Нажей погрузились в молчание, а Лили указала пальцем на коробку с зельями, сохраняя на лице всё ту же невинную улыбку.

— Все эти зелья тысячи на две валис потянут. Судя по всему, вас серьёзно обманывают, Сударь Белл. Разумеется, такая награда и рядом не стоит с ценой, принесённой нами добычи.

Я отчётливо видел, как к лицу Нажи приливает кровь.

Пусть её глаза были всё так же прикрыты, пот побежал по её щекам. Хвост, ещё секунду, назад весело болтавшийся из стороны в сторону сейчас изогнулся под очень странным углом.

Я не знаю, что и думать.

— Итак, как вы планируете нам это компенсировать?

Лили прищурилась и улыбнулась как маленький дьяволёнок, делая шаг к Наже.

— Приношу свои извинения!!!

Всевышний Миах склонил голову в поклоне.

Красное вечернее солнце светило сквозь открытые окна, озаряя всё красноватым светом.

Рядом с Всевышним Миахом с его рукой на голове, насильно склоняющей ей голову, стояла Нажа.

— Один из моих подчинённых принёс тебе немало проблем и за это я приношу свои извинения, Белл! Я верну каждый валис, которого ты не досчитался сию же секунду.

— Эм, пожалуйста, Господин Миах, всё не так плохо. Поднимите голову…

Он начал понемногу выпрямляться. Я заметил его сокрушённый взгляд, но Миах не смел поднять на меня глаз. — Приношу свои извинения. — ещё раз сказал он.

Всевышний Миах очень высокий и гибкий. У него аквамариновые волосы, длиннее чему большинства мужчин, и он производит впечатление аристократа. Тот факт, что его серая роба смотрится очень поношенной нисколько этому не вредит; на самом деле даже наоборот, это добавляет ему шарма.

Бог Нажи всем своим видом может показаться любому жителем Деусдии, за исключением того факта, что сейчас на лице Всевышнего Миаха совершенно разбитое выражение.

— Тебе это тоже могло принести неприятности, Гестия. Учитывая, как мало денег у вас двоих в распоряжении…

— Что сделано, то сделано. Будь осторожнее в будущем, чтобы такого не случилось снова и правильно её обучай. Ты помог мне справиться с парой ударов, Миах, так что, опустим это случай.

— Разумеется, всё будет сделано…

После того как Лили закончила разбираться с Нажей все мы, включая мою богиню, Гестию, собрались в лавке Паствы Миаха, чтобы выслушать оправдания.

Всевышний Миах не знал о делишках Нажи до этого момента, и он только и делал, что извинялся.

Его рука по-прежнему лежала на затылке Нажи, не позволяя ей поднять голову.

— Должна сказать, Госпожа Помощница, ты оказалась очень кстати. Мне легче, от осознания того, что ты так хорошо заботишься о Белле. Спасибо.

— Нет, не нужно. Лили рада служить Сударю Беллу и Богине Гестии.

З-заботится?..

Меня пробил холодный пот, когда я наблюдал как боженька кивнула, с радостной улыбкой на лице, а Лили вежливо поклонилась. Они будто связаны каким-то контрактом, о котором мне ничего неизвестно…

— …Нажа. Зачем ты это сделала?! Отвечай!

Прогремел голос Всевышнего Миаха.

В тот момент, когда он отпустил голову Нажи, та взглянула на Миаха.

Её волосы были растрёпаны, и она тут же повернулась лицом к стене.

— Банковский счёт нашей Паствы – почти всегда на грани закрытия… а беззаботный кролик отличная дойная корова.

У меня глаза округлились одновременно с глазами Всевышнего Миаха. О каких это кроликах и коровах она говорит?..

Казалось, что она говорит как обычно, монотонный голос, сонные глаза, но… её пушистый хвост подрагивает, это заметно.

— Глупая! Что будет, если начать водить людей за нос?! Этот мир строится на честности и доверии, особенно мир бизнеса. Ты рискнула доверием ценного покупателя ради какой-то сиюминутной выгоды?! Как можно быть настолько глупой?! — продолжил Миах, с таким испепеляющим взглядом, что даже самые храбрые под ним бы сжались.

Нажа посмотрела на Миаха через плечо и, щёлкнув языком злобно посмотрела в ответ.

Ого, так она может проявлять эмоции.

— Как вы можете такое говорить, Лорд Миах, если вы раздаёте свои зелья бесплатно направо и налево? Вот поэтому у нас никогда нет денег. И, ко всему прочему, девушки, одна за другой слетаются на вас как мотыльки на пламя, они всегда не так вас понимают… Если бы каждый раз я получала по валису, когда вас прикрывала!..

— Что… О чём ты говоришь?! Я не привлекаю никого и не пытаюсь даже!

Кажется, Всевышнего Миаха слова Нажи застали врасплох. Взгляды боженьки и Лили похолодели.

Я уверен, что Всевышний Миах похитил множество сердец своей улыбкой и видом аристократа… но, мне кажется, что он сам этого не понимает, иначе, не был бы в таком замешательстве.

— Я обманула Белла… но, если продолжится как раньше, мы не сможем выплачивать долг и всё станет только хуже!..

Э? Это привлекло моё внимание.

Я огляделся, чтобы посмотреть, слышали ли это остальные. У боженьки на лице было очень серьёзное выражение.

Долг?..

Всевышнему Миаху было всё неудобней и неудобней с каждой секундой. По его реакции и взгляду Нажи я понял, что происходит нечто подозрительное. Что-то, о чём Всевышний Миах не хочет говорить…

И в этот момент…

— УХА-ХА-ХА-ХА, я вхожу!!!

Комната сотряслась от заливистого смеха и дверь распахнулась, слетев с петель.

— ?!

— Заработал мне денежки в этом месяце, Ми-а-хххх?

Бог, по виду, мужчина среднего возраста с седеющими волосами и бородой появился в дверях.

Должен сказать, он чуть старше чем боги и богини, которых я знаю, но даже у него идеальные черты лица, как и у остальных… но, в то же время, его аура совершенно отличается. Его внешняя привлекательность кажется совершенно бессмысленной.

Его щёки сотрясались при каждом смешке, в этой лавке он выглядел не на своём месте. Он был одет в роскошную золотую робу с причудливой вышивкой. Интересно, он намеренно выбрал такой наряд, чтобы посмеяться в лицо Всевышнему Миаху?..

— Диан!..

— Я притащился сюда, потому что ты перестал появляться. Будь благодарен, попрошайка нищий, БАХА-ХА-ХА-ХА!

…Думаю, я получил отличное представление каков этот бог.

— Ого, у тебя в лавочке всё так же пыльно! Уберусь-ка я отсюда поскорее, пока заразу какую не подхватил. Ого, нищеброды сбиваются в кучки! Пригласил ещё парочку попрошаек, чтобы одиноко не было?

Глаза Нажи полыхнули от гнева, будто это божество её кровный враг. Всевышний Миах повернулся к вошедшему лицом, на котором была неприязнь.

— А? — прозвучал голос боженьки, будто попытавшейся уклониться от пылающих взглядов.

— Это Всевышний Диан Кехт.

— Лили…

— Он глава Паствы, которая очень уважаема авантюристами и производит целебные предметы и лекарства. Раз Всевышний Миах продаёт целебные зелья… они должны быть соперниками в бизнесе.

Я кивнул, когда Лили прошептала мне это на ухо. Это объясняет реакции Всевышнего Миаха и Нажи, а также провоцирующий тон Диан Кехта. Наверняка между ними какая-то глубокая связь и она далеко не дружелюбная.

— Так, Миах, где мои денежки?

— Что же, я!..

— ХУ-ху-ху, есть они у тебя или их нет? Гу-ха-ха-ха!

Скрип, скрип, скрип. Я слышал, как зубы Всевышнего Миаха и Нажи начали скрипеть.

— Я давал тебе отсрочку за отсрочкой, по доброте душевной, но с твоей непредсказуемостью ничего не поделать. Если я не получу месячную плату завтра, я выгоню тебя отсюда и продам твою лавку, чтобы долг покрыть! Можешь распрощаться с этим местечком!

Всевышний Диан Кехт рассмеялся так сильно, что у него изо рта полетели брызги слюны.

— А-ХА-ХА-ХА-ХА!!! Амид, мы уходим!

— Да, сэр.

Маленькая девочка, стоящая за спиной Всевышнего Диан Кехта отошла с дороги, когда её божество направилось к двери. Похоже, она стояла за его спиной всё это время.

Девочка была довольно низкой и выглядела скорее, как кукла, чем как человек. Амид поклонилась нам, засеменив за её богом, уже вышедшим из сломанной двери.

Буря кончилась, мы впятером сидели в тишине.

— Диан Кехт и я никогда не виделись, даже в Тенкае…

Всевышний Миах начал понемногу рассказывать о своей жизни.

После всего произошедшего я не мог простой пойти домой, будто ничего и не случилось. Так что мы решили узнать, что происходит в Пастве Миаха.

— Когда мы спустились в этот мир, мы сталкивались лбами на каждом повороте. Наше соперничество только разрослось, после того как мы приняли под своё крыло детей и стали интересоваться одним и тем же бизнесом…

— Я разорвала тот замкнутый круг.

Нажа вмешалась в историю Всевышнего Миаха, когда тот начал отклоняться от темы.

— Раньше я была авантюристкой.

— Э…

— Я охотилась в Подземелье, как и ты, Белл, копила деньги… Но однажды, всё пошло наперекосяк. Я была побеждена монстром, и он съел мою правую руку.

Она рассказала всё, прежде чем кто-либо успел её спросить.

Нажа взялась за рукав своей странной несимметричной рубашки и закатала её до локтя.

У меня перехватило дыхание, когда я увидел, что под ней скрывалось.

— Серебряная рука?!

— Лорд Миах добыл её после того, как я потеряла настоящую… Она сделана Паствой Диан Кехта. Он практически умолял, чтобы её сделали.

Голос Лили звучал очень удивлённо.

Как и сказала Нажа, её рука полностью была сделана из серебристого металла.

Она была такой же гладкой и блестящей, как отполированный меч. Несмотря на то, что она выглядела как человеческая, были заметны драгоценные камни, вставленные вместо суставов.

Сняв перчатку Нажа показала, что её кисть создана из такого же серебристого металла.

— Паства Диан Кехта специализируется на изготовлении лекарств и подобных средств. Помимо продажи зелий они также принимают персональные заказы от авантюристов и изготавливают особые предметы. Эта аиргетлам, или «Серебряная рука» одна из таких предметов.

Щёлк, щёлк. Нажа вытянула руку, показывая нам как она работает.

— Лорд Миах взял займ, чтобы купить для меня эту руку. Остальные члены нашей Паствы повернулись к Лорду Миаху спиной, узнав об этом… и ушли, все до единого.

…Она рассказала, что Паства Миаха была среди Паств среднего размера. В то же время, она была достаточно успешна, чтобы соревноваться с Паствой Диан Кехта на открытом рынке продавая зелья.

После случая с Нажей, в один момент, всё изменилось.

— Единственным кто остался с Лордом Миахом была бывшая авантюристка и огромный долг. — сказала Нажа, её глаза пылали.

— После того случая сражаться с монстрами я не могла. Я смогла сменить профессию и стать алхимиком только из-за того, что бывшие товарищи обучали меня торговле… Но я не могу продать достаточно, чтобы покрыть долг. Я бесполезна.

— Нажа.

— Это я причина, по которой нам приходится платить огромные деньги. Вся вина лежит только на мне!

— Нажа, достаточно. Остановись.

Казалось, что Нажа хочет добавить что-то ещё, но Всевышний Миах прервал её тихим голосом.

Повисло тяжёлое молчание.

Я не мог подобрать слов. Нажа была авантюристкой, у неё ненастоящая рука и всё услышанное навалилось на меня разом. Боженька, кажется, тоже не слышала, что Всевышний Миах так сильно обеднел разом. Она сидела с закрытыми глазами, её руки были скрещены на груди. Между тем, Лили спокойно смотрела на Нажу.

Может Нажа и попыталась обмануть меня на деньги… но, если бы я был в её положении, я бы, наверное, поступил бы точно так же.

Я бы сделал что угодно, пытаясь поддержать бога, который меня не бросил, того, кто всегда готов протянуть руку помощи, когда она нужнее всего.

Наверняка это очень сложно выносить.

Настолько, что мне хотелось бы кричать каждый день.

— …Итак, что вы собираетесь делать? Теперь мы знаем, что произошло, но нужно сконцентрироваться на том, что будет. Диан угрожал продать вашу лавку, не так ли?

Боженька прервала молчание и спросила есть ли у них какие-то способы получить деньги до завтрашнего дня.

Всевышний Миах скривился и посмотрел на Нажу краем глаза.

Она встретилась с ним взглядом и тихонько кивнула.

— Есть один выход…

Голос Нажи был тихим, казалось, он в любое мгновенье может оборваться.

— Но нам вдвоём… с Лордом Миахом не справится…

Последние вечерние лучи пробились сквозь стеклянные окна, озарив комнату красным светом.

Мы достаточно далеко от Главной Улицы, но я слышу отзвуки множества голосов, смешивающихся с шагами по каменной дороге.

Нажа поникла, она старалась не смотреть нам в глаза. Думаю, ей казалось, что у неё нет права смотреть на наши лица. Даже простые слова «помогите нам», должно быть, кажутся такими сложными после всего, через что она прошла.

От повисшего молчания мне стало неловко. Я взглянул на собравшихся за столом людей, повернувшись к боженьке, будто она наша последняя надежда.

Она посмотрела на меня с таинственной теплотой во взгляде её синих глаз. Она наклонила голову набок, будто спрашивая,Итак?

Получается, она просит меня решить, как поступать дальше. По крайней мере, так мне показалось.

Её взгляд, она будто смотрит на меня как на своего собственного ребёнка… Во мне пробудилось множество эмоций, но я глубоко вдохнул и успокоился.

Мой разум пытался подобрать правильные слова. Теперь, мне нужно просто высказаться достаточно громко, чтобы пробиться через эту пелену молчания.

— А, эммм… Лили. Вернёмся к тому, что ты говорила, почему бы нам не принять ещё один квест? Первого было недостаточно… и мне нужно ещё многому научиться.

Мне ещё работать и работать над моими актёрскими способностями. По крайней мере, мне удалось изменить тему разговора.

Глаза Лили округлились. Потом, она кажется поняла, что я пытаюсь сказать, потому что скривилась, скрывая смешок. Она подключилась к моему «спектаклю» мгновением позже.

— Лили согласна, Сударь Белл. Но где же нам найти клиента, который пожелает выдать квест таким старательным людям, как мы?

Всевышний Миах и Нажа удивлённо переглянулись, что Лили приняла мою сторону почти смеясь и с улыбкой на лице.

Лицо боженьки также озарила улыбка. Она повернула голову, чтобы оказаться к Всевышнему Миаху лицом.

— Как насчёт тебя, Миах? У тебя нет никакой работёнки для этих двоих? Считай, что этим им поможешь. Они рвутся куда-то пойти. Они сделают всё, в том числе могут и помочь тебе выплатить долг.

— Гестия, ты правда… Нет, прошу прощения. Я вам благодарен.

Нажа взглянула на меня со смущением… или это стыд? Из-за спины Всевышнего Миаха, благодарившего нас снова и снова.

— Белл, ты уверен?.. После того, как я…

—…Благодаря тебе, Нажа мы с Лили дожили до сегодняшнего дня.

Был день, когда нас окружила орда муравьёв-убийц.

Какова бы ни была настоящая цена, тот факт, что она уговорила меня купить зелье магии стал решающим фактором в той отчаянной битве.

Но помимо этого, я просто не могу бросить людей, которые помогли мне в прошлом.

Я расслабил мышцы лица и улыбнулся. Её глаза раскрылись от удивления, а спустя секунду она скрылась от моих глаз.

— Прости… и спасибо.

Последнюю фразу она сказала почти шёпотом, после чего склонила голову в низком поклоне.

Квест принят.

- Клиент: Паства Миаха

- Награда: Целебные средства

- Требования: добыть яйца монстров

- Комментарий: Давайте постараемся. Они полагаются на нас.

Следующим утром мы покинули город.

Я знал, что мы выдвигаемся с прошлого вечера, так что сократил время тренировки с Айз и встретился с Всевышним Миахом чтобы помочь ему с подготовкой. Боженька и Лили присоединились к нам после того как наняли запряжённую лошадьми повозку у одного из торговцев.

Два божества и трое представителей разных рас. Сомневаюсь, что кто-то встречал группу, которая выглядела бы ещё страннее. Мы покинем стены города и отправимся к горам, которые обычно виднеются на горизонте.

— Белл, ты такой старательный. Так рано поднялся, чтобы помочь Миаху с подготовкой.

— Ха-ха-ха…

Как и в случае с Лили, я не говорил боженьке о своих тренировках с Айз. Даже думать не хочу, что могло бы случится если бы она об этом узнала.

Извиняясь про себя снова и снова, я быстро заговорил с Нажей, пока ситуация не вышла из-под контроля.

— Эй, эм, Нажа. Как ты вчера и сказала…

— Да. На то, чтобы подготовить плату к концу дня нет времени. Та что мы собираемся создать целебные предметы и продать их Пастве Диан Кехта чтобы покрыть плату…

Она ответила своим обычным монотонным голосом. Сегодня её одежда была несколько просторней, чем обычная странная комбинация вещей.

Завершив заполнять бумаги, мы получили разрешение на выезд из Восточных Ворот Орарио. Перед нами показалась необъятная равнина, зелёный и золотой ковёр, покачиваемый ветром.

— Лили уже вчера спрашивала, но в чём будет заключаться наша работа? Не так просто изготовить что-то новое из подручных средств…

— Всё в порядке, у меня есть идея…

Нажа ответила на вопрос Лили, в её голосе слышалась уверенность. Как и обычно, Нажа выглядела так, будто не выспалась. Её хвост лениво покачивался из стороны в сторону.

— Я так и не поняла куда мы направляемся. Куда нас отвезёт эта повозка?

— В Глушь Леса Сеоро. Это не так далеко, но нам придётся немало времени провести в повозке. Раз мы собрались вместе, давайте потратим время, чтобы сдружиться.

В этот раз спросила боженька, а ответил ей Всевышний Миах. Он посмотрел на Лили, когда говорил последнюю часть фразы.

Деревянная повозка оказалась куда неудобней, чем я мог подумать. Мои плечи то и дело тряслись, когда колёса наезжали на какую-нибудь кочку. Мы сидели кругом, Всевышний Миах был ближе всех к извозчику, следом сидел я, за мной боженька, потом Лили и, наконец, Нажа, напротив Всевышнего Миаха.

Утреннее солнце светило прямо на нас, потому что на повозке не было никакого подобия крыши. Ощущая его теплоту, мы решили принять совет Всевышнего Миаха и завели разговор.

— Сударыня Нажа, Лили знает, что вы успешно сменили профессию с авантюриста на химика. Означает ли это, что вы выучили способность Синтез?

— Да, выучила… Я выучила его потому что помогала в изготовлении целебных средств и мне очень повезло собрать нужную экселию…

— Эм, Синтез это же один из?..

— Это одна из способностей, которые позволяют людям изготавливать высококлассные предметы и лекарства, Сударь Белл.

Значит авантюрист может выучить способность, которая называется Синтез, когда поднимает уровень, если получит экселию правильного типа. Лили объяснила, что эта способность помогает создавать настолько сильнодействующие зелья, что они могут затягивать раны при контакте с ними, как целебные заклинания.

Звучит очень похоже на способность Ковка, подобные способности осваивают только профессионалы, чтобы создавать могучие оружия и полезные предметы.

Если два разных человека создадут один и тот же предмет, используя одни и те же ингредиенты, результат будет очень сильно отличаться, если у одного из этих людей будет развита способность.

— Подожди, раз у тебя есть способность, это значит…

— Да. У меня второй уровень…

У меня глаза распахнулись так широко, как это возможно.

Нажа достаточно сильна, чтобы стать авантюристом высокого класса…

— Я спустилась на серединные этажи, но монстр чуть не спалил меня заживо… а потом он начал пожирать мои руки и ноги.

— Ого…

— Чтобы привести руки и ноги в норму потребовалось немало времени, но правую руку было уже не спасти. Зверь сожрал всё, даже мои кости… С того дня я не могу сражаться с монстрами. Если я встречаю монстра… я просто не могу двигаться.

Холодок пробежал по моей спине, когда я услышал эту ужасающую историю.

У неё по всему телу следы ожогов.

Ощущение беспомощности и беззащитности, когда монстр начал есть её руку.

Весь травмирующий опыт боли и страха, когда она чуть не была сожжена заживо мелькает в её голове каждый раз, когда она видит монстра. Она обо всём рассказала.

— …Простите, я не хотела вас пугать.

— Д-да, ничего…

— В общем, не теряйте бдительности, когда охотитесь в Подземелье… На поднятие уровня у меня ушло шесть лет… И всего за секунду я потеряла всё, над чем трудилась.

Я принял предупреждение Нажи близко к сердцу и прочистил горло.

— Но твоя рука, она, кажется очень-очень хорошо сделана. Есть какие-то сложности с её использованием?

— Нет, я могу двигать ей естественно…

— Она стоила огромных денег, но я заказал лучшее, что было у Диана. Больно это признавать, но всё, что производит его Паства очень высокого качества.

Божества сменили тему разговора и развеяли тяжёлую атмосферу. Настроение сменилось с мрачного на лёгкое и дружелюбное.

Мы ехали по дороге, которая вела от Восточных Ворот Орарио через зелёные луга, которые тянулись во все стороны. Поскольку Орарио это единственный город в мире, в котором есть подземелье, для продажи товаров из магических камней требуются хорошо обслуживаемые дороги. И ведущая из города дорога была сделана из белого камня и была очень гладкой.

— Лорд Миах совершенно не понимает моих к нему чувств… хотя я рада, что он не замечает, как другие девушки смотрят на него с любовью в глазах… Иногда мне даже интересно становится, правда ли он божество…

— Агрр, знаю это чувство. Мой Белл точно такой же. Уже и не вспомню сколько раз его беспечность чуть не доводила меня до слёз.

— Хе-хее, но в случае Всевышней Гестии, Сударь Белл просто держит дистанцию из уважения и не смотрит на Всевышнюю Гестию как на девушку. Было бы хорошо, если бы вы это поняли, знаете ли… а с Лили обращается как с младшей сестрой.

— …

Почему девушки вдруг неожиданно стали такими пугающими, и почему у меня появилось ощущение что повозка затрещала?

Я слышу, как они перешёптываются, но ни я, ни Всевышний Миах не могли понять о чём. Вот только мне почему-то неожиданно захотелось сжаться.

Мимо нас проезжало множество повозок, направляющихся к Орарио сквозь роскошные луга.

Мы достигли места назначения, когда солнце уже очень высоко поднялось над горизонтом.

— З-значит это…

— Ладно, теперь мне понятно почему это называется глушью.

Мы с боженькой засмотрелись на окружающий вид. Мы с ней впервые оказываемся в подобном месте.

Глушь Леса Сеоро.

Очень плотный лес, который расположен у основания горной гряды Альб, на востоке от Орарио.

Казалось, что каждое дерево упиралось в небеса, стволы этих деревьев были гораздо толще, чем стволы любых других, которые я когда-либо видел. Земля была покрыта ковром из диких цветов и мха. Будто царство растений, которым заведует сама природа.

Мы спрыгнули с повозки и схватили мешки, принесённые с собой.

Сказав извозчику, которого мы наняли, чтобы он подождал нас на этом месте мы дружно вошли в лесную глушь.

— Нам нужны яйца монстров, так?

— Да. Не выпадающая с монстров добыча, а самые настоящие яйца…

Мы приехали сюда чтобы найти яйца, отложенные монстрами. Они нужны Наже в качестве ингредиента для нового целебного зелья.

Монстры, которые сбежали из Подземелья в древние времена приспособились к жизни на земле и смогли размножаться. Их потомки расселились по всему миру. Учитывая, что они до сих пор живы, тот факт, что они откладывают яйца, имеет смысл… Но я уже так привык к тому, что монстры рождаются из стен подземелья, что факт откладывающих яйца монстров казался странным.

Я вращал головой, в поисках монстров, пока мы шли через лес.

— …Белл, постой.

Я возглавлял нашу небольшую группу, мы двигались между деревьев, когда Нажа сказала мне остановиться.

Кажется, она увидела что-то впереди: достаточно широкое, круглое углубление в земле.

Спустя секунду Нажа начала раздавать указания. Для начала, она попросила Всевышнего Миаха и боженьку подождать здесь. После она сказала Лили чтобы та охраняла божеств.

А потом она махнула рукой, указывая мне к ней подойти.

— Вот, Белл.

Пригнувшись к земле Нажа дала мне экипировку.

Тяжёлый, поношенный широкий меч и рюкзак, с какими-то предметами внутри.

— Д-для чего это?

— С этими монстрами сложно справится без такого оружия… Надевай рюкзак.

Меня пробил холодный пот, от осознания, что она имела в виду. Нажа встала в нескольких шагах передо мной и остановилась в тени дерева перед этим углублением.

Я услышал, как Нажа принюхалась, её собачьи уши навострились.

Повисшее в воздухе напряжение заставило меня нервничать. Моё сердце начало ускоряться, и, в тот же момент… Нажа начала двигаться.

Она обошла меня и быстро раскрыла рюкзак на моих плечах.

— Ух?!

Я скривился, будто от боли, когда моих ноздрей достиг новый запах.

Мне знаком этот запах, но я не могу вспомнить откуда. Нажа отсалютовала мне, пока я напряжённо пытался вспомнить что это за запах.

— Желаю удачи, Белл. Прости.

Она скрылась прежде чем я успел ахнуть.

Она огибала деревья со скоростью и ловкостью достойной авантюриста Второго Уровня, оставив меня позади.

Я какое-то время, непонимающе смотрел ей вслед, когда…кап, будто из ниоткуда.

— …Эм?

Странная вязкая субстанция упала откуда-то сверху.

Я ощутил теплоту стекающей с моего плеча прозрачной жидкости. Медленно я перевёл взгляд, посмотрев наверх.

— УуууУууу…

Перед моими глазами оказался слюнявый рот огромного динозавра.

Тогда до меня дошло: Я вспомнил, когда я чувствовал подобный исходящему из моего рюкзака запах. Кровь побежала по моим жилам так быстро, что, казалось я в любое мгновенье могу потерять сознание.

Это приманка, сделанная из свежего мяса, которой привлекают голодных монстров.

— УООООООООООООООООО!!!

— ВАААААААААААААЙ?!

Рёв и крик слились воедино.

Я повернулся спиной к огромной морде и побежал.

— Ух, разве это не один из монстров категории больших?!

— Вааа, Б-Белл?!

— К-кровозавры?!

Гестия вскрикнула первой, следом за ней раздался удивлённый крик Лили.

Появился Пятиметровый, хищный, красный динозавр.

Он снова и снова ревел так, что кровь стыла в жилах, погнавшись за «кроликом» из которого хотел сделать свой следующий обед.

— С-секундочку. Эти монстры появляются только на тринадцатом этаже!..

— Всё хорошо. Монстры на поверхности гораздо слабее чем монстры, которые появляются в Подземелье.

Голос Лили дрожал, а Нажа ответила предельно спокойным тоном.

— Теперь мы сможем войти в углубление. Нужно делать всё быстро, пока Белл увёл монстра.

Нажа повела Гестию и остальных в углубление.

Оно оказалось гнездом монстра; группа увидела десяток или даже чуть больше яиц, спрятанных между деревьями.

— Разве не было способа получше?..

— Нет. Если бы мы начали сражаться с кровозаврами, то не смогли бы защитить Лорда Миаха и Леди Гестию.

— Приношу свои извинения, Белл…

— Меньше чешем языками, больше работаем, чтоб вас! Эта штука может съесть Белла!

Гестия прикрикнула на других, чтобы те прекратили бессмысленные разговоры и начали собирать яйца в принесённые мешки.

Когда с этим было покончено, у каждого был мешок с яйцами за плечами.

— Сударыня Нажа, а то, что вы сказали о монстрах, правда?

— Да. Сотня смен поколений отразилась на монстрах. Магические камни в их груди либо очень малы, либо совершенно исчезли.

Нажа ответила на вопрос Лили, поправляя свой мешок на плече.

Монстры, которые покинули Подземелье следуют своим инстинктам ради выживания своей расы.

Они начали увеличивать своё количество, когда оно стало слишком низким. Поскольку каждому отдельному монстру начало требоваться меньше усилий для выживания, магические камни начали становиться меньше.

В каждом новом поколении монстров уменьшается размер магического камня, а это влияет на силу каждого отдельного монстра. Сейчас, монстры на поверхности ни в чём не сравнятся со своими «оригиналами» из Подземелья.

— Кровозавры на поверхности должны быть примерно равны по силе оркам в Подземелье…

Сказала Нажа, смотря на Белла.

Парень уносил ноги от троих подобных монстров. Их число возросло. Белл вопил от страха, и это крик эхом разносился по лесу.

Нажа выпрямилась и сняла с плеча своё оружие.

Этим оружием был длинный лук, почти с её рост размером. Держа лук своей правой серебряной рукой, левой рукой она наложила стрелу на тетиву.

Между ей и монстрами было достаточное расстояние, чтобы девушка не вспомнила о пережитой трагедии. Солнечные лучи отражались от ассиметричной лёгкой брони, которая была надета поверх одежды, Нажа прищурилась, а спустя несколько секунд отпустила натянутую тетиву.

Стрела просвистела в воздухе и вскоре нашла свою цель: глаз кровозавра.

— !!!

Сквозь деревья пронёсся оглушительный рёв.

Лишённый зрения и потерявший равновесие раненный кровозавр на полной скорости врезался в другого, отчего они оба оказались на земле.

Белл ощутил тряску от падения монстров и увидел разлетающиеся листья. Он оглянулся, через плечо и его глаза округлились, а спустя секунду он вскинул широкий меч. Последний кровозавр нёсся на него, будто потеряв рассудок, но Белл решил поверить, что Нажа его поддержит, оттолкнулся от земли и понёсся прямо на монстра.

— …Я так рада снова этим заняться.

— ЯЯЯЯАААААХХХХХХХ!!!

Нажа, с улыбкой от уха до уха выпустила ещё одну стрелу в тот момент, когда Белл издал боевой клич.

Стрела пронзила глаз зверя как раз вовремя, прямо перед тем как на него налетел Белл. Монстр, которого тряхнуло от боли оказался беззащитен против направленного в него клинка.

Удар в прыжке Белла пришёлся прямо в нижнюю часть шеи монстра. Кровь брызнула фонтаном, а монстр рухнул на колени.

Белл собирался нанести ещё один удар чтобы прикончить монстра, но потерял равновесие. Нажа не сдержалась и расхохоталась, наблюдая за Беллом с безопасного расстояния.

— Нажа, достаточно.

— Ладно…

Она повернулась к Миаху с улыбкой, застывшей на её лице.

Осмотрев остальных, она убедилась, что Лили и Гестия набрали достаточно яиц в мешки, прежде чем снова обратить внимание на Белла.

Парень ковылял между деревьев, используя широкий меч в качестве трости. — Теперь мы наконец уйдём? — сказал он с очень жалобным взглядом.

Нажа улыбнулась и кивнула:

— Пора домой, Белл.

В ночном небе была целая россыпь звёзд.

Фиал с тёмной синей жидкостью был протянут человеку, стоящему в открытых дверях огромного поместья.

— Это последняя разработка моей Паствы. Я гарантирую её эффективность.

— Ээх-хех!..

Диан Кехт вздохнул, выхватив фиал из протянутых рук Миаха.

Изучив его лично, божество протянуло фиал ассистенту, Амиду, спрашивая её мнения.

Девушка сделала глоток и затихла. Оба божества ждали, затаив дыхание, пока девушка не сделала короткий кивок.

— Зелье двойного действия, которое восстанавливает физические и ментальные силы…Первое в своём роде. Вы сможете продать такое по довольно высокой цене в лавках своей Паствы. И оно явно будет пользоваться спросом у огромного количества авантюристов, как мне кажется.

— Гех, гррр!..

— У меня на руках двенадцать штук. Выгоды от их продажи будет более чем достаточно чтобы покрыть месячную плату. Пожалуйста, выкупите их.

— Поче… Как тыыыыыыыыыы?!

Низкий гортанный рёв раздался в ночном небе.

Белл и остальные ждали снаружи, за высокими стенами поместья, понимая, что обмен прошёл успешно, услышав этот крик.

— Похоже, сработало…

— Этот чудак не настолько глуп, чтобы отвергать возможность нажиться. Хотя, я уверена, что он хотел увидеть нас на коленях… не повезло.

Нажа усмехнулась, отвечая на комментарий Лили.

Группа ждала вне окружающих поместье Паствы Диан Кехта стен возвращения Миаха.

— Что же, это был долгий день! Даже присесть времени не было.

— Ха-ха-ха…

После сбора яиц в Глуши Леса Сеоро их ждала настоящая битва со временем, для изготовления зелий двойного действия. Пока Миах и Нажа изготавливали зелья, стирая кожу на пальцах и пытаясь успеть вовремя, Белл Лили и Гестия помогали им, как могли. Все они работали часы напролёт.

Белл скривился, смотря на свою истощённую богиню.

— Но вы постарались на славу. Особенно если учесть, что пришлось делать всё в последний момент.

— Люди Орарио одержимы Подземельем и даже не пытаются изучить возможности, которые их окружают… За стенами этого города существует немало открытий, которые только и ждут, чтобы их нашли.

Яйца монстров и Крылья Синих Мотыльков. Нажа сказала Беллу что она создала новый предмет используя ресурсы Подземелья и вне его.

— О, Миах. Уже закончили?

— Да. Все вопросы были улажены.

Миах вышел из ворот и вернулся к месту, в котором его ждали остальные. Он улыбнулся и добавил, что им можно больше не беспокоиться о том, что их выкинут из собственного дома, посмотрев на всех, по очереди.

— Позвольте мне ещё раз выразить мою благодарность. Всё это стало возможным только благодаря вам, и я вам признателен.

— Рада слышать, что твой долг стал чуточку меньше.

— Это был стоящий квест.

Гестия и Лили посмотрели на Миаха и улыбнулись в ответ. Белл улыбнулся секундой позже.

Наконец, Миах посмотрел на Нажу тёплым взглядом.

— Нажа.

— Да…

— Вчера ты назвала себя бесполезной.

— …Да.

— У меня никогда, ни единого раза не было такой мысли.

Глаза Нажи округлились, когда она услышала слова Миаха.

Я бог, которого ты спасала много раз. Даже если дела идут не так хорошо, как шли когда-то, то, что ты рядом этого стоит. Так что, пожалуйста, не будь к себе так строга.

— …Это приказ?

— Нет, душевная просьба от бога, который смотрит на тебя чаще, чем на остальных детей.

Говоря это Миах сделал шаг к Наже и, протянув руку, дотронулся до её волос.

Такая теплота божества застала Нажу врасплох, так что девушка покраснела, прежде чем опустить взгляд на землю. — Так прямо… — прошептала она, когда Миах начал поглаживать её по голове.

Гестия смотрела на них с блеском в глазах, а Миах снова и снова говорил, и делал вещи, которые можно неправильно понять. Потом она не упустит шанс подразнить своего друга, а Лили просто наслаждалась каждой секундой происходящего. Белл через силу улыбнулся, увидев, что его спутницы по-своему получают удовольствие от этой ситуации. Нажа воспользовалась возможностью и вырвалась из замкнутого круга и подошла к Беллу.

— Белл, спасибо за то, что ты сделал. Большое… очень большое спасибо.

— Нажа…

Девушка-чинтроп поклонилась, а потом, подняв голову протянула парню фиал из внутреннего кармана.

— Эм, это же…

— Двойное зелье… После всего произошедшего осталось только одно, но… это награда за завершение квеста и моя благодарность.

Белл был удивлён, а на лице Нажи было обычное, сонное выражение, если не считать лёгкой улыбки на губах.

— Если тебе будет нужна помощь, скажи мне. После всего, что я сделала я должна тебе отплатить…

Удивление Белла ушло, на его губах тоже заиграла широкая улыбка.

Он принял свою награду из рук девушки.

Наконец, квест Белла подошёл к концу.

----------

Кампанеллы для Богини

— Боженька, у меня получилось! Я-Я убил гоблина!

— …Ооо?

Гестия наслаждалась послеобеденным чтением лёжа на софе.

Она выглянула из-за своей книги, когда дверь с грохотом распахнулась. И её встретил беловолосый парень с очень гордым выражением на лице, заявляя о своей победе.

Дом Паствы Гестии, небольшая комнатка под старой церковью.

Сама комнатка делится на две части, одна квадратная и одна продолговатая. Вместе они составляют букву Г. Несмотря на то, что комнатка достаточно удобна для проживания, из-за мебели и других предметов она кажется очень тесной. Здание в котором она находится довольно старое. Трещины покрывают каменные стены и создаётся впечатление, что это место заброшено.

Свет, исходящий от одной магической лампы под потолком отразился от удивлённых глаз Гестии, уставившейся на единственного члена своей Паствы – Белла Кранелла.

Парень перед ней казался очень счастливым, его лицо светилось будто он сделал нечто невероятное.

— Гоблин… это один из гоблинов, о которых я слышала? Самый слабый монстр во всём подземелье, такой гоблин?

— Да! Один из таких чуть не убил меня, когда я был маленьким ребёнком, так что я всегда их боялся, но… сегодня, я наконец убил гоблина!

— Так, эм… всего одного?

— Э?

— Ты убил одного гоблина и прибежал сюда аж из самого Подземелья, чтобы мне рассказать?

По лицу Белла пробежала дрожь, его тело застыло, когда он задумался над заданным Гестей вопросом. Он и правда убил всего одного монстра, самого слабейшего и после побежал домой.

Парень неожиданно осознал какой незначительной была его победа и ощутил жуткое разочарование. Его лицо, ещё мгновенье назад светившиеся от радости, поникло и покраснело от стыда. Белл повернулся на месте, и двинулся вперёд, опустив плечи.

— Я пойду обратно в Подземелье. Прости что тебя прервал…

— Ч-Че-Чего?! Прости, Белл, я не пыталась тебя пристыдить или что-то вроде… П-подожди секунду!

Не слыша криков Гестии Белл вышел из дверей, его уши покраснели от смущения.

Паства Гестии была основана тремя днями ранее.

Именно тогда Гестия нашла Белла посреди города и пригласила его стать частью её Паствы.

Приняв приглашение и получив Благословение богини Белл присоединился к рядам авантюристов, которые зарегистрированы Гильдией. Ответственность обеспечивать свою Паству легла прямо на его плечи. Он с радостью принял эту роль, но осознание того факта что он в месте, которое так отличается от города, в котором он родился очень сильно давило на парня, когда он принялся за работу.

Гестия помогала Беллу устроившись на непостоянную работу. Казалось, она постоянно открывала что-то новое о парне, каждый раз, когда они проводили время вместе. Прекрасная юная богиня, всегда державшая своё сердце на поводу, Гестия, очень старалась узнать стеснительного парня и вытащить его из его раковины. Несмотря на то, что они провели вместе всего несколько дней, они уже были в хороших отношениях.

Среди всех Паств в городе Орарио, Паства Гестии в числе самых бедных, так что приходится сконцентрироваться на получении денег, чтобы прожить каждый новый день. Они вдвоём стали командой, которая поддерживает начинания друг друга в нелёгком совместном пути.

— Я тут беспокоилась. Если бы что-то случилось, и ты не вернулся домой, мне бы очень долгое время снились кошмары.

— П-прости, что заставил волноваться…

— Ах-ха-ха, о чём ты? Это же я виновата, раз такого наговорила. Мне и извиняться. Прости, Белл.

Гестия и Белл сидели друг напротив друга за столом в своей комнате.

Белл благополучно вернулся из своего второго похода в Подземелье и сейчас поздний вечер. Они ужинали вместе в небольшой комнатке, в которую даже не проникает свет луны, сияющей в ночном небе.

Полный заработок Белла за первый день охоты в Подземелье составил триста валис, которые тут же ушли на покупку нескольких кусков хлеба и яиц. Немало времени было потрачено чтобы придать яйцам более аппетитный, чем обычно, вид и подаче их к столу.

Несмотря на то, что получено было очень немногое желтки свежеприготовленных яиц поблескивали в свете лампы с магическим камнем.

— Ну и как тебе, Белл, твой дебют в Подземелье? Он был многообещающим?

— Ну, я очень сильно переживал, когда спускался вниз, но… смог драться с монстрами. Стало гораздо проще, когда я победил гоблина и кобольда.

В ужин были вложены особые усилия чтобы отпраздновать первый день охоты Белла в Подземелье.

Они не могли позволить себе чего-то особенного, но Гестии и Беллу для радости было достаточно и гренок с яйцами.

— Но мне очень приятно такое услышать. Судя по всему, ты сможешь жить, как авантюрист, Белл. Я слегка беспокоилась что ты всё своё время будешь тратить на ухлёстывание за девушками в Подземелье.

— Н-не буду я ни за кем ухлёстывать, с чего бы мне этим заниматься?!

Гестия просто дразнила парня, но лицо Белла густо покраснело, а его голос стал выше на октаву или даже две.

Подняв бровь, богиня посмотрела на запаниковавшего парня — Вот как.

— Но ты же собирался цеплять девушек, не так ли? Найти каких-нибудь миленьких авантюристок, а потом поразить их тем, как ты монстров налево и направо убиваешь. А уж потом-то ты бы их развлёк, разве нет?

— Р-развлёк!.. Всё не так! Я не хочу кучу девушек… Ну, если только немножко… Н-не важно, я хочу найти одну единственную, ту, которая мне судьбой предназначена! Как в историях о героях!

— Разве ты не собирался завести себе личный гарем?

— Г-гарем это мечта любого мужчины! Это что-то, чего я должен хотеть, раз я мужчина, как и героем быть…

Белл закрыл свои красные глаза, его щёки становились тем краснее, чем дольше он говорил.

Гестия слегка пожала плечами и уставилась на Белла, сидящего с другой стороны стола. Её мысли путались, когда она смотрела не мальчишеские черты парня.

Чем больше она узнавала о Белле Кранелле, тем страннее он ей казался.

Несмотря на свою поразительную стеснительность, он любитель женщин. Он хотел бы пользоваться девушками, но не собирается ничего для этого делать. Другими словами, его личность совершенно противоречива. К худу или к добру, что-то другое подбивает его на слова и действия, которые не соответствуют его чистому и прямолинейному характеру.

Гестии казалось, что этот внутренний конфликт как-то связан с дедушкой парня, который его воспитывал.

Следы действий этого человека проглядывали во множестве историй, которые рассказывал Белл, также они видны и в мыслях Белла.

Гестию удивлял человек, с которым она никогда не встречалась, и методы, которыми этот старик промыл Беллу мозги используя героев в качестве ролевой модели. Она тихонько вздохнула, думая о том, каким бы человеком Белл мог стать, если бы он просто получил обычное воспитание. Его действия, и даже мысли, своими корнями уходят к этому дедушке.

Одержимость Белла девушками и даже его желание найти «единственную», всё связано с этим человеком.

Представление о прекрасной девушке, которое он оставил, или, точнее, вложил в голову Белла очень сильно.

Мальчик, чьи глаза загораются от историй о героях, всегда погружённый в свои мысли.

Вот кто такой Белл Кранелл на самом деле.

Возможно было бы лучше, если бы он родился девочкой. Очень резкая мысль проскользнула в голове богини.

— Так мне говорил Дедуля. Встречаться с девушками это жизненная цель любого мужчины. Вот поэтому я…

— …

Гестия смотрела как парень живо пытается объясниться.

Она узнавала о всё больше и больше о первом члене своей семьи.

Пока Белл был в Подземелье, зарабатывая деньги для своей Паствы, Гестия тоже работала на своей временной работе.

Она во многом была похожа на Белла тем, что жила в Орарио довольно недолгое время и всегда пыталась понять, что ей делать дальше. Жизнь в Гекае оказалась гораздо труднее чем жизнь в роскоши, к которой богиня привыкла в Тенкае. Другие боги продолжали твердить «Приходи и испытай на себе прелести жизни в Гекае». И действительно, Гестия бы никогда не прошла через такие трудности, если бы жила в верхнем мире. Вот только эти «прелести» начали становится слишком уж тяжёлыми.

— Вот ты где, малышка Гестия. Держи сегодняшнюю плату.

— Спасибо, Грам.

Женщина-зверолюдка протянула ей свёрток, в который была завёрнута её плата за день.

Гестия работала в уличном киоске неподалёку от Северной Главной Улицы. В нём продавалась закуска, называемая Воздушной картошкой: картофельное пюре со специями, обваленное в сухарях и прожаренное так, чтобы получались небольшие шарики.

Для их приготовления даже использовался какой-то секретный ингредиент, который, судя по всему, был действительно полезен, поскольку дела шли просто отлично.

Один, два, три… сто восемьдесят валис.

Она отработала шесть часов, за тридцать валис в час. Несмотря на то, что она прекрасно знала сколько именно денег будет в свёртке, прежде чем его открыть, вид заработанных денег в ладони богини заставил её вздохнуть.

Недавно она ошиблась, когда ставила на плиту сковороду и всё взорвалось – к счастью обошлось без ранений, если не считать того, что Гестия мгновенно покрылась сажей. Деньги на ремонт теперь ежедневно вычитаются из её зарплаты. Такими темпами, пройдёт немало времени, прежде чем богиня начнёт помогать Беллу обеспечивать Паству.

Мир, называемый Гекаем беспощаден к юной богине, которая только-только в него переселилась.

По крайней мере, так Гестия думала, никогда не принимая в расчёт свои собственные ошибки.

— Эй, Грам, почему бы тебе не присоединиться к моей Пастве? У меня только что появился молодой авантюрист и мы полным ходом идём к покорению мира.

— Ха-ха-ха, не стоит тебе такого предлагать, нет уж, нет уж. Отличная попытка Гестия, ты очень упорна.

— Но почему?.. Пожалуйста!..

Гестия ежедневно предлагала женщине присоединится к Пастве Гестии, собираясь уходить, а та всегда смеялась в ответ.

Отчасти она отказывала из-за того, что Паства Гестии – это никому не известная группа, но куда большее влияние на этот отказ имел недостаток гордости Гестии.

Женщина похлопала Гестию по голове и дала ей в дорогу воздушной картошки, прежде чем богиня отправилась за дверь — Гестия была богиней, с которой обращаются, как с ребёнком. От осознания этого факта она снова вздохнула.

— Как долго тянется этот день…

Гестия шла по озарённой красноватым светом заходящего солнца улице, её щёки надулись, когда она разом запихала себе в рот воздушную картошку.

Обычно она возвращается домой до того, как солнце становится таким красным, но это означает, что сегодня она работала дольше обычного. «Белл, наверное, уже дома»,- подумала она про себя, устало переставляя ноги.

Дом Паствы Гестии – это комната под старой церковью, расположенной между Северо-западной и Западной Главой Улицей. Так что Гестия шла на запад от своего уличного киоска на Северной Главной Улице.

Поначалу, она шла мимо аккуратных, выстроенных из кирпичей и постоянно обновляемых домов. Но чем дальше она заходила, тем хуже выглядели здания вокруг. Очень старые лавки, побитые мотели и бары стояли вдоль переулка, пока богиня не оказалась на Северо-западной Главной Улице.

Эту улицу обычно называют «Путём Авантюристов», потому что именно на ней стоит Главное Отделение Гильдии. Разнообразные авантюристы постоянно ходят по этой дороге. Лавки и здания, мимо которых шла Гестия по сравнению с убранством этих мест казались трущобами.

— Это не?..

Гестия шла по улице, её длинная тень скрылась в толпе, когда солнце село за городской стеной, когда она случайно кое-кого увидела.

Беловолосый парень стоял возле одного из магазинов.

Белл?..

Член её Паствы стоял спиной к проходящим мимо авантюристам, уткнувшись взглядом в товары, которые выставлены на витрине. То, с каким интересом парень смотрит на то, что выставлено в магазине заставило Гестию остановится посреди дороги.

Прошло несколько секунд и Белл практически прижался к витрине, а спустя какое-то время заставил себя оторвать взгляд от лавки и уйти.

Гестия убедилась, что он растворился в толпе и сама подбежала к лавке. Топ-топ-топ-топ, каблуки её туфель цокали по каменной дороге.

— …Вот что это было.

Увидев своими глазами что выставлено на витрине, к которой Белл был так неравнодушен, богиня поняла, что вызвало у него интерес.

На витрине были выставлены различные типы оружия. Отполированные, прочные клинки различных размеров, практически искрящиеся на свету.

Просто ли Белла привлекли выставленные оружия или им овладела зависть, от осознания что ему никогда такие не получить, Гестия наверняка не знала.

Какова бы ни была причина, Беллу очень понравились выставленные в этой лавке оружия.

— Ммммм… а вот и оно.

Гестия скрестила руки на груди и решила, что сделает нечто «божественное» преподнеся своему «ребёнку» подарок. Она кивнула сама себе. После всего произошедшего Гестии хотелось, чтобы кто-нибудь осознал, что она самая настоящая богиня. И поскольку она необычайно добра, она решила преподнести Беллу подарок.

Она решила, что если она потратит сбережения, которые у неё накопились за то время, что она появилась в этом мире, она сможет купить ему что-нибудь стоящее. Лёгкая улыбка появилась на её лице, Гестия отошла от витрины и двинулась к двери.

Вспоминая направление взгляда Белла, Гестия вычислила, что парень смотрел на короткие мечи. Скорее всего, один из мечей в самой глубине витрины, в лезвие которого вставлены драгоценные камни. Даже Гестии этот клинок показался произведением искусства.

Потом она перевела взгляд на ценник. — Хах? — вырвалось из её рта, когда левая рука уже легла на дверную ручку.

— Восемьдесят миллионов валис.

Пальцы Гестии отпустили дверную ручку, её тело застыло.

Прости меня, Белл.

Это невозможно, сказала она сама себе поворачиваясь и уходя от лавки так быстро, как только могла со стекающими по шее каплями пота.

Этот ценник слишком серьёзный противник, чтобы так просто его победить. Сбережения Гестии всего лишь беспомощный гоблин перед лицом ужасного дракона.

— Так, а разве это…

Посмотрев на здание из красного кирпича через плечо Гестия осознала, что оно принадлежит одной из её подруг.

Мастера Горна, Паства Гефест. Она жила с этой Паствой после своего появления в Гекае до недавнего времени.

Поскольку этот бренд один из известнейших в мире, тот факт, что она не может позволить себе оружие Гефест, вполне естественен. Бросив последний взгляд на освещаяему вывеску, богиня перешла на лёгкий бег. Знай своё место, Белл, сказала она сама себе, ощущая себя разбитой.

Поскольку шанс показать свою божественность снова был украден у Гестии, она снова вздохнула и побрела по каменной, омываемой последними лучами алого заходящего солнца, дороге.

…С моими волосами явно не всё в порядке.

Увидев своё отражение в одной из витрин на Северо-западной Главной Улице, Гестия остановилась, чтобы рассмотреть себя поближе.

Резинки, которые поддерживали её блестящие чёрные хвостики были одной ногой в могиле. Потрёпанные и опавшие, казалось, они в любой момент могут порваться.

Единственное, на что сейчас годится вид её резинок для волос– это преуменьшение её гордости. Пробежав по своим волосам пальцами, богиня смотрела на своё отражение, когда кое-что внутри лавки привлекло её внимание.

На каждом манекене было надето платье и различные защитные аксессуары, вроде амулетов. И среди манекенов был один, у которого были очень красивые ленты для волос.

— …

Гестия заворожённо уставилась на синие ленты, в волосах манекена. Спустя какое-то время она тряхнула плечами и помотала головой. У богини нет права растрачивать деньги, практически крикнула она сама себе, несмотря на то, как сильно ей хотелось заполучить эти ленты.

Шух. Она повернула голову от витрины, чтобы наконец оторвать свой взгляд. В последний раз взглянув на эти ленты уголком взгляда, богиня отвернулась окончательно.

Приняв решение доносить то, что у неё есть, Гестия начала накручивать волосы на палец и свернула с Западной Главной Улицы в переулок.

— …

Пара рубиново-красных глаз, владелец которых был на пути домой видела всё происходящее. Гестия, однако, этого не заметила.

Прошла неделя с момента основания Паствы Гестии.

Гестия смотрела на стоящего напротив неё парня с беспокойством в глазах.

— П-прости, я опоздал…

Белл вошёл в дверь их дома, за ним тянулся след из пыли, а одежда и броня были такими грязными, что было практически слышно, как сгибается ткань.

Время на настенных часах перевалило за девять вечера.

— …Белл не слишком ли ты себя изводишь, в последнее время?

— Н-нет, мне так не кажется?

Лицо Белла скривилось, а выражение на Лице Гестии становилось всё подозрительней и подозрительней.

— Я в порядке — сказал парень чтобы её успокоить.

Последние несколько вечеров Белл приходил в подобном состоянии.

Он уходил очень рано, весь день проводил, охотясь в Подземелье, а возвращался поздним вечером. Грязь и повреждения на его одежде и броне говорили о том, что он действительно старается: да и его тело не в лучшем состоянии.

Разумеется, Белл был очень взбудоражен, когда стал авантюристом, но, ощущается, что причина в чём-то другом.

— Боженька, вот. Деньги, которые я сегодня заработал в Подземелье.

— Ахааа…

Цзинь. Монеты в тканевом кошельке брякнули, когда Белл протянул их богине.

Каждый вечер Белл всегда отдавал Гестии часть заработанных денег от охоты в Подземелье чтобы поддержать свою Паству. Безусловно, большую часть этих денег он забирал себе, чтобы расплатиться за предметы и ремонт экипировки, а также, чтобы в его распоряжении оставались свои деньги.

Гестия развязала нить и заглянула в мешочек. С первого взгляда было видно, что внутри по крайней мере пятьсот валис. Учитывая, что Белл забирает себе ещё около тысячи валис, на подготовку к путешествию в Подземелье, он зарабатывает гораздо больше денег, чем должен бы. Гестия не могла не заметить сколько усилий Белл вкладывает в свои экскурсии по Подземелью с раннего утра до позднего вечера.

Получается, у парня есть какая-то причина, раз он хочет заработать так много денег, как это возможно.

— …Эй, Белл.

— А, да?

— Ты что-то от меня скрываешь?

Очень уставший Белл взял сменную одежду и поплёлся к душевой, Гестия остановила его, задав этот вопрос.

Была ли это её божественная интуиция или она чувствовала, что Белл пытается что-то скрыть, потому что она его богиня, она не знала. Но она была уверена, что что-то не так.

Белл замер на месте, с точки зрения Гестии это было очень подозрительной реакцией.

— Аха-ха-ха-ха… о ч-чём ты вообще говоришь, Боженька? Конечно ничего не скрываю.

— …

Гестия нахмурилась, услышав натянутый и фальшивый смех Белла.

Игнорируя его слова, которым она бы всё равно не поверила, Гестия встретилась с ним взглядом.

Рассказывай немедленно, сказала она одними губами, от неё исходило пламя.

— …Б-Боженька, я душ приму, ладно?

— Гах!

Белл практически сбежал в душевую с одеждой в руках и каплей пота, стекающей по его щеке. Гестия удивилась, с какой скоростью это было сделано, но как только за его спиной закрылась дверь душевой, богиней овладел гнев.

Какая-то часть Гестии не могла принять того факта, что Белл что-то от неё скрывает.

За последнюю неделю Гестии понравился этот парень и она была очень рада, что привела его в свою Паству, сделала его частью своей семьи.

В ответ парень обращался с ней как с богиней, которой она и была – и, всё же, она ощущала в его отношении теплоту более лично связи.

Гестия не могла не пожелать защитить наивного Белла. Но, она ощущала то же самое и с его стороны, будто рядом с ним она была в безопасности.

В этом мире, Гекае, который так жестоко с ней обходился Белл был единственным, кто делал всё что можно, чтобы помочь Гестии.

Она любила его улыбку. Все её заботы будто испарялись, когда богиня на него смотрела.

— Я приказала тебе говорить, а ты так и не раскололся, Белл…

И по этой самой причине она не могла позволить Беллу что-то от неё скрывать.

Чувство, которое пожирало её изнутри, возможно, высокомерие божества, которое обнаружило что происходит что-то, что оно не может контролировать и ощущение что член семьи предал его доверие.

Как бы там ни было, это чувство испортило Гестии настроение и становилось только хуже.

Ну ладненько, раз ты захотел в такую игру поиграть…

В глазах богини блеснули опасные огоньки. Она посмотрела на дверь душевой и пробормотала — Ну погоди у меня. — после чего развернулась на каблуках и пошла на кухню.

Она молча начала готовить ужин.

— Эм, Боженька…

— Устал сегодня, да, Белл? Я приготовлю; можешь прилечь на софу, отдохнуть.

Гестия улыбнулась Беллу, переодевшемуся в чистую одежду после принятия душа. Казалось, что Белл хочет что-то сказать, но улыбка на лице богини его успокоила. Будто бы она забыла о прошедшем разговоре.

Шин, шин. Заметив, что добыча потеряла бдительность, Гестия снова улыбнулась «кролику», затачивая скрытый от взгляда Белла нож.

— Итак, Белл. Может сегодня обновим твои Характеристики?

— Да, конечно.

Как ни в чём не бывало предложила Гестия, когда с ужином было покончено.

Белый кролик нисколько не споротивлялся, как она и предполагала.

Нож, скрытый за её улыбкой, был уже наготове.

Белл Кранелл

Уровень 1

Сила: I 49 => I 58

Защита: I 5

Проворство: I 66 => I 72

Ловкость I 98 => H 107

Магия I 0

Заклинания:

()

Навыки:

()

Белл лежал на животе на кровати, а Гестия сидела на его спине и смотрела на новые Характеристики парня.

Как обычно, Ловкость и Защита были по разные стороны развития. Искренне удивившись, что Ловкость парня за неделю достигла значения H, Гестия закончила обновление характеристик так быстро как смогла.

…а теперь.

Небольшая пауза после обновления Характеристик.

Истинная природа Гестии злобно блеснула в её глазах прежде чем она поймала «кролика» под собой.

Поп. Она уже не сидела на его спине, а наклонилась над ним.

— ?!

— …Вот теперь никуда ты не денешься, Белл. Неееееет уж… — из губ Гестии эти слова прозвучали очень злобно, когда её голова оказалась около плеча Белла.

Её голос был тихим, а рот был близко к ушам парня, так что он слышал дыхание богини. Допрос начался.

Тело Белла вздрогнуло, будто от удара молнии, его лицо залилось краской.

— Б-Б-Боженька?! Что ты делаешь?!

— Расследую. Потому что ты что-то от меня скрываешь, так?

На словах «Что-то скрываешь» тело Белла снова вздрогнуло. Он ощутил, как к нему прижалось мягкое тело его богини, когда ёрзал из стороны в сторону.

— Знал ли ты, Белл? Никто не может соврать божеству!

— О-о чём ты говоришь?..

— Огооо. Пытаешься изображать невиновность, не так ли?

Гестия нахмурилась.

Лицо Белла было совершенно красным, Краем глаза он увидел выражение, на лице Гестии. Если раньше он не был напуган, после этого взгляда он пришёл в ужас.

Спустя секунду.

Руки Гестии обвились вокруг шеи Белла, и она прижалась так плотно, как только могла.

— ДААХХХ?! Б-БОЖЕНЬКА?!

— Ну давай, кричи… выложи всё, Белл!!! И может быть ты заслужишь прощение!

— Я НИЧЕГО НЕ ЗНАААААЮЮЮЮ!!! Я-Я-Я-Я-Я НЕ СКРЫВАЮ НИЧЕГО ОТ ТЕБЯ, БОЖЕНЬКА!

— Какой упрямый!..

— ГЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕ?

Немалая в размере грудь Гестии прижалась к спине Белла. Он ощутил, что на него давит мягкое нечто и услышал пружинистый звук.

Своей голой спиной Белл ощущал каждый сантиметр, который к нему прижимался. Ощущая непрекращающееся трение на коже, парень покраснел всем своим телом.

Гестия ещё сильнее обняла парня, убедившись, что её давление не пропадает даром.

Той ночью крики в старой комнатке под церковью так и не прекращались.

— Поверить в это не могу, Белл!..

Следующий день.

Белл так и не раскололся. Из-за этого Гестия весь день была мрачной. Даже после возвращения домой с работы ей пришлось постараться, чтобы скрыть недовольство.

Сидя на софе и читая книгу Гестия переворачивала страницы чуть, прикладывая чуть больше силы, чем нужно.

Чёрт возьми, он сейчас куда больше думает о деньгах, чем о приключениях в Подземелье… Не могла же его охмурить какая-нибудь странная женщина и он теперь ей на подарки зарабатывает…

Неожиданная одержимость Белла охотой в Подземелье никак не выходила у неё из головы. Гестия понимала, что человек, которого она приняла в семью не настолько глуп, но этот факт только подливал масла в огонь.

Да провалится пропадом! Богиня представила Белла, который попал в объятия какой-нибудь Амазонки и беззастенчиво с ней развлекается, прежде чем помотать головой. Даже думать о таком не хочу, яростно прервала себя Гестия.

— Э?..

Топ, топ раздались звуки шагов по лестнице, ведущей к комнатке под церковью.

Теперь он слишком рано, сказала сама себе Гестия, ожидая, что Белл войдёт в дверь. Она оторвала взгляд от книги и уставилась на вход.

Дверь могла открыться в любую секунду. Тук-тук, раздалось несколько прерывистых стуков с другой стороны двери.

— Я пришёл чтобы с тобой встретится, Гестия.

— Эм… Миах?

Совершенно не тот человек, которого Гестия ожидала увидеть оказался у входа.

Длинные волосы цвета океана, серая поношенная роба, Гестия встретила Миаха с округлившимися от удивления глазами.

— Ходят слухи что ты создала Паству. Я знаю, что пришёл с запозданием, но мне хотелось зайти и поздравить тебя с этим событием.

— Погоди, ты только ради этого сюда шёл?

Несмотря на то, что Гестия с Миахом встретились недавно, только после спуска с Тенкая, у них оказалось очень много общего, особенно в рамках их Паств. Поскольку Миах несколько раз помог Гестии, они стали друзьями. Миах сделал в комнату шаг и на лице Гестии появилась тёплая улыбка.

— Ха-ха-ха, нет упущенного времени, когда есть шанс найти нового постоянного покупателя для моей Паствы. Ничего необычного.

— Хе-хе, ничто от тебя не ускользает.

Паства Миаха занимается производством и продажей целебных предметов, вроде зелий. Поскольку его Паства не слишком известна, Миах пользуется всеми возможными средствами, чтобы найти покупателей. Объяснив Гестии, что другой цели у него нет они вместе посмеялись.

— Кстати об этом… — продолжил Миах доставая фиал с синей жидкостью из кармана своей робы и протянув его радостной Гестии.

— Считай это образцом и подарком, чтобы наши Паствы оставались в хороших отношениях. Прошу его принять.

— А, спасибо! Это очень поможет!

— Прости что меняю тему разговора, Гестия, но ты зарегистрировала свою Паству в Гильдии?

Передав фиал Гестии Миах задал очередной вопрос.

А? Гестия наклонила голову, у неё на лице было озадаченное выражение. Пришедший в гости бог начал объяснять.

— Неважно, ходят члены Паствы в Подземелье или нет, если группа располагается в Орарио, Гильдия должна получить об этом информацию. Для этого и существует регистрация.

Судя по названию, Гильдия должна заниматься только делами, связанными с Подземельем. Однако, поскольку Подземелье – это центр экономики в городе Орарио, Гильдия обладает значительной властью. Эффективное и правильное регулирование превратили Орарио в мирный город, значительно продвинувшийся благодаря ресурсам Подземелья. Гильдия заправляет Подземельем со Старой Эры, вместе с этим устраивая процветание города.

Гильдия контролирует всё, что происходит в Орарио и Паствам нужно быть частью этой системы.

— Ого, получается Паствы нужно регистрировать, как и авантюристов, да? Ну что же, нам позволяют здесь жить, так что это естественно.

— Именно так. Ещё одна из прелестей Гекая.

— Всех этих сложных штук в Тенкае нет, да?

Ага, ага. Оба божества закивали головами.

— Итак, что будешь делать? Раз ты ещё не зарегистрировала свою Паству, не возражаешь, если я пойду с тобой?

— Уверен? На самом деле, это бы мне очень помогло…

— По правде говоря, мне всё равно больше нечем заняться. Так что вместо того, чтобы одиноко проводить время я могу помочь другу в беде.

— Ты прямо воплощение того, каким должен быть бог.

— Ха-ха-ха, я стараюсь соответствовать.

Они вышли из скрытой под церковью небольшой комнатки, со спокойствием, достойным божеств.

— Мне придётся всё это заполнять, правильно?

— Именно так. Не забудь добавить своё имя используя иероглифы.

Они оказались в большой гильдейской приёмной.

Гестия заполняла бумаги для регистрации в Гильдии самостоятельно и спрашивала у Миаха совета, а авантюристы из множества разных Паств проходили мимо, по своим делам. Гестии пришлось встать на стул, чтобы она могла заполнить документы на стойке Гильдии.

Свет вечернего неба пробивался сквозь расположенные под потолком окна, озаряя приёмную оранжевым светом. Учитывая, что в это время множество авантюристов возвращаются из Подземелья, в приёмной было множество людей и полюлюдей в эти часы.

Группа улыбающихся полуросликов пробиралась к Обмену; несколько зверолюдей перекидывались фразами с миленькими работницами Гильдии; эльфийка и дворф вступили в какой-то философский спор. В сделанной из белого мрамора приёмной Гильдии можно было много всего увидеть.

Будучи единственными божествами в Гильдии Миах и Гестия с интересом смотрели за авантюристами.

— Миах, а что это за графа, Ранг Паствы?

— Мера влияния Паствы, которая оценивается Гильдией… вроде оценки. Несмотря на то, что в расчёт принимаются заслуги Паствы, самым важным фактором является её боевой потенциал и общая сила.

Каждой Пастве в Орарио присуждается ранг, от S до I, как и в случае с характеристиками авантюристов. Чем выше ранг, тем выше доверие и уважение, которое проявляют к Пастве Гильдия и другие организации.

Боги, для которых всё в Гекае считается игрой, делают что угодно, лишь бы поднять ранги своих Паств и наслаждаются каждой проведённой здесь минутой.

— Торговый ранг Паствы возрастает благодаря заключению сделок. Высокий ранг означает что покупатели могут доверять товарам этой Паствы и больше авантюристов предпочтут вести с ней дела.

— Кстати, какой у твоей Паствы ранг, Миах?

— Ха-ха-ха, ранг H.

Не стоит и говорить, что только что основанная и бедная Паства Гестии получила самый низкий ранг, I.

Паствы обязаны платить городу налоги; чем выше ранг, тем больше приходится платить.

— Могу я у тебя узнать, если ты не возражаешь, Гестия, как выглядит дитя, которое ты приняла в Паству?

— Ого, очень неожиданный вопрос.

— Почему? Мы с тобой надеемся на долгое сотрудничество, так что я хотел бы узнать какое дитя ты выбрала своим первым участником.

— …человек-мальчик с красными глазами и белыми волосами. Его зовут Белл Кранелл.

— Красные глаза, белые волосы, да… Это не он ли вон там?

— А?

Перьевая ручка Гестии остановилась на полуслове, и богиня повернула голову.

Проследив за взглядом Миаха она увидела в углу приёмной беловолосого парня, разговаривающего с работницей Гильдии.

— Белл…

— Я так и подумал, что это он. И… он что, пытается ей что-то подарить?

Божества наблюдали как очень взволнованный Белл выставляет перед собой небольшую коробочку и открывает крышку, чтобы показать содержимое девушке, напротив. Девушка, полу-эльфийка, Гильдейская форма на которой сидит на удивление хорошо, посмотрела в коробочку и улыбнулась.

— Делает даме подарки. Хах, похоже у тебя очень обходительный подопечный.

— …

Гестия не ответила Миаху, она просто наблюдала за разворачивающейся сценой.

Девушка потрепала Белла по носу, а тот покраснел и смущённо попытался прикрыть лицо.

— …Вооооот, значит, как.

Сказала про себя Гестия, её глаза метали кинжалы в обоих участников действа.

Белл так рано поднимался по утрам и так упорно работал в Подземелье, зарабатывая деньги заключается в подарке для этой красивой полуэльфийке.

Настроение Гестии камнем рухнуло вниз.

Гестия ощутила, что недовольство охватывает её тем сильнее, чем дольше она смотрит, как эта полуэльфийка подшучивает над покрасневшим и размахивающим руками Беллом.

— Хмпф.

— Эй?.. Гестия?

— Прости, Миах. Я иду домой.

Показав документ работнице Гильдии с другой стороны стойки и игнорируя попытки Миаха её остановить, Гестия покинула Главное Отделение Гильдии. Оставив позади парня, который её даже не заметил она быстрыми шагами вышла из сада перед Гильдией.

Проклятье, я не хотела этого видеть…

Мысли заполонили голову Гестии пока она шла по Северо-западной Главной Улице.

Гестия уже поняла ответ, почему ей так не хотелось этого видеть.

Богиня хотела им обладать. Никем другим, только Беллом.

У неё наконец появилась семья – что-то, чего она так давно хотела. Так что видеть, как Белл флиртует с кем-то другим ей было больно. Не уходи к ней, тебе нужна только я, и другие эгоистичные детские мысли были в голове богини.

Гестия не знала, реагирует ли она так только потому, что Белл – это Белл?

Неожиданно она представила. Что если бы Белл не был первым человеком, получившим её благословение?.. Если бы он не был первым членом её семьи, возможно, тогда её сердце так бы не болело. Она бы не переживала.

Белл, ты такой идиот…

Гестия вошла в дом своей Паствы, её переполняли очень сложные чувства.

На одном дыхании она дошла до кровати и плашмя рухнула в неё лицом. Брови были злобно нахмурены, богиня собрала все одеяла и подушки и возвела вокруг себя из них гору.

Она изо всех сил пыталась выкинуть Белла из головы. Она крепко закрыла глаза; всё равно они больше никогда не увидят света.

Тук, тук.

Лёгкий стук тарелок с едой, которые были поставлены на стол вне её кокона достигли ушей Гестии.

Открыв глаза, богиня увидела только окружающую в укрытии на кровати тьму.

Несколько раз моргнув она начала медленно выбираться из-под одеял.

Свет от лампы с магическим камнем ослепил богиню, и она отвела взгляд в тёмный угол, чтобы глаза к нему привыкли.

— …

Всё было смазано, но первым, что она разглядела был парень с белыми волосами.

Богиня видела, как он ходит между кухней в углу и столом, пытаясь при этом не шуметь.

Запах свежего супа проник в нос Гестии секундой позже.

— …

Скинув с себя одеяла и подушки Гестия медленно села.

Парень с белыми волосами тут же это заметил и подошёл к ней.

— Доброе утро, Боженька.

— …Мммм.

Гестия кивнула, увидев его тёплую улыбку.

Часы на стене показывали семь вечера. Посмотрев на часы сонная богиня несколько раз мотнула головой, пытаясь проснутся.

Её чёрные хвостики затряслись из стороны в сторону в такт с головой.

— …Ты приготовил ужин?

— Да. Я подумал, что ты устала, когда вернулся домой… Прости, я не стал тебя ждать.

На столе стояли тарелки с простым салатом, варёной картошкой и супом.

Суп был налит в небольшие деревянные миски, от них исходил пар.

— …Ты сегодня вернулся домой гораздо раньше, так ведь?

В голосе Гестии были стальные нотки, когда она смотрела как Белл пытается её задобрить, чем-то простым, вроде приятного ужина.

— Случилось что-то хорошее? — сказала она тем же самым тоном, даже не смотря на парня. Белл покраснел и подпрыгнул, прежде чем отойти от кровати.

Повернувшись спиной, он подошёл к книжной полке и что-то с неё взял. Прикрыв этот предмет руками Белл вернулся к кровати богини.

— Эм, вот… Боженька, это тебе.

— …Э?

Гестия посмотрела на коробочку, которую ей протянул Белл.

Глаза Гестии округлились, и она замерла, прежде чем дрожащими руками взять коробочку в руку.

Она открыла крышку и увидела внутри две резинки для волос.

Они были украшены сложенными в банты синими ленточками с небольшими серебристыми колокольчиками на концах.

— Белл, это же…

— Т-ты смотрела на них так, будто готова в обморок упасть, так что я, ну… Решил их тебе подарить… — Белл говорил так тихо, что казалось, он готов провалиться сквозь землю.

Гестия была поражена. Она смотрела на парня округлившимися глазами, а парень спрятал своё смущённое лицо за белой подушкой.

Гестия уже видела эту коробочку – эту же коробочку Белл показывал полуэльфийке в Главном Офисе Гильдии.

Он не пытался подарить коробочку ей, может он спрашивал у неё совета – женского совета, может ли понравится такой подарок Гестии.

Подумав о том, как она дразнила парня, Гестия поняла, что сделала ужасную ошибку.

Эти ленточки… Он тогда меня видел?..

Несколько дней назад она стояла у одной из витрин на Северо-западной Главной Улице.

Ленточки, на подарке Белла были почти такими же, как на резинках манекена, которые очень понравились богине.

— Я-я ничего не пытался скрыть, просто не хотел портить сюрприз, так что, эм… прости.

— …

Гестия мягко улыбнулась, наблюдая как Белл пытается скрыть неудобство.

Но за её улыбкой отчасти скрывалась грусть.

В тот день она отступилась и не сделала ему подарок, а он поступил совершенно наоборот.

Его чувства к ней были куда сильнее чем её чувства к нему и гораздо чище.

— Значит ты так упорно работал в Подземелье чтобы сделать мне подарок?

— Видишь ли, эм… Да.

— Какой дурак…

Эти резинки наверняка не из дешёвых, подумала про себя Гестия, оценив качество материала.

Ежедневно приходить измождённым домой, просто чтобы заработать деньги на подарок так быстро как это возможно. Наверняка он много раз подвергал себя опасности.

Гестия прикрыла глаза и широко улыбнулась.

— Белл.

— Д-да?

— Вот, надень их на меня.

— А?

— Это твой подарок. Так что я хочу, чтобы ты надел их на мои волосы.

Белл не знал, как реагировать, так что Гестия улыбнулась, схватила его за руку и потянула в сторону.

Соскочив с кровати Гестия подвела Белла к столу и села на стул. — Быстрее. — мягко сказала она, посмотрев на него со своего места.

По лицу Белла пробежал пот, как будто что-то сейчас взорвётся, наконец он взял в руки резинки для волос, наконец приняв решение.

— Спасибо тебе, Белл… и прости.

— Эм?

Богиня хихикнула.

— Нет, ничего, — слегка смущённая Гестия снова улыбнулась, когда застенчивый парень начал прикасаться к её волосам.

Наблюдая через зеркало с каким сосредоточенным выражением на лице, парень надевает ей резинки, Гестия ощутила тёплое чувство в груди.

Она практически мурчала, как кошка, каждый раз, когда пальцы Белла пробегали по её чёрным волосам. Гестия наслаждалась каждой секундной этого особенного времени, которое она проводит вместе с Беллом.

— …Эй, Белл.

— Да?

— Встреча с тобой и принятие тебя в мою Паству… сделали меня счастливой.

Белл замер, слушая тихий голос богини.

Спустя мгновенье на лице парня тоже расцвела восторженная улыбка.

— Я тоже рад что встретил тебя, Боженька.

Гестия не могла не улыбнуться и не смутиться, снова увидев лицо парня в зеркале.

…Нет никаких сомнений, что она взрастит к нему свою любовь.

Теперь, маленькая богиня это понимала.

Всё чего она желает, это всегда наблюдать за ним и следить за его историей по Характеристикам на его спине.

На неуклюже завязанных бантах зазвенели серебряные колокольчики.

Они звенят каждый раз, когда чёрные хвостики подпрыгивают.

----------

Послесловие

Послесловие

(Перед тем как начинать переводить это послесловие мне хотелось бы принести свои извинения Госпоже Омори.)

Ещё с тех пор, как я была ребёнком, я думала о кузнецах «Сильные!», «Суровые!», «Крутые!», прямо как в Dragon Quest! Я с самого начала знала, что напарником героя должен быть мужчина-кузнец. Теперь, наконец-то, он появился в истории. Он практически обязан быть мужчиной из-за количества и разнообразия уже представленных женских персонажей.

Кузнец, который появился в истории не силён и не способен изготовить Seikou Juuji Ken. Это застрявший на месте кузнец, который никому не известен и не может ничего продать. Однако, когда я начала писать сцену ковки, помню, как сказала громкое — Ухооооо! — и пальцы начали двигаться сами собой, пытаясь угнаться за мыслями, которые бегали по моей голове. Персонаж стал идейным ремесленником.

Я практически вдохновилась, когда представила себе кузнеца в тёмной мастерской перед раскалённым докрасна горном, звонкие удары металла о металл, когда он или она вкладывают сердце и душу, надежды и страхи в оружие собственного дизайна снова и снова. Сколько бы изделий они не завершили, кузнецы остаются физическим воплощением страсти в моих глазах.

Я представляю мгновенье, в которое они выходят из кузницы с уникальным оружием в руках и передают его своему клиенту. Мне известно, что такого практически не бывает в сегодняшнем мире, но я не могу этим не очаровываться.

Поскольку четвёртый том серии был больше интерлюдией, в плане истории я включила две короткие истории, которые впервые были изданы в GA Bunko Magazine. Первая история, «Quest X Quest», происходит в середине третьей книги, между второй и третьей главами, в то время как вторая история, «A Campanella to the Goddess», происходит перед событиями первой книги. Надеюсь, вы ими насладились.

Время выразить мои благодарности.

Господину Котаку, эта книга не воплотилась бы в жизнь без ваших советов. Господину Сузухито Ясуде, спасибо вам, что вы всегда находите время в своём занятом графике чтобы создать прекрасные картины и воплотить этот мир в жизнь. Господину Ююджи Ююджи, за добровольное согласие поделиться частью своей работы. Ваша поддержка меня очень сильно порадовала.

Также, я хотела бы поблагодарить Господина Куниэду и Господина Куребито Мисаки за их прекрасную совместную работу по ограниченному изданию серии. Вдобавок я очень благодарна Young Gangan и Square Enix за их поддержку работы Господина Куниэды в выпуске манги основанной на моих новеллах. Буду ждать новых инсталляций.

В заключении я хотела бы поблагодарить всех, включая читателей, выбравших эту книгу, от всей души.

Я надеюсь вы все будете ждать следующего тома.

Фуджино Омори

----------

Послесловие переводчика

Послесловие переводчика

Всем добра, для вас снова пишет Kristonel.

Обычно я стараюсь держаться очень сдержано и быть вежливым, но четвёртый том перевода принёс мне множество открытий, так что меня слегка эмоционально штормит. Заранее прошу прощения. Итак:

Неужели автор данмачи — девушка? Факт, который никогда не приходил ко мне в голову. Честно говоря, я даже никогда об этом не задумывался. В основном потому, что абстрактный образ автора приходит мне в голову только когда я перевожу послесловия. И когда я узнал мне стало немного стыдно. Разумеется, пол автора никак не влияет ни на содержание истории, ни на моё к ней отношение, просто открывать в себе зачатки сексиста это не слишком приятно. Да и перед автором захотелось извинится (не важно что она никогда не узнает об этих извинениях, а даже если и узнает, не поймёт за что я вообще извиняюсь). И нет, дело не в том что я плохой переводчик просто когда речь идёт о себе в английском языке не разобрать пол... ну правда... пощадите...

Неужели выкладываться на руре — сложно? Забегая вперёд скажу что нет, но начну с чуть более глобального события. Глава нашей команды, Tiki, отправился на годик в места не столь отдалённые. В армию, топтать сапоги. Благо люди, готовые помогать мне с работой нашлись быстро. За иллюстрации теперь отвечает заместитель главы Zerriz, а вычитку проводит моя хорошая знакомая Белколис. Прошу встретить бурными овациями. Не стесняйтесь что соседи по комнате/родственники вас неправильно поймут, хлопать не стыдно. Однако Тики, помимо прочего, выкладывал главы на Руру и теперь эта обязанность легла на мои плечи. Разумеется, первый блин всегда выходит комом и техподдержка Руры уже убедилась, что я не слишком умный. Впрочем, речь не об этом. Я открыл для себя, что выкладывание глав это процесс требующий отдельного внимания и я трачу на него немалое количество времени (может, дело в опыте, конечно). В этом есть и положительная сторона, я лишний раз просматриваю главу и нахожу мелкие оплошности, которые хотел бы исправить. Так что перевод от этого только выигрывает.

В общем-то я уже накатал огромную простыню текста, которую не всем захочется читать, прошу прощения. Благодарю вас, уважаемые читатели за то, что вы всё это прочли.

Заходите в группу AkaiYuhiMun team вконтакте, наверняка вы найдёте для себя что-нибудь интересное.

В нашем чатике в дискорде есть специальная комната по данмачи, где я иногда отчитываюсь о ходе работ над очередным томом и можно лично у меня узнать кто лучшая девушка в тайтле (Гестия, разумеется). Получить туда доступ можно набрав команду "t!sar get Забытый в подземелье" в нашем канале для команд ботам (#bot-check).

Ну и не забывайте поддерживать меня материально, если вам нравиться то, что я делаю.

Вы очень поможете мне подписавшись на мой Патреон: https://www.patreon.com/Kristonel

А также снабдить меня всем необходимым для чаепития по этим кошелёчкам:

Qiwi: +79237177586

WMR: R532697894558

ЯД: 410012644267696

----------

Пролог. Первое предзнаменование.

Солнце светило в небе. Оно поднималось над восточной стеной города, заливая весь Орарио своим светом: огромную башню в центре города, величественный Пантеон, в котором собираются авантюристы, огромный Колизей. Всё купается в мягких лучах утреннего солнца. Жители города уже спешат по своим делам. Люди и полулюди заполнили улицы, звуки их голосов и шагов заставили Орарио ожить.

— Прости что вытащила тебя с утра пораньше, Геф-Геф. Только не подумай, что я навязываюсь.

— Всё в порядке. Я всегда одна, так что съесть свой завтрак в компании будет не так уж и плохо.

Две богини сидели за столом друг напротив друга в здании, расположенном между Северо-западной Главной и Западной Главной улицами. Шумы от проходящих снаружи людей доходили до этого места приглушёнными волнами.

Одна из богинь, с ярко-красными волосами, Локи, прищурившись смотрела на свою аловолосую собеседницу, богиню с повязкой на глазу, Гефест, улыбающуюся в ответ.

— Просто хотела ещё разок спасибки сказать за то, что ты мне своих деток-кузнецов в экспедицию одолжила. Они очень помогут.

Гефест благосклонно приняла слова благодарности Локи и задала той ответный вопрос:

— Не стоит. Право на доступ к добыче в Нижней Крепости это единственная благодарность, которая нам нужна. А что насчёт твоих детей? Думаешь, они добьются новых успехов в этой экспедиции?

Деревянное здание, в котором они завтракали было абсолютно квадратным. Два божества сидели на втором этаже, поблизости не было никого, не считая слуги зверочеловека. Ресторан был полностью в их распоряжении, столовые приборы Локи и Гефест лежали на деревянном столе покрытом белоснежной скатертью.

— В прошлый раз им пришлось тяжеловато, но я обучила их крутому заклинанию. Теперь все только и повторяют «Мы справимся!». Да и Айз теперь Шестого Уровня. Её хотят догнать.

Чов. Зубы Локи с силой вонзились в огромный кусок мяса, надетый на вилку. Сидящая напротив Гефест элегантно орудовала столовыми приборами, поедая своё блюдо мелкими кусочками и смотря как Локи хлебает воду из своего бокала.

— …Кстати, Геф-Геф. Слышала что-нибудь про ребёнка Малявки? Хоть что-нибудь?

— О? Хе-хех, что тут у нас? Гестией интересуешься?

— Это слово здесь ни к месту… Она просто слишком себя любит. Размахивает своими огромными дойками налево и направо, чтобы все заметили, вся такая дерзкая. Меня это реально бесит…

Гефест не могла не расплыться в улыбке, а Локи всё продолжала свою тираду.

— Один из моих детей присоединился к парню Гестии. Кажется, сегодня они идут на серединные этажи.

— Э? Так ты на два фронта работаешь, на меня и на Малявку? Всем кузнецов отправляешь, значит, вот как.

— Он подписал прямой контракт с «Маленьким Новичком». Кажется, парень Гестии произвёл впечатление на моего ребёнка. — Гефест поднесла ко рту очередной кусочек еды, продолжая говорить с улыбкой.

Локи, однако, была в замешательстве. Её лицо скривилось.

— Ты ужасна Геф-Геф. Изменяешь мне с Малявкой.

— Радуйся, что никто тебя не слышит. Тебя могут не так понять.

Их дружеские подколы продолжались ещё какое-то время, но неожиданно…

Здание тряхнуло достаточно сильно, чтобы это было заметно. Богини застыли на местах.

— …Очередная тряска.

— Да достало уже, как по мне… Слишком уж часто в последнее время эти землетрясения.

По воде в бокалах рядом с тарелками побежала дрожь.

Это землетрясение было не слишком заметным, его можно было ощутить, только если сидеть на месте. Скорее всего, идущие по улице люди ничего не почувствовали.

Локи и Гефест затихли и продолжили завтрак.

— Если бы это были обычные землетрясения, мы бы с ними на раз-два управились… но похоже дело в этой опасной штуке под ногами… Что думаешь, Геф-Геф?

— Гильдия постоянно отправляет молитвы, так что, мне кажется, это дело времени… Но да, ощущение такое, что что-то грядёт.

Два божества выглянули в окно. Люди внизу занимались своими делами как обычно. На городских улицах стало куда больше людей, чем было, когда они пришли.

— А? — удивилась Локи, когда её глаза заметили нечто интересное.

Члены одной из Паств собирались в углу дороги.

— …

Бог Такемиказучи опустил взгляд себе под ноги.

Он нахмурился, когда, как ему показалось, он ощутил, как что-то сотрясло подошвы на его ботинках.

— Милорд Такемиказучи, мы обязательно вернёмся.

Божество оторвало взгляд от земли, услышав бодрый, высокий голос.

Перед ним стояла прекрасная девушка. Длинные, блестящие чёрные волосы обрамляли лицо, глаза девушки были синевато-фиолетовыми. Её спина была выпрямлена в знак почтения. Кожа, кое-где виднеющаяся из-под плотной боевой одежды, была гладкой и почти молочно-белой. Её лицо имело настолько идеальные черты, что можно было принять эту девушку за богиню.

На лице Такемиказучи появилась нежная улыбка, когда он взглянул на девушку, члена его «семьи».

— Разумеется, только не перестарайся, Микото. Я повторяю это снова и снова, но не забывай ощущение, которое у тебя было в первый день, когда ты стала авантюристкой.

— Да, сэр!

После того как девушка, названная Микото, коротко кивнула, бог посмотрел на лица остальных членов отряда.

— То же самое касается и вас. — сказал он.

Небольшая боевая группа, состоящая только из людей.

Включая Микото, группа состояла из шестерых членов Паствы Такемиказучи.

Паства Такемиказучи — это одна из множества Паств Орарио, которые специализируются на изучении Подземелья. Такие Паствы выживают, собирая добычу и магические камни из Подземелья и продавая их за деньги.

Слухи о многообещающих новичках быстро распространяются среди авантюристов низкого ранга. Когда Микото подняла уровень, Паства Такемиказучи поднялась довольно высоко среди прочих Паств низкого ранга.

— Нам пора отправляться, Милорд Такемиказучи. — прозвучал голос мужчины, возглавляющего группу.

— Именно так. Удачи всем вам. — ответило божество, отправляя группу.

Микото в последний раз взглянула на бога и догнала остальных бегом.

— И вернитесь вместе…

Такемиказучи смотрел как силуэты растворяются на многолюдной улице и снова посмотрел себе под ноги.

Несколько секунд спустя он легонько вздохнул и почесал голову.

— …Мне тоже стоит работу начать.

Повернувшись, бог размял плечи и шею. Он хотел помочь своей семье, как мог, и поэтому сегодня ему снова предстоит готовить Воздушную Картошку.

— И всё равно я пока проигрываю лавочке Гестии по продажам… — пробормотал себе под нос Такемиказучи и развернулся чтобы пойти к дому своей Паствы, готовиться к работе.

— Эй, эй, Такемиказучи!..

Такемиказучи замер на месте, его рука уже почти легла на дверную ручку.

Живой, довольный голос раздался за спиной бога, по которой пробежала дрожь. Его глаза забегали из стороны в сторону.

Такемиказучи прекрасно знал, кому принадлежит этот голос. Он практически подскочил, разворачиваясь чтобы увидеть лицо владельца этого голоса.

— Гермес!..

— Ага, это я, Гермес! Уже с недельку не виделись, да, Такемиказучи?

Как он и ожидал, к нему подходило довольно худое божество.

Этот новый бог был среднего роста, его тонкие ноги и руки выглядывали из-под дорожного плаща, когда он шёл. Поскольку Гермес — бог, черты его лица безупречны, нельзя было найти в них недостатка. Гермес подошёл и снял свою широкополую, украшенную пером шляпу, освободив пряди рыжих волос.

Его женоподобные черты и сногсшибательный шарм совершенно отличались от мужественных черт Такемиказучи.

Улыбаясь от уха до уха, Гермес начал крутить шляпу на своём пальце, подходя к богу.

— Эй, ты чего здесь делаешь?..

— Ай, ну не смотри на меня таким злым взглядом. Я ведь столько прошёл, чтобы просто с тобой поболтать, Такемиказучи!

— Даже в шутку такого не говори! Разве не ты один из тех идиотов, которые меня довели?!

— Ха-ха-ха, прости, прости! Я просто не могу тебя не подразнить, когда вижу, Такемиказучи!

Довольный тон Гермеса нисколько не обрадовал Такемиказучи. Лицо божества становилось напряжённее с каждой секундой.

У каждого божества есть одна или несколько склонностей, но склонности Гермеса одни из самых диких.

На самом деле Гермес часто покидает дом своей Паствы, место из которого распространяется его влияние на Орарио, чтобы попутешествовать по миру. Такемиказучи не уверен, рождён ли Гермес путешественником, или он просто не может оставаться на одном месте достаточно долго, но он знал, что Гермес никогда не сидел на месте больше полугода. Не стоит и упоминать, что Паства Гермеса – это автономная группа, которую содержат её члены, полностью предоставленные сами себе.

— Я просто вернулся в город и проходил мимо, так что решил остановиться и поздравить тебя… Поздравляю с повышением уровня маленькой Микото, Такемиказучи. Твоя Паства стала чуточку сильнее. Надеюсь на сотрудничество в будущем.

Будь то небеса или земля, Гермес всегда был хорош в приближении себя к успеху.

Благодаря подобному трудолюбию сложно не нажить себе врагов, подумал про себя Такемиказучи.

Гермес протянул руку, но Такемиказучи предпочёл этого не замечать.

— Гермес… почему ты вернулся так рано?

Приняв участие в последнем Денатусе, Гермес упаковал дорожные сумки и отправился в неизвестном направлении. Обычно, покинув город он не возвращается по крайней мере месяц, но в этот раз его путешествие заняло всего десять дней. Это самое быстрое его возвращение.

Такемиказучи не скрывал подозрение на своём лице. Гермес умолк, прежде чем снова улыбнуться.

— Хе-хе, раз на сцену вышло столько интересных новичков, нельзя винить меня в проявляемом интересе. Так что я позаботился о делах и вернулся раньше обычного. Особенно… — продолжил Гермес.

— «Маленький Новичок» Гестии. Раз он установил новый рекорд, уверен, именно этот парень тебя и заинтересовал.

Глаза Гермеса чуть округлились, но сразу после этого он улыбнулся ещё шире.

Такемиказучи нахмурился, когда обворожительный бог выложил свои настоящие намерения.

— Такемиказучи, ты же частенько видишься с Гестией, да? Может тебе известно что-нибудь об этом Белле Кранелле?

— Ничего. А если бы и было, тебе бы я не сказал.

— Ха-ха, ты такой бездушный.

Гермес пожал плечами, подался вперёд, будто пытаясь разглядеть лицо Такемиказучи. Наконец он сделал несколько шагов назад с обворожительной улыбкой, застывшей на губах.

Неожиданный порыв ветра налетел с запада, волосы божества растрепал налетевший бриз.

Гермес отвёл взгляд от взгляда Такемиказучи и посмотрел наверх, будто пытаясь увидеть ветер.

— Ах, не могу дождаться встречи с ним.

----------

Глава 1. Серединные Этажи.

Куда бы я ни посмотрел, я вижу камни пепельного цвета. Стены, потолок - всё сделано из камней. Воздух спёртый, почти затхлый.

Я будто в пещере, в самом сердце гор. Если бы я не знал, где я на самом деле, именно так бы и подумал. Это место, тринадцатый этаж, так называемая «передняя» серединных этажей Подземелья, и это название идеально подходит для описания этого места.

— Так вот как выглядят серединные этажи…

— Раньше Лили об этом только слышала, но здесь действительно гораздо темнее, чем на этажах выше.

Вельф, держась за рукоять широкого меча, пристёгнутого к его спине, и Лили, озирающаяся по сторонам, поделились своими первыми впечатлениями.

Кажущийся бесконечным каменный тоннель ожидал нас на выходе с верхних этажей. Таким был путь, соединяющий верхние этажи с первой «комнатой» серединных. Я и сам впервые встретился с прямым проходом, конца которому не было видно.

Также на полу этажа были большие, похожие на колодцы, дыры, а неподалёку от стен — провалы, соединяющие этот этаж с нижними. Пейзаж довольно скуден… не сравнится с красочностью верхних этажей.

— Тринадцатый этаж известен длинными переходами из комнаты в комнату. Встречи с монстрами в коридорах опасны, так что Лили считает, что нам нужно передвигаться очень быстро.

Мы с Вельфом переглянулись и кивнули, когда Лили разъяснила нам, как быть дальше.

Из того что я вижу, уверен, что коридоры на этом этаже шире, чем на верхних этажах, но, если встретиться в них с монстром, всё равно возникнут трудности.

Сомнительно, сможем ли мы эффективно действовать командой, особенно если нас окружит группа монстров. Быть зажатым между монстрами посреди прохода – без путей к отступлению и запасных планов… от этого у меня холодок пробегает по спине.

Вот встреча с монстрами в комнате, в которой достаточно места и убивать их одного за другим… Именно так и раскрывается ценность количества людей и стратегии, которые позволяет использовать боевая группа.

— Давайте двигаться, пока поблизости нет монстров. Сударь Вельф, этот проход рассчитан на одного человека, так что пройдите его побыстрее.

— Хорошо.

Лили наверняка потратила немало времени, изучая предлагаемую Гильдией информацию. У неё в голове будто есть карта тринадцатого этажа, или что-то вроде карты. Она не просто переносчик грузов, она помощница в полном смысле этого слова. Когда я начал размышлять, как мне повезло что она со мной в группе, я взглянул на Вельфа.

Мы шли по серединным этажам колонной, сохраняя достаточное расстояние между нами.

— …Кстати, эти штуки очень клёвые!

— Саламандровая ткань?

— Даже возразить нечем.

Вельф начал разговор как раз в тот момент, когда меня начала пронимать царящая в Подземелье тишина. Лили тут же подключилась.

Подобные разговоры не имеют никакого смысла, но они позволяют сбросить напряжение. Думаю, это одно из преимуществ работы в группе. Одиночество и изоляция начинают тревожить, когда долго работаешь один.

— Лили даже и не мечтала, что ей когда-нибудь удастся заполучить что-то из такой роскошной ткани. Огромное вам спасибо, сударь Белл. Лили будет заботиться об этом наряде.

— Ха-ха-хах… просто я получил скидку.

Я повернулся и увидел на лице Лили радостную улыбку. Я выдавил из себя улыбку в ответ и посмотрел, как мы смотримся в саламандровой ткани.

Эта глянцевая красная ткань настолько лёгкая и тонкая что она колышется от малейшего движения. Многие думают эта ткань вовсе не имеет веса, когда видят её в движении. Моя боевая одежда, длинный жакет Вельфа и новая роба Лили сделаны из этого материала.

«Защита Фей» — ткань, в которую феи вложили свою магию. Вообще, так говорится о предметах, на которые были наложены магические эффекты.

— Даже со скидкой, за один комплект одежды, зачарованной феями можно органы продать! Сколько у тебя ушло за три комплекта?

— Ну… эм… В счёте было пять нолей…

— Сударь Вельф, не забудьте заплатить сударю Беллу всё до последнего валис, понятно?

— Слишком уж ты расчётлива, когда дело касается денег, знаешь ли.

Эйна настояла на том, что мы обязаны получить одежду из саламандровой ткани, прежде чем спускаться на серединные этажи, и я выполнил своё обещание. Остальных пришлось уговаривать, но в итоге мы потратились на одежду из этой ткани.

Мы с Вельфом носили свою одежду под бронёй, а Лили заказала робу, которая покрывала всё её тело. Думаю, эту ткань действительно можно назвать роскошной из-за её блеска даже в тусклом свете.

— Кто бы мог подумать, что Высшие Кузнецы не могут сделать вещи, которые сравнились бы с этой тоненькой рубашкой в защите от огня… у нас нет ни единого шанса. Эти феи просто нечто.

Я ощутил лёгкое негодование в голосе Вельфа, поправившего рукав своей рубашки.

Как и зверолюди, феи – саламандры, сильфы, ундины, гномы и прочие – классифицируются по месту своего происхождения, а это также означает, что тип «Защиты Фей» зависит от феи, которая его создала.

Саламандровая ткань создаётся пылающими саламандрами, и она защищает от огня и жара. Её ещё называют «огнеупорным материалом». Говорят, что она также неплохо спасает от холода.

Ткань, сделанная обитающими в воде ундинами, не только защищает от атак, основанных на воде, но и сохраняет прохладу в очень жарких местах.

Я даже слышал, как люди называют предметы, на которые наложена «Защита Фей» благословением, дарованным «другими богами». Несмотря на то, что эта ткань не так прочна и не даёт защиты, как та, что сделана людьми, природные силы, которые вложены в материал, с лихвой покрывают его стоимость. Как и сказал Вельф, даже Высшие Кузнецы не способны выдержать сравнения с силами фей.

— Но Лили рада что у нас есть эти вещи. Лили не так волнуется о спуске на нижние этажи.

— …Адские Гончие, да?

Название одного из типов монстров этого этажа, и главная причина, по которой Эйна настаивала на саламандровой ткани.

Этих похожих на собак монстров ещё называют Баскервилями. В сравнении с другими монстрами серединных этажей они не слишком развиты физически. Главной исходящей от них опасностью являются огненные снаряды, которыми они стреляют изо рта.

Выпускаемое ими пламя настолько высокой температуры, что может причинить вред даже броне высокого качества. Также, по слухам, группа адских гончих может создать огненный дождь, способный спалить группу авантюристов дотла.

Когда кто-то докладывает о гибели целой группы авантюристов на тринадцатом или четырнадцатом этажах винить в этом, скорее всего, нужно именно адских гончих. Велик шанс, что даже поднявший уровень авантюрист сгорит дотла, если получит прямой удар огненным снарядом.

— Сударь Вельф, Лили знает, что вы наверняка всё понимаете, но…

— Ага, можешь не продолжать. Если покажутся адские гончие мне будет нужно бежать к ним и убивать их как можно быстрее, так ведь? Меня и самого не радует перспектива поджариться до хрустящей корочки.

Это, конечно, только моё мнение, но мне кажется, что о подобном думают все авантюристы, проходящие на серединные этажи.

Все монстры верхних этажей атакуют с близкого расстояния, они сражаются когтями, клыками, дубинами и прочим оружием, но монстры на серединных этажах могут атаковать на расстоянии. Может, если я скажу, что они обучаются подобиям заклинаний, это прозвучит проще.

Верхние и серединные этажи очень сильно отличаются.

Слова Лю эхом прозвучали где-то в моей голове; похоже они врезались в мою память.

Как бы там ни было, адские гончие – это очень опасные монстры, которых нужно остерегаться на серединных этажах.

— !.. — какое-то время шагая по каменистому пути мы услышали приглушённые звуки шагов. Что-то приближалось, так что заняв боевое положение мы уставились во тьму, шаги в которой становились всё отчётливее.

— …Легки на помине.

Слова Вельфа эхом пронеслись по затхлому воздуху.

Две тёмных тени показались в тусклом свете. Наконец, приблизившись с другой стороны коридора монстры стали различимы.

Их тела были совершенно чёрными, на мордах горели красные глаза, будто воплощая саму суть слова «монстр».

Слишком мускулистые, чтобы быть собачьими тела на четырёх лапах. Адские Гончие.

На их мордах слишком много злобы, чтобы по ошибке принять их за волков, оба монстра взвыли, заметив нас.

— Что тут с расстоянием? Нам стоит начинать?

— Моя советница предупредила меня не недооценивать радиус атак адских гончих…

— Ну тогда — вперёд!

Вельф закинул свой широкий меч на плечо, будто давая сигнал для атаки. Я быстро принял атакующую стойку за его правым плечом.

Обе адские гончие издали рык и понеслись на нас на полной скорости.

Расстояние в пятьдесят метров исчезло за считанные мгновения.

— ОооооОООММ!

Одна из гончих прыгнула прямо на Вельфа. Несмотря на размеры, сравнимые с размерами молодого быка, зверь оказался в воздухе.

Я выпрыгнул вперёд прямо перед тем, как удар зверя достиг цели и выставил щит.

В моей левой руке небольшой, похожий на баклер щит и пятидесятисантиметровый короткий меч в правой.

Вельф изготовил их за ту неделю, когда мы тренировали боевое построение на одиннадцатом и двенадцатом этажах. Поскольку я в центре группы, от меня требуется и атака, и защита.

Я заметил блеск острых зубов в распахнутой пасти и направил свой баклер прямо в неё.

— Гах!..

Тяжело.

Но я могу выдержать.

Несмотря на то, что острые зубы схватили мой щит, и я принял на себя всю силу удара с прыжка, я устоял на ногах и остановил атаку.

Адская гончая повисла в воздухе замотав ногами.

Вельф вступил в бой, дождавшись подходящего момента и рассёк беззащитное тело монстра надвое одним быстрым, размашистым ударом своего широкого меча.

— АГААА?!

Две половинки тела адской гончей рухнули на землю.

Сильная защита в паре с мощной контратакой, идеальная координация между помощником в центре и стоящим впереди бойцом.

Я вырвал окровавленный щит из зубов павшего зверя.

— Ууууууу…

Взвыла оставшаяся вдалеке адская гончая, приподнимая тело и опустив голову к земле. Все мы тут же осознали, что она собирается применить свою огненную атаку.

Я заметил, как искры вырываются из распахнутой пасти зверя прямо между острых зубов.

— …Слишком медленно!

— ГЬЯЯЯН?!

Адская гончая получила золотую стрелу прямо в глаз, пока готовила свою дальнюю атаку.

Эта стрела была выпущена из наручного арбалета Лили. Может это не самое мощное оружие, но его атаки достаточно чтобы остановить действия врага при должной точности.

Вельф, с красными брызгами на жакете ринулся вперёд к раненному зверю, оббежав меня. Его широкий меч с разгона опустился на голову зверя.

Последняя гончая заскулила прежде чем рухнуть на землю, её щёки были красными от пламени.

— Неплохое начало, да?

— У нас были бы проблемы если бы мы до сих пор не научились работать вместе. То, что мы можем кооперироваться это естественно.

— Ага, но сработано-то было круто.

Битва закончилась, мы вернулись к своим обычным характерам.

Кое-что конечно заставило меня поволноваться, но от того, что мы так легко справились с двумя адскими гончими я почувствовал облегчение. Если мы будем осторожны, сможем справиться с любыми монстрами на тринадцатом этаже. Подобное знание представляет очень высокую ценность.

Также мы узнали, что адским гончим нужно время на проведение их огненной атаки… у меня хорошее предчувствие.

Волнение начало покидать моё тело, когда Лили принялась за извлечение магических камней.

— О? Кажется, у нас гости.

—! — услышав слова Вельфа я снова переключился в боевой режим.

Следующими монстрами стали появившиеся вдалеке и на удивление большие кролики.

Длинные уши, белая с жёлтым шкурка, пушистые хвосты. Они прыгают на своих меховых лапках, а у них из головы торчит длинный, острый рог. Они примерно с Лили ростом, по моим ощущениям.

Эти монстры те же шипастые кролики, но научившиеся стоять на двух ногах.

— Это же… Сударь Белл?!

— КОНЕЧНО НЕТ?! О чём ты говоришь?! — крикнул я Лили, стоявшей с округлившимися глазами.

Монстры-кролики, Аль-Мираж. Впервые появляются на тринадцатом этаже, несмотря на свой безобидный вид очень агрессивны.

— Хах, значит с Беллами будем драться, да? …Шучу я.

— Ч-что это за шутки такие?!

Вельф пытался сделать серьёзный вид, но я видел, что он едва сдерживает хохот.

Небольшой отряд Аль-Миражей на наших глазах приблизился к лежащему на земле камню и с треском раскрошил его лапками. Каждый из Аль-Миражей подобрал обломок камня, одно из естественных оружий, которым Подземелье снабжает монстров.

В лапках монстров эти обломки выглядели как одноручные томагавки. Означает ли это что разбросанные повсюду камни можно считать оружием для монстров?

Три вооружившихся монстра. Неожиданно шипастые кролики посмотрели на нас их бледно-красные глаза мягко блеснули.

— Трое на трое.

— Лили просто напомнит, но нужно чтобы битва прошла три раза трое на одного, вы же знаете? Если каждый из нас возьмёт по одному противнику, нас сокрушат. Если сударь Вельф совершит хотя бы одну ошибку, Лили окажется в опасности.

Аль-Миражи одни из самых слабых монстров серединных этажей. Если помнить, что они проворнее сереброгривов, над таким монстром может одержать победу даже среднестатистический авантюрист Первого Уровня.

Впрочем, есть особенность из-за который эти монстры считаются монстрами Второго уровня: Они на удивление опасны, когда сражаются группой.

Аль-Миражи издали несколько пронзительных писков и двинулись на нас.

— Для начала разберёмся с тем, что справа!

— П-понял!

— Но вообще впервые у меня нет желания убивать монстров… Они чертовски милые.

— Кьяаааууу! Ки, киии!

Группа их трёх человек против группы из трёх монстров.

Шесть силуэтов столкнулись в полумраке.

— Гермес вернулся?

Гестия протянула покупателю воздушную картошку и повернулась к Такемиказучи.

— Не слишком ли рано? Он даже на последнем Денатусе был.

— Именно с этого я и начал. Он не возвращается так быстро если на то нет причин.

— Благодарю за покупку! — сказала Гестия покупателю и быстро поклонилась. Такемиказучи, стоял рядом с ней, положив руки на стойку и нахмурившись.

Они стояли у ларька с едой на Северной Главной Улице. Друг Гестии заявился неожиданно в рабочее время и сказал — Нам нужно поговорить. — Гестия не могла ему отказать, так что она слушала о чём он хотел рассказать, работая за стойкой.

— Эй, эй… не слишком ли хорошо у вас дела идут?

— Хе-хе, ну конечно хорошо идут. Я же здесь работаю, как ещё может быть?

— Проклятье! Я даже не задумывался, что маскот может так помочь продажам…

К ларьку тянулся непрекращающийся поток покупателей, возле кассы даже собралась небольшая очередь. Такемиказучи, не привыкший к такой активности, смотрел на это с кислой миной. Гестия сложила руки за спиной и гордо выпятила грудь.

Поскольку они оба были в фартуках, их обоих можно было принять за обычных рабочих, несмотря на их божественность.

— Что там Гермес натворил? Ты говорил, что он к тебе на базу заявился, Таке?

— Заявился… Ты уже виделась с ним после возвращения, Гестия?

— Неа, не виделась. Я даже не знала, что он вернулся, пока ты мне не сказал.

Тело Гестии двигалось практически инстинктивно, когда она запаковывала очередную порцию воздушной картошки, которую женщина-зверолюдка приготовила для очередных покупателей. Каждый из клиентов улыбался, получая свою порцию и поглаживал Гестию по голове, перед тем как отойти от стенда.

— Он сказал, что ему интересен твой парень, Белл Кранелл… или что-то вроде этого. Не могу избавиться от мысли, что он что-то замышляет.

— Эм… а ты не слишком надумываешь? Не думаю, что Гермес из тех богов, которые могут строить козни.

Бог Гермес не из тех, кто завязывает драки.

Не слишком ясно, хорош ли Гермес в выпутывании из разных передряг или просто очень сообразителен, но это бог, который зачастую играет роль примирителя во время споров и ссор остальных богов.

Гермес, которого Гестия знает открыт и постоянен.

— Да и не только он пытался с Беллом поближе познакомиться… За последние несколько недель куча богов вокруг него вертится.

— Ты хорошо справляешься со своей ношей, Гестия. Что же до Гермеса, не могу я его выносить. Ни единому слову, вылетающему из его рта я не верю.

— Ха-ха-ха. Крепко тебе Гермес насолил, не так ли, Таке?

Владения Гестии и Гермеса в Тенкае находятся рядом. В какой-то мере они соседи. Они в хороших отношениях и достаточно хорошо друг друга знают.

Гестия улыбнулась и рассмеялась вместе с девочкой-полуэльфийкой, которая была ещё ниже чем богиня, после чего Гестия отправила девочку матери.

— Дело не в том, что я не понимаю, о чём ты говоришь Гестия… Просто у меня такое чувство, что в этот раз всё по-другому.

— …И почему же?

— Называй это божественной интуицией.

Гестия задумалась и, посмотрев в фиолетовые глаза Такемиказучи, почесала лоб.

Если он полагается на свою интуицию, никаких доказательств нет.

— Такемиказучи, вы уверены, что у вас есть время чтобы растрачивать его на подобные места…

— А, прошу прощения, Менеджер. Мне нужно было кое-что сделать… Я уверен, что наши продажи очень скоро возрастут, да. Я буду очень стараться.

— Говорить вы можете что угодно, но вам бы не помешало чему-нибудь научиться у Гестии…

— Я прошу прощения за свою некомпетентность. Я удвою усилия… Завтра вы увидите на что я способен!

Гестия потерялась в своих мыслях, а Такемиказучи рассыпался в поклонах, извиняясь перед подошедшим менеджером. Гестия увидела это краем глаза и поймала себя на мысли, что мир перевернулся, раз божество рассыпается в поклонах перед одним из детей. Она совершенно проигнорировала тот факт, что ей приходится работать на нескольких работах, и она сама частенько оказывается в подобной ситуации.

— Мне пора идти, Гестия. Может бессмысленно предупреждать тебя об осторожности, но присматривай за Гермесом.

— Конечно, спасибо, Таке.

Прежде чем Такемиказучи последовал за менеджером к своему собственному стенду он помахал Гестии в последний раз. Гестия была благодарна другу за беспокойство, поэтому улыбнулась в ответ.

— Гермес, да…

Она оторвала взгляд от стоящего неподалёку стенда и посмотрела в голубое небо.

Она думала о своём соседе, особенно о его обворожительной улыбке.

Так случилось, что эта улыбка напомнила ей о другом божестве.

— …Такого же не может быть, правда?

Её тихий голос подхватил налетевший порыв ветра.

Солнце сияло в голубом небе, заполненном пушистыми облачками.

Западная Главная Улица была заполнена народом и множество конных экипажей, освещаемых мягкими лучами раннего послеобеденного солнца. Божество вместе со своим последователем шло посреди уличной суеты.

— Так, Асфи, что ты откопала?

— Судя по информации доступной в Гильдии, он справился с одиннадцатым этажом и последние десять дней провёл на двенадцатом.

Божеством, разговаривавшим со своим последователем среди шумных и занятых жителей Орарио, был, конечно, Гермес. Асфи, девушка-человек, с которой он говорил, следовала за ним по пятам через толпу людей.

Она была одета в белый плащ, на её стройные ноги были одеты непривычные, для этих мест сандалии, на каждой из которых было по паре золотых крыльев.

— Также, в Башне Вавил кто-то поделился интересной информацией… Этим утром он купил саламандровую ткань, которой было достаточно, чтобы снарядить небольшую боевую группу.

— Ого, хочешь сказать он отправился на серединные этажи?

— Скорее всего. — ответила Асфи. Губы Гермеса скривились в усмешке.

— Всего десять дней с поднятия уровня. Как и полагается новому рекордсмену. Очень быстро.

— Вдобавок я выяснила, что он пользуется очень сильным Заклинанием. Он мгновенно использовал нечто настолько могущественное, что оно уничтожило детёныша дракона. Было много свидетелей.

Девушка продолжила выдавать информацию своему богу, который, казалось, просто гуляет в сопровождении другого божества. У девушки были идеальные черты лица, глаза светились от глубоких познаний, а сверкающие серебряные очки подчёркивали женственные черты. Её волосы были поразительно яркого цвета морской волны с примесью более светлых оттенков. Они были подобны океану.

Игнорируя взгляды проходящих мимо зверолюдей и дворфов девушка продолжала отчёт.

— …Вот только в этом и проблема.

— Выкладывай.

— Большинство авантюристов верит, что Минотавр был побеждён удачной атакой Заклинанием. Что этот парень слабак, который добил Минотавра, убегающего от Паствы Локи. Кое-кто даже называет его «Липовичком».

— Ха-ха-ха! Липовый Новичок! Довольно остроумно!

Гермес рассмеялся во весь голос.

Многие люди слышали его раскатистый смех и поворачивались проходя мимо. Но Гермес был слишком увлечён смехом, его плечи качались в такт смешкам.

— Если бы он только ударил своим Заклинанием, только добил монстра, стоявшего одной ногой в могиле… В общем, Благословения такими дешёвыми трюками не обманешь…, впрочем, я понимаю, что они себе воображают.

Гермес задумчиво прищурился, сразу же как только закончил смеяться.

— Думаю все эти прозвища и насмешки можно объяснить только одной вещью: он поднял свой уровень слишком быстро…

— Эм, да. Авантюристы зачастую друг друга недолюбливают.

— Зато мне теперь ясно, что Белл Кранелл не похож на остальных авантюристов.

В этот момент шум на улице стал слишком громким для продолжения разговора.

Группа бардов множества рас установив свои инструменты рядом с одной из лавок закатила живой концерт для городских жителей прямо под голубым небом. Они пели о множестве мест, которые они посещали, о вещах, которые своими глазами видели, и разбавляли это весёлыми мелодиями и тёмными аккордами истории, которую пережили. Вокруг бардов на улице собралось немало зевак. Даже люди из ближайших лавок и домов открывали ставни чтобы послушать о чём поют барды.

Гермес остановился чтобы послушать песню. Он хлопал так же громко, как и остальные, после того как барды закончили выступление и даже заплатил им несколько золотых монет.

Странствующие барды не могли поверить в свою удачу. Улыбчивый бог не только насладился их выступлением, но, к тому же, дал им денег. Их благодарность было сложно выразить. Люди на улице также смотрели на Гермеса с восхищением во взгляде.

Асфи задала вопрос своему богу, после того как они продолжили путь:

— Вы собираетесь что-нибудь сделать Маленькому Новичку?

Гермес ощутил, как взгляд Асфи сверлит ему затылок, когда они продолжили идти, но дождался продолжения вопроса.

— Приказали мне собрать информацию, не раскрыв причин, наверняка вы в нём заинтересованы…

— Что это у нас, Асфи? Неужели ревнуешь, потому что меня не было рядом?

— Ещё чего!

Асфи отбросила свой вежливый тон, на мгновенье поддавшись гневу, после чего быстро отвернулась и помассировала виски.

Дразнящий тон её божества уже долгие годы выводит её из равновесия, она так и не смогла привыкнуть к нему. Спокойствие девушки улетучилось.

Глаза, которые светились ещё мгновенье назад от знаний, сейчас выражали только усталость от постоянных диких выходок божества, терпеть которые пришлось слишком долго.

— Я говорю о том, что с меня достаточно твоих выходок. Я делаю столько, что ты можешь в любое время отлучаться! Подумай, каково при этом мне!

— Я благодарен всем остальным в Пастве и особенно тебе, Асфи. Без тебя всё очень быстро пошло бы наперекосяк. Тебе доверяет все наши друзья и твой бог – Ха-ха! Ты очень важный человек!

— …будто оно мне надо.

Девушка будто была готова расплакаться. Гермес просто улыбнулся своей последовательнице и игриво потрепал её по голове. Серебряные очки Асфи сползли на нос, когда она опустила голову.

— …Вы уже связались с Гестией?

Асфи вздохнула и, собравшись, перевела разговор на другую тему.

Понимая, что её бродячий бог не собирается раскрывать ей свои планы, девушка попыталась зайти, с другой стороны.

В ответ на её вопрос Гермес натянуто улыбнулся и сказал. — Нет, ещё нет.

— Перед тем как я смогу поговорить с Гестией мне нужно ещё кое с кем встретиться.

Прежде чем озадаченная Асфи успела задать следующий вопрос, Гермес остановился у одного из заведений.

Довольно большой бар и кафе, расположенное на Западной Главной Улице. Над входной дверью висит большая вывеска с надписью «Щедрая Хозяйка», написанной на Коине, общедоступном языке.

На террасе довольно много посетителей для этого времени дня. Гермес и Асфи направились ко входу.

— Добро пожмяловать! …Мя? Лорд Гермес?

— О! Хлоя, давненько не виделись! Извини, не позовёшь мне Мию?

Гермес широко улыбнулся кошкодевушке, поприветствовавшей его у дверей.

Кошкодевушка довольно долго смотрела на Гермеса и Асфе, прежде чем сказать:

— Конечмя. Одну секундмячку! — Она не могла отвергнуть просьбу от божества.

Хлоя исчезла в задней двери бара, не прошло и двух секунд…

Пол затрещал от огромной дворфийки выходящей из задней двери.

— Какого чёрта понадобилось богу посреди обеденного переполоха?

— Ну не смотри на меня так, Миечка. Такой взгляд портит твоё миленькое личико.

— Ещё одна шутка и я снесу тебе башку. Занята я, усёк? Если есть что сказать, говори.

Мию нисколько не тронуло, что перед ней стоит бог. На самом деле владелица бар так сильно напугала Асфи, что та дрожала за спиной Гермеса.

Божество же, напротив, нисколько не было напугано, Гермес подошёл прямо к стойке, положив локти на её край.

— Ладно, перейду к делу – не передашь от меня кое-что Фрее?

Гермес начал говорить тихо, перегнувшись через стойку прямо к лицу Мии.

Дворфийка нахмурилась, уставилась в глаза Гермесу и подняла бровь.

Оранжевые глаза божества и пронзительный взгляд дворфийки встретились.

Наконец, раздалось:

— Хмпф. Я не работаю на побегушках у богодурней. Ноги у тебя вроде есть, хочешь встретиться с Всевышней, пользуйся ими. — Мия практически выдавила из себя эти слова, отклоняя просьбу Гермеса. — Хмпф, — она ещё раз недовольно вздохнула и растворилась в кухонной двери. Гермес смотрел, как её плотное тело исчезло на кухне и повернулся к Асфи, натянуто улыбаясь, будто пытаясь сказать «не сработало».

Не моя беда, ответила Асфи своим скучающим видом.

— …Всевышний Гермес?

Гермес посмотрел через плечо услышав, как кто-то назвал его имя и выражение его лица мгновенно изменилось.

— Ммм? Ого! Разве это не Силь? Как давно мы не виделись! Как ты поживаешь?

Силь, одетая в форму служанки спустилась в бар, вернувшись с перерыва.

— И правда, очень давно, Милорд Гермес. Рада видеть вас в добром здравии.

— Ахх, ты всегда отличалась своими манерами. Что скажешь, Силь, может выберемся отсюда и развлечёмся немного? Свидание с тобой наверняка залечит сердце, только что разорванное Мией на куски. Ты же меня полечишь, правда… Эй! Ау-ай-яй! Пусти ухо, Асфи, ты же его оторвёшь!

Силь вежливо улыбнулась попытке бога использовать произошедшее в качестве подтекста для чего-то совершенно другого.

— Вынуждена вам отказать. — ответила она, наблюдая как Асфи наказывает Гермеса, гневно уставившись на божество.

Силь провела эту парочку к свободным местам, Гермес по пути потирал своё ухо.

— Прошу вас, присаживайтесь…

Силь указала на места за столом, но Гермес прошёл мимо девушки прямо к стойке.

Стул, который себе пододвинул Гермес Силь оставляла для Белла, это его привычное место.

Девушка потеряла дар речи, а Асфи встала за спиной Гермеса. Бог взглянул на Силь и улыбнулся.

— Эй, Силь, могу я у тебя кое-что спросить?

— Да… что вас интересует?

— Если бы ты что-то знала о Белле Кранелле, ты бы мне рассказала?

Плечи девушки вздрогнули.

Все служанки в радиусе слышимость переглянулись, будто безмолвно договорившись между собой шумном баре. Силь посмотрела на Гермеса с обворожительной и дружелюбной улыбкой, скрывая свои настоящие чувства.

— Могу я узнать, почему вы задаёте подобные вопросы?

— Ну, я слышал, что он частый посетитель этого бара.

Гермес краем глаза взглянул на Асфи за своей спиной и вопросительно посмотрел на Силь.

— Видишь ли, я очень заинтересован Маленьким Новичком. Ты же не думаешь, что я хочу с ним чем-то непристойным заняться? Так, что насчёт ответа?

Силь снова вежливо улыбнулась, услышав изворотливость Гермеса во фразах.

— Нет ничего, о чём я хотела бы вам рассказать, Всевышний Гермес.

Она сказала это ни разу не моргнув. Будто намереваясь защищать парня любой ценой.

Гермес дёрнул плечами и продолжил в шутливом тоне:

— Неужели ты мне не доверяешь?

Улыбка девушки стала такой широкой, насколько это возможно:

— Нет, ни капельки.

— …ЧИГУСА! — мужчина в страхе крикнул имя своей союзницы.

Нотки ужаса в его голосе эхом пронеслись по пещере, а девушка рухнула на землю с каменным томагавком, торчащим из плеча.

Тук! Девушка с глухим звуком ударилась о землю.

Свет факелов осветил струйку крови, вытекающую из её тела.

Собравшиеся вокруг монстры наперебой запищали, празднуя убийство.

— Кто-нибудь из середины, вперёд! Прикройте Чигусу!

— П-помогите ей! Рана глубокая!

Группа авантюристов сражалась с ордой монстров на тринадцатом этаже Подземелья.

На броню и оружие всех авантюристов был нанесён один и тот же символ, меч вонзённый в землю, символ Паствы Такемиказучи. Группа из шести авантюристов – лишь пять из которых остались стоять спина к спине – защищалась от яростных атак семи Аль-Миражей.

Однако, в рядах авантюристов было слабое место.

Кролики-монстры налетели на группу на огромной скорости и найдя эту слабину сразили одного из членов группы броском томагавка.

Неожиданная атака монстра была нанесена Аль-Миражом, стоящим за спиной остальных монстров, метавшихся кругами около авантюристов. Подобный фатальный удар могут нанести только монстры, обучившиеся использованию оружия.

— Кьаааах!

— Агх?!

Аль-Миражи тут же изменили стратегию. Они прорвали построение содрогнувшейся Паствы Такемиказучи и тут же его использовали.

Монстры с верхних этажей не умеют так читать ситуацию. Несмотря на небольшую разницу в физических силах, разница в разуме монстров верхних и серединных этажей, как между небом и землёй.

Сталь сталкивалась с каменным оружием под стоны боли и агонии.

Аль-Миражи окружили группу, взяв её в тиски – куда бы люди не посмотрели, они видели лишь сжимающееся кольцо монстров.

— Ах!

— Кьююю!

Боевая группа отступала под натиском монстров.

Одна из девушек отразила очередную атаку, собранные в хвост чёрные волосы блеснули в тусклом свете.

Она нанесла своим клинком такую быструю атаку, что остальные члены группы заметили лишь её силуэт и рассекла ближайшего монстра, защищая поверженную подругу.

— Капитан Оука, отступайте! Я прикрою!

— Спасибо, полагаюсь на тебя!

Фиолетово-пурпурная броня Микото звякнула, когда девушка выпрямилась, привлекая к себе внимание.

Человек, который командовал группой отдал приказ и Микото встала перед своей группой, прикрывая их отступление. Она владела катаной с изогнутым клинком примерно в девяносто сантиметров длиной. Микото приготовилась к натиску монстров двумя руками схватившись за рукоять клинка.

— …Хааааааах! – крикнув во всё горло, она молниеносно ринулась на первого Аль-Миража. С лёгкостью уклонившись от его атаки девушка нанесла ему прямой удар. У монстрокроликов было численное преимущество, но ни один из них не мог попасть по девушке. Её грациозные, отточенные движения отличались от движений других авантюристов и монстров вокруг. Навыки Микото Второго Уровня позволяли ей справиться с любой опасностью на тринадцатом этаже Подземелья.

Даже Аль-Миражи, которые считаются одними из самых ловких монстров серединных этажей не могли уследить за движениями девушки.

Любой монстр, который осмелился атаковать девушку оказывался рассечён точным ударом.

— …огххххх!

— !

Всё изменилось, когда раздался такой сильный и яростный рёв, что по стенам и полу пещеры пробежала дрожь.

Микото и оставшиеся Аль-Миражи посмотрели на источник этого рёва.

Два гигантских тела, размером с огромные булыжники катились прямо на них.

— Твердобронники!

Твердобронники – это похожие на броненосцев монстры, обладающие лучшей защитой на верхних уровнях. Небольшой щит, висящий на спине Микото был сделан из чешуек, которые покрывают тела этих монстров.

Микото потеряла дар речи. Она знала, что её раненные и уязвимые друзья всё ещё за её спиной. Без её помощи им не уйти.

Когда твердобронники катятся они практически неуязвимы для физических атак. Клинки просто отлетают от их крутящихся тел, даже не замедляя.

У её группы не будет никаких шансов если она пропустит хотя бы одного монстра.

...Выбора нет!

Микото отбросила сомнения и решила дать своим союзникам больше времени.

Выжившие Аль-Миражи укрылись возле стен, уступая место набирающим скорость Твердобронникам. Обычно авантюрист предпочёл уйти с пути монстров, но Микото взяла свой щит в руки и врылась в землю ступнями. Её переполняла решимость, брови были опущены, а глаза светились готовностью.

Наклонившись вперёд девушка напряглась и сделала рывок навстречу приближающимся монстрам.

— Гргх!!!

Микото прижала щит к левому плечу и ринулась навстречу ближайшему из двух монстров. От столкновения её очень сильно тряхнуло.

Дадададада! Чешуйки твердобронника с огромной скорости барабанили по щиту девушки, посылая волны по её телу. Каждый такой удар был настолько громким, что девушке хотелось прикрыть уши.

Микото не сводила глаз с вращения монстра, её женственное тело содрогалось от попыток выстоять против мощи атаки монстра. Но она крепко держала щит в руках и не сгибалась, даже когда её ноги начали зарываться в землю.

…СЕЙЧАС!

Девушка собрала все оставшиеся силы.

Твердобронник, которого она остановила не выдержал и начал заваливаться на бок, однако второй монстр только набрал скорость и очень быстро приближался. Микото бросилась на перехват.

Два монстра с огромной силой столкнулись друг с другом. От этого столкновения все три участника схватки подлетели, Твердобронники были отброшены в стены, а Микото полетела назад.

Нет худа без добра. Оба монстра так сильно ударились о стены, что беспомощно рухнули на землю. Их тела расслабились, а Микото заметила их стеклянные взгляды, первый признак травмы головы.

— Микото, пора! Беги к нам!

— Уже иду!

Её группа отбежала достаточно далеко, и лидер позвал девушку.

Её тело было в синяках, а броня серьёзно повреждена, девушка откатилась, поднялась и повернувшись спиной к приходящим в себя Аль-Миражам побежала, выжав из измождённых ног всю возможную скорость.

— Ранена?!

— Сражаться могу! Как Чигуса?

Один из членов группы бросил в Аль-Миражей огненное заклинание, чтобы замедлить преследующих монстров, когда Микото подбежала к союзникам. Первым делом девушка спросила про раненную подругу.

Она пробежала с конца в самое начало отступающей группы.

— Не слишком хорошо. Может зелья её и спасут, но нам нужно безопасное место для лечения. Здесь слишком опасно.

Если бы простого зелья было бы достаточно, чтобы помочь девушке, проблем бы не возникло. Однако рана Чигусы была слишком глубока, чтобы можно было справиться с ней одними предметами.

Нельзя предсказать, когда очередной монстр родится из стены. Шансы на окружение во время лечения очень велики, если выбрать неподходящее место.

К тому же придётся охранять не только не способную сражаться Чигусу, но и человека, который будет обрабатывать её раны. Нужно найти место, в котором они смогут хоть немного отдохнуть и восстановить свои боевые силы.

— Значит…

— Да, отступаем на двенадцатый… Прости что тебе приходится так много делать.

— Не говори так! Мы в одной группе!

Микото оборвала извинения Капитана Оуки. Защита союзников для девушки была первоочередной задачей.

Стук ботинок эхом разносился по пещере. За членами Паствы Такемиказучи с завываниями и рёвом бежали монстры.

Вся левая сторона тела Микото – та, которой была остановлена атака Твердобронника – болела. Пытаясь скрыть это от остальных, девушка посмотрела на Чигусу.

Руки раненной девушки обхватили плечи двух членов группы, ноги волочились по земле во время бега. Каменный томагавк ещё торчал у неё из плеча, броня была окрашена багровой кровью. Слабое поднятие и опускание груди было единственным доказательством того, что девушка была ещё жива.

Микото не могла не ужаснуться, увидев состояние своей подруги. Та едва дышала, когда взгляды девушек встретились.

Обычно скромные и задумчивые глаза девушки были скрыты чёлкой, а выражение на её лице говорило только одну вещь: Прости.

Микото покачала головой.

— …Всё очень плохо.

— Что-то случилось?

— Больше монстров. Теперь за нами ещё и адские гончие бегут!..

— !...

Бегущий позади разведчик предупредил остальных, его прошиб холодный пот.

Микото посмотрела за спину и увидела, что к группе Аль-Миражей присоединилось четыре чёрных собакоподобных монстра с красными глазами.

Авантюристам не сложно вообразить, как их тела сгорают в пламени от пламенного дыхания этих монстров.

Истинное воплощение тьмы и отчаянья Подземелья было прямо перед глазами у Микото.

— Двигайте!

Авантюристы побежали ещё быстрее после грубой команды Оуки. Все ощущали за своими спинами дыхание смерти. Даже Микото неслась изо всех оставшихся сил.

Наконец пещерный проход закончился залом. Зал был квадратным, с огромным куполообразным потолком.

Потолок был невероятно высок. В центре потолка висел огромный сталактит. Казалось, что малейшая вибрация способна обрушить эту каменную махину вниз. В стенах зала было множество отверстий. Обломки стен на полу говорили только об одном: только что здесь родилась орда монстров.

Звуки битвы разносились по огромному залу, который группа использовала для сражения.

Неужели… новая для этих мест Паства?

Небольшая группа пыталась справиться с монстрами, зажавшись в один из углов комнаты.

Группа, состоящая из двух людей мужчин и девушки-полурослика обратила внимание на бегущих. Микото никогда не видела подобной группы во время своих походов на тринадцатый этаж.

— …Пробегаем рядом с ними.

— ?!

Тело Микото дрогнуло, слова капитана были для неё будто пощёчина.

Никто ничего не сказал. Все знали, что их лидер собирается сделать.

«Сбрасывание хвоста».

Стратегия, используемая в Подземелье. Если говорить простым языком, это когда боевая группа, убегая от монстров, перебрасывает их внимание на другую группу.

Существует негласное правило, по которому группы стараются не контактировать друг с другом в Подземелье, пока это возможно, но все согласны что существуют необходимые жертвы, для защиты чего-то важного. В Подземелье происшествия случаются сплошь и рядом, и использование другой группы – это один из способов разобраться с неприятностями.

— Капитан Оука, одумайтесь?! Если мы это сделаем, эти люди…

Сбросить хвост на такую маленькую группу авантюристов всё равно что ими «пожертвовать».

Микото видела, что эта группа и сейчас находится в сложном положении. Они пытаются отбиться от большой группы Аль-Миражей, как и сама Микото минуту назад.

Если к этому нападению присоединиться больше монстров, небольшая группа будет сметена. Стоит подвести преследующих Паству Такемиказучи монстров достаточно близко…

— Ваши жизни для меня гораздо важнее, чем жизни каких-то случайных людей.

— !...

— Если тебе это не нравится, можешь винить во всём меня, но когда мы отсюда выберемся.

Оука принял решение. На лице Микото было выражение ребёнка, осознавшего что его родителей больше, нет.

Она обернулась на своих союзников.

Все они были в ужасном состоянии: окровавленная броня, сбитое после отчаянного бега дыхание, эмблемы их Паствы стали красными от запёкшейся крови.

Микото впервые была готова разрыдаться от всего этого кошмара.

…Мне очень жаль!

Менять направление движения было уже поздно. Они оказались достаточно близко чтобы видеть глаза авантюристов.

Девушка встретилась взглядом с беловолосым парнем, только что прикончившим одного из кроликов и попыталась передать своё глубочайшее сожаление.

Белл слышал, даже чувствовал надвигающихся со всех сторон Аль-Миражей.

Нескончаемый поток монстров не давал ему ни секунды на передышку.

— Даже вздохнуть некогда, да?

— Вот и помолчи!

Вельф размахивал своим огромным клинком, а Лили добивала монстров прицельными выстрелами.

Белл отлично держался несмотря на то, что он был полностью окружён.

За исключением Ловкости, характеристики Вельфа превосходили или были равны характеристикам Аль-Миража. Он сражался в первых рядах, получая поддержку от Лили. Белл следил за тем, чтобы их не окружили, и убивал столько монстров, сколько ему было под силу.

Большая часть кроликов умирала от одного удара клинков Белла. Довольно скоро монстры поняли, что пытаться атаковать парня в лоб бесполезно. Его скорость и сила выше чем у типичных авантюристов второго уровня.

— Вельф, пригнись!

— Лады!

Заметив, что Вельфа собираются атаковать с двух сторон Белл, прыгнул на помощь.

Он перелетел через спину присевшего друга, разрубив одного Аль-Миража на части ножом в правой руке и ударил второго кромкой своего баклера.

Это было слишком опасно!..

Парень сдерживался, но его разум охватывала паника.

Усталость начала его одолевать. Его руки и ноги ни разу не становились настолько тяжёлыми, пока он охотился на верхних этажах.

Разумеется, будучи самым сильным членом несбалансированной группы он проделывал в бою огромную часть работы, но возросшее количество и интеллект монстров серединных этажей сделали эту ношу слишком тяжёлой.

Белл начал понимать, насколько мало у него выносливости. Ещё бы секунда и он бы не успел спасти Вельфа. От этой мысли парня пробил холодный пот. Ему нужен отдых, и побыстрее.

?..

Белл заметил краем глаза нечто странное, наблюдая за тем, как Вельф добивает ошеломлённого Аль-Миража.

Группа из пяти – нет, шести, авантюристов. Члены другой Паствы бежали прямо к ним.

Белл озадаченно поднял брови. Группы предпочитают держаться друг от друга подальше в Подземелье, чтобы избежать проблем на поверхности. Он понимал, что группа бежит к выходу с этажа, но они подбегают слишком близко.

Будто они бегут к ним специально.

— …

Сильно побитая группа авантюристов намеренно бежала прямо на них.

Они пробежали на расстоянии броска камня от Белла. Парень встретился взглядом с девушкой с растрёпанным чёрным хвостом на голове.

Синие глаза, готовые расплакаться встретились с рубиново-красными всего на одно мгновение.

— ?! О нет! Они привели ещё монстров! – в то же время ответственная за действия группы Лили попыталась предупредить своих союзников.

Она набралась опыта в наблюдении за то время, пока была воровкой. И подобным методом она пользовалась не раз и была знакома с ним достаточно хорошо.

— А?..

— Нас сделали приманкой! На нас бегут ещё монстры! – Лили практически завизжала, а Белл не мог понять, что происходит.

Спустя мгновенье, как и говорила Лили, в комнату ворвалась ещё одна орда монстров.

Количество Аль-Миражей, с которыми они сражались удвоилось, а следом показались и адские гончие. Белл и Вельф мгновенно побледнели.

Белл обернулся, только чтобы увидеть, как члены другой Паствы выбегают из комнаты к выходу.

— Отступаем! Сударь Вельф, тоннель справа! Бежим!!!

— Что за… Вы издеваетесь?!

Группа Белла погрузилась в замешательство.

Страх показал своё уродливое лицо. Вельф бешено махал перед собой мечом. Клинок не поранил Аль-Миража, стоявшего на пути, но удары отогнали монстра. Проход был чист, последовав приказу Лили, Вельф побежал прямо в него. Белл и Лили от него не отставали.

Нам не выбраться!..

Группа вбежала в тоннель, а Лили неожиданно кое-что осознала. Беллу придётся сдерживать монстров.

Монстры быстрее. Белл может убежать, но помощнице, со слабыми характеристиками ни за что не добраться до соединяющего серединные и верхние этажи прохода.

Группа монстров выстроилась в линию, обнажённые клинки блестели в темноте. Никто не знал сколько именно монстров в комнате – зверей было достаточно чтобы поднять облако пыли и скрыть своё количество. От подобного зрелища обычный горожанин рухнул бы в обморок.

Бегущий рядом с Лили Белл бросил взгляд через плечо. Будто кошмар воплотился в жизнь.

— Сударь Белл?!

— Эй, Белл!

— Я задержу!

Решение было принято мгновенно.

Игнорируя возражения Лили и Вельфа Белл повернулся к ним спиной. Он развернулся на сто восемьдесят градусов. Крепко встав на ноги и расправив плечи, Белл встретил волну монстров лицом.

Он поднял левую руку со щитом и сделал глубокий вдох.

— Вспышка!

Три снаряда заклинания полетели по узкому проходу.

Каменную глотку мгновенно охватило пламя, пещеру осветили его алые отблески, испепеляя всё, что попало в радиус заклинания.

От пламенного моря повеяло жаром. Использование подобных заклинаний в узких пространствах в Подземелье не совсем законно, поскольку высока вероятность навредить другим авантюристом, но отчаянные времена требуют отчаянных мер.

Белл опустил руку, его тело озаряло пламя.

Тени танцевали на его лице, а мгновение спустя в его глазах появился ужас.

Четыре тени вышли из стены пламени.

Это их не прикончило?!

Адские гончие выжили.

Остальные монстры орды горели. Их пылающие останки падали на пол тоннеля. Возможно из-за того, что адские гончие сами могут выдыхать огонь, у них очень высокое сопротивление к огненной магии.

Алые глаза монстров были затуманены, на телах красовались раны, группа демонических псов выдохнула пепел из лёгких и разом взвыла.

— ОооУУУУУУ!!!

— !

Охваченные яростью они понеслись на Белла. Парень успел подготовиться, отогнав одну из гончих ударом меча и сбив вторую с ног щитом.

Но оставшиеся две пробежали мимо.

— Лили, Вельф!..

Монстры проигнорировали беловолосого парня и понеслись к авантюристам, бегущим дальше по тоннелю.

Вельф и Лили слышали предупредительный крик Белла. Лили развернулась наполовину. У неё был шанс пережить атаку, только воспользовавшись висящим на её рюкзаке мечом в качестве щита.

Вельф принял оборонительную стойку и занёс меч над головой.

— Гарррр!!!

— Агххх?!

— Давай, подходи!

Схватка.

Меч на рюкзаке Лили успешно отразил укус адской гончей, но девушка была недостаточно сильна чтобы устоять на ногах и покатилась по полу.

Могучий удар Вельфа не попал по цели.

Гончая, сбившая с ног Лили запрыгнула на рюкзак и щёлкала челюстями прямо возле лица девушки. Белл появился из ниоткуда и ударил собаку ногой, после того как разобрался с гончей, оставшейся возле него.

Гончая тяжело рухнула на землю, её тело хрустнуло в тот же момент, когда упала собака, уклонившаяся от первого удара Вельфа.

— Ребята, вы в порядке?

— Д-да…

— Каким-то чудом… Чтоб его.

Лили встала и отряхнулась от пыли. Вельф нахмурился и слабо улыбнулся держась за руку. Клыки гончей попали в цель; несколько струек крови стекали по руке парня.

Боль от того, что он не смог защитить своих товарищей, сжигала Белла изнутри. Однако, когда он посмотрел за спины Лили и Вельфа, у него в жилах застыла кровь.

— Там ещё!

Парень заметил тени нескольких монстров в тоннеле, с другой стороны.

В то же время Лили увидела силуэты монстров за спиной Белла и сказала поникшим голосом:

— Нас зажали…

— Ну, вешать нос совсем не время…

Группа Аль-Миражей двигалась по сгоревшему коридору к Беллу и его друзьям.

Трое авантюристов встали спиной к спине. Белл скривился, посмотрев на остатки адских гончий и на своих следующих противников.

— И почему монстры так быстро появляются на серединных этажах? Мне бы передохнуть.

— Потому что это серединные этажи, не так ли?

— Ха, ха-ха…

Лили достала несколько зелий из рюкзака и передала их остальным, пытаясь вместе с этим улучшить настроение остальных.

Жидкость в пузырьках может восстановить их физические силы, но ничто не способно справиться с ментальной усталостью и плохими мыслями.

Любому из них было сложно сконцентрироваться.

— Сударь Белл, сударь Вельф, Лили рекомендует отступать. Нам нужно отдохнуть и перегруппироваться. Если так пойдёт и дальше, монстрам не будет конца.

— Как по мне это отличный план, но как нам отступить?

— Сконцентрироваться на одной группе… и прорваться?

— Да, Лили кажется, что так будет лучше.

Все кивнули, услышав идею Белла. Монстры начали окружать группу.

Авантюристы знали, что сейчас не время для разговоров и подготовились к грядущему.

— Ну что…

— Ага.

— …Начали!

Подземелье медленно, но верно выкачивало все оставшиеся ментальные и физические силы, оставшиеся у группы Белла. Оно не отпускает авантюристов, которые совершают даже самые незначительные ошибки из своей хватки. Подземелье очень коварно. Будто охотник, нагуливающий себе аппетит, оно играет с добычей. Подземелье не убивает сразу, оно планомерно подготавливает себе угощение.

Иногда отдалённым рёвом монстров…

Иногда сотрясая землю под ногами сильным землетрясением…

И, разумеется, возрождая монстров чтобы отрезать путь к отступлению…

Сами по себе эти маленькие происшествия ничего в себе не несут. Однако, груз неуверенности в том, что может произойти дальше тяжёлой ношей ложится на плечи группы. Никто не может скрыть своей усталости.

Разрушить замок куда легче, подточив его фундамент. Потерянные физические силы не так просто восстановить. Когда заметишь, что что-то не так, будет уже поздно.

Добыча будет метаться в агонии, истощив своё тело и сражаясь за возможность перевести дыхание. Вот тогда Подземелье и обнажает свои клыки.

— …

Крак!

Неприветливый звук достиг ушей Белла, его тело было уже на грани.

Он потерял счёт времени то сражаясь, то убегая от монстров. Его взгляд метался по тоннелю, пытаясь найти источник шума.

Стены выглядели такими же прочными, как и обычно, но треск становился громче. Мать-Подземелье готовится оторваться по полной.

Крак, крак!

Треск раздался отовсюду, эхом разлетаясь по Подземелью.

Хах?..

Белл осознал первым: звук раздавался сверху. Вельф и Лили проследили за взглядом парня и у них перехватило дыхание: сеть трещин появилась на потолке над их головами. Группа стояла и смотрела, как паутина трещин потянулась по тоннелю в обоих направлениях. Трещина тянулась так далеко, что сложно было в это поверить.

Снова треск и отзвуки прокатились по тоннелю. Становится сложно понять разницу между появляющимися трещинами и отзвуками с каждой прошедшей секундой.

Кусок камня упал с потолка и весь тоннель взвыл, не в силах больше выдерживать такого веса.

Белл замер на месте. Парень ощутил, как кровь прилила к его голове.

…Монстры!

Прежде чем вторая мысль мелькнула в его голове…

…Потолок раскололся раздался громоподобный рёв целой стаи летучих мышей, рождённых потолком Подземелья.

— КЬЯЯЯЯЯЯЯ!!! – пронзительный визг впервые распахнувших крылья.

И без того тусклый свет практически исчез от бесчисленного количества крыльев в воздухе.

Окружённые тьмой Белл и его друзья увидели кусочек разбитого вдребезги потолка.

Пока наконец, не заметили…

— ?!

Глаза Белла, Лили и Вельфа чуть не выскочили из орбит, а мгновенье спустя они уже мчались со всех ног. Камнепад будто пытался их прикончить. Все трое как ненормальные неслись вперёд, пытаясь избежать падающих с потолка камней.

Один удар камня, другой, с каждым ударом становилось всё больнее. Барабанных перепонок достиг звук падения камней. Будто дождь камни и булыжники, всё никак не прекращали падать сверху.

Не было ни малейшей возможность оглядеться.

Они втроём бежали будто пытаясь сбежать от рёва самого Подземелья.

— Гах, хаааа!..

Наконец камнепад прекратился.

Вельф перевёл дыхание, повсюду была пыль и обломки.

По ладоням Белла стекал холодный пот, но он даже не смотрел на Вельфа. По вздохам было понятно, что Вельфу больно.

Чуть дальше на полу была небольшая кочка. Лили.

Стерев кровь, вытекающую из множества мелких порезов на лице Белл, попытался позвать девушку, чтобы спросить всё ли в порядке.

— Кхи…

Но.

Его горло слишком сильно пересохло и было забито пылью.

— …

Наконец пыль начала оседать и стали видны силуэты. Несколько тёмных теней забрались на обломки, которые считанные секунды назад были потолком. Группа адских гончих.

В этот момент Белл действительно лишился дара речи.

— Гаррр!..

Адские гончие пригнули головы к земле. Искры и дым начали вырываться из их ртов. Звери обнажили клыки; их лапы осветил красное, нарастающее свечение.

…О нет.

Лили побледнела. Девушку охватило отчаянье от осознания того, что сейчас произойдёт.

…Не успеть!

Вельф скрипнул зубами, проклиная удачу.

Вот какие…

Глаза Белла наконец узрели.

Узрели силу и количество монстров.

Узрели безжалостность Подземелья.

Узрели непрекращающийся поток абсурда.

Адские гончие вытянули головы вперёд.

Группу авантюристов охватил поток пламени, вырвавшийся из пастей монстров.

Пламя разрывало воздух на части, волны нестерпимого жара понеслись по тоннелю.

…Серединные этажи!

Раздался мощный взрыв.

----------

Глава 2. Сколько метров до безопасного возвращения?

Миниатюрная девушка вбежала в Пантеон – главное отделение Гильдии. Два чёрных хвостика подпрыгивали, пока их владелица пробиралась по приёмной из белого мрамора через толпу авантюристов, каждый из которых был почти в два раза выше её собственного роста. Гестию не заботило ни то, что её кожа блестит от пота, ни то, что её дыхание сбилось – она неслась прямиком к стойке на краю приёмной.

— Госпожа Советчица!

— В-всевышняя Гестия? — глаза Эйны округлились, когда маленькая богиня практически запрыгнула на стойку.

Гестия не стала дожидаться ответа полуэльфийки и тут же выпалила полным отчаяния голосом:

— Белл вчера заходил?

— Т-только утром перед спуском в Подземелье. После этого я его не видела…

Лицо Гестии исказилось будто от боли, когда она услышала ответ. Увидев удивление на лице Эйны, юная богиня тут же объяснилась:

— Белл не пришёл домой вчера вечером.

— !!!

— Его помощницы и другого парня тоже нигде нет. Скорее всего, они всё ещё в Подземелье.

Вельф был членом Паствы Гефест. Лили жила в антикварном магазине гнома. Этим утром Гестия побывала и там, и там, в надежде узнать о Белле и остальных – вот только их тоже никто не видел со вчерашнего утра.

Эйна стала на несколько оттенков белее, её изумрудные глаза округлились, когда она это услышала. Попросив богиню подождать, полуэльфийка, будто стрела выпущенная из лука она отошла от стойки и вернулась минутой позже:

— Я только что поговорила с сотрудником Обмена. Никого, подходящего под описание Белла вчера не было.

— !..

Кровь в жилах Гестии застыла.

Будто вся группа Белла так и не покинула Подземелье.

Впрочем, богиня не стала исключать возможность, что произошёл какой-то инцидент после того как группа выбралась. Более того, ей очень хотелось, чтобы это было правдой. Особенно если учесть, что вчера Белл собирался отправиться на серединные этажи Подземелья впервые. Именно так, Белл даже сказал: «Я расскажу тебе каково на серединных этажах подземелья, когда вернусь!» - прежде чем уйти вчерашним утром. Гестия взяла с него обещание, что, когда бы он ни оказался на новом этаже, он обязательно свяжется с ней после своего возвращения. И вчера, впервые, Белл не сообщил ей о себе.

Гестия была достаточно умна чтобы понять, что это может означать, и всю ночь не могла уснуть. Белл и его группа не выбралась с серединных этажей - её божественная интуиция подталкивала её к этому заключению. От ощущения, что её предположение правдиво, богиня сходила с ума.

— …Госпожа Советница, пожалуйста, не могли бы вы найти кого-нибудь, кто его видел?

— Конечно, даю слово. Я опрошу столько авантюристов, сколько смогу о положении группы Белла.

Выпрыгивавшее из груди сердце Гестии на мгновенье успокоилось после этих слов. Богиня сделала глубокий вдох и сложила в голове следующий план действий.

Она поблагодарила Эйну за сотрудничество, но ей нужно было больше, чем подобное обещание.

— Так же, я хотела бы выдать задание. Цель проста: найти Белла.

Сейчас не самое время для разборчивости, так что это самый быстрый и эффективный способ заставить других авантюристов принять участие.

Эйна тут же всё поняла и с быстрым кивком вернулась к своему столу, после чего подошла к стойке с пачкой бумаг. Она начала заполнять форму регистрации перьевой ручкой.

— Что вы пообещаете в награду?

— Четыреста тысяч валис. Все сбережения моей Паствы.

Это самая большая сумма денег, которую богиня могла подготовить. После этого они с Эйной обговорили ещё некоторые детали.

Напоследок, Гестия взяла ручку из рук Эйны и практически бросила свою подпись на документ. Оформление было завершено.

— Мне нужно одобрение начальства, чтобы вывесить это задание. Пожалуйста, проявите понимание, процесс займёт около часа. Я выставлю задание на доску, как только это станет возможно.

— Спасибо. Я на вас полагаюсь.

Эйна легонько склонилась прежде чем бегом направиться к ведущей наверх лестнице. Гестия развернулась в другу сторону, отправившись к выходу. Богиня вышла через главную дверь офиса Гильдии. Множество авантюристов проходило мимо неё, по дорожке, на обочине которой стоят прекрасные мраморные статуи. Небо было чистым, на улицах было относительно спокойно, совершенно не отражая того шторма, который царил в сердце Гестии.

Миах и Нажа стояли неподалёку от прекрасного монумента в самом центре лужайки перед Гильдией:

— Что-нибудь узнала, Гестия?

— Ничего. Судя по всему, они действительно не выходили из Подземелья.

Миах и Нажа замолчали, а Гестия покачивала головой из стороны в сторону. В подробностях услышав рассказ самой Гестии они знали, как обстоят дела. Мысли о том, что вся группа была уничтожена в Подземелье пронеслось в головах всей троицы. Гестия неожиданно крикнула так громко, как только могла, пытаясь прогнать подобные мысли:

— Белл ещё жив! Моё благословение всё ещё с ним!

Он единственный человек на Земле, получивший её Фалну. Она ощущала ту капельку крови, которой были нанесены характеристики на спине Белла – их связь ещё не разорвана.

Миах и Нажа удивились неожиданному взрыву Гестии. Опасливо опустив руки Нажа заговорила о том, что делать дальше.

— Всевышняя Гестия, вы уже подали запрос на задание?..

— Да, благодаря твоему совету, Нажа. Скоро им займутся.

Миах и Нажа стали причиной, по которой Гестия решила выставить задание, несмотря на отсутствие какой-либо информации о местоположении Белла. Если он неожиданно объявится, они хорошенько посмеются над своим беспокойством. Однако, Паства Миаха однажды уже искала Нажу в Подземелье подобным образом. Гестии нужно использовать любые возможности, прежде чем станет слишком поздно.

— В таком случае, нам, возможно, стоит навестить Гефест и Такемиказучи. Нам нужна вся возможная помощь.

— И чего мы тогда ждём?! - Гестия мгновенно согласилась на предложение Миаха.

Оставив главный офис Гильдии позади, они вышли на улицу.

Один час спустя.

Как Эйна и обещала, задание Гестии оказалось на доске объявлений в главном офисе Гильдии. Среди множества авантюристов, выискивающих задания, одна присмотрелась к только что вывешенной бумаге и наклонилась поближе.

Без какого-либо предупреждения – рип! - она оторвала задание с доски объявлений.

— Случилось нечто очень плохое… Лорд Гермес.

За двенадцать часов до этого.

В Подземелье было тихо. Поблизости не было монстров, только затхлый запах спёртого воздуха и пепельные камни нагоняли зловещую атмосферу. В тоннелях царил сумрак. Единственные источники света были высоко – места на потолке, напоминающие отдалённые костры. Только тяжёлые шаги нарушали могильную тишину, эхом раздаваясь во тьме. Белл молчаливо, шаг за шагом шёл по тоннелю, его лицо мягко подсвечивалось огнями сверху. Капля пота проложила себе путь по тёмному от пыли и грязи лицу парня и сорвалась с подбородка. Она бесшумно приземлилась на его ногу. Порезы, покрывающие лицо парня, наконец закрылись и на его щеках остались только следы запёкшейся крови.

— Хааах… хааах… — его тяжёлые вздохи прервали тишину, когда он поправил руку, перекинутую через его плечо.

— Прости, друг…

— Не… беспокойся…, - Белл произнёс эти слова, в ответ на тихий голос, раздавшийся прямо у его уха.

Судя по выражению лица Вельфа, ему было очень больно, крупные капли пота катились по его лицу, и Белл помогал ему идти вперёд. Краем глаза Белл заглянул за спину и увидел Лили, идущую в том же темпе что и они, неподалёку. Она заметила этот взгляд и улыбнулась нервной улыбкой, будто говоря: «Лили в порядке».

Они втроем смогли пережить залп адских гончих, хоть и оказались близки к смерти. На них напала довольно большая стая монстров. Они смогли сбежать прежде, чем рассеется дым и на этот раз их отчаянное отступление в безопасность обернулось успехом. Но им пришлось заплатить огромную цену, чтобы выжить в этой дикой погоне. Одну из ног Вельфа сломал камнепад, случившийся на тринадцатом этаже. После этого он не мог идти самостоятельно. Несмотря на то, что на Лили не было видимых ранений, Белл мог понять, что слабейшей среди их группы пришлось сложнее всех во время этого побега. Рюкзак девушки был изодран во многих местах. Наверняка они потеряли немало зелий и других полезных предметов.

Белл взглянул на себя, чтобы понять собственное состояние, проверив своих спутников.

Нас бы поджарило если бы не саламандровая ткань…

Красная ткань ещё блестела из-под остатков его брони. Холодный пот стекал по спине парня от мыслей о том, что случилось бы без неё. К этому времени вся их группа была бы кучкой пепла. Магическая защита, полученная благодаря изготовленной феями ткани, была единственной причиной, по которой они остались живы. Саламандровая ткань защитила их тела от сильного жара. Смотря на блеск одежды под бронёй, Белл снова и снова благодарил свою советницу. Эйна спасла жизни всем троим.

— Лили, сколько предметов у нас осталось?..

— Четыре зелья и два антидота; высших зелий больше нет…

Ответ Лили заставил Белл осознать, в каком опасном положении они сейчас находятся. Даже выбраться с серединных этажей будет очень непростой задачей.

Он попытался просчитать в голове – сколько им нужно пройти до спасения с таким запасом предметов. Все авантюристы знают, что оружие иногда ломается, а целебные предметы чрезвычайно важны на серединных этажах. Тот факт, что у Белла и Лили осталось слишком мало физических сил и состояние Вельфа только осложняли их положение.

Обычные зелья созданы чтобы восстанавливать физические силы. Только высшие зелья и эликсиры могут восполнить кровь и спасти человека от внутренних кровотечений, сломанных костей и других серьёзных ран. Нижняя часть ноги Вельфа – всё, что ниже колена — было покрыто смесью тёмно-красного и чёрного цветов, кость явно была сломана в нескольких местах. Ни Белл, ни Лили не могли бы справиться с такой раной с оставшимися целебными предметами.

Их формация потеряла бойца передней линии. Выживание на серединных этажах стало почти невыполнимой задачей.

А ещё мы… провалились.

Белл глянул наверх и остановил свой взгляд на одной из дыр, освещаемой тусклым светом, пока их группа шла дальше. Они на четырнадцатом этаже. В одну из таких дыр они все провалились. Это случилось во время сумасшедшего забега в попытке уйти от адских гончих. Никто не заметил дыру под ногами вовремя, и они полетели вниз. Эти дыры и правда похожи на люки-ловушки. Шок от подобного падения отразился сильной болью для Белла и всей его группы. Отверстия сверху будто бы выстроились в неровный ряд. Однако, стены, которые к ним вели были слишком высокими и гладкими. Да и сами эти дыры; они слишком скользкие и длинные, чтобы подниматься по ним на этажи выше. Подземелье беспощадно.

Это худшее положение, в котором они могли оказаться. Группа стала жертвой «Ухищрений Подземелья».

— Белл, Малютка Лил… Если так будет нужно, можете меня оставить…

— Сударь Вельф хотя бы думает над своими словами?..

— Нет, явно бредит.

Они обменялись парой слов. Белл поправил плечо, которым поддерживал Вельфа после глупой попытки кузнеца сказать им спасаться самим.

Пока они не встречали монстров и их окружал тихий сумрак. Единственным звуком в тенях были шаги, принадлежащие Беллу, Лили и Вельфу. Льющегося сверху света хватало только чтобы различить их силуэты, что добавляло чувства отчаянья, которое их окружало.

Звук катящихся камешков, отбитых их ногами, казался оглушительным.

Каждый сделанный шаг заставлял Белла задуматься, что с ними станет если их, найдут ближайшие монстры.

Они упали на четырнадцатый этаж. Разумеется, монстры здесь сильнее чем монстры, с которыми они сражались на тринадцатом. Ещё больше небольших пещерок разбросано по тоннелю, каждый отзвук будто приближение монстра. Белл уже не видел разницы между звуками, его разум был на пределе. Только сейчас он понял, что у него во рту пересохло и ему хочется воды.

Их путь петлял между секциями Подземелья. Сначала они повернули налево, потом направо.

Поп, поп. Все трое авантюристов разом повернули взгляды в сторону раздавшегося звука. Всего лишь несколько мелких камешков, сорвавшихся с потолка. Пришлось напрячь остатки силы воли, чтобы унять стук сердец. Звук собственного дыхания давил на уши. Они устали, но это не единственная причина, от которой перехватывало дух. Дело было в простом и самом обычном страхе. Страхе темноты, страхе неизвестности, которую для них припасло Подземелье.

Белл думал о той гордости, которую он испытал, подняв уровень и став авантюристом высокого класса, когда его имя разнеслось по всему Орарио. Сейчас он над собой бы поиздевался. Разве Эйна не говорила ему, что самая опасная вещь для авантюристов, это когда всё идёт слишком гладко?

Сейчас они оказались в тоннелях самой настоящей преисподней из-за одной маленькой дыры.

Каждый из них сейчас был на пределе возможностей, в месте, которого никогда не достигает солнечный свет.

— …Это тупик.

Белл сдержался, и не сказал «очередной».

Они совершенно заблудились. Из всех опасностей, которые существуют в Подземелье, этой нужно избегать любой ценой.

Единственные ориентиры, которые есть у авантюристов в Подземелье, это лестницы, которые соединяют смежные этажи. Однако, Белл и остальные провалились в дыру. И у них не было никаких зацепок и ориентиров, чтобы понять, где они находятся. Вдобавок, компасы и другая навигационная экипировка в Подземелье совершенно бесполезны из-за содержания металлов, подобных адамантиту, в стенах Подземелья.

Даже будь под рукой карта, Белл совершенно не представлял, куда ему вести группу.

Белл и Вельф мрачно переглянулись, встретив очередной тупик.

— Давайте немного отдохнём, -Лили сделала глубокий вдох и сделала предложение, когда два молодых человека встали на месте, впившись взглядами в твёрдую стену перед собой. Они повернулись и увидели, что девушка взмокла, но всё равно остаётся спокойна.

Собранный и решительный взгляд коричневых глаз оказал на Белла и Вельфа успокаивающее действие. Они начали предаваться отчаянью, а девушка-полурослик, едва ли в половину их роста, сохраняла спокойствие. Парни кивнули и опустились на землю.

Как Лили и сказала, они остановились чтобы перевести дух и начали думать, как им отсюда выбраться.

— Для начала, сколько целебных предметов у нас осталось? У Лили четыре зелья и два противоядья. Что у вас, сударь Белл? Сударь Вельф?

— Вообще ничего.

— У меня несколько зелий в сумке на ноге.

Лили вытащила зелья из своего рюкзака и передала их остальным. Себе она оставила только одно. Если подумать, то Вельфу целебная жидкость понадобится больше всех.

— Что насчёт оружия? Лили потеряла арбалет в падении. Меч сударя Вельфа остался…

— Белл, ты потерял короткий меч, баклер и широкий меч?

— А-ага.

Белл волновался всё сильнее и сильнее, пока продолжался их разговор.

Они втроём сидели небольшим кружком в тоннеле, с единственным выходом. Если бы появились монстры, бежать было бы некуда. К тому же, они понятия не имеют, станут ли монстры появляться из окружающих стен и когда настанет этот момент. Белл отчаянно пытался не показывать страха, растущего у него в груди. Вельф и Лили, без сомнений, занимались тем же.

Они разговаривали тихими голосами, чтобы не привлечь лишнего внимания. Белл завёл руку за спину и нащупал два своих оружия, Кинжал Гестии и Ушивакамару.

— Оба моих ножа на месте.

— И саламандровая ткань пока держится.

— Ладно… Если принять это во внимание, Лили считает, что самые высокие шансы у нас добраться до поверхности живыми, если мы, по возможности, будем избегать сражений с монстрами. Вступать в бой нужно только когда не остаётся выбора.

Белл сидел на коленях, а Вельф прислонился спиной к прохладному камню и вытянул свою раненную ногу. Лицо парня снова покрылось потом, Белл хотел его поддержать, но Вельф уверенно кивнул.

Сидевшая напротив Лили сделала ещё один глубокий вдох и собравшись с силами высказала то, что беспокоило её всё это время:

— Сударь Белл, сударь Вельф, пожалуйста, слушайте внимательно. Пока дело просто в ощущении Лили, но… может оказаться, что мы на пятнадцатом этаже.

— !..

Челюсти парней начали отвисать, а Лили продолжила объяснения:

— Если принять во внимание, как долго мы падали, очень возможно, что мы пролетели два этажа. Судя по цвету стен, длине тоннелей, недостатку света и запутанности проходов это место куда больше похоже на пятнадцатый этаж, чем на четырнадцатый и тринадцатый.

Белл вспомнил своё удивление тому, как долго они падали. Этого было более чем достаточно, чтобы убедить его в правоте Лили.

Это означает, что дорога до поверхности стала гораздо дольше. Они были бы в безнадёжной ситуации, окажись они на четырнадцатом этаже, а оказалось, что придётся слоняться по Подземелью в надежде найти правильный путь через пятнадцатый, четырнадцатый и тринадцатый этажи, чтобы достигнуть верхних этажей. В их текущем состоянии это невозможно. Им придётся столкнуться с сильными монстрами и запутанными проходами, испытывая боль и усталость.

Шах и мат. Слова пришли откуда-то из глубины сознания Белла, а его тело прошиб холодный пот.

Лили сделала ещё один глубокий вдох и продолжила:

— Перейду к важной части. Наши настоящие шансы на выживание очень низки. Однако, у нас есть ещё один выход, лежащий внизу… Мы можем укрыться на восемнадцатом этаже.

Белл не сразу понял, о чём говорит Лили.

А Лили продолжила.

— Восемнадцатый этаж это один из немногих этажей Подземелья, на котором не рождаются монстры – безопасное место. Его используют в качестве места сбора для экспедиций на нижние этажи и дальше. Лили считает, что мы можем спастись если туда доберёмся.

В Подземелье, заполненном монстрами есть несколько мест, которые можно считать «безопасными». С годами авантюристы узнали, что монстры не появляются из стен восемнадцатого этажа и поэтому он используется в качестве места, для отдыха.

Восемнадцатый этаж – это первое безопасное место Подземелья, после спуска на первый, так что, скорее всего, там отдыхают авантюристы, которые гораздо сильнее группы Белла. Если они присоединятся к группе, направляющейся на поверхность, это гарантирует им безопасный проход до поверхности.

— Л-Лили, подожди-ка. Мы не знаем, как нам выбраться даже с этого этажа. Как нам спуститься ниже…

— Можно использовать дыры. Здесь их сотни, все они ведут вниз. Если повезёт, мы очень быстро доберёмся до места назначения. Мы потерялись. Лили думает, что у нас больше шансов спуститься через дыры, чем найти лестницу, ведущую наверх.

В словах Лили был смысл. Белл не нашёл что ей возразить и откашлялся. Вельф сражался с болью в ноге, но открыл глаза, посмотрев на Лили, и задал свой вопрос:

— А что нам делать с главарём этажа? Разве на семнадцатом нет огромного сукиного сына?

Даже против аргумента о сражении с одним из самых могущественных монстров Подземелья у Лили был наготове ответ.

— В тот день, когда сударь Белл убил Минотавра… Две недели назад, Паства Локи начала экспедицию. Чтобы защитить большую группу им нужно было победить монстра, а не избегать его.

— И-и что это значит?

— Лили слышала, что главарь семнадцатого этажа, Голиаф, стоит перед входом на восемнадцатый этаж. В Пастве Локи состоит множество сильных авантюристов. Им было бы легче идти дальше, если бы монстр не стоял на пути.

Лили разумно предположила, что, оставив этого монстра нетронутым, можно было бы подвергнуть опасности низкоуровневых авантюристов из группы.

— Голиаф возрождается через две недели после победы… Есть шансы, что мы доберёмся до восемнадцатого этажа прежде чем он появится.

Возможно время на прохождение семнадцатого этажа до того, как возродится главарь ещё останется, если они успеют дойти достаточно быстро. Вот что Лили пыталась сказать.

— Вы что, серьёзно?..

Не вверх, а вниз. Это означает что они подвергнутся ещё большей опасности, вместо попытки безопасно вернуться домой. Вельф потерял дар речи от серьёзности выражения на лице Лили. Он смотрел на неё со смесью страха и восхищения, от того что девушка предложила подобную стратегию в условиях, в которых они оказались. Белл тоже, смотрел на Лили и поражался, сколько отваги и боевого духа в её маленьком теле.

— …Это единственный выход. Как сударь Белл и сударь Вельф сказали, пытаться найти путь наверх, возможно, безопасней. Есть шанс, что мы натолкнёмся на группу авантюристов, если будем просто бродить по этажу. Однако, в этом можно положиться только на случай.

Шансы на нахождение низкоуровневых авантюристов на верхних этажах и высококлассных авантюристов, достаточно сильных, для покорения серединных этажей отличаются, как небо от земли. К тому же, построение серединных этажей включает в себя тоннели на подъём и спуск, в то время как верхние этажи представляют из себя одноуровневый лабиринт. Чтобы найти выход потребуется немалая удача. Вот поэтому Лили упомянула, что высокоуровневые авантюристы собираются на восемнадцатом этаже.

Лили на мгновение умолкла, а потом произнесла с непоколебимой решимостью посмотрев на Белла:

— Сударь Белл, вы лидер нашей группы. Лили оставляет решение за вами.

Из лёгких Белла неожиданно вышел весь воздух. Слова девушки заставили внутренности Белла гореть пламенем, куда более жарким, чем он испытывал в этот день. Каждая пора его кожи открылась: пот залил лицо.

Белл посмотрел на Вельфа. Тот корчился от боли, но нашёл силы, чтобы улыбнуться:

— Решение за тобой. Что бы ты ни выбрал, я против не выступлю.

Эти слова показали насколько укрепились узы их доверия. И, в то же время, они отрезали Беллу все пути к отступлению, ему оставалось только принять решение.

Его сердце бешено колотилось. Лидер группы… Только он мог подойти на эту роль. Помощница Лили и кузнец Вельф вверили свои таланты и способности авантюристу Беллу. Он лидер группы, в этом нет сомнений. И ему остаётся только принять этот вызов.

!..

Сердце парня всё набирало скорость. Он начал думать, что такими темпами оно разорвётся.

Решение, которое определит судьбу группы. Они никогда не испытывал подобного давления ранее. Его следующие слова могут определить, выживут его друзья или погибнут. От ужаса подобной потери колени парня дрожали. Он хотел заплакать, убежать, умолять о прощении и спрятаться от ответственности. Однако – за всем этим страхом и волнениями парень наконец понял, на что похожа работа лидера группы по принятию решений.

Авантюристу-одиночке никогда не ощутить подобного давления. Каждый член группы доверяет её лидеру свою жизнь. Верно и обратное. Белл вверил свою жизнь Лили и Вельфу. Именно они компенсируют его слабости, прикрывают его спину. В них парень безоговорочно верит. Они выбрали его и ему верят. Было бы настоящим кощунством бросить союзников, которые так высокого его ценят. Если бы и было время доказать им что он заслуживает доверие, оно настало именно сейчас.

Белл стиснул зубы и сжал кулаки. Он глубоко вдохнул, чтобы привести себя в чувство и успокоить. Он набрался храбрости. Осталось только принять своё решение.

Возвращаться наверх или прорываться вниз.

Положиться на удачу или пробить путь самостоятельно.

Пуститься в авантюру или нет.

Белл закрыл глаза, но уже через мгновенье их открыл. Он посмотрел на членов своей группы и с непоколебимой уверенностью сказал:

— Спускаемся.

Часы на стене указывали на раннее утро.

Гестия стояла в Лазурной Фармакологии – доме Паствы Миаха. Эта Паства продаёт целебные предметы в деревянном здании. Поскольку сюда заходит немало авантюристов, это неплохое место сбора для начала задания. Подготовка к спасению группы Белла началась.

Вместе с Гестией, Миахом и Нажей была красноволосая богиня Гефест.

Напротив, стоял Такемиказучи, его длинные волосы были подколоты в трёх местах: по обе стороны головы и на затылке. Остальные члены его Паствы стояли позади, включая Микото.

— Я приношу свои извинения, Гестия. Очень возможно, что мои дети отчасти стали причиной того, что твои не вернулись из Подземелья.

— …

Гестия скрестила руки на груди, закрыла глаза и отвернулась. Микото и остальные, стоявшие за своим богом молча смотрели в пол, раскаиваясь.

Паства Такемиказучи использовала отвлекающий манёвр на тринадцатом этаже.

Микото и остальные авантюристы успешно вернулись домой, к тому моменту как Гестия начала разыскивать Белла. Они слышали всё – как Белл и его союзники были экипированы, их отличительные черты, состав группы – и осознали, что произошло. Они не стали ничего скрывать от своего бога и всё ему рассказали.

Такемиказучи понял, что они оказались в отчаянном положении, но не мог не извиниться за то, что его последователи сделали. Когда Гестия поняла, что перед ней стоят потенциальные виновники пропажи Белла, её молчание стало давить на всех с невероятной силой.

Наконец, Гестия открыла свои синие глаза и посмотрела на каждое дитя, стоявшее напротив. Миах и Гефест были рядом с богиней.

— Если Белл никогда не вернётся, у меня на сердце будет груз, которого ни один из вас и представить себе не может. Но я не стану вас ненавидеть. Это я обещаю.

Услышав слова Гестии, Микото уставилась на богиню. Сердца членов Паствы Такемиказучи были тронуты богиней, которая, несмотря на свою боль, способна посмотреть им в глаза и показать свою доброту. Впервые кто-то, помимо их собственного божества, произвёл на них подобное впечатление.

Простив их, Гестия спросила:

— Ну а сейчас, не хотели бы вы мне помочь?

— …Сочтём за честь.

Все шестеро членов Паствы Такемиказучи быстрым движением встали на одно колено и склонили головы.

Такемиказучи и Миах слегка удивились подобной решимости детей, первым среди которых был Оука, желавший отплатить за доброту, которую ему явила Гестия.

В то же время Гефест улыбнулась, увидев, как её подруга предоставила этим детям возможность исправить свою ошибку.

— Значит мы можем продолжать? Время перейти к сути, - Миах заговорил, вступая в обсуждение.

Гестия в ответ кивнула.

— Мы ведь организовываем поисковую группу, не так ли? И нам известно, что парень Гестии всё ещё жив? — этот, вопрос задал Такемиказучи.

— Да, он жив. Гефест, а что насчёт твоего, Вельфа? — ответила Гестия и обратилась к Гефест. Красноволосая богиня закрыла свой не прикрытый повязкой глаз и почесала лоб перед ответом.

— Подождите секундочку. Моё Благословение у многих детей, найти определённого будет непросто… Да, наверное, он жив. Раз количество связей, которые у меня есть с детьми не уменьшилось.

Поскольку использование её божественных сил, Арканума, против правил, она обратила внимание на точное число «контрактов», которые сейчас активны, чтобы не искать определённый и сохранить время.

Теперь ей задал вопрос Миах:

— Может кто-то из твоих детей нам помочь, Гефест?

— Большая часть сейчас помогает в экспедиции Паствы Локи… Все, кто мог бы зайти так далеко сейчас там. Боюсь, остались только те, кто на серединных этажах долго не протянет, - Гефест повернулась к Гестии для извинений, но та лишь покачала головой, показывая, что всё в порядке.

— Похоже нам придётся положиться на группу Таке.

— Я нисколько не против… Оука и Микото идут без сомнений… Чигуса, ты пойдёшь с ними в качестве помощницы?

— Д-да. — девушка, чьи глаза были скрыты чёлкой, кивнула в ответ на вопрос бога.

Оука и Микото – это единственные авантюристы высокого класса в Пастве Такемиказучи – только они достигли второго уровня. Девушка по имени Чигуса всё ещё на первом уровне, так что она пойдёт в качестве помощницы, будет носить зелья и оружие.

Сейчас это лучшая группа, которую Паства Такемиказучи может снарядить, так что они выбраны в поисковый отряд.

— Из моих детей только Оука может противостоять чему угодно на серединных этажах. Остальные не так сильны.

— Думаю для поисковой группы очень важна скорость…, - сказала Гефест.

— Согласна. Если мы пожертвуем скоростью и подвижностью, увеличив количество людей, можем опоздать, — Нажа, чуть не умершая на серединных этажах, поддержала слова Гефест.

— Значит остаётся только положиться на этих троих?.. — эти слова вырвались изо рта Гестии, когда она снова сложила руки на своей выпирающей груди.

Вот в этот самый момент и объявились они.

— …Я в деле, Гестия!

Парадная дверь распахнулась, и в ней стояло обворожительное божество.

— Гермес?! А ты что здесь забыл?!

— Не самое радушное приветствие, Такемиказучи. Разумеется, я явился чтобы помочь своей подруге выбраться из щекотливой ситуации.

Гермес скользнул в центр комнаты, под немигающими взглядами Миаха и Нажи, улыбнувшись Такемиказучи. Его спутница Асфи молчаливо шла за его спиной.

— Приветик, Гестия. Рад тебя видеть!

— Гермес… Зачем ты пришёл? — Гестия была поражена так же сильно, как и все остальные.

Гермес подошёл к ней, сохраняя свою безупречную улыбку. Он засунул руку в жакет и вытащил из него кусок бумаги – задание из Гильдии:

— У тебя проблемка появилась, разве нет?

— …

Гермес несколько раз взмахнул перед богиней этим листом. Слова «Найдите Белла» несколько раз мелькнули перед глазами богини. Гестия попыталась подыскать слова для ответа, но они никак не приходили ей в голову.

— Зачем тебе помогать Беллу Кранеллу, Гермес? Убирайся с такими предложениями.

— Эй, Такемиказучи. Я ведь один единственный такой Гермес на весь мир, знаешь ли. Когда мои приятели попадают в неприятности, я надавлю на все возможные рычаги, чтобы помочь им выбраться.

— Гермес, ты с Гестией впервые видишься, с тех пор как она сюда спустилась, разве нет? — спросила, прищурившись, Гефест.

— Какие из вас друзья? — вторил ей Миах.

— Ха-ха, Гефест, Миах, не слишком ли строго вы со мной?

Вдобавок к напряжённому взгляду Такемиказучи, Гермеса не приняли два других божества в комнате. Шарм Гермеса не вскружил им головы. Нажа, Микото и остальные люди даже понять не могли что на их глазах разыгралось самое настоящее противостояние.

Гермес отбросил свою игривость и сказал совершенно серьёзным тоном, впервые, с момента своего появления:

— Моё желание помочь Гестии совершенно настоящее. Я хочу спасти Белла.

Он развёл руки и искренне улыбнулся каждому божеству по очереди.

— Ну так что, Гестия? — в последнюю очередь Гермес повернулся к Гестии. Прищурив глаза, обворожительное божество встретилось со взглядом богини.

— …

Гестия некоторое время смотрела в оранжевые глаза, прежде чем легонько хмыкнуть:

— Ладно… я приму твою помощь, Гермес.

— Великолепно! Можешь на меня рассчитывать!

Обворожительная улыбка Гермеса вернулась, после того как Гестия приняла его предложение. Вернув себе привычный образ, он подошёл к Миаху, который по-прежнему не сводил с него взгляда и несколько раз легонько похлопал того по плечу. Такемиказучи также не сводивший взгляд с Гермеса наклонился к Гестии и зашептал ей на ухо:

— Ты уверена, Гестия?

— Спасение Белла и его группы – это самая приоритетная задача. Факт остаётся фактом: нам нужно больше людей — богиня отвечала ему самым тихим голосом, на который была способна.

— …Ладно, раз ты так решила. — Такемиказучи решил больше ничего не говорить и попытаться сработаться с Гермесом.

— Разве в твоей Пастве большинство детей не на Втором Уровне, Гермес?

— Да, что насчёт них, Гермес?

— Всё так, как ты и говоришь, Гефест. К сожалению, большинство заняты делами в городе – поэтому я возьму с собой Асфи! Она мой козырь; с ней можно ничего не бояться!

Паства Гермеса зарегистрирована как Паства, работающая в Подземелье. В то же время, многие её члены занимаются различным бизнесом в городе. Эта Паства известна своей разносторонностью. Гильдия присудила ей ранг F.

Поверив Гермесу на слово, что Асфи прошла, по крайней мере, девятнадцатый этаж Миах и другие боги не возражали её появлению в поисковом отряде.

Девушка ответила тяжёлым вздохом, когда поняла, что её бог записал её в спасатели.

— Мы выступим, как только закончим с подготовкой. Как только стемнеет?

— Да, это лучшее время.

— Оука, Микото, Чигуса. Будьте готовы к этому времени.

— Как скажете, всевышний!

Кое-что беспокоило Асфи, пока Гефест и остальные божества говорили между собой. Она подошла к Гермесу и сказала тихим голосом:

— Лорд Гермес… Вы только что сказали, что возьмёте меня с собой. Разве это не значит, что вы собираетесь…

— Разумеется, я тоже иду.

Серебряные очки Асфи съехали на кончик носа. Она быстро вернула им прежнее положение пальцем:

— Разве богам не запрещено входить в Подземелье?

— Получается что об этих путешествиях просто никто не должен знать, не так ли? Что в этом плохого? Быстренько сбегаем туда и обратно, Гильдия даже не пронюхает, что я побывал внизу. Кажется, я уже всё сказал, не так ли? Я хочу спасти Белла.

— Так вы это всё заранее спланировали!..

— Ха-ха-ха! Мне просто нужна от тебя капелька содействия, Асфи.

Асфи серьёзно нахмурилась и недовольно надула щёки, а Гермес снова расплылся в своей обворожительной улыбке. Неожиданно – пам! Так получилось, что Гестия слышала их разговор. Её голова повернулась так быстро, что все в комнате услышали свист. Хвостики богини будто стали живыми и обернулись вокруг шеи Гермеса:

— Гах?!

— …Возьми меня с собой, Гермес.

Божество пыталось отбиться от волос Гестии, схвативших его сзади. Асфи подпрыгнула от удивления. Гестия начала наступать, её волосы не позволяли Гермесу сказать ни единого слова:

— Я собираюсь спасти Белла. Я не могу просто сидеть и ничего не делать, пока остальные его ищут.

— П-погоди, Гестия! Успокойся! – Гермес наконец смог освободиться от волос богини и заговорить. Он повернулся, встретившись с ней взглядом. Он попытался убедить богиню остаться:

— Подземелье – это очень опасное место. Без наших сил один удар от монстра и всё, конец. Да и к тому же, что если в Гильдии всё узнают?

— Думаешь я не знаю, что будет? — отрывисто бросила Гестия. — Но ты же сам сказал, быстренько сбегаем, так вроде? Один или два бога, разница небольшая.

— Эмммм…

— Я иду, понял? – непререкаемый тон Гестии лишил Гермеса дара речи.

На лице Гермеса появилось выражение проигравшего, и он осознал, что решимость Гестии не подкосить.

— Почему-то я нисколько не удивлена…

— Только не делайте ничего безрассудного, ладно?

Как и Гермес, Гефест и Такемиказучи были поражены заявлением Гестии и скривили лица.

— Всё будет хорошо! — заявила богиня, прервав возражения своих друзей. Богиня распалилась от новой мысли; она спасёт Белла лично.

Миах тоже собирался что-то сказать, но вперёд выступила Нажа.

— Нажа, что случилось?

— Всевышняя Гестия, возьмите…

Она передала целую сумку зелий, их было очень много. Лицо Гестии смягчилось, когда она посмотрела на пузырьки с красной, зелёной и голубой жидкостью.

— Это всё, что я могу сделать… Простите, что не могу пойти с вами…

— Этого более чем достаточно, спасибо, Нажа.

Понимая с какой травмой пришлось столкнуться девушке-чинтропу, Гестия приняла сумку с зельями. По глазам Нажи казалось, что она хочет извиниться, но Гестия только улыбнулась в ответ.

— У меня, тоже, для тебя кое-что есть.

— О? Огоо?!

Гефест держала в руках длинный, тонкий свёрток, обвязанный белой нитью. Он был на удивление тяжёлым – настолько, что Гестия чуть не потеряла равновесие, когда взяла его в протянутые руки.

Часть ткани отогнулась, когда Гестия попыталась выпрямиться, обнажив тёмно-красный клинок. Впрочем, несмотря на то, что клинок казался прочным, он не был заточен, а значит не мог ничего разрезать.

— Гефест, что это?..

— То дитя, Вельф, сделал этот меч. Я придерживала этот клинок для него.

Красноволосая Богиня Кузнецов взглянула как Гестия присматривается к оружию.

– Можешь воспользоваться им, если потребуется… Пожалуйста, передай его Вельфу, когда его найдёшь. А ещё передай ему, чтобы он перестал компрометировать своих союзников, из-за собственной гордости.

Гестия неспешно кивнула, услышав многозначительные слова Гефест. Как бы там ни было, Гестия была благодарна за поддержку своим друзьям. Все остальные боги улыбнулись и кивнули ей.

В то же время.

— Эх, это всё усложняет… — пробормотал себе под нос Гермес, сидящий вне кружка поддержки Гестии.

Наблюдая за тем как, боги предаются положительным чувствам, Гермес наклонился к своей спутнице, стоящей рядом и задал вопрос:

— Асфи, как думаешь, сможешь нас обоих защитить?

— Рядом будет группа Такемиказучи, но… я не могу ничего гарантировать, если они не справятся.

Асфи ответила своему богу, что она сможет защитить его, но не станет стоит перекладывать на неё ответственность за состояние Гестии. Поисковая группа недостаточно сильна.

Гермес обдумал её слова, прежде чем вздохнуть куда дольше, чем полагается обычно.

— Похоже, нужно найти кого-нибудь в помощь.

Солнце начало заходить на западе, окрашивая небо в красный цвет.

Примерно в этот час авантюристы заканчивают свою работу и выходят из Подземелья. Как и во многих других барах, в Щедрой Хозяйке кипела работа по подготовке к вечернему наплыву посетителей.

Кошкодевушки и люди носились по заведению, наводя порядок за закрытой деревянной дверью с табличкой «закрыто» висящей на ней. Некоторые из девушек носили круглые столы и стулья; другие были заняты покупкой ингредиентов и пополнением кухонных запасов. Настоящее поле боя в своём роде.

Уши одной из эльфиек, занятой расстиланием скатертей на столы, освещали красноватым светом лучи заходящего солнца, пробивающиеся через окна. Лю насторожилась, услышав, как звякнул дверной колокольчик за её спиной. Кто-то только что открыл главную дверь.

— Прошу прощения за беспокойство, но я войду.

Божество с поклоном вошло в бар. Красноватый свет солнца снаружи смешался с рыжим цветом его волос, создав вокруг головы этого божества оранжевое свечение, в этот ранний вечерний час. Гермес улыбался от уха до уха, входя в здание, Асфи следовала за ним.

— Простите, Всевышний Гермес. Мы ещё не открылись. Не могли бы вы немного подождать?

— Прости что помешал, Руноа. Я быстро.

Гермес прошёл мимо девушки, по имени Руноа и направился к намеченной цели. Другие служанки перестали работать и следили за Гермесом. Наконец бог остановился в центре бара, прямо напротив Лю.

— …Вы хотите со мной поговорить?

— Очень хочу. У меня к тебе просьба, Лю.

У стоящей за спиной Гермеса Асфи от удивления округлились глаза.

— Я хотел бы, чтобы ты взялась за одно задание – мне нужна Львица Ледяного Ветра.

Так звали Лю во времена, когда она была авантюристкой. И у этого прозвища ужасающая репутация.

Напряжение в баре неожиданно подскочило.

Божество и его спутница тут же оказались в окружении. Кошкодевушки Аня и Хлоя, а также Руноа и остальные работницы смотрели на них пронзительными взглядами.

Отступать было некуда. Ладони Асфи тут же покрылись потом от ужасающего давления направленных на них со всех сторон взглядов. Весь персонал Щедрой Хозяйки видел в них врагов, от которых нужно избавиться.

Пробивающийся в окна красноватый свет только усугублял эту атмосферу.

— Хочешь меня запугать? – тонкие брови Лю изогнулись, она впилась взглядом в стоявшего перед ней бога.

Очень немногие из людей знают, кто она такая, и попытка назвать её прозвище вслух сродни прямой угрозе. Бог должен об этом знать.

Гермес поднял обе руки, говоря: — Нет, нет, я не за этим сюда пришёл. — эльфийка приблизилась прямо к его лицу. — Этого парня… Белла Кранелла нужно выручить.

— …И что это должно означать?

Гермес рассказал о том, что Белл пропал и что он хотел бы чтобы Лю присоединилась к поисковому отряду. Голубые глаза Лю смягчились, когда она услышала о произошедшем, но неожиданно снова впились в бога:

— Почему ты пришёл ко мне?

— Мы берём кое-какой «багаж», который требует защиты и не можем полагаться на помощь других богов в её предоставлении. Так что мне нужен кто-то достаточно сильный, но не связанный правилами Паствы. В голову пришла только ты… И вот…

Гермес прервал визуальный контакт и глянул в угол зала.

— Ты подруга, Силь, не так ли?

Девушка с серебряными волосами стояла, будто поражённая громом в двери, ведущей из зала для клиентов в кухню. Она появилась вовремя и слышала, что случилось с Беллом. Лю потеряла привычное спокойствие, когда посмотрела на лицо подруги. Уголки губ Гермеса поползли вверх. Он знал, что его последний довод окажется куда более убедительным чем всё, что он говорил раньше. Он победил:

— Выступаем в восемь. Не торопись; мы тебя дождёмся.

Гермес наклонился к уху Лю и прошептал эти слова перед уходом.

Бог повернулся и зашагал к двери, сопровождаемый множеством, переполненных ненавистью взглядов, не отставая от него, Асфи вышла из бара.

— Лю.

— Силь…

Лю смотрела Гермесу вслед с явным отвращением на лице. Она отвела взгляд только когда к ней подошла подруга. Силь была бледной, будто заболела, когда посмотрела эльфийке в глаза.

Несколько секунд прошло в тишине.

— Прости, Лю. Спаси его. Спаси Белла.

Лю заглянула в бездонные серебряные глаза Силь. Она видела страх потери кого-то особенного, и огромную тяжесть беспомощности. Эльфийка особенно восприимчива к человеческим эмоциям. Силь дрожала, практически умоляя её пойти. Лю вынудила себя улыбнуться:

— Я у тебя в долгу, Силь. Я не могу отказать твоей просьбе. И я не откажу. — Лю продолжила. — Можешь хоть смерти Беллу Кранеллу пожелать.

Её голос был чист и твёрд.

Силь начала кланяться, извиняясь перед эльфийкой и сердечно её благодаря. Остальные служанки, наблюдавшие за произошедшим, также собрались вокруг Лю. Они громко поддержали эльфийку:

— Можешь остмявить работу на нас, мя! Мы скмяжем Маме что у Лю живот разболелся, и она работмять не может!

— Как раздражает, что всевышний Гермес может вот так давить на людей… но ничего не поделаешь.

— Мя-ха-ха, Лю! Спаси его сегодмя и он будет твоим вечным должмяком!

Пустоголовая кошкодевушка Аня, улыбающаяся Руноа и заговорщица Хлоя, вместе с остальными работницами бара начали наперебой высказываться. Даже повара высунули свои головы с кухни и подбодрили Лю.

Лю посмотрела на каждого, радуясь такой поддержке. Наконец, она улыбнулась и слабо кивнула Силь. Голос эльфийки дрогнул, когда она сказала:

— Извините. Пожалуйста, прикройте меня на работе.

Лю пошла к двери, развязывая ленты своей униформы.

Пот градом скатывался с моего лица и капал с подбородка. Думаю, отчасти этому виной душный воздух, который здесь, на серединных этажах, повсюду. Понятия не имею, получится ли у меня выбраться живым, но эта влажность меня убивает.

К несчастью, мне остаётся только сражаться с собой пока мы пробиваем себе путь вниз.

Я всё ещё поддерживаю плечом Вельфа. Физически, мои уши и глаза на пределе чувствительности. Но ментально, я от всего сердца – почти в отчаянье – молюсь, чтобы монстры так и не показались. Лили идёт в нескольких шагах позади меня, поглядывая, чтобы никто не напал сзади.

Мы покрыли немалое расстояние с тех пор как решили спускаться на восемнадцатый этаж. К несчастью, пока мы так и не нашли ни одной дыры ведущей вниз.

Я изо всех сил пытаюсь сохранять спокойствие и унять урчащий от голода живот.

Мы одни в тёмных тоннелях. Единственная вещь, которую мы ни в коем случае не можем себе позволить, это паника. Мы на пределе, но, если поддадимся страху, это станет для нас концом.

Мы подошли к разветвлению в тоннеле, один из путей ведёт налево, а второй направо. В конце нашего разговора я сказал всем, что мы будем поворачивать направо, когда нам придётся принимать решение. Раз мы все согласились, свернём направо и сейчас.

Хааа… хааа… в тихом дыхании Лили, за моей спиной, слышатся нотки боли. Наверняка она устала. Тело Вельфа прижато к моему. Он весь горит. Но у нас нет права останавливаться, как бы больно ни было.

— …Малютка Лил, может сделаешь что-нибудь с этим запахом?

Вельф повернул голову и краем глаза взглянул на Лили.

Я так же посмотрел на неё, повернув голову в другую сторону. Лили злобно зыркнула на Вельфа задавшего вопрос – может у неё даже сил на споры не осталось.

— Вот уж смиритесь… Лили просто напомнит, но тут, сзади воняет ещё хуже.

«Запах», о котором они говорят исходит из небольшого мешочка, который Лили повесила на шею.

Он настолько отвратителен, что мне хочется оторвать свой собственный нос. Поразительно уже то, что я слёзы могу сдержать.

— Эта вонь нас просто раздражает, а для монстров она совсем как яд. Если не случится ничего неожиданного, этот запах будет нас оберегать.

Как Лили и объяснила, этот вонючий мешочек, который называется «мальборо» главная причина, по которой мы довольно долго не встречались с монстрами. И это действительно работает; я видел эффект собственными глазами. Как бы ни были сильны монстры серединных этажей, ни один не приблизился из-за этой вони.

— Ты его у Нажи взяла, если я правильно помню…

— Да, Лили попросила у неё помощи, ещё когда мы на верхних этажах работали…

Лили пробовала немало средств, которые бы отгоняли монстров, но всё было тщетно. Так что она попросила Нажу о помощи.

Нажа знакома со множеством ингредиентов, которые можно достать вне Орарио. Смешав что-то из них с предметами из Подземелья, она случайно получила этот мешочек. Так я слышал.

— Кстати, когда Нажа сделала пробный вдох она рухнула на пол и начала по нему кататься.

…Кстати запах был так отвратителен, что Нажа потом долго совала под нос разные предметы, отчаянно пытаясь его забить. Мне очень её жаль, даже видеть это было немного больно.

Как бы там ни было, мешочек на шее Лили позволил нам избегать встреч с монстрами. Учитывая наши ограниченные запасы и физическое состояние, я с этой вонью рад смириться.

Разумеется, мы несколько раз слышали отдалённый вой, но монстры убирались с дороги, как только ощущали исходящую от нас вонь.

— !..

Спереди.

Несколько пар горящих красным глаз показались в полумраке прямо перед нами.

Монстры – адские гончие – перевели на нас свои взгляды. Я вижу три пары глаз, смотрящих на нас с неприязнью.

Они остановились на расстоянии, на которое распространяется запах, примерно в тридцати метрах от нас. Я заметил, как они склонили головы и начали разрывать землю лапами. Они готовятся к огненной атаке.

Чёрт! Я мгновенно собрался.

Если мы примем на себя удар их магии, с нами будет покончено. Я услышал, как вздрогнула Лили за моей спиной.

Броситься в самоубийственную атаку, рискуя получить ранение? Или ударить по ним своей Вспышкой?

Тридцать метров… Успею ли я вовремя? Так ли сильна будет атака адских гончих с такого расстояния? Даже не знаю, что делать! Как вдруг…

— Судя по всему, пробовать придётся мне… понятно, - голос Вельфа раздался прямо у моего уха.

А? Он вытянул правую руку прямо в тот момент, когда я на него уставился.

Красная ткань рукава его жакета громко треснула, когда он вытянул руку прицелившись ладонью на гончих, рычащих вдали.

Он пробормотал короткое заклинание: «Нечестивое Пламя».

Воздух перед рукой Вельфа будто взревел, по нему разошлось нечто похожее на взрывную волну.

Поток пламени – почему-то совершенно бесшумный – рванул к адским гончим, которые уже готовились выпустить свою собственную атаку.

— Блуждающий огонёк.

Три мгновенных взрыва – адских гончих поглотило собственное пламя.

— Ignis Fatuus?!

Раздался удивлённый голос Лили.

Я тоже видел, как пламя монстров почти успело вырваться из их глоток, но вместо этого последовал взрыв. Кажется, мои глаза были такими же круглыми, как у неё. Дым начал рассеиваться. Все адские гончие лежали на земле, в их глазах не было жизни.

Ignis Fatuus.

Название взрыва, который происходит от неспособности контролировать собственное заклинание.

В Старую Эру, до того, как боги спустились на Землю. эльфы и прочие способные к магии существа создавали свои собственные заклинания и пробовали их использовать.

Однако, их тела подвергались опасности прежде чем магия обретала физическую форму. Иногда они сами подрывались от собственных заклинаний, пытаясь их из себя выдавить – нечто очень похожее только что случилось с адскими гончими.

Спасибо богам и их Фалне, за то, что у людей появился шанс подыскивать Заклинания, которые подходят им по способностям и контролировать их. В наши дни Ignis Fatuus почти забытое выражение.

Возможность того, что подобное произойдёт с монстром практически равна нулю.

— Ничего себе, сработало, оказывается…

— В-Вельф, что это было?

— Моё заклинание довольно необычно. Из того, что я знаю, оно реагирует на магическую силу и заставляет её взорваться.

Блуждающий Огонёк – анти-магическая Магия.

Если время подобрано правильно, её можно использовать против магических атак или атак элементами, которые используют магическую силу чтобы запустить Ignis Fatuus в качестве ответной атаки. Чем сильнее применяемое Заклинание и выше магическая сила применяющего, тем сильнее будет взрыв. Этим можно, в какой-то мере, закрыть возможность применять заклинания.

Поскольку Вельф кузнец, который сражается в ближнем бою, подобное заклинание прекрасно подходит Вельфу. Даже не знаю, почему он раньше не пользовался.

— Никогда не пробовал его на монстрах, но… Сработало как родное.

Он посмотрел на моё удивлённое лицо и болезненно улыбнулся. Получается, он не шутил, когда сказал, что впервые использует это заклинание на монстрах. На верхних этажах нет монстров, которые могут дышать огнём, вроде адских гончих. Чёрт, там же нет никаких монстров которые могут применять нечто, даже отдалённо напоминающее Магию. А тут, на тринадцатом этаже, когда появилась возможность, он попросту не знал, как воспользоваться своим заклинанием вовремя. Ну, лучше поздно, чем никогда.

Заклинание очень короткое, но ему всё равно нужно время на подготовку. Думаю, магия Вельфа не идеальна.

— Погоди, ты сказал «на монстрах» … Значит ты использовал его на людей?

— Ага. Попросил одного парня из моей Паствы помочь. Вот это было зрелище.

— …сударь Вельф это не очень…

— Знаю, что не стоило пытаться, но мне хотелось выяснить, что магия всё-таки делает. И он знал, что идёт на риск, но не понимал, что именно произойдёт… Хотя, вина всё равно полностью на мне.

Лицо Лили становилось всё страшнее и страшнее пока Вельф пытался объясниться. В конце концов он скривился и признал свою неправоту. Возможно, как раз поэтому члены Паствы Гефест его недолюбливают, а не из-за какой-то крови Кротцо…

Впрочем, благодаря его силе наш путь чист. У нас появилась ещё одна возможность держать адских гончих в узде. Это обнадёживает.

Мы прошли мимо тел умерших перед телами умирающих монстров. Я слышал их угасающее дыхание, но они ничего не могли сделать, чтобы нас остановить. То же самое мы сделали, встретив по пути следующую группу монстров.

Мы избегали всех нападений, изо всех сил стараясь смириться с вонью из мешочка на шее Лили. Я использовал Вспышку на врагах, подбиравшихся достаточно близко.

Вельф разбирался с адскими гончими. Теперь, когда он знал о времени применения и дистанции своей магии, любой из монстров, задумавших применить свою магическую атаку становился жертвой его анти-магического Заклинания.

— Вельф, вот…

— Что это? Зелье?

Я достал наполненный красной жидкостью фиал из сумки на моей ноге и передал Вельфу.

Он выпил около половины и его глаза округлились от удивления.

— Это не зелье магии. Мне стало легче.

Я дал ему двойное зелье - ещё одно изобретение Нажи. Пройдя весь путь практически на одной ноге и используя столько заклинаний, Вельф, должно быть, страдал от боли, но, судя по всему, зелье помогло снизить нагрузку.

Я вздохнул с облегчением и рассказал ему о зелье. Впервые за долгое время на его губах появилась подлинная улыбка.

— Отличная штука. Потом расскажешь, где можно ещё таких набрать.

— Когда вернёмся, я тебя в любое время туда отведу…

Я улыбнулся Вельфу в ответ, а он передал мне остатки зелья. Я осушил их в два глотка. Новая волна сил разлилась по моему телу. Мой разум и тело не пришли в норму, но мне стало значительно лучше, чем раньше.

— …Сударь Белл, почему бы вам и с Лили не поделиться?

— Э? Мы же его только что выпили, разве нет? Нельзя же их просто так пить.

— Нечестно, нечестно! Нечестно что только сударь Вельф с вами пил!

— О чём ты говоришь, Лили?

Наконец нечто напоминающее расслабленный разговор между членами одной группы. Напряжение немного снизилось. Даже не теряя бдительности мы смогли немного расслабиться.

Наш поход в Подземелье продолжался, я по-прежнему подставлял плечо Вельфу, а Лили прикрывала нам спину.

Мы с надеждой в сердцах переставляли ноги, пока, наконец…

— Вот и оно…

Я заметил дыру в полу Подземелья за одним из поворотов. Она была прямо посреди тоннеля.

Она будто выделялась их всех путей, которые мы могли бы выбрать. Очень странная, неровная дыра в земле.

Я помог Вельфу добраться до этой дыры и заглянул внутрь. Лили, идущая неподалёку подтвердила то, о чём мы все подумали – эта дыра соединяет этаж с нижним. Судя по её глубине… наверное, она ведёт на шестнадцатый.

Мы отвели глаза от мрачной темноты и, обменявшись взглядами, кивнули.

Я крепко обхватил правой рукой Вельфа за пояс, а левой схватился за рюкзак Лили. Мы задержали дыхание и прыгнули.

Золотая Луна появилась в небе.

Солнце окончательно село, прекрасное ночное небо накрыло собой Орарио. Лампы с магическими огнями будто драгоценные камни блестели в ночной мгле. Улицы были заполнены людьми, развлекающимися в компании друг друга, их окружали тысячи небольших огоньков. А в самом центре города, в Центральном Парке возвышалось огромное здание. Башня, стоящая над входом в Подземелье - Вавил.

Богиня, взиравшая с самого высокого этажа белой башни на город, пошла к двери. Топ, топ. Каблуки её обуви стучали по полу, пока она шла. Она отбросила серебряные волосы за спину обеими руками, приблизившись к своей цели.

— Я заставила тебя ждать? — Богиня Красоты, Фрея, заговорила первой.

Она открыла большую деревянную дверь, находившуюся в конце коридора, по которому она прошла. Комната, в которую попала богиня, была заполнена длинными книжными шкафами, и очень роскошно обставлена. Здесь её ждали её любимый слуга, Оттар, и другой бог, сопровождаемый своим последователем.

— Вовсе нет. Прошу прощения за то, что отнимаю у вас время, леди Фрея.

Гермес сидел за странным столом, формой напоминающим яблоко. Он поздоровался с улыбкой, его голос звучал торжественно. Асфи же, напротив, не могла скрыть своего волнения.

Фрея осмотрела пришедших, прежде чем сесть за стол, Оттар встал за её спиной.

Каждое движение богини было грациозным и приковывало к себе взгляд. Когда богиня скользнула на своё кресло, казалось, что её чёрное платье с глубоким вырезом вот-вот порвётся от колыханий огромной груди. Кресло легонько скрипнуло, когда богиня откинулась на спинку, а серебряные волосы обрамили белый кулон на груди.

Это зрелище заворожило Асфи, и она густо покраснела, прежде чем смогла отвести взгляд. Несмотря на то, что его последователь был полностью поглощён красотой богини, Гермес продолжал улыбаться в своей очаровательной манере.

Два божества сидели друг напротив друга, а их последователи стояли за их спинами.

— Итак, что у тебя за дело?

Фрея решила пропустить бесполезный обмен любезностями и сразу перешла к сути.

Она сидела прямо, не скрещивая ноги с уверенной улыбкой на губах. Обычно улыбающиеся глаза Гермеса широко распахнулись.

— Уверен, вы уже знаете, что Белл Кранелл до сих пор не вернулся из Подземелья. Мы с Гестией решили пойти ему на выручку, Леди Фрея.

— И?

— И я пришёл сюда с просьбой.

— Зачем тебе вообще было меня беспокоить и являться лично? — выражение лица Фреи не изменилось. Оба бога смотрели друг другу в глаза и улыбались.

— Вы защитили его, Леди Фрея. На последнем Денатусе вы защитили Белла.

— …

— Он привлёк внимание, кого-то настолько прекрасного, как вы. Не вините меня в том, что я проявил интерес.

Десять дней назад в этом самом здании состоялся Денатус богов, Фрея действительно подставилась, защитив Белла. Если точнее, она остановила Локи от расспросов, почему этот парень растёт так быстро, указав остальным, что личную информацию можно не разглашать.

Фрея держала всех богов мужчин Денатуса под своими чарами с самого начала собрания. Её красота настолько могущественна, что способна ввести их в транс, от которого они совершенно забывают о мотивах своих поступков.

Гермес должен был стать одним из таких богов.

— Леди Фрея, я с ума от вас схожу. Впрочем, не настолько чтобы пропустить что-то прямо у себя под носом.

…Другими словами, он лишь притворялся.

Остальные божества мужчины были практически в подчинении Фреи после первого же взгляда на неё. Всё, что требовалось от Гермеса, смешаться с этой толпой.

— Отлично сыграно. — прошептала богиня, вспоминая выступление очаровательного бога.

— Вы зашли гораздо дальше, чем обычно, впрочем, я сомневаюсь, что заметил кто-то ещё.

Всем хорошо известен «способ набора» Фреи. Как только она находит человека, которым хочет обладать, она немедленно наносит свой удар.

Несмотря на её прямолинейный стиль, она до сих пор не проделала этого же с Беллом. Фрея, которую знал Гермес не стала бы тратить время на танцы вокруг да около. Скорее всего, остальные боги, погружённые в красоту Фреи даже не заметили, что с этим мальчиком она действует по-другому.

— Ладно, — сказала Фрея.

Было бесполезно пытаться увильнуть поскольку Гермес её уже раскусил. Богиня перестала скрывать тот факт, что ей интересен мальчик и посмотрела своими серебряными глазами на сидевшее напротив божество чуть строже. Это её способ сказать переходи к делу.

— Я не собираюсь играть с твоей игрушкой. Мне просто хочется собственными глазами увидеть, на что он способен, — Гермес стал совершенно серьёзен. В мгновение ока его лицо сменилось на лицо уличного попрошайки:

— Пожалуйста-пожалуйста, Госпожа Фрея, не гневайтесь на мою Паству?!

— …

Искренне удивившись просьбе Гермеса, Фрея какое-то время сидела молча, смотря на него будто на червя, недостойного грязи, в которой он живёт. Отвращение на её лице не уходило долгое время, а Гермес будто бы был готов разрыдаться.

Две сильнейших Паствы Орарио принадлежат Локи и Фрее. Если Фрея серьёзно решит взяться за дело, Паства Гермеса будет уничтожена за считанные дни. Для этого Гермес сюда и пришёл – чтобы подстраховаться. Гермес очень любит свою собственную Паству. В то же время, он нисколько не солгал, впрочем, утаив при этом часть правды.

Фрея это заметила. Она понимала, что Гермесу хочется проверить силы парня. Она прищурила глаза, её взгляд становился всё пронзительней и пронзительней… но вскоре она остановилась.

«Это глупо», - подумала про себя богиня.

Она поняла, что попытка присмирить Гермеса обернётся пустой тратой времени.

— Хорошо, действуй, как пожелаешь.

Фрея решила принять эту просьбу, но посмотрела на бога ещё пристальней. Ей было ясно, что Гермес не собирается причинять Беллу вреда.

По телу Гермеса волной пробежало облегчение, и он откинулся в кресле:

— Примите мою признательность, леди Фрея! Я ваш должник! Если вам когда-нибудь, что-нибудь потребуется, не стесняйтесь меня просить! Я ни перед чем не…

— Однако.

Фрея поднялась, прервав Гермеса на полуслове. Отбросив всю свою обворожительность, она положила руку на плечо Гермеса и придвинулась поближе.

— С твоей стороны будет умно запомнить одну вещь: Единственная, кому позволено с ним играть это я, - её чарующий голос прозвучал в ушах бога.

Время остановилось. Волна мурашек пробежала по коже Гермеса, каждый волосок на его теле поднялся. Он скривил рот в очередной улыбке, когда вернулся в чувство.

— Разу… Разумеется. Клянусь вам…

— Вот и хорошо. Не забывай об этом.

Лицо Гермеса блестело от пота, а Фрея отстранилась, вернув себе прежнюю чарующую улыбку. Она указала на дверь рукой и отрывисто кивнула, будто говоря: — Можешь идти.

Гермес бросил короткое прощание и воспользовался предложением. Фрея проводила его и его последовательницу взглядом. Асфи была так испугана Оттаром, что на прощание не сказала ни слова. Гермес, выйдя из двери посмеялся и пробормотал:

— На мгновенье мне показалось что я уже не жилец…

Клак. За их спинами раздался щелчок двери.

— Для вас это приемлемо? — Оттар повернулся к Фрее, когда бог и его последователь вышли из комнаты, и сказал: — Несмотря на его слова, возможно в ход пришло нечто, о чём мы пока не знаем. Я всего лишь выскажу своё мнение, но… этот бог выглядел очень подозрительно.

Фрея мягко рассмеялась, услышав прямолинейное предупреждение Оттара:

— Разберусь, когда придёт время.

Она встала из-за стола в центре комнаты и подошла к огромному окну.

Длинное, прямоугольное стекло занимало большую часть стены. Она видела ночной городской пейзаж, ноги Фреи омывал лунный свет.

— Иштар слишком пристально за мной следит, в последнее время. Мне бы хотелось избежать мелких стачек… Если Гермес хочет что-то проверить, пусть проверяет.

Иштар – это другая богиня красоты, которая присутствовала на последнем Денатусе. Фрея вспомнила об их споре в разговоре с Оттаром.

Пока Гермес не причинит Беллу вреда, богиня не против.

Фрея сделала ещё один шаг к окну и посмотрела вниз.

Каждая отдельная деталь притягательного города лежала у её ног. Она видела горожан, спешивших по своим делам, но с такой высоты они казались всё равно что песчинками. Множество огоньков, освещающих улицы с высоты сияли будто звёзды в ночном небе.

Богиня наклонила голову, потому что кое-что привлекло её внимание.

В Центральном Парке собирались люди.

Фрея тихонько посмеялась, узнав состав группы за воротами башни Вавил.

— Ты опоздал, Гермес! – Гестия зло закричала на бога, вышедшего из Башни Вавил.

Они собрались перед западными воротами башни. Ночной сумрак царил над Центральным Парком. Очень оживлённое место днём, в котором практически не бывает людей в это время. Открытость парка нагоняла страха своей пустотой, даже деревья ночью выглядели пугающе.

Поисковый отряд был собран. Гестия скрыла тот факт, что она божество накинув длинную походную робу и перекинув через плечо небольшую сумку помощника. На самом деле, в таком наряде, она очень сильно смахивала на Лили. Микото и другие представители Паствы Такемиказучи прибыли на место и были готовы выдвигаться в любое мгновение.

Гестия устала ждать. Гермес вышел из ворот башни широкими шагами, а Асфи шла за ним следом с гримасой на лице.

— Видите ли, у меня было неотложное дельце, которое надо было завершить… Проще сказать, чем сделать.

Его лицо стало чуть задумчивым, когда он посмотрел на вершину Башни Вавил. Вернувшись к обычному себе, он повернулся к Гестии и извинился за опоздание.

Гестия понимала насколько важно сейчас время и уже собиралась отдать приказ на вход в башню.

— …Всевышняя Гестия.

— !

Микото указала в сторону. После этого заметила и сама Гестия.

Таинственная персона возникла из тьмы и подошла к девушкам.

Она была одета в плащ с капюшоном, длиной до бёдер. Капюшон скрывал большую часть лица человека; были видны только губы. Короткие походные ботинки не скрывали стройных ног, было ясно что это девушка.

Длинный деревянный меч, привязанный к поясу показался из-под развевающегося плаща. Два клинка поменьше висели на бёдрах.

Девушка, одетая как авантюрист не сказала ни слова, встав перед собравшейся группой.

Микото встала на защиту Гестии, положив руку на свою катану. Гермес рассмеялся:

— Она на нашей стороне. Тоже сильна. Не нужно беспокоиться.

Гестия бросила злой взгляд в сторону Гермеса, а потом осмотрела новоприбывшую «союзницу».Из-под капюшона блеснули два небесно-голубых глаза.

Когда авантюристка в капюшоне присоединилась к поисковой группе, группа отправилась в башню.

Гестия и её группа вошли в Подземелье, чтобы спасти Белла.

----------

Глава 3. Марш Смерти по Подземелью.

Яростный рёв неожиданно обратился в болезненное повизгивание. Раздался свист, будто воздух рассекли чем-то длинным и острым, а следом раздались предсмертные хрипы. Деревянный меч оставлял заметный след в воздухе, показывая, что его назначение куда серьёзней, чем тренировочные бои.

Движения девушки были необычайно быстры, она намечала следующую цель, прежде чем первую настигал сокрушительный удар. То и дело из-под капюшона виднелся холодный взгляд небесно-голубых глаз.

Несмотря на окружение более чем из десяти монстров разом, девушка разрывала их на части, будто ураган.

— КУИИИ?!

— ГАХ?!

Аль-Мираж получил удар в грудь, потому что слишком медленно отреагировал на приём девушки. В тот же момент она разрубила второго на части, одним из своих клинков, и нанесла удар третьему монстрокролику. Все три зверя пали меньше чем за секунду.

Окружение монстров было совершенно бесполезно. Они были недостаточно быстры чтобы защититься от авантюристки в капюшоне, её плащ ускользал от монстров с каждым отточенным движением. Адские гончие прыгнули к открытой спине девушки, с их обнажённых клыков капала слюна. Но девушка в капюшоне крутанулась, и с размаха ударила монстров по пастям деревянным мечом. Дьявольские собаки отлетели, их черепа раскололись.

— КЬЮЮЮЮААА!!!

Ещё два Аль-Миража присоединились к битве. Они кричали изо всех сил, швырнув в девушку каменными томагавками – природным оружием, предоставляемым этим этажом.

Авантюристка в капюшоне видела, что в неё полетела ещё пара томагавков. Она отразила один из томагавков быстрым взмахом своего деревянного меча – а второй поймала свободной рукой. Без малейшего промедления она провернулась и выпустила каменный томагавк обратно.

Оставшийся Аль-Мираж не успел даже удивиться неожиданной пропаже своего товарища, как над ним нависла тёмная тень. Монстр успел увидеть только летящий прямо к его лицу деревянный меч. — КЬЮ?! — стало его последним возгласом, прежде чем глаза монстра чуть не вылетели из орбит. После этого Аль-Мираж затих.

— К-какая сила…

— В одиночку справилась с такой огромной группой.

— О-ого…

Микото, Оука и Чигуса из Паствы Такемиказучи наблюдали за битвой, происходящей у них перед глазами. Выражали они это по-разному, но каждый из них был в шоке от такой демонстрации силы и навыков.

Поисковая группа достигла тринадцатого этажа. Они в спешке прошли верхние этажи, чтобы спасти Белла и, наконец, оказались на серединных этажах. Они шли куда быстрее, чем обычно спускаются авантюристы.

Всё благодаря таинственной авантюристке в капюшоне. Она устраняла монстров самостоятельно, прежде чем в бой успевал вступить кто-то ещё. Известная под титулом «Ледяной Ветер» девушка-авантюристка была куда более высокого уровня чем Микото и остальные – Четвёртый уровень, если точнее.

Даже козырь Гермеса, Асфи, с восхищением наблюдала как авантюристка в капюшоне с несравненной скоростью и силой прорывается через верхние уровни убивая столько монстров, что сама Асфи сбилась со счёта.

— ОООУУУУУУ!!!

Звук чего-то катящегося с огромной скоростью раздался вслед за низким рёвом. Довольно скоро, похожий на броненосца монстр, Твердобронник, показался в конце тоннеля.

Совершенно не беспокоясь о катящемся на неё разрушительном шаре, авантюристка в капюшоне достала один из своих коротких клинков. Она бросилась на монстра, скрывая клинок под рукой. В самый последний момент девушка изменила положение клинка, направив его остриём в монстра на пути.

Монстр даже не остановился, когда его тело рассекло на куски. Огромное вращающееся тело ещё какое-то время катилось по земле, пока не ударилось о камешек и не распалось на четыре части, одна из которых, подлетев, упала прямо у ног поражённой Микото.

— Что же, всё идёт слишком просто, но жаловаться на это мне бы не хотелось. На серединных этажах у нас не возникнет проблем, пока она нас ведёт… Вы заметили?

Асфи наслаждалась шоу, проходящим перед рядами группы, когда, неожиданно, несколько монстров, появляющихся из стены привлекли её внимание. Паства Такемиказучи также почувствовала опасность и встала на защиту Гестии и Гермеса.

— Простите, вам стоит отойти сюда.

— Э?

На мгновенье забыв о двух появившихся адских гончих, Асфи, схватила Чигусу за плечо и оттянула её себе за спину.

Земля под местом, на котором стояла Чигуса неожиданно вздыбилась, будто под ней полз какой-то огромный крот.

Асфи отбросила свой белый плащ на сторону и вытащила кинжал.

У неё не было времени даже на вздох, перед тем как из стены вырвался Червь Подземелья.

У этого монстра нет головы – только рот, заполненный множеством острых зубов, на одном из концов червеподобного тела. Червь бросился на авантюристов, его тело приближалось, вращаясь в воздухе. Асфи выставила острие своего оружия перед скрывающимся в стенах Подземелья ужасом и сделала свой ход. Встретившись с монстром, кинжал девушки рассёк Червя Подземелья от рта до хвоста одним быстрым движением.

Монстр распался ровно посередине, окатив всё вокруг кровью. Чигуса застыла на месте, когда половинки монстра летели мимо её правого и левого плеча.

— Позвольте мне разобраться.

Асфи повернулась к адским гончим, обе руки девушки скрылись под её белым плащом.

Вокруг её тонкой талии был повязан кожаный пояс. Помимо ножен кинжала к нему было прикреплено несколько мешочков. Девушка достала что-то из одного из этих мешочков.

Два маленьких фиала с жидкостью болотно-зелёного цвета. Асфи бросила эти фиалы в адских гончих.

— Гу?!

— …гх?!

Оба фиала взорвались, стоило им столкнуться с монстрами, покрыв головы монстров зелёной жижей. Она оказалась очень липкой и клейкой, прочно запечатав рты гончих, прежде чем они успели воспользоваться своей огненной атакой.

Монстры пытались сорвать зелёную жижу со своих морд лапами. Асфи воспользовалась моментом чтобы бросить два спиральных дротика, которые вытащила из другого мешочка на своём поясе.

Оба дротика вонзились в головы своих целей. Монстры умерли мгновенно.

— Моих сил с лихвой хватит, чтобы прикрыть спину.

Микото и остальные снова стояли в поражённом молчании, увидев, как монстры умерли от использования нескольких предметов.

Асфи Аль Андромеда. Авантюристка высокого класса, состоящая в Пастве Гермеса. Титул, которым её нарекли боги «Персей, Мастер-На-Все-Руки». Она один из лучших изготовителей предметов своего поколения, а также один из пяти авантюристов, обладающих Способностью «Энигма».

— …Гермес, разве твоё дитя не должно быть обычным авантюристом Второго Уровня?

— Ха-ха-ха, если подумать, я забыл доложить в Гильдию о её повышении!

Гермес отмахнулся от вопросительного взгляда Гестии с улыбкой на лице, будто это мелочь. Всем было ясно, что девушка, которая с такой лёгкостью расправилась с троими монстрами серединных этажей куда сильнее чем авантюрист второго уровня. Гермес понимал, что в отрицании нет ни малейшего смысла.

Несмотря на то, что члены Паствы Гермеса не чураются славы, они предпочитают работать скрытно, незаметно. Подобным образом ведёт свои дела и сам Гермес.

Гестия знала его с тех дней, когда они жили в Тенкае, но решила ничего не говорить.

— …а здесь очень темно.

Все монстры были побеждены, и слова Гестии пронеслись по отсыревшим стенам тринадцатого этажа.

На верхних этажах у неё не было проблем, но отдалённые очаги света над головой богини почти не давали нужного освещения, чтобы можно было ясно видеть. «Неужели дети действительно всё время сюда спускаются?» - подумала она.

Поскольку пять чувств также становятся сильнее с ростом Характеристик, этого света достаточно авантюристам. Но Гестии, лишённой своих божественных сил, тоннели Подземелья кажутся слишком тёмными, поскольку её глаза видят хуже, даже чем глаза самых слабейших авантюристов. Это настораживало богиню. Даже для того чтобы переставлять ноги ей требовалась храбрость.

Темнота её окутывала. Божества не защищены от её действия. Дыхание богини сбилось, она двинула правой рукой, в которой держала лампу из стороны в сторону, пытаясь найти путь дальше.

Сначала лампа осветила стену пепельного цвета. После, подсветила окружение — небольшие камни, которые можно сломать и получить томагавк – и, наконец, свет упал на куски сломанного меча. Ммм?Гестия продолжила светит в этом направлении и на неё неожиданно уставились мёртвые глаза адской гочней. Богиня вскрикнула и в ужасе отпрыгнула.

— Тише, тише. — сказал Гермес, поймав богиню за плечи руками.

Распластавшееся на земле тела монстра определённо было мёртвым. Однако, магический камень остался внутри, иначе тело монстра бы не начало гнить на земле. Вонь указывала на то, что тело лежит на земле около одного дня. Гестия сделала глубокий вдох и попыталась взять себя в руки. Она посмотрела через плечо и увидела натянутую улыбку Гермеса в тусклом свете.

Она немного завидовала своему собрату; Гермес привык к длительным путешествиям и, возможно, лучше видит в темноте. Богиня поморщилась, прежде чем снова крепко встать на ноги.

Сломанный меч и окровавленный труп монстра. Это означает, что столкновение монстра и, по крайней мере, одного, авантюриста произошло не так давно. А также это указывает на то, что у авантюриста не было времени извлекать магический камень после битвы.

Чем дольше Гестия смотрела на прошедшую битву, тем более явно могла себе представить сражающегося Белла. Волнение снова охватило богиню с ног до головы.

— …Андромеда, с чего нам начать поиски? Мы можем целыми днями ходить кругами и не натолкнуться на группу Белла. — спросил Оука приглушённым голосом, пока Гестия пыталась прочистить горло.

Оука – это мужчина довольно внушительного вида, ростом более ста девяноста сантиметров с широкими, мускулистыми плечами. Он некоторое время смотрел на Асфи, а потом снова уставился в конец тоннеля.

— У их группы припасов было только на день в Подземелье. Значит они бы не стали подыскивать безопасное место и пытаться скрыться… Думаю с ними что-то случилось. Что-то, после чего они не могли подняться.

— «Что-то случилось»?

— Да. Иначе в их действиях нет логики. Если припасов у них только на день, то тут внизу они выдохнуться в считанные часы. Может, они упали в одну из этих ям?

Глаза Микото и Чигусы округлились, а Асфи поправила свои очки.

— Если они упали слишком глубоко, чтобы вернуться своими силами, какие варианты ещё у них остались? Я очень сомневаюсь, что они по-прежнему бродят в потёмках, сдавшись на милость монстров, которые их найдут. Принимая во внимание ограниченные припасы… я бы сказала, что к этому времени они уже мертвы.

Придя к такому заключению, Асфи умолкла.

— Возможно, они решили не надеяться на возвращение на поверхность, а направились к безопасному месту на восемнадцатом этаже… Думаю, в этом варианте есть определённый смысл.

— …Думаете они на такое способны? Для этого нужно немало храбрости.

Те, кто испытал ужасы Подземелья, в первую очередь знают, как велика опасность спуска на нижние этажи без подготовки. Если группа Белла провалилась в одну из дыр, они оказались в таком положении насильно.

Оука не мог поверить своим ушам, когда Асфи рассказала о подобной возможности спасения.

— В их положении, я бы пошла.

Голос прозвучал нежно, будто зазвонил небольшой колокольчик. Авантюристка в капюшоне прервала молчание, которое до этого хранила.

Оука и остальные удивлённо повернулись к ней. Она была на довольно большом расстоянии впереди, но всё равно всё слышала.

— И зная их… зная его, человека, который уже однажды бросился в авантюру, думаю он двинулся вперёд, не раздумывая.

Мягкий, но уверенный голос прозвучал снова. Однако, после этого авантюристка в капюшоне смолкла.

Асфи посмотрела на таинственную, скрывающую лицо авантюристку и повернулась к своему богу.

— Лорд Гермес, как считаете вы? — спросила она.

— Я согласен с твоим выводом, Асфи.

— Эм, я тоже… У меня такое чувство, что… Белл под нами…

Стоявшая рядом с Гермесом Гестия, говоря это свела руки. Несмотря на свою прямую связь с Беллом через благословение, она не могла сказать наверняка, в каком именно месте находится Белл в данный момент времени. Однако, связь, которую они разделяли гораздо сильнее чем любые отношения между людьми, и богиня ощущала, что источник этой связи где-то под ногами.

Гестия кивнула себе, а её хвостики начали покачиваться в разных направлениях, будто настраивались на поиск Белла. Вскоре оба хвостика повисли вертикально вниз.

— Выходит, четверо за… Значит решено. Мы спускаемся на восемнадцатый этаж.

Асфи решила за всю группу. Микото Оука и Чигуса даже не успели поучаствовать в обсуждении. Выстроившись в линию поисковая группа направилась к пути на нижние этажи.

Порядок их шествия не изменился. Авантюристка в капюшоне шла впереди, Асфи сзади защищала Гестию и Гермеса. Одной авантюристки было вполне достаточно, чтобы уничтожать всех монстров на пути и другим авантюристам даже не приходилось извлекать своё оружие.

Вооружённые копьями и щитами, переданными их помощницей, Чигуса, Оука и Микото могли защититься от неожиданных атак. А благодаря дальним атакам Асфи в их формации не было слабых мест.

— Кто бы мог подумать, что только пришедшая на серединные этажи группа решит спускаться на восемнадцатый этаж…

— Похоже, что они способны принимать рациональные решения даже под давлением ситуации.

Разговор Микото и Асфи разнёсся по тоннелю, прежде чем группа оказалась в огромном зале.

Они видели немало подобных комнат и раньше: огромные, с куполообразными потолками и каменистыми стенами. Однако, в этой была странной формы дыра, в которой располагались ступеньки, ведущие вниз.

Она связывала этот этаж с нижним.

— Идти обычными путями это хорошо, но не будет ли быстрее тоже спускаться по дырам?

— Нет, Всевышняя Гестия. Ямы в этих тоннелях открываются и закрываются случайным образом, каждый раз образуя новый путь. Мы не сможем предсказать где в итоге окажемся. А это приведёт к тому, что мы не сможем определить своё местоположение… И тогда поисковая группа понадобится на поиск самой поисковой группы.

— А ещё мы не можем игнорировать возможность того, что Белл и его группа пытаются выбраться наверх. Мы можем случайно их обогнать. Следовать обычным путём это лучшее решение.

Если группа Белла пытается вернуться на поверхность… Они будут использовать лестницы в качестве ориентиров. И оставаясь на правильном пути поисковая группа встретит Группу Белла. Причины, которые озвучили представители Паствы Гермеса казались безупречными.

Гестия кивнула в знак согласия, приняв их аргументы. Авантюристка в капюшоне спустилась на следующий этаж первой.

Гестия и остальные пошли к лестнице, когда развевающийся плащ авантюристки скрылся из вида.

Нервы были напряжены так же, как натянутая слишком сильно тетива.

И это напряжение только нарастало.

— Вонючий мешочек выветрился…, — сказала Лили с нервной дрожью в голосе.

Эти слова не натянули тетиву напряжения Вельфа ещё сильнее, они заставили её лопнуть.

Конец тоннеля на шестнадцатом этаже. Вельф и остальные продвигались всё дальше, в надежде найти дыру, ведущую на этаж ниже. Они остановились на середине пути. Особого выбора не было.

Воздух был тяжёлым, дыхание обжигало, давление было невыносимым.

Вонь, которая оберегала их от атак монстров исчезла. Её место тут же заняла разливающаяся по этажу кровожадность.

Они втроём всё равно, что закуска. Вельф никогда не испытывал подобного ощущения. Его уши так напряжённо пытались уловить любой звук, что от простого шага вперёд у парня помутилось в голове. Он уже далеко за пределами своих возможностей. Он стиснул зубы, чтобы не потерять сознание от напряжения.

Тело Белла единственное, что его поддерживало и оно тоже было очень горячим. Шлёп! Сердце Вельфа в очередной раз подпрыгнуло, когда Лили сорвала мешочек со своей шеи и бросила его на землю.

Взгляды всех троих членов группы были прикованы к окончанию тоннеля.

Они знали, что что-то таится в темноте. С каждым ударом сердца холодный пот всё сильнее заливал их спины, ладони были мокрыми. Что бы не скрывалось во тьме, оно было настолько сильным, что само его присутствие разрывало на части.

Этого не может быть! Нет, что за чертовщина! Дайте хоть немного покоя…

Разум Вельфа дошёл до предела.

Чтоб его, пошло оно всё! Разве можно так долго выживать, чтобы напороться на какую-то фигню?! Его мысли будто ударились в повтор. Он хотел спросить кого-нибудь, кого угодно, могут ли монстры убивать людей, даже их не касаясь.

Наконец… Топ! Топ!

Земля сотряслась от новых звуков, наполнивших темноту.

Гильотина пришла к ним лично. Они будто бы были преступниками, приговорёнными к смерти в этом кошмаре.

Это. Это. Это же…

Тревога в голове Вельфа никак не унималась. Он схватил рукоять своего меча, будто бы это была его последняя надежда. Его хватка была такой крепкой, что кулаки парня мгновенно побелели.

Он прищурил глаза, принуждая мышцы своего лица напрячься, будто это поможет ему видеть во тьме. Наконец, в свете огоньков, напоминающих факелы на потолке, показалось огромное красное тело.

Короткое, злобное дыхание монстра учащалось с каждым шагом его могучих копыт. От слабого света сверху его набухшие мышцы отбрасывали огромную тень.

Особенно взгляд Вельфа привлекли к себе рога на голове монстра, выпирающие, будто смертельное оружие.

— …

Голова быка и тело человека.

Два метра в высоту и тело, будто каменная стена.

Перед лицом монстра была каменная секира, ещё один вид естественного оружия, которое минотавр держал обеими руками. Монстр смотрел на противников свысока, как на добычу.

Вельф был так ошеломлён своей первой встречей с Минотавром, что забыл, как дышать.

— УУУУУВВОООООООООООО!!!

От этого не защититься.

Воля Вельфа была сломлена. Сперва испарилась его воля к битве, потом способность стоять с врагом лицом к лицу, потом отказали инстинкты.

Уничтожающий рёв.

Он звучит достаточно вызывающе, чтобы сковать разум и тело любого живого существа страхом. Сполна ощутив на себе рёв Минотавра второго уровня, Вельф, первого уровня оказался совершенно беззащитен и парализован страхом. Он застыл на месте, его руки всё ещё цеплялись за рукоять меча.

Увидев возможность для атаки, Минотавр ударил по земле своим могучим копытом, и рванул вперёд, занеся над головой свою огромную боевую секиру.

Вельф увидел, как его собственный ужас отразился в глазах зверя.

…Смерть.

Вельф смирился со своей судьбой; этот монстр станет его палачом.

В следующую секунду… Скользь!

— ?!

Неожиданно, зрение Вельфа начало заваливаться набок.

Плечо, благодаря которому он стоял исчезло.

Лили подбежала и подхватила Вельфа, когда тот потерял равновесие. Опершись на землю здоровым коленом Вельф поднялся.

На зверя нёсся силуэт.

— ОВООООУУУУУУ!!!

Беловолосый парень был достаточно силён, чтобы противостоять рёву минотавра. Белл ринулся на минотавра неожиданно, как молния.

Глаза Вельфа открылись так широко, как это возможно, но прежде чем его дрожащее горло успело издать хотя бы один звук…

Раздался пронзительный свист.

— ВУУООО?!

Атака достигла цели. Секира монстра с глухим звуком упала на землю.

Парень стоял перед поражённым, кровоточащим Минотавром с чёрным кинжалом в правой руке и алым в левой… ещё не закончил.

Он прыгнул на монстра снова, клинки блеснули в тусклом свете.

— Ааааа?!

Множество ударов посыпалось на тело минотавра.

Фиолетовый развод, потом алый и снова фиолетовый. Цвета перемешались, когда беловолосый парень выпустил всё свою ярость. Он держал клинки лезвием вниз, вонзая их в монстра. Под градом ударов монстр не мог даже взреветь от боли.

Лили и Вельф, наблюдая за истязанием перед своими глазами знали одно: Белл вышел из себя.

Он рванул на могучего врага без раздумий. Быстрее, чем когда-либо раньше – слишком быстро. Вельф и Лили не могли уследить за градом ударов, которые наносили ножи Белла. Парень не давал Минотавру шанса на контратаку, он продолжала наносить прямые удары в тело зверя.

Множество ударов, за которыми не способен уследить глаз.

Запредельная скорость и неуловимые движения: «Натиск Кролика».

Самый последний развод пришёлся на горло Минотавра. Зверь отступил на шаг назад, а после, издав тихое: — Ооооо, — рухнул на землю.

Монстр был тих и неподвижен.

— !..

Вельф и Лили с восхищением смотрели на Белла, подобравшего секиру, которую уронил Минотавр, и вставшего в защитную стойку. Они заметили, что парень не сводит взгляд с темноты тоннеля, в котором неожиданно появилось ещё три Минотавра.

Их рёв стал воплощением ужаса, от которого у авантюристов пропал дар речи. Даже Беллу не совладать с троими такими монстрами разом.

Но парень не дрогнул. Неожиданно… динь, динь.

В тоннеле послышались тихие звуки, похожие на звон колокольчика и руку Белла окружили белые искры.

— Что…

Вельф видел подобные искры и раньше. Воспоминания нахлынули на парня, в то же время, когда Минотавры разом ринулись в атаку.

Этому приёму требуется десять секунд чтобы набрать силу. Белл напрягся, замахнувшись секирой и ожидая пока атака будет готова.

Наконец, момент настал. Минотавры уже опустили головы, готовясь вонзить в парня свои рога.

— !!!

Тоннель осветила яркая вспышка света.

Она была ослепительна. Свет взрывом вырвался из секиры в руках парня и испарил всех троих нападающих минотавров с громоподобным взрывом. Этот взрыв сотряс весь тоннель.

Последствия были такими же, как когда Белл использовал эту технику чтобы победить детёныша дракона. Трещины покрывали выжженные стены будто паутина, они потянулись по тоннелю далеко вперёд, пол был выжжен. Путь вперёд оказался завален кусками камней с потолка.

Когда дым и пыль развеялись…

То, что осталось от секиры минотавра лежало на земле.

Враги исчезли.

— …

Вельф и Лили не могли прийти в себя, просто молча поднялись, не в силах сказать ни единого слова.

Белл стоял к ним спиной, его плечи поднимались и опускались с каждым вдохом. Он победил четверых Минотавров разом.

Это достижение, которое выходит за рамки его Уровня или навыков, и эта битва выставила его технику и стиль боя напоказ.

В этот момент Вельф понял, что слухи о том, что парень победил Минотавра не пустая болтовня.

…Убийца Минотавров.

Вельф поперхнулся воздухом, а его взгляд впился в спину парня.

— Думаю самое время сказать мне, зачем ты во всё это влез, Гермес. — сказала Гестия тихим, но настойчивым голосом.

Поисковая группа продвигалась в тусклом свете. Гестия поравнялась с Гермесом, активно освещая себе путь фонарём. Сначала она убедилась, что Оука и Микото впереди, потом направила свет на Чигусу, идущую сзади.

Наконец она поднесла фонарь к подбородку Гермеса, отчего у бога на лице появились тёмные тени.

— Что ты имеешь в виду?

— Настоящая причина, по которой тебе захотелось помочь Беллу.

Поисковая группа шла в формации для защиты божеств, находящихся в её центре. Авантюристка в капюшоне возглавляла группу, чуть поодаль от неё шли Оука и Микото, за ними Гестия и Гермес; Чигуса шла за божествами, а замыкала цепь Асфи.

Убедившись, что они достаточно далеко от всех, чтобы разговор не был услышан, Гестия придвинулась к Гермесу.

— Эй, разве я уже не говорил? Когда моя подружка попала в передрягу, совершенно естественно предложить руку помощи!

— Хватит уже этой фигни. Мы так далеко зашли, к чему скрывать? Мне нужна правда, Гермес.

Гестия хотела услышать ответы. Даже синева её глаз будто потемнела, став куда серьёзней чем обычно.

Увидев такую решимость, Гермес решил, что сопротивление бесполезно и слабо улыбнулся:

— Ну ладно, Гестия.

Её прищуренные глаза сузились ещё сильнее. Уголки губ бога дрогнули, когда он начал говорить.

— Я так быстро вернулся из своего обычного путешествия, чтобы оказать кое-кому услугу.

— Услугу?..

— Да. Этот кое-то хотел, чтобы я проведал Белла.

Эта услуга стала причиной, по которой Такемиказучи так подозрительно отнёсся к Гермесу.

Поддерживая тишину своего голоса, Гестия не сбавляла оборотов.

— И кто этот таинственный кое-кто?

— Тот, кто вырастил Белла. Это его слова, не мои.

Тот, о ком богиня слышала так много раз – безликая личность которую Белл очень часто упоминал в разговорах. Его дедушка.

Но судя по словам Белла, его дедушка уже…

— …Дедушка Белла умер, разве нет?

Гермес склонился и сказал прямо в ухо Гестии:

— Грядёт нечто неизбежное, кое-что, что заставило его хранить тайну от своего прелестного внучка. Так что он подстроил свою смерть и с тех пор скрывался.

Гестия немного знала о том, каким был дедушка Белла, отчего эмоции, начавшие бурлить в сердце богини смешались и показались на её лице.

— Как бы там ни было, оставив Белла, он старается не выделяться… Видишь ли, титул Белла и тот факт, что он новый рекордсмен было объявлено на Денатусе, так? Так случилось, что эта новость застала дедушку Белла, когда тот попивал чай. Брызг было много, как я слышал.

Гермес выглядел очень радостно, продолжая свой рассказ:

— Как ты могла предположить, будучи вдалеке он хотел узнать, как поживает его мальчик. Но сам он пойти и проверить не мог. Зато я оказался свободен. Я вечно покидаю и возвращаюсь в Орарио, так что я стал идеальным кандидатом. Видишь, как всё просто? — сказал Гермес, подняв в воздух палец.

Группа монстров неожиданно возникла перед ними, и авантюристка в капюшоне на неё напала. Остальные авантюристы быстро навострились, защищая божеств от неожиданных атак и поглядывая за кровавым фестивалем впереди.

Поисковая группа остановилась. Какое-то время Гестия молчала. Игнорируя звуки битвы она, наконец, приглушённым голосом спросила:

— И что за бог мог использовать тебя как мальчика на побегушках? Не может же быть, что…

— О, разве я говорил, что это бог? Этот разговор исключительно между нами и я буду благодарен, если так и останется.

Гермес расплылся в очень натянутой и неестественной улыбке.

Для Гестии было ясно, как день, что Гермес уходит от вопроса, но она чувствовала отсутствие в его голосе лжи. Она пришла к тому же заключению, что и богиня красоты – Гермес не собирается вредить Беллу. И история об услуге выглядит вполне правдоподобно, Гермес окажется в очень неприятном положении, если Белл не выберется отсюда живым.

— ...Я поняла в каком ты положении. Однако, это не объясняет мне почему ты спустился в Подземелье. Тебе не нужно было заходить так далеко чтобы просто его проведать. У тебя было бы полно возможностей встретиться с ним на поверхности, не так ли? И я хочу понять, зачем ты полез в Подземелье, Гермес.

Может из-за того, что Гермес нисколько не страшился Гестии, а может потому, что хотел увидеть её реакцию, но он сказал правду. Вот только есть разница между правдой и тем, насколько далеко эта правда простирается.

Насколько далеко ты собираешься зайти? Подумала Гестия, смотря в неестественно идеальные глаза Гермеса.

— Дело не только в том, что меня попросили, я и сам заинтересовался Беллом.

Гермес улыбнулся, но не своей обычной очаровательной улыбкой. Выражение его лица было мягче, такое, обычно, боги не показывают.

— Я хочу вот этими самыми глазами увидеть, на что он способен, Гестия.

Оранжевые зрачки божества блеснули во тьме, когда он в очередной раз склонился к Гестии и прошептал ей прямо в ухо:

— Я хочу узнать, обладает ли он тем, что эта эра от него потребует.

Очередной поток взрывов.

Целая группа адских гончих рухнула на землю, выдав из пастей снопы искр и клубы дыма. Уже и не знаю, сколько раз я её видел – Антимагическую Магию Вельфа. Его вытянутая рука будто парила перед нашими глазами.

А прерывистое, истощённое дыхание было прямо у моего уха.

— …

— ?! Вельф!

Поп. Он наклонил шею, его голова упала мне на плечо. В то же мгновенье его тело обмякло. Весь его вес неожиданно пришёлся на меня. Согнув колени, я перехватил его тело, не давая ему упасть.

Его лицо было прямо перед моим, пока я пытался выпрямиться. Глаза Вельфа были закрыты, он весь в поту.

Истощение Разума!..

Мы полагались на него слишком долго. Ментальные силы или Разум требуется для использования Магии. Вельф использовал её слишком много, и его ментальные силы истощились. Слёзы полились у меня из глаз, когда я закинул его безжизненное тело на плечо.

Все магические и двойные зелья у нас давно закончились.

Мы не можем помочь Вельфу.

— …А.

Я услышал протяжный, долгий вздох и позади меня будто что-то упало.

Повернув голову, я увидел, как глаза Лили закатываются, и она падает прямо на серый пол Подземелья.

— Лили…

Я сделал к ней шаг. Как и Вельф, она потеряла сознание.

Сочетание волнения и усталость – новый вид стресса, который мы никогда не испытывали на верхних этажах – должно быть, её доконал.

Она потратила на нас все целебные предметы, ни одного не взяв себе. Её Характеристики самые низкие в группе. Должно быть, у неё уже давно закончились силы, и она шла за нами только благодаря усилию воли.

— !..

Единственным звуком, оставшимся в тоннеле было моё собственное дыхание. Всё вокруг неожиданно стало казаться куда темнее и ужаснее, чем раньше.

Впрочем, наверняка это моё воображение. Подземелье нисколько не изменилось.

Наверное, это какой-то… какой-то символизм, мои страхи воплотились в жизнь.

Поблизости нет никого, кто мог бы мне помочь. Мне придётся встретиться с опасностями Подземелья в одиночку. Вся его тьма и отчаянье, окружающие меня, пробрались мне в голову.

Я слышу, как сердце бьётся в моей груди. Воздух будто похолодел. Широко распахнув глаза, я осмотрел тоннель.

— !!!

Я стиснул зубы так крепко, что мне начало казаться будто они сейчас треснут.

Я схватил Лили свободной рукой и перехватил Вельфа поудобнее.

Мне нужно преодолеть этот страх. Нужно встретиться с ним лицом к лицу, пока во мне ещё осталась хоть капля храбрости.

У меня нет времени на ужас. Идти вперёд. Стоять.

Все мы должны выбраться отсюда живыми!..

— Простите!..

Меч Вельфа и рюкзак Лили только меня задержат.

Я выбросил всё что придавало тяжести, оставив их в одной экипировке и снова подобрал обоих. Я забросил Вельфа на правое плечо, а маленькое тело Лили взял в левую руку.

Оставив большую часть экипировки, я снова двинулся вперёд.

— Гах, увааа!..

Рука Вельфа болталась перед моим лицом, покачиваясь из стороны в сторону, будто маятник.

Люди без сознания, оказывается, чертовски тяжёлые. Но я могу их нести, могу идти дальше. Всё благодаря моим Характеристикам, они позволяют мне двигаться вперёд даже с тяжестью двоих людей на руках.

Вдох и выдох, поднять одну ногу, оттолкнуться от земли.

Я слышу, как металлические наголенники Вельфа, броня, защищающая его ноги, бьются друг об друга с каждым моим шагом.

Нужно найти дыру, пока не показались какие-нибудь монстры!..

Если сейчас нападут монстры, это конец. Это даже сражением не будет, меня уничтожат до того, как я успею что-либо сделать. Я не смогу их защитить и не смогу сбежать.

Целое цунами из холодного пота бежало по моему телу, а мышцы выли от боли. Не могу сейчас об этом думать. Нужно собрать все свои силы на движении.

— !

Вот она.

Этот тоннель пересёкся с другим, создав перекрёсток на четыре пути. Путь направо заканчивается примерно в десяти метрах. Но в тусклом свете я разглядел углубление в самом конце.

Быстро осмотревшись и убедившись, что поблизости нет монстров, я побежал к дыре.

Встав к её краю, я глянул вниз. Потом сделал глубокий вдох и прыгнул.

— Уфф?!

Свист воздуха в ушах и тяжёлая посадка.

Я пропустил момент приземления. Ноги ударились под плохим углом, и я выпустил из рук Лили и Вельфа. Они оба откатились, их тела распластались на холодном полу.

Глухая боль разлилась по моему телу. Я поднял плечи и пополз к своим друзьям. Холодные камешки били по моему лицу пока я полз. Я слышу, как они падают с потолка на пол неподалёку от меня.

Наконец добравшись до Вельфа и Лили, я схватил их тела и поднялся на ноги. Я наконец сделал своей первый шаг по семнадцатому этажу.

Моё тело… оно слишком тяжёлое…

Руки и ноги будто налились свинцом.

Происходит нечто очень странное. Я не раз использовал силы на пределе, но такую тяжесть ощущаю впервые.

В моей голове крутится только одна мысль, почему это возможно.

«Решимость Героя, Аргонавт».

Навык, который дал мне силы прикончить Минотавров. Я ощутил будто что-то вырвалось из меня, когда запустил ту заряженную атаку. Будто все мои ментальные и физические силы были использованы без остатка.

Разумеется, атака такой мощи не может не иметь своей цены. Пытаясь игнорировать последствия Аргонавта, мой мозг отчаянно гнал моё тело вперёд.

— Хааах, хааах…

Сколько я здесь нахожусь? Я потерял счёт времени очень давно. Целые сутки? Должно быть дольше, если я ещё способен соображать. Ещё никогда в своей жизни я так отчаянно не хотел увидеть солнце.

Уверен, семнадцатый этаж гораздо темнее, чем этажи выше. Монстров пока не видно, так что я сконцентрировался на своём дыхании.

Давайте, колени, гнитесь!

Они ноют от боли.

В ушах звенит, тело практически умоляет меня отпустить его из этого изматывающего похода.

Я один во тьме, ищу выход, который не могу увидеть. А даже если я его и найду, будет ли в конце тоннеля свет? Осталась ли хоть какая-то надежда?

Часть меня хочет сдаться, бросить всё прямо сейчас. Это так притягательно. Просто сдаться и принять свой конец.

— Да дай мне… отдохнуть…

Я перехватил друзей покрепче. Хоть слова и вылетели из моего рта, они будто бы принадлежали Вельфу.

Я единственный кто остался. Если сдамся сейчас, они тоже умрут. Моя дружба с ними единственное, что держит меня на краю пропасти.

Я медленно продвигался вперёд в затхлом воздухе. Каждый звук, каждое эхо будто бы призывало саму Смерть. Я ощущал, как она дышит мне в затылок, как её пальцы пытаются меня схватить.

Я понял кое-что, дойдя до такой черты:

Как только её пальцы меня схватят, я умру. Как и многие авантюристы до меня, никогда не вернусь из Подземелья.

Тоннель… Расширяется…

Каменистые стены будто открылись передо мной, достаточно широко чтобы даже большие группы авантюристов могли с лёгкостью их пройти. Огромный тоннель не разделялся и не петлял, так что мне начало казаться, что я иду внутри гигантской змеи. Потолок стал очень высоким; маленькие, подобные огням свечей светящиеся участки это всё, что я мог различить.

Я решил пойти по расширяющемуся тоннелю до конца. Он должен привести меня в самую глубь семнадцатого этажа.

Когда мы решили спускаться, Лили говорила, чтобы я отдавал предпочтение широким тоннелям, именно так я и сделаю.

В Подземелье тихо.

…Почему?

На семнадцатом этаже слишком тихо.

У меня нет ответа на этот вопрос. Каждый звук разносился кажущимся бесконечным эхом. Даже звуки камешков, которые я пинал, затихали только где-то в далёкой темноте.

Здесь нет ни единого монстра.

Раньше я ощущал их рядом, но это место кажется пустым. Зайти так далеко в Подземелье и не встретить ни единого монстра, кажется неестественным ходом вещей.

Будто все монстры чего-то ждут… Нет, они напуганы тем, что должно родиться. Монстры прячутся, стараются вести себя как можно тише.

Холодный пот бежал по моей спине. У меня плохое предчувствие, но я не могу остановиться.

Логика смогла взять верх над инстинктами и понесла мои ноги быстрее к концу тоннеля. Жокей подстегнул свою лошадь, двигаясь вперёд. Эта тишина мой путь к спасению. И я могу его пройти.

Я вошёл в огромный открытый тоннель, будто созданный для самых громадных из монстров. Рванув вперёд, к другой стороне этого открытого пространства я несколько раз чуть не растянулся на земле, осматриваясь по сторонам.

И тут:

— !..

Я добрался.

Я оказался в огромном и высоком зале. Форма этого зала отличалась от остальных случайных и замысловатых нагромождений которые я видел на серединных этажах.

Большое, округлое пространство вело к прямоугольной комнате, по меньшей мере, двести метров в длину. Это место было даже больше чем Кладовая Подземелья. Думаю, она примерно сотню метров в ширину, а потолок находится метрах в двадцати над головой.

Стены и потолок сделаны из множества разномастных скал, поставленных друг на друга – за исключением стены слева.

Она совершенно гладкая, кажется, будто кто-то построил её собственными руками. Я не поверил своим глазам. Кто бы ни были эти творцы, их ровная стена тянулась от одного угла комнаты, до другого. Она поражает воображение.

Есть в ней какая-то странная красота, но она кажется неестественной. Она будто не принадлежит этому месту.

— Великая Стена Сожалений!..

Это место… оно заполняет тебя странным ощущением, которое очень неожиданно пропадает. Она стольких авантюристов оставила в опустошающем отчаянье, что вернувшиеся живыми с семнадцатого этажа дали этой стене название.

Эта стена Подземелья порождает только определённый тип монстров – стена королей.

Я сглотнул воздух, застрявший в горле и оторвал взгляд от стены. Нужно идти дальше.

Здесь нет монстров. Стена была от меня по левую руку, а я шёл дальше, пытаясь вернуть себе контроль над рвущимся из груди сердцем. Снова взглянув на Вельфа и Лили, я усилил хватку. Их глаза были закрыты, тела и конечности беспомощно болтаются.

Мы можем это сделать.

Мы можем добраться до безопасного места.

Я уже вижу выход, небольшую пещеру на другом конце комнаты. Я посмеялся над собой – какая упёртость – и направился прямиком к выходу.

Крак!

— …

Я уже слышал этот звук. Голова повернулась влево. Вот оно, прямо передо мной. Мои глаза округлились. Огромная трещина пошла по стене сверху вниз, будто молния.

— !!!

Мой разум опустел, а ноги прибавили хода.

Вцепившись в Вельфа и Лили крепче, я переставлял ноги так быстро, как мог.

Я ещё даже не на полпути. Выход далеко, он очень далеко. Я двигаюсь на пределе своей скорости, но почти не приближаюсь. ДА ЧТО ПРОИСХОДИТ?!

Крак! Крак! Ещё больше молний пробежало по стене Подземелья, оглушительный звук заполнил зал. Боль и страх наполняли меня каждый раз, когда раздавался треск. Вся комната задрожала. Осколки стены разбивались о пол Подземелья, ударяя по моим барабанным перепонкам.

Это продолжалось, пока не дошло до критической точки. Тогда я услышал его – самый громкий удар.

Оглушительный взрыв.

У меня перехватило дыхание.

Мгновенье тишины, куски стены, падающие вниз, несколько мягких отзвуков. Стена позади меня совершенно уничтожена.

Бум!

Нечто огромное вышло из дыры в стене, заставив комнату задрожать от своего первого шага.

— …

Я остановился. Казалось, будто меня стянули невидимые нити.

Нет, не надо… не смотри!

Но тело перестало слушать разум: шея повернулась сама собой, направив глаза через левое плечо.

Прежде чем я это осознал, я увидел монстра, а в ушах звенело от боли.

— …

Я вижу его силуэт в клубах пыли.

Он слишком огромен, чтобы быть настоящим. Толстая шея, плечи, руки, ноги. Выглядит почти как человек. Сложно сказать в темноте, но, кажется, его кожа серовато-коричневая. Грязно-чёрные волосы длиной примерно до плеч существа.

В одной вещи я был совершенно уверен: из всех живых существ, которых я когда-либо видел, это создание самое большое.

…это создание.

Всё моё тело вздрогнуло.

Я испытал не тот жуткий ужас, который охватил меня в день встречи с Минотавром.

Это похоже на восхищение. Реакция человека, осознающего что перед ним существо с совершенно другим уровнем мощи. Разница между его существованием и моим.

…Это главарь этажа.

Гигантское существо более семи метров ростом.

Монстр Рекс – Голиаф.

— Ооооо.

Пыль с каждой секундой оседала всё сильнее. Один из его красных глаз – размером с человеческую голову – повернулся.

Моё маленькое тельце отразилось в его огромном глазу. Всё тело развернулось в моём направлении, комната тряслась под его ногами.

Во мне зажглось новое пламя.

Моё тело неожиданно отошло от паралича, время снова пришло в движение.

— ООООООООУУУУУУУ.

Я бросился бежать. Каждая частичка моего существа хотела быть где угодно, только не здесь.

Пронзительный рёв Голиафа застал меня врасплох. Пол прыгал у меня под ногами каждый раз, когда монстр делал шаг. Мои уши переполняло взрывное эхо, проносящееся по всему залу.

Просто беги. Просто беги. Просто беги.

Я ощущал на себе убийственный взгляд. Снова я бегу наперегонки со Смертью. Ужас выбил из меня усталость и измождение. В моей голове осталось место всего лишь для двух вещей, не упустить своих друзей и добраться до выхода из тоннеля.

Стены комнаты неслись мимо, пока я бежал вперёд как сумасшедший. Вход на восемнадцатый этаж прыгал перед глазами. Но к несчастью, шаги гиганта становились всё ближе.

Бежать, бежать, бежатьбежатьбежать!

Я крикнул, и в то же время Голиаф снова взревел.

Поток ветра окатил меня сзади я ощутил, как что-то оказалось надо мной, вроде двух рук, соединённых в один гигантский кулак. Атака, достаточно мощная, чтобы стереть в порошок всё на своём пути направлялась в меня.

Ещё быстрее, ещё шире, ещё секунда, ещё прыжок.

Из всех оставшихся сил я оттолкнулся от земли. Отчаянный прыжок в попытке сбежать. Я пролетел в выход из комнаты.

— ООООООООООООООООО!!!

Мощный взрыв от атаки. В то мгновенье как я достиг относительно безопасного тоннеля, ударная волна накрыла меня сзади – последствия удара.

— Гаххх?!

Я никак не мог приземлиться.

Ветер подхватил меня и бросил как какое-то пёрышко, размером с человека. И тут моя спина – БАМ! Тело ударилось о стену тоннеля, но инерция заставила меня лететь дальше. Новый удар и ещё один, я качусь по прямой.

— Гех, ах, гааааххх?!

Потолок, пол, стена, моё тело скачет как маленький мячик.

Перед глазами всё вращается, дикая боль от каждого удара, я уже не держу Лили и Вельфа. Мы втроём летим всё дальше и дальше по прямому тоннелю.

Мой разум будто во мгле, боль волнами накатывает из стольких мест, что мне и не сосчитать. Сквозь это всё во мне пробилось ощущение, что мы спускаемся.

Всё глубже и глубже в тоннель, наши тела, окровавлены и поломаны, пока наконец…

— Ух?!

Вжух.

Наши тела практически выкинуло из того, что, скорее всего, является выходом из тоннеля. Мы с силой ударились о землю и, прокатившись по ней, остановились.

Я лежу на животе, у меня нет сил чтобы двинуть хотя бы одной мышцей. И я даже на сантиметр не могу поднять голову.

Всё вокруг меня кружится и окрашено в красноватый оттенок.

Каждый миллиметр моего тела вопит от боли. Похоже, я в очень плохом состоянии. Раны на лице снова открылись, меня заливает кровь. Но я приземлился на что-то мягкое, может… трава? Всё вокруг меня омыто тёплым светом. Что происходит? Понятия не имею.

— …

Шшшшш. Это что, звук листьев, развевающихся на ветру? Где мои друзья?

Лили и Вельф… рядом. Оба ещё дышат. Мы падали вместе, бок о бок всё это время. Я ощутил, как сознание меня покидает, но ещё не время. Я не могу сдаться! Пока они двое, Лили и Вельф… Нужно им помочь. Вылечить их и побыстрее. Двигайся, двигайся! Я кричал на своё окаменевшее тело… Стоп, кто-то идёт?

— !..

Шух, шух. Звук шагов на траве, они приближаются. Они прямо передо мной, кто-то на меня смотрит. Надо мной нависла тень.

В этот момент, тело наконец отозвалось.

Гаш! Я вытянул правую руку и схватил тонкую ногу перед лицом.

Я ощутил, что ботинок дрожит в моей хватке, я слабо поднял голову и попытался заговорить.

— Пожалуйста, помогите моим друзьям!..

Будто пытаясь освободиться, мольба сорвалась с моих губ.

Глаза поднялись, пытаясь увидеть моего спасителя. Взгляд сошёлся только на длинных золотых волосах.

После этого всё потемнело.

----------

Глава 4. Убежище в Подземелье?

Первым моим ощущением была тяжесть, моё тело будто было неподъёмным.

Даже не представляю, сколько я здесь нахожусь. Руки и ноги будто полые и я постоянно теряю сознание и прихожу в себя. После долгой схватки с ощущением нереальности я наконец вырвался из продолжительной комы в которой пребывал.

Всё будто размыто.

Я начал моргать, возвращая своему зрению чёткость. До сих пор не могу прийти в себя окончательно.

Я увидел… ткань. Может это палатка изнутри.

Я лежу на спине и смотрю в потолок.

Стоило мне начать приходить в себя как глаза сами собой округлились от нахлынувших воспоминаний.

— Лили, Вельф?!

Наши отчаянные поиски выхода с серединных этажей, появление Голиафа, восемнадцатый этаж. Всё это в одно мгновенье пронеслось в моей голове.

Адреналин побежал по моим венам. Я не знаю, что произошло; и я должен выяснить.

Все мои мышцы горели, когда я сел. Спустя мгновение боль охватила моё тело.

— ?!

Я тут же скрючился в маленький клубочек.

Я думал, что крик вырвался из моего рта. А на самом деле кричало всё моё тело. Казалось будто каждый удар, который я получил, каждый порез, царапина и синяк с того момента как я спустился на тринадцатый этаж взвыли. Я совершенно разбит; использование всех сил без остатка наложило свой отпечаток.

Боль была такой жуткой, что я чуть не потерял сознание снова.

— Ты в порядке?

…Глаза снова полезли на лоб.

Этот прекрасный голос раздался прямо рядом со мной. На какое-то мгновение я снова снова выпрямился, не в силах поверить своим ушам, а после повернул голову.

Поначалу я видел лишь тканевую стену тента. А потом мой взгляд наткнулся на золотые волосы авантюристки сидевшей рядом со мной.

— Эм, хах, че-?!

— …Ты в порядке?

Её брови поднялись от беспокойства, когда она повторила свой вопрос тем же прекрасным голосом.

А-Айз… Айз Валленштайн?!

У меня нет галлюцинаций! Это действительно она!

Что она здесь делает?! В моей голове раздался взрыв, когда в моей памяти всплыло последнее, что я увидел.

Длинные, прекрасные золотые волосы, блестящие на свету.

Я сглотнул появившийся в горле ком. Человеком, которого я умолял о помощи была… Айз?

Я… Я её за ногу схватил?! Обжигающая боль снова разлилась по телу, когда я сжал дрожащий кулак.

— П-Почему ты здесь?!

— Мы возвращались из экспедиции… И остановились на восемнадцатом этаже…

Группа, в которой состоит Айз, Паства Локи, должно быть возвращалась со своей попытки исследовать ранее неизвестные глубины Подземелья. Поэтому они остановились на отдых в безопасном месте, на восемнадцатом этаже.

Они отправились в экспедицию почти две недели назад… Учитывая, что Лили говорила ранее, мы, наверное, просто случайно встретились.

Такие мысли проносились в моей голове, пока я сидел и любовался её красотой.

— !.. Мои друзья! Они!..

Лили! Мои плечи вздрогнули, когда мозг наконец сложил два и два.

…Они в порядке?! Собирался спросить я, когда моё тело само собой рвануло вперёд.

Оттолкнувшись локтями от кровати, я поднялся.

Казалось, будто что-то подталкивает меня в спину. Я даже моргнуть не успел. Боль неожиданно будто бы отступила на второй план. Её затмило чувство беспокойства. Впрочем, это не значило, что мои мышцы справлялись с моими позывами.

Я потерял равновесие. Пол начал очень быстро приближаться.

Айз тут же поднялась со своего места и схватила меня обеими руками.

Пффф.

— …

— …

Руками она схватила меня за плечи. А моё лицо, в тот же самый момент, уткнулось ей в грудь. Я учуял лёгкий аромат её золотых волос. А моя щека ощутила холодок её металлического нагрудника. Он остановил моё падение. К-Как же я рад, что на ней нагрудник и я не… Разве у меня вообще есть время на такие мысли?!

— П-Прости!

Моё тело отстранилось от неё, быстрее чем его запустил по тоннелю Голиаф. Лицо покраснело, я оторвался от её груди так быстро, как мог. Игнорируя взрывную боль, я постарался разорвать дистанцию между нами. Моё тело двигалось рефлекторно. Снова потеряв равновесие, я ударился затылком о кровать и в глазах начало двоиться. Что куда хуже, я взвизгнул от агонии и схватился за затылок на глазах у Айз.

Стыд и боль пронеслись по моему телу, когда… Вжух. Мои волосы чего-то коснулись.

— А… Вельф.

Он был накрыт чем-то плотным и спал, когда я упал рядом с ним. Сопротивляясь боли, я снова приподнялся и начал осматриваться. Лили была неподалёку от Вельфа, с другой стороны.

Взглянув на их спящие лица, я ощутил, как напряжение меня покидает. Наконец-то, облегчение.

— Они оба в порядке… Риверия и остальные занимались лечением.

Присмотревшись повнимательнее, я заметил, что правая нога Вельфа и множество ушибов Лили были вылечены. Не думаю, что у наших спасителей были какие-то причины так усердствовать, но раны Вельфа и Лили были заботливо перевязаны бинтами.

— Они серьёзно пострадали… Но ты был в куда худшем состоянии…

Только после того, как она это сказала, я заметил, что моя голова также обмотана бинтами. Она раздвинула пальцами пряди моих волос и провела рукой мне по голове.

А потом:

— Болит? — наклонила голову в сторону. Это был неотразимый удар.

Казалось, покраснело всё моё тело.

— Б-большое тебе спасибо… за то, что нас спасла…

Каким-то образом мне всё-таки удалось отстраниться от её нежной ладони и выразить благодарность.

Айз сложила руки на коленях и покачала головой из стороны в сторону.

— Не стоит благодарности, — сказала она с лёгкой улыбкой. Не знаю почему, но я ощутил, прилив радости.

Потом она посмотрела на меня своими золотыми глазами и спросила о том, что мы планируем делать.

Она неспешно перевела взгляд на выход из тента.

— Можешь ходить?

— Эммм… Д-да.

— Финн сказал мне… Наш командир сказал мне с ним поговорить. Не хочешь пойти со мной?

Айз встала, когда я отрывисто кивнул.

Я начал подниматься. Она подала мне руку чтобы помочь, но я не могу позволить себе выглядеть ещё более жалко. Пытаясь показать хоть немного мужественности, я вежливо отказался. Новый поток боли… ауууу…

Собрав все силы в своих дрожащих ногах, я наконец смог подняться. Каждый мускул моего тела возмущается, но я с этим справлюсь. Я последовал за Айз к выходу, когда она подняла край ткани.

— Ого?!

Мне открылся огромный лагерь.

Нас окружают деревья, но лес не слишком плотный. А вот палатки стоят повсюду. Все они были повёрнуты к центру лагеря. Вокруг, на корнях деревьев, стояли огромные экспедиционные ящики.

Дворфы, зверолюди, эльфы… к моему удивлению среди них немало девушек. Всю эту огромную группу авантюристов-полулюдей окружала атмосфера серьёзности. Но некоторые из них были расслаблены. Два зверочеловека сидели друг напротив друга на траве. Дворф и эльф, один прислонился к дереву со сложенными руками, а другой активно жестикулирует что-то рассказывая… На броне авантюристов были заметны следы боёв, но она всё равно блестела. Кто бы не сделал эту экипировку, она была очень хороша, с какой стороны не глянь.

Группа авантюристов из Паствы, которую называют сильнейшей в Орарио… Я ощущаю исходящую от них силу почти физически… Моё тело инстинктивно пытается сжаться.

Члены Паствы Локи начали нас замечать.

Но их взгляды останавливались не на Айз, а на мне. Что-то мне не кажется, что меня здесь рады видеть. Впрочем, если посмотреть с их точки зрения, это вполне естественно… Хотя почему-то... Они смотрят на меня слишком уж враждебно. Айз наклонила голову.

Крупные капли холодного пота побежали по моей шее. Эти взгляды так враждебны потому что обо мне заботится Айз? Пока я размышлял, Айз пошла вперёд. Я почти падал, пытаясь поддерживать тот же темп.

С каждым шагом количество назойливых взглядов только увеличивалось. Ну да, это похоже на лес, сказал я сам себе осматривая кроны деревьев наверху и стараясь не встретиться ни с кем взглядом. Листья и ветви деревьев переплетались, создавая довольно плотную завесу.

Однако, солнечный свет пробивался через щели между листьями.

Этот свет согревал моё лицо. К тому же, кажется, я вижу синеву в щелях между листьями.

Это же Подземелье. Сюда никогда не проникает солнечный свет… так почему здесь так светло и такое синее небо? Меня это озадачило.

Неужели над этими листьями действительно раскинулось тёплое солнце и голубое небо?

— Что-то не так?

— А, ээм… просто…

Похоже Айз почувствовала моё удивление, потому что повернулась ко мне.

Мой ошеломлённый мозг отчаянно пытался придумать, как мне ответить. В конце концов я не смог сдержать любопытство и задал ей вопрос:

— Мы же на восемнадцатом этаже… Подземелья, правильно? Почему здесь так светло?..

Задавая этот вопрос, я посмотрел наверх. Эйна никогда ничего о подобном не рассказывала — наверное она бы и подумать не могла, что я прошёл так далеко в свой первый день на серединных этажах — так что я понятия ни о чём не имею. Айз проследила за моим взглядом, также подняв голову.

— …Может мы немного пройдёмся?

Она снова посмотрела на меня, а я неуклюже кивнул.

Мы повернули от цели к которой шли и покинули лагерь. Мы оказались в части леса, нетронутой людьми, деревья раскинули свои кроны ещё шире чем над лагерем. Не знаю почему наверняка, но я испытал облегчение, будто с моих плеч сняли груз.

Несколько минут я следовал за её светлыми волосами, а потом увидел то, от чего у меня перехватило дыхание.

Кристаллы.

Прозрачные и сверкающие, они приковывали к себе взгляд.

Некоторые из них были маленькими, не больше моей ноги. Но большая их часть была настолько велика, что я мог бы в них поместиться. Гигант мог бы использовать такие кристаллы в качестве ножа.

Голова закружилась. Кристаллы были поделены на небольшие группы, самые высокие и тонкие излучали голубоватый свет. Весь лес был освещён их сиянием. Пол леса был усыпан небольшими голубыми фрагментами, наряду с мхом и корнями деревьев.

Это было таинственное и чудесное зрелище.

Невозможно было не остановиться и не посмотреть.

Звуки текущей воды достигли моих ушей. Через лес пробегала небольшая речка. Члены Паствы Локичерпали из неё воду. Эльфийка заметила Айз и помахала ей.

Говорят, что родина эльфов находится где-то в глубинах леса.

Хоть я никогда в жизни не видел своими глазами земли эльфов, у меня такое чувство, что это место на них похоже.

— А…

Показалось нечто подобное выходу из леса.

Айз шла вперёд к округлому, похожему на арку прохода, окутанному белым светом. Я прикрыл глаза рукой, чтобы привыкнуть к более светлой обстановке.

Несколько раз моргнув, я наконец привык к свету.

— …Поразительно.

Первым, что увидели мои глаза была огромная равнина. Я увидел такую роскошную зелень, подобной которой, я никогда не встречал на поверхности. Небольшие тени снующие неподалёку, это, наверное, монстры. По всей этой равнине в разных местах разбросаны кристаллы.

Слева от меня пруд… хотя, если подумать, этот водоём достаточно большой, чтобы назвать его озером. Его идеально гладкая поверхность поразительно чистого синего цвета. Посреди водной глади видно несколько больших камней… нет, островков.

Лес тянется с правой стороны. Он гораздо больше, чем я думал. И прямо перед собой я отчётливо вижу огромное дерево, нависшее над равниной.

Взгляд скользнул по огромному стволу наверх и наконец…

Я увидел потолок.

— …А, это же?

— Да, это всё кристаллы.

Айз была достаточно мила, чтобы ответить на мой незавершённый вопрос.

Как она и сказала, потолок этого этажа был усеян ковром из кристаллов. От края до края, весь потолок, был похож на цветочное поле при взгляде снизу. Кристаллы делились на два цвета: большие кристаллы в центре светили белым светом, они напоминали мне солнце; а окружающие их мелкие кристаллы были голубыми, как небо.

В Подземелье нет голубого неба.

Но кристаллы сверху выглядят так, будто небо здесь есть.

— Через определённое время кристаллы погаснут… это будет означать, что наступила ночь.

Мои глаза округлились от удивления.

По словам Айз, количество света всё время изменяется. Прямо сейчас здесь «вечер». Впрочем, с настоящим небом этому свету всё равно не сравниться…

Подземелье будто бы приготовило это место для приходящих снаружи людей, подумал я про себя, смотря на голубые кристаллы.

— …

Безопасная зона, восемнадцатый этаж.

Мир наполненный природой и кристаллами на потолке.

Другое его название: Подземное Прибежище.

Равнины и озеро, нечто напоминающее голубое небо. А я стою рядом с Айз и наслаждаюсь видом.

Мы вернулись в лагерь посреди леса, пройдя к тенту, который был больше всех остальных.

Возле него развевался флаг с эмблемой Паствы Локи.

Сейчас я стою перед одними из самых именитых авантюристов Орарио.

— Айз рассказала мне о случившемся… но я и вообразить себе не мог, что ты так быстро к нам в лагерь заскочишь.

У того, с кем я разговаривал были светлые волосы, очень похожие цветом на золотые пряди Айз. Его глаза были такими же синими как озеро, которое я недавно видел. И сейчас он приветствовал меня натянутой улыбкой.

От того, что я просто стоял перед этим полуросликом каждый волосок на моём теле поднимался.

Впрочем, дело не только в нём. По разные стороны от него стояло двое невероятно сильных полулюдей. Я бросил несколько взглядов в их стороны, но старался избегать прямого визуального контакта любой ценой.

— Охо-хо, так вы об этом пареньке говорили, Риверия?

— Именно так, Гарет. Это Белл Кранелл.

Дворф, одним своим видом напоминающий каменную крепость и очень уточнённая эльфийка. Я ощущал на себе их взгляды; по их разговору я знал, что они меня оценивают, судят обо мне. От этого я нервничал ещё больше.

Полурослик Финн Деймне из Паствы Локи, авантюрист высочайшего класса и полевой командир. Сильный и мудрый старейшина-дворф это Гарет Лэндрок. И один из сильнейших магов Орарио эльфийка Риверия Льос Альф.

Все трое из них среди первых рядов авантюристов и практически представляют элиту авантюристов Орарио.

— С-с-спасибо за всё, что вы сделали. Я-я-я не знаю, как вас отблагодарить!..

Я только-только стал авантюристом высокого класса. Но первый же взгляд на эту троицу — да и на Айз тоже — не оставляет сомнений что они в куда более высокой лиге, чем я.

Я пытался выразить свою благодарность, склонив голову и низко поклонившись. Но, по какой-то причине, мне казалось, что мой жалкий вид и слабость только их раздражала. Даже стоящая рядом со мой Айз будто смотрела на меня с подобием усмешки.

Моя кожа покраснела так сильно, что слилась с саламадровой тканью, в которую я был одет.

— Да не напрягайся так, расслабься. Все мы авантюристы, разве нет? В моменты нужды мы должны помогать друг другу выпутаться из неприятностей, — вступил в разговор Финн Деймне, пожав плечами. — К тому же, раз ты друг Айз, мы не могли тебя бросить. Знал бы ты, как она умеет дуться. Если бы мы не сделали всё, что было в наших силах, не спать нам потом по ночам.

Он определённо пытался разрядить обстановку юмором. Но я так нервничал, что не сразу это заметил. Я улыбнулся прежде, чем успел всё обдумать. Каждая частичка моего бытия продолжала твердить мне, что лучше держаться от них подальше, но атмосфера определённо стала легче.

Айз одарила его строгим взглядом. Думаю, он означает что-то вроде «Не говори ничего странного». После этого напряжение в тенте окончательно сошло на нет.

Господин Финн улыбнулся мне, как обычно улыбаются мальчишки, на которого он похож. Мне наконец удалось справиться с нервозностью.

— Думаю я итак понимаю, что произошло, но не мог бы ты рассказать своими словами? Я тоже расскажу, что у нас случилось. Считай это обменом информацией.

— Эм, конечно.

Этот полурослик отлично умеет общаться с людьми. Я ощутил, что могу рассказать ему обо всём. Наверняка подобное приходит с опытом. Кивнув, я начал свой рассказ.

От тринадцатого этажа до восемнадцатого, я не упустил ни малейшей детали.

— Га-ха-ха! На восемнадцатый этаж в первый же день! Финн, Риверия, вы были правы! Малец действительно занятный!

— Гарет, мы сейчас не с глазу на глаз говорим. Держи язык за зубами, пожалуйста.

Эльфийка злобно зыркнула на смеющегося дворфа одним глазом, прикрыв второй.

Вообще-то, я рассказал им о том, что спуск на восемнадцатый этаж было идеей Лили… но воин дворф не обратил на это внимания. Наоборот, он продолжил меня хвалить, говоря что-то вроде:

— Проворные у тебя ножки, паренёк! Раз свалил на своих двоих от босса этажа! — я не мог не улыбнуться на эту фразу.

— Что же до нас, мы остановились на отдых. Обычно с восемнадцатого этажа мы сразу идём к поверхности, когда возвращаемся из экспедиции… но в этот раз мы встретили редких монстров с очень сильной отравой.

Господин Финн сказал, что немало авантюристов Паствы Локи, за исключением авантюристов самых высоких уровней, вроде Айз, были отравлены. Многие из них не могут двигаться самостоятельно.

Поскольку они возвращаются из экспедиции… значит у них осталось не так много целебных предметов, и они не могут вылечить всех. Пойти наверх группой не представляется возможным.

— Мы отправили Бете, быстрейшего члена Паствы на поверхность за противоядиями. Если повезёт, уже завтра он будет здесь, но мы в любом случае застряли, пока он не появится.

Похоже он был отправлен за целебными предметами, незадолго до нашего появления на восемнадцатом этаже.

Мы разминулись с ним потому что использовали дыры в полу, а не обычные пути.

— У нас мало припасов, особенно еды. Мы готовы поделиться всем, что есть, но многого дать не можем.

— М-мы будем благодарны уже за то, что вы для нас сделали!

Учитывая тот факт, что нам предоставили палатку, несмотря на то, что многие члены их паствы страдают от отравления, это уже очень хорошо. У нас нет права жаловаться.

— Мы здесь ненадолго, так что будем обращаться с вами как с гостями. Если вы не доставите нам проблем, можете использовать палатку, пока мы не двинемся на поверхность. Я лично всех оповещу.

— …Я правда очень вам за всё благодарен… Большое спасибо.

Я поблагодарил его, стараясь передать в своих словах столько благодарности, сколько возможно.

— Ты наш должник. — сказал господин Финн с лёгкой улыбкой.

Я ещё несколько раз его поблагодарил и вместе с Айз вышел из палатки.

— Уверен, Финн?

Когда Белл вышел из тента Риверия задала вопрос Финну.

Её изумрудно-зелёные волосы скользнули по плечам, когда она взглянула на невысокого командира.

— Ясно видно, что он нравится Айз… К тому же, в группе Белла один из Кузнецов Паствы Гефест.

— Откуда ты об этом узнал?

— Мне сказал один из кузнецов.

Высшие кузнецы Паствы Гефест шли в эту экспедицию вместе с членами Паствы Локи. Один из кузнецов сказал Финну, что узнал Вельфа среди людей, которых принесли в лагерь.

— Богиня Гефест ценит всех своих последователей одинаково, так? Не хотелось бы попадать к ней в немилость из-за отказа помогать одному из её подопечных.

— Логично. — кивнула Риверия с удовлетворённым видом.

Финн повернулся, встретившись взглядом с эльфийкой.

— А вишенка на торте в том, что Белл Кранелл интересен и тебе, не так ли, Риверия? Он симпатичен Айз, а значит в стороне ты не останешься?

— …Не буду отрицать.

— Га-ха-ха! Глянь на себя Риверия! Ну совсем как мамочка!

— Помолчи, Гарет! — ответила эльфика, в её голосе были слышны нотки раздражения.

Огромный дворф от всей души расхохотался.

— То, что она проявляет интерес и инициативу это хорошо… Лично я вижу для неё только плюсы. Но что насчёт твоего взгляда с точки зрения лидера нашей Паствы? Велика вероятность что Айз так рано уходила из дома до экспедиции именно ради встреч с Беллом Кранеллом.

Финн, как и Риверия, заметил странные изменения в распорядке дня девушки до экспедиции, вроде вопроса о том, как обучать авантюристов. Они заметили какой эффект ранние тренировочные сессии с Беллом оказали на девушку.

— Мммм, мне тоже кажется, что Айз не помешает немного измениться… Но пока лучше держать Локи в неведении.

— Эй, Финн! Тебе стоит Белла Кранелла на матч по реслингу вызвать! Ну та борьба, про которую Локи говорила. Этот чудак явно будет не против проверить свои силёнки.

— Ммм… а я откажусь.

Финн объяснил, что ему как лидеру группы нельзя быть опрометчивым. Они могут неосознанно подвергнуть белого кролика, парня, который идёт вместе с Айз по лагерю, опасности.

— Как бы там ни было, проблем быть не должно. Белл Кранелл не показался мне человеком, который любит устраивать драки. Впрочем, глаз мы с него не спустим. — сказал Финн, посмотрев на выход из тента.

Я пошёл следом за Айз в главный лагерь после встречи с господином Финном и остальными.

Я бы сказал, что в лесу стоит больше десятка палаток. Уверен, в каждой из них люди, которые страдают от отравления. Здоровые авантюристы стоят на страже у каждой такой палатки.

Через ветви и кроны деревьев сверху пробивается мягкий свет. Над нашими головами легонько шелестят листья, но прогуливаемся по лагерю далеко не мы одни.

— Добрый день, Айз.

— Добрый день…

Члены Паствы Локи приветствуют Айз, когда она проходит мимо.

Точно, она же одна из их лидеров…

То, что я забыл о такой важной вещи заставило по моему телу пробежать дрожь. Я из другой Паствы, и вот я здесь, хожу среди них. Неудивительно, что на нас направлено столько странных взглядов.

В общем, «приветливость» – это последнее слово, которое я стал бы использовать, чтобы описать их отношение к себе. Парни и девушки смотрели на меня серьёзно, будто я какой-то преступник.

Проходящая мимо эльфийка, кажется, с магическими способностями не сводила с меня злобного взгляда, пока не прошла мимо. Жуть!..

Любой из них изобьёт меня за считанные секунды, если я с кем-то сцеплюсь. Они выше меня уровнем, я уверен. И ещё я уверен, что они не слишком рады тому факту, что я прогуливаюсь по их лагерю.

— Восемнадцатый этаж…

— А?

Неожиданно Айз со мной заговорила.

Я посмотрел на неё и увидел, что она смотрит на меня через плечо.

— Ты… уже добрался до восемнадцатого этажа…

— Эмммм… Как я и сказал господину Финну, видишь ли, произошла череда случайностей, одна за другой, и так мы оказались здесь… Мы не собирались спускаться так глубоко, вообще-то, мы п-п-почти умерли!

Пытаясь подобрать ответ почёсывая перебинтованную щёку, я выпалил эти слова.

Айз развернулась на каблуках, оказавшись ко мне лицом, будто недовольная такими слабыми словами.

— Убийство того Минотавра повысило твой уровень?

Она даже не моргнула. Её золотые глаза смотрели на меня угрожающе, так что я кивнул.

Она смотрена на меня какое-то время, прежде чем наклониться, будто бы она хотела посмотреть мне на спину.

А потом: топ, топ. Она ко мне подошла. Я попятился назад, меня пробил холодный пот.

…Она что, пытается мои Характеристики увидеть?

Я не знаю, почему у меня появилось такое впечатление, и снова, топ, топ. Она снова подступила. А я попятился. Топ, топ, шаг, шаг, топ, топ, шаг, шаг, да что происходит?

Другие члены её Паствы не сводили с нас взгляды. Беловолосый парень, уже взмокший от пота и беззаботная Айз — наверное выглядело так, будто мы шаги отрабатываем… Вдруг, из ниоткуда:

— ОГО… Это и правда Аргонавтик!

До моих ушей донёсся задорный голос.

Я вообще не ожидал, что со мной кто-то заговорит, а от этого прозвища у меня вообще сердце ушло в пятки.

Я развернулся чтобы встретить владелицу голоса лицом и заметил двух подходящих ко мне девушек с бронзовым загаром.

— Тиона, Тионэ…

— Похоже, ты везде успеваешь, Айз. Насколько я поняла, с Финном ты поговорила?

— Мне сказали, что тебя принесли, а даже очнуться успел! Счастливчик ты, Аргонавтик!

Айз назвала этих двоих Тиона и Тионэ… двойняшки, наверное? Одна с короткими чёрными волосами, скрывающими уши; у второй волосы точно такого же цвета, но спускаются ниже середины спины. Их одежда отличается, а вот лица почти один в один. Как и рост.

Судя по тому, что одежда почти ничего не прикрывает, скорее всего, они Амазонки. Длинноволосая заговорила с Айз первой, а вторая обратилась прямо ко мне… Однако.

Она назвала меня «Аргонавт» дважды. Так же, как и назван мой Навык. Кровь начала стынуть в жилах.

Она знает?! Мысли в голове неслись с бешеной скоростью. Я открывал и закрывал рот, пытаясь заговорить, но не мог издать ни звука. Наконец, с третьей или четвёртой попытки я смог и себя что-то выдавить.

— А-Аргонавтик? О чём ты?..

— Ааа, не принимай близко к сердцу. Это просто прозвище, которым эта пустоголовая решила тебя называть.

— Мы видели, как ты дерёшься с тем Минотавром! И когда я смотрела, это напомнило мне о сказке, которую я любила, когда была ребёнком. И да, ты был невероятен!

Почему-то мой бой с Минотавром на девятом этаже напомнил ей легенду об Аргонавте. Я выдохнул, а по моему телу разлилось облегчение. Дело не в моём Навыке, а в том, что эта беззаботная девушка решила называть меня сравнив с Аргонавтом. Характеристики авантюриста, его Заклинания и Навыки жизненно важны. Их нужно хранить в секрете.

Мы начали знакомиться.

Девушкой, которая называла меня Аргонавтиком оказалась Тиона Хайрит, а второй, длинноволосой, была Тионэ Хайрит… Секундочку. Сёстры-Амазонки Хайрит? Они же, как и Айз знаменитые, авантюристки, одни из лучших?

Конечно, я никогда не видели их лицом к лицу и не знал их имена, но сложить всё в голове было довольно просто.

— Раз уж ты здесь, получается, ты получил Второй Уровень, я права? Я видела, что ты самостоятельно уложил Минотавра, но ты всё равно нечто, парень.

— А! Он покраснел! Как миленько!

— …

Их слова заставили меня улыбаться, но, честно говоря, я не мог сфокусироваться на том, что именно они говорили.

Я никак не мог отвести взгляд от их открытой, бронзовой кожи.

Грудь Тионы была прикрыта лишь полоской ткани. Её парео-юбка опускалась до колен, но живот был совершенно открыт. А одежда Тионэ вообще была больше похожа на нижнее бельё – бра и трусики… Что и говорить, ни одного безопасного места, на которое можно спокойно взглянуть. Стоило только взглянуть на то, как её огромная грудь колышется от каждого малейшего движения, как глаза опускались ниже, на тонкую талию…

Подобное давление было для меня чем-то новым.

Я окружён прекрасными девушками, которые скорее всего на несколько лет старше меня… Я ощущал, что в любое мгновение могу рухнуть в обморок.

А ну не зарывайся!

— …

Именно в этот момент я ощутил впившиеся в меня взгляды всех мужчин лагеря – холодные, злобные взгляды. Кровь мгновенно отлила от моего лица.

— Я-я отойду проверить своих друзей?!

Кажется, я услышал, как кто-то сказал: — Ой, ну вот и сбежал…, — когда я развернулся.

Я несколько раз чуть не упал, рванув как безумный, чтобы как можно дальше сбежать от девушек.

В лесу стало темнее.

«Солнечные лучи», пробивающиеся сквозь кроны деревьев светили не так ярко… Свет кристаллов угасал.

«Вечер» в Подземелье окончился. «Ночь» почти началась.

Становится темно…

Я выглянул из палатки.

Не было никакого красного свечения; «небо» сменилось с синего сразу на чёрный. Подземелье странное место, поскольку в нём не существует дня и ночи, но то, что на этом этаже она может наступить мне тоже кажется поразительным.

Я отошёл от входа и вернулся к своей постели.

Лили и Вельф ещё спали. Хотя я ничего не могу для них сделать, взглянув на их мирные, спящие лица я ощущаю, будто я о них забочусь.

Со временем лагерь стал несколько оживлённее. Я пришёл сюда довольно давно, но, кажется сейчас они готовят ужин.

— Мммм…

Тело Вельфа двинулось. В то же время, одеяло, накрывающее Лили начало понемногу сползать.

Очередная волна облегчения разлилась по моему телу.

— …Где это мы?

— Сударь Белл?..

Они оба начали моргать и осматриваться. Понимание того, что они оба в порядке, сняло с моих плеч остатки тяжести, и я наконец смог свободно дышать.

Я заговорил с ними, мой голос был отчётливым и спокойным.

— Лили, Вельф, вы оба в порядке? Узнаёте меня?

— … Лили не думает, что настанет день, когда она не узнает лица сударя Белла.

— Ха… Малютка Лил всё острит, как я погляжу. Руки, ноги вроде на месте. Привет, Белл.

На губах Лили появилась улыбка, а Вельф ответил в своём привычном тоне.

Улыбка на моём лице растянулась от уха до уха, я ждал, пока они окончательно проснуться.

Они были сонными, когда открыли глаза, но как только в их головах всё прояснилось, они сели без посторонней помощи. А когда я рассказал им о произошедшем они подскочили на ноги, уронив на пол укрывавшие их одеяла.

Для начала, я рассказал, как мы добрались до безопасного восемнадцатого этажа, а потом, что о нас позаботилась Паства Локи. Я попытался описать всё быстро и точно, насколько это возможно. Они не сводили с меня глаз пока я не закончил. А потом… они извинились.

— Лили очень жаль, сударь Белл…

— Слушай, ты столько держался, а вот я… Прости, друг.

— В-Вот уж извиняться вам не за что!

Они оба затихли, когда услышали, каким тоном я это сказал.

Я выложил им всё как на духу, это звучало почти гневно. Если бы не Лили, мы бы бесцельно бродили по Подземелью, чёрт знает сколько. Если бы не было Вельфа, адские гончие зажарили бы нас заживо. Лили и Вельф отвели взгляды, тихонько слушая мою тираду.

— Только благодаря вам обоим, благодаря всем нам… тому, что мы были вместе, мы выжили.

— …Отлично сказано.

— Мы бы умерли, если бы кого-то из нас не было. Лили согласна.

Кажется, их уверенность вернулась. На их лицах снова появились искренние улыбки. А мне, в то же время, стало слегка неловко от того, что я так разгорячился. Спустя мгновенье мы уже посмеивались друг над другом.

— …Ужин готов. Пришли в себя?

— А, да!

Я подпрыгнул, отвечая на раздавшийся снаружи голос. Айз заглянула внутрь.

Челюсти Вельфа и Лили отпали, когда перед их глазами появилась сама Кенки.

— С-спасибо тебе огромное. Вы с нами едой поделились и вообще…

— Это мелочи… Вы сможете выйти наружу?

Я на мгновение застыл. У меня не слишком хорошее чувство от того, что мы будем расхаживать по лагерю, но они очень серьёзно нам помогли, так что… Будет грубо не поздороваться, не так ли?

Я посмотрел на Лили и Вельфа, взглядом задавая вопрос, могут ли они выйти. Оба ответили кивком.

Они поднялись на ноги, и мы последовали за Айз из своей палатки в лагерь.

— Эй, Белл. Откуда ты знаешь Кенки?

— Эм… это долгая история.

— Сударь Белл. Пожалуйста расскажите это историю Лили и поскорее.

Я снова подставил плечо Вельфу, а Лили улыбалась за моей спиной, но от этой улыбки пробирала дрожь.

В этой истории один постыдный момент за другим, так что мне не хотелось бы ей рассказывать, если возможно…

Мы втроём натужено посмеялись, шагая за Айз.

Лили и Вельф с интересом осматривали всё на нашем пути. Мы достигли середины лагеря за считанные секунды.

— Хмпф, это они…

Множество людей сидели вокруг открытого места в центре лагеря. Несколько особых ламп с магическими камнями было поставлено в центре круга. Их свет был ярким, но мерцал, почти как пламя. Если я правильно помню, этот дизайн называется «лагерный костёр».

В людском кругу были не только члены Паствы Локи. Высшие Кузнецы Паствы Гефест также сидели там. Айз объясняла, что происходит, а Вельф узнал нескольких сидевших в круге людей и застонал.

— П-привет всем…

Все взгляды впились в нас. Мы прошли к свободным местам и сели.

Когда я коснулся земли, пам, Айз села справа от меня. Лили села слева, а Вельф плюхнулся рядом с ней. Мы будто выстроились согласно своим рангам… довольно жутко.

Я и раньше сидел рядом с Айз во время утренних тренировок… но мне по-прежнему казалось, что между мной и моим идолом огромное расстояние. И я не знаю, уйдёт ли оно когда-нибудь.

Я украдкой взглянул в её сторону. Однако, она это заметила и посмотрела мне в глаза. Её золотые волосы были гладкими и блестящими, будто она недавно мылась. Если подумать, от неё веяло чистым горячим источником.

— Что-то случилось?

— …Н-нет! Всё в порядке!

Я ощутил, как моё лицо загорелось, так что разорвал визуальный контакт, прежде чем успел залиться краской.

— Прошу вас меня выслушать. Как я уже говорил многим из вас лично, сегодня мы принимаем гостей. Все они, рискуя своими жизнями, прикрывали друг друга и смогли добраться до восемнадцатого этажа. Я не прошу вас проявлять к ним дружелюбие. Однако, я хотел бы чтобы вы отнеслись к ним с уважением, как к собратьям-авантюристам, пока они с нами… Давайте начнём всё с чистого листа.

— Ого, а он действительно хорош в убеждении…

Господин Финн вышел в центр круга и обратился ко всем. Он воззвал к гордости авантюристов, чтобы избежать возможных споров и стычек. Кажется, Лили была поражена его выступлением.

Наконец появилась еда. По два или три фрукта на человека.

Красные фрукты, похожие на тыквы. Их янтарная мякоть казалась сладкой… Я никогда ничего подобного на поверхности не видел. Наверное, они растут здесь, на восемнадцатом этаже. Я осторожно откусил один из фруктов, который выглядел как вываленный в меду хлопок. Неудивительно, что их называют «Медовыми Облачками».

Мой рот тут же наполнился вязким, сладким соком — от которого я чуть не прыснул.

Он сладкий… слишком сладкий. Я итак не слишком люблю сладкое, а это вообще разрывает меня изнутри. Если так пойдёт и дальше, я же умереть могу! Пытаясь прожевать и проглотить, я начал осматриваться. Девушки из Паствы Локи, кажется наслаждались этим вкусом. Один укус и их лица расплывались в улыбках, а руки оказывались на щеках. Я буквально видел, как по их спинам пробегает дрожь.

— Сударь Белл, сударь Белл? Лили будет рада доесть за вас, если вам не нравится?

— К-конечно. Вот…

— О, как хорошо… Ааааа.

— Круто, Белл. Можешь на меня положиться, я прикончу эти штуки вместо тебя… И да, ты прав, эти фрукты слишком сладкие.

Лили раскрыла свой небольшой ротик, будто хотела, чтобы я её покормил. Но прежде чем я успел дать ей кусочек фрукта, Вельф выхватил его из моих рук и накинулся, проглотив фрукт в один жевок.

Лили начала злобно пыхтеть, её лицо покраснело, а на лбу проявилась маленькая жилка и она начала, не переставая, пинать Вельфа по голени. Впрочем, он делал вид что не замечает и постучал себе по груди, будто фрукт застрял у него в горле.

Айз наблюдала за происходящим, потеряв дар речи.

— Кстати, я слышал истории об этом месте… Это необычный этаж Подземелья, верно? — фрукт, должно быть, наконец проскочил, поскольку Вельф заговорил снова.

Все белые кристаллы на потолке сейчас погасли и только небольшие синие продолжали светить. Лес накрыла тёмно-синяя тень. «Ночное небо» нависшее над кронами деревьев не слишком отличается от небосвода над Подземельем.

Все сидевшие в кругу люди освещались оранжевым и бронзовым светом имитирующих лагерный костёр ламп с магическими камнями. Все ели, пили и переговаривались. Казалось, что все отлично проводят время, их тени танцевали на деревьях позади. Эти посиделки напоминали сцены из историй, которые я читал – группа авантюристов вместе едят глубоко в лесу в свете полной луны.

Господина Финна, госпожу Риверию и господина Гарета обслуживали другие члены группы – большая часть их красных тыкв была похожа на сахарные конфеты. Даже не знаю, в том ли дело, что экспедиция почти завершена или нет, но члены Паствы Локи выглядели довольно расслаблено.

Я заметил, что они окружили лагерь несколькими дозорными, но все остальные вели себя так, будто они на отдыхе.

— Экзотические фрукты, небо… Кстати, вроде здесь ещё и город есть, не так ли?

— Э… Г-город?!

Этого слова я никак не ожидал услышать.

«Небо» глубоко под землёй итак довольно непросто принять, а тут ещё и город в Подземелье…

Я повернулся к Айз, даже не задумавшись. Она отвлеклась от своей тарелки с питательными кубами и быстро кивнула.

— …Завтра, может сходим?

— Да, пожалуйста!

В жизни бы не подумал, что буду так быстро кивать головой.

Я так взволнован! Я попытался представить в голове Город Подземелья. Как в нём выглядят здания? Что люди тут делают?.. В моей голове пронеслось множество вопросов. Это наверняка одна из прелестей жизни авантюриста! - сказал я себе, когда мой энтузиазм достиг нового уровня.

Наверняка моё лицо сейчас светится. Айз смотрела на меня со стороны… кажется она улыбнулась.

— Хьяяя, Аргонавтик!

Я узнал кто ко мне подходит ещё до того, как повернул голову и увидел госпожу Тиону.

Её старшая сестра, госпожа Тионэ шла в нескольких шагах позади. Амазонки-двойняшки ко мне уже подходили. Жух. Они сели по обе стороны от меня.

— Чего?

— Ты обязан рассказать нам свою историю. Считай это платой за еду и ночлег. Ты же не возражаешь, не так ли?

— Пожалуйста, пожалуйста!

Лили разинув рот вытаращилась на госпожу Тионэ, вклинившуюся между нами. Айз наклонила голову, когда её от меня оттеснила госпожа Тиона. Я забыл, как дышать, когда оказался зажат между двух девушек. Кажется, моё лицо сейчас цвета сырого мяса.

Лили выглядела взбешённой, её брови поползли наверх. Лицо госпожи Тионы вынырнуло справа от меня. Почему-то она выглядела довольно и возбуждённо. Она задала мне вопрос.

— Как ты довёл все свои характеристики до уровня «S»?

Моё лицо будто попыталось втянуться в череп.

Мышцы содрогаясь расплылись в улыбке, когда я посмотрел налево. Мисс Тионэ хихикала, прищурив глаза. Её вид будто бы говорил, ты не выберешься, пока всё не расскажешь.

В моей голове снова начали проноситься вопросы: «Как давно оказались раскрыты мои Характеристики? Откуда они знают об их значениях?» Всё больше и больше вопросов рождалось в голове с каждой секундой. Моё сердце билось в груди слишком сильно и никак не хотело успокаиваться.

Если я отвечу ей честно… устроит ли её если я просто скажу про «усилия»? Я просто следовал за своей целью, за своим идолом.

Кстати говоря, мой идол сидела, обхватив руками колени и ничего не делала. Однако, я отметил что она тоже навострила уши… Порой мой идол бывает очень жестока.

Господин Финн и госпожа Риверия наслаждались ночными видами леса неподалёку, даже не пытаясь вмешаться. Господин Гарет смотрел на меня, почёсывая бороду и внемля каждому моему слову.

Вельф был моей последней надеждой:

— Ну что малыш Вельф, скучал так сильно что решил спуститься к нам как потерявшийся щеночек? Как миленько с твоей стороны, — но он был окружён кузнецами Паствы Гефест.

— Хватит вам! Потеряйтесь! — он серьёзно злился. Лили дымилась от злости, зыркая не только на сестёр-Амазонок, но и на меня.

Я в окружении.

Реки холодного пота побежали по моей спине. Я в любой момент могу потерять сознание.

— ГУУУуууаааааААА?!

Крик раздался неожиданно.

— ?!

Я знал этот голос лучше, чем кто-либо другой, но это последнее место, в котором я думал его услышать.

Мы с Лили переглянулись. Она тоже узнала. Мы уверенно кивнули.

— Прошу прощения, пустите меня, пожалуйста!

Не дожидаясь ответа, я вскочил на ноги.

Я побежал, Лили следовала за мной, а Вельф присоединился секундой позже.

Я побежал прямо на источник звука. Лес быстро начал редеть. Я заметил перед собой огромный холм и круглую пещеру в его основании. Это тоннель, который соединяет семнадцатый и восемнадцатый этажи, я уверен.

Дозорные Паствы Локи уже собрались на шум. Я протиснулся через их плечи и увидел…

— Ауууууу?! Почему никто не говорил мне что монстры вымахивают такими огроменными?!

— А-ха-ха-ха-ха! Я уж думал я труп!

Боженька стояла на четвереньках, хватая ртом воздух.

Мои глаза распахнулись от удивления. Рядом с боженькой на земле был какой-то бог-мужчина и несколько авантюристов пытались перевести дыхание неподалёку. Девушка в очках выглядела особенно уставшей.

Похоже они едва сбежали от босса этажа, как и мы. Я узнаю страх в их глазах.

— …А.

Люди в группе начали меня замечать, боженька тоже подняла голову. Она начала осматриваться, динь! Её взгляд впился в меня. Её мягкие голубые глаза становили всё больше с каждой секундой. Без какого-либо предупреждения она подалась вперёд, пытаясь ко мне побежать.

— …Белл!

— Ууууф?!

Дозорные расступились, когда боженька неслась вперёд. Она оттолкнулась от земли и врезалась головой в мой живот.

К несчастью, я к такому был не готов. Я упал, стукнувшись спиной о землю.

— Белл, Белл! Ты настоящий?!

— Б-божешшш?!

Она прощупывала мой живот, оживлённо похлопывала по рукам и ногам, пока наконец не добралась до моего лица. Схватив меня за щёки, она начала тянуть их в разные стороны. Каким-то образом мне всё-таки удалось её остановить.

Я уже собирался спросить, как она здесь оказалась, поднимаясь на локтях, но она обхватила меня обеими руками за шею так крепко, что я ни слова сказать не мог и прижалась ко мне.

— ?!

Мои глаза распахнулись, а лицо покраснело.

Меня будто окружило множество мягких подушечек. Я практически слышал, как потрескивает воздух между нашими телами.

Боженька обхватила меня, положив голову мне на плечо. Я ощущал шеей её горячее дыхание, а её вес был на моих плечах, я не знал, что мне делать.

Я пытался что-то сказать, но что? Я открыл рот и закрыл его, и так несколько раз. А потом услышал:

— …Слава Небесам.

От мягкости её голоса по моей коже пробежала дрожь.

Только сейчас мне удалось успокоиться, напряжение ушло.

Тело боженьки дрожало, как тело ребёнка. Её тонкие ручки обхватили меня, прижав меня к себе ещё сильнее. Я ощутил, как что-то мокрое стекает по моему плечу.

Уже нет нужды спрашивать, почему она здесь. Она беспокоилась и подвергла себя риску чтобы пойти сюда и найти меня.

Я взглянул на один из её чёрных хвостиков, который прижался к моей щеке.

Наши тела и разумы очень близки, мы даже дышать начали в унисон. Теплота её тела позволила мне ощутить, будто что-то незаменимое во мне восстановилось.

Стоит ли ей сказать? Я подумал об этом и начал поднимать руки для объятий… А потом я заметил что нас окружает публика.

Они всё это время были здесь, молчаливо наблюдая.

Моё тело выпрямилось как доска, и меня захлестнуло смущение. Руки уже оторвались от земли, но ещё не обхватили боженьку. Я не понимал куда их деть, так что они просто зависли в воздухе.

— Пожалуйста держите себя в руках, Всевышняя Гестия.

— Эй! Не порти наше прекрасное воссоединение! Гах! Пусти!

Лили схватилась за воротник робы боженьки. Боженька пыталась сопротивляться, но на стороне девушки-полурослика были Характеристики. Лили сильнее. Миниатюрная девушка оттащила другую девушку, которая руками и ногами пыталась сопротивляться.

Освободившись от хватки богини, я наблюдал за ними, а по моей щеке покатилась капелька пота.

— Господин Кранелл, вы ранены?

— Эм… Л-Лю?!

Авантюристка, одетая в плащ с капюшоном, вышла и согнулась передо мной, встав на колени.

Я не только узнал этот голос, но и заметил небесно-голубые глаза, поблескивающие из-под капюшона.

Ошибки быть не может. Это прекрасная эльфийка-служанка, работающая в Щедрой Хозяйке.

— Лю тоже? Почем?..

— Кое-какое божество очень настаивало, чтобы я приняла задание. Он хотел, чтобы я присоединилась к поисковой группе, которая должна тебя найти.

Она подняла свои светло-голубые глаза.

Я проследил за её взглядом и увидел бога, который сидел рядом с боженькой. Он продолжал сидеть на земле, оранжевые волосы растрепались, он с интересом осматривался. Несколько раз похлопав по полу божество поднялось.

— Ладно, теперь я начинаю понимать, что произошло.

Он посмотрел на Айз и других членов Паствы Локи по очереди, каждого озарив дружелюбной улыбкой.

Потом он заметил, что я на него смотрю. Он подошёл ко мне, его лицо все ещё лучилось обаятельной улыбкой.

— Значит ты Белл Кранелл, да?

— Д-да.

Я ощутил на себе оценивающий взгляд оранжевых глаз.

Моё тело не двигалось, рот никак не хотел открываться. Он встретился со мной взглядом и прищурился.

— Аааа… тебя-то я и искал, - его глаза будто улыбнулись, когда он это произнёс. — Меня зовут Гермес. Приятно познакомиться с тобой лично.

— Всевышний… Гермес?

— Ага, я во плоти, Белл.

Он протянул руку, не переставая смотреть мне в глаза, пока я собирался с мыслями для ответа. Неизгладимое первое впечатление, обаятельная улыбка и рукопожатие. Он кажется дружелюбным божеством.

— В-всевышний Гермес, если вы не возражаете, эм, не могли бы вы ответить…

— Причина, по которой я пришёл сюда, хоть мы с тобой ни разу не встречались?

— Д-да.

— Видишь ли, Гестия моя старая подруга, так что я не мог ей не помочь. Она хотела тебя найти, так что, естественно, я тоже этого хотел.

Он перевёл взгляд туда, где боженька и Лили оживлённо переговаривались и тихонько усмехнулся.

Когда он посмотрел на меня я склонил голову и сказал:

— Я-я очень вам благодарен.

Возможно именно благодаря его помощи боженька смогла оказаться так глубоко в Подземелье. У меня такое чувство, что это он надавил на нужные рычаги, чтобы это случилось.

— Не меня нужно благодарить, а их. Благодаря этой таинственной авантюристке и этим детям мы смогли забраться так далеко.

Он жестом указал на небольшую группу авантюристов, стоявших у входа в тоннель.

Одной из них была молода девушка с голубыми волосами в серебряных очках. Остальные трое были в схожей броне – наверное члены одной Паствы…

— …Эй, Белл.

Я заметил и до того, как на это указал Вельф.

Эти люди… Я видел эти голубовато-фиолетовые глаза. На тринадцатом этаже в них были слёзы. Они стали причиной, по которой нам пришлось спускаться на восемнадцатый этаж… Авантюристы, которые натравили на нас орду монстров.

На их броне сияли эмблемы: торчащий из земли меч.

— Приносим искренние и глубочайшие извинения.

Снова в палатке, предоставленной Паствой Локи.

Мы вернулись в неё, встретившись с группой возглавляемой моей боженькой.

Лю, Всевышний Гермес и его последователь - девушка, которую зовут Асфи, с нами не пошли.

Прямо передо мной на колени упала девушка, руками и лбом прижавшись к полу в извинениях.

— Ого… — мы с боженькой слегка отступили перед ошеломляющей, почти божественной силой этой позы.

Вот какова мощнейшая техника Паствы Такемиказучи: падение ниц!..

— …Даже всех извинений в мире не хватит чтобы Лили вас простила. Мы чуть не умерли.

— Ага, такое после пары слов не простить.

Лили и Вельф, однако же, не были тронуты этим поклоном. Они стояли, выпрямившись во весь рост и говорили с мрачностью в голосе. Это выглядело слегка устрашающе, честно говоря.

Оука и Чигуса стояли за спиной своей склонившейся союзницей, Микото, не зная, что им делать. Стоявшая на коленях девушка подняла голову, посмотрев в глаза Лили. Продолжая смотреть в глаза, она поднялась и поклонилась.

— Эм, видите ли, правда… Нам очень жаль…, - скромная Чигуса говорила прерывисто, её глаза были скрыты за волосами. Микото же, напротив, была решительна:

— Ваш гнев справедлив. Можете предавать нас сколько вам вздумается.

Сбрасывать монстров на других авантюристов в Подземелье - это обычная практика. По большей части, многие авантюристы считают её одной из самых необходимых, для выживания. Никто не знает, когда это случится… обычно, если в этом нет никакого злого умысла, большая часть авантюристов терпимо относится к тому, что в какой-то момент они становятся целями подобного сброса хвоста. По крайней мере, я так слышал.

Однако, в нашем случае это поставило нас на грань между жизнью и смертью, отчего в словах моих друзей и была горечь. Даже боженька сложила руки на груди и продолжительно хмыкнула, смотря на разыгравшуюся перед ней драму.

— Это я отдал приказ. И даже сейчас я верю, что сделал правильный выбор, - сказал Оука, сделав шаг и во весь рост выпрямившись рядом с Микото.

В моих глазах на секунду мелькнуло восхищение. Он не трепетал и не дрогнул, будто гора, выросшая посреди тента.

Скорее всего… Оука действительно учёл и взвесил все варианты. Он предпочёл жизни своих друзей, жизням каких-то незнакомцев. Он был готов к любым последствиям, к которым приведёт его выбор, отдавая приказ, всё ради своих союзников.

Не знаю, правильно это или нет… но он принял решение, которое пошло на пользу его группе.

— …А ты довольно смел, раз можешь сказать нам это в лицо, здоровяк.

Вельф встал напротив Оуки и расправил плечи. Если бы я сказал, что взгляд Вельфа сейчас был способен размазать какого-нибудь слабого человека, я бы нисколько не преувеличил.

В комнате будто оказалась бомба с часовым механизмом. Все злобно зыркали друг на друга, словно готовясь к битве. А я в этот момент оказался совершенно не у дел, переводя взгляд с одного человека, на другого.

Произойдёт нечто плохое… нужно как-то разрядить обстановку и побыстрее…

— Снова здрасте. Мы вернулись. Паства Локи отнеслась к нашему положению с пониманием.

Так вот куда пропали Всевышний Гермес и Асфи. Они получили разрешение остаться от господина Финна и других лидеров.

— Ну, ну… Что тут у нас происходит, Гестия?

— Ну, знаешь. То и это.

Боженька подвела итог слишком кратко, но Гермесу было достаточно и этого, потому что он нацепил самую широкую улыбку из возможных, я даже не думал, что так вообще можно растянуть рот.

— Не нужно так напрягаться из-за случившегося! Посмотрите на это с другой стороны: Микото задолжала вам огромную услугу. А вы, в то же время, хотите расплаты, я прав?

— Ну конечно мы хотим…

— Сама подумай, Лили. Когда придёт время, ты можешь попросить их прикрыть вас в каких-нибудь тёмных делишках. Разве это не славно?

— …если такое время когда-нибудь придёт.

Всевышний Гермес отошёл от Лили и Микото, игравших в гляделки и посмотрел на Вельфа и Оуку.

— Вельф. Эта группа, конечно, знатно вас подставила, но они даже сюда решили спуститься, потому что хотели вам помочь. Никто их об этом не упрашивал.

…Повисло тяжёлое молчание.

— …Сыграю добряка. Но не думай, что ты прощён.

— Хорошо… Сойдёт.

Оука не стал выглядеть счастливее. Вельф отступил и вернулся за мою спину.

Неожиданно собравшиеся тучи развеялись. Впрочем, для божества вроде Всевышнего Гермеса это, должно быть, обычное дело… но всё равно, когда я увидел, как он почти без усилий разрядил обстановку, я был поражён.

— А теперь давайте обсудим, как мы будем отсюда выбираться?

Всевышний Гермес улыбнулся и развёл руки как ни в чём не бывало. Из всех авантюристов будто разом вытянуло всю злость; мы не могли ему сопротивляться.

После этого Всевышний Гермес отошёл к Асфи. Девушка была слегка озадачена, но всё равно вступила в разговор.

— Для начала, касательно нашего ухода на поверхность… Этаж мы покинем после того, как Паства Локиубьёт Голиафа. Это лучший способ избежать опасности.

Мы все согласно кивнули.

— Паства Локи выдвинется не раньше, чем через два дня с этого момента.

— А значит нам целый день будет нечего делать… Раз мы внизу, почему бы не заняться исследованием восемнадцатого этажа?

Кажется, предложение Всевышнего Гермеса всем понравилось.

Этот этаже безопасное место, в котором не рождаются монстры, но он всё равно остаётся частью Подземелья. Мы решили двигаться группой. А когда все услышали, что Айз проводит меня завтра в город, мы решили, что пойдём все вместе.

Планирование подошло к концу довольно быстро. Сейчас, всё, что нам осталось это немного поспать.

— О, точно. Вельф.

— Вы что-то хотите, Всевышняя Гестия?

Мы договорились, что девушки останутся в палате, а парни будут охранять снаружи и подыщут подходящее место для сна, когда боженька отвела в сторону Вельфа.

Также она подозвала Чигусу и взяла у той длинный, похожий на оружие белый свёрток.

— Этот предмет хранился у Гефест. Она сказала передать тебе его и кое-какие слова. Что же там было… «Хватит ограничивать союзников из-за своей гордости»… или что-то вроде этого.

Вельф притих, приняв оружие из рук боженьки и вышел ни сказав ни слова.

— Вельф?

— …Всё в порядке. Можешь не беспокоиться. — он ответил мне не отводя взгляд от завёрнутой в ткань вещи, которую держал в руках.

«Ночь» на восемнадцатом этаже кончилась. Наступило «Утро».

Паства Локи оказалась достаточно щедрой и поделилась с нами завтраком. Айз повела нас в город, как и обещала мне. Кажется, у госпожи Тионы и госпожи Тионэ было свободное время, потому что они пошли вместе с нами.

…Лю нигде нет.

Интересно, почему. Мы едва поговорили вчера, и она даже не зашла в тент. Всевышний Гермес сказал, что у неё есть дела и что о ней можно не беспокоиться, но это всё равно было странно. Я следовал за Айз, не прекращая размышлять о Лю.

Город был отлично виден на озере… точнее, он был построен на самом большом острове посреди озера. Мы вышли из леса покрывающего южную часть восемнадцатого этажа и направились к озеру на западе.

— Мм, Боженька…

— Что такое Белл?

— Со вчерашнего дня я заметил в тебе нечто странное…

Айз и остальные ушли далеко вперёд. Боженька шла рядом со мной, так что я мог задать ей вопрос.

Какое-то время меня это беспокоило, а сейчас наконец выдался шанс спросить лично. Она ответила мне с улыбкой:

— У всех богов и богинь особая аура. Я скрываю свою, чтобы никто не узнал, что я здесь.

Аура… для людей Гекая это способ убедиться, что стоящий перед ними человек - это божество. Они будто светятся. Как-то я слышал, что, когда бог использует свою божественную силу, Арканум, его аура перегружается и об этом знают другие божества. То есть, все узнают, что божество нарушило правила богов и изгоняется обратно в Тенкай…

— Вообще-то богам и богиням запрещено спускаться в Подземелье.

— Могу я узнать почему?

— Потому что будет плохо если они узнают.

Кто эти они? Я озадаченно наклонил голову. Впрочем, мне показалось что с расспросами приставать не стоит, так что я решил промолчать.

— Я вижу, что мы идём к той большой фигне вроде острова… Но как мы будем перебираться через озеро?

— На одном из берегов лежит огромное дерево, оно как мост на остров. Видишь? — госпожа Тиона ответила на вопрос Вельфа, даже не задумываясь. Я посмотрел в указанном направлении… и действительно увидел огромное дерево, которое лежит на поверхности воды, соединяя остров с остальным этажом Подземелья.

Каменистый остров всё рос в размерах, с каждой секундой с которой мы к нему приближались. Дерево-мост было очищено от всех листьев и веток, представляя из себя огромный ствол. Я ступил на него после девушек, рассматривая следы на его поверхности. Этот ствол не слишком пологий и на нём не за что уцепиться; приходится постараться, чтобы удержать равновесие. И не только мне – я успел поймать боженьку, когда она чуть не свалилась с дерева.

«Утро» было не таким светлым, как «вечер» Подземелья, но падающий сверху свет кристального потолка был тёплым. Мне хватало света чтобы увидеть своё отражение в воде.

— Если здесь построен город, разве вам было не лучше остановится в нём, а не в лесах?..

— Да с нас бы три шкуры содрали, нет уж, - госпожа Тионэ ответила на мой вопрос. Впрочем, это породило в моей голове новый вопрос – что она имела в виду, но я решил держать язык за зубами, по крайней мере пока мы не доберёмся до острова.

Дорога ведущая в город была не из приятных. Издалека остров казался горой, но вблизи был больше похож на холм. Низенькие растения и кристаллы лезут из трещин в каменных склонах. Мы забрались достаточно высоко, чтобы открылся потрясающий вид на весь этаж.

— Ага. Вот теперь я понимаю, что называют красотой.

— Фуфф, фуффф, ха… ого. Это прекрасно.

Всевышний Гермес был в полном порядке, а вот боженька едва переводила дыхание, хотя оба и были поражены видом. Не поймите меня неправильно, мы тоже были поражены. Нас всех впечатлила открывшаяся картина.

На восемнадцатом этаже не было стен или комнат, это был один огромный раздутый цилиндр с куполообразным потолком. Кристалы покрывали каждый сантиметр потолка и тянулись до самых границ всего этажа.

Тоннель на семнадцатый этаж был на южной границе леса. Лагерь Паствы Локи располагался в этих местах. Лес сам по себе тянулся на восток и среди его крон виднелось множество рек и источников. К северу деревья становились значительно тоньше. Не знаю, в том ли дело, что остальная часть этажа была равнинной, но тёмные тени на ней очень сильно выделялись. Эти тени отбрасывали никто иные, как монстры.

— Монстры приходят на этот этаж также, как и мы…

— Будет правильней сказать, что это место их приют, а не наш.

Айз и Асфи объяснили, что монстры приходят на этот этаж в поисках фруктов и свежей воды.

Огромное дерево, которое я видел раньше стоит в самом центре этажа. Это единственное, что на этом этаже выше чем остров в западном озере, на котором стоим мы.

Вот каков на самом деле восемнадцатый этаж, дикие земли глубоко под землёй.

— Лили никогда не бывала далеко от Орарио, но… здесь очень красиво.

— Ты можешь обойти весь мир вдоль и поперёк, но никогда не найдёшь вид, который будет лучше этого.

— …Напоминает мне о горах моей любимой родины на Востоке.

— Да…

Сначала Лили и Микото, потом Оука и Чигуса. Красотой природы попросту было нельзя не восхититься. Я очень старался запечатлеть этот вид в своей памяти.

Мы оставили любование восемнадцатым этажом и проследовали тем же путём к вершине холма.

— Ого…

Нас встретили ворота в форме арки, с флагами по бокам и несколькими рядами деревянных колон перед ними.

«Добро Пожаловать, Друзья, в Ривиру!» - было написано на общем языке, Коине, над воротами.

— Не позволяйте этой надписи себя обмануть. Они просто вас подогревают, заставляя поверить в доброжелательность, прежде чем добраться до ваших кошельков.

Во второй раз Тионэ предупредила меня быть осторожнее. В общем, мы прошли через ворота.

Город был на самой верхушке холма, его черты были освещены красивыми белыми и синими кристаллами.

«Здания» представляли из себя простые лачуги, сделанные из дерева и больших кусков ткани, с различными знаками на них. Некоторые были построены прямо в трещинах стен и входах в тоннели. Городской отель примерно так и выглядел. Поскольку город был выстроен на холме, рядом с довольно плоской вершиной, множество лестниц были просто необходимы, чтобы можно было добраться от лавки к лавке. К тому же, практически из любой точки города можно было полюбоваться великолепными видами раскинувшегося внизу озера и этажа.

Построенный для отдыха город, окружённый скалами и кристаллами… Ривира.

— Этот город управляется авантюристами, конечно же. Здесь нет скучных правил и законов, все могут вести свои дела как им вздумается.

Мы с боженькой, Лили и Вельфом бродили по городу, слушая объяснения Асфи.

Она рассказала, что этот город посреди Подземелья когда-то контролировался Гильдией и был своего рода пограничным постом. Авантюристы присвоили себе это место, когда Гильдия решила перестать его поддерживать. Причина, по которой для города был выбрано это место на этаже заключается в том, что каменистый холм и озеро предоставляют неплохую защиту.

За исключением южных ворот, с которых мы пришли, а также северных и восточных ворот, для наблюдения за озером, город окружён плотной стеной. Её не сравнить с окружающей стеной Орарио, но кристально-каменная структура выглядит довольно внушительно.

Многие авантюристы используют этот город в качестве лагеря перед вылазками с восемнадцатого этажа вниз. Отдохнуть, поохотиться в подземелье, вернуться и снова отдохнуть… Вполне обычно, что авантюристы повторяют эти процедуры раз за разом, пока больше не смогут продолжать.

— Получается, монстры не нападают на этот город?

— Нападают конечно. В прошлом месяце как раз был большой поток монстров, и они всё тут разнесли.

— Да, было близко! Мы как раз в первых рядах оказались!

Сёстры-амазонки ответили слишком обычно, для такого ужасного события. У меня нижняя челюсть начала ходуном ходить от одной только мысли.

— Но здешние авантюристы довольно неплохо умеют отступать. Они немного подождали после атаки, а потом вернулись и отстроились по новой.

— Отстраиваются, их разносят, они строятся опять… И так снова и снова.

Судя по словам амазонок – несмотря на то, что этот этаж безопасная зона Подземелья – город Ривира постоянно под угрозой атак монстров. Несмотря на то, что его жители высококлассные авантюристы, город регулярно разрушается, когда показываются необычные монстры. Но стоит только уйти, авантюристы возвращаются и открывают свои лавки.

Текущая Ривира это триста тридцать четвёртое воскрешение.

Город носит имя великой авантюристки Ривиры Сантилини, которая помогала возводить первый город.

— Простите, сударыня Асфи. Снаружи целые кучи кристаллов…

— Именно так. Все найденные на восемнадцатом этаже кристаллы можно обменять на деньги в Обмене наверху.

— …Сударь Белл, давайте соберём сколько сможем перед тем как отправляться.

Лили улыбнулась, а её глаза блеснули, мы как раз шли по главной площади города.

— Мы так только друг другу будем мешать, если ходить всем вместе. Давайте разделимся на группы и осмотримся!

Всевышний Гермес жестом указал на площадь, и мы дружно с ним согласились.

Никому не хотелось бродить по городу в одиночку, так что мы разделились на небольшие группы.

— Вот и славно, Белл. Прошвырнёмся по городу вместе! А ты вали подальше!!!

— Эм, Боженька, что ты?!

— …

Боженька рыкнула на Айз, схватила меня за руку и потащила меня к лавкам.

Из-за специфики города Ривира, почти все постройки в нём – это лавки.

Конечно, есть здесь и несколько отелей, а также тут и там устроены таверны, но оружейные лавки и магазины предметов заполняют большую его часть. Каждое подобное место управляется авантюристами.

Только авантюристы и немногочисленные помощники ходят по улицам. Поскольку здесь авантюристы высокого уровня, их броня и оружие также отлично сделаны – и прикреплены так, чтобы можно было выхватить их при малейшей опасности. Двуручные мечи, алебарды и полная латная броня мелькали повсюду. Это место казалось более продвинутой версией «Пути Авантюристов».

Только у сильных монстров есть шанс сокрушить город, большинство жителей которого вооружены так же хорошо, как здешние обитатели.

— Ты?! Почему ты с нами?!

— Б-боженька, успокойся, пожалуйста?!

— Ха-ха, чем больше, тем веселее, разве нет?

Белл шёл по петляющей дороге из камней под воссозданным из кристаллов голубым небом, которые, казалось, в любой момент могут сорваться и упасть.

Айз шла первой, за ней следовала разозлившаяся не на шутку Гестия вместе с Беллом, и от них не отставали Гермес и Асфи. Они обращали внимание на вывески и звуки процветающего города. Но местность была такой неровной, что кристаллы и даже деревья зачастую использовались в качестве лестниц, для перехода из одной секции в другую.

— Эм, все выставленные предметы… не слишком ли они… дорогие?

— Это особенность Ривиры…

Белл бегал взглядом от ценника к ценнику на оружии и предметах в своеобразных витринах лавок и задал Айз вопрос. Та же самая экипировка на поверхности имела на один или даже несколько нолей в ценнике меньше.

Асфи и Гермес пустились в объяснения, когда группа свернула на очередную улицу:

— Вещи вроде оружия, предметов и еды продаются здесь в десятки раз дороже нормальных цен.

— Подобное непросто раздобыть в Подземелье, так что большинство авантюристов ломается и покупает необходимое, несмотря на их цены.

Как и сказал Гермес, припасы очень непросто достать. Дельцы Ривиры знают, как надавить на авантюристов, не подготовивших достаточно припасов для спуска в Подземелье.

— В пустыне вода стоит дорого… так и здесь.

Где не путешествуй, всегда найдётся место, в котором можно купить определённые предметы гораздо дешевле, чем в остальных местах мира. Потратить огромные деньги на предмет, который может спасти жизнь или сохранить деньги на будущее, рискуя умереть.

Перед попавшими в Ривиру авантюристами всегда встаёт подобный выбор.

Всё, начиная от ламп с магическими камнями чрезвычайно дорого.

— Лили поверить не может! Двадцать тысяч валис за рюкзак… Абсурд!

— Так много за точильный камень? Да ты издеваешься…

Злобно надувшись, Лили перекинула свой новый огромный рюкзак через плечо. Вельф решил купить точильный камень в одной из оружейных лавок города и вернулся с тяжёлым случаем ценового шока.

Снаружи не стояло никого, кто пытался бы привлечь внимание покупателей к лавкам; продавцы сидели в комфортных креслах в обустроенных лачугах и балансировали на тонкой грани между очень выгодной торговлей и явным воровством.

Красота города никак не могла скрыть жадность его обитателей.

— Вот поэтому мы встали лагерем в лесу, а не проводим здесь ночи.

— Денег, чтобы экспедицию в этих отелях разместить будет нужно просто немерено.

Тиона улыбнулась, обнажив зубы и закинула руки за голову рассматривая лица Вельфа и Лили. Тионэ вторила ей длительным недовольным вздохом. Два авантюриста первого уровня пытались восполнить потерянные во время спуска предметы на восемнадцатом этаже. Двойняшки-Амазонки вызвались помочь с поисками необходимого.

— Вот поэтому Лили ненавидит авантюристов! Они одержимы деньгами и не упустят возможности нажиться на ком-нибудь другом.

— О да, есть и у меня знакомая девушка-полурослик, одержимая деньгами… Малютка Лил, тебе бы лавку тут открыть!

— …

— Да ладно, я же не серьёзно.

Они узнали только то, что уйдут с пустыми руками, если попробуют найти хоть что-то по приемлемым ценам.

— Э-это же Обмен…

— Здесь внизу и правда можно найти всё что угодно…

— …О-ого.

Вывеска, декорированная рисунком Минотавра и пурпурными камнями, выделялась среди лавок на торговой улице. Её целью было привлечение людей для продажи магических камней и добычи.

Микото, Оука и Чигуса с восхищением уставились на авантюриста, пытавшегося продать клык гигантского монстра на Обмен. Мужчина был явно недоволен количеством денег, предложенных за добычу, на получение которой он потратил целый день. Однако, в ответ на сердитые крики работник обмена просто пожал плечами и сказал:

— Можешь отнести куда-нибудь ещё.

В конце концов авантюрист согласился с ценой, продал клык и пошёл прочь от обмена, громко топая и гневно сжимая кулаки.

Система очень проста. Авантюристам, которые приходят на этот Обмен предлагают меньше половины цены за магические камни и добычу, после чего эти предметы продаются за полную цену по возвращению на поверхность. Разумеется, тех кто продаёт здесь вещи это злит, но все прекрасно понимают, что есть предел тому, сколько с собой может унести человек. Лучше продать что-то по бросовой цене, чем просто выбросить. Также это позволяет авантюристам дольше исследовать Подземелье в поисках более ценных магических камней и добычи, которую можно взять с собой на поверхность.

А с точки зрения держателя обмена, это простой путь получить ценные предметы и доход с них.

— Вот же кидалово…

— Капитан Оука, вы совершенно правы, но будьте сдержанней, пожалуйста.

Предложенные цены очень малы, но никакие споры их не исправят.

Владелец Обмена силён — достаточно силён, чтобы заставить других замолчать — и его дело одно из самых прибыльных в Ривире.

И этот самый владелец заметил Микото, Оуку и Чигусу. Он смерил троицу неодобрительным взглядом похлопав внушительной дубиной по плечу. Трое авантюристов предпочли поспешно отступить.

Купить подешевле, продать подороже.

Это не просто девиз для авантюристов Ривиры, это их стиль жизни.

— …Но Гермес, авантюристы ведь не берут с собой денег в Подземелье. Разве они могут что-то купить, с такими высокими ценами?

В группе Белла, как и в группах Лили и Микото отметили высокие цены.

- Как можно что-то купить, если цены так высоки? – Гестия задала вопрос, который вертелся у всех на языке. Она кое-что нашла… небольшую бутылочку духов. Богиня не сводила с неё взгляда, даже задавая вопрос.

Гермес указал жестом на мужчину, сидящего в углу лавки, который вытащил лист бумаги на котором требовалась подпись.

— Вот так, они используют бумаги. Лавка запрашивает подпись авантюриста, вместе с эмблемой Паствы. За деньгами приходят позже.

В Ривире два возможных способа расчёта: прямой обмен предметами или подписание долговой расписки.

Носить в Подземелье деньги очень неудобно и даже опасно. Чтобы избежать неудобств, в качестве знака доверия служит эмблема Паствы. А после заключения сделки представитель лавки возвращается на поверхность и показывает расписку на базе Паствы, эмблема которой на ней нарисована.

Противоположное верно и для Обменов Ривиры. У подобных лавок есть представители на поверхности, к которым могут подходить авантюристы и получать свои деньги.

По этой причине подозрительные личности, которые отказываются представляться не могут вести в Ривире дела.

— У тебя ведь до сих пор нет эмблемы, не так ли, Гестия? Было бы неплохо для начала её придумать; это и Беллу серьёзно поможет. Эмблема действует как подтверждение личности; даже в Орарио есть места где она может быть полезна.

— Эмблема, значит… Вот как…

Гестия сложила руки и посмотрела в потолок.

Хоть недостаток последователей это и проблема, мысль о том, что у Белла будет собственная эмблема радовала Гестию. Она украдкой взглянула на эмблему Паствы, вышитую на боевых одеждах Асфи - шляпа и сандалии с крыльями - и с радостью погрузилась в планирование эмблемы, которую она создаст для Белла.

Богиня совершенно потерялась в своих мыслях, когда пам.

— Чё, проблемы?

— А… Простите!

Белл быстро встал перед Гестией и извинился. Он несколько раз поклонился, прежде чем взглянул на лицо авантюриста и увидел на нём шрам, который он где-то уже видел…

— А? — Он вспомнил, когда встречал этого авантюриста со шрамом.

— Ты… Вот нифига!..

— Точно он! Морд, это та козявка из бара!

Трое авантюристов, люди. Авантюриста со шрамом зовут Морд, за ним два его напарника.

Все трое были в Щедрой Хозяйке во время празднования повышения уровня Белла. Они разозлили Лю и других официанток, после чего были вынуждены покинуть заведение.

Белл с ужасом смотрел, как выражение на лице Морда становилось всё холоднее.

— Какого хера ты тут забыл!..

Злоба Морда из-за случившегося в баре наверняка была направлена на Белла, потому что он начал угрожающе приближаться.

Но он краем глаза увидел блеск золотых волос. Кенки наблюдала.

Авантюрист смотрел на Белла хищным оскалом, но ощутив на себе холодный взгляд золотых глаз дрогнул.

—Тц! — мужчина щёлкнул языком и отступил к своим товарищам.

— Эй, эй, Белл. Ты же не из тех, кто вступает с авантюристами в споры не так ли?

— Да, не из тех…

— Так что между вами случилось? Незнакомцы при встрече с такой злобой не смотрят.

Белл оказался зажат между Гестией и Гермесом, задававших вопросы, поэтому он натянуто улыбнулся и рассказал о том, что произошло.

— Оооо? — сказал Гермес, внимательно слушая историю Белла.

— Значит эти дети считают Белла врагом…

Он посмотрел на троицу авантюристов, уже почти пропавших из вида.

От пейзажей восемнадцатого этажа видимых с центральной площади города захватывало дух. С другой стороны стены виднелся крутой обрыв, а далеко внизу озеро. Не думаю, что кто-нибудь пережил бы падение. Даже самые сумасшедшие сорвиголовы вряд ли станут совершать подобный прыжок.

Изучив город группами, мы снова собрались вместе, но посмотреть вниз я отправился один.

Всевышний Гермес предложил купить по «Сэндвичу Подземелья» в ближайшем кафе. Боженька и остальные сейчас едят. Сэндвич состоит из довольно больших кусков фруктов, зажатых между двумя кусками хлеба… в них есть медовые облачка. Так что я ретировался.

Кстати… Подземелье себя восстанавливает, получив физические повреждения, так что разрыть землю и построить что-то прочное или разбить скалу, чтобы расчистить место для лавки, невозможно. Поэтому приходится использовать окружение, каким оно есть. Впрочем, я слышал, что какие-то безумцы принесли строительные материалы с поверхности и использовали их с естественным окружением Подземелья восемнадцатого этажа и построили печь. Даже не знаю, просто они одержимые или совсем сумасшедшие… но зато в Ривире есть свежий хлеб и другая горячая еда. Кстати, продаётся она очень даже неплохо.

— Самый глубокий город в мире, да?

Город, в котором обитают только авантюристы.

Пограничная база исследователей Подземелья.

Множество авантюристов используют это место для последних приготовлений перед спуском на нижние этажи. Разумеется, в их число входят только авантюристы самого высокого класса и высших уровней.

Она среди них – на высочайшем уровне, на который я могу лишь смотреть и восхищаться.

Я взглянул на просторы восемнадцатого этажа, стоя в обломках ржавых мечей и поломанных копий.

— А…

Я услышал шаги и, повернувшись, увидел её… Айз лично подошла ко мне лично.

Моё тело замерло, когда она передо мной остановилась. Но её глаза смотрели куда-то за меня, вдаль.

— На что ты смотрел?..

— Эм, ну… Я-я искал вход на девятнадцатый этаж.

Услышав от неё неожиданный вопрос, я запаниковал и не придумал ничего лучше.

Она подошла ко мне и указала в определённое место. Кажется, она мне поверила. Я повернулся и посмотрел куда она указывает.

— Центральное Дерево…

— То, самое большое на этаже… Вход там?

— Да. Вход на девятнадцатый этаж находится между корней…

Её палец, кисть и локоть вытянулись в направлении исполинского дерева.

Будто в подтверждение её слов чёрные тени вынырнули из-за корней почти в то же мгновенье. Монстры быстро осмотрелись и разбежались, несколько отправилось на север, а остальные побрели на восток.

— …Эм, Айз, почему ты сюда пришла?

— Потому что тебя нигде не было… Поэтому...

…Она обо мне беспокоилась.

Эти слова заставили моё сердце трепетать. От одной только мысли о её словах я покраснел. Она стоит рядом и смотрит на меня своими золотыми глазами. Мы достаточно близко, что я мог бы её коснуться, если бы захотел. Кровь в моих венах разогналась. Стало жарко.

— …Ты хочешь побыть один?

— Н-н-не-нет, дело не в этом! Я очень рад что ты сюда пришла… Нет, то есть… я хотел сказать, эмм…

Беспокойство на её лице заставило меня так разнервничаться, что у меня запутались мысли и правда вылетела сама собой. Уже поздно пытаться обмануть её какой-нибудь шуткой.

Я попытался спрятать лицо, наклонив голову к плечу и украдкой на неё посмотрел. Когда я наконец увидел её лицо… её глаза были чуть больше чем обычно, и она улыбалась. Если я не ошибаюсь, Айз даже покраснела.

— Белл, ты всегда так переживаешь…

Её голос был наполнен теплотой и заботой, будто она говорит с кем-то, кто ей близок.

Она назвала меня по имени. У меня пересохло в горле. И начало казаться, что сердце в груди сейчас взорвётся.

Всё моё естество в этот момент содрогнулось.

Я ещё никогда… не чувствовал ничего подобного.

— …

Это плохо. Моя решимость начала колебаться.

Если она продолжит стоять так близко…

Несмотря на то, что я так ничего и не совершил, несмотря на то, что она вне моей досягаемости, если мои колени так и будут подкашиваться от теплоты её присутствия…

Возможно, я просто перестану за ней гнаться.

Я опустил взгляд, скрыв глаза за прядями волос и побагровел, будто в первый раз.

Мой дух метался по всему телу. Я свёл брови в отчаянной попытке собраться.

Бабочки из моего живота перекочевали куда-то к спине. Я чувствовал жар, пока они порхали в моём теле.

Вдруг, без какого-либо предупреждения.

Передо мной выпрыгнула беженка, будто пытаясь нас разделить.

— …Ого, какой отличный вид!!!

— Че-?!

Флип! Я начал поднимать взгляд и увидел, что боженька действительно вклинилась между нами.

Айз была удивлена не меньше моего. Боженька натянуто улыбалась, её глаза были слегка прикрыты.

— Нечестно, Белл. Нашёл такое красивое место, а меня не позвал! Мы с тобой не какие-нибудь друзья, знаешь ли!

По моей коже от страха побежали мурашки, и я начал извиняться перед натянуто улыбающейся боженькой. Тон, которым она выделила слово «друзья» вселял настоящий ужас.

— Как ты можешь видеть, мисс Валлен-как-тебя-там, тебе пора! Не порти нам семейную встречу! Это время мы должны провести наедине с Беллом!!!

— Э-эм…

Шурх, шурх. Боженька начала подталкивать Айз рукой в нагрудник и Айз не знала, что ей делать. Я попытался остановить боженьку.

Я смог втиснуться перед Айз – боженька почти зарычала – продолжая многозначительно смотреть на Айз. По моему лицу начал стекать пот.

— ?.. Боженька, в тебе что-то изменилось?

— О, Белл! Ты заметил!

Она покрутилась передо мной с совершенно другим выражением на лице. Она открыла и показала мне содержимое своей небольшой сумки. Внутри был пустой фиал.

— Это разве не… духи? Те самые, которые ты себе раньше присмотрела?..

— Именно они… в конце концов это предмет первой необходимости, для девушки! Ты же не хочешь, чтобы рядом с тобой была какая-нибудь провонявшая, размахивающая мечом горилла, Белл?!

Пахло от боженьки хорошо, но вот в её словах ощущалось нечто очень злобное. Айз несколько раз моргнула, поднесла руку к носу и нюх, нюх. Кстати, пахло от неё как от чистой воды… Почему боженька сегодня так агрессивна?

Она сказала мне, что одолжила у Всевышнего Гермеса эмблему для покупки духов. Она провела в Подземелье больше суток, так что я не могу винить её в том, что её так заботит собственный запах.

— Че-… Айз, кстати, ты ведь лично убивала главаря этажа, правда?

Нужно разрядить обстановку, во что бы то ни стало, сменив тему.

И ещё, я… хотел услышать это от неё лично.

Боженька начала рассматривать девушку с разных сторон. Айз легонько наклонила голову в сторону и кивнула, тихим голосом ответив:

— Да. Но только потому что меня поддержала Риверия…

— И всё же…

— …Да я убила главаря этажа.

…А я мог только бежать от Голиафа.

…Она встретилась с подобным монстром в одиночку, лицом к лицу и победила.

Она всё ещё далеко впереди. На самом деле, дистанция между нами настолько велика, что я не был бы удивлён, окажись стоящая рядом со мной девушка на самом деле иллюзией. Ну получил я чуток скандальной славы, что во мне такого.

Я снова связался со своей трусливой стороной, снова вспомнив к чему я стремлюсь, кем я хочу стать.

— Тебе не о чем беспокоиться, Белл! Если мы оба будем достаточно долго и усердно работать, ты и сам сможешь это сделать!

Неожиданно подала голос боженька.

Признаю, я слегка разволновался, но эти слова сделали меня счастливее.

Я буду работать усерднее, стану сильнее и достигну своей цели.

Однако, ради боженьки, ради моей семьи, я не стану действовать опрометчиво. Я её не оставлю.

Обещание, которое я дал ей уже достаточно давно эхом разнеслось по моей голове. Я взглянул на их лица, Айз и боженьки… Всё, что мне сейчас остаётся, это постараться стать сильнее.

Всё снова стало так понятно.

— Валлен-как-тебя-там, и больше не шастай тут без разрешения!

— Что, простите?..

Кажется, Айз и боженька начали какое-то подобие ссоры.

Я опустил брови и натянуто улыбнулся. Но вскоре все мои беспокойства меня оставили, и улыбка стала вполне искренней.

«Вечер» начался на восемнадцатом этаже к тому моменту, когда Белл и остальные вернулись в лесной лагерь Паствы Локи.

Свет, который исходил от белых и синих кристаллов, покрывающих потолок стал заметно тусклее за считанные минуты. Монстры, которые бродили по северной части этажа взвыли, будто празднуя такой подарок Подземелья.

— Эй, давайте сходим в ванну!

Тиона задорно обратилась к остальным, прежде чем мы успели дойти до центра лагеря. Все деревья вокруг купались в теплоте раннего вечера кристаллов сверху.

Мы уже собрались разделяться, когда поступило такое предложение. Сначала девушка взглянула на Айз и Тионэ, но также пригласила и Гестию вместе с группой Микото.

— Снова?.. И сколько раз нужно чтобы тебе приелось?

— Да в чём проблема? Времени полно. И водичка просто замечательная.

— Признавайся, это желание увидеть вживую сиськи леди Гестии тебя так с ума сводит?

— Е-ещё чего! С-с чего бы?!

Взаимные подначивания двойняшек никак не заканчивались. Идущая чуть поодаль Лили посмотрела на Гестию.

— Что будем делать, Всевышняя Гестия?

— Нуууу… Конечно, мне бы хотелось немного помыться…

Гестия посмотрела на свою грязную одежду и не слишком чистую кожу.

Разумеется, её путешествие к восемнадцатому этажу заставило её вспотеть больше, чем ей хотелось бы это признать, и она столько раз падала на землю что её обычно белые одежды стали на несколько оттенков грязнее. Даже если и нельзя было надеяться постирать одежду, богине хотелось хотя бы вымыть тело, чтобы ощущать себя чистой.

— А что насчёт вас, Микото, Чигуса? Не хотите пойти помыться с нами?

— Если мне рады, я бы хотела… Чигуса?

— Я-я тоже… Д-да.

— А что насчёт вас, сударыня Асфи?

— …Всевышний Гермес?

— Ааа, конечно, конечно. Здесь неплохая охрана, можешь пока расслабиться.

Лили посмотрела на Асфи, спрашивая её. Гермес даже не обернулся на девушку, когда та спросила у него разрешения, вместо этого махнув рукой, будто его ничего не беспокоило.

— Что же, я присоединюсь к вам. — сказала Асфи, демонстративно поправив свои серебряные очки.

— Айз, ты тоже. Идёёём!

— Конечно…

— Позови Лиэну и остальных. Будем сторожить поочерёдно.

Тиона обняла Айз со спины, широко улыбаясь. Светловолосая девушка кивнула и девушки пошли к выходу из лагеря.

Тионэ прошлась по лагерю и пригласила других девушек из боевой группы. Быть голыми и беззащитными в лесу, по которому бродят монстры очень страшно.

Тиона повела группу из лагеря к лесу, все мужчины остались позади.

— Та-даа, вот мы и пришли!

Раздалось дружное «Ого…».

Гестия, Лили, Микото и Чигуса ответили почти в один голос.

Первым, что они заметили был водопад чистой воды в десяток метров высотой. Вода падала сверху с силой, которой было достаточно, чтобы скрыть это место туманом, охлаждавшим окружающий воздух. Кожа девушек покрылась влагой в считанные секунды.

Тиона привела их в небольшую лагуну у самого основания водопада. Она была полностью скрыта стволами деревьев и кристаллами. Лазурная поверхность воды поблёскивала в вечернем свете, на её поверхности искрились отражения окружающих деревьев. Настоящий райский уголок, скрытый в лесу.

— Разве не здорово? Однажды я нашла это место!

— Согласна, место очень красивое.

— Лили спросит, если вы не возражаете, сударыня Тионэ. Откуда течёт этот водопад?

— Эта вода не от таянья ледников или снега. Глубже в лесу расположен кристалл, который производит чистую воду. Она гораздо чище, чем вода из любого другого источника. Её можно даже без проблем пить.

Девушки услышали, как Тиона разговаривает с Микото, а Лили с Тионэ, подходя к воде.

Среди них не было какой-то стеснительности или замешательства. Они скинули броню и одежды, разговаривая, будто бы за обеденным столом. Сначала обнажилась роскошная, массивная грудь Тионэ и поблескивающее, стройное тело её сестры. Микото и Асфи сняли свою одежду, оставив её на земле следом. Чигуса, густо покраснев, стала последней, кто начал раздеваться.

Что же до Айз… она сняла свою броню, щёлкая застёжками и грациозно стянула с себя поддоспешник. Всё это время за ней следила пара глаз – Гестия наблюдала за появлением тонких, но отлично развитых девичьих форм.

Спустя мгновенье, богиня практически швырнула на землю свою одёжку.

— Хе-хе… Вот я победила!

— Разве мы соревновались, Всевышняя Гестия?..

Маленькая богиня выпятила свою грудь, смотря на всех с видом триумфатора.

Айз выпустила поддоспешник из рук, озадаченно глядя на уверенное божество. Лили уже почти разделась, но даже она остановилась, чтобы посмотреть на юную богиню уставшим взглядом.

— А знаете что? Эти резинки для волос – это подарок от Белла! Подарок, который показывает его привязанность!

— Всевышняя Гестия, не могли бы вы рассказать эту историю подробней!..

Лили придвинулась поближе к Гестии, снявшей со своих волос ленты и выставившей их на всеобщее обозрение. Даже Айз постаралась рассмотреть их получше.

Окунувшись в воду девушки начали собираться вокруг Гестии. На страже стояли другие девушки из Паствы Локи, готовясь, в случае чего защитить своих подруг от любой напасти.

— …Должно быть, сейчас самое время.

Всевышний Гермес кивнул, прошептав эти слова себе под нос.

— А?

— Белл, не присоединишься ко мне?

Мы просто бродили по лагерю, но неожиданно ко мне подошёл Всевышний Гермес с очень серьёзным выражением на лице.

Он говорил негромко, будто боясь, что кто-нибудь его услышит.

— Я долго ждал подобного шанса. Нет, даже если я скажу, что именно ради этого я сюда спустился, не будет преувеличением… Шанс побыть с тобой наедине.

Он ждал шанса поговорить… со мной?..

Похоже он хочет сказать мне что-то очень важное. По крайней мере, это он пытается показать своим поведением. Он не использует своё обаяние, его оранжевые глаза смотрят прямо на меня и не моргают.

Я ещё не видел, чтобы Всевышний Гермес был таким серьёзным. Я сглотнул появившийся в горле ком. Я заметил, Вельфа и Оуку, предоставленных самим себе в разных частях лагеря. Они даже не заметили, что мы разговариваем.

Чувствуя напряжение, я медленно кивнул.

— Идём со мной. — сказал Всевышний Гермес и пошёл вперёд. Никто из лагеря не попытался нас остановить, мы вышли из лагеря в лес.

— …Эм, Всевышний Гермес? Куда мы идём?

Какое-то время я шёл за ним, не произнося ни звука, но бог даже не думал останавливаться. Я мог только напрямую задать вопрос, довольно долго кружившийся в моей голове.

Мы зашли довольно глубоко в лес. Поблизости никого не было, можно было разговаривать о чём угодно.

— …Похоже, это пойдёт. — сказал Всевышний Гермес остановившись перед деревом.

Ствол и ветки были выглядели очень прочными и надёжными. Всевышний Гермес неожиданно начал забираться на дерево. Кажется, он делает это как минимум не в первый раз. Использует свои длинные руки и ноги чтобы забираться по стволу.

— А теперь, Белл, поднимайся. — несколько секунд я не знал, что мне делать, но потом полез наверх, в ответ на его приглашение. Два человека, карабкающиеся на дерево посреди какого-то леса – думаю это очень странное зрелище.

— П-простите, Всевышний Гермес?

— Как я и думал. Смотри-ка, Белл. По этим веткам можно пройти дальше.

Когда я задумался, что он такого хотел мне сказать, он улыбнулся мне, блеснув глазами.

Я взглянул на кроны деревьев и убедился, что впереди есть целая сеть веток, которая формирует какое-то подобие тропинки. Я совершенно не понимал, зачем Всевышний Гермес меня сюда привёл, но неожиданно он со смешком сделал шаг на первую ветку.

— В-всевышний Гермес, разве вы… разве вы не хотели о чём-то со мной поговорить?!

— Поговорить? Я ничего не упоминал о разговоре, мальчик мой.

— Че-?.. — вырвалось у меня изо рта, но Всевышний Гермес раздвинул листья и переступил на ветку другого дерева. Мы пошли через кроны, свет вокруг нас мерцал, пробиваясь через листья, а ветки наклонялись от нашего веса. Это было куда хуже, чем древесный мост в Ривиру; балансирование на ветках отнимало почти всю мою концентрацию.

— Зачем мы сюда пришли?! — моё возмущение становилось тем сильнее, чем больше я старался с ним примириться – он неожиданно остановился и посмотрел на меня.

На лице Гермеса была самая мужская улыбка, которую я когда-либо видел, он указал подбородком, привлекая моё внимание.

Шшшшшшш. Я слышал водопад.

— Мы так далеко зашли. Ты должен был и сам понять. …Мы подглядываем.

— ?!

Я застыл с округлившимися глазами. Следующие слова Всевышнего Гермеса были наполнены каким-то божественным величием.

— Девушки внизу принимают ванну, знаешь ли. Тебе не кажется, что увидеть это практически наш долг?

— Нет не кажется!

— Да не смущайся ты так, Белл. Нет, правда, уверен, Гестия тебе каждый вечер спинку трёт перед сном.

— Никогда такого не было!

О чём этот бог говорит?!

— А-ха-ха-ха-ха-ха! — посмеялся надо мной Гермес. Впрочем, не думаю, что он мне поверил. Моё лицо окатило жаром, когда Всевышний Гермес повернулся ко мне спиной и начал тихонько красться дальше, почти паря над ветками. Кажется, он в точности знал, куда он идёт потому что ни на мгновение не задерживался. Я слышал об отчаянных людях, но это настоящее безумие!

Звук падающей воды слышался уже совсем явно, к тому моменту как я нагнал божество.

— Это неправильно… давайте повернём, Всевышний Гермес! Нас тут быть не должно!..

— Белл, авантюристы высокого класса нас услышат, если будешь так кричать.

Он поднёс руку к моему рту, а второй указал вниз. Мои глаза проследовали в этом направлении… и увидели группу вооружённых до зубов авантюристок. Похоже они следили за лесом.

Я отступил от его руки и уставился на бога. Его улыбка сияла. Мне ещё никогда не доводилось увидеть такой извращённой улыбки.

— Бог Гермес, бог Гермес, это же плохо, они нас на части порвут!..

— Как жалко, Белл. Мужчине надлежит подсматривать! Просто считай, что мы с тобой разделим бутылочку отменного вина… Тебя что, дедушка ничему не научил?

Мы медленно шли по веткам и перешёптывались, неожиданно по моей спине пробежал холодок.

Мужчине надлежит… подсматривать?

Мне показалось, что во мне что-то пробудилось. Что-то с давних времён, ещё когда я был ребёнком. Чему-там пытался меня научить Дедуля? Неожиданно происходящее вокруг стало не важно, моё сознание прыгнуло в мысли.

Всё навалилось на меня внезапно, будто из чёрной вазы повалил пар – особенно, когда я услышал невинный голос Айз внизу – но я использовал все свои сознательные силы, пытаясь удерживать на этой чёрной вазе крышку.

«Дай мне вырваться!..» прозвучал голос где-то под закрытой крышкой в моей голове. Если бы я хоть на мгновение поддался, наверняка это желание во мне бы победило. Но здравые доводы одержали верх. Я потянулся и положил руку на плечо идущего впереди.

— Д-давайте вернёмся, Всевышний Гермес!

Я потянулся вперёд, чтобы дотянуться и начать тянуть его от водопада.

— Ааа, если будешь так ворочаться…

В тот же момент.

Крак. Ветка под нами болезненно хрустнула. Она начала качаться вверх и вниз.

Огромная ветка, которая поддерживала наш вес треснула у самого основания.

Всевышний Гермес смог перенести свой вес на следующую ветку, а я потерял равновесие стоя обеими ногами на этой. Ооооп…

Я отправился в полёт.

— Дааааааахххх!!!

Поскольку меня ничего не сдерживало, я упал лицом прямо в воду.

Бултых! Вода забрызгала всё окружающее, когда я в неё влетел.

— Блгх, глб, глубллллбб?!

К счастью я упал в достаточно глубокий участок. Оттолкнувшись от его дна руками и ногами, я вернулся к поверхности воды. Поднявшись, я начал хватать воздух ртом.

От воды, набравшейся в лёгкие я запаниковал. В отчаянной попытке добраться до земли я забил по воде руками и ногами. Наконец мои ноги коснулись твёрдого дна.

Кхаа, кхааа! После грубого кашля я наконец смог перевести дыхание.

— …Аргонавтик?

Моё тело вздрогнуло, когда надо мной раздался голос.

Я уставился на своё отражение в голубой воде, прежде чем медленно, очень медленно, поднять взгляд.

— Что, тоже решил помыться?

— Ого, какой спокойный… Да ты чертовски бесстрашен, да?

ВА…

ВААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААЙ!!!

Прямо предо мной оказались сёстры-Амазонки. Тиона наклонилась, смотря на меня с интересом, а Тионэ стояла чуть дальше, перебирая пальцами свои длинные волосы.

Они были совершенно голыми и не пытались прикрыться, от их бронзового загара некуда было деть взгляд.

…У Амазонок стыда нет?!

— Че-че-че-че?!

— Э? Эээээ?!

— Быть того не может… Всевышний Гермес?

Справа от меня застыла порозовевшая Микото, а Чигуса провалилась в воду, скрывая своё тело.

Асфи стояла с ними рядом. На ней не было очков, но это не остановило её от пылающего взрывным гневом взгляда на дерево.

Хрусть. Ветки деревьев в том месте, с которого я упал начали трястись.

— Белл, вот ты какой!..

— Ч-что вы себе позволяете, сударь Белл?!

Слева от меня боженька с распущенными волосами стояла в воде. Половина её огромной груди была скрыта под водой, а сама она, заметно покраснев, на меня прикрикнула.

Лили была в том же положении и тоже пронзительно закричала.

— …ой.

А прямо передо мной…

Айз стояла спиной к водопаду, прикрывая рукой свою грудь. Её щёки слегка порозовели.

Вода капала с её мокрых, золотых волос, медленно стекая по ногам.

Я густо покраснел, когда передо мной предстало обнажённое тело Айз.

В следующее мгновение в моей голове произошёл настоящий взрыв.

— П-ПРОСТИИИИИИИИИИИТЕЕЕЕЕЕЕ!!!

Я вылетел из воды и убежал в мгновение ока, добравшись до леса так быстро, как только мог.

Я влетел в лес с отчаянной решимостью.

Оторваться, быстрее, только вперёд! Прямо передо мной оказалось большое дерево, так что я резко повернул направо. Я выбежал из леса этажа будто испуганный кролик.

А потом я заметил кое-что важное.

— Я… я потерялся…

Наконец, пламя, пылающее в моей голове, остыло достаточно, чтобы я снова мог начать думать здраво. Я осмотрелся и осознал, что ничего не узнаю. Деревья и кристаллы в этих местах выглядят совершенно не так, как рядом с лагерем; кроны гораздо тоньше и сверху падает больше света.

Я оказался в южной части леса? Восточной? Может в юго-восточной?

Я пытался вспомнить как выглядел лес из Ривиры этим утром, но не мог вспомнить ничего конкретного. Не думаю, что кто-нибудь мог бы запомнить расположение деревьев в лесу за беглые взгляды.

Понятия не имею, куда я попал.

— Гуааа…

— Б-багбир?!

Я подпрыгнул от страха, увидев медведеподобного монстра, сидевшего у одного из деревьев.

Если я правильно помню… их Сила и Защита сравнимы с показателями Минотавров. Но опасными их делает очень высокая ловкость, которая совершенно не подходит таким размерам тела. Впервые они встречаются на девятнадцатом этаже. Они загоняют свою добычу в угол прежде чем разорвать её на части. Мысль о встрече с быстрым Минотавром ужасает. Этот багбир или очень голоден, или нашёл себе любимую вещь в мире, потому что он был совершенно поглощён потреблением фруктов с нижней ветки дерева. Огромными лапами он отправлял одно медовое облачко за другим в свою пасть.

Я сложил руки перед носом, пытаясь хоть немного унять вышедшее из-под контроля сердцебиение. Прислонившись спиной к стволу дерева я тихонько из-за него выглядывал, дожидаясь пока медведь уйдёт.

Это плохо, очень плохо!..

Чувство опасности оттого, что я потерялся в заполненном монстрами лесу взяло надо мной верх.

Сегодня Айз говорила, что авантюристы Ривиры регулярно вырезают монстров восемнадцатого этажа чтобы сократить их численность. К несчастью, мне не кажется, что они забредают так далеко в леса… с чего бы им? Это означает, что здесь куда больше монстров, чем вблизи от города.

Я потерялся и, скорее всего, окружён монстрами. Это очень опасное положение.

Если я не вернусь в лагерь к «ночи»!..

Я пошёл вперёд, мои глаза наверняка меня подводят, потому что лес начал выглядеть как тёмное болото, я навострил уши.

Стоп… а что это такое?

До моих ушей донёсся звук, от которого закружилась голова.

Это не похоже на какой-нибудь ручей, вода будто выливается из стакана воды… Очень неестественный звук.

Не могу отрицать, что вероятно это монстр плескается в ближайшем пруду. Вообще-то, скорее всего так и есть. Но я голоден, и у меня в горле пересохло как в пустыне. Я решил, что риск того стоит и пошёл на звуки воды.

Когда я повернул, заметил сложенные стволы. Они перекрывали путь между деревьями, но я смогу через них перебраться. Смотря себе под ноги и стараясь не наступать на кучи мха, я пошёл вверх по холму, пытаясь найти щель в кустах и увидеть источник звука. Кво, кво! Два птицемонстра пролетели где-то вдали.

Вокруг меня становилось всё больше зелени, путь становился темнее. Но, вскоре, всё вокруг залило светло-голубым светом.

Деревья стояли будто колонны, кристаллы сияли под ногами, будто проводя меня вперёд…

— …

Лес раскрылся, и я увидел небольшой пруд.

Слова меня покинули, когда я увидел силуэт посреди воды.

Это была фея.

На ней не было никакой ткани, только обнажённая, молочно-белая кожа… она стояла ко мне спиной, омывая тело. Зачерпнув воды руками, она осторожно подняла её и намочила свои волосы.

Всё выглядело на картинке в какой-нибудь сказке, я не шучу.

Омывающая тело фея. Случайно встреченный в глубине лесов прекрасный дух воды.

Мне казалось, что так и есть. Она была заморожена в потоке времени, но каким-то образом я смог воссоздать эту связь.

Буль, буль. Вода мягко брызгала вокруг с каждым движением феи. У неё стройная, но мускулистая фигура и длинные заострённые уши.

Я стоял, опираясь рукой на дерево за спиной, поражённо смотря на неё. Мой мозг попросту не мог прийти ни к какой эмоции, пока я видел такую красоту.

Стоп, в этих сказках, именно в такие моменты…

Та, в ком я увидел омывающую своё тело фею неожиданно напряглась…

— …Кто здесь!

Блеснул клинок.

Звонкий голос и одновременно брошенный в меня клинок — нож, который вонзился в древесный ствол перед моими глазами, прямо над моей рукой. Шин! Только после этого звук пронзившего ствол клинка достиг моих ушей. Глоть. Я схватил воздух ртом.

Голубые глаза эльфийки уставились на меня. Глаза Лю.

Левой рукой она прикрыла свою грудь. Правая рука, которая метнула кинжал, по-прежнему была протянута в моём направлении… Её брови поднялись, когда она поняла, кто на неё смотрел.

— Господин Кранелл?

— …П-ПРОСТИИИИИИИ?!

Я наконец пришёл в себя, когда было названо моё имя. Я отпрыгнул и приземлился на колени, сразу уткнувшись в землю, исполнив фирменный жест Паствы Такемиказучи, пасть ниц.

Я прижал лицо к земле, пытаясь попросить прощения.

Что я делал, ЧТО Я ДЕЛАЛ?! Неужели я совершил ту же ошибку снова?!

Дважды подряд?! Я кричал на себя в голове снова и снова. Всевышний Гермес никогда не должен об этом узнать.

Мои уши покраснели, и я крепко закрыл глаза.

— Хааа… — услышал я её вздох.

Мои плечи затряслись от страха в ожидании её следующих слов.

— Пожалуйста отвернитесь.

— Как пожелаете, мэм!

Держа голову опущенной, я повернулся на коленях. Видимый раньше краешек пруда пропал из вида; его место заняли корни деревьев. После этого я поднялся и смирно сел на камень.

Я слушал шуршание одежды, а по моему лицу ручьём катился пот. Мои щёки покраснели. Она одевалась.

— Можете повернуться.

Медленно, даже осторожно я развернулся сидя на камне. На Лю была та же боевая одежда, в которой я видел её вчера.

Короткие шорты и длинные ботинки. Зелёный плащ поверх рубашки с опущенным капюшоном. Я посмотрел в глаза прекрасной эльфийки.

— Для начала, я хотела бы услышать твои объяснения.

— К-конечно! Видите ли, всё было так!..

Лю нависла надо мной, а я стоял, дрожа, пытаясь рассказать ей что случилось… но, по правде говоря, это слишком смущает. Что мне рассказать? Что я был раскрыт подглядывавшим за другими девушками и сбежал сюда?!

Надо бы придумать что-нибудь другое... нет.

Её небесно-голубые глаза видят меня насквозь; она мгновенно раскусит ложь. И это только больше её разозлит.

Я несколько раз открыл и закрыл рот, после чего слова полились из меня настоящим потоком. Она молчаливо слушала, как я признаю все совершённые за последний час моральные преступления.

Я склонился перед ней в поклоне рассказав ей всё напрямую.

— Я поняла в каком положении вы оказались, господин Кранелл. Позвольте мне проводить вас обратно в лагерь Паствы Локи.

— …Т-ты меня прощаешь?

— Нет нужды в прощении, в случившемся нет вашей вины. Злость на вас будет направлена не по адресу.

— О-откуда тебе известно, что я не солгал?..

— Господин Кранелл… Скромность – это добродетель, но пожалуйста перестаньте себя принижать. Это уже плохая привычка.

Я извинился перед ней снова. Слова Лю прозвучали как-то зло.

Перестать себя принижать… Она что, злится на то, как я о себе думаю?

Лю подошла к соседнему дереву, на мгновение оставив меня стоять на месте. Наверное, она спрятала свой деревянный меч и другое оружие прежде чем войти в воду.

Наконец она привязала к поясу небольшой мешочек, скрыв его под плащом.

— Прошу прощения за ожидание, — сказала она, возвращаясь.

— …Эм, для этого, наверное, поздно, но спасибо что ты прошла весь этот путь для моего спасения. Этот этаж довольно глубоко…

— Пожалуйста, не нужно благодарности. Я всё равно планировала сюда спуститься. Расстояние не проблема.

Мои глаза округлились. Я не ожидал, подобного ответа.

А Лю продолжила говорить.

— У меня есть ещё одно дело, прежде чем я смогу отвести вас обратно в лагерь. Вы не против задержки?

— А… Конечно.

Она быстро меня поблагодарила и пошла вперёд.

Я мог видеть одну из сторон её лица, следуя за ней.

— Лю… а ты… всё это время была в лесу?

— Да.

— Почему тебе было не присоединиться к остальным, в лагере? Здесь же везде монстры! Разве не безопаснее было бы…

— У меня были собственные мотивы. И я не хотела, чтобы остальные видели моё лицо.

Она говорила, не проявляя никаких эмоций, как и обычно.

Всевышний Гермес говорил, что у неё есть свои «причины» … Он это имел в виду?

— Я думала, что бог Гермес уже рассказал вам о моём прошлом.

— Нет, ничего не сказал…

— …Правда?

— Д-да.

— Судя по всему, я пришла к неправильному заключению… — несмотря на то, что она отвернулась, я заметил на её лице болезненную улыбку. — Мы зашли довольно далеко. Значит нет смысла больше ничего скрывать. Следуйте за мной.

Да что за?.. Как она связана с этим этажом?

Я мог только следовать за капюшоном и думать о том, что она говорила мне, что однажды была авантюристкой.

Лю, должно быть, очень хорошо знакома с этими местами. Она идёт к своей цели, поворачивая, заметив определённые деревья и кристаллы, следуя заранее продуманному пути. Мы шли около двадцати минут, не встретив на своём пути ни единого монстра, пока не оказались у своей цели.

— Это…

Среди деревьев мои глаза заметили кладбище.

Небольшая полянка была окружена тонкими деревьями и высокими скоплениями кристаллов. Несколько деревянных крестов - сломанные ветви деревьев, перетянутые нитями - выстроившихся в ряд сияли в свете кристаллов сверху.

— …Мама Мия иногда разрешает мне сюда спуститься чтобы оставить цветы.

Лю подошла к могилам и у каждой оставила по цветку. Получается, возложение этих цветов и есть её «дело»? Она достала из-под плаща пристёгнутый к поясу мешочек и достала из него бутылку, а после плеснула понемногу вина на каждую могилу.

— Лю, что это за место?..

— Всё что осталось от девушек, с которыми я сражалась плечом к плечу. Моя Паства.

Сказав это, она затихла и посмотрела на меня. Я ощутил будто на меня только что тонна кирпичей свалилась, но взгляд её голубых глаз вернул меня в сознание.

— Одна из частей моего прошлого раскрылась. Когда вы узнаете его полностью, лишь вопрос времени… Я буду сожалеть если не расскажу лично.

Она сказала, что с её стороны эгоистично навязывать свою историю, поэтому она спросила разрешения на рассказ.

Я ответил кивком.

— Моё имя в чёрном списке Гильдии.

— ?!

Потом она сказала нечто, чему я не мог поверить.

— Меня лишили ранга авантюриста. Было даже время, когда за мою голову была назначена награда.

Лю скрывала лицо и не сказала не обмолвилась с нами ни единым словом в лагере... причина в этом?

— Когда-то я входила в состав Паствы Астреи… Это богиня порядка и правосудия, в тот день, когда я её встретила, я её идеализировала.

Лю Лайон. Вот как её звали. Её титул «Ледяной Ветер».

Авантюристка в капюшоне покрытая тайной, чьё настоящее имя мало кому известно.

— Помимо исследования Подземелья моя Паства избрала своим ремеслом уничтожение воровства в Орарио и установление мира. По этой причине у нас было немало врагов.

Она сказала, что это случилось около пяти лет назад, Орарио было наводнено «злом», угрожавшим городу.

Поклявшись символом Астеры, крылатым мечом правосудия, Лю и её союзницы сражались ради очищения города от отравляющих его бандитов и защиты слабых.

— Пока однажды Паства, которая подняла против нас оружие не подготовила в Подземелье ловушку. Я единственная, кому удалось сбежать… Я не смогла вернуть их останки, мне оставалось только похоронить их личные вещи.

— Значит эти могилы?..

— Да. Им очень нравилось это место.

Она сказала мне, что они часто шутили, говоря, что, если они умрут, их будет нужно похоронить здесь.

Не могу себе даже представить, какие картины всплыли сейчас в её голове. Взгляд Лю уткнулся в землю, а её губы дрожали.

— …Я пошла к Астрее, будучи единственной выжившей и всё ей рассказала. Потом я умоляла её покинуть Орарио по своей воле. Я потратила на это немало дней, и, наконец она согласилась.

— Т-ты помогала своей богине бежать?

— Нет, не для этого.

Голос Лю дрогнул, указывая на то, что её причины гораздо эгоистичнее, она сжала кулаки.

— Я не хотела, чтобы она видела каким одержимым и яростным существом я стану.

Она сказала, что не знала, как удержать эмоции, которые тогда испытывала.

— Я должна была отомстить за тех, кто сражался со мной бок о бок. Я нацелилась на Паству, которая прервала их жизни и поклялась отомстить лично.

— Л-лично?!

Нападения под покровом тьмы, засады, ловушки. Она использовала всевозможные скрытые атаки чтобы истребить их одного за другим, пока не вырезала всю Паству подчистую.

Огромная, влиятельная группа в Орарио была вырвана до самого корня и полностью уничтожена одной единственной эльфийкой.

— Мои действия ничего общего с правосудием не имели. Поддавшись жажде мести, я выследила каждого члена Паствы и стёрла их с лица земли вместе с теми, кто был с ними связан… Даже малейшего подозрения было достаточно.

Вот так Лю и попала в чёрный список Гильдии.

Проводя свою расправу, она вызвала ярость не только авантюристов, но и торговцев, кузнецов и даже простых жителей города. Это они установили за её голову награду.

Награда за поимку росла всё больше и больше… У Гильдии не было выбора кроме как наказать Лю, учитывая случившееся. Особенно, если принять во внимание что она обнажила клинки на группы, которые просто контактировали с нападавшими. В конце концов, они продавали оружие и предметы, которые помогли убить её семью.

Поскольку богини Астреи в городе уже не было, Характеристики Лю оставались нетронутыми с того момента как «Ледяной Ветер» превратила Орарио в кровавую баню.

— …А что было после?

— Я была опустошена. Когда все мои цели были устранены, когда не осталось никого я оказалась одна в тёмном переулке.

Наверное, она примирилась со смертью, ещё когда поклялась отомстить.

К тому времени как месть была исполнена, её богини поблизости уже не было, а все друзья мертвы, у неё ничего не осталось в этом мире.

— Умереть в крови и грязи на обочине дороги… Подходящий конец для кого-то, кто совершал такие зверства, которые совершила я.

— …

— Но…

…У тебя всё хорошо?

К ней потянулась тёплая рука и взяла её руку в свою.

Силь нашла Лю где-то в тёмном переулке и спасла её. Силь выслушала историю Лю – преступления, которые Лю совершала снова и снова – и помогла вернуться их этого порочного круга.

— После моего спасения Силь убедила Маму Мию нанять меня работницей в Щедрую Хозяйку… Мне пришлось перекрасить волосы.

Поскольку она всегда носила капюшон и отказалась от имени Лайон, которое носила, будучи авантюристкой, шансы на её раскрытие после смены цвета волос были невысоки.

Тихим голосом Лю рассказала, как она стала тем, кто она есть сейчас.

— …Прошу прощения что опорочила ваши уши.

— Ч-чего?

— Если коротко, то стоящая перед вами сейчас эльфийка это бесстыдный и злостный преступник… Я предала ваше доверие, господин Кранелл.

Она смотрела на меня так же спокойно, как и обычно, даже после того как призналась во всех своих преступлениях. Я прочистил горло.

Я не знал, какие слова подобрать, поэтому сказал первое, что всплыло в моей памяти:

— Лю… Пожалуйста перестань себя принижать. Или я разозлюсь.

В её небесно-голубых глазах мелькнуло удивление.

Несколько секунд она молчала, прежде чем наконец произнести.

— Это было… очень умно.

Лишь слегка, но её губы тронула улыбка.

Она не начала улыбаться, как это делают обычно, но взгляд её глаз стал не таким пронзительным, как обычно.

Я лишь напомнил ей её собственные слова, просто украл реплику, но от её реакции мне стало легче. Так почему бы и нет? Её обычно ледяной характер начал таять.

На кладбище, окружённом зелёными кронами и светом кристаллов воцарился покой.

— …Могу я узнать…

— О чём?

— Могу я узнать, почему ты пришла в Орарио?

Сейчас самое подходящее время.

Лучшее время чтобы узнать почему Лю оказалась в месте, в которое люди приходят за своей мечтой.

Мне хотелось узнать почему мы с ней вообще смогли встретиться.

— …

Она уже готовилась что-то сказать, но посмотрела на потолок.

Лю прищурила глаза, чтобы защитить их от ярких лучей света пронзающих ветки деревьев.

— …Мы, раса эльфов, известны своей красотой.

Её глаза были лишь чуть приоткрыты, когда она перевела взгляд на травянистые полы Подземелья.

Помедлив какое-то время, она продолжила свою историю.

— Меня и остальных хвалили за нашу красоту. Однако, правда ли это? Из-за своей огромной горделивости и отвращения ко всему грязному мы не позволяем другим касаться нашей кожи…

— …

— Кое-кто даже верит, что другие расы грязны не только на поверхности, но и внутри и отказывается контактировать с кем-либо, кроме других эльфов, изолируя себя в глубинах леса. По крайней мере большинство эльфов из моего родного леса в это верят… Вместе с тем, — продолжила она, — признание только своей собственной красоты и взгляды на всех свысока это жалко… и ко мне пришла одна мысль.

Лю снова посмотрела на свет.

— Что прекрасные и привлекательные эльфы на самом деле отвратительнее всех остальных.

Зная, как эльфы ценят взаимоотношения внутри своей расы, думаю, она единственная, кто так подумал.

Среди всех горделивых эльфов она оказалась одна, кто подверг логику сомнениям.

— Как только эта идея укрепляется в голове от неё становится невозможно отказаться. Я стала слишком смущаться своей собственной родины, поэтому покинула её… и оказалась в Орарио.

— Случайно?

— Не совсем… От множества путешественников я слышала, что Орарио это дом богов, людей и других рас, место, которое собрало множество рас. Я думала, что, если окажусь в таком месте, смогу что-то найти… Но я так и не смогла.

Она посмотрела на ладонь своей руки, будто вспоминая о своих первых днях в городе.

— Я хотела найти спутников, заслуживающих моего уважения, и уважение которых я смогу заслужить.

Было бы понятно, если бы она просто не росла в эльфийской культуре и эльфийских традициях.

Среди людей, которые ценят не расы и внешность, а силу характера. Среди друзей, которые могли бы радоваться вместе с ней.

— Я пришла в город с высокими ожиданиями… но они очень быстро исчезли. Я так и не могла коснуться никого, кроме других эльфов. Моё лицо скрывал капюшон, я била по всем рукам, которые ко мне тянулись.

Эльфийская культура укоренилась в ней слишком глубоко… Лю не смогла перевернуть страницу своей жизни.

Даже в этом новом месте на неё всегда смотрели из-за её красоты, и она не смогла этого вынести.

Эльфы не позволяют касаться своей кожи тем, кому не доверяют. Лю так и не смогла уйти от эльфийских учений, которые преследовали её с самого детства, должно быть, это её мучает.

— Какое издевательство. Я оставила свою родину потому что не могла выносить взглядов собственного племени, а здесь, во внешнем мире я ничем от них не отличаюсь. Я от всего отстранилась, возвела стену.

Становится понятно почему она носила капюшон, когда была авантюристкой.

Она была разочарована в себе осознанием того, что она ничем не отличается от эльфов из её леса.

С её точки зрения она смотрит на других свысока.

Привитое с молоком матери презрение к другим расам в итоге вернулось к ней самой. Она замкнулась в себе.

— Я не изменилась. Я всё ещё эльфийка, гордая и задирающая нос.

— Лю…

— Вот только.

Её тон неожиданно сменился.

Потом она подошла ко мне, встав напротив и мягко взяла меня за руку.

— …А?

— Вот так, неожиданно появился человек, который взял меня за руку, которого я могу коснуться.

Она потрясла мою руку.

Её пальцы были такими маленькими и нежными, что я боялся сломать их, если сожму в рукопожатии. И, всё же, её кожа очень мягкая. Мои щёки покраснели прежде, чем я успел это понять.

— Я касаюсь вашей руки во второй раз, понимаете? Вы ведь помните?

— Д-да?!

— Тот день, когда вы потеряли свой кинжал и отчаянно пытались его найти.

Я был слишком поражён, чтобы понять о чём именно она говорит, но ощущение её ладони само собой запустило воспоминания. Тот день, когда Лили, замаскировавшись под чинтропа украла Божественный Кинжал. Вот о чём говорит Лю.

Неожиданно я вспомнил, как радостно схватил её за руки, потому что она вернула кинжал.

— Я была очень удивлена. Удивлена тому, что не отбросила руки человека, неожиданно схватившие мои в каком-то переулке.

На её лице появилось выражение, которое я увидел впервые и о существовании которого не мог даже подумать раньше: озорная улыбка.

Я бы даже пискнуть ничего не успел, если бы она решила меня напополам разрубить… Только теперь до меня дошло. Мои щёки и уши загорелись, но я попытался улыбнуться.

— Вы третий человек, которого не получил мгновенной кары прикоснувшись к моей коже.

Она говорила это плотно обхватив мою ладонь своей.

…Э? Тебя Лю Лайон зовут? Слишком сложное имечко. Буду звать тебя просто Лю!

Первой была жизнерадостная и яркая девушка, которая пригласила её присоединиться к Пастве.

…У тебя всё хорошо?

Второй была милая девушка, которая согрела её холодные пальцы теплом своей руки, и дала ей кров.

А третим стал…

— Пожалуйста, не краснейте так сильно. Мне начинает казаться что вы меня просто высмеиваете.

— П-прости!

— Я шучу… я следила за вашими действиями с момента нашей встречи. Я смогла понять ваши слабости, вашу искренность и большую часть вашего характера.

— Лю?..

— Господин Кранелл, вы необычайно добры.

Её глаза светились каким-то новым, непередаваемым для меня чувством, а я мог в ответ только сказать её имя.

Она ненадолго прикрыла глаза, а потом открыла их снова, встретившись взглядом с моими.

— Вы человек, заслуживающий моего уважения.

Лю… улыбалась.

Её тонкие брови расслабились, а женственные губы изогнулись в улыбке.

Всё моё тело порозовело, когда передо мной оказалась невинная и чистая, как белый лотос, улыбка.

— …Ух.

— Господин Кранелл?

Кажется, уже слишком поздно об этому думать, но теперь я прекрасно понимаю, почему эльфийские улыбки настолько опасны.

Улыбка чистокровного эльфа, который известен своей серьёзностью очень редка, но в такие моменты просто разрывает. Это такой серьёзный козырь, что у меня даже задрожали колени.

Эльфийская красота лежит далеко не на поверхности.

Она заключена в улыбке, которую эльфы готовы дарить только самым близким друзьям.

В моих глазах отражались падающие сверху лучи кристаллов и зелень мирного кладбища, но ярче всего в них сияла улыбка слегка наклонившей голову Лю.

Кажется, теперь я понимаю почему у остальных рас пунктик, насчёт эльфов.

— Ау, ау, ау… И что мы будем делать, если у меня лицо оторвётся, Асфи?

— Ничего, если оторвётся вместе с увиденным.

«Ночь» уже вступила в свои права на восемнадцатом этаже Подземелья.

Два силуэта вышли из лесного лагеря: Гермес и Асфи.

— Не божество, а какой-то сталкер… Стыда у тебя нет!

— Для нас, богов, подсматривать не зазорно…

Белл, который пропал после случившегося вернулся в лагерь прямо перед ужином. Тот факт, что его привёл на место преступления бог – и то, что Белл практически зарылся лицом в землю кланяясь – позволил парню обойтись одним строгим предупреждением. Только Гермес, инициатор, понёс физическое наказание.

— …А теперь можно мне узнать, куда мы идём под покровом ночи?

— Здесь есть только одно место в которое можно пригласить леди тёмной ночью. Разве не очевидно?

Где-то вдалеке, на западе, будто маяк светили огни Ривиры.

— В таверну.

— Проклятье!

В одной из нескольких таверн в небольшом городке Ривира.

Построенный внутри естественной выемки в холме бар, пол усеян грязными следами, и всего несколько столов, окружённых стульями. Стены усыпаны портативными лампами с магическими камнями. Даже внутри кристаллы растут прямо из стен и в нескольких местах свисают с потолка.

Мужчина ударил своей кружкой по столу этого бара, не слишком похожего на место, в котором обычно пьют авантюристы.

— Полегче, Морд.

— Пасть заткни! Эта козявка хрен пойми, как сюда спустилась… Слишком борзая мелюзга!

— Чё, завидуешь малому?

Эта фраза вызвала несколько смешков у всех собравшихся в баре клиентов, кроме Морда.

Немногие авантюристы высокого класса могут дойти до Ривиры, это означает что проводящие здесь время люди достаточно давно ведут друг с другом дела.

Посетители бара может и из разных Паств, но все они в хороших отношениях с группой Морда.

— Над чем ржёте?! Этот дерьмовичок ничего ещё не сделал, уровень поднял за несколько месяцев, а теперь здесь своей жопой светит?! Вот мы тупые, столько лет впахивали, чтобы сюда забраться!!!

Вспоминая случившееся в Щедрой Хозяйке Морд даже не задумывался перед тем как найти виновника своей ярости.

Все присутствующие это часть престижного клуба авантюристов высокого класса Орарио. Мысль о том, что какой-то желторотик ходит по тем же улицам, что и он, не давала Морду покоя.

Больше того, некоторые из богов только и говорят об этом новичке, этом «кролике».

В баре стало тихо, достаточно тихо чтобы было слышно, как упала булавка, после того как ругань Морда наконец подошла к концу.

— Ещё и первоклассную саламандровую ткань себе захапал… чтоб этого говножуя, я ему башку хочу оторвать.

Морд извергал свой гнев, прервав его очередным глотком эля, крепкого даже по стандартам Ривиры.

— Слушай, Морд, чё бы ты там не хотел ему оторвать, как? С ним Кенки.

— И ещё из гермесовских девка… И группа Такемиказучи, вроде.

Товарищи Морда, сидевшие рядом с ним попытались его успокоить.

— Без них малой сюда бы не дошёл… Думаешь Маленький Новичок этого не понимает?

— Хорош сиськи мять! Вы со мной или нет? Чё, кинете меня?!

Эти слова только сильнее разозлили Морда.

Авантюристы, сидевшие за столом, замерли; ярость, кипящая в глазах товарища, заставила их замолчать. Они понимали, что Морд в любое мгновение может взять в руки пристёгнутое к поясу оружие, если ему вдруг это взбредёт в голову.

— Если бы мы смогли его где-нибудь одного зажать, отбить этого засранца от остальных…

Белл слишком сильно выделялся.

Он зашёл так далеко на серединные этажи почти сразу после поднятия уровня.

Так быстро, что привлёк внимание и навлёк на себя ярость авантюристов высокого класса.

— У-ух, как же у вас, мальчики, тут оживлёненько!

Хлоп. Все взгляды в баре повернулись ко входу.

Авантюристы увидели Гермеса, вошедшего в бар хозяйской походкой, за ним молчаливо следовала Асфи.

— …Чё у вас тут за дела, сударь Божество? Если выпить хочешь, тебе бы лучше наверх вернуться.

— Ха-ха, я просто услышал, что тут строят козни и не мог устоять.

Шаг. Один из авантюристов преградил божеству путь к выходу.

Гермес узнал об их планах. Этот бог был замечен вместе с Беллом, он явно предупредит парня. А значит нельзя позволить ему уйти.

И подобное случается почти постоянно… Асфи вздохнула, скрываясь в тени Гермеса.

— Чё зашёл то? Собрался нас лично останавливать?

— Кто вам такое сказал? Делайте что хотите. Можете меня проигнорировать и продолжить составлять свои планы.

— Чёёё? — челюсть Морда отвисла.

— Так уж случилось, что мне нравятся подобные детки. Этот мир был бы таким скучным, если бы все были паиньками.

Глаза Гермеса блеснули, и он тихонько усмехнулся.

Всего на мгновенье Гермес показал свой истинный характер – того, кто сполна наслаждается прелестями жизни бога на земле.

Он не потворствует добру или злу. Он сам и есть добро и зло.

Морд потерял дар речи встретив перед собой того, чьё существование было загадочней существования любого монстра.

— Хотите получить возможность напасть на Белла, да? Раз так, почему бы мне не рассказать вам его планы на завтра?

— …И откуда мне знать, что ты меня не кинешь, сударь Божество?

— Ну что ты, что ты, ты же говоришь с Гермесом. Я не обманываю детей.

Несколько авантюристов за столом попытались привлечь внимание Морда, но он их проигнорировал и ухватился за предложение Гермеса.

— Разумеется, я не в том положении, чтобы помогать тебе явно… Впрочем, если тебе нужен «талисманчик» на удачу, чтобы уничтожить твои врагов, я могу тебе кое-что одолжить.

С этими словами Гермес повернулся к Асфи и та дала ему предмет. Гермес взял этот предмет и передал его Морду.

Им оказался маленький шлем. Оформлением этот шлем был больше похож на шляпу с небольшим козырьком.

Его цвет был таким же, как чернозём, шлем был чёрным, как уголь.

— И чё это…

— Магический предмет, изготовленный единственным и неповторимым Персеем. Проще будет показать тебе, что он делает.

Морд снова потерял дар речи, когда один из авантюристов надел на себя предложенный шлем. Он не мог поверить своим глазам.

Магический предмет, сделанный одним из самых прославленных производственников Орарио. Предметы Персея, по слухам, дают своим пользователям Заклинания и Навыки благодаря силе «Энигмы».

— Чё, правда, можно взять?..

Голос морда дрогнул, а Гермес кивнул.

— У меня лишь одно условие…

Морд взял предмет одной рукой и прижал его к груди, глаза авантюриста блестели.

— Развлеки меня. Покажи мне шоу, которое я забуду не скоро.

----------

Глава 5. Сборище бандитов.

Глава 5. Сборище бандитов.

Уровень 2

Сила: G 267 -> F 365 Защита: H 144 -> G 271

Проворство: G 288 -> F 349 Ловкость: F 375 -> E 469

Магия H 189 -> G 270

Удача: I

Заклинания:

«Вспышка»

— магия быстрого действия

Навыки:

«Аргонавт»

— Требует зарядки перед своим действием

Гестия рассказала Беллу о его новых Характеристиках.

— Хммм, впервые за последнее время твои характеристики так резко поднялись…

— Д-да, точно…

У богини под рукой не было ручки и бумаги, чтобы записать цифры на Коине, но как Гестия и сказала, базовые параметры Белла не улучшались так сильно с того момента, как он поднял уровень. Похоже, путешествие с тринадцатого этажа на восемнадцатый и побег от босса этажа добавил парню немало экселии.

— Возросли не только твои параметры, ещё ты получил немало экселии высокого качества.

— А?

— Ты сделал нечто великое. Это означает, что ты приблизился ещё на шажок к поднятию уровня.

Гестия хихикнула, посмотрев на озадаченное лицо Белла.

Преодоление множества смертельных опасностей на пути к восемнадцатому этажу сделали своё дело.

Совершить нечто великое, превзойти обычные пределы — именно это, а не постоянное избиение слабых монстров, требуется для поднятия уровня. Белл прокрутил эту мысль в голове и снова надел свою броню.

— Дети Локи уже готовятся выступать. Нужно отдать им тент поскорее.

— Я тоже так думаю.

Сегодня как раз тот день, когда Паства Локи покинет восемнадцатый этаж. Противоядия с поверхности были доставлены прошлой ночью, так что вся их экспедиция наконец готова к путешествию. Звуки собирающихся на поверхность авантюристов Паствы Локи доносятся снаружи.

Белл помахал Гестии, чистившей предметы, необходимые для улучшения его Характеристик и вышел.

— А крольчатина тут чего забыла?! Мне никто нихрена не рассказывает!

— Потому что все знали, что ты разорёшься, Бете. Пошли, собираться пора!

— Лапы убери, Дурозонка!

Белл шёл по лагерю, окружённый занятыми людьми, складывающими палатки к месту за пределами лагеря, на котором уже собрались главы Паствы Локи.

— А-Айз!

Он заметил девушку с длинными светлыми волосами, стоявшую чуть в стороне от всех остальных и позвал её по имени.

Девушка обернулась, она была в полной боевой экипировке, на груди красовалась броневая пластина, а к поясу была пристёгнута сабля.

— Ты уже уходишь?

— Да… Меня попросили пойти в первой группе.

Из-за большого числа авантюристов, спускающихся в экспедицию, экспедиционная группа обычно делилась на несколько меньших, чтобы не перекрывать проходы на верхних этажах. Паства Локиделилась на две таких группы.

Айз, вместе с Тионой и остальными возвращались на поверхность в первой группе.

А Белл и его отряд должны были идти со второй.

— Э-эмм…

— ?

Разумеется, это означало что Айз будет частью боя с Голиафом, предстоявшего наверху.

Беллу было стыдно за то, что ему оставалось только ждать, пока остальные готовят безопасный проход. Это напомнило ему как велико расстояние, на котором она от него находится.

Белл прекрасно понимал, как бесполезны будут эти слова, но всё равно должен был сказать.

— …Пожалуйста, будь осторожна.

— …Ты тоже, береги себя.

Обычно не показывающая эмоций Айз легонько улыбнулась, когда отвечала.

— Увидимся позже, — тихонько сказала она. После она присоединилась к своим товарищам, уже проходящим в тоннель к семнадцатому этажу. Белл стоял и смотрел вслед группе, пока последний её участник не скрылся в тоннеле.

— Сударь Белл, почему бы нам не начать готовиться?

— И правда!

Он услышал, как его позвала Лили и повернулся к ней лицом.

Они пошли к центру исчезающего лагеря, чтобы удостовериться что их рюкзаки наполнены и взглянуть на прочее снаряжение.

— Йо, Белл, передай-ка мне эти штуки!

— Конечно. Спасибо, Вельф.

Белл вытащил свои ножи из ножен и протянул их рыжему парню, который начал работать над ними точильным камнем. Белл смотрел как Кинжал Гестии и Ушивакамару сияли ярче с каждым проходом точильного камня. Их лезвия будто получили новую жизнь.

Микото встала рядом с Беллом, её клинки уже были наточены и лежали в ножнах.

— Прошу прощения, Вельф-сан. Затачивать оружие всей нашей группе…

— Не проблема. В конце концов, это моя работа. Три или четыре лишних клинка это мелочь.

— Ты всё-таки купил тот камень в Ривире?

— Не, пришлось опустить голову и кое у кого поклянчить…

Вельф мотнул головой в сторону нескольких оставшихся в лагере Высших Кузнецов в ответ на вопрос Оуки.

Цены в Ривире так высоки, что группа Белла не смогла бы позволить себе старый широкий меч и новый рюкзак Лили. Поэтому, пришлось совершать покупки используя символ Паствы Вельфа, парень заранее смирился с будущей дырой в его кошельке.

Купленный меч, как и завёрнутое в ткань оружие лежало на земле рядом с Вельфом пока он работал.

— Мне вот интересно… Где Всевышний Гермес и госпожа Асфи?

— Всевышний Гермес сказал, что собирается ещё осмотреться. Он сказал Лили идти к остальным и что можно уходить без него. Асфи выглядела очень уставшей и недовольной.

— Вот же не повезло…

Разговор Микото, Лили и Вельфа заставил Белла задуматься о Лю. Она тоже собиралась возвращаться одна, о чём она сказала, когда вечером провожала его к лагерю. Учитывая её Характеристики — а челюсть Белла чуть не отвалилась, когда девушка сказала ему о своём четвёртом уровне — это неудивительно.

Все разделились, подумал Белл смотря на «утренний» потолок над лесом.

— Так, всё уложено…

Положив последнее из зелий, полученных от Нажи в рюкзак Гестия вышла из палатки.

Плотные кроны деревьев блокировали большую часть утреннего света кристаллов сверху. Богиня видела лишь зелёную темноту леса, который её окружает. Лагерь почти опустел. Лишь несколько ящиков стояли на земле, людей почти не было видно. Гестия уже собиралась позвать Белла чтобы тот помог ей свернуть палатку.

— Кто здесь?..

Шух, шух, звук шагов по траве привлёк внимание девушки и заставил её обернуться. Но она увидела только траву и деревья, в тёмно-зелёных оттенках. Никого поблизости не было. Может листья шуршат?Подумала про себя богиня и взглянула на ветви.

— …Мугууу?!

Неожиданно что-то зажало ей рот и захватило руки.

Этим всё не закончилось. Богиня почувствовала, как рука в броне обхватывает её и толкает в спину. Её глаза расширились, она отчаянно пыталась обернуться на нападавшего, но так ничего и не увидела. Она будто разыгрывала пантомиму, в которой её скручивали.

Потом её ноги оторвались от земли и небольшое тело богини понеслось из лагеря по воздуху.

Невидимый человек?!

Почти подтверждая её догадку, странный предмет, похожий на клочок бумаги появился из ниоткуда и упал на землю. Гестия начала брыкаться, из её ещё открытой сумки на траву выпали зелья.

— Мггххх?! — приглушённые крики богини остались неуслышанными, когда её понесли в лес.

(огонёк-разделитель)

— Боженька? Боженька?

Белл осматривался и звал свою богиню.

Все было готово для их возвращения на поверхность, но парень неожиданно осознал, что Гестии нигде не было. Он вернулся к палатке, в которой только что ему улучшали Характеристики. Вскоре он покинул эту палатку, почёсывая голову и понимая, что богини там тоже нет.

— Это странно…

Белл сделал ещё круг по бывшему лагерю, почёсывая правой рукой затылок. Осталось всего несколько палаток. Ничто не мешало его обзору. Несмотря на то, что здесь было множество деревьев, ни одно из них не было достаточно широким, чтобы скрыть небольшое тело богини.

Не могла же она раствориться в воздухе.

— Может она уже вместе с остальными?..

Белл вернулся к тоннелю, связывавшему этот этаж с семнадцатым и на его лице только прибавилось беспокойства. Деревья становились всё толще с каждым шагом, видимость резко уменьшалась. Несмотря на то, что это место относительно безопасно, очень маловероятно что Гестия пропала бы, не сказав никому ни единого слова… В голове Белла вертелись разные мысли.

— Э?..

И в тот момент он заметил.

Небольшая полянка, чуть поодаль от остального лагеря. На траве было множество наполненных зельями флаконов и небольшой клочок бумаги.

Белл остановился, его глаза практически выпрыгнули из орбит.

— Это разве не?!

Он подобрал один флакон — двойное зелье, изготовленное Нажей, из тех, что Гестия принесла с поверхности. Белл рухнул на колени, у него перехватило дыхание. Рассыпанные флаконы с зельем намекнули ему на произошедшее с Гестией.

Он завертел головой, осматриваясь. Чувство, что случилось нечто плохое охватило парня, когда он потянулся к бумаге и поднёс её к глазам.

…Маленький Новичок. Твоя богиня у меня. Если хочешь её вернуть приходит к кристаллу на восточной стороне Центрального Дерева, один…

Глаза Белла округлились, прочитав записку он подскочил.

Ниже была грубо нацарапана карта. Белл понёсся в указанное место, выпустив клочок бумаги из рук.

— А…

Чигуса увидела Белла краем глаза, но он её не заметил.

Кто мог организовать подобное похищение и зачем?

Волна непонимания охватила Белла. Не монстр, а авантюрист, вроде него самого, поднял на Гестию руку. Парень был уверен только в одном: Этот авантюрист не шутит. Его действия и записка могут это подтвердить. И от этого Белл приходил в большее замешательство.

В порядке ли Гестия?

Единственный вопрос вертелся в голове парня. Он нёсся по лесу на полной скорости, оставляя на своём пути лишь следы в грязи и капли пота.

Белл бежал. Он рванулпо лесу прямо к Центральному Дереву, стоявшему где-то вдалеке. Топ, топ, топ. Он выжимал из своих ног всё, на что они способны. Монстры замечали парня и начинали за ним гнаться, но не могли догнать. Белый кролик всех оставлял в клубах пыли.

— ДЗЯЯЯЯЯЯЯ!

Несколько огромных теней преградили ему путь.

Группа двуногих насекомоподобных монстров, называемых «Безумными Жуками», встала у него на пути. Белл поднял правую руку.

— Вспышка!!!

Молниеносное пламя сорвалось с его ладони в тот же момент, когда слово слетело с губ. Спустя мгновение Белл забежал в образовавшуюся в строю безумных жуков брешь и снова набрал скорость.

(злобный разделитель)

— Хе-хе, вот это клёво… вот это вещь.

Морд пытался побороть слёзы радости.

Он смотрел на созданный Асфи, точнее Персеем, магический предмет — Голова Аида — с глазами золотоискателя, нашедшего огромный самородок.

— Эй вы, отпустите меня! Думаете вам это с рук сойдёт?! Я богиня, между прочим!!!

Морд заглянул через плечо на источник шума.

Сейчас они находились где-то в центре южного леса восемнадцатого этажа Подземелья. Кристаллов в этих местах почти не было, зато среди деревьев всюду пробивалась трава. Гестия лежала под одним из этих деревьев, особенно большим, её руки и ноги были связаны верёвками.

— Ох, простите, Ваша Милость. Даже не знаю, как замолить свою небрежность.

— Ты нисколько сейчас не жалеешь, не так ли?!

Среди деревьев стояло ещё двое авантюристов, те самые, которые сидели за одним столом с Мордом в баре Ривиры.

Они стояли слева и справа от Гестии, присматривая за ней.

— Исчезать и появляться из ниоткуда — это твоё Заклинание?! Зачем ты меня сюда притащил?!

— Ха-ха, сколько вопросов, не могу же я на все разом ответить, Ваша Милость.

Морд держал Голову Аида так, чтобы Гестия не могла её увидеть, на его губах играла довольная улыбка.

Сила магического предмета, который он получил от Гермеса даёт надевшему невидимость. На поддержание этого навыка не требуется физических или ментальных сил, человек остаётся невидимым, пока на нём шлем. Морд использовал эту способность, чтобы похитить Гестию и принести её в лес.

Ему было несложно выбрать время, поскольку он знал, что группа Белла и Паства Локи будут заняты подготовкой к походу на поверхность.

— Конкретно против вас, Ваша Милость, мы ничего не имеем. Так что можете не беспокоиться. Мы не настолько глупы чтобы поднимать руку на божество. Слишком уж большая буча поднимется. Может просто помолчишь?

— С чего мне теперь молчать, раз я знаю, что мне ничего не грозит?

— Хе-хе-хе Ваша Милость. Простите пожалуйста, но, если вы не помолчите… мне придётся обрезать ваши прекрасные волосы и распарывать одежду пока рот не закроется.

Морд обнажил зубы и наполовину вытащил из ножен длинный меч. Гестия замолчала. Её огромная грудь, прикрываемая тонкой полоской ткани, задрожала, когда ей овладел страх.

Морд остался доволен отчаяньем, появившимся в глазах богини и вложил меч обратно. Оставив двоих спутников на страже, он повернулся к богине спиной.

— Эй, мы не закончили разговор! Куда ты теперь собрался?!

— …Собираюсь преподать члену твоей прелестной Паствы урок.

Обнажённые в оскале зубы блеснули на солнце.

— Парниша должен узнать пару вещей о жизни авантюриста.

(злобный разделитель)

— Вы их нашли?!

— Нет, пропали и сударь Белл, и всевышняя Гестия!

Лили ответила подбежавшему к ней Вельфу.

Прошло не так много времени, с того момента как Белл побежал искать Гестию. Лили первой заметила его отсутствие и попросила помочь в обыске лагеря и окружающего леса.

Лили забегалась так, что пыталась перевести дыхание. Микото и Оука присоединись к группе.

— Это плохо. Если быстро их не найдём, Паства Локи отправится без нас.

— Времени совсем нет…

Переговариваясь, они осматривали лес.

Несмотря на то, что Паства Локи согласилась проводить их группу на поверхность, ждать группу Белла они не станут. Поскольку никакого официального соглашения не было, члены Паствы Локи могут выдвигаться согласно своему расписанию. У молодых авантюристов было всё меньше времени на ожидание.

Вельф нахмурился и сказал.

— Непохоже что Белл и Всевышняя Гестия могли бы сбежать в такой момент специально.

— Хочешь сказать… что с ними что-то случилось?

Лили сказала то, что было в мыслях у всех. Четверо авантюристов встали в круг, стресс и волнение охватило их. Оно отразилось на лицах всех присутствующих.

— Мы можем попросить помощи у Всевышнего Гермеса и Асфи-сан?

— Они сейчас на другой стороне леса. С ними не связаться, только время потеряем.

— Сударыня Лю… Точнее, авантюристка в капюшоне. Кто-нибудь знает, где она?

— Только Белл мог подсказать, откуда начать поиски.

Вельф ругнулся себе под нос, его охватило замешательство. Вдруг раздался новый голос.

— Э-эй!..

Чигуса выбежала из-за деревьев с северной стороны лагеря, махая рукой. — Что-то случилось? — вместо ответа девушка повела остальных авантюристов к полянке, на которой были раскиданы зелья.

— Это не те ли зелья, которые Гестия получила от Нажи?..

— О, а ещё я видела, как господин Кранелл побежал туда. Он был очень взволнован…

— …Лили думает, что теперь точно можно сказать, что случилось нечто плохое.

Девушка-полурослик опустилась на колени и начала осматривать зелья, в поисках зацепок.

— Точно, маловероятно что с Всевышней Гестией что-то мог сделать монстр. А значит, это работа других авантюристов?

— Похищение? Так что ни мы, ни Паства Локи не заметили?

Вельф и Микото начали рассуждать, Лили покачала головой, а потом её взгляд упал на…

— Это же…

(злобный разделитель)

— Нашёл!..

Белл увидел большой синий кристалл, растущий из земли вверх до самого потолка и понёсся к нему, огибая деревья.

Скомкав карту и бросив её перед собой, парень набрал скорость. Земля была неровной из-за множества твёрдых корней деревьев. Парень бежал по лесу широкими шагами, его будто направлял сам ветер. Центральное дерево было к востоку от кристалла, который Белл выбрал своей целью. Он прищурил глаза, потому что кристалл начинал сиять всё ярче с каждым его шагом. Деревья становились тоньше и Белл выбежал на открытое и хорошо освещённое место.

— Он тут, Морд!

Авантюрист, скрывавшийся в тени последних деревьев заметил парня и крикнул в направлении кристалла.

Белл остановился. Авантюристом, вышедшим из-за кристалла, был тот самый человек, с которым он столкнулся в Ривире, Морд.

— А ты шустрый, Маленький Новичок!

— …Богиня?!

Белл тут же понял, что стоявший перед ним человек в ответе за пропажу Гестии, и нет смысла тратить время на подобные вопросы. Морд вышел из тени кристалла, его губы скривились в оскале.

— Твоя священная милашка была всего лишь приманкой, чтобы тебя выманить, засранец мелкий. Мы и пальцем её не тронули! В конец концов, что за идиот ранит бога? Они могут такого наворотить в ответ!

Белл прищурился. Настоящей целью был он.

— Зачем… Чего ты от меня хочешь?

— Кажется, у тебя должна быть пара мыслишек. Не может же быть, что ты такой тупой, да, рекордсменчик?

Голос мужчины был наполнен тягучей, холодной ненавистью. Тон сказал Беллу всё, что парню нужно было знать.

Этот человек зашёл так далеко, что даже Гестию похитил, чтобы заманить его…

— Ты один?

— …Да.

— О как? Ну, а я подмогу привёл, так, на всякий случай.

Шух, шух.

Авантюристы высокого класса вышли из-за деревьев и кустов. Их было слишком много, чтобы Белл мог сосчитать, не сводя взгляда с Морда, никак не меньше двадцати.

Группа Морда окружила Белла, его тело напряглось.

— Да ладно, чё ты дёргаешься, они тебя не тронут — сюда двигай!

Морд мотнул подбородком. У Белла не было другого выбора, оставалось делать, что скажут. Отряд авантюристов шёл следом, ножны их клинков стучали по броне, будто ожидая начала веселья. Белл молчал и пытался игнорировать плохо скрываемые хищные улыбки, которые его окружали.

Его цель спасти Гестию, но это невозможно в положении, в котором он оказался. Он не знал, где сейчас его богиня, а взявшие его в коробку авантюристы не давали оглядеться. Белл пришёл к выводу, что сейчас ему остаётся только слушать требования похитителей.

Он сразил достаточно монстров, чтобы оставаться спокойным перед лицом опасности. Однако он не мог объяснить дрожь, которая охватывает его конечности ничем, кроме страха.

— Вот тут…

Морд привёл Белла на небольшую скалу.

Поверхность была почти идеально гладкой, с круглым подобием арены, расположенной чуть выше чем всё остальное. Эта арена была в диаметре около семи метров, её можно было принять за небольшую сцену, подготовленную для аудитории.

— Забирайся, живо.

И снова Белл сделал, что от него потребовали. Отряд авантюристов окружил сцену. Бежать было некуда.

— А теперь самое интересное. Мы сразимся.

— Сразимся?..

— Ага, точно, вроде дуэли! Жалкий проигравший сделает то, что ему скажет победитель… Когда я выиграю я заберу всю твою блестящую снарягу и продам за большие бабки.

Покрытый шрамами Морд снова оскалил зубы, будто говоря, можешь всё прямо сейчас отдать. Взгляд его глаз и тон голоса показывал непоколебимую уверенность.

Победитель забирает у проигравшего всё. Беллу потребовалось мгновенье прежде чем он осознал архаичность и жестокость этого правила. Его брови опустились так низко, что, казалось, они сейчас слетят с головы.

Восстановив дыхание, Белл ответил со всей решимостью, на которую был способен.

— Отпустишь богиню, если я выиграю.

— …Да, да. Если выиграешь.

Лицо Морда скривилось, когда Белл выдвинул своё требование. Однако, тонкая, холодная улыбка снова появилась на его губах, и он впился взглядом в противника.

Поверхность арены была покрыта грязью и осколками кристаллов. На неё падала тень огромного синего кристалла, возвышавшегося неподалёку. Белл и Морд встали друг напротив друга в центре арены, вытащив оружие из ножен.

Типы оружий отражали стили боя каждого из бойцов. В правой руке Белла был Кинжал Гестии, в левой он держал Ушивакамару, его козырем была высокая скорость и постоянные удары кинжалами. Собравшиеся авантюристы начали свистеть и улюлюкать Беллу, вставшему в защитную стойку.

Морд неспешно вытащил двуручник, висевший на спине, оставив длинный меч покоиться на поясе.

— Ты много о себе не думай, засранец.

Авантюрист положил огромный меч на правое плечо и завёл руку за спину.

Потом он рассмеялся. Взгляд его наполненных злобой глаз впился в Белла.

— Это всего лишь шоу – на котором я из тебя всё дерьмо выбью!

С этими словами он ударил огромным оружием по земле.

От сильного удара с земли по арене полетели грязь и осколки кристаллов. Белл ощутил, как по его ступням пробежала дрожь, а Морд неожиданно растворился воздухе.

— Чтоб тебя! — злобно крикнул кто-то из авантюристов стоявших у арены, закашлявшись от поднявшейся пыли из грязи. Белл быстро выпрыгнул из облака пыли, устойчиво встал на землю и опасливо смотрел вперёд.

— А?...

Когда облако пыли развеялось, Белл не поверил своим глазам.

Огромный меч остался в земле, а Морда не было видно. Ни слева, ни справа — Белл осмотрел стоявших авантюристов, подумав, что Морд смешался с толпой, чтобы ударить его незаметно. Но Морда нигде не было.

Сверху. Глаза парня расширились, он посмотрел наверх — но удар пришёлся со стороны.

— Ге-ХА?!

Что-то размера и формы кулака врезалось в его лицо. Удар был такой силы, что смог сбить Белла с ног. Сделав несколько кувырков по земле, Белл поднялся прыжком. Он осмотрел арену, пытаясь игнорировать пульсирующую боль в виске. Но Морда не было видно.

Белл успел только удивиться, прежде чем его настиг следующий удар.

…Пинок в прыжке?!

Шух. На мгновенье его уши уловили звук прыжка, а потом нос железного ботинка ударил парня в грудь. Глаза Белла широко раскрылись, он ощутил будто сейчас выплюнет лёгкие, снова отправившись в полёт. Приземлившись на спину и забыв, как дышать Белл откатился от места, в котором ощутил направленную на него враждебность. Там, где ещё секунду назад была его голова, послышался удар. В том месте остался след от ботинка.

Когда Белл снова поднялся на ноги, его ожидал настоящий ад.

Удары бесконечным потоком осыпали его тело.

— ХАААААААА!!!

Кровь и грязь летели после каждого удара. Белла швыряло из стороны в сторону. Авантюристы одобрительно гудели, а парень отлетал всё ближе и ближе к краю арены. Руки окружающих авантюристов были сжаты в кулаки, Белл впервые ощутил такой поток кровожадности.

Каждый полученный удар заставлял искры сыпаться из глаз, но он никак не мог увидеть нападавшего.

Белл пытался сконцентрировать своё сознание на происходящем, чтобы понять с чем он столкнулся. Это не Навык — возможно Магия? Он никогда ни с чем подобным не сталкивался и поэтому реагировал слишком медленно. Он получал удар за ударом, а боль разливалась по всему телу парня.

Сила ударов постоянно откидывала тело Белла, так что довольно скоро вся арена была в его крови.

— Расколи ему голову, Морд!

— Офигенно! Мы тоже не можем его видеть?!

— Размажь слащавому кролику нос по лицу!

Помимо этих криков были и другие звуки. Железные ботинки стучали по земле. Воздух свистел.

Но всё это растворялось в шуме толпы. Белл никак не мог предсказать с какой стороны Морд нанесёт следующий удар.

Даже отклонение тела, когда Белл просчитывал удар не слишком ему помогало. Сила ударов Морда, использовавшего свою невидимость совершенно уничтожала преимущество Белла в Ловкости, несмотря на то что их Характеристики и Уровни были примерно равными. Замедленная реакция Белла на удары вела его к поражению.

Морд использовал недостаток знаний Белла для защиты и не давал парню продохнуть.

— Пшёл обратно!

— ?!

Белла чуть не выкинуло за край арены. Один из зрителей швырнул его обратно в центр. Наклонившись вперёд, чтобы не потерять равновесие, Белл получил очередной прямой удар коленом Морда по рёбрам.

Белл начал терять ощущение реальности. Но причиной этому была не боль от ударов и пинков.

Он ощутил озлобленность, мелочность и ненависть людей.

Белл никогда не сталкивался с таким прежде. Никогда он не оказывался в целом вихре ненависти и зависти. Впервые он столкнулся с темнейшей стороной человечества так близко.

…И от этого кружилась голова.

Насмешки и оскорбления сыпались на него со всех сторон, вместе с радостным смехом и довольными взглядами. Страдающий от головокружения и леденящего испуга Белл осознал, что эта арена отличается от мира, который он знал, тёплого и уютного места, которое он звал домом.

Так своё крещение переживают авантюристы.

Это тоже часть жизни авантюриста, что-то вроде церемонии посвящения. Вот так авантюристы ведут свою жизнь.

Жажда вина и женщин, богатств и титулов, вот и всё, что требуется чтобы сделать из человека отморозка.

Белл стиснул зубы в отчаянной попытке сохранить сознание, пока на него сыпался град ударов.

(сундучок-разделитель)

Очень односторонняя дуэль Морда и Белла проходила в кругу авантюристов, орущих во весь голос.

Две пары глаз наблюдали за «шоу», которое устроила группа преступников с безопасного расстояния.

— У вас очень вульгарные вкусы… Вы действительно считаете подобные избиения интересными?

— Грубо, Асфи, как же грубо.

Скрываясь в листве на краю леса и наблюдая за ареной Гермес вздрогнул, ощутив с какой злобой на него смотрела его последовательница.

— Вы сказали, что хотите увидеть силу Белла Кранелла своими собственными глазами… Вы спустились сюда чтобы посмотреть на бесчестную драку?

— На самом деле я надеялся увидеть, как он сражается с боссом этажа, но эта часть прошла не слишком гладко.

Тень разочарования проскочила в оранжевых глазах Гермеса, которые он не сводил с избиваемого Белла.

— Так даже хуже, — ответила Асфи с нескрываемой грустью в голосе. — Дали этим отморозкам мой шлем, рассказали им как заманить Белла… Я начинаю думать, что у вас на него какой-то зуб.

— О? А мне это кажется проявлением любви.

— Никто не назовёт такое проявлением любви.

— А теперь послушай как это вижу я. Рано или поздно авантюристы попытались бы вонзить в Белла клыки. Ты сама сказала, что другие дети его недолюбливают. Белл наивен, и он столкнулся бы с чем-то куда более жестоким. Не важно, как вульгарно это выглядит, я просто хочу, чтобы он понял и эту сторону человечества.

Асфи замолчала, зная, что её бог ко всем видам и типам людей относится одинаково.

Гермес не только рассказал, как заставит Белла прийти одного, но и дал авантюристам предмет, который позволил им избежать столкновения с Кенки. Он даже попросил их превратить это в шоу.

Это несколько не подходит под определение простой проверки Белла, но, возможно, именно такую проверку и надеялся провести бог.

— Не могу отрицать что мне это приносит определённое удовольствие, но вот с Гестией я поступил ужасно.

— …А если парень сломается?

— Значит, он не оправдывает моих ожиданий, только и всего.

Гермес не сводил взгляда с драки, но это не мешало ему не задумываясь отвечать на вопросы Асфи.

Пока, наконец, божество не перевело свой взгляд и не добавило.

— Зато сейчас… Белл и остальные дети сияют так ярко, при мысли о своих друзьях.

(огонёк-разделитель)

— Вон они!

Вельф махнул рукой остальным, увидев большую группу авантюристов.

К нему побежало трое: Оука, Микото и Чигуса со своим рюкзаком. Все они продирались сквозь лес, пытаясь быстрее объединиться с Вельфом. Собравшись вместе они начали осматриваться и продумывать, с какой стороны им подобраться.

— Паства Локи точно без нас уйдёт.

— Выбираться будем после того как благополучно вытащим Белла-сана и Гестию-сама.

Микото и Оука обменялись парой слов, взяв в руки короткие луки и стрелы из рюкзака Чигусы.

— Просто чтобы вы знали, ребята. Против таких сильных парней я буду бесполезен. Только с магией смогу подсобить!

— Этого хватит.

Оука кивнул Вельфу, прежде чем присесть рядом с Микото за большим корнем. Они переглянулись, а секунду спустя выпрыгнули, пуская стрелы в противников.

— Э! Это откуда?!

— Эти ребята были с Маленьким Новичком! Как они нас нашли?!

Авантюристы, стоявшие сзади всех, достали оружие и с лёгкостью отражали стрелы, показывая свои превосходящие характеристики. Микото и Оука запускали о четыре стрелы в секунду, создавая настоящий дождь из снарядов. Следившие за боем авантюристы тут же бросились от арены прочь, побежав к незваным гостям.

— Да ладно, мы на это рассчитывали! Завалим их на хрен!

— Вас чё, такемиказучивские напугали, а?!

Самые быстрые из авантюристов высокого ранга, огибая стрелы, двинулись вперёд. Оука первым прервал дальние атаки. Он, не мешкая, отбросил свой лук.

— Чигуса, копьё!

— Есть!

Спустя секунду оружие оказалось в его руках и Оука сделал выпад.

— Медленный ты, урод!

Вервольф с особенно высокой ловкостью уклонился от выпада Оуки. Улыбаясь, он проскользнул мимо и попытался укусить Микото, которая только сейчас выпустила лук из рук.

— Яй!

— ?!

Воспользовавшись уязвимостью вервольфа Микото схватила его за руку и перекинула его через плечо.

Вервольф приземлился на спину. Прежде чем он успел отойти от боли, Оука со всей силы ударил его ногой в живот.

— Гхех?!

— Вы, ребятки, из Паствы Такемиказучи, да?

Тело вервольфа обмякло. Командная работа Оуки и Микото произвела на авантюристов высокого класса впечатление.

Поскольку Такемиказучи бог сражений, его последователи владеют множеством видов оружия, а также искусством рукопашного боя. Оука и Микото не ограничены только копьями и луками, они способны выбирать стиль боя, подходящий под ситуацию.

С помощью Чигусы они вдвоём отбивались от нападавших авантюристов. Используя связку навыков и боевой смекалки, отряду из троих человек удавалось продолжать бой.

— А эти сукины дети неплохо отбиваются!..

— Дебилы! Нас больше! Окружите их наконец!

Последний авантюрист из зрителей наконец присоединился к остальным, уже сражавшимся с Паствой Такемиказучи.

Вельф не мог прийти в себя, авантюристов становилось всё больше.

— Эй, они в спину заходят!

— Используйте деревья, чтобы получить преимущество… Держать строй!

Голос Оуки был твёрд, несмотря на два десятка авантюристов, направивших на них своё оружие.

Вельф занял своё место в строю из четырёх человек, используя для защиты элементы ландшафта.

— Эй, да что происходит?!

Глаза Гестии округлились, когда до её ушей донеслись разносившиеся по лесу звуки боя.

Она понимала, что это не обычная стычка, а нечто гораздо большее. От звона мечей и лёгких вибраций, колыхающих деревья, по спине пробегал холодок.

У богини было плохое предчувствие по поводу того «урока», который Морд собирался преподать Беллу. Что-то плохое может произойти с парнем, и богиня это знала. Пытаясь освободиться от верёвок, которые связывали её руки и ноги, Гестия отчаянно старалась добиться ответов от авантюристов, которых Морд оставил её охранять.

— Аааа… Они там вовсю развлекаются…

— Чёрт, я бы тоже глянул…

— …Эй! Богинь не игнорировать! Это приказ!

Двое мужчин, сидящих неподалёку от Гестии уставились на неё пустыми взглядами.

— УГРААААААХХХХ!!! — яростно закричала богиня. К несчастью для неё, её маленькое тельце никак не подходило для запугиваний. Её похитители не знали, как реагировать.

— Кто здесь?!

— А? Что?

Гестия посмотрела по сторонам, когда авантюристы неожиданно обеспокоенно подскочили на ноги.

Шурх, шурх. Все трое заметили движение в плотных кустах, окружающих их укрытие — два длинных белых уха появились из-за кустов.

— Б-Белл?

— Нет конечно!

— А, всего лишь Аль-Мираж?.. А я чуть в штаны не наложил.

Монстр-кролик помотал головой из стороны в сторону, осматриваясь, прежде чем выскочить из куста. Увидев сладкие облачка, монстр бросился к ним и скрылся в кустах с другой стороны.

Один из авантюристов уже было вздохнул с облегчением, но спустя секунду снова напряжённо нахмурился.

— Погоди, а что Аль-Мираж забыл на восемнадцатом?..

Эти монстры обитают только на тринадцатом и четырнадцатом этажах Подземелья. Монстры атакуют всё, в чём видят угрозу, в том числе и других монстров. Как одному Аль-Миражу, слабейшему монстру серединных этажей удалось добраться до восемнадцатого этажа самостоятельно? Авантюрист не мог избавиться от чувства, что здесь что-то не так.

Он сделал несколько шагов в направлении, в котором скрылся Аль-Мираж, а потом неожиданно — блап, блап!

— А?..

— Тьфу.

Что-то ударило его в грудь. Сок медового цвета размазался по его броне. Авантюрист посмотрел на своего товарища; спустя секунду с тем произошло то же самое.

В тот момент, когда они поняли, что в них попали фруктами, сзади послышался громкий топот.

Авантюристы обернулись и увидели…

— Гурааа…

Три багбира, каждый из которых исходил слюной от голода.

— АААААААААА!!!

— РАААААААРРРРРР!!!

Монстры взревели, увидев перепачканных медовым соком авантюристов. Багбиры шли на запах медовых облачков и наткнувшись на закуску, в виде моментально бросившихся прочь авантюристов, не отказались от своей цели. Звери бросились в погоню, а Гестия, оставшись в одиночестве, начала моргать. Прыг, прыг, Аль-Мираж вернулся на полянку остановился прямо перед ней.

— Ээээй! Я не вкусная, так что не ешь меня!

— …Звон полуночного колокола.

Голос раздался из тела монстра. Гестия удивлённо смотрела как развеивается Заклинание.

— Даже монстрам станет дурно, если они попытаются съесть вас, Всевышняя Гестия.

— Помощница!

Облако серого пепла покрыло белую шкурку кролика. Как только пепел развеялся, на месте монстра стояла Лили.

Она обманула авантюристов своим Заклинанием, Золушкой, которое может превращать её тело во что угодно, лишь бы девушка явно себе это представляла, даже монстра. Девушка воспользовалась техникой, которая сослужила ей хорошую службу, когда она ещё была воровкой и натравливала монстров на своих жертв.

— Ты одна?! А, не важно, в общем. Как ты меня нашла?!

— Лили была с Вельфом, а перед тем, как мы нашли сударя Белла кое-что учуяла. Лили нашла это место… из-за тех духов, которые Всевышняя Гестия купила этим утром.

Поскольку богиня была похищена, велик шанс того, что её держат в заложниках. Лили это поняла и отделилась от остальной группы, использовав своё Заклинание чтобы превратиться в монстра и спасти похищенную богиню.

Она нашла бутылку из-под духов, которые Гестия купила в Ривире среди фиалов зелий. Запах этих духов привёл её прямо к Гестии.

— Заклинание Лили может копировать форму, и основные особенности цели. Лили не может стать с его помощью сильнее, но скопировать врождённое обоняние монстра вполне возможно.

— Как удобно! Заклинание смены формы!

Определённые типы зверолюдей известны своими острыми чувствами, которые пробуждаются вместе с Характеристиками.

Нюх Лили обострился, после того как она провела значительное время в форме чинтропа и вервольфа. Поэтому она смогла пройти по следу духов.

— Сударь Белл сражается возле большого кристалла. Идём туда.

— Конечно!

Лили перерезала верёвки, которыми связали Гестию кинжалом, и они отправились к кристаллу.

— Пламя Бедствий!

Антимагическое Заклинание — Вельф активировал Блуждающий Огонёк, и трое авантюристов читавших заклинания сполна ощутили на себе Ignis Fatuus. В разных местах боя раздалось три взрыва.

Попавшие под удар авантюристы рухнули на землю, из их ртов шёл дымок.

— У этого ублюдка какое-то странное Заклинание!

— Вырубите его быстрее!

Приятели Морда, два человека-авантюриста бросились на Вельфа.

— Да ладно, вдвоём на одного кузнеца?!

Два авантюриста второго уровня бросились на Вельфа первого уровня. К этому времени Вельф уже подготовился к сражению, но атаки этих двоих были слишком быстрыми, чтобы он мог на них отвечать. Парень едва успел отбить очередной удар, защитившись широкой стороной клинка.

Столкновение мечей прошлось по телу Вельфа волной боли. Его защитная стойка была нарушена, и он не успел восстановить её к тому моменту как удар нанёс второй авантюрист.

— Получи!

— ?!

Железный ботинок мужчины описал в воздухе дугу и пришёлся в правое плечо Вельфа, потрепав его одежду из саламандровой ткани. Парень успел уйти от прямого попадания, двинув плечом, но полоска ткани, которой к спине Вельфа были прикреплены ножны оказалась перерезана.

Ножны меча и обёрнутые в белую ткань оружие упали.

Упав плашмя ножны остались у ног парня, а оружие, отлетев дальше, полетело со склона холма в густой лес, расположенный внизу.

Время для Вельфа будто застыло, он беспомощно смотрел как свёрток летит вниз и потянулся к нему рукой. В следующую секунду Вельф получил удар железного ботинка в рёбра и рухнул на землю.

— Гех?!

— Вот и всё!

Вельф ударился спиной о землю, а ему в грудь уже летел удар меча, налетел сильный порыв ветра…

— Хаааагх?!

Деревянный меч Лю остановил удар.

Вельф удивлённо смотрел, как авантюрист, который только что чуть его не убил, развалился на земле как мешок с песком получив всего один удар.

— Мне показалось что в лесу стало слишком шумно… Вот, значит, что произошло.

— Ах ты!..

Вельф был спасён авантюристой в капюшоне. Девушка опустила меч и уставилась на второго друга Морда.

— Т-ты кто чёрт меня дери такая?! Подружка того засранца?

Мужчина угрожающе помахал мечом, а эльфийка спокойно взялась за капюшон и опустила его.

— Похоже вы не выучили свой урок. Видимо в первый раз сдерживаться не стоило.

— ГАААААЙЙХХ!!!

Мужчина вскрикнул, будто его посетили видения собственной смерти, когда он увидел лицо авантюристки в капюшоне — лицо Лю — открылось.

Он был с Мордом в Щедрой Хозяйке, когда их троих запугала одна официантка. А вскрикнул он от того, что эльфийка, которая навела на их компанию страха снова оказалась у него перед глазами.

Авантюрист в отчаяньи бросился бежать, но Лю безжалостно ударила его, прежде чем он успел сделать несколько шагов.

— Прошу прощения за опоздание. Мой клинок вам послужит.

— У-угу, спасибо.

Лю вернула свой капюшон на голову, скрыв лицо. Она двинулась дальше, к группе, атакующей Оуку и Микото. Облепившие их как мухи враги, начали валиться на землю крича от боли.

Вельф взглянул на холм, множество авантюристов высокого класса уже лежало на земле, а несколько секунд спустя перевёл взгляд на лес, пытаясь увидеть куда упало завёрнутое в ткань оружие.

— …

Он подошёл к краю и присмотрелся внимательней.

Некоторое время парень смотрел вниз взглядом, будто этот меч был его кровным врагом.

Повернувшись спиной Вельф вернулся к Оуке и остальной группе.

(огонёк-разделитель)

Удар за ударом разносились в относительной тишине.

Белла мотало из стороны в сторону, он покачивался, его руки гудели от боли, когда он в очередной раз поднялся с земли.

Кольцо авантюристов, окружавших арену уже пропало. Из леса неподалёку раздавались звуки ударов оружия об оружие и боевые кличи. Паства Такемиказучи при поддержке Вельфа и Лю сражалась с бандитами. Дуэль Белла и Морда продолжалась на неожиданно опустевшей арене, теперь публики не было.

Один вскрик, другой. Число готовых к бою бандитов уменьшалось.

— ?..

Очередная невидимая атака, кулак мускулистой руки рассекает воздух. Удар пришёлся прямо в поставленный Беллом блок.

В воздухе витало замешательство — Белл ощущал его от противника, которого не мог увидеть. Морд отступил, а потом зашёл с другой стороны с серией пинков.

Блок. Блок. Блок.

Несмотря на то, что его защита не была идеальна, Белл начал понимать с какой стороны придут удары, а также время, когда они будут нанесены. Парень не терял самообладания.

Взгляд красных глаз останавливался на невидимом теле Морда.

Невидимый авантюрист дрогнул. Топ, топ. Стальные ботинки брякнули, когда невидимка отпрыгнул от парня разрывая дистанцию. Быть такого не может, подумал про себя Морд, встав в стойку и затаив дыхание. Он скрыл своё присутствие от Белла, как это делают убийцы выполняя свою работу.

Убедившись, что глаза Белла больше за ним не следят, Морд зашёл с правого плеча парня и ринулся в атаку.

— !!!

Тело Белла отреагировало мгновенно. Он ударил левой ногой с разворота с полной уверенностью в своих действиях.

Длинный, размашистый пинок с разворота бронированной голенью. Левая нога парня рассекла казавшееся пустым место.

Пок! Ботинок парня пришёлся прямо в подбородок противника.

Замешательство обернулось шоком. Морд снова скрыл своё присутствие и отступил, а когда напал получил ещё одну контратаку — глаза Морда запылали от чистейшего гнева, и он взревел.

— П-Почему ты меня видишь?!

Белл не мог его видеть.

Ярость и замешательство Морда витали над ареной. Белл не мог увидеть авантюриста, но всё равно смотрел прямо на него. На самом деле он ощущал не эмоции авантюриста, а направленный на него взгляд.

…Как ему удавалось ощущать и другой пристальный взгляд на себе, чувство, что его оценивают.

Последние два месяца Белл постоянно замечал следившие за ним серебряные глаза. Ощущение, что за ним наблюдают усилило его чувства. Он не знал откуда исходит этот взгляд, но пристальное внимание заставляло парня подпрыгивать от удивления. Чувствительность парня значительно возросла после того как он столько раз замечал, что за ним следят.

Пристальный взгляд божества серьёзно отразился на парне, который и до этого был трусливее большинства людей. Белл был всего лишь кроликом, искавшим укрытия.

Ненавидящий «взгляд» Морда стал для парня маяком — как и взгляд двух пар глаз, следивших за боем откуда-то из леса. Белл чувствовал их на себе.

Парень понимал, что противник не сводит с него взгляд, он знал, что за ним следят и мог «видеть» откуда на него смотрят. Тот факт, что Морд невидим ничего не менял. Именно пристальный взгляд выдавал авантюриста.

— Проклятье, пошло всё к чёрту!

Покоящийся в ножнах меч пошёл в ход.

Морд от души веселился, избивая и запинывая Белла, пока не настал этот момент. Игры кончились, время убивать. Оружие, как и тело авантюриста были невидимы, благодаря силе Головы Аида.

Глаза Белла округлились. Ощущая нападение противника Белл уклонился. Он слышал в воздухе свист меча и ушёл от удара.

Белл перекатился по арене и схватил правой рукой грязи вместе с частичками кристаллов.

— Я тебя на куски нару…

Подняв меч, Морд крикнул и снова ринулся в атаку.

Белл снова поймал на себе взгляд противника и сжал правую руку, смешивая кристаллы и засохшую грязь в мелкие частицы порошка.

В следующее мгновение он бросил этот порошок в Морда.

— Чё?!

Голубоватый порошок пришёлся облаком прямо в лицо Морда. Тысячи частичек кристаллов разлетелись по всему его телу.

Сияющий голубоватым светом силуэт появился в центре арены. Был виден даже меч авантюриста. Теперь Белл точно понимал где именно его противник.

Синие кристаллы позволяли Беллу следить за своим по большей части невидимым противником.

— Хех!

— Хооооо!

Белл вытащил из ножен Ушивакамару, повернул его лезвием вниз и побежал к Морду. Морд замахнулся мечом и обрушил на белого кролика удар.

Белл видел синеватый блеск кристаллов, оставшихся на мече, удар которого был направлен в него, и отразил этот удар красным клинком кинжала.

От столкновения лезвий посыпались искры; звон металла пронзил воздух. На поблёскивавшем от кристаллов лезвии меча появились трещины. Неожиданно меч раскололся надвое и его кусок полетел в неизвестном направлении. Морд по инерции сделал несколько шагов вперёд. Он замер на месте, сжимая остатки меча в руке.

А Белл на этом не остановился.

Поставив левую ногу прямо перед своим врагом, Белл использовал инерцию прошлого удара, чтобы провернуться в воздухе. Его правая описала дугу с силой и скоростью торнадо — техника, которую парень выучил у Айз.

— Гааааъ!!!

Правая пятка парня ударила Морда сбоку по голове.

— ГАААААХ?!

Он нанёс удар туда же, куда первый раз ударил Морд своим кулаком, в правый висок.

Тело авантюриста отбросило, раздался неприятный хруст. Вот только в этот раз, раскололся магический предмет, который был на Морде, Голова Аида. Трещины паутиной покрыли шлем, после чего тот разлетелся на куски. Тело Морда в ту же секунду стало видимым. Авантюрист приземлился на спину, дрожа от гнева, он снова встретился взглядом с Беллом.

— Чё за… херня!!! Гори в аду ублюдок!

Морд схватился за висок, поднимаясь на ноги и не сводя взгляд красных от ярости глаз со своей цели.

Тело Белла было в ужасной форме. Порезы, синяки и кровоподтёки покрывали его руки и лицо. Парень перевёл дыхание и встал в защитную стойку.

Где-то неподалёку кипел бой, а Белл и Морд уставились друг на друга, готовясь закончить этот бой последним рывком.

— Остановитесь сейчас же!!!

Щёлк… наступило затишье.

Даже Морд и Белл застыли на местах с поднятыми кулаками, посмотрев в направлении крика.

На возвышении стояла Гестия. Лили была рядом с маленькой богиней, они смотрели на поле боя.

— Белл, остальные, я в порядке! Теперь драться бессмысленно! Вы можете остановиться!

Белл ощутил волну облегчения услышав голос богини и медленно опустил руки.

Группа Вельфа также вложила оружие в ножны, повинуясь воле богини.

Но ярость Морда не была вымещена. Вены вздулись на его лице, он повернулся к своим союзникам, не понимающим, что им делать.

— На хер слова богини! Кончайте их!

Большинство авантюристов высокого класса валялось на земле, вопя от боли получив контратаку от Лю. Но они зашли слишком далеко; поворачивать уже поздно. Авантюристы начали подниматься, а Морд занёс оружие и понёсся на Белла.

Но в следующее мгновение.

— …Вы остановитесь.

На поле боя снова стало тихо, будто замер даже воздух.

Тела Морда и остальных авантюристов перестали двигаться, будто скованные невидимыми цепями. Их лица побледнели, все взгляды обратились к Гестии. Авантюристы затряслись от страха. Даже Белл и пришедшие за ним союзники потеряли дар речи ощутив исходящую от богини мощь.

Именно эта мощь заставила людей склониться перед богами. У них не было выбора, кроме поклонения созданиям, сошедшим с божественных небес.

Гестия использовала божественные силы не ради собственной выгоды, а чтобы остановить сражение детей.

— Опустите оружие.

— Эм, а…

Белл никогда не видел Гестию такой, он никогда не слышал, чтобы её слова звучали с такой безоговорочной интонацией.

Морд и авантюристы его группы могли только мычать и пятиться назад, ощущая на себе давление взгляда синих глаз богини.

— …ААаааааууу!!!

Один из авантюристов развернулся и побежал. Потом второй, третий, остальные обернулись на убегающих, оценивая возможные варианты. Неожиданно, оставшиеся авантюристы разом побежали.

— С-стойте, идиоты! — крикнул Морд. Но, секунду спустя, и он рванул за остальными.

Спокойствие наполнило лес, буря миновала.

— …Белл, ты в порядке?!

— А?!

Белл не мог двинуться когда Гестия прыгнула на него, прижав к земле. Парень наконец пришёл в себя. Богиня сидела у него на животе и, вытащив из сумки одно из зелий Паствы Миаха, поливала им лицо Белла.

— Пффф?! — Белл прыснул от удивления, сладковатая жидкость вливалась в его раны и исцеляла их. Зелья попали в кровь и начали затягивать раны по всему телу, восстанавливая силы парня.

— Ууууууу, мне так жаль, Белл! Это я виновата, что всё так закончилось…

— А, нет, Боженька… Это же я тебя защитить не смог… Н-не надо плакать.

Белл не знал, как ему реагировать на то, что Гестия распласталась у него на груди, и из её глаз побежали слёзы. Парень медленно приобнял богиню руками, будто пытаясь успокоить ревущего ребёнка. Считанные мгновения назад она была непоколебимым божеством, спустившимся с небес. А сейчас выглядела очень по-человечески. Белл не знал, что ему думать.

Боги вызывают восхищение в детях Гекая даже без демонстрации своих настоящих сил, Арканума.

Жизнь в Гекае для богов всего лишь игра… Но божества в любой момент могут воспользоваться своей божественной мощью и заставить любого склониться перед собой. Вместо этого боги берут на себя заботу о детях, которые поклялись им в верности и помогают им проживать свои истории.

Белл посмотрел на богиню, которая воспользовалась своими силами не ради собственной выгоды, а для того чтобы защитить людей вроде него… Гестия подняла взгляд, в глазах у неё стояли слёзы. В этот момент Белл ощутил какое-то новое чувство к своей богине, их углубившуюся связь.

— Ну что, руки-ноги на месте, Белл?

— Вельф…

— Лили понимает, что произошло, но больше не делайте ничего в одиночку! Сударь Белл у вас была возможность попросить у нас помощи!

— Ммм…, — Гестия снова зарылась лицом в грудь Белла, когда к ним подоспели Вельф и Лили. Красноволосый парень натянуто улыбнулся, когда Лили отчитала Белла. Парень извинился и поблагодарил обоих. Микото и её спутники стояли чуть поодаль, с улыбкой наблюдая за происходящим.

— …Ммммм. Извините, детки Такемиказучи, мы и вам забот доставили.

— Вовсе нет, Всевышняя Гестия. Мы были рады помочь.

— И тебе спасибо за помощь, Капюшончик.

— Капюшончик…

Гестия перестала плакать и, поднявшись, наконец начала вести себя как богиня, которой она являлась. Поплотнее набросив капюшон, Лю пробормотала себе что-то под нос, все присутствующие наконец смогли расслабиться.

Мягкий бриз налетевший из леса объявил о завершении битвы. На лицах авантюристов появились улыбки.

— Ну что, теперь мы… — начала Гестия. Неожиданно началось это.

Земля под их ногами начала трястись.

Точнее, сотрясался пол всего этажа.

— З-землетрясение?

— Нет, это…

— Подземелье трясётся?

Чигуса, Микото и Оука переговаривались, уставившись на землю.

Толчки становились всё сильнее и сильнее, заставляя листья на деревьях громко шуршать.

— Это… нехорошая тряска.

Белл осознал, что произойдёт что-то очень плохое, когда эти слова сорвались с губ Лю…

Сейчас произойдёт нечто выходящее из привычных рамок, а это первый знак.

Всё что было на восемнадцатом этаже начало сотрясаться, а в следующее мгновение…

Огромная тень накрыла всю группу.

— …Это что за чертовщина?

Посмотрев наверх, Вельф мог сказать только это.

Потолок восемнадцатого этажа был покрыт кристаллами, которые производили свет. И в самом большом из них, местном «солнце» появилось нечто.

Нечто большое. Нечто движущееся.

Часть его отразилась на гранях огромного белого кристалла, будто на огромном калейдоскопе. Оно загораживало свет, каждое движение создавало тень на этаже.

Как и остальные, Белл заметил это в кристалле и пытался присмотреться, но в этот момент пол сотряс особенно сильный толчок. Авантюристы встали в защитные стойки, чтобы устоять и вытащили оружие.

Крак.

Оно явилось.

Существо всё летело к поверхности кристалла, а на ней уже появилась огромная трещина.

— Трещина?! Монстр?!

— Быть не может. Это безопасное место!

Несколько кусочков отлетело от кристалла, мерцая в воздухе.

Всё больше и больше трещин появлялось на его поверхности, а Микото и Лили практически вскрикнули от этого зрелища.

Чёрное существо в кристалле дёргалось; оно пробивало путь на поверхность пинками и кулаками. С каждым мгновением оно становилось всё больше.

— Ой, да ладно… не может быть. Неужели я виновата.

Шух. Все уставились на Гестию.

Проигнорировав взгляды, Гестия так и не свела глаз с кристалла, добавив:

— Я же почти ничего не сделала… Ну как так может быть?

Треск становился всё громче и громче, существо крушило кристалл, пробивая дорогу вниз. А Гестия смотрела на это с непониманием.

— Меня заметили?!

— Нет, в этом виновата не Гестия.

Гермес осмотрел продолжавший сотрясаться этаж с верхушки одного из деревьев.

— Всевышний Гермес, что вы натворили на этот раз?!

— И уж конечно, ни одна из моих маленьких проказ ничего подобного сделать не могла.

Недостаток доверия к своему богу слышался в голосе Асфи, которая выразила своё замешательство во весь голос. Гермес, впрочем, не сводил взгляд с чёрной тени в кристалле.

— Ааа, Уран… Разве ты не должен был молитвы слушать? Никогда о такой штуке не слышал.

Гермес в замешательстве прищурился. Он был так раздосадован своим собственным предположением что почти выплюнул эти слова изо рта.

— Перестаньте меня игнорировать и скажите, что происходит! Что это за чертовщина?!

—Выходит из-под контроля, как по мне. Почему же оно настолько чувствительней обычного. Оно заметило наше присутствие.

Гермес снова проигнорировал слышимую в голосе Асфи панику и продолжил тихо говорить, будто сам с собой.

— Видишь ли, Подземелье ненавидит. Оно ненавидит тот факт, что боги спустились так глубоко.

Гермес продолжил смотреть на потолок несмотря на подозрительные взгляды Асфи. Она открыла рот чтобы заговорить, но её слова прервал громкий треск.

Бродящие по лесу монстры подняли головы к «небу» и взвыли. Их злобный вой смешался с треском кристалла раздающимся сверху.

— Асфи, иди в Ривиру и позови подкрепления.

— Подкрепления? Вы же не пытаетесь сказать, что мы собираемся сражаться с этой штукой? Мы не сбежим?

— Да, не сбежим…

Гермес позволил своим словам оборваться, а в следующую секунду раздались новые для этого момента звуки — камнепад.

Асфи посмотрела в направлении нового звука. Её глаза чуть не выскочили из орбит.

— Тоннель, единственный путь к отступлению заблокирован… Не стоило надеяться, что нам дадут сбежать.

— ?! Я так и знала! Если мы не выберемся отсюда живыми, я буду до скончания времён тебя преследовать, Гермес!

Асфи оттолкнулась от дерева с отчаянной решимостью. Гермес смотрел ей вслед, в его взгляде читалось сочувствие. А после снова перевёл взгляд на потолок.

— Ну, что же…

Трещин становилось всё больше, они паутиной покрывали кристалл. Осколки сыпались на землю, не переставая. Кристалл с громоподобным звуком распахнулся, будто цветок лотоса явив лицо огромного монстра.

Гермес смотрел с восхищением, он замер на месте, а на его лице появилась довольная улыбка:

— Вот и босс этажа.

(злобный разделитель)

Монстр высунул голову из основания повреждённого кристалла.

Казалось, что к потолку восемнадцатого этажа была приставлена скульптура головы. Однако, голова определённо была живой. Её огромные глаза яростно вращались, оглядывая всё, что было на этаже. Плечи монстра вырвались в куче кристальных обломков, разлетевшихся в разные стороны. Когда верхняя часть тела монстра освободилась, он распахнул огромные челюсти:

— ООООООООООООООООООООООООООООООО!!!

От громоподобного рёва задрожал весь этаж. Иной монстр, Голиаф, превосходящий своего собрата по всем параметрам, родился на безопасном этаже Подземелья.

Голиаф начал крушить кулаками кристаллы пока не появились его ноги, а гравитация завершила остальное.

Он полетел к земле будто чёрный метеор, в окружении сияющих обломков кристаллов с потолка. Огромный монстр, способный раздавить любого человека своей ногой. Повернувшись ногами вниз, зверь приземлился на верхушку Центрального Дерева. Звук приземления был оглушительным. Корни дерева затрещали от веса монстра. Ствол пригнулся к земле наполовину от веса гиганта. Обломки огромного кристалла также оказались на земле, сокрушив своим весом деревья и смяв траву.

«Голубое небо» исчезло. Кристалл, который поддерживал большую часть света на этаже — тот самый, который Голиаф разбил на части — перестал светить. Оставшиеся кристаллы могли лишь поддерживать лёгкий полумрак. Будто наступила ночь, в которую совсем не светит луна.

И посреди разрухи стоял огромный Монстр Рекс, которого существовать не должно.

Монстр медленно поднял голову и спрыгнул с дерева.

— …Ч-чё за?..

Морд и его группа Авантюристов видела приземление Голиафа.

Они бежали с восточного леса к равнинам. К их невезению, они оказались прямо у Центрального Дерева, когда кристалл треснул.

Голиаф семнадцатого этажа был серым; этот же монстр был чёрного цвета с горящими кроваво-красными глазами. Он, не моргая, уставился на Морда.

— …ООООООООООООООООООООООООУУУУУУ!!!

— Ч-ЧЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕ?!!!

Авантюристы группы Морда всегда ждали пока другая группа победит босса этажа на семнадцатом, чтобы безопасно спуститься вниз. Сражение с этим новым монстром не было для них вариантом. Авантюристы бросились врассыпную, отчаянно пытаясь спастись.

Появившаяся из леса группа Белла уставилась на происходящее со смесью удивления и ужаса.

— Что это за чертовщина?!

— Чёрный Голиаф?!

Вельф и Лили крикнули почти одновременно, когда Голиаф двинулся к группе Морда. Даже с большого расстояния Белл мог убедиться в том, что этот Голиаф куда быстрее и сильнее чем тот, от которого он сбежал на семнадцатом этаже.

— Этого монстра, возможно, отправили, чтобы меня убить… Нет, убить всех богов, которые сюда спустились.

Подземелье ощутило присутствие божеств и отправило монстра для их уничтожения.

Остальные не совсем понимали, что именно происходит. Но каждого из них пробрал холодок, когда Гестия заявила, что главарь этажа, скорее всего, прибыл за ней.

Несмотря на то, что зверь был очень силён он бросался, завидев любое движение. Возможно он был рождён слишком быстро, чтобы получить интеллект, которым обладают другие монстры и боссы этажей.

— …Н-нам нужно им помочь?!

Белл дрожал так же, как и остальные. Но вид подвергшихся опасности авантюристов помог ему взять себя в руки, и он заставил свои ноги двинуться вперёд.

— Стой, — Лю схватила Белла за руку.

— ?!

Парень увидел ледяной взгляд её небесно-голубых глаз, блеснувший под капюшоном.

— Ты действительно собираешься броситься им на помощь? Такой группой?

Выражение на лице девушки не выражало никаких эмоций, но слова были произнесены ледяным тоном, будто она задавала вопрос, не требующий ответа.

В их группе всего пять авантюристов высокого класса, которые способны хоть что-то сделать против Монстра Рекса, по меньшей мере четвёртого уровня. Разница в силах была колоссальна.

К тому же, стоит ли рисковать жизнями своих друзей ради спасения этих бандитов? Лю могла выразить всё это без слов.

Глаза Белла округлились, нерешительность появилась на его лице. Но это длилось всего мгновенье.

— Давайте им поможем.

Лю прищурилась, услышав быстрый ответ.

— На роль главы группы ты не подходишь, — из уст опытной авантюристки критика звучала особенно остро, но потом пронзительный взгляд Лю сменился улыбкой — Но ты поступаешь правильно.

С той же самой улыбкой на лице Лю выбежала из леса, направившись к Голиафу, её плащ развевался от ветра. Она поспешила на помощь другой группе первой.

Сердце Белла вздрогнуло, но спустя мгновенье он сам бросился за авантюристкой в капюшоне.

Один за другим, за ним последовали остальные.

Никто не возразил, все лишь обменялись взглядами и кивнули.

Простите… и спасибо. Их сердца и мысли были едины.

Белл крикнул:

— За мной!

Семеро авантюристов выбежали из леса на равнину.

Крики замешательства и ужаса смешивались с громким топотом в самом центре восемнадцатого этажа.

Группа Белла бросилась к гиганту.

----------

Глава 6. Восхваление героев.

Потолок потерял белое светило, отчего тёмная синева нависла над восемнадцатым этажом.

Собравшиеся на центральной площади Ривиры авантюристы видели всё произошедшее с вершины своего острова посреди озера.

— Это что за фигня?..

Огромный тёмный силуэт бежал где-то посреди этажа, будто гоняясь за чем-то мелким. Несмотря на то, что авантюристы не видели за кем именно гонялась огромная тёмная фигура, душераздирающие вопли достигали даже центральной площади.

Странностей подобного масштаба никогда не случалось на этом этаже. Авантюристы Ривиры известны своей способностью себя защитить, но даже они не знали, как реагировать на подобное. Они просто замерли, осматривая нового монстра.

—…Борис! Борис, ты здесь?!

— А-Андромеда?! П-погоди, как ты сюда забралась?! Ты что, с небес спустилась?!

— Не важно это сейчас! Борис, скажи всем авантюристам собирать оружие, нам придётся убить эту штуку!

В голосе Асфи слышалось отчаянье, она умоляюще обратилась к сильнейшему авантюристу Ривиры, владельцу Обмена. Мужчина носил повязку на левом глазу. Впрочем, он не обратил никакого внимания на мольбу в голосе, вместо этого сделал к девушке шаг.

— У-убить?! Не будь дурой, Андромеда. Кто сказал, что мы будем тратить запасы оружия на этого чёрного монстра?! Лучше займёмся спасением своего добра!

— Побег невозможен! Южный холм обрушился, никто с этого этажа не уйдёт!

Огромный мужчина потерял дар речи, услышав такое. Но его острый глаз заметил облако пыли, поднимающееся от кучи грязи и камней на юге. Мужчина медленно вернул взгляд на Асфи, его челюсть отвисала с каждой секундой, когда он начал осознавать опасность положения.

— Мы выиграем время чтобы разорвать завалы и выберемся…

— Это какое-то жалкое подобие шутки? Как ты думаешь, сколько уйдёт на расчистку завала? Полдня? Сутки? Интересно будет посмотреть, кто-то сможет отвлекать чудовище столько времени, или оно уничтожит всех раньше.

— …Э-это же просто Голиаф. Нет никакого смысла устраивать переполох…

— Ты правда думаешь, что это просто Голиаф?

Асфи взглядом указала на чёрную тень, наводящую разрушения на округу под покровом ночи. Авантюристы видели какой мощью обладали удары Голиафа, попадающие в землю.

— Интуиция мне подсказывает что этот Голиаф отрежет пути отступления. Никто не выйдет с этого этажа, пока жив монстр. И подкрепления ждать тоже неоткуда.

— …Да пропади оно всё пропадом.

Мужчина слегка поник, когда Асфи его урезонила.

Где-то вдали Голиаф в очередной раз нанёс удар, и этаж сотрясла лёгкая дрожь, сопровождаемая криками.

— Ну что, слюнтяи! Вы её слышали, нам придётся прикончить монстра здесь и сейчас! Я лично прослежу чтобы каждый, кто забьётся в угол больше никогда и шага в этот город не сделал!

На какое-то мгновение услышав приказ Бориса авантюристы на площади застыли. А потом, будто кто-то нажал на невидимый рычаг и они пришли в движение. Каждый из авантюристов брал в руки лучшее оружие и надевал лучшую экипировку, а потом бросался к равнине.

Асфи смотрела, как авантюристы завершили свои приготовления и ринулись в бой, оставив Ривиру в тишине.

— Похоже, что и мне пора!..

Взглянув на гиганта в последний раз, девушка подошла к краю холма и прыгнула.

Огромная равнина стала местом адского сражения.

Голиаф выбрал целью группу авантюристов Морда. Те, кто был недостаточно быстр, тут же оказывались в воздухе от ударов гигантских кулаков. Но и тех, кто смог уклониться от удара, разбрасывало в разные стороны как клочки бумаги, когда кулак гиганта сталкивался с землёй.

— Увааааах!!! — авантюристы группы Морда слышали крики товарищей, но каждый из них думал только о себе. Инстинкт самосохранения подсказывал каждому из них, что им нужно убраться подальше от чёрного гиганта ради спасения собственной шкуры.

Их отчаянье обращалось безумием, а их орущие и разлетающиеся в разные стороны товарищи нагоняли на бегущих лишь больше страха, заставляя быстрее переставлять ноги в бесполезной попытке сбежать.

— …ооооо.

Голиаф скользнул пронзительным взглядом по бегущим людям.

Физически форма тела монстра напоминала форму тела орка. Короткие, но толстые ноги поддерживали тело, составлявшее около шестидесяти процентов всей его высоты. Длинные волосы на голове достигали примерно середины спины.

Глаза Голиафа перебегали с одного человека на другого, бросавшихся от его ударов врассыпную. Взгляд гиганта остановился на месте. Два кроваво-красных глаза взглянули чуть дальше, на землю перед разбегающимися людьми.

— ...АААААОООООО!!!

Гигант взревел и из его рта вырвался громоподобный взрыв.

Ударная волна рванула под ногами авантюриста убежавшего дальше всех от Голиафа. Не ожидавший такого авантюрист не успел даже вскрикнуть перед тем, как его отправило в полёт вместе с огромным комом травы Подземелья. Морд и остальные авантюристы видели, как их товарища мотает в воздухе будто марионетку, которой отрезали ниточки. Глаза убегающих округлились, а каждый волосок на их головах встал дыбом.

— Р-рёв?!

Чудовище не просто издавало рёв, от которого страх пробирал до костей. Этот рёв был магической атакой, превращающей рот Голиафа в пушку. По сравнению с мощью и дальностью этой атаки огненное дыхание адских гончих казалось детским лепетом.

Группа Морда оказалась в кошмаре. Если они будут слишком близко от Голиафа, получат удар кулака. А если убегут слишком далеко их достанет рёв. Авантюристы побледнели от ужаса.

— ОООООООООООООООО!!!

Голиаф отклонился и взревел в потолок. Звук достиг самых дальних углов этажа… и монстры ему ответили.

— ЧЕГО?!

Из леса, с равнины, из болот — большинство монстров на восемнадцатом этаже бросились к Голиафу. Авантюристов пробил холодный пот, когда они увидели, что монстры бегут к чудовищу и начинают их окружать.

Монстры являлись волнами, отрезая возможные пути для побега и загоняя добычу.

— Хьеееее!..

У авантюристов не было выбора, им пришлось вытащить оружие, а Голиаф снова пришёл в движение. Он начал бомбардировать землю рёвом, подрывая и авантюристов, и монстров, близких к месту, которое он выбрал своей целью.

Тень гиганта нависла над группой Морда. Авантюрист-вервольф ощутил на своей спине взгляд кроваво-красных глаз.

Он увидел над собой тень гигантского кулака — монстр или авантюрист, что бы не попало под удар этого огромного, как валун, кулака, умер бы мгновенно.

Голиаф снова взревел и опустил кулак.

— !..

В этот момент в потоке ветра на сцене возник новый авантюрист.

Плащ Лю развевался, следуя за её движениями. Напав на Голиафа из слепой зоны, девушка с ослепительной скоростью запрыгнула на ногу монстра, её могучий удар заставил колено зверя содрогнуться. Волна боли прошла по ноге зверя, а все окружающие авантюристы услышали громкий хруст. Голиаф потерял равновесие и не попал кулаком по вервольфу, который был его изначальной целью.

Оука и Микото также появились на поле боя и бросились к гиганту, пытаясь не давать страху себя захватить.

— ХААААААА!!!

— ЯХХХХХ!!!

Топор и катана ударили в ту же самую ногу, которую пробила Лю, но случившееся дальше лишило авантюристов дара речи.

Острая боль пронзила им кисти рук. Боевой топор Оуки разлетелся на куски, а катана Микото переломилась пополам.

Стальная шкура зверя была прочнее чем их оружие. Они не оставили на монстре и царапины.

— Отступайте! — голос Лю был достаточно пронзительным, чтобы вывести Оуку и Микото из состояния шока.

Какое-то время они смотрели на остатки оружия в руках, но, услышав крик, подняли головы — и встретили взгляд налитых кровью глаз монстра. Очень злобный взгляд. Гигант повернулся, занося свою огромную правую руку за спину.

— ЭЭЭЭЭЭЭЭЭ?!

— АААААААААА?!

В воздухе раздался свист, когда Голиаф начал наносить удар. С огромной скоростью и мощью его кулак вонзился в землю. Несмотря на то, что Оука и Микото смогли в последний момент уклониться от удара, поднявшийся ветер раскидал их в разные стороны.

Но Голиаф на этом не закончил. Он сделал ещё один шаг и раскрыл рот.

— Пламя Бедствий!

Голову монстра охватил взрыв, прежде чем он успел воспользоваться своей способностью.

Монстр закричал от боли, его лицо обгорело, а изо рта валил дым. Глаза монстра быстро увидели новую цель, которая была причиной взрыва — Вельф и его анти-магическое Заклинание.

Рёв монстра требует магической силы; поэтому заклинание Вельфа его прерывает. Рыжеволосый парень стоял чуть вдалеке, не сводя взгляда с обгоревшего рта зверя… а потом неожиданно…

Глаза Вельфа округлились, когда он увидел, что зверь снова начинает использовать свой рёв. Голиаф был готов выпустить снаряд, парень видел, как магическая энергия собиралась в его горле.

— Ха!!!

— ГАХ?!

Рёв, который был выпущен в Вельфа, прошёл мимо. Парень вскрикнул, когда за его спиной раздался взрыв. Он был жив благодаря Лю.

Эльфийка забралась на семиметровое тело гиганта и ударила его в затылок чтобы изменить направление рёва. Используя инерцию, девушка ударила ногой с разворота по щеке Голиафа прежде чем вернуться на землю.

— Силён… вдобавок ещё и быстрый. Это не обычный Голиаф, — шепнула себе под нос Лю, её брови были сведены.

Голиаф восстановился от удара практически мгновенно.

Появляющийся на семнадцатом этаже Голиаф – это монстр четвёртого уровня. А монстр, с которым Лю столкнулась сейчас, радикально отличается от того, кого она убивала со своей группой бесчисленное количество раз. Его Защита достаточно высока, чтобы даже её нога онемела после удара, к тому же, способность использовать рёв и рефлексы монстра совершенно не соответствуют его огромным размерам.

Потенциальный уровень этого монстра не ниже пятого.

К такому заключению пришла Лю. Чувство ужаса и отчаянья настигло и её, когда она поняла, что не справится с таким зверем в одиночку.

Отступление было бессмысленным. Как только кто-то поворачивался спиной или явно показывал свою трусость, он становился целью. Годы боевого опыта и инстинкты подсказывали это девушке.

Деревянный меч эльфийской воительницы назывался Альвс Люмина, он было сделано из священного дерева её родины. И этим мечом девушка начала атаковать ноги монстра, используя тактику отвлечения.

— Урррргх…ООООООУУУУУУ!!!

Атаки Лю, авантюристки четвёртого уровня, были достаточно болезненны для монстра. А скорость девушки позволяла ей даже избегать взгляда налитых кровью глаз, для Голиафа она была всего лишь мерцающей тенью.

Голиаф злобно кричал и размахивал руками, будто пытаясь избавиться от раздражающей мухи.

Примерно на сотню метров южнее сражающейся с гигантским монстром Лю, Морд и остатки его группы ввязались в бой с ордой монстров.

— Скотт, Гуйл, где вы?! Спасите меня, пожалуйста?!

Морд начал паниковать из-за окружения рёвом монстров и вскриками авантюристов. Он позвал своих близких друзей, но никто ему не ответил.

Безумные жуки, багбиры, минотавры… Монстры среднего уровня разных видов нападали на авантюристов, используя когти, клыки и рога. Каким-то образом Морду удавалось уклоняться от ударов и даже отвечать на них сломанным мечом, но атаки сыпались на него градом со всех сторон.

Его разум был на пределе. Спереди, сзади, слева, справа — всё вокруг Морда желало ему смерти, в какую сторону он бы не глянул.

— ГАРРРРРР!!!

— Гах?!

Размах багбира ранил плечо Морда. Когти монстра распороли броню на теле авантюриста и выбили из его рук остатки меча. Морд рухнул на землю.

Оказавшись на спине, авантюрист откатился, прикрывая плечо рукой, но увидел перед собой ещё троих таких багбиров. Сознание Морда поддалось панике. Мускулистые тела огромных монстров были всего в паре десятков сантиметров от него. Он уже видел оскаленные голодные рты, клыки, которые блестели в тусклом свете и готовились отхватить от него кусок.

— СТОЯЯЯЯЯЯЯТЬ!!!

Прежде чем монстры успели вонзить в него свои зубы Морд услышал крик.

Что-то мелькнуло перед его глазами.

— …Чё?

Небольшой паренёк, используя двуручный меч, оставленный Мордом на арене, рассёк одного из багбиров… паренёк с белыми волосами.

Парень вклинился между Мордом и оставшимися монстрами. Не теряя времени и инерции, он вонзил длинное лезвие меча в грудь ближайшего багбира. Оружие пронзило магический камень монстра и обратило его в горстку пепла.

Оставшийся багбир попытался ударить парня в голову, но тот с лёгкостью уклонился и контратаковал.

— …Почему именно ты…

Парень уже нашёл себе следующую цель. Морд смотрел как белые волосы исчезают в хаосе боя и сплюнул.

Гаш! Кто-то схватил его за воротник.

— Вы мешаете сударю Беллу… сейчас мы это исправим.

— Гха! Ауауауау!!! Кто ты… АУ! ЧТОБ ТЕБЯ! МОЯ ЖОПА!!!

Неожиданно Морд оказался спиной к земле.

Девушка-полурослик, Лили, с огромным рюкзаком за спиной оттаскивала его с поля боя, точно так же как она убирала трупы монстров, то есть волоча Морда по земле и не слишком беспокоясь о его самочувствии. Из-за осколков кристаллов земля была не слишком гладкой. Мужчина кричал каждый раз, когда кристалл впивался ему в мягкое место.

Лили была совершенно спокойна. Часть работы помощника заключается в точном предугадывании движения монстров и авантюристов и в уклонении от боя, так что девушка просто выполняла свои обязанности. Она лавировала между схватками отдельных монстров и авантюристов, наконец вытащив Морда из опасного места.

— Найдите себе подходящее укрытие если вы не готовы сражаться. Не разбрасывайтесь жизнью, которую сохранил сударь Белл.

Лили отпустила воротник Морда, когда они оказались на полянке, на которой не было монстров.

Опешивший мужчина сел и задал Лили вопрос.

— Э-эй?! Почему он… нам помогает?

Чуть вдали виднелся Белл, уничтожающий монстра за монстром и спасавший авантюристов, которые совсем недавно над ним издевались. Алые всполохи вырывались из его протянутой руки, останавливая монстров на расстоянии.

Лили повернулась к Морду, наблюдавшему за идущим неподалёку боем, и сказала:

— Благодарите судьбу, что сударь Белл не из обидчивых людей.

Лили прищурилась, щёлкнула языком и, развернувшись, вернулась в гущу боя.

Ускоряющиеся шаги девушки вскоре стихли, оставив Морда наедине с мыслями.

Мужчина уставился в землю и пробормотал.

— Что за чертовщина творится…

Единственным ответом на этот вопрос служили звуки ожесточённого боя.

— Чигуса, ты уверена, что нам нужно уходить?

— Д-да… Если мы не наберём оружия…

Две девушки направлялись на восток, к озеру. Гестия и Чигуса бежали, их рюкзаки и сумки бренчали от хранящихся внутри предметов.

— Я никогда не участвовала лично, но… оружие и щиты постоянно ломаются в сражениях с боссами этажей. Если у нас не будет припасов, капитан Оука и остальные…

Длинные пряди волос закрывали глаза Чигусы, она говорила, задыхаясь от бега. Гестия ударила кулаком по ладони, будто сказав «я всё поняла» и кивнула. Разумеется, сражения с монстрами подобного масштаба требуют большого запаса оружия. Чигуса и Гестия бежали к Ривире. Они надеялись убедить авантюристов предоставить им оружие и предметы для боя. Чигуса была на первом уровне, у Гестии не было и таких сил — они были бы лишь помехой в бою. Так что оставив поддержку Белла и остальных на Лили они придумали свой способ помочь.

— Вай?! Ч-Чигуса?!

— !..

Багбир встретил девушек перед стволом дерева служившего мостом на остров авантюристов посреди озера. Не теряя ни секунды, монстр бросился прямо на них. До этого момента девушкам удавалось уходить от стычек с монстрами, но избежать этой не удалось бы никак.

Прикусив губу, Чигуса прыгнула на защиту Гестии. Лапы монстра сотрясали землю, с каждой проходящей секундой становясь всё ближе и ближе. Мгновенье спустя раздался свист стрелы вонзившейся между глаз монстра.

— Ого!

Лучник-эльф, который убил багбира присвистнул. Он был не один, авантюристы Ривиры шли большим отрядом.

Пройдя по дереву они огибали Гестию и Чигусу, направляясь прямо в сторону босса этажа.

— Чигуса, подкрепления!

— Авантюристы из города!..

Девушек наполнила надежда и восхищение, а по мосту проходило всё больше и больше авантюристов.

Те, кто проходил, криком и жестами передавали команды другим, указывая разные направления. Авантюристы делились на три большие группы: первая расчищала путь и уничтожала монстров на поле боя, вторая бросилась на помощь Беллу и остальным в борьбе с ордой монстров, а третья должна была окружить босса этажа.

У всех трёх групп оружие было наготове, крикнув что есть силы, авантюристы бросились в бой.

— На вас всегда можно положиться, когда вас в угол загонят!

Первых авантюристов Ривиры подоспевших к боссу этажа встретила Асфи.

Она махнула рукой на удивлённые возгласы остальных авантюристов, приблизившихся к Голиафу. Девушка достала из сумки на поясе два небольших пузырька и бросила их в монстра.

Всё это время гигант пытался уследить за движениями Лю и оба пузырька ударили в его лицо, вызвав взрыв при столкновении.

— ООООООООООООООО?!

— Да ладно, хоть чуток бы потрепало!..

Большинство монстров серединных этажей сгорало всего с одной Гранаты Пылающего Масла — из-за того, что Асфи специализируется в создании предметов. Однако, эти самые гранаты не оставили и следа на толстой коже Голиафа.

Гигант ответил рёвом, но Асфи с лёгкостью от него увернулась и подскочила к Лю.

— Эй, Лев! Думаю, ты и сама поняла, но подкрепление готовит мощную магическую атаку. Пожалуйста развлекай Голиафа, пока они не будут готовы!

— Поняла. Мы с тобой будем по очереди привлекать его внимание.

— А? Нет, постой…

— Так, молокососы! Андромеда будет приманкой, готовьте пока заклинания!

— …Борис?! Ты об этом ещё пожалеешь!

Получив самую опасную роль в операции, Асфи не успела возмутиться, ей оставалось только забежать с другой стороны от Лю чтобы окружить гиганта. Отвлекать на себя внимание во время подготовки заклинаний будут они будут вдвоём.

— Оружия у нас предостаточно! Если что-то сломается, подходите за новым!

Небольшая группа авантюристов собралась на холме неподалёку от Голиафа. Жители Ривиры подготовили временную базу рядом с упавшим центральным деревом, на небольшом отдалении от заваленного выхода с этажа. Мечи копья и щиты выстроились в ряд, рядом лежала груда не разобранного оружия. Мускулистые Дворфы и Зверолюды, забирая широкие мечи и прочные щиты, без заминок отправлялись снова в бой. Гестия и Чигуса прибежали на эту базу поддержки.

— У нас есть шанс!

— З-замечательно…

Гестия и Чигуса смотрели, как сотни авантюристов из разных Паств работают сообща чтобы победить гигантского монстра.

— Окружай!.. Окружай!..

Авантюристы разбрелись по периметру вокруг Голиафа. Несмотря на то, что мало кто из них был знаком с другими лично, и ещё меньше сражались бок о бок, авантюристы стояли на достаточном расстоянии друг от друга чтобы не мешать.

Эльфы и прочие способные использовать магию авантюристы собрались вместе в небольшую группу и начали готовить свои заклинания. Магические круги различной формы, размера и цветов появились под их ногами во время подготовки. У этих магов была получена продвинутая способность «Чародейство», которая увеличивает мощь и зону поражения всех заклинаний. Это лишнее доказательство их магических способностей. Однако, такая магия требует значительного времени на подготовку. Каждый из магов зачитывал заклинание так быстро, как только мог.

Звук произносимых нараспев заклинаний был приятен уху. К сожалению, во время произнесения заклинания маги были совершенно беззащитны. Поэтому группа дворфов держала прочные щиты поднятыми для защиты заклинателей.

— АААООООО!

Голиаф заметил группу людей и запустил рёв в ближайшую группу, поднявшие стену щитов дворфы выдержали удар. Ни малейшей частички энергии взрыва не достигло колдующих.

В сравнении с прямым ударом кулака гиганта, его рёв не настолько мощен. Если монстр не приблизится на расстояние удара или пинка, щиты дворфов выдержат дальние атаки гиганта.

Понимая это, ряды авантюристов третьего уровня передали отвлечение монстра Асфи и Лю, а сами встали стеной, которая защищала магов.

— Нам нужно больше авантюристов для отвлечения! Собирайтесь в группы! Порежьте эту штуку и заработайте свою славу!

Бесстрашная группа авантюристов бросилась вперёд из-за стены щитов к монстру. Введя себя в ярость, нападающие разделились на группы по четыре-пять человек приближаясь к монстру.

Первая группа подобралась к монстру, ожидая пока Лю и Асфи отвлекут его, чтобы можно было ударить по одной из незащищённых ног монстра. Голиаф посмотрел с удивлением на мечи, молоты и топоры разом ударившие по его телу, а сразу после этого тень мелькнула у его лица. Асфи бросила одну из своих гранат ему в глаза, временно ослепив огромное чудовище. Оно взревело от ярости, а шесть групп нападающих бросились вперёд и начали бить по его ногам.

— Белл, ты в порядке?!

— Вельф!

Подкрепления из Ривиры спасли группу Морда из потасовки с монстрами, позволив Беллу присоединиться к остальным авантюристам. Он никогда не видел, чтобы столько заклинателей одновременно готовили свою магию, поэтому он слегка потерял ощущение реальности, когда к нему подошёл Вельф.

— Что с Оукой и Микото?!

— Они в порядке; вместе с остальными сражаются с обычными монстрами.

Голиаф может и занимает центральное место, но сейчас небольшие битвы идут повсеместно. Учитывая, что тоннель на семнадцатый этаж и путь на нижние этажи перекрыты, новых монстров на восемнадцатом этаже не появится. Впрочем, на восемнадцатом этаже их уже собралось немало. Белл осмотрелся и увидел Оуку и Микото, сражающимися вместе с авантюристами-магами низкого уровня для защиты импровизированного лагеря.

— Ну, что теперь? Пойдёшь со мной монстров убивать?

— Я…

Белл на мгновение задумался, но чуть позади раздался новый голос.

— Эй! Крольчонок! Может делом займёшься, что ли! Или тебе слишком страшно?!

Одна из групп авантюристов готовилась к новому набегу на Голиафа, и её лидер шутливо обратился к Беллу.

Они слышали о силе парня и предложили ему поучаствовать, с вызовом, как положено авантюристам.

Вельф легонько потрепал Белла по плечу:

— …Покажи им как дела делаются. Я хочу похвалиться, что у меня контракт с парнем, который босса этажа завалил, понял?

— …Можешь на меня рассчитывать! — улыбнулся в ответ Белл.

Они пожелали друг другу удачи и разошлись.

Белл побежал к группе атакующих, присоединившись к их строю. Здоровяк с повязкой на глазу одобрительно кивнул парню, будто приветствуя Белла, когда тот явился.

— Маленький Новичок! Что использовать будешь?!

— Двуручный меч пожалуйста, лучший что есть!

— Принято. Бери этот!

Один из нападающих снял со спины запасной двуручный меч и протянул его Беллу. Парень поблагодарил в ответ. Белл взял двуручный меч в правую руку, положив лезвие на плечо, как и остальные атакующие, которых в этом отряде было четверо. Оставив позади импровизированный лагерь, они бросились на гиганта.

Однако, в этот момент они увидели группу, бегущую навстречу.

— ВОТ ЧЁРТ!!!

— А?

«Отважная» группа атакующих тут же сменила направление бега оставив Белла одного. Поскольку Белл по-прежнему был новичком, Белл не понял, что сейчас нападать на Голиафа опасно и нужно отойти с его пути, как это сделали остальные.

Белл подумал, что он попал в ловушку, когда осознал, что бежит на Голиафа в одиночку. Налитые кровью глаза гиганта сошлись на одинокой фигуре, бегущей на него.

Ярость монстра будто нанесла парню удар. Белл осмотрелся в поисках пути для отступления, но неожиданно перед ним будто мелькнул локон светлых волос.

— …

Девушка, в одиночку убившая босса этажа, вроде этого. Силуэт девушки-рыцаря, которая намного сильнее чем сам Белл.

Глаза Белла блеснули, он посмотрел наверх. Схватив двуручный меч правой рукой ещё крепче, парень оттолкнулся от земли посильнее, бросившись к своей цели.

— ОООООООООООООО!

— !..

Белл нацелился мечом в ногу гиганта и начал набирать скорость.

Путь один, прямиком к цели. Не бежать, сражаться! Белл рванул со всей силы. Парень успел проскочить под кулаком Голиафа, земля за его спиной будто взорвалась, вокруг разлетелась грязь и осколки кристаллов.

Ноги монстра превратились в смазанное пятно, Белл не отклонялся от курса. Он прошёл через линию защиты монстра, но угрожающий огромный кулак всё ещё был за его спиной, отчего чувства Белла были на пределе, когда он приближался к своей цели, ноге зверя. Парень занёс меч схватив его обеими руками и нанёс удар.

— Гах!

Глухой звук. Шкура создания была слишком прочной чтобы её пронзить; но всё равно он нанёс повреждения.

Удар Белла заставил ногу босса этажа задрожать. Повреждения, нанесённые постоянными атаками небольших групп нападавших, были значительны.

Белл пробежал между ног гиганта и оказался за его спиной, под ободрительные крики людей, видевших его атаку.

— Господин Кранелл это было безрассудно.

— Лю…

— Вас и бесконечное количество жизней не спасёт, если будете так делать.

Бегущая навстречу Лю прикрикнула на парня.

Белл видел, как блеснули её небесно-голубые глаза из-под капюшона. Его плечи поникли, будто он ребёнок, которому сделали выговор.

— Я буду подавать сигналы; следуйте им, чтобы нападать. Думаю, с этим вы справитесь.

— Да!..

Лю не сводила взгляд с монстра. Белл с энтузиазмом кивнул и побежал следом за ней. Они продолжили сражение с боссом этажа будто учитель и ученик.

Группы нападающих целились в ноги босса этажа, пытаясь повалить его на землю или, по крайней мере, ограничить его мобильность. Несмотря на то, что они не могли пробить очень прочную шкуру монстра, их атаки делали движения зверя предсказуемыми и неуклюжими.

Маги подготовили свои заклинания как раз к тому моменту, когда одна из групп, атакующих успешно атаковала монстра.

— Передние ряды, отступить! Сейчас бабахнет!

Лю, Белл и остальные атакующие в ту же секунду бросились прочь. Они заманили Голиафа в пространство между группами заклинателей, защищённых щитами дворфов. Налитые кровью глаза зверя округлились, когда он понял, что попал в ловушку.

На лицах каждого мага была ухмылка, все они понимали, что цель уже никуда не сбежит, авантюристы направили свои посохи на монстра.

Поле боя заиграло новыми красками. Магические круги засияли, и целая волна заклинаний разом накрыла зверя.

— ?!

В монстра полетела магия каждого элемента. Его жгли и взрывали шары огня, следом за которыми летели копья молний, всё это поджимали торнадо и целая россыпь осколков льда. Одна из групп атакующих, вооружённых магическими мечами добавила к этому огненных всполохов, магическая мощь и взрывы охватили тело Голиафа.

Через какое-то время магические атаки прекратились. В ушах авантюристов звенело от нескончаемой канонады взрывов. Все взгляды были направлены на облако дыма в центре поля боя… когда дым начал развеиваться в нём показалась огромная рука. Кисти на ней не было. Следом возник силуэт получивших огромные повреждения головы и плеч. Кожа Голиафа была разодрана, показались мускулы и отовсюду лилась кровь.

Белый дым вырывался изо рта зверя, босс этажа будто пытался перевести дыхание, указывая, что он получил немало повреждений.

Авантюристы издали победный клич.

— Прикончим его, молокососы!!! В АТАКУУУУУУУ!!!

Все группы атакующих авантюристов разом бросились на монстра. Они бежали со всех сторон, каждый хотел нанести последний удар.

В этот раз целью была голова Голиафа.

—?..

— Лю?

На лице у Белла была та же победная улыбка, что и у других авантюристов, пока он не заметил, что у Лю дрожат плечи.

Взгляд девушки был предельно серьёзен, а спустя несколько секунд её глаза округлились.

— …ФООООООО.

В этот момент заметили и другие авантюристы.

Голиаф должен был быть слишком ранен чтобы двигаться, но он всё равно поднял голову. Раны на его теле начали исчезать.

Из тела монстра, точнее, из его ран начали вылетать искры красного света. Авантюристы с ужасом смотрели как Голиаф на их глазах восстанавливает свою кожу. Количество искр всё увеличивалось и все повреждения тела монстра исчезли. Вскоре вместо ран на его теле остались только шрамы.

Голиаф поднялся с новыми силами.

— Самовосстановление?!

Не веря своим глазам воскликнула Асфи. Голиаф с огромной скоростью восстановился от ран, и его взгляд упал на нападавших авантюристов, оказавшихся слишком близко, а потом на ужаснувшихся магов, после чего зверь сцепил руки в замок и завёл их за голову.

А потом обе руки монстра с силой ударили по земле.

— …

Великая равнина треснула.

Мощная ударная волна прошлась по земле. Атакующих поглотила волна кусков земли, камней и кристаллов. В считанные секунды волна разбила стены щитов и подкосила магов.

Все подлетели в воздух.

— А?!

Белл вместе с Лю отступил, но не мог поверить в то, что видел своими глазами.

Все защитные меры авантюристов мгновенно рассыпались.

Атакующим пришлось хуже всего, большая часть авантюристов оказалась на земле и кричала от боли. Они были не единственными, магам также серьёзно досталось. На коленях от боли оказалось столько авантюристов, что Беллу было трудно их пересчитать.

Из появившихся щелей в земле валил дым, превращая всё поле боя в зрелище на подобие ада.

— Он обратил магическую энергию в исцеляющую силу?!

Остатки кристаллов на потолке освещали поле боя тусклым синим светом. Но, при этом, Голиаф светился красным. Его тело окружали тысячи и тысячи красных искр созданных магической энергией.

Та же самая энергия, которую монстр использует для рёва, используется для ускорения восстановления его тела.

Асфи вскрикнула от ожившего кошмара, монстра со способностью к регенерации — сила, которой обладают только боссы этажей.

Оставшиеся на ногах авантюристы взглянули наверх, на Голиафа. Монстра покрывало столько красных искр, что в полумраке казалось, будто он горел.

Беллу, видевшему нечто подобное впервые, казалось, что ад пришёл на землю.

— …ААААААА!

Голиаф напал снова, без предупреждения. Он начал стрелять рёвом во всё, что движется, выводя из строя всё больше авантюристов. Их откидывало взрывами, лишало сознания и било о землю.

— Вот чёрт… Борис, перестраивай строй, живо!

— И как мне, чёрт тебя дери, это сделать?!

Ошеломление и страх охватили авантюристов, не привыкших работать в больших группах. Некоторые отступили, чтобы перегруппироваться; другие залечивали раны. Несколько заклинателей снова начали читать заклинания. В рядах авантюристов не было единства, только паника.

Заметив, что ряды авантюристов дрогнули, Голиаф воспользовался своим козырем.

— ОООООООООООООО!!!

— Вот ублюдок. Снова монстры?!

Все оставшиеся на восемнадцатом этаже монстры до единого ответили на второй призыв Голиафа рёвом. Больше нельзя терять времени, новая волна монстров появилась на великой равнине.

Выжившие авантюристы неожиданно ощутили куда больше давления, чем могли вынести.

— …Господин Кранелл, отступите. Присоединитесь к остальным авантюристам и отбейте атаку монстров.

— Л-Лю! А как же ты?!

— Мы с Андромедой будем держать Голиафа в стороне от остальных.

Белл посмотрел на девушку со смесью удивления и беспокойства, когда эльфийка сделала к гиганту несколько шагов.

— Наши силы будут разбиты если дать монстрам волю. Мы выиграем столько времени, сколько будет возможно для ещё одной массовой магической атаки… Пусть вам сопутствует удача.

Она оборвала разговор, поскольку времени больше не было. Белл смотрел вслед её развевающемуся плащу, когда Лю побежала к гиганту.

Сломанное и разбитое оружие валялось на земле. Упавшие нападавшие авантюристы и авантюристы со щитами пытались подняться на ноги, а остальные отчаянно сражались, пытаясь их защитить. Крики раздавались по всему полю боя.

Они оказались в проигрышной битве. Даже если у них получится подняться и ещё раз ударить магией, нет никаких гарантий что они одержат над Голиафом победу.

В горле Белла пересохло, он попытался себя успокоить. Его взгляд скользнул на правую руку.

…Это наш единственный шанс.

Аргонавт. Навыки, который обеспечивает Белла силой перевернуть исход любого сражения. Парень решил его использоваться.

К несчастью, Аргонавт — это обоюдоострый меч, который серьёзно истощает и физические, и ментальные силы пользователя. Скорее всего Белл станет беспомощен, как только им воспользуется. У него всего одна попытка.

Если это не сработает… если я не смогу сражаться… — Белл начал заряжать свой навык, а в его голове мелькало множество мыслей.

— Быстрее, быстрее!..

Попытка запустить эту атаку не в полную силу будет пустой тратой сил. Парень собирался вложить всё в один удар.

Парень стиснул зубы и стонал от гудящей в его теле боли, а небольшие искорки белого света начали собираться вокруг его правой руки.

— Как ужасно!..

Лили спешила к базе поддержки, когда увидела, что произошло с защитной сетью авантюристов. Её челюсть отвисла от всего увиденного.

Голиаф казался невредимым, а вокруг него лежали без движения авантюристы. Мало того, со всех сторон этажа к полю боя начали стягиваться оставшиеся группы монстров. Лили побежала так быстро, как позволяли её ноги и добралась до базы на холме.

— Здесь ещё есть оружие и целебные предметы?!

— Помощница?!

— Собирайте всё, что есть! Лили доставит это авантюристам!

Появление Лили привлекло внимание Гестии и нескольких людей в лагере. Как и Лили здесь были люди, которые в сражении будут только мешать, так что они занимались заботой о раненых авантюристах.

Все они были ошеломлены случившимся на поле боя.

— Ты доставишь им предметы? Уверена, что справишься?!

— Что-то больше никто не вызывается! У Лили куда больше шансов чем у этих калек!

Не стоит и говорить, что не способные сражаться авантюристы и те, кто защищали этот лагерь, не могли его оставить. Да и авантюристы, которым только что была оказана первая помощь не могли вернуться в битву. Лили практически швырнула свой огромный рюкзак в центр лагеря, и они вместе с Гестией начали искать предметы и оружие, которыми можно было бы его заполнить.

— Что насчёт сударыни Чигусы?

— Она убежала, услышав взрыв. Наверное, сейчас ищет Оуку и Микото.

Скорее всего она больше не могла оставаться в стороне. Лили могла понять, что происходило с девушкой, и что она могла себе вообразить после такой разрухи.

Несмотря на то, что Лили конец, если она станет целью монстра, её решимость помочь Беллу и Вельфу придаёт ей сил и храбрости исполнять свой долг помощницы даже перед лицом такой опасности.

Игнорируя обеспокоенный взгляд Гестии, Лили закидывала в рюкзак всё, что могло оказаться полезным.

— Э?..

— Помощница?

Рука Лили ухватила огромное оружие, когда девушка шарила на дне старого ящика. Неожиданно она остановилась.

Девушка увидела интересный предмет. Гестия подошла к Лили.

— Это какая-то добыча?..

Чёрная поверхность предмета тускло мерцала в полумраке. Формой этот предмет напоминал меч, но был обёрнут в ткань, а не покоился в ножнах. Он был похож на большую чёрную кость. Очень простая рукоять была прикреплена к нижней части «клинка». На ткани, в которую был обёрнут клинок, скорее всего, было написано имя владельца. Но она была такой грязной и потрёпанной что разобрать надпись было невозможно.

Скорее всего это запасное оружие какого-то авантюриста, часто посещавшего Ривиру. Многие авантюристы использовали этот город для хранения оружия, вместо того чтобы постоянно носить его с собой на девятнадцатый этаж и обратно, потому что оно занимает много места. Подобное оружие не следует брать из хранилища, даже в таких экстренных случаях.

— Наверняка в создание этого почти не вкладывали усилий… Нет, стоп…

Лили сглотнула, осмотрев оружие заново, поначалу оно показалось ей каким-то натуральным оружием Подземелья, но при ближайшем рассмотрении девушка отметила его прочность, режущую силу и общую разрушительность.

Это какая-то часть огромного монстра, клык или коготь, который стал добычей.

Скорее всего, монстр с очень низких этажей.

Лили тут же выпустила из рук оружие, которое держала в другой руке и положила в свой рюкзак этот чёрный предмет.

— Эй, эй! Помощница?!

Рюкзак трещал по швам, но Лили с лёгкостью закинула его за спину благодаря своему Навыку. Она не ответила на крик Гестии, со всех ног побежав к полю боя.

Если я смогу принести этот коготь сударю Беллу!..

Если это оружие соединить с его светом, тогда… возможно…

Рюкзак Лили покачивался из стороны в сторону, из него торчал кончик чёрного оружия. Лили бежала искать Белла на поле боя.

— !

Палец Голиафа прошёл в миллиметрах от тела Лю.

Девушка пыталась контролировать прилив адреналина от атаки гиганта, прошедшей на волосок от неё и рванула к открывшейся для удара ноге. Взрывающий барабанные перепонки выкрик гиганта достиг её ушей после первого удара, эльфийка нанесла ещё два и отступила.

— Лю, ты так и умереть можешь!

— Все сражаются, поставив свои жизни на кон. Я делаю то же самое.

Лю ответила с непоколебимой решимостью на крик Асфи, раздавшийся с почтительного расстояния.

Она сражалась с гигантом, используя логику, тщательно продумывая своё положение и возможные атаки противника. Голиаф не мог игнорировать точные и просчитанные атаки Лю. Её плащ изорвался от постоянных, почти безрассудных атак девушки.

— Андромеда, мы можем атаковать его кристалл?

— Нет, не можем. У него слишком прочная шкура. Ни одно наше оружие не пробьёт его шкуру, так что камень внутри не достать.

Асфи прыжком уклонилась от очередного рёва и приземлилась рядом с Лю. Обе девушки воспользовались короткой передышкой, чтобы проглотить по зелью, прежде чем снова броситься в бой.

— Что насчёт Заклинаний?

— …Мне требуется слишком много времени на подготовку и у них слабая пробивная сила. Они точно не сработают на Голиафа с такими способностями к регенерации. Не расслабляйся.

Белый плащ Асфи развевался, она вытерла рот рукой. На лице девушки была заметна обречённость.

— Поняла, — спокойно отреагировала Лю на услышанное. — Раз так, нам нужен ещё один удар магов.

— Он же просто вылечится снова, после удара магией.

— Если вылечится, будем бить снова и снова, пока он больше не сможет лечиться.

— Ты спятила?!

Асфи потянулась к поясу, а Лю набрала скорость, оставляя её позади. Побежав в другую сторону, Асфи вытащила ещё несколько гранат Пылаюшего Масла, бросая их в лицо монстра.

Девушки снова и снова атаковали гиганта, несмотря на известный исход своих атак. Неуклюже пытавшийся отвечать на их атаки Голиаф по-прежнему был окружён красными искрами. Всё ещё хуже, чем раньше.

— Заклинатели!..

…В то же время, вблизи от битвы с Голиафом…

Оука забежал в середину того, что осталось от прежних защитных отрядов авантюристов и поспешил на помощь раненому магу.

Те, кто устоял после волны запущенной Голиафом по земле, были разбросаны рёвом прежде чем смогли снова построиться. Не в силах себя защитить или двигаться во время произнесения заклинаний, некоторые заклинатели были выведены из строя. Другие подвергались случайным атакам монстров. Подготовить новую атаку на Голиафа не представлялось возможным.

Разовая магическая атака была очень важна для успеха в битве с боссом этажа. Без них физические атаки Голиафа и его защита сломят авантюристов.

Сейчас не было никакой защитной стены для поддержки. Заклинатели были совершенно беззащитны.

Оука смотрел как Лю и Асфи отчаянно сдерживают монстра, понимая, что такими темпами не справятся и они.

— Оука!

— Чигуса?!

Он повернулся лицом к девушке, отвечая на крик.

Поначалу он был поражён как далеко она зашла по опасной местности сама. Потом он увидел рюкзак девушки, заполненный предметами, с навешанным на него щитом. И после этого вздохнул с облегчением.

Он подбежал к помощнице, почти прыжками преодолевая дистанцию.

— Чигуса, щит!

Чигуса будто не услышала его слов, несмотря на то, что Оука остановился на расстоянии вытянутой руки. Они встретились взглядами. Обычно скрытые прядями волос глаза Чигусы встретились с взглядом Оуки. В глазах девушки был страх.

Она замотала головой из стороны в сторону.

— Чигуса!!!

— Нет, ты умрёшь!.. Если встанешь в стену против этой штуки… ты… ты умрёшь, Оука!

Слёзы побежали по щекам девушки почти потоком.

Крупный мужчина также сражался со своими собственными слезами. Собравшись с силами, он посмотрел в глаза плачущей девушки так решительно, как только был на это способен:

— Чигуса, пожалуйста, не лишай меня моей чести!

— ?!

— Я не хочу быть человеком, который только говорит, пока умирают другие. Я не хочу быть человеком, который убегает. Я гордый член Паствы Такемиказучи!

Чигуса перестала двигаться, слёзы продолжали литься потоком из её глаз. На её лице проявилось смирение, потом она кивнула. Дрожащими руками она потянулась к рюкзаку, сняла с него щит и протянула его Оуке.

Быстро сказав «спасибо», мужчина надел щит на руку и побежал к группе магов, не оборачиваясь.

Чигуса стояла на месте, всхлипывая, а Оука отбегал от неё всё дальше и дальше.

Белые искры перестали накапливаться вокруг руки Белла.

— Полная сила!..

Три минуты. Столько Беллу потребовалось на полную зарядку Аргонавта.

Свет искрился, позвякивая будто маленькие колокольчики на летнем ветру, Белл прижал правую руку к себе и оттолкнулся от земли ногами, набирая скорость.

Он пробежал по великой равнине, будто стрела, к беснующемуся Голиафу. Он хотел ударить в зверя наверняка, со всей своей силы, а значит ему нужно забежать в зону поражения.

— Господин Кранелл?!

Лю заметила его первой, следом за ней Белла заметила Асфи и другие авантюристы, стоящие на ногах и сражавшиеся с монстром. Увидели парня и налитые кровью глаза гиганта.

Тело Белла пульсировало от такой могущественной энергии, что кровожадность Голиафа не произвела на него никакого эффекта.

— Нет, там же сейчас… Лю, беги оттуда!

Асфи знала, что Белл уничтожил детёныша дракона атакой, которую описывали подобным образом. Она скомандовала отступить, как только увидела белый свет, исходящий от правой руки Белла. Лю помешкала лишь мгновенье, прежде чем уйти с линии огня.

Потом Белл остановился на расстоянии броска камня от гиганта.

Голиаф уставился на него и раскрыл челюсти.

— ОООО!!!

Могучий рёв, заряженный магической энергией.

Одно временно с этим Белл выставил руку прицелившись в голову монстра.

Громкий рёв вырвался изо рта монстра.

— ВСПЫШКА!!!

Ноги парня пробороздили по грязи и траве.

Мощь молниеносного пламени, вырвавшегося из руки парня, поразила его тело отдачей.

Его Вспышка перехватила летящий рёв, разорвав его на куски прямо в воздухе.

— …

Белые искры вспыхнули, поглощаемые мелькнувшим огненным снарядом. Оглушительный взрыв разнёсся по равнине. Снаряд ударил Голиафа в рот… и продолжил свой путь дальше.

Заклинание пронеслось мгновенно, оставив лишь правую половину головы гиганта на его теле. Зверь даже не успел взреветь от ужаса. Лишь кусочек его правого глаза болтался на кости монстра. Гигант пошатнулся.

Белл промазал.

Он метился в грудь Голиафа, но не смог контролировать силу полностью заряженной способности и случайно попал в голову.

Парень стоял с поднятой рукой, не сводя взгляда с Голиафа. Авантюристы вокруг вопили от восхищения, увидев атаку, которая с лёгкостью пронзила шкуру Голиафа, которую они даже поцарапать не могли.

Ни одно живое существо не способно выжить без головы.

Мы победили… начали раздаваться наполненные надеждой голоса авантюристов.

Спустя мгновение, искры фонтаном посыпались из шеи монстра.

— ?!

Этот фонтан превратился в настоящий вулкан, мерцающий в полумраке. Авантюристы с ужасом наблюдали, как начало восстанавливаться лицо Голиафа. Отчаянье охватило их сердца, когда они увидели, что правый глаз вернулся на своё место в излеченном черепе.

Голиаф остался жив после потери головы. Он выдержал полностью заряженную Аргонавтом Вспышку, продемонстрировав неестественную живучесть и способность восстанавливаться даже после таких ран.

Ключевая атака Белла провалилась.

Появившийся левый глаз, как и правый уставился на беловолосого парня стоявшего посреди равнины. Красные зрачки уставились на него с непримиримой ненавистью.

— …Белл, убегай!!!

Лю потеряла своё спокойствие. Голиаф выпустил в парня свой очередной рёв.

Исцеление Голиафа не было завершено, его мышцы и клыки были обнажены. Аргонавт подчистую истощил Силу и Ловкость Белла; он не мог не принять на себя прямой удар.

Ноги Белла оторвались от земли, его тело подлетело вместе с грязью и травой. В следующее мгновение парень заметил, что огромный гигант бежит прямо к нему.

Зверь выбрал его своей целью, истошно вопя от гнева. Лю и Асфи не успеют вовремя. Голиаф уже завёл свою руку за спину.

Неминуемая и мгновенная смерть была в пути.

Время для Белла будто замерло, когда он ждал пока на него опустится кулак гиганта.

В этот момент будто из ниоткуда появился он.

Крупный мужчина, держащий в руках щит выпрыгнул перед Беллом.

Оука прыгнул ровно так, чтобы оказаться между Беллом и кулаком Голиафа в самое последнее мгновенье. Он прижал щит к телу чтобы защитить парня от прямого удара. Белл видел, как кулак Голиафа сталкивается с щитом Оуки, будто в замедленной съёмке.

Изо рта мужчины брызнула кровь. Тело Оуки столкнулось с телом Белла с огромной силой. Волна от удара по щиту прошла по телу Оуки и передалась парню, и они оба отправились в полёт.

— ОООООООООООО!!!

Брызги крови. Сломанная эмблема Паствы. Два летящих тела и победный выкрик монстра.

— Белл…

Гестия с ужасом наблюдала за случившимся с базы поддержки. Она тут же побежала вниз по холму, выбежав из зоны, которую защищали авантюристы.

— Сударь Белл…

Лили смотрела как безжизненное тело Белла вращается в воздухе, она не успела принести парню оружие, которое по-прежнему было в её рюкзаке. Девушка бросилась по полю боя к Беллу.

— Белл…

Голос Вельфа дрогнул, когда парень произнёс имя друга.

Звуки битвы неожиданно стали для него какими-то отдалёнными, а в голове всплыла фраза.

«Перестань сдерживать своих союзников из-за собственной гордости».

Слова богини будто всплыли в его памяти, заставив вздрогнуть. Эти слова будто пронзили его душу.

Раскаянье и вина заполнили его мысли, а выражение на лице стало походить на выражение ребёнка, которого отчитали. Какое-то мгновение он стоял на месте, а потом повернулся лицом к лесу за своей спиной.

— Да пошло оно всё!

Бросив оружие в грязь, Вельф побежал к восточному лесу.

— Оука!..

— Капитан Оука!

Чигуса с блестящими от слёз щеками и опоздавшая Микото подбежали к своему лежащему без сознания лидеру. Они потеряли дар речи увидев окровавленное и переломанное тело. Оука слабо постанывал, когда девушки вместе выносили его подальше от опасности.

— Нет…

В то же время к Беллу подскочила Лю. Взяв его на руки, эльфийка отнесла парня в безопасное место.

— Господин Кранелл, господин Кранелл! Ответьте!

Лю положила его на траву между остатков Центрального Дерева и базой поддержки на южной стороне восемнадцатого этажа. Парень не отвечал, он неподвижно лежал на спине.

— И почему именно сейчас!..

Эльфийка сбросила капюшон и полезла рукой в сумку, пристёгнутую к поясу. В её глазах было сожаление.

У неё не осталось высших зелий. Сказать, что парень был серьёзно ранен, не сказать ничего. Обычное зелье почти ничем ему не поможет. Большая часть брони Белла, особенно его нагрудник, были разбиты. Рубашка и кожа парня были разодраны, кое-где в кожу вонзились кристаллы. Лю хватило быстрого взгляда чтобы понять, что несколько его рёбер сломано.

Её взгляд дрогнул, когда она взглянула на раны парня, из которых текла кровь.

— Белл!

— Всевышняя Гестия…

Гестия подоспела первой, потому что база авантюристов была неподалёку.

Лицо богини побледнело, когда она увидела в каком ужасном состоянии находится Белл и она потянулась рукой в свою сумку. Но, как и Лю, оказалась беспомощна, поскольку у неё также не было высших зелий. Она использовала все свои запасы помогая раненным авантюристам.

— Капюшо… уважаемая эльфийка. Как он?!

— Дышит, но раны очень глубокие. Боюсь кости рук и ног тоже могли…

Гестия и Лю склонились над парнем, получившим прямой удар рёва Пятого Уровня.

Звуки битвы раздавались где-то вдалеке, но, внезапно воздух будто рассёк громкий голос.

— Лю, возвращайся немедленно!

Кричала Асфи. Она отвлекала Голиафа в одиночку. Её глаза округлились, когда она заметила, что зверь готовит очередной рёв. Перед тем как принять удар она закуталась в свой плащ.

Поглощающая удары ткань её собственного изобретения выдержала удар, но тело девушки всё равно оказалось отброшено.

— …уважаемая эльфийка, вам нужно идти. Выиграйте достаточно времени.

Лицо Гестии стало серьёзным, когда они вместе с Лю увидели, как Асфи поднимается на ноги.

— Белл обязательно очнётся. И когда он это сделает, он обязательно убьёт этого монстра.

— Но, Всевышняя Гестия…

— Ты видела это сама, не так ли?! Белл на это способен. Белл прикончит эту штуку!

Лю увидела непреклонность во взгляде Гестии.

— Понятно, — сказала она, отрывисто кивнув.

Вернув себе спокойствие, эльфийка снова набросила капюшон и вернулась на поле боя.

— …Открой глаза, Белл!

После ухода Лю, Гестия осталась с парнем наедине. Богиня взяла в свои руки правую руку парня.

Глаза Белла скрывали белые пряди волос, его рот был открыт. Но он не двинулся.

— Ты же слышишь их, правда?! Сейчас все сражаются с этим жутким монстром!

Отрывистые команды Лю и Асфи, крики других авантюристов, вой монстров. Рёв Голиафа… шум боя шёл отовсюду.

Гестия обвила пальцы Белла своими руками. Удары оружия и отважные боевые кличи.

— Ты сможешь, ты единственный, кто на это способен! Только ты можешь всех спасти, Белл!..

Ненаглядный член её семьи был серьёзно ранен, но богиня всё равно просила его сражаться, из её глаз текли слёзы. В её голосе слышалось всё больше отчаянья, она продолжала умолять открыться рубиновые глаза парня.

Глубоко вдохнув богиня изо всех сил крикнула:

— Поднимайся, Белл!!!

Её голос пробился в сознание парня.

Голос богини, которую он любил и уважал больше, чем кого бы то ни было, достиг остатков сознания Белла, находящихся в самом тёмном углу его разума. Парень не чувствовал собственного тела, но даже сейчас чувствовал, что его несуществующую руку держит нечто могущественное и тёплое.

Ощутил Белл и как его «зубы» скрипнули в ответ на повторяющиеся слёзные мольбы богини. Эти крики пробивали ему путь из тьмы, вытаскивали его наружу.

Его душа пылала. Пламя Гестии, опять.

Он снова начал ощущать своё тело, как оно дрожало. Парень увидел свет в самом конце темноты. Оставалось только встать.

Выбраться из тьмы, перейти на другую сторону света. К тому месту, где к нему взывал голос богини.

Тело парня пока его не слушалось, так что Белл сконцентрировался на теплоте, которая окутывала его руку. Несмотря на приложенные усилия он не мог начать приближаться к свету.

Чтоб тебя! Парень кричал на своё тело, прекрасно понимая, что он уже достиг предела своих физических способностей и в это секунду…

— Если… если у тебя конечно есть то, что нужно чтобы называться героем…

—…

Во тьме раздался новый голос.

— Гермес?!

Нотки удивления послышались в голосе богини, вместе с появлением нового голоса.

Белл узнал этот голос, эти слова, это эхо… он их вспомнил.

— …Не тот, кто может занести меч, поднять щит или лечить других…

Белл слышал эти слова когда-то очень давно.

Когда он был ещё очень мал. Слова, которые выразили, кем он хотел бы стать.

Слова от божественного посланника произнесённые голосом прошлого — его дедушкой.

— …Только тот, кто готов рискнуть всем, что имеет, может считаться героем…

Голос бога в голове парня превратился в голос его дедушки.

— …Защищай друзей. Спасай девушек. Всегда прикладывай все свои силы…

Новый свет появился из тьмы, принимая форму деда из воспоминаний Белла.

— ...Падать, терять что-то дорогое, кричать от боли это нормально. В конце концов, победитель всегда проявляется только после поражений…

Он вспомнил. Он вспомнил их все.

Он вспомнил слова, произнесённые теми губами с улыбкой.

— …Следуй за своей мечтой, кричи о ней так, чтобы все услышали. Тот, кто следует…

Да, тот кто следует…

— …тот, кто следует этим путём станет великим героем.

—!!!

Белл открыл глаза.

— Белл…

Только и смогла произнести Гестия, когда Белл сел без посторонней помощи.

Рядом с израненным телом парня, рассматривая его, стоял Гермес. В оранжевых глазах бога отразилось дрожащее тело Белла, парень поднимался на ноги.

Встать, сразиться, взяться за меч чтобы не опозорить память о себе. И, куда важнее, защитить самых дорогих людей. Приблизиться к пределу, преодолеть его, использовать все силы без остатка.

— Сударь Белл!

Лили со всех ног бежала к Беллу, на ходу вытаскивая из своего рюкзака огромное оружие и бросая его парню. Огромный чёрный меч пролетел по дуге посвистывая в воздухе. Рука Белла будто ожила, когда он поймал летящее к нему оружие. Схватившись за грубую рукоять чёрного клинка обеими руками, парень занёс его, будто готовясь к удару. Его рубиново-красные глаза уставились на жуткого гиганта, сражение с которым шло чуть дальше на равнине.

Пусть стремления пылают.

Пусть мечты заявят о себе.

Если у Белла Кранелла и было какое-то преимущество над другими, то это одно единственное воспоминание его детства, потому что это всё, что у него было.

— !

Парень начал заряжать свой навык. Нанесённые на его спине символы полыхали красным светом.

Преодоление Предела.

Временное состояние, в котором ситуация вместе с эмоциями человека перегружает Фалну, содержащуюся в Благословении божества. Мощь навыков во время Преодоления Предела возрастает в несколько раз.

По всему полю боя будто прошлись волны; меч был направлен в горло гиганта.

Белые искры окружили тело Белла, пока парень готовился к атаке.

Обычное позвякивание колокольчиков, которое сопровождало навык Белла сменилось раскатистыми ударами колокола.

На относительно пустой поляне леса, к юго-востоку от жестокой битвы с Голиафом…

Группа авантюристов Морда отделилась от основных сил. Они почти потеряли свой боевой дух.

— Я больше не вынесу! Нам не победить!

— Нужно отсюда мотать! Может в лесу найдём где спрятаться!..

Яростный натиск монстров не прекращался ни на секунду. Сколько бы монстров не убивали авантюристы, их место занимали другие.

Ситуация была безнадёжной, такой же безнадёжной, как и фальшивая тьма, опустившаяся на весь этаж. Один за другим авантюристы начинали кричать от отчаянья и осыпать остальных угрозами.

— Никаких побегов, ублюдки!!!

Авантюристов останавливал Морд.

— Какого хрена тебя покусало, Морд?! У нас и шанса против этой твари нет! Зачем оставаться?!

— Мы будем держаться! Вы собрались бросить тех парней и девок на растерзание?!

Морд кричал так, чтобы все его услышали, указав на Лю и Асфи, отчаянно пытавшихся сдержать Голиафа. Остальные посмотрели на лидера, не понимая, почему он стал так увлечён.

— Драпанёте, поджав хвосты и ни черта, не сделав?! Как вы после такого будете жить?!

Одержимость Морда стала яростью, его глаза блестели от пламени, которое пылало в его сердце.

Он отвернулся от ближайших к себе авантюристов и осмотрелся. Те из авантюристов, которые могли встать стеной щитов были серьёзно ранены. Маги также держались за руки от боли. Морд начал сыпать на них целым потоком оскорблений, получая в ответ ошеломлённые взгляды.

— Эй, дряни ушастые, вы только петь горазды?! А вы, дворфы… для показухи накачались?!

Вызывающие фразы сыпались изо рта мужчины одна за другой. Он размахивал мечом, ущемляя гордость авантюристов, и заставлял их подниматься на ноги. Крики Морда привлекли к нему внимание Безумного Жука. Морд быстро разобрался с монстром и продолжил кричать. Тем временем по равнине разнеслись удары колокола.

— …

Было похоже, что удары колокола раздаются прямо с потолка над головами авантюристов.

Время будто замерло. Не было ни единого авантюриста, глаза которого бы не округлились от звона, достигшего не только их ушей, но и сердец.

Все уставились на стоявшего возле южного холма авантюриста, парня, державшего в руках огромный чёрный меч и охваченного белым светом. Волосы парня развевались, будто на ветру.

Слова были не нужны.

Его свет рассекал тьму, наполняя сердца бойцов надеждой.

— …ВПЕРЁЁЁЁЁЁЁЁД!!! ЗА МНОЙ, УБЛЮДКИ!!! Убьём их всех, ВСЕХ УБИТЬ!!!

Все до единого авантюристы бросились вперёд по команде Морда.

Голиаф заметил угрозу и криком призвал монстров атаковать. Но Морд не собирался позволить монстрам добраться до Белла, даже ценой своей жизни. Ряды авантюристов и монстров столкнулись.

— ООООООООООООООООООООООООООООООООООООО!!!

Голиаф бросился вперёд, услышав раздавшийся на этаже звук колокола.

Его вскрик был гораздо выше чем раньше, призвав всех монстров сражаться яростнее. Красные глаза гиганта отразили свет, когда он уставился на стоявшего посреди южной части равнины парня.

— Голиаф!..

— Увидел в господине Кранелле главную цель?

Вокруг парня закипело сражение между авантюристами Морда и выжившими монстрами. Гигант направился прямо туда. Асфи с ужасом увидела, что монстр начал игнорировать её и Лю. Эльфийка, тем временем, пыталась избежать тряски, которую создавали прыжки монстра. Её глаза уставились на цель.

— Мы защитим. Голиаф не должен до него добраться!

Лю позвала свою напарницу громким, нисколько не дрогнувшим голосом.

Голиаф не обратил на неё никакого внимания, галопом понёсшись к парню на мелких, для такого тела, ногах. Пробившись через порывы ветра, создаваемые шагами монстра. Эльфийка подпрыгнула и со всей силы ударила в колено монстра сзади.

Зверь потерял равновесие — низкий центр гравитации и высокая скорость сделали своё дело. Широко раскрывший глаза от удивления Голиаф рухнул на великую равнину.

Земля треснула от столкновения, в воздух поднялось плотное облако пыли. Морда монстра скривилась от удивления, все четыре его конечности впервые оказались на земле.

— Неужели такое действительно случилось?!

Дрожа от восхищения увиденным, Асфи бросилась в атаку. Босс этажа пытался подняться с земли. Но две девушки не проявили к своему врагу никакого сочувствия.

— ГАХ…ООООООоооООООооооО?!

Лицо, руки, плечи, голень и снова. Деревянный меч Лю и кинжалы Асфи с ослепительной скоростью метались по телу монстра. Ярость Голиафа возрастала, он кричал от боли. На время забыв о своей главной цели, Голиаф мотал конечностями, будто пытаясь избавиться от сильнейшей в мире мухи. Он даже использовал рёв чтобы избавиться от нападающих.

Заметив, что гигант мечется слишком беспорядочно, Лю начала чтение заклинания.

— …Взываю к безграничному небу что над лесом. Да установят бескрайние звёзды вечную ночь.

Девушка продолжала атаковать монстра, читая заклинание. Асфи с удивлением посмотрела на напарницу и начала атаковать монстра ещё быстрее чтобы дать Лю возможность сфокусироваться на своём Заклинании.

— Услышьте мой слабый голос и даруйте защиту звёздного света. Пролейте свет милосердия на тех, кто вас оставил.

Одновременное сражение на высокой скорости и чтение Заклинания: «Параллельное Заклинательство».

Для успешного использования магия требует колоссальной концентрации при произнесении заклинания, но это даёт высокий результат — сила заклинания напрямую зависит от его длины. Поэтому большинству магов требуется стоять на месте и всё своё внимание посвящать чтению заклинания.

Лю не переставала атаковать, пользуясь своим заклинанием. Малейшая запинка могла привести к Ignis Fatuus, но девушка продолжала атаковать, двигаться, уклоняться и поддерживая этот высокий темп читать заклинание. Даже авантюристы высочайшего класса, вроде Асфи смотрели на неё с восхищением.

Ментальная выносливость и храбрость которые требуются для подобного огромны вместе со знаниями ближнего боя и речевыми навыками.

Используя боевой стиль, которым не пытается использовать даже Кенки, Лю продолжила натиск завершая заклинание.

— Сражается и читает заклинание одновременно!..

…Микото заметила, что делает Лю и её глаза округлились так же сильно, как и глаза Асфи.

Она оставила заботу о раненном Оуке Чигусе, а сама вернулась на поле боя, сразу же увидев то, что лишило её дара речи. То как эльфийка уклонялась от огромных кулаков Голиафа, одновременно со всей силы ударяя по монстру, напоминало девушке порывы ветра в ураган. Красота и грациозность стиля боя Лю.

— Какая сила!..

Микото видела, что эльфийская воительница гораздо сильнее, чем она сама. Впервые девушка осознала свою собственную слабость, но это лишь показало ей тот уровень силы, которого она хотела бы достичь. По крайней мере она поклялась себе, что однажды достигнет такого же уровня и сможет сражаться с этой эльфийкой на равных.

Девушка помотала головой и осмотрелась, авантюристы вокруг воодушевлённо оттесняли остатки монстров. Увидев их отвагу и бесстрашие, Микото побежала помогать Лю в схватке с Голиафом.

Если её собственное Заклинание сможет помочь, выиграет больше времени Беллу… Девушка нашла неприметное место и начала читать заклинание.

— Страх, могучий и изворотливый…

Она вложила все свои ментальные силы в эту атаку.

Сейчас не было никакого смысла оставлять что-то на продолжение схватки. Девушка вкладывала все силы в заклинание, читая его сильным и громким голосом.

— Я призываю бога, уничтожающего всё и всех, пусть направит меня с небес. Пусть даст этому бренному телу божественную мощь.

Заклинания Микото и Лю разнеслись над равниной.

Голиаф, тем временем смог подняться на колени и начал выпрямляться.

— Не мог бы ты полежать чуть подольше?!

Смог ли гигант наконец подчинить свой гнев или вспомнил, что смог с ним сделать Белл, но он наконец поднялся и двинулся по равнине. Асфи недовольно уставилась на зверя, заклинание Лю ещё не было готово.

— Не хотела я перед столькими людьми их использовать, но!..

В голосе девушки были слышны нотки раздражения, она наклонилась и провела руками по сандалиям.

— …Талария.

Золотые крылья, украшавшие обувь Асфи вздрогнули и ожили.

Из сандалий вырвалось по два крыла, и отправило девушку в полёт.

— ?!

Голиаф непонимающе уставился на девушку, пронёсшуюся перед его лицом. Даже Лю и остальные авантюристы на мгновенье замерли увидев, как Асфи рассекает воздух.

Крылатые сандалии, Талария, магический предмет высокого уровня, который Персей создала для собственного пользования.

Давным-давно, молодая королева островной нации так хотела путешествовать по небу, что использовала Энигму для создания предмета, который претворит её мечты в реальность. Пока эти сандалии на ногах Асфи, она способна путешествовать по воздуху.

Предмет, который позволяет сражаться с воздушными монстрами в их среде обитания. Белый плащ девушки развевался, она, набирая скорость летела прямо на Голиафа, всё быстрее и быстрее приближаясь к лицу гиганта.

Вскинув нож в левой руке, девушка атаковала.

— ?!

Голиаф взревел от боли, нож разрезал его один из его красных глаз.

— …Приди, ветер ветров, веками странствовавший по земле. Через небеса и поля, быстрее чем кто бы то ни было, дальше, чем кто бы то ни было. Свет звёздной пыли, разорви моих врагов!

Голиаф схватился за раненный глаз одной рукой, и уставился здоровым глазом на завершившую заклинание Лю.

Эльфийка уставилась на монстра и выпустила заклинание.

— Светоносный Ветер!!!

Сотни небольших шариков воющего зелёного ветра появилось вокруг девушки. Вытянув руку, она направила звёздную пыль в зверя, поражённого волной магической энергии и разрывающим ветром. Каждый удар отрывал частички кожи Голиафа, отчего повсюду начала брызгать кровь.

Могущественное заклинание, очень подходящее представителю эльфийской расы, заставило монстра отступить.

— ААААААААА!!!

— ?!

Через несколько секунд Голиаф остановился, а потом снова двинулся вперёд несмотря на бомбардировку заклинанием.

Красные искры потоком посыпали от тела монстра, окутывая его пульсирующим светом. Его раны исцелялись, быстрее, чем их открывали новые сферы, монстр двигался к Лю и Асфи стоявших прямо перед ним.

— Сойди с небес и завладей землёй… shinbu tousei!!!

Голиаф протянул руку к Асфи, его плечо должно было сбить стоявшую на земле Лю. В это же мгновение Микото закончила чтение заклинания.

— Futsu no Mikama!

Созданный из фиолетовой энергии меч пронзил голову Голиафа.

Несколько кругов света, похожих на магические круги появилось на земле, опоясав гиганта.

Испуская свечение, меч прошёл через всё тело монстра, запустив гравитационную ловушку.

— ?!

Силовое поле растянулось из гарды меча на десяток метров, ограничив пространство. Одна из граней поля отделила Голиафа от девушек, прежде чем монстр успел им навредить. Рука запертого в силовом поле босса этажа рухнула на землю, а потом он и сам упал на колени. Голиаф завопил от боли, падая под давлением заклинания Микото.

Это заклинание было козырной картой девушки. Такемиказучи запретил ей использовать эту магию в закрытых пространствах, таких как Подземелье. Магия Микото запечатывала пространство, увеличивая внутри эффект гравитации. Голиаф вжимался в землю всё сильнее и сильнее, фиолетовое поле держало его будто в темнице.

Микото не могла использовать это заклинание раньше, потому что случайно могла зацепить группы атакующих. Лю и Асфи были под впечатлением, наблюдая за тем как беспомощно изгибается гигант.

— Аааааааа!..

Лицо Микото скривилось от боли, она схватила вытянутую правую руку левой.

Крак, крак, крак — силовое поле начало трескаться, Гигант медленно поднялся на колени, а потом и на ноги.

Он выпрямлялся, становясь всё выше и выше, сражаясь с гравитацией. Микото использовала всю свою ментальную энергию в тщетной попытке снова обрушить монстра на землю.

Она была недостаточно сильна. Параметры Голиафа были гораздо выше чем у неё. У неё не было ни единого шанса.

Наконец Голиаф выпрямился во весь рост и силовое поле распалось по его воле. Всё это время Белл не переставал готовить свою атаку.

Вельф бежал.

Он бежал по непривычно тихому лесу, пользуясь светом кристаллов чтобы продираться всё глубже. Парня сопровождало только его тяжёлое дыхание и быстрые шаги, Вельф наконец добрался до той части леса, которую знал.

— Проклятье, Белл, тот здоровяк… ДААААХХХ!!!

Парень не мог выкинуть из головы как Голиаф ударил Оуку и Белла. Наверняка тот здоровяк не хотел принимать такой удар, но он защитил Белла. А Вельф в это время мог только стоять и смотреть.

В какой-то мере это даже весело. Мысль о том, что он просто стоял и смотрел как всё случилось. В Вельфе бушевал вихрь сожалений.

— Всевышняя Гефест, я…

Оружие, обёрнутое в белую ткань, которое он получил от Гестии, отправила его собственная богиня. И это оружие Вельф выковал своими руками.

Он создал его после присоединения к Пастве Гефест, по её воле. Этот меч стал его первой работой как члена Паствы.

Его навык подтвердился, но после этого парень передал оружие Гефест, потому что от одного взгляда на него он чувствовал отвращение к себе. Вельф поклялся, что никогда подобного не создаст.

Богиня сказала, что на первое время сойдёт и это. Но потом она бросила следующие слова:

— Ты пожалеешь, что не стал пользоваться этой силой, когда у тебя появится нечто важное.

Перестань обременять своих союзников из-за собственной гордости.

Переданная красноглазой и красноволосой богиней фраза снова и снова крутилась в голове парня.

Его эгоистичное высокомерие привело его к клятве никогда не становиться создателем магических мечей. Более того, его эго запретило ему использовать такие мечи.

Если бы он отбросил свою гордость, схватка могла пройти по-другому.

— Я!..

Вельф ненавидит магические мечи.

Они дают другим силу уничтожать сильнейших врагов мановением руки. Нет ничего, что развращало бы владельца так же сильно, как магическое оружие. Магические мечи уничтожили его семью, уничтожают других кузнецов, а те, кто их использует, гниют изнутри.

Но самое страшное, что магические мечи ломаются и предают своих владельцев.

Вельфу отвратительны магические мечи.

— !..

Неожиданно парень заметил заросший деревьями холм. Он уверен, что оружие упало именно с этого холма и сейчас покоится где-то в высокой траве.

Спящее, никогда никем не использованное, рукоять этого меча нетронута и чиста.

Оно не сломано, оно просто отдыхает.

— Эй, где ты?! Подай знак!!!

Парень крикнул, углубляясь всё дальше и дальше в лес.

В лесу было гораздо темнее, чем он помнил из-за тусклого света синих кристаллов над головой. Кто-то будто опустил на лес ночной колпак.

— Иронично, тебе не кажется? Знаю, ЗНАЮ!!! Я тебя выкинул, а теперь хочу от тебя помощи!

Вельф знал, что ответа не последует, но продолжал изо всех сил кричать в тёмный лес.

Шея парня вращалась как шарнир, он продирался через плотные заросли.

— Но есть кое-кто кому нужна моя помощь! Пожалуйста… дай мне тебя сломать!!!

Будто в ответ на его крики из ниоткуда появился мягкий красный свет.

Завидев этот свет, Вельф бросился к нему. Меч воткнулся в кучу мха, его рукоять торчала наверх.

Белая ткань начала сползать, обнажая верхний край лезвия меча и рукоять без гарды. Клинок оружия пульсировал будто пылающий драгоценный камень у ног парня. Вельф схватился за рукоять и поднял меч в воздух.

Опустив его на плечо, парень вернулся к холму.

— !..

Вельф скривился, ощутив на своих плечах новую ношу.

Мощь магического меча — он сломается если использовать его слишком часто. Такова цена за использование силы, подобной магии. Такая судьба постигнет и это оружие.

Оно никогда не станет напарником авантюриста, никогда не встретит с ним победы и поражения. Оно никогда не доживёт до конца своего владельца, оно сломается первым.

Вельф ненавидит магические мечи, они предают своих владельцев без раздумий.

Магическому мечу не суждено стать полноценным оружием. Такова их судьба и эту судьбу парень ненавидел.

…Именно так, бессмысленное и болезненное сочувствие.

Из-за развращения владельцев и кузнецов ни один такой меч никогда не станет доверенным напарником своего владельца в битве. Более того, они будут спать, так и не получив возможности встретить владельца, который признает их ценность.

Как человек способный создавать магические мечи, Вельф чувствовал к ним жалость, ощущал их боль.

— !

Парень выбежал из леса. Вдалеке он увидел Голиафа, запертого в треснувшей фиолетовой клетке. Монстры и авантюристы яростно сражались неподалёку от босса этажа. Чуть дальше стоял Белл, в его руках был огромный чёрный меч.

Когда раздался удар колокола Вельф понял, что именно происходит. Поклявшись себе, что он не позволит ещё одному подобному удару попасть в Белла, Вельф бросился в творящийся на равнине хаос.

В считанные секунды парень приблизился к сражению. Обнажив оружие Вельф приготовился к удару.

— Эй вы! Если не готовы встретиться с праотцами, убирайтесь подальше!!!

Вельф махнул мечом, по равнине расползлось пламя.

Авантюристы с округлившимися глазами начали отскакивать с пути огненной волны, монстры обращались в пепел после первого же прикосновения. Великая равнина превратилась в дымящееся пепелище.

Авантюристы с недоумением смотрели как сгорел последний кусочек ткани, окончательно обнажив клинок.

На нём не было узоров, простой длинный красный клинок и рукоять. Поразительное оружие будто бы было вытесано из цельного куска камня, оно было простым и прекрасным.

Крак! Небольшая трещинка прошлась по клинку в руках Вельфа. Вельф уставился на магический меч, разваливающийся на куски после первого же применения.

— Уже ломаешься?!

Микото крикнула предупреждение остальным, а гигант ударил обеими руками по барьеру созданному её гравитационным заклинанием.

— ООООООООООО! — монстр взревел, расколов поле вокруг себя на куски, и выбравшись из клетки. Лю и Асфи готовились вступить в бой, но мимо них пробежал Вельф.

Парень встал перед Голиафом, его правая рука держала рукоять меча, лезвие которого было за его спиной.

Взгляды Голиафа и Вельфа встретились, а потом парень сделал один единственный героический удар.

Выполняя этот удар, Вельф крикнул название своего магического меча.

— Пылающая Луна, Кадукииииии!!!

Отблески пламени осветили всю равнину и авантюристов.

Из клинка магического меча потоком полилось пламя; Голиаф оказался в самом центре пылающего ада.

Его крики утонули в треске и рёве пламени, охватившего его тело.

— АААААААА?!

Тело гиганта будто поглотило адское пламя.

Его самовосстановление не могло справиться с такой мощью. Огонь выжигал всё лечение, которое гигант проводил. Стоило кусочку кожи восстановиться, как он тут же сгорал дотла. Голиаф мог поддерживать только свою физическую форму, и его ментальная энергия заканчивалась очень быстро.

Впервые за долгое сражение кожа гиганта оказалась повреждена и не восстановилась.

— Чтоб меня, Магический Меч Кротцо!..

— Он что, сильнее… сильнее чем заклинания?!

Асфи и Лю смотрели на огненное безумие, творящееся на их глазах. Подобной мощи не достичь чтением заклинания. Они видели силу, способную в мгновение ока сжечь эльфийский лес.

Как и говорится в легендах, Магический Меч Кротцо так мощен, что способен «заставить пылать даже океан». И каждая частичка этой силы сейчас была использована.

— …

Меч испустил последний поток пламени и на нём появилась сеть трещин.

Трещины начали множиться, становились всё глубже и глубже, пока клинок не рассыпался прямо в руках Вельфа.

— …Прости.

Парень опустил плечи, прошептав себе под нос извинения и наблюдая как тысячи осколков падают на землю.

…Три минуты.

Белл стоял молча, он наконец осознал, сколько времени прошло.

Он терпеливо ждал, взгляд его рубиново-красных глаз был направлен вперёд.

Всё это время он смотрел только на чёрного гиганта, Голиафа. Сейчас тело монстра было объято пламенем и дымом. Но красное свечение, которое охватило тело монстра сейчас было самым ярким источником света восемнадцатого этажа.

Белл направил огромный чёрный меч в своих руках на зверя, который легко выдержал немало атак авантюристов.

Его Навык требует представления определённого героя для срабатывания. И сейчас этим представлением был Великий Герой Давид.

Герой, который защитил свои родные земли выступив и одержав победу над огромным врагом в битве.

Держа в голове подвиг Давида, Белл медленно наклонился вперёд.

— …Эй, там, разойтиииииись!!!

Белл рванул вперёд.

Раздавшийся за его спиной крик Гестии разнёсся по великой равнине.

Парень устремился к светящемуся красным монстру. Колокол звенел всё чаще, чёрный меч оказался охвачен ярким светом парня. Даже текущая из его ран кровь будто подгоняла его вперёд. Его друзья сражались с монстром, дав ему возможность для атаки, эта атака будет последней, и парень заставит монстра это почувствовать.

Услышав приказ Гестии авантюристы мгновенно разбежались и расчистили путь.

Вельф, Микото, Лю и Асфи…

Все заметили на себе взгляд Белла, когда тот пробегал мимо.

В их глазах были надежда, вера и желание поддержать парня.

Белл набирал скорость, все смотрели только на него.

— ОООООООООО!!!

Красные глаза Голиафа заметили приближение парня.

Монстр взвыл от ярости и страха, заводя одну из своих огромных горящих рук за спину.

Гигант был готов бить. Его удары уже принесли немало разрушений и ранили множество авантюристов, включая самого Белла. Он знал каков риск, но не замедлился.

…Как и говорила Гестия, у Белла есть «удар героя».

Эти слова засели глубоко в душе Белла, парень занёс чёрный меч над правым плечом, описав в воздухе дугу оружием.

Всё ближе и ближе.

Тело Голиафа нависло над парнем, давление, оказываемое монстром, ощущалось почти физически.

Белл лишь усилил хватку оружия, адреналин бежал по его венам.

Собрав всё своё существо в клинке меча Белл подпрыгнул и нанёс удар.

— ЯЯЯЯЯЯЯХХХХХХ!!!

Раздался взрыв.

— …

Авантюристы прикрыли глаза руками от ослепительной вспышки света.

Боевой клич Белла был поглощён рёвом Голиафа, а потом взрыв поглотил всё остальное.

Несколько секунд авантюристы не были способны ничего слышать. Но как только к ним вернулся слух, их ожидало… полнейшая тишина. Ход битвы был решён.

Несколько авантюристов собрали свою храбрость в кулак и опустили руки чтобы увидел, что произошло. Они увидели гиганта без тела и правой руки, лежавшего в кучке пепла.

Ноги и левая рука не двигались, будто части странной, замершей статуи.

А перед остатками Голиафа в той же позе, в которой он приземлился после удара стоял Белл. Чёрный меч был сломан, остатки оружия дымились белым дымом.

Никто не сказал ни слова, все пытались запомнить каждую частичку этого зрелища.

— …Он… Разрубил.

После того как Вельф восхищённо проговорил это вслух, время будто снова запустилось.

Белл потерял равновесие и упал на колени. Используя сломанный меч в качестве трости, парень смотрел как ноги и левая рука Голиафа также превращаются в пепел.

Магический камень монстра был уничтожен вместе с верхней частью тела. Остатки камня начали медленно распадаться и исчезать.

ШШШШШ. Лёгкий ветер поднял облако пепла в «небо», расчистив добычу — Шкуру Голиафа.

— ЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕ!!!

Спустя мгновенье раздались восторженные крики авантюристов.

Бойцы окружили остатки монстра, поднимая в воздух кулаки, обнимали своих союзников и утирали слёзы счастья, крича во весь голос. Звуки бьющейся стали заполнили этаж, авантюристы стучали своими мечами, копьями, топорами и щитами празднуя победу.

Великая равнина задрожала от различных звуков и форм празднования.

Всё, что произошло в Подземелье до этого момента, казалось ложью. Стены и потолок оставались тихими; новые монстры не появлялись. Жители Ривиры праздновали вместе с авантюристами Морда, лица людей были красными от восторга и радости.

— Белл!

— Сударь Белл!

Гестия была первой, кто подбежал парню, по пути она смахивала с глаз слёзы. Вскоре присоединились Лили, Вельф, Лю и Микото. Подошли даже некоторые из авантюристов Ривиры.

Останки кристального цветка на потолке засияли, будто озаряя Белла своим светом.

Белл и его союзники были окружены восторженными криками, казалось будто их чествует весь восемнадцатый этаж.

— Аааа… аааа, блистательно!

Гермес остался один, после того как Гестия покинула южную базу авантюристов. Его оранжевые глаза блестели, бог смотрел на Белла, находящегося в самом центре круга детей.

Божество смеялось, будто опьянев от атмосферы возбуждения, витающей вокруг.

— Эти глаза всё видели! Я, Гермес, видел всё воочию! Твой внучок, твой прощальный подарок этому миру!

Гермес предавался эмоциям всё сильнее и сильнее, он будто обращался к кому-то.

Он мысленно вспомнил слова дедушке парня.

— У парня есть хребет. У парня есть терпение… Но вот с характером у него просто беда.

Дедушка Белла как-то сказал ему что у парня нет того, что могло бы сделать его героем.

— Ты что, ослеп, как ты мог такое пропустить?!

Если бы ты это увидел, сказал бы ты так же?! Божество рассмеялось, жестом указывая на стоявшего вдалеке парня.

Гермес задрал голову наверх и с широко открытым ртом рассмеялся будто сумасшедший.

— Наслаждайся, Великий Отец Зевс! Твой внук — это просто нечто! Последний герой, оставленный твоей Паствой!

Энтузиазм Гермеса и не думал заканчиваться.

— Ну, я, конечно, не Оракул, но… Аааа! Ладно, всё равно скажу!

Гермес взглянул на равнину, заполненную авантюристами, будто наблюдая за пьесой и крикнул.

— Она грядёт, грядёт! Новая эра наступит! Может через десять лет, через пять, через год или даже завтра! В Орарио случится что-то что ознаменует новую эру!

Так подсказывала Гермесу его божественная интуиция.

И в то же время это не давало ему покоя.

— Нет, правда, разве в дни прошлого подбиралась группа героев равная этой?!

«Храбрец» Финн Деймне.

«Девятый Ад» Риверия Льйос Альф.

«Полководец» Оуджа Оттар.

«Принцесса Меча» Айз Валленштайн.

Сложно найти время, в которое собралось бы столько выдающихся личностей.

Все они обладают характером и силой, которая равняет их с величайшими героями всех времён, и они объявились одновременно.

— Нет, раньше такого не было! А раз столько равных детей собралось в одном месте, точно случится нечто значимое!

После добавления к числу людей, обладающих силой и характером Маленького Новичка с его безграничным потенциалом, интуиция Гермеса привела его к такому заключению.

— И я стану свидетелем, я всё это увижу! Эти глаза увидят, как их имена будут вписаны в историю и их жизнь до самой смерти!

Их человечность, их желания, их радости.

Гермес воображал себе будущее, наблюдая за тем как авантюристы собираются вокруг беловолосого парня. Глаза божества широко распахнулись.

— История, которую они создадут связанная с любовью к их божествам. Сказание о Паствах!

Эта история станет величайшим событием.

Самым пленительным из пленяющих.

Самым развлекательным из развлекающих.

— Ааааа…

Как же это волнительно.

— Спуститься в этот мир было лучшим решением, которое я когда-либо принимал!

Дети праздновали свою победу, пританцовывая и выбрасывая в воздух кулаки. Бог распахнул руки и запел песнь, восхваляющую героев

----------

Эпилог. Тот, кто нацелился на кролика.

Белл вместе с остальными вернулись на поверхность через день после убийства Голиафа.

Каким-то чудом чудовищный бой пережил каждый член группы. Они разошлись, чтобы рассказать близким о своём безопасном возвращении. Один пошёл выразить признательность своей богине и провести погребение останков оружия; другие пошли предупреждать членов Паствы о своём возвращении; третья сняла капюшон и вернулась на работу в бар, будто и не пропадала вовсе.

Всем авантюристам, пережившим события на восемнадцатом этаже, было строго запрещено рассказывать о случившемся.

Появление босса этажа в безопасной зоне — это случай, который находится за пределами понимания людей. Гильдия объявила этот случай «божественным вмешательством» — и получило кодовое название «Бедствие». Чтобы избежать возмущения Гестия и Гермес получили серьёзные предупреждения и были наказаны — их отговоркам никто не придал значения — а также им запретили даже раскрывать рот о своём походе в Подземелье.

Однако.

Молчание нельзя хранить вечно. Таков мир.

— Ты уверен в своём рассказе?

— Абсолютно. На восемнадцатом этаже появился Голиаф. Авантюристы Ривиры вступили с ним в бой и победили… И хоть я сам не понимаю, как именно, кажется Маленький Новичок нанёс решающий удар.

— Ку-ку-ку, ха-ха-ха… Вот как? Ты отлично постарался, Хяцинтус.

Подавленный смех раздался в тёмной комнате.

Владелец комнаты с любовью потрепал щёку парня, которого назвал Хяцинтусом.

Глаза господина заблестели, он смотрел куда-то в пустоту, а его мысли будто устремились куда-то вдаль.

— Белл Кранелл… Он и вправду превосходен. Не быть мне Апполоном, если я не заполучу его себе.

Губы божества скривились в улыбке, в тусклом свете комнаты блеснули светлые волосы, яркость которых могла бы сравниться с солнечным светом.

«УШИВАКАМАРУ»

– Изготовлен Вельфом, первый в своём роде.

– Короткое, алое лезвие. Второе имя: «МИНОТАН»

– Изготовлен из добычи, которая называется рог минотавра. Прочное оружие с огненным элементом.

– Удивительно разрушительное оружие, несмотря на малые размеры. На данный момент сильнее Кинжала Гестии.

– У Белла был сон, в котором его чуть не убил Минотавр, когда он уснул с этим оружием под подушкой.

– Судя по всему было изготовлено с мыслями о Белле.

----------

Послесловие

Послесловие

«Чистейшее Фэнтези о Подземельях» — не помню где, но у меня такое чувство что где-то я видела, как мои книги представляют такой фразой. Честного говоря, не думаю, что можно описать историю исключительно о Подземельях. Авантюристы ходят в Подземелья чтобы получать очки опыта за убийство монстра, и этот процесс повторяется множество раз. По-другому и не напишешь.

Так что, мне хотелось взять из Подземелья всё, прежде чем история снова вернётся на поверхность. Такой мыслью я руководствовалась при написании Пятого тома.

Когда большинство людей слышат слово «подземелье», они представляют себе тёмный лабиринт, наполненный разнообразными сокровищами, скрытыми в его глубинах и защищаемыми сильнейшими из монстров, которые только могут прийти в голову. Поэтому мне казалось, что огромный монстр необходим в развязке. Что-то большое и могущественное, способное отправить авантюристов в глубины отчаянье — дракон в этой роли тоже был бы неплох. Может так считаю только я, но решение героев бежать или сражаться, это очень важная часть фэнтезийного жанра. Мне наконец удалось воплотить эту мысль в реальность, в пятом томе. У меня такое ощущение, что некоторые люди коговрили мне, «Разве этого не должно быть в первом томе?». Но я их не слушала.

Не важно, дышит ли монстр огнём, атакует руками или ногами, или его взгляд способен обратить кого угодно в камень, он должен быть сильнее чем любой из героев. И я верю, что герои фэнтезийных историй выглядят круче всего, когда превозмогают свои раны и действуют сообща для победы над сильным врагом.

Насколько старше я бы не становилась, мне никогда не забыть какой восторг я испытывала, когда герои вступали в бой.

И ничто не может сделать меня счастливее чем мысль о том, что вы можете испытать подобное волнение, читая эту книгу.

А сейчас, позвольте мне перейти к выражению благодарности.

Для начала, моему куратору, Господину Котаки, спасибо вам за все ваши очень полезные советы. Далее, хотелось бы поблагодарить Господина Сузухито Ясуду за его прекрасные иллюстрации. Вы оба помогли мне сделать эту книгу такой, какой она сейчас является. Также мне бы хотелось выразить благодарность всем работниками GA Bunko. Эта серия книг никогда бы не вышла в свет без вашей помощи. Я очень благодарна.

Но больше всего я хотела бы поблагодарить тебя, читатель. Я очень стараюсь писать истории, которые можно было бы назвать «интересными». Мне будет очень приятно увидеться с тобой снова, в следующей книге.

Буду ждать встречи,

Фуджино Омори.

----------

Послесловие переводчика

Послесловие Переводчика

Всем добра, с вами в очередной раз, Kristonel.

Знаете, в каждом послесловии я обещаю вам (да и себе тоже), стараться не срывать сроки и делать тома и главы регулярно. Но, пожалуй, попытавшись взять на себя больше одного произведения разом, я чуток переборщил. Реальный мир оказался сильнее. Я вынужден признать, что том в полтора месяца вместе с работой и ещё двумя произведениями которые я хотел пилить "для разнообразия" я попросту не могу. Так что облегчаю нагрузку. Данмачи остаётся флагманом и продолжит быть самым регулярным моим переводом. Я оставлю примерно намеченную для себя частоту выхода книг, раз в полтора месяца.

Итак, второй сезон аниме анонсирован. Наверняка он выйдет до того, как я успею перевести все тома, которые он покроет, но меня это не расстраивает. Знаете, после того как я наконец покончил с событиями первого сезона, я его пересмотрел, и... это было довольно пресно. Я помню как несколько лет назад «Подземелья» захватили меня настолько, что я бросился искать перевод ранобы, чтобы снова окунуться в этот мир, поближе узнать персонажей и пережить очередные превозмогания. А нашёл полтора тома. В достойном качестве, я имею в виду. Так вот, я чуть не начал отходить от темы. Ощущение что чего-то в аниме не хватает показало мне что моя работа делалась не зря. Я надеюсь что мне удалось передать хотя бы малую часть тех наивных эмоций и опасений, которые я испытывал сам. Мне не кажется, что Данмачи это история о сюжете и событиях. Это куда больше похоже на героическую сказку. Если вдруг вам покажется, что чего-то во втором сезоне недостаёт, приходите почитать. (Впрочем, если во второй сезон не впихнут пять томов как в первый, возможно вы прочтёте историю раньше, чем увидите ГЫ).

Мне хотелось бы поблагодарить всех людей, которые поддерживают меня материально. Серьёзно, ребят, любая ваша материальная поддержка очень помогает мне в жизни и греет душу. К сожалению, отплатить вам я могу лишь пытаясь сделать свои переводы более качественными и поддерживать темп.

Ну и напоследок, привычные кусочки саморекламы!

Заходите в группу AkaiYuhiMun team вконтакте, наверняка вы найдёте для себя что-нибудь интересное.

В нашем чатике в дискорде довольно лампово, хоть и опасно. Не стесняйтесь заходить, если вам хочется пообщаться или ко мне есть вопросы.

Ну и не забывайте поддерживать меня материально, если вам нравиться то, что я делаю.

Вы очень поможете мне подписавшись на мой Патреон: https://www.patreon.com/Kristonel

А также снабдить меня всем необходимым для чаепития по этим кошелёчкам:

Qiwi: +79237177586

WMR: R532697894558

ЯД: 410012644267696

----------

Пролог. Зло в лунную ночь.

Тусклый лунный свет пробивался сквозь плотные облака, окутавшие ночное небо. За исключением блеска отдельных звёзд, то тут, то там, тёмная пустота над головой заставила бы любого выглянувшего в окно человека ощутить себя в подземном убежище.

К тому же, большинство людей уже спит в столь поздний час.

Какое-то оживление царит лишь в тавернах ближе к центру города, в которых отдыхают авантюристы, но в темноте жилых кварталов эти звуки кажутся слишком далёкими и чужими.

Держась в тени зданий, одинокая девушка пришла на встречу со своим богом.

— Прошу, Всевышний Сома. Позвольте Лили покинуть вашу Паству… — её голос дрожал, в нём слышалась мольба.

Тело Лили скрывала просторная роба, она склонилась перед богом, её голова чуть не стукнулась о пол. Взгляд больших ореховых глаз упёрся в одну точку в полу.

Божество молча сидело в углу комнаты прижав колени к груди.

Сквозь бегущие по небу облака выглянула луна, наполнив комнату лунным светом через открытое окно. В этом свете показались ряды шкафов, стоящих у стены. В этих шкафах рядами стояли посаженные в горшки растения и несколько бутылок алкоголя. Два силуэта виднелись рядом с углом комнаты дома бога Паствы Сомы.

Лили пришла, чтобы напрямую попросить разрешения у своего бога покинуть его Паству. Это было сделано, чтобы наконец избавиться от проклятья Паствы Сомы — после этого она сможет гордо встать в один ряд с Беллом и остальными. Она воспользовалась шансом и пришла поговорить с Сомой напрямую.

Выход из Паствы, а также перезапись Фалны, нанесённой на спине девушки, требует разрешения её бога — Сомы.

— Лили знает, что покидает паству без предупреждения и просит прощения за все нанесённые оскорбления. Пожалуйста, Лили просит вас о милосердии…

Она не смотрела богу в глаза и даже не поднимала головы.

Маленькие плечи девушки дрожали, указывая какой страх на неё наводит сидящее перед ней божество. У Лили до сих пор не стёрлись воспоминания о вине Сомы, это вино заставляло её вздрагивать, осознавая власть, которую оно имело. И создатель этого ужасного напитка сидит перед ней в углу комнаты.

Божество ничего не ответило.

Оно выглядело как молодой человек среднего роста. Его тело и конечности были тонкими и казались очень хрупкими. Оно было одето в мешковатую робу, рукава которой были перепачканы землёй.

Сидящий в углу Сома уткнулся в стену и пробормотал:

— Регулировка операций… Наказание… Моя страсть, моя причина жить…

Длинные неухоженные волосы Сомы частично скрывали его опечаленное лицо. Казалось, что божество погрузилось в отчаянье и депрессию.

Сома не повернулся, он остался спиной к Лили.

В комнате прозвучал новый голос, который не принадлежал Лили или Соме:

— Как видишь, Всевышний Сома сейчас очень занят. Но я тебя выслушаю, Арде.

Человек прошёл в комнату и встал перед божеством, сидевшим на полу.

Очки обрамляли угловатые черты этого человека. В прищуренном взгляде чёрных глаз читалась интеллигентность, но пошловатая улыбка мужчины выдавала его с головой:

— Довольно неожиданно увидеть тебя в живых. Кану докладывал, что ты сдохла.

Лили подавила желание нагрубить мужчине.

Занис Лустра — командир Паствы Сомы и авантюрист Второго Уровня. Ему достался титул Гандарва — Страж Вина. Его разум был достаточно силён, чтобы сопротивляться Божественному вину; мужчина всегда сохранял над собой контроль.

Из-за заметного недостатка интереса Сомы своей собственной Паствой, Занис нередко отдавал приказы вместо бога. На самом деле, будучи главой, использующим имя божества в своих собственных целях, Занис манипулировал членами Паствы ради собственной выгоды. Да, он не был человеком, который лично бросил Лили на съедение орды муравьёв-убийц, но Занис и не подумал бы наказать кого-то за подобное поведение.

Скрыв свою собственную смерть и тщательно подготовив план по проникновению в дом Паствы Сомы, Лили оказалась обнаружена человеком, внимания которого так старалась избежать.

— Если подумать, ни Кану, ни его приятелей тоже давно не видно… Ты имеешь к этому какое-то отношение?

Девушка дала честный ответ человеку, усмешка на лице, которого не изменилась с момента, когда она оказалась в комнате:

— …Лили ничего не знает, — она ответила исключительно по делу.

Лили очень старалась держать себя в руках и не выплеснуть весь свой гнев и раздражение, которое испытывала:

— Сударь Занис… у Лили есть причина здесь находиться. Она ждёт ответа Всевышнего Сомы.

— А, да, точно. Вернёмся к этой теме, — Занис смаковал каждое слово и кивнул чуть активнее, чем обычно, будто играл в пьесе. Следующую фразу он говорил медленно и возвышенно: — Разумеется, для выхода из группы требуется огромная сумма денег. Она нужна лишь для того, чтобы облегчить боль нашего бога — ведь он потратил огромное количество времени, взращивая тебя. Он требует десять миллионов валис.

На какое-то время Лили лишилась дара речи.

Её дух будто вылетел из тела, когда до неё дошли размеры запрошенной суммы.

— Что скажете, Всевышний Сома?

— …Полагаюсь на твоё решение.

Сома не повернулся и даже не взглянул в сторону, давая ответ. Божество сидело будто какой-то камень в углу комнаты, не сдвинувшись ни на сантиметр.

— Д-десять миллионов… — пролепетала бледная как полотно Лили.

Её собственный бог не знал её, не ответил на её мольбу. Занис издевательски усмехнулся, уставившись на Лили, которая начала осознавать, что торги тут неуместны.

Лили лежала на полу будто марионетка, которой обрезали ниточки. Тонкие ручки девушки едва удерживали её от падения. Медленно, но уверенно, девушка поднялась на ноги.

На её лице не было ни единой эмоции, она ковыляла на ватных ногах к выходу из комнаты.

Как только она исчезла в темноте, в дверях появился огромный силуэт.

— Парни Аполлона у дверей. — очень недружелюбным тоном сказал дворф, к поясу которого была пристёгнута огромная круглая тыква.

— Отлично, Кландра. Проводи их в маленькую комнату дальше по коридору.

— Я на тебя не работаю. Сам провожай.

Названный Кландрой дворф говорил монотонно, повернувшись спиной он зашагал по коридору, будто избегая продолжения ненужного разговора. Занис дёрнул плечами, сказанное дворфом больше повеселило его, чем вызвало раздражение.

Он повернулся спиной к сидящему в углу богу и сказал:

— Всевышний Сома, я собираюсь провести переговоры. Чего вы пожелаете?

— …Полагаюсь на твоё решение.

Сома был ничем не заинтересован. Занис тихонько усмехнулся. Усмешка сошла с его лица, когда он пошёл к двери.

Как только Занис закрыл за собой дверь в комнате воцарилась тишина.

— …

Оставшись в комнате наедине с собой, божество перестало бормотать.

Пробившийся сквозь облака лунный свет снова опустился на растения и бутылки в шкафу. Сома взял одну из них и открыл её. После этого бог поднёс бутылку к губам и осушил в несколько быстрых глотков.

----------

Глава 1. Разозлившийся Кролик.

Глава 1. Разозлившийся Кролик.

Каменную дорогу подогревают лучи висящего в небе полуденного солнца.

Уже который день погода стоит просто замечательная; все в прекрасном настроении. Отовсюду слышатся довольные голоса. Главную улицу наполняет шум повозок, возгласов полулюдей и других прохожих, идущих по своим делам.

Среди потоков людей, на пересечении всех дорог стоит белая башня такой высоты, что пронзает голубые небеса.

— Всё же, я очень рада, что вы вместе с остальными благополучно вернулись на поверхность.

— Прости что заставил поволноваться… и спасибо.

Я стою перед одним из баров на Западной Главной — «Щедрой Хозяйкой». Я уже и сосчитать не могу, сколько раз я извинился перед Силь и сказал ей спасибо, и вот, делаю это снова. Я никогда не забуду с каким выражением на лице она встретила меня, когда я пришёл сказать, что вернулся с восемнадцатого этажа. Та улыбка, взгляд её глаз, её растрёпанные волосы… всё вместе.

До сих пор не могу поверить, что прошло целых три дня с нашей победы над Голиафом и возвращения на поверхность.

Если считать от этого дня, то неделю назад мы застряли на серединных этажах и нам пришлось спускаться к восемнадцатому. Оказывается, о нас волновалось много людей. Силь была одной из них. Хоть она и не пошла за нами в Подземелье лично, как боженька, она отправила к нам свою коллегу, Лю.

Я буду вечно благодарен эльфийке, столько раз спасшей меня от смерти. Разумеется, я никогда не забуду и как я был рад, когда увидел, что она за мной пришла.

Пришлось слегка скривится, чтобы не выдать своё смущение улыбающейся рядом со мной девушке.

— Твоё тело восстановилось полностью?

— Да. Всевышний Миах… Моим лечением занялась дружественная Паства и я уже в порядке.

Благодаря сильнейшим лекарствам Всевышнего Миаха и Нажы, я смог восстановить физические и ментальные силы всего за три дня.

Мы вернулись на поверхность на следующий день после схватки с боссом этажа. Я потратил два дня чтобы связаться со всеми знакомыми и дать им знать, что со мной всё хорошо. Я встречался с ними лично, видел облегчение на их лицах, выслушивал гневные речи и смеялся вместе с ними. Силь была первой, к кому я пошёл, и сейчас я вижу лёгкую улыбку на её лице уже во второй раз.

Теплота солнца, согревающего мою кожу и светлые небеса были доказательством того, что я выжил. Благодаря этому, я смог испытать радость воссоединения с людьми, которых, как мне казалось, я уже никогда не увижу. Я подозревал, что чем больше страха ты испытаешь и чем больше будет опасность, тем радостнее будет возвращение домой.

И я вернулся.

И после бедствий, которые меня окружали, мои губы снова смогли улыбнуться.

— Силь, Мама Мия приказала нам открываться… господин Кранелл, я не знала, что вы здесь.

— Лю.

В дверях бара появилась Лю и позвала Силь внутрь. Она быстро пожелала мне доброго утра, на что я тоже ответил быстрым приветствием.

Плащ с капюшоном и боевые одежды которые она носила в Подземелье сменились её обычной униформой служанки бара. Видеть её в таком наряде, после сражения бок о бок с прекрасной и таинственной авантюристкой в капюшоне очень странно… Между милой официанткой и девушкой-воином для меня теперь огромная разница.

— Рада видеть, что вы в порядке. Сейчас вы куда лучше, чем тот живой мертвец, с которым мы выходили из Подземелья. Я беспокоилась за ваше самочувствие.

— П-прости за это…

Я слишком сильно перенапрягся и на поверхность меня практически выносили. Эльфийка мягко покачала головой из стороны в сторону, наконец сказав: «Всё хорошо». На её тонких но чувственных губах появилась едва заметная улыбка.

…Всего лишь на мгновение я ощутил будто дистанция между мной и Лю рухнула. Её тон был очень дружелюбным, а выражение на лице куда эмоциональнее обычного. Этот момент пролетел очень быстро, но его можно было заметить.

Тот недолгий отрезок времени, который мы провели в Подземелье вместе позволил мне стать к ней чуть ближе.

— …Белл, похоже вы с Лю очень крепко сдружились, не так ли?

— Че-чего?

— Но больше никогда не смей подглядывать, понял?

— П-понял!..

Силь поднесла палец к моему носу и злобно на меня уставилась.

На такое строгое предупреждение я мог только сглотнуть в ответ.

Когда я пришёл к Силь, она уже знала об инциденте с подсматриванием… Я, вроде как, увидел Лю голой. Силь меня отчитывала, но её крики казались настоящим наказанием.

Я ещё никогда не видел Силь такой злой. Серьёзного отчитывания от девушки постарше было более чем достаточно, чтобы нагнать на меня дрожь. Я, конечно, пожинаю плоды собственной глупости, но…

Пережив новую волну смущений и сожалений, я покраснел.

— Силь, это была случайность. Пожалуйста, не вини господина Кранелла.

— Лю, ты уверена, что это была просто случайность?

— Если бы я ощутила намеренность его действий, я бы прикончила его на месте.

…У меня всё внутри похолодело. Нужно во что бы то ни стало больше не повторять своих ошибок.

— От Лю я слышала, что ты сражался с очень сильным монстром, так ведь, Белл?

Вопрос застал меня как раз в тот момент, когда я сильно сжался.

— Ну, да, — я ответил только после того как до меня дошло, что она говорит про Голиафа на восемнадцатом этаже.

— А ещё я слышала, что его убил именно ты. Это правда?

— Эм, ну, насчёт этого…

Я начал было всё отрицать, но встретился взглядом с Лю. Не нужно скромности. Её взгляд прервал меня и заставил меня замолчать. Я вспомнил как она сказала мне, чтобы я перестал себя принижать, когда мы стояли у пруда, в котором она мылась… Какое-то время я не знал, как мне реагировать, а потом Силь кивнула, прерывая неловкое молчание.

— Белл — это просто здорово! Ты стал таким сильным авантюристом!

— Вообще-то, я…

Силь громко хлопнула в ладоши. А я натянуто улыбнулся.

Получать подобные комплименты и похвалы довольно приятно, и я очень рад, что на меня смотрят с таким уважением, но мне очень сложно принимать всё на свой счёт.

Я верю, что, если бы кого-нибудь, хотя бы одного человека не было на том поле боя, я бы сейчас здесь не стоял. Я в этом совершенно уверен.

Последний удар монстру и правда был нанесён моим навыком, Аргонавтом. Но если бы Лю и остальные меня не защищали, у меня бы не получилось его использовать. И дело было не только в боссе этажа, всё поле боя заполоняли сотни монстров. Многие люди мне помогли, а я нуждался в их помощи.

Мы смогли победить только потому, что все авантюристы отбросили интересы своих Паств и работали сообща.

Поэтому гораздо справедливее будет сказать, что все мы убили того монстра.

— Один из наших постоянных посетителей стал знаменитым авантюристом! Как я рада что работаю в таком месте! — Силь светилась от счастья, будто она добила монстра, а я просто парень со стороны. Она хитро прищурилась и расплылась в улыбке, от которой я испытал очень смешанные эмоции, после чего продолжила. — Почему бы нам не провести ещё одно празднование? Не каждый день возвращаешься домой после смертельной опасности, да? Так почему бы не отпраздновать сегодня вечером?

Она намекает что нам стоит провести нечто подобное празднованию моего второго уровня.

Я очень рад видеть, что она так взволнована, но… один очень внушительный силуэт всплыл в моей голове. Кажется, лучше отвергнуть её предложение.

— Я не могу о таком просить, особенно после того как я причинил столько неудобств… не думаю, что могу посмотреть в глаза госпоже Мие…

Мия владеет и управляет «Щедрой Хозяйкой». Она очень сильно разозлилась на Лю, оставившую работу ради присоединения к поисковой группе. Она хмыкнула, сказав, что тот, кто полагается на помощь людей вне своей собственной Паствы должен «Перестать переманивать людей себе в помощники».

Один лишь образ сердитого лица дворфийки заставил меня легонько вздрогнуть.

— Хе-хе, ей очень понравится если ты расскажешь ей о том, что было на восемнадцатом этаже, знаешь ли.

Щёки Силь слегка порозовели, и она наклонилась ко мне со странной улыбкой на лице. Лю, в своём спокойном стиле добавила своё мнение:

— Согласна. Мама Мия любит истории о храбрости.

— Что ты скажешь? — дружелюбно спросила Силь.

Меня порадовало что я могу заслужить прощение, но, к несчастью, сегодня вечером я занят. Я покачал головой:

— Мне очень жаль, но сегодня я должен отказаться. У меня планы на сегодняшний вечер…

— Вот как?

— Господин Кранелл. В этих планах участвуют члены вашей группы?

Мои губы расплылись в улыбке, и я с энтузиазмом кивнул. Как и сказала Лю, сегодня мы устраиваем праздник с друзьями.

Солнце скрылось за высокой городской стеной, погрузив улицы в синий полумрак.

С наступлением ночи в Орарио стало только оживлённее: радостные песни эхом доносящиеся из таверн, и уличные артисты, устраивающие своё шоу в парках и на площадях по всему городу, множество людей, приветствующих вернувшихся из Подземелья авантюристов. Лампы с магическими камнями развеивали тьму.

На одном из участков Южной Главной Улицы оживление было особенно заметным.

Разноцветные лампы освещали широкий участок дороги. Яркость света этих ламп затмевала свет звёзд в небе. С улицы все здания казались высокими и каждое из них выглядело как-то особенно. Бары, казино и театры были повсюду, были здесь и другие развлекательные места, которых не найти где-то в городе. Южная Главная Улица забита людьми и вполне заслуженно считается развлекательным районом.

Я оставил позади эту часть улицы и прошёл по переулку. Мы с Лили и Вельфом встретились в баре, в котором было выставлено множество различных звериных масок, от птиц до львов. Мы уселись за стол и звонко стукнулись кружками.

— Выпьем!

Улыбки в зале блестели, будто пена на наполненных до краёв кружках эля. Не мы одни отлично проводим время. Дзинь, дзинь! Другие группы авантюристов за столами тоже наслаждаются выпивкой после тяжёлых рабочих дней.

На стене бара нарисована эмблема с насекомым, похожая на знак какой-нибудь Паствы. Насекомое — символ этого бара — Хибачитей, «Пылающая Оса».

Поскольку этот бар расположен на одной из улиц, граничащих с деловым районом, эта таверна популярна у некоторых групп авантюристов и кузнецов, Вельф — один из них. Это место известно своим насыщенным красным мёдом. Он определённо хорош, раз люди приходят сюда ради того, чтобы выпить.

В отличии от «Щедрой Хозяйки» здесь довольно тесно. Думаю, это потому, что бар расположен в одном из переулков, а не на главной улице. Здесь стоит столько столов, стульев и прочей мебели, что ходить довольно непросто. Внутри грязновато, а среди посетителей немало дворфов и заливистый мужской смех то и дело вклинивается в разговор. Не могу понять свои ощущения, но точно знаю, что атмосфера этого места отличается. Бар Силь кажется светлым и модным, а «Пылающая Оса» больше похожа на место для авантюристов.

Пока мы с Лили и Вельфом смеялись над очередной шуткой, мимо нас проскочило несколько девушек-полуросликов.

— Поздравляю с повышением уровня, Вельф!

— Сударь Вельф теперь официально считается Высшим Кузнецом, так?

— Ага, высший… Спасибо.

Вельф слегка мотнул головой, он казался чуть смущённей, чем обычного. Но улыбка на его губах единственное доказательство, которое мне нужно, чтобы понять, что он достиг обеих своих целей, и его гордость этим фактом.

Вельф набрал достаточно экселии за наше путешествие на серединные уровни и участие в битве на восемнадцатом этаже для поднятия уровня — с первого до второго. И теперь он получил «Ковку» в качестве своего новой способности.

Всевышняя Гефест обновила его характеристики, а этим утром было объявлено о его повышении уровня. Вельф пришёл к нам с боженькой и с широченной улыбкой на лице всё рассказал. После этого он пошёл, чтобы рассказать обо всём Лили, и мы втроём собрались здесь для празднования.

Вельф теперь Высший Кузнец — в такой особенный день нельзя не порадоваться.

— Сударь Вельф, теперь вы можете маркировать своё оружие эмблемой Паствы, когда пожелаете?

— Когда пожелаю не могу. Мне нужно одобрение Всевышней Гефест и нескольких главных кузнецов, прежде чем я смогу использовать знак Паствы. Слабое оружие только посрамит честь моей богини.

Теперь, когда Вельф вошёл в ряды Высших Кузнецов ему позволено гравировать знак «Ἥφαιστος» на своём оружии и броне.

Кажется, сейчас не каждая его работа будет с таким знаком, но я чувствую… нет, я уверен, что теперь его предметы начнут лучше продаваться. Метка «Ἥφαιστος» обладает огромным влиянием.

Если добавить тот факт, что экипировка, сделанная Высшими Кузнецами всегда нарасхват, и репутация Вельфа как кузнеца, разгорится будто пламя. Хоть я и рад за своего друга, мне немного грустно:

— Это же значит… что ты уходишь из нашей группы, не так ли?

Главная причина, по которой Вельф хотел к нам присоединиться заключалась в получении способности Ковка. Теперь он достиг своей цели и у него нет ни единой причины оставаться с нами. Лишать его мечты, заставляя ходить с нами будет слишком эгоистично с моей стороны.

Возможно, это последний раз, когда я его вижу. Кажется, Лили тоже немного нелегко.

Вельф почесал затылок. А потом улыбнулся, будто старший брат и, пытаясь скрывать смущение, сказал:

— Не смотри на меня, как какой-нибудь брошенный на обочине кролик, — он сделал несколько глотков из своей кружки и продолжил: — Я вам задолжал, ребята. Я не могу просто сказать: «Я всё, удачи» и уйти.

— Хах…

— Я готов пойти за вами, куда бы вы не позвали, в том числе и на охоту в Подземелье. Так что не беспокойтесь, — закончил Вельф с широкой улыбкой на лице.

Я несколько раз моргнул, прежде чем его улыбка заразила и меня. Лили тоже улыбнулась, когда мы в очередной раз стукнулись кружками. Мы всё ещё в одной боевой группе.

— Сударь Вельф присоединился к нам всего две недели назад… Поднятие уровня оказалось очень быстрым. Лили думала, что это займёт гораздо больше времени.

— Ну, я ведь тоже на месте не сидел до того, как с вами сойтись. Но да, подъём был такой, что я и глазом моргнуть не успел… Кажется то, что я пять раз чуть не отбросил копыта на средних этажах ускорило процесс.

— Ха-ха-ха…

Наш разговор слился с оживлёнными беседами в баре.

Тарелки с различной едой, одна за другой подносились к столам других посетителей. Жаренные стейки, запечённая с травяным соусом рыба — еда пахла просто превосходно. Я даже набрался храбрости и попробовал красный мёд. Первый же глоток опалил мне горло и провалился в желудок, разлившись жаром по всему телу. Вельф предложил встретиться в «Хибачитей». И попробовав еду и напитки я понимаю почему. Это место сравнимо с «Щедрой Хозяйкой». Интересно, а где дешевле?

Боженька тоже хотела присоединиться к нашему вечеру. Но от Вельфа я услышал, что Всевышняя Гефест была очень зла на Всевышнюю Гестию — и что-то вроде что у Гестии, моей боженьки, «полно других дел»… Так что ей пришлось работать на своём месте в Башне Вавил, хоть она была и не очень этому рада. Боженька передала Вельфу свои наилучшие пожелания, но разочарование на её лице сложно было не заметить. Принимая поздравления, Вельф натянуто улыбался.

— Итак, Белл, а ты уровень не поднял? — сменил тему Вельф.

— Нет, ещё нет, — честно ответил я.

Мои Характеристики очень сильно подскочили за четырёхдневное путешествие на серединные этажи, но этого было недостаточно для поднятия на новый уровень.

— На втором уровне получать экселию сложнее чем на первом. То же самое верно после любого поднятия уровня… Лили уверена, что большую часть экселии в том бою получила сударыня Лю.

Лили маскировалась под девочку-вервольфа, используя своё Заклинание, скрывающее её личность. Волчьи ушки на её голове мотались из стороны в сторону, когда она говорила. Я согласен с каждым её словом.

Та битва… босс этажа, Голиаф.

Мы объединились с авантюристами Ривиры, чтобы сразиться с этим монстром. Сообща работал сотни авантюристов, прикрывая друг другу спины и создавая возможность для атак. Голиаф призвал на свою сторону орды монстров. Многие авантюристы сражались с теми монстрами, чтобы мы могли сконцентрироваться только на Голиафе. Если подумать, всего в битве принимало участие не меньше пятисот авантюристов.

Все авантюристы, которые принимают участие в групповом бою делят между собой полученную экселию. Те, кто сделали в бою больше всех получают большую долю — Асфи и Лю постоянно отвлекали Голиафа, а Лю ещё и постоянно наносила ему повреждения. Уверен, она получила больше экселии, чем кто-либо другой.

Если бы Вельф и остальные не прикрыли меня, не выиграли бы мне время, я бы не нанёс решающий удар. Впрочем, большую часть работы Лю всё равно сделала своими собственными руками.

В одиночку встать перед монстром таких размеров ради защиты союзников и нападать на него, не переставая… я восхищён её поступками. Её героизм достоин бессмертия в книге героев. Воспоминания о её движениях, разрушительности её ударов и ауры, которая от неё исходила заставляют холодок бежать по моей спине.

— …Ну так что это было? Тот Голиаф?

Поскольку разговор зашёл о той битве, Вельф спросил нас напрямую об «отклонении», с которым мы столкнулись на восемнадцатом этаже.

Мы наклонились поближе друг к другу, чтобы никто не мог нас услышать.

— Кроме того, что это просто Отклонение объяснений не слышно… в этой эре ещё не было появления босса этажа в безопасной зоне.

— Эта тварь была сильнее остальных, да? Он раскидывал авантюристов высокого класса как жуков! Если появится другая такая, нам определённо не поздоровится.

— Думаю ты прав…

Чёрный босс этажа. Сильнее обычного Монстр Рекса.

Монстр, который появился на этаже, на котором его не должно было быть, который отправил нас в пучины отчаянья. Это выходит за рамки обыденности. Просто назвав подобное «отклонением» ситуацию не сгладить.

— Моя богиня что-то об этом знала…

Когда она увидела, как на этаж опускается чёрный силуэт, она говорила, что он был отправлен, чтобы её устранить.

Подземелье злилось на то, что в нём были боги.

Боги не ходят в Подземелье чтобы не выдавать своего присутствия.

Увидев реакцию боженьки и услышав, что она говорила, я не могу не ощутить, что боги и богини как-то связаны с Подземельем. Возможно всезнающие божества что-то скрывают.

— Всевышняя Гестия сказала что-нибудь сударю Беллу? — спросила Лили, а я в ответ покачал головой. После той битвы боженька несколько раз извинилась, но избегала всех вопросов, которые я ей задавал.

Она вела себя так, будто мне этого знать не положено и мне не следует противоречить её божественной воле. Впрочем, моих волнений это никак не уменьшило.

Она не хочет ничего говорить, или, возможно, ей не следует этого делать.

Вот какое впечатление у меня возникло.

Раскрывать тайны, которые окружают Подземелье — это работа авантюристов, то есть наша и только наша.

Подобные мысли посетили меня пока я стоял, разинув рот, перед боженькой.

— Ладненько, выходит это всё что мы знаем, так… а как люди отреагировали на произошедшее? — Вельф снова сменил тему, чтобы поднять настроение за нашим столом.

Мы закончили разговор о битве и перешли к текущей ситуации.

— Сразу после случившегося Гильдия наложила строгий заперт на рассказ о появлении монстра. О том, что случилось знаем только мы и те, кто были внизу.

— Засуньте языки куда поглубже, вот как они справляются…

— Кстати, штраф назначили очень высокий. Гильдия очень бдительно следит за исполнением.

— Лили слышала, что Ривира на восемнадцатом этаже снова функционирует. В Подземелье всё идёт своим чередом, ничего выходящего за рамки не было.

Лили отлично умеет собирать информацию, благодаря своему прошлому в качестве воровки и мошенницы. Ей удаётся заниматься этим куда лучше, чем мне или Вельфу.

Подземелье и Орарио пережили это событие, как ни в чём не бывало. Усилия Гильдии по запрету на разглашение окупились — в конце концов, Гильдия имеет власть над всеми авантюристами из-за контроля их доходов и распределения полученных в Подземелье ресурсов.

Несмотря на это, я не могу понять, почему вернулись жители Ривиры. Они пережили такую огромную угрозу, так что даже не знаю, бесстрашные они, слишком жадные или просто ненормальные…

— Кстати говоря, а как дела у тебя, Белл? Я слышал, что Гильдия выставила вам с Всевышней Гестией счёт. Штраф, должно быть, очень серьёзный.

— Ну… да…

На самом деле, штрафы получила как моя Паства, так и Паства Всевышнего Гермеса.

Боженьку и Гермеса вызвали в Гильдию, чтобы расспросить про инцидент. После этого был вынесен вердикт.

Попытки объясниться были проигнорированы, Гильдия сочла случившееся «Бедствием» — инцидентом, за которое боги несут прямую ответственность. Так что оба божества получили строгое предупреждение и серьёзный штраф.

Впрочем, штраф… оказался довольно щадящим.

— Сколько вас заставили выложить, Сударь Белл?

— Половину… половину сбережений нашей Паствы.

— …Оу.

На самом деле отделались мы довольно легко.

Гильдия приняла в расчёт, что Паства Гестии очень молода и у нас не так много сбережений. Нам нужно было выплатить всего несколько сотен тысяч валис — для нас огромные деньги, конечно.

Добыча, оставшаяся с босса этажа, Шкура Голиафа, которую мне практически всучили после безумного празднования нашей победы… наверное её продажи будет достаточно, чтобы покрыть штраф. Впрочем, мне никогда не забыть, как боженька медленно волочилась в Гильдию неся огромный мешок денег, а слёзы стекали по её щекам всю дорогу.

А вот Всевышний Гермес столкнулся с настоящей трагедией.

Члены Паствы Гермеса занимаются множеством различных дел и их накопления очень значительны. Сумма денег, которую он должен был передать в Гильдию привела его в такое состояние, что на его фоне мы были бодрыми и весёлыми. Никак не могу забыть мертвецки бледное лицо Гермеса, который пытался сухо посмеяться. Его спутница, Асфи, только тяжело вздохнула.

Я пытался улыбнуться, когда увидел лицо Вельфа, рассказав эту историю.

— ?..

Мы наслаждались едой, нас окружали голоса других посетителей таверны.

Неожиданно я заметил, что с Лили что-то не так. Я повернулся к ней и спросил.

— Лили... ты в порядке?

Если подумать, весь этот вечер она сидела сама не своя.

Она постоянно смотрела в пустоту… Что с ней? Она будто отчаянно пыталась на меня не смотреть. Будто физически она с нами, а её разум парит где-то далеко отсюда.

— Простите, сударь Белл. Лили просто задумалась, — услышав беспокойство в моём голосе, она улыбнулась, пытаясь заверить меня что всё в порядке: — Ваша репутация, сударь Белл, очень сильно подскочила из-за случившегося. По крайней мере авантюристы, которые были в битве теперь знают о вашей силе.

— Э-это здорово…

Определённо это попытка сменить тему. Я неловко кивнул.

Краем глаза я посмотрел на Вельфа. Он тоже заметил. Он посмотрел на Лили из-за своей кружки. Когда он поставил кружку на стол, наши взгляды встретились. Момент сейчас неподходящий, сказал он одними губами.

Лили, в форме девушки-вервольфа энергично мотала хвостом из стороны в сторону, пытаясь казаться весёлой. Уверен, Вельф прав.

— …Надо же, это ли не прославившийся в одну минуту «кролик»!

Громкий крик перебил шум бара. Источником этого крика был авантюрист, сидевший за столом позади нас.

Авантюрист-полурослик, говорил гораздо громче, чем было нужно, держа бокал в одной руке. За одним столом с ним сидело ещё пятеро авантюристов.

— А новичок-то храбрый! Мне как-то всё равно, новый рекордсмен он или нет, меня поражает, что люди раскрыв рот слушают его чушь! Я бы на такие рассказы и через миллион лет не повёлся!

Его голос был звонким, как у маленького мальчика и потому весь бар, от одного угла до другого прекрасно его слышал. Я ощутил другие посетители начали переводить взгляды на нашу троицу и бросил взгляд на шестерых авантюристов.

Золотой лук и стрела на фоне пылающего шара… нет, солнца их эмблема.

Эта эмблема была на одежде всех шестерых авантюристов, включая полурослика. Все они из одной Паствы.

Полурослик откинулся на стуле и махнул ещё глоток эля. Наши взгляды встретились, и его рот расплылся в улыбке:

— Впрочем, я слышал, что он мастак на побеги. Вот как он уровень заработал — он драпал, поджав хвост от Минотавра, пока тот от усталости не свалился. Ай-да кролик! Вот это талант!

Его тон… очень сухой. Это пренебрежение?

Полурослики известны своими большими глазами и этот не исключение. Он продолжал говорить громко, словно хотел, чтобы я его услышал. Авантюристы за его столом не пытались его остановить. Наоборот, казалось, что подобное их развлекает.

Разумеется, мне не нравится, что делает этот парень… но я буду держать рот на замке.

Лучше избегать столкновений между Паствами. Боженька говорила мне это со дня, когда я стал авантюристом, а потом и Эйна вбивала мне это в голову. И я намерен следовать этому совету.

К тому же, у меня нет ни ярости, ни храбрости, чтобы что-то ответить или сделать. Это жалко, я знаю, но это правда.

Я слышал провоцирующий смех, но игнорировал его и делал вид что не замечаю.

Остальные посетители бара чего-то ожидают, я уверен. Я чувствую их взгляды на себе.

— А знаете, что самое смешное? Кролик набрал себе случайных прохвостов в дружки! Немощный кузнец и какая-то хилая помощница. Эта группа такая жалкая, что я удивлён, как они вообще существуют!

Я поднял взгляд на Лили и Вельфа. Хе-хе-хе. Шестеро авантюристов начали посмеиваться, слушая крики полурослика.

Мои плечи вздрогнули.

Эти слова я не могу игнорировать. Я сжал кулаки, услышав, как оскорбляют моих друзей.

Я повернулся на стуле к группе авантюристов. В то же мгновение Вельф и Лили схватили меня за руки.

— Остынь и пропусти мимо ушей. Пусть говорят, что хотят.

— Сударь Белл, не слушайте его.

Вельф был насколько спокоен, что сделал глоток из своей кружки. Слова Лили прозвучали так, будто она на меня сердится.

С тех пор как я чувствовал такой гнев прошло немало времени. Благодаря Лили и Вельфу, впрочем, гнев отступил, я смог себя сдержать.

Мы в баре, и я выпил. Может слегка перебрал. Я повторял это себе снова и снова, сделал глубокий вдох и попытался успокоиться.

Полурослик прищёлкнул языком в нашу сторону, будто его расстроило что мы держим себя в руках. Его следующая фраза прозвучала куда злее.

— А ещё я знаю, что его Паству возглавляет какая-то божка которая яйца выеденного не стоит. Каким же тупым слабаком надо быть, чтобы пойти к такой жалкой богине!!!

…в этот момент мир перед моими глазами покраснел.

Я вскочил на ноги, стул отлетел назад.

— Возьми свои слова обратно! — взревел я.

Слова вырвались из моего рта так, что я даже не успел их обдумать.

Уши уловили звук стула, который разлетелся, ударившись об пол, а я стоял и, не мигая, смотрел на полурослика.

Лили уставилась на меня, потеряв дар речи. Настолько зол я был.

Боженька — единственный человек в моей жизни которого я ценю превыше всех остальных — была оскорблена. Ничто в мире не способно разозлить меня так же сильно. Она моя семья, моя богиня, а этот ублюдок смотрит на неё свысока и равняет её с мусором.

Все в баре молча уставились на меня. Кажется, полурослик потерял свою храбрость, когда я над ним навис. В его глазах явно виднелся страх.

Почему-то он всё-таки скривил губы в ухмылке и сказал дрожащим голосом.

— В-видишь? В точку. Н-не справляешься со стыдом, да?

Шух! Кровь снова прилила к моей голове.

Эмоции меня пересилили, тело двинулось само по себе.

— Не делайте этого, сударь Белл!

Голос Лили сейчас меня не остановит. Мои руки направились к горлу этого ублюдка.

Но за мгновенье до того, как я его схватил — я ощутил порыв ветра.

Перед моими глазами возникла нога и ударила прямо в лицо полурослика.

— Ммммпф?! — полурослик издал приглушённый крик от боли и его стул рухнул на пол.

Кровь струйкой текла из его сломанного носа, глаза закатились, и он лежал на полу, легонько подрагивая. Он лишился сознания.

В баре снова стало тихо, человек, совершивший удар ноги и перехвативший мою цель, Вельф, стоял чуть сбоку от меня.

К его правой ноге были прикованы все окружающие взгляды.

Он меня прикрыл? Или тоже разозлился?

Я уставился на него с непониманием во взгляде. Вельф ухмыльнулся.

— Нога соскочила, — невинно сказал он.

Он прищурился и обвёл взглядом авантюристов за столом. Это действие будто стало для них сигналом.

Друзья полурослика подскочили.

— Ах ты, сукин сын!

— Теперь тебе конец!

Один из них пнул стол, отправив его в полёт. Звуки бьющихся тарелок разнеслись по бару, вторя крикам персонала. Авантюристы бросились на нас в атаку. Вельф, тем временем, улыбнулся и несколько раз тряхнул руками.

Спустя секунду я пришёл в себя и перехватил одного из авантюристов, пытавшихся напасть на Вельфа со стороны.

…Ваааа!!! Кричать начали остальные посетители и отчётливо был слышен голос:

— Ну почему всегда авантюристы?!

Подсказки Лили каким-то чудом прорывались сквозь крики и звуки ударов, раздающихся отовсюду.

Всеобщая потасовка. Столы и стулья на расстоянии вытянутой руки разлетелись в разные стороны, когда мы столкнулись с авантюристами в бою. Остальным посетителям это зрелище доставляло удовольствие, потому что в считанные секунды мы оказались окружены людьми, держащими в руках кружки и бутылки.

Я крутился волчком и пригибался, уклоняясь от атак и отвечая на них своими ударами, казалось, что от нашего столкновения в разные стороны разлетаются искры. Получив второй уровень, Вельф, теперь мог держать на себе всех четверых нападавших разом. Кажется, в такой роли он чувствует себя как рыба в воде. Один из авантюристов рванул на Вельфа, но тот с улыбкой отправил того назад впечатляющим апперкотом. Я бросился следом, наклонился к полу и размашисто ударил ногой. Мой удар пришёлся прямо под колено зверочеловеку и тот рухнул на пол с громким — ГХА!!!

Уклоняясь и отпрыгивая от ударов, я снова оказался за Вельфом, используя подобный строй, мы успешно отбивались от превосходящих сил противника. Боец переднего ряда и помощник в центре, почти как наш отряд из троих человек при сражении с монстрами в Подземелье.

— …

Толпа заводилась всё сильнее, потому что нам двоим удалось отбиться от четверых противников.

Последний из напарников полурослика не спешил бросаться в бой.

Он всё это время сидел на стуле, спокойно допивая содержимое своего бокала. Дзинь! Наконец он бросил бокал на пол и поднялся. Его движения были быстры и грациозны — конечно, моё внимание было слегка рассеяно, и я не мог их рассмотреть, но это я заметил — когда этот авантюрист появился прямо перед Вельфом.

Авантюрист схватил Вельфа за руку прежде чем она ударила в лицо одного из его напарников, а потом одной рукой завернул Вельфа и бросил его через бедро.

— Ого!

— Вельф?!

Меня снова поглотила волна ярости, когда я увидел, как моего друга швырнули. Я бросился на авантюриста с кулаками.

Я бил снова и снова, но все атаки рассекали только воздух — ещё я заметил усмешку, когда мужчина в очередной раз уклонился от моей атаки.

Неожиданно его тело будто мелькнуло. Мой кулак прошёл через его силуэт, попав только по воздуху.

— …

Я уверен в своей силе и ловкости, поэтому подобный результат меня потряс. Авантюрист надо мной издевался.

Наконец я смог его увидеть, и бросился вперёд, но тут же ощутил сильную боль в груди. Глаза полезли на лоб от боли, и я понял, что его колено только что столкнулось с моим животом.

Он схватил моё тело в полёте за плечо и остановил меня.

В следующее мгновение его кулак оказался перед моим лицом будто летящий камень. Из глаз посыпались звёзды.

— Сударь Белл?!

Я отлетел.

Авантюристы, наблюдавшие за нашей потасовкой, отпрыгнули с моего пути, и я плюхнулся на один из круглых столов бара. Крик Лили смешался с хрустом дерева.

Лицо горело. Я на спине, подобной разбитый вдребезги стол. Приставив руку к кровоточащему носу я каким-то чудом оторвал голову от пола.

— Считай это дружеской пощёчиной.

Он спокойно стоял у разбитого стола, нависнув надо мной.

Высокий, я бы сказал долговязый, авантюрист. Мужчина, который своей красотой мог бы поспорить с эльфом.

Его длинные тёмные волосы были отлично уложены и практически нетронуты боем. Кожа гладкая и белая, почти женственная. Поверх униформы его Паствы надето множество различных аксессуаров, даже несколько золотых серёжек. Глаза, такие же синие и бездонные как море, смотрят прямо на меня.

— Это же… Гиацинт.

— Любимое Дитя Солнца, Феб Аполлон…

— Он же второклассный авантюрист Третьего Уровня?!

Бар заполнили удивлённые и шокированные голоса. Но я услышал лишь то, что заставило меня больше всего напрячься.

Третий уровень — Авантюрист второго класса.

Этот парень выше меня на целый ранг.

— Ты довольно решителен, Маленький Новичок, — Гиацинт — мне показалось, что так его зовут — обладал довольно высоким, для мужчины, голосом.

На мгновенье он перевёл взгляд на полурослика, всё ещё подрагивающего на обломках своего стула. Потом он посмотрел на тела своих товарищей. Из его группы на ногах остался он один.

Лили бросилась мне на помощь, но даже с её поддержкой я не смог подняться на ноги. Вельф едва-едва поднимался на колени. А мужчина просто стоял и молчаливо смотрел на нас. Ещё мгновение назад наполнявшие таверну восторг и напряжение исчезли.

Мускулы на моём лице начали напрягаться, кровь капала с подбородка, а мужчина поправил волосы.

— Ты ранил моих друзей. Это серьёзное оскорбление. Мы требуем подобающей компенсации.

В его синих глазах блеснул какой-то садисткий огонёк. Я уверен, что именно его я увидел.

После этого он усмехнулся и сделал ко мне шаг, будто намереваясь нанести решающий удар. Но в этот момент о своём присутствии заявил кое-кто ещё.

Треск снова достиг моих ушей, когда в стену отлетел ещё один стол.

—!

Все взгляды повернулись в направлении нового удара.

Новым игроком оказался вервольф с серой шерстью. Его нога медленно опустилась после удара по столу.

— Потеряйтесь, мелочь, достало слушать ваши склоки. — прорычал вервольф, будто его раздражала барная потасовка. В свете ламп показались татуировки на его лице.

Новая волна взволнованного шёпота пролетела по бару. Уши и хвост вервольфа подрагивали, указывая что он не в настроении.

Я его знаю. Но всё равно не могу поверить глазам.

…Тот авантюрист.

Та ночь ещё не стёрлась из моей памяти.

Случай в баре, ставший для меня знаковым и заставивший меня броситься в погоню за девушкой рыцарем, за моим идолом.

Это один из авантюристов Паствы Локи, он видел меня в тот день, когда я убегал от Минотавра.

Кажется, его зовут… Бете?

— То, что один из твоих слабаков разинул рот и заставил эту пьянь на вас кинуться твоя заслуга. Ты мне весь кайф обломал, мелочь. Свали из поля зрения!

Он и ещё несколько авантюристов рядом с ним носили эмблему «ловкача». Этой группой авантюристов восхищаются, она считается сильнейшей Паствой Орарио, и этот вервольф в числе сильнейших этой группы.

Несмотря на то, что он куда грубее и жёстче чем Айз и остальные, вокруг него также витает аура силы. Уверен, остальные также прекрасно понимают насколько он опасен.

Заговорить и даже остаться спокойным в такой ситуации смог только красавец, он и парировал фразу вервольфа:

— Ммм… Какая грубость. Определённо, Паства Локи слишком беззаботна: как можно было забыть повесить ошейник на свою шавку?

Янтарные глаза Бете прищурились, и он взорвался, впившись взглядом в мужчину.

— На куски разлететься захотел, красавица?

Вервольф и человек смерили друг друга взглядами.

Напряжение нарастало, время будто остановилось. Первым отвёл взгляд мужчина.

— Я потерял интерес к случившемся, — сказал он, оборачиваясь. — Мы уходим, — бросил он своим товарищам, проходя к выходу. Четверо из них поднялись на ноги и, подхватив лишившегося сознания полурослика, направились к выходу.

Когда последний из них скрылся из вида, в баре снова воцарилось спокойствие.

…Он только что… мне помог?

Паства Локи заставила группа авантюристов уйти… Мне в жизни не понять, почему господин Бете сделал нечто подобное.

Я наконец успокоился и начал вытирать кровь с лица… медленно, чтобы ни капли не пропустить.

Вервольф поднялся; он направился прямо ко мне.

— Э? — выскочило у меня само по себе, и я был не одинок в подобной реакции. Наблюдавшие за потасовкой авантюристы расступались, не решаясь вставать у Бете на пути. Я следил за приближением высокого вервольфа сидя на полу. Он остановился прямо у моих ног.

Моё сердце дрогнуло. То же чувство, как и в ту ночь, когда я был посмешищем показало своё уродливое лицо где-то в глубине моего сознания.

Этот верфольф выставил меня ничтожеством перед Айз. А я не мог ничего сделать, только сбежал. То же самое отчаянье чуть было не захватило мой разум снова, когда он протянул мне левую руку.

Он протянул руку — но не дал времени за неё ухватиться. Вместо этого он сам схватил меня за воротник и поднял с пола.

У меня перехватило дыхание.

— …Знай своё место.

Сказал он мне, поднеся моё лицо к своему.

В его глазах пылала всепоглощающая ярость. Из моего рта не вылетело ни звука; мне пришлось кивнуть. Я ощущал силу, которая струится по его пальцам. Просто смотреть ему в глаза было страшно.

После этого он отпустил меня, просто разжав руку. Хлоп! Боль прокатилась по ногам и заду, когда я снова оказался на полу. Губы господина Бете дрожали от гнева, он повернулся и пошёл к выходу, а его спина будто излучала ярость. Его хвост мотался из стороны в сторону, создавая вид остающегося после его шагов пепельного пламени.

Остальные авантюристы его паствы повскакивали на ноги. Один из них передал деньги человеку за стойкой, и все они последовали за вервольфом.

Сначала тот красавец и его группа, а потом и Паства Локи покинули «Хибачитей».

— Вы в порядке, сударь Белл?

— Чёрт бы побрал этих парней, не поймёшь что у них в голове?..

Лили села рядом со мной, а Вельф подошёл, массируя спину и не сводя взгляд с двери.

Я кивнул Лили и проследил за взглядом Вельфа. Дверь была открыта. Я видел тёмную улицу и даже кусочек ночного неба. Я коснулся лица, и моя рассечённая губа отозвалась болью.

Персонал бара занялся своей работой, выбрасывая сломанные стулья и убирая осколки бокалов и кружек.

Остались только мы, но никто из нас не знал, что сказать.

Той же ночью после потасовки в «Хибачитей» мы с Лили и Вельфом пришли в тайную комнатку под старой церковью, дом Паствы Гестии.

— Угу, значит драка была, — спокойно сказала боженька, размазывая целебную мазь по моему лицу — дешёвое средство, доступное любому человеку в Орарио. Я напрягался, когда её пальцы задевали очередной кровоподтёк или синяк.

Мы рассказывали ей о произошедшем и лечились одновременно.

Ранения были не такими уж и серьёзными, но боженька очень удивилась, когда мы явились в синяках и ссадинах. Лили рассказала, что произошло, а боженька выслушала объяснения. Мы извинились перед владельцем бара после драки и сказали ему что Паства Гестии заплатит за повреждения.

— Оказывается ты чуть более буйный, чем я себе представляла, Белл. Отчасти я рада, что ты так за меня заступаешься, но отчасти мне немного грустно…

— Сударь Белл повёл себя как сударь Вельф! Сударь Белл всё больше начинает походить на отчаянного авантюриста с того момента, как он встретил сударя Вельфа!

— Эй, ладно тебе, ты же знаешь, что это неправда… Погоди, ты как будто меня таким считаешь!

Мягкие пальцы боженьки скользили по моему лицу, мы сидели на краю кровати. Лили и Вельф сидели на софе напротив нас. Они спорили с того самого момента, как только Лили заявила, что только круглый дурак будет использовать зелье чтобы лечиться от драки в баре и начала грубо замазывать раны Вельфа тем же средством, которое боженька использует на мне.

С того момента как мы покинули бар, Лили окружала аура превосходства.

— Лили поверить не может… Они же потом за нами придут… Пожалуйста не заставляйте Лили такое переживать, — бубнила она себе под нос.

Боженька слушала это всё и широко улыбалась всем нам.

— Я тебе поражаюсь, взял и полез в драку. Всё же, ты такой мальчишка, Белл.

— …

Её тонкие пальцы снова принялись смазывать мои ссадины новой порцией крема. Мне не нравится заставлять её волноваться, но я молчал.

Наконец, удовлетворившись моим лечением, боженька убрала руки и серьёзно на меня посмотрела.

— Но драки никогда ни к чему хорошему не приводят! Твоя помощница говорит правильно. В следующий раз тебе может достаться куда серьёзнее!

Я позволил ей закончить, а потом вскочил на ноги.

Всё, что произошло в баре, весь тот гнев, я не могу больше держать его в себе.

— Но они… они тебя оскорбляли!

Кажется, впервые я возразил боженьке. Лили и Вельф посмотрели на меня, потеряв дар речи.

Меня не волнует, что говорят обо мне — я могу это принять.

Но они начали оскорблять людей, которые мне небезразличны — они оскорбили мою богиню. И такое я не могу пропустить мимо ушей.

Боженька столько мне дала, а этот полурослик начал мешать её с грязью под ногами.

Я распахнул глаза, пытаясь сдержать слёзы, которые начали появляться от бурлившего во мне гнева. Боженька посмотрела на меня не мигая.

Всего мгновение она смотрела на меня серьёзно, после этого на её губах появилась улыбка.

— Я рада, что ты так злишься из-за меня. Но твой поступок, то, что ты подверг себя опасности, меняет эту радость на грусть.

Я дрожал от гнева и мягкий голос боженьки никак с этим не вязался.

— Я понимаю, что ты чувствуешь, Белл. Если кто-то оскорбит тебя, я так разозлюсь, что начну огонь выдыхать. Но если я ввяжусь в драку и приду домой побитая, как ты сегодня, что ты будешь чувствовать?

— …да я расплакаться захочу.

— Видишь? Вот что я чувствую сейчас. Я знаю, что это непросто, но я прошу тебя не злиться, если кто-то будет говорить что-то плохое обо мне. Боги счастливы, когда их дети в порядке, — она снова улыбнулась мне. — В следующий раз отшутись. Скажи что-нибудь вроде «подобное не разозлит мою богиню, потому что у неё слишком большое сердце», или придумай сам.

Боженька… Слова моей богини остудили мой гнев.

Она приняла весь мой гнев, всю мою ярость, подавила их и помогла мне их отпустить.

Её улыбка рождает в моей груди необъяснимый поток эмоций.

Я затих, а потом кивнул и извинился:

— В следующий раз я так и сделаю… прости меня.

Давая обещание, я смотрел ей в глаза. Она широко улыбнулась, её лицо будто засветилось от улыбки.

Хлоп, хлоп. Она похлопала по кровати. Я сделал что она указала и сел. После этого боженька начала поглаживать меня по волосам. Я начал краснеть, но не отстранился.

Лили и Вельф всё это время не сводили с нас взглядов. И сейчас они даже не прятали своё довольство.

Спокойствие и покой воцарились в маленькой комнате под старой полуразрушенной церковью.

Боженька вдоволь потрепала меня по голове и плечам и уже было собиралась меня обнять, когда её прервал голос Лили.

— Лили беспокоит реакция той Паствы. Будет хорошо, если они не станут таить на сударя Белла обиду.

Вельф начал ощупывать свой чёрный жакет, высматривая повреждения. Он даже не отвел от себя взгляд, добавив:

— Я это начал. Белл тут не при чём.

— Может и так… но в авантюристах слишком много гордости. Если та Паства посчитает, что они потеряли престиж, у нас могут возникнуть проблемы.

— Ммм, это отличное замечание, — боженька посмотрела на Лили и согласилась с ней. — Наверное, мне стоит поговорить с их богом, чтобы избежать проблем?

— Прости, Боженька…

Я слегка склонился, но боженька ответила с натянутой улыбкой.

— Всё в порядке. Вы знаете, из какой Паствы они были? — спросила она.

— Эм, кажется… — я попытался вспомнить увиденное до начала драки, и мне пришла на ум одна деталь. Память прояснилась, и я сказал ей. — …у них на эмблемах было солнце.

Золотые эмблемы со знаком солнца блеснули в лунном свете льющимся с безоблачного неба.

Авантюристы собрались в тёмной аллее, подальше от света ламп с магическими камнями.

Группа из шестерых авантюристов, людей, полулюдей и полуросликов шагала по бесчисленным переулкам Орарио.

— Чтоб тебя, Гиацинт. Почему мне всегда достаётся самая хреновая роль?..

— Хе-хее, не думай о таких мелочах, Луань. Ты был настоящей звездой.

Гиацинт ухмыльнулся полурослику с явным отпечатком ботинка на лице. Остальная часть группы ответила смешками, ещё сильнее пройдясь по эго невысокого мужчины.

Лицо полурослика-авантюриста по имени Луань казалось молодым. Его щёки недовольно дёрнулись, учитывая роль, которую он получил в случившемся.

Губы Гиацинта растянулись в усмешке от недовольства на лице полурослика.

— Конечно, случилось неожиданное вмешательство, но цели своей мы достигли…

Шум ночной жизни Орарио казался очень далёким.

Красавец из бара улыбнулся и наконец упомянул своего бога по имени.

— Всевышний Аполлон будет очень доволен.

Золотые серёжки слегка поблёскивали в ночи.

Гиацинт прищурился и взглянул на яркую полную луну, сиявшую на месте солнца безоблачной ночью.

----------

Глава 2. Может потанцуем?

— Значит, ты уже полностью восстановился?

— Да, я замечательно себя чувствую. — я кивнул Эйне и улыбнулся.

Я решил зайти в Главное Отделение Гильдии на следующий день после событий в Хибачитей.

Мы с Эйной сидели в одной из комнаток для консультаций в Гильдии, как мы обычно это делаем, когда обсуждаем что мне делать дальше.

— Ты хоть знаешь, как я беспокоилась? Меня чуть удар не хватил, когда я услышала, что ты не вернулся из Подземелья.

— П-прости…

— …Но я собираюсь тебя простить. В конце концов, ты вернулся невредимым.

Она улыбнулась.

Мои щёки слегка покраснели, потому что я не мог отвести взгляд от её прекрасной, изящной улыбки.

Она была так рада, когда я пришёл её проведать на следующий день после возвращения, что начала плакать. Образ первой слезы, которая покатилась под очками, запомнится мне надолго.

— Я не знаю, как тебя отблагодарить за саламандровую ткань… она спасла нам жизни.

— Вот как… — Эйна снова мягко мне улыбнулась, прикрыв глаза.

Какое-то время мы сидели по разные стороны от стола в тишине, рассматривая друг друга.

Эйна легонько кашлянула. Атмосфера стала неловкой.

— Вернёмся к текущим делам, Белл… Строго говоря, у меня нет разрешения на получение этой информации, но это было очень опасно?

— …Да.

Она не стала говорить ничего, что могло бы дать понять на что она намекает.

Но тема может быть связана только с Происшествием — появлением Голиафа в безопасной зоне. Гильдия воспользовалась всей своей властью, чтобы держать подробности втайне, включая запрет работникам на проведение расследований. Поэтому, вместо того чтобы говорить напрямую, Эйна спросила меня об общей опасности.

Я медленно кивнул. Посмотрев на меня, Эйна кивнула в ответ, и сказала:

— Понятно.

Я увидел, как блеснули под очками её глаза — взгляд её изумрудных глаз будто пронзил меня насквозь.

— С этого момента я предлагаю дополнительную поддержку. Для начала, мне хотелось бы расширить общую направленность и глубину наших учебных сессий.

— Чего?

— С моей стороны было глупо не проинформировать тебя о монстрах в нижней части серединных этажей и безопасной зоне, поскольку я не думала о том, что ты можешь зайти так глубоко. То, что ты был не подготовлен, это моя вина. И я не позволю такому случиться снова, происшествие является доказательством, что невозможно предугадать с чем ты можешь столкнуться и когда… И да, я хочу быть уверена, что ты готов к любой опасности, которую обрушит на тебя Подземелье.

Эйна готовит для меня то, что называет личными уроками — это, скорее, очень сложные и долгие лекции — с того дня как я впервые зарегистрировался в Гильдии, она была назначена моей советницей. Гильдия не требует от неё ничего подобного, так что это её инициатива. Благодаря этим урокам, знания о Подземелье — типах монстров и их способностях, а также устройстве этажей и так далее — вбиты мне в голову.

Я пришёл к болезненному осознанию, что сегодня я жив только благодаря её агрессивному обучению… а теперь она планирует увеличить объёмы? Строгие уроки Эйны и жестокие боевые тренировки Айз даже знаменитых древних Спартанцев повергли бы в ужас.

Эйна улыбнулась той самой улыбкой, от которой мне хочется сжаться в кресло, а лицо бледнеет.

— Давай хорошенько постараемся, — сказала она, не убирая с лица этой улыбки.

Она за меня беспокоится, так что я не могу отказаться.

Я слабо улыбнулся, снова кивнул и сказал:

— Я постараюсь…

— Осталось только обсудить твои планы на ближайшее время.

Моё сердце наконец успокоилось, и мы возобновили обычный разговор. Я сказал Эйне расписание, которое уже было в моей голове:

— Конечно. Я планирую вернуться в Подземелье через два дня.

— Через два дня… Можно ли сказать, что ты планируешь ещё немного отдохнуть?

— Ну, по правде говоря, дело в Вельфе… кузнец, с которым я заключил контракт делает мне новую экипировку.

Я заметил искру понимания в глазах Эйны, когда упомянул Вельфа и наш контракт.

Мы потеряли немало оружия и брони во время путешествия на восемнадцатый этаж. Моя лёгкая броня была в ужасном состоянии после битвы с Голиафом. Несмотря на то, что её можно было бы восстановить, Вельф решил, что мне нужно изготовить новую экипировку.

Работа Высшего Кузнеца, того, кто получил продвинутую способность Ковка, заставляет бледнеть работы всех остальных кузнецов. Это станет первым заказом, который Вельф выполнит в качестве Высшего Кузнеца — так что он взволнован больше обычного. Не могу дождаться, когда увижу какая броня и оружие появятся из-под его молота.

— В таком случае, ты вернёшься к работе в Подземелье после завершения экипировки, так? На каком этаже вы планируете обосноваться?

— Думаю будет лучше начать с тринадцатого этажа. Мы, конечно, дошли до восемнадцатого, но путешествие было не из приятных…

Эйна дала мне несколько советов после того как я раскрыл ей несколько деталей о моей боевой группе после возвращения из Подземелья.

Нашей главной целью является освоение тринадцатого этажа. Теперь, когда Вельф второго уровня, нам будет куда проще держаться. И, всё же, расслабляться не стоит.

Потом Эйна указала на несколько заданий, которые мы могли бы взять, после того как в моей боевой группе появился определённый баланс. Эти задания были выданы отдельными личностями, которым требуются предметы, которые можно найти только на серединных этажах и ниже в Подземелье.

Я благодарен Эйне за то, что она дала мне возможность получить ценный опыт и принял два задания: первое, по нахождению добычи с определённого монстра, а второе найти определённый минерал, который можно обнаружить на тринадцатом этаже и принести его на поверхность.

После очень продуктивной беседы мы встали и покинули комнату для совещаний.

— И кое-что напоследок, Белл. Не ввязывайся в драки с авантюристами другой Паствы. Уверена, Богиня Гестия уже тебя отчитала, так что не буду слишком сильно ругаться…

— Х-хорошо…

— Но я скажу одну вещь: когда две группы враждебно друг к другу настроены, ничего хорошего от этого ждать не стоит.

Она наклонилась ко мне и сказала о событиях прошлой ночи:

— В худшем случае, Орарио станет полем боя, если обе Паствы решат сражаться напрямую.

По моей спине пробежал холодок и я сглотнул. Я думал, что понимал насколько опасны такие драки, но серьёзность в голосе Эйны заставила меня прочувствовать всю опасность ситуации.

— ?..

Мы вернулись в приёмную Гильдии, и я уже собирался попрощаться с Эйной, оставив её за стойкой.

Тут я почувствовал на себе пристальный взгляд сзади. Обернувшись, я увидел двух девушек-авантюристок, смотревших на меня из угла приёмной. Почему-то они разглядывали мои волосы и глаза. Казалось, будто они пытались всё это время меня найти.

Уже почти полдень. Обычно в это время дня в приёмной бывает множество авантюристов и сегодня не исключение. Девушки прошли по мраморной приёмной и остановились перед нами.

— Белл Кранелл… Я не ошиблась? — девушка с короткими волосами задала мне вопрос мощным, прерывистым голосом.

— Э-это я, — я растерялся, не зная, как ответить. Её напарница слегка придвинулась ко мне, её длинные волосы развевались из стороны в сторону.

— Эммм, вот…

Поклонившись, она взглянула на меня и передала мне письмо.

Нет, не письмо… приглашение.

Конверт был из бумаги высокого качества, запечатан восковой эмблемой. Эта эмблема изображала лук и стрелы на фоне солнца.

Мои глаза округлились от удивления. Девушка с короткими волосами снова заговорила.

— Я Дафна. Это Кассандра. Как видишь, мы из Паствы Аполлона. — представившись, девушка, Дафна, подтвердила мои мысли.

Эмблема, представляющая лучника в лучах солнца, рассеивающих тьму — эмблема Паствы Аполлона. Эти две девушки из той же группы авантюристов, что была вчера в баре.

Эйна наклонилась к моему уху и шепнула, приглушённым голосом:

— Дафна Лаулос и Кассандра Иллион. Второй уровень, авантюристки третьего ранга.

Кажется, они довольно известны. Похоже, они обе старше меня. Я отбросил ощущение силы, исходящей от Дафны, и она показалась мне очень спокойной и уверенной, что нельзя было сказать о её подруге — Кассандре. Девушка казалась какой-то отчуждённой, а в её глазах была читалась детская наивность.

Уверен, именно меня они ожидали и осматривали всех авантюристов, вошедших в Гильдию с того места, в котором они стояли.

Я замер, посмотрев на девушек по очереди. Та, которую звали Кассандрой, сделала шаг вперёд.

— Эм, видите ли, это приглашение. Всевышний Аполлон проводит Празднование, и-и-и если бы вы хотели… е-е-если вы не согласитесь, то ничего…

Шлёп! Дафна отвесила Кассандре размашистый подзатыльник и сделала шаг вперёд.

Раздалось тихое: «Ауу». Дафна проигнорировала и возглас, и капельки пота, которые потекли по моему лицу, после чего сунула мне в руки приглашение.

— Предупреди свою богиню. Понял? Приглашение ты получил.

— …Понял.

Дафна сделала шаг, как только слово вырвалось из моего рта. Кажется, ей не слишком хотелось терять время на бесполезные разговоры, потому что она кивнула Кассандре головой и развернулась, чтобы уйти.

Авантюристка с короткими волосами неожиданно остановилась в полушаге, и посмотрев через плечо, добавила:

— Мои соболезнования.

Чего? Я открыл рот чтобы ответить, но больше ничего Дафна не сказала.

Она уже почти скрылась в толпе. Кассандра быстро поклонилась и поспешила за подругой.

Мы с Эйной смотрели им вслед. Я опустил взгляд на приглашение, как только девушки растворились в дверях.

Этой ночью, мы с боженькой были дома, как и обычно. Я рассказал ей обо всём произошедшем вечером.

— Приглашение на «Празднование Богов» …

Открытый конверт лежал на столе перед боженькой, она сидела в своём стуле и читала приглашение. Мы только что поужинали. Всё что осталось на столе, это две чашки горячего чая. Боженька устала после рабочего дня, так что на стол накрывал я.

— Около полутора месяцев прошло с празднования Ганеши… Я знала, что кто-нибудь скоро организует новое.

Празднование Богов — это вечер, проводимый божествами для божеств.

Я слышал, что для богов это способ показать влияние и мощь своей Паствы, но, изначально это место для развлечения богов и богинь. Боженька уже принимала участие в одном таком Праздновании.

В этот раз Празднование проводится Паствой Аполлона через два дня.

Паства Аполлона… Я уже про них узнавал. Эта Паства довольно влиятельна и в её рядах множество могущественных авантюристов. Одна из их групп успешно убивает Голиафа на семнадцатом этаже. Гильдия присудила им ранг D.

В сравнении с Паствой Гестии, в которой недостаточно участников, Аполлон обладает в Орарио влиянием.

— Что будем делать?

— Проигнорировать приглашение мы не можем, особенно после вчерашней драки…

Я почувствовал себя просто ужасно. Боженька казалась пойманной, будто оба решения были для неё неприемлемы.

Потасовка с Паствой Аполлона случилась всего двадцать четыре часа назад. Как будет выглядеть, если мы сразу после этого отвергнем приглашение?

Если подумать, то проигнорировав это приглашение мы всё равно что бросим в Апполона ком грязи.

— Хмм, — рот боженьки скривился от задумчивости.

Я быстро извинился:

— Это всё моя вина, Боженька…

— Нет, Белл, всё в порядке. Не надо себя во всём винить… По правде говоря, я не слишком люблю Аполлона.

— Э? Можно узнать почему?

— Ха-ха… многое в Тенкае случилось.

Я наклонил голову, удивившись смене тона боженьки.

— Впрочем, вернёмся к тому, что здесь и сейчас… Это Празднование отличается от обычного. Оно будет интересней, — сказала она, с улыбкой посмотрев на приглашение.

Я отдал ей конверт не читая содержимое. Что может быть такого интересного в Праздновании?

Мой разум погрузился в размышления о приглашении, пока я вытирал тарелки.

— Кажется придумано так, чтобы мы наверняка приняли участие. Миах и остальные тоже должны были их получить. Такие возможности на деревьях не растут, так почему бы нам всем вместе не насладиться празднованием?

Насладиться всем вместе? Я перевёл взгляд на боженьку.

Может, начать с такого будет неожиданно, но сейчас в Орарио весна.

Тяжёлые зимние облака развеялись, оставив небо голубым и чистым куполом над расцветающими цветами. Я слышал, что в это время года в Орарио пребывает немало путешественников, потому что погода устанавливается прекрасная. Сезон сменился около двух месяцев назад, когда я прибыл в город. Стоит заметить, что приезжие, вроде меня, как раз и делают Орарио таким оживлённым.

По утрам воздух слегка прохладный, но день за днём температура в городе растёт.

Признаки того, что лето приближается повсюду, но сейчас мне так жарко не из-за смены сезонов.

Шурх, шурх. Деревянные колёса кареты стучат по каменной дороге. Я пробежался пальцами по прядям волос просто так, без какой-либо причины. Ладони намокают от пота.

Никак не могу расслабиться. И не думаю, что моё тело расслабится до конца этой ночи, но сначала нам нужно добраться. Я выглянул в окно, мимо пролетают красноватые огни города.

Карета остановилась.

Лошади заржали, а дверь нашей узорчатой повозки передо мной открылась. Я вышел.

Я не привык к таким одеждам — носить плащ, который на тебе висит, довольно непривычно. Даже звук шагов в моих дорогих ботинках будто принадлежит кому-то другому.

Повернувшись на каблуках, я протянул руку девушке, выходившей за мной следом.

Гестия выбралась из глубины кареты, с довольной улыбкой на лице.

Как и я, она была одета очень формально. Она выглядела даже красивее и поразительнее, чем обычно.

— Спасибо, Белл. Ты очень хорошо справляешься с сопровождением.

— П-правда?..

Она шагала рядом длинными, грациозными шагами. Я так нервничал, что даже суставы одеревенели. Марионетка двигается куда свободней, чем я сейчас.

Всё больше и больше роскошных повозок появлялось с каждой минутой. Привлекательные мужчины и ошеломительные женщины, одетые в самые дорогие наряды, которые я когда-либо видел, заполнили улицу. Но самые сильные удары сыпались на меня из роскошного поместья — нет, самого настоящего дворца. Я оказался в совершенно ином мире, где даже дыхание стало настоящим вызовом.

Сегодняшнее Празднование устроено Паствой Аполлона, оно потребовало от божеств привести одного из своих последователей, превратившись в объединённое празднование богов и людей.

Подобные вечера называются «Празднованием Богов», потому что посещать их позволено только богам. Однако, в этот раз организатор решил сменить общие правила. Божества хотели развлечений, и это стало возможностью явить всем своих любимых последователей. Множество авантюристов и кузнецов смешались с богами и богинями, которые выглядели на их фоне практически безупречно. Среди этого всего мы и находились с боженькой.

Парень с фермы, пришедший практически из ниоткуда, в роскошной одежде и пытающий казаться чуть выше… наверное, я выделяюсь как какой-нибудь сорняк.

Я посмотрел вниз, на мой чёрный плащ, задумавшись, а стоит ли мне вообще здесь быть. Вся моя одежда была подготовлена только для этого вечера, отчего я ещё больше был не в себе.

— Ты выглядишь великолепно, Белл. Не нужно смущаться, — спокойно сказала боженька, когда у меня начала кружиться голова. Не знаю, в том ли дело, что она нарядилась в роскошное платье, но настроение у неё отличное.

Её аквамариновое платье было украшено множеством оборок и кружев, когда она двигалась, казалось будто течёт вода. Ключевым местом платья, разумеется, была притягательная грудь боженьки. Нет, правда, я не знаю с кем мне её сравнить. Королева дальних земель… Ну, может не таких уж и дальних, но боженька определённо подобрала идеальное сочетание миловидности и красоты.

— Прошу прощения, Белл, Гестия. Наверняка вам было непросто подготовить такие наряды.

Всевышний Миах вылез из своей кареты и присоединился к нам. Нажа шла чуть позади, потому что её рука покоилась на локте руки Миаха. Разумеется, они были одеты не менее формально, чем мы.

Паства Миаха очень бедна, так что он против растраты денег на такие излишества, или что-то вроде того. Он не планировал идти на Празднование, пока Гестия не сказала ему:

— Будет очень здорово, если Нажа хоть разок расправит крылышки.

Почему-то после этого Миах согласился. В благодарность мы с боженькой оплатили им наряды и наняли карету на этот вечер.

Учитывая, что мы постоянно получаем скидки на двойные и сильные зелья, которые обычно стоят десятки тысяч валис, наряды и карета обошлись нам дёшево.

— Спасибо за приглашение, Белл…

Нажа Чинтроп, человек-собака. Она поздоровалась со стороны Миаха, пока божества разговаривали между собой.

Обычно я вижу Нажу только в простых одеждах, поэтому её выход в платье стал для меня чем-то новым. Платье было нежно-красного цвета, с длинными рукавами, чтобы скрыть искусственную правую руку.

— …Я хорошо выгляжу?

Она легонько приподняла подол платья, несколько раз мотнув им из стороны в сторону, слегка неловко. Я кивнул так сильно, насколько мне позволила моя шея.

Её глаза были такими же, как и всегда, полуприкрытыми. Но на лице заметна радость, которой я до этого никогда не видел. Шух, шух. Её хвост радостно забился из стороны в сторону под подолом платья.

— Итак, идём дальше?

— Конечно. Ладненько, Белл. Можно на тебя опереться?

— Д-да! — я медленно взял протянутую руку своей всевышней.

Снова повернувшись лицом к поместью, я снова оказался подавлен роскошью места, в которое мы направились. Все входные двери были открыты. Наши наряды начали блестеть, когда мы наконец подошли к дверному проёму помещения.

Я забыл, как дышать.

Будто передо мной открылось другое измерение, с которым я никак не связан, мир ночи. Интересно, если бы кто-нибудь сказал мне, когда я впервые оказался в Орарио, что я смогу принять участие в подобном вечере со своей богиней, я бы в это поверил?

Я бы соврал, если бы сказал, что не испытал восторга… но нервничаю я куда сильнее.

Время остановилось, пока я погружался в атмосферу окружающей роскоши. Вдохнув, я сделал первый шаг в зал.

Другие гости также проходили в помещение, мужчины сопровождали женщин. Мы с Миахом взяли своих партнёрш за руки и присоединились к потоку, входящих во дворец.

Приёмный зал был таким же прекрасным, как и фасад здания.

Позолоченные колонны, украшенные сотнями свечей, выстроились в коридоре. Общий стиль постройки заставлял пространство казаться открытым. Статуи из гипса изображающие каждого бога и богиню стояли в различных местах приёмного зала, будто небольшие святилища.

В конце зала был целый ряд роскошных лестниц. Место проведения вечера ожидало нас наверху, бальный зал второго этажа.

В зале уже было шумно от гостей, которые прибыли раньше нас. И, разумеется, он был обставлен так же роскошно, как и всё остальное. Множество люстр, свет в которых поддерживают магические камни, свисает с потолка длинные, заполненные едой столы стоят возле стен. Балконы за огромными, тонкими окнами.

Солнце уже село и с улицы света не поступало. Этот дворец стоит возле Северной Главной Улицы и окружён богатейшими домами Орарио. Звуки таверн и ночной жизни города были где-то очень далеко отсюда. Рядом царит такая тишина, что я начал сомневаться, в том же городе я нахожусь или нет.

Как замечательно, что даже в Орарио есть место, в котором кажется будто ты сделал шаг в другой мир.

— Эм… а этого я, кажется раньше видел…

— Этот авантюрист довольно известен. И силён вдобавок… Я не слышала ничего хорошего от других членов его группы. Кажется, все его немного побаиваются. Осторожнее…

Я поймал на себе взгляды нескольких известных в городе авантюристов, пока мы выходили в центр бального зала. Одна из эльфиек, будто сейчас витает в облаках. Ещё был дварф, чьи одежды были слишком уж узкими, а ещё несколько оживлённых зверолюдей и амазонок. Люди и полулюди сопровождали богов и богинь.

Нажа многое мне рассказывала, но я был слишком поглощён атмосферой.

— О, а вот и вы.

— И Миах с вами! Какой сюрприз!

— Гефест, Таке!

Бог и богиня поздоровались с нами, пока мы пробирались к углу комнаты — Всевышняя Гефест и Всевышний Такемиказучи. Боженька побежала им навстречу, следом за ней пошли Миах и Нажа, улыбаясь и легонько кланяясь.

— Эй, — сказала Нажа.

— Отлично выглядите, — сказал Миах. Оба улыбнулись и поздоровались.

— Ты привёл Микото, да, Таке? Спасибо за вашу помощь.

— Д-да, эээм, н-нет! Это мелочь!..

— А ты кого привела, Гефест? Что-то я никого не вижу.

— Он из странных, оставил меня осматриваться одну.

Гестия поблагодарила Микото, девушку, которая пряталась за спиной Такемиказучи. Недавно вернувшаяся после моего спасения с серединных этажей девушка сейчас была синей от напряжения.

Её длинные чёрные волосы были идеально заплетены и обрамляли длинное платье. Она дрожит… какая радость, что я такой не один.

Кажется, она не привыкла обнажать плечи, потому что пытается их спрятать и сжимается. Даже кончики её ушей покраснели.

Могу её понять. Её взгляд то и дело бегает из стороны в сторону. Миах и Гефест продолжили разговаривать.

— …ого, неужели вы собрались все вместе! Дайте и мне повеселиться!

— А, Гермес.

Я повернулся и увидел, что Гермес практически слился с нашей группой. Его сопровождала его обычная обворожительная улыбка, его глаза прищурились.

— Фех, — Такемиказучи выразил явное недовольство.

Асфи была рядом со своим богом, её серебряные очки будто бы были частью лица.

— Всевышний Гермес, говорите тише…, — в её голосе было слышно явное недовольство.

— Зачем ты к нам подошёл? У нас уже давно нет никаких прямых контрактов.

— Да ладно тебе, Такемиказучи. Почему бы нам без них вместе не поработать? Не будь таким холодным!

Всевышний Гермес обыденным тоном отклонил возражение Такемиказучи, и перешёл к весёлым приветствиям.

Спустя несколько секунд он уже оказался передо мной, лучась улыбкой:

— Приветик, Белл! Классный жакет, вот что такое стиль! И, Нажа, чудесное платье!

— С-спасибо.

— Очень признательна…

— Что тут у нас? Бабочки в животе, малышка Микото? Твоему прелестному личику не идёт такое выражение!

— П-прелестному?!

В отличии от нас с Миахом, Гермес был одет очень довольно скромно. Он ходил кругами, осыпав комплиментами всех, от боженьки до Нажы. Его глаза блестели, будто глаза ребёнка, который нашёл новую игрушку, когда он взглянул на Микото. После этого он потянулся и взяв руку Микото в свою, припал губами к её пальцам. Пуф! Лицо Микото практически взорвалось.

Тук! Шлёп! Такемиказучи отвесил Гермесу подзатыльник, а Асфи ударила своего бога ногой по голени.

— Многие из нас сегодня собрались.

— В этот раз с нами детишки. Сегодняшнее Празднование обещает быть очень оживлённым.

Гефест и Миах завели разговор, пытаясь игнорировать повизгивания рухнувшего на пол Гермеса.

Но они правы… Вечер начал всё больше походить на вечеринку. Даже в нашем небольшом уголке зала стало очень шумно.

Кажется, я наконец даже начал привыкать к атмосфере.

— …Гости мои! Рад видеть всех вас в этом зале!

По бальному залу разнёсся громкий голос.

Все тут же повернулись к источнику этого голоса.

Им был бог, стоящий возле противоположной стены.

Его светлые волосы сияют будто солнце. Яркие и волнистые локоны накладывались друг на друга будто полуденные солнечные лучи. Благодаря своей сияющей улыбке, его приятные черты заставили даже меня, парня, стоять и смотреть только на него.

Он высокого роста и его голову украшает лавровый венок.

Два очень могучих, на вид, авантюриста, мужчина и женщина, стоят по разные стороны от этого божества.

Я нисколько не сомневаюсь, что так выглядит Аполлон.

— Мне пришла идея, как сделать этот вечер особенным. Понравилась ли она вам? Нарядить тех, кого мы больше всего ценим и привести их на Празднование — что может быть лучше?

Я слышал возбуждение в голосе организатора вечера. Довольно много богов с ним согласились, выразив это криками и аплодисментами.

— Мне очень радостно видеть так много лиц моей родни в сопровождении любимых из детей. Сегодняшняя ночь создана, чтобы наполниться огромными возможностями и новыми встречами. Вот, что я предвижу.

Я сделал шаг в сторону, чтобы лучше видеть божество, а потом…

Аполлон осматривал присутствующих и его взгляд остановился прямо на мне.

?..

Я нахмурился и посмотрел себе за спину. Всевышний Аполлон никак на это не отреагировал, он начал говорить снова, как только я повернулся к нему лицом.

…Кажется я так напряжён из-за потасовки, которая у меня случилась с Паствой Аполлона. Эта ссора стала источником неловкости, которую я ощущаю. Наверное, стоит просто проигнорировать это чувство.

— Ночь только началась. Я подготовил самое лучшее вино и самую вкусную еду. Так что, пейте, ешьте и наслаждайтесь вечером!

Бог поднял руки в воздух, последний отголосок его голоса ещё проносился эхом по залу.

В ответ раздались восторженные крики, в основном божеств-мужчин. Винные бокалы разных размеров и форм, наполненные вином, начали стучать друг об друга, поскольку вечер официально начался.

— Боженька… Эм, что мы будем делать?

Гестия посмотрела на Аполлона в тот же момент, когда я задал ей этот вопрос:

— Ммм, я хотела бы всё уладить с Аполлоном лично, но пока будет лучше подождать. Сейчас он занят.

Разумеется, нужно прояснить ситуацию после случая в баре, но сейчас Паства Аполлона занята. Члены Паствы одеты в униформы, сейчас они исполняют роль слуг и обслуживают гостей. Аполлон окружён божествами, приветствует их и ведёт светские беседы. Сейчас будет непросто к нему подобраться.

Как и сказала боженька, нам стоит подождать пока пройдёт определённое время.

— Ну, мы не каждый день на такие вечера ходим, давай насладимся Празднованием. Пошли, поглядим чем кормят, Белл!

— А, хорошо.

Мы с боженькой, в окружении Миаха и остальных подошли к столам. Все божества разом взялись за винные бокалы.

— Эм, мисс Микото. Спасибо за всё, что вы сделали на восемнадцатом этаже. Вы очень мне помогли…

— Э-это мелочь. Правда, я ничего…

Похоже Микото никак не могла привыкнуть к атмосфере и перестать волноваться. Она начала тараторить.

Она не только была в поисковой группе, она пришла спасти мою богиню, когда её похитили авантюристы. Я начал говорить, как я ей благодарен, а она легонько помотала головой:

— Не забывайте про то, что вы совершили, Белл-сан. Встретиться лицом к лицу с боссом этажа в таких условиях и нанести ему решающий удар… Мне стыдно признаваться, но ваша сила и храбрость очень меня впечатлили.

— Н-нет, один бы я этого не сделал. Вообще-то, один я совсем ничего бы не сделал…

В её голосе слышались нотки ностальгии, но я не могу принять общие заслуги как свои.

Мы поговорили ещё немного и начали улыбаться друг другу прежде чем успели понять, что улыбаемся.

— …Белл-сан. Если вы окажетесь в опасности, можете звать меня в любое время. Мой меч защитит вас.

— Мисс Микото…

— Капитан Оука и Чигуса-сам тоже протянут вам руку помощи, как и я.

— Ну я тоже… если у вас будут какие-нибудь проблемы, зовите меня. Я сделаю всё, что в моих силах, чтобы помочь, — мы дали друг другу обещания.

Лицо Микото снова расплылось в улыбке, и мы кивнули друг другу.

Она протянула мне руку. Я ощутил волну смущения, прежде чем протянул руку для крепкого рукопожатия.

— Если можно, я хотела бы спросить. Я слышала, что вы очень быстро становитесь сильнее. Не могли бы вы что-нибудь мне посоветовать?

— Белл не совсем человек. Я ежедневно откармливаю его стероидами собственного производства…, — Нажа, искренне наслаждаясь происходящим, присоединилась к разговору.

— Вот таких историй про меня пожалуйста не надо! — я снова осмотрел зал.

Я слышал, что подобные Празднования Богов подчиняются очень строгим правилам этикета, но сейчас ничего подобного не видел. Боги и богини выпивают, смеются и вообще наслаждаются жизнь. Поначалу вечер казался очень формальным, но, выходит, никаких особых правил нет.

Единственное что выбивало меня из колеи, это невероятная роскошь обстановки.

— Эм, это здание принадлежит Пастве Аполлона?.. Это их дом?

На мой вопрос тут же ответила Асфи.

— Нет, это не их здание. Оно находится под управлением Гильдии. Паствы и торговцы, которым требуются подобные помещения платят за их аренду.

Такемиказучи также заговорил:

— Я знаю только одного бога, который проводит Празднования в доме своей паствы и это Ганеша. Большинство из нас и не подумают пригласить другие Паствы в свои штабы.

— Каждый бог ищет что-то, что даст ему преимущество. Невозможно сохранить секреты, когда такое количество божеств собирается под одной крышей, — продолжил объяснение Миах. Я понял о чём они говорят и кивнул.

Гефест и Гестия слушали наш разговор, их взгляды скользили по залу.

— Это Празднование так отличается от остальных. Сегодня пришли даже боги, которые обычно сидят по домам.

— Да, Аполлону приходят интересные мысли…

Я тоже осмотрелся и замер, перенимая атмосферу вечера, но неожиданно мне на ум пришёл один из богов.

— Простите… а какой Всевышний Аполлон из себя?

— О? Тебе правда интересно, Белл? — Ко мне повернулся Гермес.

— Да — сказал я, посмотрев ему в глаза.

В улыбке расплылись даже его оранжевые глаза, и он сделал ко мне шаг.

— Он интересное божество. Я знал его ещё до того, как мы спустились с Тенкая и с ним никогда не бывало скучно. Этот парень всегда придумывал тысячи развлечений.

А? У меня чуть глаза не выпали. Такого ответа я не ожидал.

— В общем, он довольно игривый. Хоть он и не авантюрист, мы даровали ему титул «Фаллос Необузданный», потому что это очень ему подходит.

Ф-Фаллос?

К чему богам давать ему такой титул?.. Понятия не имею.

— Он довольно пылкий любовник — не так ли, Гестия?

— Мне-то откуда знать?!

К этому времени боженька уже набивала рот едой — больше, чем могла бы проглотить за раз — но, когда Гермес её поддел, она чуть не взорвалась. После этого она снова погрузилась в еду, даже с большим энтузиазмом.

Боженька говорила, что ей не нравится Аполлон… Может что-то случилось?

— А ещё он очень… упрям.

— А?

Я снова повернулся к Гермесу.

Уже собираясь спросить, что это должно значить, в комнате неожиданно…

Вууууух! По залу прокатился гул. От этого гула вопрос застрял у меня в горле.

— Смотри-ка… а вот и сливки общества. — голос Гермеса прозвучал удивлённо, как только он обнаружил причину возгласов.

Я проследил за его взглядом и увидел источник всеобщего восхищения.

Всеобщее внимание зала было приковано к огромному зверочеловеку и богине с серебряными волосами за его спиной.

— Кто это?..

— Это, Белл, Всевышняя Фрея. Уверен, ты должен был слышать о Пастве Фреи раньше?

Я легонько кивнул головой, да. Всё, что происходит, довольно сложно уяснить разом.

Паства Фреи — настолько же могущественна, как и Паства Локи. Две этих группы находятся в самом начале рангов силы и влияния Города Лабиринта. Даже авантюристы-новички слышали о заслугах и храбрости обеих этих Паств.

Значит эта богиня с серебряными волосами — глава одной из двух сильнейших Паств?..

С появлением Фреи настроение на Праздновании начало накаляться. Настолько она была красива.

Серебряные глаза и великолепные очертания тела, огромная грудь и тонкая талия скрывались под платьем, в котором она выглядела так, будто только сошла с небес. Она сделала шаг и все взгляды в комнате оказались прикованы к ней. Ещё один шаг, и взгляды последовали. Она от меня очень далеко, но даже моя шея покрылась потом.

Никогда не видел кого-то настолько привлекательного…

— А?!

Без какого-либо предупреждения хвостики Гестии затряслись где-то в уголке моего глаза. Но эта богиня так манит…

Лицо боженьки появилось из-за стола, когда Фрея взглянула на меня своими большими глазами.

Будто понимая, что происходит, боженька подскочила к моему плечу:

— Даже не смей засматриваться на Фрею, Белл!

— Бвах?!

— Любому дитя, которое смотрит на Богиню Красоты её красота промывает мозги!

Подойдя ко мне, боженька чуть не сбила меня с ног.

Каким-то образом мне удалось вернуть себе равновесие, когда боженька силой отвела мне голову.

Богиня Красоты… это всем известно. Божество воплощающее красоту, которое обладает способностью завораживать как смертных, так и богов.

Судя по всему, боженька не шутит. Почти все вокруг смотрят на Фрею с отвисшими челюстями. Мужчины, женщины, пол не важен. Из их тел будто выкачали весь дух.

Микото и Нажа сражались с влиянием Фреи. Нажа закрыла глаза и мотала головой из стороны в сторону. Микото отвернулась, но её лицо пылало от смущения. Только Асфи держалась спокойно. Она будто смотрела в никуда, как замечтавшийся ребёнок.

— Сначала Празднование Ганеша, а теперь и это… Фрея никогда так часто не появлялась на публике.

— Ч-что вы имеете в виду?

Я услышал шёпот Гефест, пытаясь освободиться от хватки боженьки и попросить разъяснений, но прояснил мне всё Гермес:

— Всё своё время Фрея обычно проводит в своей комнате на самом верхнем этаже Башни Вавил и редко появляется на людях. Многие боги приходят на Празднования только ради того, чтобы увидеть её собственными глазами.

Она редко появляется на людях… Наверное очень непросто куда-то выйти, когда простой твой шаг привлекает всеобщее внимание. Наверное, Фрея хотела бы просто побыть среди нас, но каждый раз, когда она пытается, происходит настоящий хаос.

Учитывая как на неё реагируют люди, я не виню её в том, что она запирается в башне.

— …

И в это мгновенье взгляд её серебряных глаз пал на меня.

Она остановилась, повернулась ко мне… и улыбнулась.

Стук-стук, стук-стук. Её каблуки стучали всё громче, по мере её приближения. Все на пути Фреи расступались, будто их расталкивала неведомая сила. Боженька перестала дрожать и посмотрела на сереброволосую богиню и её огромного сопровождающего, подходивших к нашей компании.

— Значит ты тоже пришла, Гестия. И ты, Гефест. Первый раз после Денатуса видимся, не так ли?

— …Фрея, ты что тут забыла?

Гестия отпустила меня и посмотрела прямо на Фрею, в тот момент, когда та дружески приветствовала божеств.

— Рада, что ты в добром здравии, — сказала Гефест, стоявшая рядом с моей богиней. У Гестии был такой вид, будто она пытается сдержать целое наводнение одной пробочкой.

— Я всего лишь зашла поздороваться. Так редко выдаются шансы увидеть столько знакомых лиц в одном месте, разве я могла сюда не заглянуть?

Слова сорвались с языка Фреи и она взглянула на богов-мужчин собравшихся вокруг неё.

Все они будто поплыли от взгляда серебряных глаз. Гермес будто ослаб, на его лице появилась дурацкая улыбка. Такемиказучи покраснел и прочистил горло лёгким кашлем. Миах склонился и сделал богине комплимент, сказав:

— Этим вечером вы особенно прекрасны.

Спустя мгновение раздались звуки глухих ударов, девушки-последовательницы своих богов хорошенько постарались.

— Гах?!

— Воу?!

— Ааах?!

Разом раздалось три вскрика. Я сделал шаг назад. И в меня снова впился взгляд её серебряных глаз. Из моих лёгких будто исчез весь воздух, два серебряных зрачка затягивали меня внутрь. Всевышняя Фрея расплылась в ещё более широкой улыбке.

Она подалась вперёд, протянув руку к моей щеке.

— …Исполнишь ли ты сегодня ночью все мои мечты?

— ДАЖЕ НЕ МЕЧТАЙ!!! — боженька прикрикнула на стоявшую передо мной Фрею. Она ударила Фрею по протянутой руке, её глаза пылали от ярости. — А ты чего рот раззявил, Белл?

— П-п-прости!

— Слушай сюда! Эта богиня всё равно что дракон, который глотает всех, кого может! Кролик вроде тебя и двух секунд не продержится!

— Да!!!

Боженька просто рвала и метала. Моё тело вздрогнуло, и я инстинктивно отскочил подальше. Будто она воспользовалась каким-то мгновенным заклинанием, которое меня откинуло.

Её хвостики тряслись за её спиной, будто пытаясь убедить меня в опасности Богини Красоты.

Фрея только тихонько посмеялась:

— Увы и ах, какая досада.

Кажется, ей нравится реакция боженьки… После этого Фрея отступила на шаг и сказала:

— Похоже, моё присутствие расстраивает Гестию, так что я пойду. До следующей встречи.

Фрея повернулась спиной к распалившейся Гестии.

— Оттар, — она обратилась к огромному зверочеловеку за своей спиной. Её последователь меня поразил — человек-вепрь выше двух метров ростом — и они пошли сквозь толпу. Мой взгляд сам собой впился в плавные движения ног Фреи.

С каждым шагом богини я постепенно приходил в себя. Наконец, из вида пропал последний локон её серебряных волос.

— …Надо же, эта стерлядь и двух секунд не продержалась.

Шторм миновал. Среди богов раздался новый голос. Он шёл с другой стороны зала.

Этот голос застал меня врасплох. Я повернулся на сто восемьдесят градусов, и меня застала самая большая неожиданность вечера.

— Локи?!

— Йо! Малявка! Смотрю ты наконец научилась одеваться в платья. Хоть ты и вопила так, что я чуть вином не поперхнулась!

Боженька вскрикнула, завидев богиню с красными волосами одетую в мужской наряд.

А за спиной этой богини…

Сияние светлых волос и золотые глаза, девушка, одетая в роскошное платье.

— ?!

Моё лицо полыхнуло, а глаза загорелись.

Платье было светло-зелёным, Айз выглядела слегка смущённой, оказывается, она была неподалёку от меня.

— Ты, когда пробраться успела?! Обычно ты внутрь не прокрадываешься! — продолжила Гестия.

— А ну заткнись, идиотка!!! Пара чёртовых сисек спёрла всё внимание, понятно?!

Кажется, Айз и её богиня, Локи, только что пришли. Все были так увлечены Фреей, что никто их не заметил.

На Локи был строгий мужской наряд, а Айз была одета в подходящее для официальных событий платье. Они выглядели как дочь влиятельного лорда и её телохранитель, что совершенно разнилось с реальностью.

Я снова начал ощущать жар, но в этот раз он не спешил спадать.

Я не мог отвести от неё взгляд. Принцесса в одной из моих старых книжек с картинками будто сошла со страниц и предстала перед моими глазами.

Её светло-зелёное платье было открыто спереди и сзади, обнажая её нежные, женственные плечи. Тут и там на платье блестели бусины и другие украшения. Не сомневаюсь в том, что богиня Айз отвечала за дизайн платья и потратила немалую сумму денег, чтобы показать свою привязанность к авантюристке. Образ завершали длинные, шёлковые перчатки, которые поднимались выше локтей.

Часть золотых волос была стянута лентой сзади. Остальные свободно спускались по спине.

Ангельское лицо и тонкая шея, красивая грудь, виднеющаяся в вырезе декольте, и тонкая талия в развевающемся платье…

Это не та авантюристка, рыцарь Айз Валленштайн, которую я знаю.

Охвативший меня в этот раз жар отличался — моё сердце не билось так сильно, когда я видел Фрею.

Тело вздрогнуло, отказываясь двигаться.

— А…

— !..

Айз подняла голову, и мы встретились взглядами. Никто из нас не мог сказать ни единого слова.

Я ощутил, как заливаюсь краской, когда она уставилась в пол, сведя руки перед собой, её плечи начали легонько дрожать.

Шух, она сделала шажок, отчасти скрывшись за спиной Локи.

К-как это мило!..

— …Ээээ?

— АУ?!

Нога боженьки практически погрузилась в мою голень. Неужели было так заметно, что я чувствую? Меня выдало лицо?

— Оооо, вот значит какой у Малявки парень…

Я схватился за ногу и сражаясь со слезами ощутил на себе оценивающий взгляд Локи.

Её красные глаза смотрели сквозь меня. Каждый мускул моего тела напрягся. Она не моргала. В её взгляде видна раздражительность? Что бы за чувство это ни было, мне стало неудобно.

Несколько секунд спустя…

— Хах, этот мальчишка ничего из себя не представляет. Моя Айз настолько лучше, что это будто небо и землю сравнивать!

Её слова рассекли воздух как хлыст.

Я знал, что Айз для меня недостижима, но услышать такое было больно.

Я ощутил головокружение, земля чуть не ушла у меня из-под ног, а потом увидел лицо боженьки. Её щёки дрожали.

Неожиданно, она развернулась прямо к Локи.

— Твоё типичное поведение, поняла, что в споре со мной тебе не выиграть, поэтому решила про детишек поговорить?! Так предсказуемо, что даже жалко!

— …Да ладно?! — На лице Локи вздулась вена.

— Любой, кто видел моего Белла тебе скажет, что он симпатичней твоей Валлен-какой-то-там! Он такой же милый, как маленький кролик!!!

— Ты головой стукнулась, полоумная?! Моя Айз в сотню раз круче твоего мальчишки-кролика!!!

В зале началась возмущённая ругань.

Две богини с каким-то остервенением обменивались колкостями. Гефест вздохнула и прошептала себе под нос:

— И вот, снова началось…

На лице Миаха появилась пустая улыбка. Нажа и остальные смотрели на ссору, разинув рты.

Что же до меня, я был просто в ужасе. Насколько же они друг друга ненавидят. Весь жар в моём теле мгновенно прошёл, я погрузился в отчаянье.

Непреодолимый барьер между мужчинами и женщинами разных Паств… Лучший пример даже представить себе было сложно.

Богини практически орали друг на друга, и это заметили остальные божества.

— Ого, смотрите-ка, второй раунд!

— Сейчас даже веселее, чем в прошлый раз.

— Вот и поглядим.

Вокруг нас начали собираться боги и богини. Мы с Айз наконец не смогли стоять и смотреть со стороны. Мы одновременно попытались успокоить своих богинь.

Наши богини тяжело дышали, в их глазах пылала ярость. К счастью, после того как в ссору вмешался Гермес всё успокоилось.

— …Хмпф. Малявка мне всё настроение испортила!

— Это я должна была говорить!!!

— Ооо? Айз, мы уходим!

— Белл, мы тоже!

Локи схватила Айз за руку, а боженька схватила меня. Богини начали расходиться в разных направлениях, утаскивая нас за собой.

Я заглянул через плечо. Айз также взглянула на меня. Наши глаза на мгновение встретились.

Если бы я хоть что-нибудь сказал, если бы я только услышал её голос… Смотря на то, как она от меня удаляется я ощутил будто упустил свой шанс.

Как жалко. У меня не хватит смелости ни для того, чтобы вырваться из рук боженьки, ни для того, чтобы приблизиться к Локи. Айз отвернулась, через мгновенье её открытые плечи скрылись за прядями волос. Она была такой далёкой — почему всё произошло именно так? Реальность снова рухнула на меня тяжёлым грузом. Время, которое я смог провести с ней на восемнадцатом этаже было чем-то особенным.

Всё больше и больше людей собирались вокруг Локи с каждой секундой. Наконец я оторвал взгляд от девушки и погрузился в болезненное настоящее.

Я отпустил надежду поговорить с ней и покорно шёл за боженькой, ведущей меня в другой конец зала.

После этого Гестия представляла меня своим божественным друзьям и знакомым, мы сделали по залу несколько кругов. Представляться богам было непросто, но, каким-то чудом я преодолевал нервозность и связывал слова в фразы.

Два часа прошло с момента нашего появления на вечере, и мне понадобился отдых.

Я отошёл от группы людей, один, нашёл тихое место и прислонился к стене так, чтобы никому не мешать.

— Воу… — с моих губ сорвался усталый вздох.

Полное истощение.

Я бросил взгляд на вечеринку. Яркий свет люстр с потолка заставлял всё убранство зала казаться произведением искусства. Слуги напряжённо работали, доставляя роскошные блюда и насыщенное вино на столы. Начала играть лёгкая музыка, а я не мог понять откуда она доносится. Почти сразу после этого центр зала расчистили для танцующих, а я заметил, как боженька и Локи снова сцепились где-то в углу.

Как же странно здесь находиться…

Я не мог так не подумать, когда прекрасные женщины и мужчины начали танцевать в парах.

Сияющий мир красоты и статуса. Это совершенно отличается от того мира в котором я был ещё вчера.

Может дело в том, что я остался один, но я ощущаю, будто я не принадлежу этому месту, будто я не в своей тарелке. Незнакомая обстановка нагоняла на меня чувство неловкости.

Примерно так я себя чувствовал, когда впервые отправился в Подземелье.

Если я стану чаще посещать подобные мероприятия, возможно и к этому миру я смогу привыкнуть.

Но мне не кажется, что такое произойдёт.

— …

Я покинул своё место у стены и попытался найти выход.

Далеко идти не пришлось. Одно из балконных окон оказалось открыто, и я выбрался наружу.

Прохладный воздух окутал меня, когда моя нога ступила на цементный пол.

Звёздное ночное небо раскинулось над моей головой. Я вгляделся в окружающую чёрную бездну и увидел слабый свет, доносящийся откуда-то с Главной Улицы. Мягкий бриз щекотал кожу.

Весь мой стресс и напряжение начали улетучиваться от глотка прохладного свежего воздуха.

Разум прояснился.

— ?..

Я подошёл к резным перилам балкона и услышал снизу необычные звуки.

Сверху виднелась зелёная лужайка, украшенная фонтаном, а мой взгляд к себе приковали два человекоподобных силуэта.

Кажется, это?..

Внизу располагался своеобразный садик, который является частью этого поместья. Территория была огорожена высокими деревьями, отчего напоминала полянку в лесу. В тёмном месте, куда не пробивался свет Празднования…

Красивый парень из Хибачитей, тот, который меня с лёгкостью избил… Гиацинт, разговаривал с человеком, которого я никогда прежде не видел.

Что они тут делают?..

— Завтра с самого раннего утра… Всё согласно плану… Мы подобрали нужное время… ясно, Занис?

— Да… По поводу оплаты…

Я мог расслышать не всё. Моё тело двинулось, само собой.

Я будто весь обратился в слух — усиленный моими Характеристиками — чтобы понять, о чём идёт разговор.

Они стоят довольно далеко от балкона, но я вижу движения их губ. Благодаря этому и звуку их голосов я начал разбирать их речь.

Занис?..

Имя человека, с которым говорил Гиацинт.

Я знаю, что подслушивать нехорошо, но я наклонился через перила балкона чуть сильнее.

В этот же момент шухх, Гиацинт и второй человек посмотрели в мою сторону. Я замер на месте, наблюдая как они осматривают балконы строения.

— Белл?

— !

Новый голос раздался у меня за спиной, и я повернулся.

Гермес стоял рядом с окном, через которое я пролез на балкон. Празднование за его спиной шло полным ходом. Я снова посмотрел на место, в котором недавно стояло двое мужчин.

Гиацинта и его собеседника уже не было видно.

— Что ты тут делаешь?

— А… Да ничего особенного.

Гермес выбрался на балкон, подняв бокал.

Я подслушивал, но я не могу сказать ему об этом прямо. Мне бы хотелось услышать больше деталей того разговора, и я начал себя заверять, что в нём не было ничего важного.

— …Ладно, не важно. Вот, выпей.

— С-спасибо…

Гермес держал по бокалу в каждой руке и протянул один из них мне. Я с благодарностью его принял.

Только когда мои губы коснулись бокала я понял, что в нём обычная вода. На самом деле, вина мне не хотелось, так что я был даже рад.

Я посмотрел на Гермеса вопросительным взглядом, будто говоря зачем вы здесь? Он глотнул вина из собственного бокала и улыбнулся.

— Нам не доводилось говорить наедине. Прости, я, конечно, не одна из тех горячих девчонок внутри, но могу ли я составить тебе компанию?

Его шутка заставила меня улыбнутся, и я ему кивнул:

— Конечно.

Быстро выбросив из головы остальные мысли, я встретился с Гермесом взглядом.

— Вы с Гестией заходите всё дальше. Я услышал о тебе довольно давно, но после случая на восемнадцатом этаже можешь смело записывать меня в свои фанаты.

— Я-я ничего особенного не сделал…

Поначалу я слегка испугался, когда увидел, как на балкон выходит Гермес, но его дружелюбная улыбка сняла это напряжение. Его комплименты, поддразнивания и шутки позволили нам поладить. Пока Гермес один из лучших словесных тактиков, которых я встречал.

Приглушённая, но красивая музыка пробивалась на балкон из бального зала, а прямо перед нами были окна, в которые было видно танцевавших. Мы с Гермесом почти сразу начали разговаривать на дружеский лад.

— Скажи, Белл. Почему ты стал авантюристом?

Задавая этот вопрос Гермес опёрся руками на перила.

У меня пересохло в горле. Что мне ему сказать? «Я хотел найти девушку моей мечты в Подземелье!». «Я последовал за своей детской мечтой стать героем!» Повторять одни и те же ответы довольно стыдно.

Я почесал голову, поразмыслив над своими мыслями и заговорил.

— Мой дедушка… Человек, который меня вырастил, однажды сказал… «В Орарио есть всё, чего ты только можешь пожелать. Если хочешь туда пойти, отправляйся.»

— О?

— В Орарио можно заработать и я, эм, хотел встретить кучу красоток, исполнить все свои мечты… Он сказал мне, что подыскать Паству какой-нибудь прелестной богини и стать частью большой семьи очень даже возможно.

— Ха-ха-ха-ха-ха!

Гермес поднял взгляд в ночное небо и рассмеялся.

Я смотрел на раскрасневшееся божество, схватившееся за живот и изо всех сил пытавшееся успокоиться.

— «Ты можешь стать героем. Иди, если у тебя хватит духа» … Вот что он мне сказал, — добавил я.

Это не было требованием; он предоставил выбор мне.

Я был ещё очень мал, но отчётливо помню, что такие слова Дедуля сказал лишь однажды. Из-за них я оказался в Орарио. И поэтому я так хотел быть авантюристом. После смерти дедули я припомнил всё, что он говорил. Сделать выбор было довольно просто.

Я хотел ощутить теплоту семьи. Единственное чего я хотел с самого детства — и что мой Дедуля постоянно во мне подпитывал — желание встретить кого-то, кто поможет исполнить мою мечту.

Поэтому, когда я пришёл в Орарио, мои мысли были наполнены мыслями о героизме.

Даже простой разговор с Гермесом вызвал у меня настоящий прилив воспоминаний. Смотря с балкона в бальный зал, я начал рассказывать богу о своём дедуле.

— …Похоже, твой дедушка был очень занятным.

— Да, таким он был. С ним каждый день становился интереснее.

Я попытался убрать улыбку с губ. Слово «занятный» так отлично подходит моему дедушке, что я никак не мог не улыбнуться.

Гермес посмотрел на меня и сам расплылся в улыбке. Поднеся бокал к губам, он залпом опрокинул в себя остатки.

— Получается, ты прожил в том небольшом городке всю свою жизнь, до того, как пришёл в Орарио?

— Да. Это был не городок, а небольшая деревня в горах… Так что о больших городах я знаю очень мало.

Лицо Гермеса стало слегка добрее, когда я признал, что слишком мало знаю о жизни в больших городах. Стоит добавить, что признаваться было немного стыдно.

Он посмотрел на меня, оранжевые зрачки блеснули.

— Что же, ты когда-нибудь слышал о боге, которого зовут Зевс?

Потом он спросил меня о божестве, о котором я ничего не слышал.

— Всевышний Зевс… Нет, не слышал. Он знаменит?

— О да. Он был главой сильнейшей Паствы в истории, с самого дня своего появления в Орарио.

Я не ожидал что услышу нечто подобное. Глаза округлились от удивления, и я посмотрел на Гермеса, всё своё внимание посвящая его рассказу.

— Разве Паства Локи и Паства Фреи не самые сильные…

— Сейчас, конечно, так и есть. Но они возвысились недавно. Если говорить точнее, то пятнадцать лет назад.

Пятнадцать лет назад… губами я повторил его слова, но не произнёс ни звука.

Гермес продолжил.

— До того, как Локи и Всевышняя Фрея захватили власть, Зевс и богиня, известная как Гера были в Орарио самыми важными шишками. Положение, которое сложилось сейчас воцарилось после того как Локи, и Всевышняя Фрея свергли их и изгнали из города.

— ...Паствы Всевышнего Зевса и Всевышней Геры были повержены в битве?

— Это так, но не в такой битве, о которой ты подумал. Видишь ли, смена власти началась после одного проваленного задания.

Кажется, сейчас будет самая суть истории.

Всевышний Гермес поднял руку, с тремя разогнутыми пальцами.

— Этот мир взвалил на Орарио Три Великих Задания.

Я засмотрелся на пальцы божества.

— Во время эры, которую вы, дети, называете Древними Временами, три монстра невероятной силы сбежали из Подземелья, и эти задания связаны с их устранением.

— Э… то есть, получается…

— Именно так, эти монстры живы. Три древних монстра, которые вырвались из Подземелья ещё на этой земле.

Я сглотнул.

«Древние Времена» — это означает что эти монстры существуют уже больше тысячи лет. Просто невероятно.

Судя по тому, как о них говорит Гермес… почему-то мне не кажется, что они связаны с монстрами о которых рассказывала Нажа, тех монстрах, которые сбежали из Подземелья и начали плодиться на поверхности.

— Наверное это понятно и без моих слов, но Подземелье Города-Лабиринта — это отличная тренировочная площадка. Будучи жителями Орарио авантюристы обязаны защищать остальной мир от монстров, что появляются у них под ногами.

Ни один из городов не может потягаться с Орарио во влиянии и военной мощи. Всё из-за того, что Подземелье, место, которое постоянно порождает монстров, даёт авантюристам практически бесконечный простор для поднятия уровней. Люди и монстры поверхности гораздо слабее, а значит, что с них сложнее получать экселию — а значит и поднимать уровни гораздо сложнее. Я слышал, что сильнейшие авантюристы других городов обычно второго уровня, за редким исключением третьего.

Это и есть настоящая причина, по которой Орарио считается центром мира, источником несравненной силы.

— Пятнадцать лет назад… Зевс и Гера были высшей силой. Их Паствы стали домом для сильнейших авантюристов в истории, и они попытались бросить вызов трём древним зверям. Сначала, Угнетатель Земли, Бехемот, а потом и Властитель Моря, Левиофан были повержены. И, наконец…

Гермес по очереди загнул два пальца, поднеся последний к моему лицу.

— Последний исполин, Чёрный Дракон, оказался слишком силён и уничтожил авантюристов.

Я наконец вспомнил, как моргать.

— Ч-чёрный Дракон… Н-не может быть, хотите сказать Одноглазый Дракон?

— Именно так. Ты о нём знаешь?

Знаю. Конечно знаю.

Я видел это живое воплощение смерти и отчаянья на страницах книг, когда был ребёнком.

Эпосы о героях Древних Времён, получивших вечную жизнь на страницах Оратории Подземелья. Чёрный Дракон — это жестокий и безжалостный монстр, который появляется в последней главе книги.

Храбрейшие из героев пожертвовали своими жизнями, чтобы лишить его одного из глаз и вынудить Короля Драконов вернуться в небеса.

Я не знал, что мне сказать, после слов Гермеса эта история всплыла в моей голове сама собой и я ощутил тяжесть.

Живое бедствие, живая легенда, смерть во плоти.

Создание, которое появлялось в множестве героических истории и легенд древности не просто вымысел, оно живое… я застыл на месте.

— Паствы Зевса и Геры потеряли своих сильнейших последователей в битве в Чёрным Драконом, отчего божества оказались слабыми и уязвимыми. С этого момента мы и начали разговор. Локи и Всевышняя Фрея объединили свои силы против сильнейших драчунов — и своих самых больших соперников — выкинув тех из города.

Гермес улыбнулся снова и тряхнул плечами.

— Это стало первой весточкой смены времён. Даже Гильдия, которая поддерживала их правление целыми поколениями, не защитила ослабших Геру и Зевса.

Гермес сделал упор на эти слова, как будто пытался сказать, что Гильдия попросту не смогла их защитить.

— После падения Зевса Орарио и стал таким каким ты его видишь.

— …

— Люди мира всё ещё ждут завершения последнего из Трёх Великих Заданий, убийства Чёрного Дракона. И, как жителю Орарио, тебе придётся сыграть в этом свою роль.

Гермес наконец подвёл итог, и улыбнулся, а я застыл на месте не в силах пошевелиться.

Потом он рассказал, насколько была могущественна и знаменита Паства Зевса и как она была связана с судьбой Орарио.

Я, конечно, вырос в небольшой деревушке где-то в горах. И всё равно мне сложно понимать, насколько я был беззаботен. Этот мир, который, на первый взгляд, кажется таким мирным, скрывает где-то в тенях настоящее бедствие.

Где сейчас Чёрный Дракон, чем именно он занимается, вот что мне хотелось бы знать… Но поскольку я всего лишь молодой и неопытный авантюрист, не думаю, что у меня есть на это право. Да и причин на это нет.

Я понимаю, что приблизиться в силе к этому Дракону могут лишь воины, которые принадлежат к двум самым могущественным Паствам.

— …Эм, Всевышний Гермес?

— Что такое?

— Всевышний Зевс и Всевышняя Гера… можно узнать, что с ними стало?

У меня появилось чувство, что мне не стоит задавать вопросы о Трёх Великих Заданиях, поэтому я решил узнать об изгнанных богах.

Он довольно долго смотрел на меня, а потом улыбнулся и прикрыл глаза.

— Зевс из стойких. Мысль о возвращении в Тенкай была довольно разумна, но никто не знает, что на самом деле произошло с этим добрым стариком. Может он ищет новых героев или прячется в каком-нибудь убежище, погрязнув в отчаянье. Но, зная его, я бы сказал, что он отправился на край земли просто чтобы увидеть, что там… Скорее всего так и есть.

— П-понятно.

— Тебе правда интересно?

Я отвёл взгляд и сказал, что не слишком. По какой-то причине, мне не хотелось давать прямой ответ.

Слова о том, что два божества были изгнаны из города заставили меня задуматься.

Если, по какой-то причине я ввяжусь в драку за власть, и мы проиграем… Боженька и я… мы тоже будем изгнаны?

Не могу игнорировать этот факт и относиться к этому так, будто это не моя проблема. Мне немного страшно.

— Кажется наш разговор вышел довольно долгим. Прости, что отнял у тебя столько времени, Белл.

— Н-нет, всё в порядке. Спасибо что вы со мной поговорили.

Наш разговор был окончен, Гермес одарил меня одной из своих очаровательных улыбок. Неожиданно тяжёлая атмосфера будто улетучилась с балкона.

Гермес подмигнул мне, в ответ на мои слова.

— Скажи Белл, ты не собираешься потанцевать?

— А?

— Загляни внутрь. Видишь?

Я перевёл взгляд и посмотрел на оживление в самом центре бального зала.

— Дедушка про это тебе говорил, разве нет? Что в Орарио столько роскошных женщин и прекрасных дам, что весь остальной мир зеленеет от зависти? Наслаждайся возможностями, которые у тебя есть.

— Э? Вы… о чём?

О нет, опять эта улыбка. Я видел такое лицо Гермеса раньше.

Он приобнял меня за плечо и подвёл к окну. Уголки его губ так сильно разошлись в улыбке, что я удивился, как его зубы не достали до ушей.

— В-всевышний Гермес, я не умею танцевать, так что не беспокойтесь. Я доволен уже тем, что сюда пришёл!..

— Куда делась твоя смелость, Белл? Ну что, кто в твоём вкусе?

Он лишь усилил свою хватку, с той же самой улыбкой.

Я не мог пошевелиться, так что мне пришлось разглядывать разбросанных по залу девушек. Я заметил одну совершенно поразительную богиню, танцевавшую в середине зала, её платье развевалось. Неподалёку, кто-то приглашал на танец эльфийку. Чуть дальше была стройная кошкодевушка, наслаждавшаяся кушаньями. Мой взгляд метался от одной девушки к другой, пока я рассматривал зал от одного края до другого.

Я сражался с нарастающим смущением. Я уверен только в том, что мне нельзя на неё смотреть. На кого угодно, но только не на неё… а потом этот план провалился.

Я увидел локон светлых волос посреди убранства зала — я нашёл взглядом Айз.

Разумеется, Гермес это заметил.

— Ого-го! Кенки, значит? Да ладно, не отпирайся.

— Нет! Я просто… эм!

Я притих после того как моё лицо загорелось так сильно, что на нём можно было яйца жарить.

Гермес молча посмотрел на меня. Ничего не предвещало беды, пока его взгляд не блеснул, и он не расплылся в ещё одной широкой улыбке.

— Вот оно что… ясно, ясно.

— Ну, эмм…

Бог кивнул и посмотрел на меня с застывшей улыбкой на лице.

Он узнал. Только что он всё понял; это было написано у него на лице. Моё тело затряслось, будто от электрического тока.

Он видел меня насквозь, будто я был прозрачный. Я отвёл взгляд, потому что не мог поддерживать визуальный контакт и запрокинул голову, пытаясь себя успокоить.

В тот же момент. — Ну ладно, сейчас мы всё уладим!!! — слова Гермеса прозвучали гораздо возбуждённей чем минуту назад. — Я не Бог Любви, но это не значит, что не в моих силах зажечь искру!

— Зачем вы так кричите?!

Гермес мне не ответил. Вместо этого он схватил мою руку и повёл меня обратно в зал. Он широкими шагами направился к Айз.

— Ч-Что вы делаете?!

— Веду тебя к твоей паре для танца, разумеется! К Кенки, к кому же ещё?

Сердце чуть не выскочило из груди.

— Я не смогу, это невозможно! Не бывать этому!

Я повторял эти слова снова и снова, они становились всё громче и громче, а Гермес тащил меня по бальному залу. Он будто не слышал.

Будто я могу попросить её со мной потанцевать. А даже если бы и мог, будто она примет эту просьбу. Мало того, наши богини никогда не позволят такому случиться!

Гермес обернулся и одарил меня одной из своих классических «мужицких» улыбок. Может одно из моих возражений наконец его достигло?

— Я всё улажу. У меня есть идея.

Стоит сказать, что он только больше скорости набрал со мной на хвосте.

Идеально подобранные мелодии музыкантов заполняли зал. Люстры с магическими камнями были приглушены, отчего в зал проникал лунный свет.

Гестия и Локи спорили где-то в уголке зала. Айз стояла рядом с ними. Кажется, любой, кто протянул бы ей руку, оказался бы немедленно сметён яростью через чур заботливой богини Паствы Локи. Сомневаюсь, что к ней даже поздороваться подходили.

Она стояла там и, наблюдая за сварой богинь, думала, стоит ли ей вмешиваться.

Гермес наконец отпустил мою руку и подошёл к этой троице.

Дождавшись подходящего момента в споре Локи и Гестии он как настоящий, джентльмен склонился перед Айз.

— Не могу передать как вы прекрасны этой ночью, Кенки! Могу я, Гермес, пригласить вас на танец?

Я увидел, как бог протянул девушке руку. В моей голове пронеслось столько мыслей, что я и пересчитать их не мог, не то что обдумать.

Айз побледнела, и застыла на месте перед богом. Не зная, как ему ответить, она пыталась поглядеть на свою богиню, Локи. К несчастью для неё, в данный момент спор между Локи и Гестией был в самом разгаре.

Спустя несколько долгих секунд Айз посмотрела на Гермеса открыла рот. Кажется, она собиралась отказать, но прежде чем она это сделала…

— Вот же досада! Как я мог забыть о чём-то настолько важном?! Только что вспомнил!

Гермес отвернулся, его рука оказалась на лице. Это было настолько театрально, что я будто оказался посреди какой-то драмы.

Я несколько раз моргнул, кажется мои глаза превратились в точки от удивления. Айз не двигалась, мне показалось, что она даже дышать перестала.

Хлоп! Гермес хлопнул в ладоши, будто ему пришла какая-то мысль. Он посмотрел через плечо на меня.

— Мне, как божеству и как мужчине будет неловко отказываться от своего собственного приглашения — Белл, займи моё место.

Я чуть не уронил на пол челюсть. У Айз, кажется, закружилась голова.

Наши глаза, казалось, сейчас вылетят из орбит.

— Эм, что вообще происходит?..

— Ты же понимаешь, Белл? Моя репутация сейчас на кону, так что не подведи.

Каждый мускул моего тела немедленно напрягся. А потом Гермес мне подмигнул.

Подмигивающий бог только что вынудил меня сыграть роль в каком-то его плане — неужели Гермес только что дал мне возможность пригласить Айз на танец? Он собирается принять на себя ярость богинь?

Это подмигивание позволило мне понять, что сейчас произошло. Гермес был вместе с нами на восемнадцатом этаже и в Ривире. Кажется, он верил, что поскольку мы с Айз знакомы, она не отвергнет моё приглашение.

Бог улыбнулся и отошёл. Мы с Айз остались наедине, уставившись друг на друга.

— …

— …

Дистанция между нами осталась неизменна, мы просто стояли и смотрели друг другу в глаза.

Мне стало очень жарко. Наконец я принял решение.

Я не могу тратить впустую возможность, которую подарил мне Гермес. К тому же, я не могу отойти от ошеломлённой девушки стоявшей, напротив. Если я её оставлю, стыд будет преследовать меня до конца жизни.

Но… как мне её пригласить?

Шторм, который бушевал в моей голове, казалось дождём пролился на моё лицо и руки — и тут неподалёку возник Миах.

Я отвел от Айз взгляд и увидел стоявшую за её спиной Нажу.

Мы с Айз перевели удивлённые взгляды на эту пару, Миах и Нажа сделали шаг друг другу навстречу.

— Миледи, не хотели бы вы подарить мне этот танец?

Миах протянул Наже руку с вежливым поклоном. Она улыбнулась и приняла руку божества.

— С радостью.

После этого они, рука к руке, отправились в центр зала. Мы с Айз увидели наглядный пример, прямо перед собой. Миах и Нажа нам улыбнулись, кажется им понравилось происходящее.

Тук-тук. Сердце выпрыгивало из груди.

Они в своей манере попытались мне помочь; мне нельзя больше стоять просто так.

Айз посмотрела на меня, и я сделал шаг.

Тук тук. Звуки моих шагов прорвались сквозь остальные звуки зала. Я медленно приблизился к девушке, дистанция между нами пропала.

Остановившись, я протянул руку и посмотрел ей в глаза.

— Можно мне… Могу ли я… Вы со мной станцуете?

Я быстро отвернулся, пытаясь скрыть красноту своего лица.

Я протянул левую руку, моё сердце билось быстрее с каждой секундой.

Наконец я несмело взглянул на неё… Наряженная в своё прекрасное платье Айз мне улыбалась.

— …С удовольствием.

Я ощутил, как её рука легла в мою. Собирая всю храбрость, которая во мне была, я обхватил её пальцами.

Мы пошли к середине зала, держась за руки.

Надеюсь она не чувствует мой пульс через пальцы; сердце стучит как ненормальное. Изо всех силы пытаясь выровнять дыхание мы нашли местечко посреди танцующих пар. Я медленно обхватил Айз правой рукой за спину, а она положила руку на моё плечо.

Теперь мне нужно просто слушать ритм, смотреть на других и попытаться танцевать.

— Ой-ёй…

— Ммм…

Мы движемся совершенно по-разному.

Я поворачиваюсь; она делает шаг. Мы будто сражаемся чтобы просто устоять на ногах. Айз одна из первых среди рыцарей, так что танцы — это не её стезя. Но дело не только в этом, я парень, а вести её не могу. Это жалко.

Топ. Голова Айз ударила меня прямо в грудь. Если что-нибудь не придумаю, всё совершенно разладится. Но что придумать? Холодный пот пробежал по моей спине.

— Успокой свой разум. Не пытайся вести её силой.

— !

Как раз в тот момент, когда мы с Айз попытались понять, как поставить ноги, показалась ещё одна пара. Такемиказучи и Микото.

Микото была красной, но точные и движения Такемиказучи направляли её в танце. Они прокружились мимо нас и когда мы были спина к спине, шёпот бога достиг моих ушей.

— Расслабь плечи. Убери взгляд со своих ног и смотри вперёд.

— Б-Белл-сан. Битва не проиграна, если вы не наступаете друг другу на ноги.

Такемиказучи направил Микото мимо нас. Крупная капля пота покатилась по моей щеке, пока я отчаянно пытался следовать их советам.

Айз тоже слушала. Наши ноги встали друг напротив друга.

— Вы авантюристы — смотрите друг на друга. Предугадывайте движения партнёра ногами, ваша связь должна быть во взглядах. Не нужно никакой техники, просто наступление и отступление.

Слова Такемиказучи снова и снова проносились в моей голове. Я будто вернулся на городскую стену, когда тренировался с Айз.

Я отчаянно пытался понять, с какой стороны она нападёт и защититься. Какое движение последует дальше, чего она хочет? Мы снова начали совершать первые шаги.

Я смотрел в её глаза, блестящие в лунном свете. Я не знаю, что именно случилось, но мы вскоре улыбнулись.

— Направо?

— Н-налево, пожалуйста.

Поначалу неуверенно, но потом медленно мы наконец начали двигаться в унисон.

Мы не знали, что сказать; наши глаза и совместные движения говорили всё за нас.

Такемиказучи улыбнулся. Кажется, он подумал, что дальше мы справимся и сами, потому что они с Микото оказались в другой части танцевального пространства.

— Чёёёёёёёёёёёёё?! Какого чёрта ты там творишь, Айз?! Пусти, Малявка! Я сказала руки убрала!!!

— А? Указывать мне вздума…Чегооооооо?! Погоди-ка, Белл!..

Два громких крика достигли моих ушей, откуда-то из угла зала. Я даже заметил двух разъярённых богинь уголком глаза. От напряжения хвостиков Гестии мне даже стало не по себе.

— …Держи их, Асфи!

— За последствия я отвечать не собираюсь…

— Ммммгххх!!!

Но в этот момент Гермес дал указание, и перед богинями возникло развевающееся платье мисс Асфи.

Тонкие женственные руки схватили богинь. Божествам оставалось только наблюдать за происходящим. Я посмотрел на Айз, казалось, она потеряла дар речи также, как и я.

— …Оттар. Можно ли выпустить орду минотавров прямо здесь и сейчас?

— Это нереально, госпожа Фрея…

…Почему у меня по спине холодок пробежал?

— Это мой первый…

— А?

— Я первый раз танцую… — я увидел, как движутся губы Айз. Мы были одного роста, так что разговаривать было легко. — Когда я была маленькой я всегда хотела попробовать…

— П-правда?

— Да.

Это неожиданно.

Чувство было странным, но на моём лице была улыбка. Я ощутил, что губы расплываются с каждой секундой.

— Поэтому я рада… Спасибо.

Айз смущённо отвела взгляд, а потом, тоже улыбаясь, посмотрела на меня.

Какое-то мгновенье она выглядела невинным ребёнком, а не несгибаемой воительницей, которую я знаю. Я потерялся во взгляде её золотых глаз.

Маска утончённости и изящества, которую она всегда носила пропала, её сменила улыбка маленькой девочки.

Возможно, нет, определённо — это настоящая Айз Валленштайн. Не воительница.

— !!!

Я знаю, что я улыбаюсь.

Я так рад, что даже не представляю, насколько странное сейчас выражение на моём лице.

Айз улыбается мне в ответ, её взгляд слегка подрагивает. Моя рука у неё на поясе, а её на моём плече, мы слились с другими парами, вальсирующими в зале.

Золотые пряди её волос качаются в такт музыке.

Наши шаги стали увереннее, мы кружились, как и остальные пары в зале.

Люстры с магическими камнями создавали ощущение волшебства этого вечера и наше кружение в танце казалось сном.

Танец кончился, мы с Айз нашли Гермеса и остальных стоящими у стены зала.

Я вёл Айз за руку так долго, как мог, прежде чем наконец отпустить. Ощущение её нежных и тёплых пальцев ещё осталось в моей ладони. Моя голова витала в облаках, а Айз тихонько вздохнула и её тело расслабилось.

Миах и Нажа, а также Такемиказучи с Микото нам улыбнулись. Не думаю, что я хоть когда-то в жизни был так смущён, но мне нужно их отблагодарить.

— Эм, огромное спасибо вам за помощь. И вам тоже, Всевышний Гермес…

— Рад услужить.

Он улыбнулся и уже открыл рот чтобы продолжить. Но тут же его закрыл и поднял обе руки в воздух.

— По крайней мере я умру, зная, что ты был счастлив.

— ГЕРМЕС!!!

Две разъярённые богини появились за спиной Гермеса.

Шлёп! Две пары рук сбили его с ног и оттащили в угол комнаты.

— Гьяяяяя!!! — крики боли пролетели по залу. Моё лицо мгновенно побледнело.

Когда с «казнью» Гермеса было покончено, боженька подскочила к нам будто снаряд, выпущенный из пушки. Бам! Айз была от меня отброшена.

— Белл! Теперь ты танцуешь со мной!

— Айз, мы с тобой пол потопчем! Отказ не принимается!

Гестия оживлённо схватила меня за руки. Взгляд её глаз наводил ужас. Айз была не в лучшем положении. Локи практически схватила её медвежьей хваткой.

Все мои мышцы напряглись, я выпрямился по струнке, взяв руки богини в свои.

Мне пришлось улыбнуться. Я просто не могу ей отказать…

— Гости, наслаждаетесь ли вы Празднованием?

Аполлон, хозяин вечера появился перед нашей небольшой группой.

Несколько его последователей, одетых в униформу, рассредоточились, божество расправило плечи.

Секундочку, а когда остановились музыканты? Почему вокруг воцарилась такая тишина?

— Подобное оживление очень меня радует. Оно позволяет мне понять, что я устроил это Празднование не зря.

Мы все остановились, замерев на местах, к нам начали приближаться все гости вечера. Вокруг нас мгновенно оказалось кольцо божеств, а Аполлон стал его центром.

Носивший лавровый венок бог посмотрел на Гестию закончив со стандартным приветствием.

— Много воды утекло, но… Гестия. Так случилось что мои дети причинили тебе определённые неудобства.

— …Да, как и моё дитя тебе.

Аполлон улыбнулся, но боженька смотрела на него с явным подозрением.

Мы обязаны всё уладить напрямую. Гестия сделала глубокий вдох, подбирая правильные слова для своей будущей речи.

Однако, времени на это у неё не было.

— Моё прелестное дитя было серьёзно ранено твоим мальчиком. Я требую возмещения.

Аполлон сделал шаг первым и выдвинул своё требование.

Я удивлённо наклонил голову, почему-то меня охватила нервозность. Гестия же грозно махнула рукой, она серьёзно разозлилась.

— Это преувеличение! Мой Белл тоже был ранен! У тебя нет права что-то требовать!

— Мой дражайший Лунь пришёл домой таким избитым и окровавленным, в тот день, что мне даже пришлось закрыть глаза… Моя душа трепетала от его вида!

Аполлон приложил руку к груди, как актёр, который играет очень драматическую роль, после чего развёл руки. Он указал на одного из своих последователей, все они рыдали. За спиной Аполлона появился силуэт.

— Ах, Лунь! — воскликнул Аполлон и бросился к появившемуся авантюристу.

Лунь… тот полурослик из бара… Всё его тело было обмотано бинтами, будто у какой-то древней мумии. Он всхлипывал от боли, шагая к Аполлону за помощью.

— Болит, всё очень болит…

— Б-Белл!.. Что ты такого с ним сделал, неужели так сильно?..

— Нет, я его не избивал!

Я крикнул во весь голос, пытаясь заверить свою дрожащую богиню. Это уже слишком!

— Вдобавок, я слышал, что это твой ребёнок полез в драку. И этому много свидетелей. Не тебе говорить в таком тоне.

Шух. Бог поднял руку и сделал жест, будто подзывая людей. Эти люди вышли вперёд, окружив нас ещё более плотным кольцом.

Свидетели… другие посетители Хибачитей? Я не помню, чтобы кого-то из них видел, но, после этого, все они заявили, что они там были и подтверждают слова Аполлона. Самое странное, что все они после этого смотрели на меня с улыбкой.

Им заплатили? Они и правда были там? …Иначе в этом нет никакого смысла.

У меня появилось очень плохое предчувствие.

— Подожди-ка, Аполлон. Моё дитя нанесло первый удар. Гестия не заслуживает всех этих обвинений.

— Гефест, какая у вас прекрасная дружба, но тебе не нужно прятать её за своей спиной. Ясно как день, что парень Гестии просто отправил твоё дитя сделать за него грязную работу.

Всевышний Аполлон немедленно разбил заявление Гефест, добавив, что ей стоит спросить себя о верности рассказанной ей истории. Не прикрытый повязкой глаз богини нахмурился.

Он загоняет нас в угол, какими-то надуманными обвинениями, говоря кто что сделал и, кто чего не делал. К несчастью на стороне Аполлона немало людей. Его аргументы кажутся убедительнее.

— Один из моих дражайших последователей был серьёзно ранен. Я не могу видеть его в таком состоянии. На кону репутация моей Паствы… Гестия, готова ли ты понести за это ответственность?

— Хватит уже! Будто я приму твоё враньё!

Я заметил, как изменилось лицо Аполлона после отказа Гестии — в нём было нечто очень злое.

Уголки его губ поползли вверх в мрачной улыбке, совершенно неподходящей божеству.

— Значит ты не оставила мне выбора! Гестия — я требую «Битвы»!

Боженька растерялась так же, как и я.

…«Битва»

Это организованное сражение между двумя Паствами со строгим набором правил. Каждое божество выставляет своих последователей, как фигуры в настольной игре и отправляет их бой для проверки решимости.

Другими словами, последователи сражаются на войне за своих богов.

Победившее божество забирает у проигравшего всё. Победитель получает право распорядится проигравшим как ему пожелается. Обычно, забираются все деньги, имущество и даже члены Паствыпроигравшего.

Об этом говорилось в самой строгой лекции, которую Эйна проводила на моей памяти. Услышав о «Битве», я лишился дара речи.

Паства Гестии состоит только из меня и боженьки, разве могут у нас быть шансы против Паствы Аполлона, которая занимает одно из лидирующих мест?

Это даже не смешно.

— Вот это заявление от Аполлона!..

— Какая неслыханная…

— А я, вообще-то, с удовольствием бы посмотрела.

Как только Аполлон сделал это заявление, вокруг начались обсуждения.

Боги и богини всегда жаждут развлечений и с их точки зрения это вызывает интерес.

В кольце людей слышались голоса, поддерживающие Аполлона. Мы с боженькой были окружены со всех сторон. Я осмотрел окружающих и увидел притихшую Локи, а потом мой взгляд упал на очень обеспокоенную Айз.

— В качестве извинений… Я требую от тебя передачи Белла Кранелла в моё распоряжение.

Эти слова практически сбили Гестию с ног.

— Что?! — я снова посмотрел на боженьку, только для того чтобы увидеть её ярость. — Так вот чего ты всё это время добивался!..

Я был поражён… о чём они говорят? Я переводил взгляд с одного божества на другое снова и снова.

От улыбки на лице Аполлона пробегал холодок.

— Это нечестно, Гестия. Ты подмяла под себя такого милого мальчика…

Бам!

Каждый волосок на моём теле поднялся. От моего лица отлила кровь.

Пронзительный взгляд Аполлона меня сверлил.

Никогда в своей жизни я ещё не чувствовал такой явной тревоги. Боженька недавно говорила, что Фрея может меня «поглотить» — и теперь я понимаю, что она имела в виду.

— Ах ты гнусная свинья!!!

Всевышняя Гестия уставилась на Аполлона с яростью, будто он был причиной всех бед. Аполлон посмотрел на неё в ответ.

— Грубо, Гестия, как же грубо. А ведь когда-то мы поддались мелодии любви. Я даже предложил тебе моё сердце, тогда, в Тенкае, не так ли?

—Ложь!!! Наглая ложь!!! Не поддавайся на его слова, Белл!!! Этот ветреный гад за мной увязался, а я его отвергла! Думаешь, что такая юная и чистая богиня как я способна принять предложение от извращённого ублюдка, вроде этого?!

— К-конечно нет!..

Пульсирующая ярость, которую излучала побагровевшая боженька, заставила меня отстраниться.

Выходит, вот почему ей не нравится Аполлон — он просил её руки. Кажется, Гестия осталась без сил. Она тяжело дышала, её плечи опустились, а по лицу катились капли пота.

Но теперь я вижу. Я понял.

Скорее всего, Аполлона привлекают те, кто выглядит как Всевышняя Гестия… или я. Пол, для него, не имеет значения. Как только он видит кого-то, кто ему нравится, он не остановится ни перед чем.

Паства Аполлона… Если подумать, все члены его группы, которых я видел подходят под одно описание: молодые невинные на вид парни и девушки. Те, кто собрались тут, Дафна и Кассандра, которые передали мне приглашение… даже Лунь, полурослик, выглядел примерно так.

Его одержимость зашла так далеко, что сияла будто солнце.

…Фаллос.

Бог, желания которого довели его до неприличного прозвища… Вот каков Аполлон.

— Начиная с той драки в баре, с того вечера, всё было частью твоего плана, Аполлон!.. Всё ради того, чтобы украсть у меня Белла!

Осознав, что мы попались в ловушку, Гестия зыркнула на большинство божеств, которые поддерживали пригласившего их на развлечения Аполлона. Наши сторонники были в меньшинстве. Нажа и Микото озадаченно смотрели на происходящее. Миах и Такемиказучи хмурились, молчаливо наблюдая за развитием событий. Гефест вздохнула и начала массировать виски. Гермес стоял с ней рядом и переглядывался с мисс Асфи.

Мы оказались одни. Моя голова начала кружиться, когда я переводил отчаянный взгляд с одного лица на другое и, так случилось, что мой взгляд упал на Фрею потягивавшую вино из своего бокала. Наши взгляды на мгновение встретились.

— Гестия, что ты ответишь?

— Кажется, выбора ты мне не оставил, не так ли?!

Боженька повернулась спиной к Аполлону, когда он задал вопрос.

Если всё действительно перерастёт в «Битву», у Паствы Гестии нет ни единого шанса. Мне придётся в одиночку бороться против целой группы.

Гестия отвергла условия мира.

— Уверена, что не пожалеешь об этом?

— Едва ли! Белл, мы уходим!

Гестия одарила ухмыляющегося Аполлона злым взглядом хватая меня за руку.

— Как-то вяло… — несколько божеств были явно разочарованы такой реакцией, расступаясь и позволяя нам уйти. Честно говоря, не думаю, что хотел бы сейчас оказаться одним из тех, кто стоит у Гестии на пути. Может она и невелика ростом, но ярость, которую она излучает заставляет волосы вставать дыбом. Мы покинули бальный зал и спустились по лестнице.

— …

Приятный на вид молодой человек стоял у выхода. Наши взгляд встретились.

Холодный взгляд Гиацинта врезался мне в память.

— …

Боженька провела меня мимо, но я ещё оглядывался через плечо.

Я видел, как медленно уменьшаются дворец, в котором проводился вечер и последователь божества, которое его проводило.

Казалось, будто это зрелище говорило мне, что это ещё не конец.

----------

Глава 3. Взрыв.

В утро после Празднования Богов встало солнце.

Гестия обновила характеристики Белла в доме их Паствы, комнатке, скрытой под старой церковью. Они были заняты подготовкой к новому дню.

Белл Кранелл.

Уровень 2.

Сила: C 635 Защита: D 590 –> 594 Проворство: C 627

Ловкость: C 741 Магия: D 529

Удача: I

Заклинания

(Вспышка)

— Заклинание быстрого действия

Навыки

(Решимость Героя, Аргонавт)

— Заряжается активным действием

Совсем немного увеличились...

Держа в руках лист бумаги Белл опускал зелья в сумку на ноге.

Он снова посмотрел на свои Характеристики, его взгляд уткнулся в Защиту, которая немного возросла уже после возвращения из Подземелья.

Он не спускался туда после битвы с Голиафом на восемнадцатом этаже пять дней назад. Целых два дня прошло с потасовки в Хибачитей. Удар, принятый от Гиацинта в том бою был достаточно силён, чтобы полученная экселия отразилась на характеристиках.

Третий уровень не просто для вида. Белл почесал затылок, ему вспомнилось его позорное поражение.

— Вот придурок. Битва то, Битва сё…

Гестия вместе с тем переодевалась в свою униформу. Она бормотала проклятия себе под нос с того самого момента, как они вернулись со званого вечера. Прикрыв дверь шкафа, богиня села на софу и позвала Белла.

— Пожалуйста, Белл, будь осторожен. Я сомневаюсь, что он настолько глуп, чтобы напасть уже сегодня, но некоторые из его последователей могут снова попытаться спровоцировать драку.

— Я-я буду…

Белл легонько кивнул, услышав предупреждение богини.

Паства Аполлона сейчас занимается глобальным заговором, чтобы похитить Белла из-под опеки Гестии, и богиня ничего не может с этим поделать. Обновить Характеристики Белла, несмотря на то, что в Подземелье он не был, это единственная мера, которую она может использовать чтобы подготовиться к следующей стадии плана противника. Разумеется, это очень мало, но Гестия готова сделать всё, что в её силах.

— Обещай мне, Белл — пообещай, что ты сбежишь при первом же признаке опасности. Никогда не ходи один и всегда оставайся в местах, где много людей.

— Обещаю.

— И сейчас, работа вместе с Микото и её группой была бы неплохой временной мерой. Таке знает, что происходит так что они позволят тебе присоединиться к их боевой группе.

Белл воспринял слова богини предельно серьёзно. Он неоднократно слышал от Айз и Лили, что засады в Подземелье — это не редкость. К тому же, парень понимал, что никогда не бывает достаточно осторожен.

Белл надел броню, получившую серьёзные повреждения после битвы на восемнадцатом этаже Подземелья. Вместо полностью уничтоженных в бою поножей ему пришлось одевать на ноги старые ботинки. Кинжал Гестии и Ушивакамару крепко легли в ножны на спине, парень встал перед дверью, готовясь отправится в Подземелье.

— Белл, всё равно мы оба идём в Вавил, так что давай прогуляемся вместе.

— Да, это хорошая идея.

Гестия улыбнулась Беллу. Она готовилась к смене в одной из лавок Паствы Гефест в башне. Белл открыл дверь и первым прошёл по лестнице, соединяющей их комнатку с поверхностью.

Короткая лестница была практически не освещена, по бокам от неё стояли пустые, запылившиеся книжные полки. Белл слышал шаги Гестии, идущей следом за ним, после чего сдвинул часть стены, попав в одну из кладовых старой церкви.

Выйдя из кладовой, парень осмотрелся. Алтарь ещё стоял в углу полуразрушенной временем церкви, но в разных углах пола уже пробивались растения. В потолке, а точнее будет сказать в крыше, тут и там виднелось множество дыр, через которые в церковь проникали утренние солнечные лучи. На мгновенье Белл остановился, засмотревшись на кусок голубого неба, видневшийся сквозь одну из самых больших дыр и подумал, что ему стоит найти время и подлатать это место.

…Заклинание?

Белл снова пошёл вперёд, но его охватило знакомое ощущение. Он посмотрел наверх.

В воздухе возникают едва заметные волны, когда маг произносит своё заклинание или использует его. Эти волны очень сложно уловить и, поскольку Беллу не приходилось читать заклинания самому, он не был уверен в своих ощущениях.

Он снова осмотрелся, в этот раз его взгляд скользил куда быстрее. Парень увидел Гестию, едва появившуюся из узкого прохода в кладовую. Они обменялись взглядами, наклонив головы.

Ощущая опасность, Белл жестом указал богине, стоять на месте и вышел через парадный вход церкви.

— …

В тот же момент, когда солнечные лучи коснулись его лица…

На крышах окружающих зданий оказалось множество силуэтов.

Со всех сторон на парня смотрели взгляды. Фигуры авантюристов окружали выход из церкви. В руках у них были луки и посохи.

…Паства Аполлона.

Холодный пот пробежал по телу Белла, когда парень узнал эмблемы на броне, поблёскивающие в солнечном свете.

Когда Белл сделал шаг за дверь, оружие уже было положено наизготовку. Лучники натянули тетиву, маги держали наготове заклинания, им нужно было лишь закончить последние слова. Целый квартал города светился от магической энергии, неестественный ветер пробегал по улице в утреннем затишье.

Мужчина-эльф, чьё лицо было скрыто шарфом держал руку поднятой, будто он командовал этой группой авантюристов. Тело Белла напряглось — он рванул обратно в церковь.

Парень сделал безумный рывок к Гестии, всё ещё стоявшей перед кладовой. Белл схватил удивлённую богиню и побежал к старой комнатке собраний за алтарём, в самом углу церкви.

Не прошло и нескольких секунд, как эльф опустил руку и прозвучал оглушительный взрыв.

Седьмой участок Орарио расположен к северу от Западной Главной Улице.

Множество горожан живёт в этом районе, зажатом между Западной Главной и Северо-Западной Главной улицами. Громкий взрыв вызвал в этом небольшом районе настоящий хаос.

— Что происходит?

— Огонь, мя?!

— Сейчас же утро, не могли своими дрмячками попозже занмяться….

Работницы «Щедрой Хозяйки», девушка-человек Руноа, и две кошкодевушки Хлоя и Аня, выбежали из здания на главную улицу. Люди повылезали отовсюду, уставившись на чёрный столб дыма, поднявшийся всего в нескольких улицах от них.

— Тмякие взрывы озмячают бой.

Уши Хлои вздрогнули, она наблюдала за поднявшимися клубами дыма. Это не какой-нибудь пожар от кухонной печи, только заклинания делают взрыв таким оглушительным, а дым таким плотным. Вскоре прозвучал ещё один взрыв и столб дыма стал сильнее. Острый взгляд девушки уловил силуэты, бегущие по крышам, прежде чем они исчезли за одним из зданий.

— Неужели?..

— Две Пмясвы сошлись?

— Дмявненько тмякого не было.

Большинство людей пришло к такому же заключению и высыпало из своих укрытий.

В городе, с таким множеством Паств, как Орарио, разлад между авантюристами не редкость. Ни дневной свет, ни близость Гильди этому не мешало, множество Паств действовало напрямик. Никто не заботился о возможных свидетелях и окружающих людях.

Конные повозки пустились в окружную, а горожане разбегались в страхе от источника дыма, в то время как на улицу вышли и остальные работницы «Щедрой Хозяйки», чтобы посмотреть на действие. Единственным исключением стала владелица, Мия. Она просто отодвинула занавеску и, открыв окно, высунула голову наружу.

Столб дыма достал до облаков.

— Пмяства которая живёт в том районе… Не думяете, что это за беловолосиком?

— Тише.

Руноа прикрикнула на Аню.

Пара серебряных глаз с волнением смотрела на поднимающийся дым. В руках девушки была корзинка, заполненная едой для парня, который ещё за ней не явился.

Новый взрыв, на этот раз ближе. После этого корзинка в руках девушки затряслась.

— …

Лю, последняя из работниц, наконец вышла из бара и посмотрела в направлении взрыва.

Волны магической энергии отразились в глазах эльфийки.

Взрывные волны били одна за другой.

Старая церковь рушилась под бомбардировкой магическими атаками и стрелами со взрывным порошком.

Статуя древней богини, стоявшая у входа, упала на землю и разбилась вдребезги.

— ?!

Деревянная дверь с задней стороны церкви распахнулась с такой скоростью, что ударилась о стену и слетела с петель

Белл выбежал из нового прохода в клубах тёмного дыма. Крепко прижимая Гестию к груди, парень рванул между обломками. Он посмотрел себе за спину, как только восстановил равновесие.

Его ожидал лишь вид горящих обломков. Всё что осталось от его дома.

— …ШЬЯЯЯЯЯ!

— ?!

Сейчас не время предаваться ностальгии. С крыши спрыгнуло несколько силуэтов.

Группа зверолюдей с мечами и кинжалами приземлилась на землю, окружив парня и богиню с такой скоростью, будто их появление было ожидаемо. Перебросив Гестию на левое плечо, Белл правой рукой выхватил Кинжал Гестии и отразил удары.

Блок, уворот — на и без того повреждённой броне появилось несколько новый царапин, к тому времени как Белл отбился от нападавших и вернулся в чёрные клубы дыма.

Атакующие замерли, не зная, как им реагировать на такой манёвр. Ощутив их замешательство, Белл воспользовался дымом как укрытием и ринулся в ближайший переулок.

— Буээээ!

Гестия раскашлялась, как только клубы дыма остались позади.

Белл обхватил ноги богини правой рукой, игнорируя пепел, покрывающий его лицо. Он бежал так быстро, как только мог, чтобы оторваться от своих преследователей.

…Они подготовили засаду?!

Посреди города, при дневном свете!

Безжалостная атака Паствы Аполлона заставила Белла ощутить новую волну страха. Это не засада в тёмном углу Подземелья. Их враг открыто вторгся на их территорию на поверхности, напав всеми силами.

Поскольку «Битва» была отклонена, Паства Аполлона перешла к действию сразу?

Неужели Паства Аполлона официально объявила Паству Гестии своим врагом?

Они отбросили все формальности и даже проигнорировали возможные санкции со стороны Гильдии?

Разум Белла был переполнен мыслями, вопросов в его голове становилось всё больше. А потом, внезапно –в худшем случае, Орарио станет полем боя двух Паств — слова Эйны перебили все прочие мысли в его голове.

Белл осознал, что теперь он официально вовлечён в сражение двух Паств.

— Белл, кто это?!

— Паства Аполлона!

Выкрикнув два слова во весь голос, Белл ещё быстрее понёсся по аллее, шириной три метра.

Голова Гестии покоилась на левом плече Белла, богиня смотрела на пылающие вдали остатки церкви.

— Э-этот монстр?! Уничтожил наше с Беллом любовное гнёздышко!..

— А?!

Выбор слов Гестии застал парня врасплох, но сейчас у него были проблемы совершенно иного масштаба.

Белл посмотрел на всё со стороны — теперь ему некуда возвращаться; место, которое он называл своим домом исчезло. Этот факт потряс его до самой глубины души.

— Белл, они перед нами!

В глазах Белла читалось выражение потерянного ребёнка, в их уголках появились слёзы. Голос Гестии вернул его к реальности.

Парень снова посмотрел вперёд и заметил группу из пяти авантюристов на другом конце аллеи. Оружие каждого из них было наготове, клинки блестели в тусклом свете. Он свернул на правую улицу, чтобы разминутся с этой группой.

Звуки сотен шагов раздавались в переулках, и голоса нападавших, перекрикивавшихся друг с другом.

— Он побежал туда!

— За ним!

Справа, слева, сзади, спереди, враги их окружали, и это было слышно.

На лице Белла было замешательство. Он не мог сражаться с Гестией на руках.

Единственным выходом был побег из этой паутины. Выбрав самый быстрый путь, Белл понёсся по нему. В этот момент…

На крышах вдоль выбранного парнем пути будто из ниоткуда возникло десять лучников.

— ?!

По пять с каждой стороны, группа зверолюдей и эльфов, уже натянувших тетиву в их направлении.

Белл бросил на них взгляд. Гестия начала кричать, но даже этот крик был прерван.

Парень наклонился вперёд, и с силой оттолкнулся от земли ногами, его взгляд был направлен только вперёд. Он пронёсся вперёд так быстро, что ему удалось избежать града стрел, который обрушился на него с обеих сторон.

— Он пробежал?!

— Вы чем там наверху занимались?!

Белл пробил себе путь, репутация кролика в его случае была совершенно заслуженна. Ни одна стрела не достигла своей цели. До него донеслись злые крики и звуки шагов, а парень всё пытался разорвать дистанцию.

…Я окружён!

Охотники видели его, они бежали за ним по крышам.

Район города был переполнен врагами — их слишком много, чтобы уклониться и просто сбежать. Общая сила Паствы Аполлона была поразительна.

Парень знал эти улицы как свои пять пальцев, но всё равно никак не мог выбраться. Белл прикусил губу, осознав, что никакая скорость не поможет ему отсюда выбраться. И всё же, он бежал изо всех сил, постоянно поворачивал и петлял в запутанных переулках.

— Белл, это тупик! — Гестия крикнула так громко, будто от этого зависели их жизни.

И действительно, стена одного из домов полностью перекрывала выход с улицы.

Несмотря на то, что Белл оказался перед стеной, он лишь набрал скорость.

— Боженька, держись крепче!!!

Рот Гестии открылся, но она не издала ни звука. Её глаза широко распахнулись, и она прижалась к груди Белла так сильно, как никогда в своей жизни.

Стена приближалась очень быстро, наконец Белл оттолкнулся от земли и оказался в воздухе.

— УАААААААААААААА!!!

Великий прыжок.

Используя невероятное увеличение силы и скорости, полученное с поднятием уровня, Белл перемахнул восьмиметровую стену.

В воздухе Белл лишь немного отклонился от намеченной цели, всё это время его сопровождал крик Гестии. Лишь кончик ноги парня приземлился на крышу дома, но этого было достаточно. Левая нога парня провела его вперёд, и он с лёгким стуком приземлился на крышу, как раз к тому моменту как из лёгких Гестии вышел весь воздух.

Избавившись от духоты переулков, Белл наконец ощутил утренний бриз, пробежавшийся по его волосам, и увидел над собой голубое небо. Он осмотрелся, заостряя внимание на крышах домов и увидел к северу Пантеон.

Сейчас я могу только спрятаться в Гильдии!..

Гильдия обладает в Орарио авторитетом. Атакующие и пальцем не тронут их с богиней, если они окажутся внутри.

Величественный Пантеон был для Белла единственным возможным укрытием. И парень это понимал.

— Тебе стоит сдаться.

— !

Белл повернулся, чтобы увидеть владелицу голоса, раздавшегося за его спиной.

На этой же крыше, в сопровождении группы авантюристов стояла Дафна. Кассандра, одетая в длинную боевую юбку, была среди них.

Дафна стояла гордо, её глаза даже не прищурились от налетевшего холодного бриза.

— Всевышний Аполлон готов на край мира гнаться за детьми, которые ему приглянулись. Пока он их не получит.

— !..

— Так было со мной и Кассандрой. Он преследовал нас с того самого момента, как увидел. Город за городом, страна за страной… Стоило нам расслабиться, он оказывался рядом. Когда это случится с тобой лишь вопрос времени. Рано или поздно ты будешь среди нас, — Дафна раскрыла часть своего прошлого, вместе с предупреждением.

Похоже, она была в таком же положении, так что могла посочувствовать. Гестия скривилась.

— Кажется, настолько настырным раньше он не был!..

История Дафны заставила Гестию понять, что именно происходит. Аполлон задумал забрать Белла любым доступным способом. Богиня ощутила горечь, а её неприязнь к другому божеству переросла в настоящую ненависть.

Он очень… упрям.

В этот раз Беллу вспомнились слова Гермеса, описывавшие бога на Праздновании.

— Сдашься? Скоро ты станешь моим союзником, так что я бы предпочла уладить всё миром.

Тук, тук. Дафна постукивала ладонью по рукояти одного из мечей, висящих у неё на поясе. Белл покачал головой.

— …откажусь.

Белл отклонил предложение и сделал несколько осторожных шагов назад. Гестия всё ещё была у него на руках.

— Этого я и ждала. Ладно, тогда взять их!

В момент отдачи приказа Дафна вытащила меч и указала на Белла. Трое авантюристов разом бросились к парню.

Белл повернулся к ним спиной и рванул по крышам к Гильдии.

— Наша цель ускользает. Пусть группа Лиссоса отрежет ему путь!

Ещё один из подчинённых Дафны кивнул и бросился в другую сторону. Дафна вытащила кинжал и бросила его в убегающих.

Белл услышал свист, предупредивший его об опасности. Не поддавшись панике, парень повернулся и подставил для перехвата клинка правое плечо. Шин! Хоть оружие и не пробило его наплечник, от удара парень потерял равновесие.

Группа из троих авантюристов воспользовалась этим для атаки.

— !.. Боженька! Мне придётся драться!

— Л-ладно!

Белл поднялся на ноги и повернулся к атакующим. В то же мгновенье он перебросил богиню на левое плечо и подхватил рукой. Гестия неожиданно покраснела, если бы ситуация была другой, это стало бы лучшим моментом в истории.

Освободившейся правой рукой Белл схватился за Кинжал Гестии, находившийся за его спиной. Противники подоспели в следующую секунду.

— Вай?!

Белл отразил направленный в него меч кинжалом, после чего прокрутился и перехватил направленное сбоку копьё. Он отпрыгнул от размашистого удара, уклонился от выпада, пригнулся под очередным взмахом. Парень уклонялся от всех атак в последние моменты.

Строй авантюристов и их движения были отточены, удары следовали строго один за другим. Группа авантюристов была отлично натренирована и очень опытна.

Проводя все эти увороты и вращения Белл неожиданно понял, что нисколько не приблизился к Гильдии.

Если так пойдёт и дальше!..

Он не может сбежать с Гестией на руках.

На мгновение встретившись взглядом с Гестией, парень передал ей кинжал. В тот же момент, когда богиня ухватилась за рукоять оружия, парень вытянул правую руку вверх.

В этот момент все трое нападавших были над ним. Белл крикнул.

— Вспышка!

Взрывы пламени вырвался из ладони парня.

Три удара его заклинания отправили троих авантюристов в полёт.

Обнажённая кожа и броня почернели, нападавшие начали кататься по крыше, вскрикивая от боли.

Дафна была удивлена, но отреагировала быстро.

— Кассандра!

— Бегу!

Последний член группы выбежал вперёд. Кассандра подняла посох.

Быстрое чтение заклинания и целебная магия залила крышу.

— ?!

Ещё недавно катавшихся от боли с ожогами авантюристов окружило мягкое синее свечение. Их раны были излечены прямо на глазах Белла. Считанные секунды спустя авантюристы поднялись и злобно уставились на парня.

Наличие Кассандры — лекаря, привело Белла в замешательство.

Лекарь делает группу завершённой. Именно так и должна сражаться слаженная группа Паствы.

От осознания что его только что превзошли и перехитрили кровь Белла застыла в жилах.

— Угх?!

На окружающих крышах начали появляться новые люди. Град стрел и метательных ножей вынудил Белла снова спуститься на улицы.

— Бегает неплохо… но это бесполезно. Ему стоит сдаться, — тихонько сказала Дафна, наблюдая как Белл убегает, со своей крыши. В её глазах было больше сочувствия, чем злобы, парень с белыми волосами скрылся за поворотом.

Она не похожа на Гиацинта и остальных членов Паствы, превозносящих своё божество. Дафна куда худшего мнения об Аполлоне, поскольку её вынудили присоединиться к Пастве Аполлона силой. Но теперь, это божество её семья и он обращает со всеми членами своей семьи хорошо. Дафна следует его приказам; ей кажется, что это её долг, к тому же, бог гораздо дружелюбнее к тем, кто ему нравится — а нравятся ему молодые люди.

И этот самый бог захотел получить себе Белла. Несмотря на жалость к парню, Дафна не может наплевать на желания своего бога.

— Дафна, тебе не кажется, что нам стоит остановиться… Так будет лучше.

За спиной девушки раздался голос. Кассандра, единственный член группы, оставшийся на крыше, привлекла внимание Дафны.

Кассандра разделяла ту же судьбу что и Дафна. Из-за этой связи они очень долго держались в Пастве Аполлона друг за друга. Подруга Дафны стояла на месте, покручивая пальцем свои длинные волосы.

— Остановится?

— Перестать гоняться за этим парнем… Этого кролика опасно загонять в угол.

Дафна вздохнула, услышав таинственное предупреждение Кассандры.

— Снова твои сны?

Дафна спросила так, будто знала ещё до того, как слышала ответ. Глаза Кассандры округлились, и она энергично закивала.

Длинноволосая девушка одарена пророческими снами. К несчастью для неё, никто не принимает эти сны всерьёз. Включая Дафну.

Дафна верила, что Кассандра любит нести случайную ерунду из-за воспитания в высшем свете, которое она получила до того, как оказалась под влиянием Аполлона.

В конце концов, девушки высокого общества зачастую теряются в мечтах и мыслях из-за своих проклятых «магических способностей». Все эти сны смехотворны.

— Кончай нести чушь и пошли.

— П-почему, ну почему ты мне не веришь?

Дафна нахмурилась. Она не хотела сейчас поднимать эту тему. Но также она знала, что, если она хотя бы не спросит, Кассандра начнёт надоедать ей ещё больше. Дафна скривила бровь и посмотрела на Кассандру.

— Ладно. Что ты там видела?

— Эмммм… окровавленный кролик перепрыгнул через луну и поглотил солнце…

Дафна прыснула от смешка.

— Ну точно. Такой бред можно только во сне увидеть.

— Даф!

— Хватит. За ним.

Дафна побежала в направлении, в котором исчез Белл, бормочущая Кассандра побежала за ней следом.

Центральный парк расположен в самой середине города, на пересечении центральных улиц.

Замаскированная под вервольфа Лили и закинувший новенький двуручник на плечо Вельф стояли в огромной тени белой башни, Вавила.

— …Мне кажется, или он слегка задержался?

— Да, Лили тоже так думает… Сударь Белл никогда не опаздывал, даже если что-то случалось, он находил время сообщить.

Вельф и Лили были готовы двинуться на покорение Подземелья. Оружие было заточено, рюкзаки заполнены, всё, что осталось это дождаться появления Белла.

Множество групп авантюристов проходило мимо них по Центральному Парку.

— Те странные взрывы всё не прекращаются… Только у меня на этот счёт плохое предчувствие? — прозвучал голос Вельфа, перехватившего меч покрепче.

— …

Новый кинжал Белла был обёрнут в белую ткань, Вельф держал его в руке. Лили молчала.

Они ждали Белла у западных ворот парка, с этого места открывался вид на Западную Центральную Улицу. Первый взрыв раздался насколько минут назад, и они до сих пор сотрясали воздух. Звуки этих взрывов звучали неестественно, очень похоже, что они были созданы Заклинаниями. Горожане и авантюристы с разных главных улиц начали скапливаться в Центральном Парке. Обычно тихий парк оказался оживлён возгласами ужаса и волнения. Лили напряжённо наблюдала за бегущими с Западной Главной людьми.

Количество людей возросло настолько, что стали слышны обрывки разговоров.

— Люди Аполлона! Кажется, они на кого-то напали, война началась!

— Охотятся на Паству Гестии…

— …за Маленьким Новичком гоняются!

Лили и Вельф переглянулись.

— Идём!

— Конечно!

Они продолжили вслушиваться в разговоры поражённых горожан, стараясь получить побольше информации о завязавшемся с самого утра бое, продираясь сквозь толпу.

Какое-то время спустя, когда напарники Белла определились с направлением над седьмым районом города, вспыхнула фиолетовая молния.

Два силуэта смотрели за происходящим с самого высокого здания близкого к Северо-Западной главной улицы, чуть поодаль от разрушительной игры в кошки-мышки. Гермес следил за полем боя с огромным интересом. Он повернулся к Асфи, как только девушка явилась и задала вопрос:

— Всевышняя Фрея сделала свой ход?

— Нет, Паства Фреи только наблюдает за происходящим, — Гермес поднёс руку к подбородку, его голос был тихим.

— Неужели Всевышняя Фрея решила остаться в стороне? — Асфи поправила свой белый плащ.

Сейчас всё складывается не в пользу Белла. Парню нужно сбежать, защитив свою богиню, в то время как противник применяет тактику полномасштабного нападения. Белл столкнулся больше чем с сотней авантюристов разом.

Решила ли Фрея, что без проблем заберёт парня и из рук другого бога, или проводит очередную проверку, Гермес не знал. Он мог лишь предположить, что смотреть как вечно приспосабливающийся парень реагирует на очередной вызов доставляет богине удовольствие. Тем же самым он был занят неделю назад; Гермес лично присутствовал при "Бедствии".

Несложно представить, как Фрея наслаждается «сиянием» парня, которое, наверняка, с каждым мгновением становится только ярче.

— Как мы поступим?

— Полюбуемся видом.

Гермес снова начал следить за погоней. Он ответил Асфи, даже не посмотрев на неё.

— Я единственный и неповторимый Гермес, знаешь ли. Я всегда остаюсь наблюдателем.

Бог желает увидеть, как история Белла будет развиваться от начала и до самого конца собственными глазами. Очаровательный бог повернулся через плечо и улыбнулся своей последовательнице. Асфи ничего не сказала, лишь вздохнула, представив сколько проблем ей придётся разрешать в ближайшем будущем.

— Хочу присмотреться получше. Асфи, помоги мне.

— Как скажете…

Они перепрыгнули на следующую крышу, следуя за звуками битвы.

— Там Аргонавтик в бегах!

В то же время, в доме Паствы Локи на северной окраине города…

Тиона, отправленная собрать информацию о взрывах на улицы, только что вернулась. Остальные члены Паствы собрались в комнате, чтобы услышать её отчёт.

— Тиона, ты уверена?..

— Своими глазами видела, как Паства Аполлона носится кругами, пытаясь его загнать!

Айз вошла в комнату, ровно в тот момент, в который смогла услышать доклад амазонки. В свою очередь, девушка рассказала всё, что ей удалось выведать на улицах. Выражение на лице девушки осталось практически беспристрастным, лишь лёгкое беспокойство читалось в глазах, смотрящих куда-то вдаль.

Дворф, Гарет и эльфийка Риверия, сидевшие на софе начали анализировать ситуацию.

— Давно в городе не было сражений в которых было бы вовлечено столько авантюристов.

— Паству Аполлона, кажется, совершенно не заботят наказания Гильдии, которые последуют за их действиями.

Постепенно в комнату стягивалось всё больше других авантюристов Паствы. Всем хотелось знать, что за шумиха творится в городе.

— Кстати, а где Локи? Она же пару секунд назад была тут?

Сестра-двойняшка Тионы, Тионэ задала не относящийся к погоне вопрос. На него с постным видом ответил Бете.

— Пробормотала «достойно просмотра» и тут же свалила…

— …У каждого бога свои странности, — ответила амазонка.

— Айз, даже не думай.

— Финн…

Игнорируя разговоры, Айз беспокойно поднялась с софы. Финн заметил этот и встал перед девушкой.

— Сейчас происходит не то же, что было на восемнадцатом этаже. Пожалуйста не пытайся помочь Пастве Гестии.

Командир Паствы Локи остановил девушку, встав у неё на пути.

Айз один из самых главных членов Паствы. Она не может действовать, как ей вздумается. У Паствы Локинет никаких причин выручать Белла. Мало того, попытка помочь перерастёт в большие проблемы. Если влиятельная группа, вроде Паствы Локи окажется вовлечена в инцидент, всё может обернуться катастрофой.

— Я знаю, это непросто, но Локи запрещает нам вмешиваться. Пока нам остаётся только пустить всё на самотёк.

— Ладно… Я поняла.

Девушку сверлил пронзительный взгляд Финна, она легонько кивнула. Командир начал отдавать распоряжения своим подчинённым, а Айз отошла к окну. Сквозь своё отражение в стекле Айз увидела зловещую чёрную тучу, надвигающуюся на город.

Белл бежал со всех ног.

Держа Гестию на руках, он петлял по переулкам, отчаянно пытаясь вырваться из сети, раскинутой для него его врагами.

— Простите! — крикнул он, перепрыгнув группу горожан, не успевших вовремя эвакуироваться из зоны погони.

— Т-там ещё?!

Белл сфокусировал взгляд, как только предупреждение Гестии достигло его ушей.

Двое авантюристов стояли в конце улицы. Ни обходных путей, ни возможности повернуть назад.

Белл замедлился только для того чтобы безопасно выпустить из рук свою богиню и снова набрал скорость, достав кинжалы из ножен.

— ?!

— Ааах?!

Авантюристы не ожидали от Белла нападения. Парень нёсся на них, лезвия кинжалов зловеще блестели у него в руках. Он оказался рядом, прежде чем авантюристы успели защититься. Прицелившись в сочленения брони Белл быстро вывел из строя горе-охотников.

Воспоминания о битвах с бронированными Муравьями-убийцами всплыли в памяти парня. Белл повернул и снова схватил Гестию за руку. Божество изо всех сил пыталась удержаться.

— Прости… что я тебя замедляю… так сильно… Белл!..

Юная богиня едва переводила дыхание, но выдавила из себя извинения. Белл крепче сжал её руку, и попытался успокоить.

— Боженька, это не твоя вина!

Один из первейших законов земли заключается в том, что смертный не может убить божество. Только боги обладают такой способностью.

Если божество получит критическое ранение, его божественная сила тут же активируется и полностью его исцелит. К несчастью, активация Арканума против правил, которые себе установили боги. В наказание они отправляются в Тенкай.

Если Аполлон поймает и «убьёт» Гестию, Белл станет «свободным» авантюристом, у которого будет возможность присоединиться к любой другой Пастве. Если поймают их обоих, Аполлон сможет использовать Гестию в качестве рычага воздействия. Либо Белл присоединится к Пастве Аполлона и Гестия останется на Земле; либо она отправится обратно в Тенкай, а парня вынудят присоединиться к Пастве.

Как бы там ни было, Белл не может позволить охотникам захватить Гестию. Он должен защитить её и сбежать.

Многие из них Второго Уровня, но!..

Белл ударил в группу лучников Вспышкой прежде чем они успели спустить стрелы. Пользуясь их удивлением и ожогами, Белл подскочил и в мгновение ока вырубил всех троих.

Парень способен справляться с авантюристами Второго Уровня. Он уверен, что мог бы победить один на один, учитывая преимущество в ловкости. И он сражался, если ему удавалось встретиться с такими авантюристами поодиночке. В его голове созрел план, Белл решил найти слабейшее звено в окружившей его цепи и прорваться. По крайней мере, такой была его последняя надежда.

— Б-Белл, они не могут защититься от твоего Заклинания. Не будет ли лучше использовать его? Ты сможешь победить их, одного за другим!

— Нет… Точнее, я не хочу им пользоваться, пока есть выбор…

Белл хотел свести ущерб к минимуму, особенно учитывая, что его Заклинание бьёт огнём. Западный район Орарио состоит, по большей части, из жилых домов. У парня не было сомнений, что, если он зальёт дома огнём, его изгонят из города, какими бы ни были обстоятельства. Разумеется, аккуратно пользоваться магией необходимо, но лучше не перебарщивать.

Заклинание Быстрого Действия Белла — это его козырной туз, который позволяет поворачивать ход событий, но нельзя полагаться на него посреди города.

— ?..

У каждого бегущего по крыше охотника была своя роль. Некоторые стояли разведчиками на перекрёстках, передавая информацию атакующим авантюристам высокого уровня.

От моря окружающих врагов у Белла слегка кружилась голова, его рубиново-красные глаза вдруг заметили эмблему одного из авантюристов.

Полумесяц и винный бокал?..

Эта эмблема определённо не принадлежит Пастве Аполлона. Это совершенно другая группа.

В этот момент небольшой проблеск надежды в мозгу парня угас. За ним гоняется больше одной Паствы?

Снова воспоминание: сад прошлой ночью. То, что он услышал с балкона в ночь Празднования… В голове Белла всплыли два силуэта. А спустя мгновенье…

Тук! Что-то приземлилось прямо за его спиной.

— …

Пробирающая до дрожи аура силы, выше чем у остальных авантюристов, охватила парня.

Ба-дам, ба-дам, ба-дам. Пульс застучал в голове Белла.

Все его инстинкты взвыли. К этому нельзя поворачиваться спиной! Парень повернул голову. Его глаза увидели леденящую улыбку прекрасного мужчины.

Одежда противника была белоснежной. Длинный и короткий мечи покоились в ножнах, их рукояти выглядывали из-под белого плаща, повязанного на плечи.

Полевой командир Паствы Аполлона, Гиацинт готовился к атаке.

—?!

Мужчина бросился на Белла в тот самый момент, когда тот бросил Гестию на другую сторону улицы.

Движение было слишком быстрым, чтобы Белл мог увернуться. Парень видел лишь пламенный след длинного красного клинка — фламберга — в воздухе.

Парень успел вовремя подставить Кинжал Гестии чтобы перехватить клинок, но сила удара сбила его с ног.

— Белл?!

Гиацинт не дал противнику время подняться и продолжил атаковать.

Белл снова увидел летящий в него клинок и откатился, в последний момент уклонившись от кончика клинка, вонзившегося в камни мостовой за спиной парня. Вскочив на ноги, Белл вытащил второй кинжал, Ушивакамару из ножен и бросился в контратаку.

Крики Гестии эхом проносились по переулку, она наблюдала за битвой. Всего на несколько секунд клинки сцепились.

— Отдаю тебе должное, Белл Кранелл, за то, что ты зашёл так далеко. Поэтому окажу тебе честь личным сражением, наслаждайся!

— Даххх?!

Гиацинт отбросил нож парня и перешёл в наступление. Кинжалы снова и снова сталкивались с мечом, от силы столкновений летели искры.

Гестия затихла, с каждым ударом металла о металл слёзы подрагивали в её глазах. Белл понимал, что от этого врага ему не сбежать; ему остаётся лишь сражаться.

Этот переулок был очень длинным и прямым. Белл заходил в него всё глубже и глубже, пытаясь уклоняться от постоянных ударов. Настоящая битва только разгоралась.

— …

Правая рука Белла отклонила выпад кривого клинка. Инстинктивно, парень использовал инерцию, чтобы выкинуть левую руку в атакующем движении.

Противники, не моргая, смотрели друг другу в глаза. Они постоянно менялись ролями, то нападая, то защищаясь. Гиацинт сделал агрессивный выпад, направив клинок в грудь Белла. Беловолосый парень двинулся вбок, дополнительно отведя клинок одним из кинжалов.

По крайней мере, так он думал. Кончик меча неожиданно вонзился в его руку. Из раны полилась кровь.

— Вот, получается, как. Выигрываешь своей скоростью.

Улыбка Гиацинта заставила Белла сжаться от ужаса.

Парень использовал два кинжала, его противник орудовал одним мечом. У него должно было быть преимущество. Но, почему-то, его удары были отражены или заблокированы. Гиацинт двигался так, будто знал, какой удар его ожидает. Ни одна из атак Белла не достигла цели.

Он оказался недостаточно быстр, чтобы победить в состязании Ловкости.

— ?!

Белый плащ Гиацинта неожиданно перекрыл парню обзор. Реакция Белла на следующий выпад запоздала, создав противнику возможность для атаки.

Красноватый клинок описал в воздухе дугу и нанёс удар сверху. Скрестив кинжалы, Белл остановил удар меча над своей головой.

Взгляды соперников за скрещенными клинками снова встретились.

Клик, клик, клик. Клинки подрагивали, их хозяева пытались передавить друг друга. Меч Гиацинта давил сильнее, несмотря на то, что мужчина держал его одной рукой.

— Не держи зла за то, что я тебя ненавижу, просто ты похитил любовь Всевышнего Аполлона своим милым личиком… Впрочем, раз такова его воля, я лично притащу тебя в нашу чудесную Паству.

Сила Гиацинта была поразительной.

Белл увидел свой собственный страх в глазах улыбавшегося врага.

…Третий Уровень.

Мысли Белла вернулись к моменту, когда они впервые встретились. «Потасовка» в баре, в которой он не смог себя даже защитить.

Ноги Белла скользили по земле, он собрал все свои силы в руках и шее, отталкивая красноватый клинок. Его взгляд снова впился в противника.

— УВААААААААААХХХХХХ!!!

Взревев что есть силы Белл отбросил оружие Гиацинта вбок.

Красивый мужчина был вынужден отступить, разорвав дистанцию. У Белла появилась возможность, и он собирался ей воспользоваться.

Используя каждый свой мускул, парень запустил своё тело вперёд — будто стрелу, выпущенную из лука в цель.

— ХАААААА!!!

Полная скорость.

Каменная мостовая треснула под ногами, когда Белл от неё оттолкнулся. Он направил все свои силы в эту атаку.

Бросок Кролика, серия ударов двумя кинжалами на огромной скорости.

Парень обрушил на Гиацинта безжалостный град ударов. Вокруг них возник настоящий дождь из искр.

— …Медленно.

Гиацинт даже не сдвинулся с места, он снова расплылся в широкой улыбке.

— …

Фиолетовые и алые разводы были направлены в красавца.

Каждый из множества ударов был заблокирован, как и те, что раньше. Ни один не прошёл защиту.

Кинжал Гестии рассекал воздух, а удары Ушивакамару постоянно отражались. Ни один из клинков не прошёл мимо украшенного фламберга. Лезвие меча сверкало будто солнце после каждого удара. Каждое столкновение будто бы его поджигало. Металл звенел и сыпал искрами каждый раз, когда Ушивакамару и Кинжал Гестии с невероятной силой по нему ударяли.

Это особый клинок, Солнечный Фламберг, которым может владеть только лидер Паствы Аполлона.

Следующий удар был нанесён так быстро, что глаза Белла не смогли за ним уследить, блеснул лишь след клинка.

— Воспитанные кролики не рычат.

Белл заметил усмешку на губах Гиацинта, прежде чем всё тело красавца обратилось в размытый силуэт. Парень ощущал удары прежде, чем успел их увидеть. Поблескивающий красным клинок Ушивакамару был отведён в сторону, а блестевший фиолетовым Кинжал Гестии отбит. В размытой картине перед собой Белл увидел воистину прекрасную технику — обе руки Белла были отброшены от тела, будто он плывёт. Он не мог даже вздохнуть, время для парня будто замерло.

Прежде чем он успел моргнуть, фламберг ударил снизу-вверх.

Тело парня начало инстинктивно отклоняться, но он не успел вовремя, нагрудник оказался рассечён на две равных части. Кончик меча вонзился в плоть, прорезав кожу, мышцы и кости одним размашистым, грациозным взмахом. Сильная боль охватила Белла будто пламя.

…Он получил удар.

Его глаза заметили отблеск красноватого меча в завершающей точке удара.

Истекающий кровью летящий Белл не успел даже скооперироваться. Гиацинт снова оказался над ним.

— Гах?!

Рукоять оружия мужчины встретилась с одной из щёк Белла. Прыгнув вперёд ещё раз, Гиацинт занёс правый локоть и с силой его опустил. Локоть ударил Белла в горло, тело парня начало крутиться в воздухе. Впрочем, он не успел даже вскрикнуть от боли, потому что кулак Гиацинта погрузился в его живот — а потом последовал удар ногой с разворота. Белл на мгновенье ослеп, а в следующую секунду увидел перед собой голубое небо и его спина с силой ударилась о каменную мостовую.

Следом на земле оказался Гиацинт, грациозно вышедший из своего прыжка. Золотые серьги мужчины звякнули.

— Б-Бел…!

Крик Гестии был таким отчаянным, что она даже не смогла завершить его имя.

Тело парня не двигалось. Он выглядел как окровавленный труп, лежащий на улице. Рана на груди была глубокой, кровь всё ещё хлестала из неё ручьём, вылившись в небольшую лужицу. Даже лицо парня было в крови. Наконец, дрожащая рука схватилась за камни мостовой. Тело парня повернулось, он попытался сесть.

Гестия лишилась дара речи, от вида своего разбитого и окровавленного последователя.

— А, гхааа, ух?!

— Ещё в сознании, я смотрю.

Перед глазами Белла всё поплыло, когда он попытался оторвать верхнюю часть тела от земли. Из рубиновых глаз лились слёзы, они уставились на Гиацинта.

Таким был авантюрист второго ранга.

Гиацинт истинный пример авантюриста Третьего Уровня. Он не полагается на своё подавляющее преимущество в Характеристиках; его техника и тактика ведения боя также отточены. Это совершенно не то же самое, что встреться в бою с монстром — на планирование и даже простое использование Заклинания времени не было. Пытаться зарядить навык Аргонавт, всё равно что подписать себе смертный приговор. Белл не мог победить в этом бою.

Его превзошли во всём.

Как авантюрист, Гиацинт на совершенно другом уровне.

Ощущение, что его втоптали в грязь, навалилось на Белла невыносимой ношей. Слёзы полились из его глаз. Белл даже не подобрал бы слов, чтобы выразить ту физическую боль и моральное унижение, которое только что испытал и это отражалось на его лице.

— Какая ужасная мордашка, нисколько не симпатичная… Что Всевышний Аполлон вообще в тебе увидел?

— Ууууу?!

Гиацинт навис над Беллом, безжалостно ударив его ногой по рёбрам.

Белл, который был не в силах себя защитить, перекатился по улице и остановился на открытом перекрёстке.

— А ну перестань!

Гиацинт не ответил Гестии и даже не посмотрел в её сторону, приближаясь к Беллу.

— Я ему свою душу и тело посвятил. Только я достоин его благосклонности… а он просит поймать кролика.

Слова мужчины были пропитаны ревностью, он склонился перед Беллом.

— …не могу я тебя просто так отпустить. Что бы я с тобой не сделал, тебя всё равно вылечат, так что пара перерезанных сухожилий ничего не изменят.

Улыбаясь как одержимый, Гиацинт провернул фламберг в левой руке и направил его кончик в лицо Белла. В глазах парня появился страх.

Гестия бросилась на помощь, но она не успевала.

Красноватый клинок был уже занесён над плечом Белла, а секунду спустя несколько стрел пронзило мостовую ровно в том месте, где стоял отпрыгнувший Гиацинт.

— Что?

Он едва уклонился от внезапной атаки. Белл и Гестия удивились этим стрелам не меньше чем он.

Все трое видели откуда были выпущены стрелы. Вдалеке, чуть дальше Западной Главной Улицы была старая заброшенная колокольня. На крыше этой колокольни, едва заметно из-за дальности виднелся силуэт лучника, вооружённого длинным луком.

Атака с огромного расстояния, проведённая с поразительной точность.

— Снайпер? — пробормотал себе под нос Гиацинт — Чинтроп…

Мужчина прищурился, следующие стрелы уже свистели в воздухе.

— Вот за это не люблю я авантюристов высокого класса…

Нажа нахмурилась, наблюдая как Гиацинт уклоняется от каждого её выстрела. Доставая очередную стрелу из колчана на поясе, она продолжила бомбардировку, пытаясь помочь Беллу издалека. Она быстро смекнула, что именно пытается сделать Паства Аполлона и практически мгновенно схватилась за оружие, залезла на верхушку этой башни и отыскала Белла. Бывшая авантюристка третьего ранга Паствы Миахабыла умелой лучницей, никому не уступающей в точности. Она была так далеко от Гиацинта, что обычный человек не смог бы разглядеть и силуэт человека, что уж говорить о точном попадании в цель.

— Беги, Белл…

В тот же момент как слова сорвались с её губ, Белл подскочил на ноги. Парень схватил Гестию за руку и понёсся с ней по улице. Гиацинт почти бросился в погоню, но ему помешали выстрелы Нажи.

Мужчина взглянул прямо на неё, его глаза пылали от ярости. Нажа запустила ещё одну стрелу, выцеливая грудь врага. Она не промазала, но длинный меч отбил летящую стрелу.

Похоже мужчина решил на время прекратить погоню, потому что стоило стреле вонзиться в землю, Гиацинт недовольно бросился в другом направлении. Нажа увидела, как белый плащ колыхнулся и исчез из её поля зрения.

— Врагов слишком много...

Девушка-чинтроп тут же перевела внимание на остальные тени, преследовавшие Белла по крышам и начала устранять их, одного за другим. Она будто пыталась перебить целый улей пчёл по одной, врагам не было конца.

Со своей высоты девушка видела, что Белла преследует около двухсот авантюристов.

Отбросив пустой колчан, Нажа взялась за новый.

Она пускала столько стрел, что даже не следила за своими целями. Где-то вдалеке лишь раздавались повизгивания и глухие звуки падения охотников с крыши.

— Всевышний Миах, поспешите, пожалуйста…

Капли пота катились по её напряжённому лицу.

— Белл, ты в порядке?!

— Д-да, в порядке…

Дыхание Белла было сбитым и прерывистым, Гестия была готова разрыдаться.

Гиацинт серьёзно ранил парня; всё его тело пылало от боли. Пришлось вылить все высшие зелья чтобы затянуть рану на груди. Они бежали изо всех сил, переставляли ноги, отчаянно пытаясь хоть немного оторваться. Но в этот раз Белл едва держался на ногах и ему была нужна поддержка Гестии.

Его тело не двигалось так, как ему бы хотелось, но, к счастью слух был напряжён до предела. Он услышал чтение заклинания неподалёку.

— ?!

— Магия?!

Гестия тоже заметила. Вскоре показалась эльфийская колдунья, вытянувший посох в их направлении.

Используя здание чтобы защититься от выстрелов Нажи, эльфийка ожидала появления добычи, накладывая заклинание. Мало того, её укрытие было вне досягаемости Вспышки Белла. Белл и Гестия бросились назад, но было слишком поздно и полностью избежать неминуемого взрыва они не смогли.

Заклинание молнии блеснуло за их спинами.

— ?!

Волосы на затылке Белла встали дыбом, он прижал Гестию к себе, они отлетели, рухнув на мостовую и покатились.

Белл попытался заслонить Гестию от удара, но молния окружила их по земле и зданиям. Всё вокруг неожиданно разлетелось на куски, воздух заполнил дым.

— Лисос, я их достала!

— Круто! Дафну предупредите!

В ушах Белла и Гестии звенело, весь мир кружился перед глазами, их окружили звуки шагов. Первой, кого они увидели был эльф, рот которого был прикрыт шарфом — тот самый, что командовал атакой на церковь. В этот раз с ним было пятеро авантюристов.

Лисос оказался красив даже по эльфийским стандартам, он уставился на Белла и его богиню, сказав:

— Лицом в землю, живо.

Белл перекатился чтобы защитить Гестию, его грязное лицо смотрело на лицо эльфа — в этот момент появилась ещё одна группа авантюристов.

— А?..

— Какие весёлые у вас игры. Мы, пожалуй, присоединимся.

Шестеро авантюристов встали спинами к Гестии и Беллу.

Белл уставился на лидера группы, вступившей в открытое противостояние с его преследователями. Крупным мужчиной, вступившимся за него, оказался Оука, капитан Паствы Такемиказучи.

— Дебилы… Вы хоть понимаете, что мешаете членам Паствы Аполлона?!

Перед ответом Оука обнажил свой двуручный меч.

— Вообще-то, мы за этим и пришли.

— Мы отказываемся предавать узы дружбы, когда в нас нуждаются!

В разговор вступил эмоциональный, высокий голос Микото.

Группы авантюристов уставились друг на друга. Паства Аполлона и Паства Такемиказучи обнажили оружие, раздались боевые кличи и завязался бой.

— Мы успели вовремя!..

— Миах?!

Когда авантюристы схватились между собой, из переулка неожиданно появился Миах, пытаясь перевести дыхание.

Гестия заметила его первой и, подняв голову, поздоровалась. Бог кивнул, ответив коротким:

— Ага.

— Я побежал просить помощи у Паствы Такемиказучи, когда раздались первые взрывы. Вы целы?

— Д-да.

— Миах, такие друзья как ты просто..!

Божества улыбнулись, на лице Белла было удивление, а в глазах Гестии читалась благодарность. Нажа бросилась в бой, в то время как Миах побежал за боевой группой Оуки.

— К несчастью, просиживать нам некогда. Пусть они сражаются. Ты, Белл, беги.

— Что… но…

— Послушай. Битва не окончится, пока вы двое не будете в безопасности. Вы должны это понять.

Белл мешкал. В этот момент зазвучали новые голоса, объявившие о появлении новых авантюристов.

Больше охотников. Подкрепление.

Белл застыл, увидев, что Миах смотрит на него с мольбой в глазах:

— Бегите!

— …Прости, Миах!

Гестия подскочила на ноги. Белл кивнул, сражаясь с болью.

Они бросились к ближайшему переулку. Белл бросил прощальный взгляд на группу Микото, вовлечённых в битву. Тот факт, что кто-то сражается за него, тяжестью лёг на сердце.

В этот момент Белл осознал, что такое вражда между Паствами на самом деле.

Как только одна из групп делает свой шаг, в битву оказываются вовлечены и другие — это становится болотом. Битвы становятся более активными и изматывающими. Белл был убеждён, что ни одна Паства не станет наносить такой удар по своей собственной воле.

— Это же городская стена! Они загнали нас к городской стене?!

Гестия взглянула на один из переулков, продолжая поддерживать раненного Белла во время бега.

Над ними уже нависала каменная завеса ограждающая город от остального мира. По расстоянию до стены, Гестия решила, что их загнали на самую западную окраину города.

Они наткнулись на огромное препятствие, которое не способствовало их побегу. К несчастью, их вели так далеко от Гильдии, насколько это возможно.

— Сюда!

— ?!

Шаги врагов окружили их практически моментально.

Охотники были вынуждены использовать здания, чтобы укрываться от стрел Нажи. Но теперь, Белл оказался загнан в угол, и его враги были готовы нанести удар.

Три тени спрыгнуло прямо на Белла сверху, силуэты заслонили солнце.

— …А вот это выкусить не хотите?!

— ?!

Из боковой улицы выпрыгнул ещё один человек, перехватывая охотников в воздухе. Двое из них оказались на земле после одного взмаха двуручного меча.

Вдобавок, золотая стрела вонзилась в щёку охотника, по которому человек промазал и тот упал на мостовую в считанных сантиметрах от парня и его богини. Человек в чёрном приземлился в следующую секунду, отправив этого охотника пинком в стену.

— …Дышишь пока, Белл?

Парень с красными волосами в длинном жакете повернулся к Беллу.

— Вельф?!

Положив двуручный меч на плечо, Вельф встретился с Беллом взглядом.

— Сударь Белл!

Лили появилась из теней и бросилась к Беллу.

Она перезарядила небольшой арбалет на правой руке.

— И ты, помощница…

— Почему… Зачем вы здесь?..

— Очевидно потому, что мы беспокоились за сударя Белла и Сударыню Гестию!

— Во всём городе только и разговоров, что об «охоте на кролика». Слухи быстро разлетаются.

Лили в своей форме вервольфа встала перед удивлённой Гестией.

Два появившихся авантюриста удивились, увидев состояние Белла. Обнажённая кожа покрыта запёкшейся кровью, огромный шрам на груди в том месте, где должен быть нагрудник, а остатки брони свисают на живот. Лили скинула на землю рюкзак и тут же достала три фиала — высшее зелье, купленное у Нажи для похода в Подземелье и два двойных зелья. Не теряя времени, она сунула все три флакона в руки Белла.

— Спасибо, Лили…

Сердце Лили кольнуло, когда она увидела слабую улыбку на побитом лице Белла. Что за жестокость, подумала она, увидев слабость парня. Её глаза наполнились слезами, будто в таком положении оказалась она.

Белл откупорил фиал тёмно-синей жидкости и осушил его одним глотком.

— Нам нельзя здесь оставаться. Нужно бежать и быстрее, — повернувшись к авантюристам сказала Гестия.

— Лили думает, что она понимает, что произошло… Это всё из-за той ночи в баре?

— Нет, это был всего лишь предлог. Эту войну полностью подстроил Аполлон.

Лили задала вопрос, над которым гадали все четверо. Но Гестия оборвала подобные мысли.

Правда ли это или какой-то вышедший из-под контроля розыгрыш, всё, что было известно вело к такому выводу. Лили задумалась, когда услышала слова Гестии.

— Эй… у нас гости!

— !

Бежавший впереди Вельф заметил новые силуэты впереди. Трое авантюристов оказались перед ними и ещё трое позади.

Белл и Гестия напряглись, но Лили толкнула их вперёд.

— Пожалуйста, бегите к Гильдии!

— Мы останемся и вас прикроем! За нас не волнуйтесь!

Белл понимал, что против превосходящего числа врагов у его друзей нет ни единого шанса, но Вельф махнул рукой. Лили встретилась взглядом с Гестией и попросила их бежать дальше.

— Мы на вас рассчитываем! — Сказала богиня, уверенно кивнув и схватив Белла за руку.

Белл и Гестия бросились в боковой переулок, а Вельф и Лили двинулись к появившимся врагам.

— Прикрой меня, Малютка Лил!

— Конечно прикрою! Сударь Вельф, а справитесь ли вы в одиночку?!

Вельф скривился, посмотрев на девушку полурослика с заметным раздражением на её слова.

— Ну, я теперь чертовски силён…

Первые трое охотников бросились в бой.

Схватившись покрепче за свой двуручник Вельф замахнулся и нанёс удар по широкой дуге. Его противники оказались недостаточно быстры чтобы уклониться от удара и оказались сбиты с ног дружно взвыв от боли.

— …так что всё будет хорошо!

— …Сила это, замечательно и прекрасно, только смотреть надо вперёд!

Охотники кубарем полетели над головой Лили и приземлились где-то за её спиной. Лили скрыла насколько она рада второму уровню Вельфа, вместо этого предупредив его не терять бдительность.

Новые враги подоспели спустя несколько секунд и битва закипела с новой силой.

— А этот парень лучше других дерётся!

Вельф и Лили сражались со смешанной группой, состоящей из авантюристов первого и второго уровня. Вельф быстро справлялся со слабыми противниками, а Лили отвлекала внимание авантюристов, поднявших свой класс, выстрелами из арбалета.

Наконец Вельф оказался в выгодной позиции и одним ударом отправил авантюриста высокого ранга в стену.

— Сударь Вельф! Отойдите!

— А?! Да ладно, ты не серьёзно!..

Лили достала мешочек, размером с кулак и рюкзака и бросила его в новую волну нападающих охотников.

Она прикрыла нос рукавом ещё до того, как мешочек ударил в свою цель, мостовую.

Вельф побледнел и бросился в противоположном направлении. Пуф! Мешочек взорвался, как только ударился о камень, распылив вокруг плотную завесу из зелёного порошка.

— ГЬЬЬЯЯЯЯЯЯЯЯ!!! — мучительные крики послышались секундами позже.

— Если хочешь такие штуки использовать, предупреждай!

— Лили предупредила! Сударь Вельф всё стоял впереди, так что Лили крикнула!

Зажимая носы руками, они начали спорить, наблюдая как авантюристы бегут от расширяющегося зелёного облака.

Поскольку со спины охотникам ничего не угрожало, они безрассудно бросались в погоню за Беллом и Гестией.

— …Да их тут просто куча!

Раздражённо крикнул Вельф, когда на него напала очередная волна авантюристов и он разобрался с очередным врагом. Парень осмотрелся. Враги нападали со всех сторон. Неожиданно раздался пронзительный свист. Белла и Гестию обнаружили? Впрочем, эти охотники никак не отреагировали. Лили обернулась.

— Они… подчиняются разным командирам?

Присмотревшись, девушка увидела, что эти люди строятся совершенно по-другому и в их действиях нет чёткости. Их движения случайны, в них какое-то отчаянье. Они полагаются исключительно на количество. Двое авантюристов непоколебимо стояли, ожидая приближения очередной волны охотников… Вельф уставился на подходивших авантюристов, покрепче перехватив меч. А Лили застыла на месте.

— Ааа? Поче… почему они?..

— Эй, да что с тобой?!

Лили обхватила себя руками, перестав сражаться и уставившись на тела людей, лежавших на земле. Эмблемой на их броне был полумесяц с винным бокалом. Она рефлекторно сжала плечо.

Девушку начало тошнить; её тело пробил холодный пот. Она начала покачиваться, бормоча себе под нос:

— Невозможно, это невозможно…

Эмблема, увидев которую Лили остановилась, была эмблемой Паствы Сомы. Её ореховые глаза наполнились страхом от воспоминаний о Божественном Вине, когда она увидела лунный серп.

— ?!

Придя в себя, девушка осмотрелась. Вельф сцепился с крупным зверочеловеком, используя двуручник в качестве щита; амазонка летела на парня с крыши одного из зданий, а неподалёку ужасающий дворф выпустил стрелу ему в спину. Лили осознала, что видела все эти лица, будто в прошлой жизни, кажущейся такой далёкой.

Она пришла к заключению, что количество охотников было таким большим, потому что к Аполлону присоединилась ещё одна Паства.

В этот момент она взглянула на стройного мужчину в очках, стоявшего за спинами остальных авантюристов.

— Малютка Лил?!

Игнорируя крик Вельфа, Лили не бросилась к нему. Обратив своё заклинание за кучей деревянных ящиков, она забралась на крышу.

— Сударь Занис?!

— …Так и знал, что встречу тебя здесь, Арде.

Глава Паствы Сомы нисколько не удивился, когда перед его глазами возникла Лили, наоборот, он ей улыбнулся.

Мужчина и девушка-полурослик оказались лицом к лицу на пологой крыше дома.

— Что… что вы себе позволяете?! Почему вы помогаете Пастве Аполлона?!

— Они попросили помощи. Да и денег отвалили немало, за поддержку в битве с Паствой Гестии. Всевышний Сома дал позволение… Ну, точнее, он предоставил выбор мне.

Несомненно, из всех групп авантюристов Орарио, Паству Сомы проще всего подкупить.

Божество, Сома, интересуется только своим хобби, его не волнует влияние и политика. Его поддержку легко купить деньгами на его дорогостоящее времяпрепровождение.

Скорее всего, Паства Аполлона заранее подготовила союзников для поимки Белла.

— Вы сошли с ума, сударь Занис? Влезть в такое ради денег… Паства Аполлона может позволить себе наказание от Гильдии, а Паства Сомы и без того ходила по тонкому льду! Гильдия не закроет на это глаза!!!

Нежелание Сомы следить за самочувствием его последователей привлекло внимание Гильдии, и против этой Паствы уже применялись санкции. Даже сейчас Гильдия пристально наблюдает за поведением Паствы Сомы. Если вскроется тот факт, что они добровольно сделали из Орарио поле боя, всю Паству могут изгнать из Орарио. Занис будто нарочно пытается вызвать ярость Гильдии.

Лили начала кричать, что у них нет оснований для нападения на Паству Гестии, и что в помощи Аполлону нет никакого смысла.

— Нет, как раз-таки законные основания у нас есть.

Занис посмеялся на крики Лили, сложив руки за спиной.

— Законные… основания?

— Именно так. У Паствы Сомы есть причина для сражения с Паствой Гестии и без запроса на помощь от Аполлона.

Занис спокойно взглянул на девушку. Лили нахмурилась в ответ. Мужчина легонько прищурился, на его губах появилась лёгкая улыбка, потом он поднял взгляд.

— То есть ты не знаешь? — спросил он с усмешкой. — Ничего в голову не приходит? — снова задал вопрос Занис несколько секунд спустя.

— Не может… нет…

Лицо Лили побледнело, когда единственная возможная причина пришла ей в голову.

— Именно так. Дело в тебе, Арде, — Занис подтвердил её самые худшие опасения и наклонился поближе. — Наша незаменимая подруга и верная спутница была похищена проходимцами. Пришло время отомстить и восстановить справедливость.

Колени Лили подкосились.

Они использовали тот факт, что Лили технически член Паствы Сомы чтобы объявить войну Пастве Гестии. Это защитит Паству Сомы от действий Гильдии, избавив их от наказания.

Такова настоящая сила контракта с Паствой. Если группа может доказать, что один из её членов связан договором с одним из богов, но работает на благо другого, практически невозможно наказать Паству за такие действия. Как бы Лили не пыталась объяснить своё положение, её никто не послушает.

Лили стала причиной того, что Белл и Гестия подверглись опасности.

— Кстати, я тоже верил, что ты умерла, пока недавно… Да, пока недавно не услышал в баре одну занимательнейшую историю.

— Какую?..

— Просто слух, что по восемнадцатому этажу с Маленьким Новичком шаталась девушка-полурослик.

Лили прокляла свою собственную беззаботность.

Она всегда поддерживает своё заклинание, Золушку, чтобы находиться в форме зверочеловека на поверхности. Но, входя в Подземелье она деактивирует магию чтобы не тратить лишние силы. В день событий на восемнадцатом этаже многие увидели не только её настоящее лицо, но и то, что она в одной группе с Беллом. Об этом разнёсся слух.

Наверняка Занис об этом узнал до получения предложения Паствы Аполлона. Как только ему предложили деньги, он не упустил возможность.

— Можешь не дрожать, Арде. Я заверю Всевышнего Сому в твоей невиновности. А вот Паства Гестиипострадает за свои злодеяния.

Она их предупреждала. Лили предупреждала Гестию и Белла что Паства Сомы однажды может отомстить. И этот день настал.

Пламя, которое их поглотит… Вот что чувствовала Лили. Она совершила ужасную ошибку. Её прошлое стало костровищем, которое только и ожидало, когда его раздуют чтобы охватить всё вокруг.

Всё случившееся было на её совести.

— Злодеи, которые тебя обманули, которые тебя использовали заслуживают подходящего наказания. Паства Аполлона отправит их в небытие.

У Лили закружилась голова, крыши вокруг начали вращаться. Весь её мир рушился. Она стала болезнью, заразившей всех, о ком она беспокоилась. Тело девушки задрожало от воспоминаний о пожилой паре, державшей цветочный магазин, который Паства Сомы разрушила у неё на глазах и именно она послужила этому причиной. Вина и горечь заполнили её маленькое сердце, готовясь вырваться изо рта криком.

Лили осмотрела поле боя.

Нажу оттеснили с её позиции на вершине заброшенной колокольни, Паства Такемиказучи была окружена со всех сторон в нескольких кварталах неподалёку. Вельф обменивался ударами с охотниками внизу. Все они подверглись опасности из-за Паствы Сомы.

Лили почувствовала себя глупой. У неё никогда не было права находиться рядом с Беллом и остальными.

…Глупо было верить, что её отрава до них не доберётся, что их теплота и щедрость не будут поглощены всепожирающим пламенем, которое идёт за ней по пятам.

Глаза Лили заполнились слезами, она опустила голову так быстро, что подбородок ударился о грудь.

— Пожалуйста…

— Что?

— Пожалуйста, оставьте сударя Белла и его друзей в покое…

Лили молила Заниса слабым, дрожащим голосом. Потом она подняла голову. Её глаза были безжизненными.

— Лили вернётся к Всевышнему Соме. Пожалуйста, прекратите всё это… Оставьте их.

Простое решение.

Если Паства Сомы использует Лили в качестве законного права для сражения, ей нужно просто вернуться в свою Паству. Если сдаться Занису, это уменьшит число преследователей Белла, это будет того стоить.

Члены Паствы Сомы поглощены Божественным Вином, сомой. Оно привело сотни авантюристов в ряды Паствы. И если этих авантюристов тут не будет, если Лили сможет убедить их уйти, то у Белла и остальных появится шанс сбежать.

Девушка знала, что её условия могут быть не приняты, но она была обязана попробовать.

Какое-то время Занис смотрел на Лили, наслаждая отчаяньем на её лице, пока наконец не кивнул:

— Почему нет?

Лили была поражена, услышав неожиданное согласие и в её голову закрались подозрения. Занис прижал очки к лицу:

— Вообще-то ситуация уже выходит из-под контроля. Да и Паства Аполлона внесла огромный задаток, так что сейчас можно из всего этого выйти.

Уголки губ Заниса поднялись, и он продолжил:

— К тому же, ты мне нужна.

Глаза Лили округлились. Подобное заявление застало её врасплох.

Может она не просто способ получить лёгкие деньги; может в словах Заниса есть какой-то скрытый смысл.

Для чего она, бесполезная слабачка, которая разрушает всё, что её беспокоит, может быть нужна? Но если Занис сдержит своё обещание, Лили будет следовать его приказам.

— Встань за моей спиной. Я подам сигнал к отступлению, как только ты это сделаешь.

Занис запустил руку в карман и достал небольшой сигнальный пистолет. Лили ничего не ответила, она сделала так, как ей было сказано.

Мужчина довольно улыбнулся, поднял пистолет и нажал курок. Ослепительный шар поднялся в воздух.

Множество авантюристов в седьмом районе Орарио прекратили погоню, увидев эту вспышку. Как и обещал Занис, члены Паствы Сомы начали отступать.

— Эй! Лили!

Когда практически половина нападающих отступила, Вельф наконец смог перевести дух и взглянуть на свою напарницу.

Лили пошла к краю крыши и посмотрела на него апатичным взглядом.

— Пошли, Арде.

— Хорошо…

Лили кивнула, как только прозвучала команда Заниса.

Вельф посмотрел на них непонимающим взглядом. Мужчина повернулся на каблуках, а Лили начала прощаться.

— Лили возвращается в Паству Сомы… Больше она никому не причинит вреда. Передайте это сударю Беллу.

— Ты сама слышишь, что несёшь?! Как я Беллу в глаза посмотрю если такое передам?! Спускайся обратно!!!

— Лили очень жаль… Прощайте.

Она поклонилась и пошла следом за Занисом. Девушка-полурослик вскоре скрылась из вида.

— Да что за фигню она творит?!

Вельф попытался прорваться, но, к несчастью подоспела очередная группа авантюристов из Паствы Аполлона и вовлекла его в бой.

— Чёрт бы вас побрал! — крикнул Вельф. Броситься в погоню ему не удалось.

Белл и Гестия сбились со счёта, сколько ударов им пришлось получить. Это число постоянно возрастало.

Все охотники держали наготове стрелы, маги заклинания, а авантюристы высокого класса не выпускали из рук оружие, поэтому времени на передышку у парня и его богини не было. По какой-то причине, их преследователи начали нервничать и кричать друг на друга — попытки Паствы Аполлона поймать Белла стали отчаянней и нападения участились.

Двое преследуемых добрались до своего старого убежища. Вокруг было тихо, все жители уже покинули этот район. Мирный квартал снова погрузился в битву.

— …Вспышка!

Белл бросил своё заклинание в потрёпанное каменное здание, пустовавшее долгие годы.

Молниеносные потоки пламени подожгли остатки внутреннего убранства здания, вызвав новый столб дыма. Используя дым в качестве укрытия, Белл, прикрыв глаза, пробежал через него резко сменив направление, чтобы сбросить преследователей.

— Хаа-хааа!..

— …Белл, сюда!

Гестия схватила парня за руку и направила его к главной улице, в то время как Белл просто сражался с болью, продолжая бежать.

Богиня побежала вдоль дренажного канала, пролегающего ниже мостовой. Покинув переулок, они направились к ближайшей лестнице и забежали в канал. Вскоре показался вход в городскую канализацию.

— Белл, ты в порядке?

— Мне так жаль, Боженька…

Белл прислонился к стене и соскользнул на землю, извиняясь перед Гестией. Гестия покачала головой, а потом начала озираться в поисках путей к отступлению. Они оказались под огромным мостом, их окружала вода. Вода стекает куда-то в глубины города. Чуть выше виднелись городские пейзажи.

Несмотря на то, что преследователей не было видно, Белл и Гестия слышали выкрики и громкий топот их шагов. Молясь, чтобы их не нашли, парень и богиня начали разговаривать приглушёнными голосами.

— Ещё можешь бежать?

— …Я в порядке. Могу.

Белл использовал последнее полученное от Лили зелье, чтобы восстановить хоть какие-то повреждения, которые он получил. Гестия смотрела на его дрожащие руки с сожалением. Неожиданно, раздался громкий крик.

— Ты меня слышишь? Белл Кранелл!

Голос Гиацинта.

Гестия села к стене плечом к плечу с Беллом. Парень прикрыл глаза.

— Где бы ты не спрятался, куда бы не сбежал, мы тебя найдём! Играть в прятки бессмысленно!

Крик мужчины будто бы сделал воздух тяжёлым. Гиацинт стоял где-то на высоком месте, потому что отзвуки расходились во всех направлениях.

— На земле или в Подземелье, значения не имеет! Твои мирные деньки сочтены!

Белл сглотнул, осознавая, что именно означают эти слова.

Даже если каким-то чудом ему удастся добраться до Гильдии, Аполлон будет преследовать его до конца жизни. Едва завидев, на него будут нападать в городе, в Подземелье и вообще, куда бы он не пошёл.

Парень ощутил всю мощь влиятельной Паствы, поставившей себе цель.

Как и сказал Гиацинт, погоня не окончится, если чего-то не придумать. Они никогда не смогут жить нормальной жизнью.

— …

Гестия молча сидела рядом. Белл потерял дар речи от осознания.

Богиня нахмурилась, приняв решение.

— …Белл, пожалуйста послушай, — Гестия встала напротив, склонившись над парнем и посмотрев ему в глаза.

Рубиновые глаза уставились на богиню.

— Раз Аполлон так серьёзен, здесь у нас нет будущего. А значит, есть два пути: сразиться в битве, победить в которой у нас нет шансов, или сбежать из Орарио.

— !..

Гестия проигнорировала удивление на лице парня и продолжила. Она знала, что Белл поймёт положение, в котором они оказались.

— Я готова пойти за тобой куда угодно. Даже если нас постоянно будут преследовать. Я буду с тобой в бегах, пока они не сдадутся.

Глаза Гестии светились от решимости.

Ей будет не хватать друзей и тех мирных деньков, которые она провела в Орарио. Но пока Белл будет с ней рядом, не важно, где проводить своё время. Это ясно как день.

Оставить Орарио с боженькой и начать жизнь где-нибудь далеко отсюда?..

Гестия прижала руку к груди, пытаясь успокоить биение разыгравшегося сердца, ожидая ответа Белла.

На самом деле, побег, единственный возможный вариант для Белла и Гестии.

Так же поступали и другие Паствы, проигравшие свои войны… Гермес рассказывал, что покинуть Орарио также было для Зевса единственным выходом.

Белл подумал об этом.

Исследовать чудеса мира вдвоём с Гестией.

Слышать шелест листьев на ветру в лесах, останавливаться на вершинах холмов, смотря на голубое небо, ощутить на лице прохладный бриз в каком-нибудь портовом городке.

Одетая в платье и броскую шляпу богиня и он, несущий за спиной сумки с её покупками. Они идут по улице и улыбаются.

Какие тёплые, заманчивые мысли.

Насколько чудесным может быть подобное путешествие? Подыскать себе новую мечту?

И это возможно; у них может быть такое будущее.

Но!..

Хоть сердце парня и дрогнуло от слов Гестии, ему на ум тут же пришли мысли о людях, которых он встретил в этом городе. Люди, с которыми он весело проводил время. Все те девушки, которые ему улыбались. Те дни, которые он провёл в качестве авантюриста, все те судьбоносные встречи — он вспомнил всё.

Я…

В сердце Белла возник ещё один образ.

То, с чего всё началось, встреча со светловолосой девушкой-рыцарем.

Её профиль, локоны длинных волос. Сердце парня не могло её оставить.

— …

На лице Гестии появилось расстройство, она будто читала мысли Белла. Поджав губы, она схватила парня за руку. Богиня задала удивлённому человеку вопрос:

— Белл, ты меня любишь?

Голос Белла сорвался.

—А?!

— Это важно.

Слегка покраснев Гестия продолжила говорить:

— Если ты скажешь, что любишь меня, я готова сделать что угодно. Если я поверю твоим словам, все остальные мелочи ничего не будут значить, я сделаю как ты скажешь! Я буду драться!

Она сжала руку Белла.

— Я очень сильно тебя люблю, Белл! Ты, так мил, что я ничего не могу поделать. Я хочу жить с тобой вечно, всегда быть рядом… Я не хочу никому тебя отдавать.

Её пальцы затряслись.

— Что ты обо мне думаешь? — Богиня повторила свой вопрос.

Сильно покраснев, Гестия серьёзно посмотрела в глаза Белла.

К этому времени Белл и сам был как варёный рак, но никак не мог понять, почему богиня задаёт ему такие вопросы.

— Я-я тебя боготворю…

— Я не об этом тебя спрашиваю!

Белл сжал плечи, когда Гестия на него прикрикнула.

Взрывы, шаги, крики всё ещё проносились у них над головой. Несмотря на это, разум Белла пытался понять, что богиня хочет от него услышать. Что именно она подразумевает под словом «любовь»?

Глаза Гестии дрогнули, будто у неё внутри сломалось нечто важное. Нечто настолько важное, что они уже никогда не смогут быть божеством и его последователем. Гестия увидела, как губы Белла распахнулись, чтобы что-то сказать и отчаянно хваталась за эту соломинку…

Ба-баааах!

— ?!

Их охватила взрывная волна, ворвавшаяся через вход в канализацию.

Белл подпрыгнул, прикрыв Гестию своим телом от града обломков. Спустя секунду в облаках пыли возникли авантюристы.

— Мы их нашли! Они были в канализации!

— За ними!

— ?!

Преследователи обнаружили место, в котором они скрывались. Белл подскочил на ноги и, подхватив Гестию снова побежал.

Парень бросился к выходу на другой стороне тоннеля.

— Не единожды, а дважды… Это последний раз, когда вы мне всё портите… ублюдки!

Злость Гестии кипела внутри богини, превратив её лицо в ужасающее. Белл отвёл взгляд от страха.

Богиня метала молнии взглядом.

— Вот теперь я зла! Белл, с меня хватит!

— Ч-чего?!

— Юго-запад. Беги на юго-запад!

Белл не смел возразить. До этого Гестия приказов не отдавала.

Он взял вправо, отходя от пути до Гильдии на западе. Но даже на этом пути он следовал по переулкам и тёмным аллеям. Ни один из преследователей такого не ожидал и поэтому охотники не сразу пустились за Беллом в погоню.

— …

— …

Белл и Гестия бежали молча. Белл всё прокручивал в голове так и не завершённый разговор.

Возможно Гестия делала то же самое. Вместо того чтобы его продолжить, богиня уткнулась красным, как помидор, лицом в грудь парня.

Белл чувствовал, как она дрожит в его объятьях, дрожал и он сам.

Пробежать на юго-запад, как распорядилась Гестия, оказалось на удивление легко. В этом месте врагов было расставлено гораздо меньше, и парню даже не пришлось сражаться, чтобы сбежать. После пересечения Западной Главной Улицы, Белл и Гестия оказались в шестом районе Орарио, расположенном между Западной Главной Улицей и Юго-Западной Главной Улицей.

Гестия указывала Беллу куда бежать, пока они наконец не оказались перед украшенным зданием.

— Стоп, разве это не…

Высокие железные врата защищали вход в цветущий и хорошо ухоженный сад. В этом саду стояли каменные скульптуры. На вратах была огромная эмблема, луки и стрела на фоне солнца. Белл потерял дар речи; из его рта вырвался лишь вскрик удивления.

Гестия привела его к дому Паствы Аполлона.

— Мы не драться сюда пришли, валите! Пшли! Пшли!

Несколько стражей, держа наготове копья, окружили Гестию и Белла, когда они открыли врата. Гестия отогнала их криками и взглянув своим пылающим взглядом на каждого. Неожиданно, стражи расступились.

Перед каменным зданием выстроилось ещё больше членов Паствы, будто демонстрируя, что охотникам всегда могла быть оказана помощь. Белл снова не мог не удивиться подобной демонстрации боевой мощи.

Множество взглядов уставилось на пришедших, провожая их в центр сада. Все эти взгляды были полны неприязни. Тук! Главная дверь здания распахнулась и из неё вышел Аполлон.

— Ах, ах, Гестия. Чего же ты надеялась добиться, являясь в моё скромное убежище?

Божество сделало несколько шагов, его идеальное отбеленные зубы блестели в солнечном свете. Гестия с яростью смотрела на изображающего снисхождение бога.

Аполлон прошёл мимо своих авантюристов, следом за ним шёл Лунь. Они остановились напротив Гестии и Белла.

Гестия излучала чистейшую ненависть, заставляя Белла и Луня чувствовать неудобство и отводить взгляды от богини. Их лица блестели от холодного пота. Два божества, напротив, не моргая уставились друг другу в глаза.

— …Эй, полурослик, дай перчатку.

— А… Да, конечно.

По тону Гестии было понятно, что возражений она не потерпит. Лунь кивнул и снял перчатку с правой руки, протянув её богине.

Гестия вырвала перчатку из рук полурослика и тем же самым движением ударила ей по лицу Аполлона.

— ?!

Шлёп! Отзвук этой пощёчины пронёсся по тихому саду.

Для нанесения удара Гестия использовала все силы, которые только были в её теле; даже хвостики богини яростно взметнулись в воздух, когда её рука наконец остановилась. Белл и Лунь смотрели на это с удивлённым молчанием.

Несмотря на красный след на щеке, Аполлон продолжал улыбаться. Гестия сделала глубокий вдох и прокричала что есть силы.

— Ладно! Хотел «Битвы», ты её получишь!

Белл заметил, что улыбка на лице Аполлона стала ещё шире.

— Все божественные создания знают, что это означает… друзья, да будет «Битва»!

Двери и окна каменного здания распахнулись, когда Аполлон поднял руки. Из них показывались боги и богини.

— ДААААААААААА!!!

Будто ожидавшие этого момента божества спрыгивали с крон деревьев и выпрыгивали из кустов сада.

Белл, Лунь и даже другие авантюристы Паствы Аполлона, всё это время находившиеся неподалёку, не знали, как реагировать. Они удивлёнными глазами смотрели на сад, оживлённый голосами божеств.

— Надо сообщить в Гильдию!

— Срочно собираем Денатус! Все на Денатус!

— Как же весело!..

— Ну, наконец-то!

Неожиданный вихрь волнения окружил людей. Боги всё это время ожидали развлечений и, наконец, их ожидало шоу. Голос Локи пробивался в общей массе голосов божеств, восхвалявших начало «Битвы».

— Всё решено. Детали проведения нашей игры будут решены на Денатусе. На нём же будет объявлен и день… Насладимся схваткой, Гестия?

Аполлон ехидничал, смотря на Гестию без малейшей капельки страха или волнения.

Он повернулся спиной и вошёл в дом, за ним последовал Лунь.

— Б-Боженька…

Белл смотрел вслед богу, шедшему по каменной дорожке. Тело парня застыло. Даже в его голосе была слышна слабость.

Разница между их Паствами в количестве людей и ресурсов была огромна. В этой схватке невозможно победить. В голове Белла уже проносились видения его поражения.

Гестия оживлённо повернулась к парню.

— Белл, неделя.

Она посмотрела, как бледнеет лицо её последователя, а потом продолжила.

— Я выгрызу неделю перед «Битвой».

— А?..

— За это время, Белл, стань таким сильным, как сможешь. Сильнее, чем те люди, что сегодня на нас нападали — стань так силён, как никогда! У тебя получится!

Гестия поставила всё, что у неё есть на потенциал Белла, его навык Liaris Freese.

Белл посмотрел в глаза богини. В них не было ни тени сомнения. Она верила в него и это пугало.

— Белл! Всевышняя Гестия!

— Вельф?!

Вельф прошёл через врата в дом Паствы Аполлона. Парень шёл по следам преследователей Белла, а потом услышал о месте, в котором их можно найти.

— Малютка Лил вернулась… Нет, её похитила Паства Сомы.

— ?!

— Мне преградили путь, я не мог ей помочь… Прости.

Неожиданная новость застала Гестию и Белла врасплох.

Как? Почему сейчас? В порядке ли она? — Дух Белла воспылал, в его разуме один за другим проносились вопросы. Но пришёл он лишь к одному заключению: Он обязан спасти Лили. Ему нужно больше информации; нужно переговорить с Вельфом. Но тут Гестия обхватила локоть Белла и повисла на его руке прежде чем парень успел сделать к Вельфу шаг.

— Белл, делай как я сказала.

— Н-но?!

— Клянусь тебе, я помогу твоей помощнице. Пожалуйста, верь в меня.

Гестия не дала Беллу даже возможности возразить. Богиня верила в своё дитя; и хотела от него лишь ответной веры. В крови Белла кипел адреналин, но взгляд Гестии остудил это пламя. Парень наконец расслабился… он решил поверить.

Бурлившие в его голове эмоции успокоились, он кивнул.

— Белл, пожалуйста, дай мне мой кинжал, прежде чем уйти.

— Вот.

— Вельф, я прошу прощения, но твоя сила мне понадобится, чтобы вызволить нашу помощницу.

— Не нужно извинений. Я на всё готов.

Когда распоряжения были отданы, Гестия снова посмотрела на Белла.

— Остальное зависит от тебя. А теперь иди.

— Да!

Белл побежал из шумного сада перед домом Паствы Аполлона так быстро, как его могли нести ноги.

У него всего одна неделя.

За эту неделю он должен стать сильнее своих врагов — сильнее Гиацинта.

Характеристики на его спине будто горели. Усталость и ментальное истощение — ничего этого больше значения не имеет. Он побежал к высокой башне на севере, где ждала Принцесса Меча.

----------

Глава 4. Те, кто придёт.

Глава 4. Те, кто придёт.

Всем добра с вами Кристонел. В свете блокировок из разряда «никогда не знаешь когда тебя схватят за жопу» запускаю в твиттере хештег #Кристычнапереводе инфу о моих переводах сможете найти там. Также вопросы можно задать в дискорде команды АЮМ, адрес которой есть во всех моих послесловиях. приятного чтения главы.

Новость о «Битве» разлетелась среди богов с огромной скоростью.

Разумеется, авантюристы и жители Орарио не могли не заметить ликующих и взвинченных божеств по всему городу. За считанные минуты каждое живое существо на поверхности Города-Лабиринта знало о том, что должно случится.

Новость просочилась сразу после того как Гестия и Аполлон официально договорились о «Битве».

— Кажется это та самая башня!..

Белл покинул дом Паствы Аполлона, в тупиковой части города и пробежал по оживлённым улицам. Петляя по незнакомым переулкам, он оказался в Северо-западной части города. Месяц назад он тренировался на городской стене с девушкой. Отчаянно пытаясь вспомнить ориентиры, которые она ему говорила, Белл искал здание, которое называемое ей домом.

Беловолосый парень практически летел по Северной Главой Улице, яростно размахивая руками в такт шагам. Переулки проносились мимо один за другим; глаза отчаянно пытались найти хоть одно знакомое место.

Парень повернул в на одну из улиц, переполненных украшенными орнаментами домами и известными в городе зданиями. Белл смотрел на крыши, пытаясь найти самую высокую. Несколько поворотов спустя парень обнаружил, что оказался прямо перед домом Паствы Локи, Сумеречным Поместьем.

— Эй, ты, а ну стоять!

— Назови цель визита!

— Разрешите мне поговорить с Айз… Позвольте переговорить с Айз Валленштайн!

Мужчина и женщина перекрыли вторженцу путь в дом Паствы. Парень попросил разрешения встретиться с Айз. Мужчина рассмотрел лицо Белла, его брови опускались всё ниже, а в голове складывалась картина.

— Ты же Маленький Новичок?.. Зачем тебе с ней встречаться?!

Белые волосы и красные глаза Белла выделяли его среди остальных авантюристов. Страж не мог пропустить чужака внутрь и преградил путь, ну а Белл не мог позволить себе уйти.

Парень начал выпрашивать разрешение увидеться с Айз, но не мог объяснить зачем ему это. Голоса стражей становились громче и злее, а парень просил всё настойчивее и отчаяннее. Вскоре к воротам дома Паствы начали подходить её члены.

— !..

Группа из двадцати авантюристов высыпала из здания, построившись за стражами в стену копий, готовясь защитить свой дом от вторженца. Положение Белла становилось всё более и более опасным.

Подоспевшие авантюристы начали выкрикивать угрозы, называя Белла «жалким», «бесстыжим» и «дерзким», помимо прочего… Все уже знали, что Паства Гестии будет участником «Битвы» и считали, что парень прибежал убедить Айз присоединиться к битве — лис заманивает тигрицу ради когтей. Они были готовы сделать всё, что в их власти, чтобы прогнать Белла. Их решимость защитить Айз от нападок перерастала в гнев — разве они могли позволить Беллу использовать девушку в собственных целях?

Страх охватил Белла, он рефлекторно отступил.

Он знал, что его действия бесстыдны, но и отступить не мог. У него слишком мало времени чтобы стать сильнее, чтобы сократить разрыв с новоявленным врагом. Единственная возможность стать сильнее достаточно быстро, которую знал парень, это тренировки с Айз. Как и в тот раз, когда она тренировала его перед битвой с Минотавром.

Тот факт, что Лили была похищена съедал Белла изнутри. Сейчас, вместо спасения ему приходилось стоять и выслушивать гневные крики. Каждое мгновение, в которое он ничего не делает начал казаться парню вечностью.

— Позвольте мне увидеть Айз! — снова взмолился Белл, кланяясь снова и снова.

— Что тут у нас?

Сквозь хаос пробился новый голос.

Толпа авантюристов затихла. Белл остановился, он уставился на владелицу голоса.

Авантюристка высокого класса, Тионэ Хайрит пошла к вратам. Как и полагается представительнице её расы, она была едва одета, лишь в нескольких местах бронзовую кожу прикрывала одежда. Длинные чёрные волосы развевались из стороны в сторону с каждым шагом.

Авантюристы расступились, пропуская её вперёд. Она направилась прямо к Беллу.

Один из стражей наклонился и зашептал её на ухо, что происходило раньше. Глаза Амазонки уставились на Белла.

— Тебе здесь не место. Я не могу позволить продолжаться этому фарсу.

— ?!

Тионэ была безжалостна. Она представляла волю Паствы Локи пока рядом не было лидера, Финна.

Её тон был ледяным, а во взгляде не было ни малейшего признака жалости. Амазонка скрестила руки, она была непоколебимой и ужасающей. Спустя несколько секунд она схватила Белла за плечи и вытолкнула с территории Паствы.

— П-постойте! М-мисс Тионэ?! Пожалуйста, выслушайте!..

Беллу пришлось сделать несколько шагов назад, чтобы остаться на ногах. Сила девушки ошеломила Белла, он отходил всё дальше и дальше от своей последней надежды.

Его тело дрожало, Белл попытался рвануть обратно к дому Паствы Локи, но тут Тионэ к нему наклонилась.

— …Поверни направо и пройди два квартала по улице.

— !

Голос амазонки был тихим, чтобы никто кроме Белла её не слышал. Тионэ проигнорировала удивлённый взгляд Белла и толкнула его ещё раз. Её лицо было будто бы каменным, она довольно долго смотрела на Белла, прежде чем развернуться спиной. Белл наблюдал как амазонка удаляется, потеряв дар речи. Девушка быстрыми шагами прошла мимо авантюристов и вернулась в здание.

Наконец, Белл снова смог двигаться. Очень медленно, парень побрёл прочь от дома Паствы Локи. Чувствуя гневные взгляды, Белл вернулся на ту же улицу с которой пришёл… а скрывшись с глаз авантюристов рванул на полной скорости.

Он пошёл в указанном Тионэ направлении, побежал по тёмным переулкам, сердце парня сильно стучало. Один квартал, второй и…

— О! Эй, Айз! Вот и Аргонавтик!..

— Айз?! М-мисс Тиона?!

Парня встретили вооружённая своей саблей Айз и вторая из сестёр-амазонок, Тиона, с огромными ножнами, покоящимися на плече.

Белл удивлённо замер, но Тиона поздоровалась с ним как со старым другом.

— Мы видели тебя из окна, Аргонавтик. Айз блеснула идейкой и сказала Тионэ тебя встретить.

Тиона объяснила, как была устроена эта тайная встреча.

Айз всё поняла, как только Белл показался у парадной двери. Взгляд парня подсказал ей что тот пришёл за новой тренировкой. Но переговорить перед обозлёнными членами своей Паствы девушка не могла, поэтому отправила Тионэ с сообщением.

Хотела ли Тиона помочь подруге, или просто повеселиться, но она пришла в восторг от идеи тренировок.

— …Айз, ты правда можешь?

Белл сделал очень несмелый шаг вперёд и заговорил.

У девушки нет причин чему-то его учить, Белл просит её об огромном одолжении. Поскольку их Паствы не работают вместе, Айз может делать что-то только по своему желанию и столкнуться с возможными последствиями.

Слова Белла повисли в воздухе, напряжение нарастало. Наконец, Айз ответила.

— Я не могу сразиться за тебя или рядом с тобой… Тебе будет нужно постараться…

— Ага, ага! Это твоя драка, Аргонавтик!

Тиона перевела слова Айз, а потом ткнула в парня пальцем.

Белла пробил холодный пот. Айз продолжила.

— Но мне кажется, что будет неправильно… тебя оставлять.

— Айз…

Взгляд золотых глаз заставил сердце Белла растаять. Совершенно игнорируя неожиданную смену настроения, Тиона встряла в разговор:

— Да ладно, всё будет круто. Если Айз поднатаскает тебя к «Битве», будет только веселее! Локи и остальные будут в восторге!

Белл мог только скривиться от этой мысли. Если бы разница в силе между ним и Паствой Аполлона не была бы такой колоссальной, за «Битвой» было бы интереснее наблюдать. Айз посмотрела на амазонку и легонько улыбнулась.

— Как по мне, Паства Аполлона поступает неправильно. Слишком грязно такие штуки проворачивать, так что я не могу остаться в стороне…

Щека Тионы дрогнула, а потом она посмотрела на парня, и улыбка растянулась на её лице.

— Так что я тоже тебе помогу, Аргонавтик!

— Это значит…

— Ага! Со мной тоже смахнёшься!

Белл посмотрел на Айз, не зная, что сказать. Девушка ему кивнула. Поражённый таким поворотом событий, Белл замешкался.

— Я не знаю, как мне выразить свою благодарность…

— Да расслабься, всё в порядке! Идём, время не ждёт!

— Конечно.

Белл поклялся, что найдёт способ отплатить девушкам за их доброту. Он в огромном долгу перед ними.

Тиона была в таком восторге, что начала размахивать своим огромным оружием с детской улыбкой на лице. Белл и Айз шли за ней по улице.

Пункт назначения: то же самое место, в котором они тренировались прежде — северо-западная часть городской стены.

Тренировка Белла с двумя авантюристами высшего класса почти началась.

Гильдия официально одобрила «Битву» между Гестией и Аполлоном почти мгновенно. В то же время по всему городу началась подготовка.

Впрочем, никто не работал усерднее, чем работники Гильдии. От них требовалось подобрать правила, которые позволят обеим сторонам раскрыть свой полный потенциал, при этом не создавая опасность для жителей Орарио. Бойцам нужны припасы, наставления, а самое главное, площадка для «Битвы». Сражение может начаться в любой момент; нельзя терять время. Помимо прочего, Гильдии требовалось учесть пожелания богов.

В городе не было ни единой души, авантюриста или простого жителя, который бы не ждал, когда объявят условия «Битвы». Сейчас все могли только предвкушать зрелище.

— …Гестии нет и сегодня?!

Тринадцатый этаж Башни Вавил в центре Орарио…

Аполлон почти сорвался.

Множество богов и богинь собралось за круглым столом, стоявшим между множеством колонн, поддерживавших высокий потолок. Правила и стиль проведения «Битвы» определяется богами-участниками, но в обсуждении участвуют и все остальные боги — как зрители, которых это зрелище развлечёт — на Денатусе.

С нападения на Паству Гестии прошло три дня.

Аполлон начал злиться, поскольку его противница никак не показывалась. Она объяснила это, заявив, что несколько дней была «больна». Несмотря на заявление, что она физически не может присутствовать на встрече, было ясно, что она тянет время.

Аполлон злобно вертелся на стуле, заявляя, что Гестия просто готовит план побега. Когда он завершил свою тираду, высокая дверь в помещение распахнулась.

— Простите, опоздала. Приношу свои извинения, за то, что заставила вас столько ждать.

Несмотря на напускную вежливость, было ясно что Гестия нисколько не сожалеет. Миах шёл за спиной богини.

— Ты очень сильно подзадержалась, Гестия. Как ты собираешься ответить за такую продолжительную задержку Денатуса?

— Не я виновата в том, что подхватила жар, пока твои последователи гоняли меня по городу. Какое-то время я вообще думала, что мне конец.

Гестия снова сослалась на здоровье, в ответ на возражения Аполлона. Миах, стоявший за спиной Гестии подтвердил её заявление.

— Да, она была в ужасном состоянии.

— Ага, ага, Малявка хилая, хватит тянуть кота за… Начнём уже?

Локи развалилась на своём стуле, подняв бровь и закинув за голову руки, будто она тоже потеряла терпение. Боги расселись по местам, и, наконец, началось обсуждение.

Первым требованием было подписание необходимых бумаг Аполлоном и Гестией в присутствии остальных богов.

— Как только я одержу победу, я заберу Белла Кранелла.

— …

— Хочу прояснить ситуацию. Никаких детских отговорок или притянутых за уши формулировок после «Битвы». Если победит Гестия, может потребовать всё, что пожелает её маленькое сердечко.

Возможность поражения даже не беспокоила Аполлона. Он желал одного: немедленной передачи Белла Кранелла Пастве Аполлона. Гестия молчала. Божество, записывающее ход собрания сказало:

— Вот и хорошо, — записав требования.

После, наступила очередь обсуждения «Битвы».

— Один на один, сильнейшие авантюристы наших Паств решат всё между собой. Разве это будет не восхитительно?

Гестия даже не взглянула на Аполлона, делая своё предложение.

— Бой будет проведён в Колизее, на виду у всех. Решающая битва на наших глазах. Всех это порядком развлечёт, не так ли?

— Согласен. Смотреть как дети Аполлона навалятся на Белла всей толпой будет довольно скучно.

— Поддерживаю предложение.

Аполлон злобно взглянул сначала на Гестию, а потом на её союзников, Миаха и Такемиказучи.

Немало сидевших за столом богов закивали, уловив логику в этих словах.

— Что скажешь, Аполлон?

— Твоему парню придётся сойтись с Убийцей Быков!

— Сильные противники сойдутся в дуэли один на один, как по мне, звучит неплохо.

— …

Божества за столом начали улыбаться. Они не принимали определённую сторону, им просто нравилось смотреть как реагирует Аполлон.

Светловолосое божество с лавровым венком натянул маску спокойствия и улыбнулся:

— Единственная причина по которой твоя Паства так мала заключается в твоей лени, Гестия.

— Мууу…

— Можешь сколько угодно рыдать над своим недостатком детей, а у меня нет причин соглашаться на твои условия.

— Грррр… — Гестия тихонько зарычала, когда Аполлон указал, что размеры Паствы целиком и полностью зависят от бога.

Гестия действительно просто хотела быть с одним только Беллом и даже не пыталась увеличить размеры Паствы. Гестии нечем было защищать своё предложение, поэтому Аполлон предложил другое:

— Чтобы всё было честно, почему бы нам не положиться на случай?

— Конечно, — раздались голоса богов, и Аполлон достал из-под стола коробку.

Каждый бог написал на бумажке, в каком формате он желает увидеть «Битву». Все бумажки были собраны и помещены в коробку. Разумеется, Гестия написала ДУЭЛЬ огромными буквами и бросила свою бумагу в коробку.

— Я не могу доверять богу, который встал на сторону Аполлона.

— …это взаимно. Я не приму вариант, вытянутый Миахом или Такемиказучи.

Гестия и Аполлон холодно обменялись условиями.

В таком случае… оба божества осмотрели стол, их взгляды сошлись на одном боге.

— Гермес.

— Эээм… вы серьёзно?

Голоса Гестии и Аполлона прогремели, они назвали бога одновременно.

Удивлённый неожиданному выбору Гермес натянуто улыбнулся.

— Мой дорогой друг, я вверяю выбор в твои руки.

— Полагаюсь на тебя, Гермес.

Аполлон знал Гермеса со своих дней в Тенкае и величественно кивнул. Гестия посмотрела на бога с доверием во взгляде. Выбор пал на Гермеса, потому что в таких ситуациях он всегда соблюдает нейтралитет.

— Похоже, придётся мне, — сказал он на выдохе, принимая роль доверенную ему двумя божествами. Он поднялся со стула и обошёл стол. Все взгляды уставились на него.

— Полегче со мной…, — пробормотал он себе под нос, медленно опуская руку в коробку.

Гестия ёрзала на стуле, у неё перехватило дыхание, когда Гермес достал бумажку и развернул её. Лицо Гермеса побледнело, он помешкал пару секунд, а потом на его лице появилась пустая улыбка и он произнёс.

— Осада Замка.

Бам! Кулаки Гестии ударили о столешницу, она скрипнула зубами.

— Пф-ха-ха-ха-ха! Решение было выбрано честным образом. Обжалованию не подлежит!

Смех Аполлона разнёсся по залу. Что в атаке, что в защите, подобный стиль «Битвы» требует огромного количества людей. Скорее всего, Гермес вытащил бумажку, написанную самим Аполлоном.

— Вот вам и Гермес.

— Не могу дождаться!

Другие божества также начали разговаривать между собой.

Гермес расстроенно посмотрел в потолок, лицо Гестии побагровело и затряслось от гнева. Аполлон же, напротив, повеселел:

— Невозможно защитить замок в одиночку. Поэтому я предоставлю Гестии роль атакующего.

Аполлон улыбнулся, поскольку его слова записываются.

Слова Гестии застряли в горле от расстройства, поскольку она получила худший из возможных исходов. Плечи богини начали опускаться…

— Прошу прощения, могу я высказаться? — заговорил Гермес.

— Аполлон, подобный тип сражения ставит Гестию в очень неудобное положение… Это совершенно нечестная битва. Я уверен, многим из нас будет скучно на это смотреть.

— …

— Поэтому, я хотел бы предложить позволить авантюристам других групп принимать участие в этой «Битве».

Предложение Гермеса об участии членов других Паств в «Битве» заставило Аполлона нахмуриться.

— …Гермес, я знаю, что ты пытаешься сделать: подобное предложение кажется мелочью, но в то же время загонит меня в угол. Не думай, что я позволю такому случиться.

Принимая во внимание прошлые отношения, Аполлон натянуто улыбнулся, пытаясь предотвратить вмешательство Гермеса.

— Все участники «Битвы» должны принадлежать к Паствам, которые в неё вовлечены, таковы правила. Присутствие участников других Паств бросает тень на богов, сошедшихся в битве.

Аполлон заявил, что он не примет такое безрассудное предложение.

— Что же, в этом есть истина.

— К тому же, если авантюристы высокого класса присоединятся к Гестии, я окажусь в опасности. Так получилось, что я знаю о том, что Гестия и Гефест довольно тесно дружат.

Аполлон продолжил отвечать Гермесу, по очереди взглянув на каждого бога за столом.

Последователи Гефест известны не только своими кузнечными навыками, но и достижениями на полях сражений. Богиня кузнецов бросила взгляд на Аполлона, сложив руки и сказав:

— Подобного я бы не допустила.

Аполлон ей усмехнулся, не принимая её слова на веру, и тут…

— Ох и ах, Аполлон. Ты так напуган?

— Фрея…

Сидевшая тихо всё это время сереброволосая богиня вступила в разговор. На её губах появилась лёгкая улыбка.

— Боишься сразиться больше чем с одним врагом разом?

— Не пытайся меня обдурить…

— О, или ты не доверяешь своим детям? Это так ты проявляешь свою любовь?

Божество, имеющее власть над самой любовью, уязвило гордость бога, который ей слишком одержим. Аполлон стиснул зубы так крепко, что они заскрипели. Вскоре большая группа божеств мужчин оказалась на стороне Фреи, голосуя за разрешение сражаться членам других Паств. Денатус поразило неожиданное оживление.

…Значит Фрее нужен Белл.

Несмотря на то, что слова сереброволосой богини пробудили в Гестии тревожные мысли, сейчас было не время их озвучивать. Если действия Богини Красоты хоть немного помогут Беллу в этой ситуации, она примет их с распростёртыми объятьями.

— …Ладно. Не больше одного авантюриста. Но эти авантюристы должны принадлежать к Паствам, действующим за границами Орарио.

Взволнованный Аполлон был вынужден принять часть предложения Гермеса.

«Ах ты монстр!» — беззвучно сказали губы Гестии, её плечи снова опустились.

Даже если принимать в расчёт количество авантюристов, средняя сила Паств, размещённых в Орарио гораздо выше, чем сила Паств за стенами города. По большей части, это из-за того, что авантюристы высокого класса очень сильны.

За пределами Орарио очень мало авантюристов выше второго уровня. К тому же, заключить контракт перед самым началом «Битвы» с одной из этих Паств, это ещё одна из невыполнимых задач.

Никто не возразил на условия Аполлона. Новые правила добавляются в «Битву» в таком виде. Даже Фрея не смела вмешиваться. Светловолосый бог самодовольно взглянул на погрузившуюся в отчаянье и тишину Гестию.

— Не каждый древний замок можно использовать, пусть Гильдия определяет место. Потом будем определяться с датой. На сегодня заканчиваем?

Локи призвала завершить Денатус. По полу скрипнули стулья, божества двинулись к выходу. Аполлон шёл не торопясь, ухмыльнувшись, проходя мимо Гестии, пока наконец не исчез в проходе.

Гестия смотрела ему вслед со злобой. Наконец, она тяжело вздохнула. В зале остались только её друзья.

— Прости за это, Гестия. Я подставил тебя под серьёзный удар, — Гермес первым подошёл к Гестии и извинился.

Богиня покачала головой:

— Нет, Гермес, это не твоя вина.

Насколько бы против она не была, тип «Битвы» был выбран честно. Даже то, что членам других Паств позволили участвовать, можно назвать чудом. Всё благодаря тому факту, что боги и богини надеются на интересное шоу и Фрея приняла сторону Гестии во время собрания.

Правила были установлены и Гестия приняла решение использовать всё, что только можно использовать. Её глаза пылали от желания победить.

Будто переключив рычаг, Гестия перевела свои мысли на другие вопросы, требующие разрешения.

— Итак, Гермес, ты выяснил где держат нашу помощницу?

Богиня не сидела без дела, притворяясь больной последние три дня. Она пустила все возможные ресурсы на выяснение судьбы Лили, после того как девушку забрала Паства Сомы, в том числе и попросила о помощи Гермеса.

— Конечно я выяснил. Точнее, выяснила Асфи. Судя по всему, малютку Лили держат в на складе сомы.

— В каком-то хранилище?! Даже не в доме?

— Именно так. Сома купил огромное здание для хранения своего вина. Похоже, дом его Паствы был недостаточно велик.

Гестия сомневалась в словах Гермеса, но бог был серьёзен.

Гермес продолжил раскрывать информацию:

— Расположено оно на юго-востоке, неподалёку от Улицы Дедала. Охрана довольно серьёзная, охраняется лучше, чем дом Паствы. Повсюду авантюристы высокого ранга.

— …

— Прошу прощения, но я не хотел бы впутывать в это своих детей. Я не стану просить их сражаться… Что будешь делать?

Гестия наклонила голову в ответ на вопрос Гермеса.

— Разумеется, пойду туда.

Она пообещала Беллу. Она сказала, что спасёт помощницу.

Грязные лампы с магическими камнями отбрасывали на каменные стены тусклый свет.

Ощущая холодную грязь щекой Лили открыла глаза. Она лежала на животе, её руки были связаны за спиной. Игнорируя глухую боль в теле, девушка-полурослик подняла голову и осмотрелась. В её тёмной тюремной клетке ничего не изменилось с тех пор, как она здесь оказалась. Запертая в клетке девушка могла лишь воображать себе, как жалко она выглядит.

Она в точности исполняла приказы Заниса и была брошена в винный погреб Паствы. С тех пор она здесь заперта.

Эта часть здания была отведена для удержания членов Паствы, которые нарушили правила или перепили божественного вина. Девушка была связана стальной проволокой достаточно крепкой, чтобы авантюрист низкого класса не мог из неё освободиться. Несколько ближайших помещений служили для хранения инструментов и как импровизированная тюрьма. С Лили обращались как с пленницей, в наказание за продолжительное время, проведённое вне своей Паствы.

Потерявшая чувство времени Лили понятия не имела сколько дней прошло с того сражения на улицах.

Лили перекатила тело в угол своей клетки, в котором для неё была милосердно оставлена небольшая порция еды и воды. Оторвав голову от пола, она впилась губами в жидкость.

Отчасти девушке было стыдно за её жалкий вид, но чего-то подобного она и ожидала.

Дни, которые она провела с Беллом, были особенными, но сейчас ей оставалось проживать свою жизнь, хлебая грязную воду, которую ей принесли.

Сударь Белл, Сударь Вельф, Всевышняя Гестия…

В порядке ли они?

Это всё, о чём Лили могла думать.

Никто не охранял её камеру, а каменные кирпичи не самые приятные собеседники. Она не представляла, что происходит снаружи. Но ни разу она даже не задумалась о побеге. Понимание, что она пала так же низко, как преступники, подкосило её дух.

Каменный пол был холодным и влажным. Тело девушки тряслось пока она пила.

Свет лампы с магическим камнем за решёткой её темницы дрогнул, будто затухающая свеча.

— …

Тук-тук, тук-тук. Постукивания подошв раздались из коридора, кто-то спускался по лестнице.

Лили оторвала тело от пола и села. Вскоре длинная тень появилась за стальными прутьями. Тень Заниса.

— Как себя чувствуешь, Арде?

— …Ужасно.

Мужчина глянул сверху вниз на Лили, через решётку. Лили практически сплюнула ему на ноги, отвечая.

Иронично улыбнувшись, мужчина сложил руки за спиной.

— Ну прости. Видишь ли, последние три дня я был очень занят, информацию собирал и прочее. У меня не было времени зайти. Как досадно.

— …Сударь Белл в порядке? Сударь Занис ничего ему не сделал?

— Я человек слова. Я поклялся именем Всевышнего Сомы.

Лили, наконец, смогла задать вопрос, который последние три дня съедал её изнутри. Несмотря на то, что она не слишком доверяла командиру Паствы, она решила принять его слова на веру. После того как это было улажено, она решила узнать ещё об одной вещи, которая её интересовала:

— Почему… почему сударь Занис беспокоится о Лили?

Она спросила со всей серьёзностью, голос был лишён эмоций настолько, насколько это было возможно.

Лили слышала, как этот человек сказал, что она ему нужна, когда её забирал. Она хорошо запомнила эти слова.

Как и Кану, зверочеловек, который бросил её умирать, Занис часто отбирал у неё деньги. Ещё ни разу он не протянул ей руки помощи. Она видела в нём человека, который смотрел на остальных только как на ходячие мешки с деньгами.

— От меня не ускользнул тот факт, что ты неплохо зарабатывала, — на лице Заниса растянулась улыбка. — Ты и представить не можешь, как я был счастлив, когда узнал, что ты жива. Я хотел поймать тебя ещё в тот день когда ты лично явилась к Всевышнему Соме… но уже тогда были назначены переговоры с Паствой Аполлона. Так что ты была нужна нам в качестве законного права для сохранения платы. И ты отлично сыграла свою роль.

Всё пошло согласно плану Заниса, по крайней мере, так он заявил. Взгляд Лили пустел с каждым новым сказанным словом.

— …Лили бесполезна и ничего не стоит.

— Вовсе нет, у меня для тебя найдётся дело. Я узнал, что ты втайне накопила немало денег. Мне кажется, что кто-то с такими ловкими пальчиками, как у тебя, заслуживает признания своих талантов. И, к тому же…, — Занис позволил повиснуть тишине, во время которой одним пальцем поправил очки. — У тебя есть довольно «необычное» Заклинание, не так ли?

Глаза Лили округлились, когда Занис упомянул её магию, Золушку.

За исключением Белла, Вельфа и Гестии она никому не раскрывала этот секрет.

— Мне сказал Всевышний Сома, — добавил Занис, увидев удивление девушки.

Именно Сома раскрыл Заклинание в её экселии и позволил девушке его использовать. Разумеется, он знал о его существовании.

Лили подумала о последних событиях и пришла к заключению, что Занис возможно знал о её Заклинании ещё до того, как она фальсифицировала собственную смерть.

— Хотелось бы убедиться… Арде, ты же можешь превращать себя в монстров, правильно?

— …И что будет с Лили, если она может?

С губ мужчины сорвался смех.

Занис прищурился, улыбка на его лице стала недоброй, он смотрел на Лили как волк, загнавший свою добычу.

— Есть один проект, в котором мне бы хотелось твоего участия. Ничего необычного, простая деловая схема.

— И это?..

— Выманивать монстров, ловить их и продавать за деньги… довольно просто, не думаешь?

Это безумие! — В сердцах крикнула Лили.

Даже если приручить дикого монстра, он будет слушать только своего укротителя. Если прирученного монстра закрыть в маленьком пространстве и приказать ждать укротителя, он всё равно будет бросаться на любого, кто окажется рядом. Именно поэтому прирученных монстров никогда не используют для тягания повозок и других задач.

Монстры считают людей своими кровными врагами; с этой установкой ничего не сделать.

Они не становятся послушными рабами.

Монстры не имеют ценности.

— Ха-ха… я бы не был так уверен, — в голосе и глазах Заниса проскочила жадность, которую ни с чем не спутать.

Лили начала одолевать злость. Она яростно смотрела на мужчину. Даже её обычное напускное уважение испарилось:

— Ты поэтому притащил Лили обратно, в Паству Сомы… Ради этого ты ввязался в атаку на Белла?

— Да, к моему сожалению.

Тон Заниса стал выше, он будто ликовал. Его интеллигентность исчезла, показался настоящий Занис:

— Я хочу Божественного Вина Всевышнего Сомы. Я хочу денег и женщин, лучших деликатесов… Я хочу сполна насладиться всем, что этот мир может предложить!

БАМ! Занис ударил ногой по прутьям решётки.

Клетка была создана достаточно прочной, чтобы сдерживать нерадивых авантюристов. Но Характеристики Заниса были слишком высокими, чтобы прутья выдержали его удар, и они прогнулись. Лили молча уставилась на прогнувшийся от ботинка прут.

Алчность в голосе Заниса была так сильна, что Лили никогда не слышала подобного раньше… даже среди тех, кто попал под влияние Божественного Вина.

— Я люблю эту Паству. Что бы мне не приходило на ум, что бы мне не захотелось попробовать, наш бог и слова не скажет. Он слишком одержим своим занятием, что плевал он на каждого из нас. Это величайшая свобода!

— …Лили увидела, каков ты на самом деле.

— Упс.

Занис попытался прикрыть свою злобную улыбку рукой. Отведя ногу от погнутых прутьев решётки, мужчина снова выпрямился, как ни в чём не бывало.

Гнев Лили разгорелся только сильнее, когда она поняла, что этот человек ни во что не ставит даже Бога Сому. Разумеется, текущее шаткое положение Паствы Сомы стало таковым из-за недосмотра бога, но стоявший перед Лили человек приложил к этому больше всех усилий.

Глаза Лили блеснули, а на лице мужчины снова появилась ухмылка. И случилось это.

— ?..

— Тревога… Мы подверглись нападению?

Даже толстые стены темницы не могли не пропустить тревожный звон, раздавшийся сверху.

Топот сотен шагов раздался над головами, вторя звону колокола. Сидевшая на полу Лили начала осматриваться, пытаясь понять, что происходит.

— Чандра! Где ты?! Что за чертовщина твориться!

Во весь голос крикнул Занис, повернувшись к коридору и лестнице, ведущей на поверхность.

Какое-то мгновение в коридоре было тихо, голос мужчины унёсся в никуда. А спустя несколько секунд у лестницы появился очень раздражённый, на вид, гном.

— Сходи наверх, сам посмотри… У тебя ноги только для вида, что ли?

— Хватит препираться. Что случилось?

— Пара «мышей» попали в лабиринт. Из разных Паств… С ними мелкая богиня, — бородатый гном с короткими волосами, от которого разило за версту, Чандра, взглянул на Лили, подбираясь к тюремной решётке.

Девушка подпрыгнула от слов «мелкая богиня». Глаза Заниса сузились, потому что он пришёл к такому же заключению, услышав описание вторженцев.

— Где они сейчас?

— Дерутся у входа на первый этаж.

— Вот как? Ну тогда… нужно разбить эту мелочь. Я принимаю командование.

Лицо Лили побледнело. Отчаянно пытаясь подняться, она прислонилась телом к решётке.

— Ты нарушаешь своё обещание?! Ты же сказал, что сударыне Гестии никто не навредит!

— Она нас атаковала. Не я буду виноват если её поглотит собственное пламя.

— Лили убедит её уйти! Пожалуйста, позвольте Лили с ней поговорить!..

— Ни за что. Я не могу позволить своему любимому товарищу подвергаться такой опасности. Кажется, они тебя искать будут.

Заявление Заниса о её «защите» стало последней каплей. Лили пришла в ярость.

— Лили отказывается с тобой работать, раз ты нарушаешь обещания!

— Какая досада…

Занис прикрыл глаза и подошёл к решётке. Скривившись в усмешке, он посмотрел прямо на Лили:

— Похоже, ничего не поделаешь. У меня бутылочка сомы с твоим именем на этикетке. И я прослежу чтобы ты выпила всё до последней капли.

— …

Лили застыла.

— Влияние сомы сделает из тебя надёжную помощницу… Ты будешь рада любому приказу, который я отдам.

Созданный Сомой «Абсолют».

Безжалостное пойло, которое погружает сердца людей Гекая в бесконечный круг пьяного экстаза и желания выпить ещё. Совсем недавно, один глоток этого варева заставлял Лили ценить его больше, чем свою жизнь.

— !

Не заботясь о последствиях, Лили попыталась ударить Заниса головой, чтобы причинить ему хоть какую-то боль.

Дуннн. Прутья решётки этому помешали. По тюремному залу разнёсся гул, когда голова девушки с ними встретилась. Мужчина улыбнулся, увидев ручеёк крови, который начал течь по её лицу, наслаждаясь каждой искоркой гнева в её глазах.

— Чандра, придержи Арде тут, ради меня.

— Хмф…

Дворф не ответил лидеру, он повернулся спиной к решётке и сел. Занис в ответ хмыкнул и исчез на лестнице.

Лили хотела крикнуть, чтобы он шёл обратно, но слова застряли у неё в горле. Этот человек собирался нарушить обещание и даже обратить её в раба с самого начала.

Проклятье!!! Лили стиснула зубы и решила, что сейчас самое время сбежать из этой клетки.

Единственная причина здесь сидеть исчезла. Теперь она должна помочь Всевышней Гестии и остальным сбежать.

— !..

Лили убедилась, что дворф её не видит и попыталась скинуть свои путы.

Чандра сидел на полу и прихлёбывал вино из тыквы, снятой со спины. Проволока врезалась всё глубже и глубже в руки девушки, когда та пыталась освободиться. Она вспомнила каждую уловку, которой научилась, будучи воровкой. Включая тихое использование своего заклинания. Когти верфольфа выросли из её пальцев и позволили ослабить путы достаточно сильно, чтобы освободить руки.

Однако, она продолжила держать руки за спиной, чтобы скрыть тот факт, что она освободилась. Теперь, ей осталось только понять, как можно ускользнуть незамеченной.

Разум Лили отчаянно пытался найти способ выбраться, не привлекая внимания Чандры, но тут раздался голос дворфа:

— Хочешь выйти, выходи.

Лили потеряла дар речи. Чандра на неё даже не смотрел, он обхватил своей огромной ладонью замок клетки и сорвал его одним движением.

— П-почему… вы нарушаете приказ сударя Заниса?

— Ненавижу эту дрянь.

Неприязнь в его голосе звучала громче, чем звуки битвы, раздававшиеся где-то сверху.

— Я пришёл в этот город потому что слышал, что смогу выпить самого крепкого и самого вкусного вина в мире. Так я нашёл эту Паству. Но этот парень помыкает нами, как хочет. Никакое божественное вино теперь меня не берёт.

Лили уставилась на профиль дворфа, хлебнувшего из своей огромной фляги.

Чандра Ихит, авантюрист высокого класса, Второй Уровень, как и Занис.

Он ни разу не протянул Лили руку помощи, когда девушка была одна, и её изводили другие члены Паствы. Впрочем, он никогда и не присоединялся к издевательствам.

— Чую, ты ненавидишь его так же, как я. Потом найду отговорку.

Дворф посмотрел на девушку через плечо. Тёмно-коричневые глаза Чандры встретили взгляд ореховых глаз Лили.

Лили решила поверить в довольно простое желание дворфа выпить вкуснейшего вина и воспользовалась возможностью.

— Большое вам спасибо.

Выразив благодарность, Лили выбежала из клетки.

Три дня проведённые на полу в связанном виде отразились на движениях девушки. Спотыкаясь, она неслась по лестнице так быстро, как только могла.

— ?!

Она оказалась в новом каменном коридоре, звуки битвы доносились откуда-то снаружи.

Столкновение металла с металлом, отчаянные вопли и крики — каждый звук будто ножом проходился по сердцу девушки. Она не могла этого выносить. Не найдя пути наружу, Лили увидела окно в самом конце коридора. И бросилась к нему.

Окно находилось чуть выше её головы и было зарешёчено, подобно её клетке. Лили подпрыгнула, зацепилась за прутья и сунула между ними голову.

— Сударь Вельф, сударыня Микото?!

Несмотря на очень ограниченный вид, Лили заметила знакомые лица среди авантюристов, вовлечённых в битву с Паствой Сомы.

Огромный внутренний двор был уставлен стопками ящиков, некоторые из которых возвышались даже над крышей. А всё остальное заполонили люди. Вельф и Оука бились в передних рядах, спины им прикрывала Микото. Нажа и Чигуса поддерживали их дальними атаками. Группа была загнана в угол двора кажущимися бесчисленными авантюристами Паствы Сомы.

Большинство врагов было авантюристами низкого ранга, но они брали количеством.

— Пожалуйста, бегите отсюда! Убегайте, скорее!

Лицо Лили посинело, потому что она кричала пока воздух в лёгких не кончился.

У этих людей была лишь одна причина зайти так глубоко на территорию её Паствы: Она сама. Все удары, которые они получат, каждая их рана будет на совести Лили.

Лили кричала во весь голос, надеясь остановить битву. Так получилось, что Гестия, обеими руками схватившаяся за голову и прячущаяся за ящиком оказалась почти у того самого окна, откуда кричала Лили.

— Помощница?!

— Всевышняя Гестия!

Нажа использовала для прикрытия одну из куч ящиков; Гестия была неподалёку. Пригнувшись к земле, богиня скользнула к окну Лили.

Две девушки оказались лицом к лицу.

— Не беспокойтесь за Лили! Пожалуйста, убегайте!

— Этого я не могу! Я не могу оставить это место, если ты не уйдёшь с нами!

— Почему?! Лили не хочет приносить больше несчастий! С Всевышней Гестией без Лили больше не будет таких больших неприятностей! Пожалуйста!..

Девушки начали препираться через металлические прутья, пока Гестия наконец не крикнула:

— Аполлон вызвал нас на «Битву»!

— ?!

— Осада Замка! Две Паствы встречаются в бою, используя все свои силы!

Лили потеряла дар речи, услышав о произошедшем от Гестии.

Мысль о том, что единственный член Паствы Гестии будет противостоять военным силам Паствы Аполлона была практически невероятной. Беллу придётся захватывать замок единолично?!

Гестия перевела дыхание, не сводя взгляд с поражённой Лили.

— Я сделаю всё что в моих силах, чтобы дать Беллу хоть один шанс на победу!

— Но…

— И сейчас он проходит через ад, чтобы подготовиться к «Битве»! Но этого будет мало! Нам нужна ты! Без тебя на нашей стороне победы нам не видать!

…О чём она говорит? Им нужна Лили чтобы победить в «Битве»?

Лили ей не поверила. Лили всегда мешала другим людям… Как она может быть ключом к победе?

Люди вытирали об неё ноги, постоянно шпыняли и постоянно обворовывали. Как может маленькая девочка-полурослик в этом тёмном мире как-то помочь?

Заслуживает ли она спасения?

Гестия несёт чушь.

— Без тебя нам не победить! Нам нужна ты и никто другой!

Девушка противилась. В ней никогда не нуждались, а сейчас богиня говорит ей такое в лицо.

Парень, который всегда ей помогал, который всегда был готов помочь… сейчас помощь нужна ему.

Гестия хотела, чтобы Лили пришла на помощь Беллу.

— Пожалуйста, помоги нам… помоги Беллу!

Лили побежала. Побежала так, будто ей выстрелили из пушки.

Мольбы Гестии крутились в её голове, она пронеслась по тёмному коридору и распахнула двери хранилища Паствы Сомы.

Маленькая, слабая Лили не способна на подвиг. Разве она может спасти Белла? Гестия переоценила её, несмотря на свою божественность.

Но!..

Она сказала, что нужна именно Лили.

Она попросила Лили о помощи.

Она просила Лили, не кого-то другого.

Никто никогда не хотел помощи Лили, никто в ней не нуждался. Но сейчас этот момент настал.

— Ва!..

Перед глазами девушки всё плыло, голова кружилась. В груди было так тесно, что рёбра сдавливали лёгкие.

Не было слов, которые могли бы описать эмоции, разрывавшие Лили изнутри. Её единственным желанием было помочь Гестии и тем, кто сражался во дворе. Чтобы это сделать, она должна была бежать.

Поскольку Занис командует, битву можно остановить только одним способом: предстать перед единственным человеком, власть которого в Пастве выше, её главой, богом Сома. Лили отчаянно пыталась припомнить день, в который её сюда привели и вспомнила что видела здесь божество. Бог был её единственной надеждой освободить её от контракта с Паствой. Ей нужно убедить Сому.

Девушка собрала вместе свои воспоминания, получив в голове обрывки карты этого места. Возле прохода в подземную часть возвышалась наблюдательная башня. Лили была уверена, что самая высокая комната в этой башне принадлежит самому Соме. Там она и надеялась его найти.

Оставляя за собой след из слёз Лили бросилась искать лестницу, которая должна была привести её к богу.

— Они не понимают, когда надо сдаться…, — Занис наблюдал за битвой с площадки на крыше хранилища.

Винный погреб Паствы Сомы представляет из себя центральную башню, окружённую ещё пятью башнями, замыкающими внутренний двор. Его подчинённые атаковали вторженцев, загнав их к одной из наблюдательных башен в углу двора.

Занис усмехнулся, наблюдая, как группа меньше чем из десяти авантюристов отчаянно пытается сражаться. Он тихонько похлопал тому, что им удалось так далеко зайти в отчаянном положении.

Если он захватит юную богиню, то наверняка заключит выгодный договор с Аполлоном. Он уже обдумывал детали этого соглашения в своей голове, отдавая приказы окружать врагов.

— ?..

Занис наблюдал за битвой, но неожиданно уставился в одно место, как ястреб, заметивший добычу.

Он увидел Лили, спешившую к главной башне.

Чем там Чандра занят?! Мужчина ругнулся про себя, его щека дрогнула. Но спустя мгновение к нему вернулась обычная издевательская улыбка:

— Интересно. И что ты собралась делать?

Оставив командовать одного из своих подчинённых, Занис бросился наперерез к Лили.

Лили бежала по запутанной сети коридоров главной башни. Наконец, она добралась до лестницы, ведущей на второй этаж.

Выбраться из узких коридоров нижнего этажа на открытое пространство было сродни чувству новообретённой свободы. Внизу были очень узкие проходы со множеством дверей, ведущих в небольшие комнатки и другие, такие же проходы. Здесь же, через открытые окна девушка видела голубое небо, а похожие на свечи лампы из магических камней светили достаточно ярко.

Комната Сомы была на третьем этаже.

Все авантюристы, которые стояли на страже сейчас присоединились к битве. Так что было довольно тихо.

— Куда направляешься, Арде?

— ?!

Голос раздался за спиной Лили, когда она вбежала в длинный коридор. БАХ! Окно, которое девушка только что пробежала, оказалось разбито вдребезги.

Её нагнал Занис. Авантюрист высокого ранга сломал окно и запрыгнул в коридор. Спокойно перешагнув битое стекло, мужчина снова уставился на Лили.

…Он меня видел!

Пытаясь выжать всю возможную скорость из своих ног, Лили бросилась за поворот, пытаясь скрыться из вида.

— Лестница в этом направлении ведёт только наверх?

— ?!

Лили ощутила кого-то за своей спиной, а потом ладонь легла ей на плечо.

Занис схватил девушку и бросил её на пол.

Глухая боль пронзила тело девушки, когда её тело оказалось на каменном полу. Сражаясь с болью, Лили поднялась на ноги и снова бросилась бежать.

— Ха-ха-ха?! Арде, к чему такая спешка?!

За спиной Лили раздался злобный смех, Лили нахмурилась и прибавила хода.

Спустя секунду ботинок человека ударил в её рёбра.

— А!

— Ты же не собираешься встретиться со Всевышним Сомой? Бесполезно! В этом нет никакого смысла!

Пинок Заниса отправил девушку в стену. Уцепившись за неё, чтобы сохранить равновесие, Лили бежала дальше.

Её тонкие ножки были напряжены до предела и ей приходилось держаться за стену чтобы бежать.

— Неужели тебе кажется, что он тебя послушает? Этого бога волнует только его вино!

— Гхххх!..

— Мелочь вроде тебя для него всё равно что назойливые мошки! Сколько бы ты у него не клянчила, не просила о помощи, тебя ожидает только разочарование!

Он позволял Лили пройти дальше, после чего догонял её и наносил удар. Оскорбления и провокации сыпались изо рта Заниса снова и снова. Его удары что ногами, что руками, отбрасывали девушку в разные стороны.

Для Заниса это было игрой. Его чёрная тень нависала над Лили, когда он размышлял какой удар ему нанести, потом он наслаждался криком боли, после которого девушка продолжала двигаться вперёд.

Всё это время он продолжал делать замечания, что её усилия ничего не стоят.

— А ты странная, Арде! Я думал ты гораздо умнее! Мне нравился тот холодный блеск в твоих глазах, когда ты ненавидела весь мир вокруг!

В темнейшие дни Лили много раз пыталась бежать из бездны Паствы Сомы, но её каждый раз находили и волокли обратно. Ответственным за это человеком был Занис, и сейчас он издевался над Лили.

Сейчас слёзы текли из глаз Лили не из-за её тёмного прошлого, а из-за боли, пронзающей её тело. Она больше никогда не прольёт слёз от грусти, она уже слишком много плакала.

Несмотря на физические и моральные нападки Заниса, девушка шла вперёд. Она пробивалась дальше, пока наконец не забралась по лестнице, ведущей на третий этаж.

На этом этаже не было коридоров, весь третий этаж был одной огромной комнатой — личными покоями Сомы. Лили собралась с силой чтобы сделать первый шаг.

— Триии, два… БАМ!

— АУУУУ!

Занис досчитал до трёх и игриво подтолкнул её пинком, прямо между плеч со всей силы. Тело девушки пролетело по комнате, будто тело куклы.

Но этот пинок протолкнул её через дверь в личные покои. Лили использовала силу инерции, чтобы распахнуть их своим телом, скрестив руки перед собой.

ХЛОП! Двери распахнулись, с грохотом ударившись о стены с двух сторон и Лили оказалась внутри.

— …

Сома был в своих покоях.

Он стоял перед широким балконом, ухаживая за множеством растений, нежившихся в солнечном свете.

Он совершенно не обращал внимания ни на звуки битвы, доносившиеся со стороны входа, ни на громкое появление Лили. Количество воды для каждого растения, которое потом станет ингредиентом для его вина было единственным, что занимало его разум.

— Всевышний Сома! Всевышний Сома! Пожалуйста выслушайте Лили!

Божество стояло спиной к Лили, пытавшейся поднять своё израненное тело с каменного пола.

Поначалу бог продолжал своё копошение в земле, пока, наконец, мольбы Лили не заставили его повернуться с раздражением на лице.

Занис вошёл в зал — это на него посмотрел Сома, поправив неаккуратные пряди волос.

— Здесь слишком шумно, Занис. Я передал тебе решение всех вопросов.

Лили проигнорировал собственный бог, она была поражена.

Занис в очередной раз улыбнулся, разглядев выражение на лице девушки и усмехнулся себе под нос. Не сводя с неё взгляд, он произнёс.

— Прошу прощения за неожиданность этой встречи, Всевышний Сома. Так получилось, что Лилирука Арде очень желала поговорить с вами лично. Не могли бы вы её выслушать?

Занис говорил спокойно, но в его голосе явно слышалась издёвка, будто он знал, что произойдёт дальше.

С ещё большим раздражением Сома перевёл взгляд на Лили.

Девушка поднялась перед ним на колени.

— Умоляю, Всевышний Сома. Пожалуйста, прекратите бой снаружи — пожалуйста, спасите Всевышнюю Гестию и тех, кто сражается на её стороне! Пожалуйста, пожалуйста!..

Щека Сомы вздрогнула, будто голос девушки резал ему уши. Он медленно повернулся к ней. Открыв рот, бог заговорил, но на его лице было такое выражение, будто он знал, что напрасно тратит время.

— Зачем мне слушать дитя, которое подчиниться мне беспрекословно, отведав моего вина?

— …

Услышав монотонный голос Сомы, Лили затихла. Кровь в её венах застыла.

Но взгляд глаз бога заставил Лили понять истину. Сома был разочарован. Разочарован в собственных последователях. Разочарован в мире Гекая.

Божественное вино, сома, разрушало Паству Сомы изнутри. Как и сказало божество, дети поддались власти его вина, которое он давал в качестве награды. Они начали драться между собой чтобы получить больше, показав невероятный эгоизм.

С точки зрения бога Сомы, он лишь награждал их вкуснейшим вином за службу. Но вместо благодарности его последователи обернулись друг против друга ради лишней порции опьянения. Он оказался разочарован такой примитивной реакцией на свои возвышенные мотивы.

…Сома не хотел ничего плохого. Он не собирался причинить боль. Но сейчас его нисколько не интересовали судьбы последователей вроде Лили. Он от них отдалился.

Божественное существо, насмотрелось на низость людей Гекая и продолжило вознаграждать детей, которые позволяли ему все усилия бросить на развитие его ремесла.

— Слова детей, которые поддаются соблазну… ненадёжны.

Глаза Сомы, чёрные, как чернила, смотрели на Лили. Но в них не отражалось лица девушки, только пустое разочарование.

Лили замерла на месте, не зная, что ей сказать. Бог холодно смотрел на девушку, а потом сделал шаг.

Он взял бутылку вина из шкафа, стоявшего у стены его зала.

Лили наблюдала в ошеломлённом молчании, когда Сома взял бокал из другого шкафа и заговорил.

— Если сможешь сказать, то же самое, после того как выпьешь этого, я тебя послушаю.

…Лили не смогла вдохнуть.

Божество наполнило вином бокал, сладковатый аромат разнёсся по залу. Сома протянул бокал Лили. Она смотрела на своё отражение в жидкости.

Божественное Вино.

В горле девушки пересохло, холодный пот побежал по её лицу. Бокал чуть не выскользнул у неё из рук, поэтому девушка обхватила его двумя руками.

Воспоминания о тёмных днях, когда она была под властью сомы, пронеслись в её голове. Лили посмотрела на Сому, её плечи тряслись от страха. Лицо бога было лишено эмоций, а глаза смотрели на ней из-под прядей.

Занис наблюдал за происходящими событиями с улыбкой, будто зная, что сейчас случится.

— А, аау!..

Лили поднялась на ватных ногах.

Её дыхание было прерывистым и дрожащим, она снова посмотрела на содержимое бокала в своих руках.

У неё нет другого выбора. Чтобы спасти Гестию, чтобы наконец разорвать её связь с Паствой, она должна была выпить это вино.

Лили поднесла бокал к губам, её руки дрожали, а ладони вспотели.

Однажды это вино обратило Лили в монстра. Оно похитило её жизнь, оно создало все преграды на её пути.

Под пристальными взглядами Сомы и Заниса Лили открыла рот и начала глотать жидкость.

— …

Мир вокруг Лили в мгновение ока изменился. Безграничная пьяная эйфория окутала девушку. Радость была такой сильной, что сковала её сознание.

Тук! Бокал выпал из её рук и покатился по полу.

Руки и ноги девушки дрожали. Она не могла больше стоять и рухнула на колени как марионетка, которой перерезали ниточки.

Приятная теплота растеклась по щекам девушки, перед глазами всё поплыло… Лили захихикала.

— Ха…хих.

Вкус величайшего из существующих вин растопил сердце девушки.

Сома увидел, как исчезли все желания девушки и в то же мгновенье повернулся к ней спиной. Уши Лили перестали улавливать звуки, кровожадный хохот Заниса раздавался будто бы где-то вдали.

Чувство полнейшего удовлетворения разлилось по её телу. Воспоминания, что её тревожили вмиг исчезли. Ничто в этой комнате больше её не заботило, ничто не было достойно её внимания. Единственное, что ей двигало, была решимость выпить ещё сомы, это стало её одержимостью. Всё, что когда-то заставляло Лили переживать, исчезло в этой одержимости.

Она смотрела на окружающий мир, будто в тумане.

Её тело, разум и дух нежились в приятной теплоте.

Но перед тем, как туман окончательно её поглотил, девушка кое-что увидела. Это был парень, парень, с улыбкой на лице.

— …

Её одержимость притупилась. Животное, которое требовало сомы освободило её от своей хватки.

Посреди окутывавшего её взор тумана Лили увидела парня, который однажды её спас.

Он остался где-то в глубине её души, после того как исчезло всё остальное. С ней была его улыбка.

— …

Слеза покатилась по щеке Лили.

Растянувший в улыбке рот снова вернулся в норму. Лили начала поднимать голову. Теплота улыбки парня пробудила её сердце, заполнив его новыми эмоциями и заставив её пустить слезу.

Лили вернулась.

— …Пожалуйста.

Она говорила тихо, но и этого было достаточно, чтобы остановить Сому. Спустя мгновение божество оживлённо повернулось. Его длинные космы колыхнулись, снова открыв взгляд чёрных глаз. В них отражался дрожащий силуэт маленькой девушки.

— …Пожалуйста остановите, — голос Лили стал отчётливей.

Сома и Занис не могли поверить своим глазам.

Лили посмотрела в глаза богу.

— Лили вас умоляет, остановите драку!

Её слова остались неизменны, слёзы покатились из её глаз.

— Чего…

Лили не расслышала, было это сказано Сомой или Занисом.

Она выдержала. Лили переборола эффект сомы.

Множество людей пало жертвами этого пойла, став всего лишь жалкими марионетками. А эта маленькая, хрупкая девушка выдержала.

Не важно, что её статус очень мал, что её тело слабо. Она победила сому своей волей.

— Лили хочет спасти этих людей! — Лили кричала так громко, как могла.

Она была похожа на плачущего ребёнка.

Узы, которые соединили её с её товарищами были выкованы в пламени, а она стала возродившимся из этого пламени Фениксом.

— Лили знает и без любого бога, что Лили была рождена для этого момента!

Вряд ли Лили когда-нибудь сможет забыть.

Даже если она умрёт и переродиться много раз, даже в глубинах ада…

Лили никогда не забудет улыбку на лице того парня.

— Каждая ошибка Лили была совершена, чтобы подготовить её к этому дню!

Теплота рук, тянувшихся к ней, доброта его объятий.

Она никогда не забудет улыбку, которая её спасла. Тот момент выжжен в её душе и никогда её не покинет.

— В этот раз очередь Лили его спасать!

Улыбающееся лицо Белла и теплота прояснили разум Лили, и она крикнула снова:

— Пожалуйста, завершите этот бой!

Лили не забудет все те ошибки, что она совершила и своё тёмное прошлое. Эти воспоминания давали ей силы кричать.

Голос Лили оказался таким громким, что его стало слышно за пределами башни.

— …

Сома не моргая уставился на девушку.

Боги не меняются, подобные тревоги им неизвестны. Соме было сложно понять эти чувства. Но увидев изменение человека Гекая своими собственными глазами бог потерял дар речи.

— Быть не может?! — Занис ощутил опасность, заметив такое выражение на лице своего бога.

Чувство его превосходства исчезло, он обратился к божеству:

— Всевышний Сома, вы не должны её слушать! На нашу Паству совершено нападение!..

— Тише, Занис.

Сома повернулся, даже не посмотрев в его сторону.

Занис затих, его лицо подрагивало, потому что он понял, что ему нечем возразить.

Сома снова заглянул в глаза Лили. Взгляд его чёрных глаз отразился в глазах девушки. После, бог подошёл к одной из стен зала и распахнул дверь.

С пустой бутылкой в руках Сома вышел на балкон. Он видел кипящую во дворе битву. Встав у перил, он поднял бутылку над головой и швырнул её во двор.

Вращаясь, бутылка поблёскивала в солнечном свете, а потом разлетелась на сотни осколков посреди двора.

Члены Паствы Сомы остановились.

Все взгляды устремились на балкон, все ждали слов божества, затаив дыхание.

— Остановите бой.

Сома свысока посмотрел на своих последователей, сделав это заявление.

Члены Паствы Сомы замешкались, получив прямой приказ от бога, никогда не проявлявшего интерес ни к чему, кроме своего ремесла. Никто не посмел возразить. Они опустили оружие, нарушив приказ Заниса, потому что получили другой от того, кто был главнее.

— Сома сам отдал приказ?!

Тяжёлое молчание повисло над полем боя. Занис не мог поверить в увиденное, он сверлил взглядом спину своего бога. Он отказался принять происходящее и помотал головой. Маска интеллигента снова оказалась разбита вдребезги, его тело задрожало. Он повернулся на каблуках… БАМ! Дверь в главную башню слетела с петель. Плечи Заниса напряглись. Понимая, что вторженцы скоро явятся, он с ужасом осмотрел комнату. Его глаза уставились на Лили.

— Чтоб тебя! Ну хоть порежу напоследок!..

Занис прыгнули к Лили, как хищник, нашедший добычу.

Мужчина видел в ней возможный источник дохода; он держал девушку целой только ради жадности. Заключение и избиение сделали Лили уязвимой и слишком ослабленной, чтобы себя защитить. И сейчас она была причиной по которой рушился идеальный мир Заниса. Вытащив рапиру из ножен на поясе, Занис ухмыльнулся, надеясь воздать девушке за всё, что она сделала. Мужчина протянул к Лили левую руку.

Но прежде чем его пальцы схватили её за шкирку…

В грудь Заниса была выпущена стрела.

— ?!

Он едва успел уклониться от атаки, которая настигла его из-за окна.

Стрела вонзилась в стену за спиной Заниса, от места её попадания побежали трещины. Занис с ужасом выглянул наружу. На крыше ближайшей дозорной башни была девушка-чинтроп, вооружённая луком.

— Я готов! Стреляй!

— И без тебя знаю.

Занис услышал голос парня и увидел золотой отблеск, стрелы чинтропа, и звук натягиваемой тетивы. Наложив стрелу, девушка прицелилась и выстрелила одним быстрым движением. Стрела вонзилась в каменную стену рядом с балконом.

Занис испытал удивление лишь на секунду — после этого он увидел прочную верёвку, привязанную к стреле и его удивление, сменилось негодованием.

Будто подтвердив его худший страх, по верёвке побежал парень с красными волосами и двуручным мечом за спиной.

— ?!

Парень махал руками, совершая очень странные пируэты, стараясь сохранить равновесие перебегая по верёвке, соединившей две башни. Верёвка очень сильно провисла от его веса. Перевесив меч на другое плечо, Вельф добрался до балкона, перепрыгнул молчаливого Сому и приземлился перед входом на балкон.

Чёрный жакет кузнеца развевался от ветра, он пробежал в зал и встал между Занисом и Лили, поймав удивлённые взгляды обоих.

— Пора тебе вернуться, Малютка Лил.

— Сударь Вельф…

— Мы отсюда выберемся.

Вельф улыбнулся Лили, прежде чем повернуться к Занису и размять челюсть.

— Я пришёл, чтобы её забрать. Мой напарник ждёт её возвращения.

— Да чёрта лысого ты её заберёшь! — Занис напал без предупреждения, подняв своё оружие высоко вверх. Правой рукой Вельф направил свой клинок навстречу.

Рапира сошлась с двуручным мечом.

Клинки столкнулись, звякнув будто колокольчик, и пустили искры.

— Ну давай, кузнечишка!

С безумной яростью Занис перешёл в атаку, сделав своим клинком восходящий разрез. Но он сумел порезать лишь кусочек чёрного жакета Вельфа. Подобная атака рассекла бы авантюриста низкого ранга, но парень уклонился от неё и использовал инерцию чтобы направить свой меч в противника. Занис не смог продолжить атаковать.

Авантюристы Второго Уровня отвечали ударом на удар, их движения становились всё быстрее.

Искры и звон ударов заставляли Лили отклоняться, а эхо разносилось по всему залу. Вельф отражал размашистые удары Заниса и пинки бронёй на левой руке, не получая ни одного попадания.

Занис использовал свою ярость, чтобы подпитывать натиск.

Вельф держался, используя свой меч как подвижный щит, несмотря на его огромный вес.

Из-за оружия, которым пользовались бойцы, у Заниса было серьёзное преимущество. Он понимал, что скорость на его стороне и пользовался этим чтобы превзойти красноволосого противника. Вельф спокойно читал движения противника.

— Будто таким авантюриста высокого ранга достанешь.

Спина Вельфа, его плечи и руки будто одновременно ожили.

Огромный клинок парня сделал удар по широкой дуге. Этот взмах встретился с ударом Заниса, отразил его и выбил рапиру из рук авантюриста.

— …

Для Заниса будто замерло время.

Его техника и манёвры были бесполезны в состязании силы — «воины-кузнецы», вроде Вельфа, не попадаются на те же приёмы, что и авантюристы, которые полагаются в бою только на высокие Характеристики.

Лили слышала, как шуршит чёрный жакет Вельфа, когда парень приблизился к своему противнику.

Занис попытался отпрыгнуть от парня, но мог лишь наблюдать, как левая нога Вельфа сталкивается с его грудью. Потом он увидел замах меча. Вельф перехватил меч, чтобы ударить противника тупой стороной оружия.

— Слишком самоуверенно. Твоё оружие рыдает.

Сказав это, Вельф все силы вложил в восходящий удар, направленный в голову противника.

— ГЕЕЕЕЕЕ!..

Удар Занису был нанесён с такой точностью, что сломал очки напополам, прежде чем откинуть мужчину.

Сила запустила его тело в стену, крик боли оборвался сокрушительным ударом о стену. Занис рухнул на каменный пол, как мешок картошки. Тупая сторона клинка Вельфа оставила толстую красную линию на лице мужчины. То, что осталось от его очков валялось неподалёку.

— Вот как это делается, — сказал Вельф, вернув меч в ножны и взглянув на закатившиеся глаза отключившегося противника.

— Неслабо ты его приложил… Не надо было мне вчера столько пить.

— …Сударь Чандра?

Чандра из Паствы Сомы, вошедший в зал и вставший за спиной Лили Чандра отметил победу Вельфа в дуэли с Занисом.

Со своим обычным недружелюбным выражением на лице Чандра подошёл к мужчине и, надев на него прочные кандалы, созданные с расчётом на авантюристов высокого класса.

— Он крал сому для личной выгоды. Посидит какое-то время взаперти.

— Что будет дальше?..

— Я прослежу чтобы у тебя не было проблем. Дальше всё зависит от нашего бога… Может он, наконец, нас услышит.

Занис подмял под себя всю Паству, пользуясь именем Сомы, и наказывал любого, кто смел возражать. Теперь, когда его вероломство раскрылось перед самим богом, Чандра ощутил приближение новой эры.

Божество неподвижно стояло на балконе, осматривая повреждения зала, но его взгляд постоянно возвращался к Лили.

— Ты в порядке, помощница?

— Всевышняя Гестия…

Вскоре Гестия в сопровождении остальных авантюристов оказалась на третьем этаже главной башни.

Поблагодарив Лили за её старание, едва встретившись с ней глазами, Гестия тут же пошла переговорить с Сомой.

— Я хотела бы заключить сделку, по которой эта помощница, Лилирука Арде присоединится к моей Пастве.

— …

Сома молча стоял на балконе, Гестия остановилась перед входом на балкон, они не моргая смотрели друг другу в глаза.

— Прошу принять этот кинжал в качестве залога.

— В-всевышняя Гестия, это же?..

— Всё в порядке. Я поговорила с Беллом.

У Лили перехватило дыхание, когда богиня протянула Кинжал Гестии Соме.

— Этот кинжал является очень дорогим оружием. Если мы проиграем «Битву», ты получишь за него кучу денег.

— …

— Но если мы победим, я выкуплю его обратно с полученных денег… Я заставлю Аполлона заплатить полную цену. Как только ты получишь деньги, я получу обратно мой кинжал.

Богиня указала, что, если Паства Гестии выиграет в «Битве», она планирует получить огромную сумму денег от Аполлона. Сома взял оружие в руки, и провёл пальцем по гравировке «Ἥφαιστος» на ножнах. Потом он встретился взглядом с богиней снова.

— Такого залога более чем достаточно. Она может покинуть мою Паству.

Сома произнёс эту фразу практически себе под нос.

Вельф, группа Микото и Чандра стояли и смотрели как Сома снова перевёл взгляд на Лили. Раненная девушка также смотрела богу в глаза. Наконец, прозвучал громкий ответ.

Сома повернулся к Гестии, кивнул и произнёс:

— Сделка принята.

Гестия, Сома и Лили вернулись на второй этаж главной башни, оставив остальных позади.

Все трое вошли в небольшую комнату, в которой не было окон. В таком помещении можно было не беспокоиться, что какая-то информация просочится и достигнет чужих глаз или ушей. Все трое принялись за работу в тусклом свете.

Лили села на стул и задрала одежду, показывая Характеристики, записанные на спине. Сома сделал небольшой надрез на пальце и пробежал им по иероглифам, его кровь заставила письмена светиться.

Его палец быстро бежал по коже девушки, будто по какому-то лабиринту. От каждого движения загорались новые иероглифы, пока каждый из символов не начал испускать свечение.

Настала очередь Гестии. Ранив свой палец, она добавила своей крови в записи, переписав несколько иероглифов, свечение которых угасало. Метки, указывающие на контракт с Сомой, исчезли, на их месте, над именем Лили появилось имя Гестии.

Обращение — церемония, которая позволяет детям Гекая переходить из одной Паствы в другую.

Кольцо света окутало Характеристики девушки, придавая ему вид чего-то священного, в тёмной комнате. Отметка Паствы Гестии сияла ярче всех.

С этого момента Лили стала одной из последователей Гестии.

Лили стало гораздо спокойнее, после того как церемония была завершена, и она оделась. Однако ей не давала покоя полученный залог.

— Всевышняя Гестия… разве это нормально? Использовать драгоценнейшее оружие сударя Белла в обмен на Лили?..

— Всё в порядке. Всё вернётся на свои круги если мы победим в «Битве». И, чтобы у нас были шансы на победу, нам нужна ты.

В ответ на волнение девушки Гестия выпятила грудь и сказала, что обо всём позаботится.

— Доверься мне, всё получится. А теперь идём.

— Х-хорошо…

Взгляд Лили прыгал от божества к божеству. Гестия положила руки на плечи девушки и подтолкнула её к двери.

— …Гест…ия?

— Ага, так меня зовут. Что такое?

Гестия закрыла дверь за спиной Лили и повернулась к богу, с которым впервые встретилась. Сома даже не был уверен, как правильно произносится её имя.

В маленькой комнате осталось лишь двое божеств.

— …Эта девушка и правда получила своё Благословение от меня?

В голове Сомы остался волевой взгляд Лили, но у него не было ни единого воспоминания об этой девушке. Поэтому спросить он мог только Гестию.

— Да, она одна из тех детей, которые страдают от твоего эгоистичного разочарования. Маленькая девочка, которой пришлось стать сильной из-за твоего пренебрежения.

Гестия сделала шаг, объяснив Соме, что он должен был бы представить, как Лили страдала, после того как её бросил даже её собственный бог.

Синева её глаз ярко светилась в полумраке, а Сома не знал, что ему ответить на такие слова.

— Тебе стоит хорошенько поразмыслить над причинами, по которым она изменилась и сутью этих изменений.

Гестия положила руку на ручку двери, закончив свою лекцию этими словами и покинула комнату.

Сома остался наедине со своими мыслями. Он поднялся, слова Гестии кружились у него в голове.

Гестия и Лили присоединились к авантюристам, стоявшим у основания главной башни, и покинули кладовую Паствы Сомы.

Миах ожидал их в соседнем квартале, на случай непредвиденных осложнений. Объединившись, они пошли по переулкам.

— Лили очень извиняется за все проблемы, которые она причинила… Спасибо вам.

— Да не стоит…

— Не стоит благодарности, Лили-сан.

— Точно… Я рада, что нам снова удалось встретиться.

Нажа, Микото и Чигуса — чьи глаза как обычно скрывались за прядями волос — ответили на извинения Лили.

Вельф и огромный Оука, с двуручным мечом и огромным топором наперевес, разговаривали неподалёку от девушек.

— Ты эту верёвку с собой притащил, что ли?

— Не, нашёл в башне. Подумал, что может сгодиться, вот и прихватил.

Солнце будто улыбалось, вместе со всеми радуясь успеху миссии.

Лили подошла ближе к Гестии.

— Всевышняя Гестия, Лили до сих пор не может понять, как в одиночку можно повлиять на результат «Битвы» …

Гестия улыбнулась озадаченной Лили и снова посмотрела на дорогу.

— Никак.

Гестия покачала головой, а заговорил Миах.

— Ты будешь не одна.

Подобные туманные фразы только усилили замешательство Лили. Девушка наклонила голову посмотрев на богов, а Миах ей улыбнулся. Лили повернулась и увидела решительный взгляд Микото.

Даже Вельф ей улыбнулся.

Группа вышла на перекрёсток.

— Увидимся, Малютка Лили.

— …Всевышняя Гестия, нам тоже нужно идти.

Вельф отделился от группы и пошёл направо. Оука, Микото и Чигуса вместе с членами своей Паствы повернули налево.

Миах, Нажа и Лили смотрели как они уходят с перекрёстка, на который налетел неожиданный порыв ветра.

Гестия убрала волосы с глаз правой рукой.

Она посмотрела на голубое небо. Ветер переменился.

— Ммммм…хааааах…

Такемиказучи напрягся.

Он ходил вперёд и назад по комнате старого здания, построенного для размещения нескольких Паств, одного из зданий узкой улочки. Бог жил вместе со своей Паствой, состоящей из шести человек; и это здание было их базой. Его руки были скрещены на груди, по лицу было понятно, что он размышляет.

— «Битва» … Я хочу помочь Гестии, но…

Гильдия объявила правила проведения «Битвы». Такемиказучи прекрасно знал, что такое осада замков и к чему всё идёт.

Его подруга нуждается в боевой силе, и он хотел бы ей помочь. Но он связан по рукам и ногам.

Стоит ли ему передать одного из своих последователей в Паству Гестии церемонией обращения или нет?

— Миах такого сделать не может. У него всего один последователь и его Паства будет уничтожена если она уйдёт…

После ухода последнего члена Паства Миаха будет распущена Гильдией. Миах потеряет репутацию и признание над получением которых работал много времени. Также есть возможность что его заставят продать базу его Паствы чтобы рассчитаться с долгами.

Такемиказучи сделал по комнате ещё один круг, бормоча себе под нос и просчитывая возможности.

— Среди моих детей только двое могут сравниться с детьми Аполлона, это Оука и Микото. Чигуса и остальные будут в битве в тягость…

Чигуса и ещё трое членов его Паствы авантюристы первого уровня. Только Микото и Оука могут что-то изменить.

— Оука командир. Его я отправить не могу…

А значит, единственным возможным вариантом становится Микото…

— Но согласится ли она присоединиться к другой Пастве?..

Микото слишком сильно привязана к Пастве Такемиказучи.

Она всегда обладала сильным чувством справедливости и радела за то, чтобы всё было правильно. Разве она способна предать Оуку и остальных товарищей? К тому же, у них есть миссия, которую на них возложил их родной город на Дальнем Востоке — Микото никогда этого не забудет.

— Мне придётся её убеждать… В конце концов, это я хочу помочь Гестии… Но, если я начну… Гаааааахх!.. — Такемиказучи остановился посреди комнаты обхватив голову руками и зарычав в потолок.

В такой неподобающей для бога позе он не заметил, как в дверь постучали.

— Такемиказучи-ками, это Миокото… могу я… к вам обратиться?

— Ооу! — божество подпрыгнуло на месте, удивившись неожиданному визиту.

Микото приняла его удивление за одобрение и вошла в дверь, слегка поклонившись.

— ?.. Что-то случилось, ками-сама?

— Н-нет. Всё в норме. Беспокоиться не о чём.

Девушка наклонила голову, а Такемиказучи начал быстро поправлять волосы.

Заставив себя успокоиться, божество прикрыло рот и посмотрело на своего последователя. Девушка, тоже смотрела на него с необычным, для неё, волнением.

Её шелковистые чёрные волосы были связаны на затылке, как и обычно. Но в ней не было той привычной уверенности, с которой она всегда держится. Плечи девушки были опущены. Даже её глаза будто дрожали, когда девушка и бог встретились взглядами.

В комнате повисло молчание.

Напряжение нарастало, Такемиказучи наконец сдался и открыл рот.

— …Ми-Микото.

— …Такемиказучи-сама!

Они заговорили одновременно. После оба выдохнули, и началась перепалка в стиле:

— Прошу прощения что прервал, можешь говорить.

— Начинайте вы, я настаиваю.

Микото поддалась первой. Она сделала глубокий вдох и встретилась с богом взглядом. Спустя секунду она рухнула на колени. Особая техника Паствы Такемиказучи, пасть ниц.

— Простите пожалуйста!

— Ч-чего?

Такемиказучи удивился неожиданной реакции Микото, руки, колени и лоб девушки оказались на полу.

Она не оторвала головы, но стала говорить громче чтобы было слышно несмотря на то, что слова направлены в пол.

— Позвольте мне пойти на помощь Беллу-сама!

Глаза Такемиказучи округлились.

— Несмотря на то, что мы его чуть не убили, я не сделала ничего, чтобы это искупить! А ещё мы пообещали; мы обещали прийти друг другу на помощь!

Тело Микото задрожало, а голос стал ещё серьёзнее.

— Так я смогу отплатить. Я не могу бросить его в момент нужды…

На лице Такемиказучи появилось удивление, когда он наблюдал как его последовательница обнажает свою душу. Его плечи расслабились, руки опустились.

Видимо, мы пришли к одинаковым заключениям…

Он пробыл со своей последовательницей очень долго, но так и не смог предугадать как она отреагирует на случившееся. Ему было стыдно. Такемиказучи слегка нахмурился, а потом на его лице появилась улыбка.

— Ааааа… — он издал продолжительный вздох. Плечи Микото снова задрожали.

Божество посмотрело на потолок и тихонько пробормотало:

— Целый год… какая прорва времени.

Микото начала поднимать голову.

Среди Паств существует правило: Дитя, которое перевелось в другую группу Обращением, не может сделать этого снова в течении года.

Микото поняла, что означают слова её бога. Её лицо начало светлеть.

— Но время скоротечно. Обучись всему, чему только сможешь у этого ребёнка Гестии и вернись гораздо сильнее, чем ты сейчас.

— Да, ками-сама!

Микото ударила кулаком в ладонь. Такемиказучи ей улыбался.

Наконец, она сдала эмблему Паствы на сохранение до того дня, как она вернётся.

Микото Ямато стала частью Паствы Гестии.

— …

Гефест сидела за своим столом, изучая кинжал.

Она лично проводила проверку одной из лавок своей Паствы на Северо-Западной Главной улице. Вместо работы в своём личном офисе богиня изучала очередное оружие.

За его создателем стояла целая история. Довольно трудное дитя, чьи навыки не были выдающимися к тому времени, как этот кинжал был создан, но страсть к ремеслу давала этому мастеру невероятный потенциал… эту «страсть» ощущал любой, кто брал кинжал в руки.

Гефест ощущала, как ощущения бежали по её жилам, когда раздался стук в дверь.

— Войдите.

Она открыла один из ящиков стола, вернула кинжал в ножны и положила его внутрь.

Закрыв стол Гефест посмотрела на силуэт молодого человека в чёрном жакете стоявшего в дверях: Вельфа.

— Чего хочешь?

Вместо ответа Вельф подошёл к столу.

Без особых раздумий и промедлений Вельф встретился взглядом с богиней.

— Я пришёл попрощаться.

Он прикрыл глаза и продолжил.

— Я присоединяюсь к Пастве Гестии. Прошу позволения.

Он пришёл не за тем, чтобы что-то просить, а для того чтобы показать решимость и силу воли.

Уход из Паствы Гефест означает, что ему больше нельзя будет пользоваться своим кузнечным штампом. Несмотря на исполнившуюся мечту стать Высшим Кузнецом, парень добровольно отказывается от права гравировать Ἥφαιστος на любой из своих работ и покидает Паству.

— Что заставило тебя думать, что я соглашусь на такую эгоистичную просьбу?

— Богиня, которую я знаю и люблю, наорала бы на меня, если бы я так не поступил.

Вельф ответил, не раздумывая ни секунды.

Гефест не проявила никаких эмоций, и, ровно с тем же выражением на лице она задала новый вопрос:

— Разве ты не собирался противиться силе крови в твоих жилах, чтобы создать оружие, которое превзойдёт любой магический меч?

— Пока у меня есть молот, металл и жаркое пламя, я могу изготовить оружие в любых условиях. Вы меня этому научили.

Даже в отрыве от Паствы Вельф будет работать, чтобы его имя стало известно, чтобы достичь новых высот.

Ни один вопрос не вызвал у него раздумий.

— И что же вдохновило в тебе подобный энтузиазм?

Вельф поднял голову и улыбнулся:

— Дружба.

Наконец, на губах Гефест появилась улыбка:

— Тогда я разрешаю.

Гефест поднялась из-за стола и подошла к длинной полке с молотами. Она выбрала один из них кроваво-красного цвета, под стать цвету своих волос и глаз, и взяла его в руки.

Потом она подошла к Вельфу, по прежнему стоявшему у стола и протянула молот ему.

— Прощальный подарок. Используй с умом.

Гефест попрощалась, даруя парню душу кузнеца. Улыбка на лице Вельфа была от уха до уха, он поклонился, принимая дар.

— Спасибо за всё.

Ткань его жакета скрипнула, когда он повернулся чтобы уйти.

Оставив за своей спиной богиню, Вельф вышел из офиса уверенной походкой.

Вельф Кротцо стал частью Паствы Гестии.

— …Вот так всё и было. Ты же не против снова помочь?

Гермес не сводил взгляда с лица девушки задавая вопрос.

Они стояли неподалёку от Щедрой Хозяйки, в деревянной пристройке, построенной для проживания сотрудница. Эльфийка Лю ответила Гермесу натянутой улыбкой:

— Всевышний Гермес, не принимаете ли вы меня за какую-то служанку?

— Прости! Но это всё ради Силь. Белл нуждается в помощи!

— Мне бы хотелось, чтобы вы перестали использовать Силь в своих делишках…

— П-прости, Лю…

— Силь, тебе извиняться не за что.

В комнате Лю стояло трое человек: Гермес, Силь и сама Лю.

Всего несколько дней осталось перед «Битвой». Гермес старался позволить помогать членам других Паств, именно по этой причине, чтобы попросить помощи Лю.

В условиях говорится что участие может принять человек, который принадлежит к "Пастве" вне Орарио — значит у него должно быть благословение божества живущего за стенами города. Поскольку богиня Лю, Астрия отсутствует в городе довольно продолжительное время, возражений в её участии возникнуть не должно.

Гермес ощущал вину за то, что вытащил для Белла и Гестии очень неблагоприятное состязание в захвате Замка, и это был его способ предложить помощь.

— Если я вступлю в бой велика вероятность, что моя личность раскроется.

— Насчёт этого не беспокойся. Я сумею всех убедить, что ты пришла с другой стороны гор, прежде чем начнутся бои. Никто не поверит, что ты работаешь в баре, после того как я со всеми переговорю.

События прошлого заставили Гильдию занести авантюристку в капюшоне в чёрный список Гильдии — многие до сих пор помнят «Ледяной Ветер». Гермес уже придумал план по сохранению анонимности и безопасности девушки и её товарищей.

Лю вздохнула:

— Мама Мия снова будет недовольна.

Проще говоря, бывшая авантюристка не могла бросить Белла. Эльфийка согласилась.

В комнате было довольно немного украшений. Лю сделала несколько шагов в угол комнаты и взяла мешок и деревянный меч.

— Я разберусь с бумажками в Гильдии. Будет гораздо легче если у меня будет эмблема твоей Паствы. Она ещё при тебе?

— При мне. Не потеряйте.

— Никогда не выпущу из вида, — сказал бог, приняв эмблему с мечом правосудия и крыльями.

Наконец, Лю подошла к Силь, державшей в руках её плащ.

— Хорошенько постарайся, Лю. Я придумаю, что сказать Маме.

— Буду тебе благодарна, Силь.

Перекинув мешок через плечо Лю улыбнулась.

Гермес и Силь проводили растворившуюся в ночи девушку на выходе из здания.

Лю Лайон присоединилась к «Битве».

Клинки искрили при столкновении.

Серебряный отблеск блокировал превратившийся в развод алый клинок. Кинжал и сабля столкнулись в красноватом закатном свете. Светлые и белые волосы их обладателей развевал бриз.

Длинная тень парня снова и снова бросалась на тень девушки. Каждый раз он был отброшен, но каждый раз нападал снова.

Изматывающие тренировки проводились на вершине городской стены Орарио.

— Кажется ты научился… реагировать на то, что не видишь…

— Т-ты правда так думаешь?..

Пятый день тренировок.

Айз опустила саблю, намекая на короткий перерыв в подготовке. Тяжело дыша, Белл осмотрел собственное тело. В свете закатного солнца было видно множество порезов, царапин, синяков и следы засохшей крови, которые и указывали на интенсивность тренировок.

Собрав нужные припасы и установив небольшой лагерь, Белл полностью посвятил себя тренировкам с Айз. Они начинали до того, как солнце взойдёт и продолжали пока звёзды не засияют на ночном небе, продлив тренировки и серьёзно увеличив нагрузку в сравнении с прошлым разом. Они вместе ели и спали в одно и то же время; ни один из них ни разу не спустился в город. Грязный котёл и остатки костра находились рядом с бойницами стены. Три фляги воды и спальные мешки лежали там же.

Белл рассматривал порезы, покрывающие его руки, когда, неожиданно — шух Без какого-либо предупреждения из слепой зоны к нему полетела сабля. Парень рефлекторно блокировал путь оружия, отразив его, прежде чем отпрыгнуть.

Подняв левое плечо выше правого и готовясь к возможному продолжению, он выглядел очень похожим на кролика. Айз, видимо довольная такой реакцией, кивнула.

— Угадайте кто вернулся!

Белл и Айз повернулись, услышав бодрый голос.

Из прохода в башне неподалёку, в которой располагалась лестница, соединяющая стену с городскими улицами, появилась Тиона с огромным рюкзаком за плечами. Она весело пропрыгала к Беллу и Айз и плюхнула рюкзак на камни стены с задорным «Хоп!».

— Целую тонну мяса и рыбы набрала! Хлеба и воды тоже прихватила!

— Спасибо Тиона…

— Не за что! А, Аргонавтик, такие кинжальчики тебе подойдут? Я пять взяла.

— Д-да, большое спасибо… П-простите за неудобства.

Белл стоял рядом с Айз, окаменев от страха, а Тиона вытаскивала из рюкзака кинжалы, один за другим.

Тиона приносила еду и предметы последние пять дней. Благодаря её поддержке Белл и Айз смогли сосредоточиться исключительно на тренировках.

Белл не мог избавиться от чувства, что довольно крупно задолжал вечно улыбающейся и счастливой Амазонке. Он потерял счёт количеству расколотых надвое или повреждённых кинжалов за эти боевые тренировки.

— Кстати, я немало слышала в городе. Во-первых, «Битва» пройдёт через четыре дня.

— Четыре дня…

— Ага. Она пройдёт за пределами Орарио, так что нужно принять во внимание время на поездку… Я бы сказала, что у тебя осталось ещё двое суток.

Тиона продолжила делиться полученной информацией.

Когда её отчёт был закончен, Белл взглянул на улицы города.

— Ровно одна неделя… Боженька.

Пять дней тренировок и ещё два в запасе составляют неделю. Белл про себя выразил благодарность богине, сдержавшей обещание.

Его рубиновые глаза улыбались; он знал, что где-то в этом величественном городе Гестия улыбнётся ему в ответ.

— Кстати, вы никогда не догадаетесь, что вывесили на доске объявлений Гильдии. В Пастве Гестиипополнение.

— Э?!

— Сома, Такемиказучи, Гефест… Кажется каждый из этих богов передал по авантюристу.

Белл пытался сдержать удивление и чувство радости, пока Тиона договорит. По его щеке потекла слеза счастья, когда парень вспомнил лица друзей.

Гестия спасла Лили, похоже, что Вельф и Микото также придут ему на помощь. Ему не нужно было знать всех подробностей, он понял всё и без них. Чёрная пучина, которая сжирала его изнутри наконец ушла, её место заняла теплота.

Белл размял руки. Он посмотрел на Айз и Тиону с новыми силами. Он ощущал, что стал ещё сильнее.

— Ещё раз, пожалуйста!

Вид парня вызвал у Айз и Тионы улыбку.

— Конечно…

— Попробуй продержаться!

Девушки дружно перешли в нападение.

Три пары ног двигались с поразительной скоростью.

Атаки и контратаки Айз, Тионы и Белла смешались в ограниченном пространстве городской стены. Два кинжала, Сабля и два огромных меча сталкивались, искры блестели под закатным небом.

— Эшшшаааа!

Белл делал всё что мог, чтобы держаться под атаками двух авантюристок высшего класса. Но всё это время он не мог отвести взгляд от огромных клинков в руках Амазонки. Несмотря на то, что он обучался отражать атаки, от осознания что такой клинок может с лёгкостью оборвать жизнь холодок бежал по спине.

Парень понял с первого взгляда что эти клинки были сделаны на заказ. То, как их обладательница размахивала тяжёлыми клинками как будто это какие-то короткие мечи казалось каким-то кошмаром. Амазонка улыбалась, практически смеялась во время боя, который больше походил на танец.

Вместо попытки защититься от подобной атаки, Белл попытался от неё уклониться.

Отпрыгнув, чтобы уклониться от первого клинка, парень также ушёл от второго. Однако, в этот момент Тиона бросилась вперёд, несмотря на то, что её клинки не были в позиции для атаки.

— Оп! — прокрутившись в воздухе Тиона направила ногу в лицо Белла.

— Гех?!

Обнажённая нога ударила в щёку парня, отправив его в полёт. Ударившись о каменный пол и несколько раз подскочив, Белл наконец остановился.

— Попытайся экономить зелья. Если будешь пить после каждого удара, они очень быстро кончатся. Лучше отбрось эту привычку.

Тиона нависла над Беллом, положив клинки на плечи, они казались адскими крыльями. Айз была за её спиной. Тиона дала совет, как только парень потянулся к сумке на своей ноге.

— П-попробую…

— Ещё одна вещь про жизнь авантюристов. Мы можем двигаться даже после того, как из нас дух выбьют!

Несмотря на то, что девушка сдерживалась, пинок авантюриста высокого класса наносит огромный урон. Белл медленно кивнул, приходя в чувства. Как и сказала Тиона, умение сражаться в неоптимальной форме это ценный навык. Этот урок был вбит в парня и до этого.

Стиснув зубы Белл поднялся на ноги, а Тиона следила за ним с довольной улыбкой.

— Моя очередь.

— ?!

Тренировка начала набирать обороты. Белл использовал оба кинжала, чтобы отбить прямую атаку Айз.

Мало того, Тиона зашла с боку и напала на него из слепой зоны. Двое из сильнейших мечников Орарио сражались, не стесняясь применять свои навыки на городской стене. Белл отчаянно перехватывал удары, отражая клинки и сбивая их со своей цели. Но он пришёл сюда не для того чтобы учиться защищаться. Он здесь чтобы находить возможности для контратак.

Сражаясь со своей трусостью Белл удивил обеих девушек, перейдя в нападение.

— !

Стойка Айз слегка дрогнула.

Её ноги и плечи не были на одной линии, они двигались в разных направлениях, поэтому Белл решил нанести свой удар. Белл не мог поверить в своё счастье. Девушка попыталась от него отступить, оставив открытым бок. Это шанс, и парень не мог им не воспользоваться.

Невероятная возможность — нанести Кенки удар.

Прицелившись девушке в рёбра Белл сделал быстрый шаг и протянул кинжал в левой руке к противнице.

— Хм.

— …

Но Айз просто повернулась, блеснула её броня.

Воспользовавшись тем, что парень вытянулся, Айз уклонилась от его оружия и поменялась с Беллом местами. Теперь, она была за его спиной, спокойно протянув саблю девушка пронзила броню, прикрывавшую спину Белла.

— Буааа?!

— Ты поверил, что я открылась… — сказала Айз Беллу, приземлившемуся на живот.

Только сейчас Белл понял, что это была западня. Айз заманила кролика в ловушку как умелый охотник. Голова Белла рухнула на каменный пол от разочарования.

Парень приподнялся и сел. Айз склонилась над ним и продолжила свой урок.

— Монстры и люди сражаются по-разному… Монстры всегда атакуют открыто, пытаясь убить… а люди читают друг друга в бою и меняют стратегию.

— Я-ясно.

В отличии от монстров, который всегда сражаются в полную силу, люди используют техники и опыт, чтобы взять в бою верх. Это особенно верно при столкновении бойцов равных сил и навыков.

— Люди становятся уязвимыми, когда видят возможность нанести удар. Как ты сейчас.

— !..

— Защита всегда слабеет, когда близится решающий удар… Вот чему меня учили.

Люди становятся слишком самоуверенны, когда близится победа. В этот момент они забывают прикрывать свои слабости. Особенно это заметно в дуэлях.

Белл посмотрел в глаза Айз, завершившей свои спокойные объяснения.

— Твой шанс настанет в тот момент, когда ты будешь загнан в угол. Не забывай.

Белл запомнил эти слова.

Айз протянула руку, Белл кивнул и принял помощь.

— Почему бы не потренироваться ещё немного?

— Да…

— Конечно!

Предложение Тионы было встречено согласием, битва разгорелась снова. Помня все уроки авантюристов высокого класса, Белл продолжил тренировки до самой ночи.

Ради победы или спасения друга.

У каждого из вовлечённых в этот вихрь людей были свои причины сражаться.

Орарио мог казаться спокойным, но напряжение неуклонно нарастало внутри.

«Битва» приближалась очень быстро. Разговоры обычных горожан не утихали ни на улицах, ни на рабочих местах, ни за кружкой эля в любимом баре. Число авантюристов, отправлявшихся в Подземелье заметно сократилось, отчего расстроенным держателям лавок пришлось закрываться пораньше. Никто не хотел пропустить это событие. Даже дети, казалось, вели себя совершенно по-другому. Многие из них собирались в парках по всему Орарио, с игрушечными мечами, и проводило свою собственную «Битву».

В Орарио было тихо, но город кипел от напряжения. И оно нарастало с каждым днём близившейся «Битвы». И люди, находившиеся к этой буре напряжения ближе всего, затаились, наблюдая за подготовкой.

Ночь укрыла город звёздным покрывалом. Свет ламп с магическими камнями заливал центральный парк, окружающий белую башню в самом центре города.

— Всевышняя Фрея, всё было исполнено, как вы приказали… Всевышняя Фрея?

Самая высокая комната Башни Вавил.

Фрея услышала слова своего последователя, Оттара, но всё равно на них не ответила.

Мужчина посмотрел на неё в смятении и замешательстве, пальцы богини пробегали по серебряным волосам. Она сидела в своём обычном кресле, поставленном у окна, наблюдая за происходившим снаружи с такой страстью, что Оттар испугался что взгляд богини расплавит стекло.

— …Хе-хе.

Взгляд серебряных глаз был поглощён неистовой битвой на городской стене.

Светловолосая девушка-рыцарь с золотыми глазами и воительница с огромными мечами вместе сражались против беловолосого парня. Две девушки, один парень, три разных души «сияли» в столкновении. Фрея наслаждалась каждой секундой этой битвы.

Она не чувствовала жалости к парню, когда его запускала в воздух Амазонка или валила с ног светловолосая девушка.

Потому что каждый раз, когда парень поднимался, его душа начинала сиять ярче. Тренировка девушек будто закаляла его, устраняла несовершенства, как их устраняет в металле опытный кузнец. Девушки придавали его сиянию чистоту.

Именно эта чистота привлекла в нём Фрею и пробудила в ней безграничный интерес. Каждый удар полученный парнем добавлял новую искру. Богиня сидела, не в силах отвести взгляд.

— …Вы уверены, что нам стоило позволять последователям Аполлона заходить так далеко?

Оттар снова попытался отвлечь внимание богини от городской стены.

Фрея не отвела взгляда, но её тонкий палец заправил локон волос за ухо, и она улыбнулась.

— Я подумывала сокрушить их за подобную глупость, но… нет.

Её серебряные глаза наблюдали, как парень в очередной раз бросился в бой с Амазонкой и второй девушкой.

— Нельзя было бы назвать богиней ту, что не захотела бы посмотреть, как всё обернётся.

Её щёки расплылись в улыбке, она свысока следила за стеной.

Даже в такой поздний час в главном офисе Гильдии кипела работа. Клерки бегали с кипами бумаг, администраторы складывали коробки на коробки, у работников не было времени даже на отдых, в каждом уголке Пантеона, украшенного колоннами кипела работа.

«Битва» состоится всего через четыре дня, работы было столько, что голова шла кругом.

— Да хватит! Я же сейчас помру! — Администратор Миша грохнула очередной пачкой бумаг об стол и повисла на спине Эйны прямо посреди суматохи.

— Миша, ты слишком тяжёлая…

Полуэльфийка посмотрела на свою подругу уставшими глазами.

— Эйна, а что у тебя?..

— Подготовка мер безопасности по удержанию людей от зоны боевых действий… Даю советы, кажется.

Небольшая гора бумаг окружала стол Эйны, каждая была написана лично ей.

«Не входить» было написано крупными буквами поверх бумаги о руинах Замка Шреме, расположенного юго-восточнее Орарио.

— Замок Шреме… Это не тот, в котором довольно давно расположилась банда разбойников?

— Тот самый. Паства Ганеша приняла заказ на их истребление до начала «Битвы». Также мы разместили несколько заданий на помощь… Отличная возможность заодно справиться с разбойниками.

Отвечая на вопрос Миши, Эйна безотрывно писала.

Миша слышала взвинченность в голосе Эйны несмотря на её уставший тон. Девушка посмотрела на лицо Эйны в профиль, а потом поднесла свой стул и села рядом.

— Эйна… ты беспокоишься о Белле?

— …Беспокоюсь? А как я могу не волноваться…

Выражение на лице Эйны стало мрачным, а изумрудные глаза померкли.

Голова Эйны опустилась, и она поднесла руку к груди. Один из авантюристов, которому она давала наставления, который стал ей практически младшим братом, оказался вовлечён в войну между Паствами. А теперь он вынужден учувствовать в «Битве», участники которой нередко умирают. Сердце Эйны кололо от воспоминания о его улыбке — неужели она никогда её не увидит?

Если бы она могла убедить его убежать или как-то ему помочь, ей было бы легче.

— Но я работник Гильдии… Я не могу вмешиваться.

Но всё зашло так далеко, что одинокая полуэльфийка ни на что не способна повлиять. Эйна понимала, что она беспомощна перед лицом сил, которые сейчас действуют.

И это её тяготило. Голос Эйны был переполнен отчаяньем. Она ощущала себя совершенно бесполезной.

— Нуууу, знаешь… ты всегда можешь за него поболеть?

Миша ощутила, что её подруга подавлена и попыталась её подбодрить.

Эйна посмотрела на коллегу.

— Поболеть?..

— Ага. «Ты справишься!» и подобные выкрики? Уверена, с твоей поддержкой он очень постарается выиграть, правда?

Эйна какое-то время смотрела на детскую улыбку Миши.

Наконец, она поднялась и подошла к окну в самом конце офиса.

Луна заливала своим светом ночное небо.

— …Ты справишься.

Прошептала Эйна себе под нос.

— Аааа, сколько можно ждать…

Божество прикрыло глаза, сидя в тёмной комнате, освещаемой лишь лунным светом.

Аполлон, сидящий на своём резном золотом троне, поднёс к губам бокал с вином.

В поместье, которое он называл домом было тихо, оно располагалось вдалеке от шумных районов города. Сегодня, в нём было даже тише обычного. Большая часть Паствы уже отправилась подготавливать руины замка, которые станут полем боя. Поскольку Паства Аполлона должна удерживать замок, ей предстоит немало работы.

Если бы целью бога было простое похищение Белла у Гестии, можно было бы просто продолжить атаку и после отступления Паствы Сомы. Парень уже был бы в его руках к этому времени.

Но Аполлон был одержим идеей «Битвы».

Существует огромная разница между сражением на улицах и «Битвой». Обычная победа над врагом в уличной потасовке оставляет у всех участников ощущение горечи на языке. А получение своей цели следуя установленным правилам и ограничениям проявляет настоящее величие и позволяет сполна насладиться плодами победы. В конце концов, это игра. Аполлон не может позволить получить Гильдии или какой-то другой группе компромат на себя. После победы в «Битве» он сможет совершенно легально получить последователя бога-противника — если бы Гестия вдруг воспротивилась Обращению, Аполлон никогда бы не смог сделать Белла своим и на бумаге, и в реальности.

Помимо прочего, остальные боги не были бы довольны поведением Аполлона. Ему пришлось получить поддержку большинства богов, устроив для них определённое «развлечение» чтобы заполучить Белла. Он задолжал богам шоу, которое они захотят увидеть.

Впрочем, сам бог также был не против развлечься.

Война богов, на которой сражаются смертные. Одно из самых вкусных блюд Гекая, которое порадует любое божество. Нет большего удовольствия, чем воспользоваться своими последователями, как фигурами в настольной игре без божественного вмешательства.

Вот что ощущал Аполлон — влияние своей собственной божественности.

Бога в лавровом венце окружал целый вихрь желаний.

— О, мой возлюбленный Белл Кранелл… когда уже настанет день, в который ты окажешься в моих объятьях?

Он не был уверен, когда услышал о парне впервые — скорее всего когда прошли слухи о новом рекордсмене. Аполлон любит получать всё самое новое и свежее. И воображение грядущих событий весьма развлекали божество. Его тело дрожало от волнения.

…Ахх, Белл!

…Нет, мой маленький Белльчик!

…Никуда ты от меня не денешься!

Он видел Белла будто наяву, слезинка показалась в глазу бога. Но бог ощущал что-то ещё. Жар в груди был доказательством любви. Аполлон так желал этого парня, что это желание доводило его до безумия. Тонкие черты парня, его схожесть с кроликом, белые волосы и красные глаза, а также наивность и нетронутость жестокостью мира — всё это заставляло Аполлона пылать.

Щёки бога покраснели, будто от опьянения.

— …Когда расцветёт наша любовь, Гестия, ты будешь только мешаться. Когда он станет моим, я выгоню тебя из города, нет, из Гекая вообще.

Вернувшись в реальность Аполлон открыл глаза и посмотрел на звёзды. Лунный свет отразился в неожиданно серьёзном взгляде божества.

— Я полагаюсь на вас, мои милые, маленькие детки…

Щёлк. Несколько мгновений спустя стрелки часов уставились вертикально вверх.

Время не ждало.

В городе царила предрассветная утренняя прохлада.

На улицах рядами выстроились тихие и неподвижные лавки. Ставни закрывали окна и двери; было непривычно видеть город таким безлюдным. Городская стена отбрасывала огромную тень, улицы покрывал полумрак.

Два силуэта бежали по Восточной Западной Улице к светлеющему горизонту по непривычной тишине.

— Белл, тебе нужно поторопиться! Караван вот-вот отправится!

— Я и не отстаю!

Гестия и Белл бежали по утреннему туману. Местом назначения были Восточные Врата. По дороге они переговаривались.

— Тебя там уже ждут. Для тебя готово место на одном из экипажей. Выйдешь в городе, который называется Агрис, он находится неподалёку от старого замка! Работники Гильдии будут направлять тебя дальше, так что будь внимательнее!

— Буду!

«Битва» начнётся через день.

Белл завершил тренировки с Айз и Тионой и получил обновление Характеристик от Гестии. Теперь осталось добраться до поля боя. До него день езды, так что Гестия подготовилась заранее, большую часть пути Белл преодолеет с караваном торговцев.

Парень был одет в лёгкие, но прочные одежды для путешествий, на его плечах висел плащ, а в руках прочный посох для путешествий.

— Остальные уже уехали, встретишься с ними в городе! И ещё, вот разрешение от Гильдии, покажешь его главе каравана и стражникам у врат!

Орарио был устроен так, что попасть в него было довольно просто, а на выходе возникали проблемы. Человеку требуется несколько документов заверенных Гильдией, прежде чем ему позволят выйти из города. Белл взял подписанные бумаги, которые заверяли что он участник «Битвы» со стороны Гестии и быстро поблагодарил богиню.

Наконец они подбежали к укреплённым Восточным Вратам. Почему-то, сейчас они казались Беллу гораздо меньше в сравнении с тем моментом, когда он проходил их несколько месяцев назад. Караван был уже у врат, входившие в него люди переговаривались между собой. Белл и Гестия прошли мимо рядов запряжённых лошадьми повозок и огромных ящиков на колёсиках к первой повозке, остановившейся у врат.

— …Я буду ждать твоего триумфального возвращения прямо здесь.

— …Увидимся, Боженька!

Гестия улыбнулась парню. Белл улыбнулся в ответ.

После этого Гестия бросилась ему на грудь, обхватила руками и сжала со всей силы. Белл напрягся от смущения, но даже не попытался вырваться. Он не мог. Гестия игнорировала творящуюся вокруг суматоху и наслаждалась теплотой парня столько, сколько могла. Лицо Белла было красным, к тому моменту как богиня начала ослаблять хватку и убирать руки. Встретившись взглядами, она широко улыбнулась и сказала:

— А теперь иди.

Белл сделал шаг назад со смущённой улыбкой на лице. Утерев свободной рукой горящие щёки, парень повернулся и побежал к каравану.

— Дождись меня! — крикнул он и исчез в лабиринте повозок. Глава каравана разговаривал с одним из стражей врат. Оба посмотрели на подбежавшего парня, протянувшего им бумаги.

Страж был авантюристом — возможно принял назначение от Гильдии. Два работника Гильдии тут же появились из сторожки рядом с вратами и взяли у Белла бумаги. Прочитав их, они кивнули. Глава каравана указал на одну из повозок и сказал Беллу занимать своё место.

Повозка, на которую забрался парень оказалась просторнее, чем он рассчитывал. Над головой была крыша, а в каждой из стен по окну. Несколько человек — путешественники, торговцы и нанятые охранники — уже сидели внутри. Некоторые были одеты в лёгкую броню, другие в удобную одежду.

— …Эй, паренёк. Это ты Маленький Новичок из Паствы Гестии?

— А, да, это я.

— Так и думал! На «Битву» едешь, да? Задай там жару!

Белл сел в углу рядом с довольно дружелюбным зверочеловеком, который тут же узнал парня и начал разговор. Улыбающийся молодой человек казался путешественником, он довольно стучал хвостом. Напряжение в карете тут же растворилось, остальные начали подключаться к разговору.

— Эти парни крепкие, ты уж не оплошай!

— В наших краях есть традиция, перед поездкой обязательно надо перекусить!

— Вот, это будете?!

У каждого человека с собой оказалось немало орехов, сушёных фруктов и выпечки. Белл оказался среди дружелюбных людей и, кивнув, принял еду, поблагодарив в ответ. Ему не очень нравились сладости, но он не хотел отказываться от подарков и ел всё, что ему предложат.

Повозка слегка откатилась назад и начала движение вперёд.

Снаружи донеслось ржание лошадей. Восточные Врата открылись; караван двинулся вперёд.

Белл ощущал каждый ухаб из-за деревянного сидения. И тут, неожиданно...

— …Белл!

Он услышал, как кто-то кричит его имя.

Наклонившись, парень выглянул в одно из окон и увидел Силь, бегущую за повозкой.

— Силь?! Что ты делаешь? Это же опасно! — Белл выглянул в окно и позвал девушку по имени.

Униформу Силь заменял плащ, накинутый поверх обычной одежды. Она подбежала ближе и протянула к окну руку.

— Возьми это!..

— А?

Что-то золотое блеснуло в протянутой руке. Белл рефлекторно подхватил эту вещь. Силь дала ему амулет. Он был в форме слезы, с драгоценным камнем в центре. Это аксессуар, дающий обладателю какую-то способность. Белл перевёл взгляд с руки на Силь.

— Это прощальный подарок, который нашему бару подарил один авантюрист… Амулет на удачу!

От такого объяснения у Белла округлились глаза.

— Постарайся победить! И возвращайся в наш бар!

Повозка начала набирать скорость, и Силь уже не поспевала за ней, девушка чуть не упала несколько раз.

— У-у меня для тебя наготове обед! Я буду ждать!

Щёки девушки слегка покраснели. Белл не мог не улыбнутся. Он высунулся в окно и начал махать удаляющейся Силь. Девушка остановилась и наблюдала за тем, как повозка исчезает, проходя в Восточные Врата, прижав руки к груди.

— …

Белл вернулся на место и посмотрел на амулет в руке.

Закрепив тонкую цепочку на шее, он спрятал амулет под одеждой.

…Победить.

…Вернуться с победой.

Лица людей, которых он встретил в Орарио заполнили его разум, парень поклялся снова их встретить. Проталкивая амулет под рубашку правой рукой, парень вдруг осознал, что улыбается.

Он выглянул в окно, по-прежнему ощущая каждую кочку на дороге.

Солнце только-только поднялось из-за гор вдалеке.

Белл прикрыл глаза от яркости утреннего света.

Руины Замка Шреме.

Замок был построен в древние времена на ровном поле, без холмов и деревьев в качестве первой линии обороны. Задолго до того, как Башня Вавил стала «крышкой» Подземелья, этот замок использовали чтобы останавливать нападения вырывающихся из земли монстров на ближайшие города и деревни. Немало замков сейчас находится в непосредственной близости от Орарио по этой же самой причине. Большая их часть была уничтожена или рухнула из-за веков недосмотра, но Шреме также использовался в качестве опорного пункта королевством Ракия в войне, прошедшей тысячу лет назад. Главные башни замка повреждены, но основные стены и остальные оборонительные сооружения практически нетронуты. Сейчас он был избран в качестве базы для «Битвы».

Внешняя стена возвышалась на добрый десяток метров, даже выше в местах, где когда-то стояли башни. Сама стена была достаточно прочной чтобы выдержать полномасштабную атаку — возможно, за исключением прямого удара заклинания огромной силы. Даже авантюристу высокого класса было бы непросто её повредить. Замок расположен на открытой местности и его довольно просто атаковать. Именно благодаря прочным стенам он продержался так долго.

— Сюда нужно ещё глины. Укрепите всё, что можно укрепить.

Ночь уже наступила, луна была над головами авантюристов. Паства Аполлона работала над последними приготовлениями к «Битве», которая начнётся через считанные часы.

Сотня людей три дня назад появилась в замке и работала не покладая рук, чтобы подготовить его к осаде. Практически все члены Паствы. Работая группами, они ремонтировали замок и располагали схроны запасного оружия и предметов, в различных местах.

— Пффф, это бесполезно… зачем вообще напрягаться?

Главная башня замка возвышалась над обломками остальных частей строения. Гиацинт наблюдал за работой членов своей Паствы с её вершины.

На Осаду Замка в форме «Битвы» установлено трёхдневное ограничение. Паства Аполлона выиграет и если он останется жив три дня, и если вражеский генерал — которым несомненно будет Белл Кранелл — потерпит поражение в бою.

Целью защитников является подготовка замка, впрочем, разумеется, они могли бы победить и без всей этой пыли в глаза. Гиацинт слышал, что ряды противников возросли, но сражаться всё равно будет не больше пяти человек. Какой смысл сотне воинов ремонтировать замок, если можно сокрушить противника в прямом столкновении?

— Ну почему, Всевышний Аполлон? Почему осада замка?..

Гиацинт был уверен, что он выиграет и без подобного фарса. Неужели бог настолько не доверяет ему и остальной Пастве? Мужчина ощущал недовольство, его бог будто забыл, на что он способен.

Недовольный Гиацинт отошёл от окна и сел на трон у стены комнаты. Форма трона осталась такой же какой была до появления Паствы Аполлона, авантюристы сделали его лишь удобнее и украсили эмблемой Паствы, луком и стрелами на фоне пылающего солнца. Остальную часть тронного зала заметно изменили, потому что Гиацинт приказал чтобы её сделали приятной глазу.

Развалившись на своём троне Гиацинт безрадостно рассмеялся.

— Что за скучные игры…

— …Ага, что-то подобное Гиацинт и скажет…

Девушка с короткими волосами, Дафна, смотря на тронный зал со своего поста на прочной замковой стене.

Ракия внесла несколько странных исправлений, когда заняла этот замок. Божество этой страны наверняка любило покрасоваться, потому что главная башня украшена множеством сложных узоров. Несмотря на то, что это последняя линяя обороны замка от неё так и веет роскошью. Видеть над главной башней символ её собственной Паствы было для Дафны смешного странно. Этот кусок металла был таким огромным, что его наверняка было заметно даже из Орарио.

Дафна тихонько вздохнула и снова погрузилась в размышления. Её задача мотивировать остальных членов Паствы на быстрейшее восстановление стен. Сложно это было, потому что большая часть людей разделял мнение Гиацинта о будущей битве. Несмотря на более сотни рабочих под её командованием, убедиться в прочности стен замка было до раздражения сложно.

К тому же, Паства Ганеша прибыла в Шреме за несколько дней до Дафны и остальной части Паствы Аполлона чтобы избавиться от группы бандитов и мародёров, занявших замок. Поскольку поступил приказ не повреждать стены замка в свете грядущей «Битвы», ситуация разрешилась серией подкопов под стенами, на это бандиты не успели среагировать. Все преступники до единого были пойманы меньше чем за день. Дафна убедилась, что Паства Ганеша зарыла за собой разрытую землю прежде чем вернуться в Орарио.

— Даф…

— Кассандра?

Лампы с магическими камнями на стенах напоминали факела прошлых времён. Кассандра подошла к Дафне, нервно назвав девушку по имени.

Она остановилась перед одной из ламп, освещена была только половина её лица. Девушка поддерживала дрожащее тело обеими руками, будто боясь, что оно упадёт с ног.

— Всё будет плохо… Нам нужно держаться отсюда подальше.

— А?

— Замок, замок падёт…

Выражение на лице Дафны стало раздражительным, когда она услышала очередную чушь, доносящуюся изо рта подруги.

— Очередной сон? Ты знаешь, что уже слишком поздно. Соберись.

— Пожалуйста, Даф, поверь мне, пожалуйста!..

Кассандра отчаянно умоляла подругу воспринять её сон серьёзно, несмотря на то, что времени до «Битвы» почти не осталось.

Дафна проигнорировала слова девушки и продолжила осматривать стену, но Кассандра была настойчивей, чем обычно. Плечи длинноволосой девушки качались, она пыталась убедить подругу, а потом застыла на месте.

Удивившись такой неожиданной перемене Дафна повернулась. Лицо Кассанды побледнело и исказилось, будто она в мгновениях от смерти, а глаза уставились вниз.

— Нет, нельзя позволить этим повозкам заехать. Время ещё есть; они не должны оказаться в стенах замка…

Небольшой караван повозок, подвозивший последние припасы подъехал к воротам замка. Девушка с ужасом смотрела как открываются створки.

— Ээй! Да что вы творите?!

Лунь кричал изо всех сил, пытаясь догнать последнюю повозку, когда врата замка начали закрываться.

Кучер последней повозки подогнал лошадь, чтобы побыстрее въехать в замок, и бег полурослика оказался тщетным. Створки ворот сомкнулись с глухим звуком спустя несколько мгновений.

— Почему, почему вы их закрыли хотя я ещё снаружи? — отчаянно прокричал полурослик большому зверочеловеку, который был в ответе за открытие и закрытие ворот.

Зверочеловек расхохотался:

— Ох-хо-хо, вот ты где, Лунь. Ты такой маленький! Совсем тебя не разглядеть.

Авантюрист низкого ранга, Лунь Эспел выглядел гораздо моложе своего возраста, почти как ребёнок. Другие авантюристы Паствы Аполлона всегда подначивали его из-за комбинации детской внешности и ранга. Именно поэтому его отправили за припасами в такой поздний час.

Полурослики обычно высмеиваются за свой небольшой размер и незаметность.

— Да ладно, — крикнул Лунь, когда остальные члены Паствы подхватили смех.

— …А привёз ты очень немало.

— Трёхдневный запас оружия и провизии. Лучше быть наготове, не так ли?

Зверочеловек расхохотался снова, сказав, что Лунь ведёт себя слишком осторожно, учитывая их противника. Огромный мужчина даже не взглянул в сторону полурослика, начав осматривать прибывший груз.

В считанные секунды остальные члены Паствы начали отгружать ящики с повозок и заносить их в уже заполненные кладовые замка.

— Ааааа…

Кассандра наблюдала за происходящим со стены.

Дафна никогда не видела подругу в таком состоянии. Несмотря на то, что она чувствовала, что с девушкой что-то не так, Дафна повернулась чтобы уйти.

— Просыпайся давай, нам ещё многое нужно сделать!

Кассандра посмотрела, как Дафна скрывается в проходе, в свете ламп с магическими камнями. Она сделала очень продолжительный и тяжёлый выдох.

Потом она прошептала голосом, подобным которому говорят слова, пророчащие конец времён.

— Поздно… Троянский конь уже в замке.

— Чего задумался?

— Прости.

— Все приготовления завершены?

— Да. Боженька уже обновила мои характеристики.

— Замечательно. А теперь, вот тебе обещанный кинжал. Режет лучше, чем первый, могу гарантировать.

— Спасибо.

— Сударь Вельф… а что насчёт других?

— Ждут своего часа. Времени было немного, так что я успел сделать только два.

— …Эм, Вельф, всё точно в порядке?

— Ага… Я больше не стану обузой товарищам из-за своей гордости.

— ?

— Не важно… Вот, можешь их взять. Но я предупреждаю, делал в очень большой спешке, так что насчёт их мощи и длительности действия я не уверен. Не трать впустую.

— Понятно.

— Ну, вроде… Всё идёт согласно плану Всевышней Гестии.

— Ага. А завтра… мы возьмём замок.

— Да… Давайте одержим победу.

Несколько голосов остались неуслышанными под покровом ночи.

«Битва» против Паствы Аполлона. Тип — Осада Замка.

Условие победы: одержать верх над вражеским командиром.

Длинная ночь почти завершилась.

----------

Глава 5. Наша «Битва».

В городе стало шумно.

День ожидаемой всеми «Битвы», наконец настал. В воздухе витала напряжённость и увлечённость, которой обычно не ощущается в пределах городских стен.

Все бары открылись рано; рабочие ресторанов и стендов с едой готовились к наплыву покупателей. Причина, по которой эти игры получила так много внимания, заключалась в том, что некоторые из богов потребовали завешать весь город плакатами. Эти божества хотели подогреть интерес аудитории и нарастить напряжение. Подавляющее большинство таких плакатов занимала эмблема Паствы Аполлона, пылающее солнце и лук на его фоне. Поскольку у Паствы Гестии не было подобного символа, её представлял лишь белый кролик, нарисованный в уголке.

Почти ни один из авантюристов в такой день не хотел отправляться в Подземелье. Вместо этого они толпами ломились в любимые бары, и количество людей лишь увеличивалось. Обычные же рабочие и жители города взяли выходной и собирались в Центральном Парке. Никто не мог сдержать любопытства, все ждали первого звонка, затаив дыхание.

— Проверка-проверка, раз… два… Кхем. Доброго утра и хорошего дня! Сегодня я буду проводить для вас подробный анализ событий, с вами будет самый жгучий представитель Паствы Ганеша, Ибли Арчер! Некоторые из вас знают меня как Пламя Пылающего Инферно. Запомните это имя!

В небольшом садике перед Гильдией была построена временная сцена. Темнокожий парень заявил, что он будет комментировать «Битву», держа в руках усилитель голоса, работающий на магических камнях. Вокруг него собралось немало народа.

— На нашем информационном пиру, вместе со мной, своими мыслями будет делиться Всевышний Ганеша собственной персоной. Всевышний Ганеша, не могли бы вы сказать пару слов!

Божество с надетой на лицо огромной маской слона забралось на сцену и закричало во весь голос.

— …Я Ганеша!

— Да, и за это вам огромное спасибо!

Крик был встречен аплодисментами.

Гильдия договорилась с продавцами, чтобы обратить это состязание в небольшой праздник. Многие люди из других городов по всему миру пришли в Орарио, чтобы посмотреть сражение, а это означало больше клиентов для торговцев. В то же время, Гильдия решила воспользоваться моментом, чтобы показать Орарио с лучшей стороны и привлечь больше авантюристов в город.

Впрочем, разумеется, никто не был рад «Битве» больше, чем сами боги.

— Ого, как у нас стало шумно! — Локи высунула лицо в окно, осматривая улицы и перекрёстки.

Множество божеств собралось на тринадцатом этаже Башни Вавил. Все они ёрзали на местах, предвкушая волнительное зрелище. Среди них были и Гестия с Аполлоном, божества, которые и вели между собой «войну».

Те, кто не пришёл в Башню Вавил, предпочли наблюдать за игрой в барах, среди людей или в своих собственных домах с прочими последователями.

— Всевышний Гермес… вы уверены, что мне позволено здесь находиться?

— Ага, не беспокойся из-за мелочей. Тех, кого это бы беспокоило здесь нет.

Среди богов и божеств на тринадцатом этаже оказалась единственная человеческая девушка, и ей было очень неудобно от этого факта. Но Гермес посмеялся над возражением Асфи. Она попыталась сжаться так сильно, как это было возможно, а Гермес залез в карман своей рубашки.

— …Кажется почти пора.

Повреждённые карманные часы, которые он вытащил, показывали три минуты до полудня.

Гермес поднял взгляд к потолку и тяжело вздохнул.

— Ну что, Уран. Нам нужно твоё разрешение на использование наших «сил».

Слова Гермеса разнеслись по залу. Ответ последовал мгновение спустя.

—…Разрешение получено.

Ответ прогремел по всему городу, нотки тяжёлого голоса были слышны повсюду, от Пантеона и заполненных людьми баров до толпы, заполонившей Центральный Парк.

Божества по всему Орарио размяли костяшки пальцев и принялись за работу.

— !..

Смертные восхищённо наблюдали, как по всему городу открываются сотни «окон».

Богам было позволено использовать только один тип Арканума — «Божественно Зеркало». Любой бог и богиня может использовать силы предвиденья, чтобы показать, что происходит в другом месте в любое время. Разумеется, подобная способность во много раз увеличивала удовольствие от жизни в Гекае.

Таким образом каждое божество Орарио могло наблюдать за проходившей «Битвой» вместе со своими детьми, несмотря на то, что битва проходила далеко от города.

Магические «окна» различных размеров заполнили бары, садик перед Гильдией и Центральный Парк. Каждое из зеркал зависло над землёй, показывая замок с разных сторон, гигантскую эмблему Паствы Аполлона и окружающую местность. Возбуждённые крики раздались в толпе, а Ибли поднёс усилитель голоса обратно к губам и начал рассказывать о предстоящей «Битве»:

— Теперь, когда все зеркала установлены, я снова поднимусь на эту сцену! Сегодняшняя «Битва» представляет из себя Осаду Замка, в которой сойдутся Паства Гестии и Паства Аполлона! Бойцы обеих сторон уже на местах и ожидают сигнала к началу!

Голос Ибли раздавался в барах по всему городу. Владелец одного из таких заведений попытался перекричать толпу посетителей:

— Какие ещё ставки?! Пока ничего не началось ставки не принимаются!

Торговцы и авантюристы начали делать ставки на исход «Битвы» между Паствой Гестии и Паствой Аполлона. Держа деньги в одной руке, а любимый эль в другой посетители выкрикивали стороны и усаживались поудобнее перед одним из множества «окон».

— Команда Аполлона имеет численное превосходство над Командой Гестии почти двадцать пять к одному…

— Хах, перевес двадцать к одному в пользу Паствы Аполлона… Их даже больше, чем я думал. Какой идиот поставит на мелкую группу?

Сидящие за одним столом авантюристы обсуждали услышанное, перед тем как сделать ставки. Команда Аполлона была в явном выигрыше и ставка на неё была разумным шагом, мало кто рисковал поставить деньги на Команду Гестии.

— Кажется вон те божества собираются…

Боги и богини известны тем, что любят срывать джекпот и не делают безопасных ставок. Авантюристы взглянули на группу их троих божеств, уставившихся в одно из зеркал.

— Яяяяяяйййй!

— Вот сейчас, вот сейчас!

— Не подведи, счастливый кролик!

С расписками в руках все трое дрожали от возбуждения и болели за небольшую группу.

Тем временем в другом баре…

— Чё за фигня? Скучно до чёртиков, все на Аполлона ставят…

Один из букмекеров оглядел бар с разочарованием во взгляде. В этот момент к расстроенному дворфу подошёл авантюрист и плюхнул на стол огромный мешок монет.

— …сто тысяч на кролика!

— Ого!

Возбуждение в баре удвоилось, когда сурового вида мужчина сделал свою ставку:

— Ты чё, Морд? Башкой долбанулся?!

— А что, никто на фарте Паствы Гестии прокатиться не хочет? Ха-ха-ха!

Он ухмыльнулся своим компаньонам, смотревшим на него с недоверием — однажды они, переполненные ненавистью напали на Белла на восемнадцатом этаже Подземелья. Морд сел на ближайший стул, скрестил руки и махнул головой в направлении ближайшего «окна» с непоколебимой уверенностью.

Каждый уголок города погрузился в безумие. Страсти кипели как в бурном котле.

— Надеюсь, ты уже окончательно попрощалась с Беллом Кранеллом?

— …

Вне этого вихря эмоций и напряжения, царящих на улицах, в Башне Вавил Аполлон ухмыльнулся Гестии.

Волосы божества были идеально уложены. Он подошёл к месту Гестии с мрачной улыбкой, застывшей на губах. Гестия ничего не ответила, она повернулась спиной, уставившись в своё личное зеркало.

— Увы и ах, — со смешком сказал Аполлон. Он двинулся к своему месту, спокойно и очень самоуверенно.

— До полудня осталось несколько секунд!

Голос комментатора раздался и на тринадцатом этаже.

Волны выкриков раздались в садике перед Гильдией.

— Пора начинать…

— Да…

Эйна и Миша тихо переговаривались, уставившись в огромное Божественное Зеркало, парящее за сценой.

Глаза авантюристов, владельцев баров и их персонала, торговцев и божеств по всему Орарио были прикованы к «окнам».

И в ту же секунду.

— «Битва» — объявляется начатой!

Громкий, гулкие перезвон стал сигналом к началу боя.

В этот самый момент в руинах замка…

Звон колоколов ставший к началу «Битвы» донёсся из окон вдалеке.

В сравнении с возбуждением Орарио, поле боя казалось очень тихим.

«Битве» в формате осады замка даётся ограничение в три дня на проведение. Большая часть Паствы Аполлона верила, что противник будет выжидать до самого последнего момента, чтобы они потеряли концентрацию, потому что у противника нет численного перевеса, необходимого для прямой осады. Если авантюристы просто будут настороже до самого последнего момента, всё обойдётся.

В замке царила расслабленность.

— Эй, Лунь. Сходи осмотрись.

— Че… почему сразу я?!

Начальник Луня приказал ему покинуть чистое и украшенное внутреннее святилище.

— У тебя острый глаз, так? Раз ты всё равно не можешь сражаться, хотя бы пару кругов вокруг стены наверни, как вчера. Может чего полезного сделаешь.

Сам по себе замок был огромным, так что сотня людей едва покрывала все возможные его окрестности взглядом. Лунь не хотел покидать удобные внутренние помещения, но повиновался приказу.

Он слышал, как над ним смеются, закрыв за собой дверь в зал и начал подниматься по лестнице, ведущей на стену.

— Эй, Лунь. Ты что здесь делаешь?

— …Осматриваюсь.

Два лучника, несущих дозор тут же заметили полурослика, появившегося на северном крае стены. Они тихонько посмеялись, услышав это слово, прекрасно понимая, что именно происходит. Лунь повернулся к ним спиной и уставился на северную часть равнины.

Почти ничего не было видно. Да, неподалёку располагалась пара случайных деревьев и камней, но они ничего не смогли бы скрыть. Равнина простиралась к северу и востоку. Река огибала замок на юге, а с запада виднелся краешек леса. Порыв ветра растрепал волосы полурослика, когда снизу раздался голос.

— Нет, ну Заклинаний стоит бояться.

— О чём нам беспокоиться? Эта штука передаст пару подарков любому, кто рискнёт высунуться.

Зверочеловек погладил свой лук и обнажил клыки в уверенной улыбке, совершенно игнорируя слова второго лучника.

Мощь и покрытие Магии определяется длинной чтения заклинания. Защитная стена такой прочности может быть пробита или даже повреждена только очень могущественным заклинанием. Так что единственным возможным вариантом для противника является заклинание с очень долгим временем произнесения.

Любой маг, который подойдёт на расстояние выстрела окажется утыкан стрелами как подушечка для иголок, прежде чем успеет что-либо сделать. Так что зверочеловек нисколько не боялся.

— Пхех, — усмехнулся Лунь, понимая, что эти лучники поразят любого, кто осмелится встать и читать заклинание. Опасения человека снизу не были обоснованы.

И этот момент…

Взгляд полурослика увидел вдалеке движение.

Кто-то шёл по траве с севера прямо к стене замка… Тонкая фигура, скрытая плащом.

— Э-эй!

— Что там ещё?..

Наряд человека был очень странным. Большую часть его тела скрывал длинный плащ с капюшоном, под которым ничего не было видно. Лучники тоже заметили идущий силуэт.

Это, несомненно, враг. Но вражеский воин был один и не читал заклинание. Скрытая плащом фигура шла в их направлении. Глаза Луня распахнулись от ужаса от спокойствия таинственного воина. Казалось, что в нём есть что-то, что жгло как уголь, скрытый под слоем пепла. Налетевший бриз качнул плащ силуэта, дозорные услышали хлопающий звук.

Все трое встали, наблюдая как силуэт подходит на сотню метров к стене замка.

В этот момент фигура сделала резкое движение.

Раскинув руки, воин распахнул плащ, открывая невидимое раньше оружие.

Две тонких девичьих руки держали алый и фиолетовый клинки — два магических меча.

— А?

Глаза Луня округлились и стали размером с лунный диск, когда он увидел, как тонкие клинки одновременно выпустили свои заклинания.

Ошеломляющая магическая мощь отразилась в глазах дозорных не северной стене.

В ту самую секунду, когда магическая энергия врезалась в стену в замке воцарился хаос.

Отчаянные крики пронеслись по коридорам, а взрывы эхом отражались от каменных стен. Те, кто выглядывал из главной башни теряли дар речи, когда видели, что произошло с их бесценной стеной.

Бриз развеял облака дыма, и каждый авантюрист увидел, что часть стены исчезла.

— Ч-что… какого хрена?!

— Н-невероятно! Это они… они напали!

Лунь, которого снесло со стены ещё первым взрывом поднялся на ноги. Тот же самый человек, который приказывал ему «осмотреться» сейчас в панике выбежал из безопасного места.

— Сколько их?!

— В-всего одна!

Командир полурослика уставился на Луня, будто пытаясь проверить, услышал ли он правду. Лунь заметно дрожал от страха. Всё же, он заставил себя произнести.

— Н-неужели… Н-не-не-нет, быть не может! Магические Мечи Кротцо! Они сломали стену легендарным оружием?!

Дружный вздох раздался от небольшой группки людей, собравшихся вокруг. Все поняли, что полурослик говорит правду.

Никакой другой магический меч в мире не способен сломать стену такой толщины одним ударом. Раз воин не произносил Заклинаний, Лунь пришёл только к такому выводу. Все сомнения пропали сами собой.

Почти в ту же секунду раздались голоса дозорных главной башни.

— Один враг?!

— Атакует магическим оружием!

Призывы к оружию утонули в удивлённых и испуганных криках.

— Замок так на воздух взлетит!

Охваченный ужасом Лунь закричал, его товарищи замерли на месте. БАБАХ! Дозорная башня, стоящая всего в нескольких метрах, разлетелась на куски. Её осколки дождём осыпали лучников и стоявших внизу наблюдателей.

— УУУАААААААААААХХХХ!!! — Лунь заорал от страха. Оставив своих союзников, он бросился в относительно безопасный донжон.

— Кто бы мог подумать, что настанет день, в который я воспользуюсь этими магическими мечами…

Фигура в капюшоне, Лю, прошептала эти слова себе под нос, занося клинки в направлении замка.

Взмах алого клинка отправил гигантский потрескивающий огненный шар к цели. Взмах фиолетового вызвал целый столб электричества, уничтожающий всё на своём пути к замковой стене за считанные секунды. Мощи этих клинков было более чем достаточно, чтобы разбивать на осколки каменные стены замка.

Оружие было сделано Вельфом меньше чем за неделю. Магические Мечи Кротцо.

Созданные человеком с проклятой кровью клинки обладали такой мощью, что у противников не было ни единого шанса ответить на удар. Королевство Ракия полагалось на эту силу в войнах, и мир до сих пор не простил разрушения, которые принесло это оружие.

Рассказывают даже истории о том, как Ракия, используя магические мечи Кротцо, обращала прежде неприступные крепости в груды пепла за одну ночь. Абсолютное осадное орудие.

— Оттуда вам по мне не попасть.

Лучники наконец начали запускать стрелы с нетронутой части стены. Но Лю без проблем от них уклонялась. Каждый её поворот превращался во взмах магическим клинком, посылавшим в лучников и магов огненные и электрические всполохи. Даже издалека взрывы, обрушивавшие всё большую часть стены замка, казались оглушительными.

Целостность стен оказалась нарушена, повреждённая северная стена начала крениться. После целой цепи магические атак, которые были сильнее обычных Заклинаний, Лю двинулась на восток и продолжила бомбардировку. Вскоре и восточная стена замка начала разрушаться от силы мечей Кротцо.

— Если ничего не будете делать, я обрушу замок вам на головы.

Небесно-голубые глаза под капюшоном блеснули.

Очередной электрический разряд влетел в брешь замковой стены, будто грозовая туча. Крики от боли достигли ушей девушки.

— А теперь, выходите.

Ещё одни взмах, ещё один взрыв эхом, разнёсшийся по замку.

— Д-доложите обстановку! Что за чертовщина творится?!

Крики боли и ужаса сменили расслабленное настроение людей в замке, а Лю продолжала бомбардировку. Авантюристы были потеряны, встретившись с таким неожиданным и опасным противником.

Лучники не могли попасть по цели, заклинатели не могли сплести заклинания — с верхнего этажа выбежал Лунь, с такой скоростью, будто от этого зависела его жизнь.

— Приказ Гиацинта! Собрать пятьдесят бойцов и вступить в бой с нападающим!

— Пятьдесят?!

Все присутствующие в донжоне удивились, услышав количество. Такой приказ означал, что добрая половина защитников замка отправится в бой с одним-единственным врагом.

— Эти магические мечи способны вывести из строя небольшие группы авантюристов, если мы будем их отправлять! Против нас и десяти бойцов нет — позаботьтесь об этом враге и возвращайтесь в замок!

Все притихли, услышав объяснение. Тишину нарушило эхо очередного взрыва, который заставил затрястись стены и затрещать пол, под ногами авантюристов.

— ВАААААААХХХ! — Лунь отпрыгнул от небольших камешков, которые начали падать с потолка, убегая дальше.

— Л-ладно, идём!

— Тц… Выбора-то нет. За мной!

Сообщение Луня стало тем самым толчком, который был нужен. Пятьдесят авантюристов собралось вокруг эльфа, Лиссоса и направилось к восточным воротам. Их створки распахнулись и в лица авантюристов ударил полуденный бриз, сопровождаемый оглушительным рёвом взрывов.

— Рассредоточиться! — подчиняясь команде Лиссоса, авантюристы разделились на десять групп по пять человек, бросившись в атаку на авантюристку в капюшоне с разных сторон.

— Гах, Гуаааа?!

Как и предполагалось, вырвавшаяся вперёд группа тут же оказалась разбросана взрывом электричества. Одна за другой группы безжалостно выводились из строя взмахами двух магических мечей. Лиссос перепрыгнул полыхавшую траву и уклонялся от электрических ударов, разрывая дистанцию.

Уклонившись от очередного огненного всполоха, авантюрист услышал треск. А спустя несколько секунд алый клинок рассыпался на тысячи частей.

— Пора! Все в атаку!

Магический клинок достиг своего предела. Фиолетовый меч также начал трещать в тот самый момент, когда Лиссос приказал всем своим подчинённым броситься на противника.

Авантюристка в капюшоне бросила остатки оружия на землю и, вытащив из ножен деревянный меч, бросилась в ближний бой против тридцати оставшихся авантюристов.

— Ч-что за скорость?!

— Построиться, всем держать строй!

Группа, которой командовал Лиссос была ввергнута в хаос, когда авантюристка в капюшоне ринулась в атаку. Большинство из них были авантюристами Второго Уровня, к тому же им противостояла одна противница — несмотря на это она сокрушала врагов одного за другим, её деревянное оружие будто окутывал ледяной ветер. Плащ трепетал за её спиной, девушка отразила три направленных в неё меча одним взмахом и отправила подобравшегося слишком близко противника в полёт на двадцать метров, используя инерцию замаха.

Тридцать авантюристов не могли нанести удара одинокому врагу.

— Хааа!

— !

Лиссос подгадал момент для скрытой атаки, пока авантюристка в капюшоне отражала очередной выпад. Кончик его кинжала задел щёку девушки.

Всего на мгновенье капюшон девушки сдвинулся, обнажив длинные эльфийские уши. Для Лисоса будто замерло время, когда он осознал, что авантюристом в капюшоне был его собрат. Ярость пламенем разлилась по жилам эльфа.

— Мразь! Эльф, пачкающий свои руки грязными и мерзкими магическими мечами — что может быть позорней?!

Злость переполняла Лиссоса настолько, что его уши побагровели, когда он снова сошёлся с авантюристкой в капюшоне.

Магические Мечи Кротцо обратили эльфийские леса в пепел.

— Таким оружием был уничтожен дом твоего племени! Как ты можешь этого не знать?! — взревел Лиссос, в нём кипел гнев целой расы.

В ответ, авантюристка в капюшоне, Лю, оставаясь такой же хладнокровной и спокойной переломила кинжал эльфа напополам.

— …

— К сожалению, есть вещи, которые для меня куда важнее, чем мнение отдельных людей.

Лиссос не успел даже пошевелиться, а эльфийка сделала шаг, её слова достигли ушей эльфа раньше, чем её оружие нанесло удар.

— Если я покрою себя позором, спасая друга, я смогу с этим смириться.

Лиссос заметил, что эльфийка начала поворот, прежде чем потерял сознание от удара.

— Просто невероятно! Неужели Паства Гестии закончит эту «Битву» быстрее, чем мы ожидали?!

Выкрики удивления и восхищения разнеслись по Орарио.

В зависших в воздухе зеркалах виднелись дымящиеся северная и восточная стены, а также повреждения, которые получила центральная башня старого замка. Другие зеркала, в это же самое время сфокусировались на битве таинственной авантюристки в капюшоне, выводившей из строя одного авантюриста высокого ранга за другим в мгновение ока. Заполнившие улицы наблюдатели болели за прекрасную эльфийку.

— Итак, Всевышний Ганеша, не могли бы вы сказать, что это за невероятные магические мечи?

— Это… Ганеша?!

— Если вы не хотите делиться своим мнением, вы могли бы пойти домой, Всевышний Ганеша!

Атмосфера перед Гильдией была очень напряжённой, голос комментатора раздавался по всему Орарио.

Тем временем, на тринадцатом этаже Башни Вавил, в Центральном Парке множество богов и богинь восхваляли эльфийку.

— Эта авантюристка в капюшоне — чертовски хороша, я прав?

— Гермес сказал, что это «помощница» из Паствы, которая не представлена в Орарио.

— Авантюристка в капюшоне… Леон-что-то там…

— Кстати, Паства Аполлона быстро принимает решения.

Три бога, собрались в уголочке и переговаривались, смотря в одно зеркало. Тем временем за главным столом Аполлон недовольно щёлкнул языком. Он обнажил белые зубы, злобно глядя на Гестию, но та даже не оторвала взгляд от своего зеркала.

— Смотрите… там ещё кто-то!

В зеркале, показывавшем северные равнины появилось движение. Девушка бежала по равнине, как хищник, вышедший на охоту.

Одетая в камуфляж для прикрытия Микото воспользовалась хаосом битвы, чтобы незаметно пробраться в замок.

Благодаря тому, что Лю привлекла к себе всё внимание, Микото смогла забраться по обломкам с северной стороны замка и попасть внутрь. Держа одной рукой меч странной формы, она забежала в повреждённое основание смотровой башни. Внутри лежали кучи обломков, но девушка просто их перепрыгнула.

— Страх, могучий и изворотливый

Девушка использовала Параллельное Заклинательство.

— Внезапная атака!.. Ещё один враг пришёл с севера!

Полурослик Лунь первым увидел опасность и предупредил союзников о присутствии Микото.

Она использовала лестницы в башне чтобы добраться до внутреннего святилища, не сводя взгляд с огромной башни, в которой восседал вражеский генерал. Враги разом бросились ей наперерез.

— Я призываю бога, уничтожающего всё и всех, пусть направит меня с небес. Пусть даст этому бренному телу божественную мощь.

— У этой тоже магический меч! Она собирается ударить по Гиацинту!

Лунь смотрел на необычное оружие в руках девушки. Члены Паствы Аполлона заполонили всё пространство вокруг, заходя на девушку с двух сторон.

— Принеси очищающий свет. Принеси клинок, сокрушающий зло!

Стрелы и заклинания, выпущенные с других башен, били у ног Микото. Но она продолжала бежать, её заклинание разносилось на ветру.

Девушку бросило в жар, когда магическая энергия окружила её тело, содрогаясь с каждым сделанным шагом и полученным толчком. Капли пота скатывались по телу девушки, падая за её спиной.

— ?..

— Эй! Это не магический меч!

Лучник запустил стрелу со двора и ударил прямо в меч девушки. Клинок развалился от стрелы.

Уловка была раскрыта. Следующая волна стрел сбила камуфляж со спины девушки, обнажив её руки и ноги. Атаки врагов усилились; стрелы царапали броню и кожу, а заклинания оставляли ожоги. Обломки стен оставляли порезы на лице и щеках Микото.

Несколько раз она чуть не упала, но так и не прекратила читать заклинание. Микото бежала вперёд со всех ног.

— Склонитесь перед клинком подавления, мифическим мечом подчинения.

Ощущая невероятное напряжение, Микото использовала очень непривычное Параллельное Заклинательство. При таком чтении заклинания очень велика опасность Ignis Faatus — неконтролируемого взрыва магической энергии прежде чем заклинатель завершит заклинание. Каждое попадание, каждый шаг девушки заставлял магическую энергию бушевать. Она была на пределе.

Продолжая держать магическую энергию под контролем лишь усилием воли, Микото вспомнила, как видела успешный пример — песнь «Ледяного Ветра».

Гордый распев великолепной воительницы, связанной битвой с врагом огромной силы снова зазвенел в ушах девушки. Микото видела настоящий уровень; она поклялась себе однажды его достигнуть.

Сколько бы стрел не резало ей кожу, сколько бы заклинаний не преграждало путь, девушка бежала вперёд, стискивая зубы.

Читать заклинание и бежать — только и всего. Та воительница атаковала, уклонялась, двигалась и читала при этом своё заклинание. Впрочем, пока это лишь далёкая мечта, та которой девушка никогда не достигнет, если провалит свою миссию. К тому же, если она не справится, то не сможет взглянуть в глаза своим новым союзникам.

Всё больше врагов выбегало из замка. Микото продолжала бежать изо всех сил.

— Я призываю тебя сюда, называя твоё имя.

Микото бежала по каменной крыше. Отлично понимая, что не сможет завершить заклинание, если её догонят и завяжется бой, она сделала резкий поворот от центральной башни, направившись к внутреннему двору замка.

Пытаясь уклоняться от стрел, девушка наметила себе целью очертания башни и, оттолкнувшись от крыши оказалась в воздухе.

— Снизойди с небес, сокруши землю…

Выбежавшие из замка враги также в горячке погони спрыгнули с крыши.

Угроза магического меча заставляла из действовать необдуманно. Авантюристы во внутреннем дворе посмотрели на девушку, которая устремила взгляд к небесам.

Множество глаз уставилось на Микото, завершившую чтение заклинания.

— …Shinbu tousei!

Волна магической энергии разлетелась ровно в тот момент, когда ноги Микото коснулись земли. Враги направили в неё мечи, копья, топоры и всё, что было у них в руках в отчаянной попытке прервать Микото, пока он не сказала завершающую фразу, но было уже поздно.

Магическая энергия разнеслась на пятьдесят метров вокруг.

Столп света в форме меча появился над головой Микото — её Заклинание начало действовать.

— Futsu no Tama!

Множество светящихся колец загорелось под ногами девушку, а меч из фиолетовой энергии вонзился в землю неподалёку от неё.

Поле огромной гравитации направило всё оружие в землю, отчего ни один клинок не достиг своей цели. Все авантюристы внутри круга, включая и саму Микото ощутили огромную тяжесть, приковывающую их к земле.

— Г-гааааахххх?!

Авантюристы, попавшие в поле фиолетовой энергии созданной кончиком меча закричали от боли.

Члены Паствы Аполлона, которым повезло оказаться за пределами этого поля, начали запускать стрелы и просто кидать в Микото оружием, но как только предмет оказывался в пределах фиолетового поля, он падал на землю. Металлические удары звенели по всему двору. Люди, эльфы и зверолюди в кольце падали на колени и четвереньки, кто-то отчаянно пытался поднять голову под безумным давлением заклинания гравитации Микото.

Девушка сжала кулаки, она не шелохнулась, ощущая на себе всю силу своего собственного заклинания.

Самопожертвование.

Оказавшись в зоне действия своего Заклинания, девушка поймала каждого авантюриста, оказавшегося во дворе, пока она сама будет стоять на ногах.

Микото смотрела, как падает на землю всё больше и больше авантюристов. Но это нисколько её не волновало. Она посмотрела в глаза ближайшему авантюристу, который рыкнул.

— Ты что, серьёзно?!

Проходя свою собственную проверку на выносливость Микото решительно ответила.

— Придётся вам побыть со мной здесь, какое-то время!..

— Будь сильной, Микото…

Такемиказучи наблюдал за ходом боя в зеркало, которое призвал в доме своей Паствы.

— Держись…

— Она ведь заранее собиралась удержать врагов во дворе?

Чигуса и Оука, сидящие с двух сторон от своего бога скривились, наблюдая как по лицу Микото катится пот.

Двадцать два бойцы врага оказались заперты в гравитационной клетке Микото. Всё, чего коснулось Футсу но Тама, будь то физическая вещь или заклинание тут же оказывалось прикованным к земле. Ничто не могло приблизиться к заклинательнице, стоявшей в самом центре, а это значило, что магию невозможно было сломать, пока сама Микото не рухнет от истощения.

Включая группу, втянутую в бой с Лю, ряды Паствы Аполлона сократились практически на восемьдесят процентов.

…А в это время в Башне Вавил…

Гермес следил за ходом битвы в зеркало, парившее перед ним.

— Слишком быстро.

— Что именно?

— Передвижения ребят Аполлона. Они реагируют слишком быстро.

Божество ответило на вопрос Асфи, его взгляд перескакивал с человека на человека, отражённых в зеркале.

— То, как быстро был организован ответ на Магические Мечи Кротцо, то, как быстро люди собрались для перехвата малышки Микото — тебе не кажется это странным? Будто бы… их кто-то направляет.

Когда Асфи поняла, о чём говорит бог, её глаза округлились от удивления, а Гермес довольно улыбнулся и отвлёкся от битвы.

— Информация тоже оружие во время войны.

— Если данных в достатке и, они распространяются достаточно быстро, информация может иметь решающее значение.

— Но, если внести в её распространение чуточку яда… он расползётся намного быстрее.

Асфи обменялась мыслями со своим богом и снова уставилась в зеркало. На этот раз в нём отражался лишь один человек: полурослик, мотающий головой налево и направо, который бежал по коридору. Не встретив ни единого стражника, Лунь добрался до совершенно нетронутых западных ворот замка.

— Всего лишь капля яда может привести к настоящей трагедии.

Полурослик собственноручно открыл врата, позволив Беллу и Вельфу войти в замок.

— Предатель?!

По всему Орарио люди поднимали руки и хватались за голову или прикрывали рты от удивления.

На главных улицах, перед Гильдией, в Центральном Парке не были ни единого человека, который мог бы поверить в случившееся и не удивился.

— Этот парень предал Паству Аполлона?!

Множество зависших в воздухе «окон» показали двух людей, бежавших бок о бок с полуросликом. Взгляды людей были прикованы к зеркалам.

Немыслимое предательство — благодаря Луню, Белл и Вельф вошли в замок, не встретив никакого сопротивления. Пятьдесят авантюристов, отправленных к Лю, всё ещё были втянуты в бой. Почти половина оставшихся в замке людей попала в ловушку Микото во внутреннем дворе замка. Проходы западной части замка были пустыми. Стража, которая должна была стоять там, отправилась защищать повреждённые северную и восточную стены, создав прореху в защите. Один несчастный авантюрист, который замешкался и остался в этих коридорах, вскрикнул, увидев троицу, но не успел сбежать от белого кролика, который оглушил его одним быстрым ударом.

Не ожидавшие подобного поворота событий зрители восторженно и взволнованно наблюдали за происходящим.

— Что… Э… Как?!

Потерявший дар речи Аполлон был одним из этих зрителей.

Он вскочил из-за стола с такой скоростью, что его стул отлетел и рухнул на пол за его спиной. Злость закипела в божестве с такой силой, что его лицо начало меняться в цвете. Аполлон стоял, открывая и закрывая рот.

Да!..

Гестия убедилась, что её восторг ускользнул от дрожавшего от негодования бога, бесшумно ударив кулаком по столу.

Она взглянула на членов своей семьи с доверием во взгляде.

— Ты отправила их подальше?

Руины замка, временный штаб Паствы Аполлона. Вельф бежал сбоку от Луня.

— Только так Лили могла быть полезна.

Голос определённо был мужским, но в тоне Луня слышалось что-то удивительно женственное. Его лицо также было мужским, но то, как он улыбнулся Вельфу напомнило парню улыбку его союзницы. Бежавший с другой стороны Белл тоже улыбнулся неизвестному герою, их помощнице.

Предателем Лунем на самом деле была Лили, использовавшая свою магию.

Настоящий Лунь был захвачен почти четыре дня назад, в ту ночь, когда Паства Аполлона разместилась в руинах замка. Сейчас он где-то в случайном месте за городскими стенами — наверняка смотрит «Битву» под бдительным надзором Миаха. Лили заняла его место, скопировала голос и манеры Луня настолько точно, что никто не заметил разницы. И с того момента она собирала информацию о замке.

У неё появилась возможность встретиться с союзниками ночью перед началом «Битвы», когда её отправили следить за последним караваном с припасами, шедшим в замок. Тогда и был составлен план битвы.

Лю, поскольку она авантюристка четвёртого уровня отвлечёт на себя половину вражеских сил, в то время как Микото отрежет остальным путь в донжон замка.

Лили манипулировала командирами и всеми остальными членами Паствы, чтобы завлечь в эти ловушки как можно больше людей. После того как число противников снизилось, она впустила Вельфа и Белла в замок.

Наконец, Вельф должен сопроводить Белла в тронный зал.

Всё прошло в точности согласно плану, который подготовили Лили и Гестия.

Предатель в рядах врага — замаскированная Лили всё это время была троянским конём.

— Вчера я уже говорил, но вражеский командир на вершине той странной башни. Чтобы туда добраться, нужно пройти по коридору, который начинается на третьем этаже донжона.

Вернувшись к стилю речи Луня, Лили объяснила Беллу как попасть к врагу. Ракия серьёзно изменила строение замка, когда его захватила, и главным изменением была постройка моста, который соединил белую главную башню с донжоном замка. Лили указала на него, когда группа пробегала мимо окна.

— Мы сможем пробиться снаружи?

— Нет, входа в башню нет. Выглядит она странновато, но прочная как скала. Прорыв займёт время, а значит успеют набежать враги. Но, как только вы в неё попадёте…

— Прямой путь к тронному залу?

Полурослик кивнул и улыбнулся Беллу.

— В том проходе куча магов. Можно оставить их тебе?

— Ага, со всеми разберусь.

Полурослик попросил Вельфа присмотреть за Беллом и ухмыльнулся. Потом он отделился от остальной группы. О том, на какой на самом деле «Лунь» стороне, знают только зрители, которые смотрели в зеркала в Орарио. Лили может создать ещё больше хаоса и отвлечь врагов от своих союзников.

— Ну что, устроим им!

— Ага!

Белл, в новенькой лёгкой броне и Вельф, с двуручным мечом на плече ринулись к ближайшей лестнице, ведущей к навесному мосту.

— Что происходит?! Говори, живо! — Дафна кричала, наблюдая как её союзники терпят поражение со своего поста у основания главной башни. — И мне не нужно рассказывать, что стены разнесли, я отсюда всё прекрасно вижу! Почему в замке никого нет?!

Глаза девушки были круглыми, в громком голосе слышался страх, Дафна мотнула головой.

От разрушенных северной и восточной стены ещё поднимался дым; Дафна прекрасно видела это из ближайшего окна. Прибежал один из посланников, который должен разносить приказы командиров.

Дафна, вместе с восемью авантюристами была последней линией защиты, стоявшей в самом конце моста в башню.

— Лунь сказал, что Гиацинт приказал отправить всех в атаку…

— АААААА?! Он ничего подобного не приказывал! Я всё это время тут была! Я бы первая узнала!

Дафне было приказано стоять на единственном пути из главной башни. Гиацинт не отправил бы посланника солдатам так, чтобы она не заметила.

Эльф отпрянул, увидев угрозу на лице Дафны.

— Лунь… нас предал?..

Подобное было вполне вероятно, особенно если учесть, что Дафна сомневалась в верности Аполлону большинства своих товарищей. Она прикусила губу и продолжила расспросы посланника.

— Что с Лиссосом и его людьми?

— Р-разбиты, судя по всему. Враг использовал какую-то магию во внутреннем дворе и многих обездвижил. Я не знаю, сколько людей ещё в состоянии сражаться.

Дафна быстро поняла, что это работа Луня; Он был главной причиной, по которой всё пошло не так очень быстро. Не прошло и часа с начала «Битвы», а враг почти без сопротивления зашёл так далеко.

Девушка сыпала проклятьями сквозь сжатые зубы. Она злилась не только на Гиацинта, с самого объявления «Битвы» недооценивавшего своего противника, но и за собственную нерешительность, она ничего не предприняла, когда рухнула северная стена.

— Дафна, они идут! Два человека… Маленький Новичок!

— …Мы всё закончим здесь и сейчас. Отправьте сообщение Гиацинту: пусть направит сюда подкрепления из тронного зала, мы сокрушим Белла Кранелла.

Один из двух авантюристов, поставленных охранять проход из донжона рассказал Дафне об опасности. Девушка отдала приказ эльфу, который поклонился и отправился в главную башню.

Дафна рассчитывала заполнить мост людьми, чтобы Белл и Вельф не могли его пересечь. Пространство моста было довольно широким, нужно было больше десяти людей в полной броне, стоящих плечом к плечу чтобы перекрыть его полностью. Она знала, что противники не сразу добегут до её стороны моста. Окна на стенах, очень высокий потолок и красный ковёр на полу. В этом коридоре негде укрыться. Дафна приказала магам начать чтение заклинаний.

Наконец, на другом конце коридора появились два человека.

— Лучники вперёд! Укрыться им негде, готовьтесь! Маги, ждите моей команды!

Все лучники и маги могли бить напрямую по цели, находящейся в пределах досягаемости. Залп заклинаний пройдётся по всей ширине коридора, от него не укрыться.

Дафна свела брови, присмотревшись к двоим нападавшим. Девушка вытащила короткий меч из ножен и указала на бегущих врагов.

Лучники натянули тетиву; маги завершали последние слова заклинаний.

— …БЕГИ!

В этот момент парень с красными волосами и огромным мечом на плече — Вельф — крикнул.

Беловолосый парень, который бежал чуть сзади наклонился и начал свой безумный рывок.

— ОГОНЬ!

Щёлкнули натянутые тетивы, полетели стрелы. Маги начали оживлять свои заклинания. И в этот момент…

Рука Вельфа была вытянута вперёд.

— Проклятое Пламя!

Короткое заклятье.

Серебристый, тягучий туман, похожий на ртуть, вырвался из ладони парня.

Этот туман скрыл Белла и окутал вражеские ряды бойцов Дафны.

— …

Она с ужасом смотрела как тела магов начали светиться, будто огоньки в окутавшем их тумане.

Спустя мгновенье каждый из магов странно вскрикнул, и их тела полыхнули изнутри.

БАБАХ!

— А?!

Искры разлетелись в разные стороны будто лепестки цветов.

Все маги до единого провалили свои заклинания — каждый пострадал от Ignis Fatuus.

…Он превратил наших магов в бомбы?!

Анти-магическое Заклинание Вельфа. Ударная волна раскидала лучников в разные стороны. Маги упали там же, где стояли, из их раскрытых ртов вырывался чёрный дым. Прочесть заклинания снова они в ближайшее время не смогут.

Цепь взрывов заставила осколки падать со стен и потолка коридора, закидывая красный ковёр. Дафна смогла прикрыться прямо перед взрывом и устояла на ногах, несмотря на ударные волны, которые сотрясли каменный мост изнутри.

Стоя в облаке чёрного дыма, Дафна приготовилась к нападению, но беловолосый парень проскочил мимо.

— ?!

Белл бежал только вперёд, наклонившись всем телом как кролик и прорвался к лестнице в главную башню.

Проклятье! Дафна сделала шаг, чтобы броситься в погоню, но неожиданно её ушей достиг выкрик.

Повернувшись на каблуках, девушка увидела падающего лицом в пол лучинка и идущего к ней по остаткам ковра товарища Белла.

Чёрный жакет развевался на ветру, Вельф остановился на расстоянии броска камня от Дафны.

Кончик его меча ткнулся в пол, Вельф посмотрел на Дафну над рукоятью своего оружия.

— Настоящие авантюристы решают всё мечами, тебе не кажется?

Девушка вздрогнула, увидев бесстрашную ухмылку кузнеца.

Клинки Вельфа и Дафны столкнулись, блеснув в лучах солнца, пробивающихся через небольшое окно на мосту.

Локи смотрела за этой битвой в своё зеркало, на губах богини появилась игривая улыбка, когда парень вынудил девушку отступить от главной башни.

— Фей-фей, этот парень просто нечто!

— Ну, спасибо.

Тринадцатый этаж Башни Вавил. Локи сидела рядом с Гефест, которая недавно позволила Вельфу присоединиться к Пастве Гестии. И этот факт позволил богине уловок и обмана слегка поразвлечься.

— Те яркие мечики, это тоже его работа, да? Небось уже жалеешь, что отпустила?

— Кто знает.

Жемчужно-белые зубы Локи блеснули, улыбка на её лице стала ещё шире. Гефест ответила с теплотой, по её лицу можно было подумать, что она чему-то рада.

Впрочем, разговоры за пределами Башни Вавил были далеко не так добродушны, как переговоры пары богинь.

— Я же так разорюсь…

— Шансы ещё есть, шансы ещё есть…

Атмосфера в барах была такой напряжённой, что можно было резать её ножом. Авантюристы нервничали.

Множество глаз следило за Беллом, отражённым в множестве зависших в воздухе зеркал.

— Сдайся ты уже! — прорычал один из авантюристов, погрозив парню кулаком.

— Вы же не можете проиграть! — крикнул другой, подбадривая Паству Аполлона всей мощью своего голоса.

Каждый поставивший деньги на победу Аполлона авантюрист подал голос. Их крики были слышны по всему городу.

— Вперёд Беловолосик! Застмявь их рыдмять!

— Она втайне ставку сделала?..

— Радуйся, что не нмя Пмяству Аполлона…

Западная Главная Улица. «Щедрая Хозяйка».

Бар был так забит, что яблоку негде было упасть. Хлоя кричала в зеркала вместе с авантюристами, которым разносила эль. Руноа и Аня смотрели на неё с неодобрением.

— …

Силь стояла рядом с коллегами и никак не могла сконцентрироваться на работе, уткнувшись взглядом в Белла.

Её серебристо-серые глаза следили за каждым шагом парня, Силь молилась, чтобы он выбрался живым.

— …Ого, просто вау, Айз! Ты смотри как бежит!

— Да.

Северная окраина города…

Дом Паствы Локи также не избежал волнений, несмотря на то, что находится далеко от баров.

Глаза Тионы блестели, когда она наблюдала за тщательно спланированным нападением Паствы Гестии.

Айз стояла рядом, взгляд золотых глаз был направлен на парня, отражённого в зеркале.

— Да, они неплохо справляются… Но разве не стоило безо всяких уловок отправить авантюристку в капюшоне с магическими мечами и дать ей волю? Было бы гораздо проще.

Тионэ стояла за спинами девушек, наблюдая за действием из-за их голов.

— Что взять с твердолобых Амазонок…

— Мммм, попробую объяснить, каковы шансы Голиафа победить в битве против сотни людей?

— …Никаких.

— Вдобавок, два этих магических меча не смогли бы разрушить весь замок. Я уверен, люди Аполлона очень организованы. Группа Гестии не может позволить себе полномасштабную битву, в которой можно было бы бездумно раскидываться людьми.

Гарет, Финн и Риверия закатили глаза, услышав предположение Тионэ.

Боевая группа, состоящая из одних только членов Паствы Аполлона, возглавляемых Гиацинтом способна одолеть Голиафа своими силами.

Трое командиров спокойно начали рассуждать о тактике и стратегии, когда раздался голос…

— Не порите чушь.

Бете вступил в разговор.

— Кролик просто хочет разобраться с этим извращенцем своими руками.

Многие члены Паствы Локи собрались в переговорные свои дома. Локи создала множество Божественных Зеркал прежде чем уйти. Молодой вервольф смотрел в одно из них, которое показывало Белла в профиль.

— Он мужик, только и всего.

Бете сказал так, чтобы все услышали, не отрывая взгляда янтарных глаз от зеркала.

— Ты знаешь что-то, чего не знаем мы?

— …Неа, — бросил вервольф в ответ на вопрос Риверии.

— Это сработает, сработает! Они так далеко зашли!

Совершенно игнорируя разговоры, Тиона начала прыгать вокруг Айз и поднимать руку девушки в воздух. Тионэ, Бете и остальные с раздражением взглянули на бурный восторг Амазонки. Тиону это нисколько не волновало, она становилась только активнее.

— Сразись! Победи!.. Аргонавтик!

Разгорячившись, девушка встала напротив зеркала и изображала удары с каждым словом.

Белл прошёл мост и двигался по главной башне согласно направлениям, которые указала Лили.

Башня, в которой располагался тронный зал была обставлена очень роскошно. Старинные ковры покрывали каменный пол, а стены увешаны покрытыми пылью произведениями искусства. Белл ощутил себя в поместье, которое владелец давно забросил.

— ШАААА!

— !

Из теней выскочил зверочеловек. Белл спокойно вступил в схватку.

Уклонившись от пары ударов светлого клинка противника, Белл сбил третий удар и ответил ударом ноги.

— Гах!

Левая нога парня попала в щёку нападавшего, отправив того на пол. Зверочеловек сделал несколько оборотов, прежде чем неподвижно остановиться.

— Господин Кранелл, я лишь предоставляю вам свою силу.

Новые враги появились из теней, а Белл вернулся к разговору, произошедшему прошлым вечером.

Они провели ночь перед «Битвой» в лесу к западу от старого замка. Опытная эльфийская воительница подозвала парня на личный разговор.

— Этот конфликт должен быть разрешён вашей Паствой… точнее, вашей рукой.

Благодаря наспех скованным магическим мечам, Белл и остальные могли не беспокоиться о пробитии бреши в замке. Учитывая, что, даже несмотря на это, замок даёт огромное преимущество, план использовать «Ледяной Ветер» в качестве острия копья также был невозможен.

Впрочем, это всего лишь отговорка.

Ни у кого не было сомнений, что все надеялись увидеть один исход.

Гестия, Лили, Вельф, Микото, зрители, да и, скорей всего, каждый бог — но больше всех этого хотел сам Белл.

Все хотели увидеть, как парень лично положит конец этой Битве.

…Я хочу его побить.

Белл пылал решимостью.

Он хотел реветь от боли, из-за того, что он был слишком плох раньше, от всех слёз, которые катились из его глаз.

В баре, посреди города, а теперь сегодня. Белл поклялся, что победит этого человека в их третью встречу.

Восстановить честь, одержать победу ради своей богини и достичь новой высоты.

Сегодня Белл решит всё своими собственными руками.

Кажется, это последний…

Отправив на пол тело последнего нападавшего авантюриста, и не ощутив больше никого рядом, Белл забежал в круглый коридор.

Последний из его врагов был в тронном зале. Генерал Гиацинт и его личная стража ожидали парня там.

Вернув оружие в ножны, Белл взглянул на свою ладонь.

Сжав кулак, парень посмотрел вперёд. Вокруг него раздался звон колокольчиков.

— На нас напали! Маленький новичок вошёл в башню!

Эльф-посланник вбежал в двери и принёс в тронный зал панику.

Тот факт, что Белл прошёл все уровни защиты, поверг авантюристов в шок. А после слов о том, что необходимы подкрепления, авантюристы наспех повытаскивали своё оружие и двинулись к двери. Все, кроме одного.

— Стоять. Куда вы ринулись, сломя головы?!

Гиацинт сидел на троне в самом конце зала. Он ударил кулаком по подлокотнику.

Он поднялся, плащ колыхнулся за его спиной, на висках вздулись вены, он гневно оглядел зал. Все авантюристы до единого сжались от страха.

— Для подобной трусости слова позор будет недостаточно. Как мы взглянем в глаза Всевышнего Аполлона после такого бесчестья?..

Обычно чарующее и обворожительное лицо человека исказила зловещая гримаса.

Гиацинт не скрывал своего раздражения тем фактом, что его силы позволили врагу продвинуться так далеко, он был зол и на самого себя в том числе.

— Генерал? Генерал, сэр! Прошу вас, пожалуйста, покиньте это место!

— Хватит уже, Кассандра!

Девушка, стоявшая рядом с троном, кричала, заставив Гиацинта проявить свой гнев.

Она была одета в похожие на платье боевые одежды, длинные волосы собраны за спиной, и она умоляла Гиацинта покинуть тронный зал с самого утра. Всё отчаянье, которое слышалось и в голосе девушки, и в её трусливом заявлении, выводило Гиацинта из себя.

— Пожалуйста, поверьте моим словам!..

— Молчать! Придумай что-нибудь получше!

Гиацинт снова полыхнул от гнева.

Аполлон назначил его командиром своих сил. Командир не может оставить свой пост без уважительной причины. Даже в текущем положении поражение выглядело невозможным.

— Разве ты не видишь?! Меня окружают воины. Если Белл Кранелл заявится сюда лично, он подпишет себе смертный приговор!

Мужчина жестом указал на остальных авантюристов в комнате. Они были выбраны Гиацинтом за свои боевые навыки. Всего их было десять, и их более чем достаточно, чтобы справиться с одиночкой второго уровня. А поскольку этой группой авантюристов командовал генерал третьего уровня, победа казалась неминуемой.

Все авантюристы в комнате уставились на Кассандру, из глаз которой потекли слёзы. Она с ужасом смотрела себе под ноги.

Тело девушки дрожало, её взгляд прыгал от камня к камню, в полу тронного зала.

— Аааа…

Девушка начала мычать, её лицо бледнело с каждой секундой.

Щёки Гиацинта подрагивали от раздражения, когда он повернулся к Кассандре. В этот момент девушка перевела на него взгляд и прошептала:

— Молния…

Белл шагал в сопровождении лёгкого звона колокольчиков, наконец он наткнулся на лестницу, ведущую наверх.

На пути не было ни души. Взгляд Белла скользнул по ступенькам лестницы, прежде чем упасть на огоньки, кружившие вокруг его правой руки.

Великого Колокола не было слышно с момента битвы на восемнадцатом этаже Подземелья.

Должно быть, нужны какие-то особые условия, потому что Белл был уверен, что есть способ повторить эту атаку снова. Прокрутив в памяти тот момент, парень вспомнил, что испытал особое чувство, когда услышал голос божества в своей голове.

Божество направило его, дало ему видение, наполнило его пылающим желанием — вот что Белл мог вспомнить. Что-то снизошло на него во время той битвы. Вместе с этим, Белл понял, что сила, которой он обладал в тот день не предназначена для постоянных схваток.

И сейчас она ему не нужна.

— !..

Для Аргонавта нужно идеальное представление героя. В этот перед парнем был воин Аргис.

Кажущийся бессмертным герой, который сражался до последнего вздоха, убивая монстров одного за другим чтобы отбить крепость, которую захватили орды. Его отважное деяние осталось в веках.

Каждая клеточка Белла ожила, когда он представил, как герой в одиночку штурмует крепость. Свет исходящий от его ладони начал мерцать сильнее.

— Серьёзно, молния?

Гиацинт фыркнул, выпустив воздух через нос, его голос был наполнен сарказмом, когда он переспросил Кассандру.

Мужчина выглянул в каждое из окон, расположенных в тронном зале. Стоя у последнего из них, мужчина уголком глаза посмотрел на девушку.

— Небеса лазурны, как никогда. Белые облачка повсюду. А ты говоришь мне, что на нас падёт молния?!

На горизонте не было ни единого признака бури, Гиацинт посмеялся над предсказанием.

Но…

— Не падёт…

Губы Кассандры едва двигались.

Схватившись руками за бледное лицо Кассандра посмотрела Гиацинту в глаза и прошептала.

— Молния… поднимется.

Её взгляд снова уставился на каменный пол.

— Чего?

Основание лестницы было прямо под тронным залом.

Массивная спираль уходила в обе стороны от парня. Белл посмотрел наверх взглядом лучника, который ищет цель.

Шаги авантюристов доходили до ушей Белла глухим эхом через каменные проходы.

Белл вытянул руку наверх, будто пытаясь схватить солнце.

…Минута.

Шестидесятисекундный заряд. Пульсирующий белый свет начал усиливаться.

А потом, всего одно слово.

— Вспышка.

Молниеносный белый взрыв направился вверх.

— …

Трещины побежали по каменному полу, в зал ворвался свет.

Гиацинт потерял дар речи, когда увидел, как белая волна пробившая пол устремляется к потолку.

Оглушительный взрыв.

— Нет, вы это видели?!

Вавил наполнился криками божеств.

— Без чтения заклинания?!

— Такая силища и заклинание читать не нужно?!

— Как же я хочу прибрать этого человечка к ручкам!!!

Ни одно божество в зале не смогло усидеть на месте без взволнованного крика.

Большинство богов и богинь испытали смесь удивления и восхищения при виде мгновенного заклинания Белла.

— ?!

В отличии от смаковавших момент богов, Аполлон застыл с раскрытым ртом.

— !..

Гестия сидела неподвижно, она не отрывала взгляд от зеркала.

Она смотрела как вражеский генерал выбирается из-под кучи обломков на поверхность.

— Хааа… Гхааа?!

Гиацинт сел, с него тут же посыпались кусочки камней и щебень, мужчина ощущал боль.

Верхняя часть башни исчезла. Тронный зал был полностью уничтожен взрывом, пришедшим снизу. Даже сейчас, последние всполохи неслись к небесам, восходя к яркому солнцу.

— Что... что сейчас произошло?!

Гиацинт начал подниматься на ноги. Идеально чистый прежде плащ на его плечах был разодран и серьёзно повреждён. Уложенные волосы мужчины растрепались и оказались покрыты грязью.

…Кассандра отбросила его от окна при первых же признаках энергетической волны которая разорвала пол.

Гиацинт припоминал, как слышал звуки битого стекла, всё стало белым и в его тело вонзались тысячи каменных осколков. Должно быть он потерял сознание во время падения, потому что он не помнил, как оказался на земле вне замка. Осмотревшись, он увидел лишь горы обломков и плотные облака дыма, которые мешали ему увидеть картину целиком.

— Кассандра?! Рон?!

В гневе, замешательстве и с каким-то новым чувством, которого он не мог описать, мужчина позвал своих товарищей. Ответа не последовало.

В дыму он разглядел кучу обломков в нескольких метрах от себя. Холодок пробежал по спине Гиацинта, когда под ними он заметил человеческое тело.

…Пали.

Он остался в одиночестве. Обычное спокойствие и уверенность Гиацинта рухнули.

В глазах блеснула ярость, Гиацинт вытащил меч из ножен, мост неподалёку рухнул на донжон.

— Где ты?!

Крепко держа в руках фламберг, Гиацинт крикнул в дым.

Его противник ещё жив — он это знал. Желание разорвать парня на части поглощало Гиацинта.

Сердце громко стучало; пот катился по лицу. Его противник скрылся в дыму, ожидая момента чтобы вонзить в него клинок.

Гиацинт повернулся налево, направо и обернулся. Хладнокровный воин исчез. Он не мог сохранять спокойствие, вздрагивая от каждого ветерка, колыхавшего дым.

Наконец, солнечные лучи начали пробиваться сквозь облака дыма. Зрение Гиацинта прояснялось всё сильнее и сильнее, пока…

— …

Воздух будто похолодел.

Два рубиновых глаза блеснули в дыму за спиной мужчины.

Гиацинт это ощутил; окровавленный зверь. От этого по коже мужчины пробежал холодок.

Спустя мгновенье Белл вырвался из прикрытия дыма. Гиацинт повернулся навстречу парню.

Два красных кинжала и длинный грубый клинок сошлись со столпом искр.

— ВАААААААААААААААААА!!!

Орарио содрогнулся.

Авантюристы, комментаторы, даже боги.

Дуэль между генералами. Одно из самых неожиданных событий во время осады замка принесло в город настоящий переполох.

Тысячи вспотевших ладоней сжались в кулаки, а немигающие взгляды впились в зеркала.

Никто из зрителей не мог произнести ни слова, лишь нечленораздельные звуки и междометия создавали шум во время дуэли столетия, проходившей прямо на их глазах.

— ?!

Выпады. Два алых клинка закружились в танце.

Их атаки были слишком быстры, чтобы на них реагировать. Как только зеркало показывало, как была заблокирована одна атака, за ней тут же следовала другая. В момент, когда Гиацинт приготовился к нападению, беловолосый парень отскочил, перекатившись в сторону и начал наносить удары в слепые зоны, всегда оставаясь недосягаемым для фламберга.

Мужчина был вынужден перейти в защиту, у него не было возможности контратаковать.

Он ощущал каждый удар кинжалов по мечу кончиками пальцев. Каждый раз он чувствовал боль.

Глаза Гиацинта дрожали от ужаса, Белл начал настоящий ураган ударов с двух ножей, а мужчина отчаянно пытался держать темп.

…Кто?

Удары парня были наполнены звериной ярость. К тому же, мужчина не мог их предсказать.

За Гиацинтом было преимущество в Силе. Но, почему-то парень был явно быстрее.

…Кто это?

Техника, движения, ничто не имеет значения если клинок не находит цели. К тому же, парень всегда оказывался на шаг впереди.

Ловкость Белла возросла так сильно, что предыдущие битвы было уже и не вспомнить.

…Да кто это такой?

Слово «вырос» никак не подходило подобной ситуации.

Едва блокируя атаки парня, Гиацинт не мог поверить своим глазам и закричал во весь голос:

— …КТО ТЫ ТАКОЙ, ЧЁРТ ТЕБЯ ДЕРИ?!

Навыки, стратегия, техники — всё было на его собственном уровне.

Парень, которого Гиацинт так просто превосходил, который атаковал напрямик всего за десять дней испарился.

Мужчина собрал все силы в один единственный размашистый удар, направленный в голову противника и закричал:

— У меня же Третий Уровень!

Гиацинт замахивался снова и снова, его атаки стали дикими, а тело Белла внезапно превратилось для него в размытое пятно.

Перехватив лезвие фламберга в воздухе, алые клинки блеснули и сломали лезвие меча надвое.

— Да что с тобой не так, Гиацинт?! — Аполлон взорвался, увидев, как его лучший авантюрист лишился меча, который являлся символом всей Паствы. Лицо божества не могло скрыть раздражение, которое оно испытывало.

Злобные выкрики были слышны и из города, лежащего за окнами, когда все увидели, как Гиацинт достаёт короткий меч из ножен на поясе и продолжает бой. Гестия прикусила губу, наблюдая как бойцы ввязались в битву одиночных точных ударов на высокой скорости. Гермес скривил бровь и подошёл к богине.

— Что же, что же, кажется запас экселии Белла был немного выше необходимого, когда он получил Второй Уровень.

На лице Гермеса играла его обычная харизматичная улыбка, когда он обратился к Гестии.

Анонса о том, что Белл достиг Третьего Уровня не было. А значит, он может так сражаться только потому, что его характеристики Первого Уровня легли поверх характеристик второго. Это заставило Гермеса задуматься, насколько высокими должны были быть способности парня на первом уровне, чтобы результат был виден настолько сильно, и ему захотелось это узнать.

— Какими были его Характеристики перед повышением уровня? Давай, я обещаю, что никому больше не скажу. Ты прекрасно знаешь, что я нем как могила, скажешь?

Глаза Гестии так и не оторвались от зеркала. Она даже не шелохнулась, отвечая тихим голосом:

— Ты всё равно не поверишь мне, если расскажу, так что нет.

— Разве я могу тебе не поверить? Просто скажи.

Гермес продолжал настаивать, так что Гестия рассказала ему о характеристиках парня после битвы с Минотавром.

— Всё, кроме ловкости SS.

— Ха-ха! Вот это шутка.

— Видишь?

Гестия продолжила безотрывно смотреть в зеркало, её серьёзность резко контрастировала с рассмеявшимся Гермесом. Гермес вдруг осознал, что Гестия даже не улыбнулась, и реальность начала опускаться на него тяжёлым грузом:

— Это правда?

— Правда.

Гермес сделал ещё шаг, его лицо приблизилось ближе, а улыбка на губах стала ещё шире.

— …Ну, а что с его Ловкостью?

— Помолчи, Гермес.

Оборвав расспросы божества, Гестия ещё целенаправленней уткнулась в зеркало.

Она была переполнена решимостью досмотреть этот бой до самого конца.

— Ху!..

— ?!

Алые разводы рассекали воздух, Гиацинт гасил каждый удар своим коротким мечом.

Его главное оружие, Фламберг Солнца лежало на груде обломков разбитым на две части. Одного прямого попадания оружия Белла было достаточно чтобы сломать этот меч. Мужчину, покрытого холодным, потом теснили, неожиданно для него самого.

Ушивакамару-Шики.

Став Высшим Кузнецом Вельф вложил своё сердце и душу в изготовление нового оружия из второй части Рога Минотавра Белла. Этот клинок обладает куда большей разрушительной силой, чем обычный Ушивакамару, в этом клинке будто бы заперт грозный дух самого Минотавра. На самом деле, Белл едва сдерживал кровожадность Минотавра, которая могла овладеть им в любой момент, пока он оттеснял Гиацинта.

Впрочем, несмотря на то, что парню удалось обезоружить своего врага и заставлять его отступать, он не был слишком самоуверен.

Использование Аргонавта тяжело далось телу парня, несмотря на то, что потом он выпил одно из двойных зелий Нажы. Белл понимал, что проиграет эту битву, если противник её затянет. Руки и ноги парня тяжелели с каждой секундой.

Беллу было нужно окончить всё меньше, чем за минуту. Каждая частичка его силы, каждая капля энергии были вложены в удары.

Тело и разум слились в одно целое, движения парня становились только быстрее.

— Гаххх?!

Приятное лицо Гиацинта, то, которое так обожало его божество, содрогалось от смеси гнева и отчаянья.

Неделя тренировок под руководством Айз и Тионы работали во всей красе. Белл был на равных со своим противником в технике и движениях; парень был собран. Каждый урок, который был вложен в его тело кулаком, ногой и клинком авантюристов высшего ранга отгонял Гиацинта всё дальше и дальше в поле обломков.

Концентрация и увеличенные характеристики Белла загоняли авантюриста третьего ранга в угол.

— УОООООО?!

— ?!

Украшения на теле Гиацинта зазвенели, когда он, в очередной раз увернулся от алых клинков. Крикнув что есть силы, генерал Паствы Аполлона вонзил короткий меч в обломки под ногами.

Удар поднял в воздух облако пыли. Он был настолько силён, что ударная волна достала до земли, взметнув целый взрыв грязи. Белл отреагировал быстро, он успел отступить, прежде чем облако пыли и грязи его охватило. Гиацинт оторвался от земли, воспользовавшись инерцией удара он запустил своё тело подальше от парня, как стрелу.

А потом…

— …Имя мне любовь, дитя света. Блистательный сын, я предлагаю тебе своё тело!

Гиацинт разыграл свой козырь.

Разорвав дистанцию, он начал чтение своего Заклинания.

— Имя мне грех, ревность ветра. Это тело взывает к твоим порывам.

Магия — сила, которая способна переломить ход сражения в мгновение ока.

Не в силах больше сражаться врукопашную Гиацинт решил применить иную стратегию чтобы перевести ход битвы в нужное русло.

— Снизойди кольцо пламени…

Белл ощущал огромный поток магической энергии, которая собиралась за бурлящим облаком пыли.

Вернув Ушивакамару в ножны, Белл вытянул левую руку и попытался остановить чтение заклинания.

— Вспышка!

Меньше секунды понадобилось Заклинанию Быстрого Действия Белла чтобы пронзить облако пыли и врезаться в Гиацинта.

— ?!

Ревущий взрыв окутал мужчину, развеяв пыль.

Его тело оказалось отброшено на несколько шагов. Боевые одежды превратились в лоскуты, прикрывающие обгоревшую кожу. Но Гиацинт смог выдержать.

Более того, собиравшаяся в его руках магическая сила не развеялась.

Гиацинт стиснул зубы, выпрямился и продолжил чтение заклинания.

— …на западных ветрах!

Глаза Белла округлились. Но не верил в то, что видел. Сделав глубокий вдох, парень приготовился снова ударить мужчину своим заклинанием, но вдруг…

— ЯЯЯЯЯ?!

— ?!

Девушка с длинными волосами выбралась из-под обломков и бросилась на Белла со стороны.

Удар Кассандры сбил руку парня в тот самый момент, когда тот ударил заклинанием, защитив Гиацинта от второго взрыва.

— Так его, Кассандра! — закричал Аполлон в своё зеркало в Башне Вавил.

Из-за тени и обломков появилась ещё один силуэт, кинувшийся прямо на Кассандру.

— Сударь Белл!

— Кьяяяяя?!

Сняв маскировку Лили появилась, чтобы одержать поддержку в бою.

Девушка первой выбежала из замка. Лили схватила Кассандру со спины, и они покатились с кучи обломков камней на траву.

— Нуууууааааааа!

Белл тут же вытянул левую руку снова, но Гиацинт закончил заклинание. Мужчина расправил плечи, его тело содрогалось.

Опустившись на колено, чтобы придать себе устойчивости Гиацинт поднял правую руку высоко над головой, а левую наклонил к ногам, будто обхватывая какой-то диск.

Парень с ужасом смотрел, как Глаза Гиацинта сфокусировались на нём, правая рука пульсировала от магической энергии. Спустя мгновение мужчина запустил своё Заклинание.

— Aro Zephiros!

Сияющее будто солнце кольцо появилось в его руках.

Гиацинт отправил кольцо вперёд одним быстрым движением, его правая рука направила этот диск прямо в Белла. Вращаясь вокруг своей оси кольцо понеслось на парня.

— Вспышка!

Белл запустил своё заклинание мгновением спустя.

Пылающий диск размером с человека; против подрагивающей волны фиолетового, энергетического пламени.

— ?!

Искры разлетелись в разные стороны, когда фиолетовая молния оказалась поглощена пылающими лучами «солнца».

Вспышка была уничтожена. Такова слабость Заклинания Белла — его можно использовать быстро, но ему недостаёт разрушительной силы.

Перед Aro Zephiros Гиацинта у него не было и шанса.

— Гах!

В самый последний момент Беллу, всё же, удалось уйти с пути пылающего диска.

— Бесполезно!

Но диск неожиданно развернулся в воздухе, голос Гиацинта будто его направил. Развернувшись, диск снова направился к Беллу. Пламя отразилось в рубиновых глазах.

Самонаводящееся Заклинание. Магическая энергия не развеется пока диск не ударит в цель.

Западный ветер толкнул тело парня на восток, когда Белл отчаянно попытался отпрыгнуть с пути диска.

— Рассыпься!

Слепящая вспышка и взрыв.

— …ГАХ!

Тело Белла растянулось, руки вытянулись в разные стороны, когда Гиацинт запустил взрыв своего заклинания.

Этот взрыв отбросил беспомощное тело парня на несколько метров, ударив его о другую кучу обломков.

— Сударь Белл?! — крикнула Лили сцепившаяся с Кассандрой, но всё равно наблюдавшая за битвой уголком глаза.

У Гестии перехватило дыхание, она не моргая смотрела в своё зеркало. Люди, которые по всему городу подбадривали парня неожиданно затихли.

Тело Белла было чёрным от копоти, парень несколько раз отпружинил от обломков, на его пути виднелись капли крови. Стук! Кинжал вылетел из правой руки парня после очередного подскока.

Наконец, остановившись, парень поднялся на ноги. Броня, защищавшая его правое плечо исчезла, а рука висела неподвижно.

— Вот теперь ты мой!

Снова вытащим меч из ножен на поясе Гиацинт понёсся вперёд. Белл видел, как его враг набирает скорость, но никак не реагировал.

Солнце блеснуло на лезвии клинка Гиацинта, направленного в неподвижную цель.

Для Белла противник бежал будто бы в замедленной съёмке.

(---)

Тем временем далеко, в Орарио…

Глаза Гестии намокли от слёз.

Аполлон довольно улыбался.

Эйна побледнела.

Силь молилась.

Бете щёлкнул языком.

Тиона затаила дыхание, в золотых глазах девушки сидевшей рядом мелькнуло то же самое воспоминание, что и в голове у парня, наблюдавшего за своим врагом.

(---)

Две тени столкнулись на городской стене под предзакатным оранжевым небом.

Я тебе говорила.

Я тебя слушал.

…Людей становится гораздо проще прочесть, когда они видят уязвимость.

Парень внимал каждому слову.

…Защищаются хуже всего, когда близится решающий удар.

Их сердца соединились этим воспоминанием случайно, но неотвратимо.

…Самый большой шанс победить представится тебе тогда, когда противник решит, что ты уязвимее всего.

Она его учила. А парень всё запоминал.

…Не забывай.

Так что, это не конец.

(…Сейчас)

Гиацинт завёл руку назад, клинок короткого меча поравнялся с его плечом.

Все эмоции бурлившие внутри мужчины сейчас были вложены в кончик меча, движущегося в смертельном выпаде. Мужчина решил закончить бой прямым ударом по Беллу.

Его лицо превратилось в лицо волка, почуявшего кровь. Белл начал отклоняться.

Уголки губ Гиацинта изогнулись, он принял действия Белла за трусость. Он рассёк воздух мечом, провоцируя врага дождаться его последнего движения.

Белл согнул колени и начал заваливаться на спину.

Перенеся центр тяжести как можно дальше, парень перекатился через плечо.

Заметив, что его враг подбежал ближе, чем на три метра, Белл живо откатился снова, в последнее мгновенье уклонившись от удара меча.

Используя инерцию, парень направил ногу в Гиацинта.

Мужчина держал короткий меч вытянутой рукой. Белл направил кончик правого ботинка к рукояти оружия и нанёс удар изо всех своих сил.

— …

Щёлк! Короткий меч блеснул в солнечных лучах, отлетая вбок и вылетая из поля зрения. Лишённый оружия Гиацинт застыл на месте.

Беспечность и уверенность врага открыли Беллу путь к победе.

Белл перекатился вперёд и ощутив, что его ноги оказались на твёрдой почве двинулся наверх, распрямляясь.

— …Хааа!

Убийственное расстояние.

— …Неееееееет!

Оставив правую руку на милость центробежной силы, Белл сжал левый кулак.

Гиацинт видел, как двигается тело парня, но не мог уклониться, потому что его тело всё ещё клонилось к земле после размашистого выпада, правая рука была впереди, а левая за спиной.

Кролик Пустоты это ужасающий, убийственный белый кролик, который обитает в самых глубинах Подземелья. А сейчас, страх заставил Гиацинта увидеть такого перед собой.

Каждый мускул в теле парня напрягся, он вложил в свой «клык» всю энергию, которая осталась в его теле.

— ВАААААААААААЙЙЙЙ!!!

Удар.

— ГЕЕЕ?!

Кулак Белла воткнулся в щёку Гиацинта; волна от этого удара пробежала по всей голове мужчины. Спустя мгновенье его ноги оторвались от земли.

За отрывистым звуком удара последовал грохот. Тело Гиацинта ударилось о землю с такой силой, что он отпружинил обратно; от плаща мужчины остались лишь клочки, по которым можно было понять с какой скоростью вращается его тело. Гиацинт рухнул на землю снова, но лишь для того чтобы инерция удара снова запустила его в воздух.

Его тело остановилось лишь, совершив тридцатиметровое путешествие, состоящее из взлётов и падений. Гиацинт оказался на спине, раскинув руки и ноги в разные стороны будто звезда, упавшая на траву.

Глаза мужчины закатились, а на щеке виднелся огромный след кулака. Гиацинт даже не пытался подняться.

Ветер стих, над полем боя повисла тишина.

Кассандра уже почти скинула с себя Лили, но замерла, увидев решающий удар. Длинноволосая девушка упала на колени.

— !..

Над Орарио пронёсся громоподобный перезвон.

Колокола на колокольнях звенели, отмечая окончание «Битвы», когда в руинах замка был нанесён последний удар.

Полулюди всех мастей уставились на отражённого в зеркалах молодого парня и кричали что есть силы.

— Эйна, ты посмотри!

— Белл!..

Миша обхватила Эйну за плечи перед Главным Офисом Гильдии.

В изумрудных глазах виднелись слёзы, Эйна напрочь забыла о своём положении и присоединилась к празднованию, царившему вокруг. Волнение, замаскированное под ответственность, ушло, его заменило чистейшее чувство радости.

— Завершительный Перезвон!!! Это было великолепное зрелище, на уровне деяний «Убийц Гигантов», Паствы Локи! Победитель этой «Битвы» Паства Гестии!!!

По какой-то причине Ганеша начал позировать посреди сцены, игнорируя тот факт, что Ибли кричал в усилитель голоса так, что у первых рядов грозились взорваться головы.

Голос комментатора эхом проносился по городу, проносясь мимо каждого здания и достигая ушей каждого зрителя.

— Яххх ХАААААА!

Трое божеств, поставивших на Паству Гестии в одном из баров города яростно вскочили из-за своего стола и бросились праздновать неожиданную победу.

— СУКИН ТЫ СЫН!!!

Все авантюристы, сделавшие свои ставки на Аполлона раздражённо разрывали и выкидывали на пол свои талоны.

— Хо-хо? Мадам?! Вы тоже победили?

По царившим вокруг проклятиям Морд подумал, что окажется единственным победителем. Но в этот момент он увидел радость на лице молодой девушки, сидевшей в углу бара.

Морд подошёл к ней, с радостью на лице. Девушка-Чинтроп, Нажа, улыбнулась в ответ, размахивая пушистым хвостом и показав V пальцами.

— ДМЯЯЯЯ!

Негодующие крики были громкими и в «Щедрой Хозяйке» на Западной Главной. Однако, Аня, Хлоя и Руноа прыгали от радости, хлопая в ладоши снова и снова. Остальные работницы также обнимались, у них на лицах были улыбки.

— …Белл.

Слёзы радости текли из серебряных глаз Силь. Её губы были приоткрыты, а лицо не могло выразить всю силу чувств, которые она испытывала.

Щёки Силь были красными, она наконец оторвала взгляд от зеркала и обратила внимание на посетителей.

— Чтоб его, я всё проиграл!

— Эй, Силь, мне нужна чёртова прорва эля!

Девушка нацепила свою «рабочую улыбку», и начала обслуживать посетителей, пытавшихся утопить своё горе в таком количестве алкоголя, которое они могли себе позволить.

— И-ду! — бодрым голосом бросила девушка, принимая заказы посетителей.

— …Засранец справился.

Бете практически сплюнул эти слова, слушая радостные крики доносящиеся из-за пределов дома Паствы Локи.

Он поднялся со своего места и пошёл к выходу.

— Бете, куда ты уходишь?

— Куда меня чёрт понесёт.

Вервольф ответил на вопрос Финна и скрылся за дверью.

Все, кто остался в комнате переглянулись. Они пришли к ответу на удивление быстро.

— Подземелье, ха.

— Наверняка в Подземелье пойдёт.

— Точно в Подземелье.

— Определённо…

Финн и Гарет натянули на лица улыбки, а Риверия раздражённо прикрыла глаза. Тионэ выглядела больше скучающей, чем раздражённой.

Когда ушёл Бете все вернули взгляды к зеркалам. Никто и подумать не мог что отчаявшийся парень, появившийся у их дверей почти десять дней назад одержит победу. В комнате воцарилась тишина.

Пока…

Танцевавшая в честь победы Тиона снова оказалась рядом со смотрящей в зеркало Айз. Амазонка медленно повернулась к своей подруге лучась улыбкой.

— …Тем лучше для него.

— Да…

Светловолосая девушка смотрела, как в отражении зеркала вокруг Белла собираются его друзья.

— Поздравляю…

Произнесли её губы прежде, чем она успела осознать.

Самое большое зеркало на улице показывало, как товарищи парня собираются вокруг него, будто семья. Остальные зеркала занимали показы самых лучших моментов сражений.

То же самое видели и боги в Башне Вавил. Некоторые собирались в группы, делились замечаниями, восхищались действиями детей или критиковали их, делясь своими впечатлениями от «Битвы».

— Чё… че… ах?..

Один из них, однако, Аполлон, выглядел как призрак, он застыл на своём месте.

Его зеркало показывало лишь отражения его детей, бессильно склонившихся по всей территории замковых руин. То, что это настоящий исход и его не избежать, ударило божество по голове, будто кирпичом.

Он поднялся, сделал шаг, другой, лавровый венец слетел с его головы.

— А-ПОЛ-ЛОН.

Раздался скрип.

Ножки стула Гестии медленно скрипели по полу. Богиня, которая всё это время сидела молча, нарушила это молчание.

Тёмная аура расползлась от неё, когда она поднялась со своего стула. Голова Гестии была направлена вниз, никто не мог разглядеть её глаза под прядями волос. Неожиданно её подбородок поднялся, синие глаза блеснули, уставившись на цель: Аполлона. Топ, топ. Гестия подошла к божеству.

— Х-хяяяяя!

— Ну что, собрался с мыслями, я надеюсь?

Голос Гестии был таким низким, что, казалось, будто она призвана из глубин ада. Аполлон испуганно отпрянул.

У богини чуть не похитили Белла, их дом разрушен, а она была на грани изгнания из города, помимо всего прочего.

Богиня была готова выпустить весь гнев, который накопился в ней и не мог найти выход до этого момента. Аполлон видел это в её глазах. Он дрожал, а Гестия смотрела на него с жуткой ненавистью, глаза Аполлона наполнились слезами.

— В-выслушай меня, Гестия! Я всего лишь поддался чувствам! Это твой ребёнок так мил, что я не мог не потрепать его за щёчки, хотя бы разок… П-пожалуйста, сжалься надо мной, о великая Богиня Заботы! Наступает время, когда даже лучшие из нас поддаются слабости!

— Закрой… свою… пасть.

Небольшая богиня оборвала мольбы с жестокостью самого Аида.

Лицо Аполлона стало синим, и он замолчал. Даже в Тенкае он никогда не видел Гестию такой угрожающей.

Шух, шух, шух. Хвостики Гестии подрагивали за спиной, отражая её ауру. Это указывало на то, каким глубоким был гнев богини.

— Кажется ты пообещал, что сделаешь всё, чего бы не пожелало моё маленькое сердечко, так?

Аполлон, который даже не рассматривал поражение в числе возможных вариантов сказал именно так.

Все остальные боги окружили двух божеств, смакуя каждую секунду развязки. Они жаждали видеть, какой Божественный Приговор вынесет юная богиня своему обидчику за его грехи.

Аполлон запаниковал, хватая ртом воздух, он пытался найти поддержку в лицах своих бывших союзников. Но сейчас эти лица казались мрачными, белые зубы блестели в тусклом свете окружающих зеркал. Божества упивались его страхом.

Роба Аполлона шелестела по полу, когда он окинул взглядом всех богов и снова повернулся к Гестии. Он увидел лишь два наполненных гневом зрачка, встретившись с ней глазами.

— Всё, что тебе принадлежит, включая дом твоей Паствы теперь моё. Распусти свою Паству и отправляйся в изгнание! Не смей и носа показывать в Орарио СНОВА!..

— АААААААААААААААААА!!!

От крика божества, разлетевшегося над городом по спине, бежал холодок.

Гестия была безжалостна к опасному богу, который чуть не лишил её всего.

Вдали от поля боя, посреди целой бури эмоций…

Был нанесён второй решающий удар.

К тому времени в мирных руинах замка…

Белл воссоединился со своими товарищами в замке на месте исчезнувшего тронного зала и внешних стен. Разумеется, все они собрались чтобы отпраздновать победу.

— Мы действительно справились с Паствой, которая обладала такой мощью… своими силами.

— Пришлось, конечно положиться на уловку-другую, но… Да, с этими ребятами мы справились.

Микото и Вельф разговаривали, их вены ещё наполнял адреналин. Девушка приняла на себя тяжесть собственного Заклинания, а парню пришлось скрестить мечи с одним из вражеских командиров, так что оба оказались сильно потрёпаны физически. Но на их лицах виднелись жизнерадостные эмоции, а чувство завершённости приглушало боль.

Белл отошёл от их разговора, подойдя к Лили.

— Лили… спасибо тебе за спасение.

— Сударь Белл…

— Правда, большое спасибо…

Искренность в глазах избитого и покрытого кровью парня произвела на Лили такое большое впечатление, что девушка не могла связывать слова в фразы. Она напряглась, спрятала лицо, а когда наконец набралась смелости, спросила.

— Лили была… полезной?

— Да. Только благодаря Лили… я смогу вернуться домой в Орарио.

Слова Белла заставили Лили по-детски улыбнуться.

Она не ощущала этого чувства с того дня, как их отношения начались заново. Девушка-полурослик покраснела и посмотрела на Белла с улыбкой от уха до уха.

— Господин Кранелл, нам стоит покинуть это место. Работники Гильдии скоро прибудут; необходимо отдохнуть и восстановиться.

— Эмм, конечно.

Взгляд голубых глаз Лю из-под капюшона впился в раненное правое плечо парня.

Ощущая вкус победы на языке, группа авантюристов пошла по обломкам к замковым стенам.

— ?..

Ни о чём не думая, Белл поднёс левую руку к груди.

Сделав глубокий вдох парень схватился за цепочки и вытащил амулет из-под рубашки.

Но амулет оказался сломан.

Драгоценный камень в центре покрывала паутина трещин, а золотое обрамление рассыпалось. Свечение, которое было в амулете, в тот момент, когда Силь его передавала исчезло.

…Он меня защитил?

Заклинание Гиацинта было серьёзным ударом. Прямой удар, который и получил парень, должен был, по-хорошему, лишить его сознания.

Белл не мог избавиться от чувства, что амулет пожертвовал собой ради его спасения.

Белл присмотрелся к треснувшему камню и увидел эмблему, которая была выгравирована на обрамлении.

Тысячи трещин покрывали поверхность камня, но под ним виднелось чьё-то лицо, высеченное в профиль.

— Чего копаешься, Белл? Нам уходить надо.

— А… да. Иду, сейчас.

Парень остановился, засмотревшись на камень. Вельф это заметил и окликнул Белла.

Беловолосый парень кивнул, не сводя взгляда с камня в своей левой руке, а потом медленно посмотрел в небо.

— …

Что за авантюрист дал Силь этот амулет?

Этот предмет был передан Силь с какой-то целью, а потом оказался у него.

Подобные мысли бежали в голове Белла, когда он посмотрел на голубое небо.

Парень ощутил будто кто-то из города следит за ним в зеркало и улыбается в этот самый момент.

Занавес за «Битвой» опустился, Паства Гестии вышла победителем.

Столкновения авантюристов обеих сторон стали предметом разговоров в городе. Белл и его товарищи в одночасье стали городскими героями. Они оказались в центре внимания сразу после своего возвращения в город.

Повинуясь приказу Гестии, Паства Аполлона была немедленно распущена. Аполлон попрощался и освободил каждого из своих последователей от контрактов, прежде чем его вывели из города.

Новоявленные авантюристы без Паствы разошлись своими путями. Некоторые отправились путешествовать и совершать открытия, другие присоединились к разным Паствам, а некоторые впали в настоящее отчаянье. Небольшая группа авантюристов, включая Гиацинта проигнорировала законы Орарио и последовала за своим богом.

Эффект прошедшей «Битвы» ощущался повсюду.

Страсти ещё не утихли, но нужно было позаботиться ещё об одном договоре.

— …Вот деньги, обещанные за свободу Лили, как и было обещано.

Девушка-полурослик протянула мешок, заполненный золотыми монетами.

Сома, облачённый в свою грязную рабочую робу безмолвно принял мешок монет из её рук.

С момента окончания «Битвы» прошло два дня. Лили лично отправилась в дом Паствы Сомы.

Каждый валис, который был собственностью Аполлона, теперь принадлежал Пастве Гестии. Лили взяла большую часть денег и вернулась в свой бывший дом, чтобы выкупить Кинжал Гестии, который был использован в качестве залога.

Её новая семья предложила сопроводить Лили, но Лили отказалась. Она сказала, что хочет закончить всё своими собственными руками.

— …

Теперь ей нужно поддерживать репутацию, как члену новой Паствы. Сома принял деньги, не возражая.

Он даже не пересчитал содержимое мешка, прежде чем достать кинжал и протянуть его Лили.

Лили была удивлена такому быстрому обмену. Комната была заполнена различными видами растений и разномастными бутылками с вином. Девушка несколько раз моргнула, а потом выпрямилась.

Прочистив горло, она перешла к прощанию.

— Спасибо вам за всё, Всевышний Сома…

В её голосе не было и намёка на сарказм. Она хотела разойтись на хорошей ноте.

Начертанные на её спине характеристики причисляли её к Пастве Гестии. Больше девушка никак не была связана с Паствой Сомы.

Просторная роба Лили колыхнулась, когда она поклонилась. Её лицо было направлено в пол, она так и не встретилась с Сомой взглядом. Шаг задом, поворот, ещё несколько шагов и небольшая пауза перед дверью.

— …

Сома стоял в углу комнаты, его лицо было напряжено, он будто бы был погружён в мысли. Потом он посмотрел на спину бывшего члена своей Паствы и заговорил:

— Лилирука Арде… Я неправильно с тобой обращался.

Приоткрывшая дверь Лили, замерла на месте.

Она удивлённо посмотрела через плечо. Выражение лица бога было скрыто за длинными патлами волос, а потом он продолжил:

— …Обязательно заботься о своём здоровье.

Сома впервые заговорил с ней по своей инициативе.

Медленно, ореховые глаза Лили начали наполняться слезами.

Она хотела услышать своего бога долгое время, и сейчас, по крайней мере в самом конце, она была благодарна, что услышала. Лили кивнула, её подбородок стукнулся о плечо.

— Лили будет… — сказала она тихим голосом божеству, которое наконец запомнило её имя.

Девушка совершила последний шаг, который вывел её из комнаты.

— …

Сома продолжил молча стоять на месте, после того как Лили исчезла за дверью. Наконец он начал осматривать шкафы, стоявшие у стен. Забрав оттуда все винные бутылки божество начало складывать их в огромный ящик в углу комнаты, после чего закрыло крышку.

Заполнив освободившиеся места теперь никому не нужными винными бокалами Сома прищурился.

Жизнь в Пастве Сомы с того дня стала значительно лучше.

----------

Эпилог. Паства Гестии.

Большое поместье в центре огромного сада.

Гестия сделала глубокий вдох:

— Та-дааа! Вот и наш новый дом!

— Ооооооо…

Белл, Лили, Вельф и Микото выразили громко выразили восхищение, посмотрев на указанное Гестией поместье.

Оно было трёхэтажным; авантюристам пришлось задрать головы, чтобы увидеть верхний этаж. Гестия добавила, что здесь также немало скрытых от глаз полянок в саду. Территория была огорожена высокой железной изгородью. Цветы и деревья скрывали большую часть металлических конструкций.

— Разве нам можно занимать дом Паствы Аполлона? — Лили начала бормотать, осматривая поместье, но Гестия пресекла все возражения на корню:

— Ну конечно, он разбил меня на миллион кусочков. Не хочу слышать никаких возражений или жалоб!

Это трофей с «Битвы» — здание, которое Паства Аполлона называла раньше своим домом, теперь принадлежит им. Белл был удивлён также, как и Вельф вместе с Микото, когда услышал о неожиданном улучшении условий жизни.

Смертные не могли поверить своему счастью, осматривая новый дом из сада.

— У того, кто здесь жил вкусы были довольно… странными. Так что, раз у нас куча денег, мы кое-что здесь перестроим! Если вам чего-то не хватает, дайте мне знать!

— Г-Гестия-ками, я нижайше прошу вас обустроить купальню!

— Всевышняя Гестия! Не могли бы вы выделить мне кузницу?!

Не теряя времени, Микото и Вельф внесли свои предложения по перестройке некоторых комнат Паствы Аполлона. Гестия повернулась к ним, держа руки перед собой, сказав:

— Подождите, подождите, — и улыбнулась, — теперь, когда мы наконец можем гордо выпятить грудь и назвать себя полноценной Паствой, вам не кажется, что нужно определиться с эмблемой?

— Отличная мысль!

Все последователи Гестии разом кивнули. Белл среди них был самым взбудораженным. Он уже давно хотел, чтобы его Паства обзавелась собственной эмблемой.

Гестия присела на ступени поместья. Вытащив небольшой клочок бумаги и ручку, она принялась рисовать картинку. Белл и остальные встали рядом с ней полукругом, наблюдая как ручка выводит линии, стоя плечом к плечу.

— Хе-хеее, я долго размышляла…

Ручка Гестии не мешкала ни мгновения, пока она не протянула бумажку своей новой семье, улыбаясь от уха до уха. Вельф, Микото и Лили перехватывали бумажку из рук друг друга, бросив на неё по взгляду.

— Это огонь и…

— Вот как. Это мысли Гестии-ками об оберегающем пламени.

— Вовсе нет. Вся эта эмблема выражает только связь между Всевышней Гестией и сударем Беллом!

Вельф и Микото начали перешёптываться, а глаза Лили начали метать молнии.

Все трое отреагировали по-разному, но, будучи богиней Гестия просто проигнорировала возражения, добавив очень довольным голосом:

— И что в этом такого? В конце концов, эта Паства началась с меня и Белла.

Наконец, бумажка попала в руки Белла. Его рубиновые глаза округлились, когда он увидел рисунок:

— Боженька, это же?..

Гестия хихикнула, увидев удивление на лице парня. Снова улыбнувшись, она посмотрела Беллу в глаза и сказала:

— Вот так, Белл. Сегодня настоящее открытие нашей с тобой Паствы.

Белл снова уставился на бумажку, слушая свою богиню. Через несколько мгновений он ей улыбнулся.

Парень снова повернул бумажку, чтобы все её видели.

На ней был нарисован колокол, окружённый пламенем.

----------

Послесловие Автора.

Послесловие Автора.

Фэнтезийная история о подземельях, в которой нет погружения в подземелье: Таков шестой том. Подозреваю, подобная схема затянется ещё на несколько томов... Впрочем, вы всегда можете погрузиться в Подземелье в спиноффе серии*! Прошу прощения за саморекламу. Но если вам интересно, обратите внимание.

Мне очень нравятся истории, в которых персонажи появляются один за другим.

Главный персонаж одинок, пока он, или она, не встретит лекаря, потом прекрасного и таинственного гадателя. Четвёртым к группе присоединяется молодой маг... Меня всегда радует, когда новый союзник присоединяется к бою, будь то манга, новелла или, разумеется, видео игра. Ничто не сравниться с чувством завершённости после сбора сбалансированной группы.

В то же время, на ранних стадиях, несколько персонажей должны пройти через серьёзные испытания, чтобы выстроить свою связь, это очень важная часть, и, по моему мнению, одна из самых интересных частей истории. Я неторопливо развивала эту часть своей работы в первых пяти книгах, жертвуя более крупными сюжетными арками. Когда я только начинала писать истории, я и не представляла, сколько раз мне предстоит услышать фразу «Не лучше ли будет увеличить количество участников группы?». И сейчас я хотела бы поблагодарить всех, кто работал вместе со мной, прислушивался к моим эгоистичным желаниям и позволил мне неспешно развивать каждого персонажа, по очереди. Я вам благодарна.

Боги, семьи и Паствы, всё это было нужно чтобы сформировать костяк истории. Как только мне пришла на ум идея «Битвы между богами», для этой книги, преданные читатели тут же её поддержали. У меня нет подходящих слов, чтобы выразить вам благодарность.

Также мне хотелось бы выразить признательность господину Котаку, который помог мне с этим проектом и вдохновил на его написание; Господина Сузухито Ясуду, за прекрасные иллюстрации, сравнимые и даже превосходящие дизайны прошлых выпусков; а также всех остальных людей, вовлечённых в этот проект. Спасибо вам от всего сердца.

Также мне бы хотелось поблагодарить всех приглашённых художников, которые работали над созданием ограниченного издания артбука, вышедшего вместе с этим томом. NOCO, госпожа Харуко Иизука, господин Эйджи Усацука, господин Нобору Каннаду, господин Ки Такая, Микео, YASU: спасибо вам за то, что вы подарили талантливые работы и своё виденье этому проекту. Каждый из вас заслужил особую похвалу за ваши великолепные творения.

Не могу дождаться, когда снова возьмусь за перо и начну писать следующий том. На этом, я с вами прощаюсь.

Фуджино Омори.

↑Гуглим «Оратория Меча». Я бы сейчас начал пояснять, почему «Меч Оратории» – неправильно, ноооо... прим. переводчика

----------

Послесловие Переводчика.

Послесловие Переводчика.

Kristonel на связи. WAZUUUUUUUPPPP.

Лично меня шестой том безмерно порадовал. Гестия наконец показала, что умеет строить козни, Микото и Лили милашки (теперь-то мы знаем, кто лучшие девочки тайтла... в смысле С АЙЗ ТАНЦЕВАЛ?!), ну а ван-панч-кролик показал себя в действии. Неплохая и довольно динамичная история. Наконец мы переходим к центральной части всех историй, в которых обычно и разворачиваются самые основные события. Вступление закончено. Надеюсь вы поняли о чём я.

Конечно, для меня было не в новинку переводить историю, о дальнейшем развитии которой мне неизвестно, но я лишний раз убедился насколько это весело и здорово. Даже немного жаль, что скоро мне подпортит малину второй сезон, который начнёт выходить примерно через месяц. И я лишний раз понадеюсь что в него не впихнут пять томов, как это было с первым сезоном. Ну хотя бы четыре, ну пожалуйста. Впрочем, после просмотра Оратории Меча я окончательно убедился, что «внутренние голоса» персонажей переносить на экран не любят, а большая часть мира и атмосферы книг госпожи Омори держится именно на них. И это же представляет огромный пласт содержания.

На самом деле, я поднял эту тему я поднял не для того, чтобы брюзжать, а затем, чтобы сказать, что задумывался о возможном выпуске своих, «православных» субтитров. Но поразмыслив, столкнулся с кучей вопросов, которые эту мысль у меня отбивают. Например: моя «машина» недостаточно мощная чтобы быстро склеивать серии с субтитрами. Насколько я слышал (а мои знания пока очень поверхностны), для заливки на сайты серий требуется что-то подобное. Да и сама заливка серий процесс не быстрый. Убивать полдня на подобные процедуры для меня подобно смерти. Так что, в лучшем случае вы получите str файлы с задержкой в несколько дней. Я ещё и тайминги буду править вручную, как старый дед. И не говорите мне что для этого есть специальные программы, УУУУ молодЕж! Везде со своими кампуктерами лезуть! Так что, если вдруг не найдётся команды сабберов, которая будет готова предоставить мне английские субтитры и подождать около суток (вечером работа, утром перепроверка этой работы на свежую голову), ради моей редактуры и терминологии... В общем, маловероятно.

Итак, спасибо что читали мой перевод и даже дошли до конца этого бредового потока мыслей.

Теперь в твиттере можно воспользоваться #Кристычнапереводе чтобы найти новые главы произведений, которые я веду. А в случае бессрочной кончины перевода по независящим от меня причинам там будет размещена информация о группах в ТГ и Дискорде, в которых я буду страдать и стенать по поводу утраченного. Не оставляйте меня одного, страдать вместе будет веселее! Мои страдания также можно будет найти скрытыми под платной веткой Патреона.

Заходите в группу AkaiYuhiMun team вконтакте, наша команда работает над интересной мангой и книжечками.

В чатике команды, в дискорде довольно лампово, хоть и опасно. Не стесняйтесь заходить, если вам хочется пообщаться или ко мне есть вопросы.

Кстати, если хотите добровольно пожертвовать в мой благотворительный фонд имени себя любимого можно подписаться вот тут: : https://www.patreon.com/Kristonel

Или напрямую отправить денежку сюда:

Qiwi: +79237177586

WMR: R532697894558

ЯД: 410012644267696

----------

Пролог. Божество-правитель жестокого, развратного города.

Блеск отдалённых огней в затхлой темноте каменистого прохода.

Светящиеся точки вверху делают тени монстров необычайно длинными. Огнедышащие адские гончие подвывали, шумно втягивая воздух. Белые шкуры группы альмиражей вздыбились, длинные уши кроликов-монстров подрагивали, от активных прыжков. Монстры вышли на охоту, используя своё острое чутьё и слух чтобы найти безумцев, которые отважились ступить на их территорию.

Звери выслеживали свою добычу, пересекая бесчисленные тоннели запутанного лабиринта, известного как Подземелье.

Чуть дальше, где-то в глубине: Кашшшш, Кашшшш.

Звуки рытья разносились по тоннелю.

— Эй… а копать точно нужно здесь?

— Аааа, вы сомневаетесь в информации Лили? Лили досконально всё исследовала, и она знает, что отсюда авантюристы высокого класса выносят много нужных нам камней.

Миниатюрная девушка использовала портативный фонарь с магическим камнем чтобы освещать часть стены, в которую парень вонзал кирку.

Вельф и Лили работали в тёмном углу Подземелья, попутно легонько переругиваясь.

— Вельф-сан, Лили-сан… так ничего и не нашли?

— М-монстры прибегут в любую минуту… даже не знаю, сколько ещё смогу так переживать…

Новые приглушённые голоса вступили в разговор, Микото и Белл.

Все четверо авантюристов пригибались к земле, стараясь оставаться незаметными. Парень с красными глазами и белыми волосами и девушка с длинными чёрными волосами, собранными в хвост, держались чуть позади Вельфа и Лили, работавших над стеной подземелья. Белл и Микото стояли на стрёме. Следили они, разумеется, за приближением монстров.

Все четверо были в небольшой полукруглой комнате в конце прямого, длинного тоннеля. Их группа прибыла в Подземелье, чтобы добыть один особый камень. Если группа монстров покажется в конце тоннеля или вылезет из его стен, бежать будет некуда. А поскольку конца миссии пока не намечалось, стоявшие на стрёме девушка и парень нервно переглядывались каждый раз, когда кирка врезалась в стену Подземелья.

Перед испещрённой ударами стеной, у которой стояли Вельф и Лили, лежали сотни кусочков камней. Впрочем, все эти камни не представляли ни малейшей ценности. Всё это время Белл слушал звуки падения бесполезных камешков к ногам Вельфа и Лили, как вдруг его взгляд упал на свободную кирку у ног парня. Оставив свой пост, Белл взял инструмент в руки и принялся за работу.

Инструмент был сделан из того же материала, что и большая часть оружия и брони авантюристов. Покрутив кирку в руках, Белл несколько раз вонзил её в стену подземелья.

Как только скала поддалась, на пол подземелья тут же свалилось несколько блестящих камешков.

— О.

— ОГО!!! — хором ответили три голоса.

Блеск привлёк внимание остальных авантюристов, в земле виднелась руда.

— У-у нас получилось! Это кровавый оникс!

— У тебя вышло Белл!

— Как Лили и ожидала!!!

Облегчение и радость тут же показались на лицах авантюристов, группа собрала три блестящие драгоценности, сложив в небольшой мешочек и быстро оставила тупик позади.

Выбравшись их узкого замкнутого пространства в более ветвистые коридоры обычной части Подземелья все наконец смогли вздохнуть с облегчением.

— По запросу мы должны были собрать больше двух кровавых ониксов… раз у нас три, задание завершено, так ведь?

Лили вытащила один из камешков из мешка по пути в очередной зал. Она присмотрелась к поверхности чёрного оникса, внимательно изучая вкрапления кроваво-красного и угольно-чёрного цветов, отражающие тусклый свет. Идущие следом за помощницей Вельф и Микото улыбнулись друг другу.

— Другой квест, по доставке шкур альмиражей был выполнен, ещё когда мы ту стаю убили…

— Ага, оба задания почти разом… Знаешь, Белл, с тех пор как я с вами, ребятами хожу, добыча и редкие камни будто сами в руки летят. Что там у тебя с везением?

Белл получил два задания от Эйны ещё до проведения банкета Аполлона. Сроки исполнения уже почти подошли к концу, так что четверо авантюристов отправились на тринадцатый этаж, на серединные этажи Подземелья.

— Ха-ха-ха…,- Белл сухо посмеялся на комментарий Вельфа.

Около месяца назад, когда он получал новую характеристику, он выбрал «Удачу», Эйна тогда могла только предположить её эффект — и сейчас её слова всплыли в голове Белла.

Если подумать, с повышением уровня, после получения этой способности, добыча стала падать гораздо чаще… Парень наклонил голову и начал бормотать себе под нос.

— А у нас правда было на это время? То есть, времени на выполнение заданий почти не осталось, но… Мы только-только переехали на новое место, а нам пришлось сразу спускаться в Подземелье…

— Сударь Белл, всегда нужно думать о репутации. То, что наша семья стала больше, этого не меняет.

После весёлого комментария Лили, Вельф тоже улыбнулся:

— К тому же, я уверен, что после «Битвы» и всего прочего, тебе не терпелось проверить новые силы, разве нет?

Вельф попал в самую точку, почти как настоящий старший брат, на какое-то время заставив Белла потерять дар речи. Беловолосый парень кивнул, робко сказав:

— Ч-чуть-чуть… — он был слегка потерян, взглянув на кузнеца, чей огромный меч покоился на плече.

Они прошли неистовое сражение в «Битве», что укрепило их узы, дало новые силы и сплотило в одно семью.

Сегодня первое путешествие в Подземелье новой, перерождённой Паствы Гестии.

— ...Готовьтесь.

Микото, прищурившись посмотрела вперёд, указав всем готовиться к нападению.

Ещё до того, как последний звук сорвался с губ девушки, Белл и остальные вскинули оружие на изготовку. Вскоре в коридоре показалось множество поблёскивающих пар глаз, которые стремительно к ним приближались.

Вельф и Белл вышли в передний ряд, когда первая волна монстров показалась в поле зрения.

— Думаю тебе лучше будет пойти первым!

— Принято!

Намереваясь взять авантюристов числом, из темноты выскочило около десятка монстров.

Адские гончие приготовились запускать свои дальние огненные атаки, но вместо этого стали первыми жертвами двух кинжалов и огромного двуручного меча. Быстрые удары кинжалов разрывали тела небольших монстров, а мощный, размашистый развод огромного клинка рассёк на части монстра побольше.

— Лили-сан, копьё!

Микото заняла позицию за Беллом и Вельфом, уже вступивших в сражение, длинный чёрный хвост её волос развевался в воздухе.

Не теряя времени Лили протянула руку к рюкзаку и бросила небольшой короткий шест, с острым наконечником. Лили бросила этот шест со всей силы, в воздухе он разложился, превратившись в двухметровую палку, прежде чем лечь в руки Микото.

Складная серебряная пика. Бывшая участница Паствы Такемиказучи обращалась с этим оружием с невероятной ловкостью, находясь чуть позади атакующих и прикрывая их с флангов. Её быстрые, точные удары поражали одного альмиража за другим. После неё оставался след из кучек пепла и трупов монстров.

Девушка мгновенно перехватывала удары естественного оружия монстров — каменных томагавков — отводя их от Белла и Вельфа.

— Что же, получается Лили больше совсем не нужна.

Стоящая в заднем ряду Лили смотрела на своих боевых товарищей, восхищаясь их командной работой. Целая группа монстров была вырезана от начала и до конца меньше чем за минуту.

Белл стал достаточно силён, чтобы врезаться в ряды монстров, он стал главной нападающей силой группы. Он и Вельф обучались сочетать движения в бою, их командная работа и раньше улучшалась с каждой битвой, а теперь, с появлением в группе Микото, они могли полагаться и на помощь со среднего расстояния. Поскольку Белл мог сосредоточиться только на атаке, их группа стала куда сбалансированнее, чем раньше и, по крайней мере в два раза, сильнее. Благодаря силе кузнеца и прикрытию со среднего расстояния, они могли легко справляться с монстрами этого этажа.

— На тринадцатом этаже нам больше нечего бояться! — довольно заявила Лили, скорее радуясь, вместо того, чтобы расстроится, что ей больше нет места в бою. Она начала что-то довольно напевать себе под нос, приближаясь к мёртвым монстрам, чтобы исполнить свою роль помощницы: собрать добытое в битве.

После этого, до авантюристов донеслось кое-что ещё.

Яростный рёв монстров и раскатистые, громкие крики.

— Это же… крики людей?

— Они приближаются к нам… да ладно.

Топ, топ, топ, топ! Белл и Микото застыли, звуки быстро приближались к ним из тьмы.

А мгновение спустя…

Как и боялись Белл и остальные, в одном из проходов показалась группа авантюристов, преследуемая огромной ордой монстров.

— Они бегут прямо на Лили и остальных?!

— Погодите, вам не кажется, что что-то чертовски похожее с нами уже случалось?!

Группа авантюристов неслась со всех в другой коридор. Точнее, они бежали в другой коридор, пока не заметили группу Белла. Лидер бегущих авантюристов усмехнулся, его кровожадные глаза блеснули от радости.

— Простите, простите!.. — Микото начала отчаянно извиняться в ответ на неожиданный взрыв Вельфа.

— Вы, ребята, Паства Гестии, так?! Радуйтесь, мы делимся с вами уловом!

— Да к чёрту ваш улов!!! Будто он нам нужен!

— Б-бежим!

«Сбрасывание хвоста» — перебрасывание группы монстров с одной группы авантюристов на другую. Злобный крик Вельфа и вопль Белла смешались друг с другом.

Белл и его группа развернулись и начали набирать скорость, пытаясь убежать от группы авантюристов и преследующих их тридцати с лишним монстров.

— Кто там вякнул что нам больше нечего бояться на этом драном этажа? — Вельф, перекидывая двуручный меч через плечо, громко выразил своё негодование.

— Всё ведь зависит от времени и места!!! Гах, Лили даже магические камни не собрала!..

— Лили-сан, быстрее! Передайте мне рюкзак! — Микото взяла огромный рюкзак Лили и быстро закинула его себе на плечи.

— В-в какой стороне там выход? — Белл схватил девушку-полурослика, закинув её себе на плечо и начал набирать скорость, поддерживая её руками.

Почуяв запах крови и мяса, монстры также прибавили хода.

Перерождённая Паства Гестии со всех ног ретировалась из Подземелья.

Ночь.

В окружённом почти абсолютной темнотой Орарио горели огоньки ламп с магическими камнями.

В центре Улицы Авантюристов гордо возвышалось здание Гильдии, величественный Пантеон. Стук металла о металл разносился по индустриальному району. Деловой район был необычайно живым, громогласные аплодисменты доносились из театров, восторженные крики слышались из казино. Город, который питается ресурсами, собираемые в Подземелье никогда не спит, шумиха и суматоха никогда не смолкают.

В этом вечно живом мегаполисе, который будто олицетворяет процветание своим существованием, есть одно место.

Кокетливые голоса доносятся из множества небольших зданий, выстроившихся в одну линию.

Иногда громкие, а иногда больше похожие на шёпот голоса мужчин и женщин, поглощённых страстью. Тени пар, отбрасываемые в дрожащих огнях свечей отражаются на стенах комнат, шторах закрытых окон и балдахинах кроватей.

В этом месте желания обращаются в деньги, улица, заполненная борделями настолько, насколько хватает взгляда.

Место, обычно именуемое Ночным Районом, отличается от всего остального города. Приглушенный свет выделяет его от остальных улиц и переулков, это место будто бы всегда окутано тайной, его атмосфера манит.

— …Вот же мразь.

Бордели — места, в которых люди утоляют свои желания и аппетиты. Она сидит над этой улицей, наблюдая с высочайшего этажа своего собственного дворца. Фигуристая женщина, увешанная украшениями, золотая корона, серьги, резной амулет, лежащий между грудей, и браслеты вокруг кистей и щиколоток.

Единственным кусочком одежды, если что и можно было бы назвать на ней одеждой, была тонкая полоска ткани, наброшенная на бёдра, удерживаемая лишь узлом на боку. Ничто не скрывало от взглядов её чувственную грудь; от полного обнажения перед миром её отделяла лишь тонкая полоска ткани. Её идеально пропорциональная фигура и шелковистая кожа с бронзовым оттенком, выставленные напоказ, могли бы вскружить голову любого мужчины. Подобная красота способна ставить на колени целые страны — божественность усиливала этот эффект. В её случае пол не значит ровным счётом ничего, один взгляд на её тело, один вдох манящего, сладковатого аромата мог пленить любого.

В комнате было темно, она освещалась лишь серпом луны и звёздами. Комната была открыта свежему ночному воздуху со всех сторон, из неё открывался отличный вид на белую башню, стоящую в центре города. Женщина смотрела на неё, будто пытаясь спалить её взглядом.

Она возвышалась над всем Ночным Районом.

Но этого ей было мало.

Всё из-за того, что белоснежная башня, стоящая в самом центре города и почти пронзающая небеса, будто насмехалась над ней, будто смотрела на неё свысока.

Женщина метала молнии взглядом, смотря на самый высокий этаж этой башни. Именно там, эта выскочка сидит даже сейчас, Богиня Красоты, как и она сама — женщина с серебряными волосами, которая так ей ненавистна:

— Почему ты наверху? Почему на троне сидишь ты, а не я?

Неприемлемо. Совершенно неприемлемо.

Эта женщина всегда смотрит на неё свысока, с высоты своей башни. Будто для тех, кто сидит на такой высоте все остальные отребье.

Красота позволила этой богине получить весь Орарио, нет, целый мир. А она просто отребье, которое достойно лишь высокомерного взгляда.

Эта гнусная сука. Невероятно.

Неужели все дети Гекая и остальные боги слепцы?

Почему они игнорируют её собственную несравненную красоту, а ей достаётся всё их внимание? Уму непостижимо.

От того, что Иштар проклинала ту богиню каждой частичкой своего естества, её собственная красота обратилась чем-то ужасающим.

— Не будь такой самодовольной, Фрея…

Поднятые шторы позволяли лунному свету окутывать Иштар.

Распалявшая её ярость правда заключалась в том, что та богиня не только выше по месту расположения, но и управляет куда более могущественной Паствой, чем она сама. Настолько могущественной, что никто не может одержать над ней верх.

Именно красота Фреи, вместе с мощью её последователей, позволяют этой женщине удерживать место на вершине.

— Хах! — Иштар не сводила взгляда с вершины Башни Вавил, лёгкий смешок соскочил с её губ.

Улыбка на лице богини могла бы очаровать любого, кто её бы увидел, но эта же самая улыбка скрывала и тёмную сторону.

Скоро всё кончится.

Скоро она сбросит ту женщину с её пьедестала.

Улыбка Иштар превратилась из прекрасной в коварную.

— Скоро ты сама всё увидишь, — произнеся эти слова почти шёпотом, Иштар поднялась с софы на которой сидела.

Чаша экзотических фруктов стояла на длинном столе неподалёку от софы, на нём же лежала длинная, выполненная в стиле Дальнего Востока трубка для курения. Богиня забрала трубку, прежде чем покинуть комнату. Несколько красивых и молодых служанок последовали за ней от дверей к центру дворца.

Заплетённые в косу чёрные волосы покачивались из стороны в сторону, переливаясь на свету фиолетовыми оттенками. Дым струйкой вылетел из сложенных в трубочку губ после затяжки из восточной трубки, которую богиня держала в руках поднимаясь на второй этаж по лестнице огромного внутреннего зала.

Иштар поднялась над своими последовательницами. Богиня распахнула руки, обращаясь к собравшимся внизу жрицам любви.

— Дамы! Настало время обольщать наших клиентов! Предавайтесь любви этой ночью так, будто делаете это в последний раз!

Собравшиеся внизу женщины ответили одобрительными возгласами. По большей части внизу стояли амазонки, были среди них как молоденькие, привлекательные девушки, так и зрелые, чувственные женщины. Иштар не могла не улыбнуться, увидев увлечённые, наполненные вожделением лица.

Её слова стали сигналом к выходу на улицы всем проституткам. Некоторые пытались завлечь любых клиентов своей красотой, другие выбирали себе цели гораздо тщательнее. Мужчины и понятия не имели, что на них идёт охота. Их жажда удовольствий опустошала кошельки, заставляла раскрывать секреты и отдавать дорогие предметы, а также подчиняла сердца женщинам в борделях.

Как и столицы древности, построенные на разложении и распущенности, этот город стал оплотом гедонизма и удовольствий.

— Айша, пойдём… пока самых крепких не разобрали!

— Ага, уже иду.

Амазонка ответила одной из своих соплеменниц. Она вышла на улицы Ночного Района, её длинные, загорелые ноги омывал тусклый свет звёзд, она остановилась и оглянулась назад.

Атмосфера района красных фонарей Орарио была чужой и экзотичной, не такой как во всём остальном городе.

Бордели были построены так, чтобы улица выглядела каким-то далёким, райским уголком. Красные столпы и стены мерцали и манили каждого, кто их видел. На какие-то секунды амазонка залюбовалась одним из домов, окутанных тусклым светом. Прищурившись, чтобы скрыть собственное сожаление она присоединилась к своей подруге.

Она прошла мимо одного из борделей, в котором несколько проституток ожидало своих клиентов.

В общей комнате собралось множество молодых девушек; лишь лёгкая решётчатая стена отделяла их от улицы, с которой они завлекали клиентов улыбками и чарующими голосами.

— …

Среди проституток, выставляющих свой товар напоказ, была одна девушка, тихонько сидевшая в углу комнаты.

В отличии от остальных женщин она сидела молча, сложив колени. Её миловидных, стройных черт было достаточно чтобы привлечь внимание потенциальных клиентов. Она была одета в красное кимоно — традиционную свадебную одежду одной из островных наций — чувствительное тело под которым, было подобно магниту.

Прямые золотые волосы, зелёные глава, пышный хвост того же цвета, что и волосы. А длинные лисьи уши придавали девушке совершенно ошеломляющий вид.

Единственным украшением, которое было на ней надето, служил чёрный кожаный ошейник, по виду можно было подумать, что эта общая комната является её тюрьмой.

Облака в ночном небе разошлись, позволив лунному свету упасть на её тело. Она тихонько прошептала себе под нос:

— Ещё семь дней…

----------

Глава 1. Как по маслу.

Город бурлил.

— …Месяц?

— Что серьёзно?..

Авантюристы скапливались у огромной доски объявлений в здании Гильдии. Какое-то время в зале было довольно тихо, слышны были только перешёптывания. Наконец, раздался громкий голос.

— Вот говнюк!..

— Эй, Бете! Пропусти меня, дай посмотреть!

Один из авантюристов высокого класса сорвал бумагу с гильдейской доски, злобно её скомкав, несмотря на просьбу своей союзницы.

— Хе-хе-хе, он и правда нечто…

Множество божеств с довольными улыбками погрузились в празднования, услышав новость о поднятии уровня одним из авантюристов.

Воспоминания о «Битве» были ещё свежи в памяти людей, слухи разлетелись со скоростью лесного пожара.

…Затраченное время: один месяц.

…Авантюрист Белл Кранелл получил третий уровень.

— Апчхи!

В носу неожиданно засвербило.

Я чуть не выронил из рук ящик, но у меня получилось его удержать. Стоило мне подумать, что всё позади… «АПЧХИ!!!». Новый чих вырвался изо рта.

— Что такое, Белл? Неужели продуло?

— Нет, кажется, нет…

Боженька, идущая впереди, обернулась на меня, а я чихал снова и снова.

Как и у меня, руки моей всевышней, были заполнены ящиками.

— Видимо кто-то про тебя вспоминает, да? — с улыбкой сказала она. Я в ответ скривился. Подобные приметы всего лишь выдумка.

— Не важно, Белл, вот! Посмотри на это!

Тап, тап, тап, тап. Она засеменила вперёд. Я последовал за ней тенью за угол здания.

Передо мной оказался наш новый дом, заново перестроенный и окружённый утренним светом, будто во сне.

— Ого…

— Ну как? Тебе нравится? С сегодняшнего дня мы будем тут жить!

Я прошёл через врата и поставил ящики на землю, чтобы хорошенько всё рассмотреть. Я даже ощутил, как округляются мои глаза, от изучения каждой детали поместья, освещаемого утренним солнцем.

Мы слегка изменили дом Паствы Аполлона после того, как в каком-то роде его отобрали, перестроив его под себя. У божества, который раньше им владел были довольно странные вкусы, когда дело касалось дизайна, но построен дом был на совесть и сейчас выглядел совсем как новый. Три этажа в высоту и каменный фундамент, на удивление глубоко уходящий в землю. Чёрт, да это настоящий небольшой дворец.

Эмблема Паствы Гестии, колокол и пламя, красовалась над главной дверью.

Мои щёки горели от восторга, когда я снова повернулся к боженьке. Она улыбнулась в ответ, гордо выпятив грудь.

— Я прошла долгий путь с того момента как Гефест меня выставила, к такому величественному поместью!

Посмотрев на долгожданный и желаемый новый дом, боженька поднесла руку к лицу, стерев скупую мужскую (женскую, вернее) слезу.

Я попытался улыбнуться. Если подумать, жить в комнатке под церковью было довольно уютно. Да и то, что мы были там только вдвоём, было не так уж плохо.

Разумеется, в комнате под церковью было множество неудобств, но мне грустно, что там всё разрушили… У меня остались отличные воспоминания от жизни с боженькой и радостные моменты, которые мы с ней делили в той комнатке.

Впрочем, да…

У меня стало больше друзей, моя семья разрослась. А теперь у нас появился и дом, который достаточно велик чтобы вместить нас всех. Если подумать, наверняка это и к лучшему.

Я почесал голову, заметив лёгкую улыбку на своих губах.

Пока я восхищался новым домом, со всех сторон поместья начали появляться рабочие, ответственные за его перестройку, члены Паствы Гоибниу, начав готовиться к уходу. Их глава, Гоибниу, поприветствовал Гестию:

— Твой запрос, Гестия, был выполнен, как запланировано.

— Уххх. Спасибо, Гоибниу, — ответила она.

Мы наняли этих людей для перестройки. Гоибниу это божество ковки и архитектуры. Его Паства довольно уникальна для Орарио, она принимает запросы на строительство. Разумеется, кузнецы и ремесленники Паствы Гоибниу довольно известны и популярны среди людей. Хоть они и не так популярны, как кузнецы Паствы Гефест, я слышал о некоторых лучших авантюристах, которые предпочитают исключительно их работы. Если я не ошибаюсь, один их ремесленников этой Паствы изготовил наручный арбалет, которым пользуется Лили и который предназначен для полуросликов.

Прошло четыре дня с тех пор, как начались работы, и два с нашего выполнения заданий на тринадцатом этаже Подземелья.

Они выполнили свою работу поразительно быстро и эффектно, восстановив внешнее каменное покрытие поместья. Если снаружи всё выглядит так замечательно, каково же, должно быть, внутри?

Кажется, два божества обсудили все вопросы оплаты и перестроек, которые необходимо было провести в здании. Всевышний Гоибниу довольно крепок на вид, он очень похож на дворфа. Он пожал Гестии руку, своей громадной ручищей, прежде чем выйти через главный вход.

Заметив, что глава покинул поместье, остальная часть его Паствы последовала за ним, прихватив с собой все инструменты.

— Как я и думала, последователи Гоибниу будут в точности придерживаться установленных условий.

— Всё перестроено как нужно?

— Угум. Всё, как мы пожелали, они изменили много комнат и соорудили новые рабочие помещения снаружи и внутри поместья.

Я пробормотал что-то восхищённое и, стоя позади моей богини, снова посмотрел на наш новый дом. Как только разберусь с этими ящиками, обязательно осмотрю всё лично.

— Огоооо!..

Стоя на коленях на полу, Микото заглянула в огромную, наполненную горячей, пускающей пар водой ванну.

Она ходила по третьему этажу перестроенного заново поместья. Первым же делом ей захотелось посмотреть на комнату, которую она попросила построить лично.

Строители заменили душевую, которая раньше была в поместье, на огромную ванну. Они будто учли все желания Микото, установив огромную кипарисовую бадью, в стиле её родных земель, которая могла бы вместить десяток людей разом. Шшух. Девушка услышала тихое журчание воды, беспрестанно текущей из небольшого сопла над ванной. Слабый аромат кипарисового дерева пощекотал Микото нос, её лицо отразилось на поверхности воды.

Продолжая стоять на четвереньках, Микото неожиданно отвела взгляд и подняла голову. Стены, потолок, пол, колонны и вёдра были сделаны из дерева; а поблёскивание головок душа только добавляло комнате шарма.

Всё напоминало девушке о её доме, Дальнем Востоке. Она была так тронута убранством комнаты, что даже легонько всхлипнула. Вид тоненьких клубов пара, который поднимались с поверхности воды, тихое журчание воды — от подобного окружения в горле Микото появился ком.

— Уухххх!..

Микото ощутила сложные эмоции.

Сейчас она должна помогать с переездом; в данный момент её друзья переносят огромные коробки в поместье, усердно трудятся. Сейчас у меня нет времени, которое можно было бы растрачивать впустую, подумала она, когда её взгляд упал на кучу багажа, который она оставила на полу.

Но… белый пар и манящий запах завлекали её, будто заклинание.

Она была бы рада подавить свои желания, но именно сейчас…

— Я-я быстренько, — себе под нос сказала девушка, проходя обратно в раздевалку. Она высунула голову в коридор, проверив, что никого там нет, прежде чем закрыть дверь.

Шух. Как только девушка развязала пояса, поддерживавшие её одежду, ткань соскользнула с её кожи.

Девушка погрузила кончик ноги в воду, по поверхности которой пошли волны. В воду быстро погрузились стройные лодыжки девушки, потом бёдра и, наконец, с всплеском всё её тело оказалось в парящей воде.

— Ааххххх!.. — Стон удовольствия сорвался с губ Микото, когда она погрузилась в воду по плечи.

Она наслаждалась тёплыми объятьями ванной. Прикрыв глаза, девушка просто позволила телу расслабиться.

— Простите меня, Такемиказучи-ками и все остальные!..

После страстного извинения, расслабилось и лицо девушки. Ей приходилось жить довольно бедной жизнью, после того как она прибыла в Орарио вместе с Такемиказучи и друзьями детства. Принятие роскошной ванны было недоступным удовольствием, приходилось обходиться душевыми. Даже и говорить не стоит, что никто и никогда не выказывал недовольства тем, что приходится жить по средствам… Но именно сейчас, желания, которые девушка всё это время подавляла, впервые вырвались на волю.

Воспоминания о любимом горячем источнике родного города пронеслись в разуме девушки. Она с огромным удовольствием вспоминала пейзажи и произошедшие события, от горячей воды её кожа вскоре стала того же цвета, что и цветы вишни.

Для Микото не было большей радости в жизни, чем принять горячую ванну.

Между прочим, раннее утро ещё не кончилось.

— Что же, отдаю вам должное, Паства Гоибниу — быстро и достойно.

Небольшой каменный сарай был возведён во дворе за поместьем. Вельф стоял в открытой двери, совершенно не осознавая, что его лицо расплылось в улыбке.

Его новую мастерскую пришлось построить вне поместья и поодаль от остальных зданий — личные покои мастера, его кузница.

В ней было не так много места, как мастерской, которую раньше ему предоставляла Паствой Гефест, но она была не менее функциональна. Металлические шкафы стояли у стен, поленья и уголь для розжига были сложены в подготовленные для них отделения. У этой кузницы был даже небольшой подвал. Качество исполнения было первоклассным, с какой стороны ни глянь.

Парень даже не возражал относительно тонкого дымохода, труба которого выходила над кузницей.

— Впрочем, они тоже кузнецы. Разумеется, они должны были знать, чего мне хотелось.

Вельф осмотрел своё новое рабочее место, полностью удовлетворившись. Он начал переносить горы коробок, собранных им лично в Пастве Гефест с энтузиазмом ребёнка, оказавшегося в магазине игрушек.

Его личный набор молотов, ножниц по металлу и наковален, которые очень быстро находили свои места в новой мастерской. Оружие, которое не продалось раньше, и служило украшением для его прошлого убежища, а также слитки сплавов, которые парень покупал на свои небольшие сбережения, броня различных форм без особых проблем разместились в подвале, переносить их было легко благодаря повышенным Характеристикам кузнеца.

И, наконец, когда Вельф внёс молот, полученный им лично из рук богини Гефест, он осмотрел плоды своих трудов.

— Вот так… здесь я начну заново.

Новая семья, новая мастерская и прилив сил.

Молодой Высший Кузнец снова осмотрел свою кузницу и покрепче сжал в руках алый молот.

— Если не считать кладовые, здесь больше двадцати дополнительных комнат, и это помимо тех, что скрыты или расположены под землёй…

Лили шла по дому держа обеими руками карту.

Она вошла в одну из комнат, чтобы осмотреть её изнутри, после чего внесла несколько записей о внутреннем убранстве, прежде чем пойти к следующей.

Чем больше комнат она осматривала, тем мрачнее становилось её лицо.

— Ухххх, это место слишком большое…

Поместье было построено из прочного камня и древесины, его высота составляет три этажа. Вдобавок, в нём два внутренних двора, перед поместьем и за ним, обнесённые железной оградой. Когда его занимала Паства Аполлона, домом его называло больше сотни авантюристов. Если же пересчитать всех членов Паствы Гестии, вместе с богиней, получится всего пять человек. Это поместье совершенно не по размеру для такой небольшой группы людей.

— Нашими общими силами будет невозможно убираться и поддерживать это место в порядке… Может неплохой идеей будет найм служанок?

Она прекрасно понимала, что ненужных трат следует избегать, но с уборкой поместья необходимо что-то делать.

Можно было бы нанять работников, которые не связаны с другими Паствами, или набрать не боевых членов в Паству, людей, которые станут частью Паствы, но не получат благословения божества. Некоторые нацеленные на получение коммерческой выгоды Паствы Орарио нанимают не боевых членов для помощи в повседневных задачах.

Даже их собственная богиня, которая подрабатывает в лавке Паствы Гефест, пример такого работника. Разумеется, люди, которые наняты таким образом, обычно работают в отдалённых от главных помещений Паств мастерских и лавках, чтобы секреты нанимателей оставались нетронутыми.

Профессиональные слуги обычно запрашивают высокую оплату, сравнимую с заработком рабочих Гильдии, что в свою очередь превосходит заработки авантюристов низкого класса в Подземелье. Поэтому получается, что нанять молодых девушек, которым оказалось не под силу найти работу, связанную со знаменитой индустрией производства предметов из магических камней Орарио, и нуждаются в заработке будет неплохим решением… Ровно в этот момент поток мыслей Лили остановился и не пожелал двигаться дальше.

— …Сударь Белл будет на них заглядываться, так что ничем хорошим это не кончится.

Парень постоянно краснеет, стоит ему бросить взгляд на представительницу противоположного пола, так что у Лили было дурное предчувствие по поводу добавления молодых девушек в их новой дом. Не доверяет Лили и девушкам постарше, а найм опытных работников неизбежно приведёт к финансовому краху.

В голове Лили всплыло воспоминание, как за Беллом ухаживала сереброволосая Силь. Девушка-полурослик помотала головой, чтобы отогнать наваждение.

— Но, мммм, как же…

Лили выглянула в окно коридора первого этажа, на цветы и растения сада, которым явно потребуется куча внимания. Разум Лили тяготел над сердцем к найму молодых служанок.

Каждый из членов Паствы Гестии готовился к новой жизни и новому окружению по-своему.

— Как будто мечта стала явью…

Продолжая переносить мебель и багаж, я с интересом осматривал наш новый дом.

Обновлённые стены здания отражали солнечные лучи и отражали их так, будто испускали собственное сияние. Даже если бы я попытался отбросить вероятность того, что это из-за волнения переезда на новое место, наверное, я всё равно немного преувеличиваю.

— …Было бы неплохо если бы наша Паства стала ещё хоть немного больше, а не только наш дом.

Сказав так самому себе, я начал замечать в окнах движения Лили и остальных. Улыбаясь, я покрепче перехватил очередную партию ящиков.

— Эй… да забудь ты уже!..

— Но я не хочуууу!!!

— Ммм?

Голоса донеслись до меня, когда я вышел из здания и пошёл на задний двор.

Две девушки спорили на улице, возле нашего нового дома.

Ну, может и не спорили… Одна из них обхватила руками ограду, окружающую наша собственность, а вторая пыталась оттащить первую за воротник. Обхватившая ограду девушка капризничала, как маленький ребёнок, крича на всю улицу, а вторая не скрывала своей злости.

— Постойте, кажется, я вас помню… вы Кассандра? А вы Дафна?

Они были в точности такими, какими я их помнил. Одна с длинными ниспадающими вниз волосами, а вторая с короткой стрижкой, а характерами они отличаются, как небо от земли. Я сражался с ними в «Битве», эти девушки – бывшие члены Паствы Аполлона.

Так что уйти, сделав вид что я никогда раньше не видел и не знаю, я не могу…

— А, Маленький Новичок.

После того как я поздоровался и завёл разговор, Дафна ответила мне первой.

При этом она даже не ослабила хватку на воротнике Кассандры. Прошло немного времени, прежде чем и вторая девушка перевела на меня взгляд.

— Ну… в общем…

Я попытался спросить, что происходит, но слова… в общем, я не могу ничего сказать.

Это место было их домом, и я ощущаю себя виноватым, за то, что его отобрал.

Кажется, Дафна поняла, что происходит в моей голове. Она подняла на меня взгляд и усмехнулась:

— Вы, ребята, выиграли честно, так что ничто не должно тебя беспокоить. К тому же, мы сами развязали эту войну, так что это и наша вина тоже.

Дафна попыталась убедить меня, что я не должен испытывать вины.

Хоть я и рад, что она сказала мне нечто подобное… мне всё равно не по себе.

— Нет, правда, всё в порядке, — добавила Дафна, натянуто улыбнувшись. — Нас обеих вынудили присоединиться, так что, это не самый худший поворот событий. Теперь у нас есть шанс найти Паствукоторой управляет чуть менее безумный бог, чем наш прошлый.

Ткань одежды Кассандры снова затрещала, потому что Дафна снова попыталась оторвать её от железных прутьев. Перехватившись поудобнее, девушка начала объяснять, что они успели пережить.

Они оказались на подобии распутья, пытаясь понять, что им делать дальше. Поскольку они авантюристки, повысившие уровень, многие боги и богини попытались нанять их в свои Паствы. К несчастью, у каждого из этих божеств был какой-то изъян, который девушки не могли игнорировать, поэтому им пришлось отвергнуть все предложения.

Паствы высокого ранга не выказали в них никакого интереса, к тому же авантюристкам не хотелось становиться наёмницами и продавать свои навыки за деньги. Поэтому сейчас они находятся в поиске достойного божества, который управляет надёжной Паствой.

После того, как Дафна в очередной раз заверила меня, что они на меня не в обиде, но думать, что и остальные бывшие члены Паствы Аполлона не держат на меня зла, будет ошибкой. Она добавила, что как победитель, я должен бы держаться чуть увереннее… думаю, если она со мной так разговорчива, то мне действительно не о чем беспокоиться.

Мы улыбнулись друг другу, через решётчатую ограду, которая отделяла нас друг от друга.

— Ну, эм, а что вас сюда привело?..

Наконец перейдя к делу, Дафна тяжело вздохнула и снова попыталась оторвать Кассандру от забора.

Я перевёл взгляд на девушку, которая всем телом прижималась к прутьям.

— Видишь ли, эта дурёха потеряла свою любимую подушку.

— Подушку?

— Ага, я твержу ей, что можно просто купить новую, но…

— Т-только та подушечка работала-а-а. Я-я не могу без неё заснуть…, — за весь разговор Кассандра впервые что-либо сказала. Из её глаз текли слёзы, она шмыгала носом, через плечо посмотрев на Дафну, тянувшую её за воротник.

Так, значит…

—Кассандра, вы забыли подушку внутри?

Мы выносили все оставшиеся после Паствы Аполлона вещи, когда начали переезд. Может среди них была та самая подушка?

Кассандра попыталась просунуть между прутьев красное лицо, после того как я задал вопрос. Она нерешительно заговорила, тщательно подбирая слова.

— Честно говоря, я не помню… Я видела это во сне, так что я…

— Где?

В-во сне?..

— Сколько раз тебе повторять: Заканчивай со своими глупостями! — Дафна прикрикнула на Кассандру, сказавшую что её сюда привёл сон.

— Прошу тебя, ну поверь мне, ну разооочееееек!

К этому моменту я понял, что происходит. Дафна пыталась остановить Кассандру от незваного похода в дом другой Паствы и просьбы, которая не имеет под собой явных оснований.

К тому же, Дафна не воспринимает всерьёз сны Кассандры. Поэтому они обе оказались в тупике, не представляя, что им делать.

Вообще-то я тоже не верю всяким гадалкам или пророческим снам, но…

Один лишь взгляд в слезливые, переполненные надеждой глаза Кассандры, как моё сердце растаяло.

— Ну, раз так, я гляну.

— А?

— В смысле, поищу подушку, — после прояснения моих намерений, девушки затихли и уставились на меня.

Дафна, казалось, потеряла дар речи, а заплаканные глаза Кассандры выглядели очень озадаченно.

— Ты… ты серьёзно?.. Она же про сон говорит, знаешь ли, сон. В бред собрался поверить?

— Б-бред?.. Но вы ведь уверены, что подушка здесь, правильно?

Я отвёл взгляд от Дафны, слегка покраснев, и посмотрел в глаза Кассандре. Она не сказала ни слова, вместо этого начав активно кивать. Ну, раз так, отказать я не могу.

Я спросил её, где искать подушку, и она начала припоминать свой сон, сказав мне примерное место.

— В-вы мне верите?..

В самый последний момент робко произнесла она.

Я натянуто улыбнулся.

— Ну, конечно. Я вам доверяю. Попытаюсь найти подушку.

В то мгновенье, когда эти слова слетели с моих губ, лицо Кассандры переполнилось эмоциями и она уставилась на меня со слезами в глазах.

— Скоро вернусь, — сказал я, повернувшись, холодный пот бежал у меня по лицу от того выражения, которое я увидел. Кассандра определённо раздула из мухи слона. Дафна окликнула меня, сказав, что я им ничего не должен, но я лишь повернулся и махнул рукой, добавив, что мне не трудно.

Дафне определённо не стоит быть настолько упрямой…

Если Кассандра увидела что-то во сне, может ей просто бессознательно вспомнилось, где она оставила подушку?

…Не хотелось бы мне воспринимать подобные трюкачества и предсказания всерьёз, но она была так уверена, что мне подумалось, что её сну стоит довериться.

Что-то странное… одно место на спине, будто загорелось.

Всего лишь на мгновенье, Характеристики на моей спине начали пылать.

Я потянулся пальцем, чтобы ощутить то место снова.

— …Удача?

Жар, который горел на спине был очень близок к тому месту, где располагались Навыки.

Задумавшись о иероглифах, записанных на моей спине, я наклонил голову, пытаясь понять, что именно происходит.

Войдя в дом через главный вход, я принялся за поиски подушки.

— Это она?

— …Она!

Много времени это не заняло. Найдя подушку, я поспешил с ней обратно к ограде, как только Кассандра её увидела, она издала радостный крик.

Я передал ей светло-розовую подушку через ограду, а в следующее мгновение Кассанда прижала её к себе так крепко, как только смогла. Она прикрыла глаза и обнимала подушку будто давно потерянного друга, по крайней мере, с такой же радостью. Подушка была именно там, где она мне сказала, каким-то чудом завалившись в проём между колонной и стеной.

Пока Кассандра светилась от счастья, будто вернув себе потерянного щенка, на лице Дафны появилось удивление, и она пробормотала:

— Она была права…, — не веря своим глазам.

— Эм, огромное вам спасибо! Спасибо, что вы мне поверили! Спасибо, спасибо вам!..

— Д-да в этом ничего такого нет…

Она кланялась снова и снова, осыпая меня благодарностями. На моём лице снова появилась улыбка, но теперь от чистейшего смущения. Я даже легонько отпрянул.

Мне потребовалось некоторое время, чтобы обойти ограду и поговорить с девушками без разделяющих нас стальных прутьев. Кассандра продолжила кланяться, пока, наконец, не спрятала половину лица за подушкой.

Она втянула щёки и начала пристально изучать меня взглядом. В её взгляде была странная теплота, от которой меня бросило в жар. Продолжая смотреть на меня немигающим взглядом, она сделала несколько шажков к Дафне.

Она прошептала что-то на ухо Дафне, продолжая сжимать подушку руками.

— Что… Правда? Ты уверена?

— У-угу…

На лице Дафны появилось удивление, щёки Кассандры покраснели, и она снова кивнула.

Почему у меня появилось такое чувство, что я оказался вне нашей беседы? Дафна выпрямилась и несколько секунд бросила на меня взгляд.

— Маленький Новичок, у нас ещё есть дела… До скорого.

Она поблагодарила меня за нахождение подушки Кассандры и повернулась ко мне спиной. Кассандра снова мне улыбнулась и поклонилась, прежде чем пойти за своей подругой.

Прежде чем я осознал, что именно произошло, они зашли за угол и исчезли из вида.

— До скорого?..

Что это может означать?

Впрочем, ладно, мне нужно вернуться к работе. Ящики, которые мне нужно перенести всё ещё ждут меня у здания. Я снова обошёл ограду и взял их в руки.

В моей голове крутился наш разговор, пока я заносил ящики в дом.

— А! Белл! Сделай перерыв как эти коробки занесёшь!

— Э? Но ведь ещё не всё готово?

Боженька окликнула меня из комнаты на втором этаже, когда я вошёл в дом. Она улыбнулась мне со всей уверенностью мира и поманила меня рукой.

—Хе-хеее, какой праздник без виновника! Тебе нужно это увидеть!

Я дошёл до комнаты, из которой звала меня боженька и увидел её стоящей у окна. Она держала в руках лист бумаги.

Она даже не намекнула мне, чего ожидать, так что я осторожно взял бумагу из её рук и взглянул на неё…

— …Паства Гестии набирает новых членов! Придите ко мне, дети мои!

Приглашение присоединиться к нашей Пастве, написанное на всеобщем языке, Коине, размашисто записанное на бумаге. Наша эмблема, пламя и колокол над приглашением, а ниже информация, как подать заявку на вступление к нам.

И день для встречи с нашей боженькой лично назначен… сегодня.

Я оторвал взгляд от бумаги и снова посмотрел на боженьку. Она широко улыбалась.

— Одна такая размещена на доске объявлений Гильдии, а ещё я попросила своих коллег с работы вывесить объявление на стенде! Назначенное время приближается… люди уже начали собираться!

Боженька уставилась в окно.

Я тоже подошёл к окну и бросил взгляд вниз.

— О-ого!..

За прутьями забора, перед нашим главным входом собралось множество людей и полулюдей.

— Эй, нам нужно перспективных новичков набирать. Встречаемся у главных ворот.

Микото несла несколько небольших коробок по коридору, когда её окликнул Вельф.

Она повернулась на каблуках, оказавшись к парню лицом. В этот момент Вельф понял, что что-то не так и озорно улыбнулся.

— Кажется ты… окунулась в ванну с утра пораньше?

— А, нет, просто… видите ли!..

Явно наспех наброшенная одежда, розоватая кожа и мокрые чёрные волосы выдавали девушку. Она осознала, что с первого же взгляда можно было догадаться, что она только что вылезла из горячей ванны. Лицо Микото тут же стало на порядок краснее.

Несмотря на то, что она приняла ванну довольно быстро, она чувствовала себя виноватой, что сбежала от работы, которую должна была делать. Её, обычно собранные в тугой хвост волосы были распущены, и она выглядела как ребёнок, который был пристыжен за свои действия, и пыталась скрыть чувство вины за коробками, которые держала в руках.

От взгляда на Микото, улыбка Вельфа стала ещё шире.

— …Я никому не скажу, спускайся как будешь готова.

— Я-я спущусь, когда все свои коробки отнесу!

Молча благодаря кузнеца за понимание, практически закричала Микото, её щёки пылали. Она бросилась прочь, оставив Вельфа позади.

— Мне не хватает дисциплины… — пробормотала она сама себе, к этому времени покраснели даже её уши.

Тук, тук, коробки подрагивали в руках девушки, она бежала по коридору так быстро, как могла, мелкими шажками.

— О-ой.

Небольшая белая бумажка выпала из коробки и приземлилась на пол у ног девушки.

— Вот теперь я закончила, — сказала сама себе Микото, осматривая гору коробок, прежде чем заметить записку и поднять её.

Девушка собиралась кинуть её обратно в коробку, но качество бумаги привлекло её внимание. Она подошла к окну, чтобы в лучах падающего света можно было прочесть содержимое.

— Что это?..

— Э-это какой-то сон?..

Я прочистил горло, пытаясь понять, что происходит.

Люди и полулюди всевозможных форм и размеров заполонили сад поместья, когда мы открыли врата.

У меня онемело лицо. Я скользил взглядом по толпе с высоты, на которой находился.

— Всё по-настоящему, Белл! Все эти дети пришли, чтобы присоединиться к нашей Пастве!

Боженька вышла на несколько шагов передо мной и распахнула руки, приветствуя пришедших.

Благодаря её плакатам о наборе людей — всего их было развешено больше пятидесяти — было столько пришедших к нашему дому для присоединения к Пастве Гестии.

— После победы в «Битве» о нас говорят в городе, особенно среди авантюристов, которые только-только прибыли в Орарио. Наша Паства сейчас на слуху, — стоявшая с другой стороны от моей богини Лили, объяснила такой огромный поток рекрутов.

Случившееся на «Битве» показывалось в Божественных Зеркалах по всему городу и эти картины были свежи в памяти людей. То, как молодая, находящаяся в серьёзном меньшинстве Паства одержала победу, наверняка оставило мощное впечатление у людей.

Путешественники и торговцы, наверное, разнесли слухи о наших заслугах за пределы города, что также помогло набору.

Только когда я заметил на себе пристальный взгляд Лили, я осознал, что улыбаюсь. Не могу описать то чувство радости, которое я сейчас испытываю, это какое-то вдохновляющее удовольствие.

— Э-это значит, что мы больше не новая Паства!.. Боженька, у нас получилось, да?

— Ага! А началось всё три месяца назад… Какой короткий срок, но как же долго он тянулся!!!

Мы с боженькой взялись за руки, радуясь тому, что нас наконец можно признать официальной Паствой.

Лили было заметно неудобно, она натянуто улыбалась, глядя на нас. Но я уверен, она рада точно также, как и мы, если не сильнее.

Все те ночи поедания картофельных снеков наедине с богиней в маленькой комнатке, скрытой под старой церковью, теперь кажутся такими древними. Так много воспоминаний и так много вещей, которые никогда больше не повторятся… если не считать картофельных снеков. Они никуда из меню не делись.

Я так рад.

Боженька много раз пыталась набрать людей, но ей постоянно отказывали. А теперь люди выстроились в очередь, чтобы вступить в нашу Паству.

Продолжая держаться за руки с боженькой, я снова и снова осматривал пришедших людей и прослезился.

Так много рас. Безусловно, много людей, но встречаются ещё и эльфы, дворфы, зверолюди, полурослики и даже несколько представителей смешанных рас, они заполонили двор. Несколько мужчин уже были готовы к походу в Подземелье, были одеты в доспехи и держали наготове оружие. Группа девушек неподалёку от ворот были одеты в одежды путешественниц. Кажется, они прибыли в город несколько дней назад. Отовсюду доносились восторженные разговоры, люди то и дело бросали на нас троих взгляды. Атмосферу пропитывала энергия.

Солнце было высоко в небе, вокруг было так светло и ярко… в происходящее было сложно поверить. Мечты становятся явью!

— А… Дафна! Кассандра!

Я узнал среди пришедших два знакомых лица. Не прошло и получаса с нашего разговора. Короткие волосы Дафны развевал ветер, её обычно самоуверенный взгляд встретился с моим. А в следующий момент я посмотрел и в мягкие глаза Кассандры.

Они помахали мне из толпы и подобрались поближе. Дафна натянуто улыбнулась.

— Эта девчонка сказала мне, что хочет присоединиться к вашей Пастве…

Дафна легонько шлёпнула рукой по голове Кассандры. У меня от удивления округлились глаза.

Кассандра стыдливо мне улыбнулась, прежде чем попытаться спрятать лицо. Я ощутил, как мои губы снова расплываются в широкой улыбке.

Так вот что значило это её «до скорого»… они знали о наборе!

Даже не знаю, почему они решили выбрать нашу Паству среди остальных, но я так рад, что это не слишком меня тревожит!

— Огромное спасибо! — Практически само вырвалось из моего рта.

Кто бы мог подумать, что к нам захотят присоединиться даже авантюристы третьего ранга, поднявшие уровень! Я готов прямо сейчас запрыгать от радости!

— Ну и толпа.

— А, Вельф!

Вельф вышел из дверей, как раз в тот момент, когда Дафна и Кассандра снова растворились в толпе людей.

— Ты так радуешься тому, что наша Паства разрастётся?

— Да! Все мы будем жить вместе, как одна большая семья!..

— Вообще-то, много людей — это не всегда к лучшему, знаешь ли. Чем больше Паства, тем больше становится обязанностей.

После этого Вельф рассказал несколько подробностей, о жизни в больших Паствах, таких как потенциал для соперничества и ссор.

Он вспоминал свой личный опыт, опыт человека, который однажды состоял в огромной Пастве Гефест. В такие момент он походит на старшего брата, на его лице усмешка всезнайки. После этой речи распирающая меня изнутри радость чуть поубавилась.

Он прав… в больших Паствах гораздо больше подводных камней.

— Вельф, почему бы тебе не расслабиться? Я с каждым из них поговорю, пойму кто чего стоит!

— Постой?.. Т-ты не собираешься принимать в Паству всех?

Боженька слышала о чём рассказывает Вельф и присоединилась к разговору.

На самом деле, её слова меня поразили. Я думал каждый пришедший станет членом нашей новой Паствы.

— У каждого из богов свои вкусы и занятия. Поэтому каждая Паства устроена по-своему. Подумай сам, Белл. Что случится если дитя, которое не согласно с нашими путями присоединится к Пастве? От него будет много проблем.

— Ну…

— И не забывай, что я богиня. Мне достаточно одного взгляда чтобы определить характер человека. И они не могут мне соврать, не так ли? Я отвергну каждого, кто может, на мой взгляд, нанести вред моей Пастве.

Я думаю, что понял, о чём она говорит. И это очень правильно.

Репутация нашей Паствы пострадает если новый рекрут окажется пьяницей, регулярно устраивающим потасовки в барах или даже преступником. Не уверен, что мог бы сработаться с подобным человеком. Впрочем, я знаю, что моя богиня примет решение не на личной истории человека, а полагаясь на его характер.

Зачастую, при принятии решений божества задумываются о том, насколько велика будет польза от этих решений их Пастве. Больше ничто не имеет значения. Когда я получал отказы, переходя от Паствы к Пастве, впервые оказавшись в Орарио, я понял это слишком хорошо.

Но сейчас перед нами множество людей, которые хотели бы к нам присоединиться… мне не хочется отказывать никому из них.

— …К тому же я не могу позволить слоняться по дому кому-то вроде нашей помощницы. Если в нашей Пастве появится ещё хоть один человек, который будет бросать на Белла похотливые взгляды, наш дом погрузится в хаос…

— Вообще-то Лили вас прекрасно слышит, Всевышняя Гестия.

Боженька и Лили начали перепираться приглушёнными голосами, а я так и не мог перестать расстраиваться от того, что мы не сможем принять всех и каждого. Я уже не так рад, как несколько минут назад, все эти разговоры определённо опустили меня на землю. Сделав глубокий вдох, я почесал затылок.

— Как бы там ни было, Лили видит, что… Полулюдей среди пришедших не так много, впрочем, поскольку наш лидер сударь Белл, наша Паства и должна привлекать людей больше.

Она права.

Боженька выбрала главным в Пастве меня, и на это есть причины. Сейчас я единственный человек из Паствы Гестии, который присоединился к ней не Обращением из другой Паствы.

На самом деле, я немного беспокоюсь, потому что на меня возложили очень большую ответственность, но… помимо этого я смущён просто от того, что меня считают главой Паствы.

В целом, существуют некоторые Паствы, к которым проще присоединиться, если ты такой же расы, что и её командир. Лично, мне кажется, что командир Паствы — это, скорее, формальный лидер. Впрочем, то, что из-за моего лидерства люди вдохновляются на присоединение к нам, не может меня не радовать.

Вдобавок, Лили указала, что многие пришедшие новички одеты как авантюристы. Мечи и копья, щиты, лёгкая и тяжёлая броня — целая смесь боевых стилей и оружий поражает воображение. Одни из пришедших похожи на солдат, другие держатся с уверенностью и дисциплиной настоящих рыцарей. Уже вижу, как вместе с ними отправляюсь на исследование Подземелья, полагаюсь на их поддержку. Кстати, в толпе заметны и несколько помощников с огромными рюкзаками.

Пока не могу понять, это члены других Паств, которые захотели сменить божество или все собравшиеся «свободные» авантюристы из-за пределов Орарио. Единственное, что мне известно наверняка, так это то, что все они держатся как бывалые воины.

— Ну что, пора бы нам перейти к общению?

Боженька обратилась к толпе, пока я осматривал отдельных кандидатов.

Я взглянул на Лили и Вельфа. Они мне кивнули, и мы сделали шаг к толпе людей.

Боженька окинула всех собравшихся взглядом, и уже собиралась объявить, как будут проводиться беседы, когда…

— Г-ГЕСТИЯ-КАМИ!

Крик раздался из поместья.

Мы вчетвером обернулись к двери, только чтобы увидеть, как Микото из неё выбегает.

— Что-то случилось, Микото?

— Э-э-э-это выпало… выпало из коробки!..

Боженька не могла скрыть замешательства. Микото дрожала, её лицо было бледным. Она мотала куском бумаги, перед нами, боженькой и рекрутами, закричав во всё горло:

— Долговая расписка на двести миллионов валис!!!

Время будто замерло.

— Кхем-КХЕМ?!

Всевышняя Гестия закашлялась, когда бумага полетела к её лицу, прочищая горло.

— Что? — Лили отпрянула.

— Двести милл?.. — Вельф был так поражён, что даже договорить не смог.

Я заглянул через плечо, все стоящие во дворе рекруты окаменели.

Я даже двинуться не мог.

Все взгляды были направлены на число, стоявшее на бумаге.

Двести миллионов… Двести миллионов валис.

Даже своими округлившимися от удивления глазами я не мог разглядеть все эти ноли одновременно. Огромные буквы, написанные над этой суммой, собирающиеся в слова «Долговая Расписка». К тому же, под всеми этими записями и нулями, стояла подпись Всевышней Гестии, на коине и иероглифах. Это реальность, от неё не скрыться.

Последним ударом стала печать кредитора, стоящая на контракте. Паства Гефест. Воздух покинул мои лёгкие и я никак не мог снова вдохнуть. Все звуки вдруг стали такими далёкими…

Быть не может…

Оружие, которое пристёгнуто к моему поясу, то самое.

Неожиданно, вес чёрного кинжала с выгравированной на нём надписью Hφαιστος начал ощущаться, будто бы он был отлит из чистого свинца.

Это слишком. Я начал падать.

— У… уууу…

— С-сударь Белл! — Перед моими глазами было синее небо, я услышал крик Лили.

— Это какая-то шутка…, — неподалёку раздался тихий голос Вельфа.

Во дворе хором раздались удивлённые вздохи.

— …Кассандра, мы уходим.

— Э… А, Дафна?

Чоп, чоп. Земля подрагивала от пятидесяти пар ног, которые развернулись и пошли прочь со двора.

Тёмная сторона Паствы Гестии, о которой не знали даже её члены раскрылась. Часовая бомба, тикающая где-то во тьме в виде огромного долга.

Будто вся радость и восторг, которые я сегодня испытывал были ложью. Все кандидаты ушли. Последним, что я увидел перед тем, как меня приняла в свои объятья тьма была окаменевшая, будто статуя, боженька.

— Что это вообще значит? — Лили потребовала ответов.

Мы собрались в гостиной на первом этаже. Комната была заполнена кучей распакованных и ещё не распакованных ящиков. Пространство в самом центре было расчищено, мы поставили небольшой стол и несколько соф. Антикварные подсвечники освещали тёмную комнату, но даже они использовали магические камни, а не огонь, чтобы производить свет. Мы расселись у стола, наши лица можно было видеть в полумраке.

Я по-прежнему лежал, испустив жалобный стон. Голова ещё болит. Лили, Вельф и Микото сидели кружком у рядом со столом, боженька сидела напротив.

Окружённая Лили и остальными, моя всевышняя, была очень встревожена.

На стене тикали часы, будто напоминая, что к этому времени уже садится солнце. Полдня прошло с того происшествия во дворе, и сейчас в комнату из окон практически не проникает свет. Ночь начинает нас окутывать.

— Мы отложили разборки, чтобы позаботиться о сударе Белле, но сейчас Лили требует от вас правды. Правды об этом контракте.

— Ну, в этом контракте расписалась только я. Он никак не затрагивает нашу Паству…

— Благодаря этому «безвредному» долгу, который никак не затрагивает Паству у нас ноль новых членов. Лили кажется, что он нас затрагивает, ещё как. Как наша богиня, ты обязана предупреждать нас о таких серьёзных вещах! — Я никогда не слышал, чтобы слова Лили звучали так резко. Она взяла на себя роль нашего представителя. Остальные молчали.

Микото забылась и закричала о долге перед кандидатами в Паству. Думаю, от этого ей тоже не легко, но и она ждёт объяснений. Вельф сидит, скрестив ноги, его брови опущены, а глаза смотрят только на боженьку.

Боженька взглянула на всех нас, по очереди, ощущая будто на неё ополчился весь мир. Наконец она начала тихонько бормотать свой рассказ.

— По правде говоря… много чего случилось, когда я попросила Гефест сделать Беллу кинжал…

С этих слов началась история Божественного Кинжала — моего кинжала.

В общем, боженька практически вынудила Гефест выковать этот нож.

Он такой один на весь мир и богиня кузнецов единственная, кто способен выковать нечто подобное. Поэтому, он необычайно ценен. Поэтому Гестия даже не обратила внимания на то, какую огромную кучу деньжищ он стоил. В конце концов она согласилась на займ, на условиях Гефест.

Вельф, бывший член Паствы Гефест, потёр уголки глаз пальцами, слушая богиню.

— Всегда было интересно, кто его сковал, иероглифы и всё такое… Значит, это была она. — тихонько выскользнуло из его рта.

Глаза Микото округлились от удивления, когда она узнала правду о громадном долге.

Лили выглядела так, будто наконец нашла недостающий кусочек головоломки. Она знала меня ещё с тех времён, когда я только начинал походы в Подземелье, и видела, что моё оружие чрезмерно дорогое, для моего статуса.

— Так вот откуда…, — услышал я её шёпот.

Боженька сидела, нервно перебирая пальцы на руках и ждала нашей реакции.

— …Лили слышала многое пока бежала за лекарством для сударя Белла. Другие боги и богини уже начали распускать про нас слухи в городе… уже поговаривают, что Паства Гестии скоро рухнет под весом огромного долга. Всё разлетелось очень быстро, — Лили окинула нас взглядом и рассказала о том, что происходит в городе. Мне показалось, что сейчас я разрыдаюсь.

— Если все уже об этом говорят, значит…,- Микото осторожно уточнила, что именно это означает, и Лили прояснила свою мысль:

— Да, вероятность найти новых людей равна нулю.

Всё точно так же, как и было раньше, боженька снова будет получать отказы на каждом шагу…

— Ну, зато у нас всего одна явная проблема… долг в двести миллионов валис. Безумие какое-то.

— И правда, безумие.

В голосах Вельфа и Микото слышалось напряжение. Они смотрели на Лили.

Лили стала чем-то вроде нашего казначея, она разбиралась в финансах лучше, чем кто-либо из нас.

— Почти всё, что мы получили за победу в «Битве», было потрачено. У нас практически не осталось сбережений.

— …

— К тому же, за победу в «Битве» и подъём уровня сударем Беллом, Гильдия присвоила нам ранг «Е», а значит, нам нужно платить больше налогов. При подсчётах Лили получала около миллиона валис в год. Поэтому, готовьтесь.

— …

— То есть… чтобы выплатить этот долг мы обязаны проводить в Подземелье даже больше времени, чем раньше?

В комнате будто подул леденящий ветер, когда на нас снизошло осознание.

Мы обречены на жизнь в нищете, если не будем работать в два, нет в три раза усерднее, чем раньше. Реальность ещё никогда не была такой жестокой.

Боженька вскочила на ноги, не в силах выносить больше таких разговоров. Он посмотрела на наши мрачные лица и практически закричала:

— Н-ничего вы не поняли! Это мой долг; и я выплачу его сама! Нет, я обязана выплатить его сама!

Схватив расписку со стола, она ударила себя в грудь свободной рукой, её голос был таким громким, что мы невольно подпрыгнули. Боженька ещё раз заявила, что с нами ничего общего этот долг не имеет.

— И вообще, этот контракт бесценная драгоценность, которая показывает, как сильно я люблю Белла! Никому его не отдам!

— Как будто долговую расписку можно называть сосредоточием любви.

Даже не представляю, почему всевышняя вдруг начала хвалиться этими нулями, но подобное представление явно не впечатлило Лили.

Даже Вельф и Микото, одарили боженьку ледяными взглядами. Пытаясь уйти от этих взглядов, она продолжила свою браваду, постепенно понижая громкость:

— Он такой дорогой оказался только из-за её замысла… Гефест моя подруга, она просто хотела, чтобы я начала работать…

Хвостики боженьки начали трястись, она вытерла рукой лицо, сделала глубокий вдох и заговорила уже гораздо увереннее и спокойнее:

— Я хотела сказать, что вам не нужно беспокоиться об этом долге. Вы же знаете, что я устроилась на несколько работ, так? Я делаю всё что могу чтобы заплатить за кинжал. Да, это займёт несколько сотен лет, но я смогу выплатить долг сама.

— …

— Простите что это от вас скрыла… но я могу пообещать, что никаких проблем эта расписка не принесёт.

Потом она добавила, что перед новыми рекрутами объясняться уже поздно, но…

По её поведению было понятно, что ей действительно очень жаль.

— Пожалуйста, не беспокойтесь о моём долге, — наконец закончила она.

Мы обменялись сбитыми с толку взглядами, пытаясь понять, как вообще возможно игнорировать нечто подобное.

— …Только вот.

Я убрал компресс со лба и сел на своей софе:

— Ты… ты влезла в этот долг чтобы купить кинжал, специально для меня?

— …

Боженька мне не ответила, но я знал, что означает её молчание.

В груди покалывало чувство вины.

Божественный Кинжал спасал меня чаще, чем я могу вспомнить. Я смог пережить столько битв только благодаря боженьке только потому, что она дала мне этот кинжал.

Она намеренно влезла в такой огромный долг, чтобы я смог стать тем, кто я есть сейчас.

— …Пожалуйста, Белл, не делай такое лицо. Я сама приняла это решение…

От её мягкой улыбки и добрых слов я не мог продолжать сидеть.

Вскочив на ноги, я вытащил Божественный Кинжал из ножен и посмотрел своей всевышней в глаза.

— Боженька… я хочу помочь. Давай выплатим этот долг вместе.

Её синие глаза намокли.

Не знаю, удивлена ли она, но я сделал ударение на каждом слове.

Этот кинжал… это символ нашей Паствы, нашей связи.

— Пожалуйста, дай мне помочь.

— …

Боженька застыла, услышав моё искреннейшее желание, а потом улыбнулась.

Её правая рука потянулась к резинке на одном из её хвостиков.

— Как твоя богиня я окажусь в неловком положении, если приму помощь в исправлении своих собственных ошибок…

Её тонкие пальцы слегка коснулись первого подарка, который я её дарил.

Ленты для волос. Синие ленты, украшенные небольшими серебряными колокольчиками, походившие на цветы. Эти колокольчики мягко зазвенели, когда боженька к ним прикоснулась.

Звук затих, и боженька снова улыбнулась.

— Мне не важно сколько это займёт времени, я выплачу свой долг. Мне всего лишь хочется… чтобы вы четверо меня поддержали.

Настала наша очередь посмотреть на неё увлажнёнными глазами. Все мы, включая меня, смотрели на всевышнюю с одним и тем же выражением, на лицах.

Поддержать её. Это означает горячую еду на столе, управление делами Паствы и превращение нашего дома в радостное место. Она хочет, чтобы мы защитили те вещи, которые позволяют нам улыбаться.

— Я богиня в долгах… это ничего?

— К-конечно!

Её улыбка сияла даже в тусклом свете. Я поклонился почти рефлекторно.

Она маленькая упрямица, которая отказалась принимать от нас деньги, но она полагается на нас и верит в нас. Если мы впятером будем поддерживать друг друга, мы со всем справимся.

Смотря на её улыбку, я поклялся, перед самим собой.

— …Если так желает наша богиня, мы не можем идти против её воли.

— Хе-хее, и правда.

— Пожалуйста, не совершайте подобных глупостей впредь, — сделала замечание Лили.

Остальные тоже поднялись на ноги, с понимающими улыбками на лицах.

— Не буду! Не буду! — Ответила наша богиня, благодаря каждого из нас.

После этого мы начали разговаривать о том, что делать дальше, стоя в круге из свечей с магическими камнями.

— Получается, мы и остаёмся всей нашей Паствой. В первую очередь нужно начать зарабатывать деньги, чтобы жить в комфорте и платить налоги Гильдии, когда приходит время. Нужно во что бы то ни стало, избегать новых долгов.

— Значит, с этого момента мы всё равно должны сконцентрироваться на походах в Подземелье?

— Чтобы увеличить эффективность наших будущих походов, нам нужно стать сильнее и БЫСТРЕЕ.

— Наверняка это будет непросто… но если мы постараемся, то сможем набрать новых участников в Паству… правда?

После того как Лили закатила глаза, а потом Микото, Вельф и я начали наперебой высказывать свои мнения.

Наконец, Вельф сказал, что раз я командир, то заканчивать подобные собрания Паствы — это моя задача. Я немного смутился, но протянул правую руку в центр нашего круга. Все остальные, включая боженьку положили свои руки на мою.

— Мы справимся! — сказал я со всей уверенностью, на которую был способен.

Мне ответили короткими, бодрыми выкриками. Мы видели будущее нашей Паствы в одном свете.

— Ладно! Раз всё решилось, давайте отпразднуем сегодняшний день с размахом!

— Всевышняя Гестия, как вы можете такое говорить, если нам нужно экономить на всём, на чём только можно?! Ваши познания в экономии ужасны!

— Эй, не будь такой скрягой! Один вечер ничего не изменит!

— Это недопустимо! Лили больше не может доверять Всевышней Гестии! С этого момента Лили заведует всеми денежными вопросами!

Боженька и Лили снова начали препираться, но кончилось всё тем, что на ужин мы всё равно изрядно потратились.

Мы по полной использовали огромную кухню, чтобы приготовить множество блюд используя различное мясо и рыбу, по просьбе боженьки.

Когда мы закончили, на столе оказались жаренное куриное филе, несколько поджаренных рыб, странные рисовые шарики, популярные на востоке и называемые «онигири», Дзяга Мару Кун и вино.

Микото смеясь предлагала Лили курочку, получая в ответ странное, похожее на волчье злобное ворчание. Вельф прихлёбывал вино, наблюдая как боженька накинулась на Дзяга Мару Кун, забрасывая их в рот одно за другим. Я был зажат в этом хаосе с обеих сторон и почти ничего не съел. Я просто смотрел на происходившее вокруг. За окном был поздний вечер. Смех и мягкий свет пробивались из окон кухни.

Я вспомнил, как ел вместе с Дедулей. Когда на меня нахлынули воспоминания, я едва сдерживался, чтобы не проронить слезу. Разумеется, никому об этом я не сказал.

«Семья».

Объединённые кровью боженьки, мы определённо стали семьёй.

Вот чего желало моё сердце с тех самых пор, как я потерял человека, который меня вырастил.

Вот зачем я пришёл в Орарио, и вот отчего мне так радостно.

Я рад, что встретил этих замечательных людей. Сегодняшний день только укрепил эту радость.

В эту ночь мы много ели и смеялись.

После нашей ночной «вечеринки» снова взошло утреннее солнце.

Боженька очень рано ушла на работу, оставив нас четверых заканчивать распаковку ящиков.

— Сегодня все ящики опустеют.

Сказал я сам себе, проходя по коридору с двумя ящиками в руках.

Ни у кого из нас не будет сил распаковываться после изматывающего дня в Подземелье. Если мы соберёмся и закончим с распаковкой вещей сегодня, сможем начать фокусироваться на накоплении денег.

— Сударыня Микото, к вам посетитель. Сударыня Чигуса ждёт вас снаружи.

— Чигуса-сан?

Микото и Вельф занимались первым этажом, когда к ним подбежала Лили. Микото тут же бросила все дела и пошла встречаться со своей посетительницей.

Чигуса — член Паствы Такемиказучи, в которой, до недавнего времени, состояла Микото. На самом деле они обе из одного города с Дальнего Востока, так что, скорее всего, старые подруги.

Я выглянул в окно и увидел Чигусу. Её глаза, как и всегда, были скрыты за прядями волос. Но она казалась гораздо более взволнованной, чем обычно. Руки сложены на груди, она ходит взад и вперёд, на лице заметная хмурость… интересно, почему.

Чигуса ринулась на встречу Микото, как только та показалась на крыльце. Я не слышал, о чём они говорят, но Микото казалась такой же удивлённой волнению Чигусы, как и я. Неожиданно…

— Т-Ты уверена?!

Удивлённый выкрик.

— …Что-то случилось?

— Лили понятия не имеет.

Вельф и Лили подошли ко мне со спины и тоже выглянули в окно. Мы прильнули к окну, пытаясь расслышать о чём идёт разговор снаружи.

Разговор продлился всего несколько минут, прежде чем Чигуса развернулась и побежала вдоль ограды. Микото вернулась в дом.

— Микото, что-то случилось? — Я задал вопрос, но она отвела взгляд и быстро сменила тему:

— Ээм, нет, совершенно ничего… Ещё столько всего нужно сделать! — Она проскочила мимо нас, схватила первый попавшийся ящик и скрылась за углом.

Мы втроём обменялись взглядами, гадая, что случилось с нашей новой подругой.

----------

Глава 2. Беги, Кранелл.

Четверо людей расслаблялись в гостиной после дня работы, раздался голос Микото.

— Н-наверное я сегодня пораньше пойду спать.

Тарелки из-под ужина уже были вымыты и убраны.

Гестии этим вечером не было. Прошлый вечер зажёг в ней новое пламя. Загоревшееся в ней желание выплатить долг заставило богиню работать сверхурочно.

Белл и остальные будто не заметили дрожи в голосе Микото и помахали ей руками, или пожелали добрых снов, когда девушка поднялась. На часах не было и восьми вечера, к тому моменту как Микото вышла из комнаты и закрыла за собой дверь.

Проходя по залитому лунным светом коридору Микото направлялась к лестнице, ведущей к её комнате на третьем этаже.

Неожиданно она пошла в другую сторону.

Беззвучно перебежав обратно, девушка открыла окно на втором этаже и спрыгнула на землю. Скрываясь за деревьями, она проверила, что свет в гостиной ещё горит, прежде чем рвануть к задним воротам.

В то же время…

— Вот теперь наш выход. Мы за ней проследим.

— Много времени прошло с тех пор, как Лили подобным занималась.

— Р-разве так можно?..

Вельф Лили и Белл наблюдали как Микото выбегает в задние ворота с другой стороны поместья.

Все они ожидали, что Микото сделает нечто подобное. После того как девушка поднялась по лестнице, они оставили включённым свет в гостиной, а сами скрылись в саду, в таком месте, с которого можно было видеть оба выхода. Три силуэта быстро и бесшумно пробирались во тьме.

Упрямая девчонка определённо пыталась что-то скрыть. Проследить за ней было единственным способом узнать, что именно.

— Сударыня Микото была сегодня слишком сильно озабочена чистотой окон… как мы и предполагали.

— Любой бы понял, когда увидел, как она взгляды на это окно бросала.

Вельф и Лили заметили, что Микото весь день была сама не своя. Важнейшей уликой было то, что она слишком часто смотрела наружу. Так что, они придумали план, в который и вовлекли Белла, несмотря на замешательство парня. Они были готовы к преследованию, когда Микото решила сбежать.

Переживания за подругу не позволили им проигнорировать странное поведение девушки и тайну, которую она скрывала.

— Она сильно на тебя похожа.

— А?

— Сударь Вельф пытался сказать, что ложь это не одна из её сильных сторон, сударь Белл.

Черноволосая, всегда честная до одури девушка, пробиралась по бурлящему жизнью городу.

Её внимание было слишком сильно приковано к месту назначения, чтобы она заметила, что за ней следят. Три её преследователя скрывались в тени, держась на таком расстоянии, чтобы их присутствие не было заметно. Они следовали за Микото от дома Паствы в юго-западном районе, к южной части города.

Вскоре они оказались в районе, рядом с Южной Главной Улице — в деловом районе.

В районе было оживлённо, как и подобает торговому району. Ночь только началась, а из каждого переулка уже лился свет магических ламп, повсюду было много народа. Потоки людей заходили в казино, театры и первоклассные бары. Богатые, на вид, торговцы и авантюристы сталкивались с богами, проходя мимо огромных зданий в поиске развлечений на эту ночь.

Микото шла к самому сердцу делового района, прежде чем неожиданно завернуть в один из переулков, и побежать навстречу стоявшей у одной из тёмных лавочек девушке.

— Это сударыня Чигуса? Они одни?

— Ага, и тут же куда-то торопятся… Ладно, куда они идут теперь?

Девушки с востока взволнованно друг другу кивнули и двинулись дальше.

Белл и его спутники наблюдали за ними из-за угла. Игнорируя подозрительные взгляды нескольких полулюдей, троица продолжила преследование своих целей.

Оживление и шумиха делового района остались позади, девушки продвигались по тёмным аллеям.

— …Не может быть. Идут туда… не может быть.

Глаза Вельфа округлились от удивления, он знал, куда они придут если продолжат идти в том же направлении. Их цели отклонялись дальше к юго-западу. У Вельфа пересохло в горле, он не мог ни слова из себя выдавить.

Лили также вздрогнула, когда в её голове сложилась картина.

— А? — Белл удивлённо уставился на друзей.

— Белл, тебе стоит вернуться домой.

— Сударь Белл, пожалуйста поверните обратно.

— А? Эээ? А что? Почему сейчас?

Неожиданные приказы товарищей только усилили замешательство парня. Белл переводил взгляд с Вельфа на Лили и обратно снова и снова.

— Нет, серьёзно, послушайся меня. Ты для такого слишком мал.

— Слишком мал? Сударь Белл никогда туда не войдёт, никогда!

— Но мы уже столько прошли… Смотрите, они повернули за угол!

Белл был уверен, что окажется полезен и сможет о себе позаботиться, несмотря на отчаянные попытки Лили и Вельфа убедить его в обратном. Из-за этого короткого спора, троица чуть не потеряла свои цели.

— Проклятье, Малютка Лил, придётся сдаться, это бесполезно. За ними!

— Гаахххх! Сударыня Микото, ну почему именно сюда?!

Отбросив отчаянные попытки убедить Белла повернуть они втроём бросились вперёд. Лили казалась очень раздражённой, её лицо скривилось от недовольства. Белл не знал, как ему реагировать, поэтому просто сосредоточился на погоне.

Пробежав мимо пьяных авантюристов, распластавшихся на улице, группа наконец подошла к тому повороту, за который завернули Чигуса и Микото.

— Что-что это за место?..

И тогда.

Глаза Белла открылись так сильно, что, казалось, выскочат из орбит, как только он заглянул в переулок.

Они втроём оказались на западной границе четвёртого района Орарио, расположенного рядом с Юго-Западной Главной Улицей.

Несмотря на относительную близость делового района, атмосфера в этом месте была куда более испорченной.

Лампы с магическими камнями, висящими на зданиях и столбах, были прикрыты розовыми стёклами. Их было не слишком много, но тусклого света было достаточно, чтобы осветить вывеску, украшенную рисунками женских губ и других манящих женских прелестей. Женщины всех возрастов и комплекций в провоцирующей одежде, оставляющей спины и бёдра неприкрытыми расхаживали по улице.

Большая часть из них была Амазонками, но встречались также люди, зверолюди и даже полурослики. Они призывно окрикивали мужчин и соблазнительно улыбались, будто бы бросая им вызов. Потом следовали короткие разговоры, после которых мужчины брали женщин за руку, или приобнимали за пояс и вели в одно из множества зданий.

Улица была заполнена полуобнажёнными грудями, тонкими плечами и прочими соблазнительными чертами. Воздух переполнял аромат духов, впрочем, возможно это были и естественные сладковатые женские запахи, поскольку работали девушки беспрерывно.

Белл дрожащим пальцем указал на улицу, а потом слабым голосом произнёс.

— К-к-к-кто все эти люди?..

Неизбежное осознание начало опускаться на парня. Тот факт, что эти девушки проститутки потряс его до глубины души. Он оказался в ночном районе. Лицо Белла стало ярко красным, когда он увидел абсолютную разницу между районом удовольствий и всем, что он когда-либо видел раньше.

— Вот поэтому Лили и не хотела, чтобы сударь Белл сюда приходил.

— Не думаю, что когда-нибудь привыкну к этому запаху…

Белл наконец понял, что имели в виду его спутники говоря в это место, когда увидел, как очередной мужчина исчезает в одном из зданий. Лили тряхнула парня, также постепенно краснея. Вельф стоял за их спинами, пытаясь прикрыть рукой нос от запаха.

Так вот почему они пытались меня прогнать?! Снизошло на Белла позднее осознание.

В его голове всплыло и ещё одно воспоминание. «Я запрещаю тебе ходить на юго-запад», — предупреждала его Гестия… от той серьёзности, с которой она это говорила, у парня кровь стыла в жилах. И теперь он понимал почему.

— В Орарио… есть подобные места?

— Каждое здание в этом районе закрывается на день, а все вывески скрываются. Разумеется, сударь Белл не мог о таком знать…

район удовольствий спит днём и показывает свои истинные краски только ночью.

Даже и говорить не стоит, что обычные горожане здесь не живут. Поэтому район кажется необитаемым и пустынным. Белл никогда не был в деловом районе после заката, так что неудивительно что он не был знаком с природой дел этого места.

Впрочем, главной причиной его незнания оставались люди, которые достаточно хорошо знали характер Белла и потому всё от него скрывали.

Вельф легонько похлопал Белла по спине, выведя из транса и они продолжили погоню.

— Здания, построенные на манер зданий Пустыни Кайрос, архитектура Региона Дизара… я никогда не перестану этому поражаться.

— Не забывайте, что Орарио это центр мира. Здесь оказываются люди со всех его уголков, включая и те, что вы назвали.

За потоком полуголых проституток можно было увидеть здания, построенные в стилях незнакомых жителям Орарио. Некоторые крыши были в форме простых треугольников Дальнего Востока, другие выглядели как юрты степных кочевников, а какие-то построены из камня, на манер северных замков. Стратегия привлечения максимально возможного количества посетителей, каждый раз можно прийти и увидеть что-то новое. Лили начала это объяснять, но была явно недовольна тому, что в подобном месте приходится находиться.

Различные бордели со всего мира выставляли себя на показ.

Белл раньше ничего подобного не видел. Он будто потерялся в мире, который продолжал меняться с каждым шагом, что-то новое продолжало бросаться ему в глаза.

Люди, которых он не знал, улицы, которые он никогда не видел и атмосфера, которая ему даже не снилась.

Для простого паренька из деревеньки в горах подобная обстановка была слишком ошеломляющей.

— В-Вельф, ты уже, эм, бывал здесь раньше?..

— Когда я ещё состоял в Пастве Гефест, пара ребят притащили меня сюда после ночной попойки. Но я никогда не пользовался местными… ммм, заведениями.

Белл попытался начать разговор, чтобы хоть как-то прийти в себя. Вельф слегка поёжился, добавив:

— Мне это кажется каким-то неправильным.

Небольшая группа ночных бабочек подскочила к авантюристам, их манящие улыбки определённо завлекали мужчин. Одна из них протянула руку к Вельфу, но парень её отдёрнул.

Лили выпрыгнула перед другой девушкой, потянувшейся к Беллу, как заправский телохранитель.

— Лили была достаточно удачлива и до этой ночи здесь не оказывалась.

Она одарила яростным взглядом проститутку, решившую отправиться к другой цели.

Голова Белла кружилась, а глаза искали хоть какое-то место, на которое можно было бы смотреть без смущения. Снова посмотрев на Микото, где-то вдалеке, он задал вопрос.

— Уххх… Чем Микото и Чигуса собрались здесь заниматься?..

— Молодые девушки которые намеренно пришли в подобное место… Лили не хотела бы такого говорить, но возможно они собрались продавать свои тела?

— ?!

— Неее, эти две тут явно не для этого.

Белл сглотнул, когда услышал Лили. А Вельф спокойно указал пальцем на девушек:

— Сама посмотри.

Девушки были настолько багровыми, что даже Беллу дали бы фору. Микото и Чигуса стояли спина к спине, лихорадочно осматриваясь. Их плечи вздрагивали каждый раз, когда какой-нибудь мужчина присвистывал, глядя на них.

Как раз в этот момент один здоровяк решил, что время пришло и коснулся Микото.

— П-Перестаньте пожалуйста! — взвизгнула девушка, она закрыла глаза, а её тело отреагировало само по себе. Мгновенье спустя мужчина оказался на каменной мостовой, с отпечатком ладони на лице.

Чигуса выглядела так, что, казалось, сейчас расплачется. Эти двое выглядели как потерявшиеся в центре мегаполиса оленята. Лили прищурилась, Белла пробил холодный пот, но оба были согласны, что девушки тут не для выставления своих тел на продажу.

— Лили согласна с сударем Вельфом… Такие невинные девушки как сударыня Микото и сударыня Чигуса никогда подобного бы не сделали… но тогда, зачем они пришли в район наслаждений?

Все трое начали обдумывать вопрос Лили. В то же время, девушки пошли дальше. Белл, Лили и Вельф последовали за ними.

Третий и четвёртый районы Орарио располагались с разных сторон Юго-Западной Главной Улицы. Микото и Чигуса пересекли границу четвёртого района и почти мгновенно растворились, зайдя в третий район.

— Чёрт, мы можем потерять их из вида! Идём быстрее!

— И-идём!

Вельф вышел вперёд, потому что его рост давал ему преимущество в высматривании девушек.

На главной улице проститутки работали в группах, чтобы захватить побольше клиентов и направить их к своим заведениям. Вельфу пришлось прорываться вперёд, пробивая путь через постоянные приглашения и провокации. Наконец, группа оказалась в третьем районе.

Здесь освещение было гораздо лучше, чем в прошлых переулках. Вельф нашёл Микото взглядом почти мгновенно.

Её окружила группа божеств, с пошлыми улыбками на лицах.

— Ого, уж не мисс ли Безмерная Тень перед нами. Представить себе не мог, что вас здесь встречу!

— Чёрные волосы, просто восхитительны!

— Восточные девочки секси!

— П-прошу прощения, у н-нас здесь неотложное дело!..

Божества-мужчины прижали девушек к стене. Они наперебой предлагали им приятно провести время, отрезав все пути к отступлению.

Микото заслонила собой Чигусу, прикрыв её от нападок. Однако, перед ними были божества, не смертные. Она не решалась нагрубить никому из существ спустившихся с Тенкая.

Самим божествам, однако, скорее куда больше нравилось дразнить Микото и наблюдать за её реакцией, чем серьёзно её соблазнить. Комментарии начали становиться всё вульгарнее и вульгарнее, божества явно получали удовольствие и гадали, какую ещё смущённую реакцию девушка из себя выдавит.

Вельф и Лили вздохнули, когда до них дошло, что происходит.

— Милорды, кажется, вы могли бы провести время и получше.

Рядом с божествами возник Вельф.

— А? — боги одновременно вскрикнули, повернув лица к парню. Микото и Чигуса побледнели как призраки.

Лили, выглянувшая из-за Вельфа, заговорила.

— Зачем терять здесь время? Разве ночь не слишком коротка?

— А ведь она права! «Игривое Время» у Джессики скоро кончится!

— Чёрт, мне ведь пришлось от своей Паствы драпать. Лучше провести ночь так, чтобы оно того стоило!

— А я ещё и денег у Паствы стащил!

— Я тоже.

— Ну и я.

— Да и я, вообще-то.

— АХАХАХАХАХАХАХ — раздался дружный гогот божеств, продолживших идти по своим делам.

Всем известно, что некоторые божества очень часто развлекаются в местах, подобных району удовольствий. Злость последователей от растрат с таким трудом заработанных ими валис нисколько этих богов не останавливает.

Опасность миновала. Авантюристы смотрели друг на друга в неловком молчании.

— Ч-что вы здесь делаете?..

Придя в себя после пошлостей богов, Микото, наконец, нарушила молчание.

Лили в очередной раз вздохнула и перешла к объяснениям.

— Сударыня Микото, вы вели себя странно. Возможно, с нашей стороны это было неприлично, но мы за вами следили.

— Мы теперь полноценная Паства. Не нужно ничего от нас скрывать, понятно?

Чигуса сделала шаг вперёд, её глаза как обычно были скрыты за прядями волос.

— Мне очень жаль. — сказала тонкая девушка слабым голосом. Её плечи дрожали, она поклонилась.

Вельф почесал затылок, говоря:

— А что насчёт объяснений?

— …Видите ли, мы узнали, что… кое-кого из нашего родного города на Востоке видели тут и…

Начала сбивчиво говорить Чигуса, посмотрев на Микото, в поисках поддержки.

Поскольку девушка не сильна в общении, Микото кивнула и начала говорить вместо подруги:

— Из проверенного источника Чигуса-сан вчера получила информацию… что кое-кто, кто пропал из нашего родного города много лет назад…

Рассказав о ситуации в целом, Микото извинилась перед своими товарищами и ответила на их вопросы, чтобы объяснить произошедшее подробнее.

Лили внимательно слушала, а потом, когда Микото раскрыла дошедший до девушек слух, прошептала:

— Вот оно что. Сударыня Чигуса и сударыня Микото зашли так далеко, чтобы проверить слух, так?

— Именно так. Это наше дело и никаких подтверждений у нас не было. Поэтому вовлекать кого-то ещё без оснований было не нужно… К-к тому же, это место…

Раскрылось содержимое утреннего разговора, Микото снова повторила, что она не хотела вовлекать в это Белла и остальных.

— А почему того здоровяка не попросили? Вы же вроде все с одного города?

Имя Оука указывает на то, что мужчина также с Востока, к тому же он глава Паствы Такемиказучи. Поскольку они друзья детства с Чигусой и Микото, они поддерживают довольно близкие отношения. Чигуса покраснела и опустила голову, когда Вельф напомнил об Оуке.

— Я-я не хотела его сюда приводить… Я не хочу, чтобы он ходил в подобные места…

— Мне стоит добавить, что Чигуса-сан видит Командира Оуку не как друга… скорее… как мужчину.

Микото слегка покраснела, раскрывая тайну своей подруги, чтобы её товарищи всё поняли. Обе девушки отвели взгляды. Покрасневшие уши Чигусы начали сильно выделяться на фоне чёрных волос.

Для Вельфа аргумент был убедительным. Вместо того, чтобы обращаться к члену своей собственной Паствы, Чигуса пошла к надёжной подруге, хоть они сейчас и принадлежат к разным группам, чтобы сначала подтвердить информацию.

Лили тоже понимающе кивнула. Узнав о чистом и невинном сердце девы, в груди Чигусы, разве могла она не понять?

— И, всё же, разве можно было настолько точно описать человека, чтобы вы его узнали? Ваш информатор мог ошибиться…

— Человек, о котором мы говорим принадлежит к редкой расе… сходство слишком явное, чтобы мы могли их проигнорировать.

Ответила Микото на сомнения Лили.

Воспоминания начали мелькать в голове Микото, её чёрный хвостик начал дрожать, девушка уткнулась взглядом в землю.

— В отличии от нас, она девушка благородных кровей. Мы и сами не могли поверить на слово чужаку, сказавшему что она была замечена в районе удовольствий… Мы должны были убедиться собственными глазами…

Они ощущали к этому месту страх, с которым им пришлось бороться. Девушки не могли просто сидеть смирно, понимая, что человек, которого они знают, может находиться в районе удовольствий.

В то же время плечи Вельфа подскочили, когда он услышал слова благородной крови.

Благородная кровь — признак знати.

Лили заметила, как член семьи Кротцо отвел взгляд. Ощущая напряжение в его поведении, девушка сменила разговор:

— Лили понимает ваши опасения, но подобные действия безрассудны. Район Наслаждений находится под прямым управлением другой Паствы, с которой лучше не связываться. Поэтому было бы лучше, если бы вы не привлекали к себе столько внимания, в поисках своего знакомого.

Девушки опустили головы, когда их отчитывала Лили. Похоже они действительно раскаивались из-за своей необдуманной вылазки.

— Для начала, — заговорил Вельф, прерывая неловкое молчание, повисшее в воздухе — нам стоит перейти в другое место. Если мы будем стоять слишком долго, найдём проблем себе на голову.

Лили и остальные согласились.

Вельф повернулся, неожиданно для себя, заметил:

— …Эй, а где Белл?

— А?

Лили замотала головой, её глаза округлились. Беловолосого парня нигде не было видно.

— Неужели Белл-сан шёл с вами? Но к нам вы подошли вдвоём…

— Да, его тут не было.

Микото и Чигуса подтвердили худшие опасения.

Время будто остановилось, и всех четверых пробил холодный пот.

Их окружала суматоха района удовольствий. Голоса занятых своей работой женщин были слышны меньше, чем в квартале от них.

Вельф потерял дар речи, Лили побледнела как молоко.

…Быть не может.

— О-они пропали?..

Я оказался посреди улицы, заполненной незнакомцами.

Пока мы пробирались через толпу, я видел голову Вельфа. А потом, будто из ниоткуда взявшаяся группа мужчин закричала:

— Игривое Время!

Меня подхватило потоком… и теперь я ни Вельфа, ни Лили не вижу.

Я попытался пробиться обратно, к месту, которое мог бы узнать, но вокруг меня только незнакомые бордели. Я надеялся найти друзей… но теперь я сам по себе.

Может я где-то ошибся с направлением?

Может вместо того, чтобы идти искать их самому, мне нужно было остаться на той улице и ждать пока Лили и Вельф меня найдут?

Вокруг столько лиц, но я ни одного не узнаю. Чёрт, я даже не представляю, где я потерялся.

Вокруг только бордели, приглушённый свет ламп с магическими камнями и похотливые женские голоса… соблазнительно манящие к себе. Благодаря характеристикам мой слух гораздо острее, чем должен быть так что все эти крики и стоны из борделей мне слышны слишком явно.

Я посреди улицы, а ноги будто к месту приросли. Даже интересно, какого цвета сейчас моё лицо. Кровь отлила от него уже давно, но щёки и уши всё равно пылают.

Пока моё лицо, кажется, меняло свой цвет от бледного к багровому, и обратно, я был на грани срыва.

— Что тут у нас? Потерялся, малыш?

— ГАХ!!!

Неожиданно услышав голос, я подскочил.

Я посмотрел наверх и увидел белоснежную кожу… ночная бабочка, эльфийка, ничего себе. Она сладко мне улыбалась.

Её платье было таким же белым, как и кожа. Разрез спускался до самого пупка, оставляя полуприкрытой огромную грудью. От её красоты и соблазнительности я потерял дар речи.

— Я-я в порядке! — взвизгнул я, когда её чары наконец меня отпустили и бросился бежать.

Вельф, Лили, Микото?!

Выкрикивая имена друзей в голове я просто бежал вперёд, лишь бы оказаться отсюда подальше.

Покинув главную улицу, я оказался в гораздо более узкой аллее. Прямо передо мной оказался огромный бордель. Свет был слишком уж тусклым, так что я даже не мог понять, где заканчивался этот бордель и начиналось ночное небо. Несколько окон здания были открыты. Из них выглядывали девушки и смотрели на меня. Одна зверодевушка, чуть старше чем я, наклонилась и отправила мне воздушный поцелуй. Новая волна жара охватила моё лицо, и я чуть не потерял сознание.

Атмосфера этого места на меня давит. Мне нужно выбраться, нужно сбежать. Я со всех ног ринулся дальше по району удовольствий, крича во весь голос.

— Хааа… хаааа… хаааа!..

Остановился я только чтобы перевести дыхание.

Я не в Подземелье, но бегая по улицам, как идиот, явно отсюда не выберусь. Нужно подумать, сфокусироваться.

Кто-то на меня смотрит?.. Какие-то парни из-за угла. Наверное, я поднял слишком много шума.

Я положил руки на колени и сделал несколько глубоких вдохов. Наконец, отдышавшись, я стёр с лица пот и осмотрелся.

Где это я?..

Здания, которые меня окружались отличались от тех, что я видел раньше. В отличии от мест с каменными борделями, здесь было гораздо светлее. Я забрёл на какой-то фестиваль? По ощущениям от этой улицы, казалось, что так.

— …стиль Дальнего Востока?

Множество высоких красных врат. Даже устройство крыш выглядело незнакомо.

Деревянные здания, завешанные украшениями белые стены и красные колонны. Здания были в три этажа высотой и на удивление красочны. Толстые, похожие на керамические кирпичи штуки покрывали крыши зданий и надстройки над красными воротами. Вся эта улица построена подобным образом.

Если я правильно помню… этот район зовётся районом красных фонарей?

Такую стилистику используют на родине Микото. Помню, как она мне описывала, и кто-то ещё, даже не вспомню кто.

Точно… мне об этом говорил Дедуля. Он не вдавался в подробности, но его описание восточных зданий подходят этому месту. Дедуля был прав.

Лили сказала, что район удовольствий — это смесь различных культур в одном месте…

район красных фонарей, оказывается бывает не только в красном свете, здесь светло. Разумеется, лампы с магическими камнями здесь такие же, как и везде, но тут ещё используют зажжённые в бумажных фонарях, похожих на воздушные шарики, свечи. Они отбрасывают мягкие тени мужчин и женщин, проходящих мимо. Женщины, м-местные работницы, носят нечто похожее на робы, но куда длинней обычного. Кимоно… традиционная одежда дальнего востока.

Деревья, называемые Аджура, рассажены с обеих сторон широкой улицы. Подобные растения с синими цветами растут только в Подземелье, и их, вообще-то, не должно быть на поверхности. Самое удивительное заключается в том, что они цветут всегда, независимо от сезона. Несколько небесно-голубых лепестков рассыпано по каменной дороге. Если я правильно помню, настоящие цветы вишнёвых деревьев белые и розовые, но форма точно такая же. Район удовольствий смешивает различные культуры и здесь, определённо, изображение дальнего востока.

Я смотрел на дорогу, восхищаясь видом вечно цветущих цветов и упавших лепестков, и, неожиданно увидел краем глаза нечто, что приковало моё внимание.

Первый этаж одного из борделей. Несколько девушек, одетых в кимоно, стоят в комнате, которую видно с улицы.

На каждой из них куча украшений, они зазывают мужчин с улицы, пытаясь привлечь клиентов. И, кажется, это работает. Перед этой комнатой стоят шесть или семь мужчин, пожирая глазами зазывающих их девушек, видимо пытаясь подыскать ту, что придётся им по вкусу. Один из мужчин перелез через заборчик, высотой по пояс, взял одну девушку за руку, после чего они, обменявшись парой слов, исчезли в дверном проёме.

Я продолжал идти, поражаясь смеси различных рас, выстроившихся за этим небольшим заборчиком. Совершенно случайно я встретился взглядом с девушкой, сидевшей в глубине комнаты.

— …

Её золотые волосы блестели, выделяя зелёные глаза. Она какой-то из зверолюдей. Широкие, округлые ушки на голове и пушистый хвост, в тон волосам, это подтверждали. Судя по форме ушей и хвоста, я бы сказал, что она человек-лис.

…Ренарт.

Я впервые увидел такого зверочеловека.

Это очень редкая раса, большая часть представителей которой живёт на Дальнем Востоке.

Даже среди прочих молодых красавиц она выделялась. За неимением более подходящего слова, назову её милой.

Её тело будто обтекало красное кимоно, она сидела за спинами других работниц. На её шее чёрный чокер… нет, это больше похоже на настоящий ошейник.

Ноги остановились сами собой, я утонул в её великолепных, зелёных глазах. Бескрайние, как ночное небо, они глядели на меня со смесью зависти и тоски, с желанием оказаться по эту сторону деревянного забора.

Её губы слегка изогнулись, она не отводила взгляд. Грустная улыбка.

Девушки вокруг смеялись, присвистывали и вообще, были полны энергии. Она отличалась от всех остальных, как небо от земли. Я не мог отвести от неё взгляд. Её глаза дрогнули, будто она готова разрыдаться, но от её улыбки время всё равно будто бы замирало. Это продлилось всего мгновенье, но я бы не удивился, если бы мне сказали, что мы смотрели друг на друга не меньше минуты.

— …Ну надо же, неужели это Белл!

Хлоп. Я подскочил от удивления, когда рука опустилась на моё плечо.

Голова повернулась в сторону голоса сама собой. На меня стояло и смотрело божество с оранжевыми глазами и волосами.

— В-Всевышний Гермес?!

— Ха-ха, как я и думал, это ты.

Гермес улыбнулся, обнажив зубы, его явно позабавила моя реакция. Его лицо расплылось в обычной, очаровательной улыбке, глаза блестели, смотря в мои. Никогда не видел его без мисс Асфи, но рядом её не было. Может Гермес здесь сам по себе?

Он был одет в свою обычную дорожную одежду, если не считать того, что на его голове красуется шляпа с пером, а через плечо перекинут небольшой кошель.

— Вот уж не думал тебя тут встретить. Хе-хее, ты так быстро растёшь.

— Э… Нет, дело не в этом. Я могу всё объяснить!..

— Кажется, ты присматриваешься к галерее. Уже нашёл, что тебе по вкусу?

Всевышний Гермес бросил взгляд на девушек, выстроившихся у деревянной ограды. Рад что он отвернулся, потому что моё лицо снова начало пылать. Он неправильно меня понял. Я проследил за его взглядом на галерею, как он её назвал, но ренарт оказалась скрыта за остальными девушками, занявшими места поближе к ограде.

Мы несколько секунд разглядывали, как девушки сменяют друг друга.

— Дать пару советов, как подобрать себе спутницу получше? — с улыбкой спросил бог.

— Н-н-н-нет, спасибо! — взвизгнул я в ответ.

Если не сменить тему, кто знает, что случится дальше. На время забыв про ренарта, я отвернулся от выстроившихся девушек.

— Э, ну… Всевышний Гермес, а вы зачем пришли? И что… что у вас в кошеле?..

— Ну, ну, Белл. На подобные агрессивные вопросы в этом месте наложено табу.

Он опустил поля шляпы так, чтобы они наполовину скрыли его лицо, но его широкая улыбка никуда не делась.

…Он точно сбежал от мисс Асфи. От осознания этого факта меня пробил холодный пот. И он ушёл от ответа на вопрос, что именно он принёс с собой в кошеле.

— Мне бы хотелось сохранить тот факт, что я сюда пришёл в секрете, только между нами. Согласен? — Гермес придвинулся ко мне поближе, сказав это практически мне на ухо.

— К-конечно… — всё, что я мог пробурчать в ответ.

С другой стороны, этот разговор хоть немного дал прийти мне в себя.

Ничто не может успокоить лучше, чем встреча знакомого лица в незнакомом месте. Благодаря Гермесу, я начал ощущать, что давящая на меня атмосфера района удовольствий начала уходить.

Пора спросить его как отсюда выбраться.

— Кто бы мог подумать, что Белл, которого я знаю вдруг сам придёт в район удовольствий…

Прежде чем я успел задать вопрос, божество улыбнулось той опасной улыбкой, которая мне хорошо знакома, и приобняло меня за плечо.

— В-Всевышний Гермес?

— Я рад что ты раскрыл чудеса этого места. Разумеется, ты пришёл сюда тайно от всех, я так полагаю?

— Нет, я… Всевышний Гермес, вы не так всё поняли!

Я отчаянно пытался убедить бога, что я здесь не для того, чтобы принять участие в «веселье», но Гермес всё не унимался.

— Не нужно так смущаться. Гестия ни звука от меня не услышит. Кстати, вот, подарочек на прощанье.

Все мои усилия пошли прахом, Гермес залез рукой в кошель, а второй показал мне большой палец. Всё та же, недобрая улыбка была на его лице, когда он сунул мне в руки маленькую бутылочку. Размером эта бутылочка была примерно с шахматную фигуру. Внутри плескалась вязкая красная жидкость.

— Ч-Что это?

— Афродизиак.

…ЧЕГО?! Я даже закашлялся.

— До скорого, Белл! Надеюсь, ты насладишься своей ночью так же, как я своей!

— Постойте, Всевышний Гермес!

Одарив меня, прощальной улыбкой он начал уходить.

— М-мне это не нужно! — крикнул я во весь голос ему вслед, держа в руках бутыль с любовным соком.

Не могу же я снова остаться один! Да ещё и с такой штукой в руках! У меня не хватает храбрости положить её в карман, но и выкинуть её я не могу. Кто-то может это увидеть и неправильно меня понять! Что мне теперь делать?

Я побежал следом за шляпой с пером, держа в руках бутыль, будто это бомба с часовым механизмом, а Гермес единственный, кто может с ней что-нибудь сделать; перья постоянно выскальзывали из моего поля зрения, за каждым поворотом. Я набрал скорость, отчаянно пытаясь не оторваться.

Полностью сконцентрировавшись на возвращении бутылки, я покинул район дальнего востока в квартале красных фонарей и снова оказался в окружённой полумраком аллее.

— …Ого!

Когда я заворачивал за очередной поворот…

Я неожиданно чуть не наскочил на возникшего из ниоткуда человека. Я так торопился, что чуть не врезался в неё.

— Смотри куда прёшь.

Оттолкнувшись от земли, я избежал столкновения с удивлённой женщиной, использовав всю свою Ловкость, чтобы зацепить только её плечо.

Всевышнего Гермеса я потерять из вида не могу, но и оставить девушку без извинений не в моих правилах. Я повернулся на каблуках, брошусь в погоню, как только удостоверюсь, что всё в порядке.

— П-простите, что так вышло! Вы в порядке?..

Правда, после того как я увидел женщину, в которую чуть не врезался, меня оставил дар речи.

Первым, что бросилось мне в глаза была пара прекрасных, мускулистых ног. Гладкие линии мышц и их изгибы шли до самых бёдер. Не думаю, что у какого-нибудь скульптора получилось бы создать нечто более прекрасное.

Одежды на ней было немного. Вокруг её груди, способной поспорить даже с огромной грудью моей всевышней, была повязана фиолетовая полоска ткани. Плечи и живот были совершенно обнажены. Что же до ног, их прикрывал кусок ткани, не толще вуали… Я мог рассмотреть бёдра этих прекрасных ног через эту вуаль. Мне было сложно в это поверить, но она была босиком. Её тело было увешано украшениями, особенно выделялись шея и кисти.

Она выше меня, не меньше ста семидесяти сантиметров.

Её чёрные, собранные волосы тянулись до самых бёдер. От бронзовой кожи, покрывающей рельефные мускулы у любого мужчины кровь, могла застыть в жилах.

Одежды амазонки танцовщицы… она работница этого места. Из всех женщин, которых я видел сегодня, её можно было бы назвать самой привлекательной. У меня перехватило дыхание, и я попытался сбежать.

Её привлекательность была такой ошеломляющей, что я не мог мыслить здраво. Щёки были такими горячими, что, казалось, сейчас полыхнут, я смог связать ещё несколько слов и собрался продолжить преследовать Всевышнего Гермеса.

— …Мне очень жаль, но я тороплюсь. Так что, эм… до свидания!

— Стой.

Прежде чем я успел сделать шаг и снова попытаться докричаться до Всевышнего Гермеса… её пальцы схватили меня за локоть.

— Э?

— Ты новенький.

Она придвинула моё тело к своему, обняв меня второй рукой за пояс. Я оказался в её хватке, нет я оказался прижат к ней. Её глаза уставились в мои.

— ?!

Она уставилась мне прямо в глаза посреди улицы.

Я не могу двинуться. Каждый сантиметр моего тела будто в огне. Её нога прижалась ко мне через штаны, бронзовый живот давил на мою рубашку, а кое-где мы даже прижимались друг к другу обнажённой кожей. Пышные губы оказались прямо у моего носа. Уверен, если опущу взгляд, увижу ложбинку между её грудей.

Разве может быть, что моё тело излучает столько жара, а руки и ноги холодеть? Именно эти два ощущения я испытывал одновременно.

— Ммм?

В ней нет ни капли застенчивости. Она подняла левую руку с моей спины и положила палец на мой подбородок. Вынудив меня поднять голову, она посмотрела в мои глаза могучим взглядом, а её губы расплылись в улыбке.

Этот взгляд, казалось, она готова съест меня заживо… Эта её улыбка.

— Аааааа… Что это у нас за соблазнительное личико.

Она облизнулась.

По моей спине пробежал холодок.

— Как звать? Меня Айша.

— Э… ну, в общем…

Она наклонилась к моему уху. Я ощутил жар её дыхания своей шеей.

— Почему бы тебе не купить со мной ночь?

Смесь страха и смущения пробежала по моим жилам. Если так пойдёт и дальше, меня напополам разорвёт. Нет, это плохо. Как мне выбраться?! Инстинкты наконец пробудились, и я начал сопротивляться, но…

…Я не могу вырваться!

Всего лишь одна рука на моей талии, а вторая на плече. Но её хватка невероятно сильна. Хватка, способная удержать меня после того, как я получил третий уровень, значит…

У этой женщины, как и у меня, Фална?

— Полегче, — сказала Айша, уверенно рассмеявшись и усилив свою хватку.

Невероятная физическая сила и выносливость, вдобавок к поразительной красоте. Она физическое воплощение Амазонок, какими все их представляют.

— Урожай сегодня довольно вялый.

— Мне кажется, или в воздухе девственником повеяло?

— Кто это, Айша?

За моей спиной начали один за другим слышаться голоса. Меня окружило множество силуэтов, Амазонки, по большей части. Я посмотрел по сторонам. Как я и опасался, всё больше прекрасных, соблазнительных женщин собирается вокруг.

— Тут его нашла. Глядите какие невинные у него глазки.

— Давненько не видела подобных мужчин.

— Хе-хе, впервые в нашей обители наслаждений?

Женщины… кажется Айша подыскивала клиентов, а я ненароком с ней столкнулся. Кажется, и все эти амазонки занимались тем же. Они окружили меня прежде, чем я успел понять, что происходит.

Эти амазонки были одеты так же, как и Айша, на ком-то было даже меньше ткани чем на ней. Теперь, из объятий Айши я видел только загорелую женскую кожу. Мысли неслись одна за другой, я будто лишился сознания.

Спустя несколько секунд плечи одной из Амазонок подпрыгнули:

— Погодите. Этот паренёк… разве это не Маленький Новичок?

Неожиданно, все вокруг замерли. Лишь лёгкий бриз шелестел на затихшей улице.

— …Белые волосы, красные глаза.

— Это он Гиацинта в «Битве» уделал?..

— Авантюрист, который быстрее всех получил Третий Уровень?

Я знал, что почти все жители Орарио следили за Битвой через Божественные Зеркала. Неудивительно что кто-то мог меня узнать… но, всё же.

Они начали перешёптываться между собой, их взгляды будто приклеились к моей голове, но самый мощный взгляд исходил от нависшей прямо надо мной амазонки, Айши.

…Исходящее от неё ощущение, оно изменилось.

Раньше она будто получала удовольствие, поддразнивая меня. Но сейчас в её взгляде читались совершенно другие эмоции.

Остальные амазонки тоже смотрели на меня с каким-то странным голодом, будто я кусок мяса на вертеле.

Царившая ещё мгновение назад атмосфера исчезла, пот лил с меня водопадом. Должно быть так ощущает себя кролик, когда его окружает стая голодных волков, но передо мной не какие-то там волки. Это настоящие львицы и тигрицы, прямо чувствую, как с их обнажённых клыков капает слюна. Они облизывают губы, пожирая меня жадными взглядами.

— Иииик… — жалкий звук вырвался из моего рта, глаза широко распахнулись.

М-мне нужно бежать. Мгновение спустя…

ШУХ!!! Амазонки рванули ко мне почти одновременно.

— Наконец кто-то сильный, идём со мной!

— Эй, со мной ты здорово проведёшь время!

— Не слушай этих слабачек, пошли со мной!

Меня захлестнуло волной амазонок. Плечи, руки, одежда, волосы, ноги… их руки хватали меня за всё, до чего можно было дотянуться. Множество рук тянуло моё тело во всех направлениях разом. Ни одна из них и не думала меня отпускать.

— ОЙ, ау, ау, АУ, АУ, АУУУУУУУУУУУ!!!

Я оказался совершенно беспомощен перед одновременным натиском амазонок, будто готовых разорвать меня на части.

Надежды на спасение больше нет. Вокруг меня плясала смесь женственных изгибов и плоти, в которых лишь изредка мелькала одежда. Сознание начало туманиться. Я даже крикнуть не мог, меня погребло под горой женских мышц. Как вдруг… шууууух.

Что-то схватило мою вытянутую руку и потянуло.

— …Я первая его нашла, он моя добыча. Никто из вас его не получит.

Айша вытянула меня из толпы обезумевших амазонок и крепко прижала к своей внушительной груди.

— Бвааааах! Ухххх! — я почти не мог дышать, потому что мои нос и рот оказались зажаты в ложбинке меж грудей.

Она двигалась, вертелась как настоящий ураган. Руки других амазонок отпускали меня одна за другой. Мне наконец выдался шанс поднять голову, и я им воспользовался. На меня уставились глаза львицы, её «клыки» обнажились в устрашающей улыбке.

Лицо наконец свободно! Я смог перевести дыхание, пытаясь отстраниться от её груди.

— П-пожалуйста, выслушайте меня! Я-я-я сюда пришёл не для этого. Я-я просто следовал за своей подругой. О-она из моей Паствы! Но я потерялся, п-по-поэтому пожалуйста!..

Я взмолился амазонке, точнее амазонкам, как только умудрился от неё отпрыгнуть, но этого оказалось недостаточно. Амазонки оказались очень быстры, они снова окружили меня в мгновение ока. Хап! Она выхватила бутылочку, каким-то чудом ещё остававшуюся у меня в руках.

— Что, правда? Тогда зачем ты готовился к долгой ночке, а?

Бутылочка… Та самая, которую вручило мне божество. Афродизиак.

Всевышний Гермес!!!

Моя душа безмолвно взревела. Почему-то, в памяти возникло воспоминание о боге, надвинувшем на глаза шляпу с пером и показавшем мне большой палец.

Они же теперь и слушать меня не станут…

— Хватит невинность из себя строить. Пошли уже.

— П-постойте. Правда, подождите!

Она схватила меня за руку железной хваткой и потащила меня за собой.

Львицы, тигрицы и волчицы вились вокруг нас настоящей стаей. Я оказался окружён сияющими глазами Амазонок!..

После того как я погнался за Гермесом, мне снова выпала возможность оглядеться по сторонам. Этот район похож на оазис посреди пустыни. Здания сделаны из камня, а крыши и карнизы будто бы выцвели от солнца. Внешние стены борделей украшены алебастром. Работающие в этих местах женщины зачастую были одеты как танцовщицы, как Айша. Стиль у каждой был свой, но оголённой кожи нисколько не меньше.

— Вы неправильно всё поняли! Пожалуйста, выслушайте меня! — Мои слёзные мольбы и крики не могли убедить мою тюремщицу. Раньше удача мне сопутствовала, а сейчас я даже хватку её не могу ослабить.

Вдобавок, несколько девушек из окутавшего меня вихря амазонок не ниже второго или даже третьего уровня. Я так утонул в своём собственном отчаянье, что не сразу заметил, как мы остановились у огромного здания.

Судя по внешнему виду и множеству полураздетых дам вокруг, это тоже бордель… только размером с целый дворец.

Казалось, будто это место переместилось сюда из какой-то сказки о таинственной пустыне. Оно было украшено чистейшим золотом, а дизайн был таким странным, что я бы не удивился, если бы узнал, что архитектор проектировал его по подобию какого-нибудь наваждения.

Айша толкнула меня ближе к округлому дворцу, и я увидел эмблему.

Голая женщина, тело которой скрыто вуалью… символ проституток.

Это база их Паствы? Их дом?

Ещё один толчок Айши и мы оказались за огромной деревянной дверью.

— Это… это замок?..

Внутри дворец был не менее блистательным, чем снаружи.

Он очень сильно напоминал Башню Вавил изнутри, если не считать того, что пространство в центре оставалось пустым, как бублик. Были видны верхние этажи, по которым мужчины шли рука об руку с избранными ими партнёршами. Каждую секунду пары оказывались в комнатах.

Атмосфера в этом месте была куда тяжелее чем во всём районе удовольствий. От смеси странных запахов каждый нерв в моём теле дрожал от напряжения. Даже не знаю, почему я до сих пор в сознании, да ещё и могу идти своими ногами.

— Так ты на самом деле ничего не знаешь?

Айша посмотрела на меня, своего пленника с довольством во взгляде.

— Это наш дом, Белитовый Вавил.

Её хватка оставалась всё такой же крепкой.

— И даже не думай, что это какое-то обычное здание, кстати. Эта земля наш остров… территория Всевышней Иштар.

Всевышней… Иштар?

Мне известно не так много богов и богинь, но это имя я слышал…

— Эй, девочки, вы почему не работаете?

Сверху раздался соблазнительный женский голос.

Я даже не задумываясь, взглянул наверх. От того, что я увидел, у меня перехватило дыхание. Она была практически раздета, её загорелая кожа будто сияла, ослепляя даже на таком расстоянии. Её тело было украшено целой кучей золотых украшений, корона, серьги, амулет, браслеты на руках и ногах, даже на её груди висела какая-то подвеска. Всё в ней будто кричало, что она королева этого места.

Её тёмные, с фиолетовым отливом, волосы ниспадали на пояс несколькими прядями.

Она смотрела на нас, а в её левой руке была длинная трубка.

…Богиня Красоты.

Я осознал это мгновенно.

Любой, кто на неё посмотрит тут же переполняется необъяснимым влечением; шарм этих богинь слишком силён, чтобы ему сопротивляться.

Я встречал подобную богиню — сереброволосая Всевышняя Фрея. Я был очарован, как только мой взгляд на неё упал. Её красота проникла в меня будто аромат самых соблазнительных на свете духов, овладев всеми моими чувствами, прежде чем я успел понять, что происходит.

Амазонки разом её поприветствовали. Я закашлялся.

— Что это за человек такой?

Её глаза, блеснули как аметисты, смотря прямо в мои. От этого взгляда по моей спине пробежала дрожь.

Похоже, амазонки это заметили и тут же заслонили меня от своего божества:

— Не смотрите на него, Всевышняя Иштар!

— Что мы будем делать, если он попадёт под ваши чары, а?

Они меня защищают?..

— А ты быстро взгляд отвёл! — угрожающе сказала Айша, мне оставалось только сказать: «Л-л-ладно?» — и сделать, как она приказывает. Меня снова схватило множество рук практически меня сковав. Я снова оказался в людском вихре, но, на этот раз, отовсюду из комнат сверху отчётливо слышались вскрикивания женщин, молодых и не очень.

— Хе-хе… Не забывайте про заработок. Вам не стоит терять время, выжимая этого паренька досуха.

Гнусавый смех богини заглушил все шумы, а амазонки потащили меня к одной из комнат. Впрочем, предупреждения богини запоздали; меня уже чуть не раздавили.

— Таммуз, — сказала она скучающим голосом и отвела от меня глаза. Я бросил взгляд в её направлении и увидел довольно красивого парня, который последовал за богиней, пошедшей на верхний этаж.

Значит я и правда… это дом Паствы Иштар…

У меня на голове полный кавардак, одежда начала рваться, но я убедился в том, о чём думал.

Паства Иштар в последнее время чаще и эффективнее начала работать в Подземелье, войдя в число сильнейших Паств в последние несколько лет… по крайней мере, так говорится в слухах.

Я оказался в очень опасном месте, во многих отношениях опасном. Я, член Паствы-соперника, оказался глубоко на вражеской территории. В моей голове начали возникать картины возможных последствий, а Айша тянула меня за собой всё глубже в дом своей Паствы.

Мы прошли мимо несколько женщин, одна носила такую прозрачную одежду, что я смог увидеть всё, что было под ней. Айша начала с ними разговор, а я уставился в пол. Моя похитительница занимает довольно высокое положение в Пастве. Она обменялась парой слов с женщинами, которые, на моё счастье, меня игнорировали и в следующее мгновенье меня уже повели на третий этаж.

Лестница окончилась широким, роскошно обставленным коридором. Пара амазонок забежали вперёд, распахнув передо мной двойную дверь. Айша толкнула меня внутрь.

— УВОАААХ?!

Неожиданно оказавшись свободным от её хватки, я оказался практически брошен на софу, покрытую вельветовой накидкой.

Хлоп! Хорошо хоть софа была мягкой… Я тут же сел и осмотрелся в тёмной комнате.

Подобных диванчиков в комнате было несколько, а людей почти не было. Единственным создающим свет прибором были лампа с магическими камнями на столе и несколько свечей в подсвечниках на стенах. Здесь как-то странно пахнет… качественный парфюм и…

— Это мускус.

Айша заметила, что я принюхиваюсь и улыбнулась, сев на софу напротив.

Остальные амазонки начали бегать по комнате, хвататься за стулья, которые только могли найти, и сели вокруг меня.

Я заметил ещё одного мужчину. Он стоял за стойкой напротив одной из женщин в полупрозрачном платье. Кажется, она разносит выпивку, я практически уверен, что это нечто алкогольное. Много сидячих мест, бар… наверное это какой-то зал ожидания.

— Сейчас все комнаты заняты, так что мы пока расслабимся здесь. Впрочем, мы можем начать прямо сейчас, ты же не против? — добавила Айша с той же голодной улыбкой.

У меня не хватает смелости, чтобы спросить её: «Что начать?».

— Я вторая.

— Айша и мне оставь кусочек!

На меня направлены взгляды. Все амазонки до единой сидят на местах, но у меня возникает ощущение, что кружат, загоняя меня будто голодные волки. Мои первые впечатления о их звериной природе будто становятся всё реальнее и реальнее. Я вздрогнул — по моей шее кто-то провёл тонким пальцем, отчего сердце подпрыгнуло в груди. Мне пришлось собрать всю свою храбрость, чтобы наконец заговорить:

— Я… ну… из другой Паствы… разве мне можно находиться на вашей базе?.. Так что, ну, знаете…

— Не неси ерунды. Мы сюда авантюристов водим почти каждую ночь. А кое-кто и по своей инициативе заглядывает, — добавила она, не позволяя мне и слова вставить.

Значит некоторые из их клиентов авантюристы. Впрочем, совершенно не кажется, что это их беспокоит. То есть они в полном смысле спят со своими врагами.

— Конечно, если вдруг хочешь помахать кулаками, я готова. Здесь, в постели, я побью тебя, где угодно и когда угодно.

Тук! Она закинула ногу на столик, между нами. Прозвучало так, будто она и правда готова к драке.

Я практически потерял дар речи. Они безоружны, никто их не защищает. Но на самом деле эти женщины гораздо опасней, чем может показаться на первый взгляд.

Они искусительницы, но, при этом, воины. И многие из них достаточно сильны, чтобы оставить синяки на моих руках и ногах просто схватив меня за них. Это мне в таком месте нужны охранники, а не им.

«Берберы» уже не припомню, где я услышал это название, но оно им подходит.

Каждой из них Всевышняя Иштар даровала благословение — авантюристки-соблазнительницы…

Пытаясь храбриться изо всех сил, я присмотрелся к Айше.

Она именно такая, какой я бы воображал себе амазонку. Её переполняет уверенность, она нисколько не мешкает и не проявляет слабости, вызывая в окружающих только уважение. Дерзкая и прекрасная, наверное, она сердце этой группы своих товарищей.

Ну что же, всё или ничего.

— Ч-что мне сделать, чтобы убедить вас… отпустить меня домой?

В этом месте я будто в другом мире, да ещё и это дом другой Паствы. Моё тело никак не перестаёт дрожать от страха. Не могу успокоиться, будто не на своём месте, напуган до чёртиков. Кажется, на моих глазах уже проступают слёзы, стресс достигает своего предела.

— …

Айша пробежалась пальцем по волосам, выслушав мою мольбу.

К окружающему меня кольцу амазонок подошла женщина, поднеся бокал с тёмной жидкостью. Кажется, она что-то вроде служанки. Протиснувшись в небольшую щель моего оцепления, она поставила бокал на столик, перед Айшей.

Амазонка взяла бокал, кажущегося дорогим вина и осушила его в два глотка.

— Мы шлюхи Всевышней Иштар. В нашем распоряжении лучшие бордели… но у амазонок свои правила.

Моя похитительница совершенно проигнорировала мой вопрос, и начала вертеть опустевший бокал между пальцев.

Я отпрянул от неё, но она ухмыльнулась и придвинулась ко мне:

— Мы не собираемся тихонько сидеть и ждать, пока какой-нибудь сильный мужчина сам нас найдёт. Мы идём и ищем таких сами.

Я наклонил голову. Она скривила бровь, наклонившись к моему уху и прошептала.

— У амазонок свои потребности. Мы сами выбираем своих мужчин… а потом их поглощаем.

Сопротивление бесполезно… по крайней мере так мне показалось, когда от этих слов меня снова прошиб холодный пот.

Амазонки.

За ними числится репутация агрессивных рукопашных бойцов. В мире существует несколько разных кланов амазонок, которые практикуют разные стили боя.

Среди пяти рас полулюдей они больше всех похожи на людей. Однако, несмотря на их внешность, они физически способны рожать только девочек. В этом плане они уникальны. Каждое дитя, рождённое амазонкой матерью, является амазонкой. Полу-амазонок попросту не существует.

То есть, им нужно сотрудничество мужчины, любого мужчины, для воспроизводства.

Сотрудничество, это не самое подходящее слово. Они известны тем, что иногда похищают перспективных партнёров, а потом используют их по полной… Существуют истории о том, что в Древние Времена, до схождения с небес богов и богинь, они наводили настоящий ужас. Мужчины любых возрастов, женатые и нет, живущие вне городов могли стать их жертвами, а потом возвращались лишь пустыми оболочками самих себя.

Клан женщин, которые используют мужчин исключительно в своих интересах, как хищники, голодные до крови. Подобные инстинкты живут в каждой амазонке.

А в этот раз похищен оказался я. Они и не планировали ни о чём меня спрашивать, с самого начала.

— Ты привыкнешь.

Я окаменел. Айша нанесла решающий удар.

Собравшиеся вокруг амазонки скалились, будто гиены, облизывали губы.

…Мне конец.

Кажется, у меня даже крови не осталось, чтобы покраснеть. Моё тело продолжает пылать, а кожа вместо этого похолодела.

— ?..

Осознание того, что со мной произойдёт сокрушило мою душу, неожиданно, Айша повернула голову, отведя от меня взгляд.

Следом то же самое сделали и все амазонки. Каждая из них смотрела в одну сторону со смесью замешательства и страха на лицах. Это было так необычно, что даже я вырвался из пучины отчаянья и заметил какую-то странность.

Топот, огромное количество ног, бегущих к этому залу. Одна из амазонок распахнула двери и ворвалась в комнату.

Все взгляды тут же оказались прикованы к ней, на её лице было заметно отчаянье.

— Что нам делать, Айша? Фрина идёт!

Фрина?..

Какое приятное имя… почему оно всех так напугало?

— Забирайся сюда, прячься, живо! — Айша схватила меня за грудки, но было уже поздно.

БУМ! Двери слетели с петель.

Ближайшие к двери амазонки заслонили лица руками, пытаясь себя защитить. Я был удивлён не меньше, чем все остальные.

— …Чую молодую кровь!

Она явилась с раздутыми ноздрями и частым дыханием.

Огромная женщина, не меньше двух метров высотой. На ней было чёрное одеяние, которое выглядело как какой-то охотничий наряд. Довольно тонкие руки и ноги представляли из себя исключительно мышцы. Учитывая, что остальное её тело было огромным, как сказал, тонкие конечности казались противоестественными.

А ещё у неё просто огромная голова.

Казалось, будто на её голове какая-то чёрная шляпка гриба, или что-то вроде… а, это волосы?! Из-за глаз на выкате и очень длинных губ она куда больше походила на лягушку-быка, чем на человека.

У-у них тут монстры?!

Эта мысль была довольно грубой; я ведь впервые встретился с этой женщиной. Но зрелище действительно было шокирующим. Даже не знаю почему мне вдруг вспомнилось удивлённое лицо Дедули.

— Ке-ке-кеее! Поймала себе мужичка, Айша?

Огромная куча женщин, точнее, амазонок, подошла к дверям, завалившись в комнату ожидания.

Даже голос этой женщины смахивал на кваканье лягушки. Айша прищёлкнула языком.

— Ну и зачем ты пришла, Фрина?

— Птичка на хвостике мне принесла новость о том, что у тебя тут вкусняшка. Хотела своими глазами увидеть. Показывай, — с нажимом сказала амазонка, названная Фриной.

После этого она пошла прямиком к нам. На её пути были диванчики и столы, но это её даже не задержало. Окружавшие меня амазонки встали, между нами, стеной, но из-за своего огромного роста она заглянула поверх их голов. Её длинные губы скривились в ужасающей усмешке.

— Уж не кроличек ли это из Паствы Гестии! Зеленоват, конечно… но определённо в моём вкусе!

Её щёки и выдающийся подбородок сморщились, а губы растянулись ещё шире. По моей коже пробежала дрожь.

— ГЕ-ГЕ-ГЕ-КЕКЕКЕХ!!! — женщина расхохоталась снова, её глаза блестели как звёзды в ночи. — Подчинить это зелёненькое тельце себе, попортить это миленькое маленькое личико… сегодня я знатно повеселюсь.

…Вот теперь мне точно конец.

Кровь застыла в жилах. Дышать тяжело. Если подумать, подобное чувство во мне вызвал Аполлон…

Выпрямившись во весь рост Айша перекрыла дорогу Фрине, амазонки выпрямились вслед за ней.

— Да ладно тебе, Айшечкааа. Я верну через часок.

— С кем ты, по-твоему, разговариваешь? Я его поймала. Он моя добыча; поищи себе свою.

Айша не отступила перед… Мисс Фриной? Она, как будто, драться собралась. И не только она. Все амазонки из моего окружения на ногах, поигрывают мускулами, будто готовятся к драке. Они все же из одной Паствы, никогда бы не подумал, что нечто подобное будет происходить прямо на моих глазах.

У меня появилось такое ощущение, что готовится нечто крупное… но сейчас меня беспокоит только моя собственная шкура. Тревога не отпускает меня ни на секунду.

— Мужчинки, которых я ловила недавно, даже развлечь меня не смогли. Скучно как в пустыне. Почему бы тебе немножко мне не уступить?

— Возвращайся в своё логово. Я уже со счёта сбилась, пересчитывая скольких мужчин ты испортила, и до моих ты не доберёшься.

Они стоят метрах в пяти от меня. Я всерьёз переживал бы за любого, кто оказался бы между этими амазонками в разгар спора.

Тон Айши был ледяным и грубым. Фрина отвечала мягко, будто ничего не скрывая:

— А что, красота это у нас теперь грех? Я не виновата, что ни одна женщина не может со мной сравниться… Всевышняя Иштар, конечно, подобралась к моему идеалу, но даже она мне не ровня.

Она что, серьёзно?!..

— Ты сама виновата, что авантюристы к твоему логову и близко не подходят. Отловить сильного мужчину требует время и энергии. Прочитай, что на наших стенах начертано, жаба.

— Ууууу, зависть, какое страшное чувство. Так уж получилось, что это я здесь сосредоточие всей красоты и силы, гнусная бездельница.

У меня затряслось всё тело, даже поджилки, пока я слушал спор двух Амазонок. Я это ощутил, Фрина чертовски сильна. Мне стало легче понимать это после того, как я получил третий уровень. Я будто начал ощущать размеры духовных «контейнеров» людей, дарованные Характеристиками. В этой комнате сильнейшей является Фрина, кажется, она всех на голову превосходит. Подобное давление я ощущал от лучших из авантюристов, от неё.

Айша и остальные амазонки не пропускали мимо ушей провокации Фрины. Они сжимали кулаки, разминали плечи, даже воздух, казалось, начал трещать. Остальной персонал, до этого момента, не обращал внимания ни на манеру появления огромной женщины, ни на неё саму до этого момента. Теперь же, они дружно напряглись и бросились к входной двери.

Подождите-ка?..

Сейчас соперницы заняты друг другом, никто не обращает на меня никакого внимания. Вот это шанс! Осторожно, тихонько, я начал мелкими шажками пятиться назад и выбрался из окружения.

Мне нужно бежать… медленно, но уверенно, расстояние между нами начало возрастать.

— Гахххх… бесполезно! Заберу его силой.

Мои глаза распахнулись, когда эти слова достигли моих ушей. Моя возможность побега начала таять!

— Мы ведь гордые амазонки! Мы забираем себе мужчин своей силой! Не так ли, Айшечка?

— …

— Почему бы нам не уладить всё по старинке… или тебе страааашненько?

Огромная женщина, больше похожая на лягушку разразилась хохотом. Айша сплюнула ей под ноги:

— …Ну, иди ко мне, жаба.

Вызов был принят, Айша и остальные амазонки обернулись. Только сейчас они увидели, что, между нами, не меньше десяти шагов, их глаза пылали так сильно, что на их взглядах можно было бы яйца варить.

Тревожное позвякивание колокольчиков в моей голове переросло в настоящий гул. Не думаю, что на моём теле остался хоть один сухой участок кожи. Я не переставал потеть, с того момента как меня сюда приволокли, но сейчас он действительно полился с меня ручьями.

Одна из амазонок облизнулась.

— Та, кто его поймает, его и заберёт!

Этот крик стал сигналом. И для амазонок, и для меня голос Фрины стал подобием гонга. Я повернулся на каблуках и понёсся на другой конец комнаты.

Боевые кличи амазонок раздались за моей спиной, я бросил взгляд в окно и прибавил скорости.

Остальной мир будто замедлился. Звукам требовалось время, чтобы достичь моих ушей. Топот, крики, ломающаяся мебель. Секунды тянулись часами. Прямо передо мной было ночное небо, за окном. Прикрыв глаза, я оттолкнулся от пола и нырнул в окно, выставив вперёд плечо.

Я оказался снаружи, в воздухе.

Смертельная гонка только началась. Амазонки вышли на охоту.

Падение. Прохладный ночной воздух обдувает мокрую от пота кожу.

Я услышал, как взревели мои инстинкты и выпрыгнул в окно не задумываясь. И вот я рассекаю воздух.

Мне не нужно даже оглядываться; я знаю, что амазонки последовали за мной. Я ощутил их присутствие прежде, чем услышал, как выпрыгивают следом. Некоторые даже пробили стены. Обломки стекла и камня застучали по мостовой. Тук! Я приземлился. И тут же рванул вперёд.

— Держите его!

Я даже вдохнуть не успел, как за моей спиной раздался злобный крик. Покинув территорию, Велит Вавила, я оказался в районе удовольствий.

Вот так началась моя официальная смертельная гонка с более чем двадцатью амазонками.

Лампы с магическими камнями проносились перед глазами, я петлял по переулкам. Мужчины и женщины прижимались к стенам, их глаза округлялись, когда они видели бегущую толпу людей.

— ИИИИИИК! — одна из работниц района в последний момент соскочила с пути.

— За ним!

— Не дайте ему уйти!

Я слышал крики за своей спиной, но мне было слишком страшно оборачиваться. Мне остаётся только махать руками и бежать, бежать, бежать!

За что мне всё это?!

Это всё из-за того, что я не послушал Лили и Вельфа и не пошёл домой, когда они говорили? Или это моя вина, потому что я от них отделился? Да и Гермеса я мог не упускать.

Я завернул за угол, пытаясь найти ответ на этот безответный вопрос. Снова угол, снова поворот. Я петлял по узким улочкам, пытаясь сбросить своих преследовательниц с хвоста.

Думаю, мои случайные повороты дали свои плоды. Я уже не слышу амазонок.

— …ГЕ-ГЕ-ГЕ-КЕ-КЕ-КЕХ!!!

Кроме одной. Только её моя ловкость третьего уровня не смогла обогнать. Её смех эхом отражался от стен. Длинная тень нависла надо мной. Эта тень росла в синеватом лунном свете. Она где-то сверху?

Нечто тёмное рухнуло прямо передо мной на мостовую, осыпав всё вокруг осколками.

Каким-то образом остановив инерцию, эта монструозная женщина — Фрина — вырвала свои мясистые кулаки из земли и повернулась ко мне лицом:

— Никуда ты не уйдёшь, кроличек!

Она ринулась на меня, расстояние между нами исчезло практически мгновенно. Худощавая рука понеслась прямо к моему лицу.

Подкат! Крикнул я сам себе, уворачиваясь в самый последний момент. Я слышал, как рассекается воздух, когда её пальцы пролетели мимо моего уха. Я успел откатиться, ощущая как меня обдало потоком ветра, от её промаха.

Глаза распахнулись так сильно, как только могли, когда я увидел, что Фрина безжалостно атакует меня второй рукой.

Я едва успел отпрыгнуть от её удара в сторону, её кулак проехался по стене борделя, у которой я оказался. Третий удар, застал меня, когда я скрылся за бочкой, стоящей на улице. Она потеряла равновесие, и едва коснулась бочки, но этого прикосновения было достаточно, чтобы разнести её в щепки. Она безоружна, но всё равно может разорвать меня на части! Времени перевести дыхание нет совсем.

К-какая скорость, какая сила!..

Также было в те дни, на городской стене, когда меня тренировали амазонка и мой идол.

Я был прав, она из сильнейших авантюристов!

Кусочки дерева и капли эля разлетелись повсюду. Моё тело снова и снова, с каждым прыжком и уворотом пробивал пот. Она загоняла меня всё дальше и дальше, когда, наконец, ей удалось меня схватить:

— ААААААА!

— СТОЙ НА МЕСТЕ!

Она развернулась всем телом, с размаха ударив мной о землю.

Боль пронзила каждую кость в моём теле. Она ослабила хватку, отчего я прыжками покатился по земле. Наконец, я остановился и поднял голову только для того, чтобы увидеть, что Фрина летит на меня вытянув руки.

Её чёрная тень растёт с каждым мгновением, ужасающая улыбка застыла на длинных губах, я забыл, как дышать.

— Стой, жаба!!! — Подоспели остальные амазонки. Трое из них нанесли удар Фрине, прямо в воздухе. Двухметровая женщина неожиданно исчезла из моего поля зрения.

Бам!!! Фрина врезалась в стену, но это лишь заставило её крикнуть:

— А ну с дороги!

Все три ударивших её амазонки оказались разбросаны по улице, одним взмахом её руки.

— ГАХХХХХ!

Я наконец смог вдохнуть, закашлявшись. Всё больше амазонок появлялось на крышах борделей, они спрыгивали на улицу и вступали с ней в бой.

— Держите эту идиотку подальше!

Амазонки продолжали атаковать Фрину. Потоки ударов и пинков не давали огромной женщине подняться на ноги.

Казалось, будто я наблюдаю за тем, как целая группа авантюристов пытается сдержать большого монстра. Фрина взревела снова, когда амазонки обвили руками её шею, плечи и ноги.

Они нарушают правила своей Паствы и расовой принадлежности лишь для того, чтобы получить свою добычу — меня. Жалобный стон вырвался из моего горла.

— Теперь ты мой!

— Дахх!

Я сидел посреди улицы, пытаясь перевести дыхание, а сверху, неожиданно, показалось ещё больше амазонок. Вынудив себя подняться, я бросился бежать чтобы вырваться из окружения.

— Аааа, он убегает!

— Если у него получится сбежать, не важно. Главное, не дайте Фрине до него добраться!

Теперь у меня на хвосте осталось несколько амазонок. Они разделились на группы, одна из которых сдерживала Фрину, а вторая побежала за мной. Внутри всё горит, но у меня нет времени отдыхать.

Мужчины, клиенты района сворачивали в другие переулки чтобы избежать проблем, стоило им меня увидеть, когда я бежал по длинной аллее.

— …Никуда ты не уйдёшь.

— ?!

Айша?!

Она преследовала меня по крышам! Она выпрыгнула, будто из ниоткуда, я увидел, что одна из её ног задрана высоко над её головой.

Засада была идеальной. Я смог заблокировать этот удар руками, но он был достаточно силён, чтобы вывести меня из равновесия.

«Это плохо!» — крикнул я про себя, пытаясь отступить, чтобы разорвать дистанцию. К несчастью, её длинные ноги не давали мне на это времени. Ещё один пинок был уже в пути, он настиг меня, будто удар длинной косы, зацепив меня за плечо. Меня швырнуло вперёд, я заметил, как тело Айши двигаясь плавно, будто водный поток, запускает в меня ещё одну атаку ногой. Я оказался втянут в какой-то смертельный танец.

Боевые искусства?!

Одна нога на земле, вторая задрана над моей головой, и начинает нестись прямо в меня. Я откатился от этого удара, но нога уже поднята в очередном вращении.

Вращения! Руки Айши оказались на земле, а ноги рассекают в воздух. Я не могу предсказать её движения, а значит, не могу защищаться!

Мастерство амазонки-воительницы, её точные удары ногами, заставили мир вращаться у меня перед глазами.

В одно мгновенье она совершает мощные выпады, будто ударяя меня мечами, а в другое уже бьёт меня сверху, будто дубинами. У меня не хватает рук, чтобы всё заблокировать — стоит мне склониться, чтобы защититься от ударов по голове и груди, как она совершает подсечку.

— ВАХ!

Я упал, моя спина снова оказалась на мостовой.

— Теперь ты мой.

Боль, сильная боль. Кружащиеся перед глазами звёзды прошли ровно в тот момент, чтобы я мог увидеть, как она ставит ногу мне на грудь, прижимая к земле.

Должно быть, я бледный, как призрак. Она склонилась, её длинные волосы пощекотали моё лицо. Я прижат к земле.

Она облизнулась и улыбнулась, будто получив удовольствие от нанесения боли и потянулась к воротнику моей рубашки.

— Айша, берегись!

Громкий, но наполненный отчаяньем крик пронзил ночной воздух.

В этот момент какая-то амазонка, просвистев в воздухе врезалась в Айшу. Это сбило Айшу с меня. Я не мог поверить своим глазам. Эта бедная женщина ещё катилась по улице. Я даже имени её не знаю. Айша взревела, оказавшись на земле неподалёку от меня и попыталась подскочить. Я повернул голову в сторону, с которой прилетела та женщина.

— ДАЖЕ НЕ ДУМАЙ МНЕ МЕШАТЬ!

Это было ошибкой. Зрелище, которое я увидел будет сниться мне в кошмарах.

Группа Амазонок выстроилась на улице, создав импровизированную стену. Но Фрина пробилась сквозь неё, схватив в каждую руку по амазонке. К тому времени, как я на это посмотрел, она швырнула этих женщин в толпу и в стену.

Она кидается амазонками, как снарядами… у меня даже щёки затряслись.

— Жаба проклятая! — Айша взревела, её взгляд уставился на шагавшего к нам монстра.

Значит, на меня она пока не смотрит. Возможно, это единственный шанс, который мне выпадет. Приведя в действие все свои мышцы, я покатился вперёд и снова оказался на ногах. Я услышал раздражённый цык за спиной, но к этому моменту я уже бросился бежать. Шаги Айши послышались за моей спиной, но я оказался проворней.

Я быстрее всех амазонок, за исключением Фрины. Расстояние между нами увеличивалось. В этот раз скрыться!.. Кричал я про себя, но…

— Лиция, Элиза! Остановите парня, который забежал на Третью Улицу!

Айша была на хвосте, её крик раздался в ночи.

Я ведь обогнал всех амазонок, кому она кричит? Неожиданно, две работницы, зверочеловек и человек, выпрыгнули с двух сторон улицы.

— Яяяяяяя!

Всё больше ночных бабочек показывалось на улицах, двери борделей открывались со всех сторон.

— А ну стой! — закричала одна из девушек, в то время как остальные вооружались мётлами и опахалами.

Что мне делать?! Точно! Я свернул с главной улицы в один из переулков, за считанные мгновенья до того, как добежал до неожиданно возникшей на улице толпы.

— П-почему?!

Голос Айши прозвучал снова в тот момент, когда мне показалось, что я нашёл безопасный путь из этого марафона. Перед моими глазами развернулось то же самое зрелище, что и до этого: едва одетые женщины высыпали из заведений на моём пути. Я завопил от отчаянья. Новые голоса раздались сверху. Окна борделей распахнулись, из них высовывались головы и начали кричать о моём положении.

— Он свернул здесь!

— Пятая Улица!

— Беловолосый авантюрист!

Мне никогда не выбраться, если они продолжат кричать куда я бегу! Секундочку, я видел ту эльфийку в белом платье! И ту длинноухую зверодевушку тоже! Это она отправляла мне воздушный поцелуй! Каждая девушка, которую я видел пыталась помочь амазонкам меня поймать.

Что за чертовщина творится?! Вопил голос в моей голове, пока я петлял снова и снова. Я даже начал паниковать, но в этот момент я увидел на борделе ту же эмблему, которую видел и раньше: голое женское тело, прикрытое вуалью.

Эта эмблема виднелась на стене одного борделя, на дверях другого и у третьего тоже. На каждом здании где-нибудь виднелась эмблема Паствы Иштар.

Неужели!..

Новые ручьи пота потекли по затылку. Я понял почему. Сеть, которая слишком широка. Пальцы Всевышней Иштар протянулись по всему третьему району Орарио. Все женщины, которые здесь работают это небоевые члены Паствы Иштар и просто наёмные работницы. '

«Эта земля наш остров». Айша сама мне всё сказала, но я не принял эти слова всерьёз.

Их дом это не замок и здания, которые его окружают. Целый район города практически их задний двор.

Я оказался на территории, которая находится под полным контролем Паствы Иштар — на их территории!

— Э-этого не может быть!..

Вмешательство работниц даст амазонкам достаточно времени, чтобы меня поймать.

К тому же, упрямые воительницы вооружились. Я пришёл сюда только следуя за Микото, естественно, я не надел брони. У меня с собой Божественный Кинжал, но он не защитит меня от этой армии.

Единственное, что у меня есть, помимо этого, афродизиак, который дал мне Гермес. Совершенно бесполезный!

— Цельтесь по ногам!

— Готовьте сети и верёвки!

Стрелы застучали по мостовой у моих ног; бумеранги свистели возле лица. Я едва успел увернуться от брошенной сети, попавшей в стоящий на улице бочонок.

Это уже не гонка; это превратилось в полноценную битву. К ней присоединялось всё больше амазонок, не знаю, сколько мне ещё удастся продержаться.

— Самира, перехвати его!

— За тобой должок, Айша!

Голодные львицы на охоте, облизывают губы.

Я вижу это в их глазах, они наслаждаются каждым мгновением. Радость «поглощения» после успешной «охоты» на их лицах.

— Мы из него все соки выпьем! Будем тянуть пока не сломается!

— Хотя бы дайте мне послушать, как он будет вопить!

Меня окружат, если я прямо сейчас отсюда не выберусь.

Стоит мне чуть замешкаться или замедлиться и всё будет кончено. Я потеряю нечто бесценное.

— КЕ-КЕ-КЕ-КЕ-КЕ-КЕХ! Бежать некуда!

Страх, отчаянье, мучения, горечь, уничтожение, тлен, тьма.

Всё это дышит мне в спину.

Жалкая, ужасающая и трагическая судьба ждёт меня, когда я окажусь в их руках.

Бежать.

Иначе всё кончится.

Белл Кранелл встретит свой конец в их руках.

Нужно бежать.

Я не смогу осуществить мечты, не смогу осуществить своё самое сокровенное желание.

Всё, на что я надеялся, когда-нибудь встать с ней рядом, будет уничтожено, утеряно навсегда.

Бежать, быстрее бежать!

После такого я больше не смогу стать сильнее.

Я просто это знаю.

Человек, которым я сейчас являюсь умрёт навеки!

Бежать, бежать, бежааааааать!!!

Я бегу в ещё большем отчаянье, чем когда за мной гнался Голиаф.

Мои глаза распахнуты от ужаса, из них текут слёзы. Лёгкие горят. Краем глаза я заметил своих преследователей, это заставило меня прибавить скорости.

— Да что с этим парнем?!

— Он ускорился!!!

— Сдавайся!!!

Раньше я и подумать не мог. Не мог подумать, что женщины могут быть такими ужасающими. Я всегда видел в девушках прекрасных, чистых существ. Все женщины, которые меня окружали всегда были ко мне добры. Они меня избаловали и только сейчас я увидел правду.

Это и называется взрослением, наверное.

Сбежать, сбежать, сбежать!

Я отпрыгивал от летящих меня снарядов и нёсся по улице. Мои волосы подпрыгивали с каждым прыжком. Белый кролик, который пытается сбежать из логова львиц. Если работницы блокируют мне улицы, остаётся только один возможный путь: крыши. Я заметил кучу составленных друг на друга бочек и использовал их в качестве трамплина, чтобы запрыгнуть на ближайший бордель.

— Парень побежал к району красных фонарей.

Мне наконец удалось немного оторваться, но инстинкты продолжали гнать меня вперёд. Я едва смог заметить изменения в окружающем мире из-за огромной скорости.

Каменные здания района удовольствий сменились керамическими крышами района красных фонарей.

Красное, белое и цветы с синими лепестками. В любом другом месте будет лучше, чем здесь. Теперь я представляю, куда мне бежать.

Тук, тук! Всё больше стрел свистело в воздухе за моей спиной. На этой улице мерцает множество огней. В районе удовольствий по-прежнему очень людно. Здесь я могу затеряться!

— Гахххх!

Я прыгнул к толпе людей с другой стороны улицы, но ощутил в воздухе зловещий свист бумеранга, направляющегося прямо к моей голове.

Рефлекторно вытащив кинжал, я отбросил оружие, но инерция удара отбросила меня от людей.

Я отлетел к самому большому борделю района красных фонарей, прямо возле главной улицы.

— ЭЭЭЭЭЭХХХХХХХ!

Я влетел прямо в окно второго этажа.

Переносные и складные бумажные шторы, которые называются шоуджи, если я правильно помню, стояли как разделители, между комнат. По крайней мере, так было несколько секунд назад. Я влетел прямо в них и пролетел из комнаты прямо в деревянный коридор. Женщина внутри очень сильно удивилась, её партнёр потерял сознание, когда я пролетал мимо.

— И-и-извиняюсь! — бросил я через плечо, поднимаясь на ноги и продолжая бежать.

Внутри борделя, как и снаружи, всё было украшено в стиле дальнего востока. Раздвижные двери, которые называются фусума, украшенные золотыми листьями, отделяли комнаты от коридоров. Уверен, что по мою душу сюда сейчас запрыгнет толпа амазонок. Я продолжаю бежать, а вокруг мелькают красные колонны и огни.

Несколько людей выглянули из комнат, чтобы взглянуть что за шум раздался в здании, но увидев меня бегущим по коридору тут же скрывались обратно. БАМ! БАМ! БАМ! Амазонки явились, было слышно, как они врываются в окна. Бордель погрузился в хаос в мгновение ока.

— Как же всё плохо!..

Всё больше криков раздавалось, а я бросился на лестницу. Я извинялся перед возмущёнными людьми на бегу, чтобы не замедляться. Мощный топот амазонок грозил нагнать меня в любую секунду. Игнорируя выкрики и угрозы воительниц, я втянул их в дикую погоню по борделю.

Если дом Паствы Иштар можно назвать замком, то это место больше похоже на поместье. Часть, которая выходит фасадом на район красных фонарей довольно небольшая, но само здание оказалось на удивление длинным. Оно будто включало в себя несколько секций, составленных вместе. Вид за окнами очень сильно менялся, в зависимости от этажа, на котором я оказывался. Иногда передо мной возникал городской пейзаж, а иногда я видел часть сада или какой-то водопад. Всё чаще мне на глаза попадались Мухи Подземелья — безобидные монстры, которые воспроизводят свет. Ту-тук! Какая-то бамбуковая конструкция, наполнилась водой из небольшого водопада, наклонилась, стукнувшись о камень, вылила воду и вернулась в начальное положение.

Даже не знаю, было ли дело в запутанном устройстве этого борделя, но шагов за моей спиной стало заметно меньше. Раньше за мной гналась целая группа, а сейчас всего две или три амазонки. И я сомневаюсь, что среди них Айша или Фрина.

Впрочем, я уже довёл свое тело до предела.

На последнем дыхании я бросился к самой далёкой части борделя.

— Н-надо найти место чтобы спрятаться!..

Переводя дыхание, я оказался на пятом этаже и оглядел коридор, в котором оказался. В сравнении с остальными этажами, здесь было довольно тихо.

— Стоять! — раздался крик с той стороны, с которой я прибежал.

Это конец. С другой стороны коридора тупик. Я открыл ближайшую дверь и нырнул внутрь.

— Хаааа-хааа…

Закрыв за собой дверь, я схватился за грудь, переводя дыхание. Потом, так тихо, как это было возможно, я попятился от двери. В комнате довольно темно. Не знаю, что это за место, но раз здесь никого нет, это отличное место, чтобы спрятаться.

Я прошёл по тёмной комнате, держась за стену левой рукой… секундочку с другой стороны фусумы что-то светит.

Убедившись, что за мной по-прежнему никто не гонится, я сделал глубокий вдох и вошёл.

И в этот момент…

— Я очень ждала вашего появления, господин.

Зверодевушка сидит на коленях с другой стороны фусумы.

…Это же она…

Длинные, блестящие золотые волосы, в тон хвосту и звериные уши на голове. Совершенно бесподобное красное кимоно, это точно та девушка-ренарт, которую я видел в галерее. Я никак не могу отвести взгляд от лисьих ушек на её голове. Я потерял дар речи.

Она склонилась, продолжая сидеть, в трёх сантиметрах от неё бамбуковая подставка, в стиле дальнего востока. Татами, если я не ошибаюсь? Она медленно подняла голову. Ага, я её ни с кем не спутал.

— Я проведу с вами эту ночь. Пожалуйста, называйте свою скромную прислужницу Харухиме, — говоря это, она смотрела мне в глаза.

— …А?

— Устраивайтесь поудобнее, господин.

Она жестом указала на матрас за собой, даже не поднимаясь. Золотой лисий хвост начал вилять влево и вправо по татами.

Я застыл на месте, мой рот открылся сам собой. Она поднялась на ноги и одним бесшумным, быстрым движением потянула меня за собой. Мы прошли мимо раздвижных дверей в одну из комнат… на полу комнаты был футон.

— ?!

Вид матраса привёл меня в чувства.

— Вас что-то беспокоит? — раздался тихий голос у моего уха.

— Э, нет, п-подожди! — меня снова начало охватывать отчаянье, и я попытался повернуться, но потерял равновесие. Падая, я выставил руку, чтобы схватиться за стену, но случайно обхватил девушку за шею. Мы оба повалились на футон.

— Эааа…

Я не успел собраться в падении и оказался спиной на тонкой кровати. Я даже затылком по подушке промазал.

Рядом со мной раздался мягкий стон от боли. Мои глаза распахнулись от удивления, и я повернулся, раскрыв рот для извинений… Её огромные зелёные глаза смотрели прямо в мои. Слова застряли в горле.

— …

— …

Она оказалась так близко, что я ощутил её дыхание на своём лице. Она сверху, её левая рука прижата к моей груди. Мы лежим и смотрим друг другу в глаза. Её щёки начали краснеть. Никто из нас не двигался, мы будто превратились в мебель.

Лампа с магическим камнем рядом с подушкой освещала часть её лица. Она красива, поразительно красива.

Вокруг неё витает аура прекрасной юной девы… у которой, волей судьбы, есть лисьи ушки. Она даже не накрашена. В сравнении с хищными, даже жестокими женщинами, которые мне сегодня встречались она, кажется, не знаю, будто невинной.

На самом деле, кажется, она почти моего возраста. Разница между ей и остальными просто ошеломляет.

— …ый раз?

Я так погрузился в её чистые глаза, что едва заметил движение её губ. Кажется, она увидела, что в моей голове творится настоящая буря, потому что в её глазах появилось беспокойство.

— Э? — только и мог из себя выдавить я, мои плечи дрожали. Она повторила вопрос всё тем же мягким голосом, что и раньше.

— Это ваш первый раз… в борделе?

— Да!

Её вопрос застал меня врасплох. Голос неожиданно ко мне вернулся, и я ответил гораздо громче, чем от себя ожидал.

А потом тут же прикрыл губы руками.

Амазонки найдут меня если я буду шуметь!..

Она посмотрела на моё отчаянное лицо, на пальцы, прикрывающие рот, и наклонила голову. Думаю, она неправильно меня поняла. После этого она прокашлялась.

— Н-ничего не поделаешь… Я, Харухиме, возьму всё на себя…

Её взгляд изменился. Будто она приняла какое-то решение, но не знала с чего ей начать. Сев, она начала снимать с себя одежду.

Мои глаза практически выпрыгнули из орбит.

Она развязала толстый, похожий на пояс, кусок ткани на своём кимоно. Красная ткань начала сползать с её тела.

Практически мгновенно на ней остался лишь один, похожий на нижнее бельё слой одежды.

— П-пожалуйста подожди!..

— Будьте со мной мягче, господин. Харухиме… вверяет себя в ваше распоряжение.

— Я-я не!..

— Просто расслабьтесь!..

Язык не мог справиться с потоком слов, который должен был вырваться. У меня снова сел голос.

Её розоватые бёдра бросились мне в глаза, но практически сразу их затмила округлая, полная грудь. Кимоно, в которое она была одета отлично её скрывала. Отблеск света на чёрном ошейнике привлёк мой взгляд, и я увидел её тонкую шею и ключицы. Сердце билось так сильно, что мне начало казаться, что оно разорвётся.

Я пытался возражать, но она будто бы была в своём собственном мире. На её лице была решимость, она подняла ногу и поставила мне на грудь, как это сделала Айша. Я не могу двинуться.

— Сейчас я обслужу вас по всем правилам, господин…

Дрожь пробежала по её ушам и спине, она обеими руками схватилась за мою рубашку.

Моё тело будто ослабело; я никак не мог вырваться. Я попытался оттолкнуть её руками, упершись спиной в пол, но руки соскальзывали.

Она начала расстёгивать мою рубашку, то, что от неё ещё осталось, точнее, оголив мою грудь в свете магической лампы за моей головой.

— …хех.

В этот момент, когда почти голая девушка начала меня раздевать, я застыл на месте.

Шлёп! Её хвост напрягся, а ушки подскочили. Её глаза впились в мою грудь.

— Г-господин, ваши ключицы просто восхитительны!

Её глаза закатились, и она рухнула на меня с глухим звуком.

Че… ЧЕГООООООООООООООООО?!

В моей голове будто случился взрыв, когда две похожие на подушечки штуки упали прямо на моё лицо. ФУМУМУФ! Дышать не могу!

В моей голове царил хаос, а что-то мягкое зажимало мне нос и рот.

Дрожа и мотаясь из стороны в сторону, я отчаянно пытался освободиться из-под её груди. Я и не думал, что она окажется так убийственна.

— Харухиме, ты у себя?

?!

Они меня нашли.

Сдвигающаяся дверь распахнулась с громким стуком и громкий голос эхом прозвенел по комнате.

Я совсем забыл, что амазонки объявили на меня охоту. В голове вдруг стало пусто.

Прятаться уже некогда, они снаружи, нас разделяют хлипкие двери. Не сбежать, не сдвинуться. Бам! Вот и амазонки! Проклятье, они же практически в двух шагах!..

— Харухиме, тебе тут худенький паренёк не попадался…

Я зажмурился, готовясь к поимке. Амазонка даже фразу не договорила.

Тишина. Я открыл глаза, и вдруг осознал, как это должно выглядеть со стороны.

На мне лежит почти раздетая девушка. Впрочем, для подобного места в порядке вещей, что на кровати лежат раздетые мужчины и женщины. Точнее, в подобном месте это работница и её клиент.

Я по-прежнему ничего не мог разглядеть из-за большой груди, закрывающей мне обзор, но это ведь должно означать, что и моего лица не видно. Раздался звук закрывающейся двери.

— Ой, прости.

— Больше не побеспокоим.

Амазонки тихонько закрыли дверь и начали уходить. Я едва мог расслышать их шаги, когда они шли по первой комнате.

— Кто бы мог подумать, что Харухиме на парня заскочит. Вот уж не думала, что она такой активной стала, — голос амазонки звучал на удивление довольно, когда они переговаривались, выходя из первой комнаты.

Я наконец смог повернуть голову и вздохнуть, прошло ещё около минуты, прежде чем я снова попытался сдвинуться.

Легонько направив девушку в сторону, я уложил её на футон. Наконец, я смог подняться.

Оглядевшись, я стёр с лица крупные капли пота. Всё чисто. Медленно, очень медленно, я перевёл взгляд на девушку. Она так и не пришла в сознание, её лицо пылало так сильно, что воду можно было бы кипятить. Я наклонил голову.

— Что за чертовщина только что произошла?..

— …П-приношу глубочайшие извинения!

Всё ещё красная девушка-ренарт склонила голову.

Я так и не покинул комнаты, снующие вокруг амазонки, пугали меня до чёртиков, да и оставлять лишившуюся сознания девушку лежать на полу я не мог. Поэтому я накрыл её и подождал, пока она придёт в себя.

Итак, мы снова одеты. Она сидит на коленях, склонившись лбом к полу, её лисий хвостик опоясывает ноги.

— Всё, что здесь произошло… это жуткое недопонимание!..

— Аааа, эммм, ну, это я сюда ворвался, так что…

Я сидел напротив, на татами, а не на футоне и был таким же красным, как и она сама. Самое лучше, что я был способен предложить, это извинения.

Обмениваться извинениями с человеком, с которым я даже не знаком в борделе… Ну, это довольно непривычно.

— Я подумала, что было бы довольно странно, если бы назначенный мне клиент так и не появился…

Она наконец подняла голову. Прекрасные зелёные глаза дрожали от смущения.

Она объяснила, что ожидала мужчину, который так и не вошёл в первую комнату. Так что, когда в там оказался я, она решила, что я её клиент. А дальше всё и произошло.

…Один мужчина потерял сознание, когда я в окно борделя влетел. Сложно представить, что случилось с теми бедолагами, которые видели, как орда амазонок влетает в окна. А потом ещё и устраивают погоню по коридорам. Наверняка, её клиент такого бы не выдержал… И это моя вина. Я скривился и отвернулся.

— …Для представлений довольно поздно, но меня зовут Харухиме. Как я могу к вам обращаться.

— А, да… Я Белл Кранелл.

Я наконец переборол смущение и сказал девушке, Харузхиме, своё имя.

— Что же, Кранелл-сама… если вы не назначенный клиент, что вы здесь делаете?

На её лице появилось любопытство, и она мягко со мной заговорила.

То, что она работает в борделе означает, что Харухиме член Паствы Иштар. Если я скажу ей, что её союзницы загнали меня сюда… Впрочем, а что ещё сказать? Я решил раскрыть ей своего кота в мешке.

Разумеется, она должна была понять, что я вызвал суматоху. Но она до сих пор никого не позвала и терпеливо ждёт моего ответа.

Помимо всего прочего, у меня такое чувство, что я могу с ней поговорить… вокруг неё витает какая-то аура невинности, в отличии от других людей района удовольствий. Поэтому я рассказал ей обо всём, что произошло за последние несколько часов, и как именно я оказался в глубине вражеской территории.

— У вас был… довольно непростой вечер.

Её поведение нисколько не изменилось после моего рассказа. Даже наоборот, она взглянула на меня с сочувствием.

Неужели охота амазонок — это частое явление?..

— Амазонки, которые вас преследуют… была ли среди них та, что зовут Айшей?

— Вы её знаете?

— Знаю. Айша-сама была ко мне очень добра.

В её голосе слышались нотки вины, но на лице была очень искренняя улыбка. Значит, у этой амазонки-берберы есть мягкая сторона. Довольно сложно в это поверить, после того как она гоняла меня по всему городу и использовала в качестве груши.

— У меня к вам предложение. Как только наше с вами время подойдёт к концу, я провожу вас из этого района самым безопасным путём. Вероятность того, что вы будете раскрыты, оставшись в этой комнате до рассвета, очень мала.

— Эм… В-вы уверены?

— Уверена. Пусть и всего лишь на эту ночь… но я, Харухиме хотела бы предложить вам мою помощь, Кранелл-сама.

Сложно ей верить; она может готовить ловушку. Но что-то в её улыбке говорит о её доброте.

Мои щёки снова покраснели. Её улыбка, её глаза, аура невинности… Она замечательная.

— Мне немного стыдно об этом говорить… но у меня есть к вам просьба.

— Эм?

— Не могли бы мы… разговаривать, пока не придёт назначенное время?

Она отвела взгляд, её щёки порозовели. Кажется, этот вопрос заставил её собрать всю её храбрость.

Похоже у неё не так много посетителей, которые не являются её клиентами.

Она улыбается мне как девушка главного героя в какой-нибудь сказке. Я натянуто улыбнулся и кивнул. Ну, а как я мог отказать?

— Огромное вам спасибо! — она широко улыбнулась и снова поклонилась в пол, но в этот раз её хвост довольно покачивался из стороны в сторону.

Она сдвинула в сторону бумажную ширму и лунный свет начал падать в комнату. После этого она передала мне несколько подушек. Мы устроились поудобнее и начали разговор.

— Откуда вы родом, Кранелл-сама?

— Я из небольшой горной деревушки к северу от Орарио…

Я так и не знаю, как мне себя чувствовать, когда ко мне так обращаются, но я решил не обращать на это внимания и перешёл к ответу на вопрос.

Харухиме спрашивала меня о каждой мелочи о моём родном городке. К Северу от Орарио, деревенька настолько небольшая, что на большинстве карт даже не пишут её название… Её выражение лица менялось с каждым ответом, она вслушивалась в каждое моё слово.

Много ли там людей? Какие виды бывают в горах? И многие другие вопросы, о которых я даже не задумывался раньше. Она слушала меня с таким упоением. Я будто разговаривал с ребёнком, который никогда не бывал за пределами своего родного дома.

Она провела пальцами по своим золотым волосам, поглощённая моими ответами. Что-то подсказывало мне, что её очень сильно охраняли, когда она была маленькой девочкой.

Почему кто-то, вроде неё, оказался в подобном месте?..

Вместе с этим я не мог понять, как кто-то настолько чистый оказался в районе удовольствий.

Она очень сильно отличается от Айши и остальных. Те ощущения, которые исходят от неё прямо противоположны атмосфере района ночи. Я отчаянно пытался спастись от её товарищей с территории их Паствы, но вот мы здесь, сидим и разговариваем с ней, как будто в каком-то кафе. Харухиме определённо не подходит для этого места.

— Так вы оказались в Орарио, следуя своей мечте стать авантюристом?

— Можно сказать и так. Мне этого всегда хотелось, а никаких сбережений у меня не было…

Но я не могу спросить об этом напрямую.

Я решил дождаться, пока к ответам на вопросы не перейдёт она. Наконец, Харухиме несколько раз моргнула и притихла. Может она поняла, что не может всё время вести разговор. Я не мог не захихикать над такой реакцией. Она старше меня, так что видеть её смущение из-за подобных мелочей было немного странно.

— Что же… А откуда вы родом, мисс Харухиме?

Молчание было бы слишком неловким. Я нарушил его, задав тот же вопрос, что она задала мне.

Она снова выпрямилась, от её стыда не осталось и следа, и погрузившись в раздумья она ответила.

— Моя родина… Дальний Восток.

Я знал, что многие ренарты родом оттуда. А её имя только подтвердило это впечатление. Она начала рисовать картину словами, воспоминания полились из неё рекой.

— Я родилась в небольшой островной стране, окружённой прекрасным синим океаном. Четыре сезона в нашей стране выражены куда лучше, чем в Орарио. Прекрасные розовые деревья сакуры покрывают нашу страну весной. Стрекот жуков семи наполняет её летом. Горы покрываются оттенками алого в первые морозные дни осени… и всё покрывается белым снежным покрывалом зимой.

В её глазах читалась ностальгия. В подобном описании чувствовалась явная тоска по дому.

Взгляд Харухиме переместился с потолка на луну, видимую между ширмами. Омываемая лунным светом она была похожа на рисунок какого-нибудь художника, а не на настоящего человека. Рассматривая её лицо в профиль, я решил спросить её о её семье.

— Мисс Харухиме, ваши родители занимают высокое положение? Дворяне, может быть?

— Как вы догадались?!

Она чуть не подпрыгнула на футоне от удивления.

— У меня просто было такое чувство…, — пробормотал я, почесав затылок. Потом она начала рассказывать:

— Как вы и сказали, Кранелл-сан. Я была наследницей знатной семьи, ведущей свой род множество поколений. Моей матери никогда не было рядом, а отец постоянно был занят работой… меня с младенчества растило множество слуг.

Годы подготовки к жизни аристократа и никаких знаний о внешнем мире… Её растили с серебряной ложкой во рту, и ей было очень одиноко в её огромной клетке, почти без друзей.

Харухиме неожиданно стала мрачнее.

— Те дни закончились пять лет назад… от меня отреклись, когда мне было одиннадцать.

— Что?!

Это было для меня очень неожиданно. Я даже заваливаться начал.

Отречение… её родители разорвали с ней связи?

— П-почему?..

— В бессознательном состоянии… я съела очень ценные подношения божеству, принесённые одним из гостей моего отца.

Она рассказала, что другой представитель знати, полурослик, гостил в поместье её отца, когда ей было одиннадцать.

Тот аристократ пустился в путешествие чтобы возложить освящённые рисовые пирожные их божеству, Аматарасу, а Харухиме съела их во время приступа лунатизма.

…Почему, мне кажется, что что-то с этой историей не так? Капли пота текли по моей спине.

— А вы, эм, правда их съели?

— Я ничего не помню. Но когда я пришла в себя остатки были разбросаны рядом со мной… Наверное я очень сильно проголодалась во время сна и тело двигалось само по себе!..

Харухиме спрятала лицо обеими руками, слёзы полились из её глаз.

Продолжив историю, она рассказала, что её отец разозлился и потребовал строгого наказания, но полурослик вступился за неё, сказав:

— Ну, подношения это всё равно не вернёт, какая разница, — этот аристократ спас Харухиме жизнь, в тот день.

Поскольку они знатные люди, их семьи должны поддерживать гордость и защищать её. Поэтому Харухиме пришлось отказаться от своего положения, чтобы спасти себе жизнь. Решение было принято почти мгновенно. Полурослик покинул поместье сразу после того, как Харухиме отреклась от своей фамилии.

…Не хотелось бы сомневаться в правдивости всего этого, но этот полурослик выглядит очень подозрительно.

Я спросил о нём девушку, и она сказала, что он обращался с ней очень хорошо. Достаточно хорошо, чтобы она отправилась вместе с ним. Почему-то мне представился помпезный небольшой человек, который приобнимает за плечо плачущую девушку.

Я хотел было указать ей, что что-то здесь не так, но смотря на её грустное лицо попросту не смог.

— Ч-что произошло дальше?

— Всхлип… Точно. Мы ехали в карете, не знаю точно, где именно… неожиданно раздался оглушительный рёв. На нашу карету напали монстры!..

А теперь её история заставила меня ёрзать на моём месте.

— Он сбежал от орды огров оставив меня в ужасе…

— Э?

— …группа мародёров спасла меня в последний момент. Узнав, что я девственница они решили сбытьменя сюда, в Орарио.

— …

Мысли начала путаться.

Поначалу смысл её слов никак не мог до меня дойти, я просто не мог связать в голове ни единой фразы.

Её сбыли… в Орарио?!

— Что значит «решили сбыть в Орарио» ?..

— Если говорить языком простолюдинов… бездомная, одинокая девочка, вроде меня, была продана в район удовольствий как товар.

Я смотрел как её губы произносят слова в лунном свете, все точки сошлись в том месте, в котором, как я надеялся, они сходиться не станут.

Мародёры защитили её от монстров, но отнеслись к ней так же, как и ко всему, что похитили из той кареты. Она была очень молода, поэтому её не тронули. Но мародёрам было известно о её нетронутом теле, за которое можно выручить у правильного человека немало денег. Поэтому её привезли в Орарио.

— В городе, в котором очень много лихих людей, как Орарио, места вроде района удовольствий просто необходимы для поддержания спокойствия.

Конечно, у сильных авантюристов сильные желания…

Те, кто ставит на кон свою жизнь, очень сильно подвержены стрессу. Постоянное проведение времени в Подземелье, сражение с самой смертью, накладывает свой отпечаток. Необходимость в снятии стресса порой принимает очень неприглядные виды, но его можно облегчить в легальных и мирных местах, подобных этому району.

Поэтому Гильдия не обращает внимания на это место. А также прикрывает ущерб пьяных драк и прочих повреждений, наносимых авантюристами. район удовольствий, это необходимое зло.

В её словах есть логика. Но узнать, что гильдия отворачивается от такой правды, от того, что человеческие существа покупаются и продаются, это просто ужасно. Я пытался не смотреть Харухиме в глаза, но это было тщетно. Я никак не мог отвести взгляд от золотых прядей и прекрасных зелёных глаз на её лице.

Ренарты — это особая раса зверолюдей, потому что только они прирождённые маги.

Когда речь заходит о магии, большинству людей на ум сразу приходят эльфы, но магия ренартов немного другая. Их заклинания уникальны. Я слышал, что на дальнем востоке их зовут чародеями.

Поэтому её «спасители» явно знали ей цену, потенциал её силы, когда продавали её сюда, в центр мира, Орарио.

Одно дело если бы она оказалась здесь по своей собственной воле, но реальность оказалась такова, что она пересекла врата в качестве товара.

Это просто ужасно…

Потом её продали на аукционе. Похоже, что на нём была Иштар и она приметила девушку. Богиня купила Харухиме в свою Паству…

Она не может следовать своим мечтам и испытала одну трагедию за другой. У неё не было выбора, ей пришлось оказаться в Орарио. А теперь?.. Я думал, что все работающие здесь девушки похожи на Айшу. Но сколько, на самом деле, здесь историй, похожих на историю Харухиме?

Честно говоря, об этом я даже знать не хочу.

А потом я осознал кое-что ещё.

Я себе такого никогда даже представить не мог. Но теперь, услышав историю Харухиме, я уже не стану прежним.

— Эмммм… мне всегда хотелось попасть на континент, а не оставаться жительницей островной нации. Поэтому моё желание сбылось… в какой-то мере.

Кажется, будто она прочла мои мысли и отчаянно попыталась меня успокоить, но теперь я заметил боль за этой прекрасной улыбкой.

— Возможно, сейчас я нахожусь не в лучших условиях, но мои новообретённые сёстры отлично обо мне заботятся.

Ещё одна попытка убедить меня, что она в порядке.

Я никак не мог ничего произнести. Я едва мог на неё взглянуть.

Что мне, чёрт возьми сказать? Я авантюрист; отчасти именно я причина её похищения.

Хотелось бы мне сказать ей: «Давай сбежим вместе, прямо сейчас» но мы на территории Паствы Иштар, за мной охотятся амазонки. Я не в том положении, чтобы ей помочь.

Взгляд Харухиме не изменился. Снова повисло неловкое молчание, в этот раз заговорила она:

— К тому же, мне бы хотелось заметить… множество историй из этого города достигло Дальнего Востока. Орарио всегда меня манил.

Её взгляд смягчился. Кажется, это помогло и мне наконец вернуть себе дар речи, потому что из моего рта вырвалось:

— Вы же говорите об Оратории Подземелья?

— Именно так!

Коллекция историй Подземелья, которую я слышал от дедушки, когда был ребёнком. Когда я рос, Оратория Подземелья была моей библией.

В ней были подробно записаны истории путешествий и деяний множества героев Орарио. Я слышал, что копий книги не так много, но, наверное, эти истории разлетелись по миру.

Харухиме энергично кивнула.

— Оратория Подземелья просто поразительна… но больше всего мне запомнилась история о группе отважных рыцарей из разных стран, которые присоединились к поискам Священного Грааля.

— Это же «Авантюристы Гарланда»? История, в которой королева была больна и только вода Грааля была способна её исцелить?

— Вы её знаете? А что насчёт истории о духе, запертом в лампе и молодом волшебнике?..

— Если я правильно помню… «Великий Маг Алладин»?

— Да!

Впервые за долгий разговор в её голосе послышался восторг.

Её глаза блистали каждый раз, когда я называл названия историй по её описаниям.

— Неужели… вам нравятся легенды и сказки?

— Я от них просто без ума! Только по ним я могла изучать мир снаружи, когда жила в своём поместье!..

Общий интерес. Она была очень рада найти человека, который разделяет её детское хобби. Ушки Харухиме тут же поднялись.Истории занимали значительную часть её жизни, и вот напротив сижу я, человек, который тоже очень сильно их любит. «Дюрандаль Потерянный», «Наша Песнь Эноу», «Легенда Святого Георга» … всё новые и новые истории. Кажется, она на них слегка помешана. Секундочку, не мне же её судить.

Сомневаюсь, что кто-то из её коллег знает столько же сказок. Возможно, за долгие годы у неё впервые появилась возможность об этом поговорить. К тому же, большинство людей в определённом возрасте «перерастают» фантастические истории.

Я по-прежнему не представляю, о чём мог бы с ней говорить, узнав о районе удовольствий. Хорошо, что Харухиме подобрала эту тему. Теперь мы с ней можем хотя бы искренне чем-то поделиться.

Часть меня понимала, что я, всего лишь, убегаю от правды, но не каждый день мне удаётся погрузиться в прекрасный мир сказок с таким человеком, как она.

— Меня восхищает тот рыцарь, который пел о любви своей королеве несмотря на то, что они оба знали, что их мечте никогда не стать явью!

— А мне, кажется, что турнирные сцены «Сира Ласлоу» гораздо лучше…

— Кранелл-сама, вам знакома история о Белом Снеге?

— Я слышал только героические истории…

Она придвигалась ко мне всё ближе, а я вжимался в подушку.

Я мог вести с ней разговор о героических историях, но Харухиме знала намного больше, это было даже пугающе.

Впервые за долгое время, она снова замолчала. Её мотающийся из стороны в сторону хвост начал замедляться.

— Харухиме, а какой тип историй нравится вам больше всего?

— Очень сложно сделать выбор… Но больше всего на меня произвела впечатление история спасения принцессы от демона безымянным воином… это очень старая история с дальнего востока.

Значит ей нравятся истории о героях, которые спасают девушек… Моменты, когда сильная рука спасает принцесс от опасности. Возможно, это потому, что она провела взаперти большую часть жизни. Да ладно, я даже покраснел немного.

На её лице появилось выражение, будто она раскрыла мне положение своего самого ценного сокровища… Она прикрыла глаза.

— Было время, когда я тоже хотела, чтобы пришёл мой герой и забрал меня куда-нибудь далеко отсюда, как на страницах книг…

Я собирался начать говорить, но мягкая улыбка и взгляд её глаз вынудил меня остановиться.

Она говорила о временах, когда она жила на дальнем востоке и ей было запрещено покидать семейное поместье?

Или, может, о более недавних днях?

— …Но это всего лишь глупая мечта девочки, потерянной в сказках. Ни один герой никогда не придёт ради такого низкого человека, как я.

— Н-ну, конечно, придёт!

Поражённый отрицанием, которое прозвучало в её голосе я подскочил и попытался

— Ни один герой не оставит в беде кого-то, вроде тебя! Не теряй надежды! Наверняка, какой-то жалкий и наивный парень, вроде меня, никогда ничего значительного не совершит. Но герои, на которых я равняюсь, о которых мне рассказывал Дедуля, никогда бы не оставили тебя в беде. Одна из этих храбрых душ придёт и спасёт тебя из этого места.

Я произнёс страстную речь. А она посмотрела на меня своими прекрасными глазами и… улыбнулась.

— Уверена, герои о которых вы говорите так же добры, как и вы, Кранелл-сама… Вот только я не прекрасная королева и не невинная дева, которая находится в опасности.

Она прикрыла глаза и добавила.

— Я проститутка.

— !!!

Мои глаза чуть не выскочили из орбит. Она говорила довольно тихо и спокойно, но это слово вонзилось в моё сердце как тысячи кинжалов.

— Конечно, я пока неопытна, но я уже предоставляла своё тело множеству мужчин.

— …

Правда обрушилась на меня будто тонна кирпичей. Мой мозг всё это время пытался избежать осознания слова проститутка. Я будто получил пощёчину, услышав это слово от самой Харухиме.

— Мне не суждено найти невинный цветок истинной любви. В моей истории главную роль играют деньги.

Невинный цветок… я слышал это выражение раньше, но только сейчас понял его истинное значение.

Сейчас её работа обслуживать клиентов и проводить ночи их мечты, она скована физическим влечением клиентов.

Эта прекрасная, девушка, вокруг которой витает аура чистоты была со множеством мужчин… Правда, которой я так старался избежать, меня захлестнула. Я ощутил её хватку, сковывающую лёгкие изнутри. Эмоции, представления, жар… Меня вдруг охватила ярость. Я вдруг почувствовал, что меня в любую секунду вырвет. Я схватился за грудь, удерживая этот порыв, и отчаянно пытался восстановить дыхание.

— Зачем герою хотеть спасти… кого-то грязного, вроде меня?

Невинная улыбка так и не покинула её губы. Лунный свет придавал ей какую-то призрачность. Та же самая улыбка, которая была на её лице, когда я впервые её увидел, ошеломляющая, но отстранённая.

Как близко к друг другу мы бы сейчас не сидели, между нами, огромная пропасть.

— Проститутки пятнают героев. Наверняка вы об этом знаете, — слова, пронзающие будто жало.

Она начала подводить итог, словно завершая спор, который она уже выиграла.

— У меня нет права входить в мир сказок и героев с того самого дня, когда я узнала, во что я превращусь. Мне нельзя ни о чём мечтать и ничего желать.

— …

— Я всего лишь проститутка.

Тогда что за тоску я видел на её лице, когда она смотрела на меня из той комнаты, сегодня вечером? Она оказалась вовлечена в проституцию, но она просто это приняла? Покорилась судьбе?

Чёрный ошейник поблёскивал в лунном свете, он начал походить на оковы всё больше, с каждой секундой.

— …Похоже, пришло время.

Ощущая себя жалким и беспомощным, я смотрел, как Харухиме бросает взгляд в окно.

Я тоже выглянул наружу. Район красных фонарей почти затих. Больше половины ламп с магическими камнями погасло, почти все фонари были сняты. Толпы людей, бродящих по улицам, казались всего лишь далёким воспоминанием.

Харухиме грациозно поднялась на ноги.

— Я получила очень много удовольствия от проведённого с вами времени… Благодарю.

Она меня благодарит? Почему она меня благодарит? Что я такого сказал?

Она взяла из гардероба в тёмном углу плотный плащ с капюшоном и протянула его мне. Я взял из протянутых рук плащ и последовал за ней накинув его на себя. Харухиме провела меня через бордель так быстро, что я даже понять не успел, когда прохладный воздух начал обдувать моё лицо.

В переулке не было ни души. Мы покинули район красных фонарей, все разговоры о сказках и детских воспоминаниях будто бесследно стёрлись из памяти.

Харухиме вела меня держа в руках бумажный фонарь на длинной палке.

— Этот проход выведет вас на Улицу Дедала. Если будете держаться переулков, Айша и другие амазонки вас не заметят.

Она остановилась и повернулась ко мне лицом. Множество приглушённых огней освещали повороты и закоулки Дедаловой улицы.

Около двух месяцев назад, во время Монстромании мы с боженькой пытались сбежать по этому кварталу от монстра. Кто бы мог подумать, что в район удовольствий можно попасть отсюда…

— Вы умеете читать Адриановы знаки?

— Д-да…

— Держитесь этих знаков, и вы выберетесь из лабиринта очень быстро.

Она протянула мне фонарь.

Я наклонил голову, слегка удивлённо.

— Поспешите, — она направила меня в арку.

Я шёл некоторое время, прежде чем осознать, что она за мной не идёт. Я бросил взгляд через плечо.

Она стояла на том же самом месте, потом улыбнулась и поклонилась.

Арка, в которую она меня отправила была похожа на врата между двумя разными мирами, и она не могла сделать шаг в этот мир.

— …

Ощущая спиной её взгляд я покинул район удовольствий в одиночестве.

Луна была ещё видна с самого высокого этажа дворца.

Прекрасные гобелены покрывали стены, а огромный, похожий на колесо ковёр добавлял полу цвета и мягкости. В центре комнаты располагался стол, по разные стороны от которого стояло несколько диванчиков. Несмотря на то, что эта комната выполняла функции комнаты для переговоров, в её углу стояла огромная кровать. В воздухе царил аромат мускуса.

Лампы с магическими камнями, свисающие с потолка, освещали фигуру богини, сидящей на диване, повёрнутом к двери. Тонкий фиолетовый дымок поднимался из длинной трубки, которую она держала в руках.

— Эй, Иштар. Вот и я.

Тук! Дверь открылась, в проёме показалось божество приятной наружности, с щегольской улыбкой: Гермес.

Гермеса провожал в комнату слуга богини, бог ей помахал. Богиня, Иштар, расплылась в улыбке, увидев его лицо.

— Ты заставил меня ждать.

— Снаружи довольно интересные виды. Увлёкся просмотром, совсем забыл про время. Извиняюсь.

Гермес пожал плечами и сделал несколько неторопливых шагов в комнату.

Иштар не стала заострять внимание на опоздании, с её лица не сходила улыбка.

Поздний гость сел на диванчик напротив богини и бросил на столик небольшой кошель. Слуга Иштар не сводил с бога взгляд с того самого момента, как он вошёл в дверь.

В одном из личных покоев Иштар только что началась тайная встреча божеств.

— Ну что, ты в настроении, для начала, переброситься парой слов?

— Я же сказала, ты заставил меня ждать. Переходи сразу к делу.

— Ужас какой… Ладно, твоя посылочка прибыла.

Гермес потянулся к кошелю и извлёк небольшую деревянную шкатулку, покрытую чёрным лаком.

Улыбка Иштар стала ещё шире, её довольство можно было ощутить физически.

— Хотела бы прояснить, об этой встрече не должен знать никто за пределами этой комнаты.

— Ну разумеется. Это моя первая обязанность перед клиентом. Не в моих правилах вредить своей репутации.

Гермес согласился на «доставку» для Иштар.

Этот предмет прибыл из очень дальних мест, прошёл множество городов, прежде чем оказаться в Орарио. Паства Гермеса известна своими «быстрыми перемещениями» и эффективной курьерской работой. Зачастую они берут задания по доставке.

Тот факт, что Гермес лично взялся за доставку говорит о том, что Иштар очень сильно беспокоила секретность данной работы.

Поскольку присутствие сопровождающих явно бросалось бы в глаза Гермес смешался с толпой посетителей района удовольствий, чтобы никто не заподозрил в нём посыльного.

— Не могу сказать, что мне было приятно доставлять такую штуку.

Гермес откинулся на свой диванчик и указал пальцем на шкатулку.

Слуга Иштар тут же пробежал по комнате, встав за спиной своей богини, его взгляд был прикован к каждому движению Гермеса.

— Это Убивающий Камень, не так ли? — содержимое шкатулки назвал сам бог-посыльный.

Слуга тут же нахмурился. Губы Иштар вздрогнули, и она сделала глубокую затяжку из своей трубки.

— Значит, ты подсмотрел. Довольно серьёзный проступок для человека, дорожащего репутацией посыльного, Гермес.

— Да я не специально, — божество отмахнулось от пристальных взглядов так, будто разговор шёл об обсуждении ежедневных новостей за ужином.

Сразу после этого в его взгляде проявилось гораздо больше серьёзности:

— Ты же что-то задумала.

Иштар оглушительно расхохоталась, развалившись поудобней на своём диванчике.

— Скоро ты своими глазами увидишь нечто очень интересное.

Пламя ярко пылало в её аметистовых глазах.

— Та строптивая сука, которая называет себя королевой, скоро свалится со своего пьедестала.

Плечи Гермеса вздрогнули, когда он представил себе, как та Богиня Красоты действительно тонет в огне.

Женская зависть ужасает.

— Ну что, Гермес, у тебя есть чем меня порадовать? Может какая-нибудь слабость той… женщины?

Враждебность Иштар по отношению к Фрее пылала будто пламя. Поэтому она также просила Гермеса способ подлить масла в огонь. Её желание увидеть, как называемая «самой красивой» падёт в пучины отчаянья уже давно превратилась в одержимость. Она уже воображала жалкое лицо Фреи, когда она будет смотреть на неё со своего нового трона.

— Ну, я ужасный болтун, когда разговариваю с Богинями Красоты; никак не могу сконцентрироваться. Может и найдётся что-нибудь, что способно прояснить мне память.

Глаза Гермеса скользнули по обнажённым частям тела богини, практически остановившись на очертаниях её груди. Его щёки покраснели, после чего бог спрятал взгляд за полами своей шляпы с пером.

Такой вид божества вернул улыбку губам Иштар, её взгляд пылал.

Гермес снова посмотрел её в глаза, и улыбнулся, будто пытаясь перевести все свои слова в шутку. Однако, богиня поднялась с диванчика и начала снимать с себя все украшения.

— Что ты?..

Корона, амулеты, браслеты, и, наконец, кусочек ткани, придерживающий её грудь, свалились на пол.

Глаза Гермеса округлились, когда на него упала тёмная тень. Всю мощь обнажённого тела Богини Красоты было слишком сложно выдержать.

— Не дёргайся. Я узнаю от тебя всё, что мне хочется знать… просто так.

Тело Гермеса будто окаменело. Его напускная шутливость бесследно исчезла. Иштар наклонилась к нему, её полные губы оказались прямо у лица бога.

— П-подожди, Иштар, я-я не это!..

Тёмная тень окутала Гермеса, слуга тихонько вышел из комнаты по своим делам, подобрав все сброшенные Иштар украшения.

По комнате начали разноситься вскрики.

Наконец, раздетый, обессилевший Гермес распластался на огромной кровати. В уголках его глаз блестели небольшие слёзы.

Иштар вернулась на диванчик и затянулась из своей трубки. Она выпустила длинную стройку дыма, наслаждаясь его вкусом.

— Дитя, которое привлекло внимание Фреи, да…

Покрывающий тело богини пот поблёскивал в мягком свете, богиня положила ногу на ногу. Её соблазнительность была на высоте, она прошептала:

— Белл Кранелл…

В конце концов Гермес действительно рассказал ей о способе причинить боль её заклятому врагу. Он пытался сдержаться, но её соблазнение пробило защиту бога и заставило его подчиниться.

Она узнала гораздо больше, чем просто имя Белла. Гермес рассказал ей достаточно, чтобы она поняла, что именно этого парня она видела этой ночью. Снова затянувшись из трубки, богиня начала вспоминать детали той короткой встречи.

— Так прикипеть к какой-то мелкой сошке… Какой дурной у неё вкус.

Фиолетовый дым окутал лицо богини.

Неожиданно оно исказилось до лица злобного зверя.

— Ну и ладно. Сделаю этого малыша своим.

Благодарю за внимание к переводу и не забываем, #Кристычнапереводе в твиттере.

----------

Глава 3. Метания лисы и кролика.

— Ну что? Выслушаем виновника.

Мне было указано сесть. Боженька сидела напротив меня скрестив руки на груди. Я наконец добрался до дома Паствы Гестии, Поместья Домашнего Очага. Все собрались в гостиной.

Довольно много всего случилось после того, пока я пытался сбежать из района удовольствий. Поэтому я оказался дома только ранним утром.

Я пытался тихонько прокрасться обратно, но это не помогло. Боженька поймала меня прямо у входа и начала допрос:

— Провёл ночь в районе удовольствий, хммммм? Ну что, Белл, есть что сказать в своё оправдание, а?

Она поняла, что я провёл ночь в борделе ещё до того, как я начал это отрицать.

От моего тела несёт мускусом, думаю, где я был вполне очевидно. Она смотрит на меня, будто я распоследний отброс. Из моих глаз потекли слёзы.

Она работала допоздна; никого из нас не было, к тому времени как она вернулась домой. Вельф и остальные вернулись, но кого-то с ними не было. Час за часом она ждала, опасаясь худшего, а я явился пропахший мускусом. Разумеется, она на меня зла. Не могу её в этом винить, её хвостики даже подскакивают от злобы.

Что ещё хуже, у сидящей рядом с боженькой Лили лицо даже страшнее.

Сидящий чуть поодаль Вельф вздохнул. Микото была так взволнована, что я ощущал её нервозность физически.

— Г-Г-Гестия-ками, я принимаю на себя вину во всём произошедшем. Пожалуйста будьте милосердны к Беллу-с!..

— Помолчи, Микото.

Боженька остановила попытки Микото меня защитить даже на неё не взглянув.

Лили знала, как я оказался в районе удовольствий, и начала бормотать… а значит все думают, что я этимзанимался до поздней ночи и поэтому я пахну как работницы района.

— Ну чтооооо… переспал с одной из проституток, не так ли?

— Н-нет!

Я энергично замотал головой из стороны в сторону, отчаянно пытаясь убедить боженьку в том, что я невиновен и пытаясь игнорировать её ужасающий тон. Подобного от неё я ещё никогда не слышал.

— Я ни с кем не переспал и даже не хотел! Это всё одно большое недопонимание!

— Если это правда, почемуууу тогда сударь Белл всю ночь отсутствовал?

А теперь и Лили его использует?! Они обе неправильно меня поняли! Как мне их убедить?!

Я не могу рассказать подробно о том, что случилось в районе наслаждений. То же можно сказать и о том, как я потерялся на Дедаловой Улице, на которую Харухиме вывела меня из района красных фонарей.

Единственное возможное решение искренне всё отрицать.

— Я-я просто пытаюсь сказать, что ни с кем и ничего не делал!

— Вот кааааак?

Глаза боженьки впились в меня. Кажется, Лили с ней на одной ментальной волне, потому что именно в этот момент она вытащила небольшую бутылочку.

— Тогда тебя не затруднит объяснить вот это?

Боженька взяла бутылочку из рук Лили и ткнула ей в моё лицо. Прозачное стекло, размером с шахматную фигуру заполнена красной жидкостью… афродизиак.

ГЕРМЕССССССССССССССССССССС!!!

Моя душа кричала от агонии.

Эта проклятая бутылочка принесла мне кучу проблем этой ночью. Мне прямо вспомнилась щегольская улыбка этого бога. Но теперь для меня эта улыбка была будто проклятье.

Я хотел бы рассказать своей боженьке как эта бутылочка оказалась у меня в руках.

Вот только слова: «Мне бы хотелось, чтобы ты сохранил тот факт, что я оказался здесь только, между нами. Согласен?» — до сих пор в моей голове. У меня не хватит храбрости, чтобы нарушить прямое обещание, данное богу. Кто бы что ни говорил, богов нужно уважать и подчиняться их приказам.

Я оказался зажат между этим обещанием и ледяным смертельным взглядом Всевышней Гестии. Щёлк! Моя голова упала будто у марионетки, которой обрезали ниточки.

— …Что будем делать дальше, сударыня Гестия?

Лили свысока посмотрела на жалкую кучу человеческой плоти, в которую я превратился и повернулась к боженьке.

— …Никто не может соврать богу. Белл говорит правду.

Боженька молчала довольно продолжительное время, прежде чем это сказать, с протяжным тяжёлым вздохом.

Я наконец ощутил облегчение. Мои глаза переполняла радость от того, что мои мольбы её достигли. Но яростный взгляд, которого я так испугался вернулся к ней практически мгновенно.

— Однако, простить тебя за то, что бы провёл целую ночь в районе наслаждений я не могу! Я не могу упустить из виду тот факт, что ты заинтересовался чем-то в этом испорченном месте!

Тут же начав кланяться, я мог лишь понадеяться смягчить её гнев, продолжая пытаться её убедить, что это всё одна большая ошибка.

Но эти ледяные, сердитые глаза даже заговорить мне не позволили. Слова совершенно вылетели из головы, я тут же пал ниц.

— Ты проведёшь день в наказании, которое я сочту подходящим. Это даст тебе достаточно времени чтобы подумать о том, что ты сделал. Согласен?

— Да…

Это единственное слово, которое смогло продраться через мой пересохшее горло.

Я оказался причиной серьёзного погрома в районе удовольствий, на территории другой Паствы. Я выставил нас в плохом свете. Я лидер своей Паствы, её репутация складывается из моих поступков. Руки боженьки связаны, если она меня не накажет, это будет выглядеть плохо перед другими членами нашей группы.

После того, как она выполнила свою роль главы Паствы, она повернулась и вышла из комнаты, оставив после себя лишь пульсирующую ауру гнева. Лили последовала за ней.

— Примите мои искренние извинения, Белл-сан…

Всё наконец кончилось. Я сидел на полу так долго, что ноги совсем затекли. Я попытался подняться, но покалывание и онемение заставили меня вернуться на пол. Кровь прилила к ногам, когда ко мне подошла Микото.

Я сказал ей, что ей не за что извиняться и не о чём беспокоиться, это я решил за ней следить. Я даже попытался натянуто улыбнуться.

— Ты правда в порядке? Заставил нас поволноваться, — Вельф навис надо мной, скривив лицо.

После того как мы разделились прошлой ночью, до них дошли слухи о том, что группа амазонок Всевышней Иштар гоняется за кроликом. На самом деле, они даже почти увидели это своими глазами, после того как мои преследовательницы в очередной раз потеряли меня из вида. Они не знали, что погоня шла именно за мной, поэтому вернулись прежде, чем амазонки их заметили.

Я заставил всех волноваться… даже выразить не могу, насколько мне жаль.

— Не думаю, что мне стоит лишний раз об этом говорить, но слушайся Всевышнюю Гестию. Не отступай.

— …

— Ты столкнулся с чем-то, с чем сталкиваться не хотел, не так ли?

Я отвёл взгляд от Вельфа, снова уставившись на пол.

Точно… Харухиме…

— …Кстати, Микото, зачем вы с Чигусой пошли в район удовольствий?

Отчаянно пытаясь сменить тему разговора, я посмотрел на Микото и задал вопрос ей.

Она всё мне рассказала.

— Мы слышали, что одна из проституток района удовольствий очень напоминает человека из нашего родного города… Мы пошли туда, чтобы её найти.

В тот момент, когда она сказала, когда именно пропал из города тот человек, мои глаза округлились.

Не может быть… В моей голове начала складываться картина.

И Харухиме и Микото с Дальнего Востока.

— Эй Беееелл!!! Мне весь день тебя ждать?!

Поток мыслей был прерван сердитым голосом боженьки, зовущей меня у входа. Я быстро поднялся, услышав её голос. Наверное, так ведут себя маленькие дети, когда родители отрывают их от чего-то интересно.

Моё наказание обернулось общественными работами.

Строго говоря, я просто хожу по одному из районов, всех приветствую и помогаю любому, кому это нужно. Я называю своё имя и Паству, а потом помогаю людям в какой-нибудь работе или помогаю решать их проблемы.

— Прости, что загрузили тебя Маленький Новичок! Без тебя бы совсем не справились!

— Рад помочь!

Подмести переулок, заменить магический камень в фонаре, перенести коробки… дружелюбный мужчина поблагодарил меня за проделанную работу, а я отправился искать, кому ещё нужна помощь.

Для Паств подобное довольно важно, нужно произвести дружелюбное впечатление на жителей района. По крайней мере, они запомнят наши лица и будут думать о нашей богине в положительном ключе. Принятие среди людей — это первый шаг для того, чтобы наш новый дом стал узнаваем.

До недавнего времени мы жили просто для себя и обеспечивали себя… Но сказанные Гестией слова: «Между соседями в Гекае нужно поддерживать тёплые отношения», — очень ей подходят.

То, как она меня наказала, неплохое начало для добрососедских отношений.

— Это же Маленький Новичок!

— Ого, правда, это он!

Я шёл по улице, мои руки были заполнены фанерой, когда на меня указали пальцами маленький мальчик и маленькая девочка. Кто бы мог подумать, что «Битва» принесёт столько известности? Даже дети запомнили мой титул! Их глаза блестели от интереса и восторга.

Как же это круто!.. И что мне им ответить, вообще?

Я всё утро работал. Мои руки устали, и я покрылся потом, но я всё-таки нашёл способ им помахать.

— Он весь дрожит.

— Такой слабый!

Никогда не думал, что невинные детские слова могут быть так безжалостны. Улыбка сползла с моего лица.

Сейчас у нас не взято никаких заданий. Моя сила третьего уровня используется для мелких поручений и ремонтных работ задаром. Может эти дети и правы…

Я поздоровался с очередным человеком, выполнил ещё одну работу и оказался на Западной Главной Улице прежде, чем сам это осознал.

— Беловолосик, пормяботай и на нас, мя!

— Простите, что приходится вас просить, господин Авантюрист.

Кошкодевушка Аня привлекла моё внимание, когда я проходил мимо «Щедрой Хозяйки». Она попросила меня починить крышу ближайшей пристройки. Аня и её коллега-человек, Руноа, позвали меня, и я поднялся по лестнице, в поисках места, которое нужно починить. Такими темпами, когда я своими делами смогу заняться?..

— Это сэкономит нам кучу времени, господин Авантюрист!

— Когдмя закончишь, мя, я дам тебе свои трусики в кмячестве нагрмяды!

— Оставьте их себе!

Ещё одна кошкодевушка, Хлоя, появилась рядом с Руноа. Я покраснел, когда она мне крикнула и закричал в ответ.

Они втроём смотрели на меня с улицы. Четвёртая работница бара, эльфийка Лю, появилась за их спинами и отвесила каждой из девушек по подзатыльнику одним быстрым движением. Все три девушки вскрикнули.

Меня пробил холодный пот, и я принялся за работу. Первое, что я сделал, содрал прогнившее дерево одной из сторон молотка, а потом вставил вместо него новую фанеру и прибил её гвоздями.

Не занимался ничем подобным ещё с тех времён, когда жил с Дедулей! Подобные навыки наконец начали приходиться кстати. Я оценил свою работу, а потом спустился по лестнице. Лю и Силь, другая работница «Щедрой Хозяйки», ждали меня внизу:

— Спасибо вас за труд, господин Кранелл. Приношу извинения за моих коллег.

— Тебе пришлось найти время в твоём занятом графике чтобы починить нам крышу… прости, Белл.

— А, да это ничего.

Я слегка поклонился. Они так много мне помогали, что я нисколько не возражаю.

Лю ненадолго прикрыла свои небесно-голубые глаза и также ответила поклоном. Иссиня-серые волосы Силь растрепал ветер, когда она мне улыбнулась.

— Твоё имя стало довольно известно, Белл.

— Ты правда так думаешь?

— Да. Авантюристы и просто наши завсегдатаи много о тебе говорят.

Если верить тому, что сказала мне Силь, я стал довольно популярен.

На самом деле, с «Битвы» и дня не проходило, чтобы моё имя не прозвучало в каком-нибудь разговоре в их баре.

Некоторые люди начали узнавать меня, когда я поднялся до второго уровня, но подобная известность… даже те дети… а теперь, оказывается, что и за пивом люди меня упоминают? Я почти не могу в это поверить.

Я отвёл от неё взгляд и почесал подбородок. Силь хихикнула:

— Господин Кранелл, пожалуйста отобедайте в нашем кафе.

— Вы… уверены?

Лю ждала, когда наш разговор прервётся, чтобы пригласить меня в «Щедрую Хозяйку». Это слишком хорошо, чтобы быть правдой.

— Да. Вы починили нашу крышу, уверена, Мама Мия позволит…

Лю неожиданно замолчала.

Она стояла на расстоянии вытянутой руки, но вдруг сделала ко мне шаг, наклонила голову и принюхалась.

— Мне знаком этот запах, но откуда?.. — она сощурила глаза, когда эти слова слетели с её языка. Кажется, и Силь заметила нечто странное, потому что тоже сделала ко мне шаг.

Она наклонилась очень близко, я ощутил, как полыхнули мои щёки. Девушка втянула запах, исходящий от моей рубашки.

— Это запах…

От этих слов моё лицо бросило из жара в холод. Запах на моём теле… душ, смена одежды и целое утро работы не помогли от него избавиться?!

— П-простите, забудем про обед! У-у нас ещё есть срочные дела!

Они повернулись ко мне спиной, ещё до того, как начали говорить. Девушки быстрыми шагами прошли мимо остальных работниц. Я развернулся, чтобы уйти, но буквально ощущал, как впился в меня грустный взгляд Хлои. Нужно спешить.

— …Хааа.

У меня мог бы быть приятный обед, а вместо этого я сбежал, даже не попытавшись очистить своё имя. Жалкий, какой я жалкий.

Я влился в поток полулюдей, снующих по Западной Главной Улице под чистым голубым небом.

Не думаю, что мне стоит пропускать обед, в качестве части моего наказания… но за время моей работы волонтёром я совершенно забыл о районе удовольствий. Харухиме наконец вылетела у меня из головы, но всё вернулось обратно, когда девушки заметили исходящий от меня запах. Теперь я просто подавлен.

Разумеется, я не смог бы о таком забыть, и тяжесть снова на меня навалилась. Вот бы был кто-то с кем я могу об этом поговорить.

Я продолжал механически переставлять ноги, опасаясь, что меня затянет в тёмный вихрь эмоций, если я вдруг остановлюсь. Совершенно растерянно я шёл по Западной Главной, Пути Авантюристов, когда моих ушей достигли расплывчатые звуки полуденного колокола. Поток людей направил меня прямо к Пантеону.

— О, Белл, — Эйна увидела меня из-за стойки в тот момент, когда я вошёл в главные двери практически пустого Пантеона.

Она выслушает меня. Она всегда может дать мне совет и никогда меня не подводила. Я зашёл так далеко, только благодаря ей.

Но что она может сделать? Спросил я сам себя, продолжая механически переставлять ноги. Гильдия знает, что происходит в том районе… возможно если я ей расскажу это вызовет лишь больше проблем.

Хорошая ли это мысль? Я остановился посреди зала. Эйна продолжала смотреть на меня из-за своей стойки.

Она поднялась, сказала несколько слов своей коллеге и пошла мне навстречу.

Подойдя ко мне, она не стала дожидаться приветствий, сказав:

— Мы пойдём в переговорную?

Вот так, сразу.

— Эмммм…

Я начал мычать, но она мне улыбнулась:

— У тебя ведь есть что-то на уме, что-то важное? Я вижу своими глазами.

По её словам, у меня всё на лице написано.

Её мягкие, изумрудно-зелёные глаза встретились с моими, через очки.

— Я ведь уже говорила и готова сказать снова: Приходи ко мне за любым советом. Я твоя советница, это моя работа.

Неожиданно, во тьме будто зажёгся огонёк.

В этот момент я понял, что должен с ней поговорить. Эйна всегда была ко мне добра, она поможет мне и в этот раз. Она предложила мне совет несмотря на то, что даже не знает, что именно происходит. Я был бы дураком, если бы отказался. После этого она улыбнулась, терпеливо ожидая моего ответа. Я ей кивнул.

Я могу ей доверять!

— БОРДЕЛЬ???

Царившая ещё секунду назад улыбка на её лице исчезла, её заменил осуждающей взгляд.

Так я и знал… признался я себе, разрыдавшись, где-то в глубине души.

Мы в переговорной. Это место звуконепроницаемо, так что авантюристы и их советники могут обсуждать любые темы, не боясь, что их подслушают. Прекрасно это понимая, я начал рассказывать о произошедшем в районе удовольствий… В тот момент, когда я сказал слово бордель, Эйна очень быстро охладела.

Её идеально симметричные тонкие брови, указывали на то, что она готова взорваться от гнева. Линзы очков будто полыхали, она подскочила, сдвинув стол. Шуух. Её стул сдвинулся назад по мраморному полу.

— Хочешь сказать, ты провёл ночь с одной из этих женщин?!

— Н-н-н-н-н-нет! Вовсе нет!

Она наклонилась ко мне, вены на её лице вздулись и пульсировали. Не знаю, в том ли дело, что она полуэльфийка, но она смотрела на меня, будто я куча мусора. Довольно раздражающая куча мусора, потому что она очень сильно, почему-то, на меня разозлилась.

Чтобы прийти в себя Эйна помотала головой и отвела взгляд в сторону:

— Н-ну, ты авантюрист, да ещё и мужчина, в конце концов… Вполне естественно, что тебе, в твоём возрасте это становится интересным… Но… Но вообще-то…

Кончики её коротких эльфийских ушей порозовели. Пытаясь подобрать правильные слова, она практически ими в меня бросила.

— Но пойти туда на самом деле?!

Она закричала на меня, закрыв оба глаза.

— Я запрещаю тебе ходить в бордели, навсегда! Понял?!

— Э, а, но…

— НАВСЕГДА!!!

— Д-ДА, МИСС ЭЙНА!

Она даже через стол склонилась. Поскольку бежать мне было некуда, я отчаянно закивал головой, начиная сжиматься.

Наконец отступив, Эйна села обратно на свой стул. Она всегда была для меня как старшая сестра, взрослая и умная. Но сейчас она кричала как маленькая девочка. Замечательно, теперь на меня зол ещё один человек. Она на меня даже не смотрит, её руки скрещены на груди, а уши покраснели.

Наверное, мне не стоило просить совета у женщин в подобной ситуации. Довольно поздно я об этом подумал. Неловкое молчание висело слишком долго… я ощутил себя таким маленьким для своего кресла. Наконец, я набрался смелости и задал вопрос:

— Эм, не могли бы вы рассказать мне о Пастве Иштар?..

Она, наверное, думала, что моя голова заполнена воспоминаниями о весёлой ночи с проститутками. Но, наконец, она взглянула на меня из-под очков. Злость кипела в её глазах.

Члены этой Паствы провели вчера практически всю ночь, пытаясь меня догнать. Хочу я этого или нет, теперь меня с ними связывает этот случай, и они могут попытаться найти меня снова. Мне стоит узнать о них так много, как у меня получится. Я попытался как можно подробнее рассказать, что произошло прошлой ночью Эйне, и что я не пытаюсь подыскать себе новое ночное «развлечение».

Она молча на меня посмотрела, после чего легонько вздохнула.

— Скоро вернусь.

Наконец, она решила мне довериться и отошла чтобы принести одну из папок со своего стола.

— Паства Иштар… Как тебе известно это довольно влиятельная Паства, изучающая Подземелье, чья территория охватывает весь Район Удовольствий, — Эйна принесла целую гору папок и начала раскладывать их по столу.

Я внимал каждому слову. Нельзя знать заранее, какая информация может пригодиться.

Большую часть Паствы составляют амазонки, девяносто процентов её членов женщины. Несмотря на то, что очень большой доход они получают в Подземелье, сорок процентов их общего дохода генерирует район удовольствий, третий район Орарио.

— Амазонки в рядах их Паствы известны как Берберы. Большая их часть третьего уровня, за исключением их лидера, «Андроктонус, убийца Мужчин» … Фрина Джамиль, одна из сильнейших авантюристок в городе, Пятый Уровень.

Пятый уровень… холодок пробежал по моей спине. Воспоминания об увиденном прошлой ночью действительно будут сниться мне в кошмарах.

Как я и думал, Фрина из элиты. С такой скоростью и силой, разве могло быть по-другому? И её титул, Андроктону… даже жутко, насколько он ей подходит.

— Эм… есть ли здесь информация об амазонке, по имени Айша и ренарте, которую зовут Харухиме?

— На самом деле, Айша Белка довольно известна. Несмотря на то, что она записана как авантюристка третьего уровня, ходят слухи что она почти получила четвёртый. Среди авантюристов Третьего Уровня её можно назвать одной из сильнейших.

Потом Эйна добавила, что Айша носит титул «Антианейра».

— Что же до ренарта, Харухиме, так? Я никогда о ней не слышала. Её нет в наших списках… скорее всего, она небоевая участница.

Эйна пробежалась пальцем по одному из списков. Наверное, это список членов Паствы Иштар.

Небоевой член Паствы, тот, кто не получил благословения.

Это, в общем-то, понятно. Если не считать Айшу и остальных амазонок, мне кажется, что большая часть Паствы Иштар работает в борделях… И Харухиме была им продана, так что они постарались сохранить её настоящую личность в секрете. Появление её имени в списках может вызвать только проблемы.

Эйна спросила меня, что я обо всём этом знаю и я тут же ответил, что ничего.

— Вернёмся к разговору о Пастве Иштар. Гильдия присудила ей ранг «А». Это одна из самых могущественных и влиятельных групп Орарио.

— …

— Они на другом конце списка относительно Паствы Гестии. Особенно Фрина Джамиль… Однажды она сражалась один на один с Кенки. Мисс Валленштайн тогда чуть не потерпела поражение.

— ЧЕГО?!

Этот небольшое замечание от Эйны потрясло меня до самой глубины души.

Мисс Айз… почти проиграла?

— Тебе стоит понять, что это было несколько лет назад. Мисс Джамиль в то время была выше уровнем… Мисс Валленштайн недавно полностью её превзошла, получив шестой уровень.

Эйна тут же попыталась меня успокоить, но было уже поздно. Фрина была на уровне, которого мой идол тогда не мог достичь…Если это правда, Паства Иштар одна из сильнейших. Невозможно этого отрицать.

Прошло несколько секунд, а я так и не знал, что мне сказать.

— Всё в порядке?

— А, д-да… я в порядке.

Я пришёл в себя, а рассказ Эйны принял неожиданный поворот.

— Я не знаю каковы были подробности того, что я сейчас хочу тебе рассказать. Я никогда не работала с членами этой Паствы, но… ходят слухи, что Паства Иштар не докладывает Гильдии о повышениях.

— То есть, они скрывают настоящую силу?

— Именно так. Несколько богинь-соперниц подняли шум по поводу Паствы Иштар, указав на то, что сила её членов на самом деле большего уровня, чем говорится в отчётах.

Неожиданно я вспомнил о том, что мне говорила Гестия, что Паства Гермеса делает нечто подобное, скрывает настоящие уровни своих последователей.

— Эти богини убедили нас провести расследование. Гильдия провела подробное исследование Паствы Иштар, больше всего внимания уделив уровням Бербер, под угрозой серьёзного наказания Пастве. Богине Иштар пришлось показать Характеристики все её членов.

— И?..

— …Невиновны. Ни следа нечестной игры.

Это заявление заставило меня потерять дар речи.

— Каждый авантюрист соответствовал записям. После этого Иштар перешла в нападение, заявив, что обвинения были ложными… Она потребовала наказать Гильдию и заплатить ей огромную сумму возмещения. Мы согласились на все её требования.

— О-они отобрали у Гильдии деньги?!

— Да, довольно большую сумму. Навыки и Заклинания всех последователей Паствы были раскрыты Гильдии, поэтому она получила огромную компенсацию… С тех пор Гильдия никогда не предпринимала каких-то решительных шагов против Паствы Иштар.

Они обладают властью чтобы заставить платить правительство города?.. Пот прошиб мою кожу.

— Мы были вынуждены также оштрафовать Паствы, которые стали причиной этой проверки. А когда они ослабли, Паства Иштар выбила их из города. Богини тех Паств были отправлены обратно в Тенкай. Это случилось около пяти лет назад.

— …

— Довольно сложно объяснить, как это всё произошло. Всё было словно спланировано заранее, будто актёры играли свои роли… казалось, что гильдия была марионеткой, за ниточки которой дёргала Богиня Иштар.

Эйна скрестила руки, погрузившись в размышления и рассказывая мне то, что ей удалось вспомнить из событий пятилетней давности.

Скорость и Сила членов Паствы превосходит уровни, которые были раскрыты Гильдии.

Тайна, которую не смогло раскрыть даже расследование Гильдии. Что скрывает Паства Иштар?

— Белл… а теперь лично. Я боюсь Паствы Иштар. Избегать стоит не только их борделей, но и её последователей вообще, насколько это возможно.

Это явное предупреждение, которое основано не только на положении, занимаемой этой Паствой, но и очень высокой вероятностью того, что они замешаны в тёмных делах. Потом Эйна рассказала мне, что я должен любыми способами избегать того, что произошло с Паствой Аполлона.

Я сидел в своём кресле, погрузившись в молчание. Эйна смотрела на меня, так, будто я в любой момент могу сорваться с обрыва. Я видел лицо той девушки-ренарта каждый раз, когда закрывал глаза, но я должен что-то ответить на предупреждение Эйны. А раз ответа у меня нет, я задам ей вопрос.

— …Эйна, Гильдии известно… насчёт района удовольствий, что там случается?..

Я должен выяснить, правда ли то, что сказала Харухиме.

Эйна мгновенно поняла, о каких именно делах я говорю, и отвела взгляд.

— …Да. Гильдия занимает нейтральную позицию. Мы знаем о том, что происходит за закрытыми дверями, но я думаю, что сделать с этим что-то в данный момент невозможно.

Харухиме была права.

Гильдия просто игнорирует правду, чтобы поддерживать спокойствие.

Эйна тоже выглядит этим разочарованной. Тяжесть правды тяготит нас обоих.

Город заливали лучи полуденного солнца.

В то время, как большинство авантюристов гнули спины в Подземелье, большинство обычных жителей Орарио спешили по своим делам, ходили по магазинам или пытались просто убить время.

Среди этих жителей также встречались и божества. Одно из божеств упражнялось в красноречии перед совершенно поразительной эльфийкой. Неподалёку проходила группа богов, прихлёбывая что-то алкогольное и искала глазами развлечения, впустую растрачивая день. Чуть дальше ещё одно божество, играло с группой детей, они пинали мяч. Божества были повсюду.

В западном районе Орарио было гораздо оживлённее, благодаря авантюристу, который занимался общественными работами. Один из богов шёл по шумной улице быстрыми шагами, пока не оказался перед одним из баров.

— Малышка Аня, позови пожалуйста Мию. Это срочно.

— Мя, Всевышний Гермес, снова, мя?

Гермес окликнул первую работницу бара, которую увидел, как только подошёл к дверям «Щедрой Хозяйки». Кошкодевушка тут же исчезла в заднем помещении бара. А раздражённая до предела дворфийка появилась спустя несколько секунд.

— Прошу тебя, Мия, передай Всевышней Фрее, для меня, сообщение.

— Снова? Я тебе уже сказала, есть ноги — шагай сам. Я тебе не посыльная.

— Но на этот раз она правда может меня убить!

Отказ Мии поверг Гермеса в отчаянье.

Бог был один. Быстро огибая столы, он добрался до кухонного окна. Гермес подобрался к разъярённой дворфийке, чтобы их разговор не мог быть услышан.

— Видишь ли… Белл, ух, Белл!

— Что на этот раз с пареньком случилось? Ты что-то ему сделал?

— Я не виноват… Я был слаб, беспомощен… Я не злодей!..

— Вот и убирайся… Пока мой кулак не встретил твоё лицо, — сказала дворфийка, её бровь подрагивала. И без того бледный Гермес стал на оттенок бледнее, от недоброго огонька, полыхнувшего в её глазах. Божество отчаянно пыталось подобрать правильные слова, и сделать это нужно было достаточно быстро, пока Мия не принялась исполнять своё обещание.

— Иштар положила на Белла глаз… Он в опасности по очень многим причинам!

Раздражение Мии превратилось в потрясённое удивление, когда Гермес рассказал о событиях прошлой ночи, произошедших в доме Паствы Иштар.

В ходе допроса с пристрастием, проводимого Иштар, он раскрыл, что Фрея заинтересована беловолосым парнем.

— Пожалуйста, Мия, расскажи об этом вместо меня! Если я предстану перед Всевышней Фреей лично…

Гермес будто наяву видел ледяную улыбку на лице Богини Красоты, когда она произносит: «Однозначно, смерть». Гермес содрогался каждый раз закрывая глаза, потому что локоны серебряных волос каждый раз отчётливо представлялись в его голове.

Именно в этот момент другой человек, сереброволосая девушка, появилась за спиной запуганного божества.

— Что значит Белл в опасности, Всевышний Гермес?

— УАААХ?! — Гермес чуть из кожи не выпрыгнул от удивления.

Он повернулся и увидел за своей спиной Силь.

— Чуть раньше, сегодня утром, от Белла исходил очень тонкий аромат мускуса. Вы же не хотите сказать, что хоть как-то к этому причастны… не так ли, Всевышний Гермес? Каков ваш ответ?

— С-с-слушай, Силь, дорогуша. Разве ты не знаешь, что смертной девушке негоже пытаться запугивать бога?

На губах Силь была улыбка, но её глаза так сильно давили на Гермеса, что даже его голос стал на порядок выше. Это привлекло внимание и остальных работниц тоже. Вскоре возле кухонного окна собралась небольшая толпа.

— Хэй-хэй-хэй! — всё больше вопросов сыпалось на обычно очаровательного бога. Мия тяжело вздохнула, массируя виски.

Ранний вечер. Небо окрасилось в прекрасные оттенки красного цвета, пока солнце скрывалось за горизонтом.

После разговора с Эйной я вернулся к общественным работам. Боженька настояла, чтобы я встретил её перед лавкой в это время.

Лили, Вельф, Микото и боженька, ещё одетая в униформу ларька, торгующего хрустящей картошкой, оказались перед старой, на вид, дверью одного обшарпанного книжного магазинчика.

— Эй, там! Мы пришли помочь, как и обещали!

— А, Гестия. Ты действительно пришла.

На самом деле, боженька дала обещание помочь очень давно.

Каждому из нас она сказала о встрече перед этой книжной лавкой два или три раза, но мы не догадывались что именно от нас потребуется.

— Вы теперь знаменитости, делаете моим старым костям честь. То, что вы решили исполнить данное старику обещание, для меня большая честь.

— Хе-хе-хе, значит и от тебя не ускользнуло. Впрочем, присоединяться к нам уже поздно, свой шанс ты упустил!

— Ха-ха-ха, точно, упустил. Какая непростительная ошибка с моей стороны!

В этом книжном магазине боженька дала мне своё Благословение. Она привела меня сюда после нашей встречи, а вскоре я получил Фалну. В этом месте родилась наша Паства.

Старый человек, владеющей этой лавкой перевёл взгляд наверх и сказал: «Давно не виделись, Белл». Его мягкая белая борода колыхалась от каждого слова.

— Я тоже рад вас снова видеть. — ответил я, быстро поклонившись.

— Итак, ребята. Как я и говорила этим утром, мы идём сюда помочь привести кладовку в порядок. Можете считать это общественными работами, так что выложитесь на все сто.

После этого мы принялись за работу.

Интересно, что сейчас делает Харухиме…

Я взял стопку книг, найденную в кладовой, и вынес её, в то же время размышляя о ней.

Мы провели вместе всего несколько часов, но её мимолётная улыбка никак не выходит у меня из головы. Интересно, ждёт ли она сейчас своего первого посетителя… Мои щёки покраснели, и я помотал головой, пытаясь выкинуть эту картину из своей головы. Вздохнув, я снова спустился на первый этаж книжной лавки.

Вельф, Лили и Микото были уже внутри, меня встретили их спины, они раскладывали книги. Боженьки здесь не было, кстати. Я предположил, что сейчас она в другой комнате, с владельцем, разбирается с бумажной работой.

— …Эм, мисс Микото.

— Что такое, Белл-сан?

Я поставил стопку книг на пол и привлёк внимание Микото. Она отвернулась от полок… я хочу спросить её о совпадении, которое беспокоит меня с самого утра.

— Вы знакомы с ренартом по имени Харухиме?

— Г-где ты услышал это имя?!

Её тело покрыла дрожь, она тут же подскочила ко мне.

Лили и Вельф тоже повернулись, когда я начал рассказывать, что именно произошло прошлой ночью. Как я нашёл её в районе красных фонарей и узнал, как она оказалась в Орарио. Все внимательно слушали мою историю, и я видел, как Микото дрожала. Она постоянно вздрагивала, будто пытаясь оставаться спокойной… К тому времени, как я закончил, она прижала руку к груди и опустила взгляд в пол.

— Если можно… Не могли бы вы рассказать, откуда вы и остальные члены Паствы Такемиказучи знаете Харухиме?

Мне захотелось узнать о ней побольше. Я попытался задать свой вопрос с интересом, чтобы скрыть отчаянье в своём голосе. Микото стояла на месте довольно продолжительное время, собираясь с мыслями. Наконец, она медленно кивнула:

— …Я рассказывала, что нас шестерых растили Всевышний Такемиказучи и ещё несколько божеств в святилище.

Она действительно говорила нам после «Битвы», что Оука, Чигуса и все они были сиротами. Их подобрали в святилище в разных обстоятельствах, но они жили одной большой семьёй.

— Мы переехали в Орарио с Дальнего Востока по финансовым причинам… наше святилище было слишком бедным, чтобы оказывать помощь всем детям, которым это было нужно.

Появлялось всё больше сирот, но дохода, чтобы их прокормить не хватало. Запасы денег истощались и с этим нужно было что-то делать. На встрече богов и богинь святилища было принято решение. Старшие и сильнейшие из сирот, способные сражаться, пересекут океан и отправятся с Всевышним Такемиказучи в Орарио. Город, обладающий безграничными ресурсами, называемыми Подземелье. Они зарабатывают деньги и отправляют их домой, чтобы обеспечивать святилище.

Ещё когда я услышал об этом в первый раз меня охватило такое чувство, но… тот факт, что я явился в Орарио, чтобы цеплять девчонок, заставил меня захотеть вырыть дыру в земле и прыгнуть в неё, от стыда.

Я отбросил это чувство, из-за ощущения, что сейчас Микото перейдёт к самой важной части, поэтому всё внимание я перевёл на неё.

Даже Вельф и Лили перестали работать, слушая историю Микото.

— Впервые я встретила Харухиме задолго до переезда в Орарио… С того дня прошло около десяти лет.

Микото не смотрела нам в глаза, её взгляд был прикован к полу, когда она делилась с нами воспоминаниями.

— Наше святилище расположено в горах. Поместье Харухиме-сама было расположено неподалёку. Она жила в роскоши, никогда не покидала своего поместья. Её мир очень отличался от нашего… Но Такемиказучи-ками было её жаль.

«…Вы все должны показать ей мир за пределами её стен».

Этот приказ был странным, но Такемиказучи отдавал его с ребяческой улыбкой… по крайней мере, так сказала Микото.

Такемиказучи бог войны, ему знакомы различные стили боя. Он тренировал сирот с того дня, как они появлялись в святилище. Поэтому Микото, Чигуса, Оука и остальные без проблем прокрались в поместье и смогли вывести Харухиме наружу, чтобы поиграть.

— Получается, вы с Харухиме друзья детства?..

— Да, так и есть. Однако, её семья раскрыла наши вылазки. После этого патрули стали ходить гораздо чаще и нас…

Поскольку семья Харухиме голубых кровей, они не могли закрыть на это глаза. Отец Харухиме был в ярости… к счастью, Такемиказучи заступился за сирот, извинился за них и использовал свою технику догезы до тех пор, пока отец Харухиме не согласился её отпускать.

— Он довольно быстро переходит к извинениям, для бога войны, — услышал я голос Лили с другого конца комнаты. Судя по её тону, история увлекла её так же сильно, как увлекла Вельфа и меня.

— Мы много раз выводили её из поместья. Лазали по горам, бегали по полям, плескались в реке… Но всё это внезапно прекратилось.

— Это тогда её?..

— Да. В то время года пожертвования в наше святилище увеличивались, и мы были слишком заняты, чтобы ходить в поместье… В ту ночь мы планировали первый визит за множество недель, но нам сказали, что от Харухиме отреклись.

После этого Микото и остальные пытались напасть на её след, но вернулись в святилище с пустыми руками.

Возможно это дело рук того полурослика, о котором рассказывала Харухиме.

После этого она была продана на континент, в Орарио. Паства Такемиказучи оказалась в городе около двух лет назад. А Харухиме уже жила здесь продолжительное время.

— Возможно я провела с Харухиме-сама гораздо меньше времени чем с Капитаном Оукой и остальными… но мы всё равно сблизились. Я могу назвать её своей подругой.

Микото притихла, будто показывая, что её история окончена. В её словах заключено немало горечи… я могу ощутить боль, которая от них исходит.

В комнате повисло тяжёлое молчание.

— …Лили думает, что это ясно и без слов, но…

Тихий голос нарушил воцарившуюся в книжной лавке тишину.

Вельф опёрся на книжный шкаф, скрестив руки на груди. Лили стояла рядом с ним. Она продолжила:

— Пожалуйста, даже не думайте о спасении этого ренарта.

— !!!

— Вот так. Мы только что завершили одну «Битву», а если вы задумаете спасение, это может привести к другой, так?

Мы выложились на сто процентов и всё-таки одержали победу, но Лили права, это имело свою цену.

Конечно, мы стали известны. В то же время, однако, мы стали центром внимания и множество людей захотело получить о нас информацию. Множество Паств думают, как к нам относиться в этот самый момент.

Ледяной расчёт разнёс тот воздушный шарик радости, которую я испытал, когда услышал, как дети утром узнали меня и назвали по имени.

— Паства Иштар на совершенно другом уровне, чем Паства Аполлона. Даже думать не смейте, что мы сможем выиграть схватку с членами этой Паствы.

— !..

— С нашей силой, даже если мы убедим остальных прийти нам на помощь, нас попросту сметут.

Разница в силе слишком велика. Именно это говорила мне и Эйна…

Слова Лили прямолинейны, её аргумент так силён, что у меня даже слова против нет. Микото много раз открывала и закрывала рот, но ничего не могла сказать.

— Помимо всего прочего, сейчас Всевышняя Гестия несёт самую тяжёлую ношу. Может она сама этого ещё не осознала, но после «Битвы» у неё появилась своя территория. Другие божества хотят отобрать эту территорию и присвоить её себе.

Нам не стоит рассказывать ей эту историю. Боженька достаточно волновалась о нас и без этого. Короткая тирада Лили подошла к концу. Ледяным тоном она высказала всё как есть. Упоминание боженьки стало последним и самым решающим аргументом. Вот теперь мне совершенно нечего возразить. Микото даже не смотрела на Лили. Она рухнула на колени, было ясно, что ей было больно.

— Эй, тебе не нужно играть роль злодейки.

Вельф несколько раз легонько хлопнул Лили по затылку книгой. Поначалу Лили не знала как реагировать, но потом злобно отбросила книгу, и закричала:

— Л-Лили не играет роль злодейки!

Но она покраснела. Я увидел это и понял, что происходит, благодаря Вельфу.

Лили была вынуждена взять на себя эту роль, выставить себя злодейкой. Она сделала это ради своей Паствы, ради боженьки и ради нас.

Микото тоже это поняла. Лили спрятала лицо, а Вельф сделал шаг вперёд и принял свой привычный вид старшего брата.

— Как член этой Паствы я согласен с малюткой Лил. Я отказываюсь подвергать нас опасности. Но, — это «но» привлекло моё внимание. Мы с Микото разом посмотрели на Вельфа, — если вы вдвоём захотите что-то сделать, я всегда готов помочь. Я буду присматривать за вами до самого конца, всегда буду рядом.

Слова поддержки! Я заметил, как лицо Микото посветлело, а в моей груди будто зародилась новая надежда. Я пока не могу выразить это словами, но я понял его по-своему.

Моё положение, мои надежды и ответственность, которая пришла вместе с ним. Всё это упало на меня тяжёлым грузом, и мне так сложно, что я не могу двигаться дальше. У меня нет чёткого ответа на слова Вельфа, но он должен быть где-то поблизости… я открыл рот, чтобы заговорить, и тут…

— ЭЙ! За работу! Мы ней уйдём отсюда, пока это место не будет сиять!!!

Боженька пришла нас проверить. Она стояла в дверном проёме и кричала на нас во весь голос.

Наш разговор неожиданно прервался. Снова принялись за работу мышцы, мы вскочили, занимая свои места и наши руки начали хватать ближайшие книги.

— Этот разговор останется между нами. Сударыня Гестия ничего не должна о нём знать.

Лили шептала так, чтобы услышали только мы, после того как боженька ушла. Она предупредила нас, чтобы мы не добавляли богине волнений. Все мы кивнули.

— И ещё! — Лили встретилась взглядом со мной. — Сударь Белл даже не думайте отправляться в район удовольствий сегодня ночью! Это лишь принесёт нам проблемы!!!

— Л-ладно.

Как она узнала, что я хотел проверить Харухиме? Наверное, Лили пыталась сказать, что раз амазонки выбрали меня целью, отправившись туда я лишь подвергну свою Паству опасности. Теперь я вынужден остаться.

Я снова повернулся к шкафу ощущая полную беспомощность. Боженька вернулась в комнату и разделила нас. Каждому была назначена своя область.

— Белл-сан, спасибо, что вы мне рассказали.

— Микото…

Микото поблагодарила меня, когда мы шли по коридору. Я видел её лицо в профиль. Обычно она очень собрана, но я ощутил, что в этот раз её настоящие чувства готовы пробиться наружу… Впрочем, сейчас у меня есть работа.

Я поднялся по лестнице и оказался в другой кладовой. Здесь всё пропахло старыми книгами.

В этой комнате всё началось. Боженька дала мне своё Благословение именно в этой комнате.

Книжные шкафы стоят у всех четырёх стен, даже на полу свалены целые кучи книг.

Волна эмоций захлестнула меня, когда я вошёл и принялся за работу.

— …

Мои глаза привлекло название одной из книг, стоящей в шкафу. Проверив, действительно ли я один, я подошёл к книге. Осторожно взяв её за корешок, я её раскрыл. Коллекция героических историй, которую я читал, когда был помладше. Я перевернул страницы и мои глаза начали бегать по строчкам. Историй в этой книге очень много. Воспоминания захлестнули меня, когда мои глаза набрели на картинку, под которой были строки:

— Те злодеяния, которые ты совершила извратили Вавилон! Сколько мужчин ты заманила в свои сети, заставив их идти по пути тьмы и страданий? У тебя совсем нет совести, шлюха?

Сцена, в которой главный герой отвергает признание в любви от проститутки. Герой навис над распутно одетой женщиной, смотря на неё с праведным гневом. Вокруг женщины полукруглой горой возвышались трупы мужчин. В этой сцене всё кричит о том, что герой поступает верно.

«Проститутки пятнают героев».

Так прошлой ночью сказала мне Харухиме.

Да, проститутки — это бич героев. По крайней мере, так записано в книгах о героях. Так случилось, что этот герой как раз испытал много боли, связавшись с одной из них. Отвергнув её, герой вызвал её гнев. Она попыталась отомстить, но в итоге была убита.

Проститутки — это объекты презрения, изредка сочувствия или эмпатии, но никогда ни одну из них герой не спас от её судьбы. Эти женщины всегда идут нечестивым путём и зачастую видят только презрение и высокомерие.

Герои, на которых я равнялся с самого детства, скорее всего никогда даже не попытались бы им помочь.

— …Нет.

Всё так, как говорила Харухиме. Проститутки продают свои тела и сердца ради денег, к таким никогда не придёт герой, который их спасёт. Им не позволено… находиться рядом с героями.

— …

Я скользил взглядом по трагической истории этого героя, стоя возле книжного шкафа.

Чувство беспомощности охватило моё сердце. Если этот случай порождает во мне такие ощущения, возможно мне, в первую очередь, не стоило в это вмешиваться, не стоило ощущать к ней сочувствие, не стоило об этом знать.

Я продолжал задавать себе вопросы и пытался найти на них ответы, надеясь, что, если обо всём забуду, это решит все мои проблемы. Что я знаю наверняка, так это то, что я не хочу сожалеть о встрече с ней. Каждая встреча несёт в себе что-то особенное, ими нужно дорожить, я уверен.

— …Дедуля, я…

Я вспомнил случившийся внизу, между нами, разговор. Вещи, которые я должен делать как командир Паствы и вещи, которые сделать хочу. Моя голова тяжелела от слов и голосов, я взглянул в окно.

Насыщенная краснота неба на западе сменялась мраком ночи.

Жёлто-золотая луна светила в ночном небе. Харухиме уставилась на неё со своего обычного места в галерее. Она смотрела на освещаемую лунным светом дорожку к другим борделям района красных фонарей. Этой ночью улицы были заполнены ничуть не меньше, чем прошлой.

Рядом с Хархиме сидела большая группа девушек, одетых в красные кимоно. Взгляды множества потенциальных мужчин покупателей скользили по девушкам. Но этой ночью Харухиме сидела на коленях, навострив уши и высматривая кого-то в толпе мужчин.

Он пришёл, он пришёл?

Она искала взглядом беловолосого парня, которого встретила прошлой ночью. Её золотой пушистый хвост мотался из стороны в сторону, каждый раз, когда она видела новое лицо.

Прошлая ночь была…

Весёлой. Всё было как во сне.

Она не испытывала ничего подобного с тех времён, как её друзья приходили за ней в поместье на её родине.

Доброта и теплота этого парня оказала на Харухиме сильное впечатление. А его рубиново-красные глаза были ошеломительно прекрасны. Они были так чисты, что, казалось, можно заглянуть прямо в его сердце. Она не могла не улыбнуться, когда вспоминала истории, которые они обсуждали. В груди Харухиме было тепло, когда она вспоминала о голосе парня.

— Господиииин!

Одна из женщин, сидевших перед Харухиме обратилась к проходившему мимо мужчине, её похотливый голос был наполнен желанием.

Однажды была одна женщина, работавшая с Харухиме, у которой проснулись чувства к одному из клиентов. Ещё одна зверолюдка, как и она сама, Харухиме вдруг вспомнился победный блеск в глазах этой женщины, когда та заявила: «Тебе не понять, что я чувствую. Ты поймёшь, что это такое, только когда влюбишься сама.»

Именно влюблённость, или нечто подобное сейчас и испытывала Харухиме. Подобное описывалось в историях, которые она читала в молодости. Герой, который неожиданно явится и уведёт её в другой мир, спасёт от пустой жизни, как тех героинь, для которых всегда находились спасители.

Если… если этот парень…

Девушка с самого детства пыталась подавлять силу своего воображения. Но сейчас её воображение снова ожило. Харухиме знала истории нескольких проституток, получивших «освобождение» от авантюристов и покинувших район удовольствий. Большая часть из них, однако, оставались в полном одиночестве после того, как авантюристы не возвращались из Подземелья и их ждали нелёгкие времена… а другие покидали Орарио вместе со своими партнёрами, чтобы путешествовать по миру.

Если вдруг, для Харухиме эта мечта станет явью… в этот момент поток мыслей девушки напоролся на действительность. Она не могла поверить, что даже в своём воображении так легкомысленно связала себя с этим парнем. Проститутки не заслуживают подобного спасения. Она ничего не может с этим поделать, потому что все её действия бесполезны.

К тому же, Всевышняя Иштар никогда меня не отпустит.

— …

Харухиме прикоснулась к чёрному кожаному ошейнику, сковывавшему её горло. Девушка опустила голову, обдумывая свою судьбу.

Несмотря на то, что её окружали проститутки, и всё обилие людей в районе наслаждений, она ещё никогда не чувствовала себя такой одинокой. Такие как она требуются в Орарио.

Самый быстрый способ заработать в этом городе, не становясь авантюристом, это продать своё тело в районе наслаждений. Как только проститутки получают определённую известность, развивая связи со знаменитыми авантюристами и влиятельными Паствами, они обретают немного власти.

Получение влияния в сильной Пастве, как говорили Харухиме, сравнимо с впечатлением от получения титула королевы.

Многие проститутки также об этом слышали и поэтому приходят в Орарио по своей воле. Даже без Благословения им удаётся становиться довольно влиятельными людьми.

Как и для авантюристов, вместе с известностью, в Городе-Лабиринте приходит и определённая власть. Именно жажда власти привлекает большинство авантюристок, которых Харухиме знает. Очень немногие разделяют такое же прошлое, что и она.

Единственная причина, по которой она ценна как проститутка, это её раса. Ренарты очень редки и привлекают множество клиентов.

…Я…

Возможно, было бы гораздо проще, если бы она могла просто закричать: «Почему я обречена на такое существование?» Или, если бы она направила всю свою злость на полурослика-лорда, из-за которого всё это и началось. Но ей недоставало смелости чтобы кричать, и она слишком напугана, чтобы ненавидеть другого человека. Харухиме знает правду о себе.

— Снова кислая рожа. Улыбнись хотя бы.

Сидящая с ней рядом опытная проститутка тихонько выругала Харухиме за печальный вид перед потенциальными клиентами.

Голова и плечи Харухиме рефлекторно подскочили. Её лицо оказалось в одном из первых рядов галереи, отчего она стала видна мужчинам, стоявшим у борделя, служившего ей тюрьмой.

Она очень гордилась своими золотыми волосами будучи ребёнком, когда жила в поместье. Но сейчас это было самой ненавистной её чертой. Уши и золотые волосы заставляют её выделяться. Каждый клиент, подбирающий себе товар по вкусу, неосознанно заостряет на ней взгляд. Так было всегда. Мечтательное выражение появилось на лице тощего чинтропа, когда их взгляды встретились.

Никогда не отводи взгляд от клиента, даже если он не в твоём вкусе — раздался в её голове голос обучавшей её девушки. Харухиме поддерживала зрительный контакт с чинтропом и попыталась красиво улыбнуться.

Она прямо видела, как в его голове вращаются шестерёнки, как он пытается набраться храбрости. Человек-собака ещё какое-то время на неё смотрел, а потом забежал в бордель, соединённый с этой галереей.

Точно, тот парень тоже остановил на мне взгляд…

Случайная встреча прошлой ночью всплыла в голове девушки, похоже, что этой ночью ей снова удалось себя продать. На её лице не было эмоций, как у улыбающейся куклы, а другие проститутки в этот самый момент оживились.

— Эй, глянь на меня, милый мальчик!

— Секси-парень не хочешь снять меня на ночку?

За деревянным заборчиком появилось новое лицо, молодой парень с очень привлекательными чертами. Работницы тут же с энтузиазмом начали его зазывать. Этот парень начал осматривать проституток и его взгляд наконец остановился на Харухиме. Его глаза округлились, он тут же подскочил к забору схватившись за него изо всех сил.

— Харухиме-сама?! Это я — Микото!

У Харухиме перехватило дыхание.

Голоса, серьёзного и прямолинейного взгляда человеческих глаз было достаточно, чтобы Харухиме поняла, что «он» говорит правду. Перед ней была её подруга детства, которая должна быть где-то очень далеко отсюда, Микото, замаскированная как парень.

Харухиме не видела «Битву», поскольку в районе красных фонарей никто не раскрывал Божественные Зеркала. Поэтому она не знала, что кто-то из её прошлого может оказаться в этом же городе. Замешательство и паника начали охватывать девушку. Она застыла на месте, её тело начало дрожать так сильно, что небольшое колечко на ошейнике позвякивало.

…Почему здесь, почему сейчас?!

Это было не то радостное воссоединение, которое она себе представляла, а встреча, погрузившая её в пучины отчаянья.

Самая заветная мечта, которую лелеяла девушка, возвращение на родину и счастливое воссоединение с друзьями, которые столько для неё значили, только что была разбита вдребезги. Её прошлое я, жившее в этих счастливых воспоминаниях было полностью уничтожено, теперь, после того как они узнают, что с ней стало.

Какой стыд!!! Какое унижение!!! Тотальное унижение!!!

Тот стыд, который ещё остался в девушке заставил её тело пылать. Ей хотелось крикнуть: «Не смотрите на меня!», — во весь голос. Сейчас она бы отдала всё, что угодно за кинжал, которым она могла бы искромсать ту унизительную одежду, что покрывает её тело.

Почему…

Почему сейчас? Почему она пришла именно сейчас?

Если бы это произошло хотя бы на несколько дней позже, их бы не ожидало такое позорное воссоединение.

Остальные женщины проследили за взглядом Микото и теперь дружно уставились на Харухиме. Дрожа с головы до кончика хвоста, девушка вынудила себя заговорить:

— …Кажется вы меня с кем-то спутали. Я вас не знаю…

Слёзы начали скапливаться в округлившихся, немигающих глазах Микото.

В дверях, связывающих галерею с борделем, появилась женщина. Она громким голосом сказала:

— Харухиме, у тебя клиент.

— Наконец…

Пытаясь сдерживать дрожь, девушка-ренарт поднялась на ноги. Продолжая прижиматься к забору, Микото отчаянно звала Харухиме, пока та не пропала из вида:

— Подождите, подождите пожалуйста, Харухиме-сама!

Не смотря в сторону своей подруги детства, Харухиме покинула галерею.

— Хоть сегодня дурой себя не выстави.

Харухиме прошла мимо довольно темнокожей амазонки, стоявшей в коридоре.

— Да, мэм, — наконец ответила она, когда разум девушки на какое-то мгновение смог вырваться из тьмы, что ей овладела. Амазонка вернулась к обязанностям, оставив Харухиме наедине с мыслями, пока девушка шла к комнате, в которой её ожидал клиент.

Красноватый свет района красных фонарей был далеко внизу.

Айша наблюдала как поток людей скользит по выполненной в восточном стиле части района удовольствий, пока звук открытия двери не указал амазонке, что та, кто организовала встречу, явилась. Айша отошла от окна, снова оглядев в комнату.

Члены Паствы Иштар собрались в просторной переговорной на двенадцатом этаже своего дома. Группа амазонок сдвинула разбросанные по всему пространству комнаты диваны и кресла и заняла их, амазонки несомненные лидеры этой Паствы, а также сильнейшие воительницы её рядов. Общее собрание Бербер. Фрина заняла самый большой диван, расположившись ближе всего к центру комнаты. Айша рухнула на свободный диван в ожидании пока их богиня, Иштар, войдёт в круг диванов и кресел.

— Похоже, все в сборе.

Её личный слуга, Таммуз, тут же подвинул для своей богини свободное кресло. Иштар сделала долгую затяжку из трубки, прежде чем сесть в центре круга.

Все амазонки собрались в этой комнате, откликнувшись на неожиданный зов своей богини.

— Как-то неестественно, что нас собирают так внезапно, что-то случилось, Всевышняя Иштар?

— А я как раз сегодня собиралась одного красавчика себе сцапать.

Не обращавшая внимания на возмущения амазонок Иштар, наконец, заговорила.

— Я приказываю вам перестать охотиться на ублюдков Фреи и привести мне Белла Кранелла.

Все вокруг затихли.

После этого, раздался практически мгновенный взрыв эмоций. «Вы же просто поглотите его, Всевышняя Иштар!» — взрыв возмущения, от окружавших богиню амазонок. В их голосах слышалась открытая ревность, но, чтобы прервать этот шум Иштар понадобилось лишь улыбнуться и сказать: «Угомонитесь».

— А почему мы должны избегать членов Паствы Фреи?

Айша отклонилась на спинку софы, задав вопрос, не относившийся к общему возмущению. Иштар ответила:

— Кажется она одержима этим парнем, но, почему-то не предпринимает никаких действий. Я собираюсь заполучить его раньше, чем это сделает она.

Зловещая улыбка появилась на прекрасном лице, выражение, которое могло бы любого заставить просто стоять и любоваться им, не произнося ни звука.

— Момент, когда она поймёт, что её маленький фаворитик мне покорился… хотела бы я увидеть её лицо…

Богиня прикрыла глаза и её губы исказились, будто она действительно увидела лицо Фреи от такого развития событий.

— Какая безвкусица, — прозвучал голос одной из Бербер, они начали переглядываться, скаля зубы. Иштар посмотрела в лицо каждой из своих последовательниц и предупредила:

— Я запрещаю вам его поглощать, особенно это касается тебя, Фрина.

— …Ге-ге-ке-кех. Немыслимо, Всевышняя Иштар. Разве я когда-нибудь нарушала ваши приказы?

Лидер Паствы, так, которая носит титул Андроктонус, всё это время молчала. Она приняла угрозу Иштар так, будто это совершенно её не касалось.

Глаза богини сощурились, будто она прекрасно понимала, что у огромной Амазонки на уме нечто другое:

— Даже пальцем его не трогай. Если ты его получишь, он станет для меня бесполезен. Я должна коснуться его первой… Как только его переполнит желание, я отдам его вам, можете делать с ним что у годно.

ПФОООО. Иштар выпустила плотное облако фиолетового дыма.

Фрина не скрывала своего разочарования, когда дым ударил ей прямо в лицо. Однако, она не могла идти против своей богини и ей пришлось покорно принять эти условия.

Айша и остальные амазонки прищёлкнули языками, увидев разочарование Фрины и будто её провоцируя.

— Но, знаете, Всевышняя Иштар…

— Хочешь что-то спросить, Самира?

— Разве сейчас лучшее время, чтобы охотиться на Белла Кранелла? Мне кажется, будет лучше сделать свой шаг, после того как Ритуал Убивающего Камня будет завершён.

Самира, амазонка с пепельными волосами выразила своё мнение.

— Я узнала о Белле Кранелле от источника, который не хотел выдавать эту тайну… Не думаю, что он будет держать свой рот на замке. Фрея очень быстро поймёт, что я знаю, как сделать ей больно. Нужно забрать этого парня прежде, чем она успеет его защитить.

Иштар на мгновенье прервалась, оглядев своих последователей. Её губы снова скривились в улыбке, а взгляд аметистовых глаз пылал.

— Как только ритуал будет завершён, мы объявим Фрее войну. Считайте подчинение этой мелкой сошки первым сигналом к её началу… Будьте готовы.

Она планировала использовать Белла в качестве сигнального колокола. Амазонки не проявили ни капли страха, лишь оскалились как волчицы, готовые к охоте. Жабоподобные губы Фрины также скривились в ухмылке:

— Ге-ге-ге-ге-ке-ке-кех. Ну что, девочки, как будем загонять кролика? Где нам установить ловушку?

Амазонки даже начали облизываться, услышав вопрос Фрины. Лишь лицо Айши осталось неизменным, она молчала.

— В городе это делать опасно, этого нам нужно избежать, — Иштар присоединилась к обсуждению.

После «Битвы» Паства Гестии приковала к себе очень много взглядов в Орарио. Если с одним из её членов что-то случится, слух разнесётся очень быстро. А значит о случившемся будет донесено и в Гильдию или напрямую врагу.

— В Орарио слишком много лишних глаз, — добавила богиня.

— Значит остаётся… Подземелье.

Айша облекла всеобщую мысль в слова.

Все авантюристы знают, что, если требуется совершить какое-то преступление, Подземелье самое подходящее для этого место. Серединные этажи подходят для этого как нельзя лучше, поскольку туда может отправиться только горстка авантюристов высокого класса. Шансы на раскрытие преступления в этих местах очень призрачны.

— Как нам заманить кролика?

— Просто использовав имя Всевышней Иштар мы получим что угодно для ловушки. Нужно подумать, что может быть полезным.

Вместо высокомерной Фрины на вопросы союзниц давала ответы Айша. Фрина фыркнула через нос, будто её заставляла скучать сама идея проработки западни.

— Какие-то проблемы? — Айша бросила на Фрину гневный взгляд.

— Стоит ли нам вести Харухиме?

Короткие пепельно-серые волосы Самиры колыхнулись, когда она отвернулась от Фрины и Айши, начавших горячо спорить. Амазонки посмотрели на Иштар, но богиня прекрасно знала, что этот вопрос был адресован всем людям в комнате. Это было интересным предложением.

— Делайте как знаете, но… В чём этот Маленький Новичок силён?

— Он быстрее любой из нас, больше ничего.

Разумеется, во время погони амазонки пытались сдерживать Фрину. Но после им пришлось объяснять свое богине, почему они провалили ночную охоту. Большинство её участниц было на третьем уровне.

— Я видела его битву с Гиацинтом и примерно представляю его силы… Но не могу понять, почему новоиспечённый авантюрист Третьего Уровня такой быстрый?

Титул нового рекордсмена определённо достался парню не просто так; он определённо получил третий уровень.

Айша не могла не согласиться со словами Самиры.

— Лично меня не волнует, что вы, бесполезные бездельницы будете использовать Харухиме. Просто загоните этого парня в угол. С остальным я справлюсь.

Заявление Фрины было принято остальными амазонками с неприязнью. Все они бросали на неё взгляды, наполненные отвращением. Из-за своего пятого уровня, Фрина могла поддерживать ту же скорость, что и их добыча. Айша закатила глаза, а потом взглянула в окно.

Несмотря на то, что с её места этого не было видно, где-то внизу простирался район красных фонарей.

— …Харухиме неуклюжая дура, которую едва можно назвать частью нашей Паствы. Почему бы нам не дать ей чуть больше свободы?

Неожиданное предложение Айши застало остальных амазонок врасплох. Все взгляды тут же сошлись на ней.

Жёсткий голос Фрины раздался почти мгновенно:

— Ты вдруг рассудка лишилась? Что если она сбежит? Или ты этого и добиваешься, Айшечкааа?

— …

— Нельзя никому позволять об этом знать, не так ли?

Вены вздулись на лбу Фрины; В её глазах читалась жажда крови. Айша ничего на это не ответила. Впервые за всё время никто не смотрел на Айшу с одобрением. Самира даже подлила масла в огонь:

— Что ты вообще нашла в этой трусливой лисе? Единственное, чего мне хочется это размазать её.

Губы Самиры исказились в хищной усмешке. Иштар молчала, выпустив очередное облако фиолетового дыма.

Айша посмотрела в этот дым и увидела блеск двух наполненных неприязнью аметистовых глаз, с другой стороны. Холодок пробежал по спине амазонки, её тело вздрогнуло. Айша стиснула зубы, пытаясь унять дрожь в теле. Наконец Иштар моргнула.

— Разумеется, отказано.

Этими словами, всё и закончилось.

Предложение Айши было проигнорировано, началась подготовка западни для кролика. Айша фыркнула, через нос и снова уставилась в одно на ночное небо.

Почти полный лунный диск ярко сиял над районом красных фонарей.

В темнейший ночной час…

Пронзительный стук каблуков эхом разносился по самому высокому этажу белой башни в самом центре Орарио.

Эти звуки становились всё громче, одетая в открытое чёрное платье богиня шагала по коридору, вкладывая в каждый шаг больше силы, чем положено. Её жемчужно-белая кожа остановилась в тенях перед огромной дверью. Её ожидал её слуга, открывший перед богиней огромную деревянную дверь и впуская её внутрь.

— Оттар, вина.

Лунный свет пронзал стёкла окон самого высокого этажа Башни Вавил, заполняя комнату длинными тенями. Богиня Красоты, Фрея, ничего больше не сказав села в своё кресло. Её длинные серебряные волосы легли на плечи, спускаясь ниже, по женственной спине до самой нежной и тонкой талии.

Её слуга, зверочеловек, мощный и огромный как настоящая скала без пререканий исполнил пожелание своей госпожи. Оттар поставил бокал вина на роскошный стол, украшенный причудливыми узорами, превращавшими его в подобие изобильной корзины с фруктами, и, дождавшись пока его богиня сделает глоток, задал ей вопрос.

— Что-то вас беспокоит?

Довольно редко богиня проявляла явное недовольство, она практически всегда была спокойной и мирной, на вид. Оттар опустил голову, когда богиня взглянула на него краем глаза:

— Ты не слышал о новостях, которые передала Мия?

— Нет.

Если короткий ответ слуги и заставил Фрею ощутить новую волну недовольства, она не подала никакого вида. Однако же, она тут же снова припала к бокалу. Серебряные волосы соскользнули с её плеч, когда она запрокинула голову. Опустошив большую его часть и убрав бокал от губ, богиня повернулась к слуге и заговорила.

Информация была получена от одного из богов, другая Богиня Красоты, Иштар узнала нечто важное.

— Будет ли мудро оставлять этого бога без присмотра в дальнейшем?

— Я накажу его в нашу следующую встречу.

Гермес наверняка лишится сознания от ужаса, когда узнает, что его ожидает за болтливость.

Фрея пробежала пальцами по волосам, начав накручивать серебряные пряди вокруг пальца:

— Я знала, что Иштар следит за каждым моим движением, поэтому довольно долго себя сдерживала… но это в прошлом.

Богиня скривилась, очень необычное для неё выражение лица.

Его богиню попытались задеть. Оттар прикусил губу, но не смог сдержать гневное выражение на лице.

Фрея вздохнула, будто совершенно не замечая ужасающего вида за своей спиной, вида, который любого минотавра обратил бы в бегство от ужаса.

— Иштар узнала об этом ребёнке. Впрочем, если она не замыслит ничего глупого, всё в порядке.

— …Вроде нападения на него для хладнокровного убийства?

— На самом деле, это даже было бы довольно интересно.

Несмотря на беспокойство Оттара о безопасности Белла, Фрея не считала, что ему грозит реальная опасность. Учитывая давние трения между богинями, и ошеломляющую зависть богини-соперницы, Фрея примерно представляла, что Иштар замыслит.

Решение было всего лишь одно. Фрея снова тихонько вздохнула.

— Мне приказать взять Белла Кранелла под нашу защиту?

— …Нет, подожди.

Фрея на мгновенье умолкла, обдумывая предложение своего слуги, прежде чем его отвергнуть.

— Прошу прощения, — сказал Оттар, снова опустив голову.

Фрея даже не посмотрела на него, направив вместо этого взгляд в стеклянное окно. Какое-то время взгляд богини скользил по городскому пейзажу, открывающемуся с высочайшей точки Орарио. Наконец богиня медленно довела этот взгляд до Оттара.

— Присматривайте за детьми Иштар. Предупреди остальных… Я временно поживу в нашем доме.

— Как пожелаете.

Услышав услужливый ответ Оттара, Фрея допила остатки вина из бокала.

----------

Глава 4. Йошивара и Укитака.

— Спасибо…

Мы едим свой завтрак с первыми лучами солнечного света, пробивающегося над городской стеной.

Микото отодвинулась и вышла из-за стола, по её голосу можно было подумать, что эту ночь она не спала. Она не съела практически ничего, всего один кусок хлеба. Суп и салат были нетронуты, ещё она добавила, что её порцию хрустящей картошки может съесть любой из нас. Она даже не прикоснулась к общей тарелке.

Микото была явно не голодна, поднявшись, она пошла к раковине чтобы помыть тарелку, в этот момент я заметил краем глаза насколько она подавлена. Боженька, Лили и Вельф беспокоились о ней не меньше, чем я сам.

— Микото, скажи, что-то случилось?

— Сударыня Микото вчера пришла домой очень поздно…

Боженька отклонилась на стуле, сразу после этого отклонилась и Лили. Микото даже не обернулась, она помыла тарелку и вышла из кухни.

Вельф посмотрел мне в глаза, и я кивнул. Напрочь позабыв про манеры, я практически разом заглотил остатки своего завтрака. Оставив мытьё посуды Вельфу я побежал за Микото.

— Мисс Микото!

— Белл-сан…

Шаркая ногами, она направлялась к главной двери. Она посмотрела на меня. Во взгляде её тёмно-фиолетовых глаз не было привычного достоинства и благородства.

— Прошлой ночью вы ходили…

Плечи Микото поникли, и она слабо кивнула.

Как я и думал, она пошла проверить Харухиме. Думаю, что там произошло можно определить уже по выражению её лица… но я всё равно попросил её всё рассказать. Она снова легонько кивнула. Предпочитая сесть для разговора, мы в садик и нашли место, заполненное пустыми ящиками и бочками на углу нашего поместья.

Она рассказала мне всё, что произошло.

— Я пошла в то место и позвала Харухиме-сама… но была отвергнута.

Разумеется, после нашего разговора в книжной лавке она не могла оставаться в стороне. Замаскировавшись под парня, она пошла в район красных фонарей под покровом ночи.

В этот момент взгляд Микото уставился на траву, было ясно, что ей очень больно.

— Она сказала, что даже не знает, кто я такая…

По рассказу Микото мне показалось, что Харухиме не знала, что её друзья детства сейчас в Орарио. Я не видел этого «отказа» своими глазами, но, может, Харухиме просто была в оцепенении из-за неожиданности этой встречи?

Или, может… она бы не хотела, чтобы её подруга видела её проституткой. Это всего лишь моё впечатление после проведения с ней нескольких часов, но не думаю, что она хотела бы, чтобы Микото её видела.

— …Эм, Микото. А какой была Харухиме когда вы общались с ней в детстве?

Даже не знаю почему мне захотелось узнать её получше. Мне нужно бы попытаться подбодрить Микото, но я почему-то задал такой вопрос.

— …она была отлично воспитанной, изящной и нежной до безумия. Из-за того, что она почти ничего не знала о внешнем мире, даже самые обыденные вещи её удивляли… даже радовали.

Микото так и не подняла взгляд, а её голос дрожал, когда она это произносила. Она затерялась в воспоминаниях.

— Она была очень робкой. Не такой как Чигуса-тян, Харухиме-сама всегда сомневалась в том, можно ли ей быть среди нас, постоянно волновалась… поэтому я очень радовалась, когда нам удавалось увидеть её улыбку.

Харухиме совсем как маленькая девочка… мне вспомнились её мягкие золотые волосы и невинная улыбка.

— К тому же она была очень доброй. Ещё до встречи с нами, до Харухиме-самы дошёл слух о святилище, расположенном неподалёку от её поместья… Она попросила отца отправлять нам еду.

— Попросила?..

— Я не могу съесть всё это сама, пожалуйста поделитесь едой с богами… Это была первая просьба, которую она когда-либо высказывала вообще.

Харухиме была рождена в комфорте, ей никогда не грозил голод. Слух о том, что Миокото и остальные могут испытывать это чувство, стал для неё настоящим шоком. Когда она узнала, что дети и боги затягивают потуже пояса, пытаясь выжить на продажу растений, которые выращиваются в храмовом саду ей это показалось плохой историей из книжки. Микото рассказала, что она уже тогда любила читать, сбегая от своего одинокого существования в прекрасные миры на страницах книг. Это позволяло ей понять ощущения людей, которых она никогда не знала. Поэтому она и попросила отправить подношения в святилище.

— Мы от радости прыгали, когда нам доставили еду в качестве подношения. Разумеется, нам было интересно, кто был тем щедрым человеком, который нам помог. Когда мы услышали, что еда была доставлена из поместья у основания горы Оука-тайчо повёл нас к этому огромному зданию. Мы заглянули за ограду…

И тогда Микото впервые увидела Харухиме. Роскошное поместье было заполнено садами камней и небольшими деревьями. Дети увидели Харухиме, ренарта с кистью в руках, занимающейся каллиграфией. Но взгляд её был направлен куда-то вдаль и наполнен одиночеством.

— Стыдно такое признавать, но этот вид придал нам храбрости. Эта великая девочка спасла нас от голода; мы были обязаны спасти её от одиночества.

Щёки Микото покраснели, её губы скривились в лёгкой улыбке.

В тот день дети святилища спросили у богов как помочь этой девочке. Тогда Такемиказучи и узнал о положении Харухиме, и подтолкнул их в нужном направлении.

— Такемиказучи-ками даровал нам Благословение, чтобы мы могли отплатить Харухиме-сама за её доброту.

Он отказывался даровать детям характеристики, когда они проходили его боевые тренировки. Но увидев, что статус нужен им для доброго дела, он изменил своё решение.

Получается, Микото… получила благословение чтобы помочь Харухиме?

— Об остальном я уже рассказывала вчера. Мы сообща проникли в поместье и вывели Харухиме-сама наружу.

Используя техники, которым их обучил Такемиказучи и силы, дарованные Характеристиками, они с лёгкостью избежали патрулей взрослых и вывели Харухиме поиграть на ночь.

Микото скривилась и заявила, что отец Харухиме потом назвал это «плохой кармой за добрый поступок».

— Поначалу Харухиме-сама была поражена. Горстка детей, которых она никогда не видела, появилась из ниоткуда в её спальне и позвала с собой…

Однако, как только Харухиме удалось убедить сбежать, она впервые испытала восторг. После двух или трёх раз девушка-ренарт уже сама с нетерпением ждала очередной ночи, в которую её заберёт группа детей.

— Даже после того, как нас раскрыли, мы продолжали пробираться в поместье и навещать её… Она нам сказала…

Поместье тогда охранялось лучше, чем когда-либо.

Группа детей в очередной раз избежала патрулей чтобы вывести свою подругу за пределы поместья. Два силуэта, один с золотыми волосами, второй с чёрными, бегут рука об руку по рисовым полям в лунном свете. Девушка останавливается, чтобы перевести дыхание краснеет, смотрит на своих друзей и улыбается.

…Микото, Оука, все вы будто герои, сошедшие со страниц книг.

Девушка с чёрными волосами также останавливается, поворачивается и улыбается в ответ.

— Мы были рады, что она считала нас своими друзьями. Мы отплатили долг… Мы заставили одинокую девочку улыбнуться.

Микото рассказала, что они брали Харухиме с собой во множество разных мест в горах.

Узнав, что виновники ночных побегов его дочери — это дети из святилища в горах, лорд поместья перестал посылать еду, но это не остановило Микото и её друзей от походов к Харухиме.

Оука, Чигуса, Микото и остальные члены Паствы Такемиказучи играли и веселились с Харухиме, пока… не настал тот день. Микото даже начала улыбаться, когда вспоминала дни своих старых приключений. Но в этот момент, она неожиданно будто бы спустилась на землю. Харухиме была продана в другую страну чтобы стать проституткой. А Паства Такемиказучи два года тому назад совершила путешествие в Орарио, начав усердно зарабатывать экселию чтобы улучшать медленно растущие характеристики и это наконец дало свои плоды.

Оука, а потом и Микото подняли уровни, а после этого они ещё и помогли известному «новичку», по праву получив свою частичку славы.

Микото и Харухиме шедшие разными путями неожиданно воссоединились в огромном городе далеко от своего дома. Голос Микото дрожал, когда он снова вспомнила неожиданное воссоединение и как изменилось их положение.

— Если ей больно, я хочу быть рядом, чтобы помочь… Нет, на самом деле я хочу, чтобы всё стало по-старому.

Микото не могла сдержать дрожь, когда произносила эту фразу. Она коснулась рукой Характеристик, записанных на своей спине.

— Я знаю, что это эгоистично… но я снова хочу видеть улыбку Харухиме-сама.

Только сейчас я заметил, что по её щекам катятся слёзы. Она тут же вытерла их рукой и притихла. А я снова понятия не имею, что мне сказать плачущей девушке.

Наш разговор был окончен, я подождал пока Микото не успокоится.

Извинившись за свой постыдный вид, она сказала, что собирается пойти в Гильдию. Несмотря на то, что ей прекрасно известно насколько это бесполезно, ей хочется проверить, существуют ли хоть какие-то способы, которыми она могла бы помочь.

Я спросил, не против ли она что я пойду с ней. Сомневаюсь, что это хоть что-то изменит, но я тоже не хочу оставаться в стороне. Она согласилась, и мы покинули поместье через парадные врата.

— …

— …

Мы молча шли по улице. Наши головы были забиты мыслями о Харухиме. Что-либо говорить сейчас было так же бесполезно, как пытаться зализать друг другу раны, поэтому мы молчали.

Если бы кто-то нас увидел, наверняка отпустил бы колкую шуточку по поводу того, как подавленно мы выглядим, идя бок о бок друг с другом.

— Э-э-эй, приветик, Белл, Малышка Микото.

— …Всевышний Гермес?

Мы едва ли на квартал от дома отошли. Неожиданно, из-за деревьев вышел Гермес. Перо на его шляпе покачивалось при ходьбе, он остановился прямо перед нами. Это странно, он будто как раз ждал, что кто-то выйдет из дома…

— Эм, у вас недавно никаких погонь не было? Ну, скажем, не приходилось от кучи амазонок убегать?..

— П-почему вы задаёте подобные вопросы?..

Микото задала вопрос в ответ на неожиданную фразу Гермеса. Что же, если подумать, Айша и толпа амазонок загоняла меня до полусмерти пару ночей назад, но…

Гермес снова был один и сегодня он был чем-то очень обеспокоен. Мне его даже немного жаль. Кончик пера на его шляпе трепыхался, и Бог не мог смотреть мне в глаза дольше нескольких секунд. Оглядев нас в третий раз, он наконец заметил, что мы довольно сильно подавлены.

— Вы оба какие-то мрачные… Что-то случилось?

Мы с Микото переглянулись и одновременно уставились в землю.

Гермес мгновенно переменился и блеснул своей привычной харизматичной улыбкой.

— Если считаете, что я смогу помочь советом, милости прошу.

— Но…

— Клянусь своей божественностью, что всё сказанное вами останется только между нами.

Он снял шляпу и приложил её к сердцу.

— Я ведь бог, в конце концов. Возможно, смогу вам помочь.

В Гермесе изменилось абсолютно всё — он будто мгновенно приобрёл могущество, в его голосе звучала мудрость существа, способного дать совет заблудшим детям Гекая. Он даже подмигнул.

Мы с Микото снова переглянулись… потом посмотрели на Гермеса и кивнули. Нам хотелось бы сделать хоть что-нибудь с положением Харухиме, и, если Гермес может хоть как-то нам помочь, мы примем эту помощь.

Для тайных встреч есть одно подходящее место.

По крайней мере так сказал нам Гермес, отведя нас в небольшое кафе на юго-западной окраине города. Мне показалось, что я проходил здесь раньше, когда шёл на встречу с боженькой к Площади Амура.

Нам пришлось петлять по переулкам чтобы наконец найти это кафе, «Желание». На самом деле это небольшое кафе оказалось более чем приличным. Довольно современный дизайн, и снаружи, и внутри чисто и прибрано. А при взгляде в окна можно было заметить множество молодых влюблённых парочек, прогуливающихся по улице.

Эльфийка-работница в тонких круглых очках встретила нас у дверей и провела к дальнему столику.

— Вот как… выходит, ваша подруга проститутка.

Гермес хлебнул чая из чашки, когда я быстро поведал ему суть ситуации.

Пока я говорил, Микото смотрела в стол, лишь изредка поднимая взгляд. И теперь мы ожидали ответа божества.

— Лили высказала очень правильную мысль. Если вы придёте в бордель и попытаетесь вызволить вашу подругу силой… это всё равно, что открыто угрожать самой Иштар. Этого я бы вам делать не советовал.

Гермес продолжил, сказав, что у Паствы Гестии нет ни единого шанса на победу в потенциальной драке. В каждом его слове чувствовался вес. Микото даже взгляд поднять не смогла в очередной раз. Лили, Вельф и боженька окажутся втянуты в эту историю, если мы совершим что-нибудь необдуманное. Это очевидно.

А Микото лишь недавно прошла церемонию обращения… Она не может покинуть Паству. Если бы это было возможно, она бы сама ринулась в бой, но так, чтобы не навредить нам. По взгляду на её лицо я понял, что эта мысль мелькала в её голове.

— Строго говоря, Паствы должны оставаться в стороне от дел друг друга. Даже если ты попытаешься помочь другу, состоящему в другой Пастве, ты принесёшь ему больше проблем, чем решишь.

Наши лица помрачнели. Тон Гермеса не оставил нам ни единого шанса на недопонимание.

Получается, нет ничего что мы могли бы сделать. Ещё никогда я не чувствовал себя таким беспомощным.

— …Впрочем, проституток это не касается.

В этот раз его голос был гораздо веселее.

— Чего? — одновременно выпалили мы, стараясь не расплыться в улыбках моментально.

— Всё зависит от её опытно… её положения в Пастве. Если она находится в самом низу рядов Паствы или вообще является небоевым членом, искупление может быть одним из вариантов.

«Искупление» — Гермес объяснил правило, существующее только для района удовольствий. Проще говоря, существует система, позволяющая человеку уплатить большую сумму денег за освобождение проститутки.

Человек может «купить» проститутку, выплатив её долги или принеся приемлемую сумму денег в бордель, обменяв её на свободу девушки. Таким образом, авантюристы высокого ранга могут сделать своих фавориток своими спутницами на всю жизнь. По словам Гермеса это не такая уж и редкость.

Не могу сказать, что обращение с людьми как с товаром порождает во мне тёплые чувства, но… для нашего положения это допустимый вариант.

— …Искупление возможно если речь идёт об обычной проститутке… но захочет ли Паства Иштаротпустить одного из своих членов?

Я почти пришёл в восторг от этой идеи, но Микото тут же заявила о серьёзной проблеме. Даже не знаю как ей удалось остаться такой рациональной.

Гермес ей улыбнулся. Выходит, даже это не проблема?

— Разве ты забыла? Иштар Богиня Красоты, а также она может управлять любовью, в определённой мере. Если мужчина предложит искупление одной из её подопечных, она не откажет.

ШУХ! Мы с Микото взглянули друг на друга так быстро, что шеи хрустнули. Я сглотнул.

— Остаётся только выяснить, является ли ваша подруга боевым членом… или она простой персонал. Всё зависит от этого.

Всевышняя Иштар не позволит уйти только сильному бойцу или одному из лидеров.

Гермес смотрел на наши лица, будто ожидая ответа. И я прекрасно этот ответ знал. Я подскочил на ноги и оперся руками на стол.

— В-В-ВСЁ ХОРОШО! Сомневаюсь, что мисс Харухиме занимает слишком высокое положение!

Мой голос прозвучал громче, чем мне хотелось бы. Я встретил Харухиме всего два дня назад в районе удовольствий, и она не боец, в этом я уверен! Мне, конечно, неизвестно, есть ли у неё Благословение, но судя по тому, как о ней говорили амазонки, она один из членов Паствы низкого ранга.

Парочки в кафе разом посмотрели на меня, когда я подскочил и закричал. Гермес улыбнулся и кивнул.

— В таком случае, в конце тоннеля есть свет.

Губы Микото начали кривиться в улыбке, когда Гермес произнёс эту фразу. Её маска безнадёжности наконец начала сходить с лица. Она подскочила и наклонилась через стол прямо как я.

— А-а сколько стоит искупление?

— Зависит от опыта проститутки, но… я слышал обычно около двух или трёх миллионов.

А это известие заставило меня содрогнуться. Я прочистил горло, Микото тоже закашлялась. Но…

…эту сумму вполне возможно накопить.

Это займёт немалое количество времени, но для Паствы, способной охотиться на серединных этажах, такой как наша, это не недостижимая цель.

По крайней мере, надежда есть.

Мои щёки покраснели, а сердце начало биться чаще.

Она хотела, чтобы её оттуда забрали. Это мне сказала Харухиме в ту ночь в районе красных фонарей. Как в книгах, которые она читала.

Мы можем ей помочь!

— Если вас не затруднит, не могли бы вы рассказать об это девушке? Может я что-нибудь разузнаю среди Паствы Иштар и смогу помочь?

Мы с Микото наконец вернулись на места, когда Гермес это сказал. Посмотрев на Микото, я заметил, что она не может больше сдерживать свою радость, как и я.

— Харухиме — Леди Саньйоуно Харухиме! Девушка моего возраста, ренарт!

Микото тут же рассказала Гермесу что он попросил и назвала ему имя и расу девушки.

— …Ренарт.

Глаза Гермеса округлились. А рот раскрылся так сильно, будто он захотел проглотить весь мир. Его поведение не было наигранным. Это самый настоящий шок. Божество закрыло рот и посмотрело нам обоим в глаза.

— Всевышний Гермес?..

Такие изменения в поведении заставили меня волноваться.

Гермес тихонько вздохнул, собираясь с мыслями.

— Знаете, подобное против моих правил, но…

Он ещё немного поразмыслил, прежде чем продолжить.

— Белл, в ту ночь, когда мы с тобой столкнулись в районе наслаждений, я передал Иштар особый заказ.

— Особый заказ?..

— Среди почтальонов раскрытие содержимого заказа клиентов считается величайшим запретом… подобное карается увольнение, должен сказать… Но я окажу тебе услугу.

Микото задумчиво наклонила голову. Думаю, сейчас выражение на моём собственном лице нисколько не отличается от её выражения.

— Я доставил предмет, который называется Убивающим Камнем. — наконец произнесло божество.

…Убивающий Камень?

Я несколько раз моргнул. Кажется, я никогда о таком раньше не слышал.

— Это всё, что я могу вам сказать. Белл, Микото, ещё увидимся.

Гермес тут же поднялся. Надев на голову шляпу, он бросил на меня прощальный взгляд из-под тени подола.Подойдя к стойке, он расплатился по счёту и почти мгновенно оказался на улице, оставив нас с Микото в недоумении.

— Что случилось с Гермесом-ками?

— Понятия не имею. Почему он так неожиданно изменился в лице?..

Мы с Микото покинули кафе и решили в Гильдию не ходить. Вместо этого мы отправились домой. Нужно поговорить с Лили и Вельфом о заработке денег на искупление.

Идя по улице, мы с Микото пытались понять, что только что произошло в кафе. Что нам пытался сказать Гермес… Пожалуй, я оставлю размышления об Убивающем Камне до лучших времён.

Мы шли, погрузившись в раздумья.

— ?..

— Это же…

Наше трёхэтажное поместье попало в наше поле видимости, но наше внимание привлекло кое-что другое.

Конный экипаж стоял прямо у наших ворот.

Ровно в тот момент, когда мы увидели карету, послышались щелчки кнута и ржание лошадей, колёса застучали по мостовой унося карету прочь.

Мы с Микото ускорились. Вельф и Лили стояли прямо у ворот, боженька была рядом с ними. Она держала в руках лист бумаги.

— Вельф, Лили! Боженька!

— А, Белл. И Микото. Рада что вы вернулись.

Они втроём обернулись на меня, когда я их окрикнул.

— Что это за карета? — Микото задала вопрос.

Лили тоже рассматривавшая бумагу, которую боженька держала в руках, ответила.

— Запрос от торговой компании.

Торговая компания? Я вопросительно посмотрел на Вельфа и тот кивнул.

— Всё из-за той шумихи, которую подняла «Битва». Богатеи не упускают возможности подзаработать.

— Ммм, — стоявшая между Лили и Вельфом боженька нахмурилась, перечитывая содержимое документа.

Судя по названию на бумаге, торговая компания называется Альбелла. То есть, одна из крупнейших торговых компаний, которые поддерживают экономику Орарио дала Пастве Гестии задание напрямую.

В списке необходимого было перечислено множество предметов, получить которые способны только авантюристы, а значит, подобные заказы довольно ценны. Большинство авантюристов даже понятия не имеет какие операции проходят за закрытыми дверями и куда исчезает добыча и прочие материалы собираемые и получаемые в Подземелье.

Торговцы континента не упускают случаев заполучить предметы, находящиеся на серединных и нижних этажах подземелья, так это бы выразил я. Поскольку лишь немногие авантюристы способны заходить так глубоко, за подобные задания даётся неплохая наценка. Поэтому торговые компании зачастую не прочь наладить отношения с сильными Паствами, чтобы удовлетворить запросы уже своих клиентов.

А значит, эта компания, Альбелла, заметила победу Паствы Гестии в «Битве» и сочла нас достойными внимания — сразу после этого пожелав наладить с нами деловые отношения.

— Кажется каким-то вложением… Впрочем, только с такой деловой хваткой в Орарио и выживать.

Торговцы зачастую спонсируют путешествия авантюристов, чтобы наложить руки на редкие предметы из глубин Подземелья. А авантюристам позволено покупать товары по сниженной цене в обмен на подобные услуги. Выгода для обеих сторон.

Подобные контракты принимать рискованно, но так можно получить гораздо больше денег, чем имея дела с Гильдией.

— Они пришли к нам напрямую, не отчитавшись Гильдии, поэтому это задание можно назвать незарегистрированным, но себя они назвали.

Лили скользнула взглядом по деталям контракта, объясняя нам что произошло.

— Раз клиентом является признанная торговая компания, это задание заслуживает больше доверия, чем другие незарегистрированные квесты.

Размышляя над словами Лили, я решил побольше узнать о деталях самого задания.

— Чего они от нас хотят?

— В документе говорится что им требуется большой объём кварца с кладовой четырнадцатого этажа Подземелья.

На мой вопрос ответила боженька.

Вельф заглянул ей через плечо.

— Для такого простецкого дела награда слишком большая.

— Таким образом они намекают, что мы останемся у них в долгу.

Вельф и Лили переговаривались, не отрывая взгляд от документа в руках боженьки. Мы с Микото переглянулись. Потом мы оба посмотрели на боженьку, и одновременно выпалили:

— С-сколько?

— Миллион валис.

— М-миллион?!

Ответ боженьки чуть не сбил нас с ног. Это же треть или даже половина денег, которые требуются на искупление!

— Что мы будем делать, Всевышняя Гестия?

— Мммм… честно говоря, я не хочу связываться со всякими торговцами, компаниями и прочей чепухой.

В том ли дело, что боженька не хочет разбираться с бумажной работой, или она опасается обмана, но по её виду можно понять, что она не слишком заинтересована в подобном заказе.

— Я знаю, что мы сейчас на мели, но давайте просто…

— ДАВАЙТЕ ВОЗЬМЁМСЯ!!!

— ОЙ?!

Мы с Микото отчаянно схватили боженьку за руки, когда она попыталась разорвать документ. Наши лица покраснели, боженька отпрыгнула от удивления.

— Я больше, чем уверена, что дело не только в налаживании отношений, у этой компании определённо есть тайный умысел, но сейчас нам очень нужны деньги и мы должны заработать их как можно быстрее!

— С-согласен!

Микото на одном дыхании выпалила столько связанных слов, сколько у меня в жизни не получится. Я мог лишь с ней согласиться, оказав поддержку. После этого она выдала целую речь, пытаясь убедить боженьку принять это предложение.

— Мммм… Ну, мой долг принёс нам всем немало проблем… К тому же, речь идёт об обычном задании, почему бы нам его не обсудить?

Боженька снова взглянула на лист бумаги, на её лице проступили крупные капли пота, когда она наконец сдалась.

— Б-большое спасибо!

Мы одновременно поблагодарили боженьку и отбили с Микото пять в воздухе.

— Да что происходит?..

— Кажется, они слишком уж сильно сдружились.

Мы с Микото были будто рыбы, которых вернули с воздуха обратно в воду. Я ощутил на себе взгляд Лили. Она была поражена — в конце концов утром мы покидали поместье едва живые. Даже Вельф усмехнулся, увидев нас сейчас.

— Хоть я и догадываюсь что случилось, вы с Микото как-то слишком на одной волне, Белл… Идём обратно в поместье.

Мы отправились внутрь, чтобы обговорить задание более детально.

Теперь, когда мы знаем, что нам необязательно пытаться похитить Харухиме с вражеской территории, надо рассказать всем, что мы узнали об искуплении.

Микото чуть ли не подпрыгивает при каждом шаге, да и я, наверное. Впрочем, стоп, у меня есть ещё что спросить.

— Боженька, что такое Убивающий Камень?

— Убивающий Камень? Никогда не слышала.

Вспомнив что, Гермес упомянул свою посылку Иштар, я рассказал, что у Богини Красоты Иштар появился какой-то Убивающий Камень. Но боженька выглядела совершенно беззаботно.

Я повернулся к Вельфу и Лили.

— Что-нибудь знаешь, Малютка Лил?

— Нет, Лили не представляет, что это такое.

Какая жалость. Никто ничего об этой штуке не слышал… наверное, этот Убивающий Камень очень редкая вещь. Это показалось мне довольно странным, но проходя в двери поместья я решил просто не обращать на это внимание.

В конце концов мы решили принять задание Торговой Компании Альбелла.

Почему-то, после того как мы рассказали боженьке, что мы хотим выручить Харухиме, даровав ей искупление, она начала бросать на меня подозрительные взгляды. Только искренние мольбы Микото заставили боженьку нехотя согласиться — сразу после этого Микото побежала рассказывать о Харухиме Пастве Такемиказучи, как только разговор был окончен.

Ни Лили, ни Вельф не подняли возражений, поэтому Паства Гестии начала собираться на задание, по которому можно получить миллион валис.

Мы уже на четырнадцатом этаже Подземелья.

Мы потратили два дня на подготовку к этому заданию и завершению всей бумажной работы. Теперь нам осталось всего лишь выполнить сам запрос.

—И снова мы спускаемся сюда ради какого-то задания, — комментарий Лили, несущей свой обычный огромный рюкзак, эхом разнёсся по каменистым тоннелям.

Слабый свет лился с потолка; воздух был спёртым и влажным. Дыры в земле, которые ещё несколько недель назад стали нашим худшим кошмаром, скрывались в тенях Подземелья, на этих этажах кажущегося самой обычной пещерой.

Мы без проблем прошли по верхним этажам, с лёгкостью спустившись на серединные. Несколько быстрых сражений в пути и наша боевая группа, состоящая из четырёх человек, оказалась на четырнадцатом этаже.

— Давайте пойдём чуть быстрее!

Я ощутил радость в голосе Микото, раздавшемся спереди. Шух, шух! Микото несколько раз взмахнула катаной, с радостью ребёнка, идущего в конфетную лавку.

Вельф перевёл взгляд с неё на меня. Переглянувшись, мы неловко улыбнулись, не зная как на это реагировать.

— Задание требует от нас пойти в кладовую этого этажа. Лили не рекомендовала бы торопиться…

Кладовая это именно то, что можно так назвать; это место, в котором голодные монстры Подземелья могут перекусить. Лили напомнила нам об опасности подобного места и вздохнула, также переведя взгляд на заведённую Микото. В очередной раз наша помощница похлопала по рюкзаку, пытаясь убедиться, что целебные предметы и камуфляжные плащи у нас наготове.

На моём лице была натянутая улыбка, я тоже проверил снаряжение. Оружие — Кинжал Гестии и два клинка выкованных из Рога Минотавра это всё, что я взял; ни щита, ни даже баклера. Мы с Микото передали все остальные наши кинжалы и клинки на сохранение Лили. Я в той же броне, в которой был на «Битве», Пьйонкичи, благодаря недавнему ремонту Вельфа она снова сияет.

Вельфу наконец удалось опробовать свою новую кузницу в первый раз. Поскольку он не хотел, чтобы мы шли в Подземелье неподготовленными, он поработал над нашим оружием и бронёй, прежде чем мы сюда спустились.

— Искупление, значит? Даже не подозревал, что такие штуки существуют.

Вельф идёт со мной рядом, в самом центре нашей формации, его огромный меч был закинут на плечо, на изготовку. Довольствуясь возможным мирным решением, он улыбнулся.

— Да. Собрать такую большую сумму будет непросто, но… зато мы сможем ей помочь.

Я посмотрел на Микото и улыбнулся. Мы оба в приподнятом настроении.

Мы сможем спасти Харухиме, я вспомнил её улыбку и схватился за рукоять одного из кинжалов.

Осматривая Подземелье на предмет монстров, Лили присоединилась к нашему разговору из-за моей спины:

— Раз искупление стоит около трёх миллионов… собрать пять миллионов на случай неожиданностей, будет неплохой идеей.

— Ээээ… Да это целую вечность займёт.

— Значит нам нужно начать спускаться глубже в Подземелье, — Вельф предположил, что мы будем зарабатывать больше, если спустимся ниже. — Раз Белл получил Третий Уровень, значит мы и на двадцатом этаже управимся, правильно?

Вельф заглянул за плечо и улыбнулся идущей позади Лили. Предполагается, что авантюристы второго уровня способны достаточно безопасно работать на серединных этажах с тринадцатого по двадцать четвёртый. Лили, ставшая тактиком нашей группы, покачала головой услышав предложение Вельфа.

— Третий уровень сударя Белла ничего для нашей группы не меняет. Подземелье может обнажить клыки в любой момент. Нас могут убить на любом этаже без тщательной подготовки.

Опыт сражения произошедшего на восемнадцатом этаже не прошёл даром. Не думаю, что Лили изменит своё мнение о подготовке к спуску в Подземелье.

Даже если на бумаге мы можем достичь двадцать четвёртого этажа в Подземелье, подобный спуск нельзя не назвать рискованным. Между «информацией» и настоящим «опытом» огромная разница.

Лили отлично подметила… нам опасно спускаться на нижние этаже вот так сразу.

Я понимаю желание побыстрее собрать нужную сумму, но этого нельзя достичь просто тем, что один из членов нашей группы стал сильнее. Все мы, как группа, должны быть готовы идти вперёд. Лю говорила мне, что только сбалансированная боевая группа способна выживать на серединных этажах. Авантюрист-одиночка всегда будет побеждён численным превосходством.

У нас есть цель, но не надо торопиться. Я снова и снова повторял себе не становиться слишком уверенным в себе.

И сейчас нужно сконцентрироваться на нашем задании.

— …Постойте.

Идущая в нескольких метрах впереди Микото неожиданно остановилась и указала нам тоже остановиться. Обернувшись, она посмотрела нам за спины, в определённое место.

Лили тут же продвинулась в нашем построении вперёд… Спустя несколько секунд, после того как Микото нас остановила из дыры неподалёку что-то выпрыгнуло.

Похожий на тигра монстр, чьё тело обладает прочностью камня.

— Лигроклык!..

— Наверное просто поднялся сюда с нижних этажей, — Лили спокойно объяснила нам ненормальную ситуацию, в то время как мы пораскрывали рты, увидев монстра, которого не должно быть до пятнадцатого этажа.

Кажется, этот зверь только что кого-то убил, монстра, наверное, потому что его клыки и когти были окрашены в красный цвет от крови. Его прочная шкура встала дыбом, он рыкнул прямо на нас. Потребуется что-то длиннее кинжала чтобы пробить его броневую шкуру.

Он выглядел так же агрессивно, как Минотавр, который пробежал до верхних этажей. Несмотря на кровожадный взгляд монстра, Вельф взглянул на Микото и с восхищением сказал:

— Навык Обнаружения — чертовски полезная штука.

— Дело не в нём, я могу ощущать только тех монстров, с которыми сражалась… К тому же он очень зависим от чистоты моего разума. Пожалуйста, не полагайтесь на него так сильно.

Мы рассказали друг другу о наших Навыках и Заклинаниях став членами одной Паствы.

Микото сражалась с Лигроклыками, когда спускалась на восемнадцатый этаж, чтобы нас найти. Она пробежала вперёд, выставив катану в защитное положение.

— Они быстрее Минотавров! Будьте настороже!

— Хорошо!

Микото рванула к взревевшему зверю, мы с Вельфом бросились следом, а из дыры появилась ещё группа монстров.

Звуки столкновения авантюристов с монстрами раздались где-то вдалеке, в коридоре.

Группа женщин с бронзовой кожей, прикрывающихся плащами с капюшонами, затаилась в комнате неподалёку. Воительницы держали наготове оружие.

— Какой-нибудь прогресс?

— Лучше и быть не могло. Миллиона валис оказалось достаточно, чтобы их выманить. Торговая Компания Альбелла приказала им пойти в кладовую рядом с нами… Они идут намеченным путём.

Перед группой отчитывалась высокая стройная женщина, Амазонка. Она подошла к главе амазонок, чьи глаза, глаза Айши, мелькнули из-под капюшона.

Самира, с её серыми волосами и скрытым под плотной тканью лицом ухмыльнулась, услышав отчёт.

— Привлечь торговую компанию для выдачи задания было отличным планом. Сама бы я до такого не додумалась.

— Эти Альбеллы немало нам задолжали, по-своему… Всевышняя Иштар один раз выручила их из очень щекотливого положения. Они не могли нам отказать.

Именно Айша была инициатором этого контракта. Роба с капюшоном ниспадала до её колен, она встала в самом центре группы.

Несколько человек стояло у огромного металлического ящика, будто охраняя его. Айша прошла мимо них и положила руку на ящик, способный вместить несколько человек. Надавив на рукоять, амазонка открыла дверцу.

— Харухиме, готовься.

В уголке ящика сидела девушка.

Она была одета в длинное, свободное одеяние, один из стилей боевых одежд Дальнего Востока, на её голове был шлем, украшенный множеством перьев. Роскошные золотые волосы Харухиме были собраны в тугие шишки, которые, вместе с ушами, скрывал этот шлем. Даже пушистый лисий хвост девушки был скрыт.

Были явно приложены все усилия, чтобы скрыть тот факт, что эта девушка ренарт. Взгляд её зелёных глаз уставился на Айшу.

— …Мы здесь, чтобы… захватить авантюриста?

Глаза девушки вздрогнули от этой фразы. Выражение лица Айши нисколько не изменилось.

— Да.

— Могу я узнать кого?

— Нет, тебе не обязательно.

Айша вошла в ящик, схватила девушку за руку и потянула её наружу. Губы амазонки незаметно оказались близко к уху девушки-ренарта так близко, что перья пощекотали ей нос.

— Всё будет как обычно, поняла?

Голос Айши прозвучал в металлическом ящике. Харухиме опустила взгляд в ноги, прошептав ей ответ:

— …Да.

Довольная Айша её отпустила.

— Айша, они идут! — одна из разведчиц вернулась с новостями.

— …Хорошо, рассредоточьтесь, по местам. И придерживайтесь плана.

Скрытые под плащами с капюшонами женщины выставили оружие на изготовку, как только Айша отдала свой приказ.

Мы пробивались сквозь группы монстров, зайдя в Подземелье достаточно далеко. Неожиданно, до моих ушей долетели звуки шагов:

— …Странный звук.

— Крики принадлежат не только монстрам, но и людям… Они бегут сюда, — Микото прислушалась в направлении криков.

— Чёрт, только не снова!

В голосе Вельфа слышалось явное раздражение. Судя по отзвукам, я бы сказал, что за очередными авантюристами несётся огромная группа монстров. Все признаки сбрасывания хвоста налицо. Мы тут же напряглись. Вдалеке в тоннеле появилась группа авантюристов в капюшонах, огромная группа монстров неслась за ними по пятам.

— Они бегут спереди… То есть, они бегут из кладовой?

Лили потянулась в рюкзак, как только осознала, что происходит, она не сводила взгляда с нарастающей угрозы. Быстро закрыв все карманы рюкзака, она подала всем знак готовиться бежать отсюда.

Тоннель очень длинный и прямой. Нет ни единой причины рисковать окружением, оставаясь на этом самом месте. Будет гораздо безопаснее оставить группу авантюристов в плащах между нами и монстрами.

— Бежим обратно!

Я отдал приказ, и когда увидел, что все его поняли, мы бросились назад. Сменив формацию, мы пробежали в одно из ответвлений тоннеля, которое проходили раньше. Я заглядывал за спину каждую секунду, оценивая расстояние, между нами. Мы оказались на развилке, но спустя мгновенье… Ещё две группы авантюристов, одна слева и одна справа, оказались в этой секции тоннеля, зажимая нас со всех сторон.

— Ещё авантюристы?!

Раздался сорвавшийся голос Лили. Сбросы хвоста должны вот-вот столкнуться с нами посередине. Мы были поражены подобным поворотом событий.

Вокруг рычали монстры и кричали авантюристы. Мы окружены!

— ВА-ААААААААААЙ!

— Готовьтесь!

Мы оказались посреди настоящего хаоса в тоннеле, зажатые посередине.

Авантюристы в плащах бежали на нас со всех сторон, ведя за собой целые стаи адских гончих и альмиражей. Вокруг носилось столько теней и тел, что я потерял из вида Вельфа и Микото на несколько секунд.

Единственное, что мне остаётся это довериться их силам и защищать нашу помощницу. Лили во мне нуждается, я выпрыгнул перед ней, начав прорубать путь сквозь настоящий поток клыков и шкур.

Но я забыл об одной очень важной вещи: Первая группа которая сбрасывала хвост. Они нас настигли.

— Третья?!

Монстры и авантюристы с трёх сторон столкнулись и всё стало похоже на настоящее поле боя.

Ещё больше криков, громче рёв и всё больше клыков направленных в меня. В последнее мгновение мне всё-таки удавалось отбиваться от направленных в меня ударов. У меня нет права на ошибку. Мимо меня мелькнул один из монстров, он тут же вонзил зубы в рюкзак Лили. Быстро отбросив монстра, я потянул Лили ближе к себе.

Монстры со всех сторон, я в настоящей клетке из клыков и когтей. И, всё же, кое-что вне этой самой клетки привлекло моё внимание. Все три группы авантюристов ворвались в бой. Они практически не обращали внимания на монстров, их оружие было направлено в нас.

— Да что за чертовщина с этими ребятами?!

ТУК! Вельф использовал свой двуручный меч, чтобы заблокировать скимитар. ЖУХ! Катана Микото столкнулась с дубиной.

Всё больше и больше авантюристов в капюшонах врывались в кольцо монстров, чтобы нас атаковать. Взяв в каждую руку по кинжалу, я отражал удары, пытаясь, при этом, защитить Лили.

К бою присоединилась ещё одна волна монстров. Блеск стали и острые когти мелькали со всех сторон.

Всё слишком организованно для простого сброса хвоста. Число монстров и авантюристов, расположение, всё было устроено так, будто всё это время поджидали именно нас.

— Ты пойдёшь с нами.

— Че…

Я услышал женский голос и меня накрыла чёрная тень. Посмотрев наверх, я заметил, что в меня летит распахнутый плащ. Рукава плаща трепал поток воздуха, он придавал женщине, которая была в него одета сходство с летучей мышью, её глаза блестели. Этой секунды моего замешательства хватило, чтобы женщина направила на меня могучий удар ноги.

— ?!

Я поднял руки для защиты в самую последнюю секунду, но удар всё равно отправил меня в полёт. Моё тело по дуге пронеслось над головами монстров.

— Сударь Белл!

Я услышал голос Лили, но он прозвучал… так далеко от меня. Сила этого пинка выбила меня из окружения клыков и когтей.

Нет! Лили, Вельф, Микото! Меня от них отделили!

Я видел, как они продолжают сражаться с монстрами, когда рухнул на землю и покатился. Чёрная роба приближалась ко мне с каждым оборотом. БАМ! Ещё один пинок отбросил меня дальше, за угол.

Я больше никого не вижу!

— Вааа!..

Я наконец ощутил свои ноги и попытался встать. Чёрная тень вылетела из-за угла и… сорвала с себя плащ.

— Айша?!

— Мы снова встретились, да ещё и так скоро.

На ней снова была одежда танцовщицы, точнее, фиолетовое практически отсутствие одежды. Длинные чёрные волосы, мускулистые ноги… и огромный клинок на поясе.

Мы остались с ней один на один. Больше ничто не отделяло меня от истинной формы амазонки-воительницы, сбросившей свой чёрный плащ.

— Что происходит?..

Вместо ответа она достала своё оружие и указала им на меня, звуки боя ещё доносились из тоннеля. Её деревянное оружие было очень похоже на огромный меч Вельфа. Разница лишь в том, что у него слишком длинная рукоять и клинок слегка изогнут. Она держит оружие в левой руке, её глаза смотрят на меня со злобой, вместе с кончиком клинка. Наконец, она открыла рот.

— Направь свою злость на непредсказуемые капризы богини. Ну или…

Я никак не мог вернуть себе хладнокровие, но всё равно заметил. С её тёмной кожей происходит нечто странное… разные её участки по всему телу… светятся.

Почему это может?..

— …проклинай самого себя за такую смазливость!

Айша будто исчезла.

— ?!

Кусочки пола подземелья в том месте, где она стояла взметнулись в воздух. Я даже не сразу осознал, что Айша пропала. Она нависла надо мной в мгновение ока, кривой клинок был на пути к моему животу.

Я рефлекторно вытянул Кинжал Гестии перед собой и смог благополучно отклонить её оружие от себя.

Айша нанесла второй удар ещё до того, как искры столкновения наших оружий достигли земли, запустив ногу в воздух. Её пинок с молниеносной скоростью копья ударил в раскрытую грудь. Мой нагрудник тут же треснул, его сорвало с ремней, металл взвыл от удара. То, что осталось от брони тут же слетело с моего тела.

Слишком быстро!..

Меня выбило из равновесия, лишь краем глаза я увидел, как следующий безжалостный удар Айши уже летит в меня.

Я упал на ноги и колени и тут же подскочил обратно. Держа в руках по кинжалу, я перешёл в нападение. Сражаясь с ошеломлением и настоящим хаосом, творящимся в моей голове, я сконцентрировался на ударах и ринулся вперёд. Амазонка встретила меня в лобовую, отражая мои атаки с невероятной скоростью. Тёмно-фиолетовые и красные разводы осыпали её деревянный клинок, но я никак не мог прорваться. Она отвечала ударами своих длинных ног, снова и снова попадая по остаткам моей брони и по телу.

…Она быстрее меня!

Но это невозможно.

Три дня назад в Районе Удовольствий я выяснил, что у меня преимущество в скорости.

Моя скорость, моя ловкость была выше, чем у неё, я уверен!

Прошло всего несколько дней, почему?

— Мои Характеристики не изменились.

Айша прокрутилась в очередном ударе и заговорила так, будто прочла мои мысли. Ладонь её руки замерла прямо у моего лица. Это был финт, чтобы она успела поднять ногу над головой и обрушить её мне на плечо. Я заметил отражение своего избитого тела в её глазах. Выражение моего лица было таким же, как у Гиацинта во время нашего сражения на «Битве».

— Сударыня Микото, бегите за сударем Беллом!

— Но…

— Я пробью путь, беги!

Голоса, подобные голосам моих друзей прозвучали вдалеке. Однако, сейчас не время на это отвлекаться.

После каждого удара я начинаю всё сильнее теряться, пытаясь оставаться в сознании. Фиолетовое лезвие заблокировало очередной клинок. Отбросив ногу Айши я нанёс удар Ушивакамару Нишики.

— Хаааах!!!

Алое лезвие кинжала столкнулось с плоской стороной клинка.

Я заметил, как её хватка дала слабину, когда я собрал все свои силы в одной точке. Оружие вылетело из её рук мгновеньем позже, крутясь в воздухе.

Она обезоружена. На мгновенье её глаза округлились от удивления, но этим всё и ограничилось. Изменив тактику, Айша схватила меня обеими руками.

— ?!

На мои плечи обрушилось мощное давление, каждый из её пальцев погрузился в мою кожу. Одного быстрого удара по ногам оказалось достаточно, чтобы я потерял равновесие и врезался спиной в стену.

Кости хрустнули от обрушившейся на меня мощи. Айша побежала по тоннелю, шаркая мной о каменистую поверхность стены.

— ГХВААААААААААААА!!!

БАМ, БАМ, БАМ, БАМ!!! Каждая неровность вонзалась в мою спину, кожа горела от трения, волны боли прокатывались по моему телу каждую секунду. Айша тащила меня всё дальше по тоннелю, сокрушая стену моей спиной.

…Это какое-то безумие!

Я не могу вырваться, не могу её остановить, не могу отбиться!

Она обладает какой-то невероятной силой, не только её удары, но каждый из пальцев чуть ли не разрывал мои плечи…

Дело не только в её новой скорости, но и в Силе.

Она будто совершенно изменилась с того дня.

Вообще, кажется, будто она…

…Четвёртого уровня?!

Это осознание заставило моё тело содрогнуться.

Всё тряслось перед моими глазами, не двигались лишь глаза Айши. Она была ужасающей.

Я обязан бороться за свою жизнь. Набравшись смелости, я попытался ударить кинжалом безоружную противницу… тишина.

— ?!

Неожиданно я оказался в воздухе. Моя спина перестала собирать камни. Но мощная хватка так меня и не отпустила. Только теперь я понял, что случилось. Я оказался в одной из многочисленных дыр Подземелья, разбросанных по этажу. Пальцы Айши всё ещё вонзаются в мою плоть, мы свалились в дыру, которая соединялась с более нижним этажом.

— ?!

Она меня не отпускает. А мы всё летим, летим и летим.

По мне покатились крупные капли пота, воздух неожиданно стал ещё более влажным. Мы провернулись в воздухе, теперь падая вниз головой.

Я пытался выровнять дыхание. Слетающие с кожи Айши искры врезались в мою память.

Зачарование?!

В какой-то момент меня осенило.

В одной из книг, которую Эйна заставила меня заучивать была глава о зачарованиях. Но ведь зачарований с таким мощным эффектом просто-напросто не существует. Всё, на что они способны, на ограниченное время придать оружию огненный или электрический элемент, только и всего.

…Члены этой Паствы сражаются с силой, которая превышает доложенные уровни.

…Лично я побаиваюсь Паствы Иштар.

Слова Эйны мелькнули в моей голове, заставив кожу покрыться мурашками.

— ГЕХ…ВАААААААААЙЙЙЙ!!!

Мы слетели с потолка пятнадцатого этажа. Я стиснул зубы и взбрыкнул плечами, наконец вырвавшись из хватки амазонки. Оттолкнувшись ногой от Айши я в самый последний момент успел придать себе позицию для удачного приземления. Задняя часть моего плеча ударилась о землю. Инерция отбросила меня дальше по тоннелю, и я заметил, что моя противница приземлилась мягко прямо на ноги. Я остановился, вытянув ногу перед собой, как только между нами появилось заметное расстояние.

— Хааах… Хааах!..

Я получил такие серьёзные повреждения, что казалось, что даже воздух обжигает мне грудь. Поднявшись на колени и схватившись за рёбра, я поднял взгляд на Айшу. На её лице не было ни одной эмоции.

Большая часть моей брони была уничтожена, и я где-то выронил кинжал. Айша сделала ко мне несколько шагов, с видом палача, скованного своим долгом.

— Белл-сан!!!

Сверху раздался голос. Мы с Айшей удивлённо обернулись, увидев, как из дыры на потолке вылетает Микото. Её фиолетовая боевая экипировка была разодрана, в открытых местах кожу покрывали порезы. Катана тускло блеснула в её правой руке, когда девушка бесшумно оказалась на земле.

— …Как ты, чёрт тебя дери поняла, куда мы провалились?

Микото не ответила на заданный ледяным тоном вопрос Айши. Вместо этого, она ринулась в атаку. Мои глаза распахнулись, я тоже не стал терять времени.

Двое на одного, мы взяли амазонку в клещи. Меня не волнует, насколько трусливо это выглядит. Она повернулась ко мне спиной, и я решил воспользоваться этой возможностью. У меня не было выбора. Я должен это прекратить прямо сейчас.

— Группа Самиры упустила девку. Какая небрежность.

Но это было бесполезно. Пробормотав что-то неприятное про своих союзниц, Айша приняла боевую стойку. Её правая нога отправилась в Микото, вынудив девушку использовать катану для защиты, когда та подобралась на расстояние удара. ТУК! Пинок Айши оказался так силён, что пробил защиту Микото и ударил её в грудь.

Восстановив равновесие, Айша прокрутилась, оставив ногу в воздухе и нанесла мне удар с разворота, прежде чем я успел подобраться на расстояние удара. Участки света на её теле разом засветились, заставив меня отвлечься на очень ценное мгновение. Этого оказалось достаточно, чтобы я не успел защититься, и нога Айши столкнулась с моим лицом.

Я отлетел обратно ровно в тот момент, когда Микото поднялась. К несчастью, Айша это заметила и занесла ногу над головой для удара.

— ГВАХ!

— ГЕХ!

Нога Айши ударила Микото в плечо, рядом с шеей и Микото рухнула на землю. Я приземлился довольно далеко от них.

Амазонка спокойно вырвалась из наших клещей, её длинные чёрные волосы грациозно порхали в воздухе.

— М-Микото?!

Тело девушки изогнулось в неестественной позе на полу. Она не двигалась. Наглядная демонстрация разницы в силе. Я вынудил себя подняться и сделал к ней несколько шагов.

— Нееее. Эта уже готова.

Айша посмотрела на меня ледяным взглядом. Я оказался выброшен в очередной коридор ударом ноги; мне не добраться до Микото, чтобы помочь.

Спустя мгновенье…

ШУХ. Надо мной нависла чёрная тень.

— …

Когда я обернулся меня встретила ужасающая улыбка.

Огромное тело, выше двух метров ростом. Толстые руки по бокам. Инстинкты подсказывали мне, что нужно бежать, все мышцы в моём теле напряглись, но этого оказалось недостаточно. Она была быстрее Айши, предотвратив мой побег ударом руки, который по мощи больше походил на выстрел из баллисты… пришедшийся мне прямо в спину.

— ГАХХХХХ!!!

Моё тело изогнулось как сломанная дощечка, воздух мгновенно вышел из лёгких от удара. Боль растеклась по животу, будто встретившему таран, ноги оторвались от земли, тело оказалось в воздухе. Перед глазами всё смазалось, но не настолько, чтобы не увидеть, как кулак летит мне прямо в лицо. В самый последний момент кулак разжался, схватив меня за голову прямо в воздухе.

— …КЕ-КЕ-КЕ-КЕ-ГЕ-ГЕ-ГЕ-ГЕХ!

Смех, подобный кваканью, похожего на лягушачью морду лица достиг моих ушей, прежде чем я снова оказался прижат к стене.

Кости трещали от давления. Но стена Подземелья поддалась первой, треснув и расколовшись на тысячи осколков вокруг моей головы. У меня совершенно онемели руки и ноги, я не ощутил град осколков, которые на них посыпались.

Я ничего не видел, но понимал, что тьма, в которой я оказался, была создана двумя гигантскими пальцами руки. Безнадёжное отчаянье заполнило мой разум, а по телу прокатилась непередаваемая боль.

— А…, — даже мои голосовые связки сдались.

Рука отпустила мою голову и тусклый свет ударил мне в глаза. Последнее, что я помню это ужасающая улыбка той женщины. Я потерял сознание, скатываясь по стене.

— ПРОКЛЯТЬЕ!

Двуручный меч рассёк последнюю адскую гончую надвое. Трупы множество монстров и кучки пепла заполонили коридор.Вонзив двуручный меч в пол и используя его в качестве подставки, красноволосый парень осмотрелся налитыми кровью глазами.

— Где они, чёрт возьми?!

— Лили понятия не имеет! Сударь Белл и сударыня Микото так и не вернулись!..

Лили ответила Вельфу своим громким и злым криком.

Группа авантюристов в капюшоне отделила двух человек их группы, после чего убила большую часть монстров и бесследно исчезла. Вельф и Лили остались посреди гробового молчания.

Сражаясь с возмущением и волнением, они начали поиск своих потерянных союзников. Израненный человек и полурослик вскоре набрели на группу проходящих мимо авантюристов высокого класса и рассказали о случившемся.

— …Не может быть.

В то же время…

Крики виновников переполоха давно стихли.

Харухиме не сводила взгляд с людей, которые оказались у её ног.

Беловолосый парень, побитый и окровавленный, и девушка с длинными чёрными волосами, вся в порезах и синяках лежали прямо перед ней.

—Кранелл-сама… Микото-сан.

Вокруг озабоченно крутились амазонки, готовившиеся к отбытию на поверхность, пока девушка-лиса ошеломлённо смотрела на их добычу.

— А девку ты зачем прихватила, Айшечкааа? Нам было приказано только зайчика домой притащить.

— Она бы уже монстров кормила если бы я её оставила. Я бы тогда сегодня не уснула.

Монструозная Фрина и Айша обменялись парой слов.

Голос Харухиме дрожал, когда она к ним обратилась:

— Айша-сама… эти люди являются целью нашей миссии?

— …Именно так. Приказ самой Всевышней Иштар.

Силы покинули тело ренарта. Она в смятении наблюдала как тела грузят в металлический ящик за её спиной.

— Аааааа…

Побледнев как призрак, Харухиме рухнула на колени.

----------

Глава 5. Убивающий камень.

Кап, кап.

Я медленно открываю глаза.

— Угх…

Звуки капающей воды доносятся до моих ушей пока зрение фокусируется на месте, в котором я оказался.

Боль. Каждая частичка моего тела ноет. Собрав остатки сил в шее, я поднял голову чтобы осмотреться.

Первым, что я увидел была небольшая лампа с магическим камнем, но в целом царит полумрак. Кажется… стены сделаны из камня. Не только стены, пол и потолок тоже. Комната на удивление огромна, воздух в ней прохладный, отсыревший.

Глаза начали привыкать к освещению, мозг наконец принялся за работу.

— ?!

Последние воспоминания мелькнули в голове.

Нападение авантюристов в капюшонах, в Подземелье, до странности сильная Айша и…

Ужасающая улыбка на лице огромной женщины. Всё моё тело вздрогнуло, и я зажмурился.

Точно, я же был!..

— Пойман!..

Я окончательно проснулся, тело снова ожило. Но что-то меня удерживает. Я повернул голову и присмотрелся.

Я сижу на холодном каменном полу, прижавшись спиной к стене. Руки… закованы над головой в серебряные цепи. Я удивился, глаза снова распахнулись. Используя полученную от благословения Силу, я попытался вырваться… Но это было тщетно. На оковах ни трещинки!

Ещё несколько раз изо всех сил потянув за цепь я услышал лишь её позвякивание. Пустая трата сил. Сейчас мне остаётся только сдаться.

Я начал быстро и коротко вдыхать, расслабляя плечи.

— Да что за чертовщина творится?..

Мой тихий голос дрожит. На нас напали из ниоткуда, а теперь я оказался в подобном месте. Не могу понять логики происходящего.

Впрочем, мне известно, что атаку возглавляла Айша, а это означает нападение Паствы Иштар. Понятия не имею чего они хотят добиться, но… они поймали меня и привели сюда… наверное, это их дом?

Лили, Вельф, Микото… в порядке ли они?

Я на удивление неплохо себя чувствую…

Отведя взгляд от закованных рук я снова оглядел своё тело. Мои кинжалы и броня исчезли. Чёрный поддоспешник разодран во многих местах, но кожа под ним выглядит здоровой.

А, вот почему. Мокрые пятна на остатках моей рубашки говорят о том, что меня практически окунули в целебные зелья в какой-то момент. Холодок колет открытые участки кожи.

На самом деле, мне довольно холодно. Я сделал глубокий вдох, собрался с мыслями и осмотрелся ещё раз.

Каменная комната казалась очень старой, будто её построили очень, очень давно. В ней нет окон, из-за влажности воздуха я в этом уверен. Лампа с магическим камнем вмонтирована в стену… а сразу под ней висят кнуты, цепи, свечи, различные наушники и оковы, даже шипастая дубинка есть… там и ещё какие-то штуки есть, но сама мысль о том, чтобы на всё это смотреть пугает меня до полусмерти. И ещё целая куча подобных приспособлений на столе в углу.

А прямо передо мной, на другой стороне комнаты, едва различимая из-за тусклого света чёрная железная дверь.

— Наверняка меня привели…

В комнату допросов.

Я сглотнул.

Никого поблизости не было, по крайней мере, так мне показалось… волна страха накрыла меня от кончиков волос до пят.

Я попытался с большей силой вырваться из цепей, моё сердце бешено колотилось в груди. Я посмотрел налево и направо; тут до меня донеслись звуки шагов.

— !..

Я задержал дыхание.

С потолка капала вода, а шаги становились всё громче, они направлялись ко мне. Моё сердце будто пыталось вырваться из груди, взгляд впился в железную дверь, опасаясь того, что может меня ожидать.

Снаружи появилась огромная тень. Она слегка переминалась с ноги на ногу, потом крак. Дверь распахнулась и силуэт оказался внутри.

Каждый нерв в моём теле взвыл, говоря мне о том, что мне пора бежать. Человек, которого увидел…

— …Ге-ге-ге-ке-ке-кех! Гляньте-ка кто проснулся!

В этот момент я чуть не отключился снова.

— Найдите эту треклятую жабу!

Дом Паствы Иштар, Белит Бабили был погружён в хаос.

Айша вела группу Бербер в Подземелье, чтобы атаковать боевую группу Белла по приказу своей богини. Но в это время огромная женщина, Фрина, решила сделать всё по-своему. Выведя остальных Бербер из строя за считанные секунды, она вытащила Белла из ящика и исчезла. Она проигнорировала прямой приказ.

Нечто вроде локального филиала ада возникло в тот момент, когда её действия были обнаружены. Айша кричала своим союзницам, целой Пастве, включая зверолюдей, эльфов и небоевых членов присоединиться к поисковой операции. Авантюристы и проститутки бегали по всем залам своего борделя-крепости.

— Вот жирдяйка!..

— Она собирается «отведать» кролика вопреки прямому приказу Всевышней Иштар!

Амазонки перекрикивались, организовывая поисковые отряды в считанные секунды.

— Это так на тебя похоже, Фрина…

Пока внизу раздавался топот шагов последователей, сама Иштар сидела на софе в своей комнате с недовольным видом. Она находилась в открытой комнате на самом верху своей башни. Пол этой комнаты был покрыт плотными красными коврами, сама комната была подобна тронному залу какой-нибудь королевы. Богиня разместилась на своём диванчике полулёжа, как настоящая царская особа.

Она была окружена кольцом слуг с обнажёнными торсами, красивые мужчины разных возрастов медленно обмахивали богиню огромными веерами.

— Но… ни одного мужчину ведь не привлечёт подобная женщина, так ведь?

Зверочеловек который стал слугой Иштар совсем недавно задал тихий вопрос, не забывая размахивать веером. Темнокожий мужчина, любимый слуга Иштар, Таммуз тут же ответил.

— Выходит, ты не слышал?

— Что не слышал?

— Фрина вливает в рот пойманным мужчинам огромное количество афродизиака. Её не волнует, как кричат её жертвы. Она просто забирает того, кого ей хочется.

Потом Таммуз добавил, что после подобного от мужчины не остаётся ничего, лишь пустая оболочка. Задавший вопрос слуга тут же побледнел. Холодок пробежал по коже остальных слуг, вызвав у них мурашки, все слуги разом помрачнели.

— В какой-то мере это тоже можно назвать местью Фрее… но мне хочется, чтобы она свершилась по-другому.

Иштар взяла протянутую одним из слуг виноградину и раскусила сочный плод зубами. Облизав губы тёмно-розовым языком, богиня повернулась к своему самому верному слуге:

— Таммуз, присоединяйся к поискам.

— Сию секунду.

Слуга коротко поклонился, прежде чем покинуть комнату.

Действия всего лишь одной женщины вызвали разлад и замешательство во дворце и окружающих его районах.

— …

Лишь одна девушка никуда не спешила в окружающем её безумии.

Глаза Харухиме светились от решимости.

Бросив взгляд в коридор, после она повернулась к железной двери за своей спиной. За железными прутьями небольшого окошка была видна лежащая без сознания девушка.

Стража бросилась на поиски Белла, оставив пленницу без присмотра. Харухиме ещё раз осмотрела коридор, убедившись в том, что они одни. После этого ренарт бросила ключи на пол, через промежуток между прутьями решётки.

— Приношу свои искренние извинения.

Сейчас она обязана быть в другом месте.

Не теряя времени Харухиме оставила тюремную камеру, зашагав по коридору.

Кровь отлила от моего лица, два огромных глаза сверлили меня взглядом.

— Добро пожаловать в моё маленькое любовное гнёздышко.

Голос был таким резким, что меня начало колотить. Две коротких мускулистых руки торчали из-под красно-чёрной охотничей экипировки. По крайней мере десяток ключей свисал с кольца, которое крутилось в мясистых пальцах.

— Дедалова Улица совсем рядом. Сюда ведёт тайный тоннель из нашего дома.

Улица всё ещё носила имя архитектора, который её создал. Благодаря этому человеку Фрина может кого угодно похитить.

Фрина сделала ко мне шаг, её тяжёлый голос эхом отражался от стен.

— Сюда я приношу только самых достойных мужчин. Немного раздражает, что приходится так далеко вас таскать, но зато даже Всевышняя Иштар не знает об этом месте.

У меня в горле пересохло от осознания, что только ей известно расположение этой комнаты. Мной овладело отчаянье; никто меня не спасёт.

Даже спрашивать не придётся, что она собирается со мной делать. Мне и без того всё прекрасно известно, «охота» в Районе Удовольствий была всего четыре дня назад!

Это плохо, плохо, ЧЕРТОВСКИ ПЛОХО!

Я отчаянно замотал ногами, пытаясь отодвинуться подальше, но тут же упёрся спиной в стену. Бежать некуда!

— Кого устроят объедки? Нужно заполучить первый кусочек, первый аромат чтобы сполна насладиться угощением! Разве не так?

Её глаза прищурились, улыбка растянулась от уха до уха на губах и снова раздался её гогочущий смех.

Ещё один шаг ко мне и меня накрыла чёрная тень, я больше не в силах сопротивляться панике.

— ХЬЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЭЭЭЭЭЭЭЭЭЭ!!!

Даже звон оков не смог скрыть мой жалкий визг! Я начал отчаянно метаться из стороны в сторону, пытаясь найти хоть какую-то возможность для побега.

— Можешь не сопротивляться. Эти штуки выкованы из мифрила. Даже авантюристам высших уровней из них не вырваться.

Мифрил также известен своей магической проводимостью. Если я попытаюсь взорвать их Вспышкой, взрыв скорее оторвёт мне руки. Так она со смехом мне сказала.

Фрина поднесла к моему лицу связку ключей и побряцала ими прямо у моих глаз. Один из этих кусочков металла может меня освободить. Я с ужасом смотрел как она кидает эту связку через комнату, и они с металлическим звяком приземляются на стол. Она ухмыльнулась, глядя на меня и приблизилась к моему лицу.

— Ааааа, вкуснятинка.

— …

Длинный язык выпрыгнул из её рта, она лизнула мне лицо.

Я совершенно онемел. Уверен, я умру прямо здесь и сейчас.

Эффект был в точности таким же, как от языка лягушки-стрелка в Подземелье. Каждый волосок на моём теле встал дыбом, сознание отправилось куда-то очень далеко. Голова завалилась назад, а глаза закатились, я потерял ощущение пространства.

Авантюристка высшего класса обратила меня в пустую оболочку всего лишь меня лизнув. Мой взгляд снова сфокусировался на мгновенье, но мне бы этого не хотелось, по той простой причине, что я увидел, как она облизывает губы.

— Ты добровольно пойдёшь в кроватку, или мне взяться за игрушки…

— П-перестаньте пожалуйста, умоляю вас, перестаньте!..

— Ге-ге-ге-ке-ке-кех! Судя по всему, для начала тебе нужно показать, кто здесь главный.

Её правая рука схватила моё лицо, закрыв мне рот. А левой рукой она сорвала остатки моей рубашки.

Зубы застучали. Слёзы полились из глаз, я не могу перестать дрожать. Мне остаётся только мотаться из стороны в сторону, пытаясь вырваться из её хватки, но это бесполезно. Дрожь стала слишком сильной чтобы я мог хоть как-то брыкаться.

Фрина наклонилась ко мне, наслаждаясь каждой секундой моей агонии. А потом…

— Хааа?

Она посмотрела на мои ноги.

Если точнее… на мою промежность, которая сжалась от страха.

— Тц… вечно с вами-слабачками проблемы. Ничего не поделаешь. Где-то у меня должен быть запас любовных соков.

Она отбросила мою рубашку и поднялась. Может она потеряла ко мне интерес? Сделав от меня шаг, она обернулась ко мне и сказала:

— Подожди немножко. Я тебя разделаю как кроличью тушку. Ага, ты у меня потом ходить прямо не сможешь.

Она расхохоталась, явно позабавившись выражением ужаса на моём лице, растворяясь во тьме. Я услышал, как скрипнула железная дверь и начал отчаянно пытаться сломать свои оковы.

— …М-м-м-мне нужно отсюда выбираться!

Комнату наполнял лишь звон цепей. Мои руки ныли от боли, они были зажаты между звеньями цепей, но меня это не волновало. Вырваться отсюда это вопрос жизни и смерти.

У меня слишком мало времени!

Потом, раздался звук, от которого всё моё тело вздрогнуло и сжалось, открылась дверь.

— Так быстро?!

Железная дверь распахнулась снова.

Слёзы залили мне лицо, и я увидел лишь силуэт человека, появляющийся из тьмы. Всё кончено. Темнота и отчаянье поглотили меня. Последним, что увидели мои глаза были лисьи ушки… и золотой пушистый хвост?

Свет снова вернулся в мои глаза, они распахнулись. Тонкий силуэт был одет в кимоно.

— Вы ранены, Кранелл-сама?

Её голос звучал запыхавшимся, будто она бежала.

— МИ-МИССС ХАРУХИМЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕ?!

— Тссс, тссс. Говорите тише, Кранелл-сама.

Слёзы радости полились из моих глаз, а крик сам собой вырвался изо рта. Озадаченная Харухиме приложила к моим губам два пальца.

Я не услышал ни слова из того, что она сказала.

Богиня! Богиня явилась! Богиня с Дальнего Востока явилась в эту камеру!

Я был спасён от отчаянья. Харухиме быстро осмотрела оковы, которые сковывали мои руки и оглядела комнату. Заметив ключи, брошенные Фриной на стол, девушка, не раздумывая их схватила. Бросившись ко мне в то же самое мгновение, она пробовала ключ за ключом, пока один из них не освободил мои руки.

Щёлк. Мифриловые оковы больше меня не сдерживали.

— Вы свободны.

Кровь снова прилила к моим конечностям, когда они рухнули на пол. Новый поток слёз полился из моих глаз, но в этот раз это были слёзы радости по моей новообретённой свободе.

Я тут же прыгнул на освободившую меня девушку.

— ВААААААААААААААЙ!

— ИИК!

Я обхватил её руками.

Она не смогла удержать равновесия, когда я зарылся лицом ей в грудь, и упала на спину.

Во мне не было ни капли спокойствия. Каждый мускул, каждая частичка, клеточка моего тела радовалась освобождению от самого невыносимого из страхов, которые я когда-либо испытывал. Я сжал её так сильно, как мог, а моё лицо погрузилось в её грудь, как лицо ребёнка, который воссоединился с матерью после долгой разлуки.

Я был напуган, так сильно напуган. Она очень тёплая и мягкая и я не мог не тереться об неё лицом.

— Мисс Харухимееее!..

Я наконец смог поднять голову. Она заметила, что по моему лицу текут слёзы и её щёки покраснели.

Потом она села, снова притянув моё лицо к своей груди и обняв меня руками.

— Теперь всё будет хорошо, — тихонько сказала она, погружая пальцы в мои волосы. Восстановив равновесие, она вдобавок приобняла меня своим пушистым хвостом.

Кролик нашёл успокоение в объятьях одинокой лисы.

— Ч-что же, Кранелл-сама. Нам нужно бежать.

— Ууууугнух!

Она снова покраснела, отстранив меня от себя. Поднявшись на ноги, она схватила меня за руку. Я вытер слёзы правой рукой, и она помогла мне подняться на ноги, будто дружелюбная девушка, которая помогает потерявшемся ребёнку.

Кажется, сейчас я выгляжу абсолютно жалким. К счастью, в этой комнате довольно темно. Мы прошли в железную дверь и оказались в тёмном коридоре.

— П-прошу прощения, Мисс Харухиме…

— В-всё в порядке… не беспокойтесь о случившемся.

Она вела меня мимо ламп с магическими камнями.

Я наконец отошёл от того взрыва эйфории достаточно, чтобы понять, что я творил и извиниться перед Харухиме.

Только сейчас я осознал, что она всё ещё держит меня за руку. Её щёки вдруг вспыхнули, и она меня отпустила.

— Но… откуда вы знали, где меня искать?

Я очень благодарен, благодарен так, что словами не выразить, за всё, что она для меня сделала. Но учитывая сказанное мне Фриной, это немного странно.

Если её богиня не знает где расположена эта комната, как Харухиме могла найти меня вовремя?

Я взглянул на неё своими красными глазами, они были красными с самой нашей встречи, если уж на то пошло.

— По правде говоря, я просто как-то видела, как Фрина-сан использовала этот проход.

Пока мы шли она рассказала мне о том, когда она увидела, как сюда прокрадывается амазонка.

— Она меня заметила и запугала. Поэтому я никогда никому не говорила…

— Это означает, что…

Раз она никому не рассказывала об этом проходе, Фрине известно, что о нём знает только Харухиме. Она подвергла себя огромной опасности, помогая мне.

Она будто прочла мои опасения по лицу и ответила улыбкой.

— Вам не нужно… обо мне беспокоиться.

Та же самая улыбка что и раньше, пустая и отстранённая. Мне нечего ответить.

Потерявшись в мыслях, я молча следовал за Харухиме по проходу.

— …Ааа?

Мускулы Фрины дрогнули, когда она вернулась в темницу с запасом афродизиака в руках.

Открытый замок и связка ключей, валяющаяся в мифриловых цепях на полу. Белого кролика поблизости не видно. Лицо Фрины исказилось от гнева, когда она осмотрела то, что оставалось от её добычи.

— Единственная, кто знала об этом месте…

Зрачки Фрины содрогнулись, когда она заметила оставшийся на полу длинный золотой волос.

— ХАРУХИМЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕ!!!

Громоподобный рёв разнёс ярость амазонки по темнице и коридорам.

В самом конце Южной Главной Улице особняком стоит здание, которое отличается от всех остальных зданий торгового района.

Роскошный дворец, в котором витает атмосфера древнего храма, окружённый просторным двором и высокими стенами со всех сторон. Поскольку дворец занимает немало места в торговом районе, это говорит о богатстве и влиянии его владельца.

Этот дворец гордо возвышается в пятом районе Орарио, зажатый между Южной и Юго-Западной Главными улицами. Эта база Паствы будто бы полная противоположность дому Паствы Локи, Сумеречному Поместью, расположенному на севере. Этот дворец носит имя Фолькванг.

Всем известно, что это дом самой могущественной Паствы Орарио, Паствы Фреи.

— Всевышняя Фрея, в поведении Паствы Иштар замечена странность.

Самый высокий этаж дворца украшен серебряным цветом, напоминающим лунный свет. Фрея восседает в самой дальней из своих комнат, её мощь начала тяготеть над комнатой, когда она встретилась взглядом с докладчиком. Одна из членов её Паствы, молодая девушка-человек, вбежала в комнату и склонилась перед своей богиней.

— Подробности?

— Огромное количество проституток носится по дому и по району удовольствий.

— Аллен и его группа продолжают наблюдение?

— Да, миледи. Оттар занимает позиции на Дедаловой Улице. Аллен и Граль проникли в район наслаждений.

— Вот как. Можешь идти… Спасибо, Елена.

Девушка прибежала чтобы доставить сообщение во дворец вместо фаворита Фреи, Оттара. Богиня поблагодарила девушку, легонько коснувшись её длинных волос.

На несколько секунд девушка задрожала от внимания, которое она никогда не рассчитывала получить. Придя в себя, она поклонилась в пол, заявив, что она недостойна подобной похвалы. Скрыв вспыхнувшее лицо за волосами она покинула комнату так же быстро, как и вбежала в неё.

Фрея смотрела ей вслед, а потом подняла взгляд. Окно в крыше открыло перед богиней западный кусок неба.

— …

Он смотрел в окно верхнего этажа одного из борделей в тот же самый момент, в который Фрея получила сообщение.

Вечер только заявлял свои права, но группы проституток бегали по улице по двое и по трое. Длинный тонкий хвост мотался из стороны в сторону, наблюдатель прищурился. Проститутки были нервными, их взгляды бегали, будто бы они отчаянно кого-то искали.

Наблюдателем был коточеловек, ростом около ста шестидесяти сантиметров с чёрно-серой шкурой. Отведя взгляд от улицы, он уставился на стоящий вдалеке дворец.

— Аллен!

Торопливые шаги раздались в коридоре, в дверях появилась прекрасная девушка.

Коточеловек, Аллен Фромель медленно отвернулся от окна, посмотрев на неё.

— Маленького Новичка привели в наш дом, но почти сразу после этого он пропал и всех отправили его искать.

Вошедшей была очень привлекательная человеческая девушка, чей статус совершенно не соответствовал подобной внешности.

Она была небоевым членом Паствы Иштар. Она докладывала мужчине информацию, которую было положено знать только авантюристам и командирам Паствы.

— Попался кучке шлюх… Бездарный кролик.

Котолюди известны своей мягкостью и дружелюбием. Впрочем, слова Аллена и тон, которыми они были сказаны выдавал в нём отсутствие этой природы.

Глаза Аллена блеснули, он прищёлкнул языком.

— Аллен, я сделала всё, что ты просил. Этого ведь достаточно, чтобы стать твоей женщиной, правда?

Щёки девушки полыхнули, даже уголки её глаз немного увлажнились, когда она начала подходить к коточеловеку. Она протянула руку к Аллену.Она подвергала себя огромной опасности, чтобы исполнить его желания. Ей пришлось придать свою Паству ради мужчины, которого она полюбила. Девушка тянулась к коточеловеку с ощутимым вожделением. Но Аллен, даже не бросив на неё взгляд её оттолкнул.

— Не касайся меня, шлюха. Ты только опорочишь имя моей богини.

Девушка ошеломлённо отступила на шаг назад. Грубый толчок коточеловека вверг её в шок.

— Будто я мог влюбиться в одну из вас. Вы всего лишь поглощённые похотью проститутки.

Он взглянул на женщину, в этот раз не скрывая своего отвращения, будто на гниющий кусок мяса, после чего посмотрел ей в глаза.

Стать предпочтительной компаньонкой авантюриста высокого класса или стать его женщиной цель для многих проституток Орарио. Связи с правильными людьми и Паствами даруют в этом обществе немало власти.

Многие проститутки отчаянно пытаются зацепить влиятельных клиентов. Каждая из них мечтает однажды стать королевой ночи.

Аллен прекрасно знал, что перед ним одна из таких шлюх и бросил ледяную фразу, что она всего лишь паразитка которая готова продать себя любому мужчине за подходящую цену и такая женщина недостойна его расположения.

— Чудовище… я-я тебя любила.

Слёзы горечи покатились из глаз девушки, когда она осознала, что её просто используют.

Аллен двинулся к двери, игнорируя её дрожащие плечи. Он уже почти достиг прохода, когда проститутка повернулась к нему с яростью в глазах.

— Неблагодарный ублюдок!

Её голос сорвался, а руки начали хватать и бросать в него всё, что не прибито к полу.

В коточеловека полетели различные объекты и оскорбления. Аллен уклонялся от них без особых проблем, бросая взгляды через плечо. Потом он потянулся к поясу, достал кинжал, повернулся и приставил этот кинжал к горлу проститутки меньше, чем за секунду.

— …А.

— Заткни пасть.

Её ярость остыла от ужаса, лёгкие отказывались набирать воздух.

Клинок застыл в миллиметрах от её кожи, девушка отпрянула, упав на пол. Аллен крутанул кинжал в руке, прежде чем вернуть его в ножны. Он повернулся к девушке спиной и снова пошёл к двери.

Сидящая на полу девушка обхватила голову дрожащими руками.

— Как… жестоко, — тихонько произнесла она.

Аллен ничего не ответил, он снял с пояса небольшой мешочек с монетами и бросил себе за спину.

Оставив отчаявшуюся женщину на полу Аллен, вышел из комнаты, в которую больше никогда не собирался возвращаться.

— …

Коточеловек бесшумно вышел из борделя и залез на крышу. Оказавшись наверху, он огляделся, убедившись, что по всему району красных фонарей заметны силуэты.

Эльф, тёмный эльф и четверо полуросликов, похожих друг на друга как родные братья.

Аллен продолжил наблюдение за улицами района удовольствий, его группа наблюдала за каждым движением Паствы Иштар.

Она очнулась под топот сотен шагов.

— Ууу…

Микото тихонько замычала и медленно открыла глаза.

— Где это я?..

Девушка обнаружила что её руки и ноги связаны, когда попыталась подняться с пола. Она тут же перевела взгляд на свои руки и ноги. Обе пары конечностей сковывали серебристые цепи.

— Не может быть… Я была поймана в Подземелье?

Атака таинственных авантюристов, практически вынудившая Белла отделиться от Лили и Вельфа, и последующий бой с высокой амазонкой всплыли в памяти девушки вместе с болью, которая пронзала её тело. Микото быстро осознала, что именно произошло.

— Белл-сан?!

Личность нападавших оставалась для неё загадкой, но в одном девушка была уверена наверняка, их целью был Белл. Тот факт, что для его поимки был использован подобный подлый метод, наполнил девушку страхом, вместе со зловещими предчувствиями.

Может она и оказалась заперта беззащитной в тёмной комнате, но… скорость и необычная ритмичность шагов за пределами камеры позволили ей понять, что что-то случилось. Воздух был буквально пропитан паникой. Глаза Микото округлились, когда она сконцентрировалась на окружающих звуках.

— Кролик и Фрина… Не можем найти… Приказ Всевышней Иштар…

Благодаря улучшению слуха Характеристиками, Микото услышала ценные частички информации.

В первую очередь, их атаковала Паства Иштар, а значит, скорее всего сейчас девушка в их доме. Во-вторых, велика вероятность что пойманный Белл каким-то образом смог скрыться. Однако, этой информации по-прежнему требовались подтверждения.

Микото понимала, что расслабляться рано, но осознание того, что Белл ещё жив позволило ей вздохнуть с облегчением.

Услышанное помогло ей немного собраться.

— Раз пока ничего не случилось… нужно что-то сделать с этими оковами.

Взгляд Микото остановился на цепях, в которые она была закована. Несколько раз попытавшись их порвать девушка убедилась, что одних её сил для этого будет недостаточно. Поэтому она начала осматривать комнату, в надежде найти хоть что-нибудь, что могло бы ей помочь. Очень быстро её взгляд…

— …Ключи?

Она обнаружила связку ключей, лежащую на полу неподалёку от входа.

Поражённая своей неожиданной удачей Микото поползла к ключам. В тусклом свете, пробивающемся сквозь решётчатое окошко двери, девушка схватила связку ключей и с огромным трудом подобрав нужный ключ вставила его в замок на цепях.

Оковы тут же раскрылись, освободив руки и ноги девушки. Микото села и уставилась на упавшие с её конечностей оковы.

— …Харухиме-сама?

Ей в голову пришла мысль о девушке-ренарте, состоящей в Пастве Иштар. Никаких доказательств тому, что это её работа не было, но Микото в этом нисколько не сомневалась.

Именно эта добрая девушка помогает ей сбежать.

— Я у вас в долгу… Харухиме-сама.

Ощутив улыбку на своём лице, освобождённая Микото поднялась на ноги.

Ей нужен план.

Главная цель, встретиться с Беллом-саном и сбежать… На заметку: заполучить оружие было бы неплохо.

Микото осталась совершенно безоружна. Несмотря на то что девушка отдала высокий приоритет поиску оружия, её внешний вид был на грани пристойного. Её гордое боевое одеяние превратилось в лохмотья, едва прикрывающие тело. То, что можно было бы назвать окровавленными обносками оставляло очень много открытых участков кожи девушки, в таком виде Микото напоминала работниц района удовольствий.

Прикрыв своё тело тонкими руками, насколько это было возможно, Микото снова осмотрела комнату.

Над её головой тускло светила лампа с магическим камнем. По тому, что она увидела, девушка поняла, что её заперли в подобии кладовой. Разумеется, оружия здесь никто не хранил, но зато в ряды выстроились шкафы, заполненные одеждой, используемой проститутками и целый гардероб аксессуаров.

— Ну извините, — прошептала Микото и начала осматривать шкафы в поисках приличной одежды.

Даже и упоминать не стоит, что большую часть того, что она находила можно было бы носить только в районе удовольствий. Впрочем, вскоре девушка наткнулась на запасы одежды района красных фонарей.

Микото пробежала пальцами по рукавам кимоно с её родины и не задумываясь взяла его. Учитывая, что альтернативой были больше похожие на нижнее бельё одежды танцовщиц, выбор был очевиден.

Слегка покраснев, девушка быстро сняла остатки своих боевых одежд и одела облегающую робу с короткими рукавами, поверх повязки на своей груди. После этого Микото подобрала подходящую юбку.

— По-другому и быть не может…

Ткань длинной юбки и верхней части кимоно шуршала при каждом движении. Материал явно был дешёвым и покалывал кожу девушки.

Решив, что это всё равно лучше возможной замены, Микото решила не обращать внимание на странные ощущения от новой одежды и вернулась к серьёзным вопросам.

Единственным выходом из комнаты, в которой она оказалась была железная дверь. Микото осторожно подошла к ней и выглянула в решётчатое окошко.

Она увидела группу двух или трёх людей, проходивших мимо двери, её никто не охранял. После этого девушка убедилась, что замочная скважина в двери сквозная, поэтому используя ту же самую связку ключей она смогла открыть замок. Не теряя времени даром, девушка осмотрела коридор и бесшумно покинула кладовую.

Её нос уловил слабый запах мускуса в воздухе, когда она выскользнула из коридора, прежде чем кто-либо успел её заметить.

Оказавшись достаточно далеко от своей темницы, девушка занялась поисками.

— Эй, его нашли?

— !

Стоило Микото услышать чьи-нибудь голоса или ощутить чьё-то присутствие, она тут же бросалась за ближайший угол и скрывалась в тенях.

Скрывая своё дыхание и замедляя сердечный ритм, девушка наблюдала, как мимо неё проходили не только обычные небоевые проститутки, но и ужасающие Берберы, ничего не замечая.

Впрочем, из меня не очень хороший ниндзя…

Такемиказучи тренировал её множеству способов битвы, ещё до того, как дети из приюта покинули родину. Ниндзюцу были в этой программе.

Девушка испытывала смешанные чувства оттого, что техники шпионажа и скрытности оказались ей полезны, спрыгивая с потолка и бесшумно приземляясь на пол после того, как очередная группа людей прошла мимо.

Скрытность, ходьба на цыпочках, бесшумные движения. Девушка ловко избегала внимания спешивших амазонок, её поведения полностью соответствовало титулу ниндзя.

— …Вроде сейчас рядом никого нет.

Микото обнаружила лестницы ведущие наверх и вниз, после чего активировала свой Навык.

…Белый Ворон Ятано.

Сейчас у Микото два навыка.

Первый, Чёрный Ворон Ятано, это навык который позволяет ощущать присутствие монстров, с которых девушка до этого получала экселию. Несмотря на то, что этот навык не идеален, он не раз спасал девушку от засад монстров и внезапных нападений.

Второй навык, Белый Ворон Ямато.

Полная противоположность первого, Белый Ворон Ямато позволяет Микото ощущать своих союзников.

…На этом этаже Белла-сан нет.

Этот навык определяет только тех людей, у которых в крови есть энергия того же бога, что и её собственный, то есть Микото может ощущать только членов своей Паствы.

Даже если она потеряется в недрах Подземелья, Белый Ворон Ямато может вывести её обратно к своей боевой группе, даруя девушке ощущение направления, в котором они находятся.

Она использовала этот навык чтобы найти Белла во время засады.

Даже если я использую этот навык в полную силу, сейчас тридцать метров этой мой предел…

Расстояния, на которых Микото может использовать свои навыки зависят от её Характеристик и состояния.

Также, использование этих навыков истощает Разум. Поэтому она просто определяла направление, используя Белого Ворона Ямато на несколько секунд и пробегала на самый край его действия, прежде чем применить его снова. Подобная тактика помогала ей избежать постоянного использования магической энергии.

— ?..

Избегая взглядов, проходящих мимо проституток, девушка отправилась на нижние этажи здания.

Вдруг она что-то почувствовала. Присутствие кого-то в пределах радиуса действия её навыка.

— Белл-сан? Нет, почему тогда ощущение такое странное?..

Она будто ощутила члена Паствы, которого никогда раньше не чувствовала.

Отбросив удивление, девушка отправилась на поиски.

Микото прошла несколько коридоров и спустившись ещё ниже и оказалась перед комнатой, спрятанной в самом углу тёмного этажа.

— Сокровищница?..

Всё благоволило Микото: никакой стражи, а в её руках была целая связка ключей. Удостоверившись, что рядом никого нет, Микото подобрала нужный ключ, открыла дверь и скользнула внутрь. Перед её глазами предстали оружия всевозможных форм и размеров, мощные целебные предметы и целые горы драгоценностей. Просторные полки заполоняли стены. Огромные мешки стояли в углу комнаты, они были заполнены поблёскивающими в тусклом свете валис.

Удивление девушки только росло, когда она проходила по сокровищнице… она обнаружила странное «ощущение» на столе рядом с позолоченной чешуёй.

— Это же… Белла …

Микото потянулась и взяла в руки чёрные ножны Кинжала Гестии. Когда её пальцы коснулись рукояти, нанесённые на клинок иероглифы ответили на её фалну, начав изучать фиолетовое свечение по всему оружию. Этот клинок, сделанный специально для Белла, разделял то же благословение и кровь, которую они получили от богини, начав излучать фиолетовое свечение в руках члена Паствы.

Он способен ожить только в руках своих союзников. Микото улыбнулась, увидев этот свет.

— Мне стоит забрать и остальное оружие Белла…

Девушка обнаружила Ушивакамару и Ушивакамару-шики на том же самом столе.

Микото вдруг поняла, что после поимки нападавшие планировали продать всё самое ценное, особенно это касалось кинжала с логотипом Гефест, поэтому эти вещи попали в сокровищницу.

Собрав все три клинка и пояс Белла с ножной сумкой, в которой хранились зелья, Микото надела всё это на себя. Потом она снова огляделась в сокровищнице. Начав тихонько извиняться за ту мысль, которая пришла ей в голову девушка подошла к одному из шкафов, в которых хранились зелья.

Она выпила два из них: одно чтобы восстановиться от ранений, а второе, чтобы восстановить Разум. Наконец, она заполнила ножную сумку таким количеством сильнодействующих зелий, которое в неё поместилось.

Также Микото нашла целый запас ослепляющих и дымовых гранат, чуть дальше в этом же самом шкафу. Желая подготовиться как можно лучше, она заполнила кошель для предметов Белла.

— Хааа… я действую как какой-нибудь вор-медвежатник.

Несмотря на неприятные ощущения, рука девушки не дрогнула.

Микото прекрасно понимала, насколько сложно будет сбежать из дома Паствы Иштар. Как хорошо бы она ни была подготовлена, на каждом шагу её будут ожидать жаркие схватки.

В очередной раз девушка пробежалась взглядом своих тёмно-фиолетовых глаз по хранящимся в шкафу предметам и ей тут же вспомнилась Лили, которая без какой-либо задней мысли, с радостью, побросала бы всё что поместилось в свой рюкзак.

— Нет причин… больше тут оставаться.

Новый поток торопливых шагов прозвучал с другой стороны железной двери сокровищницы.

Хоть окон в этой комнате не было, Микото ощутила поток свежего воздуха над головой. Девушка увидела над шкафами вентиляционные отверстия. Забравшись наверх по шкафам, девушка прыгнула в одно из этих отверстий. БАМ! Ноги девушки ударили по слабой железной решётке, разбив её на части.

Быстрый прыжок, поворот и девушка бесследно растворилась в вентиляционном отверстии.

— Девчонка сбежала?!

Айша, по горло занятая поисками Белла и Фрины получила сообщение от очень нервозной посланницы.

— Как это случилось? Ты где в это время была?

— В-видите ли, я отправилась на поиски Фрины и, ну… я была беспечна, простите.

Молодая длинноволосая амазонка, которую оставили охранять кладовую, в которой была заперта Микото, опустила голову от стыда.

Айша вздохнула, вокруг то и дело пробегали Берберы.

— Подожди, Рена. Девчонка была закована в мифрил, разве нет? Вечная Тень авантюристка второго уровня, кандалы разорвать она не могла.

— В-вот так я и подумала! Она всё равно никуда не должна была деться!

Злость и раздражение всего на мгновенье загорелись в амазонке, но тут же исчезли, и она продолжила.

— Но её оковы и остались нетронуты… Вдобавок, связка ключей исчезла с крюка, кто-то их забрал.

Айша на мгновенье замешкалась, с её губ сорвалась фраза что «кролик» мог освободить девушку… но потом в её памяти всплыло лицо девушки ренарта, после того как она увидела пойманных Белла и Микото в Подземелье.

— Харухиме… Где она?

Молодая амазонка не ожидала подобного вопроса и погрузилась в размышления. Потом она наклонила голову и произнесла:

— Она сказала, что собирается очиститься перед ритуалом, но… её не было в её комнате, когда я проверяла в последний раз.

Айша нахмурилась, осознав, что именно произошло.

— Эм, мисс Харухиме?

Наши шаги эхом разносились по тёмному коридору.

Кажется, с того момента как мы сбежали из камеры Фрины прошло не меньше двадцати минут.

Мы с Харухиме шли по тайным подземным тоннелям всё это время.

Думаю, мы идём в противоположном направлении от дворца Паствы Иштар… но на самом деле мы сделали несколько крутых поворотов и прошли столько перекрёстков, что я понятия не имею в каком направлении, мы движемся. Впрочем, мне всё равно понятно, что многие из этих подземных путей соединяются с различными местами Района Наслаждений.

Судя по всему, Харухиме не разрешено покидать область борделей, поэтому время от времени она бродит по этим тоннелям, ранним утром, когда ночной район засыпает, попадая сюда через проход, который ведёт из квартала красных фонарей. Когда мы только отправились, она сказала мне что ведёт меня к самому тайному выходу, но это было довольно давно.

Архитектор Дедаловой Улицы… считается что им овладело безумие, когда он планировал район, названный его именем. Кто бы мог подумать, что множество тайных проходов из этого района ведёт в район наслаждений?

Мысли о человеке, который спланировал нечто настолько сложное и размашистое как эти тоннели заставила меня вздрогнуть.

— Что вас беспокоит, Кранелл-сама?

Медленно размахивая золотым хвостом Харухиме остановилась и взглянула на меня через плечо.

— Всё правда будет в порядке? Если ты меня отпустишь.

Учитывая методы, и слова, которые Айша применила в Подземелье, мне показалось, что приказ меня поймать исходит от Всевышней Иштар. Воля божества — это закон для его последователя. То, что Харухиме пошла против этой воли, ставит её в очень опасное положение.

Она рассказала мне и об освобождении Микото, больше мы ничем не можем ей помочь, пока рядом рыскает авантюристка высокого класса, Фрина, но и за девушку, которая мне помогла я не волноваться не могу.

— Пожалуйста, не берите это в голову Кранелл-сама.

Харухиме мне улыбнулась, игнорируя мою хмурость.

Она повернулась ко мне лицом. Шелковистые золотые волосы обрамляли её лицо, а взгляд зелёных глаз встретился с моим взглядом.

— Это моё последнее желание. Айша-сама и остальные закроют на это глаза.

Её тон был подобен тону матери, пытающейся успокоить ребёнка, а улыбка была лёгкой и нежной. Но что-то в моей голове не складывалось.

Может воображение разыгралось? Слова, которыми она меня успокаивает, последнее желание… Что это должно означать?

Я пока понятия не имею что это за тяжесть, которая возникла в моём разуме, но мне показалось что я должен облегчить общее настроение.

— Точно, мисс Харухиме! На самом деле мы хотели дать вам искупление!

Я рассказал ей о том, что мы всей Паствой решили.

На моих губах возникла улыбка и я восторженно ей сказал, что ей не придётся быть проституткой всю жизнь. Если уж эта новость её не обрадует, я не знаю, что вообще способно её обрадовать.

— А?..

Зелёные глаза Харухиме округлились. Она показалась мне ошеломлённой, поэтому я попытался объяснить снова:

— Мисс Микото уговорила нашу богиню вам помочь! На сбор денег может уйти некоторое время, но…

Мне хочется её осчастливить. Не подарить ей какую-нибудь мимолётную радость, а осчастливить её до глубины души.

— Наша богиня и все в нашей Пастве хотят вам помочь, мисс Харухиме!

Мне не хочется снова видеть её пустую улыбку. Я надеюсь, снова увидеть то радостное выражение лица, которое видел, когда мы разговаривали о героях и их подвигах.

— Мисс Микото… и я хотим вам помочь!

Я хочу снова увидеть её улыбку, как и Микото. Я хочу снова с ней посмеяться, взяться за руки и забыть обо всех наших проблемах, даже если это случится всего на несколько мгновений.

— Не может быть…

Но Харухиме…

…тихонько разрыдалась.

— Мисс Харухиме?..

Блестящие слёзы полились по её щекам, глаза так и были удивлённо распахнуты.

Слова оставили меня, когда я увидел взгляд, которым она на меня смотрит, она будто забыла о времени.

— Аааа…

Харухиме прижала руки к груди и вздохнула, на её лице не было совершенно никаких эмоций.

Она медленно закрыла глаза, слеза покатилась по её щеке, и она сказала:

— Я… Харухиме вам очень благодарна.

Её нежные губы улыбнулись.

— Узнать, что вы на такое ради меня пошли… вы и мисс Микото.

Она изогнулась, делая глубокий вдох. Мне даже показалось, что она бы сейчас развалилась на части, если бы обеми руками не держала грудь.

— …Теперь я ни о чём не жалею.

Зелёные зрачки девушки поблёскивали в тусклом свете, она снова мне улыбнулась.

— …

Слёзы радости?

Правда?

Если бы я не знал её получше… я бы подумал, что она прощается со мной навсегда.

— Спасибо, Кранелл-сама. В этом месте мы должны повернуть.

После этого она повернулась ко мне спиной и пошла дальше.

Я не мог подобрать никаких слов, лишь пошёл за ней следом.

Отчаянно вглядываясь в темноту, я пытался не упустить из вида её золотой хвост.

Что-то здесь не так.

Я чувствую это своим нутром.

В другом месте.

Роскошное здание, возвышающееся и выделяющееся среди окружающих.

Внутри главного зала послышались напряжённые шаги. Светлый шарф женщины, взволнованно вошедшей в главный зал, развевался за её спиной.

— Лулуне, где Всевышний Гермес?

— В следующей комнате.

Сквозь стёкла очков в серебряной оправе девушка бросила взгляд на женщину-чинтропа, развалившуюся на диване. Хлопанье сандалий с золотыми крыльями по полу снова разнеслось по главному залу, но на этот раз шаги были несколько быстрее.

Оказавшись перед деревянной дверью Асфи Аль Андромеда распахнула её ногой, пылая яростью.

— Всевышний Гермес!

Каждый сантиметр стен комнаты был покрыт картами.

На некоторых были подробно указаны дороги по всему известному миру, другие были картами сокровищ, просто зашифрованными и даже карты океанов с указанными на них глубинами, карт было столько, что каменных стен комнаты за ними не было видно. Большая часть этих карт были нарисованы на бумаге вручную и на них стояли красные кресты и стрелки, отмечающие планы на будущие путешествия.

Божество сидело в комнате, окружённое способным повергнуть в шок атласом целого мира. В данный момент оно было увлечено партией в шахматы самим с собой. Шахматная доска стояла на его столе, на котором также располагались различные устройства и сувениры, собранные со всего мира.

Гермес практически свалился со стула от удивления, когда неожиданно для себя ощутил, с какой ненавистью к нему ворвалась его последовательница.

— Ты ходил в район удовольствий несколько дней назад в одиночку, так? Без охраны.

— К-к-как ты узнала?! Постой, Асфи, я с ними ничем таким не занимался, я клянусь!..

Гермес тут же выставил руки и начал заявлять о своей невиновности, но допрос Асфи только начался. БАМ! Девушка ударила обеими руками по столу и наклонилась ближе к божеству, её глаза пылали от ярости:

— То есть ты забрал заработанные нами потом и кровью деньги, чтобы поразвлечься с гулящими женщинами?! Какая невероятная благодать, Всевышний Гермес, да если бы ты хоть немного задумывался о том, что ты наш бог, хоть немного дорожил своим положением, от скольких проблем ты бы нас избавил… И вообще, ты пришёл только под утро, как можно быть таким неосторожным?!

В целом, боги и богини полностью контролируют события, происходящие в их Паствах, включая право последнего слова. Гермес, однако же, в данный момент содрогался перед своей разгневанной последовательницей.

— У-успокойся, Асфи! Я ходил туда, но только чтобы завершить доставку!..

— Доставку!

Гермес наконец нашёл слова чтобы объясниться, перед девушкой, отчитывавшей его с яростью жены, дающей взбучку неверному мужу.

Асфи притихла и посмотрела своему богу в глаза. Её взгляд оказывал нестерпимое давление, но она всё равно притихла, позволяя Гермесу рассказать, как всё было. Бог прокашлялся.

— На самом деле…

— Микото правда была захвачена?!

В гостиной распахнулась дверь, Такемиказучи и его Паства вбежали в комнату.

Выражения на лицах Оуки, Чигусы и остальных троих ей членов помрачнели, когда они увидели сильно повреждённый огромный рюкзак и двуручный меч в углу комнаты, а также сидящих на диване побитых и окровавленных владельцев. Все члены этой Паствы опасались худшего.

— Да, это правда. Её забрали вместе с Беллом в Подземелье… Прости, Таке.

Гестия закончила бинтовать руку Вельфа, после чего ответила, переведя взгляд на вбежавшее божество.

Члены Паствы Такемиказучи прошли в центр комнаты и расселись на свободные места.

— Вам известна личность нападавших?

Лили ответила на вопрос Оуки, её голос был тихим:

— Они носили длинные плащи и скрывали лица, но… Лили знает. Все они были амазонками.

— Чертовски сильны вдобавок. С такими просто так не справиться. По скорости и силе можно подумать, что это были Берберы, — Вельф добавил свою фразу следом, в его словах чувствовалось смятение.

Наконец Чигуса озвучила слабым голосом заключение, к которому все эти факты вели:

— Паства Иштар…

Леденящая душу тишина заполнила комнату при упоминании этой Паствы.

— Но какое дело Иштар до Белла и Микото? У тебя есть догадки, Гестия?

— Мммм, пару дней назад в районе удовольствий было одно происшествие… но к такому оно не должно было привести.

Такемиказучи повернулся к Гестии, надеясь найти хоть какую-то зацепку. Но богиня лишь задумалась и сложила руки.

Следующим вопросом было, заявляла ли Гестия в Гильдию. Богиня лишь покачала головой в ответ, сказав, что у неё нет никаких доказательств. Гильдия не будет действовать, не получив прямого подтверждения нечестных действий Паствы. Она ходила в Гильдию сразу после того, как за Беллом в районе удовольствий случилась погоня, но это ни к чему не привело… периодически амазонки устраивают охоту на мужчин по всему району удовольствий и подобные случаи уже давно переросли в поводы для разговоров Гильдейских работников за обедом.

Когда дело касается Паствы Иштар, у Гильдии нет никакой власти. Даже если будут представлены неоспоримые доказательства и на Иштар будет наложен штраф, это лишь слегка притормозит Паству.

Именно по этой причине Богиня Красоты и может предпринимать подобные действия.

— Эм, можно ли предположить… Что Всевышняя Иштар заинтересовалась Беллом Кранеллом так же, как Аполлон?.. — Чигуса покраснела, набравшись храбрости и заговорив. Она не могла не вспомнить событий, которые привели к «Битве» услышав о засаде амазонок.

— Подобное возможно… Но Иштар?

— Белл определённо не в её вкусе…

Такемиказучи и Гестия, отвечая, наклонили головы вбок. Оба божества понимали, что что-то здесь нечисто, но не могли объяснить, что именно.

— …Возможно это как-то связано с Харухиме?

Голос Оуки нарушил воцарившееся молчание.

Микото уже рассказала своим друзьям детства из Паствы Такемиказучи о том, что их подруга детства работает проституткой и о том, что можно её освободить, купив ей искупление.

В глазах Чигусы показалось отчаянье, её плечи упали. У троих оставшихся членов Паствы Такемиказучивыражение на лицах было таким же.

— Кажется она член Паствы низкого ранга, поэтому вероятность того, что Иштар провела бы подобную операцию ради одной девушки…

Начала бормотать Гестия, положив руку на лоб. Потом она неожиданно вспомнила нечто важное и повернулась к своему божественному другу. Информация, которую она услышала напрямую от Белла.

— Иштар заполучила что-то, что называется Убивающий Камень…

— Я-я, конечно, готовилась к чему-то подобному, но здесь слишком узко…

Микото ползла по вентиляции дома Паствы Иштар.

По той же самой вентиляции, при помощи которой она сбежала от возможных врагов, когда была в сокровищнице. Несмотря на то, что подобные шахты скрывали девушку от взглядов, дышать в них было непросто, и места как в гробу.

Ритмично перебирая плечами и бёдрами, девушка пробиралась по заполненной пылью и паутиной вентиляционной шахте.

— ?..

Она готовилась применить свой навык, но, неожиданно, голоса внизу привлекли её внимание.

— Кажется Харухиме пропала.

— Так ведь сегодня должны были проводить Ритуал Убивающего Камня… Неужели?!

— Она решила использовать Маленького Новичка для побега?

Микото повернула тело так, чтобы прильнуть ухом к ближайшей железной решётке. Подобравшись поближе, она также увидела кусочек коридора под собой. Ухватив краем глаза двоих амазонок, шедших по коридору, девушка прикрыла глаза и начала обдумывать обрывок разговора, который услышала.

Убивающий Камень?..

Что-то не так. Мне тоже нужно найти Харухиме, подумала Микото увидев следующую группу амазонок, идущую по коридору. В её голове возникало только больше вопросов.

Что это за Ритуал Убивающего Камня и как он связан с Харухиме? Разве она не простая проститутка… то есть небоевой член Паствы, не обладающий влиянием?

Серые нотки ужаса начали окутывать сердце Микото, пока она пробиралась по вентиляции.

Судя по новым обрывкам голосов амазонок, их начали направлять на патрули вне дворца Паствы. А это значит, что количество амазонок, бродящих по коридорам, уменьшится. Это даст Микото возможность сбежать из этого места. К тому же, вскоре воздух в вентиляции стал свежее. Микото подобралась к ближайшей железной решётке, выбила её и бесшумно спрыгнула в комнату.

— Что это за место?..

Она оказалась окружена целым лабиринтом шкафов.

По количеству книг и бумаг, расставленных на полках, девушке подумалось, что это какая-то библиотека или архив.

Запах древней древесины и бумаги заполнял практически не освещённую комнату.

Микото попыталась выбраться из этого лабиринта полок с книгами, двигаясь так тихо, насколько это было возможно, понимая, что выход должен быть где-то неподалёку. Однако, нашлась одна вещь, которая приковала внимание девушки к себе.

Заполненный рукописными свитками стол перекрыл ей путь после того, как она в очередной раз завернула между шкафов. На этом столе не было пыли. Кто-то пользовался им очень недавно.

Микото наклонилась чтобы взглянуть на содержимое бумаг и документов, лежащих на столе.

— …Касательно Ритуала Убивающего Камня.

Девушка напрягла глаза чтобы в тусклом свете прочесть заголовок. Она беззвучно схватила ртом воздух, когда увидела о чём написан этот документ.

Быстро найдя в углу одном из ближайших шкафов лампу с магическим камнем, девушка начала пробегать пальцем строкам записанного на Коине текста, довольно важного, по виду, документа.

— Как только Убивающий Камень будет доставлен Паствой Гермеса Берберы обязаны…

— Убивающий Камень?!

Такемиказучи схватил Гестию за плечи. Гестия была так поражена неожиданным взрывом отчаянья в глазах и виде своего друга, что не могла не отпрянуть.

— Ты уверена?! Ты точно уверена, что он оказался в руках Иштар?!

— В-Всевышний Такемиказучи!

— Успокойтесь пожалуйста!

Оука первым встал перед поддавшимся панике божеством. Лили и Вельф вскочили следом, встав перед Гестией, будто защищая её.

— Я… Прими мои извинения Гестия.

— Да ничего… вроде. Что не так, Таке? Что это за Убивающий Камень?

Высвобожденная из хватки божества Гестия, сменила своё ошеломление на удивление.

Такемиказучи позволил Оуке отвести себя ещё на шаг, прежде чем уставился в пол скрипя зубами.

— Убивающий Камень — это предмет, который способны использовать только ренарты.

— Сессхоусеки, также известный как Убивающий Камень… Это запретный магический предмет, создаваемый слиянием камня тамамо и камня тоба.

В голосе Асфи слышались зловещие нотки. Поскольку она занимается созданием предметов, она прекрасно знает как такой получить. Продолжая сверлить своего бога взглядом, она припоминала всё больше и больше информации о предмете, о доставке которого рассказало её божество.

— То есть, ты принёс нечто подобное и отдал прямо в руки Всевышней Иштар… Ты это хочешь сказать?

— Я не знал, что доставляю, пока не увидел собственными глазами.

Гермес расслабил плечи и откинулся на в своём кресле. От стоявшей напротив девушки исходила ужасающая аура.

Однако, такой ответ божества Асфи не устроил, она перешла с прямолинейности во фразах, к колкости:

— И как он был сделан, а? Как они достали материа…

Гермес не дал своей последовательнице закончить вопрос, прервав её на полуслове.

— Ты же и сама знаешь. Из пепла ренарта.

— Создавать предмет из тел детей… Они на такое способны?!

Гестия вздрогнула, услышав рассказ о камне тамато.

Такемиказучи кивнул, его лицо было таким мрачным, что у рта и глаз появились морщинки.

— Основной целью этого предмета является увеличение магической силы ренарта… Это предмет, который улучшает их способности к колдовству…

Запретная сфера создаётся расхищением могил ренартов и сжиганием их останков.

Оука, Чигуса и остальные не знали, как на это реагировать и сидели молча. Только Лили удалось сохранить хладнокровие. Она посмотрела на Такемиказучи со своего дивана:

— Второй предмет, камень тоба… это же светоч безумцев?

Кивком Такемиказучи подтвердил слова девушки.

— Светоч безумцев? — переспросила Гестия. Ей ответил Вельф.

— Это руда которая получает магические свойства и начинает светиться разными цветами в свете луны. Я слышал, что немало кузнецов, используют эту руду в броне и оружии.

Парень рассказал, что этот материал стал знаменит после того, как давным-давно один из бардов посветил целую любовную оду его свету.

Такемиказучи выслушал рассказ Вельфа, добавив ещё кое-что.

— Добавляемые предметам и оружиям свойства меняются в зависимости от размера луны на небе. Поскольку в Подземелье нет луны, в Орарио с ним практически не работают.

***

— Если насыщенный светом полной луны камень тоба соединить с камнем тамамо доведённым до предела своей силы, получается Убивающий Камень.

Песок в песочных часах на столе Гермеса медленно перетекал в нижнюю часть часов. Гермес продолжил переставлять фигуры на шахматной доске, когда продолжил свой рассказ.

Смотревшая на своё божество как никогда ледяным взглядом Асфи заговорила:

— Но пользователь… Магическая сила ренарта, нет, его душа, оказывается запечатана в этом камне.

— Именно так. Если ритуал будет проведён правильно, зачастую необычная магия ренартов… их чародейство можно передать другим людям. Строго говоря, это магические мечи, которые никогда не ломаются.

Гермес передвинул очередную фигуру на доске и слабо улыбнулся.

— Впрочем, цена высока: от ренарта проводившего ритуал остаётся лишь бездушная оболочка.

Живой, но вместе с тем не живущий.

Вот почему Убийственные Камни считаются запрещённым предметом. Это придуманный лишёнными человечности предками предмет чёрной магии, который позволяет другим расам использовать чародейство ренартов.

— Впрочем, довольно удивительный факт заключается в том, что Убивающие Камни были изобретены самими ренартами.

Гермес улыбнулся и снова развалился в своём кресле. Асфи молчала, рассматривая позицию шахматных фигур на доске.

Белая армия и чёрная армия.

Чёрная королева возглавляет группу пешек, окруживших две резных фигуры изображающих лису и кролика.

А белая королева ведёт свою армию в самый центр рядов противника, будто выставляя напоказ свою собственную власть и влияние.

— Одержимые силой детишки бывают довольно жуткими.

— Что случается после того, как человек лишается души?!

Голос Чигусы сорвался, став гораздо громче чем обычно.

Глаза членов Паствы Такемиказучи округлились от удивления. Никто и подумать не мог, что Чигуса способна так сильно кричать. Девушка была готова разрыдаться, уставившись на своего бога в поисках ответа.

— Если Убивающий Камень воссоединить с ренартом, который его создал, он пробудится. Этот ренарт сможет жить как раньше, если его тело не было повреждено во время отсутствия души.

Все в комнате хотели было выдохнуть с облегчением, но затем заметили мрачность, так и не сошедшую с лица Такемиказучи. Все взгляды были устремлены только на него.

— Вот только Убийственные Камни раскалывают.

Он начал объяснять, что цельный камень не может высвободить всю свою энергию.

— Каждый осколок обладает силой чародейства оригинала. Для его использования даже не требуется пользоваться заклинанием.

Можно вооружить магией ренартов целые армии. Каждый солдат будет способен использовать чары. Один чародей не представляет особой угрозы, но целая армия станет непреодолимой силой.

— …Как и Магические Мечи Кротцо.

Вельф не расслышал, кто именно произнёс эти слова. Он стиснул зубы и сжал кулаки так сильно, что кости начали трещать.

— …Что случится с лишённым души ребёнком, если осколок будет сломан или потеряется? — Гестия подняла взгляд, задавая свой вопрос.

Такемиказучи был единственным в этой комнате кто знал ответы на подобные вопросы. Он также, как и все остальные не нашёл достаточно храбрости, чтобы смотреть задавшей ему вопрос богине в глаза, когда начал отвечать:

— В худшем случае они никогда не станут прежними. Даже если все остальные осколки окажутся собраны в одном месте и объединены, дитя станет подобно новорождённому… или вообще станет безумным.

Колени Чигусы подогнулись. Оука успел подхватить её прежде, чем она рухнула на пол.

— Получается, Харухиме-сама…

Слёзы побежали из скрытых за прядями глаз.

Вот в чём заключается план Иштар. У неё под рукой есть всё, что требуется: Убивающий камень и ренарт, Харухиме.

Ни у кого не осталось сомнений, что она собирается запечатать душу Харухиме в этом камне.

— …Убивающий камень содержит светоч безумцев, поэтому церемония или ритуал передачи души должен проводиться в полнолуние…

— Следующее полнолуние…

Когда Такемиказучи услышал тихие переговоры Вельфа и Лили на него снизошло осознание. Он посмотрел на потолок в безнадёжном отчаянье:

— Сегодня.

— …Какая жестокость!

Микото взревела, закончив чтение последних строк документа. Напрочь забыв о том, что она во вражеской крепости девушка скомкала лист бумаги дрожащими руками.

Душа Харухиме окажется запечатана в Убивающем Камне и будет разбита на тысячи осколков.

Микото потеряла спокойствие. Вскоре её подруга всё равно что умрёт.

Как она может позволить подобному случиться? Что Иштар планирует сделать? Начать войну? Что случится с Харухиме? Нескончаемый поток новых вопросов одолевал разум девушки.

В то же время, её тело будто начало жить собственной жизнью, Микото покинула архив, оставив за собой лишь шорох чёрной ткани.

— Белл-сан… Харухиме-сама!

Крак, крак. Я приподнял каменную панель. Она съехала, позволив оранжеватому свету проникнуть в тоннель.

Мне сложно представить, сколько времени мы провели в этих тоннелях, но глоток свежего воздуха после блуждания по каменным лабиринтам принёс мне настоящее облегчение.

— Наконец-то…

Слова сами слетели с моего языка, и я сделал к свету шаг. Небо уже начало краснеть, начинался ранний вечер. Я повернулся и, взяв Харухиме за руку, вытащил её наружу. В её глазах промелькнуло удивление, но она оправилась и, поблагодарив меня легонько улыбнулась.

— Уже так поздно…

Каменная панель идеально смешивалась с камнями мостовой. Довольно поразительная работа, на самом деле. Сделав ещё один глубокий вдох, я уставился на небо над Районом Удовольствий. Здания отбрасывали длинные тени, закрывая от меня льющийся с неба свет. Это был долгий день. Сначала охота в Подземелье, потом нападение, потом поимка и, наконец побег… неудивительно что я потерял времени счёт.

Оглядевшись, я увидел, что оказался в переулке, заполненном брошенными борделями. Сомневаюсь, что в этих зданиях хоть кто-нибудь есть. Харухиме была права, никто не узнает, что мы выбрались в этом месте.

— Огромное вам спасибо, мисс Харухиме. Вы спасли меня, вывели меня из района удовольствий…

Она повернула голову и посмотрела мне в лицо. Она будто сошла с какой-то картины, единственное светлое пятно на фоне тёмных заброшенных зданий. Потом она улыбнулась.

— Я всего лишь сделала то, чего пожелала. Пожалуйста, не беспокойтесь обо мне. К тому же, я хотела бы, чтобы вы как можно быстрее покинули это место.

— Но…

— Даю вам слово, Кранелл-сама, я сделаю так, что Микото-сан обязательно сбежит.

Микото? О, кажется, она подумала, что я так обеспокоенно выгляжу из-за неё.

Я, конечно, беспокоюсь, но… есть кое-что, что сейчас волнует меня гораздо больше. То, как Харухиме пытается казаться сильной: что-то в моей голове не сходится.

Да ещё и та фраза, которую она проронила в тоннеле. У меня такое ощущение, что она наводит какой-то таинственности, она скрывает нечто опасное. Но я не могу понять, что именно.

— Мисс Харухиме, вы уверены? Если вы вернётесь, то…

В моей голове столько мыслей, что я не могу связать слова в нормальные фразы. Прозвучит как отговорка, но я за неё боюсь. Харухиме пошла против воли своей Паствы, чтобы защитить меня и Микото. Я просто не могу её оставить.

— …Кранелл-сама. Взгляните на это.

Я будто прирос к месту, когда она указала на чёрный ошейник, опоясывающий её шею.

— Это магический предмет, по которому меня можно отследить… Я постоянно скована невидимой цепью.

— А?..

— Иштар-ками и Берберы постоянно знают о моём местоположении. Стоит мне выйти из района удовольствий, он испустит громкий звон и начнёт жечь мне кожу, ограничивая движения. Преследователи настигнут меня в считанные минуты.

Моя челюсть отвисла.

Потом она сказал, что любая попытка уничтожить ошейник приведёт к поднятию тревоги. Всё это время её тонкие пальцы бегали по чёрной поверхности ошейника. Как только сработает тревога, Берберы соберутся в этом месте.

— Пожалуйста, поспешите уйти, — снова попросила меня Харухиме. — Заходить дальше я не могу.

Она слабо улыбнулась и притихла.

— Нет, так быть просто не должно…

Это неправильно. Ещё никогда в своей жизни я не был так уверен в своём чутье.

Почему Паства Иштар прилагает столько усилий чтобы удержать небоевого члена взаперти? Почему для того, чтобы её сдержать необходим магический предмет? Единственный ответ, который я могу придумать заключается в том, что Харухиме играет в этой Пастве какую-то важную роль. Получается, мы были очень наивны, когда думали, что нам удастся освободить её искуплением?.. Я даже слышу, как напряжённо крутятся шестерёнки в моей голове.

Только сейчас картина наконец начала проясняться. Харухиме назвала себя испорченной проституткой, когда с отстранённым взглядом рассказывала о своих радостных днях. Сидя в своём подобии тюремной камеры, она с завистью смотрела на окружающий мир сквозь решётки на окнах. И эта отстранённая улыбка, будто она сдалась. Может вовсе не положение проститутки причина её боли?

Я ощущаю, что мне недостаёт чего-то очень важного. И я не могу никуда уйти, пока я не пойму, чего именно.

— …Кранелл-сама, бегите пожалуйста.

Она сделала ко мне шаг, в её голосе нарастало волнение. И в этот момент…

— Белл-сан!

Сверху раздался новый голос.

— Микото?

Я обернулся и увидел, как девушка спрыгивает в одну из теней здания. В мгновение ока она уже приземлилась перед нами.

Точно, у неё же есть тот Навык. Наверное, она смогла сбежать из дворца и нашла меня на открытом пространстве. Чёрный хвостик колыхался, когда она переводила взгляды с меня на Харухиме и обратно. Харухиме была удивлена не меньше моего.

На какое-то мгновение нас запутала странная одежда, в которую была наряжена Микото, но даже Харухиме признала, что её подруга детства снова её нашла.

— Микото-сан…

— Харухиме-сама, у меня есть к вам разговор.

— …Разговор о чём?

Микото не позволила радости от воссоединения себя охватить. На её лице виднелось отчаянье. Какое-то мгновенье Микото молчала, но собравшись с мыслями прошептала два слова:

— …Убивающий Камень.

— !!!

Попытки Харухиме быть сильной рухнули у меня на глазах. Её плечи начали дрожать, глаза округлились, а голова опустилась.

Микото наблюдала за этими переменами со слезами в глазах.

Что происходит? Ещё до того, как я успел задать вопрос, заговорила Микото, и от её слов у меня кровь застыла в жилах:

— Скажите, что это всё ложь! Что этой ночью… вас не принесут в жертву!

Жертву?..

Изо всех сил пытаясь справиться с шоком я взглянул на Харухиме. Её голова по-прежнему была опущена, она даже не попыталась возразить.

— Харухиме-сама! — воскликнула Микото, бросившись к девушке.

— …Вот значит как.

Новый голос остановил Микото.

— ?!

Между Харухиме и Микото возник силуэт, женщина с длинными чёрными волосами пронеслась будто стрела. Обвив Харухиме руками, она оставила Микото в поражённом молчании.

— Чёрт, и как давно вы друг друга знаете?

Айша. В её левой руке она держит свой огромный деревянный клинок. Правой рукой Айша прижала лицо Харухиме к груди, удерживая девушку.

— Айша?!

Амазонка по крайней мере на голову выше ренарта, поэтому способна полностью запечатать её движения. Сейчас даже начало казаться, что Айша не только мешает Харухиме сбежать, но и прикрывает её от нас; поэтому я не слишком понимаю её намерений.

— Выходит теперь вы всё поняли. Наш план, каким он задуман.

— …Что дальше?

Между нами, около десяти шагов. В одном из переулков уже показались четыре силуэта, а мы с Микото стоим напротив Айши и Харухиме.

Микото приготовилась к нападению, заметно как она враждебна. Айша бросила на неё взгляд.

— Что всё это значит?! Принести Харухиме в жертву… Зачем?! — мой голос не мог не сорваться на крик.

— …Всё это делается в соответствии с желанием Всевышней Иштар. Мы используем Харухиме, чтобы уничтожить Паству Фреи.

Мне столько хотелось сказать, но этот вопрос был лучшим, на что я способен. Айша ухмыльнулась и рассказала мне о главной части плана.

— Айша-сама, перестаньте! — взвизгнула Харухиме, пытаясь оторваться от груди Айши. Однако, амазонка лишь усилила свою хватку и продолжила.

…Сначала, они запечатают душу Харухиме в магический камень, который называется Убивающим Камнем.

…Потом они раскрошат этот камень на небольшие части, в которых останется магия ренартов, называемая чарами.

…И, наконец, они используют эти чары чтобы уничтожить заклятого врага их богини, Паству Фреи.

Услышать такое разом, это слишком. Масштабы просто поразительные.

Они хотят уничтожить Паству Фреи? Самую могущественную Паству во всём Орарио? И это будет сделано «силой» Харухиме?

Моё замешательство испарилось, когда Айша рассказала, что человек, который даст силу Убивающему Камню, будет всё равно что пожертвован. Я так отчаянно пытался понять, что именно происходит, прислушивался к каждой фразе, а когда я наконец осознал, что именно произойдёт, это будто бы огрело меня по голове.

Часть меня по-прежнему задумывалась, действительно ли магический предмет из дальних земель превратить этот план в реальность. А другая часть моего разума вспоминала ту ночь, которую я провёл с Харухиме и историю о которой мы дольше всего разговаривали. История о джине, запертом в лампе. Можно сказать, что теперь запрут Харухиме, чтобы желание её госпожи стало осуществимо.

В этом мире всё повторяется, всегда есть какая-то связь с прошлым… моё заключение показалось довольно хладнокровным.

— Н-но сила Харухиме? Она же просто?..

— Проститутка низкого ранга, это ты хочешь сказать? Хах! Ты же не забыл, как я размазала тебя об пол Подземелья? Это была её «сила», её сила трепала тебя как половую тряпку. Это и есть чары.

Теперь я ничего не мог возразить. Я прочистил горло и начал вспоминать битву с Айшей в Подземелье. Микото также погрузилась в размышления. По щеке Харухиме побежали слёзы, её лицо выражало нечто среднее между страданием и раскаяньем.

Как я мог забыть про те многочисленные искры, окружавшие Айшу, когда она попадала в меня удар за ударом?

Её сила была просто ошеломляющей. Благодаря этой силе она разделалась и с Микото и со мной, как будто превратившись в одну из сильнейших авантюристок четвёртого уровня.

Эти искры света были способностью Харухиме, причиной, по которой она станет жертвой Паствы Иштарпризванной покончить с Паствой Фреи. Теперь для меня всё встало на свои места. Харухиме обладает способностью увеличивать силы своих союзников. Если эту способность использовать на авантюристах высокого ранга, вроде Фрины, на всех до единой Берберах…

Возможно, у них действительно получится.

Свергнуть Паству Фреи… сбить их с вершины.

— Айша-сама, я умоляю вас! Позвольте Кранеллу-сама и Микото-сан уйти!

Голос Харухиме прервал поток моих мыслей. Айша даже не взглянула на взмолившуюся девушку.

— Не могу. Я не могу просто отпустить людей, которые столько знают… Всевышняя Иштар не разрешит им выжить.

Заявив это, Айша вытянула своё оружие в нашем направлении. Её глаза были ледяными, они пронзали меня насквозь. И в этот момент мой гнев наконец вырвался наружу:

— Как ты можешь стоять и смотреть как подобное происходит в твоей собственной Пастве… В ТВОЕЙ СОБСТВЕННОЙ СЕМЬЕ?!

— …

— Что она для тебя такое, просто инструмент, который можно выбросить после того, как он будет использован?

Но мой гнев не оказал на неё никакого эффекта. Лицо Айши было подобно маске.

— Всевышняя Иштар пообещала вернуть все осколки Убивающего Камня в Харухиме, как только Паства Фреи получит своё.

В этот раз на Айшу закричала Микото:

— Ты прекрасно знаешь, что ей не сдержать таких пустых обещаний!

Они планируют полноценную войну с Паствой Фреи. Никто не может гарантировать, что каждый осколок выдержит эту битву, что каждый будет возвращён. Харухиме уже никогда не будет жить нормально.

Наши глаза пылали от гнева, мы пытались доказать неправоту Айши.

— Ну так что? Тебе просто всё равно?

Мой голос дрожал от злости.

— …Вы двое даже не представляете, — устало заявила Айша.

Харухиме посмотрела на неё с удивлением.

— Ничто не приносит больше боли и проблем, чем зависть богини.

— А?..

— Эта зависть так сильна, что способна изменить наш мир. Сильна настолько, что вызывает настоящий хаос, поглощающий судьбы людей, начинающий войны и чего похуже. Наша богиня поглощена этой завистью.

По словам Айши, за внешней горделивостью её богини скрывается чёрное адское пламя. Амазонка начала говорить грубее, когда перешла к самой сути своей тирады:

— Разговоры бессмысленны. Мы не можем ослушаться приказов Всевышней Иштар.

В её словах слышалась решимость фанатика, впрочем, она даже не пыталась скрыть своего раздражения этим фактом, наши с Айшей взгляды встретились.

— Я расскажу тебе историю о тупой мелкой проститутке. Она пылала ненавистью к девушке-ренарту, потому что каждый раз её встречало жалкое выражение. Как хорошо бы не обращались с этим ренартом, на её лице всегда была жалкая пустая улыбка, будто она давно смирилась со своей судьбой.

— !..

— И тогда, эта тупая проститутка так переполнилась ненавистью, что совершила полнейшую глупость. И когда был доставлен определённый камень, эта глупая проститутка разнесла его на мелкие кусочки.

Глаза Харухиме распахнулись от шока. Она оторвала лицо от груди Айши. Не думаю, что она когда-нибудь об этом слышала.

Мы с Микото тоже были поражены.

Но Айша её не закончила. Её ненависть к этой «глупой проститутке» укоренилась очень глубоко. Каждое слово, которое она говорила, каждый вдох, был переполнен ненавистью, которой некуда было выйти.

— Действия той проститутки стали известны довольно быстро. После того, как драная жаба избила её до такого состояния, что на её коже не было ни одного живого места, её мозги… были очарованы богиней до состояния безумной любви.

За гневом Айши я увидел нечто иное; это было в её глазах. Страх.

— Её избивали и насиловали пока идея пойти против воли богини не стала вызывать в её руках дрожь. Сломанный камень уничтожил ту проститутку… Теперь она даже не думает идти против воли Всевышней Иштар.

Деревянный меч в руках Айши трясся. Её правая рука рефлекторно сжала Харухиме сильнее.

Мы с Микото стояли напротив, не в силах и слова произнести.

В моей голове возникла новая картина.

Беспомощную окровавленную и разбитую Айшу с оживлением и блеском в глазах терзает эротичная богиня. Лицо амазонки зажато между руками богини, в глазах стоят слёзы, а богиня восседает на ней, нашёптывая на ухо слова мучительной любви и пробегая пальцами по побитой и окровавленной коже Айши, игнорируя крики боли.

Я видел эту Богиню Красоты лишь мельком, но уже могу представить её дьявольскую сторону. Она оказалась достаточно сильна, чтобы сломить вольный дух амазонки, стоявшей передо мной. Этот факт заставил мои ладони покрыться потом.

Я взглянул на Микото. У неё перехватило дыхание.

— После этого случая все Берберы стали едины в своём мнении. Одни хотели этой потасовки с самого начала, другие просто начали бояться ярости Всевышней Иштар. Но после этого всем нам стало известно, что ничто не остановит эту войну.

Последние слова были сказаны с непоколебимой уверенностью.

После этого Бербера, которая возражала против войны с Паствой Фрейи, встала в ряды тех, кто собирается использовать Харухиме. Все протесты смолкли.

Всё будет так, как пожелает Всевышняя Иштар.

— Вы двое даже не понимаете какой ужасающей может быть наша богиня.

После этого Айша затихла. Теперь начала дрожать Харухиме. Айша перехватила девушку поудобней, наклонила голову и спросила.

— …Почему вы до сих пор на меня не накинулись? Чего языками чешете?

Она подняла бровь, опустив на нас взгляд.

— Теперь ты знаешь, что сегодня с ней произойдёт. Так чего не пытаешься её отбить? Чего ждёшь?

— ?!

Мои плечи подпрыгнули. Микото отреагировала точно также.

Мы оба слишком хорошо помнили предупреждение Гермеса. Любое действие, которое разозлит Всевышнюю Иштар или её последователей приведёт к сражению, которое полностью уничтожит Паству Гестии.

Боженька и наши друзья окажутся втянуты в безнадёжную битву, если мы попытаемся напасть.

Если мы сейчас заберём Харухиме, за нами придут Берберы. Одна из сильнейших боевых групп Орарио начнёт мстить Пастве Гестии.

— Потому что…

Слова никак не желали выходить из пересохшего горла, дыхание стало хриплым. Мы с Микото застыли на месте. Мой взгляд дрожал, когда я смотрел на Харухиме.

Её глаза были прикрыты волосами, лисьи уши прижаты к голове. Она не смотрела, она не слушала, она просто пыталась скрыться от нас в объятьях Айши. Такой вид девушки заставил что-то йокнуть в моём сердце.

«…Проститутки должны быть уничтожены.»

Почему эта фраза? Почему сейчас?

Почему в этот момент мне вспомнились именно эти слова?

— …В конце концов, это безнадёжно. Я не могу отдать тебе эту девчонку, Белл Кранелл.

Айша назвала меня по имени, её пылающий взгляд остановился на моём неподвижном теле.

— И, если ты ждёшь от меня какого-то сострадания, лучше забудь. Меня блевать от такого тянет.

— Н-нет, вовсе нет!..

— Хочешь сказать, что можешь её спасти? Мне так не кажется. Поэтому я не могу оставить её в твоих руках, не так ли?

Она оборвала меня прежде, чем я сказал что-либо ещё. Она будто возвышалась надо мной, её решимость ошеломляла меня с каждым словом. В её взгляде не было жалости. А её голос будто бы бросал мне вызов.

— Я не пытаюсь сказать, что ты слаб. Тебе недостаёт решимости, силы духа.

— !..

— Тебе не хватит решимости чтобы рискнуть всем ради спасения Харухиме.

Её взгляд будто видел меня насквозь, а от слов в сердце впивались ледяные когти.

— Твоё лицо — это не лицо мужчины.

Площадка для разговора была подготовлена. Теперь она занесла надо мной молот.

— Ни амбиций, ни крутизны, у тебя нет никакого желания доминировать, забирать то, что ты хочешь. Я вижу перед собой вечно витающую в облаках тряпку. Ты не способен отдать всё, что имеешь ради этой девушки.

В голосе Айши слышалось явное разочарование, когда её тирада наконец подходила к концу.

Её слова глубоко врезались в моё сердце. Я хотел ответить, сказать что-нибудь в свою защиту, но ничего не приходило мне в голову. То же самое касалось и Микото.

Разочарование Айши отразилось и на её лице. Она переводила взгляд с Микото на меня и обратно, будто ожидая что ей бросят вызов, которого всё не было.

Харухиме выглядела напуганным ребёнком, который просто желал, чтобы всё наконец закончилось… она обвила руками своё тело, пытаясь всё это выдержать.

Четыре силуэта, омываемые оранжевым солнечным светом, наконец показались из переулка.

— Мы их нашли… сюда!

Голоса амазонок прервали тишину.

Микото и Харухиме обернулись к пришедшим. Они были от нас довольно далеко, но доберутся в считанные секунды.

Айша не двигалась, её взгляд впился в меня, в моё жалкое лицо. А я до сих пор даже двинуться не могу.

— …Микото-сан, убегайте!

Харухиме, в отличии от меня, могла. Немного высвободившись из хватки амазонки девушка-ренарт прыгнула на её левую руку и обвила её всем телом, пытаясь опустить оружие Айши. Неожиданный крик Харухиме вывел Микото из транса и удивил Айшу. Микото подскочила ко мне и схватила меня за руку.

— Белл-сан!

Она практически потащила меня, несколько мгновений ушло на то, чтобы мои ноги снова начали передвигаться.

Длинные тени Бербер уже упали на нас. Айша продолжила стоять на месте, Харухиме держала её изо всех своих сил. Мы оставили их позади.

Я… сбежал.

— …

— За ними!

— Не дайте им уйти!

Харухиме и Айша видели, как мимо них проносится множество кричащих амазонок.

Айша обернулась, наблюдая как её союзницы преследуют двоих людей, и расслабила тело.

— …Хватит уже, дурёха.

Шух. Правая ладонь Айши схватила Харухиме за затылок, с лёгкостью оторвала её от своей руки и поставила на землю. «Ау!» Девушка-ренарт слабо воскликнула, когда поняла, насколько бесполезными были её действия.

Со своим Первым Уровнем, Харухиме и надеяться не могла удержать Айшу. Харухиме сделала несколько быстрых вдохов, пытаясь не потерять сознание прямо на каменной мостовой. Айша смотрела вслед двоим сбежавшим людям.

В красноватом свете заходящего солнца, освещающем часть лица амазонки, было заметно, что она нахмурилась.

— Они должны быть где-то здесь, найти их!

Нас окружали голоса множества женщин.

Небоевые члены Паствы также следовали приказам Бербер. В моих ушах стучало столько ног, что я уже не мог понять, по-настоящему это, или мне только кажется.

— Хаааа… Хаааа!..

Мы оторвались от преследователей и оказались в тёмном переулке.

Солнечного света здесь не было. Вскоре шаги начали стихать и единственным разносящимся по переулку эхом было наше с Микото сбивчивое дыхание.

Микото наконец отпустила мою руку и повернулась ко мне лицом.

— Я… Мы…

Я не знал, что мне сказать на вырвавшиеся изо рта Микото слова и наклонился в сторону, обеими руками опершись на стену здания. Моя голова склонилась перед пепельной стеной очень низко, тяжёлое дыхание достигало даже моих ног. Я уставился на землю широко открыв глаза. Я наконец снова начал ощущать мышцы своего лица, отвечающие за эмоции.

…Она была права, она была во всём права!

Всё, что сказала Айша было правдой.

Я не могу рискнуть ради Харухиме всем.

Против неё будут стоять боженька и все мои друзья!

Но я не раз говорил, что собираюсь её спасти!!!

— ГАХ!..

Я прикрыл рот рукой, чтобы мой срыв не вырвался из него неосознанным криком.

Риск попасть под прицел Паствы Иштар слишком велик. Я слишком боюсь принять это решение.

Я не смог помочь Харухиме, даже когда видел, как опустилась её голова, я даже сказать о том, что я ей помогу не мог. Я… я не могу на это решиться.

Всё вокруг начало кружиться. Я прикрыл глаза, но за веками было горячо, я практически ощутил жжение.

Жалкий, ни на что не годный я оказался слишком жалок чтобы спасти дрожащую девушку, чтобы спасти Харухиме. Хуже того, я не смог решиться на спасение и сбежал.

Страдание, сожаление, угрызения совести. Целая буря эмоций грозила разорвать мою голову на части.

— Белл-сан…

Микото назвала моё имя посреди прерывистых, наполненных горечью вдохов.

Она тоже страдает. Она зажата между дружбой с Харухиме и связью с нашей богиней, нашей Паствой. Её кулаки сжались так сильно, что казалось, кости могут треснуть. Она, как и я, не могла решиться.

Слёзы беспомощности текут по её щекам.

— Я!..

Что я должен сделать? Что я могу сделать?

Должен ли я убежать, забыть про Харухиме и спасать себя?

Уберечь боженьку и остальных от вреда и повернуться к девушке-ренарту спиной? Или, может мне стоит пойти на поводу у моего эгоизма? Прислушаться к голосу, кричащему из самых глубин моего сердца, а не игнорировать его?

Постоянная борьба, невозможные выборы, мысли, которые никогда не забудутся. Время нещадно бежало вперёд, а я застрял перед неразрешимой загадкой, лабиринтом, из которого не видно выхода.

Небо над моей головой уже потемнело. Свет полной луны начал завладевать городом.

Кто-нибудь… Кто угодно, скажите мне что я должен сделать.

Человек, фея, божество. Не важно кто.

Что я должен сделать? Что я могу?

Я… я не знаю.

…Если бы он сейчас был здесь.

Если бы рядом со мной был Дедуля. Если бы человек, который меня растил сейчас возник передо мной, что бы он сказал? Если бы он увидел, что я стою неподвижно, зная, что девушка в опасности, что бы он мне сказал?

Я сделал шаг от стены и попытался представить какой бы у нас состоялся разговор.

Знаешь, есть человек, которому я хочу помочь.

Но у меня есть семья, которую я не хочу потерять.

Как ты думаешь, что я должен сделать?

Как ты думаешь, что я могу сделать?

Думаешь, у меня есть право… просто поднять голову и закричать во весь голос?

Я собирал частички воспоминаний по самым тёмным уголкам своего разума. Время, что мы провели вместе, моё детство, его уроки. После этого я задал вопрос.

И…

Когда в моей голове собралась его картинка. Дедушка, каким я его помню, улыбнулся:

— ...Вперёд.

Его видение улыбалось, не осуждая меня.

!!!

Новое пламя запылало в моих глазах.

Я сжал кулаки так сильно, как мог сжать.

Не можешь спасти маленькую хрупкую девушку? Как тогда назвать себя мужчиной?

Вот что он сказал. И если бы он был здесь, наверняка именно это он бы и произнёс. Насколько я знаю Дедулю, он бы дал мне толчок вперёд.

…И он прав.

Решайся.

Решайся!

Да просто решись уже!

Стать посмешищем, стать человеком, над которым будут смеяться и в которого будут тыкать пальцами не стыдно. Самая постыдная вещь — это стоять перед сложным выбором не в силах принять решение, которое считаешь верным!

Я…

…Я собираюсь.

Я собираюсь её спасти.

Я собираюсь спасти девушку, которая не способна искренне улыбаться.

— …Микото, прости.

Мой голос дрожал. Она посмотрела на меня округлившимися глазами, её плечи дрожали, будто она боялась того, что я собираюсь сказать.

Я медленно повернулся, встав прямо перед ней. Слёзы падали с моего подбородка, я впервые за долгое время гордо поднял голову.

— Я… я хочу её спасти.

Микото несколько раз моргнула, пытаясь понять мои слова.

Я собираюсь спасти Харухиме, поставив под удар свою Паству. Поэтому я попросил у неё прощения.

Каким-то образом мне удалось прервать слёзы и вздохнуть спокойно. Микото сделала ко мне шаг.

— Н-но, что вы будете делать после спасения Харухиме-сама? Паства Иштар будет вас преследовать пока…

— Я покину Орарио.

Я ответил до того, как Микото завершила свой вопрос. Настала моя очередь бояться её ответа. Я пытался сохранять спокойствие. Микото была поражена.

Мне оставалось только извиняться перед боженькой, когда я оказывался одной ногой в могиле. Мне останется только извиниться, если мне придётся покинуть город.

У нас была подобная идея, когда на нас охотилась Паства Аполлона. Но в этот раз я покину Орарио ради спасения жизни отдельной девушки.

— Я убегу из Орарио… Но я обещаю, что я вернусь.

— А?

— Сильнее, я стану достаточно сильным, чтобы её защитить, сильнее чем я есть сейчас!

Вот когда я вернусь. Я снова окажусь в Орарио.

Сколько времени это бы не заняло, какое путешествие мне не пришлось бы пережить, я вернусь к моему идолу. Как только я стану достаточно силён, чтобы защитить Харухиме, ничто не остановит меня от возвращения в стены этого города.

Да хоть на секунду побудь ты реалистом! Орал я на себя, увидев, как Микото сглатывает.

О ком я подумал, впервые увидев прекрасные золотые волосы Харухиме.

Чей образ возник в моём сердце?

Если я брошу сейчас Харухиме…. Каждый раз, когда я буду видеть своего идола…

Я буду вспоминать Харухиме и уже никогда не смогу посмотреть в глаза Айз. Я хочу стоять перед ней с гордостью, выпятив грудь и гордо подтвердить, что я стал мужчиной, заслуживающим её внимания. Если я повернусь к Харухиме спиной, этого никогда не случится.

Я не могу сдаться, когда дело касается Харухиме, или моих друзей, или её самой. Я преодолею любые препятствия, сколько времени это бы не заняло. Поэтому…

Я решительно посмотрел Микото в глаза.

Ошеломление начало сходить с её лица, её глаза блестели от слёз, а на губах появилась улыбка:

— То, что я стала членом вашей Паствы… ещё никогда не приносило мне столько радости, как сейчас.

Она сделала ко мне ещё один шаг и схватила меня за руку. Слёзы текли по её щекам, но она широко улыбалась.

— То, что вы мой командир, то, что мы вообще встретились… я очень рада что всё это случилось.

Она прижала мою руку к груди, её голос становился тише с каждым словом, она опускала голову. Её губы снова и снова повторяли спасибо. Слёзы блестели, падая на мою ладонь.

— …Я с радостью последую за вами, вместе с вами паду ниц у ног Всевышней Гестии, Лили-сан и Вельфа-сан. Пусть наказание снизойдёт на нас обоих.

Микото отпустила мою руку и вытерла рукавом слёзы. Когда она наконец подняла на меня взгляд, я осознал, что ещё никогда не видел более радостной улыбке за всю свою жизнь.

Меня снова прорвало. Она не только прислушалась к моему эгоистичному желанию, но и согласилась помочь, решила остаться на моей стороне. Да ещё и с такой поразительной улыбкой. Мои глаза заблестели от новых побежавших из них слёз.

Мы улыбались друг другу. Потратив несколько секунд, чтобы собраться с мыслями мы кивнули и начали обсуждать, что именно мы собираемся сделать.

Сейчас мы в крови и грязи, но это совершенно не важно.

Нам не нужно прилично выглядеть.

Мне не важно, если всё закончится в доме Паствы Иштар.

Время стать её героем.

Я хочу стать человеком, который придёт к ней на помощь, проститутка она или нет, стать героем, о котором она всегда мечтала.

— !..

С решительными взглядами мы с Микото направились тем путём, которым сюда пришли.

Выглянув из темноты переулка, мы увидели свечение золотого дворца в лунном свете.

— Хочешь сказать, в конце концов ты отпустила кроличкааааа?!

Девушка-ренарт, дрожа скрывалась за её спиной, голос Фрины раздался в комнате.

Айша была на удивление спокойна, прикрывая Харухиме. Большая группа Бербер собралась в огромной комнате дворца.

— Вся эта шумиха поднялась по твоей вине, ты пошла против приказов Всевышней Иштар. Так что не смей меня винить.

— Не корми меня чушью, Айшечкааааа! Если бы тварь которая за тобой прячется не отпустила мою добычу, всё было бы нормааааааально!

Налитые кровью глаза амазонки, похожие на лягушачьи, впились в Харухиме. Вены на голове Фрины начали пульсировать. Она перевела свой яростный взгляд на Айшу.

— Убивающий Камень, они о нём знаааааааают. Маленькому Новичку нельзя позволить жить! Если он сбежит… как ты будешь оправдываться, Айшечкаааааа?

Группы амазонок наконец перестали прочёсывать Белит Бабили. Половина была отправлена в погоню за людьми, выяснившими правду об Убивающем Камне. Остальные были заняты подготовкой Ритуала Убивающего Камня. Не было ни одной свободной пары рук.

Общий рабочий гул доносился даже до этой комнаты несмотря на то, что она располагалась недалеко от вершины самой высокой башни дворца. Айша окинула Фрину взглядом, пожала плечами и сказала.

— Этот паренёк ещё вернётся.

— Ааааа? Ты сказала это потому что?..

Будто не замечая уничтожающий взгляд Фрины, Айша выглянула в окно.

— Может он и не выглядит как настоящий мужик, но у него глаза…

Айша смотрела на фонари, один за другим загорающиеся в районе красных фонарей.

— …глаза авантюриста, который не знает, когда нужно сдаться.

Харухиме услышала перешедший на шёпот голос Айши и посмотрела на её лицо. Выражение на лице девушки-ренарта показало целую палитру эмоций, которые кипели в её голове.

Харухиме тоже выглянула в окно, посмотрев на район удовольствий, место, в котором парень и девушка возможно находятся прямо сейчас.

В то же самое время парень и девушка смотрели на стоящий вдалеке дворец. Выбежав из одного из переулков, они оказались напротив сияющей крепости богини только вдвоём.

Темнота охватила небеса над их головами. Золотой диск луны стал ярче и отчётливее, наступила ночь.

Ради спасения проститутки парень и девушка готовились к штурму дворца.

----------

Глава 6. Стремление героя.

— Белл и Микото должны быть там. Вперёд!

Последние солнечные лучи пропали с вечернего неба, как раз к этому моменту Гестия оказалась перед поворотом в Район Удовольствий. Стража тут же перекрыла богине путь.

Группа божеств и авантюристов оказалась на краю третьего района Орариро, в месте, в котором официально начиналась территория Паствы Иштар.

Гестия пришла в сопровождении Вельфа и Лили, с ней был Такемиказучи со своей Паствой, получивший задание по спасению остальных членов Паствы Гестии. Перед самым первым из выстроившихся на улице борделей будто из ниоткуда возникли две амазонки.

— Прошу прощения, богиня, есть ли у вас доказательства?

— Следи за словами. Будешь и дальше пороть чушь, и я тебя силой отсюда утащу.

— Грр… — Гестия начала рычать, и это рык стал только громче, когда воительницы схватились за рукояти оружия висящего за их спинами: У одной был боевой топор, вторая владела двойными клинками, вытащив их ровно настолько, чтобы лезвия блеснули в тусклом свете.

Группа амазонок атаковала Вельфа и Лили в Подземелье, но никаких доказательств у них не было.

— ГХАААА!!! — Гестия издала рык, её руки взметнулись в воздух, на что женщины-воительницы лишь ухмыльнулись.

— Кажется кому-то дали отворот-поворот…

— Разве можно было чего-то ещё ожидать?

Мужчины-посетители и проститутки, которых они сняли начали останавливаться на Юго-восточной Главной Улице чтобы поглазеть на разъярённую богиню. Лили оставалось только вздохнуть, от вида детской техники запугивания, которую пыталась применить её богиня. Вельф скрестил руки, но не сводил с амазонок пристального взгляда.

Такемиказучи стоял неподалёку, его чёрные волосы были собраны в обычном треугольном хвосте. Его последователи начали появляться из толпы зевак и собираться вокруг своего божества. Разведывательная миссия была завершена, пришло время составлять план проникновения.

— Оука, что ты видел?

— Они полностью перекрыли район. Даже крыса незамеченной не проскочит.

— Амазонки и проститутки контролируют все улицы и переулки… слабых мест нет.

Такемиказучи выслушал доклады своих последователей и пробормотал «Вот как» сведя брови.

Он решил, что скорее всего составленная из амазонок и проституток клетка призвана не дать Беллу и Микото рассказать об Убивающем Камне кому-уо ещё. В то же время, этот барьер мог удержать нежданных гостей от прерывания Ритуала Убивающего Камня.

Несмотря на то, что божество не представляло, почему именно Микото и Белл были пойманы, Такемиказучи был уверен, что они внутри.

— Микото…

На лице божества читалось явное беспокойство о благополучии девушки, оно взглянуло на полную луну, проступившую сквозь облака.

— Белл-сан, возьмите с собой ещё вот это зелье.

— Раз ты готова его отдать, спасибо. Конечно, возьму.

Пока двое божеств пытались понять, как им попасть в третий район Орарио, Белл и Микото готовились к решающей атаке в небольшом тёмном углу переулка.

Они решили вдвоём напасть на дворец и спасти Харухиме. Поэтому им нужно было быть готовыми ко всему.

У них мелькала мысль, что нужно покинуть район удовольствий и вернуться с подкреплением. Но эта мысль была тут же отметена. Сейчас они в самом сердце территории Иштар, и, если они сбегут, кто знает, смогут ли они снова зайти так далеко и представится ли им возможность для удара снова. Поэтому, Белл и Микото продолжили скрываться, восстанавливая силы мощными целебными зельями, которые Микото взяла из сокровищницы.

Микото сидела на земле, затягивая одежду потуже, чтобы скрыть шорохи, издаваемые тканью. Она была одета в чёрное и с каждой секундой всё больше напоминала настоящего ниндзя. Даже переговариваясь с Беллом, Микото вспоминала разговор, который случился с Такемиказучи много лет назад.

«Микото, физически ты самый подходящий из всех кандидат для изучения искусств ниндзя. Но у тебя совершенно неподходящее мышление.»

В то время её бог уже обучил её использованию в бою большинства типов оружия и ближнему бою, поэтому настал черёд изучения пути ниндзя.

«Слушай меня внимательно, Микото. Ниндзюцу… это грязное искусство.»

«Г-грязное?»

«Да. Ниндзя не гнушается любыми методами, ради завершения своей миссии.»

Микото сидела на коленях, покрываясь потом от зловещей атмосферы, воцарившейся, когда божество рассказывало вещи, которые были прописной истиной.

«Внезапные удары, засады, ловушки… Ниндзя использует любые способы для достижения своей цели. Поэтому, такой прямолинейной и честной девушке как ты, могут никогда не пригодиться искусства ниндзя.»

Впрочем, Такемиказучи всё равно обучил её всему, что знал. Микото вспомнила, с какой улыбкой Такемиказучи сказал ей, что ей гораздо больше подходит роль авантюристки, когда их Паства прибыла в Орарио.

На самом деле Микото скучала по богу. Вспомнив его успокаивающую улыбку Микото сделала глубокий вдох и использовала это воспоминание чтобы успокоить нервы.

Она решила использовать Ушивакамару Белла вместо катаны, которая была сломана в Подземелье. Также она одолжила у парня сумку для предметов и заполнила её чем угодно, кроме зелий, вещами, которые она «освободила» из рук своих врагов.

Ощутив необычную лёгкость движений, девушка поднялась.

— Белл-сан, я хотела бы утвердить наш план в последний раз.

— Хорошо. — сказал Белл, вставая напротив.

— Согласно свитку, который я прочла, ритуал должен исполняться в момент, когда полная луна достигнет пика своей яркости, то есть примерно в восемь вечера. Местом проведения станет вершина одной из башен дворца, место, называемое Парящим Садом… последнюю часть информации можно проигнорировать.

Микото перешла к описанию Ритуала Убивающего Камня, включив в него временные ограничения и прочие подробности. Она взглянула на облака, скрывавшие полную луну, понимая, что время почти вышло. «У нас нет права на ошибку», сказала девушка, переходя к плану нападения.

— Белл-сан, вы привлекаете к себе всё внимание, ворвавшись во дворец и устроив диверсию…

— А вы, мисс Микото, спасёте Харухиме.

Белл закончил простой план перед тем, как договорила Микото. Во взгляде девушки виднелись сомнения.

— Может это и единственный выход, который у нас есть… Но вы уверены, Белл-сан? Вся опасность ложится на ваши плечи.

Белл понимал, что, если у врагов получится заставить его вступить в бой, он потерпит поражение в мгновение ока под натиском множества амазонок. Прокашлявшись, он просто сказал:

— Я справлюсь.

— …Мне потребуется двенадцать… нет, десять минут. Я найду Харухиме-сама и доставлю её в безопасное место.

Рубиновые глаза Белла встретились с взглядом тёмно-фиолетовых глаз; во взглядах обоих людей читалась решимость.

Уверенность Белла заразила Микото и сделала её смелее.

— …Наконец, если наш план провалится.

Никто не хотел об этом думать, но Микото понимала, что требуется обсудить все варианты.

Белл был серьёзен, он внимательно слушал девушку.

— Как только я встречусь с Харухиме-сама, я запушу сигнальный снаряд. Зелёный, если спасение успешно и красный если…

— Нет… что мы будем делать в таком случае?..

— …Мы прорвёмся в самый охраняемый участок вражеской крепости и уничтожим Убивающий Камень. Нам останется только это.

Это не решит проблему с Паствой Иштар, поскольку они смогут заполучить новый Убивающий Камень, но это выиграет достаточно времени и не позволит совершить ритуал сегодня.

— Если подобное произойдёт, нам придётся импровизировать. Одному из нас по-прежнему придётся привлекать внимание, в то время как второй уничтожит камень. Думаю, это всё, что мы можем придумать в нашем положении.

Белл не возражал, услышав план нападения Микото. Всё, что нужно для ритуала уже было перенесено в Парящие Сады, остаётся только лунный свет. Никто не станет переносить место проведения ритуала в последнюю минуту. Утвердив план нападения, Белл и Микото кивнули.

— Белл-сан… Пусть в битве вам сопутствует удача.

— Вам тоже, мисс Микото. Позаботьтесь о Харухиме.

После этого они разделились.

Выбежав из тёмного переулка Белл и Микото направились к задуманным ранее позициям.

Избегая взглядов амазонок и проституток Белл, подбирался к вратам дома Паствы Иштар. Остановившись в тени одного из зданий, парень уставился на врата дворца, обдумывая возможные варианты.

— …

Отлично скрываемый тенью ближайшего борделя, Белл встал на колено и посмотрел на ладонь правой руки.

Он прекрасно знал, кто попытается его остановить, Айша, Берберы и, разумеется, Фрина.

Что делать с одной из лучших авантюристок Орарио, достигшей пятого уровня, парень понятия не имел. Из всех сценариев, который пронеслись в голове парня ни один не заканчивался его победой.

Белл взглянул на своё тело. Его броня была полностью уничтожена, тело защищала лишь обычная одежда. ТУ-ТУК, ТУ-ТУК. Стук сердца рвался из груди.

— Вот и всё, что у меня есть… — прошептал себе под нос Белл, услышав тихий звук колокольчиков, и искорки света, начавшие собираться вокруг его руки. Парень сконцентрировался и прикусил губу.

Всё больше искр света собирались вокруг его ладони. Поразит ли этот удар нужную цель? Сможет ли он заряжать этот навык вовремя, чтобы использовать его в битве? Всё больше вопросов возникало в голове парня. Он потряс головой, игнорируя возникшие вопросы и сжал кулак.

Я обязан заставить его сработать, сказал Белл сам себе, искры влетали в самый центр его кулака, прямо между сжатых пальцев.

Спустя мгновенье, Белл выпрыгнул из теней.

— Что?!

— Маленький Новичок?!

Белл прекрасно видел и золотой дворец, и раскинувшийся за главными вратами сад, и поражённые лица амазонок, которые стояли на страже.

Никто воительниц и подумать не мог, что Белл своими ногами придёт к главному входи их собственной базы. Паника начала проходить, кто-то из амазонок схватился за оружие, кто-то повернулся и побежал, чтобы дать сигнал тревогу.

Белл вытянул правую руку, прежде чем кто-либо из амазонок успел отбежать достаточно далеко.

Десятисекундный заряд.

Прозвучал тихий звон колокола, отметивший начало боя и парень взревел во весь голос:

— ВСПЫШКА!!!

Столп белого света, вспышка пламени и громоподобный взрыв.

Парадные врата дворца разнесло вдребезги, охранявших их амазонок разметало в разные стороны.

Крики и визг наполнили воздух, также в него поднялось какое-то невообразимое количество дыма. Белл бросился вперёд, мимо разрушений, которые он принёс.

На сбавляя хода он потянулся в кошель на ноге и достал два зелья полученные от Микото: Сильнодействующее зелье высшее зелье восстановления разума. Осушив их одним глотком, парень быстрым движением отбросил пустые бутыли. Выбежав из дыма, парень быстрыми шагами понёсся по дворцу.

План по спасению девушки официально пришёл в действие.

— Может у вас и для этого взрыва объяснение найдётся?

Взвалив свой двуручник на плечо, Вельф прикрикнул на амазонок.

Собравшиеся зеваки уставились на поднявшийся из самого центра третьего района столпа дыма. Даже Гестия отвела взгляд от амазонок, когда звук взрыва достиг её ушей.

Лили проигнорировала неожиданный хаос и воспользовалась возможностью, чтобы загнать амазонок в угол.

— Вот вам неопровержимое доказательство!!! Этот взрыв был вызван Вспышкой сударя Белла!

— А ну отошли!

Амазонки поняли, что Лили и Вельф ни с чем не спутают действие этого заклинания, но и свою неправоту признать не могли. Прищёлкнув языками, они схватились за оружие.

— Ну и что с того? Воевать собрались?

— Пойдёте против Паствы Иштар!

Лили потеряла дар речи, реальность угрозы, нависшей над её семьёй, заставила её замолчать.

В этот самый момент огромный мужчина схватил за горло ближайшую амазонку, поднял её и швырнул в сторону.

Вторая стражница оцепенела, наблюдая как её соратница катится по камням мостовой. После этого она перевела взгляд на уставившегося на неё с гневом огромного мужчину. Этот мужчина, Оука, сделал шаг и сказал всего одно слово.

— Свали.

Оука уже был сыт по горло стоянием в стороне, пока Микото и Харухиме находятся в опасности. Его решительные действия вдохновили членов Паствы Такемиказучи, тут же обнаживших клинки и приготовившихся к битве. Оука отцепил со спины свой огромный топор и повёл за собой свою группу в атаку, на появившихся амазонок.

— Все за мной!

— Хах, вот это я понимаю!

Вельф усмехнулся, присоединяясь к строю Паствы Такемиказучи, которую Оука повёл в наступление. Схватка официально началась.

Стреляя из своего арбалета Лили следила за полем боя. Третий район Орарио стал площадкой доя открытой полномасштабной войны.

— Что же, до этого всё-таки дошло!..

— Времени на переговоры не было, ничего не поделаешь.

Вельф и Оука авантюристы второго уровня, но у врагов серьёзный численный перевес. Наблюдавшая за развернувшейся битвой Гестия вздохнула, понимая, что она ничего не могла поделать. После этого они с Такемиказучи побежали по улице, по который пытались силой прорваться члены их Паств.

…Если задуматься о подоплеке этих событий…

Всё началось с односторонней неприязни.

Иштар возненавидела Фрею с того самого момента, как только две богини красоты встретились впервые.

Возможно, причина была в чём-то похожем на родственное соперничество, а может, неприязнь была вызвана завистью, желанием обладать чем-то, чего она не имела. В конце концов Иштар много раз пыталась унизить Фрею, чтобы показать своё превосходство.

Фрея же, в свою очередь, не питала практически никаких эмоций к Иштар.

Она посмеивалась над всеми «провокациями» и с удовольствием наблюдала за провалами Иштар. Лишь в подобные времена Фрея вообще обращала на богиню хоть какое-то внимание, в остальном Иштар нисколько её не заботила.

Она даже не знала, исходит это безразличие из её мощи, власти или влияния.

Фрею превозносил каждый в Орарио, она была первой в глазах каждого. Восхождение же Иштар остановилось на звании королевы переулков и районов разврата метрополиса.

Имя Фреи разлеталось как лесной пожар. Её вызывали благоговение. Зачастую про Фрею говорят, что с её красотой не сравнится ничто в мире, несут чушь, что она способна очаровать даже небо и заставить мир перевернуться. В сторону Фреи никогда не останавливается поток комплиментов.

Возможно, именно это заставляет её посмеиваться над завистью других богинь.

Возможно, именно это заставляет гореть чёрное пламя завести во взглядах, впрочем, возможно и то, что эти события были предрешены и попросту неизбежны.

Что и как не послужило бы причиной, стоит отметить одну вещь…

Разница между двумя Богинями Красоты, Фреи и Иштар…

— Миледи.

Голос верного последователя заставил Фрею отвести взгляд от собственного отражения в бокале вина, который богиня держала в руках.

Она поставила бокал на круглый стол. Оттар принял это в качестве знака и подошёл к богине.

— Аллан отправил доклад. Паства Иштар похитила Белла Кранелла и ведёт себя подозрительно… Также, несколько минут назад в районе удовольствий произошёл взрыв.

Фрея поднялась со своего кресла, прежде чем Оттар закончил с докладом.

— Паства уже в сборе, так ведь?

— Да.

— Отдавай приказ.

— Вы приняли окончательное решение.

— Приняла. Иштар пересекла черту.

Голос Фреи был холоден, спокоен и собран. Она прищурилась, продолжая говорить.

— Все её мелкие шуточки были смехотворны. Но этому… Нет. Я не позволю этому случиться.

Оттар наблюдал как Фрея сделала от стола шаг, после чего обернулся и обратился к огромному количеству собравшихся людей.

— К оружию! Наша богиня желает славы на поле боя!

Все воины Паствы собрались перед троном своей богини. Как только прозвучал приказ, зал заполнили звуки шагов, бойцы начали строиться в шеренги.

Каждый из них готовил оружие и выдвигался, не теряя времени. Дисциплинированность этой армии была доказательством глубокой преданности.

Ни слова, ни шёпота возражения, воины Паствы выдвинулись из серебрянной крепости, Фолькванга. Движения этой армии были так организованны, что, казалось, будто их репетировали заранее.

Всего в распоряжении Фреи было больше сотни авантюристов, каждый из которых был готов исполнять волю своей богини.

— …Отвратительно.

Последние из шагов ещё гремели в серебряной Крепости, Оттар шёл рядом с Фреей двигающейся к выходу.

Его застало врасплох неожиданное заявление богини, он спросил приглушённым голосом.

— Что именно?

— То, как всё получилось.

Оттар нахмурился, но продолжал идти вперёд. Фрея этого не заметила. Она вздрогнула, как только они оказались у выхода из дворца Паствы.

— Я тоже отправлюсь на поле боя. Мы выдвинемся, как только все приготовления будут завершены.

Белит Бабили наполнили громкие, злые голоса.

— Вторжение!

— Сколько врагов?

— В-всего один, Маленький Новичок! Он вошёл в главные ворота!

Белл слышал, как амазонки громко раздают приказы и видел уставившиеся на него взгляды пробегая по дворцу.

Пробиваясь к самому центру базы противника он увидел и башню, подобно Вавилу устремившуюся в небеса. Дворец был огромным, будто кто-то составил друг на друга высокие этажи. Прорвавшись сквозь внешние врата, парень пробежал по окружающему саду и оказался на первом этаже. Всё, от лестниц до колонн и превратилось для него в способ пробраться на верхние этажи башни.

— ОСТАНОВИТЕ ЕГО!

Огромная группа вооружённых Бербер наконец бросилась в погоню.

Белл менял направление, как только на его пути появлялся какой-нибудь противник. Стрелы, волна за волной, летели отовсюду, в то же время указывая парню, где его противников нет.

Если меня остановят, всё будет кончено!..

Он во вражеской крепости. Ему остаётся только полагаясь на себя бежать от сотен воительниц.

Если он ошибётся, на какую-то секунду вступит с кем-то в бой, на него тут же бросятся остальные и ему уже никогда не победить в этой битве.

Куда бы парень не бросил взгляд, везде были враги. Белл понимал, что он не может позволить ни одной из амазонок к себе приблизиться.

— Вспышка!

— Гхааа!

Он беспрерывно запускал заряды своей магии.

Чтение заклинания, обычно необходимое для подготовки магических способностей в случае Вспышки Белла не требовалось. Амазонкам было нечем ответить на дальнюю атаку, которая была куда мощнее и быстрее их стрел. Им оставалось только отступать и держаться вне радиуса действия этой магии, но это также означало, что они не могли подобраться достаточно близко чтобы вступить в ближний бой.

Парень пытался избегать ударов по не боевым членам Паствы, он видел, как они смотрят на него с ужасом и прячутся в коридорах и комнатах, когда он пробегает мимо. Белл направлял свою Вспышку только во врагов, бил по полу и стенам. Вспышки пламени заливали главную башню, Белл пытался создать настоящий хаос.

— Залп!

— Чеее?!

Белл забежал на очередную лестницу, и его встретила группа из десяти лучниц-амазонок, державших наготове стрелы.

Тетивы луков взвыли, спуская залп стрел прежде, чем парень успел запустить в ответ своё заклинание. Несмотря на то, что парню удалось отбить большую часть этих стрел Кинжалом Гестии, этот залп заставил его потерять равновесие и он покатился обратно.

Времени оправиться не было, следующие стрелы уже летели в Белла. Откатившись в последнее мгновение, Белл заметил, как амазонки достают мечи и несутся на него с лестницы. Ещё отряд двигался по коридору. Белл тут же бросился мимо лестницы по коридору к открытому окну и нырнул в него головой вперёд.

— Он снаружи!

Пролетев стекло, парень ощутил, как ночной воздух окутывает его кожу.

Луна всё ещё частично скрывалась за облаками. Белл приземлился на навес под окном и использовал его для продолжения атаки на башню.

Множество окон над парнем разбилось, амазонки гнались за кроликом снаружи башни. Ему не давали ни секунды покоя.

Не может быть… ещё и трёх минут не прошло?!

Капли пота проступили на коже парня. Его дыхание уже начало сбиваться. Всё больше тёмных теней оказывалось у него на хвосте. Белл решил, что сейчас самое время принять третье зелье из своей сумки на ноге.

Сердце парня билось так сильно, что, казалось, будто оно взорвётся в любую секунду, но Белл продолжал напрягать каждый мускул своего тела. Ощущая, как в нём разливается эффект зелья, он отбросил очередную пустую склянку не теряя скорости. Он продолжал привлекать внимание, стараясь издавать как можно больше шума.

Вечерние огни района удовольствий кружились где-то внизу, Белл продолжил полагаться на единственное своё качество, в котором он превосходил Бербер: свою скорость.

— Белл-сан, я очень вам благодарна.

…В то же самое время на другой стороне дворца…

Микото проскользнула в окно с задней стороны Белит Бабили оставшись незамеченной. Практически вся стража покинула свои посты. Даже патрулей во дворце практически не осталось. Никто не смог бы сравниться с Беллом, изначальной целью Иштар в скорости, амазонки могли понадеяться только взять его числом. И это самое число было взято из стражи и патрулей.

Тихонько поблагодарив своего союзника, Микото быстро и бесшумно двинулась по коридорам. Она скрывалась в тенях, как только слышала шаги вражеских воительниц. Три или четыре группы Бербер прошли, так и не заметив её присутствия. Наконец, Микото набрела на одинокую Берберу. Девушка ощутила от амазонки давление духовного контейнера, её противница, как и она была второго уровня.

— …Что за?..

В тот момент, когда амазонка наклонилась, чтобы изучить какой-то блеснувший на полу предмет, Микото спрыгнула с потолка и приземлилась за спиной своей будущей жертвы. Прежде чем амазонка успела понять, что именно произошло, Микото обвила рукой её шею.

Бронзоватое лезвие Ушивакамару оказалось приставлено к горлу амазонки.

— Где Харухиме-сама?

— Ч-четырнадцатый этаж. Недалеко от Парящих Садов.

Большего Микото и не требовалось. Она сдавила горло амазонки чуть сильнее и мгновенье спустя та уже обмякнув свалилась на пол лишившись сознания.

Микото не стала тратить время на оттаскивание неподвижной воительницы из коридора в тёмную комнату, мгновенно исчезнув. Она бросилась на четырнадцатый этаж.

— Как мерзко… — прошептала Микото вспомнив лицо Такемиказучи. Он был прав; авантюрист никогда не опустится до подлых засад.

Отыскав окно, Микото выбралась наружу и начала ползти по стене здания.

Где-то вверху она увидела свет в открытом окне.

Харухиме сидела перед центральным окном и дрожала.

Стоило ей понять, что происходит нечто необычное, как пришёл доклад, в котором говорилось, что Маленький Новичок — Белл Кранелл — вторгся во дворец.

Она поднялась и бросилась к двери, но поставленные её охранять Берберы грубо вернули девушку на место. Две воительницы следили за каждым движением ренарта, стоя по бокам от её места лишёнными каких-либо эмоций взглядами.

Харухиме была одета в официозное красное кимоно, привезённое с Дальнего Востока. Она взволнованно смотрела в окно, пушистый золотой хвост опал.

— Что он делает?..

Никто не передавал Харухиме никакой информации. Вопрос слетел с её губ лишь когда она поняла, что происходит из окружающих разговоров.

Мысли вроде почему, как и пожалуйста перестаньте, слетали тихими словами с её губ.

Взгляд Харухиме был направлен в пол, она обхватила тело своими тонкими руками, боясь того, что может произойти дальше.

— Вы идите вниз, помогать. Я останусь здесь.

Айша отдала приказ Берберам в комнате, пока Харухиме сжималась на своём стуле.

Айша вызвалась остаться и защитить персону, которая, скорее всего, является целью нападения, но огромная амазонка, куда более заинтересованная в поимке Белла выразила громкое возражение.

— Ты не останешься здесь, Айша. Ты пойдёшь со мной охотиться на кроличка.

— Аааа?

— Или ты забила как я тебя отметелила когда ты разбила прошлый Убивающий Камень, Айшечка?

Фрина, будто огромная, вытащенная из воды лягушка расправила перед Айшей плечи и взглянула на амазонку свысока.

— Хочешь воспользоваться суматохой, чтобы дать Харухиме сбежать, даааа? Нельзя тебе верить. Поэтому ты будешь там, где я смогу за тобой приглядывать.

Остальные амазонки в комнате смутились от слов Фрины.

— Не будь дурой. — сплюнула Айша. Она ощутила на собственной шкуре Соблазнение Иштар куда сильнее чем остальные присутствующие в этой комнате и сейчас у неё не было даже мысли противиться воле своей богини. — Маленький Новичок — это явно приманка. За Харухиме сюда явится Вечная Тень.

— Вот это я и имею в виду. Пусть о второуровневой мелкой сошке позаботятся остальные. Ни ты ни я для этого не нужны.

За исключением Фрины и Айшы все берберы в комнате были не выше второго уровня. Все авантюристки второго ранга, имеющие третий уровень, сейчас преследовали Белла.

Ноздри Фрины раздувались, она была совершенно уверена, что со своим уровнем у Микото нет ни единого шанса против такого количества противниц.

— Эта девушка использовала какое-то очень мощное заклинание во время «Битвы». Её не стоит недооце…

— ЗАТКНИСЬ!

Фрина взревела так сильно, что её крик сотряс комнату. Берберы и Харухиме подскочили от удивления.

Несмотря на взгляд налитых кровью глаз Фрины Айша была на удивление спокойна.

— Вы будете подчиняться моим приказам. Или хотите, чтобы я из вас всю дурь выколотила?

Айша пыталась игнорировать вонь, которой несло изо рта Фрины, недовольно нахмурившись.

Когда она уничтожила первый Убивающий Камень, Айша была «дисциплинирована» Фриной, прежде чем её едва живое тело было доставлено Иштар.

— Или может... Вам всем хочется побывать на её месте?

Даже на лице Айши мелькнуло сомнение.

Этой фразы было более чем достаточно чтобы вселить ужас в сердце каждой из присутствующих Бербер.

Амазонки доверяли Айше куда больше, чем своей формальной командирше, Фрине, особенно молодые амазонки. Айша обращалась с ними как с младшими сёстрами, как и с Харухиме, и присматривала за каждой.

— Не забыла, Айшечкааа? В следующий раз, когда ты пересечёшь черту, не ты одна будешь расплачиваться. Все получат своё, по очереди… Всевышняя Иштар лично тебя предупреждала, так, Айшечкааа?

Иштар всё ещё испытывает верность Айши. Возможно, не «испытывает», а «играет» было бы вернее.

Несмотря на то, что Иштар хорошенько промыла мозги Айше, амазонка всё равно осталась свободна в своих решениях и не превратилась в марионетку. Впрочем, это лишь означало, что ей пришлось испытывать страх и выбирать между благополучием Харухиме и её приёмных младших сестёр. Айше постоянно приходится балансировать, потому что её сердце не выдержит, если случиться перевес в какую-либо сторону.

Постоянный страх стал главным наказанием Иштар за уничтожение Убивающего Камня.

— Ну что? — в голосе Фрины слышался вызов.

Губы Айши дрогнули, прежде чем она раскрыла рот для ответа.

— …Идём.

Горделивая амазонка решила последовать приказу.

— Ке-ке-ке-ке! — скрипучий смех Фрины наполнил комнату.

Айша и Фрина взялись за оружие и начали готовится к погоне за вторженцем.

— Не сводите с неё глаз пока не отправите на алтарь. Присматривайте за Харухиме, пока она не окажется в руках Самиры и тех, кто в ответе за ритуал.

Фрина отдала приказ оставшимся в комнате Берберам, прежде чем покинуть комнату.

Огромная женщина вместе с Айшей оставили группу своих союзниц и закрыли за собой дверь.

— Ого? Он ворвался во дворец?

Голос божества отразился от стен самого верхнего этажа главной башни Белит Бабили, в личной комнате богини.

Иштар сидела на роскошном диване, слушая доклад о неожиданном нападении Белла.

— Он просто как безумный бегает по дворцу… Все попытки его поймать до этого момента оказались провальными.

— Бегает как безумный, значит. Никто не суётся в логово львов, если у него нет на то серьёзной причины.

Иштар держала одной рукой свою резную трубку, фиолетовый дымок тянулся с конца этой трубки. Она выслушала доклад своего ассистента, Таммуза и затянулась.

Окна со всех четырёх сторон команты были открыты. Налетающий ветерок уносил дым с губ богини и кончика трубки.

— Возможно, он что-то здесь оставил… женщину, которая нашла ключик к его сердцу?

Богиня прикрыла глаза, погрузившись в размышления.

— Амазонки обязательно его схватят.

— Нет, не схватят. Новый приказ.

Таммуз потерял дар речи, увидев, как Иштар поднимается со своего удобного дивана.

Она не обратила на своего слугу никакого внимания. На губах богини воцарилась зловещая улыбка.

— Мне стало интересно. Я остановлю его сама.

Выпрямившись во весь рост, богиня, не сказав больше ничего двинулась к ближайшей к лестнице вниз двери.

Белл добрался до тринадцатого этажа дворца.

Он уже более чем в сотне метров над землёй. Лихорадочно уклоняясь от боя с Берберами, парень оказался на величественной лестнице.

Напряжённая битва ещё и десяти минут не шла. Парень решил, что сдастся без боя после того, как продержится больше десяти минут. Но пока он обязан продолжать. Это его долг, его миссия.

Все до единого мышцы в теле горели, всё тело вопило от боли, а парень продолжал уклоняться от всех атак, которые в него направляли амазонки. Вспышка становилась эффективным прикрытием для кролика каждый раз, когда он отчаянно пытался добраться до следующего поворота живым.

Продолжая находить пробелы в сетях, расставленных Берберами третьего уровня, парень представлял себе лица Харухиме и Микото.

Разбитые стены и лестницы оставались после отчаянного побега Белла, всё больше и больше Бербер присоединялось к погоне.

— …А ну с дороги!!!

— ?!

Белл услышал пугающе знакомый голос, раздавшийся откуда-то из центра башни, поворачивая за очередной поворот. Практически сразу после этого крика послышался грохот пробиваемых стен.

Нечто огромное и острое вращаясь летело за парнем следом — огромный боевой топор. Белл очень вовремя отскочил. Кончик клинка срезал несколько прядей волос прямо перед его глазами.

Тяжёлое оружие продолжило, лететь, стукнулось рукоятью об пол, но даже после этого пробило ещё четыре стены.

Холодок пробежал по спине Белла, место в котором он должен был оказаться ещё секунду назад превратилось в груду обломков.

Парень мгновенно понял, что к погоне присоединилась она.

— Фрина!..

Белл взглянул на обломки стен с той стороны, с которой в него прилетел боевой топор. Было бы очень сложно не заметить огромный, двухметровый силуэт.

Жабаподобная Амазонка, которой принадлежал титул Андроктонус, Убийца Мужчина, смотрела на свою добычу с жадной улыбкой на лице.

И только после этого Белл заметил рядом с фриной женщину-воительницу с длинными чёрными волосами, Айшу.

— Скучал по мне так сильно, что решил вернуться? Оххх, сладенькиииииий!

Амазонки протянули Фрине ещё два огромных боевых топора, Фрина не сводила взгляд с Белла.

Спустя мгновенье она уже оттолкнулась от пола.

— !..

— Идуууу к тебеееее!

Белл не терял больше ни секунды и тут же бросился от Фрины прочь.

Побег привёл парня к главному коридору, целые ряды дверей, выстроились слева и справа. Приземление рядом гигантской амазонки чуть не сбило парня с ног. Взрывная волна выбила целую стену обломков из того прохода, из которого только что выбежал Белл.

— Пусть жаба разберётся с кроликом. Вы идите на тринадцатый этаж!

Резкие приказы Айши рассекали воздух будто удары кнута. Но у Белла не было времени их слушать из-за сокрушительной мощи в человеческом обличии, которая приближалась к нему сзади.

Мускулы вопили от боли, но больше это парня не беспокоило, в данный момент ему был важен только способ оказаться от Фрины подальше.

Взгляд парня наконец зацепился за облачную линию неба. Окно, путь к свободе от нависшего над ним злого рока оказалось всего в нескольких метров. Белл бросился к нему, но ровно в этот момент за спиной раздался уже знакомый свист. Снова летящий топор.

— ?!

— Куда-то собрался?

Огромная секира приближалась к Беллу с ошеломительной скоростью.

Белл припал к полу, защищая шею от возможного попадания, а огромное оружие разрушало на своём пути всё. Стены, пол, потолок и наконец окно… обломки присыпали тело парня, над которым пролетел клинок. Посмотрев в сторону окна, парень увидел линию горизонта над Орарио. Внешняя стена оказалась разрушена.

Впрочем, оценивать нанесённые дворцу повреждения не было времени.

Тёмная тень нависла над Беллом.

— ?!

Фрина разорвала дистанцию в считанные секунды. Амазонка занесла над парнем оставшийся в руках боевой топор и тут же нанесла удар.

Белл откатился ещё до того, как осознал, что происходит. Спустя мгновенье клинок топора вонзился в то место, где были его лопатки.

Вместо этого топор вонзился в пол, заставив обломки разлететься. Фрина на мгновенье потеряла равновесие. Белл отчаянно оттолкнулся от пола и вытянул в направлении Амазонки правую руку.

У него не было времени на обдумывания последствий этого удара или беспокойстве об оставшемся Разуме. Белл произнёс заклинание.

— ВСПЫШКА!!!

Пламенный всполох вырвался из его ладони.

Заклинание приняло форму кончика копья, от которого Фрина уклонилась быстрым отскоком.

— Не может быть!..

Белл не мог поверить своим глазам.

Вспышка… промазала?

С такого расстояния?!

Снаряд понёсся по коридору дальше, обжигая на своём пути стены. Белл был поражён, когда увидел, как человек с размерами Фрины с такой лёгкостью уклоняется от его заклинания. И в ту же самую секунду он стал жертвой ответной атаки.

— Хитренькая у тебя магия!

Огромный топор был поднят с пола и размашисто направился в Белла, следом удары посыпались на него градом. Всё, что оставалось парню, панически пытаться уклоняться от ударов топором.

Белл не мог не затрястись от страха, когда осознал, что Фрина достаточно быстра чтобы уклониться от его пламени. Её скорость и ловкость нисколько не соответствовала внешнему виду её тела.

В этом не было никакого смысла.

Несмотря на то, что Беллу удавалось уклоняться от ударов оружия, оставляемый в воздухе этим оружием след впивался в кожу. Наконец стала видна настоящая сила авантюристов высшего класса.

— Всё не сдаёшься?

Фрина продолжала крушить коридор, загоняя Белла ближе к центру башни.

Стены, потолки и пол покрывались следами ударов, будто во дворце буйствовал дикий зверь. Роскошные ковры и покрытые орнаментами светильники с магическими камнями уничтожал натиск Фрины. Сама амазонка, впрочем, наслаждалась происходящим, она была будто кошка, играющая с полумёртвой мышью. Белл стал её игрушкой.

У Белла попросту не было времени зарядить свой навык, Аргонавт. Он не мог сконцентрироваться на навыке пока ему приходилось уклоняться от атак такого противника.

Стоит ему попытаться, как он тут же потеряет какую-нибудь конечность.

Белл уставился дрожащим взглядом на устрашающий силуэт Фрины. Его козырь, единственный запасной план, который у него был не сработал. Остался только один выход. Белл вытащил Ушивакамару-Нишики чтобы, используя его вместе с Кинжалом Гестии атаковать, нет, точнее, хотя бы защищаться.

— КЕЕЕЕЕЕХ!

Содрогаясь от страха, парень всё-таки смог перенаправить боковой удар топора подальше от своего тела.

Ему вспомнилась серия ударов, от которой было не уклониться, которой пользовалась другая амазонка, Берсеркер Тиона, когда гоняла его во время тренировок на городской стене. Как и тогда, Белл принял защитную стойку и начал сбивать направленное в него оружие с траектории.

Металлический скрежет раздавался при каждом столкновении оружий. Быстрые всплески искр дополняли этот скрежет.

Впрочем, довольно быстро Белл оказался в невыгодном положении и зачастую удары отбрасывали его всё дальше по коридору.

— КЕ-КЕ-КЕ-КЕ-ГЕ-ГЕ-ГЕХ! Выходит, ты и танцевать умеешь!!!

На мгновенье отступив, Фрина похвалила парня.

Два или три раза Белл оказывался сбит с ног и откатывался по полу всё дальше, пока наконец не оказался загнан в огромный зал.

Тело парня покрывали порезы, пот и шрамы, он в очередной раз вскочил на ноги.

От того зрелища, которое его встретило, кровь Белл застыла в жилах.

— Мисс Айша?!

Зал был заполнен Берберами. Белл закатился в ловушку и оказался окружён со всех сторон.

Амазонка-воительница, показавшаяся перед Беллом, выпрямилась во весь рост, закинув на плечо свой излюбленный огромный деревянный клинок. Её взгляд был направлен на Белла.

— …Неплохо держался, раз зашёл так далеко.

Рядом с Айшей располагалась лестница, ведущая на этаж выше, её голос разнёсся по огромному залу эхом.

Спустя мгновенье в комнату ворвалась взрывная волна. Явилась Фрина.

На стенах этого зала висели картины, колонны были резными, как и рамы окон, поднимающихся от пола до потолка. Айша защищала путь наверх, Фрина перегородила выход, из которого появился парень. Беллу было некуда бежать. Будто этого было мало, бесчисленное количество окружавших парня с неприязнью направили на него оружие.

Вот чёрт!.. Белл ругался про себя, отчаянно пытаясь отыскать хоть какой-то путь к отступлению. У парня чуть не взорвался мозг, но, неожиданно, в комнате раздался голос.

— Вы все, назад.

Властный голос раздался с вершины лестницы.

Все взгляды в комнате повернулись в направлении голоса. Силуэт богини с бронзовой кожей неспешно, но неотвратимо спускался в зал блистая красотой. Сладковатый запах способный свести с ума даже самых стойких из смертных заполнил комнату. Он окутал Белла, будто специально пробираясь ему в нос. Красные глаза уставились на тело богини, будто бы привлечённые магнитом.

Богиня Красоты Иштар могла соблазнить любого, кто посмотрел бы на её божественную фигуру, но, несмотря на это, её явно позабавила и порадовала реакция Белла.

— Ч-что это вообще значит, Всевышняя Иштар? Что за вмешательство?

Фрина не теряя ни мгновения озвучила своё недовольство. Иштар осмотрела своих последователей, её слуга, Таммуз стоял за спиной богини.

Лягушкоподобная амазонка покраснела, на её висках вздулись вены.

— Ты что, меня не расслышала, Фрина? Я сказала, назад.

Безэмоциональные чёрные глаза богини блеснули. Её слова доносили один простой приказ, исходящий от её божественной воли: подчинитесь.

Уголки огромного рта Фрины дрогнули.

Впервые Белл увидел в глазах этой амазонки ужас.

— Вы все, ступайте в Парящие Сады. Полетят головы если Ритуал Убивающего Камня провалится снова.

Ошеломлённые Берберы убрали оружие в ножны. Вскоре все они, до единой, покинули комнату.

Они выходили одна за другой, взглянув на Иштар, Айша также опустила взгляд и беспрекословно подчинилась приказу. Оказавшись у дверей, она бросила взгляд через плечо на Белла.

Фрина раздражённо прищёлкнула языком. Она вышла последней. Спустя несколько тянущихся целую вечность секунд, она оставила комнату позади.

На какое-то мгновение Белл вздохнул с облегчением. Его мысли тут же обратились к Микото и Харухиме. Он уже начал разворачиваться, чтобы уйти, подумав, что может поднять ещё больший переполох и помочь им избежать опасности, но в этот самый момент его настигло ужасающее ощущение.

Прекрасный черноволосый мужчина ошеломил парня взглядом.

— Эй, малявка, я сюда пришла чтобы лично тебя увидеть. Очень грубо поворачиваться ко мне спиной.

Капли пота потекли по лицу Белла, он замер на месте, повернув взгляд и наблюдая как Богиня Красоты неспешно преодолевает остатки лестницы.

Иштар подошла к Беллу с лёгкой улыбкой на губах. Тело Белла вздрогнуло.

— Всевышняя… Иштар…

Богиня наклонилась, оказавшись своими глазами на уровне глаз парня. Белл не мог скрыть своего удивления, а божество было к нему всё ближе и ближе.

Двое на одного. Нет, боги и богини физически слабы, поэтому они не вступают в сражения. На самом деле, Белл остался с Таммузом один на один.

Взгляд округлившихся от удивления глаз Белла прыгал между богиней и её слугой-человеком стоявшем немного позади. Хоть приказ и исходил от самой богини, Белл не мог понять, почему Фрина и остальные оставили комнату почти без возражений… Примерно на этой мысли остановился парень, перед тем как богиня снова заговорила.

— Самый поразительный из детей Гестии. В тебе больше смелости, чем мне показалось, раз ты решил выставить себя в качестве приманки и пробился так далеко.

На самом деле, по спине Белла всё это время, не переставая била дрожь.

Соблазнительное тело, голос, который лился в уши парня, сладковатый аромат и манящий взгляд.

Белл вдруг ощутил на себе полную силу божественной красоты и вдруг осознал, почему амазонки оставили его с такой лёгкостью.

Он уже во власти красоты, которой смертные не в силах сопротивляться.

Амазонки знали: Судьба Белла уже предопределена.

— Итак, обратно сюда тебя привела женщина?

Богиня начала разговор с Беллом довольно резко, аметистовые глаза блестели, будто она видела его насквозь.

Белл не знал, куда ему смотреть, он оказался лицом к лицу, с божеством которое было слишком прекрасно.

Резная золотая корона, серьги, браслеты и кулоны украшали её телу. По-хорошему, её тело было прикрыто лишь двумя полосками ткани, одна из которых едва скрывала грудь и живот, а вторая была обвязана на манер набедренной повязки. Её длинные, перевязанные летами волосы поблескивали в свете ламп с магическими камнями.

Любой неподготовленный несчастный, который бросил бы взгляд на это тело рисковал стать очарованным без какой-то особой причины.

В голове Белла возник страх оказаться в таком положении. Он покраснел, пытаясь сопротивляться эротической ауре божества, но всё, что он мог для этого сделать, принять оборонительную стойку.

— Что же, это наша вторая встреча. Поначалу я даже засомневалась в здравомыслии той гадюки, которая вдруг тобой заинтересовалась… Впрочем, должна признать. Ты действительно довольно хорошенький.

Улыбка богини стала шире, когда она услышала, что Белл пытается откашляться, совершенно растерявшись от её привлекательности.

Парень изо всех сил пытался справиться с дрожью и мурашками, которые покрывали его тело и выдавить из себя хоть слово.

— …П-Почему вы напали на нас в Подземелеь?

Он спросил единственное, чего пока так и не мог понять. К его удивлению, богиня дала ему прямой ответ.

— Ты привлёк моё внимание ещё во время «Битвы». Ну а потом… мне просто захотелось посильнее уколоть одну гадюку, которая меня бесит.

Слова Иштар ничего для парня не раскрыли. Заметив непонимание на лице парня, Иштар улыбалась всё шире и шире.

— Не беспокойся. Я просто тебя очарую, и ты станешь моим.

Очередная волна соблазнительного запаха заполнила ноздри парня. Этот запах заставил парня задрожать ещё сильнее, он отступил на шаг.

Впрочем, ценна была каждая секунда разговора с богиней Харухиме, поэтому Белл решил продолжить расспросы.

Пусть Белл пока ничего не понимал, возможности задать вопросы Иштар ему может так и не представиться.

Под непрестанным надзором Таммуза, Белл отступал от Богини Красоты, продолжая задавать вопросы.

— …Пожалуйста, скажите мне.

— Что?

— Почему… вы собираетесь принести Харухиме в жертву?

Беллу пришлось собрать в кулак всю свою волю, чтобы эта фраза вырвалась из его рта. Мгновенье спустя по комнате разнёсся смех богини.

— Ха-ха-ха-ха! Ты можешь даже заговорить о другой женщине стоя передо мной!

— О-ответьте мне, п-пожалуйста!

Иштар просмеялась и сделала долгую затяжку из своей трубки. Она была удивлена, услышав неожиданно требовательный тон в голосе Белла.

Она несколько раз повращала плечами, в ней начал разгораться интерес к этому парню. Настроение Иштар улучшалось с каждой секундой, и она заговорила снова.

— Давай посмотрим. Для начала, я купила Харухиме. Я спасла её от жизни в качестве домашнего животного какой-нибудь богатенькой мрази. На самом деле, все эти годы с ней обращались как с бесценным сокровищем.

В реальности, Харухиме была продана как какой-нибудь предмет на рынке, и сознание Белла пыталось избежать этой реальности. Парень пытался представить, что «продажа» была лишь неподходящим словом, что правда не могла быть настолько жестока.

Так получилось, что богиня присутствовала на том самом аукционе, когда продавалась молодая девушка-ренарт. Привлечённая естественной красотой и необычной расой девушки богиня использовала свой божественный дар чтобы продавец уступил девушку именно ей.

Иштар с наслаждением затянулась ароматным табаком трубки, рассказывая Беллу о том, как её взгляд впервые упал на Харухиме.

— Благодаря мне она получила новую жизнь… а дети должны отплачивать своим родителям, разве нет?

— Это же?..

— Знаешь, что, Белл Кранелл? Для меня это не убийство Харухиме. Она получит свою душу обратно, как только падёт та гадюка. Я лишь одалживаю её, на время.

Что за дешёвая логика! Закричал Белл в своей голове.

Шансы на то, что ни один из осколков не потеряется во время войны с Паствой Фреии чрезвычайно малы.

Даже после того, как эта война закончится, той невинной улыбки Харухиме Белл уже не увидит.

Белл в ярости взглянул на Иштар, его глаза пылали от злости.

— Можно сказать и по-другому… Даже если бы я не запечатала душу Харухиме, быть использованной кем-то другим это её судьба. Вот каково истинное значение её силы.

— !..

— Можешь ли ты представить себе, как я себя чувствовала… когда даровала этой девушке Характеристики? Меня пробрала дрожь. В то мгновение я осознала, что прямо передо мной стоит возможность сбить спесь с той гнусной суки!

Та гнусная сука — профиль Богини Красоты, которая возглавляет самую могущественную Паству Орарио пришёл Беллу на ум.

Величественный голос Иштар прошёлся по комнате эхом, когда она начала расписывать, что эта девушка-ренарт превзошла все её божественные ожидания, оказавшись в её руках.

— Харухиме это мой козырь! Мой шанс низвергнуть Фрею в бездну!

Иштар становилась всё эмоциональней и эмоциональней, в её голове проявлялось всё больше ликования. Беллу пришлось подавить свой гнев, чтобы задать следующий вопрос.

— За что вы так ненавидите Паству Фреи?..

— За что, спрашиваешь? За всё! Я ненавижу всё что связано с этой сукой!

Впервые за всё время в глазах Иштар мелькнула неприкрытая враждебность. Богиня полыхнула от ярости.

— Мужчины игнорируют меня и падают перед ней ниц, без какой-либо причины заявляя, что она самая красивая в мире! Да они издеваются! Как эта свинья может быть прекрасней меря?! Неужели все мужики слепцы?!

Иштар взревела, зависть исказила её лицо во время взрыва ненависти.

Белл отскочил от страха, подумав, что ему никогда не понять одержимости существ Гекая.

Даже Таммуз осторожно отвёл от своей богини взгляд.

— …Н-но это не даёт вам права использовать Харухиме!.. — с трудом подавив дрожь в коленях произнёс Белл.

Богиня наконец совладала со своей яростью и снова улыбнулась парню, добавившему, что это слишком жестокая судьба.

— Какое оскорбление. Если бы я была действительно безжалостной богиней, я бы давно очаровала её и превратила в безвольную марионетку. Но она мне верна; лисичка слушает мои приказы.

— Но ведь…

— У меня свой собственный способ показать милосердие. С этой жалкой девчонкой обращаются довольно хорошо, знаешь ли.

Шух, шух. Иштар начала крутить трубку между пальцами.

— Кое в каких удобствах, конечно, ей приходится отказывать. Но я даровала ей красивую одежду и вкусную еду… Да и возможностями почувствовать себя женщиной я её не обделила.

— !!!

Белл больше не мог сдерживать ярость, бушевавшую в его сердце после того, как Иштар описала принуждение Харухиме продавать своё тело таким образом.

Он даже забыл, что сейчас перед ним божество. Его голос был переполнен неприкрытой пылающей яростью.

— ПОЧЕМУ?! ПОЧЕМУ ТЫ ЗАСТАВИЛА ЕЁ СТАТЬ ПРОСТИТУТКОЙ?!

— Она состоит в моей Пастве. Всё, что я пожелаю станет законом, правилами, которые каждые обязаны соблюдать. Это известно всем и каждому.

Взрыв эмоций Белла был подобен взрыву эмоций какого-нибудь ребёнка. Иштар усмехнулась, задумавшись, это ли привело его сюда после всех сложностей в пути.

Тем, кто становится частью какой-нибудь Паствы, приходится подчиняться правилам и воле божества, которое её создало.

У них нет другого выбора. Главная причина, по которой большая часть обычных людей не стремится получить Фалну, помимо возможных конфликтов внутри Паствы, заключается в том, что они оказываются обязаны подчиняться требованиям божеств. Поиск доброго и заботливого божества — это крайне непростая задача.

Вот что на самом деле означает следование за божеством, роль члена Паствы.

— А скажи-ка мне, мальчик, почему ты так избегаешь проституток? Тела, которые очаровывают и вызывают желание священны. Они способны усмирить агрессию мужчин и делают женщин основой стабильности этого мира.

— Чего?!

— Различия полов в Гекае позволяют рождаться новой жизни, процветать плодородию. Деление этой связи множеством разных людей не может быть нечистым. Почему вы, дети, не способны этого увидеть? Мне не понять.

У божеств и смертных очень разные ценности.

Эти различия в способах мышления вызвали у Белла настоящий шок.

Возможно, всё должно быть как говорит богиня. Гильдия также приняла существование Района Удовольствий, поскольку это незаменимая часть общества.

Эти проститутки не какие-то отвратительные создания, они тоже необходимы.

Но ведь!!!

Далеко не все люди могут жить подобным образом.

Образ смотрящей в окно грустным взглядом молодой девушки был выжжен в памяти Белла. Парень изо всех сил сжал кулаки.

— Даже если и так… Даже если так и должно быть, есть люди, которые страдают!

Белл выпрямился и расправил плечи, обрушившись на Иштар своим громким голосом и требуя, чтобы богиня избавила Харухиме от жизни проститутки, от её судьбы стать предметом разрушения.

К несчастью, Иштар нисколько не тронула гневная тирада Белла.

— Я этого не сделаю.

Мольба Белла не заставила богиню сжалиться. Она не понимала боли Харухиме.

Иштар какое-то время смотрела на Белла, после чего в очередной раз затянулась из своей трубки.

— Твой эгоизм и истина этого мира никогда не сойдутся в одном месте. Да и вообще, мне надоело с тобой играть.

Богиня нахмурилась и щёлкнула пальцами.

Таммуз с поразительной быстротой сбил Белла на пол.

— Гвах!

Белл оказался так поглощён разговором с богиней, что совершенно забыл о её слуге. Он расслабился.

Нет, помимо этого, Таммуз был слишком быстрым.

У Белла не было времени реагировать. Он оказался прижат к полу и совершенно лишён возможности двигаться.

— С первого взгляда могло так не показаться, но Таммуз Четвёртого Уровня. От его хватки тебе не освободиться. — быстро представила Иштар второго командира своей Паствы.

После этого она начала медленно приближаться к парню, раздеваясь.

— УВААААЙ?!

Кипевшая мгновение назад в Белле ярость будто испарилась, он побагровел и вскрикнул от удивления.

— Э… Э… ВАААААЙ!

— Ну что за дитя. Тебя что, Гестия ничему не научила?.. А, точно, она же одна из девственных богинь.

— З-з-за-за-зачем вы раздеваетесь?!

Прижатый лицом к земле Белл пытался прикрыть плечом глаза. Но Таммуз схватил его за волосы и насильно заставил смотреть на богиню.

Округлившиеся глаза Белла наблюдали как с богини падают золотые украшения и ткань, оставляя её совершенно голой.

— Я уже сказал, что сделаю тебя моим.

Освободившаяся от своих хлопчатых оков грудь богини покачивалась из стороны в сторону, когда она склонила своё роскошное тело над парнем. Иштар пробежалась пальцами по своим соблазнительным изгибам, остановив руку на бедре. Её загорелая бронзовая кожа излучала мощную соблазнительную энергию.

Губы богини скривились в воодушевлённой улыбке, когда она увидела, как Белл краснеет до самых кончиков ушей.

— Я Очарую тебя до мозга костей.

В глазах богини мелькал садистский огонёк, она была намерена присвоить себе тело и душу парня.

Лицо Белла приобрело слегка синеватый оттенок, когда над ним нависла тень.

Белит Бабили составляет несколько зданий. Помимо башни богини, и помещений, в которых живут и спят члены Паствы, в пределах главных ворот возвышается ещё одна постройка.

Она сделана из белого камня и расположена позади остального дворца, будто бы это самое обычное здание. Несмотря на это, этот строение спорило с главной башней дворца в экстравагантности и напоминает зиккурат, оставшийся в Древних Времён.

Пять лет назад, построенной под маскировкой нового вида борделя, это здание на самом деле было сценой для проведения определённого ритуала. Оно было готово исполнить уготованную ему роль ещё три года назад, но в тот день одна из проституток разбила Убивающий Камень, и на получение нового ушли годы. Всё это время, эта часть дворца была заброшена. Но сейчас, в ночь полной луны оно снова ожидало исполнения своей цели.

Крыша здания соединялась со дворцом одним длинным каменным мостом. Харухиме начала в нём своё путешествие.

Несмотря на то, что мост был расположен очень высоко, у него не было покрытия. Лишь парапет, высотой до живот ограждал идущего по нему человека от падения на землю. Ничто на этом мосту не защищало от порывов ветра. Харухиме придерживала волосы, три Берберы, подгоняя, сопровождали её до Парящих Садов.

— Шагай, Харухиме!

— Х-хорошо…

Тук! Одна из амазонок толкнула девушку в спину, отчего Харухиме споткнулась о подол своего кимоно.

Берберы поглядывали на ночное небо. Харухиме снова выпрямилась и тоже устремила взгляд на звёздную бездну, над головой. Полный золотой лунный диск будто взглянул на неё в ответ, выглянув из-за облаков.

Свет, который меня убьёт.

Подумала про себя Харухиме.

Опустив взгляд на мост девушка увидела сад на другой стороне. В центре этого сада виднелось синеватое свечение, будто подманивая её поближе.

С лишённым эмоций лицом Харухиме продолжила двигаться дальше.

Её шаги стали быстрее, Девушка будто думала, что, если она сделает всё быстро, она кого-то спасёт.

— Странная девчонка…

Амазонки, идущие следом за Харухиме смотрели на неё с плохо скрываемым презрением.

Они усмехнулись тому, с какой готовностью девушка идёт вперёд, понимая, что впереди её ждёт только смерть. Она уже сдалась. Для храбрых и непокорных амазонок принятие судьбы Харухиме казалось трусостью. И это было единственное качество, которое гордые воительницы презирали больше слабости.

Амазонки не сводили с Харухиме взгляд, она шла в нескольких шагах впереди. Они ослабили бдительность.

На этом открытом посту попросту негде было спрятаться.

Поскольку мост самое маловероятное место для засады, женщины сфокусировались могли позволить себе немного расслабиться. К тому же, их бдительность ослабило и то, что всё пространство вокруг прекрасно просматривалось. Поэтому никто из них так и не заметил человека, который затаился под мостом.

Девушка бесшумно ухватилась за бортик моста, чёрные волосы блеснули в ночном лунном свете. Микото перескочила через бортик и приземлилась за спинами амазонок.

— …А?

Последняя из шедших амазонок была схвачена за горло и перекинута через бедро.

Короткий вскрик насторожил оставшихся Бербер, но вторая также не успела отреагировать вовремя и оказалась оглушена прежде, чем успела себя защитить. Девушка использовала свои навыки удушения и захвата чтобы и её перебросить через себя.

— Т-ты?!

Оставшаяся амазонка вздрогнула, увидев уже оказавшихся на земле соратниц. Заметив, что они откинуты к бортикам моста, амазонка встала по центру и достала меч. Чёрная тень ответила, вытащив алый клинок, но в тот же момент будто ощутила нечто странное и пригнулась к полу.

Мощный порыв ветра захлестнул мост мгновение спустя. Харухиме сдуло на несколько шагов неожиданным порывом. Амазонка начала нестись на чёрную тень, высоко занеся меч над головой, но её захлестнул этот порыв ветра. В следующее мгновение она уже оказалась сбита на землю.

— Подо!.. — начала кричать амазонка, но чёрная тень уже разорвала между ними дистанцию. Тень ударила коленом прямо в челюсть амазонки.

— Микото… сан?..

Крик последней из сопровождающих амазонок заставил Харухиме опасливо обернуться. Чёрная тень, Микото, не теряя времени бросилась к ней.

— Зачем вы здесь?..

— Чтобы вас спасти.

Микото ответила на вопрос поражённой девушки-ренарта без малейшей запинки.

В больших зелёных глазах Харухиме отразилась Микото, берущая её за руку.

— Нам нужно бежать Харухиме-сама. Быстрее.

Сейчас время важнее всего. Микото не хотела терять его на разговоры в таком открытом месте.

Но Харухме и не подумала двинуться, когда Микото потянула её за собой.

— Микото-сан… со мной всё хорошо, пожалуйста, спасайтесь.

— Че?..

Настала очередь Микото удивляться. Её хватка ослабла, Харухиме убрала свою руку.

— Зачем вы пришли, Микото-сан? Зачем пришёл Кранелл-сама? Я обуза, я могу лишь подвернуть вас и ваших друзей опасности. Мне казалось, что все это понимают.

— Но!..

Микото была вынуждена оценить опасность спасения Харухиме и пойти против интересов своей Паствыещё несколько часов назад. И на сердце девушки до сих пор было неспокойно от принятого решения.

Харухиме продолжила со скорбным выражением на лице.

— Из-за меня, Фрина-сан и Иштар-ками никогда не дадут вам покоя. Если я буду с вами, все, кого вы знаете окажутся под ударом… Вот чем я стала.

— Пусть так! Белл-сан поклялся мне что он вас защитит!

Искренне пытаясь перебить слова Харухиме своими, Микото сделала шаг ближе и схватила Харухиме за плечи. Глаза ренарта округлились от удивления.

— Он готов сражаться ради вас, стать ради вас сильнее, защитить вас! Это его слова!

— Просто… Кранелл-сама слишком добр.

— Нет, дело не в этом! Он сражается за вас не из-за чувства вины или жалости!

Микото не дала Харухиме времени усомниться в решимости Белла.

Девушка посмотрела вниз, отчаянно пытаясь избежать взгляда Харухиме.

— Микото-сан, прошу вас, оставьте меня… я не достойна этой боли и страданий.

— Скажите мне почему… почему вы уже сдались? На кону ваша жизнь!

Слёзы полились из глаз Микото, а её пальцы сжали плечи Харухиме крепче. Её голос утонул в порыве ветра, растрепавшем волосы девушки.

Губы Харухиме скривились. Те эмоции, та боль, которую она сдерживала все эти годы, были готовы вырваться наружу.

— У меня нет права просить о помощи.

Порыв ветра подхватил эти слова и унёс их в ночную тьму. Но Микото не могла отпустить их просто так.

— Вам нечего бояться! Если бы вы, Харухиме-сама попросили, Белл-сан никогда бы вас не оставил! Он не из таких людей!!!

— …

— Харухиме-сама!

Голос Микото прозвучал выше от отчаянья, которое она испытывала. В следующее мгновенье Харухиме посмотрела ей в глаза.

— Ты ничего не понимаешь, Микото!

Из глаз ренанта текли слёзы, брови были сведены.

Девушку прорвало, всё, чтоона держала в себе вырывалось наружу.

— ?!

— Отдавать своё тело человеку, к которому у тебя нет никаких чувств, продавать его за деньги! Могла бы ты простить себя после такого, Микото?

В голосе Харухиме появились ребяческие нотки, даже вежливость, которую в неё вбивали с самого детства пропала. Это было первым предзнаменованием того, что близится нечто крупное и это испугало Микото.

— Посмотри на меня, я проститутка!

Глаза Микото дрогнули, реальность будто ударила её по голове. Ей было нечего ответить.

Харухиме содрогалась, её щёки были мокрыми от слёз.

Она обхватила руками грудь, освободив плечи от хватки дрожащих рук Микото.

— Ты сказала, что мне стоило просто попросить его о помощи? Мне простить его сражаться за это грязное тело, а потом просить его разрешения остаться рядом с ним после всего того, что я делала? Мне просить его обо всё этом зная, что это подвергнет его огромной опасности?

Харухиме смотрела на Микото глазами растерявшегося ребёнка.

Глаза ренарта распахнулись ещё сильнее, девушка начала выплёскивать всю свою горечь.

— Я не могу! Я просто не могу!..

Харухиме прикрыла глаза, ещё мокрые щёки блестели в лунном свете, когда она снова опустила голову.

Тихие всхлипы нарушали воцарившуюся тишину, заставляя плечи Харухиме подскакивать каждые несколько секунд. Камни у ног девушки были мокрыми от слёз. Микото могла лишь застыть как статуя и смотреть как её подруга детства страдает.

Если бы она оказалась на месте Харухиме, что тогда?

Смогла бы она попросить Оуку, Чигусу, Такемиказучи о помощи?

Если бы её вынудили стать проституткой, смогла бы она попросить о спасении?

Совсем наоборот. Она бы попросила всех от неё отвернуться.

Поскольку она женщина, она могла понять слова Харухиме. Она может посочувствовать.

— !!!

Микото бросила на Харухиме ещё один взгляд.

Отдавшись на растерзание своей беспомощности, Микото совсем забыла, что они стоят на одном месте уже очень продолжительное время.

— …Открыть огонь!

Их раскрыли.

Шаровая молния вылетела из главной башни рассекая ночной воздух. Она ударила Микото прямо в плечо.

— ГАХ!

По телу девушки пробежала дрожь.

Магический меч.

Берберы начали появляться на мосту. В передних рядах стояли обладательницы магического оружия.

Харухиме с ужасом смотрела как тело её подруги отбросило к бортику моста.

— Микото!

Харухиме бросилась девушке на помощь. Ещё один заряд пришёлся Микото в бок.

Девушка смогла заблокировать этот удар красным кинжалом, но его сила всё равно выкинула её с моста.

Не дотянувшись до протянутой руки Харухиме, Микото полетела вниз.

— АААААА!!!

Харухиме закрыла лицо обеими руками, новая волна слёз покатилась по её щекам, когда девушка рухнула на колени.

Переполненная чувством вины девушка-ренарт начала раскачиваться взад и вперёд и шептать себе под нос снова и снова слово «Прости».

— !..

Летящая Микото стиснула зубы и схватилась за повреждённое плечо.

Мост, на котором она стояла оказывался всё дальше и дальше.

— Провал!..

Девушка потянулась в кошель с предметами и достала сигнальную ракету.

Как бы ей не было больно это признавать, девушка потянула за нить и над Белит Бабили поднялся столп красных искр.

— …Как это, не можешь открыть глаза?!

Иштар явно пришла в ярость.

И весь её гнев сейчас был направлен на парня, Белла, который прижат к полу её слугой, Таммузом.

Его глаза были сжаты, побагровевший от смущения парень не хотел её слушать.

— Н-н-н-не могу и всё! Наденьте что-нибудь!

Белл визжал во весь голос, мотая головой и пытаясь вырваться из хватки слуги. «Сиди смирно!», озадаченно рыкнул Таммуз, удивлённый тем, что ему никак не удаётся успокоить авантюриста третьего уровня. Только когда Иштар добавила вес своего тела, панически бьющегося кролика удалось как-то удерживать.

Парень никак не хотел смотреть на богиню. Самое время сменить тактику.

Да что за чертовщина с ним творится?..

У Белла попросту не было другого выхода. Стоит ему открыть глаза, как заинтересовавшаяся им Иштар Зачарует его до потери сознания. Так он и думал.

Её красота отражается в глазах поддавшихся ей несчастных, запах заполняет ноздри, голос льётся в уши, а прикосновение способно растопить любой лёд, ни одно из ощущений не способно избежать её соблазнения. Она может использовать любое из чувств чтобы обратить в армию десятки тысяч людей. Ей не нужно даже их касаться. Всё будет кончено, стоит их взглядам встретиться со взглядом богини. Никто не способен сопротивляться её воле.

А этому парню всё было нипочём. Мало того, что это было странно, его невинная реакция заставила богиню ощутить замешательство.

— Почему он не был Очарован?!

Таммуз удивился ярости своей богини.

Очарование Богинь Красоты сравнимо с ядом монстров, даже дополнительная способность Иммунитет не способна ему противостоять.

Гордость Иштар была задета. Она прикусила губу, её глаза злобно впились в спину Белла.

— Таммуз, раздень его!

— К-как прикажете!

Поскольку броня уже была сбита, только тонкий слой ткани отделял спину Белла от взглядов. Таммуз тут же схватился руками за одежду на спине Белла.

Парень попытался вырваться, но его рубашка оказалась разорвана так быстро, что он едва успел понять, что происходит.

Его Характеристики были раскрыты.

Несмотря на то, что читать иероглифы может далеко не каждый, на его спине не было блока, хоть как-то защищавшего информацию. Иштар подняла бровь от удивления, увидев, что никаких навыков срыва использовать не придётся и присмотрелась.

Спустя мгновенье она лишилась дара речи.

Белл Кранелл

Третий Уровень

Сила: I-94 Защита: H-144 Проворство: I-95 Ловкость: G-299 Магия: I-78

Везение: H Иммунитет: I

Заклинания

«Вспышка»

— Заклинание быстрого действия.

Навыки

«Liaris Freese»

— Быстрое Развитие;

— Решимость стать сильнее продлевает действие навыка;

— Сила решимости ускоряет развитие

«Аргонавт»

— Зарядка навыка является активным действием

— Что за…

Конечно, поначалу внимание Иштар к себе приковало Везение, она какое-то время не могла отвести взгляда от уникального навыка, когда ей удалось перевести кривоватые записи.

Liaris Freese.

Неизученный редкий навык, который влияет на скорость развития.

Иштар не могла поверить своим глазам.

Если записанному на спине парня действительно можно верить… Богиня на мгновенье застыла от восхищения смертным парнем, который так и не перестал брыкаться под её весом.

Оказалось, что он обладает непоколебимой волей, могучей настолько, что она способна создавать навыки.

Воля, которая может ускорить развитие характеристик на чистом энтузиазме.

Чистейшая, встречающаяся не больше раза в тысячелетие одержимость.

Впрочем, подобная одержимость создаёт один неожиданный побочный эффект: Шарм богинь не имеет над парнем совершенно никакой власти!

— Т-ты что, дурак?!

Голос Иштар вырвался из горла, когда она соединила все точки в своей голове и осознала простую истину.

Богиня красоты была совершенно разбита и потеряна, узнав, что тайна парня заключается в том, что он просто-напросто слишком чист, чтобы существовать в этом мире.

Все существа Гекая, включая монстров и даже ограниченных в силе богов не могут спастись от силы Шарма Богинь Красоты. Но у этого самого обычного парня есть способность, которая этот шарм попросту игнорирует, отменяя действие абсолютной власти богини.

Неприемлемо. Полнейшая чушь.

Иштар отклонилась, в её аметистовых глазах запылало новое пламя.

Она впилась взглядом в белого кролика, который никак не хотел ей подчиняться. Тело богини дрожало от смеси гнева и унижения.

Таммуз ещё никогда не видел, чтобы богиня настолько теряла терпение, не до такой степени. Он перевёл взгляд на Белла содрогнувшись от страха.

— Ха…пвах!

— А!

Произошедшего замешательства хватило Беллу чтобы вырваться из хватки слуги.

Визжа голосом, очень похожим на голос своей богини, Гестии, вырвавшийся Белл откатился и поднялся на ноги прежде, чем его тюремщики успели отреагировать.

Он понёсся прочь от Иштар и Таммуза, наконец пришедшего в себя. Белл бросил на них взгляд через плечо и понёсся к ближайшему окну.

Не беспокоясь о каких-нибудь мелочах, Белл бросил своё тело через стекло к свежему ночному воздуху.

Таммуз запоздало подбежал к окну и высунулся из него, крикнув Берберам, стоявшим внизу.

— Кролик сбежал! Поймать его, сейчас же!

Голос Иштар, совершенно потерявшей спокойствие вторил голосу Таммуза:

— Ему нельзя позволить сбежать! Привести его ко мне любой ценой!

Таммуз не стал терять время и последовал приказу своей богини. Совершенно забыв помочь ей одеться, молодой человек выбежал из комнаты и побежал вниз по лестницам.

Иштар своими руками вернула на тело украшения и одежду, после чего поднялась по другой лестнице.

— Дуру из меня сделал, вот как?..

Как Богиня Красоты она не могла позволить существовать чему-то, что неподвластно её воле.

Представляя, что в её руке шея кролика, Иштар переломила свою резную трубку пополам.

Белл падал с тринадцатого этажа дворца.

— ГАААААХ!

Его тело несколько раз ударилось о станы башни и пересчитало несколько окон, прежде чем ему наконец удалось остановить своё падение зацепившись правой рукой за открытое окно.

Несмотря на крайне жёсткую остановку, у Белла осталось достаточно сил чтобы подтянуть себя в комнату.

— Ух… ААААААААААААА!

Целая куча красивых молодых людей и девушек бросилась врассыпную, от неожиданного вторжения; слуги беспомощно вопили во весь голос. Белл встретился взглядом с одним из зверолюдей. «П-простите!» рефлекторно бросил парень.

— А, снова извинился!..

Характеристики Белла были раскрыты, любой мог их увидеть. Сорвав остатки своей чёрной рубашки с тела, парень схватил одну из рубашек, которые лежали в комнате, рубашку слуги. Просунув голову в воротник, Белл проскользнул в открытую дверь в коридор.

— Микото, Харухиме!..

Он вытащил последнее зелье из своей поясной сумки и осушил его одним глотком.

В этот момент парень услышал.

Бам! Звук взрыва донёсся из окрестностей дворца.

— Красные искры… не сработало?

Красная вспышка была видна в ближнем окне. Этот свет подсказал парню, что Харухиме по-прежнему в опасности.

Белл подбежал к этому окну, уставившись на ночное небо.

Только вот…

— Ещё не всё!

Изо всех сил отталкиваясь от пола парень побежал по коридору.

Ничего ещё не кончено, Микото никогда не сдастся!

Белл взглянул на парящие сады, припоминая запасной план: Уничтожить Убиваюищий Камень.

— Шансы ещё есть!..

…В этот самый момент Микото также решительно смотрела на Парящие Сады. Девушке пришлось совершить жёсткую посадку за пределами стен дворца, но она уже была снова на ногах.

Она понимала, что всё было решено и Белл никогда не отступит!

Девушка оторвала рукав чёрного кимоно, разорвав его на полоски ткани. Этими полосками она на бегу перебинтовала раненное плечо, Микото не сводила взгляд с Парящих Садов.

Операция по спасению стала вопросом жизни и смерти.

Крыша зиккурата, Парящие Сады.

Несколько башен возвышалось рядом с этим местом, будто его защищая. Неподалёку также возвышалась крыша дворца. Каждый каменный блок был выстроен так, чтобы площадка наверху была идеально ровной, нигде не было ни единого разрыва.

Каменные плиты, которые составляли пол Парящих Садов были сделаны из чёрной руды, называемой дарубу, смешанной с огромным количеством светящегося Камня Безумцев. Каждая из этих плит реагировала на лунный свет, льющийся с неба, испуская поток мягкого бледно-голубого света, будто накрывающего пол парящим ковром.

— Самирочка, всё уже готооовенько?

— Ты слепая, сама не видишь? Осталось дождаться пока луна поднимется.

Половина Бербер Паствы Иштар, включающая всех членов Паствы третьего уровня собралась в Парящих Садах.

Около сотни амазонок шагали босыми ногами по бледновато-голубому свету, собираясь недалеко от центра зиккурата. Фрина подошла к одной из амазонок, заведующей ритуалом, Самире. Амазонка с пепельными волосами кивнула, указывая в самый центр.

Там, посреди монументальных Парящих Садов стояли три высоких и тонких каменных колонны, выстроенных в треугольник вокруг алтаря.

Каменный алтарь сиял гораздо ярче чем крыша. Его свет резонировал с колоннами, в смеси с лунным светом обращаясь настоящими потоками лучей.

Сады и алтарь должны были послужить всего одной цели: увеличению силы Убивающего Камня. Существует риск, расщепления души если провести ритуал просто так. Однако, когда столько лунной энергии собрано в одном месте, Убивающий Камень полностью запечатает душу жертвы.

Фрина прищурилась и ухмыльнулась, стоявшая рядом с ней Самира смотрела в небо.

Большая часть облаков развеялась. Чистое ночное небо заполнили звёзды и над Парящими Садами висел прекрасный лунный диск.

Амазонки ожидали одного — когда свет, исходящий от алтаря, сменится с голубоватого на тёмно-красный. Тогда и начнётся ритуал.

— Харухимечка! Заканчивай слоняться и забирайся на алтарьчик!

Фрина обернулась, её громогласный голос разнёсся по ночному небу.

Амазонки расступились, давая дорогу девушке-ренарту облачённой в роскошное красное кимоно, которая вышла из толпы и молча зашагала к центру Парящих Садов.

За исключением того, что белки зелёных глаз Харухиме были красными, на её лице не было ни единой эмоции. Взгляд девушки был направлен на голубоватый свет камней под её ногами. В ней не было ни единой черты или эмоции; Харухиме была подобна безвольной марионетке.

— …

Амазонки выражали разные эмоции, когда девушка проходила мимо. Наблюдая за шествием девушки Айша раскрыла рот, но из него так и не вылетело ни единого звука.

Харухиме бросила лёгкий взгляд в направлении амазонки, слабый огонёк в ей глазах будто пытался что-то передать Айше. Амазонка прикрыла рот, её руки начали дрожать после того, как девушка прошла мимо.

Харухиме подошла к алтарю и забралась на него.

— На колени.

— Хорошо…

Она встала на колени в самом центре сияющей каменной поверхности, как ей и было приказано.

Несколько цепей, оканчивающихся кандалами, были прикованы к колоннам, окружающим алтарь. В следующее мгновенье эти кандалы были надеты на руки, щиколотки, пояс и шею девушки.

Считается что, когда душа передаётся из тела в Убивающий Камень, во время ритуала, ренарт испытывает непередаваемую боль. Эти цепи должны были остановить безумные метания Харухиме когда придёт время.

— …

Стоя на коленях и в цепях, Харухиме выглядела как дева, которую собираются принести в жертву божеству, или в каком-то древнем ритуале. Даже амазонки слегка растерялись от горькой красоты этой сцены.

— Это наконец позволит нам выступить против Паствы Фреи.

Вид другой стороны Парящих Садов вызвал у Амазонок неприязнь: был принесён Убивающий Камень.

Кристалл кровавого цвета размером с кулак был вставлен в рукоять церемониального меча.

Его клинок пронзит тело Харухиме и получит доступ к магической энергии девушки. Он станет мостом, по которому душа ренарта перейдёт в Убивающий Камень и будет в нём запечатана. Клинок отражал лунный свет, а кристалл испускал своё, зловещее красноватое свечение.

Когда Харухиме увидела оружие, в ней мелькнул страх. Она прикрыла глаза и тряхнула головой, после этого посмотрев на звёзды.

Её взгляд встретили миллиарды светящихся точек, перебиваемых светом золотой луны.

Этот свет её убьёт.

С другой стороны, можно сказать, что этот свет также спасёт её от боли и страданий этого мира.

Сидящая в ослепительном луче лунного света Харухиме опустила голову.

На её лице не было слёз. Сейчас её сердце ими обливалось, но она не могла позволить себе этого показать.

Её маленькое тело сжалось под тяжестью печали, боли, радости и сожалений.

Все воспоминания полученные за последние несколько дней, встреча с Беллом и воссоединение с Микото, всё, что случилось смешалось в голове ренарта.

Её разуму не за что было ухватиться, Харухиме медленно закрыла глаза.

— …Враг нападает!

Пронзительный крик раздался мгновенье спустя.

Глаза Харухиме распахнулись, а голова поднялась сама собой. Звук ударов металла о металл достиг её ушей от входа на мост, соединяющий Парящие Сады с остальным дворцом.

Девушка, чьи длинные чёрные волосы были собраны в хвост неслась прямо в ряды амазонок.

Микото преодолела заслон стражниц, стоявших у ворот ведущих к Парящим Садам и бросилась к алтарю.

О её присутствии уже знали; пытаться скрывать своё присутствие и нападать тайно не было никакого смысла. Набрав воздуха в грудь Микото крикнула достаточно громко, чтобы дать знать о своём присутствии сидевшей на каменном алтаре девушке.

— Харухиме-сама!..

— Снова?!

Амазонки у алтаря схватились за оружие и понеслись на бегущую Микото.

Однако, все они остановились примерно в тридцати метрах у алтаря. Микто была серьёзно ранена, она остановилась у рядов мускул и стали. Стражницы, которых девушка оставила позади, уже размахивая оружием бежали к ней. Микото оказалась в окружении.

— Погоди, ты одна сюда завалилась?!

Самира улыбнулась и в её улыбке чувствовалась симпатия к отчаянной храбрости черноволосой девушки.

Остальные Берберы вскоре разделили эту улыбку, когда наконец осознали, что нападавшая была всего одна.

— Смотри, Харухиме, твоя героиня явилась!

Самира взглянула через плечо на ренарта в цепях. Все остававшиеся в лице Харухиме краски в мгновение ока покинули её лицо.

Тело девушки-ренарта дёрнулось, но цепи вернули его на место.

— Почему… ЗАЧЕМ?! Микото-сан, уходите, сейчас же!

Крик Харухиме сопровождал громкий скрежет цепей, из которых она пыталась вырваться.

Несмотря на полученный отказ, Микото снова оказалась перед Харухиме. Микото воодушевлённо смотрела на подругу.

— Я не могу, Харухиме-сама. Сколько раз вы бы меня не отвергли, я всегда буду делать то же, что делала в нашем детстве. Я вытащу вас из клетки.

Воспоминания о прошедших днях на её родине, Дальнем Востоке захлестнули ренарта.

Она говорила, что на них будут злиться, чтобы дети из святилища оставили её много раз. Но игнорируя все мольбы и то, что семья Харухиме называла их преступниками, дети из святилища пробилась в поместье Харухиме.

Ничего не изменилось. Миокото осталась точно такой же, какой Харухиме её помнила. Эмоции, которые Харухиме так тщательно скрывала снова вырвались из её сердца и наполнили глаза слезами.

— Кстати, довольно круто ты сейчас держишься.

Сероволосая амазонка Самира с довольством наблюдала за взрывным появлением Микото и долгожданным воссоединение с Харухиме.

— Фрина, Айша. Я ей займусь!

Она обратилась к номинальной командирше своей Пастве и женщине, которая являлась сердцем и душой всех бербер.

— Вам обеим довелось поиграть! Сейчас моя очередь!

— …Ке-ке-ке-ке-ге-ге-гех, развлекайся, Самиирочка. Время ещё есть.

Фрина в очередной раз взглянула на луну и с её губ сорвался скрипучий смех.

Самира занималась подготовкой ритуала, поэтому ей не довелось поучаствовать в охоте на кролика. Фрина не видела причин отказывать амазонке в развлечении. «Яхуууу!» Самира радостно хлопнула в ладоши.

Айша даже не попыталась вмешаться, она молча наблюдала за происходящим.

— Пожалуйста! Пожалуйста остановите это! Фрина-сама, Айша-сама!

Не обращая внимания на отдалённые крики Харухиме, Самира приблизилась к Микото в окружающем её кольце амазонок.

— Как видишь, тебе придётся меня развлечь. Давай так, если сможешь меня побить… я, наверное, даже тебя выслушаю.

— …

Ощущая на себе взгляды, Бербер, Микото встала перед своей противницей в боевую стойку.

На лице Самиры появилась зловещая усмешка, Микото понимала, что у неё нет выбора, ей придётся играть по установленным правилам.

Положение, в котором она оказалась складывается совершенно не в её пользу. По крайней мере, девушке возможно удастся выиграть время для появления Белла или раскрыть ему дорогу к алтарю. Микото знала, что от неё требуется.

Девушка молча достала Ушивакамару, клинок, который она взяла у Белла. Она выставила оружие перед собой, встречая свою противницу в защитной стойке.

Уголки губ Самиры поползли вверх, указывая на то, что вызов был принят. Она решила не использовать оружие, и уставившись на Микото сжала кулаки.

Драка происходила неподалёку от каменного моста. Кровожадные амазонки, встав плечом к плечу окружили бойцов. Сражение началось с довольно простой фразы:

— Я нападаю!

Стоило этим словам вылететь изо рта Самиры, как она тут же бросилась на Микото в лобовую атаку.

— …

Её нападение было слишком быстрым, чтобы Микото могла отразить его или контратаковать, поэтому она сконцентрировалась на уклонении.

— !

Огромный кулак амазонки мелькнул прямо перед глазами черноволосой девушки, в последний момент убравшей голову с его пути.

Но удар левой рукой оказался всего лишь финтом. Самира использовала инерцию, опуская левую руку на землю и открывая от земли ноги.

— Гах!

Микото мельком увидела правую голень амазонки и вовремя успела подставить Ушивакамару под удар.

Её руки онемели, будто она получила удар не ноги, а стальной трубой. Волна боли пробежала по телу девушки, лишая её равновесия. Не теряя времени Самира, продолжила атаковать.

— Вот так, продержись ты хоть не много!

Целый поток ударов руками и ногами обрушился на Микото. Каждый из возникающих бронзовых разводов грозил смести девушку. Микото сконцентрировалась на попытках уйти от ударов, потому что её защита явно не выдержала бы и одного, не уклонись она от него полностью. Нет права на лишние телодвижения, нет права на ошибку.

…Третий уровень, такого я и ждала.

Её противница, сероволосая амазонка моталась вперёд и назад, её одежда, едва прикрывавшая тело, натягивалась во время растяжек. Ошеломляющий смертельный танец Самиры показал Микото именно то, что она подозревала с самого начала: между её собственными характеристиками второго уровня и характеристиками амазонки огромный разрыв. Ей не превзойти ошеломляющую разницу в силе со своей противницей, ни движения, ни боевые стили в этом не помогут.

Сколько среди окружающих Бербер не уступает Самире в силе? Их крики начали казаться девушке отдалёнными, когда эта простая мысль пришла ей на ум. Ощущая как страх сковывает её сердце, Микото его отогнала и вернула себе спокойствие.

Они с Беллом решили, что спасут Харухиме, какие преграды не встали бы на их пути.

— Ииииияяяя!

— Хах! Неплохой ударчик!

Самира заблокировала первую контратаку Микото правой рукой. Она улыбнулась, будто наслаждаясь болью, которую пинок девушки вызвал в её руке. А после она вернула любезность.

— Агххх!

Микото оторвалась от земли.

Ушивакамару выпал из её руки при получении удара, девушка видела, как клинок приземлился у ног амазонок, оказавшись на спине посреди окружения. Глаза девушки округлились, когда она перекатилась и поднявшись на ноги увидела, что Самира уже почти разорвала дистанцию между ними.

— Что, готова?!

Микото прищурилась, увидев, как кулак амазонки направляется ей прямо в лицо.

Сейчас или никогда! Микото схватила кулак и перевела его за плечо, оказавшись в подходящем положении для броска.

— ?!

Окружающие амазонки удивились не меньше самой Самиры.

Бросок через себя в стиле дзюдо. Один из боевых стилей, которому Микото обучал Такемиказучи, воспользовавшись возможностью девушка применила одну из усвоенных техник.

Монстры в Подземелье обладают различными формами и размерами, отчего тренировки дзюдо практически бесполезны против них. Однако, стиль Дальнего Востока очень помогает в боях против противников-людей.

Эти техники созданы чтобы помогать повернуть более сильных и больших противников. Микото была на грани совершения чего-то грандиозного.

Микото вскрикнула во весь голос, напрягла все мышцы тела и изо всех сил бросила Самиру на каменную поверхность.

— Ого, круто!

Но у Самиры было другое виденье ситуации.

Прокомментировав технику девушки прямо в воздухе, она вывернула правую руку и высвободилась.

— !

Бросок был на грани завершения. Но, освободившись, амазонка схватила тело Микото обеими руками и швырнула девушку.

— Че..!?

За мгновенье до того, как спина амазонки ударилась о каменный пол глаза Микото увидели блеск кожи в лунном свете. Руки амазонки обогнули её шею и левую руку. В следующий момент Микото швырнуло вверх силой её противницы. «Ау!» Вскрикнула от боли Самира, приземлившись спиной на каменную поверхность. Микото же пролетела из центра к самой границе круга амазонок.

Ближайшая их наблюдательниц размашистым пинком отправила девушук обратно в центр.

— Это один из знаменитых приёмов Дальнего Востока? Довольно неплохо.

Самира снова в мгновение ока разорвала с Микото дистанцию.

Девушка всё ещё лежала на спине, пытаясь отойти от последнего удара. Следующая бомбардировка атаками со стороны Самиры, казалась куда игривей, она будто пыталась подкинуть Микото ногой, как футбольный мяч.

— ГАХ!

— Ну давай, покажи ещё чего-нибудь, если умеешь!

Последний из ударов Самиры снова отправил Микото в полёт. Отскочив от земли Микото наконец вернула себе равновесие и снова оказалась на ногах.

Но в тот же самый момент её настигли безжалостные кулаки авантюристки второго ранга.

Тело Микото моталось из стороны строну, её плечи, живот и щёки получали прямые удары. Капли крови разлетались в стороны, тёмными брызгами ложась на светящиеся бледно-голубым светом камни пола. Звериная ухмылка Самиры становилась всё шире. С её точки зрения Микото была не опасней игрушки, в которой скрыта пара сюрпризов. Как только смотреть станет не на что, Самира её бросит.

Все техники оказывались бесполезны.

Мысли Микото смешались. Единственное, что явно прослеживалось в её голове это благоговейный страх перед диким, но безупречным боевым стилем Самиры.

Амазонка была ожившим, дышащим оружием. Годы опыта закалили её реакцию и инстинкты, она могла сражаться, даже не задумываясь. Каждый попадавший удар приносил нечто большее, чем простая физическая боль, все эти удары будто сокрушали гордость и уверенность Микото. Каждое падение сопровождалось хрустом.

Её талант и навыки были повержены.

Колени Микото ослабевали с каждым новым потоком атак, которые лишь указывали ей как велика разница между её способностями и способностями авантюристки второго ранга.

— Микото-сан! МИКОТО!

Крики Харухиме наконец её достигли.

— !!!

Глаза Микото будто раскрылись.

Она поднялась, свет вернулся в её взгляд.

— Ха-ха-ха-ха! Нет, серьёзно, даже не верится, что у тебя второй уровень!

Очевидно, впечатлённая тем, что Микото выдержала все её удары и снова смогла встать Самира, радостно похвалила боевой настрой девушки.

Очередной поток ударов обрушился на окровавленную, покрытую синяками Микто. Впрочем, к этому времени Микото уже оценила привычки и навыки своей противницы и защищалась от самых опасных ударов.

Она также попробовала воспользоваться другими техниками, когда ей выдавалась такая возможность. К несчастью, пепельноволосая амазонка будто ощущала опасность и всегда её избегала.

Победить как авантюристка я не могу!!!

Внутренний голос Микото вопил, в то время как её тело в последний момент избежало удара локтём, который мог бы сломать ей плечо.

До тех пор, пока они остаются в равном бою, Микото не одержать над амазонкой верх. Осознав это, Микото отбросила свою гордость, жалость и боевые приличия куда подальше.

«Слушай меня внимательно, Микото. Ниндзюцу… это грязное искусство.»

Голос Такемиказучи снова раздался в голове девушки.

«Внезапные удары, засады, ловушки… Ниндзя использует любые способы для достижения своей цели.»

Бог, которого она любила и уважала, говорил ей об этом со всей серьёзностью, на которую был способен.

«Поэтому, такой прямолинейной и честной девушке как ты, могут никогда не пригодиться искусства ниндзя.»

Несмотря на то, что Такемиказучи не горел желанием обучать девушку этим техникам, он всё равно завершил её обучение и у него была на это причина.

«Истинных ниндзя ведёт преданность. Будь то преданность повелителю, которого они обязаны защищать или преданность человеку, который им важен.»

Сказав это, Такемиказучи улыбнулся.

«Стоит кому-то дорогому оказаться в смертельной опасности, и даже такая прямолинейная и честная девушка как ты, сможет стать ниндзя легендарных масштабов.»

Преданность.

Её преданность Харухиме.

Ради её спасения любой методй!..

Последний пинок Самиры пришёлся в лоб Микото. Уже вращаясь в воздухе, девушка запустила руку в мешочек с предметами, что-то вытащила и бросила на землю.

— А… дым?!

— Дымовая бомба!

Самира и окружающие амазонки удивлённо отступили, плотная серая дымка затянула воздух.

Микото набрала подобных предметов в сокровищнице. Берберы были бы удивлены ещё больше, если бы узнали, что в бою с ними используются предметы их собственной Паствы.

Дымка окутала Микото и Самиру стоявших в самом центре арены, скрыв их от взглядов окружающих амазонок.

— Где она?!

Несколько Бербер отступили на защиту алтаря. Самира крутила глловой, в поисках Микото. Её ощущения, ощущения авантюристки второго ранга, улучшенный слух и зрение не могли отыскать девушку. Впервые её уверенность пошатнулась.

Чёрная тень появилась за её спиной мгновение спустя.

— …Попалась!

Диковатая улыбка появилась на лице амазонки, Самира высоко подпрыгнула и обрушилась на появившуюся тень.

Рефлексы не подвели амазонку, позволив ей совершить почти мгновенный удар из слепой зоны силуэта. Но когда удар поразил цель её улыбка сменилась удивлением.

— Ткань?!

Нога ударила короткое кимоно, которое носила Микото.

Техника подмены Утсусеми.

Микото появилась за спиной противницы.

— !

Она была достаточно высоко чтобы обхватить шею амазонки бёдрами.

Перекрыв амазонке зрение Микото взревела и всем телом подалась назад.

— ХААААААААА!!!

Бросок Полной Луны — Миказучи.

Ноги Самиры оторвались от земли. Её тело описало дугу в заполненном дымом воздухе, голова амазонки была зажата между коленей Микото. БАМ!!! Завершив дугу, голова амазонки коснулась каменного пола.

— ГАХ!

Звук удара разлетелся по кругу амазонок, удар был так силён, что сломал каменную плиту и погрузил в неё голову Самиры.

— Хаааа… Хааа!..

Микото пыталась отдышаться, тело Самиры обмякло за её спиной.

Это зрелище и встретило амазонок, когда дым развеялся. Никто не издал ни единого звука.

После того, как Микото использовала своё кимоно в качестве обманки, лишь утягивающая грудь ткань оберегала достоинство поднявшейся на ноги девушки. Но её боевой дух не угас, глаза Микото горели несмотря на раны и удары, которые на неё сыпались. Это вызвало у Бербер уважение.

— …Ке-ке-ке-ге-гех. Неплохой из тебя боец, ничего не скажешь.

Микото осмотрела окружающих амазонок, ожидая следующую противницу.

— Какая досаааадка.

— ?..

Микото обернулась, посмотрев на обладательницу скрипучего голоса, главу Бербер, Фрину.

На огромном лице застыла улыбка. Айша, за всё это время не произнёсшая ни слова, открыла рот, чтобы заговорить. Но, прежде чем она успела что-то произнести…

— Это не конец.

Приглушённый голос раздался сзади.

Если точнее, снизу.

— …

Холодок пробежал по спине Микото, когда она заглянула через плечо.

Обе руки загорелого тела упёрлись в землю, рядом с тем местом, в котором воткнулась голова. Мышцы напряглись, раздался громкий хлопок и амазонка вытащила себя из земли.

Амазонка быстро стряхнула грязь и обломки со своего лица, стоя на четвереньках. Закончив размахивать головой как мокрая собака Самира подскочила на ноги.

— Вот это я прочувствовала… Очень круто.

Потянув голову из стороны в сторону, до хруста шеи, Самира вернула себе свою прежнюю ухмылку.

Микото ощутила, как её дух падает в пучины отчаянья. Она использовала все варианты, использовала против амазонки всё, что могла, но у неё не получилось даже выбить противницу из колеи.

Вот что означает разница в уровне, барьер, преодолеть который очень непросто.

— Ну давай, второй раунд!

— Гаххх!

Кулак Самиры встретился с щекой Микото прежде, чем девушка успела отреагировать.

Микото нанесла удар, но этого было недостаточно. Её молочно-белая кожа была покрыта чёрными и синими разводами, повсюду были кровоподтёки. Она уже не могла сопротивляться.

— Аааа!..

Харухиме не могла на это смотреть, слёзы падали с её подбородка, пока Самира вымещала своё расстройство, используя Микото в качестве боксёрской груши.

Слушая звуки ударов, девушка-ренарт терзалась. Фрина же, наблюдала за происходящим с явным удовольствием… неожиданно, по мосту пробежала одна из Бербер, доставив послание. Амазонка сразу направилась к Фрине и прошептала что-то ей на ухо.

— Аааааа… кроличек снова ускользнул?

— Д-да.

— ГЕ-ГЕ-ГЕ-КЕ-КЕ-КЕ-КЕХ! Похоже, всевышняя Иштар не такая уж всемогущая.

Фрина не могла сдержать смех услышав о побеге. Её голос был таким громким, что избиение устроенное Самирой стало больше похоже на отдалённый шум.

Закончив снова и снова поносить свою богиню, Фрина набрала воздуха и громко крикнула.

— …Маленький Новичок, ты же всё видишь, да? Лучше поторопись, а то твоя дорогая подружка уже не выдерживает!

Ближайшие к Фрине амазонки прикрыли уши, потому что крик Фрины был подобен извержению вулкана. Глаза огромной женщины забегали от башни к башке, осматривая каждый уголок Парящего Сада.

Фрина была полностью уверена, что парень придёт спасать Харухиме сбежав от Иштар.

— …

…И она была права.

Через пять минут после Микото, Белл наконец прибежал в Парящие Сады.

Он не стал тратить время на поиски безопасного пути по мостам к зиккурату, вместо этого воспользовавшись формой здания и забравшись на самый верх по стене снаружи здания.

Белл прятался за одной из башен, окружающих Парящие Сады. Микото следовала плану, она привлекла внимание как можно большего числа амазонок, давая парню возможность уничтожить Убивающий Камень, но он просто не мог закрыть на неё глаза увидев в каком ужасающем положении находится девушка. Белл стоял неподалёку от амазонок, его кулаки были сжаты.

Я не могу этого принять! Он наконец был готов решиться. И в тот момент, когда он хотел вмешаться…

— БЕЛЛ-САН!

Крик Микото его остановил.

И не его одного. Каждая пара глаз в саду уставилась на окровавленную девушку. Микото выпрямилась во весь рост и сделала шаг вперёд. Её руки медленно поднялись и сжались в кулаки.

Крик Микото какое-то время ещё разносился эхом по саду, будто в поисках парня, который должен был быть здесь. Её глаза пылали от уверенности, она снова сошлась с Самирой лицом к лицу.

— О… Кричи, не кричи, что ты сделаешь-то?

Самира задрала ногу, направив голень в ключицу Микото. Девушка отступила, но равновесия не потеряла.

Стиснув зубы, Микото приготовилась к следующей безжалостной атаке.

— Времени почти не осталось!

Глаза девушки распахнулись, когда кулак амазонки впился ей в живот.

И действительно, излучаемый камнями голубоватый свет под ногами начал приобретать красноватый оттенок.

Алтарь в самом центре Парящих Садов также начал меняться. Светоч безумца примешанный к каменные плиты реагировал на полную луну, поднявшуюся в небесах почти вертикально, пульсируя, будто встречая давно потерянную сестру. Лучи красного цвета начали пробиваться сквозь синеву к ночному небу.

— Шара. Когда настанет время, заверши ритуал.

Глаза Фрины излучали неприязнь, она отдала приказ амазонке, стоявшей у основания алтаря.

Названная Шарой воительница кивнула, схватив церемониальный меч. Убивающий Камень светился тем же красноватым светом, лучи которого излучал алтарь.

Айша увидела приготовления и повернулась, чтобы пойти к Харухиме.

— А ты постоишь со мной.

— …

Огромный силуэт Фрины перекрыл Айше путь.

Амазонки метали друг в друга полные ненависти взгляды, а беловолосый парень, не веря своим глазам следил за шедшим неподалёку боем.

Микото продолжала получать от Самиры удар за ударом.

— …Обмани…

Прошептала Микото, её тёмно-фиолетовые глаза наполняла мрачная решимость.

— …Ожидания…

Самира наслаждалась неминуемой победой так сильно, что голос Микото даже не достиг её ушей.

— …Врагов…

После этих слов Микото замолчала.

Проскользнув мимо одного из ударов, Самиры, Микото обвила свои руки вокруг груди противницы и прижалась к ней изо всех оставшихся сил.

— Хааах?

Голос амазонки прозвучал раздражённо, когда её игрушка обняла её вместо сопротивления.

Микото не обратила внимания на это раздражение и начала читать заклинание.

— Страх, могучий и изворотливый…

Самира ухмыльнулась, увидев, чем занялась девушка, крепко за неё ухватившись.

— Я поняла, знаешь, я представляю как ты себя чувствуешь. Но тебе не кажется, что заклинание начинать в такой момент это как-то, не знаю, самонадеянно?

Магия — последнее средство способное перевернуть ход битвы и обратить условия в пользу заклинателя.

Впрочем, сделанный Микото выбор в положении, в котором она оказалась разочаровал Самиру.

— Знаешь, видала я твоё заклинание на «Битве». Эффект у него серьёзный, но читать приходится целую вечность!

— ГАХ!

Локоть Самиры ударил в незащищённые рёбра Микото, амазонка попыталась показать, как бесполезны на самом деле усилия девушки.

— Я призываю бога… уничтожающего всё и всех…

Этот удар не остановил Микото от чтения заклинания, она продолжала произносить его, рыча от боли.

— Хватит уже, ты мне наскучила. Может ты уже заткнёшься?

— ВААААХ!

Второй удар, третий, локоть Самиры бил сильнее с каждым разом.

Микото даже не попыталась разжать руки или уклоняться от ударов, она собирала в себе магическую энергию.

Наблюдавшие за этим жалким зрелищем амазонки или посмеивались, или разочарованно качали головами. Самира открыто наслаждалась завершением битвы, а свет каменных плит под её ногами окрашивался в красное с каждой проходящей секундой. Амазонка считала, сколько ударов выдержит висящая на ней девушка, как вдруг в её голове мелькнула мысль.

— Ээй… ты же не серьёзно…

Магическая энергия начала переполнять Микото.

Как чаша, переполненная водой, как река, которая разливается из берегов, как шторм, который становится только сильнее.

Тело девушки было уже не способно сдержать поток магической энергии, который по нему проходил.

— Пусть дарует этому бренному телу… божественную мощь…

Разум Микото погружался в темноту всё дальше и дальше, но несмотря на это, её губы продолжали произносить заклинание.

«…Наблюдай за своим противником, изучи его привычки, пойми, чего он ждёт. И обмани эти ожидания. Такое мышление позволяет ниндзя побеждать.»

Голос Такемиказучи пришёл Микото на ум, когда её сознание было на грани угасания, а окровавленное тело отчаянно цеплялось за амазонку.

Божество говорило ей, что техники ниндзя не для зрелищности.

— Принеси очищающий свет…

Такемиказучи во всех своих учениях пытался передать одну единственную истину:

Причину, по которой он, бог, назвал ниндзютсу грязным искусством.

«Ниндзя изучает мышление противника и действует обманом.»

Обмануть ожидания противника, нанеся удар, о котором тот даже не подозревает.

— …Принеси клинок, сокрушающий зло!..

Слова Бога Битвы проносились в голове Микото, и она собирала всё больше магической энергии.

— Нет, ты не посмеешь!..

Голос Самиры сорвался, амазонку охватил страх.

Но было слишком поздно. Магическая энергия рвалась наружу.

Эта энергия проходила по её мышцам, отчаянно пытаясь найти выход.

— ОТВАЛИ!!! СЛЕЗЬ С МЕНЯ!

Микото обратила весь свой запас Разума в магическую энергию, не завершив чтение заклинания. Это вызвало цепочку реакций, ведущую к неминуемому взрыву.

Отчаянье охватило Самиру, пытавшуюся сорвать девушку со своей груди, паника читалась в налитых кровью глазах амазонки.

Рёбра Микуото ломались от ударов, но хватка не ослабла.

Даже наоборот. Несмотря на острую головную и физическую боль, которую девушка испытывала, она улыбнулась.

— Эй вы! Сорвите с меня ЭТУ ДУРУУУУУУУУ!

Сколько бы ударов не наносила Самира, как бы она моталась из стороны в сторону, она не могла вырваться и, наконец, попросила о помощи. Берберы отреагировали практически мгновенно, бросившись к амазонке, но было слишком поздно.

Магическая энергия нашла единственный выходи и начала вырываться, как пар из носика чайника.

Тело Микото стало эпицентром оглушительного взрыва, окутавшего Парящие Сады полностью.

Самира, Фрина, Айша, Берберы, Харухиме и Белл.

Глаза каждого человека на крыше распахнулись, когда их окутала бушующая магическая энергия.

— Склонитесь перед клинком подавления!!!

…Ignis Fatuus.

Взрыв чистейшей магической энергии.

Искры этого взрыва отразились в ошеломлённых глазах амазонок, а мгновение спустя их настигла взрывная волна. Берберы, которые бежали на помощь оказались сбиты с ног и попадали на каменные плиты.

Подобным образом работает антимагическое Заклинание Вельфа, оно создаёт взрыв из переполняющей тело магической энергии, не используя для этого никакого другого топлива.

Подобное может случиться и по ошибке, молодые авантюристы, изучающие заклинания пытаются избежать этого эффекта любой ценой. Микото же, потеряла контроль над заклинанием намеренно, использовав этот эффект для превращения себя в живую бомбу.

Её противница думала, что заклинание просто не сработает, если не завершить его чтение. То, что девушка обратит себя в живую бомбу она не ожидала.

— ГАХ!

Взрыв отправил тело Самиры в полёт. Приземлившись, она проскользила по каменным плитам до самого края садов. Обгоревшая, истекающая кровью амазонка даже не попыталась встать после остановки. Больше половины Бербер оказалось без сознания на полу. Те, кто избежал прямого удара, Фрина, Айша и те Берберы, которым посчастливилось оказаться вне радиуса взрыва, ощутили, как их окутал поток обжигающей энергии. Даже Харухиме, прикованная к алтарю, почувствовала жар на коже.

Эхо взрыва разнеслось по огромному открытому саду.

— А.

Микото падала.

Ignis Fatuus отправил её в полёт в другую сторону от Самиры, через край Парящих садов. Пролетев по дуге, девушка устремилась к земле вниз головой.

Ветер уносил дым, исходящий от её тела. Кожа Микото была чёрной, она обгорела даже изнутри.

Она не ощущала боли, она не чувствовала вообще ничего. Глаза были затуманены, из последних остатков физических и ментальных сил девушка слышала только свист ветра в ушах.

— Белл-сан!..

Всё, что у неё оставалось девушка могла вложить только в крик.

Харухиме не услышит этот крик.

Она не сможет спасти Харухиме.

В воспоминании об этой лунной ночи ей не стать героиней Харухиме.

Глаза девушки начали закрываться. Вся печать, боль и то желание, которое она несла в себе собрались в её горле.

Как-то, не важно как.

Проклятье Харухиме.

Её обречённость.

Её слёзы, нужно стереть!

Любым способом, во что бы то ни стало!

Нужно вернуть её улыбку!

Пусть этот крик будет услышан!!!

— БЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЛЛЛЛЛЛЛЛЛЛЛ!!!

Он сорвался с места.

Последние отзвуки взрыва ещё не развеялись, а Белл побежал так, как никто не бегал.

Он слышал.

Голос девушки, поставившей свою жизнь на кон, и мольба, которая была слышна в её голосе его достигла.

Белл выпрыгнул из своего укрытия и использовал все свои силы, каждый мускул, чтобы достичь алтаря как можно быстрее.

Он огибал амазонок, оказавшихся на его пути.

— !!!

Белл прорывался сквозь поднятую взрывом пыль так быстро, что амазонки не успевали отреагировать.

Из-за скорости, с которой он бежал, никто не успевал броситься в погоню. Белый кролик бежал прямо к алтарю. Берберы, мимо которых он проскакивал не могли даже уследить за его движениями, им оставалось лишь смотреть на след в пыли, который оставлял парень. Даже Айша не сдвинулась с места.

Никто не мог поддерживать такой же темп.

— ГЕ-ГЕ-ГЕ-КЕ-КЕ-КЕХ!

Кроме неё.

— Вот уж нет уж!

— !!!

Похожая на лягушку королева амазонок с невероятной скоростью вошла в зону видимости Белла.

На подобную реакцию способны только авантюристы высокого класса.

Она выдержала взрыв и понеслась к Беллу на полной скорости, оказавшись на его пути непроходимой стеной.

Уголки губ Фрины скривились, она изогнулась, занеся правую руку для удара.

— ВСЁ КОНЧЕНОООООООО!!!

Амазонка собрала все свои силы в одном ударе.

Белл оказался перед непростым решением, которое ему предстояло принять за одно единственное мгновение, перед ним была огромная амазонка, занёсшая руку для удара.

Налево, направо или остановиться.

Или, возможно, прыгнуть.

Белл видел кроваво-красный алтарь и девушку, прикованную к нему цепями за спиной своей огромной преграды.

Момент истины.

Рубиново-красные глаза парня блеснули.

Он опустил плечи ниже, и продолжил бежать прямо.

— ?!

Быстрее.

Осколки светящихся камней поднимались в воздух, парень начал давить на них заметно сильнее. Белл решил прорваться через стоящую перед ним стену.

Следуя своим простым мыслям, Белл столкнулся с Фриной.

Прямая атака была последней вещью, которая амазонка ожидала нанести. Её кулак сменил направление удара в самый последний момент, чтобы попасть по Беллу.

Но Беллу удалось проскочить под ударом, и он не замедлился даже когда его плечо черкнуло по обнажённому боку Фрины. БАМ! За спиной Белла кулак ударил о землю, придав парню чуть больше ускорения, оказавшись оторванным от земли парень дополнительно оттолкнулся от ноги Фрины.

— ГАХ!

Белл перелетел Фрину.

Ему удалось проскочить мимо, уклонившись от сокрушительной атаки.

Оставив удивлённую амазонку за спиной, парень приземлился прямо у основания алтаря.

— ШАРА! ПРОТКНИ ДЕВКУ СЕЙЧАС ЖЕ!!!

Крик Фрины ударил по Амазонке будто наковальня. Но она сделала то, что было приказано и занесла над ренартом меч.

Клинок был направлен вниз, прямо к груди Харухиме. Луна оказалась почти в идеальной позиции, алтарь пульсировал красным светом, будто бьющееся сердце.

Харухиме сидела неподвижно, её взгляд был прикован к Убивающему Камню, в это время парень коснулся ногами земли.

Его приземление было неловким, он едва устоял на ногах. Выправив одну ногу, потом вторую, парень подпрыгнул.

— ААААААААААААААААААААААААА!!!

Белл запустил себя вверх как стрелу, выпущенную из натянутого до предела лука.

Пустой взгляд зелёных глаз. Занесённый церемониальный меч. Пульсирующий красным светом Убивающий Камень.

Впившись взглядом в камень, Белл вытащил Кинжал Гестии из ножен.

Амазонка, исполнявшая ритуал, оказалась к парню спиной, Белл не стал медлить.

Чёрно-фиолетовый развод рассёк воздух, Белл схватил руку Амазонки-стражницы.

— ЯЯЯЯЯЯЯХХХХХХ!!!

Кончик чёрного лезвия кинжала пронзил кроваво-красный кристалл, разбив его на мелкие кусочки.

Части кристалла посыпались на каменные плиты, а крик амазонки пронёсся в ночной тьме.

Харухиме видела всё будто в замедленной съёмке. Амазонка, сбитая с ног, клинок, который падает к её коленям и беловолосый парень, который пролетает над её головой и врезается в одну из колонн, ломая её и укатываясь дальше, к краю Парящих Садов.

Наконец, последние из осколков Убивающего Камня оказались на земле.

Наполнявший его зловещий красноватый свет блеснул в последний раз и совсем погас.

— Гахххх!..

Кожа Белла обнажилась в нескольких местах, пока он катился каменным плитам Парящего Сада. Колени, локти и ладони парня начали кровоточить, их покрыли ссадины, парень снова поднялся на ноги.

Кроваво-красный свет, который поглощал сад считанные секунды назад снова начал уступать место бледно-голубоватому свечению. Свет алтаря начал бледнеть, потому что Белл случайно разрушил одну из фокусирующих на нём лунный свет колонн. Яркий и искрящийся свет, поднимающийся от алтаря мгновения назад будто, испарился.

Переведя дыхание Белл вернул кинжал в ножны. Топот множества босых ног по каменным плитам окружил его за считанные секунды.

Разъярённые лица больше, чем пятидесяти Амазонок встретили взгляд Белла, когда парень наконец поднял голову. Он оказался окружён.

Если точнее, амазонки встали полукругом, отрезав ему возможные пути к отступлению, зажав парня у внешней стены.

— Что же, у тебя получилоооооось!..

Огромная амазонка вышла из полукруга, топая по полу так, что его сотрясало.

В своей мясистой руке она держала Харухиме, насильно вырванную из цепей.

Золотые волосы ренарта были сжаты в кулаке амазонки, Фрина грубо выставила девушку за волосы перед собой. Тело Белла дёрнулось, он был готов броситься на помощь. Но множество яростных взглядов амазонок, готовых последовать любому приказу Фрины заставил его остановиться.

— Ну подожди, пока я до тебя доберусь, мелкий!..

— А!..

Фрина швырнула Харухиме на землю, глаза амазонки налились кровью от ярости.

— Харухиме! — вскрикнул Белл, увидев, как девушка летит на землю. Но его крик прервал громкий голос Фрины.

— Как ты собираешься платить за то, что сломал наш Убивающий Камень?

Мощь голоса заставила Белла отступить, мурашки покрыли его кожу.

Убивающий камень разбит. Взгляд на потемневшие осколки, валяющиеся на земле лишь, злил амазонок ещё сильнее.

Белл только что оборвал ритуал на подготовку которого ушли годы.

Дым всё ещё поднимался от того места, на котором Микото использовала Ignis Fatuus, куски колонны, которую Белл сломал своим телом были раскиданы на полу. По крайней мере пятьдесят Бербер лежали на земле без движения, едва ли в лучшем состоянии, чем трупы. В этом сражении они участия не примут.

Белл осмотрел окружающих его амазонок и его взгляд остановился на Айше. Он не мог прочесть выражение, которое было на её лице. Отведя от неё взгляд, Белл снова повернулся к Фрине.

— И ты всего лишь на время нас замедлил!..

— …

Мышцы на лице Белла напряглись, он будто начал сжиматься под ледяным взглядом Фрины.

Это было правдой. Все его усилия лишь отсрочили неизбежное.

Поэтому ему было нечего праздновать. Паства Иштар может получить новый Убивающий Камень.

Уничтожив камень, Белл, как и Айша лишь выиграл немного времени.

Это не конец.

…Чтобы защитить Харухиме…

Чтобы спасти девушку, лежащую у ног Фрины…

Остаётся только обеспечить её освобождение от богини, которая всё это затеяла.

— …Пожалуйста, отпустите мисс Харухиме.

Переборов страх, Белл высказал просьбу окружившим его амазонкам.

Кто-то хмыкнул, кто-то сжал кулаки; Берберы были не в настроение это выслушивать. Зелёные глаза Харухиме были наполнены слезами, когда она подняла голову и посмотрела на парня, лёжа в тени огромной амазонки.

Айша нахмурилась, единственным явно слышимым ответом парню послужил скрипучий смех Фрины.

— ГЕ-ГЕ-ГЕ-КЕ-КЕ-КЕХ! А ты шутник, Маленький Новичок!

Огромные глаза амазонки пронзительно уставились на беловолосого парня.

— Спустись на землю малявка! Что ты о себе возомнил?

— Ааааа!..

Фрина снова схватила Харухиме за волосы и поставила на ноги. Похожая на лягушку амазонка склонилась к лицу своей пленницы. Подбородок Фрины скрылся за плечом Харухиме и она заговорила.

— Это наш инструмент! С её помощью мы размажем Фрею! А такому как ты вообще не стоит совать свой нос!!!

Амазонки слишком сильно жаждали войны с самой могущественной Паствой Города-Лабиринта чтобы отпустить силу Харухиме.

Белл не мог вынести выражение боли на лице Харухиме и хотел повторить своё требование, но Фрина не закончила свою речь.

— Думаешь, почему этой бесполезной твари сохраняли жизнь, такой бесполезной, что она даже будучи шлюхой ничего не заработала?.. Она обязана использовать своё тело чтобы вернуть нам должок!

— …

— Разве я не права, Харухиме? Скажи ему как обстоят дела на самом деле.

Тело Харухиме вздрогнуло. Губы амазонки что-то нашептали ей на ухо, а выражение на её лице напоминало выражение шеф повара, увидевшего крысу на своей кухне.

Освободившись от хватки Фрины Харухиме посмотрела Беллу в глаза.

— Кранелл-сама…

Девушка прижала руки к груди, она так и осталась на расстоянии вытянутой руки от Фрины. По глазам Харухиме можно было увидеть, что в её голове проносится целый поток эмоций.

— Пожалуйста, уходите… я в порядке…

— …

— Оставьте меня… умоляю вас, больше не тревожьтесь о моём положении.

Голос Харухиме дрожал от страха перед Иштар и окружающими амазонками. Белл видел, как девушка прятала взгляд, будто пытаясь скрыться от злобных ухмылок окружающих амазонок.

Не сводя взгляд с девушки-ренарта Белл заговорил.

— Истории о героях.

— Что?..

— Я принял решение вспоминая о героях, о которых мы разговаривали.

Харухиме удивлённо подняла голосу. Голос Белла не дрогнул ни на мгновенье, он продолжил.

— Я решил тебя спасти.

— Что вы хотите сказать?..

— Спасти тебя и доказать, что ты была не права… Такое решение я принял.

…Ни один герой никогда не придёт ради такого низкого человека как я.

…Проститутки пятнают героев.

Белл заявил, что он прошёл через всё чтобы опровергнуть слова, сказанные Харухиме в ту ночь, в районе красных фонарей.

Харухиме пошатнулась, а Белл говорил всё уверенней с каждым произнесённым словом.

— Герои которыми мы с тобой восхищались, они не такие!

Сила в голосе Белла привлекла всеобщее внимание. Айша и Фрина моргали, Берберы переминались с ноги на ногу, а Харухиме стояла в поражённом молчании.

— Пятнает ли героя проститутка или нет, для настоящего героя это не важно!

— Э-это не правда…

— Герой будет сражаться, сколько ужасающих и могучих врагов не стояло бы на его пути!

— Так быть не может…

— Те, кем я восхищаюсь, герои, на которых я хочу походить защищали бы тебя до самого конца!

— !

Белл сказал своё слово.

Парень боролся со страхом, волнением и стыдом, говоря именно то, чего он хотел с той самой ночи, так громко, чтобы слышали все окружающие.

Он протянул руку желая вытащить Харухиме, как сделали бы герои, которыми они восхищались.

На самом деле, слова Белла наконец достигли девшки. Его протянутая рука отразилась в её зелёных глаза. Харухиме затряслась.

— Ке-ке-ке-ге-ге-гех! Этот малец возомнил себя героооойчком!

Белл не обратил внимания на смешки Фрины, его глаза пылали от решимости, которую он ощущал сердцем.

Мощный взгляд парня испугал Харухиме. Она обхватила себя руками и начала мотать головой.

— Я… Я проститутка!

Она выкрикнула эти слова, будто заявляя, что это клеймо стало её судьбой.

— Я не хочу становиться тебе обузой! Я испорчена, я ничего не достойна!

Белл гордо поднял голову, взглянув на девушку со злостью.

— Тебе не кажется, что мы ничего бы не делали, если бы ты была этого недостойна!

— !..

Впервые Харухиме услышала в голосе парня злость. Но он не закончил.

— Стать посмешищем, стать человеком, над которым будут смеяться и в которого будут тыкать пальцами не стыдно.

Слова его деда.

Они укоренились в сердце парня. И сейчас он обрушил силу этих слов на Харухиме.

— Самая постыдная вещь — это стоять перед сложным выбором не в силах принять решение, которое считаешь правильным!

Глаза ренарта округлились.

— Я так и не услышал, чего ты хочешь!

Слова Белла, и его рука стали ещё ближе. Он крикнул:

— Я хочу узнать какая ты на самом деле!

Голос Парня разнёсся далеко за пределы Парящего Сада, казалось, будто он устремился к полной луне, будто подхваченный ветром, задувшем с новой стороны.

Амазонки стояли в молчании. Харухиме посмотрела Беллу в глаза.

Кап. Слеза скатилась по щеке девушки и упала с подбородка.

— …Харухимееееее.

Новый звук.

Угрожающий голос Фрины прямо у уха девушки.

Плечи Харухиме дёрнулись. Бросив на парня ещё один взгляд, она уставилась в пол.

Её тело, волосы и хвост тряслись.

Её губы открылись.

—…Расти.

Она начала читать заклинание.

— ГЕ-ГЕ-ГЕ-КЕ-КЕ-КЕХ! Вот тааааак девочка моя!

Смех Фрины был наполнен радостью. Несмотря на крики парня, девушка начала читать заклинание, так ему и не ответив.

— Мисс Харухиме!..

Лицо Белла скривилось от удивления, а Харухиме закрыла глаза и продолжила чтение заклинения.

— Эта мощь и этот сосуд. Охвати богатство, охвати желания. До звона колокола принеси славу и наваждение.

Она прикоснулась к своей груди, будто пытаясь вытащить нечто неосязаемое. Голос ренарта становился громче.

— Называйся героем или нет, это ни к чему тебя не приведёт. Ге-ге-ге-ке-ке-кех! И сейчас я покажу почему!

Произносимые нараспев слова Харухиме разносились по саду, в этот момент две берберы поднесли Фрине огромный боевой топор.

Остальные амазонки также взялись за оружие. Клинки были обнажены, полукруг начал сжиматься.

— …Расти.

Звон металла и топот ног по камням вихрем охватили сад. Клинки Бербер и их мускулы блестели в лунном свете.

Из всех Бербер лишь Айша не сводила с Харухиме взгляда. Только она заметила, что в потоке магической энергии исходящей от светловолосой девушки-лисы творится нечто странное.

— Заключи подношения богов в этом теле. Пусть прольётся на него золотой свет. В молот и в землю, да благоволит тебе счастливый случай.

Энергия заклинания девушки огибала членов её Паствы, она направилась к груди беловолосого парня, окружая его.

— Кто-нибудь, остановите Харухиме!

В тот момент, когда испуганный крик Айшы услышали её союзницы…

Над головой Белла возник магический круг, осыпая его тело искрами белого света, будто из фонтана.

Белл удивлённо огляделся. Он ничего не понимал, пока не взглянул наверх и не увидел столп света, нет, не столп, а молот прямо над своей головой.

Он ощутил теплоту этого света своей кожей. Парень взглянул на девушку-ренарта, по её щекам текли слёзы, но она улыбалась.

— …Расти.

Берберы наконец осознали, что происходит и прыгнули на Харухиме, но не успели вовремя.

Потому что в этот самый момент девушка успела завершить заклинание.

— Uchide no Kozuchi.

Молот обрушился вниз, окружив тело Белла ярким светом.

Этот свет заполнил его тело и дух чистой мощью, будто прилив адреналина.

Искры, которые его осыпали проявились участками света на его коже.

— ААААААААААААААААААААААА?!

Берберы отбросили осторожность и бросились в бой.

Одна из них, оказавшись прямо перед Беллом замахнулась на него широким мечом. Её оружие отразилось в глазах парня, который, неожиданно для себя, схватил его за рукоять.

— А?

Он сделал шаг с пути клинка и спокойно направил амазонку дальше.

Подставив её ногу и толкнув её свободной рукой Белл, вынудил её сделать широкий взмах оружием. Ближайшие Берберы оказались отброшены.

— ГАХ!

Пять амазонок оказалось на земле, а Белл положил вторую рука на рукоять меча, который оказался в его распоряжении.

В этот самый момент парень осознал, что искры света, который появляются из его тела выглядят точно так же, как исходящие от Айши во время их схватки в Подземелье. Для него наконец всё сложилось в единую картину.

Заклинание Харухиме, «Uchide no Kozuchi».

Оно временно дарует цели поднятие уровня.

Пока активна эта магия, её цель обладает характеристиками на один уровень выше, чем есть на самом деле. По этой причине Иштар сохраняла существование Харухиме в тайне, вот почему она назвала девушку козырной картой в битве с Паствой Фреи.

Вот почему Иштар была так самодовольна; в её распоряжении была одна из самых сильных возможных чар, что она тщательно скрывала.

Причина, по которой Фрина и другие Берберы отказывались отпускать девушку заключалась в редком заклинании, обладающем такой мощью, которая могли бы даже запретить. То, что парню говорила Эйна в Гильдии, то, как Айша неожиданно ускорилась и стала сильнее, то, что Иштар называла Харухиме своим козырем, всё это обретало смысл.

Фрина и Берберы застыли на месте. Никто не остановил Харухиме и её сила, сила её магии вошла в Белла. Белл ощутил эту силу, принял как свою и был готов её использовать.

— ПРИКОНЧИТЬ МЕРЗАВЦА!

Берберы с боевыми кличами ринулись на Белла, но тот был готов драться с ними лицом к лицу.

— ФАХХХХ!!!

Один взмах широкого меча отправил несколько амазонок-воительниц в воздух. Они вскрикнули, и покатились, кубарем жёстко приземлившись на каменную поверхность сада.

Удары Белла были для них слишком быстрыми. Широкий меч одновременно стал непреодолимой стеной, которую амазонки не могли пробить и оружием, которое они не могли отразить. Искры взлетали в воздух, присоединяясь к частичкам света, окружающим Белла, а у ног парня падало всё больше Бербер. У амазонок второго уровня не было ни единого шанса против ударов парня, даже амазонки третеьго уровня, которые должны были сражаться с ним наравне разлетались как клочки бумаги.

Харухиме даровала парню способности авантюриста четвёртого уровня, и он использовал их не сдерживаясь.

— Х-ХАРУХИМЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕ!

— ВАХ!

Фрина взревела, увидев сражение в одну сторону, разворачивающееся на её глазах.

Золотые волосы ренарта привлекли её внимание, Фрина подошла к девушке, взяла её за шею и оторвала от земли.

— Ты нас предала! Разбей заклинание бесполезная шлюха! Разбей сейчас же!

Как только Uchide no Kozuchi еначинает работать, его эффект может быть прерван заклинателем или развеяться со времени. Даже если Харухиме потеряет сознание, или с ней случится что-то ещё, заклинание не прекратится. Фрина решила запугать девушку-ренарта, но та не поддалась.

Харухиме закрыла глаза, её шея была зажата мускулистыми пальцами. Мокрые от слёз щёки девушки блестели в лунном свете.

Пытаясь оставаться в сознании, она почти шептала дрожащими губами.

— Я не хочу больше никогда продавать своё тело!..

Она наконец начала говорить, скромная девушка начала говорить то, чего её хочется.

— Я не хочу больше никогда ни на кого охотиться!..

Запуганная амазонками, этим миром, хрупкая девушка-ренарт собрала всю свою волю, каждое желание, каждое сожаление которое она хранила в сердце.

— Я не хочу умирать!..

Последими были всего два слова.

— Спаси меня!..

Она попросила о помощи.

Каким бы слабым ни был её голос, Белл её услышал. Его глаза тут же уставились на Харухиме.

Прорвавшись сквозь орду амазонок, он как пушечное ядро налетел на Фрину.

— Че?!

— АААААААААА!!!

Огромная амазонка едва успела поднять свою секиру чтобы заблокировать клинок. Однако, удар отбросил её к центру сада.

Она отпустила Харухиме уже в полёте, беспомощная девушка оказалась в воздухе. Белл бросился её ловить, но его опередила одна из теней.

— М-мисс Айша!..

— …

Длинные чёрные волосы амазонки-воительницы танцевали в поднявшемся ветре, она держала на руках потерявшую сознание Харухиме. Она, не моргая, уставилась на Белла.

Мгновение спустя, она отпрыгнула, давая пространство для атаки подоспевшим Берберам.

— К-кровь?!

Белл пытался преследовать Айшу, но в этот раз Берберы не позволяли ему пройти, встав настоящей стеной. В это время, Фрина поднялась на ноги и ощутила нечто необычное на своём лице.

Клинок её секиры впился в её собственную щёку. Атака Белла её ранила. Медленно ухватившись за рану своими толстыми, дрожащими пальцами она не могла поверить в случившееся.

— Моё прекрасное лицо… КРОВОТОЧИТ?!

Крик амазонки был подобен извержению вулкана.

— А НУ ВСЕ ПШЛИ С ДОРОГИ!!!

Она понеслась на беловолосого парня как шар для боулинга, сносящий Бербер со своего пути. Белл на мгновение застыл, заметив, как тела амазонок разлетаются из стороны в сторону.

Огромная секира и широкий меч столкнулись, подняв целый сноп искр.

— !..

— Я проявляла к тебе слабость, но больше не буду! СЕЙЧАС ТЫ СДОХНЕШЬ!

Подпитываемая чистейшей яростью амазонка нанесла удар, который отправил Белла в полёт.

Приземлившись у стены одной из башен Парящих Садов, Белл едва успел подняться на ноги перед очередной атакой Фрины.

— А-Айша, что нам делать? Эти двое почти покинули сады!

— Снова жаба… потерялась в своей ярости.

Фрина почти загнала Белла на мост, столкновения их оружий высекали целые снопы искр. Если так продолжится и дальше, бой перейдёт в главную башню, прежде чем Берберы успеют их нагнать. Молодая амазонка подбежала к Айше за распоряжениями.

Айша какое-то время наблюдала за битвой, а потом взглянула на голову Харухиме покоящуюся на её груди.

Следы слёз всё ещё виднелись на лице потерявшей сознание девушки-ренарта. Айша прикрыла глаза.

После этого амазонка бережно уложила девушку, впервые попросившую о помощи на каменный пол, и поднялась.

И в тот момент, когда она хотела собрать оставшихся Бербер и приказать им присоединиться к битве, раздался взрыв.

— Что это было?..

Обернувшись, в поисках источника, Айша подбежала к краю Парящих Садов и осмотрела район удовольствий.

— Сударь Вельф, взрыв, который только что раздался!..

Гестия и её Паства увидели вспышку света на вершине зиккурата, пробегая по заполненной борделями улице района наслаждений.

Звук и цвет пламени был очень знаком Лили, поскольку она не раз видела подобные взрывы раньше. Она ускорилась, чтобы поравняться с Вельфом, бегущим впереди.

— Ignis Fatuus!..

Тихонько произнёс Вельф. Он тоже знал последствия выхода магической энергии из-под контроля, поскольку сам не раз становился тому причиной.

Кто-то или что-то обладающее магической энергией оказалось в ужасающим положении, вызвав Ignis Fatuus на вершине одной из башен дворца.

Гестия даже не стала говорить, что Белл и Микото должны были так оказаться. Вся группа тут же направилась прямо к Белит Бабил.

— Стойте на месте, вторженцы!

— Тц, и снова!..

Очередная группа амазонок возникла на их пути по третьему району Орарио.

Оука раздражённо сплюнул, поскольку с прошлой встречи они едва успели пройти несколько десятков метров. Несмотря на это, мужчина поднял свой топор.

— К счастью, эти противники недостаточно сильны, чтобы нас сдержать!

— Да, силы они слишком сильно рассредоточили!..

Лили стреляла из арбалета, отвлекая ближайших амазонок. Чигуса озвучила своё наблюдение, бросаясь в бой с копьём.

Силы Паствы Иштар были разделены между защитой Ритуала Убивающего Камня и поимкой Белла. Уличные патрули сейчас были не в приоритете и в них назначали слабейших из Бербер. Вскоре Вельф и Оука пробились сквозь амазонок, едва получивших второй уровень и зверолюдей первого уровня, отправленных им в поддержку. Медленно, но уверенно, уличный патруль оказался отброшен.

Благодаря антимагическому заклинанию Вельфа и невероятной эффективной командной работе Паствы Такемиказучи, им удавалось довольно быстро пробиваться сквозь ряды врагов.

— Можем мы кое-что прояснить?

Такемиказучи обратился к Гестии, оба божества были позади своих последователей. Богиня, ответила молчанием, погрузившись в глубокие размышления.

Почему… почему до такого дошло?..

«Битва» с Аполлоном только-только завершилась. Почему Белла хотят заполучить столько богов?

Разумеется, его быстрое развитие могло привлечь внимание… но в этом ли причина?

Вельф и остальные бросились навстречу очередной волне врагов, а Гестия снова и снова обдумывала все произошедшие события.

— А ну с дороги! — прикрикнул красноволосый парень на амазонок, перекрывших путь дальше…

БА-БАХ!

— А?..

Гестия, Лили, Вельф и Паства Такемиказучи пришлось повернуть головы и заглянуть назад, на звук взрыва.

Они увидели столп пламени, поднявшийся где-то в районе удовольствий. Языки пламени устремлялись ввысь, будто пытаясь дотянуться до облаков.

Этот взрыв привлёк внимание Айши в Парящих Садах. На несколько секунд воцарилась тишина, а потом… БАМ, БАХ, БА-БАХ!

Всё больше и больше взрывов накрывало район удовольствий, нет, не только его, весь третий район Орарио.

Первые крики достигли ушей авантюристов.

— Что происходит?!

Иштар лично присоединилась к охоте на Белла в главном дворце, и в этот момент до неё донеслись звуки взрывов. Она потребовала доклада.

Поскольку её верного слуги рядом не было, она обратилась к первому члену своей Паствы, который попался ей на глаза. Беднягу прошиб пот, он рухнул на колени отчаянно пытаясь сложить слова вместе.

— К-какие-то вторженцы атаковали Район Удовольствий!..

— Атаковали?..

На мгновенье замерев от шока Иштар бросилась в зал к ближайшему балкону, с которого она смогла бы осмотреть район удовольствий. Волна горячего воздуха встретила вышедшую наружу богиню.

От состояния, в котором находились её владения у богини отвисла челюсть.

Громкий шум, вспышки света, крики и оглушительные взрывы доносились из каждого уголка Ночного Района, залитого заревом и лунным светом.

Множество силуэтов людей продвигались по улицам, её улицам, под прикрытием тьмы и дыма. Тени вторгшейся армии авантюристов, расползающейся во всех направлениях и новые взрывы, расползающиеся по улицам, заставили богиню потерять дар речи.

Её Паства подверглась осаде.

Вторгшиеся авантюристы быстро двигались между борделями. Члены её Паствы становились жертвами мечей, заклинаний и магического оружия. Иштар видела всё с высоты.

Что это, что происходит?! Разум богини метался в поисках ответа, а костяшки пальцев, впившихся в перила, побелели.

Её голос дрожал, она смотрела как пламя войны поглощает район удовольствий.

— Ч-что? Ни у кого нет причин!..

Она великая и могучая Иштар, глава одной из самых устрашающих Паств Орарио, Паствы Иштар.

Кто мог выставить против неё такое огромное войско, да так, что об этом не прошло ни одного слуха, просто по щелчку пальцев? Кто мог начать войну против того могущества, которым она обладает? Вот куда потянулись все размышления богини.

Её лицо побледнело.

— Нет… Не может быть?..

— ВРАГИ НАПАЛИ!

— ЭЭЭЭЭЭЭЭЭЭЭЭЭЭЭЭЭЭЭЭЭЭЭЭЭЭЭЭЭЭЭЭ!

Крики и визги разносились между зданий района удовольствий.

Лунный свет и попадающиеся лампы с магическими камнями бросали свет на золотую печать с изображением голой воительницы в профиль, символ Паствы Иштар.

Этот символ можно было увидеть на разбросанных по улицам оружии и броне. Стальная вспышка и очередная Бербера оказалась на коленях, баклер слетел с её руки и покатился по улице, упав так, что эмблема оказалась обращена к небу.

Их побеждали числом. Эльфы, дворфы, зверолюди, полурослики, амазонки, эльфы, полулюди и люди воины заполонили район удовольствий. Они занимали ключевые точки, сбрасывали зажигательные бочки на улицы, продвигаясь по крышам и пресекая сопротивление Бербер с жестокой эффективностью. Вторгшиеся мужчины и женщины даже не пытались скрыть свои лица, наоборот. Каждый из них обладал прекрасными чертами, которые и привлекли внимание их богини и которые были предметом их гордости. Они обладали силой, которую без малейшего замешательства или промедления были готовы предоставить своей богине. Эльфийка, копьё которой изгибалось, будто было жидким, зверочеловек, повелевающий магической энергией взмахами ладоней, дворф, который держал в руках такой огромный боевой молот, что мог бы скрыться в его тени, каждый из нападавших не оказывал ни малейшей пощады сопротивлявшимся.

Орда небоевых членов и проституток бежала со всех ног от этого сокрушительного нападения. Посетители, которых случайно застали без штанов сжимались от страха, но авантюристы не обращали на них совершенно никакого внимания, обращая своё оружие только против те, кто мешал их продвижению.

— Э-Эйна? ЭЙНА! У больших проблем, нет, у нас ОЧЕНЬ БОЛЬШИЕ ПРОБЛЕМЫ!

…Нападение можно было увидеть из главного отделения Гильдии, расположенного на к северно-западу от Района Удовольствий.

Эйна подпрыгнула, голос одной из её коллег, донёсшийся из сада застал полуэльфийку врасплох. Вскочив из-за стола, она бросилась на улицу, но она не была готова к зрелищу, которое её ожидало.

Присоединившись к остальным работникам Гильдии, собравшимся в небольшом садике перед зданием, Эйна посмотрела на отблески магического света, густой дым и оранжеватое зарево на юго-востоке.

— В том направлении район удовольствий?.. Неужели… Белит Бабил горит?!

Эйна нервно нашла в толпе своих коллег Мишу и двинулась к ней быстрыми шагами. Остановившись рядом, Эйна уставилась своими изумрудно-зелёными глазами на пламя, которым полыхал один из районов Орарио.

— Очередная стычка? Какая Паства достаточно сильна чтобы напасть на Всевышнюю Иштар?

Эйна озвучила свои мысли вслух, не в силах сдержать свои опасения.

Догадка поразила её будто электрический заряд.

— Не может быть…

— Не может быть…

Живушие в Орарио божества наблюдали за пламенем, поднимающися с юго-востока.

— Да ладно…

Некоторые наблюдали за ним из своих домов, другие забирались на крыши высоких зданий чтобы рассмотреть происходящее получше.

— Она не стала бы…

Из торгового района, ремесленных областей, жилых районов божества, молодые и старые наблюдали за войной.

— Неужели напал… Ганеша?

Божественные создания гадали, как это делала Эйна. Красноглазая богиня наблюдала за заревом с самой высокой башни своего дома, Сумеречного Поместья. Щели её глаз были приоткрыты шире обычного, Локи присматривалась к суматохе, творящейся на другой стороне города.

Окна внизу распахнулись, в них, один за другим, показывались лица её последователей. Они перекрикивались, пытаясь понять, что происходит. Локи прошептала себе под нос.

— Похоже… Фрея?

От этой мысли Локи прищёлкнула языком, её красные глаза распахнулись ещё шире.

— Пустоголовая наконец начала действовать…

Тук-тук. Тук-тук.

Каблуки стучали по камням улицы, на которой лишь отдалённо слышались крики.

Тела павших амазонок лежали на земле, их лица освещало пламя, которым пылали здания. Несмотря на это, её красота осталась незапятнанная, она была будто алмаз, прошедший огранку.

Её воины расчищали путь, богиня продвигалась по Району Удовольствий быстрым шагом.

— Район удовольствий под нашим контролем.

— Группа Оттара уже достигла дворца.

Мужчина и женщина, появились с обеих сторон от богини, подстроившись под её скорость. Бросив «Вот как», Фрея продолжила шагать, даже не обратив внимания на доставивших ей сообщение людей.

Вторжение не встретило практически никакого сопротивления. Армия пришла с севера, никто из бойцов не подвергал сомнениям волю своей богини.

— Вы можете идти вперёд. Тот парень должен быть там.

Немигающие серебряные глаза богини смотрели только на цель: поблёскивающую позолотой башню вдалеке.

Первый взрыв дал понять, где находится Белл не только Гестии и Такемиказучи. Он также указал Фрее, куда ей идти.

— Но Миледи, ваш эскорт…

— В нём нет необходимости.

Фрея не стала даже выслушивать возражения своих последователей.

— Устраните всех, кто встанет на вашем пути.

И найдите мальчишку. Таков был её приказ.

Сопровождающие кивнули и оставили богиню. Фрея начала ускорять шаг.

Её прямые серебряные волосы покачивал ветер. Звуки битвы не прекращались. Окружаемая ударами оружия, криками и рёвом пламени богиня продолжала идти посреди улицы, к тому, что осталось от главных ворот Белит Бабили.

Пройдя мимо кратера, усыпанного кусками оружия и стали, разбросанными по земле, Фрея ощутила кожей остатки магической энергии. Оказавшись у ворот, она бросила взгляд вверх.

Её серебряные глаза заметили богиню с бронзовой кожей, злобно смотревшую на неё аметистовыми глазами с балкона.

Фрея вернула любезность таким злобным взглядом, который мог бы сбить в полёте орла и ледяной улыбкой.

Лицо Богини Красоты на балконе приобрело мертвенно-бледный оттенок.

…За считанные секунды до вторжения Паствы Фреи.

— …

Огромный зверочеловек, носящий титул повелителя битв держит на руках хрупкую девушку.

Лента, державшая чёрные волосы девушки в хвосте, давно исчезла, поэтому сейчас её волосы трепал ветер. Она падала с вершины зиккурата, стоявшего рядом с дворцом. Мужчина вовремя увидел это падение и успел подхватить её до того, как она упала на землю.

— …Пожертвовала собой ради защиты своих товарищей, да?

Ожоги, характерные только для Ignis Fatuus поведали Оттару о судьбе молодой девушки.

Она лежала в его объятьях неподвижно, с закрытыми глазами.

Действия девушки вызвали у повелителя битв уважение. Он бережно уложил её на землю и, достав эликсир из своей сумки для предметов осторожно вылил его на кожу девушки.

Девушка была на грани смерти из-за множества серьёзных ранений и падения, но действие эликсира начало исцелять её практически мгновенно. К ней снова вернулась жизнь.

— Эй, Оттар. Хватит время терять.

— Не трать его на эту девчонку. — коточеловек, Аллен, возник за спиной Оттара. Взглянув ледяным взглядом на своего союзника, он прошёл мимо, покручивая в руке копьё.

Четыре фигуры, высотой около ста двадцати сантиметров следовали за ним будто тени, четверо полуросликов. Ещё две пары глаз виднелись во тьме неподалёку, они принадлежали эльфу и тёмному эльфу.

— Мы предупредим тебя всего один раз, Оттар.

— Парень, который привлёк её внимание, Белл Кранелл, нам он не нравится.

— Мы последуем воле богини и устраним все угрозы.

— Но ему помогать мы отказываемся.

— …Действуйте как считаете нужным.

Чтеверо полуросликов без малейшего страха выразили своё мнение командиру Паствы. Остальные трое не сказали ничего, но их молчание указывало что они разделяют это мнение.

Выражение лица Оттара осталось непоколебимым, несмотря на открытое неподчинение его союзников. Впрочем, зверочеловеку всё равно пришлось подвести черту.

— Богиня Иштар не должна уйти. Перекройте выходы.

— Что с теми, кто окажется у нас на пути*

— Устраняйте.

Тон Оттара остался холодным и собранным, он повёл группу, состоящую из семи авантюристов к золотому дворцу.

Сильнейшая боевая группа Орариро, состоящая из сильнейших авантюристов вошла в Велит Бабили.

Ревущее пламя освещало улицы Района Удовольствий вместо сломанных ламп с магическими камнями.

Пламя помогало напавшим авантюристов изолировать третий район, оставляя всё происходящее внутри. Зрелищу, очень сильно походившему на падение гордой цитадели. Всё больше взрывов звучало вдалеке, указывая на то, что битва ещё не окончена.

Из всех просторных районов Орарио тот, что был отведён распутности и осуществлению желаний полыхал в свете полной луны.

— Кто бы мог подумать, что до такого дойдёт…

Одетый как щёголь бог стоял на юго-восточной части городской стены, огибающей всё Орарио. Он прислонился к бойницам, рассматривая бойню.

Шляпа с пером плотно сидела на его голове, Гермес перевёл взгляд на очередной разгорающийся очаг пламени, Асфи стояла от него в нескольких шагах.

— Тем, кто рассказала Иштар о Белле в первую очередь был… именно я…

Слова слетели с губ Гермеса, его глаза снова охватили некогда процветающий район.

Оранжевые волосы трепал налетающий с ветром жар, огни отражались в оранжевых глазах. Дыхание бога было частым, будто он пытался сдержать слёзы.

— Я причина всего произошедшего… Аааа, что за острое чувство вины пронзает мою грудь?..

Гермес распахнул руки и потряс ими, будто пытаясь очиститься. После этого он сложил руки на груди.

Его последовательница, впилась в спину божества ледяным взглядом через свои очки.

Она вздохнула, и в тот же момент волна от очередного сильного до них дошла.

— Итак, что из этого прошло согласно плану?

Гермес поднял голову и бросил взгляд через плечо. Уголки его губ скривились в улыбке, которую ни с чем не спутаешь.

Раскаянье божества будто испарилось. Отбросив своё актёрство, Гермес повернулся к Асфи, чтобы дать ей ответ.

— Во-первых, я не хотел, чтобы произошла война подобного масштаба. Мне просто казалось, что если пустить искорку, может случиться что-нибудь интересное… Вот и всё.

Глаза Асфи блеснули, явный признак того, что девушка решила держать своё мнение при себе.

Гермес лишь посеял семена.

Он всего лишь сказал Иштар о Белле во время допроса.

Он всего лишь предупредил Фрею из беспокойства о безопасности Белла.

Так всё и было. Маленькие семена привели к развернувшемуся сражению.

Гермес снова повернулся чтобы посмотреть на бои в свете луны и огненном зареве.

— Не могу сказать, что они танцевали под мою дудочку. Это превосходит все мои ожидания. Зависть Иштар куда сильнее, чем я ожидал, а Всевышняя Фрея привязана к нему гораздо сильнее, чем я думал.

Он понятия не имел что его слова приведут к такому взрыву и так быстро.

Улыбка на лице Гермеса становилась шире с каждым словом.

— Что же, даже у лучших не всегда всё под контролем, знаешь ли. Нет ничего страшнее завистливых богинь, правда, Асфи?

— …

Голос бога был наполнен восторгом, Асфи лишь продолжала смотреть на его затылок, не говоря ни слова.

— Впрочем, сейчас важнее всего… что доброта Белла превзошла даже самые смелые мои фантазии.

Он намекнул Беллу лишь о существовании Убивающего Камня.

Белл понял всё остальное самостоятельно без каких-либо подсказок.

Скорее всего, Фрея не организовала бы нападение если бы Белл сбежал от Иштар. Сегодняшние события изменились два или три раза только из-за действий Белла, а он об этом даже понятия не имел.

Он просто бросился спасать девушку-ренарта, которую не мог оставить.

Но не необдуманно. Он начал действовать осознавая, что может всё потерять и был к этому готов.

Асфи выслушала своего бога. Она позволила его словам затихнуть, на какое-то время, а потом задала вопрос.

— Вы намеревались уничтожить Паству Иштар или просто развлечься? Или, может, это было… испытание?

Гермес выслушал вопрос своей подопечной.

Но в ответ он просто ей улыбнулся.

— Люди, боги… все видели в этой девушке только одно. Каждое живое существо.

В то же время, у основания городской стены сотни людей и полулюдей отчаянно бежали, пытаясь выбраться из района удовольствий.

Множество богов наблюдали за этим со своих мест.

А девушка ренарт по-прежнему без сознания лежит в Парящих Садах.

Гермес поднял руки, будто охватывая всё это зрелище, между беловолосым парнем и амазонкой на одной из крыш дворца кипела битва. Гермес будто подвёл итог.

— Этот мир желает героя.

Последнее из Трёх Великих Заданий: Чёрный Дракон.

Над городом нависла тьма.

И корень этой тьмы Подземелье.

Оно кажется достаточно спокойным, но на самом деле это бомба с часовым механизмом, в основе которой лежит тотальное разрушение.

Гермес объявил, чего желает этот мир, ему необходимо рождение истинного героя.

— И среди тех, кто мог бы спасти этот мир от его трагической судьбы… я выбираю Белла.

— Не кого-то из Паствы Локи? И не из Паствы Фреи?

— Именно так.

Окружённый ночной тьмой Гермес наконец дал на вопрос Асфи прямой ответ даже к ней не повернувшись.

Божество не сводило взгляда с пламени которое охватывало район удовольствий начав произносить речь, которая в подобных условиях была больше похожа на монолог.

— Зевс, я, Гермес… Нет, всё Орариро, завершит работу, которую ты завершить не смог.

На губах Гермеса воцарилась его обычная улыбка, он поднял взгляд на небеса.

— Мы вылепим из него последнего героя.

Гермес подбросил в воздух шляпу и снова посмотрел на пылающий район. Его глаза прищурились.

— Чтобы это свершилось… Иштар и все дети, которые за ней последовали, станьте для него ступеньками. А что? Как будто вы и без этого бессмертными были.

Если всё случившееся дарует нового героя…

Гермес не против использовать зависть богинь для этой цели.

Гермес наблюдал как пламя делает поле боя парня всё уже, улыбка на его губах превратилась в жестокую.

— Хо-хо… кажется она узнала. Лучше убраться отсюда, пока она разозлилась.

Гермес ощутил, как где-то вдалеке, от входа во дворец на него уставились два серебряных глаза.

Гермес быстро прикрыл лицо своей шляпой и отвёл взгляд, как только Богиня Красоты заметила его присутствие.

— Жуть какая. — пробормотал он себе под нос оставляя своё место на городской стене позади. — …Зевс, я всё поставлю на этот яркий свет.

То яркое сияние, которое победило главаря этажа. Ослепительно чистая душа парня.

Для Гермеса это сияние стало признаком того, что приближается, сказания о Пастве парня.

Бросив свою последнюю фразу, Гермес повернулся к полю боя спиной.

Пламя поднялось так сильно, что красным заревом заливало облака.

----------

Глава 7. Война богинь.

[[image:/storage/reader-images/f4009036bc54bd949c96e0ccbb208344cfce4bc2.avif]]

Ночной Район наполняли крики. То, что раньше было улицами, призванными исполнять самые экзотические желания множества клиентов, превратилось в пылающие руины. Даже в тех зданиях, которым повезло устоять, зияли дыры, их стены были повреждены. Мостовые и остальное убранство уже обратилось в груды обломков. Даже район красных фонарей был разрушен до основания. Воздух был плотным, от переполняющей его растраченной магической энергии. Пережившие взрывы деревья Аюры наклонялись от потоков жара, исходящих от горящего повсюду пламени. Синие лепестки смешивались с искрами и кружились в налетающем ветра. Не успевшие вовремя сбежать проститутки, были согнаны нападавшими на открытые дворы.

Остальные части района удовольствий всё ещё погружены в хаос. На улицах не утихают крики напуганных проституток и металлический стук оружия. Пламя войны поглотило третий район Орарио, подбираясь всё ближе к самому его центру — Белит Бабили.

— Ч-что здесь происходит?..

Прошептала себе под нос Гестия. Её группа наконец пробилась в главный зал первого этажа дворца. Юная богиня потеряла дар речи, увидев своими собственными глазами размах разрушений.

Стены и пол были лишены целых кусков, декоративные колонны валялись на полу, как упавшие деревья. Тела серьёзно раненных Амазонок лежали в этих осколках. Гестия поняла, что у амазонок не было против нападающих ни единого шанса. За стенами здания ещё кипела битва. Чигуса и остальные члены Паствы Такемиказучи были слишком поражены, чтобы разговаривать. Лили сглотнула и постаралась заговорить самым спокойным голосом, на который была способна.

— Это, скорее всего, налёт. Но какая Паства атаковала?..

Гестия вслушалась в громкие слова своей последовательницы. В этот момент Такемиказучи мрачно взглянул на богиню. Взгляды божеств встретились, и они кивнули. Они видели нападающих по пути во дворец, точнее, эмблемы на их броне и оружии. Гестия знала, что ответ на вопрос Лили был лишь один.

— Фрея, она нанесла удар!..

По верхним этажам разносились звуки пронзающих броню клинков и капель крови, заливающих пол.

— П-помогите… м!..

Гравитация бросила тело амазонки на чёрный клинок. Отделённая от своей группы одинокая бербера упала на пол. Тёмный эльф пропустил мимо ушей её мольбы, наблюдая как лужа крови разливается у его ног.

— Хегни, никаких убийств, — раздался строгий голос эльфа, появившегося в коридоре. Тела Бербер лежали за его спиной на полу, терзаемые болью или совершенно неподвижные. Одна из Бербер попыталась встать, но тело её не слушалось. Эльф провернулся на каблуках, вытянул руку и пробормотал себе под нос короткое заклинание, безжалостно отправив в грудь амазонки удар молнии. Заклинание пронзило её с такой силой, что отправило дрожащее тело в стену, пробив сквозную дыру. Когда развеялась пыль, на полу и стенах виднелись чёрные дымящиеся разводы.

— Ч-четыре Рыцаря Золотого Пламени… Брингар?!

На другом этаже четыре дротика пронзили конечности испуганной амазонки-воительницы. Четверо ботинок разом врезались в неё мгновение спустя, выбив из ран оружие и пробив телом амазонки третьего уровня пол. Четверо полуросликов в броне и шлемах разделились, чтобы расправиться с оставшимся противницами. Остальные амазонки пробили стены и оказались сбиты с ног в мгновение ока. Ни одна не смогла сдержать удар.

Очистив этаж, четвёрка полуросликов направилась к одной из запасных лестниц, ведущих выше. Один из них, занёс над головой огромный боевой молот, выше своего роста и ухмыльнулся. ШАРАХХХ!!! Лестница обратилась грудой каменных и деревянных обломков, к тому моменту как осела пыль.

— Вот теперь все запасные лестницы к тринадцатому этажу дворца уничтожены.

— Осталось разобраться со стоящими на своих двоих врагами. Нужно лишить Всевышнюю Иштар возможности скрыться.

Полурослики обговорили приказ и разделились. В ту же секунду они разбежались по разным коридорам.

Оставшиеся в нижней части дворца силы Иштар не могли удерживать позиции, крики боли не смолкая разносились по залам и коридорам Белит Бабили, так же неотвратимо, как тиканье часов.

— Эй, здоровяк! Мы правильно идём?

— Да чёрт его знает! Все лестницы в руинах!

Оука и Вельф перебегали из комнаты в комнату, держа оружие наготове.

Как и в районе удовольствий, масштабы разрухи, принесённой во дворец, поражали воображение. Впрочем, благодаря таинственным захватчикам, никто не обращал на двоих парней внимания, поэтому они спокойно продирались сквозь хаос и панику, охватившие Белит Бабили.

— ?!

— Бербера!

Одна из проституток-воительниц возникла перед Вельфом и Оукой. Им удавалось избегать врагов с самого попадания в главное здание, но сейчас их удача подошла к концу.

Впрочем, амазонка была заметно потрёпана битвой. Кровь текла из порезов на её теле, в левой руке она держала длинную дубинку, правой держась за грудь. Дыхание амазонки было сбитым, она возникла прямо у входа в следующую комнату.

— Ва…АААААААААААААААААААААААААААААААААААААААА!

Налитые кровью от злости глаза распахнулись, и воительница бросилась вперёд с ужасающей смесью мощи и отчаянья. Она замахнулась дубинкой, будто тигр, занёсший когтистую лапу над своей добычей. Оука принял удар, используя свою секиру в качестве щита. При этом, огромный мужчина не смог устоять на ногах и покатился назад.

— Здоровяк!

— Эта третьего уровня!

Шок от удара, пронзивший руку Оуки, чуть не заставил его выронить секиру. Вельф прыгнул, чтобы его прикрыть, но оказался на полу после следующего удара амазонки.

Парень истощил все свои запасы изготавливая магические мечи для «Битвы». После того раза ему не представилась возможность их пополнить.

— Проклятье! — выругался парень, искренне пожелавший, чтобы в его руках было бы хоть что-то, что позволило бы ему сократить разницу в силе. Амазонка ошеломляла одним своим видом.

Неожиданно для всех, в ближайшей стене оказалась пробита дыра. Оука, Вельф и их противница прикрылись от обломков дерева и бетона, неожиданно обрушившихся на комнату настоящим дождём. Среди этих обломков, в комнате оказалась ещё одна амазонка, которая рухнула к ногам Вельфа.

— Ты даже времени моего не стоишь, шлюха.

Из дыры в стене показался коточеловек, злобно уставившийся на неподвижно распластавшееся на полу тело.

Кровь капала с кончика длинного копья в его руке, клыки были обнажены в издевательской усмешке. Низкорослый авантюрист заметил вторую амазонку, застывшую посреди комнаты.

— ХЬЯЯЯЯЯЯЯЯЯ!

Та отбросила дубинку в сторону и рванула к выходу из комнаты, но коточеловек оказался быстрее.

В глазах Вельфа и Оуки коточеловек будто превратился в размытое пятно. Вот он стоит перед дырой в комнату, а в следующее мгновение кончик его копья уже пронзает амазонку, бегущую от него в совершенно противоположном направлении. Произошло ровно то же самое, что и с амазонкой, которая рухнула к ногам Вельфа, но в этот раз Вельф и Оука были тому свидетелями. Они несколько раз моргнули.

Коточеловек бросил взгляд в их сторону.

— А вы тут что забыли?

Исходящая от него мощь быта такой всепоглощающей, что ни один из парней не смог и рта раскрыть. Коточеловек присмотрелся к Вельфу и, увидев его экипировку и наряд правильно определил, что перед ним кузнец. Коточеловек оказался явно не рад этому факту.

— Кузнецы должны работать в мастерских… Иди молотком махай, смерд.

— Чё… А ну повтори-ка, дерьма кусок!

Гордость кузнеца привела Вельфа в ярость. Коточеловек проигнорировал его слова и вышел из комнаты, даже не бросив на парней второго взгляда.

Вельф воспылал от ярости, а Оука застыл от трепета.

— Шестой Уровень, «Вана Фрея» … Аллен Фромель.

Имя авантюриста высокого класса, принадлежащего к Пастве Фреи, слетело с языка Оуки.

Вельфа обуяла беспомощность, он поднялся и ударил кулаком стену.

[[image:/storage/reader-images/2a14a007723d9837adba53a007a86881e4e63f29.avif]]

— Н-нет… Неприемлемо.

Иштар отпустила перила балкона, отказываясь верить в происходящее. Восстановившись от своего ошеломления, она вбежала обратно во дворец. Вид горделивой богини поверг в ужас стражников, оставшихся охранять её покои.

— Где Фрина? Разве ритуал ещё не завершён?

Стоящая ближе всех стражница пала ниц, докладывая своей богине положение:

— Н-никаких новостей не поступало! Ни одного посланника с Парящих Садов не было!..

Это лишь распалило ярость богини ещё сильнее, она отчаянно потребовала разъяснений.

Почему Фрея напала на неё именно сейчас?

Даже если Гермес предупредил её о наличии Убивающего Камня, никто не смог бы рассказать ей о сути чародейства Харухиме, Увеличение Уровня хранилось в строжайшем секрете. Поэтому такой быстрый удар Фреи не имел смысла.

— …Белл Кранелл, не так ли?

Неужели сереброволосая Богиня Красоты оказалась настолько увлечена этим парнем? Она увлечена им до такой степени, что похищение заставило пойти её даже на полномасштабную войну, чтобы Иштар понесла наказание?

— Эта гадюка бросилась в атаку… ради одного дитя?!

…Это же безумие!!! Полнейшая чушь!!!

Кулаки Иштар затряслись, её разум вопил, отказываясь верить в подобный исход. Она надеялась просто побольнее уколоть Фрею, разыграв целый спектакль, кто бы мог подумать, что этот укол придётся так глубоко. Впрочем, сейчас уже слишком поздно сожалеть о содеянном.

Что же делать, что же делать? Шестерёнки в голове богини крутились всё быстрее и быстрее. Стоит ли ей скрыть Убивающий Камень и Харухиме, а потом укрыться во дворце, пока амазонки во главе с Фриной держат оборону? Или ей лучше сбежать из разрушенного дома, да и вообще из Орарио? Богиня не знала, как ей лучше поступить.

Иштар так сильно погрузилась в собственные мысли, что не сразу заметила постепенно утихающие боевые кличи амазонок у своих дверей.

— А? Ч-что-то не так?

Бербера, которая стояла ближе всех и должна была защищать её в момент нужды, затихла.

Иштар бросилась к огромной лестнице ведущей на тридцать первый этаж. Оглядевшись с того самого места, на котором она во второй раз встретила Белла Кранелла, она перегнулась через перила и окликнула амазонок. Её голос эхом разнёсся в напряжённой тишине зала, отражаясь от резных колонн, после чего всё снова стихло.

Пока… тук-тук, тук-тук.

Стук высоких каблуков указал на приближение другой богини.

— Нет…

Аметистовые глаза Иштар раскрылись так сильно, как только могли, когда серебряные пряди волос зловеще блеснули в упавшем на них свете. Два серебряных глаза, не мигая, впились в Иштар. Фрея непринуждённо заправила пряди длинных серебряных волос за уши.

— Давненько не виделись, да, Иштар? С последнего Денатуса, кажется? Как поживаешь?

— Ф-Фрея?..

— Ненавижу быть грубой, но нам нужно кое-что обсудить. Нет, точнее, распрощаться.

Иштар потеряла дар речи. Улыбка не сходила с губ Фреи, явившей свои намерения. Богиня была одна, у неё не было сопровождения. Заострив на этом внимание, Иштар повернулась к своим стражницам и крикнула во весь голос:

— С-схватить её! Заставьте эту женщину передо мной склониться! Эй, вы, оба!

Она приказала своей личной страже, мужчине и женщине, броситься в атаку. Молча приняв этот приказ, отведя глаза, двое авантюристов бросились вниз по лестнице в атаку.

Фрея стояла посреди комнаты, она была уязвима. Стражи Иштар обнажили оружие, и бросились вперёд, но тут же начали замедляться.

— ?!

Первым был мужчина. Его тело вздрогнуло, как только его взгляд пал на сереброволосую богиню, и он рухнул на колени.

Богиня улыбнулась и вторая стражница, будто опьянев, пошатнулась на месте. Фрея неспешно подошла к девушке и шепнула ей что-то на ухо. Тело стражницы снова тряхнуло, и она упала на пол, будто лишённая ниточек марионетка.

Мужчина-страж попытался встать, но его ноги перестали его слушаться. Он с каждой секундой впадал во всё большее отчаянье. Подошедшая к нему Фрея, легонько коснулась пальцами его щеки. Мужчина вздрогнул и также оказался на полу лицом вниз.

— М-мои дети!..

Они подверглись воздействию Очарования. Иштар не успела даже фразу завершить. Подобное ей доводилось видеть множество раз. В ведущем к главному залу коридоре виднелся целый след из обессиленных неподвижных тел, оставленных сереброволосой богиней, каждое из них было Очаровано до беспрекословного подчинения. Женщины и мужчины, разницы не имело. Ни один из последователей Иштар не смог предотвратить проникновение Фреи в своё сердце.

— Знаешь, они довольно милые, Иштар.

— Хьяяяя!..

Оставив упавших стражей за своей спиной, Фрея ступила на лестницу. Иштар уже не могла скрывать ужас, который её охватил. Жалобный вопль сорвался с её губ, и богиня бросилась вглубь тридцать второго этажа.

[[image:/storage/reader-images/29c34836cf775762afcf54b6dc0ab40ce8f2792c.avif]]

— Горит?..

Тихонько прошептала одна из амазонок-воительниц, взглянув на поле боя с Парящих Садов. С первого взрыва прошли считанные секунды, но дым уже надвигался, будто приливная волна. Амазонки уже в окружении, а их дом в осаде.

Каждый крик воительниц внизу колол стоявших в Парящих Садах Бербер, будто кинжал.

— Ч-что нам делать, Айша?..

Молодая амазонка, чьи длинные волосы были переплетены множеством лент дрожащим голосом обратилась к Айше.

— Нам не добраться до Всевышней Иштар… Никому не пробиться наверх.

Айша нахмурилась, остальных Бербер охватывало отчаянье. Собравшиеся на краю садов амазонки ожидали следующих слов своего лидера.

— …считайте, что Пастве Иштар пришёл конец. Лена, выводи отсюда остальных.

Тот факт, что армия Фреи вторглась на их территорию первой, означал безоговорочное поражение.

Заявление Айши попало в точку, Берберы молча склонили головы.

— Остальных… Что будешь делать ты, Айша?

Хвост Лены растрепался ветром, когда она повернула голову к своей любимой командирше.

— Я? Я останусь здесь.

Айша отвела взгляд от девушки и посмотрела на алтарь. Харухиме, уложенная на алтарь, всё ещё была без сознания.

— Мне нужно кое-что закончить.

Сверху донёсся звук столкновения оружия. Берберы посмотрели на крышу главного дворца.

[[image:/storage/reader-images/bebebab1f2aed12f7c54fe935db7700af491d090.avif]]

Звуки всё новых и новых ударов поднимались в тёмно-синее небо. Луна осветила пушистые облачка будто лампа, скрытая за множеством резных занавесок.

Два силуэта сталкивались на козырьках, крышах, внешних стенах дворца, постепенно обращая всё вокруг в куски камня и черепицы. Огромный боевой топор рассёк воздух, его остановил поднятый широкий меч. Целые снопы искр рассыпались от каждого столкновения оружий.

— Гхвах!!!

— НуРАААХ!!!

Дуэль Белла и Фрины проходила в самой высокой точке Белит Бабили. Между их схваткой и небесами не было ничего.

Иштар наполнила высшую точку своей крепости множеством экзотических растений и желобков для воды, включая самый настоящий фонтан. Это место, несомненно, походило на подобающие богине покои. Её личная комната находилась в центре этого пространства, которое могло бы поспорить в размерах с Колизеем. Но сейчас комната богини превратилась в настоящий глаз бури для сражения, бушевавшего вокруг.

Белл смягчил очередной нижний удар секиры и отвёл его в сторону своим широким мечом. После столкновения Белл напряг мускулы, провернулся на месте и направил клинок в грудь амазонки.

Фрина с лёгкостью отбила оружие взмахом своего. Широкий меч Белла вернулся в защитное положение как раз вовремя, чтобы заблокировать её контратаку.

— КЕ-КЕ-КЕ-КЕ-ГЕ-ГЕ-ГЕХ! Танцуй для меня!

Порез на щеке Фрины раскрылся чуть шире, на её губах была безумная улыбка. Амазонка даже не моргала. Неукротимая ярость бежала по её жилам, огромная амазонка бросилась в очередную атаку с радостной кровожадностью в глазах.

— Ну разве оно не прекраааасно!!! Чародейство Харухиме?

Благодаря её магии, Uchide no Kozuchi, Белл смог сразиться с Фриной лицом к лицу. Амазонка была права, повышение уровня Харухиме даровало невероятную силу. Впрочем, и оно было не идеальным. Несмотря на то, что Белл смог сравниться с Фриной в скорости, пусть остальные характеристики и не были в его пользу.

Даже при помощи зачарования, которое просто обязано было стать запретным, Белл не мог превзойти ту стену, которая отделяет его от сильнейших авантюристов. Белл стиснул зубы, отчаянно пытаясь использовать повышенные характеристики, чтобы сдержать натиск одной из сильнейших бойцов Орарио.

— С такой силой Шестой Уровень не значит ничего!!! Даже Кенки перед ней стала бы обычной девчонкооой!

— !

Только быстрые подшаги позволяли Беллу защищаться от атак Фрины. Раздражение амазонки начало прорываться наружу словесной тирадой, но, при этом, она не ослабляла ударов. Её глаза и губы дрожали от каждого произнесённого с пылающей ненавистью слова:

— И эта маленькая куколка самая красивая авантюристка Орарио? ДА ЧЁРТА С ДВА!!!

— !..

— То, как ты дерёшься бесит меня всё больше и больше! Её тень в каждом увороте!

Также, как и Иштар затаила на Фрею злобу, Фрина питала подобную звериную злость на сильнейшую девушку-рыцаря Орарио. Пламя в ней питалось двумя источниками: светлые волосы и золотые глаза девушки, которые привлекали любого человека и любое божество в Орарио, и то, что эта жалкая девчонка заполучила шестой уровень раньше самой Фрины. Неудивительно, что она смогла разглядеть уроки Айз в движениях Белла. Зависть Фрины пожирала амазонку изнутри.

— С этой силой я могла бы втоптать эту БЕЗДЕЛЬНИЦУ В ГРЯЗЬ!!!

Схватившись за секиру обеими руками, Фрина нанесла удар, будто пытаясь сокрушить вместе с Беллом, представленный ей образ Айз.

Парень в последнюю секунду отпрыгнул в сторону, мгновеньем спустя от того места, на котором он стоял, разлетелись в стороны осколки камней. Игнорируя образовавшуюся в полу новую дыру, Белл устремился к своей противнице.

Девушку, которую он почитал, его идола, только что оскорбили. Новое пламя разгорелось в парне и он, крикнув во весь голос, бросился на амазонку с клинком наперевес:

— ВААААААААААААХ!

— Нух!

Неожиданно оживлённое нападение Белла вынудило Фрину впервые перейти в защиту. Она подняла свою секиру, чтобы защититься против украденного парнем оружия, удары которого летели на неё со всех сторон, искры света, окружающие Белла, начали мелькать с разных сторон. Огромный силуэт амазонки задрожал, когда клинки столкнулись в клинче. Белл собрал все свои силы в диагональном разрезе, чтобы принести ей как можно больше боли. В последний момент Фрина успела провернуться и уйти с пути клинка, но её ноги потеряли опору, когда на неё обрушилась новая волна обломков.

— …НЕ ЗАРЫВАЙСЯЯЯЯЯ!!!

— !

Но уже в следующее мгновенье амазонка сбила атаку Белла. Её тело будто обратилось во вспышку света.

Занёсший над головой оружие Белл был раскрыт. Нога амазонки врезалась в рёбра Белла мощным прямым пинком.

— Г-ВАХ!

Несмотря на то, что Белл успел вовремя отклониться, чтобы удар не стал фатальным, он оказался отправлен в полёт к железной решётке-ограждению, окружающей личный садик Иштар. Сила с которой летел Белл пробила ограждение, поскольку полёт парня больше ничего не сдерживало, он начал падать на далёкую землю.

— ГЕ-ГЕ-ГЕ-КЕ-КЕ-КЕХ!

По воздуху разнёсся скрипучий смех. Фрина была готова прыгнуть следом за парнем, чтобы нанести ему последний удар. Но тут её внимание привлёк голос, который успел окрикнуть её до того, как она спрыгнула вниз:

— Ф-Фрина! Всевышняя Иштар в беде, спаси её!

— …ААААА?

Амазонка обернулась и увидела двух Бербер, поднявшихся на крышу по лестнице. Выбившиеся из сил от бега амазонки тут же бросились к ней. Громко фыркнув, Фрина решила их проигнорировать. Повернувшись спиной к амазонкам, она подошла к краю и впервые увидела состояние района удовольствий. Этот взгляд заставил её застыть на месте.

— Что за чертовщина тут творится?..

Поднимающиеся из квартала столпы дыма отразились в глазах амазонки, которой пришлось тут же унять свою ярость.

Фрина наконец заметила, что с её домом случилось нечто очень плохое.

— Вот ты где! Где ты была?

— Следите за словамииии, нахлебницы. А теперь говорите, что это за чертовщина?

— Н-нашу территорию, район удовольствий, атаковали!..

Фрина с беспокойством прислушалась к словам спешивших к ней амазонок.

Все три женщины затихли, ощутив, что на крыше появились новые люди. Они шли с противоположной от сада стороны. Берберы стояли с восточной стороны крыши; другой человек появился с западной. Из-за того, что лунный свет был скрыт облаками, новоприбывший человек был силуэтом во тьме.

— …Выходит, это самая высокая точка дворца.

Огромный силуэт говорил низким мужским голосом.

Он был не меньше, чем на голову выше двухметровой Фрины. Амазонки смотрели как мускулистый мужчина неслышно ступает по разрушенному саду. Тень человека указывала на то, что он принадлежит к зверолюдям.

— Проклятье, будто оно всё неладно!..

— Ха-ХААААААААААААААА!

Фрина наблюдала за движениями мужчины с подозрением. Берберы же, отчаянно бросились на мужчину. Заставила ли их на этой пойти кровь амазонок, текущая в их жилах или отчаянье положения вынудило их, но Берберы устремились к мужчине на полной скорости.

Мужчина спокойно смотрел как на него несутся две вооружённых воительницы, а потом так же спокойно взмахнул правым кулаком.

— …

БАМ!

Удар кулака пришёлся в первую Берберу со взрывной силой, амазонка тут же потеряла сознание и её тело отправилось в полёт. Пробивая кучи камней, будто выпущенное из пушки ядро, тело амазонки не останавливалось, пока не ударилось спиной о фонтан. Даже взгляд Фрины не уследил этим ударом. Она могла лишь стоять и смотреть, как мужчина левой рукой схватил за лицо вторую бежавшую на него Берберу. Будто ястреб, выловивший рыбу из озера. На лице мужчины появилась широкая улыбка, тёмный силуэт поднял амазонку будто меч и ударил ей о пол.

— КАХ…

На полу тут же появился кратер в форме человеческого тела, воздух вышел у амазонки из лёгких, её конечности распластались по земле. Спустя секунду на землю пролились брызги воды. Вода долетела сюда от фонтана, в который влетела первая амазонка и пролилась сверху дождём.

Фрина вскрикнула, когда лунный свет наконец пробился сквозь облака, её глаза чуть не выскочили из орбит, когда она увидела в мужчине зверочеловека-кабана, носившего титул «повелителя битв».

— О-Оттар?!

Короткие, цвета ржавчины волосы и уши как у дикого кабана. Кости твёрже стали и огромная гора мышц.

Он посмотрел на амазонку непоколебимым, бесстрашным и решительным взглядом.

— Фрина Джамиль… последняя.

Монотонный, но мощный голос Оттара достиг ушей Фрины. Пальцы амазонки задрожали, отчасти от восхищения, но куда больше в этой дрожи было больше страха.

— Ч-что ты здесь делаешь?! — её голос задрожал, когда она наконец поняла, насколько серьёзно положение.

Паства Фреи не стала ждать пока Паства Иштар объявит войну, они напали первыми. Капли холодного пота покатились по её толстым щекам. Амазонка прокашлялась.

Это было неизбежно, начиная войну с Паствой Фреи, Пастве Иштар в любом случае предстояла схватка с Оттаром. Поэтому, на этот случай уже был разработан план. Фрина и лучшие из амазонок, чья сила была бы увеличена осколками Убивающего Камня, должны были использовать различные заклинания уменьшения характеристик и проклятья, чтобы ослабить повелителя битв настолько, насколько это возможно. Вступать с этим мужчиной в схватку лицом к лицу всё равно что идти на смерть. У амазонок не было бы ни единого шанса против сражающегося в полную силу Оттара.

Пусть поднятие уровня и дало бы Фрине силы, превосходящие силы Кенки, Айз Валленштайн, эти силы никак не помогли бы ей в схватке с повелителем битв.

У мужчины не было при себе ни брони, ни оружия, он ошеломлял одним своим видом. Лучший из Паствы Фреи. Сильнейший авантюрист Орарио. Единственный человек достигший в Городе Лабиринта седьмого уровня.

Величайший.

Оуджа «Повелитель Битв» Оттар.

— Гах… Гхе… Ге-гих!..

От его подлинной мощи перехватывало дыхание. Фрина с ужасом вцепилась в рукоять своей секиры, её пальцы пропитал пот. Стоять перед ним было всё равно что стоять перед боссом этажа глубинных этажей Подземелья. Фрину охватило ужасающее осознание того факта, что стоит ей повернуться спиной, как всё будет кончено.

Единственным возможным выбором Фрины Джамиль оставалось нападение.

— ГЕХОООООООООООООО!

Взревев во всё горло, она бросилась в бой. Подняв свою огромную секиру, Фрина использовала инерцию, направив удар в плечо Оттара.

— …

Оттар прекрасно знал за что амазонка получила свой титул, «Андроктонус, Убийца Мужчин», тысячи авантюристов-мужчин пали от её оружия. Того самого оружия, которое в этот момент обратилось против него.

Но мужчина всего лишь молча вытянул левую руку.

— ?!

Он остановил атаку, схватив правую руку Фрины вместе с секирой своей левой рукой.

Непробиваемая защита. Стальное лезвие секиры даже не приблизилось к коже мужчины. Каменная хватка Оттара остановила мясистую руку амазонки. Вся сила удара амазонки оказалась поглощена лёгким сгибом локтя мужчины, он не сдвинулся ни на миллиметр. Фрина будто наткнулась на невидимую стену.

Оттар нахмурился и сжал левую руку сильнее. Под хваткой Оттара раздался неприятный треск. Рукоять оружия сломалась, как и большая часть костей в руке амазонки. Её крик пронзил ночной воздух:

— ГЬЯЯЯАААААААААААААААААААААААА!

Фрина отпрянула от боли в тот же момент, когда могучий мужчина выпустил её руку из своей хватки. Клинок огромной секиры с громким стуком упал на каменный пол. Вместе с этим, Оттар зашёл за спину кривящейся от боли Фрины.

Амазонка отчаянно хватал ртом воздух, когда зверочеловек схватил её за предплечье и швырнул на землю. Её округлое тело покатилось по полу через разбросанные тут и там обломки. Поднялось облако пыли, Фрина остановилась, ударившись животом о бортик фонтана.

Завывая от боли Фрина увидела своё отражение в воде. Её бронзовая кожа была покрыта сотнями порезов, большая часть которых кровоточила. Лицо амазонки, к которому она не позволяла прикоснуться никому в этом мире было перепачкано в крови и грязи.

— Моё… Моя прекрасное… МОЁ ПРЕКРАСНОЕ ЛИЦО!

Фрина взвыла в ночное небо, её глаза покраснели от злости. Мокрые чёрные волосы пристали к её коже. Снова придя в ярость, амазонка запустила себя в Оттара. Её целью была глотка зверочеловека. Обе руки, и повреждённая и нет, распахнулись в отчаянной попытке выдавить из зверочеловека жизнь.

— СДОХНИ БОРОВ! СДОХНИИИИИИИИИИИИИИИ!

Каменные плиты крошились под ногами, амазонка безрассудно бросилась вперёд. Оттар отбросил в сторону используя всего лишь левую руку.

— Ты слишком сильно шумишь.

Когда амазонка снова оказалась на полу, Оттар отправил в неё кулак.

— ГЕХЕЕЕ!!!

После, приземления прямо на лицо, Фрина снова оказалась запущена в воздух ударом Оттара. Огромная похожая на лягушку амазонка, просвистев в воздухе и пробив ограду сада, полетела к земле.

От нарастающего гула ветра уши амазонки заболели.

— ГИХЕЕЕЕЁ!..

Приземлившись на плечо, Фрина кубарем прокатилась чуть дальше по саду, окружающему дворец.

Несмотря на падение более, чем с сорокового этажа, Защита авантюристки пятого уровня делала её прочнее, чем большинство монстров подземелья, и позволила ей выжить. Кровь струйкой лилась из сломанного носа амазонки, окрашивая её охотничий наряд в багровые тона. Фрина схватилась за лицо здоровой рукой, слёзы текли по её щекам.

— У-УХЕЕЕЕЕ!

Зверочеловек приземлился следом за ней. Приземляясь, зверочеловек сделал несколько перекатов, чтобы справиться с энергией падения и, наконец остановился, поднявшись на ноги на мостовой за пределами дворцового сада.

Всё ещё сидящая на земле Фрина начала отчаянно пятиться, но в саду они были не одни.

Спереди, сзади, со всех сторон…

Восемь силуэтов. Коточеловек, темный и светлый эльфы и четыре полурослика возникли, будто из ниоткуда.

— Вана Фрея, Хегни и Хедин шестого уровня и даже Братья Гулливеры!..

Любая мысль о сопротивлении испарилась из головы амазонки в тот момент, когда она осознала, что её окружают самые могущественные члены Паствы Фреи. Завершив своё задание по устранению вражеских сил, группа авантюристов снова воссоединилась чтобы уничтожить самого сильного члена Паствы Иштар.

К женщине приближался лишь Оттар, кольцо из его союзников, говорило о том, что амазонке некуда бежать.

— ХЬЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯ! ПОЩАДИТЕ МЕНЯЯЯЯ!

Поддерживая голову рукой, амазонка переводила взгляд с одного противника на другого, умоляя сохранить ей жизнь:

— Разве я вам что-то сделалаааа? Наверняка совершенно ничего, чтобы заслужить такую учаааааассссссть?

— Ты виновна уже в том, что продолжаешь дышать, — коточеловек ответил колкостью, но Фрина его даже не услышала.

— Я-я сделаю что угодно! Что угодно ради того, кто меня пощадит! О-ОЙ! ТОЧНО! Я отплачу вам своим телом! Я буду вашей в любое время, пожалуйста, ОТПУСТИТЕ МЕНЯЯЯЯ!!!

Почти разом авантюристы прыснули от отвращения.

— Нет такой женщины, которая могла бы сравниться со мной в красоте! НИ ОДНОЙ! Даже богини не выдерживают сравнения! А вы сможете мной пользоваться, делать, что вам вздумается! Разве можно отказыватьсяяяяяя!

Все авантюристы уставились на Фрину испепеляющими взглядами, будто пытаясь убить её на расстоянии, но Фрина была слишком занята самовосхвалением, чтобы это заметить.

Лица оказавшихся неподалёку и наблюдавших за происходящим Бербер были пусты, они не выражали никаких эмоций. Оттар опустил голову.

На губах Фрины заиграла зловещая улыбка, и она, наконец, перешла к финальному аккорду своего монолога:

— Даже Фрея рядом со мной выглядит уродиной!

После этих слов Оттар взревел:

— ООООООООООООООООООООООООООООООООО!

Он потерял над собой контроль. Глаза повелителя битв загорелись от высвобожденной ярости багровым светом, будто лампы с магическими камнями:

— Ты посмела очернить имя самой священной из богинь!

Аллен и остальные пришли в такую же злость, вены на их лицах вздулись, а мускулы начали подрагивать.

— Таким как ты положена лишь одна участь.

Громкость голоса Оттара нарастала постепенно, а его союзники скандировали одно слово:

— Смерть, смерть, смерть, смерть!

Лицо Фрины стало мертвенно-бледным. Кольцо авантюристов начало сужаться, медленно, шаг за ужасающим шагом.

[[image:/storage/reader-images/e261b967c73739648a5a00371a61f83d6789e3fe.avif]]

Игнорируя мольбы, восемь тёмных теней нависли над огромной амазонкой.

— ААААААААААААААААААААААААААААААААА!

Пробирающий до дрожи крик воспарил заполненные дымом небеса над районом удовольствий.

[[image:/storage/reader-images/6c22cb2012035eab35c6d8c844999afc02e7b149.avif]]

— …Она не стала меня преследовать?

Белл успешно собрался в падении и благополучно приземлился на крышу среднего, по размерам, отеля неподалёку от дворца. Он посмотрел наверх, на самую высокую башню, удивившись, что за ним никто не бросился в погоню.

Поднявшись, Белл вскинул на изготовку меч, искорки света ещё поднимались от его тела. Но с вершины дворца не показалось ни единого движения, поэтому парень опасливо и осторожно опустил оружие.

Только сейчас он заметил, что его окружает чёрный дым, поднимающийся отовсюду из района удовольствий. Его битва с авантюристкой высшего класса не давала ему времени чтобы увидеть, что всё вокруг охвачено огнём, а остатки магической энергии пропитывают воздух будто статическое электричество. Не стоит и упоминать, что подобная разруха это последнее, что парень ожидал увидеть.

Впрочем, это объясняет, почему Фрина не бросилась его преследовать, ей нужно разобраться с новой угрозой.

Раз так… Подумал про себя Белл, спрыгивая с крыши.

Он решил использовать воцарившийся хаос и замешательство чтобы спасти Харухиме. Оказавшись за пределами дворца, парень взглянул на каменный мост.

Пользуясь преимуществами всей своей силы и скорости, дарованными поднятыми до четвёртого уровня характеристиками, он начал прыгать по оконным козырькам и достаточно сильно выступающим камням облицовки здания. Несмотря на то, что парень слышал звуки проходивших во дворце схваток, он сконцентрировался только на скорейшем достижении каменного мостика.

К моменту его появления в Парящих Садах царила мёртвая тишина.

Раненные Берберы, безмолвно лежавшие на полу, исчезли. Эта тишина приносила нечто зловещее в убранство Парящих Садов. Даже источаемое каменными плитами свечение ослабло и стало тусклым. Невозможно было понять, в то ли дело, что слишком много плит со светочем безумца было уничтожено или в том, что скрытого за облаками лунного света уже было недостаточно, чтобы поддерживать свечение.

Белл сделал несколько шагов по покрытому шрамами полю боя. Повсюду валялись обгоревшие обломки камней, очень много кусков пола пропало. Парень петлял между кучами обломков, пока…

Его взгляд не нашёл Харухиме лежащей в одиночестве, прямо у алтаря.

— …Вот ты и пришёл.

Одинокая амазонка воительница вышла из-за колонны. Её длинные волосы качнулись, когда она появилась перед Беллом.

Харухиме лежала рядом с ней. Девушка-ренарт была прислонена спиной к каменному алтарю.

Айша будто ожидала Белла, зная, что парень вернётся. Белл не сказал ничего, лишь продолжил идти вперёд. Подняв свой побитый широкий меч, парень остановился в нескольких метрах от Айши и Харухиме.

Кончик деревянного клинка Айши был воткнут между камней. Айша стояла рядом, скрестив руки на груди и слушая, что Белл собирается ей сказать.

— Я забираю Харухиме с собой.

В голосе парня не было ни единого признака сомнений. Айша прищурилась и изогнула бровь.

— …Вот так уже лучше.

Лицо мужчины, который был убеждён в своих взглядах, Белл, наконец, стал похож на решительного мужчину, героя.

Айшу это даже обрадовало.

— Но, знаешь ли, я не могу просто сказать «забирай» и отпустить тебя с миром.

Губы амазонки скривились в бесстрашной улыбке, и она положила руки на бёдра. Длинные волосы Айши и её открытая одежда дрогнули, когда девушка приняла боевую стойку.

— Правила Паствы должны быть соблюдены, это в нашей крови… Ты ведь понимаешь, о чём я говорю?

— …

Мощь божественного Благословения, крови, течёт по жилам амазонок. Эта сила так же не позволяет им пренебрегать волей своей богини просто так.

Как бы болезненно это было, сколько бы чужаков не пытались помочь, шансы на успешное освобождение от воли богини в их жилах практически равны нулю. Об этом факте Айша и напомнила Беллу.

Белл об этом знал, ему было нечего добавить.

— Кстати, я ведь пока так и не спрашивала. Почему ты зашёл так далеко? Влюбился в неё?

В голосе Айши отчасти слышался смешок. Она улыбнулась парню, ожидая его следующих слов.

Белл опустил взгляд в землю, но всё равно ответил.

— …Для Мисс Харухиме было слишком больно быть проституткой, поэтому я решил ей помочь.

— …Даже не представляю, как тебе об этом сказать, но она девственница, она и первого своего мужчину ещё не познала.

— А?

Белл несколько раз моргнул, пытаясь понять, всё ли он услышал правильно.

— Ну, понимаешь, она всегда теряет сознание до того, что-то успевает начаться. У этой дурёхи от голых мужчин начинается сильное головокружение.

— …

— Вот, например, была ночь в которую она отключилась, забравшись на посетителя. Убила весь настрой, и парень просто ушёл.

Белл вдруг ощутил, что он понимает, о чём идёт речь. В ночь их первого знакомства произошло ровно то же самое, в тот момент, когда она увидела его мышцы.

— Н-но она мне сказала, что много раз этим занималась… со множеством разных мужчин.

— Может после того, как она отключается ей, снятся всякие шалости. Маленькая развратная лисичка.

Айша покосилась на Харухиме усталым взглядом. Белл тоже посмотрел на девушку, лежащую рядом с алтарём.

— …А может она столько пережила, что уже не может отличить реальность от своих снов.

— !

Её выгнали из дома и насильно увезли с её родины. А потом она была пущена с молотка в город, с которым даже не была знакома. Жизнь Харухиме была наполнена целой чередой трагедий. Её насильно сделали проституткой, раздевали и касались её. На неё всегда оказывалось давление. Она потеряла всё что знала, и в одно мгновенье её окружила только тьма, Харухиме оказалась погружена в отчаянье.

Её жизнь была сущим кошмаром.

Ей было некуда бежать, поэтому можно не удивляться тому, что она забыла разницу между снами и реальностью. И это лишь добавляло причин спасти её из этого кошмара. Забрать её из той жизни, которую она проживала и показать ей мир с другой стороны.

— Знаешь, она очень ценна, пусть и как проститутка совершенно бесполезна.

Тон Айши сменился снова, когда она увидела, как растёт решимость Белла.

— Узнай кто, что она покинула эту Паству, и другие тут же попытались бы её поймать и провести тот же самый ритуал, что и мы. Не так уж и плохо, что она оказалась у нас, а не у каких-нибудь подонков… Проклятье Всевышней Иштар продолжает говорить мне, чтобы я не позволяла ей уйти. Так что, сам знаешь.

Произнося последнее, Айша начала хрустеть костяшками кулаков.

Всё это время в глазах амазонки был всего лишь один вопрос: сможешь ли ты её защитить?

Вырвав меч из земли правой рукой Айша указала им на Белла, с кожи которого всё ещё поднимались светящиеся искры.

— Соберись. Когда мужчина спасает женщину, он должен действовать силой.

По улыбке Айши Белл понял: выбора у него нет.

Как и хотела его противница, Белл схватился за широкий меч обеими руками и принял защитную стойку. Белл и Айша уставились друг на друга, внизу, в районе удовольствий раздавались крики, трещало пламя.

— Минута.

Неожиданно сказала Айша.

— Я не просто присматривала за Харухиме, она была в моей боевой группе. Я знаю как работает её заклинание. Поверь мне, у тебя осталась всего минута.

Она видела, что искры, слетающие с кожи парня, начали гаснуть. Uchide No Kozuchi почти закончил действовать. Светящиеся участки начали гаснуть один за другим. Она это видела и испытывала на себе в Подземелье столько раз, что уже сбилась со счёта. Харухиме вложила практически весь свой Разум в заклинание поднятия уровня, наложенное на Белла, но скоро его эффект сойдёт на нет.

Белл взглянул на оставшиеся на его теле участки света с теплотой.

— Напади сейчас, вырубишь меня и спокойно спасёшь свою девчонку.

Айша кивнула подбородком в сторону Харухиме.

Белл не сводил с Айши взгляда, но держал меч в защитной позиции. Его ноги не продвинулись ни на сантиметр вперёд.

Секунды бежали в тишине.

— Вот же идиот…

Айша высокомерно прищурилась, явно понимая правильность Белла.

Свет, испускаемый телом Белла, угас, их взгляды встретились. Воздух вокруг двух авантюристов начал казаться таким плотным, что даже порывы ветра казались медлительными.

Повреждённая каменная колонна, стоящая за алтарём, громко треснула. Последняя искорка света угасла, и в то же мгновенье от колонны отвалился и тяжело рухнул на пол огромный кусок.

Это стало сигналом. Два авантюриста понеслись друг на друга, в звёздном свете блеснули их клинки.

— Впрочем… такой идиотизм мне даже по душе!

Дерево и металл столкнулись; ухмылка Айши отразилась в лезвии широкого меча.

Глаза Белла, пылающие от решимости, уставились на противницу.

Звуки столкновения клинков проститутки-воительницы и беловолосого парня разносились в ночи.

— А-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА!

Их тела сходились и расходились, оружия сталкивались. Айша, не могла сдержать своего восторга, размахивая оружием и хохоча во всё горло. Постоянные удары и снопы искр заставляли её ощутить радость, которую она не испытывала уже давно.

— Вот! Вот почему я никак не могу насытиться настоящими мужчинами!

Когда клинки в очередной раз сошлись в клинче, Айша наклонилась к Беллу, улыбаясь от уха до уха.

— Высокомерный, неистовый, сильный!..

Тело Белла, его взгляд, его сила… Всё это поглощало амазонку. Восторженный экстаз заставил её тело содрогаться от предвкушения.

— Только настоящий мужчина способен заставить кровь женщины закипеть! — крикнула Айша, поднимая оружие высоко над головой и опуская его с ошеломляющей силой.

Белл отпрыгнул, и, не обращая внимания на полетевшие ему в лицо осколки камней бросился контратаковать.

Амазонка увернулась, но Белл, оттолкнувшись от пола, прыгнул за ней. Бой набрал огромную скорость, они обменивались ударами пробегая по всем Парящим Садам.

Но, в один момент возбуждение Айши достигло такой точки, что она уже не могла выносить жар, охватывающий её тело.

— …Приди, безрассудный завоеватель!

Амазонка начала читать заклинание.

Панические шаги забежали на последнюю лестницу. От женщины слышались быстрые вздохи. Прохладный воздух окутал её покрытое потом тело, отдалённые огни осветили её силуэт в ночи. Вид пылающего района удовольствий оказался у её ног, когда она бежала по обломкам, оставшимся после серьёзной битвы.

— Сколько ещё ты собираешься бегать, Иштар?

— Ф-Фрея?!

Иштар повернула свой наполненный ужасом взгляд и увидела серебряные волосы Фреи, поднимающейся по восточной лестнице прямо за ней.

В тот момент, когда взгляд серебряных глаз богини встретился с взглядом аметистовых глаз Иштар, вся злоба последней испарилась, её заменил ужас.

Её территория превратилась в руины, вся Паства была сокрушена, всё, над созданием чего она работала долгие годы было отнято у неё этой богиней с серебряными волосами. Иштар споткнулась о груду каменных обломков и упала, после чего продолжала бегать по крыше кругами в отчаянной попытке сбежать от ярости Фреи. Сад, который она знала, был обращён в руины столкновением секиры и широкого меча. Иштар бежала к своим личным покоям, последней возможной безопасной зоне на самой верхней точке её дворца.

— …Нет!!!

В её плане оказался серьёзный недостаток.

Путь, который должен был привести её к безопасности лежал не между привычных деревьев и желобков с водой. Часть сада к которой она так стремилась была полностью разрушена. На месте её покоев красовалась груда обломков. Иштар не могла знать, что это дело рук Фрины.

Богиня застыла на месте, её плечи и голова опустились. Тук-тук, тук-тук. Фрея появилась за её спиной.

— Вот и настал конец нашей маленькой игры. Поиграли и хватит.

— ХЬЯЯЯЯЯЯЯ!..

Повернувшись к своей преследовательнице лицом, Иштар попыталась остановить крик, который вырвался из её рта.

Иштар и Фрея оказались лицом к лицу, между ними было не больше десяти шагов.

— Я-я просто хотела немного тебя подразнить, Фрея. Я и понятия не имела что этот паренёк так сильно тебя волнует… Я-я ничего подобного больше никогда не сделаю, клянусь.

Во дворце больше не осталось её последователей. Группа Оттара устранила всех. Поскольку пешек в игре больше не осталось, Иштар решила взмолиться о прощении.

Налетел лёгкий ветерок, раскачавший серебряные пряди волос Фреи, стоящей напротив Иштар с улыбкой на лице.

— Иштар? Твои маленькие выходки до этого момента были смехотворны… Но ты перешла черту. Прощения ты не получишь.

Глаза Фреи не выражали ни единой эмоции, а улыбка на её лице становилась только шире.

— Я сделаю этого мальчика моим.

Нотки ярости мелькнули в её серебряных глазах, но богиня так и продолжила улыбаться.

— Я никогда не прощу женщину, которая попыталась присвоить то, что моё по праву.

Желание Фреи единолично обладать Беллом давно переросло в одержимость. Иштар потеряла дар речи. Она будто смотрела в зеркало. Тот же самый огонь ревности и ненависти, бушевавший в Иштар, виднелся и в одержимости Фреи беловолосым парнем.

Прищурив взгляд, Фрея снова заговорила.

— Вот… и пришёл твой последний час.

Осознание своей судьбы заставило Иштар побледнеть как молоко.

— …Параллельное Чтение?!

Белл не мог не удивиться, когда его уши услышали мелодичный распев заклинания, который невозможно спутать с чем-то другим несмотря на то, что их клинки продолжали сталкиваться.

— Могучий воин, сильный солдат, жадный и несправедливый герой!

Слова были отчётливыми, их наполняла пульсация контролируемой магической энергии, губы амазонки двигались в одном ритме с заклинанием.

Бросаясь в прямое столкновение с Беллом, амазонка отражала его широкий меч своим деревянным и при этом ни разу не замедлила чтение заклинания.

Нападение, движения, уклонения и защита, ничто из её боевого стиля не пострадало от чтения заклинания. Она была подобна Антианэйре, дающей своё представление, танцующей и поющей одновременно. То, что она так идеально освоила Параллельное Чтение означало что Бербера была гораздо сильнее Гиацинта.

— Покажи свою решимость перед троном Императрицы!

…Всё плохо. Разум Белла отчаянно пытался найти решение.

Вынудив свои руки ускориться, Белл усилил давление на Айшу. Несмотря на то, что один из ударов подрезал кончик длинного хвоста амазонки, клинок так и не коснулся её. Парень не мог превзойти её защиту. Длинные ноги Айши удерживали Белла на расстоянии, она снова завела его в центр Парящих Садов. Парень использовал все свои оставшиеся силы, но несколько часов побега и смертельных битв давали о себе знать.

— Утоли жажду моего тела, пронзи и убей его чтобы доказать, что ты достоин!

Что произойдёт?..

С каждым словом заклинания, по лицу Белла начинала бежать новая капля пота.

Он окажется в опасности, если попадёт под удар заклинания Айши. Погружаясь в отчаянье, Белл поднял свой широкий меч и опустил его по широкой дуге, но в последний момент его удар был отражён ногой амазонки. Айша продолжила поворот, подскочила в воздух и ударила той же самой ногой в лицо Белла.

— ГВАХ!

Белл был сбит с ног силой удара.

— Утоли голод моего лицемерного клинка!

Айша завершила заклинание за те считанные секунды, когда ей удалось откинуть Белла подальше.

Белл поднялся на ноги, его глаза впились в противницу. Он никогда не видел её заклинания в действии, поэтому совершенно не знал, что его ожидает. Он начал переносить вес, чтобы попытаться уклониться от атаки, а в следующее мгновение осознал, где именно в Парящих Садах он стоит.

Он оказался в самом центре, прямо за его спиной расположен алтарь, парень стоял перед лежащей без сознания Харухиме.

Если он уклонится от заклинания Айши, Харухиме получит прямой удар.

Он посмотрел Айше в глаза, не веря, что она на самом деле выпустит своё заклинание поняв, что Харухиме окажется на линии огня. Но увидев взгляд амазонки Белл застыл на месте.

Покажи мне, что ты сможешь её защитить.

Белл ощутил эту мысль во взгляде Айши.

Если ты хочешь её забрать, докажи, что тебе это под силу.

Белл видел решимость в её глазах и понял, что ему остаётся сделать.

— !!!

— Аргонавт.

Он начал заряжать свой навык стоя на линии атаки, от которой не мог уклониться. Искры белого света начали кружить вокруг широкого меча, который был вскинут на изготовку перед сильнейшей атакой Айши.

Фрея сделала шаг. Иштар начала пятиться назад по горе обломков, крича во весь голос:

— П-пожалуйста, умоляю тебя!

Глаза Иштар распахнулись, она увидела, как что-то зашевелилось среди оставленных Беллом обломков прямо за спиной сереброволосой Богини Красоты.

Шлёп! Рука вырвалась из-под груды камней. После этого показалось серьёзно раненное лицо некогда красивого молодого человека. Этим молодым человеком был Таммуз. Несмотря на кровотечения ран, оставленных кем-то из боевой группы Оттара, верный слуга был готов помочь своей госпоже в момент нужды.

Вот он, шанс! Иштар умело скрыла радость, распустившуюся в её сердце, и отчаянно начала пытаться выиграть время для своего слуги.

— Фрея, я могу рассказать тебе кое-что интересное!

Таммуз уже почти поднялся на ноги.

— Это дитя, Белл Краннел не подвержен нашему Шарму! Разве тебе не хочется узнать почему?

Тонкие плечи Фреи подскочили от удивления. Таммуз, за её спиной наконец оказался на своих двоих и бесшумно двинулся по обломкам.

— Если это правда, это лишь привлекает меня сильнее. Теперь я хочу его ещё больше.

В глазах Фреи виднелась радость, на какое-то мгновенье она погрузилась в собственные фантазии. Тем временем Таммуз, задержав дыхание бесшумно зашёл богине за спину.

— Впрочем, мне нет никакого смысла расспрашивать о причине тебя.

Фрея сделала ещё один шаг вперёд. Таммуз приблизился на расстояние удара.

Победа! Закричала про себя Иштар, зловещая улыбка появилась на её губах.

В тот момент, когда Руки Таммуза оказались в считанных миллиметрах от шеи Фреи, богиня развернулась, будто ей было прекрасно известно о присутствии слуги Иштар всё это время.

Несчастный последователь Иштар принял на себя удар красоты Фреи в полную силу. И, получив этот удар, Таммуз замер.

Иштар с ужасом наблюдала, как Фрея слегка провела пальцем по щеке её верного последователя и улыбнулась ему.

— А… ааааа!..

Таммуз медленно опустился на колени. Его щёки пылали, Таммуз, раскрыв рот, смотрел на сереброволосую богиню с восхищением в слегка блестящих от слёз глазах. Мужчина, который получил от Иштар больше всего любви оказался Очарован Фреей в мгновение ока.

— Неужели нас нельзя хоть ненадолго оставить в покое.

Закивав как болванчик, Таммуз подскочил на ноги и бросился прочь от двух божеств будто на крыльях.

Время для Иштар остановилось.

Её мужчина был похищен. Это произошло прямо на её глазах.

Этот мужчина клялся ей в вечной верности, он был поглощён её красотой, но Фрея смогла свести на нет эффект её любви. Таммуз был Очарован ей до такой степени, что стал её верным слугой. В нём не должно было остаться столько человечности, чтобы его могло подчинить себе другое Очарование.

Несмотря на это, Фрея смогла его похитить.

Очарование Иштар потерпело поражение. Это стало неоспоримым доказательством того, что красота Фреи превосходила её собственную. Гордость Иштар была уязвлена, точнее, она была разбита на мелкие кусочки.

— …чему.

Шипящий звук, вылетевший изо рта Иштар даже не смог стать словом. Её руки сжались в кулаки; зубы начали скрипеть. Бронзовая кожа богини, роскошные изгибы её тела, каждая черта лица богини содрогалась от гнева и унижения.

— ПОЧЕМУ?! — заорала на Фрею Иштар, начав багроветь от ярости.

Мужчина, ценивший её красоту превыше всего, подчинился Фрее, а не ей.

Всего мгновение назад Иштар увидела, как её Очарование было сведено на нет. Она ничего не смогла бы украсть у Фреи.

Она ведь тоже Богиня Красоты, так почему такое произошло?

Фрея сделала к Иштар ещё один шаг, заставив Иштар снова пятиться.

— Ты и я… ДА В ЧЁМ ЧЕРТ ТЕБЯ ДЕРИ РАЗНИЦА?!

— Сущность.

Чёткий ответ.

— …

Окаменевшая Иштар потеряла дар речи, Фрея смеялась ей в лицо.

— Больше ничего на ум не приходит, разве нет?

Мгновенье тишины.

Практически мгновенно после которого раздался душераздирающий крик одной из богинь:

— УАААААААААААААААААААААААААААААААААААА!

Будто лишившись рассудка, Иштар понеслась на Фрею с яростью раненного зверя.

Герой, представленный для использования Аргонавта, Иссен Доуджи.

Несмотря на свои небольшие размеры легендарный самурай Дальнего Востока сразился с ордой из тысячи огров чтобы защитить маленькую девочку.

Белл закинул широкий меч на плечо собирая силы при помощи образа одного из любимых героев Харухиме.

— ХАААААААААААА!!!

Боевой клич Айши, стоявшей напротив сотрясал воздух, она вонзила свой огромный деревянный меч в каменный пол у своих ног. Прекрасная воительница использовала физические силы своего тела для запуска своего Заклинания.

— Адский Хаос!

Алая взрывная волна появилась из того места, где кончик меча амазонки пронзил камни пола. Магическая энергия наполнила меч воительницы, а потом сорвалась и покатилась к Беллу. Всплеск мощи становился всё больше и больше, напоминая спинной плавник гигантской акулы, которая плыла по каменному морю. Алые волны окутали Парящие Сады, вырывающийся из земли энергетический меч устремился в Белла.

Белл встретил его лицом к лицу, парень сделал шаг и собрав все свои силы вложил их во встречный удар. К моменту столкновения с искрящимся широким мечом поток энергии стал больше в два раза.

Пятисекундный заряд.

Звон колокольчиков Аргонавта уже висел в воздухе, когда Заклинание столкнулось с использованным навыком.

— ГЕХААААААААААААААААААААА!!!

Алая энергия и белый свет взорвались в точке соприкосновения. Красные и белые вспышки озарили Парящие Сады, залитые лунным светом.

…Такого заряда было недостаточно.

И близко не та сила, которая требовалась. Ноги Белла поползли назад под натиском красного клинка.

Жар магической энергии опалил кожу парня. КРАК! На клинке меча начали появляться трещины.

Глаза Белла распахнулись так сильно, как это было возможно, но он не сдавался. Думая о Харухиме, парень стиснул зубы и продолжил пытаться разбить заклинание. Микото вверила ему свою миссию. Он должен сдержать обещание, решимость вела его дальше. И ещё он должен увидеть ту же самую улыбку на лице девушки.

Сила снова влилась в конечности парня. Его дух воспылал. Характеристики на спине будто ожили.

Белл всем своим телом прижимал клинок своего меча к алому клинку заклинания.

— ААААААААААААААААААААААААААААААА!

БУМ! Ослепительная вспышка озарила ночь.

Два потока энергии отбросили друг друга и рассыпались искрами света, распадаясь в ничто.

— Хах, разбил значит?!

Айша негодующе сплюнула, увидев, как её Заклинание развеялось. Впрочем, один из уголков её губ приподнялся в усмешке.

Адский Хаос исчез вместе с энергией Аргонавта. Теперь крышу освещали лишь тусклый лунный свет и блестящий в нём светоч безумцев. Взрыв вызвал дым и порыв ветра, под прикрытием которого беловолосый парень бросился на амазонку.

— !!!

Широкий меч оказался не готов принять энергию Аргонавта, Белл отбросил сломанное оружие, сокращая расстояние.

Вид безоружного противника, несущегося на неё, заставил губы Айши расплыться в полноценной улыбке. Отбросив своё собственное оружие, амазонка бросилась навстречу.

…слишком медленно!!!

Цена Аргонавта.

Использование навыка требует огромное количество физической и ментальной энергии. Разум и мышцы напрягаются до предела, поэтому Белл был далёк от своей лучшей формы.

Айша это заметила. Она тщательно следила за движениями парня, не ускользнуло и от неё какое-то невероятное количество пота, которое текло по его коже. Воспользовавшись возможностью, амазонка подготовилась и закружилась, ударив по парню ногой с разворота.

Удар попал.

— ГЕХ!..

Длинная нога амазонки пришлась прямо в бок Белла, прежде чем парень успел защититься от удара.

Айша почувствовала мощь столкновения, её голова запрокинулась. Рот амазонки раскрылся в широкой улыбке, она ощутила, как её волосы скользнули по крыше.

Но Белл не остановился, получив удар.

[[image:/storage/reader-images/a3ed09221041c154c2ca54079ca73a8195f92de9.avif]]

Наоборот, он использовал эту силу чтобы ускорить себя ещё сильнее. Он даже не пытался защититься. Он сконцентрировался только на ответном ударе. Вся энергия, которая не была поглощена Аргонавтом, энергия, оставшаяся в каждой клетке тела парня, была вложена в этот удар.

Айша беспомощно наблюдала как кулак парня летит прямо в её раскрытый живот.

Рубиновые глаза блестели от решимости, парень вложил всё в этот удар.

— ВААААААААААЙЙЙЙ!

«Клык пустоты» белого кролика.

— ГАХХХ!

Тело Айши содрогнулось от мощи удара, пришедшегося ей в живот. Несмотря на то, что ноги амазонки оторвались от земли, её защиты оказалось достаточно, чтобы она могла выдержать этот удар. Однако… Белл на этом не закончил.

— ВСПЫШКААААААААА!

Прямое попадание.

Удар магической энергии впился в пресс амазонки.

Тело Айши полетело от напора нескольких пылающих выстрелов.

Белл вложил весь оставшийся Разум чтобы извлечь из своего Заклинания максимальную мощь. Удар по телу амазонки с такого близкого расстояния отбросил и его собственное ослабшее тело. Переворот в воздухе, и парень приземлился на левый бок, прокатившись и подняв облако пыли.

Правая рука парня обгорела до угольков, дым поднимался из сжавшегося кулака.

Взрыв молниеносного пламени повредил живот Айши значительно сильнее. Распахнутые от боли глаза скрывались за длинными прядями, губы амазонки в полёте скривились в едва заметной улыбке. Она приземлилась на спину, пролетев в свете луны, будто дымящаяся комета, и осталась неподвижно лежать на земле.

Амазонка потерпела поражение.

— УУУУУУУААААААААААААААААААААААААААААААААА!

Рёв Богини Красоты воспарил в ночное небо.

Неожиданный порыв ветра пробежал по остаткам её личного сада, когда Иштар запустила себя во Фрею, её лицо было искажено от невыносимой ненависти к сереброволосой богине.

Фрея же… спокойно сделала шаг в сторону.

— ?!

Длинные пряди серебряных волос и молочно-белая кожа спины противницы отразились в глазах Иштар. Инерция понесла богиню дальше, будто лодку, пронесённую течением мимо дока.

Иштар с ужасом обнаружила, что за спиной Фреи оказался целый холм обломков, с которого она начала скатываться. Зрачки богини превратились в точки, она начала хвататься за обломки, выступающие на склоне, в отчаянной попытке остановить своё тело. Облако пыли поднялось в воздух, в тот момент, когда богиня остановилась в считанных сантиметрах от края крыши собственного дворца, ограда которого в этом месте была пробита Беллом.

Тук-тук, тук-тук.

— Хьяяяя!

За спиной Иштар послышался отчётливый звук высоких каблуков. Запаниковав, богиня попыталась отпрянуть от края, но ощутила, как рука ударила ей прямо в грудь.

Фрея стояла над Иштар с ледяным блеском в глазах и подталкивала её к краю.

Одна из ног Иштар уже начала сползать вниз. Ничто не отделяло её тело от отвесной стены. Ничто не могло её спасти. Иштар наклонила тело вперёд в отчаянной попытке избежать падения в тёмную бездну, разверзшуюся за её спиной.

— Подо…

Подожди, Фрея.

Эти слова были безжалостно оборваны.

ШЛЁП.

Левая рука Фреи отпечаталась краснотой на щеке Иштар.

— …а.

Немая мольба повисла в воздухе. Качнувшись, Иштар потеряла равновесие и сорвалась с края дворца.

Фрея молча наблюдала, как тело второй богини красоты, сорвавшееся с самой вершины её собственного дворца, постепенно уменьшается, падая вниз. Она наслаждалась каждой секундой падения своей самопровозглашённой соперницы, прежде чем та рухнет на землю. Губы Фреи расплывались в улыбке.

Наконец, ТУК!

Треск костей за которым последовала тишина.

Арканум активируется в тот момент, когда бессмертному телу наносится смертельная рана.

Божественная сила Иштар активировалась, приняв форму света, который был прекраснее чем всё, что можно было бы увидеть в Гекае… нарушая правила божественной игры.

Фрея с довольством следила за происходящим и щёлкнула пальцами в тот момент, когда свет Арканума ударил ей в глаза.

Спустя мгновение множество светящихся шаров устремилось к тому месту, куда упала Иштар. БУМ! Новый, куда более мощный, чем раньше, взрыв, сотряс район удовольствий.

Столп света ударил с ночных небес. На землю опустился мост, который приказывал богине вернуться в Тенкай.

Любое божество, проигравшее в земной игре, не имеет права на возвращение.

Жестокая улыбка не сходила с губ Фреи, наблюдавшей как её соперница встречает конец своей жизни в Гекае:

— Надеюсь это научит тебя не вступать в противостояние с теми, кто сильнее. Впрочем, учиться уже поздно.

Одарив столп света последней улыбкой Фрея повернулась к нему спиной.

Месть свершилась.

[[image:/storage/reader-images/048a3d1adbb9cb82052f5725f7eebc30682d2e00.avif]]

После победы над Айшей, Белл подошёл к Харухиме, он встал на колени и уложил её на свои ноги.

Столп света поднялся в небеса прямо на глазах у парня, взрыв прокатился секундой позже.

— Что это?..

Не может быть, подумал Белл, с трепетом уставившись на божественный свет. Божество отправилось обратно на небеса.

Парень никогда не видел ничего подобных масштабов во всей своей жизни. И не он один ощутил нечто подобное впервые. Остальные жители Орарио также выглядывали в окна и выходили на улицы, заметив огромный столп света.

Лишь песни фей, о которых говорится в сказаниях о героях или рёв мифических монстров, от которого содрогается земля мог бы сравниться с божественным светом, столп которого возник в третьем районе Орарио. Этот момент навсегда останется в памяти любого, кто его увидел.

Дыхание Белла замедлилось, пока он смотрел на столп света, пробивающий облака, тянущийся с самых небесных высот. Этот свет будто бы разом осветил весь мир. Дрожь, которая сопровождала удар столпа света неожиданно прекратилась, будто остановившееся землетрясение. На Гекай опустилось чувство возвышенного спокойствия.

Обхватив Харухиме за плечи, чтобы поддерживать её Белл всё это время сидел молча.

Его мысли унеслись куда-то вдаль. Неожиданно для себя, Белл увидел перед собой знакомое божественное существо.

— …там богиня?

Она стояла на крыше главной башни. Парящие Сады были не такими высокими как главная башня, но Белл явно видел стоявшее на её краю божество.

Даже с такого расстояния идеальные черты богини завораживали. От неё исходило совершенно другое ощущение, чем от Иштар, её красота была сильна. Да, эта красота приносила спокойствие, Белл мог бы смотреть на неё до скончания времён, эта красота была какой-то неестественной. Серебряные волосы развевал ветер, они блестели будто звёзды в ночном небе.

Богиня повернулась к Беллу, потерявшему ощущение времени и не сводившему с неё взгляд лицом. В это мгновение Белл заметил, что богиня ему улыбается.

А ещё он ощутил дрожь!

По спине парня начали стекать ручейки холодного пота. Подобное ощущение он испытывал много раз. Чувство, что на него смотрят, взгляд, который не останавливался ни перед чем.

Парень лишился дара речи, когда его глаза уловили движение губ богини. Несмотря на то, что расслышать её голос Белл был не в силах, суть сказанных богиней слов сотрясла его, будто удар молнии.

Я тебя люблю.

Каждая из неслышных парню букв разнеслась по его мыслям, будто эхо.

…это она.

Белл был уверен. Каждый раз, когда он ощущал на себе пристальный взгляд, за этим взглядом стояла она.

Нервозность заставила парня ощутить стук сердца в ушах, Белл завороженно уставился на существо, которое смотрело на него с вершины дворца… а потом богиня исчезла так же неожиданно, как для него появилась. Будто пробудившись ото сна, Белл вернул себе контроль над дрожащим телом и пришёл в себя.

— Мммм…

Наконец, глаза девушки, лежащей в его объятьях, начали открываться.

Зелёные зрачки Харухиме показались мгновеньем позже, она взглянула на лицо Белла.

— Кранелл-сама?..

Их взгляды встретились.

Девушка медленно пробуждалась. Белл видел, как исчезает сонливость в её глазах, после этого парень перекинул светлые волосы Харухиме через свою правую руку. Игнорируя удивление на лице ренарта, парень прижал её к груди.

Лисьи ушки и хвост Харухиме нервно дёрнулись, а щёки покраснели.

Когда Харухиме прижалась к его телу, руки Белла оказались свободны. Его пальцы потянулись к тонкой шее девушки. Руки Белла схватились за ошейник, всё ещё застёгнутый на шее девушки. КРАК! Схватившись обеими руками за волшебный предмет, парень потянул его в разные стороны. ШЁЛК!

— А…

Осознав, что сейчас произошло, Хархиме осторожно потянулась руками к своей шее.

Чёрное проклятье, которое сковывало её долгие годы наконец было снято.

Глаза девушки скользнули по лицу парня. Один единственный взгляд на окровавленное и израненное лицо и тело парня сказал Харухиме всё, что она хотела знать. Глаза ренарта наполнились слезами и заблестели в лунном свете.

Что нужно говорить в подобные моменты?..

Продолжая поддерживать Харухиме обеими руками, Белл отчаянно думал.

Ему на ум пришли все герои, которых эта девушка любила, Белл отчаянно пытался подобрать правильные слова.

И, наконец…

Он сказал самое простое и самое правильное, что пришло ему на ум:

— Я здесь, чтобы тебя спасти.

Первая слеза начала скатываться по щеке Харухиме, а потом её улыбка засияла, будто прекрасный цветок, распустившийся в утреннем солнце. Отстранённость девушки бесследно исчезла. Наконец на её губах снова появилась настоящая улыбка. При взгляде на эту улыбку, Белл и сам не мог не улыбнуться.

— Спасибо… мой герой.

От этих слов щёки Белла покраснели. Беззаботная, почти ребяческая улыбка показалась на его лице.

Белл разделил мгновенье радости и восторга плачущей, но улыбающейся девушки.

— БЕЛЛ!!!

— Сударь Белл!..

Парень и девушка грелись теплотой друг друга, пока их наконец не нашла Паства Белла.

----------

Эпилог. Пока окутан добротой...

[[image:/storage/reader-images/5881cb5622548170376cfdb2c40f770fbc3b46b0.avif]]

С нападения Паствы Фреи на Паству Иштар прошло два дня.

Город сковало ощущение тревожности и страха. Полное уничтожение Паствы Иштар и Района удовольствий повлияло на огромное количество жителей города-лабиринта: авантюристы, Паствы, торговцы, Гильдия, боги и богини… слишком многие, чтобы перечислять.

— Ну и зачем вы это сделали, Всевышняя Фреяяяяяяяяяяя?!

Завсегдатаи района удовольствий, как смертные, так и божества были разбиты падением Паствы Иштар.

Вид отдельных мужчин и божеств, падающих на колени в руинах какого-нибудь случайного борделя и бьющих кулаками по земле, запомнится множеству других горожан на всю оставшуюся жизнь. Отдельные боги даже, сжав кулаки, устремлялись в направлении верхнего этажа Вавила, жилища сереброволосой Богини Красоты, но их оттаскивали назад смущённые и злые последователи.

Искоренение района удовольствий оставило множество шрамов, несмотря на небольшое количество смертей. После того как главное божество района было повержено, сколько дельцов бы ни открывали свои лавки, сколько ныне свободных проституток ни организовывало бы борделей, пройдут годы, прежде чем третий район Орарио восстановится.

Возможно, Паства Фреи и самая могущественная сила в Орарио, но даже этот факт не позволил ей избежать разборок с Гильдией. Фрея лично была призвана в Пантеон и была вынуждена заплатить астрономическую сумму.

— Ясно, — это было единственное слово Богини Красоты. Сумма была уплачена.

Однако, после отправки Иштар в Тенкай, божества и смертные начали бояться Паству Фреи ещё сильнее. Всего за одну ночь её последователи сокрушили одну из могущественнейших групп Орарио. Впрочем, саму сереброволосую богиню это не слишком беспокоило. Она вернулась в свою комнату на самом верхнем этаже высочайшей башни в городе. Она вернулась на свой трон.

Что же до бывших членов Паствы Иштар, те разбрелись по новому для себя миру, чтобы найти свой путь.

— Ты уверена, Харухиме?

Небо было чистым, в нём не виднелось ни облачка, солнце светило так ярко, что от его света резало глаза.

Харухиме стояла перед Такемиказучи и слушала речь бога:

— Ты можешь отправиться обратно на Дальний Восток, если этого захочешь. Конечно, в своё поместье тебе не вернуться… но богини, вроде Цукиёми, с распростёртыми объятьями примут тебя в нашем святилище.

Взгляд божества был наполнен той же любовной заботой, которую Такемиказучи питал к каждому своему дитя все эти годы. Именно такими Харухиме их и запомнила. Она ощущала теплоту в стоящем со скрещенными на груди руками божестве. Его волосы, как и обычно, были растрёпаны, и по одежде было заметно насколько он беден. Оказавшись с ним лицом к лицу, Харухиме так обрадовалась, что ей хотелось рассмеяться во весь голос.

— Спасибо вам за предложение, Такемиказучи-ками, но я в порядке.

Улыбнувшись, Харухиме положила руку на грудь. Такемиказучи задумчиво почесал пальцем за ухом, а потом улыбнулся девушке в ответ и кивнул:

— Понятно. Ну, раз так, мы снова в каком-то смысле соседи. Приходи в любое время.

— Приду, — сказала Харухиме с той же улыбкой, которую разделили все члены Паствы Такемиказучи, стоявшие за спиной своего божества.

— Эм, Харухиме. Нам нужно столько всего обсудить. Т-так что…

— Конечно, Чигуса-сан. Мы всегда найдём время на разговор.

Слезинка показалась из-за чёлки прячущей глаза девушки. Вечно суровый Оука покачал головой:

— …Прости, Харухиме. Если бы мы знали, что ты страдаешь, мы бы…

— Не вините себя, Оука-сан. Я, Харухиме, переполнена радостью уже от того, что могу со всеми вами снова встретиться.

Девушка обменялась ещё парой слов с остальными членами Паствы и пообещала их навещать. После этого она кивнула и медленно побежала.

Завернув за угол и пройдя врата, Харухиме оказалась перед недавно перестроенным поместьем. Во дворе переговаривалось несколько людей. Юная богиня и её последователи разговаривали с величественной амазонкой.

— Белл Кранелл, даже не думай меня подвести. Ты и без того далеко зашёл, чтобы показать мне чего ты стоишь, поэтому скажу всего одну вещь: я тебе голову снесу, если с этой дурёхой что-то случится.

— Да, мэм!..

— Что же, по правде говоря… увидев такого командира, я начала подумывать и самой к этой Пастве присоединиться.

Айша потянулась рукой к подбородку Белла, но её движение прервал крик богини:

— В-вот только тебя тут не хватало!!!

Подняв обе руки, она бросилась на перехват и физически остановила руку амазонки.

— Ты же сожрёшь Белла! — в отчаянье завопила Гестия.

— Какая ты скучная, — ответила Айша, улыбнувшись во весь рот.

Спустя мгновение группа заметила, что к ним идёт Харухиме.

— Закончила?

— Мисс Харухиме!

Продолжая улыбаться, Айша повернулась к Харухиме, а Белл улыбнулся и помахал девушке. Харухиме улыбнулась в ответ:

— Да, я переговорила с Паствой Такемиказучи… Айша-сама, слова не смогут выразить…

Айша оборвала благодарности Харухиме очередной ухмылкой и взмахом руки:

— Заканчивай с этой сентиментальной болтовнёй, мне это не нравится. К тому же, я сделала только то, что захотела. Не нужно меня благодарить.

После этого девушка-ренарт растерялась. На лице Айши появилось серьёзное выражение:

— Я удостоверюсь, что бывшие командиры Паствы и Берберы не проболтаются. Только нам известен твой секрет, и он никуда не должен уйти. Если собираешься использовать магию… Будь тише воды и ниже травы.

— Айша-сама…

Белл набрался смелости и наконец спросил, что же стало с авантюристкой, с которой ему пришлось сражаться:

— Кстати, я так и не узнал. Что в конце концов случилось с Фриной?..

— Нашла жабу разбитой в саду перед дворцом. Кажется, она через настоящий ад прошла.

Айша усмехнулась и рассказала о том, как сильно Фрина пострадала от рук воителей Фреи, и что она теперь долго ни перед кем не покажется. Сейчас она заперлась в кладовой какого-то отеля и что-то бормочет себе под нос.

— Что же, я пойду искать новую Паству, которая меня примет. Кто знает, кто захочет воспользоваться преимуществом, пока у меня Характеристики запечатаны.

Поскольку Иштар вернулась в Тенкай, эффект её Очарования бесследно исчез. Ощущая эту чистоту, воительница взглянула на голубое небо.

Харухиме не могла понять, какие чувства овладели ей самой. Она всегда была в ужасе от Иштар, всегда была под пятой богини. С другой стороны, если бы Иштар не приняла её к себе, кто знает, что стало бы с девушкой. Разумеется, она вынудила Харухиме стать пленницей и не давала ей сбежать, но также богиня её и защищала. Облегчение, грусть, одиночество — не было простого слова, способного описать эмоции, охватившие её сердце. Харухиме также взглянула в безоблачное голубое небо.

— …В общем, если что-нибудь случится, найди меня. Я не против поделиться советом, если он понадобится.

— …Спасибо вам, Айша-сама! Спасибо вам за всё!

Амазонка развернулась и пошла к воротам, даже не ответив Харухиме. Махнув напоследок рукой, Айша исчезла из вида.

Какое-то время Харухиме смотрела на врата, прежде чем повернуться к Беллу и остальным:

— С настоящего момента… Я Саньйоно Харухиме хотела бы официально присоединиться к Пастве Гестии в качестве полноправного члена…

— Эээх, не нужно таких возвышенных слов. Я и сам тут недолго. Приятно познакомиться. Я Вельф Кротцо, но давай, как-нибудь по именам, без фамилий.

— Лили рада вас приветствовать, сударыня Харухиме. Меня зовут Лилирука Арде.

Человек с красными волосами и девушка полурослик представились.

— Рада с вами познакомиться! — с энтузиазмом ответила Харухиме, взбудораженная знакомством с людьми, которых она раньше не встречала.

Низенькая Гестия гордо выпятила грудь и ответила на слова Харухиме собственным приветствием:

— Кхем… выходит, я последняя. Многое вчера случилось, да и думаю ты уже поняла, я Гестия. Добро пожаловать в семью.

Харухиме низко поклонилась, а когда начала подниматься, заметила, что Гестия подходит к ней впритык.

— Слушай сюда, Ха-ру-хи-ме. Сдаётся мне, что у тебя какие-то опасные чувства к Беллу… Это я его опора, и я не позволю какой-то интриганке плести свои интриги!

— Че… эммм, а?..

— Пожалуйста, перестаньте говорить странные вещи! Это кто ещё опора сударя Белла? Разве Всевышняя Гестия не богиня, которая по уши завязла в долгах и жила только за счёт заработка сударя Белла?

— Э-эй! Тёмные секреты богинь нельзя раскрывать перед новыми рекрутами!

Спор Лили и Гестии начал набирать обороты, они злобно уставились друг на друга, а Вельф тихонько посмеялся и похлопал Харухиме по плечу:

— Ага, не обращай на это внимания.

Белл наблюдал за Гестей и Лили с каплей пота, стекающей по шее.

«И правда, это даже весело», — подумала про себя Харухиме, наблюдая за жаркой перепалкой двух низеньких девушек, едва сдерживая смех.

…Тук. Двери поместья неожиданно распахнулись.

— М-Мисс Микото!

Белл и Вельф озабоченно двинулись навстречу спотыкающейся подруге:

— Эй, а ты уверена, что тебе уже можно ходить?

— Х-ходить я могу. Остались только симптомы истощения разума… А-а ещё я тоже хочу отпраздновать принятие Харухиме-сама в Паству!..

Кто-то озаботился лечением девушки во время битвы во дворце. Когда её нашли, рядом валялась пустая бутыль из-под эликсира. Физически девушка выглядела здоровой, но у неё наблюдалась серьёзная слабость, на самом деле, она проспала почти целые сутки после битвы. Сейчас она двигалась только благодаря силе воли.

Харухиме озабоченно смотрела, как девушка пытается спуститься с лестницы в передний двор.

— Вай! — споткнувшись о собственную ногу, Микото пролетела несколько ступенек и упала прямо на руки Харухиме.

— П-прошу прощения, Харухиме-сама.

— Н-не нужно извиняться.

Белл и остальные увидели, как неожиданное воссоединение превратилось в объятья. Прошло несколько секунд, прежде чем девушки отстранились друг от друга и посмотрели друг другу в глаза. Харухиме нарушила молчание первой:

— Это я должна перед вами извиняться, Микото-сан… Я принесла вам столько боли, столько проблем…

— Х-Харухиме-сама…

Отпрянув от подруги детства, Микото покраснела после извинений девушки-ренарта и нервно задрожала.

Харухиме на мгновение прикрыла глаза. После этого она набралась храбрости, её хвост напрягся, и Харухиме снова решительно посмотрела в глаза Микото:

— Спасибо тебе за спасение… Микото.

Глаза Харухиме поблёскивали от слёз, когда она тихим голосом выразила свою благодарность.

Губы Микото задрожали от вида девушки-ренарта. Пересилив эмоции, она попросила:

— Харухиме-сама, пожалуйста, улыбнитесь.

— А?..

— Я… Как тогда, когда мы были детьми. Я хочу увидеть вашу искреннюю улыбку.

Удивление Харухиме длилось всего мгновение. Харухиме встретилась взглядом своих мокрых от слёз зелёных глаз с взглядом тёмно-фиолетовых глаз Микото, готовой разрыдаться, и улыбнулась своей старой подруге. Слёзы падали с её лица, а обрадованная Микото улыбнулась Харухиме в ответ.

Девушки улыбались друг другу, как когда-то давно у себя на родине, они будто снова стали детьми. Их улыбки встретились впервые за очень долгое время, но эти улыбки были им знакомы.

Обе девушки посмотрели на беловолосого парня, и Харухиме снова сказала ему спасибо:

— …Белл-сама, примите мою искреннюю благодарность.

Плечи Белла вздрогнули, он почти смутился. Парень почесал покрасневшую щёку и со своей обычной беззаботной улыбкой на лице произнёс:

— Начиная с этого дня мы семья. Добро пожаловать домой.

Харухиме прикрыла глаза и всхлипнула.

Начертанное на её спине Благословение Гестии наполняло тело девушки теплотой, оно заставило Харухиме ощутить, будто теплота окутала её мир. Она ощутила поток эмоций, который грозил из неё вырваться, и попыталась собраться:

— Я очень рада что могу назвать вас своей семьёй, Белл-сама… Надеюсь, мы с вами проведём вместе вечность.

Харухиме опустила голову в низком поклоне. Щёки на её лице были розовыми, как лепестки цветущей вишни, когда она наконец поднялась.

— Подожди-ка, Харухиме. Тебе не кажется, что ты очень странно подобрала слова?

— Лили согласна! Что-то определённо прозвучало не так, как нужно.

— Э-это прозвучало странно?

— Будьте с ней помягче, Гестия-ками, Лили-сан.

— Надо бы хоть как-то тему сменить… ну, например, разве сейчас не время для приветственной вечеринки?

— О! Мне нравится ход твоих мыслей, Вельф! Ладненько, самое время хорошенько отпраздновать!

— Даже. Думать. Не. Смейте! У нашей Паствы недостаточно денег, чтобы прямо сейчас вечеринки устраивать!..

— Не будь такой занозой! Белл, тебе ведь тоже кажется, что нам нужно провести вечеринку, правда?

— Определённо нужно, Боженька. В конце концов, это ведь ради Харухиме.

— Сударь Белл!..

— П-правда нужно?

— Конечно Харухиме-сама! А ещё мы позовём Такемиказучи-ками и всех наших друзей с родины!

Радостные голоса окружали девушку, одетую в красное кимоно. Ренарт, которая всегда держалась отстранённо, наконец смогла открыть своё сердце и смеяться вместе с остальными.

Чистое лазурное небо присматривало за вечно юной богиней и её последователями.

Эмблема на главных воротах поместья поблёскивала в солнечном свете, будто по-своему празднуя пополнение в Пастве.

[[image:/storage/reader-images/f409b28e8ebff875a323a11b48a79168ac15d9e7.avif]]

[[image:/storage/reader-images/859ac494bc1b82564cd0219350a631a9c66b7687.avif]]

----------

Послесловие

«Эта история кажется театральной.»

Вот что сказал мне редактор, когда я впервые представила ему свои задумки на седьмую книгу.

Поначалу я понятия не имела о чём он говорит. Однако, когда я взялась за написание и начала воплощать историю на бумаге, я начала понимать что он имел в виду. Эта книга по прежнему о городе-лабиринте Орарио, но здесь раскрывается такая огромная его часть, что я решила придумать целый новый район и добавила новых подробностей. Город, возможно, теперь оставляет другое впечатление от города предыдущих томов.

Слова проститутки, бордели и Район Удовольствий встречаются в этой части истории довольно часто. Идея вывести персонажей из Подземелья и таких изменений возникла когда я начала задумываться, что город, заполненный авантюристами попросту не сможет обойтись без людей подобных профессий. Чем больше я об этом думала, тем больше понимала, что к этой теме обязательно нужно обратиться. Мои руки дрожали когда я записывала первые идеи для книги.

Я верю, что проститутки и бордели принадлежат другим типам фэнтезийных миров. Несмотря на то, что я не вдавалась в подробности в написании истории, я также верю что существуют проститутки, которые продают ночи своей жизни чтобы дожить до завтра, чтобы накопить денег или поддержать своих партнёров ценой собственной боли и мучений. Если подумать, пьесы и спектакли, которые я видела в своей юности очень сильно повлияли на моё отношение. Вид женщин, склонившихся к полу, которые сливаются со своими клиентами в надежде на лучшее будущее заставляет меня им сопереживать и ощущать неприятное волнение, когда их отвергают. Меня вдохновили пьесы, показывающие районы красных фонарей с этой стороны.

Вернёмся к книге, я попыталась лучше проработать "сцены повиновения" для этого тома, отчего их в три раза больше чем в предыдущих книгах. В процессе написания я узнала, что такие сцены имеют огромный простор для написания романтических комедий. Большая часть истории написана про преодоление серьёзных трудностей, но да, мне хотелось бы извиниться за то, что мне не удалось поддерживать серьёзный тон всей книги.

Прежде чем я перейду к выражению благодарностей, как я это делаю обычно, я хочу сделать объявление.

Моя история ляжет в основу аниме, которое выйдет весной 2015 года.

Я ёрзала на стуле от восторга и сжимала кулаки когда впервые об этом услышала. Восторг никуда не ушёл, но ещё я очень сильно нервничаю. Это стало возможным только благодаря фанатам, которые продолжают поддерживать серию "«Неужели искать встречи в подземелье – неправильно?»". Всем, кто прошёл это путешествие вместе со мной с самого начала и до конца я не могу выразить достаточной благодарности. Я хотела бы обратить свою радость в слова для всех вас, но лучше я просто приложу больше усилий, чтобы следующая книга получилась ещё лучше. Я продолжу работать над новеллами, даже в процессе подготовки аниме.

Теперь, когда всё было сказано, я хотела бы выразить благодарности.

Для начала, я поблагодарю своего куратора, господина Котаки и господина Сузухито Ясуду за прекрасные иллюстрации для этой книги. Далее, хотелось бы выразить огромную благодарность моему редактору, господину Китамуре, который вдохновил меня, когда я пришла к немку со словами «Мне не хватит страниц, если я напишу всё, что мне хочется написать», сказав мне в ответ «Просто запиши всю свою историю на бумагу и мы над ней поработаем». Также мне бы хотелось поблагодарить весь персонал, который был вовлечён в производство этого проекта.

Также я хотела бы поблагодарить актёров озвучания, сценаристов и персонал, который работал над созданием аудиокниг, включивших мою историю.

И, наконец, спасибо тебе, читатель.

Думаю, пятая, шестая и седьмая книги были написаны очень быстро (так быстро, что я серьёзно потеряла в весе), поэтому я планирую потратить на восьмую книгу чуть больше времени. Пожалуйста, не переставайте её ждать.

Спасибо вам за то, что дочитали всё до конца.

До следующей встречи!

----------

Послесловие переводчика

Послесловие переводчика

Всем добра, с вами как обычно Kristonel.

Начну с того, что седьмой томик почему-то дался мне не очень легко, впрочем, это можно было заметить по скорости перевода. С другой стороны, очередная яркая героическая история про превозмогания никуда не делась, да и чуток серьёзности пошёл ей только на пользу. Фрея нагоняет жути. Честно.

На самом деле мне хотелось бы высказаться на чуть более привязанную ко времени и локальную тему, имя которой второй сезон аниме. Сейчас, до третьей сюжетной арки он вызвал у меня слишком много разочарования и я хотел бы им поделиться, поэтому если не хотите видеть моего брюзжания переходите сразу к кошелёчкам (ХА). В первую очередь хочется отметить, что несмотря на то, что каждой арке начали уделять гораздо больше времени, сериал очень сильно просел в атмосферности и эмоциональности. Единственным недостатком первого сезона, для меня, было то, что в тринадцать серий запихали пять томов и события летели со скоростью звука. Однако, несмотря на это в первом сезоне нашлось место и для нескольких впечатляющих сражений (бой с минотавром до сих пор запоминается "не фанатам данмачи"), чертовски эмоциональных превозмоганий, было видно, как персонаж "переступает" через себя чтобы что-то сделать и даже паре юморных моментов, хоть и сомнительных. Первый сезон смог отчасти передать эмоции, которые вызывала книга, хоть и в своём сжатом виде.

Про второй сезон анимы такого я сказать не могу. Да, на него выделили больше времени, да, больше не приходится уминать целый том истории в три серии, но, несмотря на это второй сезон растерял абсолютно всё. Сражения попросту никакие, несмотря на то, что Гиацинт два раза мудохает Белла от него не ощущается совершенно никакой угрозы, и побеждается он, судя по сериалу, усилиями левой пятки. Вся жестокость, от избиения Лили по пути к соме, до увечий Микото, по сути, вырезана. Я знаю что у нас тут PG-13 (18+ оно только в рашке), но это выносит развитие и раскрытие персонажей просто напрочь. Да и показывать простите за мой французкий «шлюх» и районы красных фонарей в таких возрастных ограничениях это, мягко говоря, не самая лучшая идея. В общем, сплошное разочарование которое парой последних серий наверняка не исправить. Мне очень нравится история госпожи Омори и поэтому мне бы хотелось чтобы её увидело/о ней узнало гораздо больше людей. Но не в том виде, в котором её показали в аниме. Поэтому, если вы это читаете, мне бы хотелось попросить вас при всех упоминаниях данмачи становиться ненавистными всеми «А КНИГА ЛУЧШЕ» людьми. Не важно, будете ли вы рекомендовать прочесть оригинал/анлейт/другой перевод, просто прошу вас доносить до людей что книга лучше во много раз.

Благодарю за внимание, в очередной раз от меня исходят только жалобы, сорян. Перевод книжек никуда не денется, чтобы следить за ним можете поискать тег #Кристычнапереводе в твиттере, если вдруг нагрянет лицензия или ещё чего. Ну и про новые главы своих проектов по этому хештегу я буду сообщать.

Заходите в группу AkaiYuhiMun team вконтакте, наша команда работает над интересной мангой и книжечками.

В чатике команды, в дискорде довольно лампово, хоть и опасно. Не стесняйтесь заходить, если вам хочется пообщаться или ко мне есть вопросы.

Если вы вдруг ощутили острую потребность избавиться от денег в пользу переводчика данмачи, подписывайтесь сюда: https://www.patreon.com/Kristonel

Или напрямую сюда отправляйте денежку:

Qiwi: +79237177586

WMR: R532697894558

ЯД: 410012644267696

----------

Начальные иллюстрации

[[image:/storage/reader-images/849b842fa9395e02c3b008a4bc9c2f3e529a398a.png]]

[[image:/storage/reader-images/bba4a1478fe41ae82407f29b8c10bb917bc5a5d5.png]]

[[image:/storage/reader-images/1f75f4c7a846331f61939466a3d6150f4afd2de3.png]]

[[image:/storage/reader-images/f67f406917ae75f2a9de4970e8fed728c883a834.png]]

[[image:/storage/reader-images/c2982b324951ba91b705cb7974e7d9a9dd0a72af.png]]

----------

Пролог. Нападение Бога Войны

[[image:/storage/reader-images/707eb9a3e910ff1e47f24ef6c5b433da09262a48.png]]
…Армия Королевства Ракия надвигается.

Такая новость разлетелась по соседним нациям будто лесной пожар.

Закованные в металлическую броню рыцари, ряды бронированных лошадей несутся под ясным голубым небом, поблёскивая остриями копий. Множество торговцев и путешественников видели огромную армию вышедшею за пределы границ своего королевства.

Королевство Ракия.

Монархическое государство, расположенное на западной стороне континента. Считается что около шестисот тысяч людей проживает на его территории. В центре самого большого поселения возведён огромный замок. Ракия обладает огромным количеством плодородных земель и залежами природных богатств, но в этом королевстве проблемы с культурным развитием, оно существует при постоянном военном положении.

Всё в королевстве выстроено согласно пожеланиям короля, и, вместе с этим, согласно воле одного единственного бога.

Арес, Бог Войны. Он восседает на троне Ракии и контролирует все аспекты жизни государства.

Строго говоря, Королевство Ракия гораздо больше похоже на Паству, пусть и раздутую до огромных размеров, поскольку она занимает территорию государства.

Каждый солдат Ракии получил благословение фалны Ареса. А тех людей, которые заняты производством и обеспечением в королевстве можно сравнить с не боевыми членами других Паств. Будучи единственным божеством, Арес был также единственным королём, главой Паствы, за всю историю страны.

Паства, началась с самого Ареса и всего нескольких его последователей и преодолела немало трудностей прежде чем превратиться в могущественную нацию со своей богатой историей.

Из-за любви бога к войне, Королевство Ракия начинало большую часть войн, проходивших в последние века. Наблюдателем из других стран казалось, что все войны континента были так или иначе вызваны воинственностью Ареса.

Выдвинувшаяся из королевства армия насчитывала тридцать тысяч солдат.

В былые времена армия этих земель считалась непобедимой, благодаря магическим мечам, сейчас же, цель этой армии располагалась ещё западнее, на самом краю континента. Город, в котором существует единственное в мире Подземелье, «центр мира», Орарио.

Высокие стены и белая башня, которая, как кажется, способна пронзить небеса уже показались на горизонте. Тяжёлые шаги закованных в броню воинов неотвратимо приближались к городу. Тело солдат покрывает украшенный резными эмблемами латные доспехи, кроваво-красные флаги развеваются в воздухе.

Довольно быстро вышедшая из Ракии армия вторглась в земли, окружающие город.

Армия Ракии уже почти оказалась у самых городских врат, а в самом городе…

***

— Вы глазам своим не поверите! Целый ковёр всего за две тысячи валис! Вы не ослышались, всего две тысячи валис!

— От ремонта брони и оружия, до персональных заказов инвентаря, мы можем сделать всё!

— Эй, кто-нибудь, вступите в мою Паствуууууууууууу?!

— Прошу прощения, эльфийская дева. Как я посмотрю, вы авантюристка. Прошу, примите в подарок это зелье. Будет самой настоящей трагедией, если на вашем прекрасном лице появится хоть один шрам.

— Б-благодарю!..

— Опять Миах цепляет девок, сам того не подозревая!..

— Ну мы же про Миаха говорим, ты другого ждал, что ли?

…Ничего не изменилось.

Ни один житель Орарио нисколько не испугался. Небеса над городом, как и обычно, были чистыми и ясными, несмотря на тучи, надвигающиеся с востока.

Лишь одна мысль в головах жителей города, связанная с нашествием Ракии омрачала обычный будний день:

Ну вот, опять…

Пока горожане продолжали заниматься своими обычными, повседневными делами, за стенами города начали громко отдаваться команды, сигнализируя о начале битвы.

***

Ржание лошадей эхом разнеслось по обширному полю.

Но голоса лошадей почти мгновенно утонули в тысячах одновременных ударов копытами по грязи, всадники бросились в атаку.

Травяные поля раскинулись примерно на тридцать километров к востоку от Орарио. Тысячи красных флагов взметнулись в воздух, когда пошли в атаку и солдаты.

Считается, что рыцари — это цвет битвы. Вооружённые пиками всадники в сияющей броне, чьи лошади также закованы в броню, как и их наездники, сминали траву на своём пути. Наконечники их оружия были направлены вперёд, их бронированные военные машины проносились по полю боя.

Волна серебристых пик неслась по равнине, оружие блестело в солнечных лучах.

От вида такой атаки у солдат противоположной стороны должны были подкоситься колени, однако в этой битве именно у рыцарей сдали нервы, и они первыми задрожали от ужаса.

Лица под шлемами побледнели и покрылись холодным потом.

Глаза воинов округлились от ужаса, от вида одного единственного дворфа, вставшего на их пути. Мышцы дворфа напоминали слой прочной брони. Его плечи покрывал плащ.

Забрало шлема дворфа было опущено на глаза. Огромная боевая секира покоилась на его плече, ожидая вступления в бой.

Дворф перекинул секиру с плеча на руки в тот момент, когда стук копыт стал достаточно громким. Как только всадники оказались от дворфа в десяти метров, он первым нанёс удар.

Держа секиру правой рукой воитель напряг все свои мышцы и бросил всю массу своего тела вперёд.

— Ннннннагх!

Мгновение спустя «Непобедимая кавалерия» оказалась в воздухе.

— ГААААААААХХХХХХХХХ!

Подкинутые в воздух рыцари и их кони улетели куда-то за горизонт. Подобное небывалое зрелище можно было наблюдать по всей равнине.

Слёзы лились из глаз рыцарей, их шлемы и другие части брони разлетались в разные стороны. Что куда хуже, на лицах разлетающихся рыцарей читалось полное понимание того, что так всё и обернётся. Крики боли наполняли воздух, когда рыцари приземлялись на землю, рядом со своими лошадями в окружении кусков поломанной брони.

Следующая волна рыцарей приостановила наступление увидев произошедшее, но идущий следом за вторым ряд вовремя затормозить не успел. Второй и третий ряды рыцарей смешались воцарился настоящий хаос.

Дворф, Гарет Лэндрок из Паствы Локи, наблюдавший как солдаты противоположной стороны смешивают свои ряды устало вздохнул.

— Проклятье, Финн… снова ты на меня авангард скинул.

Ещё два отряда рыцарей появились на поле боя, но они ничему не научились на ошибке своих соотечественников. Гарет даже кричать лишний раз не стал, снимая секиру со своего плеча. Новоприбывшие рыцари бросились в бой, но их ждала та же участь, что и первый отряд. Снова тела людей и лошадей оказались подкинуты в воздух, снова их слёзы заблестели на солнце.

Один из авантюристов высшего ранга Орарио, Гарет Лэндрок.

Поскольку он достиг шестого уровня, знания о его мастерском обращении с секирой разнеслись по всему миру.

С ним в битве сошлись отряды, в которых состояли рыцари первого уровня Королевства Ракия. Уровень капитанов таких отрядов не превышал второго.

Благодаря своему опыту, силе, навыкам и разнице в уровнях Гарет был слишком силён для таких противников.

Рыцари Ракии прекрасно понимали насколько бесполезной была их атака.

…Дни, когда ошеломляющее численное преимущество могло помочь выиграть войну, особенно в сражениях между людьми подошли к концу.

В нынешнюю, Божественную Эру, преобладает правило «качество лучше количества».

Присутствие одного сильного война, обладающего благословением божества может радикально изменить ход любой битвы. Небольшая группа поднявших уровни характеристик людей способна выйти победителями в сражениях с сотнями и даже тысячами вражеских солдат.

Стоит ли говорить, что тот, чьи характеристики доросли до шестого уровня в эти дни сравним с самыми настоящими монстрами, которые терзали этот мир в Древние Времена.

Другими словами, этот дворф, по крайней мере в глазах Рыцарей Ракии, сравним с драконом из ушедших эпох.

Строго говоря, армии, которой недостаёт настоящего героя никогда не убить дракона.

Битва, которая развернулась перед Орарио напоминала битву армии с героями старых сказок: Одинокий дворф раскидывает беспомощных рыцарей, не встречая практически никакого сопротивления. Рыцари попросту не могли продолжать эту битву.

***

— Тионэ, звони в гонг. Вон тот отступающий отряд — это уловка. Окружите их так, чтобы они оказались зажаты между нашими силами.

— Сейчас сделаю!

— А ещё вон за тем холмом… явно притаился отряд магов. Тиона, передай Пастве Ганеша чтобы к ним подкрались незаметно.

— Хорошо, хорошо… Доставка сообщений такой неблагодарный труд.

Со всех уголков поля боя раздавались крики боли, даже вдалеке от демонстрации чудовищной силы Гарета Лэндрока.

Полурослик Финн Деймне, полевой генерал Паствы Локи с копьём в руках смотрел за тем, как разворачивается битва с задних рядов. Он без заминок отдавал приказы своим подчинённым.

Орарио пришлось встречать армию вторжения Ракии в тридцать тысяч солдат на поле боя. Гильдия подготовила особое задание, определённым Паствам, проживающим в городе, было приказано остановить продвижения Ракианцев у городских стен.

Враг обладал огромным численным преимуществом. Поэтому, альянсом сил Орарио было решено выбрать командиром Финна. Как человек, который успешно водит свою Паству в экспедиции на самые нижние этажи Подземелья, полурослик наверняка обладает нужной сноровкой и рассудительностью чтобы справляться с неожиданным появлением сильных монстров, а также, благодаря лидерским навыкам, Финн идеально подходит для командования на поле боя. Даже сейчас, полевой командир Паствы Локи прекрасно предсказывает поведения вражеских армий и направляет битву в нужное русло.

— Генерал, некоторые Паствы не подчиняются приказам… особенно это касается Паствы Фреи.

— Наши силы — это наспех собранная коалиция множества отдельных отрядов, но нам и не нужна идеальная координация. Мне нужно просто направлять наши удары, а они справятся сами по себе. Я очень сомневаюсь, что вольность Паствы Фреи повод для беспокойства.

— Финн, мне доложили, что на востоке появились подкрепления вражеских сил. Что прикажешь?

— Мммм… я больше беспокоюсь о лесе, с северной стороны. Риверия, не могла бы ты взять Айз и наш отряд и отправиться в тот лес? Мне кажется, там засела часть главной армии.

Полурослик повернулся к своей слегка заскучавшей союзнице, высшей эльфийке-магу. Легка лизнув свой правый большой палец, полурослик предположил, что произойдёт дальше и какую тактику выбрал противник.

***

Множество разных Паств, не только Паства Локи, были вовлечены в бои с силами Ракии, сойдясь с армией королевства в сражениях, в разных местах. Авантюристы Орарио быстро разбирались со своими противниками. Будто мифическая многоголовая гидра, отряды авантюристов Орарио, независимо друг от друга терзали единую армию Ракии.

— Как же это скучно…

— Ага, а меня ещё так много дел дома ждёт…

Чуть дальше, за командным постом Финна, боги и богини призванных для боя Паств сидели на холме и смотрели на поле боя.

Тент и стулья были подготовлены для каждого из божеств. Под самым роскошным тентом, на своём обычном троне восседала Фрея. Локи, сидела в своём кресле скрестив ноги, под навесом по соседству. Обе богини наблюдали за односторонней битвой возмущаясь, что она нагоняет на них скуку.

— Их попытки восседать на лошадях не кажутся тебе излишними?

— Детки с высокими характеристиками всё равно двигаются быстрее. Даже не знаю, может они просто пытаются казаться круче, но вся эта мишура только показывает, что их характеристикам ещё расти и расти.

Во взглядах божеств не было даже намёка на напряжение. Они смотрели на эту битву примерно так же, как её видели их последователи.

Вокруг богов и богинь находилось всего по несколько человек из их Паств, для охраны. Флаги Паствразвевались ветром рядом с тентами богов. Флаги Паствы Локи и Паствы Фреи, обеспечивающих наибольшее влияние на поле боя и среди авантюристов были подняты выше остальных. Вид джокера Локи и девы битв Фреи вселял страх в солдат Ракии.

Поскольку солдаты Ракии начали терять волю к битве и их действия начали становиться менее скоординированными и отточенными. Даже в бой они начали бросаться без должного энтузиазма. Присутствие символов двух самых крупных Паств Орарио серьёзно подорвало мораль армии вторжения.

— Кстати, может если бы нас тут не было, они бы чуть живее махали своими штуками… Хааааах! Репутация «лучших» такая заноза в заднице.

— Поздно возмущаться.

Локи отклонилась в своём кресле сложив руки за головой. Фрея, следившая за ней краем глаза, усмехнулась.

— О, кстати… Почему среди сил Ракии никогда не бывает потерь? Как так получается?

— Нам не оставляют выбора, торговцы усиленно просят нас не убивать потенциальных покупателей.

Сильно раздражённая Локи ответила на вопрос одного из богов.

Если взглянуть на поле боя и прислушаться к доносящимся с него крикам и стуку, можно было понять, что авантюристы Орарио пускают в ход тупую сторону своего оружия.

— К тому же мне не хочется, чтобы мои детки пачкали свои руки в этой пародии на «войну».

— Не самая плохая причина.

Локи подавила зевок и богини продолжили обсуждать творящийся на их глазах фарс.

— Арес, идиотина, зачем атаковать противника, который тебе не по зубам. Ты же потеряешь гораздо больше, чем мог бы получить. — пробормотала красноволосая богиня, переводя взгляд от одного очага сражения к другому.

***

— Эй, ты, солдатик! Если согласишься на покупку прямо сейчас, сваренное мастерами Орарио целебное зелье обойдётся тебе всего в тысячу валис!

Раненные солдаты пребывали в лагерь Ракии один за другим, поэтому бизнес процветал.

Множество тентов выстроились ровными рядами. Повсюду слышались крики раненных солдат, лежащих на спинах в тени тентов. В то же время, небоевые члены Паств и божества перебегали от тента к тенту.

Торговые Паствы Орарио не упустили отличную возможность распродать свои товары.

— Разве тебе не больно? Наверняка, боль просто невыносимая? Разве тебе не хочется, прямо сейчас исцелить эту рану?

— Д-да, хочется…

— Отлично! Значит, мы договоримся!

Некоторые божеств Орарио подходили к самым раненным солдатам и улыбаясь трясли выставленными на продажу зельями, прямо перед их лицами.

Эти божества продавали свои товары не только своей армии, но и вражеской. Коммерческому духу этих бодеств не было предела. Стоило таким божествам найти новую возможность для торговли, как они крепко в неё вцеплялись.

— Никто не может сражаться сломанным оружием! Давайте, купите себе новое!

— Я покупаю!

— Бва-ха-ха-ха-ха-хах! Ну как тебе такое нравится, Миах? Мои товары разлетаются как горячие пирожки! Похоже я снова тебя обошёл, что скажешь, Амид?

— Нет, Всевышний Диан Кехт, вам некого обходить, Всевышнего Миаха и его Паствы тут нет.

— Это с какой стати?! Что, испугался силёнками мериться, Миааааааааааааааааааааааааах?!

Оружие, броня и даже магические мечи быстро меняли владельцев.

Наступающей армии просто требовались припасы, а тот факт, что со стороны Орарио не было получено никаких повреждений мог означать только то, что необходимость в припасах была ошеломляющей. Авантюристы Орарио полностью уничтожили линии снабжения наступающей армии, и это означало что у солдат не было выбора, они были обязаны покупать припасы. Офицеры не могли пойти против воли своего бога, Ареса и лишь со слезами в глазах наблюдали как таят накопленные ими богатства.

— Тц, настоящих мужиков нигде не видно… Похоже все годные стали офицерами.

— Айша, тут какой-то здоровенный рыцарь в паре рядов справа! Время развлекаться!

— П-подожди, Самира! Я уже бегу!

Несколько проституток бывшего Района Удовольствий также наведались в лагерь. Несмотря на то, что они больше не принадлежали ни одной Пастве «свободные» красотки пришли вести свои дела. Они обслуживали некоторых воителей, но как только в лапах устрашающих амазонок оказывался подходящий под их стандарты рыцарь, он немедленно оказывался «поглощён». Довольно часто стоны удовольствия прорывались сквозь крики боли и отчаянья.

Поскольку некому было проверять происходящее, лагерь армии вторжения Ракии в Орарио превратился в площадку для реализации экономических амбиций жителей города и божеств.

***

—Д-донесение с передних рядов. Батальоны с первого по пятый были полностью уничтожены, а наш авангард теснят по всем направлениям. Враги предсказывают каждый наш шаг, все операции проходят неудачно…

— Будь они проклятыыыыы!!!

…Сидящее под тентом в глубоком тылу войск Ракии гневно сжало кулаки.

Золотые волосы плотные, как львиная грива и блестящая красная броня. Мускулы и правильные черты божества могли бы поспорить с чертами Богинь Красоты в мужском обличии.

Этот бог разжёг войну, он был истинным главой Королевства Ракии и своей Паствы: Арес.

Стиснув зубы, бог слушал донесение, на его мужественном лице возникла мрачность.

— Наш передовой лагерь заполонили жадные ублюдки из Орарио! Наши солдаты, соблазнённые проститутками, теряют боевой дух… Мораль и без того была низкой!

— Орарио!.. Какая подло использовать такие низкие способы победы!!!

Лицо Ареса покраснело так сильно, что стало напоминать цветом его броню. Если бы это увидела Локи, она бы быстро добила бога чем-то, вроде: «Думаешь мы такие штуки продумываем, пустоголовый?». Впрочем, от этой мысли ярость Ареса разгорелась только сильнее.

Сам бог называл свои желания врождённым желанием воевать, в то время как другие считали его тягу к войне простым безрассудством.

Другие божества описывали фразой «мышцы вместо мозгов». Стоявший неподалёку от бога молодой человек посмотрел на разъярённого Ареса обречённым взглядом и тяжело вздохнул. Его плечи опали, и он покачал головой из стороны в сторону.

Итак, терпящую поражение армию возглавлял бог военного искусства, также известный как Бог Войны: Арес.

Пусть он и был богом войны, не в его силах контролировать победы и поражения.

В тенте командования повисло напряжение, все главные офицеры притихли. Лишь снаружи доносились яростные крики Ареса.

***

— Ты уверен, что не хочешь провернуть какой-нибудь хитрый план?

А пока бог войны кричал от бессильной ярости…

Ветер развевал белый плащ стоящей на городской стене, вдали от сражения молодой девушки по имени Асфи, задавшей своему богу, главе Паствы Гермеса вопрос.

Её бог стоял, опершись на бойницу высотой по грудь и смотрел на столп дыма, скорей всего вызванной взрывом заклинания где-то вдалеке. Отвечая, он даже не двинулся с места.

— Даже если бы я нашёл способ представить Белла Аресу…

Налетевший ветерок растрепал оранжевые волосы божества, его обычная улыбка была едва заметна. Бог положил руку на свою походную шляпу, чтобы она не слетела с его головы.

— Не могу сказать, что подобное знакомство нисколько меня бы не развлекло… но я слегка побаиваюсь реакции Всевышней Фреи, по понятным причинам.

— …От неё или её Паствы были какие-нибудь попытки связаться с нами?

— Нет, никаких. Но это как раз самое страшное. Её молчание намекает, что следующего раза она не потерпит.

Безумие после произошедшего в Районе Удовольствий только начало стихать. Однако, это вовсе не означало что Гермес мог снова творить всё что ему вздумается для собственного развлечения. Бог притих и повернулся к своей спутнице.

— Истребление целой Паствы не было таким уж забавным. — сказала злобно взглянувшая на своего бога Асфи.

— Знаю. — сконфуженно ухмыльнувшись ответил Гермес. — Я потянул за ниточки в Гильдии чтобы убедиться, что в двери Гестии не постучат с заданием по отражению этой армии. Те детки попадают из одних неприятностей в другие; сейчас им будет лучше немного отдохнуть и расслабиться.

Опершись спиной на стену, Гермес посмотрел в чистое голубое небо.

***

— К-Кенки?!

— Это же Принцесса Меча!!!

— БЕЖИИИИИИИИИИИИИИИИИИИИИИИМ!!!

В то же время на северной окраине равнины поля боя. Девушка рыцарь свалилась на сидевший в засаде по краю леса небольшой отряд. Один лишь вид девушки рыцаря заставил сидящих в засаде удирать.

Командир отряда начал громко отдавать команды, пытаясь ободрить своих людей, но всё было тщетно. Пехотинцы побросали своё оружие и бросились в глубины леса так быстро, как их могли нести их ноги.

— Разве могло быть по-другому.

— Чтоб тебя, Айз, мы же сказали тебе держаться позади. Теперь нам придётся бегать, чтобы их окружить. Гаххххх…

— …

У принявшей боевую стойку Айз опали плечи, как только она услышала голоса Риверии и Бете за спиной.

Златоглазая и златоволосая девушка очень сильно выделялась и её было очень легко отличить от других воительниц даже в масштабах огромной битвы. Солдаты Ракии боялись девушки не меньше, чем какого-нибудь главаря этажа в Подземелье. Айз смотрела как их спины исчезают в лесах, не выражая никаких эмоций, но, на самом деле, она ощущала лёгкую грусть.

— Теперь не стой столбом. В погоню. Нельзя допустить чтобы пострадали окружающие деревни.

— …Хорошо.

— Разберёмся с этими неудачниками и побыстрее вернёмся в Орарио. Всё это сражение пустая трата времени.

Риверия и Бете повели остальных членов Паствы Локи в преследование, по лесу. Айз присоединилась к погоне за разбегающимися между деревьев в ужасе солдатами.

Расположенная на юго-западе от этого места пронзающая небеса огромная белая башня стояла так же крепко, как и в любой другой день.

***

Атака сил Ракии была названа «Шестым Вторжением В Орарио».

Жизнь обычных горожан Города-Лабиринта была в точности такой же, как и в любой другой день несмотря на эту войну. Лишь несколько мелких, почти незаметных историй случилось между божествами и их последователями.

----------

Любовная песнь Богу Боевых Искусств

[[image:/storage/reader-images/a825620247489049165703572e1b4b0cda524de2.png]]
— Вот ты где, Микото.

Она видела сон.

Она сидела на корнях ветвистого дерева, а прохладный воздух обдувал её кожу.

Её молодое воплощение прижимало колени к груди в тени дерева. Вот как девушка поняла, что происходящее было не сном, а воспоминанием.

— Что случилось? Проголодалась?

Молодая Микото уткнулась в колени лицом. Она даже не подняла взгляд даже когда Такемиказучи, выглядящий в точности также, как и в наши дни, всё с теми же прядями волос, обрамляющими лицо, её позвал.

Сейчас они в родном городе Микото, на Дальнем Востоке, за святилищем в котором проживают сироты. Их голоса уносят порывы ветра.

— …Такемиказучи-ками.

Голос маленькой девочки из-за коленей слышался приглушенным; она так и не подняла взгляд.

Такемиказучи склонился к девочке, терпеливо ожидая, когда она заговорит снова.

— Почему у меня нет мамочки или папочки?..

Потому что я сирота.

Сейчас Микото могла без запинки ответить на этот вопрос.

Бедствия, болезни и монстры.

Дети Дальнего Востока очень часто теряют своих родителей и остаются сами по себе. На самом деле, Микото очень повезло, поскольку её приняли в святилище, в котором проживали боги, вроде Такемиказучи.

…Боги даже водили её на оживлённый городской фестиваль.

…Впрочем, вероятно это был не фестиваль, а самый обычный крупный торговый порт.

Она в кругу друзей, вроде Оуки и Чигусы, её окружают боги и богини, но Микото всегда обращала внимание на родителей, которые играют со своими детьми. Эти картины вызвали у неё чувство опустошения, которое она не могла выносить.

— …Мать и отец, которые дали тебе жизнь, Микото, оставили тебя на наше попечение и отправились в долгое путешествие.

— Я когда-нибудь… увижу их снова?..

— Что же… они могут не вернуться в этот мир на твоём веку.

Могут пройти десятки, даже сотни лет, прежде чем души её родителей переродятся.

Микото была слишком молода чтобы понять значение слов Такемиказучи в то время. Из слов божества ей было понятно только то, что она никогда больше не увидит своих родителей. Девочка прижала ноги к своему телу сильнее.

— Тебе одиноко?

Микото не могла ни кивнуть, ни помотать головой.

Она лишь сильнее сжала свои ноги, пальцы её рук погрузились глубже в кожу, будто она отчаянно пыталась удержать что-то, что грозило выплеснуться из неё в любую секунду.

Такемиказучи сел рядом с девочкой на колени, когда её тело начало дрожать.

Неожиданно он поднял девочку на руки, будто она была лёгкой, как пёрышко.

Микото подняла взгляд, удивившись неожиданному солнечному свету начавшему пробиваться сквозь её руки. После этого она посмотрела на держащее её божество.

— Микото, стань моей дочерью.

Улыбающееся лицо Такемиказучи отразилось в наполненных слезами глазах девушки.

— А?..

— Однажды я передам тебе свою Фалну. И в тот день, в который это случится мы разделим кровавые узы, как настоящая семья… Паства.

— Семья… Паства.

Его слова не были пустыми, они отогрели наполненную болью душу девочки.

Всё потому, что девочка смогла увидеть в глазах Такемиказучи ту нежность, с которой родитель смотрит на своего ребёнка. Бог продолжал держать её над головой будто гордый отец свою дочь.

— Боль обитает в духе, а дух располагается в теле, так я считаю. Поэтому я обучу тебя такому количеству боевых искусств, что твоему телу и духу некогда будет ощущать одиночество. Расслабься, Микото и будь к этому готова. — сказал Такемиказучи поражённой молодой Микото. Потом он улыбнулся с детской наивностью. — Микото, чем бы ты хотела заняться со своей мамой и папой?

Бог попросил Микото говорить искренне, всё с той же нежностью в глазах.

— Я.. я хотела бы прокатиться на Папе.

— Сейчас устроим. Что-нибудь ещё?

— Спать рядом ночью на футоне, чтобы мне не было одиноко.

— Хорошо, сегодня будем спать вместе. И ещё что-нибудь?

— Я хочу съесть конпейтоу, те сладости, которые мы видели в городе!

— Л-ладно. С этим я как-нибудь разберусь.

Искреннее желание первоклассных разноцветных сладостей заставило Такемиказучи улыбнуться.

Несмотря на то, что святилище было невероятно бедным, Такемиказучи отвёл её, Оуку, Чигусу и ещё несколько детей в город и исполнил своё обещание всего через несколько дней.

Ребёнок и божество, одетые практически в лохмотья обменялись улыбками, наполненными симпатией и нежностью.

— Впрочем, ничего страшного если ты захочешь вступить в Паству Цукиёми и не захочешь быть в моей…

— Я хочу быть вашей, Всевышний Такемиказучи!!!

Маленькая Микото громко прервала фразу своего божества.

Её щёчки порозовели, а взгляд тёмно-фиолетовых глаз был направлен только на божество.

— …Хорошо.

Такемиказучи несколько раз удивлённо моргнул, а потом улыбнулся девочке.

Он поставил Микото на землю и растрепал ей волосы.

Девочка потёрла пальцами глаза. Последняя слезинка скатывалась по её щеке.

Она забралась на спину бога, и вдвоём они пошли к Оуке, Чигусе и остальным детям, отправившимся на её поиски. Бог и девочка улыбнулись идущим им навстречу друзьям.

В тот день Такемиказучи стал ей отцом и Микото окружила любовь.

В какой-то момент её любовь к Такемиказучи переросла в нечто новое.

***

[[image:/storage/reader-images/9606a829445f8b0d879c69f1b6896bd0bc476e76.jpg]]
***

— …

Микото медленно открыла глаза.

Мягкие лучи света пробивались в окно, чириканье птиц снаружи давало понять, что ночь подошла к концу.

Девушка уставилась на потолок, ощущая лёгкое чувство ностальгии из-за своего сна. Вскоре она заметила, что её губы сами собой расплылись в улыбке.

Всё больше воспоминания проникало в разум девушки, она начала подниматься с футона.

До её ушей донеслось тихое посапывание.

Посмотрев в сторону Микото увидела девушку-ренарта, Харухиме, спящую на спине на футоне рядом.

Губы Микото снова расплылись в лёгкой улыбке. События, связанные с Паствой Иштар, стали целым набором испытаний и злоключений, но, благодаря этим событием девушка снова со своей подругой детства с Дальнего Востока. Осторожно, чтобы не разбудить Харухиме, Микото пробежалась пальцами по золотым локонам спящей девушки и легонько прикоснулась к лисьим ушкам.

Они были в одной из комнат дома Паствы Гестии, Поместье Домашнего Очага.

Микото и Харухиме вступили в Паству благодаря ритуалу Обращения и поселились в комнате, на третьем этаже.

В этой комнате не было кроватей, предметы обихода Дальнего Востока смешивались со стилем и дизайном континента. Открытая раздвижная дверь, распахнутый гардероб в уголке, заполненный множеством разноцветных кимоно и боевой одежды в стиле Дальнего Востока.

Оставив свой сон позади Микото перестала думать о святилище, которое когда-то называла своим домом и перевела своё внимание на нынешнее место своего проживания.

Она бросила ещё один взгляд на спящее лицо девушки, с которой ей повезло снова встретиться после долгих лет разлуки и посмотрела в окно, свет за которым становился ярче с каждым мгновением.

— …Настал новый день!

Девушка потянулась в раннем утреннем свете.

***

[[image:/storage/reader-images/4cc1ee811dab7cbfdd24398970fa1b1a8b51c683.jpg]]
***

— Харухиме-доно, не могли бы вы подготовить стол?

— Д-да, конечно!

Пробуждающий аппетит аромат разносился по столовой поместья.

Микото с завязанными в хвост длинными чёрными волосами и накинутым поверх одежды фартуком работала на кухне, за дверью. Пока несколько рыб готовилось на открытом огне, девушка помешивала содержимое котла деревянной ложкой.

Стук и звон тарелок и стаканов по столу смешался с торопливыми шагами Харухиме, семенящей между кухней и столовой с едой и приборами в руках.

— Харухиме-доно, не нужно так напрягаться…

— Нет, нет. Меня приняли в эту Паству. Пожалуйста, позвольте мне отплатить за это хоть так, Микото-сан.

Харухиме была одета в наряд горничной, а не в своё обычное кимоно.

Лили хотела подыскать какую-нибудь домработницу и Харухиме охотно вызвалась на эту роль: «Прошу вас возложить на меня какие-нибудь обязанности!», заявила девушка-ренарт, оказавшись в Пастве.

Поскольку девушка была рождена в благородной семье и провела пять лет в борделе, она практически не представляла как проводить уборку или прислуживать другим людям. Но она проявила сильное рвение к обучению и сейчас, одетая её золотой хвост радостно метался из стороны в сторону. Микото тоже была рада тому, что Харухиме ей помогает.

Альянс Орарио и силы Королевства Ракии сошлись в битве в этот самый момент.

Паству Гестии не призвали на линию фронта, поскольку в ней было слишком мало членов для участия. Поэтому сегодня их ждал такой же мирный день, как и все остальные.

— Ого, как вкусно пахнет…

— Сегодня же очередь Микото? Вот поэтому готовка и хороша.

— Белл-сан, Гестия-ками, доброе утро.

Микото попробовала суп и поздоровалась с беловолосым парнем и богиней, головы которых торчали в дверном проёме.

Члены Паствы Гестии готовят еду по очереди. Если не случается каких-то неожиданностей, двое или трое людей, включая богиню, помогают готовить столовую к принятию пищи.

Запечённое или жаренное на открытом огне мясо, «еда настоящих мужиков», коронные блюда Вельфа. Лили предпочитает готовить, пытаясь сэкономить на всём, на чём только можно. В готовке каждого из членов Паствы можно найти какие-то черты их характеров, но только когда у плиты стоит Микото вся Паства сходится на том, что еда получается вкусной.

Она развивала свои навыки готовки с самых молодых лет вместе с Чигусой и остальными девушками из святилища, где приходилось любые попавшие под руку ингридиенты превращать во что-то вкусное. Серьёзность и полученные навыки позволяли Микото создавать блюда, которые даже Гестии, одержимой воздушной картошкой, не могли не понравиться.

— Эм, Микото, то коричневое варево в кастрюле… что это?

— Это называется суп мисо.

Белл заглянул в кастрюли и задал вопрос, на который Микото с радостью ответила.

Традиционный суп её родных земель, который сочетает наваристый рыбный бульон и специю, называемую мисо. Обычно Микото готовит еду используя хлеб и ингредиенты, которые можно легко найти в Орарио, и которые нравятся её товарищам. Но в этот раз девушка подумала, что было бы неплохо сделать впервые за долгое время суп мисо, когда обнаружила нужную специю в одной из лавок несколько дней назад.

Микото рассказала, что это особое блюдо с её родины, вкус, на котором она росла. После этого девушка дала каждому по ложке таинственного «коричневого варева». Белл и Гестия переглянулись, вкус их приятно удивил.

— Вкус какой-то… не знаю как назвать, расслабляющий.

— Ну да, едва ли это плохо. Дети твоей родины называют подобное едой для души?

Микото не могла не обрадоваться, когда увидела, насколько вкус пришёлся по душе её друзьям.

Белл и Гестия улыбнулись, начав осыпать девушку комплиментами.

— Микото, ты очень хорошо готовишь.

— Ага, повезёт тому парню, которому ты станешь невестой.

После слов Гестии, Микото медленно побледнела, как лист бумаги.

— Н-не-невестой?!

Мертвенная бледность почти мгновенно сменилась густой краснотой, и девушка начала мотать руками, будто пыталась всё наотрез отрицать.

— Д-да что вы такое говорите, Гестия-ками?! Я слишком незрелая, чтобы даже думать о том, чтобы стать невестой… Аха-ха-ха-ха-ха-ха!

— Микото, нож! Нож!

— Опасно же!

Багровая от смущения и смеющаяся Микото напрочь забыла об остром предмете в руке, когда начала ей размахивать после слов Гестии.

Гестия и Белл испуганно и отчаянно попытались защититься от неосознанных атак девушки.

***

Утреннее возбуждение и завтрак подошли к концу.

Гестия ушла на свою работу, а остальные прибрались в столовой. Микото убрала последнее блюдо и присоединилась к своим товарищам, уже собравшимся в гостиной.

— Вот, пожалуйста… — руки Харухиме заметно дрожали, когда она медленно поставила чашку чая перед Беллом. Парень натянуто улыбнулся и устроился поудобнее за столом, начав утреннее собрание.

— Сегодня Лили хотела бы обсудить, стоит ли брать с нами в Подземелье Сударыню Харухиме…

Лили взяла главенство над процессом и все взгляды устремились к ренарту, сидящей рядом с Микото.

Всё ещё одетая в наряд горничной Харухиме нервно обхватила себя своим пушистым хвостом.

— Если говорить честно, Лили хотела бы чтобы она пошла с нами при любых условиях. Наверное, не стоит объяснять, насколько сильнее нас сделает её Заклинание.

— Но Лили-сан, мы ведь не можем позволить другим людям увидеть эффект заклинания Харухиме-доно…

— Разумеется. И, всё же, присутствие сударыни Харухиме будет очень полезно для нашей группы. Все мы будем в большей безопасности. Лили предлагает предпринять все необходимые меры для сокрытия заклинания сударыни Харухиме и брать её с собой в Подземелье.

Заклинание Харухиме, Учиде но Козучи мгновенно поднимает уровень цели.

Несмотря на то, что она не может сама становится целью своего заклинания, способность увеличивать уровень другого авантюриста на определённое время очень редкое явление. Это чародейство ренартов чуть не стоило девушке жизни, когда она стала центральной частью плана Паствы Иштар. Если о её магии пойдут слухи, почти наверняка множество групп попытаются заполучить Харухиме чтобы исполнить свои тёмные пожелания.

Впрочем, драгоценность, которая никогда не выносится в свет обречена собирать пыль в какой-нибудь коллекции. Примерно так прозвучал аргумент Лили. До тех пор, пока их группа будет осторожна, пользу, которую может принести Харухиме упускать нельзя. Мнение Лили обладало значительным весом, поскольку она уже успела зарекомендовать себя «мозгом» Паствы.

Остальные выслушали аргументы Лили и Микото, Белл не решился принять чью-то сторону, а Вельф почти сразу обратился к Харухиме напрямую.

— Что ты делала, когда была с Иштар? Тебя когда-нибудь брали в Подземелье?

— Я часто бывала в боевых группах и оказывалась глубинных этажах Подземелья. Но меня всегда заставляли сидеть в ящике или оставляли в плотном оцеплении во время боёв…

— …

— Я никогда не сражалась с монстрами.

За исключением Магии, характеристики на спине Харухиме были даже ниже, чем у помощницы группы, Лили. Поскольку она никогда не сражалась самостоятельно, Харухиме не сможет справиться с опасностью, даже в момент крайней нужды. Ни у кого не осталось сомнений, что девушку придётся защищать во время сражений.

Харухиме не могла ничего сказать в свою защиту и уставилась в стол. Вельф и Лили посмотрели на ренарта с жалостью.

— …Ну так, что решаем? Оставим её караулить нашу базу, пока нас нет?

Вельф предложил оставить Харухиме в поместье, как самую настоящую горничную.

Микото почти рефлекторно перевела взгляд на Белла.

Парень был лидером, пусть и не без изъянов к тому же, Микото хотела узнать мысли парня, который рискнул всем ради спасения её подруги.

— …Я обещал Айше. Я не знаю, какое решение сейчас лучше принять, но возьмём мы Харухиме в Подземелье или нет… я буду… её защищать.

Белл начал краснеть, когда завершал фразу, но он прояснил свою позицию.

Харухиме тоже слегка порозовела, когда Белл закончил говорить. Лили, впрочем, нисколько этому не удивилась. Что же до Микото, выражение на её лице начало становиться светлее с каждым мгновением.

Беловолосый парень не мог ни на кого посмотреть, его взгляд метался между полом и потолком. Вельф ухмыльнулся и по-братски похлопал парня по спине. После этого все взгляды снова остановились на Харухиме.

Похоже, последнее слово оставалось за ней.

— …Я буду вас сопровождать. Я, Харухиме, стану активом боевой группы.

Несколько мгновений прошло в напряжённом молчании, прежде чем девушка заговорила и сказала, чего она желает.

Она посмотрела на Микото и Белла, от взгляда её зелёных глаз веяло решимостью.

— П-потому что я… член этой Паствы.

Её взгляд снова вернулся на стол и уверенность покинула голос девушки.

Белл, Вельф и Лили переглянулись и улыбнулись, прежде чем снова посмотреть на девушку-ренарта, беспокойно сидящую за столом гостиной. Её золотой хвост никак не унимался, а щёки покраснели чуть сильнее, чем раньше. Даже Микото с улыбкой до ушей ничего не сказала против.

Боевая группа из пяти человек.

Харухиме Санджоуно присоединилась к группе в качестве помощницы и чародейки.

***

[[image:/storage/reader-images/9783a2d9317b6619323acd59469a85573446759b.jpg]]
***

Пронзающий тьму рёв монстров царствовал в пещерах глубоко под землёй.

Пепельные скалы и булыжники образовывали стены. Несколько летучих мышей пронеслось где-то наверху, зловещие, похожие на червей создания вырывались из каменистых стен и яростный скрип когтей и клыков наполнял воздух, авантюристы перекрикивались, пробиваясь по заполненному монстрами коридору.

— Оружие и броня держатся?

— С ними нет проблем!

— Всё готово к бою!

Клинки Белла и Микото со свистом рассекли воздух, готовясь встретить приближающихся зверей, а их владельцы ответили на вопрос Вельфа.

Высший кузнец отремонтировал и обновил броню Белла, нынешняя её итерация была пятой. Золотые и белые куски металла смешивались и поблёскивали даже в тусклом свете. Этот лёгкий доспех должен был защищать владельца, нисколько не сковывая его скорость или ловкость, и он прекрасно справлялся со своим предназначением, пока Белл направлял один поток ударов кинжала за другим в ближайших врагов. Микото добивала оставшихся выпадами своего вторичного оружия, длинного копья. Это копьё разрывало прочные шкуры будто листы бумаги. Пещера наполнилась предсмертными завываниями монстров.

Пятнадцатый этаж Подземелье.

Группа, в рядах которой теперь состояла Харухиме направилась прямо в подземный лабиринт сразу после утреннего совещания.

Полагаясь, в основном, на характеристики ставшего авантюристом второго ранга Белла, и новенькое оружие и броню сделанные Вельфом, авантюристы быстро и эффективно прошли верхние уровни и оказались на том этаже, который пока покорился им не окончательно.

Харухиме, ошеломлённая увиденным держалась рядом с Лили, предоставлявшей поддержку передним рядам своим наручным арбалетом. Остальные трое членов Паствы без устали сражались, не подпуская к помощницам ни единого монстра.

— …Скоро нападут минотавры!

— Сейчас будет рёв! Малютка Лил, прикрой уши!

Микото определила приближение новой волны монстров благодаря своему навыку, Чёрному Ворону Ятано. Вельф прикончил червя подземелья своим двуручным мечом и выкрикнул предупреждение в задние ряды.

Сражавшиеся в первых рядах Белл и Вельф, а также поддерживавшая их из центра Микото тут же приступили к отбрасыванию волны монстров, при появлении огромных, двухметровых силуэтов Минотавров, показавшихся дальше в коридоре. Почти в то же мгновение, в которое крикнул Вельф, новоприбывшие монстры испустили громогласный рёв.

— УУОООООООООООООООООО!

Рёв Минотавра, зловещий звук пробуждающий страх в слабых созданиях и заставляющий их замирать на месте волной пронёсся по коридору Подземелья.

Лили быстро прикрыла уши, чтобы защитить их от воздействия рёва, также поступила и Харухиме. Поскольку девушки были авантюристками первого уровня, им было сложно противостоять эффекту рёва. Вельф, наоборот, ухмыльнулся.

Использовав силу своего мощного духовного «контейнера» чтобы справиться с эффектом рёва, он присоединился к контратаке, в которую бросились Белл и Микото.

— …Использую магический меч!

Лили пришла в себя после рёва, увидев, как Белл бросился на Минотавров. Она поняла, что ещё больше монстров готовы присоединиться к битве, поэтому крикнула своим союзникам предупреждение. Бросив взгляды назад авантюристы первых рядов увидели, как Лили достаёт красный клинок размером с нож из своего огромного рюкзака. Белл, Вельф и Микото тут же бросились в рассыпную.

Лёгкий взмах искрящегося ножа запустил в поле боя массивный огненный шар.

— !..

Взрыв огня уничтожил всех монстров, заполонивших коридор до единого.

Даже минотавры, чья шкура известна естественным сопротивлением к огню, оказалась бесполезна, и они были истреблены пламенем, как и все остальные монстры.

— Лил, не используй эти штуки вот так, сразу! Они только на случай опасности, нельзя полагаться на них в долгой перспективе!

— Но ситуация была опасной! Подземелье непредсказуемо, нужно реагировать на изменения вовремя, иначе будет поздно!

— П-полегче, ладно? Вельф, Лили?

— П-пожалуйста, не кричите так сильно, громкие голоса могут привлечь монстров… Уххх.

— Харухиме-доно правильно говорит. Успокойтесь.

Битва была окончена, но на останках поверженных противников разгорелся жаркий спор. Вельф сорвался на Лили за поспешное применение магического меча Кротцо.

Вельф изготовил его и отдал Лили, чтобы тыл формации мог себя защищать, или для необходимого масштабного удара. Этот нож был слабее чем оружие, использованное в битве с Чёрным Голиафом или в «Битве», но его разрушительная сила всё равно была сравнима с заклинанием нескольких магов высокого уровня.

— Не полагайся на Магические Мечи, так ты будешь только слабее. Сейчас мы бы и своими силами с монстрами справились! — кричал Вельф на девушку-полурослика.

Лили парировала обычной фразой что подобное отношение к Подземелью может привести к непоправимым последствиям.

— Лучше перестраховаться, чем оказаться зажатыми со всех сторон. — девушка не меняла своей позиции. Подземелье известно не за свою снисходительность, так что лучше не испытывать судьбу.

Обе точки зрения были верны. Оба спорщика говорили правильные вещи.

И Вельф и Лили задумывались о том, что будет лучше для группы.

Белл и Микото только криво улыбнулись, услышав разгорающийся спор, а Харухиме попыталась выступить в роли примирителя.

После того как ситуация успокоилась, все вернулись к более насущным проблемам.

— Так, получается это добыча, а это магические камни…

— Правильно. Добыча отправится в рюкзак Лили, пожалуйста собирайте магические камни, сударыня Харухиме, не пропускайте ни одного.

— Х-хорошо!

Харухиме внимательно слушала распоряжения Лили, пробираясь по кучкам пепла и собирала выпавшие предметы.

Девушка-ренарт была одета в боевые одежды восточного стиля, которые напоминали робы жрицы, те же самые, которые она носила в Пастве Иштар, и которые её заставила одеть Айша, а за её плечами висел рюкзак. Также на Харухиме был накинут плащ из Саламадровой Ткани, такой же, как и на всех её союзниках.

Перед походом Лили заявила, что она превратит скромного не боевого члена в «полноправную помощницу», для своей группы. Харухиме кланялась снова и снова, повторяя: «Буду рада у вас обучаться», и приняла вверенную ей роль без заминок. Между ними сразу установилась связь, подобная связи мастера и подмастерья.

Микото и остальные встретили такое развитие событий лёгкими улыбками, после чего группа продолжила двигаться по Подземелью истребляя монстров.

— Мы довольно далеко зашли на пятнадцатом этаже и продвигаемся очень быстро.

— А чего ещё было ожидать после того, как поднялся уровень сударя Белла, и наша группа стала сильнее.

— Мисс Эйна… эм, моя советница дала нам разрешение на спуск к восемнадцатому этажу, если мы не встретим особых сложностей.

Лили и Белл ответили на замечание Микото, не сбавляя шага.

Лили продолжила, отметив, что фронт боевой группы практически безупречен. — Слабость нашей боевой группы в том, что нам не хватает боевой силы в задних рядах, где находится Лили. Честно говоря, мы двое вам не ровня. Чтобы это исправить, Лили бы добавила сильного целителя.

— Да нам бы и обычный маг не помешал. — будто невзначай заметил Вельф, почти обращая эту фразу к Лили, использовавшей Магический Меч.

— Лили услышала. — ответила девушка, её щека начала подрагивать.

— Что насчёт сударыни Лю из бара? Она отлично владеет и целебной магией, так ведь? А ещё то заклинение, которым она ударила во время битвы на восемнадцатом этаже было поразительным… Может она захочет присоединиться к нашей группе?

— Нет, сомневаюсь… Д-да и Мия просто жуткая.

Белл улыбнулся, но отверг предположение Лили. Если попросить Лю, бывшую авантюристку, сейчас работающую официанткой в Щедрой Хозяйке, присоединиться к этой боевой группе, это наверняка разозлит владелицу, Мию. Мысль о ярости этой женщины заставляла пробежать холодок по спине Белла, поэтому он отказался наотрез.

Нынешний состав группы, Белл и Вельф в первых рядах, Харухиме и Лили в задних, и Микото, выполняющая функцию бойца на всех дистанциях в центре группы. Впятером они продвигаются в глубь Подземелья, с предельной осторожностью бродя по тёмным, каменистым коридорам.

Несмотря на то, что и Лили не слишком сильна, прямой удар монстра по неопытной авантюристке первого уровня Харухиме станет настоящей трагедией. Благодаря Чёрному Ворону Ятано Микото могла определить приближение монстров и вовремя защитить подругу.

— Поразмыслив, Лили предлагает вернуться на четырнадцатый этаж. Нужно найти пустынный угол Подземелья и проверить на каждом из нас действие заклинания сударыни Харухиме.

— Согласна. У нас не будет времени на проверку своих возможностей в напряжённой битве… Харухиме-доно, вы согласны?

— Да. Такая проверка не повредит.

— Эй, Белл, ты же пользовался этой силой раньше? На что это похоже?

— Ну, знаешь… сначала вспыхнул свет, а потом я стал сильнее и быстрее…

Микото быстро убедилась в безопасности своих союзников и группа двинулась на четырнадцатый этаж Подземелья.

***

[[image:/storage/reader-images/153fe5b70cb844af59e3117d6b29262007c8dc81.jpg]]
***

К тому времени как Микото и остальные вернулись на поверхность почти наступил закат.

Сделав единственную остановку у обмена в Башне Вавил, авантюристы прошли сквозь Центральный Парк, уже заполненный авантюристами, возвращавшимися из Подземелья. Несмотря на то, что настроение группы подходило для посещения какого-нибудь бара или главного отделения Гильдии, Паства Гестиирешила отправиться прямиком домой.

— О, вы вернулись.

— Такемиказучи-ками!

Божество с длинными волосами встретило авантюристов, как только они вошли в главные ворота.

Такемиказучи улыбнулся пришедшим. Микото была так рада его увидеть, что подошла к богу с такой же широкой улыбкой на лице, как и у Такемиказучи.

— Простите, Всевышний Такемиказучи… Нам пришлось просить вас остаться в поместье, пока мы уходили.

— Не считай, что мне это в тягость, Белл Кранелл. Мои дети взяли выходной и составили мне компанию.

Через Гестию Белл попросил Паству Такемиказучи охранять дом их Паствы, пока они в Подземелье.

В отличии от скрытой комнатки под старой церковью, которую Белл делил с Гестией раньше, или ветхого здания, в котором располагалась база Паствы Такемиказучи, нынешняя Паства Гестии обладала премиальным поместьем и положением Паствы среднего класса. Если все члены и сама богиня оставили бы поместье пустым, существовала очень высокая опасность что кто-то вломился бы в их дом чтобы похитить ценности или информацию. Положение серьёзно изменилось с тех пор, как Паства Гестии была гораздо беднее и меньше.

Потому богиня попросила дружественную Паству присмотреть за поместьем, пока из Паствы Гестииникого не будет на месте. Подобные просьбы поступали и Пастве Миаха, и эта ситуация будет продолжаться и в обозримом будущем. Каждый член Паствы Гестии был очень благодарен охранникам дома, особенно за то что они работали бесплатно.

— Как я и сказал, мне не в тягость. Мы помогаем друг другу. К тому же каждый из нас по полной использовал ванные комнаты. — добавило божество. — И не беспокойтесь, мы убрались после себя. — присутствующие дружно рассмеялись.

— Огромное спасибо. — ещё раз сказали авантюристы.

Две Паствы планировали устроить совместный ужин вечером, поэтому Белл и его товарищи вернулись в комнаты чтобы переодеться.

— Простите, Такемиказучи-ками… примите пожалуйста.

Микото сказала Харухиме, жившей с ней в одной комнате, что она вернётся чуть позже и осталась лично поговорить с Такемиказучи. Девушка достала небольшой мешочек, наполненный чем-то тяжёлым.

Каждый из авантюристов получил свою долю денег из Подземелья; и Микото передавала свою часть.

— Пожалуйста, отправьте эти деньги на поддержку святилища.

Такемиказучи и его Паства совершили путешествие в Орарио в первую очередь ради того, чтобы заработать денег для святилища, в котором они жили.

Микото попросила принять её деньги передавая их божеству, но Такемиказучи покачал головой.

— Эти деньги ты получила, сражаясь с Беллом Кранеллом и его группой. Не нужно использовать их для нас, потрать их для блага новых товарищей.

Путешествия в Подземелье требуют тщательной подготовки, включая ремонт оружия и небольшую, но всё равно внушительную кучу предметов.

Такемиказучи попросил Микото использовать эти деньги на благо своей новой боевой группы.

— Н-но я ведь тогда ничего не сделаю для поддержки святилища…

Микото попыталась настоять, чтобы Такемиказучи принял эти деньги, но…

— Микото, сейчас ты стоишь передо мной как член Паствы Гестии.

— !..

Эти слова положили конец всем спорам.

Девушка не могла отрицать непреложную истину. Ставить под удар своих нынешних товарищей ради блага прошлых компаньонов не было логичным шагом.

В конце концов она присоединилась к Пастве Гестии чтобы отплатить свой долг Беллу.

И всё равно, я…

Воспоминания об утреннем сне всплыли в памяти девушки.

Тот момент, когда Такемиказучи попросил её стать его дочерью. Связь кровью, которая сделали их семьёй, само слово Паства.

Микото не сожалела о том, что стала частью новой Пастве. Она гордилась тем, что стала одной из товарищей Белла и была рада сражаться на его стороне. Благодаря её новой семье Харухиме осталась жива.

Но глубоко в душе, она не могла забыть, что она также часть семьи Такемиказучи. Девушка опустила взгляд, когда мысли об этом заполонили её голову.

— …Микото, ты помнишь тот день, когда я попросил тебя стать моей дочерью?

— !

Микото удивлённо подняла взгляд. Божество использовало ту самую формулировку, которая ей запомнилась.

Девушка увидела на лице стоявшего перед ней Такемиказучи улыбку. Мягкую, отеческую улыбку.

— Первое благословение которое получает дитя никогда не пропадает насовсем, даже после Обращения. Как Гестия ощущает тебя благодаря своему благословению, так и я, чувствую каждый твой вдох.

— …

— Ты всегда будешь моей дочерью, частью моей семьи. Я никогда этого не забуду. Так что не делай такое лицо.

Божество читало её чувства будто открытую книгу. Сделав шаг, бог положил руку на волосы девушки и легонько их потрепал. Микото мгновенно покраснела.

Его рука была гораздо меньше, чем она её помнила, она сильно выросла с того дня. Однако, в руке бога была всё так же теплота, за прошедшие годы она нисколько не изменилась.

Такемиказучи даже не заметил, как сильно покраснела девушка, пробежав пальцами по её гладким чёрным волосам и слегка усмехнувшись.

— Я рад что ты по-прежнему беспокоишься о благополучии святилища. Но тебе стоит узнать, что помимо Оуки, Чигуса получила второй уровень после боёв с Паствой Иштар. У нас всё хорошо, тебе нет нужды беспокоиться.

Такемиказучи напомнил, что обе Паствы могут объединиться для похода в Подземелье, когда это позволит их расписание, и этого будет вполне достаточно.

— Верь в нас.

Микото подняла голову и встретилась взглядом с божеством. Она уверенно кивнула.

— Хорошо. — сказал бог, убрав свою руку с головы девушки и развернулся чтобы уйти. Такемиказучи обыденно бросил через плечо что позовёт остальных на ужин и спустится в главный зал. Микото смотрела ему вслед пока божество не скрылось.

…Теперь, когда я не в его Пастве, я …

Проведённое порознь время освежило в памяти девушки чувство привязанности девушки к Такемиказучи, поэтому, когда она смотрела богу вслед, её щёки оставались розовыми.

Сердце бешено билось в груди. Микото схватилась за воротник своих боевых одежд будто пытаясь вернуть пульс под контроль, но каждый удар сердца будто бы сотрясал её тело.

— …Эм, Микото?

— ОЙ!

Тихий голос за спиной заставил девушку подпрыгнуть.

Вернув равновесие и повернувшись Микото увидела стоявшую сзади Чигусу.

— Чигуса-сан! Сколько ты тут стояла?

— Эм, прости… довольно долго.

Обычно скрывавшие глаза Чигусы пряди сейчас были немного сдвинуты и Микото видела её взгляд и лёгкий румянец. Девушка тут же поняла, что её подруга видела весь разговор.

Чигуса видела, как Такемиказучи не принял её подношение, как покраснели щёки Микото от прикосновения божества, как она смотрела богу вслед, когда тот уходил, всё.

Несмотря на то, что Чигуса знала какие чувства Микото питает к Такемиказучи, сейчас девушке хотелось прямо здесь и сейчас провалиться под землю.

— Мне правда жаль. Я не хотела прерывать…

— Прошу, Чигуса-сан, больше ни слова!

Микото обычно очень серьёзна и прямолинейна, но переполнявшие её чувства присущие молодым девушкам, бушевавшие в груди, заставили её перейти на визг.

Девушка зажала голову руками, от стыда покраснели даже её уши. Чигуса и Микото были близки с самых ранних лет, было очень мало вещей которых они друг о друге не знали. Однако, подобные щекотливые ситуации заставляли Микото смущаться даже перед одной из её лучших подруг.

Чигуса с состраданием посмотрела на Микото и дала той некоторое время на восстановление душевного равновесия, прежде чем наконец заговорила о том, почему она искала Микото.

— Уже довольно поздно, но Оука и остальные решили провести обычное празднование в честь Такемиказучи-ками…

Обычно стеснительная Чигуса могла заговорить с Микото о чём угодно. Она чётко и ясно рассказала подруге о планах членов своей Паствы.

— Мы хотели пригласить Харухиме и подготовить для него подарок… Как ты поступишь?

Смена темы разговора наконец позволила Микото оправиться от ощущения стыда.

Взгляд девушки блеснул решимостью.

***

[[image:/storage/reader-images/a6892ac52cc8ae4c92b8506420ebb3dd69d0e590.jpg]]
***

После ужина с Паствой Такемиказучи прошло два дня.

Микото, пожелавшая взять выходной от Подземелья шла по улицам Орарио под чистым утренним небом.

С ней были Белл и Вельф.

— Зачем мы сюда пришли?.. — пробормотал Вельф, когда их трио оказалось на улице, заполненной оживлёнными лавками на Северной Главной Улице.

— Я прошу у вас обоих прощения… но я хотела бы попросить вас о помощи в сегодняшнем походе по магазинам!!! — Микото сложила руки и начала активно кланяться, выпрашивая двоих парней отказаться от проведения времени в Подземелье и у наковальни ради похода по магазинам с ней.

Белл натянуто улыбнулся и спросил:

— Так, ты, эм, сказала, что мы идём по магазинам, а что мы собираемся купить?

— По правде говоря… Оука и остальные планируют устроит праздник в честь Такемиказучи-ками через несколько дней…

Микото рассказала Беллу и Вельфу о праздновании, про которое ей рассказала Чигуса.

Прежде чем они прибыли в Орарио дети святилища преподносили особые подарки богам и богиням в день их явления на Земле, вроде дня рождения для богов. Однако, из-за «Битвы» и событий касавшихся Харухиме в этом году день празднования явления Такемиказучи пропустили.

Микото хотела того же, чего желали её друзья детства: подарить своему богу подарки и отметить его особый день.

— Я всегда вкладываю очень много искренности и очень долго размышляю над подарками, но у меня никогда не хватало денег на что-то стоящее. Сейчас я в Орарио второй год и у меня появился стабильный доход, поэтому я хотела бы подарить хороший подарок.

— Это я понять могу… Но зачем мы здесь?

— Точно! Я хотела бы услышать мужское мнение, какое как у него, чтобы найти вещь, которая порадует Такемиказучи-ками!..

Микото наклонилась к Вельфу отвечая на вопрос.

Празднование планировалось провести завтра.

— Пожалуйста, помогите мне!..

— Что же… легче сказать, чем сделать.

— Я, ну, хорошо… я буду рад помочь.

Микото поклонилась парням ещё ниже. Вельф потянул спину, а Белл приставил руку к подбородку. Оба не слишком обрадовались возложенной на них задаче.

Оба парня подумали об одном и том же. Им казалось, что их советы не смогут принести большой пользы.

Когда дело касалось Подземелья или кузницы Белл и Вельф знали очень многое. Но ни один из них не интересовался чем-то другим. Если спросить кого-то что может порадовать большинство мужчин и что они пожелали бы получить в подарок, они оба задумались бы не на шутку.

— Но, знаешь, ты ведь знаешь Всевышнего Такемиказучи гораздо дольше нас. Разве его вкусы не известны тебе лучше нас?

— Д-да, но!..

— Хех… Раз уж мы пришли, можем хотя бы осмотреться.

Микото не нашла чем можно возразить словам Вельфа, и тут же растерялась. Белл неловко улыбнулся, увидев шок на лице Микото и предложил для начала просто пройтись по лавкам.

Северная Главная Улица проходит по границе первого района. Особенно на ней выделяются крупные магазины с товарами для каждой из рас, но немало здесь и лавок, продающих сделанные своими руками товары и прочие интересные предметы. Микото была такой же серьёзной, как и всегда, внимательно рассматривая каждый выставленный товар один за другим, прежде чем перейти к следующему прилавку. Как и Белл до недавнего времени она жила в бедности до недавнего времени и ей никогда не представлялся такой огромный ассортимент. Она бродила взад и вперёд будто деревенская девчушка, впервые оказавшаяся в большом городе.

Белл и Вельф обменивались беспокойными взглядами следуя за ней.

Обеденное время подкралось прежде, чем авантюристы успели осознать его приближение. Завершив круг по расположенным лавкам Микото, Вельф и Белл решили отдохнуть в тени большого здания.

— Микото ты увидела что-нибудь подходящее?

— Д-даже не знаю…

— Что, серьёзно.

Микото ответила на вопрос Белла честно и её внимание тут же привлёк Вельф.

Выражение на лице девушки было таким, будто она готова за что-то извиниться, она нервно вращала большими пальцами друг вокруг друга, не зная, что делать дальше.

— Раз так, какие подарки ты обычно ему дарила?

— Когда мы жили на Дальнем Востоке я собирала красивые ракушки, жёлуди и семена, а потом делала из них ожерелья и другие небольшие украшения…

Рассказ о прошлых подарках ничем не помог разрешить дилемму Микото.

Чигуса сказала девушке что каждый из детей в этом году готовит Такемиказучи какой-то подарок от себя, но Микото понятия не имела, что это будет так сложно… Она сидела, погружённая в напряжённые размышления, когда вдруг у Белла загорелись глаза. Он повернулся к Микото и сказал.

— Почему бы не подарить еду? Разве это не отличный вариант?

— Э?

— Микото, ты очень хорошо готовишь. Почему бы тебе не приготовить что-нибудь вкусное для празднования?.. Просто мысль такая пришла.

Парень наверняка вспомнил о супе мисо, который был недавно приготовлен. Микото обдумала предложение.

— …Если подумать, у нас никогда не хватало для подобных празднований еды в святилище…

По крайней мере, сиротам никогда не удавалось сделать празднование пышным.

Вельф, будто видевший как вращаются шестерёнки в голове девушки также вступил в разговор. — Почему бы не приготовить что-нибудь необычное? — предложил он. — Речь идёт о празднике. Почему бы не торт?

— Торт?..

Губы девушки невольно повторили последнее слово.

Лакомство происходит не с Дальнего Востока, но Микото понимала, что это такое, мягкое и пышное тесто, запечённое в печи и украшенное кремом и фруктами… Она видела немало примеров на банкете, который устраивал Аполлон.

Подобная идея нравилась Микото всё больше и больше. Это было то, что нужно.

— Я попробую…я сделаю торт.

Вельф и Белл также считали такой подарок хорошим.

Микото извинилась за несколько часов потраченных в бесполезной прогулке и начала размышлять с чего ей начать.

— Наверняка ты хочешь сделать торт своими руками, но сможешь ли? — спросил Вельф.

— Я никогда их раньше не готовила и не могу сказать наверняка… Мне нужен рецепт чтобы я приготовила один на пробу. — ответила Микото.

— В Щедрой Хозяйке продаются торты… Может нам дадут рецепт, если мы попросим? — сказал Белл.

Щедрая Хозяйка по вечерам служит прибежищем для авантюристов, а днём работает как кафе для обычных горожан. Белл пробовал куски тортов в этом кафе и попытался описать какие они на вкус. Микото вслушивалась в каждое слово и решила зайти в Щедрую хозяйку, в которой Силь и Лю работали официантками.

***

Чуть позже полудня.

Микото повела остальных на Главную Западную Улицу в Щедрую Хозяйку.

Лю встретила авантюристов у дверей и ей рассказали о цели прихода. Белл начал договариваться о получении рецепта, а две кошкодевушки, Аня и Хлоя, как и все остальные работницы заведения почуяли в рассказе любовную историю и с хищными ухмылками собрались вокруг Микото. Они согласились помочь только после того, как довели девушку до густой красноты. Шумиха привлекла Мию, и услышав историю она сказала — Пообедаете у нас, тогда и посмотрим. — также давая своё разрешение. Кошкодевушка работавшая на кухне записала один из рецептов торта и передала его Микото.

Напоследок выслушав жалобы Ани и остальных работниц на то, что Силь в очередной раз отлынивает от работы, авантюристы покинули Щедрую Хозяйку.

— Что же, мы получили то, за чем пришли… Думаешь справишься дальше сама?

— Да, спасибо вам, Вельф-сан, Белл-сан.

— Рад что мы смогли помочь.

С рецептом в руках и решимостью приготовить торт Микото быстро поблагодарила парней и направилась домой.

Девушка несла в руках коробку с тортом. Мия настояла, чтобы был куплен целый торт. Несколько кусочков было съедено ещё в кафе, но у Микото на руках теперь был готовый продукт и правильный рецепт, поэтому она ощущала уверенность.

Она сама не заметила, как начала улыбаться, подумав, что она стала на шаг ближе к своей цели.

— Ой…

— Что-то не так, Белл?

— А это разве… не Всевышний Такемиказучи?

Возвращаясь домой, авантюристы оказались посреди одного из переулков, Вельф спросил Белла что не так, когда тот остановился, а тот в ответ указал чуть дальше пальцем.

Микото повернулась в указанном направлении и узнала стоявшего неподалёку Такемиказучи.

Бог остановился перед богиней с волосами медового цвета проходившей мимо.

— Эй, Деметра. Что-то ты бледновата. Хорошо себя чувствуешь?

— …Ой, наверное, перегрелась на солнце, и сама того не заметила.

— И чего ты такая беззаботная? Иди сюда, температуру проверю.

…С этими словами бог приобнял богиню за плечи и без предупреждения коснулся своей щекой её щеки.

— Ну, кажется… жара у тебя нет.

— Ой-ёй… Н-нельзя же так, Такемиказучи. Так у близких людей температуру проверяют, не у прохожих на улице.

— Не глупи, я же из-за тебя беспокоюсь.

— …

— Я же помню кто приносил свежие фрукты и овощи, когда мои детишки голодали. Мы у тебя в неоплатном долгу.

— …Фуууф! Вот поэтому вам с Миахом нельзя к женщинам приближаться.

За короткую беседу Такемиказучи умудрился заставить Деметру покраснеть.

Богиня нисколько не разозлилась, просто отстранилась от Такемиказучи и пошла дальше.

— …

— М-Микото?

— Э-эй.

Поражённые Белл и Вельф попытались привлечь внимание Микото, но та будто их не слышала.

— В-всевышний Такемиказучи! Спасибо что недавно спасли нас от тех развратных богов!

— Примите от нас подарок.

— Постойте, не слишком ли это за такую мелочь?

Считанные секунды спустя к Такемиказучи подбежали две девушки из Гекая.

По виду казалось, что они были самыми обычными горожанками, не принадлежащими ни к одной Пастве. Обе несли в руках по небольшому пакету печенья, и были слегка смущены. Божеству пытались отплатить за хороший поступок, поэтому он сделал к девушкам шаг и с благодарностью принял подарки.

А потом настала очередь последнего удара. Бог легонько потрепал девушек по волосам, и они обе густо покраснели.

— …

Шух! Коробка с тортом в руках Микото, следившей за происходящим, не моргая от начала и до самого конца сжалась.

— Гах!

— Эй! Привет?

Холодок пробежал по спинам Белла и Вельфа, когда пальцы девушки сжали коробку ещё сильнее. Но она снова будто даже их не заметила.

Количество физических контактов Такемиказучи с другими особами женского пола только увеличивалось.

Иногда эти контакты были инициированы девушками, иногда им самим. Молодые и старые, принадлежащие к каким-нибудь расам или божества будто не имело значения. Каждая встреча оканчивалась каким-нибудь прикосновением. Все женщины реагировали очень невинно, приобретая на лицах оттенки разной степени красноты и улыбаясь. А худшим было то, что Такемиказучи будто понятия не имел что он делает, и совершенно не обращал внимания на их реакции.

Микото наблюдала происходившим из теней. Как только старые девушки отходили от божества, их место практически мгновенно занимали новые, будто намеренно указывая насколько бог был популярен у противоположного пола.

— …

— Микото? Микото!

— Эй, скажи уже что-нибудь!

Парни вскрикнули необычно высокими голосами.

Бежавший по спинам Белла и Вельфа холодок обратился волной ужаса, от вида мрачной энергии, скапливавшейся над девушкой.

Микото будто превратилась в статую, пряди волос упали на её лицо, когда она опустила голову и начала рассматривать каменную мостовую.

— Такемиказучи-ками!

— Уж не Харухиме ли это.

…и в этот самый момент.

— Я наконец приготовила их правильно! Попробуйте пожалуйста!

— Данго… Посмотрим, посмотрим… Ммм?

Такемиказучи потянулся чтобы взять одну из палочек со сладостями с подноса Харухиме, но неожиданно заметил странность. Вместо этого рука бога поднялась к подбородку девушки.

— Харухиме, ты ведь съела несколько, не так ли?

— И что?!

— У тебя крупные крошки остались на губах… Стой смирно, дитя.

Такемиказучи взял оставшийся на губах Харухиме кусочек пальцами и отправил прямо себе в рот.

— Ага, очень сладко.

— Такемиказучи-ками… Делать со мной такое…

— Очень вкусно, Харухиме. Уверен, они будут очень довольны… И кстати, у меня такое чувство что ты станешь прекрасной невестой.

— Э?.. Вы… вы правда так думаете?

— Правда. Ты хороший человек, у тебя очень трудолюбивый дух. Именно такой я хотел бы видеть свою невесту, если бы не был богом. Ха-ха-ха!

Шлёп!

Микото услышала, как что-то в ней ломается.

Топ, топ, топ. Она не подняла взгляда, но уверенно направилась вперёд. Она не слышала криков Белла и Вельфа за своей спиной. Она шла прямиком к покрасневшей Харухиме, смущённо прижавшей руки к щекам, неподалёку от беззаботно смеявшегося божества.

— Микото?

— Микото-сан?

Эта парочка заметила приближение девушки только когда та остановилась.

Излучая всепоглощающую тишину Микото громко сорвала с коробки, которую держала в руках крышку.

— Ого? Что это?..

Такемиказучи попытался увидеть содержимое коробки. Микото наконец подняла взгляд, её губы дрожали.

— …Такемиказучи-ками…

Её голова задралась, когда девушка швырнула контейнер и выпуская всю свою злость крикнула.

— Такемиказучи-ками вы безмозглый потаскун!

— О…оууууу?!

Торт ударился в лицо божества и разлетелся в разные стороны.

— Такемиказучи-ками?!

Микото отпрыгнула от бога, а по улице разнёсся вскрик Харухиме.

Остатки торта глухо падали на мостовую у его ног.

— Отличный бросок, малышка Микото!!!

— Так ему!

— Записывайте меня в фанклуб Вечной Тени!!!

Неожиданно раздались одобрительные выкрики и аплодисменты прятавшихся в тенях богов, но Микото никого не слышала.

Она повернулась спиной к окаменевшему Такемиказучи и бросилась бежать.

***

[[image:/storage/reader-images/fa295c0afc8cdaaa01e7ef3b28ad15dda6925f00.jpg]]
***

— Что это была за чертовщина?!

— Зачем ты это сделала?!

Вельф и Белл нагнали Микото после безумного спринта Микото по улицам Орарио и дружно на неё прикрикнули.

Этот побег дал Микото время чтобы унять бушующее в её сердце пламя и взять его под контроль. Но в глазах её уже виднелось сожаление, теперь она ходила кругами по одному и тому же месту.

— Я-я… простите… Моё тело взяло верх, и я просто это сделала…

— Ты только что «просто» размазала целый торт по лицу божества!

— Это же святотатство! Намеренное богохульство!

Микото слегка склонилась от громкости голосов Белла и Вельфа.

Девушка понимала, что ей действительно стоит обратить внимание на серьёзность своего поступка, но жар в её сердце всё никак не унимался, заставляя руки и ноги дрожать.

— Это была серьёзная ошибка, моего благочестия оказалось недостаточно… Тело меня просто не слушалось!..

— …

— Единственное что мне оставалось, размазать что-нибудь по лицу Такемиказучи-ками!.. Это всё моя вина, что я не смогла сопротивляться этому желанию. Я совершенно ни на что не гожусь!

— …

— О, нужно себя наказать!

Девушка рухнула на колени и начала бить сжатым кулаком по каменной мостовой.

Белл и Вельф не знали, что им сказать. «Что такое? Что случилось?» Проходившие по улице полулюди останавливались, пытаясь понять, что творится посреди дороги. Множество взглядов устремилось на девушку, казавшуюся потерявшей рассудок.

Микото видела контакты Такемиказучи с другими девушками ещё когда они жили в святилище на Дальнем Востоке. Однако, поскольку вокруг было не так много людей, да и святилище было уединённым, ей никогда не удавалось увидеть так много, чтобы потерять самообладание.

В Орарио всё по-другому. Большинство людей ищет общения и пытается наладить новые связи. Сейчас единственной мыслью в голове Микото была мысль о том, что пока она трудилась в Подземелье, Такемиказучи бродил по городу занимаясь подобными непотребствами… и это разрывало девушку изнутри.

Она злилась на себя понимая, что её гнев исходит от недостатка морали в действиях и словах Такемиказучи и от её собственной ревности. Это лишь усиливало пламя в её сердце, потому что теперь ей казалось, что ей нужно было проявить больше понимания.

Теперь её переполняло смущение, в глазах Микото появились слёзы.

— Эмммм… Микото?

— Как собираешься исправляться?

Белл попытался мягко привлечь её внимание, а Вельф задал прямой вопрос девушке размазавшей по лицу божества торт.

Микото оторвала слезливый взгляд от мостовой и поднялась на нетвёрдых ногах.

— Как и планировала, сделаю торт… и извинюсь.

Её голос был тихим и подавленным, будто он мог оборваться в любой момент. Но девушка всё равно нашла силы ответить на вопрос.

Ей оставалось только извиниться перед Такемиказучи. Однако, она не знала как отреагирует на новую встречу, почти боялась, что может наговорить лишнего, когда снова его встретит. Целая буря сложных эмоций бушевала в груди девушки, когда она сделала первый шаг к дому.

Топ, топ. Белл и Вельф беспокойно смотрели как девушка в гордом одиночестве пошла по переулкам.

***

[[image:/storage/reader-images/8a73acdb8c2c9d947528f9f83f103460d3c72004.jpg]]
***

Солнце скрылось с западной стороны неба за вершинами гор.

Авантюристы начали возвращаться после продолжительного дня изучения Подземелья, сумрак опустился на дома, выстроившиеся в западных кварталах Орарио.

Вдалеке от главной улицы стоял небольшой домик, до которого прямой солнечный свет не добирался никогда из-за окружающих зданий. В этом домике продавались целебные предметы, но очень немногие люди ходили пополнять в него запасы. Эмблема Паствы, очертания человеческого тела была вывешена над дверью, служа вывеской со словами Синяя Аптека, написанными на всеобщем языке, Коине. Таким был дом Паствы Миаха.

Группа авантюристов осматривала лабиринт полок лавки в поисках уникального средства Паствы, двойного зелья. Отыскав, его авантюристы подошли к молодой девушке-чинтропу, стоявшей у длинной стойки. «Спасибо…» сказала она, помахав авантюристам на прощание рукой, когда те покидали магазин. Несколько минут спустя две молодых девушки вошли в двери магазина.

Они были вооружены и одеты для битвы, авантюристки обратились к Наже, чинтропу.

— Мы вернулись домой из Подземелья.

— М-мы дома…

Одна авантюристка была с короткими волосами, другая с длинными. Взгляд первой был собранным и смелым, у второй смотрела мечтательно и лениво. Вместе они образовывали интересный дуэт. Та, что была с короткими волосами отчётливо заявила о прибытии, в то время как длинноволосая едва поздоровалась.

Нажа, выглядящая сонно из-за своих полузакрытых глаз улыбнулась и поздоровалась с вошедшими авантюристками.

— Добро пожаловать, Дафна, Кассандра…

Девушки, Дафна и Кассандра, обе авантюристки третьего ранга, бывшие члены Паствы Аполлона, вошли в магазин и положили на стойку мешочек с монетами.

— Вот. Заработанные в Подземелье деньги. То, что нужно на подготовку мы уже вычли.

— Простите за беспокойство и спасибо…

— Д-да ладно. Мы же в одной Пастве, теперь…

Нажа приняла деньги от Дафны и выразила благодарность. Длинные волосы Кассандры раскачивались из стороны в сторону, когда она говорила.

Девушка-чинтроп, бывшая до недавнего времени единственным членом Паствы Миаха, радостно замахала хвостом.

— Белл стал очень известен после того как появился в «Битве»… Благодаря ему всё больше покупателей к нам заходят, так что я рада вашей помощи.

Нажа улыбнулась, взяла две бутылки, наполненные соком из-под стойки, и протянула их девушкам.

— Вы уверены, что наша Паства лучший выбор?.. У нас довольно серьёзный долг.

— После того как я узнала, что кое-кто задолжал двести миллионов валис, остальные долги кажутся не такими уж большими.

Шёлк, шёлк. Искусственная рука Нажи, аиргетлам, при движении издавала механический скрежет. Дафна опустошила свою бутылку с соком и вздохнула, посмотрев в пустоту.

И Дафна, и Кассандра пришли в Паству Гестии во время рекрутирования, надеясь присоединиться, но тогда бомбой стало известие о долге богини в двести миллионов валис, поэтому девушки передумали. Молодым авантюристкам пришлось ещё немало времени искать себе Паству, но, наконец, они оказались у дверей Паствы Миаха. Пройдя Обращения Миах официально стал их богом, а Нажа другом и союзницей.

Кассандра всей душой была за присоединение к Пастве Гестии, поэтому такой исход её слегка разочаровал.

— К тому же, Всевышний Миах замечательный бог. С таким божеством мы ничего не потеряли от присоединения.

— Я, конечно, рада это слышать… но не стоит в него влюбляться.

— Да будто я стану.

— Хе-хе-хе…

Обменявшись игривыми замечаниями, Дафна добавила:

— Кстати… — после этого девушка заглянула за спину Нажи, за стойку. — А что здесь происходит?

В открытой двери виднелись два сидевших друг напротив друга бога за столом в гостевой комнате. Один из них был приятным на вид божеством с длинными волосами цвета океана, связанными в хвост, это и был Миах, бог Нажи, Дафны и Кассандры. Он был одет в робу пепельного цвета, которая явно видала дни и получше, признак бывшего финансового статуса Паствы, за который можно было легко принять бога за обедневшего дворянина.

С другой стороны сидел бог со связанными в два хвоста волосами по разные стороны лица, величественный бог Такемиказучи.

— Самое бесполезное совещание в истории мира…

Слегка раздражённо Нажа оставила Дафну и Кассандру следить за лавкой, а сама отошла на кухню.

Боги разговаривали в гостиной как ни в чём не бывало, игнорируя проходящую мимо них Нажу.

— …Вот что сегодня случилось.

Такемиказучи закончил рассказ о происшествии с Микото.

Получив тортом в лицо озадаченное божество пошло просить совета у друга Гестии и товарища по бедности.

Он не мог понять, почему Микото так сильно на него разозлилась.

— …

Миах внимательно слушал историю бога от начала и до конца ни разу его не прервав. После этого он прикрыл глаза, сделал глубокий вдох и шумно выдохнул.

Открыв глаза, он посмотрел в глаза божеству напротив, совершенно не понимавшему неожиданного взрыва своей последовательницы и сказал.

— …Понятия не имею.

— Ага, ага, вот видишь?

Тук! Глухой стук раздался с другой стороны открытой двери. Подслушавшие разговор Дафна и Кассандра дружно стукнулись лбами о дверной косяк.

Оба божества слегка рассеянно начали осматриваться. Кассандра начала массировать разболевшуюся голову, а Дафна пробормотала. «Как можно быть такими трудными?..». Может они и боги, но недостаток способности к сопереживанию Миаха и Такемиказучи вызвал у девушек головную боль.

— Вот поэтому последователи Всевышней Гестии и злятся…

— Нажа?

Девушка вернулась в гостиную сделав две чашки чая и поставив их перед богами.

Она никак не отреагировала на удивление Миаха.

— Мне очень жаль её… жаль Микото.

— А?..

— Раз вы не можете понять… я не могу указать вам в чём быть осторожней, но…

Такемиказучи переминал плечами ощущая явное неудобство, от взгляда Нажи.

В то же время, Миах ощутил будто девушка-чинтроп каким-то образом и его поддела этими словами.

— Что-то не так? — спросило божество.

Нажа ответила своему богу тихим вздохом. После этого, она снова посмотрела Такемиказучи в глаза.

— Хорошенько подумайте и примите результат, который покажется вам верным…

Такемиказучи замер, пытаясь понять слова смертной девушки. Несколько секунд спустя он скрестил на груди руки.

Пар поднимался от чашки чая, стоявшей перед ним на столе, задумчивое лицо божества отражалось на его поверхности.

***

[[image:/storage/reader-images/af83f50bd948ba7037e53d941bb57576bbf5e344.jpg]]
***

Настал день празднования в честь Такемиказучи.

Микото принялась за готовку торта с самого раннего утра.

Вернувшись домой, она несколько раз попыталась приготовить торт, но ничего не шло так, как планировалось. Она даже просила Вельфа и Белла пробовать образцы её творений, и каждый из парней провёл остаток вечера не слишком отдаляясь от уборной. Солнце только начало свой восход, а девушка шлёпнула себя обеими руками по щекам, пытаясь сконцентрироваться.

Микото заставила себя выкинуть вчерашние события из головы и сконцентрировалась на поставленной задаче.

— Простите за вмешательство Микото-сан… Это насчёт моей вчерашней встречи с Такемиказучи-ками, я, эм…

— Всё хорошо, Харухиме-доно. Я не возражаю.

— Я не это имела в виду… Микото, это была…

— Я сказала всё хорошо!

Микото даже не взглянула на вошедшую в кухню Харухиме, полностью сосредоточившись на своей работе.

Харухиме не знала, что сказать в ответ на грубый тон Микото и стояла с сожалением на лице. Девушка-ренарт покинула кухню несколько секунд спустя.

Гестия и Лили после этого происшествия присматривались к девушке, а потом пришёл Белл и рассеянно рассказал им что вчера произошло. Замешательство девушек сменилось недовольством Такемиказучи, но они решили помалкивать и держаться от этой истории подальше.

Микото отгоняла от себя все неприятные мысли и старалась следовать полученному в Щедрой Хозяйке рецепту так близко, как это было возможно. Для начала она запекла тесто в металлическом котелке, который обычно использовался для варки риса, над открытым огнём, потом начала нарезать сладости и фрукты… и впечатляющий торт был готов.

Он был украшен множеством различных ягод, никто бы даже не подумал, что такой обычный, для континентальной кухни торт мог быть приготовлен девушкой с Дальнего Востока.

— Готово, только вот…

Пока Микото стояла перед своим шедевром в её голову начали возвращаться мысли, которые прежде ей удавалось отогнать.

Больше делать было нечего. Микото осталась на кухне, пока небо за окном не начало снова темнеть. Девушка поставила трот, вместе с тарелкой в коробку и подготовилась к уходу.

Покинув поместье, она побрела по улицам Орарио к дому Паствы Такемиказучи, осторожно неся в руках коробку.

В городе загоралось тем больше ламп с магическими камнями, чем темнее становились небеса, будто отражая моральное состояние девушки. Множество различных чувств крутилось в её голове и сердце, когда она достигла своей цели.

Старенькое, обшарпанное здание которое Микото привыкла называть домом, расположенное в узкой улочке в северо-западной части города. Сейчас в нём жили Такемиказучи и пятеро остальных членов его Паствы. Свет выливался из окон, возможно, празднование уже началось?

— Простите за опоздание… — сказала Микото раскрывая дверь и заходя внутрь с неуверенным выражением на лице. Согласно традициям Дальнего Востока она сняла обувь. Она слегка переживала от того, что никто её не встретил. Несмотря на это, она прошла по узкому коридору.

Оказавшись перед дверь. В зал, девушка остановилась и, сделав глубокий вдох, распахнула её.

Мгновенье спустя, поп!

— …Эм?

Над головой девушки что-то хлопнуло и на неё будто снежным комом посыпались разноцветные ленточки и конфетти. Прежде чем она успела понять, что происходит, её плечи покрылись бумажками и лепестками настоящих цветов.

Микото лишь стояла на месте и пыталась понять, что здесь происходит.

— Ты почти вовремя.

— Добро пожаловать, Микото.

Друзья встретили девушку аплодисментами и одобрительными выкриками.

Оука, Чигуса и ещё трое членов Паствы Такемиказучи, даже Харухиме, смеялись, над явным удивлением, которое испытывала Микото. Они даже подготовили кусуридаму, шар из бумаги который легонько взрывался и всё вокруг осыпал своим содержимым и подвесили его над дверью.

Комната была украшена лампами с магическими камнями всевозможных расцветок, а на стенах висели искусственные цветы. Стол практически ломился от еды. Особое место было выделено воздушной картошке.

Микото была поражена, как никогда в своей жизни получив такую встречу, будто она герой дня.

— Что… что всё это значит?.. Сегодня же праздник Такемиказучи-ками, разве нет?..

— Конечно, праздник Такемиказучи… но мы решили собраться сегодня и для того, чтобы как следует тебя проводить.

Микото удивлённо смотрела на своих друзей детства, пока Оука не раскрыл эту тайну.

Может она уходит всего лишь на год, но друзья подготовили ей прощальную вечеринку отправляя в Паству Гестии.

Они хотели, чтобы вечеринка стала сюрпризом, поэтому даже замаскировали её под ежегодное празднование в честь Такемиказучи и пригласили Харухиме.

Когда всё раскрылось, челюсть Микото отвисла. Она ещё раз осмотрела всех своих друзей.

— Харухиме решила приготовить еду… сказала, что хочет отпраздновать и наше воссоединение тоже.

— …Я хотела поучаствовать в проводах Микото-сан.

Оука изо всех сил попытался подавить смешок, а Харухиме широко улыбнулась Микото.

Первый же взгляд на блюда, расставленные на столе, позволил Микото понять почему она вчера увидела Такемиказучи.

— Такемиказучи-ками предложил нам провести вечеринку в честь твоих проводов.

Услышав слова Чигусы, Микото снова начала нервничать.

Её друзья расступились, пропуская божество вперёд.

Так много эмоций бушевало в сердце Микото, что она не могла даже двинуться, не то, что начать говорить. Бог остановился в шаге от неё и бережно положил руку ей на голову.

— Эмм… прошу прощения за вчерашний день.

На губах бога появилась лёгкая улыбка, когда он взглянул на удивлённую девушку. Выражение на его лице стало расслабленным, а плечи опустились.

— Честно говоря я до сих пор не понимаю, чем я заслужил такую реакцию… но, получается, я сделал что-то что тебя рассердило, так ведь?

— !..

— И даже дома я часто делал вещи, которые заставляли тебя злиться.

— Э-это не правда!

Микото пришла в себя, когда Такемиказучи начал извиниться и энергично затрясла головой.

— Это всё я, я во всём виновата! Я виновата в том, что разозлилась на вас, в том, что я чувствовала тот гнев… Я просто завидовала!!!

Её срыв заставил Такемиказучи понервничать, заставив девушку заново прочувствовать чувства стыда и вины, снова оказаться в той буре эмоций, которые её охватывали в тот момент.

Слёзы наполнили глаза девушки, её лицо приобрело лёгкий красноватый оттенок, когда она произнесла что у неё не было права расстраиваться, злиться или ревновать.

Но ей не хватало смелости чтобы выразить то, что было у неё на сердце. Она чувствовала, что у неё нет права испытывать подобные эмоции.

— Нет, вина не твоя. Я не только твой бог, я ещё и твой отец.

Микото опустила взгляд в пол, но слова Такемиказучи заставили её глаза снова распахнуться от удивления.

— Если тебе есть что сказать, просто говори. Я приму что угодно в любое время. Так в семьях принято, разве нет?

После этого бог улыбнулся и добавил, что только так он может что-то понять.

Медленно, очень медленно, Микото подняла голову. Её щёки стали краснее, а губы открывались и закрывались, не произнося ни единого звука. Несмотря на то, что ей пришлось отстраниться от семьи, о ней беспокоились настолько, что решили устроить прощальную вечеринку. Осознание того, что здесь по-прежнему живут близкие ей люди грело сердце девушки.

Бог сказал, что примет всё, что она скажет, но правда ли это?

Если правда, ей бы хотелось, чтобы принял. Не только принял, но и ответил.

Ей хотелось услышать, что он скажет о возможности зайти в отношениях дальше, чем отец и дочь, дальше, чем семья.

Она хотела знать, что на самом деле думает бог, который вызывал в ней бурю эмоций долгие годы.

Губы Микото дрожали, её уши стали ярко красными, а сердце бешено билось.

Чигуса, Оука и остальные члены Паствы осознали, что это означает и ждали следующих слов затаив дыхание.

Микото отбросила свою гордость и набралась храбрости чтобы начать говорить.

— Такемиказучи-ками, я!..

— Микото, у меня есть для тебя подарок. Подожди немного.

В голосе бога слышало самодовольство, когда он повернулся и пошёл к углу комнаты, совершенно не заметив, что Микото впервые в жизни набралась решимости.

Микото застыла, будто обратившись тёмно-красной статуей в дверном проёме. Оука и остальные уставились на божество, разочарованные его уровнем понимания человеческих чувств.

Слёзы снова побежали по щекам девушки. Не видя впившихся в него взглядов, Такемиказучи вернулся к девушке и с довольной улыбкой протянул ей свой подарок.

— Прощальный подарок.

— А?..

В протянутой руке бога был небольшой меч, больше похожий на длинный кинжал.

В другой руке он держал такой же меч, но другого цвета.

— …Парные мечи, мужской и женский.

Голос Микото дрожал.

— Точно. — довольно кивнув ответил Такемиказучи. — Я использовал деньги со своего заработка, не забирая их из бюджета Паствы… и да, ещё пришлось занимать.

Удивление в Микото победило все остальные чувства.

Оука и Чигуса тоже ничего про эти мечи не знали. Все члены Паствы были удивлены так же сильно, как и Микото.

— Я узнал, что Гестия влезла в долги чтобы подарить Беллу Кранеллу кинжал. Я не пытаюсь с ней соревноваться, но мне показалось, что стоит сделать что-нибудь такого же рода… Не думаю, что долги красят человека, но мне…

Бог прикрыл глаза, не зная, что сказать. На лице Такемиказучи также появилась лёгкая краснота.

Микото осмотрела оставшийся в руках бога меч, когда тот признал, что его поступок подобен поступку юной богини.

Чёрный и белый. Мечи были подобны формой катанам, а ножны были украшены и заметно высокого качества.

На мечах стояли знаки Паствы Гоибниу, каждый из них был сделан вручную.

Тёмно-фиолетовые глаза Микото задрожали.

— …Небольшой знак внимания моей прекрасной дочери.

Микото улыбнулась, и эта улыбка прорвала эмоциональную плотину, поэтому по её лицу хлынули слёзы.

Такемиказучи замешкался, натянуто улыбаясь заливающейся слезами девушке. Он сделал ещё шаг вперёд и встал на колено, чтобы оказаться взглядом на уровне глаз девушки.

— Мужская Тенка, женская Чизан… Эту я даю тебе, а второго буду хранить.

Поскольку Микото держала в руках коробку с тортом, она не могла принять меч, поэтому Такемиказучи пристроил ножны чёрного меча, женскую версию, Чизан, ей на пояс.

Убедившись, что меч не вылетит, божество взглянуло в мокрые от слёз глаза Микото.

— Второй станет твоим в тот день, когда ты к нам вернёшься. — добавил бог. — Поэтому обязательно возвращайся.

Показав на белый меч, Тенка, Такемиказучи снова улыбнулся.

— Я буду ждать столько, сколько потребуется, Микото.

Микото закрыла глаза и из них полилось ещё больше слёз.

Тёплое, приятное ощущение окутало её сердце, а вместе с ним и всё остальное тело. Не открывая глаз, девушка улыбнулась.

Она представила себе момент воссоединения двух клинков.

В этот день она раскроет свои настоящие чувства, о которых так и не рассказала в эту ночь.

Она станет человеком, который будет достоин носить эти мечи.

В следующий раз, она скажет о том, что у неё на уме.

— …Конечно!!! Дождитесь меня!

Несмотря на мокрые от слёз щёки, на лице девушки читалась радость.

Она и Такемиказучи улыбнулись друг другу.

Чигуса, Оука, Харухиме и остальные присутствующие не могли не начать улыбаться сами.

— Эм, это… это торт… Такемиказучи-ками и остальные, давайте вместе его попробуем…

— О, спасибо, Микото! А теперь, налетайте на еду!

— Дааааа! — раздался дружный хор голосов.

Такемиказучи принял коробку из рук ещё всхлипывающей Микото и комната наконец оживилась. Парни больше не могли ждать и в считанные секунды собрались за столом, протягивая руки к еде.

Чигуса, Харухиме и остальные девушки собрались вокруг Микото. Её обнимали, ей улыбались и хлопали по спине. Главная гостья вечера вытерла слёзы руками и улыбнулась подругам.

Свет фонарей с магическими камнями с улицы пробивался в комнату сквозь окна.

Празднование как в старые времена, в святилище. Небольшая комнатка наполнилась радостью.

***

[[image:/storage/reader-images/93469b8cb83971eebd7c2b8826ee26eaddc26003.jpg]]
***

Тёплые солнечные лучи падали с чистых голубых небес.

В Орарио появились первые признаки лета. Клинок блеснул в солнечном свете и рассёк воздух.

Дом Паствы Гестии, сад поместья.

Микото была сама по себе, она тренировала боевые техники на роскошной зелёной лужайке, между деревьев.

Она вращалась, наносила удары сверху и снизу, держа в руках подаренный Такемиказучи Чизан.

— Моё мнение о Всевышнем Такемиказучи улучшилось… немного…

Белл и Вельф наблюдали за тренировкой Микото стоя в тени стен неподалёку. С ними разговаривала Нажа.

Она пришла чтобы доставить Пастве Гестии заказанные предметы. Когда она узнала, что произошло вчера, девушка заметно повеселела. Даже её хвост раскачивался из стороны в сторону с куда большим энтузиазмом, чем обычно.

— А я уже начал беспокоиться. Всё думал, что мы могли упустить что-нибудь важное. — отметил Вельф, опирающийся рукой на деревянную колонну.

— Микото снова в хороших отношениях с Всевышним Такемиказучи. Кажется, она очень рада… — Стоящий рядом Белл бодро улыбнулся.

Вскоре Микото закончила тренировку, взглянула на клинок в своей руке и улыбнулась.

Девушка была в очень приподнятом настроении. Наблюдавшие за ней Белл и Вельф переглянулись и беспечно, слегка косо улыбнулись. Нажа, в свою очередь прищурила глаза, посмотрев на девушку. Пусть она и восторгалась тем, что Такемиказучи лично подготовил для Микото оружие, у девушки-чинтропа всё равно осталось беспокойство.

— Знаете…

Медленно, но верно уголки губ Нажи расплылись в улыбке.

— …Он всегда совершает подобные поступки, совершенно не задумываясь о том, как их примут люди. Мне кажется, именно поэтому его называют бесцеремонным.

Разделение мужской и женской части парного оружия между богом и его последователем, как сделал это Такемиказучи, это почти как…

— …как будто он подарил обручальное кольцо. Кажется, божества называют подобное «помолвкой».

— …Ну, да.

— Ха, ха-ха…

Вельф размял шею свободной рукой. Белл засмеялся пустым смехом.

Было очень просто неверно понять подобный близкий жест за предложение руки и сердца. Все трое участников разговора разделяли эту мысль.

— Эй вы! Почему бы вам не потренироваться со мной, раз у вас столько свободного времени?..

Микото увидела наблюдавших за ней авантюристов и помахала им.

Держа в руках женскую часть парного оружия, девушка расплылась в улыбке, такой же ясной, как весеннее небо.

[[image:/storage/reader-images/5bde9610ae4cddb5fa66de98aee871d8338eb98d.png]]

----------

Предложение полурослика

[[image:/storage/reader-images/1d03a64e6d52d75339e67502d96b87e6eb4b06dd.png]]
Пятьдесят километров к востоку от Орарио.

В то время как жизнь в пределах городских стен шла своим чередом, Альянс Паств Орарио разбирался с армией Ракии.

— Боже, как же скуууууучно. Фиииин, закончи уже эту фигнююююю.

Бои начались пять дней тому назад.

Паства Локи поставила временный штаб, расчистив часть равнины. Неподалёку на горной гряде Альб располагался наблюдательный пункт, с которого можно было видеть всю окружающую территорию до Тёмного Леса Сеоро. Над головами членов Паствы Локи развевался флаг, они пристально следили за перемещениями противников.

Богиня лениво распласталась на нескольких, выстроенных в ряд стульях внутри самого большого тента этой импровизированной базы. Финн, тем временем, склонился над огромной картой разложенной на столе. Он сухо улыбнулся.

— Я сейчас хочу ровно того же…

Находясь со своей богиней наедине Финн изучал различные метки, нанесённые на карту.

— Кажется что они неорганизованны, будто действуют без плана.

— И что это означает?

— Они создают переполох и привлекают наше внимание, но никогда не переходят в нападение… Да и генералы, равные по силам нашим авантюристам второго ранга в сражениях не показывались. Наши отряды слишком сильно растянулись, преследуя небольшие отряды. Враги совершают ложный шаг вперёд, отступая на три шага. Так продолжаться не может.

Если у Ракии и есть хоть какое-то преимущество над авантюристами, то это численность.

Разумеется, в Орарио располагается множество крупных Паств, но ни одна из них не сравнится в численности с целым государством. Может качество и преобладает над количеством, но превзойти противника числом всё равно остаётся действенной стратегией.

Паствы Орарио разделили свои силы для уничтожения небольших батальонов врага, но подобная война вредит торговле и экономике города, к тому же, если армия растянется слишком сильно, наступит момент, в который преследовать врага станет просто невозможно.

— Получается, главные силы где-то прячутся, а парни, с которыми мы дерёмся это просто приманка?

— Такого, конечно, исключать нельзя, но…

Финн неохотно ответил Локи, не проявлявшей к ходу войны совершенно никакого интереса с самого её начала и не запоминавшей как обстоят дела. В этот момент в тент вбежал один из членов Паствы Локи.

— Генерал, я получил подтверждение.

— Хорошая работа, Рауль. Что слышно о Порте Мерен?

— Всё тихо. Никаких признаков флота, даже подозрительных кораблей на замечали, от Озера Лолог и до самых холмов.

Финн выслушал рапорт подчинённого и снова повернулся к карте. Его руки начали гулять по западную сторону от Орарио и сняли все камешки от озера до линии берега.

— Значит, окружать нас морем они не собираются…

Локи спрыгнула со своей импровизированной кровати и присоединилась к Раулю, встав у карты. Вместе они наблюдали как Финн отмечает место первой битвы и отмечает расположение множества отступающих батальонов Ракии красными камушками. Силы, отправленные Финном в преследование представляли синие камешки.

— Похоже враги затеяли войну на истощение… Они рассредоточат силы Орарио, после чего подорвут наши припасы и мораль, а затем навяжут нам серьёзное сражение.

— Аааа, понятненько. Вот что они делают.

Локи ухмыльнулась, когда Финн разъяснил ей тактику сил Ракии и их конечную цель. Полурослик-генерал, легонько усмехнулся, увидев, как на лице Локи меняется выражение.

— Нам стоит вернуться в город. Что бы враг ни придумывал, у него одна цель.

— Музыка для ушей! — Локи с энтузиазмом хлопнула в ладоши, радуясь заново обретённой свободе.

— Рауль, мы отступаем. Распространи это послание между всеми отрядами. Флаги оставляем на местах. Ракия даже не поймёт, что мы ушли.

— В-вы уверены, Генерал?.. Бросить передовую…

— У нас есть причины для возвращения в город. Сомневаюсь, что Гильдия будет против.

Финн не обратил внимания на удивлённый вид своего подчинённого и принялся запаковывать свои вещи.

— Паства Фреи об остальном позаботится.

— Хе-хеее! После происшествия с Иштар она не может отказать Гильдии. На эту пустоголовую гадюку такие штрафы наложили. Они за нас всю грязную работу сделают.

Локи выглядела настолько довольно, насколько это было возможно, потому что некая Богиня Красоты сейчас обязана повиноваться приказам Гильдии. Самую скучную часть работы можно было скинуть на Паству этой богини. Небольшая группа посланников выбежала из лагеря чтобы разнести новость об отступлении полевым командирам. Уже через час Паства Локи отступила в полном составе.

— В Орарио остались сильные Паствы?

— Ммм… из крупных… Наверное, только детки Фей-фей.

— Паства Гефест? Идеально. Нам пригодится их помощь.

Обсудив с Локи некоторые вопросы, Финн оставил на богине наблюдение за последними стадиями отступления.

Подобно долгосрочным экспедициям в Подземелье, члены Паствы низкого ранга быстро собрали базу, разложили все элементы по ящикам и с лёгкостью их унесли. Единственное отличие заключалось в том, что над головами авантюристов чистое голубое небо. И сейчас авантюристы время от времени бросали взгляды на возвышающуюся к западу белую башню.

— Генерал! Может хочешь выпить? Или поесть? Я тут дикого борова поймала! Пожарить тебе кусочек?

— Эм, я откажусь, Тионэ. Если будешь жечь костёр, убедись, что дыма не будет.

— Обязательно!

Девушка-амазонка Тионэ Хайрит, с бронзовой от загара кожей, едва прикрытой минималистичной боевой экипировкой, и длинными чёрными волосами снова и снова проходила мимо полурослика. Финн каждый раз одаривал её пустой улыбкой.

Вид Тионы, её старшей сестры-двойняшки, будто кричал «Опять началось?!», но Тионэ даже не пыталась скрыть своих намерений. Для Паствы Локи подобное было совершенно обыденным зрелищем, что Айз и остальные члены уже не придавали этому никакого значения и не вмешивались.

Финн ожидал, пока минует эта буря, и Тионэ уйдёт, найдя себе другое занятие.

После того, как Тионэ ушла, эльфийка Риверия и дворф Гарет подошли, чтобы поговорить с командиром:

— Финн, чем мы будем заниматься после возвращения?

— Правда ничего, что мы вернёмся в дом пока других приказов не будет?

Финн повернулся к двум другим лидерам Паствы Локи и произнёс:

— Все распоряжения я отдам заранее, вы не против если после этого я отлучусь, Риверия, Гарет?

— Ого?

— Что-то новенькое. Есть дельце, о котором ты хочешь позаботиться?

Риверия и Гарет бросили на полурослика подозрительные взгляды, но тот в ответ только улыбнулся.

— Я уже давно хочу кое-что проверить…

Финн повернул взгляд своих синих, как озёрная гладь, глаз на Орарио, огромный город вдали.

— Есть одна «миссия», о которой я, в последнее время совсем позабыл. Надо бы наверстать.

[[image:/storage/reader-images/599d862f0cd620b764faf7b6c6e3f1d0c600b97b.jpg]]
— Привет. Лили пришла…

Девушка-полурослик открыла дверь, не подходившую ей по размерам, и зашла в маленький домик.

Солнце едва виднелось на восточном горизонте.

Огромный рюкзак висел на её плечах, девушка решила навестить магазинчик гнома-торговца. Пройдя мимо основной части лавки в неряшливую жилую комнату, она увидела владельца заведения. Гном едва успел встать и потягивал горячую воду из чашки будто сонный ребёнок.

Глоть, глоть, глоть. Можно было услышать, как вода проливается по белой бороде и исчезает во рту гнома.

— О, уж не Лили ли это… Утречка.

— Доброе утро. Пожалуйста, не забывайте умываться и садиться, перед тем как пить воду. Лили зашла ненадолго.

Поскольку гном был без своей обычной красной шапочки, его лысина сразу бросалась в глаза. «Конечно, конечно», — пробормотал себе под нос гном выбираясь из своего кресла. Лили сняла рюкзак и начала готовить лавку к работе, пока владелец умывался.

Лили жила у Гнома Торговца до того, как Паства Гестии получила в «Битве» новый дом.

Её разрыв с Паствой Сомы случился два месяца тому назад, и девушке пришлось искать место, в котором можно было жить. Она была знакома с этим магазинчиком в те дни, когда регулярно занималась воровством у авантюристов и продавала сворованные вещи за деньги. А однажды она просто заявилась в это место и попросила: «Позвольте Лили здесь жить, Лили будет работать.». Владелец никогда не видел настоящего лица девушки, но девушка верила в него как в порядочного гнома.

«Золушка», Заклинание Лили, позволяло ей по желанию менять свою внешность и в тот день она впервые позволила гному увидеть какая она на самом деле. «Тебе везёт, я давно задумывался что мне не помешает пара лишних рук», – ответил гном и нанял Лили, не раздумывая. Теперь она приходит проведать гнома каждое утро и помогает с магазином, прежде чем отправиться в Подземелье, а потом заглядывает перед тем, как отправиться домой каждый вечер, пытаясь отплатить гному за доброту.

— Мне слегка неловко, оттого что ты заходишь каждый день, несмотря на то, что твоя Паства так разрослась.

— Не беспокойтесь за Лили, беспокойтесь за своё здоровье, сударь Бом. Лили не сможет обо всём позаботиться, если вы снова переработаете и упадёте без сил, как в прошлый раз.

— Даже не знаю, что бы я без тебя делал. Старичок, вроде меня, не достоин такой заботы.

Владельца лавки зовут Бом Корнвалл.

Расы фей известны своим коллективизмом, но этот гном выделяется на фоне остальных. Его превосходное проворство и намётанный глаз превратили его в полноценного жителя Орарио. Когда Лили спросила его, почему он решил жить в городе, а не на природе, с остальными феями, он ответил:

— Старичок, вроде меня, худший из худших, если считать его феей.

Он зарабатывает на оценке предметов, приносимых в его лавку, покупает их по самой низкой цене и перепродаёт ради выручки.

— Этот завтрак Лили приготовила этим утром дома, обязательно съешьте всё. Ещё лампа в кладовой сломалась, поэтому Лили заменила магический камень. В сейфе осталось мало драгоценных камней, было бы неплохо закупить новую партию.

— А, ага… спасибо…

Слегка ошеломлённый эффективностью Лили гном напялил на голову свою представительную красную шапочку. Лысина скрылась, его круглые глаза уставились на девушку снизу вверх.

— Сегодня снова в Подземелье?

— Да. Сегодня мы идём на шестнадцатый этаж! Как вы знаете, Паства Лили на высоте!

Яркая улыбка появилась на лице девушки при этих словах. Думая о своих друзьях и надёжных союзниках, девушка добавила:

— Лили постарается не стать обузой своей Пастве!

Девушка сделала в лавке ещё несколько вещей и взглянула на часы. Настало время встретиться с Беллом и остальными её друзьями у входа в Башню Вавил.

— Сударь Бом, не забудьте съесть еду, которую Лили принесла.

— Не забуду, не забуду. Удачного дня.

— До вечера! — ответила Лили с улыбкой и помахала гному из дверного проёма.

— …Значит, она и так улыбаться умеет, хах, — пробормотал себе под нос владелец лавки, смотря на дверь, в которую вышла Лили.

Гномы, лишившись способностей, которыми они обладали в Древние Времена, пали в самые низшие ряды фей, но они всё равно считаются членами самой близкой к богам расы.

Лили считала, что тайна её маскировки никогда не была раскрыта, но гном видел её через все превращения девушки.

Во взгляде гнома читалась ностальгия. Белые волосы бороды зашелестели, когда на его лице появилась довольная улыбка.

[[image:/storage/reader-images/7fa60fa570a848a1a63802c080edb76706466b9c.jpg]]
Луна висела в небе над домом Паствы Гестии, Поместьем Домашнего Очага.

Вернувшись из Подземелья, авантюристы закончили совместный ужин. Теперь они по очереди заходили в комнату Гестии и получали улучшение Характеристик. Они договорились, что цифры будут обновляться каждую неделю, и сегодня был как раз такой вечер. Гестия проверяла Фалну каждого авантюриста в назначенный день, если кто-то из них не был очень занят чем-то другим.

Настала очередь Лили. Девушка слегка переживала перед тем, как увидеть сколько экселии она начала получать после того, как Харухиме присоединилась к Пастве и обнажила спину.

— Готово.

Сидевшая на стуле без рубашки Лили натянула её обратно через голову, а Гестия записала обновлённые характеристики на бумажку.

Лили взглянула на записанные её богиней Коином, основным языком Орарио, цифры:

Лилирука Арде

Первый Уровень

Сила: I 81 Защита: H 123 => 124 Проворство: G 232 => 236

Ловкость: F 383 => 388 Магия: E 402 => 404

Заклинания:

«Золушка»

— Заклинание превращения.

— Цель принимает вид представленного образа на время действия заклинания. Без образа заклинание провалится.

— Рекомендуется подражание образу.

— Активация: «Твои шрамы мои. Мои шрамы мои».

— Деактивация: «Звон полуночного колокола».

(Навыки)

«Дополнительная Поддержка»

— Активируется автоматически, после того как переносимый вес превышает определённое количество

— Уровень поддержки навыка пропорционален переносимому весу.

— …Хааааах…

Продолжительный вздох разочарования сорвался с губ Лили.

Взгляд на рост её Характеристик привёл девушку в уныние.

Лили не думала, что полугодовое количество полученной экселии позволит поднять уровень, но…

Примерно шесть месяцев, будучи членом Паствы Сомы, Лили не получала улучшения характеристик из-за условий, в которых она оказалась.

Пройдя Обращение для участия в «Битве», она наконец получила повышение. Несмотря на то, что ожидания девушки и без того были низкими, полугодовой запас полученной экселии совершенно ничего не изменил. Уровни её Характеристик оставляли Лили среди самых низких рангов авантюристов первого уровня. Каждое повышение с того раза проходило в том же ключе.

— Помощница, я понимаю твоё разочарование, но…

— Лили всё понимает, она помощница. Конечно, статусы помощников улучшаются медленнее всего.

Лили стала помощницей в первую очередь потому, что в роли авантюриста она не справлялась. С медленным ростом характеристик ничего нельзя было поделать.

Её ответ Гестии, пронзившей собственный палец чтобы использовать на Лили кровь, был довольно холодным. Девушка повернулась спиной к сочувствующей богине и покинула комнату.

Она вошла в гостиную, пройдя длинный коридор первого этажа.

Вельф и остальные её товарищи собрались в кружок, обсуждая рост Характеристик, записанный на бумажках в их руках.

Появление Лили означало, что настала очередь Белла, он шёл последним. Лили подумала о присоединении к обсуждению, когда Белл вышел, но… краем глаза увидела своё отражение в окне и остановилась.

Обычная роба лежала в комнате девушки, рубашка, в которую она была одета, была слегка приподнята. Нижняя часть спины Лили была не прикрыта, и она увидела частички иероглифов, составляющих её характеристики.

Увидев эти частички Лили нахмурилась.

— Мне с самого начала было интересно…

Она присоединилась к кружку авантюристов, когда Белл и Гестия закончили с поднятием Характеристик и вернулись в гостиную.

— Почему наши характеристики видны?

Вопрос Лили получил мгновенный отклик у Вельфа, Микото и Харухиме, каждый из которых ранее принадлежал к другой Пастве.

— А, я тоже об этом думал.

— И-и я… странно что вы, всевышняя Гестия, не пытаетесь их скрыть.

— Я была уверена, что это политика Паствы… Я что-то не так поняла?

— А?.. Их можно скрывать?!

Гестия заметно удивилась, Белл также ответил нечленораздельным удивлённым выкликом, поэтому Лили рассказала, что боги могут «запирать» Характеристики. Существует техника, пользуясь которой божества скрывают иероглифы на спинах своих детей, делая их невидимыми для невооружённого взгляда. Этот «замок» лишнее подтверждение что ценная информация об авантюристах не попадёт под любопытные взгляды.

Гефест, Такемиказучи, Иштар и даже ни на что не годный бог Сома знали как использовать эту скрывающую технику. Гестия, недавно спустившаяся в Гекай, совершенно ничего об этом не знала.

— Так вот почему… я никогда не видела Характеристик каких-нибудь амазонок… Я-то всегда думала, что они какой-то телесной краской пользуются.

— К-кстати, мисс Эйна говорила, что я должен всегда «запираться» чтобы мои Характеристики никто не видел… Я думал она про двери и одежду плотную…

— Я узнаю у Гефест или кого-нибудь ещё, как ставить эти замки…

Остальные легонько покачали головами на совершенно очевидные вещи, которые для Гестии и Белла стали неожиданным ударом. После этого продолжилось обсуждение характеристик.

— Лили может взглянуть на Характеристики других?

— Конечно, без проблем.

— Разумеется.

— Вот мои.

На вежливую просьбу Лили, Вельф, Микото и Харухиме передали свои бумажки.

Вельф Кротцо

Второй Уровень

Сила: I 67 =>70 Защита: I 50 => 53 Проворство: I 78 =>; 82

Ловкость: I 36 => 38 Магия: I 57 => 61

Ковка: I

Микото Ямато

Второй Уровень

Сила: H 133 =>134 Защита: H 129 => 130 Проворство: H 178 => 181

Ловкость: H 162 => 167 Магия: I 84

Иммунитет: I

Харухиме Санджоуно

Первый Уровень

Сила: I 8 =>9 Защита: I 32 Проворство: I 23 => 26

Ловкость: I 23 => 26 Магия: E 403 => 405

Ладно, совершенно обычный рост…

Заметив, что уровень роста характеристик её товарищей соответствует росту её собственных характеристик, девушка передала свою бумажку в круг. Как только все посмотрели на характеристики Лили, настала очередь парня, шедшего последним.

Став центром внимания Белл, ощутил на себе давление и слегка покраснел. Почесав голову левой рукой, парень слегка поёрзал, прежде чем передать свои характеристики в круг.

Белл Кранелл

Третий Уровень

Сила: F 377 =>391 Защита: F 389 => 396 Проворство: F 377 => 392

Ловкость: D 593 => 594 Магия: F 352 => 360

Везение: H Иммунитет: I

Наступила мёртвая тишина. Никто не мог и слова произнести, увидев характеристики Белла. Они возросли больше, чем на пятьдесят очков в сумме. Белл был выше всех в группе уровнем и всё равно умудрялся получать самые высокие прибавки.

Происходило нечто странное.

Они сражались в одном и том же Подземелье, с одними и теми же монстрами. Конечно, Белл совершал большую часть добивающих ударов и, возможно, убил больше всех монстров, но этого недостаточно чтобы объяснить такую огромную разницу в темпах роста.

Каждый по-своему задумался о таинственной скорости, с которой Белл набирает свои уровни, но сегодня авантюристы были едины в этом порыве.

— Нет, правда, что с тобой не так?

— Х-хоть убей…

Вельф держал в руках бумажку Белла и попытался надавить на парня в поисках ответов. Судя по реакции Белла, тот действительно не имел ни малейшего понятия.

Оказавшись в окружении такого количества людей, вопросительно уставившихся на него, Белл явно ощущал себя не в своей тарелке.

— Лили считает, что дело не в естественном таланте сударя Белла, в этом замешана какая-то особая сила…

Убедившись, что Вельф и Белл не могут её услышать, Лили зашептала Микото, Харухиме и поглядывая краем глаза на Гестию.

Юная богиня прикрыла глаза и начала свистеть, будто пытаясь сохранить какая-то секрет. Капля пота покатилась по её щеке. Лили закатила глаза, заметив реакцию Гестии, а потом посмотрела каждому члену Паствы, кроме Белла, в глаза и сделала предложение.

Предложение было крайне простым: выяснить правду.

— Уже довольно поздно. После такого долгого дня было бы неплохо отмокнуть в ванной.

Всё началось с Вельфа.

Он повращал плечами и шеей, а потом повернулся к парню, сказав:

— Белл, почему бы тебе не пойти первым?

— Я, ну, уже принял душ в Вавиле…

— Но я подготовила ванну на этот вечер. Будет неправильно ей не насладиться, Белл-сан.

Слова Микото вызвали у Белла чувство вины:

— Н-но разве мне стоит идти первым? Вы все так старались… Если будет неправильно не насладиться ванной, почему бы тебе не пойти со мной, Вельф?

— У меня в кузнице дела.

— Мне нужно к завтраку ингредиенты подготовить.

— Я-я, ну, мне… мне нужно хвост расчесать!

Вельф и Микото прищёлкнули языками, будто эти отговорки были готовы заранее. Не теряя ни секунды, авантюристы покидали кружок и начали расходится по назначенным местам. Девушке-ренарту пришлось импровизировать. Как только отговорку придумала она, она также покинула кружок, смущённо вычёсывая хвост руками.

Все наперебой уговаривали Белла пойти первым.

— Ну, если так… — сказал парень, развернувшись на каблуках и покидая комнату.

Гестия попыталась вступить в разговор, намереваясь отбить парня, но пронзительный взгляд Лили заставил богиню застыть с раскрывшимся ртом.

— Лили нужно кое-что обсудить с Всевышней Гестией.

— Ик…, — раздался вскрик богини, осознавшей, что означает взгляд полуприкрытых глаз Лили.

После того, как парень вышел авантюристы вернулись и окружили богиню. Гестия потеряла дар речи, когда Лили взяла на себя роль лидера и начала задавать вопросы:

— А теперь, Всевышняя Гестия, нам хотелось бы поподробней узнать о «росте» сударя Белла. Правда должна открыться.

Мотая головой в поисках возможности сбежать, богиня увидела, что её окружили. Всё больше капель пота скатывалось по её лицу. Наконец, она сделала глубокий вдох.

— Подозреваю, что скрывать такие вещи от членов Паствы бесполезно… Ладно, я расскажу, — но после этого богиня быстро добавила: — Но мои слова не должны покинуть пределов этой комнаты, ясно? — прежде чем рассказать секрет «роста» Белла, богиня взяла с каждого из присутствующих обещание.

После этого Лили и остальные узнали о Навыке парня.

— Liaris… Freese?,,

Тихий, поражённый голос Лили повторил название навыка Белла, о действии которого подробно рассказала Гестия. Авантюристы были шокированы, услышав о редком навыке, наличие которого влияло на скорость роста характеристик. А раскрытие подробностей об этом навыке вообще заставило их потерять дар речи.

— Быстрое развитие.

— Чем решительней человек настроен становиться сильнее, тем выше скорость.

— Чем дольше человек настроен становиться сильнее, тем выше продолжительность действия.

Навык напрямую зависит от чувств, которые парень испытывает глубоко в душе. Эти чувства, его чувства к Айз, стали той силой, которая привела к его невероятному восхождению в высший эшелон авантюристов.

Вельф задал Гестии вопрос, чтобы убедиться, что он понял принцип действия Liaris Freese правильно после рассказа богини:

— Выходит, он втрескался в Принцессу Меча и это заставило его, очертя голову становиться сильнее?

— Втрескался?! Н-ну, наверное, так и есть…

— Та… что в сердце Белла-сама…

Харухиме и Лили попросту не могли скрыть как их удивило подобное откровение.

Белл Кранелл был более чем просто заинтересован Айз Валленштайн. Этот факт явно бросался в глаза после рассказа о принципе действия навыка.

Вот почему он так старался. Я всегда знала, но…

С самой первой встречи с Беллом Лили знала, что-то скрывается за усердием авантюриста в Подземелье, что он пытается достичь какой-то цели.

Однако, кто бы мог подумать, что его цель заключается в погоне за знаменитой девушкой, Кенки…

Совершенно не удивительно, что парень такого возраста проникся чувствами к представительнице противоположного пола, но… Взгляд ореховых глаз Лили дрогнул, она вспомнила, как Белл и Айз встретились, как девушка спасла его от минотавра.

— З-знает ли об этом Белл-сан? Вы не стали ему рассказывать?

— Он не смог бы секрет сохранить, даже если это стоило бы ему жизни. Если кто-то просто попросит его рассказать о Редком Навыке, знать скоро будут все. Поэтому, будет лучше, чтобы это оставалось в секрете… Да и он никогда не говорил напрямую, что благодаря Валлен-какой-то-тамке, в которую он втрескался он хочет сильнее стать!

Лили слышала разговор Микото и Гестии, будто обрывками. Ей начало казаться, что её дух отделился от тела. Мысли и эмоции вливались прямо в её сердце, но руки и ноги оставались неподвижны. Сердце девушки будто рвалось из тесной груди.

Лили начала задыхаться и выдавила из себя слова, которые просто-напросто не могла сдержать.

— Г-Гестия, сударыня, т-ты смогла принять… это? — пусть и заикаясь, Лили обратилась к своей богине.

Девушка знала, что Гестия питает к Беллу чувства, которые выходят за рамки любви божества к своему дитя. Как она могла не пресечь эти чувства Белла? Вот о чём пыталась спросить Лили.

— …Белл сказал мне чётко и ясно, что он хочет стать сильнее. Он своё решение принял. Я не могла его останавливать, увидев насколько сильно он этого желает.

Богиня не могла лишить своё дитя решимости. Слова Гестии удивили Лили.

— Но это не значит, что я позволю ей его забрать! Никогда, пусть миллион лет пройдёт! Однажды он меня заметит, я заставлю его меня заметить!!! — сотрясаясь, богиня сжала кулаки.

Подобное состояние Гестии заставило остальных авантюристов рефлекторно отпрянуть. В этот момент Лили взглянула на Харухиме. Девушка-ренарт ощутила на себе взгляд. Она была одета в своё обычное кимоно и начала бегать глазами по комнате, пока наконец не опустила голову, уставившись в пол. Она сложила руки прижав их к трепещущей на груди ткани:

— Я-я жила как проститутка… у меня нет права настаивать на романе с Беллом-сама.

— …

— …Н-но став его наложницей, нет, проведя с ним хотя бы одну единственную ночь, даже такая как я!..

Лицо бывшей куртизанки покраснело, она неосознанно вызвала в кругу авантюристов самый настоящий взрыв. Богиня подскочила, взревев будто раненный зверь:

— НО, НО, НО!

— П-приношу глубочайшие извинения! — взвизгнула Харухиме, прикрыв обеими руками голову.

— Думаешь я тебе это так просто спущу! — не унималась Гестия, её крики разносились по всему дому.

Какое-то время Гестия продолжала кричать на Харухиме, несмотря на это Лили осталась наедине с собственными мыслями.

У Белла есть особый человек.

Лили никогда всерьёз не думала, что существует вероятность того, что Белл будет с ней рядом, но подобная новость всё равно её ранила. Девушка не знала, что ей думать, когда поняла, что чувства Белла были так сильны, что смогли породить навык. Она могла только безучастно остаться в стороне.

[[image:/storage/reader-images/8a32df528f859ca69fa1a6cf286951ebfeb07fa0.jpg]]
Лили вернулась в свою комнату вскоре после событий вечера, забыв даже принять ванну. Она сразу рухнула на постель, но была в сознании и не могла заснуть. Уставившись на потолок в своей комнате, девушка погрузилась в мысли. Её сердце кололо каждый раз, когда она закрывала глаза. Даже перекатывание в удобное положение не вызвало ничего кроме шуршания постельного белья в предельно тихой комнате.

Время продолжало идти, а мысли из головы девушки сталкивались с чувствами из её сердца. Наконец, она выбралась из кровати.

Темнота ночи начала пропадать. Лили покинула комнату, не уснув ни на минуту в самые ранние утренние часы. Накинув робу поверх своей обычной одежды, девушка закрыла за собой дверь комнаты и устало пробормотала одно единственное слово:

— Смехотворно…

Она снова и снова ругала себя за то, что сдалась на волю чего-то настолько очевидного, проходя по длинному коридору.

Комнаты членов её Паствы располагались на третьем этаже.

Время от времени Вельф проводил ночь в кузнице, но, по большей части ночами все спали.

Комната Гестии располагалась ближе всего к главной лестнице, следом шла сдвоенная комната Микото и Харухиме. Вельф жил чуть дальше, и, наконец, Лили оказалась перед комнатой Белла. Ноги Лили сами собой остановились у его двери, но она немного поразмыслила и пошла на кухню, чтобы попить.

Первые отзвуки рассвета только начали проникать в окна, пока Лили, будто зомби, шаркая шла по коридору. Проходя мимо одного из окон Лили услышала, как в саду что-то острое рассекает воздух.

— !

Девушка ускорила шаг и, следуя за этим звуком подошла к окну. С её ростом она едва могла заглянуть за раму поднявшись на цыпочки. Посмотрев в сад, она увидела внизу беловолосого парня.

Запаниковав Лили тут же присела чтобы скрыться, хотя и понимала, что в этом нет никакой нужды. Несколько секунду спустя она снова бросила взгляд вниз. На этот раз задержавшись дольше, Лили увидела, как фиолетовый и красный клинки парня выписывают в воздухе дуги. Он практиковался.

Шух! Его кинжалы присвистывали, оставляя за собой разводы и издавая тот самый звук, который привлёк внимание девушки к окну.

Он… С кем-то сражается?..

Парень бросался вперёд, уклонялся и подпрыгивал в бешеном темпе перемещаясь по просторному саду. Каждое движение оставляло в воздухе след из капель пота. Лили поняла, что парень представляет себе противника и сражается в полную силу. Это говорило о том, что его противник был ужасающе силён. Лили часто наблюдала за тренировками и работой авантюристов. Наблюдения помощницы и помогли ей это понять.

Парень уже стал авантюристом второго ранга, но даже получив такие навыки не приблизился к противнику в своём воображении.

Ааа… проиграл.

Парень неожиданно, и очень неестественно, замер.

Он изогнул колени так, будто пытался заблокировать атаку, верхняя часть тела отклонилась, будто у его горла был приставлен меч. Так Белл стоял несколько секунд, прежде чем с громким «Гах!», дать себе волю и расслабиться.

По лицу парня ручьями бежал пот, свои руки он упёр в колени, а плечи Белла сильно поднимались и опускались, будто он пытался перевести дыхание.

— …

Белые волосы Белла прилипли к мокрым щекам, его рубашка также была пропитана потом. Лили видела, что парень практиковался долгое время ещё до того, как она пришла. Она продолжила тихонько за ним наблюдать.

С кем он только что сражался? Айз? Он поднимается так рано каждый день и тренируется, чтобы её догнать? Рядом не было никого, кто мог бы дать ответы на эти вопросы. Лили стояла будто статуя, забыв, как дышать.

Парень выпрямился и снова принялся за тренировку.

Темп ударов парня самым наглядным и прямым из возможных способов показал Лили уровень его одержимости. Чем дольше Лили за ним наблюдала, тем больше мыслей начинало крутиться в её голове. Смятение, неуверенность, муки и целый ворох других чувств и ощущений смешался в девушке. Она будто слышала, как эти чувства из неё рвутся.

В тот день авантюристы встретились утром для похода в Подземелье.

Наконец покорив пятнадцатый этаж за день до этого, они решили отправиться на шестнадцатый. Паства продвигалась вперёд в отличном темпе. В целом, группа была в приподнятом настроении, но над нёсшей огромный рюкзак девушкой будто нависла грозовая туча.

Прежде чем девушка успела заметить, Белл притормозил и оказался в центре группы, когда заметил, что Лили едва волочит ноги. Он посмотрел на девушку с явным беспокойством:

— …Лили, ты в порядке?

— !

— Ты выглядишь уставшей… Ты не заболела?

— Л-лили хорошо себя чувствует, сударь Белл! Лили просто мало спала прошлой ночью, но смотрите? Вот, беспокоиться не о чем! — Лили выдавила из себя улыбку, изображая радость. Этому она научилась ещё когда была воровкой, улыбка, которая заставляла любого в неё поверить. Сейчас Лили пользовалась этим навыком, чтобы убедить Белла, что всё в порядке. Впрочем, Белл, похоже, не слишком в это поверил, но разговор был прерван из-за скорого появления монстров.

«Чуть не попалась! О чём я вообще думаю?!» — снова начала ругать себя Лили.

Они в Подземелье. Даже небольшая потеря концентрации может поставить группу под смертельную угрозу. Отслеживая течение битвы между её союзниками и монстрами, Лили сконцентрировалась на дыхании и очистила разум.

Точно. Для сударя Белла, Лили… помощница.

Впрочем, осознание того, что у Белла есть объект обожания всё равно заставляло девушку нервничать. Лили начала задумываться, что о ней думает Белл.

Специалист по поддержке. Объект неприкрытых насмешек. Простой грузчик для большинства авантюристов. Личные навыки Лили никак не помогают её группе. У неё нет сил, чтобы сражаться в первых рядах и прикрывать Белла, как это делают Вельф и Микото. Она всегда скрывается за его спиной, но никогда не следует за ним в бой.

В те времена, когда Лили была воровкой, авантюристы, у которых она крала, всегда называли её «бесполезной», с оскорбительными ухмылками на лицах. Сейчас эти воспоминания вернулись. Железная воля девушки позволила ей казаться всё той же надёжной помощницей внешне. Но под этой маской, в душе Лили, творился настоящий хаос.

— …

В руках девушки был сильно сжат Магический Меч Кротцо, она была готова использовать её силу в любой момент. Переведя взгляд в сторону, она увидела дрожащую, нервно наблюдающую за битвой Белла и остальных, Харухиме.

Харухиме сейчас занимает то же положение, что и Лили, она помощница. Только вот между ними огромная разница из-за могущественного заклинания девушки-ренарта.

Поднятие уровня. Заклинание, которое даёт авантюристу, на которого будет наложено огромный прирост силы и скорости. Благодаря этому заклинанию и выкрикам, Харухиме может сделать для группы, в качестве помощницы, гораздо больше. Харухиме ценнее, чем Лили.

К тому же девушка-ренарт красавица. С её пушистым, золотым лисьим хвостом, длинными, шелковистыми волосами и нежными, изящными чертами Лили никогда не сравниться. А аура чистоты, которая её окружает может дать форы даже Принцессе Меча, Айз Валленштайн.

А её грудь это просто… нечто.

Когда сударыня Харухиме…

Если она поднаберётся опыта, окажется ли Лили в стороне? Потеряет ли она своё место ещё до того, как Айз Валленштайн станет реальной проблемой?

Пока этого не случилось, может мне стоит… перестать готовить из Харухиме помощницу? А может мне стоит просто не тому её обучать?

В этот момент Лили вдруг осознала, куда её заводят собственные мысли и энергично помотала головой.

— Лили-сан?

— …Нет… всё нормально.

Харухиме отвела взгляд от боя и смотрела на Лили. Девушка-полурослик едва смогла дать даже механический ответ.

Почему я так этим одержима?! Лили ощутила, что у неё скрутило живот.

Обзывая себя ужасными словами Лили, всё дальше погружалась во тьму. Она и рядом не стояла с другими девушками, которые окружали Белла, она не так мила, как Гестия, Эйна, Силь или Харухиме. Она не была чиста. Она просто отчаянно пыталась казаться хорошей в глазах других людей. У неё не было права на Белла, чистого, наивного ребёнка, ничего не знавшего о настоящем мире.

В конце концов, в этой боли и заключается настоящий мир…

Строго говоря, у Лили комплекс неполноценности. Она не сравнится красотой с девушками чья красота сродни божественной и от обычного разговора с которыми Белл начинает краснеть.

Айз Валленштайн красива, сильна, собрана. Многие авантюристы её идеализируют, не только Белл. Лили никогда не выиграет у такой девушки, даже если небеса с землёй местами поменяются. Это осознание причиняло Лили боль. Комплекс неполноценности настоятельно твердил ей о том, что она всегда проигрывает. Её соперница — это цветок на вершине горы, на той самой вершине с которой Белл не сводит взгляда. Лили никогда не попадёт в поле зрения парня.

Лили никогда не станет для Белла единственной. Эта обжигающая правда не позволяла девушке уснуть всю ночь и почти довела её до отчаянья. Девушка была брошена в петлю жгучей зависти и была сама в себе разочарована.

— …

Битва закончилась, Лили и Харухиме принялись собирать магические камни и добычу, которые остались после смерти монстров. Девушка взяла в руки один из магических камней с тёмного пола Подземелья. Маленькое отражение её лица на поверхности кристалла заставило сердце девушки сжаться.

[[image:/storage/reader-images/02bc53e00fc2a001df106edcdd58ca55eaf8a440.jpg]]
— Правильно будет утверждать, что вы сегодня освоились на шестнадцатом этаже?

— Да. Мы пока не привыкли к обстановке, но справляемся с монстрами без особых проблем.

Я зашёл в Гильдию до того, как стемнело. Пока я разговаривал со своей советницей, мисс Эйной, синее небо ещё виднелось в окнах.

Наша группа вернулась на поверхность, сходила в Обмен в Вавиле и мы разошлись. Наверняка они уже успели вернуться домой. А я решил прийти сюда и доложить о том, как у нас идут дела.

У нас было две причины вернуться раньше, чем обычно. Первая, сегодня мы собрали огромное количество добычи в Подземелье. Рюкзаки Лили и Харухиме начали переполняться, поэтому вынести на поверхность больше было бы сложно.

А вторая… Лили была сама не своя.

— Не могу не обрадоваться узнав, что у вас всё получается. Только не переусердствуй, ладно?

— Я буду осторожен, мисс Эйна.

Она была очень рада услышав, что мы соблюдаем осторожность несмотря на успехи в Подземелье. Она улыбнулась и наклонила голову, отчего короткие коричневые волосы выбились из-за её эльфийского уха.

Мы обсуждали дела у стойки, а не в личной комнатке, как это бывало обычно, поэтому, распрощавшись с Эйной я пошёл к выходу.

— Лили… интересно, что же случилось.

Дело было не только в подземелье. Она была не похожа на обычную себя и за завтраком, если подумать. Весь день она пыталась казаться сильной, но как раз это меня и беспокоит. Вот так, погрузившись в свои мысли я пересёк мраморный приёмный зал Гильдии.

— …Белл Кранелл.

— А?

Кто-то назвал меня по имени, выведя из размышлений как раз в тот момент, когда я должен был выйти из Пантеона. Голос был детским, похожим на голос человека примерно моего возраста, может чуть младше. Я повернулся чтобы его увидеть… и у меня глаза на лоб полезли от удивления, когда я нашёл его взглядом.

Светлые золотые волосы, небольшой рост.

С таким лицом и небольшим телом можно было принять этого человека за ребёнка, но по одному лишь выражению на его лице можно было понять, что он гораздо взрослее. Взгляд на него даёт понять, что он один из лучших авантюристов.

У меня в горле пересохло, когда я встретился взглядом с этим полуросликом:

— Финн Деймне?!

Удивления от того, что ко мне обратился командир Паствы Локи мне скрыть не удалось.

— Прости, что так неожиданно тебя останавливаю. Попробуй расслабиться, я не собираюсь проблемы устраивать.

Финн улыбнулся очень спокойной улыбкой. А я вытянулся в струнку и никак не мог перестать дрожать.

Впрочем, в улыбке Финна было что-то успокаивающее. Она немного меня расслабила, но я всё равно нервничал, оказавшись перед одним из стоящих на самой вершине авантюристов Орарио. Наконец, не переставая дрожать, я ответил:

— Эмм, ч-что я могу для вас сделать?..

— Чего ты так трясёшься? Мы встречались, когда ты с Минотавром дрался, а потом ещё раз на восемнадцатом этаже, не в первый раз же видимся, да? Я давно хотел с тобой пообщаться. К несчастью, попытка связаться с тобой обычным образом привела бы к возникновению ненужных недопониманий… Поэтому прости, я просто решил дождаться тебя здесь.

Очень многие заметили Паству Гестии благодаря «Битве». Финн объяснил, что быстрое восхождение привлекло немало внимания, и он не мог просто постучаться в наши двери, как бы ему не хотелось познакомиться со мной лично. Приди он к нам как член Паствы Локи, и возникло бы множество проблем, поэтому Финн попытался встретиться ненавязчиво.

— На самом деле, мне даже от своих подчинённых пришлось ускользнуть. — добавил он.

Только сейчас я заметил, сколько наш разговор привлёк девичьего внимания. Он оказался эпицентром этой бури.

— Какой маленький!

— Что за милашка!

— А как силён!

То и дело со вздохами доносилось с разных концов приёмной Гильдии.

— На самом деле у меня есть небольшая просьба. Если ты не занят, я хотел бы позвать тебя в какое-нибудь неприметное место и переговорить. Что скажешь?

У меня, конечно же, не было причин отказывать.

Мы с Финном ушли из Гильдии, после этого пропетляв по переулкам оказались перед кафе, называвшимся «Желание», в Юго-западном районе Орарио.

— Одна эльфийская заклинательница рассказала мне об этом месте. — сказал Финн, когда вёл меня по переулкам к входной двери.

На самом деле я тут уже во второй раз. Гермес приводил сюда меня и Микото не так давно, но после я сюда не возвращался. Я вошёл за Финном внутрь, и мы заняли один из столиков, сев в тихом кафе друг напротив друга.

— Поскольку нашу встречу можно назвать встречей двух высокопоставленных членов разных Паств, я хотел бы попросить, чтобы наш разговор остался строго между нами. Согласен?

— Д-да!..

В кафе мы были одни, если не считать владельца и стоявшей за стойкой эльфийки. Я очень сильно нервничал, оставшись с таким изумительным авантюристом наедине. Финн отхлебнул заказанный чай, совершенно не обращая внимания на моё волнение. Как ни в чём ни бывало, он начал разговор:

— Для начала, я хотел бы поздравить тебя с победой в «Битве». Я следил за боями и, должен сказать, был впечатлён. Также поздравляю с пополнением в Пастве.

— С-спасибо!

Тело взяло верх, и я невольно склонился, когда услышал искренность похвалы.

Герой-полурослик только что меня похвалил… Думаю, это огромная честь. Впрочем, личный разговор с одним из самых знаменитых авантюристов Орарио казался мне чем-то фантастическим.

Финн улыбнулся, не сводя с меня взгляда ясных синих глаз. У меня сердце от волнения чуть не выскочило из груди, но также я был очень счастлив.

— Не то, чтобы я меняю тему, но ничего странного в Орарио в последнее время не случалось?

— Странного?

— В стенах города обычно мирно, но сейчас было бы неплохо держать ухо востро… мне показалось что в городе может что-то случиться, — сказал Финн, будто между делом приложившись к чашке чая.

Я наклонил голову, пытаясь понять о чём идёт речь. Может это какая-то подсказка? Он говорить о проблемах с Ракией… нападении Паствы Ареса? Что же, я слышал, что их армию можно назвать огромной группой авантюристов низкого уровня и они сражаются с Паствами Орарио за городом.

Так, разве Паства Локи не принимает участия в заданной Гильдией миссии? Разве им не приказано сражаться с Ракией?.. Ничего что их командир сейчас сидит напротив?

— Ладно, хватит праздных разговоров, перейду к делу, — Финн снова сменил тему, пока я собирался с мыслями. — Я хотел бы чтобы ты познакомил меня со своей помощницей, девушкой с ореховыми глазами.

— …Чего?

Прошло некоторое время, прежде чем я понял суть его слов. Но когда я понял о ком он меня спрашивает, удивление никуда не исчезло.

Моя помощница, он хочет с ней встретиться и просит устроить эту встречу. Такая неожиданная просьба будто обрушила на меня камнепад.

Но Финн не закончил. Он продолжил свою мысль:

— Что же, я буду прямолинеен. Как представитель её расы, я хотел бы предложить ей заключить брак.

Упавшие на меня камни начала взрываться?

—ЭЭЭЭЭЭЭЭЭЭЭЭЭЭЭЭЭЭЭЭЭЭЭЭ?!

Я вскочил, чуть не уронив свой стул на пол.

Это не шутка. Мой голос ещё разносился по кафе звоном, а Финн выглядел чертовски серьёзно. За сегодняшний день это было самым большим сюрпризом.

Лили… получит предложение руки и сердца?!

— Ч-чего… о чём вы говорите?!

— Для начала, я хотел бы чтобы ты успокоился. Так, теперь я хочу, чтобы ты услышал, что это не какое-то спонтанное предложение.

Я чуть разума не лишился, а Финн был предельно серьёзен и попросил меня расслабиться. Умиротворённый взгляд невероятно синих глаз встретился с моим. Сглотнув, я наконец начал восстанавливать своё подобие спокойствия.

Эльфийка за стойкой недовольно смотрела на меня сквозь очки тщательно натирая бокал на другом конце комнаты. А я снова устроился на стуле. Я попытался внимательно выслушать то, что начал говорить Финн.

— Наверняка ты можешь задаваться вопросом, с чего бы мне, члену той же расы, который принадлежит к другой Пастве делать подобные предложения… Но сначала я обязан спросить, Белл Кранелл, ты знаешь о богине Фиане?

Богиня Фиана… я о ней слышал.

Это вымышленная богиня, в которую верит множество полуросликов. В Древнюю Эпоху даже существовала группа гордых и сильных полуросликов-рыцарей, которые её почитали. Может дело в небольших размерах или хрупкости, но полурослики в целом считаются лишёнными потенциала, в сравнении с другими расами людей или полулюдей. На самом деле, очень немногие полурослики знамениты во всём мире за тысячелетия своей истории. Исключением из общих правил и является эта группа рыцарей. Они творили один подвиг за другим, и также их прозвали «Копьями Полей Сражений». Их слава стала гордостью расы полуросликов и вдохновила на почитание Фианы. Они были настолько известны, что даже я читал про подвиги этих храбрых парней и девушек в Сказаниях о Героях.

…Однако, когда Древняя Эра кончилась и началась Божественная Эра, вера в Фиану исчезла.

Всё потому, что богини, почитаемой расой полуросликов, не было среди спустившихся в мир смертных, Гекай. Полурослики теряли свою веру, и их жизни стали пустыми. То, что их богиня оказалась ненастоящей, нанесло полуросликам такой удар, что они не оправились до сих пор… так я слышал.

Я кивнул, и Финн перешёл к сути:

— Полуросликам нужен свет, который мы могли бы назвать своим. Новая надежда, которая будет выполнять ту же роль, которую выполняла вера в Фиану.

— …И что это может быть?

— То, о чём ты мог подумать. Я прибыл в Орарио, чтобы прожить жизнь авантюриста, стать надеждой для своего народа и сплотить его. Я хочу, чтобы моё имя стало легендарным, чтобы полуросликам было на кого равняться.

Амбиции Финна, нет, его величественный мотив лишил меня дара речи.

Он сражается чтобы изменить судьбы целой расы, несёт будущее полуросликов на своих небольших плечах. Он прибыл в Орарио, чтобы стать знаменитым, чтобы его имя вдохновляло его вид по всему миру.

А сейчас он один из сильнейших авантюристов, он на вершине Города-Лабиринта. В Орарио, месте, которое зовётся центром мира.

Люди других рас, вроде меня, боги и богини, все знают его имя. Я бы удивился, если бы увидел человека, который о нём не слышал. Наверняка истории о храбрости и героических подвигах Финна уже разлетелись по всему миру, и он стал гордостью полуросликов.

— Впрочем… я не могу на этом останавливаться.

Финн произнёс это чуть громче, а я не мог и двух слов связать, чтобы ему ответить.

— Минутной славы недостаточно чтобы выстроить будущее моего народа. Свет надежды должен освещать полуросликов долгие годы.

Финн заявил, что люди мира не смогут достичь постоянного процветания, если у них не будет надежды. Он не пытался как-то смягчить свои мысли, он выражал всё прямо и ясно.

— На самом деле этот свет нужно передать следующим поколениям. И лучшим способом это сделать, будет наследник, в жилах которого будет течь моя кровь.

— !!!

— Полукровка не подойдёт. Гордостью нашей расы должен стать чистокровный полурослик.

Кто-то должен перехватить факел и принести славу расе… поэтому обязательно нужно передать титул «Храбреца» следующему полурослику. Финн на этом настаивал. Расы полулюдей могут заводить детей только в пределах своего вида.

Конечно, есть ещё духи, вроде фей, которые вообще не могут давать потомство, но эльфы, дворфы и зверолюди не могут иметь детей друг от друга. Исключением являются люди, которые могут скрещиваться с любыми полулюдьми и Амазонки, всегда рождающие девочек своей расы.

Поэтому, свадьба с Амазонкой состояться не может, как и с девушкой-человеком для рождения наследника. Полу-полурослик встретиться с огромными трудностями и вряд ли будет принят как спаситель расы полуросликов.

Финн сказал, что ради своего будущего ребёнка, он обязан жениться на другом чистокровном полурослике.

— Т-то есть вы хотите?..

— Именно так. Я хочу сделать эту девушку своей невестой, чтобы она выносила мне ребёнка.

Вот оно что. Моё лицо начало вытягиваться, когда я услышал его намерения.

…Он хочет попросить Лили выносить его ребёнка.

Щёки будто горят. Масштаб его «услуги» превзошёл все мои ожидания, по многим причинам. Я ощущал себя так странно, неудобно и так сильно удивился, что ощутил, как горят мои уши.

Финн же, был предельно спокоен. В его голосе не было слышно ни намёка на дрожь, а уверенность в его глазах заставила меня отчаянно пытаться подобрать ответ.

— Но она, эм, не в вашей Пастве. Люди из разных Паств не могут вступать в браки, правильно?..

Это одна из тех вещей, которые усложняют жизнь в Пастве. И это первое, что пришло мне в голову.

Всё также невозмутимо, Финн произнёс:

— С этим проблем не будет. У меня есть разрешение Локи. Ну, должно быть. Я согласился присоединиться к её Пастве на двух условиях, первое: она окажет мне посильную поддержку в помощи моему народу, и второе: она не будет мне мешать.

Видимо Финн был первым членом Паствы Локи и именно такие условия он запросил.

Это был равноценный договор между Локи и её первым последователем. Она получила обладающего огромным потенциалом авантюриста для своей Паствы, а он получил помощь богини в своих личных делах.

Даже сейчас условия этого договора имеют силу.

— Разумеется, я очень ценю и беспокоюсь о своей Пастве. Сейчас она разрослась, и я чувствую, что должен её защищать.

Кто бы мог подумать, что устрашающая Паства Локи так скромно начиналась. Я начал задумываться об этом, но Финн усмехнулся и сказал, что, между нами, не должно быть недопониманий. Он выглядит так молодо, но при этом несёт обязанности командира с улыбкой на лице. По нему заметно, что он говорит правду.

— И ещё одну вещь я хочу прояснить. Пусть у меня есть разрешение Локи, я не позволю личным мотивам усложнять жизнь моей Пастве. Если твоя помощница, Лилирука Арде откажется, или против этого выступит Богиня Гестия, я больше не буду докучать, — Финн тут же прояснил, что он не хочет никакой напряжённости между Паствами. После этого он улыбнулся и добавил: — К тому же, я не так молод, как раньше. Мне уже не пристало принуждать девушек к помолвкам.

— А… Э-эм, не хочу показаться грубым, но… могу я узнать ваш возраст?

— Мне уже больше сорока, кажется.

— С-сорока?!

— А что? Только не говори, что ты не знаешь побочных эффектов получения Характеристик?

Финн посмотрел на меня своим удивительно молодым лицом и, упиваясь моим удивлением начал говорить. Он рассказал, что высокоуровневые авантюристы получают способность замедлять процесс старения.

Строго говоря, более мощный духовный контейнер не изнашивается с возрастом и это очень сильно продлевает жизнь. Эффект увеличивается каждый раз, когда человек получает уровень.

Когда дело касается вечной жизни, за исключением создателя философского камня, смертным не дано испытать вечную молодость и истинное бессмертие. Однако, многочисленное поднятие уровней многими авантюристами за прошедшие тысячелетия показало, что они обладают способностью побеждать старение, так выразился Финн.

…Если бы здесь была боженька, наверное, она сказала бы что-то вроде, «Поднятие уровней приближает смертных к божественности». Мы получаем тем больше способностей, чем выше мы вознесёмся. То есть, чем ближе мы становимся к вечно молодым богам и богиням, тем больше мы на них похожи… Если выразить эту мысль так, мне становится легче её понять.

Впрочем, добраться до уровня, на котором стоят боги, наверное, невозможно.

Финн закончил, добавив, что я не должен судить о возрасте авантюристов высокого уровня по их внешности.

— Мы слегка отклонились от темы, но… если ты не возражаешь, я хотел бы, чтобы ты организовал нашу встречу.

Поскольку он не может прийти к нам домой и заговорить с Гестией или Лили напрямую, он решил познакомиться с ней через меня. Наконец, он подытожил разговор повторив свою просьбу.

Голова всё ещё кружилась, но я успокоился достаточно, чтобы собраться с мыслями. Я не мог придумать каких-то серьёзных вопросов и сильно дрожал. Наконец, собравшись с силами, я задал самый важный вопрос:

— Почему… вы заинтересовались Лили?

Всё очень просто. В мире много полуросликов, почему он выбрал именно Лили? У меня не хватило бы смелости, чтобы сказать об это напрямую, но даже в своём возрасте авантюрист вроде Финна мог бы получить столько девушек, сколько ему захочется. Ему просто нужно было бы намекнуть, что он начал поиск и на него обрушилось бы столько внимания, сколько он смог бы выдержать.

И мне не показалось, что это любовь с первого взгляда.

Он был спокоен и собран с самой нашей встречи. В его голосе не было дрожи. Просто, не знаю… Финн не кажется по уши в неё влюблённым, в неё нет какого-то жара или восторга. Его спокойствие больше похоже на спокойствие стороннего наблюдателя.

Финн закрыл глаза, когда я спросил. В следующую секунду синие зрачки снова показались из-за век, он смотрел мне прямо в глаза:

— Сколько же времени прошло, пара месяцев? Тот день, в который ты победил Минотавра на девятом этаже.

Бой с Минотавром вооружённым двуручным мечом, день в который я впервые поднял уровень. Так случилось, что Финн, Айз и Паства Локи в целом отправлялись в одну из своих экспедиций и видели тот бой.

Лили привела их ко мне, отчаянно моля о помощи.

— Она так решительно была настроена тебя спасти, что игнорировала свои раны и отбросила гордость, пытаясь убедить нас помочь тебе. То, что она в тот день сделала… это меня впечатлило. — Финн положил левую руку на сердце, будто пытаясь показать, что выражает свои истинные чувства. — Её нельзя назвать сильной ни по каким стандартам, но своей храбростью она может сравниться с кем угодно. Конечно, я ищу себе пару, но не любую пару. Сейчас моему народу нужна храбрость… и я ищу девушку, в которой сильно это забытое оружие полуросликов.

Полурослики считаются слабейшими среди остальных рас. Им недостаёт физических способностей людей, у них нет магической силы эльфов или дворфов, у них нет боевых инстинктов амазонок или обострённого чутья зверолюдей. Единственное, что можно называть оружием расы, которая слабее остальных, это храбрость.

Рыцари-полурослики Древних Времён обладали мужеством и сталкивались с врагами, которые гораздо крупнее их. К несчастью, это единственное преимущество полуросликов со временем было забыто. Именно это качество и хотел восстановить в своём народе Финн. Воззвать к смелости, которую они в себе похоронили. Он подыскивает девушку, достойную стоять рядом с человеком, которого боги окрестили «Храбрецом». Кого-то, кто не обделён мужеством и способен передать это мужество детям.

— Вот почему Лили…

Вот почему он хочет жениться на Лили. Он признал её храбрость, потому что вместо того, чтобы сбежать она решила меня спасти. Финн был тронут, когда увидел, как она, в крови и слезах, просит Айз и остальных авантюристов Паствы Локи о помощи.

— Н-но… если причина в этом, разве не любая, кто подойдёт под эти стандарты?..

— Да. Ты абсолютно прав.

Мне пришлось напомнить себе, как важно продолжать дышать. Он даже не попытался опровергнуть мои слова, просто кивнул.

У Финна нет к Лили каких-то особых чувств.

— Если девушка подойдёт под мои стандарты и умеет достойно себя держать, я мог бы предложить ей женитьбу. Кстати, идея заполучить несколько партнёрш звучит не так уж плохо.

…Глаза чуть не выскочили из орбит.

Глоть. Кажется, это прозвучало гораздо громче, чем я себе представлял.

Открыт к мысли о нескольких партнёршах… То есть, получается… Мечта любого мужчины, о которой твердил Дедуля, вершина мужественности, музыка для ушей…

— …Гарем?

Глупые фантазии моих ранних дней…

Я не мог не задрожать, взглянув на полурослика-героя, сидевшего напротив. Губы не слушались, когда я попытался заговорить.

— Я-я слышал, что от гарема куча проблем…

Затаив дыхание я ожидал его следующих слов. Не теряя спокойствия, Финн произнёс:

— Я готов на это пойти.

Готов пойти…

Глядя в ясные синие глаза, я вдруг осознал всю глубину его решимости. Финн достаточно серьёзен чтобы сделать всё, что требуется для свершения своей миссии, не раздумывая. Волна уважения и восхищения его решимостью накрыла меня. Я бы сейчас поклонился ему в ноги, если бы на моём пути не было стола.

— …Впрочем, на самом деле, создавать себе гарем я не стану, — Финн посмотрел мне в глаза и ухмыльнулся, добавив, что не сможет помогать всем, кто на него сейчас полагается, если попытается поддерживать отношения с несколькими партнёрами. После этого он улыбнулся и подмигнул. — В конце концов, сейчас я генерал. Не стану же я давать своим подчинённым поводы для сомнений.

— А… Хорошее замечание…

Я напряжённо рассмеялся и кивнул. У меня вдруг проскочила совершенно глупая мысль что этот парень бог, который затерялся среди людей.

— …Выбрав свой путь, я отбрасываю всё, что мне не поможет. И я решил посвятить свою жизнь служению своему народу.

Он выпрямился на стуле и какое-то время молчал, выражение на его лице снова стало серьёзным. Его голос был подобен голосу подростка, но каждое его слово было наполнено непоколебимой решимостью. Я услышал каждое его слово.

— Как я и сказал, если у Всевышней Гестии или у самой Лили есть возражения, я не буду настаивать. Но если она соберётся принять моё предложение, я отнесусь к этому со всей серьёзностью и посвящу себя укреплению нашей с ней связи.

Мне оставалось только слушать Финна. Его лицо снова расплылось в улыбке.

— Она будет жить счастливой жизнью, это я обещаю. Не мог бы ты передать ей всё, что я тебе сегодня сказал?

С этими словами Финн допил свой чай. Поднявшись на ноги, Финн вытащил бумажку откуда-то из жилета и положил её на стол.

— К несчастью, время у меня будет только завтра.

Попрощавшись, он оставил меня наедине с бумажкой, на которой был написан адрес. Оплатив счёт и помахав мне рукой, Финн покинул кафе.

— …

…Если она захочет мне ответить, скажи, чтобы завтра пришла по этому адресу.

…Если она не станет мне отвечать, ничего. Я просто проведу там день.

Я снова взглянул на бумажку. Направление было указано на Коине, аккуратным почерком с картой, указывающей место встречи. Осмотрев бумажку, я уставился на потолок. Долгое время я не мог сдвинуться с места.

Честно говоря, мне очень не хочется ничего передавать. Но я в долгу перед Финном, Айз, да и всей Паствой Локи за всю ту помощь, которую они оказали. Как они отреагируют, если я просто сообщение не стану передавать?

По меньшей мере, я должен передать Лили — это сообщение. Мне кажется, это мой долг.

…А что если…

Что если Лили примет это предложение выслушав то, что скажет ей Финн?.. Что я буду делать?

Потоку мыслей, в которых я затерялся не было конца. Я не знаю сколько времени я провёл сидя на стуле и смотря в потолок, пытаясь найти ответ.

[[image:/storage/reader-images/4a69f8df458c37ba7d495a0fd7dd5eeabe9af728.jpg]]
Лили пребывала в задумчивости, даже когда все собрались за ужином. Она вела себя так, будто ничего не случилось, и как обычно участвовала в разговорах. Запечатав тяжёлые мысли глубоко в сердце, чтобы не разрушать настроения за обеденным столом, девушка улыбалась и веселилась вместе с остальными.

Ужином занимались Микото и Харухиме, они получили огромное количество похвал прежде, чем погрузиться в разговор между собой, наслаждаясь компанией. Вельф усердно пережёвывал еду, он даже не пытался заговорить с Лили. Гестия, несмотря на это, видела, что с её последовательницей что-то не так. Её тёмно-синие глаза то и дело скользили по Лили, но богиня, ничего не говоря, присоединилась к беседе Микото.

Белл выглядел взволнованным, Лили заметила, что он смотрел в её сторону чаще, чем обычно, но вела себя как ни в чём не бывало. Вскоре ужин закончился. Лили не пошла в гостиную, вместо этого направившись сразу к себе.

— Эм, Лили… у тебя есть время?

— !

Девушка уже собиралась начать подниматься по лестнице главного коридора, но неожиданно за её спиной раздался голос Белла.

По телу девушки пробежала дрожь, и она застыла на месте. В её голове снова проявились тяжёлые мысли и сомнения, которые закрались туда прошлым вечером. Сейчас она была слишком восприимчива к словам парня.

— Ч-что такое, сударь Белл? — спросила Лили натянутым, звонким тоном. Она повернулась и увидела, что парень был заметно смущён.

— Есть, эм, одна вещь, которую я должен тебе сказать…

Поскольку девушка не была уверена в своих собственных чувствах, ей, возможно, стоило бы отказаться от этого разговора. Но Белл попросил так жалобно, что девушка неловко кивнула, и они отправились в незанятую комнату на втором этаже. Оказавшись внутри, они зажгли одну из ламп с магическими камнями.

После этого…

— Лили предложили помолвку?..

— А-ага…

Ореховые глаза Лили чуть не вылезли из глазниц. Белл сказал ей, что другой полурослик предложил ей помолвку. Ранее этим вечером Финн Деймне попросил Белл организовать с Лили личную встречу. Поражённым взглядом девушка осмотрела лист бумаги, переданный ей Беллом. Парень кивнул, не переставая дрожать.

Почему Храбрец ей заинтересовался? Это было первым вопросом, который появился в голове Лили, но надолго он не задержался. Была одна куда более важная вещь. Лили сжала губы и уставилась на пол.

Как Лили и думала, в глазах сударя Белла, Лили всего лишь…

То, что Белл передал предложение помолвки, снова ввергло девушку в пучину мыслей. Раз Белл принёс ей предложение помолвки от другого мужчины, а не своё собственное, острыми когтями начало терзать её сердце. Она пыталась примириться с отношением парня к Айз ещё с прошлого вечера, помолвка стала вторым ударом. Лили никак не могла отвести взгляд от пола.

Белл смотрел на девушку, пытавшуюся скрыть от него свою реакцию, но это заставило его понять, что его слова её расстроили. Поддавшись панике, парень снова заговорил:

— Т-ты можешь ничего не отвечать, если не хочешь! Финн сказал, что он ни к чему не хочет тебя принуждать, поэтому я могу просто передать ему, что ты не хочешь!..

Лили понимала, что вынудило Белла на это пойти. Он никогда бы не отверг такую просьбу. Потому что эта просьба исходила от Финна, главы Паствы Локи. После всего, что тот сделал для Белла, парень не мог отвергнуть его просьбу.

Но…

Ей не хотелось слышать этого предложения.

И, тем более ей не хотелось слышать его от Белла. Боль разрывала её сердце, именно потому что ондоставил это сообщение. Лишь эта мысль была для девушки важной.

Передача предложения другого мужчины показала Лили, что именно видит в ней Белл. Белл считает её союзницей, членом своей Паствы. Если он её и любит, то только как часть своей семьи, никаких романтических чувств.

Глаза девушки намокли. Мучительная боль и ощущение потери в сердце заставил глаза прослезиться. Чувства начали разрывать её грудь изнутри. Она не слышала ничего, что сейчас ей говорил парень.

Не поднимая взгляда, Лили смогла унять разрывавшие её изнутри эмоции и дрожащими губами произнесла:

— Что думаете, сударь Белл?..

Она хотела узнать мнение парня об этом предложении, и как он ответит на терзающий её вопрос.

Ночное небо едва проступало из-за задёрнутых штор, прикрывающих окна. Лампа с магическим камнем освещала только одну сторону лица Белла. В его глазах девушка видела нерешительность.

— Я… Я, ну…

Губы Белла открывались и закрывались, но из них не вылетало ни звука. Его сомнения были последней каплей. Ревущий гнев наконец победил все остальные эмоции, разрывавшие Лили, и ринулся прямо в её голову. Стиснув зубы и сжав кулаки, Лили зловеще уставилась на Белла своими ореховыми глазами. Её губы открылись, а мгновение спустя вся её ярость вылилась в крик:

— Лили ненавидит вашу нерешительность!

Её крик прозвенел в комнате, его отголоски обрушились на парня будто удары молота.

— Решено! Лили встретится с Храбрецом!

— Ты, что?!

— Помолвка с Храбрецом? Лили будут завидовать не только все полурослицы, но и вообще все девушки города!!! У него есть всё: власть, деньги, слава! Лили всегда мечтала выйти за богача!

— Л-Лили, тебе не кажется, что это как-то отчаянно звучит?..

— Лили не в отчаянье!!!

После этого разговор между Лили и Беллом стал напоминать разговор между давно женатой парой. То с одной, то, с другой стороны, начали сыпаться подколки и упрёки.

Лицо Лили покраснело, она перешла на очень громкий голос, отчего Беллу оставалась только защищаться.

— Финн Деймне намного, намного лучше нерешительных пустоголовых ловеласов, которые не могут понять эмоциональных сигналов, очевидных даже для детей, вроде вас, сударь Белл! Он на голову выше, первоклассный джентльмен!!!

Последний словесный удар Лили подействовал не хуже хорошего апперкота. С лёгким стоном Белл отступил на несколько шагов и согнулся. Получив сравнение с Финном не только в качестве авантюриста, но и в качестве человека, Белл оказался потрясён своей несостоятельностью.

Лили развернулась на каблуках, а парень не мог издать ни звука.

— !!!

Распахнув дверь, девушка выбежала из комнаты.

— Лили!

Белл сделал за ней шаг и крикнул во весь голос, но этого было недостаточно чтобы её догнать. Девушка уже выбежала из заднего входа поместья. Пробежав металлическую решётку, она отправилась в город, наполненный ночными огнями.

Пробегая по улицам, Лили позволила взять эмоциям над собой верх.

[[image:/storage/reader-images/c1388b06b96b67249d9d998be2350fb5246b0cce.jpg]]
— …Риверия, как я и планировал, завтра я уйду на весь день. Присмотри за Паствой.

Сумеречное Поместье, дом Паствы Локи.

Резиденция этой Паствы напоминает нагромождение башен, в одной из которых и расположен кабинет генерала. Комната Финна украшена плотным ковром, разноцветным, как цветочная клумба, каменным камином и высокими дедушкиными часами. Каждый предмет убранства качеством подобает рангу полурослика. Впрочем, самой привлекательной чертой просторной комнаты было, несомненно, полотно на стене, изображение богини, закованной в броню с копьём в руках.

Финн сидел в кресле за чёрным деревянным столом со стопками документов. Он заполнял документы, связанные завтрашней операцией, вместе со вторым командиром, Риверией.

— …Это неожиданно.

— Что именно?

— Я знаю о той личной цели, которую ты себе поставил, потому что ты не раз упоминал о ней с нашей первой встречи. Было бы странно, если бы было иначе после стольких лет. Но, мне казалось, что ты не слишком заинтересован в романтических отношениях. То, что ты так напористо организовываешь эту встречу… меня удивило.

Величественная эльйика, чьи длинные нефритовые волосы были подвязаны за спиной небольшой ленточкой отклонилась на стуле. Она молчаливо начала изучать лицо сидевшего напротив Финна.

Помолвка члену своей расы самое активное действие, которое он когда-либо предпринимал.

В то же время, несмотря на тот факт, что полурослик-герой считал эту помолвку частью своей миссии, казалось, он очень её ждёт.

— …Всё своё время я был очень занят, но сейчас взглянуть на жизнь с такой стороны кажется не самой плохой идеей. И ещё… может прийти день, когда я сложу голову, служа этой Пастве. Принимая во внимание недавние события, этот день может настать очень и очень скоро.

— …

— Конечно, воля моя сильна, как никогда раньше.

Перьевая ручка Финна не останавливалась, когда начался этот разговор. Он перестал писать и оторвал взгляд от документов.

— Впрочем, может я просто обмяк в последние годы, — растянув на лице улыбку, добавил Финн.

Сказав, что это один из способов подготовиться к неожиданностям в будущем полурослик добавил ещё одну вещь:

— А самое главное… мне повезло встретить особенного человека. Меня довольно сильно впечатлило, что среди моего народа есть те, кто способен сделать то, что делала та девушка, — Финн прикрыл глаза, будто вспоминая момент, в который он впервые её встретил. Отклонившись на стуле, с улыбкой на лице он перевёл взгляд на окно, за которым в облаках над городом светила луна. — Интересно, придёт ли она?

[[image:/storage/reader-images/c01eb1332c616edf24d96bb4243296ec2f7c8863.jpg]]
Темнота ночи начала спадать, её заменял утренний свет на востоке. Утро вступило в свои права.

Множество авантюристов направлялись к Подземелью. Лили пробиралась через толпу по Южной Главной Улице.

— Что же я делаю?..

Прошептала себе под нос Лили, опустив голову и рассматривая каменную мостовую. Сбежав из дома ночью, она отправилась прямиком к Гному Торговцу. Разумеется, Бом, владелец, был удивлён, когда увидел девушку на пороге, но не стал её прогонять, когда она попросила остаться на ночлег. Она осталась у него до утра… а когда пришёл выбившийся из сил беловолосый парень, искавший её, она попросила владельца отправить его домой.

Всё из-за отчаянья. Как стыдно. Может ей хотелось, чтобы Белл ощутил волнение, беспокойство… начал ревновать?

Как это мерзко, Лили в очередной раз ругала себя, её окутывала мрачность. Она сбежала чтобы не слышать то, что слышать не хотела, чтобы отвернуться от того, что не хотела видеть.

— …

Ей должно было быть безразлично, но девушка не знала, как ей встретиться с Беллом. Что ей делать? Как извиниться? Стоит ли ей пойти домой?

Она остановилась перед одним из зданий, терзаемая этими вопросами. Это место было описано в записке Финна Деймне, место, в котором он будет ждать.

Девушке пришлось уйти довольно далеко от главной улицы и пройти несколько аллей чтобы сюда добраться. Зайдя так далеко, она захотела пойти до конца. Она уже ударилась о дно, почему бы не отдаться на волю случая снова. Почему бы и нет? Подумала про себя девушка, оказавшись перед дверью.

Здание, указанное в записке, было на удивление маленьким. Оно было расположено между западной и юго-западной районами города, на самой его окраине, у городской стены. Прохожие ходили здесь нечасто, поэтому кафе, известное как «Скрытая Нора Полуросликов», было очень сложно обнаружить среди высоких зданий узкого переулка.

С первого взгляда можно было понять, что это один из повсеместных баров Орарио.

— Кто бы мог подумать, что в Орарио есть и такие места…

Лили прошла под огромной вывеской «ТОЛЬКО ПОЛУРОСЛИКИ!» написанной крупными буквами на Коине и положила руку на деревянную дверь, распахнув её с тихим скрежетом.

Весь обиход внутри был сделан под полуросликов, то есть был маленьким.

Не только низкие потолки, но и столы со стульями казались подходящими только для детей других рас. Несколько закадычных посетителей уже сидели на привычных местах, несмотря на раннее время. Посетители, официанты, даже бармен, все были полуросликами.

Все они были под стать размерам кафе, никто не выделялся. Впрочем, представитель другой расы, человек например, оказавшись в этом кафе наверняка был бы очень сильно ошарашен. В конце концов, никто не ожидает увидеть, как кучка детей сидит за барной стойкой и потягивает эль. Даже для Лили, самой полурослицы, было странно видеть сидящих на стульях полуросликов, чьи ноги доставали до пола.

Несмотря на расположение, дела в баре для полуросликов шли хорошо, возможно оттого, что его посетители чувствовали гордость и приходили сюда именно из-за эксклюзивности этого места. Лили стояла перед дверью, ошарашенно осматриваясь, в этот момент к ней подошёл один из полуросликов-официантов.

— Добро пожаловать. Если вы пришли без сопровождения, за стойкой много мест для одино… стоп. — присмотревшись к лицу посетительницы полурослик-работник замер.

Пока Лили удивлённо осматривалась с её головы сполз капюшон, вместе с тем прикрывавший её лицо. И поэтому…

— А!

— Лилирука Арде?! Паства Гестии?!

— Кажется вы… сударь Лунь?

Лили узнала ткнувшего в неё пальцем и закричавшего работника.

Огромные круглые глаза и светлые волосы, он выглядел как ребёнок, которого какой-нибудь богатей бы нанял для выполнения мелких поручений. Лунь Эспел. Авантюрист и бывший член Паствы Аполлона, которая противостояла Пастве Гестии в «Битве».

Лили и её друзья одержали победу в этом столкновении и, в результате, изгнали Аполлона из Орарио. Бывшим членам Паствы Аполлона была предоставлена возможность присоединения к другим Паствам, по их выбору… Лунь, судя по всему, стал работать в качества официанта в этом баре.

Удивление Луня быстро переросло в гнев. Он посмотрел на Лили с неприкрытой неприязнью.

— Это из-за твоей Паствы я тут столы драю, а не в Подземелье с монстрами расправляюсь! Чем будешь искупать вину?!

— Разве это не вы охотились на сударя Белла и ради него объявили «Битву»? Лили ничего делать не обязана… Хоть мы и воспользовались не самыми честными методами.

Судя по всему, Луня не приняла ни одна другая Паства после «Битвы». Полурослики и без того являются жертвами дискриминации, а сам Лунь всего лишь низкоранговый авантюрист который не поднял свой уровень. Пусть полурослик и был членом Паствы Аполлона, среднего класса, но, в отличие от авантюристов третьего ранга, вроде Дафны и Кассандры предложений присоединиться он не получал.

Когда сам Лунь предлагал свои услуги, начинались перешёптывания про его «предательство» во время штурма Замка Шреме. Подобные действия никто оправдать не мог, поэтому полурослику раз за разом указывали на дверь.

…Репутации «Троянского Коня», разнёсшейся по городу причиной был тот факт, что Лили, пользуясь своим заклинанием, замаскировалась под Луня и ударила Паству Аполлона в спину. Настоящий Лунь на поле боя так и не появился, поскольку всё это время был заперт в ящике, где-то в городе. Взгляды наблюдателей были прикованы к боям, поэтому никто не обратил внимания на появление Лили, когда та отменила действие магии. Поэтому, на Луня обрушилась вся вина за произошедшее… Он не избежал чёрной метки.

Несмотря на то, что использование грязных трюков для уменьшения боевого потенциала вражеских сил не редкость перед «Битвами», да и после появления на поле боя Вельфа, Микото и Лю также стали называть загадочными перебежчиками, Лили всё равно казалось, что ради победы с Лунем поступили неправильно.

— К тому же Лили слышала, что Всевышний Миах предложил вам место в своей Пастве. И Лили слышала, что его предложение было отвергнуто… Почему вы его не приняли?

— Э… Н-ну я, вообще-то был членом Паствы Аполлона, знаешь ли! С чего бы мне идти в погрязшую в долгах слабую Паству?

Лили одарила Луня взглядом, в котором читалось явное негодование, услышав возражения небольшого авантюриста. Она и сама понимала какой стресс приходит с долгами… но, скорее всего, самая обычная гордость и остановила Луня. В качестве доказательства можно привести в пример Дафну и Кассандру, которые вступили в «погрязшую в долгах слабую Паству», по собственному желанию.

— Что же, почему бы тебе тогда не вступить в Паству Лили? Лили лично обратится к Всевышней Гестии, — предложила девушка с толикой сочувствия в голосе.

— Да хрена лысого я стану! У вас, ребята, намного больше долг чем у Миаха! — отверг предложение Лунь. Ему было известно с какой помпой было объявлено о долгах Паствы, в которой состоит Лили. Девушка заметила, что пытаться помочь полурослику больше нет смысла, и сдалась.

— …Кое-кто ждёт Лили, поэтому Лили заходит.

— Как скажешь.

Лили подвела черту этой бесполезной перепалки. Лунь отвернулся от неё и гневно потопал прочь.

Слегка выбитая из колеи грубостью Луня Лили прошла в обеденную зону. В поисках пригласившего её в это место человека она начала осматриваться и почти сразу его нашла. Он сидел за столом спиной к бару рядом с открытым окном. Его освещал проникающий в окно солнечный свет, из-за перешёптываний окружающих, бросавших на него взгляды обнаружить полурослика, было нетрудно.

— …О, ты решила прийти.

Финн Деймне читал небольшую книгу, уменьшенную специально для полуросликов. Заметив приближение Лили, он оторвал взгляд от страниц.

Может для того, чтобы скрыть свою личность, а может просто в качестве аксессуара, Финн носил очки. Эти очки придавали ему интеллигентный вид, который в сочетании с детским обликом и очень взрослым поведением и был одной из главных причин, по которым Финн был так популярен среди авантюристок города. Лили впервые увидела это воочию.

Финн одарил девушку дружелюбной улыбкой, заставив наблюдателей впасть в истерию. Никто и представить себе не мог, что Лили была той девушкой, которую ждал знаменитый первоклассный авантюрист, надежда своего народа и носитель титула «Храбреца».

Лили ощутила удивление во взглядах, собравшихся вокруг полуросликов. Даже Лунь, время от времени со злобой поглядывавший на девушку, застыл. Лили была будто вытащенная из воды рыба, она не знала, что делать дальше.

Финн, совсем наоборот, будто не беспокоился об окружающих взглядах и начал, как ни в чём не бывало, говорить:

— Честно говоря я не ждал, что ты сегодня придёшь. Может, посланника, но не тебя лично.

— …Если не был уверен, зачем вообще было приглашать? — ссора с Беллом тяготила сердце девушки, поэтому её ответ был пропитан иронией.

О нет! Подумала девушка, как только слова вылетели из её рта. Она только что обратилась к авантюристу высокого ранга, который явно превосходит её в положении таким грубым тоном. Пока она ожидала ответа по её спине пробежал холодок, но полурослик только тихонько усмехнулся. Его золотистые волосы поблёскивали в мягких солнечных лучах, пробивающихся сквозь окно.

— Не хочешь присесть?

— …

Его спокойствие осталось непоколебимым, а Лили тихонько сделала то, что ей предложили. Она не сводила взгляд с его улыбки и села на стул напротив Финна.

— Поскольку нам впервые выдалась возможность пообщаться с глазу на глаз, думаю будет правильно, для начала, представиться? Я Финн Деймне. Спасибо, что пришла.

— …Лилирука Арде.

Оба полурослика знали имена друг друга, но Финн всё равно представился из вежливости. Лили также последовала этикету. Сейчас они встретились чтобы обсудить возможность официального брака.

Финн снял очки, положив их рядом со стаканом, который был почти полон. Он заказал напиток и для Лили, и Лунь принёс его, поставив на стол. На лице официанта читалось множество сложных эмоций. Как только он отошёл, между Лили и Финном начался разговор.

— Можно сказать, что ты открыта к моему предложению, поскольку пришла лично? — Финн не стал обмениваться любезностями или пускаться в разъяснения. Его голос был тихим, а улыбка не сходила с его лица всё время встречи.

Лили сидела, уставившись на свои колени.

…Принять его предложение это неплохая идея, сказал тихий голос в голове Лили. Её чувства к Беллу ни к чему не приведут; какую боль это бы не приносило, это было очевидно. Поэтому девушка никак не могла избавиться от чувства, что принятие предложение сидевшего напротив полурослика это лучший вариант. Финн, как и она полурослик, но также он известен всем и каждому как «Храбрец».

Белл упоминал, что она будет «жить счастливо». Скорее всего это правда. Оказавшись перед Финном, девушка ощутила его прямодушие и силу характера. Принимая во внимание положение и силу характера полурослика, его избранница будет жить с комфортом, совершенно не беспокоясь об окружающем мире. Вряд ли в её жизни снова появится подобное предложение. Такая возможность предоставляется всего раз. Без разрешения Гестии Лили не может покинуть Паству, но, если она решит следовать за Финном, скорее всего девушка будет жить лёгкой, вольготной жизнью до конца своих дней.

Возможно, даже придёт день, когда Финн заменит беловолосого парня в её сердце.

— …Пожалуйста ответьте на один вопрос, — до этого момента Лили задавала немало вопросов в своей голове, но на каждый находила собственный ответ. Из её рта вырвалось нечто похожее на шёпот. Она медленно подняла голову, и взгляд её ореховых глаз встретился со взглядом голубым. — Почему была выбрана Лили?

Вопрос был самым важным.

Лили получила далеко не лучшее воспитание. К тому же у неё было преступное прошлое, одно время она была воровкой. Девушка считала, что человеком, с которым она пойдёт одним путём вряд ли может быть похож на Финна. Поэтому она хотела узнать о настоящих чувствах сидевшего напротив полурослика.

— Белл Кранелл тебе не сказал? Твоя отвага произвела на меня впечатление.

— Отвага? Множество других полуросликов отважны. К тому же, многие полурослики гораздо сильнее Лили.

— Наверняка ты права. Но сила и отвага не всегда идут рука об руку. Ты столкнулась с огромной опасностью и тебе хватило воли, чтобы справиться с ней, несмотря на то что тебе известно о собственной слабости. Я слышал, что ты сделала на восемнадцатом этаже. Ты рисковала собственной жизнью чтобы помогать другим, как великая Фиана. Ты яркий пример для всех полуросликов.

Лили слегка покраснела, когда Финн не задумываясь выложил ей свои мысли. Неожиданная и очень искренняя похвала застала её врасплох, девушка потрясла головой чтобы снова собраться с мыслями:

— Вы слишком много веры вкладываете в Лили. Лили не какой-то ангельский полурослик. Сударь Финн, вы наверняка слышали от других авантюристов слухи о полурослике с «ловкими пальчиками»? О том, кто крал предметы и деньги у авантюристов?

— До меня доходили слухи.

— Лили была тем полуросликом. Она заманивала авантюристов в ловушки и уносила всё ценное, что при них было. Любого, кто встречал Лили ожидала такая участь. Поэтому Лили плохой, просто отвратительный…

— То, что об этом ходили слухи говорит о том, что жертвы оставались живы и могли об этом рассказать. Я присматривался к инцидентам, потому что один из моих подчинённых стал жертвой. Все жертвы краж живы и здоровы.

— …

И после того как Лили призналась в своём тёмном прошлом, Финн остался непоколебим, заявив, что она никого не убила.

Лили снова уставилась на свои колени.

Она хотела опровергнуть слова полурослика. Она призналась, что за год совершила очень много преступлений, несколько раз она даже подвергала опасности жизни авантюристов.

Однако, те авантюристы были очень крепкими.

Даже потеряв всё, что они имели, эти авантюристы цеплялись за жизнь, как тараканы. Была одна причина, по которой девушка не поднимала на авантюристов руку, они того не стоили. Лучшим способом отомстить было заставить их страдать. Быстрая смерть была бы слишком милосердной, поэтому Лили никогда не пыталась убивать своих жертв.

Лили… была наивна.

— Я живу в Орарио достаточно долго, чтобы знать, что украсть ценности, не убив жертву, непростая задача… Я не божество. У меня нет права тебя судить, да и я этого не хочу.

Слова Финна были наполнены силой, они пронзали, будто остриё копья. Но выражение на его лице было спокойным. Финн снова улыбнулся и произнёс:

— Всё, что я вижу, это какая ты сейчас.

— …

— И девушка, которой ты стала обладает важнейшим качеством, которое давно потерял наш народ.

Голубые глаза Финна блеснули. Он с восторгом посмотрел на Лили.

[[image:/storage/reader-images/c4e99c247ed1f9c981cd0b3cb7831bf341077be8.jpg]]
— Лили… домой не возвращалась.

Прошептал я сам себе, стоя в гостиной. Прошлой ночью я оббегал весь город, но она нигде не появлялась, поэтому я вернулся, домой поджав свой несуществующий хвост. У меня был всего один лучик надежды, я снова и снова себе повторял, что она вернётся утром… Но солнце встало, а Лили всё нет.

— Неужели она правда… пошла на встречу с Финном?..

Она сказала, что пойдёт. И сегодня день встречи.

Вельф и Микото готовят завтрак на кухне… Я долго и тщательно пытался обдумать всё сам, но наконец решил обратиться за советом к боженьке. Поднявшись по ступенькам, я оказался перед её комнатой на третьем этаже и постучал в дверь.

«Входите», — донёсся голос из комнаты.

— О, это ты, Белл. От Харухиме я слышала, что наша помощница пропала. Ты знаешь, что случилось?

Я… не знаю, что сказать.

Боженька готовилась к работе продавщицей воздушной картошки, когда я вошёл. Её вопрос меня ошарашил. Отведя взгляд, я какое-то время осматривал комнату, а потом выложил всё, что произошло вчера ночью, уверен, вид у меня был при этом очень жалким.

Я рассказал о каждой мелкой детали, надеясь получить какой-нибудь любопытный совет. Боженька вздохнула. Протяжно вздохнула. Я успел несколько раз моргнуть.

— Белл. ТЫ... если хочешь её порадовать, нельзя так долго думать, прежде чем что-то сделать.

— !

Моя голова наклонилась сама собой, когда я услышал ответ боженьки. Ведь правда. После всего произошедшего с Лили, когда она состояла в Пастве Сомы, не могу сказать, что из жалости, но мне очень хочется сделать её счастливой.

А после того, как Финн сказал, что… Финн сказал, что она «будет счастлива». Зная его, я могу быть уверен, что он действительно может её осчастливить. Её будет лучше с ним, авантюристом высшего ранга, который гораздо меня сильнее.

Лили это подтвердила. Знаменитый полурослик-герой гораздо лучше меня, идеальный джентльмен.

…Не важно, что я скажу или сделаю, результат не изменится.

— Просто чтобы ты знал, если помощница… Лилирука… попросит меня отпустить её из Паствы, я не стану её останавливать.

— ?!

Боженька будто мысли мои прочла, может она правда мысли читать умеет?!

Часть меня верила в то, что, будучи нашей богиней Всевышняя Гестия поставит крест на этом браке, если до этого дойдёт. Стоит ли говорить, что теперь эта уверенность исчезла.

— На одну соперницу меньше…

Мой разум наполняло столько мыслей, что я даже не расслышал, что боженька пробормотала себе под нос. А потом она громко ко мне обратилась:

— Белл. С точки зрения помощницы твоя неспособность принять решение, о котором она тебя спросила, кажется вмешательством в её дела. Уверен, она говорила тебе об этом лично: она сама решит, как ей хочется жить, что обрадует её больше всего.

— А…

— Будь я на её месте, и именно ты пришёл ко мне с подобным предложением, я была бы в шоке.

Боженька посмотрела на меня добродушным взглядом, то, что она говорила, звучало как упрёк, но она казалась очень довольна собой.

— Белл, наша помощница исчезнет, если ты ничего не будешь делать. Ты этого хочешь?

— Я…

— Знаешь, тебе стоит проявить немного эгоизма.

Она мне улыбнулась, посмотрев на меня взглядом своих чистых синих глаз. Какое-то время я стоял неподвижно. Мгновение спустя руки сами сжались в кулаки.

— …Прошу прощения. Завтрак мне не нужен!

Я отвернулся от боженьки и бросился из комнаты прочь. Краем глаза я заметил её улыбку, когда поворачивался. В считанные секунды я преодолел лестницу поместья.

— …Даааа… Богам суждено только страдать.

Гестия снова протяжно вздохнула, наблюдая в окно как Белл выбегает в парадные ворота и прекрасно понимая, что сейчас она помогла своей сопернице. Несмотря на сказанное, улыбка не сошла с губ Гестии.

[[image:/storage/reader-images/d74b6315900ce25f275577259300c91f84848cbf.jpg]]
— Эй! Эй, Айз! Ну-ка приготовься! Финн будет окольцован!

Айз повернула голову в сторону голоса и на неё сзади напрыгнула с объятьями девушка.

Дом Паствы Локи, узкий коридор поместья.

Амазонка Тиона неслась по коридору распахивая двери, прежде чем наскочить на Айз. Обе её руки приобняли девушку за плечи, она излучала чистейшую энергию.

— Финн будет?..

— Ага, ага! Я слышала, как он с Риверией говорил в коридоре вчера вечером! Оказалась в нужное время в нужном месте!

Золотые глаза Айз распахнулись от удивления. А Тиона начала очень активно кивать, ей едва удавалось сдержать свой восторг.

— Представь! Финн одел очки, когда уходил утром, сама видела! Он явно на встречу с невестой пошёл! Ооооо, как же интересно, кого он домой приведёт?

Тиона озвучивала каждую мысль, приходившую ей в голову, поднимая в коридоре шум.

Айз пыталась идти дальше, с заключившей её в медвежьи объятия амазонкой на плечах. «Ммм», — тихонько произнесла девушка, поднимая подбородок и призадумавшись. Ей казалось странным, что полурослик, генерал Паствы идёт на обсуждение брака. Она уже собиралась начать об этом разговор, когда…

— …Не хочешь прояснить о чём речь?

Сзади будто повеяло ледяным ветром.

— Ой…

Айз и Тиона застыли, они сразу поняли кто оказался за их спинами.

[[image:/storage/reader-images/89541a0528f9394531cb46d521e98f0f038890dd.jpg]]
Уголок в «Тайной Норе Полуросликов».

— Я получил грандиозный титул «Храбреца», только потому что надавил на Локи.

Разговор Финна и Лили продолжался, про них перешёптывались, по ним скользили взгляды зевак.

Финн рассказывал, как ему пришлось договариваться, чтобы Локи протолкнула командиру своей Паствытитул «Храбрец» на одном из Денатусов. Таким был его путь исполнения своей миссии. Он был решительно настроен стать символом для расы полуросликов.

— Я готов сделать что угодно для возрождения нашего народа. Это касается и тех полуросликов, которые родятся после меня. Чтобы это сделать… мне нужен наследник.

Лили сидела притихнув, слушая как Финн рассказывает о своей решимости, и почему ему так важен подходящий партнёр.

Поскольку Лили с ранних лет осталась сиротой, она прошла немало сложностей, чтобы выжить. У неё не было времени на веру в Фиану, поэтому она практически ничего не знала об этой богине. Конечно, она слышала, что Фиана важна полуросликам, ровно столько, сколько знали о богине полуросликов представители всех остальных рас. Поэтому, Финн помог девушке понять какую важную роль играла отвага в становлении Фианы лучом надежды для расы полуросликов. И насколько он предан этой богине.

— …Сударь Финн, есть ли женщина, которая занимает в вашем сердце особое место?

Вопрос вылетел изо рта Лили прежде, чем она поняла, что его задаёт.

Всё что она до этого слышала говорило о том, что Финн жертвует собой ради блага собственного народа. Она не могла не задать такой вопрос. Её вопрос застал Финна врасплох, но полурослик ответил.

— …Есть одна несносная девчонка, которая питает ко мне чувства.

Он на мгновенье прервался, но потом продолжил, усмехнувшись.

— Её преследования приводят к неловким моментам, а порой доставляют головную боль… но, когда её нет рядом, кажется, будто чего-то не хватает. Иногда мне даже кажется, что со мной что-то не так.

Его губы скривились в натянутой улыбке, но Лили увидела в ней доброту.

— …Впрочем, меня не интересуют удовольствия обычной жизни. Тот момент, в который во мне расцветёт мысль об обычной счастливой жизни, всё что я сделал, все трудности, которые я преодолел обратятся в ничто.

В этих словах слышалась убеждённость. Глаза Финна блестели в солнечном свете будто глаза доблестного рыцаря, помнящего о своих клятвах. Всё ради своего народа. Как полурослик, Лили была тронута вдохновляющим стремлением посвятить себя своей цели. Она ничего не могла поделать. У неё никогда не было такого сильного стремления, такого желания посвятить себя цели, которое было у Финна.

А…

Решимость Финна посвятить чему-то свою жизнь тронула сердце девушки.

Нет, это заставило её вспомнить. Её чувства к парню.

Точно…

Тем, кто спас её был не полурослик Финн Деймне и не какой-нибудь бог.

Её спасителем был Белл.

Каждый встречный просто игнорировал грязного полурослика. Первым, кто обратил на неё внимание, кто по-настоящему её заметил был беловолосый парень.

Да, точно. Лили же…

Что бы ни случилось, даже если от него отвернётся Гестия, Лили никогда его не оставит. Даже если мир объявит его преступником, и изгонит куда-нибудь за край мира, Лили будет рядом с ним. Она продолжит его поддерживать.

Парень устремился вперёд с головокружительной скоростью, но, несмотря на это Лили решила пройти этот путь вместе с ним.

В тот день, когда она была прощена, принята и обнята, когда парень радовался вместе с ней, она приняла своё решение.

— …

Что это? Лили вдруг ощутила радость.

В конечном итоге она и Финн оказались одинаковы. Она будто смотрела в зеркало. У неё тоже есть то, чему она посвятила жизнь. В этот момент гарантированная беззаботная жизнь ускользнула от Лили. И те эмоции, которые она испытала несколько дней назад наверняка снова нанесут удар.

Несмотря на это, Лили решила: что бы ни случилось, она никогда не оставит Белла. Дело не в каком-нибудь искуплении, она просто этого хотела. Лили продолжит помогать Беллу. Она посвятит жизнь своей семье, как делает это сидящий напротив полурослик.

— Всё это… не имеет значения…, — тихонько прошептала Лили.

— ? — наклонил голову Финн.

Если смотреть предвзято, можно принять Лили за слепую, с нейтральной точки зрения, она просто верна. Но с самой лучшей точки зрения она просто испытывает безоговорочную любовь.

Она, очень обычная на вид девушка-полурослик, помимо всех прочих соревнуется с самой богиней. Отчасти девушка ощущала это так. Но с самого начала не имело никакого значения, с кем она состязается и есть ли у Белла особенный человек.

— …Простите, сударь Финн.

Лили посмотрела Финну прямо в глаза.

— Лили отвергает ваше предложение.

Она мягко улыбнулась и склонила голову.

— Могу я узнать причину? — Финн ответил улыбкой, спрашивая почему.

— Также как вы посвятили жизнь своему народу, Лили тоже… посвятила свою жизнь Беллу. Лили приняла решение.

Лили добавила, что они с Финном очень похожи. Масштабы их обязательств очень сильно различаются, но уровень её решимости нисколько не меньше. Лили сказала, что она очень благодарна за то, что Финн напомнил ей о том, что она почти потеряла.

— Вот как, — кивнув, сказал Финн. — Хааах… Значит, не судьба, — Финн прикрыл глаза и вздохнул, на его губах появилась слабая улыбка. — У меня было предчувствие, что не стоит слишком надеяться. Да и указательный палец подсказывал, что предложение не сработает… Про палец считай интуицией.

— Если так, зачем было делать предложение?

Лили приняла сделанные Финном замечания в лёгком замешательстве. Он в ответ широко улыбнулся:

— Разве я не говорил? Твоя отвага приковала моё внимание.

— А…

— Я видел немало полуросликов, но от твоей храбрости дух захватило, — добавил он. — Как я мог не попробовать?

Он положил руку на грудь, но по виду можно было сказать, что на самом деле он доволен исходом.

Таким было качество, которое ценил Храбрец. Поскольку он пытается вдохновить своих людей, он искал партнёршу, способную вдохновить его.

— Что же, похоже, я возвращаюсь к гордому одиночеству.

Финн отклонился на стуле и задумчиво посмотрел на потолок. Перед Лили сидел не бравый генерал Паствы Локи, а Финн, такой, какой он есть на самом деле. Это зрелище заставило Лили улыбнуться.

— Если Лили встретит храбрую девушку, она вас познакомит.

— Буду рад. Не думаю, что справлюсь сам в этом вопросе. Мне всегда не везёт.

Финн посмотрел на Лили и улыбнулся в ответ. Несмотря на то, что Лили отвергла его предложение, было приятно найти такого же увлечённого человека, поэтому Лили и Финн продолжили разговор.

За их столом воцарилось спокойствие.

— Сэр, сэр! Вы что делаете?!

— ?

Тогда случилось это.

Дверь практически слетела с петель, все взгляды разом устремились к дверному проёму со смесью замешательства и удивления.

Лили и Финн были в числе уставившихся на дверь. Их внимание привлёк выбившийся из сил беловолосый парень.

— С-сударь Белл?!

Лили рефлекторно вскочила на ноги, удивившись позднему появлению парня.

Глаза Белла распахнулись в тот момент, когда голос Лили достиг его ушей. Парень бросился к столу, раскидывая мебель, преграждавшую ему путь.

Он бежал до «Тайной Норы Полуросликов», припоминая карту, которую нарисовал на листе бумаги Финн, точнее, он бродил по переулкам пока не нашёл нужное место и сейчас направлялся прямо к Финну. Лили наблюдала за парнем в шокированном молчании.

— Господин Финн! Пожалуйста, пожалуйста, не забирайте Лили!

— А? — только и могла произнести Лили.

Всего на одно мгновение Финн сидел с удивлением на лице. Он быстро понял, что случилось, глянул на Лили и подмигнул. Дьявольская улыбка появилась на губах полурослика.

— Какая досада… Она уже приняла моё предложение, Белл Кранелл.

Лили лишилась дара речи. Единственным, что не давало ей подскочить и спросить, что это значит был шок. «Просто подожди», — одним взглядом говорил полурослик, останавливая Лили. Девушка лишилась своего шанса разозлиться.

Вместе с этим, Белл побледнел как лист бумаги. Но он не сдался.

— Я… я всё равно хочу быть с Лили! Я не хочу её отпускать!

Решительность, с которой кричал Белл удивила Лили, заставив её покраснеть.

Глаза Финна блеснули, будто он был доволен собой. Он заговорил снова, с дразнящей улыбкой на лице:

— Мы уже решили стать единым целым. Ты собираешься нас разлучить?

— Да!

— Похоже, что у тебя есть какие-то веские аргументы. Начнём, что она для тебя значит?

— Она часть моей Паствы, моей семьи!

— И всё? Этого недостаточно.

— …Она мой самый первый и самый-самый важный партнёр!

Финн заставил Белла крикнуть то, что он чувствовал к Лили на самом деле. Девушка слышала каждое слово, каждый произнесённый слог заставлял её сердце биться чаще. По её телу разливался жар, в груди начало даже жечь. Теперь она поняла замысел полурослика. Он пытался показать ей, сколько на самом деле Лили значит для парня. Это было нечестно, почти подло. Но можно ли теперь остановить этот поезд?

Парень, прошедший до самого угла обеденной зоны и разговаривавший с Храбрецом, стал центром собравшихся зевак. Лили краснела с каждой секундой всё сильнее, но лишь переводила взгляд с Белла на Финна и обратно.

— После таких долгих поисков я, наконец, нашёл себе невесту. Я не могу так просто отказаться от этого брака… Решишься забрать её силой? У меня?

Шух. Финн поднялся со стула, будто бросая Беллу вызов.

Он авантюрист шестого уровня, один из сильнейших, гораздо сильнее чем Фрина Джамиль из Паствы Иштар. Белл сглотнул, но не отступил. Его очередь проявить эгоизм, и он не отступит, кто бы ни стоял на его пути. Белл расправил плечи и посмотрел Финну прямо в глаза.

Храбрец решил воспользоваться моментом и поразвлечься. Напрочь забыв о своём возрасте, Финн бросил вызов парню, будто подросток, ищущий драки:

—Храбрости тебе не занимать, будет интересно… Победитель дуэли решит её судьбу!

Лунь смотрел за происходящим разинув рот. Остальные полурослики с восторгом следили, надеясь увидеть какой оборот дело примет дальше.

Ну, а самой Лили было попросту некуда краснеть.

Д-да что происходииииииииит?!

Белл и Финн будут за неё сражаться?

Один из них может и просто играет, но второй совершенно серьёзен. Она видела эту решимость в глазах парня. Будто сцена из сказки, два рыцаря сражаются друг с другом за руку юной девы, или, может королевы. То, что она часть подобной истории заставляло лицо Лили пылать от смущения.

Я не подхожу для этой роли! Я бы прислугой в замке была, не больше! Кричала девушка про себя.

Похожая на варёное яблоко Лили наблюдала как Белл собирает всю свою храбрость, а Финн повернулся к ней и снова подмигнул.

Под одобрительные крики полуросликов, Финн объявил.

— Если нанесёшь хоть один удар, я отступлю. А если я одержу победу, она станет моей невестой.

— Задай ему! — раздался голос среди полуросликов-наблюдателей.

Белл медленно кивнул, и отошёл на три шага из угла обеденной зоны снова повернувшись к Финну лицом.

Всё зашло слишком далеко, подумала про себя Лили, но смущение наложило свой отпечаток. Ей стоило бы остановить этот бой, ринуться между ними и…

— …Генерал?

По бару будто вьюгой повеяло.

— ?!

Лили, Финн, Белл, все подпрыгнули с ужасом посмотрев на источник устрашающей убийственной ауры.

У входа перепуганные полурослики и Белл увидели амазонку, будто излучающую чёрную миазму.

— Т-Тионэ… Как давно ты здесь стоишь?

— Генерал, что это значит? Свадьба… Невеста?

Финн отпрянул. Тионэ явно слышала не всё, что происходило в баре. Казалось, что глаза амазонки были мёртвыми и пустыми. Её огромная, едва прикрытая грудь начала колыхаться, когда девушка зашагала к Финну. Пол под её ногами скрипел и прогибался. Само присутствие амазонки ошеломило посетителей бара. Многие не справились с исходившим от авантюристки давлением и, лишаясь сознания, падали на пол.

— Как ты узнала, что я здесь?..

— Нашла по запаху.

— Подожди, ты же вроде не зверолюдка?..

Пусть Финн и не говорил с Беллом всерьёз, Тионэ была последней, кто должен был услышать подобные слова. По лицу полурослика побежал пот. Амазонка, влюблённая в генерала до беспамятства, продиралась в угол бара раскидывая столы и стулья по сторонам.

Оказавшись в трёх метрах от Финна, она взревела.

— ГЕНЕРААААААААЛЛЛЛЛЛЛЛЛ!!!

— Держи себя в руках, Тионэ!

Финн проскочил под бросившейся на него амазонкой, склонившись так низко, как было можно, он бросился бежать будто испуганный кролик, перемещаясь по большей части прыжками.

Зловещий блеск загорелся в глазах Тионэ. Окончательно озверев, она развернулась и бросилась в погоню за Храбрецом, выскочившим из бара и с головокружительной скоростью бросившимся бежать.

Топ, топ, топ, топ! Отголоски шагов ещё какое-то время доносились до посетителей бара, а потом внутри повисло странная тишина.

Лили, Белл и оставшиеся в сознании полурослики были поражены. Полурослики быстро потеряли интерес и начинали возвращаться на свои места, массируя виски.

— …Эм, Лили.

— !

Никто не знал, что сказать, нарушившим молчание был Белл. Плечи Лили подскочили, она повернулась так, чтобы видеть лицо парня. Белл низко ей поклонился:

— Прости! Прости что я не смог принять решение вовремя, что я не сказал…

— Н-нет! Это всё недопонимание! Это сударь Финн придумал!.. Он решил вас подразнить!

— Он… подразнить?

— Да! Лили не приняла его предложение!

Лили отчаянно рассказала Беллу, что именно произошло. Белл принял эту новость с облегчением. Напряжение начало покидать его плечи, и он приложил руку к груди. Впрочем, его лицо не потеряло виноватого вида, и встретившись с Лили взглядами, он начал говорить:

— Я прошу прощения… за всё. Но я просто… я хочу, чтобы ты была рядом со мной.

Белл обнажил перед девушкой сердце, его щёки слегка покраснели. Глаза Лили округлились, и она также слегка покраснела. Её губы медленно расплылись в улыбке:

— …Лили тоже просит прощения. За то, что неожиданно разозлилась и сбежала из дома…

— Н-не надо, это же всё из-за меня…

— Нет, сударь Белл. Лили тоже виновата. Она наговорила очень много вещей, которых на самом деле не думает, и поставила вас в непростое положение.

Довольно долго парень и девушка обменивались извинениями, отведя взгляды, а когда снова посмотрели друг другу в глаза слегка смутились.

— …Идём домой? — предложил с улыбкой Белл.

— Конечно! — с энтузиазмом отозвалась Лили.

Белл извинился перед персоналом кафе за причинённые неудобства и за то, что ворвался в бар, а после этого извинился и перед посетителями. Лунь, спрятавшийся среди тех, кто потерял сознание, поднял голову и крикнул «И больше никогда тут не показывайтесь!» со всей злобой, которая в нём была. Лили и Белл покинули «Тайную Нору Полуросликов».

Безоблачное голубое небо царило над их головами, когда они проходили мимо толп людей и полулюдей, бредущих по своим делам.

— Эм, как бы мне это сказать?..

Они почти пришли домой. Лили и Белл были в таком замечательном настроении, что события прошлого вечера, казалось, никогда и не случались поэтому Белл решил высказать то, что было у него на уме.

Лили посмотрела на парня и увидела, что тот слегка покраснел, подыскивая слова.

— Лили, ты мне как сестра.

— Мххх…

— У-у меня всегда был только дедуля. Ни братьев, ни сестёр… Поэтому я не хочу потерять…

Парень стыдливо рассказал самые глубокие свои чувства к Лили. Уголки губ девушки дрогнули, она и раньше знала, что Белл видит в ней младшую сестру, но слышать такое всё равно было неприятно. Девушка решила не оставлять Белла, что бы ни случилось, но такое отношение совершенно её не устраивало. С дрожащими от гнева щеками она снова начала надуваться, но, пришедшая в её голову мысль заставила девушку улыбнуться.

— Сударь Белл, Сударь Белл, наклонитесь поближе.

— ?

С самым подходящим для невинной младшей сестры выражением девушка остановилась, Белл также не сделал следующий шаг, почти удивлённо. Беззаботный кролик сделал, как было сказано, и склонился к девушке-полурослику, чтобы она могла прошептать ему что-то на ухо.

Лили приблизилась к уху парня губами:

— …Я старше тебя, Белл.

Произнесла Лили взрослым, соблазнительным тоном.

— ?!

По спине подскочившего Белла пробежала дрожь. Парень схватился за ухо, в которое шептала Лили. Вскоре, он начал краснеть. Лили посмотрела на парня, подмигнув. На её лице снова появилась улыбка. Вид невинной младшей сестрёнки вернулся.

— А теперь, сударь Белл, идём домой.

— …П-постой, Лили! Ты… ты серьёзно?!

— Как знать.

Девушка зашагала по улице быстрым шагом. Белл отчаянно пытался поспевать.

Роба Лили колыхнулась, девушка бросила взгляд через плечо и увидела, что ярко-красный парень чуть не растянулся по мостовой, споткнувшись. Это вызвало у Лили новую улыбку.

Ясно, ясно.

Получается, мысли о ней как о старшей сестре вызывают такую реакцию.

Это стоит запомнить.

Щёки Лили слегка порозовели, когда она услышала бормотание Белла за спиной и радостно улыбнулась. Сведя руки за спиной девушка начала слегка подскакивать с каждым шагом по каменной мостовой.

Жалобный голос парня звучал чуть позади. На щеках Лили появились ямочки, пока она, наслаждаясь солнечными лучами, смаковала момент.

[[image:/storage/reader-images/47dbecb6ec05dddea2271ee797da188487ccc585.png]]

----------

Любовная песнь Богине Кузницы

[[image:/storage/reader-images/e28b0380e3620d4849abd035a74cfc4cdb0a10b3.png]]
— Наконец-то всё улеглось.

Свет лампы с магическими камнями развеивал тьму.

Два силуэта в плащах стояли друг напротив друга в небольшой комнате и перешёптывались.

— Наши солдаты прочёсывают местность. Можем будет приступать, когда они закончат.

— Вот как…

Первый голос принадлежал переполненному энтузиазмом мужчине, второй был суровым и мрачным, каким должен быть голос человека в почтенном возрасте. Разговор на этом не закончился.

— Мы знаем где он. Через день или два я с ним встречусь.

— …

Тот, кто был моложе подошёл к своему молчаливому собеседнику.

— Только не говори мне что у тебя поджилки трясутся.

— …

— Поздновато колебаться. Мы получили важное задание от самого всевышнего. Либо мы получим повышение, либо…

— Я знаю.

Старший кивнул, когда младший наклонился к нему поближе.

Мужчина был удовлетворён таким ответом. Не медля ни секунды он обратил в слова то многообразие эмоций, которое бежало по его жилам.

— Мы обязаны его вернуть. Эта сила принадлежит нам и это место её недостойно.

— …

— Былое величие снова окажется у нас в руках.

Старший собеседник молчал, слушая пылкую речь своего молодого товарища.

В тусклом свете лампы тени на стенах казались необычайно длинными.

[[image:/storage/reader-images/4087650c31f2e49b2c84dea74697db5a70b851e2.jpg]]
Яркое пламя пылало в горне.

Гефест пристально вглядывалась в насыщенные и яркие языки пламени.

Она стояла посреди мастерской с печью, наковальней и прочими инструментами, разложенными по полкам и готовыми к работе.

Одетая в рабочую одежду Гефест замерла с молотом в руке. Рукоять серебряного меча приняла форму поверхности наковальни, металл всё ещё светился от жара.

Пламя печи освещало часть лица богини, особенно выделяя чёрную, подобную бархатной, повязку на глазу.

Тяжёлые удары молота давно стихли, в мастерской было слышно лишь потрескивание пламени.

Дверь мастерской распахнулась и в ней послышался голос.

— Ну и куда делся твой хребет?

В зал ворвался прохладный ветер заставив пламя трепыхаться и нарушив идеальные условия для работы. Гефест повернулась к вошедшей.

— Цубаки.

— Я тут слышала, что ты закрылась в мастерской. Решила тебя проведать, а ты даже молотком не махаешь. Что у тебя стряслось-то?

Кожа вошедшей женщины была смуглой, а её длинные чёрные волосы были связаны в хвост.

Как и у Гефест у неё была повязка на глазу, но, в отличии от богини, на левом. Она была одета в красные штаны, называемые на дальнем востоке хакакма. Цубаки явно не устраивало отношение богини к начатой работе.

Богиня заперлась в кузнице первого этажа лавки Паствы Гефест, расположенной на северо-западной главной улице, на Пути Авантюристов.

— Ничего такого. — ответила своей последовательнице Гефест.

— Ты стала больше времени проводить в себе после того, как этот Вельфи свалил, не так ли, Нашавышняя? Одиноко тебе?

— …Мне всегда грустно, когда дитя покидает гнездо. Это касается каждого, не только Вельфа.

Цубаки прекрасно знала о состоянии своей богини, и не проявила ни малейшего страха высказывая своё недовольство. Гефест понимала, что не было никакого смысла пытаться обмануть свою последовательницу и напрямую подтвердила опасения Цубаки.

Женщина наблюдала как богиня завершает работу над оружием и начинает убирать мастерскую.

— Итак, какие новости?

Распустив свои красные волосы и ослабив плотно прилегавшую рабочую одежду Гефест заговорила со своей последовательницей. Женщина кивнула, её длинные чёрные волосы тихонько зашуршали.

— Сообщение от Гильдии и Паствы Локи. Судя по всему, в этот раз Ракия что-то замышляет.

Богиня хмуро вслушивалась в подробности, которые начала рассказывать Цубаки.

— Выходит, дети Гестии будут наживкой… — богиня погрузилась в размышления, когда имя подруги слетело с её языка. — Пусть будет так. — кивнув, добавила она. — Поступай согласно приказам Гильдии. Примешь командование вместо меня.

— Я хотела в своей мастерской застрять на время, но, похоже будет весело. Так и быть, возглавлю наших.

После этого женщина покинула мастерскую с довольной ухмылкой на лице.

Гефест смотрела ей вслед, а потом повернулась в сторону одного из углов кузницы.

Пламя продолжало ярко пылать в огромном горне.

[[image:/storage/reader-images/51c34e8d0ee059e531c9f0d4a7b3e7ce3d0957b7.jpg]]
Жар печи слегка опалял лицо Вельфа.

Пламя пылало нисколько не слабее его собственной страсти. Лицо парня покрылось каплями пота, несмотря на полотенце, обвязывавшее лоб. Вельф ритмично стучал своим молотом по раскалённой докрасна металлической заготовке, пламя печи было единственным что освещало тёмную мастерскую.

Звонкие звуки ударов сотрясали воздух. Снопы искр сыпались на пол. Парень сошёлся в битве с собственным ремеслом.

Его взгляд был направлен прямо перед собой, он сконцентрировался на придании металлу формы, ничто не могло отвлечь его от этой задачи. Парень бил красным молотом ровно туда, куда был направлен его взгляд.

Каждый взмах молота оставлял в воздухе размытый красноватый свет создаваемый полученной им способность. Ковка. Эта способность позволяла Вельфу вкладывать чистую мощь в каждое оружие и броню, делая их острее и прочнее, поднимая качество производимых им предметов до новых высот.

Тук! Тук! Для его ушей удары металла о металл звучали настоящей музыкой. Каждый удар звенел по-разному, и парень слышал каждый отзвук.

Металл будто бы разговаривал с ним, подсказывая, куда нанести следующий удар. Вельф даже не подозревал что на его губах появилась улыбка.

…Слушай что говорит тебе металл, пусть каждый отзвук отражается в тебе, вкладывай сердце в удары молота.

Откуда-то из самых отдалённых уголков памяти парня звучал голос старика, вложивший в него эту мысль. Эти слова были подобны мантре в его голове. Оказываясь за работой в тёмной мастерской, такой как эта, мантра всплывала в его мыслях. Запах металла пробуждал воспоминания о детстве Вельфа, в котором он был самым обычным подмастерьем.

Воспоминания о прошлых днях проносились в разуме парня, мелодия, оживлявшая кузницу, не утихала. Раскалённый металл поддавался воле, вложенной в молот, принимая форму острого меча. Страсть Вельфа пылала так же сильно, как пламя в горне.

— Прости что заставил ждать. Я закончил твой заказ, катану.

Приглушённый красноватый свет вырывался из открытых металлических ставен мастерской.

В небольшом каменном здании, возведённом за домом Паствы, кузницей, стало тихо.

Солнце почти село за горизонт к тому времени как Вельф закончил работу. Он поздороваться со своими товарищами, возвращавшимися из Подземелья, встретив их в мастерской, одетый в свой пропитанный потом жакет.

Вельф решил отдохнуть от Подземелья чтобы закончить несколько дел. Лили, Харухиме и Микото дружно охнули от восторга и удивления.

— Я заранее удостоверился что она будет настолько точной копией твоей старой катаны, насколько получится. Металл сплавлен из зубов Лигроклыков и стали добываемой на двадцать седьмом этаже. Должна многое выдержать.

— Огромное спасибо Вельф-сан! Она изумительна!..

Изогнутый девяностосантиметровый чёрный клинок с серебряным лезвием.

Микото приняла из рук Вельфа клинок скованный из адамантитовой добычи и руды собранной в Глубокой Зоне Подземелья дрожащими руками со смесью благодарности и радости. Не одна только красота клинка заставила авантюристку влюбиться в него с первого взгляда. Проведя рукой по лезвию Микото смогла определить что выкованное высшим кузнецом оружие соответствует третьему рангу.

Девушка просила выковать себе катану вдобавок к необходимой экипировке, лёгкой броне и копью, чтобы лучше соответствовать своей центральной роли в строю. Микото начала светиться, снова ощутив в руках любимое оружие.

— Как удобно, когда в Пастве кузнец под рукой.

— Не говори о людях будто они какие-то инструменты, Малютка Лил.

Лили посмотрела на Вельфа краем глаза, будто пытаясь сказать, что в каждом доме должен быть человек, который может восстанавливать поношенное оружие и делать новое, если это нужно. Вельф, впрочем, не принял эту фразу за комплимент.

Парировав выпад Лили с полуприкрытыми глазами, парень снова повернулся к Микото. Держа в руках катану девушка отправилась куда-то на седьмое небо. Парень вызывающе взглянул на Чизан, потому что сложно было соперничать с работой такого качества. Висевший на поясе девушки короткий клинок был прощальный подарком Такемиказучи, одним из пары ножей высочайшего качества, выкованных Паствой Гоибниу. Впрочем, Вельф был горд той катаной, которая у него получилась.

Не хуже у него вышли и ножны для клинка, украшенные чёрно-серебряным переплетающимся узором. Вельф сделал к Микото шаг и, пытаясь скрыть распиравшую его гордость, предложил.

— Ладно, нужно придумать ему название… Железный Тигр, Котецу… нет, Малошип, Шимаджиру. — с довольной улыбкой Вельф приложил правую руку к подбородку.

— Вельф-сан остановитесь, пожалуйстааааааа! —

Микото громко возмутилась. Её пробил нервный пот, её кровь закипела, будто девушка изо всех сил старалась предотвратить придумывание названия клинку.

— Р-разве Шимаджиру не замечательное название. Оно очень милое…

— Ты тоже так думаешь?!

— Будущее этой катаны висит на волоске, Харухиме-сан, помолчите!

Харухиме заговорила тихонько, как подобает скромной и скованной девушке, а Вельф чуть не подпрыгнул от радости услышав, что кто-то понимает его вкусы. Микото оставалось лишь отчаянно завопить, услышав подругу.

Придумывание клинку названия переросло в жаркий спор со множеством неожиданных поворотов и аргументов. Лили наблюдала за развернувшейся словесной баталией со стороны. В конце концов, Микото пала ниц со слезами на глазах и выиграла эту битву дав новой катане название Котецу.

Явно разочарованный Вельф почесал затылок, наблюдая как Микото поднимается, прижимая к груди катану после своей тяжёлой победы.

— …А вот это вам. Для защиты.

— Это… плащи?

— Сударь Вельф, это же?..

Вельф протянул Харухиме и Лили по чёрному плащу с капюшоном.

На удивлённый вопрос Лили он кивнул.

— Именно. Сделана из добычи, которую мы получили с Голиафа. Белл и Всевышняя Гестия вверили мне работу.

Речь шла о битве с невероятно сильным монстром, Аномалии восемнадцатого этажа, Чёрным Голиафом.

Белл получил этот предмет после битвы. Вельф использовал половину чтобы сделать для Лили и Харухиме защитные плащи. Этот предмет, кстати, пришлось доставать из остатков старой комнатки под церковью, потому что тогда Паства Гестии не успела его продать.

Шкура этого монстра была такой прочной, что поглощала атаки сотен авантюристов, поднявших уровень и на ней, не оставалось ни царапины.

Поэтому было решено что Вельф воспользуется невероятными защитными свойствами добычи чтобы защитить уязвимых помощниц. Как сделать плащи парень придумывал сам, но эти предметы, несомненно, давали первоклассную защиту.

— А они получились тяжёлыми, наверное?..

— Да, но постарайтесь привыкнуть. Помнишь какой чертовски прочной была шкура Голиафа? Её ни заклинания, ни клинки не брали.

Лили оценила вес вещи накинув её на плечи и попробовав двигаться.

Навык Лили, Дополнительная Поддержка помогал ей справляться с лишним весом, а Харухиме оказалась сама по себе. Девушка-ренарт едва держалась на ногах под весом новой накидки.

Голиаф буйствовал, поскольку ему хватало мощи, поэтому его шкура была достаточно прочна чтобы отражать как магические, так и физические атаки. Плащи, созданные из его шкуры достаточно прочны чтобы без проблем выдерживать атаки монстров серединных и нижних этажей Подземелья. Пришла очередь Лили благодарить мастера.

— Не забывайте, что они могут только смягчить удар. Прямое попадание и поминай как звали.

Вельф предостерёг девушек, что эти плащи не отличаются от обычной брони.

Стальная пластина способна защитить от пореза мечом, но плоть под ней ощутит всю мощь столкновения метала с металлом. Лили и Харухиме авантюристки первого уровня, а это означает что сила удара монстров способна отправить их в полёт. Приняв на себя прямой удар, они могут умереть даже если их плащи останутся нетронутыми.

Услышав предупреждение Вельфа, Лили и Харухиме перестали радоваться слишком сильно.

— …Но, если эта вещь так хороша, разве не будет лучше дать её сударю Беллу?

Парень находится в самой гуще событий и удары сыпятся именно на него.

Риск получения серьёзного урона будет гораздо ниже если на нём окажется подобный защитный предмет.

Разве не будет лучше если Белл оденет робу из шкуры Голиафа, чем лёгкую броню которой пользовался с самого начала? Суждение Лили было предельно логичным.

Вельф отвёл взгляд, его губы скривились.

— …Я вложил свою гордость делая для него броню этими самыми руками. Если он пойдёт в Подземелье одетый в перекроенном предмете добычи, я этого не потерплю.

Какими бы поразительными свойствами не обладала добыча, гордость кузнеца получила бы сокрушительный удар если бы он предпочёл одеть авантюриста в простой предмет.

Как личный кузнец Белла он обязан готовить экипировку, поэтому он не изменит своего решения.

Парень сложил на груди руки и отвернулся от девушек. Лили закатила глаза от строптивости Вельфа, а Микото и Харухиме тихонько посмеялись.

Лучи заходящего солнца окрасили лицо Вельфа в красноватый цвет.

— …Вроде всё отдал, а теперь выметайтесь. Мне нужно прибраться.

— Сударь Вельф… Завтра мы идём в Подземелье с Паствой Такеиказучи, поэтому не забудьте приготовить своё собственное снаря…

— Знаю, пошли прочь!

Вельф выгнал девушек из мастерской чтобы скрыть своё смущение.

Девушки шли по саду переглядываясь и улыбаясь, слыша за спиной грозное ворчание.

[[image:/storage/reader-images/f7bfb040d915fcb2b428c7853f499d444096d41f.jpg]]
Паства Гестии и Паства Такемиказучи объединились на несколько дней для спуска до семнадцатого этажа.

Группы и раньше работали вместе поэтому боевые командные действия затруднений не вызывали. Пришло время перейти на долгосрочные цели, в числе которых был продолжительный спуск в Подземелье. Поэтому, в качестве практики Паствами было решено отправиться в небольшой поход.

Спустится глубже в Подземелье чем кто-либо из них бывал, следующей целью стало достижение двадцатого этажа. Это означало, что в сутках не хватит времени для обратного возвращения по домам до ночи. Попытка возвращения с такой глубины очень сильно сократит время пребывания в Подземелье и путешествие не будет того стоить.

Решением этой проблемы было разбитие лагеря в Подземелье. План был прост. Авантюристы проведут в Подземельей целый день, а когда настанет время отдыха, Паствы будут охранять лагерь по очереди, сменяя друг друга.

Пусть авантюристы и дали этому спуску грандиозный титул «мини-экспедиции», проведение продолжительного времени в подземелье очень быстро стало для них реальностью и это была очень важная первая попытка.

Двадцать четыре часа. Взяв с собой достаточное количество еды и одеяла, авантюристы попрощались с Гестией, явно не желавшей их отпускать, и улыбавшимся Такемиказучи. Паства Миаха, которую попросили присмотреть за поместьем пока авантюристов не будет также помахала на прощание большей, чем обычно, группе авантюристов, покидавших Поместье Домашнего Очага.

Группа из десяти человек провела полдня спускаясь глубже в Подземелье и, наконец достигнув семнадцатого этажа начала готовиться к половине дня зачистки Подземелья.

…По крайней мере, таким был план.

— ААААААААА, отбросы в первых рядах! Щиты в землю и держать позицию!

Злобный рёв командира прорвался сквозь подвывания монстров и звон оружия.

Выстроившиеся в ряд щитники, стоя щит к щиту смогли поглотить удар огромного кулака, но от его мощи их руки онемели. Дворфы и зверолюды державшие щиты скорчились от боли, а их ноги заскользили по полу Подземелья. Мольбы о помощи и отдаваемые командирами команды смешались на поле боя. Иногда сквозь общую суматоху проскальзывали распевы заклинателей.

Огромная группа авантюристов сражалась с гигантским монстром, рост которого превосходил их в несколько раз.

— К-как до такого дошло?!

— П-прости, Лили!..

Лили оказалась в самом центре хаоса из криков боли и боевых кличей, без передышки выпуская стрелы из своего арбалета, а Белл разбирался с адскими гончими и лиграклыками, успев бросить извинения нанося очередной удар.

Боевая группа «экспедиции» оказалась вовлечена в полномасштабное сражение в просторной пещере в самом конце семнадцатого этажа.

Полчища авантюристов выстроились у входа в безопасную зону, восемнадцатый этаж.

Развернувшаяся в огромном зале хаотичная битва порождала выкрики, завывания и столкновение металла с костями и клыками. Самым могучим монстром этого сражения был, безусловно выбравшийся из Великой Стены Сожалений семиметровый пепельный гигант.

— ООООООООООООООУУУУУУУУУУУУУУУУУУУУУ!!!

Монстр Рекс семнадцатого этажа распахнул руки и издал протяжный угрожающий клич, будто пытаясь запугать авантюристов. Земля треснула, когда один из его похожих на каменные глыбы кулаков обрушился на пол Подземелья. Вельф, Лили Микото, Харухиме и вся Паства Такемиказучи едва смогли удержать равновесие.

Всё началось в тот момент, когда группа спустилась на семнадцатый этаж Подемелья и услышала вдалеке звуки битвы. Обменявшись взглядами, авантюристы решили отложить установку лагеря и пошли кратчайшим путём к этим звукам… обнаружив что битвой оказалось сражение огромной группы авантюристов с Голиафом.

Обе Паствы проводили исследования на предмет безопасности этажа для своей мини-экспедиции, однако тот факт, что авантюристы Ривиры планируют выступить против босса этажа именно в этот день от них ускользнул. Так уж получилось, что два этих события случились одновременно.

Голиаф перерождается каждые две недели, препятствуя авантюристам повышенного ранга попадать на относительно спокойный восемнадцатый этаж. Это, в свою очередь, влияет на доходы владельцев лавок построенного в Подземелье города, поскольку отсутствие людей лишает их прибыли. Поэтому формирование временного альянса для убийства босса этажа в интересах жителей самой Ривиры.

Именно в этот момент и подоспела группа Белла, альянс Ривиры столкнулся с пепельным гигантом.

Вельф и остальные не могли просто проигнорировать крики авантюристов, которые прерывались топотом гигантских ног. Да и сам беловолосый лидер группы не мог оставить авантюристов услышав, как по тоннелю разносится очередное «ГВААААААААХ!!!».

Не самые чистые на руку авантюристы всё же пришли на помощь Беллу в прошлом, поэтому Белл повёл свою экспедицию присоединившись к битве с боссом этажа.

— ОААГАААХАААА!!! МАЛЕНЬКИЙ НОВИЧОК СПАСАААААААЙ!!!

— Воа!

Авантюрист третьего ранга Морд Латро оказался зажат у Великой Стены Сожалений уклоняясь от атаки гиганта как раз в тот момент, когда маги заканчивали свои заклинания и остальные нападавшие на Голиафа авантюристы бросились врассыпную.

Морд увидел в Белле врага в их первую встречу, хоть парень таковым его и не считал. Морд объединился с несколькими подобными ему неприятными личностями и устроил Маленькому Новичку крещение огнём, но последующие события на восемнадцатом этаже позволили ему увидеть истинный характер парня. Его мнение о беловолосом авантюристе улучшилось настолько, что один его вид заставлял покрытого шрамами Морда улыбаться. Как и остальные авантюристы Ривиры, Морд принял парня как равного увидев заслуги парня в битве с Чёрным Голиафом.

Сам Морд долгие годы был вполне доволен своей жизнь авантюриста третьего ранга. После тех событий он снова начал заставлять себя идти вперёд и рисковать, благодаря этому он и оказался в группе по устранению Голиафа. Однако, в момент смертельной опасности жажда риска улетучилась и авантюрист, отбросив всякую гордость завопил во весь голос призывая Белла на помощь.

Группа больших монстров, Минотавров, показалась в главном коридоре, который соединял пещеру Голиафа с остальным этажом. Белл бросился на помощь Морду встретив монстров с Кинжалом Гестии и выкованным Вельфом коротким мечом.

— С каких пор уничтожение Голиафа вызывает столько проблем?.. — крикнула Микото какому-то авантюристу из Ривиры, разрезав очередного монстра.

— В этот раз монстров гораздо больше чем обычно! У нас не хватает людей чтобы отвлекать того здорового! — отозвался авантюрист.

— Они разве не понимают, как работать в группах?.. — пробормотала Чигуса насаживая на копьё адскую гончую.

В нескольких местах были построены авантюристы со щитами, за ними атакующие могли укрыться, когда гигант переключал на них своё внимание. Небольшая группа авантюристов со щитами также обороняла выход на восемнадцатый этаж.

Этот монстр был довольно слаб в сравнении с Чёрным Голиафом, гораздо более могучим монстром того же вида, которого помнил Белл. Впрочем, обычный Голиаф всё равно считается Гильдией монстром четвёртого уровня. У этого зверя блестящие чёрные волосы до плеч, по виду которых кажется, будто они сделаны из прочного камня. Пепельный гигант сокрушал одну стену щитов за другой.

Крепкие, мускулистые мужчины за щитами умудрялись оставаться на ногах, но атакующих, способных воспользоваться преимуществом сдержанного удара не хватало. Те, кто должны были отвлекать на себя внимание гиганта и пытаться сбить его с ног были слишком заняты отражая наплыв монстров в ближнем бою. То же можно было сказать и про магов. Некоторым приходилось прерывать чтение заклинаний, другие теряли возможность ударить своей магией даже завершив чтение из-за огромного количества нападавших монстров, а третьим вообще приходилось впустую растрачивать магическую энергию бесцельно выпуская свои заклинания. Время от времени по полю боя пролетали случайные огненные шары и светящиеся стрелы.

Жители Ривиры не были членами одной Паствы. От группы случайных проходимцев сложно ожидать в бою нужной слаженности.

Совсем недавно поднявшая второй уровень Чигуса сражалась бок о бок с Микото, их движения сочетались практически идеально, будто они были отражениями друг друга. Наставления Такемиказучи, бога боевых искусств сослужили им отличную службу и на месте их сражения росла небольшая гора трупов. Остальные же авантюристы, повысившие ранг, сражались поодиночке, в полном хаосе.

— Не знаю, чего ещё можно было ожидать от авантюристов, но!..

Всё поле боя разделилось на отдельные стычки. Никто не пытался помочь другим, каждый сражался в своей собственной драке.

Оука добровольно полез в самую гущу, но первый же взгляд на происходящее заставил его негодующе вздохнуть. Он рассёк своей секирой надвое ближайшего лигроклыка. Этот удар спас одну из амазонок атакующей группы от неминуемой смерти.

— …Эта зверина явно злее обычного!

Крикнул один из авантюристов попытавшийся прорваться к серому гиганту.

Также, как и многие монстры заполняющие залы Подземелья разнятся в силе от рождения к рождению, разнятся и Монстры Рексы. Голиаф появившийся в этот раз появился в одной из сильнейших вариаций, если верить одному из окровавленных зверолюдов-атакующих.

Собравшаяся боевая группа испугалась, услышав эту леденящую душу новость. Впрочем, это нисколько не помешало отважным ветеранам Ривиры, снова и снова бросавшимся в бой.

— Тц! Нужно больше людей… Эй ты! Вернись в город за помощью! У тебя десять минут!

— Хах, будто я буду пропускать всё веселье, Борис!

Импровизированный командир сил Ривиры отдал распоряжение, но в ответ услышал упрямый отказ. Впрочем, человек всё равно повернулся и побежал к проходу, соединяющему этажи, а за его спиной послышалось «Заткнулся и метнулся!».

Включая группу Белла на поле боя сражалось около сорока авантюристов. Многие не хотели идти на Голиафа поскольку не считали его серьёзной угрозой, но сейчас с этим было ничего не поделать.

Вдобавок, сказалось вторжение сил Ракии.

Огромная часть авантюристов высоких рангов, обычно находившихся в Ривире были отозваны на поверхность для присоединения к Альянсу Орарио и сейчас находились далеко за городскими стенами. Среди группы, выступившей против Голиафа никто не достиг уровня выше четвёртого. Да и авантюристов третьего уровня можно было пересчитать по пальцам одной руки. Авантюристы второго ранга были вынуждены метаться по всему полю боя выручая попавших в беду бедолаг. Белл носился туда и сюда как белый кролик, у него не оставалось времени чтобы зарядить свой Навык, способный переменить ход сражения, а мощное гравитационное Микото не слишком бы помогло из-за низкого потолка и количества её товарищей, которые попали бы под действие магии вместе с монстрами.

Единственной надеждой были подкрепления с восемнадцатого этажа. Однако, учитывая расстояние, с которого им придётся идти, а также время на подготовку брони и оружия, держаться придётся довольно долго.

Казалось, что битва может закончится поражением и мораль авантюристов начала колебаться.

Без поддержки мощных магических взрывов щитники принимали на себя слишком много ударов, один особенно размашистый пинок разбросал стену щитов.

— ГЬЯЯЯЯЯЯЯ!

— Проклятье!..

По залу разнеслись крики боли и ругательства, тела щитников разлетелись в разные стороны. Вельф ругнулся себе под нос отбрасывая своим двуручником очередного монстра.

Свободная рука кузнеца потянулась за плечо.

К его спине было подвязано ещё одно продолговатое оружие, прямо под ножнами двуручного меча. Он изготовил это оружие на тот случай, если их мини-экспедиция окажется в опасности, ещё один Магический Меч Кротцо. Обхватив рукоять, парень высвободил клинок.

Строго говоря, его совершенно не беспокоило, умрут или будут жить безымянные проходимцы. Но если так пойдёт и дальше, под ударом гигантского монстра окажутся и его друзья. А ставить под удар товарищей из-за своей гордости он больше не собирался. Бормоча сквозь сжатые зубы проклятья Вельф занёс над головой тёмно-красный искрящийся клинок.

Тратить мощь этого оружия на Голиафа всё равно что растратить его впустую, но красноволосый кузнец приготовился к удару, и в этот момент…

— …Расти.

— !!!

Вельф услышал нежный распев.

Он повернулся к источнику притягательного звука и увидел скрывавшуюся в самом дальнем от битвы углу подземелья девушку, помощницу Харухиме.

Микото и Лили храбро прикрывали девушку. Капюшон плаща ренарта был опущен на лицо, когда она начала читать заклинание.

— Заключи божественные дары в это тело. Да снизойдёт на него золотой свет. Пусть молотом обрушится на тебя благодать… Расти.

Вельф чуть не выпрыгнул из ботинок, когда осознал, что, распев исходит от Харухиме и что заклинание почти завершено. Название заклинания было произнесено мгновение спустя.

— Uchide no Kozuchi.

Микото, отступившая для защиты помощницы оказалась в столпе золотого света, после чего на её голову обрушился яркий, будто созданный из света, молот.

Она была целью Повышения Уровня Харухиме. Молот исчез, но от тела девушки начали подниматься искорки света.

Лили почти мгновенно стянула с себя чёрный плащь, Робу Голиафа и набросила его на плечи девушки скрывая скрывающийся с её кожи свет.

Микото набросила капюшон на лицо скрыв его так же, как и Харухиме, и убедившись, что тёмный материал скрывает её тело бросилась в самую гущу боя.

— Чёрной стрелой она пронеслась по полю боя, рассекая всё на своём пути.

Чизан в её руке разрывал монстров, которым не посчастливилось оказаться на пути, конечности и тела разлетались от его лезвия. Отбив группы дельцов Ривиры и банду Морда девушка отправилась прямиком к Голиафу, пробивавшемуся сквозь вторую волну щитников.

Микото превратилась из пешки в дамку как в древней настольной игре Дальнего Востока. Получив третий уровень девушка, не теряя времени бросилась на помощь атакующей группе.

Вторая группа щитников разлетелась и атакующие бросились отвлекать Голиафа на себя. Они отвлекали на себя внимание монстра давая время подготовиться всем остальным. Микото, получив возможность для нападения прыгнула в ближний бой. Её искрящиеся руки разом вернули в ножны Чизан и достали Котецу.

— ХАААААААААААА!!!

Катана с ослепительной скоростью появившаяся из ножен порезала Голиафу ногу.

Монстр качнулся, это позволило Микото подобраться ещё ближе и осыпать его ногу ударами.

— ?!

Кровь ручьём потекла по мощной левой ноге гиганта.

Прочная пепельная шкура наконец получила повреждения. Глубокий порез вызвал целый поток крови, этот удар серьёзно повлиял на ход битвы.

Потерявший равновесие Голиаф рухнул, сотрясая пол подземелья и вызвав самый настоящий взрыв.

Авантюристы второго ранга, включая Белла, а также те, кем командовал Оука с восхищением наблюдали за бойцом покрытым чёрным плащом с катаной в руках, который в это время успешно отбежал от падающего гиганта и чёрной стрелой бросился на помощь в другую часть поля боя.

— Это жульничество какое-то!..

Взгляд на поразительный удар Микото, точнее, на поразительную мощь поднятия уровня Харухиме, лишил Вельфа дара речи. Шок был таким сильным, что парень напрочь забыл о том, что он занёс над головой оружие, один взмах которого способен буквально смести гиганта.

— Чтоб меня!

— А этот парень чей?!

В адрес авантюриста в капюшоне, нанёсшего идеальный удар по монстру раздались восторженные выкрики и похвалы. Микото оставалась неузнанной, но даже под чёрным плащом она ощущала на себе взгляды. Развернувшись прыжком, девушка снова бросилась в атаку на босса этажа. Такой разворот она видела собственными глазами в битве с Чёрным Голиафом. Микото постаралась скопировать по памяти приём эльфийки по прозвищу «Ледяной Ветер».

Пока восторженные взгляды следили за девушкой, Лили, Вельф и Харухиме ушли из угла, из которого Микото бросилась в атаку чтобы избежать ненужного внимания.

— А ну жопы ленивые в бой! Режьте заразу! ПОШЛИИИИИИИИ!

Этого момента авантюристы и дожидались. Воспряв духом бойцы бросились вперёд, крича во весь голос.

Для уничтожения больших монстров и боссов этажей применяется очень простая тактика: Сбить с ног и забивать.

Атакующие с бешенством накинулись на монстра увидев, как он корчится от боли.

Двуручные мечи, молоты и огромные секиры зловеще поблёскивали в тусклом свете, волна авантюристов, поднявших оружие в воздух захлестнула Голиафа.

— …Дайте и мне кусочек.

Тень явилась будто из ниоткуда. Она пересекла поле боя в считанные секунды и отсекла правую руку гиганта.

— ОООООООООООООООООО!!!

— Че?..

Вельф застыл, присмотревшись к силуэту, приземлившемуся в стороне от тела зверя.

Одна длинная катана, алая Хакама и длинные чёрные волосы, растрепавшиеся в момент неожиданной остановки. Губы парня произнесли сами собой.

— Цубаки…

Будто услышав парня новоприбывшая повернулась к Вельфу и улыбнулась.

Рука Голиафа пронеслась по воздуху приземлившись неподалёку и придавив монстров, которым не посчастливилось оказаться рядом. Белл, Микото, Оука и остальные авантюристы удивлённо затаили дыхание.

Загорелая кожа и чёрные волосы, собранные в хвост. Минималистичная броня включала в себя лишь боевые перчатки и несколько пластин прикрывавших тело. По длинной катане и выбору боевых одежд можно было предположить, что это мечница островной нации с Дальнего Востока.

Впрочем, одна её черта очень сильно бросалась в глаза, прикрытый повязкой левый глаз.

— Ци…Циклоп…

— Пятый уровень…

Несколько авантюристов сглотнули, увидев воительницу в чём-то напоминавшую саму Богиню Кузницы, Гефест.

— П-ПОБЕДА ЗА НАМИ, УБЛЮДКИИИИИИИИИИ!!!

Появление командира кузнецов, отчасти ремесленника, отчасти одной из лучших авантюристок, Цубаки, вдохновило боевую группу ещё сильнее и заставило броситься в бой с новыми силами.

Этот удар был решающим.

Само присутствие Цубаки на поле боя склонил чашу весов в пользу авантюристов окончательно. С громкими восторженными криками и улюлюканьем авантюристы уничтожали оставшихся небольших монстров и бросались на поверженного гиганта. Экспедиционная группа Белла снова объединилась и также бросилась в бой.

Задача группы зачистки была завершена за считанные секунды при помощи кузнеца пятого уровня. В огромной пещере снова стало тихо.

[[image:/storage/reader-images/d74913601f0f01f8451506d25781b1c8860207a6.jpg]]
Вскоре после убийства Босса этажа начался делёж добычи.

Каждый пытался наложить руки не только на бывший чуть больше обычного магический камень Монстра Рекса, но и на Клык Голиафа оставшийся в пепле зверя. Впрочем, небольшая гора магических камней, оставшихся с монстров поменьше также не была обделена вниманием.

Оставшиеся на обочине этого дележа, те, кто пришёл позже начала битвы и у кого не было право на добычу, удивлённо обнаруживали что дельцы Ривиры пытаются продать спихнуть им пару самых мелких из магических камней. «Мы же авантюристы, что ещё сказать?» натянуто улыбнувшись сказал проходивший со своей бандой мимо Морд, сжимая в мясистых руках увесистый кусок общей добычи.

Поскольку ждать окончания борьбы за ценности не было совершенно никакого смысла, присоединившиеся к битве позже остальных Паства Гестии и Паства Такемиказучи решили спуститься на восемнадцатый этаж и отдохнуть, поскольку этот этаж всё равно оказался в нескольких шагах.

Безопасную зону заполняла роскошная зелень и красивые святящиеся кристаллы, на этом этаже не рождалось монстров.

Белые и синие кристаллы, будто цветы, создавали яркое голубое «небо» над этажом также называемым Подземным Убежищем. Белл и остальные члены его группы наконец смогли позволить себе расслабиться.

— И снова мы спустились на восемнадцатый этаж никак на это не рассчитывая…

Пробормотала Лили, прикрывая глаза от яркого света самого большого кристалла сияющего будто полуденное солнце.

Вовлечённые в события, произошедшие около полутора месяцев назад начали обсуждать пережитый опыт, а остальные члены Паствы Такемиказучи просто наслаждались видом и запахами со смесью восторга и интереса. Харухиме, лишь недавно присоединившаяся к Пастве Обращением размахивала хвостом погрузившись в разговор с Микото и Чигусой. Девушки вспомнили об одном и том же, сцены как они играли вместе, будучи детьми. «Мы будто назад во времени вернулись», проворчал Оука наблюдая за девушками чуть со стороны. Впрочем, Вельф и Белл услышали в его голосе нотки восторга, которые портили попытку парня казаться возмущённым.

В южной части восемнадцатого этажа бежало несколько рек. Уставшие авантюристы наполняли фляги и пили чистую речную воду, остальные разбрелись по этажу. Группа едва начала восстанавливаться после битвы с боссом этажа, когда в тоннель начали спускаться остававшиеся наверху авантюристы Ривиры.

— Эй! А вы почему не в городе? — помахав рукой крикнул один из авантюристов.

Из завязавшегося с ним разговора стало известно, что авантюристы решили отпраздновать победу и позвали группу Белла.

Отчасти это было искуплением вины за лишение их права на делёж добычи. Авантюристы Ривиры были в приподнятом настроении и предложили устроить вечеринку в качестве извинений. Такому предложению было непросто отказать. Экспедиционная группа сильно устала.

Поэтому, группа Белла не раздумывая отправилась к каменистому острову посреди озера. Добравшись до острова по мосту, авантюристы вскоре прошли через деревянные ворота.

— Ого!.. Вот какая Ривира на самом деле!

— Эм, вы здесь впервые, мисс Харухиме?

— Да, впервые. Я участвовала в походах, когда была в Пастве Иштар и не раз проходила по этому этажу… но мне никогда не разрешали заходить в город.

Увеличение уровня Харухиме и само существование девушки-ренарта хранилось в строжайшем секрете, поэтому её скрывали всеми возможными способами. А сейчас девушка-ренарт бродила между тентами и самобытными лавочками с восторгом разглядывая кристаллы. Её хвост и ушки дёргались из стороны в сторону, девушка никак не могла определиться, на что ей смотреть. Белл видел восторг, который она излучает на мгновенье встретившись с ней взглядами.

Из Ривиры открывался отличный вид на озеро внизу и на простирающийся с юга на восток лес. В тентах и небольших лавочках процветал чёрный рынок. На территории Подземелья даже построили бар. Множество довольных пьяных голосов доносилось из-за его дверей.

На улицах было гораздо меньше людей чем в прошлый раз из-за атаки Ракии. Несмотря на это, городок наполняли звуки струнных и духовых инструментов. Под кристальным небом Подземелья царил мир и покой.

— Отличная работа Маленький Новичок! Без тебя было бы туго! — сказал «лидер» авантюристов Ривиры, Борис Элдер. Он казался настоящей горой мышц и был крупнее даже Оуки.

Большая часть боевой группы Белла не раз видела его в полномасштабном сражении с Чёрным Голиафом и узнавала издалека.

Из-за угрожающего вида и образа задиры такого непросто забыть.

— То, что ты сюда спустился означает что Паства Гестии решила покорять Глубинную Зону, правильно?

— Ну, да… Вроде того.

— Вот это мой парень! Мы тебе неплохим перевалочным пунктом послужим! Я удостоверюсь что все тебе скидки давать будут, паренёк!

Как и Морд неформальный глава Ривиры видел Белла в сражении с аномалией на восемнадцатом этаже и был настроен очень дружелюбно.

— Ага, забегай к нам! И чтобы каждый раз! — добавил огромный мужчина приобняв парня мясистой рукой за плечо. Шедшая за Беллом Лили смерила мужчину подозрительным взглядом.

— …А, точно, Маленький Новичок. Я тебя вот о чём спросить хотел.

— О-о чём?

Слегка испуганный мясистой рукой толщиной с небольшой древесный ствол на своём плече парень напряжённо улыбнулся и посмотрел на Бориса. Мужчина сделал самый невинный вид и почти шёпотом спросил.

— Тот кователь магических мечей с тобой, так? Можешь познакомить?

— …Да ладно, как друга прошу!!! Бахни мне магический меч!

На виске Вельфа вздулась вена.

Так получилось, что во время празднования, как и было обещано с бесплатной выпивкой и едой, Белл отлучился чтобы поговорить с лидером Ривиры. Вельф нашёл себе удобное местечко между двумя кристаллами, белым и синим.

Двуручный и магический мечи покоились на его спине и в этот момент на него грянул целый вал авантюристов, пытавшихся перекричать друг друга.

— Мощный давай, как эти взрывалки на «Битве» были!

— Ты же Кротцо, да?

— Я слышал, что они прокляты были и мечи магические, не куют больше. Брехня же? Кто там что понимает!

— Плачу сколько хочешь, цену назови! Давай, мужик!

Авантюристы окружили Вельфа наперебой твердя одно и то же: «Сделай мне Магический Меч Кротцо!».

Большая часть Орарио наблюдала за «Битвой» в Божественных Зеркалах по всему городу. Слух о том, что легендарные магические мечи, именно легендарные, не меньше, это работа Вельфа разлетелся по рядам авантюристов как лесной пожар. Всем хотелось заполучить магический меч способный с лёгкостью разрушить замковую стену. Выяснить, что нужный кузнец стал частью Паствы Гестии было проще простого.

— Ублюдки…

К Вельфу уже не раз заявлялись с одним и тем же запросом после «Битвы» … но никто не вёл себя так напористо, как сегодня.

Паства Гестии спустилась в Ривиру, создатель тех самых мечей явился. В Ривире жили только авантюристы, каждому из них было известно, как добыть ценную информацию. Стоило пойти слухам, как каждый в городе знал, что сегодня прибыл изготовитель магических мечей.

Переполняемые жадностью авантюристы обратились к Вельфу с мольбами и просьбами выковать им магические мечи. Терпение парня лопнуло.

— …А ну все заткнулись!!! Я никогда не продам и не отдам магический меч! Так и передайте своим дружкам и оставьте меня в покое!

Вельф гневно отгонял от себя набегавших авантюристов.

Череда просьб и злобных ответов продолжалась, парень не поддавался. Авантюристы бросались ругательствами и с отвращением сплёвывали осознавая, что парень непробиваем как сталь, а висевшее за его спиной магическое оружие начало внушать им страх.

Харухиме и Чигуса также слегка отпрянули, когда услышали, как Вельф бормочет «Ублюдки…» и становится мрачнее с каждой новой просьбой.

— …

— …Хотел чего-то, здоровяк?

— Нет, ничего… Медовое облачко не желаешь?

— С хрена ли мне его хотеть?

Оука бросил на красноволосого парня переполненный жалостью взгляд и даже предложил сладкий фрукт, но Вельф в ответ взорвался. Девушки вздрогнули от страха, поэтому Вельф помрачнел ещё сильнее и отделившись от своей группы пошёл искать тихое место, в котором можно было бы успокоиться.

Обычный образ дружелюбного старшего брата пропал, сейчас он больше походил на одинокого волка, бродившего самого по себе.

— Вельф!

— …Белл.

Белл нашёл парня в одном из самых живописных мест Ривиры.

Кузнец наконец нашёл место, в котором мог скрыться от толпы. Беловолосый парень подошёл к нему виновато почёсывая затылок.

— Прости, Вельф. Кажется, все в городе только и ждали возможности… глава попросил меня познакомить его с тобой, я пытался отказаться, но…

— …Нет, вина не твоя. Я знал, что так и будет задолго до того, как мы вошли в эти ворота.

Он был готов к такому исходу ещё когда использовал магический меч для спасения жизней своих друзей. Несмотря на это, гордость кузнеца и его упорство взяли верх, из них и появилась злоба.

— Не извиняйся. — сказал Вельф натянуто улыбнувшись парню, не знавшему что ответить. После этого он сделал глубокий вдох. — Но чёрт меня дери, они хоть знают что-то кроме «магических мечей» ?.. У них есть хоть щепотка самоуважения? Авантюристу нужно только отличное оружие и твёрдая рука, так-то.

— Хе-хе…

Белл слегка расслабился, увидев, что Вельф наконец начинает выговариваться.

— Кстати об этом, мечи, тот короткий меч, который я выковал справляется?

— И очень хорошо. Он очень удобный и сегодня отлично помог в битве.

Белл вытащил короткий меч из ножен. Взятое левой рукой оружие было несколько длиннее чем его обычные кинжалы, поэтому можно было доставать монстров с большей безопасности. Клинок блестел, отражая свет кристаллов.

— Рад слышать. — довольно кивнув, произнёс Вельф.

Ровно в тот момент, когда на его лице наконец появилась улыбка… послышались шаги.

Парни повернули головы. Брови Вельфа поднялись от удивления.

— Хах, Вельфи, а ты стал популярен.

Алая Хакама и боевая экипировка острова на Дальнем востоке. Длинная катана за поясом. Чёрные длинные волосы, собранные в хвост. Командир Паствы Гефест пришедшая на помощь группе противостоявшей Голиафу, Цубаки, подошла ближе.

— Ты… чего тебе надо?! Зачем ты вообще пришла?!

— Да что с тобой, Вельфи? Так-то ты здороваешься с бывшим командиром и собратом-кузнецом? Какая жалость. Разве пока ты не ушёл я о тебе не заботилась?

— Просто отвечай, чтоб тебя черти взяли!

— Пфффф. Ну и ладно, на второй вопрос отвечу сразу. Я давно хотела размять ноги и прогуляться в Подземелье. Теперь первый… Хочу заставить тебя подёргаться.

Блеснув единственным глазом, женщина ухмыльнулась.

— Убирайся к дьяволу! — взревел Вельф, которого явно одолели видения прошлого.

Командир Паствы Гефест, Цубаки Коллбранде.

Из-за роста в сто семьдесят сантиметров её ошибочно можно принять за человека. Несмотря на то, что её мать действительно была обычной девушкой с Дальнего Востока, её отцом был дварф с континента, отчего она считается полу-дварфийкой. Её бронзовая кожа излучает здоровый блеск, а грудь кажется большой несмотря на то, что под бронёй она перевязана. Все физические данные говорят о том, что она могла бы быть очень обаятельной женщиной, но свободолюбивый дух и страсть к развлечениям редко сочетаются с образом идеальной леди. С того самого дня как Вельф оказался в Пастве она была с ним рядом, но только потому что, поддразнивая парня она приходила в восторг.

Её нравилось потешаться над молодым кузнецом Кротцо и большую часть времени он был предметом её насмешек, впрочем, нередко она давала дельные советы и помогала. Но насмешки были таким частым явлением, что Вельф не каждую мог упомнить. Да и то, что в Пастве его за спиной прозвали «Игрушкой Цубаки» особого энтузиазма парню не добавляло.

В тот день, когда он, Белл и Лили были вынуждены принять жизненно важное решение и едва смогли спуститься на восемнадцатый этаж, а Паства Локи пришла им на помощь, Цубаки была частью той экспедиции. И стоило ей увидеть Вельфа, как она подцепила его вопросом «Не одиноко ли без меня в кузнице?». Сложно было сомневаться в том, что Вельф был об этой женщине не самого высокого мнения.

Вместе с тем, Цубаки была известна на всё Орарио, и как первоклассный кузнец и как первоклассная авантюристка.

Вельф считал, что титул Кузнеца-Наставника достался её по ошибке. Из-за того, как Цубаки с ним обращалась, он прикладывал немало усилий чтобы избегать с ней встреч.

Нахмурившись, Вельф попытался отвернуться, а Цубаки быстро поздоровалась с Беллом, поскольку они были представлены ещё на поле боя и снова обратилась к красноволосому кузнецу.

— Наша богиня закрылась в своей кузнице после твоего ухода, Вельфи. Ей одиноко.

— …Врёшь.

На самом деле, первой испытанной Вельфом эмоцией было удивление, но парень успел тщательно его скрыть.

— Вообще-то это правда. — ответила Цубаки, будто подтверждая свои слова кивком. Её глаза снова блеснули, а на губах появилась ухмылка.

Белл следил за разговором, не зная как на него реагировать.

— А? О чём речь?

— Да просто всё. У этих двоих особая связь… или что-то вроде. Ну Вельфи-то точно на нашу богиню глаз положил. Правда же?

— А ну прекрати! С чего бы мне?..

Чем сильнее сердился Вельф, тем шире была улыбка на лице Цубаки. Впрочем, голос красноволосого кузнеца дрожал, а лицо слегка покраснело, когда он пытался оправдаться и кричал женщине не нести чушь.

Белл ещё никогда не видел Вельфа с такой стороны. Он никогда не подозревал что парень питает к своей бывшей богине чуть больше эмоций, чем обычно питают последователи к своим божествам. Неожиданное прозрение заставило Белла выпучить глаза.

Вельф, краем глаза заметив на лице беловолосого парня удивление не мог не отвести взгляд. С его губ тихонько сорвалось «Проклятье…» и он приложил руку к лицу.

После этого он, обратившись к Цубаки в очередной раз сказал что-то вроде «Завязывай уже», и скривил лицо ещё сильнее. Цубаки тихонько посмеялась, а потом неожиданно стала гораздо серьёзнее.

— Да ладно, ни одному прожжёному кузнецу не стыдно в такую богиню втрескаться.

Её красный правый глаз уставился на Вельфа.

— Она и божество, и женщина… и молотком машет так, что глаз не отвести.

Челюсти Белла и Вельфа отвисли, а Цубаки продолжила.

— Вельфи, какого чёрта ты не использовал тот магический меч в драке? Почему ты отказываешься их ковать?

— Ты… так ты с самого начала?!

— Я думала ты перерос ту фигню с «нехочухой» и начал делать магические мечи?

Понимание, что Цубаки наблюдала за ходом битвы до того, как к ней присоединиться, заставило Вельфа скривиться. Женщина-кузнец будто не заметила появившейся на его лице злости и продолжила говорить тихим, спокойным голосом. Игры кончились.

От поддразниваний Цубаки перешла к отчитыванию.

— Будь то талант или кровь, нам, как смертным не сковать превосходное оружие, не вложив в него всё своё мастерство. Дурёха, по которой ты так сохнешь выше тебя на две головы. Будешь ерепениться, и не мечтай дотянуть до её уровня.

Жёсткие слова Цубаки лишили Белла дара речи. Вельф, напротив, начал рычать.

Цель, которая заставляет каждого кузнеца преодолевать все испытания и сложности, изготовление мощнейшего оружия… Гефест показала Вельфу на каком уровне находятся боги, а он упрямо не хотел пользоваться силой своей крови для его достижения. То, что Цубаки сорвала именно этот нарыв очень сильно оскорбило Вельфа и его будто прорвало.

— Не говори мне что я должен и чего не должен! Я не хочу достигать вершины в ковке магических мечей! Я их ненавижу!

— …

— Я стану лучшим по-своему, вот увидишь!!!

Вельф продолжил кричать что он достигнет вершин мастерства, не полагаясь на магические мечи и это заставило Цубаки нахмуриться.

Она перевела взгляд на Белла и оказалась на расстоянии удара уже в следующее мгновение.

Цубаки двигалась так быстро, что распалённый Вельф даже не заметил, как она пропала. У Белла перехватило дыхание.

Он видел лишь размытый силуэт, но этот размытый силуэт схватился за катану, со зловещим блеском в глазах. Парень отреагировал рефлекторно, выхватив короткий меч из ножен левой рукой и выставив его для защиты.

Всё кончилось в одно мгновенье. Катана Цубаки со свистом выскользнула из ножен и столкнулась с лезвием короткого меча, разбив его на части.

— …

Время для Вельфа будто остановилось, когда он услышал столкновение металла с металлом и увидел, как падает часть выкованного им клинка.

Он не сломался и не треснул, он был разрезан.

Простой восходящий удар. В ударе женщины не было изящной техники или особой силы, простое столкновение клинка с клинком. И в тот самый момент, когда оно случилось, Вельф проиграл как кузнец.

Отрезанная часть короткого меча воткнулась в землю подземелья прямо у ног парней. Белл не мог произнести ни единого слова. Вельф застыл.

Настала очередь Цубаки выходить из себя.

— И что это за зубочистка?

Ярким голубым светом над Ривирой сияли кристаллы, в городе было мирно.

Показанная Цубаки мощь будто принадлежала иному миру. Женщина закричала и её ледяной голос эхом разнёсся по всему этажу.

— По-своему? Дурак, ты костьми ляжешь задолго до того, как к уровню богов приблизишься.

— ?!

— Что, звание высшего кузнеца в голову ударило?

Осознание слов Цубаки обрушилось на Вельфа.

Он не собирался гордится получением навыка. Вместе с тем, парень не мог отрицать того факта что получение звания Высшего Кузнеца ему казалось серьёзным достижением.

Единственный глаз женщины смотрел на него с упрёком.

— Кузнецы которые куют такое оружие гроша ломанного не стоят.

Гневный голос Цубаки стал заметно тише, она нанесла решающий удар.

— Не переоценивай себя, Вельф Кротцо.

В её словах слышалась не только злость, но и предостережение.

Повисло тяжёлое молчание, наконец, женщина развернулась, собранные в хвост волосы колыхнулись на ветру.

Вельф и Белл по-прежнему стояли будто замороженные, когда женщина начала удаляться.

— Плату за сломанный меч получите завтра.

Бросила на прощание Цубаки, даже не повернув головы.

Вельф никак не мог прийти в себя. Прошло несколько тяжёлых мгновений, прежде чем он опустился на землю рядом с отрезанной частью клинка. Парень не мог поднять взгляд.

— В-вельф…

Слова Белла не могли достичь его ушей.

Все испытания и сложности, которые доводилось преодолевать Вельфу меркли в сравнении с тем шоком, который он испытал. Красноволосый кузнец погрузился в самые глубокие пучины отчаянья.

[[image:/storage/reader-images/0fe894668baab9e6dd5004e59ce39c4435de0601.jpg]]
Свет кристаллов на потолке почти померк, на восемнадцатый этаж опустилась «ночь».

Экспедиционная группа решила остановиться на ночь в Ривире.

Их оружие оказалось в плохом состоянии, а большая часть предметов была использована во время битвы с Голиафом, иначе как остатками их запасы назвать было нельзя, поэтому вместо разбития лагеря в лесу, в котором угроза встречи со случайными монстрами была очень явной, безопаснее было остаться в городе. Было решено отложить мини-экспедицию на другой раз, и группа начала подыскивать место для ночлега.

Несмотря на разочарование тем, что вся подготовка ушла впустую группа заселилась в таверне, построенной в одной из естественных пещер.

Обычно всё в Ривире стоит намного дороже из-за того, что дельцы этого города прекрасно знают за что авантюристы готовы платить втридорога. Несмотря на это, цены в этой таверне были в пределах разумных. В обстановке этого места не было никаких явных проблем, совсем наоборот. Шкуры лигроклыков на полу, канделябры с магическими камнями и комнаты с кроватями в прекрасном состоянии. Судя по обстановке, эта таверна должна была быть одной из лучших в Ривире.

И, всё же, цены на заселение в ней оказались заметно ниже остальных.

— …Ходят слухи что в этой самой таверне нашли обезглавленный труп авантюриста…

— У-уверены что останавливаться здесь лучший выбор?!

— Л-Лили-сан, почему бы нам не поискать другое место?..

— Нет, никаких других мест. Везде слишком дорого. Лили не волнует, что здесь случалось раньше, цена решает всё. Да и убитый авантюрист не бродит призраком по этой пещере, кажется!..

…Убийство было причиной того, что в эту таверну нечасто заселяются авантюристы.

Харухиме, Микото и Чигуса заметно боялись и начали громко возмущаться, но убедить скупую полурослицу заселиться в другом месте им не удалось. Лили храбро хмыкнула и пошла к стойке. Зверочеловек заметно обрадовался впервые за долгое время увидев такое количество посетителей.

От радости, он даже предложил группе лёгкие закуски и вино, которые обычно не входили в стоимость обслуживания. Закончив с импровизированным перекусом, авантюристы разбрелись по кроватям. Они сняли две комнаты, одну для парней вторую для девушек. Пытаясь перебороть страх перед незримым девушки устроились в своей комнате, и легли спать бок о бок.

Свет в тентах и лавочках Ривиры начал гаснуть.

Лишь в барах кипела жизнь. Подвыпившие грубые голоса заполнили Ривиру, на которую опустилась ночь.

— …

Вельф покинул таверну и вернулся к тому месту, в котором состоялся вечерний «разговор».

Он смотрел на множество синих кристаллов, покрывавших потолок подземелья и тускло освещавших пейзаж восемнадцатого этажа. На поверхности озера, отражавшего тусклый свет отблески, были похожи на звёзды.

Впрочем, он пришёл не для того, чтобы наслаждаться видами недоступными людям, живущими на поверхности, но на некоторое время сцена его заворожила, а потом он осознал, что кто-то стоит позади и обернулся.

Белл покинул таверну увидев, что красноволосый кузнец ушёл. Оставаясь незамеченным, белый кролик следовал за Вельфом до самого места разговора.

— Что-то случилось, Белл?

Вельф пытался надеть маску дружелюбия.

— Вельф… Я, ну…

— …

— Я… Даже после этого… Даже сейчас я предпочту твои…

Беловолосому парню было сложно говорить, его рот открывался и закрывался он отчаянно пытался быть убедительным.

Но он не смог продолжать, увидев взгляд Вельфа. Красные глаза Белла посмотрели в сторону, и он замолчал.

Он смог понять, что сейчас чувствует кузнец, потому что проходил через что-то подобное. Было понятно ему и состояние, когда слова не могут утешить.

Осмотревшись по сторонам, Белл подошёл и встал рядом с Вельфом.

Они стояли бок о бок в молчании, слушая низкие голоса, доносящиеся из баров, и смотрели на Ривиру.

В том же самом месте, в котором был разрезан клинок, выкованный Вельфом.

— …Слушай, Белл. Могу я взглянуть на кинжал Всевышней Гестии?

— А?

— Пожалуйста.

Несколько минут спустя Вельф озвучил свою просьбу.

Белл какое-то время был в недоумении, а потом достал чёрный клинок из ножен на поясе.

Вельф взял Кинжал Гестии из протянутой руки.

— Ааа, проклятье… Настоящее произведение искусства…

Его взгляд приковали иероглифы, высеченный на поверхности клинка. Изо рта парня вырвался вздох, в котором смешались восхищение и боль. На его лице появилось печальное выражение.

Когда Вельф впервые увидел божественный клинок у него перехватило дыхание.

Оружие будто потухло, когда он взял его из рук Белла в первый раз. Вельф не мог понять почему, пока не узнал, что оно было выковано самой Всевышней Гефест.

В этом была истинная ценность клинка. Навыки бога, вложенные в него при создании. Уровень, который кажется ему недостижимым.

Держа клинок в руках Вельф ощутил новую волну восхищения Богиней Кузницы.

— …Перед присоединением к Пастве Гефест кузнецы проходят особый ритуал.

— …Что-то вроде церемонии?

— Ага. Каждый до единого, без исключений.

Вернув кинжал владельцу, Вельф вспомнил о начале своего пути и начал рассказывать, как он впервые встретил Гефест.

Он бежал со своей родины, Королевства Ракии в поисках нового места, которое мог бы назвать домом.

Он остановился в небольшом городке, в котором велись работы с металлом и был нанят подмастерьем, а однажды в его лавке оказалась сама богиня Гефест. Мало того, он привлёк её внимание.

Приняв приглашение богини Вельф получил место в доме Паствы и прошёл особый ритуал.

— Каждому из нас показывают меч. После этого мы решаем, будем мы присоединяться к Пастве или нет.

Он и богиня оказались наедине в коридоре. Гефест произнесла:

— Если ничего не почувствуешь, можешь уходить.

После этого она открывает дверь в одно из комнат. В этой комнате был он.

Меч на вершине пьедестала.

Оружие, от вида которого по спине Вельфа пробежала дрожь.

— …Я начал дрожать. Я никак не мог поверить в то, что человек может создать подобное оружие.

Вспоминая вид клинка, сделанного руками Гефест заставляли мурашки бежать по его коже.

Арканум богини был запечатан, у неё нет сил, даваемых характеристиками, поэтому для изготовления этого клинка Гефест использовала лишь свои кузнечные навыки.

На пьедестале стоял меч, на который можно было бы равнять все мечи, истинное оружие, выкованное аналогом человеческих рук. Вершина мастерства, которой могли бы достигнуть люди Гекая.

Божественное произведение искусства, достойное принадлежать миру богов.

— Он был бесподобен. Лучшее оружие, которое может выковать человек, не обладающий Навыками.

Вельф не смотрел на Белла, его взгляд был направлен куда-то вдаль, а слова отражали пламя, которое пылает в сердце кузнеца.

Воспоминания о том оружии не могли не вызвать на его лице улыбку.

— Я хочу сделать оружие, которое превзойдёт тот меч.

Вельф вытянул правую руку, сжав её в кулак.

Любой, кто видел этот клинок ощущает с Гефест связь, проникается к ней чувством подобным любви, которое заставляет желать учиться у богини и когда-нибудь её превзойти. Каждый кузнец желает превзойти вдохновившую его богиню. Этот клинок заставляет желать достичь её уровня и узнать, что дальше.

Этот путь сложнее чем можно себе представить.

Например, сам Белл шёл по сложному и напряжённому пути, пытаясь догнать Айз Валленштайн.

Принцесса меча, Кенки, которую парень выбрал своей целью хоть и считается лучшей из лучших, среди авантюристов, остаётся смертной. А Вельф желает достичь уровня богов.

Достижение этой вершины требует куда больших усилий и решимости.

На лице Белла появилось удивление, когда он начал понимать, насколько велики амбиции Вельфа. Красноволосый кузнец медленно перевёл взгляд на свой собственный выставленный кулак.

— …Я хочу сделать такое оружие… точнее, хотел.

Лицо Вельфа начало опускаться и его начала поглощать тень.

«Будь то талант или кровь, нам, как смертным не сковать превосходное оружие, не вложив в него всё своё мастерство. Дурёха, по которой ты так сохнешь выше тебя на две головы. Будешь ерепениться, и не мечтай дотянуть до её уровня».

Высшие Кузнецы знают пределы своих способностей.

Та, кто стоит на вершины кузнечного мира, которую также считают настоящим монстром своего дела, признаёт, что она уступает Гефест.

Та, кто знает, какую недостижимую цель он поставил перед собой всё понимает.

Но сегодня она будто обрушила на него ушат холодной воды, заставила понять, как много ему не хватает.

В конце концов, он всего лишь одинокий кузнец, собравшийся бросить богине вызов, мечтающий совершить легендарный поступок. Разве это не чушь?

Неужели всё так, как говорит Цубаки и ему никогда не достичь своей цели не воспользовавшись преимуществом крови, текущей по его жилам?

Неужели не делая магические мечи ему никогда не достичь того же уровня, что и Гефест?

— Я…

Белл наблюдал, как Вельф поднимает взгляд на кристаллы тёмно-синего потолка лабиринта.

[[image:/storage/reader-images/c9e5977e1c4bef13b3e57d8932208825810d8ae1.jpg]]
Следующий день.

Паства Гестии и Паства Такемиказучи покинули восемнадцатый этаж.

Потратив некоторое время на серединных этажах, для устранения денежных потерь из-за битвы с боссом этажа и проведённой в Ривире ночи, боевая группа поднялась на поверхность перед самой ночью.

Небольшая часть пошла к Обмену, остальные сразу пошли рассказывать своим богам как прошла экспедиция в Подземелье. В Центральном Парке авантюристы разошлись своими путями. Вельф одиноко побрёл по городским улицам заливаемым оранжевым светом заходящего солнца.

С обеих сторон улицы, в зданиях, было очень оживлённо. Авантюристы, вернувшиеся из Подземелья, рассказывали истории о своей храбрости обычным посетителям, работникам баров и всем, кто был не против послушать. Барды наполняли бары задорной музыкой, а слушатели их выступлений неспешно потягивали из кружек эль. Даже разносившие заказы работницы вечерних баров начинали пританцовывать. Улыбки и смех указывали на то, что люди отлично проводят время.

Вельф шёл в оживлённой толпе людей, не произнося ни звука. Пока он брёл никто не обмолвивлся с ним ни единым словом. Будто никто не замечал его существования.

После пылкого разговора в Подземелье он не встречал Цубаки.

Её слова, впрочем, никуда из его головы не делись. Они всё ещё звучали в ушах парня, затягивая его в пучину отчаянья каждый раз, когда он задумывался.

— Проклятье, — рыкнул Вельф мотая головой. Он снова и снова задавал себе вопрос, к которому пришёл вчерашней ночью и никак не мог на него ответить.

Несмотря на то, что ответ на этот вопрос был вполне однозначен.

Вельф пал духом, разочарование брало над ним верх, шагая вперёд он смотрел только на свои ноги. Его глаза не видели ничего кроме каменной мостовой.

Он шёл на запад, наконец, когда последние солнечные лучи скользнули по его жакету…

— …Вельф.

Голос, который он никак не ожидал услышать.

Парень застыл. Глаза округлились, и он повернулся к источнику услышанного голоса.

На какую-то секунду ему показалось, что у него помутился рассудок и у него начались галлюцинации, а это обращение часть его разыгравшегося выражения. Но вскоре он разглядел в тёмной аллее очертания силуэта.

Силуэт будто поманил Вельфа плащом и развернувшись пошёл по аллее. Приглашение идти за ним, не меньше.

Вельф воспользовался этим приглашением не раздумывая.

Да нет, не может быть, с чего бы?..

Парень двинулся по узкому переулку следом за силуэтом.

Всё больше вопросов возникало в голове красноволосого кузнеца, приводя в беспорядок его мысли.

Как он мог здесь оказаться?

Пульс ускорился. Казалось, что стук сердца отдаётся в рёбра, он был слишком громким чтобы его игнорировать. Волнение переполняло Вельфа преследующего таинственный силуэт в плаще по одному из неприметных переулков города, пока, наконец, силуэт не остановился.

Они оказались в какой-то глуши. В переулке было грязно, оживлённые голоса из таверн остались далеко позади.

Силуэт в плаще повернулся лицом к стоявшему в пустынном узком переулке Вельфу. А потом снял капюшон.

— Давно не виделись, Вельф.

Под капюшоном парень увидел лицо мужчины, ставшего на порядок старше. Необычно много морщин покрывало его лицо, отчего непросто было определить его возраст. Тёмные волосы, довольно длинные для мужчины собранные в хвост на затылке. Глаза говорили о том, что он прошёл немало трудностей и испытаний. В его взгляде не было ни блеска, ни силы.

Вельф не мог поверить своим глазам, когда увидел в этом зрелом мужчине отражение себя самого через несколько десятилетий. Красноволосый кузнец наконец смог открыть рот и произнести:

— Старик?..

Стоявший перед ним человек был его настоящим отцом. По их жилам бежала одно и та же кровь.

Вил Кротцо.

Вельф порвал с ним все связи семь лет тому назад. Этот человек был частью его прошлого.

Житель Ракии, текущий глава павшей дворянской семьи Кротцо.

— Почему ты здесь?.. Зачем тебе сюда приходить?!

— Нужно ли отвечать на этот вопрос, дурачина?

Вельф едва сдерживал свой дрожащий голос. Вил с ног до головы осмотрел его усталым взглядом.

Красноволосый кузнец скрипнул зубами.

Как и сказал мужчина, ответ был очевиден, он был за городской стеной. Здесь не о чём было думать.

Сейчас в городе не было человека, который бы не слышал о том, что тридцатитысячная армия сражается с Альянсом Орарио.

Вил Кротцо состоит в армии короля-божества, пришедшего с Запада.

Кровь Вельфа закипела, когда картина сложилась в его голове. Этот человек проник в Город-Лабиринта как часть вторжения Ракии.

Не может быть?!

Причина, по которой Вил проник в город, причина, по которой мужчина решил с ним увидеться, причина, по которой Ракия начала вторжение…

Отец парня наблюдал как меняются выражения на лице его сына и назвал единственный ответ.

— Вельф. Делай для нас магические мечи.

— !..

— Королевство Ракия, сам Всевышний Арес признал мощь твоих магических мечей. Те, что ты сковал ради того бесполезного развлечения богов это дар нашего рода.

Бесполезное развлечение богов — «Битва».

Навык изготовления магических мечей сделал Вельфа известным не только среди авантюристов Орарио, слух о невероятной мощи его оружия достиг и Королевства Ракия. А теперь Арес устроил вторжение чтобы присвоить мощь Магических Мечей Кротцо себе.

— Эта война началась из-за тебя.

Суровая правда ударила Вельфа не хуже апперкота, шок пробежал по телу парня и лишил его дара речи.

Эти магические мечи сделали армию Ракии непобедимой, позволив государству достичь в былые дни небывалой славы. И сейчас Ракия собиралась восстановить свой легендарный статус вторжением в Орарио и похищением кузнеца.

Вельфа поразило насколько Ракия одержима Магическими Мечами Кротцо.

— Разумеется, мы готовились к вторжению в Орарио, но как только до нас дошёл слух о случившемся на «Битве», Всевышний Арес и наш король сменили планы.

— !..

— Я исполняю свою роль в твоём возвращении… Идём со мной, Вельф. С Магическими Мечами Кротцо Ракия вернёт себе былую славу.

Божество жаждет битв. Вельф понимал, что, скорей всего он не единственная цель Ракии.

Однако тот факт, что Королевство Ракия мобилизовало тридцатитысячную армию и начало полномасштабную волну лишь подлило масла в пылающий в сердце парня гнев. — Совсем охренел?! — слова практически сами собой вылетели изо рта Вельфа.

Гильдия очень строго следит за потоком способных авнатюристов, поэтому вывести повысившего уровень авантюриста за пределы города незаметно практически невозможно. Непросто и перебраться через городскую стену. Если бы Вил просто попытается похитить Вельфа, один крик и авантюристы ближайшего бара, а за ними и остальные авантюристы Орарио придут ему на помощь.

Решением было привести тридцать тысяч солдат и вывести из города всех первоклассных авантюристов. Скорей всего, сражения продолжаются только для того, чтобы похитить Вельфа из Орарио.

Королевства Ракия желает снова вернуться в лучшие времена и присвоить себе мощь Магических Мечей Кротцо.

— Иди к чёрту! Я, присоединяться?! И не мечтай! Я давно распрощался с семьёй и Ракией! У меня нет причин играть в ваши тупые безумные игры!

— Дурачина, я дал тебе шанс решить всё миром из жалости к тебе…

Отец и сын уставились друг другу в глаза.

Напряжение чувствовалось в воздухе, но Вельфа не испугал угрожающий тон Вила. Парень потянулся к мечу за своей спиной, его губы скривились в улыбке.

— Что будешь делать дальше? Похитишь меня? Попытаешься утащить силой?

Вельф заметил во тьме ещё несколько силуэтов, пытавшихся скрыть своё присутствие.

Он окинул переулок взглядом готовясь к драке.

— Может мы и в переулках, но люди услышат драку. А как только о вас узнают, вам не сбежать из Орарио.

Вельф авантюрист второго уровня. Он сильнее большинства людей, живущих за пределами «центра мира», включая большую часть бойцов армии Ракии. Его противники должны были продумать какой-то план. Парень удивился тому, что они смогли появиться на улицах без ведома Гильдии, но это также означает что в город проникла лишь малая часть армии Ракии. Чтобы захватить его потребуется больше пары солдат.

Преимущество на стороне Вельфа, его рука уже на рукояти двуручника. Несмотря на напряжённость своего сына, выражение Вила не изменилось.

— Если откажешься идти с нами, мои люди по всему городу используют магические мечи. Подлинники Кротцо, кстати.

— …

Рука Вельфа остановилась, вытащив двуручник из ножен на несколько сантиметров.

В его глазах можно было прочесть удивление.

— Не пытайся обмануть меня этой чушью! В Ракии не осталось Магических Мечей Кротцо!

— Вообще-то нет, остались. Время пощадило полсотни с тех времён, когда на нас пало проклятье фей.

Мужчина добавил, что Вельф был слишком мал чтобы узнать об этом секрете семьи, когда ушёл.

Впервые за весь разговор на лице Вила появилась улыбка.

В дни славы Королевства Ракии Магические Мечи Кротцо стали инструментом разрушения, они сметали всё на своём пути, будь то горы, озёра и даже эльфийские леса становились горстками пепла. Это вызвало гнев эльфов и фей, магические мечи были разбиты, а на семью кузнецов, которая их ковала пало проклятье. После долгих лет появился Кротцо, способный ковать магические мечи.

В голосе Вила не слышалось подвоха, когда он рассказал о магических мечах, которые пережили уничтожение феями и проклятье.

— Командиры так боялись их потерять, что они столетиями собирали пыль…

Улыбка не сходила с морщинистого лица Вила, доставшего из-под плаща клинок.

— Это послужит доказательством.

— !..

Лежавший в руках Вила клинок был, несомненно, магическим мечом.

Вельф понял это в то мгновенье, когда по клинку пробежала красноватая энергия и это лишило его дара речи. Кровь Кротцо в его жилах признавала родную ей магию. Оружие не было подделкой.

— У моих соотечественников по одному мечу. Если я подам сигнал или не вернусь в указанное время, они превратят Орарио в филиал ада на земле.

Если использовать Магические Мечи Кротцо последствия будут катастрофическими.

Как эльфийские леса и дома фей, мирный город будет сожжён дотла, здания рухнут, а множество невинных жизней будет потеряно.

Вил видел, что его сын прекрасно это понимает и прикрыл глаза.

— Пойдёшь с нами и ничего этого не случится. Совсем ничего.

Старший Кротцо наблюдал как запал пропадает с лица его сына, и его улыбка превратилась в зловещую ухмылку.

— Вельф, Королевство Ракия снова поднимется с твоим возвращением! А мы, семья Кротцо будем процветать как в былые дни! Деньги, власть, слава, всё будет нашим! — Вил говорил и каждое его слово было наполнено восторгом, будто фразу вслух он избавлялся от какого-то груза.

— !..

— Всевышний Арес дал нам слово что восстановит нашу семью и даст нам положение, которое было нашим по праву за изготовление магических мечей! Имя нашего рода будет греметь снова! Самая сокровенная мечта нашего рода снова исполнится, и я увижу это собственными глазами!

Вил дал волю эмоциям и в его мёртвых глазах снова начало появляться сияние, длинные волосы колыхались от заметной дрожи.

Блеск в его глазах очень быстро стал подобен безумному, они мерцали даже в тусклом свете переулка.

Вельф не мог и слова произнести, увидев одержимость с которой говорит член его семьи.

Вил посмотрел на своего сына и улыбнулся, морщины на его лице скривились ещё сильнее.

— Готовься покинуть Орарио этой ночью. Возьми с собой все магические мечи и принеси их в хранилище на юго-западной стороне города в полночь… не думаю, что есть смысл напоминать тебе, что случится если ты проболтаешься, так ведь?

Отдав своему сыну все приказы, Вил снова скрылся в тенях.

Большая часть его товарищей также отступила, но несколько человек осталось неподалёку от Вельфа, парень чувствовал, что за ним наблюдают.

Красноволосый кузнец какое-то время после ухода своего отца не мог сойти с места. Его дрожащие руки сжались в кулаки.

[[image:/storage/reader-images/9e080fadfc5f114dabeeba4a924fa57beeb524f3.jpg]]
Вернувшись домой Вельф сказал, что проведёт ночь в кузнице и, избегая лишних разговоров отправился прямо туда.

Он не был уверен, что сможет сохранить спокойствие перед всеми.

Меньше всего ему хотелось, чтобы Гестия заподозрила, что что-то произошло.

Оставшись в одиночестве, в небольшом каменном здании в саду Вельф зажёг в печи пламя и уставился в него. Он сидел на скамейке, а языки пламени отбрасывали на него свой красноватый свет.

Каждый всполох пробуждал забытые воспоминания, вызванные неожиданной встречей с отцом.

…Слушай что говорит тебе металл, пусть каждый отзвук отражается в тебе, вкладывай сердце в удары молота.

Прежде чем Вельф успел что-либо осознать, он оказался с молотом в руках перед куском раскалённого металла на наковальне. Бам! Бам!

Искры сыпались на пол от каждого удара, гул оживил мастерскую. Вслушиваясь в песнь металла сердцем Вельф создавал спокойствие в буре одолевающих его эмоций. Он отыскал око бури.

Крак, крак. В конце концов в ночной тишине стало слышно лишь яростное потрескивание пламени.

Парень завершил работу над мечом к тому времени, когда ему пора было уходить.

Меч не был магическим, но его серебряное лезвие испускало слабое свечение. В руках кузнеца оказалось оружие, подобного которому он ещё не делал.

Несколько мгновений Вельф смотрел на своё отражение в зеркальной поверхности клинка. После этого он осторожно положил его на наковальню. Вытащив несколько спрятанных оружий Вельф обвязал их плотной тканью и закинул на плечо, покидая мастерскую.

Время пробежало гораздо быстрее, чем он себе представлял.

В ночном небе виднелось множество звёзд. В окнах Поместья Домашнего Очага не горел свет.

Вельф окинул взглядом дом, прежде чем уйти через чёрный ход.

Назначенное время приближалось. Кузнец молчаливо брёл по улицам к окраинам города.

— Что за… Белл?!

Неожиданно для себя он ощутил, что за ним следуют. Сделав неожиданный поворот и остановившись за углом он обнаружил перед собой беловолосого парня.

Белл оказался в свете лампы с магическими камнями и несколько секунд пытался сообразить, что ему сказать. Несколько тяжёлых мгновений спустя он тихим голосом произнёс.

— Ты выглядел расстроенным… и я начал волноваться.

Белл был единственным кто заметил, что с кузнецом что-то не так за тот короткий промежуток времени в который Вельф находился в поместье.

Вельф удивился, когда понял, что парень тайком за ним наблюдал, но после улыбнулся.

Снова, как и на восемнадцатом этаже, Белл крался за ним как осторожный кролик. Это заставило кузнеца ощутить теплоту.

Вельф протянул правую руку и потрепал Белла по голове.

Увидев, что неловкость Белла переросла в удивление, Вельф улыбнулся.

Белл ответил улыбкой.

Красноволосый кузнец собирался решить возникшую проблему своими силами, но теперь он не мог не поделиться случившимся. Он рассказал парню обо всех событиях этого вечера.

— Р-Ракия?! Мало того, твой отец!..

— Ага. Эта страна помешана на Магических Мечах Кротцо.

Белл явно был в замешательстве, когда всё узнал пока двое парней шли по улицам к месту встречи.

Вельф ощущал, что люди Ракии продолжают за ним следить, но что они сейчас могут? Пока рядом Белл ни у кого не хватит духу вынудить его уйти.

— …Что собираешься делать?

Белл с волнением посмотрел на Вельфа.

Парень вполне естественно опасался, что кузнец согласится на требования Ракии. Вельф сухо посмеялся и ухмыльнулся.

— Я вас не оставлю. Никого из вас. Можешь не беспокоиться.

Он убедил Белл просто предоставить решение проблемы ему.

К тому же, беспокойство Белла помогло самому Вельфу расслабиться. Они продолжили идти в ночной темноте навстречу судьбе.

По пути ведущему на склады Юго-западной части города.

Этот складской район служит вратами для поступающих в Орарио по морю и по суше грузов. Продукцию регионов и стран привозят сюда и хранят пока она не будет распродана торговцами по всему Орарио. Это место также служит рынком, многие люди приходят сюда в поисках предметов из далёких земель.

Белл и Вельф шли по застроенной большими и малыми складами части района. Ламп с магическими камнями было явно недостаточно, их света не хватало чтобы осветить каждую улочку и переулок, пронизывающие этот район будто паутина. Немалую часть этой темноты создавала нависшая над складским районом городская стена.

Парни какое-то время осматривались, пока наконец в одной из улочек не показался закутанный в плащ мужчина. Он махнул рукой, указывая им следовать за ним. Вельф слышал, как идущий за мужчиной чуть позади него Белл сглотнул.

Улочки казались пустыми, если не считать шагов трёх пар ног. Мужчина в плаще завёл парней в ветхий прямоугольный склад, явно видавшему дни и получше.

— …Я сказал тебе приходить одному, Вельф.

— Я собирался, но он сам за мной пошёл. Что мне было делать?

Вил Кротцо остановился посреди освещаемого только лунным светом пробивающимся в небольшие окна под самым потолком склада.

Брови мужчины были недовольно сведены. Вельф, прочем, снова потянулся и потрепал Белла по волосам.

Вил увидел, как беловолосый парень покраснел, когда его сын подразнил парня. «Не важно» с натянутой улыбкой на губах произнёс мужчина.

— Приятно было познакомиться, но теперь вам остаётся только попрощаться.

Вил достал из-под плаща магический меч. Будто по сигналу из тени старого склада вышли силуэты в капюшонах.

Их было не меньше пятидесяти, куда больше, чем ожидал Вельф.

Белл стоял рядом, беловолосый парень готовился к столкновению с таким большим отрядом.

— Как вы попали в Орарио? Стражники заснули?

— Гильдия могущественна, но Орарио не крепость. Торговцы, Паствы… войти и выйти можно разными путями.

Вил не стал указывать пусть, он просто намекнул на то, что контроль Гильдии над городом далёк от идеального. От этого Вельфу стало только тяжелее.

Солдаты Паствы Ареса, скрывшие свои лица за капюшонами и плащами и выдавая себя за путешественников начали наступать, обнажая кинжалы и короткие мечи. Они взяли Белла и Вельфа в кольцо.

— Сдайся, дурак. Ты пойдёшь с нами!

Белл и Вельф приготовились. Вил издал радостный смешок, но в этот самый момент…

На крышах зажглось множество ламп с магическими камнями, их ослепительный свет был направлен на старый склад.

Вил, его солдаты, Белл и Вельф, все оказались в ступоре.

Кольцо полулюдей, намного превосходящих количеством солдат Ракии вбежало и окружило находившихся в складе. Потенциальное поле боя оказалось в оцеплении.

Вельф прикрыл глаза рукой, защищая их от неожиданного света и увидел эмблему на броне показавших себя авантюристов.

Молот, занесённый над вулканом.

— П-Паства Гефест?!

Голос Белла был едва слышен, а из круга полулюдей вышла женщина.

— Что же, в этот раз Финн попал в точку.

— Цубаки?!

Челюсть Вельфа упала, когда он увидел женщину кузнеца с длинными чёрными волосами, собранными в хвост и повязкой на глазу.

Цубаки была лидером всемирно известной Паствы, которая даже в Орарио считалась сильнейшей Паствой ремесленников.

— К-как вы нас нашли?! — голос Вила дрожал.

— О, мы просто узнали о вашей маленькой игре. Поэтому следили за вашей целью.

На лице мужчины появилась смесь удивления и непонимания. Губы Цубаки расплылись в улыбке.

Когда Паства Локи поняла, что армия Ракии избегает прямых столкновений, стала понятна и истинная цель Армии Ракии. Поэтому вместе с Гильдией они разработали план по присмотру за Паствой Гестии и, особенно, Вельфом.

— Так я всё это время был наживкой?..

Вельф обратил всю свою злость, закричав на Цубаки, рассказавшей о своём задании Вилу и солдатам Ракии. Наконец стало понятно почему она показалась даже в Подземелье.

Цубаки одарила Вельфа пылким взглядом, а из рядов авантюристов также вышла богиня.

— Мои дети поймали подкрепления, которые вы расположили за складами. Можете не благодарить.

— Б-богиня Гефест?!

Вил узнал богиню по повязке на глазу, подобной той, которую носила Цубаки.

Повязка на глазу, красота, красные глаза и волосы известны во всём мире. Неожиданное явление самой богини поразило даже солдат Ракии. Вил взревел голосом, больше подходящим безумцу.

— Это не конец! У нас ещё есть магические мечи, мощь Кротцо на нашей стороне!

Он поднял искрящийся красный клинок, который держал в руке, Магический Меч Кротцо в воздух. По спинам Белла и кузнецов Паствы Гефест пробежал холодок.

Один из последних легендарных мечей, по слухам способный «выжечь даже море». Даже Цубаки стала заметно мрачнее перед оружием, идеально подходящим для борьбы с превосходящими силами противника.

Гефест осталась спокойна и собрана. Она посмотрела на стоящего молча Вельфа.

Солдаты Ракии вдохновились криком Вила, они один за другим достали магические мечи.

— Вельф, ты пойдёшь с нами если не хочешь увидеть, как этот город охватывает пламя!

Вил обратился к своему сыну, в его глазах, давно потерявших свой естественный блеск, пылали от отчаянья.

— Ладно, на такое мы не рассчитывали. Что бы нам сделать… а, Вельфи?

— Останьтесь в стороне.

— Вельф!

— Ты тоже. Просто доверься мне.

Цубаки окликнула красноволосого парня, пошедшего к своему отцу. Но Вельф даже на неё не взглянул. Когда к нему бросился Белл, парень с улыбкой повернул голову.

На лице Вила виднелась радость, когда он видел, как его сын приблиджается.

— Вот так, правильно, Вельф! А теперь отдавай все магические мечи, которые принёс!

Вельф подошёл к залившемуся смехом отцу, остановившись в десяти шагах.

Затаив дыхание присутсвующие наблюдали за тем, как Вельф берёт в руки свёрток белой ткани, принесённый за спиной.

Среди множества клинков парень выбрал тёмно-красный длинный меч. А потом его поднял.

— Это всё что у меня есть.

— Что?..

— Ага. Единственный магический меч, который я сделал.

После этого он объявил, что это единственный Магический Меч Кротцо который хранится в доме и его мастерской.

В этот момент Вил осознал, что принесённое Вельфом оружие, множество клинков, которые были завёрнуты в ткань были пылью в глаза. Его лицо покраснело от гнева.

Вельф добавил, что меньше, чем за полдня даже один магический меч не выковать и пожал плечами.

— Уже забыл, что я тебе сказал, дуралей?.. Орарио превратится в преисподнюю!..

Вельф прервал угрозу отца.

— Настоящий меч Кротцо только у тебя в руках, не так ли?

— …

Белл, Цубаки и вся Паства Гефест рефлекторно повернули взгляды на разговор отца и сына после этих слов.

Только Гефест повела себя так, будто повисшее в воздухе напряжение не имело над ней власти.

— Чтобы остыть мне потребовалась пара часов в кузнице. Даже если бы пятьдесят мечей пережило чистку, Ракия не за что не позволила бы им одновременно попасть в Орарио.

Как и его род, Вельф прекрасно знал, что Королевство Ракия гордится прошлым, в котором, Магические Мечи Кротцо были непобедимы и очень трепетно к ним относится. Королевство не стало бы рисковать оставшимися магическими мечами, пытаясь осуществить план, который может не свершится. Очень маловероятно что пытающейся проникнуть в тыл врага группе вручили бы оставшиеся Кротцо.

Вельф рассудил, что план заключался в том, что эта группа объединится с армией за пределами городских стен и вооружившись выкованными им новыми Магическими Мечами Кротцо устроит ловушку и зажмёт силы альянса в тиски.

Таким же образом парень понял, что его отец решил использовать его возвращение в Ракию в качестве обменной монеты, получив для этого один из ценнейших оставшихся магических мечей.

Вил стоял в поражённом молчании, всем своим видом подтверждая догадки Вельфа. Солдаты Ракии действительно были вооружены магическими мечами, но не Магическими Мечами Кротцо. Они начали нервно переглядываться.

Вельф стоял гордо выпрямившись. Под тяжестью взгляда сына Вил на шаг отступил.

— Гах…. АААААААААААААААААААААААА!

Глаза мужчины застлала пелена ярости.

— Назад! Одного меча хватит чтобы отправить вас в забвение!

По рядам авантюристов снова прокатились взволнованные возгласы, когда мужчина держащий в руках искрящийся красный клинок завопил, теряя рассудок.

Судьба этих людей зависела от взмаха руки. Белл вытянул правую руку, готовясь в любой момент ударить своим заклинанием. Цубаки облизнула губы, её рука беспокойно легла на рукоять катаны, правая нога была выставлена вперёд, для прыжка.

Повисла напряжённая тишина, и в этой тишине Вельф произнёс.

— Давай.

Его отец застыл. Красные волосы парня колыхнулись от ветра. Вельф смотрел на Вила ледяным взглядом.

— Ну же, попробуй.

Вельф улыбнулся, обнажив зубы.

Его отец прошёл точку невозврата, поскольку, игнорируя крики своих собственных солдат он занёс над головой Магический Меч Кротцо.

— Т-ты ГЛУПЕЕЕЕЕЕЕЕЕЦ!!!

Прежде чем меч в его руках опустился… Прежде чем Белл, Высшие Кузнецы, даже Цубаки успели отреагировать…

Вельф изо всех сил взмахнул тёмно-красным клинком, который держал в руках.

— …Пылающая Преисподняя!!!

Пламя устремилось вперёд.

Вил ударил своим магическим мечом и волны пламени встретились в воздухе.

На глазах бывших товарищей Вельфа алая волна пламени, выпущенная мечом красноволосого кузнеца, смела и поглотила встречное пламя. Треск огня и снопы искр заполнили склад повеяло жаром.

Тех, кто оказался рядом сбило с ног, остальные падали на четвереньки отчаянно пытаясь выдержать сошедшиеся магические волны. Красная хакама трепыхалась по ногам. Цубаки встала перед своей богиней для защиты.

Когда глаза присутствующих восстановились от красной вспышки, и они наконец смогли осмотреться…

Белл и остальные подняли глаза… и увидели продолжавшего стоять прямо Вельфа и Вила, лежащего на обгоревшем полу склада.

На лице мужчины застыло недоумение, вместе с этим… КРАК! Магический меч, который он держал в руках разлетелся на мелкие кусочки. Тёмно-красный длинный меч Вельфа не только остался цел, но и был наполнен магической энергией.

Разница мощи двух клинков и пределы их сил были очевидны. Даже сравнивать их было бы ошибкой.

Магические мечи, изготовленные парнем, который потом и кровью поднимал свои Характеристики превосходят мечи, которые ковали его предки, полагавшиеся исключительно на врождённый талант.

— …Почему?!

Вил, совершенно ошеломлённый уставился сначала на останки своего меча, а потом перевёл взгляд и закричал на своего сына.

Дрожа с головы до пят, он потерял последние остатки самоконтроля и все его эмоции, до единой, вырвались из него в нечленораздельный крик.

— Почему ты не делаешь магические мечи, со всей этой силой?!

— …

— Почему ты не использовал эту силу ради своей семьи, своей страны?!

Вельф не ответил на крики отца.

Белл, Гефест и Цубаки видели, как он крепче сжал рукоять своего магического меча.

— Почему именно ты можешь делать магические мечи?! Будь я на твоём месте, родись я с этим даром!.. Чёрт, ты просто бесполезный мальчишка!

Вил поднялся на ноги, продолжая изрыгать на Вельфа раздражение, накопившееся за долгие годы.

Глаза мужчины были красными, как у яростного зверя, плащ колыхался от каждого движения. — Ты всё веришь в эту чушь, что не можешь видеть, как ломается оружие? Оружие можно заменить! Просто сделай новое!

Эти слова наконец привлекли внимание Вельфа. Он злобно посмотрел на своего отца. Но Вил этого не заметил и продолжил тираду. — «Делай оружие, купайся в нескончаемых лучах славы», ты что, забыл наставления рода благородных кузнецов, на которых снизошла благодать ковки магических мечей?

От этих слов Вельф наконец взорвался. — Какой благородный род?! Какая благодать?!

Голос парня разнёсся по почерневшему складу. Вил притих, а Вельф сделал к нему несколько шагов.

Спустя мгновение сжатый кулак Вельфа врезался в лицо мужчины.

— ГЕХ!

Солдаты Ракии затаив дыхание наблюдали как падает их главарь. Некоторые достали оружие и направились к кузнецу, но…

— А ну стоять!

Яростный крик Вельфа заставил этих солдат застыть на месте.

Крик Высшего Кузнеца и без того вселял в сердца простых солдат страх, а краем глаза можно было также увидеть Белла и Цубаки.

— А ты поднимайся! Вставай!

— !..

Отбросив в сторону магический меч и связку оружия, Вельф схватил отца за воротник обеими руками и поставил на ноги.

Стоило Вилу немного оклематься и сплюнуть кровью, красноволосый кузнец снова его ударил.

— Гах!

— «Наставления рода»? Ты забыл, что должно мотивировать кузнеца?!

Поток ударов и фраз обрушился на Вила, отбрасывая его назад, но мужчина гордо поднимал голову, его щёки пылали от ярости.

Вил также обратил свой гнев в кулаки и ударил Вельфа в лицо, когда тот раскрылся. Удар пришёлся в челюсть парня.

— Наши мелкие желания ничтожны в сравнении с честью рода! — направляя очередной удар в Вельфа крикнул Вил. Однако, парень, не задумываясь ударил в ответ. Кулаки одновременно ударились в лица отца и сына.

Оба отступили на несколько шагов назад, пытаясь удержать равновесие и продолжили обмениваться мощными ударами. Вил явно удивился, ощутив силу кулаков своего сына. Вельф отпустил очередную колкость.

— Что ты там назвал ничтожным?! Я тебя не расслышал, конченный старик!

— Ах ты… ты… ГЛУПЫЙ ПАЦАН!!!

Переполняемый яростью Вил набросился на сына высоко занеся кулак над головой.

Однако на каждый удар своего отца Вельф успевал наносить ответный удар локтем или кулаком.

Все вокруг молча следили за каждым движением.

Совершенно забыв о боли, и что сейчас они находятся посреди заполненного людьми склада отец и сын обменивались ударами. Ничто больше не имело для них значения.

— От оружия требуется только сила! Пустые слова ничего не изменят!

Коричневые и красные волосы то наступали, то отклонялись.

Лица мужчины и парня стали смесью чёрного и синего, повсюду виднелась кровь, льющаяся из рассечённой кожи. Капли крови летели после каждого попадания.

Отец, не переставая бил Вельфа по лицу, но парень держался. Он не показывал боли и наносил удары в полную силу сам.

— Я сейчас ничем не отличался от любого другого парня с магическим мечом!

— !..

— И это сила? Неужели нам суждено делать только такое оружие?

С одной стороны, Высший Кузнец второго уровня. С другой наследник падшего рода кузнецов первого уровня.

Несмотря на абсурдность ситуации Вельф вкладывал все свои силы каждый удар, он использовал всю свою волю.

— Конечно нет! Такого не может быть!

Глаза Вила округлились, когда его сын нанёс очередной удар в его челюсть.

— Оружие часть того, кто им владеет! Надёжный напарник, на которого всегда можно положится и который никогда не подведёт! Часть твоей души!

— Какая… отборная чушь!..

— Как кузнецы мы должны вкладывать свою гордость в изготовление оружия!

Вельф успел краем глаза увидеть беловолосого парня, прежде чем нанёс ещё три удара.

Он вложил в кулаки всю свою душу.

— …Нам некуда будет идти если нас изгонит королевство! Имя Кротцо не выживет без славы благородного рода! Мы не выживем!.. Почему ты никак этого не поймёшь?

Род Кротцо утратил свою гордость, своё благородное положение. Если семья отправится в изгнание, Вил потеряет единственный способ к существованию, который ему известен.

Единственным способом спасти род остаётся ковка магических мечей.

Вил считал, что сила крови Кротцо, магические мечи, которые она способна создавать это единственный путь к выживанию. Его обессилившие удары едва попадали в цель, но голос мужчины был наполнен одержимостью.

— Но ты жив, разве нет? Твои руки могут держать молот, бить по металлу!

— !..

Вельф схватил отца за воротник и поднёс его к себе.

Глядя в глаза своему отцу, он крикнул дрожащим голосом.

— Молот, металл и решимость! Всё, что нужно чтобы сделать оружие, где угодно! Роды и королевства, ни черта ни стоят!

Вил выдержал прямой удар ярости Вельфа, отчаянно пытавшегося заставить отца увидеть то, что и без того было у него перед глазами.

Гефест не сводила с Вельфа взгляд, когда тот начал повторять едва не забытые слова.

— …Слушай что говорит тебе металл, пусть каждый отзвук отражается в тебе, вкладывай сердце в удары молота! Ты и дед этому меня учили, разве нет?

Захудалая покрытая копотью мастерская.

Детство Вельфа, в когда он работал бок о бок с отцом и дедом ударяя молотом по металлу.

Время, когда ещё не пробудилась его кровь, когда падший род собирался создать себе новое имя без производства магических мечей. Когда три поколения кузнецов трудились чтобы претворить своё желание в реальность.

Дни, которые существуют теперь только в прошлом.

Вельф пробудил воспоминания в своём отце. Вил отвел взгляд.

Едва сдержавшись, парень сильнее сжал воротник мужчины в руках, чуть не разорвав его и снова ударившись в крик.

— Куда делась эта гордость?

Слова повисли в воздухе, эхом отразившись от стен склада.

Их слышал каждый, кто в тот момент следил за кузнецами. Никто не смел двинуться.

Дыхание Вельфа было прерывистым, он не отпускал отца, но он взгляд сам, посмотрев на пол.

Лицо Вила превратилось в месиво. Глаза мужчины расширились, он опустил руки.

Склад накрыла давящая на уши тишина.

— Достаточно.

Голос старика нарушил тяжелое молчание.

Из группы солдат Ракии вышел, сняв капюшон, мужчина.

Плечи Вельфа дрогнули, когда он увидел орлиный взгляд и покрытые сединой волосы и бороду мужчины.

— Дед?!

— Отец!..

Вельф уставился на своего деда, Вил тоже повернулся к нему лицом.

Гарон Кротцо.

Несмотря на почтенный возраст старик представлял из себя гору мышц, он гордо выпрямился, встав в лучах лунного света. Ростом он был выше Вельфа, около ста семидесяти сантиметров. Бывший глава рода Кротцо, который вместе со своим сыном Вилом вкладывал в Вельфа навыки кузнеца.

Можно сказать, что Вельф узнал, что такое кузнец, наблюдая как этот мужчина придаёт металлу форму по своему желанию.

Красноволосый кузнец попытался скрыть удивление от того, что его дед также оказался в Орарио.

— …Дед, ты тоже пришёл, чтобы…

— Пришёл. Я тоже собирался убеждать тебя вернуться.

Вельф отпустил Вила, и отошёл на пару шагов, а потом повернуться к деду, сжимая кулаки.

Старший Кротцо, впрочем, перевёл взгляд на Вила, упавшего на колени.

— Я сказал хватит.

— !..

— Твоя воля сильна, не уступит закалённой стали.

Уголки губ Гарона скривились в улыбке, от которой по спине Вельфа пробежала дрожь.

Ни разу в жизни Вельф не видел улыбки на лице деда.

— Когда ты был моложе, я не знал, правильно ли принуждать тебя ковать магические мечи… И сейчас, увидев какой ты есть, я очень сожалею.

В произнесённой тихим голосом фразе слышалось раскаяние.

Когда семь лет назад талант Вельфа раскрылся и Вил упёрся, пытаясь принудить своего сына ковать Магические Мечи Кротцо один за другим, Вельф пришёл к деду в поисках помощи. Но, вместо этого старший Кротцо уставился на внука лишённым эмоций взглядом и не терпящим возражений тоном заявил «Делай как сказано».

В своё время для Вельфа Гарон представлял саму суть кузнеца. Получив прямой приказ, парень не мог не погрузиться в отчаянье. Именно из-за этого Вельф сбежал из дома, из Королевства Ракия и попытался начать новую жизнь.

Настоящие помыслы деда вызвали у Вельфа удивление. Но в выражении на лице Гарона была и строгость.

— Но кровь в твоих жилах никогда не пропадёт. Проклятье Кротцо будет преследовать тебя до конца жизни, постоянно переманивая тебя на путь ковки магических мечей. — продолжил Гарон, его взгляд пылал от одержимости. — Уверен, что ты не склонишься перед такой судьбой?

Его слова во многом походили на сказанное Цубаки, суть была практически одной и той же. Оба кузнеца намекнули Вельфу, что независимо от своих желаний ему не сбежать от силы, скрытой в его крови.

Вельф ничего не мог ответить женщине кузнецу, в тот момент его одолевало чувство беспомощности, которое и заставило его колебаться.

Но так было раньше.

Сейчас перед парнем оказались отец и дет, скованные судьбой рода Кротцо, живое напоминание силы, которой у него нет права поддаваться.

— Да ни за что!

Не задумавшись ни на мгновенье, ответил деду Вельф.

Он показал свою решимость всем, на мгновенье его взгляд переместился на стоявшую неподалёку Цубаки.

— Я сделаю такое оружие, которое постыдит любой магический меч! Наша кровь ничего не стоит, и я это докажу! Я принадлежу не только роду Кроцто, но и себе тоже!

Он собирался продолжить ковать оружие по-своему, а не полагаться на Магические Мечи Кротцо.

Он вложил в свои слова желание создать нечто достойное богов.

— …Дерзкая молодость.

Гарон прищурившись посмотрел на Вельфа.

Будто радуясь тому, как сильно вырос его внук.

— Больше мы не будем за тобой гоняться.

— Отец! Если мы не будем… наше положение в королевстве… от нас ничего не останется!..

Вил поднял взгляд стоя на коленях, он явно был против решения Гарона.

Каждый мускул мужчины напрягся, его разбитое окровавленное лицо выражало мольбу. Старик ответил спокойно.

— Мы начнём заново. Не как благородный род, а как семья кузнецов.

Вилу было нечем ответить. Его взгляд снова опустился в землю, а руки сжались в кулаки.

Гарон снова посмотрел внуку в глаза.

— С молотом металлом и решимостью можно выковать оружие, где угодно… так? Правильней и не скажешь.

Гарон перевёл взгляд с Вельфа на богиню, которая преподала парню этот ценнейший урок.

Он прикрыл глаза, будто ему было сложно на неё смотреть, а потом склонился.

— Мы сдаёмся тебе, Богиня. Ответственность лежит на мне и только на мне. Смилуйся над моими товарищами.

— …Ладно. Смилуюсь.

Гефест неспешно кивнула, принимая сдачу.

Никто среди солдат Ракии не озвучил возражений. Их поражение стало неизбежным в тот момент, когда разбился Магический Меч Кротцо Вила. Не было никакого смысла сопротивляться, оказавшись в окружении Высших Кузнецов. Солдаты вставали на колени и бросали оружие, после чего вытягивали руки для верёвок членов Паствы Гефест.

— Идиот.

— …

Занявшаяся связыванием пленников Цубаки нашла время бросить оскорбление, даже не глядя на Вельфа.

Вельф услышал недовольство в её голосе, но не сказал ничего в ответ, женщина повела пленников из склада.

Он стоял в обгоревшем складе, побитый и окровавленный, наблюдая как солдат Ракии отводят к выходу и готовят к отправке в Пантеон.

Его отец, Вил и дед, Гарон со связанными за спиной руками были в числе пленников.

В самый последний момент Гарон снова посмотрел на Вельфа с улыбкой. Вельф сохранил это лицо в своей памяти.

После того как члены его семьи пропали из склада, Вельф остался стоять, пялясь в открытую дверь будто статуя.

— Вельф…

Белл и Гефест подошли к нему сзади.

Они смотрели на застывшего красноволосого парня оказавшегося в луче лунного света.

[[image:/storage/reader-images/21640c3daffd67ea0f48ccc8da0c0ba77f2973e6.jpg]]
Свет ламп с магическими камнями начал гаснуть, ночь подходила к концу. Луна начала бледнеть, когда первые солнечные лучи показались в восточном небе.

Вельф сидел, скрестив ноги под рассветным небом становившимся всё светлее и светлее.

Он был на крыше склада. С земли его можно было принять за каменную статую, он был молчалив и неподвижен.

— …

Белл стоял в нескольких шагах от него, не зная, что ему делать.

Столкновение с семьёй Кротцо осталось позади, Вельф хотел побыть в одиночестве, поэтому он забрался на крышу, сел у её края и с того момента не двинулся с места. Белл понимал, что парню нужно пространство, поэтому держался в стороне.

Они провели снаружи немало часов, а утро выдалось очень холодным. Несмотря на это, беловолосый парень никуда не ушёл.

Не зная, что сказать, он всё это время просто смотрел на спину Вельфа.

— Так, вы двое всё ещё здесь.

— Всевышняя Гефест…

Стук ботинок богини по крыше указал на появление богини. Белл повернулся к Гефест, когда она подходила.

Она остановилась плечом к плечу с парнем и прищурила левый глаз смотря на красноволосого парня в нарастающем утреннем свете.

— Белл Кранелл. Не против, если с ним поговорю я? — спросило божество желая остаться с кузнецом наедине.

Какое-то мгновение Белл стоял неподвижно, а потом отрывисто кивнул. Он поклонился богине и начал спускаться с крыши.

Гефест подошла к Вельфу, когда шаги Белла затихли вдалеке.

— Солдаты Ракии сейчас под охраной в Гильдии.

— …

— Стало известно, как они проникли в город. Доносчики рассказали, что их пустили за обещание начать в городе волнения. Их главной целью было тебя захватить, независимо от того попадутся они или нет…

Вельф продолжал сидеть, скрестив ноги, пока Гефест рассказывала ему о том, что стало с солдатами.

Впрочем, богиня тоже не опустила на него взгляд. Её глаз смотрел в небо, она продолжила рассказ.

— Гильдия предложит Ракии заплатить за их освобождение. Если переговоры провалятся, они будут отпущены за городской стеной, когда вся эта война прекратится.

— …Вот как. — прошептал Вельф услышав о судьбе своего отца и деда.

Наступил полноценный рассвет. Богиня и красноволосый парень наблюдали как солнце выходит из-за горизонта.

— …Я выжил из ума?

Наконец произнёс Вельф, когда солнце показалось в восточном небе.

Он тщательно обдумывал решение оставить без внимания бегущую в его жилах кровь и найти к вершине другой путь.

Взгляд парня уткнулся вниз, когда он решил заговорить с богиней.

— Возможно. Кто знает?

— …

— Цубаки не ошибается. Детям, вроде тебя, отведён слишком малый срок. Чтобы достичь уровня богов вам стоит использовать всё, что в вас заложено. — честно сказала Гефест. — Но, ты уже принял решение, разве нет, Вельф?

— …Принял.

— Тогда не сомневайся в себе. Нет материала хуже, чем полая сталь.

Богиня Кузницы повернулась к Вельфу и улыбнулась.

— Если мы и признаём что-то в детях, то это воля. Воля такая сильная, что способна сделать невозможное возможным. Мы жаждем увидеть момент, в который дети, именуемые героями, превосходят все трудности и побеждают в сражениях, которые кажутся проигранными.

Все божества любят следить за «детьми», которые опровергают любую логичность и здравый смысл. Голос богини был тихим, она знала о потенциале, которым обладают подобные Вельфу люди.

— …Я догоню тебя, по-своему.

Вельф поднялся на ноги и заверил богиню в своих намереньях.

В его голосе не осталось неопределённости. Парень расправил плечи и посмотрел в глаз Гефест.

— И этого тебе достаточно?

— …Я тебя превзойду.

Богиня прищурилась, явно наслаждаясь моментом. Её губы расплылись в улыбке.

Выражение на лице Гефест было подобно выражению матери, гордящейся своим ребёнком. Она положила на волосы Вельфа правую руку и легонько погладила его по голове.

— …Т-ты что это творишь?! — Вельф напрягся, порозовев и пытаясь уклониться от руки богини.

— О, так тебе не нравится?

— Я-я больше не ребёнок! Делай подобные штуки с мальчишками вроде Белла!

— Хе-хе. Ты так миленько изображаешь из себя старшенького. На самом деле, это мне в тебе нравится.

— !!!

Гефест от всей души посмеялась увидев, как Вельф покраснел до самых кончиков ушей.

Он действительно пытался изображать в своей новой Пастве старшего брата, но не мог пытаться казаться взрослым перед божеством.

— Проклятье. — бросил парень себе под нос, пряча раскрасневшееся лицо за локтем. Увидев улыбку на лице огненноволосой богини он чуть снова в неё не влюбился и хорошенько отчитал себя за это в мыслях.

Но куда больше его раздражал тот факт, что он не может ничего ответить и отогнать свои чувства. Как и сказала Цубаки: Он признавал в Гефест богиню, кузнеца и женщину.

Именно это чувство зародило в парне желание создать нечто равное или превосходящее работы Богини Кузницы. Его целью было показать ей что он способен создать что-то, что она бы признала, или даже чем могла восхититься.

Но каждый раз, когда парень видел богиню его желание понемногу изменялось.

Он был таким же, как и Белл, прямолинейным и простым. Уважение и восхищение в нём быстро переросло в желание настигнуть предмет своего восхищения. Оружие, которое создавала Гефест всегда притягивало взгляд Вельфа, а вскоре его взгляд начала притягивать и сама богиня, которая его создавала.

Он не был достаточно наивен чтобы назвать это чувство простым увлечением, но и не был достаточно серьёзен чтобы называть его любовью.

Пока назову это… профессиональной деформацией.

Снова взглянув на лицо богини в профиль парень улыбнулся и прикрыл ладонями порозовевшие щёки.

— …Вот как ты заговорила. Но правда ли это?

— ?

Солнце почти полностью вышло из-за горизонта. Вельф, которого всё это время дразнили скрестил руки на груди и добавил. — От этой женщины… от Цубаки, я слышал, что тебе было одиноко с тех пор, как я ушёл.

Лицо Гефест потеряло краски.

— Ааааа… — за этим последовал протяжный вздох. — …Это дитя совсем не умеет держать язык за зубами.

Она не разозлилась и не смутилась. Просто была недовольна отношением к ней одного из самых известных членов её собственной Паствы.

Поскольку Гефест и не думала всё отрицать, Вельф лишился единственной возможности подразнить богиню. Отчасти ему даже стало грустно… Осознание того, что богиня не видит в нём мужчину слегка кольнуло его сердце.

То, что в нём зародилась надежда после услышанных от Цубаки слов заставила парня застесняться до такой степени, что он готов был провалиться сквозь землю.

— Да, после твоего ухода стало гораздо тише. «Один из моих детей покинул гнездо». Довольно опустошающее чувство.

— Ладно…

Вельф был слишком смущён чтобы посмотреть на богиню несмотря на нежность в её голосе. Он, наоборот, отвернулся и принялся с интересом ощупывать мышцы на руке.

— Никогда не говорила такого своим последователям… но ты уже не в моей Пастве, поэтому, почему бы и не сказать. Я положила на тебя глаз и очень хочу увидеть кем ты станешь.

Узнав мысли на свой счёт от богини, разум Вельфа погрузился в хаос.

Скорей всего то, что он услышал можно было считать величайшим комплиментом от Богини Кузницы. Как кузнец он не мог рассчитывать на что-то лучшее. Это заставило парня задрожать.

Знала Гефест о мыслях, которые бегут в разуме Вельфа или нет, но она повернулась к нему лицом и подмигнула с проказливой улыбкой на лице.

— А ещё я собиралась наградить тебя если ты сделаешь что-то, что меня удовлетворит… Какая досада.

Богиня явно дразнила Вельфа, повернувшись в профиль и рассматривая его только уголком глаза. А в Вельфе будто что-то щёлкнуло, и он повернулся к красноволосой богине.

— Это ещё на кону?

— Что на кону?

— Если я принесу тебе оружие, от которого у тебя челюсть отвиснет, ты меня наградишь?

Подобная фраза явно застала Гефест врасплох, потому что она удивлённо пробормотала «Д-да. Если у тебя получится», а щёки парня были красными, под стать волосам.

Его неожиданная попытка добиться от богини обещания преуспела, поэтому Вельф пылая решимостью продолжил.

— Если у меня получится… если я сделаю оружие, которое тебе понравится, я хочу, чтобы ты стала моей!

Он смог это произнести.

Вельф справился со своей нерешительностью и стуком сердца, отдававшимся даже в ушах, он с опаской смотрел на Гефест.

Услышав его искреннее и открытое признание, богиня… едва успела скрыть смешок за рукой.

— Я-я тебе тут душу изливаю, а ты!..

— Хе-хе-хе!.. П-прости, просто я… не могла удержаться!..

Схватившись рукой за живот, Гефест расхохоталась. Она даже начала слегка задыхаться.

Наконец успокоившись и вытерев слёзы из уголка левого глаза Гефест улыбнулась Вельфу. — Давно я не слышала таких слов в свой адрес.

— А? — Вельф лишился дара речи, а богиня продолжила.

— Несколько моих последователей, давным-давно… Кузнецы признавались мне в своей любви, примерно, как ты.

Вельф застыл. Богиня Кузницы улыбнулась ему одним левым глазом. — Не ты первый это придумал.

А теперь парню захотелось умереть.

В этот раз мысль о смерти даже звучала не слишком плохо.

Неожиданное желание прыгнуть с крыши появилось в его теле.

Неужели все такие?!

Ужасно упрямые кузнецы будто могут признать свои чувства только перед теми, кто очень сильно их превосходит. Вельф схватился за свою багровую голову и проклял каждого когда-либо жившего и живущего кузнеца, включая себя.

Гефест продолжала хихикать, наблюдая за агонией своего бывшего смертного последователя. Но, уже через секунду выражение на её лице стало смиренным.

— Кстати, ни один так и не справился.

Уши Вельфа дёрнулись. Он оторвал голову от рук.

На губах богини была улыбка. Вызывающая улыбка.

— Станешь ли ты первым?

У парня перехватило дыхание. Он не мог даже моргнуть, богиня будто видела его насквозь. Уже спустя мгновенье он уверенно улыбнулся. Он смотрел в глаз богини. — Вот увидишь, стану.

Он сделает оружие, которое превзойдёт магические мечи, которое будет на порядок лучше и не подведёт ожидания богини.

Теперь у него ещё больше причин достичь своей цели.

Утреннее солнце согрело щёку парня, они с богиней переглянулись.

— Кстати… оставим разговор обо мне, тебе самое время найти себе подходящую пару.

Гефест была очень довольно, когда Вельф пришёл в себя и сменила тему разговора, вытянув руку к утреннему солнцу.

— А? — Вельф снова напрягся, подобные слова его ошеломили.

— Ты, конечно, упрямый, но я уверена, что ты найдёшь себе замечательную девушку.

— П-постой! Я же не шутки тут шутил!..

— Вельф, преследуя бессмертную, вроде меня, ничего хорошего не получить. Семьи со мной не создать.

Гефест натянуто улыбнулась, пытаясь охладить пыл Вельфа.

— К тому же, я не слишком похожа на красивую женщину.

В голосе богини не было какого-то самобичевания или жалости к себе. Она совершенно естественным движением указала на чёрную повязку на правом глазу.

— Под ней скрыто такое ужасное лицо, что тебя бросит в дрожь.

— !..

— Странно, не так ли? Вроде я богиня. Но я никогда не понимала к чему это уродство, сколько бы не задумывалась. Другие божества в Тенкае постоянно надо мной подшучивали.

Её пальцы медленно пробежали по повязке, и она попыталась улыбнуться.

Богиня Кузницы, Гефест.

Она обладает властью над огнём и обработкой металла, но её лицо «отталкивает» в отличии от лиц других божеств.

Боги и богини должны быть живым воплощением идеалов. Но, несмотря на силу Арканума Гефест не способна ничего сделать со своим истинным лицом, которое и делает её Богиней Кузницы.

Она избегает общения со своими соплеменниками, прозвавшими её «гротескной» и посмеивающимися над ней всё время её существования.

— До этого дня единственной кто не подшучивал надо мной увидев истинное лицо была Гестия.

Гефест расслабилась и рассказала почему между ней и юной богиней существует такая сильная связь. Почему Гестия её единственная подруга.

— Пугаются даже те, кто видел меня вне Гекая. Поэтому давай оставим эту тему.

Гефест неловко улыбнулась и отвернулась от Вельфа.

Парень смотрел как она начинает удаляться.

Вельф будто прирос к месту на мгновенье, а потом его глаза распахнулись, и он догнал богиню широкими шагами.

Несмотря на то, что его действия оказались на грани богохульства, Вельф схватил Гефест за плечо. После этого он повернул её к себе лицом.

Богиня была удивлена, снова оказавшись лицом к лицу в красноволосым парнем. А тот, левой рукой взялся за чёрную повязку.

— Ч-что ты делаешь?!

Игнорируя возмущение Вельф сорвал повязку с её лица, пальцы парня скользнули по красным волосам богини.

Гефест не могла пошевелиться. Парень впервые увидел оба её глаза.

Истинное лицо Богини Кузницы стало ему известно.

Она была чуть ниже и не отрываясь смотрела на него обоими глазами. Выражение на лице Вельфа нисколько не изменилось. «Хех», произнёс он, пожав плечами.

Уголки губ парня расплылись в улыбке.

— Да ладно, Всевышняя Гефест, это мелочь. Думала я из-за такого сдамся? — Он аккуратно вернул повязку на место и уверенно улыбнулся. — Этого и близко недостаточно чтобы потушить пламя, которым пылает моё сердце.

Божество смотрело на парня какое-то время, а потом медленно поправило чёрную повязку.

Когда повязка снова прикрыла около половины её лица, богиня покачала головой красные волосы заблестели в утреннем свете.

— Умеешь ты разговоры разговаривать.

— Зато мы квиты.

— Хаааах! Кузнецы. Ненавидите вы проигрывать.

Гефест вернула на лицо улыбку и поддела парня.

Вельф знал, что он наконец взял в разговоре верх над богиней. Взгляд на выражении её лица вызывал в парне гордость.

Стоя в утренней прохладе и свете восходящего солнца, богиня и её бывший последователь улыбались друг другу.

[[image:/storage/reader-images/d1ea5ebbdf24be025988006f222784afe2b18baf.jpg]]
Позже в тот же день.

Только те, кто был полноценно вовлечён в разборку с вторжением Ракии знали о его существовании. Даже большая часть работников Гильдии ничего не подозревала.

Руководство Гильдии решило, что рассказ о случившемся принесёт больше вреда чем пользы, поэтому было решено разобраться со случившимся малыми средствами. Пойманные солдаты содержались в камерах в глубинах Пантеона, подальше от любопытных глаз.

Жизнь в Орарио шла своим чередом, горожане не знали, что могло бы случиться, если бы события пошли по другому пути.

И в этот самый момент…

— А потом, знаешь, что сделал Вельф?

В офисе, в одной из лавок зазвучал взволнованный голос богини.

— Ты мне семь раз пересказала, Всеверхняя…

Гефест сидела за своим рабочим столом подперев руками щёки. Цубаки разбиралась с огромной кучей бумаг и время от времени бросала на богиню раздражённые взгляды.

С того самого разговора Гефест не могла не рассказывать о моменте, в который Вельф похитил её сердце. Она была подобна влюблённому подростку. Разумеется, перед самим Вельфом и своими последователями она старалась поддерживать образ величественной богини. Но в своём офисе богиня давала себе волю.

Легонько покрасневшая Гефест начала пересказывать историю с мечтательной улыбкой на лице. Цубаки не сдержала тяжёлый вздох слушая о происходящем в восьмой раз.

— Долго же ты свою женственность сдерживала… — процедила сквозь сжатые зубы Цубаки.

Её откровенно раздражала что погрузившаяся в мечты богиня весь день просиживает без дела. — Ну теперь тебе точно конец… — прошептала Цубаки подбирая достойную месть.

Ещё чуть позже.

Как и Цубаки, Гефест не смогла сдержать язык за зубами и об этой истории узнавало всё больше людей. Другие боги и богини узнали о её разговоре с парнем ещё до заката. Фраза, укравшая сердце Гефест стала шуткой. «Вот отстой!!!», было примерной реакцией божеств. Самые подкованные поняли, что у них появилась насмешка над Гефест которая ещё не скоро выйдет из моды.

Денатус, вместе с дарованием титулов авантюристам случился на следующий день. Поскольку история случилась только вчера, титул Вельфу даровали быстро и безжалостно.

Отныне Вельф Кротцо носит титул… Игнис, Вечнопылающий.

При упоминании этого титула парню приходится слышать хихиканье Лили и Гестии, вдохновлённые и тронутые вздохи Микото и Харухиме, а также видеть неловкую улыбку на лице Белла, прекрасно знающих откуда этот титул берёт своё начало.

И каждый раз Вельфу приходится прятать румянец на щеках.

[[image:/storage/reader-images/5584ea0cfe70d9ebaceeb4f1a9c6b79a716ac0a6.png]]

----------

Ненаглядный телохранитель

[[image:/storage/reader-images/b7d41a1744b51caeea93f61621722ecfc0b13ab8.png]]
— С возвращением, отважный авантюрист. Чем я могу вам услужить сегодня?

Стоит авантюристам начать задавать вопросы о своей эффективности в Подземелье и её увеличении, следует немедленный бодрый ответ.

— Пройдите сюда, уважаемый авантюрист. Я скажу вашей советнице, что вы ожидаете её в переговорной.

Когда авантюристы поднимают уровни и приходят с докладом глаза девушек начинают блестеть ещё ярче.

—Поздравляю. Второй уровень… ваше продвижение к третьему рангу авантюриста теперь официально подтверждено. Продолжайте усердно трудиться, и пусть вам благоволит удача.

Если же авантюрист вздумает пригласить одну из милых девушек на ужин, те в ответ улыбаются шире обычного и вежливо отказывают таким просьбам.

— Поскольку у вас нет срочного дела, пустите к стойке других авантюристов.

А когда авантюрист-новичок впервые оказывается у входа в Подземелье, девушка провожает его с улыбкой на лице.

— Добро пожаловать в Город Лабиринта Орарио. Мы, Гильдия, здесь чтобы вам помогать.

Секретари главного отделения Гильдии.

Они удовлетворяют нужды авантюристов и считаются «цветами» Гильдии.

[[image:/storage/reader-images/85fc52af88f9958e55c08d89b370cd659dc66981.jpg]]
В Пантеоне, как и всегда, было шумно.

Мраморный приёмный зал заполнен настолько, что яблоку негде упасть. Авантюристы всё прибывают, на их спинах и поясах покоится самое разнообразное оружие, повсюду царит характерный запах снаряжения. Эльфы вооружены посохами и луками, дварфы предпочитают молоты и секиры. Полулюди всех мастей, вооружены и закованы в броню, которая больше всего им нравится.

Авантюристы переходят от одной доски объявлений к другой, пока, наконец, не оказываются перед секретарями, терпеливо ожидающими их за стойками.

— Доброе утро сэр.

— Да, у меня возникла проблема…

— Закон чётко даёт понять, что тот, кто находит ценность в Подземелье имеет на неё полное право, поэтому её возвращение не представляется возможным…

Перед стойкой каждого из секретарей выстраивается небольшая очередь. Каждая из девушек должна разрешать проблемы, возникшие у авантюриста, подошедшего к стойке.

Все они профессионалки своего дела. Среди секретарей гильдии нет какого-либо деления на расы. Люди, чинтропы, кошколюди, даже несколько эльфов состоит в рядах работников Гильдии. Впрочем, есть у них одна объединяющая черта, все работницы до единой ошеломительно красивы.

Каждая из работниц прекрасна по-своему.

Приходящие в Пантеон авантюристы почти всегда сразу направляются к стойкам, поэтому можно без преувеличений сказать, что секретари составляют о Гильдии первое впечатление. А составленное авантюристом о Гильдии впечатление, плохое или хорошее, может напрямую повлиять на эффективность его работы в Подземелье, а это повлияет на то, сколько магических камней он будет ежедневно приносить. Поэтому, несмотря на то, что во время отбора навыки и личность кандидаток принимаются во внимание, самым важным критерием для работы секретаря Гильдия признаёт внешность.

Разумеется, это создало атмосферу, в которой множество грубых, могучих и диковатых авантюристов пытаются проявлять себя с лучшей стороны перед стоящими за стойками прекрасными девушками.

— Задание успешно завершено. Благодарим вас за труд. Гильдия проинформирует клиента о том, что его запрос выполнен.

Эйна, полуэльфийка, один из секретарей Гильдии.

Её коричневые волосы достаточной длины, чтобы падать на плечи. Изумрудно-зелёные глаза блестят за стёклами очков. Острые кончики ушей, чуть короче эльфийских, но длиннее людских, указывают на присутствие эльфийской крови в её жилах.

Женщина-зверолюдка завершила выполнение одного из заданий вывешенных на доске объявлений Гильдии. Эйна передала ей награду, подготовленную клиентом:

— Вот ваша награда. Можете её забрать.

Эйна улыбнулась, с вежливым поклоном протянув коробочку предметов. Она проводила авантюристку взглядом и оказалась лицом к лицу со следующим в очереди человеком.

В Гильдии она работает уже пятый год.

Из-за сложившихся дома условий ей пришлось искать работу сразу после выпуска из района образования. Она предпочла карьеру в Гильдии, но до сих пор удивлялась, насколько хорошо ей подходит это место. Разумеется, работа сложная и порой случаются очень непростые ситуации, но Эйне кажется, что это место того стоит. Она всегда была трудолюбива, и это пришлось очень кстати для авантюристов, ежедневно собирающихся в Подземелье.

Сегодня очередной занятой день, в который приходится без передышки разбираться с запросами авантюристов.

Наконец, настал обеденный перерыв. Поток авантюристов закончился, создавая в приёмном зале мгновение затишья.

Разобравшиеся с работой девушки потягивались и, наконец, начинали обращать внимание на время, поднимаясь со своих рабочих мест. Эйна также позволила себе расслабиться, а её коллега, девушка-человек, обратилась к ней с соседнего места:

— Эйна! Эй, Эйна. Пойдём пообедаем где-нибудь!

— Конечно, почему бы и нет.

Её розовые волосы трепыхались из стороны в сторону, когда она махала. Благодаря милым мягким чертам лица девушка была довольно обворожительна. Миша Фрот была подругой Эйны ещё со школьных времён, она едва дождалась перерыва, схватив полуэльфийку за руку и потащив её к выходу.

— Я такая голодная. Клянусь, ещё немного и мой желудок сам себя переварит!

— Миша! Не напирай.

Эйна сообщила другим коллегам, на прощание, что они отойдут, и послушно пошла за розововолосой девушкой, тащившей её за руку.

— Приятного обеда! — махнув рукой крикнула вслед одна из секретарей.

— Тебе везёт! Я такое отличное место нашла, еда там просто восхитительная! В Западном Блоке.

— Миша, ты уверена, что мы успеем там поесть и вернуться до конца обеденного перерыва?

— Мммм, наверное, успеем.

— Ну, знаешь…

Беззаботность Миши и её небрежность немного отталкивали Эйну, но, вместе с тем, вызвали у неё улыбку. Беззаботная Миша и вечно серьёзная Эйна были вместе очень долгое время. После стольких лет совместной работы они были почти парой.

Разговор, как в старые школьные времена, начался ещё до того, как они покинули Пантеон через один из выходов. Они вышли с противоположной главной улице стороны здания.

Заострённые ушки Эйны дёрнулись, когда её громко окликнули в переулке:

— Э-Эйна!

Когда девушка повернулась она увидела молодого дварфа:

— А… кажется, вы… Дормул?

— К-как неожиданно что я встретил тебя на улице. Я просто мимо проходил…

Как и большинство дварфов, Дормул был мощным, коренастым мужчиной. Впрочем, он был выше большинства своих собратьев и его рост составлял около ста семидесяти сантиметров. Его руки напоминали мощные нижние ветки какого-нибудь векового дуба. Улыбка превращала его глаза в два тонюсеньких разреза. Из-за внешности казалось, что Дормулу куда больше подошла бы жизнь где-нибудь в гармонии с природой, чем в огромном мегаполисе.

Он нервно почесал нос и попытался как можно скромнее заговорить с Эйной:

— Слушай, Эйна, ты же это, на обед вышла, ага? Я тут тоже собирался чего-нибудь пожевать… Н-не хочешь вместе сходить? Конечно, я заплачу за всё!

— Эм, не нужно ни за что платить и… Дормул, я с коллегой собиралась пообедать, поэтому…

Эйна уже сбилась со счёта, сколько раз этот дварф «случайно» натыкался на неё и приглашал на обед. Эйна уже не знала, что ей с этим делать.

Гора мышц под роскошной бронёй выдавала в Дормуле авантюриста. Поднявший ранг авантюрист третьего уровня, сделавший себе имя во множестве стычек в Подземелье, раньше был под опекой советницы Эйны. Они знают друг друга не первый год.

Эйна прекрасно знала, что нравится этому дварфу. Девушке не хотелось казаться эгоисткой, не дававшей ему прямого отказа, но и ранить чувства дварфа она не хотела.

Он неплохой парень, но…

Получать ежедневные признания авантюристов вполне естественно для работниц Гильдии.

Но Дормул не был похож на остальных авантюристов, просто падких на милых девушек. Он всегда был скромен, порой даже слишком, когда пытался пригласить Эйну на обед, что девушка просто не могла отказать ему без причины. А поскольку дварф был старше, Эйне и без того было сложно ему отказывать. Она отказывала, очень тщательно подбирая слова, пытаясь не ранить чувства дварфа. Впрочем, из-за этого Дормул и не понимал намёков.

Миша ощутила себя третьей лишней, когда дварф просеменил к ним, активно размахивая мясистыми руками.

— …Эйна, я могу пообедать и без тебя.

— П-постой, Миша!..

На лице Миши появилась ехидная улыбка, когда на неё уставилась Эйна. Дормул, в свою очередь, был так доволен произошедшим, что в уголках его глаз появились даже слёзы радости:

— Дах! Дха-ха-хах! Неужели мы так отлично друг другу подходим, что вы подумали, что вы третья лишняя, маленькая мадам!

Звонкий голос, будто кнут, рассёк воздух:

— А ну перестань, жалкий дварф. Разве ты не видишь, как Эйне неудобно?

— Чё?!

Дормул развернулся на каблуках и оказался перед прекрасным авантюристом-эльфом, которого можно было описать всего одним словом: элегантность. Из длинных золотых волос проглядывали уши, более длинные и заострённые, чему Эйны. За спиной авантюриста был лук и колчан стрел, он был одет в лёгкую броню.

Оба мужчины были примерно одного роста, но отличались друг от друга, как небо от земли. Эльф был длинным и тонким, подобно висящему на его спине оружию.

Неловкая атмосфера неожиданно стала враждебной.

«Отойди», — бросил эльф и, грубо заслонив дварфа плечом, оказался с Эйной лицом к лицу.

— Л-Лювис…

— Вы в порядке, Мисс Эйна? Этот мужчина не притронулся к вам своими грязными руками, правда?

— Слышь, может в лицо мне это скажешь?

Эльф по имени Лювис фыркнул, игнорируя сказанную низким голосом угрозу.

Эйна была советницей и этому достигшему третьего уровня эльфу. Казалось, что и его чувства расцвели в то время, когда Эйна его наставляла.

В совершенно эльфийской манере Лювис бросил на дварфа презрительный взгляд, прежде чем снова повернуться к Эйне. Он прочистил горло, кашлянув чуть громче, чем это было нужно:

— Так случилось, что я обнаружил букет очень редких и прекрасных цветов в лавочке по дороге. В тот момент, когда я увидел эти цветы, я сразу подумал о ваших прекрасных чертах и утончённости… Прошу вас, примите эти цветы в подарок.

— Т-ты же знаешь, что я не могу его принять, Лювис…

Глаза Эйны распахнулись чуть шире от буйства красок, но она нашла в себе силы на вежливый отказ, ровно в тот момент, когда могучая рука выхватила букет и отбросила его подальше.

— Ты что сделал?!

— Хах. Тебе не кажется, что ты сейчас Эйну смутил? Зачем тащить ей девчачьи мелкие букетики в переулках? Как она должна себя от таких подарков чувствовать?

— Значимость этого скромного жеста за пределами твоего понимания, тупой дварф!.. Мы, эльфы, благородны. Держись подальше!

— Эйна только наполовину эльфийка! Не ровняй её со своим мерзкими родичами!

Эльфы и дварфы предпочитают как можно реже проводить время друг с другом и этот разговор прекрасно объясняет почему.

Эйна не раз наблюдала подобные сцены. Поэтому даже не попытавшись разнять поднявшийся спор, она извинилась и пошла за своей коллегой. Мужчины так погрузились в ссору, что даже этого не заметили.

Лёгкий хлопок по спине Миши стал сигналом. Девушки даже не оглянулись.

— Всё будет в порядке?

— Не совсем в порядке… но, если я останусь, станет только хуже.

Эйна всё-таки бросила взгляд на Дормула и Лювиса, увидев, что те с красными лицами перешли к прямым оскорблениям.

Эти двое никогда не поладят.

Признав себя соперниками в борьбе за сердце Эйны, они лишь усилили расовую ненависть, которую и раньше друг к другу питали. В последние дни они начали напирать ещё сильнее… Возможно Эйне просто показалось, но они стали показываться ей на глаза гораздо чаще.

Авантюристы и раньше проявляли к ней интерес, но предпочитали «сталкиваться» с ней после работы, в её личное время. Дормул впервые подкараулил её после обеда у задних дверей Гильдии. К тому же, их планы становятся с каждым днём всё более продуманными.

Они будто соревнуются в нахождении способов смутить Эйну.

Они оба неплохие ребята, но…

Неожиданно, крики Дормула и Лювиса затихли, они начали озираться по сторонам.

Холодок пробежал по спинам Эйны и Миши, они оглянулись на мужчин, после чего отвели взгляды и бросились вперёд. Девушки ощущали на своих спинах взгляды авантюристов, быстрым шагом идя по улице. Ощущая лёгкое смятение Эйна поправила очки.

[[image:/storage/reader-images/be85166ea9ee19095fa5a196ab557d8e1245a4a6.jpg]]
Архивы главного отделения Гильдии.

Информация о городе, окружающих его местах, монстрах, обо всём касающемся Подземелья хранится в огромной двухэтажной комнате, расположенной по другую сторону коридора от приёмного зала Гильдии. Ряды деревянных шкафов выше человеческого роста превращают помещение библиотеки в своеобразный лабиринт. Шкафы, полы, колонны — всё убранство огромного зала выполнено в тёмно-коричневом цвете. Несколько работников Гильдии в своих форменных чёрных костюмах тихонько читают или бродят среди рядов в поисках нужной книги.

— Г-готово…

— Отлично. Сейчас проверю…

Коллеги Эйны нечасто приходят в архив, а она сама создала небольшой островок в этом пространстве для чтения, сдвинув несколько столов. Она восседает на стуле с одной стороны этого островка, а напротив неё находится беловолосый парень. Белл протянул девушке несколько листов бумаги.

Сейчас она проводит один из своих частных уроков о Подземелье. Эйне хотелось убедиться, что Белл будет готов совершенно ко всему, что может его ожидать. Её методом обучения было подробное изучение всех записей.

В данный момент девушка исполняет обязанности советницы. Гильдия назначает советника каждому авантюристу, чтобы подготавливать их к походам в Подземелье. Авантюристы, в свою очередь, могут запросить советника определённого пола и расы. Поскольку чаще всего авантюристы видят секретарей, на роль советников зачастую выбираются красивые девушки. Примерно в десяти процентах случаев Гильдия не может удовлетворить запрос авантюриста, но Эйну это не касается, она служила советницей очень многим.

Впрочем, начальники Эйны приняли на заметку скорость и качество её работы с документами. Поэтому сейчас на неё валятся горы очень важной для Гильдии бумажной работы и Эйне пришлось просить своих коллег забрать у неё практически всех авантюристов.

Сейчас Белл остался единственным, за кем Эйна присматривает.

— …Ты почти идеально запомнил всё о серединных этажах.

— Вы… правда так думаете?

— Да. Ну, значит… время для экзамена. Опиши боевые тактики для каждого монстра, а потом нарисуй карту каждого этажа. Если найду ошибки, будешь заучивать пока от усталости не свалишься.

Взгляд Белла стал туманным, когда Эйна передала ему очередной пустой лист. Стиснув зубы, парень уверенно кивнул:

— …Ладно.

В изумрудных глазах Эйны отражался парень, в бешеном темпе строчивший ответы. Её голова покоилась на руках, стоящих локтями на столе. Девушка была рада видеть, что Белл так старается.

Когда дело касается обучения авантюристов, Эйна очень строга. Вдобавок к обычным советам по зачистке Подземелья и регулярным встречам она проводит личные уроки, стараясь преподнести столько знаний о Подземелье, сколько возможно. За прекрасным лицом скрывается очень строгий учитель, занятия с которым в Древние Времена называли бы Спартанскими. Многие авантюристы признают Эйну страшной. Ещё никому не удалось полностью окончить её курсы, многие сходили с дистанции на полпути. Даже Дормул и Лювис не смогли вынести её уроков.

Белл едва держался.

Уже не раз из рубиновых глаз парня текли слёзы. Несмотря на это, он упрямо возвращался к обучению. Решимость исходила из его следования за своим идолом. Решимость достичь недостижимой цели была куда сильнее, чем страх перед спартанской передачей знаний Эйны. Иногда честность и прямолинейность парня работали против него. Сколько раз в бою или обучении он бы не падал, он всегда поднимался и лез напролом.

Эти качества и связали парня с Эйной. По крайней мере, именно это заставляло девушку желать его поддержать и подбодрить.

Время почти вышло…

Взгляд Эйны, всё это время безотрывно следивший за Беллом, скользнул на часы, висящие на колонне неподалёку. Часовая стрелка подходила к десятке. Перед началом урока Белл рассказал ей, что последние несколько дней на Паству Гестии свалилась огромная гора работы. Будет слишком жестоко держать парня за обучением дольше положенного.

Ночь уже опустилась, и по архивам ходило всё меньше работников Гильдии. Постоянной был лишь скрип перьевой ручки Белла по бумаге, который был слышен только в самом центре огромной библиотеки.

Прежде чем Белл закончил с неожиданным экзаменом, в относительной тишине прошло ещё несколько минут.

Эйна нашла несколько ошибок в ответах парня, но исполнить свою угрозу не смогла. Она натянуто улыбнулась и передала листок обратно. Девушка решила погонять Белла на следующей учебной сессии.

— Отлично сегодня постарался, Белл. На этом урок окончен.

— …Спасибо.

Белл оторвал взгляд от поверхности стола. На его губах была слабая, едва заметная улыбка.

Эйна хотела отказаться от помощи, когда начала убираться, но парень настоял. Схватив несколько книг и карт, он вместе с полуэльфийкой принялся расставлять их на места.

Белл пришёл на обучение прямо из Подземелья. Парень снова одел свою броню, стоявшую у колонны, и пошёл следом за Эйной к приёмному залу.

Быстро попрощавшись, Белл скрылся в небольшом садике перед Пантеоном. Эйна смотрела ему в спину, пока парень не перестал быть виден из-за ночного мрака.

— Тяжёлый был денёк, да Эйна?

— Миша…

Эйна подпрыгнула от удивления, когда к ней подоспела кучка девушек-коллег. Секретари очень редко задерживаются в Гильдии так надолго.

— Даже не знаю, зачем ты так к этому авантюристику прикипела и так подолгу для него задерживаешься. Плата больше всё равно не станет…

— Ха-ха…

Эйна сухо посмеялась на замечание начальницы секретарей, протянувшей ей чашку горячего чая.

Среди секретарей нет мужчин, поэтому девушки расселись на стулья и начали разговаривать о работе.

— Кстати, Тулле. К тебе в очередной раз авантюристы сегодня приставали?

— …Миша.

— А что мне было делать? Разве можно было об этом никому не рассказать?

Эйна взглянула на подругу, растрепавшую всем о случившейся с дварфом и эльфом истории. Но вскоре она уже вместе со всеми беззаботно смеялась, Эйна не могла злиться на Мишу слишком долго. Сдерживая вздох, Эйна взглянула на старшего секретаря. Её коллега сидела со скрещенными руками, определённо пытаясь шутливо её поддеть:

— Нет, правда, я перед ними красуюсь, а всё внимание достаётся тебе… Авантюристам стоит глаза протереть.

— Роза, ты же сама их отвергаешь, разве нет?

— Всех до единого. Авантюристы обещаний не держат.

Роза, вервольф, начала поглаживать кончики своих рыжих волос, продолжая свою мысль:

— В сближении с тем, кто на «ты» со смертью, нет ничего хорошего.

Атмосфера неожиданно поменялась.

Остальные секретари притихли, кто-то уставился в пол, кто-то отвёл взгляд или спрятал лицо за чайной чашкой.

— Они могут говорить: «Я тебя хочу», «Я тебя люблю», всё, что только захочется услышать. А потом приходит момент, в который они просто не возвращаются. Наверное, авантюристам интересней монстры, чем женщины.

В голосе девушки слышалась ирония, но она прикрыла рот до того, как настроение стало ещё тяжелее. Спустя несколько секунд можно было увидеть на её лице только слабую улыбку.

Большая часть секретарей, точнее, работников Гильдии вообще, старалась отдалиться от авантюристов. Никто не пересекал условную линию, хотя, лучше будет сказать, что число людей, которые её пересекали только со временем только уменьшалось.

Как и сказала Роза, исчезновение авантюриста — это вопрос времени. Его ожидает вечное забвение в каком-нибудь глубоком и тёмном углу лабиринта, раскинувшегося под Орарио.

Женщине, которая полюбит авантюриста всем своим сердцем, практически наверняка суждено промочить слезами подушку. Эйна и сама однажды могла только отчаянно рухнуть на колени, когда одного из авантюристов, которому она давала советы вернули на поверхность бездыханным телом. Краем глаза полуэльфийка заметила, что на лице Миши нет её привычной улыбки.

Когда разговор заходит об авантюристах, нельзя утверждать, что завтра для них наступит всегда.

Поэтому секретари стараются удерживать их на расстоянии вытянутой руки. Конечно, они улыбаются и используют добрый и нежный тон в разговорах с авантюристами, но это часть их работы. Секретари профессионалы своего дела.

— Тулле, я не стану тебя учить, как делать твою работу… Но чем больше ты хочешь с кем-то сдружиться, тем сильнее пожалеешь и тем сложнее тебе будет, когда придёт время.

— …Понятно.

Среди всех секретарей только Эйна поддерживала со своими авантюристами личную связь. Она помогала им добиваться своих целей, искала для них ценную информацию. Брала на себя инициативу по обучению и всегда делала всё с улыбкой на лице.

Эйна просто пыталась сделать всё, чтобы дать авантюристам необходимый толчок для безопасного возвращения из Подземелья. Она не хотела оставлять надежды и не хотела верить, что каждый из них просто умрёт.

У девушки осталось несколько шрамов из-за событий прошлого. Но, несмотря на это, Эйна по-своему пыталась поддержать своих подопечных.

— Вас, кстати, это тоже касается. Никогда не сближайтесь с авантюристами. Вам придётся иметь дело с Паствами, а они не оставляют от авантюристов ничего, даже денег. В итоге вы останетесь опустошёнными и без гроша в кармане… А если и свяжетесь, выбивайте из авантюриста всё, что только можно, пока он не помер!

Последние слова вызвали среди секретарей сухой смешок.

Несмотря на явно шутливый тон последних слов, главный секретарь явно пыталась предупредить своих коллег.

Не только Эйну, но и всех, кто был моложе.

Они «цветы» Гильдии. Но, если девушки-секретари не создадут непреодолимую стену между работой и личной жизнью, они могут познать настоящий ад.

[[image:/storage/reader-images/67240fc21048579db60d78a99e12a28d409f6162.jpg]]
Секретари распрощались друг с другом, и Эйна пошла к себе домой. Она пересекла Северо-западную главную улицу и продолжила двигаться на север от Пантеона, глубже в северный район.

Многие работники Гильдии предпочитают жить в северном районе из-за отличных домов и местного сообщества. Для секретарей Гильдия даже построила отдельное здание. Гильдия владеет несколькими зданиями по всему городу и размещает в них своих работников.

Со всеми сдружилась… Что же, не могу отрицать.

На улице царила поздняя ночь, но Эйну всё равно окружала оживлённость. Пусть оживлённость этого переулка и не шла ни в какое сравнение с оживлённостью главных улиц, из нескольких баров всё равно доносились громкие голоса. Переулок был светлым от ламп с магическими камнями, можно было без труда разглядеть дальнейший путь и людей.

Слова старшего секретаря оставили в мыслях девушки заметный след, отчего ей было немного грустно.

— …Я не пытаюсь быть Мисс Конгениальностью, но, похоже, со стороны выглядит именно так.

Эйне совершенно не хотелось получать комплименты, и она работала не ради чьей-то похвалы. Однако, проведение такого огромного количества времени с авантюристами было неправильно понято её коллегами.

Желание девушки помогать авантюристам было искренним. Она не собиралась менять свою манеру общения с ними. Впрочем, часть Эйны всегда знала, что это может привести к сложностям. На самом деле, авантюристов, ощутивших связь с вечно дружелюбной Эйной, было куда больше нескольких. Дормул и Лювис служили тому идеальными примерами.

Очень вероятно, неприступность её коллег заставила девушку выделяться ещё сильнее.

Погружённая в свои мысли Эйна вздохнула и перекинула сумку на другое плечо.

— ?..

Холодок пробежал по её спине, кто-то будто за ней следил. Эйна остановилась и повернула голову.

На мостовой стояло несколько людей, они были заняты разговором, не смотрели в её сторону. Да и лица этих людей были ей незнакомы. Девушка задумчиво наклонила голову, а потом снова пошла вперёд.

Едва сделав несколько шагов, она снова ощутила на себе таинственный взгляд.

Сердце Эйны замерло, какое-то мгновенье она не могла вдохнуть. Пытаясь вести себя так, будто она не замечает преследования полуэльфийка сделала ещё несколько шагов, прежде чем быстро повернуться.

В её глазах отразился только ночной переулок. Прямая дорога, ни поворотов, ни закоулков. Она знала это место как свои пять пальцев, поэтому чёрная тень, попытавшаяся скрыться, не могла ускользнуть от девушки. Кто бы это ни был, он был одет в чёрный плащ с капюшоном. Несколько мгновений прошло, прежде чем этот силуэт выглянул из-за здания и уставился на неё.

Снова вздрогнув, Эйна ощутила, как по её спине катятся капельки холодного пота.

Она снова начала идти к дому, гораздо быстрее чем раньше.

Мысли одна за другой проносились в её голове, вскоре Эйна оказалась у дома работников.

Улица была почти пустынной. Да, в барах сейчас сидит множество людей, но единственной защитой девушки сейчас был свет ламп с магическими камнями. По меньшей мере ей было не по себе.

Всё ещё преследует?!

Эйна по-прежнему ощущала взгляд, впившийся ей в спину. Где бы он сейчас не прятался, он следовал за ней неотступно.

Оставив позади шумную улицу, Эйна оказалась в самом обычном городском переулке. Фонари в нём встречались гораздо реже, а голоса, доносящиеся из баров, остались далеко позади. Её преследователь определённо оценил смену обстановки, поскольку по ощущениям девушки взгляд стал гораздо ближе.

Эйна сама не заметила, как бросилась бежать. Прижимая сумку к груди, она неслась по мостовой так быстро, как могли нести её ноги. Последняя часть её путешествия показалась девушке вечностью, она наконец оказалась у дверей дома для рабочих.

Вбежав в ворота и поднявшись на крыльцо здания, девушка уперлась рукой в одну из внешних колонн и, пытаясь перевести дыхание, начала осматриваться. Сумрак ночи был единственным, что ей удалось увидеть. Силуэта в плаще нигде не было, вокруг царил покой.

Обхватив рёбра, будто пытаясь успокоить стучащее сердце, Эйна стояла неподвижно.

[[image:/storage/reader-images/de6f843397660cd011455d610961aba40f45acb3.jpg]]
Приёмный зал Гильдии, утро.

— Что?! Тебя кто-то вчера преследовал?!

— М-Миша! Не так громко!

Авантюристы начали проходить в двери Пантеона, а Миша вскрикнула, услышав рассказ Эйны. Быстро прикрыв рот обеими руками, она пролепетала подруге рассеянное: «Прости!».

— Он же ничего странного сделать не пытался, правда? Ты видела его лицо?

— Он не пытался меня догнать и лица его я не видела… Капюшон помешал.

Эйна рассказала всё до мельчайших подробностей о вчерашнем инциденте.

Девушки терпеливо ждали авантюристов за соседними стойками. Но Миша никак не могла успокоиться, поэтому склонилась к Эйне:

— Это уже слишком, Эйна! Поговори с боссами, пусть тебе назначат телохранителя! В городе осталось несколько сильных авантюристов Паствы Ганеша, пусть один из них сегодня проводит тебя до дома.

— Т-тебе не кажется, что это слишком? Может у меня просто воображение разыгралось?

Миша продолжала говорить на повышенных тонах и это заставило Эйну отпрянуть. Девушке казалось, что привлекать к делу Паству, пусть и зачастую плотно работавшую с Гильдией, это слишком решительный шаг. К тому же, есть вероятность, что Эйна просто слишком много себе надумала.

— Слишком? Разве дело не серьёзное? Дело было давно, но подобных историй я наслушалась, как молодых девушек выслеживают, преследуют, похищают и вывозят из города!

— Сомневаюсь я в правдивости… Мы же в Орарио, в конце концов. Городская стража осматривает всех покидающих город людей, да и у кого хватит смелости поднять руку на работника Гильдии?..

— Но, но, но!.. Немало слухов ходит о продаже девушек в бордели, а недавно начали поговаривать ещё и о том, что целый отряд солдат Ракии в городе нашли!..

Эйна смерила розововолосую девушку подозрительным взглядом, когда та начала разговоры о конспирологии. Миша знатная сплетница. Она слушает истории по всему городу и повторяет их любому, кто готов её слушать.

Девушка собиралась сказать что-то ещё, но к её стойке подошёл авантюристов. Миша вернулась к работе, так ничего и не произнеся. То же самое сделала и Эйна.

Хотя… я уверена, что кто-то за мной следил.

Эта мысль заставила побежать по спине девушки холодок.

Попытка игнорировать произошедшее заставила Эйну только сильнее волноваться. Проблема никуда не делась.

Полуэльфийка знала, что не стоит верить всему, что говорит Миша, но… мурашки побежали по рукам Эйны. Она мысленно пришла к тому самому тупику, в котором не хотела оказываться, к мыслям, которые вызывали у неё дрожь.

— Мисс Эйна?

— !

Голос был ей знаком. Глаза девушки округлились. Перед ней оказался довольно смущённый Белл. Он стоял в очереди, и как раз сейчас подошло его время.

…Соберись! Ты на работе!

Эйна мысленно себя ругала, быстро нацепив на лицо улыбку.

— Прости Белл. Просто немного задумалась. Чем я могу сегодня тебе помочь?

— У меня… У меня вопрос о Подземелье…

Этих слов было достаточно, чтобы Эйна поднялась со своего места.

Она оставила Мишу и других секретарей за стойками, а сама отправилась с Беллом в переговорную, собрав несколько документов для встречи.

— Что? Семнадцатый этаж вам уже покорился?

— Да, благодаря помощи Паствы Такемиказучи… Поэтому мы хотим предпринять серьёзную попытку спуститься на девятнадцатый.

Они сели по разные стороны стола звуконепроницаемой переговорной комнаты. Белл перешёл сразу к делу, быстро описав ситуацию.

Он поднял уровень во второй раз всего неделю назад.

Несмотря на то, что Эйна старалась этого не показывать, её ошеломлял невероятный темп Белла. Парень уже покорил третий уровень. Он был обладателем рекорда по быстрейшему поднятию уровня. Практически всё, что касалось сидевшего напротив парня, так или иначе удивляло Эйну.

— Эм… Мисс Эйна?

— Что такое, Белл?

— Что-то, эм, что-то случилось?

Вопрос заставил Эйну округлить глаза.

— Просто вы, сегодня, кажется… будто не в себе…

Эйна думала, что её отличные актёрские способности позволяют ей выглядеть как обычно. Похоже, что в её маске всё же было несколько трещин. Таких трещин, которые не ускользнули от внимания, сидевшего напротив парня.

— Не знаю, смогу я помочь или нет… Но, если нужен кто-то, кто выслушает, я, ну, мог бы…, — Белл начал запинаться, его щёки порозовели. Он почесал затылок и добавил. — Вы всегда готовы выслушать мои беды, Мисс Эйна.

Может дело было в том, что мыслями Эйна по-прежнему была погружена в тот ночной забег, но стыдливое предложение помощи парня породило в ней тёплые, нежные чувства.

— Прошлым вечером…

Слова сами полетели из её рта, прежде чем она успела осознать, что начала рассказ. Напрочь забыв о своем положении, девушка приняла предложение Белла. Она рассказала всё, что случилось прошлой ночью, и видела, как несколько раз менялось выражение на лице Белла. К концу рассказа парень сидел, лишившись дара речи. Эйна краем глаза посмотрела на сидевшего через стол Белла и улыбнулась его ошарашенному виду.

Если…

Если Белл захочет проводить её до дома…

Если он захочет стать её телохранителем, как предложила Миша…

Поток мыслей Эйны прервался в этом месте. Это же глупо! Снова закричала она на себя в мыслях.

Ей было постыдно даже признавать, что такие мысли у неё появились.

— Прости. Забудь обо всём, что я наговорила, Белл.

— А… Но ведь…

— Это моя проблема и она не такая уж серьёзная. Я найду способ разобраться своими силами.

Разумеется, если Белл окажется втянут в это дело, у него могут возникнуть неприятности, поэтому Эйна решила его отговорить. Вернувшись в состояние строгого работника Гилдьдии, девушка заверила парня, что она будет в порядке, и улыбнулась.

Однако, Белл оборвал её на полуслове, прежде чем она успела закончить фразу:

— Да это же серьёзно! Определённо серьёзно! Ракия пытается напасть на город, они даже за стены!..

— Б-Белл?

Парень заговорил так, будто о чём-то знал, но первый же взгляд на Эйну заставил его понять свою ошибку. Упс! Всё было написано на его лице. Отпрянув назад и прикрыв рукой рот, Белл всё-таки, удержал слова в себе. Он мгновенно сменил тему:

— Если вам кажется, что я могу помочь, только попросите! Я не знаю, насколько хорошо я справлюсь, но, если вам нужен охранник или кто-то вроде, только скажите!

Охранник. Он предложил побыть телохранителем. Глаза Эйны снова распахнулись от удивления.

— Вы там много для меня сделали, Мисс Эйна… Пожалуйста!

— …Я благодарна за предложение, Белл. Но это часть моей работы. Ты ничего не должен мне за поддержку.

Наконец успокоившись, Эйна нашла весомый повод возразить. Она выслушивала Белла и давала ему советы только потому, что для этого её и наняла Гильдия.

Девушка подкрепила свою позицию, сказав, что ей очень приятно предложение помощи от Белла, но она вынуждена вежливо отказать.

— …Б-броня!

— Что?

Но Белл, всё же, нашёл чем возразить.

— Нарукавник! Тот, который вы мне купили! Считайте это моим способом отплатить!

Это было давно. Эйна сказала, что парню нужно новое снаряжение, и они вместе пошли выбирать возможные варианты. В тот день Эйна подарила Беллу щиток на руку в качестве подарка.

Парень был прав, частью работы это не было. Она приняла решение подарить сделать парню подарок по своей воле, и за этим поступком не стояло каких-то обязанностей Гильдии.

— …Какое упорство, — только и могла произнести Эйна, увидев решительный взгляд Белла. Девушка приняла поражение в этом споре.

Она тяжело вздохнула, и в ней появилось напряжение, но, несмотря на это, она улыбнулась парню:

— Раз ты настаиваешь, я не стану отказываться. Будешь моим охранником, Белл.

— Я-я вас не подведу!

[[image:/storage/reader-images/87e66b9dea925bfb16546fe215d85cf88df18920.jpg]]
Солнце скрылось за городской стеной, ночь начала опускаться на город.

Эйна сидела за своей стойкой с другими работницами, как и обычно разговаривая, в этот момент она увидела краем глаза вернувшегося из Подземелья Белла, направившегося к Обмену. Они кивнули друг другу, и девушка поднялась со своего места.

— Прошу прощения, сегодня я уйду пораньше.

— О? Уже сейчас? Ну, увидимся завтра.

Подведя черту под всеми разговорами с коллегами и попрощавшись, девушка собрала вещи. Миша, бившаяся над своей кучей бумаг, с сомнением во взгляде посмотрела на Эйну, а полуэльфийка помахала ей в ответ, призывая не беспокоиться.

— Прости, что заставила ждать, Белл.

— Эм, ничего. Так мы?..

— Да, идём. Просто… проводи меня до дома. Я на тебя рассчитываю.

— Х-хорошо.

Эйна вышла через заднюю дверь Пантеона, где её уже ожидал Белл. Они пошли бок о бок.

Договор был заключён официально. После разговора с Беллом девушка попросила его побыть её телохранителем. Парень разошёлся с остальными своими товарищами сразу после того, как они вышли из Вавила.

— Прости за проблемы, Белл. Должно быть, ты устал после дня в Подземелье.

— Не очень. Сегодня мы закончили раньше, поэтому я до сих пор в хорошей форме. Можете не беспокоиться.

— …Спасибо.

Эйна шла тем же путём, которым ходит обычно, но в этот раз рядом с ней звучали шаги.

Под темнеющим вечерним небом была хорошо видна оживлённость улиц, как и Белл, многие авантюристы сейчас возвращались по домам из Подземелья. Люди и полулюди спешили к барам, отчего приходилось постоянно огибать прохожих. Эйна и Белл как могли старались избегать столкновений с людьми, продвигаясь через толпу.

…Как-то неспокойно.

Девушка не могла не ощущать, насколько они с Беллом на самом деле оказались близки. Они пока не решили сколько будет продолжаться его охрана, но от походов домой с Беллом каждый вечер её сердце начинало стучать сильнее. Она не забыла о том, что это из-за её таинственного преследователя, но не могла не посматривать на идущего рядом с ней парня со стороны.

Взгляд Эйны начал метаться, когда она задумалась о том, что о них могут подумать окружающие.

Белл никогда не был в этой части города, пока Эйна его сюда не завела. Девушка чуть наклонилась, пытаясь тайно посмотреть на его лицо. В этот самый момент взгляд Белла изменился и стал гораздо серьёзнее. Это застало Эйну врасплох.

— Б-Белл?

— …Кажется, за нами кто-то наблюдает.

— За нами?..

В отличие от вчерашнего вечера она этого не заметила. Эйна удивилась, увидев настороженность парня, хотя куда больше её поразил серьёзный и собранный взгляд Белла. Его глаза скользили по толпе и окружающим зданиям, ничего не упуская.

Сердце девушки бешено заколотилось. Было странно видеть в Белле самого настоящего авантюриста, но от этого её пульс не мог не подскочить.

Выходит, ты можешь быть и таким…

Эйна урывками видела Белла в деле, когда следила за «Битвой»… Но просто не могла не прийти в восторг, когда такой парень оказался рядом. Несколько мгновений девушка украдкой смотрела на Белла, а потом его плечи расслабились.

— Пропал… кажется. Может, конечно, просто скрылся получше…

— Т-ты можешь такое чувствовать, Белл?

— Да. Что-то почти постоянно за мной следит, поэтому я начал подмечать такие вещи…

— А?

— Нет, ничего.

Настороженность Белла развилась от постоянного взгляда таинственной богини. Парень немного проболтался, и это заставило Эйну склонить голову. Но если он сейчас прав, то за ней действительно кто-то следит. Прошлая ночь была не игрой воображения Эйны. Кто-то действительно её преследовал.

Холодок снова пробежал по коже девушки. Задумавшись, она не уследила за толпой. Она оказалась поглощена потоком людей, на улице стало довольно темно, а белых волос Белла нигде не было видно.

Будто из ниоткуда появилась рука и схватила её за кисть.

— В-вы в порядке?

Каким-то образом Беллу удалось выхватить девушку в плотной толпе. Эйна ответила несвойственным ей высоким голоском:

— …в порядке.

Пять мощных пальцев крепко держали её руку. Тепло руки парня окутывало её руку, будто перчатка. Эйна не могла не покраснеть.

— А! Ой! Простите! — Белл заметил, что девушка краснее обычного, и тут же её отпустил.

Эйна, увидев, что парень и сам слегка покраснел, нервно хихикнула.

— Идём дальше?

— Конечно.

Скорое подтверждение и Белл с Эйной двинулись дальше.

Все силы Эйны уходили на то, чтобы скрывать волнение. Постепенно на её лице снова появилась улыбка, когда она посмотрела на парня, шедшего рядом, защищающего её. Её телохранителя. Когда Эйна вышла из Гильдии, близость с Беллом заставляла её нервничать. Сейчас это самое чувство близости дарило ей спокойствие.

[[image:/storage/reader-images/4513b08f05fb18d16e3a04b9c2e641d4f459dc3e.jpg]]
Утро, двумя днями позже.

— Слушай, Эйна. Ты последние пару дней в облаках витаешь. С чего бы это?

— …Что?

Секретари за работой, но слова Миши заставили Эйну задуматься.

— Ты постоянно улыбаешься, и глаза у тебя блестят. А ещё ты иногда будто тихонько посмеиваешься.

— П-правда?

— Ну, очень похоже.

У каждого из окошек секретарей висит небольшое зеркало. Эйна посмотрелась в своё. И, действительно, щёки девушки были розовыми под дужками очков. Неожиданно смутившись, она поправила волосы.

— За тобой, кажется, следили. Ты с этим разобралась?

— Ну, не могу сказать, что разобралась, но…

— Вот как, в чём тогда дело? Что-то хорошее случилось?

В ответ на эти вопросы Эйна промолчала. Ей нечего было сказать Мише. Просто потому, что единственное возможное объяснение было одно: она в приподнятом настроении, потому что не может дождаться, когда Белл в очередной раз будет её провожать.

Пока Эйна подбирала возможную отговорку, её мысли прервал неожиданный выкрик Миши:

— А! Это же тот дварф. Как там его зовут… Додомел?

— Где?

Не обратив внимания на очевидную ошибку подруги в имени, Эйна проследила за её взглядом. И действительно Дормул стоял на другом конце приёмной Гильдии. Его рот был закрыт, он не сводил взгляд с Эйны, но отвернулся, как только понял, что его заметили. Обычно он не упускает возможности с ней поговорить… Но в этот раз дварф направился прямо к выходу, что привело Эйну в замешательство.

— Ушёл. Подожди-ка, тот эльф тоже на тебя взгляды бросал и тоже ушёл почти сразу.

— Ты про… Лювиса?

— Ага. Он к тебе присматривался.

Лювис всегда подходит к Эйне, когда оказывается в Гильдии и завязывает разговор, как и Дормул. То, что они предпочли ничего не говорить не должно казаться странным, но это всё равно погрузило Эйну в размышления.

Её подруга заново начала разговор о преследователе, но полуэльфийка не сводила взгляд с выхода, в котором исчез дварф.

— Нашу группу мигом окружили Минотавры и пришлось прорываться с боем…

— Хе-хе… Опасно было.

Тот же вечер. Белл снова провожал Эйну до дома, как и в прошлые дни.

Было довольно поздно. Возвращение из Подземелья заняло больше времени, чем рассчитывал Белл, и в дороге он рассказывал о произошедшем. Эйна слушала и улыбалась, высказывая своё мнение по каждому поводу.

Зловещая тень не показывалась, с тех пор как Белл начал её провожать. Белл сказал, что время от времени ощущал тот взгляд, и, скорее всего, кем бы ни был преследователь, он занял выжидающую позицию.

Так не может продолжаться вечно… Нужно что-то придумать.

По вине Эйны в эту ситуацию оказался вовлечён Белл, и девушке это не нравилось. Она убеждала себя, что решение временное, и, перекидываясь фразами с Беллом, думала о совершенно других вещах.

…Кто для меня Белл?

Неожиданно, она осознала, что мысль о том, что их встречи закончатся заставляет её чувствовать себя одиноко. Вспомнив разговор с Мишей этим утром, Эйна решила задать сама себе несколько вопросов.

На этот она могла ответить без запинки, Белл… для неё как младший брат. Лучшая фраза, которая описывает их отношения. Не больше, и не меньше. Благодаря этой настройке в голове девушки нет места для мыслей о Белле как о мужчине.

Впрочем, ей очень нравятся такие парни, как Белл.

…Эйна раскраснелась и уставилась в землю, когда последняя мысль пролезла ей в голову и заявила о себе чётко и ясно.

Дура! Эйна снова и снова ругала себя в мыслях, когда поняла, что ей хочется, чтобы подобные вечера продолжались как можно дольше.

Шедший рядом с Эйной Белл отчаянно пытался понять, почему девушка приобрела ярко-красный оттенок лица.

— М-мисс Эйна, мы пришли.

— !.. Спасибо тебе, Белл.

Они остановились у ворот в дом для рабочих Гильдии.

Ещё розовая от волнения Эйна поблагодарила парня. Только сейчас она увидела, насколько измотанным он сегодня был. Причина была очевидна. Он только что вернулся из изматывающего похода в Подземелье, а потом ему пришлось делать огромный крюк, провожая её до дома. В конце концов он занимается этим каждый день.

— Что же, Мисс Эйна, я пойду домой, — в целости и сохранности доставив Эйну домой, Белл развернулся.

Девушке было так неудобно, что она сама не заметила, как выпалила:

— …Белл? Не хочешь зайти?

— А?

Эйна осознала, что делает только после того, как её слова повисли в воздухе. Но, раз уж она начала, она не могла проигнорировать усталый вид Белла, поэтому продолжила:

— Ты каждый день меня провожаешь, пришёл мне на помощь… Меньшее, что я могу сделать, это угостить тебя чашечкой чая.

Нервозность вернулась. Девушка едва смогла заставить свой голос не дрожать. Её заострённые ушки пылали.

Предложение Эйны явно застало Белла на мгновение врасплох, вызвав удивление. Но парень расслабился и улыбнулся, перед тем как отказать:

— Большое вам спасибо, мисс Эйна, но меня ожидает моя Паства, поэтому… Доброй ночи, — сказал парень, снова поворачиваясь спиной.

Едва заметный разочарованный вздох сорвался с губ Эйны, но вслед Беллу она посмотрела уже с улыбкой. Она стояла у ворот, пока парень не скрылся за углом улицы.

[[image:/storage/reader-images/f3998e14e1c8a978d4e6f9a43c167b989de340f7.jpg]]
Следующий день стал четвёртым в качестве телохранителя Эйны для Белла. А также он стал днём, который всё изменил.

— Б-Белл, что такое? С тебя пот льёт…

— Наблюдатель… жаждет крови…

Они, как обычно, встретились за Пантеоном в поздние вечерние часы. Странности начались на полпути до дома Эйны. Белл осматриваться, крутя головой, будто она на шарнирах.

— Т-ты уверен?

— Да… хотя его кровожадность относится скорее ко мне, чем к нам обоим.

Наконец, Белл перестал пытаться найти иголку в стоге сена. Но выражение на его лице говорило о том, как сильны эмоции наблюдателя.

Понимая серьёзность ситуации, Эйна тоже осмотрелась и шепнула Беллу на ухо:

— Белл, поворачивай вон в тот переулок.

— А?

— Отведём его подальше от других людей. Он точно последует.

Любой, кто кипит от эмоций, не может мыслить здраво.

Раз сегодня преследователь так кровожаден, наверняка он последует за ними, куда бы они не пошли, даже туда, где людей нет. Помимо этого, существует вероятность что произойдёт драка, как только преследователь поймёт, что его заметили.

Белл всё понял без объяснений. Он понимал возможною опасность и ответил на предложение Эйны уверенным кивком. Настало время Белла исполнить свою роль охранника.

Они покинули заполненную людьми улицу и оказались в тёмном переулке. Пройдя ещё несколько улиц, они нашли идеально подходящее место для засады и скрылись в тенях. Спустя несколько секунд послышались торопливые, мощные шаги. Эйна схватилась за Белла, когда их услышала. Она старалась вести себя тихо и даже задержала дыхание. После появилась она, огромная чёрная тень которая прошла мимо места, в котором Белл и Эйна прятались. Огромный силуэт прошёл дальше, к тупику. Белл выпрыгнул из теней, когда преследователь в замешательстве остановился.

— А?! Дормул?!

Стоя за спиной Белла, Эйна увидела в тусклом свете силуэт и удивлённо воскликнула, увидев мужчину, злобно смотревшего на её телохранителя. Дварф был одет в плащ с капюшоном, который едва его скрывал. Однако, он вряд ли услышал выкрик полуэльфийки, потому что взгляд его красных от ненависти глаз впился в Белла. Лицо авантюриста было красным.

— Ты чё делаешь, зачем ты Эйну в такую глушь затащил, а?.. — Дормул взревел, доставая из-за спины боевой молот. Перехватив его обеими руками, дварф занёс молот над головой и бросился на беловолосого парня, едва договорив.

— Б-Белл! Дормул! Переста..!

Оглушительный удар Дормула поглотил последнюю часть отчаянного крика Эйны. Каменные осколки разлетелись во все стороны, Оглушительная ударная волна разлетелась по улице. Белл мгновенно понял, что ему не стоит сдерживаться в битве с таким противником и вытащил оба кинжала.

Вращаясь, парень перешёл в контратаку.

— Белые волосы, красные глаза, человек… Я знаю кто ты, ты, Маленький Новичок!

— !

— Против меня тебе не победить!

Дормул играючи блокировал атаки Белла боевым молотом. Он ухмыльнулся, размахивая огромным оружием будто игрушкой.

Беллу пришлось отступать. Мощные руки дварфа пользовались инерцией молота, обращая её в удары. Когда он перешёл в наступление, на аллее будто бы начался настоящий шторм.

Всё очень плохо, подумала Эйна.

Белл и Дормул авантюристы второго ранга. Только вот Белл едва поднял свой уровень, а Дормул достиг третьего уровня три года тому назад. Сила и навыки позволяют дварфу считаться самым настоящим ветераном, поэтому у него было серьёзное преимущество.

Эйна опасалась худшего, пожалев о том, что решила поставить Белла под удар, но эти страхи оказались беспочвенными.

— !..

— ВАХХХ!!!

Зажатому в тупике Беллу было некуда бежать. Дормул занёс молот для последнего удара, но на его пути возник чёрный кинжал. Фиолетовой дугой кинжал сбил молот с траектории и огромное оружие ударило в землю.

Ошеломлённый Дормул увидел, что Белл только набирает скорость.

Он… он быстрый!

Эйна был удивлена не меньше.

Парень был таким быстрым, что его трудно было различить. Отталкиваясь от стен, он прыгал будто кролик, пока наконец не нашёл в защите дварфа брешь, атаковав его одновременно спереди и сзади. А когда Эйна подумала, что сейчас Дормул сможет удачно провести контратаку, парня уже не было в том месте, с которого он наносил удар. Полуэльфийке было очень сложно уследить за его движениями.

К удивлению Эйны, Белл действительно выглядел самым настоящим авантюристом второго ранга. Даже в сравнении с опытным Дормулом, отточенность действий парня не уступала. Он не полагался только на свои Характеристики; совсем наоборот, он пытался одолеть противника техникой, как его наставница, авантюристка высшего ранга.

Даже оказавшись зажатым в глухом углу парень отлично двигался и выполнял техники, которые позволяли ему сражаться с противником на равных.

Эйна не могла не вспомнить приёмы, которые парень применял во время «Битвы». Белый кролик сражался с вражеским командиром, Гиацинтом, который был выше уровнем и смог повернуть исход битвы в свою пользу, благодаря навыкам и отточенным техникам. Увидев его стиль боя своими глазами, Эйна осознала, что обучать техникам боя парня должен был очень выдающийся человек.

Дормул с каждой секундой всё слабее мог противостоять Беллу. Каждый его удар лишь рассекал воздух, а парень находил всё больше моментов для контратак. Белый Кролик бил и отходил. Дварф начал раздражённо кричать, размахивая молотом из стороны в сторону:

— Хватит… хватит прыгать, ЧТОБ ТЕБЯ!

Ловкость Белла, его скорость была на совершенно ином уровне.

Дварфы известны своей силой и мощью, но против Белла эти качества были практически бесполезны.

— БУДЬ ТЫ! От этого уклонись, крысёныш!

Раздражение Дормула достигло предела. Он потянулся за спину и достал ещё один гигантский молот.

Эйна сразу поняла, что исходящее от молота желтоватое свечение:

Магическое оружие?!

Магические мечи бывают разных форм, но каждый может призвать какое-нибудь невероятное заклинание практически мгновенно. Если высвободить энергию оружия в таком ограниченном пространстве, она не промажет. Дормул понимал, что он делает.

У Эйны перехватило дыхание. Она должна как-то это остановить, но, прежде чем она успела что-то сделать…

Выпучив глаза Белл понёсся прямо на Дормула.

Белл!

Эйна заметила, что парень своим броском отводил от неё угол атаки, чтобы её не задело возможным взрывом.

Губы Дормула скривились в усмешке, он уставился на оказавшегося прямо перед ним парня. Он поставил магический молот прямо на пути парня.

В глазах Белла отражались искры, бьющие по каменной мостовой, и дварф, который вложил в замах все свои силы:

— ВЫКУСИ!!!

— Хах!

Белл выставил навстречу молоту красный кинжал.

Оставив в воздухе красный развод клинок кинжала избежал столкновения с обухом и рассёк рукоятку.

— …

Тяжёлая часть магического оружия, сделанного в форме молота, закрутилась в воздухе.

Остаток оружия, прочная рукоять, оставшаяся в руке дварфа, не попала по цели. Использование козыря провалилось.

Инерция забросила Белла дальше, и, приземлившись, парень с невероятной скоростью бросился к Эйне. Он занял защитное положение перед полуэльфийкой, встав к ней спиной, как подобает телохранителю.

Дормус застыл, совершенно не понимая, как могла провалиться атака его магического меча. Однако он практически мгновенно сообразил, что бой ещё не окончен и схватился за рукоять обычного боевого молота.

— Это не конец!

К этому самому моменту отсечённый обух, вращаясь, на полной скорости возвращался на землю.

— ГВАААААААААААААА!!!

Мощный удар молнии обрушился на голову дварфа одновременно с его боевым кличем. Пульсирующая желтоватой энергией боевая часть магического молота, ярко блеснув, проявила свою мощь, попав прямо в дварфа.

Белла и Эйну сбило с ног. В воздухе они столкнулись и рухнули на землю вместе.

— Б-Белл! Ты не ранен?

— Я-я в норме… Я больше о нём беспокоюсь, если честно.

Эйна приземлилась на спину, Белл навис над девушкой, оказавшись к ней лицом. Поднявшись на локтях Эйна заметила, что спина Белла покрыта отметинами от ударов. Белл, же, вместо себя указал на причину неожиданного взрыва дрожащей рукой.

Поднявшись на ноги Белл и Эйна испытали облегчение. Они пошли проверить Дормула.

— Ааааа…

Стены тупика сильно обгорели и порушились. Дварф лежал в обгорелых обломках камня, чёрный от сажи с головы до ног. Рядом с его дымящимся телом лежал обух молота. Растратив свою энергию, он раскололся на множество частей.

— О-он жив?..

— Да… дышит.

Белл проверил признаки жизни. Увидев, что с дварфом ничего не случилось, парень наконец расслабленно опустил плечи.

Эйна, напротив, погрузилась в мрачные размышления. Она не могла в это поверить. За ней следил Дормул? Такого не может быть.

За годы работы секретарём Гильдии девушка встречала разных авантюристов. Она была уверена, что способна увидеть истинный характер человека. Как немного неловкий, но добрый и мягкосердечный дварф мог опуститься до подобного?..

Эйна отвела взгляд, в её глазах читалась горечь.

— …

Белл стоял рядом с ней, осматривая стены окружающего тупика. Его взгляд остановился на Дормуле, а потом поднялся наверх. Парень никак не мог избавиться от странного ощущения.

[[image:/storage/reader-images/6c5ebd2112a2514fe7a5ea71784e5d436ea57990.jpg]]
Белл дотащил находящегося в бессознательном состоянии Дормула до Пантеона. Дварф получил бы возможность объясниться, как только пришёл бы в сознание, но удар магического меча был таким мощным, что он до сих пор не мог в себя прийти.

— Эйна, ты в порядке?

— Да, в порядке. Простите.

На сердце у девушки было весь день неспокойно. Время шло, на город опустилась следующая ночь. Эйна натянуто улыбнулась Мише, своей коллеге, прежде чем в очередной раз покинула Пантеон.

Разумеется, в этот раз Белл её не ждал. Инцидент с преследователем оказался разрешён, поэтому у парня больше не было причин сопровождать Эйну.

Над головой Эйны виднелось ночное небо, она шла к своему дому знакомыми улицами.

Ничто не предвещало беды.

— …Что? — Эйна бросила взгляд через плечо и ей в глаза бросился силуэт, по которому девушка совершенно не скучала. Человек в чёрном плаще с капюшоном. Тот же самый плащ, который носил её преследователь в первую встречу.

Кровь отлила от лица полуэльфийки.

Не может быть! Эйна про себя вскрикнула и бросилась бежать. Ещё один брошенный через плечо взгляд подтвердил, что силуэт следует за ней.

Выходит, это всё-таки был не Дормул?!

Её преследователем оказался кто-то другой. Такой человек как Дормул никогда бы не стал её преследовать, и это вызвало целый поток мыслей в голове Эйны. Дормул просто оказался неподалёку и неправильно всё понял. Должно быть, ему показалось, что Белл силой завёл девушку в тёмный тупик.

Девушка уже прошла заполненные людьми улицами и оказалась в тихих переулках. Никого поблизости не было. Слабый свет редких фонарей с магическими камнями освещал её лицо.

Преследователь был быстрее девушки. Она не могла сбежать. Она ощущала, как он быстро подбирается к ней. Эйна сделала глубокий вдох и приготовилась кричать, надеясь, что её крик будет услышан.

— Вспышка!

Поток молниеносного пламени ударил прежде, чем девушка успела вскрикнуть. Огненная стрела понеслась из-за спины Эйны и её преследователя. Огненная стрела ударила в каменную мостовую так близко к преследователю что и он, и Эйна подскочили.

Послышались звуки шагов, они доносились сверху, с крыш домов, выстроившихся на этой узкой улочке. В ночных тенях мелькали белые волосы спрыгнувшего сверху парня. Белл прыгнул прямо на силуэт в плаще, ударив его в спину ногой.

— Гух!

— !

— Б-Белл?!

— П-простите, что-то показалось мне подозрительным… М-мне стоило прийти быстрее.

Слова Белла доносились сквозь прерывистое дыхание. Освобождённая от хватки ужаса Эйна не могла скрыть своего облегчения и неожиданно заключила парня в объятия. Быстро стерев показавшиеся в уголках глаз слёзы она переспросила:

— Ч-что показалось тебе подозрительным?

— Я не хотел вас пугать, поэтому ничего не сказал, но… каждый день, когда мы шли к вашему дому за нами следило несколько пар глаз…

Белл рассказал, что он ощутил несколько взглядов следивших и за его битвой с Дормулом. Поэтому парень собирался снова проводить Эйну до дома, потому что так и не смог доказать себе, что все эти взгляды были просто его паранойей. В Гильдии он услышал, что разочарованная девушка-секретарь уже ушла, поэтому парень бросился за ней.

— ХАААААААААААААААААААА!!!

Мгновенье спустя положение снова изменилось.

Огромный дварф ворвался в переулок, с таким же энтузиазмом, с которым он бы ворвался в ряды врагов. Три силуэта напряглись, не зная как им реагировать на неожиданное появление дварфа, бросившегося с кулаками на человека в чёрном плаще.

Однако цель ускользнула от дварфа.

— Ты в порядке, Эйна?

— Дормул, это ты?.. Как ты здесь оказался? Как ты сбежал из Гильдии?

— Пробил пару хлипких стен!

Эйна хлопнула себя ладонью по лицу, но Дормул будто не заметил ни реакции девушки, ни того факта, что лицо Белла начал заливать пот. Взгляд Дормула впился в человека в плаще, он пылал от ярости.

— Так это ты? Больной, который преследовал Эйну?

Глаза Эйны округлились от удивления, когда она услышала, что Дормул откуда-то знает о её проблеме.

В этот момент преследователь сорвал с себя капюшон.

— Как смеешь ты называть меня больным, грязный дварф?

— Л-Лювис?!

В очередной раз удивившись, сбившись к этому моменту в какой раз по счёту, Эйна прикрыла рот рукой.

Золотые волосы эльфа блеснули в тусклом свете, и он ответил на яростный взгляд дварфа своим не менее яростным взглядом.

— Мне тебя извращенцем лучше называть, эльф недоделанный! Чем ты объяснишься!

— Гах… Я… Я всего лишь хотел раскрыть Эйне свои истинные чувства…

Щёки эльфа слегка порозовели, когда он бросил на Эйну взгляд, а потом он перешёл в словесное наступление:

— В общем… меня достало следование всем правилам социального этикета. Я прямолинеен от природы! Это всё недопонимание!

— Хо-хо! Как преследование можно неправильно понять?

Белл совершенно выпал из разговора. Он стоял и переводил взгляд с одного спорщика на другого, которые к этому времени уже начали переходить на взаимные оскорбления. У Эйны появилось стойкое ощущение, что они начали отходить от главной темы разговора.

Поэтому, вспомнив профессиональные навыки, развившиеся во время работы, девушка встала между спорщиками:

— А ну перестаньте, оба! Нужно выслушать обе стороны, так что затихните!

Строгий голос Эйны заставил дварфа и эльфа замолчать, но они не перестали кидать друг на друга злые взгляды.

Когда стало заметно тише, Эйна повернулась к эльфу:

— Наверное, нам стоит услышать историю с твоей стороны, Лювис? Как до такого дошло?

— П-похоже, нужно рассказать…

Лювис сглотнул, когда Эйна серьёзно посмотрела на него. На какое-то мгновенье он рассеянно посмотрел в сторону, а потом кивнул.

— Несколько дней назад, когда я был в приёмной Гильдии… Я услышал, что тебя преследует неизвестный и я взял на себя обязанность проследить, чтобы тебе не был причинён вред.

Эйна несколько раз моргнула. Момент, в который Миша практически закричала о преследователе, всплыл в памяти Эйны. Это многое объясняет.

Скорее всего, и Дормул узнал всё подобным образом.

— Ааааа? Завязывай с враньём, мы знаем, что это ты Эйну преследовал!..

— Дормул, у тебя будет возможность выговориться, а сейчас помолчи. Что ты там говорил, Лювис?

— А, точно… я посоветовался со своим богом.

…Чего? Эйна застыла.

— Он мне сказал, что настоящие мужчины присматривают из тени. Поэтому я скрылся под плащом, чтобы убедиться, что никто не причинит тебе вреда…

— …Кстати и мой бог что-то такое же сказал. Что достойный мужик защищает, оставаясь в стороне.

— Ч-чего?

…Что-то было очень, очень странным.

— То есть вы оба беспокоились… и решили преследовать меня?

— Как-то так и получилось.

— Наверное, можно сказать и так.

Эйне было очень сложно переварить услышанное. Авантюристы только что признались, что вели себя прямо как преследователи, но это не всё. До такого агрессивного преследования дошло также из-за совета бога. Оба авантюриста хотели завоевать сердце девушки и поэтому слепо следовали советам своих божеств.

В беловолосом парне-охраннике оба авантюриста увидели, по меньшей мере, своего врага. Одностороннее соперничество переросло в агрессию, когда авантюристы увидели, как парень дружелюбен с Эйной и даже держит её за руку.

Вот оно что… Эйна наконец поняла истинных виновников случившегося.

— Я понимаю почему напал Дормул, но… Лювис, зачем тебе эта чёрная роба?..

— А? Мой бог сказал, что это последний «писк», даже не знаю, к чему это было сказано…

Беловосолый парень скромно поднял руку и заговорил:

— Хе-хе… А вам не кажется, что это было слишком? Вы напугали Эйну…

— Что?

Эта фраза попала в точку.

Ношение подозрительного плаща ночью только вселило страх в Эйну и заставило её неверно понять, что происходит.

Дормул и Лювис схватились за рты, когда поняли, что на осознание такой простой вещи у них ушло столько времени.

В воздухе повисло неловкое молчание, которое прервал внезапный смех. Откуда-то сбоку послышались смешки.

К-как я и думала…

Смертные подняли взгляды на карнизы крыш. В свете луны были видны силуэты двух божеств, потешавшихся над происходящим.

…Всё случившееся было следствием игры двух божеств.

Авантюристы плясали под дудку двух заскучавших богов.

Скорее всего, преследователя Эйны в первый раз изобразил один из богов. Они планировали столкнуть лбами двух влюблённых последователей друг с другом в тот самый момент, когда Лювис и Дормул, почти одновременно, обратились к ним за советом.

Всё ради «развлечения».

Божества зачастую относятся к детям живущим в Гекае, как к фигурам на шахматной доске. Поэтому четверо смертных стали жертвами очередного божественного розыгрыша.

— Аааааа, а я был уверен, что Эйна погонит их обоих, как только они раскроются.

— Выходит, в споре победил я.

Силуэты божеств снова начали сотрясаться от смеха под светом луны.

Их последователи, Дормул и Лювис также начали дрожать, но совершенно по другой причине. Дварф даже начал рычать, изо всех сил пытаясь сдержать эмоции. А сдержанный и гордый, обычно, эльф побагровел от пят до кончиков ушей. Авантюристы сжали кулаки увидев, что их унижали.

— Лювис, папочка только что поднял кучу денег. Вечерком я устрою тебе настоящий праздник, как домой вернёшься!

— Дормууууул. У меня деньги кончились, не одолжишь мне пару валис? Пожалуйста-пожалуйста?

Раздражение эльфа и дварфа обрушилось на божеств стрелами, выпущенными эльфом из лука, и камнями, которые дварф вытаскивал прямо из мостовой:

— УБИРАЙТЕСЬ К ДЬЯВОЛУУУУУУУУУУУУ!!!

Впрочем, оба бога ускользнули заблаговременно, до того, как стрелы и камни в них полетели. Их удаляющийся смех ещё был слышен какое-то время в темноте ночи.

— …

— Эммм…

Эйна не могла и слова сказать, Белл пытался придумать, как ему нарушить молчание и смотрел на девушку.

Дормул и Лювис были в ярости, они бросались в сторону богов всеми известными им оскорблениями, даже не переводя дыхания. После этого Лювис, наконец, остановился и гордо поднял голову:

— Ну нет! Я не хочу, чтобы всё вот так кончалось! Эйна, я в тебя влюблён! Пожалуйста свяжи свою жизнь с моей навечно!!!

— Я-я больше люблю тебя, Эйна! Стань моей невестой!

— ЧТО?!

Эйну ожидало новое заявление, от которого ей оставалось только удивлённо вскрикнуть. Лювис и Дормул, с которых ещё не сошла краснота, почти одновременно обратились к ней. Эйна, в ответ, тоже покраснела.

Немало людей признавались ей в симпатии, но предложение брака? Такого ещё не случалось за девятнадцать лет жизни девушки. К тому же, судя по взглядам авантюристов, предложения были сказаны совершенно серьёзно.

Белл, снова оказавшийся в эпицентре бури, стоял с отвисшей челюстью.

— Ни за что я такому прохвосту, как ты, не доверю Эйну! Убирайся в леса из которых вылез!

— Язык попридержи! Грязный дварф, вроде тебя, не сможет заиметь наследника с такой чудесной девушкой как Эйна!

— ГАХ! ВОТ ТЫ ЧЕМ С НЕЙ ЗАНЯТЬСЯ УДУМАЛ, ИЗВРАЩЕНЕЦ?

— Н-не будь идиотом!!! Я и близко не извращенец!!! Я просто на расу твою указал!..

Стоило подумать, что между Лювисом и Дормулом началось очередное увлечённое состязание в красноречии, как они одновременно уставились на Эйну.

Девушка лишилась дара речи. Её плечи нервно подёргивались.

— Дай мне свой ответ, Эйна!

— Ответь мне, Эйна!

Эйна начала паниковать, когда её призвали принять решение.

Каким бы ни был её ответ, он означал бы помолвку на месте. Разумеется, к такому она была не готова. А отказ без видимой причины только заставит авантюристов с большей решительностью добиваться её руки. Полуэльфийка была готова разрыдаться, её взгляд начал бегать по улице.

Рядом с ней стоял Белл. Он не знал, что ему делать и просто переводил взгляд с одного авантюриста на другого.

Скажи уже что-нибудь, ну хоть что-нибудь!..

Молчание парня почему-то пробуждало в Эйне злость. Все те разы, когда Белл вызывал в ней, чувство раздражения начали мелькать в голове Эйны, и, неожиданно, её глаза округлились. Увидев, как Эйна пристально смотрит на него, беловолосый парень наклонил голову.

Щёки Эйны начали пылать.

Потому ли это, что Белл даже не пытается что-то сделать или нет, Эйна не понимала.

Её обычное спокойствие давно разлетелось вдребезги, Эйна прикрыла глаза, чтобы не показывать злость, которая в них горела.

— …Ни одному из вас я не могу дать положительный ответ, и на это есть причина.

Девушка схватила Белла за локоть и притянула его к себе:

— Потому что мы встречаемся!

— ЧЕГОООООООООООООО?!

Три удивлённых голоса завопили в унисон.

— А ты чего удивляешься?

— П-простите!..

Ледяной взгляд Лювиса и заданный низким голосом вопрос Дормула упали на парня одновременно, заставив его извиниться.

Оба авантюриста подошли к Эйне на шаг ближе несмотря на то, что она всё ещё стояла, вцепившись в Белла.

— С-скажи, что это неправда, Эйна!

— Это же обман, да?

— Нет, мы смотрим только друг на друга! Он… он мне признавался!

Эйна кричала в ответ, зажмурив глаза. Белл, в свою очередь, обмяк, будто марионетка, и смотрел на авантюристов пустым, непонимающим взглядом.

Щёки Эйны были красными, как помидоры. Она отпустила локоть парня, схватила его за плечи и поставила перед собой.

— Белл, ты, конечно, помнишь тот день, когда благополучно вернулся с пятого этажа! Ты мне признался, разве нет?

— ?!

Казалось, прошли годы. Атакованный минотавром и спасённый Айз Белл едва выжил.

Ты говорил те слова, одним взглядом кричала Эйна, повернув к себе лицо Белла.

Прямо сейчас, прямо здесь, скажи их снова.

Вся энергия Эйны будто переместилась в её изумрудные зрачки. Их носы были так близко, что стоило содрогнуться, и они бы соприкоснулись. Эйна не моргала, она пыталась заставить парня вспомнить каждой частичкой своего существа.

Губы парня открывались и закрывались, но из его рта не вылетало ни звука.

— Скажи им, Белл. Повтори те слова, которые сказал в тот день.

Глаза Белла чуть не выкатились из орбит, когда он увидел отчаянную мольбу покрасневшей, до кончиков ушей, девушки. Дар речи наконец начал к нему возвращаться:

— Я… вас… люблю…

Щёки парня покраснели, и он опустил взгляд себе на ноги.

— …Вот! Сами слышали! Слышите, слышите, как он хочет меня защитить? И он, Белл, как моя вторая половинка!!!

Решающий удар.

БАМ! Дормул и Лювис отпрянули, будто их поразило молнией.

Они не могли различить в голосе или выражениях Эйны фальши. После слов парня они уже ничего не способны были услышать, их головы и плечи опали. После, они развернулись и сделали по несколько слабых шагов в разных направлениях.

— …

— …

Дварф и эльф оставили тихую улицу. Холодный порыв ветра обдул Белла и Эйну. Они были одинаково смущены, их лица были красными. Прошло несколько неловких секунд, Белл наконец смог снова поднять на Эйну взгляд, будто пытаясь понять, что это значило.

Эйна стояла прямо перед ним, девушка сложила руки и поклонилась:

— Прости, что я тебя втянула!..

[[image:/storage/reader-images/b64ad9e5a91e0f1f00168af6138c18956e105612.jpg]]
Яркое утреннее голубое небо. Тёплые солнечные лучи пробиваются в стеклянные окна. В главном отделении Гильдии, сегодня, как обычно неспокойно. Авантюристы входят в Пантеон и выходят из него сплошным потоком. Многие, как и обычно, выстроились в очереди у стоек.

Эйна стояла за своим рабочим местом, от неё исходила аура идеального секретаря Гильдии.

Если сегодня придёт Белл, наверняка будет неловко…

Одной мысли о случившемся было достаточно, чтобы щёки девушки начали пылать. Эйна снова затерялась в воспоминаниях несмотря на то, что зареклась снова поддаваться эмоциям… Она жалела о случившемся больше, чем о чём бы то ни было в жизни, и затащила парня в свои проблемы.

Эйна обязана была общаться с Беллом с позиции старшей… Её сердце кольнуло вот уже сотый раз за день по этому поводу.

— А…

Перед Эйной появился Белл.

— …

— …

Они обменялись взглядами.

Другие авантюристы наблюдали за немой сценой с раздражением. А Эйна и Белл смутились и отвели взгляды.

Как стыдно… и что мне делать? Мозг Эйны отчаянно пытался подыскать правильные слова, способные нарушить повисшее неловкое молчание.

Первым, лёд растопил Белл, который натянуто улыбнулся и произнёс:

— Мне нужен небольшой совет. Вы мне не поможете?

Тот же вопрос, который мог быть им задан в любой другой день. Эйна отвела взгляд. Несколько мгновений спустя на её губах появилась улыбка:

— Разумеется… с радостью.

Они встретились взглядами и вернулись в обычное состояние снова. Советница и авантюрист. Старшая сестра и младший брат. Белл и Эйна направились в переговорную и сели по разные стороны стола. Это уже неплохо, этого вполне достаточно, повторяла себе Эйна.

Она была удовлетворена. Их отношения должны оставаться такими.

— Прости… и спасибо, Белл.

— …

— Когда ты сказал мне, что любишь меня снова… я была рада.

— …

Голос девушки был тихим, едва слышным. Белл сделал вид, что не заметил, что она сказала, и, покраснев, уставился на свои колени.

Эйна хихикнула, на её лице была видна довольная улыбка.

[[image:/storage/reader-images/b2e16e17baec9278368ad7e85a23d7da18404d5e.png]]

----------

Секрет обычной горожанки

Временно нет возможности работать с картиночками, прошу прощения. Kristonel

— …Готово!

На тесной кухне всё было затянуто чёрным дымом.

Вся посуда была покрыта сажей, а ингредиенты почернели. Кулинарная битва, закончившаяся на этой кухне только что, была нешуточной.

Сереброволосая Силь вышла из кухни с довольным выражением на лице. На ней был фартук. Ни коллег, ни владелицы кафе в этот момент поблизости не было. Силь даже не попробовала свои творения, мясной пирог странного цвета и несколько очень странно пахнущих бутербродов, прежде чем разложить их по контейнерам. После этого контейнеры оказались в огромной корзине.

Мурлыкая себе под нос какую-то весёлую песенку, Силь переоделась и покинула кафе с этой самой корзиной в руках.

— Интересно, порадуются ли они сегодня.

Улыбаясь, девушка отправилась в город.

Пантеон, вечер.

Множество авантюристов по пути домой из Подземелья заходят в приёмную из белого мрамора, в которую, сквозь высокие окна, попадали лучи жаркого солнца.

— Я пойду поговорю с Мисс Эйной.

— Понятно. Лили позаботится об обмене.

— А я просто тут послоняюсь.

Я решил встретиться со своей советницей, Эйной. Лили, со своим огромным, забитым под завязку рюкзаком, вместе с Харухиме и Микото направилась к Обмену, чтобы отнести туда всю принесённую добычу и магические камни. Вельфу нечем было заняться, поэтому он решил убить время у досок с объявлениями. Мы разделились.

Как и у окружавших нас авантюристов, у Паствы Гестии свои поручения, полученные в Гильдии. Обычно мы относим добычу и магические камни на Обмен в Вавиле, но сегодня нам нужно заплатить налог, налагаемый Гильдией на Паству. Поэтому мы решили прийти сюда вместе. То есть, разобраться со всеми проблемами одновременно, раз нам всё равно надо было зайти в Гильдию.

Удивительно было видеть огромные очереди у приёмных окон. Работники Гильдии практически бегали по делам, пытаясь помочь всем и каждому. Когда наступила моя очередь, я предоставил Эйне краткий отчёт, потому что решил не тратить время на будничные разговоры. Поэтому освободился я быстро.

Кажется, девушки ещё не вернулись с Обмена, и у меня появилось свободное время. Посмотреть какие объявления вывешены на доске Гильдии не такая уж плохая идея.

В главном отделении Гильдии немало информации о Подземелье и других, полезных для авантюристов вещей, включая общие советы по походам в Подземелье.

Я пробрался через собравшуюся у досок с объявлениями толпу и посмотрел на множество заданий, выставленных представителями торговых Паств.

Сложно поверить, что на нас напала Ракия… Всё будто так, как и должно быть.

За пределами городских стен кипит битва против Королевства Ракия. Но между «военным положением» и обычными городскими буднями не заметно разницы. Зал Гильдии всё также заполняет множество авантюристов. Вторжение никак не повлияло на повседневную жизнь людей и полулюдей.

Нет, конечно, сильнейшие из авантюристов сражаются за пределами города, но далеко не все сейчас на передовой. Возможно, Орарио, точнее Гильдия, как представитель власти, пытается поддерживать поток магических камней и производство предметов из них. Если бы слишком многие авантюристы отправились в бои, это повлияло бы на экономику, и Гильдия решила оставить для покорения Подземелья столько авантюристов, сколько возможно.

По крайней мере, такая теория у меня возникла, пока я стоял в окружении множества вооружённых и закованных в броню людей и полулюдей.

— Что, правда? Снова?

— Что-то тут нечисто.

?..

Мои мысли занимало вторжение Ракии, когда до меня вдруг донеслись обрывки разговора. Голоса раздавались у одной из досок с объявлениями. Другие люди тоже заметили, как тут шумно и начали подниматься на носочки чтобы узнать, что стало причиной разговоров.

Я даже подпрыгнул несколько раз, пытаясь увидеть, что было написано на той доске объявлений.

— Кажется, появился монстр, который любит броню и оружие.

— А, Вельф.

Он выше меня, поэтому может видеть над головами. Судя по всему, он прочёл объявление.

— … «Любит»? То есть, ворует?

— Да, ворует. Некоторые монстры снимают экипировку с мёртвых тел авантюристов, этот забирает её прямо в бою.

Удивительная особенность.

Монстр, который ворует у авантюристов?

Впрочем, если подумать, это не так уж и странно, поскольку монстры используют элементы ландшафта и естественную обстановку Подземелья в качестве оружия. Хотя вид монстра в броне определённо меня бы поразил. Уверен, я не единственный кому бы захотелось разрыдаться.

Мы потом и кровью зарабатываем деньги, подбираем подходящую экипировку… Если бы кто-то своровал её у меня, я бы не знал, что мне делать. Особенно, если бы пропало оружие, к которому я так привязался.

Монстр, который ворует оружие авантюристов… то, что необходимо нам для выживания. О таком страшно даже думать.

…Воспоминание о минотавре с двуручным мечом неожиданно мелькнуло в голове.

У-ужас.

Оно до сих пор вызывает у меня мурашки.

Не нужно так себя накручивать. Выкинув страшные мысли из головы, я посмотрел на Вельфа:

— Г-где его видели?

— На Глубинных этажах, чаще всего. Судя по тому, что написано, подтверждены встречи начиная с двадцатых этажей.

После этого Вельф пересказал собранную авантюристами второго ранга информацию.

Кажется, он не воспринял это объявление всерьёз, и он был не один. Многие авантюристы начинали смеяться во весь голос. Они не верили написанному.

На самом деле, довольно многие авантюристы принимали объявление за шутку.

— Кстати, об этом монстре написано кое-что интересное, — Вельф с ухмыльнулся и перевёл на меня взгляд. — Объявление было давно, но в нём говорилось, что в Подземелье видели Чёрного Минотавра в броне.

— Чёрного… Минотавра?..

— Ага. Слухи о нём расползлись очень быстро, а потом так же быстро исчезли. Даже объявление сняли.

Обычные Минотавры коричневатого, ржавого цвета.

Никогда не слышал о чёрных.

Подвиды… Когда я спросил Вельфа, идёт ли речь о каком-то редком монстре, Вельф посмеялся и сказал мне не воспринимать все слухи всерьёз.

— Когда это ходил такой слух, Вельф?

— Около двух месяцев назад, кажется?

Два месяца назад… Как раз в то время, когда я впервые поднял уровень.

Вельф добавил, что тот слух ходил как раз тогда, когда он присоединился к нашей группе, поэтому он отпечатался у него в памяти.

— …

Я снова взглянул на доску, множество авантюристов обсуждали возможность появления подобного монстра.

На объявлении художником был сделан рисунок монстра в броне, с мечом в лапах. Я смотрел на этот рисунок, пока девушки не вернулись с Обмена.

— Эм, Силь взяла выходной?

На следующий, после уплаты налогов Паствы, день, я решил зайти в «Щедрую Хозяйку». Утренние солнечные лучи только начали освещать небо, а я уже был у входной двери.

— Тмяк и есть, мя! Силь сномя улизнула!

Передо мной оказалась кошкодевушка Аня, размахивая длинным чёрным хвостом. По её виду можно было подумать, что она злиться.

Даже после переезда в новый дом Паствы Гестии, я забирал у Силь обеды перед походами в Подземелье.

Теперь в моей Пастве больше членов, а Микото ещё и отлично готовит, поэтому мне бы не хотелось беспокоить Силь. Делать для меня обеды это для неё лишняя нагрузка, но Лю с парой своих коллег пришли в Поместье Домашнего Очага и практически умоляли меня продолжать брать обеды у Силь.

— Ну что тебе стоит, тебя не пронимает даже!..

— Подумяй о подопытных кроликмях, услышь их боль!..

Взмолились Руноа и Хлоя, пока Лю смотрела на меня стеклянным взглядом. Почему-то, все трое держались за животы.

В общем, с того дня я снова ежедневно ходил за обедами, как и раньше… Но уже довольно давно не заставал её на работе.

Мне стало интересно, что произошло, поэтому я решил расспросить других работниц, и, оказалось, что Силь вообще не появляется.

— Силь иногда делает «пуф» и растворяется в воздухе.

— Хе-хе-хе, кмяжется у нашей невинной девы есть свои секретики, мя… Но она не хочет загружать нас работой и всегдмя возвращается! Я вообще не знаю, как счетмя вести!!!

Несколько служанок, Руноа и кошкодевушка Хлоя, присоединились к стоящей у парадной двери Ане.

Я вспомнил, что они что-то такое говорили, когда мы приходили за рецептом торта для Микото, и что с того самого времени Силь не появлялась на работе… А это ведь было около десяти дней назад.

— Ты должен понимать, что Силь на нас не похожа, она не живёт в «Щедрой Хозяйке». У неё есть свои дела и иногда она пропадает.

Кошкодевушки и Руноа начали разговаривать о своих делах, а в это время к нам подошла Лю и спокойно сказала, что подобное не редкость.

Другие работницы будто подшучивали над Силь и говорили с улыбкой, а в небесно-голубых глазах Лю читалась задумчивость.

— Эм… Почему бы вам не дойти до её дома и не спросить, куда она ушла?..

— …

Мне захотелось узнать, почему никто не спросит Силь напрямую о её заботах… И в этот момент девушки притихли.

Ну, это было странно. Я озадаченно наклонил голову, но работницы были в точно таком же замешательстве, как и я.

— Если подумять, мы… Мя…

— Кто-нибудь знает, где живёт Силь?

— Никто, мя ещё никто не знает, как она проводит своё свободное время.

Аня, Руноа и Хлоя заговорили по очереди. Я не мог скрыть удивления.

Они работают вместе в кафе, и то, что никто ничего не знает о Силь вне работы, меня удивило.

Лю ничего не говорила, пока я удивлённо не повернулся к ней. Но даже она только подтвердила сказанное коллегами:

— Мы пытались узна… Мы спрашивали её о личной жизни, но она лишь говорила, что её жизнь секрет, и каждый раз меняла тему.

Лю отвела взгляд, прежде чем это произнести.

— Остмяётся только одно! Задмяние, мяльчик! Найди Силь, проследи за ней и рмяскрой её секреты!

— А?!

— Отличная идея! Так мы раскроем сразу несколько её слабостей! Два зайца одним выстрелом!

С-слабости?..

Хлоя и Руноа с энтузиазмом бросились ко мне. Я, в холодном поту, отклонился.

Лю нахмурилась:

— А ну перестаньте. Вы ставите господина Кранелла в неудобное положение.

Но это замечание не слишком убавило пыл её коллег:

— Если мы нмязначим награду, разве всё не будет улмяжено? Что бы предлмяжить… Я мягу спеть тебе песню!

— А? Аня, ты хорошо поёшь?

— Лучше всех, мя! Почему бы тебе смямому не послушать? Мне кмяк раз не помешает горло…

— Не смей, глупая кошка! Тебе же медведь на ухо наступил!

— Сколько рмяз тебе говорить, что, если ты нмячнёшь петь, к нмям посетители ходить перестмянут!

Аня была готова что-нибудь спеть, даже распеваться начала, но в этот момент на неё накинулись другие работницы.

Они повалили кошкодевушку на землю и закрыли ей рот. От её «МФФААФФФММ!» у меня со лба пот побежал.

Насколько же плохо она поёт?..

— Господин Кранелл, прошу вас не принимать их слова всерьёз.

— Хе-хе… Ладно, не буду.

Лю сказала всё предельно ясно. Я попытался улыбнуться в ответ.

Решив не отвлекать больше работниц, я быстро попрощался. После этого я вышел из «Щедрой Хозяйки».

— Чем бы сегодня заняться…

Небо над моей головой уже стало голубым. Я пошёл мимо множества людей и полулюдей по Западной Главной Улице, слушая обрывки разговоров и бросая взгляды туда и сюда.

Сегодня я в Подземелье не иду.

На этом настояли боженька и Вельф.

— Ты итак целыми днями в Подземелье пропадаешь, нужно хоть немного отдыхать, — заявили они и категорически запретили мне спускаться.

Вельф проводит немало времени в кузнице, а девушки внимательно следят за своим состоянием и иногда берут выходные. Думаю, мои беспрерывные ежедневные походы в Подземелье на этом фоне выглядят очень странно.

Но она от меня так далеко. Погоня за ней это всё, что у меня есть…

— …Наверное, денёк-другой отдыха не повредит.

Я прикрыл глаза рукой от яркого летнего солнца и попытался улыбнуться.

Все обо мне беспокоятся, и в этом есть определённый смысл. Я не смогу продвинуться глубже в Подземелье, если хорошенько не отдохну. Даже Эйна не устаёт мне повторять о том, как важны выходные.

Время расправить крылья. Нужно попробовать что-нибудь новенькое и пройтись по городу для смены обстановки. Может, случится что-нибудь хорошее.

Я живу в Орарио, но меня не перестаёт удивлять, сколько неизвестного скрыто в этом городе…

Небольшие, устроенные семьями магазинчики, которые поколениями ютятся в переулках, цветочные стенды которыми управляют зверолюдки, не принадлежащие ни к одной Пастве, попадающиеся, будто случайно, стенды с картофельными закусками, выпадающие из окружения… Сложно найти здесь авантюристов, потому что большинство сейчас в Подземелье. Всё, что я видел казалось новым, и мне было практически больно от того, что я не слишком много знаю о наземной жизни в Орарио.

Город Лабиринта огромен.

В городе соседствует множество районов, от производственного до торгового и даже тот, с которым я познакомился недавно, район удовольствий.

Я живу в этом городе три месяца, но видел очень мало. Создаётся ощущение, что за каждым новым поворотом меня ожидает открытие. Впрочем, наверняка, это потому, что я целыми днями пропадаю в Подземелье.

Чистое голубое небо над моей головой. Я в отличном настроении шагаю по главным улицам и переулкам. Мне начинает нравиться. Наверное, сам того, не подозревая я очень давно ждал отдыха от Подземелья.

Почему бы не потратиться? Проходя мимо ларька с мясными шашлычками, я решил купить себе один. Зверочеловек стоявший за стойкой удивил меня, сказав: «Слушай, а ты не Маленький Новичок?». Он был так доволен, что дал мне ещё один шашлычок бесплатно.

Честно говоря, я не знаю, стоило ли мне смутиться, но ощущение, когда меня узнали были просто превосходное. Я наслаждался той тёплой радостью, которая расползалась по груди, пока шёл по улице с шашлычками в обеих руках.

— Ого…

Последняя капля мясного жира капнула с подбородка, когда я закончил утолять голод на одной из скамеек Центрального Парка.

Сидя среди деревьев и фонтанов, стоящих в городском центре, среди людей входящих и выходящих, я смотрел на Башню Вавил во всей её красе. Белая башня, возведённая в честь богов устремлялась к небесам, практических их пронзая. Я и забыл, насколько она крута. Я вижу её каждый день, поэтому я к ней привык. Но сегодня… сегодня она будто открылась мне с другой стороны.

Я позволил себе насладиться теплотой солнца чуть подольше.

Сидя и смотря вдаль на скамейке, наблюдая за течением потока людей и полулюдей, проходивших по Центральному Парку, я заметил девушку.

— А?..

Я узнал серебряные волосы и тут же подскочил.

— Это же Силь?

С разговора в «Щедрой Хозяйке» прошло несколько часов. Я переместился к краю скамейки.

Она была одета в белоснежное платье и соломенную шляпу. Обычно я видел её в рабочей одежде, поэтому такой вид вызвал у меня непроизвольный вздох. Она красива.

Силь шла откуда-то с юго-запада к северу Центрального Парка. Но, она не стала проходить по центру парка, а повернула к Восточной главной. Со своего места на скамейке с северной стороны парка я уже почти перестал её различать и поднялся на ноги.

Голоса Ани, Хлои, Руноы и Лю слышались в мыслях. Всё произошедшее утром вспомнилось само собой.

Утром я отказался от этой мысли, но сейчас любопытство взяло верх, и я последовал за Силь через толпу.

Сонливость после еды очень быстро испарилась, я бросился за ней к Восточной Главной Улице.

— Куда идёт Силь?..

Избегая конных повозок, я следовал за девушкой с серебряными волосами, одетой в белое платье.

Множество лавок и зданий Восточного Района находятся под контролем Гильдии. Огромный Колизей выделяется среди построенных из красного кирпича гостиниц, простирающихся так далеко, как может видеть глаз. У меня возникло стойкое ощущение, что этот район считается туристическим и здесь проводится немало мероприятий для гостей и путешественников.

В руках Силь что-то было, большая корзина, кажется. Она накрыта крышкой. Похоже, она что-то куда-то несёт… Пока я гадал, что может быть у неё в корзинке, Силь свернула в один из переулков.

Я последовал за ней на юго-восток, следя за тем, чтобы она оставалась на достаточном расстоянии и меня не заметила, поэтому мне приходилось нестись за ней каждый раз, когда она скрывалась от меня за углом.

Секундочку, эта улица мне знакома…

Я точно видел раньше эту узкую аллею. Отбросив слабые воспоминания, я последовал за Силь. Спустя несколько поворотов, моя память проснулась, а подозрения подтвердились. Когда я завернул за очередной угол, то увидел район, с которым уже сталкивался и у меня округлились глаза:

— Улица Дедала?..

Дедалова Улица. Она построена архитектором, который, как говорят, сошёл с ума и перестраивал её множество раз, это жилой квартал, в котором практически невозможно понять, куда ты направляешься. Каменные здания и лестницы, а также начинающие без особых причин петлять и искривляться улочки, зачастую называются «Вторым Подземельем» Орарио.

Я остановился перевести дыхание, а Силь обыденно двинулась ко входу.

Я так далеко зашёл… что поворачивать уже поздно.

Неприятный опыт, полученный в этом месте на какое-то мгновенье, заставил меня остановиться, но решение было принято.

Пройдя через ворота Дедаловой Улицы, я, на всякий случай, проверил что Божественный Кинжал плотно сидит в ножнах на поясе. Во-первых, потому что это место считается трущобами, в которых проживают беднейшие жители Орарио, а во-вторых, со мной многое произошло в этом квартале, поэтому готовое оружие на боку успокаивает. Не теряя бдительности, я погрузился в лабиринт почерневших камней и каменных блоков.

Что Силь здесь делает?..

Я поднялся по каким-то ступенькам, и на моём пути возникла комната, будто вылезшая из каменного дома. Я осмотрелся, в поисках пути и мне открылся только узенький переулок, в который не попадал солнечный свет. Единственным, что его освещало была обшарпанная лампа с магическим камнем. За этой улочкой мне виднелись люди, не похоже, что они принимали ванну в ближайшие дни; большинство занималось стиркой у колодца, а пара человек в стороне играла в шахматы. Я прошёл мимо них и оказался перед дорогами, которые были ещё запутанней.

Силь всё ещё виднелась впереди, она шла без заминок, что давало мне больше вопросов, чем ответов. Немало падших на самое дно и очень сомнительных авантюристов скрывается в этих трущобах, это место известно самой высокой преступностью в Орарио. Девушке, не получившей божественного благословения, не стоит ходить тут в одиночку. Она будто напрашивается на неприятности…

Впрочем, саму Силь, видимо, ничто не беспокоило, потому что она уверенно шагала вперёд, покачивая корзинкой.

Я заблудился на Дедаловой Улице и во время Монстромании, и во время побега из Района Удовольствий. Честно говоря, сомневаюсь, что выбрался бы отсюда без подсказок. Красные стрелки, которые называются ариадны, указывают на выход, и я пытался их запоминать. К несчастью, пока я пытаюсь найти стрелки взглядом, то теряю из вида Силь, и мне приходится бежать вперёд, в отчаянной попытке найти её взглядом.

Вверх и вниз, влево и вправо, пересекая бесчисленные переулки.

Белое платье Силь привело меня к зданию.

Церковь?..

Зданием, скрытом в самом сердце безумного лабиринта оказалась церковь, напомнившая мне место, которое мы с Боженькой привыкли называть домом.

Она была построена из дерева и была очень большой. В открытом дворике перед церковью виднелся сломанный фонтан, в котором не было воды. Здания вокруг церкви расположены так, чтобы на неё указывать. Осторожно высунув голову из-за угла улицы, которая меня сюда привела, я увидел, как Силь открывает дверь церкви с громким скрежетом. Она скрылась внутри.

— …

В таких местах тоже есть церкви?.. В моей голове всплыло немало вопросов, когда я увидел старое здание.

Несколько разбитых стеклянных окон на внешних стенах под самой крышей. Несколько секунд я смотрел на них, пытаясь решить, стоит ли мне идти вперёд, или нет. Нужно увидеть всё как полагается. Я подошёл к входной двери, положив ладонь на ручку.

— Кто-нибудь дома?.. — тихонько произнёс я, толкая деревянную дверь и проскальзывая внутрь.

Это место просто огромное! Конечно, снаружи эта церковь выглядела крупной, но войдя в неё я очень удивился, насколько она велика. Главный зал примерно десять метров в длину, а слева и справа выстроились двери, ведущие в множество других комнат. В самом конце зала стоит алтарь. Под ногами немало трещин, сквозь которые пробиваются проросшие сорняки. Потолок тоже очень высокий. Наверняка в подобном месте сам Дедал почувствовал бы себя как дома.

Несколько длинных деревянных скамеек наставлены друг на друга неподалёку от меня.

— Это похоже на…

На крепость, построенную детьми. Тянущаяся с одной стороны скамеек до другой узорчатая ткань, делает это место похожим на небольшой замок. Я задумался, куда могла в таком месте отправиться Силь, а потом понял… что я не один.

Авантюристы, проводящие в Подземелье немало времени, оттачивают свои чувства до такой степени, что наблюдение легко угадывается. Ощущение, которое порождает моё тело во время наблюдения появляется гораздо раньше, чем я услышу, или увижу, что за мной следят. Я был наготове, когда повернулся к следившему за мной взгляду.

Я почти дошёл до алтаря, когда ощутил, как за мной наблюдают откуда-то справа. В одной из приоткрытых дверей показалось небольшое лицо.

— …Кто ты такой?

Я увидел ребёнка, светловолосого эльфа, смотревшего на меня беззаботным взглядом.

— Я… ну, я вовсе не плохой парень, или кто-то вроде. Я-я просто кое-кого ищу…

Я, вроде как, сюда ворвался, не так ли? Покраснев, я попытался объясниться с ребёнком. Не сводя с меня взгляда, эльф вышел из-за двери.

— Кое-кого?

Грязные светлые волосы и заострённые уши.

Может не эльф, а полуэльф?

Ребёнок продолжал на меня таращиться, и начал подходить ближе, нисколько не беспокоясь.

Маленький мальчик… может девочка? Понять невозможно, ребёнок оказался рядом со мной.

Понятия не имею, как реагировать на его взгляд. Впрочем, может, он знает что-нибудь о Силь. Я решил его спросить, рот раскрылся, но, прежде чем я начал говорить…

— Эй, Рюю, Сестрёнка Силь может поймать тебя если увидит… Ты. Ты кто такой?

— Что случилось, Лай?

Неподалёку раздались голоса ещё двоих детей.

Я обернулся и увидел, как они выбегают из дверей, хватают ребёнка полуэльфа и оттаскивают его от меня. Один из них человеческий мальчик с коричневыми волосами, а вторая девочка-чинтроп, хвост которой прижат к телу.

Оба злобно уставились на меня, будто я вылезший из Подземелья монстр, но, в их взглядах читалась ещё и тревога. Как плохо всё складывается. Нужно убедить их что я не угроза, и быстренько объясниться.

— Простите! Я не хотел вас пугать и не собираюсь ничего плохого делать! Я просто ищу… подожди, ты сказал: «Силь»?

— …И что, если сказал?

— Вот её я и ищу! Ты знаешь, где она сейчас?

Мальчик и девочка переглянулись, они были определённо ошарашены, когда я назвал Силь по имени.

Они застыли, но полуэльф, которого они от меня оттащили, вырвался из их рук.

— Лай, Фина… Этот… не плохой.

Мы никогда раньше не встречались, но его слова звучали уверенно.

Мальчик и зверодевочка немного расслабились, когда услышали, но подозрительность не отбросили.

— …Значит, ты знаешь Сестрёнку Силь?

— Да. Простите, если я вас напугал. Могу я узнать кто вы? И об этой церкви тоже…

Я присел на корточки, чтобы быть с ними на одном уровне, они чуть ниже боженьки. Я бы сказал, что ростом они примерно, как Лили.

В этот момент я заметил ещё несколько лиц, выглядывающих из-за дверей. Они молча за нами наблюдали.

Задавая вопрос, я обратился к девочке-чинтропу, но ответил на него всё равно ребёнок полуэльф.

— Лай, Фина и я, Люю… Мы живём в доме Матушки Марии.

Ребёнок указал пальцем на остальных детей, а потом сказал про церковь.

Матушка Мария… Интересно, что же значит этот «дом».

Ну, ответ сказал мне не так уж много.

— Ладно, эм… А что вы делаете?

— …Прячемся от обеденной коробки сестрёнки.

В этот раз ответила девочка, Фина, она определённо была на взводе. Я мог лишь удивлённо воскликнуть, услышав такой ответ.

Я на мгновенье задумался, но в этот момент мальчик, всё время меривший меня подозрительным взглядом неожиданно подпрыгнул. Он почти ткнул мне пальцем в лицо.

— Белые волосы и красные глаза, ты Белл Кранелл, авантюрист второго ранга!

— Маленький Новичок?!

— С «Битвы»?!

Когда закричал Лай, двери начали распахиваться настежь, крики детей наполнили главный зал. Целая волна детей нахлынула на меня, во главе с ним. Даже девочка-чинтроп в восторге присоединилась к окружившему меня кольцу. Полуэльф, казавшийся ошеломлённым безмолвно за нами наблюдал.

— Святая корова, это правда он!

— Он не кроликочеловек, но выглядит точно, как кролик!

— Можно я твой кинжал посмотрю?

Я чуть не потерял равновесие. И всё было бы ничего, но всё больше детей прыгали мне на ноги, а те, кто были постарше, начали тянуть меня к себе. «Ау!» Меня, что кто-то ударил головой?! Выкрики стайки детей были повсюду, я отчаянно пытался удержаться на ногах.

Оказавшись в окружении множества маленьких ручек, я схватил ножны кинжала, чтобы его защитить. Но что я могу? Если так пойдёт и дальше, меня точно собьют с ног…

— Подо-подождитеееееАААААААААААААХ!!!

Я растянулся на спине прямо на полу.

— Ч-что здесь происходит?!

— Дети!

Мои жалобные крики и детский смех привлекли внимание двух женщин, показавшихся из комнаты за алтарём.

Одной была женщина в годах, а второй… Силь.

Она смотрела на меня с удивлением. Наверное, я представлял очень странное зрелище, когда вцепившись обеими руками в Божественный Кинжал оказался погребён под грудой восторженных детей.

Мне оставалось только сухо посмеяться и посмотреть на Силь, пытаясь игнорировать маленькие ручки, тянувшие меня за волосы и щёки.

— Выходит, ты проследил за мной до этой церкви?

— А-ага… мне очень жаль.

Мы в небольшой церковной столовой.

Я устроился на стуле, стоящем рядом с большим круглым столом. Силь ругает меня, а я изо всех сил пытаюсь извиниться.

После того, как меня вытащили из-под кучи детей, все тихонько расселись в столовой.

Стены и колонны отлично показывают возраст этого места. Трещины повсюду. Но использованные лампы с магическими камнями и полурасплавленные свечи в подсвечниках говорят о том, что оно обжито. Вокруг нас с Силь собралось не меньше двадцати детей, бросающих на нас взгляды.

— Эм, значит эта церковь?..

— Вы правильно всё поняли, господин Кранелл. Это приют.

Женщина сидит напротив… Нас с Матерью Марией только познакомили, но она улыбается мне будто старому другу. Полуэльф с которым я встретился раньше, Рюю и ещё один ребёнок уцепились в её руки и висят.

Она рассказала мне, что уже очень давно живёт вместе с детьми в старой заброшенной церкви. Это не часть какой-то благотворительной программы, но женщина добавила, что живут они здесь счастливо. Они бедны, но находят возможности проживать день за днём. За весь рассказ улыбка ни разу не сошла с её лица.

У неё длинные чёрные волосы, собранные в хвост на голове. Она очень худа, у неё заострённые черты лица, но, несмотря на это есть в ней нечто успокаивающее. Дети называют её не иначе, как «Матушка», и, увидев её добрый взгляд, я понимаю почему.

Похоже она любит детей.

Я хотел задать вопрос, но не знал, как его произнести:

— Но… раз это приют, значит…

Сидящая рядом со мной Силь ответила до того, как я смог сформулировать вопрос:

— Белл, такие места не редкость на Улице Дедала.

Она добавила, что невозможно подсчитать сколько детей рождается от авантюристов Орарио, но их немало. И далеко не каждый такой ребёнок плод любви поклявшихся быть друг с другом вечно людей. Многие дети рождаются после одной ночи страсти и у работниц Района Удовольствий… В общем, есть много причин, по которым женщины оставляют детей.

В конце концов, это Орарио. Многие авантюристы умирают в Подземелье, невольно оставляя детей сиротами.

Есть те, кому не повезло, и им не позволили вступить в Паству их родителя-авантюриста, некоторые дети попадают сюда после того, как на Дедаловой Улице их оставляют родители, не способные нести за них ответственность.

— Поначалу я испытывала простую жалость. Я не могла игнорировать оставленных родителями детей… Поэтому я решилась объявить эту заброшенную церковь своей и начала по-своему помогать брошенным детям.

В конце Мария рассказала грустную правду, похлопав одного из детей по голове. Она рассказала, как однажды была брошена авантюристом, но никогда сама не состояла в Пастве. Завести с любимым человеком ребёнка ей не удалось, а потом она приняла одного из детей, найденного ей на Дедаловой Улице. Она не смогла его оставить и начала растить как своего собственного.

Подобное повторялось несколько раз, пока наконец не разрослось до этого церковного приюта.

— …

История Матушки Марии всё ещё звучала, я окинул взглядом сидящих за столом детей.

Все они были оставлены родителями… Ещё одна из сторон Орарио, с которой я знаком не был. Я ощутил, как на лице появляется грусть.

Мальчик, Лай сердито на меня взглянул, на его лице было немало ещё не затянувшихся царапин:

— Что за взгляды, Маленький Новичок? Мы счастливо живём с Матушкой, твоя жалость нам не нужна.

— П-простите.

— Следи за языком! — прикрикнула на него Матушка Мария, но извиниться я уже успел.

Он прав… Мне не нужно жалеть этих детей. Они улыбаются, радуются каждому дню и живут с любящей матушкой. Сомневаюсь, что кто-то из них считает, что ему не повезло в жизни.

— Могу я, эм, задать ещё один вопрос? У вас достаточно денег?..

— Да, хватает чтобы держаться. На наше счастье несколько неравнодушных богинь предложили нам свою помощь.

Невозможно заботиться о стольких детях, не получая достаточно денег. Матушка Мария слегка улыбнулась, когда я спросил о своих страхах. Она также рассказала, что помимо «Приюта Марии» на Дедаловой Улице устроено ещё несколько подобных мест. Все они поддерживаются крупными Паствами, средства которых, позволяют приютам выживать.

Наверняка у одной женщины найдётся время только для того, чтобы заботиться об этих детях, поэтому она благодарна за любую поддержку, помогающую их прокормить. Всё время нашего разговора с её лица не сходит нежная улыбка.

Наверное, мне стоит поговорить с боженькой, чтобы узнать, можем ли мы помогать таким местам.

Хотя, конечно, не так у нас и много денег, чтобы ими делиться…

Неожиданно для себя, погрузившись в мысли, краем глаза я увидел, как усмехается Силь, будто понимая, о чём я задумался.

— С самой первой нашей встречи, Силь приходит и играет с детьми. Она часто приходит приюту на помощь, не знаю, что бы я без неё делала.

— А, вот что здесь происходит…

— Хе-хе, детектив Белл, вы раскрыли дело?

— Н-наверное…, — у меня загорелись щёки, когда Силь меня поддела.

Получается, Силь приходит сюда, когда у неё выдаётся свободная минутка. Значит она занимается с детьми, когда не работает в «Щедрой Хозяйке».

— Сестрёнка Силь угощает нас вкусной едой из ресторана, — с улыбкой звонко отчеканила девочка-чинтроп Фина.

— С недавних пор она каждый день к нам заходит… — растягивая слова, произнёс Рюю.

Судя по радостным улыбкам, они хотели поиграть с Силь, раз она сюда пришла. Это объясняет, куда она на несколько недель пропала из своего бара.

— Держи это в тайне от всех, включая Лю, ладно? — предупредила меня Силь, когда я понял правду.

Ей будто кажется, что на неё разозлятся, если узнают, что она играет с детьми.

Мммм, мне не кажется, что у неё будут какие-то проблемы, если она всё объяснит…

Но…

Почему она сюда ходит?

Если подумать, как она вообще могла познакомиться с Матушкой Марией?

Эти вопросы начали беспокоить меня так сильно, что я уже собирался их задать, когда…

— Эй, эй, хватит о нас. На что похоже Подземелье?

Лай вертелся на стуле. Он уже чуть с него не слетел.

После этого начали подходить и другие дети. Они вскакивали со своих мест, начав расспрашивать меня о моих приключениях и жизни авантюриста.

Я начал озираться по сторонам, пытаясь понять, как мне быть.

— Расскажи пожалуйста, — улыбнулась сидящая рядом Силь.

Несмотря на лёгкое удивление неожиданной сменой темы разговора, я начал рассказывать. Припоминая свои будни в качестве авантюриста, я рассказал детям несколько историй.

Разумеется, я ни словом не обмолвился про битву с Чёрным Голиафом, потому что запрет Гильдии ещё не снят. Но, кажется, детям понравился рассказ о красивом кварце из кладовой Подземелья и том, как я убегал от Голиафа на семнадцатом этаже.

Блеск в их глазах очень меня порадовал, и я уже было принялся пересказывать всё в красочных подробностях… а потом увидел взгляд Матушки Марии.

В её глазах появилась грусть, почти подавленность.

— Ой, прости, — извинилась она, когда заметила, что я на неё смотрю. — Немало детей, которых я вырастила стали авантюристами…

Она грустно улыбнулась.

— Многие присоединяются к Паствам, идут в Подземелье, а потом делятся своими накоплениями с приютом… но наступает момент, когда они не возвращаются.

— Ой…

— Я не хочу, чтобы этих малышей постигла та же участь… только и всего.

Авантюрист — это профессия, которая позволяет немало зарабатывать, но сопряжена со смертельной опасностью.

Нет лучше работы, если нужно быстро заработать денег, но, вместе с тем, один неверный шаг приведёт к смерти. Многие дети, которых растила Матушка Мария не послушали её просьб, и решили помочь приюту начав зарабатывать в Подземелье. Они стали как те самые авантюристы, которые оставили свои семьи.

Мне стоило понять. Дети меня об этом просят, но с моей стороны очень беззаботно забивать им голову мыслями о том, что авантюрист — славная профессия. Некоторые из них могут это запомнить, и история повторится в очередной раз.

Что я могу теперь сказать Матушке Марии? Она так беспокоится о судьбе этих детей, а я только что…

Лай неожиданно подскочил на ноги.

— За меня можешь не переживать, Матушка! Я собираюсь в Образовательный Район!

Дети постарше начали подниматься и, улыбаясь, принялись рассказывать кем они собираются стать.

— Я буду усердно учиться и выучу всё, чтобы стать умным и зарабатывать много денег!

— Ну… Разумеется я не стану отговаривать вас от обучения в Образовательном районе…

— Деньги не проблема, есть же вещь, которая называется «стипендия», да? В этом году снова состоится набор в этот район, всё пройдёт как по маслу!

— Может, ты уже слишком взрослый для начала обучения, Лай…

Мальчик улыбался от уха до уха, восторженно рассказывая свой план, его коричневые волосы растрепались. Мария в ответ только натянуто улыбнулась. Фина и остальные дети начали выкрикивать фразы, вроде: «Я тоже туда поступлю!», «И я!» Немало рук взметнулось вверх, следом за руками Лая. За большим столом стало оживлённо.

Силь смотрела на эти руки легонько улыбаясь. Кажется, единственным, кто был удивлён оказался я.

— Образовательный Район?..

— А ты не знаешь?

— Что, правда Маленький Новичок? Авантюризм в голове?

Фина и Лай начали подкалывать меня детскими фразочками и называть меня бестолковым. Снова покраснев, я пытался отшутиться.

— Проявляйте к старшим уважение! И для вас он не «Маленький Новичок»! Его зовут Белл, правильно?

Силь встала на мою защиту.

Дети притихли почти мгновенно, но у нескольких, включая Лая, на губах появились зловещие улыбки.

Ну, это было необычно.

Силь была похожа на их старшую сестру.

Я никогда не слышал, чтобы она поднимала голос, это застало меня врасплох. Пока я удивлённо смотрел на неё в профиль, раздался громкий звон.

Звонили колокола где-то в западной части города. Полдень.

— О, время обеда. Значит, будем есть.

С этими словами Силь поставила на стол большую, наполненную едой корзину. Именно с этой корзиной я видел её по дороге.

Откинув крышку, она начала вытаскивать контейнеры с едой. Жареное мясо, сэндвичи, что-то непонятное… Всего понемногу.

То есть, корзина, которую она несла была заполнена едой для этих бедных детей.

Так мне и не удалось узнать, что за «Образовательный Район», но я могу расспросить Эйну, когда увижу её в следующий раз. Удовлетворившись этой мыслью, я оглядел стол и… заметил, что все погрузились в молчание.

— А? Что не так?

— Обеды… Сестрёнки…

Фина стояла ко мне ближе всех, так что я тихонько спросил у неё. На её лице было такое угрюмое выражение, что даже взрослый мужчина бы разрыдался. Остальные дети были нисколько не веселее. Даже вечно отстранённый Рюю казался каким-то обречённым.

Если подумать, кажется, они говорили, что скрываются от обеда Силь, когда я на них наткнулся?.. Да?

Мария смущённо улыбнулась, когда я отпрянул.

— А теперь, налетайте! — обращаясь к детям сказала Силь, раскинув руки и сияя, будто богиня.

Дети потихоньку начинали приходить в себя после того, как Силь на их глазах доставала еду и, неуверенно, один за другим, тянули руки к ценной еде, которая ещё на день отложит их голодание.

— Уххх, ууууу.

— Сегодня снова, как в прошлый раз…

— Нужно съесть… или еда… пропадёт!..

Стоны и стенания наполнили столовую, дети силком пихали еду себе в рот.

Начиная с Фины, Рюю и Лая, лица детей за столом мрачнели с каждым укусом мяса и овощей. Только любовь к Матушке Марии и приюту, который они зовут домом давала им силы продолжать есть.

…Стряпня Силь всегда обладала специфическим вкусом, но…

Разница между её счастливой улыбкой и страдальческими лицами детей за столом лишала дара речи. Не может же быть всё настолько плохо, правда? Я потянулся к одному из сэндвичей, чтобы попробовать, но тут — хоп!

Силь вырвала еду прямо из моей руки.

— Это не для тебя, Белл.

— Э? Но…

— Я сказала нет.

— Х-Хорошо.

Ещё никогда улыбка не была такой давящей. Под таким давлением оставалось только отступить.

Держа сэндвич обеими руками Силь сказала:

— Я сделала эти обеды для детей, поэтому будет нечестно если ты будешь их есть, Белл.

Вот теперь я смутился. Она сказала, что хочет поставить чая, и взяла с собой на кухню пустую корзинку.

— Вы это видели? Сестрёнка ведёт себя так по-девичьи…

— Она могла так сделать только перед тем, от кого хочет получить похвалу, точно…

Перешёптывания детей раздались за столом, когда Силь вышла из комнаты. Когда на меня уставилось множество маленьких глаз, по моему лицу побежал холодный пот.

— Это ты виноват, что Силь начала готовить обеды!..

— Раньше она вкусную еду из кафе с собой приносила!..

— Так мы здесь подопытные…

Лай смотрел на меня со слезами в глазах, как и Фина. Рюю бормотал что-то себе под нос, смотря пустым взглядом в стену.

До меня дошло не сразу, но я наконец понял, что здесь происходит.

Трагедия развернулась прямо на моих глазах, а я был слишком напуган, чтобы сказать хоть что-нибудь.

За поддержкой я повернулся к Матушке Марии… она отвела взгляд.

— Нет, нет, это съедобно, и мы очень… благодарны.

Мускулы на лице напряглись сами собой. Я в растерянности.

— Угхххх… — раздался стон одного из детей, повиснув в тишине столовой.

— Если у вас есть время, может поиграете с детьми?

Когда мучительный обед подошёл к концу, Мария меня пригласила.

— Кажется вы им понравились, господин Кранелл…

Она снова улыбалась, и у меня не было причин отказывать. Поэтому я улыбнулся в ответ и принял приглашение.

Один из детей схватил меня за руку и потащил за собой в комнату, в которую уже ушла Силь и остальные дети из обеденного зала.

— Сестрёнка, время сказки, время сказки!

— Белл, авантюристы и монстры!

Силь отошла с девочками в угол, полунапевая-полурасказывая какую-то историю, а мальчики затащили меня в центр зала. Прежде чем я успел понять, я уже стал «монстром» в их игре.

Вечерние солнечные лучи заливали комнату сквозь разбитые окна. Дети бегали по каменному полу, сквозь который пробивалась трава, смеялись и развлекались.

Они затаскали меня и Силь по всему этому залу.

— Эм, послушай, малыш Лай…

— Лай, просто Лай. Ты же авантюрист? Какого чёрта ты говоришь так вежливо? Жуть берёт. Называй всех по именам!

Пока вокруг творился хаос, я успел переговорить с несколькими детьми.

Человеческий мальчик, Лай, «Просто Лай», живёт здесь дольше остальных. В этом году ему будет одиннадцать.

На его коже видны царапины, похоже он большую часть времени проводит снаружи. Есть в нём нечто дикое, что-то, что напоминает Вельфа. Он продолжил расспрашивать меня о Подземелье даже после всего сказанного Марией. Уверен, он хочет стать авантюристом.

— Эй, Белл, а ты любовник Силь?

— Нет, ничего такого!

— Почему нет? Сестрёнка Силь красивая. Повариха из неё не очень, но… Она стройнее, чем кажется. А ещё у неё грудь большая…

— Не надо больше ничего говорить, пожалуйста!..

Чинтроп Фина только начала превращаться в девушку.

Они с Лаем старшие дети, поэтому они здесь вроде командиров. Её длинные, кремовые волосы на удивление прямые. Они чем-то похожи на мои, если бы мои волосы были длиннее и прямее. Яркий цвет глаз и небольшой носик говорит о том, что через несколько лет она станет красавицей. Когда она впервые меня увидела, она очень нервничала, но сейчас стала относиться ко мне с заметной теплотой. С такой теплотой, что начала говорить то, чего не следует…

— Эм, Рюю? Ты мальчик, или?..

— …Спатьки.

— А, ну ладно…

Полуэльф Рюю на год младше Лая, он очень странный ребёнок. Из-за эльфийской крови в жилах этого маленького мальчика (кажется), он самый милый из местных детей. Рюю почти ничего не говорит, и у него грязные, растрёпанные короткие волосы, поэтому я не могу понять, мальчик он или девочка. Он вечно витает в облаках, что не даёт никаких зацепок.

В этом приюте намешаны дети самых разных рас, люди, зверолюди, полурослики и даже застенчивая амазонка. Но, все они с интересом изучают любую вещь, которая попадётся им под руку и их буквально переполняет энергия.

— Сестрёнка Силь! Давай играть!

— Ууууу, я тоже хочу поиграть!

— Хорошо. Только все по очереди, не толкайтесь, ладно?

Силь продолжала без устали играть с детьми в игры. Я услышал, как она разговаривает с очередной парой детей, когда её отводили от меня подальше. С ней хотят играть не только девочки, но и мальчики.

И снова… странное ощущение.

Я всегда знал Силь только как работницу бара, видеть, как она играет в игры с детьми, обнимает их… так непривычно.

Дети от неё просто в восторге, это видно по глазам. Я чуть задержал на Силь взгляд через плечо, наблюдая как она обращается с детьми. Похоже она заметила, что я за ней наблюдаю, потому что повернулась и хихикнула.

Милая и красивая одновременно… Я снова ощутил, как начинают полыхать щёки.

— ?..

Окружающие её дети улыбаются и смеются. В этот самый момент Лай прокрался ей за спину с недоброй улыбкой на лице.

Силь его не заметила. Глаза Лая блеснули, будто ему наконец открылась единственная в жизни возможность атаковать свою цель со спины… «Попалась!» Он схватил Силь за юбку и задрал её в одно мгновенье.

— !

— ИИК!

Белая ткань задралась до самой груди. Для меня всё было будто в замедленной съёмке, глаза округлились сами собой.

Так вот… вот о чём… вот о чём всегда говорил Дедуля! Легендарный… О чём я вообще думаю?!

Трусики того же цвета что и платье. Я прекрасно их увидел. И сейчас мою кожу не отличить от кожуры яблока, лицо просто пылает.

Её миленький вскрик ещё висел в воздухе, когда она опустила руками подол платья, а потом повернулась ко мне и застыла. Она смотрит мне прямо в глаза.

С румянцем цвета переспелого персика на щеках она двинулась ко мне:

— Ты видел?

— Нет, не совсем, ну, я!..

— Видел, правда?

— Д-да, но!..

— Белл, ты ужасен!!!

— Почему я оказался виноват?!

Её глаза пылали, а кончик носа был ярко красным, Силь начала обвинять меня во всех смертных грехах. Ну а я, отчаянно краснея, пытался стоять на своём.

— Парень… парень видел мои трусики… Белл, в качестве наказания, ты сделаешь как я скажу!

— Я не… Чего?!

— А если не сделаешь… Я расскажу Лю и остальным, что ты заглядывал мне под юбку!

— Так нечестно!!!

Утром мой труп найдут, если она расскажет! Она шантажирует меня фальшивыми обвинениями! Я начал кричать, отступая от раскрасневшейся Силь, слёзы отчаянья полились из моих глаз.

— …Сработало… Первый раз в жизни я задрал сестрёнке юбку…

— Ты же всегда его ловила… Сестрёнка, не может быть, ты специально?

— Навыки и техника…

Лай, Фина и Рюю собрались послушать наш спор, их глаза были круглыми от удивления, они что-то бормотали себе под нос.

Думаю, в их взглядах был страх от того, что они видели Силь в таком состоянии. Что же до меня, моё смущение будто бы их веселило… В конце концов, мне остаётся только сдаться.

Моё наказание за то, что я заглянул под юбку Силь было исполнением одной её просьбы.

— Хорошо, Белл… Ложись головой на мои колени.

— ?!

— Та девушка, Принцесса Меча, Айз Валленштайн тебя уже укладывала, так ведь?

С чего бы Силь о таком просить?

Секундочку… А как она вообще узнала, что Айз?..

— Как ты знаешь, Белл, Паства Локи регулярно заходит в бар, в котором я работаю. Их богиня, Локи, похоже нам симпатизирует… Представь себе моё удивление, когда, напившись она начала рассказывать о тебе и знаменитой Принцессе Меча…

— Хорошо, я всё исполню! Можешь ничего больше не рассказывать!!!

Да, это было довольно давно, но я прекрасно помню всё сказанное и случившееся. Я снова начал краснеть и прикрикивать, когда Силь колола меня явно продуманными заранее фразами.

Я знал, что она ведьма!

— Вот и славно. А теперь…

Она довольно наклонилась, подогнула колени и села на пол.

За ней следил каждый ребёнок в приюте, но её это не заботило. Устроившись поудобнее, она протянула руку, указав на свои колени.

Я, всё ещё красный как помидор, мешкал. Силь смотрела на меня, наслаждаясь мгновеньем и с восторгом ожидая что случится дальше, но потом, в её голову будто пришла другая идея.

Она придумала что-то новое, её улыбка стала от этой мысли ещё шире. В её глазах будто отражалась блестящая мысль, которая ей пришла.

— …Белл, а Принцесса Меча, случайно, никогда не спала на твоих коленях?..

— Н-нет, не спала.

Как будто такое вообще возможно! Я чуть не закашлялся, когда произнёс эту фразу.

После ответа она посмотрела мне прямо в глаза, и, клянусь, я увидел в её глазах огонёк.

Спустя несколько минут…

— Ва-ха-ха…

— …

Теперь на земле сидел я. Силь лежала на спине, используя мои колени в качестве подушки.

Её щёки слегка порозовели, и она зарылась носом в мои ноги.

— Эм, мы ещё не закончили?..

— Нет, не закончили.

Я не мог выносить пристальных взглядов детей, они будто ждут какого-то продолжения. Единственным моим спасительным маяком из всего этого бесстыдства была её голова на моих коленях. Я попытался взмолиться, чтобы прекратить это унижение, но моя мольба была отклонена.

Наказание вышло адским. Мои ноги служили для Силь подушкой, пока совершенно не онемели.

После этого происшествия игры продолжались ещё несколько часов.

Непонятно вид прикорнувшей на моих коленях Силь или общая усталость сделали детей сонными.

Старшие дети, группа Лая, решила, что пора вздремнуть. Они повели остальных детей в одну из комнат на втором этаже церкви, зевая по пути.

Спальня была такой же большой, как и столовая, которая под ней находилась. Весь пол был устлан одеялами. Повсюду виднелись старые книжки с картинками и разбросанный конструктор. Игровая детская комната в полном смысле этого слова. Мне казалось, что дети не смогут заснуть, не услышав сказку, но они предавались сну, стоило им положить голову на подушку.

Дети лежали на полу так же плотно, как сардины в банке, а саму комнату наполняли звуки тихого, размеренного дыхания.

— …

— Пффф…

Силь легонько погладила Рюю по голове.

Она ненамного старше меня, но, когда она склонилась над детьми и улыбнулась, она стала очень похожа на настоящую маму. Если бы я не знал Силь, я мог бы подумать, что она святая, или даже богиня.

Её серебряные волосы нежно скатились по изгибу шеи.

— Может мне и тебя уложить на дневной сон, Белл?

— Я, эм, откажусь.

Я покраснел так же сильно, как и во время инцидента с лежанием на коленях внизу, и вежливо отказал, отвернувшись чтобы скрыть лицо. Силь снова надо мной посмеялась.

— Господин Кранелл, Силь. Вы, должно быть, оба устали, да? Можете оставить детей на меня и отдохнуть.

Мария тихонько открыла дверь и вошла в комнату.

Мы приняли её предложение. Матушка снова сказала нам спасибо за развлечение детей и выпроводила нас с поклоном. Мы тихонько прикрыли дверь, оставляя комнату позади.

— Белл, может прогуляемся?

С чего бы мне отвергать такое приглашение? Я кивнул.

Я пошёл за Силь через главный зал церкви к небольшому садику на заднем дворе.

— Сад?..

— Матушка Мария и дети выращивают здесь овощи.

Колодец и небольшая оградка за зданием. Посмотрев наверх, я увидел за садом плотное окружение из квадратных зданий, составленных в каком-то хаотичном порядке. Но среди этого нагромождения всё равно пробивалась линия голубого неба. Солнца сюда проникает немного, так что растения вырастают не слишком высоко, но о них определённо заботятся.

— Силь… как ты встретила Матушку Марию и этих детей?

— Просто… по счастливой случайности. Однажды я бродила по Дедаловой Улице, и…

Среди зданий можно было пройти по небольшой тропинке с заднего двора церкви. Этой тропинкой мы дошли до широкой дороги.

Точнее, до дороги пошире. Перед нами всё равно была тёмная аллея, показавшаяся бы улицей какой-нибудь другой части города, если бы не постоянно попадающиеся лестницы, направленные в разные стороны. Здесь виднелось немало лежащих в руинах зданий, от которых остались только куски стен.

Может всё дело было в голубом небе над головой, но вид нисколько не удручал. Никого не было ни видно, ни слышно, поэтому прогулка с Силь проходила в спокойствии. Даже время будто бы замедлило свой ход.

Мы подошли к большому зданию, наверное, коммунальному дому. Стена перед нами была прочная и высокая, почти замковая. Несмотря на это, мы нашли путь дальше там, где она обвалилась.

— На самом деле… я выросла в этих трущобах.

— !

— У меня не было ни мамы, ни папы… может поэтому я не могу оставить этих детей на произвол судьбы.

Я повернулся к Силь, она смотрела куда-то далеко вперёд. Лишь часть её лица была мне видна. Глаза с той стороны, которую я видел были прикрыты, но, в них всё равно ощущался блеск.

Силь росла в нищете, как сироты в этих трущобах…

Неожиданное раскрытие этой тайны меня потрясло.

Она бросила на меня быстрый взгляд, прежде чем перейти к деталям и рассказать, что она приходит на Дедалову Улицу по той же причине, по которой Мария открыла приют.

Когда она узнала про этот приют, она начала постоянно навещать и общаться с детьми.

Родители…

У меня нет воспоминаний о маме и папе. Я даже не знаю, как выглядели их лица. Мне известно только то, что они умерли вскоре после моего рождения. Но мне не кажется, что я был одинок. Всё благодаря Дедуле… Его жизнерадостность и энергичность всегда меня поддерживали. Только вот… желание встретиться с родителями, услышать их голоса… Я никак не могу от него избавиться.

Не так уж сильно я отличаюсь от этих сирот. У них есть Мария и Силь, которые приносят в их жизни свет, как приносил свет в мою жизнь Дедуля.

— Но я… я не хотела, чтобы ты знал, Белл.

— А?

Топ, топ, топ. Я снова посмотрел на Силь, и увидел, как она бежит по лестнице, ведущей на ещё одну из гор обломков.

Через эти обломки пройти было нельзя, она поднялась наверх намеренно.

— Это же опасно! — крикнул я Силь. Но она шла по обломкам, белое платье колыхалось из стороны в сторону, когда она перепрыгивала с одного места на другое. Пытаться убедить её спуститься было бесполезно, поэтому я полез за ней.

— Чего я не должен был знать?

— Чем я занимаюсь в эти дни. Вкладываю очень много усилий в обеды, бегаю с кучкой детей… Мне неловко.

Я осторожно шагал по каменным обломкам, следуя за ней. Отвечая на мой вопрос, она даже не повернулась. Я видел только как развеваются на ветру её серебряные волосы.

Она чуть не потеряла равновесие, когда один из обломков покатился вниз прямо под её ногой, но успела выровняться и прыгнуть дальше.

— Меня такое не очень смущает…

— Ну, а меня смущает… К тому же, раньше такого не было.

Её голос превратился в шёпот.

— Ты что-то сказала? — крикнул я, попросив повторить её последнюю часть, но в этот момент…

— Ииик!

Её нога попала в расщелину и Силь полетела вперёд.

Я её предупреждал! Хотя, ругать её времени нет, нужно помочь!

Бросившись по каменным обломкам, я схватил Силь за руку и прижал к груди.

— …

— …

— Ого…

Ещё до того, как её вздох облегчения закончился…

Её тело прижалось к моему, и она посмотрела мне в глаза. Мы были так близко, что я чувствовал её дыхание. Я видел отражение своих белых волос и красных глаз в её серебряных зрачках. Жар, всё моё тело начало пылать. Я чувствовал каждый её изгиб своим телом. От щёк чуть не повалил пар. Она тоже смутилась.

Сейчас я видел в ней то, чего не заметил в церкви, смущение. Её настоящие эмоции.

— Я… я не хотела.

— Ну конечно ты не хотела!

О чём она вообще говорит?

Кто станет намеренно вот так падать?

— К-как стыдно…

Она на шаг от меня отстранилась, прикрыв своё красное лицо руками.

Её реакция заставила меня понять нечто важное, хоть и позже, чем было нужно. Она повела меня сюда, и, возможно, уткнулась мне в колени, в церкви, потому что была смущена и пыталась скрыть своё «смущение».Её прямота напускная. Она намеренно ведёт себя так вызывающе, чтобы её собственного смущения не было заметно.

— …

Хоть она и старше, только сегодня я впервые заметил её девичью сторону. Очень странно.

Она всегда казалась мне человеком, у которого всё под контролем, всегда просчитывающим всё на несколько шагов вперёд, всегда вежливой и дружелюбной. Но после того, что я увидел и узнал сегодня, она уже не кажется мне такой, как прежде.

У меня будто бабочки в животе зашевелились.

Щёки покраснели сами собой, когда я смотрел на её смущение. Я не мог оторваться от её лица.

— …Может это и неплохо.

— ?

Несколько тяжёлых мгновений прошло на вершине обломков в тишине. Силь снова смогла поднять взгляд. Несмотря на беззаботную улыбку, её щёки были розовыми.

— Может даже хорошо, что ты… обо всём узнал. Потому что у меня появилось счастливое воспоминание, — произнесла она.

Последнее было сказано без запинки, несмотря на то, что в её голосе можно было почувствовать неловкость.

Настала моя очередь краснеть. Широко улыбаясь, Силь приложила пальцы к губам. По глазам было понятно, что её радость настоящая.

В ответ я мог только несколько раз открыть и закрыть рот, следя за ней в ореоле голубого неба.

— ?..

Неожиданно…

За нами кто-то наблюдает.

У меня острые чувства, когда дело касается следящих за мной глаз. Рефлексы взяли верх, я обернулся, чтобы посмотреть.

Один из верхних этажей «замка». Балкон, нависший прямо над нами. На нём чёрно-серый коточеловек.

Этот парень… Где-то я его видел.

По какой-то причине, вид коточеловека заставил меня погрузиться в воспоминания. Не могу вспомнить где, но наши с ним пути точно пересекались.

— Белл?

— !

Я отвернулся от Силь, а в следующее мгновение она меня окликнула.

— Что-то не так? — она наклонила голову. Я снова взглянул на здание, но коточеловек будто испарился.

— Там кто-то есть?

— Да… Я уверен, что кто-то наблюдал за нами.

Мой голос колебался, я переводил взгляд с Силь на балкон и обратно.

Коточеловек исчез бесследно, будто мираж. Только солнце, висящее над балконом, осталось на месте.

Солнце начало садиться.

Когда мы с Силь вернулись в Приют Марии дети завалили нас градом вопросов.

— Куда вы вдвоём уходили? — начала Фина, а потом один за другим посыпались каверзные вопросы от остальных детей.

Каким-то чудом нам удалось отговориться, и в этот момент я услышал: «Не хотите ли остаться на ужин?», — Мария нас пригласила.

Мне не хотелось заставлять боженьку и друзей волноваться… но и проигнорировать жалобные лица детей я не мог. К тому же, Силь настояла. Поэтому я решил, как можно быстрее разобраться с едой и пойти домой.

Я никогда и подумать не мог, что проведу день играя с кучкой дружелюбных детей в приюте.

Улыбка не могла не появиться на моём лице, когда я увидел, как моему согласию радуются дети. Похоже, ужин ещё не готов, и у меня есть немного свободного времени.

— …Эй.

— ?

Мария и несколько детей ушли на кухню, готовить еду, а я почувствовал, как кто-то тянет меня за рубашку.

Я повернулся и увидел полуэльфа Рюю, смотрящего на меня снизу вверх своим обычным пустым взглядом и державшего что-то под рубашкой.

— Что такое?

— Вот…

Я склонился чтобы быть с ним на одном уровне, он протянул руку… с зажатыми в ладони тремя металлическими монетками.

— Э-эй, Рюю!

— Ты собираешься попросить?

— Вы же сказали, что вас это волнует…

Лай и Фина бросились к полуэльфу.

Непререкаемые нотки в голосе Рюю стали ответом на их вопрос. Притихнув, они посмотрели на меня.

— Это награда… Прости, больше нет.

Так, теперь моя очередь удивляться. Но загадочный ребёнок полуэльф продолжил.

— Пожалуйста, прими наше задание…

Над нашими головами темнеющее небо. Под остатками солнечных лучей и заревом заката я проследовал за тремя детьми в заднюю часть церковного сада.

— Где-то здесь?

— Да… Недалеко.

Задание, которое они попросили меня выполнить, услуга, если точнее, включала в себя поход по той дороге, по которой мы гуляли с Силь этим вечером.

Очень важное задание по разыскиванию «таинственного голоса» доносящегося из ниоткуда.

— Вот здесь мы часто слышим какие-то странные завывания!

— Голос похож на какую-то собаку… но никого здесь нет.

Лай и Фина рассказали мне, что ходили этой дорогой посреди ночи, проводя проверку на храбрость, и услышали странный голос. С тех пор они избегали этого места, но всё равно время от времени слышали завывания. Точнее, они назвали это мычанием, и им хочется узнать, что именно его создаёт.

Я проследил за взглядами детей до горы обломков.

Вокруг было тихо, никаких шорохов, никаких признаков животных…

— …у…уааа…

…Я их услышал. Это правда.

Должно быть, это и есть таинственный голос, о котором говорят дети.

Они тут же спрятались за мной, а я напряг слух пытаясь понять кто стонет.

Характеристики улучшают мои чувства. Благодаря острому слуху, очень быстро я нашёл из какой части обломков доносится звук. Сложно понять, что это такое, но похоже на плач. Я остановился прямо над голосом, волнение начало брать верх.

Мы на руинах старого здания, но… ошибиться невозможно. Голос раздаётся прямо у меня под ногами.

— Раз, два, три!..

Упершись в обломок здания, я начал прорывать путь вниз.

Дети были удивлены. Сила третьего уровня позволяла мне двигать даже самые большие куски дерева и камня, позволяя расчищать путь.

Спустя несколько минут я сделал шаг назад, чтобы осмотреть раскрывшуюся мне каменную мостовую. Она была точно такой же, как и в любом другом месте дороги.

…Стоп, а это не?..

Цельная каменная плита на мостовой казалась очень знакомой.

Несколько дней назад, во время моего победа из Района Удовольствий, дома Всевышней Иштар, Харухиме провожала меня по тайным подземным проходам. Выходы из них скрывались за деревянными люками и каменными плитами, подобными этой.

Вскоре обнаружилось, что между этой плитой и камнями мостовой достаточно места чтобы просунуть пальцы и схватиться за неё. К тому же, загадочный голос определённо доносился оттуда.

Просунув руки в трещину, я распахнул «дверь», сдвинув её по земле.

— Ого! Как круто!..

— Это… это тайный тоннель?

— Ты поразительный…

Пока я руками отгонял от лица пыль, дети побежали по обломкам, чтобы увидеть всё своими глазами.

Скорее всего, этот тоннель ведёт к Району Удовольствий. К тому же, в этом проходе сейчас определённо кто-то есть.

Мышцы напряглись, я подготовился. Спуск сюда подобен походу в Подземелье. Я сфокусировался и настроил дыхание. Впервые за сегодня я ощутил себя авантюристом.

— Вы трое и ты, Белл! Зачем вы сюда забрели?

Голос Силь и её шаги послышались с улицы, ведущей назад к приюту.

Тёмная синева уже затягивала небеса на востоке, поэтому она несла в руках лампу с магическим камнем.

Наверное, он злится за то, что мы ушли через задний ход, никому не сказав. Но её серебряные глаза округлились в тот момент, когда она увидела люк у наших ног.

— Это ещё что?..

— Я думаю, что это вход в подземный тоннель. Силь, присмотри за ними, пока я его проверяю.

Я рассказал о цепочке, событий которая привела нас сюда, перед тем как озвучить свой план.

Конечно же, никто из нас не знает, что внизу, поэтому я должен сначала проверить… по крайней мере, такой была моя задумка.

— Я тоже иду!

— И я…

— Там… там страшно, но я…

Дети заявили, что хотят пойти со мной.

Что мне делать? Может Силь меня выручит.

— Ты же понимаешь, как сложно будет им оставаться на месте, зная, что рядом с ними тоннель? Я тоже иду с тобой, — сказала она с улыбкой.

Не буду врать, что не знаю этого чувства… Я посмотрел на Силь пустым взглядом полуприкрытых глаз, едва подавив желание вздохнуть. Её уже не переубедить.

Я согласился позволить им пойти за мной, если они будут держаться рядом. «Обещаем!» почти в голос ответили трое детей и Силь. Мне начало казаться будто мы собираемся в какой-то поход.

Но нет, нужно сконцентрироваться. Взяв у Силь переносную лампу, я начал спускаться по ступенькам под землю.

— Ого… здесь прямо как в Подземелье…

— Тут… очень темно…

— И пыльно…

Свет лампы в моих руках развеивал темноту, царившую на лестнице.

Каменные ступеньки, каменные стены, каменный потолок… я их узнаю. Этот проход выглядит так же, как тот которым меня вела Харухиме. Я почти не сомневаюсь, что эти тоннели проектировал очень странный архитектор.

Лай был в восторге, Фина — слегка напугана, а Рюю — таким же, как и всегда. Их голоса эхом отражались от стен, мы спускались всё глубже и глубже.

Осторожно продвигаясь по лестнице, я заметил странную конструкцию на каменной стене, лампу. Силь тоже её увидела. Она потянулась к ней и… бззззт! Лампа ожила, создав тусклый свет, но осветив тоннель достаточно, чтобы наши глаза могли видеть. Чем дальше мы спускались, тем чаще нам попадались лампы. С каждым сделанным шагом я всё больше убеждался что подобным путём я бежал из Района Удовольствий.

Интерес детей возрос до предела… Таинственные завывания становились тем громче, чем ниже мы спускались. Мы остановились чтобы перевести дух.

— Тише.

Я шепнул детям, чтобы они вели себя тише. Что бы мы не встретили внизу, не стоит привлекать его внимание.

Моя серьёзность, должно быть, застала их врасплох, потому что они застыли будто статуи, закрыв рты. Силь выглядела собраннее, чем когда-либо раньше, она мне кивнула, и я пошёл дальше, оставив её с детьми.

Когда я спускаюсь в Подземелье со мной рядом мои товарищи. Одно их присутствие придаёт мне сил, но… сейчас сражаться могу только я. Я обязан их защитить во что бы то ни стало.

Божественный Кинжал в ножнах на поясе. Разумеется, никакой брони на мне нет, как и сумки с предметами… при мне только три металлических монетки, которые я принял в качестве платы. Я совершенно не готов к драке.

Меня окутало ощущение неизвестности. Оно не рождается в Подземелье, потому что оно изучено множеством моих предшественников. А сейчас я иду к неизведанному. Оглядываясь, я спустился к самому основанию лестницы.

— Ууувааа… У… Ухаааа.

Тёмное, открытое пространство. Единственное, что я могу сказать об этом месте, так это то, что шум исходит с противоположной стороны, окутанной чёрными тенями.

…Такие звуки не может создавать человек или животное.

Я сказал Силь ждать вместе с детьми на лестнице и направил свет в тёмный угол.

Он осветил производившего не похожие на звериные завывания и стоны существо.

— …Хооооо.

В темноте виднелись два изогнутых рога, тёмная кожа огненно-рыжие волосы и огромное тело. Свет лампы отразился в золотых глазах, заставив их блестеть в темноте подобно драгоценным камням. У меня перехватило дыхание. Две ноги и две руки, как у Минотавра. Эта штука создавала шум, монстр из категории больших. Мощным прыжком он поднялся на ноги с колен.

В тот момент, когда монстр подготовился издать рёв, я крикнул через плечо:

— Закройте уши!

— УВОООООООООООООООУУУУУУУУ!

Мурашки покрыли мою кожу, когда по ней прокатился почти ощущаемый рык.

Мне нужно себя защитить. Монстр слишком силён, чтобы беспокоиться о ком-то ещё.

Какого чёрта нечто подобное скрыто под трущобами? Светлые глаза монстра блеснули, его вены начали пульсировать, он готовился к битве, начав разгоняться, ещё до того, как последние отголоски рёва прокатились по коридору.

Я выставил руку к приближающемуся монстру.

— Вспышка!!!

Алый пламенный шар вылетел из моей руки и попал прямо в грудь создания. Оно взревело от боли, моё быстрое заклинание его ослепило. Красные языки пламени заставили его отстраниться. Сейчас! Я вытащил Божественный Кинжал и перешёл в нападение.

Отбросив лампу с магическим камнем к основанию лестницы, я использовал созданное моим заклинанием время на сближение с монстром, который как факел пылал посреди коридора.

— ОХУ, УУУУУУУУУУУУУУУУУОООООООООООО!

— !

Глаза без зрачков налились кровью, монстр направил в меня кулак. Удивившись неожиданной проворности и огромной силе монстра, я пригнулся, ударив по его руке кинжалом. Тёмно-фиолетовое лезвие со свистом рассекло воздух.

Монстр вовремя убрал руку, мой кинжал едва его не задел. Я увидел удивление на его лице, удивление от того, что мне удалось уклониться от его удара. Но это удивление в одно мгновение сменилось яростью и в меня полетел ещё один удар. Я снова попытался перехватить этот удар.

Монстр… это же варвар! Такие встречаются в Глубинной Зоне!

Благодаря пламени Вспышки я рассмотрел тело монстра. Но это лишь сильнее меня поразило.

Двухметровый монстр из категории больших, варвар. Впервые такие начинают встречаться на тридцать седьмом этаже, Гильдия считает их монстрами третьего, или даже четвёртого уровня!

Что он здесь делает?

Не может же быть… что он остался с Монстромании!

Я совсем не хотел об этом думать, но обрывки того, как Сереброгрив гонял меня по лабиринту улиц, сами собой всплыли в моей памяти.

Этот зверь избежал поисковых отрядов авантюристов Гильдии и всё это время скрывался под землёй?

Мощные удары летели в меня один за другим, пока мой мозг пытался справиться с удивлением и болезненными воспоминаниями.

Каждый раз, когда огромные конечности пролетали над моей головой, я пытался контратаковать своим чёрным кинжалом. Однако, непредсказуемые движения и сила сравнимая с силой авантюристов второго ранга, а может и сильнее, не давали мне подобраться поближе. Все мои контратаки были тщетны.

Этот монстр очень силён. Каждый раз, когда мне, казалось, что он открывается для удара, он отклонял мой кинжал и снова переходил в наступление.

Я будто пытался совладать с бурей. Минутку, что это с ним?

Монстр ранен?

Я его ещё не зацепил, это точно.

В свете ещё пылавшей в нескольких местах шкуры позволил мне увидеть порезы, окружённые струйками запёкшейся крови. Откуда они взялись?

Жёлтые глаза варвара стали красными от ярости. Он смотрел на меня так, будто я представляю для него самую страшную угрозу в мире. Монстр был в ужасе и пытался убить меня изо всех оставшихся сил. Он признал во мне врага и продолжал уклоняться от моих ударов, пытаясь нащупать моё слабое место. Он знал как сражаться, используя тактику и технику!

Я знаю это чувство…

Я будто сражаюсь с авантюристом, нет, не совсем.

Больше похоже… будто я сражаюсь с тем однорогим Минотавром.

Этот зверь полагается в битве не на свою силу и инстинкты, он сражается с самосознанием…

Я ощутил дрожь, когда столкнулся с призраками прошлого. Воспоминания неслись в моём разуме, я открыто бросился в лобовую атаку.

Один из огромных кулаков монстра отправился мне навстречу, я отклонился от него в последний момент. Когда его рука пролетела мимо, я нанёс удар в открывшуюся поясницу! Я вложил в кинжал всю силу, какую мог.

— …

Кровь хлынула из раны, а варвар снова взревел.

— Отлично!

Похоже, эффект рёва прошёл, потому что Лай и остальные заглянули в коридор.

— …

Под их восторженные голоса я разошёлся с монстром, который отступил, схватившись за рану.

В моих ушах ещё звучал его крик. Он был подобен обычному крику монстра, но в нём слышалась не только ярость, но и боль, и даже какая-то грусть. Я никогда не слышал таких эмоций от монстра. Дар речи меня оставил.

Да что с этим монстром?..

Страдания в рёве монстра? Почему мне стало его жаль?

Пока новые и странные эмоции монстра сбили меня с толку, глаза раненного варвара снова блеснули. Его рот раскрылся, в меня отправился его язык.

— Гах!

Этот удар застал меня врасплох, язык направлялся мне прямо в грудь.

Я попытался уклониться, но времени не хватило. Поскольку брони на мне не было, удар сбил меня с ног, я покатился по холодному каменному полу.

Ощущение жгучей боли разлилось по груди. Соберись! Я ругал сам себя за то, что открылся для атаки. Я наконец перестал катиться, только оказавшись в другой стороне коридора, напротив лестницы, по которой мы спускались. Игнорируя боль, я поднялся на ноги.

— Не смей ранить моего друга!

Я увидел его.

Лай спустился в коридор и начал бросать в монстра камни, отвлекая его от меня.

— …УХООО.

Камни попали в цель, варвар повернулся к мальчику.

Лай застыл перед яростным монстром, похоже, варвар увидел в нём врага и бросился на него.

— НЕТ!..

— УВООООООУУУУУ!!!

Я бросился на монстра, приложив все свои силы чтобы его остановить, но я уже не успевал.

Силь вбежала в коридор и обняла застывшего от ужаса мальчика, прикрыв его собой будто щитом.

Вытянув правую руку, отбросив инстинкты, подсказывавшие мне бежать, я приготовился крикнуть во весь голос.

— …УГААА!

Но моему крику не суждено было прозвучать.

Серебряный наконечник дротика просвистел в воздухе будто комета, пробив в груди варвара дыру.

— …А.

Монстр даже не успел испустить предсмертный хрип. Его магический камень исчез вместе с рёбрами, на их месте была зияющая дыра. А в следующее мгновенье монстр рассыпался в пепел.

Шух… в коридоре повисла тягучая тишина, бой казался иллюзией. Единственным доказательством того, что я сражался с монстром оказалась Шкура Варвара, лежащая посреди кучки пепла, от который поднимался в воздух дымок.

Силь и Лай, будто приросшие к полу медленно, даже опасливо посмотрели на вход. Я видел за их спинами стоявший в тусклом свете силуэт. Его мощь меня ошеломляла.

Чёрно-серая шкура. Невысокое, грациозное тело. Коточеловек, которого я заметил вечером.

— …У… Умм!

Он бесшумно прыгнул над Силь и Лаем, приземлившись прямо перед горсткой пепла и поднял свой дротик. Я пытался сказать хоть что-то, подбежав к нему. Я должен поблагодарить его за то, что он всех нас спас.

— Даже женщину и ребёнка защитить не способен, грызун бесполезный.

Его взгляд заставил меня застыть на месте.

— П-прошу прощения.

— …

Он прав. Я ничего не могу сказать против, мне остаётся только опустив голову извиниться.

Если бы его здесь не оказалось, с Силь и этими детьми могло бы произойти нечто ужасное, нечто, что я никогда бы не смог искупить. Если обычные горожане подвергаются опасности, это вина авантюриста.

Коточеловек меня проигнорировал, он повернулся, а я начал катиться мыслями в свою беспомощность и стыд. Не сказав больше ни слова, он зашагал к лестнице.

Лай не сводил взгляда с проходившего мимо него коточеловека и неожиданно закричал самым восторженным за весь день голосом:

— Вана Фрея… Авантюрист высшего ранга?!

Вана Фрея… так он из Паствы Фреи?

Паства Иштар пала совсем недавно. Я был почти в самом эпицентре событий, а этот коточеловек был одним из авантюристов, которые стёрли с лица земли одну из сильнейших Паств. Он вдохновляет и пугает одновременно.

Но тут я вспомнил, где мы встречались.

Его голос… Ночь после тренировки с капитаном Паствы Локи, Айз Валленштайн на городской стене, коточеловек напал на неё посреди улицы. У него был точно такой же голос.

— …

Он остановился перед Силь, а я сверлил его взглядом со спины. Он ничего не сказал, лишь слегка склонил голову удалился из коридора.

Силь проводила его слабой улыбкой.

— С-Силь, ты не ранена?

— Белл.

Я до сих пор не пришёл в себя, но побежал к девушке, чтобы убедиться, что она и ребёнок в порядке. Даже после того, как она махнула рукой и с улыбкой заверила меня, что всё в порядке, я не переставал извинялся.

— Что тут у нас, Маленький Новичок? Тебе Вана Фрея для спасения нужен! — Лай нисколько не сожалел о своих действиях. Его слова стали для меня ударом молнии, снова отправив моё сознание в пучину сожалений. Но в этот момент Силь разразилась такой поучительной тирадой, что её слова даже у Фины и Рюю вызвали слёзы на глазах. Меня прошиб холодный пот.

— Эм, Вана Фрея… Ты с ним знакома?

— Да. Он из авантюристов, которые время от времени заглядывают в бар.

Мы уставились на горку пепла, я нарушил молчание. Силь радостно добавила, что он один из самых заядлых посетителей «Щедрой Хозяйки». Прозвучало так, будто они хорошие знакомые.

— А он… не слишком страшный?.. Наверное, с ним сложно было сблизиться. Силь, ты просто нечто…

— О, а мне так не кажется. Вообще-то, у него очень чувствительный язык. Если перед ним поставить что-нибудь горячее, он будет дуть на кружку и махать на неё руками, пока пар не перестанет появляться. Он очень миленько выглядит, когда так делает.

Она говорила очень обыденно, даже хихикнула, будто восстановив картину в своём воображении. Она только что использовала слово миленький, рассказывая о авантюристе высшего ранга… Интересно, Силь на самом деле тайный авторитет, или просто слишком наивная?

Я натянуто улыбнулся:

— Это значит, что задание завершено?..

Рюю повис у меня на руке. Мы осмотрели коридор от начала и до конца, заглядывая во всё тёмные уголки.

— А, ага. Похоже на то. Больше ничего странного не видно.

— Я ещё никогда так не пугалась, — Фина расслабила плечи, тяжело вздохнув.

Чтобы убедиться наверняка, я сделал лишний круг с магической лампой в руках, проверяя все странные, на вид, каменные блоки. Там, где коридор поворачивал он был завален. Единственным входом сюда была лестница, которую мы открыли, поэтому монстру было некуда уходить. Вот он и кричал, оказавшись в ловушке, хотя есть вероятность…

Наверное, лучше в подробности не вдаваться. Если в следующий раз окажусь в подобной ситуации, просто сообщу в Гильдию и оставлю решение за ними.

После этого, дети дали обещание, что никогда больше сюда на спустятся, многозначительная улыбка Силь испугала Лая и его товарищей до полусмерти. Уверен, после этого они не станут, мы поднялись по лестнице, уложили каменную плиту на место и тщательно её привалили.

Уже наступила ночь, поэтому на поверхности царила темнота.

Наверняка Мария уже о нас беспокоится.

Но почему?..

Дети бегали вокруг нас кругами, всё ещё находясь под впечатлением от своего первого в жизни приключения. Силь тихонько шла рядом, а мне в голову пришла очень важная мысль.

Вана Фрея… Разве Паства Фреи сейчас не должна сражаться за городскими стенами?

Я посмотрел на луну, пытаясь понять, случилось ли что-нибудь важное.

Тридцать километров к востоку от Орарио, прекрасное звёздное небо раскинулось над передовой базой Паствы Фреи.

— Как проходят бои? — сереброволосая богиня задала вопрос, прохаживаясь по тенту, освещённому лампами с магическими камнями.

Несколько последователей богини возились у кипящего котла, разливая суп по чашкам. Фрея сняла свою робу и передала её одной из девушек.

— Спасибо, Елена, — сказала богиня, её последовательница поклонилась и покинула тент.

Богиня села на свой трон и перевела взгляд на огромного зверочеловека, Оттара. Тот заговорил.

— Вражеские отряды разбиты. Хедин, Граль и наши сильнейшие бойцы разбивали их в одиночку. Сигнальные ракеты запущены, нам остаётся только забрать поверженных врагов.

— Надо было сразу так и сделать.

Погоня за силами Ракии пустая трата времени. Фрея добавила, что не отправить сильнейших бойцов поодиночке с самого начала было большой ошибкой, и откинулась на спинку своего резного трона.

Из-за огромных штрафов, наложенных на неё Гильдией, богиня не могла проигнорировать приказ оставаться на поле боя, пока вторжение не будет отбито. Для Богини Красоты подобное было бесполезными хлопотами.

— Могу рассказать о небольшой странности, вражеские солдаты были деморализованы и сражались безрассудно. Может случилось что-то ещё?

— Наверняка Паства Локи что-то сделала, свалив на нас грязную работу. И сделала успешно.

Богиня не стала тратить время на обсуждение ситуации с Оттаром. Фрея взяла бокал вина с круглого столика, стоящего рядом с троном и поднесла к губам. В этот момент в тент вошёл коточеловек.

— Прошу прощения за вторжение.

— Добро пожаловать, Ален. Надеюсь, проведённое вне поля боя время принесло тебе умиротворение.

Аллен Фромель, получивший от богов титул Вана Фрея, вежливо поклонился, когда Фрея отметила его возвращение. Он встал рядом с Оттаром перед своей богиней, ответив ей со всей вежливостью, несмотря на резкость в голосе:

— Так и было. Впрочем, ваша девочка покинула бар… и я потерял немало драгоценного времени из двух дней, когда за ней следил.

Однако, в его следующей фразе слышалось скорее беспокойство.

— Если бы ваше святейшество напрямую запретило ей бродить по городу… это бы исправило ситуацию.

Фрея поставила бокал обратно на столик, на её губах появилась улыбка.

— Хех, но ведь Силь была тебе благодарна, не так ли?

— …

— Разве она тебе не улыбнулась?

После этого Аллен притих. Ему было нечего ответить. Его обычно холодное и безэмоциональное выражение было нарушено лёгкой тенью смущения. А кончик длинного хвоста колыхался из стороны в сторону. Подобно тому, как подростки отрицают свой интерес к противоположному полу, этот коточеловек скрывал своё смущение.

Оттар не сказал ни слова, но в его взгляде чувствовалась лёгкая издёвка.

— Со зрением проблемы, Оттар?

— …

— Я тебе не клоун! Убирайся, понял?

Лицо Аллена покраснело, когда он увидел взгляд гиганта. Оттар, впрочем, никак не отреагировал на взрыв эмоций.

Двухметровый гигант, командир Паствы Фреи, прислушался к своему подчинённому и вышел из тента.

Коточеловек скрипел зубами, наблюдая как Оттар скрывается за тканевой дверью.

— Ха-ха-ха…, — Фрея прикрыла рот пальцами, сполна наслаждаясь односторонней злобой своего подчинённого. Аллен покраснел ещё сильнее, прежде чем слегка успокоиться и посмотреть на свою богиню снова.

Как только смешки утихли, Фрея сделала ещё один глоток из своего бокала.

— Хотела бы я побыстрей вернуться в Орарио. Впрочем, мне нечасто удаётся покинуть город. Это отличная возможность погулять и посмотреть, что здесь можно увидеть.

— …Для вас, Миледи, я с радостью стану колесницей. Скажите мне, куда вы хотите попасть, и я мигом вас отнесу.

— Ну и ну, какая исполнительность.

Фрея лишь намекнула на возможное путешествие за пределами города, а Аллен уже был готов стать её ногами, если потребуется. Безоговорочная верность последователя вызвала у Фреи улыбку.

— Аллен. Ты виделся с Аней?

— Я разорвал все связи с этой простушкой.

— Нет, так не пойдёт. Она твоя единственная родня, единственная семья для тебя, так? Будет слишком жестоко, если ты от неё отстранишься.

Прежде чем коточеловек ответил, прошло несколько секунд. В его голосе не было слышно особого энтузиазма:

— …Ладно, как пожелаете.

— Какое сложное дитя, — произнесла Фрея, улыбнувшись и допив остатки своего вина.

Её глаза сияли подобно луне в ночном небе.

— Мя! Она вернулмясь!

Первым что она услышала, был восторженный голос Ани.

Солнечные лучи только начали греть улицы города. Силь, в своей униформе оглядела остальных работниц бара, встречавших её улыбками.

— Наконец я вернулась.

— Мя, из-за того, что тебмя так долго не было, навалилось столько рмяботы! Мы застмявим тебя пальцы в порошок стереть рмяботой, чтобы ты усвоилмя урок!

— Хлоя, мы не всё успеваем только потому, что ты свои смены пропускаешь. Это тебя наказывать нужно.

— Я уже и беспокоиться начала, потому что тебя слишком долго не было. Где ты пропадала?

— Прости Руноа, но это тайна.

Силь повернулась к коллеге, и ответила, приложив палец к губам, а Хлоя и Лю почти сразу начали препираться.

Радостная улыбка обычной городской девушки вызвала у Руноа удивлённый вздох:

— Ого?..

— …Мя? Хорошо провела время с мяльчиком?

— Что?

— Мя-ха-ха, тмякое хорошее настроение бывмяет только у влюблённых девушек.

Хлою и её инстинкты не обманешь. Кошкодевушка захихикала, подходя ближе к Силь и размахивая хвостом из стороны в сторону.

Силь прикрыла пылающие щёки руками, не в силах сдержать улыбку.

Работницы тут же заулыбались, их глаза начали блестеть, будто они раскрыли какие-то сочные подробности, в этот самый момент из кухни вышла владелица бара, Мия:

— Уверена, что готова возвращаться?

— Да, я в порядке… теперь.

Мия уставилась в серебряные глаза Силь и гаркнула:

— Тогда кончай хвостом вертеть и за работу.

Фыркнув, дварфийка повернулась спиной:

— Остальных это тоже касается!

Работницы бара тут же принялись готовить «Щедрую Хозяйку» к открытию.

На лице Силь царила всё та же улыбка, когда она повернула знак на входной двери на «открыто» в начале рабочего дня.

— …Благодарим вас за визит в Щедрую Хозяйку. Добро пожаловать, — самая обычная горожанка улыбалась первым посетителям, вошедшим через парадную дверь.

----------

Любовная песнь Неназванной Богине

[[image:/storage/reader-images/598766870971d9e7b0d09bef225459fe13aaa65d.png]]
— Да что за чертовщина творится?!

Бам!Крупный мужчина ударил кулаком по стоящему посреди палатки столу.

Этот мужчина был божеством. Последователи Ареса сжались от страха, слушая разъярённые крики своего повелителя, позолоченные волосы которого поблёскивали в тусклом свете.

— Как я и доложил, силы Орарио берут в плен наших воинов. Из начальной армии в тринадцать тысяч солдат десять уже в руках врага.

— Да знаю я! Я пытаюсь понять почему? Почему, Мариус?

— Авантюристы Орарио сильнее монстров из самых страшных наших кошмаров, вот почему.

Человек, которого божество назвало Мариусом, оставался на удивление спокоен даже после бешеных криков Ареса. Его простые и прямолинейные ответы сопровождались недовольными вздохами.

Главный лагерь Паствы Ареса.

Встреча высшего командования сил Ракии проводится вдали от мест сражений с Альянсом Орарио, рядом с Тёмным Лесом Сеоро.

Впрочем, к этому моменту все обсуждения тактики свелись к крикам Ареса, узнавшего в каком ужасном состоянии боеспособность его армии.

— Учитывая количество раненых и пленённых солдат, нет никакой надежды на продвижение линии фронта и даже на удержание позиций. Хуже того, местные торговцы истощают наши фонды…

— Вот ублюдки… БУДЬ ТЫ ПРОКЛЯТО, ОРАРИОООООООО! — взревел Арес, задрав голову к потолку.

Мариус тяжко вздохнул. Остальные генералы были настолько запуганы своим богом, что только Мариус, высочайший по уровню среди смертных, мог рассказать о неудачах армии.

Светлые волосы, медового цвета, Мариуса сильно отличались по тону от растрёпанной, подобной львиной гриве божества. Он обладал внешностью, которая подошла бы человеку королевских кровей. Его нельзя было назвать мускулистым, но и худым он не был. Ему около двадцати, его лицо ещё не успели изрезать морщины, а создаваемый тяжёлой бронёй образ рыцаря идеально ему подходил.

Поражения в битвах с Альянсом уязвили гордость юноши, его недовольство богами противников было готово выплеснуться, но Мариус себя сдержал и остался спокоен, лишь тяжело вздохнув в очередной раз.

— Думаю, вы и без меня это понимаете, но войну продолжать мы не можем, не так ли? Отправимся домой, Всевышний Арес. Если вы усвоили урок, перестаньте готовить бессмысленные вторжения в Орарио.

— ГРАХ!.. Мариус, безверный трус! А твой отец, Мартинус повиновался моим приказам беспрекословно!

— …За это его и прозвали «Слабоумным Королём»! За это и за то, что каждую твою прихоть пытался исполнить!

— К-как ты смеешь со мной так говорить?! Я подумываю лишить тебя ранга и изгнать из королевства!

— Тебе не придётся. Я складываю с себя полномочия немедленно! Тогда тебя не будет волновать, что я покину страну и исполню свою мечту став авантюристом в Орарио, правда?

— Отказано. Ты этого не сделаешь!

«Мой принц! Но принц!» — остальные генералы поняли, что покрасневший от злости кронпринц может действительно сложить с себя полномочия, и начали наперебой уговаривать его остаться.

Чтобы получить необходимый боевой опыт, с армией вторжения был отправлен кронпринц Королевства Ракия. Второму по значимости человеку в Пастве Ареса завидовал в королевстве любой, но сейчас ему оставалось лишь спорить со своим богом, и разногласий между ними становилось всё больше с каждым днём.

Раздражение решительного и смелого принца перерастало в злобу на своего воинственного бога:

— Очнитесь вы!.. Уже не важно, что мы предпримем, попытка Гарона вернуть Вельфа Кротцо обернулась провалом. Гильдия требует от нас деньги за возвращение самого Гарона и его людей. Подстраховаться нам больше нечем. Продолжать эту войну нет никакого смысла.

Мариус наконец остыл и заставил Ареса посмотреть на факты. Божество в ответ только зарычало:

— ГРААААААХХХ!..

Юноша был прав. Стратегия получения Магических Мечей Кротцо, козырная карта, которую они планировали разыграть, уже невозможна. Война потеряла своё значение. План Ареса по вооружению магическими мечами Вельфа целого батальона и зажатию сил Альянса в тиски провалился.

Мариус не верил в эту тактику с самого начала. И теперь, встретившись взглядом с Богом Войны, он предлагает отступить… Но единственной эмоцией, он увидел в глазах Ареса, была отчаянная жажда победы.

— Ну и ладно… Пойду в Орарио лично!

— ЧТО?!

— Если твои бесполезные солдатики ничего не могут, я лично заберу эти мечи! С ними величие былых дней снова будет у нас в руках!..

— Ты же не собираешься похищать Вельфа Кротцо? Он Второго Уровня! Поднимешь на него руку и подпишешь себе смертный приговор! Зашибёт, не глядя!

— Хватит тут трусость наводить! Целью будет не мальчишка Кротцо, а его богиня — Гестия!

Не только Мариус, но и все находившиеся в палатке командования генералы раскрыли рты, услышав, что Арес планирует похитить божество.

— Всего лишь мелкая богиня. Наверняка даже вы, червяки, сможете её с одного места в другое перевести, так ведь? В общем, я с ударным отрядом отправлюсь в Орарио, украду её и потребую в обмен на заложницу от Орарио Вельфа Кротцо! Ха-ха-ха! Такой идеальный план, что я сам себе удивляюсь!

— Это худшая и самая неподготовленная операция, которую ты когда-либо предлагал! Как ты собираешься в стены города пробраться?..

— И почему я раньше был так слеп, стоило похитить её с самого начала! Если король, ну, бог, не поведёт своих людей они не поймут, что делать! Мариус, готовь моего коня! Мы выдвинемся под покровом тьмы, чтобы жуткая Фрея и её прихвостни не поняла, что мы ушли!

— Какой идиот, божественный дебил!..

Короля-божество, принявшего решение невозможно было переубедить. Генералы повскакивали со своих мест и спешно принялись за подготовку. Молодой командир нахмурился, молча последовав за золотоволосым божеством, выбежавшим их палатки.

Армия Ракии начала свою последнюю операцию под присмотром бога.

Началась подготовка к последней битве, способной определить исход войны. Патрули Орарио, малочисленные и едва не засыпающие на своих постах были явно не готовы к атаке, такой отчаянной и безумной, что предсказать её было практически невозможно.

В стенах города царил такой же мирный день, как и все предыдущие. Несмотря на то, что в отличие от прошлых дней за стенами города кипит нешуточная битва со снова перешедшей в наступление армией Ракии, утреннее солнце сияет всё так же ярко.

Я иду быстрыми шагами по коридору, слушая пение птиц за окном. Я заметил идущую передо мной девушки и окликнул её:

— Харухиме.

Золотой, пушистый хвост покачивается под юбкой её наряда горничной. Держа обеими руками огромную корзину и прижимая её к щеке, она повернулась посмотрела на меня через плечо:

— Белл-доно, доброе вам утро.

На её милом лице появилась прекрасная улыбка, она склонила голову в приветствии, потому что не могла сделать свой обычный поклон из-за корзины в руках.

Время раннее, завтрак ещё только готовится. Приятный запах с кухни нагоняет на меня голод, а Харухиме пытается управиться с домашней работой прежде, чем мы спустимся в Подземелье. Её корзина наполнена выстиранными вещами каждого из нашей Паствы. Харухиме несёт их развешивать.

Я пожелал ей доброго утра и догнал в коридоре:

— Тебе нужна помощь? Я буду рад помочь.

— В-вовсе не обязательно мне помогать, Белл-доно. Эти обязанности были на меня возложены, я не хочу, чтобы вы тратили своё время…

— Мне всё равно нечем заняться. Давай помогу.

Я быстро забрал половину вещей с верха корзины. Харухиме её держала, поэтому остановить меня не могла.

Пусть у неё и появились Характеристики, переносить такую кучу мокрых вещей то ещё испытание. Её робкие глаза смотрели на меня настойчиво, она будто пыталась сказать, что может справиться сама. Но я лишь улыбнулся в ответ и, после того как мы вынесли вещи, решил помочь не только их донести, но и развесить.

Задний двор, в который мы вышли из коридора, нужно было ещё подготовить. Я помог Харухиме натянуть верёвку между стенами в том месте, где полуденное солнце греет сильнее всего, и мы начали развешивать на ней вещи.

Мы оставили стирку боженьке, Лили, Микото и Харухиме, пока сами с Вельфом занимаемся другими делами. Знаю, что ничего не поделаешь, раз мы с девушками живём под одной крышей, но я очень старался не смотреть на их вещи, которые Харухиме развешивала, с другой стороны. Харухиме тоже покраснела. Хоть я и сомневаюсь, что она станет развешивать на улице какое-нибудь нежнее бельё.

Я заметил, что и мои щёки пылают. Может разговор с ней сделает ситуацию не такой неловкой:

— Эм, Харухиме? Ты привыкла тут жить?

— Да, привыкла. Благодаря помощи Всевышней Гестии, Лили-сан, Вельфу-сан и Микото-сан.

Потом она добавила, что и я очень помог ей освоиться, и улыбнулась мне от всего сердца.

Это была не та пустая улыбка, к которой она привыкла пока жила в Районе Удовольствий, а тёплая и нежная улыбка, которая показалась мне сиянием утреннего солнца. Я улыбнулся в ответ, и почти сразу после этого отвернулся и прикрыл глаза. Сегодня мне снова удалось увидеть её настоящую улыбку, и я этому рад.

Неожиданно её яркая улыбка сменилась задумчивостью:

— Только вот… к несчастью, моя неумелость доставляет всем немало проблем… Как и вам сейчас Белл-доно.

— Харухиме, всё в порядке… никто не считает тебя неумелой.

— Нет, я могу быть полезной только делая работу. Я должна больше стараться, я должна стать лучше…

Не похоже, чтобы она мне поверила. Посмотрев на неё, я увидел, как она виновато скользит взглядом по разделяющему нас двору. Она потёрла руки и закатала рукава своего наряда горничной, её хвост безжизненно повис.

Несмотря на то, что она сказала, я вижу как сильно она старается. Возможно даже слишком сильно: стирка, готовка и уборка, да ещё и походы в Подземелье. Она не только помогает по дому, но и выполняет роль помощницы и чародейки в Подземелье. Она ещё не привыкла к боевому походу, поэтому наверняка позиция в задних рядах отряда сильно на неё давит.

Последние выстиранные вещи были развешены, я посмотрел её в глаза. Собираясь с мыслями, я размял шею.

— Эм, Харухиме… мне кажется, тебе не стоит так сильно себя нагружать.

— А?

— Я помню время, когда вступил в Паству. Я был полон решимости сделать всё, что в моих силах по дому, занимался готовкой и уборкой, чтобы боженька этим не утруждалась…

Когда я только присоединился к Пастве Гестии, она состояла из боженьки и меня. Я зарабатывал деньги в Подземелье и занимался домашней работой, как сейчас Харухиме. В конце концов я слишком перенапрягся и заболел, что принесло боженьке лишь больше забот. Может сейчас ситуация не такая, но иногда тело не может сделать то, на что настроен разум. Получение Характеристик этого не меняет. Об этом я и рассказал Харухиме. Она слушала меня с удивлением.

— В общем, я пытаюсь сказать… Как бы мне выразиться?

Наверняка такие речи у лидеров вроде Оуки или Финна не вызывают проблем. В сравнении с другими командирами Паств это выглядит жалко… Пусть так, но я попытался перенести свои мысли в слова.

— …Мне было бы гораздо легче, если бы ты не напрягалась так сильно сама… а просила помощи.

Я улыбнулся, моё лицо снова покраснело. Мне хотелось произнести что-то вроде вдохновляющей речи, но этого не случилось. Я почесал щёку.

Харухиме посмотрела на меня дрожащими глазами, её руки сцепились перед манящими изгибами, скрытыми верхней частью наряда горничной. В её глазах появились слёзы, будто её дух был очищен сказанным мной… а щёки слегка порозовели.

Она посмотрела на меня тут же прикрывшись вещами, будто ей стало стыдно. Её фраза тянулась медленно, будто задумчиво:

— Х-хорошо, тогда… Могу я попросить вас о помощи прямо сейчас, Белл-доно?

Она приняла мой совет! Как же это здорово! Я так рад! Она протянула ко мне руку.

— Не будет странно если я попрошу вас… принять мою руку?..

— А?

Я несколько раз моргнул. К чему эта просьба?

Я, конечно, застыл, но как запылали мои щёки, не ощутить не мог. Пот побежал по лицу, я попытался подобрать слова для вежливого отказа… Она даже не попыталась убрать руку, она ждала ответа краснея всё сильнее.

Увидев, как подрагивают её ушки и хвост я ощутил к ней что-то вроде жалости. И что мне делать? Честно говоря, не задумываясь, я протянул дрожащую руку и обхватил её тонкие пальцы.

— А…

Они оказались холодными. Не просто холодными, пальцы Харухиме застыли. А ведь на дворе уже лето… Наверное, пока она стирала этим утром, она продрогла до костей.

Почти рефлекторно моя ладонь обхватила её руку, и я увидел, как её плечи поднимаются. Всё её тело, до самого кончика хвоста, охватила дрожь.

— П-попросить вас… обхватить обеими руками… не будет странно?..

— К-конечно…

Я исполнил её просьбу мгновенно.

Левой рукой я обхватил её ледяную руку, с другой стороны, зажав её между ладонями. После этого она положила левую ладонь поверх моей руки, получилось что-то вроде двойного рукопожатия.

…Что …это?

Дрожь прекратилась. Она прикрыла глаза и сжала мои руки, будто пытаясь поглотить их теплоту. Её щёки, да и мои тоже, были ярко красными.

Сердце начало биться быстрее, а мысли в голове наоборот, начали замедляться, улетучиваться.

Я держал её руки в своих около минуты.

— …Чем это ты тут занимаешься, Харухиме?

Харухиме шумно схватила ртом воздух. Нас застал врасплох устрашающе низкий голос, обратившийся к девушке-ренарту по имени. Она чуть из кожи не выскочила.

Я тоже подпрыгнул от удивления. Я посмотрел в направлении голоса и увидел боженьку, стоявшую от нас в двух шагах и угрожающе смотревшую на нас.

— ХЬЯЯЯЯЯЯ! — она подпрыгнула, чёрные хвостики за её спиной колыхнулись будто океанские волны, и она нанесла разрубающий удар ладонью по нашим рукам.

АУ!

Нам с Харухиме пришлось тут же отпустить друг друга.

— Может Белл и сам до этого довёл, но ты та ещё лиса, Харухиме. Получается мне теперь за тобой каждую секунду придётся приглядывать, так ведь?

— Г-Гестия-ками! Это всё недопонимание! У этого нет какого-то подтекста!..

— Нет подтекста? Что-то по твоему красному лицу этого незаметно!

Харухиме выросла с серебряной ложкой во рту и знает о настоящей жизни не так много, но её невинность почему-то сильно донимает боженьку. Я ощутил злобу, которая в ней кипит.

Её переполненные яростью синие глаза уставились на ренарта, совершенно забыв обо мне. Но вот её чёрные хвостики… Я даже двинуться не могу, отчасти это случилось из-за моей отчаянной попытки побыть настоящим командиром. Какой стыд! Моё молчание подбило Харухиме на попытку полужестами-полуфразами объяснить, что произошло. Как только она дошла до момента, в котором я говорю ей просить о помощи, синие глаза боженьки посмотрели на меня. К моему удивлению, лицо Всевышней смягчилось, и она скрестила руки, ожидая, когда Харухиме закончит рассказ.

— Вот оно что. Ладно, ничего не поделаешь…

— Т-то есть вы закроете на это глаза!..

Боженька начала, улыбаясь кивать, а потом неожиданно сжала кулаки и подняла их в воздух замерев в какой-то эпической позе:

— …ТЫ ДЕЙСТВИТЕЛЬНО ПОДУМАЛА, ЧТО Я ТАК ОТРЕАГИРУЮ, ДА?

— П-П-П-приношу глубочайшие извинения!

Харухиме в ужасе отпрянула, содрогаясь и прикрывая руками голову. Боженька замахала кулаками в воздухе, её внушительная, больше даже чем у Харухиме, грудь прыгала с каждым движением.

В разговоре между бывшей девушкой благородных кровей и разъярённой богиней что-то казалось странным.

— Харухиме… Я забыла об этом рассказать, но в моей Пастве есть правила. Безусловно, нечистые отношения между мальчиками и девочками запрещены, и держание за руки подпадает под запрет!

— Эээээ?

Слова боженьки обрушились на Харухиме будто каменный блок.

Кстати, я, эм, впервые слышу об этом правиле…

Есть у меня ощущение, что запрет на держание за руки может привести к проблемам в Подземелье…

— Я одна из величайших богинь непорочности в Тенкае! Моральные устои важны, и их нужно защищать! — объявила боженька. Харухиме не знала, что ей делать, она начала переводить взгляд с Всевышней на меня и обратно, а потом опустила голову.

— Мне нет оправданий, Гестия-ками… В будущем я буду осторожнее.

— Вот и хорошо. Раз ты поняла, так и быть.

Харухиме казалась очень разочарованной, а боженька величественно кивнула.

Съёжившись, девушка-ренарт добавила, что она будет беспрекословно следовать правилам Паствы, а потом повернулась ко мне спиной… так, а это что? Примерно с уровня её пояса мелькнуло что-то золотое. Её хвост приблизился ко мне. Будто по собственной воле он обвился вокруг моей кисти.

— …

— …

— …

Пока мы с боженькой не могли и слова произнести, её хвост несколько раз крепко сжал мою руку.

Язык тела Харухиме очень запутан и сложен, но после этого движения ушки на её голове зашевелились.

— ХЬЯЯЯЯ! — второй удар ладони боженьки заставил хвост Харухиме отпустить мою руку

— ИИИИК! — девушка-ренарт взвизгнула.

Всевышняя Гестия накинулась на неё, как извержение вулкана. Харухиме рухнула на колени, снова и снова кланяясь и извиняясь. Я смотрел за этой сценкой, покрываясь холодным потом.

— Все меня слышат? Я не пытаюсь сказать, что у вас не должно быть отношений, но мораль превыше всего.

Боженька собрала всю Паству после завтрака и сделала заявление.

Мы в одной из просторных гостиных комнат поместья. Перед походом в Подземелье мы оказались за одним столом.

За долгое время боженька впервые оказалась свободна от работы. Она посмотрела каждому из нас, одному за другим, в глаза:

— Поэтому детям разных полов запрещено касаться друг друга. На держание за руки налагается табу.

Боженька прикрыла глаза и прищёлкнула языком. Лили возразила молниеносно:

— Это тирания!

Харухиме, ставшая причиной этого собрания, сидела с очень виноватым видом. На неё ещё был одет наряд горничной, и она налила всем нам чай, прежде чем устроиться на своём месте, в самом углу, чтобы быть незаметной.

Что же, правила каждой Паствы определяются богами и богинями и, похоже, это одно из них… Хотя мне и кажется, что запрет на физический контакт между мальчиками и девочками это слишком…

— Тогда и вы, сударыня Гестия, должны подпадать под это правило, так? Сударыня Гестия, обязана никогда не касаться сударя Белла или сударя Вельфа ни при каких обстоятельствах!

— Я-я же богиня!

— Это не важно! Как может богиня требовать следования своим правилам от последователей, если сама его не соблюдает?!

А ведь она права, если так будет, мои Характеристики никогда не улучшатся! За столом начали слышаться другие возмущённые голоса, как и Лили, остальные просили не устанавливать странные правила, и спор Лили с богиней начал разгораться.

Микото была раздражена не меньше, чем я, это можно было заметить по капле пота, скатывающейся по её щеке. Вельф что-то бормотал себе под нос.

— В-в общем все необязательные контакты запрещены. Это включает отношения с членами других Паств!

— А?!

Вот это заявление очень сильно меня подстегнуло.

— Что это за удивление, Белл? Это обычная практика. Не значит ли твоя реакция что тебе нравится кто-то с другой Паствы? А даже если и нравится, ты же не хочешь заводить с ней отношения, так?

— Нет, ну, просто… Я ничего не имел в виду…

Ого, в её словах слышится упрёк. Как мне на него ответить?

Вступление в отношения с человеком из недружественной Паствы что-то вроде запретной любви, и это ставит под удар всю Паству. Боженька права, это обычная практика, это всё очевидно, но…

Я огляделся, и, к моему удивлению, Лили притихла. Она так уверенно сопротивлялась раньше. Харухиме недовольно ёрзала, оказавшись между мной и боженькой. Вельф растирал шею, прошептав что-то вроде: «И вот, опять…».

Почему-то его слова показались мне очень подходящими…

Я посмотрел на стол, пытаясь подобрать возражения для правила боженьки.

— М-можно узнать, этот запрет распространяется на божества?.. Питать к божествам чувства неправильно? — Микото медленно подняла дрожащую руку.

Её щёки были красными. Её вопрос всех нас, включая боженьку застал врасплох.

— О, точно. Ты же в Таке…

— Я-Я не про Такемиказучи-ками спрашиваю! Это п-просто!..

— Я не стану такому препятствовать! И вообще, так и должно быть!

Глаза боженьки блеснули. Кажется, она о чём-то подумала. Даже её хвостики начали радостно подскакивать.

— В общем, чувства к божествам даже поощряются! Парочки божеств и детей — это замечательно! Нет, конечно, есть несколько богинь которых стоит избегать любой ценой, но, если речь о хороших парнях, вроде Таке, я ничего не имею против!

— П-парочки?..

Я вжался в стул, потому что голос боженьки стал заметно выше, а слова быстро посыпались из её рта.

Харухиме никак не могла привыкнуть к приступам разговорчивости нашей богини и задумчиво наклонила голову. Всевышняя Гестия повернулась ко мне, её глаза блестели.

— Разве это не то же самое, что и в историях, которые случались до того, как мы спустились в Гекай? Романтические отношения между феями и детьми! Разве это неправильно, Белл? Разве не замечательно мечтать о такой связи?

— Н-ну, замечательно, конечно…

Я мог только кивнуть, когда всеобщее внимание обратилось на меня.

Романы между людьми и полулюдьми не редкость в историях, дошедших до нас с Древних Времён. Только вот большая часть этих сказок и героических эпосов кончается трагедией.

Я на секунду замолчал, собираясь с мыслями, но тут со своего места подскочила Лили:

— Не попадайтесь на её уловки, сударь Белл! Отношения с божеством — это настоящая беда! Божествам незнакомо старение, и их любовь так напориста! Смерть станет единственным спасением из этих назойливых отношений, они будут длиться до самых последних секунд вашей жизни!

— Эй! Ты чего о нас себе надумала?

Лили отчаянно сопротивлялась даже простым разговорам о романах с богами, спустившимися с небес. Стоило её тираде подойти к концу, как Боженька посмотрела на Вельфа:

— Мысли?

— Мысли… то, о чём вы говорите правильно, Всевышняя Гестия.

— Что, правда, сударь Вельф?

— Не нужно называть это «запретной любовью» или чем-то вроде. Божества о нас заботятся, показывая свою привязанность своими способами. Если они хотят изменить природу отношений, это нисколько не странно. По крайней мере, мне хотелось бы, чтобы так было.

Челюсть Лили отвисла. Даже я удивился, услышав признание Вельфа.

— А? Я и не знал, что ты на богинь посматриваешь, Вельф…

— Я посматриваю только на Всевышнюю Гефест.

— Ох-хо-хо! Да, такие прямолинейные детки редкость в наши дни! Вельф, я тебя всячески поддерживаю!

— Ну, спасибо?..

Помнится, я слышал нечто подобное от Цубаки на восемнадцатом этаже… но всё равно не по себе. Боженька будто от восторга засветилась и начала трепать Вельфа по плечу, он сидел рядом с ней.

Он гораздо выше, и, всё же, сидит, смотрит с удивлением, а боженька даже не думает прекращать:

— Ты это слышал, Белл? Сила любви может сломать все преграды между смертными и богами!

Она была вне себя от радости, а мне оставалось только сильнее вжаться в стул. Когда эта встреча успела стать обсуждением отношений смертных с богами? С боженькой согласились спокойный и собранный Вельф и покрасневшая Микото.

Лили, громко, как она умеет выражала своё несогласие. Не могу понять, о чём думает Харухиме. Она ничего не сказала, но, судя по выражению на её лице, она, скорее, не согласна с боженькой.

Паства поделилась на два лагеря, боженька взглянула на меня испытующим взглядом.

— Ну, Белл, что ты думаешь?

— Я-я?..

—Д-да… Например, если бы я была богиней другой Паствы и… Ой, нет. Нет, нет, нет!

Её лицо покраснело, руками она замахала из стороны в сторону. «Кхем!» -прочистила она горло, после этого её немигающий взгляд уставился на меня:

— Если бы другая богиня призналась тебе в любви… что бы ты сделал?

В гостиной стало тихо, вопрос боженьки завис в воздухе.

Все ждали моего ответа. Лили сглотнула и откинулась на спинку своего кресла. Вельф и Микото затаили дыхание, даже Харухиме подняла взгляд и размахивала хвостом из стороны в сторону.

Как и Лили, боженька не могла больше ни звука произнести, таинственный взгляд её синих глаз уставился на меня.

Нужно что-нибудь сказать, пока атмосфера в комнате не стала слишком тяжёлой:

— Я бы, ну, её отверг…

Здесь и думать не о чём. Нужно просто произнести это вслух.

Боженька вздрогнула.

Глаза Лили и Харухиме раскрылись от удивления. Вельф и Микото тоже выглядели так, будто мои слова их удивили.

Что-то в этих реакциях кажется… странным. Я попытался объяснить свой ответ, потому что в комнате стало как-то слишком мрачно:

— Я просто не думаю о богинях в этом плане… Я был бы, конечно, рад, но в этом нет никакого смысла. Меня бы слишком шокировало это признание.

Отношение с существом верхнего мира? Они же не такие как мы, они боги.

Вельф и Микото, похоже, думают по-другому, и меня это поражает… Но, так и есть.

Боги особые существа, которым нужно поклоняться и почитать.

Я был бы больше, чем просто рад, общаясь с ними, как часть Паствы, как «дитя» Гекая и член их группы, но… мне кажется, что эту линию пересекать не стоит.

— Б-Белл…

Плечи боженьки опустились так быстро, что я будто услышал, как её настроение пробивает пол. Она опустила лицо, всё тело дрожит… соскочила с кресла:

— Белл, ты придурок!..

— Б-Боженька?..

Она выбежала из гостиной на полной скорости, её звонкий крик эхом отражался от стен.

Глаза она прикрыла локтем, я смотрел, как она бежит по коридору, дверь за ней осталась открытой. Она побежала прямиком к выходу, а на улице сразу бросилась к воротам.

Я почти бросился за ней, в ушах ещё звенит.

— Белл… а ты труднее чем я думала.

— А? Н-но… богини – это богини!..

Из окна гостиной я мельком увидел бегущую по улице боженьку. Вельф подошёл ко мне, а я погрузился в размышления пытаясь понять, нужно ли мне за ней гнаться или нет.

Даже я слышал в своём голосе замешательство, Лили и остальные девушки тоже подошли ко мне.

— Вы всё правильно сказали, Белл-сан. Есть люди, которые выражают к богам только уважение, но…

— Да, но ещё у богов немало и других почитателей…

Микото, казалось, очень сложно подбирать слова, а Харухиме была в замешательстве. Даже Вельф смотрел на меня с осуждением: «И надо было тебе так далеко зайти?» — ему будто казалось, что моё восприятие божеств только как божеств ненормально.

Меня никто не отчитывал, но я вдруг почувствовал себя крайним.

В тяжёлом молчании прошло несколько секунд.

— Если вдруг… просто представим, — мне в глаза посмотрела Лили. — Просто представим, что Всевышняя Гестия, тайно влюблена в человека с Земли… Тогда слова сударя Белла могли очень сильно ранить её чувства.

На выражение этой мысли у Лили ушло немало времени. Я заметил, как с каждым словом опускаются её брови, а мои глаза распахиваются всё шире и шире.

— …Слушай, Белл, — смотревший на меня со стороны Вельф заговорил. — Почему ты так напуган?

— !..

У меня дыхание перехватило. Вопрос Вельфа будто пронзил меня насквозь. Руки сжались в кулаки, прежде чем я успел это осознать. Прошло несколько мгновений, а я так никому и не ответил. Я отвёл взгляд.

— …Я пойду за ней.

Я выбежал из гостиной будто заключённый, сбегающий из тюрьмы. Я ощущал на себе взгляды, но никто ничего не сказал мне вслед.

— Думаешь, говорить что-то подобное было хорошей идеей, Малютка Лил?

После того как Белл выскочил из комнаты, оставшиеся члены Паствы Гестии какое-то время смотрели ему вслед, а потом, Вельф повернулся к Лили.

— …Лили не беспокоится. Всевышняя Гестия и её богиня тоже. Ничего никогда не прояснится, если не начать говорить напрямую… А ещё она всегда суёт нос в дела Лили, как на прошлой неделе.

Вельф хотел убедиться, что Лили понимает, что помогла своей сопернице. Хоть последняя часть и была сказана шёпотом, ответ Лили звучал твёрдо.

Микото и Харухиме сразу поняли, что Лили не до конца честна с собой и улыбнулись. Впрочем, если бы они себя не сдерживали, от такого ответа они бы рассмеялись во весь голос.

Вельф тоже не мог не улыбнуться, посмотрев на ворчащую Лили:

— Похоже, сегодня похода в Подземелье не предвидится.

— Похоже на то, — кивнула Микото услышав предположение Вельфа.

Спорить никто не стал.

Парень и богиня должны помириться очень скоро, и остальным хотелось встретить их дома.

Я бежал по городу в поисках боженьки.

Многие авантюристы уже спешат в Подземелье, отчего на улицах очень оживлённо. Обычные горожане тоже в это время ставят свои ларьки и открывают лавки, конные такси начинают возить людей по главным улицам города.

Небо над Орарио чистое. Лишь где-то на севере собираются серые тучки. Наверное, в горах сегодня будет идти дождь, подумалось мне, пока я медленно бежал, уклоняясь от людей на дороге.

Я понятия не имею куда боженька могла сбежать из дома. И бегать по городу кругами, пока я её не найду, я не могу, город слишком большой.

Никак не могу перестать вспоминать её лицо, перед тем как она сбежала. Слова Лили снова и снова проносятся в мыслях. Игнорируя боль в груди, я спрашиваю владельцев лавок и проходящих мимо прохожих, не видели ли они бегущую молодую богиню.

— О?... Уж не Белл ли это.

— Это точно он. Эй, Белл!

— А… Всевышний Миах и Всевышний Гермес?

Я случайно набрёл на богов, когда проходил по Западному Району.

Миах толкал тележку с зельями и другими целебными средствами на четырёх колёсах, а Гермес был с ним рядом в своей вечной шляпе с широкими полями и пером. Наверное, он ускользнул от Асфи, потому что её я рядом не вижу. Обычно она следует за ним, будто тень.

У первого божества длинные волосы, синие как океан, а у второго короткие, оранжевые, а их лица так красивы, что я бы не удивился если бы узнал, что их высек из камня какой-нибудь скульптор. Я пожелал им доброго утра, но не мог не задуматься о том, что их странно видеть вместе.

— Могу я спросить, что вы делаете в этом далёком переулке?

— Мне предложили стать частью какого-то тёмного дела. Этот человек хочет использовать имя моей Паствы чтобы заработать пару валис, а я пытаюсь найти способ ему в этом отказать.

— Ну, ну! Миах! Зачем ты такое говоришь? Никаких тёмных дел я не замышляю!

Миах говорил мрачно, но было заметно, что он едва сдерживает смешок. В его голосе не было серьёзности. Гермес тоже посмеивался, так что, наверное, это всё просто шутка. Я слышал, что Паства Гермеса работает во всех областях. Будь то покорение Подземелья, служба доставки или какие-нибудь торговые сделки, её представители всё оборачивают в доход. Наверное, он пришёл спросить Миаха о каких-нибудь деловых вопросах.

Улыбка сама собой появилась на моих губах, а потом я вспомнил почему сам здесь оказался. Поэтому я спросил у божеств.

— Гестия? Мммм, прости, Белл. Я её не видел.

— Я тоже. Прости, что не смог помочь.

— Н-ничего. Спасибо, что выслушали, мне нужно идти…

Я вежливо извинился и склонил голову. И когда я уже было собрался развернуться и уйти…

— Белл.

Миах привлёк моё внимание, посмотрев мне прямо в глаза:

— Если ты не торопишься, я могу тебя выслушать.

— А?..

— Мы можем тебе что-нибудь посоветовать, Белл. Тебя же что-то беспокоит, не так ли?

Миах улыбнулся, когда мои глаза распахнулись от удивления. В глазах Гермеса блестела улыбка.

…Они читают меня, будто открытую книгу, они увидели, что у меня на душе неспокойно. Наверное, я не слишком умею скрывать свои чувства.

Божества посмотрели на меня, будто отцы, которые готовы присмотреть за ребёнком. Несколько секунд я мешкал. В конце концов, я не стал рассказывать, что произошло в поместье и перешёл к волнующему меня вопросу сразу.

Способны ли божества любить? Точнее, как они видят нас, смертных?

— Всевышний Гермес, Всевышний Миах… Вы… боги влюбляются в людей? Точнее, становитесь ли вы больше, чем друзьями, больше, чем родителями на всю жизнь людям?..

Когда я заговорил, мои глаза скользили по камням мостовой под ногами. Краем глаза я увидел, как боги переглянулись. Их лица расплылись в улыбках, будто по этому вопросу они всё поняли. А после этого они заговорили.

— Такое, конечно, случается. Мы на удивление уязвимы к этому чувству, по правде говоря.

— Согласен. Ты ведь помнишь Аполлона, Белл? И я сейчас не шучу. Для него любовь не имеет границ.

Аполлон… бог с которым мы сражались на «Битве».

Его ещё часто называют Фобиусом, а однажды он даже предлагал жениться Гестии. Аполлон слишком любвеобильный бог.

— Как только дитя привлечёт внимание Аполлона, он будет любить это дитя до самого конца.

— Угу, Миах прав, этот парень будет дорожить всем, даже самой маленькой вещичкой… а когда один из его детей умирает, Аполлон заходит слишком далеко даже по нашим меркам.

Эта фраза вызвала у меня удивление.

— Слишком… далеко?..

— Определённо. Рыдает дни напролёт целыми месяцами. Если дитя носило при себе какой-нибудь талисман, Аполлон будет носить его при себе. А если из того места, где дитя было похоронено прорастёт дерево, он будет относиться к этому месту как к священной земле.

— Ч-что-то мне не кажется, что он так далеко…

Я озвучил сомнение, но Гермес ответил со смешком:

— Заходит, ещё как.

— Впрочем, есть ещё такие боги, как Такемиказучи, он примеряет на себя роль отца. Даже если смертная девушка полюбит его всем сердцем, и будет ради него готова на край свет отправиться, наверняка он будет держать её на расстоянии. Он не из тех, кто способен по-настоящему осчастливить женщину.

— С Гефест всё чуть сложнее. Для неё, самое высшее счастье — это смотреть, как её последователи растут в кузнечном мастерстве, что делает её похожей на мастера-ремесленника, который наблюдает как ученики становятся самостоятельными. Даже и не знаю, способна ли она сделать следующий шаг. Её взаимодействие с детьми — это смесь божественной доброты и женских чувств.

Миах привёл в качестве другого примера Такемиказучи, а Гермес с улыбкой рассказал мне о Гефест.

Они рассказали мне какие виды принимает любовь богов, будь то неспособность оставить потомство, упрямое следование поведению родителя, или наставления мастера-ремесленника.

— Порой одержимость, порой простое оказание знаков внимания, а иногда присмотр за детьми как родитель… у каждого из нас свой способ выразить любовь своим детям. Кое-то дорожит воспоминаниями о детишках, вроде тебя, целую вечность, кто-то наоборот, пытается забыть сразу… а ещё, помимо всех прочих существуют Богини Красоты, которые гоняются за душами приглянувшихся им почивших детей даже после смерти, чтобы присвоить их себе.

Всевышний Гермес прищурился, его взгляд остановился на мне.

— Наши способы любить могут казаться запутанными, но лучшего слова не подобрать. Особенно с твоей точки зрения, Белл.

Миах мне улыбнулся, а мне оставалось с ним только не согласиться.

— Я-я бы так не сказал.

Хоть я и не согласился, отрицать того, что он отчасти прав, я тоже не могу.

— А что насчёт вас, Всевышний Миах? Всевышний Гермес?

Толпа вокруг стала шуметь гораздо сильнее, отчего мне сложно было расслышать ответы богов. Я взглянул на их лица и задал вопрос, как только толпа немного рассеялась.

— Дай подумать… У нас с Такемиказучи много общего. Мне нравится видеть, как мои дети находят себе партнёров, заводят семьи, поддерживать их… как бог, пока они не перейдут на следующую ступень, потому что у меня есть к ним чувства, — сказал Миах, смотря в голубое небо.

— Да ладно тебе, зачем так много об этом думать! Ты похож на Такемиказучи? Я просто держу поближе всех девочек, которые мне приглянулись! Разве так не лучше, Белл? Гарем мечта любого мужика!

Честно говоря, я не могу понять всерьёз ли говорит Гермес, потому что в его голосе явно слышен смешок, и он мне подмигнул.

— Ты всё повторяешь эту чушь?.. — Миах поднял бровь, прежде чем отвести взгляд от другого бога. Я слабо улыбнулся, потому что за согласием Гермес обратился именно ко мне.

И в этот момент.

Миах заговорил со мной, на его губах появилась нежная улыбка.

— …Белл. Наша любовь длится один миг. Время для нас ничего не значит. Для существующих столько времени, сколько существуем мы, влюблённость и поддержание любовной связи кончается за один миг. Многие из нас влюбляются в детей с первого взгляда.

— Для нас любовь подобна вспышке. А для вас, смертных, она длится всю вашу жизнь.

Глаза округлились, когда Миах и Гермес одновременно подвели меня к заключению. Они бессмертны, наше время для них очень ограничено… Можно сказать, что мы исчезаем для них за считанные секунды. Это одна из самых грустных мыслей, которую я когда-либо слышал, но почему они выглядят такими довольными?

— Не скажу, что ты должен, но… пожалуйста, прими чувства, которые к тебе питает бог.

Миах прикрыл глаза.

— Белл, у тебя ведь есть кто-то на примете, так?

— Я, ну…

— Не нужно противиться или наоборот, бегать по желанию бога кругами. Просто следуй своему сердцу, этого достаточно.

Моё тело задрожало, а Всевышний Миах протянул руку и… хлоп. Он легонько похлопал меня по голове.

— Просто… верь. Это всё, что тебе нужно.

Растрепав мне волосы, он продолжил говорить:

— Наверняка многим богам будет достаточно и этого.

— …

А после он добавил ещё кое-что:

— И, пожалуйста, не убегай от любви божества.

Я могу её принять, могу не принять, но бояться её я не должен. Его взгляд, тон его голоса, он будто видел все мои мысли насквозь.

Миах чуть выше меня. Когда я поднял взгляд и посмотрел ему в глаза, мои глаза дрожали. Но я так и не смог ничего сказать и снова опустил голову.

Миах не сделал ничего, что заставило бы меня ощутить вину, ни в чём меня не обвинил. Он просто стоял и легонько поглаживал меня по голове. Мой взгляд снова скользил по камням, пока в сердце бушевали эмоции.

Гермес смотрел на нас с улыбкой. Они не стали задавать мне вопросов, и я с радостью принял эту их доброту. Мы втроём стояли в тишине.

— Чёрт бы побрал эту его толстолобость!

В глазах Гестии стояли слёзы, когда она подняла взгляд, семеня по улицам Орарио.

Она пробежала Центральный Парк и оказалась на Северной Главной Улице. Осторожно огибая закованных в доспехи авантюристов, торопившихся в Подземелье, богиня оказалась очень далеко от поместья, из которого выбежала.

— Всё потому, что Белл слишком сильно уважает божеств. Нет, конечно, почтительность — это здорово и всё такое, но!..

Её бубнёж был достаточно громким, чтобы прохожие могли её услышать. Совершенно не замечая, что она становится центром внимания, Гестия, не переставая, возмущалась Беллом.

— Не такие уж мы и великие! Отлыниваем от работы при первой же возможности, запираемся в комнате, чтобы ни с кем не делить вкусности… Мы всего лишь поддерживаем божественные образы!

Да нет, только ты так делаешь. Люди и полулюди волей случая оказавшиеся неподалёку кривили рты, когда слышали слова юной богини.

— «Других богов очень просто развлечь, они постоянно радуются! Но они всё равно божества, им нужно поклоняться!» Вот как ты думаешь, так ведь?

— Я-я думаю?..

Гестия рявкнула на замешкавшегося перед ней незнакомого зверочеловека, который не успел от неё отскочить.

— Он думает, он так думает, — продолжила бормотать богиня, прикрыв глаза и кивнув сама себе. Горожане Орарио привыкли к подобным безумным выходкам богов и богинь, шагающих по улицам города, погрузившись в свои мысли, и не обращали на Гестию особого внимания.

— Ты можешь мне открыться, Белл! И не нужно постоянно извиняться!.. — её слова переросли в настоящий крик, хотя последняя фраза была добавлена уже шёпотом: — Есть у тебя хребет, в конце концов?

Эмоции богини, впрочем, тонули в шуме улицы.

— Упрямый, пустоголовый кролик, — жалобы и случайные ругательства продолжали вылетать изо рта Гестии, идущей по главной улице.

— О! Гестия! Как вовремя!

Злобно вздыхавшая с каждым шагом Гестия услышала, как её окликнули по имени. Повернув голову, она увидела довольно полную женщину-зверолюдку, махавшую ей рукой у входа в здание с одной из сторон улицы.

— Мммм?.. Начальница?

Эта женщина владела стендом, продающим картофельные закуски, в котором работала богиня.

— Что-то случилось?

— Видишь ли, владелец отправил меня забрать травы, которые мы используем для готовки воздушной картошки. Они сейчас за стеной…

— Травы? Разве нельзя просто купить их на рынке?

— Нет, так они слишком дорогие. А у нас сейчас рук не хватает…

Женщина поклонилась богине, озадаченно почесавшей щёку.

Сегодня у меня выходной должен быть, вообще-то… подумала Гестия, вместе с тем осознавшая, что дома ей будет нечего делать, даже если она вернётся. Богиня пришла к мысли, что может помочь.

Согласие богини помочь, заставило появиться улыбку на лице её коллеги, и зверолюдка ещё несколько раз поклонилась богине.

— Но, знаете, вообще-то я глава Паствы, поэтому не могу просто так пройти через ворота, — отметила Гестия, когда они вдвоём начали толкать заполненную коробками и прочими инструментами тележку к северной стороне городской стены, а точнее, к воротам, которые вели за пределы города.

— Ой, совсем забыла…

Авантюристам и прочим принадлежащим к Паствам людям, а также богам и богиням, непросто получить разрешение на выход из города. Это сделано потому, что подобные выходы могут напрямую повлиять на экономическую и боевую силу Орарио. Возникнет немало проблем, если по какой-то причине авантюрист высокого ранга, прославившийся своими навыками в Подземелье, например, принадлежащий к Пастве Локи, покинет город и присоединится к какой-нибудь враждующей стране.

Орарио называется «Центром Мира» не в последнюю очередь из-за множества могучих авантюристов, которые стоят на его страже. Гильдия очень чутко относится к постоянным угрозам городу, особенно угрозе потерять протекцию авантюристов высокого ранга в пользу какой-нибудь из окружающих стран. Поэтому, любой кто принадлежит к Паствам города, особенно группам высокого ранга, приходится проходить тщательный осмотр и принимать немало запретов для выхода за пределы города. Особенно строгими являются ограничения, налагаемые на богов. Если вражеские силы поймают бога Паствы, его определённо будут держать в заложниках. Единственным исключением является Паства Гермеса, можно сказать, что только её представители могут свободно выходить за городские врата, когда им вздумается.

Войти в Орарио просто, выйти гораздо сложнее. Таково одно из неписанных правил Орарио, и любой живущий в пределах городских стен его принимает.

— Я дойду до стены, но дальше помочь не смогу…

Паства Гестии уже определена Гильдией как Паства средних рангов. И, как глава такой Паствы, Гестия вряд ли сможет свободно выйти за пределы городских ворот. Они вместе со зверолюдкой оказались у врат, возле которых выстроились конные экипажи и Гестия попыталась объясниться.

Работники Гильдии и авантюристы, связанные с Гильдией контрактами, а также несколько стражей врат осматривали людей, пытавшихся выйти за пределы города. Если кто-то попытается пробраться через врата, не получив разрешения Гильдии, он будет тут же арестован и помещён под стражу.

Гестия и женщина-зверолюдка присоединились к группе из пяти других своих коллег, уже ожидавших очереди на выход. Для того, чтобы разнести травы по всем стендам людей было явно недостаточно. У остальных были наготове пропуски. Слова Гестии заставили зверолюдку схватиться от беспокойства за голову. То, что богиня не может выйти из города, будет проблемой.

Неожиданно, у северных врат стало шумно, раздались восторженные крики и аплодисменты.

— А? — пробормотала Гестия и привстала на цыпочки, чтобы увидеть, что происходит.

— Вот и я! Я Ганеша!

— А, это всего лишь Ганеша.

Этого бога невозможно было спутать с кем-то другим. Насыщенный мускулинный голос и ошеломляющая внешность, отчего невозможно было принять его за кого-то другого, когда он вошёл в ворота. Тёмная кожа, длинные чёрные волосы и приведённые в тонус мышцы и без того делали бога заметным, но неизменная маска слона на его лице приковывала к себе все взгляды.

Этот бог повелевает самой большой Паствой Орарио, следом за ним появилось множество авантюристов высокого ранга. Горожане и торговцы встречали эту процессию улыбками и аплодисментами. Коллеги Гестии также обрадовались появлению божества.

— Кого наблюдают мои глаза — Гестия?!

— Совсем необязательно рассказывать свои мысли всему миру, Ганеша. Почему ты вернулся? Разве твоя Паства сейчас не сражается?

Ганеша в сопровождении авантюристов подошёл к Гестии и застыл в неестественной, картинной позе.

— Спешиваюсь! — крикнул он и спрыгнул на каменную мостовую с лошади, которую за поводья вели несколько его последователей. — Объяснение отнимет много времени, но война подходит к концу. Поэтому я вернулся.

— Не так уж и много.

— Я привёл пойманных солдат Ракии. Их оказалось так много, что мы не могли содержать их в передовых лагерях.

— Ого? А ты уверен, что возвращаться хорошая идея? У тебя большая Паства, она основа сил Альянса, разве нет?

— Нет нужды больше беспокоиться о ходе битвы! Мои сильнейшие последователи великие бойцы, они продолжают сражаться на передовой! Они сказали, что я им мешаю и попросили меня вернуться в город раньше!

— Это так с тобой твои дети обращаются?

— Ну, я Ганеша!

Мощный голос Ганеши разлетелся по площади перед вратами, и божество встало в другую неестественную картинную позу. Гестия теряла терпение и очень быстро.

В Тенкае Гестия была в хороших отношениях со множеством богов и была отлично знакома с богом в маске слона. Можно сказать, что она едва выносила его броское поведение и искренне пыталась не подавать виду. В этом она была не одинока. Двое телохранителей Ганеши массировали виски, наблюдая за позированием своего бога. Теперь, настала очередь Ганеши задавать вопросы:

— Итак, Гестия, что тебя сюда привело?

— Ну, случилось вот это, так что я здесь оказалась.

Богиня кратко рассказала, что она здесь делает. Ганеша улыбнулся, его жемчужно-белые зубы блеснули в солнечном свете.

— Пройти за ворота не проблема, я лично дам тебе разрешение! Иди, Гестия, можешь идти!

— Постойте, Всевышний Ганеша!

Его телохранители тут же бросились к своему богу, убеждая его, что он не может так сделать, на глазах удивлённой Гестии.

— О чём это вы? У нас нет права давать разрешения на проход без ведома Гильдии!..

— Я Бог Масс, Ганеша! Воздушная Картошка — это источник слёз радости в глазах людей! Стоит им лишиться этого угощения, и слёзы печали омоют город этой ночью! Я не могу позволить детям утонуть в этом горе!

— Ты с ума сошёл? — завопил один из телохранителей, отчаянно пытавшихся урезонить своё божество, но Ганеша был непреклонен.

Ганеша определённо одно из самых странных божество Орарио, но восторженные крики и аплодисменты людей доказывают, что ему больше всех доверяют. Вера в него имеет глубокие корни. А его титул «Бог Масс» показывает, что людям Гекая нравится Ганеша. Его Паства тесно связана с Гильдией и помогает в проведении множества событий в городе, а также поддерживает сохранность и мир. Несколько стоящих на страже северных врат авантюристов также принадлежат к Пастве Ганеша, хоть сейчас и пытаются стыдливо это скрыть.

Голос Ганеши прекрасно разносится по площади, а это означает что стражи врат слышали каждое слово. Их лица побледнели.

— Если об этом узнает Гильдия, нам не избежать предупреждения!

— Тогда им не нужно об этом знать, Последователь А!

— Да они уже знают! Ты понимаешь, что их работники сейчас у ворот и прекрасно тебя слышали? И вообще, меня Модак зовут!

Между богом и его телохранителями началась перебранка, но люди не смогли убедить божество уступить. Поэтому они сдались и затихли.

— Ты уверен, что так можно, Ганеша?

— Конечно. Ты не та богиня, которая несёт людям хаос, ты приносишь радость детям Гекая! А теперь, ступай!

Яркая улыбка расцвела под маской слона. Гестия покраснела от смущения, но подняла в ответ большой палец.

Телохранитель Ганеши устало улыбнулся недовольному работнику Гильдии, позволившему Гестии пройти ворота вместе со своими коллегами.

— Всевышний Ганеша, конечно, странный, но он точно великий бог!

— Да, наверное. Слушать его тяжело, но парень он неплохой.

Гестия перекинулась парой фраз со своей коллегой, присоединившись к торговцам и путешественникам, получившим свои разрешения. Коллеги богини продолжили обсуждать «уникальность» божества в маске слона, покорившего сердца множества горожан, медленно продвигаясь в потоке выходящих из города людей.

Тянущийся почти до горизонта зелёный луг ожидал Гестию и её коллег с другой стороны ворот. Вдали виднелись горы. У их основания красовался роскошный зелёный лес.

«Скоро может дождь пойти», — подумала Гестия, взглянув на тучи, собирающиеся в северном небе.

— Даже не верится, что ты на это пошёл. Что если нас раскроют?..

— Я ослабил божественную ауру. Сейчас никто не узнает, что я бог!

— Тише разговаривай! Пытаться проникнуть в охраняемый город посреди дня? Ты из ума выжил?..

Жаркий спор донёсся до их ушей.

Повернув головы Гестия и её коллеги увидели группу людей желавших войти в город через ворота. Во главе были двое высоких мужчин, одетых в робы с капюшонами. Они скрывали лица. Замаскировавшись под простых путешественников, они смешались с толпой, однако в этой толпе виднелось немало других людей в похожих робах. Почему-то в голосах этих людей слышалась нервозность.

Торговцы, шедшие сразу за двумя мужчинами, приходили в замешательство слушая обрывки разговора, которые до них доносились.

— Наверное таких странных людей в мире полно… — отметила женщина-зверолюдка, шедшая рядом с Гестией. Богиня, впрочем, не могла избавиться от подозрительного ощущения.

Когда группа Гестии почти поравнялась с путешественниками в плащах…

— А?

— Че?..

Её глаза встретились с взглядом одного из споривших мужчин.

Золотые волосы, подобные львиной гриве выбивались из-под капюшона, почему-то, богине были знаком и взгляд его красных глаз. Мощь взгляда мужчины заставила её остановиться. Мужчина и сам раскрыл от удивления рот.

Прошло три секунды.

— …Арес?!

— …Гестия?!

Бог и богиня воскликнули, одновременно ткнув друг в друга пальцами.

Гестия была поражена, встретившись лицом к лицу с богом, пытавшимся организовать вторжение в Город Лабиринта, а Арес не мог поверить в свою удачу, увидев, что цель его отчаянной вылазки сама пришла к нему в руки.

Красные глаза Ареса блеснули почти с недоумением, увидев Гестию. Оттолкнувшись от земли, он бросился к богине.

— Попалась!..– крикнул во весь голос Арес и схватил Гестию.

— ВАААААХХХХ!!!

Округлившая от удивления глаза богиня оказалась вырвана из строя своих коллег идеальным броском божества.

Боги катились по траве вместе, пока Арес не поднялся на ноги, перекинув Гестию через плечо.

— БВА-ХА-ХА-ХА-ХА! Видел, Мариус? Цель достигнута!

— Б-быть не может!..

Арес скинул капюшон и обратился к человеку, Мариусу, по имени.

— Увввв… — богиня едва оставалась в сознании, её голова кружилась, и она была перекинута через плечо. Арес перекинул Гестию поудобнее и посмотрел на своих последователей.

— Все силы, отступаем!

После этого «путешественники», бросились врассыпную на полной скорости.

Наступила настоящая суматоха. Разумеется, стражи попытались отбить богиню, но Мариус наносил ответные удары с мечом в руках. Стражей оказалось недостаточно.

В толпе раздались крики.

— Миссия успешна! Отступаем, отступаем!

Арес бросил взгляд на начавшийся бой, после чего побежал, прочь не выпуская Гестию из рук.

Его союзники, солдаты Ракии, прекращали сражения и спешно следовали за своим богом.

— О нет! Гестия!

Крики коллег Гестии стали ещё громче, когда они увидели, как Арес вскакивает на коня и скрывается вдалеке.

— Где вы были, Всевышний Гермес?

Девушка с короткими волосами цвета морской волны начала кричать на Гермеса. Он шёл рядом со мной, её злость застала нас врасплох и заставила меня подпрыгнуть от удивления.

После разговора с богами мне показалось, что будет лучше продолжить поиски боженьки. Всевышний Миах и Всевышний Гермес предложили мне свою помощь. Я чувствовал себя немного виновато за то, что их в это втянул, но отказываться от этого предложения у меня причин не было. Поэтому мы какое-то время бродили по городу, и наткнулись на Асфи, члена Паствы Гермеса, она пылала от ярости.

Гермесу было очень неудобно, когда Асфи, придерживая пальцем очки набросилась на него, со своей тирадой:

— Вы сказали следовать за вами, а потом пропали неизвестно куда!..

— Ну, видишь ли, я услышал кое-что интересное и просто…

— Просто что?

— А, ничего. Прости!

Гермес отступал под натиском ярости своей последовательницы, на его лице появились крупные капли пота.

Только одержав явную моральную победу над своим богом Асфи перевела своё внимание на нас.

— Прошу прощения за это неприглядное зрелище… — она поклонилась Миаху, я слабо улыбнулся.

Выпрямившись, она посмотрела через очки на голубое небо.

— Если вы не возражаете, позвольте мне узнать, что вы делали с моим недостойным-такой-заботы-божеством?

— Ээээм… Ну…

Я ощутил, как по моей спине стекает холодный пот, когда уже собирался объясниться, но в этот самый момент…

Топот множества ног достиг моих ушей.

— …Что случилось?

Зрелище лишило меня дара речи.

Бежала группа полулюдей, полностью вооружённых и в броне, их снаряжение клацало с каждым сделанным шагом. Что удивило меня ещё сильнее — среди этой группы была золотоглазая и золотоволосая девушка-рыцарь.

— М-мисс Айз?!

— Это ты… — Айз ответила на мой сдавленный крик, держась за эфес сабли.

На мгновенье она остановилась, и я рассмотрел её серебряный нагрудник и боевые перчатки. На ней были даже наплечники. Она определённо готова к бою. Значит, с ней бегут члены Паствы Локи.

Я никогда не видел, чтобы готовые к битве авантюристы строем бежали по улицам города. Наверное, не видели также Миах, Гермес и Асфи, потому что напряжение от них исходило такое, что его ножом можно было резать.

Айз посмотрела прямо на меня, я увидел, как заговорили её губы:

— Все вы, идёте с нами.

Орарио, северные ворота.

Голос Локи разносился на всю площадь перед воротами с северной стороны города:

— Малявку захватили!

Она была не одна. Полевой командир её Паствы, полурослик Финн, ещё несколько последователей и даже богов собрались на площади.

— Точно! Какой-то странный бог утащил Гестию!..

— Группа солдат Ракии смешалась с путешественниками! Они разбежались, когда Гестия была похищена!

Полная зверолюдка и работник Гильдии панически пытались рассказать о том, что случилось.

Происшествие случилось около десяти минут назад. Работники Гильдии были отправлены во все уголки Орарио, чтобы рассказать о произошедшем. Разумеется, главное отделение Гильдии было предупреждено в первую очередь, а после новость разнеслась по могущественным Паствам. С этой площади слухи доносились до других богов и авантюристов низких рангов. Однако, из-за того, что времени прошло не так много появиться, успели только Локи и Финн.

Торговцы и путешественники, пытавшиеся войти или выйти из города обсуждали между собой появление богини Локи.

— Даххх… — богиня шумно втянула носом воздух и, будто пытаясь избавиться от головной боли, задрала голову. — Финн.

— Прости, я не могу предсказывать действия богов…

Локи одарила Финна взглядом, явно намереваясь что-то сказать. Полурослик вытер щёку рукой.

Действия Гестии и Ареса невозможно предугадать простому смертному. Даже «Храбрецу» забег до северных ворот дался нелегко, это было видно по его лицу.

— Так, а теперь скажите… Какой гений позволил Малявке выскользнуть в ворота? А, это же был ты, Ганеша? — всё недовольство Локи вылилось во взгляд, который она направила на бога.

— …Я-я Ганеша?

— Эй, может хватит твоих обычных речей?

Ганеша вздрогнул, приняв позу раскаяния. Обычно оживлённый и громкий бог едва лепетал, объясняя какая цепочка событий привела к поимке Гестии.

— Выходит, ты тот самый идиот, который позволил ей пройти через ворота?

— Эм, да.

— Тебе маска мозги сожрала? Ты и без того, как придурок выглядишь, зачем тебе ещё и поступать как придурку!

— …Потому что я… Я Ганеша!

— Это не вопрос! Гильдийцы, утащите его! — прикрикнула Локи, обращаясь к стражникам ворот.

— НЕЕЕЕЕЕЕТ! — взмолился Ганеша обхватив голову руками. Его телохранители и члены его Паствы, работавшие с Гильдией, одарили его взглядом: «Ну мы же говорили».

— Сиськоголовая Картошечница, ну почему ты всё всегда усложняешь?.. — бросив взгляд на раненных стражей ворот, лежащих на земле, Локи перевела взгляд в небо. — Раз Ракия похитила Малявку… Значит они всё охотятся за Магическими Мечами Кротцо?

— Похоже на то. Скорее всего они потребуют магические мечи или самого Вельфа Кротцо в обмен на заложницу… Что бы мы не сделали в такой ситуации, Орарио ждёт раскол.

Орарио не неприступная крепость. Даже если Гильдия воспользуется возможностью и откажет требованиям государства Ракия, ближайшие Гестии божества, в том числе могущественная и влиятельная Паства Гефест, может возразить, и это расколет город на несколько группировок. В худшем случае, раскол на группировки сделает город уязвимым перед внешними врагами.

— Потеря преимущества по такой глупости может навредить нашей репутации… — едва слышно пробормотал Финн. — Мы должны вернуть Богиню Гестию до того, как вражеские силы достигнут своих границ. Провал может привести к фатальным последствиям.

Финн нахмурился, начав объяснять Локи возможные последствия, а Локи запустила руки в волосы стоя рядом со своим полевым генералом:

— Проклятье! Почему я должна подчищать за этой Малявкой?

Всё больше авантюристов и богов собирались на площади, их реакции разнились от мрачности, до интереса, царившего в основном среди божеств. Стратегическое собрание должно было пройти немедленно.

— Локи, Финн.

— Эй, Айз, вот и ты. Что насчёт Риверии и двойняшек?

— Пока только я. И…

Когда в Паству Локи прибежал посланник, многих авантюристов не было дома, поэтому первой у северных ворот появилась Айз. Она привела с собой группу авантюристов низкого ранга, а также Гермеса, Миаха, Асфи и, наконец, Белла.

Заметив скользнувший по себе взгляд Айз, Белл бросился к Локи и Фину:

— Это… это правда? Всевышнюю Гестию похитили?..

— …Расскажу кратко. Слушайте…

Айз практически в двух словах рассказала о переданном посланником сообщении. Финн заполнил недостающие пробелы в истории. Белл побледнел как лист бумаги, когда Финн закончил объяснения.

— Где она сейчас?

— Это нам неизвестно. К тому же, силы Ракии разделились на три группы отправившись на север, запад и восток. Никто их не преследует.

Белл наклонился, в его глазах читалось желание узнать больше. Финн не терял терпения, отвечая на посыпавшиеся на него вопросы.

— Есть одно затруднение, которое мне не хотелось бы признавать, — сказал Финн, переходя к очередному ответу.

Поскольку Паствам Орарио, по большей части, запрещено выходить за городскую стену, силы Ракии, уже в шестой раз вторгающиеся на территории прилежащие к городу гораздо лучше знают географию окружающих земель.

— Они лучше знают дороги, горные тропы и тайные короткие пути, это позволит им быстро вернуться на родные земли. Если они успеют сойтись с главными силами у нас возникнут трудности — продолжил Финн.

С каждым словом лицо Белла теряло цвет. Гермес и Миах тоже слушали полевого командира.

— Рассказать Лили и остальным будет не самой плохой идеей — шепнул Гермес второму божеству на ухо. Миах отрывисто кивнул и побежал к Поместью Домашнего Очага.

— …Локи, Финн. Я иду.

Айз видела отголоски паники, возникшие на лице Белла, и сделала шаг вперёд. Принцесса Меча известна своей безучастностью. Такой жест вызвал удивление не только её богини и товарищей по Пастве, но и всех остальных авантюристов и богов.

— Постой, Айзуууу. Не нужно так напрягаться из-за этой Малявки. Поиски могут затянуться, а ещё по лесам придётся бегать, и кто знает где ещё…

— Но кто-то должен пойти.

— Уггг…

— И я быстрее остальных.

Локи щёлкала языком, слушая аргументы Айз. Светловолосая девушка была серьёзна и сконцентрирована, на каждый её довод нечем было возразить.

Даже в гонке со своим генералом, Финном, Айз одержит победу. Никто среди авантюристов высшего класса Орарио не будет с этим спорить.

Что же до Белла…

Несмотря на то, что Айз никак не связана с Гестией, решительность с которой она выступила вперёд, заставила что-то загореться в Белле. Его сердце дрогнуло.

Отбросив все страхи и сомнения, парень сделал шаг вперёд, хоть и оставшись за плечом Айз.

— Я-я тоже пойду! Я обязательно… Я обязательно верну свою богиню назад!

Белл сделал ещё шаг, оказавшись к Локи ближе, чем Айз.

Богиня ничего не сказала Беллу, молча окинув его взглядом с очередным шагом. А после обратилась к нему, глядя в глаза:

— Пацан, ты хоть слушал? Айз сказала, что идёт она. Хочешь её задержать?

— !..

— Подумай! Что там у тебя с уровнем? Ты же будешь позади плестись. Поумерь гонор.

Он третьего уровня, она шестого.

Между Беллом и Айз огромная разница в силе. Логика очень проста.

Локи сказала очевидную вещь, но её ледяной тон стал для парня подобием пощёчины. Витавшее в воздухе ощущение, что этот «Новичок» может быть как-то связан с её авантюристкой, заставило красные глаза Локи округлиться сильнее, она наблюдала как пролетают мысли в голове парня.

Её слова заставили Белла задуматься, он не мог ничего ответить, но уже в следующую секунду его руки сжались в кулаки. Расправив плечи, он закричал так сильно, что даже богине пришлось бы его признать:

— Я иду! Божень… Всевышняя Гестия часть моей семьи!

Рубиновые глаза парня блеснули, в них читалась непоколебимость. У него появилось задание, ничто больше его не волновало. И эту решимость парень передал в свой голос.

— Я её не задержу! Я клянусь, что не отстану от неё ни на шаг. Поэтому, пожалуйста… ПОЗВОЛЬТЕ МНЕ ПОЙТИ!

Его голос охрип от отчаянья. Этот крик вызвал немало разговоров среди окружающих божеств и людей и повис в воздухе на какое-то время.

Несколько божеств и авантюристов тянули шеи пытаясь увидеть, что происходит впереди. Несмотря на волю и уверенность Белла, Локи не дала своего разрешения.

Впрочем, отказывать она также не стала:

— …Делай что хочешь. Ты всё равно только задерживать её будешь. Айз, можешь кидать его, когда отстанет.

— …Понятно.

Несколько мгновений прошло, прежде чем Айз ответила своей богине. Белл, который не мог поверить в то, что богиня позволила ему пуститься в погоню за Гестией вместе с Айз, тут же склонился пополам и заорал:

— Огромное спасибо!

Поднявшись снова, он встретился взглядом с Айз. Обмениваясь взглядами, они кивнули. После того, как отправляющиеся в погоню были определены, началось стратегическое совещание.

Авантюристы и работники Гильдии рассказывали им о дорогах, которыми без задержек могли бы идти большие группы авантюристов. Ждать официальных разрешений для выхода из города и необходимых документов не было времени, и работники Гильдии это понимали, точнее, их заставили с этим смириться.

— Я Ганеша! — гремел на площади голос божества пока авантюристы опрашивали горожан и торговцев, собирая всю возможную информацию о путях отступления солдат Ракии.

— У нас недостаточно людей, которых можно отправить в поисковые группы за Айз и Беллом. К несчастью, ждать Бете и двойняшек мы уже не можем. Мы потеряем отряды Ракии из вида.

— Погоня за всеми отрядами кого угодно вымотает. Я уже сказала, что придётся за ними по лесам гоняться…

Слушая окружающие разговоры к Финну и Локи подошёл один из богов, заявив, что у него есть прекрасный способ отследить Гестию.

— Не хотите предоставить эту работу мне?

Сняв с головы шляпу с пером, бог поправил оранжевые волосы и обворожительно улыбнулся.

— Всевышний Гермес…

— Асфи могла бы без проблем отыскать Гестию.

— …Что?!

Не сводя взгляд с Финна, Гермес потянулся рукой назад и схватив Асфи за плечо вытащил её перед собой с улыбкой на губах. Его последовательница не понимала, что происходит, но Гермес говорил с непоколебимой уверенностью.

— Что, правда? Ну, красавчик, почему тебе кажется, что она на это способна?..

— Да ладно, Локи. Асфи Персей, тот самый Персей. Есть у неё пара козырей в рукаве, которые помогают искать пропадающих богинь. Тебе нужно просто вежливо попросить.

Локи подозрительно скривила бровь услышав, что Гермес несколько раз подчеркнул титул Асфи.

Командир Паствы Гермеса и обладательница навыка «Энигма» осмотрела окружающих и вздохнула так, будто ей это всё успело надоесть. После этого Асфи гордо выпрямилась, её короткие синие волосы и белый шарф растрепались на ветру, и девушка поправила пальцем очки.

— …Если вы дадите мне тридцать минут, скорее всего я справлюсь.

Финн пристально посмотрел на девушку и лизнул основание правого большого пальца.

— Ладно — он решил ей поверить.

Локи сложила руки на затылке, улыбаясь и с интересом ожидая что же Асфи будет делать.

Белл торопливо вооружался и надевал предложенную ему броню, прислушиваясь к разговору. Гермес заметил, как парень удивленно остановился, а после наклонился к нему с улыбкой на лице:

— Это то немногое, чем я могу помочь. Белл, Кенки, приведите Гестию домой в целости и сохранности.

Ещё он добавил, что не так хотел бы с ней попрощаться.

Жест Гермеса, готового помочь другу в беде, тронул Белла. Он, вместе со стоящей рядом Айз, кивнули богу:

— Обязательно!

— Понятно.

Будто ожидая ухода авантюристов огромные северные врата снова открылись.

— Всевышнюю Гестию?!

Члены Паствы Гестии были поражены, услышав, что им рассказал появившийся на пороге Миах.

Они стояли полукругом у открытой главной двери. Микото вскрикнула, а Вельф меньше, чем за десять секунд успел понять причины похищения его богини. И это лишило его дара речи.

Сжав кулаки, он смог выдавить из себя только: «Вот ублюдки!..» — сквозь сжатые зубы.

Теперь в его семейные проблемы оказалась втянута богиня. Харухиме молча смотрела на парня, по красному лицу которого, наливающемуся кровью, можно было понять, что он в ярости. Охваченная беспокойством Лили бросилась к Миаху.

Вглядываясь в лицо высокого бога, она спросила:

— Где сейчас сударь Белл?

— Он у городских ворот ждёт ново… Нет.

Миах осёкся, не закончив фразу. Он взглянул в сторону северных врат. Его взгляд устремился куда-то вдаль, выражение лица, с которым остался у ворот Белл, всплыло в памяти бога, он убедился в своём предположении.

— Сейчас он уже должен был броситься в погоню за Гестией лично.

Свист ветра и быстрый бег.

Два авантюриста, одна с длинными светлыми волосами, второй с короткими белыми движутся по горной дороге на скорости, которой обычные люди могут и не надеяться достичь.

К северу от Орарио расположена Горная Гряда Беор. Она известна множеством обрывов и очень опасными тропами. Преодолеешь одну вершину и перед тобой появится ещё несколько. За это люди прозвали эту горную гряду «Горной Крепостью». Поскольку эти горы расположены так близко к бывшему входу в Подземелье, выбравшиеся ещё в Древние Времена на поверхность монстры заполонили многочисленные горные пики, отчего горы кажутся ещё более зловещими. Подобная история означает, что даже сейчас авантюристы и обычные люди стараются обходить эти горы стороной.

На склонах гор не растёт почти ничего, пепельные скалы совершенно обнажены. Лишь в глубоких лощинах между острыми скалами виднеется зелень. На горизонте виднеется множество острых горных вершин, вперемешку с крутыми склонами и зелёными рощицами.

Белл и Айз бежали по крутым горным тропам Горной Гряды Беор под свинцовым небом.

Дикие животные и случайные монстры не раз встречались на их пути.

Один из монстров большого размера, Жукомедведь безрассудно бросился на девушку, но уже через мгновение оказался рассечён надвое. Монстры поверхности гораздо слабее живущих в Подземелье. Несмотря на это, свистящие звуки сабли и рёв монстров заставляли Белла вздрагивать.

— !

Он хватал ртом воздух, пот катился по его рукам, ноги невозможно было различить. Белл напрягал своё тело до предела, но, несмотря на это, девушка-рыцарь всё равно от него отдалялась.

…Как быстро!

Как только они покинули Орарио, Айз бросилась вперёд с такой скоростью, что волна ветра чуть не сбила парня с ног.

Разницу в их способностях невозможно было не заметить. И это проявилось ещё сильнее, когда они забежали в горную гряду.

Несмотря на крутые склоны, девушка ни разу не потеряла равновесия, в её ногах было достаточно силы, чтобы каждый её шаг заставлял трескаться скалы. Её выносливость и силы казались неисчерпаемыми. Страшнее всего было то что, несмотря на бешеный темп, на её коже не появилось ни одной капли пота.

Дистанция между Беллом и одной из лучших авантюристок продолжала расти. Он был уверен в своей Ловкости, но, к этому моменту, его уверенность была сокрушена. Как бы он не старался бежать быстрее, спина девушки продолжала уменьшаться вдалеке.

— Хаааах… Хааа… Хааа… Хаах!..

Сколько бы прохладного, горного воздуха не попадало в лёгкие парня, это было бесполезно.

Мышцы на ногах напрягались до предела, руки размахивали из стороны в сторону, глаза иссушал ветер, бьющий в лицо, парень громко дышал. Даже использование каждой клеточки его тела не мешало девушке от него удаляться. Это было жестоко.

Кенки, Айз Валленштайн. Цель Белла, его идол. Цветок, цветущий на вершине горы.

Белл снова увидел ту пропасть, которая их разделяет. Разница в чистейшей силе, которую он не раз испытывал на себе во время тренировок на городской стене. Его и её положение среди авантюристов отражают на какой вершине находится девушка.

Мысли о том, что он к ней приблизился казались какой-то шуткой. Он не стал ближе к тем высотам, которые занимает она, различия стали ему лишь очевидней. Лежащий перед ним путь ещё очень далёк и труден.

Желание спасти Гестию подгоняет парня и заставляет его пытаться догнать девушку, но его тело уже ныло от усталости. Парень не мог больше держаться.

Лёгкие и горло горели от такой сильной боли, какую раньше Белл никогда ещё не испытывал, Белл ощущал, что его ноги готовы отказать, как вдруг…

Айз на него посмотрела.

— …

Брошенный через плечо едва заметный взгляд. Она не стала замедляться, чтобы проверить в каком он состоянии. Она увидела, как плечи парня поднимаются и опускаются, как он хватает ртом воздух и ускорилась.

…Она сдерживалась.

— !!!

От этой мысли новый огонь зажёгся в теле Белла, его тело будто полыхнуло.

Стыд и желание не проигрывать открыли в нём второе дыхание. Его мужская гордость стала причиной. Сильное желание не выглядеть как жалкий идиот зажгло в его сердце пламя, вырвавшееся изо рта громким криком. Уже отказывавшие ноги неожиданно наполнили новые силы. Белл отталкивался от земли с такой силой, что трещины начали появляться на поверхности скал.

Один из авантюристов, знавших, что сражение неизбежно, предоставил Беллу броню, нагрудник с наплечниками. Парень сорвал этот доспех с себя и отбросил его. Металлические пластины покатились по склонам на его пути.

Избавившись от тяжести Белл снова разогнался до предела и смог поддерживать нужный темп.

— …

Бросившая очередной взгляд через плечо Айз увидела эмоции на лице парня, отчаянно пытавшегося не отставать. Выражение на правильном, почти кукольном лице девушки-рыцаря не изменилось, когда её взгляд снова устремился вперёд. Поверив в силы парня, она повысила скорость.

Белл удивлялся недолго, он последовал за ней, перескакивая со склона на склон будто проворный белый кролик.

Белл не отставал, а Айз, осмотрев серые вершины, направила взгляд на небо.

Кап. Одинокая капля ударила по её лицу. Плотные серые тучи застилали небо.

Горный пейзаж стал мокрым от первых капель дождя. Айз это не волновало, её золотые глаза что-то заметили, и она остановила на этом взгляд.

Белая тень кружила по небу с широко распахнутыми крыльями.

— БА-ХА-ХА-ХАХ! Наконец Орарио получит по заслугам!

Где-то на дороге, пролегающей по одной из зелёных лощин Горной Гряды Беор, эхом прокатился победный смех Ареса.

Батальон из тридцати солдат был замаскирован под простых путников. Боевые силы Ракии сопровождали бога по крутым горным тропинкам, и уже успели достаточно далеко отойти от Орарио. Из-за скал и из пещер часто выпрыгивали монстры, но капитан второго уровня и генералы третьего регулярно показывали, почему они являются гордостью Ракии, быстро расправляясь с любым врагом.

Арес наблюдал за тем, как его люди его защищают, в приподнятом настроении со своего коня.

— Эй! Арес! Ты чего это задумал? Отпусти меня сейчас же! Есть же пределы того, что ты можешь делать, хоть мы и знали друг друга ещё в Тенкае!

— Заткни свой беспомощный рот, тщедушная богинька! Ты всего лишь заложница, которую обменяют на паренька Кротцо! Считай честью уже то, что тебе отведена роль в моём грандиозном плане!

— Ты кого тщедушной назвал, придурок?!

Гестия, привязанная к чёрной броне Ареса со спины начала яростно размахивать руками и ногами.

Лично затянув верёвки, Арес силой забрал её с собой. Юной богине недоставало сил чтобы даже ослабить верёвки, что уж говорить о том, чтобы освободиться. Большее, что она могла делать это кричать, пинаться и дёргать руками, но…

— Сиди смирно! — рявкнул Арес, ударив её по рёбрам тяжёлым бронированным налокотником.

— Агффффф! — взвизгнула от боли Гестия. — Выходит, я заложница, вот как?..

Гестия почти лишилась сознания, когда её поймали, но сейчас она наконец смогла мыслить ясно и поняла положение, в котором оказалась.

Непросто было принять, что к этому привело желание помочь своим коллегам, и Гестия об этом очень сильно жалела. Прямо сейчас Орарио, скорее всего, погружается в хаос.

— Не думай, что тебе дадут уйти так просто! Белл… авантюристы Орарио поймают тебя в два счёта!

— А поймают ли? Наши силы разделились на три отряда, мы несколько раз резко сворачивали чтобы замести следы. Найдут ли они правильный отряд?

— Угх…

— Осмотрись, мы же в Горах Беор! Мы практически победили, когда вошли в эти горы.

Силы Ареса поделились на три отряда чтобы запутать преследователей. Вряд ли их успеют обнаружить за ночь. Арес добавил, что сложная местность помешает поисковым группам и увеличит время, которое потребуется для тщательного обыска гор. На спасение у неё нет ни единого шанса.

— Гахххх!.. Ну так хоть обращайся со мной как с подобает с обращаться с ценными заложниками! Твоя броня натирает! Это больно, знаешь ли!

— Не могу я довериться своим трусливым, бесполезным солдатам после такой череды глупостей! Мне тоже не слишком приятно, что у меня к спине бесполезная богиня привязана! Ты меня оскверняешь!

Гестия продолжила кричать во весь голос, даже не утруждаясь возражать Аресу. Но бог не уступил, сказав, что не одной ей сейчас неудобно.

Верёвки врезались богине в кожу на каждой кочке, причиняя сильную боль. Со слезами в глазах богиня закричала:

— Куда вы меня тащите?

Несмотря на то, что они довольно долго знали друг друга в Тенкае, Арес любит чинить беспорядок, в то время как Гестия известна своей замкнутостью и почти всегда проводит время в уединении. Из-за этих различий они практически никогда не оставались с Аресом наедине.

Мариус шёл рядом с божественными созданиями, препирающимися с того самого момента, как Гестия пришла в себя. Он протяжно вздохнул:

— …Кажется, дождь начинается.

Кап. Капля дождя упала ему на нос, заставив Мариуса посмотреть в небо.

Он был прав. Свинцовые облака наконец разразились моросящим с небес дождём. Мир вокруг стал темнее за считанные секунды. Дорожные плащи и броня под ними промокли почти мгновенно.

Гестия и Арес также не избежали этой участи.

«Ап-чхи!» — тело юной богини сотряслось от громкого чиха.

— Принц Мариус, остановиться и найти убежище от дождя будет мудрым решением… Я беспокоюсь о здоровье Всевышнего Ареса.

— Нет… Мы пойдём к северной границе. Не забывайте, что наш враг Орарио. Нельзя оставлять им ни единого шанса. К тому же, наш твердолобый бог простуду не подхватит. Есть вещи поважнее.

Мариус отверг предложение ближайшего к нему солдата, добавив, что, найдя укрытие, они могут оказаться окружены монстрами. После этого он напомнил, что каждый из солдат несёт в себе Фалну Ареса, его Благословение. Обычный моросящий дождик никого не заразит.

В этот момент краем глаза…

Странная тень пронеслась над отрядом, ровно на ту секунду, которой было достаточно чтобы привлечь внимание Мариуса.

— …Птица?

Отряд закованных в броню рыцарей посмотрел в небо, с которого падали тяжёлые капли дождя.

Белая тень кружила над ними, что-то напоминающее крылья росло из её тела. Мурашки пробежали по спине Мариуса.

Порывы ветра становились сильнее, но птица и не думала искать себе убежище. Мало того, она периодически зависала на месте. Принц отчаянно пытался отыскать разумное объяснение, а мгновение спустя…

— К-КЕНКИИИИИИИИИИИИИИИИИИИ! — один из рыцарей завопил так, будто грядёт апокалипсис. Его крик был таким громким, что вздрогнул даже Мариус.

— Ч-че?..

Несмотря на то, что Мариус не поверил солдату, он бросил взгляд на задние ряды своего отряда.

Они спускались по одному из склонов горы, дорога шла по холму. Вскоре на дороге появился человеческий силуэт, с ошеломляющей скоростью приближавшийся к отряду.

Мокрые светлые волосы очень сильно выделялись среди почерневших от дождя скал. Золотые глаза на мгновенье встретились с его взглядом. Мариус закричал.

— Чёрт!.. Айз Валленштайн, Принцесса Меча!

— На… НА НАС НАПАЛИИИИИИИ!!!

Золотоволосая, золотоглазая девушка-рыцарь врезалась в ряды рыцарей с такой живостью, что даже Тионе «Амазонке-Разрубательнице» дала бы фору. Тонкая сабля девушки свистнула в воздухе, когда девушка сошлась с задними рядами рыцарей. По горам прокатились крики, заставившие Ареса и находившихся в передней части генералов остановиться и разинуть рты. Мариус, впрочем, снова посмотрел в небо.

Как бы трудно ему ни было поверить, его глаза рассмотрели золотые крылья, белый шарф и человеческие конечности.

Над их отрядом летала не птица, а авантюрист.

— Когда Орарио успело покорить небеса?..

Взгляд «с высоты птичьего полёта» нивелировал преимущества труднопроходимой местности и позволял заметить отряд издалека.

Девушка с волосами цвета морской волны кружила над головами рыцарей, указывая на место их положения. Мариус нахмурился, увидев мощь магического предмета Талария, которую демонстрировала лично Персей.

К тому момент как Мариус полностью осознал, что произошло раздались новые пронзительные крики.

— ГАААААААААААХХХХХХХХХХХ!

Вихрь ударов разил солдата за солдатом.

Взмахи сабли Айз отправляли на землю несколько противников, или наоборот, подбрасывали их в воздух. Путь Принцессы Битвы был усеян криками боли и страха, она как каток непоколебимо двигалась к божеству, на спине которого была привязана богиня.

— Валлен…Валленчто-то-там?!

Глаза Гестии округлились. Арес же, наоборот, хищно ухмыльнулся.

Он протянул руку в латной рукавице, будто пытаясь поднять мораль своих последователей:

— Ни шагу назад, мои солдаты! Пусть такого мы не ожидали, враг всего один и на нашей стороне величайшие генералы Армии Ракии! Вперёд, Гарью! Сотри эту жалкую девчонку в порошок!

— Всевышний Арес, Гарью и его батальон уже пали!

— ОНИ ЧТО?!

Прошло всего мгновенье.

Группа огромных бородатых мужчин, содрогаясь преграждавших путь светловолосой девушке-рыцарю, спустя секунды уже лежала на земле.

Арес заскрипел зубами, увидев, что его горделивые генералы оказались лицом в земле.

— Чтоб вас всех! Ну… раз до этого дошло!..

Арес перерезал верёвки, которыми была привязана к нему Гестия и спрыгнул с коня.

— Уххх!

Гестия упала на землю мгновенье спустя, а Арес, избавившийся от нежеланного груза, вытащил из ножен, привязанных к седлу коня своей меч.

— Ну давай, Кенки! Сам с тобой разберусь!

— …

— УООООООООООАА!!!

Арес взревел бросившись вперёд. Айз продолжала невозмутимо пробиваться сквозь отряд солдат Ракии.

Шин! Глухой металлический звук разнёсся по полю боя. Меч божества был рассечён напополам.

— Н-неплохо!..

Арес на мгновенье застыл, удивившись тому, что его оружие сломалось от первого же удара. Мариус, не ожидавший такого безрассудства, бросился на защиту своего бога.

— Что ты творишь?!

Его несуразное божество бросилось в атаку на одну из сильнейших авантюристок. Мариус встал в стену солдат, своей бронёй и мышцами перегораживая путь к Аресу. Поле боя погрузилось в хаос, звон мечей и крики боли не прекращались.

— …Боженька!!!

— А… Белл!

Парень пронёсся сквозь жаркое сражение.

Проследовав за расчищенным Айзу путём, парень был на шаг позади неё. Когда остатки солдат сошлись в бою с девушкой-рыцарем, Белл воспользовался суматохой и подбежал к Гестии.

Вид последователя заставил Гестию улыбнуться. Она поднялась, чтобы его встретить, но…

Один из солдат отчаянно пытавшихся защитить Ареса попал по ней ногой.

— …

Отброшенная неожиданным ударом богиня покатилась к склону холма, ведущему в ущелье.

Её чёрные хвостики на мгновенье застыли в воздухе.

Едва встретившись с Беллом взглядом, богиня оказалась отправлена в речной поток, текущий в ущелье.

Белл оттолкнулся от земли. Он не сводил взгляд с Гестии, прорвавшись через дождь и прыгнув с края обрыва.

Крутой склон нёсся перед глазами Белла, он дотянулся рукой до руки Гестии. Глаза богини дрогнули, когда он увидела, что Белл стрелой бросился за ней.

Когда Белл ухватил богиню за руку, он притянул её к себе и обхватил двумя руками. Парень, прижимая к себе маленькое тело богини, оказался в реке.

— !!!

Оглушавшая одного солдата за другим Айз не могла не услышать тонущий в шуме дождя всплеск.

Она вырвалась из битвы и, немедля ни секунды, оттолкнувшись от ближайшего камня ринулась к краю обрыва с ошеломительной скоростью.

— Белл Кранелл, Айз Валленштайн!..

…Асфи наблюдала за неожиданным концом битвы сверху.

Она не могла скрыть удивления от такого поворота событий. Её отправили только для того, чтобы отыскать отряд Ракии при помощи Таларии. Немного замешкавшись, она всё-таки полетела за авантюристами.

К несчастью, секунда замешательства очень многого ей стоила.

— !

— Забудьте про богиню! Сбейте небесную шпионку!

Асфи оказалась достаточно близко, чтобы Мариус мог попасть в неё брошенной в воздух цепью. Цепь обвилась вокруг её руки, мешая улететь. Острая боль пронзила руку девушки. Бросив взгляд вниз она увидела, что Мариус её не отпускает.

— Цепи из мифрила!..

— Без неё силы Орарио нас не найдут! Нельзя позволить ей бежать!

Мариус пытался собрать солдат, ещё способных стоять на ногах после боя с Айз. Обернув цепь вокруг своей руки, Мариус пытался не отпустить Асфи.

— Что значит забыть про богиню?! — взревел Арес, несколько солдат попытались его удержать. Однако, второй по важности командир кричал солдатам, что условия изменились и отдавал приказ устранить Асфи.

— Мариус Виктрикс Ракия… Я слышала, что ты сын Слабоумного Короля, но, судя по всему, у тебя есть голова на плечах!..

— Я тоже про тебя много интересного слышал, Персей! Например, как бог похитил тебя, прекрасную молодую принцессу островной нации, и как ты подобно простолюдинке стала авантюристкой! Островная нация даже признавать тебя не хочет!

Обе стороны обменялись любезностями.

Вместо схватки авантюристов высокого ранга Асфи улыбнулась принцу Ракии, похвалив его сообразительность. Мариус кричал во весь голос, он смотрел на висящую в воздухе противницу злобным взглядом. Все свои силы он прилагал, чтобы подтянуть её к себе.

— Кажется у нас немало общего… Похоже, что тебе досталась та же проклятая удача, что и мне.

— …Хватит смотреть на меня с сочувствием! Не смотри на меня так, будто ты меня понимаешь!

По милости своих богов они оба оказались втянуты в схватку, которой не желали. Асфи смотрела на противостоявшего ей молодого человека с пониманием, но этот взгляд заставил Мариуса взвыть.

— Мой принц!

Истощённые солдаты отчаянно кричали, собираясь вокруг своего командира.

Из-за того что движения Асфи были скованы прочной цепью, она оказалась целью множества стрел и заклинаний. Её шарф разорвался, а кожу покрыли ожоги. Персей скривилась от боли. Она ощущала, как её волосы прилипли к щекам из-за моросящего дождя. Белл и Айз уже скрылись, поэтому девушка решила, что побег из этой битвы — лучшее решение. Уклонившись от пары просвистевших в воздухе стрел, она достала флакон взрывного масла из поясной сумки.

Взрыв сотряс горную гряду, поглотив крики и звуки битвы. Когда он стих, лишь звуки дождя и горный поток в ущелье остались в горах.

Дождь никак не переставал идти. Вода беспрерывно стучала по склонам гор, всё сильнее и сильнее, шторм никак не хотел успокаиваться.

Оказавшись запертым в оглушительном стуке воды, окружённый бурным горным потоком я, наконец, нашёл небольшой брод и поднял боженьку над водой. Когда я сам оказался на ногах, то увидел, что Айз поднимается рядом.

Твёрдо стоя на ногах, я взял боженьку на спину, и мы пошли вброд.

— Как она?

— Её тело всё холоднее и холоднее! И она мне не отвечает!..

Даже я слышал, как близок к тому, чтобы разрыдаться, как жалко звучит мой голос.

— Хаахх… хааа… — подбородок боженьки лежит у меня на плече, поэтому я слышу её слабое дыхание.

Мы теряем тепло. То же самое можно сказать и об Айз, её броня промокла насквозь и блестит от влаги. Но мы с боженькой устали гораздо сильнее, да ещё и упали в бурную реку.

Для нас с Айз дождь никакой угрозы не представляет. Благодаря поднятию уровня наши тела стали прочнее и с нами ничего не случится. Но для боженьки всё иначе. Пусть она и пережила падение в реку, я чувствую, как холодеют её руки и ноги.

Боги и богини спустились в этот мир чтобы насладиться «игрой» и даже установили для этого строгие правила. Самое важное это запрет на использование божественной силы, Арканума. Без своего всемогущества божества такие же, как и люди не имеющие Благословения, а может и слабее. Они, конечно, никогда не стареют и не умирают, оставаясь такими, какие они есть, целую вечность, но они могут серьёзно заболеть или получить переохлаждение.

Я слышал, что это всё ради «остроты», чтобы насладиться всем, что Земля может предложить, или просто для разнообразия ощущений.

— Если мы не найдём укрытие достаточно быстро!..

Боженька долго не продержится. Никогда не слышал, чтобы Арканум активировался, и божество отправлялось обратно в Тенкай из-за болезни, но её состояния это не облегчает.

Мы очень долго неслись по потоку, поэтому я понятия не имею, где мы сейчас. Если мы не сможем укрыться от дождя, даже присутствие Айз нам не поможет.

— Я могу разрубить склон и сделать пещеру…

Мне тепло нужно, а не просто укрытие. Каждая минута, когда боженька остаётся на холоде, делает её состояние ещё опасней.

Разжечь огонь не было бы проблемой, Вспышка вызовет его мгновенно. Проблема заставить его гореть. Нам нужно защищённое и сухое место подальше от реки и дождя, в котором мы могли бы отдохнуть и восстановиться. Должно быть такое место неподалёку, я уверен!..

Я ощутил, как моё лицо напряглось, услышал, что сказала Айз, и поднял голову, увидев в каком глубоком ущелье мы оказались. Рядом не было ничего, я видел только свинцовое небо и поток безжалостных тяжёлых капель дождя, падающих на нас сверху.

— …КЬЯВВВВВ!!!

— !

Пронзительный визг донёсся до моих ушей, когда мы продолжили брести по броду.

Множество теней начало опускаться на нас сверху, от них исходил хлопающий стук крыльев.

— Гарпии!

Потомки монстров, появившихся из Подземелья тысячелетия назад, живущие в Горной Гряде Беор пытаются нас атаковать!

Гарпии — это наполовину люди, наполовину птицы, очень странный гибрид выглядящих как женщины монстров. До пояса они выглядят как женщины, у них даже грудь есть. Но их руки гораздо длиннее людских и оканчиваются огромными крыльями, размерами со щиты. Ниже пояса они покрыты грязными перьями. Как у каких-нибудь орлов или ястребов их ноги оканчиваются лапами с острыми когтями.

Можно сказать, что их лица похожи на женские, но на самом деле они очень сильно отличаются от людских. Для начала, их рты наполнены смертоносными клыками, а кожа испещрена морщинами. Честно говоря, смотрится это устрашающе. Я бы сказал, что они похожи на очень морщинистых старух. Впрочем нет, любая морщинистая старая женщина гораздо красивее этих существ.

Они кажутся похожими на монстров, которые нам знакомы, но они гораздо грязнее, чем обычные монстры Подземелья. Наверное, поэтому вонь стоит такая, что мне хочется нос с лица сорвать.

Ну почему сейчас?..

Они окружили нас будто стая ворон, готовая накинуться на добычу, их золотые глаза зловеще блестят. Я злобно взглянул на них в ответ и вытянул правую руку прицеливаясь в центр стаи гарпий. Уже набрав воздуха чтобы запустить заклинание, я услышал:

— Начинай бежать.

Порыв ветра просвистел в ушах.

Звук меча, вытаскиваемого из ножен, который я ни с чем не спутаю, раздался за спиной, а мгновенье спустя перед глазами мелькнули светлые волосы. Уже через минуту все гарпии до единой оказались внизу, разрубленными.

Пронзительные крики и капли крови ещё стояли в воздухе. Айз мелькала среди гарпий, её взгляд был способен пронзить не хуже клинка.

— …КАРРР!

Бесчисленное множество чёрных перьев обрушилось в воду подобно дождю.

Светловолосая, златоглазая девушка-рыцарь бежала по крутому склону, порхала в воздухе, отталкиваясь от него, и рассекала воздух так быстро, что я не успевал за ней уследить. Падальщицы окружали нас со всех сторон, успевая издавать лишь пронзительные визги, когда клинок их рассекал. Я сделал именно то, что она мне сказала, и бежал с боженькой на спине. Серебряные и золотые разводы мелькали рядом со мной, уничтожая любого монстра, который подбирался достаточно близко.

Её сабля будто создавала вокруг нас защитный барьер.

Знаю, сейчас меня защищают, и, всё же, Айз сражается с такой лёгкостью, что это одновременно вдохновляет и поражает. Я побежал со всех ног, но не мог не пытаться уследить за тем, как она сражается.

…Она очень, очень сильна. Слишком сильна.

Пока я семенил по колено в воде, несколько лишённых крыльев гарпий рухнули в воду и их поглотили волны. Уклоняясь от тел, я потерял им счёт, даже не знаю сколько сотен гарпий упало за моей спиной в воду.

Дождь смывал кровь, оказавшуюся на склонах холма.

Наконец, когда последняя гарпия испустила последний вздох…

— Что это? — Айз приземлилась на камень чуть передо мной и уставилась в одно место, будто заметила что-то странное.

Посмотрев в том же направлении, я увидел дрожащий свет лампы с магическим камнем, мало того, он приближался к нам.

— Эй, есть там кто-нибудь?!

Голос человека прорвался сквозь удары капель дождя. Мы с Айз переглянулись и кивнули, побежав к кричавшему человеку.

Щёлк, щёлк. Звуки потрескивающего в очаге огня заполняют комнату.

Всё внутри виднеется в рыжеватом свете и наполнено теплотой. Жар окутывает моё застывшее тело, заключая его в свои тёплые объятия. Мои веки тяжелеют, но я трясу головой каждый раз, когда сонливость начинает меня одолевать.

Боженька лежит на кровати рядом и мирно спит. Я обеими руками держу её правую руку.

— Что с твоей богиней?

— А, мистер Кам… Она в порядке. Уже давно спит.

Я услышал стук в дверь, повернул взгляд и, увидев пожилого господина Кама, поднялся, приветствуя его. С ним рядом стояла девушка, чуть старше меня.

— Я рад, — ответил он мне с улыбкой на губах.

…Мы оказались в этом месте, Деревне Эдас, когда, по счастливой случайности, наткнулись на человека из этих мест.

Деревня Эдас расположена в глубине Горной Гряды Беор. Это небольшое поселение, скрытое от остального мира суровыми скалами. Мы с Айз удивились, когда узнали, что подобное место вообще существует. Кто бы мог подумать, что в такой глуши могут жить люди?

Мы рассказали о случившемся парню, который решил, что видел кого-то на реке и пошёл проверять, после чего он привёл нас сюда, и деревенские жители предложили помощь. Старейшина деревни, Кам, предложил нам свой дом. Он не только позволил боженьке отдохнуть в одной из гостевых комнат, но и дал мне сухую одежду.

Слова не могут передать благодарности, которую я ощущаю за оказанную помощь. Я поклонился старейшине снова.

— Мне нечем вас отблагодарить. Вы спасли мою богиню…

— Подними голову, юный Белл. Это меньшее что я мог… КХА, КХА! — Не закончив фразу он закашлялся.

Стоявшая рядом с ним девушка поддержала его обеими руками, когда он склонился, пытаясь перевести дыхание в промежутках между кашлем. Девушка, наверное его дочь, повела его обратно в его комнату, её лицо выражало озабоченность.

Кам медленно поднял руку, показывая что всё в порядке, и, наконец, выпрямился.

— Эм, не заставляйте себя пожалуйста!..

Я сделал к нему шаг, не зная как реагировать. Несмотря на то, что он явно нездоров, Кам сказал, взглянув на богиню, лежащую в кровати:

— Всё в порядке… Белл, чувствуй себя как дома. Если тебе что-нибудь понадобится, моя дочь будет рада помочь. Я буду молиться за выздоровление твоей богини.

У него жидкая борода и морщинистое лицо, но в его глазах что-то есть. Могу сказать, что он видел немало и за его взглядом кроется немало эмоций. Он поклонился богине и сказал:

— Надеюсь вы оба будете в здравии… — прежде чем покинуть комнату с помощью своей дочери.

— Интересно, чем он болен…

Мы едва встретились, но он, не раздумывая, оказал всю нужную помощь, как только увидел, что я несу боженьку. Это было даже слишком, но я очень благодарен за всё, что он сделал. Он очень обходителен с нами, и его бледность очень меня беспокоит.

Снова подойдя к постели боженьки, краем глаза в окне я увидел, как кто-то подходит к дому.Несколько секунд я наблюдал за приближением фигуры в плаще, пытаясь понять кто пришёл. А когда понял, оставил боженьку на попечении дочери Кама и бросился ко входу в дом.

— С возвращением, Айз. И, эм, спасибо что проверила всё сама.

— Не беспокойся об этом и спасибо… Как она?

Айз сняла промокший до нитки плащ с капюшоном в коридоре, под которым была её обычная боевая одежда и броня. Я протянул ей полотенце и ответил, что с боженькой сейчас всё в порядке.

— Ты что-нибудь видела?

— Асфи поблизости нет, как и солдат Ракии… На месте боя осталось только сломанное оружие и обгоревшая земля.

Айз уходила, чтобы проверить что случилось с солдатами Ракии, как только убедилась, что в Деревне Эдас безопасно.

Она сказала, что прошла по течению реки до того места, в котором мы упали. Шторм усилился, поэтому солдаты Ракии и Асфи наверняка нашли себе какое-то укрытие. Решили ли вражеские солдаты снова искать богиню или собрались отправиться домой, она не знала.

Она не только оказалась втянута в весь этот переполох, но и защищала меня всё время. Я извинился за то, что принёс ей столько проблем, а она добродушно покачала головой и сказала, что всё в порядке.

— Мы не можем связаться с Орарио… И мне не кажется, что можно надеяться на спасение.

Путешествие обратно в город займёт не меньше остатка ночи, к тому же, погода совершенно ему не способствует. Потеряться в горах в такую погоду очень опасно, особенно если мы каким-то образом разделимся, и нас найдут люди Ареса. Они сильны и их много, поэтому Айз не хотела бы сражаться с ними в такую бурю. Она решила, что нам будет лучше на время остаться в деревне.

Асфи — одна из авантюристок высшего ранга, наверняка она вернётся в город и расскажет о случившемся… Впрочем, я сомневаюсь, что она знает о такой отдалённой деревне в горах и о том, что мы благополучно до этой деревни добрались.

— Значит, мы останемся здесь до восстановления Всевышней?..

— Да, мне кажется, так будет лучше.

Вытиравшая волосы и шею полотенцем Айз кивнула. Её мокрая одежда прилипла к телу, поэтому я не знал куда деть свой взгляд, соглашаясь с её решением.

Мы втроём будем держаться и возвращаться вместе. А значит нам нужно положиться на людей этой деревни, пока боженька не выздоровеет достаточно, чтобы выдержать путешествие обратно в Орарио.

Мне не очень приятно заставлять Лили и остальных волноваться… но ничего поделать я не могу. Ощущая за это вину, я согласился что мы с Айз останемся на несколько дней в этой деревушке.

Боженька открыла глаза на следующий после нашего прихода день. Я был так рад, что готов разрыдаться, но мне было понятно, что она ещё не восстановилась. Она оставалась в кровати целый день, а потом ещё один.

Наконец, на третье утро в Деревне Эдас…

— Прости… Белл.

— Ты уже столько раз извинялась, боженька. Я же тебе говорил, что всё в порядке.

Я потерял счёт её извинениям, пока она лежала в кровати. Я оставался на том же самом месте у её кровати, напряжение покинуло моё лицо, я улыбнулся. Этим утром цвет её лица стал лучше. Она посмотрела на меня, но пыталась не смотреть мне в глаза, будто её что-то смущало.

— Это… приятная деревня, не так ли?

— Да. К нам все так тепло и дружелюбно относятся.

Деревня Эдас была эльфийским поселением, если переместиться достаточно давно назад во времени. Ещё в Древнюю Эру, насколько я слышал.

Эльфы не любят общаться с другими расами, поэтому такое отдалённое место идеально подходит их изоляционистским взглядам. Но после этого они столкнулись с изменениями в мире около тысячи лет назад. Явление на Землю богов и богинь заставило молодых эльфов оставлять родные земли и исследовать мир, вместе с этим старые эльфы начали принимать в деревню людей и представителей других рас.

Люди, которые не могли выносить своей жизни, бегущие от опасности и молодые пары, которые пытались отстраниться от семей, не принимающих их любовь, оказывались в этой деревушке.

И, разумеется, изгнанные из Орарио авантюристы, бродившие по этим горам с намерением умереть в бою, также обосновывались в этой деревушке. В результате деревенские жители стали очень дружелюбно относиться к тем, кто приходил. Больше половины людей, живущих в этой деревне это, потомки путешественников. У меня такое чувство, что этим людям часть приходится помогать случайным путникам, вроде нас.

Тайная деревня, которой нет на картах для тех, кто заблудился.

Это… другой мир, о котором я раньше не знал.

Божества для этой деревни наверняка редкое зрелище, потому что два ребёнка-получеловека, мальчик и девочка, постоянно таращились в окно. Всевышняя Гестия заметила их и улыбнулась, помахав рукой. Дети покраснели и отпрянули.

— Как вы себя сегодня чувствуете? Если вам что-нибудь нужно, дайте знать.

— О, мисс Рина. Спасибо вам за всё.

Дочь Кама, Рина, вошла в комнату, спросив, как боженька себя чувствует. Я сказал ей, что боженька сегодня в порядке и поклонился.

Она на два или три года старше меня и относится очень дружелюбно. Она и несколько взрослых сыновей Кама заботились обо всём последние несколько дней. Моя благодарность за то, что они сделали для боженьки, не знает границ.

Впрочем, есть одна вещь, которая мне кажется странной. Не хочу казаться грубым, но Кам очень стар. Между ним и его детьми огромная разница в возрасте, проще говоря, мне они кажутся его внуками. Я не могу не смущаться, когда вижу их в доме или рядом с собой. К тому же, я не встречал никого подходящего возраста, чтобы быть их матерью.

Как бы странно это ни было, вопросов об этом я не задавал. Вместо этого в моей голове всплыло кое-что другое.

— Эм, сегодня что-то будет? Со вчерашнего дня в деревне очень беспокойно…

— Да, будет. Сегодня мы проводим ежегодный фестиваль плодородия. Мы даже думали отложить его проведение на время дождя, но он очень вовремя закончился… Все очень ждут праздника.

За окном голубое небо, я слышу возбуждённые разговоры людей. Пока она рассказывала мне, что происходит, её собранные в хвост чёрные волосы колыхались из стороны в сторону. Я понимающе кивнул.

В маленькой деревеньке, в которой я рос тоже проводились фестивали.

— Белл… иди помоги с приготовлениями.

— А?

Мы с Риной посмотрели на боженьку одновременно, удивившись тому, что она сказала.

— Н-но, Всевышняя…

— Если мы ничего не сделаем в ответ после всего, что они для нас сделали, я буду выглядеть плохо, как богиня… Пожалуйста, Белл.

Ей сейчас гораздо лучше, чем раньше, но оставлять её одну мне до сих пор неудобно. Она посмеялась на моё беспокойство и сказала, что хочет, чтобы я помог.

…Мне тоже хочется сделать хоть что-нибудь, чтобы отплатить этим людям за доброту. Вернуться домой, не отплатив такой долг, было бы слишком неприятно, и я бы об этом пожалел. С такими мыслями я улыбнулся боженьке и согласился на её просьбу.

Поднявшись со стула у кровати, я сказал Рине, что хочу помочь. Моё предложение её обрадовало.

Оставив боженьку на её попечение, я вышел из комнаты.

— А, Айз.

— Доброе утро…

Я столкнулся с Айз, проходя по коридору.

Она поздоровалась, но её одежда привлекла моё внимание, так сильно, что щёки запылали.

— Эта эм… эта одежда очень хорошо на тебе смотрится…

Я всегда видел её в боевом наряде и броне, но сегодня она выглядит не как авантюристка.

Длинная красная юбка с яркой вышивкой и расшитая кофта поверх свободной белой блузки. Эта одежда подчёркивает её светлые волосы. Она похожа на деревенскую девушку.

Она красива, как и всегда, но… я никогда не видел Айз с такой стороны раньше. Моё лицо покраснело, а в животе будто взбесилась куча бабочек.

— Мне посоветовали так одеться… Я выгляжу странно?

Она оглядела свою одежду, а я замотал головой:

— Н-нет, нет! Ты выглядишь замечательно!

Как и я, она попросила одежду у дочери Кама, потому что дождь намочил её экипировку. Рина очень разволновалась, подбирая наряд для Айз из-за её божественной красоты и хотела, чтобы Айз выглядела соответственно.

Айз отвела взгляд, когда я похвалил её наряд, её щёки слегка порозовели… она смутилась.

Бам! Каждая частичка её реакции вызывала дрожь в спине. Это я её похвалил, но почему-то именно в моей груди начало щемить. По моим венам будто побежал огонь, потому что моя кожа покраснела, она посмотрела на меня с замешательством, а я ощутил себя жалким.

— Ты куда-то идёшь?

— Ой, точно. В деревне готовят фестиваль, поэтому я иду помогать с подготовкой.

Она наклонила голову, когда поняла, что я собираюсь выйти в деревню один.

Последние три дня я почти не выходил из комнаты боженьки. Айз, чтобы обеспечить нам безопасность, а может, конечно, просто потому что ей было нечего делать, стояла на страже гостевой комнаты и патрулировала дом. Дождь лил до прошлой ночи, поэтому выходить на улицу не было повода.

Кстати, она произвела на сыновей Кама, да и на меня довольно страшное впечатление, потому что несмотря на милый наряд деревенской девушки вооружилась саблей… С какой стороны ни глянь, она рыцарь, что бы ни надела.

Она кивнула, когда я рассказал ей о разговоре с боженькой и кивнула:

— Я тоже иду.

— А? Ты уверена?

— Да. Мне предоставили одежду и достаточно еды… Я хочу помочь.

Выражение на её лице было отстранённым, как и обычно, но решимость помочь меня порадовала.

Мы вышли из дома Кама вдвоём.

— Когда мы пришли было темно, и дождь шёл такой сильный, что этого было незаметно… но деревня, оказывается, довольно крупная.

— Да, большая…

В лужах на земле отражается голубое небо. Деревенские жители махали нам руками, а мы предложили помочь с подготовкой фестиваля.

Поскольку когда-то Деревня Эдас была эльфийским поселением здесь повсюду деревья, и она больше, чем может показаться на первый взгляд. Если добавить к этому высокие горы Горной Гряды Беор, и термин скрытая деревня идеально опишет это место. Если не знать, что это место здесь есть, найти его будет очень непросто.

До этого дня мы не бродили по деревне, поэтому, когда вышли из дома Кама, привлекли к себе немало внимания. Если точнее, внимание привлекла Айз. Осмотревшись, я увидел, что все мужчины деревни бросают взгляды на её наряд. Несколько человек даже разинули рты. В тех, кто уже был женат, жёны впились злыми взглядами. Даже прозвучала пара пощёчин. Я улыбнулся, наблюдая как один из мужчин съёживается, заметив на себе взгляд жены, а стоящий рядом ребёнок с восторгом смотрит на Айз.

Вокруг центральной площади в деревне расположено немало домов. На этой площади составили столы, и несколько людей в самом центре подготавливают большой костёр. Всё идёт своим чередом. Группа мускулистых мужчин, наверное ответственных за проведение, раздают указания. Мы с Айз получили от них задания и, разделившись, принялись за работу.

Работая со множеством людей разных рас, живущих в деревне, мы многое сделали. Прежде чем я успел заметить день прошёл и наступил закат.

Я занимался заготовкой дров и переносил декорации с места на место, когда моё внимание привлекли несколько странных предметов, разбросанных по деревне.

Они были похожи на большие блестящие булыжники из обсидиана, но от них исходила какая-то странная энергия. Каждый из этих камней был высотой мне по грудь. Они создавали кольцо вокруг деревни, будто отмечая, где кончается сама деревня и начинается лес.

Я спросил женщину-зверолюдку об этих чёрных предметах, которые будто защищают деревню:

— Эм… Не хотел бы вас прерывать, но что это такое?

— А, это? Это… одна из чешуек Чёрного Дракона.

— …Что, правда?

Я не мог поверить своим ушам.

В красном свете заходящего солнца всё казалось окровавленным. Мне подумалось, что я мог расслышать что-то неправильно, поэтому я подошёл поближе и переспросил:

— Чёрный Дракон… Тот самый из легенд? Этот Чёрный Дракон?..

— Да, тот самый. Давным-давно, после того как герои прогнали его из Орарио, Чёрный Дракон полетел на север. Эти чешуйки выпали из его тела, когда он пролетал над долиной.

Женщина пересказала мне историю, которую поколениями передавали долго живущие эльфы.

То есть, много лет назад легендарное чудовище неслось по небу и его чешуйки упали в лес?..

— А тебе не казалось странным, что стоящая посреди заполненных монстрами гор деревня мирно существует и монстры на неё не нападают?

— Н-ну это странно, да, но…

На нас с Айз накинулась стая гарпий. Но я не видел ни одной с тех пор, как мы оказались в деревне. Это и правда показалось мне странным, но…

— Всё благодаря этой чешуе. Монстры так её боятся, что обходят стороной. Благодаря Чёрному Дракону мы можем мирно существовать.

От этих штук исходит аура самого Короля Драконов, а может они хранят частичку его силы. Монстры так боятся легендарных монстров, что предпочитают не приближаться к их останкам. Поэтому Деревню Эдас не беспокоят атаки монстров.

Эта история лишила меня дара речи. Вместе с этим зверолюдка прикрыла глаза и сложила руки вместе, кланяясь чёрной чешуйке.

— …Наверняка вам кажется странным поклонение монстру. Но мы живём и по сей день не благодаря защите авантюристов или божеств… а благодаря этой чешуе.

…А ещё эта вера подкрепляется страхом.

Они боятся того дня, когда легендарный монстр вернётся и уничтожит мир. Жители Деревни Эдас преклоняются перед монстром, а также живут в страхе перед концом света. Они, как никто другой знают о мощи дракона, и они боятся того дня, когда эта мощь обрушится на мир. Так сильно, что не могут перед ней не преклоняться.

…Деревня, построенная на вере в дракона.

Нет, не совсем так. Деревня, которая молится дракону, чтобы завтрашний день прошёл также мирно, и чтобы он не стал приносить бедствие на эти земли.

Я был поражён, узнав об этой особенности Деревни Эдас, места, настолько оторванного от остального мира, который мне знаком.

Истории, о бедствиях, которые рассказал мне Всевышний Гермес теперь кажутся ещё реалистичнее.

Чёрный Дракон… Интересно, остались ли другие доказательства существования одноглазого дракона в других частях мира.

— Впрочем, разумеется, настанет день, когда Всевышний Дракон пропадёт из этого мира, и нам больше не нужно будет ему поклоняться, а пока…

Женщина держала глаза закрытыми, её руки по-прежнему были сведены вместе, её лицо стало похоже на устрашающую маску. Неожиданно всё прояснилось.

Значение Трёх Великих Заданий возложенных на Орарио. Желание избавления, которое мир хранит и по сей день.

— Что же, этот разговор стал гораздо серьёзнее, чем должен быть. Праздник почти готов, почему бы вам не расслабиться и не присоединиться?

— А… Д-да, конечно.

Женщина посмотрела на меня с улыбкой. Я смог заставить себя кивнуть. Всё это время на моём плече покоилось несколько досок, и я наконец начал двигаться к тому месту, куда должен был их отнести.

Оставив позади милую женщину и доставив доски, я остановился, скользнув взглядом по деревне.

Чёрные чешуйки виднелись тут и там. Когда подготовка почти завершилась, это место стало выглядеть совсем не так, как раньше.

— А…

Я заметил Айз, когда шёл через группу деревенских жителей, закончивших свои обязанности. Она стояла ко мне спиной, по-прежнему одетая как деревенская девушка. Она разглядывала одну из небольших каменных построек.

— Айз?

— …

Её взгляд остался на этой постройке, она никак не отреагировала, когда я подошёл.

Под крышей каменного навеса стояла чёрная чешуйка. На возвышении перед ней было поставлено несколько тарелок с едой и другими подношениями… Должно быть, это алтарь. Выходит, под этим каменным навесом люди молятся вещи, которая защищает их дом.

Айз смотрела на чешуйку молча. Как и я, наверное, она слышала от деревенских историю этого места и чёрной чешуи.

— Почти как божество, тебе не кажется?

Страх жителей перед частичками дракона довёл их до того, что они делают им подношения. Это похоже на то, как люди относятся к настоящим богам. Я высказал свои наблюдения вслух.

И тут…

— Эта штука не божество.

Ледяной, можно сказать злой тон её голоса пресёк мои дальнейшие комментарии.

— …

Она по-прежнему на меня не смотрела. Я услышал только низкое, ледяное отрицание.

Это правда Айз сейчас говорила? Никогда не слышал, чтобы в её голосе было столько эмоций. Слова застряли в горле.

Моё сердце задрожало. Тон её голоса вызвал во мне настоящий испуг. Как выглядело её лицо, когда она это произнесла? Время шло, а ответа всё не было.

— Идём обратно.

— Л-ладно.

Айз повернулась ко мне лицом спустя несколько секунд, показавшихся мне вечностью. На её лице было обычное отстранённое выражение, которое я видел много раз. Это была та самая Айз, которую я знаю. Даже её голос снова стал обычным. Она пошла прочь от каменного навеса.

А я не мог двинуться. Она остановилась, и посмотрела на меня через плечо, сделав несколько шагов. Ноги наконец начали меня слушаться, и я засеменил за ней.

Мы шли бок о бок, я смог взглянуть на её лицо. Оно освещалось заходящим красным солнцем, и я не видел никаких изменений. Совершенно никаких. Может, то, что я слышал несколько секунд назад было только в моём воображении? Её слова ещё звучали в моей памяти, но были ли они произнесены на самом деле?

Я так и не набрался смелости, чтобы спросить.

Всё ещё содрогаясь после того, что случилось с Айз я закончил назначенные мне задания я решил проведать боженьку.

В центре деревни стоит немало деревянных домов. Я вернулся к дому Кама, открыл дверь и вошёл. Быстрый переход по коридору, и я уже в той гостевой комнате, которую он так благородно позволил нам использовать.

— А? Мистер Кам?

Когда я вошёл в комнату, я увидел, что Кам стоит у кровати перед боженькой. Она мирно спала. Её тихое посапывание наполняло комнату, а старый мужчина просто смотрел как она спит.

Он опёрся на трость и медленно посмотрел на меня.

— Не пугайся. Я ничего ей не сделал.

— Эм, я об этом не беспокоюсь… Что-то не так?

Я задал вопрос не в силах скрыть удивление. Я видел, как он поворачивается будто в замедленной съёмке.

— Я ждал тебя.

После очередного моего удивления, мужчина продолжил.

— Белл, уделишь старику немного своего времени?

Он повёл меня дальше в дом, до своей комнаты.

В комнате была кровать, стол и стул. И больше почти ничего. Небольшая горка бумаг и перьевая ручка лежали на столе, но этого стоило ожидать. В конце концов он староста деревни, впрочем, кажется, ручкой он не пользовался довольно давно. На бумагах даже виднелся тонкий слой пыли.

Неожиданно раздался громкий кашель:

— КХА-ХА!..

— В-вы в порядке?

Я бросился к старику, пытаясь ему помочь, и предложил позвать его дочь, но Кам поднял руку, останавливая меня.

— Пожалуйста, не утруждайся. Я лучше всех понимаю, что со мной происходит.

Не уверен, как это понимать. Наверное, это ощущение было написано на моём лице, потому что он ещё раз попросил меня не беспокоиться.

Старик был тощим, и ростом чуть выше меня. Серовато-белые волосы на его голове колыхнулись, когда он поднял голову и мне улыбнулся. Я не перестал беспокоиться, но сейчас нужно выслушать то, что он собирается сказать.

Красноватое вечернее солнце заглядывало в окно. Кам подошёл к столу и открыл верхний ящик. Вытащив из него что-то, он положил это вещь на стол. Что бы это ни было, оно было очень старым. Я вытянул голову, чтобы присмотреться, но вещь была слишком поношенной, её сложно было рассмотреть… Какой-то огонь? Эмблема?

— Это… эмблема Паствы?

— Она самая. Давным-давно я поклялся в верности одной богине.

Я напряг слух. Кам начал рассказ о своей жизни.

— Я влюбился в неё, у неё тоже были ко мне чувства. Мы любили друг друга.

— Вы были…

Он был влюблён в богиню.

Для меня это стало шоком. Кам на секунду отвёл от меня взгляд. Он покраснел?

— Только вот, я не мог её защитить. Я был единственным её последователем и поклялся защищать её даже ценой своей жизни, но она пала от когтей монстра…

— !..

— Её жертва спасла мне жизнь… Но ей пришлось вернуться в Тенкай.

Кам посмотрел в окно, будто воспоминания о событиях пятидесятилетней давности снова всплыли в его памяти.

Когда они путешествовали, на них напала орда монстров. В тот день Кам лишился богини. Она столкнула его со скалы, сохранив ему жизнь ценой своего пребывания на земле. И вместе с этим окунула его в пучины отчаянья.

После того, как причина жить у Кама исчезла, он решил покончить с собой, начав бесцельно бродить по Горной Гряде Беор, но…

— …Я набрёл на эту деревню. Я так и не смог отбросить жизнь, которую она спасла.

После этого он встретил несколько людей которые, испытали подобный опыт, его приняли в этом месте с распростёртыми объятьями. И он решил, что однажды будет похоронен в этих землях. Характеристики на его спине оказались запечатаны, поскольку его богини больше не было в этом мире, но он оставил их как единственное напоминание о той связи, которая между ними была. Он посвятил себя служению деревне, которая его приняла, и даже получил признание и стал старейшиной.

— …То есть, Рина и остальные?..

— Приёмные. Некоторые лишились родителей из-за болезни, кое-кого просто оставили… Я принял к себе всех детей, которым было некуда идти.

Он признался, что ни с одним из своих «сынов и дочерей» не связан кровью.

Кам поклялся богине в любви, но не смог её защитить и не прожил нормальную жизнь, не женился и не завёл своих детей.

— Белл… пожалуйста, защити свою богиню.

Ему не нужно меня об этом просить, я и без этого не намерен её оставлять, но Кам всё равно настоял.

— КХАХАКХ! — Он прикрыл рот, я снова обеспокоенно сделал к нему шаг, но он в ответ только улыбнулся. — Ты не должен прожить жизнь с теми же сожалениями, которые есть у меня.

Теперь я понимаю, почему он так постарался сберечь боженьку, и позволил нам поселиться в его доме. Он будто увидел молодого себя, когда мы появились, и помог мне всем, чем мог, чтобы я не понёс такую же потерю.

Его улыбка и слова глубоко запали мне в сердце. Они останутся со мной надолго.

— …Баааа…

Гестия лежала в кровати, уставившись в потолок и скучая.

— Не могу больше спать…

День почти подошёл к концу. Последние солнечные лучи скрывались за горизонтом. В окно пробивался лишь тусклый свет, ночь опускалась на деревню.

Используя локти Гестия поднялась в кровати и села.

— Всё ещё сил нет… Но мне лучше, наверное.

Она оглядела себя, убеждаясь, что её слабость — это результат трёхдневного сна.

Богиня не заболела, у неё не пропал аппетит, она чувствует себя живой. Гестии подумалось, что худшее позади и ей больше не нужен такой уход.

— Пуф, — она начала стягивать с себя пропитанную потом рубашку, которую предоставила дочь Кама и которая жала богине в груди. Её чёрные хвостики, растрепавшиеся за три дня лежания в кровати, дёргались из стороны в сторону.

Раздался стук в дверь.

— Простите…

— Валл…Валенкак-там-тебя?..

Айз вошла в комнату, держа в руках поднос. Гестия не мигая следила за приближением девушки. Айз поставила поднос на стол рядом с кроватью, из чашки супа, стоявшей на нём, поднимался пар.

— Вы восстановились?..

— Я-я в порядке, только вот… Г-где Белл?

Богиня спросила, почему проведать её зашёл не Белл, на что Айз ответила тихим голосом:

— Разговаривает со старостой деревни, кажется…

Дочь Кама приготовила суп, но её позвали помочь с подготовкой к празднику. Поэтому она попросила Айз принести еду Гестии вместо неё.

Гестия очень сильно удивилась, когда увидела Айз, а потом ещё и заметила наряд девушки. Богиня чуть не лишилась дара речи.

— Валл…Валленчто-ты-такое, что с твоей одеждой?

— Рина дала мне наряд…

— Пытаешься Белла соблазнить, или что-то ещё?..

Гестия вздрогнула, на её виске вздулась вена. Айз в ответ только удивлённо склонила голову.

Гестия знала. Она знала, что беловолосому парню нравится образы простых, но очаровательных девушек. Первый же взгляд на девушку-рыцаря в таком наряде заставил богиню подумать… Белл раскраснелся сегодня больше раз чем за весь прошедший год, я даже не сомневаюсь!

Гестия тихонько зарычала, едва сдерживая себя от того, чтобы начать выплёскивать все свои мысли, несмотря на то что этому было не время и не место. Но вскоре богиня поняла, что это, наоборот, её шанс всё разузнать и решила не сдерживаться. Был один вопрос, на который ей очень хотелось узнать ответ.

— Присаживайся, Валленс-чем-то.

— ?

Увидев, что богиня указывает на стул, стоящий рядом с кроватью, Айз не знала, что сказать.

— Для начала… Спасибо тебе за спасение. И прости, что ты оказалась во всё это вовлечена.

— Это мело…

— …Но, и это самое важное, что ты думаешь о моём Белле?

— Что я думаю?..

— Ну, знаешь, в общем!.. Как ты на него смотришь? Какое впечатление он на тебя производит?

Гестия не могла спросить напрямую, испытывает ли Айз какие-то чувства к парню. Она попыталась, но, в конце концов, лишь покраснела и начала сбиваться.

Не важно, каким бесчувственным было бы выражение лица Айз, богине она соврать бы не смогла.

Гестия посмотрела на девушку своим божественным взором, решительно настроившись узнать эмоции, которые скрываются в её сердце.

Айз подняла взгляд в потолок, богиня пристально её рассматривала. Девушка задумалась и ответила через несколько секунд:

— …Кролик?

Гестия прикрыла глаза и решительно кивнула, услышав такой ответ:

— Я никогда в тебе не сомневалась.

— ?..

Тук, тук. Гестия потянулась и несколько раз хлопнула Айз по плечу.

Несмотря на то, что ответ мог показаться странным, теперь у богини было доказательство, что Айз не видит в Белле мужчину, представителя противоположного пола. Это очень сильно взбодрило богиню.

— Но будь осторожна, не будь к нему слишком добра. Я, конечно, понимаю, что кролики очень милые, но, если ты будешь слишком добра с ним, это западёт ему в голову. И не принесёт ничего, кроме проблем.

— Поня…ла?.. — Айз снова наклонила голову, откровенно не понимая почему божество говорит с ней на равных, а Гестия продолжала с энтузиазмом хлопать её по плечу.

В этот момент в дверях появилась дочь Кама:

— Ох, Всевышняя, вы хорошо себя чувствуете?

— Мне гораздо лучше, огромное вам спасибо, — ответила Гестия, улыбаясь девушке, пришедшей её проведать.

— Кажется вы пропотели. Мне подготовить вам новую одежду?

— Мммм, а это замечательная идея…

Рина протянула Гестии полотенце и стакан воды, пока Гестия раздумывала над её предложением. Богиня задумалась. Она бросила взгляд на наряд Айз, и её глаза блеснули.

— Прости, можно одну эгоистичную просьбу?

— Фестиваль уже начался…

Мы с Камом говорили очень долго. Я заглянул в ближнее окно, когда наконец вышел из его комнаты и у меня отвисла челюсть.

За окном тёмная ночь, а все деревенские жители собрались на главной площади. Все разговаривали и развлекались вокруг большого костра.

Я погрузился в воспоминания о фестивалях, которые проводились в моей деревне. Предавшись чувству ностальгии, я пошёл к комнате, в которой отдыхала боженька.

— Белл!

— Что, Боже…нька?

Она встретила меня в коридоре, возникла будто из ниоткуда и была одета так, что у меня дыхание перехватило.

Её наряд был похож на наряд Айз. Но вместо красных цветов она выбрала успокаивающий синий, хотя ощущение было таким, что блузка едва выдерживает. Я почти слышу, как нитки пуговиц на её груди трещат…

Они с Айз стоят рядом, и их можно даже принять за сестёр.

— Хе-хе, ну? Как я выгляжу?

— Выглядишь ты замечательно… Ты уверена, что тебе уже можно вставать с кровати?

Да, выглядит она просто отлично, и бабочки снова вернулись, но её состояние беспокоит меня куда сильнее. «Ага, уверена!», — ответила она с ухмылкой. Кажется, она попросила Рину, и та помогла.

Дочь Кама стояла с другой стороны от Айз, улыбаясь во весь рот.

— Раз вы снова в добром здравии, Всевышняя, почему бы вам не взглянуть на празднование?

Боженька тут же приняла это предложение.

Может она пробыла в кровати слишком долго, а может её просто порадовала возможность посмотреть на фестиваль, потому что она даже подпрыгнула, прикрикнув: «С радостью посмотрю!». А я всё ещё о ней беспокоюсь. Ей было бы лучше ещё немного отдохнуть, но, в итоге я присоединился к Айз и боженьке, а Рина повела нас на фестиваль.

— Эм, ты уверена, что это хорошая идея, Всевышняя? Тебе не стоит слишком сильно напрягаться…

— Я в порядке! После того как я столько времени провела рядом с тобой, я беспокоилась бы если бы мне не стало лучше!

Она заявила, что, если останется в комнате, ей станет только хуже. От того, насколько она взбудоражена я разволновался ещё сильнее.

Кажется, будто она выздоровела, но… может я просто слишком переволновался, услышав историю Кама. Я не переставал об этом думать всё время, пока мы шли до центральной площади деревни.

— !..

— Вот это здорово!

— …Красиво.

Костёр уже разгорелся, мы отреагировали на встретивший нас вид почти одновременно. Окружающие костёр столы ломились от разнообразной еды. Увидевшие нас жители деревни замахали нам руками, держа выпивку.

Боженька и Айз грелись в теплоте праздника, развернувшегося перед нами. Его энергия была заразительна, даже я оказался вовлечён.

— О, Всевышняя!

— Вам стало лучше, и вы вышли к нам?

Нас окружило несколько жителей деревни.

Боженька днями лежала в кровати, и все о ней беспокоились. Поначалу Гестию удивило, что множество мужчин и женщин о ней беспокоятся, но вскоре она начала просто благодарить их и улыбаться.

Новость о её выздоровлении разнеслась по площади, как лесной пожар, и на празднике стало ещё радостнее. Мы оказались эпицентром веселья.

— Итак, Всевышняя, как вы оказались так далеко в Горах Беор?

— Ходят слухи, что вы заблудились. Это правда?

Деревенские начали выспрашивать подробности нашего появления.

Мы пытались отвечать на вопросы жителей, собравшихся вокруг нас. Я почти забыл, что мы должны скрываться. Что если шум праздника и огонь костра выдадут нас солдатам Ракии? Эта деревня может и скрыта среди окружающих гор, но такой большой костёр очень легко найти… Я взглянул на Айз. Она заметила мой взгляд и легонько потрясла головой, похоже она думала о том же. Капля холодного пота побежала по моей шее.

Альянс Орарио должен был уже найти силы Ракии, а даже если и не нашёл, сомневаюсь, что солдаты на три дня останутся в этих горах…

— По правде говоря, один бог-придурок за нами гонялся. А вообще, всё началось с того, что я сбежала из дома…

Боженька сказала слишком много, прежде чем застыть на месте.

— Ой, — вырвалось из моего рта, когда я вспомнил с чего всё началось.

А ведь правда, мы с Гестией поссорились, ну, это была не совсем ссора, но нечто к ней близкое.

Боженька медленно повернула голову, посмотрев на меня. Моё тело вздрогнуло, и я отвёл взгляд.

Деревенские жители и Айз уставились на нас с удивлением.

Это плохо! Нужно извиниться и побыстрее!..

Извинения проблемы не решат, но и не повредят точно. Боженька начала бросать на меня взгляды, ожидая, когда я сделаю первый шаг.

Я начал подбирать правильные слова, чтобы извиниться перед ней здесь и сейчас, и тут…

— О?..

Люди начали петь. Мелодия была ритмичной, одни пели, другие хлопали в ладоши. Я увидел, что задние ряды окружавших нас людей начали отходить к костру, становясь в пары и начиная танцевать в мерцающем свете огня.

— Это какой-то традиционный танец этой деревни? Большая часть танцующих молодые пары…

— А, видите ли…

Боженька тоже это заметила и с интересом посмотрела на танцы. Как она и сказала, вокруг костра отплясывали люди, эльфы, дворфы и зверолюды, но все до единого были молодыми. А ещё на их лицах были смущённые улыбки.

Один из мужчин постарше ответил на вопрос боженьки, с улыбкой на лице.

— Нельзя назвать это законом нашей деревни… Но считается что, если неженатый парень приглашает девушку на танец во время фестиваля, это всё равно что признание в любви. Приняв это приглашение, они будут счастливой парой всю оставшуюся жизнь. Ну, так только говорится…

— Ого?

Это объяснение меня поразило. Почему-то, боженька начала суетиться.

— Потанцуйте с нами, Богиня! Сегодня же фестиваль плодородия!

— Озарите нас своим светом!

Несколько жителей деревни использовали начало танца в качестве предлога и, подойдя к богине, высказали свои просьбы. Не думаю, что Всевышняя Гестия как-то помогает плодородию, но… некоторые из них впервые лично увидели божество, для местных все боги одинаковы. Как бы там ни было, от неё просили танца на удачу.

Окружённая жителями деревни боженька прикрыла глаза и тихонько откашлялась.

Топ, топ, топ. Она проскользнула ко мне торопливыми шагами.

— Эй… Белл? Кажется, у меня появилась неотложная нужда выполнить мою роль богини, знаешь ли… Так что, да.

Она покраснела и казалась ещё краснее от отблесков огня на лице. Я видел, как она нервничает.

— Если ты со мной потанцуешь… Я буду считать, что этот случай остался позади.

Я несколько раз моргнул.

Будто по команде, окружающие нас деревенские жители начали перешёптываться.

Мои плечи подпрыгнули, когда я понял, что всеобщее возбуждение означает, что все увидят если, я вдруг откажу. Впрочем, если согласие будет означать что, между нами, снова всё будет в порядке, то да, это то, чего я хочу… А ещё мне наверняка понравится танцевать с боженькой.

К тому же, её танец по-своему поможет ей отплатить этим людям, поэтому я наконец отбросил нервозность, хотя мои щёки продолжили пылать, и кивнул.

— Хорошо… я с вами станцую, Всевышняя.

Почему-то на её лице вдруг появилось раздражение. Она же сама этого хотела, разве нет? Почему это её так разозлило?

— Если собираешься пригласить меня на танец, сделай это правильно, Белл. Как ты приглашал на танец Валленкак-её-тамку на Приёме Аполлона.

Я застыл, мои глаза округлились. Стоящая рядом Айз удивилась не меньше моего.

И без того горящие щёки полыхнули ещё сильнее. Я дёрнулся в сторону Айз. К этому времени она в замешательстве склонила голову набок. Л-ладно, я действительно пригласил Айз танцевать на Приёме Богов Аполлона, но!..

— Разве ты не должен пригласить девушку на танец ка подобает, Белл? — сказала Всевышняя, посмотрев на меня свысока полуприкрытыми глазами. Я от неё отпрянул, а мои щёки пульсировали от жара.

— Но… но, боженька!..

— Ты просто обязан сделать всё правильно, чтобы не портить праздник. Разве не так?

Она отрезала мне единственную надежду на спасение, обратившись к окружающим нас селянам.

Я не могу идти против воли людей, желающих ей счастья. Все вокруг закивали, настаивая на том, что первый шаг должен сделать я.

Пот потёк по моему лицу, я взглянул на Айз… Она уставилась на меня в ответ. Будто ей хочется услышать, что я на это скажу. Меня будто со всех сторон окружили, зажали в тиски огромного размера… В конце концов, я не могу идти против боженьки.

— …В-вы… Вы не откажете мне в танце, Всевышняя?

Я положил руки на своё пылающее лицо. Боженька посмотрела на меня с довольной улыбкой, растянувшейся от уха до уха.

— Ого!

Её мягкие пальцы обхватили мою кисть. Она повела меня за собой к костру, будто ребёнка.

Деревенские нас активно подбадривали, лица Айз в этот момент я не увидел, и мы присоединились к танцующим вокруг костра парням и девушкам. Держась за руки, мы начали подражать движениям деревенского танца, который вовсю шёл у костра.

— Э-это довольно сложно.

— Ха-ха…

— Белл, не мог бы ты вести, чтобы я могла сосредоточиться на распространении божественной энергии?

Я пытался подражать танцу, смотря на кружащие вокруг нас пары, но это было не так просто, как могло показаться. Мы неловко кружили вокруг костра с остальными танцующими. Я был похож на вытащенную из воды рыбу, но боженька казалась очень счастливой, держа мои руки в своих.

Свет костра освещал половину её прекрасного лица и окрашивал кожу в красноватый оттенок. Мы кружились в ритм хлопанья деревенских жителей, и я ощущал жар огня на своих щеках. Впрочем, не думаю, что мне стало так жарко именно от костра.

Она улыбалась мне с неподдельной радостью. Я не мог не ответить такой же улыбкой.

Искры от костра с треском поднимались в воздух. Наши тени мелькали на деревьях и особо больших камнях. Я ощущал её теплоту в своих руках.

Деревенские жители постарше смотрели на нас, хлопая в ладоши и напевая мотив, пока мы продолжали танцевать.

— Ого…

Мой танец с боженькой вокруг костра не закончился, пока мы не сделали много, очень много кругов.

Наконец удовлетворившись, боженька отпустила меня и подошла к группке детей, которые пытались обучиться этому танцу. Я собирался попросить её не слишком сильно напрягаться… но первый же взгляд на восторг детей заставил меня осечься.

На моих губах снова появилась улыбка, когда я смотрел как боженька учит маленькую девочку танцу. Радость на лице этой девочки… Кажется это один из счастливейших моментов в её жизни.

— Секундочку, а где Айз?..

Празднование шло очень оживлённо и до того, как Всевышняя Гестия решила принять участие в танце. Все выглядели так, будто замечательно проводят время, а я осматривал толпу, пытаясь отыскать в ней Айз… и нашёл. Она одиноко стояла, прислонившись к стене дома.

Я подошёл к ней.

— Эм, Айз.

— …Да?

Она смотрела на танцы краем глаза, будто пыталась это скрыть. Перед ответом она ненадолго замешкалась. Даже по позе казалось, будто она ото всех прячется.

— Кажется люди неплохо проводят время…

Маленькая девочка танцевала со своим отцом, зверолюдка кричала на своего сына, пока тот бегал вокруг неё кругами.

Айз косилась на улыбки деревенских жителей, царившие повсюду.

— …Твой танец был очень хорош.

— Эм… С-спасибо.

— …Ты… Хороший танцор.

— Н-ну раз ты так говоришь…

— …

— …

Неожиданный комплимент привёл разговор к неловкому завершению.

Айз не переставая смотрела на костёр. Она не пыталась посмотреть мне в глаза. Для неё это обычно, и всё же…

— Эм… Ты собираешься танцевать?

— Все так хорошо проводят время… Не хочу портить им веселье.

— И не испортишь!

— И… Мне не с кем танцевать.

Её голос прозвучал не громче шёпота, но я отчётливо его слышал. Потратив несколько секунд на то, чтобы собраться с мыслями, я принял решение. Мои щёки снова запылали, я набрался храбрости и заговорил:

— Если… если считаешь меня достойным…

После этих слов Айз наконец посмотрела на меня, широко распахнув глаза.

— …Ты… потанцуешь со мной?

— Да, но только если ты на это согласен...

Немигающим взглядом она смотрела, как я краснею.

Прошло несколько мгновений, я начал протягивать ей руку…

— БУМ!!!

— А.

— УХХХХХ!

Боженька врезала пальцами мне по рёбрам и начала щекотать.

— Что тут у нас, Валленчтоб-тебя? Не с кем танцевать? Я с радостью станцую с тобой прямо сейчас!

— …Спасибо?

Игнорируя моё присутствие, боженька схватила Айз за руку, даже не дождавшись прямого ответа.

Айз несколько раз удивлённо моргнула, когда Всевышняя повела её к огню. Потом они начали танцевать. Одна, молодая и милая богиня, вторая, ошеломительно прекрасная молодая девушка, вокруг которой витает какая-то таинственность. Двойные хвостики и длинные светлые волосы кружились и блестели в красноватом свете огня. Одеты они были почти одинаково, поэтому очень напоминали сестёр.

Танец поразительной юной богини и грациозной девушки сорвал самые громкие аплодисменты за праздник.

Мужчины и женщины, старые и дети, все в деревне хлопали ладоши и улыбались, завидев этот танец.

Я начал улыбаться так широко, когда следил за ними что у меня разболелись скулы.

Они удивились, когда впервые заметили, что их окружают радостные лица… а потом тоже начали улыбаться.

Празднество продолжалось очень долго. Фестиваль поддерживал приподнятое настроение людей, и боженька праздновала вместе с остальными, пока костёр окончательно не выгорел.

Фестиваль подошёл к концу.

Мы с Айз и боженькой отдыхали в уголке Деревни Эдас.

— Вааааай, хватит с меня на сегодня танцев… Я так устала.

Боженька безжизненно сидела на земле. В конце концов она провела почти всю ночь, танцуя с детьми, так что я не удивлён. У неё не было сил с самого начала, а она ещё и столько двигалась. Тихим голосом я ей это припомнил:

— П-поэтому я и говорил тебе, чтобы ты не перенапрягалась…

Айз, молча стоявшая рядом с нами, наблюдала за разговором с тенью улыбки на лице.

На главной площади осталось немало людей. Они должны были убирать оставшееся после праздника, но, по большей части, пили и шутили. Не обращая внимания что, они занимаются своими делами я задал главный вопрос:

— Итак, каков наш следующий шаг?..

Боженька, массировавшая плечи и не сводившая взгляда с чёрных чешуек, разбросанных по лесу и деревне, перевела взгляд на меня:

— Я готова идти. Выздоровление заняло чуть больше, чем мне бы хотелось, но теперь мы можем отправляться.

Поначалу Айз не ответила. Впрочем, как авантюристка высочайшего ранга, она просто встретилась с нами взглядом и кивнула.

— Мы покинем деревню… завтра утром.

Мы подготовим всё к уходу и дождёмся восхода солнца, прежде чем возвращаться в Орарио.

Ни я, ни боженька не стали возражать. Мы бросили последний взгляд на деревню, которую скоро покинем, в последний раз наслаждаясь горным спокойствием.

— …Всевышняя!

И тут случилось это.

Переходящий в крик голос раздался от дома старосты, к нам бежала девушка, дочь Кама Рина. Она подбежала к нам, я видел по выражению её лица, что что-то случилось. У неё сбилось дыхание.

Где-то вдалеке зарычал монстр. Этот рык, вместе со слезами на глазах девушки заставили меня вздрогнуть. Задыхаясь, она положила руку на грудь и дала слезам волю. Её голос звучал натянуто и дрожал, когда она наконец смогла произнести:

— Вы не могли бы проводить моего отца… в последний путь?

Айз, боженька и я вбежали в комнату. Кам лежал в своей кровати, окружённый приёмными сыновьями.

Его лицо было мертвенно-бледным, глаза закрыты.

Я замер. Он не подавал почти никаких признаков жизни.

— …Отец хотел увидеть вас в последний раз.

Один из его сыновей жестом призвал нас подойти. Я потерял дар речи.

Как такое возможно? То есть, я разговаривал с ним так же, как и в любой другой день прямо перед началом фестиваля…

«Я понимаю, что со мной происходит лучше, чем кто-либо другой.»

Значит, сказав это… вот что он имел в виду?

Я так и не сдвинулся с места. Айз прикрыла рот рукой, а боженька переводила дыхание.

В этот момент Кам медленно распахнул глаза:

— …Всевышняя. Спасибо вам большое… за то, что пришли…

— …Не будь таким странным, Кам. Ты так много сделал, чтобы мне помочь, что я не могла не прийти на твой зов.

Кам вяло посмотрел на боженьку и улыбнулся.

Гестия натянуто улыбнулась и подошла к его кровати.

— Когда я впервые вас встретил, ко мне вернулись воспоминания о моей возлюбленной богине, Бриджит…

Глаза Гестии распахнулись от удивления, когда она услышала имя бывшей богини Кама:

— Ты сказал Бриджит? Светлые волосы, тёмно-красные глаза… Эта Бриджит?

— Вы… знаете её?

— Ещё бы не знала! Бриджит моя подруга! Мы часто играли с ней в Тенкае, ну и ссорились тоже!

Во взгляде Кама появилось удивление. Какое совпадение, его богиня связана с моей.

— Вот как… — сказал он со слабой улыбкой на лице. — Она всегда была так добра… Со всеми обращалась, по справедливости, и даже полюбила мелкого человека, вроде меня.

— Повтори? Это она добрая? Кам, тебя обдурили! Она постоянно называла меня «Малявкой» и другими обидными прозвищами, когда в спорах проигрывала. А ещё она едва ли на сантиметр меня выше! Наверняка она просто притворялась перед тобой хорошей, чтобы ты не понял, какой она была на самом деле.

— Ха-ха-ха… Правда? Я и не знал.

Всевышняя Гестия точно пыталась его подбодрить. Кам попытался рассмеяться, но в итоге закашлялся.

На самом деле, даже разговор казался для него очень болезненным, будто он еле-еле выдавливал слова из своего тела. Та слабая улыбка, которой он улыбался исчезла спустя несколько мгновений, лишив его лицо каких-либо эмоций:

— Всевышняя, пожалуйста, скажите мне… Увижу ли я её снова, когда окажусь на небесах?..

— …Бриджит тебя найдёт, в этом я не сомневаюсь. Она очень настойчива, когда чего-то хочет.

Кам услышал эти слова. Потом он заговорил снова, его голос был едва слышен… будто он говорил сам с собой:

— Мне страшно… Я боюсь, что не встречу её, и боюсь её увидеть… мне так страшно.

Свет в его глазах угасал, он направил взгляд куда-то вдаль.

Его последний миг близко, единственная дочь Кама прикусила губу, слёзы не прекращали катиться из её глаз.

— Всевышняя Бриджит, простите меня пожалуйста… Я не смог вас защитить, простите…

Кам поднял дрожащую руку в воздух. Но лишь на мгновенье, будто на то, чтобы потянуться к небу у него ушли последние силы.

Его сыновья не видели, что в последние мгновенья слабости их отца терзает вина, потому что отвели взгляды прикрывая руками рты. Мы с Айз тоже отвели глаза и смотрели в пол.

Всевышняя Гестия сделала к нему ещё один шаг. Она медленно обхватила руку Кама обеими руками.

— Спасибо тебе, Кам. Спасибо за твою любовь, — её голос не был похож на голос боженьки.

— …

Кам распахнул глаза от удивления, то же сделал и я.

Айз, я, все остальные в комнате посмотрели на Всевышнюю Гестию. Она говорила не своим голосом. То, слова, даже мелодичность изменились. Будто кто-то другой использовал её тело, посмотрев на дитя с любовью, привязанностью и заговорив с ним. Наверное, она использует знания о богине Кама, чтобы говорить и действовать так, как она вела бы себя в этом мире.

— И сейчас… и всегда я буду тебя любить.

Голос боженьки был мелодичным и нежным, он был похож на голос любящей матери, убаюкивающей ребёнка.

Божественная песнь любви.

Слёзы полились из глаз Кама. Глаза, которые должны были высохнуть и закрыться блестели в свете ламп с магическими камнями.

Губы Кама дрожали, будто он увидел что-то, с другой стороны, своим направленным в пустоту взглядом.

— Всевышняя Бриджит, я… я тоже.

Вас люблю.

Такими были последние слова Кама.

Силы окончательно оставили руку, лежавшую в руках Всевышней Гестии и она выскользнула из хватки богини.

Слёзы приёмных детей падали на пол. Его дочь закрыла лицо руками и сползла по стене.

Я тоже плакал. Слёзы никак не могли остановиться. Всё размылось настолько, что я даже не мог разглядеть мужчину, дух которого только что нас покинул. Я попытался вытереть слёзы рукой.

Даже Айз прикрыла лицо.

Всевышняя Гестия подхватила его руку и осторожно положила на грудь.

Посвятивший свою любовь богине мужчина лежал с самым спокойным, самым мирным выражением на лице, которое я когда-либо видел в жизни.

Свет луны пробивался сквозь листья деревьев.

Рёв монстров вдалеке утих, отчего лес начал казаться безмолвным.

Я нашёл небольшую полянку между деревьями и сел, прислонившись к стволу ближайшего из них. После этого я замер.

— Вот ты где, Белл.

Я услышал хруст листьев и веток под ногами, сидя скрестив ноги и опустив голову. Голос… принадлежал боженьке.

Мы на севере деревни, чуть углубились в лес.

После смерти Кама я нашёл это место.

Новость о его кончине разнеслась по Деревне Эдас очень быстро. Жители, которые должны были бы мирно спать в своих домах, собрались в его доме. Каждый, кто видел его лежащим в кровати, был подавлен и не мог скрыть слёз.

А я… я не мог выносить больше грустных голосов и всхлипов… Мне нужно было выбраться, сбежать.

— …

— …

Боженька села со мной рядом.

Мы молча сидим под тёмно-синим ночным небом. Я, так и не оторвав от земли взгляд, попытался заговорить.

— Боженька…

— Хочешь что-то узнать?

— Кам сможет воссоединиться с Всевышней Бриджит на той стороне?

Духи, которые покидают Гекай ожидает возвращение в Тенкай. Мне захотелось узнать, есть ли у Кама хоть какой-то шанс увидеть богиню, которая была в его мыслях все эти годы.

— …Это может быть… сложно. Среди нас есть боги, вроде Фреи, они особенные, но судьба духов большинства детей находится в руках богов, контролирующих смерть. Не каждый может выбрать духа, который будет судить.

Отправляющиеся в Тенкай духи проходят очищение, возвращаются в «чистое» состояние, прежде чем получить в Гекае новую жизнь. Боженька вкратце рассказала мне об этом, а я с каждым словом крепче сжимал свои ноги.

Тишина снова повисла над лесом.

— …Получается, детям всё-таки не стоит влюбляться в богов. Так ты подумал?

— !

Мои плечи вздрогнули. Подняв голову, я увидел перед глазами улыбку боженьки.

— После того что случилось дома я подумала, что ты так упрямишься из эгоизма… но это не так.

Она посмотрела на меня своими синими глазами, будто видела насквозь. Это был наполненный добротой взгляд.

— Я забыла о тебе кое-что важное. Ты можешь видеть боль, которую ощущаешь в других… и ты боишься причинять эту боль другим. Я права?

Я снова опустил взгляд.

Она… она будто видела меня насквозь.

— Тебе до сих пор больно из-за смерти твоего дедушки, и это тебя сдерживает?

Именно так.

Когда Дедуля умер, оставил меня одного, для меня не осталось теплоты. Я помню это чувство слишком хорошо. Я помню чувство пустоты в своём сердце и боль, которую испытал, когда он умер.

Я знаю какую боль причиняют те, кто нас оставляет. Я знаю, как чувствовал себя Кам. Он страдал всё время с того момента, как его богиня его спасла.

…Конец всегда ждёт смертных, таких как мы. Благодаря смерти и перерождению мы можем забывать боль своих предыдущих жизней.

…А что боги и богини?

Они живут вечно, для них нет забвения. Им не исцелить шрамы, которые оставит на сердцах боль от того, что мы покидаем этот мир.

От друзей к семье, от семьи к любви, от любви к партнёрам… Чем глубже становится связь, чем особеннее она становится, тем глубже шрам, который она после себя оставит. Могут ли божества избежать мук от потери?

Боги и богини не постареют с нами. Они останутся и после нас, поэтому влюблённость причинит им только страдания.

Разве боль агонии гораздо сильнее, чем то чувство, которое испытал я, потеряв семью, не единственное, что ожидает божеств, питающих к смертным сильные чувства? Принести слишком много боли страшно. Я боюсь печали, мучений. К тому же, эти чувства не будут подобным чувствам двух людей. Только божества, которые не могут умереть могут испытать такую пустоту.

«…Белл. Наша любовь длиться мгновенье.»

Так сказал Миах. И это подтвердил Гермес. Любовь божества проскользнёт незаметно. А после секунды влюблённости их ожидает целая вечность пустоты. Цена мгновенья радости — бесконечная мука и печаль.

Это страшно.

Ощущение пустоты, которое я ощутил после смерти Дедули, а может даже сильнее, будет продолжаться сотни, тысячи, миллионы лет.

Это ужасно.

— …Белл. Не задумывайся об этом так серьёзно. Мы…

Невозможно.

Я закрыл глаза. Даже не пытаясь вслушиваться в её слова я погрузился в свои мысли. Её голос для меня был подобен постороннему шуму.

Масштаб «вечности» не понять. Я просто этого не смогу.

И, если бы я оказался на их месте, я бы не справился. Нести боль потери, которая сильнее той, что когда-то испытал я, остаток вечности? Заставить бога ощутить боль такой утраты? Если такова цена, лучше вообще не любить. То же касается романов между феями и героями. Любовь между богами и смертными не имеет счастливого конца.

Мы и они… нам никогда не прожить одну и ту же жизнь.

— …Знаешь, Белл, боги и дети может и не разделяют одну жизнь.

Прочитав мои мысли будто в открытой книге, боженька перешла к той теме, о которой я задумался.

Я не поднимал взгляда, но ощутил, что её рука легла поверх моей.

— Но я всегда буду рядом с тобой.

— А?

Челюсть отвисла, я поднял взгляд, услышав её добрые слова.

— Насколько бы ты не постарел, даже если станешь ворчливым, морщинистым стариком, я всегда буду с тобой. Думаешь, я когда-нибудь тебя оставлю?

Она смотрела на меня взглядом, в котором читалась непреодолимая тяга.

— И даже если смерть сможет нас разлучить… Я обязательно тебя найду.

На её лице появилась улыбка.

— Не важно, пройдут столетия, тысячелетия, миллионы лет, я найду тебя после перерождения… даже если ты уже не будешь собой и буду с тобой рядом.

— …

Слова меня оставили, а боженька продолжила:

— А когда я тебя найду, я скажу: «Не хочешь присоединиться к моей Пастве?»

В день нашей первой встречи она задала мне именно этот вопрос.

— …а.

Мне показалось, что я сейчас разрыдаюсь.

Тело дрожало, я посмотрел на неё отчаянно пытаясь сдержать слёзы.

Она обхватила меня обеими руками за плечи.

— Гекай и Тенкай просто места, они ничего не значат. Мы как Бриджит и Кам. Я найду тебя снова.

Её руки мягко перешли на мою голову.

Я, будто ребёнок, нет, существо даже более жалкое, чем ребёнок, начал хлюпать носом, отчаянно пытаясь не разрыдаться.

— И я такая не одна. Связь других богов и богинь с детьми, вроде тебя тоже может длиться вечность.

Прошептала она мне на ухо.

— В конце концов, мы же боги. Мы живём вечно, знаешь ли.

Она погладила меня по голове, проводя пальцами по волосам.

— Пожалуйста, Белл. Не бойся нашей любви.

…Не убегай от любви божества.

Её можно отвергнуть, можно принять, но я не должен от неё убегать, так мне сказал Всевышний Миах.

Плотину прорвало. Слёзы залили моё лицо. Страх, который всё это время огромной тяжестью лежал на моём сердце испарился.

Друзья, семья, партнёры… я не знаю, что это за чувства.

Любовь к божеству, не меньше. Я не знаю как, но я должен высказать то, что я чувствую:

— Боженька… Я хочу всегда-всегда быть с тобой!..

— Конечно…

Она продолжала меня держать.

Я мог только плакать, но она не отпустила меня из объятий.

— Я всегда буду рядом, Белл.

Лунный свет пробивался сквозь листья деревьев. В лесу под ночным небом я беспрерывно рыдал, уткнувшись в грудь богини.

— …

Она слышала дрожащий голос парня, его плач.

Айз осталась достаточно близко к нему, даже после того, как отвела Гестию к месту, где он скрывался. Она не двигалась, прислонившись к другой стороне того же самого дерева.

— Всегда… вместе…

Слова богини и парня, эмоции, которые они испытывали, она слышала всё. Она посмотрела на золотую луну в небе, сквозь тонкие ветки и листья дерева.

— Мама…

Это слово, слетевшее с её губ, утонуло в ночной тишине.

В воздухе стоял плотный туман.

Солнце поднималось на востоке, только начав обращать ночь в день, когда мы с Айз и боженькой вышли из Деревни Эдас.

Мы остались ещё на один день, на похороны Кама, помогая всем, чем могли.

На пятое утро после дня, в который мы потерялись в Горной Гряде Беор, мы, наконец. попрощались с деревенскими жителями и выдвинулись в Орарио.

Самый старый из жителей показал нам тропинку, которой нам стоит придерживаться, проводив нас с одной из маленьких чешуек в руках, когда мы покидали деревню. Мы вышли из леса в считанные минуты и отправились в горы по крутым тропинкам, оказавшись на одной из вершин как раз чтобы увидеть, как поднявшееся над горами солнце озаряет всё своим светом.

— Это место было очень приятным…

— Разве не было бы здорово снова их навестить?

— …Если вы пойдёте, я хотела бы отправиться с вами…

— А? А… а ты точно не против?

— Конечно.

— Так, а ну стоять, Валленчья-ты-там! Не давай таких внезапных обещаний! Если так хочешь сюда прийти, иди со своей Паствой!

Мы шли бок о бок, разговаривая.

Произошло нечто грустное, но, несмотря на это, мы в приподнятом настроении. Боженька спорит, я пытаюсь её успокоить, а Айз наблюдает за нами своим обычным отстранённым взглядом. И иногда едва заметно улыбается. Морозный горный воздух наполняет наши лёгкие, а мы шагаем по горной дороге.

Туман начал развеиваться.

— …Вот вы где.

— Ого! Мисс Асфи?!

Шух! С неба на землю опустилась девушка, на шее которой был повязан белый шарф, и её появление напугало меня до чёртиков.

Золотые крылья на её сандалиях сложились, а на лице явно читалось облегчение.

— Я вас искала. За жизни ваши, я, конечно, не боялась, с вами же Кенки, но…

— Ты всё это время нас искала?..

— Нет, только с прошлой ночи, Всевышняя Гестия, сначала нужно было разобраться с солдатами Ракии.

Девушка невозмутимо поправила очки и рассказала нам о том, что случилось с того дня как, мы разделились.

Асфи смогла сбежать из боя с теми солдатами и вернулась в город. Она передала собранную информацию Финну, который организовал из сил богов и богинь Орарио ударную группу, которая должна была пленить Всевышнего Ареса. Армия Ракии понесла серьёзные потери и не могла двигаться достаточно быстро из-за огромного числа солдат, которые не могли идти своими ногами. Асфи рассказала, что авантюристы высоких рангов быстро расправились с остатками сил Ракии.

Солдаты, которые шли не по этим горам смогли сбежать, но вчера Альянс Орарио успешно поймал вражеского командира, Всевышнего Ареса. Исход войны стал очевиден, когда божество официально заключили под стражу в стенах Орарио. После этого начались масштабные поиски. Только вот многие из божеств потеряли к этому интерес и отозвали своих последователей из поисковых отрядов.

Всевышний Гермес лично приказал Асфи продолжать поиски, и сейчас она улыбнулась нам так, будто огромная ноша была снята с её плеч.

— Благодаря Таларии я могу отнести одного из вас в город. Что скажете?

— Мммм… Мне выдался отличный шанс размять ноги. Не каждый день я оказываюсь за пределами города, так что лучше пройдусь.

Боженька вежливо отказалась от предложения Асфи. То же сделали, и мы с Айз.

— Как пожелаете. Я отправлюсь в город чтобы рассказать, что вы возвращаетесь. В Орарио немало волнующихся о вашем здоровье, не хочу заставлять их ждать.

Она улыбнулась и достала чёрный шлем из сумки, висящей у неё на поясе. Надев его на голову, она исчезла с наших глаз.

Мы с боженькой раскрыли рты, Айз выглядела так, будто знала об этом с самого начала, а над нашими головами раздалось хлопанье крыльев, но и оно исчезло считанные секунды спустя.

Вот почему Персей… С таким набором магических предметов становится понятно, почему очень немногие люди в Орарио знают о том, что она умеет летать.

Секундочку, невидимость… Разве не из-за подобного предмета меня недавно чуть не?..

Воспоминания о столкновении с одним негодяем заставило холодок пробежать по моей спине. Боженька бодро заговорила:

— А теперь самое время вернуться в Орарио! Я знаю пару детишек, которые слишком долго волновались!

— Да!

— …Валленчто-то-там, эм, спасибо. Я правда благодарна.

— Не стоит благодарности…

Мы с Айз улыбнулись боженьке, когда она сказала спасибо.

Кажется, девушка немного смутилась, потому что тут же повернулась и пробежала несколько шагов, будто убегая.

Мы с Гестией пошли за ней следом. Боженька несколько раз чуть не падала, мы в последний момент её подхватывали. Мы долго шли по горным тропинкам освещаемым солнечным светом, и, наконец, преодолели последний крутой холм, оказавшись перед Городом Лабиринта, ожидающим нас на горизонте.

[[image:/storage/reader-images/92fd682e680987d1bd4d737f6e658bd0bf6d90fe.png]]

----------

Эпилог. Рождение

[[image:/storage/reader-images/6c95a021d4f18bdda8126259127442eb9fd2798a.png]]
После благополучного возвращения Белла, Айз и Гестии в Орарио война с Ракией очень быстро завершилась.

Батальон солдат, подошедших к Орарио слишком близко, понёс тяжёлые потери в бою с Кенки. Без своего эскорта Арес был загнан в угол и пойман подоспевшими из Орарио подкреплениями благодаря данным Асфи.

Божество разделилось со вторым командиром, Мариусом, когда на поле боя начался хаос. После этого известный ранее как Бог Войны был приведён к Пантеону на суд Гильдии.

— Обычно подобные закидоны верный признак отправки в Тенкай. Но, как и всегда, мы тебя прощаем. Много деток Ракии без тебя растеряется. А в обмен ты снимешь характеристики всех деток, из твоей армии, которые нам попались.

— Ч-что это должно означать, Локи?

— Да ясно же всё. Я не дам тебе забрать экселию, которую твои детки получили от сражений с моими, с самого начала этого пустячка.

Благодаря доброте авантюристов Орарио, армия Ракии понесла очень мало потерь. Орарио настояло на том, что эта «игра в войнушку» закончится тем, что солдаты Ракии не получат пользы от экселии полученной в битвах.

Характеристики почти десяти тысяч солдат были стёрты, и запечатаны богами и богинями Орарио ритуалами Обращения. Даже и говорить не стоит, что Арес активно сопротивлялся, однако после фразы: «Захотел билетик в один конец?» — от Локи, со слезами на глазах согласился на их требования. Он потратил практически весь день, снимая свои метки с солдат за городской стеной. Аресу не разрешили спать и даже просто отдыхать, пока он не закончит. Бог Войны едва дышал и еле поднимал руки, когда наконец завершил все ритуалы над своими последователями.

Ракия заплатила за эту войну, а Арес лишился десяти тысяч своих солдат, что можно назвать значительной потерей по любым меркам.

Их бог, обладавший рангом выше генеральского, стал заложником в Орарио. Какое требование бы не выдвинул город, стране оставалось его только принять и выполнить. Ракия не раз шла войной на Орарио, но поимка бога после боёв — это величайшее поражение за всю историю страны. Прятавшийся Мариус встретил солдат и бога во время возвращения в страну.

Шестое Вторжение в Орарио закончилось полным поражением Ракии.

В пределах городских стен Орарио продолжились мирные деньки.

— Наконец мы дома…

Разделившись с Айз и пройдя северные ворота Гестия тихонько вздохнула и улыбнулась.

Идя с Беллом бок о бок, она рассматривала городской пейзаж.

— …Белл.

— Да?

— Вместе навсегда, да?

— …Навсегда!

Голос парня был наполнен уверенностью, когда он встретился с богиней взглядом и улыбнулся.

Взяв протянутую руку, парень и его богиня зашли во врата поместья.

Их тут же встретили со слезами на глазах члены их Паствы, божественные друзья и товарищи, готовые всегда подставить плечо. Они вдвоём помахали толпе людей, решивших их встретить.

Над Городом Лабиринта снова раскинулось синее небо.

Глубоко под землёй.

В центре, лабиринта, который раскинулся во многих направлениях сетью запутанных коридоров и залов были деревянные проходы, напоминавшие внутренности гигантского дерева.

Синевато-зелёный мох покрывал стены и потолок, заставляя это место выглядеть как настоящий новый мир, который ещё никем не был изведан.

Зловещий рёв сотряс стены коридоров лабиринта.

Будто из ниоткуда… крак!

Стена треснула в одном из тупиков. Новый монстр готов был родиться.

Крак, крак. Целая сеть трещин покрыла поросшую мхом стену. Первой из стены показалась синеватая тонкая рука. Вскоре вылезло и плечо, того же цвета, шея и голова показались следом. Верхняя и нижняя часть тела появились из стены и рухнули на пол.

Тело было подобно телу человеческой девушки, четыре конечности и гладкая кожа. Её плечи, пояс и ещё несколько мест покрывали бесчисленные чешуйки.

Длинные, синевато-серебряные волосы колыхнулись из стороны в сторону, когда создание подняло голову и начало осматривать место приземления.

У монстра были чёрно-красные глаза, которые блестели в тусклом свете как драгоценные камни, он был на удивление красив. Монстр бросил взгляд на потолок, который закрывали листья множества деревьев.

Его тонкое, хрупкое горло завибрировало:

— …Где… это?

[[image:/storage/reader-images/8977c375c843a384b318383bf1baef7f2616d095.png]]

[[image:/storage/reader-images/48303b93eb5fe557d776f4e110998131dceec36b.png]]

[[image:/storage/reader-images/5ffb2e3d017190477d2aefe07c42689b971ffd15.png]]

----------

Послесловие автора

Несмотря на то, что это должно было быть собранием отдельных историй, но восьмой том серии превысил пятьсот страниц. Перед всеми моими читателями я прошу прощения.

Поначалу мне хотелось написать отдельные романтические истории вовлекающие смертных и людей.

Но стоило мне только взяться за ручку и бумагу, идеи заполонили мою голову.

Если быть предельно честной, мысль о том, что можно было бы добавить в уже вышедшие тома приходят одна за другой. Никаких боевых сцен, никаких путешествий в Подземелье... Я удивлена что смогла придерживаться этих правил, и мне стало понятно сколькому мне ещё предстоит научиться. В конце прошлого тома я написала что решила немного отдохнуть и написать «лёгкие, повседневные истории» чтобы расслабиться. К несчастью написание этого тома не дало мне времени на отдых.

Романтические комедии это глубокий жанр. Я искренне в это верю.

Погружение в эмоции каждого персонажа и наращивание слоёв замысловатого конфликта не так просто обратить в слова на бумаге. Бывают времена когда даже я не могу полностью охватить в голове о чём думают мужские и женские персонажи, что приводит к очень подробным и долгим описаниям которым требуется немало страниц. Эта спираль меня захватила и я не могла никуда от неё деться.

С другой стороны, немало хорошего произошло при написании этого тома.

Одно приятное божество сказало «Наша любовь длится всего мгновение», через мои записи.

Было много вещей в которых я не была уверена, когда писала любовные истории смертных и богов, но которые очень важны. Но мне понравилось как всё в итоге получилось. Благодаря этому я верю что это повернуло историю под очень интересным углом. Также, мне никогда не представлялось возможность так много написать о повседневной жизни жителей Орарио. Это было весело.

Пришло время выразить мои благодарности.

Перед моим редактором, господином Котаку, моим иллюстратором, Сузухито Ясудой и всем кто был вовлечён в производство этого тома я хочу, для начала, извиниться за нарушение сроков. Благодаря вашей усердной работе итог получился таким хорошим. Огромное вам спасибо. Также, я благодарю тебя, читатель, за то что купил такую огромную книгу и прочёл её до конца.

Вторую арку истории можно считать завершённой.

Я постараюсь немного дистанцироваться чтобы следующая книга, начало третьей арки было таким же приятным как и остальные тома, если не лучше. Пожалуйста, дождитесь.

И ещё одно последнее спасибо всем вам. Я удаляюсь.

Фуджино Омори

----------

Послесловие переводчика

Всем добра, с вами, в очередной раз, Kristonel.

Сразу хочу извиниться перед теми, кто ждал перевода этого тома в онгоинге. У меня проблемы с переводом филлеров, а перед последней главой я ещё и аццки заболел. Чуть подзадержался также из-за работы над книжечкой, которую я пока называть не буду. Если выпустится, узнаете в наших группах и твиттере. В общем, прошу прощения за очередную задержку.

Уже в который раз у меня отсутствует вдохновение чтобы что-то придумывать, но в этот раз я немного похалявлю. Спасибо всем, кто ждёт и читает тома в моём переводе, и особенно кто пробившись через стену текста нашёл в себе силы почитать мой бред. Предлагаю вам за меня порадоваться, ибо я таки накопил на нормальную видюху в свою башню. Что это означает? Что скорей всего я таки снова запущу свои стримы. Анонсы будут позже, но, если не хотите пропустить, находите меня в твиттере по #Кристычнапереводе.

Кстати, наша группа провела ребрендинг и теперь мы Japit Comics (жапит, хехе), но, найти интересную мангу и книжечки у нас всё ещё можно.

Задать мне любой вопрос, в том числе пнуть мою ленивую задницу можно в нашем чатике, в дискорде.

Помните, переводчик данмачи воздухом не питается, чтобы релизы были постоянными и я не помер, подпишитесь, пжалста: https://www.patreon.com/Kristonel

Или напрямую сюда отправляйте денежку:

Qiwi: +79237177586

WMR: R532697894558

ЯД: 410012644267696

Mastercard: 5559 4936 9992 2374

----------

Начальные иллюстрации

[[image:/storage/reader-images/e98b1f3c2092e175822cf894eb1a38ba89736474.png]]

[[image:/storage/reader-images/783f0c3da30dd412d7084de847abd2b044288f86.png]]

[[image:/storage/reader-images/1950b85797d53e5a466a9f76a3b0f2e17a2159c1.png]]

[[image:/storage/reader-images/b3e5970f57db5d702e0bdfe31e8dcbbfced1c55c.png]]

[[image:/storage/reader-images/e3e68051be4785a51d8103dba0d34e44ed003a1c.png]]

----------

Пролог. Случайная Встреча

[[image:/storage/reader-images/f47f8411a2338e1a93887abe83d045ec51acbfe7.png]]
Слышны обрывистые, короткие вдохи.

Потолок, стены и пол этого этажа Подземелья будто прорублены в огромных стволах деревьев. Мох плотно покрывает поверхность, освещая проходи синевато-зелёным светом. Создаётся впечатление, что в этой части подземного лабиринта никогда не бывало ни единой души. Отдалённые рыки монстров сотрясают листья, срывая с фантастической флоры серебряные капли.

В этом гигантском древесном лабиринте, который полностью оторван от мира наверху одинокая тень бежит из остатков своих сил.

У отбрасывающего эту тень силуэта тонкие руки, которые напоминают руки молодой девушки. Волосы цвета лазури блестят в свете люминисцентного мха.

Под длинными распущенными волосами виднеется нежная кожа бледно-синего оттенка.

Множество мелких чешуек покрывает плечи, нижнюю часть спины, а длинные заострённые уши, очень похожие на эльфийские, того же цвета что и кожа, виднеются на голове. Самой примечательной чертой этого создания является блестящий алый кристалл на лбу.

Бледно-синяя кожа и алый кристалл среди множества остальных черт говорят о том, что создание является монстром.

Топ, топ, топ! Монстр прижимает тонкие руки к груди, на полной скорости пробегая по Подземелью.

Почему?

У создания идёт кровь.

Когти, клыки и клинки оставили немало ран на её теле. Тёмно-красная кровь каплями выливается при каждом её шаге. Атаки срывали чешуйки с плеч, окрашивая участки кожи в красный цвет.

Почему?

В её глазах ужас. Замешательство. Отчаянье.

Несколько капель воды присоединились к каплям крови, оставляемым на полу. Чистая жидкость вытекала из янтарных глаз, тонкие губы начали дрожать.

— Почему?..

Это слово сорвалось с аккуратных маленьких губ, монстр не издал протяжный гортанный рёв, это была отчётливая, тихая мольба.

Голос был подобен голосу плачущего ребёнка. Будто подхватывая вырвавшееся изо рта монстра слово, тихое эхо разнеслось по ближайшим коридорам Подземелья. Одинокий силуэт с синевато-серебристыми волосами и тонкими плечами содрогалось от страха.

На неожиданно привлекательном лице монстра царило отчаянье.

Монстр, «девушка», плакала.

Почему, почему они все?!

Она была одна.

Она родилась совсем недавно, недавно появилась из стены Подземелья, но все, кого она встретила её отвергли.

Она помнила, как рождалась, как проломила стену и свалилась на пол. Даже не зная как отличить лево от право она бродила в тусклом свете Подземелья, пытаясь понять, где она очутилась. Несмотря на то, что её местоположение было ей неизвестно, она встретила знакомый запах, кого-то её вида. Инстинкты подсказали ей идти на этот запах.

Это привело её в один из углов Подземелья, в котором оказалось создание гораздо большее, чем она сама. Она приблизилась и спросила.

— Где я оказалась?

Создание издало монструозный рёв. Подняв голос, оно в ярости ударило её острыми когтями.

На коже появился порез, она побежала сама не понимая почему.

Замешательство поселилось в её голове, красная кровь полилась из раны, первая боль вселила ужас в новорождённую.

С того момента её атаковали снова и снова. Создания, запах которых был ей знаком, каких бы они ни были форм или размеров, угрожали её жизни. Исключений не было. Она отчаянно сражалась чтобы справиться с теми, кто её угрожал, но это привело только к тому, что у неё появилось гораздо больше ран.

Несясь по глубинам Подземелья, истощённая «девушка» наткнулась на создания совершенно другой расы.

Этими созданиями были эльфы, вооружённые мечами и луками.

Похожие на фей мужчина и женщина. Длинноухая пара держалась вместе, защищая друг друга.

Она подошла к ним, не зная, что её глаза выдают её зависть.

Не желая пугать новых встреченных существ, она скрыла острые когти и заговорила с ними.

— Помогите мне.

В то же мгновенье клинок сделал на её теле новую рану.

Эти двое удивились и задрожали гораздо сильнее чем она сама, поддавшись страху и отвергнув её.

Поняв, что это новая угроза, девушка побежала снова. Мужчина снова замахнулся мечом, а девушка наложила стрелу на тетиву.

Несколько стрел воткнулось за её спиной, девушка снова прослезилась.

Боль. Страдание. Печаль.

Чешуйки на её спине отразили наконечники, но трещали, когда в неё попадали. Её изрезанные, окровавленные плечи будто горели. Мир был для неё чужим, он отвергал её, таковы были её впечатления.

Она могла лишь спрашивать себя снова и снова: Почему? За что?

Рыдания от ужаса слетали с её губ.

Слёзы не останавливались.

Что… я такое?!

Сколько раз она бы не задавалась этим вопросом, Подземелье, её родитель, не давало ответа.

Она бежала долгое время, но её настигли новые преследователи. Когда они заметили девушку, их лица исказились, и они начали кричать «А ну стой!».

Охотники облизывали губы, и смотрели на неё с остервенением, что не давало девушке причин чтобы замедлиться. Безумие в их глазах было уродливее чем всё, что она до этого видела от монстров. Она пыталась убежать на своих тонких ножках, научившись бояться всего.

Она как могла использовала скрытность чтобы сбросить преследователей, уклоняться от других монстров Подземелья, которые атаковали её, не переставая и пыталась держаться коридоров, в которых останется одна. Одинокие звуки шагов сопровождали её в кажущемся бесконечном забеге по Подземелью.

Прозрачные слёзы катились из янтарных глаз снова и снова.

— Аххх!

Неожиданный спуск.

Она потеряла равновесие как ребёнок и покатилась под горку, запнувшись об корни деревьев.

Докатившись до самого низа, «девушка» заметила, что поранила ногу. Стоять она больше не могла.

Отдалённый рёв монстров и шаги людей заставляли её тело дрожать. Она осмотрелась, пытаясь найти хоть какое-то укрытие, до которого могла бы добраться с раненой ногой. Её раны уже перестали кровоточить, поэтому она могла скрыть свой след. В одном из тупиков Подземелья она нашла одинокое дерево, окружённое растениями. Используя листья в качестве укрытия, она спряталась.

Спиной она прижалась к стене, затаила дыхание. Содрогаясь, она обхватила тело обеими руками и пыталась перебороть охватившую её волну ужаса.

Вдруг девушка осознала, что кто-то приближается.

У неё перехватило дыхание.

Она слышала, как шаги приближаются к ней с каждой секундой. Эти шаги заставили её вспомнить как ужалил её меч, само это воспоминание заставило её сердце замереть, а её саму сжаться от ужаса.

Её тело дрожало.

По щекам, ещё мокрым от прошлых слёз, снова потекли слёзы.

Она посмотрела на приближавшегося к ней человека, обхватив себя руками со всей силы.

А потом слезливые «глаза» девушки встретились со взглядом приближавшегося.

— Монстр… Воивр?

Белые волосы и рубиново-красные глаза.

Судьбоносная встреча случилась в тёмном уголке Подземелья.

----------

Аномальная девушка

Всё началось с одного запроса.

«Огненных птиц стало слишком много на девятнадцатом этаже. Маленький Новичок, подсоби нам».

Мы, Паства Гестии явились на восемнадцатый этаж, и авантюристы Ривиры неожиданно обратились к нам с просьбой.

Время от времени в Подземелье происходят переполнения определёнными видами монстров. Эти странные и необычные феномены называют Аномалиями.

В этот раз заполонившими Подземелье монстрами стали огненные птицы, редкий вид монстров, который встречается обычно на девятнадцатом этаже и ниже. Как понятно из их названия, это птицы, которые применяют огненные атаки. Это стало проблемой, потому что девятнадцатый этаж называют «Гигантским Древесным Лабиринтом» Подземелья.

Естественно, огненные птицы могут целый этаж обратить в пылающую преисподнюю, если не сократить их количество. Мало того, я слышал, что они иногда заглядывают на восемнадцатый этаж, который считается безопасной зоной, и перемещаясь по небу представляют опасность даже для обустроенного на острове посреди озера города Ривира.

Авантюристы высокого ранга, отправляющиеся в свои походы из Ривиры не хотят, чтобы их база сгорела дотла и мы появились как раз в то время, когда они отправились уничтожать монстров. Жители попросили помощи с возможной катастрофой и снаряжали каждого авантюриста высокого ранга, который оказывался на этаже.

Война с Ракией кончилась три дня назад. Мы вернулись к своим обычным заходам в Подземелье и впервые смогли пройти до безопасной зоны сами, не полагаясь ни на чью помощь. Лили была очень недовольна, когда нам стали навязывать задание, стоило нам только показаться, но приятная награда и тот факт, что нападение огненных птиц может ограничить наш собственный прогресс заставили её сдаться.

Авантюристы Ривиры предлагали робы с сопротивлением горению из саламандровой шерсти в качестве залога всем согласившимся. Организатор определил меня в другую группу, из-за моей высокой ловкости. Истребление монстров хотели завершить как можно быстрее, поэтому я оказался в группе скоростных авантюристов.

Накинув саламандровую накидку на плечи, я оставил Лили, Вельфа, Микото и Харухиме, на время, и последовал за назначенной мне группой крупных авантюристов ко входу на девятнадцатый этаж.

Стоило мне только подумать, что бои идут хорошо, как я вдруг осознал, что отделился от остальных.

Гигантский Древесный Лабиринт очень сильно отличается от этажей, которые встречались мне раньше, поэтому я не знаю его структуры и путей. Поскольку забег за огненными птицами проходил на неизвестной территории, и поскольку я был поставлен в невыгодную позицию в хвосте построения, остальные авантюристы ушли вперёд.

Я обнаружил, что нахожусь в пустынном уголке Подземелья, и попытался собраться с мыслями, когда это случилось.

Мне показалось, что я видел нечто, напоминающее человека.

Оно ковыляло на раненной ноге и спряталось в густой листве, лежавшей на полу Подземелья, будто пытаясь сбежать от погони.

Моей первой мыслью было что это мой собрат-авантюрист и я в панике бросился к нему, но неожиданное зрелище тут же лишило меня дара речи. Я приблизился так осторожно, как только был способен.

И…

— Монстр… Воивр?

Увиденное меня поразило.

Монстр-гуманоид с тонкими конечностями и бледно-синей кожей. Увидев огромный кристалл в её лбу, который можно было бы принять за третий глаз я вспомнил что это подвид дракона, называемый Воивром.

— Воивр.

Известно, что это, вместе с единорогом, редчайший из редких монстров, которых вообще можно встретить в Подземелье.

Я слышал, что он появляется между девятнадцатым и двадцать четвёртым этажами, а добыча с него, что когти, что чешуйки, стоят бешеные деньги. Впрочем, они ни в какое сравнение не идут с красным кристаллом во лбу этих монстров, «Слезой Воивра». За него дают такие огромные суммы, что авантюристы часто называют его «Камнем Богатства».

Только вот вытаскивание камня из лба Воивра заставляет его терять рассудок, а убийство дракона неизбежно повреждает ценный камень. Существуют записи, в которых говорится что огромное число авантюристов было зарезано за попытки его получить. Воивры это родственники драконов, величайших монстров Подземелья. Их боевая сила очень велика.

Обычно, у воивров гуманоидная верхняя часть тела, а нижняя часть напоминает змеиное, как у ламий. Они напоминают женщин, с хвостами вместо ног, только вот…

…А монстр ли она?

Это создание кажется очень человечным, у неё даже слёзы из янтарных глаз бегут.

Оно ни во что не одето, бледно-синяя кожа, с которой оно было рождено.

Я заметил, что на том месте, где должен быть толстенный драконий хвост была пара стройных ног, немаленькая грудь.

Если бы не цвет кожи и чешуйки, она была бы похожа на девушку моего возраста.

— !..

Воивр… плачет.

Руки обвились вокруг дрожащего тела, уставился на меня с места, в котором прятался.

Будто оно совершенно забыло, что оно монстр, оно выказывает страх, будто человек.

Я не могу в это поверить, раздался шёпот где-то в уголке моего разума.

Я не могу мыслить здраво. Моё замешательство только нарастает. Даже собственными глазами это увидев, я попросту не могу поверить.

Ну, то есть, монстры наши враги, в конце концов.

Монстры рождаются убийцами, обнажают клыки и используют любую возможность для атаки. Они настроены только на разрушение, места для раздумья и эмоций в их головах нет.

Монстры это, ну, монстры.

…Точнее, так должно быть.

Я не ощущаю ненависти и отвращения к монстру, который передо мной оказался.

Они должны быть нашими кровными врагами, должны бросаться на нас обнажив клыки, но я не ощущаю той угрозы, которая должна от неё исходить.

Всё совершенно наоборот. Я не могу ударить мечом гуманоида, который передо мной сидит.

Ещё никогда я не встречал таких монстров.

— Уу…аааа!

— !

В глазах Воивра отразился кончик Кинжала Гестии. Я тут же спрятал его в ножны. Что я творю?! Наорал я сам на себя. Лёгкая тень облегчения мелькнула на лице монстра, удивлённого не меньше моего.

Может у воивров есть какие-то подрасы?

Может это какая-то неожиданная мутация, которая может сойти за Аномалию?

Ему больно… Нет, оно ранено.

Несколько мест на теле монстра были в крови. Я увидел, что отдельные чешуйки на плечах оказались вырваны.

Только оружие способно наносить такие раны. Скорей всего на монстра напал авантюрист. Как бы там ни было, раненный воивр не сводя с меня наполненного ужасом взгляда попытался от меня отползти. Но его стена почти мгновенно вжалась в стену, отступление не помогло.

Я застыл.

Монстры — это смерть и разрушение в чистом виде.

С ними невозможно подружиться и определённо не стоит оказывать им никакой помощи.

Но вот я стою и смотрю в янтарные глаза воивра, в которых читаются эмоции. Я не могу его прикончить… Медленно, я отступил.

Оказавшись в безвыходном положении, я решил, что будет лучше если я сделаю вид будто я никогда этого не видел, и с позором убегу.

Повернувшись спиной к воивру, я его оставил.

— ?..

Человек исчез, воявир осмотрелась с задумчивым выражением на лице, в глазах ещё стояли слёзы.

В Подзмелье стало тихо. Напуганная тем, что её могут заметить, девушка осмотрелась и поднялась.

Обеими руками уперевшись в стену Подземелья она начала брести по коридору, едва переставляя раненную ногу.

Неожиданно, хлоп…

Стук крыльев раздался за спиной воивра, и красная птица показалась в тоннеле неподалёку. Огненная птица была размером около двух метров, в налитых кровью глазах читалась неодолимая ярость.

Девушка-воивр замерла, ощутив жар за своей спиной. Парящее в воздухе создание нашно последнюю жертву.

Огненная птица направила в неё поток пламени, куда более мощный, чем могла бы создать любая из адских гончих, девушка попыталась отпрыгнуть на своих тонких ногах, но было слишком поздно.

Извергнутое огненной птицей пламя отразилось в янтарных глазах, почти настигнув девушку…

— …Хааааа!

…Я взмахнул Кинжалом Гестии.

Пробежав на полной скорости и прыгнув, я рассёк огненную птицу надвое.

Лишённая силы огненная атака замерла в воздухе, прежде чем исчезнуть. Магический камень монстра оказался рассечён, огненная птица обратилась в пепел, её остатки разлетелись.

Воивр не удержался на ногах, осыпанный облаком искр и сел на землю, когда я приземлился.

…Проклятье.

Ну всё, мне конец.

Уставившись на лезвие Кинжала Гестии, направленное вниз в моей хватке я отчаянно вздохнул.

Я не смог заставить себя уйти, поэтому я вернулся и незаметно наблюдал за воивром. А когда огненная птица атаковала, я обнаружил что сорвался.

Ужас на лице монстра, нет, на «её» лице, заставил мои ноги двигаться сами собой.

Совершенно одна, посреди Подземелья…

После нападения авантюристов понятно, почему она теперь так нас боится.

Но почему на неё без причины накинулся собрат-монстр?

Да, я знаю, что такие мысли принесут только проблемы. Рациональная, разумная часть меня, продолжает настаивать на том, чтобы я не наделал глупостей. Но руки сделали всё сами.

Левую руку я запустил в волосы, закидывая их назад, подходя к ошеломлённой девушке воивру.

Как и в первый раз, она на земле, смотрит на меня снизу вверх.

Дрожа от страха и удивления она смотрит на меня будто пытаясь ухватиться за тонкий лучик надежды. Наконец отпустив волосы, я медленно протянул её руку, в моей голове мелькало огромное множество самых разных мыслей, а потом слабо ей улыбнулся.

Я не могу.

Что бы не случилось.

Я не могу её убить.

— …Всё в порядке. Не бойся.

Я встал перед ней на колено, наши глаза оказались на одном уровне. Потом я попытался расслабиться и улыбнулся снова.

Её глаза раскрылись ещё шире, будто она поняла, что я сказал.

Даже укротители, подчиняющие монстров своей воле комбинируя силу и боль, никогда не делали ничего настолько глупого. Безумие нарастало, я начал изучать раны, покрывающие её тело.

Её плечи были серьёзно повреждены, а сломанная нога выглядела ужасно. Я потянулся в сумку на ноге и достал Двойное Зелье Паствы Миаха.

Содержащий неизвестную жидкость фиал, появившийся в моей руке, должно быть, её напугал, потому что она вздрогнула всем телом, когда его увидела.

— Не нужно беспокоиться. Это называется зелье…

— Зе…лье?..

…Она заговорила.

Уже и не знаю, в который раз за сегодня я обмер, но этот был самым серьёзным. Её голос всё ещё звенел в моих ушах.

Я заговорил с ней просто пытаясь её немного успокоить, ответа я не ждал. А теперь я застыл, из моего рта вырвался сухой смешок.

Слегка придя в себя, я открыл фиал, мне было интересно, окажет ли зелье какой-нибудь эффект на монстра, когда я начал поливать жидкостью её плечи. К моему облегчению, скрытые под запёкшейся кровью раны начали затягиваться. Она, кстати, тоже выглядела очень удивлённой.

Высшее зелье способно исцелить сломанную кость, но… к несчастью, они могут срастить неправильно, если попытаться вылечить рану не зная как правильно это сделать. Другие целебные средства и магия тоже так работают, они могут нанести вред если неправильно подготовить лечение. Несмотря на то, что я не понимал, как «правильно» исцелять раны, я оторвал кусок саламандровой ткани и обвязал ей ногу девушки, используя ножны от кинжала как планку.

— …

— …

Остатками зелья я полил её раненное тело, оставаясь на одном колене. Когда фиал опустел мы молча уставились друг на друга.

Она была очень сильно взволнована. Девушка с длинными блестящими синими волосами прижала руки к груди, её удивительно ясные янтарные глаза дрожали, а тонкие губы открывались и закрывались каждые несколько секунд.

Я пытался игнорировать жар, который появился в моих щеках, и отводил глаза от её раскрытой груди. В ней точно есть что-то необычное.

Я встречал Гарпий в Горах Беор не так давно, они тоже выглядели по-человечески, но были просто монструозны. Те создания определённо были монстрами. А эта девушка… она так похожа на нас, и те чувства, которые от неё исходят очень сильно отличаются от ярости монстров.

Странный монстр… странная девушка.

Что-то подступило к горлу, когда я попытался понять существо, которое было чем-то средним между монстром и представителем разумной расы, сидящее передо мной.

— …Ищите дальше! Оно не могло уйти далеко!

Голоса людей.

Грубые, злые крики раздались в коридоре перед нами.

Девушка-воивр задрожала от ужаса. Эта дрожь никак не унималась.

С приближением шагов я увидел в её глазах отчаянье. Не сказав ни слова, я снял саламандровую накидку и набросил на её плечи.

Как раз к тому моменту, как я спрятал последние кусочки её волос и бледно-синей кожи под тканью, из-за угла выбежали несколько авантюристов в тяжёлой броне.

— Эй, ты! Воивр мимо не пробегал?

Группа из четверых мужчин и женщины пронеслась мимо, их лидер остановился на секунду и заорал во весь голос.

Я стоял лицом к стене Подземелья.

У меня плохое предчувствие.

Несложно догадаться что они уже встречались с этой девушкой. Если я её не прикрою, тогда…

Я вижу подозрительный взгляд на девушку, скрытую моей накидкой. Держа её тонкую, дрожащую руку своей под красной тканью я отчаянно пытаюсь найти решение.

Время будто замедлилось. Я слышу восторг в голосах группы, ощущаю как капелька пота начала катиться по лицу. В другой руке уже опустевший фиал. Вот оно!

Рискованно. Надеюсь, мои актёрские навыки выдержат проверку.

— Это совсем не важно, у вас есть зелья? Огненная птица её ударила, она обгорела, сильно обгорела!

Указав рукой с фиалом на разводы сажи, оставшиеся на стене от огненной птицы, я попытался ответить со всем отчаяньем, на которое способен.

Пустой фиал, дрожащее тело под саламандровой тканью, сажа на стенах и пепел, оставшийся от огненной птицы, это подыгрывало моему рассказу. Лидер хмуро окинул меня взглядом.

Похоже, моё отчаянье довершило дело, потому что он хмыкнул и двинулся дальше. Им не хотелось ввязываться в мои проблемы, куда интересней лидеру была погоня за редким монстром. Авантюрист нагнал свою группу.

Лишь когда их шаги стихли… я расслабил плечи.

— Т-теперь нам ничто не грозит…

Прошептал я дрожащей фигуре под плащом, она боязливо высунула голову из-под капюшона.

Уверен, никогда даже в самых смелых своих фантазиях она не ожидала что авантюрист вылечит её, а не добьёт, да ещё и защитит от других авантюристов.

Я спас монстра… но как бы я отреагировал если бы увидел, что кто-то сделал то же самое?

…Ладно, раздумывать об этом не стоит.

Я не мог не вздохнуть увидев, что девушка дрожит несмотря на то, что авантюристы уже убежали.

— Эм… Ты можешь идти?

Я поднялся и протянул её руку.

Оставаться на месте, означает подвергать её опасности быть найденной… ну, не важно. Те авантюристы могут вернуться и тогда она умрёт бессмысленной смертью.

Она посмотрела на протянутую руку, потом мне в глаза… и кивнула.

Её дрожащая рука связалась за мою ладонь. К моему удивлению она была холодной. Я обхватил её руку пальцами и осторожно помог подняться.

Её рост около ста пятидесяти сантиметров. Убедившись, что она полностью прикрыта саламандровой тканью, я перекинул её руку через плечо и мы сделали несколько шагов.

Кажется, неподалёку идёт битва… Ладно, повернём сюда и поймём, что нам делать дальше…

Поскольку я оказался разделён со своей группой, я понятия не имел как вернуться к выходу.

Остаётся только полагаться на уши, и понадеяться найти других авантюристов с тем же заданием, которые сражаются с огненными птицами по пути к выходу. А после можно будет положиться на карту, которую Лили практически засунула в мой карман, перед тем как я ушёл. Остаётся надеяться, что я найду какой-нибудь ориентир и смогу по нему выйти, избегая при этом нежелательного внимания. И ещё я надеюсь, что мы не встретимся с особо яростными монстрами по пути.

Я поддерживаю свою раненную попутчицу, так что ей не приходится опираться на сломанную ногу. Если случится худшее, придётся схватить её обеими рукам и нести.

— …

Странна девушка-монстр, которую пытались убить и люди, и её сородичи молча смотрела как я отогнал багбиров и бешеных жуков, оказавшихся на нашем пути своим заклинанием, Вспышкой.

Намокшие от слёз глаза блестели. — Кхааа… — она всхлипнула, мне так показалось.

Она повернулась ко мне несколько секунд спустя и зарылась лицом между моей шеей и плечом. Маленький носик прижался ко мне, и я ощутил её тёплое дыхание на своей груди. Знаю, терять в Подземелье концентрацию это прямой путь в могилу, но щёки у меня полыхнули.

Такая нежная… и мягкая.

Пусть у неё и тело обычной девушки, вся эта ситуация показывает, что я провалился и как мужчина и как авантюрист.

Я спас этого воивра, потому что она миленькая? Неужели её внешность заставила меня протянуть ей руку помощи? Если так, мне уже ничто не поможет.

Что бы подумал Дедуля, всегда говоривший мне что нужно спасать девушек, попавших в беду, если бы меня сейчас увидел? Похвалил бы он меня?

…Наверное даже он впервые за свою жизнь тяжело вздохнул.

Я зашёл так далеко, что возврата нет, сделав то, что сделал.

Спасение монстра.

В этот момент она прошептала.

— …Спасибо.

Едва совладав с новой волной удивления я посмотрел на неё. Она смотрела на меня со слезами в глазах.

Её голова была наклонена, на ней был тёмно-красный капюшон. В этот момент я ощутил то, что невозможно передать словами, теплоту, на которую способны только люди.

Что мне ответить? Должен ли я отвечать? Бесконечный поезд мыслей бежал по моей голове, она смотрела на меня с замешательством.

Её чистая, почти детская невинность окончательно растопила моё сердце. Я натянуто улыбнулся.

— Всё будет в порядке.

Я не переставал улыбаться, и она слабо улыбнулась мне в ответ.

Она прикрыла глаза и прижалась ко мне снова, а я обхватил её руками.

Решение принято. Я обязан защитить девушку, которая способна улыбаться, как и все мы.

Осталась всего одна проблема… Как мне рассказать об этом Лили и остальным?

Времени прошло немало, но мы всё-таки вышли на главную дорогу ведущую наверх с девятнадцатого этажа.

Ведомые простенькой картой, которую я держал в руках мы прятались от авантюристов и монстров, пока наконец не оказались в свете кристалла на потолке восемнадцатого этажа. Наконец, выход.

— …ДА ЭТО ПРАВДА! Со мной монстр заговорил!!!

— Почему вы нам не верите?!

Мы прошли по коридору, соединяющему девятнадцатый этаж с восемнадцатым, и вышли у Центрального Дерева. Несколько авантюристов Ривиры стояло у корней.

Два эльфа, мужчина и женщина рассказывали остальным историю.

Остальным их история не казалась удивительной. Я взглянул на девушку-воивра и увидел, как она положила руку на плечо. Её янтарные глаза смотрели на эльфов со страхом.

— Да, да! Слушайте, вам бы отдохнуть. Мечтать лучше в тёплой постели, а не посреди Подземелья.

—Борс, услышь меня хоть ты! Тот монстр, он правда!..

Невероятная история о монстре, который разговаривает заставила слушателей поднять брови, но никто не воспринял её всерьёз, раз она не убедила Борса, занимавшего высшее положение в иерархии Ривиры.

Однако, эльфы продолжали стоять на своём. Мы проскользнули мимо.

— Сударь Белл!

— Ты не ранен?!

— Чёрт, а ты знаешь как заставить нас побеспокоиться.

— Привет, ребята…

У входа авантюристы едва удостоили нас взглядом, но как только мы отошли от остальных авантюристов, члены Паствы Гестии тут же бросились к нам.

Я слышал облегчение в голосах Лили, Микото и Вельфа, оказавшихся первыми. Может они слышали, что я оторвался от своей группы?

— …Эм, Белл-сама, а кто это такой?..

Харухиме тоже оказалась перед нами с улыбкой облегчения, но указала на девушку, завёрнутую в саламандровую ткань, стоявшую рядом со мной.

Что же, началось.

— Пойдёмте… — я повёл за собой остальных.

Вместо возвращения в Ривиру я направился на восток, глубже в лес. Лили бросала на меня подозрительные взгляды, пока мы наконец не оказались на полянке за плотной стеной леса, она казалась безопасной.

Я продолжал идти пока не убедился, что остальные авантюристы не смогут ни увидеть нас, ни услышать. Мы зашли довольно далеко, прежде чем я наконец повернулся.

Мы встали в кружок на небольшой полянке, окружённой деревьями и светящимися кристаллами.

— А теперь, сударь Белл, говорите кто это такая. Надеюсь, вы не расскажете Лили, что натворили дел спасая очередную девицу!

Её слова пронзали не хуже кинжалов. Она подошла к девушке, стоявшей рядом со мной. Наверное, она подумала что-то странное… Сделав шаг Лили попыталась заглянуть под капюшон.

Из-под капюшона раздалось тихое «ой» и девушка испуганно отступила на шаг. Лили сделала ещё шаг вперёд, а девушка споткнулась, пытаясь отступить дальше.

Сломанная нога! Я протянул руку, чтобы её поймать, капюшон слетел.

— !!!

Время застыло.

Все увидели бледно-синюю кожу и кристалл во лбу девушки-воивра. Лили и остальные на мгновенье потеряли дар речи, но уже в следующую секунду вскинули оружие.

Лили отпрыгнула назад, Вельф схватил рукоять двуручного меча на спине, а Микото обвила пальцами рукоять двух клинков на своём поясе.

Напряжение повисло в воздухе, я был слишком поражён чтобы среагировать. Девушка-воивр дрожа спряталась за моей спиной.

— …Похоже тебе есть что рассказать, Белл.

— Харухиме-доно, спрячьтесь за меня.

Вельф не сводил взгляда с моей новой спутницы, говоря это. Ещё никогда его голос не был таким напряжённым. Микото встала перед Харухиме, защищая её от девушки-воивра.

Как и всегда, мои друзья очень опасливо относятся к монстрам.

— П-постойте! Пожалуйста, не надо! Эта девушка, она!..

— Отойдите от этого, Сударь Белл!!! Да что у вас с головой?!

Лили оборвала мои попытки объясниться, практически наорав на меня, прицеливаясь из своего арбалета. Взгляд её ореховых глаз выражал негодование и замешательство.

— Сударь Белл привёл её, потому что у неё миленькое личико?!

— Н-нет, дело не в этом!..

— Нельзя винить Лили за подозрение в монстрофетишизме!

Монстрофетишизм.

Как и говорит название, термин обозначает людей, которые испытывают необъяснимое сексуальное влечение к гуманоидным монстрам, вроде гарпий и ламий. Это одно из самых обидных оскорблений в Орарио.

Настолько глубоко в наших сердцах заложена ненависть к созданиям Подземелья.

— Сударь Белл, монстры — это монстры!!! Даже после приручения за ними нужен глаз да глаз! Они наши враги!!!

Слыша панику в голосе Лили, и то, что Микото и Вельф не сводят взгляд с девушки Воивра, могу сказать, что всё идёт не очень хорошо.

Порождения Подземелья и люди не могут не уничтожать друг друга, такими всегда были наши отношения. Не могу винить моих друзей за такое отношение. Оно ожидаемо.

Монстры убивали наших предков с Древней Эры. Спираль смертей длится тысячелетия, они никогда не жили с нами в мире.

Вельф следил за каждым движением девушки, Лили допрашивала меня за всю группу.

— Это не кошка или собака!!! Сударь Белл, отойдите от этого!!!

— Белл.

— Белл-сан.

Я стоял перед девушкой-воивром, защищая её от Вельфа, Микото и арбалета Лили. Все трое просили меня отойти. Только Харухиме, не привыкшая к прямым противостояниям наблюдала молча.

Я никогда не был по эту сторону их клинков, я растерялся. Я не знаю, что делать, но отступить не могу. Я решил её защитить.

Девушка воивр была напугана Лили и остальными, но её глаза блеснули, когда она посмотрела на меня.

— …Белл?

Воздух наполнили удивлённые вздохи, когда это слово слетело с её губ.

— А, да… Это моё имя.

— Имя?..

— Д-да. Я Белл.

— Белл… Белл имя… Имя… Белл?

Моим друзьям нужно было время чтобы понять, что происходит. Они уставились на девушку, произносившую моё имя.

Говорящий монстр мог кого угодно лишить дара речи.

Напряжение стало куда-то уходить, все четверо уставились на девушку с молчаливым удивлением.

— Белл, Белл.

Она обхватила мой палец рукой, повторяя моё имя, будто понимая, что означает это слово.

Просто «Белл, Белл», снова и снова, она будто пыталась навсегда это запомнить. Девушка снова ко мне наклонилась, бледно-синяя кожа прижалась к моей броне.

Будто я единственное во всём мире, на что она может положиться.

— Монстр… говорит.

— Это какая-то шутка.

Микото и Вельф поражённо перешёптывались.

Вместе с тем, они начали опускать оружие.

Воцарилось замешательство. Открытая демонстрация слабости, такая нехарактерная для монстров кого угодно могла бы настолько поразить.

— Белл-сама… что между вами произошло?..

Наконец набравшись смелости заговорила Харухиме. Я был чень благодарен ей за этот вопрос.

— Я нашёл её… на девятнадцатом этаже. Она была очень сильно ранена… На неё нападали авантюристы и монстры… Она дрожала… плакала.

Я рассказал причины, по которым я привёл её сюда так открыто, как мог.

Её нога, оказалась слишком сильно ранена, поэтому пришлось помогать ей идти. А мои сомнения разбил взгляд этих янтарных глаз.

Вельф, Микото и Харухиме посмотрели на девушку, которая за меня схватилась, понимая, что она должна была испытать.

— Я… я хотел бы ей помочь.

— …Наверное мне стоит напомнить, что если станет известно о том, что Паства Гестии защищает монстра, нам придёт конец…

Лили, молча слушавшая мою историю покачала головой, когда я заявил, что хочу помочь.

Я знал, что это может поставить под удар Паству, командиром которой я являюсь, и извинился перед всеми за свой эгоизм, поделившись самой искренней своей мыслью.

— Пусть так, но я не могу её бросить.

Как жалко это бы не прозвучало, я не сводил взгляд с Лили. Она прикусила нижнюю губу.

Прошло несколько секунд. Взгляд Лили начал смягчаться, я почти видел, как она увидела частичку себя бывшей в девушке-воивре.

Воспоминания о том дне, когда мы с боженькой спасли Лили, должно быть, мелькнули в её памяти, и она вздохнула.

— Просто… делай что хочешь…

Она медленно опустила правую руку, направив арбалет в землю.

Вельф и Микото также расслабились, опустив оружие. Напряжение наконец исчезло.

Девушка наконец смогла спокойно осмотреть нашу группу.

Угрожающая атмосфера исчезла, никто не знал, что делать. Особенно Харухиме, начавшей этот разговор. Никто не мог двинуться, мы просто переглядывались.

Не забывая о том, что именно я подвергаю свою собственную Паству неизведанной опасности, я предложил план действий.

— Она уязвима для авантюристов и монстров, нельзя оставлять её в Подземелье… Я хотел бы забрать её домой. И ещё мне нужно услышать, что скажет всевышняя.

Помимо защиты Воивра я должен услышать мнение Всевышней Гестии. Сможет ли она объяснить, что эта девушка такое.

Вельф Микото и Харухиме не возражали. Они грустно мне улыбнулись и сдержанно кивнули, будто у них шеи заржавели.

Наконец и Лили протяжно вздохнула.

— Раз мы собираемся возвращаться на поверхность, это нужно делать ночью. Так мы избежим большей части авантюристов… Нужно выйти из Вавила в то время, когда некому будет нас увидеть.

Что бы мы не сделали, нельзя чтобы кто-то узнал, что мы покрываем монстра. Об этом стоило, потому что в ночное время большинство авантюристов будет пить по барам и нас не заметит. Совет Лили был спасительным.

Знаю, она не слишком довольна моим решением, но несмотря на это готова мне помочь. Не знаю, что бы я делал если бы её не было на моей стороне.

— Прости Лили. И спасибо…

— …Лили сдаётся. Конечно, вы можете делать всё, что взбредёт вам в голову, но Лили всё равно не может вам не помочь.

Она отвернулась, слегка покраснев. Сердится, наверное?

Несмотря на все мои сожаления о том, что я подвергаю их опасности, я рад что друзья приняли мою сторону.

И я благодарен Лили за то, что она сказала, что делать.

Вельф и Микото поначалу казались потерянными, но реакция Лили их заставила улыбнуться.

— Поверхность?..

— Да. Мы отправимся туда, где мы живём.

Я улыбнулся напряжённой девушке, державшей меня за палец. Она смотрела на меня несколько секунд, а потом на её губах возникла улыбка.

Поп. Она снова прижалась к моей груди и зарылась лицом в мою шею.

Слегка отступив, поймал её тонкую фигурку и уставился на потолок над своей головой.

Сквозь нависшую листву деревьев видно немало белых и голубых кристаллов. С каждым мгновением их свет слабел, указывая что наступает вечер.

Гигантская белая башня была окружена тьмой.

Расположенный в самом центре Города-Лабиринта Вавил тянулся к небесам над Центральным парком, день сменился ночью. По всему городу ожили бары, свет магических ламп заменил солнечный.

Даже ночью энергетика большого города никуда не пропадала. Улицы Торгового Района были заполнены людьми, похоть царила на улицах Района Удовольствий, пытавшегося восстановить своё былое величие. Главные улицы были заполнены барами, подвыпившая женщина танцевала с божеством посреди дороги, будто они на балу. Как и всегда, белая башня наблюдала за ночной жизнью города.

Авантюристы возвращались на поверхность после тяжёлого дня в Подземелье, расходясь своими дорогами в любимые места для развлечений. Одна из групп авантюристов молча наблюдала как по спиральной лестнице поднимаются другие авантюристы, пока наконец не начала подниматься в гордом одиночестве. Беловолосый парень шёл в центре группы из шестерых человек. Быстро поднявшись по пустынной лестнице, эта группа оказалась перед входом в основание Башни Вавил.

Ускорив шаг, группа проходила по залу, на потолке которого был рисунок неба.

Очень немногие знали, что в углу этого живописного места скрыта маленькая голубая сфера, которая загорелась, как только группа прошла мимо.

— …Уран, у нас проблема.

В тёмном каменном зале, построенном в стиле храмов прошлого, раздался голос.

Единственным источником света были горящие факелы в центре зала. Пламя отражалось в голубом кристалле, расположенного на небольшом постаменте. К нему прикасался владелец голоса.

Чёрная роба покрывала таинственную фигуру. Невозможно было увидеть кто это такой. Этот человек носил чёрные рукавицы, украшенные узорами на обеих руках. Он напоминал ожившую тень.

По голосу невозможно было понять даже пол говорившего. Капюшон на робе навис над голубым кристаллом, фигура продолжила говорить.

— Разумный монстр встретил группу авантюристов. Они покинули Вавил.

Голубой кристалл показал изображение, вид зала башни Вавил с потолка.

Кристалл явно показал беловолосого парня и девушку, с ног до головы завёрнутую в саламандровую ткань.

— Они работают с монстром?

— Мне так не кажется… Судя по этому виду, они его защищают.

Другой, величественный голос зазвучал в зале, вне круга четырёх факелов, чёрный силуэт снова всмотрелся в кристалл.

Отблески пламени освещали огромный, подобный алтарю трон, стоящий в темноте. На нём восседало старое божество.

Божество, ростом не меньше двух метров, также одетое в чёрную робу, не проявило никаких эмоций, только продолжило задавать вопросы.

— Фел, кто эти авантюристы?

Фигура в чёрном, Фел, дала незамедлительный ответ.

— Белл Кранелл, члены Паствы Гестии.

В кристелле отразилось знакомое изображение белого и красного.

Старшее божество нахмурилось, услышав это имя.

— Маленький Новичок стал известен в городе… К тому же, он один из любимчиков Гермеса.

— Какова ваша божественная воля, Уран?

— …Ждём и наблюдаем.

Старшее божество прикрыло глаза услышав вопрос и открыло их только дав ответ.

— Вы уверены? К худу или к добру, к Пастве Гестии приковано немало взглядов. Если что-то случится…

— Последователи Гестии никак не связаны с теми охотниками, которых мы преследуем. К тому же…

Божество посмотрело на голубой кристалл, оно несколько секунд изучало лицо отражённого на нём человека.

— Я хочу знать. Могут ли последователи Гестии стать катализатором изменений?.. Могут ли они подарить им надежду?

Воцарилось тяжёлое молчание. Силуэт в плаще с капюшоном кивнул.

— Как пожелаете Уран. Я подчиняюсь.

Треск! Один из факелов пустил искру.

— Отправь «глаза». Не снимайте наблюдения ни с Белла Кранелла, ни с его Паствы, ни с монстра.

— Да.

Чёрная роба растворилась в темноте кажущегося тихим чёрного зала.

----------

Повседневная жизнь с девушкой-воивром

[[image:/storage/reader-images/e2a2a59da48385458a33aa18c7205e595b5b820d.png]]
Полночь почти наступила, когда мы поднялись на поверхность.

Как и предположила Лили, Вавил и Центральный Парк оказались пусты в момент нашего появления. Мы не стали идти напрямик, переулки и тёмные проходы очень хорошо скрыли нас от лишних глаз по пути домой.

В барах было шумно, как и в некоторых домах спального района, девушка-воивр подпрыгивала от удивления, увидев огни цивилизации и её звуки. Несмотря на то, что успокаивать её всю дорогу было непросто, мы всё-таки добрались до Поместья Домашнего Очага.

— Сударь Белл, подождите с ней здесь. Лили проводит Всевышнего Миаха.

Потом она сказала девушке-воивру спрятаться у задних ворот, пока остальная группа прошла в главные ворота.

Паства Миаха добровольно помогла нам присмотреть за домом, пока мы сегодня были в Подземелье. Если бы сам Миах увидел девушку-монстра, больших проблем бы не возникло, но вместе с ним у нас дома находятся Нажа, Дафна и Кассандра — его последовательницы-авантюристки. Началось бы то же самое, что было, когда о ней узнала моя собственная Паства. Пусть они и наши друзья, Лили и Вельф предположили, что было бы неплохо скрыть существование монстродевушки. Я согласился.

Мы вместе с прикрытой саламандровой тканью девушкой-воивром скрылись в тёмном углу за поместьем на несколько минут. Наконец, я услышал голоса выходивших с другой стороны дома друзей. Всевышний Миах и его последователи ушли.

— Белл-сан, кто скажет Гестии-ками?..

— …Я скажу. Позвольте мне всё рассказать.

— Вы уверены?..

С открытием железной задней двери меня встретили задумчивые взгляды.

Девушки обступили нашу новую гостью слева и справа. Это я решил её сюда привести, значит мне и придётся объясняться. Взглянув на девушку-воивра, я удивился, как быстро её нога восстановилась без дополнительного лечения, вот на что, оказывается, способны монстры. Что же, это не отменяет моего желания ей помочь.

— Эй-эй. С возвращением!

Боженька встретила нас в гостиной, с привычной улыбкой на лице.

— Как-то необычно видеть тебя крадущимся через заднюю дверь. Миах уже ушёл. А это кто?..

Она посмотрела на силуэт, укрытый плащом, с нескрываемым удивлением и вдруг притихла.

Вельф и Лили вошли в комнату вместе со мной, и мы застыли с раскрытыми ртами. Небесно-голубые глаза боженьки впились в меня.

Время будто замедлилось, боженька перевела взгляд на стоявшую рядом со мной девушку:

— …Что это такое, Белл?

Выражение её лица изменилось. Всевышняя спросила не «кто», а «что».

Я был ошеломлён, но скинул капюшон с лица девушки.

— !!!

Бледно-синяя кожа, янтарные глаза и тёмно-красный драгоценный камень во лбу.

Боженька сглотнула, увидев необычную внешность.

В то же время, наша гостья ужаснулась от взгляда уставившейся на неё богини. Она схватилась за меня обеими руками.

Окружённая своей Паствой Всевышняя Гестия тяжело вздохнула и посмотрела на меня немигающим взглядом:

— …Рассказывайте, что произошло.

Я повторил подробный рассказ нашей встречи.

Лили, Вельф и остальные заняли стулья вокруг круглого стола, я сидел на одном из этих стульев, рядом со мной сидела девушка-воивр. Услышав мою историю, боженька снова посмотрела на меня с нежностью, за весь мой рассказ она не произнесла ни слова.

— …Что мы будем делать, Всевышняя Гестия?

Лили спросила нашу Всевышнюю о её решении, как только я закончил свой рассказ.

Девушка-воивр впилась в мою правую руку и не отпускала её. Боженька погрузилась в раздумья, скрестив руки на груди, и, спустя некоторое время, снова подняла голову.

— …Пожалуйста, ничего никому не рассказывайте. Будем ждать и наблюдать.

Она посмотрела в глаза каждому из нас, по очереди, в том числе и странной девушке рядом со мной.

— Буду с вами предельно честна, я не знаю как это принять. Я не могу в это поверить…

Несколько секунд боженька смотрела на нашу необычную гостью, от этого взгляда бледно-синяя кожа покрылась мурашками. Говорящий монстр ломает все наши представления и знания о монстрах, живущих в Подземелье. К тому же, озадаченность Всевышней, ломающая представления о том, что боги всеведущи, лишила нас дара речи.

— Монстры и вы, дети земли… враги. Сущности, которым суждено друг с другом сражаться. Такова правда которую я знаю, но я не могу повернуться спиной к кому-то, кто способен на такой сильный страх.

— Получается!..

— Да, она может на какое-то время тут остаться.

Защита тех, кто в ней нуждается, это способ нашей Всевышней выразить свою любовь. Её готовность с добротой отнестись к любому созданию наполнила моё сердце облегчением. Это решение вызвало разные реакции за столом, от вздохов до недовольных гримас, но никто не высказался против.

Боженька не без труда спрыгнула с высокого стула. Я видел волнение в её глазах, но она всё равно улыбнулась девушке-воивру с добротой:

— Так, а имя у тебя есть?

— …Имя?

Девушка-воивр посмотрела на богиню с удивлением и придвинулась ко мне поближе.

— …Белл?

— Нет, так зовут меня…

Она наклонила голову набок, отчего её блестящие синие волосы колыхнулись. Капля пота побежала по моему лицу.

— Моё… имя? …Не знаю.

Лили и остальные вздохнули в безмолвном удивлении, они впервые услышали, как она произносит что-то кроме моего имени. Но, вместе с тем, девушка опустила голову.

Выходит, имени у неё нет.

«Воивр» название, которым люди окрестили её вид. Ей нужно что-то, что выделяло бы её лично.

— Белл, назови её.

— Подожди, я?!

— Ага. Вельф прав. Ты её нашёл и привёл её сюда, к слову. А ещё ты её спас. Тебе стоит принять на себя роль отца и придумать ей имя.

Как… как вообще до этого дошло?!

Вельф и боженька были единственными, кто что-то сказал. Лили, Микото и Харухиме молчали, но в их взглядах можно было прочесть: «Называй».

Сердце застучало, я оказался в центре внимания всех сидящих за столом. Я бы даже сказал, что Вельф наслаждается моими мучениями. Даже девушка-воивр уставилась на меня непонимающим взглядом.

Какая ответственность!.. И почему я должен давать этой девушке что-то, что может повлиять на всю её оставшуюся жизнь?!

Я посмотрел в её янтарные глаза. В моей голове, итак, кружилось много мыслей, а после этого взгляда я подумал, что у меня мозг взорвётся.

Воивр, дракон, девушка, тёмно-красный самоцвет, бледно-синяя кожа, янтарные глаза…

Я попытался перечислить каждую её особенность, но это ничего не дало!!!

Холодный пот побежал по спине, глаза начали бегать из стороны в сторону. «Поторопись», — сказал кто-то. Сколько я уже думаю над именем?.. Губы задрожали.

— Во… Велюсина?

— А? — все озадаченно уставились на меня, даже боженька наклонила голову. Может я слишком сильно задумался и придумал слишком броское имя?

— Могу я узнать, Белл-сама… основано ли это имя на сказке или героической истории?..

…Аааргх.

Харухиме любит мифы и легенды не меньше чем я, она увидела меня насквозь.

Есть история о фее с крыльями света, по имени Мелюсина. В этой истории рассказывается о том, как она влюбилась в героя, спасшего ей жизнь, и попыталась смешаться с людьми и жить среди них. Он просила героя никогда не подсматривать за ней, когда она моется, но он нарушил это обещание и увидел её крылья, её настоящую форму… После этого они расстались, но вместе убили дракона, который мог разрушить родной город того героя.

Мне нравилась история Мелюсины, когда я был ребёнком, и, соединив её имя с воивром, получил… Велюсину.

Меня так легко раскусить?

— Не так уж и плохо, особенно, если учесть, что это идея сударя Белла. Хотя и слишком напыщенно.

— Ага и длинно. Выделяется как бельмо на глазу.

— Мммм. Ладно, почему бы нам не назвать её Виеной? Мило звучит, вам не кажется?

— Отличное предложение, Гестия-ками. Звучит очень приземлённо.

Лили, Вельф, боженька и Микото по очереди высказались насчёт имени, которое я придумал. Никто не обратил внимания, как я сползаю по спинке стула.

— М-мне кажется, Велюсина замечательное имя! — поспешила похвалить меня заметившая это Харухиме.

Отлично, а теперь меня пытается успокоить девушка постарше… Как же это больно и жалко.

Впрочем, «Виена»… если подумать, действительно звучит очень хорошо.

— Виена?.. Я… Виена? — с той же детской невинностью спросила меня девушка-воивр, так и не отпустившая мою руку.

— Д-да. Что думаешь?

Кажется, она улыбнулась. Губы девушки-вои… нет, Виены, расплылись в довольной улыбке, и это заставило всех остальных замолчать от удивления в очередной раз. Даже у боженьки рот раскрылся.

Чистая, почти наивная детская радость появилась на лице удивительно красивого монстра, сидевшего со мной рядом.

Основа отношений людей и монстров рушилась на наших глазах. Эта странная девушка стала стеной, которая нас разделила, мы не могли отвести от неё взгляды.

— Белл, Белл.

Виена отпустила мою руку и, поддавшись радости, прижалась лицом к моей груди.

Руки двинулись сами собой, я неосознанно её обхватил. Её теплота окутала меня, породив разом множество эмоций в моей груди.

— …Кхем, — всё это время смотревшая на нас боженька прочистила горло. Кажется, она попыталась привлечь всеобщее внимание. Она выпятила грудь и энергично поздоровалась с Виеной:

— Давайте начнём с должного приветствия, рада с тобой познакомиться, Виена! Я Гестия, богиня Белла! С этого дня ты будешь жить с нами. Надеюсь, мы поладим!

Виена краем глаза посмотрела на боженьку со своего насеста, в виде моих колен, когда наша Всевышняя протянула дрожащую руку.

— …Богиня… Белла? — эти слова слетели с её губ, когда они встретились взглядами, а потом девушка-монстр снова зарылась лицом в мою грудь.

Она оставила без внимания протянутую руку Всевышней. Гестия опустила руку, осознав, что добиться доверия Виены, будет не так просто. Харухиме натянуто улыбнулась.

— …А вообще, сколько вы ещё держать её собираетесь, Сударь Белл? Вам так нравится трогать девушку, даже если она монстр?

— А?

— ГАХ! Она права, Белл! Отпусти её! Заигрывания — это отвратительно! Отвратительно!

— Я-я не заигрываю!

С этих слов началась совместная тирада Лили и боженьки.

Я быстро отвергал все их обвинения, но ничто не могло им доказать, что это Виена меня держит. Вельф и Микото тихонько хихикали, слушая нашу бессмысленную перепалку, а Харухиме не моргая следила за её развитием.

Впрочем, когда из комнаты ушло напряжение я наконец заметил мягкость тела Виены. Ничто не могло остановить мой жалобный стон, и я очень сильно покраснел.

Прошло время.

Не знаю, в какой именно момент нашего разгорячённого спора с боженькой, Виена уснула от усталости прямо на моих руках.

Пробежка по Подземелью без человека, на которого можно было бы положиться… Даже представить не могу, какой стресс и волнение она испытала. Она погрузилась в глубокий сон, крепко обхватив меня руками и наотрез отказавшись выпускать меня из хватки даже во сне.

Все собравшиеся попытались освободить меня от её хватки, но огромная сила Виены, сила дракона, держала её руки вместе, она лишь сжимала меня крепче, заставляя вскрикивать от боли.

Не имея другого выбора, я был вынужден провести с ней ночь. Осознав это, Всевышняя и Лили начали твердить мне что-то вроде: «Я не прощу никаких «ошибок», понятно?» и «Сударь Белл, пожалуйста не лишайте себя человеческого лица». Клянусь, их взгляды были такими ледяными после кучи предупреждений что мне оставалось только кивать на всё, что они говорят.

Когда я прилёг на софу в гостиной с Виеной на себе, Харухиме была так добра, что принесла нам тонкое покрывало.

…В конце концов, все собрались здесь…

В гостиной оказались все, заняли себе места на других диванах или полу, в тусклом свете магических ламп.

Боженька была первой, она пришла с одеялом в руках и выражением на лице, которое красноречивее всего остального сказало, что наедине она нас не оставит. После этого в комнату вернулись Лили, Микото, Харухиме и даже Вельф.

Они все совсем мне не доверяют?..

— …

Вельф прислонился к стене, выставив одно колено, для равновесия. Его глаза были закрыты, двуручный меч лежал на ногах. То же было верным и для Микото. Они лежали с Харухиме на одном футоне, а её меч, Чизан был на расстоянии вытянутой руки. Даже Лили пришла со своим арбалетом.

Я понял почему они вооружены и для чего им всем оружие.

Дело не в том, что они не доверяют мне. Они не доверяют ей…

Окружённый мирным сомением в комнате, напряжение в которой можно было ощутить кожей, я взглянул на девушку, устроившуюся у меня на груди.

Если бы не драгоценный камень, зловеще поблёскивавший на её лбу, её можно было бы принять за совершенно беспомощную спящую красавицу.

Что она такое на самом деле?..

Я задал безмолвный вопрос сам себе, размышляя о девушке-воивре, монстре, который уснул завёрнутый в саламандровую ткань на человеке.

Было бы ложью если бы я сказал, что засохшая кровь и её необычный запах нисколько меня не беспокоили. Да и представления о возможном будущем никак не покидали мою голову.

Мой мозг работал до того момента… пока веки не стали слишком тяжёлыми, чтобы оставаться открытыми.

Для меня денёк тоже выдался нелёгким. Должно быть, я достиг своего предела. Сон не мог ждать.

…Как бы там ни было, первым делом утром я хочу принять ванну.

Это было последней мыслью, прежде чем сознание меня покинуло.

— Я хочу знать о Виене больше.

Следующее утро…

Гестия сделала объявление за обеденным столом во время завтрака.

— Мы не можем решать, что с ней делать, пока больше о ней не узнаем. Есть ли такие же как она? Что происходит в Подземелье? На эти вопросы нужно найти ответ.

Сонная Виена отказалась отпускать Белла, так что только он не смог сидеть за столом с Паствой. В это время Гестия приказала своим последователям разузнать как можно больше.

— Одно хочу прояснить сразу: не должно пойти никаких слухов, которые могли бы привлечь к нам внимание. Никто не должен знать… никто не должен догадаться, что с нами живёт монстр.

То, что существо вроде Виены существует, это один вопрос, если пойдут слухи, что не прирученный монстр попал в город из Подземелья, может подняться настоящая паника. Лили отчётливо дала всем понять, что Виена не должна быть упомянута ни в одном разговоре за пределами поместья.

— Я проведу своё расследование, а вы, начиная с сегодняшнего дня, ищите информацию.

— Кажется это означает, что охота в Подземелье на время приостановлена. — прокомментировал приказ Гестии Вельф.

— Именно так. И ещё, сударь Белл, сударыня Микото и сударыня Харухиме, не должны разговаривать ни с кем, кому не можете доверять без тени сомнений.

— Хорошо…

Белл, Микото и Харухиме согласились, медленно кивнув.

Дело было не в том, что они не могут хранить секреты, просто все трое ужасные лжецы. Они сжались на своих стульях, пытаясь казаться меньше, чем они есть на самом деле. Гестия посмеялась, увидев, как надулись её последователи, прежде чем подняться со своего места.

— Просто нам всем нужно быть осторожнее. Ну, а теперь, за дело.

Улицы Орарио освещало позднее утреннее солнце.

До самого горизонта небо было чистым. Горожане шли по своим делам бок о бок с авантюристами, спешившим по главным улицам города в Подземелье.

— Что ещё? Той «важной вещью», о которой тебе так хочется поговорить, лучше бы не оказываться простым оправданием для прогула.

— Я-я очень усердно работаю! Я начала жизнь с нового листа, правда, Гефест!!!

Четвёртый этаж Башни Вавил, одна из лавок Паствы Гефест.

Гестия, как и обычно пришла на подработку в лавку мощного оружия, но сегодня попросила подругу о тайной встрече.

Так случилось, что Богиня Кузницы пришла сегодня, чтобы проинспектировать свои лавки этим утром, и согласилась выслушать Гестию.

— Что там у тебя? Тебе лучше не отвлекать меня от важных дел ради ерунды.

Красноволосая богиня отвела собеседницу в комнату для переговоров в задней части лавки. Она отделялась от остальных помещений толстой, звуконепроницаемой стеной, Гефест была уверена, что здесь их никто не услышит. Скрестив руки и подняв бровь, она с подозрением уставилась на Гестию.

Гестия впервые оказалась в этом помещении, у неё кружилась голова. Она подошла к выставленному на небольшой подставке мечу и посмотрела на отражение стоявшей за её плечом Гефест в отшлифованном до блеска лезвии.

— Ты когда-нибудь… слышала о монстрах способных разговаривать?

— Что за вопрос? Конечно, нет.

— Как я и думала…

Гефест начала терять терпение, когда плечи Гестии опустились.

Красный фартук Гестии, её рабочая униформа, зашелестела, когда Гестия повернулась к подруге лицом.

— А если, гипотетически, нашёлся бы монстр, который может разговаривать… что бы ты сделала?

— …Рассказывай подробности, живо.

Увидев необычную задумчивость своей маленькой подруги, Гефест прищурила не прикрытый повязкой глаз.

— Говорящий… монстр…

«Синяя Фармакология» — здание, расположенное в тёмном переулке между Северо-восточной Главной и Западной Главной Улицей Орарио, также являющееся домом Паствы Миаха. В скудном солнечном свете, который пробивается сквозь окна видны три силуэта за разговором. Божество-владелец Миах, второй бог Такемиказучи и Микото.

— Тот монстр правда говорит? Он осознаёт себя и то, что его окружает?

— Да… Она провела прошлую ночь в нашем доме.

Такемиказучи отреагировал на рассказ примерно так же, как и красноволосая богиня в Башве Вавил. Микото было непросто рассказать о случившемся.

Она получила разрешение на разговор с доверенными божествами, вроде Миаха и Такемиказучи. Однако, ей было нельзя ни о чём рассказывать смертным, как сильно она бы им не доверяла.

Оука, Чигуса и остальная часть Паствы Такемиказучи ушли в Подземелье, а члены Паствы Миаха пополняли запасы собирая ингредиенты для фармакологии. Микото воспользовалась отсутствием остальных членов Паств, чтобы посоветоваться с божествами и рассказать им о существовании девушки-воивра.

— Ваше вчерашнее поведение показалось мне странным. Так вот что случилось…

Миах заметил, что когда члены Паствы Гестии провожали его вчерашним вечером из своего дома, они были взволнованы. Картина для него наконец сложилась, и он кивнул.

— Такемиказучи-ками, Миах-ками, вы слышали о подобных случаях?

— Не могу припомнить. Говорящий монстр… Для меня это неожиданно. И это шокирует, честно говоря.

Микото никогда не видела Такемиказучи настолько удивлённым.

— Да, даже после твоего рассказа мне трудно в это поверить…, — начал говорить Миах. — Только вот «неизведанность» мира смертных настолько сложна, что даже мы не можем всего предсказать. Возможности безграничны. Возможно, пока мы разговариваем, что-то происходит с Подземельем.

Микото тихонько села, слушая предупреждение бога, его аквамариновые волосы колыхнулись из стороны в сторону.

Такемиказучи пристально следил за реакцией Микото, стоя рядом, и задал свой вопрос:

— А как ты на это смотришь, Микото? Как ты отнеслась к говорящему монстру?

— …Не знаю.

Девушка ответила честно, слабо покачав головой.

— Я понимаю, что Виена… Виена-сан не такая, как остальные монстры, но… я не знаю, как к ней относиться.

Губы Микото дрожали, когда она начала описывать своё состояние:

— Я постоянно настороже, постоянно думаю, что она может предать наше доверие… Я готовлюсь встретить любой её выпад.

— …

— Не могу расслабиться, как бы не пыталась. Я… её боюсь.

Взгляд Микото опустился в пол, когда она произнесла эти слова.

Слушая девушку Такемиказучи крутил пряди волос, обрамлявших его лицо. Миах смотрел на её из-за спины друга понимающим взглядом.

— Что же, наверное, так отреагировал бы каждый…

Божество попыталось успокоить её, сказав, что подобная реакция естественна.

Микото ничего не ответила. Она сидела, молча уставившись в пол.

Главное отделение Гильдии.

Вельф вошёл в просторную приёмную, украшенную белым мрамором, и начал пробираться сквозь толпу пришедших сюда до визита в Подземелье авантюристов.

Ему ничего не стоило присматриваться и прислушиваться, пробираясь по толпе. Ещё будучи молодым кузнецом, он узнал, что немало ценной информации можно узнать, просто прислушиваясь к повседневным разговорам. В этом для него не было ничего нового. Благодаря повышению характеристик его слух стал куда лучше, чем у авантюристов низкого класса, и он сполна использовал новообретённые преимущества, чтобы искать информацию. Разумеется, он не останавливался у отдельных авантюристов или работников Гильдии, чтобы не привлекать к себе внимание.

Одетый в свой чёрный жакет с двуручным мечом за спиной Вельф прошёл в угол приёмного зала.

Несколько работниц Гильдии вывешивали новый объявления на доску объявлений, за ними наблюдали кучки авантюристов.

— …Ого, ты слышал? Очередной монстр ворует снаряжение?

— Вот как. И опять на серединных этажах.

— Кстати, а я слышал, что какие-то ребята из Ривиры на него наткнулись и им надрали задницы.

Вельф слышал каждый разговор авантюристов. Осматривая объявления, он уткнулся взглядом в одно из бумаг. На ней был нарисован монстр, держащий в руках меч и одетый в броню.

— …Нет, не может быть.

Попытка посмеяться над тем же, что казалось шуткой ещё вчера, не вызвала у парня ничего кроме напряжения.

— Ничего себе. Эй, милашка… Малышка-эльфийка, не хочешь присоединиться? Может выпьешь с нами?

— Поболтаем, узнаем, что у тебя на уме… Хе-хе-хе!..

Длинные золотые волосы выглядывали из капюшона. Низенькая эльфийка, Лили, замаскированная своим заклинанием, золушка, шла игнорируя смешки мужчин. Она вошла в расположенный в подвале бар.

Северо-Западная Главная Улица, Путь Авантюристов.

Чуть дальше лавок с оружием и бронёй расположились бары, которым не помешала бы генеральная уборка. На деревянном здании была вывешена эмблема, говорившая о том, что оно принадлежит одной из Паств.

Паствы, которые владеют подобными заведениями, предоставляют возможность обычным горожанам и тем, кто хочет остаться неизвестным, вывешивать задания на досках объявлений. Также в подобных барах нередко обитают торговцы информацией, готовые предоставить её тому, кто готов платить. В этих местах постоянно проводятся тёмные сделки, поэтому нередко и обычные посетители приторговывают информацией.

Так же грязно, как и всегда…пробормотала себе под нос Лили, вспоминая о тех днях, когда она была воровкой, и продолжила игнорировать присвистывания, раздававшиеся за её спиной. Пусть ростом она была всего около ста двадцати сантиметров, она знала, что красота её изменённой формы привлекает немало внимания.

Бар был тёмным и обшарпанным. К доске объявлений было приколото столько заданий, что самой доски не было видно из-за бумаг. На первом этаже к услугам Паств могли прибегнуть обычные горожане, но подвал, доступный после спуска по лестнице в дальнем углу зала был настоящим сердцем заведения. В тусклом свете ламп с магическими камнями собирались тёмные личности, в этом подземном зале всё выглядело подозрительно.

Зверочеловек, которому недоставало передних зубов, потягивал неприятное на вид пойло. Неподалёку сидела Амазонка, настолько увешанная кольцами что даже в тусклом свете поблёскивал её силуэт. В тёмному углу сидел мужчина в маске. Несколько посетителей расположились на диванчиках за небольшими столами, разговоры велись приглушёнными голосами.

Если Гильдия была лицом города, то это место было его изнанкой. Люди, которым было что скрывать, чаще оказывались со своими заданиями в подобных барах, чем в Гильдии. Через подобные места проходит нескончаемый поток информации, проверенной или нет. Лили понимала, что беззаботность в подобном месте может привести потере чего-то ценного.

Ни при каких обстоятельствах Белл не должен приходить в такие места.

— Воду Источника Альб.

Щёлк! Барный стул заскрипел, когда на нём устроилась Лили, после чего девушка заказала выпивку у бармена.

Ледяная вода со священных горных пиков Гор Альб, один из популярных безалкогольных напитков среди эльфов. Лили сделала глоток, прежде чем заговорить.

— Есть что-нибудь о говорящих монстрах?

— …Неа, ничего.

Бармен даже не моргнул, схватив плату, которую Лили выложила на стойку. Его посыл был ясен, информация ценный товар и простого милого личика недостаточно, чтобы снизить её цену.

Лили выбрала такую маскировку не случайно. Это она настояла, чтобы никто в мире не узнал, что Паства Гестии ищет слухи о говорящих монстрах.

Бармен пристально осмотрел «эльфийку», протирая бокалы, которым чистка и не требовалась. Уже через секунду Лили собиралась спросить к кому из клиентов можно обратиться, но к ней подсели.

— Я кое-что знаю о говорящих монстрах. Немногое, но всё же.

Подсевшей была девушка-чинтропка со шкурой цвета ржи, одетая в лёгкую боевую экипировку и сапоги до колен.

Она должно быть подслушала, потому что её собачьи уши были навострены, а на лице виднелась улыбка.

Лили нахмурилась:

— Грязевая Гончая Мадл.

— Ого? Ты меня знаешь? Удивительно, обычно люди забывают обо мне, вокруг ведь столько именитых авантюристов… Кстати, прозвище мне не нравится. О чём думали боги, когда так меня называли? Жестковато, тебе не кажется?..

Девушка удивилась, когда Лили назвала её по титулу, и начала болтать, будто они были старыми подругами, решившими вместе выпить. Скрестив под стойкой ноги, она сделала свой заказ:

— Бармен, Медового Пива! — а потом прошептала свою принадлежность: — Паства Гермеса.

— Что можешь рассказать?

— Нууу, видишь ли, фортуна не была ко мне добра в последнее время… Не знаю, смогу ли я расплатиться за пиво.

С улыбкой на губах девушка-чинтроп сложила большим и указательным пальцем круг.

Прекрасное эльфийское лицо Лили скривилось. Прищёлкнув языком, она вытащила небольшой мешочек монет из робы и с силой стукнула одной из них по стойке между ними.

Чинтро радостно замахала хвостом и начала с энтузиазмом болтать:

— Видишь ли, рассказать могу немногое. Ходят слухи, что такие монстры начали появляться в Подземелье. Пара авантюристов слышала говор, когда никого рядом не было, а ещё ходит слух о прекрасном пении, раздающемся где-то в глубине Подземелья… Кстати, ещё одна вещь. За слухами о говорящих монстрах охотится одна группировка.

— …

— Все посмеиваются над существованием говорящих монстров, но не эти ребята. Они предельно серьёзны. Во всех барах Орарио развешали объявления, не только здесь, и они готовы платить. Много платить.

Девушка на секунду бросила взгляд на доску объявлений, краешек которой был виден со стойки.

— И что это за группировка?

— Кстати, тут я бессильна… Мне и самой хочется знать.

Девушка-чинтроп неожиданно стала вести себя агрессивнее, когда указала на то, что таинственная группа людей хочет узнать о говорящих монстрах и много платит.

С лёгкой улыбкой на губах она пристально осмотрела лицо Лили под капюшоном.

— Ты новенькая, да?.. Не подскажешь свою Паству? Как-то ты грязновата, для эльфийки.

Лили молча проклинала себя, лицо девушки-чинтропа оказалось в неприятной близости от неё, её собеседница принюхивалась. У её собеседницы был тот же самый «запах», что и у девушки, с которой она однажды вела дела.

Лили не сомневалась, что девушка-чинтроп была настоящей воровкой. Не ребёнком, попавшим в трудное положение, как она сама, а самой настоящей воровкой.

Работа Мадл по доставке для своей Паствы отлично сочеталась с её связями с этой тёмной частью общества и давала ей доступ к очень важной информации.

Скорее всего, сейчас она также ищет слухи о говорящих монстрах. То, что Лили также её ищет, привлекло внимание девушки-чинтропа, и это сделало Лили первой подозреваемой.

Лили, в отличие от Белла и Микото, не доверяет Пастве Гермеса. Возможно, те двое просто прожили в Орарио достаточно долго, чтобы это знать, но соблюдаемый Гермесом нейтралитет делал его очень скользкой личностью.

Паства Гермеса с лёгкостью может стать как другом, так и врагом, если это выгодно. Этому Лили научили пятнадцать лет проведённые в Орарио.

Пока о говорящих монстрах ничего нет… хотя знания о том, что кто-то также ищет говорящих монстров пока достаточно.

Лили поняла, что пора уходить. Не сказав больше ни слова, она поднялась со стула.

— Что? Уже уходишь? А мне так хочется с тобой поболтать.

Игнорируя бодрый голос за спиной Лили покинула бар.

Однако…

…Она меня преследует.

Девушка заметила, что кто-то следует за ней в каждый переулок, в который она заворачивала от самого бара.

Преследователь был всего один и Лили была на девяносто девять процентов уверена, что это та самая воровка. В худшем случае, у неё нет и шанса в противостоянии авантюристу второго уровня.

Золушка и предметы были единственным, что она могла использовать. Шагая необычно широкими шагами по тёмному переулку, она запустила руку в карман своей робы и достала из него мешочек, вонючую бомбу Мальборо.

Когда она была воровкой, подобной тактикой пользовалась много раз.

Лили знала, что у её преследовательницы уйдёт немало времени, чтобы разобраться с запахом, и нынешняя погоня ни в какое сравнение не пойдёт с погоней за ней той боевой эльфийки из сумасшедшего бара, Лили скрылась в тёмной аллее.

Яркое солнце висело прямо над головой.

В небе не было ни облачка. Летнее солнце зависло над Орарио, отчего снаружи стало очень жарко. Мне пришлось даже закатать рукава.

Яркий солнечный свет и голубое небо, девушка-воивр не могла отвести от этого зрелища взгляд.

Когда боженька и остальные ушли, в поместье остались только мы с Харухиме.

Виена оказалась на поверхности ночью, и солнце видела впервые. Она сказала об этом, проснувшись утром и заметив, что всё вокруг залито светом.

Ей захотелось выйти.

Мы вывели её во двор между крыльев нашего дома, Поместья Домашнего Очага. Может из-за того, что в Подземелье не было солнца, Виена была поражена:

— Что… это?

Харухиме обратилась к восторженной девушке и подошла к ней со спины.

— Мы называем это… солнце.

— Солнце…

Виена посмотрела залитое светом небо, а потом улыбнулась Харухиме.

Поскольку в Подземелье не поступает солнечный свет, там довольно холодно. Разумеется, есть несколько исключений, вроде мест обитания огненных монстров и этажей с активными вулканами.

Почему-то я уверен, что монстры не знают как, ощущается на коже солнечный свет.

— …Оно тёплое.

Глаза Виены блестели, когда она смотрела на небо. Она рассмеялась.

Выражение на её лице было совершенно невинным, кажется, её янтарные глаза прослезились.

Я потерялся в мыслях, смотря на её профиль со спины, она повернулась ко мне, её блестящие синие волосы колыхнулись на ветру.

— На поверхности красиво.

Больше я не мог думать о ней, как о монстре.

Её наивная, невинная улыбка сияла не хуже солнца.

Нашей работой было держаться, пока остальных нет дома, но, строго говоря, это означало, что мы с Харухиме должны присматривать за Виеной. Что бы мы не делали, покидать поместье мы не должны. Она ничего не знала об окружающем мире, поэтому нам было нужно развлекать её в пределах поместья.

— Белл… так жарко. Можно это снять?

— Н-нет, ты не должна, Виена!!!

— Д-да, потерпите пожалуйста.

— Гух… — выдохнула Виена, начав тянуть за воротник робы из саламандровой ткани, будто готовая отдать что угодно, чтобы его снять. Мы с Харухиме слегка запаниковали, но смогли убедить её этого не делать. Хорошо, что нам удалось, потому что под робой Виена была совершенно голой.

Я попросил Харухиме помочь Виене помыться после того, как боженька и остальные ушли. Это было непросто, потому что Виена не доверяла Харухиме, но позволила смыть с себя грязь и запёкшуюся кровь.

Потом Харухиме попыталась убедить её надеть одежду, но… ничем хорошим это не кончилось.

Одеваться она отказывается наотрез. Может ей страшно?

Как бы там ни было, Виена отказывалась что-либо одевать, и нам пришлось убеждать её накинуть на себя ту же саламандровую робу, которая была на ней вчера.

Пусть она и монстр, выглядит она как девушка… Надеюсь она сможет поладить с Харухиме и остальными…

Роба иногда обнажала её ноги и верхнюю часть тела, поэтому мне приходилось смотреть с осторожностью… К тому же, чувства стыда у неё не было никакого.

Харухиме, одетая в свою униформу горничной, которую она всегда носила в поместье, и я, пытались поспевать за Виеной, но она носилась как угорелая.

— Белл, что это?

— Лампа с магическим камнем. Она производит свет, как в Подземелье…

— А это что?

Виена никак не хотела возвращаться внутрь. Похоже её ноги за ночь восстановились, и она радостно бегала под солнцем.

Поскольку мы во внутреннем дворе поместья и окружены четырьмя стенами, не думаю, что её кто-то увидит. У кого-то вроде Виены нет места, которое она могла бы назвать домом, ни на поверхности, ни в Подземелье она не будет в безопасности.

С интересом прогуливаясь по двору Виена всё больше открывала для себя. Её щёки были розовыми, она постоянно хватала меня за руку.

— Виена-сан, не хотите принять участие в трапезе? Вы с самого утра ничего не ели.

— …Трапеза?

— Да, так по-другому называется еда… Виена, ты ничего не ела со вчерашнего дня, правильно? Я тоже голоден, может поедим?

— …Ладно.

Виена выглядела задумчивой, не до конца понимая, что ей предлагает Харухиме. Я мягко улыбнулся, и она кивнула.

Харухиме зашла домой за корзиной, и мы устроились на траве.

— …Вкусно…

— Ты правда так думаешь?!

— Да…

— Это рисовые шарики, их приготовила Микото-сан! Хочешь попробовать этот фрукт?!

Харухиме пришла в восторг, её лисьи ушки поднялись, а хвост начал раскачиваться из стороны в сторону, будто бы хвалили её собственную готовку. Виена с большим удовольствием накинулась на еду.

Девушка-воивр покосилась на радостное лицо Харухиме.

Я слышал, что багбиры поднимаются, чтобы поесть медовые облачка на восемнадцатом этаже, да и многие другие монстры попадаются на ловушки, сделанные из этого фрукта, наверное, можно сказать, что монстры могут есть нашу еду. А если нет, нам пришлось бы спускаться в кладовую, похоже Харухиме стало легче от того, что это не нужно.

Она потянулась, чтобы погладить Виену по голове, пока та была занята пережёвыванием фрукта. Виена уклонилась от протянутой руки и отползла подальше.

Плечи Харухиме упали, Виена подобралась поближе ко мне.

— Ха-ха…

Похоже Виена её опасается.

Впрочем, раз она доверила Харухиме её обтереть, думаю какое-то доверие между ними зародилось.

Следующим, что привлекло внимание Виены стал пушистый лисий хвост Харухиме. Она не сводил глаз с хвоста, начав подражать его движениям всем телом. Харухиме это заметила, и замахала хвостом из стороны в сторону, превратив это в игру.

Можно подумать, что они ведут себя как сёстры…

Вчера Харухиме была напугана до дрожи, а сейчас пытается подружиться с Виеной. Та искренность, с которой она пытается принять эту девушку, монстра, очень-очень сильно меня радуют.

Если подумать, возможно из-за того, что Харухиме перенесла столько трудностей, она способна на подобную доброту.

— Белл, у тебя есть зерья?

— Хотела сказать зелья? Есть пара в сумке в комнате, могу за ними сходить…

— Знаешь… они хорошо пахнут? Пахнут как… те фрукты?

Виена стала разговорчивой.

Может это из-за тёплых солнечных лучей, а может, потому что вчера она была в ужасе, но сегодня она использует гораздо больше слова чем вчера. Улыбаясь и хихикая, она начала разговаривать свободнее и складно, по крайней мере, мне так кажется.

Нет, не просто кажется.

Просто удивительно как быстро Виена усваивает слова и эмоции, учится общаться. Я в этом уверен после наших разговоров.

Но мне не кажется, что она этому именно учится… Как бы мне это назвать?

Она выглядит как девушка… но она монстр.

Натянуто улыбаясь, я задал ей несколько вопросов, но они почти ничего не прояснили.

Она довольно хорошо складывает предложения и внешностью очень напоминает нас. Между ней и другими разумными расами нет больших различий. Впрочем, бледно-синяя кожа говорит о том, что она монстр.

Красный самоцвет в её лбу блестит в солнечном свете.

— Белл, Белл.

Она рассмеялась и игриво потянула меня за руку…

…Пытаясь перехватиться она скользнула рукой по моей коже и острые когти на кончиках пальцев вонзились мне в руку.

— !

На мне не было ни плотной одежды, ни брони, закатанные рукава никак не защитили меня от появления трёх длинных царапин на моей руке.

Кончики её когтей мгновенно окрасились в красный цвет, а царапины начали кровоточить. Стебли травы подо мной окрасились в красный.

— А?

— Б-Белл-сама?!

Я застыл, а Виена уставилась на свою окровавленную руку с ужасом в глазах. Харухиме вскрикнула, увидев мою раненную руку.

— Я принесу набор первой помощи! — воскликнула она, вскакивая на ноги, заметив, что кровь не остановится сама собой.

— Н-нет… Белл, тебе больно?

Виена потянулась ко мне, её янтарные глаза задрожали, а после этого она на мгновенье замерла. Она отдёрнула руку, когда увидела, что на ладони и когтях есть кровь. Виена перевела взгляд с моей окровавленной руки на свои когти. Её лицо скривилось:

— Я… нет… мне так жаль, Белл!..

Слёзы рекой покатились по её щекам. Я слышал удивление и грусть в её срывающемся голосе. Она прижала свои дрожащие руки к груди.

Она хотела меня коснуться, но не смела. Она не хотела снова меня случайно ранить.

— Прости, прости!..

Всё больше извинений.

Она испугалась собственных рук, которые с такой лёгкостью могли ранить человека. Она испугалась самой себя.

Даже смотреть на это было больно.

— !..

Когда я увидел, сколько слёз течёт из её глаз, руки начали двигаться сами собой.

Удивление появилось на её лице, когда я протянул к ней раненную правую руку и положил её на когти, покрытые моей кровью.

Когти впились в мою ладонь, сделав новые порезы, но я не обратил на это внимания.

— Всё в порядке.

Я улыбнулся ей так же, как в нашу встречу.

Не обращая внимания на боль, я сжал руку сильнее.

Переполненная эмоциями Виена выкрикнула моё имя и прижалась к моей груди, обхватив меня руками. Когда она зарылась лицом в мою шею, я ощутил горячие слёзы на своей коже.

Она… совсем как ребёнок.

Она боится ранить кого-то, или что кто-то ранит её. Ищет теплоту и доброту, как потерявшийся ребёнок.

Единственным, что я слышал были её тихие всхлипы под моим ухом.

Я обхватил её тонкое тело чистой левой рукой и легонько пробежал пальцами по блестящим синим волосам. Её плечи вздрогнули, и она прикрыла глаза.

Она начала тереться носом о мою шею как кошка, которая требует внимания. Охваченный неожиданной теплотой я начал нежно гладить её по затылку.

— ?..

Я гладил её, пока она не успокоилась, и неожиданно ощутил, что за нами наблюдают.

По определённым причинам я очень остро это чувствую, поэтому я тут же определил кто именно за мной следит, это оказалась странная птица, сидящая на крыше.

Сова?..

В моей голове одновременно раздалось несколько вопросов, когда я увидел большие глаза и белые перья.

Разве совы не ночные животные? И вообще, что сова делает в городе?

Сова, оказавшаяся очень далеко от любого подходящего леса, не сводила с меня глаз. Я уверен, что заметил в них огонёк.

Неожиданно птица расправила крылья и улетела, прежде чем я успел рассмотреть что-то ещё.

— …

Сова исчезла в вышине, оставив меся в замешательстве, с раскрытым ртом.

Это была всего лишь птица, но я не могу избавиться от чувства, что за мной следили.

Размышляя, я незаметно для себя обхватил Виену сильнее, и ощутил на себе ещё один взгляд, совсем рядом. Вздрогнув от удивления, я обернулся и…

— …Ой.

Харухиме стояла рядом, держа в руках аптечку.

Почему-то мне показалось, что я увидел зависть, когда она смотрела, как Виена удобно устроилась в моих объятьях.

— …

— …

— Белл, Белл!

Радостный голос Виены раздался прямо у моих ушей, а меня прошиб пот, когда я заметил хвост Харухиме сердито размахивающий из стороны в сторону.

Солнце опустилось за городскую стену, оповещая о наступлении ночи.

Боженька, Вельф и все остальные вернулись к тому времени, когда небо совсем потемнело.

— Я дома.

— С возвращением, Всевышняя. И, эм, остальные. Ну и… как прошло?

— Ужасно. Ничего не разузнал.

— С Лили произошло очень многое, но разузнать что-то о говорящих монстров напрямую оказалось невозможно…

— Миах-ками и Такемиказучи-ками… тоже ничего не знают.

Всевышняя Гестия, едва переставляя ноги, вошла в двери, после тяжёлого дня на своей подработке. Вельф следовал за ней, почёсывая затылок. Почему-то, казалось, что Лили устала ещё сильнее чем боженька. Микото вообще избегала моих вопросов… Никто, вошедший в двери, не был доволен результатами дня.

Я знаю, что мы только начали собирать слухи и, если бы что-то нашлось сразу, это было бы огромной удачей, но, судя по лицам собравшихся, времени это займёт очень много.

Такие мысли меня посетили, когда мы трое, оставшиеся дома, приветствовали пришедших.

— Как прошёл ваш день? — спросил Вельф.

Все взглянули на девушку, прятавшуюся за моей спиной, Виену.

Она держалась за мою рубашку с осторожностью, пытаясь не выставлять свои когти. Харухиме подошла к дрожащей девушке-воивру с улыбкой на лице и, тихонько её подтолкнув, прошептала:

— Почему бы тебе тоже не попробовать?

Виена кивнула, её длинные волосы колыхнулись. Она выглянула из-за моей спины так, что открылась половина её лица.

— …С-с возвращением.

Тихий голос Виены был отчётливо слышен в зале.

Боженька, Вельф, Лили и Микото с удивлением увидели, как Виена выскакивает из-за меня и ныряет за Харухиме.

Переглянувшись, мы с Харухиме улыбнулись.

— Она явно… к тебе привыкла.

Пока Лили и Микото молча таращились, Вельф нарушил молчание, хотя он и не знал, какие ощущения у него это должно было вызвать.

Он был прав. Виена наконец раскрылась Харухиме. Синее тельце прижалось к спине ренарта, лбом между лопаток. Харухиме нежно погладила Виену по голове своим золотым лисьим хвостом.

Должно быть, это было щекотно, потому что Виена вздрогнула в ответ и захихикала. Харухиме заглянула через плечо и улыбнулась ей.

Лили не могла отойти от шока, получив приветствие от монстра. Она стояла с раскрытым ртом. Боженька, стоявшая рядом с ней скрестила руки на груди и проворчала:

— Что же, что же, Харухиме. Сдаётся мне, ты станешь отличной мамочкой. Определённенько.

Может ей до сих пор обидно за то, что её руку вчера отвергли?

— Какая вкуснятина!.. Микото восхитительная!

— С-спасибо…

Когда остальные переоделись, мы собрались в столовой.

Первое, что сказала Виена, попробовав ужин, вызвало у Микото смятение.

Целая куча еды, включая рыбу и мясо, оказалась на столе перед нами. Сегодняшнее меню было не слишком сложным, всё было приготовлено на скорую руку и приправлено только солью. Кусок ветчины был порезан на мелкие кусочки для удобства. Ещё у нас была тарелка с огромной жаренной рыбой и котелок овощного супа. Сегодня единственным, что говорило о происхождении Микото, были традиционные для её родины подслащённые жаренные яйца. Виене очень понравилось.

— Харухиме так сказала. Микото восхитительная. Хорошо готовит еду.

— Н-нет, мне ещё столько нужно изучить. Я же вегетарианка и!..

Микото покраснела, когда Виена выдала целую серию похвал, ну, точнее она сильно смутилась. Не знавшая как реагировать Микото начала крутить свой чёрный хвостик, её лицо становилось краснее с каждой секундой.

Я понимаю, что мы не животное в зоопарке кормим, но… Виена ведёт себя громче обычного. Может вкусная еда приводит её в такой восторг? Она открыла рот, с явным удовольствием дожидаясь, когда Харухиме покормит её с ложечки горящим жаренным яйцом.

Даже драгоценный камень в её лбу блестел не так ярко, как янтарные глаза.

— Хух… А я столько времени потратила, придумывая как к ней подступиться. Как странно… — невинная улыбка девушки-воивра, похоже, обезоружила Микото, опустившую голову.

— Сударыня Микото, перед вами монстр. Не нужно так напрягаться.

— А чего ты такая колючая, Помощница? В такие времена важно уметь налаживать отношения… и поэтому я собираюсь покормить Виену немедленно.

— Не нужно соревноваться с Сударыней Харухиме! Разве божествам можно быть такими беззаботными?! — Лили начала забрасывать боженьку предупреждениями, но та скользнула к Виене, будто ей было нечего бояться. — Попомните слова Лили, для нашей Паствы настало опасное время! — громко прокричала Лили, но это не помогло.

Харухиме улыбнулась Микото и подозвала её к остальным. Боженька пыталась наладить связь с нашей гостьей, а Лили решительно пыталась её остановить. Виена стала центром событий.

— Думаешь стоит к ней привязываться? За Малютку Лили я не переживаю, но… хорошая ли это идея?

— Эм, ты тоже… чувствуешь себя не в своей тарелке рядом с ней, Вельф?

— Честно говоря, я бы предпочёл быть от неё подальше.

Боженька попросила меня уступить ей место рядом с Виеной, поэтому я оставил девушек и устроился рядом с Вельфом, пока тот ел.

Я спросил его мнения, но он лишь натянуто улыбнулся и пожал плечами.

— Наверное приятно сбежать от неё ненадолго. Она же от тебя два дня не отцеплялась, да? Только не говори мне, что тебе стало одиноко, потому что она новых друзей нашла.

— В-Вельф!

Знаю, он просто меня дразнит, но всё равно попадаюсь. И вообще, я точно покраснел, так что мне не за что его винить.

Я понял, что как бы Виена поначалу не была напугана, она становится очень дружелюбной, когда понимает, что ты не хочешь причинить ей вред.

Развернувшаяся с другой стороны стола сцена была тому доказательством. Благодаря Харухиме, уверившей Виену, что всё в порядке, она начала без страха разговаривать с остальными.

Не знаю сколько она была одна, но думаю, что она пытается оставить свои страхи позади подружившись с нами, с людьми.

Шумный ужин с разделёнными столом девушками и парнями продолжался. Виена радостно и оживлённо ела, в окружении других людей.

Когда ужин подошёл к концу мы перебрались в гостиную.

Виена неожиданно проявила к Лили интерес, почему-то она обхватила её руками:

— Лили, Лили.

— П-Пустите Лили! Зачем вам так хватать её руками?!

Бывшая меньше, чем девушка-воивр, девушка-полурослик утонула в этих объятьях.

— Ого, ты ей понравилась, Помощница.

— И кто в этом виноват?!

Лили выражала свою позицию по отношению к Виене очень чётко, но, должно быть, слегка расслабилась в воцарившейся радостной атмосфере. На лбу Лили вздулась вена, её лицо покраснело от раздражения, когда она смотрела на боженьку из-за рук Виены. Определённо наслаждаясь моментом, Всевышняя погладила блестящие волосы Виены.

— И от неё разит! Лили и раньше замечала, но ваша «монстроподружка» определённо воняет!

Снова закричала Лили вырвавшись из объятий Виены.

Девушка-воивр жалобно наблюдала как Лили уходит, а Микото и Харухиме переглянулись.

— Это правда…

— Я обтёрла её утром мокрым полотенцем, но…

Виена не мылась с тех пор, как вышла вчера из Подземелья и всё это время носила одну и ту же саламандровую робу. Ткань пропиталась её потом за эти два дня, наверное, поэтому она пахнет хуже, чем должна… Впрочем, не мне об этом говорить. Из-за того что она всё это время была со мной, я тоже не мог принять душ.

Неожиданно озаботившись своим собственным запахом, боженька, с горящими глазами, предложила идею, пришедшую ей в голову.

— Решено! — сказала она. — Почему бы нам всем вместе не принять ванную?

Запах кипариса разносился по воздуху, белый пар поднимался к потолку.

— Ого… Это… Ванна?

— Да, это она. Лежать и мокнуть в горячей воде очень приятно.

Харухиме улыбнулась обнажённой Виене, придерживая тонкое полотенце, прикрывающее её огромную грудь одной рукой.

Ванна с паром располагалась на третьем этаже поместья. Девушки Паствы Гестии оставили одежду в раздевалке, позволив горячему пару окутать здоровую, гладкую кожу.

— Уже давно мы вместе ванну не принимали, — отметила Микото. Гладкости и нежности кожи на её руках и ногах могла бы позавидовать любая девушка.

— Ваши походы в Подземелье и моя подработка почти никогда не сходятся по времени, — ответила Гестия, её огромная грудь подскакивала с каждым движением.

И девушка, и богиня расправили длинные чёрные волосы.

— Использовать ванну для одного или двоих слишком затратно… Чем больше людей принимает ванну, тем больше мы экономим. Лили думает, что нам стоит собираться так чаще.

Кипарисовые полы потрескивали под ногами девушек, входивших в ванную комнату, когда Лили отметила финансовые выгоды подобных собраний.

Ванна в восточном стиле была установлена по просьбе Микото. Роскошное убранство и простор поразили даже Харухиме, ведущей происхождение из благородного рода и прожившей годы в Пастве Иштар. Сама ванна была достаточно большой чтобы вместить в себя десять людей разом. Невозможно было отвести взгляд от поднимающегося с поверхности воды пара. Нескончаемый поток горячей воды с тихим плеском заливался в ванну. Деревянные полы и потолок обрамляли вид ночного Орарио за окном. Если бы не доносящийся снаружи шум города можно было бы назвать обстановку идеально спокойной.

Виена уставилась на собственное отражение, танцующее в поверхности воды.

— Виена-сан? Давайте ополоснёмся перед тем, как входить в ванну.

Харухиме, всегда бывшая образцом чистоты и грации, даже будучи проституткой, зачерпнула воды из ванной и облила им себя, после чего повела Виену к большому тазу.

Гестия и остальные девушки последовали их примеру и начали отмывать свои тела.

Виена оглядела комнату, будто чего-то в ней не хватало:

— Белл не с нами. Почему?

— Сударь Белл парень! Это же очевидно!

— У парней и девушек есть различия, Виена. У монстров и божеств тоже.

Лили ответила сердито, а Гестия объяснила подробнее, растирая руки. Девушка-воивр пригласила Белла присоединиться, когда девушки решили идти в ванну. «Не надо, пожалуйста…» — отказался парень, отчаянно краснея и пытаясь кривым языком дать объяснение.

— Виена-сан, сидите смирно.

— Ч-чешуйки…

Приказав Виене сидеть на банном стуле Харухиме склонилась за спиной девушки, начав тщательно мыть ей волосы, пока Микото омывала ей тело.

Синие волосы девушки выделялись даже в наполненной паром ванной комнате. И Харухиме, и Микото были поражены гладкостью блестящей кожи монстра. Впрочем, чешуйки на плечах и нижней части тела напоминали, что это не человек, а монстр из рода драконов. Эти чешуйки стали серьёзным испытанием для Микото, потому что их острые твёрдые кончики раздирали мочалку. Решительно настроившись закончить, Микото, держа руку Виены, осторожно избегая чешуек, покрыла тело девушки мыльной пеной.

— Щекотно! — захихикала Виена. Она начала извиваться, пока руки Микото и Харухиме пробегали по её коже и волосам.

— У вас прекрасные волосы, Виена-сан.

— Правда?

— Да. Они струятся как чистый горный ручей.

Лицо Виены засияло, когда она услышала от стоящей за её спиной Харухиме.

Девушка-ренарт, длинные золотые волосы, хвост и уши которой промокли насквозь, протирала волосы девушки-воивра осторожно, будто держала в руках шёлк.

— А теперь всё смоем, — сказала Харухиме, окатывая девушку ведром воды сверху.

Вся грязь, которая покрывала кожу девушки-монстра ушла вместе с мыльной пеной. Чистая Виена потрясла головой, после чего наклонилась к Харухиме.

Раздался лёгкий хлопок, когда Виена уткнулась лицом в выпуклую грудь Харухиме.

— Виена-сан?

— Хе-хе!

Девушка-воивр улыбнулась Харухиме, оторвав лицо от её груди. Харухиме улыбнулась, глядя на Виену, как старшая сестра.

Микото не могла не разделить эту улыбку, наблюдая за девушками со стороны.

— Кажется она вам симпатизирует, сударыня Харухиме… Может у вас есть талант к приручению?

— Просто Харухиме станет хорошей матерью… В отличии от тебя, Помощница.

— Зачем Лили в это соревнование втягивать?!

Девушка-полурослик и богиня наблюдали за происходившим чуть поодаль. Когда разгоревшийся между ними спор поутих, они присоединились к остальным девушкам в ванной.

Волны пошли по поверхности воды, когда девушки забирались по плечи в горячую воду. Довольный выдох Микото вскоре разделили все остальные.

Когда Виену окутали тёплые объятья воды, с её губ соскользнули слова:

— Это приятно…

Гестия, наслаждавшаяся пребыванием в ванной и смотревшая в потолок, дала объяснение секундой позже:

— Даааа, это, потому что твои мышцы, работавшие весь день, наконец расслабились.

Девушки собрали длинные волосы в тугие узлы над головой, и сейчас все были расслаблены.

К тому времени, как кожа девушек стала розовой…

— …

Микото, наклонив голову, заметила, что Лили тихонько что-то бормочет себе под нос.

— Лили-сан, вас что-то беспокоит?

— В этой Пастве стало слишком много фигуристых девушек…, — ореховые глаза Лили уставились на Микото, точнее, на её тело.

Такой же взгляд скользил по фигурам остальных девушек Паствы, пусть и скрытых под поверхностью воды, и остановился на огромном бюсте богини. Лили сползла чуть ниже и начала пускать ртом пузыри.

Состязаться с божеством, которое называют не иначе, как «Грудастой Лоли», смысла не было, но Лили вдруг отметила, что размером груди уступает также Харухиме и Микото. Что там говорить о девушке-полурослике, средний размер и форма груди представительниц Паствы Гестии был почти угрожающим, особенно поражала Микото, в обычной жизни утягивающая свою грудь повязками. Разглядывание того, что под этими повязками находится, стало для Лили слишком горькой пилюлей.

Погружённая в свои мысли девушка перевела внимание на Виену, с облегчением подумав, что она не самая последняя. Однако, это облегчение вдруг превратилось недовольство собой за подобные мысли. Плюх! Голова Лили исчезла под поверхностью воды.

— …Быть с Беллом приятнее.

Мгновение спустя Виена подскочила на ноги, её бледно-синяя кожа приобрела розоватый оттенок от горячей воды. Действия воивра застали Лили и остальных девушек врасплох, они не успели отреагировать. Со скоростью и ловкостью своего драконьего рода Виена выскочила из ванной.

— …Нет, не ходите!

— Постойте, Виена-сан!!!

— Е-её нужно остановить!!!

— К-кто-нибудь?!

В ванной комнате поднялась шумиха, Лили, Харухиме и Гестия бросились в погоню за обнажённой монстродевушкой. Микото, крикнувшая им вслед, на секунду опоздала.

Лили возглавляла погоню по большей части голых девушек, придерживавших руками полотенца, пустившихся в бесполезную погоню за Виеной.

— ГАХ! — испуганный крик парня разнёсся по поместью несколькими секундами позже.

…Когда шумиха улеглась, все закончили с водными процедурами и переодевшись в пижамы собрались в гостиной.

Мы следили за Вельфом и Виеной, сидевшими на полу.

— А теперь давай правую руку.

Девушка-воивр опасливо протянула руку и Вельф начал обрабатывать её когти. Он принёс инструменты из мастерской, среди которых был точильный камень. В этот раз от него требовалось не заточить лезвия, а его затупить. Вельф показывал свои навыки кузнеца во всей красе.

Драконьи Когти очень ценная добыча и опасное оружие, способное нанести угрожающие жизни раны даже авантюристам высокого ранга. Действуя с предельной осторожностью Вельф тупил острые когти.

Благодаря ему, мы можем больше не бояться её когтей.

— Вот, так должно быть лучше.

Вельф выпустил из руки бледно-синюю кисть девушки.

Глаза Виены округлились, когда она увидела на руке круглые ногти. Её губы расплылись в улыбке.

— Спасибо Вельф!

— …Было не трудно.

Прошло несколько секунд, прежде чем Вельф улыбнулся в ответ на благодарность.

Виена подскочила на ноги и бросилась ко мне.

В её глазах читался страх и надежда, когда она ко мне потянулась. Сперва она коснулась левой руки, потом правой и, наконец, груди. Её новые «ногти» оказались гладкими, они не распороли мне даже рубашку, что уж говорить о пронзании кожи.

Слёзы радости наполнили её янтарные глаза, когда она увидела, что её руки не покрылись кровью.

— Белл… не больно?

— Нет, совсем не больно.

Она уставилась на меня со слезами в глазах, но улыбаясь от уха до уха.

Виена протянула ко мне обе руки. Её ладони легли на мои щёки, она начала тереть меня, будто играя с собакой.

— Э-хе-хе! — начала хихикать она, улыбаясь ярче чем солнце. Её пальцы щекотали мои щёки и шею, а я улыбался в ответ и терпел.

Глаза Лили метали молнии:

— Нельзя позволять другим так вас трогать, особенно лицо! И вообще, почему вы улыбаетесь, сударь Белл?!

— Н-ну дело не совсем в том, что мне приятно…

Я пытался порадовать Виену, подыгрывая ей, почему всё внезапно закончилось выговором?

— …Лили… Ненавидит Белла?

— А?..

Это неожиданно. Очевидно, сердитый тон Лили и злой взгляд заставили Виену задать вопрос.

Лили замешкалась, поэтому Виена спросила снова:

— Ненавидит?

— Л-Лили… Лили, эм!..

Её ореховые глаза наполнились волнением, язык начал заплетаться. Щёки Лили покраснели, она перевела взгляд с Виены на меня. Её рот двигался, но ни единого звука не было слышно. Плечи Виены упали, она погрузилась в задумчивость, неожиданно к нам присоединилась Харухиме:

— Я Люблю Белла-сама!

Её лицо выскочило перед моим взглядом, когда она произнесла эту фразу.

Вид порозовевших щёк Харухиме застал врасплох Лили и Виену, а моё сердце заставил замереть.

Вельф, собиравший инструменты, поднялся и повернулся к нам.

— Мне этот парень тоже очень симпатичен.

— И, конечно, я тоже его люблю!!!

— Хи-хи… И я.

Раздались звонкие голоса боженьки и Микото.

Лили оглядела комнату, увидев, как все собрались вокруг нас. Кажется, она решила, что идти против остальных бесмысленно, поэтому задрав голову в потолок крикнула.

— …Ладно! Лили тоже!!! Лили любит сударя Белла!

Люстра с лампами из магических камней качнулась, её свет колыхнулся.

Услышав от всех признание в том, что меня любят, я ощутил, как горят мои щёки. Я не мог не улыбнуться боженьке и друзьям в ответ.

— Я тоже люблю вас, ребята.

Я вложил теплоту нашей Паствы в каждое слово.

Неожиданно, Виена обеими руками меня обхватила.

— Все любят Белла… Все любят друг друга.

Она закрыла глаза, радостная улыбка снова появилась на её лице.

— Тепло…

В этот момент, когда мы были вместе, казалось будто мы единое целое. Не было никакого напряжения, Виена прижалась к моей груди.

Обхватив руками мои плечи, она прижалась ухом к моему сердцу, будто пытаясь услышать его биение.

Один единственный взгляд на эту неприкрытую радость вызвал у каждого из нас улыбку, наши сердца растаяли.

Я положил руки на синие волосы девушки и повернул голову.

Картина отражалась в оконном стекле.

Люди, полулюди, богиня и монстр.

У нас есть различия, будь то цвет кожи или раса. Но сейчас мы вместе, собрались ради одной девушки.

Картина любящей семьи.

После того как Паства Гестии провела время девушкой-монстром, настало время готовиться ко сну, и все расходились по своим комнатам.

Лампы с магическими камнями на всех этажах поместья погасли.

— Скажите, Харухиме-доно. Что вы думаете о Виене-сан?..

— Мои мысли очень походят на мысли Белла-сама. Я не хочу её бросать. Возможно, впрочем, это из-за эмпатии, которую я испытываю…

Харухиме и Микото легли на соседние футоны в тёмной комнате.

Взгляды зелёных и фиолетовых глаз встретились.

— Я считала себя куртизанкой… Разделённая с вами, Микото-сан, и остальными, наверное, я вижу в ней прошлую себя. Может мой эгоизм меня ослепляет…

— Это не так, Харухиме-доно. Вы всё тот же прекрасный человек, как и раньше.

Харухиме жертвовала еду в горное святилище, в котором Микото с друзьями жили несколько лет назад, ещё до того, как узнала их имена. Воспоминания о тех днях вызвали на лице Микото улыбку.

Харухиме улыбнулась в ответ.

— А что вы думаете о ней, Микото-сан?

— Мне больно это признавать… но я ещё не пришла к заключению, — сказала Микото. — Если честно… я чувствую, что Виена-сан улыбается, также как мы. Если возможно, я хотела бы создать с ней связь… Как и со всеми в нашей Пастве.

— …Спасибо, Микото.

Микото и Харухиме медленно закрыли глаза, лучи лунного света пробивались сквозь закрытые шторы.

Они часто дремали рядом в святилище, поэтому прекрасно знали сонное дыхание друг друга.

— Сударыня Гестия знает… Боги и богини что-то знают о Подземелье.

Тёмная и почти опустевшая гостиная.

Одинокая лампа с магическим камнем отбрасывает слабый свет на стену. Вельф почти закончивший убирать остатки сточенных когтей, когда Лили нарушила молчание.

— Так было когда появился Чёрный Голиаф. Они скрывают правду о Подземелье… или о чём-то внутри… от людей.

— Возможно.

— Несмотря на это, существование монстров их удивляет.

Лили сидела в кресле, размахивая своими коротенькими ногами. Вельф сидел к ней спиной, отвечая односложно или хмыканьем, слушая догадки Лили.

— То, что является загадкой даже для богов… От той проблемы, которая появилась у нас, проблем будет гораздо больше, чем пользы.

— Ты приняла риск, когда Белл привёл её сюда. К чему теперь об этом рассуждать?

— Лили ничего не «приняла». Лили сдалась… Люди вроде сударя Белла не прислушиваются к логике.

Полурослик и помощница как всей Паствы, так и лично Белла, продолжила разговор с кузнецом.

— Если она подвергнет нашу Паству опасности… Когда она подвергнет…

— Ты выгонишь её и оставишь один на один с судьбой?

— …Если так будет нужно.

Вельф поднялся и повернулся к Лили, услышав её ответ.

Лили беспокоится о будущем своих товарищей так сильно, что готова вызвать их ненависть, чтобы защитить.

— Глянь в зеркало. У тех, кто решился, таких выражений на лицах не бывает.

— …

Лили явно была обеспокоена. Это беспокойство смешивалось с грустью в её глазах.

Не поднимая взгляда, она наконец собралась и смогла выдавить из себя слова:

— Если идти на поводу у эмоций, это приведёт к беде… Если к ней привяжутся все, мы об этом пожалеем.

— …

— Это не будет длиться вечно. Сегодняшний вечер не будет повторяться каждый раз всю нашу жизнь…

Потому что та девушка монстр.

Голос Лили превратился в шёпот. В этот раз Вельф не сказал ничего.

— Итак, почему бы нам троим сегодня не спать вместе? По-семейному!

— По-семейному?

— А? Боженька?!

Комната Белла, третий этаж поместья.

Комната по большей части лишена отличительных черт, единственной из которых был гардероб, переделанный под хранилище оружия, брони и других предметов для походов в Подземелье. Гестия стояла в открытых дверях, держа под мышкой подушку.

Виена отказывалась спать где-то, кроме как рядом с Беллом, и Гестия явилась, чтобы исполнить свой божественный долг. Она практически насильно ввалилась в комнату чтобы присматривать за этими двоими.

Никто не знал, что она сюда пришла.

— Во-первых… Виена, ты должна называть меня «мама», а Белла «папа».

— Мама, папа?..

— Боженька, чему ты её учишь?!

Гестия начала обучать Виену, нежно погладив её по голове, Белл завопил от отчаянья.

Девушка-воивр инстинктивно подставила голову под руку богини, меньше себя ростом, и позволила погладить себя по голове.

— Белл, ты просто обязан подчиняться правилам мира смертных, касающимся семейной жизни. Нужно всё правильно показать!

— Какие правила? Я никогда ни о чём подобном не слышал!!!

Удивление Белла нисколько не уменьшило энтузиазма богини. Расплывшись в улыбке, она показала ему два больших пальца.

— Но… но в моей комнате всего одна кровать! Мы не можем спать вместе!

— Что это значит, Белл? Разве ты не спал рядом с Виеной прошлой ночью, так? Почему это ты можешь спать с ней, но не со мной?

— Я-я не это имел вви..! Ты же богиня! Спать рядом с тобой будет!..

— Мы спали на одном диванчике в нашем гнёздышке под церковью, помнишь?

— А? Спали вместе?!

Так она не ходила во сне, когда на мне устраивалась?! Белл начал копаться в памяти, пытаясь найти ответы.

Гестия повернулась к Виене дружелюбно ей улыбнувшись, пока Белл удивлённо обхватил голову обеими руками.

— Ты же не против, Виена?

— …Ладно.

Последний лучик надежды Белла по избавлению от этой ситуации угас. Они втроём оказались на одной кровати.

— Не… Не слишком ли тесно?

— Хе-хе, ты, наверное, хотел сказать «уютно»?

— Очень… тепло.

Лицо Белла было красным. Он знал, что они будут касаться друг друга при малейшем движении. Гестия улыбнулась шире, когда Виена начала устраиваться в кровати.

Девушка-воивр легла между человеком и божеством, все трое устроились на спине. Несмотря на то, что Гестии было бы удобнее устроиться по центру из-за своего роста, Виена устроилась так удобно, что никто не хотел её тревожить.

Лампы с магическими камнями погасили, было слышно лишь тихое поскрипывание ткани. Волнение Белла заставило его лежать смирно, пока Гестия и Виена боролись за место на кровати. Постепенно, под тиканье настенных часов, воздух наполнило тихое, мерное дыхание.

В поместье погас весь свет, оно погрузилось в сон.

— ?..

Сознание Белла уже зависло между сном и явью, когда движение рядом заставило его проснуться.

Он увидел, что на него смотрит Виена, её тело прижалось к нему очень близко.

Она схватилась за правую руку парня, как делала это много раз.

— Не можешь уснуть?

— Нет… всё хорошо…

Шёпот раздался в тёмной комнате. Янтарные глаза девушки закрылись.

Драгоценный камень в её лбу излучал слабое свечение, синие волосы соскользнули вниз, обнажая бледно-синюю кожу шеи над воротником её пижамы. Она улыбнулась парню со своей подушки.

Белл быстро отвёл взгляд. Гестия засопела и перевернулась одновременно. Белл на мгновенье замер, когда увидел, что богиня поворачивается к ним спиной и сам лёг лицом к Виене.

Девушка-воивр подвинулась чуть ближе.

— …Виена, откуда ты пришла?

Белл не мог не попытаться расспросить её снова, когда она прижалась к нему, будто сонный ребёнок.

Девушка из иного мира, наконец, полностью ему доверилась. Вопрос, который терзал Белла всё это время наконец был задан.

— Я не знаю.

— У тебя есть друзья?.. Были монстры, которые на тебя бы не напали, Виена?

— Я не знаю и этого…

Девушка не знала ничего, о чём спрашивал её парень. Потом она рассказала о самом раннем своём воспоминании и об одиночестве в Подземелье.

— Но.

Виена оторвала лицо от груди Белла.

— У меня есть сны.

— Сны?..

— Да. Нападаю на Белла… Людей, как Белл.

Глаза парня округлились от удивления.

— Режу людей которых не знаю, кусаю их, рву на части…

В месте, наполненном камнями и скалами, среди узких коридоров.

Обнажённые клыки и готовые к бою мечи, острые когти, рассекающие всё, что попадается на их пути.

Громкие крики тех, кто уклонился от клыков, приближение рогов к спинам убегающих.

— Всё становится красным… Страшные сны.

Вид её окровавленных рук, когти, пропитанные кровью.

Виена описывала всё так, будто эти сны она видела собственными глазами.

— В этих снах я всегда голодная… Всё холоднее и холоднее.

— А?..

— Много людей, вроде Белла… защищают кого-то от меня.

Как Белл защитил Виену от Лили и остальной своей Паствы в первую встречу, так и люди во снах девушки-монстра делали то же самое.

Был среди них один, похожий на эльфа, который обнял свою раненную партнёршу и использовал своё тело в качестве щита.

Другой, похожий на дворфа, заблокировал своим телом проход, сражаясь с ордой монстров и позволяя сбежать остальной своей группе.

Снова, и снова, и снова… Слушая обрывки снова Виены Белл начал выстраивать картину в своём разуме.

Виена сжалась рядом, будто пытаясь стать меньше, чем она есть на самом деле. Её зрачки дрожали.

— Я видела этих людей и ощущала холод.

— …

— Как будто в моей груди дыра, в которую затягивает всё что есть, пока не остаётся только пустота… А те люди были прекрасны.

Люди, которые поддерживали, защищали и любили друг друга.

То, о чём обычно забывается, вроде авантюристов, которые пренебрегая страхом спасают своих союзников неожиданно очень выделились.

— Это случалось почти каждый раз. Я покрывалась кровью и наступала темнота.

Так заканчивались её сны.

Взмах когтей и тело становится холодным, его конечности больше не двигаются, кровь течёт не переставая.

Оно лежит, уставившись в потолок остекленевшими глазами.

— Я хочу, чтобы мне помогли… но никогда никто не приходит.

Сколько бы она не кричала и не просила о помощи других монстров, никто ей не помог.

Их боевые кличи стоят в ушах, они продолжают нападать на людей.

В воздух поднимается столп пепла и всё темнеет.

— Это очень страшные и одинокие сны.

Видения всегда заканчиваются тем, что никто ей не помогает.

— …

Белл ничего не говорил, он слушал рассказ Виены от начала и до конца.

А правда ли это сны?

И принадлежат ли они Виене?..

Белл задумался об этом, когда девушка-воивр зарылась лицом в его грудь снова.

— Но теперь мне не страшно.

Потому что Белл рядом.

Её сонный голос был спокойным, она обхватила парня руками.

Виена улыбалась.

Ей было приятно чувствовать его теплоту. Белл ничего не сказал и просто принял её объятья.

Парень нежно погладил Виену по волосам.

— …

Гестия, лежавшая спиной к Беллу и Виене медленно открыла глаза.

Обдумав всё, что она только что слышала, она взглянула на ночное небо.

Очень скоро, богиня услышала мирное дыхание, двое рядом с ней уснули.

Повернувшись снова и помешкав несколько секунд, она обхватила руками девушку-воивра со спины.

Небо было тёмно-синим.

Свет бесчисленных огоньков звёзд наполнял ночь. Пепельные тучи скрывали луну, отбрасывая на Орарио тени.

Бары на главных улицах и в переулках были наполнены жизнью. Небольшая группа человеческих силуэтов, минуя самые оживлённые места Района Удовольствий и Торгового Района пробиралась к небольшой аллее неподалёку от Восточных Врат Орарио, у городской стены.

Стена отбрасывала тёмную тень, нужная аллея оканчивалась тупиком.

Несколько авантюристов восседало на деревянных ящиках и бочках. Среди них было и одно божество, отличительной чертой которого было перо на шляпе.

— Всевышний Гермес, Лаурер и остальные вернулись.

Луна показалась из-за облаков, её свет осветил девушку с синими как океан волосами, вошедшую в аллею.

Белый плащ, накинутый на её плечи будто, развеивал тьму, когда слова слетели с её губ, показалось трое полулюдей, шедших следом.

Услышав доклад своей последовательницы, Асфи Аль Андромеды, Гермес обворожительно улыбнулся и поднялся с бочки.

— Отлично поработали, Лаурер и компания! Надеюсь, долгое путешествие вас не утомило. Я вас ждал, — Гермес поблагодарил троицу за усилия, после того как молодая эльфийка и двое зверолюдей сняли капюшоны. — Как прошло?

— Милорд… Мы выследили нелегальные ячейки, разбросанные по городу, и определили какая из торговых организаций дёргала за ниточки.

— У вас получилось? Хорошо.

Гермес, явно довольный этой новостью, кивнул.

Орарио — единственный город, в котором есть Подземелье, и единственный источник магических камней, постоянно следит за чёрным рынком. Гильдия старается контролировать все продажи магических камней и связанных с ними устройств, но это не останавливает людей от незаконного ввоза этих предметов в другие страны и продажи их на подпольных аукционах. Несмотря на то, что Гильдия и связанные с ней Паствы используют свою власть, чтобы предотвратить подобные преступления, Орарио разросся слишком сильно, чтобы такой торговли не существовало вообще.

Потому Паства Гермеса отыскивает чёрные рынки и устраняет организации, которые за ними стоят. Члены этой Паствы путешествуют за пределами города зачастую из-за расследований нужных Гильдии, чтобы отыскать товары, которые были отправлены контрабандой. Это одна из причин по которой Пастве Гермеса разрешён практически беспрепятственный выход из города. Благодаря магическим предметам Персея, Гильдия проявляет немало доверия обычной Пастве среднего ранга, пусть её члены и скрывают свои настоящие уровни.

Гермесу пришло письмо, в котором говорилось, что одна из исследовательских групп должна вернуться этой ночью с задания, и божество встретило эту группу лично.

— Все подробности изложены здесь… И ещё одна вещь.

Лаурер протянула богу свёрнутую бумагу, выражение на её лице приобрело беспокойный оттенок.

— Как вы и предупреждали нас перед отправкой… Продажа монстров подтверждена.

— …А покупатель?

— Одна из улик заставила нас проникнуть в поместье, принадлежащее одному из благородных родов Элурии… Дальнейшее расследование показало, что знать других стран также может быть вовлечена.

Эльфийке стало дурно от воспоминаний, которые всплыли в её памяти. Она прижала руку к горлу, чтобы её не стошнило на месте.

— Монстры были связаны цепями и их держали в подземных камерах. Мы не смогли определить, были ли они приручены. Но их точно пытали… Н-нет, хуже… Я не верила, что люди способны на такое обращение с кем бы то ни было.

Золотые волосы эльфийки задрожали, когда она подбирала слова, а кончики острых ушей начали трястись.

— Когда мы подоспели, они были на грани смерти… Один произнёс последние слов: «Доставьте это моим друзьям»…

Один из зверолюдей за спиной эльфийки протянул завёрнутый в ткань предмет.

Гермес развернул его и перед ним оказался порезанный в нескольких местах рог, добыча с монстра.

Божество прищурило оранжевые глаза.

Сообщение, ужасное состояние рога заставило членов Паствы Гермеса, включая Асфи, потерять дар речи.

Зверолюди, члены группы Лаурер, молчали. Их губы растянулись в тонкие линии, эльфийка наоборот, не смогла сдержать эмоций:

— …Оно говорило со мной, просило о помощи! Монстр!!! Оно пользовалось нашим языком, у него слёзы текли!!!

Дыхание эльфийки стало обрывистым.

Её правый глаз широко раскрылся, эльфийка прикрыла его рукой. Она была на грани срыва.

Дрожь побежала по телу молодой эльфийки, привыкшей всегда оставаться беспристрастной. Она испытала настоящий шок. В глазах показались слёзы, она не могла скрыть эмоций и обратилась к своему божеству:

— Что это было?! Почему оно так на меня смотрело?! Ч-что я!..

Лаурер была в смятении.

Не говоря ни слова, Гермес сделал к ней шаг и взял эльфийку за руку:

— Всё, что ты видела, всё что ты испытала, теперь будет моей ношей. Не позволяй больше этому тебя тяготеть. Предоставь это мне.

Гермес положил руку эльфийки себе на грудь так, чтобы она ощутила его сердцебиение.

Успокаивающий ритм передался ей через ладонь, дыхание эльфийки пришло в норму.

Дрожа, она уставилась на божество, на лице которого была его обычная беззаботность. Сняв свою шляпу с пером, Гермес надел её ей на голову.

— Вас двоих это тоже касается, — с улыбкой сказал он, потрепав зверолюдей по плечам. После этого он передал ошеломлённое трио другим своим последователям.

Приказав им обо всём позаботиться, он отправил всех домой.

— …Что будем делать, Всевышний Гермес?

Когда остальные члены Паствы растворились в ночной тьме Асфи, в голосе которой слышалось необычное волнение, задала вопрос.

Ощущая пристальный взгляд, божество молчаливо посмотрело в небо, повернувшись к ещё одной своей последовательнице, оставшейся в аллее.

— Лулуне, ты говорила о каком-то подозрительном ребёнке?

— Ага, говорила, Всевышний. Какая-то эльфийская коротышка, которой я раньше не видела, пришла и начала спрашивать про «говорящих монстров». Я попыталась её отследить, но… она забила запах бомбой-вонючкой и сбежала. — Чинтроп с шерстью цвета ржи начала массировать нос, будто эффект до сих пор не развеялся. — Профти, — извинилась она, не отнимая руки от носа.

Гермес смотрел на неё пока она говорила, а потом снова вернул взгляд в ночное небо, точнее, в тот небольшой просвет, который был виден над аллеей.

— Клиент всегда прав. Нам остаётся только продолжать собирать информацию…

Слова Гермеса повисли в воздухе.

— Что же, что же, — прошептал он себе под нос. — Подкинул ты нам очередную адскую работёнку, Уран…

Божество посмотрело на луну. Прошло немало времени, прежде чем он развернул свиток и пристально его изучил.

В свитке были записаны торговые организации, связанные с контрабандистами, а также те, которые покупали и продавали монстров. Гермес выискивал связь с Орарио и его взгляд остановился на строчке: «Паства Икелоса».

В темноте звенят цепи.

Наполненный яростью, а иногда и болью, рёв иногда прерывает звон.

В тёмной бездне слышно множество мучительных криков.

— Ты упустил воивра?

Владелец голоса не предавал шуму никакого значения, в его голосе слышалась злость.

Этот голос принадлежал мужчине с чёрными волосами.

Он носил очки из задымленного кварца, тёмные линзы маскировали яростный взгляд покрасневших глаз. Он был высок, грязная боевая одежда была расстёгнута сверху, обнажая толстую шею и заметные мышцы плеч. Огромный боевой кинжал, посоперничавший бы в длине с коротким мечом, висел на поясе.

Он сидел на пустой клетке с чёрными прутьями, его ноги были беззаботно скрещены, а по тону и мощи его голоса создавалось впечатление жестокого человека.

— Мы почти загнали его на девятнадцатом этаже, а потом потеряли… П-прости, Дикс.

— Понимаешь, что ты наделал? Те фрики из Элурии целое богатство бы отдали за живого воивра.

Мускулистый мужчина, Дикс, даже не взглянул на четверых авантюристов стоявших рядом. Мужчины и женщина разочарованно опустили головы, а Дикс наоборот, поднял взгляд.

Каменная крыша была тёмной, отчего вся комната казалась давящей. Несколько ламп с магическими камнями освещали огромное количество чёрных клеток, а также лица множество полулюдей, прогуливающихся мимо них. Рёв и звон цепей исходил из этих клеток.

Мужчина в очках сплюнул под ноги авантюристов, прежде чем оказаться на ногах.

— Если бы у нас получилось найти их гнездо… Оно где-то в Древесном Лабиринте, точно, не может быть, чтобы они ушли ниже.

Схватив красное копьё, висящее на стене, Мужчина подошёл к одной из плотно нагромождённых клеток.

Кончик копья был изогнутым и необычайно острым. Вместо нанесения смертельных ран это оружие было призвано вызвать у жертвы боль.

— А эти ублюдки молчат… будь они прокляты!

Красный наконечник оказался между прутьев клетки. Чёрная тень внутри начала метаться, взвыв, когда наконечник пронзил её плоть.

Слабый, почти умоляющий вскрик превратился в дикие разрывающие уши визги. Цепи заскрипели, кровь брызнула на пол.

Лицо мужчины было лишено эмоций, когда он смотрел, как тёмная тень мечется от боли, прежде чем убрать копьё.

— И вообще, воивр-девка, да… Может на такое сокровище, и я бы руки наложил.

Закинув копьё на плечо мужчина нахмурил скрытые за очками глаза.

— Девятнадцатый этаж значит? Подробней расскажите.

— К-конечно… Авантюристы Ривиры выполняли задание по истреблению огненных птиц, когда мы на неё наткнулись. Их была целая куча.

Главный авантюрист в группе начал рассказ, не сводя взгляд с окровавленного кончика копья.

— Была там эльфийка, которая клялась, что монстр с ней заговорил и больше ничего. Никто её всерьёз не воспринял. Наверное, воивр ещё в Подземелье… Если другие монстры её не прикончили.

Мужчина в очках слушал, как его подопечный излагает подробности. Прежде чем заговорить снова, он задумался.

— Кучка людей поднимает шумиху, но об убийстве никто не рассказал… Может появился какой-то идиот, который пытается спрятать монстра.

Его губы изогнулись в улыбке, его товарищи были ошеломлены, но после этого мужчина расхохотался.

— Слыхал я, что у воивров симпатичные мордашки, да? Я не удивлюсь, если какой-нибудь авантюрист вывел её, чтобы поразвлечься. — с ухмылкой он добавил. — Не просто так про монстрофетишистов слухи ходят.

Мужчина знал, как мыслят авантюристы, он знал, что убивший такого редкого монстра авантюрист не мог этим не похвалиться. Подобные слухи разлетаются по Орарио со скоростью лесного пожара. Поэтому он предложил другую теорию.

— Конечно её могли и другие монстры прикончить, как ты сказал. А ещё есть шанс, что она до сих пор там бродит. Посмотрю лично… А вы пока отыщите всех, кто участвовал в задании Ривиры. Всех до единого.

Получив приказ, авантюристы коротко кивнули и ушли быстрыми шагами.

Наблюдая за ними краем глаза, мужчина в очках повернулся.

— А теперь это… Всевышний Икелос, могу я снова на вас положиться?

— Хах, это так ты просишь своего бога об услуге, мелкий надменный ублюдок?

В тёмных стёклах очков мужчины отразилось божество.

Его глаза и волосы были лазурными, тёмная кожа была скрыта под чёрной одеждой. Фальшивая улыбка дополняла прекрасные черты лица, доказательство его божественности.

[[image:/storage/reader-images/865e3aa86f7193f4153ab6cc9f03e61f5c7167df.png]]
Божество, напоминающее молодого парня ничего, не сказало во время прошлого разговора, просто наслаждалось спектаклем. Оно сидело на каменном пьедестале, скрестив под собой ноги.

— Боги могут видеть, когда им врут. Я хочу, чтобы ты проверил людей, о которых доложат.

— Звучит очень тупо… Я божество, а ты отправляешь меня работать мальчиком на побегушках?

Божество, Икелос, усмехнулось, после чего раздался низкий смешок Дикса:

— Мне казалось, вам не нравиться сидеть и скучать, а?

— …Ну, ничего не поделаешь.

Поговорив со своим последователем, Икелос улыбнулся, как одно из божеств жаждущее «увеселения».

— В этот раз тебе бы тоже лучше меня повесилить, Дикс.

— Как пожелаете, Всевышний.

Два силуэта разошлись в разные стороны в тусклом свете магических ламп.

Они шли под запах крови и постоянный рёв монстров с одинаковой улыбкой на лицах, будто бы были отражениями друг друга.

НазадВперед

----------

Мир, реальность и монстры

[[image:/storage/reader-images/41c49e97dd758934ff28573f3b12ae03df05191b.png]]
— Услышать об этом и увидеть собственными глазами как небо и земля. Настоящий шок, — сказала Всевышняя Гефест, массируя прикрывающую её правый глаз повязку, осматривая Виену.

Гостиная Поместья Домашнего Очага купалась в утреннем солнечном свете. Трое божеств пришли в наш дом: Всевышний Такемиказучи, Всевышний Миах и Всевышняя Гефест. Их поражённые взгляды остановились на девушке-воивре, спрятавшейся за моей спиной.

— Монстр, который не нападает на людей. Да ещё и понимает человеческий язык…

— Это перевернёт наши представления о мире смертных, а может даже изменит всё, что мы о нём знаем.

— Не думаю, что можно будет скрыть подобное за простым словом «Аномалия»…

Боги были озадачены не меньше нас. Паства Гестии наблюдала за их реакциями со стороны.

— Получается, никто из вас ни о чём подобном не слышал, правильно? — Гестия сделала к друзьям шаг и спросила их снова, Гефест в ответ покачала головой из стороны в сторону.

Поразить даже богов… Должно быть, само существование Виены невероятно.

— Если у кого и может быть об этом информация… разве не у Гильдии?

Их разговор продолжился, но предложение Гефест заставило у всех холодок пробежать по спине.

Даже я вздрогнул, когда она упомянула Гильдию.

— …Наверное, ты права. Есть вероятность, что Гильдия знает больше, чем мы.

— Но, должен предупредить, что идти за информацией в Гильдию рискованно.

Гильдия служит органом управления Орарио, вдобавок к слежению за активностью в Подземелье. Велики шансы, что в Гильдии знают о текущем состоянии Подземелья куда больше, чем в нашей одинокой Пастве. Только вот всегда есть шанс, что информация скрыта. Служащие низкого ранга, вроде Эйны и остальных не знают о многом, например, им неизвестны сверхсекретные данные о битве с Чёрным Голиафом.

И, всё же, мы окажемся в сложном положении, если о Виене станет известно. Наша Паства окажется в огромной опасности, если пойдёт слух, что мы прикрываем монстра. Особенно, если учесть, что Виена самое аномальное, что я встречал. В худшем случае, её заберут и будут проводить над ней эксперименты…

Когда такие мысли пробежали в моей голове, я не мог не согласиться с заключением Миаха и Такемиказучи о том, что в Гильдию идти слишком рискованно. Боженька недовольно сложила руки на груди.

В конце концов, Гефест сказала, что не может ничего обещать, но постарается рассказать нам, если услышит о чём-то важном.

— Что же до наших действий… Я хочу, чтобы Белл и остальные спустились в Подземелье.

Когда остальные божества ушли, боженька повернулась к нам и завела разговор:

— Больно это признавать, но на поверхности мы мало что можем узнать. Единственная наша возможность — это провести исследования в Подземелье.

Прошло шесть дней с того момента, как я встретил Виену.

Припомнив всё, что мы успели узнать за эти дни, боженька попросила нас вернуться на девятнадцатый этаж, в то место, в котором я встретил Виену на девятнадцатом этаже.

— Как и говорила Лили, не мы одни ищем говорящих монстров. Положение может измениться в любую секунду… Нам нужно что-то делать, и чем раньше, тем лучше.

— …Да. Надо идти.

Микото и Харухиме напряглись, когда Лили напомнила им, что мы узнали в первый день поисков по городу. Вельф её поддержал.

Сейчас мы ходим кругами. Если так пойдёт и дальше, ситуация может выйти из-под контроля.

Кивнув, мы решили, что пришло время расширить наши поиски и на Подземелье.

— Простите за это… Я тоже хочу узнать, что случилось. Полагаюсь на вас.

Боженька посмотрела на нас по очереди.

Вспоминая искреннее удивление боженьки и всех остальных богов, я понял, что мы вступаем на неизвестную территорию, даже божества не в силах предсказать, что случится. По коже побежали мурашки.

— Белл…

— …Всё хорошо. Я вернусь так быстро, что ты и не заметишь моего ухода.

Виена взволнованно посмотрела на меня. Я как обычно её успокоил и улыбнулся.

Силь помахала нам, когда мы отправились к Подземелью с обещанной поддержкой Лю и Айши.

Они были так добры, что не просто выделили нам время в своих плотных графиках, но и вместо того, чтобы готовить своё снаряжение, купили броню и оружие в лавочках по пути к Башне Вавил, чтобы сэкономить время.

Вот так, при поддержке двух авантюристов второго ранга наша временная группа почти мгновенно проскользнула верхние этаже.

— ХААААА!!!

Её крик рассёк воздух с яростью, сравнимой только с яростью взмаха её огромного оружия, несколько адских гончих пали от её атаки.

Мы шли по каменистым пещерам четырнадцатого этажа. Айша была на своём месте, находясь на острие нашей формации. Она почти мгновенно сметала любого монстра, возникающего на нашем пути.

Она купила себе огромный двуручный меч перед тем, как мы вошли в Подземелье. Он был острее и тяжелее её обычного деревянного меча, но она всё равно махала им будто пёрышком. Монстры не могли подобраться. Её работа не раз вызывала комплименты со стороны нашего мечника, Вельфа.

После уничтожения Паствы Иштар Айша оказалась свободна, но она уже успела пройти Обращение.

Однажды я спросил её, в какую Паству она пошла, когда она навещала Харухиме, но ответом было… «Это секрет». Она посмеялась и сменила тему.

Конечно, я мог бы узнать из доступных публике записей в Гильдии…

— …Сударыня Айша? Вы достигли четвёртого уровня?

— Так и есть, глаз-алмаз!

Поддержка с расстояния от Лили совершенно не требовалась такой мощной боевой линии, потому ей оставалось только наблюдать, и она заметила признаки повышения уровня. Айша подтвердила подозрения моей помощницы, ничего не скрывая.

Она перешла с третьего уровня на четвёртый. Достигла новой высоты.

Я, как и Лили заметил, что её движения стали гораздо быстрее, чем во время нашего сражения, но… я не мог скрыть удивления, когда услышал о повышении уровня. Айша на миг бросила на меня взгляд, а спустя мгновенье уже атаковала очередную стаю монстров.

— Просто мне пришлось столкнуться с непростыми вещами. Чтобы себя закалить, я надолго спустилась в Подземелье.

Похоже после нашей битвы в Районе Удовольствий она пережила не одно приключение.

Ещё будучи лидером Бербер, она была на вершине третьего уровня. С той битвы прошёл месяц, поэтому её повышение уровня не так уж и неожиданно.

Я ощутил это в улыбке, которой одарила меня Айша: Она движется дальше.

Комбинируя пинки с ударами меча, она сносила головы монстров одну за другой. Она скользила через толпу монстров смертельной волной, оставляя на своём пути кучки пепла.

Неплотно прилегающая к телу ткань её открытого наряда порхала вместе с волосами амазонки, проносясь мимо брызг крови. Ни единой капли не оказалось на ней во время этого смертельного танца.

— Анианейра… Вот как. Это она.

Лю прошептала титул Айши, не переставая держаться в нескольких шагах от неё. Почти одновременно с этим стена Подземелья треснула за спиной амазонки. Я не успел даже сосчитать количество хлынувших из трещины монстров, которых Лю тут же принялась разрубать двумя короткими мечами.

— Хах, а ты ничего, — Айша сдержанно похвалила Лю, краем глаза наблюдая, как эльфийка расправляется со своей ордой монстров.

— Ты тоже.

Вместо покупки дорогого оружия Лю купила боевую одежду, напоминающую наряд путешественника. Вместе с её обычным капюшоном этот наряд скрывал кто она такая. Такая же одежда, как и в «Битве» могла привлечь к Лю ненужное внимание, поэтому она выбрала неброские цвета. Её оружием были два коротких меча, которые она каждый раз брала с собой.

Айша могла понять кто перед ней.

Но ничего не сказала.

Должно быть, она не придала этому значения и продолжила прорубаться сквозь волны монстров, при поддержке воительницы в капюшоне с «Битвы».

— …Кииии!!!

Разрушительная мощь передней линии нашей группы прорубала путь через Подземелье.

Мы с Вельфом, стоявшие в центре группы, оказались под ударом монстров, появившихся из коридора, мимо которого мы шли — целая орда монстрокроликов, аль-миражей. Вельф принял на себя первый удар, убив нескольких взмахом меча. Я замешкался, оказавшись с ним рядом, и в меня полетело множество каменных томагавков.

Я успел отбить каждый из них своими клинками, Кинжалом Гестии и Ушивакамару-Нишики. Оказавшись без оружия аль-миражи поддались инстинктам и бросились на нас, выставив свои рогатые головы.

Я проскользнул между несколькими атаками, отбил ещё несколько, сбил с ног одного из монстров и направил в него удар…

— !..

Моё тело замедлилось, прежде чем клинок достиг цели.

— Белл!

— Сударь Белл!

Что-то в моём отражении в его огромных красных глазах заставило меня замешкаться.

Вообще-то, я замер. Крики Вельфа и Лили прозвенели в моих ушах, красные зрачки аль-миража хищно округлились. Он изменил траекторию, прыгнув прямо мне в грудь.

Удар пришёлся в центр тяжести, я тут же рухнул на землю.

Чёрт!

Я приземлился на спину, аль-миражи меня окружили.

Это пло!..

Я попытался поднять клинок, который не успел бы блокировать всё, как меня накрыл порыв ветра.

— КИХ?!

Фигура в капюшоне мелькнула передо мной, четыре монстра пали от стальных разводов.

Если точнее, они мгновенно обратились в пепел, их магические камни оказались рассечены.

Спасшая мою жизнь тень так же быстро расправилась с оставшимися монстрами.

— …С-Спасибо, Лю.

Вернувшись с передовой Лю мгновенно разобралась со всеми врагами.

Она протянула мне руку, которую я принял, поднимаясь на ноги.

— Это было просто жалко. Какое разочарование, Белл Кранелл.

Разобравшись со своей порцией монстров Айша подошла к нам, с явным разочарованием на лице и огромным клинком, положенным тупой стороной на плечо. В конце концов, я авантюрист третьего уровня, монстры серединных этажей не должны быть для меня угрозой. Вот это разочарование.

Её осуждающий взгляд будто говорил мне, ты же мужчина, который смог меня победить.

Я ничего не могу ответить после такого позора.

— Господин Кранелл, это на вас непохоже.

Лю взглянула на меня из-под капюшона.

— Что-то случилось.

— …

Тон её голоса был мягким, будто она пыталась защитить мои чувства, а я не мог оторвать взгляд от пола.

То, что я провёл столько времени с Виеной, оказало на меня куда большее влияние, чем мне казалось.

Что если другой монстр, с которым я столкнусь начнёт разговаривать, как это сделала она? Что если они способны мыслить и чувствовать, как и мы? Что если они могут плакать?

С того момента как мы спустились в Подземелье, я почти не убивал монстров, это делали остальные.

Раньше такого никогда не было.

Вельф и Лили молча смотрели на меня, понимая, что означает выражение на моём лице.

Так дальше продолжаться не может…

Добром это не кончится.

Мне нужно переключиться. Я не имею права тратить время Лю и Айши.

Я повторял себе эти мысли снова и снова, сжимая кулаки.

После того как я извинился, наша группа двинулась вперёд.

И, всё же…

Я не могу выкинуть из головы лицо Виены, и сомнения в моём сердце никак не заглушить.

Группа Белла достигла восемнадцатого этажа.

Большую часть работы выполнили Лю и Айша, а также тот факт, что другие авантюристы убили босса на семнадцатом этаже, Голиафа, поэтому путешествие вниз заняло всего около трёх часов.

Время перешло за отметку «полдень», о чём говорили кристаллы, светившие на потолке. Самый яркий из них имел форму растущего сверху вниз цветка. Авантюристы расслабились, оказавшись на улочках Ривиры, поселения, построенного на каменистом острове посреди озера в западной части этажа.

Как и всегда, в этом месте было немало авантюристов высокого класса, заглянувших сюда чтобы отдохнуть и пополнить припасы.

— …Когда там парни вернутся?

— Откуда Лили знать? Парни – это парни, у них могут быть дела, о которых нам беспокоиться не следует.

Айша заговорила, проходя мимо тентов с оружием и предметами, выставленными на продажу среди кристаллов, растущих из земли и освещающих улочку.

Она остановилась у одного из самых больших кристаллов, который напоминал колонну. Лили ответила ей, будто невзначай подтягивая лямки своего огромного рюкзака, взгляд амазонки скользнул по закованному в броню авантюристу, проходившему мимо.

Только Лили, Айша и Лю прогуливались по улочке.

— Неплохо вы меня провели. Я бы и не подумала, что они оставят тебя с нами и уйдут.

Белл и Вельф отделились от группы, извинившись и сказав, что они пошли продать добычу и скоро вернутся.

С тех пор девушки их не видели.

— Хочешь сказать у них какое-то дело на этом этаже? Нам знать нельзя?

— Сударыня Айша, о чём это вы? Лили не понимает.

Лили продолжила держать оборону, довольная улыбка не сходила с её лица.

— Хитрющая коротышка, — пробормотала Айша, грустно улыбнувшись.

Из-под капюшона силуэта за их спинами раздался тяжёлый вздох.

— Может стоило сказать Лю и Айше, что мы уходим?..

— Ты не хуже меня знаешь, что осмотреться вместе с ними мы бы не смогли. Малютка Лил их удержит.

Мы с Вельфом плечом к плечу шагали по древесному лабиринту.

Лю и Айша довели нас до безопасной зоны, на девятнадцатый этаж, в Древесный Лабиринт, мы спустились сами. Мы оказались на этаже, на котором я встретил Виену.

— Не забывай, они обе авантюристки. Они согласились принять «задание», большего им знать необязательно.

Авантюристы должны выполнять свои задания и беспокоиться только об их исполнении. Ни больше, ни меньше. Зачастую подробности только мешают. Вельф ухмыльнулся, будто от того, что ему пришлось разъяснять неписанное правило всех авантюристов.

Мне было неудобно оставлять Лю и Айшу в неведении, но… всё так, как и сказал Вельф. Наша первостепенная задача сохранить в тайне существование Виены. У нас нет другого выбора.

Почему-то это помогло мне вернуть на лицо улыбку и сконцентрироваться на поставленной задаче.

— Я знаю, что мы только что сюда спустились… но здесь всё не так, как мы привыкли.

Вельф напрягся, его комментарий прозвучал пока мы шагали по очень длинному коридору.

Древесные ветви покрывали все стены этого этажа Подземелья, отчего казалось будто мы исследуем гигантское дерево. Мне тоже, кажется, что эти коридоры похожи на запутанное переплетение ветвей. Примерно в десяти метрах над нашими головами оказался прямой коридор, переплетение древесных корней формировало подобие лестницы. За каждым поворотом поджидало что-то новое, девятнадцатый этаже оказался гораздо больше, чем я представлял.

Я привык к тому, что в подземелье свет льётся с потолка, но не здесь. Тьму рассеивает светящийся естественным светом мох, который покрывает стены, пол и потолки, его свет подобен звёздному свету в ночном небе. Красивое голубоватое сияние так завораживает, что мне приходится постоянно себе напоминать о том, что я в Подземелье.

Вельф прав. Этот этаж совершенно не такой как те, что мы исследовали раньше.

Я уже начал привыкать к объединению множества кристаллов и биомов в Подземном Убежище, но истинное значение слова «неизведанное» лежит именно здесь.

— Паства Миаха точно начнёт гонять нас сюда на задания очень часто.

— Ха-ха-хах…

Растения на этом этаже обладали душистым запахом, от каких-то исходил сладковатый, подобный цветочному аромат, приятный носу авантюриста.

В Древесном Лабиринте гораздо больше флоры чем просто деревья и мох. Белые цветы видны в местах, в которых потолок встречается со стенами. Когда мы зашли за очередной угол, перед нами оказалась целая грибница, состоящая из огромных грибов. Очень многое из этих растений является ключевыми ингредиентами для зелий и прочих предметов. Это просто великолепно. Можно было забрать с собой что-нибудь прямо сейчас.

Трава причудливого цвета, самых необычных оттенков, покрытые шипастыми лозами стены, маленькие золотые цветочки, едва заметные в зарослях листвы, синяя жидкость, капающая с потолка и собирающаяся в лужи… Вокруг нас столько редкостей, на которые алхимики с радостью наложили бы руки. То, чего они так бы хотели, буквально растёт на деревьях.

— Белл, я пойду впереди. Может у меня получится заработать побольше экселии.

Вельф поддерживал разговор, будто мы дома, но при этом не снижал бдительности.

Уверен, он пытается меня поддержать, потому что я не готов к серьёзным сражениям.

Мы никогда не бывали здесь раньше, поэтому были напряжены. Мы оказались дальше безопасной зоны, восемнадцатого этажа. Многие называют тринадцатый этаж «Первой Проверкой», потому что он начинает похожий на пещеры лабиринт. Пусть это и часть серединных этажей, это только начало совершенно иного мира.

Спустившиеся сюда авантюристы сталкиваются не только с ужасной силой багбиров и бешеных жуков, и дальними атаками стреляющих либеллул и огненных птиц, но и с монстрами, которые накладывают дополнительные эффекты. Против этого поможет запас противоядий, но считается, что ключом к прохождению этажей Древесного Лабиринта считается способность Иммунитет.

Серединные этажи заканчиваются двадцать третьим. Продвижение на двадцать четвёртый этаж требует Статуса выше второго уровня и надёжной группы… Не думаю, что наш дуэт, состоящий из меня третьего уровня и Вельфа второго, достаточно силён для девятнадцатого этажа. Нам нужно избежать боёв во что бы то ни стало, и тогда мы будем в порядке.

Лили передала мне Магический Меч Кроцо размером с кинжал и несколько бомб-вонючек, на случай крайней необходимости.

Наверное, я так волнуюсь только потому, что ещё не привык к этому этажу.

— Тц… Бешеные жуки и стреляющие либеллулы.

— Блокируют путь дальше… начнём!

Куча бешеных жуков преградила нам путь, над ними зависло несколько похожих на стрекоз монстров, называемых стреляющими либеллулами. Вельф бросился на группу монстров-насекомых, навстречу нашей первой битве на этом этаже.

Поверх его обычного плаща была наброшена Голиафова Роба Лили.

Этот защитный предмет способен выдержать как пламя, так и удар когтей монстра. Лили настояла, чтобы Вельф его взял, когда мы двинулись дальше вдвоём. В Древесном Лабиринте эта вещь очень полезна. Она не только способна отразить крючковатые жвала бешеных жуков, но и похожие на копья животы стреляющих либеллулов.

Благодаря этой робе на Вельфе едва ли царапина останется, потому Вельф уверенно бросился на бешеных жуков.

…Не могу я время впустую тратить!

Я сжал кулаки, увидев, как Вельф бросается в гущу монстров.

Если я окажусь обузой, мы будем в безвыходном положении. Вельф может сражаться в одиночку, только пока выдерживает его экипировка и позволяет запас предметов.

Отбросив так и не разрешённые вопросы в своей голове, я запустил несколько быстрых вспышек, сбив стреляющих либеллулов, расчистив пространство.

Кинжал Гестии начал излучать фиолетовый свет, будто в ответ на последнее улучшение характеристик, проведённое боженькой. Я вонзал его клинок в созданий, которые оказывались в пределах досягаемости, и их предсмертные крики заполнили коридор, по которому мы с Вельфом двигались дальше.

Вскоре, отклонившись от главного пути ведущего на этаж ниже…

— Мы близко?

— Да… Где-то здесь я и нашёл Виену.

Не теряя бдительности, я сверился со схематичной картой, достав её из поясной сумки и поднеся на свет, чтобы понять, где мы сейчас находимся.

Мы оказались на перекрёстке, в котором сходилось множество коридоров. Потолок был высоко над головой, а где-то вдали виднелся поросший древесными корнями холм. Отсюда, он казался основанием горы.

Кажется, именно упав с этого холма Виена повредила ногу.

— Не вижу ничего, за что можно было бы зацепиться…

— Хотел бы я знать за что вообще можно «зацепиться»…, — добавил Вельф, сделав тяжёлый вздох, когда мы прошли дальше.

Мы остановились перед одиноким деревом, окружённым зарослями кустов.

В этом месте Виена спряталась, после того как повредила ногу, и здесь мы встретились впервые.

…Стоило понять сразу, что всё будет не так просто.

Сколько бы я не раздвигал листья, я не находил ничего, что могло бы что-то подсказать о Виене.

Я снова осмотрелся, мы в западной части карты. Ещё дальше расположена кладовая. Она довольно далеко, но если Виена пришла с той стороны и упала с холма, это значит, что она родилась где-то в том направлении.

Мы можем пройти ещё дальше… пронеслось в моём разуме, но в этот момент… Авантюрист?

В проходе чуть поодаль показался человеческий силуэт.

Роба с капюшоном скрывала его высокую фигуру. Должно быть, он носил нагрудник, потому что верхняя часть тела была гораздо больше нижней. Высотой он был не меньше Вельфа. Хоть я и не мог определить расу и пол из-за плаща, почему-то, мне казалось, что она женского пола.

Фигура в капюшоне будто что-то искала, она повернула голову в нашу сторону.

Пройдя тем же путём, что и мы с Вельфом, незнакомка приблизилась.

Мы с Вельфом оказались в подозрительном месте и, обменявшись взглядами, сделали вид будто собираем какие-то ингредиенты.

Немного погодя мы перестали. Мы направились в тот коридор, из которого пришли, и нам пришлось пересечься с загадочной авантюристкой.

В это мгновенье…

…голос, от которого повеяло пронзительным холодом, раздался прямо у моего уха:

— Ты… пахнешь как мой сородич.

Дрожь.

Холодок побежал по нашим спинам, мы с Вельфом тут же отпрыгнули.

В тот момент каждая частичка меня кричала о том, что мне нужно разорвать дистанцию, и тело незамедлительно повиновалось.

Непоколебимо стоя на земле, силуэт развернулся в нашу сторону.

— …Что это было? — в ужасе прошептал Вельф, моё сердце грозило выскочить из груди.

Сказанное Вельфом я осознал, только когда мы неуклюже встали в боевые стойки, впрочем, необъяснимое давление, которое оказывал на нас силуэт, казалось непреодолимым.

— …

Незнакомка не сводила с нас взгляда.

В отбрасываемой капюшоном тени нам открылись женственные черты лица.

Синие глаза, цвет которых был подобен цвету океана, или, может неба, хищно скользили с меня на Вельфа и обратно.

— Крадёте моих друзей… это вы?

— ?!

Ошеломляющая кровожадность.

Взгляд был яростным, как у хищника.

Нет, скорее, как у монстра.

Она излучала ауру, которую никак не повторить обычному человеку, неудержимую жажду убийства.

Глаза моргнули и синие зрачки превратились в горизонтальные линии.

…Не может быть.

Разговаривает как ребёнок, враждебный взгляд и непреодолимое чувство дежавю, лицо Виены возникло в моей голове.

Мы с Вельфом оправились от первого удивления и задумались, кем является эта незнакомка.

Очередная волна враждебности нас настигла, фигура в плаще втянула носом воздух.

— …Нет, не может быть. Вы не пахнете кровью.

Жажда крови тут же исчезла.

Зрачки снова стали круглыми. Прекрасные голубые глаза изучали нас с рассудительностью и спокойствием.

— Может вы те, кого Фелс указывал?

— Фелс?..

— Что за бредятину ты несёшь?

Я мог лишь пробормотать в ответ, а Вельф выразил своё негодование сердитым криком.

Не представляю, что это должно означать, но по мне Фелс звучит как имя.

Было что-то чарующее в чистом тоне и ритме голоса этого существа. Что-то, что заставило меня ощутить себя потерянным.

Лишиться дара речи было не просто жалко, это было больно. Я даже думать не мог. Такой поворот событий удивил меня так сильно, что в горле пересохло.

— …

Таинственный монстр, нет, «она», замолчала.

Было очень странно. Где-то вдалеке завыл монстр, но я едва слышал этот вой. Будто мы оказались в обособленном пузыре внутри Подземелья.

Между нами было около пяти метров. Она стояла спиной к холму и ничего не предпринимала.

Время будто остановилось. После того как тишина повисла на кажущуюся вечность, она заговорила снова:

— У меня есть для вас вопрос? Мы можем существовать вместе?

— Че….

И что нам на это отвечать? Её вопрос оказался таким внезапным, что слов у нас попросту не нашлось.

— Думаете мы можем держать друг друга за руки?

— О чём ты?..

— Ваш род нас убивает. А мы убиваем вас в ответ… это судьба? Понять друг друга у нас не получится?

Вопросы продолжили на нас сыпаться, но в каждом из них было нечто общее, отказ терять надежду.

Голубые глаза смотрели на нас из-под потрёпанного и порванного в нескольких местах капюшона.

— Я… хочу искупаться в солнечном свете. Я не хочу сидеть в закрытом тёмном аду. Я хочу расправить крылья в мире света.

Она посмотрела на потолок, подол её робы задрался.

Капюшон сполз настолько, что я смог увидеть её лицо. Как и у Виены, оно было поразительно человеческим.

— Что-то… в вас двоих другое… Может мне просто хочется надежды, хоть немного.

После этого она слегка согнула ноги и, подпрыгнув… взлетела.

— !!!

Оставаясь к нам лицом, она дугой обогнула холм, описав в воздухе дугу.

Даже благословлённый Характеристиками авантюрист не способен. Легко, будто птица, она исчезла за холмом в считанные секунды.

Мы с Вельфом были поражены… Только сейчас мы заметили, что в том месте, в котором она стояла закружилось несколько золотых перьев. Они опустились на пол в том месте, в котором она стояла.

— Не может такого быть… Это же… Она…

Шептал себе под нос Вельф, будто всё случившееся казалось ему сном.

Застыв рядом с ним, я не мог не ощутить того же.

— Такая же… как Виена…

Больше ничего сказать я не смог.

После этой шокирующей встречи нам с Вельфом нужно было время, чтобы прийти в себя, но вскоре раздался рёв, указывающий на то, что монстры нас обнаружили. Собраться с мыслями возможности не было, нужно было начинать двигаться.

Мы отпугнули группу монстров, прежде чем отступить обратно на дорогу, по которой мы сюда пришли. Мы решили, что слишком потрясены, чтобы пытаться узнать что-то ещё. По правде говоря, стычка с монстрами выдалась нелёгкой из-за моего замешательства.

— …

— …

По пути наверх никто из нас не знал, что сказать.

Мы так и не могли прийти в себя после произошедшего. Мы боялись что-то делать, боялись, что, если заговорим, это может нарушить какое-то хрупкое равновесие.

Мы шли по лабиринту с каменными лицами.

— …

Каким-то образом нам удавалось прорываться через встреченных монстров, и мы достигли восемнадцатого этажа.

Перед нами оказалась группа из пяти авантюристов. Среди них выделялся мужчина в очках, державший в руках красное копьё.

Что-то меня насторожило, что-то из моей памяти. Несколько секунд спустя я понял: четверо полулюдей, которые шли за авантюристом в очках, в тот день гнались за Виеной, это их я обманул.

Я быстро прикрыл лицо. Вельф, должно быть заметил, что что-то не так, потому что тут же вышел вперёд, прикрыв меня спиной.

Проходя мимо них, я ощутил что мужчина в очках задержал на мне пристальный взгляд.

— …

Двигаясь так быстро, как возможно, я краем глаза посмотрел на авантюристов. Все они не сводили с меня взглядов.

— Паства Гестии… Маленький Новичок, кажется?

— Ага… Это он, точно. Этот доходяга взялся за задание Ривиры!

— И что он тут забыл? — спросил один из авантюристов, с усмешкой глядя на проход, в котором скрылся беловолосый парень.

— Как-то подозрительно, что он шастает тут почти в одиночку.

— …Дикс, хочешь сказать?..

— Ага, что-то не так. Пора нашему богу всерьёз делом заняться и глянуть на этого мелкого.

Благополучно вернувшись в безопасную зону, мы встретились с Лили и остальными.

Айша начала жаловаться на то, что мы ушли одни, но мы ничего не отвечали. Похоже, увидев выражения на наших лицах, она решила перестать. Лю тоже ничего не говорила, даже вопросов не стала задавать.

Я чувствовал себя виноватым за то, что мы ничего не сказали, но я был слишком поражён чтобы сейчас в это углубляться. Нужно быстрее вырваться на поверхность.

— Можете не беспокоиться о награде. Будем считать, что вы мне задолжали. — улыбнувшись, добавила Айша, прежде чем с нами разойтись.

Я очень благодарен ей за заботу, хоть она наверняка и не признает, что о нас заботится.

— Господин Кранелл, вы можете посоветоваться со мной, если у вас будут трудности. Я не могу назвать себя способной, но обязательно сделаю всё, что в моих силах.

С этими словами Лю вернулась на работу.

— …

Я в одиночестве побрёл по улицам города.

Когда мы вышли из Башни Вавил, я решил прогуляться без Лили и Вельфа.

Иногда мне нужно побыть одному, чтобы привести мысли в порядок.

Ранний вечер. Солнце уже подходит к горизонту на западе, но небо до сих пор голубое. То, что нам удалось привлечь Лю и Айшу, превратило тяжёлую миссию в лёгкую прогулку.

Ноги несли меня по городу, подальше от шумных и многолюдных главных улиц.

— Ооооооо? Уж не день рождения ли у меня? Эй, Маленький Новичок?

— ?..

Обыденно переставляя ноги, я наконец повернул к дому и услышал голос.

По пути к Поместью Домашнего Очага, на Юго-западной Главной Улице меня окликнуло божество.

Я его не узнаю… Возможно, мы заговорили впервые.

У него насыщенные синие глаза и волосы, а кожа имеет тёмный оттенок. Он довольно высок, а его одежда, по большей части, чёрная. Мне показалось, что он напоминает мне одного бога, точнее, его улыбка напоминает мне несерьёзную улыбку одного из богов.

Когда он назвал меня по титулу, я остановился и повернулся к нему.

— Эм… я могу чем-то вам помочь?

— Хех, не нужно так напрягаться, хотя, наверное, не напрягаться невозможно, да? Мы, боги, вызываем опасения, правда?

В тот момент, когда я впервые поднял уровень, незнакомые божества часто ко мне, обращались, будто просто не могли пройти мимо. С того времени вокруг меня часто поднимается шумиха, я уже сбился со счёта в который раз ко мне подходит бог.

Это конечно грубо, но я не перестал относиться к божеству с подозрением, а оно лишь посмеялось.

— Хах! Я Икелос. Приятно познакомиться.

— Всевышний… Икелос? Так, чем я могу вам помочь?..

— Просто выслушай. Мои заносчивые детки совсем меня достали.

Сказав мне слушать, он начал жаловаться на своих последователей, одновременно с этим кружа вокруг меня, иногда всматривался в моё лицо, иногда хлопал по плечу, будто мы знакомы целую вечность. Поведение Икелоса менялось от наигранного дружелюбия до провокаций. Я не знал, что мне делать.

Оказавшись вовлечённым в непонятный монолог, я вспомнил совет боженьки: «Если какой-то странный бог пытается тебя задержать, просто разворачивайся и беги!». Я начал задумываться, стоит ли мне забыть о приличиях, у меня на лбу выступили капли пота, и…

— Что знаешь о говорящем воивре?

— …

Всевышний Икелос оказался за моей спиной и прошептал мне эту фразу в ухо безо всякого предупреждения. Моё сердце будто обхватила ледяная рука.

— Я слышал она чертовски миленькая… Надо будет как-нибудь на девятнадцатый этаж спуститься. Дружище, как хочется хоть разок её увидеть.

Я понял, он пытается вытянуть из меня информацию.

Хитрый голос Всевышнего Икелоса звучал в моих ушах, сердце начало бешено колотиться.

За одно единственное мгновение всё моё тело покрылось потом. Даже ладони.

Не зная, что ответить, я чуть повернул голову к Всевышнему Икелосу, пытаясь найти отговорку.

Его губы скривились в улыбке, слишком близко от моего лица. Тёмно-синие глаза смотрели так, будто он видит меня насквозь.

— В общем, если вдруг что-то знаешь…

— Белл.

В наш разговор вмешался новый голос, я стоял будто статуя.

Пришедшее божество оборвало фразу Всевышнего Икелоса.

— В-Всевышний Гермес?..

— Что же, что же. Какое совпадение, ты тоже здесь.

Мы с Икелосом разом повернулись к говорившему, на лице Всевышнего Гермеса царила его обычная обворожительная улыбка.

Он помахал рукой, подходя поближе.

— Можешь идти, Белл.

— А?..

— Божество тебе неприятности доставляет, так? Мне не нужно было слышать весь разговор чтобы заметить.

Всевышний Гермес улыбнулся моему поражённому молчанию, а потом переключил своё внимание.

Как только я сделал шаг, Гермес бросил взгляд на продолжавшего улыбаться Икелоса.

— К тому же, нам с Икелосом нужно переброситься парой слов.

Пробежав пальцем по краю шляпы, Всевышний Гермес едва заметно улыбнулся.

— Уходи, Белл.

— П-прошу прощения…

Гермес настоял, а я даже не попрощавшись повернулся к божествам спиной.

Я ускорил шаг даже, не смотря в сторону Всевышнего Икелоса.

— Что такое, Гермес? Разве ты не видел, что я с Маленьким Новичком общаюсь?

— Ну, как я мог остаться в стороне, когда увидел, как бог вонзает свои ядовитые клыки в милое дитя?

— Хех, каким жутким ты меня считаешь.

Гермес и Икелос обменялись колкостями, даже не смотря друг другу в глаза после ухода Белла.

Они ушли с главной улицы на небольшую площадь, на которой стоял фонтан, будто планировали встречу заранее. Вокруг не было ни души, отчего их разговор ещё больше напоминал тайную встречу.

— Я заглянул к тебе домой, но там было пусто… Довольно сложно оказалось тебя отследить.

— Ох, прости, прости. Считай, что то место больше не стоит называть моим домом, я переехал.

— Когда ты переезжаешь, рассказывать об этом Гильдии очень неплохая идея, Икелос.

Разговор Гермеса и Икелоса проходил без запинки. Оба божества многое знали друг о друге, что указывало на длительное знакомство.

Как бы там ни было, информация интересовала обоих богов куда сильнее, чем воспоминания о былых временах.

— Так что? Что там за «разговор», у тебя ко мне есть, Гермес?

— Ничего серьёзного. Просто пара вопросов… Птичка на хвостике мне принесла, что Паства Икелоса сдружилась с контрабандистами Орарио.

— Да ладно, от кого ты мог о таком слышать? Разве можно вообще верить слухам?

— Посмотрим… От Элурианской знати?

— …Хех, «птичка», говоришь? Глубоко тебе пришлось копнуть, чтобы такую грязь поднять.

Икелос быстро понял, что источник Гермеса проверенный. Его улыбка стала шире.

— Я под подозрением, Гермес?

— Как бы ни было неприятно копать под старого небесного друга… Икелос, в прошлом твоя Паства была в числе кандидатов, собиравшихся присоединиться к Злодеям.

— Да сколько раз мне говорить, что это всё была чушь? По крайней мере, я никогда не заявлял, что я злое божество.

Наигранная нервозность Икелоса явно говорила о том, что он пытаться уклониться от вопросов.

Всё это время Гермес не сводил с божества взгляда, улыбка всё ещё была на его лице под полями шляпы.

— Есть у меня ещё интересные слухи.

— О? Расскажи.

— Монстров, обычных и не очень, забирают из Орарио и продают по всему миру. Будто кто-то решил посеять хаос.

В этот самый момент…

Тёмно-синие глаза Икелоса раскрылись шире от удивления. Уголки его губ вдруг поползли вверх, и божество расхохоталось.

— Хе-хе-хе-хе-хе!!! Хочешь сказать, что я за этим стою? Что я мечтаю разбросать монстров по всему миру смертных, и погрузить его в кошмар? Вот это интересно!!!

Икелос хохотал, будто сама эта мысль кажется ему невозможной.

Гермес молчал, наблюдая как его собеседник хватается за живот.

Когда эхо смешков стихло, Икелос снова выпрямился с улыбкой на лице.

— Жаль говорить, но я к этому никакого отношения не имею. Я никаких приказов не отдавал. Это мои козявки с катушек послетали, — Икелос выразил очень простую и прямую мысль, ничего не скрывая. — Впрочем, хочу добавить, что в моей Пастве стало куда меньше идиотов, зато появилась пара разумных выскочек. Они не проявляют к божественности никакого уважения. Посылают меня по всяким мелочам.

— …

— Но… всё, что они творят, просто мелкие пакости. Это смехотворно.

Только божество, отчаянно пытающееся найти себе развлечение, могло улыбаться так, как это делал Икелос. С его точки зрения, подобная жажда делает людей интересными, только наблюдение за такими людьми из первых рядов может развлечь.

— Бог ответственен за наведение порядка в своей Пастве.

— Ты же не можешь верить в эту чушь, Гермес. Эти козявки столько трудностей готовы пройти, а удовольствию сопротивляться не могут. Разве боги не такие же? Я могу понять их влечение. И поэтому, — продолжил Икелос, — пока они меня развлекают, я не стану лезть в их дела.

Он наклонился к Гермесу поближе, пытаясь отчётливо донести свою следующую мысль:

— Можешь разбить мне голову, если тебе хочется. Отправить меня обратно в верхний мир. Только вот моих козявок это не остановит, ясно? Пусть им придётся поднатужиться, но они точно найдут себе кого-то ещё.

— Я понял.

— Хех, сам можешь увидеть. Скажи своим затаившимся мелким засранцам, вылезти и прикончить меня. Мне не важно. Пусть будет так. Может даже интересней станет.

Слова Икелоса о том, что он готов рискнуть своей собственной жизнью и жизнью своих последователей, а может даже жаждет роспуска своей Паствы, повисли в воздухе.

Едва заметная улыбка пробежала по его губам, когда он развернулся и ушёл с площади.

Гермес смотрел ему вслед и вздохнул, когда божество исчезло из вида.

— Хах. Нет ничего отвратительней чем бог, который так отчаянно жаждет развлечений.

— Кто бы говорил.

Последователи Гермеса вышли из своих укрытий.

Последние солнечные лучи, проходившие над городскими стенами ещё падали на дом Паствы Гестии.

Пока группа Белла собирала данные, в доме оставалось четверо: Микото, Харухиме, Виена и богиня, Гестия. Попросив у Гефест выходной этим утром, богиня дожидалась возвращения Белла вместе со своими последователями.

Все девушки были чем-то заняты.

Гестия провела весь день, просматривая свою коллекцию книг, пытаясь найти упоминания говорящих монстров в историях Орарио.

Микото бдительно патрулировала коридоры.

А забота о Виене досталась Харухиме.

— Харухиме, нашла!

— Хе-хе, и правда нашла.

Виена бросилась в тень, отбрасываемую одной из внутренних стен, и схватилась руками за подол платья горничной Харухиме.

Они играли в прятки. Это одна из игр, которым Белл и Харухиме научили Виену, когда за ней присматривали.

Сегодня, взяв с Виены обещание, что она не станет выходить за пределы внутреннего сада, девушки по очереди прятались.

— Теперь ты, Харухиме!

— Конечно. Сейчас начну считать. Раз, два… — раздался голос Харухиме, повернувшейся к стене внутреннего сада.

Виена тихонько ускользнула, перебегая на новое место с улыбкой на лице.

Роба колыхалась над её ногами, она искала подходящее место, чтобы спрятаться.

…Интересно, когда Белл вернётся домой.

В тот момент, когда она решила склониться за цветочной клумбой…

Мысль о Белле заставила её погрузиться в раздумья.

Он всегда был рядом, до этого дня. Харухиме сейчас с ней, как и раньше, но это не то же самое, что быть с ним.

Неожиданное чувство одиночества заставило её волноваться.

В тёмном мире, где все пытались её ранить, улыбка парня стала путеводным маяком, спасшим её от изоляции.

Как дитя, которое жаждет родительской теплоты, девушка-воивр не могла по нему не скучать после долгой разлуки.

— …

Виена взглянула на третий этаж поместья, потом она бросила взгляд на девушку-ренарта, по-прежнему стоявшую у стены.

Несколько секунд помешкав, она решила нарушить обещание и выбежала из внутреннего сада. Срочное желание пробежать в комнату Белла вело её по коридорам поместья. Она оказалась перед открытой дверью. Петли тихонько заскрипели, когда Виена открыла дверь и осторожно заглянула внутрь.

Владельца комнаты не было, девушка тихонько проскользнула к сложенным на его кровати одеялам.

Обернув одно вокруг себя, она начала медленно тереться о него щекой.

— Запах… Белла…

Сделав очень глубокий вдох, Виена зарылась лицом в одеяло.

Она свернулась калачиком, её захлестнули мысли о парне, который всегда был с ней рядом.

— ?..

К её удивлению…

Четверо людей появились в коридоре.

Пройдя в другой конец длинного коридора, они вошли в следующую дверь, которую обычно не использовали.

Подумав, что это странно, Виена ощутила, как её сердце замерло, считая, что её отругают, если узнают, что она делает. Она задержала дыхание, пытаясь себя не выдать…

— Другой монстр, как Виена?

…Голоса из соседней комнаты были явно ей слышны.

Янтарные глаза распахнулись шире. Серебряные волосы начали шуршать.

Уши, длиннее и острее эльфийских задрожали. Эти уши должны издалека предупреждать её о вторженцах на огромные этажи Подземелья, но сейчас они позволяли ей услышать подробности разговора, шедшего за стеной.

Виена тихонько села на кровати, а после так же тихо приложила ухо к стене.

— Ты в этом уверен, Вельф?

— На все сто. Там же, где Белл встретил Виену, на девятнадцатом этаже…

Вельф кивнул. Его лицо оставалось непоколебимым, несмотря на явное удивление Гестии.

Вельф и Лили сразу вернулись в поместье, пока Белл вышел на прогулку. Они убедили Гестию и Микото тайно поговорить на третьем этаже.

Чтобы удостовериться, что Виена и Харухиме, которая сблизилась с девушкой, их не услышали.

— Мы говорили. Монстр сказал, что мы «пахнем как её родич»… Наверное, это про Виену.

— Ещё один монстр, похожий на Виену-сан… Поверить не могу, что их может быть больше…

Микото не могла скрыть шока, когда Вельф подробнее рассказал о встрече. Она могла только молчать, как и стоявшая рядом с ней Лили.

— …Вельф, какое у тебя сложилось ощущение? — спросила Гестия.

— Мне показалось, что она намного опытнее Виены. Разговор она вела немного странно, но скрывала себя робой, пыталась казаться авантюристом… Вдобавок, мне показалось, что она что-то знает.

Их горла Гестии донёсся тихий звук, когда она услышала ответ. Микото тоже сглотнула.

Неожиданно атмосфера стала на порядок тяжелее. Лили, молчавшая всё это время, наконец заговорила.

— Лили думает, нам нужно перестать покрывать сударыню Виену.

— !!!

Все взгляды повернулись на неё.

Первой, кто не выдержал была Микото:

— Лили-сан, как вы можете такое говорить?!

— Лили скажет честно. Мы оказались в очень сложном положении. Эту аномалию даже боги не способны предсказать, другие Паствы ищут говорящих монстров… Теперь, когда мы знаем, что есть и другие подобные монстры, мы не можем больше ждать.

Она считала, что подобные Аномалии могут вызвать очень серьёзный переполох, и они могут оказаться в его эпицентре.

— Но, если мы перестанем её защищать… что случится с Виеной-сан? Если мы её бросим, она!..

— …Это будет непросто, но есть шанс переправить её за городскую стену. Она воивр. Паствы за пределами Орарио и живущие на поверхности монстры не представляют для неё опасности.

Рождённая на серединных этажах Виена принадлежит к одной из сильнейших разновидностей монстров, драконам.

Не теряя спокойствия Лили разъяснила, что потенциальная сила девушки-монстра — это единственная защита, которая ей потребуется.

— Она может тайно жить в Тёмном Лесу Сеоро.

— Лили-сан!!! — Микото, всегда заботящаяся о своей подруге Харухиме, зло опустила брови.

Лили смотрела на демонстрацию эмоций девушки ледяным взглядом.

— Скажите мне вот что: Что случится, если эта девушка здесь останется?

— !

— Можно ли скрыть её ото всех и дальше так, как это получается у нас? Что-то происходит, оставаться в стороне вечно у нас не получится. Паства Гермеса уже активно ищет говорящих монстров по чьему-то приказу.

Лили говорила настолько бесстрастно, что лицо девушки напомнило Микото традиционную маску с её родных земель.

— Поверят ли люди, что этот монстр, которого ничем не сдерживают, был приручен? Вряд ли. В нашей Пастве нет зарегистрированных в Гильдии укротителей. К тому же, любой, кто увидит, как она красива, подумает, что замешано кое-что другое.

— …

— Стоит божествам что-то узнать, они накинутся на нас, как стая волков. Сейчас наша Паства ходит по тонкому льду. И Лили знает, что со временем всё станет только труднее.

Лили пустилась в неестественно долгие, для неё, разъяснения, свой монолог она произносила твёрдым, непререкаемым тоном.

Ошеломляющая мощь её аргументов не оставила Микото возможности что-то возразить.

Ни Гестии, ни Вельфу нечего было добавить, они стояли с закрытыми ртами, атмосфера в комнате накалялась. Всё было так, как и сказала Лили. Они оказались заперты в лабиринте, из которого нет выхода.

— Эта девушка, в каком-то смысле, бомба. Пусть сейчас всё и в порядке, рано или поздно она подвергнет нашу Паству опасности… Сударь Белл слишком добросердечен, чтобы прислушаться к аргументам. Мы должны принять правильное решение, которое его защитит, даже если он нас возненавидит.

Лили опустила голову. Она скрыла лицо от своих товарищей, но даже последнюю фразу она произнесла твёрдо.

— Она не может с нами оставаться… Она… монстр.

Девушка-полурослик поставила будущее своей Паствы против девушки-монстра и сделала заключение.

За стеной комнаты её заявление было отчётливо услышано.

Гестия вступилась, чтобы уладить положение. Она первой обратилась к Лили, беспокоившейся за благополучие Паствы и Белла:

— …Ещё рано о таком думать, Помощница. Тебе стоит успокоиться.

— …Лили… сожалеет, — Девушка-полурослик рухнула на колени и извинилась.

Вельф и Микото не произнесли ни звука.

— ?..

Первой, кто услышал что-то в воцарившейся тишине, была Микото. Звук исходил из соседней комнаты, что-то пришло в движение. Из-за повисшего в воздухе напряжения ей было сложно понять, что именно это было, и эта задержка стала фатальной.

Топ, топ, топ. Раздались быстрые шаги. Стоило им стихнуть, Микото бросилась к двери и выбежала в коридор.

Осмотревшись, она никого не увидела.

Вельф и остальные были в нескольких шагах позади. Они были удивлены ничуть не меньше.

— Не может быть…

Из-за напряжения и волнения Микото была не в лучшей форме.

Несмотря на активацию своего Навыка, она не смогла никого почувствовать.

Виена бежала, она пронеслась по коридору, спустилась с лестницы, выбежала в дверь.

Я… Я!..

В её голове были слова, подслушанные во время тайной встречи.

…Мы должны принять правильное решение, которое его защитит, даже если он нас возненавидит.

…Она не может с нами оставаться.

…Она… Монстр.

Голос девушки-полурослика звучал в её ушах будто проклятье, бил в самое сердце.

Несмотря на то, что она монстр её сердце чувствительно к боли. Каждое слово Лили оставляло глубокий порез, будто лезвие проходило сквозь её кожу.

Я не могу быть со всеми?.. Я не могу быть… с Беллом?

Прекрасные голубые волосы развевались за её спиной. Драгоценный камень в её лбу пульсировал. Бесцветные слёзы лились из янтарных глаз.

Белл. Белл! Где Белл?

Ей хотелось, чтобы парень это сказал.

Что это всё неправда.

Ей хотелось услышать те слова ещё раз.

«Всё будет хорошо».

Она хотела увидеть его добрую улыбку, ощутить его руки. Ей хотелось, чтобы он обнял её и погладил по волосам.

Чтобы всё это оказалось неправдой.

Пожалуйста!..

Виена выискивала парня со слезами в глазах.

Отчаянное желание его увидеть гнало её вперёд по пути, которого она даже не знала.

Опасаясь людей, Виена несколько раз отступала и поворачивала в глухие переулки, плотнее скрывая капюшоном лицо. Она бежала в неизвестность, пытаясь снова найти яркую улыбку, которая врезалась в её память.

— Виены здесь нет?! — закричал Белл, когда услышал о случившемся.

Закат ещё не наступил. Мысли кипели в голове парня с момента его встречи с Икелосом. После того как парень посмешил домой, все его страхи, будто назло, оправдались.

Члены Паствы собрались у главного входа, готовые отправиться на поиски в любое мгновение.

Белл замер будто статуя. Харухиме склонилась перед ним.

— Мне нет оправданий! Всё случилось от того, что я упустила её из вида!..

— Я искала своим Навыком, но ничего не наша…

Слёзы текли по щекам Харухиме. Микото стояла рядом, хмурая и подавленная.

Её Навык, Чёрный Ворон Ятано позволяет ей чувствовать ближайших монстров, с которыми она сталкивалась, и Виены на территории поместья не было.

Когда парень узнал, что даже навык Микото бесполезен, кровь отлила от его лица.

Мысли о разговоре с Икелосом мгновенно испарились.

— !..

Рассказав о тайной встрече, которая случилась несколько минут назад, Лили стиснула зубы и сжала руки в кулаки.

— …Мы будем её искать!!! Микото, идём со мной!!! — не теряя времени крикнул Белл.

— Да! —Микото бросилась следом за парнем.

— Мы тоже идём!

— И-и я!

— Она не могла уйти далеко! Разделимся и найдём её!

Крики Вельфа, Харухиме и Гестии прозвучали следом. Лили покинула парадные врата, не произнеся ни слова.

Оставив поместье пустым, Паства Гестии бросилась искать девушку-воивра в наступающей ночи.

Ночная жизнь охватила город.

С наступлением темноты людей на улицах становилось всё больше. Авантюристы, возвращавшиеся из Подземелья, расходились по барам чтобы расслабиться.

Перед потоком спешивших в свои излюбленные места людей, разные заведения распахивали свои двери перед посетителями. Аромат жаренного на углях мяса и дешёвой выпивки заполнил улицы, а барды развлекали людей прекрасными мелодиями арф и оживлёнными звуками лютен.

Для ушей и носов это время сулило настоящее раздолье.

Даже в самых тихих уголках города было оживлённо.

— !..

Виена поглядывала на происходящее из-под своего капюшона.

Вид стольких новых вещей, включая огромные толпы людей и полулюдей, её поражал. Впрочем, любопытство было не той вещью, которая её вела. Музыка, доносящаяся из-за угла, постоянный топот лошадей, даже невинный смех детей, играющих на углу улицы, заставлял адреналин течь по её венам. Каменистая поверхность улицы под её обнажёнными ногами была холодной.

Скрывая себя робой, девушка пребывала в постоянном страхе, что кто-то из окружающих людей в любой момент вонзит в неё меч. Она пыталась скрываться, шагая по самому краю улицы.

Белл…

Янтарные глаза вглядывались в толпу из-под капюшона, в поисках парня с белыми волосами.

В сравнении с главными проспектами, эта улица была гораздо уже. Взгляд девушки скользнул по толпе, потом по ответвлениям аллей и, наконец, по жилым домам неподалёку.

Когда девушка осматривалась… случилось это.

У лавки на углу стояла конная повозка.

Внимание Виенны привлекло ржание лошадей.

Огромная стопка стоящих на повозке ящиков накренилась, это стопка могла обвалиться в любое мгновенье.

Должно быть, одна из связывающих коробки верёвок ослабла, причины девушка не знала, но это не меняло того факта, что ящики вот-вот рухнут. Ничего об этом не подозревая, на улице играл ребёнок-чинтроп.

Глаза Виены распахнулись шире.

Несколько ящиков уже начало падать на мальчика.

…Боль.

Это точно вызовет у него боль.

Сильную боль.

Такую, что ребёнок расплачется. Как те когти и клинки, которые обрушились на неё саму.

Стоило этой мысли мелькнуть в голове девушки, как её тело начало двигаться.

— !

Тук! Виена оттолкнулась от земли и понеслась к ребёнку как стрела.

Она оказалась рядом так быстро, что можно было принять её передвижение за телепортацию.

Когда она увидела ужас на лице мальчика, она вспомнила как сама оказалась в подобной ситуации, она увидела в нём себя оказавшуюся перед пламенем огненной птицы. Воспоминание о том, как Белл её спас мелькнуло перед глазами.

…Я должна помочь.

Это запустило целую цепочку событий.

Тело Виены изменилось.

Что-то выросло из её спины.

Из-под робы донёсся звук разрывающейся плоти, её бледно-голубая кожа треснула, и из неё протянулось крыло.

— А?..

Удивлённый шёпот ребёнка утонул в треске разбивающихся ящиков. Несколько из них раскрылись, ударившись о каменную мостовую.

Сломанные ящики и их содержимое оказалось на улице. Пивные бутылки и прочий хлам бывший в руках видевших это людей попадал на мостовую, когда взгляды увидели ребёнка, в ужасе сжавшегося перед силуэтом, напоминающим огромного, раскрывшего пасть хищника.

Такого, который мог бы поглотить человека целиком.

Одно бледно-синее крыло и пепельно-серая кожа.

Крыло сильнейших из подвидов монстров, дракона.

На несколько мгновений улица погрузилась в тишину.

— …

Прикрывшая мальчика крылом, как щитом Виена перевела на него взгляд.

Благодаря этой защите на нём не было ни царапины. Девушка испытала облегчение, встретившись взглядом с мальчиком, она спросила:

— Ты в порядке?

А в ответ…

— УУАААААААААААААААААААААААААААА!

Голос Виены утонул в крике мальчика.

Всё, что видел испуганный мальчик-чинтроп, были янтарные глаза и неестественное для обычных людей крыло.

[[image:/storage/reader-images/9a1a006b487c051eb8e9525d9a52380101622578.png]]
Испуганный мальчик получеловек подскочил на ноги и побежал, оставив Виену в недоумении.

— Мо….

— МОНСТРРРРРРРР!

Крики раздавались один за другим.

Детский выкрик разжёг на улице настоящую панику.

Будто вода во время отлива, толпа людей пыталась отойти от Виены так далеко, как это было возможно. Даже привязанные к повозке лошади побежали. Матери хватали и уносили своих детей, молодой парень-вервольф прикрыл телом лишившуюся чувств возлюбленную. Какой-то полный торговец упал на землю и притворился мёртвым.

Какофония шагов сопровождалась криками. Все, кто увидел Виену были в панике.

Вечерняя улица стала эпицентром ужаса.

Виена, совершенно лишившаяся дара речи, оказалась в центре полукруга людей.

— Гарпия, нет, сирена!

— Что она здесь делает?!

Оказавшиеся неподалёку авантюристы низкого ранга вытащили оружие, заблестела сталь.

Виена глотнула от страха воздух, её окружили острые клинки, со всех сторон на неё смотрели с ненавистью и страхом.

Последние лучи красного солнца освещали таинственного монстра в порванной робе.

Единственным, что виднелось под капюшоном, были янтарные глаза, и алый драгоценный камень, горящий кровавым светом. Те, кто не знал, что она такое, видели в девушке ужасающего трёхглазого монстра.

Ужас толпы перерос в ненависть и отвращение, направленные на однокрылого монстра.

— М-монстр!!!

Мгновение спустя одна из эльфиек бросила камень.

— А!

Он ударил Виену в голову, капюшон не защитил от этого броска.

Это послужило началом.

Паника и ярость овладели всеми вокруг. Разъярённые наблюдатели поднимали то, что плохо лежало и бросали в девушку.

Монстр дрожал от страха, когда в него полетел град камней.

— Убирайся, монстр!!!

— Это наш дом!

— Проваливай обратно в своё грязное Подземелье!

Снаряды летели дождём, а те, кто их кидали, не забывали крикнуть что-нибудь гневное.

— Что вы творите? Перестаньте!

— Не злите его!

Несмотря на низкий ранг, авантюристы в толпе прекрасно понимали, что может сотворить крылатый монстр и отчаянно пытались вмешаться. Но разъярённая толпа не останавливалась. Целый град оскорблений посыпался на монстра, посмевшего явиться на территорию людей. Ненависть к древнему врагу укоренилась очень глубоко.

— Уххх…

— Ого. Чёрт.

Несколько богов заметили шумиху.

Они забрались на крыши зданий, чтобы лучше видеть происходящее.

Один скривился, второй постоянно смотрел вниз, боясь высоты. А третий с улыбкой наблюдал за толпой.

Представление вечной вражды людей и монстров смертного мира в миниатюре разыгрывалось на их глазах.

— Уй… вот это было больно!

Осаждённый со всех сторон монстр легонько взвыл, но никто в разъярённой толпе этого не услышал.

Несмотря на то, что новообретённое крыло защищало девушку от камней, оно никак не могло прикрыть её от нападок.

Неприкрытая желчь, таящаяся в словах окружающих, впивалась в душу девушки заставляла её сердце обливаться кровью.

Слёзы катились из её глаз, она дрожала.

— Бееееел!..

—Монстр, тут?!

— Ага, всего в паре кварталов!

Услышав эти слова Белл оттолкнулся от каменной мостовой и понёсся по улицам.

— Белл-сан!

Он и Микото искали Виену вместе, но вскоре парень оторвался, оставив её позади.

Ветер свистел в его ушах, а глаза слезились. «Быстрее!!!» — кричал он сам себе, выжимая из своих ног всё, на что они способны.

Виена!!!

Ночная темнота уже охватила улицы, сердце Белла грозило выскочить из груди, кровь кипела в его жилах.

Он нёсся по улицам, следуя подсказкам, которые слышал и нарастающего шума, доносящегося из того места, в котором девушку окружила толпа.

— !!!

Белл обнаружил её прикрывающей себя от града камней большим крылом, которого раньше не было.

В седьмом районе Орариро, в углу между западной и северо-западной окраинами города, очень далеко от Центрального Парка Виена оказалась в одиночестве, заперта в центре целого шторма ненависти, который и самого парня мог бы ошеломить.

— Белл-сама!

— Белл!

Харухиме и Гестия прибыли почти одновременно с парнем, а вскоре показались Вельф и запыхавшаяся Микото. Они стояли всего несколько мгновений.

Белл, увидев слёзы, капающие из-под капюшона, был готов ринуться на помощь.

…Она плачет.

…Виена просит о помощи!

Парень бросился к ней.

— Постой, Белл!

Вельф окликнул парня, махнув рукой из толпы.

Белл собирался защитить монстра, перед разъярённой толпой, перед божествами.

Если он пойдёт на это ради неё, обратной дороги не будет. Он станет так же ненавистен, как и девушка-монстр. Но, несмотря на это, он не хотел слушать доводы товарищей. Он не остановился. Он не собирается её бросать. Белл приближался, он оказался всего в нескольких шагах от плачущей Виены.

Прямо перед парнем сквозь разъярённую толпу к Виене успела скользнуть тень.

— ?!

Не обращая внимания на камни, маленький силуэт в капюшоне бросился к Виене. Прекрасная юная эльфийка с длинными золотыми волосами пробежала за её спину.

Никто не ожидал что получеловек размером с ребёнка окажется рядом с монстром, толпа удивлённо замерла. Когда камни перестали градом сыпаться на Виену, таинственная маленькая эльфийка схватила Виену за руку.

Члены Паствы Гестии были поражены настолько же, насколько остальные люди, когда увидели, что эта эльфийка убегает вместе с монстром на соседнюю аллею. Белл распахнул глаза от удивления, когда встретился взглядом с ореховыми глазами эльфийки. Его осенило.

Лили!

Она замаскировалась, используя своё заклинание, Золушка.

Ловкость девушки-полурослика позволила ей добраться до девушки-воивра, прежде чем это успел сделать кто-то ещё.

Ведя поражённую девушку за собой Лили крикнула, обращаясь напрямую к Беллу:

— Подземная комната!!!

Оставив это сообщение, Лили и Виена растворились в тёмной аллее.

Белла, протискивающегося через толпу людей, пытавшихся понять, что сейчас произошло, осенило.

Я понял!

Припоминая, где они были, Белл понял значение послания Лили.

Он бросил взгляд через плечо на Гестию, и та подтвердила, что тоже поняла сообщение, уверенно кивнув.

— Это значит, что она!.. — Вельф улыбнулся, потому что тоже понял сообщение.

— Идём!

— И куда мы должны отправляться?

Лили оставила необходимую подсказку в своём сообщении, обозначающую место встречи, так чтобы остальные её не поняли, потому Харухиме не знала, что и думать.

Белл и остальные оставили позади озадаченных людей, быстро покидая место действия.

— В наш тайный дом!

Солнце окончательно закатилось за горизонт, в ночном небе над городом висела бледно-синяя луна. Это можно было понять по серебряным лучам света, пробивающимся сквозь дыры в обломках крыши.

Я отвёл взгляд от разбитого потолка и посмотрел на боженьку, Вельфа и остальных, собравшихся в небольшой подземной комнате.

Мы в бывшем доме Паствы Гестии, небольшой каморке, скрытой под церковью.

Мы пришли сюда, когда Лили намекнула, что поведёт сюда Виену, сбросив хвост.

Сама церковь была разрушена Паствой Аполлона, что привело к «Битве» и нам пришлось переехать… Впрочем, в отличии от разрухи наверху, подземная комната не слишком пострадала. Она выглядела почти так же, как когда мы в ней жили.

— Использовать эту комнату, как укрытие было очень хорошей идеей, Помощница.

— Лили слышала от сударя Вельфа о том, что мы хранили здесь ту ценную добычу…

Мы с Вельфом не раз сюда возвращались, чтобы спрятать деньги и добычу, вроде ценной Шкуры Голиафа, остатки которой до сих пор тут хранятся. Хорошо, что мы не стали заваливать проход, когда уходили, потому что он снова пригодился. Воспоминания о том дне мелькнули в голове, пока я слушал приглушённый разговор Лили и боженьки.

Никто не стал бы здесь жить, но эту комнату всегда можно использовать для экстренных случаев, в качестве места встречи. Прямо над головой только гора обломков, так что, пожалуй, это место можно назвать нашей тайной базой.

Интересно, что происходит снаружи… Наверняка Гильдия уже обо всём знает.

Мы решили остаться здесь, пока не уляжется пыль.

Тихие всхлипы разносились по комнате. Их источником была обнимающая меня Виена.

Её новое крыло было сложено на спине, но оно было таким огромным, что могло бы прикрыть половину тела.

Оно прорезалось, когда она попыталась защитить незнакомого ребёнка.

Атмосфера была тяжёлой. Все, от Лили и Вельфа, прислонившихся к стене, до Микото и Харухиме, присевших в уголке, и боженьки, расположившейся на пыльной кровати, были подавлены. Мы с Виеной сидели на полу посреди комнаты.

…Вся тяжесть нашего положения сегодня стала очевидна.

Виена, по своей природе монстр.

Об этом нас предупреждали боженька и Лили.

Монстров и людей разделяет ошеломляющая ненависть.

Люди не могут вынести существования монстров.

Их клыки, когти и крылья вселяют безграничный ужас и заставляют людей избегать их любыми способами.

Впрочем, такая реакция происходит с тех времён, когда расы поверхности почти не могли сопротивляться вторжениям монстров в Древние Времена, страх, который глубоко засел в сердцах людей и по сей день.

Монстры — враги.

Эта неоспоримая истина далась нам сегодня нелегко.

— Эм… Белл.

Виена посмотрела мне в глаза, остальные уставились в потолок.

Руки схватили мою рубашку, бледно-голубые щёки блестели от слёз, дрожащие губы едва выговаривали слова:

— Я не могу… быть с Беллом?

Я слышал призрачную надежду в тоне её голоса, но не мог ничего ответить.

Я хотел бы сказать, что всё будет хорошо.

Я говорил это много раз, но сейчас они просто застряли в горле.

Правда оказалась слишком тяжёлой. Виена смотрела на мою беспомощность, на её лице появилась грусть.

Я могу только за неё держаться.

Чуть не ударившись в слёзы, я схватил её маленькое тело и прижал так сильно, как смог.

Люди и монстры не могут сосуществовать.

Одного взгляда на зловещее драконье крыло было достаточно, чтобы это понять.

Завеса ночи пала, погрузив город во тьму.

Глубоко в аллеях города вдалеке от главных улиц округ руин рухнувшей церкви стояла тишина. Статуя богини, почти ставшая обломками, никак её не нарушала.

Сова пристально следила за руинами церкви, её силуэт освещал мирный лунный свет.

Вертикальные узоры покрывали белые перья. Расположившись на железных ограждениях крыши ближайшего здания птица расправила крылья.

Один из глаз птицы блестел синим светом, когда она упорхнула со своего насеста. Пересекая океан звёзд, царящих в ночном небе, птица начала опускаться и приземлилась на протянутую руку своего владельца.

— Выходит, ничего не получилось…

Тихонько пробормотал стоявший на крыши силуэт, потрепавший сову, своего фамильяра, по перьям.

Перчатки силуэта были покрыты причудливыми узорами. В них был вставлен синий кристалл, такого же оттенка, как и свет, излучаемый глазом птицы.

Тяжёлый вздох раздался из-под тёмной ткани, скрывавшей личность силуэта.

— Признаю, они стали надеждой… но этот день слишком далеко.

Сова закрыла оба глаза, будто понимая слова владельца.

Чёрная тень посмотрела на север, откуда прилетел фамильяр, туда, где располагались руины церкви.

— Медлить больше нельзя.

Силуэт перевёл взгляд на луну.

— Остальное достаётся тебе, Уран.

Силуэт прошептал что-то мраморной колонне Пантеона под своими ногами.

----------

Миссия

[[image:/storage/reader-images/2aabda5db02d60038978471e881a926c7de88aee.png]]
— Крылатый монстр? — переспросила Фрея.

— Да, Миледи. Говорят, что он появился в ранние ночные часы.

— А. Вот почему мне показалось, что город ведёт себя громче обычного… Вот что это было.

Фрея казалась удовлетворённой докладом своего последователя, Оттара.

Бесчисленные звёзды сияли в тёмном небе. Была середина ночи, Фрея сидела на своём резном кресле на самом высоком этаже Башни Вавил. Оттар терпеливо стоял рядом.

Взяв в руки бокал вина, богиня продолжила расспросы:

— Какой урон был нанесён городу?

— Помимо нескольких изолированных подстрекателей паники, никакого. Кто-то увёл монстра прежде, чем тот напал на горожан.

— Кто-то, значит… Что говорит Гильдия?

— Ничего, Миледи. В данный момент Гильдия занята сбором информации. Скорее всего с нами свяжутся в ближайшее время.

Оттар убедился, что самые важные подробности того, что происходило в городе, достигнут ушей его богини.

Впрочем, Фрея явно заскучала, услышав такой сухой и вежливый ответ своего последователя. По крайней мере, сейчас ничего интересного он сказать не мог.

— Мне организовать поиски?

— Что же… Если эта ситуация получит развитие, идея может быть неплохой, но пока в этом нет нужды. Если случится худшее, мы всегда можем просто навестить Гермеса. Уверена, он уже знает гораздо больше нас.

Апчхи! Раздалось где-то на первых этажах башни Вавил. Разумеется, Оттар и Фрея услышать этого не могли.

Богиня красоты откинулась на спинку своего кресла, изгибы её груди показались в вырезе чёрной ночной сорочки.

— Раз это всё, что нам известно, пусть будет так. Гильдия свяжется с нами, если что-то случится. Это будет означать, что для нас будет работа.

Паства Фреи напала и полностью уничтожила Паству Иштар, и потому получила наказание от Гильдии. Ещё какое-то время Фрее придётся слушать приказы этой могущественной организации.

Пусть попросту снять наложенные ограничения в силах её Паствы, необходимо продолжить поддерживать иллюзию полного контроля Гильдии над городом. Завистливые богини явно воспользуются своим шансом и выступят против неё. К тому же, договориться со взбалмошной Локи, её союзницей, в такой ситуации будет очень непросто.

Фрея не любила, когда что-то ограничивает её свободу, но и становиться высокомерной, подобно Иштар, ей не хотелось.

— Нас могут использовать снова, пожалуйста, смиритесь с этим.

— Как пожелаете, Миледи.

Извинившись перед своими последователями, которых она обязывает откликнуться на первый же зов Гильдии, богиня красоты улыбнулась.

После этого богиня покрутила вино в бокале и поднесла его к губам.

— Надеюсь, в этот раз будет интересно, — едва слышно пробормотала Фрея. В её голосе можно было услышать нотки нетерпеливости.

— Монстр… гуманоид?..

Спросила Айз, чтобы прояснить услышанное.

— Ага, ага! Ходят слухи, что его видели в западной части города.

— Не из категории больших?..

— Не похоже на то. Пара авантюристов низкого ранга, которые его видели назвали его гарпией, или сиреной. Кажется, ничего общего с произошедшим на Монстромании это не имеет.

Двойняшки амазонки Тиона и Тионэ отвечали на вопросы Айз, которая задумчиво склонила голову.

Щебетание птиц за окном говорило о приближении рассвета. Друзья Айз рассказали ей, что случилось прошлой ночью, пока шли по узким коридорам дома Паствы Локи.

Все слухи были выяснены низкоранговыми авантюристами Паствы.

— Я слышала, что вчера вечером на улицах поднялась паника. Работники Гильдии были повсюду, расспрашивали людей.

— …Финн знает?

— Конечно. Он всех, кто свободен, попросил присоединиться к расследованию. Думаю, у него есть какое-то собственное объяснение.

Услышав, что сказала Тиона, Айз посмотрела на неё.

— Хмм, — девушка подняла глаза на потолок.

Их генерал отдаёт приказы помогать несмотря на то, что их Паства не связана с инцидентом. Это означает, что любовь к городу и его жителям сильна настолько, что он просто не мог остаться в стороне.

Скорее всего он раздражён, когда понимает, что монстр может прятаться где-то в городе и терроризировать жителей.

Как авантюристка, которая зовёт Орарио домом, Айз была тронута.

— Что нам делать, если мы найдём этого монстра?

— Финн сказал, что поймать живым было бы лучше, но…

Тиона сделала в этот момент паузу в словах, а Тионэ подхватила её мысль.

— Если будет угрожать чьей-то жизни, убить на месте.

Айз положила руку на рукоять сабли, висящей на поясе.

— Понятно.

Она кивнула.

В Гильдии поднялся настоящий хаос.

Доклады о неопознанном крылатом монстре, неожиданно объявившемся в седьмом районе Орарио поступали один за другим. Жители заполонили пространство перед Гильдией, требуя информации о том, что вызвало такой недосмотр. Несколько работников отвечали на вопросы в первых рядах, пока остальные без устали работали над сбором подробных данных.

Первостепенной задачей было раскрытие пути, которым монстр смог покинуть Подземелье и проникнуть в город. К тому же, совсем недавно один из авантюристов докладывал, что видел варвара в подземных тоннелях неподалёку от сиротского приюта на Улице Дедала.

После того что случилось на Монстромании, к Гильдии, как к управляющей городом организации, и без того возникли вопросы.

Что могло произойти? Работники Гильдии пытались найти ответ.

— Гаааах. Я с прошлой ночи работой завалена!!!

— Мы все перерабатываем. Нет смысла жаловаться.

Полуэльфийка Эйна была среди тех работников Гильдии, кто очень серьёзно перерабатывал. Вместе со своей подругой и извечной коллегой, Мишей Фрот, она постоянно была на ногах.

Она получала информацию у стойки, переносила её в главный офис, посещала место событий, чтобы допросить очевидцев, и это было лишь верхушкой айсберга. Гора работы росла быстрее, чем с ней успевали справиться. И всё это время, ухмыляющиеся божества подначивали людей и даже предоставляли фальшивую информацию, чтобы сделать происходящее интересней. Работники Гильдии были вынуждены проверять все те крупицы информации, которые к ним попадали, прежде чем их обрабатывать.

— Но, но, но… оно показалось из ниоткуда. Прирученные монстры по-прежнему в своих клетках, правда?

— Да. Паства Ганеша перепроверила всех прирученных монстров.

Миша задала вопрос, прыгая рядом с идущей по коридорам Гильдии Эйной будто мячик. Эйна утвердительно кивнула.

Гильдия проявляет строгие требования к укротителям живущим в Орарио, и Паства Ганеша единственная организация, которой позволено держать живых монстров в городе, чтобы работать с ними на Монтромании. Также они проводят множество экспериментов на пойманных монстрах и проверяют теории за закрытыми дверями своего роскошного дома ради «улучшения эффективности Подземелья».

— И не забывай, что все прирученные монстры снабжаются отслеживающими табличками. Как только какой-то монстр сбежит, об этом станет известно.

Таблички — это магические предметы, которые вживляются в тело монстра, не важно какой он формы и размера, и постоянно передают его положение на датчик. Если такая табличка ломается, немедленно раздаётся сигнал тревоги. Если один из монстров сбежит, Паства Ганеша сразу же об этом узнает.

Создание, которое видели в седьмом районе, напоминало человека с крыльями. Очевидцы описывают его, как гарпию или сирену.

Никто не упоминал о табличке на теле этого монстра.

Что меня беспокоит, так это доклады о том, что монстр носил робу… Будто он пытался скрыться, значит у него есть самосознание…

От этой мысли кровь Эйны застыла в жилах.

Она впилась в предплечье, девушки продолжали переговариваться.

— Тулле.

— Шеф? Что-то случилось?

Эйна и Миша оказались перед офисом и уже почти заняли свои столы, когда раздался голос начальника-зверочеловека.

Утончённый мужчина-чинтроп в очках, похожих на очки Эйны выглядел растерянно… Хотя, может больше подошло бы: смотрел с жалостью. Он обратился к Эйне:

— С тобой хочет поговорить начальник. Это срочно. Иди в его офис немедленно.

— Э?..

Эйна застыла.

— О нет…, — раздался перепуганный голос Миши, она пыталась натянуто улыбнутся.

…Я… Я что-то сделала не так?

Эйна поправила очки, кровь в её жилах застыла от страха

— …Простите, сэр.

Поднявшись на самый высокий этаж Главного Отделения Гильдии, Эйна постучала в дубовые двери.

— Входи, — раздался грузный голос из комнаты. Взявшись за ручки двойной двери, Эйна открыла её и оказалась внутри.

Первым, что увидели её глаза, была просторная комната с огромным книжным шкафом в целую стену. Потом её взгляд опустился на узорчатый ковёр, лежащий на полу. Всё в это комнате, от антикварных ваз и картин на стенах, до вельветовой мягкой софы и алебастровых магических ламп было высочайшего качества. Божества, живущие в Орарио, известны своей любовью к роскоши, но даже им стало бы не по себе от роскошности этой комнаты.

Эйна поклонилась и прошла в центр комнаты. Пытаясь сдерживать волнение, она подскочила к человеку, который всем управлял.

Он сидел в изысканном резном кресле, его практически не было видно из-за горы бумаг. Оторвав взгляд от законченного наполовину документа, мужчина посмотрел на Эйну своими зелёными глазами:

— Опаздываешь, Эйна Тулле.

Острые уши выдавали в нём эльфа. Однако, ему недоставало красоты и безупречности его вида.

Качество его костюма было гораздо выше, чем у любого другого работника Гильдии, однако на ткань оказывала серьёзное давление живот. Сказать, что этот человек был полон, это не сказать ничего, его фигуру сложно было описать одним словом. Одна из работниц у стойки называла его оркоподобным, и это было недалеко от истины. Конечности начальника были короткими и толстыми, а его щёки были на удивление обвисшими.

Из-за роскошной одежды, он казался торговцем, который всю свою жизнь посвятил накоплению богатств.

Таков был глава Гильдии, Ройман Мардил.

Как человек, который выносит окончательные решения Гильдии по всем вопросам, он напрямую контролирует повседневные дела Орарио.

— Ты хоть понимаешь, сколько прошло времени с тех пор, как я тебя вызвал? Должно быть, ты очень высокого мнения о себе, раз заставляешь такого человека, как я, ждать.

— Приношу свои извинения…

Несмотря на тираду, Эйна решила стерпеть, а не отвечать.

Эльфы известны продолжительностью своей жизни, и Ройман не является исключением, он отдал работе в Гильдии больше века. Его жизнь стала роскошной и полной излишеств, только когда он достиг этой позиции, что и привело к полноте.

Ему дали негласное прозвище «Гильдейская Свинья».

Все остальные эльфы Орарио его недолюбливают и предпочитают делать вид, что его не существует.

В нём видят бесстыдное ненасытное существо, совершенно забывшее о гордости своей расы. Его жажда денег, вдобавок к огромному пузу, вызвала его падение в немилость целой расы.

После того как он заполучил огромную власть, даже врождённое уважение к эльфийским родичам уступило место высокомерию. Лишь перед богами и богинями Орарио он ведёт себя скромно.

А Эйна всего лишь полуэльфийка.

Ей казалось, что мысли о «грязноте» её крови прямо сейчас проносятся в голове начальника.

Что же, я знала, что случится ещё когда он меня вызвал, но…

Эйна недолюбливала Роймана.

Она была уверена, что работников Гильдии, у которых нет на него зуба, в меньшинстве.

Но фактом оставалось то, что как бы он себя не испортил, власть была в его руках.

Свои сто лет работы Гильдии он не сидел без дела. Хоть его тяга к роскоши и могла сбить с толку некоторых людей, тот вклад, который этот эльф внёс в работу Гильдии, трудно переоценить. Если бы не его заслуги, тот, кто стоит над ним, «истинный» глава Гильдии, ни за что не позволил бы Ройману Марделу занять это положение.

Кажется, он устал…

Всё что сейчас она слышит от начальника одни упрёки, но, несмотря на это, девушка замечала, что эти упрёки вызваны постоянным стрессом, потому что он полностью зависит от милости богов… Такие размышления заставили Эйну даже ему посочувствовать.

Эйна снова и снова повторяла себе, что всё хорошо, чтобы хоть как-то избавиться от стресса. Она проявила серьёзную выдержку несмотря на давление начальника.

— Хмпф, так ты из тех, кто использует свою женственность, чтобы покрасоваться перед авантюристами. Ну да, знаю. Пользуешься телом, завлекаешь сладкими речами авантюристов высокого класса, которые для города много денег зарабатывают. Твоя распущенность столько проблем остальным работникам приносит.

Глаза Роймана скользнули по изгибам тела девушки, плотно облегаемым костюмом, от этого взгляда Эйна ощутила себя голой. Ей хотелось вздрогнуть, но она подавила дрожь в коленях и стояла гордо выпрямившись.

Это была попытка на неё надавить.

Слова Роймана были не столько домогательством, сколько оскорблением, это Эйна понять могла.

— …Это какое-то недопонимание, Сэр. Ничто из того, что вы сказали, не имеет связи с реальностью.

— Закрой свой рот! Та малость эльфийской крови, которая в тебе есть, должна была хоть какой-то стыд вызвать.

На стороне Роймана был инцидент, случившийся несколько дней назад и вовлёкший себя авантюристов Дормула и Лювиса, и его лицо покраснело от злости.

Эйна вздохнула, а глаза эльфа блестели недобрым блеском, смотря на неё.

— Но хуже всего, что ты утаиваешь от нас информацию о Белле Кранелле, не так ли?

А…

В этот раз Ройман попал в точку.

Эйна не доложила о появившейся у Белла способности Удача, или его заклинании, Вспышке, первом заклинании подобного рода, не требующего чтения. Это раскрылось во время «Битвы» и вызвало в Гильдии настоящее расследование. Очень вероятно, Ройман пытается вынудить Эйну рассказать всё, что она знает. К тому же, Эйна так и не раскрыла остальным, каким образом Белл так быстро поднял уровни. Документ, описывавший какие шаги, предпринимал парень до сих пор погребён под остальной бумажной работой на её столе. Подобная выволочка была неизбежна и сейчас поздно о чём-то жалеть.

К тому же, помимо советов, Эйна также передавала доклады, которые должны были оградить от опасности авантюристов, находящихся под её опекой, вроде Белла… Ройман мог подумать, что в этих докладах она могла упустить несколько деталей.

И снова Эйне пришлось собрать волю в кулак, чтобы унять дрожь от наблюдений, сказанных Ройманом.

— Ты много чего скрываешь, чтобы он не стал игрушкой какого-нибудь другого бога, да?

— Н-нет, это не правда!..

— Не ври мне! Ты с самого начала своей работы была на стороне авантюристов, разве нет? То, что советница не раскрыла секрет быстрого роста Белла Кранелла, принесло нам куда больше проблем, чем ты можешь себе представить!

Ударив кулаком по столу и завизжав как свинья, Ройман продолжил свой словесный натиск. Эйна могла лишь держаться перед потоком, критики который на неё вылился и ждать, пока он закончится.

Спустя некоторое время эльф успокоился.

Его лицо заблестело от пота, он сделал глубокий вдох.

— …Теперь к причинам, по которым я тебя вызвал.

Эйна снова напряглась, глава Гильдии вытер лицо кусочком ткани, который достал откуда-то из-за стола.

— Проследи, чтобы это достигло Паствы Гестии… Передай лично Беллу Кранеллу.

— Э?

Он протянул запечатанный конверт, между двумя огромными стопками бумаг.

Ошеломлённая Эйна смогла взять дрожащими руками конверт только после того, как взгляд Роймана снова стал яростным, как у медведя.

— Эм, сэр, это?..

На конверте был штамп Гильдии, в нём должно было быть какое-то предписание.

Может задание?

Ройман заговорил, отвечая на вопрос Эйны до того, как она его задала.

— Тебе скажу, что это не задание, а миссия.

— !

Глаза Эйны на мгновенье округлились.

— К тому же тайная. Единственная группа, которой положено о ней знать, это Паства Гестии, персонал Гильдии не должен о ней знать. Прояви особую осторожность, когда будешь передавать конверт… Не думаю, что мне стоит объяснять, но тебе запрещено знать содержимое.

Миссия.

Прямой приказ Гильдии, от которого нельзя отказаться. Любая Паства и авантюрист Орарио обязан подчиниться отданному приказу.

К тому же, эта миссия секретна. Эйна не знала, почему именно Беллу было поручено нечто настолько важное.

— Ты его советница. Это твоя работа.

Если Ройман будет передавать приказ лично, это привлечёт внимание, учитывая его положение.

Объяснив, что происходит, эльф откинулся на спинку кресла, глядя на поражённую Эйну.

— Передай это ему, ясно? Отказа я не приму.

— С-сэр, о чём думает руководство?..

— Мелкой сошке, вроде тебя знать не обязательно. А теперь убирайся. Я занят, — бросил в ответ Ройман.

После этого он разразился очередной тирадой, столько раз повторив Эйне, чтобы она убедилась, что всевышняя Гестия также увидит конверт, что полуэльфийка не могла выкинуть его голос из головы. А когда ему больше нечего было сказать, он ещё раз потребовал, чтобы Эйна покинула его офис.

Тайная миссия… Но почему?..

Закрыв за собой двойные двери, Эйна рассеянно стояла посреди коридора.

Её изумрудные глаза задрожали, когда их взгляд упал на закрытую печать конверта.

Решение высшего руководства? Но тогда почему Ройман следит за исполнением?.. Это его решение?

Эйна покачала головой, придя к таким мыслям.

Что если ему просто приказали?..

…Не может быть.

Недоброе предчувствие потрясло Эйну.

У организации, известной как Гильдия, есть настоящий «глава», который стоит над руководителями.

За закрытыми дверями что-то произошло.

Неожиданно ощутив волнение, Эйна прижала руку к сердцу.

Мы вернулись домой поздней ночью.

Каким-то чудом нам удалось скрыть Виену и её новообретённое крыло от взглядов.

Ночь кончилась, но ничто не могло разрушить мрачную атмосферу, сгустившуюся над поместьем. Все, кроме Лили, которая заставила себя вернуться в город, чтобы собрать информацию, оставались в поместье с нашего возвращения. Мы залегли на дно, пытаясь держаться как можно дальше от поднявшейся на улицах шумихи.

Но кое-что случилось.

Меня вызвали в Гильдию. Только меня.

— Прости, что попросила тебя срочно сюда прийти.

— Н-ничего.

Мы с Эйной оказались в переговорной.

Она стояла напротив, вся моя сила воли уходила на то, чтобы унять в теле дрожь.

Посланник Гильдии прибыл с запиской Эйны около полудня. В письме говорилось, что прибыть я должен срочно, потому я поторопился в Гильдию.

Я никак не мог успокоиться.

Почему именно сегодня?

Я в числе подозреваемых в происшествии прошлого вечера?

Впрочем, вызвала меня Эйна. Она моя советница, сомневаюсь, что со мной связалась бы она, будь я подозреваемым.

Виена, наконец, заснула после длинной ночи, перед тем как я ушёл, но я не перестаю за ней беспокоиться.

Ни я, ни Эйна не заняли места в креслах комнаты. Когда мы оказались лицом к лицу я заметил, что она очень взволнована.

— …Это для тебя.

— А?

Её напряжение стало сильнее, когда она что-то мне протянула, я увидел в её руках запечатанный документ.

— Мисс Эйна, что?..

Не зная, что думать я взял бумагу в руки. Она молчала довольно долго, прежде чем заговорить.

— Тайная миссия. Мне приказали передать эту бумагу тебе лично.

Что же, это… необычно.

Миссия от Гильдии? Да ещё и тайная?

Прямой приказ руководства. Обычно такие задания связаны с аномалиями Подземелья или убийством очень сильного монстра, а иногда это операции за городской стеной. Паства Гестии, конечно, последнее время была на слуху, но мы едва-едва можем считаться Паствой среднего ранга. Почему для миссии выбрали нас?

Если нужно втайне совершить нечто важное, почему для этого не выбрать сильнейшие Паствы или авантюристов Орарио?..

Я не мог поверить своим глазам, смотря на бумагу в своих руках.

— Можно я… открою здесь?

— Да. Но мне не показывай… мне нельзя знать.

Наш разговор был каким-то неловким.

Я медленно разломал печать, Эйна наблюдала, её рот был слегка приоткрыт.

Из-за нервозности мои руки едва двигались. Я медленно достал документ:

— Всем членам Паствы, включая воивра, приказано проследовать на двадцатый этаж Подземелья.

— …

Время застыло.

Моё тело начало холодеть. Я перестал чувствовать руки и ноги.

Слова, записанные простым языком, чернилами на бумаге вызвали у меня приступ паники.

— Убедись, что это прочтёт Всевышняя Гестия… Белл? Что случилось?

Я слышал звуки, не слова.

Я даже моргнуть не мог, глаза снова и снова перечитывали сообщение, дыхание перехватило. Слова то расплывались, то снова становились отчётливыми.

Но как?.. Когда?..

В голове зажглось множество вопросов, ни один из них я даже задать до конца не мог, появлялись новые.

«Воивр», речь идёт о Виене, сомнений быть не может. Кто-то знает, что Паства Гестии её защищает?

Гильдия всё знает?

Это угроза?

Если это правда…

В чём смысл этой миссии?

Что Гильдия пытается сделать?

Как я могу хоть что-то понять, когда в мой разум засыпается столько вопросов?

— Белл! Белл?!

Эйна произносила моё имя снова и снова, я начал приходить в себя.

Её голос вернул меня в реальность. Я уставился на неё, побледневшую, будто призрак.

— Мисс Эйна, что Гильдия?..

Я начал произносить слова, но они застряли в горле.

Я не могу спросить.

Я не могу спросить у неё, что известно Гильдии.

Друзья они мне или враги.

Я не знаю, кому я могу доверять.

Я почти слышу, как содрогается лицо Эйны.

Возможно ли, что даже она?..

…Нет, не может быть!

Я потряс головой, ощущая, что мои мысли выходят из-под контроля.

Она никогда меня не подводила. Она никогда не пыталась что-то от меня узнать.

Эйна занимает самое низшее положение Гильдейской иерархии. Она сама сказала, ей «не позволено знать».

Я не могу позволить положению, в которое я попал, заставить меня сомневаться в тех, кто всегда был на моей стороне.

Вот так. А сейчас передо мной…

Миссия назначена высшим руководством Гильдии.

Я сглотнул.

За работу принялся мощный механизм, и мы почти встали у него на пути.

— …Белл, пожалуйста, поговори со мной.

— !

Эйна сделала ко мне шаг, я вздрогнул.

Подняв голову, я увидел её умоляющий, честный взгляд.

— Если что-то тебя беспокоит, скажи мне. Я даю слово, что не узнает ни единая душа. Я не могу стоять и смотреть как ты держишь всё в себе.

Её глаза начали дрожать, будто она вложила в эти слова всё своё сердце.

— Даже если я буду худшей советницей в глазах Гильдии, я сделаю всё, чтобы помочь авантюристам, таким как ты.

Я ощутил, что тоже готов прослезиться.

— Выслушать, когда тебе нужно выговориться, это всё, что я могу. Пожалуйста…

…Доверься мне.

Её мольба была искренней.

Она ничего не знает.Но если я расскажу ей что случилось, если поддамся её доброте, она окажется во всё это втянута. Из-за меня её тоже затянет в это тёмное дело.

Я… Я не могу этого допустить.

— …Ничего… не случилось… Пожалуйста, не беспокойтесь.

Эти слова потребовали всей выдержки, которая во мне была.

Эйна ссутулилась, будто что-то в ней сломалось. Она была подавлена.

Я не мог взглянуть ей в глаза. Даже смотря в пол, на её ноги, я знал, что она отвела взгляд.

Между нами выросла стена. Я практически слышал, как она появилась.

Будто пытаясь сбежать я оставил Эйну, быстрыми шагами покинув переговорную.

Сопротивляясь невидимой силе, тянувшей меня снова пойти в Гильдию и извиниться, я вернулся домой.

Не растрачивая времени, я перешёл прямо к делу, собрав остальных в Гостиной.

— Миссия…, — не веря своему собственному голосу, прошептал Вельф, крутя в руках конверт. — Так они знают? Из-за того, что вчера случилось?

— Так было бы слишком внезапно. Воивр… Лицо и тело Сударыни Виены было скрыто плащом, но им известно монстром какого типа она является… Единственное подходящее объяснение, они знают довольно давно.

Морщинок на лице Вельфа прибавилось, пока он, пытаясь оставаться спокойным, слушал объяснение Лили. Микото и Харухиме стояли по сторонам будто статуи. Боженька прочла документ и, погрузившись в раздумья, стояла молча. Виены в комнате не было.

Никто в комнате не мог присесть.

Когда мы обменялись взглядами, я понял, что в замешательстве пребываю не только я.

—Причины выдачи такой миссии заставляют Лили задуматься куда сильнее…

Лили взяла документ из рук боженьки и внимательно его прочла. Непривычно было видеть столько неуверенности на её лице, пока её ореховые глаза пробегали по строчкам.

— Лили не может понять, чего Гильдия пытается достичь. Это не наложение ареста и не требование немедленно выдать сударыню Виену… Зачем отправлять нас в Подземелье?

Вдобавок к тому, что документ был украшен похожим на лозу узором, в нём указывалась подробная инструкция.

Красными чернилами на карте двадцатого этажа был нарисован круг. От нас требовали дойти до одной из самых глубоких частей этажа, вдали от главного пути. Нам даже указали в какое время мы должны выдвигаться. Сегодня в полночь, когда темнее всего.

— Получается, Гильдия не собирается нас арестовывать?..

— Сейчас, по крайней мере.

— Мы должны сопроводить Виену-сан обратно в Подземелье… Но для чего?

— Чтоб я знал. Может в Подземелье планируют что-то начать, а мы просто посыльные?

Лили ответила на вопрос Микото, пока Харухиме и Вельф делились мыслями.

Вельф взял документ из рук Лили, пока все разговаривали, когда он прочёл наше задание во второй раз, он нахмурился ещё сильнее:

— А мы вообще сможем? Мы? На двадцатый этаж? Мы едва на девятнадцатый спустились.

— …Постоянное использование заклинания сударыни Харухиме позволяет нам получить группу из двух авантюристов третьего уровня и одного второго уровня. Двадцатый этаж относится к серединным этажам Подземелья, потому таких сил достаточно, теоретически. Проблема заключается в том, что у нас нет опыта сражений на этих этажах.

Авантюристы тщательно изучают каждый этаж, особенности ландшафта и сражения с монстрами, прежде чем спускаться ниже, ради безопасности.

А нам придётся пропустить всю подготовку и оказаться в самом сердце двадцатого этажа, в месте в котором мы никогда не были… Одно можно сказать наверняка, мы столкнёмся с «неизвестным» напрямую.

Как Лили и сказала, отвечая Вельфу, нам придётся бороться с волнением и страхом от попадания в новое место, незнакомое окружение и битвах с новыми монстрами.

— …Что мы будем делать?

В тот момент, когда все притихли… раздался голос Микото.

— Не думаю, что у нас есть выбор, нам придётся идти…

— Это миссия. У нас нет права отказаться.

Вельф и Лили заговорили, озвучивая самые весомые аргументы.

Гильдия заправляет всем, что случается в Орарио, и этой организации известно, что мы станем делать. Мы оказались всё равно что между молотом и наковальней. Попытаемся сопротивляться, например, сбежать из города, и нас выследят ещё до того, как мы покинем городские стены.

Всё что для этого нужно будет сделать, это рассказать, что Паства Гестии покрывала монстра в своём доме.

Что же случится с Виеной?..

Нет смысла пытаться отвечать на этот вопрос, не зная, чего Гильдия пытается достичь. Это я понимаю. А ещё я понимаю, что выбора у нас нет, как подчеркнула Лили. Просто… я не могу не задуматься, что произойдёт, если мы сделаем то, что приказано… И есть вещь, о которой я не могу перестать беспокоиться.

…Я сомневаюсь, что Гильдия могла отправить нас на двадцатый этаж зная что-то, чего мы знать не можем.

Виена была рождена в Подземелье.

И тот монстр, который нам встретился, назвал её «одним из её вида».

Я понятия не имею во что выльется эта миссия.

Одно мне известно: есть вероятность, что Гильдия знает о Виене нечто важное, и у неё есть на неё какие-то планы. Когда мы поймём, что это за планы, для нас всё встанет на свои места.

Авантюристы… скорее исследователи?

Давным-давно, в Древние Времена, безумно храбрые люди спускаясь в Подземелье оставались один на один с «неизвестностью», и их начали называть авантюристами.

А теперь и мы входим в Подземелье навстречу новым открытиям. Это путешествие ни за что не станет таким же, как когда-то, кем-то совершённое.

— …

Все мы посмотрели на нашу богиню, Всевышнюю Гестию.

За это время она не произнесла ни слова. Посмотрев на нас в ответ, она медленно кивнула, будто говоря нам идти.

Мы кивнули, принимая её божественную волю. Теперь всё решено. Мы отправляется на миссию.

— Я хочу попросить у всех прощения… это всё моя вина.

Несколько тяжёлых секунд спустя…

Я не мог взглянуть на своих друзей, мне оставалось только извиниться.

Я знал, что спасение Виены было правильным решением. Я не могу заставить себя думать по-другому. Она прячется в нашем доме, и я чувствую сердцем, что защитить её было правильно.

Однако, как член этой Паствы и как её лидер, я обязан извиниться. Из-за меня каждому пришлось принять эту ношу на свои плечи. Лили предупреждала, что может случиться и была права.

Я подверг всех опасности. Именно этого должен избегать любой лидер. Я провалился. В конце концов, мне кажется, что я не подхожу на эту роль.

Бесконечное чувство вины мешало мне взглянуть в глаза остальным. Дрожащие руки сами собой сжались в кулаки.

— Белл-сама, — Харухиме, стоявшая ко мне ближе всех, потянулась и взяла мою руку своими руками, — прошу вас. Не жалейте о том, что вы пришли на помощь Виене-сан.

Я, наконец, смог поднять голову. В её глазах была мольба.

Обвив мой кулак обеими руками, она подняла его к груди и сжала сильнее.

— Меня бы сегодня здесь не было, если бы вы с Микото-сан меня не спасли. Благодаря всем вам, я снова могу радоваться. Виена-сан такая же. Всё потому, что мы пришли ей на помощь!..

Её чарующие зелёные глаза блестели от слёз, голос переполняли эмоции. То, что она хотела сказать было понятно. Не нужно отрицать всего хорошего что было, каким жутким положение бы ни было сейчас.

Я ощутил, как мои глаза распахиваются шире, когда первые слезинки покатились по её щекам.

Несколько мгновений спустя, Харухиме поняла, что до сих пор держит мою руку и, краснея, подпрыгнула.

Лили подошла к Харухиме сзади и, сурово на неё взглянув, резко потянула лисий хвост.

— Яй!.. — взвизгнула Харухиме.

Я покрылся холодным потом, когда Харухиме пришлось от меня отпрянуть, и заговорил Вельф:

— Тебе не за что извиняться. Так во всех семьях поступают, разве нет? Поддерживают друг друга, — сказал он. — Или ты забыл, чему я подверг вас с Гестией во время вторжения Ракии?

Он пожал плечами.

— Влезай в проблемы, в которые тебе хочется. Я возражать не буду.

— Вельф…

Я не мог и слова сказать. Даже Микото мне улыбнулась:

— Нам суждено быть в одной лодке, — сказала воительница с Дальнего Востока с обострённым чувством справедливости.

Её фиолетовые глаза тоже смотрели на меня с пониманием. Я смотрел в её глаза несколько секунд, прежде чем перевести взгляд на Лили.

Она стояла рядом с Харухиме, гладившей и расчёсывавшей свой хвост. На её лице также была расслабленная улыбка:

— Лили последует за вами куда угодно, сударь Белл. Всё-таки, она ваша помощница.

Вся наша семья мне улыбалась.

Сжатые кулаки начали разжиматься от окружающей теплоты.

— …Спасибо.

Вместо извинений…

Я сказал им, как я им благодарен.

— …

Гестия наблюдала за разговором своих подопечных чуть в стороне. От крепких уз её последователей улыбка сама собой возникла на её лице. Впрочем, эта улыбка была недолгой. Взгляд богини снова упал на письмо. Взгляд богини пробежал по буквам, выражавшим приказ о спуске на двадцатый этаж, а потом упал на подобные лозам узоры, покрывавшие углы страницы. Их форма могла показаться случайной, но в них было заключено гораздо большее. Эти узоры были тайным посланием, скрытым на самом видном месте, записанным языком отлично знакомым богине, иероглифами:

Приходи в четвёртый блок седьмого района города, когда твоя Паства уйдёт. Тебе не причинят вреда.

Скрытое божественное послание.

Гестия слышала, что Белл получил миссию от Эйны, которой было приказано убедиться, что она увидит этот листок.

Одной из целей этой миссии было отделить её от Паствы, прежде чем с ней связаться.

Богиня прищурила свои синие глаза.

Неужели тот, кто дёргает за ниточки это?..

Гестия напряглась, прочитав послание, которое указывало ей приходить одной снова.

Я поднялся по лестнице, омываемой заходящим солнцем.

В окно было видно, что солнце почти скрылось за горизонтом. Казалось, будто небо пылает, его заливал красноватый свет ранних сумерек. Что же до меня, я переставлял ноги на ступеньках, быстро поднимаясь.

После долгого обсуждения мы решили принять сегодняшнюю ночную миссию и разошлись подготавливаться.

Лили пошла в город, чтобы пополнить наш запас предметов для спуска на серединные этажи. Собрав нашу броню и оружие, Вельф заперся в мастерской, проверяя, чтобы всё было в лучшем состоянии. Микото и Харухиме, готовившие еду и воду для длительного путешествия, ушли не так давно. Даже боженька сказала, что у неё есть какое-то дело и ушла. Если не считать Вельфа в мастерской, в поместье остались только я… и Виена.

Я поднялся на третий этаж нашего дома и прошёл по коридору.

Оказавшись перед своей комнатой, я тихонько распахнул дверь.

Девушка с бледно-синей кожей лежала на моей кровати в углу комнаты. Она была одета в ту же робу, что и вчера, её щёки блестели от слёз, она свернулась на кровати клубочком как ребёнок.

Всё так как мне и говорили Харухиме и Микото, использовавшая свой навык постоянно. Она плакала и не выходила из моей комнаты с возвращения.

Будто она боялась внешнего мира.

— …

Я подошёл к кровати, стараясь не издать ни звука.

Пытаясь не разбудить Виену, я сел с ней рядом.

В комнате было тихо. Время шло, никакие звуки не проникали сюда снаружи, она была далеко от тех, кто хотел причинить ей вред. Я слышал только тихое дыхание Виены.

Учитывая, что лето почти наступило, даже в вечерние часы было тепло. Но мне не хотелось открывать окно. Это нарушит наше с ней пространство.

Может комната и моя, но её запах уже смешался с моим.

Прошла всего неделя, но столько всего случилось. Её запах вызвал множество воспоминаний, которые начали проноситься в моей голове, когда я закрыл глаза.

— …

Столько проблем.

Кажется, я каждый день готов был разрыдаться, но, несмотря на это, я ни на что не променял бы прошедшую неделю.

Мои губы расплылись в улыбке от тёплых воспоминаний.

Я протянул руку и нежно провёл ей по волосам Виены. Блестящие синие пряди были прочными, но при этом покладистыми, будто шёлк. Они казались такими чужими, когда я пробежал по ним пальцами, как делал каждый день до этого.

— …Ммм.

Её голубые веки вздрогнули и открылись.

Янтарные зрачки медленно осмотрели комнату. Они бегали по сторонам, пока не остановились на мне. Улыбка появилась на её губах.

— Белл…

— Да, это я… Прости, что разбудил.

Она легонько помотала головой на мои извинения, будто говоря, что всё в порядке.

Её крыло, сложенное над изодранной робой, двигалось вместе с головой.

Не отрывая головы от подушки, она взяла мою руку и передвинула её с волос на свою щёку. Её кожа была прохладной, будто всё это время её обдувал ветерок.

Ещё не проснувшись до конца, она радостно посмотрела на меня.

— Виена, я хочу сказать тебе нечто важное, послушай, пожалуйста.

— …Хорошо.

Она медленно села.

Наши взгляды встретились, мы сидели бок о бок на кровати. Тени наших силуэтов, сидящих друг напротив друга растянулись.

— Ночью?..

— Да, вместе с Харухиме.

Я рассказал Виене о решении, которое мы приняли вместе с боженькой.

Разумеется, некоторые вещи я упустил.

Я всё ей объяснил, сказал, что мы должны пойти в то место, в котором она родилась.

— …

— …Ты не хочешь туда идти? — спросил я, увидев, как она опустила голову.

Не могу её в этом винить. Я не сказал ей почему мы должны спуститься в Подземелье. Это должно было вызвать удивление.

Виене наверняка непросто такое принять. В конце концов, Подземелье наполнено страшными существами, которые пытались её убить.

Проблема в том, что мне нужно убедить ей пойти. Я начал придумывать причины, но…

— Нет… Я пойду.

Она не подняла головы, но сказала так, чтобы я её ясно услышал.

Я не поверил своим ушам, когда она подняла на меня взгляд:

— Белл… Харухиме. Все пытаются мне помочь, так ведь?

Глаза сами собой округлились.

Красный драгоценный камень блеснул в последних лучах заходящего солнца.

— Все всегда пытались мне помочь.

— Виена…

— Это страшно… Но только не когда со мной Белл и остальные.

Последний лучик солнца уже скрылся, но я видел, что тело Виены дрожит.

Невинная, чужая этому миру девушка лишь пыталась казаться храброй.

Она доверилась нам.

— Прости, что столько плакала… Спасибо за защиту.

Слёзы грозили в любое мгновенье вырваться из янтарных глаз, но она широко улыбалась. Потом она наклонилась и зарылась лицом в мою грудь:

— Я люблю… Белла.

…Чего бы мне это не стоило, я должен защитить эту девушку. Что бы нас не ожидало, я защищу Виену. Я её не оставлю. Я не дам ей умереть.

Я поклялся сам себе.

Настала моя очередь сдерживать слёзы. Пытаясь не прослезиться, я приобнял её руками.

Я обнял её всю, включая дрожащее драконье крыло.

Снизу раздались тихие всхлипы.

Солнце село. Остатки его света заливали мою комнату красновато-золотым светом.

— Монстр гуманоид… Тот самый.

Дикс поправил очки, уголок его губ скривился в усмешке.

— Правда, насчёт крыльев ничего не помню… У той зверины, которую вы видели ничего такого не было, так?

— Не было. Только руки и ноги, как у человека. Хотя, у воивров змеиные тела, с крыльями, кажется…

— Точно… Зверь остаётся зверем, если у него есть когти и крылья.

Тук, тук. Дикс постучал древком красного копья по плечу, слушая подчинённых.

Они были в комнате без окон. Их окружали стальные прутья клеток, они могли разговаривать во весь голос, не боясь быть услышанными.

— Вы же знаете, что это случилось как раз в тот день, когда наш бог его навестил… Наверное, это удачей называют? Наверное, наш всевышний не так глуп, как может показаться.

Похвала вспыльчивому божеству повисла в воздухе без ответа.

Дикс усмехнулся.

— Думаешь о том же, о чём и я, Дикс?

— Ага.

Решение было принято.

Красные глаза авантюриста прищурились за закопчёнными кварцевыми стёклами очков.

— Глаз не спускать с Паствы Гестии.

Затянувшийся над Орарио закат сменился ночью.

В городе было шумно. Исключением был Центральный Парк, наполненный мирной тишиной.

Едва ли можно было найти человека, который сейчас был бы рядом с Башней Вавил. Огни ресторанов и баров виднелись из парка, но в основание белой башни не проникало почти ни единого звука.

Время близилось к полуночи. Часы вот-вот должны начать отсчёт нового дня.

Белл привёл свою Паству к западному входу в Башню Вавил.

Он, Вельф и Микото были одеты в саламандровые плащи поверх брони. Лили и Харухиме — в Робы Голиафа. И, наконец, у Виены, помимо накинутого на плечи саламандрового плаща был слегка изменённый рюкзак. В этом рюкзаке было проделано отверстие, которое скрывало крыло Виены и маскировало её под самую обычную помощницу.

Девушка-воивр бросала взгляды через плечо, поскольку это странное устройство хлопало её по спине, пока она шла. Группа авантюристов окружила её и нагрузила разнообразным оружием, которое было заранее подготовлено. Арсенал включал в себя большой щит, разнообразные клинки разной длинные и даже магический меч. Ещё никогда их группа не выглядела такой укомплектованной, всё благодаря труду Вельфа.

Волнение перед миссией начало давать знать о себе. Харухиме, Микото и Лили выглядели взволнованными.

— …

— Что-то не так, Белл?

Группа стояла у открытых дверей Вавила, её освещал исходящий из башни свет, неожиданно для всех Белл обернулся.

Вельф окликнул его, увидев, как парень пристально осматривается.

За нами наблюдают… И наблюдателей явно больше одного.

Белл ощущал на себе взгляды откуда-то из-за пределов пустого парка. Наблюдатели не слишком близко, но они точно рядом, разбросаны в разных направлениях.

Расставила ли Гильдия своих людей, чтобы за ними проследить, или…

Живот Белла скрутило от воспоминания о недоброй улыбке Икелоса.

Обернувшись, он посмотрел на девушку, скрывающую своё лицо под капюшоном, Виену.

— Белл…

Взволнованный взгляд янтарных глаз посмотрел на него из-под капюшона.

Белл несколько раз глубоко вдохнул, они молча смотрели друг на друга.

Отбросив свои волнения, парень улыбнулся так широко, как у него получилось.

— Всё хорошо.

Поправив свой капюшон Белл морально подготовился к тому, что ожидало его впереди.

— …Пора, — сказала Лили, с щелчком закрыв крышку своих треснувших карманных часов.

Все взгляды обратились на Белла. Парень кивнул.

— Всевышняя, мы уходим.

— Хорошо. Только вернитесь все вместе.

Гестия хотела увидеть, как они отправляются и прошла до башни Вавил вместе с ними. Белл быстро попрощался.

Богиня осмотрела своих последователей и, дождавшись момента, когда все отвернуться, остановила Белла, тихонько заговорив:

— Белл…

— Что, Боженька?

— …Нет, ничего.

Увидимся, когда вернёшься, одним взглядом передала Гестия, наклонив голову набок. Парень кивнул снова и вошёл в Вавил.

Их миссия официально началась.

Группа отправилась на двадцатый этаж.

----------

Еретики

[[image:/storage/reader-images/c626be2dd89934ce0df8af4e6b14eee2bb4cc1a6.png]]
Белые кристаллы, покрывающие потолок, погасли, погрузив этаж в сумрак. Синие кристаллы, разбросанные в лесу и прудах, продолжали излучать слабое «ночное» освещение, совсем не похожее на ночное время суток поверхности.

Мы на восемнадцатом этаже Подземелья, Последнем Убежище.

«Ночь» уже охватила безопасную зону к тому моменту, как мы в ней оказались.

Мы очень быстро прошли верхние и серединные этажи, не позволяя монстрам навредить Виене. Кажется, у нас получилось только потому, что мы на жалели заклинаний и целебных предметов. Впрочем, знакомство с этажами и короткими путями вниз также принесло свои плоды. А ещё отсутствие Голиафа на семнадцатом этаже.

Когда мы вышли из тоннеля, соединяющего безопасную зону с семнадцатым этажом, то отправились на север, к гигантскому дереву.

Свет множества ламп с магическими камнями виднелся на острове посреди озера слева от нас, но мы не обращали на него внимания. Даже короткой остановки в Ривире в планах не было. Мы шли на двадцатый этаж.

Несколько очень мелких стычек с группками монстров были единственным встреченным нами препятствием. Оказавшись в центре безопасной зоны, мы быстро нашли проход среди корней Центрального дерева.

— Началось самое сложное.

— Точно. Я спускалась туда только по заданию в тот день, когда мы встретили Виену-сан, но…

Виена слушала к разговор Вельфа и Микото.

Мы не могли не порадоваться первой и единственной остановке, сделанной чтобы отдохнуть.

Сомневаюсь, что по пути к цели у нас появится время на отдых. Найдя укромное место неподалёку от выхода с этажа, мы попытались восстановить потраченную на такой быстрый спуск энергию.

Корни огромного дерева окружали нас, как подкова, мы спрятались в одной из пустот его ствола. К счастью, по пути на девятнадцатый этаж этой «ночью» не оказалось никого.

Поскольку адские гончие больше не представляли угрозы, мы с Вельфом и Микото сняли саламандровые плащи. Стало заметно легче.

Ощущать лёгкую прохладу было просто замечательно.

— Лили, насчёт бомб-вонючек…

Лили ответила на мой вопрос роясь в скинутом на траву огромном рюкзаке:

— Да, запас ограничен. Лили считает, что будет лучше оставить как можно больше на возвращение из похода. Конечно, их можно использовать на случай опасности, но…

Наша группа будет в гораздо худшем положении при возвращении на поверхность, потому оставить как можно больше Бомб-вонючек Мальборо имеет смысл. Я тоже понимаю, что нам не удастся пройти совсем без боя.

Рюкзак Лили был настолько переполнен оружием и предметами, что, казалось, скоро разорвётся. Едва помещающаяся внутрь экипировка стукалась друг о друга, пока Лили наводила в рюкзаке порядок. Я наблюдал за ней краем глаза, но о путешествии назад я думал в последнюю очередь. Мысли о нашем задании куда важнее.

—Вельф-сан, сколько у нас магических мечей?..

— Три. Так что не трать свой меч впустую, малютка Лил, хорошо?

— Лили всё понимает!

Вельф ответил на вопрос Микото, сразу после этого подколов Лили.

Наша группа несёт с собой три Магических Меча Кротцо. Два из них размером с кинжал, они помогают защитить задний ряд нашего отряда. Третий меч намного больше и Вельф несёт его рядом с двуручником, на спине. Вельф сделал эти мечи заранее, и они должны были помогать нам в обычных походах в Подземелье. Сейчас мы взяли с собой все припасы, которые у нас были.

Надеюсь, эти мечи помогут нам прикрыть недостаток боевого мага и мощных заклинаний в нашей группе…

…Впрочем, если будет нужен прорыв…

Останется только положиться на нашу силу, будет важно только то, что может сделать каждый из нас.

Оружие и предметы нам помогут, но это всё. Выбираться из серьёзных трудностей придётся своими силами и командной работой.

Утроба безжалостного Подземелья, проверяет нашу группу на прочность.

Я не могу знать, что с нами случится… Но точно не забуду, кому я доверяю.

— Наверное, нам пора идти дальше, — произнёс я, когда наша группа отдохнула около тридцати минут.

Когда я выпил последнее зелье для восстановления сил, мы один за другим начали входить в тоннель.

Древесные корни формировали лестницу. Мы оказались в покрытом мхом коридоре, когда спустились с последней ступеньки. Так мы вошли в Огромный Древесный Лабиринт.

— Харухиме-доно, если вы готовы…

— К-конечно!

В ответ на слова Микото, Харухиме начала накладывать своё зачарование.

Важно, чтобы никто кроме нас не видел её заклинания. Мы присматривались к коридорам, пока за нашими спинами раздавался мелодичный распев Харухиме.

— ...Uchide no Kozuchi.

Зачарования — это особые заклинания, которые могут быть использованы только ренартами, с этими словами Харухиме активирует своё поднятие уровня.

Завихрения магической энергии собрались в молот, опустившийся на голову Вельфа, стоявшего во главе нашей формации, окутав его светом.

— Ощущения просто отличные! — сказал Вельф, выкидывая в воздух кулак, от его тела начали подниматься искры.

— Так красиво… ты восхитительная, Харухиме!

— С-совсем нет… Это большее, на что я способна!..

Виена, никогда раньше не видевшая заклинания Харухиме, следила за происходящим с блеском в глазах.

Постоянное поддержание Увеличения Уровня Харухиме это самое важное, что нам требуется для похода по Огромному Древесному Лабиринту. Поскольку Вельф находится в голове нашей формации, он постоянно сражается с монстрами. Чем он сильнее, тем выше наши шансы пройти дальше.

Мы исследовали Uchide no Kozuchi и выяснили что его эффект держится около пятнадцати минут, если Харухиме вкладывает в него достаточно магической силы. После того как заклинание перестаёт действовать, ей приходится использовать его снова. Нам нужно постоянно обращать внимание на оставшееся время действия, чтобы поддерживать его эффект.

— Выпей магическое зелье сразу, — настоял Вельф.

Харухиме ответила: «Да, конечно!».

Её заклинание требует огромного количества магической энергии, так что будет лучше перестраховаться.

Поднеся фиал к губам Харухиме выпила половину зелья.

— Хорошо, вроде всё готово… А? Эй, Малютка Лил? Ты чем занимаешься?

— На всякий случай.

Вельф повернулся к нам, готовый выдвигаться и увидел, что Лили что-то соскребает со стены Подземелья.

Одной рукой она скребла небольшим ножом, снимая со стены пласт светящегося мха.

Это растение, иногда называемое Фонарным Мхом, единственный источник света на этом этаже. Она его собирает?

— Лили-сан, вы же?.. Вы же не собираетесь продать его на поверхности?.. — воскликнула Микото, вытаращив глаза.

— Вас так беспокоит финансовое состояние Паствы, что вы даже сейчас пытаетесь его поправить? — искренне удивилась Харухиме.

— Конечно нет! Лили знает, что сейчас не время и не место!!! — последовал резкий ответ Лили, чьё лицо слегка покраснело.

Я, конечно, слышал, что Фонарный Мох продаётся за ту же цену, что и кристаллы с восемнадцатого этажа, но…

Не могу поверить, что Лили о чём-то подобном думает.

— Некоторым не угодить… Лили закончила. Идём.

Собрав Фонарный Мох в небольшой мешочек и затянув на нём верёвочку, Лили спрятала его куда-то в свою робу.

Мы с Вельфом кивнули, когда она подошла. Время выдвигаться.

— Белл…

— Сударыня Виена, оставайтесь в центре группы. Не нужно беспокоиться о Сударе Белле.

Лили сделала Виене строгое предупреждение, с другой стороны нашей группы, хоть её голос и прозвучал глухо из-за древесных стен и мха.

Мы с Вельфом шли впереди в одну линию, Лили, Харухиме и Виена были в центре, а Микото замыкала нашу импровизированную колонну.

Обычно Микото находится в центре, но на этом этаже мы встретимся с монстрами, с которыми никогда раньше не сражались. Чёрный Ворон Ятано не предупредит нас об их нападении, потому Микото пришлось отойти назад, чтобы она могла справляться с появляющимися с той стороны угрозами вовремя. К тому же, Лили сможет сразу передать ей оружие, которое ей понадобится. Несмотря на то, что Микото предпочитает сражаться катаной, она отлично владеет луком и стрелами. Её способность подстраиваться под любую ситуацию очень часто нас выручает.

Лили и Харухиме стоят в центральном ряду, чтобы передавать нам оружие и предметы в случае необходимости, и, конечно же, для того чтобы Харухиме могла поддерживать Увеличение Уровня. Несмотря на то, что они формально слабейшие среди нас, они являются ключевым элементом нашего строя. Виена была в самом центре, чтобы ни одна атака её не достигла.

Как единственным авантюристам третьего уровня, нам с Вельфом досталось самое трудное: встречать лобовые атаки монстров и прорываться сквозь их ряды.

Наше построение придумано ради центральной части нашей группы и цели задания — Виены.

— Белл…

— Я знаю.

Вельф обратился ко мне шёпотом, краем глаза я видел поднимающиеся от него искры. Повернувшись к нему лицом, я кивнул.

Несколько монстров уже копошились в темноте впереди. Они покажутся через десять секунд или даже раньше, потому я схватился за рукояти Кинжала Гестии и Ушивакамару-Нишики.

Сконцентрироваться на том, что важно. Что бы ни произошло, я защищу Виену.

Мы встретились с ней взглядами, когда я заглянул за плечо. Она заметно волновалась.

…Что, если монстры, которых мы встретим будут говорить, так же как она?

…Что, если они обладают чувствами, что и мы и, как и мы, способны лить слёзы?

Я отбросил подобные вопросы. Те вопросы, которые один раз мне уже помешали.

Решение принято, глаза смотрят только вперёд.

Наша готовая к бою группа отправилась в глубины обширного древесного лабиринта.

Облака плыли перед луной в ночном небе.

Гестия смотрела на серые линии облаков в небесах, пересекая городские улицы. Её Паства отправилась в Подземелье, их миссия началась.

Несмотря на позднее время, некоторые люди продолжали отдыхать в барах и ресторанах на Северо-западной Главной Улице, Пути Авантюристов. Гестия проходила мимо освещаемых лампами с магическими камнями участков, до неё доносились обрывки разговоров.

«Четвёртый блок седьмого района», таким был адрес, указанный в документе, описывавшем миссию, порученную её Пастве, там она должна кого-то ждать.

Адрес был неподалёку от «Тайной комнаты под церковью», которую богиня когда-то называла своим домом.

Проще говоря, ей нужно было пройти в бедный спальный район.

— …

Гестия оказалась в назначенном месте и осмотрелась.

На этой улице не было ламп, облака в небе почти не пропускали лучей лунного света в тёмную аллею. Из рядов домов не было слышно ни единого звука, будто никто в них не жил. Единственным ориентиром, который нашла богиня, был знак «Четвёртый Блок», прибитый гвоздями к деревянному шесту на углу улицы.

Всё в этом переулке порождало у богини ощущение, что что-то вот-вот появится.

…И это ощущение не подвело богиню.

— …Полагаю будет глупо спрашивать, откуда ты пришёл?

Рябь появилась в темноте на другой стороне улицы, и в ней стал виден силуэт.

Таинственная, похожая на человека тень, одетая во всё чёрное.

Эта тень остановилась в пяти метрах от Гестии, чёрные, как смоль, перчатки издали треск, когда тень размяла свои пальцы.

Гестия вынудила себя улыбнуться, несмотря на неожиданное появление силуэта и его тёмную ауру. Уголки губ богини поднялись.

— Большая честь встретить вас лично, Всевышняя Гестия. Спасибо что пришли.

— Я тоже рада познакомиться. Кстати, не расскажешь, кто ты такой?

Голос силуэта был настолько необычен, что невозможно было определить его пол.

Что-то скрывало личность силуэта от всеведущего божества, которому невозможно соврать, но было ли дело в плаще или чём-то другом разобрать было невозможно.

Гестия нахмурилась, тщательно осматривая прибывшую тень. Она так и не смогла понять кто перед ней, потому перешла к вопросам:

— Не слишком ты похож на работника Гильдии. Ну так, зачем меня заставили сюда идти?…

Гестия замахала документом с миссией, но в одно мгновенье её покинул дар речи. Она застыла в поражённом молчании.

Взгляд божественных глаз, наконец, смог вглядеться во тьму под капюшоном.

— Ты же один из наших детей… человек? Что-то подсказывает мне, что ты…

— …Надо же. Никакая маскировка не обманет богиню.

Роба колыхнулась, её владелец сухо посмеялся над удивлением Гестии.

Подобное легкомыслие очень сильно отличалось от напряжённого спокойствия начавшей содрогаться богини.

— Что ты вообще такое?..

— Буду рад дать ответ на этот и любой другой ваш вопрос, только вот…

Силуэт в капюшоне поднял взгляд, посмотрев за спину Гестии, на крышу одного из ближайших зданий.

— …тяжело вести многозначительные разговоры, находясь под прицелом.

Глаза Гестии распахнулись шире. С этими словами силуэт слегка раскинул руки.

— Предлагаю сменить обстановку.

Плотный чёрный дым, поваливший из рукавов, мгновенье спустя охватил улицу.

— …Дымовая граната!

Миах нахмурился, присмотревшись к дыму.

Он стоял на крыше здания, осматривая четвёртый блок седьмого района Орарио. Рядом с ним стояла удивлённая не меньше божества девушка-чинтроп, Нажа. Она держала наготове длинный лук и стрелу.

Гестия попросила их о «защите», всего несколькими часами ранее. Богиня пришла к Миаху и его последователям, когда её Паства получила миссию. Она рассказала о сообщении, которое приказывало ей явиться в это место.

Из-за того, что Гестия пришла к нему лично, Миах принял её запрос. Он сказал своим последователям что миссия была назначена Пастве Гестии Гильдией, но умолчал о говорящих монстрах.

Нажа, Дафна и Кассандра заняли места вокруг назначенного места и наблюдали за Гестией с расстояния. Если бы богиня оказалась в опасности, Нажа использовала бы свой навык Снайпер чтобы устранить угрозу. Она была готова пустить стрелу при первом же признаке опасности.

— ?!

Нажа была поражена, узнав, что таинственная фигура в капюшоне смогла узнать о её присутствии.

Дым подобрался к Гестии почти мгновенно, и скрыл от посторонних взглядов всю улицу. Миах смотрел на принятый им за обычную дымовую завесу чёрный туман с крыши.

Увидел он и других божеств, откликнувшихся на зов Гестии — Гефест и Такемиказучи со своими Паствами перекрывали входы в аллею… Однако, аллея оказалась пуста к тому времени, как дым развеялся.

И Гестия, и фигура в капюшоне исчезли.

— Всевышний Миах!

— …Нас раскрыли с самого начала.

Подавленно произнёс бог, в ответ на выкрик его последовательницы, поднимающейся с колена во весь рост.

Вина от пропажи Гестии его переполнила.

— Ууууууу! Это был призрак! Призрак, Дафна!..

— Призрак? Это что за чепуха?

— Чёрная тень которая порхает по коридорам Пантеона самыми тёмными из ночей!.. Дух убитого монстром много лет назад авантюриста, который так и не обрёл покой!!!

— Дай угадаю, очередной твой сон? Будто я поверю в эту ерунду.

— Нееееет, не сооон! Мне это не приснилось! Моя старая советница Гильдии, Миша мне об этом рассказала!..

— А ну помолчите, обе!

Разговор новичков Паствы Миаха прервал раздражённый голос Нажи, слышавшей весь разговор.

Миах сделал глубокий вдох и отдал приказ:

— Мы уходим. Оставаться бессмысленно. Для начала встретимся с Гефест и остальными.

Нажа, Дафна и Кассандра кивнули, повернувшись чтобы уйти.

Миах был готов к ним присоединиться, но бросил ещё один, последний взгляд на алею, увидев, как последние клубы дыма исчезают.

— Гестия…

Облака в небе над его головой скрыли лунный свет.

— ГРАХХХХХ!!!

Вельф зарычал, опустив двуручник на бешеного жука и разрубив его надвое. Не успели останки монстра упасть на землю в брызгах крови, как новый монстр занял его место в первых рядах. Битва не прекращалась ни на секунду.

Группа Белла столкнулась с ордой особо агрессивных монстров, в одном из залов по пути на двадцатый этаж.

— ЯЯЯЯ!!!

— ГАХ!

Вдобавок к бешеным жукам, Вельф разбирался с волной багбиров на земле и несколькими Стреляющими Либеллулами заполонившими воздух.

Монстры падали от каждого удара его двуручного меча, мгновенно умирая.

Исключений не было. Поднятие уровня Харухиме давало Вельфу силу третьего уровня и скорость, достаточную, чтобы успевать разбираться с каждым монстров. Тяжёлый клинок проходил сквозь тела монстров, не встречая никакого сопротивления. Выполняя роль одновременно атакующего и неприступной стены, Высший Кузнец сдерживал орду монстров единолично.

— !!!

Белл, тем временем, быстро прорубался сквозь монстров, оставляя на своём пути след из трупов.

Алые и фиолетовые разводы рассекали воздух, исчезая сразу после этого. Его атаки были куда мощнее обычных ударов, как и Вельфу, на уничтожение монстра ему требовался один удар кинжала.

Отправив багбира в полёт пинком с разворота, Белл запустил следом молниеносную вспышку пламени:

— Вспышка!

Стреляющие Либеллулы, которым не повезло оказаться на линии полёта заклинания сгорели на месте. Волна пламени сбила на землю ещё несколько монстров.

Выжившие воздушные враги перешли в атаку.

Они запустили залп подобных металлическим снарядов, растущих в их телах.

Белл уклонился от первого залпа и использовал своё мгновенное заклинание для контратаки. Посматривая краем глаза за боем Вельфа с бешеными жуками и багбирами, Белл в первую очередь занялся уничтожением монстрострекоз, из-за их дальних атак.

Лили, Харухиме и Виена держались плотным кругом за спинами Вельфа и Белла, находившихся на передовой. Робы Голиафа Лили и Харухиме отражали снаряды стрекоз-монстров, но почти не смягчали удары. Стиснув зубы, помощницы пытались не упасть на землю.

Их группа никогда не испытывала необходимость отбиваться одновременно и с земли, и с воздуха на других этажах Подземелья.

Микото стояла за ними, прикрывая девушек стрельбой из лука. Помимо защиты помощниц её задачей была помощь Беллу и Вельфу с задних рядов.

…Виена! Монстры рвутся к ней!

Металлические снаряды градом посыпались на группу. Однако, большая их часть летела в сторону Виены.

Холодный пот побежал по лицу Белла.

Монстры, такие же как Виена, пытались убить её с предельной жестокостью, как и люди на поверхности. Девушка-воивр приковала к себе яростные взгляды как багбиров, так и всех насекомоподобных монстров.

Стреляющие либеллулы запустили очередной залп снарядов. Янтарные глаза Виены задрожали, она следила за снарядами из объятий Харухиме, принявшей залп вместо неё.

Сделав сальто в воздухе Белл оказался перед девушками и начал отбивать летящие снаряды кинжалами.

— Сударыня Микото, сколько монстров поблизости?

Помогая передним рядам своего отряда стрельбой из арбалета, Лили обратилась к Микото когда заметила, что число монстров не уменьшается.

Микото ответила с не меньшим беспокойством, пронзив стрелой голову одного из бешеных жуков:

— Семнадцать, нет, девятнадцать… становится больше!!!

Использовав свой навык, Чёрный Ворон Ятано девушка обнаружила, что осаждающие их монстры получают подкрепление.

— Гх… Я его использую!!!

Лили видела, что Беллу и Вельфу и без того приходится убивать монстров без передышки, потому потянулась к поясу и достала золотой кинжал, магический меч.

Услышав крик помощницы, парни почти мгновенно вышли из боя. Путь был расчищен, Лили со всей силы нанесла удар в воздух. Поток энергии сорвался с кончика клинка.

Мощная волна пронеслась по полю боя ко входу в комнату, находившемуся на противоположной стороне. Каждое создание на пути этой волны оказалось охвачено пламенем и встретило свой конец.

Секунду спустя, когда энергетический залп столкнулся со стеной, раздался мощный взрыв.

— !..

…Не прошло и мгновения, как лезвие жёлтого клинка треснуло.

Прошло несколько часов с тех пор, как группа ступила на девятнадцатый этаж. Монстры, которых они встретили были так сильны, что к этому времени авантюристам уже несколько раз пришлось использовать магическое оружие, чтобы продвинуться дальше.

И оружие достигло своего предела. Золотые осколки посыпались из рук Лили.

— Не выдержало… Похоже, слишком мы на него полагались.

— Но сейчас!..

— Знаю. Это было необходимо… Это оружие было недостаточно прочным.

По лицу Вельфа было заметно, что ему тяжело смотреть на остатки своей работы, но он прервал Лили подняв руку.

Магические Мечи Кротцо обладают невероятной мощью, но их клинки очень хрупкие.

— Это мои проблемы, — добавил Вельф, погружаясь в мысли о своих навыках изготовителя магических мечей и гордости кузнеца.

Как бы там ни было, битва была окончена.

— Белл, всё в порядке?

— Ага, со мной всё нормально. Меня не ранили.

Виена с улыбкой на лице бросилась к Беллу, саламандровый плащ развевался за её спиной будто флаг в ветреный день. Микото подошла к Лили, чтобы узнать, как далеко зашла группа:

— Но теперь у нас осталось всего два магических меча Вельфа… Лили-сан, где мы сейчас находимся?

— Пройдена большая часть этого этажа. Вход на двадцатый этаж уже близко.

Вытащив карту этажа Лили, указал на место, находившееся примерно в трёх четвёртых пути от спуска на двадцатый этаж. Один из трёх магических мечей был использован, зелий и магических зелий также было потрачено куда больше, чем группа ожидала. Однако, остальное оружие по-прежнему было исправно. Проверив запасы, группа авантюристов перешла к следующей задаче.

Лили распорядилась чтобы все занялись сбором добычи, разбросанной по полю боя:

— Напомню, не оставляйте ни одного магического камня. Если монстры их находят и едят, случаются плохие вещи. Также забирайте всю добычу, которая влезет в мешки… Большие предметы остаётся только бросать в заросли травы.

— Х-хорошо.

— Я тоже буду помогать.

Чтобы задание прошло тайно, было необходимо замести все следы. Бойцы и Виена помогли помощникам быстро покончить с работой, прежде чем пойти дальше.

— Кажется, я должен это сказать. Я знаю, что монстры сильнее и встречи с ними на этом этаже должны быть чаще, но… мы с Беллом не встречали их в таких количествах. Или у меня воображение разыгралось?

Лили попыталась ответить на волнения Вельфа:

— Возможно мы чаще встречаем монстров потому, что других авантюристов сейчас нет. Очень вероятно, что это привлекает к нам дополнительное внимание.

Битвы на серединных этажах неизбежны, но сейчас их количество просто зашкаливало. Причин могло быть много, обычно на этом этаже охотятся авантюристы, но их очень мало поздней ночью и ранними утренними часами. Даже использующие Ривиру в качестве убежища группы предпочитают избегать операций в такое время дня. Лили объяснила засилие монстров тем, что голод подгоняет их собираться в большие группы, как только они ощущают хоть какую-то добычу.

— …

— Виена-сан?

— Это место… знакомое… но страшное… и холодное.

Девушка-воивр обняла себя руками, осматривая Огромный Древесный Лабиринт.

Харухиме заметно боялась заходить так далеко, её ушки и хвост дрожали. Несмотря на это, она заметила, что Виена боится ещё больше. Пытаясь казаться храброй, девушка-ренарт взяла Виену за руку.

Белл посмотрел на девушек в середине группы, прежде чем вернуться к высматриванию монстров. Микото, уже успевшая сразить большую часть монстров этого этажа не забывала активировать свой навык. Лили и Вельф шли в тишине, тщательно осматривая стены, в поисках возможных трещин и появления очередной волны монстров.

Потолки древесных владений были на удивление высокими, небольшие дыры покрывали стены. На поверхности подобные места могли бы стать домом для птиц и небольших животных, но в Подземелье подобные альковы могли служить лишь для засады монстров. Островки растительности были на этом этаже повсюду, отчего проходящие мимо авантюристы всегда должны были быть в напряжении.

Странные грибы, с красными и синими точками, трава, листья которой заканчивались похожими на хлопок, только золотыми, хлопьями пуха и просто невообразимое количество лоз, подобно змеям оплетавших стены, пол и потолок. Белл заметил одну из тупиковых комнат, укрытых ковром серебряных цветов, и это зрелище было настолько прекрасно, что он хотел бы его нарисовать, будь у него талант.

Все знали, что следующая встреча с монстрами вопрос времени. Подобные моменты были затишьем перед бурей, потому авантюристы держали строй и были собраны настолько, насколько это возможно.

…За нами по-прежнему наблюдают. И…

Наблюдателей стало больше.

Белл изучал окружающую фауну мотая головой, его тело покрывали мурашки.

Неизвестные наблюдатели следуют за ними так глубоко?

На девятнадцатом этаже их количество даже возросло. В этом парень был уверен.

Пустоты над его головой, ветвистая сеть древесных проходов, тёмные, скрытые огромными листьями участки. Взгляд Белла бегал из одного подозрительного места в другое, в поисках подозрительных движений в тенях. Несмотря на то, что парень ничего не видел, он знал, что наблюдатели скрываются где-то поблизости.

Кто они? Чего они добиваются?

Какое-то зловещее ощущение в воздухе заставляло сердце Белла биться чаще. Его дыхание ускорилось, а ужас разливался по венам, но Белл знал, что ему нужно двигаться дальше.

Правая рука сильнее вцепилась в рукоять Кинжала Гестии.

— ?..

Неожиданная преграда остановила поход группы.

Эта преграда полностью перекрыла путь дальше. Авантюристов охватило замешательство, когда проход дальше им перекрыла неподвижная стена грибов.

— Дальше пути нет…

— М-мы точно туда должны идти?

— Малютка Лил, что скажешь?

— П-подождите. Ничего такого нет на…

Целая колония гигантских грибов росла от стены до стены, от пола до потолка.

Неподвижный барьер усеянных красными и синими точками грибов оказался на пути авантюристов.

Микото и Харухиме, оказавшись в тупике, заговорили с разочарованием в голосе. Лили тут же достала карту, пытаясь защититься от раздражения Вельфа.

— Какой странный… запах, — Вельф пару раз втянул носом воздух.

После этих слов Белла волной захлестнуло осознание.

…

Он понял, почему подходя к этим грибам ощутил напряжение.

Это было нечто большее, чем простое негодование от тупикового прохода.

В его голове всплыли строгие уроки полуэльфийки, которая была для него как старшая сестра.

Когда поймёшь, что ты в опасности, будет уже поздно.

У множества грибов огромной колонии появилась отверстия, и они уставились на авантюристов подобием глаз, из-под огромных зонтиков.

— …

Перестав маскироваться под грибы, монстры раскрыли свои тёмно-фиолетовые тела и начали наступать подобно слаженному отряду.

— Это не стена, это тёмные поганки!!!

Волна ужаса охватила группу, когда Лили закричала так громко, что чуть не сорвала себе голос.

Тёмные поганки.

Подобные грибам монстры, которые избежали воздействия навыка Микото, потому что у девушки не было никакого опыта в их истреблении. Эти монстры выжидают пока добыча сама к ним подойдёт, маскируясь под естественные колонии грибов, растущих в Подземелье.

Эти создания известны не меньше, чем различные виды монстронасекомых, населяющих огромный Древесный Лабиринт, и они способны создавать облака ядовитого газа.

— !!!

Грибные шляпки начали раздуваться прямо на глазах авантюристов.

Токсин фиолетовых мотыльков верхних этажей не идёт ни в какое сравнение с токсином, используемым этими грибами. Он достаточно ядовит, чтобы отравление оказывало сразу несколько эффектов, и способен поставить на колени даже больших монстров, не обладающих достаточным сопротивлением.

Секунду спустя прогремела цепочка хлопков и монстры начали заполнять коридор ядовитым облаком.

Авантюристы не успели отступить, они оказались в зоне поражения.

Среагировал только Белл.

— Вспышка!!!

Уроки Эйны сделали своё дело, он знал как остановить распространение яда.

Девять всполохов быстрого пламени полетело по ядовитому облаку. Огненные снаряды преодолели плотное облако ядовитых спор и ударили прямиком в колонию тёмных поганок за ним.

Фиолетовое облако, грозившее захлестнуть группу, перестало расти и его разбавил дым.

Уязвимые к огню монстрогрибы начали изгибаться от боли, их охватило пламя.

Языки пламени перескакивали с гриба на гриб, даже самые огромные грибы из колонии монстров быстро становились головешками.

Реакция Белла позволила Лили и остальным выбежать из фиолетового, смешанного с чёрным дымом облака достаточно быстро, но Подземелье никогда не отпускает свою добычу так просто.

Чёрная тень появилась с чистой стороны коридора, огромный боров понёсся к месту взрыва мгновение спустя.

— Боевой кабан?!

Подобный вид монстров относится к категории больших, и этот его представитель был высотой два метра.

Догорающая колония грибов даже не замедлила зверя. Его налитые кровью глаза уставились на авантюристов, а шкура стояла дыбом.

Монстр был не один, за его спиной была ещё одна орда монстров. Кабан взревел, и багбиры вместе с монстронасекомыми последовали за ним через пламя.

— Проклятье!!!

Вельф повернулся и бросился к фиолетовому ядовитому облаку.

Не замедляясь, он отбросил двуручный меч и схватил огромный щит с рюкзака Лили.

Красноволосый парень оказался на пути кабана, прикрыв своих друзей.

— УУУУУУ!!!

— !!!

Серебряный щит, созданный его собственными руками, столкнулся с двухметровым монстром.

Лишь благодаря силе, дарованной ему поднятием уровня Харухиме Вельф смог устоять на ногах, поглотив удар, который большую часть авантюристов поднявших уровень отправил бы в воздух. Вельф сдвинулся всего на несколько шагов, пробороздив землю ногами, прежде чем полностью остановить натиск монстра.

Микото вступила в бой следующее мгновенье.

Перепрыгнув Вельфа она вытащила Чизан, один из парных кинжалов, который всегда держала при себе и нанесла удар сверху, прямиком в шею монстра.

Попадание было чистым, брызнула кровь, но этого оказалось недостаточно чтобы обезглавить боевого кабана. Микото извернулась в воздухе и ударила ещё несколько раз. Монстр рухнул на землю, а окровавленная девушка приземлилась рядом.

— ХА!!!

Белл перескочил через тело монстра и врезался в орду, следовавшую за кабаном.

Белл обнажил кинжалы, фиолетовый развод снёс голову багбира, отправив её в полёт, красный развод мгновение спустя сразил следующего монстра. Фирменная скорость Белла застала наступающую орду монстров врасплох, они не могли нанести удар изворотливому парню, собравшему на себя всё внимание налетевших монстров.

Он сдерживал багбиров, нанося некоторым из них смертельные удары, пока Вельф и Микото не подоспели на помощь с более крупными клинками, двуручным мечом и катаной, втроём, авантюристы позаботились об остальной группе монстров.

— Хааа, хааа!..

Последний удар Белла закончил битву.

Трое людей едва переводили дыхание, их лица озаряли искры тлеющих остатков монстрогрибов.

Харухиме уже бросилась к своим товарищам, через груду трупов монстров, но Лили схватила её за руку.

— Ещё небезопасно, — сказала девушка-полурослик, взглядом указав на остатки облака ядовитых спор.

— Слушайте, а можно мне чуток противоядья?..

— К-конечно, сию секунду!

Вельф спотыкаясь вернулся к помощницам, его кожа блестела от пота.

Харухиме тут же достала фиал с зелёной жидкостью и протянула красноволосому парню. Вдыхание фиолетовых спор отравило Вельфа. Он осушил зелёное варево одним глотком.

— Чёрт, Белл почти всех поджарил, а я даже среагировать не успел… Наверное авантюристы рангом повыше, не с простой надеждой на лучшее в бой кидаются.

— Считайте, что вам ещё повезло. Отравление бывает куда сильнее и восстановление отнимает гораздо больше времени…

Лили продолжила рассказом что самые неудачливые могут умереть на месте, роясь в своём огромном рюкзаке, после того как убедилась, что дыхание Вельфа пришло в норму. Вытащив несколько предметов, она повернулась к остальным.

— Сударь Белл, сударыня Микото, как вы себя чувствуете?..

— Боль не прошла, но я могу держаться…

— Всё такое тяжёлое, совсем сил нет.

Микото и Белл вернулись к помощницам, их лица были бледными.

В отличие от Вельфа, они получили продвинутую способность Иммунитет, повышая уровни. Впрочем, она не была достаточно эффективна, чтобы полностью свести на нет действие яда, и потому отрава тёмных поганок всё равно причиняла им боль.

Острые клыки и когти не единственное, чего стоит опасаться авантюристам в Огромном Древесном Лабиринте.

— Сударыня Виена… вы выглядите совершенно нормально.

— ?.. Просто я в порядке.

Виена, будучи порождённым подземельем драконом, наверняка родилась с высокой сопротивляемостью к подобным воздействиям. Авантюристы посмотрели на неё с беспокойством, а девушка в ответ не могла понять почему за неё беспокоятся.

Лили вздохнула и приказала Харухиме выпить противоядье, просто на всякий случай, а потом выпила одно сама.

— Микото-сан, Белл-сама, а как же вы?..

— Запасы нужно сохранять. Я и Белл-сан поделим одно противоядье на двоих.

Жизнь в бедности и членство в Пастве Такемиказучи научило Микото бережливости. Она ответила на вопрос Харухиме, не задумываясь.

Белл взял бутылочку с противоядьем, на которой стояла эмблема Паствы Миаха, из рук Харухиме и, пробормотав: «Н-ну ладно…», выпил половину и передал фиал Микото.

Сердце девушки на мгновенье замерло, когда она приняла половину фиала противоядья и поняла, что из него только что отпил Белл. Она посмотрела на горлышко бутылочки и покраснела. Только после этого осознание добралось и до Харухиме, тут же прикрывшей глаза рукой.

— И раз, и два, и…, — шёпотом произнесла Микото и, несмотря на покрасневшие щёки, выпила остатки.

Даже Белл, заметив это, покраснел.

«Какая хитрость…,» - подумала про себя Лили, сжав кулаки и одарив Микото завистливым взглядом.

— …

Спустя несколько секунд, когда все пришли в себя…

Уши Виены начали подрагивать.

— Я слышу… что-то.

— Слышишь?

Виена повернула голову, её эльфийские уши что-то уловили.

Вокруг было тихо. Белл проследил за взглядом девушки по пути, которым они пришли. Казалось, ничего не происходит.

Вельф и остальные начали задумываться, не случилось ли чего с Виеной, когда…

— А…

— Я тоже услышала…

Белла и Микото тоже привлёк странный шум.

Необычный звук. Им ещё не приходилось слышать ничего подобного на этом этаже.

Виена обладает усиленными, по сравнению даже с авантюристами, чувствами. Страх появился на её лице, будто грядёт что-то зловещее. Девушка-воивр отступила на шаг.

— Это крылья? Нет, не совсем похоже…

Приближающийся звук не был похож ни на авантюристов, ввязавшихся в бой, ни на завывания и рыки монстров.

Необычный звук вскоре услышала и Лили. Она тоже поначалу подумала о хлопках птичьих крыльев, но вскоре поняла, что звук кажется каким-то более металлическим. Капля пота покатилась по её шее. Она закинула на спину рюкзак, а Вельф принял защитную стойку, подняв меч.

Шум становился всё отчётливее.

Что-то приближалось к авантюристам.

Группа отступила на несколько шагов, зловещее напряжение неумолимо нарастало.

Их нервы были натянуты сильнее тетивы лука, наконец, источник шума показался авантюристам.

— Это же… пчёлы?.. — дрожащим голосом спросила Харухиме, когда вдалеке показались тёмные тени.

Насекомоподобные тела монстров были покрыты плотными пластинами, напоминающими броню. Каждая из появившихся зловещих теней размерами не уступала взрослому человеку. Похожие на ножницы жвала скрежетали, но куда больше авантюристов беспокоило вооружение, с другой стороны, чёрные ядовитые жала, похожие на острия пик.

— …Смертельные осы.

Белл побледнел, пробормотав название вида монстров.

Обычно они появляются на двадцать втором этаже, это одни из первых монстров третьего ранга и именно они останавливают авантюристов от продвижения на нижние этажи.

Жало этих ос способно пробить даже тяжёлую броню и убить защищённого ей авантюриста второго уровня одним движением. А броневые пластины монстров могут отразить практически любой непрямой удар. Эти осы подобны муравьям убийцам с верхних этажей подземелья.

Муравьёв убийц авантюристы прозвали «убийцы новичков», а смертельным осам дали прозвище «убийцами серединных этажей».

У этих смертельно опасных монстров четыре крыла, по два с каждой стороны. Теней становилось всё больше, можно было насчитать больше двадцати смертельных ос.

— …БЕЖИМ!!!

Вопль Вельфа послужил сигналом.

Авантюристы повернулись к орде смертельных ос спинами и побежали так быстро, как их могли нести ноги.

— Пчёлы, нет, это точно огромные пчёлы!!! И их так много!

— Харухиме-сама, не теряйте концентрации!!!

— Белл, мне страшно!

— Мне тоже!!!

Пробежав мимо останков гигантской колонии ядовитых грибов, группа понеслась по центру широкого главного коридора.

Перепуганные крики авантюристов тонули в почти оглушительном жужжании убийственных насекомых, несущихся за ними следом. У многих из них были болезненные воспоминания о пчёлах. Кто-то вспомнил, как дедушка помог сбежать ему от роя пчёл. Кто-то, о боли в хвосте, когда её ужалили. Но никто ещё не сталкивался с подобной ужасающей ситуацией.

Если пчёлы их настигнут, сначала они будут проткнуты, а потом огромные жвала поглотят их тела.

Группа Белла бежала по древесному полу, их тела покрыл холодный пот.

— Ну почему смертельные осы показались именно сейчас?!

— Не время для вопросов, Малютка Лил! Беги что есть сил!!!

— ЛИЛИ БЕЖИТ!!!

Лили завопила, не забыв пожаловаться на аномалию, заставившую опасных монстров подняться на несколько этажей им навстречу. Вельф прикрикнул в ответ, не отпуская рукоять меча, прикреплённого к его спине.

Помощницы были самыми медленными из группы, потому остальным приходилось бежать в их темпе. Лили и Харухиме бежали так быстро, как могли.

— …Я замедлю их заклинанием!

— Нет, Белл! Это не сработает!

Насекомые слишком быстры. Дальняя атака не попадёт по монстрам, способным свободно парить над землёй.

В широком главном коридоре попасть по ловким смертельным осам Вспышкой на бегу практически невозможно. Использование магического меча также не дало бы результатов, потому что потолок находится на высоте десяти метров. Летающие насекомые легко увернутся от залпа.

К тому же, их слишком много.

Вельф криком объяснил, что это всё равно, что пытаться вычерпать океан ведром.

— На это нет времени!.. — закричала Микото, увидев что-то дальше в коридоре.

— !

Белл посмотрел вперёд и его глаза округлились.

Тёмные тени, похожие на бешеных жуков покрывали стены впереди, прямо на их пути. Микото и Белл ускорились, их лица исказились от отчаянья.

— Хах! Хаа, хааа!..

Бежать. Бежать. Бежать.

Строй группы развалился. Вельф оказался сзади, он бежал остервенело, махая руками и ногами.

Помощницы едва перескакивали трупы, оставленные Микото и Беллом на пути, всё дальше и дальше забегая в Подземелье.

Лёгкие авантюристов горели, звуки прерывистого дыхания эхом отражались от стен. Их преследователи не отставали, рой смертельных ос не давал им убежать.

— Лили, что дальше?

— Прямой путь на двадцатый этаж! Почти на месте!..

Белл проскользнул под когтями багбера, контратака парня разрубила монстра надвое. Лили ответила почти отчаявшимся голосом.

Группа выбежала из изогнутого коридора и, как и сказала Лили, впереди показалась огромная полая алькова.

Спуск на следующий этаж.

Их цель оказалась уже в пределах видимости, взгляды авантюристов уткнулись в чёрную дыру, а ноги понесли их ещё быстрее.

Но в этот момент…

Крак!

Крак! Крак!

Стены вокруг их цели начали трескаться с обеих сторон. Какие-то пятьдесят метров отделяли авантюристов от входа на двадцатый этаж, но зловещие трещины покрыли весь коридор, по которому неслись авантюристы. Окружающие стены начали обрушиваться на группу.

Авантюристы поражённо замолчали, огромная орда монстров рождалась прямо на их глазах в проходе. Орда монстров, один из самых опасных козырей в рукаве Подземелья.

Микото использовала свой навык и обнаружила сорок четыре монстра.

Бешеные жуки, багберы, стреляющие либеллулы, чёрные поганки, боевые вепри… орда двинулась им навстречу.

— Ааааа…

Лицо Виены застыло от ужаса, смертельная опасность отразилась в её глазах.

Состояние остальной группы было не лучше, ужас грозил всех парализовать.

И тогда…

— А НУ ПОБЕЖАЛИ!!!

Вельф не позволил этому случиться.

Он прикрикнул на своих товарищей, приказав им не останавливаться, когда они уже начали замедляться.

Белл, Микото и остальные решили поверить в крик, подгоняющий их со спины.

Авантюристы ускорились снова.

Они проскакивали перед пастями и когтями, которые появлялись на их пути.

— !!!

Вельф вложил двуручный меч в ножны и подпрыгнул.

Оказавшись над головами своих товарищей он схватился за рукоять магического меча, хранившегося в соседних ножнах, сняв его с плеча.

Одним быстрым движением Вельф рассёк перед собой воздух алым клинком.

— Прорыв!!!

Магический меч ожил по зову создателя и ответил яростным рёвом.

Волны пламени сокрушили монстров на пути пылающей волны. Рёв пламени поглотил даже их предсмертные вопли.

Остальные авантюристы смотрели на это с восхищением, проход для них был расчищен.

Убранство коридора превратилось в дымящие угли.

Само Подземелье будто застонало от боли, ошеломляющая мощь магического меча спалила потолок, стены и каждое растение на пути пламени.

Белл повёл группу по обгоревшим пустошам. Борясь с жаром и задержав дыхание, чтобы не обжечь горло, авантюристы бежали к остаткам обгоревшего прохода.

В то же время, от магического меча послышался треск.

Использование такого количества магической энергии наложило на оружие свой отпечаток. Трещины появились на его клинке, оно почти сломалось.

— Давай, приятель, продержись!.. — прорычал оружию Вельф, опасаясь худшего.

Даже начав распадаться магический меч сиял, будто успокаивая своего владельца и говоря о том, что он будет сражаться до конца.

— !!!

Рой смертельных ос приближался.

Промежуток между ними и отрядом почти исчез. Ближайшие монстры стрекотали крыльями, размахивая ими с невероятной скоростью, эти звуки слились в зловещую смертельную мелодию, будто нарастающую перед убийством. Добыча была прямо перед ними, бегущие авантюристы. Монстры занесли свои жала.

— !!!

Микото оттолкнулась от земли.

Она преодолела последние четыре метра и приземлилась в проходе.

Белл, Лили, Харухиме и Виена последовали за ней, ныряя в проход один за другим.

Соратники Вельфа уже бежали по лестнице из древесных камней, когда до прохода добрался Вельф.

— И, конечно, вы никуда не делись! Получайте!..

Смертельные осы не медлили. Они заполонили проход, намереваясь поймать добычу.

Вельф повернулся в полупрыжке, оказавшись к монстрам лицом, его губы скривились в усмешке. Немигающим взглядом парень уставился на преследующих его группу смертельных ос и, перехватив магический меч обеими руками, занёс его над головой.

Пытаться отлететь было бессмысленно. Никакая изворотливость не могла спасти монстров от атаки в таком ограниченном пространстве.

Во второй раз Вельф взревел, махнув оружием:

— ДАВААААААААААААЙ!!!

Огромный огненный шар сметал всё на своём пути.

Смертельные осы начали светиться алым светом будто раскалённая сталь в кузнице.

— …АААААААА!!!

Рой смертельно опасных насекомых, зажатых в соединяющем этажи тоннели, обратились в ничто.

Всего лишь мгновение спустя магический меч издал щелчок, потемнел и начал распадаться.

— …Спасибо.

Не извинение, а благодарность.

Вельф с улыбкой взглянул на рукоять, будто провожая её в последний путь.

Несколько осколков пустили алые искры, будто с ним прощаясь.

Взрыв запустил Вельфа, Белла и остальную часть их группы в воздух, будто выталкивая их из древесного прохода.

— ?!

Взрывная волна донесла авантюристов до конца лестницы.

В конце тоннеля возник свет, в полёте Белл испытал сильнейшее чувство де жа вю. Авантюристов внезапно вынесло на следующий этаж.

Глухие стуки послышались один за другим.

— Двадцатый этаж…

— У нас наконец получилось…

— М-мы… мы это сделали…

— Слезайте с Лили, быстро!!!

— Уфффф, ух…

— Ау!..

Микото пыталась подняться, Вельф улыбнулся, несмотря на синяки и шишки, Белл испытал явное облегчение, а Лили закричала на Харухиме и Виену, упавших на неё.

Авантюристы медленно оправлялись от приземления огромным комом. Перед ними открылся неизвестный лабиринт нечётких очертаний деревьев.

Всё случилось слишком быстро.

Богиня помнила, как разговаривала с кем-то в чёрной робе, а потом всё окутал чёрный туман. Она закашлялась, на её голову была наброшена какая-то ткань, не дававшая ничего увидеть.

Потом ей показалось, что её куда-то несут.

— …Что это было за заклинание?

— Ничего особенного. Простой магический предмет и тайный проход, Всевышняя Гестия.

Прохладный воздух подземного каменного коридора обдувал кожу богини.

Придя в себя, богиня плелась за фигурой в чёрном по созданному людьми тоннелю.

Тоннель был довольно узким, в нём едва бы уместилось трое людей в ряд, потолок был низким. Богиня не знала из какого материала сделаны стены из-за темноты, но видела, что их поверхность испещрена множеством узоров. Поскольку дверей и окон не было, Гестия понимала, что её ведут по тайному проходу.

«Что же, меня переиграли…», — подумала про себя богиня. В тот момент, когда её «проводник» сказал ей следовать за ним, она беспрекословно подчинилась. Приняв во внимание подготовку и способности своего похитителя, богиня поняла, что не сможет сопротивляться.

Она старалась говорить своим обычным тоном, но они оба понимали, кто контролирует ситуацию.

— Эта тайная тропа известна немногим. Тех, кто может ей воспользоваться, можно пересчитать по пальцам одной руки.

Силуэт в чёрном освещал путь портативной лампой с магическим камнем, не поворачиваясь ответив Гестии.

Её провожатый был уверен, что богиня не станет пытаться сбежать. Либо так, либо он понимал, что Гестия снова окажется в его руках, если попытается вырваться. Потому богиня начала пристально рассматривать узоры на стенах.

— Тайная тропа, говоришь…

Если её похититель говорит правду, вход в этот «короткий путь» находится очень близко от точки встречи, назначенной в четвёртом блоке.

Представив себе карту города Гестия задумалась о том, какие главные улицы и приметные здания находятся над ней, чтобы понять куда её ведут. Тогда она задала ещё один вопрос.

— Этой «тайной тропой» твой повелитель должен сбежать в случае непредвиденной опасности?

— …

Гестия была уверена в своей теории, но ответом ей послужило лишь молчание.

Впрочем, после этого вопроса её не покидало ощущение, что фигура начала улыбаться под капюшоном.

Не собирается мне отвечать, вот как… Ну и ладно. Если я всё правильно поняла, то скоро…

Она узнает всё, что хочет узнать.

Господин её похитителя всё ей расскажет.

Гестия просто продолжала идти вперёд.

— А? Тупик?

Вскоре они достигли конца тоннеля.

Гестия подозрительно подняла бровь, но силуэт в капюшоне потянулся к стене и пробежал рукой по выгравированным на поверхности узорам.

— …

Прозвучало несколько слов, очень похожих на какое-то заклинание и стена с низким скрежетом начала сдвигаться.

«Мне показалось, или он сказал: «Сезам, откройся» ?..» - шутливо подумала про себя Гестия, увидев открытие каменной двери, и исчезновение закрывающей проход стены.

Проход вышел в тёмный зал.

— …

Гестия прошла за силуэтом в капюшоне по небольшой лесенке, поднявшись в комнату.

Она осмотрелась и в темноте начали проявляться отдельные детали.

Пол был покрыт большими каменными пластинами. Потолок зала был очень высоким, он скрывался где-то в темноте. Камни, покрывающие стены говорили о возрасте этого зала. Возможно, когда-то это место было храмом, но оно было построено ещё в Древнюю Эру и давно забыто.

Помимо «тайной тропы», в этот зал вёл один вход. Он располагался на вершине каменной лестницы, указывая на то, что Гестия находится под землёй.

«Он» восседал на алтаре, освещённом четырьмя факелами, служившими единственным источником света. Провожатый подвёл Гестию прямо туда. Она оказалась лицом к лицу с божеством, посмотревшим ей прямо в глаза.

— …Уран.

[[image:/storage/reader-images/4107f414a0801878c83041d887697d4ab465db13.png]]
Величественный, хоть и морщинистый бог восседал на троне, будто огромная скульптура, представляющая короля. Божество выше двух метров ростом излучало могущественное божественное величие, куда сильнее остальных божеств. Даже на небесах его называли «Верховным Богом», потому он считается одним из самых влиятельных божеств.

Белые волосы и борода того же цвета виднелись из-под капюшона. Могучие руки лежали на подлокотниках трона, он казался непоколебимым. Он был оплотом существования этого места, будто правитель и неподвижная скульптура одновременно.

Могучий, непоколебимый король, истинный глава Гильдии, опустил подбородок, свысока посмотрев на Гестию.

— Давно не виделись, Гестия.

Эта встреча не походила на радостное воссоединение. Разговаривая с юной богиней Уран не проявил никаких эмоций.

Гестию нисколько не напугала аура высшего божества, она обратилась к нему как старому небесному знакомому:

— Да, Уран… Я тебя не видела, сколько, больше тысячи лет, кажется?

Богиня совсем недавно спустилась в царство смертных. Она практически ничего не знала об Уране, особенно о последнем тысячелетии, проведённом им в царстве смертных, но слышала, что его называют «Отцом Орарио».

Слышала она и несколько самых основных вещей, вроде того, что он был в первой группе богов, спустившихся в этот мир, а значит и одним из божеств, завершивших Древнюю Эру и поселившихся в Орарио.

Он, вместе со смертными, работал над запечатыванием «Великой Дыры» извергающей монстров, и помогал в строительстве Вавила, превратившего Город-Лабиринт в первую линию обороны.

Его Паства со временем превратилась в Гильдию, он надзирает одновременно за городом и Подземельем. Постепенно Уран понял, что тот, кто обладает подобной властью, должен соблюдать нейтралитет. Потому он стал наделять своих приспешников политической властью, а не Фалной.

Последнее, что было известно об Уране Гестии, это тот факт, что он проводит дни под Пантеоном и постоянно возносит «молитвы» Подземелью.

Эти молитвы, подкреплённые божественным величием, поддерживают порядок в Подземелье. Его воля помогает удерживать орды монстров от выхода на поверхность и превращения мира в тот вид, которым он обладал в Древнюю Эру. Так ей было сказано.

Учитывая, что перед ней Уран, Гестия решила, что она в Зале Молитв под главным отделением Гильдии.

Божества смотрели друг другу в глаза, прямо под главным управляющим зданием Орарио.

— Моя роль в этом деле сыграна, Уран.

— Хорошая работа, Фелс.

За спиной Гестии раздалось шуршание ткани.

Названный Фелсом силуэт начал удаляться.

— А теперь я откланяюсь. Если я не уйду прямо сейчас, могу опоздать.

С этими словами Фелс вернулся в скрытый проход.

— Чувствуйте себя как дома, Всевышняя Гестия, — попрощавшись таким необычным образом, Фелс растворился в темноте.

Гестия посмотрела силуэту вслед, а потом снова уставилась на сидящего на троне бога.

— У меня много вопросов, Уран. Не возражаешь, если я задам парочку?

— Позволяю.

Гестия знала, что именно Уран назначил Миссию её Пастве, когда увидела иероглифы на документе.

Несмотря на то, что она не знала как это случится, у неё было чувство что настанет момент, когда они встретятся лицом к лицу.

— Та миссия это твоих рук дело.

— Так и есть. Никому из работников Гильдии о ней неизвестно.

— Беллу и остальным ничего не грозит?

— Они в Подземелье. Я не даю никаких гарантий.

Первым делом Гестия была обязана убедиться в сохранности своих последователей. Она нахмурилась услышав, как Уран избегает ответственности, но несколько секунд спустя её плечи расслабились.

«Я припомню ему это после того, как услышу всё, что он хочет мне сказать», - пообещала сама себе богиня, возвращая спокойствие.

— Моё прибытие сюда больше похоже на похищение… К чему было ходить вокруг да около?

— Я предпринял все необходимые меры, чтобы наша встреча прошла в совершенно секретной обстановке. Я был готов к тому, что ты и твои последователи будете настороже.

Скорее всего Уран не желал, чтобы кто-то знал о том, что он вызвал Гестию в Зал Молитв. Её похищение было наименее рискованным способом.

Гестии подумалось, что вместе с этим её проверяют.

Уран очень быстро узнал о том, что она и её Паства прячут Виену.

Все произошедшие до этого дня события, включая назначение миссии, прошли под его неусыпным надзором.

Он следил за каждым решением Паствы Гестии, за каждой их реакцией.

Всё ради того, чтобы убедиться, достойна ли она встречи с верховным божеством.

— Я правильно понимаю, что ты вызвал меня из-за девушки-воивра, из-за Виены?

Гестия сменила тему разговора.

Высокий морщинистый бог взирал на неё с вершины алтаря.

— Что она такое? Тебе что-то известно, Уран?

— …

— Что происходит в Подземелье? Что ты скрываешь?

Уран сидел молча, пока Гестия засыпала его вопросами. Её голос разносился по тёмному залу, и прежде чем успели стихнуть последние слова, Гестия задала самый важный вопрос:

— Какова твоя воля?

Один из факелов громко треснул, полетели искры.

Голубые как полуденное небо глаза смотрели на Гестию.

— Я посвящу тебя, Гестия, в нашу тайну…

Звон столкнувшихся мечей разнёсся эхом по лабиринту.

Удары сменялись ответными выпадами. Лезвие остановилось в воздухе выбросив сноп искр от столкновения с другим клинком.

Щит встретил очередной удар. Держащий его в руках воин ощутил силу удара. Боль волной прокатилась по его руке, вызвав рык, от которого кровь стыла в жилах.

Низкий звериный рёв потряс группу авантюристов.

Подземелье, двадцатый этаж.

Группа Белла довольно далеко прошла по этажу, несмотря на то что они столкнулись с подобной обстановкой впервые.

Мало чем отличаясь от девятнадцатого этажа, этот уровень Гигантского Древесного Лабиринта был переполнен растительной жизнью. Его стены покрывали стволы деревьев, зелёный лабиринт мог запутать авантюристов, попавших в его зелёные залы. В глаза авантюристам светил непрекращающийся, похожий на волшебный, синевато-зелёный свет, излучаемый мхом, растущим на стенах.

Лили вела группу по залам и коридорам, используя карту. Монстры, с которыми авантюристы встречались были подобны встреченным выше. Навык Микото, Чёрный Ворон Ятано помогал от неожиданных нападений, а Белл и Вельф уже знали, что им делать в сражении. Эффективность группы выросла, авантюристы двигались безопаснее и быстрее, чем раньше.

Однако сейчас перед ними новый враг.

Он скрестил клинки с Беллом и Вельфом.

— РООООООХХХ!!!

— УУУУУУУГХ!

Ящер воитель взревел и бросился на группу переставляя мощные ноги.

Блеск клинка отразился в его глазах, два парня одновременно заблокировали его оружие.

— А эти чертовски хороши! — тихонько прорычал Вельф, не сводя взгляда с покрытого красной чешуёй монстра, называемого ящерочеловеком.

Два прямоходящих вооружённых монстра напали на авантюристов. Белл до того сражался со множеством созданий Подземелья, но сейчас будто сошёлся в бою с авантюристом.

Это ощущение складывалось из-за подобия мечей, которыми атаковали монстры.

Их когтистые лапы держали рукояти мечей и щиты.

— Цветы стали естественным оружием?..

Два ящерочеловека держали в руках естественное оружие, которое иногда предоставляло монстрам Подземелье.

Металлические цветы росли прямо на стенах. Если у них убрать стебель, можно получить круглый щит примерно пятьдесят сантиметров в диаметре. К тому же, каждый из лепестков этого цветка можно вырвать, превратив его в широкий кинжал, подобные которым называют «тесаками».

Естественным оружием, которое группа Белла встречала до этого были древесные дубины и каменные томагавки, впервые они видели, чтобы Подземелье предоставляло монстрам оружие как для защиты, так и для нападения, вроде меча и щита. Вельф отразил рубящий удар, в то же время ящерочеловек заблокировал кинжал Белла щитом.

— ШАААААА!!!

Авантюристы были вынуждены разбираться не только с нападением двух ящеролюдей, но и дальними атаками роя стреляющих либеллул прятавшихся за их спинами. Ящеролюди использовали мощные боковые удары, могли нанести удар сверху или неожиданно понестись вперёд чтобы ошеломить противников щитом. На Белла и Вельфа обрушился нескончаемый поток ударов, их руки и ноги дрожали от мощи атак.

В бою монстры, по большей части, полагались на свою силу, но их движения можно было назвать техничными.

— Монстры мастера меча… Это ещё что?! — крикнул Вельф, столкнувшись с необычно умелыми врагами.

Ход боя перевернулся только после того, как Микото и Лили покончили со стреляющими либеллулами своими выстрелами.

Вельф заблокировал очередной удар ящерочеловека и, вовремя взмахнув мечом, выбил из рук противника толстый кинжал-лепесток. Использовав секундную заминку монстра, в которую тот был уязвим, Вельф занёс над головой свой меч.

На лице монстра показалось осознание, в последнее мгновение ящер попытался поднять свой щит. Вельф ухмыльнулся, увидев бесполезную попытку защититься.

— ГЕХ!

Парень использовал каждый мускул своего тела чтобы нанести нисходящий удар, рассёкший как тело монстра, так и его щит.

Меч Вельфа ударил прямиком в магический камень. Ящерочеловек обратился в пепел, прежде чем половинки его щита успели упасть на землю.

Оставшийся ящер отвлёкся на убийство своего собрата и в этот момент Белл со скоростью кролика оттолкнулся от земли.

— ГАХ!

Белл, держа Ушивакамару-Нишики лезвием вниз, нанёс удар прямо в центр тела монстра.

Клинок сбил красные чешуйки и погрузился в плоть.

Всего мгновенье тело монстра сотрясала дрожь, а потом он громко рухнул на землю позади Белла.

— Поначалу я даже удивился, но машут они слишком грубо. До настоящего мастерства им далековато.

— Держите в голове, что если таких монстров появится больше… то путь дальше станет гораздо опаснее.

Вельф вернул двуручный меч на плечо, фыркнув на павших монстров будто прожжёный ветеран, пока Микото меняла опустевший колчан на катану. Лили и помощники принялись за работу, они собирали с поля боя магические камни.

— Интересно, что бы случилось, если бы кто-то из них прожил дольше и выучил пару финтов.

— Конечно Лили не может гарантировать, что таких случаев не бывало… но в ваших словах нет смысла, сударь Вельф. Если бы такой случай произошёл, Гильдия немедленно бы назначила награду за такого монстра и отправила авантюристов на его устранение.

Белл слушал разговоры своих товарищей, думая о безумной кровожадности в глазах его врагов. Битва была окончена, он вёл группу дальше в Подземелье.

— Лили… как далеко нам ещё идти?

— Согласно карте мы уже близко. Поверните на следующей развилке направо.

Авантюристы давно сошли с главного пути.

Лили не отрывала взгляда от кладовой в углу этажа обведённой красным кругом на карте, местом назначения миссии.

Каждый шаг усиливал волнение авантюристов.

Идущие с рюкзаками за спиной Лили и Харухиме отчаянно пытались скрыть усталость и держать волнение под контролем.

Даже Вельф, обычно отпускающий шуточки и поднимавший настроение группы, был необычно молчалив.

Разум Микото немного истощился после множества активаций её навыка. Она молча взяла двойное зелье, осушила его одним залпом и вытерла рот.

Белл шёл впереди, задумчиво возглавляя группу, и пытался держать глаза и уши открытыми. Он бросил взгляд через плечо.

На него смотрела Виена, её янтарные глаза встретили его взгляд почти мгновенно. Они будто обменялись мыслями и чувствами, посмотрев друг другу в глаза.

Под капюшоном девушки красноватым светом поблёскивал драгоценный камень.

В пути группа встретила ещё несколько группировок монстров.

Авантюристам пришлось забираться по твёрдым корням деревьев, перейти через холм и зал, заросший зеленью, и, наконец…

— Мы добрались…

Они прибыли в место назначения.

Зал, в котором они оказались был длинным и прямоугольным, потолок оказался высоко над их головами, древесные ветви покрывали стены и потолок, как и в каждой из комнат, мимо которых авантюристы проходили, и они также были покрыты Светящимся Мхом.

Зелёная трава и цветы с похожими на белые колечки лепестками превращали пол этого зала в цветочный ковёр.

Только вот не насыщенная зеленью красота комнаты завладела вниманием авантюристов.

— Кварц…

Возможно, из-за близости кладовой, огромные, похожие на изумруды кристаллы лезли отовсюду, из стен, потолка и пола. Зеленоватый блеск похожих на драгоценные камни кристаллов напоминал Беллу задание, которое он с Лили выполнял по просьбе Нажи. Те, кто присоединился к Пастве позже, впервые увидели подобные скопления кристаллов разных форм и размеров. Это зрелище завораживало. Самое большое из скоплений находилось в противоположном конце комнаты, прямо напротив входа, в который вошла группа. Он прислонился к стене, перекрывая её, будто айсберг.

Другие расположенные рядом с кладовыми залы также наполнены подобными кристаллами.

— Это всё конечно здорово, рад что увидел, но…

— Ничего и никого здесь нет…

Группа остановилась у входа в зал, Вельф осмотрелся, его фразу хмуро закончила Микото.

Монстров в комнате не было, как и других людей. Все сочли скопления кристаллов прекрасным зрелищем, но ничего, что делало бы этот зал особенным и наводило на мысли о дальнейшем продолжении миссии в нём не было.

Белл и его группа стояли у единственного входа.

Харухиме спросила, туда ли они пришли:

— Лили-сан, вы уверены, что мы в правильном месте?..

— Безусловно уверена. Это… отмеченный кругом зал.

Лили ещё раз изучила карту вместе с документом, отправившим авантюристов на миссию.

Белл застыл на месте, не сводя взгляда с мирной комнаты, синеватый свет мха смешивался с зеленоватым блеском кварца. Он сделал первый шаг внутрь.

Благодаря скоплениям кристаллов в комнате было светлее, чем на остальном этаже. Авантюристы пошли за Беллом, оставаясь вместе на случай появления монстров из стен Подземелья. Также все осматривались, пытаясь найти подсказку, зачем Гильдия их сюда отправила.

Но усилия авантюристов были тщетны.

— Здесь совсем ничего… нет…

— Чёрт подери Гильдию, чего они от нас хотели?

Не найдя ответа, авантюристы вернулись ко входу.

Вельф отчётливо высказал недовольство массируя шею. Поднятие уровня Харухиме почти закончилось, последние искры света вылетали из его тела прямо в это мгновенье.

Усталость, которую все скрывали, накопившаяся за путь через Подземелье, достигла критического уровня и, наконец, тяжело легла на плечи авантюристов. Белые цветы легонько покачивались под ногами.

…Если подумать, теми, кто за нами наблюдал…

Оказавшийся в центре группы Белл поднял голову.

Взглядов, следовавших за ним в тот момент, когда группа вошла в Вавил, и которых становилось всё больше по дороге на девятнадцатый этаж, не стало.

Ошибиться он не мог. Кто бы за ним не наблюдал за ним раньше, перестал.

Белло задумался над тем, что бы это могло означать, когда…

— …

Острые уши Виены вздрогнули.

— Я слышу…

— А? — авантюристы разом уставились на девушку-воивра.

Она смотрела через плечо на противоположную сторону комнаты. Её взгляд был направлен на большое скопление кварца напротив входа.

Не может быть… Группа смотрела на Виену непонимающими взглядами, узнав, что та фокусируется на звуке, слышимом только ей. Но прислушавшись…

Они тоже это услышали.

Песня, которую раньше никто из авантюристов никогда не знал. Она постепенно становилась громче.

Глаза авантюристов округлились, когда они попытались разобрать слова.

Чистые мелодичные звуки, вызывающие представление мирного океана под ночным небом. Лили прошептала себе под нос, что слухи об этой песне до неё доходили:

— Песня в лабиринте…

— Это… зов?

Глаза Виены распахнулись, её взгляд скользнул по огромному кварцу в попытке найти источник песни.

Авантюристы тоже это поняли. Звук доносился из глубин Подземелья, откуда-то из-за кварцевых кристаллов.

Не сказав ни слова, авантюристы повскакивали на ноги и зашагали к стене, будто мелодия тянула их к себе, как магнит.

Они остановились перед огромным скоплением кварца.

На первый взгляд он казался цельным, но присмотревшись авантюристы заметили темноту среди кристаллов.

Песня стала такой громкой, что даже кварц легонько вибрировал от звуковых волн. Обменявшись взглядами, авантюристы кивнули.

Вельф сделал шаг вперёд, прицелился и быстрым движением опустил меч.

Тресь! Кварц разлетелся на куски, будто битое стекло, и открыл авантюристам алькову в стене.

— …Похоже, мы должны были найти это? — прошептал Вельф.

Подземелье и без того всегда восстанавливает повреждения после битв монстров и авантюристов, но кварц вернулся на место невероятно быстро. Восстановление началось несколько секунд спустя. Группа едва успела проскочить в образовавшийся проход, прежде чем тот затянулся новым кристаллом.

Осколки сломанного кристалла освещали путь под ногами авантюристов, пока те смотрели, как вход очень быстро зарастает.

Песня кончилась, будто её цель была исполнена.

— …Идём.

Вглядевшись в глубины древесного прохода, Белл повёл товарищей за собой.

Группа выстроилась в цепочку, авантюристов снова охватило напряжение.

— Неужели это место?.. — тихо, дрожащим голосом спросила Лили, шагая по тёмному покрытому древесными ветками коридору.

Все знали какое слово она должна была произнести, но не заговорил никто. Авантюристы были очень сильно напряжены, они покрылись потом, стараясь дышать как можно тише.

Коридор шёл прямо, казалось, монстры не появляются из стен в этом месте. Светящийся мох не покрывал пол и стены. Небольшие кристаллы кварца, растущие в стенах и потолке, освещали всё вокруг так, что авантюристы едва могли видеть проход и друг друга.

Белл шёл первым, идущая за его спиной Виена коснулась парня рукой.

Он ничего не сказал в ответ, ощутив, как пальцы девушки крепко обхватили его ладонь.

Приняв из рук Лили портативную лампу с магическим камнем, Белл освещал путь дальше.

— …Источник.

Чистая голубая вода встретила авантюристов у подножия холма на выходе из прохода. Дно небольшого водоёма было примерно в пяти метрах от поверхности. Можно было назвать этот источник небольшим прудом.

Скудный свет кварцевых кристаллов отражался в поверхности воды. Белл провёл лучом лампы слева направо по комнате, пытаясь её осмотреть.

— Кажется, пути дальше нет…

— Не может быть… Песня раздавалась где-то здесь, разве нет?

Харухиме не поверила, услышав вывод Белла.

Льющийся с потолка свет и свет фонаря, который держал в руках Белл, освещал только древесные стволы. Комната была пустынной, в ней не было ничего, что можно было бы принять за путь дальше.

Лили и Вельф наклонили головы, изучая комнату и пытаясь понять, что могло произойти с таинственным певцом.

— ?..

В этот момент Микото увидела что-то в поверхности воды.

Плавающее в пруду золотое перо.

Идея пришла к ней пока она изучала блестящее золотое перо.

— Белл-сан, свет.

Микото двинулась к водной глади.

Свет лампы был направлен на пруд, чистота воды позволяла заглянуть даже на дно.

Изучая дно в свете пруда, Микото увидела пещеру, которая могла вести из этого тупикового зала.

— У меня есть догадка…, — произнесла Микото, снимая катану и броню.

Оставшись в одной боевой одежде, она погрузилась в воду. Закалённая холодными водами Дальнего Востока и подготовкой ниндзя девушка скользнула к пещере в воде будто рыба.

Виена, Белл и остальные наблюдали за ней затаив дыхание… Спустя несколько секунд поднялись пузыри и Микото вынырнула.

Она отбросила мокрые волосы с лица и кивнула смотрящим на неё товарищам.

Обменявшись взглядами, авантюристы начали раздеваться.

Микото двинулась к берегу, взяв свою катану и ножи. Последовав её примеру, авантюристы оставили всё, кроме самого необходимого оружия и вошли в воду. Лили и Харухиме сбросили Робы Голиафа и рюкзаки, наполнив небольшие поясные сумки столькими предметами, сколько в них влезло.

Зачастую присоединявшаяся к походам Микото и Оуки походам на ближайшие реки в молодости Харухиме неплохо справилась. Заплыв дался ей довольно легко, Вельфу пришлось идти по дну, поскольку его тяготил огромный двуручник, который парень отказался оставлять на берегу. Лили вцепилась в небольшой, словно кинжал магический клинок, скользя по воде будто медуза. Виена, которой было сложнее всех, крепко держала руку помогавшего ей Белла.

Вода размыла зрение авантюристов и сильно их охладила.

Пещера оказалась длинным подводным проходом, освещаемым кристаллами кварца.

Характеристики позволяли авантюристам гораздо дольше задерживать дыхание, чем это делают обычные люди. Микото плыла первой по подводному пути. Авантюристы видели свет в другом конце пещеры и плыли на него.

Оттолкнувшись от дна ногами, авантюристы быстро достигли поверхности нового водоёма.

Высунувшись из воды один за другим, авантюристы обнаружили что оказались в похожей на известняковую пещере, вместо древесного прохода из которого они пришли. Чёрные каменные стены тянулись во все стороны, лишь тусклый свет кварца остался неизменен. Авантюристы выбрались из воды, Виена и Харухиме затрясли телами, чтобы высушиться.

Белл быстро нашёл в темноте путь дальше, он повёл группу в каменистый лабиринт.

— Всё-таки это…, — начала говорить Лили, вглядываясь в тёмный неизведанный уголок Подземелья. — …Фронтир.

Гильдия вложила немало сил в построение карты Подземелья.

Несмотря на то, что карты используются современными авантюристами, они составлены авантюристами давних времён, которые путешествовали по подземелью ещё в Древнюю Эру и собирали информацию об этих коридорах. Те люди открывали неизведанные пути ставя на кон свою жизнь чтобы открыть нечто новое и составить карты каждого этажа. Их достижения сложно переоценить.

Однако, на картах остались неразведанные ранее места.

Подземелье слишком обширно, чтобы быть исследованным полностью.

Порой люди закрывают глаза на ответвляющиеся проходы в своём бесконечном путешествии в глубины Подземелья.

Встречаются также и особые места, вроде этого, куда исследователи попросту не смогли найти путь.

Фронтир — так называют места, которые никто раньше не видел.

Их нет на картах, зачастую даже самые лучшие из авантюристов не знают об их существовании. Лили, Белл и остальные сглотнули от этой мысли.

— …

Огромный вход вёл в нечто, напоминающее тёмную бездну.

Группа Белла несмело сделала в неё первые шаги.

Авантюристы окружили Виену, встав на её защиту. Идущий впереди Белл держал лампу с магическим камнем.

Кристаллы кварца испускали слишком слабое свечение. Лишь луч света лампы развеивал тьму. Авантюристы были на пределе, темнота давила на них, а каждый хруст камня под ногами казался признаком неминуемой опасности. В коридоре было так тихо, что авантюристы слышали даже малейший звук. Отсутствие рёва монстров где-то вдалеке делало тишину оглушительной.

Они не знали, какие существа могут встретиться им на пути.

В не задокументированных проходах Подземелья зачастую встречаются аномалии, и смерть очень вероятный исход.

Авантюристы окунулись в чистейшую «неизвестность».

В горле каждого из них пересохло, по коже пробежала дрожь. Все пять чувств были напряжены до предела. Ещё никогда им не приходилось испытывать подобный стресс, и потому ощущения казались им гораздо острее, чем раньше. Ничто не давало большего облегчения, чем рукоять знакомого оружия в руках. «Неизвестность» давала о себе знать всё больше с каждым шагом, будто врезаясь в разум людей.

Белл вёл свою группу всё дальше во Фронтир. Когда волнение уже достигло предела, вдали стал виден конец коридора.

— Как темно…, — сорвалось с губ Вельфа, оказавшегося перед обширной темнотой.

Открытое пространство.

Белл и Вельф будто избавились от тяжести, которую оказывали на них узкие стены коридора. Новое пространство казалось огромным, даже ошеломительным.

Место, в которое они вошли, казалось огромным залом. При этом, здесь было необычайно темно.

Свет лампы не мог пронзить тьму до следующей стены.

— …Эм, Микото.

— Да, Белл-сан?

— Есть ли здесь… монстры?

— Н-нет, по крайней мере не те, которых я знаю…

Белл едва контролировал свой дрожащий голос задавая вопрос.

Что-то в этой комнате было.

В этом зале определённо кто-то есть.

Парень ощущал, что за ним наблюдает больше взглядов, чем он может сосчитать.

Они скрываются во тьме, маскируют своё присутствие, но следят за каждым движением авантюристов.

Ужас заставил застыть кровь в венах Белла, когда он понял сколько взглядов на него направлено.

Навык Микото не может определить владельцев этих взглядов. А значит, возможных ответа всего три: за ними наблюдают люди, за ними наблюдают монстры, которых Микото раньше не встречала, или все наблюдатели находятся за радиусом действия Чёрного Ворона Ятано.

Волна холодного пота побежала по телу Белла, когда он об этом задумался. Он тут же приказал Харухиме заново наколдовать повышение уровня, чтобы Виена не осталась без защиты.

Однако, этот приказ запоздал.

Из тьмы вырвалась ошеломляющая кровожадность.

Зловещее ощущение заставило вздрогнуть каждого.

Враждебность была такой мощной, что даже поднявшие уровень авантюристы растерялись.

Тук, тук, тук, ТУК, ТУК, ТУК!!! Звук шагов, несущихся прямо на них, достиг ушей авантюристов.

Вместе с этим захлопала пара крыльев, поднимая кого-то в полёт.

— !!!

Белл направил свет лампы на ближайший источник шума.

Свет развеял тьму, но единственным что увидел Белл была алая чешуя.

— РОООООООООООООООООООООООХХХХХХХХХХХХ!!!

Глаза Белла распахнулись, когда он узнал рёв рептилии-воителя.

…Ящерочеловек?!

Не сводя с Белла взгляда налитых кровью глаз, ящер не дал Беллу даже шанса на атаку, вступая с парнем в ближний бой.

Ящерочеловек держал в левой руке длинный изогнутый клинок, ятаган. Сталь блеснула в свете фонаря, приближаясь к парню с ошеломительной скоростью.

— …

От техники наносимого удара у Белла перехватило дыхание.

Кинжал Гестии в правой руке парня едва успел занять нужное положение.

Клинки столкнулись прямо у его груди.

Мгновение спустя парень сполна ощутил мощь удара, у него перед глазами всё поплыло, и его потащило в сторону.

Парень рухнул на землю, покатившись в сторону от группы, крик Вельфа разнёсся в темноте зала:

— Белл!

Лампа выпала из руки Белла, нога рептилии разнесла её когтями.

Единственный источник света погас, всё погрузилось в темноту.

— Что за чертовщина тут?!

— ХЬЯЯЯЯ!!!

— ?!

Сердце Вельфа ушло в пятки, когда под покровом темноты к нему скользнула небольшая тень.

Парень занёс двуручный меч, нанося удар, и тот столкнулся с чем-то с высоким, металлическим скрежетом. Мощь противника поставила Вельфа на колени.

Посыпавшиеся искры на мгновенье осветили нападавшего, им оказался небольшой монстр в красном колпаке.

— Гоблин?!

Полный, пузатый монстр снова скрылся в темноте. Вельф смотрел ему вслед ошеломлённым взглядом, не веря в силу удара обычного гоблина.

— !

— !!!

Стоявшая в задней части группы Микото услышала свист каких-то снарядов в воздухе. Перепрыгнув Виену, она оказалась перед девушкой и на слух отразила выстрелы катаной.

— …Перья?!

Когда клинок отразил выстрелы, снаряды медленно кружась опускались на землю.

Всё ещё пытаясь прийти в себя от шока, девушка осознала, что ещё один перьевой залп летит в неё с той же стороны.

— Виена!

— ГАААААААХ!!!

— !

Белл вскочил на ноги и с криком бросился к своей группе, но по нему снова был на нанесён удар.

Парень едва уклонился от клинка, а монстр с рёвом снова перешёл в атаку. Беллу пришлось сражаться с противником, которого он едва различал в темноте.

— Да что здесь творится?!

Стук металла разносился по залу. Снопы искр поднимались в воздух. Звериный рёв перемешивался с хаотичными выкриками авантюристов.

Группа Белла была вынуждена держаться в бою, полагаясь только на звук. Харухиме была бессильна. Из-за кромешной тьмы сражение казалось адским.

— !

В эту секунду…

Лили шарила по карманам робы, когда началась битва, в поисках большого мешочка. Побеждая страх и панику помощница быстро поняла, что от неё потребуется в этой битве.

Наконец найдя нужный мешочек Лили одним взмахом высыпала его содержимое.

— Фонарный Мох!

— !

— ?!

Испускающая свет субстанция рассыпалась по земле.

Этой субстанцией был Фонарный Мох, который Лили собрала на девятнадцатом этаже.

Частички главного освещения Древесного Лабиринта развеяли тьму вокруг авантюристов.

И друзей, и врагов появление света на месте боя застало врасплох.

— !..

Впервые группа Белла смогла опознать нападавших.

— ХУУУООО!

— УУУУУУ!..

Яшерочеловек, гоблин и гарпия, хлопающая крыльями в воздухе.

Монстры определённо составляли странную компанию, но кое-что их объединяло, все они были вооружены, будь то ятаган, топор, щит или даже броня.

— Монстры!..

— …С оружием!..

Белл и Вельф не могли поверить своим глазам.

Они разом вспомнили объявление на доске Гильдии.

Доклад о монстрах, которые похищают экипировку авантюристов или снимают её с тел, убитых в Подземелье. В том объявлении даже был нарисован вооружённый монстр. Парни ощутили будто перед ними ожившие рисунки.

— С-сколько же из здесь?!

Лили куда больше поразило общее количество остальных монстров.

Вдобавок к гарпии, в воздухе кружили горгулья и грифон. А на земле, чуть поодаль были… ламии, аль-миражи, формоиры, боевые теневики, гуманоидные пауки, называемые арахнидами, единороги… мириады монстров составляли орду разношёрстных видов с верхних, серединных и даже глубинных этажей Подземелья. Зал не уступал в размерах Колизею, а монстров было такое множество, что Микото и Харухиме побледнели.

Виена со страхом в глазах посмотрела на бесчисленное полчище монстров.

— УУУУУУУУУУУУУУУУУ!!!

Схватившийся с Беллом ящерочеловек взревел, остальные монстры, будто по команде начали двигаться.

Синевато-зелёный свет отразился на когтях, клыках и поднятых в воздух мечах и топорах.

— Они нападают!!!

— Они атакуют Виену-сан?!

Кровожадные взгляды уставились на Виену, слюни капали из пастей монстров. Вельф и Микото отчаянно пытались сдержать захлестнувшую их волну монстров.

— Магический меч тут не поможет!.. — прокричала Лили.

Бой перерос в дикую схватку во тьме. Вступивших в ближний бой Вельфа и Микото могло зацепить ударом магического меча.

Вход в зал, единственный путь для побега в какой-то момент оказался перекрыт. Девушка-полурослик выпускала стрелы одну за другой, на ходу уклоняясь от перьев, запущенных в её сторону.

— Лили! Харухиме!

— Виена-сан!

Атаки всё чаще направлялись в помощниц и Виена прикрыла их своим крылом.

Харухиме и Лили обхватили девушку, чтобы скрыться за импровизированным щитом. Боль от ударов заставила её застонать.

— Б-больно…

Ещё один перьевой залп ударил в девушку, но сражавшийся в другой стороне Белл успел его перехватить.

— …ВСПЫШКА!!! — взревел парень.

Пламенные снаряды просвистели в воздухе и прикрыли взрывами Виену и помощниц.

Несколько молниеносных заклинаний развеяло тьму, ударив в гарпию грифона. Вздрогнув от боли, монстры упали на землю в чёрном дыму. Горгулья, в отличии от остальных воздушных монстров, прикрылась крыльями от магической атаки, как раньше помощниц прикрыла Виена.

— ШАААААА!!!

— !

Оскалившийся ящерочеловек бросился на Белла, нанося удар, будто напоминая парню кто его противник.

Белл, занятый дальними атаками, едва успел уклониться.

Ящер держал два клинка, меч в правой руке и ятаган в левой. Поверх алой чешуи на нём был надет нагрудник. Металлические пластины прикрывали локти, пояс, плечи и колени, жизненно-важные в сражении места. Экипировка была не самого высшего качества, но его можно было назвать бронированным, к тому же, он был на голову выше Белла.

Белл скривился, доставая Ушивакамару-Нишики, и вступил в сражение двумя кинжалами.

Этот ящерочеловек… силён!

Мало того что первый его удар был так быстр, что создал след в воздухе, так ещё и монстр умело использовал прикрытие темноты для нападения и защиты.

Оказавшись противником монстра Белл сполна ощутил его потенциал. Этот ящер-воитель ни в какое сравнение не шёл с теми ящерами, с которыми он столкнулся в бою на двадцатом этаже. Его скорость, сила и навыки владения мечом были несравненно выше. Вельф полушутливо сокрушался что монстрам не суждено лучше овладеть навыками, но сейчас перед Беллом было опровержение его слов. Возможность того, что перед ним какой-то подвид тех же ящеров маячила где-то в мыслях парня.

Этот ящер-воитель, возможно, опережал парня уровнем, пусть это и было всего лишь предположением в голове Белла, его страха это не уменьшало.

Рубиновые глаза Белла уставились на врага. Тот яростно смотрел в ответ, пробежавшись языком по острым клыкам.

Белл понимал, что, не одержав победу над этим ящером, он не может броситься на помощь Виене и остальным.

Отбросив нерешительность, парень начал сражаться с ящерочеловеком в полную силу.

— Хья!

— ГРВАААА!!!

Кинжал Гестии нанёс удар, оставив в воздухе фиолетовый след, вместе с этим, его в полную силу встретил удар меча.

Оружия сошлись в клинче.

— !

Удар подтвердил опасения Белла. Ящерочеловек был сильнее.

Вместе с этим, монстр удивился скорости парня.

Красные зрачки уставились в глаза ящера. На губах Белла появилась едва заметная улыбка, ящер также обнажил клыки в зверином оскале.

— АААААААААРРРРРРРРРГХХХХХ!!!

Парень и ящер одновременно взревели, сталкивая клинки в безостановочном потоке ударов.

…В то же время, Вельф оказался последней линией обороны, сдерживавшей продвижение орды монстров.

— Лили, давай! — бросил он через плечо, используя широкую сторону клинка для отражения сыпавшихся на него ударов.

— Но…

— ПРОСТО ИСПОЛЬЗУЙ!!!

Фомоир бился в блок парня металлической дубиной. Понимая, что следующий заблокированный удар может стать последним, Вельф не позволил Лили возразить. Девушка-полурослик бросила взгляд в сторону и увидела, что Микото едва держится против нескольких монстров разом.

Сжав похожий на кинжал магический меч крепче, Лили набралась решимости, прежде чем нанести удар.

— ВЫСТРЕЛ!!! — она со всей силы взмахнула красным клинком.

Поток пламени полился от Магического Меча Кротцо.

Вельф и Микото ощутили палящую волну и тут же бросились на землю. В последний момент монстры успели разбежаться с пути пламени. В углу комнаты раздался мощный взрыв.

— ААААААА!!!

— РОООООО!!!

Битва Белла и ящера продолжалась, в свете танцующих языков пламени парень обменивался ударами с монстром.

Их силуэты виднелись на стене в оранжевом зареве, мечи сталкивались с кинжалами. Ятаган описал в воздухе дугу, его остановил алый развод. Фиолетовое лезвие второго кинжала тут же атаковало, но меч остановил его продвижение.

Монстр демонстрировал мощный боевой стиль, он не пренебрегал пинками, наравне со взмахами мечей, и не забывал наносить контратаки после блокирования ударов.

Тело Белла мелькало, мечи ящерочеловека рассекали воздух там, где ещё мгновение назад был парень. Броня остановила атаку Белла, полетели искры. Монстр отбил его ногой, но алый развод полоснул его тело, отчего брызнула кровь.

И тогда…

— ША!

— Че?!

Паритет был нарушен.

Белл был зажат ятаганом и мечом. Оказавшись между атаками слева и справа, он заблокировал мечи кинжалами. В этот момент что-то полетело ему в живот под неестественным углом.

Хвост!!!

Третий удар нанёс толстый как бревно хвост ящера.

Совершенно неожиданная атака от существа, с которым Белл практически не сражался, будучи авантюристом его настигла.

Попадание было прямым. Парень даже и не думал защищаться, и удар хвоста ящера отправил Белла в воздух. Монстру выдался шанс взять верх, и он отправил когтистую нижнюю лапу прямо в грудь Белла.

Белл перевернулся в воздухе.

— ГАХ!

— УУУУУУУУУУУУУУУУУУУОООООООООО!!!

Ящерочеловек возвестил о своей победе грёмким рёвом, пока тело парня отлетало глубже в комнату, ударяясь об пол будто плоский камешек, брошенный блинчиком в реку.

Парень выпустил из рук Кинжал Гестии и Ушивакамару-Нишики.

Не теряя времени, ящерочеловек развернулся к желанной добыче. Взгляд налитых кровью глаз уставился на окружённую авантюристами девушку-воивра.

— !!!

Виена рефлекторно сжалась, увидев несущегося на неё с топотом монстра и его яростного рёва.

Пронёсшийся по подожжённому полю боя ящер занёс меч высоко над головой.

Длинная тень монстра нависла над беззащитной девушкой…

— Нет!

Харухиме выпрыгнула перед Виеной, обхватив Виену руками и прикрыв её своим телом, будто щитом.

Ещё две тени выскочили за мгновенье до того, как удар достиг цели.

— Ну уж нет!!!

— Не позволю!!!

Охваченные ужасом Вельф и Микото двуручным мечом и катаной остановили меч.

Два клинка одновременно перехватили оружие монстра. Сталь взвизгнула, авантюристы ощутили мощь и вес удара, но ровно на мгновенье.

Меч замер в миллиметрах от Харухиме, прикрывавшей Виену.

Ящер попытался надавить сильнее, его глаза округлились от удивления, когда он понял, что авантюристы могут его сдержать.

— …

В этот момент раздался звон…

Ящерочеловек услышал бой колокола.

Повернувшись к источнику звука, он увидел авантюриста, бегущего к нему пригнувшись, подобно окровавленному кролику. А потом перед ним появился яркий свет.

Пятисекундный заряд.

Глаза Белла сверкали, он вложил удар всю ярость, которая в нём скопилась.

— ХАААААААААААААААААААААА!!!

Стук.

— ГУХУУУУУУ!

Светящийся кулак столкнулся со скулой ящера.

Подлетело несколько сломанных алых чешуек. Настала очередь ящерочеловека отправляться в полёт. Клинки вылетели из его рук.

Сработало!..

Белл использовал свой навык, Аргонавт пока шёл на сближение.

Опасность, в которой оказалась Виена, наделила его нужными эмоциями и решимостью. До этого он мог заряжать свой навык только стоя. Положение, в котором он оказался, вынудило его использовать заряд на бегу.

Ящерочеловек несколько раз отскочил от земли и, покатившись, врезался в сталагмит вдалеке, прежде чем наконец остановиться.

Остальные монстры отступили ещё когда увидели разрушительную мощь магического меча. В воздухе повисло молчание.

Белл, не обращая внимания на раны, встал спиной к Виене, ожидая следующего сражения.

— ГЕХ…

Когтистые пальцы ухватились за сталагмит, и ящерочеловек поднялся, опираясь на него. Сидя на земле, монстр издал какой-то гортанный звук, а потом задрал голову к потолку:

— ГЯ-ГЯ-ГЯ-ГЯ-ГЯ-ГЯ!!!

Авантюристы и Виена смотрели на него, не понимая, что происходит.

Кровожадность и ярость, окружавшая их со всех сторон считанные секунды назад будто, испарилась. Видеть, как ящер, схватившись за живот, содрогается всем телом, задрав голову, было почти забавно.

Осмотревшись, авантюристы заметили, что и в других монстрах нет ничего угрожающего.

Издаваемые ящером звуки начали меняться:

— ГЯ-ГЯ-ХЯ-ХЯ-ХЯ-ХА-ХАХ!

Они начали походить на обычный человеческий смех.

— А?..

— Чего?..

Харухиме и Лили удивились, когда услышали эти звуки. Вельф, Микото и Белл были поражены не меньше.

Не понимая, что происходит на их глазах, авантюристы могли только удивлённо таращиться, мотая головами.

Наконец они начали что-то понимать. Члены группы не сговариваясь перевели взгляды сначала на Виену, а потом на ящерочеловека.

— Что-то новенькое! Таких авантюристов я ещё не видел!!!

Даже в самых смелых своих мечтах авантюристы не могли представить, что ящер заговорит, да ещё и так складно.

Монстр, смеясь несколько раз хлопнул себя по коленям и, наконец, поднялся.

— Авантюристы жертвуют собой ради монстра! ХААААХ! Не знаю, что и думать, но мне нравится!

— …Разве я не говорила, Лидо? Эти другие.

Стали слышны новые хлопки крыльев.

Золотое перо кружась приземлилось на землю. Крылатый монстр, сирена, опустилась откуда-то с потолка.

— Я знаю этот голос…

— Быть не может…

Белл и Вельф переглянулись, услышав необычное произношение. Златокрылая сирена приземлилась с улыбкой на лице.

— Мы встретились снова.

Одного взгляда в небесно-голубые глаза монстра было достаточно, чтобы Белл и Вельф всё поняли.

Перед ними была та странная девушка в плаще, точнее, монстр, которого они встретили на девятнадцатом этаже.

Впервые увидев её лицо, парни удивились увидев, насколько дружелюбным оно может быть. Ни Вельф, ни Белл не знали, что ответить.

Как и Виена, сирена была красива. Её длинные золотые волосы излучали на кончиках голубоватый свет. В отличии от полулюдей-полуптиц гарпий, лишь её продолговатые предплечья оканчивались прекрасными золотыми крыльями. Перья такого же золотого цвета покрывали нижнюю часть её тела, за исключением острых, похожих на птичьи когтей на ногах.

Её грудь прикрывало нечто похожее на боевые одежды амазонок, потому живот был обнажён.

Оказавшаяся перед авантюристами сирена была далека от того образа яростного монстра, который, по слухам, своим криком способен заставить застыть даже бывалых авантюристов.

— Ага, всё как ты сказала, Рей! Эти ребятки особые!

Ящерочеловек назвал золотокрылую сирену Рей, неторопливо приближаясь к авантюристам, размахивая хвостом из стороны в сторону.

Оба монстра приблизились, посмеиваясь глядя на удивление людей. Лили застыла, не в силах закрыть рот, Микото пришла в замешательство, а Харухиме никак не могла понять, что ей делать.

— Ты уж не серчай. Слишком ты резвый, чтобы сдерживаться.

— Эмм… а? Я… что…

Лишь несколько секунд спустя Белл наконец понял, что ящер говорит о бое, закончившемся буквально только что.

И не без причины. Ещё мгновение назад чуть не убивший его монстр неожиданно решил поговорить с ним, вместо того чтобы перерезать ему горло.

— Для начала хочу извиниться. Мы решили вас проверить.

— П-п-п-проверить?..

— Ну да. Мы хотели узнать, приняли авантюристы нашего за товарища или нет. Стали бы вы её бросать при первом признаке опасности? Использовать как приманку, чтобы сбежать?..

Эти слова удивили не только Белла, но и всех остальных. Виена была поражена не меньше.

— Подробности мы расскажем позже, а пока… Простите, что мы вас напугали и за удары тоже извините.

— !..

— И спасибо что присматривали за одной из нас всё это время.

Ящерочеловек больше не казался врагом. Совсем наоборот, он не собирался никого убивать с самого начала.

То, что он опустил голову, и тон его голоса на это указывали.

После этого он повернулся к Виене, явно собираясь что-то сказать, но перепуганная девушка бросилась за спину Харухиме.

Ящерочеловек усмехнулся и не стал даже пытаться с ней заговорить. Вместо этого он снова повернулся к Беллу.

Ухх…

Боль от порезов и синяков накатила на парня, место, в которое пришёлся удар когтистой лапы на груди также начало ныть. Но, как ни странно, думал он сейчас о другом.

Острые когти и клыки, покрытая чешуёй кожа. Крайне необычные черты для человека. Но, монстр сейчас разговаривал с ним, с Беллом, не угрожая его жизни, как должен угрожать любой обычный монстр.

Ящерочеловек был одет в броню.

Он разговаривал.

Также как Виена.

— Я Лидо, вы называете таких как я ящеролюдьми. Рад встрече с тобой, Белл Кранелл.

— О-о-о-откуда ты з-знаешь как меня?..

— А, слышал от Фелс.

…Получается они одинаковые. Виена гораздо больше похожа на человека, отчего её легче принять.

Для Белла разница была в том, что ящерочеловек был гораздо выше него и девушки-воивра. Он был в точности таким же, как другие представители его расы. Если бы волк подошёл к овце и попытался вовлечь её в светскую беседу, мирное животное наверняка отреагировало бы подобным образом.

В голове Белла было слишком много мыслей, чтобы он обратил внимание на слова, которые прозвучали, как чьё-то имя. Парню казалось, что он сейчас рухнет в обморок, но каким-то чудом он этого избежал.

— Слушай, не возражаешь, если я буду называть тебя Беллучи? — спросил Лидо.

— Эм, ну, ладно… Н-на-называй.

Ящерочеловек прищурил глаза, не сводя взгляд с Белла.

Улыбнулся… кажется? Он смотрел не тем яростным и безжалостным взглядом которым охотник смотрит на добычу.

Белл никак не мог ухватить ни одной мысли, смотря в глаза ящеру, несмотря на их обилие в его голове.

— Беллучи.

— Да?!

— Пожмём руки.

А?

Белл пришёл в себя, увидев протянутую руку.

Она была покрыта красными чешуйками и бронированной пластиной, а кончики пальцев оканчивались острыми когтями.

Зрачками, превратившимися в маленькие красные точки Белл, уставился на протянутую руку.

Он знал, что этот жест означает и от мыслей об этом чуть не рухнул в обморок снова.

— Б-Белл-сама…

— Белл-сан…

— Белл…

— Сударь Белл!

Его товарищи, видели, как напряжён парень, и не могли не попытаться привести его в чувство, но с мест не сдвинулись.

Харухиме была бледна, как призрак. Казалось, что Микото сейчас вывернет наизнанку. Вельф не мог скрыть волнения, а Лили нарастающей тревоги.

Все они понимали, что парню придётся пойти против логики. Их голоса дрожали, когда они воззвали к своему главе, будто пытаясь привести его в чувство.

— …

Тем временем сам Белл истекал потом.

Рукопожатие. Признак дружбы. Мост между человеком и монстром. Нечто небывалое. «Неизведанное».

Белл не мог не ощутить, что это какая-то ошибка. Казалось, что нужно подчиниться инстинкту, говорившему ему отбить протянутую руку и уйти. Не работающий мозг подсказывал парню, что это единственный выход.

Сейчас ему хотелось просто сбежать от решения, которое переворачивало весь его предыдущий опыт с ног на голову.

Ящерочеловек был терпелив.

Он ждал, сделает ли Белл встречный шаг или отвергнет его руку.

Он боялся.

Белл был в ужасе.

От клыков, когтей, чешуи. От взгляда глаз рептилии, от ужасающей формы создания, стоявшего напротив.

Каждая частичка его тела хотела оказаться от смотрящего на него сверху ящерочеловека как можно дальше.

Логика подсказывала ему, что легче будет прислушаться к ней и сбежать.

Но.

Белл бросил взгляд через плечо.

Он увидел удивлённые глаза девушки-воивра.

Ему в голову пришёл момент их встречи, парень вспомнил, что в первый раз он боялся не меньше.

— …

Наконец… Белл улыбнулся.

Улыбка была неловкой.

…Даже если эта ошибка, я совершу её с правильной целью.

— Кхем, — прочистил горло парень.

Он наконец набрался смелости.

— …Рад с вами познакомиться.

Белл заставил себя произнести эту фразу и обхватил протянутую руку.

Харухиме и Микото наблюдали, затаив дыхание. Вельф ухмыльнулся и расслабил плечи. Лили издала протяжный вздох, посмотрев на потолок.

Белл пожал руку монстру.

— …А я-то как рад!

Ящерочеловек, точнее, Лидо, обнажил клыки в улыбке, крепко пожимая руку Белла в ответ.

Мгновение спустя раздалось громкое: «ОООООООООО!!!»

Авантюристы чуть из кожи не вылезли, услышав громогласный хор голосов, раздавшихся в зале.

Монстры с волнением следили за Лидо и Беллом, а теперь начали праздновать.

Гоблин в красном колпаке начал аплодировать. Сидевшие на земле гарпии восторженно захлопали крыльями. Формоиры поднимали в воздух кулаки, хоть и медлительно. Аль-миражи начали, щебеча скакать кругами. Одобрительные крики не прекращались.

Дружба людей и монстров, этот день войдёт в историю и все присутствующие были рады стать его частью.

— Эй, там, включите свет!

Крик Лидо прорвался сквозь восторженные возгласы.

Адские гончии и другие ловкие монстры тут же принесли лампы с магическими камнями, которые были скрыты за скалами и включили их, используя когти и клыки.

— Монстры… пользуются освещением…

Ошеломлённо произнесла Микото, увидев, как монстры используют созданные людьми устройства.

Гарпии поднялись в воздух и начали снимать ткань, опутавшую кварцевые кристаллы, дававшие свет.

За считанные секунды в пещере стало гораздо светлее.

— З-зелёный дракон?!

— Он был там всё это время?..

Вдалеке от входа, в который вошла группа, дракон, длиной больше десяти метров, обвивал огромный кварцевый кристалл. Его тело было покрыто шрамами, гигантский зверь смотрел на авантюристов с мудростью бесчисленных лет жизни. Лили и Вельф поразились сколько существ на самом деле наблюдало за ними из тени.

— Позвольте мне вас поприветствовать, жители поверхности!

— Уууууу…

— И мне!

Кто-то из монстров мог говорить, кто-то нет, были и те, кто старался, но слова давались ем очень нелегко. Вокруг Белла собралось множество монстров.

— Я слышал сказания о вас. Для меня большая честь встретить вас вживую, синьор Белл.

— С-синьор?

— Я так рад, что могу пожать вам руку, очень рад!

— С-спасибо.

— Я Лаура. Рада знакомству.

— Я тоже рад…

— …

— Ип!

Гоблин в красном колпаке, назвавший Белла «синьором», был первым среди монстров, которые подошли пожать Беллу руку. Когда к нему подходили большие монстры, вроде формоиров и протягивали огромные руки, лицо Белла слегка подрагивало.

— Прости за позднее знакомство. Я Рей, сирена.

— Я-я-я… Белл Кранелл.

— Да, я знаю… Белл, спасибо за спасение одной из нас.

Сирена также подошла в первых рядах монстров и представилась парню. Она протянула крыло, из кончика которого составила нечто вроде протянутой руки, Белл его пожал.

Ощутив мягкость перьев рукой и заметив обворожительную улыбку Рей парень слегка полыхнул.

— Они все тоже рады. Рады встретить человека, который нас не отвергает.

Ящерочеловек, улыбаясь от уха до уха следил за монстрами, подходящими к Беллу, друг за другом, и пожимавшими его руку.

Белл огляделся, услышав комментарий Лидо.

Вежливый гоблин в красном колпаке, переполненные эмоциями гарпии, ламия, говорившая полушипящими звуками, ничего не сказавшая боевая тень… Молчали они или говорили, походили они на людей или нет, Белл видел признаки сознания в каждом из взглядов тех, кому пожимал руку. У кого-то были маленькие ладони, у кого-то большие, чьи-то были покрыты шерстью, но все они были тёплыми.

Неизведанное ранее чувство переполняло Белла, монстры бросали взгляды на Лили и остальных авантюристов.

Но те в ответ лишь неловко отводили глаза.

— Ууууу…

А Виена…

Она смотрела как кучка монстров окружает Белла, как ребёнок чьё величайшее сокровище забирают.

— Куууу…

— А-аль-мираж…

Она увидела, как очередной небольшой монстр подошёл к Беллу. Он был одет в просторную синюю боевую куртку, а порванный мешочек был на её шее будто ожерелье. Белый кролик смотрел на парня милыми круглыми глазами. Белл склонился, всё с той же неловкой улыбкой на лице и пожал протянутую лапку.

— Куууу! — аль-мираж заверещал и прыгнул на парня.

— Э-эй, щекотно же!.. З-зачем ты меня облизываешь?

Аль-мираж прыгнул на грудь Белла и радостно лизал его щёку, когда Рей объяснила, что это значит:

— Аруру… Говорить она не может, но, наверное, ты ей понравился.

— Ты сказала «она», это девочка?!

Белл был готов истерично завизжать. Лили и другие авантюристы не знали, что им делать, увидев, как два «кролика», милуются, в этот момент девушка-дракон наконец взорвалась.

Выскочив из-за Харухиме она отправилась прямиком к Беллу:

— Н-нет! Белла ты не получишь, нет!!!

— КУУУ?! — взвизгнул аль-мираж, когда девушка-воивр силой оттолкнула её от Белла и сама обняла его руку.

Монстр припрыгал обратно, явно намереваясь побороться за своё место, но Виена не отступала ни на шаг, лишь мыча в ответ. Тогда девушка-воивр заметила…

…Что окружающие монстры смотрят только на неё.

Создания, такого же страшного вида что и она, которых она ещё недавно боялась, оказались прямо перед ней.

Сирена Рей начала приближаться и Виена крепче вцепилась в Белла.

— Не поделишься со мной своим именем?

— …Виена.

— Виена… это хорошее имя.

Рей улыбнулась, услышав тихий ответ.

Виена покраснела, смутившись от комплимента, сделанного имени, которое ей дали Белл и остальные.

Прошло несколько секунд, прежде чем ей было протянуто крыло.

Девушка-воивр несмело, опасливо протянула руку, несколько раз её отдёрнув, но, всё же, тихонько пожав крыло.

Золотокрылая сирена улыбнулась.

— Рада встрече с тобой, наш новый товарищ. Никто здесь тебя не ранит. Мы тебе рады.

Как сделали раньше парень и его Паства, сирена сразу приняла девушку как своего товарища. Янтарные глаза Виены округлились от удивления.

Она была тронута такой добротой и тихонько всхлипнула.

Мягкие перья коснулись лица Виены, вытерев слёзы, и на лице девушки-дракона появилась улыбка.

Окружающие монстры буйно выразили свою радость.

— …Эм, скажите пожалуйста.

Когда крики радости начали стихать…

Всё ещё не понимавший, что происходит, Белл заговорил, продолжая обнимать Виену:

— Все вы и Виена… что вы такое?

Этот вопрос мучил его с того самого дня, когда он встретил невозможную девушку. Белл и его группа хотела знать ответ на этот вопрос больше, чем на любой другой.

Монстры перевели на авантюристов взгляды.

Как представитель группы, сирена ответила:

— Мы Ксеносы.

— …Ксеносы?

Тихонько прошептала Гестия себе под нос.

Уран, восседающий на своём троне, кивнул в ответ.

— Так мы их называем… Монстры, одарённые интеллектом.

Зал Молитв под главным отделением Гильдии. Старшее божество, которому всё известно начал рассказывать Гестии, кто такая Виена на самом деле.

Ксеносы… Таким словом боги и богини называют еретиков.

Они нарушение в давно сложившейся системе.

— Хочешь сказать, что Виена тоже этот самый Ксенос, или как ты их там назвал?

— Это так. Их объединяет одна вещь, интеллект, который превосходит разум обычных монстров… Они обладают способностью понимать, и, к тому же, в каждом из них бьётся сердце, которое не уступает сердцам наших детей волей и эмоциями.

— !..

— Ненормальные монстры, которых ведёт не жажда убийства и разрушения…

Гестия, затаив дыхание, слушала Урана.

Его голос продолжил звучать в Зале Молитв, добавив, что похожие на людей монстры зачастую почти не отличаются от населения мира смертных.

— Когда Ксенос появился впервые остаётся загадкой. Однако тем из них, кого мы нашли и с кем связались, была предложена помощь вместе с «защитой».

— Помощь?.. Гильдия помогает монстрам?!

О чём ты, чёрт тебя дери, думаешь?! Гестия была готова взорваться от распиравшего её негодования, когда её поразила одна мысль. Она и её последователи сделали то же самое для девушки-воивра. Они скрывали и защищали её.

Всё было так, как сказал Уран. У чистой и невинной девушки было сердце, точно такое же как у Белла и остальных её детей.

Старший бог заметил, что Гестия напряжённо молчит. И тогда он продолжил:

— Цель этой миссии вернуть Ксеноса, поднявшегося на поверхность к её союзникам. И этот Ксенос, тот воивр, которого ты и твои дети защищали, Гестия.

— …Даже спрашивать не буду, когда ты об этом узнал. Просто скажи, куда сейчас направляются мои дети…

— К этому времени они должны были спуститься к жилищу Ксеносов, Убежищу.

Целью миссии было отвести Виену домой.

Поднявшаяся в городе шумиха после той ночи, когда Виена сбежала, должно быть, стала причиной назначения этого задания.

Гестия с этим смирилась. Но это породило у неё новый вопрос, и богиня хотела получить на него ответ:

— Уран, зачем было просить нас её отвести? Разве не проще было похитить Виену и привести её туда силой? Зачем было рассказывать нам об этих «Ксеносах»?

— Тому есть несколько причин. Белл Кранелл и твои дети уже знают о существовании говорящих монстров. Но самая важная из них… — Уран на мгновенье прервался, прежде чем продолжил говорить. — Я решил, что хоть и с ничтожной вероятностью… твоя Паства станет нашей надеждой.

— Надеждой?

— Да. — величественно кивнул Уран. — Я решил, что вы можете стать мостом между нашими детьми и монстрами, и привести обе расы к пути сосуществования.

— Это всё сон, правда?..

— Если хочешь, Лили может оттаскать тебя за щёки...

Вельф и Лили разговаривали будто в трансе.

Белл слышал их бормотание и сам не мог скрыть холодный пот, бегущий по его щекам.

— Еда! Выпивка! Доставайте всё что есть! Отпразднуем появление нового товарища в наших рядах и первых людей которые будут нам гостями!

Монстры разразились восторженными возгласами, услышав крик Лидо, зал в очередной раз сотрясло.

Разнообразная еда, фрукты, орехи и травы, которые можно найти в Подземелье появились в лапах и когтях. Бочки с алкоголем, на которых можно было прочесть «Ривира», выкатились в центр зала. Люди и монстры устроились огромным кругом, освещаемым лампами с магическими камнями.

Беллу это напомнило вечер, проведённый в кругу Паствы Локи у лагерного костра.

— Беллучи, ешь всё что видишь, не стесняйся! Вот это попробуй!

— Ч-что это?..

— Вы, люди называете это мруктами. Слышал, на поверхности считается настоящим деликатесом!

Лидо сидел справа от Белла, протянув парню нечто похожее на красный фрукт. Белл очень медленно его принял и осторожно попробовал. По текстуре казалось будто он вонзил зубы в подобие куска мягкого мяса, но по вкусу это напоминало помесь лука и арбуза, а вскоре фруктовый привкус перебил всё. Жевать это было приятней чем сочное мясо поросёнка, потому это чем-то напоминало отбивную, и парень не мог сдержать удивления:

— Это очень вкусно…

Медовые фрукты и прочие вкусности были поставлены перед Лили, Вельфом и другими авантюристами. Небольшие монстры, вроде гоблинов в красных колпаках и аль-миражей распределяли гигантские грибы, прожаренные пламенем адских гончих, сервируя их на крупных листьях вместо тарелок.

— Эм, простите, что так сильно ударил…

— Да не переживай. Всё равно скоро зарастёт. Я тоже не слишком сдерживался.

Белл виновато посмотрел на левую щёку Лидо, его взгляд остановился на болезненной ране, которую оставил его кулак. Он извинился, но ящерочеловек-воитель смахнул сломанные чешуйки рукой.

— Спи спокойно, это мелочь, — добавил Лидо, его жёлтые глаза превратились в щелки. Скорей всего, он улыбнулся.

Белл настолько освоился, что начал отчасти понимать выражения на лицах монстров, несмотря на то что они выглядят ни как люди. Поначалу было сложно, но чем больше проходило времени, тем лучше осваивался парень.

Низкий голос Лидо и его звериные черты делали его более пугающим, чем большинство других его товарищей, но сам ящер был на удивление оптимистичным. Именно благодаря постоянным подшучиваниям и улыбке Белл смог сохранить спокойствие, несмотря на странность компании, в которой оказался.

Он ощущал даже небольшую гордость за то, что смог так быстро приспособиться. Хотя считанные минуты назад он чуть не упал в обморок.

Мысли об этом заставили парня посмеяться над собой.

— Если подумать, вы правда пьёте алкоголь?..

— Ну да. Я сначала подумал, ну что за гадость? А потом распробовал и оказалось, что это отличная штука, привык! Люди придумали столько интересных вещей!

Лидо пил из предмета, который при ближайшем рассмотрении оказался бутылкой, брошенной где-то в Подземелье. От его дыхания несло алкоголем, и он несколько раз хлопнул Белла по спине. Неподалёку сидела ошеломительно красивая ламия, но цвет её лица был таким же красным, как чешуйки ящера. И несколько других монстров неподалёку также пошатывались.

— Не припомню, чтобы выпивка хоть раз в жизни настолько меня отрезвляла…

Вельф и остальные авантюристы не были так увлечены моментом.

Тролль передал парню деревянную плошку, наполненную дешёвым пойлом и Вельф надеялся, что выпивка придаст ему храбрости, но эта надежда не оправдалась. Лили сидела с ним рядом, погружённая в молчание.

Микото и Харухиме очень напряжённо сидели на коленях, вокруг них собралась небольшая группа гарпий, смотревших на них с нескрываемым интересом. Похоже, их очень интересовал запах Харухиме, потому что они не переставая принюхивались к девушке-ренарту, которая едва держалась чтобы не упасть в обморок.

— А потом Белл вернулся и спас меня.

— Правда? Я так завидую. Белл определённо стра… кхем, очень добрый.

— Ага!

Виена сидела слева от Белла. Получив от монстров тёплый приём, несмотря на удивление, она очень быстро начала улыбаться. Она разговаривала с сиреной Рей, рассказывая ей о том, что произошло до этого дня.

Авантюристы были ошеломлены гостеприимностью, которую им оказали монстры.

Хозяева вынесли ещё больше еды и питья. Белл восхищённо взглянул на броню, которая прикрывала тело Лидо, прежде чем задать вопрос:

— Так алкоголь и экипировка… они от авантюристов?..

Гильдия развешивала объявления о том, что монстры похищают экипировку авантюристов. И Белл был уверен, что сейчас сидит среди виновников переполоха.

— Нуууууу, и да, и нет. Алкоголь — это подарок, но клинки принадлежали напавшему на меня авантюристу.

Лидо опустил взгляд на ятаган и меч лежащие у его ног, поставив на землю свою бутылку.

— Тот парень сам их выронил, начал улепётывать, когда я ему сдачи дал… Я подумал, что неплохо было бы с ними освоиться. В конце концов, авантюристы забирают клыки и когти монстров убивая их, правильно?

— Что же… это правда.

— Порой люди хотели бы вернуть оружие даже после смерти, так что иногда мы кое-что возвращаем… Но авантюристы начинают злиться, если встречают нас вооружёнными, как они. Сложно сказать, что с этим можно поделать.

Лидо говорил задумчиво, с ноткой ностальгии, будто вспомнив происшествие в Подземелье. Белл ничего не ответил.

— Алкоголь, это здорово, но созданное вручную оружие вообще нечто! Они режут лучше, чем любые цветки и гораздо прочнее. Нам такого никогда не сделать!

Лидо был очень словоохотлив, когда речь зашла об уважении к людям и их творениям.

Большая часть монстров была облачена в боевые одежды, включая самого Лидо, пусть брони на них не было. На некоторых встречались части повседневной одежды, вроде шарфа, который вокруг шеи носил гоблин в красном колпаке.

Похоже они пытаются подражать людям… копировать то, что видели.

Белл ощутил, что каждый из монстров по какой-то причине ценит работы жителей поверхности.

— …Лидо, прекрати эту чушь.

Раздался недовольный голос, преодолевший радостный шум, поднятый монстрами.

Помимо тех монстров, которые присоединились к празднику была группа других, державшихся поодаль. Горгулья, арахна и грифон, помимо прочих восседали на вершине холма неподалёку. Они смотрели на Белла с неподдельной злобой. Пепельная горгулья по имени Грос подала голос, возразив Лидо:

— Это люди. Они не заслуживают доверия!

— Ты всё гнёшь свою линию, Грос? Ты же сам видел, как Беллучи и его друзья защищали Виену. Мы и драку-то начали только потому, что ты настоял на проверке. Разве нет?

Вместо серьёзного ответа, ящер отмахнулся и повернулся к Беллу со словами: «Не обращай внимания».

— Прости, они… ну, мы все через многое прошли. Когда мы узнали, что сюда заглянуть люди, мы все были, как на иголках.

— Что же, я… понимаю.

— По пути сюда мы за вами следили, да и этот бой многое о вас рассказал, и вы отличаетесь от большинства авантюристов. Они тоже поймут.

— По пути сюда?.. Так это вы наблюдали за нами в Подземелье?..

— Ого, заметил? Точно, наши собратья присматривали за вами, пока вы сюда не дошли.

Лидо добавил, что вдобавок к боевой проверке Ксеносы следили за ними, чтобы прийти на спасение Виены, если потребуется.

Это объясняло почему Белл думал, что за ним следят в Подземелье.

— Как вы всё это время за нами следили? Кто-то из вас живёт на поверхности?..

— Нет, Летт и его группа следили за вами со входа на девятнадцатый этаж.

Лидо почесал чешуйчатый лоб, добавив, что выше никто из них не заходил.

Белл снова задумался кто мог за ним следить, осознав, что на верхних этажах это были не монстры.

— …То, что вы сказали правда? Вам помогает Гильдия?

Бам!

Деревянная кружка ударилась об пол с большей силой чем это было нужно.

Вельф слышавший разговор не мог больше сдерживаться. Удивившись, что Вельф заговорил, Лидо несколько раз моргнул и расплылся в улыбке:

— Да, всё правда. Они немало сделали для того, чтобы нас не раскрыли, а также поставляют нам экипировку и еду… Они нам очень помогли.

— …Лили не может поверить на слово, что Гильдия запачкала свои руки, чтобы сохранить такой секрет. Риск раскрытия слишком велик, а награда… Какая вообще может быть польза?

— Мы не простые паразиты, которые живут за счёт Гильдии. Мы принимаем запросы, расследуем странные случаи и тайно подавляем особо опасные случаи… Наши отношения на поверхности называются «взаимовыгодными».

Рей объяснила, как обстоят дела, в ответ на возмущённый возглас Лили.

Гильдия просит Ксеносов разбираться с аномалиями прежде, чем авантюристы о них узнают, или если происшествия слишком сложны для авантюристов.

— Наши цели похожи, только и всего, — заключил Лидо. — Впрочем, мы скорее связаны с богом по имени Уран, чем с Гильдией. Работники Гильдии даже не знают, что творится внизу.

— В-всевышний Уран…

Бог-основатель Орарио. Авантюристы притихли, услышав его имя.

У Гильдии недостаёт боевой силы, потому в Подземелье расположилась принадлежащая организации, а точнее самому Урану, личная армия. Лили и остальные быстро поняли, какое место Лидо и остальные Ксеносы занимают в иерархии.

— Раз вы так говорите, то эта миссия…

— Да, Беллучи. Всевышний Уран связался с нами, и мы согласились проверить людей, которые помогли нашему собрату.

Миссия была назначена не советом Гильдии, а самим Ураном лично, истинным её главой.

Все они танцевали под его дудку, будучи раскрытыми. Белл и его группа теперь знали, что происходит.

— Услышав о таких как вы, в нас даже зародилась надежда.

Белл собирался спросить, что это значит, когда его прервали громкие крики.

Со всех сторон круга раздался хор голосов:

— РЕЙ, СПОЙ!

— УУУУУУУУУУУУУУУУУУ!!!

Несколько напившихся монстров потребовали песню, и всё больше присоединялось к их крикам.

Сирена, сидящая неподалёку от Белла со вздохом, посмотрела на Лидо. Тот кивнул в ответ.

Рэй улыбнулась и поднялась.

— Похоже, придётся. Я должна спеть, добавив красок этому празднику.

Сделав несколько шагов, сирена грациозно взмахнула крыльями и одним махом воспарила на верхушку самого высокого из установленных фонарей с магическими камнями.

Она повернулась лицом к Виене, Беллу и остальным, со смущённой улыбкой на лице:

— Сегодня с нами новый товарищ и гости с поверхности. Эта песня будет особенной.

Рей прикрыла глаза и сделала глубокий вдох.

На несколько секунд повисла тишина, вскоре сменившаяся прекрасным голосом.

— Ого!..

— Какая песня…

Слушая высокие ноты, Виена начала радостно улыбаться, а Белл и остальные испытали потрясение.

Этот нежный голос привёл их к Фронтиру.

Сирена прижала одно из своих золотых крыльев к груди, продолжая с большим удовольствием петь. Аккомпанемента и слов в этой песне не было. Простого пения было достаточно, чтобы приковать к ней всеобщее внимание.

Освещение магическими лампами и светом кристаллов было таким прекрасным и таинственным, что создавалось ощущение будто всё происходит в другом мире.

Сложно было поверить, что сейчас перед авантюристами тот же наполненный монстрами подземный лабиринт, что и обычно, и, всё же, возможно такое возможно только потому, что Подземелье наполнено загадками и тайнами.

Песня эхом отражалась от стен зала.

Белл и остальные никогда не слышали ничего настолько же завораживающего и прекрасного, они совсем потеряли счёт времени.

— Давайте танцевать, жители поверхности! Можно этот танец будет моим?

— Э? Че…постой, не надо, я плохо танцую!!!

— М-Микото!!!

Одна из молоденьких гарпий потянула за собой Микото, оставив Харухиме с протянутой рукой. Две тени начали танцевать в кругу друг с другом. Энергичная принялась кружиться рука об руку с Микото, впрочем, точнее будет сказать она кружила Микото вокруг себя. Крыло и человеческая рука крепко сплелись.

Поющая сирена усмехнулась, на мгновение прервавшись, а потом сменила темп.

Её прекрасная баллада превратилась в нечто трогательное, но ритмичное, подобно вальсу.

Напившиеся Ксеносы присоединились к танцам. Они окрикивали друг друга, собираясь в пары. Гоблин в красном колпаке танцевал с ламией, адские гончие носились кругами вместе с аль-миражами, фомоиры и тролли молотили руками по полу, поддерживая ритм. Один из монстров нашептал Виене на ухо, чтобы она присоединилась.

«Ладно!» — оживлённо ответила Виена и побежала к Харухиме.

Горгулья и сидевшие рядом с ним монстры наблюдали издалека.

Песни и радостный смех не прекращались.

Виена вытащила покрасневшую Харухиме в центр круга, поближе к Микото и её партнёрше.

Длинные тени людей и монстров плясали на полу.

— …Такого безумия ещё не бывало, — Лидо смотрел на происходящее с восторгом. Его губы явно расплылись в улыбке.

Белл, Лили и Вельф также не верили своим глазам и потеряли от происходящего дар речи. Они и сами не поняли в какой момент на их лицах появились улыбки.

Вдохновляющая песня сирены и вторящие ей восторженные возгласы.

— Лидо, что ты имел в виду, когда говорил, что такие как мы зародили в вас надежду?..

— Мммм? А…

Белл долго смотрел на Виену и остальных танцующих, прежде чем снова повернуться к Лидо.

Отвечая, ящер-воитель не сводил взгляда с танцевавших товарищей.

— Вы дали нам надежду, что когда-нибудь всё может извиниться…

— Сосуществование людей и монстров?!

Гестия не смогла сосчитать сколько раз вздрогнула после слов, сказанных Ураном.

Старшее божество было непоколебимо, как и всегда. Он продолжал смотреть в глаза поражённой богине.

— Ты хоть понимаешь, о чём говоришь, Уран?!

— Конечно.

Люди и монстры не могут жить друг с другом в мире.

Гестия давно пришла к такому заключению, но Уран непоколебимо ей возразил. Он знал, что стоит на кону.

Порождения Подземелья величайшие враги живущих на поверхности рас. Люди убивают монстров, а монстры убивают людей. Невозможно закрыть глаза на тот ошеломляющий страх и ненависть, который расы испытывают друг к другу. Они не могут существовать рядом.

Живущим в мире смертных расам суждено убивать монстров и быть ими убитыми.

Такая судьба была уготована миру с самого первого появления монстров из «Великой Дыры», ещё в Древнюю Эру.

Люди и монстры обречены сражаться целую вечность.

Но сейчас божественная воля Урана переворачивала в голове Гестии всё с ног на голову… Богиня нахмурилась, не принимая такого желания от главы Гильдии, главы всех людей.

— Ксеносы не начинают атаковать людей подчиняясь инстинктам, они хотят разговора.

— !!!

— Вместо когтей и клыков они используют слова и логику, они желают, чтобы их голоса были услышаны. Они хотят ходить по поверхности. Хотят узнать наших детей… узнать больше о людях.

Лицо Виены всплыло в памяти Гестии.

— Осознавшие себя Ксеносы подвержены нападениям даже обычных монстров. Они живут в изгнании и отрыве от мира. Им нет места ни на поверхности, ни в Подземелье.

— …

— Когда их никто не слышал, им было проще снова стать монстрами и погрузиться в забвение. Но, вместо этого они нашли в себе решимость сохранить свои мысли и желания. Как и наши дети, — сказал Уран. — Так я их нашёл.

Уран на мгновенье прикрыл глаза.

— Как тот, кто возносит молитвы Подземелью… не мог я вынести их горестей.

Ого, да у нас тут трудяга… хотела было подколоть Урана богиня, но слова застряли в горле, потому что она сама встретила Виену.

Смогла бы она после этой встречи заставить себя бросить девушку-воивра?

Смогла бы она стать расчётливой и безжалостной богиней ради своей Паствы?

Размышления вихрем проносились в голове богини, ставя её перед целой чередой выборов и сложных решений. Спустя несколько минут тяжёлого молчания, она снова посмотрела Урану в глаза и задала ещё один вопрос:

— Ты серьёзно решил принести мир между детьми и монстрами?

— Я уже высказал свою волю, но её исполнение невозможно. Правда заключается в том, что я не могу принести детям и монстрам гармонию.

Уран, не скрываясь во всём признался Гестии, отвечая на вопрос богини.

— Раз наша цель сосуществование людей и монстров, нужно дать для этого причину.

…Необходимо доказать, что монстры имеют значимость.

С рождения они очень сильно отличаются от той нормы, которую принимают люди.

Угрожающие когти, клыки и мускулы давно стали символом кровожадности и смертельной опасности.

Чтобы избавить разумных монстров от репутации убийц и разрушителей, а также установить между ними и людьми мир, нужно доказать, что они могут играть какую-то роль в мире смертных. Чтобы осуществить их мечту, дать им увидеть солнечный свет, нужно унять ненависть и страх людей перед ними, доказать их значимость.

Сейчас люди принимают только прирученных жестокостью монстров. Пусть таких монстров и не трогают, они обязаны жить в клетках и шипастых ошейниках. К тому же, подчинение никогда не приведёт к истинному миру.

— …Получается, ты считаешь, что должен доказать значимость их существования, и тебе кажется, что Белл и другие мои дети могут стать мостом между монстрами и людьми?

— Правильно.

Гестия позволила голове безвольно упасть. Старшее божество так легко раскрыло свои тайные планы, что это было почти невероятно.

Она поняла к чему стремится Уран. Познакомившись с Виеной, она и сама была не против помочь Ксеносам найти счастье.

Однако, этот путь поставит Белла и её Паству под удар.

Уран упомянул изгнание и отрыв от мира. Если станет известно, что Паства Гестии помогала этим «монстрам», то они могут потерять не только своё положение в Орарио, но и своё место в мире, как и Ксеносы.

Гестия предпочла бы не жертвовать судьбой своих детей, чтобы установить равновесие между людьми и монстрами.

«Даже если придётся сбежать…», - подумала про себя богиня.

— Гильдия придерживается того же мнения, или об этом знаешь только ты?

— На данный момент это только моё решение.

Это было понятно.

Объявление мира с монстрами потрясёт весь мир.

Даже Уран, объявленный отцом-основателем Орарио, растеряет после такого свою власть.

— Даже Ройману и его ближайшим советникам, высшему руководству Гильдии, ничего об этом неизвестно.

Его работникам было приказано передать миссию Пастве Гестии. Скорее всего, Ройман решит, что быстрое поднятие уровней Беллом привлекло внимание Урана, и божество решило проверить его, поручив ему тайное задание.

Уран объяснил это Гестии.

— Получается, знаем только…

— Среди божеств, кроме меня известно ещё Гермесу, как исполнителю моих поручений… и Ганешу.

— Г-Ганешу?!

Гестия совсем не ожидала услышать это имя.

— Да ты шутишь, — поражённо выпалила богиня. А потом, её плечи вздрогнули: — Неужели Монстромания?..

— Точно. Была придумана пять лет назад, чтобы уменьшить враждебность людей по отношению к монстрам, неважно, насколько мал результат, с этой целью она проводится.

Монстромания — событие на котором из приручения монстров сделан спектакль. Фестиваль анонсирует и организовывает Гильдия. Он служит не для развлечения истосковавшихся богов. Проводить его начали совсем недавно, и Гестия слышала, что Гильдия никак не объяснила причину его появления.

А сейчас картина стала ей ясна.

Уран стоял за появлением этого праздника. Проведение фестиваля несмотря на опасность появления монстров Подземелья на поверхности была его идеей.

Он хотел улучшить мнение людей о монстрах, показав, как с ними справляются величественные укротители, сделать созданий Подземелья менее отдалёнными от других людей и создать почву для будущих изменений.

Этот фестиваль стал первой из ступеней, которые могут вывести Ксеносов на солнечный свет. Потому он был назван не «Укрощением Монстров», а «Монстроманией». Впрочем, как и у любой первой стадии, влияние этого празднества оказалось очень ограничено.

— Я рассказал Ганешу, чтобы получить его поддержку.

Несмотря на то, что за фестивалем надзирает Гильдия, Паства Ганеша предоставляет укротителей.

Уран понимал, что уверенность Ганеша не позволит им как-то манипулировать, потому старшему божеству оставалось только раскрыть правду.

Никогда бы не подумала, что Ганеша…

Из всего услышанного это было для Гестии самым удивительным. Стирая пот со лба, она вспомнила дружелюбное, но странное божество в маске слона. И пообещала себе, что впредь попытается узнать его лучше.

— Это все, кто с тобой сотрудничает?

— Нет, — прямо ответил Гестии Уран.

Божество опустило взгляд под ноги, будто пытаясь увидеть, что происходит в Подземелье:

— Нам помогает Фелс.

— Что же… это превосходит все мои ожидания.

Совершенно не тронутый эмоциями голос раздался на оживлённом банкете, проходившем во Фронтире двадцатого этажа.

Белл и остальные повернули головы, услышав раздавшийся у входа в зал монотонный голос.

— Фелс, у тебя получилось!

Владельцем голоса оказалось подобие ожившей тени в длинной чёрной робе с перчатками, испещрёнными резными узорами. Белл и авантюристы подскочили и приготовились к бою в то же мгновенье, увидев неизвестного человека, но Лидо поднял руку и дружелюбно помахал.

Фелс. Имя, которое Лидо и Рей упоминали по нескольку раз.

Авантюристы с опаской следили за движениями силуэта в капюшоне. Впрочем, сейчас Фелс куда больше был заинтересован Виеной и другими танцующими монстрами.

— Ты прибыл раньше чем я думал.

— Я спешил. И пожалуйста, Лидо, вкратце расскажи, что случилось. Честно говоря, я не совсем понимаю.

Фелс попросил ящера, поднявшегося на ноги, рассказать, что произошло в пещере.

Авантюристы также пошли к пришельцу, Лидо быстро рассказал обо всём произошедшем. Из-под капюшона раздался лёгкий смешок.

— А вы можете оказаться важнее, чем мы думали.

Фелс окинул взглядом Белла и остальных, выразившись словами, которые сложно было принять как за насмешку, так и за похвалу.

Фигура в чёрной робе была ниже Вельфа. Изучив каждого человека из подошедшей троицы взглядом, похожий на тень силуэт заговорил:

— Для начала, позвольте представится. Я Фелс. Я связной Урана и Ксеносов, посланник, если вам так больше нравится. Также отвечаю за выполнение некоторых неприглядных заданий.

— Н-неприглядных?

— Да, точно… Возможно вы поймёте, если я скажу, что это я следил за вами и девушкой воивром?

— !

Белл, Лили и Вельф были ошеломлены.

Что-то вроде смешка снова раздалось под капюшоном, и рука в перчатке поднялась в воздух.

— Белл Кранелл, Лилирука Арде, Вельф Кротцо… а также Микото Ямато и Харухиме Саньйоно. Я наблюдал за вашими действиями всю прошлую неделю.

Единственные слова, произнесённые силуэтом, составили для авантюристов полную картину.

Оказавшийся перед ними человек это «глаза» Гильдии, который изучал их так, что они об этом даже не знали.

— Вы… Вы монстр, как они?

Лили знала, что что-то с этим человеком не так, чего-то не хватало. Ведомая интересом, она задала вопрос.

— Нет, Фелс — человек, — ответил Лидо, и капюшон Фелса затрепыхался.

— Бывший человек будет правильнее.

Белл едва слышно вздохнул.

— Сейчас покажу.

Чёрные перчатки откинули капюшон.

— …

У троицы авантюристов разом перехватило дыхание.

Вместо несуществующих глаз два тёмных провала, пустые глазницы.

Кожи также не было. Идеально обнажённые зубы торчали из костяных челюстей.

Лицо, которого не было.

Авантюристы увидели белый, лишённый глаз череп.

— …Скелет?!

— Нет, нет, нет!..

— Спартой?

Все три голоса дрожали.

Перед ними был определённо человеческий череп, ни глаз, ни ушей, ни волос, только кости. Ужасающее воплощение смерти было доказательством того, что перед ними не человек.

Белл припомнил напоминающих человеческие скелеты монстров нижних этажей, называемых спартоями. Но Фелс покачал черепом из стороны в сторону, опровергая испуганный вскрик парня.

— Прости, но я не монстр. Как я сказал, я бывший человек.

— Б-бывший человек?..

— Чего… как такое могло случиться?!

Лили лишь повторила слова Фелса, в то время как рот Белла раскрывался и закрывался, не произнося ни звука. Вельф, стиснув зубы отчаянно попытался сохранить спокойствие, несмотря на страх, написанный на его лице. Страх естественная реакция на голос, исходящий от черепа без кожи и горла, которыми можно было бы создавать звуки.

Пока трое авантюристов пребывали в замешательстве, Лидо сказал.

— Фелс Мудрец. Могущественный маг.

Белла и его спутников будто ледяной водой окатили, они лишились дара речи.

Мгновением спустя, Лили взвыла:

— Мудрец?! Тот самый Мудрец?! Тот, кто создал Философский Камень в Королевстве Магии, единственный кто смог создать эликсир вечной жизни? Этот Мудрец?!

— Н-ну да… наверное этот?..

Ящерочелоек не слышал историй, которые были с детства знакомы жителям поверхности, потому крики покрасневшей девушки-полурослика застали его врасплох. Девушка в половину его роста неумолимо надвигалась, потому Лидо оставалось только отпрянуть. Белл в это время вспомнил историю, которую Эйна рассказывала ему о Мудреце.

Как Лили и сказала, Мудрец был легендарным создателем Философского Камня, магического предмета, дарующего вечную жизнь. Освоивший продвинутую способность Энигма Мудрец, считается самым могущественным Магом в истории мира. Он поднёс своё творение, Философский Камень своему богу, но тот лишь разбил его об пол…

Если это правда, то перед ним оказался самый настоящий персонаж мифов и легенд. Глаза Белла распахнулись так сильно, что чуть не выскочили из орбит.

— Внесу поправку, если можно. Я то, что осталось от человека, которого звали Мудрецом.

Маг ещё сильнее поразил авантюристов, рассказав, что он лишь тень себя прошлого.

— Как и говорится в моей истории… и по сей день, я ненавижу божество уничтожившее мой драгоценнейший камень. После того случая я стал одержим погоней за знаниями и раскрытием секрета бессмертия… что и привело меня к этому состоянию.

Скелет вспомнил грустный случай из своего прошлого, параллельно убеждаясь, что плащ закрывает всю остальную часть его тела.

— Методы, которые я использовал, потребовали определённых жертв, и я лишился плоти со своих костей. Теперь я больше похож на монстра. Мне неведомо чувство голода и жажды… Я превратился в ожившего призрака.

Фелс завершил историю добавив, что его эксперименты стали его «проклятьем».

Узнав эту скрытую часть легенды, затерянную где-то во времени, авантюристы сглотнули, услышав об участи Мудреца.

Вместе с тем, их поразила жестокость существа с небес, совершенно наплевавшего на жизнь своего последователя.

— Теперь я принял имя Фелс Глупец.

«Фелс Глупец» подходящее имя для того, кто когда-то был «Мудрецом», но опустился до такого существования.

Не способный выражать эмоции скелет-маг, неспособный даже улыбнуться недостоин быть «Мудрецом».

Вельфу явно было неловко, но он бесстрашно задал вопрос:

— …Не расскажете, как получилось, что Мудрец оказался здесь, среди нас?

— Это очень долгая и ненужная история. Достаточно будет сказать, что Уран принял меня несмотря на моё состояние, когда я обосновался в Орарио, — Фелс ответил открыто, явно пытаясь сменить тон на более дружелюбный.

— Сейчас я из первых рядов наблюдаю за «центром мира», за силой, несущей изменения.

Снова накинув капюшон Фелс добавил, что он доволен положением вещей.

Белл застыл, он думал, что ничто не способно вызвать у него больший шок, чем встреча с Лидо и Ксеносами. Но сейчас его голова кружилась от второго, не менее сокрушительного удара.

— Мудрец, ха… Конечно, я о нём слышала. Получается, то дитя, которое меня похитило это твоя правая рука, Уран?

— Не буду этого отрицать. Помимо соглашения с Ксеносами Фелс единственный, кто подчиняется моей воле… Мой личный агент.

Уран кивнул, услышав замечание Гестии.

Несколько Паств, включая Паству Ганеша работают с Гильдией, создавая ей имидж. В то время как Фелс, маг, которому знакомо множество заклинаний, работает в тени, совершая грязные поступки и получая тайные задания.

— Я так понимаю, Фелс сыграл большую роль в сохранении тайны Ксеносов?

— Да, сыграл. С ним я работаю веками.

Фелс подходит на роль личного телохранителя Урана. Многие работники Гильдии видели, как он перемещается по Пантеону, потому слухи о неуловимом «призраке» поддерживаются целыми поколениями рабочих.

— Монстры, способные думать и чувствовать… Впервые я познакомился с Лидо и его видом пятнадцать, может шестнадцать лет назад.

Фелс продолжал разговор несмотря на пение сирены и танцы монстров на фоне.

В то время члены одной из Паств отлавливали подобных монстров. Уран был намерен сохранить их появление в секрете от Орарио и отдал приказ. Та Паства пала и перестала существовать.

Фелс повиновался божественной воле и с тех пор служил связующим, став первым, кто рассказывал Ксеносам о жизни на поверхности.

— Поговорив с Лидо и его собратьями мы решили назвать этих еретиков «Ксеносами», теперь все их сообщества живут под такими именами.

— Сообщества?

— Да. Такие, как мы, рождаются в Подземелье повсюду. Мы создали несколько групп со своей организацией.

Белл попытался уточнить у Фелса, но ему ответил Лидо.

— Мы собираемся в Убежищах, вроде этого и иногда патрулируем этажи в надежде найти новых товарищей.

Также Лидо добавил, что большая часть монстров обитает на нижних этажах, тут в разговор вступила Лили, задав вопрос, который беспокоил её всё это время:

— …Лили уже очень долго хочет спросить… Монстры не появляются в этой комнате?

— О? Заметила, Лилиучи?

— Л-Лилиучи?..

Девушка-полурослик не знала, как ей реагировать на такое обращение, Лидо оглядел комнату, потолок и стены которой покрывали тёмно-зелёные кристаллы.

— Это место… можно назвать его безопасной зоной. Подобных в Подземелье немало.

— А?!

— Разумеется, авантюристы их ещё не нашли. Потому мы называем такие места Убежищами.

Лидо проигнорировал возгласы удивления Белла, Вельфа и Лили, давая объяснение.

Ксеносы зачастую обитают в неизведанных Фронтирах серединных и нижних этажей, в тех местах, о которых авантюристы даже не знают, используя их в качестве баз в поисках других монстров, обладающих интеллектом.

Существует целое сообщество путешествующих монстров.

— Сейчас Ксеносов около сорока… Порой число увеличивается или уменьшается, но Лидо, Рей и Грос были с самого начала.

— Немало времени прошло, да?

Фелс бросил взгляды на сирену и горгулью, ящер погрузился в воспоминания.

— …Это делает вас троих главными, не так ли?

Вельф наконец осмелился подтвердить подозрение, которое они с Лили разделяли.

— Ага. Грю был главным, но с его драконьим телом не так просто куда-то пройти. Поэтому сейчас я возглавляю остальных.

— Выходит, сильнейший…

— Ну да! Вы смотрите на него прямо сейчас!!!

Лидо гордо выпятил прикрытую бронёй грудь.

Белл подумал об этом после сражения с ящером один на один. Скорей всего Лидо сдерживался всё это время, но во время боя парню всё равно вспомнилась сильнейшая авантюристка Паствы Иштар, Фрина. После боя парень заподозрил что ящер может быть сильнее той его противницы.

— …Точнее, хотел бы я так сказать.

…Однако спустя секунду Лидо опустил голову и плечи.

— Один из наших новых товарищей скоро заберёт у меня титул сильнейшего.

— Ой…

Вельф не знал, как реагировать на неожиданное упадническое настроение ящерочеловека. Стоящий рядом Белл удивился.

Вопрос, должен был быть задан.

— Эм, а кто этот новый товарищ?

— Сейчас его с нами нет. Он себе на уме, точно говорю. Пошёл на нижние этажи тренироваться.

— Н-нижние этажи… Думаете… с ним всё будет хорошо?

— Насколько я его знаю, беспокоиться не о чём.

Лидо сухо усмехнулся, будто даже мысль об этом казалась ему смешной.

Прошло несколько секунд…

Уставшие от песен и плясок монстры начали снова устраиваться на полу. Среди прочих были Микото, Харухиме и Виена.

Лили будто над чем-то размышляла, пока не обратилась к Фелсу:

— …Сударь Фелс.

— Что такое, Лилирука Арде?

— Когда та сирена Рей… Сударыня Рей говорила с нами, она назвала отношения Ксеносов и Гильдии «взаимовыгодными».

— Да, так и есть.

— Всевышний Уран запрашивает поддержку, а взамен Ксеносы всего лишь обыскивают Подземелье и находят новых членов… Но всё ли это?

Ореховые глаза девушки вгляделись в темноту капюшона мага, но единственным ответом было молчание.

— Лили не могла не задуматься о том, что эти отношения слишком односторонние. Есть что-то странное в выборе слов и действиях этих еретиков…

Группа, которая знает о наличии нескольких подобных Убежишь, чьи члены обладают достаточной силой, чтобы путешествовать на нижние этажи. Отряд монстров, называемых Ксеносами силён, и может позаботиться о себе без помощи Фелса и Урана.

Лили готова была признать, что Гильдия распоряжается городом и авантюристами Подземелья, потому ей выгодно следить за монстрами и предотвращать возможную панику. Однако ей было понятно, что всё происходящее можно назвать нечестным.

Наверняка Ксеносам было обещано что-то ещё, нечто большее.

Лили попыталась об этом узнать.

— Если вы скажете, что дело в великодушии, Лили больше ничего не спросит, но…, — отведя взгляд она попросила удовлетворить её интерес, — Ксеносы вступили в эту сделку, потому что захотели что-то, что только Всевышний Уран и Сударь Фелс могут предоставить?

С того самого момента как она узнала о Скрытой Деревне она об этом задумывалась, но спросить решилась только сейчас.

Белл и Вельф притихли, также ожидая ответа.

Лидо явно нелегко было ответить на этот вопрос.

Разговор остановился, чуть поодаль слышался смех Виены и игривые урчания монстров.

И тогда…

Сверху раздался чистый и ясный голос:

— …Выйти на поверхность.

— Сударыня Рей…

— Таково наше желание.

Рэй легко приземлилась, сложив свои руки-крылья будто накрывая себя плащом.

Белл, Лили и Вельф с удивлением посмотрели в небесно-голубые глаза.

— …Мне снятся сны, — тихий голос Лидо нарушил молчание, — сны о красном светящемся шаре, сияющем из-за огромных камней… Небо, которого здесь нет, огненно-красное, настолько красное и красивое, что заставляет меня прослезиться. Оно становится всё краснее и краснее…

— Это, наверное… закат?

Ящер-воитель посмотрел наверх, на тёмные тени, скрывающие потолок Подземелья, но взгляд его будто бы был направлен гораздо дальше.

Белл представил себе, что ящер описывал.

— Возможно так это называется, — кивнув, ответил Лидо.

— Но, просто сон?.. Вы наверняка бывали на поверхности, разве нет?

— Ни разу. Это означает, что этим сном может быть часть прошлой жизни, в которой я вырвался из этого тёмного ада и провёл какое-то время наверху.

Предположение Лидо заставило Белла и остальных застыть.

— В… прошлой жизни?

— Он же не хочет сказать…

Лили и Вельф начали перешёптываться.

Дрожащим голосом Белл произнёс всего одно слово:

— Реинкарнация?..

Лидо и Рэй не ответили ничего, лишь отвели взгляды.

— Знаешь, Беллучи, Виена очень разговорчивая.

— А?.. Н-ну да, разговорчивая.

Неожиданная смена темы разговора застала Белла врасплох, но он пришёл в себя и тут же уверенно кивнул.

Лидо смотрел на смеющуюся девушку-воивра, играющую с Харухиме и Микото, а также с гарпиями и аль-миражами.

— Кто-то из нас может использовать язык, а кто-то не произносит ни слова. Кто-то знает, как выразить чувства, в то время как другие понятия об этом не имеют. Это не кажется тебе странным?

После Лидо добавил, что помимо всего прошлого все монстры отличаются друг от друга.

— Вот что дико. Некоторые из нас разговаривают с самого рождения. Будто вспоминая что-то, что они уже знали.

— !

— Может они очень долго наблюдали за людьми, когда-то… Завидовали им, чего-то от них жаждали.

«Множество людей, подобных Беллу… защищали от меня кого-то».

«Я видела этих людей и чувствовала холод».

«Но те люди были прекрасны».

Слова, которые прошептала ему девушка-воивр всего несколько часов назад, всплыли в памяти парня.

Странное чувство пришло вместе с ними.

Виену и тех, кто ей подобен ведёт…

— …Очень сильное желание.

Голос Фелса прервал задумчивость парня.

— У каждого Ксеноса свои мысли и чувства. Их объединяет лишь одна вещь: они жаждут чего-то от людей с поверхности.

Ксеносы вспоминают в своих снах зависть к людям, живущим под солнцем и синевой небес, и желают того же.

Увиденная ими красота побеждает врождённую ярость и желание убивать.

Люди, отчаянно спасающие друг друга. Дварф, смело оставшийся в проходе, несмотря на захлестнувшую его волну монстров. Эльфийка, даже на пороге смерти не изменившая своей гордости. Случайный авантюрист, пощадивший монстра. Даже воспоминания о прекрасном голубом небе и закате.

Ксеносы вспоминают «прошлые жизни» в своих «снах».

В каждом из них сильно какое-то желание, дарующее им причину для жизни.

— Я хочу хоть раз за свою жизнь в этом мире увидеть прекрасный закат.

— Я хочу расправить крылья в залитом светом мире, я не могу взять кого-то за руку… поэтому я хочу, чтобы меня обнял кто-то, кого я люблю.

Вместе с людьми видеть солнечный свет. Таково их желание. Этого хотят собравшиеся здесь мужчины и женщины.

И каждую их цель было бы очень просто выполнить, если бы Ксеносы выглядели, как расы поверхности.

Им известно, насколько будет трудно, как долог будет путь наверх. Ксеносы притихли, погрузившись в задумчивое молчание.

Лидо и Рей слегка улыбнулись, увидев, что Белл и остальные авантюристы осознают простые истины.

— Мы знаем, что мы такое. Наше место в тенях, где-то между людьми и монстрами, ни одна из сторон нас не принимает… Но это не мешает нам продолжать мечтать.

Они просто хотят получить разрешение на следование за своей мечтой.

Лидо бросил взгляд на вход в комнату и снова заговорил.

— Возможно Мать хотела, чтобы у нас, зависших между мирами тоже было своё место и создала для нас Скрытые Деревни, вроде этой… Даже сейчас подобные мысли возникают в моей голове.

— М-мать?..

— Мать, ну, знаешь, Мама. Та, что даёт нам жизнь.

— То есть, Подземелье.

Слова Рей снова поразили авантюристов.

— Мы не знаем, чего мать для нас хочет… Почему те, кто должны быть нашими братьями и сёстрами, пытаются отнять наши жизни, но нам позволено существовать. Мы не знаем почему.

Лидо и Рей будто и раньше задавали этот вопрос Подземелью, даже понимая, что ответа на него не последует.

И, несмотря ни на что они решили следовать за мечтой.

— Потому… мы очень рады встрече с тобой, Беллучи, и остальными.

Рей и Лидо снова посмотрели на авантюристов. Почти в то же время, Виена и остальные авантюристы к ним присоединились.

Белл услышал, как кто-то радостно окликнул его по имени и, повернув голову, кивнул, снова возвращая внимание Лидо.

— Мы не просим услуг или помощи. Хватит с нас и того, что нашлись люди, которые приняли нас такими, какие мы есть… Это многое для нас значит.

Лили и Вельф неподвижно стояли с разных сторон от Белла.

Маг просто наблюдал за тем, что происходит. Сирена улыбнулась.

Наконец, ящерочеловек смущённо почесал нос:

— Я рад что с вами встретился.

— …Последний вопрос, Уран.

Каменный зал, освещаемый трескучим пламенем факелов.

В очередной раз раздался голос Гестии:

— Что происходит в Подземелье?

— …

— Эти «Ксеносы»… Ты знаешь почему Виена и остальные вообще были рождены?

Необычные монстры, подвиды, аномалии. Если чем-то из этого можно объяснить происходящее, пусть будет так.

Но богиню не оставляло ощущение, что за Ксеносами стоит нечто большее. Что-то, что даже всеведущие боги не способны объяснить. Гестия хотела понять что.

После длительного молчания Уран начал говорить.

— Как думаешь, что происходит с монстрами после смерти, Гестия?

— ?..

Гестия нахмурилась, услышав, что её вопрос был встречен вопросом.

Старшее божество не стало ждать, когда богиня ему ответит и продолжил:

— Души детей возвращаются на небеса, где наш вид судит и сортирует их, многие отправляются на перерождение в этот мир… А что происходит с душами монстров? Нет, лучше спросить… если у монстров, не являющихся нашими творениями, есть души, куда, по-твоему, отправляются они?

Дрожь.

Гестия ощутила, как замерло её сердце:

— Неужели?..

— Я всего лишь сделал наблюдение, но уверен, что оно верно, — Уран собрался с мыслями. — После смерти монстры возвращаются к матери, которая их создаёт, Подземелью… Они получают новую форму где-то в глубине лабиринта и рождаются заново.

Цикл смерти и перерождения, «души» монстров циркулируют внутри Подземелья.

Неподвижное, старшее божество произнесло нечто, отчего богиня нахмурилась:

— У монстров есть… души?..

— Да. Они начали меняться за века смертей и перерождений.

Особенно это показывает появление разумных монстров, способных обучаться.

«Изменения», которые начали проявляться в отдельных монстрах после множества циклов их существования с Древних Времён кажутся вымыслом. Но сильные чувства и желания, накапливавшиеся в отдельных душах вырвались из бесконечного круга.

Удивление Гестии вырвалось вопросом:

— Я не могу в это поверить… Как такое вообще возможно?

— Сильными желаниями и решимостью монстров скорее всего управляет… воля Подземелья.

Слова Урана повисли в темноте, окутывавшей зал.

Устроенный в Скрытой Деревне Ксеносов банкет подошёл к концу.

Белл и остальные готовились выступать домой. Вскоре после этого Лидо и другие Ксеносы собирались перейти в другую Скрытую Деревню.

Харухиме и Микото неловко улыбались, пожимая руки своим партнёрам по танцам, и прощались с монстрами, с которыми успели сдружиться.

Лампы с магическими камнями гасли одна за другой, единственным освещением остались кристаллы.

— …

Окутанный зеленоватым светом Белл смотрел как его товарищи разговаривали с монстрами в тёмной пещере.

Раньше у него не было времени задумываться об этом, но обладающие человеческими чертами монстры оказались приятными личностями. Кто-то не мог произнести ни слова, другие тараторили без умолку. Как и сказал Лидо, каждый из них был уникален. Даже типы тел одинаковых монстров отличались. Каждый из них был личностью, жил по-своему.

Парень узнал об их стремлениях. Услышал их надежды. Но также он открыл, что прежде, чем они пришли к этим чувствам, все они были кровожадными монстрами, разорвавшими бы его на части при любой удобной возможности.

Даже добродушный Лидо и прекрасная Рей.

…Смогу ли я снова направить клинок на монстра, как раньше?

Мысль, которую парень всё это время старался держать подальше, просочилась из уголка его разума.

Белл уставился на свою ладонь, сомнения его захлестнули.

— …Беллучи!

Лидо подошёл к затерявшемуся в мыслях парню. Приближаясь к Беллу, он махал рукой.

Белл поднял взгляд, увидев, что ящер медленно размахивает хвостом из стороны в сторону и достаёт что-то из нагрудника.

— Знаешь, что это?

— Магический камень… кажется?

Лидо кивнул, между когтями у него был зажат фиолетовый кристалл.

Неожиданно, он закинул кристалл себе в рот будто конфетку.

— !

— Знаешь, что происходит, когда мы, Ксеносы… Мы, монстры, едим магические камни?

Хрусть! Хрусть! Белл не знал, что ответить, наблюдая, как Лидо, со смаком, явно громче нужного, пережёвывает магический камень.

Смотря, как ящер проглотил магический камень, парень вспомнил один из фактов который Эйна старательно заставляла его заучить:

— Особые подвиды…

Как авантюристы становятся сильнее, получая экселию и усиливая Характериститики, так и монстры становятся сильнее, поглощая магические камни.

Они получают силу, поглотив «ядро» другого монстра, принцип, по которому в мире монстров выживает сильнейший. Монстры, съевшие слишком много магических камней, становятся слишком сильны, и узнав о их существовании Гильдия даёт задания на истребление.

Белл растерялся, наблюдая собственными глазами за процессом:

— Мы убиваем любого не обладающего интеллектом монстра. Потом вытаскиваем магические камни и едим их.

— !!!

— Наверняка ты уже знаешь, что другие монстры бросаются на нас, как увидят. Мы не ложимся под их когти, позволяя убить себя без драки. Мы убиваем, чтобы выжить, прокормить себя и встретить завтрашний день.

Эти слова объясняют почему ящер-воитель обладает потенциалом сравнимым с потенциалом сильнейших авантюристов… Вспомнив собственную драку с этим ящером Белл осознал, что Лидо говорит правду.

Ксеносы вынуждены становиться каннибалами чтобы прожить в Подземелье.

Их жизни от этого зависят.

Кровь отлила от лица Белла, когда Лидо подтвердил его домыслы.

— Так что не сдерживайся, вспоминая о нас. Те твари жуткие как ад, они убьют тебя если замешкаешься хоть на мгновенье. Ты можешь умереть, Беллучи.

— Лидо…

— Даже если оно может говорить, когда оно нападёт на тебя, убей его, ради меня.

Этот рассадник монстров наполнен трупами и пеплом.

Не сказав этого напрямую, ящер напомнил, что Белл должен ценить свою жизнь выше, чем чью-то ещё.

— Не вздумай умирать. Я хочу снова тебя увидеть.

Ксеносы убили неисчислимое количество жителей Подземелья и не собираются прекращать.

Так что и ты не сдерживайся. Только так мы встретимся снова.

Глаза Белла задрожали, когда он услышал непререкаемый тон Лидо.

— Беллучи.

— ?..

— Пожмём руки, — ящер улыбнулся, протягивая правую руку.

Белл секунду помешкал, встретившись взглядом с ящерочеловеком и принял руку… на этот раз с улыбкой.

Услышав те же слова, что и в первый раз парень не испугался ряда острых зубов, где-то на уровне его глаз.

Он принял протянутую руку.

Белл ощутил твёрдые чешуйки в своей руке.

— …Зачем было назначать нам эту встречу?

Девушка-полурослик, готовившая сумку с предметами, покосилась на рукопожатие Белла и Лидо. Он обратилась к стоящему за её спиной магу, взгляд которого был скрыт капюшоном.

Фелс не повернул на неё головы, но из-под темноты капюшона прозвучал ответ:

— Мы хотели, чтобы вы с ними познакомились. Это всё… по крайней мере, на данный момент.

Услышав такой расчётливый и загадочный ответ, девушка прищурилась.

Её взгляд сказал куда больше слов: Нам и без того хватает проблем, поэтому держите нас от всего этого подальше.

Силуэт в плаще добродушно усмехнулся.

— Не думаю, что об этом стоит напоминать, но держите всё, что вы сегодня узнали в тайне.

— А кто поверит Лили, даже если Лили расскажет?

Раздражённо сжимая кулаки Лили, громко топая пошла в центр комнаты, где её ожидали Вельф и остальные.

Белл и Лидо стояли неподалёку. Люди и монстры собирались у кварцевой колонны, готовясь расходиться.

— Белл, идём домой.

Виена тут же оторвалась от разговоров с другими Ксеносами, увидев, что парень собрался.

С улыбкой на лице она потянулась и взяла его за руку.

Белл слабо улыбнулся в ответ, не думая возражать, но перед Виеной возник Лидо:

— Твоё место здесь, Виена.

— А?

Он схватил бледно-синюю руку девушки и потянул её обратно к Ксеносам.

Удивлённая Виена закричала и начала сопротивляться.

— Лидо! Нет! Пусти меня!

— Нет. Ты останешься здесь, в Подземелье.

— Я не хочу! Я хочу быть с Беллом!

Тонким рукам девушки не суждено было вырваться из хватки Лидо. Слёзы отчаянья покатились из её янтарных глаз.

Белл смотрел, как ящерочеловек уводит девушку, застыв на месте.

— Если пойдёшь с ними, Беллучи, Лилиучи, все они будут в опасности.

— !

— На поверхности с тобой случилось нечто плохое, да? В следующий раз что-то может произойти с Беллучи.

Злые голоса. Холод, твёрдые камни, бьющие по коже и направленное на неё со всех сторон оружие.

Плечи Виена опустились, когда она вспомнила тот вечер.

— …Пока мы не можем жить на поверхности. Здесь с тобой никто не поступит жестоко. Можешь жить здесь, с нами, — произнёс голос сирены.

Крыло девушки-воивра, все её черты выдавали в ней монстра.

Поток эмоций захлестнул Виену, она смотрела в глаза всем монстрам, по очереди.

— Виена-сан…

Белл не мог заставить себя двинуться.

Он слышал, что Харухиме, за его спиной едва сдерживает слёзы. Момент расставания настал гораздо быстрее, чем он ожидал, и парень ощущал только удивление, но это удивление было ложным.

Познакомившись с Лидо и остальными Ксеносами и узнав, что в мире существуют те, кого Виена может назвать своими товарищами, парень настоятельно игнорировал тот факт, что им придётся расстаться. Отвлёкшись на новые открытия Белл позволил себе на время сбежать от реальности.

Правда была в том, что место Виены здесь.

Прощание было очевидным исходом.

— Кстати, есть какие-то охотники, которые ловят Ксеносов.

— !

— В конце концов, они монстры, способные общаться человеческим языком. А те, кто похожи на нас, ещё и по нашим меркам красивы. Редкие виды для этих охотников лакомая добыча. Поймав Ксеноса они тайно вывозят его из города и продают другим странам.

Лили и остальные авантюристы шокировано уставились на заговорившего Фелса.

Маг в чёрной робе с отвращением бросил:

— Они ищут информацию называя Ксеносов «монстрами в броне» и «говорящими монстрами», но не оставляют следов. Где-то у них должно быть убежище, место, в котором они хранят добычу, но…

Фелс из-под капюшона посмотрел в глаза Беллу.

Если оставить Виену, случится беда, понял намёк Белл.

Парню вспомнилась зловещая улыбка Икелоса, лишив его последней надежды сбежать от реальности. Он снова посмотрел на девушку-воивра.

Ящер и сирена нежно придерживали Виену за плечи, слёзы катились по её лицу, она кричала имя Белла, будто пытаясь уцепиться за него этим криком:

— БЕЕЕЕЕЛЛ…

Белл, Лили, Вельф, Микото и Харухиме всё понимали.

…Я не дам ей быть одной. Я не дам ей умереть.

Парень вспомнил данные самому себе обещания защитить девушку, и понял, что сдержит их, даже не будучи вместе с ней.

— Белл! Я..!

За спиной Виены стояла большая группа разумных монстров.

За ним стояла Паства, которая успела пройти через многое. Белл был окружён людьми, которыми дорожит.

Ради её собственного счастья…

И ради своей Паствы, ради своей богини…

— …Увидимся, Беллучи. Мы пойдём первыми.

Лидо попрощался и повернулся к авантюристам спиной.

Белл не мог его остановить, не мог сделать вперёд даже шага.

Монстры скрывались в проходе, укрытом тьмой. Среди них была Виена. Она бросила на парня последний взгляд.

Увидев блестящие от слёз янтарные глаза, Белл сжал кулаки и закричал во весь голос:

— Это не прощание! Мы ещё увидимся!

Он оставил её с утешительным обещанием, не зная, сможет ли он его сдержать.

Виена всхлипывала, открывая и закрывая рот, будто пытаясь что-то сказать на прощание, но не могла обратить свои эмоции в слова.

Вскоре Ксеносы скрылись во тьме.

— …

Друзья Белла молча смотрели на его спину.

Белл не сводил взгляда с коридора, в котором исчезла девушка-воивр.

Воздух был наполнен утренним туманом.

Лужи и мокрые камни мостовой указывали на то, что ночью прошёл дождь. Деревья с широкими листьями, будто плакали, время от времени с них падали капли воды. Одна из них упала на камешек и разбилась.

Солнце ещё не взошло. Лишь первые его лучи начали появляться на горизонте.

Спящий город окутывала тишина.

Группа Белла вышла в Центральный Парк с миссии ранним утром. Прошло чуть больше суток с того момента, как они отправились в Подземелье.

Фелс, провожавший их до поверхности, уже исчез. Пятеро авантюристов остановились у входа в белую башню.

Гестия одиноко ждала своих последователей у ворот парка.

Заметив, что их стало на одного меньше, богиня грустно опустила плечи, и слабо улыбнувшись сказала: «С возвращением».

— Боженька…

— …Что такое, Белл?

Они были единственными людьми на весь Центральный Парк. Белл заговорил снова.

— Что такое… Подземелье? — спросил он у Гестии.

Вельф и остальные члены его группы тихонько отвели взгляды.

— Подземелье — это… Подземелье…

Богиня дала ему тот же самый ответ, который все боги дают всем детям этого мира.

Она не сказала больше, чем было сказано.

Белл замер и стоял неподвижно. Его голова была опущена, будто вся тяжесть мира легла на его плечи.

За городской стеной взошло солнце.

----------

Эпилог. Безграничная злоба

[[image:/storage/reader-images/2785c83a186b10655eb73c065fd4bf4477592afd.png]]
— Ублюдки хреновы!

Бам! Мужчина шумно ударил по клетке ногой.

Скрежет цепей, в которые были закованы конечности существа, и его повизгивания одновременно стихли.

Тот, кто ещё совсем недавно слёзным голосом верещал: «Больно, выпустите меня отсюда», затих, будто боясь гнева своего хозяина.

Злобный, резкий голос эхом отразился от стен.

— Гленн, держи себя в руках. Или хочешь, чтобы я тебя монстрам скормил?

— Гах… п-прости, Дикс. Л-ладно тебе, у нас почти получилось найти их гнездо!!!

Крупный мужчина, названный Гленном раздражённо прикрикнул, сжав кулаки.

Мужчина в очках, Дикс, сидел на чёрной клетке закинув на плечо красное копьё.

— Слежка за Паствой Гестии и той бабой, воивром, так здорово шла!

Окружённый зверолюдьми, людьми и амазонками Гленн громко и тяжело вздохнул.

По наводке своего божества и исследовании Паствы Гестии, после шумихи, поднятой появлением в городе девушки-воивра, Дикс приказал своим подчинённым следить за группой Белла.

Разумеется, они заметили, что авантюристы покинули здание с замаскированным воивром. Следившие, планировали напасть сразу, но потом поняли, что их противники направляются к Подземелью, увидев их экипировку. Потому Дикс решил выждать. Они возвращали монстра в Подземелье, получается, воивр мог сказать Пастве Гестии, где находится их гнездо? Туда они отправятся? Так подумал Дикс и приказал отложить нападение.

Он попал почти в точку. Паства Икелоса следила за Паствой Гестии в Подземелье, в надежде что их выведут прямо к гнезду монстров.

К несчастью…

— Чтоб вы в аду сгорели, Паства Гермеса!

Дикс и его товарищи были вынуждены отказаться от слежки, обнаружив, что за ними следит другая Паства.

Они сосредоточили всё внимание на группе Белла, потому Паства Гермеса долгое время следовала за ними незаметно.

Поскольку члены Паствы Гермеса пользовались магическими предметами, Дикс заметил их присутствие по чистой случайности. Багбиры, известные своим превосходным обонянием присматривались к местам, в которых никого не должно было быть. Дикс приказал оставить слежку и поделил своих людей на две группы.

Как только враги себя показали, группа Дикса рассредоточилась по Огромному Древесному Лабиринту, чтобы спокойно отступить. После этого они встретились на своей базе.

Вот почему Белл ощущал на себе так много «взглядов» до того, как вошёл в Вавил.

Часть этих взглядов принадлежала группе Дикса, членам Паствы Икелоса, а другая часть — Пастве Гермеса.

— Чёрт бы побрал нашего божка. Стоило подумать, что он наконец стал полезен, как он такое выкидывает.

Дикс усмехнулся, начав жаловаться на своё божество.

«Детки Гермеса, кстати, могли на вас выйти…», — как-то обронил фразу Икелос.

Впрочем, сейчас божества здесь не было. Идея трёхстороннего конфликта наверняка его радовала, и потому он наблюдал за всеми событиями откуда-то со стороны. Для него последователи были всего лишь шахматными фигурами на доске, он разбрасывался ими, как ему заблагорассудится.

Дикс слишком хорошо знал жажду развлечений своего божества, потому что сталкивался с ней не впервые. «Чтоб ему пусто было!» — пробормотал авантюрист, но его губы скривились в улыбке.

— Выходит, Паства Гермеса под нас копает… наверное прознали о наших делишках. То есть, и Гильдия на нас охотится? Сколько мороки.

Такова была другая сторона тайной миссии Урана.

Белл и его группа, помимо доставки Виены в Убежище Ксеносов служили приманкой для охотников, Дикса и его подчинённых.

— Если подумать логически, на нас не стали нападать, когда мы следили за теми козявками, значит мы сильнее. Скорее всего они хотели найти это укрытие.

Преследователям куда интереснее было расположение базы охотников, чем они сами.

Дикс читал своих противников, анализируя их действия.

— И-и что мы будем делать, Дикс? Если так пойдёт и дальше…

— А что, чёрт возьми, нам ещё делать? Не можем же мы просто всё бросить. Вам всем ведь это нравится, и вас это развлекло, не так ли?

Дикс низко усмехнулся, окидывая взглядом запертые в клетках не похожие на гуманоиды силуэты.

Некоторые из них вздрогнули, услышав жестокий смешок.

— Сомневаюсь, что Гильдия обрадуется, если по городу поползут слухи о говорящих монстрах, так что открыто играть они не будут. А нам остаётся только одно… продолжать охоту.

Дикс поднялся и начал ходить по комнате, крутя в руках древко копья.

— Мы и раньше знали на каком этаже расположено их укрытие. Впервые за долгое время можем это использовать.

Диксу потребовалось около десяти шагов, чтобы пройтись перед клетками.

Затаив дыхание, он остановился перед одной из клеток, в которых было тихо.

Хьюю! Тихий, боязливый вскрик раздался из-за прутьев.

— Да, да, сделай всё в лучшем виде, докажи свою полезность!

Дикс отправил между прутьев своё изогнутое копьё. Возглас боли послышался мгновенье спустя.

[[image:/storage/reader-images/a4350a03c80f0e6ee31862900131991886f01cd4.png]]

----------

Послесловие автора.

Я верю что лучшая часть новелл заключается в том, что их история разрешается между обложками и очень стараюсь чтобы так и получалось.

Обычно новеллы пишутся за три месяца. Несмотря на то, что этот срок не меняется, я замечаю что три месяца со временем кажутся всё меньшим и меньшим сроком. Уверен, многие молодые люди не согласятся с этим утверждением. По крайне мере, я помню как три месяца казались вечностью, когда я был подростком.

Разумеется, факт того, что читатели желают узнать что произойдёт дальше независимо от возраста остаётся неизменен. Желание "прочесть следующую главу" это то, что мы все разделяем. Поэтому я понимаю почему так важна насыщенность истории, но, вместе с тем, я пытаюсь привести историю к завершению в каждом томе, даже если это означает увеличение числа страниц.

Сказав всё это я должен признать что нет, в этот раз так не получится.

Том девять и следующий, десятый том это две части одной истории. Всем своим читателям я предлагаю мои глубочайшие извинения. Недавно я громко заявлял о начале "третьего акта", а теперь сделал нечто настолько подлое. Что же я делаю?!

Больно признаваться в собственной некомпетентности и из-за этого мне хочется заречься делать так в будущем.

Позвольте мне слегка пройтись по содержимому этой новеллы. Мне кажется, она открывает целый новый мир.

Я хотел написать именно этот эпизод с тех пор как начал первый том серии, как только мне подвернётся такая возможность. Для меня как для автора этот новый мир моё собственное "приключение". Фантазия, построенная на фантазии. Наверняка давних моих читателей, читавших эту историю с самого начала могут быть ошарашены.

Мне кажется, что каждое событие которое происходит в основной серии может изменить своё значение после добавления этого, совершенно нового привкуса к истории. Также, персонажи чей путь начался в дополнительных историях присоединятся к главным. Я постараюсь, чтобы история не перестала будоражить.

На секундочку сменим тему, я забыл упомянуть во время написания предыдущего тома, что его четвёртая глава "ненаглядный телохранитель" была издана в GA Bunko Magazine, под таким же названием и была слегка изменена и дополнена для восьмого тома. Приношу свои извинения.

Это послесловие было немного странным, но сейчас пришло время к выражению благодарностей.

Моему надзирателю, господину Котаки, тому кто всегда находит время в своём забитом графике чтобы нарисовать замечательные иллюстрации, господину Сузухито Ясуде, всем, кто причастен, я хочу сказать спасибо за то, что сделали выход этого тома возможным. И, наконец, я хочу выразить мою глубочайшую признателю каждому читателю, который взял в руки эти книги.

Касательно десятого тома, одна из героинь, едва упоминавшихся в этом томе наверняка сыграет в нём значительную роль. Также, другая героиня, ставшая "тёмной", если верить слухам также в нём появится. Они принесут с собой разрушение которого никогда ещё не бывало.

Поскольку история разделилась на две половины, я работаю день и ночь чтобы вторая её часть увидела свет. Благодарю вас за терпение.

Спасибо что продолжаете читать.

Встретимся в следующей вставке.

А теперь я удалюсь.

Фуджино Омори.

----------

Послесловие переводчика

Всем добра, с вами Kristonel.

Раз у нас тут разделённый надвое том, перейду сразу к переводу второй его части (десятому тому) и буду краток.

Спасибо всем, кто прочёл этот том в моём переводе. Чёрная полоса в жизни не отпускавшая меня с нового года вроде наконец начала испаряться, так что я попытаюсь перенести скорость перевода в привычное и нужное русло. Огромная благодарность тем, кто поддерживал меня несмотря на то, что скорость перевода очень сильно замедлилась. В этот раз я не буду делать недельный перерыв для перевода «Всё, что нужно, младшая сестрёнка», он будет в следующий раз. Ну и поедем по социалочкам, куда же без них.

В твиттере все мои переводы будут поститься под этим хештегом: #Кристычнапереводе.

Japit Comics очень сильно сменил формат, теперь у нас есть неприличильщина (18+), но всё равно заходите, может чего и найдётся.

Если хотите поддержать автора морально и передать приветы, можно сделать это в этом чятике в дискорде. У нас агрессивно, я предупредил.

Ну и требовать у вас каких-то денег у меня права нет, но я буду благодарен за любую поддержку: https://www.patreon.com/Kristonel

Если вам кажется, что я заработал на печеньки, скидывайте по этим адресам:

Qiwi: +79237177586

WMR: R532697894558

ЯД: 410012644267696

Mastercard: 5559 4936 9992 2374

----------

Начальные иллюстрации

[[image:/storage/reader-images/2b5ee770162850de17ef0fda362890a0a0c51e1d.png]]

[[image:/storage/reader-images/4b85a3fb79f56825bdf894f139a25215fd72ff98.png]]

[[image:/storage/reader-images/0047325c41751d1e8be7ca8a8a99366a0c035e90.png]]

[[image:/storage/reader-images/04d0654e5ee7f765c8c9b318b9f3c5a5c6d47513.png]]

----------

Интерлюдия. Записки об одержимости

[[image:/storage/reader-images/770b6da8af837408f089d1e3b0a18d2dd0b1eee0.png]]
Жил однажды очень одержимый человек.

Он был мудрым, успешным и известным ремесленником.

Его успехи простирались от производства всевозможных мелочей, до постройки целых зданий. Он совершил неисчислимое множество вкладов в общество и культуру.

Одержимость желанием получить признание богов и богинь привела его к постройке огромной белой башни. Прекрасная и непоколебимая, эта башня подобралась к небесам ближе, чем любое другое здание. Этому монументу, созданному для божеств, было дано имя «Башня Богов».

Тот планировщик был несравненным гением. Ни до, ни после него, подобного гения не рождалось.

В этом мире не было предмета, который он не мог бы создать.

В том, что этому человеку не было равных, не возникает сомнений.

Однако, когда он побывал на самом краю мира, кое-что его заворожило. Этим чем-то была огромная пустота, найденная им на окраине континента. Путь в иной мир, открывшийся прямо под его ногами.

Он обнаружил подземный лабиринт, наполненный причудливым фосфоресцирующим светом, а также цветами и минералами, которые он раньше никогда не видел. Разделённый на множество пластов, этот лабиринт менял свой вид с каждым новым уходящим в глубину этажом. А также он был бездной, бесконечно порождающей монстров, которым не было видно числа, тот человек увидел Подземелье.

Тот человек созерцал новый, оторванный от поверхности мир, и увидел в нём «произведение искусства».

Лишь воля не связанная, не связанная смертной жизнью могла создать нечто подобное. Вскоре тот человек начал тренировать своё тело и улучшать благословение, чтобы пуститься в путешествие для изучения глубин лабиринта.

Чем больше он узнавал, тем сильнее становилась его одержимость.

Композиция, форма лабиринта — всё было слишком сложным для понимания человеческим разумом.

Таинственное Подземелье.

Это его сломало.

Он был поражён красотой, безграничным хаосом, казавшимся ему венцом всего существования.

Из глотки человека вырвался рык, рык монстра, отбросившего свою человечность.

После этого тот человек посвятил всего себя созданию своих творений.

Он продолжал исполнять задания, которые ему давали, но постепенно его мышление пошло неправильным путём. С каждым проходившим днём всё больше людей обнаруживало, что они не понимают принципов творений того человека. Однажды называемый гением, очень скоро он стал известен как безумец. Вскоре он стёрся со страниц истории.

Его несравненные навыки и силы, данные ему его уникальными, но несовершенными убеждениями, вдохновили его на создание мира куда более влекущего, чем подземный лабиринт.

…Ограничения тому, что может сделать человек? Будто они меня волнуют.

…Я создам нечто лучшее, вот увидите.

…Если боги не связаны с той красотой, их нужно превзойти.

Сколько бы крови и пота не проливал тот безумец, сколько бы не стирал он кожу на руках до крови, лопата и кирка никогда не покидали его рук. Никто не знает, что вынес тот человек, пытаясь проложить в одиночку новый путь.

Только вот его тело сдалось прежде, чем его амбиции были воплощены в жизнь.

Одному человеку суждено прожить всего одну жизнь.

Он проклял свою смертную плоть и предался отчаянью, когда его конечности отказали. Он сетовал на свою ненадёжную, угасающую жизнь. Он оставил после себя проклятье, слова что позволили ему преодолеть его земные пределы, в записной книжке.

Вместе с «чертежами», заполнявшими все его мысли.

Тот человек оставил всё своему наследнику, который ещё не родился, тому, кто пронесёт его имя и наследие в будущее.

Строй, ты будешь строить!

А потом построй нечто, что это превзойдёт, постой всё, что желаешь!!!

Вот твоё предназначение!!! Ты мой наследник, хоть я не знаю твоего имени или лица!

Если твой взгляд упал на эти записи, тебе не спастись от крови в твоих жилах!

Безумный голод и неутолимая жажда никогда не угаснут! Огонь, пылающий в тебе, отзовётся только на мой зов!!!

Пронеси моё желание!

Повинуйся крови, внемли её зову.

Оставайся верным нашим стремлениям!

Стремись, стремись, стремись!!!

Выполни то, чего желает наше проклятое существование!!!

Слова были записаны в старой записной книжке.

Мужчина выплеснул в них своё упорство.

— …

Дикс отклонился на спинку софы, держа в руке древние записи и молчаливо их перечитывая.

Он перевернул страницу, в некоторых местах чернила стёрлись так, что их невозможно было прочесть. Сзади раздался голос:

— Дикс, всё готово.

В комнату заглянул крупный мужчина, Дикс опустил очки, поднятые на лоб для чтения. Линзы из закопчённого кварца прикрыли глаза. Его губы расплылись в улыбке:

— Отлично, переходим к делу.

В ту же секунду поднявшись на ноги Дикс бросил книгу на софу. Он схватил зловещее копьё, прислонённое к стене, и последовал за своим компаньоном по тёмному коридору.

Запах камня в воздухе и его холод говорил о том, что это место никогда не знало солнечного света. Дикс улыбнулся самому себе, увидев перед собой чёрные решётки, и едва слышно прошептал:

— «Оставайся верным нашим стремлениям»… Отлично сказано.

Отовсюду раздался испуганный лязг цепей.

Этот звук пробудил в подлом охотнике радость и заставил рассмеяться.

----------

Затишье перед бурей

[[image:/storage/reader-images/78e5a9c42f0b13cb37c6a8895459b904b7d116b6.png]]
Яркий свет вывел меня из тревожного сна, приведя в сознание.

Ощущая кожей утреннее солнце, я открыл глаза.

Знакомый вид предстал моему ещё размытому зрению: кристаллы, которые я не стал относить на продажу. Ваза с фруктовыми семечками. Стол и стул, уставленные различными вещами из Подземелья. Несколько книг и потерявший силы гримуар на сделанной из дерева полке. Приоткрытый переделанный для хранения брони и оружия гардероб.

Так выглядит моя комната. Моё личное пространство в доме Паствы Гестии.

— …

Мало того, что я пропустил свою обычную утреннюю тренировку, согласно часам на стене, почти настало время завтрака.

Начав подниматься, я окинул взглядом кровать. Место за моей спиной.

Ничего. Никого рядом нет.

Сморщенные белые простыни и место, которое не должно быть таким пустым по моим ощущениям.

Я ожидал увидеть девушку, которой здесь нет. Отвернувшись, я встал с кровати.

Сменив ночную одежду на домашнюю, я вышел в дверь. В коридоре было непривычно тихо. Выглядывая в окна, выходившие в центральный сад, я не слышал игривых голосов. У нас всегда так раньше было?

Тепло солнечного света, пробивающегося в окна, наводило меня на мысли о том, что пришло лето. Я спустился с третьего этажа на первый.

— Доброе утро…

Остальная часть нашей семьи поздоровалась со мной в столовой.

— Йо.

— Доброе утро.

Вельф и Лили улыбнулись моему позднему появлению. У меня появилось ощущение, что им хочется как-то меня подбодрить. Микото и Харухиме, в её униформе горничной, тоже меня заметили. Они поздоровались со мной, натянуто улыбаясь.

Из кухни распространялся манящий аромат. Наверное, Микото приготовила запечённые яйца в стиле своей родины.

Я вспомнил их сладковатый вкус и меня охватило ощущение дежавю.

— Нечасто ты так долго спишь.

— Прости…

— Сударь Вельф не ставит вам это в вину. Завтрак почти готов, подождите ещё немного, сударь Белл.

— Ладно… Эм, а где наша богиня?

— Гестия-ками сказала, что у неё есть срочное поручение, которое она должна исполнить до того, как отправится на подработку, поэтому она ушла рано утром, Белл-сан.

— Да, а вдобавок она засунула в рот столько сладкой картошки, сколько в неё влезло…

Вельф, Лили, Микото и Харухиме общались, как будто ничего не изменилось… Но что-то было по-другому. Будто что-то не складывалось… Будто в механизме недостаёт какой-то части, и он работает вхолостую.

Все мы были слегка не в себе.

Разговоры едва клеились. За окном ярко светит солнце, но настроение совсем не подходит такому дню.

Все были какими-то рассеянными, или, может, слишком сконцентрированными на обычном приготовлении к завтраку.

Харухиме приходилось хуже всего. Её обычную яркую и бодрую улыбку заменила мрачность, лисьи ушки и хвост безвольно висели. В её глазах читалось явное волнение, она расставляла тарелки на стол.

— …Харухиме-доно.

— А… Что такое, Микото-сан?

— Тарелок на одну больше, чем нужно…

Микото натянуто улыбнулась, указывая на ошибку. Плечи Харухиме подпрыгнули, когда она это услышала.

— П-Приношу извинения! — она быстро убрала лишний набор посуды.

Она неосознанно поставила тарелку для девушки, которая ещё недавно сидела с нами за одним столом.

Девушки, с чистой и невинной улыбкой… девушки-воивра.

Лили, Вельф и я сделали вид, что ничего не случилось, но на самом деле мы просто не знали, что сказать.

— Давайте есть…

Мы заняли места за столом.

За завтраком слышался только стук тарелок и звук пережёвывания еды.

Два дня прошло с того момента, как Гильдия поручила нам тайную миссию.

События, которые произошли на двадцатом этаже Подземелья, в Убежище Ксеносов, нависли над Паствой Гестии чёрной тенью.

Ксеносы — монстры, способные говорить. Они обладают интеллектом и самосознанием несмотря на то, что они звери. Их ненавидят как люди, так и обычные монстры.

Маг в чёрной робе по имени Фелс, заявивший, что он тень бывшая когда-то Мудрецом, сказал, что Ксеносы желают бродить по поверхности и взаимодействовать с людьми. Эта очень непростая цель происходит из их снов о прошлой жизни, снов, которые каждый из них видит.

Шок слишком слабое слово, чтобы описать сделанные нами открытия.

Мыслей в голове роится столько, что, кажется, лучше попросту ни о чём не думать.

Впрочем, все мы пребываем в подавленном состоянии по куда более простой причине…

Наша разлука с Виеной.

Некоторое время мы укрывали и защищали девушку-воивра, но нам пришлось передать её сородичам Ксеносам. Несмотря на их желания, сейчас на поверхности монстрам нет места. В прошлом люди захватили поверхность себе, забрав её у монстров. Наши расы никогда не могли сосуществовать.

Нам пришлось пойти разными путями, прежде чем мы успели всё потерять. Ради безопасности Виены.

Фелс сказал, что в Орарио есть охотники, которые выискивают Ксеносов. Я рассказал Фелсу о боге Икелосе и нашей встрече, во время которой он расспрашивал меня о говорящем воивре. Строго говоря, больше мы ничего не можем поделать.

Мы ощутили себя беспомощными и такими потерянными, будто частичка каждого из нас исчезла.

И эти эмоции никак не хотят уходить.

— …

Меня не удивляло, что не было никаких разговоров. Вельф и Лили изо всех сил пытались подобрать какую-нибудь тему, но за столом всегда воцарялась тишина.

Так было с завершения миссии, после того как мы вернулись из Подземелья вчера утром.

Моё сердце сжималось каждый раз, когда я вспоминал её лицо в последнюю нашу встречу, слёзы, катившиеся по её щекам.

Оглядевшись, я заметил, что Вельф и остальные посматривают на пустое место рядом со мной… где сидела Виена.

Там пусто.

То, что когда-то там сидела оживлённая девушка, кажется сном.

Её недоставало всем, не только мне.

Сложно поверить, что отсутствие одной-единственной девушки так нас раздавит… Харухиме, Микото, Вельфа и даже Лили.

Впрочем, в этой грусти… был один светлый лучик. Мы знали, что те моменты, которые мы провели как одна семья, не были поддельными, несмотря на то, что Виена была монстром, не такой как люди, вроде нас.

— …Белл?

Я поднялся из-за стола после завтрака, Вельф позвал меня по имени.

— Думаю… я на какое-то время спущусь в Подземелье, — после недолгого молчания сказал я.

Посмотрев через плечо, я увидел, что не только Вельф, но и Лили, Микото и Харухиме смотрят на меня с беспокойством.

Я улыбнулся так спокойно, как только мог:

— Всё в порядке. Я собираюсь очень быстро вернуться.

Есть одна вещь, которую мне нужно узнать.

Если я собираюсь продолжать быть авантюристом Орарио… мне нужно кое-что подтвердить.

— Ты точно в порядке?

— Да…

Спокойным голосом ответил я, прежде чем выйти из открытой двери столовой. Я забежал в комнату, собрал снаряжение и покинул Поместье Домашнего Очага, наш дом.

— …

В залитом солнцем голубом небе не было ни облачка.

Идеально уложенные камни мостовой блестели в солнечных лучах. Единственным, что я видел были только камни мостовой, потому что я шёл, опустив голову. Ничего больше я не замечал.

Звуки телег, запряжённых лошадьми. Разговоры горожан о своих делах. Шум наполнявший город был обыденным, он ни капли не изменился.

Мышечная память вела меня по пути в белую башню, пронзающую небеса, Вавил.

— Белл.

— Ой… Силь.

Голос прорвался сквозь завесу, в которой я шёл по Западной Главной Улице.

Топ, топ. Увидев меня проходящим мимо, Силь выбежала из «Щедрой Хозяйки» и приблизилась ко мне.

— Доброе утро. Сегодня я снова сделала для тебя обед, ты бы не хотел… Белл?

Силь держала корзинку, наполненную едой, на её лице была улыбка, но слова оборвались, когда она увидела выражение моего лица. Она свела брови, серебряные волосы с шорохом легли на её плечи.

— Может… что-то случилось? Ты очень бледный…

— !..

Может Силь отлично читает людей, а может мои мысли написаны на лице.

Что бы там ни было, нужно заверить её, что ей не о чем беспокоиться.

— Нет, я в порядке. Просто слишком много сегодня спал…

— …Ладно.

— И, ну, знаешь, я ненадолго иду в Подземелье. Поэтому, насчёт обеда… эм, прости.

Я не могу принять корзину. Если я сделаю что-нибудь жалкое, это лишь заставит её сильнее беспокоиться. С такими мыслями я отказался от сегодняшнего обеда.

Быстро натянув на лицо неубедительную улыбку, я извинился… она посмотрела мне в глаза пристальнее и приблизилась ещё на шаг.

— А?

Она чуть не ткнулась мне в лицо, между нами, почти не осталось места.

Я ощутил приятный запах её мыла, отчего моё лицо слегка порозовело, а Силь указала пальцем мне прямо между глаз:

— Белл взбодрииииится, Белл взбодрииииится, Белл взбодриииится…

— …

…Она начала выписывать пальцем круги в разные стороны.

— Белл улыбнёёёёётся.

— …Эм, Силь?

— Яй!

— Че!..

Она завершила, надавив на кончик моего носа, и я вскрикнул.

Я несколько раз удивлённо моргнул, а Силь светилась от удовольствия.

— Магическое заклинание, чтобы ты лучше себя почувствовал… детям в приюте я всегда так делаю, понятно? — она прошептала это мне на ухо, поделившись секретом. Это было последним, что я ожидал услышать… Но, к моему ещё большему удивлению, на моих губах появилась лёгкая улыбка.

Совершенно естественное выражение, которое я успел забыть за несколько последних дней.

[[image:/storage/reader-images/25fc7c4b59af72c296ebac682ef436695d2b71bd.png]]
И теперь мне немного лучше, наверное, благодаря тому что она меня подбодрила.

— …Спасибо, Силь. Я пойду.

— Конечно. Береги себя.

Я был благодарен за то, что она не стала ни о чём меня расспрашивать. И оставил Силь, сожалея что не могу ничего ей рассказать.

— Беловолосый тупицмя! Если ты не съешь обед Силь, нмям придётся его есть!..

— Какой-то он слишком задумчивый… авантюристик сегодня на себя не похож.

— Никодмя не видела его таким подмявленным раньше.

Аня, Руноу и Хлоя наблюдали за разговором на улице в окна «Щедрой Хозяйки» и перекинулись парой фраз, когда парень ушёл.

Всхлип!.. Заглянув через плечо, Руноа увидела, что Аня, стоящая с ней рядом, едва сдерживала слёзы.

— Ты тоже беспокоишься, Лю?

— Нет, я…

Лю, также смотревшая за Силь и Беллом вместе с коллегами, собиралась это отрицать, но осеклась на полуслове:

— …Вообще-то да. Это меня беспокоит.

Она и амазонка Айша сопровождали парня в путешествии на восемнадцатый этаж пять дней назад. Вспомнив об этом странном случае, Лю дала честный ответ.

Как и стоявшая снаружи Силь, она смотрела на спину удаляющегося парня.

[[image:/storage/reader-images/663fcdf05aad23dad9fe028e32593c2df31f38cf.jpg]]
Солнечный свет заливал городские улицы.

Лето пришло, каждый день был теплее предыдущего. Орарио не был исключением, большинство людей переодевались в лёгкую одежду, чтобы не так сильно страдать от жары.

Лишь авантюристы, идущие в Подземелье, как и обычно были одеты в плотные боевые одежды и закованы в броню. Металлические пластины, покрывающие их тела поблёскивали, когда они шли по городским улицам. Зверолюди и дварфы были облачены в полные латные доспехи, пот стекал им даже на глаза. В смерти от того, что они надели меньше брони только потому, что на улице жарко не было бы ничего смешного. Авантюристы брели быстрее обычного, зная, что от летнего солнца их спасёт прохлада Подземелья.

И пока Белл брёл вместе с ними в Подземелье…

— Привет. Самой не хотелось бы этого делать, но могу я увидеть Ганеша?

Гестия с едва заметными следами пота на коже подошла к гигантской статуе, изображающей мужчину в маске слона, стоявшей рядом с домом другой Паствы.

— Мне не назначено, и знаю, я прошу многого, но…

Услышав просьбу богини, ниже их ростом, зверочеловек и дварф, стоявшие на страже ворот, переглянулись.

Северо-западная секция Орарио, неподалёку от городского блошиного рынка. Просторный двор, отделённый от остального города высокой белой изгородью, в центре которого стоит странная статуя гигантского человека в маске слона, сидящего скрестив ноги и руки.

Дом Паствы Ганеша, «Я Ганеша».

Статуя, точнее здание, огромно, любой кто пожелает увидеть её полностью будет вынужден до боли задрать шею. Вдохновляющая постройка известна тем, что эксцентричное божество потратило почти все сбережения своей Паствы на его постройку. Здание заслуженно занимающее место между Вавилом и торговым районом Орарио, среди мест, которые туристы обязаны посетить, оказавшись в городе.

«Выделяется, как бельмо на глазу, как обычно», — подумала Гестия, рассматривая необычную постройку, служащую домом для Паствы Ганеша.

— Подождите пожалуйста, — сказал стоящий на страже зверочеловек и отправился в здание.

Гестия была благодарна, получив вежливый ответ, несмотря на то что она, божество другой Паствы, лично пришла в дом Ганеша. Богиня смотрела, как последователь Ганеша исчезает в паху статуи, главном входе в здание.

— Если бы только Всевышний Ганеша сделал что-нибудь со своими глупыми бзиками, мы бы… Аааааагхх!

— Да, наверняка вам, ребята, приходится нелегко.

У Гестии завязался разговор с дварфом, она выслушивала его жалобы. Вскоре зверочеловек вернулся к воротам.

— Всевышний Ганеша на заднем дворе. Он сказал, что не возражает, если вы придёте к нему без сопровождающих.

— О, спасибо.

Богиня поблагодарила открывших ей ворота стражников и прошла во двор.

Поначалу ей показалось, что носящий маску слона бог ведёт себя слишком беспечно, но потом ей подумалось, что Ганеша может попросту ей доверять. Ощутив чуть больше радости от своего прихода, Гестия прошла мимо основания гигантской статуи сразу на задний двор.

Задний двор «Я Ганеша» оказался травяными полями, или, точнее, открытым пастбищем. Если бы не громкие крики торговцев ближайшего блошиного рынка, Гестия могла бы забыть, что она посреди огромного мегаполиса. Краем глаза она заметила несколько каменных конюшен, размером с целые заводы, приближаясь к заднему двору.

— Ого!

Богиня вздрогнула, как только оказалась у колена статуи.

Мирные равнины сменила металлическая изгородь, прутья которой блестели в солнечном свете. Каждый из прутьев был толще самой Гестии, они были сделаны из мифрила, или, возможно, Дамасской стали, известного чужеземного металла. А может это был адамантит. Как бы там ни было, толстые прутья возвышались из земли подобно башням. Вооружённые авантюристы стояли на страже с обеих сторон, тщательно следя за местностью. В воздухе висело напряжение.

Несколько авантюристов, скорее всего укротители, были с другой стороны ограды с монстрами, которые были в процессе укрощения и громко отдавали команды.

— Н-не каждый день увидишь…

Водяной конь, известный как кельпи, пришёл в ярость, его прекрасная голубая грива развевалась в воздухе. Три альмалозавра размахивали своими похожими на дубины хвостами и атаковали шипами, торчащими прямо из их шкуры. Вдохновлённые укротители выглядели особенно впечатляюще, встретившись с ужасающими монстрами с нижних этажей Подземелья и запугивая их кнутами и силой подчиняя их себе.

Гестия где-то слышала, что Паства Ганеша получила официальное разрешение содержать живых монстров не только на время Монстромании, но и в обычные дни, размещая их на поверхности.

Если информация Гильдии точна, то Паства Ганеша — это крупнейшая Паства Орарио по числу участников.

Благодаря множеству авантюристов первого ранга и высокому среднему уровню участников, можно сказать, что Паства Ганеша в числе лучших Паств Орарио. Им присвоен ранг S, и они достойны упоминания наравне с Паствой Локи и Паствой Фреи.

Также известным, как «Хранители Мира в Орарио», последователям Ганеша было позволено держать монстров на поверхности.

Народный Бог, значит?..

Паства Ганеша поддерживает близкие связи с Гильдией, его последователи расставлены у всех врат Орарио для поддержания покоя. Обычные горожане очень ценят Ганеша.

Из-за высокого уровня доверия, люди Орарио ощущают себя в безопасности, несмотря на живущих в городе монстров. Не последнюю очередь в этом ощущении безопасности сыграли заслуги Паствы Ганеша.

Несколько минут Гестия завороженно смотрела на укротителей, один на один приручавших монстров, прежде чем вспомнила, зачем она сюда пришла. Богиня начала осматриваться.

Её первой мыслью было спросить авантюристов, следивших за металлической оградой, но вскоре Гестия услышала крик:

— Я Ганеша!!! А значит, не щёлкай на меня зубами, монстр!

Нашла.

До нелепости громкий маскулинный голос привёл Гестию к искомому божеству.

Мужчина в маске слона, стоявший за забором, уставился на монстра, осторожно к нему приближаясь. Детёныш дракона носил на шее магический предмет, похожий на тарелку, было ясно, что он приручен. Увидев рядом с богом своего укротителя, дракон не стал бросаться на божество, но пристально следил за каждым движением Ганеши.

— Нечего бояться. Совсем нечего!

— …

— Это не страшно, не страшно… хороший дракончик! Кто хороший дракончик?

Ганеша кинулся вперёд и обхватил грудь дракона руками, повиснув на шее создания, и теребя её, будто играя с большой собакой.

— РААААААРРРРРР!!!

Дракон моментально обнажил клыки, блеснувшие в солнечном свете, и клацнул челюстями, явно намереваясь схватить голову в маске слона.

— ВОООООУ!

— Что ты тут устроил?!

— Сколько раз я тебе говорил, чтобы ты глупостей не делал?!

Ганеша едва успел отпрыгнуть, но потерял равновесие и покатился по траве. Его последователи, крича на разные лады бросились на помощь. Укротители тут же успокоили пришедшего в ярость детёныша дракона.

Гестия наблюдала за происходящим с удивлением.

— Ганеша едва жизни не лишился!.. Фух, я думал мне конец.

— И часто такое происходит, Ганеша?

— О? Уж не Гестия ли это! Давно ты здесь?!

Ганеша прокатился до самой изгороди. Крики укротителей слышались в ушах маленькой богини, смотревшей на лежащего за забором бога сверху вниз. Ганеша, огромный и мускулистый, поднялся на ноги, как только увидел Гестию. А потом с криком «Алле-оп!» он перемахнул через изгородь.

Приземлившись рядом с Гестией, он тут же начал принимать странные картинные позы.

— Добро пожаловать в мою обитель! И ради ответов на все твои вопросы я вышел сюда и выкроил время!

— И зачем ты рискуешь жизнью, пытаясь играть с монстрами?

— Чтобы найти дружбу в истинном её виде!

Ганеша расплылся в довольной улыбке, обнажив сияющие белые зубы. Гестия в ответ только вздохнула.

Не распинаясь на мелкие разговоры, она перешла к главной теме своего визита:

— Как я слышала, ты знаешь о Ксеносах?

— …

Стоило Гестии сменить тему разговора, как напускная комичность Ганеши мгновенно испарилась, его рот закрылся.

Выражение лица под маской, скорее всего, стало предельно серьёзным. «Нужно говорить с глазу на глаз», — бросил он, поворачиваясь к Гестии спиной.

Приказав стражам остаться, Ганеша повёл Гестию к небольшому лесу у белой изгороди. Оказавшись наедине, боги завели разговор:

— Ты знаешь о монстрах, обладающих интеллектом?

— Да, знаю. Услышала лично от Урана.

Уран. После этого имени у Ганеши сложилась вся картина. Больше вопросов у него не было.

Как Белл и его товарищи нашли Ксеносов на своей тайной миссии, так и Гестия узнала о Виене и её виде, от божества, заведующего Гильдией, Урана.

Мало того, величественное божество рассказало ей, что Ганеша также всё знает.

— Это было шоком. Не только то, что существуют такие монстры, но и то, что ты работаешь с Ураном над Монстроманией.

— Когда я впервые узнал… Когда Уран мне рассказал, я не поверил собственным ушам.

Ганеша рассказал, как он пришёл к пониманию воли Урана и как был поставлен во главу Монстромании, фестиваля, цель которого не только выставить монстров напоказ, но и проявить зачатки дружбы между людьми и монстрами.

Гестия была под впечатлением от незнакомой ей ранее стороны Ганеши.

— Ты не сразу ему поверил? Когда Уран тебе рассказал?

— Что же, так получилось, что одного из монстров мне решили показать. Это был гоблин носивший красный колпак… Я не мог закрыть глаза на существо, которое так изыскано пользуется языком.

Ганеша рассказал, что не знал как реагировать, когда Фелс вытащил из Подземелья небольшого Ксеноса, чтобы поговорить с богом лично. Гестия и остальные точно так же отреагировали на Виену.

После этого случая Ганеша согласился помогать.

Увидев Ксеноса во плоти, он принял предложение и стал сотрудничать с Ураном, чтобы организовать Монстроманию.

— …Ты сказал своим детям?

— Только нескольким избранным. Наверное, ты подумаешь, что прятать что-то от своих детей смехотворно, но… моя Паства, по большей части, погрязла во тьме.

Обстоятельства того требуют. Для предотвращения худшего исхода нужно контролировать поток информации. Массы, без сомнения, будут настроены опасливо, а может даже агрессивно, узнав правду.

Даже сейчас правда ранит.

Ганеша бросил взгляд на укротителей и авантюристов с другой стороны ограды.

— Нам разрешено держать монстров в оковах… Мы делаем это под предлогом изучения их привычек и сбора информации в помощь авантюристам Подземелья.

— Твои дети думают также, да?..

На самом деле, эти цели не ложные.

Гильдия действительно получает от Паствы Ганеша подробную и ценную информацию о слабостях и характеристиках отдельных монстров, что позволяет помочь авантюристам и сохраняет им жизни в Подземелье. Даже Ройман Мардил, самый влиятельный человек в Гильдии, признаёт ценность этой работы и продолжает поддержку.

Истинные намерения установить дружеские отношения с монстрами держатся в секрете. Вдобавок, никто не может заподозрить Ганеша.

— А что насчёт твоих детей, Гестия?

— Это из-за них я всё узнала… Белл и остальные в курсе.

Гестия рассказала, что всё началось с появления Виены и того, что её Паства решила защитить девушку-монстра, поделившись информацией с парой богов, которые теперь также знают правду.

Гестия рассказала своим детям о разговоре с Ураном, пока они были на миссии. Ей стало известно, что они узнали об одном из Убежищ Ксеносов.

Единственная вещь, о которой она умолчала, вера Урана в то, что Белл и её Паства станут потенциальным мостиком между монстрами и людьми.

— Что собираешься делать, Гестия?

— …Мои дети для меня важнее всего остального.

Защитить Белла и остальных. Быть с ними вместе. Таково заветное желание Гестии.

Это и…

— …Если мои дети на что-то решатся, я буду помогать им всем, чем могу помочь. Если они захотят спасти Ксеносов, я протяну им руку помощи.

— Вот как…

— Я не раздаю приказы, как богиня, и ни к чему их не принуждаю.

Решение Гестии не менялось с того момента, как она нанесла своё Благословение на спину Белла, так она выразила свою волю.

— Это их история, их путь.

Гестия позволит им решать, поможет им, когда должна, и присмотрит за ними.

— …Я бы соврала, если бы сказала, что совсем не беспокоюсь, — продолжила Гестия.

Не в силах ответить на вопросительный взгляд Ганеши, богиня отвела глаза и высказалась честно:

— Что случится, если о существовании Ксеносов станет известно в Орарио, по всему миру?

Гестия знала, насколько абсурдна попытка заключения мира с монстрами, но слезливые глаза девушки-воивра никак не выходили у неё из головы. Переполненная эмоциями богиня перевела взгляд на пастбище.

Раненые укротители накидывали цепи на новоприрученных монстров под безоблачным голубым небом.

— …Ганеша, а что ты обо всём этом думаешь? Что, по-твоему, случится?

— Честно говоря, не знаю.

— Я так и думала…

Ганеша честно ответил на вопрос Гестии, проследив за её взглядом на пастбище.

Боги наблюдали, как укротитель приказывает монстру идти за ним, хлестая того по шкуре.

— Но.

— ?

— Если эти Ксеносы, нет, монстры вообще, действительно желают мира, а не кровопролития…

Ганеша посмотрел на Гестию.

— То я отброшу имя «Бога Масс» и стану «Нео Ганешей, Богом Всех Живых Существ», как людей, так и монстров!!! — заявил Ганеша, будто отгоняя воцарившуюся мрачность.

Расплывшись в улыбке божество уверенно посмотрело в небеса и выпятило грудь. Во взгляде Гестии читалось восхищение… она улыбнулась:

— …Впервые, мне кажется, что ты очень крут, Ганеша.

— Ну, просто… Я Ганеша!

Гестия тихонько рассмеялась этому взрыву уверенности.

Карты покрывали стены комнаты, не оставляя и кусочка открытого пространства.

Вдобавок к увешанным топографическими и прочими картами стенам в комнате было огромное множество редких для Орарио предметов. Несколько растений, больше подходящих засушливым пустыням, а также внушительная коллекция ракушек и жемчужин украшали мебель и столы. Даже в таком необычном фоне выделялся целый стенд с потрёпанными шляпами для путешествий, каждая из которых неизменно была украшена пером.

Мужчина и женщина сидели через стол друг от друга, в комнате, подошедшей бы для путешественника, совершившего поход по всему миру.

— Провал, хах… Не слишком это здорово.

Бог Гермес, сидевший на стуле, сложив локти на стол, вертел в руках песочные часы.

Роскошной девушкой, сидевшей по другую сторону стола, была Асфи.

Она пришла в личную комнату бога в доме Паствы Гермеса, чтобы доложить о результатах последнего задания.

— Мне нет оправданий. После того как наши цели отступили, я осталась осматривать местность надеясь найти следы, но… позволить им сбежать было моей ошибкой.

— Да ладно, я же тебя не виню.

Лицо Асфи потеряло цвета, когда она рассказывала о результатах, но Гермес отмахнулся, показывая, что ей не стоит беспокоиться.

Они обсуждали провалившийся план по выслеживанию Паствы Икелоса.

Гильдия, а точнее Уран, дал Беллу и Пастве Гестии миссию-поход в одно из Убежишь Ксеносов. Одной из целей этой миссии было выманить охотников Паствы Икелоса, и потому Пастве Гермеса было приказано следить за ними. Целью было выяснить расположение базы охотников, в которой они держат пойманных Ксеносов, которые после идут на продажу.

Однако Паства Икелоса обнаружила преследователей в Подземелье и прекратила погоню за группой Белла сосредоточившись на отступлении. Порученное Асфи задание было провалено.

— Они помешали тебе, Персею, выполнить твою задачу… Скажи, что ты о них думаешь? О наших целях.

— …По слухам они связаны с Пороками, несмотря на то что группа состоит из громил и грабителей. А их лидер, мужчина в очках…

Паства Икелоса — это Паства, нацеленная на исследование Подземелья, чья история покрыта завесой тайны.

Эта группа в Орарио больше двадцати лет и её ранг B. Её члены докладывали о нескольких путешествиях на глубинные этажи Подземелья. Однако, сама Паства остаётся в тени, возможно из-за того, что её члены слишком много времени проводят за подпольными делами, ни один её член не получил широкой известности.

— Тот человек сообразителен и хитёр. Несмотря на то, что у них было достаточно сил, чтобы дать бой, определив кто его преследует, он отдал приказ отступать.

Глава Паствы Икелоса побаивался Асфи, гениального ремесленника, чей талант известен по всему миру.

Под прозвищем Персей она изобрела немало феноменальных и таинственных магических предметов, вроде Головы Аида, шлема, дарующего невидимость.

Поскольку Паства Икелоса не знала, какие трюки есть у Асфи в рукаве, и могла по неосторожности раскрыть своё укрытие, глава группы отдал подчинённым приказ отступать, не оставив никого, кого могли бы поймать и допросить.

— Мужчина в очках… Может это Дикс Предикс?

— Он самый. Он глава Паствы Икелоса… а также десять лет назад стал авантюристом второго ранга, подняв четвёртый уровень.

Ему был дарован титул «Провокатор».

В те времена он был известен, как человек, избивающий, а не убивающий монстров и доводивший их до безумия.

— Учитывая, что он мог стать только сильнее и опытнее с тех времён… вполне возможно, что сейчас он стал так же силён, как авантюрист первого ранга. — голос Асфи стал серьёзен, она сильно помрачнела.

Гермес вздохнул себе под нос:

— Прево-наперво, нам нужно извиниться перед Ураном… После этого случая мы можем быть уверены, что враг получил представление о расположении «гнезда». Мне кажется, они смогут всё вычислить даже по этой призрачной наводке, — оранжевые глаза Гермеса прищурились, когда он озвучил свои мысли.

— Что насчёт монстров?..

— Им было сказано перейти на новое место, независимо от того как пройдёт наша операция. Скорее всего, сейчас они перемещаются.

Гермес рассказал, что Уран хотел принять во внимание так много переменных, как это было возможно, и приказал Ксеносам покинуть Укрытие на двадцатом этаже и уйти глубже в Подземелье.

Несмотря на эти слова, Асфи слышала сомнения в голосе бога, будто он разговаривал сам с собой.

— Больше мы ничего сделать не можем, так что волноваться бессмысленно…

— …

— Ааааааргх, у меня отвратительное предчувствие.

Гермес не стал терять времени, прошептав эти слова. Посмотрев в потолок, он отдал новый приказ:

— Следи за передвижениями на серединных этажах, Асфи. Используй Ривиру в качестве базы и будь настороже.

— Принято.

Божественная интуиция будто что-то твердила Гермесу, потому что в конце он добавил:

— Они очень скоро совершат свой ход.

----------

Царь зверств

[[image:/storage/reader-images/4f509b6881ffaecb802709b3af8ae5dec406e02b.png]]
Ламповый мох поблёскивал на потолке будто звёзды в ночном небе.

Влажный воздух пах как первобытный лес после сильного дождя. Травы и дикие цветы покрывали пол. В одном из углов капли влаги падали с корня огромного дерева в одну из многочисленных луж, создавая лёгкие волны на поверхности воды.

Древесная кора покрывала стены коридора, обозначая Огромный Древесный Лабиринт Подземелья.

Посреди прохода одиноко стояла девушка-дракон.

Её серебристо-синие волосы поблёскивали в мягком свете. В янтарных глазах стояли слёзы, она смотрела наверх, на потолок, скрытый за древесной корой и светящимся мхом.

Девушка видела настоящие звёзды.

Стоя в небольшом саду, она смотрела в ночное небо вместе с беловолосым парнем.

Оно было прекрасно. Так прекрасно, что сейчас она ощущала тяжесть в груди.

Все эти деревья и растения, освещаемые таинственным голубоватым светом, и рядом не стоят с запомнившимся ей скоплением звёзд. Это похожее на сказочное царство похищает сердца и стремления множества авантюристов. Только вот девушке, видевшей свет звёзд собственными глазами, оно кажется бледным и лишённым цветов.

Она никогда не перестанет желать другой реальности.

Видов поверхности.

Людей, которые приняли её как члена семьи.

Улыбки парня, который всегда отводил взгляд и краснел, когда проводил с ней время наедине.

Девушка, Виена, задумалась о том, что всё это лежит над её головой, что множество этажей отделяют от поверхности Огромный Древесный Лабиринт и сложила на груди руки.

— Белл…

Дрожащие губы прошептали его имя.

Острая боль пронзила грудь, она была такой сильной, что янтарные глаза заблестели от новых слёз.

— Виена, мы уходим.

Виена услышала голос гарпии за своей спиной, но ничего не ответила. Лишь спустя несколько секунд она заставила себя кивнуть.

Отведя взгляд от потолка, Виена повернулась, блестящие синие волосы колыхнулись.

Она присоединилась к своим товарищам, и вместе они покинули зал, в котором выжидали.

Двадцать четвёртый этаж Подземелья.

Группа Виены идёт по коридорам.

Девушка-воивр по-прежнему не может драться и потому идёт в центре небольшого отряда Ксеносов.

В группе были арахна, гарпия, фомоир, гиппогриф, боевая тень и сама девушка-воивр, Виена. Всего шесть монстров.

Остальные Ксеносы разделились на группы от пяти до семи монстров, чтобы безопасно пройти к следующему месту назначения, как это делают авантюристы во время экспедиций.

Даже без брони группа не связанных разными этажами монстров, путешествуя по Подземелью, очень сильно выделялась. Вид арахны и гарпии, облачённых в робы и идущих в один ряд, уже подобен цирковому параду, шагающему по центру города.

Всего популяция Ксеносов насчитывает сорок четыре особи. Если бы все они шли одной большой группой, авантюристы наверняка бы их нашли, и слухи о них разнеслись быстрее лесного пожара. Даже один раскрытый монстр может вызвать проблемы, а огромная группа вооружённых созданий Подземелья, увиденная авантюристами, может стать настоящим бедствием. Мало того, что это распространит страх и панику среди авантюристов, также это привлечёт нежелательное внимание.

Потому монстры разделяются на небольшие группы, чтобы избежать внимания потенциальных авантюристов. Особенно они опасаются внимания на серединных этажах, по которым бродит довольно большое количество людей в сравнении с просторными глубинными этажами.

Ящерочеловек Лидо и сирена Рей, лидеры Ксеносов, пошли в первых двух группах. Их задача расчистить путь для более слабых Ксеносов и убедиться, что они не встретят по пути авантюристов. Также они разбираются с другими монстрами и аномалиями по пути. Они постоянно подвергаются опасности, поскольку они привлекают к себе большую часть битв и вынуждены сталкиваться с постоянно меняющимися условиями в Подземелье.

Виена была в относительной безопасности, в одной из последних групп.

Её защитниками, включая фомоира с глубинных этажей, были ветераны сообщества Ксеносов.

Виена была одета в длинную чёрную робу, капюшон скрывал блестящий драгоценный камень в её лбу. Девушка не могла перестать думать о Белле и остальных, она шла, опустив голову, в её глазах постоянно стояли слёзы.

— Виена, ты достаточно плакала.

— П-прости, Раних…

Арахна, возглавляющая группу, прикрикнула на девушку-дракона, отчего та вздрогнула.

Арахну звали Раних.

Верхняя часть её тела была женской, а нижняя с восемью паучьими ногами, Ксенос-арахнида. Группа была вверена ей. Верхнюю часть тела Раних прикрывала броня какого-то авантюриста, а шлем с забралом прикрывал лицо.

— Это тебе не Убежище. Наши безумные родичи могут напасть на нас в любой момент. Если и дальше будешь отвлекаться на мысли о людях, тебя убьют.

В голосе Раних слышался гнев, глаза смотрели на Виену из-под ниспадающих белых волос. В красных подобных людским глазах, нисколько не похожих на кучку глаз арахнид, читалась гордость и упрямство.

Кожа монстра была белой, будто заснеженная тайга, такого же цвета были и её волосы. Любой человек принял бы её внешность за внешность смертельно больной женщины. Но никто не стал бы отрицать её ошеломляющей красоты.

Если бы её увидел авантюрист, в его глазах устрашающие и жуткие ноги арахниды сменились бы привлекательными и женственными чертами, способными удержать на себе любое внимание. Арахнида обладала такой красотой, что ей позавидовала бы любая богиня.

Раних с настороженностью относилась как к людям, так и к монстрам. Она отказывалась снимать свой шлем перед кем-то кроме её сородичей Ксеносов, пытаясь скрыть свою привлекательность.

— Виена, тебе до сих пор грустно?

— …Да.

— Жители поверхности… Белл и его друзья. Ты снова их увидишь, я точно знаю.

Гарпия по имени Фия, одетая в робу, подобную робе девушки-воивра, заметила, что выговор Раних испугал Виену, и слегка замедлилась, чтобы успокоить девушку-дракона. На вид Фия была того же возраста, что и новенькая в их компании. Тёмные рыжие волосы ниспадали по её плечам.

Девушка-воивр рукой стёрла остатки горьких слёз, стоящих в глазах, и легонько кивнула… гигантский, покрытый шерстью палец аккуратно стёр последнюю слезу с её лица.

— Уоооох…

— …Спасибо, Фох.

Виена улыбнулась, подняв взгляд на огромного фомоира по имени Фох. Несмотря на угрожающий вид, Фох был очень добр.

Он не мог использовать язык, как Виена и остальные, потому общался рыками и мычанием. Однако, по насыщенной жестикуляции и тону можно было распознать в Фохе очень мягкую личность. В бою его тело становится щитом для остальных, а гигантский толстый нагрудник превращает его в настоящую живую стену. Фох сражается огромной дубиной, сокрушая противников или запуская их в воздух, чтобы защитить товарищей.

Несмотря на то, что очень сложно понять эмоции по его круглым чёрным глазам, он всегда присматривает за остальными.

Как и все Ксеносы.

Гарпия Фия была куда больше остальных заинтересована поверхностью и населяющими её людьми, чем остальные. Поскольку любопытство её распирало, она всегда находила какой вопрос задать.

Гиппогриф Клиф предпочитал держаться в воздухе, потому хлопки его крыльев сопровождали группу. Всегда бодрый и беззаботный монстр любит подразнить окружающих.

Боевая тень Орде, несмотря на то что не может издать ни звука, всегда первым лезет в бой и готов сделать что угодно, чтобы помочь группе.

Раних может казаться страшной, но только потому, что беспокоится о сохранности остальных.

Все монстры были очень добры.

Они приняли Виену с распростёртыми объятьями, как только её встретили. Времени прошло совсем не много, а с ней уже обращались как со старой подругой и соратницей.

Виена принадлежала этому миру. Это единственное место, в котором она может быть со своими родичами, с теми, кто её принимает.

И, всё же…

Виена всё это понимала, но она не могла не чувствовать себя одиноко, как бы она не старалась.

Всё, потому что люди, которые нашли её, когда она была совсем одна, тоже приняли её и показали ей, как улыбаться вместе с ними.

Девушка-воивр до сих пор скучала по их теплоте.

И её совершенно не беспокоило, что они были людьми, отличались от неё.

— …Виена, забудь их. Они никогда не принесут тебе ничего, кроме боли, — арахнида Раних услышала разговор Виены с остальными, и снова раздражённо предупредила девушку.

В отличии от Лидо и Рей, Раних была из тех Ксеносов, которые питали отвращение к людям с поверхности.

Этих Ксеносов возглавлял горгулья по имени Грос. Несмотря на то, что они были в меньшинстве, они составляли треть Ксеносов, и их объединяла враждебность к расам поверхности.

Виена понятия не имела, что они успели пережить. Но эти слова её ранили.

— Раних, почему ты так сильно ненавидишь Белла и его друзей?..

— …

— Белл, Харухиме и боженька были очень приятными. Они часто меня обнимали!

— Наверное потому, что тогда им это было выгодно…

— Не правда!

Рамих отказывалась признавать связь, установленную Виеной с остальными, отчего в злых глазах девушки-воивра снова появились слёзы.

Арахна с горечью посмотрела на новую союзницу.

Раних была такой с самой первой их встречи. Она говорила на языке людей лучше многих Ксеносов, но её чувства к жителям поверхности были далеки от восхищения.

В том, что она говорила о людях, всегда была злоба, ненависть или что-то, похожее на горечь.

— Святая простота.

— А?

— Ты ничего не знаешь о людях. Ничего об их жестокости и подлости.

Виена злобно смотрела на Раних, остальные члены группы молчали. Арахна ответила быстро и без сомнений.

Однажды они придут и за тобой тоже.

Когда эти слова почти сорвались с губ арахны, она заметила, что что-то происходит.

Виена повернулась, навострив уши, она услышала где-то вдалеке отчаянный крик.

— !!!

Плечи Виены вздрогнули.

Раних и остальные Ксеносы удивлённо смотрели на девушку-воивра, так неожиданно прервавшую спор.

— Виена?

— Эй, что-то случилось?

— Г-голос…

Арахна беспокойно смотрела как подрагивают уши Виены.

Драконы не без причин считаются сильнейшими монстрами, их потенциальная сила и способности гораздо выше, чем у остальных рас. Воивры, один из подвидов драконов обладает обострёнными чувствами, вроде слуха.

Едва различимый звук достиг ушей девушки-воивра издалека, крик, недоступный другим Ксеносам, который могли уловить только уши девушки-дракона.

— Она плачет… «Спасите меня»…

Виена поняла это моментально.

Крик принадлежит не авантюристу или монстру, а Ксеносу, такому как они. Монстр, способный чувствовать, один из их сородичей.

Вместе с этим, крик был таким отчаянным, что сердце Виены обливалось кровью.

Виена живёт недостаточно долго, она впервые услышала такой жалобный крик.

Дрожа, она обняла своё тонкое тело руками.

— «Спасите меня»… Один из наших родичей зовёт на помощь?!

— Д-да… Она ранена, очень сильно… Мы должны её спасти!

Выпучившая глаза Фия мгновенно отреагировала на услышанное, а Виена кивнула.

Ответ потребовал от девушки-воивра всей её храбрости, она обхватила своё тело руками. В её памяти пробудились воспоминания о том, как Белл ответил на её плач, и она переводила взгляд с одного своего спутника на другого.

— Что будем делать, Раних?

— …

Гарпия, гиппогриф, боевая тень и фомоир разом посмотрели на арахну.

Судя по словам Виены крик принадлежал не члену их группы. То есть, существовала возможность, что они встретят Ксеноса, которого не встречали раньше.

Раних на мгновенье задумалась, ощутив на себе взгляды всей группы. Наконец, посмотрев на слёзы в глазах Виены, она нарушила молчание:

— …Мы проверим. Веди нас, Виена.

Заправляющая группой арахна по глазам девушки-дракона поняла, что что-то действительно не так.

Ксеносы не могли себе позволить игнорировать отчаянные мольбы товарищей, которые могут быть в смертельной опасности.

Раних опустила забрало металлического шлема, в воздух повисло напряжение. Шерсть фомоира вздыбилась, боевая тень вытянулась в струнку, а гиппогриф захлопал крыльями быстрее.

Отказавшись от плана встретиться с Лидо на глубинных этажах, арахна повела свою группу в противоположном направлении.

— Орде, иди вперёд.

— …

Боевая тень повиновалась приказу Раних. Остальная часть группы следовала от него в десяти метрах.

Монстр был одет в полную броню.

Поскольку человекоподобного монстра покрывала броня, авантюристы с первого взгляда не заподозрили бы в нём монстра. Потому боевая тень вышла вперёд чтобы убедиться, что на пути нет авантюристов и прочих опасностей.

Орде семенил по тёмным коридорам, любому постороннему наблюдателю показалось бы, что он видит авантюриста-одиночку в закованного в тяжёлую броню. Он проверял закоулки и заглядывал в залы, после чего сообщал группе, что всё в порядке, и они идут безопасным путём. Если на дороге возникал монстр боевая тень просто снимал латную перчатку, обнажая пять острых пальцев, смертельное оружие монстра, и с лёгкостью расправлялся с монстром.

— …Грос мы нашли одного их подобных нам. Идём проверять.

Раних достала красный кристалл и заговорила в него, не переставая двигаться.

Кристалл на мгновенье засветился, после чего из него раздался ответ.

— Что?.. Постой, Раних. Ничего не делай пока мы не появимся.

— Нет, я должна настоять на своём.

Раних уверенно ответила в кристалл.

— Слушай, Раних. Что-то не так. Это может быть ловушка…

— Даже если так, мы не можем ждать, Грос.

Она надавила на кристалл сильнее.

— Теперь я и сама слышу крики, никто меня не остановит.

Группа оказалась достаточно близко, чтобы мольбы о помощи услышали все.

Плачь был пронзительным, будто металл скрежетал по металлу, отчего монстрам захотелось зажать уши. Звук становился громче с каждым шагом. Чаще переставлялись ноги, быстрее хлопали крылья, Ксеносы ускорились.

Раних стиснула клыки, чтобы выдержать пронзительные причитания.

— Если за этим стоят люди, мы просто обязаны помочь.

Скрытое забралом лицо было лишено эмоций, арахна закончила разговор.

Она проигнорировала попытки доносившегося из кристалла голоса её остановить и, погасив кристалл, спрятала его в броне.

— Там!..

— Орде, комната прямо перед нами!

Виена направляла монстров, но её указания уже не требовались. Раних выкрикнула приказ во весь голос.

Она увидела огромный тёмный проём в стене Подземелья. Он вёл в комнату, ответвлявшуюся от главного прохода подземелья. Орде, одетый в полный латный доспех, бросился к этому проёму.

Раних, Виена и остальная часть группы подоспела всего мгновеньем позже, и их глаза округлились от ужаса.

— Что?..

Земля была покрыта перьями и красными каплями крови.

Ламповый Мох освещал центр комнаты, в котором стояло одинокое дерево. К его корням стекала кровь.

А к стволу цепями было приковано тоненькое тело.

Оно будто само по себе накололось на острый сучок.

Тело от макушки до пят покрывали раны, она потеряла столько крови, что красным было всё её тело, доказательство того, что девушка-монстр перенесла невыносимые пытки. Её крылатые руки были разведены в стороны, окровавленные нижние конечности опущены вниз, чтобы она висела в форме креста.

Одинокая сирена, оба крыла которой протыкали стальные шипы.

—Иип?!

Виена потеряла дар речи, увидев эту ужасную сцену. Только поражённый вскрик сорвался с её губ.

Распятие монстра.

Отвратительное зрелище, которое немыслимо для Подземелья.

Рой гигантских чёрных насекомых жужжал в воздухе, кружа у кроны дерева будто стервятники. Скорее всего, смертельных ос привлекли сюда крики, как и Виену с Ксеносами. Монстры бесчувственно смотрели на умирающую сирену, готовясь вонзить свои жвала в её плоть.

— Фия, Клифф!!! — раздался крик Раних.

Гарпия скинула робу с плеч до того, как её имя было выкрикнуто и бросилась вперёд вместе с издавшим могучий рёв гиппогрифом. Рой гигантских насекомых бросился на сирену, но их свалил залп перьевых снарядов и острые когти. Вскоре монстров не стало.

Ксеносы бросились к сирене, разбивая когтями её цепи.

Безжизненное тело оказавшейся свободной сирены было закинуто на фомоира, приблизившегося к ней широкими шагами.

— Что случилось?! Отвечай!

Раних поспешила к сирене, лежащей в огромных руках Фоха. Виена и остальные подоспели мгновеньем позже.

Перья сирены были коричневого цвета. Даже покрытая кровью сирена была красива. Но Ксеносы поняли, что она из их вида, когда увидели, как на неё нападают монстры.

Девушка была не такой расы, как Рей, и, должно быть, была лишена способности говорить. Её взгляд был стеклянным, едва двигая губами она пыталась что-то сказать.

Чёрт!..

Монстры не могли бы сделать ничего подобного. До такого состояния её могли довести только люди.

Гнев Раних за одного из своих сородичей заставил её кровь закипеть. Но одно из воспоминаний пробилось сквозь завесу эмоций, голос, предупреждавший что это может оказаться ловушкой.

Арахна посмотрела на своих товарищей, готовясь их предупредить, но…

— …Убегайте…

Смогла произнести дрожащим голосом окровавленная сирена.

И в этот момент…

— Хах, выходит монстры действительно могут плакать?

Сухой, пронзительный смешок мужчины достиг её ушей.

— Вы ребята, беспокоитесь друг о друге сильнее, чем мы, авантюристы.

Сбросив похожий на древесную кору камуфляж, около двадцати авантюристов себя показали, окружив монстров кольцом.

Разбросав мешочки с пахучей смесью, авантюристы скрыли свой запах и окружили дерево, заманив Виену и её спутников в ловушку.

Ксеносы увидели, что возле единственного выхода из комнаты стоит мужчина в очках, похлопывавший красным копьём по плечу.

— Нет, правда, это было слишком просто.

Губы мужчины расплылись в широкой улыбке, похожей на лунный серп.

— Авантюристы!..

Ответы на все вопросы были получены, Раних оскалилась на людей, окруживших их.

Будет точнее назвать их охотниками.

Среди авантюристов были как люди, так и зверолюди, дварфы и амазонки. Каждый из них разделял жестокую улыбку. Лидер охотников кивнул, и авантюристы взялись за оружие. Некоторые клинки и кончики копий покрывала кровь, будто именно они снова и снова пронзали тело сирены.

— Это вы сделали!..

— А нужно ли вам спрашивать, мадам-паучок?

Истерзанный Ксенос был приманкой.

Авантюристы приковали её цепями к дереву и пронзили стальными штырями, чтобы она не могла сбежать, а потом пытали, заставляя кричать.

Охотники знали, что громкий голос сирен далеко разнесётся в Подземелье и будет услышан Ксеносами.

И группа Ксеносов, благодаря чувствительным ушам Виены, услышала крики.

Дикс перевёл взгляд скрытых закопчёнными кварцевыми линзами глаз на поражённую девушку.

— Мы здесь остановились, чтобы убедиться, что ты не спустишься на глубинные этажи, но… Чёрт, я и не думал, что всё пройдёт настолько гладко!

Пятеро охотников прошли за спину Дикса, перекрывая единственный выход из комнаты.

Зловещий смех мужчины разнёсся по пустынному уголку Подземелья.

Всё случилось в одно мгновенье.

Пока монстры осматривались и пытались понять, как им выбраться, молчаливый Орде бросился в лобовую атаку на Дикса.

Он пронёсся со скоростью достойной авантюриста второго ранга. Броня монстра, вложившего всю свою ярость в эту атаку, мелькнула чёрным пятном. Тень налетела на Дикса, будто мстительный дух.

Мужчина в очках даже не стал поднимать для защиты копьё. В тот момент, когда протянутая рука Орде почти ударила его между глаз…

Огромный двуручный меч опередил тень и рассёк её надвое.

— Э?

С губ Виены сорвался ещё один удивлённый возглас.

Она наблюдала, как тело боевой тени распадается надвое, будто в замедленной съёмке, и половинки падают на пол.

Огромный клинок рассёк броню. Тело Орде отделилось от нижней его части и покатилось по полу.

— Гран, придурок. А что, если бы мы могли продать этого монстра?

— П-прости, Дикс…

Орде оказался разрублен высоким, могучим мужчиной.

Покрывающая большую часть лица чёрная татуировка говорила о том, что этот мужчина преступник.

Несмотря на свои огромные размеры, Гран ловко выскочил из-за спины Дикса и разобрался с угрозой быстрым взмахом двуручного меча. Но даже такая поразительная скорость и сила вызвали у Дикса недовольство, которое не на шутку перепугало Грана.

— О-Орде?.. — прошептала поражённым голосом Виена, бросившись к умирающей боевой тени.

Орде лежал лицом вниз, его броня заскрежетала, рука потянулась к девушке-дракону… ТОП!

Дикс с силой наступил на шлем, раздавив Орде голову.

Лужа крови оказалась под ногой мужчины, тёмная жидкость брызнула во все стороны.

На мгновенье Ксеносы застыли. Но мужчину это не беспокоило. Он сделал несколько шагов к ним даже не бросив взгляд на поверженного монстра.

— Меньше, чем я ожидал… Пожалуй, даже эту штуку использовать не придётся, — пробормотал мужчина в очках. — Какое разочарование.

Уголки его губ снова поползли вверх, когда он посмотрел на застывшую Виену.

— Чёрт с ним… Охота началась!

Охотники взревели, услышав приказ командира.

— Будьте вы все прокляты!!! — крикнула в ответ Раних.

Ксеносы испустили боевые кличи.

Ухмыляющиеся охотники бросились на Ксеносов, навязав им бой.

— А… А!..

Виена не могла двинуться.

Смесь яростного рёва, сталкивающихся клинков и неприкрытой жажды убийства слишком сильно на неё давила. Её товарищи, бывшие с ней приветливыми и добрыми, вдруг стали дикими зверями, полагающимися только на свои инстинкты. Они обнажили когти и клыки, не раздумывая направив их на врагов.

Полилась кровь, в воздухе повисли крики боли.

Арахна опутала нескольких охотников своей паутиной, перьевые снаряды гарпии отлетали от брони, а гиппогриф снова и снова пикировал на охотников сверху.

Люди и зверолюди, которые осмеливались приближаться, становились жертвами Ксеносов.

— ?!

— Ха… хааа!!!

Но и охотники не дремали.

Стоило одному авантюристу получить удар, как из-за его спины, прикрываясь его телом будто щитом, появлялся другой. Они размахивали клинками, использовали своих товарищей как приманку, но хуже всего было наличие у авантюристов магии света, предоставляющей им сверхъестественное исцеление и обжигающей монстров.

Охотники были сильны. К тому же, у них был план на эту битву.

Они не бросались на Ксеносов по одному, зная, что те сильнее обычных монстров. Вместо этого, они наваливались на слабые стороны и давили числом, будто зловещая стая волков. Возможно, это самая древняя тактика охоты на монстров, которую применяли люди, но она была эффективна, и этого было достаточно. К тому же, охотники вынуждали Раних и её союзников терять строй, пытаясь захватить девушку-воивра.

Четверо Ксеносов вынуждены были сражаться, защищая Виену, которая не могла вступить в бой. Со временем, их разводили всё дальше и дальше друг от друга.

— Агх!

Одна из амазонок выскочила из-за своего раненного товарища и, подобравшись достаточно близко, сбила гарпию на землю пинком в прыжке. Почти одновременно с этим заклинание попало в цель и сбило на землю гиппогрифа. Как только он оказался на земле, его безжалостно пронзило несколько копий. Раних так сконцентрировалась на защите Виены от очередного залпа стрел и метательных топоров, что не заметила двуручный меч Грана вовремя, хоть, к счастью, это и стоило ей только потери шлема.

С таким обширным набором оружия и магических способностей, охотники за считанные секунды разбили Ксеносов.

— ОРРРРРХХХХХХХХХХ!!!

— Че…ГЕХХХХХ!

Фомоир неожиданно испустил раздирающий барабанные перепонки рёв и взмахом дубины раскидал охотников в стороны.

Двухметровое тело Фоха возвышалось над авантюристами, сколько бы охотников не пыталось сбить его с ног. Командной работы и стратегии явно было недостаточно, чтобы с ним совладать. В отличии от обычных монстров, Фох читал движения противников, что позволяло ему вовремя защищаться от стрел и направленных в него заклинаний. Фомоир справлялся с одним охотником за другим.

Один из дварфов попытался заблокировать дубину щитом, но уже в следующее мгновенье оказался лежащим на полу лицом вниз.

— Это плохо, Дикс! Здоровяк безумно силён! — отчаянно завопил один из охотников.

Даже впятером накинувшись на фомоира они не смогли с ним справиться.

— Да ладно вам, всего одна зверина.

Наблюдавший за всем со стороны, у входа, Дикс, ответил без особого энтузиазма. Он поднял остриё своего красного копья.

До этого времени бывший наблюдателем мужчина в очках вступил в бой.

— ОРХОХ!!!

Фомоир заметил его приближение.

Раненные охотники расступились, а Фох впился взглядом в приближающегося мужчину. Мускулистые плечи напряглись, Ксенос прицелился в голову человека и махнул дубиной со всей силы.

Удар был направлен горизонтально.

Дубина засвистела в воздухе от вложенной в удар силы.

Атаку, способную обратить его в кусок фарша, Дикс отразил одним отточенным движением древком копья.

— …

Вместе с громким стуком полетели искры.

Тонкое копьё отбросило огромную дубину, заставив удар пройти мимо.

Руки Фомоира были в три раза больше рук охотника, но это не помешало тому отразить удар.

Навык и техника. Безжалостный охотник продемонстрировал способности, которые долго оттачивал.

За мгновение до следующей атаки злобная ухмылка Дикса отразилась в чёрных глазах фомоира.

Дикс использовал инерцию, чтобы проскользнуть за спину противника и оказаться в слепой зоне.

— Однажды, поймав такого здоровенного монстра, я чуть не попался.

Наносивший удар Фох был беззащитен.

Глаза Дикса впились в огромную, мускулистую цель, копьё просвистело в воздухе.

— Ты мне не нужен.

Шин! Острый, металлический звук раздался в комнате.

Алое остриё копья пронзило тяжёлый нагрудник и впилось в тело фомоира.

Фох вздрогнул, кровь брызнула из его рта.

— Фох?! — раздался крик Раних, ведущей свой бой чуть дальше.

Виена могла только стоять и смотреть.

— Грух, оорх!..

Дубина выскользнула из ослабшей хватки.

Посмотрев на кончик пронзившего его копья, фомоир взялся за него дрожащими пальцами.

Когда монстр попытался вытащить оружие, Дикс безжалостно расхохотался:

— Умри.

Охотник одним движением поднял копьё и его наконечник распорол остаток тела Фоха.

Рассечённое тело фомоира рухнуло сначала на колени, потом на землю.

Прежде чем оно с глухим стуком рухнуло, безжизненный взгляд Фоха встретился со взглядом Виены.

Кровь захлёстывала его тело, но он всё же успел поднять правую руку, огромную, покрытую шерстью руку которая вытерла ей слёзы. Мир лишился красок для девушки-дракона.

— …Фох?

Позвала она, от ответа не последовала.

Виена слышала, как арахна сражается с группой охотников, когда слёзы начали застилать ей глаза.

— Орде, Клифф, Фия?..

Рассечённая боевая тень лежала в луже собственной крови, древки копий торчали из тела гиппогрифа, а гарпия лежала лицом на полу, возможно она также была мертва.

Сирена лежала рядом с остальными, её глаза давно стали стеклянными.

Виена позвала друзей по именам, её дух был сломлен.

— Н-нет… Нет!

Льющиеся из янтарных глаз слёзы блестели на бледно-синих щеках.

Её эмоции нашли выход в отчаянном слезливом крике девушки.

— НЕЕЕЕЕЕТ!!!

Она кричала во весь голос, бросившись к рассечённому фомоиру.

Она упала перед ним на колени, не обращая внимания на кровь, и прижала огромную руку Ксеноса к груди. Эта рука больше никогда не сотрёт её слёзы.

Виена не знала как остановить потоки слёз и склонилась над фомоиром, завывая.

— Нет, нет, нет!!!

Отчаянно всхлипывая, она заливала слезами тело фомоира.

Этого не может быть.

Это должно быть сном. Кто-нибудь разбудите меня!

Взмолилась Виена, когда эмоции разрывали её сердце. Но тишина Подземелья не исполнила её желание, реальностью были лежащие неподалёку тела Ксеносов.

Она обхватила фомоира, слёзы не переставая лились из её глаз.

Тёмная тень нависла над Виеной.

— Можешь не волноваться, монстр.

— …

Дикс навис над всхлипывающей девушкой-драконом с хищной ухмылкой.

Он расхохотался, будто ничто не радовало его больше, чем боль в её глазах.

— Тебе всё равно никуда не деться.

Глаза Виены распахнулись шире.

Её капюшон начал сползать. Охотник увидел блеснувший драгоценный камень и махнул древком копья.

Перед глазами Виены всё покраснело. Боль пронзила её тело.

Виена потеряла сознание мгновением позже.

[[image:/storage/reader-images/b5de6dd5586a34ed7bf5c423bb85b6ddde4ae76b.jpg]]
— Гах, Рааавх!..

Даже со сломанными руками и паучьими ногами, Раних сражалась до последнего, пока не достигла своего предела.

В комнате воцарилась тишина. Стало так тихо, что кипевшая битва казалась давно забытым сном. Однако, повреждённый пол и стены могли рассказать только что закончившуюся историю. Если не считать разговоров охотников, в комнате воцарилась тишина.

Раних была поднесена к Диксу, стоявшему у гарпии.

— Пришлось попотеть, но вот… получи!

— ГАХ!

— Ух, больно наверное…

Огромный мужчина, Гран, пнул Раних кончиком ботинка, прежде чем бросить её на пол.

Придавив полученную в бою с Раних рану, мужчина прикрикнул на арахну. Немало охотников вокруг исцеляли раны магией и зельями.

!..

Белоснежные волосы и кожа потерявшей шлем Раних предстали остальным. Лёжа на животе, она осмотрелась.

Виена неподвижно лежала чуть в стороне. Глаза девушки-дракона были скрыты волосами, потому невозможно было понять открыты они или нет. Раних, разглядела несколько синяков на её теле. Охотники били девушку, чтобы проверить, без сознания она или нет. Её роба порвалась во множестве мест, даже чешуйки на её коже были повреждены.

— И когда эти штуки успели стать такими сильными?.. Чёрт.

— Этот фомоир один из верхушки, точно тебе говорю. Наверняка этот отряд один из лучших.

Фох был мёртв. Орде и Клифф также были убиты. Все они уже обратились в горки пепла.

Гарпия лежала рядом с девушкой драконом, она ещё дышала. Глаза были закрыты, а лицо расслабленно. Она тоже без сознания, как и Виена.

Только монстры с человеческими чертами остались в живых.

Раних поняла, что это означает.

Это те самые охотники, о которых предупреждал посланник Гильдии Фелс. Эти люди ловят монстров вроде Виены и продают их на чёрных рынках, чтобы удовлетворить собственную жадность. Арахна знала, что они собираются продать Ксеноса каким-нибудь неизвестным покупателям.

Раних скрипнула клыками, слушая как амазонки и зверолюди переговариваются. Она была зла на себя из-за своего собственного бессилия.

— Эй, вы. Поднимите жопы и заберите отсюда воивра. Новые монстры на подходе.

Дикс раздавал приказы, похлопывая копьём по плечу.

Охотники тут же ему повиновались. Они разделились на две группы, одни охраняли остальных от монстров, появляющихся из стен Подземелья, в то время как другие связывали Ксеносов.

!..

Увидев, что Виену уносят, Раних собрала все оставшиеся силы на кончике пальца.

Указав на девушку-воивра, она запустила в неё ниточку паутины. Обычно арахны используют её для выслеживания добычи.

Раздался взмах копья.

— ?!

— Что это ты придумала?

Красноватое лезвие копья остановило паутину Раних в полёте.

Каким-то образом Дикс обнаружил почти невидимую нить. У арахны перехватило дыхание, когда она увидела взгляд мужчины.

— Паутина… Хотела оставить след? Нет, так не пойдёт.

Мужчина в очках усмехнулся, а Раних взвыла от ярости.

Этот мужчина был умён, хитёр и безжалостен.

Именно эти качества вселяли страх в его товарищей. Он всегда был спокоен и собран, никогда не давал слабину. Раних поняла, что её собратья Ксеносы, Фелс и другие люди с поверхности так и не нашли базу охотников, потому что этот мужчина был за неё в ответе.

Она одарила его наполненным ненавистью взглядом, но Дикс смотрел на неё спокойно, постукивая копьём по плечу.

— Ахххх… Эта хороша. Нельзя расслабляться рядом с ней. Зазеваешься и она тебе палец откусит.

Он поднял голову Раних за волосы на уровень своих глаз и ухмыльнулся.

Улыбка Дикса стала шире, когда лицо арахны исказилось от боли и гнева, отразившись в его очках.

— Эта умрёт здесь.

— !!!

Здесь он и безжалостные присяжные, и судья, и палач.

Охотники собрались вокруг Дикса, отпустившего волосы Раних, и поднявшегося на ноги.

Раних прошиб холодный пот, когда она увидела, как люди достают своё оружие и надвигаются на неё.

— С-слушай, Дикс, а можно мы?

— Можно мы, что?

В этот момент один из людей обратился к Диксу, привлекая его внимание.

Намерения этой группы людей можно было понять по жутким улыбкам на их лицах.

— Мы всё равно её убьём, так почему бы до этого… нам не развлечься?

— …

— Много времени не займёт, точно… П-просто, сам глянь. Не пропадать же добру.

Поначалу Раних не поняла о чём идёт разговор.

Однако, когда на неё снизошло осознание, она содрогнулась от отвращения.

— …Делайте что хотите.

Дикс перевёл взгляд с арахны на ухмыляющихся людей.

Он кивнул подбородком в сторону Раних, и трое мужчин оживились.

— Х-хе-хе… Побудь хорошей девочкой, ладно?

Напряжённое дыхание, извращённые улыбки.

Взгляды, практически пожирающие её тело. Она поняла.

У этих людей фетиш на монстров.

Так называют извращённое влечение некоторых людей к монстрам, особенно гуманоидного типа, вроде ламий и прочих монстров, обладающих людскими чертами.

Большинство людей презирает и избегает их за это.

И сейчас такие люди намерены её осквернить.

Мало того, что они похитили её друзей, они собираются ещё и растоптать её честь.

Дикс и остальные охотники смотрели с явным интересом следили, как к Раних приближалось трое восторженных мужчин.

Кулаки Раних сжались, её сломанные руки дрожали от ярости.

— П-перестаньте!.. Не трогайте меня!!!

— Не дёргайся, ну же. Эй ты, подержи её.

Мужчины игнорировали угрозы Раних, и схватили её.

Израненная арахна, оказавшись против троих мужчин не могла себя защитить. Паучья часть её тела оказалась прижата к земле, мурашки побежали по её коже. Броня была с неё сорвана, открыв авантюристам грудь больших размеров, лишь ткань боевых одежд отделяла её от пожирающих взглядов охотников.

Первые признаки страха стали видны на её лице, когда руки авантюристов начали хватать её всё ниже и ниже.

Мужчины заметили этот страх, и их сердца забились быстрее от садистского удовольствия.

— …

В это самое мгновенье.

Выражение Раних сменилось со страха надругательства над её телом и душой, на нечто зловещее.

Её клыки обнажились, зрачки превратились в щели, а лицо сменилось на лицо яростного монстра.

Она распахнула челюсти и окатила троих людей какой-то жидкостью.

— Гех…ГАААААААААААААХХ!!!

Раздалось три взбудораженных крика.

— Ж-жжётся!..

— Меня разъедает!

— Ха-ха-ха-ха-ха! Ну как ребята, понравилось?

Обманутые игрой Раних мужчины отпрыгнули, испытав ошеломляющую боль.

Их товарищи-охотники содрогались от смеха, наблюдая как трое мужчин прикрывают глаза и бьются в конвульсиях на полу.

Насекомоподобные монстры известны своими ядовитыми атаками.

Во многих из этих ядов содержатся парализующие компоненты, мешающие попавшей в паутину добыче сбежать, Раних использовала куда больше кислотных компонентов, чтобы обжечь цели.

Наблюдатели отпрянули от плотного дыма, поднявшегося от троих мужчин.

— П-ПРОКЛЯТЫЙ МОНСТР!!!

Разъярённые мужчины, попавшиеся на неожиданную уловку арахны, обнажили оружие.

Раних заметила, что показались мечи и улыбнулась.

— …ГАХ!

Три меча пронзили её тело насквозь.

Кровь начала капать на пол Подземелья с их кончиков.

Она же брызнула и изо рта арахны.

Разлившаяся на полу лужа крови ничем не отличалась от людской.

— Агх, ха, ха… ха-ха-ха! АХАХАХАХА-ГАХХХХХ!!!

Крик боли смешался со смехом, превратившись в единый звериный рёв.

Раних, с окрашенными в красный от крови губами, из последних сил взмахнула своими сломанными руками. Даже смертельно раненная, она смогла ударить мужчин, пронзивших её. Они, крича, отлетели.

Дикс присвистнул, увидев, как остальные охотники, с криком схватились за оружие снова.

— Хах! Хааа!.. Я не позволю, вам, ублюдкам, осквернить это тело!!!

Вынудив себя поднять сломанные конечности, Раних, тяжело дыша, закричала во весь голос.

Следившие за каждым её движением охотники отпрянули.

— Даже… после моей смерти, вы его не получите!!!

Рукой Раних пронзила свою грудь.

Дикс и охотники с удивлением смотрели, как Раних схватилась за «ядро», запрятанное в её плоти, и кроваво улыбнулась.

— Гро…с, остальное на…

Эти слова стали её последними.

Она усилила хватку и с треском, который был слышен всем охотникам, магический камень распался.

Кровавая, но по-прежнему прекрасная арахна превратилась в огромную кучу пепла прямо на их глазах. Спустя мгновенье её силуэт различить было уже невозможно.

— …Чёрт, она сама себя прикончила.

Охотники содрогнулись, увидев, как на их глазах монстр избрал свою судьбу.

Кучка пепла на полу всё, что от неё осталось. Она не оставила даже добычи.

Храбрая, но трагичная смерть запомнилась всем, кто её видел.

— Хо-хо… Вот это я называю крутость. Вот это в моём вкусе.

Дикс был единственным, кого такое зрелище нисколько не поразило.

Увидев, что их лидер абсолютно спокоен, его подчинённые один за другим начали приходить в себя, на их лица возвращались улыбки.

Мужчина в очках улыбнулся кучке пепла, останкам монстра на полу.

— Что-то в ней такое было. Единственный, кому позволено что-то со мной делать, это я сам. Я ни от кого не получаю приказов. Может мы бы сошлись характерами, — самодовольно заявил Дикс, несмотря на то что он был нападавшим.

Мужчины-охотники начали усмехаться.

— Тебе ли так говорить? — отчётливо раздалось среди смешков.

Мужчина поправил одной рукой очки и повернулся к остальным, слегка улыбаясь.

— Мы могли бы использовать это место, чтобы привлечь побольше тварей, которые могут быть поблизости, но… не стоит жадничать. Уходим, — отметил Дикс, поднимаясь на ноги.

Трое мужчин с повязками на расплавленной кислотой плоти также оказались на ногах и вместе с остальными охотниками пошли к выходу.

— У нас на руках воивр. Стоит закинуть её на базу.

Повернувшись спинами к пеплу той, что когда-то была арахной, охотники покинули комнату.

Группа преступников продвигалась по Подземелью, безжизненные тела гарпии и воивра лежали на руках охотников.

Одна-единственная слезинка упала из закрытого янтарного глаза девушки дракона, уносимой всё дальше и дальше от своих товарищей.

Прошло несколько часов.

— …оу.

Горгулья приземлилась в комнате, заполненной пеплом.

Взгляд монстра окинул зал, сзади к нему подошли единорог и сереброгрив.

Знакомый нагрудник со сквозной дырой в центре. Огромная дубина. Изорванная роба и набор тяжёлой брони, разрубленной надвое. Каменное тело монстра начало трястись от вида экипировки, лежащей в пепле.

Горгулья прошёл с одной стороны комнаты в другую и протянул руку к кусту с цветами.

Его дрожащие пальцы схватили красный кристалл, который мародёры выбросили при обыске.

Грос держал в другой руке точно такой же кристалл. Он задрал голову к потолку.

— ОООООООООРРРРРРХХХХХХ!!!

Он издал пылкий, монструозный рёв, эхом разнёсшийся по лабиринту.

[[image:/storage/reader-images/a15274570e8575f3eaaf31e85f110d077b183682.jpg]]
— ?..

Я посмотрел себе за спину.

Всё, что меня ожидало это синеватые стены и потолок Подземелья. Расположенные в случайном порядке источники света и повороты в лабиринте, казалось, тянутся бесконечно. Должно быть, неподалёку группа авантюристов, потому что я слышу их голоса из-за ближайшего, поворота.

Я стою посреди коридора, уставившись на землю, по которой шагало множество авантюристов.

Могу поклясться, что услышал что-то… от чего Подземелье только что содрогнулось.

— БГЯЯЯ!

— !

Посмотрев через плечо, я услышал неожиданный рёв, который привлёк моё внимание.

На меня несётся гоблин. Я уклонился от удара низкоуровневого монстра и поднял Кинжал Гестии.

Я в Подземелье, третий этаж.

Я так давно не охотился на верхних этажах, что они стали казаться мне незнакомыми. Когда я только вступил в Паству боженьки, когда у меня был первый уровень, я приходил сюда постоянно. С этого начинались мои похождения.

Я брожу по этажам для низкоуровневых авантюристов с самого утра.

— ГИИИ!

Монстр, как безумный, пытался попасть по мне обеими руками, но я уходил от его ударов, наклоняясь то вправо, то влево.

Движения гоблина были медленными и заторможенными, точнее, такими они казались мне сейчас. Я могу погрузить лезвие в его грудь и сломать там магический камень, точнее, мне так кажется.

Но я не могу заставить себя его контратаковать.

— УУУУГАААХХХ!!!

— !..

Гоблин кричит на меня, испытывая раздражение, от того, что ни одна из его атак не попадает.

Его наполненные яростью глаза впились в меня, от кровожадности меня пробрала дрожь, и моя рука задрожала.

Мои инстинкты, подталкивающие к уничтожению монстра, взяли верх. Кинжал Гестии описал в воздухе дугу.

— ГИА!!!

Фиолетовый клинок пронзил грудь монстра.

Как я и хотел, я разбил магический камень.

Гоблин замер, будто осознав, что его ядро было сломано, прежде чем обратиться в пепел с тихим шелестом.

Я убил монстра благодаря инстинкту, ставшему частью меня.

— …

Я посмотрел на пепел у моих ног.

Среди пепла обнаружился острый зуб.

Это предмет добычи, такой же, как и любой другой. Я слишком долго смотрел на клык гоблина, не в силах заставить себя его поднять.

Я спустился в Подземелье, потому что мне нужно было кое-что понять.

Могу ли я по-прежнему убивать монстров?

Могу ли я на них охотиться и быть в Орарио авантюристом?

Я… могу.

Я убил нескольких монстров за это утро в Подземелье.

Всем я ломал магические камни, обращая их в пепел, прямо как сейчас.

Только вот… я не могу отвернуться от правды, которая всё усложняет, которую ничто не может смягчить.

Не после того, как я встретил Виену.

Я знаю, что монстры, называемые Ксеносами, испытывают эмоции и могут мыслить.

И теперь, когда дело доходит до убийства монстров… я сомневаюсь.

Хоть я и могу сражаться… это происходит не так, как раньше.

Я задумался, смогу ли я когда-нибудь вернуться в Подземелье как авантюрист, которым я привык быть.

Этот вопрос никак не выходит из моей головы.

В сражении с монстром жизнь от смерти отличает одна-единственная секунда. Если я буду сомневаться и дальше, я обязательно умру. И эта смерть придёт ко мне от клыков или когтей.

— ГРУУАХХХ!

— УУУУ!

Несколько кобольдов и подземный ящер спрыгнули со стены, пока я шёл по одному из коридоров. Сжав зубы, я столкнулся с ними в бою.

Небольшая группа напала разом, тело откликнулось мгновенно. Я уклонился от их смертельных атак, а мгновение спустя их предсмертные хрипы ударили мне в уши, мой кинжал разбивал магические камни в их телах.

Не колебайся. Не сдерживайся ради нас.

Слова ящерочеловека звенели в моих ушах, когда я сталкивался с монстром.

Это последнее, что Ксенос сказал мне перед тем, как мы разделились.

Не смей умирать. Я хочу встретить тебя снова.

Наверняка сейчас я был бы совершенно бесполезен, если бы не его слова.

Не умирай, я могу держать оружие благодаря ему.

Потому что он… монстр, надеявшийся, что я выживу и что однажды мы снова встретимся.

— …

Я отвернулся от кучек пепла побеждённых монстров и пошёл дальше. В конце концов, после всех моих раздумий, я так и не нашёл ответа. На сердце всё ещё было тяжело, я побрёл к выходу.

Нужно поскорее прийти к заключению.

Это было бы логичнее всего.

Обычные монстры отличаются от Ксеносов, вроде Виены или Лидо. Даже если я буду мешкать, монстры будут пытаться меня убить. Люди и монстры рождены, чтобы сражаться.

Но ради получения денег… и ради того, чтобы догнать мою цель… можно ли мне их убивать? Можно ли мне сражаться ради личной выгоды?

Я осознал, что у меня нет особых причин, ради которых мне нужно убивать монстров.

Если такие мысли придут ко мне во время работы… долго я не протяну.

— Белл Кранелл…

— Это же Маленький Новичок.

Группа из зверолюдей, полуросликов и прочих полулюдей посмотрела на меня проходя мимо и начала перешёптываться. Я точно слышал свой титул.

Подземелье становится шире с каждым этажом.

Пятый этаж, часть верхних этажей, считается размером с Центральный Парк на поверхности. Может дело в том, что я привык к серединным этажам, но теперь мне кажется, что здесь авантюристы на каждом углу. А может, просто авантюристов низкого ранга слишком много, и люди чаще сталкиваются друг с другом.

Да и слава победы Паствы Гестии в «Битве» с Паствой Аполлона до сих пор на слуху. Люди довольно часто меня узнают.

Впрочем, я действительно брожу по этажу, на котором с моим уровнем быть не положено, причём в одиночку. То ещё зрелище. Каждый раз встречая взгляды авантюристов, я видел замешательство.

Но не мог лишь посмотреть на них в ответ.

Ого, я почти вышел?..

Оказавшись на Тропе Новичков первого этажа я прошёл в проход, соединяющий Подземелье с поверхностью.

Спиральная лестница под Башней Вавил и потолок, расписанный под небесно-голубой цвет. Рядом почти никого не было, утренняя лихорадка кончилась и сейчас слишком рано, ещё обед не настал, чтобы авантюристы возвращались домой. Взгляд сам собой оказался прикован к серебристым ступенькам, я переступал одну за раз.

Одна нога оказывается перед другой, потом повторяется… пока передо мной кто-то не оказался.

— А…

Когда я поднял глаза, я увидел одинокую авантюристку.

Серебряный нагрудник и сабля, висящая в ножнах на поясе.

Длинные светлые волосы, поблёскивающие в свете ламп с магическими камнями, будто искрящийся пустынный песок.

И глаза, золотого цвета, в тон волосам, смотрящие на меня.

— Айз…

Имя девушки, которой я восхищаюсь само собой слетело с губ.

[[image:/storage/reader-images/f6631d8fee858b63ba8af16589f86a15a0257d1f.jpg]]
— …

Светловолосая золотоглазая девушка и беловолосый парень перекинулись парой слов и вместе вернулись на поверхность.

Человек в чёрной робе смотрел на это через поверхность синего кристалла на пьедестале.

— Что-то случилось, Фелс?

— …Нет.

Услужливо ответил Фелс величественному голосу.

Часовня Молитв под главным отделением Гильдии.

Четыре пылающих факела посреди комнаты, которые развеивают тьму каменистого пространства. В самом центре кажущегося древним храма возвышается величественный алтарь, с восседающим на нём, будто на троне, величественным божеством, Ураном.

— Получается, из Вавила они не выходили.

— К несчастью, нет. Те охотники… не было ни единого признака того, что Паства Икелоса проходила через башню.

Фелс кивнул, подтверждая озвученную Ураном мысль.

У Фелса был «глаз», поставленный над проходом, ведушим в Подземелье под Вавилом, сферический синий кристалл, встроенный в одну из резных работ у фундамента Подземелья.

Этот кристалл назывался окулюс, один из двух кристаллов созданных Фелсом Глупцом, ранее известным как Мудрец.

Каждый из двух этих кристаллов способен видеть и слышать. Это единственный существующий магический предмет, способный на связь на расстоянии. Такие предметы очень непросто создать. У Фелса нет нужных материалов, а также для создания требуется мастерство, которого даже Персей пока не достиг. Маг также полагается на свою сову-фамильяра, которую спас от смерти, потерянный глаз которой был заменён вторым окулюсом.

Фелс использовал этот мобильный глаз чтобы приглядывать за преступниками и авантюристами, состоящими в чёрном списке. Также он следил за Виеной, когда она была на поверхности.

Эти способности держатся в тайне от подчинённых Урана, то есть, работников Гильдии, которые даже не знают о существовании Фелса. Игнорируя мелкие стачки и происшествия, маг в чёрной робе наблюдает за Городом Лабиринта много лет, убеждаясь, что Орарио и Подземелье остаются в относительной безопасности.

— Уран, никаких новых новостей. Несмотря на то, что мы знаем своих врагов, отследить их практически невозможно.

Благодаря усилиям Паствы Гермеса, Уран и Фелс узнали, что охотниками, продающими монстров на чёрных рынках, была Паства Икелоса.

Фелс использовал окулюс, чтобы наблюдать за входом в Подземелье во время перехода Ксеносов из одного убежища в другое. Несмотря на постоянное наблюдение, признаков того, что авантюристы Паствы Икелоса спускались в Подземелье, не было.

Охотники оставались незамеченными, будто насмехаясь над стараниями Фелса.

— Раз они не возвращались в Вавил, скорее всего они в глубинах Подземелья или скрываются в Ривире… Впрочем, это кажется маловероятным.

Суть проблемы заключалась в том, что они способны избегать взгляда Фелса, несмотря на это, всё равно пронося Ксеносов на поверхность и продавая их за стены Орарио.

Лишь одно решение приходило на ум.

Маг в чёрной робе отвернулся от синего кристалла на пьедестале и посмотрел на божество, восседающее на алтаре.

Пытаясь говорить спокойно, Фелс высказал то, что думал:

— Наши подозрения, наверняка оправдались… В Подземелье существует другой вход, где-то кроме Вавила.

— …

— Как мы и думали, наши враги, похищающие монстров, скрывают свою базу не на поверхности…

Крак. Факелы полыхнули.

Горящие искорки опустились на каменный пол и молчание повисло в Часовне Молитв.

В тусклом свете Фелс и Уран смотрели друг на друга, не произнося ни слова.

— Что с Ксеносами? — спустя продолжительное время, снова заговорил Уран.

Чёрная рукавица Фелса на мгновенье исчезла в тёмной ткани его робы.

— Кажется они переходят в очередное Тайное Убежище, как и планировалось… Я не получал сообщения от Лидо о том, что они успешно дошли.

Кристалл, подобный формой тому, что стоял на пьедестале был вытащен Фелсом из робы.

Даже на поверхности маг может поддерживать с Ксеносами постоянную связь, благодаря ещё одному набору окули. Этот магический предмет служит важным связующим звеном, которое позволяет Фелсу поддерживать связь с Подземельем, а также передавать задания на расследование и уничтожение аномалий.

Однако, этот окулюс имеет обратную связь, он может связаться со своим парным кристаллом. То есть, Фелсу необходимы кристаллы на обеих сторонах, чтобы связь могла быть установлена. По меньшей мере, это не слишком удобно.

Вся роба Фелса была увешена кристаллами.

Ксеносы получили для использования несколько пар окули, но только у их лидера, Лидо, был кристалл для связи с поверхностью.

Фелс покрепче сжал жёлтый кристалл, вглядываясь в его глубины и удивился.

— Что случилось? — нахмурился Уран, заметив, что что-то нее так.

После долгого молчания маг в чёрном ответил дрожащим голосом:

— Кристалл Лидо потемнел…

Резкий звук рассёк воздух.

Жёлтый кристалл был разбит об пол.

— …Что ты делаешь, Грос?!

Удивлённый и злой голос ящерочеловека разнёсся по Огромному Древесному Лабиринту.

Это случилось в комнате где-то в глубине двадцать четвёртого этажа Подземелья. Монстры различных рас собрались в тёмной комнате, где не было Лампового Мха. Все они были одеты в броню и вооружены, все они были Ксеносами.

Ящерочеловек Лидо и горгулья Грос стояли в центре группы, уставившись друг на друга.

— Зачем ты сломал кристалл?! Теперь мы не можем связаться с Фелсом и!..

— У нас нет причин слушать слова Фелса!!! Нет причин ему повиноваться!!! Мы знаем, что должно быть сделано!!!

Теперь, когда единственный окулюс, настроенный на связь с поверхностью был разбит, Лидо потребовал от Гроса объяснений.

Всё началось с сообщения от группы Гроса.

…Отряд Раних был разбит, Виена и Фия пойманы.

Услышав эту новость Лидо использовал все окули, чтобы собрать всех Ксеносов. Сирена Рэй и остальные лидеры групп повели свои отряды в эту комнату, чтобы поговорить и обменяться информацией. Когда Лидо собирался предупредить о случившемся Фелса, каменная лапа Гроса вырвала кристалл из его руки и разбила его.

— Фелс скажет то же, что и раньше! «Терпите. Держите себя в руках». Хватит!!! Мы терпели гораздо дольше, чем нужно!

Голос пепельной горгульи был гораздо громче голоса Лидо.

Фелс и те, кто был на его стороне, были вынуждены скрывать существование Ксеносов в секрете. Но Гроса больше не беспокоило мнение жителей поверхности.

Он кипел от ярости каждый раз, когда похищали кого-то из его товарищей, а сейчас его ярость не знала предела.

Куски сломанной брони и оружия были брошены к ногам Ксеносов.

Грос вернул остатки убитых товарищей и принёс их с собой.

— Я всё видел!!! Я всё слышал!!! Я видел, что сделали люди, я видел смерть Раних!!!

— !..

Он показал свой кристалл и кристалл Раних.

Какой ироничный поворот, окулюс который дал им Фелс и разжёг чёрное пламя мести в сердце Гроса. После того, как он увидел, как охотники терзают его друзей, ничто не могло унять его ненависть.

И Грос был не один.

Обе фракции Ксеносов, как последователи Лидо, так и Гроса, взялись за оружие.

Грос видел людей в негативном свете с самого начала, но Ксеносы Лидо также не могли не разозлиться.

Глаза грифона налились кровью от ярости, когда он увидел, как умер гиппогриф.

Ламия, завывая, рвала на себе волосы и клялась отомстить.

Тролль бил по земле кулаками, сжав их так крепко, что кровь проступила на пальцах.

Единорог, сереброгрив, алый орёл, металлическая газель… Большая часть Ксеносов пришла в ярость.

Кроме Лидо, единственными Ксеносами, способными трезво мыслить были подавленный гоблин в красном колпаке, скрытая робой сирена Рей и аль-мираж, прикрывшая лапками глаза, в которых стояли слёзы.

— Нам не нужна помощь Фелса! Больше никому мы не позволим себя останавливать!!! Проблема наша и мы решим её сами!

Красные каменные глаза Гроса, сотрясавшегося от ярости, не могли проронить слёз, но он выкрикнул слова монстра.

— Месть!!! Месть за Раних, Орде, Клиффа и Фоха!!! Спасение наших товарищей!!! Жители поверхности должны пожалеть! — взревела горгулья.

Окружающие Ксеносы присоединились, выкрикивая:

— Месть! Месть! Месть!

Комната сотряслась от хора голосов.

Оказавшись среди своего племени, больше не беспокоившегося о том, что рядом окажутся авантюристы или монстры, Лидо вздохнул.

Его покрытые красной чешуёй руки сжались в дрожащие кулаки.

— Убить их всех!!! Убить всех, кто встанет на нашем пути! Уничтожить их подчистую!!!

— Если мы… если мы до этого опустимся… мы будем не лучше, чем похитители Виены и Фии!.. — взревел Лидо сквозь сжатые клыки.

Ящерочеловек выдавил из себя слова, едва сдерживая слёзы.

Пламя в его сердце пылало так же сильно, как и в сторонниках Гроса. Единственное, что позволяло ему увидеть последствия этих действий, были его желания.

— Вы хотите отбросить всё, что мы делали, всё, через что мы прошли?! Вы отбросите мечты наших павших товарищей, забудете о мечтах выбраться на поверхность?!

Его величайшим желанием было подняться на поверхность и мирно сосуществовать с её жителями.

Лидо не мог отпустить это желание. Этот идеал давал ему цель, давал ему причину жить. Он умолял остальных Ксеносов прислушаться к нему и не переступать черту, которую они не должны переступать.

— Есть люди вроде Беллучи!!! Разве вы уже забыли?!

Лидо выкрикнул имя парня, пожавшего ему руку.

— Не все авантюристы, не все люди плохи!

Лидо вкладывал душу и тело в каждое слово, но это было бесполезно.

Ненависть зашла слишком далеко.

Грос тут же парировал его слова:

— Сколько раз тебя ещё предадут, прежде чем ты поймёшь?!

— !!!

— Где все те люди, которые проявляют к нам доброту, сейчас?!

Многие Ксеносы иногда встречали милосердных авантюристов и до Белла. Лидо и его группа ощущала надежду каждый раз, когда это происходило.

Однако, когда наставало тяжёлое время, все эти авантюристы вставали на сторону жителей поверхности.

Они бросали Ксеносов на произвол судьбы.

— Этот парень тоже повернётся к нам спиной! Однажды он нас бросит! Люди и монстры не могут жить в мире!!!

— !..

— Открой глаза, Лидо!

Горгулья назвал желание ящерочеловека несбыточной мечтой.

Лидо не ответил ничего, почти не оказав сопротивления Гросу, оттолкнувшему его в сторону и призвавшего Ксеносов действовать:

— Мы вернём наших друзей, чего бы нам это не стоило!!! Последнее желание Раних не пропадёт напрасно!

Грос расправил свои пепельные крылья и вылетел из комнаты.

В ответ на громоподобный призыв горгульи Ксеносы последовали за ним.

Тридцать монстров были подняты на борьбу.

— Бесполезно, Лидо… Их уже ничто не остановит, — подошла к Лидо сзади Рей.

Лидо топнул, он винил себя за то, что не успел остановить товарищей вовремя.

Сирена прижимала обе своих пернатых руки к груди, будто обнимая себя, в надежде заставить плечи перестать дрожать.

— Будь оно всё проклято…

Ящерочеловек посмотрел на лицо сирены, пытавшейся сдержать гнев.

А потом он посмотрел наверх, будто бы на пейзаж поверхности, которую он никогда не видел.

— Простите Фелс… Белучи…

Извинился он в темноту.

Смерти уже случились. Отступать уже некуда.

Если уже ничто не будет как раньше, по крайней мере он может помочь освободить своих товарищей.

Лидо принял решение. Он позволил своему гневу охватить сердце. Эмоции, которые он до этого сдерживал, поглотили его почти мгновенно.

Ящерочеловека охватило нечто зловещее, он поднял воткнутые в землю меч и ятаган.

— Рей, Летт. Вы со мной. Мы идём с Гросом.

— …Да.

— Понятно.

— Аруру, найди его.

Аль-мираж посмотрела на лишённое эмоций лицо Лидо круглыми глазами-бусинками, переведя их на сирену и гоблина в красном колпаке.

— Они должны были добраться до Убежища. Объясни им что случилось и приведи.

Монстрокролик тихонько кивнул, длинные уши колыхнулись.

Издав писк, аль-мираж запрыгнула на адскую гончую, ожидавшую за её спиной. Она оседлала монстра, будто лошадь и гончая понеслась вперёд. Голубые боевые одежды кролика развевались от скорости.

— Идём.

Лидо и его спутники бросились догонять Гроса.

Толстый хвост ящерочеловека мотался из стороны в сторону, когда он начал разгоняться.

Налитые кровью глаза говорили о том, что он настоящий монстр.

[[image:/storage/reader-images/28a083b57f3c3e4106b6d351ec3399f5af79ee20.jpg]]
— Фальгар, они пришли. Люди Икелоса.

Скрывая свои эмблемы, изображающие походную шляпу и сандалии, небольшая группа людей начала преследовать троих мужчин.

Следя за новоприбывшими, они смешивались с потоком авантюристов Ривиры. Как и всегда, кристаллы сияли на потолке.

Свет проливался на камни, имеющие форму хризантем, указывал на то, что время едва перевалило за обеденное. Авантюристы высшего ранга входили и выходили из небольших зданий на вершине острова в центре большого озера. Многие пользовались услугами баров, отелей и лавок, чтобы продолжать путешествия на более низкие этаже Подземелья и в качестве места для отдыха по пути на поверхность. Благодаря этому в городе процветала торговля, повсюду слышались оживлённые попытки сбить цену между жадными торговцами и местными обитателями.

Крики перерастали в какофонию, смешиваясь с заливистым смехом и спором двух соперничающих Паств, представители которых встретились на улице. Вскоре разгорелась битва, на которую, впрочем, почти никто не обратил внимания.

— Борис!

— А? Что тебя беспокоит?

Вскоре жители города, построенного на скалах между кристаллов, заметили, что происходит что-то необычное.

— Монстры, кажется, взбесились… Что-то не так.

Авантюристы пристальными взглядами осматривали этаж с холма.

Все они разом уставились в одно место, между лесом и равнинами безопасной зоны.

В самом центре этажа, там, где корни Центрального Дерева скрывали спуск на следующий этаж…

— Это же…

Я вышел из Подземелья, небо было таким же ярким, как и обычно.

Солнце прямо над головой, похоже, сейчас полдень.

Я довольно далеко от главных улиц. Множество лавок стоит на этой дороге. Толпа людей собралась у цветочного магазина, в котором работали несколько молодых полулюдей-девушек, не связанных ни с одной Паствой. Несколько соседских детей следило за лавкой, улыбки были на их лицах, как будто они видели перед собой цветочный луг. Я несколько секунд на них смотрел, прежде чем осознал, что не стоит так пялиться.

На какое-то мгновенье, окружённый оживлёнными, мирными городскими звуками я ощутил, будто потерялся на какой-то незнакомой улице.

Прогнав эти мысли из своего сознания, я прошёл мимо и остановился.

— …Прости. Ну, за то, что отнимаю твоё время.

— Всё хорошо.

Мы остановились друг напротив друга, окружённые домами. Только я и Айз.

Во время нашей случайной встречи по пути в Подземелье я её остановил, хоть и знал, что она идёт в Подземелье.

Почему, я и сам не знаю. Но я гоняюсь за ней с тех пор, как начал ей восхищаться, и мне нужно задать ей вопрос.

Разум никак не успокаивался. Айз, должно быть, заметила мои внутренние терзания и предложила пойти куда-нибудь ещё. Покинув Вавил, мы начали искать не самый оживлённый уголок города и оказались здесь, лицом к лицу.

— …

— …

Наши взгляды встретились.

Сколько мы уже стоим вот так, наедине?

Её красота может поспорить с красотой любой богини и эльфийки, смотря на неё можно потерять счёт времени. Её лицо не выражает каких-либо эмоций, и я не могу понять, о чём она думает, но продолжает смотреть мне в глаза.

Я забыл почти обо всём, у меня даже появилась мысль, если бы этот золотой блеск вечно меня зачаровывал…

— …Что случилось?

Медленно произнесла Айз.

Её слова были тяжёлыми, выразительными. Будто её золотые глаза видели меня насквозь. Она будто бы спросила меня. Что-то случилось? Почему ты кажется таким ошеломлённым?

Мои лёгкие будто сдавило. Сердце забилось так сильно, что я это услышал.

Во рту пересохло… Наконец, я смог это выплеснуть.

— Айз…

— …

— Если бы у монстров были причины жить… были чувства, как у тебя или меня, что бы ты сделала?

Я наконец это произнёс.

Если бы ты встретила монстра, который может улыбаться, как люди, беспокоиться о чём-то, реветь навзрыд, как люди, смогла бы ты снова направить на них меч? Я задал этот вопрос мечнице, перед которой преклоняюсь.

— …

Айз прикрыла свои нежные губы.

Несмотря на то, что она явно не понимала, почему я задаю ей такой вопрос, она решила не отвечать первое, что придёт в голову, а задумалась, проанализировала вопрос.

Время шло.

Тёплый летний ветерок пролетел, между нами.

Не сводя с меня взгляда, Айз наконец заговорила.

— Если монстр кого-то ранит… Нет, не так.

Она остановилась на полуслове, покачала головой и дала мне ответ:

— Если кто-то будет плакать из-за монстра, я убью этого монстра.

— !!!

Мои плечи вздрогнули от этих слов. Дыхание перехватило.

Айз ответила настолько уверено, насколько возможно.

Даже если у монстра человеческая душа, она бы сразила его на месте.

Ответ девушки, которой я восхищаюсь, был чётким и суровым. Я застыл.

Сабля Айз безжалостно бы вонзилась в Виену и остальных Ксеносов… воображение нарисовало мне эту картину в памяти.

Я ошеломлённо смотрел на её серьёзное, но не менявшее выражения лицо.

Её глаза будто спрашивали меня:

…А ты разве нет?

— !!!

А ведь точно. Я тоже потерял важного человека.

Дедуля, незаменимый для меня человек, был убит монстром.

И я помню, как плакал, когда это случилось.

Причина, по которой ненависть и желание отомстить за его смерть, не охватили меня, в том что я никогда не видел его тела, и мне было так одиноко, что ненависти просто негде было укорениться.

Я был парализован, осознав расстояние между идеалами и реальностью, между людьми и монстрами.

Моё сердце отбивало бешеный ритм, я видел взгляд Айз.

— Я…

Но в это мгновенье.

В мгновенье, когда меня прошиб пот и я набрался храбрости, чтобы заговорить…

По всему городу разнёсся звон.

— ?!

Мы с Айз посмотрели наверх.

Колокола каждый день звонят в полдень? Нет.

Обычно звонят с востока, но в этот раз колокол звонил где-то на севере. К тому же, тон звона был беспокойным.

Будто посланник был чем-то взволновал.

— Кажется это со стороны Пантеона… Колокола, предупреждающие об опасности?

Бормотание Айз заставило дрожь пробежать по моей спине.

Да, теперь я вспомнил. Недавно я слышал подобный звон.

Когда армия Ракии, Паства Ареса, напала на Орарио звонил огромный колокол над Пантеоном.

Такая тревога используется только в случае чрезвычайной ситуации. Это система предупреждения Орарио.

У меня перехватило дыхание, когда этот звон донёсся до моих барабанных перепонок.

— …Опасность! Опасность!!! Внимание всем жителям Орарио! Вскоре Гильдия объявит Миссию!!!

Будто подтверждая мои опасения, голос, усиленный громкоговорителем на магических камнях, донёсся со стороны главного отделения Гильдии.

По улицам разносился знакомый мне голос полуэльфийки.

— Вооружённые и закованные в броню монстры уничтожили Ривиру на восемнадцатом этаже!!! Подтверждено большое скопление монстров!!!

…Эта фраза стала для меня ударом, опустошившим мои лёгкие.

— Гильдия мобилизует всех авантюристов для уничтожения… Что? В-вы уверены?.. П-понятно.

Когда мой мир будто бы обрушился, объявление было остановлено и после удивлённых возгласов, продолжилось.

— Всем жителям, включая авантюристов, запрещено входить в Подземелье!!! Гильдия свяжется с отдельными Паствами. Оставайтесь в своих домах!!! Повторяю…

Повисшее в воздухе напряжение можно было резать ножом.

Ривира уничтожена?

Вооружённые монстры? Большое скопление?

Лидо и остальные… Виена?

Не может быть. Что нам?..

Волна жара захлестнула мои мысли. Замешательство и страх воцарились в каждой клеточке моего тела, я ощутил холодный пот.

Колокола били по всему городу, перед моими глазами всё поплыло.

Наша повседневная жизнь перевернулась с ног на голову. Зловещая новость стала камнем, создавшим волны по всему городу.

Над Орарио нависла огромная тень.

----------

Паника в городе

[[image:/storage/reader-images/96818495885c1906b5ccfd7f8a4662537f70cefc.png]]
— Слушайте, что я вам говорю! На нас напали вооружённые монстры!!! Ривиры больше нет, она уничтожена!!!

Кричал израненный мужчина.

Он ударил окровавленным кулаком по стойке, оставив красные капли. Секретари и прочие работники Гильдии побледнели, слушая Бориса, действующего главу Ривиры, который, судя по виду, едва смог сбежать.

В Главном Отделении Гильдии воцарился настоящий ад.

Жители Ривиры брели по белой мраморной приёмной к стойкам, после своего побега с восемнадцатого этажа. Большинство авантюристов были измотаны и падали на пол, многие были серьёзно ранены.

Причина, по которой они так сильно изводили себя походом до Гильдии, была очевидна.

Они должны были предупредить людей поверхности об аномальной атаке, которая случилась в Подземелье.

— Они пришли через Центральное Дерево! Множество видов, единственное, что их объединяло это то, что они чертовски сильны!

Таинственные вооружённые монстры с нижних этажей. Эти создания, скорее всего особые подрасы, которые способны сражаться один на один с авантюристами высокого ранга. Они разнесли всё на острове посреди озера, пробив туда путь силой.

Жители Ривиры привыкли к аномалиям, но это нападение началось быстрее, чем кто-либо успел среагировать. Как только внешний периметр оказался прорван, город-аванпост был уничтожен за считанные мгновения. Не в силах сражаться с такими могучими монстрами, жители Ривиры и авантюристы, которые там были, сбежали на поверхность.

Триста тридцать четвёртая реинкарнация Ривиры была уничтожена.

— Какая разновидность? Сколько монстров атаковало?!

— Вас преследовали?! Как далеко они зашли?!

Целители ходили между рядов авантюристов, используя лечебную магию и распределяя зелья, а также перевязывая раны пока секретари пытались их допросить и получить как можно больше информации. Путём расспросов удалось узнать, что происходит аномалия невероятных масштабов.

— П-постойте! Что насчёт потерь авантюристов?!

— Большинству из нас как-то удалось убраться… но кое-кто не успел. И сейчас, они…

Борис нахмурил лоб, рассказав грустную правду. Миша, розововолосая девушка-секретарь, слушала его со слезами на глазах.

— Это очень плохо!..

Понимая, что ситуация ухудшается с каждой секундой, Эйна вернулась после передачи срочного сообщения.

Полуэльфийка грустно взглянула на забитую ранеными приёмную Гильдии.

— О, Тулле, ты вернулась. Нам нужно больше рук, немедленно возвращайся к работе.

— Разумеется, Шеф! …могу я спросить?

Её босс, чинтроп, побежал ей навстречу, но Эйна задала ему вопрос:

— Почему изменили объявление?!

Авантюристам было приказано уйти из Подземелья, они должны были оставаться в своих домах и ждать дальнейших распоряжений.

Время было роскошью, которой не было.

Ривира пала от группы монстров, поднявшихся с нижних этажей. Безопасная зона — это последняя линия защиты Орарио. Без неё Гильдия, нет, все люди, живущие на поверхности, не могут не рассматривать возможность того, что монстры вырвутся на поверхность.

Если это произойдёт, и боги, защищающие Город Лабиринт, проиграют, весь мир окажется в опасности.

Как и в те времена, когда две сильнейших Паствы не смогли убить Чёрного Дракона, провалив Три Великих Задания прошлого, мир, каким его знают, окажется на грани погружения в хаос.

Эйна не могла слепо принять такое неожиданное изменение приказа.

— …Решение принимало высшее руководство.

— Высшее руководство?!

— Да, нам приказали изменить заявление… Босс выглядел не слишком довольным. Если бы я предположил, я бы сказал, что это решение пришло не из собрания глав…

Тонкий зверочеловек намекнул на божество, которое отдало приказ.

Изумрудно-зелёные глаза Эйны округлились за очками.

Не может быть!

— Всевышний Уран?.. — воскликнула она в сердцах.

— Бог Уран! Почему был отдан такой приказ?!

Отчаянно воскликнул круглый эльф, пот покрывал его лицо.

Часовня Молитв, под Пантеоном…

Уран слушал яростную речь занимающего самое высокое положение в Гильдии Роймана Мардила, и ответил, вложив не меньше эмоций:

— Успокойся, Ройман.

— Успокоиться?! Хуже ещё ничего не случалось! Если мы не остановим продвижение монстров, ничто их уже не остановит! Если они прорвутся на поверхность, власть Гильдии и пре-пре-престиж будут втоптаны в грязь!..

Свиное тело Роймана содрогалось, его голос был слишком высоким, от страха.

Старшее божество осталось непоколебимо, ответив главе Гильдии, больше беспокоившимся о потере своего политического влияния.

— Если бы эти монстры собирались подняться на поверхность, они бы пошли следом за авантюристами Ривиры и были бы у дверей Вавила уже сейчас.

— Э-это… хороший довод.

— Я не сомневаюсь в аномальности происходящего. Однако, заявлять, что город подвержен опасности ещё рано.

Уран видел, как облегчение охватывает толстого эльфа, прежде чем развеять оставшиеся его страхи.

— Вдобавок, мои Молитвы не были сломлены.

— Ухххх!..

Лицо Роймана засияло после этого заявления.

Божество, известное как «Отец Орарио», Уран, держал Подземелье в узде «Молитвами» из этой самой часовни. Его невероятно сильная божественная воля позволяет авантюристам зарабатывать в Подземелье, поскольку она предотвращает массовые нашествия монстров.

Уран обладает таким авторитетом, что простые его слова звучат убедительнее тысячи доводов, которые можно было бы придумать. Когда все сомнения Роймана наконец развеялись, он вернул себе спокойствие.

— Отправка множества Паств в бой приведёт к замешательству. Паства Ганеша отправит передовой отряд. В их обязанности будет входить спасение находящихся в Подземелье авантюристов, а также разведка серединных этажей. Отдай приказы.

— Да, сию секунду!

— Дальнейшие распоряжения поступят позже. Исполняй.

— Д-да!

Ройман, стоявший перед божеством на коленях, поднялся на ноги и вышел из часовни.

Он быстро побежал по длинным ступеням, соединяющим часовню с первым этажом, от усердия, с которым он поднимался, его пузо содрогалось.

А когда он почти покинул это место…

— Это было не слишком здорово…

— Согласен.

…тень выскользнула из тьмы в одном из углов часовни, превратившись в Фелса.

Уран стал на порядок серьёзнее, когда маг оказался перед ним.

— Ройман начал действовать прежде, чем мы успели собрать информацию.

— Я хотел бы понять, что случилось и продумать план прежде, чем поднялась паника!..

Вооружённые монстры разных разновидностей атаковали восемнадцатый этаж. Поверив, что это признак скорого прорыва монстров на поверхности, Ройман и остальные члены Гильдии объявили чрезвычайное положение.

Естественная реакция людей, которые не знают о том, что такое монстры в броне. Появления монстров не только серединных этажей, но и глубинных, которые обычно обитают в пределах нескольких этажей, способно в кого угодно вселить ужас.

Уран понимал, что это за группа монстров, но среагировал слишком поздно.

Несмотря на позднее начало, он продумал лучший вариант и попытался предотвратить волну паники, изменив объявление о задании.

— Если мы правы, за этим стоят Ксеносы. Их причины пока неизвестны, но это они напали на Ривиру!..

Чёрная роба Фелса колыхалась. Он не хотел верить в эти слова.

Маг, предпочитающий, чтобы его называли Глупцом, погрузился в молчание, его раздирали внутренние противоречия.

Уран задал Фелсу вопрос, будто задавая его и самому себе тоже:

— Как по-твоему, что случилось, Фелс?

— Скорее всего этот случай и потеря связи с Лидо связаны. Я могу только предполагать, но… атака охотников? А потом что-то заставило их пройти до Ривиры…

— Ярость монстров, так?.. — восседающее на алтаре божество закрыло глаза. — …Мои приказы готовы, готовь своего фамильяра.

— Что за приказы…

— Для начала я скажу Ройману отправить Паству Ганеши на восемнадцатый этаж. Защитные посты по всему городу и у ворот следует укрепить. Участники вылазки должны быть выбраны из наших соратников.

Отправка Паствы Ганеши в Подземелье успокоит общественность и убедит, что элитные воины сдержат монстров и не позволят им нанести серьёзный вред.

Истинная причина, впрочем, заключается в том, что Ксеносы не будут убиты в ходе боёв. Также, это позволит избежать расправ над авантюристами.

Всё уже закрутилось, как управляющая Орарио организация, Гильдия должна реагировать.

Вместе с этим, руководство Гильдии не знает о разумных монстрах. Уран решил отправить своё доверенное божество, Ганешу, чтобы разрешить ситуацию быстро и в строгой секретности.

— Что насчёт Паствы Гермеса?

— Пусть продолжают отслеживать Икелоса и его последователей. Как только все кусочки этой головоломки сложатся, Фелс, присоединись к Пастве Ганеши.

Старшее божество добавило, что он лично отдаст Ройману приказ. Фелс принял инструкции. И когда он собирался уходить…

Уран заговорил не без сомнения в глазах:

— Фелс, включи в отряд Белла Кранелла.

— …Уран, это сли…

— Мы получим свой ответ. Мы должны проверить этого мальчика… Единственного авантюриста, пожавшего Ксеносу руку…

Уран вспомнил события в Убежище Ксеносов, нахмурившись.

— Дитя ли он, попавшее в нужное время и место, человек, танцующий под дудку богов, или может?..

Слова божества эхом разнеслись по тёмному залу.

Фелс кивнул, спустя несколько мгновений, чёрную робу освещало неровное пламя факелов.

— Я понял… и повинуюсь твоей божественной воле.

Маг повернулся и пошёл прочь от алтаря.

Бог сидел неподвижно, оставшись следить за разворачивающимся действием.

Толпа полулюдей заполонила улицу, скрывая от меня огромное здание.

Пантеон, Главное Отделение Гильдии, становился всё больше с каждым шагом, с которым мы с Айз к нему приближались.

— !

Жар и шум, царившие внутри, стали для меня чем-то, вроде пощёчины.

Окровавленные авантюристы, лежащие на полу, другие, гневно кричащие на секретарей за стойками, работники гильдии, снующие туда и сюда.

Мы с Айз не послушали объявленного приказа. Вместо этого мы пошли к Пантеону.

Айз пришла, чтобы разузнать всё, что можно, а я просто не хотел дожидаться дома того, что случится. Я знаю почему был отдан именно такой приказ и прибежал сюда несмотря на то, что мои мысли не улетучились.

— Все эти люди!..

— Да, они из Ривиры…

Я оглядел приёмную гильдии, пытаясь выровнять дыхание. Айз стояла рядом, спокойная, хладнокровная и собранная. Она кивнула.

Информация приходила отовсюду. Жители Ривиры, сбежавшие на волосок от смерти, были здесь размещены, поэтому шум в приёмной стоял невероятный. К тому же, мы с Айз были не единственными пришедшими авантюристами. Немало людей из других Паств, даже несколько богов и богинь пришли в гильдию, чтобы узнать, что случилось из первых рук и от работников Гильдии. Вокруг царила шумиха.

— Так мы ничего не сможем узнать…

Айз права. Найти кого-нибудь в этом хаосе просто невозможно!..

Моя нетерпеливость возрастала, я стиснул зубы, желая сделать хоть что-то. Я потряс головой, не зная, что мне делать. Куда бы я ни посмотрел, я видел окровавленных, израненных и покрытых синяками авантюристов.

Верфольф, прислонившийся к стене с раной на животе. Дварф с раной, начинающейся на голове и тянущейся до самых кончиков пальцев, по лицу которого течёт капля крови. Эльфийка, отчаянно пытающаяся, держать в сознании свою израненную группу.

Это правда работа Лидо и остальных?..

Я не могу на это смотреть.

Я не хочу в это верить.

Я повернулся, собираясь сбежать.

— О… Мисс Эйна!

Пока я поворачивался, я заметил краем глаза полуэльфийку и окликнул её.

Айз повернулась в ту же сторону. Эйна удивлённо подбежала к нам.

— Белл! И мисс Валленштайн!

— Расскажите, что случилось!

Не время для любезностей, я перешёл сразу к делу.

Она хотела что-то сказать, но осеклась, видимо заметив моё серьёзное лицо. Бросив взгляд на Айз она начала говорить:

— Всё так, как я сказала в объявлении. Ривира была уничтожена.

— Что за монстры это сделали?!

— Согласно рассказам авантюристов, они были одеты в броню и несли с собой оружие. Очень злобная горгулья возглавляла натиск, но в бой шли разные монстры… Вроде, единорога, ящерочеловека…

С расширением перечисленного списка кровь отливала от моего лица.

Ошибки быть не может. Правда будто вбила гвоздь в мою грудь.

— Насколько я поняла, Гильдия отправляет Паству Ганеша в качестве ударной группы. Элитные авантюристы всё уладят… Белл, Мисс Валленштайн, наши посланники сообщат вам если понадобится помощь других Паств. Пожалуйста, оставайтесь в своих домах.

Так она попыталась нам сказать, что здесь мы только мешаем.

Кое-как собравшись с мыслями, я нахмурился. Часть меня хочет принять то, что случилось, и смириться с этим, и я пытаюсь убедить себя, что сейчас я попросту не могу сделать ничего полезного.

Я бросил взгляд на Айз. Встретившись взглядами, мы кивнули.

— Я пойду домой… Увидимся.

С выражением, подобающим авантюристке, Айз быстро покинула главное отделение Гильдии.

Я попытался попрощаться так, чтобы Эйна мне поверила, сказав, что вернусь к своей Пастве и повернулся.

Но стоило мне сделать первый шаг…

— …Что?! — неожиданный крик остановил меня и заставил оглянуться.

Миша шептала Эйне что-то на ухо. По её лицу было понятно, что она слышит что-то, от чего у неё шок. Что бы там ни было сказано, Эйна была совершенно подавлена.

Она подняла голову, в её глазах стояли слёзы, и она меня остановила:

— …Подожди, Белл.

[[image:/storage/reader-images/770fe6481cb8dab867a7e7e730ff973645427b08.jpg]]
Весь город стоял на ушах.

— Что насчёт миссии?.. Они же не попросят нас что-то делать, правда?

— Нет, нет. Мы почти ничего не изменим…

— Н-не забывайте, что мы все трое авантюристы высокого класса…

Здание, расположенное в одном из переулков, Синяя Фармакология.

Дафна, Нажа и Кассандра собрались в лавке, также являющейся домом Паствы Миаха. Дафна пыталась доказать, что беспокоиться бессмысленно, девушка-чинтроп просто игнорировала слова Кассандры, начав рыться в шкафах.

— Н-но Даф, я сегодня видела сон о большом чёрном монстре!..

— Да, да, молодец.

— Вы двое, помогите мне закончить, и пойдём разузнаем что случилось…

Их божество, Миах, стоял за металлическими полками, задумчиво слушая разговор своих последователей:

— Вооружённые монстры… Почему-то я не сомневаюсь, что та девушка-воивр стала эпицентром событий.

— Разве эти существа не должны быть дружелюбными, Гестия?..

Дом Паствы Такемиказучи, Домик Соджоурн…

Прошептал Такемиказучи лишённым эмоций голосом, сидя в пустом коммунальном доме.

— Всевышний Такемиказучи!

— Оука, вы вернулись!

Высокий, широкоплечий человек, возглавлявший Паству, поспешил поприветствовать своего бога, остаток Паствы шёл за ним. Такемиказучи вздохнул с облегчением. Его последователи, экипированные оружием и рюкзаками, ушедшие на день в Подземелье, начали наперебой говорить:

— Мы услышали, что происходит в Подземелье. Паства Ганеши говорит авантюристам возвращаться на поверхность.

— Нам сказали, чтобы мы передавали это встреченным группам… в Подземелье поднялась шумиха.

Физически развитый лидер Оука начал, а Чигуса закончила фразу.

— Вот как…, — спустя несколько тяжёлых, затянувшихся секунд кивнул Такемиказучи. После этого он оглядел своих последователей. — Я понимаю, что вы только что вернулись, но нам придётся вернуться в город. Некоторые жители знают гораздо меньше нас. Успокаивайте и придавайте им храбрости. Давайте снизим напряжение в городе.

— Есть! — разом воскликнули люди, повинуясь команде божества.

Такемиказучи грубо поправил волосы, с несколькими прядями по бокам головы, и пробормотав: — Ладно, — вышел в дверь следом за членами своей Паствы.

— Ну и что мы будем делать, всесильная?

Лавка Паствы Гефест на Северо-западной Главной Улице, известной как Путь Авантюристов.

Гефест отвела взгляд от окна в своём кабинете, когда одна из её последователей, женщина с повязкой на глазу вошла с вопросом.

— …Пока делаем то, что говорит Гильдия, — если такая большая Паства, как Паства Гефест начнёт действовать как пожелает, паника может только усилиться.

— Ладненько, — кивнула в ответ Цубаки. — Мне стоит собирать людей? Впрочем, для нас, кузнецов, вряд ли много работы будет.

— Да… Вызывай их домой, на всякий случай. Я скоро туда отправлюсь.

Гефест некоторое время смотрела на Цубаки, после чего вернув взгляд в окно.

снаружи суетились авантюристы. Многие из них волнами шли на Гильдию, будто надвигающийся шторм.

Обдумывая информацию, полученную от божественной подруги, как Миах и Такемиказучи, Богиня Кузницы прищурила не прикрытый повязкой левый глаз, думая о Ксеносах.

— Быстрее! Быстрее!!!

— Нам приказано оставить ворота и другие посты замене! Собирайте всех наших авантюристов в городе!

— Вавил закрыт!!! Выпускайте только возвращающихся из Подземелья авантюристов, не давайте никому проскочить внутрь!

Множество авантюристов перебегали с места на место, оставив посты.

В Орарио поднялся шум, но ничто не могло сравниться с хаосом, воцарившимся в Пастве Ганеша. Посланник Гильдии доставил сообщение о миссии, проинформировав, что восстановление власти над Подземельем — это их обязанность.

Самая крупная Паства Орарио должна была продемонстрировать всю свою силу.

— …

Ганеша хмуро наблюдал, как спешат его последователи, когда к нему подлетела сова.

Фамильяр приземлился на протянутую руку божества, протягивая зажатый в когтях свиток бумаги.

После того как сова снова отправилась в полёт, Ганеша молча погрузился в чтение.

— …Раз ты беспокоишь меня в обеденное время, случилось нечто важное.

Тук-тук. Тук-тук. Высокие каблуки стучали по полу, роскошные серебряные волосы колыхались при ходьбе.

— Признателен, что вы отозвались.

Богиня, обладающая несравненной красотой, шла по длинному коридору, за ней следовал её неизменный слуга. Гигантский внутренний сад дворца остался за пределами зрения богини, вошедшей в двойные двери.

— Что происходит снаружи?

Голос Фреи разнёсся по массивному залу собраний Фольквангра. Её последователи и их командиры были собраны к её появлению.

Четверо полуросликов, грациозные эльф и тёмный эльф, другие полулюди. Коточеловек с чёрно-серой шерстью, Аллен Фромель, отделился от остальных и с поклоном подошёл к богине. Не поднимая головы, он начал рассказывать, что происходит.

— Предоставить всё Ганеше, а самим занять его посты у ворот, говорите?..- серебряные брови Фреи изогнулись, когда она услышала сообщение посланника Гильдии.

— Да. Такой приказ отдала Гильдия.

Это было странно со стороны управляющей Орарио организации. Она начала что-то подозревать.

Но после богиня улыбнулась:

— В такое неспокойное время нам приказано охранять город… Нам настолько не доверяют?

— Даже если причина — это недоверие к нам, она кажется надуманной.

Её слуга Оттар выразил своё мнение, добавив, что смена дозорных на постах займёт время, которого нет, если ситуация срочная.

Последователи Фреи удивлённо смотрели на улыбку богини.

— Гильдия, нет, Уран, хочет что-то скрыть.

— …

— И поэтому планирует держать нас так далеко, как это возможно от ока бури.

Богиня Красоты поняла, как мыслит Уран.

— Пусть будет так, — сказала она, улыбаясь улыбкой, способной очаровать любого смертного или бога. — Может с нас наконец скинут ярмо, которое на нас повесили за уничтожение Района Удовольствий, если мы последуем приказам и выступим защитниками города… Да.

— То есть…

— Да. Вставайте на места детей Ганеши у врат. Один день мы будем защищать Орарио.

Она приказала разделить силы Паствы на восемь групп, поставив по одной у каждых врат. Члены Паствы низкого ранга поклонились и вышли, прежде чем ушли капитаны.

— Я возвращаюсь в мои покои в Вавиле.

— Паства Ганеша никого не впускает…

— Уверена, меня пропустят, если я хорошенько попрошу.

— Мне вас сопроводить?

— Не стоит, Аллен.

Она улыбнулась авантюристу первого ранга, известному как «Вана Фрея», выходя из зала собраний и покидая Фольквангр.

— Оставаться дома? Что за чушь?!

Вервольф злобно взвыл, из соседней с коридором комнаты.

— Быстрее было послать нас, чтобы всех там перебить!!! Какого хрена они отправляют людей Ганеши?!

— Бете, можешь заткнуться?! …Хотя я не понимаю, почему мы должны ждать? Да и объявление было каким-то странным.

Дом Паствы Локи, Сумеречное Поместье.

Командиры одной из сильнейших Паств города собрались в приёмном зале дома, известного высокими, длинными шпилями.

Вернувшаяся из Гильдии Айз присоединилась к остальным. Их богиня, Локи, сидела совсем не как подобает даме на столешнице и следила за обсуждением новостей своими авантюристами.

— А вообще, в какой раз уже Ривиру разносят? Зачем было переполох поднимать?

— Согласна, то, что миссию возложили на целый город, выглядит странно. Монстры с оружием и в броне, что такого-то?

— Я видела объявление о монстрах в броне на доске Гильдии.

Амазонки Тиона и Тионэ разговорились, Айз вступила в их разговор.

Эльфийка Риверия посмотрела на них со своего места в стороне.

— Речь идёт не о естественном оружии, а о используемом авантюристами, что странно для монстров. Есть вероятность, что эти монстры сильнее обычных, к тому же, они организованы.

— Тогда ещё больше причин нас туда отправить!

— Потише, Бете! Эта аномалия как-то аномальнее обычного, судя по слухам…,- дварф Гарет прикрикнул на верфольфа, но нахмурил брови после. — Странно это всё, разве нет?

У Паствы Локи было немало вопросов, но Гильдия больше ничего не рассказывала.

— Ладно, что бы там не происходило…, — вмешался в разговор новый голос.

Все посмотрели на своего командира, полурослика Финна, оставшегося сидеть в кресле.

— …так просто все не закончится, я уверен… Хотя, это только мои мысли.

Он будто укрепил уверенность в своих словах, проведя языком по основанию большого пальца.

Наконец…

Авантюристы обратились к богине, чтобы она раскрыла свою волю.

— Эх. Не люблю я, когда меня выкидывают из событий… Но с тобой согласна, Финн, — её прищуренные глаза слегка раскрылись, а уголки губ поползни вверх:

— Что-то ещё случится. Орарио долго будет кипеть.

Дрожь. Потрясение.

Весь город встал на уши.

— Хе-хе-хе-хе!!! Вот ты и ошибся, да, Дикс?..

Высоко над городскими улицами, в здании с которого открывается вид на город…

— Вот что я называю занятным!..

Икелос хихикал, наблюдая, как в Орарио нарастает напряжение, и все его мысли были обращены к грядущему хаосу.

— Что за чертовщина творится?! — взревел Вельф.

Дом Паствы Гестии, Поместье Домашнего Очага.

Короткие красные волосы молодого кузнеца и его длинный чёрный кожаный жакет тряслись от его взволнованного крика.

— Что они там несут? Вооружённые монстры уничтожили Ривиру?! Значит… те бродяги это сделали?!

— Лили не знает!!! Вся информация проходит через глухой телефон, понять ничего наверняка нельзя!.. — крикнула в ответ Лили, напряжённая не меньше Вельфа.

Харухиме, бледная как призрак, также была в комнате вместе с поражённой Микото. Гестия только что прибежала в поместье и присоединилась к остальным в гостиной.

После чрезвычайного объявления Вельф и Лили оставили Микото и Харухиме в поместье, отправившись собирать слухи по городу. Разумеется, первым делом они прибежали в Пантеон, но он был настолько переполнен авантюристами и горожанами, пытавшимися выяснить то же самое, что людей там оказалось слишком много. В здание попасть они не смогли.

Поскольку идти больше было некуда, они вернулись домой.

— Хааа, хах… Нет смысла… идти куда-то ещё… Вавил закрыт, вместе с Подземельем… Нас всех выгнали!.. Кхах!

Гестия, пробежавшая весь путь на своих ногах, пыталась побороть усталость, хватая ртом воздух и закашлялась.

После того как она навестила Ганешу, она отправилась на свою подработку в башне Вавил. Она была вынуждена уйти из башни вместе с остальными работниками. Рядом с белой башней и внутри теперь могли находиться только ответственные работники.

— Что с городом? Что делают люди?..

— Я бы не сказала, что они заполонили улицы…

— То же самое что и мы. Никто не знает, что грядёт, поэтому никто не знает, что думать.

Лили и Вельф описали общие настроения в городе Микото, оставшейся дома.

Вельф, Лили и Гестия сошлись в итоге на одном слове: беспорядки.

Хаос на улицах не воцарился, но экстренное сообщение подняло волнения среди горожан Орарио. Они слышали звон колоколов, когда армия Ракии приближалась к городу, но никто не знал, как реагировать на то, что никогда не случалось. Многие люди высовывались в окна верхних этажей домов или выходили на улицы, чтобы посмотреть на белую башню. Боги вели себя так же. Некоторые улыбались, наблюдая за развивающимися событиями, в то время как другие погрузились в размышления.

Самые сообразительные из горожан и торговцев предположили, что монстры вскоре могут вырваться на поверхность. Некоторые едва не поддались панике, но быстрые действия Урана и Гильдии не давали городу сойти с ума. Несколько групп авантюристов были направлены в город для поддержания спокойствия, однако, напряжение никуда не делось. Потому боги, которые сами решили помочь в поддержании порядка, также многое сделали.

Множество людей и полулюдей оказалось на улицах и в переулках, обменивалось взволнованными взглядами и пыталось понять, что на самом деле происходит.

— Даже если это они, зачем им было атаковать? Эта их «мечта», должна быть после такого почти неосуществима.

— Что же…

— …Возможно, это как-то связано с теми людьми, которые охотятся на Ксеносов?

Никто не ответил на вопрос Вельфа, потому Гестия предположила, что это дело рук охотников, о которых она слышала.

Что-то случилось с Ксеносами, что-то, что вызвало это нападение.

Лили, Вельф и остальные обменялись напряжёнными взглядами, в их головах пробегали разные мысли.

— Если… если… те добрые Ксеносы действительно виновники нападения…

— Харухиме-доно…

— Что с ними станет?.. Что случился с Виеной-сан? — спросила Харухиме, её голос дрожал, содрогались также её уши и хвост.

Повисла тишина. Лили вынудила себя успокоиться и ответила:

— Если сведения правдивы… и монстры уничтожили Ривиру, то Орарио будет обязано их уничтожить… По крайней мере, придётся прийти к какому-то заключению, — сказала Лили.

Щёки Харухиме побледнели, она чуть не упала в обморок. Микото тут же подхватила ослабшую подругу.

Молчание снова охватило гостиную Паствы Гестии, богиня и её последователи размышляли, каким может быть результат. Теперь, остаётся его только дождаться.

— …Кто-нибудь видел Белла?

— Сударь Белл пошёл в Подземелье. Он сказал, что скоро вернётся…

Гестия осмотрела комнату, Лили ответила ей удивлённым голосом.

Пока все гадали, почему он до сих пор не пришёл домой, Микото повернулась и посмотрела назад. Будто в ответ на её взгляд раздался дверной звонок.

Она подошла к парадной двери и вернулась с куском пергамента.

— Кто это был?

— Посланник Гильдии! Гестия-ками, прошу!

Микото передала богине пергамент, отвечая на вопрос Вельфа.

Гестия распахнула его и погрузилась в чтение. Лили и Вельф, а вскоре и Микото с Харухиме заглянули ей через плечо, чтобы увидеть, что написано самим.

— Объявлено чрезвычайное положение, оставаться в резерве… То есть, получается…

— Мы должны ждать последующих приказов. Оставаться на поверхности и держать язык за зубами!..

В документе был самый необходимый минимум информации о новой миссии Паствы. В то время, как её последователи негодовали, Гестия отреагировала совершенно по-другому.

Её синие глаза распахнулись от удивления, когда она расшифровала узоры, нанесённые по краям пергамента, иероглифы, скрытые на видном месте, и, прочитав, их закричала:

— Белл приписан к группе реагирования и отправляется на восемнадцатый этаж?!

— Он что?! — хором переспросило три голоса.

— А?!

Голоса Лили, Вельфа и Микото прозвучали разом. Харухиме чуть запоздала, её плечи поднялись от удивления.

Подобный пергамент был получен Беллом в день сопровождения Виены, тот который отправил Паству на тайную миссию. Уран отправил ещё одно сообщение так, чтобы никто, даже работники Гильдии, не мог прочесть его раньше Гестии.

— Уран, о чём ты думаешь?..

Выходит, Ксеносы действительно стоят за этим нападением. Прочитав сообщение, в котором говорилось, что Гильдия «одалживает» её последователя, Гестия в этом убедилась.

Я не могу позволить этому случиться! Она бросилась прочь из гостиной.

Догнать Белла, догнать отряд реагирования, отправленный Гильдией.

Удивлённые неожиданном побегом Гестии, Лили, Вельф, Микото и Харухиме медлили всего секунду, прежде чем броситься следом.

Паства Гестии бежала по улице, забыв закрыть дверь в своём поместье.

— Я буду быстро описывать тебе ситуацию, Белл Кранелл. Слушай внимательно.

— Д-да!

Тёмный, подземный коридор с каменными стенами…

Белл следовал за Фелсом по тайному тоннелю, вход в который расположен в Пантеоне.

После того как Эйна отозвала его в сторону, она сказала, что ему приказано прибыть в определённую комнату, одному. Белл не мог ничего объяснить Эйне, а в указанной ему комнате нашёл ожидающего его мага, в чёрной робе. Фелс никак не отреагировал на удивление парня, прямиком проведя его через тайную дверь в проход, который должен послужить Урану путём для отхода, о котором не знают даже работники Гильдии.

Нервы Белла были на пределе, когда маг, очевидно спешивший, начал объяснять ему, что происходит, направляя его по тоннелям в свете магических ламп.

— Информация, которой мы владеем, в лучшем случае косвенная. Сейчас мы не можем определить, что спровоцировало Ксеносов. Единственное, что нам известно, вооружённые монстры захватившие Ривиру силой, это они.

— !..

— Что бы ни случилось, мы должны восстановить контроль за ситуацией.

Фелс продолжил, рассказав, что в лучшем случае, они смогут восстановить порядок и сохранить Ксеносов, но Белл слишком о многом думал, чтобы услышать эти слова.

Мысли о Лидо, Рей, других Ксеносах и Виене не давали ему покоя.

— Ещё одна вещь: Ксеносы не выходили с восемнадцатого этажа.

— А?..

— Мы знаем это, потому что ни один из вернувшихся авантюристов не подтвердил их присутствие на этажах выше Ривиры. Рассказы авантюристов серединных этажей схожи, так что мы можем верить им на слово.

Фелс взглянул на синий кристалл в своей руке.

— Также я думаю, что у Ксеносов есть причина не уходить дальше Ривиры.

— …Что за причина?

— Сейчас я могу предложить только теории. Мы должны увидеть собственными глазами, что произошло.

После этих слов Фелс остановился и повернулся к Беллу лицом.

— Мы включаем тебя в передовой отряд Паствы Ганеша.

— !..

— Я понимаю, что мы почти не знакомы… но, пожалуйста, предоставь нам свою силу, — попросил Фелс, лицо которого было скрыто тенью чёрного капюшона.

Белл ощутил на себе взгляд Фелса, зная, что глаз у того нет, также, как и кожи с мускулами. Он покачал головой.

— Это я должен вас просить. Позвольте мне присоединиться. Я хочу пойти.

— …Я тебе благодарен, Белл Кранелл.

Белл хотел увидеть лично, что бы не ожидало его внизу.

С благодарностью Фелса, Белл сжал кулаки и попытался успокоить бешено бьющееся сердце.

[[image:/storage/reader-images/fda5112121472780f6d4cd8123a03650fc22ca14.jpg]]
— Ну, теперь всё завертелось…, — Гермес провёл рукой по широкой поле своей шляпы с пером и вздохнул.

Он сидел в своей комнате, в доме Паствы Гермеса. За закрытой дверью была шумиха, которую устроили его последователи, пока их строгий командир, Асфи, стояла с мрачным выражением на лице.

— Как там Фальгар и его группа?

— Получили медицинскую помощь и, судя по всему, выживут… но ещё не пришли в сознание.

Как и жители Ривиры, члены Паствы Гермеса, видевшие атаку, получили серьёзные раны во время побега. Небольшая группа была отправлена в Ривиру, чтобы следить за серединными этажами. «Авантюристы Икелоса явились в Ривиру, и тогда напали монстры…» — это всё, что лидер группы успел сказать, прежде чем лишился сознания.

Вздохнув ещё раз, Гермес приказал Асфи убедиться, что раненные находятся в хороших руках, а потом, нахмурившись, перешёл к другой задаче.

— Вовлекать Белла в эпицентр событий… Тут ты перегнул, Уран.

Фамильяр Фелса доставил послание, описывающее миссию. В это послание входил список передовой группы, отправленной в Подземелье.

Гермес горько, почти иронично усмехнулся.

Для его лица это было очень необычное выражение.

— …Это неожиданно. Я предполагал, что ты с радостью можешь бросить Белла Кранелла в гущу событий и посмотреть, как он справится. А я бы предпочёл оставить его в стороне от этого.

Гермес добавил, что в этом его взгляды расходятся с точкой зрения Урана.

Асфи подозрительно подняла бровь, слушая бормотание своего божества.

— Беды воспитывают мужчину… или как-то так? Кажется, Такемиказучи так выражался.

— …

— И правда, чтобы победить беду нужно стать героем, я не спорю… но это гораздо сложнее любой проверки, которую подстраивал я.

Он добавил, что не подчинится такой воле.

Со страхом в голосе Гермес произнёс:

— Одно неверное действие и всё будет кончено.

После этого он надвинул шляпу так, чтобы её полы закрывали глаза.

Божество поднялось со своего места и, наконец, отдало приказ Асфи:

— Иди на восемнадцатый этаж, но не с группой Ганеши. Узнай всё, что сможешь узнать. Не отвлекайся на бесполезные стычки.

— А что насчёт вас, Всевышний Гермес?..

— Я должен быть в другом месте. Есть кое-кто, с кем я должен встречаться в такие моменты.

Гермес замолчал, девушка-чинтроп открыла дверь, будто почувствовала, что сейчас самое время. Харизматичный бог, кивнул своей последовательнице, ожидавшей его, улыбнулся и шутливо сказал:

— Пора привыкать работать. Полагаюсь на тебя… а, точно.

Когда он уже было собирался уйти…Гермес повернулся, будто забыл сказать что-то ещё:

— Я беспокоюсь за Белла. Возьми с собой Айшу.

[[image:/storage/reader-images/a6f2172e3c910d16e5b8c962cf1db6cf80b43c88.jpg]]
— Лю, у тебя посетитель.

Эльфийка Лю повернулась к своей коллеге, Руноа, которая к ней обратилась.

Западная Главная Улица, «Щедрая Хозяйка»…

— Мятерь честная, мя!

— Что слмячилось, мя?!

Две кошкодевушки уставились на прекрасную, длинноногую амазонку-куртизанку, стоявшую в дверях бара.

Лю скептично посмотрела вошедшей Айше Белке в глаза:

— У тебя ко мне какое-то дело?

— Ты занята?

— Посетители разошлись, учитывая, что случилось…

— Тогда поговорим снаружи.

Амазонка смотрела на Лю пристальным взглядом, эльфийка через плечо посмотрела на зал «Щедрой Хозяйки».

Поскольку других дел не было, работницы шумно разговаривали. Лю решила, что их можно предоставить самим себе, и, когда Айша кивнула головой в сторону глухого переулка за баром, пошла за ней.

Лю скользнула взглядом по небольшим окнам, окружающим место их встречи, после чего снова уставилась на Айшу.

Эльфийка и амазонка смотрели друг на друга, прикрытые от солнечных лучей тенью зданий.

— Вся эта шумиха поднялась, потому что пара злобных монстров решила действовать, но они остались на восемнадцатом этаже после разрушения Ривиры. Паства Ганеша формирует ударный отряд, который туда направится.

— ?..

Айша не стал обмениваться любезностями и начала с рассказа о том, что происходит. Лю опасливо нахмурилась.

Эльфийка смотрела в глаза Айши, не отрываясь, и прислонилась к стене здания, в то время как амазонка сложила руки на своей внушительной груди.

— Зачем ты мне это говоришь?

— Просто сую свой нос в твои дела… Кажется, ты как-то связана с Беллом Кранеллом, поэтому я решила, что тебе будет лучше об этом знать.

Айша замолкла всего на мгновенье, а потом наклонилась к уху Лю.

— Этот парень записан в ударный отряд. Скоро он попадёт в очень непростую ситуацию, по крайней мере, так сказал мой бог.

— !

— Откуда я столько знаю? Потому что совершила обращение в Паству Гермеса.

Имя знаменитой Паствы, известной своими навыками сбора информации, было весомым доводом.

Однако, Лю сочла странным, что амазонка решила присоединиться к этой группе, и не могла не спросить:

— Почему именно к нему?..

— У него были свои причины меня принять, у меня свои, чтобы к нему прийти. Им не хватает людей с боевыми навыками, а я хочу убедиться, что первой узнаю, если в этот город отправится определённый камешек.

Паства Гермеса работает как «служба доставки», принимая и доставляя посылки в город и за его пределы. Потому, они не только получают нескончаемый поток информации о сделках, но также в курсе дел чёрного рынка. Теперь Айша может получить доступ ко всему, что хотела бы знать.

Бывшая участница Паствы Иштар легко рассказала, что обе стороны получают, чего хотят.

— Я сразу об этом знала, но мой новый бог довольно хитёр. Я новенькая в Пастве, и поэтому меня не спускают с поводка. Он обманул Гильдию, чтобы там думали, что я не проходила обращение, и поэтому никому не служу.

— …

— И да… Он свою часть сделки выполняет. Поэтому я выполняю свою, когда он просит. В этот раз мне нужно проверить восемнадцатый этаж и прикрыть спину Белла Кранелла.

Айша закончила рассказ, как стала членом Паствы Гермеса и о своём в ней положении.

— …Мы с тобой сопровождали господина Кранелла на восемнадцатый этаж несколько дней назад. С тех пор он вёл себя странно. Существует ли какая-то связь этих событий?

— Нашла кого спросить. Я только записалась, ничего не знаю… Сейчас я всего лишь наёмный громила. Я только что услышала об этом сама, и понятия не имею, почему отправляют Белла Краннела. Больше мне ничего не сказали.

Айша пожала плечами, сославшись на свою позицию Пастве.

Лю несколько секунд молчала. Волнение, которое она испытывала, когда видела, как уходит Белл этим утром заставило её задуматься.

Пока эльфийка молчала, Айша повела разговор дальше:

— Ты же Ледяной Ветер, так? Это ты была с ними в «Битве».

— …К чему ты ведёшь?

— Я не собираюсь рыться в твоём прошлом, — парировала Айша, — просто держи ухо востро. Паства Икелоса в эпицентре событий. Может ты уже об этом слышала, но… по слухам они были в одной упряжке со Злодеями, в то время.

Аура Лю изменилась моментально.

Выражение на её лице было таким же, как и всегда, но ревущее пламя эмоций, которые она держала под замком, заставило её небесно-голубые глаза загореться.

— Злодеи…

Название, которое Лю не может пропустить мимо ушей.

Раньше её знали как Лайон, она принадлежала к павшей ныне Пастве, поддерживающей идеи порядка и равенства. Связь Лю со Злодеями глубока.

Лю сжала свои тонкие руки в кулаки так сильно, что её пальцы побелели.

— Белл Кранелл, кажется, в ссоре с этими ребятами.

— …

— Что скажешь?

На какое-то время повисло молчание.

Пока, наконец, Лю не заговорила:

— Хорошо. Я пойду с тобой.

Её ответ вызвал улыбку на губах Айши:

— Другого я и не ожидала.

Лю видела волнение женщины-воина, которой предстояло сражаться бок о бок с сильной напарницей. Эльфийка и сама взволнованно поднесла руку к груди, пытаясь успокоить разыгравшиеся в ней эмоции.

Бывшая авантюристка решила вмешаться.

— Мне известно, что вход в Вавил был перекрыт. Как вы предлагаете пробраться в Подземелье?

— Про Персея слышала? Я с ней первый раз работаю, но у неё целый мешок с игрушками, в которые ты не поверишь, пока не увидишь.

Вместо прямого ответа Айша напомнила о знаменитой ремесленнице.

Лю вздохнула, разочарованная тем, что задала глупый вопрос, а Айша, ухмыляясь, отметила:

— Нам нужно выдвигаться быстрее.

Лю пошла собираться. Но, прежде чем она успела уйти, она повернулась к амазонке в последний раз:

— Антианейра.

— Да?

— Почему ты заходишь так далеко в помощи господину Кранеллу?

— С меня должок.

— И это всё?

Вопрос Лю вызвал бесстрашную, но вместе с тем очаровательную улыбку на лице Айши:

— Кто знает?

Разговор окончен.

Пара авантюристок разошлась мгновением позже. Лю исчезла в дверях бара, скорее всего, чтобы подготовить экипировку, а Айша пошла в другом направлении, договорившись встретиться с ней в другом месте.

Как только шаги стихли, Силь открыла прикрытый рукой рот. Она слышала весь разговор, находясь за стеной.

— Теперь ты всё знаешь.

Отвернувшись от стены Силь увидела владелицу заведения, дварфийку Мию, стоявшую со скрещенными на груди руками.

Они были в кладовой бара. Небольшое окошко у потолка было приоткрыто.

Это позволило им слышать весь разговор в переулке за баром.

— В который раз это случается?..

Авантюристки второго ранга, безусловно, заметили присутствие Силь, но бывшая авантюристка Мия скрыла себя так, что никто её не ощутил, этому помогли и кошкодевушки, шумевшие в обеденной зоне.

— Я с самого начала знала, что эта девка не подходит для нашей работы. Готовить она не умеет, дружелюбия в ней ни на грамм, и она слишком мягкая. Может дело в её чувстве справедливости, но на месте ей не сидится.

Мия бормотала себе под нос, думая, что Лю в последнее время стало лучше, и посмотрела на Силь.

— Передай ей вот что: если есть другое место, в котором она хочет быть, пусть убирается к чертям из моего бара и идёт туда. Если она постоянно будет так ускользать, станет занозой в заднице.

— …Хорошо. Я ей скажу.

Силь задумалась всего на мгновенье, после согласно кивнув.

— Так… а в этот раз вы хотите закрыть глаза?

Силь задала вопрос мягким, приподнятым тоном, а лицо Мии почернело от злости. Дварфийка издала тяжёлый вздох:

— Сомневаюсь, что сегодня у нас будут посетители, в лучшем случае их будет горстка. Для неё всё равно бы не нашлось работы.

— Да.

— Да и этот парень частенько к нам захаживает… Если перестанет приходить, это будет значить, что мы не сможем кормить кого-то нашей отличной едой.

— И что это значит?

— Это значит, что сегодня я отвернулась и ничего не видела.

Владелица бара скривила лицо, а Силь расплылась в широкой улыбке.

— Огромное спасибо! — довольно сказала она, начав кланяться, когда…

— А ты не забывай, что работы и без посетителей много. Лю куда-то пропала, так что ты будешь работать за троих, — проворчала Мия, выходя из кладовой.

У Силь, оставшейся наедине с собой, улыбка застыла на лице.

[[image:/storage/reader-images/2317ee10aef3d5e4996df6893576a0701666cb71.jpg]]
Щёлк, щёлк.

Будто в резонанс с поднявшейся в отдалённом месте шумихой, раздавались звуки стука по прутьям клетки и звон цепей.

— Дикс!

— Ага, что? Ты помешал, Гран. Я собирался показать этим тварям что значит боль.

Дикс стоял в тёмном каменном зале, вскинув изогнутое копьё наизготовку, а повернувшись, оказался лицом к лицу со своим подчинённым. Огромный мужчина не убрался с дороги, вызвав раздражение у своего командира.

— В-вооружённые монстры показались у Ривиры и уничтожили её… Там всё разгромлено!

— …Подробности?

Красные от злости глаза Дикса уставились на дрожащую гору мышц из-за очков.

Гран пустился в объяснения. Он рассказал Диксу о группе монстров, которая прошлась по восемнадцатому этажу. Также он сказал, что в Орарио объявлено чрезвычайное положение.

— Вооружённые монстры… Слушай, ты же шутишь? Если это правда, добыча сама к нам пришла, — сказал Дикс.

Гран повернулся и заглянул в коридор.

Длинные ряды клеток, выстроившихся в коридоре, напоминали тюрьму. Их размеры были различны, от огромных, до очень маленьких тянулись столько, сколько видел глаз.

В клетках было заперто множество силуэтов, слишком много, чтобы быстро сосчитать.

— Они потеряли терпение? Обозлились на нас за охоту?

— Н-наверняка непонятно, но…

— Зачем им было переходить в Ривиру?.. А, вот оно что.

Отлично разыграно, монстры.

В смешке Дикса слышалась ненависть.

Он прекрасно понимал, что происходит за стенами его базы.

— На что сейчас похожа Ривира?

— …Обломки. Всё так плохо, что Гильдия снарядила отряд, как я слышал, — сказал Гран тихим низким голосом. Если прислушаться, можно было услышать среди рёва монстров беспокойные крики охотников.

— Что, сильно мы лодку раскачали? Похоже зверюги сильнее, чем мы думали.

Его слова могли быть восприняты всерьёз, но улыбка не исчезала с его лица.

Дикс усмехнулся, даже узнав о том, что монстры достаточно сильны, чтобы стереть Ривиру с лица земли. Грана успокоил вид обычного спокойствия и бесстрашия Дикса, и недобрый огонёк в глазах командира. На его лицо снова вернулась улыбка, хоть кожу и прошиб холодный пот.

— Наш божок так и не вернулся. Значит… нам нужно самим что-то придумывать…

Постукивая древком копья по плечу, Дикс повернулся.

Краем глаза он увидел девушку-дракона, скованную цепями на манер жертвы, всё ещё лежащую без сознания и со следами слёз на щеках.

— …Приручить их?! От нас требуют приручения целей миссии?!

Голос молодой девушки разнёсся очень далеко.

Всё внимание города, содрогающегося от волнения, было приковано к Центральному Парку.

Авантюристы и жители, боги и богини. Кольцо зевак собралось у парка, все взгляды были направлены на сильнейших авантюристов, собравшихся в центре, Паству Ганеша.

Ударная группа, приковавшая к себе всё внимание, как раз вооружалась.

— Что это за приказы?! У нас тут чрезвычайное положение, разве нет?!

— Т-так написано в документе, который Гильдия отправила Всевышнему Ганеше, а он передал эти приказы мне… Н-но запретил показывать всем остальным.

— Что с того? Это ни о чём не говорит! Подробности! Подробности рассказывай! Как там тебя… а, чёрт с ним!

— Вы знаете, что я не могу рассказать подробней, Ильта! И меня Модака зовут!!!

Крикнувшей во весь голос была загорелая амазонка с огненно-рыжими волосами.

За минуту до того, как Паства Ганеша отправилась на своё задание, в последние минуты подготовки пришёл приказ от Гильдии, повергший всех в шок. Ничего не объяснив, Гильдия приказала ударной группе приручить монстров, что гораздо сложнее простого убийства. Особенно если учесть, что эти монстры достаточно сильны, чтобы уничтожить Ривиру.

Авантюристка первого ранга, Ильта Фаана, стала центром спора, вспыхнувшего из-за отданного Гильдией невыполнимого приказа.

— А ну попридержи язык за зубами, Ильта! Понять-то просто! Эти монстры владеют оружием, так? Гильдия видит в них огромную ценность, ожидая, что эти подрасы привлекут огромное количество зрителей на Монстроманию, и хотят, чтобы мы привели их живыми, только и всего!!! Чёртовы жадные засранцы! Не время для этого!!! Отправьте вниз меня, и я разметаю их своими огненными смерчами! Гори детка, ГОРИИИИИИИИИИ!!!

— А ну заткнись, Ибли! Тебя оставляют на поверхности!!!

— ЧЁЁЁЁЁЁЁЁЁЁЁ?! ПОЧЕМУ МНЕ НИКТО НЕ СКАЗАЛ!!! СТУПАЙТЕ, ДРУЗЬЯ МОИ, И ОДЕРЖИТЕ ПОБЕДУУУУУУУУУУ!!!

— Прошу всех успокоиться! Ибли, а ты замолчи!!!

Самоназванный «Трескучим огненным шаром» представитель Паствы Ганеша показывал жестами будто колдует своё заклинание посреди парка, подогревая злость Ильты. Остальные лидеры, включая Модаку знали, что сейчас не время давать эмоциям волю, впрочем, было бы ещё хуже, если бы здесь был их бог, и воззвали к рациональности ряды авантюристов.

Взволнованный и нервозный шёпот воцарился среди толпы горожан, наблюдавших за происходящим вне Центрального Парка.

— Ильта, расслабься. Остальных это тоже касается.

— Но, сестра!..

— П-прошу прощения, командир Шакти.

Хаос прекратил голос командующей Паствы Ганеша, Шакти Вармы.

Синеватые волосы, обрезанные ровно по шее, придавали ей интеллигентный вид. Она была высокой, её рост был около ста семидесяти сантиметров, и за ней заслуженно закрепилась репутация красавицы. Её длинные ноги были одеты в металлические ботинки, а руки защищали стальные рукавицы громадного размера, указывая на то, что она предпочитает рукопашный бой. Ей был дарован титул «Трость Ганеши, Анкуша», и она располагается среди авантюристов людей первого ранга рядом с Принцессой Меча.

Амазонка Ильта обратилась к ней, как к сестре, признавая её силу, и замолчала из уважения к ней, как к бойцу. Остальные авантюристы склонили перед ней головы, а сама Шакти бросила взгляд на Модаку.

— Что передало наше божество Ганеша?

— С-следовать приказу Гильдии…

— Вот как, — ответила она, оставшись единственной спокойной авантюристкой среди своей Паствы. Она прикрыла глаза.

Открыв их мгновение позже, Шакти повернулась к подчинённым и объявила:

— Мы приручим этих монстров. И вернём их на поверхность живыми.

— Сестра, ты уверена?!

— Мы служим богу всех людей, Ганеше. Мы в него верим и будем следовать его слову. Я не права, Ильта?

Дрожь пробежала по спине амазонки, ощутившей на себе строгий, незамутнённый взгляд. Распахнув глаза, амазонка в ответ могла только кивнуть.

Восхищаясь непоколебимой верой лидера в их бога, остальные члены Паствы Ганеша успокоились.

— Мы скоро выдвигаемся. Будьте готовы! — ледяной тон Шакти рассёк воздух будто хлыст.

— О-ого…

Слушая голоса со всех сторон Центрального парка, Белл прикрыл рот рукой, чтобы сдержать вырвавшийся вздох.

Поверх его брони была надета длинная роба, а на плечи накинут рюкзак, подобную экипировку обычно носила Лили, отчего сейчас он выглядел, как помощник.

Он был далёк от взволнованных горожан, чтобы увидеть его отправку с Паствой Ганеша, и уже смешался с уходящей ударной группой.

— Всевышний Ганеша сказал, что ты можешь помочь в определении причин инцидента, так что выбора нам не дали, но… держи голову опущенной, Маленький Новичок. Я сказала, что ты всего лишь помощник всем, кто тебя заметил, но не выделяйся. Если Ильта узнает, что ты здесь, всё станет гораздо сложнее, — шепнул Модака на ухо Беллу.

— П-понятно… Простите, — рефлекторно извинился Белл.

Когда члены Паствы Ганеша наконец выдвинулись, тихий голос прозвучал над левым ухом Белла, будто бы с пустого места:

— Приручить, как мы и просили. Бог Ганеша серьёзно к этому отнёсся.

— Фелс…

— Ударная группа сохранит твоё присутствие втайне. Держись с ними до восемнадцатого этажа.

Этот голос принадлежал Фелсу. Маг был одет в вуаль, дарующую невидимость, подобно шлему, который был изготовлен Асфи. Никто не видел мага в чёрной робе.

Белл получил своё снаряжение, как только выбрался из тайного прохода ведущего к башне из Пантеона и смешался с помощниками. В то время, как очень бросающийся в глаза и подозрительный маг, на подходе к Центральному Парку растворился в воздухе, надев вуаль.

— Время выдвигаться. Я войду в башню первым.

— Хорошо.

Маг отправился в Вавил, избегая столкновений с другими людьми. Белл едва-едва ощущал присутствие Фелса, наблюдая как лёгкая рябь растворяется в воздухе, когда…

— Белл!

— Сударь Белл!

— Белл!

— !

Кто-то окликнул его по имени, и он ощутил руку на своём плече.

Он повернулся и заметил Гестию, Вельфа, Лили, Микото и Харухиме, продирающихся сквозь толпу.

Члены Паствы Ганеша, стоявшие кольцом вокруг Вавила, чтобы толпа не нахлынула на башню их отталкивали, а они отчаянно звали парня по имени.

— Почему вы тут?.. — удивление Белла длилось не больше секунды.

Заметив волнение в глазах друзей он показал волю и решительность своим взглядом.

Я иду вниз. Пожалуйста, отпустите меня.

Лили и Вельф выглядели раздражённо, явно желая что-то сказать. Микото и Харухиме испытывали примерно такие же эмоции. Они не могут ни присоединиться к нему в этом походе, ни отговорить его.

Гестия встретилась с Беллом взглядами, под крики толпы.

…Будь осторожен, понял?

…Буду!

Это не потребовало слов.

Богиня, отбросив свои страхи, предложила ему поддержку. Парень ответил уверенным кивком.

— Выдвигаемся!!!

Жители восторженными криками приветствовали отданный Шакти приказ.

Гестия и её Паства смотрели, как Белл проходит через врата Вавила вместе с остальной ударной группой.

— Айша! Насчёт того, что с нами пойдёт Лайон ты ничего не говорила!

— Подумаешь, позвала ещё одну, что тут такого? Ты сама знаешь, что она сильна, не кипятись ты так.

— А теперь скажи-ка мне, как бы сработал наш план, если бы у меня не было запасной Головы Аида?..

— Андромеда, Паства Ганеша выдвинулась. Нам нужно спешить.

— ~~~~~~~~~!!!

Под раскидистым деревом рядом с центральным парком подальше от ликующих масс разговаривали человек, амазонка и эльфийка.

Издав неподобающий молоденькой девушке рык, Асфи передала магические предметы Айше, вооружённой огромным деревянным мечом и Лю, одетой в свой обычный плащ с капюшоном. Они исчезли с глаз, растворившись в воздухе, как только артефакты оказались у них на головах и прошли мимо авантюристов Паствы Ганеша, ограждавших парк от обычных людей.

Ксеносы… Виена.

Ударная группа следовала приказам, маг в чёрной робе, незваные гости и беловолосый парень проходили через врата башни с разными мыслями в головах.

Они шли в подземелье под чистым голубым небом и взглядами одобрительно кричавших горожан.

----------

Мечты монстров

[[image:/storage/reader-images/79bca5ff5b2e06eb82828061e4edb0a22e56c406.png]]
Расколотая и сломанная кристальная колонна поддалась и рухнула на землю.

От деревянным строений и палаток остались одни обломки, повсюду валялись сломанные останки устройств с магическими камнями. Город авантюристов лежал в пыли и осевшем дыме.

Подземелье, восемнадцатый этаж. Последнее Убежище.

На большом острове посреди озера на западной стороне этажа лежали останки того, что раньше было Ривирой.

Каменные стены и кристаллы у северных врат были попросту сметены, признак огромной силы атаковавших. В разрухе, тут и там, виднелись синие и белые кристаллы. Земля была усеяна сломанным и погнутым оружием, а также каплями крови. Ривира была разрушена несмотря на отчаянные попытки её завсегдатаев и простых авантюристов сопротивляться.

Дым поднимался небольшими столпами над городом-оплотом Подземелья, совершенно не похожим на себя.

— Что вы сделали с моими родичами?! Отвечай, человек!!!

Грубый голос монстра, говорившего на языке поверхности, раздавался среди обломков.

Каменная горгулья пепельного цвета, расправив огромные крылья, нависла над авантюристом, лежащим на земле с переломанными ногами на одной из покинутых улиц.

— А…че?! О чём ты говоришь, зверь?.. Я не понимаю!..

Мужчина был одним из немногих авантюристов, не успевших вовремя отреагировать на атаку монстров. Он охал от боли, его ноги кровоточили. Со слезами, стоящими в глазах, он выкрикивал ответы зловещему монстру, пытаясь доказать, что слова монстра лишены смысла.

Кровь капала с каменных когтей горгульи, Грос обнажил свои клыки.

— Не держи меня за дурака! На тебе кислота арахниды!!!

— ?..

— Воля моего родича говорит, что ты виновен!

Лицо человека исказилось, переполняемый яростью Грос проорал эти слова.

Дело было не в том, что он не успел сбежать вовремя, в отличие от остальных авантюристов. Грос и другие Ксеносы не дали ему сбежать.

Этот авантюрист из Паствы Икелоса, он один из охотников, напавших на группу Раних. Он отделился от остальных, чтобы запастись средствами от кислотных ожогов, и оказался в Ривире после завершения охоты, смешавшись с людьми, скрываясь от законов поверхности.

Ядовитые испарения кислоты арахны привели Ксеносов в Ривиру, подобно паутинке, которую та хотела оставить. Одной из своих целей, она добилась.

Монстры обладают особой чувствительностью к запахам и без труда находят источник.

Уничтожение Ривиры было направлено не только на поимку последователей Икелоса, но и символизировало насколько силён гнев Ксеносов.

— Отвечай на вопрос!!! Куда вы забрали моих родичей?! — не переставал кричать Грос, остальные Ксеносы обступили авантюриста и монстра плотным кольцом.

Отчаянье и ужас охватили мужчину, услышавшего десятки оглушительных, яростных рыков.

Ещё два охотника, отделившиеся от группы вместе с ним, были убиты когда началось нападение на Ривиру.

Когти и клыки разъярённых Ксеносов разорвали их на части. Их разодранные окровавленные тела можно было увидеть за пределами кольца монстров монстров.

Не знавший как сохранить надежду на спасение, мертвенно бледный дрожащий мужчина начал улыбаться:

— ХА! ХАХАХАХАХ!.. Даже если я расскажу вам это не поможет, потому что вам никогда туда не попасть!..

Он пытался казаться храбрым и играть со своми тюремщиками, но Грос безжалостно вонзил когти в его плечо и смех мужчины превратился в крик боли, кровь брызнула из новой раны фонтаном.

— ГОВОРИ!!! БЫСТРО!

Горгулья наклонился, его клыки, были готовы впиться в кожу мужчины в любое мгновенье.

Грос выглядел слишком жутко, и мужчина тут же сдался. Но вместо того, чтобы заговорить, единственное, что он смог сделать, это вытянуть правую руку и указать.

Дрожащий палец указывал направление в другой стороне от островного города, к лесу, который простирался на востоке.

— Лес?.. Где в лесу?! Говори сейчас же!

— В-восточный край этажа… там дверь!..

Грос угрожающе взглянул на мужчину, лицо которого превратилось в месиво от обильных рыданий и всхлипов.

Ксеносам знакомы многие Фронтиры, вроде Скрытых Убежищ, а также короткие пути, о которых неизвестно авантюристам, но никто из них не слышал о существовании двери на восемнадцатом этаже.

Грос взревел, надеясь узнать больше, но…

— Как я и сказал, у вас нет ни одной этой штуки, так что внутрь вы не попадёте!..

— Объясни!!!

— Бесполезно!.. Просто сдайтесь!..

Ответ мужчины дал понять лишь одно, что в допросе больше нет никакого смысла.

Горгулья с ледяным выражением на лице издал яростный клич и, посмотрев на бесполезного охотника Паствы Икелоса испепеляющим взглядом, опустил когти.

Игнорируя покатившиеся по полу руки, Грос повернулся к остальным Ксеносам и заговорил.

— На восток! Житель поверхности сказал, что они держат наших товарищей на восточном краю этажа! Найти их!

Услышав отданный среди остатков города приказ, монстры взревели и повиновались.

Они побежали кратчайшим путём прямо на восток. Способные летать Ксеносы просто перелетели окружающие Ривиру заборы и понеслись к цели.

— …Грос!

Горгулья собирался присоединиться к своим летающим собратьям, когда его окликнул Ксенос.

Он повернулся и посмотрел в указанном другим монстром направлении, на южную часть этажа.

— Это же!..

Группа авантюристов вышла из тоннеля, соединяющего этот этаж с семнадцатым.

— Ривира!..

Белл увидел столпы дыма, поднимающиеся с западной части этажа, когда вышел из тёмного каменистого тоннеля.

Ударный отряд прошёл по Подземелью с головокружительной скоростью и явился на восемнадцатый этаж в рекордные сроки. Элитные воины Паствы Ганеша в одиночку устраняли целые орды монстров на пути, пока Белл едва успевал просто бежать за ними, с рюкзаком помощника на плечах.

Оказавшись на восемнадцатом этаже, группа из тридцати человек тут же перешла к активным действиям.

— Командир, приказы!..

— Сестра, вон там!

Амазонка Ильта прервала Модаку, указав наверх.

Несколько тёмных теней хлопали крыльями почти под самым потолком, освещаемым светом кристаллов.

— Крылатые монстры… в броне.

Шакти не могла поверить своим глазам.

Монстры были одеты в защитные пластины и другие элементы брони. Согласно полученной информации, эти монстры атаковали Ривиру, и задачей авантюристов было их приручение.

Сильнейшие авантюристы Паствы Ганеша присмотрелись к тому, что происходит, Белл, начавший волноваться сильнее, вышел из тоннеля. Группа пошла на перехват монстров по редкому лесу, и наконец ступила на огромную равнину.

— !.. там, на равнине, другие монстры!..

— Те, что в броне идут на восток… в лес? Зачем им это?

Монстры в броне из Ривиры, находящейся на западном краю этажа бежали на противоположную сторону, мимо Центрального Дерева.

Паства Ганеша увидела группу монстров, превосходящую их числом, бегущую по равнине.

Почему монстры, уничтожившие Ривиру, бежали в лес, авантюристам оставалось только гадать.

— Сестра, что скажешь?

— …Делимся на две группы. Момонга, веди часть наших к Ривире! Найдите выживших!

— Да, мэм! Но вообще-то, меня Модака зовут!

— Остальные со мной! Мы последуем за монстрами в лес!

Молодой человек, имя которого снова исковеркали, повёл группу из пяти авантюристов, отделившихся от основных силы Шакти в лес. Белл на мгновенье замешкался, не зная в какую сторону ему бежать, когда…

— Идём в лес.

— Фелс!

— Ривира сейчас город-призрак. Лидо был среди монстров, бегущих на восток.

Невидимый Фелс передал Беллу информацию.

И он был прав, Белл также видел ящеровоина среди бегущих.

Видел он также сирену и горгулью, среди летающих монстров. А по земле бежали также ламия, тролль, единорог… все, кого он видел тогда в пещере.

Осознавая правду, Белл ощутил, как его сердце забилось сильнее чем раньше. Поначалу он обрадовался, что не увидел среди бегущих девушку-дракона, но эту радость почти мгновенно заменило беспокойство.

Глубоко вдохнув, чтобы справиться с эмоциями, Белл кивнул и последовал за большей группой авантюристов. Размахивая руками, он побежал так быстро, что роба развевалась за ним будто флаг в мощнейший шторм.

Плотный тёмный лес тянулся с южного края этажа до восточного, покрывая его огромной лиственной шапкой, в этом месте можно было бы разбить идеальный портовый город, если бы в Подземелье был океан. Этот лес огромен, он покрывает больше пятой части Последнего Убежища. В сравнении с южными частями этажа, на востоке и юго-востоке лес гораздо зеленее, а деревья заметно выше.

На обнажённых корнях деревьев растёт мох. Кроны деревьев формируют плотную завесу листьев над головой. Чистые голубые ручьи протекают между деревьями. Вдалеке слышен звук падающей воды. Поблёскивают белые и синие кристаллы, такие большие, что их, по ошибке, можно принять за короткие мечи. Но сейчас вся эта красота проносилась мимо. Белл так сконцентрировался на следовании за группой авантюристов, что даже не знал, поспевает ли за ним Фелс.

Неожиданно Шакти, не сводившая взгляда с крылатых монстров над головой, подняла руку. Это было сигналом для остальных. Они взяли курс на перехват целей. Долгожданная стычка должна было вскоре начаться.

Белл приготовился к столкновению, но, прежде чем он приблизился к монстрам, его внимание отвлекло нечто другое.

— А?..

— Это что за чертовщина!..

Паства Ганеша услышала яростный рёв впереди, и её члены увидели, что монстры схватились в смертельной схватке.

— Они сражаются друг с другом!..

Командир Паствы Шакти, амазонка Ильта и остальные удивлённо наклонили головы, пытаясь понять, что происходит.

На сама деле, понимали, что здесь творится, только Фелс и Белл.

Ксеносы, цель как для людей, так и для монстров, подверглись нападению.

С первого взгляда Белл не смог увидеть в монстрах, безжалостно разрывающих своих врагов тех, кому несколько дней назад он пожимал руку. Они сильно отличались от самих себя. Они разрывали противников, багбиров и бешеных жуков так, будто их охватила непреодолимая кровавая ярость.

Белл смотрел на это из-под капюшона дрожащими глазами, как вдруг, один из Ксеносов заметил, что они здесь не одни.

Неожиданно Ксеносы испустили новый клич и бросились в бой.

— ?!

Битва разгорелась прежде, чем Белл и Фелс успели прийти в себя.

Увидев людей, Ксеносы взревели от ярости, их налитые кровью глаза пульсировали от желания отыграться на новоприбывших.

— За мной, мои воины!!!

Шакти командовала со спокойной решимостью, Паства Ганеша поддержала её боевым кличем.

Повсюду слышались стуки мечей.

— Сестра! Мы должны всех до единого здесь приручить?

— Только особых! Приручаем тех, кто носит броню!

Без предупреждения сражавшиеся между собой монстры дружно бросились на авантюристов.

Помощники рылись в рюкзаках, протягивая авантюристам кнуты, пока Шакти отдавала приказы.

Их цели легко отличить. Монстры, сражавшиеся только когтями и клыками, очень сильно отличались от тех, кто закован в броню и вооружён сталью. И эти отличия вопросов не вызывали.

Но, помимо прочего, монстры в броне были сильны. Даже если бы они не носили брони, авантюристы ощутили бы разницу с первых же ударов.

Багбиры и бешеные жуки падали от ударов кучами, чего не скажешь о вооружённых монстрах. Члены Паствы Ганеша с удивлением обнаруживали, что их удары снова и снова отбиваются.

— Фелс!..

— ОРХООООО!

— …ГАХ!

Белл оказался разделён с Фелсом потоком врагов. Ему пришлось постараться, чтобы удержаться на ногах. Не имея времени на то, чтобы достать кинжал, он наклонился, подпрыгнул и, пытаясь избежать столкновений с когтями и клыками, был вынужден защититься нарукавником.

В лесу закипела трёхсторонняя битва.

— Ребята из Паствы Ганеша проигрывают.

…Три пары глаз наблюдало за боем неподалёку.

Айша, Лю и Асфи скрывшись за крупным кустом наблюдали за ходом битвы.

Они следовали за Беллом всё это время, оставаясь достаточно далеко, чтобы их не заметили. Неожиданная битва уже началась к тому моменту, как они подоспели.

— Вооружённые монстры… сильны. Некоторые сильнее остальных, но все они не новички в бою.

— Да, от взгляда на них кровь закипает. Удачи в приручении. Хотя, похоже, что «Анкуша» и остальные главы сдерживаются…

— Не удивлюсь, если этих монстров вообще невозможно приручить.

Асфи тихонько заговорила, стоящая рядом с ней Лю сняла шлем, возникнув будто из ниоткуда.

В Пастве Ганеша больше авантюристов первого ранга, чем в любой другой Пастве Орарио, всего их одиннадцать. Все они достигли только пятого уровня, но могут без особых препятствий путешествовать по глубинным этажам, отчего считаются одной из самых выдающихся Паств города-лабиринта.

Ударная группа состоит из тридцати авантюристов третьего уровня и выше. В первоклассных авантюристах также нет недостатка.

Однако, они скованы приказом приручить монстров в броне по рукам и ногам, отчего Паства Ганеша не может сражаться в полную силу. А хаос трёхсторонней битвы ставит их в очень плохое положение.

К тому же, очень серьёзной оказалась сила закованных в броню монстров.

По крайней мере трое из них, горгулья, сирена и ящеровоин, продемонстрировали, что способны сражаться с лучшими авантюристами ударной группы один на один и даже выйти из таких поединков победителями. Каменные крылья, мгновение назад служившие щитом, превращаются в оружие, мощные звуковые волны поражают авантюристов сверху, а меч и ятаган движутся так, что даже первоклассные мечники не могли бы противостоять этим ударам. Кроме Шакти все авантюристы были вынуждены перейти в защиту, чтобы какая-нибудь контратака их не прикончила.

Имевшая доступ ко всей информации, Асфи знала о существовании Ксеносов. Она спокойно наблюдала за происходящим издалека.

— Айша, Лайон. Не вступайте в ненужные схватки. Если мы попадёмся, проблем у нас возникнет больше, чем нужно. Мы должны собирать информацию и прикрывать Белла Кранелла…

Шух. Лю поднялась прямо во время речи Асфи.

— Я иду помогать.

— Стой, Лайон!

Эльфийка с обострённым чувством правосудия не могла смотреть, как страдает Паствы Ганеша.

— К тому же, мы потеряли господина Кранелла из вида. Я буду сражаться и искать его.

— Не слишком ли ты его опекаешь? Это дитя может за себя постоять, когда прижмёт.

— Это ты привела меня сюда только ради его защиты… Думаешь я поверю, что ты останешься в стороне?

— Хах, так ты поняла, что я тоже иду.

Проигнорировав раздражённый вздох Асфи, Айша подняла толстый деревянный меч и закинула его на плечо.

— Х-хотя бы шлемы не снимайте! Двигаться невидимыми будет легче, и вы будете прикрыты!..

— Я испытываю отвращение к уходу от битвы. Трусливые тактики мне не подходят.

— Мне тоже этот шлем не нужен. Шлемы и броня сковывают движения, разве нет?

Очки Асфи чуть не упали с лица, когда она это услышала. «Постойте!!!» крикнула она, в отчаянной попытке остановить скинувших на землю Головы Аида Лю и Айшу. Боевая одежда зашелестела, девушки бросились в битву.

Магические предметы, сделанные Персеем, стоящие сотни тысяч валис, одиноко лежали на земле.

— Вот же…

Асфи тут же их забрала. Ремесленница, работа всей жизни которой была отвергнута, не сняла Головы Аида и осталась невидимой.

[[image:/storage/reader-images/e4caa587a35e5f5dd4243dda952bdd2c5a12e46f.jpg]]
Яростная битва между жителями поверхности и монстрами разгоралась всё сильнее.

Из-за требования приручить врагов авантюристы сдерживались, в то время как монстры обрушивали на них всю свою ярость.

Вооружённые монстры, даже гуманоидные, были охвачены жаждой крови.

Они скрыли свои обычно приятные черты и дали волю, бушевавшей внутри ярости, превратившись в озлобленных зверей. Их зрачки превратились в вертикальные полоски, и они не давали авантюристам продохнуть, не переставая атаковать людей.

— !!!

— Гах!..

Амазонка Ильта рухнула на колено, приняв звуковой удар от парящей в воздухе сирены с золотыми крыльями. Амазонка могла достать ударами кулаков и ног до сирены, но удары сирены также причиняли вред её соратникам. Ильта не знала, как противостоять такому стилю боя и получение раны авантюристкой было вопросом времени.

Сирена хлопнула крыльями, запустив в Ильту поток острых перьев, но…

— Осторожно!

— !

Огромный деревянный клинок появился будто из ниоткуда и отбил перья.

— А ты полна сюрпризов, да?!

— ?!

Оттолкнувшись от дерева неподалёку Айша вынудила сирену уклониться от удара её ноги.

Ильта, уже поднявшая на для защиты руки, удивилась:

— Антианейра?! Ты что здесь забыла?!

— Не раздумывай о мелочах, амазоночка. Просто захотелось помочь.

Глянув через плечо, Айша ухмыльнулась в момент приземления.

— К тому же, вам эта помощь не повредит, да?

— …Хватит языком молоть. Защищай нас, пока мы их приручаем!

Ильта крикнула и ударила хлыстом в своей правой руке по земле, из-за чего куски грязи полетели в воздух, а Айша снова бросилась в бой.

— Их сила велика, но ярость их ослепляет.

— Гах! — вскрикнул монстр.

— В противостоянии лицом к лицу они нам не уступят, но они уязвимы для скрытых ударов.

Амазонки-воительницы побежали в гущу боя, отправляя в монстров удар за ударом, а Лю наблюдала за боем сверху, с дерева, держа деревянный меч готовым для удара. Она нацелилась на одного бронированного сереброгрива и, спрыгнув, оглушила его одним сильным ударом.

Лю подоспела вовремя, чтобы спасти одного из авантюристов от неминуемой гибели. Удивлённый, он уставился на девушку, чьё лицо скрывал капюшон.

— Т-ты! Кто ты такая? Что ты такое?!

— …проходившая мимо странница.

— Не может быть!!!

Поведение Ганеши позволило его последователям вдоволь попрактиковаться в преодолении неожиданностей. Так что, когда Лю присоединилась к битве, многие даже не вскрикнули от её появления.

— Подкрепления?.. Должно быть, авантюристы пришедшие с нижних этажей. Но эта эльфийка…

Шакти заметила появление Лю и Айши практически сразу. Она поняла, что две воительницы могут очень сильно помочь в битве, в которой приказано приручить монстров. Отправив тролля в воздух одним мощным ударом, она разворотом уклонилась от несущегося на неё единорога и кнутом лишила его равновесия. Упавший единорог покатился по земле.

Наряд Шакти больше подошёл бы для праздника, чем для поля боя. Длинные полоски ткани позволяли ей двигаться свободно и позволяли другим членам Паствы Ганеша заметить её и сгруппироваться.

— ШААААА!!!

— Че-?!

Белл держался гораздо хуже, чем подоспевшие к Пастве Ганеша подкрепления.

Длинные острые клинки ламии мелькали у него перед глазами. Зелёные волосы, покрытые всплесками крови, как и её лицо, звериный крик. Запах кислоты чуть не лишил Белла чувств, когда это создание попыталось рассечь его надвое.

Страх и сожаление не давали парню раскрыть рот и окликнуть Ксеноса, которому совсем недавно он пожимал руку. К горлу Белла подступил ком, его глаза наполнились слезами.

— !

Он попытался перепрыгнуть через ламию, чтобы уклониться от выпада, но в этот момент в его робу вонзились толстые, похожие на клинки когти, и её сорвало с парня.

Белл потерял свою маскировку и рюкзак, показавшись на поле боя.

Ксеносы, сражавшиеся с монстрами на краю леса почти успели его окружить, когда…

— ГРАААААХ!!!

Из группы дерущихся с авантюристами монстров выбежал ящерочеловек и бросился к Беллу.

…Лидо!!!

Натиск ящерочеловека заставил Белла застыть.

Вместо использования меча и ятагана монстр схватил Белла за плечи и прижал к земле.

— …Зачем ты пришёл, Беллучи?!

— ?!

Ящерочеловек, в несколько раз тяжелее Белла, покатился с ним по траве, глубже в лес, изображая яростный бой, но заговорил с ним как разумное существо. Они отдалялись от поля боя всё сильнее, и Белл наконец смог рассмотреть лицо Лидо.

Лидо подскочил, используя центростремительную силу и швырнул Белла дальше в лес.

После того, как ящерочеловек бросился в погоню, Белл наконец понял, что тот пытается сделать. Потому, вместо того чтобы пытаться замедлить полёт и побыстрее приземлиться, он позволил себе отлететь от боя как можно дальше.

— Ещё несколько… Жителей поверхностей стало больше!

Вдалеке от Лидо и Белла, отдаляющихся от поля боя, горгулья Грос изучал ход битвы из-за спин Ксеносов.

Увидев Лю и Айшу он не сводил с них наполненного злобой взгляда.

— …Грос!

— Фелс?!

Грос повернулся, когда прозвучало его имя.

Авантюристы не видели, как маг в чёрной робе появился в тени кристалла.

Сняв вуаль, чтобы перестать быть невидимым, Фелс обратился к парящему невысоко над землёй горгулье.

— Закончите эту битву сейчас же!!! В этой схватке нет смысла!

— Нет! Мы не будем стоять в стороне, пока нас убивают!

— Обещаю, я не допущу смертей! Послушай!..

Металл бился о металл, рёв монстров и авантюристов мешал разговору.

Фелс обратился к главарю Ксеносов, пытаясь убедить его остановить хаос, но…

— Тогда заставь авантюристов уйти! Мы идём спасать товарищей!

— ?!

— Хватит твоих слов, покажи мне дело!

Фелс не нашёлся что ответить, когда Грос потребовал от него действий.

Монстр посмотрел на мага свысока, и взорвался от гнева, будто зная ответ.

— Это невозможно, да Фелс?! Потому что сердцем ты на их стороне!!!

— !..

— Ты ставишь людей выше нас! Тебе никогда не понять нашей ярости!!!

Почти пятнадцать лет прошло с тех пор, как Фелс впервые встретился с Ксеносами.

Немало разговоров ушло, чтобы заполучить доверие монстров.

Однако, поглощённый яростью Грос забыл об этой связи.

— Я больше не буду слушать твои речи!

— Грос, я!..

— Слишком поздно!!!

Грос повернулся к Фелсу спиной, показывая, что разговор окончен, и прогнал остатки своих сомнений.

Он повернулся к чаще пепельного леса и завопил.

— Оооооооуууууууу!!!

Этот клич направил Ксеносов.

Он собирал своих товарищей, растянувшихся в бою на весь лес кличем, который не могли вынести человеческие уши.

Это был приказ искать их родича следовать за ним.

— Рей, отвлекай людей!

— Поняла.

Горгулья переглянулся с другим летающим Ксеносом, сиреной, с золотыми крыльями и покинул поле боя.

Рей, чьё лицо исказилось от жажды крови и гнева других Ксеносов повела монстров в бой, а Грос полетел к восточному краю леса.

— Лидо!..

Небольшая полянка, окружённая деревьями, вдалеке от поля боя…

Белл и Лидо оказались лицом к лицу, окружённые толстыми древесными стволами и высокими белыми и синими кристаллами.

— Почему… Зачем ты пришёл сюда, Беллучи?!

Звуки битвы остались далеко позади.

Ничто не могло помешать разговору, место для которого выбрал Лидо.

Как бы там ни было, это не то воссоединение, которого он хотел.

Скрестив меч с ятаганом, ящерочеловек смотрел на парня, прищурив жёлтые глаза, пытаясь справиться с сильной болью.

— Я услышал… услышал, что Ривира, город авантюристов была уничтожена вооружёнными монстрами!.. Это… это были вы, Ксеносы? Вы это сделали?

— …Да. Мы напали на Ривиру.

Услышав эти слова, Белл вспомнил печальное лицо Виены.

— Но почему?!

— Моих товарищей убили… авантюристы этого города. Нет, охотники.

Рубиновые глаза Белла распахнулись шире.

Лидо продолжил, усиливая напор на стоящего неподвижно парня.

— Те люди ещё забрали Виену и Фию!..

Кровь застыла в жилах Белла.

Охотники поймали Виену… Паства Икелоса?

Хищная улыбка всевышнего Икелоса всплыла в памяти парня.

То, чего он опасался с самого начала, то, что он подозревал, случилось. Его тело прошиб холодный пот.

— Прости, Беллучи… Выходит, что мы именно те, кого нас видят расы поверхности: монстры.

— А?..

— Я пытался их остановить, их всех, но это бесполезно!

Он не смог помешать похищению Виены, и не смог помешать своим родичам.

Лидо извинился, раскаиваясь в собственной беспомощности. Однако, уже спустя мгновенье его голос снова стал могучим:

— Но этого мало. Я в ярости!!! Не могу… контролировать… злость!..

Белл сглотнул, увидев, как зрачки ящерочеловека разделяются, белки становятся красными от крови, и он принимает свою истинную форму.

— Я жажду мести, мести тем, кто убивает моих, наших!..

Белл увидел, как содрогаются мышцы тела монстра, будто он пытается броситься в погоню за похитителями.

Глаза Лидо пульсировали от ярости, Белл понимал, что инстинкты монстра берут верх.

На мгновенье Белл поддался эмоциям и отпрянул. Он отчаянно сдерживался, чтобы не сбежать из страха.

…Но это…

Так по-человечески.

Людей также обуревает ярость, когда что-то случается с их друзьями и союзниками.

Все эмоции, которые сейчас испытывает Лидо, и остальные Ксеносы не делают их монстрами.

Белл раскрыл рот, чтобы об этом сказать, но не издал ни звука. Эти мысли остались не озвученными, пылая только в его сердце.

— Наши товарищи здесь. В восточном лесу.

— !.. Откуда вы?..

— Выбили из охотника в городе, он сказал, что дверь неподалёку. Мы идём спасать Виену и Фию.

Белл был поражён, но понимал, что в этом есть смысл. Странные действия Ксеносов наконец его обрели.

Ему было о чём подумать.

Но сейчас, на это нет времени, в первую очередь нужно освободить Виену.

— …Лидо, я тоже и…

Стоило этим словам сорваться с его губ…

— НАЗАД!!!

Лидо махнул мечом, вонзив его в землю.

Белл прикрыл лицо от полетевших в него мелких камешков и пыли.

— !..

Белл не мог скрыть своего удивления, когда снова отодвинул руку.

Длинная чёрная расщелина отделяла его от Лидо.

Наглядное изображение барьера, разделяющего их миры.

— Беллучи, не переступай черту. Иди обратно.

— Лидо?..

— С нами покончено. Тому, что мы сделали, нет прощения. Нам никогда не осуществить наши мечты. — ящерочеловек крепко сжал рукояти оружия. Он потерял надежду.

— Мы заберём Виену и Фию обратно… а ты, Беллучи, не приближайся.

— !..

— Если тебя с нами увидят, для тебя тоже всё будет кончено. Всё, что случилось наша вина. Я не хочу втягивать в это тебя.

Не пересекай эту черту.

Лидо пытался его удержать.

Он пытался удержать Белла от краха.

Он пытался сдержать ярость Белла к людям поверхности.

Он боялся предательства.

Белл не мог двинуться, смотря в жёлтые глаза рептилии, наполненные болью.

Он не мог себя заставить.

Но он не мог и согласиться с тем, что сказал «монстр».

— …Чего ты ждёшь, Беллучи? Что если тебя заметят?! Возвращайся на поверхность, к Лиличи и остальным!!!

Белл прикусил губу, пытаясь взять под контроль дрожащее тело, слушая грубоватый голос Лидо.

Его колени дрожали, смотря в глаза Лидо не мог остановить слёз.

Свет кристаллов блеснул на лезвиях клинков ящерочеловека.

Где-то вдалеке раздался крик горгульи, оставлявшего поле боя.

— Ты человек, Беллучи! Не трать время на беспокойство о монстрах!!!

— Лидо…

— Иди!

— Лидо!..

— Убирайся!!!

— Но я!..

Белл сделал шаг, первый маленький шажок к черте на земле. Лидо не позволил ему ничего сказать.

— ОООООООООООООУУУУУУУУУУУУ!!!

Дрожь пробежала по спине парня от монструозного рёва.

Его лицо исказилось, дух был сломлен рёвом ящерочеловека.

— …Господин Кранелл!

Прозвучал отрывистый крик, тонкий деревянный меч отделил парня от монстра мгновение спустя.

Лидо уклонился от нацеленной в него атаки, отпрыгнув от авантюристки в капюшоне, возникшей перед Беллом в одно мгновение.

Ящерочеловек бросил взгляд на эльфийку, защитившую парня, и бросился бежать в другую сторону.

Белл смотрел как толстый хвост исчезает между деревьев.

— Вы ранены, господин Кранелл?

— …Лю? Как?..

— Оставлю рассказ об этом на потом. А сейчас, вам слишком опасно оставаться здесь. Вам будет лучше объединиться с Паствой Ганеша.

Лю, прибежавшая на рёв ящерочеловека повернулась, чтобы уйти.

Белл видел, как девушка в плаще сделала несколько шагов, но остался стоять неподвижно, будто его ноги приросли к месту, он смотрел вниз.

— Господин Кранелл?

Заметив, что парень за ней не следует, эльфийка повернулась к нему лицом.

— Прости, Лю…

Белл встретился с ней взглядами.

— Тот монстр… я иду за ящерочеловеком.

— !

Лю вздрогнула от удивления, и даже вскрикнула, не сдержав эмоций.

— Я… должен пойти за ним!..

Парень был готов разрыдаться, но в его взгляде не было сомнений.

Лю притихла, услышав его.

— Могу я узнать причину?

— …

Белл ответил молчанием. Лю окинула его взглядом.

После их взгляды снова встретились.

— Вы же оказались жертвой заговора Злодеев… заговора Паствы Икелоса? Мне так сказали.

— !

— В последнее время вы были не в себе. Силь волновалась… и я тоже.

— …

— Причины, по которым вы преследуете этого монстра, для меня загадка. Но, я… я не хочу, чтобы вы связывались с этой Паствой.

Лю протянула правую руку, будто чувствуя, что парень в опасности и боялась того, что может случится. Она не могла скрыть эмоций.

Как и в тот день, когда на этом этаже они пожали друг другу руки.

— Вы не станете возвращаться на поверхность?

Белл не посмотрел на протянутую руку.

Он сделал шаг от руки, призванной его остановить.

Этим шагом он пересёк оставленную Лидо черту, что вызвало у него прилив болезненных воспоминаний. Белл отвернулся от Лю, сделав то же, что Лидо пытался сделать для него минуту назад.

— Вот как…

Повисло недолгое молчание. Лю отвела взгляд от наполненного решимостью парня.

Ему было больно отвергать человека, который был к нему так добр, но он знал, что это необходимо. Неожиданно, среди деревьев, со стороны поля боя раздался сокрушительный звук.

Песнь сирены, прикрывавшей тылы Ксеносов.

Лю прищурилась, этот крик был гораздо мощнее чем те, что ей доводилось когда-либо слышать.

После этого она снова встретилась с Беллом взглядами.

— Вы стали настоящим авантюристом.

— Лю…

— Любые попытки остановить вас бессмысленны. Идите за ним.

Лю сняла с пояса небольшой мешочек, не переставая говорить.

Она передала Беллу множество высших зелий и прочих целебных средств.

— Но я последую за вами… Как только ударная группа окажется в безопасности.

Белл не стал возражать.

Ему оставалось только принять это решение Лю.

Он повернулся и побежал.

Он почувствовал, что Лю побежала в противоположном направлении, и крепко сжал переданный ему мешочек.

[[image:/storage/reader-images/f1a3a3f0de830dbf0d4a184b90960d9c86df997a.jpg]]
— Дикс, кажется, монстры приближаются к нашему укрытию.

Дикс посмотрел на каменный потолок услышав доклад Грана.

— Кто-то из группы Бароу язык за зубами не сдержал… Хотел бы я вмазать им хорошенько, но они наверняка уже мертвы.

Сидящий на огромной клетке мужчина в очках расхохотался.

Он снова перевёл взгляд на своего подчинённого и что-то ему бросил.

Огромный мужчина поймал кусок обработанного металла, похожий на небольшую пластину.

— Гран. Откроешь дверь, ладно?

— Д-Дикс? Ты уверен? Если монстры сюда попадут…

— Люди Ганеши рядом. Если рядом будет вертеться кучка монстров, это вызовет подозрения.

Мужчина в очках ухмыльнулся.

— Но сначала отправим им небольшое приглашение, — он недобро усмехнулся. — Поохотимся на дому.

— Грос!

— Ты опаздываешь, Лидо!

Ящерочеловек догнал горгулью, возглавлявшую группу Ксеносов.

Они двигались к восточному краю леса, окраине этажа. Каменные глаза осмотрели стену от пола до потолка.

Пути дальше не было. Проходов не было видно.

Ксеносы осматривали основания кристальных колонн, пытаясь найти малейшие отклонения, которые могли пропустить раньше.

— Где дверь? Вы её нашли?

— Нет, здесь ничего нет!!! Наши товарищи не отвечают на зов, сколько бы мы не звали!

Грос волновался всё сильнее. Лидо присоединился к поискам, но в какую сторону он бы не посмотрел, видел только каменные стены и деревья. Ничто не нарушало этого вида.

Возможно, их попросту обманули. Грос, Лидо и остальные Ксеносы едва сдерживали панику, вспоминая последние слова охотника.

У вас нет этой вещи, поэтому вы никогда не попадёте внутрь! звучало в их ушах.

— …Лидо!

Гоблин в красном колпаке удивлённо завопил.

Лидо проследил за его взглядом и вытянутым пальцем.

— Это же…

Белл бежал мимо деревьев, перепрыгивая через корни, распластавшиеся по земле будто щупальца, неожиданно перед ним возникла чёрная тень.

— Фелс!

— Белл Кранелл! Ты пришёл!

Длинная роба колыхнулась, Фелс побежал рядом с Беллом.

— Ты в порядке? — спросил маг, вздохнув с облегчением, когда они оказались плечом к плечу.

— Да! — ответил Белл.

— Я поговори с Гросом, но это было бесполезно. Он сказал что-то о возвращении своих товарищей… Единственное заключение, к которому я смог прийти, это нападение охотников. Сейчас ничто не остановит Ксеносов.

— Я разговаривал с Лидо!

Белл рассказал о своём разговоре с ящерочеловеком. Он сказал Фелсу, что несколько Ксеносов было убито, а Виена и Фия похищены.

Болезненный вздох раздался из-под капюшона.

— Мне не хотелось бы этого признавать, но охотники всегда на шаг впереди нас… Я думаю, что они принадлежат к Пастве Икелоса.

— !..

— Но дверь о которой он сказал… Может она ведёт на вражескую базу?

Фелс и Белл разговаривали, следуя за Ксеносами.

— Фелс, а что насчёт… Ксеносов, которые сражаются с Лю и ударным отрядом? Что с ними будет?

— Всё будет хорошо. Пастве Ганеша был отдан приказ их приручить. Сомневаюсь, что кто-то из Ксеносов умрёт. Честно говоря, судьба укротителей беспокоит меня больше. Ксеносы сейчас не в себе… Хотя, поскольку Лидо и Грос покинули поле боя и разделили Ксеносов надвое, эти страхи, скорее всего, беспочвенны.

Фелс высоко оценил шансы Паствы Ганеша.

— Может мы и не смогли убедить их отступить, но зато можем беспрепятственно последовать за ними. Нужно найти и проникнуть на базу охотников.

— Я последую за вами!..

Наконец зацепка, которая позволит найти охотников, оказалась у них в руках. Память о слезах Виены при расставании подгоняла Белла, и они вместе с Фелсом набрали скорость.

Наконец ветви и стволы деревьев расступились и перед ними оказалась каменная стена. Скопление синих кристаллов странной выверенной формы оказалось прямо перед ними. Но Белл и Фелс не обратили на это скопление особого внимания, они побежали к своей цели.

— Это же?..

— Да. Восточный край леса, к которому мы шли. Только вот…

Голос Фелса едва слышно вздрогнул, когда они с парнем оказалась в тупике.

— Почему нигде нет Ксеносов? Исчезли? Невозможно.

Они бежали тем же путём, что и Ксеносы в лесу, на пути им встречались разломанные кристаллы и повреждённые деревья. Ксеносы здесь побывали, это можно было утверждать наверняка.

Но сейчас их здесь не было. Белл и Фелс осматривались и ничего не находили.

— Где же проход? Где они его нашли?..

Фелс с Беллом стояли спина к спине, пытаясь обнаружить возможную «дверь». Из-за относительного покоя, царившего в лесу, напряжение только нарастало.

В тот момент, когда Белл услышал собственное сердцебиение, кое-что привлекло его внимание.

Куски огромных кристаллов, уничтоженных Ксеносами, были разбросаны по земле.

Несмотря на то, что блеск осколков привлекал к себе внимание, быстрое восстановление кристаллов бросалось в глаза ещё сильнее. Они прорастали прямо на глазах Фелса и Белла.

Знакомый звук достиг ушей Белла, когда один из кристаллов возвращал себе форму. Звук, который он слышал совсем недавно.

Я помню этот звук, но почему?..

— …Тайное Убежище Ксеносов?

Кварц, скрывавший вход во Фронтир. Он восстанавливал себя с такой же скоростью.

Глаза Белла распахнулись шире, когда он осознал, что один из кристаллов у стены Подземелья очень похож на кварц, который он видел.

Белл ощутил, как что-то жжётся под его бронёй и решительно шагнул к этому кристаллу.

— А?

— Белл Кранелл?

Ощутив на своей спине пристальный взгляд, Белл озадачено потянулся к месту под бронёй, в котором ощутил жар.

Его рука обхватила мешочек, который дала ему Лю.

Пошарив внутри рукой, среди высших зелий и противоядий парень нашёл кусочек металла размером с ладонь.

— Белл Кранелл, и что это такое?..

— Магический предмет?..

Полоски покрывали края металлической пластинки, которая была так горяча, что едва не плавилась. Это несомненно был какой-то магический предмет.

Круглый предмет серебристого цвета, сделанный из мифрила.

В центре этой пластинки виднелась белая сфера с красным, будто зрачком глаза центром.

Очень простой символ, не похожий символ из Коина или иероглифов был нанесён в центре сферы: D.

— Ч-что это?..

Круглый магический предмет излучал жар, тем сильнее, чем ближе Белл подходил к скоплению кристаллов, будто резонируя с чем-то неподалёку.

С раскрывшимся от удивления ртом Белл позволил этой круглой вещи себя вести.

Кусок металла привёл их к каменной стене.

— Ничего необычного я здесь не вижу…

— Фелс это место… что, если здесь есть такая же комната, как в Убежищах Ксеносов?

Часть стены, у которой они оказались, ничем не выделялась из сплошной стены подземелья, кое-где закрытой скоплениями кристаллов. Ощутив сильнейший жар своей ладонью Белл рассказал о мелькнувшей у него ранее мысли Фелсу.

Маг в чёрной робе пристально осмотрел стену Подземелья.

— Отойди, Белл Кранелл.

Правая рука показалась из-под робы и указала в стену.

Узоры на перчатке Фелса ожили.

Бесцветная волна ударила из его ладони.

— !!!

— Что же, это неожиданно…

Взрывная волна застала Белла врасплох, но ещё удивительнее было видеть то, что оказалось за стеной.

За обломками кристаллов, падающими на землю, Беллу открылся вход в тоннель. Он был достаточно большим, чтобы в него прошёл большой монстр, а сделан он был из разноцветных минералов.

— Это что-то рукотворное, это создано не Подземельем, — ошеломлённо прошептал Фелс, входя в тоннель.

У Белла перехватило дыхание, когда он оказался за быстро зарастающими кристаллами.

Путь глубже в пещеру перекрывали огромные металлические ворота.

— Орихалк… особый сплав, который применяется при изготовлении предметов ранга Дюрандаль. Он превосходит в прочности адамантин.

Это прочнейший и редчайший металл в мире, результат смеси различных материалов изготовленных техниками различных рас. Даже Белл, занимающий незначительное место в иерархии авантюристов, о нём слышал.

— Физически его разрушить невозможно, но…

Фелс поманил парня за собой. Белл сделал к воротам шаг.

Дрожащими руками он протянул магический предмет, красный драгоценный камень загорелся и блеснул ослепительным светом.

Тоннель задрожал и дверь начала подниматься.

— Невероятно… нечто подобное в Подземелье?

Тёмный, едва освещаемый тусклым светом ламп с магическими камнями проход ожидал их в другой стороны.

Белл прокашлялся, уставившись на круглый предмет в своей руке, а Фелс тихонько что-то шептал.

Магический предмет оказался «ключом», открывшим дверь.

Лю знала об этом, когда давала мне мешочек? Или это совпадение?

Паства Икелоса, злодеи, были организацией, которая, по слухам, каких-то пять лет назад отравляла Подземелье и была очень могущественной организацией.

Лю говорила, что Паства Астреи, эмблемой которой является крылатый меч провосудия, сражалась, чтобы защитить Орарио от их влияния.

Белл вспомнил о дне, когда бывшая авантюристка рассказывала ему об этом неподалёку от могил своих товарищей, на этом самом этаже.

Она могла забрать этот предмет у одного из своих врагов, когда мстила за павших союзниц.

Множество мыслей начало роиться в голове Белла, начав складываться в общую картину. Он посмотрел наверх.

Каменный тоннель впереди был создан руками человека.

И статуи в нём были не единственным тому доказательством.

Поскольку эта дверь была скрыта в безопасной зоне Подземелья, в которой никогда не рождаются монстры, за быстро регенерирующим скоплением кристаллов, никто её не заметил.

Но это вызвало у парня ещё больше вопросов. Кто её построил? Когда? Как? И этот список только пополнялся.

Фелс шёл за спиной Белла, даже не заметившего, как холодный пот покатился по его коже. Маг подошёл к части стены почти сразу за дверью.

На каменной поверхности была выскоблена кривая надпись на Коине.

— …Дедал, — прочёл Фелс пустым голосом.

Холодная дрожь, совершенно не связанная с Подземельем, пробрала Белла. Он начал всматриваться в кажущуюся бесконечной тёмную бездну.

Яркое солнце зависло в центре голубого неба.

Вавил возвышался над Центральным Парком, людей в котором было не меньше, чем во время отправки давно ушедшей ударной группы.

Паства Ганеша по-прежнему поддерживала вокруг башни порядок и никого не пускала. Авантюристы подходили к людям Ганеши, пытаясь найти ответы, но большая часть людей ожидала триумфального возвращения. Время шло, а напряжение только нарастало.

— Чёрт, нам что, придётся со стороны за всем следить?..

— С такой охраной прокрасться внутрь не получится… Всех пытавшихся авантюристов и божеств ловили.

— Ждать сложно, правда?.. Мне каждый день приходится, Вельф.

— Белл-сама…

Вельф, Микото, Гестия и Харухиме собрались неподалёку от Центрального Парка. Они разговаривали, посматривая на белую башню со стороны. Они не могли ни помочь Беллу, ни узнать о судьбе Ксеносов, и потому все члены Паствы Гестии были будто на иголках.

— Вернёмся к тому, о чём мы говорили… Если вся эта суматоха была поднята охотниками, похитившими одного из Ксеносов, почему мы не пытались найти их убежище? Если они работают с чёрным рынком и продают свой улов коллекционерам, или куда-то ещё, они должны хранить Ксеносов где-то в городе, правильно?

— Может и так… но, если благородный Фелс и Гильдия не знают где находится убежище охотников, разве у нас получится его найти?..

— Гермес что-то рассказывал о торговле, но… ловить монстров и продавать их ради выгоды? Только тот, кто не боится богов и Подземелья может на это пойти.

Гестия озвучила своё недовольство, услышав разговор Вельфа и Микото.

Когда Лили услышала слова Гестии, на неё будто снизошло озарение:

— Ради выгоды…

Она наклонила свою маленькую голову набок, воспоминания её захлестнули.

— Выманивать монстров, ловить их и выгодно продавать…

— …Малютка Лил?

— В-вам нехорошо?

Вельф и Харухиме взглянули на девушку-полурослика, начавшую бормотать что-то себе под нос.

Неожиданно она окинула взглядом членов своей Паствы.

— Идём.

— Помощница?

— Возможно у Лили есть зацепка.

Лили повернулась спиной к Вавилу и уверенно пошла прочь.

Гестия и остальные едва успели переглянуться и бросились за ней.

— И куда мы идём?

Лили повернула голову, отвечая на вопрос Вельфа:

— К бывшему божеству Лили, сударю Соме.

Дом Паствы Сомы и «винный погреб», находился между Восточной и Юго-Восточной главными улицами Орарио, в третьем районе.

Лили вела группу привычным ей раньше путём.

— Лилирука Арде… Как твоё здоровье?

Сома встретил их в своих личных покоях.

Длинные волосы падали на глаза, практически их скрывая. Существо, куда больше походившее на отшельника, чем на пришельца из высшего мира, было бывшим божеством Лили и главой Паствы Сомы.

— Мы давно с вами не виделись, сударь Сома. Лили хорошо живётся, спасибо.

— Эй, Сома, что это за вопросики? Тебе кажется, что я как-то грубо веду себя с Помощницей?

Лили поклонилась бывшему божеству, которого не видела несколько месяцев, а выскочившая из-за её спины Гестия накричала на него, надув щёки.

— Простите… — только и мог сказать Сома слабым голосом.

Странное отношение Сомы к последователям прекратилось после перевода Лили из Паствы накануне «Битвы». Он перестал использовать божественное вино в качестве награды для своих последователей.

Лили слышала, что Сому практически не заботят люди этого мира, потому проявленное божеством дружелюбие произвело на неё глубокое впечатление и порадовало её.

Она бегло описала сложившееся положение.

— Хорошо… — Сома незамедлительно кивнул. — Я позову Чандру…

Движением руки он отправил одного из последователей. Через несколько минут в дверях показался грузный дварф.

— Мы давно не виделись, сударь Чандра. Лили слышала, что вы стали командиром Паствы. Примите поздравления.

— Хватит этой чуши. Я понятия не имею, как вести людей… И сому не могу пить, как привык. Только соли на рану насыпала.

Чандра Ихит ответил как-то устало. Коротковолосый и короткобородый дварф присоединился к Пастве Сомы только ради того, чтобы пить величайшее вино в мире, помог Лили, когда ей требовалась помощь. Теперь он стал главой Паствы Сомы.

Он повёл Лили и остальных к винному погребу, постоянно прикладываясь к тыкве, висящей у него на поясе по пути.

В то время как дом Паствы Сомы расположен вблизи центра города, винный погреб находится у городской стены.

Божество перестало производить сому, вино, способное подчинить любого человека на Земле. Теперь Паства специализируется на производстве вкусных вин для повседневных целей и получения небольшого дохода, а винный погреб был перестроен для исследования вин. Впрочем, одно из его назначений не изменилось.

Клетки, в которых Паства содержит неконтролируемых членов.

— Эй ты… Еда! Где еда? И поторопись, я голоден!

Визг мужчины, больше подобающий визгу побитой собаки, эхом отразился от каменных стен коридора.

Сома и Чандра вели Паству Гестии в тусклом свете магических ламп. Влажный, прохладный воздух щекотал кожу. Лили напряглась.

— Заткнись Занис. Хватит верещать.

— А? Чандра, ты здесь что делаешь?.. О, уж не наш ли это всевышний и… много вас…

Члены Паствы, служившие стражниками, указали на клетку, в которой сидел человек.

Заключённый с впалыми щеками осматривал пришедших одного за другим, пока, наконец, не остановился на Лили. Его губы скривились, он начал хохотать:

— Ха-ха-ха-ха!.. Вот тебя я увидеть не ждал.

Лили пришлось собрать все свои силы, чтобы не отвернуться и продолжать смотреть в глаза заключённого.

Занис Рустра — авантюрист второго уровня, как и Чандра, до недавнего времени бывший главой Паствы Сомы.

Он стал лишь тенью себя прошлого. Ни следа интеллигентности не было в его виде, очки куда-то запропастились. Учитывая потрёпанную и разорванную, местами, одежду, можно было назвать его вид убогим.

Занис лишился своего положения после событий, приведших к выходу Лили из Паствы Сомы.

Вдобавок к грубому обращению со многими членами Паствы, он был обвинён в использовании и продаже божественного вина Сомы для манипуляций и получения личной выгоды.

Его характеристики были запечатаны Сомой в качестве наказания, теперь этот человек проводил свои дни в тюремной камере.

Вельф был заметно зол, мужчина бросил на него враждебный взгляд и подошёл к чёрным прутьям решётки, обратившись к Лили напрямую.

— Пришла поглумиться над бедным Занисом, а, Арде?

— …

— Как же быстро меняется обстановка. В прошлый раз мы были с других сторон этой клетки…, — произнёс бывший командир Лили, недобро ухмыльнувшись.

Лили бросила на Заниса наполненный ненавистью взгляд.

— …Лили пришла… чтобы задать вам вопрос.

— Вопрос? И что та, кто лишил меня всего, теперь хочет у меня узнать?

Лили пропустила сарказм Заниса мимо ушей, продолжив говорить спокойным голосом:

— Насчёт говорящих монстров… Где должна была проводиться «деловая встреча», которую вы назначили?

Услышав эти слова, мужчина безмолвно застыл.

Но его удивление длилось не дольше секунды. Он залился довольным смехом:

— Теперь понял… Ха-ха-ха-ха! Видела, значит? Встретила говорящего монстра, Арде?

Смех Заниса эхом отразился от коридора.

Так это правда, подумала Лили, увидев его реакцию. Чандра изогнул бровь, Сома стоял молча.

Это случилось незадолго до «Битвы», когда Занис запер Лили в этой самой клетке на время переговоров с Паствой Аполлона. Он приходил к ослабшей Лили, чтобы заручиться её поддержкой.

Он планировал использовать магию изменения Лили, Золушку, чтобы отлавливать монстров.

«Есть одно дело, в котором я хотел бы твоего участия. Мелочь, всего лишь короткие деловые походы. Нужно будет выманивать монстров, ловить их и продавать… Разве не просто?».

В то время, Лили могла только посмеяться над этим предложением. Продажа монстров? Она сказала это в тот раз, а мужчина лишь посмеялся в ответ, одарив её жадным взглядом.

Но теперь она поняла. Она поняла, каких монстров можно продавать за огромные деньги.

Потому что она узнала о прекрасных и разумных Ксеносах.

Занис узнал о них в тот день, а может и намного раньше.

Судя по разговору, Занис связался с дельцами чёрного рынка, продающими говорящих монстров коллекционерам. Потому, возможно, он знал о перевозке Ксеносов к тайному укрытию. в котором их содержат, больше, чем кто-либо из Паствы Гестии.

Гестия и её последователи дрожащими глазами следили за хмурой Лили, требовавшей ответа.

— Ха-ха-ха-ха!.. Что же, на Дедаловой Улице ты можешь найти что-нибудь интересненькое, начни с неё.

Мужчина впился взглядом в Лили и, ухмыляясь, дал ей призрачную наводку.

Лили напряглась, потребовав больше информации:

— Где именно находится их логово?

— Пойди найди сама. Больше я ничего не скажу.

Смех Заниса снова эхом разнёсся в коридоре, он явно упивался положением, в котором оказалась Лили.

— Если хочешь, я могу слегка подтолкнуть его к разговору? — предложил Чандра, но Лили помотала головой, отвергая это предложение.

Занис не сломается. По крайней мере, он продержится достаточно долго, чтобы всё успело закончиться.

— Единственная зацепка ведёт на Дедалову Улицу… Идём.

Лили повернулась спиной к решётке и обратилась к своим союзникам. Кивнув, она спросила Сому и Чандру слышали ли они что-нибудь сами, пока они шли по коридору.

— Удачи тебе, Арде… Ха-ха-ха-ха-ха!

Зловещий смех раздавался за их спиной, Паства Гестии отправилась на Дедалову Улицу.

— Это место… связано с Улицей Дедала?!

Белл шёл по каменному коридору, не в силах скрыть удивление в голосе.

— Да, несомненно. Путь на поверхность, обеспечивающий возможность продажи монстров за пределы Орарио… Если эта постройка ведёт на поверхность, это последний кусочек мозаики. Возможно, что этот проход ведёт за пределы городской стены, позволяя избежать проверок на выходе из города.

Фелс начал рассуждать вслух, пока они с Беллом бежали по коридору.

Структура каменного прохода была сложной. Каждый поворот и подсекция поворачивали под невозможными в Подземелье углами, доказывая, что этот лабиринт был создан человеком. Если бы не следы крови, оставленные раненными в битве монстрами, Белл и Фелс очень быстро потеряли бы направление. Несмотря на то, что монстры не могут быть порождены в этой тьме, узоры на стенах и потолках, а также стоящие статуи изображали зверей.

Слабое освещение, встроенное в сами стены, делало силуэт Фелса едва различимым.

— Выгравированные на стене символы указывают на связь с Улицей Дедала…, — произнёс Фелс. — Безумный Дедал… Знаменитый архитектор, живший в то время, когда боги спустились в этот мир. Это он построил Вавил и ещё несколько значимых построек Орарио, заложивших основу города…

Фелс рассказал, что Дедал жил около тысячелетия назад, задолго до рождения Мудреца.

Маг в чёрной робе перешёл к рассказу об успехах архитектора.

— В легендах говорится, что он был в числе последователей Урана, первого божества даровавшего Фалну людям земли.

— !

— Он сделал огромный вклад в Орарио, следовал воле Урана… Но, со временем, его действия и слова начали становиться отстранёнными. Получив однажды добавку «безумный» к имени, он исчез из Орарио и пропал с глаз Урана.

Фелс рассказал то, что знал о прошлом.

— Помимо Улицы Дедала, созданная им сеть катакомб под городом иногда используется Гильдии на пользу. Ты же понял, Белл Кранелл? Странная сеть тоннелей под городом.

— Если подумать…

Слова Фелса вызвали у парня воспоминания о Харухиме и Силь.

Скрытые под Районом Удовольствий тоннели. Фрина и Харухиме говорили, что эти тоннели есть под городом только вблизи от Дедаловой Улицы. Вспомнилась Беллу и лестница, по которой он ходил вместе с Силь и детьми. Эти случаи стали для него доказательством того, что наследие Дедала лежит в самой основе Орарио.

Во времена Дедала люди поговаривали, что он выкопал и построил всё своими руками, и Фелс добавил, что по этой причине его считают одним из величайших людей в истории, и безумцем.

Белл сглотнул, восхищаясь гением, превзошедшим пределы человеческого тела благодаря Благословению. Он не знал настоящего лица Дедала и даже было ли это его настоящим именем.

— Мы рассматривали возможность наличия второго входа в Подземелье, отдельного от Вавила. Разумеется, изучили мы и Улицу Дедала, но… чёрт.

— Фелс?..

— …Честно говоря, это превосходит все наши ожидания.

В разговорах и размышлениях о легендарном архитекторе Белл и Фелс подошли к металлическим вратам.

Фелс достал ключ Белла из рукава чёрной робы и надавил им на врата. Врата распахнулись сами собой.

Оказавшись внутри, Фелс потянулся к ближайшей стене. Свечение пробежало по узорам его перчатки, и маг выпустил ещё одну бесцветную взрывную волну. Белл с удивлением обнаружил, что под разлетевшейся каменной кладкой оказался совершенно невредимый металл.

— Что это?..

— Адамантин. Я заметил металлический блеск в одном из отпавших камней по пути. Эти проходы были выложены из адамантина, прежде чем выложены камнями.

Несмотря на то, что чистота этого металла зависит от глубины его происхождения, адамантин крайне редкий и прочный материал который может быть добыт только в Подземелье. Разумеется, из-за его цены этот материал непросто заполучить.

Белл в очередной раз оказался потрясён.

— Вход защищён орихалком, коридоры сделаны из адамантина… Без магического ключа невозможно проникнуть, даже найдя это место.

Крак! Перчатка на вытянутой руке Фелса скрипнула, когда он сжал кулак.

— Сеть рукотворных проходов, соединённых с Подземельем… как бы сложно ни было в это поверить, но только величайший безумец в истории на это способен.

Впрочем, один вопрос так и остался не отвеченным.

Может ли один человек, физически, создать проход с поверхности до восемнадцатого этажа Подземелья, а возможно и глубже? Также, вопрос заключался в получении орихалка и адамантина.

Фелс заговорил, будто читая мысли Белла.

— Нам неизвестны масштабы этого подземелья. Дедал, возможно, был велик, но создать что-то подобное в одиночку было практически невозможно. Впрочем…

Фелс позволил на секунду этим словам повиснуть в воздухе, заглянув в тёмный коридор.

— Ответ определённо лежит впереди.

Ещё один вход в Подземелье, созданный руками человека.

Вскоре они обнаружат тайное убежище Паствы Икелоса.

Годы упорной работы наконец дали свои плоды. Голос мага дрожал, его наполняли эмоции.

— Мы наконец нашли, Уран!..

— Вот и ты, Икелос.

Голос раздался откуда-то сверху.

Поверхность, место, которое намного выше подземного лабиринта…

Гермес обратился к божеству, со спины, стоя на крыше огромной башни.

— …Ха-ха-хах! Ты меня нашёл.

Божество Икелос медленно повернулось, стоя на пустынной крыше.

Они стояли посреди зданий, построенных в хаотичном порядке, в котором, казалось, не было смысла, разной высоты и ширины, отчего в этом месте легко было заблудиться.

Гермес и Икелос стояли на высокой кирпичной башне, расположенной посреди Дедаловой Улицы, «наземного лабиринта» Орарио.

— Как ты нашёл это место, Гермес? Честно говоря, я никогда не думал, что кто-нибудь может зайти так далеко.

— Разумеется, это было непросто… найти бога, скрывшего свои следы божественной силой. Может это и мелочь, но использование своих способностей находясь в земном мире граничит с безумием… Ты нарушил правила.

— Ха-ха! Подумаешь, захотелось слегка покрасоваться? Моих высокоуровневых остолопов это всё равно не остановит… а попасться в самом начале веселья было бы неприятно.

Икелос стоял на краю башни, лишённой карнизов.

С этого места была видна вся Дедалова Улица.

Улочки и переулки расползались от этой башни во всех направлениях, опутывая её, будто паутина. Ведущие вверх и вниз ступени виднелись в нагромождении зданий. Только те, кто был близок к создателю этого района, могут понять источник его вдохновения, хаос, которому он пытался подражать.

Гермес пробежался пальцами по полям своей шляпы с пером, не сводя пристального взгляда оранжевых глаз с божества.

Что же до Икелоса, тот расхохотался, будто наслаждаясь игрой.

— Победа в прятках за тобой, Гермес.

— …

— Останавливать что-либо уже поздно, но… думаю, в качестве награды, я отвечу на любой твой вопрос.

Загорелое божество, с волосами цвета морской волны распахнуло руки, будто поддразнивая Гермеса.

Лёгкая улыбка застыла на его губах, когда он посмотрел Гермесу в глаза.

— Итак, что ты хочешь узнать?

Несколько теней мелькнуло на каменном полу в свете ламп с магическими камнями.

Шаги двуногих и четвероногих существ эхом отдавались в рукотворном каменном коридоре, вместе с ударами хвостом по полу и хлопаньем крыльев.

Около двадцати монстров неслось быстрым шагом.

— Запах наших товарищей становится ближе, вперёд!

Парящий в воздухе горгулья, ведущий монстров за собой издал боевой клич, учуяв запах. Слабый запах вёл Ксеносов по каменным коридорам. На каждой развилке они выбирали направление, в котором запах их товарищей был сильнее всего и ускорялись.

— Лидо, все двери на нашем пути открыты… нас выманивают!

— Я знаю, Летт! Но мы должны идти!!!

Лидо покрепче схватился за рукояти мечей, отвечая гоблину в красном колпаке, бегущему следом за ним.

Разметав кристальный заслон перед стеной на восточном краю леса монстры увидели открытую дверь и бесконечный тоннель.

Осознавая, что идут в логово врага, скорее всего в ловушку, Ксеносы бросились в созданные людьми проходы.

Ведомые безумной ненавистью и одной-единственной целью — спасти своих друзей — Ксеносы добрались до места назначения.

— Где мы оказались?!

Поднявшись по каменной лестнице, они увидели перед собой просторный зал, совершенно не похожий на узкие тоннели.

Он был идеальной прямоугольной формы, больше сотни метров в ширину и в несколько раз больше — в длину. Всё это место, включая высокие потолки, было покрыто каменной кладкой и погружено в тьму. Огромное пространство было похоже на Великую Стену Сожалений на семнадцатом этаже.

Но Лидо, Грос и остальные смотрели только в одном направлении.

— Все!..

Ряд чёрных клеток.

Внутри адской тюрьмы были ламии, сциллы, русалки, и множество других подобных людям монстров, а также просто редкие монстры, вроде карбункулов. Все они до единого были покрыты шрамами и заперты в клетках, скованные массивными цепями.

В первой из клеток билась о прутья гарпия Фия.

— !!!

Лидо, Грос и остальные Ксеносы практически услышали, как рвётся наружу их ярость.

Шкуры и перья встали дыбом, они бросились к клеткам.

— Ломайте клетки! Освобождайте наших товарищей!!! — взревел Грос, первым бросившись к ближайшей клетке, разорвав её прутья.

Лидо и остальные бронированные монстры принялись рассекать толстые прутья, в то время как остальные разгибали их и рвали цепи грубой силой. Лишившись цепей, пленники наконец смогли выбраться из клеток.

Грос вёл Ксеносов всё дальше, оставляя на пути только сломанные клетки.

Некоторые из освобождённых монстров были частью их племени, а некоторых они никогда раньше не видели. Одно объединяло всех этих монстров: искра разума в глазах и неспособность вырваться самостоятельно из-за слабости и ран.

Время шло. Количество клеток, казалось, не уменьшается, сколько бы Ксеносы не уничтожали. Крики о помощи не смолкали. Подхватывая падающих от бессилия сородичей, Ксеносы громили клетку за клеткой.

— Фия, где Виена?

— Не знаю. Они утащили её куда-то дальше, пока она была без сознания!..

Получившая свободу израненная гарпия, едва шевеля крылом, указала перьями куда-то в темноту.

Прищурив глаза, ящер оставил Фию Летту и снова перешёл на бег.

— Какое трогательное воссоединение.

В воздухе повисли редкие хлопки, будто хлопавший человек ждал этого самого момента.

— ?!

— Добро пожаловать в наше скромное жилище, монстры. Располагайтесь, чувствуйте себя, как дома.

Силуэт мужчины в очках показался из тьмы.

Лидо остановился, а Грос отвернулся от сломанной клетки. Взгляды Ксеносов уставились на этого мужчину.

Они оказались лицом к лицу с жесточайшим из охотников.

— Это ты охотился на наших собратьев и продавал их?..

— О? Вы знаете о продаже? Да, это я похищал вас, зверей, и обращал в деньги. Впрочем, для начала приходилось выбивать из вас дурь, чтобы вы слушались покупателей.

— Ублюдок!..

Ухмылка появилась на лице мужчины, Дикса, постукивавшего древком изогнутого красного копья по плечу. Он не обращал внимание на враждебность, исходившую от всех Ксеносов в комнате.

— Впрочем, скорее это были «мы», а не «я», — добавил он, и охотники показались во всей комнате.

Несколько вышло из-за спины Дикса, другие скинули маскировку со стен слева и справа, а одна из групп возникла у входа, которым воспользовались Ксеносы.

Летт и Фия подпрыгнули от удивления увидев, как группа людей и полулюдей появилась со всех сторон.

Ксеносы и разбитые клетки оказались окружены охотниками.

— !..

— Может у вас и преимущество битве, но… сможете ли вы защитить всех своих ценнейших товарищей одновременно?

Дикс не ошибался. Освобождённые монстры едва могли стоять.

Здоровые Ксеносы не смогут сражаться в полную силу, если будут беспокоиться о защите товарищей. Заманить Лидо и остальных в это место и ждать, пока Ксеносы освободят остальных монстров, было частью плана.

Лидо и Грос обнажили клыки, глядя на своего ухмыляющегося врага, прищёлкнувшего языком.

— …Лидо!

— Чего… Беллучи?!

В этот момент Белл и Фелс ворвались в зал, по каменной лестнице.

Лидо был первым, кто подскочил и повернулся от удивления. Ксеносы повторили его движение секунду спустя.

Охотники пришли в замешательство.

— Ты тот самый мальчишка… Зачем ты пришёл?!

— Сейчас не время, Грос!

Грос пришёл в ярость, узнав, что Белл пошёл за ними, но Лидо рукой придержал горгулью.

Зрачки-щели ящерочеловека встретились с красными зрачками Белла.

Почему, зачем, вернись назад… столько вопросов и слов было во взгляде Лидо.

— Да ладно… Гран, придурок! Что за чертовщина творится? Почему на нашей «тайной» базе незваные гости? Ты забыл закрыть врата?

— Я-я все их закрыл! Я не вру, Дикс! Когда монстры проходили, я закрывал врата, клянусь!..

Пот покатился по лицу огромного мужчины, которому ледяным тоном делал выговор Дикс.

Гран явился со второй группой Ксеносов, зашедшей сзади и взявшей монстров в «клещи», он был одним из ближайших к Беллу и Фелсу людей, потому они увидели предмет, который он держал в руках.

— Это разве не?..

Не веря своим глазам, прошептал Белл увидев знакомую пластинку.

— Ключ?! — волна негодования пробежала и по охотникам, увидевшим предмет в руках мага.

— Аааа, вот оно что… Ну и у кого из бездарных идиотов вы его забрали? Наверное, не стоило раздавать эти штуки налево и направо.

Одного взгляда на пластинку Диксу хватило, чтобы всё понять. Его настроение испортилось в одно мгновенье, он ударил по своему плечу древком копья сильнее обычного.

Гран и остальные охотники не ожидали, что враги их окружат. Они отошли к стенам, Отчего Белл и Фелс смогли приблизиться к Ксеносам.

— Синьор Белл…

— Жители поверхности… вы пришли… чтобы помочь?

— !..

Гарпия, опирающаяся на гоблина в красном колпаке, заговорила.

Порезы и синяки покрывали её тело. Цепи были с неё сбиты, но ноги по-прежнему сковывали огромные оковы, не позволявшие ей двигаться.

Белл не смог даже ответить, ощутив на себе слабый взгляд Фии.

Где Виена?!

Парень не мог представить себе девушку-дракона в таком же состоянии и тут же начал искать её взглядом. Однако, несмотря на количество людей и монстров в зале, Виены нигде не было видно.

— Не могу поверить… комната таких размеров…

Пока Белл поддавался волнению и панике, Фелс изучал комнату, в которой они оказались.

Спустя секунду мудрец повернулся к Диксу, и громким голосом, чтобы его слышали все присутствующие, обратился к нему:

— Насмешник, Дикс Предикс… так это ты за всем стоишь.

— Ты кто такой, маг? Есть в тебе что-то тёмное, я бы сказал… Может расскажешь почему ты сговорился с этими монстрами? Да и ты бы объяснился, Маленький Новичок.

Фелс и Дикс начали разговор, пока охотники злобно переглядывались с Ксеносами. В воздухе повисло напряжение, в любой момент готовое вылиться в настоящий взрыв.

— Спрошу напрямую. Это создано Дедалом, или нет?

— Хах! Заметил, значит? Наверное, ты уже обо всём догадался.

— …Как давно используются эти коридоры? Нет, точнее, как ты узнал о их существовании?

— Как я узнал? Мне завещали их предки. Как наследник, я могу полноправно ими пользоваться, разве нет?

Слова Дикса не только удивили Фелса, но и заставили Белла потерять дар речи.

— Предки… наследник?!

— Хочешь сказать в тебе течёт кровь Дедала?!

Голоса Белла и Фелса были наполнены удивлением. Довольно улыбнувшись, Дикс повернулся к Ксеносам, слушавшим разговор.

— Так и есть. Смотрите, вот доказательство.

С этими словами мужчина поднял очки над глазами.

Всем стали видны не знающие страха красные глаза.

На левом значке стояла отметка «D».

— Вот доказательство моей принадлежности к роду Дедала. Все, в чьих венах течёт хоть капля его крови, рождаются с этой отметкой в глазах.

Проклятое наследие.

Его доказательство было неопровержимо.

Впрочем, нельзя было утверждать, что эта отметка не была нанесена на его глаз. Принимать решение, основываясь только на этом, было бы глупо.

Однако, Белл застыл, посмотрев в руку мага. В красном камне на диске была высечена точно такая же отметка.

То, что было вставлено в пластинку не просто напоминало глаз…

— Двери открываются только нашими глазами. Они сделаны так, чтобы наследники могли ходить, куда пожелают и получить доступ к его «работе»… Впрочем, потому нам приходится вырывать глаза из мёртвых тел и использовать их в качестве ключей.

Фелс, Белл и Ксеносы застыли будто статуи, когда Дикс произнёс название этого места:

— Созданный руками людей лабиринт Кносс, шедевр, оставленный Дедалом своим потомкам для завершения.

— Кносс?

Повторил Гермес, будто не расслышав.

Икелос в ответ ухмыльнулся, бросив короткое: «Ага». Он отвечал на вопросы божества в качестве «награды».

— По крайней мере, так написано в заметках.

— Заметках? Хочешь сказать…

— Ну да, заметки Дедала.

Налетевший порыв ветра растрепал дешёвую чёрную одежду божества и подхватил его голос, донеся его до Гермеса.

— Дедал… Прапра Дикса крепко поехал крышей увидев Подземелье. Он, всего лишь, захотел создать своими руками шедевр, который превосходит лабиринт во всех аспектах… Ну не глупость ли? Ха-ха! В те дни было так много безумцев. А сейчас остались только бесхребетные козявки.

Божество усмехнулось, будто не видело ничего интереснее, чем заметки безумца, поглощённого своими желаниями и сожалениями.

— Разумеется, одному человеку такое завершить не под силу. Сомневаюсь, что это вообще возможно. Как бы там ни было, Дедал умер, когда его детище было в зачаточном состоянии и пожелал его завершения своими потомками.

— …

— Он оставил неплохие чертежи своего подземелья. И с тех пор его потомки трудились над завершением.

Гермес погрузился в молчание и заговорил лишь спустя несколько секунд:

— Икелос, если сказанное тобой правда, тогда, потомки Дедала…

— Так и есть Гермес. Потомки трудятся над созданием Кносса почти…

— …Тысячу лет, — произнёс Дикс, надвигая очки обратно на глаза. — Столько предки строили эту штуку, так, что даже Гильдия не заметила.

Белл, Фелс и даже Ксеносы не могли поверить в заявление мужчины.

— Невозможно! За эти годы не могло не узнать ни души?!

— Слушай, маг, а как ещё ты объяснишь наличие лабиринта, в котором стоишь? Думаешь это «произведение искусства» возникло в Подземелье за одну ночь?

Подземелье имеет форму круга.

Оно расширяется, и каждый этаж шире предыдущего.

А Кносс его огибает.

Белл объединил свои знания с заявлениями Дикса и пришёл к такому выводу.

Чертежи Дедала призваны создать место, опоясывающее каждый этаж Подземелья.

Сеть тоннелей и канализация Орарио, о которых упоминал Фелс, тоннель, который нашёл на Дедаловой Улице Белл, всё это является частью единого целого.

Лицо Белла побледнело, когда он осознал масштабы Кносса.

— Мой отец, дед, прадед и прочие предки расширили Кносс до серединных этажей, а ведь я даже лиц их не знаю.

Тысячелетие прошло с момента смерти Безумного Дедала, Кносс стал результатом работы тысячелетнего безумия, которое бурлит в крови его наследников.

Белл практически увидел, как безумие Дедала обретает форму созданное руками, вырывающимися из могил.

— С другой стороны… тысяча лет прошла, а мы до сих пор на серединных этажах.

Только тридцать процентов чертежей было завершено, выложил, как на духу, Дикс.

— …Никогда бы не подумал, что связь Паствы Икелоса и Злодеев окажется настоящей… — прошептал себе под нос Фелс, что-то осознав.

Дикс усмехнулся в ответ.

— Не имею понятия, кто из наших предков начал первым работать с теми, кого ты назвал Злодеями. Но к тому времени, когда я был рождён в этом тёмном лабиринте, они уже были в деле.

— …Всё ради завершения его проекта.

Подвёл итог Икелос.

— Шедевр Дедала требует времени, сил и очень много вложений.

Орихалк и адамантин.

Вдобавок, требуются камни и другие строительные материалы.

Кносс не регенерирует, подобно Подземелью, потому неизбежно ломается и нарушает виденье Дедала. Всё из-за того, что Дедал вознамерился создать нечто, что превзойдёт само Подземелье.

И, разумеется, материалы для строительства Кносса непросто заполучить.

— Вот почему потомки Дедала связались с Злодеями и прочими нечистыми на руку организациями…

Потомкам Дедала приходилось поддерживать связь с разнообразными подпольными группами и организациями чёрного рынка. Им требовалось постоянное пополнение запасов орихалка, строительных материалов или золота. И их не беспокоили прочие дела, которыми занимались те группы.

Второй вход в Подземелье, подальше от любопытных глаз и Гильдии, Кносс, стал их козырем.

Рукотворное Подземелье расширялось и становилось глубже, со временем. Некоторые организации сомневались в его полезности, но раскрыв истинную ценность Кносса, делали свои собственные взносы на его постройку. Тёмные организации работали вместе, чтобы скрыть существование Кносса от Гильдии.

В голове Гермеса всё встало на свои места, и он пробежал пальцами по полам шляпы.

Кносс стал колыбелью для зла, темноты, которая веками грозила поглотить город.

— Ходят слухи, что потомки Дедала готовы на всё, чтобы завершить это подземелье. Одержимые созданием чего-то запретного, они похищали женщин, чтобы продлить свой род, и всегда существовал кто-то, кто будет работать после них.

Икелос сказал, что Дикс был рождён от одной из таких связей.

Полуродственные связи и инцест не были редкостью среди потомков Дедала.

— Пусть мы и говорим о наследии Дедала, мне сложно поверить, что потомки, по своей воле посвящают жизнь выполнению невыполнимой работы…

— Что я могу сказать? Мне кажется, причина в их крови, — Икелос пожал плечами отвечая Гермесу. — Проклятая кровь… так сказал Дикс.

Улыбка снова появилась на губах божества, когда он опустил взгляд на Город Лабиринта.

— Потомки Дедала танцуют под дудочку его заметок, и вынуждены строить эту штуку.

Красные зрачки едва виднелись из-за закопчённых линз очков.

Дикс поднял своё копьё, того же оттенка красного, что и его глаза, выставив оружие в боевую позицию.

— …Выходит, продажа похищенных Ксеносов всего лишь способ заработка.

Когда Дикс и охотники обнаружили Ксеносов осталось загадкой.

Однако, для завершения постройки Кносса ему требовались огромные деньги. Присоединившись к Пастве ради Благословения, он перехватил контроль, связав Паству с чёрным рынком Орарио.

На предположение Фелса, Дикс ухмыльнулся.

— Поначалу так и было.

Тон сказанных слов и ухмылка охотника заставили Белла вздрогнуть.

БАМ!

— Хватит говорить!!!

Посмотрев в сторону громкого стука, парень увидел Гроса, разнесшего каменными когтями ближнюю клетку.

Глаза горгульи блестели, Грос расправил пепельные крылья.

— Ваша жестокость к нашим собратьям и убийство Раних ничто не изменит… сейчас увидите нашу ярость!!!

Горгулья подлетел, одним быстрым движением запустив себя в Дикса.

Мужчина в очках, не раздумывая ни секунды, схватил за воротник одного из своих подчинённых и швырнул его в горгулью. Удивление подчинённого Дикса обратилось разрывающим связки криком, когда когти Гросса в него впились.

Кровь впервые брызнула на поле боя.

— Мы с Гросом поведём натиск! Дол, твоя группа присматривает за ранеными!

— ГЬЯХ!

Ящерочеловек начал раздавать приказы товарищам, одновременно с этим ударив ближайшего зверочеловека. Остальные Ксеносы бросились на защиту освобождённых товарищей, скрестив оружие с напавшими охотниками.

— Будь оно всё проклято!

— Кех… Вспышка!!!

Ошеломлённый в первые мгновения начавшейся битвы Белл пришёл в себя, когда на него бросился отряд охотников.

Впрочем, охотники не смогли подойти из-за гоблина в красном колпаке, вооружённого боевой секирой, и Фелса, бросившегося на защиту раненной гарпии, и оказались отброшены, как только их настигло заклинание Белла.

— Да ладно… эти настолько сильны? Мы их недооценили.

Шокированные члены Паствы Икелоса были поражены одной и той же мыслью.

Все охотники, кроме Дикса бросились в бой, но терпели сокрушительное поражение. Нацелившись на слабейших из монстров, они лишь сильнее разъярили Ксеносов, и чистейшая мощь монстров разрывала ряды людей.

Особенно выделялись Лидо и Грос. Ухмылка Дикса сменилась яростью, когда он увидел, что его Паства терпит поражение.

— Видимо сдерживаться нет смысла… Похоже, пора его применить, — сказал Дикс, перехватив копьё левой рукой, он вытянул правую.

— …

Единственной причиной, по которой на этот жест успел отреагировать испуганный Фелс, был его богатый опыт в схватках с людьми. Даже реакция Белла была запоздалой.

Гран и остальные охотники бросились в укрытия будто от этого зависела их жизнь.

Чёрная роба мага распахнулась.

— …Прячься за меня, Белл Кранелл! ЖИВО!!!

Глаза Белла округлились, то, что даже Фелс потерял своё привычное спокойствие, о многом ему сказало.

Схватив Летта и Фию, прижав их к себе Белл нырнул за спину Фелса, маг распахнул руки шире.

«Потеряйтесь в бесконечном кошмаре».

Жуткий голос Дикса сплетал заклинание.

«Фобетор Дедал».

Волна красного света сорвалась с пальцев Дикса.

Свечение охватило поле боя.

Зловещий свет, охваченный тьмой. Взрыва не последовало, не было ни волны, ни даже вибрации. Свечение охватило зал, а спустя секунды раздался заставляющий вставать волосы дыбом вой.

Белл и Ксеносы, спрятавшиеся за Фелсом, обхватили головы, вслушиваясь в окружающие звуки, прежде чем высунуться из-за чёрной робы.

Все монстры до единого будто лишились рассудка.

— Что?!

— Лидо, Грос!

— Почему вы?!

Белл, гоблин в красном колпаке и гарпия не могли поверить в то, что происходит. Ксеносы пытались уничтожить всё, что попадало в поле их зрения.

Глаза ящерочеловека были красными от ярости, горгулья взревел, как безумный. Из их ртов полилась пена, они размахивали мечами и когтями, как настоящие монстры.

Всех Ксеносов объединяла одна особенность, их взгляд был таким же одержимым, как взгляд Дикса.

Пришедшие в безумие звери разносили всё на своём пути, окончательно разметав остатки клеток. Оглушительный рёв и вопли разрывали барабанные перепонки.

Вскоре они начали сражаться друг с другом. Битва монстров с охотниками превратилась в безумное сражение, в котором каждый был сам за себя.

— К-как такое возможно?..

Заклинание Дикса подействовало не только на закованных в броню, здоровых Ксеносов. Даже освобождённые и раненные монстры оживлённо бросились в бой. Белл с ужасом наблюдал за происходящим. Кровь лилась из открывшихся ран, но звери продолжали атаковать всех, кого видели. Крики и вой отражались от стен и потолка зала.

Волосы парня стали дыбом от разрастающегося безумия монстров.

— Проклятье!.. — с ужасом произнёс Фелс, стоящий рядом с Беллом и остальными, единственный, кого не охватило оцепенение.

Проклятья.

Подобно магии, призывающей стихии и усиливающей пользователя, они требуют произнесения заклинания. Однако, действие проклятий достойно их названия.

Ошеломление, наложение ограничения на движения, физическая боль — существует немало типов проклятий.

Самой неприятной особенностью проклятий является то, что их очень сложно заблокировать или снять. Лишь особые предметы на это способны. Даже одна из способностей — Иммунитет — не даёт от них защиты.

Естественно, монстры совершенно беззащитны перед проклятьями.

Подобно магии, эта техника может быть использована только людьми. Ксеносы ничего не могут поделать, им остаётся только принять удар этого заклинания.

— Ого~~, кто бы мог подумать, что всё пройдёт, как по маслу, стоит мне его произнести… точнее, должно было пойти как надо.

Дикс довольно смотрел на сражения обезумевших монстров, пока не наткнулся взглядом на Белла и Фелса стоявших на другой стороне поля боя.

— На этих не сработало… Слушай, маг, твоя роба особый предмет?

— …Верно подмечено. Она защищает от проклятий и снижающей параметры магии.

Дикс крикнул во весь голос, а Фелс ответил едва различимым шёпотом, потому вряд ли его ответ был услышан.

Чёрная роба мага защитила Белла и пару Ксеносов, скрывшихся за его спиной от проклятья.

— Впрочем, не уверен, что это проклятье и без неё могло бы повлиять на костяное тело, — добавил шёпотом маг, известный как Глупец, уставившись на ухмыляющегося мужчину в очках злобным взглядом.

— Должно быть, это проклятье и не давало нам найти охотников, а также поэтому их не смогла отыскать Паства Гермеса!..

Проклятье стало последним кусочком головоломки для Фелса, наконец завершив картину.

Если кто-то ловил охотников на тёмных делах, это проклятье превращало его в безумца и охотникам даже не нужно было пачкать руки. Если, каким-то чудом авантюристу удавалось прожить достаточно, чтобы прийти в чувство, он лишался воспоминаний, почему оказался в таком состоянии.

Именно поэтому охотники решили отступить узнав, что их преследует группа авантюристов Паствы Гермеса. Дикс предположил, что в распоряжение Персея может оказаться магический предмет вроде робы Фелса, или что-то, что может избавлять людей от действия проклятья. Он пожертвовал той охотой, чтобы об охотниках наверняка никто ничего не узнал.

Белл тоже это понял.

С первого же взгляда становится понятно насколько сильно проклятье Дикса.

«Фобетор Дедал».

Проклятье, которое лишает цели рассудка.

Очень короткие слова для произнесения и огромный радиус действия делают эту технику смертельно опасной.

Любой, у кого не будет от неё защиты, мгновенно погрузится в дикую ярость и наверняка не доживёт до следующей встречи.

Белл не мог скрыть ужаса от осознания, что существует способ вынудить жертву сражаться, пока её тело не откажет.

Потому Дикс был так в себе уверен.

Потому он поймал так много Ксеносов. Это проклятье его козырь.

— Конечно кое-кого мы лишимся, раз уж дошло до проклятья, но…

Несколько охотников не успели сбежать от заклинания Дикса, и у них не было защитных предметов, чтобы заблокировать его действие. Они, подобно монстрам, ревели и рассекали людей и монстров на своём пути.

Дикс охватил взглядом охваченных проклятьем монстров и людей, произнеся:

— Что же… приятного аппетита, монстры!

Неожиданно двое монстров оказались прямо перед Беллом.

— ?!

Двое Ксеносов рвали друг друга на части. Атака третьего монстра свалила их обоих на землю.

Ошеломлённые звери вскочили на ноги и прыгнули на Белла.

— АААААААААААААААааа!!!

— Это плохо!

Проклятье охватило их разум.

Беллу пришлось уклоняться от ударов когтей и клыков, один из которых обрушился на каменный пол, вызвав град каменных обломков, безумные взгляды впились в Белла, Фелса, Летта и Фию. Гоблин в красном колпаке и гарпия застыли от страха перед своими собственными родичами.

Обезумевшие монстры и охотники продолжали сражаться, несмотря на раны, и четверо оставшихся в сознании людей и Ксеносов оказались посреди бешеной потасовки.

— …

— ?!

Белл не мог обратить клинок на Ксеносов, они должны были быть по одну сторону этого сражения. Ему оставалось только блокировать и уклоняться от ударов, но парень не смог избежать грифона, обрушившегося на него во время одного из прыжков. Прежде чем острые когти вцепились в плоть парня, огромная дубина тролля снесла и Белла, и монстра в сторону.

— Синьор Белл?!

В глазах Белла рябило, он летел через поле боя.

Грифон принял на себя основной удар дубины и извивался от боли, отпустив парня. Беллу удалось избежать ран, но он оказался отделён от Фелса и остальных. Крик гоблина в красном колпаке растворился в общем шуме битвы и вое, Белл остался один.

Отбросив от себя грифона, Белл поднял голову, и, будто из ниоткуда, на него выпрыгнул ящерочеловек, подняв клинки высоко над головой.

…Лидо.

Безумные от ярости глаза. Ятаган, задранный к потолку. Парень увидел жуткое зрелище.

Белл растерялся, наблюдая, как ящерочеловек, готовится разрезать его напополам.

Смотря на жуткое лицо монстра, угрожавшего его убить, Белл мог только поднять кинжал.

Ящерочеловек начал опускать ятаган.

Время будто застыло. Белл ошеломлённо смотрел как клинок опускается прямо на его тело.

— ГЕХХХХ!

Бесцветная ударная волна снесла ящерочеловека, отправив его в полёт.

Ход времени вернулся в норму, повернув голову Белл увидел, что правая рука мага выставлена в его сторону, перчатка на ней светится.

— Прошу прощения, Лидо!..

Дальнобойный поток энергии, направленный Фелсом, спас Беллу жизнь. Маг крикнул.

— Останови Насмешника, Белл Кранелл!!!

— А?

— Действие таких проклятий исчезает, когда маг перестаёт их поддерживать! Ксеносы придут в себя!

Белл перевёл взгляд с Фелса на мужчину в очках с красным копьём на плече.

Отлетев к центру поля боя Белл оказался достаточно близко к Диксу. Ещё немного и он будет на расстоянии удара.

Белл злобно посмотрел в глаза Дикса, скрытые за стёклами очков. Тело парня охватил жар, он поднялся на ноги.

Впервые за сегодня Белла охватило желание вступить в бой.

— На меня решил напасть, Маленький Новичок? У меня пятый уровень, знаешь ли!

— !!!

— Я не блефую. Некоторые из говорящих монстров чертовски сильны. Чтобы продолжать заниматься любимым делом, мне немало авантюристов пришлось пережить.

Слова Дикса не были ложью, он следил, как парень приближается к нему не без интереса.

Взгляд Белла дрогнул, когда он услышал о уровне, но…

— Проклятья сильны, но их использование не проходит бесследно! Этот человек сейчас ощущает на себе последствия!

— Чёрт. Почему ты не заткнёшься.

Циничная ухмылка появилась на лице Дикса, когда их снова достиг голос Фелса.

Разница между проклятьями и заклинаниями в цене, которую платит заклинатель.

Проклятья требуют платы, они накладывают на пользователя определённые штрафы, при использовании.

Взгляд Белла снова наполнился решимостью.

С чёрным кинжалом в правой руке и алым в левой, Белл бросился вперёд.

Он бежал по полю боя, уклоняясь от обезумевших монстров, и оказался на расстоянии удара от Дикса.

— Дикс.

— Да ладно. Мага того уберите.

Дикс отдал приказ вылезшим из своих укрытий подчинённым, его губы скривились в усмешке.

Паства Икелоса оставила самого устрашающего из охотников сражаться один на один с приблизившимся парнем. Дикс поднял копьё.

— Побей его, Белл Кранелл.

Под крик мага, прорезавшийся сквозь шум поля боя, копьё и кинжал столкнулись.

Искры посыпались от скрещенных лезвий Белла и Дикса.

— Эй! Я нашёл выжившего!

— Ты в порядке? Ответь!

Город Ривира был омыт мягким светом кристаллов.

Небольшая группа, отделившаяся от главных сил Паствы Ганеша, отправилась в развалины, когда-то бывшие укреплённым городом в Подземелье в поисках выживших. Члены группы перекрикивались, кинувшись на помню дварфу, оказавшемуся под грудой обломков и эльфу, лежавшему на другой стороне улицы.

— К-какой ужас…

Модака обнаружил несколько истерзанных трупов среди обломков.

От них остались куски плоти, лежащие в лужах крови, избитые до такой степени, что лица невозможно было узнать. Будто кто-то пытался свести личные счёты.

Модака и его группа не знали, что эти тела принадлежали авантюристам Паствы Икелоса.

Лицо Модаки побледнело, его руки прикрыли рот, когда он осматривал повреждения, причинённые лежащему в руинах городу.

— ?..

Ужасавшийся судьбе собратьев-авантюристов Модака краем глаза увидел нечто странное. Что-то мелькнуло вдалеке у края этажа.

Он увидел, как что-то появилось из соединяющего этот этаж с нижним тоннеля, у корней Центрального дерева.

Белый шарик шерсти сидел на четырёхногом чёрном монстре. Они были слишком далеко, потому наверняка Модака знать не мог, но ему показалось что этими монстрами были адская гончая и аль-мираж.

Авантюрист потряс головой и посмотрел на странную парочку, несущуюся к восточному лесу.

— А? А это ещё что? — удивлённо прошептал себе под нос Модака, когда среди корней дерева возникла новая тень.

— …Вот чёрт.

Это единственная фраза, которая у него вырвалась.

— Чёрт, чёрт!.. Чёёёёёёёрт!

— Эй, что с тобой случилось?

— Бегите!!! Нужно найти командира и убираться отсюда!

— О чём вы говорите?

— На приручение монстров больше нет времени!

Члены Паствы Ганеша собрались вокруг вопящего Модаки.

Холодный пот покрыл его тело, он крикнул во весь голос:

— Аномалия! Адский подвид монстра!

— Отлично сработано! Теперь всё под контролем!

— Всего четверо осталось!

Несколько членов Паствы Ганеша, работая вместе загнали в угол и связали сопротивлявшуюся ламию.

Глубоко в восточном лесу…

Ударная группа одержала верх над вооружёнными монстрами, в основном потому, что большая часть монстров исчезла в лесу и их осталось не так много. Помощь авантюристки в капюшоне пришлась очень кстати, позволив авантюристам связать сопротивлявшихся монстров.

Обычное приручение почти не работало на вооружённых монстров. Несмотря на то, что звуки боя ещё доносились с отдельных краёв леса, полномасштабный бой перерос в небольшие стычки. Всего несколько монстров продолжало сопротивляться. Тела обычных монстров и кучи пепла покрывали травяной ковёр.

— Да уж, от стука и звона… голова кружиться начала.

— Кстати, сирена довольно интересная… Кажется, она намеренно не наносила смертельных ран.

Айша опустила огромный деревянный клинок рядом с Лю, также опустившей оружие. Ильта и другие члены Паствы Ганеша пытались загнать в угол сирену.

Она была последним оставшимся несвязанным монстром. Мощные звуковые волны, которыми она атаковала сдерживали авантюристов, но вернувшись после встречи с Беллом Лю скрытно ударила по крылу сирены, лишив её преимущества.

Сила сравнимая с силой лучших авантюристов мало чем может помочь в подобном окружении. Без поддержки сирены с воздуха, остальные монстры долго не продержались и очень быстро оказались повержены.

— !..

Сирена была окружена авантюристами, она смотрела на них злобным взглядом из-под сведённых бровей.

Она осталась единственным ещё не связанным монстром. Она тяжело дышала. Прижатые к телу крылья были покрыты ранами. Её лицо скривилось, на нём были видны брызги крови авантюристов, которых она ранила.

— Наконец, последняя…

Командир авантюристов, Шакти тяжело вздохнула, оглядев поле боя.

Сомневаюсь, что мы были бы в таком состоянии, если бы не приказ на приручение… Но не мне об этом говорить.

Приручения пожелал Ганеша, напомнила себе авантюристка, кивнув.

Шакти понимала, что сейчас авантюристам нужно гнаться за второй группой, сбежавших дальше на восток, и уже собиралась отдать приказ…

— ?..

Она повернулась.

Она услышала, как что-то несётся через кусты, её взгляд упал на источник этого звука.

…адская гончая и аль-мираж?!

Монстры не стали атаковать, они бросились прямо к Шакти. В этот момент…

— …

Она увидела это.

А секунду спустя.

БАМ!

— …Сестра?

Громкий удар привлёк внимание Амазонки Ильты и отвлёк от сидящей на ветке сирены над головой.

Она увидела, как женщина, к которой она обращалась, как к сестре, где-то вдалеке врезалась в дерево.

Она опиралась на древесный ствол, неожиданно, её голова опустилась.

Точнее, она не опиралась.

Она ударилась о ствол.

После этого она начала сползать вниз.

Закашлявшись кровью Шакти оказалась сидящей на земле прислонившись спиной к древесному стволу.

— А?..

Дерево издало зловещий треск и, обломившись, громко рухнуло на землю.

Лю, Айша, авантюристы и даже монстры повернулись на этот звук.

Земля начала трястись, беспомощная Шакти лежала на земле лицом вниз.

— Сестра! — завизжала Ильта. Глаза Лю округлились, как и у всех остальных.

Не заботясь о скрытности по лесу, шло нечто огромное, сотрясая землю каждым шагом.

Незаметно для авантюристов сирена из последних сил взлетела, издав вздох облегчения, когда огромный силуэт возник среди деревьев.

— Что?..

Кулаки размером с булыжники.

Гигантское тело.

Прочная броня.

Оно было вооружено огромным двухсторонним топором, Лабрисом.

Тёмная тень чёрной как уголь шкуры нависла над авантюристами.

— Будь ты проклят!

Ильта яростно взревела и повела остатки Паствы Ганеша в бой.

Чёрная тень взревела в ответ.

— Летт, Фия, бежать можете?

Они были отрезаны от остального Подземелья.

Яростная потасовка разразилась в подземном зале Кносса, рукотворного лабиринта десятилетиями возводившегося усилием огромного числа людей.

— На помощь синьору Беллу?! В таком состоянии!..

— Нет, ко входу за нашими спинами!

— !

— Вернитесь на восемнадцатый этаж, найдите Рей и тех, кто с ней. Я хочу, чтобы вы всё им объяснили и привели сюда. Авантюристов Паствы Ганеша тоже!

Фелс знал, что сейчас не время быть разборчивым в союзниках, отдавая приказ.

Если авантюристы узнают о существовании Ксеносов это перевернёт общество с ног на голову, но это лучше, чем поражение от Паствы Икелоса здесь и сейчас.

Ксеносы кивнули, поняв, что от них требуется.

— Вы помните, как сюда идти?

— Да!

— Возьмите ключ. Он откроет все двери.

Фелс протянул особый магический предмет гоблину в красном колпаке. Низенький монстр отбросил огромную секиру и повернулся к гарпии, сидящей рядом.

— Фия!

— Я могу лететь… Я полечу!

Несмотря на огромные кандалы, стягивавшие ей ноги, гарпия попыталась распахнуть крылья и поднять своё тело в воздух.

Она оторвалась от земли, а гоблин схватился за её ногу. Ксеносы взлетели под потолок, пролетая над своими обезумившими товарищами и исчезли в темноте коридора.

— Маг, ты что это делаешь?!

— !

Грубый голос подобный рыку собаки достиг ушей Фелса смотревшего Ксеносам вслед.

Охотники Паствы Икелоса его настигли. Восемь мужчин и женщин, спасшихся от проклятья Дикса Предикса держали оружие наготове.

— Есть одна вещь, которую я хотел бы у вас узнать. Почему вы беспрекословно следуете приказам Дикса? Судя по тому, что я видел, он правит железной рукой.

Если они нападут одновременно, Фелсу не одержать победы. Одной организованной атаки хватит, чтобы они одержали верх.

Фелс тут же отступил ближе к хаотичной схватке Ксеносов.

— Так это чертовски весело, что ещё нужно? Делай как говорит Дикс и у тебя будут деньги и женщины, когда захочешь! Монстры всего лишь игрушки!

— …И зачем я спрашивал…

Фелс не стал ничего говорить в ответ, вместо этого атаковав.

Монстры, сражавшиеся в полную силу, стали помехой для его противников. Когда кому-то из охотников всё-таки доводилось подобраться к Фелсу достаточно близко, тот откидывал их ударными волнами.

— Гах!

— Сукин ты!.. Это что ещё за чертовщина?! Какой-то магический предмет?!

— Как мне кажется, было бы нетрудно догадаться, что я использую магическую энергию в качестве снарядов, — объяснил Фелс. — Некоторые монстры способны на нечто подобное своим криком.

Хаос битвы стал лучшим другом Фелса. Несмотря на то, что дерущиеся монстры создавали угрозу и для него, тот факт, что его противники не могли использовать заклинания был важнее.

Произнести заклинание в подобном хаосе было практически невозможно. Даже если бы враги могли произносить заклинания на ходу, это было бы непросто. А любой, кто выйдет из творящегося хаоса и начнёт читать заклинание станет лёгкой мишенью для невидимых снарядов Фелса.

Перчатки Фелса были атакующим магическим предметом: Пожирателем Магии.

Он создал этот предмет для личного пользования.

— Хоть слабость — это минус для заклинания… и магии Белла Кранелла.

Используя потенциал Ксеносов на полную, маг вывел из боя ещё одного из охотников.

— Если бы не твои грязные приёмчики!.. — сплюнул зверочеловек, приближаясь к Фелсу и проклиная чёрную робу, которая превосходила в качестве даже предметы Персея.

— Но на таком расстоянии!..

Лезвие меча отправилось в Фелса.

Фелс ответил на этот удар одним точным движением.

— ?!

— «Грязные приёмчики», на которые вы, охотники, жалуетесь, требуют для создания нескольких навыков, — ответил Фелс, останавливая удар, в который охотник вложил всю свою силу одной рукой.

После этого он хладнокровно добавил, увидев озадаченность охотника.

— Так уж получилось, что у меня Четвёртый Уровень. Хотя я и не могу улучшить характеристики из-за того, что моя спина сгнила.

Вспомнив о своём ненавистном божестве, Фелс направил вторую ладонь в живот авантюриста.

— Пого!..

Бам!

Бесцветная ударная волна взорвалась прямо на животе, заставив зверочеловека вылететь, будто ядро из пушки.

— О, и ещё меня называли «Мудрецом». Так что я уверен в своих способностях к управлению магической энергией, — с сарказмом в голосе произнёс маг. Испещрённые узорами перчатки Фелса блеснули.

Четверо охотников пало. Как только он разберётся с остальными, он пойдёт на помощь Беллу. И когда эта мысль мелькнула в голове Фелса, как он едва успел уклониться от атаки со спины.

— Странно. Кстати, у меня тоже четвёртый уровень.

— !..

Огромный мужчина с чёрной татуировкой на лице, Гран, отсёк кусочек чёрной робы Фелса двуручным мечом. Амазонка, зверочеловек и дварф прорвались сквозь хаос битвы и приблизились к магу вместе с ним.

Это они убили Раних. Главная атакующая группа Паствы Икелоса.

Осознав в каком положении, он оказался, Фелс взмахнул обеими руками.

С другого конца поля боя послышалась цепочка взрывов.

Наносивший удар за ударом по мужчине в очках Белл ощутил вибрации.

— Парень, у тебя правда третий уровень? Какой-то ты слишком быстрый.

— !..

Мужчина в очках орудовал двухметровым копьём и с лёгкостью отбивался от ударов Белла.

Строго говоря, атаки Белла не оставили на теле Дикса и царапины. Мужчина успевал уклоняться, несмотря на бешеный натиск авантюриста.

Когда Дикс услышал, что рёв Ксеносов за спиной становится всё ближе он вынудил парня отступить серией ударов копья.

На мгновенье дистанция между ними разорвалась.

— Маг сказал правду. Проклятье действительно лишает меня кучи характеристик.

— …

— Всё кажется таким медлительным и тяжёлым.

Дикс видел сомнение в глазах Белла, думавшего, действительно ли его противник ослаблен. И после этого подтвердил, что Фобетор Дедал действительно его ослабляет.

Его противник мог бы сражаться на равных с авантюристами первого ранга.

Даже если проклятие лишило его уровня, он по-прежнему не уступил бы авантюристу Четвёртого Уровня.

Белл напрягся, он осознал разницу в характеристиках, но бесстрашно сжал кинжалы и снова бросился в атаку.

— Хотел я немного поразвлечься, но, судя по всему, не получится. Значит слухи о Маленьком Новичке пустой пшик.

Диксу стало скучно.

Он улыбнулся.

— Моя очередь, ты готов? — насмешливо спросил Дикс.

Он решил покончить с играми, копьё наполнилось кровожадностью.

— ?!

Мощный удар выбил Ушивакамару-Нишики из рук Белла.

Алый клинок описал дугу, выбитый кончиком изогнутого копья, когда охотник перешёл в нападение.

— Ках!

Белл едва успел увернуться.

Он прокрутился, используя инерцию чтобы нанести Диксу удар выставленным Кинжалом Гестии.

— Выходит ты хитрец, паренёк?

— Гах!

Однако, Дикс это предугадал, кончиком копья попав прямо по лицу Белла.

Удар Белла зацепил лишь воздух, а его лицо полыхнуло. На мгновенье мир для Белла затрясся, но он тут же восстановился. Снова оказавшись на ногах, он повернулся к Диксу, уже стоявшему за его спиной.

И первым, что увидел парень было копьё, направленное прямо ему в глаз.

Заметив недобрую ухмылку на лице охотника Белл, использовал все свои силы чтобы Кинжалом Гестии отвести этот удар в сторону.

— Ха-ха-ха-ха!

Копьё было отбито, но в последний момент Дикс провернул его и ударил парня сбоку. Смех Дикса ну умолкал ни на секунду. Он предупредил Белла, теперь его очередь нападать.

Длинное копьё описало в воздухе дугу, впившись в тело Белла будто змея, вонзившая клыки. Дикс продолжил атаковать парня, вынужденного перейти в глухую оборону с одним лишь Кинжалом Гестии в руках. В ударах не было какой-то логики. Белл не знал, куда противник нанесёт свой следующий удар. Вдобавок, Дикс ловко орудовал ногами, постоянно лишая Белла равновесия и делая атаки ещё более непредсказуемыми.

Белл отступал, а охотник нападал с необузданной агрессией.

— Приятно было познакомиться!

Мужчина вытянулся для решающего удара копьём.

Белл увидел направленный в него кончик копья и его глаза блеснули.

…Сработало!

Его левая рука оказалась скрыта за спиной, он вырвал алый кинжал из ножен и отправил в Дикса удар.

Этот удар столкнулся с копьём Дикса.

— !!!

Скрытые тёмными линзами красные глаза широко распахнулись.

Ушивакамару нанёс удар техникой, которую Белл узнал от Принцессы Меча. Он заманил противника и нанёс удар.

Белл помнил тренировочные сессии, которые для него проводили Айз, и девушка-амазонка на городской стене перед «Битвой» и притворился уязвимым, чтобы заработать преимущество.

«Они ослабляют защиту перед последним ударом».

Со словами своего идола в памяти, Белл ускорился. Удар алого кинжала позволил ему уклониться от кончика копья, и сблизиться с противником.

То, что является слабостью копья, также сильная сторона кинжала и это близкое расстояние. Белл подобрался на расстояние, на котором у него было преимущество.

— …

Дикс, который должен был удивляться, вместо этого уверенно ухмыльнулся.

За спиной он держал боевой кинжал, который из-за размеров можно было принять за короткий меч, которого не видел Белл.

Дуга мелькнула, с другой стороны, от копья, застыв в красных глазах парня.

Дикс будто повторил технику Белла, достав клинок с пояса, который тот не видел и направив его в открытый живот противника.

Идеальная контратака. Кончик кинжала был направлен в Белла.

Попавшись в собственную ловушку, Белл тут же припал к земле со всей скоростью, на которую был способен.

— О?

Удар, который должен был быть направлен в живот Белла, пришёлся ему в грудь.

Кончик боевого кинжала был остановлен бронёй. С громким металлическим стуком оружие Дикса было заблокировано серебристой бронёй.

— Ха-ха-ха! Неплохая броня!!!

— Ух!

Всё ещё приходя в себя от удара в грудь, Белл был отправлен в полёт пинком.

Холодный пот залил его кожу, Белл схватился за броню правой рукой, удерживая Кинжал Гестии.

Вельф!..

Кузнец хвалился двойным адамантином, из которого сделана пятая вариация Пьйонкичи.

«Я на этот металл кучу денег убил. Даже не думай сломать», — сказал тогда усмехнувшись красноволосый кузнец. Белл был от всего сердца благодарен ему за броню.

Эта броня только что защитила его от смертельного удара и спасла жизнь.

— Неплохо, парень. Продолжим.

Дикс снова перешёл в атаку, его губы скривились в улыбке.

Беллу снова пришлось защищаться от копья противника, вернувшего кинжал в ножны.

…Он силён.

Навыки и тактика боя Дикса не пропали, несмотря на понижение характеристик.

Этого и не могло случится. Эти навыки были получены в настоящих сражениях, на собственном опыте.

Насколько бы Белл не был близок к противнику в характеристиках, даже используя своё величайшее оружие, Ловкость, разницу в опыте он преодолеть не мог. Проще говоря, охотник Дикс Предикс был силён, как сильно бы ни были скинуты его характеристики мощным проклятьем.

Белл лишний раз осознал этот факт, когда древко копья отправило его на землю.

Непреодолимое отчаянье начало скапливаться с кончиков пальцев Белла и поднималось всё выше, то же самое ощущение у него было, когда он столкнулся с Фриной.

— Гах!

Белл успел откатиться, но алый кончик копья успел скользнуть по его щеке.

Мгновенье спустя Белл уже поднялся на ноги и был готов броситься вперёд, но…

— Жжёт!..

Острая, жгучая боль пронзила его щёку и заставила вздрогнуть.

— Тебе бы быть осторожнее. Один точный удар этого копья… и ты умрёшь на месте. — Ухмыляясь произнёс Дикс, подняв кончик зловещего копья на уровень глаз. — Заказал у одного мага. Оно проклято. Раны не затягиваются, ни исцеляющей магией, ни зельями. Пока проклятье не разрушено, конечно.

— !

Удивление отразилось на лице Белла. Новая волна холодного пота захлестнула парня.

Сколько бы раз Белл не стирал кровь, она не останавливалась. Сказанное Диксом было правдой. Кровь текла по щеке парня, окрашивая кожу и броню в красный цвет.

Даже от царапины невозможно восстановиться, это оружие заслуживает зваться проклятым.

Белл стиснул зубы в отражении кинжала увидев алое свечение заклинания.

…Мне кажется, или я подобное видел?

Где-то в отголосках памяти Белл нашёл слабый отклик.

— Сколько бы ты ни пытался ставить монстров на своё место, рано или поздно они лечатся. Куда проще убедить их, когда ты режешь их так, что раны не затягиваются.

Глаза Белла блеснули, когда он услышал, как Дикс объясняет назначение своего оружия.

— Неужели… Варвар на Дедаловой Улице?..

За приютом. Он вместе с Силь оказался в подземном тоннеле, после того как дети дали ему задание.

Белл вспомнил, встреченного им во тьме большого монстра.

— Погоди, ты серьёзно, парень? Ты на него наткнулся?!

Белл удивлённо смотрел, как Дикс расхохотался.

— Знаешь, мы поймали здорового монстра. Я хорошенько порезал его копьём, но… он сбежал от моих подчинённых-идиотов, до того, как его успели запереть.

— !..

— Треклятые тоннели обрушились, когда мы за ним гнались. Мы долго его искали. Нельзя было позволить ему жить.

Огромный, окровавленный монстр с бесчисленным числом кровоточащих ран, которые не закрывались.

Его рёв был наполнен гневом, болью и страданием.

Белл был удивлён «мольбой» этого монстра.

Неужели тот варвар тоже был Ксеносом?..

— Та история немало проблем нам устроила, поэтому с тех пор больших мы убиваем сразу… Ты за нами подчистил. Спасибо за помощь, Маленький Новичок.

Холодок пробежал по жилам Белла, смеявшийся и улыбавшийся противник был гораздо страшнее любого монстра и даже самого Подземелья.

Возможно, это тот самый «злодей», о котором говорила Лю.

Неописуемый холодок охватил тело Белла.

— Зачем…

— М?

— Зачем ты истязаешь монстров?.. — слова вырвались изо рта Белла, прежде чем он сам это осознал.

— Так говорили же, что деньги нужны, разве нет?

Разве можно продолжать причинять боль Ксеносам, услышав тот жалобный вой, который слышал Белл?

Рёв дерущихся монстров стоял у Белла в ушах, он потребовал ответа от Дикса:

— Это правда… только деньги?..

— …

Дикс на мгновенье замолчал, вопрос повис в воздухе.

А потом он положил руку на очки… и улыбнулся.

Эта улыбка была не такой, как раньше.

— Маленький Новичок, как, по-твоему, почему потомки Дедала продолжают слушать безумного предка, который давно в могиле?.. Понимаешь, почему это продолжается целое тысячелетие? Уже понял?

Белл удивлённо отпрянул, услышав такой неожиданный вопрос.

Дикс не ждал ответа.

— Потому что кровь нас заставляет.

— Что?..

— Кровь заставляет нас продолжать, — сказал Дикс, со всей силы прижав очки к голове.

Голос мужчины стал на порядок выше:

— Она не затыкается! «Доделай этот грёбаный огромный лабиринт», – вот что она твердит!!!

— !..

— Она не даёт мне передохнуть ни секунды!!! Кровь Дедала заставляет меня двигаться дальше!!!

Впервые голос Дикса озвучил его эмоции.

Дикс не обратил внимания на рефлекторное отступление Белла и продолжал.

— Так было с самого моего рождения в этой тёмной мрачной дыре! Чертежи Кносса из чёртового блокнота заставляют нас трудиться до смерти!!! Никому от этого не сбежать из-за проклятой крови!

Охваченный злобой Дикс расхохотался.

Белл содрогнулся в страхе перед накатившей на него волной ненависти.

…Проклятая кровь.

Безумие Дедала продолжало жить уже тысячу лет. Непреодолимая одержимость в создании чего-то, что превзойдёт Подземелье, превзойдёт даже творения богов. Об этом Дикс говорит? Гениальность и безумие Дедала передаётся каждому его предку через кровь?

— Звучит как дурь, да?! Единственный, кто может мной командовать, это я сам!

Белл погряз в своих собственных домыслах о том, что происходит, но одно он понял наверняка.

Стоящий перед ним человек, Дикс Предикс обладает достаточным чувством самосознания, чтобы справиться с проклятой кровью.

— …Хотел бы я, чтобы эта одержимость просто исчезла, и я не шучу, — ледяным тоном подметил Дикс, улыбка на его лице осталась неизменной, будто накопившийся в нём гнев, наконец, нашёл выход. — Я ненавижу этот лабиринт больше, чем кто-либо другой в этом мире.

Но он не может вырваться.

Кровь ему не позволяет. Проклятье Дедала слишком сильно. Оно обязывает закончить шедевр Дедала.

Наконец Дикс убрал руку от своих очков.

— Я привык вымещать свои чувства на Подземелье. Я ненавидел лабиринт, которым так восхищался Дедал и который свёл его с ума. Я убивал монстров, снова, и снова, и снова, и снова… одного за другим.

— !..

— Разумеется, этого было мало.

Дикс бросил взгляд на Ксеносов, дерущихся за спиной Белла.

— Как же мне утолить мою жажду?.. Это всё, о чём я думал, вкладывая силы в постройку этого лабиринта. А потом мы нашли говорящих монстров и с этого началась наша охота. Посмотрим… кажется, это началось сразу после того, как ублюдочные Зевс и Гера свалили.

Дикс посмотрел вниз и усмехнулся, назвав имена богов.

Холодок пробежал по спине Белла, когда мужчина снова залился зловещим, неестественным смехом:

— Они не были похожи на обычных монстров. Они умоляли о пощаде. Представь себе. Монстры, рождённые Подземельем, сделавшим Дедала безумцем, молят о пощаде… Ха-ха-ха… До сих пор смешно.

— …

Застывшая на лице поднявшего взгляд Дикса улыбка была такой ужасной, что Белл лишился дара речи.

— …Наконец-то я нашёл! Нашёл страсть, которая затыкает хреново проклятье!!!

Дикс рассёк воздух копьём в правой руке.

— Впервые я познал удовольствие, когда заставил этих монстров рыдать от боли и отчаянья, когда их истязал! Я наконец утолил жажду, заглушил зов крови!!!

— Что?..

— Как написал один из предков, я просто отдался своему желанию!

Мужчина не переставал говорить:

— Истинное, чистейшее удовольствие! Кровь наконец стихла! Я, наконец, превзошёл себя и одержал победу!!! Ни эль, ни наркотики никогда такого не вызывали… чистейшая эйфория!!!

Белл увидел безумие мужчины и понял его.

Получается, что у сделанного Ксеносам Диксом, не было никакой высшей цели.

Он истязал их, чтобы утолить свои собственные желания и врождённый садизм. И этого было достаточно, чтобы заглушить проклятие в его крови. Единственное, за чем Дикс гнался… было удовлетворение его садистских наклонностей.

Это отличалось от битвы Вельфа с кровью Кротцо, текущей в его венах. Нельзя было даже сравнивать эти случаи.

Дикс перестал бороться с желанием своего предка, он просто заменил его ещё большей одержимостью и стал гораздо хуже, чем любой из монстров.

— Значит поэтому…

Он причинил Виене и другим Ксеносам столько боли…

Плечи Белла дрожали, он смотрел на мужчину, поглощённого своим влечением.

— Ты их пытаешь?

Улыбка исчезла с лица Дикса в одно мгновение:

— Не зазнавайся, парень.

— ?!

— Тебе никогда не понять каково это, испытывать желание, гнетущее тебя всю жизнь.

Дикс перешёл в нападение, направляя удары копья в Белла один за другим, пока Белл вынужденно от них уклонялся.

— Тебе никогда не понять человека, чей глаз изнутри сжигает проклятье!

Мужчина вложил всю свою ярость в удар. Заблокировавший этот удар Белл не устоял на ногах.

— Поначалу дело было в деньгах, — сказал Икелос, посмотрев в голубое небо. — Я тебе говорил, что Кносс требует денег. Много, очень много денег. Столько денег, что даже охота на нижних этажах Подземелья не покроет эти затраты.

— …

— Вдобавок, там слишком просто потерять хороших авантюристов. Разве ты бы не воспользовался безопасным способом набить карманы, если бы он у тебя был?

Икелос вспомнил, как впервые случайно был обнаружен Ксенос, и на чёрном рынке за монстра предложили огромные деньги.

Лицо Гермеса осталось беспристрастным.

— Ну, а после этого Дикс начал... хе-хе-хе! Изменился.

— Изменился?..

— Ага. Мы учили монстров бояться боли перед тем, как передать их покупателям… а у него глаза вдруг начали блестеть от их воя и воплей.

Икелос добавил, что в Диксе могло «что-то» пробудится.

Потом он добавил, что цели и методы поимки Ксеносов изменились.

— Мне понравилось. Он начал казаться человеком, который делает то, что любит. Эта жестокость в глазах, практически кричавших от радости!..

— …Икелос, это хуже, чем ужасно.

— Хе-хе-хе!!! Мы, боги, заботимся о них так или иначе, разве нет? Эта мелюзга такая заноза в заднице, но я всё равно их люблю.

Голос Икелоса подхватил бриз, казалось, он подбадривает дитя, которое борется со своей проклятой кровью.

— Похоже, последнее желание Дедала умрёт на поколении Дикса.

— …

— Он совсем потерял интерес к постройке Кносса, этой мысли пора на покой.

Икелос прищурился.

— Теперь его мечта мне нравится гораздо больше, мечта монстра.

[[image:/storage/reader-images/a40b99945e927554d60a03278091c5f23e2a2ac4.jpg]]
Невозможно!..

Асфи не верила своим глазам.

Руки и ноги неподвижно лежали на земле, трава была окрашена в красный от брызг крови, обломки сломанного оружия довершали картину.

Тела павших, едва дышавших авантюристов были разбросаны между деревьями.

Они были побеждены.

Элита Паствы Ганеша, авантюристы первого ранга Орарио, были побеждены одним-единственным монстром.

Ильта, как и Шакти до этого пала от одного удара. Остальные авантюристы пали, не успев понять, что именно их побило.

Враг с самого начала выбил сильнейших членов ударной группы, одного за другим, прежде чем побить остальных. Пол содрогался от ударов обоюдоострого Лабриса. Топор скашивал огромные деревья, а топот монстра заставлял падать ряды авантюристов.

На чёрной шкуре монстра не осталось ни единой царапины.

Хуфф, хуфф! Зловещее дыхание мощных ноздрей раздалось в тихом лесу.

Монстр возвышался над раскинутыми вокруг телами едва живых авантюристов, будто повелитель этого места.

Чёрный минотавр?!

Она не знала. Она никогда не слышала о подобных монстрах.

Монстр, о существовании которого не было известно даже всезнающей Асфи.

Сердцебиение сотрясало всё её тело. Она никак не могла успокоить дыхание. Несмотря на то, что она не издавала ни звука, ей пришлось придержать дрожащими руками на голове магический предмет, который делал её невидимым.

Её разрывало от сожаления.

Она не стала собирать информацию и не покинула поле боя.

Влияние Лю и Айши, вместе с чувством справедливости её охватило, и она поддерживала ударную группу, по-своему, из тени и это было ошибкой.

Она решила, что нужно бежать, и как можно быстрее.

Смотря на лежащих на земле авантюристов, сражаясь с парализованным телом, Асфи сожалела о своём решении.

— Это какая-то шутка…

— …

Помимо чёрного монстра на ногах остались всего две авантюристки.

Айша и Лю.

Монстр сокрушил остальных авантюристов, прежде чем они успели присоединиться к битве. По лицам было понятно, как сильно они волновались. Ошеломляющая мощь монстра заставляла их дрожать.

Остальные монстры исчезли. Будто бы им было известно, что случится в этом бою. Они покинули поле боя, исчезнув на восточной окраине леса.

?!

Бегите, про себя взмолилась Асфи.

Бегите так далеко как это возможно! Продолжала думать она.

Однако, эльфийка и амазонка будто по команде подняли оружие, оборвав все надежды Асфи.

Авантюристок окружали тела членов Паствы Ганеша.

Все они ещё дышали.

Ни Лю, ни Асфи не могли оставить этих авантюристов, находившихся между жизнью и смертью, на произвол судьбы и потому направили оружие на чёрного монстра.

Асфи скрипнула зубами, ощутив бессилие.

— …

Наполняющее лес напряжение нарастало.

Лю пригнулась, свистнул деревянный меч Айши, Асфи потянулась к мешочку на ноге, ощущая колкую тревогу.

Три сердца забились в одном ритме.

— Уууууоооо…

Первый шаг монстра стал сигналом.

— !!!

Лю и Айша бросились бежать, в тот же самый момент невидимая Асфи выпрыгнула из-за дерева, кинув острые иглы и Взрывное Масло в зверя.

Монстр заблокировал появившиеся из ниоткуда иглы нарукавником. Взрывное Масло сработало спустя мгновенье. Эти вещи не должны были наносить какой-то урон. Пламя и дым должны были помешать монстру видеть. Лю и Айша окружили его с разных сторон, взяв в клещи.

Оказавшийся зажатым с двух сторон монстр нацелился на Айшу.

— ?!

Огромная чёрная тень вырвалась из дыма.

В считанные мгновенья монстр вырвался из дыма. Девушки содрогнулись от страха: Лю, для которой монстр затерялся за дымом, Асфи, наблюдавшая со стороны, и Айша — его цель.

Айша подняла огромный деревянный меч для защиты от Лабриса, приняв удар лицом.

Её оружие оказалось уничтожено столкновением.

Костяшки пальцев треснули при ударе. Прочный клинок раскрошился и его обломки полетели в лицо амазонки. Несмотря на то, что Айша, пожертвовав оружие, получила время на ответный удар, но вместо этого последовал ещё один удар монстра.

Чёрный минотавр взмахнул рукой, меньше, чем через мгновение отправив Айшу в полёт.

— …ГАХ!

Ладонь монстра попала по левой руке Айши, сбила её с ног и отправила в полёт с громким треском.

Амазонка влетела в огромный древесный ствол, сползла на землю и больше не поднялась.

— Антианейра!

Будто привлечённый криком Лю чёрный монстр повернулся к ней.

— !

Лю пришлось использовать всю скорость своих рефлексов чтобы вовремя пригнуться к земле и уклониться от удара, не подчиняющегося природным законам инерции.

Лабрис прошёл над головой эльфийки, практически прижавшейся к земле. Пролетевший над её головой от взмаха топора ветер сорвал её плащ и разорвал капюшон, обнажив тонкие черты Лю.

Эльфийка-воительница не оставила промах безнаказанным, направив деревянный меч в ногу монстра, от этого удара минотавр уклонился, подпрыгнув на одной ноге.

— !!!

Приземление вызвало настоящее землетрясение на поле боя.

Лю откатилась, вздрогнув от удивления.

Чёрный монстр, уже оказавшийся от неё на приличном расстоянии, не сводя с неё взгляда занёс Лабрис над головой.

…Собирается метнуть?!

Но монстр этого не сделал

Вопреки ожиданиям Лю, противник ударил двухсторонним топором в землю перед собой.

Кристаллы, камни и зелень градом полетели в Лю

— ?!

Лю успела отпрыгнуть от обломков вовремя, но…

— Гах!

Несколько обломков кристаллов врезалось во что-то за её спиной, вызвав болезненный крик.

— А?..

Лю с удивлением посмотрела через плечо.

Асфи упала на землю за её спиной.

В это мгновенье Лю осознала.

Противник целился не в неё, а в Персея с её магическими предметами.

Было ли это предчувствие или запах, монстр обнаружил положение Асфи и отправил в неё град обломков по широкой дуге.

Лю не знала, что блокирует Асфи зрение, затормозив тем самым её реакцию.

— Андромеда…

Голова Аида оказалась сломана одним из обломков.

Лишённая невидимости девушка рухнула на спину.

Белый плащ, который она носила для защиты был покрыт дырами и кровоподтёками. Серебряные очки были сбиты с её лица и лежали чуть поодаль.

— …

Не веря своим глазам Лю посмотрела на Асфи и Айшу. Осознав, что никто их них больше не вернётся в бой, эльфийка повернулась к противнику.

Стоявший перед ней монстр был подобен ожившему кошмару.

Топ, топ! Лабрис, забрызганный кровью множества авантюристов, а возможно и бесчисленного количества монстров покачивался в руке монстра, сотрясающего шагами пол.

Лю молчала, пригнувшись и вскинув оружие на изготовку.

Для встречи с врагом она схватила деревянный меч обеими руками.

Чёрный монстр заметил и остановился.

Всмотревшись в не выражающее никаких эмоций лицо Лю, он поднял Лабрис, готовясь к бою.

Лю оказалась с монстром лицом к лицу.

— …

Она потеряла в бою капюшон, и красота эльфийки была открыта лесу.

Она была готова к сражению.

Её брови поднялись, она уставилась на врага взглядом настоящего воина.

Впрочем, ручейки пота, стекавшие по её лицу, выдавали её истинные чувства.

Давно такого не было…

Ощущение близости смерти.

Лю не испытывала его, с тех самых пор как перестала быть авантюристкой и ходить в Подземелье.

Раньше ей всегда удавалось остановиться перед самой чертой, отделяющей жизнь от смерти, и не пересечь её. Эта черта снова была перед ней, с той лишь разницей, что её присутствие ощущалось сильнее, чем когда-либо раньше.

Затишье было пронзительным.

Лю слышала в ушах стук своего сердца, расслабив руку, она сменила положение деревянного меча в руке, схватив его сильнее, чем раньше.

— …УУУУООООО!!!

— !!!

В следующее мгновенье и Лю и монстр бросились в бой.

Она припала к земле, чтобы уклониться от взмаха топора и, издав боевой клич, ударила деревянным клинком снизу вверх.

Её удар промазал, но это её не заботило. Лю продолжала двигаться и даже набирала скорость.

То, что случилось с Айшей, дало Лю понять, что пытаться заблокировать удары монстра не лучший выбор. Любого контакта следует избегать любой ценой. Эльфийка неслась как ветер, уклоняясь от атак, будто неуловимая буря. И, используя ветер, она перешла в нападение. Лю сосредоточилась на уклонениях и контратаках, стараясь не упустить ни единого момента для удара монстра.

Звериный потенциал её противника лишил Лю возможности сражаться первым номером, вынудив её отвечать на его атаки.

Монстр был умел, он адаптировался и предсказывал нападения эльфийки. Казалось, что он из того же отряда, что и остальные вооружённые монстры. Для Лю это было страшнее всего остального. Каждый удар монстра распространял ужас, но Лю ему не поддавалась. Страх ведёт к поражению, а, вместе с ним, и смерти.

Держась поближе к земле, Лю атаковала ноги монстра.

— …УООО.

Глаза монстра округлились, когда он осознал, что атаки Лю становятся сильнее, и с каждым попаданием её скорость неуклонно растёт. Она видела радость на морде монстра. Он не был похож на монстров, которых ей доводилось встречать.

Его не интересовало убийство людей, гораздо больше ему нравилось с ними сражаться.

Такая мысль мелькнула в голове Лю. Эльфийка понимала, что это означает для их дуэли. Разница между массовым убийством и путём воина заключается в желании достичь новых высот и победить. Прекрасное лицо Лю напряглось.

Битва между эльфийкой, движущейся со скоростью, оставлявшей лишь её размытый силуэт и монстром, сила которого кажется безграничной, должна была закончиться меньше, чем за минуту.

Лю сражалась изо всех сил, с самого начала не собираясь отступать.

Понимая, что вскоре она достигнет своего предела, воительница решила закончить бой одним ударом.

— ХЬЯЯЯЯЯ!

— !.. ООООООУУУУУУУ!!!

Она бросилась в сторону. Будто дикий зверь Лю бросилась вперёд, используя одну из своих самых отточенных техник. Чёрный монстр в ответ занёс Лабрис над головой.

Огромная секира двигалась быстрее чем бешенный бросок эльфийки.

— ?!

Направленный в монстра деревянный клинок охватил ветер, плечо монстра вздрогнуло.

Что-то было не так.

В победный момент он должен был ощутить хоть какое-то сопротивление, но Лабрис рассёк до самой земли лишь воздух. Перед ним никого не было.

Тень зависла над телом монстра.

…Ты открылся.

Этой тенью была Лю.

Подпрыгнув, эльфийка двинулась в сторону, прежде чем топор с двумя лезвиями на неё опустился.

Первым пунктом стратегии Лю было заставить противника обратить всё внимание на неё. Эльфийка управляла вниманием монстра, чтобы нанести скрытый удар.

Лю разыграла свой козырь, атаку в воздухе.

Когда противник пытается ответить на атаку с земли, сверху он уязвим, и это открывает для эльфийки возможность смертельного удара.

Тактика Лю превзошла навыки и силу монстра.

— ХАААААААААААА!!!

Прицелившись в спину ошеломлённого врага, эльфийка вытащила два коротких клинка из ножен на поясе.

«Два коротких меча» были получены ей от Паствы с дальнего востока, которой уже нет.

Лю готовилась забрать жизнь монстра, клинки блеснули.

— Что?!...

Монстр их заблокировал. Он остановил атаку двумя клинками Лю своим рогом. Алые рога, похожие на бычьи, росли из головы монстра. Этот рог смог принять атаку клинков, он оказался достаточно прочным, чтобы не сломаться.

Подавив силу удара девушки, монстр использовал мышцы шеи, чтобы с огромной силой отбросить Лю.

— ГАХ!

Тело Лю ударилось в дерево, треск разнёсся на весь лес.

Отчаянно хватая ртом воздух, выбитый из лёгких, Лю увидела, как чёрная тень нависла над ней, стоило ей подняться.

— !..

Лабрис был занесён в воздух, уклоняться от этого удара было поздно.

Но, прежде чем топор опустился…

Её враг остановился и посмотрел в сторону. Поражённая Лю тоже это слышала, монструозный рык вдалеке, в самой глубине леса. Этот рык будто передавал какое-то сообщение.

Чёрный монстр притих, опустил топор и, развернувшись, пошёл на восток.

Оставив позади сжавшуюся эльфийку, монстр скрылся в лесу сотрясающими землю шагами.

— …Меня… пощадили…, — слабо прошептала Лю, когда монстр скрылся в лесу.

Она уставилась на дрожащие руки, не в силах сжать кулак и, отдавшись накатившей на неё усталости, оперлась на ствол дерева.

Эльфийка подняла взгляд на аналог голубого неба этажа.

Множество авантюристов лежало на поле боя в свете кристаллов, пробивающемся сквозь кроны деревьев, но эльфийка была единственной, кто мог двигаться.

— Я тебя разозлил, Маленький Новичок? — Дикс задал парню вопрос, не переставая наносить удары.

— Ну могут они говорить, только и всего. Это не меняет того, что они монстры.

— Гах!..

Белл очень сильно пострадал. Несмотря на то, что ему удавалось избегать прямых ударов проклятого копья, преимущество в бою всё равно было за Диксом, и пользовался ударами ног и рук. Белла покрывали мелкие царапины и синяки, так что, можно было сказать, что он был изранен.

Впрочем, взгляд парня оставался ясным, его глаза горели, будто солнце в безоблачном небе.

— Разве плохо убивать их в лужах собственной крови?

— Гхах?!

— Ты и сам так делал, разве нет? Прикончи монстра, получи деньги. Разве это не одно и то же?

— ГАХ?!

Парень едва успел двинуться, Дикс ударил его древком своего копья.

Белл успел защититься Кинжалом Гестии, но не смог погасить диагональные удары полностью. Его ноги, руки и лицо получили больше ударов, чем он когда-либо получал.

Дикс играл с Беллом, ради развлечения нанося ему всё больше ударов.

Он хотел увидеть, как свет покинет глаза парня, как сломается его дух. Слова стали ещё одним оружием, которым он пытался этого добиться.

— Даже… даже если это и правда!..

— ?

— Лидо и другие эти монстры могут улыбаться… и смеяться!.. Они льют слёзы, как и мы!..

Белл смотрел на Дикса с гневом в глазах.

— Они… могут жать руки!!!

Белл сжал правую руку в кулак, вспоминая теплоту руки монстра.

— …Парень, да ты из ума выжил, — сказал Дикс, ухмылка на его лице стала ещё шире.

Его красные глаза блестели за стёклами очков, казалось, будто его садистский дух воспылал ещё сильнее.

— Что бы мне выдумать…

— ГХА!..

Сильный удар по плечу Белла поставил парня на колено. Дикс сверху вниз посмотрел на парня, схватившегося за левое плечо и отчаянно хватающего ртом воздух.

— Если я правильно помню… ты на ту бабу, воивра, глаз положил, да?

Когда Белл услышал эти слова, время для него будто остановилось.

— …Давай-ка я покажу тебе, что есть что.

Лицо мужчины исказилось от жесткой улыбки.

— Что ты?..

— Отдохни.

Мощный пинок в лоб заставил Белла покатиться по каменному полу.

Смеясь, мужчина начал удаляться. На мгновенье растерявшийся Белл прикусил губу и пришёл в себя. Он поднялся на ноги.

Белл побежал по залу, в том направлении, в котором удалился Дикс.

Выбежав из зала, он увидел несколько тоннелей с орихалковыми дверями, а также дыру в полу, обнажавшую металл под камнем, этот проход не был завершён. Бешенный рёв Ксеносов остался далеко позади, Белл бежал по тёмным коридорам.

Одинокая лампа с магическим камнем освещала ему путь.

Темнота вокруг сгущалась.

Прорываясь сквозь подобную вуали окружающую тьму, Белл, спотыкаясь бегущий по коридору, услышал:

— …Белл!

Девушка-дракон была закована в свисающие с потолка цепи.

— Виена!!! — глаза Белла округлились, от схватился рукой за каменную стену, чтобы удержать равновесие.

Кроме засохшей крови, на полу не было видно ничего.

Из-за поднятых и связанных вместе рук девушка казалась жертвой какому-нибудь древнему богу. Её ноги также были связаны, а синяков и царапин на её теле было не меньше, чем у Белла.

Её блестящие синие волосы были спутаны, сломанные чешуйки обнажали бледно-синюю кожу, Виена смотрела на Белла наполненными слезами янтарными глазами.

Долгожданное воссоединение. Они встретились снова. Но оно должно было быть совершенно не таким. Место, ситуация, в которой они оказались, физические и моральные страдания, это совсем не то, чего они хотели.

За это мгновенье Белл ощутил целый поток эмоций, наполняющих его сердце.

И сильнейшую из этих эмоций вызвал мужчина в очках, стоящий рядом с Виеной.

— Небольшой опрос, Маленький Новичок.

Дикс схватил воивра за волосы, слабо ухмыляясь.

— ААааа!.. — Виена издала пронзительный крик, когда её голова задралась.

Разъярённый Белл было собирался крикнуть, чтобы Дикс её отпустил…

— Что случится если… я вырву этот камешек из её лба?

— …

Белл ощутил, как его сердце хватает ледяная рука, когда Дикс потянулся к драгоценному камню на лбу девушки.

Слеза Воивра.

Красноватый драгоценный камень, который, по слухам, стоит огромных денег. Таинственная драгоценность достойная названия «Камень Процветания».

Только вот, воивров охватывает неуправляемая ярость, когда они лишаются этого камня…

— НЕТ! — всё естество Белла было вложено в этот крик.

— П-Прекратите! Я… Я перестану быть собой!..

— Хах! Вы оба знаете, да?

Парень бросился вперёд. Его ноги подгоняла неукротимая ярость, которая его охватила. Он бежал к испуганной, дрожащей Виене.

Но она была далеко… слишком далеко. Расстояние между ними казалось безнадёжно огромным, непреодолимым.

Выкрикнув имя Виены, Белл к ней потянулся.

В её глазах стояли слёзы, она пыталась вырваться.

— Приятно было познакомиться, зверюга.

Мужчина вырвал драгоценный камень взмахом руки.

— …

Для Белла время остановилось. Мир окрасился только в чёрное и белое. Мир перестал вращаться.

После того, как камень был насильно вырван из лба девушки, из этого места ударил свет.

— Аа…

Девушка взревела, её голова задралась к потолку, а взгляд потерял осмысленность.

Янтарные зрачки содрогнулись. Руки и ноги девушки также начали сотрясаться.

— …Ааа.

Дрожь.

Её тело сотряслось в последний раз, будто на него обрушилась гигантская волна и замерло.

Цепи стягивающие её конечности заскрипели. Могучий рёв вырвался из её рта.

Белл замер, вой, который издала стоявшая перед ним девушка, заставил его трепетать.

Цепи скрипели, её тело начало меняться. Огромный пузырь вздулся на бледно-синей спине девушки, прежде чем превратиться во второе огромное крыло. Но этим превращения не ограничились. Руки и ноги девушки дрожали, они начали увеличиваться в размерах.

Её трансформация не прекращалась. Под треск плоти девушка становилась монстром.

— …Вие…на.

Оковы разорвались, металлические звенья падали на пол.

Трясущаяся комната, в которой оказался Белл наполнялась пылью.

— Ха-ха-ха! Вот как это происходит.

Дикс усмехнулся и выбежал из комнаты, сжимая в руке красноватый драгоценный камень.

Белл стоял неподвижно, глаза монстра уставились на него сверху вниз.

В тот момент, когда взгляды янтарных и красных глаз встретились, монстр взревел и бросился в бой.

Руки монстра схватили Белла и швырнули его, будто тряпичную куклу.

Стены коридора слились перед глазами парня в одну сплошную мозаику. Приземляясь в главном зале на пол, он слышал грузные шаги в коридоре.

— Э-это что ещё за чертовщина?.. — пробормотал Гран с занесённым над головой оружием, повернув голову.

— Не… не может быть… Это Виена?! — прошептал удивлённый голос.

Фелс был загнан в угол, его чёрная роба в некоторых местах была продырявлена.

Приведённые в ярость Ксеносы продолжали завывать и сражаться, не обратив никакого внимания на возникшую в комнате огромную тень.

— …А.

Белл, скованный болью от тяжёлого приземления, посмотрел на огромного монстра, нависшего над ним, и замер.

От хвоста до головы монстра было больше семи метров.

Две ноги слились в гигантскую, похожую на змеиную нижнюю часть тела. Зловещие крылья пепельного цвета росли из небольшого, тонкого тела. Длинные, похожие на косы крылья снова стали острыми, а покрывающая тело чешуя стала заметно крупнее. От девушки остались лишь блестящие синие волосы, длиной до основания крыльев и кожа бледно-синего оттенка.

Голова на плечах превратилась в драконью, на лице застыло выражение боли, которое было на лице Виены. Пустые глаза, лишённые зрачков, белки которых были налиты кровью, будто говоря о том, что трансформация принесла безумие.

В том месте, в котором раньше располагался драгоценный камень сейчас прорвался третий глаз.

Наконец поднявшись на ноги Белл, потерявший дар речи, уставился на Виену, ставшую на три метра выше него.

— Ха-ха-ха-ха-ха! Чему ты так удивляешься, Маленький Новичок? Всё так, как и должно быть.

Мужчина вернулся в зал мгновенье спустя, от его смеха в ушах Белла зазвенело.

Он был прав.

Перед Беллом сейчас воивр.

Описание совпадало с похожим на ламию видом дракона, подробности о котором изучал Белл.

Дракон, монстр.

Задрав голову, монстр издал разрывающий уши рёв.

От этого рёва у Белла мурашки побежали по телу. Он мог лишь смотреть на воивра и удерживать равновесие от сотрясающих пол ударов драконьего хвоста.

Виены, которую он знал, уже не существовало.

Невинная улыбка, теплота, слёзы, всё было смыто этим монстром.

Этого парень отрицать не мог.

Перед ним был полноправный монстр.

— Ну что, повторишь вдохновляющую речь, Маленький Новичок? Нет, точнее, Белл Кранелл!!!

Лицо Белла дрогнуло, его рот распахнулся.

Слова Дикса проникали в разум парня, будто само зло вливалось через эти слова.

Огромное тело монстра, ничем не похожее на людское, звериные зубы, яростный, бешенный рёв.

Оно не похоже на людей. Оно омерзительно. Омерзение и отвращение, эмоции, которые заставляют людей сражаться, действительно наполняли тело парня.

Дикс не был неправ.

Эти эмоции нельзя было назвать неправильными.

Оказавшись лицом к лицу с истинной формой дракона Беллу, стало дурно.

— …Рууууу… УУУУУУУуууу!

— Гах!

Хвост дракона, бивший по земле, отправился в охваченного страхом Белла.

Этот хвост был подобен утыканному гвоздями древесному стволу, парень покатился по полу, подняв облако пыли. Нападение застало парня врасплох, падая он разбил фиалы с зельем. Ценнейшая целебная жидкость начала вытекать из небольшого мешочка на поясе Белла и потекла по ноге.

Когда парню наконец удалось остановиться, он лежал лицом в пол, кашляя кровью и изворачиваясь от боли.

— Теперь до тебя дошло, Белл Кранелл?! — снова закричал на парня Дикс.

Белл оторвал своё окровавленное тело от пола, камни под ним окрасились в красный цвет. Словесные удары Дикса посыпались на него один за другим.

— Сам посмотри! Что перед тобой?! Что за твоей спиной?!

Перед Беллом…

Яростный монстр дракон, поддавшийся инстинктам.

За ним…

Орда обезумевших монстров, завывающих, будто стая собак.

Он оказался между яростными монстрами, которые никогда не смогут встать лицом к лицу с людьми.

— Эти штуки чуть тебя не убили! Что сейчас, что раньше!

Воивр и ящерочеловек.

Жаждущие крови крики звучали в ушах парня, налитые кровью глаза смотрели на него сверху вниз. Казалось, его смерть наступит считанные секунды спустя.

Сила и жажда убийства всех монстров была направлена на него.

— Вот каковы монстры! Вот что такое монстры! — не унимался Дикс.

Истине в его словах нечем было возразить.

— Открой глаза, Белл Кранелл! Встань на правильную сторону!

Довольный голос Дикса отражался от стен зала.

Дрожащие глаза Белла посмотрели на пол, почерневший от его крови.

— Хах! Любишь ты ломать людей, да, Дикс.

Наблюдая за происходящим со стороны Гран, как и Дикс, довольно улыбался. Он предпочёл следить взглядом за беловолосым парнем, а не сражаться с Фелсом.

— Белл Кранелл!.. — отчаянно крикнул Фелс, пытаясь держаться против троих авантюристов.

— УУУУУуууу… УуууууууууууууУУУУУ!!!

Безумный монстр, воивр, ревел.

Звуки слышались Беллу, будто вдалеке.

В глазах Белла всё расплывалось. Он ощущал тошноту и металлический привкус.

Отвращение смешалось со жгучей болью.

Его окружали настоящие монстры.

В ушах Белл услышал стук сердца.

В затуманенном сознании парня раздался мужской голос:

«Прими последствия. Ты пришёл сюда, потому что сам так решил! Иди до конца!»

Этот голос был прав, одно приводило к другому.

Он нашёл странную девушку, вовлёк в это свою Паству и погряз по уши сам.

Всё, каждое его действие, вело к такому исходу.

Мог ли его выбор что-то изменить?

Его захлестнул поток событий, не дававший принять ни единого собственного решения.

Получается, пора принять наказание.

Время платить по счетам.

Пора… дать ответ…

Белл собрался с мыслями, сжал кулаки и вынудил себя стоять.

— …Ууууу!..

Белл уставился на монстра, на огромного, беснующегося воивра.

— …Луууу!..

Обычно, лишённый Слезы Воивра монстр не останавливается. Он нападает и ищет вырванный у него драгоценный камень.Но этот воивр не проявил ни малейшего интереса к Диксу, у которого был камень.

— …Блууууу…

Он искал что-то, что было ему важнее.

— БЕЛууууууууу!..

Она искала.

Несмотря на жуткое тело, она искала Белла.

Даже став монстром, она искала парня.

Белл сжал кулаки крепче и сделал шаг.

— …и…ена.

Вытерев кровь с губ, он вынудил себя двигаться.

— Виена!.. — дрожащим голосом Белл крикнул её имя.

— …ААААААААААААААААА!!!

Воивр махнул огромным хвостом в приближающегося парня.

Монстр взревел, будто боясь злых людей, оказавшись в кошмарном сне, в котором все его друзья мертвы.

Хвост ударил в парня.

— Да ладно! Ты же помрёшь, если отбиваться не будешь!

Заливистый смех Дикса повис в воздухе.

Белл поднялся на ноги и снова пошёл к воивру:

— Вие…на.

Его отбросило.

— Вие…на…

Ударило о пол.

— Вие…на!..

Белл начал приближаться к беснующемуся монстру в третий раз.

— АААААААААА!

Монстр ударил в подходящего окровавленного парня когтями.

Длинные острые когти блеснули в тусклом свете. Левая лапа монстра врезалась в правое плечо Белла. Тело Белла дрогнуло, получив удар, на него обрушилась огромная мощь, но его ноги выдержали.

Каменный пол треснул под его ботинками.

Драконьи когти ударили в его плечо, но, остановились. Когти прорезали мышцы плеча, дальше они не прошли.

Когти заскрежетали о металл. Нагрудник Вельфа поглотил удар, остановив когти.

— Я… Я в порядке.

Белл поднял взгляд.

Дракон, монстр смотрел на него сверху вниз.

— Видишь… я в порядке?

Белл улыбнулся.

Он боролся с болью, в уголках глаз появились слёзы, он искренне улыбнулся.

Как при первой встрече. Как он улыбался в тот день.

— …

Дракон взревел.

— Я… здесь…

Проигнорировав поток крови, вырвавшийся из его рта, парень протянул правую руку и обнял лапу, ударившую его плечо.

Пальцами он обхватил окровавленный коготь.

— Всё хорошо, Виена…

Он потянулся к странному, монструозному телу.

Он обнял холодное тело, прижав нечеловеческое лицо к груди.

— …

Дикс смотрел на это с непониманием. Гран сглотнул, а Фелс лишился дара речи.

Замечавшие, что происходит, монстры замирали, их тела начинали дрожать.

— Всё хорошо…, — прошептал Белл, зарывшись в блестящие синие волосы.

Белл принял и признал своё отвращение, а потом заменил его более сильной эмоцией.

Звук его тихого сердцебиения достиг девушки, которая пыталась его найти.

— А…

Прозрачная жидкость наполнила янтарные глаза без зрачков. Капля за каплей они потекли по драконьему лицу. Монстр, который не должен был знать слёз, разрыдался.

Воивр снова отбросил от себя Белла. Огромное тело монстра начало биться в конвульсиях, будто за контроль над ним бились дух девушки и монстра, слёзы не переставая текли из его глаз.

— Виена!.. — закричал Белл, сидя на полу, его лицо исказилось от боли.

Когда он уже было собирался броситься к дракону, чтобы его успокоить снова…

— …Обломщик.

Красное копьё нанесло удар сзади.

— ?!

Практически чудом Белл успел убрать тело с его пути и, сделав поворот, оказался лицом к лицу мужчиной, вооружённым копьём.

Дикс смотрел на Белла раздражённо, прищурив скрытые очками глаза.

— Ты что творишь, парень? Давай начистоту. Ты такие штуки должен своим ножиком пырять, — брызжа слюной с каждым словом, Дикс одной рукой направил копьё в парня.

Схватив ртом воздух, Белл отвёл кончик копья Дикса Кинжалом Гестии.

— Я тебе говорил, разве нет?! Монстры — это монстры!

— !..

— Какой смысл сопли из-за них размазывать?!

Разъярённый Дикс выкрикивал слова, чередуя их с ударами копья. Его оружие едва можно было различить.

— Что ты получишь от них? Разве в помощи им есть какая-то выгода?!

Глаза Белла запылали. Огромные, рубиновые зрачки впились в изогнутый кончик копья. Белл вложил все свои оставшиеся силы в удар и отсёк у копья наконечник.

— Что?

— Любой достоин спасения! Человек, монстр, это не важно!!!

Проклятый кончик копья ударился о пол и покатился под какофонию пронзительных ударов металла о когти и клыки.

Белл крикнул изумлённому Диксу, сжигая его взглядом:

— Они просят о помощи!!!

Парень вскинул божественный кинжал наизготовку и взревел ещё раз.

— Этого достаточно!!!

Таковы были собственные слова и воля Белла. Ответ парня эхом разнёсся по залу.

— Белл Кранелл, ты…, — тихонько прошептал Фелс, когда крик парня его достиг.

В это мгновенье что-то изменилось в сошедших с ума Ксеносах. Одних сильно тряхнуло, другие взвыли, подняв головы к потолку.

Глаза горгульи распахнулись от удивления.

Слёзы потекли из глаз ящерочеловека.

— …Парень, ты лицемер!!! — ответил Дикс на крики Белла. Его рот раскрылся в жестокой улыбке, он снова заговорил. — Хочешь сказать, что готов спасти любого, и человека и зверя? Хочешь сказать, спасёшь всех и каждого?

— !!!

— Это невозможно! Даже такой мелкий говнюк, как ты должен это понимать! Блевать с тебя тянет, — добавил Дикс, усмехнувшись.

Вооружившись остатками копья и боевым кинжалом, он безжалостно атаковал парня.

— Белл Кранелл, ты не кролик. Ты летучая мышь!!! Порхаешь повсюду, но никуда не приземляешься!

— ?!

Ударив Белла в щёку, произнося эти слова, мужчина описал ногой широкую дугу. Удар ноги пришёлся в грудь Белла, отправив парня в полёт.

— Угх!..

— Как же скучно… В конце концов, ты оказался пацаном без мозгов.

Дикс пошёл к лежащему на земле Беллу, постукивая по плечу древком копья. Озвучив своё разочарование, он повернул своё копьё острым концом вниз.

— Хватит. Отправляйся в ад, — он направил отсечённый, но всё же острый кончик копья в голову Белла.

Но за секунду до того, как копьё обрушилось на парня…

— Спасибо…

Красная чешуя мелькнула за спиной Дикса.

— …Белуччи.

Лидо, с занесённым над головой мечом и наполненными яростью глазами одним движением опустил оружие.

— ГАХ!..

В последний момент Дикс успел почувствовать опасность и уклонился от прямого удара, но на его спине появился порез, из которого брызнула кровь.

Мужчина в очках отпрыгнул в сторону, будто раненный зверь, не понимая, что произошло.

— У-ублюдок!!!

Спасённый ящерочеловеком, Белл посмотрел на него с удивлением.

Глаза Лидо застилала красная пелена, доказывавшая, что он по-прежнему под действием проклятья.

— Чёрт, я рад. Очень рад… Я не знаю почему, но ощущаю огромную силу!

— ?!

— Кто бы мог подумать, что слова людей… могут так сильно… распалить!..

Пылающая в его сердце решимость, стала мощной основой для противостояния проклятью и получения властью над своим рассудком.

Лидо заскрипел зубами, чуть не сломав их, и сжал рукоять своего оружия. Монструозная улыбка появилась на его лице несмотря на слёзы.

Сдерживавшую слёзы дамбу прорвало, по лицу ящерочеловека текли настоящие ручьи.

— Прости Белуччи… И спасибо.

Извинившись за случившееся, и поблагодарив парня Лидо перевёл яростный взгляд на Дикса. Поддерживаемая проклятьем кровожадность обратилась на Дикса.

— УУУУООООООООООООООООО!!!

— !!!

Белл ощутил второе дыхание, увидев Лидо. Используя остатки сил, он бросился в бой следом за ящерочеловеком.

Парень и монстр бросились на охотника с двух сторон.

— Это что за чертовщина?! Зверь, ты можешь думать?! — Дикс кричал от раздражения, но, вместе с тем, он дрожал от страха.

На самом деле, его загоняли в угол.

Белл был изранен с головы до ног, а Лидо ощущал эффект проклятья. Хоть они и не могли сражаться в полную силу, их было двое на одного. Ящерочеловек мог сравниться с силой авантюриста первого ранга и без навыков меча, которыми обладал, его потенциал был сравним с Диксом, сражавшимся бы в полную силу. Характеристики Дикса были значительно уменьшены из-за проклятья, потому он не мог справиться с ящером в таком состоянии.

С другой стороны, отозвав проклятье, он мог стать целью всех остальных сошедших с ума Ксеносов, которые вернут себе рассудок.

Глупый лицемер и аномальный монстр не давали Диксу бежать.

— Дикс?!

Крикнул в панике Гран, увидевший, что его лидер терпит поражение.

Проклятье стало единственным преимуществом в битве для Паствы Икелоса. Огромный мужчина вместе с остальными охотниками ринулся на помощь командиру.

— ГХА!

Бесцветная ударная волна вошла в беззащитную спину Амазонки.

— Никуда вы не уйдёте!..

— Т-ты?!

Гран и остальные тут же обернулись, увидев, как их союзница влетает лицом в пол. Маг поднялся во весь рост, вытянув в их сторону левую руку в потрёпанной чёрной робе.

Взревев, охотники разом бросились на Фелса. Маг добавил к левой руке правую, посылая в охотников одну ударную волну за другой.

— Чтоб вас черти побрали! Вы вдвоём разберитесь с магом! Остальные идут на помощь Диксу!

Гран не стал дожидаться конца этой схватки, оставив зверочеловека и дварфа сражаться с магом, сам бросаясь в противоположном направлении. По пути он пытался приводить в чувство охотников, сбитых ударными волнами Фелса.

Мгновение спустя перед глазами Грана потемнело, и он услышал треск.

— Га…ах?..

Огромному мужчине понадобилась секунда, чтобы понять, что левую половину его лица пробил мощный удар со стороны.

Схватившись за шею и озадаченно забормотав он повернулся, чтобы неповреждённым глазом увидеть горгулью, чьи плечи поднимались и опускались с каждым тяжёлым вздохом.

— ГАААААААААААА!!!

— Ч.. Поче… ГЬЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯХХХХХХХ!!!

Ксеносы, которые должны были страдать от проклятья ярости, бросились на охотников.

Грос и другие Ксеносы, которые смогли воспротивиться действию проклятья, как и Лидо, обратили свою ярость на Грана и охотников, отчаянно пытавшихся добить Фелса.

— ШААААА!!!

— ФХХХХ!!!

Дикс едва сопротивлялся одновременным атакам Лидо и Белла.

Два клинка ящерочеловека давили на него справа, а кинжал парня — слева.

Постоянно меняясь сторонами они меняли направления ударов, пока Дикс пытался отражать неожиданные атаки древком копья и перехватывать своим кинжалом, крики Грана и других охотников заставили Дикса ощутить отчаянье.

Первые капли пота проступили на извечно высокомерном лице мужчины.

В этот момент он заметил.

Что-то между ударами Кинжала Гестии, который Белл держал левой рукой и звоном меча и ятагана ящерочеловека, среди звона металла и когтей…

Звяк, звяк.

— …Парень.

Среди какофонии звуков он услышал звон, подобный звону колокольчиков.

Этот звук исходил от Белла, он становился всё громче и громче, вскоре его слышали все участники битвы.

— …Эй!

Белые искры исходили из тела Белла, собираясь в поток.

Отблески света отразились в тёмных очках Дикса, и он завопил во весь голос:

— …Ты что делаешь, ПАРЕНЬ?!

Аргонавт.

Используемый Параллельным Зарядом в пылу битвы.

Впервые использовав этот приём в бою с Лидо, Белл использовал его в битве с ящерочеловеком на одной стороне.

— ГУРАА!!!

— ?!

Замешательство Дикса сделало его уязвимым для атаки. Лидо воспользовался преимуществом и выбросил ятаган вперёд.

Мужчине удалось уклониться от толстого изогнутого клинка, но он потерял равновесие, и Белл мгновенно разорвал дистанцию.

Дикс слышал шаг, сделанный Беллом, чтобы оказаться на расстоянии удара. На лице мужчины застыла гримаса.

Двадцатисекундный заряд…

Белл, взревев, нанёс удар.

— ААААААААААААААААААААААААААААААААААААААА!!!

БАМ!

— …ГАХХХХХХХХХХХ!

Плазменный, подобный молнии взрыв энергии ударил в броню на груди Дикса.

Разрушительный удар отправил мужчину в чёрные клетки, стоящие в дальнем углу зала.

— Хах, гах!..

Белл схватился за руку, пронзительная боль охватила его в момент, когда Дикс полетел.

Меньшее время заряда Аргонавта в прошлом сокрушало даже оружие. Двадцатисекундная зарядка уничтожила кулак Белла.

Кровь лилась сквозь разорванную кожу, все кости до единого были сломаны. Белл стиснул зубы, пытаясь пошевелить пальцами.

— А…

Красная пелена спала с глаз Ксеносов.

— Ч-что я…

— Грос!.. Проклятье спало?

Фелс посмотрел на Ксеносов с облегчением, осознав, что Фобетор Дедал больше не затуманивает их разум.

Ксеносы стояли над охотниками, придя в себя после неестественного бешенства, Грос и остальные монстры мотали головами, наконец успокаиваясь.

— У тебя получилось, Белуччи!

— …

Не получилось.

Лидо был рад прийти в себя, но Белл оказался единственным, кто осознал.

Проклятье было снято не из-за победы над заклинателем.

Дикс снял его до удара. У него не было выбора, ему оставалось только снять проклятье и восстановить Характеристики, вернуть себе пятый уровень, чтобы не пасть от удара, от которого он не мог уклониться, что придало ему сил и позволило выдержать удар Аргонавта.

— ГАХХХХХХХХ! Какая… БООООООЛЬ!..

Дикс взревел от боли, оказавшись среди разбитых чёрных прутьев клеток. Белл напрягся, а Лидо осознал, что битва не окончена. Они повернулись к Диксу лицом.

Белл вложил в заряженный удар всё, что в нём накопилось, и нанёс серьёзные повреждения, потому было очевидно, что Дикс испытал сильную боль. Сжавшись в комок, мужчина кашлял кровью, будто удар переломал все его рёбра. Обломки клеток не смягчили падения, мужчина был покрыт порезами. Из открытых ран текла кровь.

Дикс выбрался из обломков клеток, опираясь на древко копья, как на трость. Его налитые кровью глаза уставились на Белла сквозь треснувшие очки, и он взревел во весь голос:

— ЧЁРТ!.. Я ТЕБЕ ГОЛОВУ СНЕСУ!..

— Это мои слова.

— ?!

Бросившийся в бой секундами ранее Лидо яростно уставился на Дикса и опустил на него оружие могучим замахом.

Мужчина в очках уклонился, отчего первый удар прошёл мимо, но ящеровоин на этом не закончил.

— Ты ответишь за всё, что сделал моим родичам!!!

— Отойди от меня! Свали!

Диксу пришлось отпрыгивать и откатываться под яростным натиском Лидо. Сражаясь с болью и усталостью Белл, бросился к катающемуся по земле в стороне воивру.

— П-погоди! Ты же меня так и убить можешь!

Дикс цеплялся зубами и ногтями, отчаянно пытаясь блокировать удары Лидо.

Его высокомерие бесследно исчезло, ему приходилось отходить шаг за шагом. Постепенно он оказался в углу, неподалёку от ряда дверей, рядом с которым Виена каталась по полу.

— Отойди или я…

Дикс неожиданно поднялся, с ухмылкой на лице.

— …Я его сломаю!

Ящерочеловек занёс оружие, но увидел в руке Дикса драгоценный камень.

Его оружие застыло.

Слеза Воивра Виены. Единственный ключ, способный унять её боль.

Дикс усмехнулся, воспользовавшись возможностью он отогнал от себя ящерочеловека древком копья. Увидев, что его противник упал на пол, он поднял драгоценный камень высоко над головой.

— Эта штука так вам важна? Ладно, получайте!

Дикс швырнул драгоценность в дыру в полу, в один из тоннелей, которые были вырыты не до конца.

Глаза Белла и Лидо одновременно распахнулись, они кинулись на перехват.

Лидо поймал драгоценность, не раздумывая нырнув за ней в дыру в земле.

Схвативший драгоценность ящерочеловек почти провалился в дыру, но подоспевший Белл успел схватить его за ноги и длинный хвост в последнее мгновенье.

— Даже лучше, чем я надеялся!

Не заботясь об отчаянных, попытка Белла вытащить ящерочеловека из провала, Дикс указал пальцем на воивра.

«Потеряйся в бесконечном кошмаре».

Волна зловещего красного света окутала Виену, как только завершилось короткое чтение заклинания.

— …ААААААА!

— Что?!

Воивр отклонился, взревев.

Фелс, Грос и остальные Ксеносы бросились на помощь Беллу, от увиденного в их глазах застыл ужас.

— Должно сработать.

Наконец, Дикс снял почти бесполезные сломанные очки обнажив отметку D на его левом глазу.

Раздался звон, дверь будто ответила на его зов и проход открылся.

— Лети, птичка.

— ?!

Воивр бросился к двери, за которой скрывалась кажущаяся бесконечной лестница.

— Ты! Что ты сделал?!

— Моё проклятье насылает видения, если целей мало. Белл Кранелл, сейчас этот воивр гонится за «тобой»! А этот проход ведёт прямиком на поверхность!

Первую часть фразы Дикс сказал Гросу, а потом перевёл взгляд на парня, только что благополучно вытащившего Лидо из провала.

Его губы скривились в улыбке, когда он произнёс последние слова.

— Если монстр окажется снаружи, долго ему не продержаться!

— ?!

Довольный нервным вздохом Белла Дикс использовал глаз, чтобы открыть другую дверь.

— Дикс Предикс!!!

— О! Забудьте обо мне, у вас зверёк убежал! Ха-ха-ха-ха-ха!!!

Легко уклонившись от ударной волны Фелса, Дикс исчез в проходе и, смеясь, побежал по коридору.

— КАХ!..

Грос поднялся в воздух и понёсся к двери, широко распахнув крылья. Но дверь закрылась, прежде чем горгулья успела в неё влететь.

Закрытие орихалковой двери сделало преследование Дикса невозможным.

— …Лидо, камень!

— Белуччи?!

Белл выхватил драгоценный камень из протянутой руки Лидо и бросился за Виеной по лестнице.

Несмотря на жгучую боль он бросился в погоню за потерявшим рассудок воивром.

— Лидо, Грос, остальное я предоставлю вам… Как же всё плохо!..

Опасаясь раскрытия Ксеносов и того, что произойдёт, если монстр вырвется на городские улицы, Фелс бросился в погоню.

Маг побежал за Беллом, оставив Ксеносов главными.

— Лидо, Грос!

Рей с новой группой Ксеносов вбежала в зал считанные секунды спустя.

Гоблин в красном колпаке Летт, гарпия Фия и остальные монстры не могли скрыть своего удивления, увидев тела охотников.

— !.. Рей, у тебя есть ключ?!

— Что?

— Вражеский лидер сбежал в другую часть лабиринта! Если он выберется живым, мы будем в опасности!!!

Крик Гроса раздался из противоположной части зала. Рей неуверенно повернулась к остальным.

Гарпия и гоблин в красном колпаке показали сирене магический предмет.

— Рей, ключ только один. Мы не можем перемещаться по лабиринту, как пожелаем.

— …Тогда оставим его для того, кто ещё не пришёл.

Обменявшись парой слов Летт и Гросс решили передать предмет в лапы небольшого монстра.

Наблюдая как этот монстр исчезает в проходе, из которого они пришли, Рей повела оставшихся монстров к Лидо и Гросу.

— Рей, что с авантюристами?

— Мы смогли продержаться. Потери… кажется их не было. Что у вас?

— Как видишь, мы освободили наших товарищей… Но Виена потеряла драгоценность изо лба и сошла с ума. Фелс и… тот парень бросились в погоню.

Прибежавшие монстры замолчали, услышав, что Виена движется к поверхности. Лидеры знали, о чём они думают.

— Наши товарищи, которые были пойманы на пределе. Они не могут двигаться и должны пойти в безопасное место для отдыха.

— Значит, нужно защитить наших родичей и…

— Мы тоже отправимся в погоню за Виеной.

Грос, Рей и Лидо бросили взгляд на лишившихся под действием проклятия последних сил Ксеносов, а потом посмотрели на лестницу, на которой скрылись Виена и Белл.

Сирена с золотыми перьями и пепельная горгулья повернулись к Лидо, услышав его заключение.

— Стоит ли оставлять это дело Белуччи и Фелсу? Разве вы примете положение тех, кому во всём помогают? Если мы пойдём на поверхность, может это и вызовет переполох, но… наша очередь помочь Белуччи и Виене, если они в беде. Мы должны.

Даже при худшем из возможных исходов им пора поставить свои жизни на кон, чтобы помочь парню удержать то, чем он дорожит.

Грос и Рей молча смотрели в решительные глаза Лидо.

— …Вдобавок, мы увидим поверхность, как давно хотели, не так ли?

— Ты глуп. В такое отчаянное время…

— Как бы там ни было, ты идёшь, да?

Грос накричал на Лидо за попытку пошутить, но Рей улыбнулась, понимая, что горгулья на самом деле испытывает.

— Когда я увидела Белла в Подземелье у меня появилась надежда… А когда я услышала, что он спас одну из нас… я была очень довольна, — щёки Рей слегка покраснели, когда она заговорила о чувствах, которые испытала на языке жителей поверхности.

Другие Ксеносы также делились своими впечатлениями о встреченных жителях поверхности.

Завываниями и рёвом они выразили своё желание последовать за Беллом.

После длительного молчания Грос распахнул крылья.

— …Одно дело Фелс, но на этого мальчишку полагаться нельзя.

После этого он быстро поделил Ксеносов на группы, которая останется и которая пойдёт в погоню, опираясь на раны монстров. Могучим взмахом крыльев Грос двинулся к ведущей на поверхность лестнице.

Лидо и Рей улыбнулись друг другу.

— Так что, Грос? Похоже, ты решил, что достойные люди существуют!

— …Всё равно нет. Но я не хочу, чтобы дошло до самого плохого.

— Тебе попросту не угодить?

— Горгульи, вроде Гроса, твердолобые, как камень.

— Хватит!

Трое лидеров Ксеносов плечом к плечу поднимались по лестнице.

В это же самое время…

Одному из авантюристов Паствы Икелоса удалось ускользнуть.

Не привлекая внимания Ксеносов, он шёл по каменному коридору.

— Дииикс… где же ты? Спасииии меня… Чёртовы монстры… они заплатят…

Он сжимал кусок металла в правой руке и срезанный красный наконечник копья в левой.

Огромный мужчина потерял половину лица, включая глаз. Бормоча себе под нос проклятья, он углублялся в лабиринт.

Было слышно, как капли крови ударяются о пол.

Мужчина брёл по тёмным коридорам Кносса, отмечая свой путь кровавыми следами.

— Гах, гори они синим пламенем, ау!..

Его лицо скривилось в монструозном выражении. Опиравшийся на древко копья Дикс выразил гнев и раздражение, пнув статую, стоящую в конце одного из коридоров.

Благодаря «Глазу Дедала» Дикс мог передвигаться по Кноссу, не используя ключей, он брёл по коридорам с того самого момента, как сбежал из главного зала. Поскольку проклятье вынуждало его до тошноты заучивать чертежи этажей из Записок Дедала, он знал запутанные коридоры, как свои пять пальцев.

Он брёл к дому своей Паствы, подземной базе, месту, в котором хранились различные целебные предметы, и где он мог отдохнуть.

— Всё из-за этих монстров и того говножуя!.. Убью их, даже если это будет последним, что я сделаю!..

Паства Икелоса, вся, кроме него, была уничтожена. Каждый Ксенос, которого они поймали был освобождён.

Гневно шепча, что отомстит десятикратно за то, что они с ним сделали, когда выберется, Дикс уставился налитыми кровью глазами во тьму.

— ?..

Он увидел нечто, заставившее его остановиться.

Что-то, что не было похоже на лабиринт, который он звал своим домом.

Воздух будто начал вибрировать, мирная тишина словно пыталась его о чём-то предупредить, как если бы он находился в настоящем Подземелье.

Свет редких ламп с магическими камнями, разбросанных по коридору, дрожал, будто пламя свечи.

Пройдя несколько орихалковых дверей Дикс убедился, что за ним никто не пошёл. Но теперь, продолжая идти тем же путём, он обнаружил, что по его спине пробегает холодок.

Невозможно, все двери закрыты, не может быть что…

Он ощутил пронзительный взгляд на своей спине. Мгновение спустя его сердцебиение участилось, он бросился бежать.

Боль, пронзающая его конечности уже ничего, не значила. Он выбился из сил пытаясь сбежать от чего-то, что вызывало у него холодок. Однако, он не мог отдалиться. Тогда он заметил, что оставляет кровавый след, значит, спрятаться он не мог. Что бы не преследовало его в лабиринте, оно приближалось и двигалось по его запаху.

Как только Дикс закрыл следующую дверь за собой, он услышал, как где-то вдалеке открывается другая дверь. Его невидимый преследователь становился всё ближе, загоняя его в угол.

— ?!

Несмотря на то, что коридоры отпечатались в памяти Дикса, каждый угол и закоулок начали выглядеть для него одинаково. Страх и паника, реальность и иллюзия смешались, нарушая его координацию.

Одержимость Дедала, хаотичный мир архитектора явил Диксу своё истинное лицо. Рукотворный лабиринт, любого способный лишить чувства направления превратился для мужчины в бесконечный кошмар. Его преследователь спереди или сзади? Дикс уже не знал.

Его уверенность испарилась.

Уверенность в том, что что бы не возникло на его пути, проклятье поможет этого избежать рухнула. Преследующее нечто его ошеломило, в таком положении Дикс оказался. Тревога охватывала его всё сильнее и сильнее.

Дикс отбросил всякую гордость и побежал напролом. А потом внезапно остановился. То, что оказалось перед ним посреди кажущегося обычным коридора не позволяло ему пошевелиться.

Дикс оказался посреди коридора, в котором царила прохлада, окружённый тьмой.

Тьма колыхнулась.

От этого зрелища глаза Дикса начали вращаться.

Мастер подземелья, живущий в глубинах лабиринта, будто увидел в нём свою жертву.

Чёрный как уголь монстр, чёрный бык, показался из тьмы перед глазами Дикса.

— …Да ладно… Ты издеваешься.

По ошибке Дикс так глубоко погрузился в мысли о ненависти и отмщении, что потерял способность мыслить рационально.

Он будто забыл, что у врага есть такой же как у него ключ.

Впрочем, куда большей ошибкой было его незнание о существовании этого монстра.

Громкое фырканье эхом отдалось в ушах Дикса.

Шаг, ещё один. Камни трещали под копытами монстра.

Слабый свет отразился в окровавленном Лабрисе, который зверь держал в левой руке.

— Откуда ты, чёрт тебя дери, взялся, МОНСТРРРРР?!

Тёмная тень нависла над Диксом, замахавшим от ужаса руками.

Звук удара последовал секунду спустя.

Этим всё кончилось.

Дикс не мог активировать проклятье, и топор палача мгновенно лишил его жизни.

Смерть настигла погрязшего в жестокости человека очень быстро.

Монстр прошёл мимо кровавых разводов и рассечённой плоти, продолжив свой путь.

Он спешил присоединиться к своим родичам.

Он спешил, будто бы желая наконец найти достойного противника.

— Белл Кранелл!

Длинная широкая лестница тянулась так далеко, как мог увидеть глаз. Каменные ступени казались бесконечными. Фелс догнал Белла, чёрная роба трепыхалась за его спиной, парень бежал по подобию лестницы с семнадцатого этажа Подземелья до поверхности.

— Твоё тело на это не способно. Назвать тебя истощённым будет преуменьшением.

— Ф-Фелс…

Фелс напомнил Беллу о тех повреждениях, которые парень получил во время битвы в зале ниже.

Он не соврал. Поскольку Беллу приходилось двигаться через силу, Фелс догнал его, несмотря на то, что выбежал позже.

— Подожди минутку и продолжай бежать.

Фелс положил руку в перчатке на запыхавшегося Белла.

— Жезл Асклепия, его материнский свет. Восстанови, что может быть восстановлено силой регенерации.

Узоры на перчатке загорелись будто посох и магический круг возник под ногами парня. Фелс отлично исполнил Параллельное Чтение.

Белл с удивлением вслушался в заклинание Фелса.

— Диа Панацея.

Разноцветные сияющие сферы окутали Белла. Раны на его теле чудесным образом исчезли, сломанный кулак пришёл в норму и даже усталость испарилась.

— Что это?..

— Целебная магия, которая способна затянуть раны и исцелить от вредных состояний, подобно эликсиру.

Высокоуровневая целебная магия восстановила тело Белла.

— Спасибо, Фелс!

Снова ощутив в себе прилив сил, Белл бросил слова благодарности Фелсу и набрал скорость.

Фелс остался позади, когда парень побежал, прыгая через восемь ступеней, будто настоящий кролик.

— Серьёзно?!

Слова, произносимые богами и богинями о ловкости парня, всплыли в памяти мага. «Я не могу так бежать!..» — в отчаянии крикнул Фелс, протягивая руку к ускакавшему далеко вперёд Беллу.

— Виена!..

Где-то вдалеке раздался треск.

Ударивший сверху свет говорил о том, что монстр достиг поверхности.

[[image:/storage/reader-images/896a7b5132950f0070312599edb37d3cc5b9e64d.jpg]]
Заходящее солнце почти скрылось за городской стеной на западе, указывая жителям Орарио, что ночь наступит всего через несколько часов.

Паства Гестии вошла в северо-восточный район города под ещё голубым небом и оказалась на Улице Дедала.

— Бесполезно. Никаких зацепок не видно…

— Может это место и расположено над землёй, но оно куда больше похоже на Подземелье, чем само Подземелье.

— В-Вельф-сан, я не понимаю, о чём вы говорите.

Группа шла между нагромождениями зданий, Микото осматривалась, Вельф почёсывал голову, а Харухиме начала покрываться холодным потом.

— Помощница, похоже спрашивать общее направление было бесполезно. Даже слухи, на которые мы натыкались, оказывались противоречивыми.

— Лили и не ожидала, что всё пройдёт гладко, но…

Гестия и Лили, опрашивавшие местных, посмотрели друг на друга.

Разделившись с Паствой Сомы, они пошли на Дедалову Улицу, как и предложил Занис. Паства Гестии попыталась найти даже слабейшие следы монстров, но они просто потерялись в сложной сети закоулков.

Лестницы вели вверх и вниз, соединяя самые странные дома и небольшие здания построенные, по большей части, из кирпичей. В нагромождении строений разного размера и высоты не было никакой логики. Группа будто оказалась в оптической иллюзии, бесконечном лабиринте, состоящем из никак не связанных дорог и лестниц.

— У меня нет хороших воспоминаний об Улице Дедала… Уверена, Белл тоже чувствовал бы себя растерянно.

Взгляд на кирпичи вызвал у Гестии прилив воспоминаний, в которые богиня погрузилась.

Повернув на очередной дороге, группа увидела на стене из красного кирпича знак Ариадны и пошла дальше.

— !..

— Эй… а это ещё что?

Микото и Вельф заметили нечто странное.

Они повернулись, увидев, что лисьи ушки Харухиме навострились и повернулись в сторону мгновеньем спустя. Лили схватила ртом воздух.

Богиня отчаянно пыталась понять, почему её последователи напряглись, но ей всё стало ясно, когда вдалеке послышались крики.

— !!

— Бежим!

— Да!

Стоило Гестии понять, что происходит, как Вельф и Микото, а с ними и остальные члены Паствы Гестии со всех ног побежали. Им пришлось двигаться против толпы, чтобы достичь эпицентра, породившего панику и крики жителей.

Обогнув очередной угол…

— Ого!..

— Монстр?!

Похоже на ламию создание с крыльями пробежало мимо.

Даже для города лабиринта подобное было неслыханным. Одно из зданий лишилось края, обломки посыпались на землю. Острая бледно-синяя чешуя монстра была покрыта строительной пылью, указывая на то, что он успел снести несколько стен.

Множество жителей не успевали сбегать от поднявшейся после монстра пыли.

Разумеется, единственной Паствой, которая оказалась поблизости была Паства Гестии.

— Выходит, монстр сбежал со вражеской базы?.. Только это возможно, так ведь?

Монстр на земле извивался, Вельф достал двуручный меч, а Микото подняла катану, Котецу, заговорив дрожащим голосом:

— …П-постойте, подождите. Это же…

Активировав навык, Чёрный Ворон Ятано, она услышала отклик. Несмотря на то, что она не могла рассмотреть монстра из-за облака пыли, это означало, что раньше она встречала такой подвид монстров.

Лили замерла, когда из плотной пылевой завесы показалось лицо монстра.

— …Воивр.

— ?!

Вельф, Микото, Харухиме и Гестия разом вздохнули.

Они рассмотрели неестественную дыру во лбу, в которой должен находится драгоценный камень.

— Не может быть!..

В тот момент, когда группа осознала, что произошло с воивром, которого они увидели, монстр сделал свой ход.

— !..

Издав пронзительный вопль, он понёсся прямо на них.

Вельф и Микото отреагировали мгновенно, скрестив клинки, чтобы остановить продвижение монстра. Только вот… их раскидало в разные стороны.

Натиск воивра был слишком силён, чтобы авантюристы второго уровня сдержали его клинками. Несмотря на то, что им удалось замедлить монстра, Вельф и Микото врезались в стены ближайших зданий, вызвав вопль страха окружающих городских жителей.

— Всевышняя Гестия!..

— Харухиме!

Гестия, которую отбросила с пути монстра Лили, крикнула, увидев, как девушка-ренарт неловко падает прямо перед воивром.

Несмотря на то, что приближение монстра сбило её с ног, Харухиме смотрела на монстра удивлённым взглядом.

— Виена… сан?..

Хоть глаза монстра и застилала красная пелена, они были янтарными.

Поскольку девушка-ренарт провела с Виеной больше всех времени, она могла лишь прошептать её имя.

Слёзы появились в глазах Харухиме, увидевшей что стало с её подругой.

— ААААААААААААААААААА!

Обратившаяся в дракона Виена била длинным телом по земле, будто кого-то преследуя.

Харухиме не могла двинуться с места, хвост, толщиной с дварфийский сундук, отправился в неё. «Харухиме-доно!» — завопила Микото.

Остальные члены Паствы также кричали её имя, но вдруг…

— …Виена!!!

Белл появился будто из ниоткуда, несясь быстрее ветра.

— Белл!!!

Он появился из дыры в земле, которую оставила Виена и, выскочив, бросился к хвосту дракона, ударив в него бронированным налокотником, чтобы изменить траекторию. Хвост, летевший в голову Харухиме, пронёсся мимо.

Парень услышал крики удивления и радости своей Паствы, когда, взяв Харухиме на спину, отпрыгнул подальше.

— Белл-сама!..

— Харухиме, пожалуйста, убегай.

Жалобный и слезливый голос девушки-ренарта полоснул парня не хуже настоящего ножа.

Микото тут же подбежала, чтобы принять девушку из его рук и отвести обратно к группе.

Я предотвратил худшее, но!..

Белл снова бросился в погоню за Виеной, по пути разрушающей Город Лабиринта, появившись из одного из скрытых входов в Кносс.

Множество людей уже её видело. Ладони парня прошиб пот, когда он осознал количество свидетелей.

Что дальше? Что мне делать?

Впрочем, сначала ему нужно было вернуть на место драгоценный камень. В первую очередь нужно было остановить безумие.

Виена поднялась, восстановившись от неожиданной атаки Белла в её хвост.

И тогда это случилось.

В воздухе мелькнула яркая вспышка.

Она пронеслась сзади, над головой Белла…

Краем глаза парень заметил, как длинное копьё с золотым лезвием пронзает левую руку Виены подобно молнии.

— АААААААААААААААААААААААА!

Судя по траектории копьё было брошено в неё со здания неподалёку.

Виена взревела, копьё глубоко вошло в землю, приковав её к месту.

Такой неожиданный поворот событий застал Белла врасплох, парень растерялся. Он не мог даже вдохнуть, его мозг работал с огромной скоростью.

Скорее всего, кто-то, обладающий огромной Силой швырнул это копьё у него из-за спины.

— …Такая мелочь, а сколько шума подняла, давайте я займусь?

Белл услышал голос, такой же, как в его воспоминаниях. После этого раздались громогласные одобрительные вопли.

— !!!

— ДА, МЫ СПАСЕНЫ!

— АВАНТЮРИСТЫ!

Голоса были наполнены восторгом.

Все они раздавались за спиной Белла.

Гестия и остальная часть Паствы молча ждали, что будет дальше.

Белл слышал, как стучит его сердце.

Тревога была такой сильной, что перед глазами парня всё поплыло.

Белл медленно повернулся и его мир перевернулся.

— …

Первым, что приковало его внимание была светловолосая девушка-рыцарь с золотыми глазами и саблей в руке.

— Похоже, среди жителей пока потерь нет.

— Что тут у нас? Кто-то добрался раньше?

— Погодите, это, кажется?..

— Аргонавтик!

— Снова кролик…

Потом его глазам предстала эльфийка с длинным посохом, дварф с огромной секирой на плече, сёстры-амазонки, одна из которых была вооружена Кукри, а вторая несла на плече огромный двухклинковый меч, и наконец вервольф в металлических ботинках.

— Воивр… Как думаете, это как-то связано с докладами о «крылатом» монстре?

Последним был бросивший копьё, полурослик.

Одна из сильнейших групп авантюристов Орарио смотрела на Белла и Виену.

«Храбрец» — Финн Деймне.

«Девять Кругов Ада» — Риверия Льос Альф.

«Элграм» — Гарет Лэндрок.

«Амазонка» — Тиона Хайрит.

«Йормунгард» — Тионэ Хайрит.

«Ванарганд» — Бете Лога.

И «Принцесса Меча» — Айз Валленштайн.

В последней экспедиции все они достигли шестого уровня.

Даже в глазах Паств-соперниц Города Лабиринта они стали отрядом, о котором будут говорить целыми поколениями.

Сильнейшая Паства Орарио, Паства Локи.

— Этот монстр как-то связан с тем, что случилось на восемнадцатом этаже? Кажется, на нём оковы, броню видите?

— Не могу сказать наверняка… но Гильдия могла считать такое появление возможным, и потому приказала Паствам быть настороже.

— Тц, лучше бы на передовую нас отправили.

Город Лабиринта, Улица Дедала. Даже если учесть, что Паства Локи прибыла сюда, когда услышала о беспорядках, им явно нужно было бы больше времени. Об этом говорит то, что другие авантюристы прийти не успели.

Неужели они ощутили приближение монстра?

Или Гильдия проанализировала возможные исходы и приказала им ждать неподалёку отсюда?

Белл направил дрожащий взгляд на полурослика, спокойно осматривавшего поле боя.

— Капитан, что насчёт этого монстра?..

— В его лбу нет камня. Избавимся от него.

Они пришли сюда с одной целью.

Уничтожить любого монстра, который появится в городе.

Улицы наполнились восторженными криками, приветствовавшими людей, пришедших спасти город от хаоса.

Слушая эти крики Белл содрогался. Члены Паствы Гестии также побледнели, слушая одобрительный шум.

Авантюристы стали оплотом надежды для городских жителей, всегда восхищавшихся их силой.

А для Белла их появление было подобно концу света.

— Да ладно. Что тут забыли козявки Локи?

На каменной башне, одной из самых высоких точек Улицы Дедала…

Икелос и Гермес сразу заметили нарушение спокойствия со своей высокой позиции, и следили как будут разворачиваться события дальше.

— Стоило вещам принять интересный оборот… Как всё закончилось.

— …Согласен.

Два божества смотрели, как авантюристы второго ранга Паствы Локи заполняют улицы за спиной Айз. Икелос сплюнул, ему явно было скучно смотреть, как сильнейшая Паства Орарио положит конец монстру.

— Почти все мои козявки обратились в прах… Сколько же будет мороки.

Икелос повернулся к Гермесу, саркастично того поздравив. Гермес не произнёс ни слова, его взгляд был направлен на лицо стоящего внизу парня.

Мисс… Айз…

Ощущая жуткую тревогу…

Белл встретился взглядами с Айз, смотревшей на него с крыши здания.

Взгляд его идола смотрел только на него.

Её золотые глаза будто бы спрашивали: Что ты здесь делаешь?

Аааааа….

Слово, которое обронил Дикс, ожило в его памяти.

Лицемер.

Дикс от всей души смеялся над глупым решением Белла.

Этот пустой смех заставил парня вспомнить ещё один заданный ему вопрос.

«Что ты будешь делать, парень?»

— АААААААААААА?!

Воивр взвыл от боли.

Пронзившее её руку копьё практически пригвоздило девушку-дракона к земле.

Мысли Белла затуманились, перед глазами всё плыло.

Он стоял меж двух огней, перед двумя сторонами. Вперёд или назад? Атака или отступление?

Идол или монстр, герой или злодей, дедушка или девушка, извинение или сожаление, обещание или предательство, истина или фальшь. На его пути встретилась развилка, ведущая к серьёзным последствиям. Решить, решить, решить.

В его сердце были выжжены воспоминания. Улыбка и слёзы девушки.

Её протянутая рука, её теплота, обещание, которое он дал, защитить её…

Все мысли смешались, направляя сердце Белла.

В один миг для него уместилась целая вечность.

Белл.

Белл.

Белл…

— ООООООООООООООООООООО?..

Восторженные крики горожан начали стихать.

Их место заняли вскрики замешательства и злости. Авантюристы низкого ранга тянули шеи, пытаясь понять, что происходит, их лица потемнели от подозрительности.

Ропот повис над Дедаловой Улицей.

— А?

Нахмурился вервольф.

— Эй… Это ещё что?

— Маленький Аргонавтик?..

Удивились сёстры-амазонки.

— Меня глаза не подводят?

— Финн…

— …Что у него на уме?

Дварф, высшая эльфийка и полурослик холодно нахмурились.

— …

Девушка, которую он идеализировал смотрела на него, не веря своим глазам.

— !..

Белл встал к ним лицом.

Он находился спиной к извивающемуся от боли монстру, заслоняя его от людей, собиравшихся от него избавиться.

Он будто пытался защитить монстра от авантюристов.

Капли пота катились по его щекам, его дыхание сбилось, он был бледен как призрак.

Перехватив чёрный кинжал лезвием вниз, парень встал в боевую стойку.

Не глупи!..

Лили, Вельф, Микото и Харухиме лишились дара речи.

Глаза Гестии чуть не выпали из орбит.

— !!!

Как и глаза горгульи Гроса, наблюдавшего за происходящим из дыры в земле.

— Что же ты делаешь, Белуччи?..

Лидо и другие Ксеносы появились в переулке, со стороны наблюдая за развязкой. Даже Фелс, подошедший только что, был поражён.

— Хе… ХЕ-ХЕ-ХЕ-ХЕ-ХЕ-ХЕ!..

Раздался смех Икелоса.

Когда он увидел, что произошло, его плечи начали сотрясаться от радостного смеха.

— Ты посмотри на это, Гермес?! Просто уморительно.

Божество разразилось смехом, волосы цвета морской волны колыхались взад и вперёд.

— Я думал дерзкие козявки в наши дни перевелись… Но, видимо, мир не без безумцев!

Губы стоявшего рядом с заливающимся смехом Икелосом Гермеса скривились в задумчивой, почти одинокой, улыбке.

— Какой же ты глупец…

Жители города, авантюристы, монстры и божества смотрели в одно и то же место.

Как одинокий парень разрушает собственную жизнь.

На Белла, бросившего вызов Пастве Локи, чтобы спасти девушку-монстра.

----------

Глупец

[[image:/storage/reader-images/8a979750bbdedb50ceff075b04f7c6f3253c13f4.png]]
Юго-западный район Орарио, один из уголков Дедаловой Улицы, погрузился в зловещую тишину.

Развернувшуюся под безоблачным голубым небом сцену нельзя было назвать обычной.

Воивр наполовину пробил стену здания, его прибило к земле копьём. Перед монстром, посреди широкой улицы, подняв оружие для защиты, стоял Белл. Гестия и другие члены его Паствы смотрели на это из переулка, а горожане стояли за спинами сильнейших авантюристов Паствы Локи, собравшихся на крыше.

— Так… что делать будем? — огромная грудь Тионэ колыхнулась, когда она, вздохнув указала на парня, стоявшего к ним лицом. Её сестра-двойняшка, высказала своё удивление следом:

— Ч-что нам делать?

Белл, Айз и сильнейшие авантюристы Паствы Локи смотрели друг на друга.

— Просто забейте на него. Хрен знает о чём он думает, и кому какое дело. Просто прикончим монстра.

Произнёс скучающим голосом Бете, делая шаг вперёд.

Как только вервольф из Паствы Локи занёс ногу, чтобы понестись на монстра…

— ВСПЫШКА!

— ?!

Бум! Звук взрыва разнёсся по улице.

Бете и его союзники, готовившиеся спрыгнуть с крыши, замерли на месте. Жители Улицы Дедала в страхе прикрыли уши.

Белл закинул драгоценный камень в мешочек на поясе и стоял с вытянутой рукой, после запуска своего заклинания.

Это была угроза, он предупредил авантюристов Паствы Локи, чтобы они не приближались.

Он стоял неподвижно, но по его телу пот бежал ручьём.

— Ааа?!

Бете, Паства Локи и жители ответили чистейшим замешательством.

Бесчисленное множество глаз выражало не мой вопрос: «Зачем это было сделано?»

Неприязнь к защищавшему монстра парню во взглядах начала перерастать в отвращение и ненависть. Он оказался в шаге от изгнания. Белл видел замешательство во взглядах Айз и Тионы, подозрительность со стороны остальных членов Паствы Локи и удивление на лицах членов его собственной Паствы.

Кинжал Гестии дрожал в его правой руке, с него лился холодный пот, а стук сердца бил по ушам.

…Для него наступит конец.

Одно неверное слово и всё будет кончено.

Поэтому следующими его словами стали…

— …Э-

Язык едва двигался в пересохшем рту.

Белл окинул взглядом стоящих напротив людей и заговорил громче:

— …Этот… мой.

Два слова слетели с его губ.

— Я первым увидел воивра, он мой!..

Бете и остальные отпрянули, Белл говорил настолько грубо, насколько был способен:

— Так что не троньте его!!!

Загнанный в угол Белл решил повести себя как своенравный авантюрист.

Заявив, что магический камень монстра и добыча с него принадлежат ему, он направил оружие на разинувших рты наблюдателей, включая его собственную Паству.

— ?!

— !

В этот момент воивр начал биться в истерике, наконец освободившись от пронзившего его руку копья.

Воивр бросился прочь, будто пытаясь сбежать не только от авантюристов, но и от собственной боли.

Белл повернулся спиной к жителям и немедля ни секунды бросился в погоню.

— Лааадненько… И что это значит?

Тиона озадаченно наклонила голову. Айз ей ответила:

— Воровать добычу другого авантюриста против правил…

— Аааа… Воивры довольно редкие, да?

Объяснение Айз удовлетворило Тиону, та кивнула, а у Бете от него шерсть поднялась дыбом:

— Говнюк… Это работает только в Подземелье. Таких правил на поверхности не бывает!

Он был не единственным, кого привело в бешенство своенравие Белла в момент опасности, Остальные члены Паствы Локи и прочие жители города смотрели вслед Беллу с явной неприязнью.

— Генерал…, — Тионэ смотрела на удалявшихся парня и монстра, а потом обратилась к Финну, совершенно спокойно отдавшему приказ:

— Нет смысла давать ему делать, что вздумается. Преследуем воивра.

Силы Паствы Локи повиновались. Кто-то спрыгнул с крыши, остальные остались наверху, когда…

— …УООООООООООООООООО!

— ?!

Раздался яростный рёв, будто намеренно привлекающий их внимание.

Больше двадцати вооружённых монстров возникли на улице мгновеньем спустя.

— Вооружённые монстры!

— Похоже, в конце концов, это как-то связано с разрушением Ривиры…

Яростный топот раздался в переулке и ящеровоин прорвался к авантюристу, вместе с горгульей, воспарившей над зданиями похожего на лабиринт района города. Двое монстров вели остальных в атаку по земле и воздуху.

Хаос снова воцарился на улицах, городские жители кричали, авантюристы не верили своим глазам. Отряд монстров оказался перед Паствой Локи, будто блокируя путь и выставляя себя в качестве приманки, чтобы не дать авантюристам догнать Белла.

— Лидо, Грос!..

…Преследовавший Ксеносов Фелс попытался их остановить, но мог лишь беспомощно наблюдать за их выходом из переулка.

— Пожалуйста не останавливай нас Фелс.

— Рей!..

— Мы приняли решение. Мы поможем тому человеку и нашему родичу. Если бы мы оставили их на произвол судьбы… Мы потеряли бы право исполнять своё желание.

Сирена прикусила кончик крыла, перепачкала лицо кровью и, улыбнувшись Фелсу, полетела. Маг в чёрной робе сжал руки в кулаки, глядя ей вслед:

— Проклятье… Вы даже не понимаете, что мои чувства подталкивают меня вам помочь или нет?

Фелс покинул место в котором скрывался, намереваясь помочь Ксеносам.

Риверия отправившая авантюристов в контрнаступление кивнула и обратилась к Финну:

— Финн, что прикажешь?

— …Брать монстров живыми.

— Живыми? — Бете фыркнул, но полурослик-генерал уверенно кивнул:

— Да. Есть кое-что, в чём я хочу разобраться. Тионэ, поведёшь группу в наступление. Избегайте мощных заклинаний, они причинят городу ущерб.

— Будет сделано!

— Поняла!

— Ну ладно…

— Маги, прикройте отступление горожан. Их безопасность в приоритете. Начали.

— Есть!

Получив быстрые приказы, командиры Паствы принялись их исполнять.

Тионэ, Тиона и Бете бросились вперёд, ведя за собой силы Паствы Локи. Финн позвал Айз до того, как она успела вступить в бой.

— Айз, останься здесь.

— ?..

— Риверия подготовит барьер. Я уверен в своих приказах, но сомневаюсь, что горожане успеют сбежать достаточно быстро.

— …Слишком большая известность приносит определённые проблемы.

— Гарет, не хочу даже думать что такое возможно, но не мог бы ты проверить периметр?

— Ммм? Я-то могу… но ты уверен, что мы удержим тех вооружённых монстров?

— Да, их троих будет достаточно.

Игнорируя замешательство Айз, Финн отдал приказы Риверии и Гарету.

Они смотрели на городских жителей, сомневавшихся, стоит им эвакуироваться, или они уже в безопасности. Им хотелось своими глазами увидеть сильнейшую Паству Орарио в действии. Риверия вздохнула, спрыгивая с крыши, она начала произносить заклинание.

Гарет закинул секиру на плечо и побежал в указанном Финном направлении.

— …Финн.

— Ой, прости Айз. Ты нас страхуешь.

Глядь… Финн извинился осознав, что Айз пристально на него уставилась.

Он натянуто улыбнулся, будто зная о чём думает обычно отстранённая Принцесса Меча. Её разочарование и, возможно, недовольство.

— …Что-то… ещё надвигается?

— У палец ноет… Ну, знаешь…

Айз спросила объяснения, Финн провёл языком по большому пальцу.

Оставшись с девушкой на крыше наедине, полурослик-генерал посмотрел вниз.

Авантюристы и монстры вступили в бой.

Сражение между Паствой Локи и Ксеносами началось.

Битва развернулась на улице в восемь метров шириной.

Силы Ксеносов, зажатые с одной стороны Восточной Стеной, пытались сдержать натиск авантюристов. Паства Локи наступала с запада, они были ближе к Вавилу, две группы столкнулись в открытом пространстве.

Тролль сражался с вервольфом, девушка-человек столкнулась с ламией, поразительно грациозная эльфийка-лучница пускала стрелы в грифона. Каждый был вооружён излюбленным оружием. На поле боя слышались звуки столкновения оружия с оружием.

— ГАОООООО!!!

— Хах, ящеровоин…

Лидо, поддерживавший образ яростного монстра сошёлся с амазонкой Тионэ Его оружием был длинный меч и ятаган, в то время как амазонка орудовала парой ножей Кукри. Бойцы с двумя оружиями погрузились в поединок.

— ?!

Очень быстро Лидо ощутил будто ему приходится сражаться против бури.

Длинные чёрные волосы мотались из стороны в сторону, клинки мелькали в яростном танце. Каждый удар был силён настолько, что мог стать решающим. Лидо приходилось блокировать эти удары выпадами в полную силу, звон оружия стоял у него в ушах.

Танец амазонки продолжался, она начала смешивать выпады оружием с ударами ног. Длинные бронзовые ноги амазонки хлестали не хуже кнутов, сбивая прочные красные чешуйки с тела ящера ударами. Вдобавок, на ногах его чешуя не оставляла ни царапины.

Клинки описывали в воздухе дуги, уклоняясь от них Лидо попадал на умелые удары локтями и ногами.

Отражая удары кукри мечами, ящеровоин ощущал, как содрогаются его руки, несмотря на боевые рукавицы.

Для настоящего монстра, ящерочеловека, амазонка была похожа на дикого зверя, её кинжалы можно было сравнить с клыками.

Лидо сам не заметил, как перешёл в глухую оборону.

— Интересно…

Тионэ прищурилась, наблюдая как ящерочеловек отбивается её атак, ускользая от сильнейших из них, подставляя броню и чешую. Заинтересовавшись мастерством Лидо, она начала бить быстрее, будто пытаясь определить навыки и тактики, которыми обладает этот монстр.

К-какая сила!..

Глаза Лидо дрожали.

Сегодня он столкнулся со многими авантюристами, исключая элиту Паствы Ганеша, Шакти и мужчины в очках, Дикса, он был уверен, что справится с любым. Это не было преувеличением или самоуверенностью. Лидо опирался на то, что долгие годы потреблял магические камни монстров и провёл немало времени прорабатывая свой дикий боевой стиль.

Как победить эту амазонку, впрочем, он не имел ни малейшего понятия.

Лидо пришлось принять факт того, что он, монстр, стал добычей в глазах амазонки.

…Паства Фреи и Паства Локи.

…Лидо вы должны избегать их любой ценой.

…Вы не должны вступать с ними в бой.

Лидо вспомнил слова, произнесённые Фелсом в темноте Подземелья.

Ксеносы предпринимали все возможные меры предосторожности, чтобы избегать этих двух Паств после предупреждения мага, и теперь Лидо понимал, почему они были произнесены.

Но… я не могу здесь умереть!

Лидо нахмурился, умело отразив удар амазонки, и перешёл в атаку. Разорвав дистанцию просчитанными ударами, он одновременно опустил на амазонку ятаган и длинный меч, используя все силы, которые могло предложить тело монстра.

Разумеется, Тионэ отбилась от клинков своими Кукри, но сразу после этого Лидо нанёс удар хвостом, на уровне пояса.

— !

Третий удар застал амазонку врасплох, Кукри выпали из её рук.

Как тебе такой удар?

Но в тот самый момент, когда Лидо замахнулся ятаганом для решающего удара, Тионэ испарилась.

Она двигалась слишком быстро, чтобы глаза ящера успели за ней уследить. Оказавшись в стороне от Лидо, амазонка вытянула руку и одним движением ударила его головой о ближайшую стену.

— …ГХААА!

Почерневшая кирпичная стена развалилась от столкновения, голова Лидо, в глазах которого читался страх, оказалась в стене.

— …Ты не похож на других ящеров-воинов, правда же?

Отправив одной тонкой рукой ящера в стену, амазонка констатировала факт, сжав череп Лидо так, что он затрещал.

Хвост монстра завертелся от боли и Тиона отпрыгнула. Освободившись, Лидо отскочил от стены, но уже едва мог стоять.

— !..

— Заткнись…

На углу улицы, вдали от Лидо и Тионэ, Бете прикрывал волчьи уши, защищаясь от криков сирены над головой.

Монстр-сирена легко уклонялась от пущенных в неё стрел и метательного оружия и пускала оглушительные звуковые волны, накрывавшие немало авантюристов Паствы Локи. Бете чуть не лишился равновесия от громкого крика, несмотря на огромное расстояние между ними. Авантюристы оказавшиеся на линии огня, не смогли удержаться на ногах и рухнули на землю, капли крови выступили из их ушей.

Бросив на сирену испепеляющий взгляд, Бете оттолкнулся от земли.

— ?!

Сирена Рей увидела, что вервольф приближается к ней слева. Летящий Бете был похож на разъярённого лунным светом оборотня. Рей перестала атаковать и приложила усилие, чтобы успеть отлететь с его пути.

Рей и Бете разминулись в воздухе на считанные миллиметры, сирену пробил холодный пот, когда кулак вервольфа пролетел у её лица, едва не попав. Впрочем, Бете явно не понравился такой промах. Пролетев мимо он приземлился на ближайшее здание. За долю секунды развернувшись он тут же отправился в полёт, подобно пуле.

— …

Рей, летающий монстр, не могла уклониться, у неё попросту не осталось времени.

Бете хищно ухмыльнулся, его мифриловый ботинок блеснул на солнце, опускаясь на голову сирены.

— Падай.

Несмотря на отсутствие крыльев, Бете нанёс удар летающему монстру сверху.

— ?!

Рей понеслась к земле со скоростью метеорита.

Не в силах прервать или замедлить падение, она рухнула на каменную мостовую.

Победа одним ударом.

— Зачем было отдавать такой дерьмовый приказ, Финн?..

Проклиная приказ Финна брать монстров живыми, Бете направился к Рей чтобы проверить, достаточно ли он сдержался. Раненные авантюристы смотрели на сирену, желая ей отплатить за то, что она сделала, когда Бете подходил к небольшому кратеру, созданному её падением, в котором Рей лежала головой вниз. Бете подкинул её ногой.

Заметная грудь сирены колыхнулась под боевой одеждой, которой была прикрыта.

— А? Что за чёрт?..

Удар о каменную мостовую стёр кровь с лица Рей.

Длинные тёмные волосы золотого оттенка, голубые, как небо, глаза и черты лица, не уступавшие эльфийским в красоте.

Бете изогнул бровь, увидев что Рей пыталась замазать кровью, и ухмыльнулся.

— Для монстра ты очень даже ничего.

Верфольф поднял левую ногу и безжалостно ударил Рей в живот.

— …А!

— Но монстры должны гореть в аду.

Нижняя часть тела сирены подлетела от удара. Бете злобно улыбался, напоминая Рей, что между людьми и монстрами есть разница.

Прекрасный, но жестокий свет солнца ударил Рей в глаза.

Она давно мечтала увидеть свет поверхности, но сейчас он лишь указал ей на жестокую реальность.

— УУУУУУООООООООООООООО!!!

— Какого хрена вы так орёте?!

Горгулья бросилась к верфольфу поставившему ногу на Рей.

Бете отпрыгнул, уклонившись от яростного натиска Гроса и отбил каменные когти ударом ноги, после чего нанёс удар по голове монстра.

Для горгульи время будто замерло, осколки каменных когтей полетели у него перед глазами, а металлический ботинок Бете приближался к голове.

— ГВАХ?!

— Вам здесь не место.

Вервольф нанёс горгулье ещё один удар, сказав ей убираться в свою дыру в земле.

Грос отчаянно пытался отбиваться от вервольфа.

— Раз… и два!

— ?!

Тиона обезоружила своего противника, гоблина в красном колпаке. Огромная секира была слишком велика для её небольшого противника, и амазонка отправила её в полёт умелым ударом гигантского меча с двумя лезвиями.

«…Хоть он и гоблин, у него четвёртый уровень, кажется?» — подумала про себя Тиона, одновременно впечатлённая и удивлённая силой особого подвида своего противника гоблина в красном колпаке, нанося несколько ударов ногами, подобными тем, которыми пользовалась её сестра.

— Хи-яяя!

— ГАХ!

Тиона одержала победу над особо сильным монстром очень быстро.

— Я не такая, как Бете, но Ургу сложно сдерживать.

Удерживая огромный клинок на плече одной рукой Тиона бросилась на помощь сражавшимся с монстрами авантюристами.

— Даже не весело…, — пробормотала она, подыскивая добычу.

— КИИХХ!!!

— А? Аль-миражик~?

Пушистый белый комок шерсти уставился на Тиону красными глазами-бусинками.

Монстр бросился на неё высоко подняв оружие в одной руке, будто крича:

— Это за моего товарища!

Напоминавший одного паренька монстр не вызвал в Тионе слишком большого интереса, и она отвесила аль-миражу пощёчину.

— КЬЮ!

Шлёп! Звонкий шлепок по щеке заставил аль-миража покатиться по мостовой и удариться о стену.

Аль-мираж, Аруру, потеряла сознание с тихим: «Кьюю…»

Её партнёр адская гончая остался сидеть за углом.

— Как же всё плохо!..

Взволнованно зашептал Фелс, осматривая поле боя с крыши одного из зданий, прежде чем перейти к активным действиям.

Ксеносы, один за другим, проигрывали авантюристам Паствы Локи. Даже слабейшие члены Паствы при помощи Тионы и других капитанов сражались изо всех сил, и проявляли завидную командную работу. Продолжительная битва на восемнадцатом этаже Подземелья истощила ламию, тролля и раненую гарпию.

Заскрипевший зубами из-под капюшона Фелс осматривал улицу, превратившуюся в поле битвы.

— Битва проходит в самом углу Дедаловой Улицы, слишком близко к Колизею и Восточной Главной Улице!..

Увидев краем глаза Колизей, Фелс принял решение.

— Прости, Уран… я его использую!

Фелс вытащил золотой жезл из-под плаща и направил его на север.

— …Землетрясение?

Плюх. Ящер воин рухнул у её ног, Тионэ посмотрела вниз.

Бете победил горгулью, когда монстров осталось очень мало, по земле пробежала дрожь. Она становилась сильнее, нет, точнее, ближе, поняли члены Паствы Локи, ощутив удивление и не веря своим ушам. И тогда…

Земля разверзлась, явив удивлённым авантюристам сияющий металл.

— Ого?! Что это?! — восторженно завопила Тиона в ответ на удивлённые возгласы её союзников.

— Металлический монстр?!

— Новая раса?!

Как и кричали авантюристы, вылезшее из-под земли нечто целиком состояло из сияющего серебристого металла.

Его руки и ноги были толще, чем конечности любого из больших монстров. Голова выглядела, как вершина горы, из-за положения шеи и напоминающие глаза части. Символ, настолько чёрного цвета, что его не описать словами, был начертан над «глазами» существа. Оно было трёхметровым, ему недоставало симметрии, будто этот монстр был создан нагромождением металлических кусков. Тело этого существа было подобно телу Пылающих Скаловиков, одного из подвидов монстров глубинных этажей Подземелья.

— Голем… Магический предмет моего производства, запущенный мной в канализацию после случая на Монстромании!..

Находясь на грани отчаянья, Фелс использовал свой козырь.

Создатель вкладывает магию в жезл, чтобы контролировать своё создание издалека, но, по большей части, голем автономен. Металлический воитель, который сражается посредством инстинктов.

Верный воин без собственной души, очень качественный магический предмет, для создания которого нужны навыки, которыми только он, Фелс, ранее известный как Мудрец, обладает.

Фелс использовал жезл, чтобы его металлический воитель вмешался в битву и помог Ксеносам.

— Это ещё что?! Один из их друзей?!

— А мне откуда знать?!

Тионэ и Бете бросились на перешедшего в атаку Голема, вступив с ним в ближний бой.

— …Чёрт, а этот твёрдый!!!

— Он из адамантина?!

Кончики Кукри согнулись при столкновении с металлом, а сила удара передалась через ботинки обратно в ногу Бете.

— Вы совершенно правы!..

Фелс, наблюдавший за всем с крыши, довольно улыбался бы, будь у него на лице мускулы.

Тело Голема было сделано из адамантина. Не из обычной формы этого металла, а из чистого адамантина, добываемого на глубинных этажах. Даже авантюристам первого ранга сломать такое тело будет непросто. Этот Голем стоит миллионы валис, это козырь, который Фелс скрывал от мира веками.

— !!!

Маг усмехнулся, увидев, как Голем без труда отразил атаки Тионэ и Бете, сражаясь с авантюристами, которые не могли оставить на нём и царапины. Хоть движения Голема и были неловкими, но его вес и прочность адамантина делали каждый его взмах мощным и опасным.

Множество авантюристов пытались пробить создание Фелса, пока другие прикрывались от его атак Щитами. Бете цокнул языком и вдруг…

— …ХО-ХО-ХО! Вот такого я и ждала!!! — Тиона с блестящими глазами и улыбкой от уха до уха вступила в бой.

Фелс застыл, наблюдая, как ход битвы изменился на сто восемдесят градусов.

— А ну с дороги!

— Вот дура!..

— Эй! Отбросьте побеждённых монстров подальше!

Тионэ заметно нахмурилась, когда явилась Тиона, размахивающая своим гигантским клинком, будто мельницей, обеими руками, а Бете крикнул, чтобы монстров убрали с её пути.

Среди авантюристов также поднялся переполох: «Убегайте!», «Она нападает!» — кричали они друг другу, отчаянно пытаясь отбежать как можно дальше.

Горожане и Паства Гестии, остававшаяся в одном из переулков, озадаченно переглянулись, Финн вяло улыбнулся, Риверия протяжно вздохнула, а Айз смотрела с завистью.

Голем медленно обернулся, оказавшись посреди опустевшей улицы.

Металлический воин понёсся на невинно улыбающуюся Тиону, встретившую его ударом своего меча с двумя лезвиями:

— Получааааай!..

Удар.

— …

Городские жители, Паства Гестии и побеждённые Ксеносы не могли отвести взгляд.

Огромный клинок опустился на голема.

Кусочки металла разлетелись с адамантинового тела в разные стороны и голем громогласно рухнул на землю.

Фелс уставился на две половинки разрубленного голема, застыв будто статуя.

— !..

— А? Эта штука ещё двигается?!

Крак, крак, крак! Когда срезанная верхняя часть тела потянулась к Тионе она нанесла ещё один удар.

Свет погас в глазах Голема когда меч пронзил символ на его голове, и руки создания опустились на землю. Металлический воитель замер.

— О! Голова слабое место! Финн, я поняла, как таких убивать!

— Тиона, дура!!! Генерал приказал брать их живыми, забыла?

— Ой.

Крик сестры, напомнившей приказ, заставил махавшую Финну рукой Тиону вздрогнуть. Поддавшаяся своим инстинктам девушка застыла.

Её сделанный на заказ двухклинковый меч, по огромному клинку с каждой стороны рукояти, был огромным даже по меркам авантюристов. Оружие блеснуло в руках Тионы.

Несколько секунд прошло, прежде чем горожане разразились восторженными криками.

— Хах… Ха-ха-ха… Бесполезно, Уран. Они настоящие монстры!..

Придя в себя, Фелс мог лишь выдавить сухой смех. Смесь восторга и страха овладела магом, увидевшим истинную силу Паствы Локи.

И в этот момент…

— Финн, как и всегда был прав. Смекнул в первые секунды.

— …

Низкий голос дварфа раздался за спиной Фелса.

Этим дварфом был Гарет, державший наготове секиру.

Финн подумал, что за этим может стоять дрессировщик, или кто-то ещё кто тянул за ниточки, учитывая, как вовремя Ксеносы возникли на их пути и приказал Гарету обойти здания в поисках странных людей, наблюдающих за битвой.

— Ты за этим стоишь?

— …

— Человек ты или монстр?.. Ладно, сам сниму с тебя капюшон и гляну.

Маг замер, зная, что ему не сбежать от ошеломляющей ауры авантюриста первого ранга.

Фелс ощутил, будто по его телу побежал холодный пот, хотя сам он давно не мог потеть.

— !..

Крики боли Ксеносов и восторженные крики толпы заставили Вельфа сжать рукоять двуручного меча.

Паства Гестии не вышла из переулка. Они не смогли броситься в погоню за Беллом, из-за появления Ксеносов, но, кроме прочего, они были восхищены боевыми навыками и слаженной работой Паствы Локи в бою.

Молодой кузнец не сводил взгляда с израненных Ксеносов, лежавших на земле в собственной крови. Вельф не мог больше этого выносить и решил выйти из своего укрытия.

— Вы не должны, сударь Вельф! — Лили встала на его пути, схватив его за пояс.

— Пусти Лили! Если так пойдёт и дальше, все они…

— Мы не можем! Мы не знаем, как разрешится случай с сударем Беллом, но, если кто-то из нас будет их защищать, Паства Гестии!..

Лили тоже боролась со своим страхом.

Страх того, что случится если, их объявят незаконной Паствой, страх перед силой сильнейших авантюристов — эти страхи были куда сильнее страха перед любым монстром.

Вельф прикусил губу, ощутив, как дрожит Лили, предупреждавшая его о последствиях.

— …Всё хорошо. Иди, Вельф.

— Всевышняя Гестия?!

— Скажи, что богиня сказала тебе помочь монстрам. Последователи не могут идти против желаний своих богов, не так ли? Божества всегда жаждут развлечений… Если сказать, что это моя прихоть, люди на тебя не накинутся.

Лили не могла проигнорировать слова богини и желание помочь собратьям Виены. Отпустив жакет Вельфа, она опустила руку в мешочек с предметами, также решительно настроенная помочь.

— …Я попытаюсь замедлить авантюристов своим заклинанием. Попробуйте добраться до Ксеносов.

— Микото-сан…

— Харухиме-сама, наложите на меня Поднятие Уровня? Я сомневаюсь, что мои способности позволят мне задержать авантюристов надолго…

Микото встала рядом с Вельфом, обнажив катану. Харухиме уверенно кивнула:

— …Разумеется!

Все покрылись потом от возросшего напряжения, Микото и Харухиме собирались спрятаться получше, чтобы никто не увидел эффекта заклинания ренарта, когда воздух сотряс громоподобный рёв.

…Айз Финн, Риверия, Тиона, Тионэ, Бете и Гарет, замерли и тут же повернулись в направлении с которого исходил этот звук.

Вельф, Микото и остальные члены Паствы Гестии застыли, смотря на содрогающийся кусочек неба.

— Что… это было?..

Восторженная толпа неожиданно замолчала.

Бойцы Паствы Локи застыли, но даже далёкие от сражений люди, вроде Харухиме, осознавали, что инстинкты подсказывают им бежать как можно дальше. Гестия, божество, была ошеломлена.

Тяжёлый, устрашающий топот сотряс землю, сообщая о появлении нового монстра. Его не нужно было видеть, чтобы понять, что это шаги. Они приближались неуклонно, неумолимо, к стене которую воивр проломил при своём появлении.

Все глаза уставились на дыру в стене, пыль до сих пор не опустилась.

Множество монстров лежало на земле лицом вниз, все звуки, кроме топота, исчезли.

Мгновение спустя…

В пыли появилась тень, под ногами которой рассыпались обломки стены.

— …Что за?.. — прошептал один из авантюристов.

Кожа монстра была такой чёрной, что он казался порождением самого тёмного из уголков Подземелья. Он был выше двух метров ростом, а его мышцы были подобны булыжникам. Он был одет в броню авантюриста.

Практически неразрушимая броня, наплечники, боевые рукавицы, пластины на поясе и поножи.

Полный набор латной брони не мог покрыть всё тело монстра, и на огромном теле казался лёгким доспехом. В одной руке монстр держал огромный Лабрис, а на плече у него покоилась гигантская секира. Клинки обоих топоров были красными от крови его жертв.

[[image:/storage/reader-images/3e6258154c60486fa2301b63cb3d16e4317d70a8.png]]
Рога на голове монстра были красными.

На ум приходило всего два слова: бешеный бык.

Описание подобного создания отсутствовало в описаниях Гильдии, и оно не было знакомо даже Пастве Локи, перед ними оказался «неизвестный» монстр.

Даже извечно спокойный Финн отпрянул, ощущая беспокойство.

Его большой палец трясся, отправляя дрожь дальше по руке.

— …

Хуфф, хуфф. Монстр повернулся, посмотрев в разлом в стене. Когда он увидел авантюристов и лежащих на земле монстров, он взревел:

— ОООООООООООООООООООУУУУ!!!

Мощный Рёв нарушил царящее затишье.

Жители Улицы Дедала один за другим падали на землю, их глаза закатились от поднявшего бурю рёва.

— …а.

— Помощница! Харухиме! — крикнула Гестия.

Бледная Лили и Харухиме были ненамного сильнее обычных горожан, но и они оказались на земле.

Вельф, Микото и большая часть авантюристов Паствы Локи отпрянули, отчаянно пытаясь остаться на ногах.

Рёв был гораздо сильнее обычного. Он пробуждал в живых существах первобытный страх. Те, кто не смог ему сопротивляться, мгновенно оказались парализованы, рёв монстра сковал его жертв.

Вельф и Микото оказались на коленях, оба смотрели на свои дрожащие ладони, даже больший уровень не спас их от эффекта рёва. Многие авантюристы Паствы Локи бросились врассыпную, побросав оружие на землю.

— !!!

Когда на поле боя остались только достойные, монстр бросился вперёд.

Первой целью огромной чёрной тени стала Тионэ.

— !

Тионэ следила за приближением похожего на окрашенный в цвета ночи шторм монстра.

Вскинув Кукри, она приготовилась к атаке.

— Уходи оттуда, Тионэ!!!

В воздухе раздался свист, вторящий отчаянному крику Финна, и Лабрис опустился в метре перед Тионэ.

Амазонка получила удар взрывной волной и оказалась в воздухе. Изумление читалось в её взгляде. Её ноги оторвались от земли, лишив её шанса уклониться от обломков камня и пыли. Монстр вытянулся, направив в неё левую ладонь.

Скрестив Кукри, Тионэ в последний момент защитилась, но её оружие почти не смягчило удар.

Не выдержав, ножи разлетелись на обломки.

— …ГАХ?!

Удар пробил защиту и ударил Тионэ слева, она повторила судьбу Айши, отправившись в полёт и врезавшись в стену ближайшего дома.

— Тионэ?!

Всё случилось в одно мгновенье. Однако, этого зрелища было более чем достаточно, чтобы лишить авантюристов воли и ощущения времени.

Монстр выпрямился и взревел до того, как раздался крик Тионэ.

— УОООООООООООООООО!!!

Сотрясая землю топотом, монстр сжал левый кулак и сделал широкий взмах, породивший ураган. Стоящие над Ксеносами авантюристы оказались отброшены мощным ветром, подобно Тионэ.

Сломав кости и кашляя кровью, авантюристы сталкивались со своими союзниками, которым не повезло оказаться на пути, и кричали во весь голос.

Один разрушительный удар привёл к тому, что Паства Локи потеряла около половины своих людей на поле боя.

— Ты за это ответишь!!!

— А ну свалили! С дороги!

Тиона бросилась на монстра, подняв для удара двухклинковый меч, Бете, издав рык, бросился за ней.

Авантюристы первого ранга столкнулись с быком, пока раненные и те, кого рёв сбил с ног, отступали в безопасное место.

Удара двухклинкового меча оказалось недостаточно, чтобы пересилить Лабрис. Глаза Тионы округлились, когда она ощутила на себе последствия тяжёлого удара, но это открыло для Бете возможность ударить по ногам монстра.

Монстр потерял равновесие. Двое авантюристов шестого уровня, действуя вместе, сдерживали монстра.

— Эльфи, отнесите потерявших сознание в безопасное место, сейчас же!!!

— Е-есть!

Финн обратился к бледной заклинательнице в задних рядах авантюристов. Женщина отдала несколько распоряжений и присоединилась к эвакуирующим других авантюристам.

— Финн, нужно ли оказывать магическую поддержку?!

— Нет. Это привлечёт внимание монстра к зевакам, которые нас окружают. Твой барьер хорош, но прямого удара он не выдержит.

Риверия посмотрела на Финна с улицы, на которой стояла, поддерживая защитное заклинание, а потом перевела взгляд на сражавшихся авантюристов и нахмурилась.

— Чёрный минотавр?..

— Мне так не кажется… Скорее подраса чёрных носорогов, как по мне.

Айз не сводила взгляда с беснующегося монстра, почти не обращавшего внимания на атаки Тионэ и Бете. Финн заметил волнение девушки и её желание присоединиться к бою, предположив, что встреченное ими создание может быть аномалией с нижних этажей.

Как и все вооружённые монстры, этот был улучшенной версией какой-то из подрас.

Павшие ксеносы поднимали взгляды, чтобы посмотреть на чёрную тень. Раненный Лидо прошептал имя последнего из своих товарищей:

— …А-Астериос…

…Где-то среди кучи обломков…

Тионэ поднялась из обломков и сплюнув кровавую слюну движением руки скинула с лица пряди волос:

— …Проклятый позер.

Её глаза пылали.

— Думаешь ты так уж хорош, ублюдок рогатый?

Проигнорировав сломанные рёбра, амазонка взорвалась от злости.

Тиона и остальные не успели вовремя отреагировать на этот злобный крик, даже не узнав голос Тионэ, бросившейся в битву голыми руками.

Игнорируя слаженные атаки Тионы и Бете, амазонка бросилась на быка, занеся для удара левую руку, будто бросив монстру вызов.

Монстр встретил её атаку своей, выбросив ей навстречу свой левый кулак.

— ГРАААААААААААААА!!!

— ОООООООООООООООО!!!

Удар Тионы пришёлся прямо в сжатый кулак её врага.

От душераздирающего звука, созданного столкновением, всем присутствующим, захотелось закрыть уши.

Удар отбросил руку монстра и переломал все кости в руке Тионэ. Она сжала переломанный, окровавленный кулак и снова нанесла удар.

— ?!

Впервые получив удар прямиком в грудь, чёрный минотавр сделал шаг назад.

— Я из тебя отбивную сделаю!!!

Тионэ не прекратила.

Она была поглощена пылающей яростью, обращённой в силу, и начала наносить по огромному телу монстра удар за ударом. Голень, локоть, колено, кулак. Длинные чёрные волосы амазонки извивались, будто змея, яростный танец покрывал тело монстра ударами с головы до пят.

— УхоХОООООООООООООО!!!

Чёрный бык не дрогнул, он принимал каждый удар и отвечал на него своим.

— Т-ты что делаешь, Тионэ?!

— Заткни свою пасть!!!

Тиона обратилась к сестре, несмотря на то, что та сама её откинула, но в ответ услышали лишь яростный крик.

Бете и Тиона устало посмотрели на впавшую в ярость амазонку.

— Бесполезно. Она в бешенстве…

Суть характера Тионэ раскрылась, она сражается куда яростней своей младшей сестры.

Сколько бы кожи она не срывала о шкуру огромного монстра, как сильно не трещали бы её кости, атаки амазонки становились только сильнее и быстрее. Уклоняясь от контрударов, она искала возможность для продолжения атаки.

Волосы амазонки извивались будто морской змей, в честь которого она получила свой титул.

— ШИИ!!!

Обогнув одну из огромных рук монстра, Тионэ изо всех сил, ударила его ногой прямо в морду.

Даже для монстров глубинных этажей подобный удар был сокрушительным.

Амазонка бросила на монстра взгляд и её глаза округлились от удивления.

Чёрный минотавр устоял прямо даже после того, как её нога погрузилась в его челюсть.

Будь он проклят…

Амазонка не знала, что делать дальше.

Авантюристам никогда не достичь такой стойкости, такой прочности тела, сколько бы они не тренировались. Челюсть монстра оказалась не только достаточно прочной, чтобы сломать Тионе ногу при ударе, но он также остался неподвижно стоять на месте.

Чёрный бык схватил Тионэ за ногу, до сих пор приставленную к его лицу, и отшвырнул её от себя.

— ?!

Тиона откинула меч с двумя лезвиями и перехватила сестру, прежде чем та врезалась в стену. Впрочем, стена здания всё равно обрушилась от удара.

— Да что в тебя вселилось?!

— Не суй свой нос в мои дела! Я говорила тебе заткнуться, разве нет?!

Амазонки вышли из пролома в стене вместе, начав громко препираться. Тем временем, Бете начал сражаться с монстром один на один. Вервольф осыпал монстра градом пинков, не слабее чем Тионэ, минотавр завывал и парировал удары Лабрисом. Чаша весов склонялась то в одну, то в другую сторону, бойцы то защищались, то нападали, пока Тиона и Тионэ не присоединились к битве снова, дойдя до личных оскорблений друг другу.

Двухклинковый меч и Лабрис сталкивались, металлические ботинки перенаправляли атаки, а поток ударов кулаками покрывал броню монстра.

Ни авантюристы, ни монстр не сдавали позиций. Остальные члены Паствы Локи поражённо следили за боем.

— О-он улыбается…

На морде монстра царила звериная ухмылка. Огромные белые зубы виднелись в разрезах губ. Несомненно, яростный монстр наслаждался этой схваткой. Он запрокинул голову и издал могучий рёв.

Мне кажется, или это прямо как?..

Кожу Тионы покрыли мурашки, она занесла двухклинковый меч для очередного удара.

Это чувства, оно мне знакомо!..

Раздражённо прищёлкнув языком, недовольная неэффективностью своих атак Тионэ уклонилась от Лабриса.

Этот зверюга, он почти!..

Бете ощущал будто сражается против небольшого босса этажа. Серебристые ботинки мелькали так, что их было сложно различить.

Нечеловеческая сила.

Какое-то смутное воспоминание мелькнуло в голове авантюристов.

Все они вспомнили об одном и то же человеке.

— …

Оттар следил за битвой, разворачивающейся в лабиринте на поверхности с самого высокого этажа Вавила.

— Ты узнал этого минотавра?

Одна из стен комнаты была сделана исключительно из стекла. Наблюдавшая за битвой с самой высокой точки Орарио Фрея обратилась к своему слуге, также смотревшему на Улицу Делала.

— Этого… Нет, всё же… Невозможно, — лицо Оттара не выражало никаких эмоций, несмотря на странное бормотание в ответ на вопрос богини.

Сделав глоток из бокала с вином в руках, Фрея шагнула к своему слуге и отвела взгляд от сражения Паствы Локи.

Даже на таком огромном расстоянии серебряные глаза божества видели смесь красок и неявных очертаний.

Она следила за воивром, несущим разрушения городу-лабиринту и парнем, который этого монстра преследовал.

— Елена.

— Миледи.

Девушка вытянулась по струнке после единственного слова божества, но Фрея даже не удостоила её взглядом, продолжив:

— Алфрег и его группа доложили о чём-нибудь?

— Они ещё не вернулись из Подземелья.

— Вот как… Сможешь поймать несущегося по городу воивра, если выдвинешься прямо сейчас?

— …Не думаю, что успею вовремя.

Приняв во внимание честное мнение, высказанное последовательницей, Фрея отдала приказ:

— Ничего. Иди.

Девушка поклонилась и вышла из комнаты. Фрея едва слышно прошептала:

— Кто бы мог подумать, что такие монстры существуют.

Очарованная непредсказуемостью этого мира сереброволосая богиня широко улыбнулась.

— …Как я уже сказал, мои козявки отловили этих монстров.

Гарет нахмурился, слушая признание божества.

— Они хотели заработать на чёрном рынке, но треклятые монстры сбежали, как видишь.

— В это я, по-твоему, поверить должен?

— Если моих слов недостаточно, я могу показать клетки в канализации под Улицей Дедала. Увидишь, где мы их держали, и всё поймёшь.

Икелос появился на крыше, где за мгновение до этого были только Фелс и Гарет, отвлечённые появлением огромного чёрного быка. После этого божество неожиданно начало объясняться.

— Почему бы тебе не отпустить Чёрного Плаща, а?

— …

— Этот бедолага никак с моими козявками не связан. Просто не в том месте не в то время оказался.

Икелос несколько раз ткнул пальцем в стоящего будто статуя на краю крыши Фелса.

Несмотря на то, что бог не соврал, всей правды он также не выложил. За десятилетия жизни с Локи Гарет научился читать хитрые улыбки божеств, одна из которых сейчас была на лице Икелоса, и потребовал дальнейших ответов:

— Почему ты мне об этом рассказываешь?

— Потому что я проиграл… а проигравший исполняет желания победителя.

После этих слов…

Силуэт в чёрной робе спрыгнул с крыши, ускользнув во время разговора.

Гарет вздохнул, увидев, что его цель будто растворилась в воздухе, что делает погоню бессмысленной.

— …О подробностях спрошу позже. А теперь ты идёшь со мной.

— Да, конечно. Будь со мной нежен, ладно?

Игнорируя слова Икелоса и его ухмылку, Гарет схватил его за воротник.

Взглянув на битву краем глаза дварф знал, что времени терять нельзя и, не обращая внимания на крики божества, поскакал по крышам зданий.

— Похоже, он ушёл.

— …Примите мою благодарность, Всевышний Гермес.

…Скрывшийся в переулке Фелс наблюдал за тем, как удаляется Гарет и повернулся, чтобы поблагодарить Гермеса, стоявшего перед ним.

Гермес видел не только развернувшуюся на Улице Дедала битву, но и заметил, что Гарет приблизился к Фелсу, после чего уговорил Икелоса вмешаться, приняв удар на себя. Зная, что этот маг правая рука Урана, Гермес ему помог.

— Что я могу сказать? Положение стало таким, что нам потребуется вся твоя мощь, Мудрец.

— …Теперь меня зовут Фелс, Всевышний Гермес.

Маг в чёрной робе говорил смущённо, но божество в ответ пожало плечами.

Впрочем, Гермес знал, что сейчас не время для праздных разговоров.

— Фелс, так Фелс. В качестве платы за спасение твоей жизни я попрошу об одной маленькой услуге… Белл сейчас один. Помоги ему, пожалуйста.

— Но… Если я сейчас уйду, то Ксеносы…

— Благодаря чёрному минотавру всё будет в порядке, тебе не кажется? Ну и, насколько я понял, Храбрец хочет отловить их живыми. Худшего сегодня не должно случится.

Гермес тщательно подобрал слова.

Несколько секунд прошло в тяжёлом молчании, а потом божество спрятало взгляд под полой своей шляпы.

— Знаешь, есть немало вещей, которые мне хотелось бы провернуть незамеченными? Уверен, правая рука Урана должен меня понять.

— …

— Это не исправит прошлого, но… Не мог бы ты по доброте душевной помочь, ради меня? — эти слова Гермес прошептал, наклонившись ближе к капюшону Фелса.

Несколько секунд Фелс молчал, после протянув руку Гермесу.

Несколько чёрных сфер, меньших по размеру чем окулюсы, посыпались в протянутую руку божества.

— На случай крайней необходимости. Сломайте, чтобы использовать.

— …Понял. Я, Гермес, клянусь своим именем что окажу помощь. Лулуне.

Гермес протянул сферы девушке-чинтропу, появившейся в глубине переулка.

Увидев, как она удаляется, Фелс прислушался к словам Гермеса.

— Белл и девушка-воивр отправились на юг. Наверняка они уже покинули Дедалову Улицу и сейчас находятся в отстраиваемом Районе Удовольствий.

— Понятно.

Гермес рассказал, что видел с вершины башни, и Фелс отправился на юго-восток.

Кипел бой.

Битва авантюристов первого ранга с чёрным минотавром не утихала. Шаг вперёд, шаг назад. Стороны попеременно переходили в атаку и отступление. Впрочем, число было на стороне авантюристов. Как только Тиона и Бете перестали обращать внимание на неукротимую ярость Тионэ и снова перестроились на работу в команде, монстр начал сдавать позиции.

Стоило авантюристам подумать, что бой пошёл в нужном русле…

Следующее действие монстра снова перевернуло ход битвы.

— УУУУУУУУУООООООООО!

Заблокировав очередной удар бронёй, чёрный минотавр потянулся к правому плечу.

Пять огромных, мясистых пальцев обхватили продолговатую рукоять секиры.

…Два топора?

Трое авантюристов ощутили опасность в смене боевого стиля противника, нервно смотря, как тот поднимает второй топор.

— …

Первым, кто осознал настоящую опасность этого боя, были не авантюристы Паствы Локи, а Вельф.

— …Нужно убираться отсюда и быстрее!!!

— А?!

— Бежим!!!

Потрясённый эффектом последнего Рёва Вельф собрался с силами, подхватил потерявшую сознание Лили и схватил за руку Гестию. Мгновение спустя Микото подхватила Харухиме и рванула за кузнецом, Вельф бежал к тому месту, в котором стояла перед силами Паствы Локи поддерживавшая барьер Риверия. Рё

— !!!

Мышцы на руках монстра начали пульсировать, он взмахнул взятой со спины окровавленной секирой.

В то мгновение, когда Тиона заблокировала секиру двухклинковым мечом, ударила молния.

— ?!

Вспышка света охватила Тиону вместе с оружием, а Тионэ и Бете были откинуты взрывной волной.

Крак! Волна электричества прошлась по клинку на глазах поражённого трио авантюристов.

Покрывавшая оружие кровь пропала, открыв его истинный золотой оттенок.

Тиона, Тионэ, Бете и оставшиеся члены Паствы Локи осознали, что это такое, увидев цвет оружия.

Окровавленная секира оказалась магическим клинком.

Финн помрачнел, Айз удивилась, Риверия успела подготовить заклинание благодаря отменным способностям к магии. Вельф, беспокоившийся о своей Пастве, стиснув зубы продолжал бежать, в то время как остальная часть Паствы Локи на поле боя замерла от ужаса.

— УУУУУУ…

Всё ещё страдая от последствий неожиданного удара током, трое онемевших авантюристов смотрели, как над ними снова заносится для удара золотая секира.

Оружие блеснуло над полем боя. Вторым ударом зверь собирался покончить с этой битвой.

— Риверия, барьер!!! — крикнул Финн.

Практически в это же самое мгновение Риверия использовала своё заклинание.

Все члены Паствы Гестии успели оказаться в магическом круге…

Заклинание Риверии, огромный сферический барьер, стал осязаемым.

— УУУУУУУУУООООООООООООО!!!

Вместе с ударом топора минотавр использовал Рёв.

— …Чтоб тебя!

Бете выбросил онемевшую ногу навстречу магическому оружию. Мощные удары молнии полетели в разные стороны, как только ботинок Бете столкнулся с оружием минотавра.

Поле боя охватила ослепительная вспышка света. Молнии, будто головы гидры, с электрическими клыками разрывали здания, охватив всё вокруг вихрем разрушения. Оказавшиеся так близко к эпицентру, не только Бете, Тиона и Тионэ, но и остальные авантюристы получили удар.

Молнии достигли барьера Риверии. Раздался взрыв. Искры осыпали места столкновений. Зелёный свет защитил лишившихся сознания горожан, других магов, а также Финна, Айз и Паству Гестии.

Прикрыв уши от звукового удара, оставшиеся на ногах, ожидали, когда осядет пыль… только чтобы увидеть своими глазами руины. Дома и здания, стоявшие на улице, были сметены, каменную мостовую покрывали разрывы, будто от когтей дракона, и по улице были раскиданы дымящиеся тела авантюристов.

Казалось, будто случился апокалипсис, но все, кто оказался в эпицентре, каким-то чудом, продолжали дышать.

Пролетев над обломками и прокатившись по ним, трое покрытых ожогами авантюристов, остановились на краю улицы. Из всех бойцов Паствы Локи двигаться могли только они. И даже раны не остановили их от ругани:

— К-как щипет!.. Меня парализовало!

— Проклятье!.. Почему ты не поглотил всю энергию, чёртов верфольф!!!

— Хочешь, чтобы я тебе по голове её остатками дал, чёртова амазонка?..

Удар, нанесённый Бете прямо перед взрывом, позволил его сделанным из мифрила ботинкам поглотить часть мощи магии. Впрочем, разумеется, учитывая масштабы, заблокировать удар полностью вервольф не мог.

Несмотря на то, что им удалось остаться на ногах после взрыва, искры кололи их тела, будто шипы, вернуться в сражение прямо сейчас они не могли.

— …

Кроме лежащих за спиной минотавра монстров, на поле боя нетронутым не осталось ничего: ни зданий, ни дороги, на которой стоял минотавр. До барьера Риверии все изменилось до неузнаваемости.

Финн посмотрел на разрушения, груды обломков и монстра, возвышающегося над ними.

— Забудьте о приказе брать их живыми.

Золотые волосы блеснули в стороне, когда заговорил полурослик-генерал.

Оставшись один на крыше, он произнёс только:

— Давай, Айз.

Тук.

— …

Светловолосая, золотоглазая девушка-рыцарь приземлилась за спиной монстра.

— Поняла.

Вместе со звуком выскальзывающей из ножен сабли раздалось тихое заклинание:

— Пробудись, Буря.

Прекрасный голос был подхвачен ветром. Для активации своей магии девушке требовалось лишь краткое заклинание.

— УУООООООООО!

Минотавр, знавший что его спина уязвима, нанёс удар магическим оружием в правой руке на развороте.

Девушка-рыцарь видела направленный на неё искрящийся клинок и тихонько шепнула:

— Аириэль.

Подул ветер. Когда он окутал тело Айз, девушка нанесла удар. Её клинок отсёк руку монстра.

— …

Для Паствы Гестии, Ксеносов и даже чёрного минотавра время замерло.

Окутанный ветром клинок отправил в полёт магическое оружие, которое монстр держал в правой руке. Прокрутившись в воздухе, оно вонзилось в разбитую мостовую.

Пульсирующая электрическая энергия пробежала по земле, гигантский монстр взревел.

— ?!

Вместе с рёвом из того, что осталось от руки создания фонтаном брызнула кровь. Она была отсечена по локоть.

Защищённая потоками ветра Айз избежала брызг крови. Капли на неё не попали.

Её заклинание называется «Аириэль».

Это зачарование охватывает оружие владельца и его тело, увеличивая физические способности.

Даже не состоявшие в Пастве Локи Вельф, Микото и даже Гестия это поняли.

…Айз Валленштайн.

Единственное существо, кроме высокоуровневых авантюристов, на которое Рёв не оказал никакого влияния, всевышняя Гестия поразилась величию девушки.

Принцесса Меча, Айз Валленштайн.

Впечатляющая авантюристка не только из-за звания, но и на деле. Сильнейшая девушка-рыцарь Орарио.

Та, кто восхищает Белла.

Окутанная ветром, с развевающимися от его порывов волосами, она напоминала фею из героической сказки и была так прекрасна, что Гестия не могла не понять восхищения Белла.

Единственная не содрогнувшаяся от потрясшего поля боя девушка-человек взмахнула мечом.

— …ОООООООООООООО!

Минотавр, с округлившимися от удивления глазами контратаковал Лабрисом. Этот удар сбил немало авантюристов с ног. Мобильная гильотина монстра.

Айз отбила этот удар лёгким взмахом своей тонкой сабли.

Несмотря на успешный удар, который отсёк руку монстра, она не потеряла бдительности.

Посмотрев на удивлённого монстра, девушка нахмурилась:

— Я нападаю.

Она атаковала в полную силу, свист меча и ветра слились в единую мелодию.

— …АААФФРХ!

На монстра посыпался град безжалостных ударов.

Айз кружила вокруг огромного монстра, будто одновременно нанося удары с разных сторон: диагональный разрез с плеча, удар снизу вверх, круговой удар, удар мечом над головой. Однорукий минотавр не мог заблокировать все. Раны открывались на чёрной коже зверя, прочная броня покрывалась глубокими царапинами.

Оказавшись посреди шторма, минотавр впервые отступил.

— А знаете, заклинание Айз какое-то нечестное!

— Только сейчас заметила, пустоголовая?..

Она перемещалась быстрее Бете, била сильнее Тионы и быстрее, чем Тионэ.

Девушка-амазонка, которая не могла присоединиться к бою с тоской следила за происходящим. Вервольф раздражённо прищёлкнул языком, прекрасно зная, что именно из-за силы ветра Айз и заслужила титул Принцессы Меча.

Монстр перестал защищаться и перешёл в нападение. Айз встретила этот удар, клинки столкнулись.

Сабля сошлась с секирой в клинче. В воздух не поднялись искры, лишь оглушительно взвыл ветер. Девушка снова начала кружить вокруг минотавра, обладающего невиданной силой. Скорость Айз позволяла ей наносить три удара по монстру, пока тот взмахивал секирой один раз.

Девушка набирала скорость.

Её лицо было лишено эмоций, она видела только минотавра, всё остальное было ей не важно.

Точность её ударов возрастала, она будто перешла на новую ступень существования, становясь всё сильнее.

Всё больше крови лилось по телу монстра с каждым завыванием ветра, с каждым блеском меча.

— Э-это…

Наблюдавшая за боем Гестия сглотнула, её лицо содрогалось.

Микото была в таком же состоянии, она побледнела как призрак, её голос дрожал:

— Это… Принцесса Битвы.

Она слышала такое звание раньше.

— Принцесса Битвы.

Убийца монстров в обличии девушки, та, кто стоит на горе трупов монстров. Бесстрашно сражающаяся на самых нижних этажах Подземелья без устали.

Вельф и даже члены Паствы Локи следили за невероятной девушкой, танцевавшей среди фонтанов крови, с трепетом в глазах.

Ветер на поле боя стал громче.

— !

Огромное тело тряхнуло. Минотавр лишился равновесия. Снова и снова получавший раны монстр проявил слабость. Айз решительно воспользовалась возможностью для удара.

С силой, разметавшей остатки каменной мостовой, оттолкнувшись от земли Айз вложила всё в диагональный разрез, чтобы убить монстра одним ударом.

— УУУУООО!!!

— ?!

Однако, следующее действие монстра застало Айз врасплох.

Осознав, что Лабрис не успеет заблокировать этот удар, минотавр махнул головой, встретив удар могучими рогами. Алые кости отразили удар окутанной ветром сабли Айз.

Айз открылась для удара и минотавр, зарывшись ногами в землю изо всех сил взмахнул Лабрисом.

— ?!

Взревел ветер.

Мощь монстра разорвала бриз защищавший серебряный клинок.

Отброшенная огромной силой Айз затормозила себя, вонзив в землю клинок, после чего изучила свою саблю.

Тело девушки дрожало, охватывавший её ветер истощился. Рука Айз онемела, поглотив мощный импульс удара и не могла твёрдо держать рукоять. Хоть выражение её лица осталось отстранённым, её глаза распахнулись немного шире, когда она увидела реакцию монстра.

Хуфф! Хуфф! Окровавленный минотавр хватал пастью воздух и улыбался.

Даже после случившегося, зверь был готов к бою и не выказывал страха.

Айз подняла брови, её глаза распахнулись шире:

— Пробудись, Буря.

Ветер Аириэль снова окутал её тонкие руки, девушка плотно схватила рукоять меча.

Минотавр взревел и направил в Айз мощный удар секиры.

Клинки столкнулись, битва возобновилась, заставив наблюдателей на шаг отступить, когда…

— НГАХ!

— ГОООУУ?!

Когда Айз снова начала одерживать верх, их дуэль прервали.

Прервавшим бой был Гарет, облачённый в тяжёлую броню. Он наконец вернулся на поле боя, оставив Икелоса на крыше ближайшего из уцелевших зданий под непрестанные жалобы божества («Ох, козявки в наши дни, совсем…»), и прыгнул на минотавра, ударив по спине зверя огромной секирой.

— Айз, берём его в клещи.

— !.. Но Гарет, Я…

— Ты поставишь всех нас под удар, если будешь продолжать. Отбрось своё эго, не так ли, Финн?

Длинное копьё, направленное в монстра, стало ответом на вопрос Гарета.

— ?!

— Так и есть. Впрочем, твоя помощь могла мне не понадобиться, Гарет.

Вернув копьё, Финн снова сделал выпад, в этот раз проткнув плечо монстра. Непонятно было, ощутил он, что Айз нужна помощь или нет, но решил отстраниться от обязанностей командира, чтобы присоединиться к бою.

Оказавшаяся под двумя пристальными взглядами Айз кивнула. Трое авантюристов первого ранга окружили минотавра.

Монстр приготовился к бою, несмотря на сильные раны, но долго он не продержался.

— !..

Спустя несколько ударов побитое, окровавленное и израненное тело монстра опустилось на колено.

— Астериос!..

Лидо скривил лицо, увидев минотавра, склонившегося перед авантюристами и их саблей, секирой и копьём.

Последний из их вида не может сражаться. Ящеровоин ощутил, что остальные Ксеносы, Грос и Рей уставились на спины авантюристов. Будто из ниоткуда посреди улицы возникло три маленьких чёрных сферы.

— !

Они разбились при контакте с остатками мостовой, и из них во все стороны повалил дым.

Лидо, Грос и Рей узнали эти предметы. Их создателем был Фелс.

— !

— Дымовые гранаты!..

— Дым быстро распространяется!!!

Айз, Финн и Гарет были поражены, увидев, что дым охватил не только их, но и все оставленные в ходе битвы развалины.

Имевшие над авантюристами несколько секунд преимущества Ксеносы переглянулись и, собрав последние силы, перешли в наступление.

— !!!

Горгулья взревела.

Остальные Ксеносы поднимались, слыша крик Гроса, минотавр посмотрел наверх.

Рёв горгульи ещё стоял в ушах авантюристов, а в воздух уже поднялась сирена и издала мощный, разлетевшийся во все стороны вопль.

— ?!

Целый поток звуков обрушился только на авантюристов первого ранга. Они замерли, развернувшись и приготовившись отражать нападение.

Дым лишил их зрения, а рёв слуха.

Пусть они и были первоклассными авантюристами, не имея основных чувств они растерялись.

!.. Аура минотавра!..

Исчезла.

Айз не могла поверить своим ощущениям, когда дым начал развеиваться, а в ушах перестало звенеть. Монстр будто испарился.

— Я видела такой дым!..

…Когда Гестия увидела, как тёмный дым, почти мгновенно заполонив улицу, поглощает Айз и остальных авантюристов, богиня вспомнила.

Лунная ночь, когда встретила Фелса впервые, прошло всего несколько дней, но этот дым был одним из козырей мага в чёрной робе, который отвёл ей к Урану. Мгновенье спустя ещё одна чёрная сфера приземлилась рядом с группой Паствы Гестии, окутав их чёрным дымом.

— !

Не слыша Финна и Гарета из-за оглушительного рёва монстров, Айз решила использовать на себе Аириэль.

Потоки воздуха окружили её, увеличив скорость девушки и всего за несколько мгновений очистив область рядом с ней от дыма.

Как только плотный, почти осязаемый дым развеялся достаточно, чтобы можно было хоть что-то различить, Айз осознала, что инстинкты её не подвели. Минотавр бесследно исчез.

…Больше сдерживаться я не буду!

В то мгновенье, когда силуэты Айз и других авантюристов стали различимы, Лидо сделал глубокий вдох, надув грудь, и разом выдохнул. Айз, Гарет и Финн, отвлёкшиеся на пропажу минотавра, запоздали к новой угрозе.

Изо рта Лидо полилось пламя.

— Огнедышащий ящеровоин?!

Айз не обратила внимания на удивлённое замечание Гарета, окутывая товарищей стеной защитного ветра. Однако, целью Лидо были не они.

Ящеровоин водил головой, чтобы окутать пламенем широкий конус.

— ?!

Ветра Айз было недостаточно, чтобы защитить от пламени здания с обеих сторон улицы.

Поскольку схватка проходила в трущобах, повсюду стояли огнеопасные предметы, пламя быстро разгорелось. Запылали деревянные части зданий и устройства с магическими камням, обратив целый квартал в пожарище прямо на глазах авантюристов.

— ГРООООО!

Сирена и ящеровоин прекратили атаковать и бросились бежать в момент, когда снова прозвучал крик горгульи.

Остальные монстры уже разбежались по переулкам. Ксеносы отступили.

— !..

— …Нам не хватит рук. Борьба с огнём первостепенная задача.

Финн выглядел поверженным, отдав приказ остановиться готовой броситься в погоню Айз. За исключением их троих, очень немногие авантюристы были способны двигаться.

— Что же там происходит?!

Риверия стояла неподвижно, чтобы поддерживать защищавший горожан барьер.

Она не могла снять заклинание из-за чёрного дыма, скрывавшего от неё поле боя, и пыталась понять, что случилось, эльфийка страдала от сомнений. Люди, которых её обязал защищать Финн, стали обузой.

После того как Финн бросился в бой, Паства Локи лишилась командира и потеряла преимущество координации действий.

Авантюристы перегруппировались, как только полурослик снова принял командование. Гарет пошёл к Тионе, Тионэ и Бете, забрав по пути Икелоса, и всех отвёл в безопасное место. Айз также приняла участие в спасении авантюристов. Чтобы справиться с огнём, уцелевшие маги присоединились к Риверии, замораживая пламя ледяной магией и призывая потоки воды. Даже Паства Гестии, так и не вставшая ни на сторону Ксеносов, ни на сторону Паствы Локи помогала справляться с последствиями.

Пламя, причинявшее огромный ущерб району, было остановлено за десять минут благодаря усилиям могущественным магов. Огонь удалось полностью потушить.

Столпы чёрного дыма возвышались над Улицей Дедала, превратившейся в пустынную площадь, наполненную почерневшими от огня обломками зданий.

— Финн, что случилось с минотавром?..

— …Он ушёл под землю.

Айз подошла к стоящему на пустынной улице Финну, смотревшему на землю.

Мостовая в этом месте был пробита, виднелся сквозной проход вниз.

— Откуда это?..

— Дыру пробил металлический гигант. Монстр, наверное, воспользовался ей, чтобы спуститься в канализацию.

Айз удивлённо осмотрела отверстие, оставленное големом Фелса.

У входа под землю действительно виднелись кровавые следы, ведущие во тьму. Чёрный монстр исчез в этой дыре, когда поднялась шумиха.

— …Мы отправимся в погоню?

— Да, стоит пойти за ними… но учитывая, как слаженно они отступали, я думаю, что вооружённые монстры довольно умны. Пожалуйста, не ходи за ними одна.

Финн вздохнул, ответив на вопрос Айз, добавив, что отрубленная рука минотавра также исчезла.

Прошло ещё немного времени, прежде чем на место схватки прибежали другие авантюристы и работники Гильдии.

Пострадавшие от Рёва люди получали медицинскую помощь, Финн посмотрел на небо, отразившееся в его глазах.

— Я совершил ошибку… То, что случилось, моя вина.

Рёв множества монстров, эхо взрывов и крики бегущих с Улицы Дедала горожан принесли в спокойствие Орарио настоящий хаос.

Пока Ройман и остальное руководство Гильдии лихорадочно отдавало приказы Паствам налево и направо, авантюристы неслись к третьему району города, Улице Дедала.

— Кех!..

Почти опустившееся за городскую стену солнце обжигало лицо парня.

Белл бежал.

Он преследовал воивра, разрушавшего всё на своём пути.

— Виена!

Его крик не мог достичь девушку-дракона, несущуюся только вперёд.

Пробивая стены, преодолевая лестницы воивр и Белл неслись по запутанному району, наконец оставив трущобы позади.

— Иип!.. ИИИИИККК!

— Эй, ты, авантюрист! Сюда! Оно бежит сюда!

Группа полулюдей с криками разбежалась, увидев несущегося монстра.

Покинув Улицу Дедала, Белл и Виена оказались на куда более людных улицах города, тем самым создав переполох и подняв перепуганные крики. Женщины, одетые как куртизанки, звали на помощь авантюристов.

С каждой секундой Белла всё сильнее охватывало волнение.

— Виена, остановись!

— ААААААААааа!

Он выпрыгивал перед ней уже множество раз, пытался удержать змееподобное тело. Его руки были покрыты порезами об острую драконью чешую и кровоточили. Обращения к девушке были бесполезны, отчего вернуть на место камень не представлялось возможным.

Белл ухватился за верхнюю часть драконьего тела, но Виена продолжала извиваться и его мотало, как тряпичную куклу, пока его наконец не стряхнуло, и он не ударился о знак, покатившись по земле снова. Видевшие это кричали и отчаянно убегали, цепляясь за жизнь.

Проклятье должно было исчезнуть!..

Зловещая красная пелена пропала с глаз Виены.

Проклятье Дикса должно было развеяться к этому времени. Но, несмотря на отсутствие проклятья, побег девушки-дракона не прекращался.

Белл, по лицу которого бежала кровь, взглянул на руку Виены, превращённую в кровавое месиво.

…Её пронзило копьё.

Возможно, атака Финна пробудила в Виене глубинный страх.

Эта атака напомнила ей о копье Дикса, его непрекращающемся смехе и жестокости.

Проклятье его существования не могло развеяться.

— Вот она! Прямо здесь!!!

— ?!

Поскольку Белл не мог остановить Виену, один за другим начали появляться авантюристы.

Поначалу они приходили в замешательство, увидев сошедшего с ума воивра, монстра из категории больших похожего на ламию. Однако, после уверенно поднимали оружие, намереваясь не дать монстру продолжить натиск.

На тетивы луков наложились стрелы, пальцы обхватили метательные копья, поблёскивали драгоценные камни на посохах.

Белл кричал, надрывая горло на вставших строем на пути монстра авантюристов.

— ПЕРЕСТАНЬТЕ!..

Однако, крик Белла перебил шквал атак авантюристов.

Метательное копьё пронзило хвост дракона, стрела вонзилась в её плечо, огненное заклинание ударило в голову. Отлетевшие чешуйки посыпались на землю.

Виена издала пронзительный вопль. Вереща от боли после атак авантюристов, она ускорилась, отчаянно пытаясь сбежать от угрозы.

Она ворвалась в строй авантюристов.

— !!!

Белл стиснул зубы так сильно, что они заскрежетали.

Всё больше противников возникало на пути воивра, Белл отбросил сомнения, терзающие его разум и направил на авантюристов правую руку.

— Вспышка!

Залп быстрых заклинаний отправился в готовых броситься на дракона авантюристов.

— Что за чёрт?!

— ?!

— ВОООООООАААААААААА!

Огненные снаряды полетели под ноги авантюристов, врезались в их броню и тела. Молниеносные огненные вспышки поджигали и сбивали авантюристов с ног, взрываясь и осыпая их искрами.

— Маленький Новичок, ублюдок!

Краснолицые авантюристы осыпали Белла проклятьями, когда его заклинание прервало их атаки.

Из каких бы Паств и каких бы рангов они не были, все авантюристы сетовали на то, что Белл им помешал.

Женщины и дети, следившие за погоней с верхних этажей зданий, широко распахивали глаза от такого варварства.

«Он сошёл с ума? Ему так сильно хочется получить добычу? О чём он думает?» — эти вопросы всплывали в головах авантюристов, искренне проклинавших Белла. Но Белл продолжал отгонять заклинанием авантюристов, подошедших к Виене слишком близко. Он гнался за воивром, защищая её.

Бесконечная погоня перешла в новое место, зону восстановления Района Удовольствий.

В прошлом территория Паствы Иштар серьёзно пострадала во время атаки Паствы Фреи. Множество зданий несли на себе отпечаток того дня, а кое-где до сих пор сохранились груды обломков. Горожанам было запрещено сюда приходить. Бордели были пустыми. Обломки бочек и пепел до сих пор не были убраны с улиц. Лишённая повелителя Белит Вавил возвышалась над опустевшими владениями.

Группа авантюристов стояла полукругом, будто дожидаясь появления Белла и Виены.

— ?..

Белл ощутил, что что-то не так.

…Они не атакуют?

Оружие покоилось в ножнах, затихли проклятья авантюристов за спиной Белла.

Авантюристы просто преграждали Виене путь, они угрожающе шумели оружием, пытаясь напугать её издалека.

Они будто сдались… Хоть это было и не так.

Холодный пот побежал по спине парня, в то мгновенье, когда он понял, что происходит.

Они её направляют!..

Лицо Белла лишилось красок.

— Виена, не беги туда!

Её вели в ловушку.

Как только Белл это осознал, всё остальное потеряло значение, он вопил во весь голос.

Человек и дварф с огромными щитами возникли на их пути. Воивр отправился в очередной переулок, чтобы избежать столкновения с людьми. Белл потянулся, чтобы ухватить её за хвост, но прямо перед его лицом пронеслась стрела, лишив парня такой возможности.

Эта стрела была пущена стоящим на крыше одного из зданий, крикнувшим: «Не мешай».

— ?..

Желанию Белла не суждено было сбыться.

Тёмный переулок неожиданно превратился в широкую площадь, освещаемую заходящим солнцем.

Эта площадь напоминала чашу, со всех сторон её окружали груды обломков.

Воивр сорвал железные врата, разметав прутья решётки, и забежал прямо в центр этой чаши. Камни мостовой трещали под воивром. Множество авантюристов стояло на обломках, они направили оружие на Виену со всех сторон.

Авантюристы разных Паств объединились.

Сердце Белла забилось сильнее, когда он увидел, как много магов держали свои заклинания наготове.

Он, не замешкавшись ни на мгновенье, ринулся к Виене.

— Держись подальше, Маленький Новичок!

— У тебя мозги высохли?! Ты же сдохнешь!

Авантюристы злобно кричали, пытаясь заставить парня убраться.

— Не важно! Бейте!

Мужчина, не растерявшийся в хаосе криков, отдал команду, и авантюристы его услышали.

Множество вспышек магической энергии, одновременно запускавших заклинания.

— …

Потоки энергии разных стихий ударили в центр развалин.

Освещённые разноцветными вспышками глаза Виены содрогнулись, прежде чем её поглотил поток энергии.

Магические взрывы поглотили тело монстра.

Виена исчезла в рёве ветра.

— !..

Белл бежал.

Потоки пламени, электрические искры и ледяной ветер не давали ему пройти дальше, но парень пытался дотянуться рукой до девушки, оказавшейся в центре поднятого магического шторма.

Безмолвный крик вырвался из его рта.

Время для него замедлилось.

Оказавшийся в мире без течения времени Белл протянул руку.

Там, среди искрящейся магической энергии, растерявший чешую дракон-монстр смотрел в небо.

От его тела поднимался дым, синие волосы мотались из сторон в сторону, пепельные конечности монстра начали иссыхать.

Она заметила Белла, посмотрела на него одним глазом и её губы сложились, произнеся его имя.

Белл.

— !!!

Белл протянул руку, пытаясь дотянуться до воивра…

Красный кончик копья пронзил грудь монстра.

Снаряд запустил кто-то, стоящий за Беллом.

Проклятое лезвие застряло в груди монстра.

— ХАХ! ХА-ХА-ХА-ХА-ХА! Вот так! Я прикончил эту тварь! — огромный мужчина разразился безумным хохотом.

У него не было половины лица. Этот смех заставил время для Белла пойти с прежней скоростью.

На глазах парня тело монстра начало крениться.

— …Виена!

Вместе с жалобным криком Белла тело Виены падало на землю.

— Что происходит?!

— Что-то обрушилось!

Магические залпы прекращались.

Каменная мостовая ушла из-под ног Белла.

Белл схватил проваливающегося во тьму дракона и обнял его.

Авантюристы и маги прикрывали глаза руками, пытаясь разглядеть, что происходит в центре.

Провал.

Пыль ещё не улеглась.

В центре покрытой обломками площади появилась дыра, напоминающая вход в муравейник размером с человеческое тело. Крак! Крак! Каменные обломки покатились в дыру, будто только сейчас осознав, что происходит.

Район удовольствий пронизывала сеть подземных тоннелей, придуманная самим Дедалом. Один из этих подземных тоннелей оказался в центре развалин, в которые заманили Виену. Он не выдержал каскада магических ударов и обрушился.

Несколько авантюристов прокашлялись, нарушая относительную тишину.

Парень и воивр провалились в дыру и бесследно исчезли.

— Ха-ха-ха-ха-ха-ха!

Среди авантюристов выделился огромный мужчина, хохотавший как безумец.

Гран из Паствы Икелоса, последний выживший охотник, использовал ключ, чтобы выбраться из Кносса, и, поглощённый яростью, бросил кончик копья Дикса в Виену.

— Видал, Дикс?! Я прикончил эту тварь, убил намертво! Я, всё я!..

— !!!

Сзади на мужчину опустился каменный коготь, мгновенно лишив его жизни.

Заметивший бомбардировку заклинаниями издалека Грос, сбежавший от Паствы Локи, повёл летающих монстров за собой.

Горгулья, забравшая жизнь авантюриста, в этот раз наверняка, взревел, оказался среди ужаснувшихся и закричавших от страха авантюристов.

— УООООООООООООООООООО!!!

— Летающий монстр?! Это что за напасть?!

— Чёрт, убираемся отсюда, быстро!

Ксеносы были в ярости.

Собрав последние силы своих израненных тел, они бросились на перепуганных, рванувших бежать авантюристов.

Чтобы в последние мгновенья парня и девушку никто не мог прервать.

Сверху падали мелкие обломки и песок, будто в песочных часах, отсчитывавших время.

Камни и обломки окружали их в тёмном подземном тоннеле.

Красное закатное небо освещало Белла, обнимавшего неподвижное тело девушки.

— Виена… Виена?!

Его глаза наполняли слёзы, он вытащил кончик проклятого копья из её груди. Проклятье уже впилось в её плоть. Вытащив изогнутое лезвие из её тела, Белл его отбросил.

Бледно-голубое тело вздрогнуло.

Белл вытащил драгоценный камень из сумки на ноге и вставил его в лоб девушки.

Несмотря на слабое свечение прошедшее по красноватому камню, Виена не двигалась.

Тук!

Длинный драконий хвост обратился в пепел.

?!

В глубине раны от копья в груди девушки виднелся треснувший окровавленный фиолетовый кристалл.

Тело Виены начало по частям обращаться в пепел, трещина на камне разрасталась.

— Нет… Не надо!!!

Белл продолжал кричать, канюча как ребёнок.

Не надо, не уходи. Снова и снова повторял он.

Полившиеся бесконечным потоком из глаз Белла слёзы начали падать на щёки лежащей в его объятьях девушки.

— …Бе…лл?

— !

Глаза Белла распахнулись, он услышал слабый шёпот, едва громче, чем дыхание.

Виена очнулась. Свет вернулся в янтарные глаза, в которых снова появились зрачки. Её щёки по-прежнему были твёрдыми и продолговатыми. Она смотрела на Белла так слабо, что, казалось, в любой момент может исчезнуть.

— Виена!..

— Бе…лл… Прости… меня.

Она извинилась слабым голосом, смотря на окровавленное лицо Белла.

Звук превращения в пепел становился всё громче, Белл затряс головой.

Он смеялся сквозь слёзы и улыбался, улыбкой, которую едва ли можно было назвать искренней.

— Я в порядке, всё хорошо так что… не волнуйся обо мне, просто!.. Пожалуйста, Виена!..

…Не исчезай.

Белл крепче обхватил её плечи, взмолившись от всего сердца.

Дрожащая Виена прижалась щекой к его груди, улыбаясь, будто всё хорошо, но слёзы стояли в её янтарных глазах.

…со слабым шорохом нижняя драконья часть Виены упала на пол.

— …Я… мне снилось.

— Снилось?..

Только человеческая часть Виены осталась в руках Белла.

— Когда никто… не помогал мне… было страшно.

Она начала обращаться в пепел прямо в руках Белла.

В последние мгновенья уходящей жизни Виена подняла дрожащую руку.

— Но, знаешь?

Она мягко провела рукой по щеке парня. Голосом, едва различимым сквозь рыдания Виена продолжила:

— В этот раз… кто-то… меня спас.

Глаза Белла распахнулись шире.

— Я так рада…

Она закрыла глаза, прозрачная слезинка побежала по её щеке.

Её губы распахнулись, всего один сон, одно желание, помогало ей держаться.

В этот момент её тело начало распадаться. Оно стало неузнаваемым.

— Спасибо, — сказала она шокированному Беллу.

Несмотря на слёзы, на её губах появилась улыбка:

— Белл… я тебя люблю.

[[image:/storage/reader-images/3776180b03426d0475f22da936f6e6a70b14559b.png]]
Она исчезла.

Её тело распалось.

Пепел просочился сквозь пальцы Белла.

Её теплота исчезла.

— …

Время остановилось, слёзы бежали по щекам парня.

Его окружали кусочки света, поблёскивая в закатном свете и угасая, подобно его воспоминаниям.

Их встреча.

Страх.

Печаль.

Удивление.

Прикосновение.

Благодарность.

Имя.

Радость.

Улыбка.

Объятья.

Слёзы.

Среди пепла в его руках остался нетронутым лишь красноватый драгоценный камень.

— ААААААААААААААААААААААААААААА…

Его сердце разбилось.

Парень ощутил огромную дыру в груди.

Его горло свело, но, прежде чем он издал вопль…

— Нетленный домен, запретная стена. Сегодня и сейчас я отворачиваюсь от законов небес…

Зазвучал распев заклинания.

— ?!

Слёзы катились по щекам Белла, он повернулся и увидел мага в чёрной робе.

Посох Асклепия, чаша Салюс. Те, кто стоит за силами исцеления, вас прошу я подождать.

Белый магический круг начал разрастаться. В воздухе появились непостижимые для людей всплески магической энергии.

Белл удивлённо наблюдал, как Фелс читает заклинание громким голосом:

— Правосудие Всевышнего, искра осуждения. Да погребёт меня отрицание твоего промысла…

Белая магическая энергия разлилась по подземному тоннелю и выплеснулась через отверстие в земле, поднявшись в небеса.

Все в Орарио, люди и монстры, увидели пронзивший небеса луч света.

— Этот свет, Фелс?! — увидев яркий свет, прорвавшийся к небу, прошептал ящерочеловек, не веря самому себе.

— ?!

Рей и Грос, успешно отогнавшие авантюристов, поддерживали сильно раненного Лидо.

— Всевышняя Гестия!!!

— Божество отправляется на небеса?.. Нет, что-то не так!

Гестия, заботившаяся о пострадавших членах Паствы обернулась, когда её окликнул Вельф и посмотрела на столп света, бьющий в небеса.

— Финн…

— Это из Района Удовольствий… Белл Кранелл… или воивр?

Авантюристы Паствы Локи также уставились на свет.

— Решил его использовать, Фелс?..

Удивлённое божество прикрыло глаза.

— Сколько же раз я уже видела этот свет?

Сереброволосая богиня красоты улыбнулась, наблюдая за происходящим с вершины гигантской башни.

— Ого, большое дело случилось…

Прошептала богиня с красными волосами, сидящая на крыше, скрестив ноги.

— А вот и чудо, если оно случится.

Прищурил глаза бог, смотревший на свет из-под широкополой шляпы.

— …Я совершу путешествие в царство мёртвых.

Темп заклинания нарастал.

Магический круг становился всё ярче, лицо Белла и чёрная роба растворились в белом свете.

— Врата Харона над рекой времени. Услышь меня, Всемогущий. Слушай безумную мелодию.

Голос Фелса звучал величественно, громогласно. Небесная гармония.

Фелс нарушил земные законы, совершая очередной грех.

— Реки слёз, жалобные стенания. Цена была уплачена.

Запрещённое колдовство с очень длинным заклинанием.

Оно должно обратить предопределённость судьбы, тайная способность, которая может невозможное.

— Путь света. Прошу, пожертвуй свершившимся прошлым и пролей свет по моему глупому стремлению.

Магия воскрешения, доступная только Мудрецу древности.

— Я не отрешусь.

Заклинание было завершено. Магическая мощь достигла предела.

Просьба была произнесена в обмен на всю энергию разума Фелса.

— Диа Орфей.

Столп света начал трепетать. Миллионы световых частичек заполонили подземный тоннель. Сверкающие белые кристаллы были похожи на снег. Отражаясь в удивлённых глазах Белла, эти кристаллы начали собираться в одном месте.

Наконец, мягкий голубоватый свет магического круга ударил в грудь Белла.

Столп света распался мгновение спустя со звуком бьющегося стекла.

Белл рефлекторно закрыл глаза от слепящей вспышки, которая на мгновенье сделала для него весь мир белым, и в ту же секунду парень ощутил теплоту и тяжесть на своей груди.

Медленно, осторожно Белл распахнул глаза… и увидел девушку-дракона, прижавшуюся к его груди с закрытыми глазами.

— Аа…

Белл тихонько всхлипнул, мир перед ним стал размытым, он положил ладонь на её щёку.

Холодная, но вместе с этим тёплая. Белл ощутил лёгкое покачивание. Она дышала.

У неё были четыре человеческие конечности. Драконьи крылья пропали, а пепла на земле стало заметно меньше, чем раньше.

Красноватый драгоценный камень в её лбу начал испускать свечение, отразившееся в глазах Белла.

— …Что же… получилось впервые.

Спустя секунду рядом раздался звук падения.

Маг в чёрной робе сидел на земле за спиной Белла, он вложил все свои силы и волю в заклинание.

— Восемь сотен лет прошло?.. Столько я продержал эту бессмысленную магию, бесполезную надежду, занимающую одно из мест в моих Характеристиках…

Белл посмотрел на лицо мага, скрытое капюшоном. Парень был уверен, что тот Фелс сейчас улыбается.

— Впрочем… оказалось смысл в этом заклинании был.

Слёзы полились из глаз Белла, смотревшего, как Фелс говорит сам с собой.

Парень снова повернулся к Виене, ощущая теплоту её щеки, и крепко её обнял.

По щеке девушки покатилась одна прозрачная слезинка.

Солнце закатывалось за западный край городской стены. Столп света, пронзивший небеса, бесследно исчез и всё вокруг стихло. Сумерки опустились на Орарио, оставив наедине с собой озадаченных горожан и восторженно перешёптывающихся божеств.

В тени белой башни на окраине трущоб Финн слушал доклад подчинённого.

— Прости, Финн… Когда мы шли по канализации, там прорвало воду… мы не смогли нагнать монстров.

— Крылатые монстры, появившиеся в Квартале Наслаждений, также ушли в катакомбы под разрушенным двором… Исчезли бесследно.

— Ясно… Что насчёт Белла Кранелла? И воивра?

— До сих пор не найден. Однако, место, в которое он упал вместе с воивром… мы нашли следы крови и то, что очень похоже на пепел монстра.

Финн ничего не сказал, пробежав языком по основанию большого пальца, после слов Айз и Риверии.

Краем глаза он подметил реакцию Айз на слова Риверии и добавил: «Хорошо, спасибо», — кивнув. Полурослик-генерал отпустил девушек и бросил взгляд на бывшее поле боя.

— Получается, они сбежали…

Прошептал он, смотря на повреждённые пожаром и схваткой здания.

Спустя некоторое время он принялся раздавать новые приказы Пастве Локи, которые помогали авантюристам других Паств разбираться с раненными и доставать людей из-под обломков.

— …

Айз молча следила за ним, посмотрев на собственную руку, а потом молча перевела взгляд в небо.

Красное солнце почти закатилось за горизонт.

Белл молча смотрел вперёд, скрытый тенями в месте, куда никогда не попадал вечерний свет.

— Виена, Виена!..

— С-слава богу!..

Они остановились у входа в дренажный канал в глубине сети канализаций города.

Скрытый под потайной дверью тоннель был на удивление большим, он чем-то напоминал пространство под мостом. Белла не покидало ощущение, что он бывал здесь и раньше, но не мог предаваться воспоминаниям прямо сейчас.

Белл, Фелс, Виена и остальные Ксеносы смогли добраться до этого дренажного канала незамеченные авантюристами.

Лидо, Грос, Рей, а также ламия и тролль окружили Виену. Несмотря на то, что девушка ещё не проснулась, Ксеносы смотрели на неё со слезами в глазах, радуясь, что их товарищ снова в безопасности.

— …Фелс.

— Что тебя беспокоит, Белл Кранелл?

Белл хотел задать вопрос магу, стоявшему вне круга Ксеносов, как и он сам.

— Это все, кто остался от Ксеносов пришедших на поверхность?..

— Нет, другие сейчас скрываются. Ты мог этого не понять, но многим из них пришлось разделиться при побеге от Паствы Локи и некоторые до сих пор прячутся в городе…

Белл замолк, слушая Фелса.

Парень мог пересчитать выживших Ксеносов по пальцам одной руки. Его беспокоила сохранность всех монстров, бросившихся в бой, чтобы выиграть ему и Виене время.

Потерявшись в мыслях Белл снова посмотрел на Ксеносов, окруживших Виену.

— Белл Кранелл…

Истощённый после заклинания Фелс заговорил слабым голосом, прислонившись спиной к стене:

— Могу я спросить, почему ты так расстроен?

Фелс вывел смотревшего на Ксеносов с тяжёлыми мыслями в голове парня из задумчивости вопросом.

— …

— Твои усилия спасли Ксеносов. Это не ложь. Также ты спас и Виену. Я тоже тебе благодарен.

— Я…

— Сожалеешь о своём решении, не так ли?

Сожалеешь о действиях, которые совершил?

Так должен был прозвучать этот вопрос, но Фелс его смягчил.

Белл начал мотать головой, но останови себя и уставился на землю, отвечая.

— Тот человек… авантюрист в очках кое-что мне сказал.

Охотник тиран, который захватывал и пытал Ксеносов.

Белл вспомнил слова Дикса:

— …что… я лицемер.

— …

Заявив это, мужчина в очках рассмеялся над Беллом.

Он сказал, что принятое Беллом решение — пустые слова, бессмысленная мечта, фальшивка.

Что он всего лишь летучая мышь, которая порхает с места на место не задумываясь о последствиях.

И он был прав.

Белл не хотел причинять вред людям, протягивая монстрам руку помощи, но…

Он выступил против Паствы Локи.

Он нападал на авантюристов заклинанием.

Белл вспомнил всё.

Он предал многих, приняв решение спасти девушку.

Он противостоял девушке, которой восхищается, бросил своих собственных товарищей.

Он даже отвернулся от желания стать героем, чему учил его дедушка. Он отбросил всё, не задумываясь.

А в конце пути его ожидало исполинское ощущение беспомощности.

Без помощи Фелса, Лю, Ксеносов, многих других, он ни за что не спас бы Виену.

Он никого не может защитить или спасти, он жалок.

Смех мужчины снова зазвучал в его голове.

— …

Слушая ответ Белла, Фелс отклонился от стены.

Отступив от неё, маг подошёл ближе к Беллу.

— Белл Кранелл, это всего лишь моя теория… но мне, кажется, так. Только те, кого обвиняют в глупости, могут когда-нибудь стать героями.

Глаза Белла распахнулись, он посмотрел на мага.

— Продолжай беспокоиться, волноваться, сомневаться в принятых решениях, как и сегодня.

— Фелс…

— Герои порой принимают очень жестокие и бессердечные решения, которые невозможно оправдать… но вместе с тем, их стремления могут быть благородны.

Белл не мог не ощутить, что под капюшоном Фелс улыбается.

— Потому что твоё стремление, стать подобным героям прошлого, нельзя назвать ошибочным, как бы смехотворно оно не звучало.

Слова Фелса затронули душу Белла. Он не знал, что ответить.

Все силы парня уходили чтобы сдержать эмоции, разбушевавшиеся в его сердце.

— Позволь сказать тебе об этом, как человеку, лишившемуся плоти и кожи. Вот тебе слова мага, от которого остались только кости и сожаления.

Скелет в чёрной робе перешёл к последнему заключению:

— Будь дураком, Белл Кранелл.

— …

— Только ты должен им быть. Твои порывы могут показаться нам глупыми… Но я уверен, что в глазах богов они неоценимы.

Фелс отошёл, позволив Беллу, снова увидеть монстров.

— Белл, спасибо, огромное спасибо!..

— Прости, Белуччи… И спасибо!

— …Спасибо. Я тебе… благодарен.

Глаза Белла снова наполнились слезами от сантиментов монстров, никогда не расплывавшихся в благодарностях перед людьми.

Он бросил ещё один взгляд на спящую девушку-дракона, и к его горлу подступил ком.

— Были авантюристы, которые пытались показать сопереживание и необычную связь с Ксеносами, как ты… Но никто из них не беспокоился об их спасении, как это сделал ты. Спасибо.

Белл снова уставился себе в ноги, слушая слова благодарности.

Парень стоял спиной к заходящему солнцу, и его лучи грели Беллу спину.

Испытывать гордость совсем не обязательно.

Сомневаться в себе не стыдно, но никогда не испытывай сожаления, ведь жизни, спасённые твоим глупым лицемерием, прямо перед тобой.

…Парень ощутил, будто с этими лучами ему послышался голос дедушки.

----------

Эпилог. Цена решения

[[image:/storage/reader-images/b34a44c0bee2659d6c1392ee67015791fc07add9.png]]
Он шёл по улицам города, освещаемым солнцем с запада.

Его лучи до сих пор окрашивали город в красные тона. Белл расстался с Ксеносами и теперь шёл к Улице Дедала.

Несмотря на то, что расставаться с Виеной было тяжело, он оставил её с её товарищами.

Если бы кто-то увидел его с девушкой-воивром, одними подозрительными взглядами парень бы не отделался.

Белл шёл, опустив голову, чтобы не привлекать внимания.

Он прошёл по похожим на лабиринт улочкам к тому месту, в котором, скорее всего, находились Паства Локи и Паства Гестии. Он не мог просто пойти домой и пустить всё на самотёк.

Белл должен был собственными глазами увидеть, к каким последствиям привело его решение.

Никто не окликнул его на городских улицах, но всё изменилось, как только он вернулся на Улицу Дедала.

— ?!

Спешащие по делам работники Гильдии, раненные люди, лежащие на земле. Выглядящие очень знакомо разбитые стены. Люди начали замечать бледного парня, проходящего мимо.

Жители города, авантюристы, работники Гильдии смотрели на него со злобой.

Он стал парнем, который предпочёл собственную жадность, защитил монстра и бросился за ним в погоню ради денег, потому все молча его осуждали.

— Йо, Белл Кранелл, получил камушек дракона?

— Что ты здесь забыл?.. Паства Локи отчаянно за нас сражалась.

— Если бы все авантюристы были такими как ты… пошёл ты, Маленький Новичок!

Вскоре люди, которых он даже не знал, начали вымещать на нём свою злость. Они не скрывали безжалостного презрения к парню, идущему по петляющим улицам.

Враждебность, ненависть и отчаянье.

Белл никогда не встречал столько тёмных людских эмоций, у него перехватило дыхание.

Имя «Маленький Новичок», вознёсшееся в глазах людей после «Битвы», пало.

Вся слава и надежды на него были разрушены одним-единственным действием. У монеты есть всего две стороны. Одна из них доверие, другая – разочарование.

Белл предал этих людей. Монетка никогда не повернётся другой стороной.

Столкнувшись с гневом людей, разочарованных его поступком, Белл ощутил, как холодеют его дрожащие руки, но шёл дальше.

Наконец…

Белл остановился, оказавшись на одной из улиц.

Повсюду виднелась разрушенная мостовая. Дома заменяли груды обломков. Повсюду виднелись обгорелые следы битвы. Разрушения сказали Беллу лишь об одном — это всё цена решения, которое он принял.

— Белл…

Гестия стояла в стороне от дороги. Вельф и Микото — рядом с ней. Лили и Харухиме были бледными. От этого зрелища у Белла началась мигрень.

— …

Чуть дальше стояла Айз. Она смотрела в его направлении, остальные члены Паствы Локи были неподалёку. Кто-то разгребал обломки, другие смотрели на него с явным желанием его побить. Белл сглотнул.

— !..

Мимо проходила группка работников Гильдии, изучавших повреждения на поле боя.

Череда язвительных взглядов прервалась, когда одна из работниц, увидев парня, тут же бросилась к нему.

Её коричневые волосы колыхались, изумрудные глаза виднелись за стёклами очков, а кончики ушей были заострёнными.

— Мисс… Эйна…

Эйна остановилась рядом с поражённым парнем.

Её пронзительный взгляд был хмурым, и такого серьёзного выражения на её лице Белл ещё никогда не видел.

Никто не смел к нему подойти.

Все вдруг успокоились, молчание давило на уши Белла.

Наконец, Эйна заговорила:

— Из-за самолюбия ты подверг людей опасности. И даже нападал на других авантюристов, это правда?

…Не правда.

Белл очень хотел, так сказать.

Эйна последний человек, чьё доверие Белл хотел бы потерять.

К несчастью, ради Виены, ради всех Ксеносов он не мог этого произнести.

Белл опустил голову и ответил:

— …Да.

Мгновенье спустя раздался шлепок. Этот шлепок вызвал резкую боль в правой щеке парня.

Все смотрели на это с удивлением. Эйна стояла с правой рукой в воздухе и слезами в глазах. Она была зла:

— Я тебе не верю!..

Слёзы полились из изумрудных глаз.

— Я никогда… тебе не поверю!..

Плачущая Эйна обхватила Белла руками.

Она почувствовала ложь и злилась на то, что Белл скрывает правду, ей было больно от того, что Белл не хотел ничего ей рассказать.

Белл лишился дара речи, Эйна, отпустила его, но её трясло от всхлипов и рыданий.

…Подставь плачущей девушке плечо, прижми к себе.

Наставления дедушки звучали где-то в отголосках его воспоминаний, обе руки Белла поднялись примерно до середины спины Эйны… но потом безвольно упали.

…Дедуля, я…

Я не знаю, что делать.

По его вине Эйна, в которой он видел практически свою старшую сестру, рыдала. Люди вокруг забывались, увидев эту жалкую сцену.

Гестия и её Паства молча наблюдали.

Эйна не убрала рук с плеч парня, он молча поднял голову.

Темнеющее красноватое небо отразилось в его глазах.

Раннее утро.

Солнце ещё не поднялось, а небо было серым.

К тому моменту как ночь наконец начала развеиваться, пошёл дождь. Врата на самом северном краю Орарио были распахнуты, стоял лёгкий утренний туман.

— Итак, мои дни в Орарио сочтены… никогда бы не подумал, что выпроваживать меня будешь ты, Ганеша.

— Но ведь… Я Ганеша.

Икелос стоял у открытых врат, готовый выйти из города, Ганеша и его последователи стояли рядом. Божество с волосами цвета моря и бронзовой от загара кожей ухмыльнулось богу в маске слона, со словами:

— Знаешь, это не ответ.

Паства Локи привела Икелоса в Гильдию, и он признал, что его Паства замешана в связях с чёрным рынком. Также он подтвердил, что они отлавливали монстров за спиной Гильдии.

Было решено, что действия его Паствы вызвали прорыв монстров на поверхность, который и погрузил город в хаос, за что Икелос был изгнан из города без права на возвращение спустя два дня после инцидента.

Поскольку его последователи пропали, а собственность Паствы была конфискована, божество уходило лишь с тем, что на нём надето.

— Всё же лучше, чем отправка на небеса.

— Я слышал, что в Гильдии были жаркие споры, какое решение принять.

— Конечно, конечно. Но им всё равно надо было сделать наказание показательным, так ведь? После того, что натворили мои козявки, я их не виню…

Ганеша замолчал, наблюдая, как Икелос с улыбкой принимает свою судьбу.

Гильдия разрешила горожанам собраться у Северных Врат, чтобы увидеть уход божества лично. Несмотря на ранний час, собралась довольно большая толпа. Все хотели увидеть уход Икелоса собственными глазами.

— Но, знаешь… единственное о чём я жалею, это потеря места в первом ряду. Только начало становиться интересно.

Икелос заглянул во врата, бросив на Орарио последний взгляд.

— Я завидую, Гермес.

— …Подводя итог, всё начинает налаживаться.

Гермес распахнул руки, не сводя взгляд со старшего божества, заканчивая свой доклад.

Главное Отделение Гильдии, Часовня Молитв, Уран восседает на своём алтаре, проводя тайную встречу с Гермесом в свете четырёх факелов.

— Мои детки поспрашивали людей в городе и очень немногие недовольны Гильдией. Возможно, это потому, что Икелос взял на себя вину и ответственность.

Икелос и его последователи признаны виновными за то, что дали монстрам сбежать и подвергли город опасности. Больше винить в этом было некого, потому вся вина была переложена на них. Гильдия смогла справиться с ситуацией, наказав виновников. Тот факт, что инцидент больше не считается «прорывом монстров на поверхность», также заслуга работников Гильдии.

Божество сыграло роль козла отпущения, согласившись на изгнание.

— Людям по-прежнему не известно о существовании разумных монстров. Впрочем, жители Ривиры видели вооружённых монстров и могут заподозрить о связи инцидента на восемнадцатом этаже и на Улице Дедала… Когда люди начнут понимать, что, кроме Вавила, существует ещё один выход из Подземелья — это вопрос времени.

Помимо этого, несколько Паств и Гильдия узнали о существовании Кносса.

— Остальное я оставляю вам, — беззаботно отметил Гермес. — Насколько я понимаю, об этом инциденте уже начали забывать, проблем возникнуть не должно.

Уран снова заговорил с божеством пытавшимся закончить фразу изящным поклоном.

— Это ещё не всё.

— Знаю, — кивнул Гермес.

— Ксеносы, сбежавшие от Паствы Локи… так и не смогли вернуться в Подземелье, и живут в постоянном страхе перед поисковыми группами авантюристов. Их жизни под угрозой.

— Довольно иронично, что наконец выбравшись на поверхность, они обязаны вернуться в Подземелье, чтобы выжить. Проблема в том, что руководители Гильдии не только держат Вавил под постоянным наблюдением, но и перекрыли Улицу Дедала. К тому же, детки Локи продолжают оставаться на страже. Им не попасть домой.

— Когда Ксеносов поймают вопрос времени, как и защищающего их Фелса…

Против них ополчился весь мир, потому Гермес предложил:

— Почему бы нам не посвятить во всё Локи? Шансы не так малы, как шансы на побег.

Ответом Урана послужило полное и собранное молчание. Он прищурился, исходящая от него аура изменилась.

— Уран, ты оплот силы Гильдии и города. Раз ты проповедуешь мир и порядок в стенах Орарио, ты должен стать их символом.

— …

— Если все узнают, что такое великое божество что-то скрывает, это очернит твою репутацию.

— …Я знаю.

Гермес наконец добился от Урана ответа. Услышав его, блиставшее харизмой божество улыбнулось.

— Так почему бы тебе, Уран, не сделать меня ответственным за действия во время подобных инцидентов в будущем?

— …Что у тебя на уме, Гермес?

— К чему такой тон? Я просто хочу симпатии с твоей стороны. Считай это наградой за мою работу, — такова была просьба Гермеса. — Я не могу позволить ему, Белу Кранеллу, угаснуть. Я поставлю на него всё, Уран.

Мнение публики радикально изменилось, теперь в городе ненавидели молодого авантюриста.

Гермес заявил, что не хочет, чтобы парень покинул центральную сцену.

— Почему ты так благосклонен к этому мальчику? — не питавший никаких чувств к Белу Кранеллу Уран решил спросить Гермеса напрямую.

Гермес расплылся в улыбке:

— Возможно… потому что он прощальный подарок Зевса?

Крак! Факел треснул, осыпав всё вокруг искрами и осветив удивлённые глаза Урана.

Старшее божество молча закрыло глаза.

— Могу я рассчитывать на твою поддержку, Уран?

Старшее божество молчало, на лице Гермеса царила мрачная улыбка. Приняв все последствия, плохие или хорошие, Уран кивнул.

Синева ночного неба висела над обломками городских трущоб.

Скрываясь в тенях, тяжело дыша, сидел одинокий монстр.

Чёрный минотавр, лишённый руки.

Кровь ещё лилась из открытых ран, окрашивая его шкуру в тёмно-красный оттенок. Кап, кап. Лабрис лежал на окровавленной земле рядом с минотавром. Нечеловеческая выносливость монстра была единственной причиной, по которой он остался в живых.

— …

Царило спокойствие, трепет битвы казался очень далёким. Монстр перевёл взгляд на дыру в потолке над своей головой.

В ней виднелось небо. Множество огоньков звёзд, не существовавших в Подземелье. Из-за пушистых облаков всплыла молодая луна. Она озарила ночь белым сиянием. Золотой свет солнца сменился холодным лунным.

Монстр смотрел на серп луны, будто пытаясь найти в нём что-то, чего ещё не нашёл.

[[image:/storage/reader-images/37cb4309a0833e0a4ca78681697e5eccd2433cf0.png]]

[[image:/storage/reader-images/13ac85e031a9a37aadedde32053fbfb04eb73595.png]]

----------

Послесловие автора

Не так давно у меня была возможность переговорить с Цуёши Нанаджю, моим коллегой и автором GA Bunjo об одной стратегической RPG.

— Обложка девятой книги которая только что поступила в продажу, она очень похожа на Тики, тебе не кажется?

— ...Я раньше этого не замечал, но да, похоже~.

Я всё понял. Этот взгляд Мистера Нанаджю был жутким.

Мне хотелось бы написать в этом послесловии очень многое.

Я мог бы рассказать как часто я швырял ручку через всю комнату, потому что работать над сюжетом становилось очень сложно, о проблемах представления стольких новых персонажей, как сложно было удержать устоявшихся персонажей за пределами внимания, как мне пришлось отказаться от такой желанной мной героини-минотавра, как противно было думать о всьмита годах ошибок, случай с Мистером Нанаджю и Тики, о словах, сказанных мне почти в самый последний момент.

Работая над этим томом я столкнулся со множеством проблем, но мне показалось, что то, что произошло в конце меня спасло. Спасибо, Тики. Прости что всегда использовал Посох Аум.

Итак, это десятая книга в серии. Надеюсь, она стоило ожидания.

Достижение такой важной отметки для меня одновременно шок и честь. Я очень рад что могу писать то, что мне хочется. Я продолжу изменять правила жанра фэнтези и производить интересный контент.

Сменим тему, мне хотелось бы сказать, что разделение девятой и десяткой книги на две половины одной истории повредило изначальному плану вовлечения представленных в пятом томе второй истории персонажей в действие. "У персонажей есть этот предмет, потому что..." могло появиться в другой истории, но это забрало бы у этой книги слишком многое. Наверняка у читателей, которые не прочли Ораторию Меча появилось бы немало вопросов, поэтому я решил вести главную историю так, чтобы ей могли насладиться читатели обеих серий. Не переживайте.

С извинениями покончено.

Моему редактору в GA Bunko, господину Котаку, господину Сузухито Ясуде, снова предоставившему для этого тома прекрасные иллюстрации, а также всем, кто оказал мне поддержку я хочу выразить свою благодарность. Эта серия не насчитывала бы десять томов без вашей помощи и поддержки. Это случилось благодаря вам, и, разумеется, моим читателям. Спасибо за то, что вы постоянно меня поддерживаете.

Также мне хотлось бы поблагодарить господина Понкан, за создание илююстраций для обложки ограниченной серии и господина Куниэду за перенос мира в форму манги. Я очень благодарен за вашу работу.

Если мы встретимся с вами в следующем томе, ничто не сделает меня счастливие. А пока я удаляюсь.

Фуджино Омори.

----------

Послесловие переводчика

В твиттере все мои переводы выходят под этим хештегом: #Кристычнапереводе.

Наша команда Japit Comics переводит очень много всего, обратите внимание, возможно что-то придётся вам по вкусу.

Если у вас есть вопросы, и вы хотите подопнуть меня переводить быстрее, сделать это можно в дискорде. Выбираете нужный смайлик в #faq и попадаете в нашу небольшую группку. Там я отвечаю когда будет следующая глава, не то что в комментах.

Ну и требовать у вас каких-то денег у меня права нет, но я буду благодарен за любую поддержку: https://www.patreon.com/Kristonel

Если вам кажется, что я заработал на печеньки, скидывайте по этим адресам:

Qiwi: +79237177586

WMR: R532697894558

ЯД: 410012644267696

Mastercard: 5559 4936 9992 2374

----------

Начальные иллюстрации

[[image:/storage/reader-images/f5917ed05c7d26e596b2e8b905940356edc8e02f.png]]

[[image:/storage/reader-images/8b872e7659e9bcec70e376bb4984520be2a5b821.png]]

[[image:/storage/reader-images/00777ed52335d22c20e33db5fbc6663389a960a5.png]]

[[image:/storage/reader-images/085f6e6ef5a1a27967f41db3b1c565a89f1075c2.png]]

----------

Пролог. Потерявшиеся

[[image:/storage/reader-images/b0081d7c149dde8f0e84821740fae6db7961a759.png]]
Проход окутывала тьма, хоть через некоторые интервалы и встречались освещённые участки.

Светящиеся шары, прикреплённые к стенам, уходили вдаль, едва освещая тёмный подземный коридор. Часто налетающие порывы холодного ветра заставляли свет трепетать.

Люди шли по коридору группой, друг за другом.

Один за другим, широкие плечи, мускулистые руки, кинжалы в ножнах виднелись в тусклом свете. Позвякивание брони смешивалось с шарканьем подошв по полу.

Они авантюристы.

Около десяти или двенадцати авантюристов, возглавляемых дварфом с надвинутым на глаза шлемом. Каждый из них держал в руках лампу с магическим камнем, они пристально всматривались в темноту коридора.

Они не в Подземелье.

Похожие на тоннели коридоры, облицованные камнем, были проложены руками человека. Лампы с магическими камнями были развешаны на стенах, вода шумно текла по жёлобу в центре коридора.

Сточный канал под землёй.

— Кто первый прикончит, того и лавры. Без обид, ладно? — сказал зверочеловек.

— Только тронь мою добычу и увидишь, что случится. — ответила амазонка.

Услышав такой ответ амазонки, зверочеловек рассыпался в проклятьях.

На броне авантюристов были выгравированы эмблемы разных Паств. Группу составляли последователи разных богов. От собранных наспех групп сложно было ожидать единства.

Все эти грубые и нетерпимые друг к другу люди были опытными авантюристами.

Среди них был и Морд Латро, а также два его товарища.

— Слушай, Морд, — обратился к нему первый.

— А ты уверен, что стоило спускаться? — будто читая мысли первого, заговорил второй.

— Вы о чём, ребята? Парни из Гильдии под каждый камень сверху заглянули и ни хрена не нашли. Они должны быть в катакомбах.

Морд был громадным мужчиной, со шрамами на лбу и щеках. Всё в его виде выдавало в нём негодяя. Около двух с половиной месяцев назад именно Морд пытался преподать слишком выделившемуся своей скоростью авантюристу урок.

Авантюрист достал свиток из кармана.

— Мы убьём этих монстров до того, как кто-нибудь до них доберётся. Награда будет нашей!

На рисунке были изображены вооружённые монстры, нарисованные со слов очевидцев. Среди них выделялись жуткий ящерочеловек и горгулья.

Три дня прошло с того момента, как вооружённые монстры появились на поверхности по вине Паствы Икелоса. Сбросив с хвоста преследовавших их авантюристов, монстры разбежались по всему Орарио. До сих пор они скрываются где-то в городе.

Главное отделение Гильдии принялось устранять последствия этого случая со всей серьёзностью, приказав нескольким Паствам уничтожить монстров, и назначило награды за их головы. Подгоняемые щедрыми наградами авантюристы оставили исследование Подземелья и прочёсывали канализацию, надеясь найти монстров ближе к поверхности.

— Да мы не об этом, Морд.

— Эти вооружённые твари, кажись, очень сильны. Я слышал, они от Паствы Локи удрали…

— Об этом не волнуйтесь. Принцесса Меча их отделала, как я слышал. Наверное, они сейчас едва двигаться могут. А то для кучки монстров, которые только на разрушения и способны, они слишком тихо себя ведут. Подтверждает мои слова. Лёгкие деньги.

Морд громко фыркнул, его товарищи обменялись неуверенными взглядами.

Группа авантюристов, повысивших уровни, из разных Паств, переговаривалась.

— Кстати… Вы слышали последние слухи о Маленьком Новичке?

— Ага. Горожане над ним издеваются. Капец ему пришёл, да?

Они посмеивались, вспоминали случившееся.

— Наверное, захотел себе подружку-дракона. Вот дурак.

— А мне кажется ему особое отношение из-за рекордов в голову ударило. Поделом ему!

Авантюрист, ставший посмешищем, ставший объектом для всеобщих издевательств.

Другие авантюристы с удовольствием вступали в начавшийся разговор с усмешками.

В этот момент взорвался Морд:

— …Эй, вы! А вы-то чего над ним издеваетесь, забыли, чем мы заняты? — прикрикнул он, лицо негодяя выглядело мрачнее обычного. — Сейчас мы ничем от него не отличаемся, ясно! Так что хватит поносить Маленького Новичка!!!

— Морд!

— Ты чего раскричался?

Его товарищи бросились его останавливать, но Морд в ответ только разозлился сильнее.

Эта злость привела в замешательство незнакомых с ним авантюристов.

— Тот говнюк нападал на других авантюристов, потому что сам хотел воивра прикончить. Слишком далеко зашёл!

— Да, нападал… Вы про его долги слышали?! Да он только из-за миллионных долгов своей Паствы так надрывается!

Голоса авантюристов были наполнены враждебностью по отношению к парню. Наконец, Морд повернулся к авантюристам спиной и пошёл дальше.

— Что это с ним?

— Ага, крыша едет?

Морд слышал бормотание, но мог лишь раздражённо хмыкнуть в ответ.

Атмосфера в группе накалилась, но в этот момент возглавлявший авантюристов дварф крикнул:

— Стойте!

Авантюристы одновременно остановились и напряглись, услышав приказ.

Дварф вглядывался в темноту.

Дальше в темноте коридора блеснула пара жёлтых глаз.

Покрытый красными чешуйками монстр с толстым хвостом вышел на свет.

— …Ящеровоин!

— Показался, наконец!

Не успели авантюристы выстроиться в боевой строй, как монстр бросился на них:

— УООООООООО!

Могучий дварф выставил вперёд плечо, надеясь поглотить силу удара, но был отброшен прямым нападением.

— Что?.. Что это было?

Поражённые голоса Морда и других авантюристов осыпали дварфа, врезавшегося в стоявшего прямо за ним авантюриста и покатившегося по полу.

Ящерочеловек перешёл в атаку, начав раскидывать оставшихся авантюристов.

К мечу и ятагану, которыми сражался ящерочеловек, добавлялся хвост, которым он крутил будто мельницей.

Авантюристы не могли защититься от такой мощи, и драка превратилась в побоище. Хвост ударил зверочеловека так сильно, что тот, отлетая, скрылся в темноте коридора.

Всплеск воды заставил авантюристов развернуться и бежать без оглядки:

— Выходит они не слабые-е-е-е-е!!!

Под стоны и крики Морд и его товарищи бежали со всех ног.

— Ммммм…

Пара острых ужей вздрогнула, от раздавшихся где-то вдалеке криков.

Девушка-дракон медленно распахнула глаза. Она увидела над собой потолок из тёмного камня.

— Где… я?.. — пробормотала она.

— Ты проснулась, Виена?

Нежный голос раздался прямо за её спиной. Повернув голову, она увидела прекрасную сирену, явно испытавшую облегчение.

— Рей?! — вспомнив имя сирены, девушка-воивр подскочила:

— Белл! Где Белл?!

— Пожалуйста, успокойся, Виена. С Беллом всё хорошо.

Рей обхватила крыльями тонкое тело девушки, разговаривая неспешным, успокаивающим тоном.

— Правда? Как же я рада… Но, когда я была рядом с ним, разве я не?..

— Фелс вернул тебя к жизни.

Виена неосознанно коснулась красного камня в своём лбу, озадаченно наклонив голову, услышав ответ Рей.

— Может будет лучше, если ты поспишь ещё немного.

— Грос?..

Заговорил горгулья, стоящий с другой стороны.

Виена озадаченно перевела взгляд. Спустя несколько секунд явился Лидо.

— Я вернулся! — объявил он.

— Лидо!

— О, ты проснулась, Виена? Я очень рад!

— Да. Где ты сейчас был?

— …Отогнал пару авантюристов.

— Ты в порядке, Лидо?

После этого ящеровоин повернул голову, чтобы ответить заговорившему с ним Фелсу:

— Да. Благодаря твоей магии моё тело как новенькое. Могу свободно двигаться. Авантюристы подошли довольно близко. Будет лучше отсюда уйти.

— Вот как…

Виена не понимала мрачного разговора между Фелсом и остальными. Она огляделась. Сейчас они были не в Подземелье или Кноссе, построенном людьми лабиринте, которым пользовались охотники. Они в какой-то комнатушке в катакомбах, из которой было слышно журчание воды.

Около четырнадцати представителей Ксеносов ютилось рядом, включая ламию, тролля и Лидо. Даже Виене такая группа показалась слишком маленькой. Она тихонько заговорила, её профиль освещал тусклый свет полупогасших фонарей с магическими камнями.

— Где… мы?.. Где остальные?

— …Позволь рассказать. Слушай внимательно, Виена, — начал Фелс.

Янтарные глаза девушки наполнились тревогой, когда маг подробно и последовательно рассказал, что на поверхности жители города пытаются убить Ксеносов. Потому они постоянно перемещаются по Орарио под землёй, чтобы их не нашли. Некоторые Ксеносы отделились от группы, чтобы сбегать от авантюристов стало легче.

— Астерий так и не смог с нами встретиться…

— Если бы он был здесь, мы бы могли что-нибудь придумать, но…

Услышав от Лидо и Рей незнакомое имя, Виена проследила за их взглядами. Когда она увидела на что Ксеносы смотрят, у неё кровь застыла в жилах.

Могучая чёрная рука лежала на полу. Она была отрублена, мышцы были толщиной с тело Виены. Её заморозили в глыбу льда, чтобы она не начала гнить. Воивр сглотнула, увидев руку, потому что эта рука говорила не только о жестокости битвы, в которой Лидо и остальные чуть не лишились жизней, но и важности присутствия минотавра.

— Чтобы выжить, остаётся только вернуться в Подземелье. Но входы в Вавил и лабиринт охраняются, поэтому сейчас у нас нет возможности вернуться, — из-под потрёпанного капюшона раздался голос Фелса.

Одинокие и беспомощные, они были окружены врагами со всех сторон. Ксеносы были в худшем из возможных положений.

Маг на мгновенье замешкался, прежде чем продолжить:

— Если у нас и есть надежда, то это…

Его шёпот перешёл в молчание.

Виена медленно посмотрела наверх, сквозь темноту, в которой слышалось дыхание Ксеносов.

— Белл…

Он был рождён голодным.

Первым что он сделал, когда ступил на эту землю, стало уничтожение себе подобных.

Его окружали такие же как он. Они решили напасть, а он был голоден. Он не проявлял милосердия. Их судьба волновала его меньше, чем судьба капель дождя. Он забивал их до смерти руками, топтал ногами, сокрушал телом. В бескрайнем лабиринте он прошёл неисчислимое множество сражений.

Он не понял, когда впервые осознал себя. Его не оставляло ощущение, что это случилось не во время его рождения, но незадолго после него. Его посетило некое подобие сна. Одна вещь, которую он вспомнил очень ясно, настолько явная, что заставила его обрести сознание.

Он жаждал снова ощутить то чувство.

Вечный голод. Вечная борьба.

Пусть его кожу разрывало, кости ломало, а плоть плавилась и гнила, он продолжал идти дальше, истребляя представителей своего вида.

Всё изменилось, когда он наконец рухнул на колени, лишившись сил.

Перед ним возникли силуэты, которые оказались не просто представителями его вида, но и такими же, как он.

Они защитили его и вызволили из лап смерти. А когда отвели в свой дом вылечили его тело.

Поскольку они помогли утолить ему всё, кроме того голода, он отнёсся к ним благосклонно. Им оказалось знакомо то, что он испытывает и они открыли ему истинную природу его голода.

— Это сильное стремление, — сказал боец, принадлежащий к его виду. — Ты этого желаешь.

Стремление? Он не знал, что это такое. Но понимал, чего он на самом деле «желает».

В случайно увиденном им сне не было звуков или запахов, только свет. Воля такой силы, что от неё содрогалось тело, восторг, который заполнил его пустоту чем-то, что дало ему причины для самого существования.

Он узнал немало вещей от своих собратьев. О мудрости, силе, о том, как использовать оружие. Настал момент, в который он от них отделился и бросился туда, где был рождён. Бескрайние глубины Подземелья, скрытые далеко от поверхности.

Не то. Это не то.

Осознав природу своего голода, он всё равно не мог его утолить. Даже используя силы до предела и уничтожая себе подобных, он так и не смог достичь желаемого. В какой-то момент он начал ощущать ярость. Возможно, эту ярость можно было бы назвать нетерпением. Его голод разрастался всё сильнее. Он никак не мог найти путь к своей мечте.

— А-АААААААААААА?!

Охотник в ужасе убежал.

Остальные лежали на земле, их руки были изогнуты под неестественными углами. Они лежали в лужах собственной крови. Они оказались достаточно умны, чтобы найти его убежище. Поэтому он их уничтожил. Жертва уничтожила тех, кто на неё нападал.

Не то. Это не то.

Охотники напоминали что-то, что он искал. Они совершенно от него отличались.

Та вещь, мечта, ни за что не убежала бы от него в ужасе.

Эти охотники бросались бежать, стоило ему сделать шаг. Когда на его пути попадался кто-то из охотников, он хватал его рукой за шею могучей рукой и ударял о стену. Немало трещин появилось в стенах древних руин. Откашливаясь кровью, охотники закатывали глаза и теряли сознание. Кости хрустели слишком легко в его руках. Но он помнил об обещании, данном своим собратьям, потому ослаблял хватку.

Когда последний из врагов рухнул на землю он покинул руины, в которых скрывался.

Он был под землёй, но не так далеко от поверхности, как в Подземелье.

Не ощутив никаких эмоций, он обратил взгляд на ночное небо, укрытое пеленой облаков, держа в единственной руке огромный топор. Кровь ещё стекала с его тела, когда он сделал первый уверенный шаг, продолжая своё странствие.

Он продолжал искать.

Искать свою мечту. Искать новой встречи.

----------

Угнетённый белый кролик

[[image:/storage/reader-images/b0ac0e22c46865f411d19dfd75c725135a4bec40.png]]
Новая угроза: Монстры разбежались по городу.

Город Ривира, оплот в Подземелье, был уничтожен. Причастны ли к этому монстры на поверхности?

Тайные операции Паствы Икелоса: второй проход в Подземелье?

Несколько новостных газет лежали на столе. Гестия и Лили мрачно смотрели на заголовки статей, написанных на Коине.

— Всё стало очень серьёзно…

— Да, слухи собирают по всему городу. Жителей охватывает беспокойство.

Четвёртое утро с происшествия, вовлёкшего в себя Паству Икелоса и Ксеносов, поднявших весь город на уши.

Лили собрала эти газеты по всему городу, каждый из свитков продавался за несколько монет Паствами и независимыми торговцами. В каждом из них можно было найти крупицы информации и слухи о появлении монстров на поверхности.

У Гестии и Лили, знакомых с настоящим положением вещей, даже та информация, которая оказывалась неверной, вызывала опасения.

— Посмотри на эту статью…, — мрачно сказала Гестия, перебрасывая взгляд на небольшую заметку.

Статья была очень маленькой и её определили в угол листа, в заголовке говорилось: «Яростный срыв чемпиона «Битвы» Маленького Новичка: Утраченное доверие, утраченный престиж».

Подобные небольшие статьи были на всех листах. На некоторых даже встречался его рисунок.

Гестия стояла рядом со столом за более низкой Лили, замолчав и сведя брови. В этот момент в гостиную вошли Харухиме и Микото, одетые в униформу горничных.

— Гестия-ками, Лили-сан, мы вернулись.

— Простите, что ушли так надолго. Большинство лавок закрыто.

Они вернулись из похода по магазинам, в бумажных пакетах виднелись овощи и сушёное мясо.

— С возвращением. В городе не поднялась шумиха?

— …Ничего необычного мы не видели. Хотя, если сравнивать с тем, как к нам относились раньше…, — уклончиво начала говорить Харухиме.

Явно обеспокоенная Микото вмешалась, начав говорить прямо:

— Некоторые проявили к нам явную холодность. Как мы и думали, действия Белла-сана отразились и на нас… потому что мы с ним в одной Пастве. Давление в последние несколько дней только нарастает.

Гестия со вздохом посмотрела на Лили:

— У Вельфа всё так же?

Молодой кузнец не показывался после участия в суматохе.

— Нет. Он заперся в мастерской с того самого дня. Он безнадёжен… Но еда, которую Лили оставляет у его дверей, всегда пропадает, так что он поселился там, — проворчала Лили.

Гестия посмотрела в окно на уголок сада за домом, в котором стояла мастерская. В этот момент дверь гостиной распахнулась.

— О… Сударь Белл.

Парень, подошедший к Гестии и остальным, выглядел почти как обычно. Если не считать того, что он был задумчивей обычного.

— …

Он начал говорить что-то Лили, Микото и Харухиме, а потом отвёл взгляд. Слова застряли в его горле, но, повернувшись к Гестии, он смог заставить себя произнести:

— Эм… Всевышняя, разреши мне пойти в город.

Лили и остальные удивились.

— …Что ты собрался делать снаружи? — спросила Гестия.

Как глава Паствы она запретила Беллу покидать дом. Она не приказывала ему оставаться дома, пока уляжется шумиха, открыто, но считала, что ему было бы лучше залечь на дно сразу после участия в инциденте. Для его собственной безопасности. Белл сейчас в очень шатком положении.

— Если хочешь собрать информацию, мы с помощницей справимся лучше. Тебе нет нужды выходить ради этого, правильно?

— Но…

— Тебе снова могут причинить боль.

Белл вздрогнул, возможно вспомнив враждебность и разочарование множества жителей и авантюристов, с которыми он столкнулся, когда шёл по истерзанной битвой Улице Дедала.

Отрывисто вдохнув, он встретился взглядом с Гестией и ответил:

— Сидеть и ничего не делать, ждать, пока идёт время… сейчас страшнее всего.

Он не мог больше оставаться в стороне.

В ответ на мольбу во взгляде Гестия на мгновенье прикрыла глаза. Наконец она кивнула:

— Хорошо. Можешь идти.

— Всевышняя…

— Но только при условии, что я пойду с тобой.

Глаза Белла, на мгновенье ощутившего облегчение, округлились. Так же отреагировали Лили и остальные:

— Всевышняя Гестия, Лили не думает…

— Помощница, оставляю на тебя сбор информации и охрану дома! Сегодня я буду телохранителем Белла!

Гестия подняла большой палец. Лили подпрыгнула от удивления, а потом мрачно пробормотала: «Поверить не могу».

Несмотря на то, что богиня зачастую шутит, в этот раз она явила свою божественную волю.

Сейчас она лучше всех подходит для защиты Белла из-за своей божественной сущности.

— Мы попробуем вернуться к обеду! Вперёд, Белл!

— Но, Боженька…

Гестия подошла к Беллу и уставилась на него снизу вверх. Наконец, поддавшись её взгляду Белл кивнул:

— Хорошо, идём…

[[image:/storage/reader-images/a53f276151036a7dd9d85b6765c871f56429eb58.jpg]]
Мы вышли, оставив дом позади. Как и было сказано, я пошёл в город с боженькой.

Последние четыре для я сидел под домашним арестом, точнее, так мне кажется. Но благодаря тому, что Лили и остальные узнавали по слухам, я хотя бы представляю, что происходило в городе.

Как только стало известно, что монстры прорвались на поверхность, все восемь городских врат были заперты. Гильдия, в попытке удержать ситуацию под контролем, назначила награду за Ксеносов. Многие авантюристы отправились их искать.

Хотелось бы мне знать, куда делись Виена, Лидо и остальные. Услышав о том, что Ксеносов преследуют, я не мог сидеть сложа руки.

— …

Небо над Орарио было хмурым.

Дождь, ливший с того самого дня, остановился, но небо оставалось пасмурным, будто под стать настроению в городе.

На улицах царило затишье. Возможно, оттого что горожане боятся монстров, те редкие прохожие, которые нам попадались, передвигались перебежками. Маленьких детей, которых я постоянно встречал по пути в Подземелье, нигде не видно. Я точно сейчас в Орарио?

— Смены, которые я работа в киоске хрустящей картошки тоже отменили…, — пробормотала боженька, заметив, как я осматриваю непривычный для меня Орарио.

Мы прошли по Западной Главной Улице, многие лавки на которой были закрыты. Как я и ожидал, люди на главных улицах встречаются чаще, хоть это и работники Гильдии, которые сейчас никуда не ходят без сопровождения авантюристов. Наверное, они патрулируют улицы и активно ищут монстров.

Оживлённость города исчезла, её заменило нервное напряжение.

— …Эй ты!

— Смотрите, вон там!

На нас смотрели очень сурово.

Впрочем, не на нас, а на меня.

— Маленький Новичок… Я слышал ты немало проблем Пастве Локи причинил.

— Наверное это из-за него монстры сбежали.

— В конце концов он оказался типичным авантюристом.

— Эй, хватит, не ставь нас в один ряд с этим сбродом. Мы хотя бы знаем время и место для своей жадности.

До меня доносились грубые перешёптывания.

Я бы услышал их и без улучшенных характеристиками чувств. Обычные горожане, торговцы, такие же как я авантюристы… люди всех мастей бросали на меня ледяные взгляды.

Я осознал, что кровь отлила от моего лица.

Такой приём ожидал бы меня по всему Орарио. Недовольство сыпалось на меня со всех сторон.

— Поговаривают, что он ради денег… Но мне кажется, что он просто монстров защищал.

— Монстрофетишизм, да?

Я услышал худшее оскорбление, которым меня заклеймили, как человека, который защищал омерзительного воивра. Эти слова поразили меня в самое сердце.

Я знал, что нечто подобное случится. Я должен это принять. И пока я отчаянно пытался держаться, в мою голову закралась ещё одна мысль.

Вся жестокость была направлена на меня и только на меня.

Я слышал, что Паства Икелоса была уничтожена, а её глава, Всевышний Икелос, изгнан из города. Люди оказались заперты в охваченном страхом и волнением в городе, и я стал единственным, на кого они могут излить своё негодование… наверное поэтому я и стал их целью.

Враг всех людей.

От этой мысли кончики пальцев замёрзли, я ощутил всю реальность своего положения. Пока я отчаянно пытался выровнять дыхание, боженька обернулась.

— Если есть что сказать, говорите в лицо!

Она тыкала пальцем в окружающих людей.

И они, и я, застыли от удивления, когда увидели от неё подобную реакцию.

— Белл повёл себя так безрассудно из-за моего долга. Можете считать, что это всё из-за его непостижимой любви ко мне! Если хотите скинуть на кого-то вину, про меня не забывайте!!!

Произнося речь перед удивлёнными слушателями, боженька выделила слово долг. И, что странно, слово любовь тоже…

Люди начали перешёптываться, когда увидели, как боженька сложила руки на своей огромной груди с явным довольством.

— Лоли-богиня…

— Ага, она!

— Выходит, она правда должна двести миллионов валис…

— Вот какое бедствие на нас обрушилось!

— Проклятье лоли-богини…

— Раз она в таких долгах, должно быть её последователи тоже…

Боженька гневно вскинула руки.

— Рты закройте! Хватит нести чушь! — завопила она.

Я собирался броситься и защитить боженьку, но вдруг осознал. Та злоба, которая была на меня направлена, растворилась в атмосфере недоумения.

Мне придётся отойти в сторону и позволить боженьке меня защищать. Мне придётся позволить ей врать.

Только сейчас я понял, что она имела в виду под словом телохранитель. Встав между мной и людьми, она не позволяла смертным открыто меня обвинять. И, чтобы защитить меня, своего последователя, она стала целью враждебности людей.

Я обхватил голову руками.

— Всевышняя, мне так жаль… из-за меня…

Я хотел было сказать: «ты попала в неприятности», но она оборвала меня до того, как я это произнёс.

Она повернулась ко мне и даже посмеялась.

— Белл, возьмёмся за руки.

[[image:/storage/reader-images/1e33d72ab350085d3fb3059b783b9b6ee091a880.png]]
Она схватила меня за руку.

А потом потащила меня дальше, и мы снова пошли по улице.

— Эм, Б-боженька…

— Я знаю, что с моей стороны это глупо, но я немного рада. В последнее время за тобой совсем не нужно было присматривать. Видишь ли, мою репутацию ты всё время только улучшал.

Её дразнящий тон был подобен лёгкому похлопыванию по плечу.

Она сжала мою руку. Обычно я бы ощутил смущение, но сейчас… я почувствовал себя просто жалким. Я такой бесхребетный, раз полагаюсь на защиту своей богини и принёс ей столько неприятностей.

Впрочем, если не считать моего мнения о себе, я был рад.

Наверное, не стоит позволять ей меня баловать… но, вопреки всем своим намерениям, я сжал её руку в ответ. Легонько.

Люди бросали на нас осуждающие взгляды, но мне они казались уже не такими холодными, как раньше.

— …Боженька, мы можем сюда зайти?

— Конечно, но зачем?

Спросив разрешения, я остановился у одного из зданий. Даже для Западной Главной улицы каменное помещение таверны «Щедрая Хозяйка», казалось необычайно большим.

— Ты часто сюда заглядываешь, да? А я впервые захожу сама, — сказала боженька.

— Правда? Ты ни разу здесь не была?

Несмотря на то, что происходит в городе «Щедрая Хозяйка» открыта. Мы подошли ко входу, и, наверное, заметив движение снаружи, из него вышла одна из официанток.

— Лю…

— …

На меня смотрела прекрасная молодая эльфийка.

Она спасла меня во время миссии на восемнадцатом этаже, и я пришёл, чтобы сказать ей за это спасибо. Но оказавшись с ней лицом к лицу я обнаружил, что не могу выдавить из себя ни слова.

Страх меня парализовал… что, если она считает так же, как остальные жители города?

— Господин Кранелл, я не собираюсь относиться к вам с презрением только потому, что в городе ходят слухи.

— !

— Я верю лишь в то, что видела собственными глазами, — сказала она, слегка улыбнувшись, будто пытаясь снять с меня напряжение.

Поддержка честной и надёжной эльфийки действительно меня взбодрила и заставила напряжение отступить. У меня даже уголки глаз намокли.

Лю слегка поклонилась боженьке:

— Всевышняя Гестия, рада снова вас приветствовать.

Боженька радостно помахала рукой в ответ:

— Эльфиечка!

Я вытер глаза.

— Эм, Лю… спасибо, что спасла меня на восемнадцатом этаже, — сказал я.

— Не стоит благодарности.

Я, наконец, выпалил:

— Эм, а ты в порядке? Я слышал, что отправленная на восемнадцатый этаж группа понесла ужасные потери.

Лили рассказала мне, что ударная группа Паствы Ганеша оказалась на волоске. Я беспокоился о Лю, сражавшейся против Ксеносов.

— Как видите я в порядке. Тело до сих пор восстанавливается. И ещё…

Она на мгновенье замолчала.

— Мы столкнулись с монстром.

Она прищурила небесно-голубые глаза, будто вспоминая о чём-то жутком.

— То создание… чёрный минотавр, он разбил нас и Паству Ганеша под чистую.

У меня перехватило дыхание.

Чёрный минотавр… Неужели тот самый Ксенос, о котором говорил Лидо на нашей встрече в одном из Убежищ? Я с ним не встречался…

Боженька, слушавшая наш разговор, напряглась, будто что-то вспомнив. Кажется, Лили или Микото что-то упоминали.

Очень сильный Ксенос, который создал немало проблем Пастве Локи, он тоже был среди разумных монстров.

— Я слышала, что такой же чёрный минотавр появился и на поверхности… как и вы. Если ваша группа была на восемнадцатом этаже, как вы возникли посреди Улицы Дедала?.. Мне столько хочется от вас узнать.

— …

— Но сейчас не время, не так ли? Спрошу в нашу следующую встречу.

Должно быть Лю многое хочет знать о моём опыте встреч с вооружёнными монстрами, но, заметив бледность на моём лице и приняв во внимание обстоятельства, она решила ни о чём меня не спрашивать. Я хотел узнать у неё о Сфере Кносса, но пока хочу избежать этого разговора.

— Кстати, а где Силь?.. — вместо этого спросил я.

— Силь взяла выходной. Она сказала, что у неё дела.

— Ой, понятно.

Я посмотрел за спину Лю, в таверну. Силь не было видно, но я слышал, как официантки-кошкодевушки, Аня и Хлоя снова и снова с нескрываемым любопытством спрашивали меня об одном и том же:

— Пмяренёк, расскмяжи нам что случилось!

— Слухи этмя прмявда?

Руноа, девушка-работница, пыталась их удержать:

— Делами своими займитесь, кошкодуры.

Заметив не прекращающиеся взгляды в мою сторону, я отошёл. Поднимать шумиху в таверне не хочется.

— …Что же, Лю, мы лучше пойдём. Большое спасибо, — сказал я.

Когда мы собрались уходить, Лю отозвала меня:

— Господин Кранелл, будьте сильным. Я не до конца понимаю ваших действий… но, если они стали результатом принятого вами решения, вам нельзя отступать.

Удивившись, я повернулся.

Лю посвятила себя правосудию, в которое верила ещё будучи частью Паствы Астреи, и служила ему так рьяно, что её занесли в чёрный список Гильдии. Возможно поэтому она мне сопереживает.

Наши взгляды встретились, я поклонился. Мы с боженькой отошли от таверны.

Мы продолжили идти по улице, и боженька у меня спросила:

— …Что дальше, Белл? Куда-нибудь хочешь пойти?

По правде говоря, такого места не было. Я понятия не имею, где Виена и остальные, и даже не знаю где о них узнать.

Обычно, когда я в растерянности, я бы пошёл в Гильдию, но сейчас…

Лицо стоявшей в слезах Эйны всплыло в моей памяти.

Я тебе не верю!.. И никогда… тебе не поверю!..

С того дня я её не видел. Мне слишком стыдно.

Я всё ещё не в силах набраться храбрости, чтобы с ней встретиться, поэтому решил, что не могу идти в Пантеон. Тяжёлые мысли заставляли меня опустить голову, но я поднял взгляд.

— Боженька… разреши мне пойти на Улицу Дедала…

Удивление появилось на её лице. Она несколько секунд смотрела на меня, но потом кивнула.

По пути с Западной Главной Улицы на Восточную Главную Улицу мы пересекли Центральный Парк, окружённый авантюристами. Если точнее, окружён был Вавил.

Члены Паствы Ганеша и других Паств, присоединившихся к силам Гильдии, должны были охранять великую дыру ведущую в Подземелье от монстров. Даже Лидо и его группа вряд ли смогли бы прорваться с такой тщательной охраной. А если бы у них и получилось, Ксеносы бы понесли потери.

Вдобавок к авантюристам множество богов прогуливалось по улицам неподалёку. Кто-то из них был окружён последователями, кто-то нет. В отличие от обычных городских жителей, они втайне наслаждались переполохом и пребывали в волнении явно не в том смысле этого слова, к которому мы привыкли. Завидев меня, они смеялись и явно пытались обострить ситуацию, однако, благодаря приглушённым угрозам Гестии, удалось обойтись без серьёзных последствий.

Наконец, мы оказались на Улице Дедала.

— Здесь тоже так много авантюристов…

Мы с боженькой вошли через тот же вход, что и раньше на Монстроманию. Теперь, когда мы вошли, я увидел, что в хаотичном районе очень много авантюристов. Зверолюди с ножнами, в которых покоится по два меча, эльфы с луками и стрелами, дварфы с двуручными молотами на плечах, экипировка, подходящая для Подземелья, смотрелась посреди жилого района очень странно. Казалось, что они готовы к появлению монстров в любой момент. Некоторые из авантюристов останавливали горожан и пытались их расспросить:

— Ловушки были подготовлены?

— Вы как-то связаны с Ксеносами?

Будто отвечая на мой незаданный вопрос, боженька повернулась ко мне с беспокойством во взгляде.

— Хоть они и не понимают, что именно происходит, они понимают, что ситуация в Орарио сомнительная…

Может они заметили какую-то связь между Подземельем и Улицей Дедала?

Это разумно, но вместе с тем заставило меня волноваться. Единственной надеждой оказавшихся на поверхности Ксеносов остаётся возвращение в Подземелье. Но Вавил и Дедалова Улица, где находятся входы в Подземелье и Кносс слишком тщательно охраняются, потому положение Виены и остальных кажется практически безнадёжным.

Наверняка огромные награды привлекли большую часть авантюристов… Когда они проходят мимо меня становится трудно дышать. Я поднёс руки ко рту.

— Эм, боженька, что ты думаешь насчёт наград? Тех, которые назначил Всевышний Уран?..

— Уран должен действовать согласно своему положению. Если бы он не предпринял ничего, чтобы взять ситуацию под контроль, он лишился бы авторитета.

Я беспокоился, что Уран, считающийся богом Гильдии, бросил Виену и остальных. Но моя всевышняя, скрестив руки попыталась убедить меня в обратном:

— К тому же, назначении наград скорее разделило авантюристов, чем объединило их, тебе не кажется?

Отправив авантюристов в погоню за личными наградами, Уран помешал объединению Паств, и теперь они даже информацией друг с другом не делятся. Должен согласиться, что Ксеносы были бы в куда большей опасности, если бы авантюристы забыли о своей принадлежности и охотились на них сообща.

С другой стороны, назначение огромных наград показывает, что Гильдия пытается справиться со сложившейся ситуацией. Даже персоналу Гильдии трудно усомниться в намерениях Урана.

Всё сложилось для меня в единую картину, когда я услышал объяснение боженьки.

— …

Мы продолжили вслепую искать зацепки, бродя по Улице Дедала, то поднимаясь, то спускаясь по лестницам, петляя по запутанным улочкам похожего на этаж Подземелья района.

Из теней улиц и окон зданий в меня впивалось бесчисленное множество мрачных взглядов. На меня пялились и до того, как мы сюда пришли… но сейчас взгляды ощущались физически. Враждебность. Злоба.

Казалось, что жители Улицы Дедала, Запутанного Района, меня ненавидят. Они пострадали от нападения монстров напрямую, а я тот самый авантюрист, который намеренно превратил сражение в хаотичное побоище. Разумеется, камни в меня кидать они не смели…

— Если подумать, однажды он убил монстра, который бесновался по соседству.

— Маленький Новичок оказался самым обычным авантюристом, разве нет?

Я слышал наполненные отвращением голоса. Их злоба будто усиливалась с каждой секундой. Я сложил руки на груди. Беспокоясь обо мне, боженька потянулась и схватила меня за руку.

В этот момент случилось то, чего я хотел меньше всего. Я столкнулся с человеком, которого не хотел встречать.

— Мисс… Айз…

Принцесса Меча с золотыми глазами и золотыми волосами вышла из-за угла в сопровождении членов её Паствы низкого ранга.

Мы практически столкнулись, Айз, которую я уважаю посмотрела на меня с удивлением. А потом уставилась прямо на моё лицо.

Паства Локи тоже патрулирует Дедалову Улицу? Нет, они же…

События того дня всплыли в моей памяти.

Золотые глаза, смотревшие на меня, когда я защищал Виену. Мой нож, направленный против её меча.

Как она теперь ко мне отнесётся? Что скажет?

Я стоял рядом с удивлённой богиней, а взгляд Айз будто пронзал меня насквозь.

— …Мелкая Валлен-что-то-другое! Мы с Беллом сейчас на свидании. Ты же дашь нам пройти, так ведь?

Боженька встала передо мной, чтобы защитить меня от враждебности спутников и спутниц Айз.

Айз мельком взглянула на боженьку, а потом снова перевела на меня взгляд.

— …

Вопреки моей собственной нервозности, ни её взгляд, ни выражение лица не изменились. Для меня будто вечность прошла в молчании и, наконец, её губы двинулись.

— Э-э-эй, Айзуууу! Вы чего встали, как вкопанные? — неожиданно спросил бодрый голос.

Этот голос принадлежал Локи, главе Паствы Айз. Её голова появилась из-за угла здания, она обнаружила Айз, стоящей прямо передо мной и Гестией. Её глаза округлились:

— …Ага, это всё Малявка!

Уголки её губ приподнялись, будто у ребёнка, нашедшего новую игрушку.

— У вас какие-то там дела с Финном разве нет? Идите быстрее! — сказала Локи Айз и её спутникам.

В это же мгновение Айз стала какой-то нерешительной, а потом ответила Локи послушным «Да». И, прежде чем скрыться из вида вместе с остальными членами группы, снова бросила взгляд в мою сторону.

— …Чего тебе надо, Локи?

Боженька стояла в уголке, наблюдая как Локи пшикает и машет руками на своих приспешников, расчищая от них улицу. Локи её проигнорировала, глядя на меня и улыбаясь.

— Молодой человек. В этот раз вы отметились чем-то забавным, не правда ли? — сказала она.

Не обращая внимания на крики Гестии, она едва не врезалась своим лицом в мой нос, я стоял в оцепенении.

— Сдаётся мне, теперь ты знаешь, что случается с людьми, которые прикрывают монстров, да?

— !

— Все те ребята, которые тебя поддерживали, теперь смотрят на тебя как на пустое место… Как тебе?

Её тонкие руки, будто змеи, заскользили по моим сведённым от нервов плечам. Она рассматривала моё лицо.

Впрочем, в её действиях не было какой-то враждебности. В них ощущалось любопытство. Не больше и не меньше.

Я мог только смотреть в землю, пока она, ухмыляясь нашёптывала слова мне на ухо.

— Локи, убери от него свои руки! Что тебе от него надо?!

— Хах! Перекидываюсь с ним парой слов, очевидно!

Разъярённая Гестия попыталась оттолкнуть от меня Всевышнюю Локи, но та увернулась, отступив на пару шагов.

Локи прищёлкнула языком, будто впавшая в ярость боженька её совершенно не заботит.

— Кстати, не все боги смотрят на тебя так, как смертные, — сказала мне она. — «Смотрите, Белый Кролик снова что-то провернул!», вот что они говорят. Когда дело касается тебя, их болтовню не унять, молодой человек. Впрочем, моя Айзочка всё равно тебя сделает!

— …

— Но, знаешь, если подумать, ты и мне стал интересен. Для одного из деток Малявки слишком уж ты дерзкий.

Локи не сводила с меня взгляда своих алых глаз. Она видела во мне лишь забавное дитя. Уверен, последняя фраза выразила всё её мнение обо мне.

Я был сбит с толку. Я снова ощутил огромную разницу между непостижимыми созданиями небес и жителями смертного мира.

— Если попытаешься его украсть, конец тебе! Ты и без того другим богам немало проблем принесла, держи свои руки от Белла подальше! — крикнула боженька.

— А ты смелая, раз мне такое говоришь! Впрочем, для настоящей богини ты мелковата.

Я слышал тяжёлое дыхание боженьки рядом с собой.

— Всевышняя, ты в порядке? — спросил я, пытаясь её успокоить. Повернувшись к ней, я заметил нечто краем глаза.

Что это?

Несколько силуэтов показались в конце улицы. Я помню эти силуэты.

Я никак не мог сосредоточиться, бросая взгляды то на богинь, то на конец улицы, в котором эти силуэты пропали.

Боженька заметила, что что-то приковало моё внимание:

— Белл, если что-то заметил, можешь пойти и проверить. Я тебя подожду.

— Н-но…

— Не волнуйся, мы не будем ссориться… И я всё равно хотела переговорить с Локи.

Боженька посмотрела на Локи, выражение лица которой радикально изменилось. Услышав о разговоре, Локи вопросительно наклонила голову. Я несколько секунд помешкал, но потом доверился признанию боженьки.

— Простите. Я скоро вернусь.

Я кивнул богиням и бросился по улице, пытаясь не терять след.

Раньше я уже здесь бывал. Бросившись в погоню за силуэтами, я наконец рассмотрел, что это маленькие дети и вспомнил все события, случившиеся со мной на Улице Дедала.

Наконец я оказался на небольшой площади, на которой стояла церковь.

— Эм… братец…

Фонтан был сломан и высох, несколько из церковных окон были выбиты.

Перед пустынным приютом в глубинах Улицы Дедала я снова встретил детей, с которыми знаком.

— Лай, Фина, Рюю…

Пробормотал я имена детей, заметивших, что я их преследую.

— Братец…

Лицо темноволосого мальчика-человека покрывали царапины и ссадины.

Девочка-чинтроп с длинными и прямыми волосами кремового цвета.

И самый маленький из них ребёнок-полуэльф.

— Б-братец…, — сказала Фина, чинтроп.

— …

Она зажала хвост между ног и отступила на шаг.

Обычно рассеянный полуэльф Рюю нервно скользил взглядом из стороны в сторону.

Они меня боятся… Неужели всё настолько ужасно?

Я не мог сказать ни слова. Лай, мальчик-человек выступил вперёд, будто пытаясь защитить этих двоих от меня.

— …Зачем ты пришёл? — спросил он.

Его пылкий взгляд и слова указывали на враждебный настрой.

У меня перехватило дыхание, я не мог и пальцем пошевелить.

Эти дети живут тут, на Дедаловой Улице. Возможно, они знают, что я сделал. Возможно, они даже собственными глазами видели, как я защищал монстра, нападая на других авантюристов.

— Зачем ты это сделал? — спросил Лай, голосом, наполненным осуждением, злостью и разочарованием.

— Район неподалёку отсюда разнесло и… я думал авантюристы должны убивать монстров! — выпалил он. — Предатель!

Я буквально слышал, как разрывается моё сердце. Слова Лая ударили меня сильнее, чем всё, что я услышал сегодня. Они и грусть на смотрящих в землю лицах Фины и Рюю.

Я вспомнил, как они смотрели на меня раньше, и понял, что предал их представление об авантюристах. Ком в горле и боль в сердце были слишком сильными, чтобы я мог их вынести.

Меня охватила такая растерянность, что я не мог пошевелиться.

— Я ухожу, — сказал Лай. Он повернулся и вошёл в приют.

Фина и Рюю скользнули по мне взглядом. Они, не произнеся ни слова, последовали за Лаем.

Дверь в церковь с грохотом открылась, а я стоял, повернув голову в их сторону. Дверь захлопнулась с таким же грохотом, будто указав мне никогда сюда не возвращаться.

Я погрузился в непередаваемую горечь и мучения. Отчаянье, которое я ощутил, будто вывело меня из оцепенения, и мои колени подкосились. Я рухнул на землю будто марионетка, которой перерезали ниточки.

Угнетения сильнее я ещё никогда не испытывал.

Небо было покрыто облаками, смотря на жалкого меня свысока.

— …Белл?

Ход моих мыслей прервало обращение ко мне.

Дверь, которая, как мне казалось, уже никогда не откроется, распахнулась снова, и кто-то вышел ко мне.

Я медленно повернул голову и увидел Силь.

— Я говорила с Марией и другими о том, что им стоит эвакуироваться с Улицы Дедала.

Я сидел с Силь на каменной скамье в небольшом садике рядом с приютом, в котором было посажено несколько кустов и цветов.

— Из-за того, что произошло в Районе-Лабиринте… То есть, из-за опасности того, что монстры появятся снова.

Лю сказал, что Силь взяла выходной, и оказалось, что она использует его, чтобы обсудить с Матушкой Марией возможность переезда. Она сказала, что это не единственный приют, которому она предлагает покинуть Улицу Дедала.

Несколько последних дней на Улице Дедала стало очень много авантюристов, и атмосфера сгущается. Её волнение о том, что это место снова может превратиться в поле боя, понятно.

Какими бы ни были мои причины, факт того, что всё это последствия моих действий, тяжело лежал на сердце.

— Думаю, будет грубо… спрашивать, что случилось, — сказала Силь.

— …

— Лай и остальные едва держатся. Иногда они тихие, иногда пытаются храбриться… мне кажется, они растеряны и не знают, что им делать.

Я даже не пытался заговорить, поэтому Силь говорила не умолкая. Она была одета в белое платье, которое я на ней уже видел.

Она смотрела перед собой, на её лице была улыбка, и она даже не пыталась меня расспросить. И это несмотря на то, что она наверняка знает, что я делал…

Возможно, именно из-за того, что она делала вид, будто всё осталось так же, как было раньше, я не мог не задать ей вопрос:

— Ты правда не собираешься ни о чём меня спрашивать?..

— Хочу, если ты хочешь, чтобы я спросила, — сказала она с любезной улыбкой.

— Нет, нет…, — неуверенно возразил я.

— Ты ведь, пытаешься что-то для себя решить?

А пытаюсь ли?

Нет… Мне ясно, что я должен сделать. Я уже всё решил. Я спасу Виену и остальных Ксеносов.

Это решено. Я доверю свою силу Лидо и остальным Ксеносам, оказавшимся в подобном положении, даже если тем самым наживу себе больше врагов.

Даже если люди, которых я знаю, вроде Лая, меня за это возненавидят.

Дело не в том, что я не могу решиться… я в ужасе от того, что могу остаться совершенно один.

— Что-то очень сильно тебя беспокоит… Знаешь, лучше не держать всё в себе! — сказала Силь.

— …

— У тебя ведь есть семья, так, Белл?

От её слов меня кинуло в дрожь. Меня не беспокоит, что станет со мной. Я напуган, и наверняка буду дрожать, когда придёт время, но для себя я всё решил. Не важно, если люди будут бросать в меня камни. Я это приму.

Но члены моей семьи… совершенно другое дело.

Прежде чем боженька и я вышли из дома, я стоял у двери, и слушал её разговор с Микото и остальными. Из-за меня люди разочаровались и в них.

Казалось, сердце сейчас разорвётся.

Я не жалею о своём решении. И не должен. Я это понимаю, но всё равно сам себя осуждаю.

Я ощущал это, когда встретился с Айз и когда увидел Лю. Я…

— …Я боюсь спрашивать, — выпалил я, не в силах удержать в себе свои мысли. — Я поступил так, как мне хотелось, и это принесло всем очень много проблем… Я боюсь узнать, что Вельф и остальные обо мне думают…

Когда я выпалил это жалкое признание, во мне появилось желание просто исчезнуть.

Я будто с головой погрузился в отвращение к себе. Силь потянулась, и взяла мою голову ладонями с двух сторон.

— А?

— Прошу прощения.

Я погрузился в такое безразличие, что позволил ей делать то, что она собралась делать, не сопротивляясь.

Она опустила мою голову на свои колени.

— Эм… чего?..

— Это за то, что ты позволил мне устроиться у тебя на коленях в прошлый раз.

Забыв обо всех своих тяжёлых мыслях, я запаниковал и попытался вскочить. Рука на моём лбу удержала меня на месте.

[[image:/storage/reader-images/c8af71cade197091f66f8767fab076d270f262f7.png]]
От ощущения её мягких ног мои щёки тут же покраснели.

— Позволил?! В тот раз ты меня заставила!.. — сказал я.

— Хе-хе… Так дело было? Ну, тогда заставляю тебя и сейчас, — тихонько сказала она игривым тоном.

Её пальцы начали пробегать по моим волосам.

— Не бойся. Не теряй своего пути. Может на нём ты что-то потеряешь, но что-то и приобретёшь.

Её тон был нежен, но твёрд, поэтому я перестал брыкаться.

Я повернул голову и увидел, что Силь улыбается, глядя на меня. В её глазах было такое же умиление, как когда он смотрела на спящих детей из приюта.

Перевернувшись на спину и подняв колено я посмотрел ей в глаза. Спустя какое-то время она опустила на мои глаза руку.

— Мне… мне нравится, что ты всегда продолжаешь бежать, — сказала она со вздохом. Её голос превратился в едва различимый шёпот.

— Что?

Когда я сдвинул её руку со своих глаз, я увидел, что она улыбается, а её щёки слегка покраснели.

— …Я имела в виду, что ты нравишься мне таким, какой ты обычно!

Её улыбка меня взбодрила, она будто говорила мне не беспокоиться.

Я поднялся с коленей Силь и огляделся. К своему удивлению я осознал, что её улыбка, такая же, как и всегда, принесла мне облегчение.

— …В последнее время ты очень меня поддерживаешь.

Она хихикнула.

— Может в следующий раз мне взять тебя на ручки?

— Нет, спасибо!

Я покраснел и слабо улыбнулся в ответ на её дразнящий тон.

Небо было покрыто тёмными облаками, но на моём сердце стало чуть светлее.

[[image:/storage/reader-images/5f074c9351e5fc764c9e4b55bd0c5504e56fcc6a.jpg]]
— Вот поэтому я и пытаюсь вам сказать, что вы должны убраться с Дедаловой Улицы и поскорее! Сколько мне ещё повторять? Почему я должен был приходить сюда лично?!

В отличии от кричащего, брызжущего слюной и потного главы Гильдии Роймана Мардила, Финн Деймне, капитан Паствы Локи, остался непоколебимо спокоен:

— Если мы уйдём, какую Паству вы назначите на защиту?

— Паству Ганеши, очевидно! Такова божественная воля Всевышнего Урана!

— Я слышал, из-за полученных во время миссии травм Паства Ганеша не может работать в полную силу.

— И всё равно они лучше, чем вы, плуты, на которых даже положиться нельзя! Нарушаете установленный порядок и делаете, что вам вздумается… Неслыханно!

Ройман и Финн разговаривали поодаль от Дедаловой Улицы. Они стояли на одном из участков Главной Улицы, которая была разрушена битвой с монстрами, прошедшей четыре дня назад. Их окружали работники Гильдии, которые работали над восстановлением, а члены Паствы Локи патрулировали район.

Стоя рядом с обломками разрушенной воивром стены, пухлый гильдийский эльф накинулся на главу-полурослика.

— Давайте закончим препираться, ладно? — сказал Финн, направив взгляд синих глаз на Роймана. — Вы в Гильдии так сильно беспокоитесь о входе в Подземелье находящемся неподалёку, не так ли? — продолжил он.

— !..

— Мы узнали кое-что из верещаний бога Икелоса, когда сопровождали его в Гильдию. Помимо прочего он обмолвился о Кноссе, — Финн заметно сбавил голос, произнося слово «Кносс».

Именно Паства Локи поймала божество Паствы Икелоса, ныне изгнанного из города. Божество отвечало на их вопросы с ехидной ухмылкой.

— Я могу понять, почему вам хочется монополизировать знания о Кноссе и пресечь утечки, но мне кажется вы должны понять. Другие Паствы уже заподозрили о его существовании. Они предполагают, что Дедалова Улица как-то связана с Подземельем.

Финн продолжил говорить, у Роймана будто пересохло в горле.

— Ройман, прошу вас отложить собственные интересы на второй план. Эти монстры победили Паству Ганеша. Кто сможет удержать их здесь, если они начнут прорываться в город?

— …Вы сами их упустили, если я не ошибаюсь. Если бы этого не случилось, сейчас всё было бы по-другому!..

— Нам нет оправданий, но в следующий раз мы их уничтожим. Сейчас мы знаем о силе врага.

Финн пожал плечами, а потом, будто желая сменить тему, заговорил о другом:

— Ключ к Кноссу о котором говорил Икелос… Если мы его найдём, то передадим вам.

— !

— Но взамен я хочу разрешение на продолжение работы. Мы тоже хотим разобраться с монстрами как можно быстрее, чтобы горожане перестали жить в страхе.

Ройман смотрел на Финна, будто взвешивая «за» и «против», спустя несколько секунд он, наконец, произнёс:

— Вы продвинулись в исследовании того подземелья, о котором мы говорим?

— Да. Гарет и Тиона нашли способ прорыть адамантитовые стены и попасть внутрь, но орихалковые двери блокируют дальнюю сторону зала, который они нашли, и через дверь они пробиться не смогли. Уничтожение сделанных из адамантита вещей занимает время… и мы решили, что не стоит уничтожать что-то, пока мы не знаем, что скрыто в Кноссе. В конце концов, это может привести к проблемам на поверхности.

— …Нам нужна вся информация о Кноссе. Коридоры, которые вы нашли, расположение орихалковых дверей… вы можете обещать, что доложите обо всём, что узнаете?

— Могу, — ответил Финн.

Ройман, вступивший в переговоры, после слов Финна подождал несколько секунд и кивнул.

— Хорошо, я принимаю ваши условия. Я доложу Урану… Но! Даже не думайте меня обмануть! Я вас, проходимцев, в считанные секунды лишу всех привилегий, если узнаю, что вы вздумаете что-нибудь выкинуть!!!

— Я это понимаю, — ответил Финн, едва сдерживая улыбку.

Глава Гильдии фыркнул и вернулся к своим телохранителям.

Мгновение спустя Риверия оказалась рядом с Финном. Высшая эльфийка и его заместитель пришла, чтобы уточнить приказы членам Паствы.

— Фух… судя по всему, он нисколько не изменился.

— Ха! Пусть я и не доверяю Ройману, отдаю ему должное. Договариваться он умеет, это понять не трудно.

Риверия вздохнула, смотря в спину неприятному представителю своего вида. Выслушав мнение Финна, она ответила ему вопросом:

— Ты уверен? Одно дело передать знания о Кноссе, но ты обещал также отдать ему ключ.

— Бог Икелос говорил, что их несколько. Если оставим один у себя, всё будет нормально, — сказал Финн, будто предвидев такой поворот переговоров.

— Ты говорил, что Гильдия преследует свои цели, но полагаться на их содействие мы хотя бы можем?

— Как мне кажется, мы можем положиться на Роймана. Но, как и со всеми назначенными миссиями, у меня предчувствие, что всё это как-то сомнительно. Мне не кажется, что у нас достаточно причин, чтобы целиком и полностью доверять Гильдии. Гильдия не единственная организация, — добавил он, лизнув большой палец правой руки. — Кстати, Риверия, что делает Паства Фреи?

— Похоже они взяли на себя обязанность городских охранников. Они объясняют это отчаянным положением в городе, что вполне логично… Но мне, кажется, что они просто наблюдают и ждут, а это совсем на них не похоже. Они говорят, что вмешиваться сейчас не собираются.

Пока Финн и Риверия обсуждали Паству Фреи, другую крупнейшую Паству Орарио, к ним подошла девушка с золотыми волосами и глазами.

— Отлично справилась с патрулированием, Айз.

— Спасибо…

— Заметила что-нибудь необычное?

— …Он, Белл, пришёл на Улицу Дедала.

Услышав об этом, Финн прищурил синие глаза.

— Показался, значит?

Риверия, смотревшая на Айз краем глаза задала вопрос, который был у той на уме:

— Финн… Ты подозреваешь Белла Кранелла?

— Уверен в этом инциденте он ключевая фигура. Авантюрист, который нам противостоял не был Беллом Кранеллом, которого я знаю, — ответил Финн смотря в направлении улицы, на которой он и Белл Кранелл оказались лицом к лицу. — Всевышний Икелос сказал, что они отлавливают монстров и переправляют их «любителям монстров», но так ли это на самом деле? Вооружённые монстры, не обделённые интеллектом, все они принадлежат к особым подрасам, как тот чёрный минотавр… Разве не заметно, что что-то в них необычно?

Финн помнил, как улыбался Икелос, прежде чем его передали Гильдии. Он не врал, но и мог не сказать всей правды.

Стоящая за спиной Финна Айз что-то тоже вспомнила. Дрожь пробежала по её плечу.

— Вооружённые монстры чем-то необычны… и, если Белл Кранелл вёл себя так, потому что что-то знал, события того дня обретают смысл. К тому же, это означает, что у него не было другого выбора, кроме как бросить нам вызов, — сказал Финн.

Он заметил, что Айз притихла и сухо усмехнулся:

— Айз, я не стал бы называть Белла Кранелла врагом, не выслушав историю, какой знает её он. Так я говорю, что я в него верю. Как в человека и как в авантюриста.

— …

— Но положение сейчас не из лучших. Мне нужно знать наверняка… друг он нам, или может стать врагом.

Произнеся слова, подобающие командиру Паствы, Финн бросил взгляд на Улицу Дедала.

— Риверия, оставляю командование в твоих руках. Я должен кое-что сделать лично.

— Почему лично?

— Потому что не хочу поднимать лишней шумихи. Айз, Белл Кранелл пришёл на Дедалову Улицу один?

— …Нет, со своей богиней.

— Понятно. Не могла бы ты сказать, где его видела? Я собираюсь встретиться с Беллом Кранеллом.

Айз и Риверия бросили на него удивлённые взгляды.

----------

Расходящиеся нити, содержательные планы

[[image:/storage/reader-images/49fc6b03d9d68f3330c5771133a012bee4a2d66f.png]]
(примечание переводчика, Виена теперь не «воивр», а «вуивра», поток сознания на тему "зачем" и "почему" отпишу в послесловии и не забывайте про информацию о новых главах по #Кристычнапереводе)

Попрощавшись с Силь, я отправился к тому месту, в котором расстался с боженькой.

И снова, проходя по улицам, я ощущал со всех сторон враждебность. Силь меня подбодрила, но к подобному отношению я вряд ли привыкну.

Я шёл вперёд, уткнувшись глазами в землю.

— Белл Кранелл.

Кто-то позвал меня по имени. Меня постоянно кто-то поносил, но в этот раз голос попытался меня остановить. Я повернулся и с удивлением увидел…

— !!! Финн?..

…полурослика с золотыми волосами.

На меня смотрел вооружённый длинным копьём и одетый в броню командир Паствы Локи.

— Только кинжал для самозащиты, да?.. Ты довольно легко вооружён, для опасной Улицы Дедала.

Моё сердце замерло от такого комментария, он улыбнулся, прищурив синие глаза.

На мне совсем не было брони, потому что знал, что Ксеносы опасности не представляют. Но другие авантюристы этого не понимают. Наверняка я показался Финну очень беспечным, хотелось бы мне знать, что он обо мне подумал.

Дело было не в том, что у меня не было времени на подготовку, я просто сглупил. Я проклял свою глупость, но Финн продолжил говорить будто ни в чём не бывало:

— Я смотрю, ты один. Я этому рад, потому что хотел пообщаться наедине.

Я, вместе с полулюдьми, которым удалось застать нашу встречу, удивлённо уставились на Финна.

А в следующее мгновенье полулюди одарили меня странными взглядами. Кое-кто даже бросил неодобрительный взгляд на Финна, но полурослик мне улыбался.

Разве… разве не странно, что мне так не по себе от неожиданно дружелюбной улыбки?

— Что скажешь?

— …Ну, эм, ладно, — ответил я голосом, прозвучавшим гораздо выше, чем мне бы хотелось.

При взгляде в его синие глаза я ощутил, что ответ «нет» попросту невозможен.

Я последовал за полуросликом, он искал место, в котором прохожие нас не побеспокоят. Наконец мы оказались в глухом переулке, который использовался в качестве хранилища для деревянных ящиков и бочек.

— …

Мы уже разговаривали наедине. Но в тот раз полурослик-генерал просил меня передать предложение брака, сейчас всё совсем по-другому.

С чего бы ему говорить с человеком, который отнёсся к нему, как к врагу?

Будто прочитав мои мысли, Финн повернулся ко мне лицом.

— Я собираюсь закрыть глаза на то, что ты сделал. Самое важное сейчас это разрешить сложившуюся ситуацию. Я надеюсь на плодотворную беседу, — сказал он, посмотрев мне в глаза.

— Плодотворную?..

— Да. Ты знаешь что-то о тех вооружённых монстрах, чего не знаем мы, не так ли? Я даже предполагаю, что тебе известно всё о случившемся несколько дней назад инциденте.

Только что, будто бы кончик его копья пронзил моё сердце.

Финн Деймне, Храбрец. Помимо выдающихся боевых способностей он известен своими лидерскими качествами, которые позволяют ему справляться с самыми неожиданными ситуациями в глубинах Подземелья, то есть — у него острый ум.

Что он успел понять? Что он знает, и что хочет от меня узнать? Он враг или, возможно, союзник?

Сердце билось так сильно, что не давало мне мыслить здраво. Покраснев, я уставился на него.

— Я признаю, что случившееся в тот день могло быть вызвано недопониманием. Если мы поделимся информацией, возможно всё пойдёт по-другому.

Я потёр правой рукой грудь. Финн прав, возможно есть более разумный выход из положения. Если я расскажу членам Паствы Локи всё что случилось, возможно исход тоже изменится.

В то мгновенье, когда я решил спасти Виену, моё тело двигалось само по себе. «Инстинктивно» будет единственным подходящим словом.

Только вот, кто бы что не говорил, наверняка именно Финн пригвоздил её копьём к земле.

Безжалостно, не вслушиваясь в мольбы о помощи.

Когда я увидел взгляд его синих глаз с той крыши после броска копья, я тут же понял, что никаких переговоров не будет.

Как командир Паствы Финн мыслит по-другому. Он куда больший реалист, чем Лили, он может отвлечённо подумать о сложившейся обстановке и вынести решение, не позволяя личным чувствам стать на пути. Он взвесит все возможные варианты беспристрастно и безжалостно.

Если бы в его интересах было пожертвовать мной ради чего-то большего, он бы пожертвовал мной не раздумывая.

— К тому же, сейчас всё по-другому, — сказал Финн.

Он прав. Сейчас всё по-другому.

Нет буйствующей Виены. Нет нависшей над обычными горожанами угрозы. У нас нет причин противостоять друг другу. На остальную Паству Локи сейчас можно не обращать внимания, если только Финн сможет доказать мне, что он способен понять Ксеносов…

Я начал осознавать, что Финн направляет этот разговор. И, всё же, я ему доверяю, поэтому начал сомневаться, не стоит ли мне рассказать ему о Ксеносах открыто.

— Белл Кранелл, если что-то знаешь, я хочу, чтобы ты мне рассказал.

— Я, эм…

Если бы я мог заручиться его поддержкой… может рассказать ему не такая уж плохая мысль?

Мои губы распахнулись, я собирался заговорить… но нас неожиданно прервали.

— Ого, Белл! Вот это совпадение!

— !

Бодрый голос раздался в глухой аллее.

— Всевышний Гермес?..

— Да, это я, Гермес. А ты чего забыл в такой глуши? Потерялся, может? Или, может, юный Белл Кранелл тоже пришёл на Дедалову Улицу собрать информацию?

Одетый в свой обычный дорожный плащ Гермес приблизился к нам пружинистыми шагами.

— Хо-хо, Храбрец. Вы двое что-то обсуждали? — сказало божество, заметив Финна, скрытого в моей тени.

— …Вовсе нет, мы только что закончили разговор, Всевышний Гермес, — ответил Финн, рассматривая лицо улыбающегося божества.

Спустя секунду он вздохнул, будто признав поражение.

Я покраснел, когда он проходил мимо меня. Уходя, он бросил на меня взгляд:

— Белл Кранелл. У тебя есть ключ?

— ?..

Поначалу я не понял, о чём спросил Финн, но мгновенье спустя вздрогнул от удивления.

Ключ… он про Сферу Кносса?

Воспоминания о магическом предмете мелькнуло в моих мыслях. Я подумал о глазе с нанесённой на него буквой D, которого прямо сейчас у меня нет и напрягся. Финн мне улыбнулся.

— Раз ты ничего не знаешь, ну и ладно. Забудь что я сказал, — бросил он на выходе с переулка.

Я посмотрел, как он исчезает в суматохе улицы, и повернулся к Гермесу:

— Всевышний Гермес, что вы здесь?..

— Белл.

Не успел я закончить вопрос, как он положил руку на моё плечо и приблизился лицом к моему лицу.

— Будет лучше не говорить Пастве Локи о Ксеносах.

— !

Я удивился, как только слово Ксеносы слетело с его губ, а потом ещё и данному им совету. Он тихо продолжил:

— Или, точнее будет сказать, для них не будет разницы, что ты расскажешь. Даже если они будут знать, что Ксеносы разумны, Паства Локи всё равно решит их истребить.

— !..

— Даже если они попросят тебя о помощи в переговорах, я так думаю, они просто попытаются тебя использовать.

Он продолжил совершенно серьёзным тоном и с серьёзным выражением на лице:

— На эту тему тебе не стоит говорить ни с кем из Паствы Локи, которой командует Храбрец. В этом совете я уверен наверняка.

Я сглотнул, услышав заявление бога.

Сказав то, что он должен был сказать, он улыбнулся и отступил.

— Знаешь, я и сам вовлечён в случай с Ксеносами, по просьбе Урана, — сказал Гермес.

— !.. По просьбе Урана?

— Да. Пытаюсь отследить, куда они пропали.

Моё удивление невозможно было описать. Гермес выложил передо мной все карты.

— Асфи и остальные пока не смогли их найти, я слышал, что их замечали в канализации. Вместе с падшим Мудрецом, но ты и так это знаешь.

Падший Мудрец… Выходит, Всевышний Гермес и о Фелсе знает? Я решил, что он пытается поделиться со мной информацией.

— Но, когда?..

— Довольно давно. Думаю, я узнал о Ксеносах до того, как это сделал ты. Всё это время мы действовали скрытно.

— Тогда… Что ваша Паства сделала, когда узнала о говорящих монстрах?

— Думаю ты и сам понимаешь, что многие были потрясены. Но сейчас они считают Ксеносов частью своей работы. Профессионалы остаются нейтральными, слово клиента закон. И они соблюдают этот закон, потому что их глава — вот этот парень.

Стоя перед глупо улыбающимся Гермесом, я представил раздражённо вздохнувшую Асфи. Не мог не улыбнуться.

— Мы работаем независимо, но можешь считать нас союзниками, — сказало улыбающееся божество, подмигнув.

При слове союзники я ощутил громадное облегчение. Подозреваю, это признак того, как сильно меня загнали в угол…

— Эй, Бееееелл!

Окрикнула меня боженька.

— Ты чего в этом тупике забыл? Ты не возвращался, и я решила тебя поискать. Всё в порядке?

— Эм… Прости, Всевышняя. Я в порядке.

— Какое облегчение. Я беспокоилась… а Гермес что тут забыл?

Вздохнув с облегчением, боженька подошла к нам и вопросительно уставилась на Гермеса.

— Ха-ха-ха! Мне так жаль, Гестия, я просто увлёк малыша Белла разговором, — Он посмеялся и отшутился. — Что же, передаю тебе роль его хранителя. Обезопась его, Гестия! — сказал он, направившись к выходу из переулка.

— …Белл, о чём вы говорили с Гермесом?

— Что же…

Когда я всё ей рассказал, боженька потёрла подбородок:

— Я слышала, что Гермес и его Паства получили запрос от Урана, но…

— Что, правда?

— Да. Наверное, они тоже пытаются помочь Ксеносам…

Слова боженьки оборвались, когда она посмотрела в сторону, в которой исчез Гермес. Она подозрительно отнеслась к тому, что Гермес даже не подумал с ней переговорить. Я проследил за её взглядом.

Пока мы стояли, капля воды упала на моё плечо.

Мгновение спустя одеяло облаков накрыло город звуками дождя.

Капли падали, каждая в назначенное ей место, меняя форму после падения.

[[image:/storage/reader-images/3e420465eb5f784e1972ee3d47d1134e113f5111.jpg]]
— Гах… снова дождь.

Верфольф Бете фыркнул и замотал головой, скидывая капли дождя.

— Если бы после того дня не было дождливо, зверолюди уже нашли бы монстров по запаху, — сказала амазонка Тионэ.

— Чёртов дождь все запахи сбил… вот дерьмо, — ответил Бете.

— Вервольфы всегда бесполезны, когда сильнее всего в них нуждаешься.

— Мы лучше амазонок, которые вообще никогда пользы не приносят.

— Что ты сказал? — хором произнесли два голоса.

Разбив лагерь в Районе-Лабиринте, члены Паствы Локи сделали перерыв в поисках, когда начался дождь. Лидеры Паствы встретились.

Дварф Гарет вздохнул, отведя взгляд от Тионэ и Бете, уставившихся друг на друга с нескрываемой злобой. Сидящая рядом с ними сестра Тионэ, Тиона, лежала на каменной мостовой, раскинув руки и ноги в стороны, размокая под дождём.

— Что с тобой, Тиона? Выдохлась, что ли?

— Я не выдохлась, просто руки и ноги жутко болят после долбёжки в адамантитовые стены. Стоило нам пройти одну стену, как Финн приказывал долбить другую! Финн настоящий эксплуататор.

— В таком уж положении мы оказались. Смирись, — парировал Финн. Он вернулся в лагерь как раз к тому моменту, как Тиона махая рукой на него жаловалась.

— Как прошла встреча, Финн? Ты смог поговорить с Беллом Кранеллом? — спросила ожидавшая его Риверия.

— Да. Мы встретились, но нас прервали, не дав закончить разговор, — ответил он, входя в установленный тент. — Он бы всё равно ничего не сказал, но я почти уверен, что он что-то скрывает. Он знал о Кноссе, хоть ключа у него и нет.

Короткие переговоры закончились неудачно, но Финн тщательно присмотрелся к Беллу и теперь мог говорить вполне уверенно. В отличии от являющегося новичком командира Паствы Гестии, полурослик вынес из этого разговора немало информации.

— Он безусловно в эпицентре событий, — добавил Финн, обращаясь к лидерам Паствы, собравшимся под навесом.

— …

Золотоволосая и золотоглазая Принцесса Меча Айз ответила молчанием на слова командира.

— То есть… — заговорила Риверия.

— Да, — кивнул Финн, обведя присутствующих взглядом, — как и было запланировано, устанавливаем слежку за Беллом Кранеллом.

— Ксеносы и Кносс…

За окнами лил дождь. Амазонка Айша отвела взгляд от окна, вернув его в комнату.

— Это именно то, что стало причиной событий случившихся четыре дня назад? — спросила эльфийка Лю.

— Да, именно, — ответила Асфи, её волосы цвета морской волны затрепыхались от активных кивков.

Трое девушек стояли одни перед пристройкой к «Щедрой Хозяйке», являвшейся комнатой Лю. Асфи явилась вместе с Айшей и заявила, что они должны переговорить с Лю. Поскольку посетителей не было, Лю спросила разрешения у Мии и повела их в комнату, в которой они сейчас и расположились. Асфи начала рассказ с пересказа событий, на восемнадцатом этаже, которые и привели к аномалии.

— У тебя такие жуткие мешки под глазами… Ты в порядке? — спросила Айша, поражаясь необычно тёмным и огромным синякам.

— …Всё хорошо. Просто одно эгоистичное божество все соки из меня выжимает. Даже сейчас! Не беспокойся, Айша, ты привыкнешь, — ответила Асфи, жуткая безразличная улыбка исказила её прекрасное лицо. Повисло нелёгкое молчание, Айша слегка отпрянула.

Лю наблюдала за разговором со стороны.

— Почему ты рассказываешь нам об этом сейчас? — спросила она, мрачно пытаясь перевести Асфи на то, зачем её позвали.

— Гермес снова требует невозможного… Кхем, как бы там ни было, он желает мирного разрешения сложившейся ситуации, но ему недостаёт людей. Он просит твоей помощи.

— Почему было не рассказать нам обо всём в прошлый раз? — спросила Айша со смесью отвращения и недовольства. Асфи ответила прямолинейно и честно:

— Он решил, что информация, касающаяся Ксеносов, в прошлый раз не принесла бы пользы. Тогда монстры впали в ярость и даже наш клиент не мог их контролировать и не понимал, что происходит. Пусть стычка и была неизбежна, ему не хотелось, чтобы кто-то мог быть убит, зная о разумности этих созданий. Что же до Кносса… мы узнали о его существовании только после инцидента.

В конце концов, второй проход в Подземелье был следствием одержимости Дедала.

Асфи начала больше рассказывать о Кноссе, Айша и Лю молча её слушали. Они были шокированы новостью о том, что существуют говорящие и разумные монстры. Айша, впрочем, выразила свои чувства честно. Она придерживалась тех же взглядов, что и многие люди.

— …Эти Ксеносы, или как вы их там называете? Может они говорят, может они разумны, но я понятия не имею, зачем кому-нибудь спасать монстра. Они не из тех существ, которым хочется сопереживать… особенно те, кто похож на чёрных минотавров, — с вызовом в голосе бросила она.

Амазонка потёрла левую руку и рёбра. Хоть они уже восстановились, в бою кости её руки и рёбра были сломаны. Она прищурила глаза. В них не было ужаса перед жутким чёрным монстром, который её победил, лишь гнев и чувство стыда.

— …Пока того желает наш клиент и источник информации, мы будем помогать Ксеносам. Раз ты стала членом Паствы Всевышнего Гермеса, смирись и прими это как должное.

— Я не слишком быстро привыкаю, знаешь ли, если мне что-то не нравится, я могу взять и бросить. Кстати, что за «клиент», о котором ты постоянно твердишь?

— Могу лишь сказать, что он является частью Гильдии, — ответила Асфи возмутившейся Айше. Закрыв глаза и ощущая мигрень от того, что пришлось поднимать эту тему, она добавила: — Кстати, насчёт монстров, о которых мы говорим… Белл Кранелл также проявил к ним сочувствие.

— …А, теперь понятно, — сказала Айша, покручивая длинные чёрные волосы. Прозвучавшее имя Белла заставило в её голове всё сложиться в единую картину. Ей стало ясно, почему он бросил ударную группу и как появился на Улице Дедала.

— Поняла. Сделаю, как ты скажешь, — вздохнув, добавила амазонка. Она считала, что её долг парню до сих пор не уплачен.

Асфи подошла ближе к Лю, погружённой в молчаливые размышления.

— Лайон, для тебя у меня тоже есть предложение.

— …

— Если будешь с нами сотрудничать, мы передадим тебе информацию об остатках Злодеев.

— !

— Похоже, последние из подонков ещё скрываются в Кноссе. Как только ситуация с Ксеносами разрешится, мы обыщем Подземелье и соберём нужные тебе данные.

— …Вы действительно на это пойдёте?

— Рано или поздно Всевышний Гермес прикажет провести дознание. В этом я могу тебя уверить, — ответила Асфи, одним пальцем поправляя дужку серебряной оправы очков.

Лю обдумала предложение и кивнула. Она доверилась Персею.

Асфи посмотрела на Лю и Айшу.

— Подробные инструкции я передам в скором времени. А сейчас, ждите.

— …Да, точно, я Ганеша!

Божество в маске слона приняло странную героическую позу, сделав громогласное заявление.

— Я это знаю, Ганеша, — ответила Шакти Варма.

По её ответу было ясно, что она привыкла к эксцентричному поведению божества. Красавица с волосами цвета индиго сидела на кровати в комнате дома Паствы Ганеша, также известного как «Я Ганеша». Она приняла корзинку фруктов из рук картинно преподнесшего её бога и поставила её на прикроватный столик.

— Как ты себя чувствуешь, Шакти?! Я пришёл тебя проведать!

— Уже восстановилась. Думаю, вы об этом знаете, Ганеша.

Всё время после битвы на восемнадцатом этаже Шакти провела в этой комнате. Она была ранена в том бою и пыталась восстановиться.

Точнее, так она говорила остальным.

— Двигаться я могу. Но я не могу понять, почему вы держите меня в этой комнате последние дни?

— Потому что последние дни ты только и делала, что работала! Я не хочу, чтобы люди думали, что моя Паства какой-нибудь трудовой лагерь. Поэтому я счёл, что тебе нужно больше времени на восстано…

— Ганеша, — сказала Шакти, прерывая поток слов божества.

Услышав голос командира своей Паствы, Ганеша отбросил шутливость.

— …Мне показалось, что тебе нужно какое-то время, чтобы всё обдумать. После того как я рассказал тебе о Ксеносах, — сказал он.

Шакти была одной из нескольких членов Паствы, которым он рассказал о Ксеносах. Когда Гильдия приказала приручать монстров на восемнадцатом этаже, она повиновалась только потому, что такова была воля её бога.

Ганеша сел на стул и посмотрел Шакти в глаза:

— Прости.

Он положил руки на колени и поклонился.

— Я попросил слишком много, и моя просьба стала для тебя тяжёлой ношей.

Шакти покачала головой:

— Ганеша, не извиняйтесь. Это мы не справились. Мы не смогли остановить монстров, когда он вышли из-под контроля.

Ганеша поднял голову и посмотрел на Шакти из-под своей маски.

— Что ты ощутила, когда боролась с Ксеносами?

— …Жгучую злобу и сочувствие, — честно ответила Шакти, смотря Ганеше в глаза. — Когда я услышала, что Паства Икелоса ловит монстров и продаёт их, я осознала, осознала, почему я испытывала к ним сочувствие, когда пыталась приручить.

— …

— Эти монстры способны впадать в ярость, когда нечто подобное делают с их сородичами… прямо как мы, как люди.

Возможно, опыт, который она приобрела будучи укротителем, позволил ей понять чувства монстров и проникнуться к ним симпатией.

Шакти посмотрела в окно, на капли дождя.

— Ганеша, вы были правы, мне действительно нужно было время, чтобы всё обдумать. Сейчас я потрясена. Потрясена существованием этих монстров. Я потрясена потому, что узнав об этих монстрах, Ильта и её группа могут растеряться в бою… момент промедления может стоит моим друзьям жизни… это меня пугает.

Она приняла дружелюбный настрой Ганеши по отношению к Ксеносам, но, помимо этого, она была напугана. И у неё было право бояться.

Стоит ли им сейчас спасать Ксеносов, или их бросить?

Если бы выбор стоял перед ней прямо сейчас, она, разумеется, выбрала бы последнее. Её нельзя было обвинить в глупости.

Ганеша молча наблюдал, как меняется выражение на лице командира его Паствы, и опустил взгляд. После он проговорил:

— Путь к Нео Ганеше, божеству людей и монстров сложен.

— …О чём это вы?

Серьёзность разговора была оборвана одной единственной фразой, которую Шакти раньше никогда не слышала. Он посмотрела на своего бога, будто пробудившись ото сна.

Он принял решение, продолжив непоколебимым голосом:

— Я всё ещё Ганеша, бог всех людей.

Глаза Шакти округлились.

— Я сожалею что придётся так поступить с Ураном, но сейчас безопасность детей важнее всего.

— Ганеша…

— Мы больше не принимаем участия в поисках Ксеносов. Если между ними и авантюристами начнётся бой, мы будем защищать простых горожан. Мы защитим улыбки на лицах детей.

Ганеша поднялся со стула, подошёл к Шакти и посмотрел на неё сверху вниз, будто спрашивая, готова ли она идти. Она энергично кивнула и поднялась с кровати.

— Мы увеличим количество патрулей, чтобы покрыть весь город. Я присоединюсь к своим людям! Своим великолепным появлением я разрушу повисшую над городом мрачность! — заявил Ганеша.

— Нет, Ганеша, мы справимся и без вас. Ильта и её люди дома, так ведь?

— Да. Когда я отправлял их по комнатам, они гордо заявили, что снова готовы гоняться за Ксеносами! Тогда я им сказал: «Раз Шакти отдыхает, вам тоже положено!». И добавил, что, если они нарушат обещание, я снова затею магическую перестройку дома!

— Вот почему они так притихли…

Шакти и Ганеша покинули комнату дома Паствы, построенного в форме гиганта в маске слона. Убедившись, что присутствуют все ключевые члены Паствы, включая авантюристов первого ранга, вроде Ильты, они начали обсуждать свои следующие шаги.

Неожиданно Ганеша остановился, выглянув в окно:

— Меня заботит, как остальные боги и богини приняли то, что случилось.

— Думаете другие боги знают о Ксеносах?

Миах повернулся спиной к окну, за которым шёл дождь, обращаясь к Гефест и Такемиказучи.

Трое божеств собрались в оружейной лавке Паствы Гефест на Северо-западной главной улице. Предоставив сбор информации членам своих Паств, Миах и Такемиказучи пришли на встречу с Гефест в её офисе на третьем этаже.

— Возможно они уже заподозрили… не думаю, что они могли понять, что эти монстры обладают интеллектом. Впрочем, ощущение, что эти монстры необычны, у них должно было сложиться…

— Точнее, боги могут ожидать, что эти монстры чем-то отличаются…

Трое богов узнали о Виене ещё во время происходивших на прошлой неделе событий, от своей подруги Гестии. Теперь все трое задумчиво обсуждали случившееся.

— Что, если они узнают о Ксеносах?

— Надо бы подумать, кто сейчас в Орарио…

— Конечно, немногие божества так же упёрты, как Арес, но и не все продвинуты, как Гестия. Думаю, процентов двадцать проголосует за уничтожение Ксеносов, около десяти за защиту, а остальные просто будут искать развлечения, — сказал Миах.

Такемиказучи и Гефест продолжили хмуриться.

— Кто знает, что они сделают из своей личной жажды острых ощущений. Велика вероятность, что все выйдут из-под контроля. Возможно, будет лучше скрывать всё, что мы знаем о Ксеносах…

— Вот как… Хотите сказать, можно будет рассказать что-то только в крайнем случае?

Проблема заключалась в том, что очень немногие боги смогут принять Ксеносов, впрочем, и собравшиеся трое не могли назвать себя примерными богами в этом смысле.

— Чёрт, — потирая повязку на глазу произнесла Гефест. Стоящий рядом с ней Такемиказучи измотанно застонал, а Миах вздохнул.

— Ещё и Белл стал поводом для беспокойства. Так открыто броситься на защиту… Уверена, остальные боги заподозрили, что он что-то знает и уже наблюдают за ним, — обеспокоенно сказал Миах. Двое других божеств помрачнели.

— Наверное так…

— Положение не из лучших…

Красноволосая и красноглазая Гефест сдвинула пряди волос с лица.

— Буду с вами откровенна. Я сомневаюсь, что готова встать на сторону защитников Ксеносов, — сказала она, мгновенно изменив атмосферу в комнате.

— Эй, ты чего это?

— Признайте, я права. Я могу понять, почему Гестия не смогла оставить осиротевшего вуивру умирать, потому что знаю её очень хорошо. Но находящиеся на поверхности Ксеносы — это источник проблем. Прямо сейчас они не делают ничего, но вызывают тотальный хаос, не так ли?

— Но ведь…

— Да ладно, Такемиказучи, ты даже детям своим о Ксеносах не сказал, не так ли?

Такемиказучи удивлённо попытался возразить, но тут же замолчал.

Любая попытка рассказать о Ксеносах может внести смуту, особенно среди детей земли. Такемиказучи это знал, потому не мог рассказать правду Оуке и Чигусе.

Дети Гестии, принявшие присутствие Ксеносов, не похожи на других, и именно потому они оказались на краю обрыва.

— Честно говоря, я не думаю, что Ксеносы достойны спасения! — сказала Гефест, не скрывая своих чувств по поводу порождённых Подземельем аномальных монстров.

Миах, слушавший всё это закрыв глаза, наконец поднялся и посмотрел на своих собеседников:

— …Ммм. Полагаю, нам стоит прийти к какому-то заключению.

Он потряс волосами цвета морской волы, его тихий голос слился с шумом дождя:

— Мы решаем, что…

— Выходит, ты назначил Паству Локи, я правильно понял?

Строгий голос старшего божества раздался с алтаря.

При звуке этого голоса, скрючившийся на полу похожий на поросёнка силуэт вздрогнул.

— Д-да, сэр, так я и сделал! Я принял решение, что в данный момент они лучше подходят для защиты Улицы Дедала!

Звуки дождя не проникали в подземное помещение под Пантеоном. В Часовне Молитв, освещаемой только четырьмя факелами, сидящий неподвижно, будто статуя, Уран свысока смотрел на главу Гильдии Роймана, обливающегося потом у подножия алтаря.

— Я также взял с них обещание, что ни одна живая душа не узнает о Кноссе, а также они передадут нам всё, что о нём узнают! Храбрец держит слово! Всё под нашим непосредственным контролем!

— …Что ты скрыл от меня, Ройман?

Эльф попытался заговорить истинного хозяина Гильдии, но тот сразу раскусил Роймана:

— Это касается ключа?

— …Я-я совсем забыл сказать. Я приказал им передать ключ от Кносса Гильдии, если они его найдут…

Ройман покрылся холодным потом, но мрачность из голоса Урана никуда не исчезла:

— Убедись, что они доложат всё о Кноссе. Как только мы получим ключ, найдём способ организовать его обыск самостоятельно. Именно Гильдия, не отдельные авантюристы и Паствы должны надзирать за наследием Дедала.

— Да, сэр!

— Я закрою глаза на назначение Паствы Локи. Иди!

Дрожащий Ройман поднялся.

Когда он нетвёрдой походкой выходил из зала, божество с волосами цвета пламени спускалось по лестнице, ведущей на поверхность ему навстречу. Божество похлопало Роймана по плечу и разминулось с ним.

— А Ройман хитёр, да? — сказал Гермес, оказавшийся посреди Часовни Молитв.

— Жадности в нём хватит на десятерых, но он талантлив и его желание помочь развитию города можно назвать искренним, — слегка улыбнувшись ответил Уран.

— Выходит, Паства Локи остаётся на Улице Дедала? Ну, раз Фрея не выходит из Вавила, выбор Храбреца, чтобы отрезать Ксеносам возможный путь к бегству вполне очевиден.

— Да… и пока всё остаётся так, Ганеша, скорей всего, постарается защитить жизни обычных горожан, поставив это в приоритет, — сказал Уран. Хоть эти слова и не были произнесены громко, ему оставалось только принять перетасовки, случившиеся в расположении Паств.

Поскольку он глава Гильдии, попытка отдать приказ вынуждающий Паству Локи отступить с Улицы Дедала подорвёт к нему доверие. Урану нужно оставаться символом мира и покоя в городе, потому он не может отдать такой приказ.

Вдобавок, если вырвавшихся на поверхность монстров нужно уничтожить, более подходящей кандидатуры, чем Паства Локи, не найти.

— Что же, перейду к докладу о текущем положении вещей, раз уж ты предоставил мне честь разбираться со всем этим бедламом.

Гермес подошёл к центру алтаря, на котором как на троне восседал Уран ближе, и снял свою шляпу.

— Ксеносы передвигаются по городской канализации. Докладов очевидцев становится всё больше, но… благодаря назначенным наградам авантюристы предпочитают не собираться в слишком большие группы. Пожалуй, это единственное, в чём нам повезло.

— Что насчёт Ксеносов, отделившихся от Фелса?

— Ничего о них не знаю, даже число отделившихся. Некоторые могли быть уже пойманы авантюристами или нечистыми на руку богами.

Поскольку никто ни о чём не докладывал, узнать об этом наверняка было невозможно.

— Многие авантюристы натыкались на чёрного минотавра и собирались его убить, но терпели сокрушительное поражение… И даже сейчас, приходя в сознание они содрогаются, будто увидели кошмар наяву и замалчивают факты.

Вздохнув, Гермес поднял два пальца.

— Варианты Ксеносов ограничены.

Для побега требовалось две вещи. Первая, собрать всех отделившихся Ксеносов вместе. Вторая, они должны добраться до входа в Подземелье. Вторая была наиболее важной. Если Ксеносы и могут выжить, то только вернувшись в Подземелье.

Пути к Подземелью тоже два.

Первый — это центр города, Вавил, в котором расположена огромная яма ведущая в Подземелье. Второй — это Дедалова Улица, юго-западный район города, в котором расположен вход в Кносс.

— Если они отправятся в Центральный Парк, битва с авантюристами будет неизбежна… Кто знает, как поведёт себя Паства Фреи. Скорее всего, Фелс не станет пользоваться этим путём.

— Я пытался договориться с Фреей по-своему, но, как ты понимаешь, она не стала прислушиваться к тому, что я говорю.

Гермес вздохнул и улыбнулся, когда Уран упомянул сереброволосую богиню, оккупировавшую Вавил.

— В таком случае, Ксеносы, скорее всего, отправятся на Дедалову Улицу, туда, где у них есть хоть какое-то преимущество.

— Но Паства Локи перекрыла им путь к Кноссу.

Другими словами, если они попытаются использовать похожий на Подземелье запутанностью район города, возможно им удастся скрыться от надзора авантюристов. Но, даже если у них получится подойти незамеченными ко входу, там их будет ожидать Паства Локи.

— Я и раньше об этом знал, но ситуация очень серьёзная, — сказал Гермес, усмехнувшись.

— Что ты можешь рассказать мне о Кноссе? — спросил Уран, возвращая разговор в нужное русло.

— Согласно полученной от авантюристов Ривиры информации, напавшие на них на восемнадцатом этаже монстры появились на поверхности. Многие Паствы узнали о существовании второго входа в Подземелье.

— И на Дедаловой Улице собралось множество авантюристов?

— Да. Похоже, что некоторые самолично организовали поиски входа, но… Что же, район был построен самим Дедалом, неудивительно, что нашла вход только Паства Локи.

— Гермес, что насчёт твоей Паствы?..

— Мы уже провели своё расследование.

— !

Будто в доказательство божество достало небольшую книжку:

— Название простое, «Заметки Дедала».

Впервые за всё время у Урана округлились глаза.

— До того, как я позволил Пастве Локи поймать Икелоса, я заставил его выдать мне эту книжку. В ней нарисована карта Кносса, включая, разумеется, расположение всех входов.

— …

— Мои детки проверили нарисованную карту на достоверность. Они использовали Головы Аида и мешки-вонючки… Асфи очень жаловалась, что боялась за свою жизнь, проводя исследование в такой близости от Паствы Локи. Ударила даже.

Именно Гермес вытащил Икелоса из того места, в котором божество скрывалось. Он рассказал, что, прежде чем передать его в другие руки, он выдвинул ряд требований, одним из которых была передача «Заметок Дедала». За четыре дня с момента происшествия, его дети осмотрели местность вокруг Кносса по его приказу, оставаясь незамеченными Паствой Локи.

Объяснив, как ему удалось этого добиться, Гермес поднялся по алтарю к старшему богу. Он протянул Урану книжку:

— Оставляю её в твоих руках. Она тебе нужна, не так ли?

— …

Уран закрыл глаза, Гермес ухмыльнулся.

Пламя факелов треснуло. Старшее божество взяло древнюю книгу в руки и положило себе в карман.

Гермес улыбнулся шире и спустился с алтаря.

— Гермес… что ты собираешься делать дальше?

— Что же. Я говорил, меня волнует только Белл.

В этой самой комнате, несколько дней назад Гермес уже в этом признавался. Сейчас он придерживался своей собственной божественной воли. Ему казалось, что будет неправильно, если Белл лишится имени и положения, а потом сойдёт со сцены, потому что он, Гермес, поставил на этого парня всё. Если люди разочаруются в Белле и заклеймят его «врагом людей», это замедлит его движение по благородному пути.

Потому Гермес начал действовать за кулисами.

— Я приказал Асфи и остальным подготовить пару вещей. Остальное зависит только от того, как поведёт себя Белл…

Гермес был уверен, что Белл не сможет сидеть и ничего не делать. Он легонько посмеялся, будто уже видел, как что-то случится.

— Позволь задать тебе вопрос, Уран. Ксеносы и падший Мудрец, который их возглавляет… Как думаешь, что они будут делать дальше?

— …

Какое-то время Уран обдумывал, какие действия может предпринять слуга, которого он знает веками. После долгой паузы, он ответил:

— Скорее всего, Фелс попытается…

— Лидо, могу я одолжить у тебя немного крови? — спросил Фелс.

Даже в подземном коридоре маг в чёрной накидке слышал звуки дождя.

— Крови?

— Да. Если бы моё физическое состояние было другим, мне бы не пришлось, но…

— Ну да, ты же скелет.

— Не напоминай, — ответил маг, бросив на ящера взгляд. Острыми когтями Лидо сделал на своей руке надрез.

Фелс вытащил перьевую ручку из кармана и окунул её в текущую из раны кровь.

Когда кровь пропитала перо, оно стало красным, и из него полилась жидкость того же цвета, что и кровь.

— Это магический предмет? — спросил Лидо, с интересом наблюдая за действиями Фелса.

— Да, хоть и не я его изобрёл.

Фелс начал записывать что-то на клочке бумаги, предметом, позволявшим использовать кровь вместо чернил.

— Кто он нас отделился?

— Аруру, Хельга, Летт, Фия и Астерий… Фия была с нами, но крылья подвели её прямо в полёте, и она упала… Летт полетел за ней, — сказала сирена Рей, перечисляя имена аль-миража, адской гончей, гоблина в красном колпаке, гарпии и минотавра.

Она сидела на полу чуть поодаль от Лидо и Фелса и разговаривала с Виеной. Они были посреди канализационного тоннеля. Кроме стен над их головами виднелось нечто, напоминавшее давно забытый колодец со сломанными вёдрами и оборванными верёвками. Капли дождя залетали в тоннель через связанную с поверхностью дыру. Остальные Ксеносы отдыхали неподалёку.

— То есть… вы не знаете где Фия и остальные? — спросила вуивра, у которой перехватило дыхание.

— Нет. Мы обошли всю канализацию, и не нашли их запаха… наверное они прячутся где-то на поверхности, — ответил Грос.

Живот Виены заурчал.

— Я голодна…

— Это естественно. Последние несколько дней мы почти ничего не ели…

Остальные монстры также были голодны. То, что они отказались употреблять людей в пищу, означало, что они не могут утолить голод. Одетая в потерянную одним из бежавших авантюристов робу Виена потёрла живот.

Грос повернулся к одетому в чёрное магу, опасаясь, что они лишатся сил прежде, чем смогут встретиться с остальными Ксеносами.

— Фелс. Мы никуда не сбежим, если так пойдёт и дальше. Нам нужно… Эй, что ты делаешь?! — воскликнул он.

— Пишу письмо, — не переставая водить алым пером ответил Фелс.

Маг закончил писать, ничего не объясняя. К тому моменту, как письмо было готово, в старый колодец влетела тень, будто Фелс подгадал время заранее.

Лидо и остальные тут же встали в защитные стойки, но Фелс просто вытянул руку:

— Наконец ты смогла нас найти.

Сова, один из глаз которой заменял окулюс, приземлилась на вытянутую руку мага. Эта сова была его фамильяром.

— Если бы мой окулюс не был уничтожен в бою, я бы призвал тебя раньше…

Выразив свои сожаления по поводу схватки с Паствой Икелоса в Кноссе, Фелс привязал завершённое письмо к лапе совы.

— Фелс это письмо?..

Фелс кивнул в ответ Лидо и отпустил фамильяра. Сова расправила крылья и впорхнула в затянутое тучами небо.

— Нашей последней надежде.

[[image:/storage/reader-images/99b1e91fcaa2ff0a2e97d26ec3c79f2cfe25d33e.jpg]]
Дожди не ослабляли хватку, будто в Орарио начался сезон дождей. Впрочем, я сомневаюсь, что эти дожди могут смыть волнение и безнадёжность, воцарившуюся в городе.

Я выглянул в окно своей комнаты, рассматривая мокрые улицы под затянутым тучами небом.

— …

Хоть мы с боженькой и вернулись домой, я не мог избавиться от ощущения, что за мной наблюдают.

Когда я вышел из дома, то ощутил на себе множество взглядов. Поначалу, мне казалось, что это злобные взгляды горожан… но с моей чувствительностью за наблюдением, в голову начали закрадываться другие мысли.

Направленные на меня взгляды были лишены гнева или насмешек… может, простое наблюдение?

За мной следят? Если так, то слежка ведётся именно за мной? Или за всеми в Пастве Гестии наблюдают?

Раньше я держался в стороне от окна, чтобы оставаться незамеченным, но сейчас высунулся, чтобы осмотреться. За железной оградой нашего дома я заметил семенящий по улице силуэт.

— Агх.

Я отошёл от окна и вышел из комнаты. Надеюсь, я ошибся. Моё сердце выскакивало из груди, я отправился в комнату, в которой собрались боженька и остальные, чтобы сказать им, что я чувствую.

— ?..

Спускаясь по коридору, я увидел нечто неожиданное.

У окна, выходящего во двор, прямо посреди сада, будто ожидая пока её заметят, сидела сова.

Сова посмотрела на меня, когда я остановился, и я увидел, что одним из её глаз служил кристальный шар.

Повернувшись на каблуках, я бросился вниз по лестнице и, когда подошёл к сове, она порхнула прямо мне в руки.

— Что это такое?..

К её ноге было привязано письмо.

— Тайное послание Ксеносов…

По часам в гостиной было ясно, что скоро начнёт темнеть. Вся Паства Гестии собралась, чтобы прочесть письмо, которое я получил от фамильяра Фелса.

— Код очень сложно расшифровать, но… это точно письмо с просьбой о помощи от Фелса и Ксеносов.

Лили держала в руках словарь, принесённый из Библиотеки. Как она сказала, письмо было написано языком полулюдей и, на первый взгляд, казалось составленным неверно. Его можно было расшифровать только переставляя буквы в словах и сочетая слова из двух языков: полуросликов, первым словом из этого языка было «аномалия», и ренартов, первым словом которого было «глупец». Только те, кто знают природу Ксеносов и Фелса, смогли бы расшифровать этот код.

С напряжёнными лицами Лили, Вельф, Микото и Харухиме собрались вокруг стола читая письмо.

— «Мы попытаемся добраться до Улицы Дедала завтра ночью». Похоже, они оказались в бедственном положении… — сказал Вельф, впервые за долгое время вышедший из мастерской.

— Наверняка сейчас Улица Дедала… — начала говорить Харухиме, прижав руки к груди. Микото подтвердила её страхи:

— Да, Харихиме-сама. Переполнена авантюристами, вдобавок, там разбила лагерь Паства Локи.

Письмо, написанное красными чернилами, не расползлось от дождя и начиналось с извинений, после переходящих в описание ситуации, в которой оказались Фелс и Ксеносы, а также описывало их план по возвращению в Подземелье. Оно заканчивалось просьбой о помощи. В последних строках к нам обращались с просьбой помочь им возможными средствами.

Поначалу мы с Харухиме и Микото обрадовались, что Виена пришла в себя… но после чтения письма все затихли.

Мы уставились на лежащее на столе письмо.

— …Будто какой-нибудь злой бог приглашает нас на собственное уничтожение, — драматично пробормотала Лили. Впрочем, её слова нельзя назвать преувеличением.

Учитывая в каком положении сейчас Орарио, спасение Ксеносов обратит против нас все Паствы города.

Я ощутил, что в комнате воцарилась мрачность, грозившая разбить мне сердце.

Боженька нарушила тишину:

— А теперь давайте придём к заключению. Будем мы спасать Ксеносов или нет?

— !..

Она смотрела не на меня, а на Вельфа и остальных. Прежде чем кто-либо успел заговорит, я закричал:

— Всевышняя!.. Это то, что я сам должен сдела…

— Белл — это больше от тебя не зависит. Когда ты, наш командир, вступил в бой, это стало решением всей нашей Паствы. Хватит пустой болтовни.

У меня чуть сердце не остановилось, когда я услышал, что она критикует моё поведение с точки зрения главы Паствы.

Она перевела взгляд с застывшего на месте меня, и снова обратилась к Лили и остальным:

— Прошу вас всех сделать выбор. Станем мы союзниками Ксеносов и отшельниками? Или бросим их и вернёмся к своей обычной жизни?

Такой выбор встал передо мной, когда я оказался между Виеной и Паствой Локи, я был вынужден его сделать. Теперь к этому выбору боженька подталкивала остальных.

Я не хочу, чтобы им пришлось выбирать один из путей. Я искренне от всего сердца этого желаю.

Я стоял будто преступник, ожидающий вынесения приговора и воспоминания о моих действиях на Улице Дедала, наполнили меня чувством вины за тот проступок.

— Всевышняя Гестия, — сказал Вельф, поднимая руку, — могу я добавить третий вариант?

— И какой же?

— Мы тайно поможем тем ребятам вернуться в Подземелье. Тогда и отшельниками становиться не придётся.

Поначалу я был так поражён словами Вельфа, что даже не смог их понять.

Он ухмыльнулся, боженька тоже начала улыбаться, будто поняла о чём он говорит.

— Смотрите.

Вельф вытащил из ножен кинжал так, что его волосы подпрыгнули.

— Магический клинок. Ещё три в мастерской.

— А я-то думала, почему ты там целыми днями пропадаешь… — со вздохом сказала Лили. Она посмотрела на тёмно-синее лезвие, будто заранее знала о его существовании.

— Я знал, что нам придётся что-то предпринимать, и знал, что времени у нас не много. Ну, чтобы спасти Ксеносов… И да, я снова отбросил глупую гордость. Если у нас не будет подобных вещей, мы не сможем противостоять другим авантюристам.

Я прирос к месту, теперь уже от чистейшего удивления.

Я и подумать не мог, что Вельф открыто признает своё желание спасти Ксеносов.

— Что за выражение на лице, Белл? — вопросительно посмотрел на меня Вельф.

— Ч-что ты хотел сказать, что?! — я не мог не закричать. — Я вас бросил и сделал всё ничего у вас, не спросив!!! И это принесло вам столько проблем и боли!!! Я… я был уверен, что стану вам отвратителен…

Все чувства и сомнения, которые я питал всё это время выплеснулись из меня сами собой.

Я хотел извиниться. Я не ждал прощения, но мне хотелось перед ними извиниться.

Пока я отчаянно пытался выдавить из себя эти извинения, Вельф хлопнул меня по плечу.

— Белл, я говорил. Не извиняйся.

Его слова всплыли в моей памяти.

Так поступают в семьях, правда? Поддерживают друг друга.

Скидывай на меня любые проблемы. Я не возражаю.

Так Вельф мне сказал, когда мы обсуждали миссию по сопровождению Виены на двадцатый этаж. Вспомнив эти слова, я был тронут.

— Впрочем, если хочешь, чтобы я тебя поругал… в следующий раз не оставляй нас в стороне, ладно?

Вельф ухмыльнулся. Следом за ним, улыбнулась Микото:

— Белл-сан, вы сделали всё правильно. Мы обдумывали, что сделали бы, если бы оказались в вашем положении, и приходили к тому же решению, что и вы… Просто вы нас опередили.

Я не знал, что ответить. Потом заговорила сидящая за моей спиной Харухиме:

— Вам всё это время было больно, правда? Примите мои извинения, мне стоило поговорить с вами раньше.

— Харухиме…

— Огромное спасибо за спасение Виены-сан. Я очень рада, — сказала она, в её глазах стояли слёзы, а слова были произнесены с нежностью.

Их изображения были подобны тем улыбкам, которые я видел на лицах Лидо и остальных, когда они благодарили меня, уходя со спящей Виеной.

Лили смотрела как мы говорим молча.

— …Чёрт, вы такие мягкотелые! А мне не стыдно сказать: я так не думаю! Я против спасения монстров!!! — вскрикнула она, будто потеряв терпение.

Она отвернулась, а потом медленно начала поворачивать голову, смотря на нас одним глазом.

— Но… ничего не поделаешь, раз большинство решило по-другому.

— Лили…

Улыбка расцвела и на её лице.

— То, что Сударь Белл будет брошен, или бросит любого из нас… Мне попросту не нравится такая мысль. В общем, я привыкла быть отшельницей. Пары злобных взглядов я не боюсь, — добавила она.

— …

Я не мог смотреть им в глаза с того дня, когда повернулся к ним спиной, а теперь улыбался каждому из них. Лили, Вельфу, Микото, Харухиме.

Силь была права.

Чего-то я лишился, но что-то осталось со мной.

Слезинка покатилась из моего глаза.

Сколько раз они меня выручили? Сколько раз я уже испытывал это ощущение?

Я так рад, что их встретил… и что мы стали семьёй.

— Простите… и спасибо, — сказал я приглушённым голосом, прижимая руку к лицу и шмыгая носом.

— …Решено. Мы идём спасать Ксеносов все вместе! — наша Всевышняя, смотревшая на нас с добротой в глазах, подхватила эмоциональную атмосферу и сделала заявление. Мы кивнули и улыбнулись, услышав её божественную волю.

— Впрочем, должна сказать, что положение легче не стало. Вокруг будет полно авантюристов, а также Паства Локи… Будет сложнее, чем зачистка нижнего этажа Подземелье.

— То есть, если справимся, то и нижние этажи Подземелья начнём как орешки щёлкать? — ухмыльнувшись, сказал Вельф.

— Хватит отшучиваться, — ответила Лили, бросив на него злобный взгляд.

После этого разговора старая атмосфера вернулась в Паству Гестии.

— Мы найдём себе достойных противников, это точно… Наверняка они будут сильнее, чем нужно, — сказала Микото.

— Всё ради спасения Виены и Ксеносов, — добавила Харухиме.

Они обе выглядели решительно.

Все из нас преследуют одну цель.

— Итак, Белл, заведи нас всех! Скажи пару слов чтобы приободрить! — сказал Вельф, повернувшись ко мне с бесстрашной улыбкой.

Эту идею неожиданно с большим энтузиазмом подхватила Боженька:

— Точно, Вельф, отличная идея! Собираемся в круг!

— Эм, как-то это слишком постыдно… — сказала Лили.

— Хах, Помощница. Приказ главы Паствы. Подчиняйся!

— Ну, конечно, именно сейчас!..

Микото и Харухиме похихикали, над перепалкой Боженьки и ворчащей Лили.

Что же до меня, желание расплакаться от радости я преодолел. Я вытер лицо и присоединился к кругу.

Боженька вытянула руки в центр, все сделали также. Я последовал за ними.

— Итак… Начали.

Несколько секунд я помешкал, решая, что сказать, а потом кивнул, увидев обращённые ко мне улыбающиеся лица. Под надзором совы, сидящей на спинке одного из кресел, мой голос озвучил мысли:

— Давайте спасём Виену и Ксеносов!

— Да!!!

Бесконечный дождь продолжал капать.

[[image:/storage/reader-images/fbf0c04ea51b3af0efe52725c52ddf6937de38a1.jpg]]
— Мы отправимся в Кносс под прикрытием Белла Кранелла и его Паствы.

Фелс обратился к Ксеносам собравшимся в сточном тоннеле у заброшенного колодца.

— Авантюристы… и Паства Локи могут нас обнаружить, но единственный способ к бегству — это проникновение в наследие Дедала. Мы можем также использовать подземные пути, которые ведут за городские стены, но, скорее всего, это билет в один конец. Паства Локи наверняка укрепила те проходы и, если они нас там ждут, мы окажемся беспомощны.

— Ты сказал, что мы двинемся под прикрытием Белла Кранелла, но как это возможно? Я не думаю, что мы можем работать сообща…

— Если они согласятся на моё предложение, вскоре Белл Кранелл и его Паства с нами свяжутся. А сейчас мне нужно, чтобы вы верили в моё предложение и их решение.

— А что насчёт тех Ксеносов, которые сейчас не с нами?

— Нам остаётся только подать им сигнал. Возможно, авантюристы уже догадались о наших планах, но мы можем только отправить сообщение и броситься на Улицу Дедала.

Сирена Рей, горгулья Грос и остальные Ксеносы расспрашивали Фелса о составленном им плане, который определит их судьбы, а маг отвечал на все вопросы без заминок.

Всё это время только Лидо мрачно смотрел в пол.

— Лидо?.. Что случилось? — спросила Виена, заметив явную мрачность ящерочеловека.

— Ничего. Просто мне не по себе от того, что мы так сильно полагаемся на Белуччи и его Паству… Мы принесём им немало трудностей, — сказал он, после чего пробормотал: — Мне просто стыдно.

— Лидо. Я понимаю твои чувства, но пока Уран не может действовать открыто, очень малое количество людей может нам помочь. Нам остаётся только положиться на Паству Гестии… — сказал Фелс.

— Знаю, знаю… и всё же.

— Лидо.

Виена вытянула руки и обхватила руку ящерочеловека, её пальцы обхватили красные чешуйки.

— Знаешь, что рассказала мне Харухиме? Одну историю, которую на поверхности называют «Благодарный Снежный Дух».

— Благодарный?..

— Да. Благодаря людям, которые её спасли, дух смогла сделать им в ответ много хорошего. Так что однажды и мы тоже…

Драгоценный камень во лбу Виены блестел, она довольно улыбалась:

— …Мы тоже сможем во многом помочь Беллу и остальным, которые нам помогли, правильно?

Лидо с удивлением посмотрел в невинные глаза улыбающейся ему девушки. Вуивра, которая безудержно рыдала от разлуки с Беллом, уже не было.

— Виена… Ты изменилась.

— ?

После обращения в пепел и падения в бездну она будто пробудилась, сама того не замечая, благодаря жестокости человечества и в равной степени их прекрасной доброты. Её спасла доброта, возможно глупейшая на свете доброта одного-единственного человека. Виена пробудилась от сна, который вёл её множество жизней, и нашла новое желание, желание окунуться в эту доброту снова и передать её кому-нибудь ещё.

Да, встретив Белла, она изменилась.

Оказавшись перед озадаченной Виеной Лидо прищурил глаза, будто ослепляемый светом.

— Да, ты права… Если выберемся из этой передряги, обязательно поможем Белуччи и его Пастве.

— Да!

Рей, Грос и остальные Ксеносы видели, как Лидо и Виена улыбаются друг другу. Даже чёрная роба Фелса затряслась, будто он рассмеялся.

— Вернёмся к обсуждению возвращения в Кносс, — сказал маг, доставая из тёмной робы магический предмет с выгравированным на нём символом «D».

— Наше единственное преимущество — это наличие ключа.

Фелс покрутил в руках Сферу Кносса, встроенную в металлическую пластинку.

Эта сфера поможет Ксеносам открыть орихалковые двери.

— Это та, что я украл у того человека?.. — спросил Грос.

— Если Астерий жив, у него должна быть вторая… — сказала Рей.

Ключ, который держал в руках Фелс, принадлежал Гленну из Паствы Икелоса. После того как Гленн бросил в Виену проклятое копьё, Грос убил его, а Фелс забрал из его рук ключ. Другой ключ, который Белл нашёл в мешочке Лю, был отдан чёрному минотавру.

— Авантюристы-охотники и Паства Локи пока не должны были найти подобные ключи.

— То есть…

— Да. Узнав расположение входов, мы можем войти в Кносс. А когда мы закроем проходы, даже Паства Локи нас не достанет.

Если Фелс и Ксеносы доберутся до Кносса, они одержат победу.

Освещаемые тусклым светом, пронзающим тьму ламия и тролль захлопали в ладоши.

— Остаётся только то, что я сказал в самом начале. Положиться на Белла Кранелла и его Паству, чтобы добраться до Кносса.

— Когда ты сказал, что они нам помогут, это значило что они пойдут с нами?

— Нет, Белл послужит в качестве приманки.

В тот момент, когда Фелс это произнёс, Ксеносы, популярность Белла среди которых взлетела до небес, посмотрели на него с отвращением. Лидо, Рей и даже Грос нахмурились, а у Виены на глаза навернулись слёзы.

— Фелс, ты собираешься использовать Белла?

— Подонок.

— Древний вонючий мешок с костями.

— Ненавижу тебя, Фелс!

— Постойте, хватит меня оскорблять! И кости мои тут ни при чём!!! Виена, твои слёзы меня убивают, может дослушаете меня сначала?! — скелет вздрогнул. Вопрос сирены, обвинения гаргульи и ящерочеловека, а также слезливый взгляд вуивры вынести он не мог.

После этого он подробней объяснил, что значило слово приманка.

— Из-за случившегося Белл Кранелл привлёк к себе много внимания. Даже сейчас по всему городу его недолюбливают и, скорей всего, подозревают. Но это сработает нам на руку.

— …Что за отвлекающий манёвр? — пробормотал Грос.

— Действуя независимо от нас, он привлечёт внимание авантюристов.

Боги и другие силы в городе должны понять, что Белл Кранелл был эпицентром событий, объяснил Фелс. И пока их внимание приковано к молодому авантюристу Фелс и Ксеносы тайно подберутся к Кноссу.

Лидо и остальных это объяснение удовлетворило, но Виена погрустнела сильнее:

— Значит мы не увидимся с Беллом?

— Не увидимся. Пожалуйста, прими это Виена, — подбодрил её Фелс.

Маг в чёрном изложил суть плана.

— Мы переведём внимание Паствы Локи на Белла Кранелла.

— …Так могут подумать наши враги.

Все члены Паствы Локи собрались в лагере, расположенном в углу Улдицы Дедала, Финн проводил собрание.

— Вооружённые монстры могут использовать Белла Кранелла, чтобы отвлечь наше внимание и войти в Кносс, поэтому мы сделаем вид, что попались на их уловку и установим ловушки. Важно будет не пропустить то, что произойдёт вдали от Белла Кранелла.

Теперь, когда дождь кончился, на Дедалову Улицу опустилась завеса ночи. Лица авантюристов освещали лампы с магическими камнями, развешанные по всему лагерю. Объясняя план, Финн ходил между рядами авантюристов.

— Эй, Финн, помидорный кролик правда с монстрами сговорился? — мрачно спросил вервольф Бете.

— Что, настроение тебе испортил, Бете? — спросила Риверия.

— Захлопнись!

Финн посмотрел на Бете, когда тот прикрикнул на эльфийку. Несмотря на то, что он смотрел на вервольфа, он озвучил ответ, помня о присутствии Айз.

— Возможно Белла Кранелла используют, может его попросту обманули. Как бы там ни было, сейчас Белл Кранелл не входит в ряды наших союзников… Принимайте это во внимание.

Айз и Тиона обе проводили для Белла особую тренировку перед «Битвой», и им было бы трудно поверить в другое объяснение. Сидящая за золотоглазой и золотоволосой Принцессой Меча амазонка держала руки сложенными за головой.

— Я не до конца поняла, но, если Аргонавтик нас отвлечёт, разве мы не проиграем эту битву?

— Проиграем. Но и давать ему делать что вздумается тоже не стоит, поэтому Круз и ещё пара людей за ним наблюдают.

— Капитан, а не было бы лучше поймать его до того, как он хоть что-нибудь сделает? — Тионэ предложила типичное для любой амазонки решение.

Финн ответил с улыбкой:

— Несмотря на то, что в глазах людей Белл Кранелл злодей, у нас нет против него никаких улик. Если мы сделаем нечто подобное безосновательно, то сами станем в глазах людей преступниками. Гильдия и без того за нами следит. К тому же, попасть в немилость Всевышней Гефест, подруги Паствы Гестии, будет неприятно.

Тионэ нахмурилась, но не замолчала:

— Звучит не очень обнадёживающе. Но, Капитан, ещё один вопрос. Я знаю, что вооружённые монстры умны, но разве они могли бы придумать такую стратегию?..

— У них есть кто-то вроде лидера… не так ли, Гарет?

— Есть, есть. Пока вы дрались, я наблюдал с высоких зданий и увидел чудака в чёрной робе. Не знаю, монстр он или человек… но на укротителя был похож, — заговорил Гарет. Этот ответ устроил Тионэ.

Неожиданно, Тиона, будто что-то вспомнив, заговорила:

— Кстати, а почему нам просто не обыскать канализацию? Другие авантюристы видели там монстров.

— Это потребует разделения сил. Если ослабим защиту в Орарио, и монстры пойдут в этот момент на прорыв, всё будет кончено. Возможно, они позволяли авантюристам их найти намеренно, с этой самой целью.

Мудрый полурослик, возглавляющий Паству Локи, раскусил планы Фелса. Для монстров его интуиция обернулась сущим кошмаром.

— Вдобавок, чёрного минотавра надо опасаться. Пусть он и ранен, бдительность ослаблять не стоит, — продолжил Финн. Этот монстр беспокоил его больше всего.

При упоминании зверья авантюристы напряглись. Бете и Тионэ подняли брови, а Айз их свела.

— Если бы кое-кто не слетел с катушек, мы бы быстро его уложили, — проворчала на вошедшую в состояние берсерка во время боя сестру Тиона.

— Чё?! — рявкнула Тионэ.

— У него слишком грубая техника боя. Если подберёмся поближе, наверняка с ним проблем не возникнет. Но… он гораздо сильнее любого монстра, которого мы раньше встречали, — раздражённо проговорил Бете, игнорируя крики сестёр.

Он оценил техники боя минотавра как незавершённые, но был впечатлён необузданной силой зверя.

Того монстра не беспокоили контратаки авантюристов. Он пытался превзойти их одной мощью.

— Ты прав. Его способность держать удар нельзя недооценивать. Как сильно бы Тиона и остальные его не били, он не проявлял признаков боли. Только прямые попадания Айз были заметны, — спокойно сказала Риверия.

— Я бы назвал его одним из представителей подрасы чёрных носорогов. У них плотная шкура. А стоит им поднабраться опыта, и они становятся очень опасны. Думаю, этого монстра можно причислить к главарям этажей. Впрочем, при правильном подходе, как Тиона и сказала, мы быстро с ним справимся, — спокойно и рассудительно добавил Гарет.

Финн согласно кивнул.

— Но…

Наконец заговорила Айз.

— Тот монстр… собирается стать ещё сильнее.

Все члены Паствы Локи замолчали. Её слова выразили то, что сильнейшие почувствовали сразу. Чёрный монстр только начал своё развитие.

Другие авантюристы нервно сглатывали.

— Мы убьём того чёрного минотавра, даже если это единственное, что нам удастся сделать. Если он развивается, он очень опасен. Рано или поздно он станет серьёзной угрозой, — объявил Финн, облизав правый большой палец. — Учитывая, что враги смогли попасть с восемнадцатого этажа на поверхность, у них определённо есть ключ. Мы будем стоять насмерть у всех входов в Кносс, которые нам удалось обнаружить, — объявил он, поднимая взгляд наверх. — Мы расположим членов Паствы по всей Улице Дедала. Вот какой будет наша ловушка.

— …Я бы сказал, что Храбрец и его Паства будут действовать так.

Гермес продолжал разговор с Ураном, сидящим на вершине алтаря под землёй, в Часовне Молитв под Пантеоном.

— То есть, если Фелс пойдёт на такую типичную уловку, перехитрить Храбреца ему не удастся. Он слишком уж умён. Если бы у него был опыт, Мудрец бы одержал победу… Но, к несчастью, его сражения были на других поприщах, — сказал Гермес.

— Фелса можно назвать мирным мыслителем. На поле боя он не ровня генералу, вроде Храбреца, — ответил Уран.

Сидящий на стуле перед алтарём Гермес взял в руки деревяшку и начал обтачивать. За считанные минуты умелые руки божества выточили две шахматных фигуры. Полурослика с копьём в руках и мага, одетого в робу. Он поставил их на шахматную доску, стоящую на пьедестале. Он прихватил из дома одну из досок для шахмат.

Разговаривая с Ураном, он начал готовить другие шахматные фигуры.

— Гильдия забрала останки голема, но Храбрец должен был догадаться что принадлежали они не монстру, — сказал Уран.

— Когда Храбрец разрабатывал стратегию, он принял во внимание тот факт, что Ксеносам может помогать маг. От его интуиции даже богов порой бросает в дрожь.

Рядом с полуросликом появился фехтовальщик с мечом, фея с длинным посохом и берсеркеры, один с ятаганами, другой с огромными кинжалами. Рядом с магом Гермес поставил ящерочеловека и горгулью.

Наконец, импровизированные лагеря людей и монстров на шахматной доске были завершены. Будто взирая на своих детей с высоты птичьего полёта Гермес и Уран смотрели на расположенные по разные стороны доски фигуры.

— У Мудреца в кармане немало магических предметов, которые Храбрец не ожидает увидеть… Если Ксеносы и спасутся, то не без их помощи.

— Ещё один из непредсказуемых элементов… наверное Фрея, не так ли?

Поразмыслив некоторое время, Гермес торжественно поставил в стороне от доски вырезанную им фигурку длинноволосой женщины.

— И, всё же…

Старшее божество посмотрело на него, Гермес прищурился.

— Значение имеет только то, что сделает он, — сказало божество, вырезая последнюю фигурку.

— Мы обсудили почти все детали плана, но этот план полностью зависит от него.

В одном из закоулков канализации, в беспросветной тьме ночи зашелестела чёрная роба павшего мудреца.

— Если кто-то и привлекает аномалии, то это он. Не теряйте бдительности и не смейте его недооценивать. Этот авантюрист уже превосходил наши ожидания, и может сделать это снова.

Прищурился в районе-лабиринте отважный полурослик.

— Все взгляды будут прикованы к тебе. Ну так танцуй, с искоркой, как они и ожидают. Я буду рядом.

Искры посыпались с факелов, установленных у древнего алтаря, когда божество поставило в центр шахматной доски фигурку кролика.

…Да, ключом ко всему был он.

Одновременно, хоть и в разных местах, глупец, герой и божество произнесли одно и то же имя:

— Белл Кранелл.

----------

Ночь перед битвой

[[image:/storage/reader-images/f7925f1222a3343fc189588dab58b3c0f51cc725.png]]
Из-за завесы облаков сияние луны едва попадало на землю.

Дождь кончился, но небо осталось хмурым. В городе было темно, будто на дне океана. Обычно город был окутан ярким сиянием магических ламп, но сегодня их горело гораздо меньше. И прежней оживлённости на ночных улицах будто бы и не бывало.

Сереброволосая богиня смотрела на притихший Орарио с Вавила, огромной башни из известняка, стоящей посреди города. Она стояла перед огромным окном в своей квартире на вершине башни.

— Всевышняя Фрея. Могу я задать вопрос?

— Какой, Оттар? — сказала она, отвечая на раздавшийся за спиной голос.

— Что вы думаете о том, что сказал нам Всевышний Гермес?

— Насчёт Ксеносов? Что же, это совпадает с тем, что говорили нам Алфрик и другие. Я считаю, что мы можем ему поверить.

За два дня до этого Гермес посетил башню и рассказал Фрее всё что знал о случившемся. Он рассказал о Ксеносах и Кноссе и сказал, что Белл впадёт в уныние если, они не спасут монстров.

Эти новости ошарашили Фрею, но, на этом всё.

Как и раньше, богиню красоты заботил только Белл. До судьбы Ксеносов и мнения Урана ей не было почти никакого дела. Узнав обо всём от Гермеса, она не произнесла об этом ни слова.

— И, разумеется, у Гермеса были свои причины обо всём мне рассказать…

Закончив рассказ, Гермес посмотрел прямо ей в лицо и попросил.

— Фрея, я волнуюсь за Белла. Я кое-что запланировал, конечно, но мне бы хотелось попросить твоей поддержки.

— Уже забыл, как использовал меня в случае с Иштар? — ответила она с улыбкой столь прекрасной, что сердца тысячи мужчин бы не выдержали.

Гермес нахмурился и вскинул руки, будто сдаваясь, возможно, потому что этого аргумента он услышать не ожидал.

— Как бы там ни было, надеюсь ты, по-своему, за ним присмотришь.

Можно ли доверить такую задачу Гермесу? Подумалось Фрее.

Белл стал той точкой, в которой её интересны пересекаются с интересами Гермеса. Потому он всё ей рассказал. Даже если бы он этого не сделал, он всё равно пытался бы направить события в то русло, которое оставило бы Фрею довольной. Впрочем, она единственная кому позволено играть с этим ребёнком, а в последнее время она не могла уделять ему достаточно внимания. Возможно, то, что она сейчас ощущает это зависть к Гермесу… нет, этого не может быть!

Несмотря на ход мыслей, выражение на лице Фреи осталось неизменным. Она начала накручивать локон волос на палец.

— Что вы собираетесь делать с Беллом Кранеллом? — снова спросил Оттар, предположив, что могло обеспокоить его богиню. — Жители города от него отвернулись, его силы угасают. Если так пойдёт и дальше…

— Этот мальчик снова поднимется. — сказала Фрея, прерывая своего последователя уверенным тоном.

Она бросила взгляд на городские улицы внизу и заметила силуэт, будто бы освещённый яркими лучами солнца. Она улыбнулась улыбкой, томящейся в ожидании чего-то девушки.

Видишь? Оно грядёт. Я буду ждать.

Время молчаливого ожидания закончилось. Фрея закрыла сереьряные глаза.

Ксеносы, разумные монстры, парень, который бросается в бой как бы ему ни было больно, искра жизни которая не угасает даже сейчас, и…

Перед глазами Фреи, скользнувшей взглядом по городу пронёсся целый ворох отражений.

— Оттар, я собираюсь кое-что тебе сказать.

— Да?

— Я решила действовать. Однако, то, о чём я тебя попрошу может разрушить всё… Я не могу предсказать развития событий.

— Что бы ни случилось, я исполню вашу божественную волю.

— Спасибо. — сказала она, улыбнувшись Оттару в отражении бокала. После этого она отдала свой приказ.

— Свяжись с Ареном и остальными и передай им то, что я тебе скажу.

***

Ночью того дня, в который мы решили спасти Виену и Ксеносов, мы начали действовать.

За вами будут следить по всему городу. Не забывайте об этом. Предупреждал в письме Фелс. Мы запомнили его слова и, следуя его советам, перемещались тёмными переулками.

Покинув дом, мы с Лили отправились на северо-запад. Множество «наблюдателей» последовало за нами. Я ощутил их взгляды, но сделал вид что ничего не заметил, мы отправились на северо-западную Главную Улицу, так называемый Путь Авантюристов.

Выстроившиеся на улице лавки были закрыты. Мы свернули в один из переулков, и вошли в несколько сомнительных лавок, чтобы закупиться зельями и другими предметами. Мы остановились у одной из лавок, будто бы для того, чтобы проверить экипировку. В конце пустынной аллеи я увидел ступеньки, спускающиеся в подвал. Я прочёл вывеску над старой дверью внизу: Убежище Ведьмы.

В письме Фелса говорилось, что мы должны туда зайти.

Лавка находилась под землёй, в ней не было окон, и никто не смог бы за нами проследить. Открыв скрипучую дверь, я увидел старую женщину с крючковатым носом, сидевшую за стойкой.

— …Кто тут у нас? Кажется, твоё лицо мне незнакомо, но, хех… Маленький Новичок которого недавно стали отовсюду гнать. Ты не чародей и не маг… что авантюристу могло понадобиться в этой лавке? — спросила она.

Благодаря робе, в которую она была одета, она была очень похожа на настоящую ведьму. Я вспомнил слова из письма Фелса.

Лавкой заведует женщина по имени Леона. Скажи ей пароль.

Я сделал, как было сказано.

— Мечтает ли кошка Алтины о вечной жизни?

Сработало моментально. У ведьмы, которую можно было так назвать за многие черты, распахнулись от удивления глаза, и она нервно переводила взгляд с меня на Лили и обратно.

— …Поручение достопочтенного Фелса, не так ли?

Достопочтенный Фелс?..

Понятия не имею что на это ответить, потому что Фелс не говорил нам как они связаны. Она слегка потрясла головой.

— Так, так, хватит расспросов. Вы пришли сюда и сказали нужные слова, больше я ничего знать не должна. Идёмте.

Мы с Лили последовали за старушкой в глубь её лавки. Мы проходили мимо сосудов со змеями и скорпионами, разных бурлящих зелий, странных сосудов с чем-то похожим на кровь, ритуальных серпов и цепей, свисающих с потолка. Наконец, перед нами оказался огромный книжный шкаф.

Ведьма морщинистыми пальцами коснулась одной из книг, и я услышал щелчок. Один из шкафов отъехал горизонтально, за ним оказалась кладовая.

— Э-это же…

— Как и говорилось в письме!.. Это всё магические предметы…

Пара двойных кристаллов, серебристо-белая чаша, сделанная из рога единорога, сундучок с блестящими драгоценными камнями, украшенная листьями музыкальная шкатулка из эльфийского дерева… небольшая комнатка была заполнена магическими предметами, которых я раньше никогда не видел, все они были сделаны Мудрецом. Мы с Лили раскрыв рты стояли посреди тайной комнаты, куда больше походившей на сокровищницу… нет, на кладовую мага из какой-нибудь детской сказки.

В письме Фелс написал, чтобы мы первым делом посетили эту кладовую, которую он оставил под надзором на случай непредвиденных ситуаций и взяли отсюда несколько магических предметов.

— Судьба Достопочтеннейшего Фелса переплетена с судьбами богов и богинь. Это бессмертное существо не питает любви к тем, кто чахнет и умирает. Моя семья присматривала за этой кладовой поколениями… но вы первые, кто пришёл сюда со словами Достопочтеннейшего. — медленно прошептала за нашими спинами старушка.

Она вела себя с нами так, будто мы благороднейшие люди в её жизни. Её слова были наполнены состроданием. После этого она ушла не оборачиваясь, оставив нас в кладовой одних, лишь сказав на прощанье:

— Берите что пожелаете… Надеюсь, вы сможете как-то помочь Достопочтеннейшему.

Мы с Лили кивнули ей в спину.

Время поджимало.

Мы обыскали кладовку, торопливо набивая рюкзаки магическими предметами.

— Микото, ты уверена, что за нами не проследили?

— Не бойтесь, Всквышняя Гестия. Большая часть наблюдателей ушла за Беллом-сан и Лили-сан.

Гестия и Микото прождали какое-то время после ухода Белла и Лили, прежде чем выскользнуть из дома. Они собирались исполнить другую просьбу Фелса, пока все взгляды обращены на Белла. Сбежав от тех нескольких людей, которые за ними следили с достойной ниндзя скрытностью, они оказались на тёмной улице, знак на которой гласил «Четвёртая Улица». Гестия бывала здесь и раньше.

— Мне кажется, примерно отсюда он меня забрал… И в письме говорилось об этом месте… Ой!

Пока Микото осматривалась, Гестия нашла то, что искала, одну из стен рядом с переулком. Согласно инструкции в письме она начертила на ней указанный узор и надавила. Со скрежетом стена отъехала, открыв вход ведущий в подземный коридор.

— Отлично, Микото, я скоро вернусь!

— Хорошо. Я буду вас ждать.

Как только Гестия скользнула в открывшийся проход, стена за ней закрылась. Богиня узнала каменный коридор ещё до того, как ощутила прохладный, влажный воздух.

— Никогда бы не подумала, что сюда вернусь. — пробормотала она.

Держа в руках лампу с магическим камнем, она шла по коридору, по которому однажды её вёл похитивший её маг. В конце пути её встретила стена, снова следуя инструкциям в письме, богиня, далёким от восторга тоном произнесла: «Сезам, откройся». Стена открылась, и она увидела огромный алтарь посреди зала.

— …М, Гестия?

— Привет, Уран. Я воспользовалась тайным проходом, надеюсь, ты не возражаешь.

Богиня оказалась в Часовне Молитв, под главным отделением Гильдии, как и просил Фелс.

— Кто-то здесь был? — спросила она, заметив стул и шахматную доску.

— …Да, Гермес. — ответил Уран.

Гестия была озадачена, но ей хотелось разобраться с делами побыстрее, поэтому она ничего об этом не сказала.

— У меня сообщение от Фелса. Маг написал, что нужно ускорить эвакуацию жителей с Улицы Дедала. Наверное, ты уже эвакуируешь людей, но битва начнётся очень скоро.

— Понял…

— Вдобавок, ты должен дать нам карту Улицы Дедала, которую нарисовал Фелс… вместе с информацией о Кноссе, которая у тебя есть.

Уран закрыл глаза. Потом он медленно их раскрыл и достал древнюю книгу. Те самые Записки Дедала, которые отдал ему Гермес.

— …

Бросив на книгу ещё один взгляд, божество передало её Гестии.

— Возьми. Это заметки Дедала.

— Эй… Уверена, что мы всё делаем правильно? — не скрывая волнения спросил Вельф.

— Н-не до конца, но… нам остаётся только довериться Фелсу и ждать… — ответила покрасневшая Харухиме.

Белл, Лили, Гестия и Микото вернулись домой и собрались вместе с Вельфом и Харухиме установив кристалл на столе. Все собрались в одной из внутренних комнат поместья за столом, на котором установлен кристалл, внезапно, этот кристалл начал излучать мягкий свет.

— Ты слышишь меня, Белл Кранелл?

— Фелс!

Из кристалла донёсся голос мага и Белл довольно с ним поздоровался. Изображение в кристалле показало Фелса и нескольких Ксеносов в тускло освещённой канализации.

— Для начала, позвольте выразить мою признательность, Всевышняя Гестия, мы крайне признательны за вашу великодушную помощь. — сказал Фелс.

— Давай опустим любезности, Фелс. С тобой мы разговариваем всего второй раз, а Виену и остальных я оставить не могла. К тому же, решение принимали Белл и другие мои дети.

Неожиданно, вуивра вылезла вперёд мага.

— Белл! Харухиме!

— Виена-сан!

Лидо тоже оказался неподалёку.

— Белуччи! И Лилиуччи тоже! Простите что снова приходится просить вас о помощи…

— Да что уж теперь.

Они использовали окули Фелса, самый важный магический предмет, по его словам, в письме. Когда Белл и Лили вернулись, они выложили немало магических предметов, а один из парных кристаллов передали сове-фамильяру.

Гестия говорила с Фелсом, Харухиме и Лили ответили Виене и Лидо. Восторженные голоса Ксеносов слышались, с другой стороны, окулюса.

— Тише! Нас же раскроют! — прикрикнул Грос.

Эмоциональное воссоединение перед кристаллами вскоре оборвалось. Белл и остальные начали обсуждать планы грядущих часов и дней.

— У нас шесть возможных путей. — сказал Фелс взявший сияющий окулюс в руки.

Попросив Белла направить кристалл на схему Кносса в книге Дедала, Фелс тщательно скопировал его на кусок пергамента, который был разложен на каменном полу, чтобы объяснить свой план Ксеносам и Пастве Гестии.

— Согласно записям, в Кносс существует шесть входов, они расположены в центральном районе Улицы Дедала, на северо-западе, западе, юго-западе, северо-востоке, востоке и бго-востоке. — сказал маг, рукой в перчатке очеркивая на карте круг, ведущий от одной орихалковой двери к другой. Ксеносы стояли неподвижно, смотря на карту.

— Мы прорвёмся сквозь один из этих входов и пройдём в Подземелье.

— Под «прорвёмся» вы имеете в виду?.. — прозвучал сквозь кристалл голос Лили.

— Да. — ответил Фелс. — Паства Локи укрепила защиту. Вряд ли нам удастся избежать битвы с ними.

Со стороны авантюристов воцарилось тяжёлое молчание.

Ксеносы тоже притихли. Монстров и людей сковал один и тот же страх, от воспоминаний о битве с одной из сильнейших групп авантюристов города.

— …Если до этого дойдёт, для начала нам нужно увести как можно больше стражников Паствы Локи с их постов, это ты хочешь сказать? — спросил Вельф.

— Именно. — ответил Фелс. Как и предположил Вельф, Ксеносам нужно чтобы битва была как можно короче.

— Белл Кранелл, я хочу, чтобы ты отвлёк Паству Локи. — продолжил Фелс.

— Я-я? — ответил Белл, уставившись округлившимися глазами на мага в окулюсе.

— Учитывая текущее положение ты лучше всех подходишь на эту роль. Я хотел бы, чтобы ты привлёк к себе всеобщее внимание.

— Эм, прошу прощения, но могу я кое-что предложить? Судя по вашим словам, Белл не нужен на Улице Дедала… — скромно заговорила Харухиме.

— Нет, я хочу, чтобы он пришёл. Если он будет где-нибудь в дальнем углу города, Паства Локи отправит чтобы его утихомирить слишком мало людей. Если он окажется в самом сердце их построения, это всё изменит. К тому же, если он постарается, его попросту не смогут игнорировать.

Все взгляды с обеих сторон кристалла устремились на Белла. У него вспотели ладони.

— Мы можем положиться на тебя, Белл Кранелл?

— …Да. Я всё сделаю. Позвольте мне всё сделать.

Он выпустил воздух из лёгких и кивнул. Гестия, члены его Паствы и Ксеносы сжали руки в кулаки.

— Белл, прости… мы уже в который раз тебя подставляем… — сказала сирена.

— Всё хорошо, Рей. Я принял решение. Я собираюсь помочь вам и остальным Ксеносам…

— Белл…

— Рей? Почему ты покраснела? У тебя разболелось что-нибудь?

— В-Виена?!

С другой стороны, окулюса началась какая-то возня и сирена перешла на болезненной шёпот, когда Виена задала вопросы. Монстры снова расшумелись и Грос прикрикнул во второй раз.

— Я сказал тише!!!

Изображение в окулюсе затряслось, Белл ощутил, что его ладони стали мокрыми от пота.

— Ой-ёй-ёй?! — завопил он. Гестия и Лили разом его ущипнули.

— Белл Кранелл, прошу воздержаться от неожиданны вскриков. — сказал Фелс.

— Но я не виноват… Не важно. Простите…

— Вернёмся к теме нашего разговора… Не все новости были плохими. Теперь у нас есть план Кносса. Велика вероятность что Паства Локи знает не о всех входах, о которых знаем мы.

Игнорируя лёгкую подавленность Белла, Фелс указал на луч надежды. Записи Дедала содержали подробную структуру Кносса, подобно указателям ариадны они могли показать, как монстрам выбраться с Дедаловой Улицы.

На лицах Лили, Микото и Харухиме появилась надежда.

— Кто бы мог подумать, что Урану удастся заполучить копию Записей Дедала! Это просто невероятно… я надеялся, что ему известен хотя бы один вход в этот лабиринт, но эти чертежи улучшают наши шансы спастись. — сказал Фелс.

— Кажется эти записи заполучил Гермес. Сказал, что от Икелоса. — говорившая с Ураном Гестия передала то, что он сказал насчёт записной книжки.

— Вот оно как… Кажется, Всевышний Гермес в то время проводил расследование Паствы Икелоса.

По тону мага стало очевидно, что такое объяснение его удовлетворило.

— Всем остальным мне хотелось бы также кое-что поручить. — продолжил маг в чёрной робе, передавая указания остальным членам Паствы Гестии.

— Сударь Белл подвергнется куда большей опасности, но и роль Лили рискованна!.. — отметила Лили, когда маг закончил, хватаясь руками за голову.

— Ты уж постарайся. Мы на тебя полагаемся, Малютка Лил! — усмехнулся Вельф.

— Хватит говорить так, будто вас это совсем не касается!..

— Вельф-сан, нам тоже придётся нелегко… нужно собраться. — сказала Микото.

— Мы с Харухиме будем поддерживать со стороны, но и наши задачи по-своему непростые. — сказала Гестия, скрестив руки.

— Это правда, но я готова принять любой вызов! — ответила Харухиме, прижимая руки к груди.

— Белуччи, и все остальные… мне очень жаль. Но я искренне вам благодарен.

— Лидо…

— Я столько хочу тебе сказать… Но давай поговорим, когда сбежим из этой передряги.

— Конечно!

Лица монстра мелькнуло в центре кристалла. К этому моменту Белл мог спокойно различить все эмоции ящерочеловека.

Он улыбнулся в ответ на улыбку Лидо.***

Работа в главном отделении Гильдии не прекращалась ни днём, ни ночью.

Работники без устали сновали по коридорам, пока секретари пытались успокоить пришедших в приёмную горожан. Из посетителей устраивались жить прямо на полу в приёмной Гильдии, скорее всего потому, что никак не могли унять волнение. В огромной толпе народа почти не было авантюритов, если не считать тех, кто пришёл за новыми сведениями. В Приёмной набились обычные люди, отчего Гильдия выглядела очень непривычно.

Однако даже эту панику можно было назвать затишьем. Хаос и шум, поднятый появлением вооружённых монстров на поверхности, был куда хуже, чем тот, который поднялся после уничтожения Ривиры, города авантюристов на восемнадцатом этаже. Каждый раз, когда авантюрист докладывал о том, что видел монстра, в Гильдии случался настоящий взрыв.

Спустя несколько дней сотрудники наконец начали находить время на разговоры. Многие были недовольны тем, что руководство запретило разглашать информацию о существовании Кносса, и на эту тему среди людей начали распространяться слухи.

Большая часть людей выражала явное недовольство Маленьким Новичком.

— …Это же бред!

Вернувшаяся к своему столу Миша Фрот не могла не выкрикнуть комментарий о разговоре, услышанном ей с другой стороны коридора. Несколько её коллег винили парня в случившемся.

— Паству Икелоса надо винить! Чего они младшего брата Эйны… в смысле Белла… Крайним делают?!

Её голос очень сильно контрастиловал с ростом в сто пятьдесят сантиметров. Волосы персикового цвета тряслись. Её коллегам, также взявшим перерыв, явно стало неудобно, когда они это услышали.

— Фрот, успокойся. — сказал зверочеловек-начальник Миши. Последние несколько дней её терпение проверялось на прочность и потому смолчать она не смогла.

— Начальник Секции! Пусть действия Белла и сомнительны, все знают, что это Паства Икелоса ловила монстров!

Её начальник знал правду, но попытался найти другой подход.

— Если вспомнишь, во время «Битвы» Маленький Новичок привлёк всеобщее внимание, и это было хорошо и плохо одновременно. Нынешняя потеря доверия говорит о том, что раньше он нравился людям и сейчас они чувствуют себя обманутыми. Добавь к этому зависть авантюристов и поймёшь почему так получилось.

Другими словами, значение имели не только разрушенные ожидания, но и то, что авантюристы недолюбливали «супер-новичка». Такова была судьба человека, заслужившего славу рекордсмена слишком быстро.

— К тому же, город был повреждён. — продолжил начальник.

— …

— Фрот, ты же своими глазами это видела, разве нет? Целый квартал Улицы Дедала превратился в пепелище. Когда происходит нечто подобное, даже если Белл не стал причиной этого, это вызывает у людей недовольство. Уран лично отдаёт приказы по эвакуации граждан с улиц, и всё равно…

Вид дымящихся остатков части Улицы Дедала действительно нагоняет тёмные чувства.

И, на самом деле, Миша не знала как ей оценивать действия Белла. Он будто потерял в тот день голову.

Но вид понурой коллеги и подруги Эйны день ото дня заставил Мишу сомневаться, что парень сделал что-то неправильное. Незаметно для себя она сама стала его защищать.

— Эйна…

Она посмотрела на свою подругу полуэльфийку. Та сидела за столом, погружённая в работу. Пряди скрывали лицо, лишённое обычной яркости, а перьевая ручка подрагивала в руке, будто Эйна что-то сдерживала. Миша больше не могла выносить вид подруги в таком состоянии, она подошла к Эйне взгляды других работников устремились на них.

— Эй, Эйна, взбодрись… — грустно смотря на девушку сказала Миша.

— …не при…

— Что? — Миша не могла разобрать тихий шёпот.

— Он не пришёл…

В этот раз полуэльфийка произнесла слова отчётливо. Она подняла взгляд. В этом взгляде читалась злость.

— Почему? Почему он не пришёл чтобы со мной увидеться?

— Э-Эйна?

— Конечно, я его ударила, и поначалу мне было паршиво! Но… но… как мне быть из-за того, что он сюда даже не потрудился сюда прийти, и даже не подумал объяснить, что происходит?! Это же странно, правда? Очень странно. Что он обо мне думает?!

— М-Мисс Эйна?

— Подумать только, а ведь я впервые расплакалась на глазах у парня!

Изумрудные глаза распахнулись шире, щёки побагровели, Эйна разом выплеснула всё расстройство и недовольство, которое в ней скопилось. Её речь больше походила на речь девушки, которая рассорилась со своим парнем и начала на него жаловаться.

Миша рефлекторно отпрянула. Остальные работники тоже удивились неожиданном изменениям в обычно доброй и общительной Эйне.

— Гах… это с ума меня сводит…

Эйна небрежно чиркнула своё имя в конце документа, над которым работала и вскочила со стула.

— Начальник, я иду патрулировать город!

— ?!

Реакция была мгновенной, все в офисе подпрыгнули на местах.

— П-Постой, Тулле?! Что нам делать с этой кипой бумаг?!

— Точно, Эйна?! Не знаю, что в тебя вселилось, но успокойся!

— Если отсутствие одного работника остановит работу целого офиса, у вас серьёзные проблемы! Может, пора реорганизацию устроить!

— П-простите. — пробормотал зверочеловек, притихший после слов Эйны.

— А ведь правда! — сказала Миша, схватившись руками за голову.

Коллеги Эйны могли лишь наблюдать как талантливый секретарь пулей вылетает из офиса. Ведомая эмоциями Эйна перекинула мешочек с припасами для патруля через плечо. После этого она, громко топая прошла по коридору и приёмной Гильдии. Озадаченные горожане расступались перед ней, давая дорогу.

— Раз он ко мне не идёт, я приду к нему, чёрт!***

Я посмотрел в ночное небо через небольшое отверстие в сдвинутых шторах. Тонкие, вееровидные облака ещё покрывали ночное небо. Через них пробивался тусклый лунный свет и мне показалось, что дожди закончились.

— …Пора. — прошептал я сам себе.

В доме я остался один. Как и сказал Фелс, Гестия и остальные ушли на Дедалову Улицу раньше, потратив день на подготовку. Я запер дверь, хотя и сомневаюсь, что кто-нибудь попробует к нам ворваться пока нас нет. А даже если и попытаются, о наших действиях никто ничего не узнает. Лили и боженька скрыли все ценности в мастерской Вельфа и подвале.

Обычно, когда мы уходим, Миах и его Паства сторожат для нас дом, но, если бы мы позвали их сейчас, это могло бы и на них бросить тень. Полагаться на них в такой момент будет неправильно.

— …

Я поднялся со стула и посмотрел на себя во весь рост в зеркало. Я в своей привычной броне, с сумкой на поясе, а поверх на меня накинута мантия, которая скрывает мой силуэт во тьме. Боженька сказала, что это очень мне подходит, но, наверное, ей просто хотелось меня похвалить. Я вооружён Кинжалом Гестии и Ушивакамару. Если подумать, алый кинжал так и остался в Кноссе, где я его лишился в битве с охотниками. Может позже заберу.

Покинув комнату, я потёр окулюс на своём нарукавнике, раньше там был инкрустирован рубин.

Здание было окутано тьмой, когда я с ним прощался. Я прошёл в ворота и увидел на другой стороне улицы силуэт.

— Всевышний Гермес…

— Спешишь, Белл? — спросил он меня, улыбаясь из-под полы дорожной шляпы. Кажется, будто он чего-то от меня ожидает.

— Да. — кивнув, ответил я.

— Вот оно что… Не буду тебя задерживать. Удачи.

— …Спасибо.

Едва перебросившись словами с Гермесом, я скользнул мимо. Я ощущал взгляды, которые провожали меня до самой Улицы Дедала.

— …

Гермес проводил Белла взглядом, пока тот не исчез в темноте ночной улицы. Улыбка играла на губах божества.

Он развернулся чтобы уйти, но заметил, что к дому Белла подходит силуэт. Этот человек не собирался делать ничего криминального, он просто начал стучать в дверь, и кричать на опустевший дом. Подойдя, Гермес увидел красавицу-полуэльфийку, одетую в униформу работницы Гильдии. Увидев божество, она поклонилась.

— Всевышний Гермес. Вы не знаете где Белл… Я хотела сказать, Белл Кранелл ушёл?

— Э-Эйна? Что-то случилось? Ты, кажется, не в духе.

Как глава нейтральной Паствы, Гермес порой получал запросы от Гильдии и знал девушку-секретаря по имени. Он слегка удивился, заметив необычное выражение на лице известной многим в городе девушки. Но удивление длилось недолго, оранжевые глаза бога прищурились.

— Эйна, кажется, ты советница Белла, не так ли?

— Да, советница. И потому мне хотелось бы узнать куда он ушёл.

— Я знаю куда. Он отправился на Улицу Дедала.

— Спасибо. — услужливо сказала Эйна. После этого она повернулась, чтобы уйти.

— Постой, Эйна. Не могла бы ты передать это Беллу?

— Это?..

Гермес вытащил из кармана браслет с пурпурным камнем. Осторожно, чтобы не коснуться кожи полуэльфийки, он сунул браслет ей в руку.

— Белл обронил. Я хотел вернуть, но мы с ним разминулись в пути. Прости что прошу тебя об услуге, но не могла бы ты его вернуть?

Поначалу Эйна насторожилась, но услышав такое объяснение расслабилась.

— …Хорошо. Верну.

Гермес легонько улыбнулся и пошёл прочь. Он тоже исчез в ночи.***

Я отправился на юго-восток города, на Дедалову Улицу из нашего дома на юго-западе.

Стоило мне войти в Район-Лабиринт, как на меня уставились все авантюристы разом.

— !..

Они с подозрением осматривали улицу, а теперь их подозрительность была направлена на меня.

…Ничего, всё в порядке. Я не боюсь.

Я начал бесцельно бродить по улице, успешно привлекая всеобщее внимание.

— Эй, Маленький Новичок! Если что-то знаешь, может расскажешь нам?

— …Я ничего не знаю.

— Мой бог об этом не затыкается. Постоянно твердит что ты должен что-то знать о монстрах.

Пару раз меня грубо пытались расспросить какие-то авантюристы, имена которых я даже не знаю. Мой ответ всегда был одним и тем же.

Все в Дедаловой Улице были на грани. Может, потому что за пять дней с прорыва монстров на поверхность авантюристы устали и злились от того, что все их усилия пропадали впустую.

А может они что-то почувствовали.

Может они знают, что что-то должно произойти.

Несколько словесных перепалок с авантюристами прошло без особых происшествий и я приблизился к одному эльфийскому лучнику.

— Эм… как проходит эвакуация гражданских?

— …Ни души не осталось. Гильдия всех вывела. А те, кого не эвакуировали сегодня собрались на северо-западной стороне Дедаловой Улицы. — услужливо ответил он, хоть на его лице и была написана неприязнь. Район Лабиринт расположен в третьем секторе города, между восточной и юго-восточной главными улицами. Судя по ответу эльфа большая часть жителей эвакуируется через восточную главную улицу.

Боль пронзила моё сердце, когда я подумал о Лае и других сиротах, но, вместе с тем, мне стало легче. Скорей всего битва на Дедаловой Улице пройдёт в южной и западной частях.

Так, а что насчёт Паствы Локи?..

Убедившись, что другие авантюристы за мной не идут я осмотрелся. Среди мрачных мостовых я искал эмблему трикстера… и очень быстро нашёл. Полулюди, мужчина и женщина стояли, прислонившись к стене и перешёптывались, на их броне была знакомая эмблема. Члены Паствы Локи увидели меня и тут же пропали из вида.

— ?..

Вот уж не представляю, что на них нашло. Они явно меня узнали, прежде чем уйти, я не могу ни поговорить с ними, ни за ними пойти. Будто бы в поисках информации я пошёл к южной части Района Лабиринта.

Эти люди… они пошли кому-нибудь доложить? Кому? Финну? Или?..

Мгновенье спустя ответ на мой вопрос пришёл сам собой.

Топ! Топ!

Стук ботинок, приземлившихся на твёрдую черепицу, привлёк моё внимание.

— …Что за?

Я не мог поверить своим глазам. На крыше высокого здания в ночном небе развевались длинные золотые волосы.

Глаза, в тон развеваемым ветром волосам смотрели на меня.

Одетая в серебристое и сине-зелёное Принцесса Меча, сильнейшая в городе, появилась над моей головой.

Айз?!

— …

Айз узнала парня, пришедшего на улицу среди множества авантюристов. Он поднял на неё удивлённый взгляд.

Финн. Если он придёт на Дедалову Улицу… я за ним присмотрю.

Ранее, когда Финн рассказывал авантюристам их посты, Айз предложила проследить за Беллом Кранеллом.

— Правда? …А ты справишься? Айз, ты долго помогала Беллу Кранеллу. Честно говоря, я боюсь, что ты намеренно за ним не углядишь. — ответил он.

Финн не собирался передавать Айз надзор за Беллом.

— Буду с тобой честен, Айз. Объективно говоря, сейчас Белл Кранелл нарушает равновесие в Орарио. Он фактор риска. Потому, нам требуется две вещи. Первая, быть настороже и вторая, если потребуется, остановить любое его действие.

— …

— Ты правда с этим справишься?

Айз на мгновенье отвела взгляд от Финна, не терпящего лжи, а потом уверенно кивнула.

— Если он попытается что-нибудь сделать… я его остановлю. Если кто-то и должен его остановить, я хочу, чтобы это была я.

— …

— А если покажется монстр… я с ним справлюсь.

Слова Айз были созданы смесью долга и её собственных желаний.

Финн снова взглянул ей в глаза и кивнул.

— Хорошо. — сказал он.

— Он мне не доверяет… — пробормотала Айз, придя в чувство от своих грёз и бросила взгляд через плечо. — Но с этим ничего не поделаешь.

На самом деле Айз не могла не проявлять к парню слабости.

Отогнав посторонние мысли Айз сконцентрировалась на городском пейзаже.

…Олба и другие авантюристы низкого ранга говорили, что он один…

Белл продолжал на неё смотреть. Она намеренно позволила себя заметить, чтобы держать его в узде. Так начался её надзор.

Присматривать за мной отправили саму Айз?!

Хуже и быть не могло. Всё кончено.

Мысли в голове разбежались, когда я её увидел. Они отправили за мной сильнейшую авантюристку Паствы, чтобы не дать мне ничего сделать. Они решили пресечь все наши задумки одним взмахом своего меча. Паства Локи поручила слежку за мной Айз.

Я застыл прямо посреди улицы, остальные авантюристы проследили за моим взглядом и увидели Принцессу Меча. Капля холодного пота скользнула по моей щеке. Будто бы её вытирая я прошептал в окулюс на тыльной стороне левой руки.

— Боженька… Тут Айз.

— Что, правда?

Взволнованный голос боженьки прозвучал в кристалле, установленном в режим, который не передаёт изображение.

— Ну, с одной стороны, это значит, что ты задержишь мелкую Валлен-что-то там и прикуёшь к себе её внимание… Но ведь если потребуется, ты ведь сможешь её сбросить?

— Возможно, если… нет, это никак не смогу.

Моя роль заключается в привлечении внимания и нам нужна шумиха чтобы найти Ксеносов отделившихся от основной группы. И эта самая роль целиком зависит от моей возможности передвигаться. Но этот план только что стал нерабочим. Я должен был устроить диверсию, но мне назначили соглядатая, Айз. Куда бы я ни пошёл, строй Паствы Локи не двинется с Дедаловой Улицы ни на йоту. Должно быть, это задумка Финна.

Пока со мной Айз, все наши задумки обречены.

Может мне стоит привести её в замешательство и сбежать?

Нет, этого у меня не получится. Даже если я использую какой-нибудь магический предмет Фелса…

Затаив дыхание я потянулся к скрытому под мантией мешочку. И тогда…

— Эй!

— Иииик?!

Я издал сдавленный вопль, когда кто-то похлопал меня по плечу. Сердце чуть не выскочило из груди, я подпрыгнул.

Авантюристы уставились на меня с удивлением. Покраснев, я повернулся.

— А? Нажа?

Её глаза были сонно полуприкрыты, как обычно. Собачьи уши нависали над лицом, а длинный рукав скрывал аиргетлам, протез руки, командир Паствы Миаха обратилась ко мне обычным ровным голосом, подняв обе руки.

— Приветик…

— Ч-что ты здесь делаешь?

— Эм… Ну, думаю я пришла, чтобы вам, ребята, помочь.

Слова девушки-чинтропа вызвали у меня удивление.

— У тебя снова возникли трудности, не так ли? И ты, как всегда, замкнулся в себе. Знаешь, если бы ты попросил меня о помощи, учитывая наши отношения…

— Нет, но… Нажа, разве ты не знаешь… что я сделал?

— Я не знаю подробностей, но… Дай угадаю. Ты нажил себе проблем пытаясь помочь очередной юбке, правильно?

— Нет, это не!..

…А так ли она не права?

Если подумать, я и правда бросился за Виеной в пропасть, если подумать, она не…

Нажа понимающе кивнула и похлопала меня по плече. Я ощутил, как с меня полился пот.

— Как бы там ни было, Всевышний Миах сказал мне прийти на помощь…

— Чего?

Нажа объяснила, что Миах рассказал ей что я попал в передрягу и она должна мне помочь, не задавая лишних вопросов.

— Кажется Паства Всевышнего Такемиказучи тоже где-то здесь шатается. Гермес сказал им что ты пошёл на Улицу Дедала… Белл, скажу тебе ещё раз, ты слишком замкнут.

Миах и Такемиказучи решили спасти… не Ксеносов, а меня, человека, который пытается спасти монстров. Они доверяют мне, хоть я и решил опуститься до помощи монстрам.

В глазах вдруг всё размылось, будто в ответ на доброту Нажи пришедшей мне на помощь просто из-за веры в меня.

— …А ещё ты жуткий пласка, Белл.

— П-Прости!

Я быстро вытер появившиеся в глазах слёзы. И, всё же, Нажа, с симпатией потрепала меня по волосам. Я покраснел, а остальные авантюристы смотрели на меня с интересом.

— Итак, что я могу сделать? Пока только я, Дафны и Кассандры тут нет…

— Ну, ладно… если ты готова помочь…

Всё это время я ощущал на себе зоркий взгляд Айз. Достав один из предметов мешочка и протянув его Наже я сказал ей на ухо что нужно сделать.

— Хорошо, поняла… И Белл, тебе лучше купить в следующий раз побольше зелий! — улыбнувшись, сказала она.

— Ха-ха… обязательно!

Она отошла, помахав мне на прощание. Она придала мне бодрости и храбрости.

Женщина… чинтроп…

Айз наблюдала за встречей Белла и Нажи с крыши здания.

…Она трогает его волосы.

Её рука двинулась сама собой, будто бы погладив воздух, как у маленькой девочки, у которой уводят любимую зверушку.

Мгновение спустя Айз осознала, что делает и помотала головой, будто избавляясь от наваждения.

Он что-то ей передал? Я не смогу уследить за ними обоими… лучше сказать Раулю, подумала девушка, после расставания Белла и Нажи.

Она продолжила следить за Беллом.

Помощь Нажи может очень нам пригодиться… интересно, стоит ли рассказывать об этом Лили.

Попрощавшись с чинтропом я отправился на самый южный край Района-Лабиринта. Краем глаза я несколько раз видел Айз, разумеется, она за мной следовала и начал подносить нарукавник с окулюсом к губам, собираясь снова связаться с боженькой. Но прежде, чем я успел произнести хоть слово, в моих ушах зазвучал томный женский голос.

— Белл Кранелл!

— Ииик?! Айша?

— Чего раскричался? Будто монстра увидел. Может ты принял меня за здоровенную жабу вместо женщины?

— П-прости! И Лю тоже… Ой!

Я удивлённо заморгал, когда Лю вытянула палец и прижала мне его к губам. Она была одета в капюшон и маску, скрывающую лицо, в противоположность ей Айша выглядела будто танцовщица на представлении.

— Приветствую вас, господин Кранелл. И очень прошу не выкрикивать моё имя.

— Ч-что вы здесь делаете? — повторил я вопрос, заданный Наже.

— Андромеда всё нам рассказала. Мы пришли чтобы вам помочь. — спокойно сказала Лю.

— Я не говорила раньше, но я вступила в Паству Гермеса. Строго говоря, запретов в ней почти нет. — добавила Айша, пожав плечами.

Я не совсем понимаю, что происходит, но… Гермес? Опять?

Учитывая предмет нашего разговора, мы склонились друг к другу, будто проводя тайное совещание. Мужчины авантюристы с отвращением прищёлкивали языками, увидев меня очень близко к скрытой маской Лю и обворожительной и соблазнительной Айшей. Ледяных взглядов в мою сторону стало больше.

— Андромеда кое о чём нас попросила…

— Об этом мы позаботиться успеем. Вам что-нибудь нужно? Только скажите.

— Что же… — общение со способными авантюристками второго ранга заставило меня понервничать, но просьбу я сформулировал.

— …Задача довольно трудная. — сказала Лю. Айша почти не сдерживала эмоций.

— А кишка у тебя не тонка о таком просить!

—П-простите! Так вы выиграете мне время… хоть немного… Или это слишком сложно?

Честно говоря, я прекрасно понимаю, что прошу очень многого. Но ещё я понимаю, что сдерживаться у меня нет права.

Если я не попрошу их об этом, я ничего не смогу сделать.

— Нет, нет, мы справимся. Если так вам нужно. Мы приложим все усилия.

— Лю… прости. И большое спасибо.

Ощущение благодарности расползлось по моей груди, когда я посмотрел в небесно-голубые глаза эльфийки почти скрытые капюшоном.

Однако из этого приятного чувства меня вырвала рука Айши, обхватившая мою шею.

— Ой!..

— Парень, да тебя преследуют проблемы. Или, лучше сказать, это ты не можешь без них жить?

Вторая рука Айши присоединилась к первой, она прижала меня к себе.

Меня окутала её мягкость и запах мускуса. Я покраснел, ощутив, как её огромная грудь прижалась ко мне и её вздох рядом со своим ухом.

— Когда всё закончится, хочу получить свою награду.

— А?!

Она облизала губы и одарила меня кокетливой улыбкой. Я ощутил, как кровь отливает у меня от лица и вдруг…

— Я думала, что говорила тебе чтобы ты убрала от него свои руки!

Лю с ужасающей силой махнула деревянным мечом в сторону Айши.

Айша увернулась в последний момент, будто ждала этого удара… не отрывая меня от своей груди. Даже под капюшоном было видно, как пылают от гнева глаза Лю.

Это не шутки, она правда разозлилась!

— Отпусти господина Кранелла сию же секунду. А если не отпустишь, я тебя изобью.

— Ну попробуй! Я не из тех, кто останется в стороне, когда добыча сама просится в руки!

Почему всё вдруг стало так серьёзно?! Разве они обе не говорили, что пришли помочь?!

Я отчаянно пытался вырваться из мягких бронзовых оков, но силу рук авантюристки четвёртого уровня преодолеть было не так просто. Я оказался зажат между гневом эльфийки и телом амазонки. Вдобавок, другие авантюристы смотрели на меня с нескрываемым желанием разорвать… Ааааххххх!..

Стоп, за мной же сейчас следят!

Я поднял взгляд и…

АААААААААААААААААААААААААААА!!!

Айз не сводит с меня взгляда!

Снова женщины?.. Амазонка и… Кто бы это мог быть?

Айз смотрела как Амазонка и кто-то в маске разговаривают с парнем.

Она только что не раздумывая прижала палец ему к губам.

…А теперь его… обнимают!

Наблюдая с края крыши как амазонка прижала Белла к груди Айз ни слова не сказала. Будто бы сами собой ноги Айз склонились, делая её чуть ближе к развернувшейся внизу сцене.

Она обхватила ноги руками и уставилась на Белла.

Если всё это время взгляд Айз можно было сравнивать с дождём, сейчас начался настоящий ливень.

Плохо, как же плохо!.. Мне так хочется подбежать к ней и всё объяснить!!!

Когда Лю и Айша горячо споря всё же меня оставили, пот с меня лил водопадом.

Взгляды явно готовых убить меня авантюристов ничего для меня не значили, а вот взгляд Айз заставил меня забеспокоиться.

А выражение на её лице не изменилось. Совсем не изменилось!

Она будто всё берёт себе на заметку. Моё сердце не переставало часто биться.

Это одна из твоих стратегий чтобы меня подкосить, Финн?! Кричал я сам себе в мыслях, хоть страх и восхищение авантюристом первого ранга почти наверняка не были справедливыми.

Надо бы отправиться куда-нибудь, где людей поменьше…

Стоило мне так подумать.

— Вот ты где! Белл!

Добить меня взялась последняя убийца.

— Э-Эйна?!

— Наконец я тебе нашла! Везде искала!

Она была одета в свою униформу и направилась прямо ко мне, как увидела. Я услышал зловещие прешёптывания, что-то вроде «Снова?». Сердце опять забилось со страшной силой.

— Ч-что вы здесь делаете? — спросил я в третий раз за ночь.

— Мне передали что ты на Улице Дедала! А когда я расспросила авантюристов, они были столь добры, что указали мне сюда! — неистово заявила она.

Должен признать, учитывая сколько внимания я к себе привлекаю, спросить авантюристов было правильной идеей.

Но… Эйна злится?

Я думал, что, когда мы встретились в последний раз ей, было скорей… неловко?

Не обращая внимания на мою панику, она приблизилась ко мне лицом, чуть ли не ткнув в него кончиком носа.

— Ты слишком долго ко мне не приходил, и я решила прийти к тебе!

— П-простите?! Эм, мне было слишком стыдно, и я не решился показаться вам на глаза, поэтому!..

— Ну конечно не решился. Ты же у нас стыдливый! Каким бы серьёзным ни было положение, твоя трусость даже меня поразила! А тебе не показалось, что сходить проведать меня ещё разок было бы неплохой идеей?

— П-простите!.. — сказал я, краснея.

Никогда не видел Эйну в такой ярости.

И это всё из-за меня, это я заставил её поволноваться и побеспокоиться, поэтому надо было перед ней как следует извиниться. Она зла на меня до глубины души, как сестра на младшего брата.

— Для тебя я просто девушка, которой можно воспользоваться, когда удобно, да?!

— Мисс Эйна!!! Вас же неправильно поймут!.. — закричал я, на сегодня это стало для меня сильнейшим ударом.

Взгляды других авантюристов стали ещё пронзительней. Я думал, что достиг дна, но теперь у кучки мусора репутация будет лучше, чем у меня. Я слышал, как в мою сторону шепчут оскорбления и проклятья.

— Худший.

— Враг всех женщин.

— Иди убейся, кролик!

Аахххххх!!!

Я был слишком напуган чтобы смотреть на Айз.

— Я никуда тебя не пущу, пока ты не ответишь на все мои вопросы!

— Что? Но ведь?!

Эйна схватила меня под руку и снова я оказался прижат к женскому телу.

Я побагровел, потом побелел, потому что локоть упёрся в грудь Эйны и авантюристы снова начали испепелять меня взглядами. А ещё потому, что мой идол сверлила меня взглядом в затылок.

Наверное, это какая-то божественная кара. И она обрушилось на меня за то, что я заставил Эйну рыдать в тот день.

Очередная… женщина, снова?..

Айз видела встречу Белла с Эйной.

…Только женщины, мужчин не было.

Она погрузилась в тишину, и эта тишина окутала её с головы до пят. Хоть она и сидела, неподвижно обняв руками колени, её глаза впились в белый затылок парня. Из всех фраз самой отчётливой для неё была «Для тебя я просто девушка, которой можно воспользоваться».

Он побагровел, а потом побелел, будто быстро переодевшийся актёр. Было заметно как ему неуютно.

Айз наклонила голову в сторону, её золотые волосы соскользнули на плечо.

— Может Белл… бабник? — прошептала она сама себе.

Мгновенье спустя в ночное небо отправился отчаянный крик Белла.

***

— Уже не раз я услышала крики Белла… — беспокойно сказала Харухиме.

— Знаю. Я хотела утихомирить его и сказать, чтобы он не шумел, но раз мы далеко, ничего не поделаешь. — ответила Гестия, стоящая со скрещенными на груди руками.

Завывания Белла было слышно в окулюс. Гестия а также одетая в кимоно Харухиме находились в юго-западной части Дедаловой Улицы, почти на границе Района Удовольствий. Они заняли позицию на заброшенной башне, с которой хорошо было видно эту часть города.

— И, Харухиме, рядом с кристаллом говори тише, потому что он принимает звуки.

— Ой, простите пожалуйста! — сказала девушка-ренарт, прижимая руки ко рту и отпрыгивая от окулюса.

Целый ряд окули выстроился на крыше, за ними была раскрыта карта размером с ковёр. Наследие Дедала, название этой карты, было написано в уголке. Мудрец лично ходил своими костяными ногами по Району Лабиринту чтобы создать эту карту. Многого я понять не смогу, но местность разведаю, говорил в своё время маг. Несмотря на скромные заявления о том, что он мог пропустить несколько закоулков и дверей, карта включала пути, о которых знали далеко не все жители Улицы Дедала. Сотни и тысячи символов, составляли заметки, от ширины улиц, до количества потенциальных узких проёмов, поначалу глаза Гестии разбегались от этого многообразия.

В этой карте была заключена одна очень важная особенность.

На улицах было записано множество имён и все они передвигались как будто бы были живыми.

— Посмотрим… Кажется, Белл и Помощница оказались в южной части района, как и было нужно…

— Но Микото-сан и Вельф-сан ещё не встретились с Ксеносами, кажется.

Гестия забралась прямо на карту, а Харухиме склонилась над ней, сложив руки на колени. Они следили за множеством движущихся имён, Гестия отслеживала некоторые пальцем.

Карта была осыпана Порошком Провидца, одним из магических предметов Фелса.

Порошок хранился в огромном сосуде. Чтобы его использовать, пришлось капнуть в него кровью, а после осыпать полученной смесью карту. Если пожертвовавший кровь оказывался на участке, которой нарисован на карте, появлялось его имя и расположение. Гестия и все члены её Паствы капнули крови в сосуд, который после, благодаря сове-фамильяру, был также доставлен и Ксеносам. После того как монстры также добавили в сосуд крови, сова принесла её обратно Гестии. Богиня рассыпала порошок по Наследию Дедала, карте, которую она получила от Урана, и волшебная карта была завершена. Это позволило ей следить за расположением на улицах членов её Паствы и Ксеносов.

Единственный побочный эффект заключался в том, что порошок мог быть использован только с картами, начертанными на особой бумаге, создаваемой самим Фелсом. Однако карта должна быть достаточно точной. Начерченные наспех чертежи для этой цели не подойдут.

Огромная карта Района-Лабиринта показывала все имена на Коине, начертанные кровавым цветом, кроме Фелса и Гроса, которые не могли отдать свою кровь. Возможно, создавая этот предмет Фелс был в приподнятом расположении духа, потому что слова были будто бы начертаны перьевой ручкой и двигались по карте будто шахматные фигуры.

Харухиме взяла в руки окулюс, связанный с окулюсом Вельфа.

— Вельф-сан, Микото-сан… поверните пожалуйста на третьем повороте. — сказала она.

— Там дренажный канал, с другой стороны, дороги, в нём прячутся Ксеносы. — добавила Гестия.

— Понятно.

— Спасибо вам, Харухиме-доно, Гестия-ками!

Силы Порошка Провидца и окули позволили Гестии и Харухиме определять расположение всех людей и связываться с ними, потому их убежище в башне стало подобием командного центра. То, что здесь случится может определить судьбу Ксеносов, которым необходимо пробраться по Району Лабиринту в лабиринт подземный, Кносс.

Поскольку Гестия не способна сражаться, она стала управлять остальными из-за кулис. Харухиме стала её помощницей, и, в случай крайней необходимости она может отправиться на улицы чтобы предоставить Беллу и остальным бойцам поднятие уровня.

— Если бы эти штуки могли бы наших врагов отслеживать, было бы вообще идеально. — сказала Гестия.

— И правда… Тогда можно было бы провести Ксеносов так, что они ни разу не столкнуться с Паствой Локи.

Гестия сошла с карты, села скрестив ноги и посмотрела в сторону центральной части Района Лабиринта, туда, где располагался предполагаемый штаб Паствы Локи.

Попросить их крови, мы, конечно не можем…

Ей вспомнилось лицо красноволосой богини и разговор, который у них состоялся.

— Локи. Я хочу рассказать тебе о монстрах в броне.

Это случилось в тот день, когда Гестия и Белл разделились на Дедаловой Улице. После первых слов, которыми они перебросились, и парень ушёл.

— Только когда мы окажемся наедине.

— …Ну валяй. Если это ненадолго.

Возможно, что-то, что Локи разглядела в серьёзности Гестии заставило её согласиться. Она последовала за низенькой богиней в круглый внутренний дворик, в котором был фонтан.

— Монстров, появившихся на поверхности, называют Ксеносами. Они обладают самосознанием. — сказала Гестия.

Она рассказала Локи всё что знала о Ксеносах и как её Паства с ними связана. Зная Локи, Гестия рисковала что эта информация уже через несколько минут станет достоянием всего города. Однако также она знала, что правда о случившиеся может оказать своё влияние на Паству Локи. Гестия говорила, с надеждой на то, что Локи поведёт себя так, как полагается великодушному божеству.

— Ого… монстры могут общаться.

Локи не слишком удивилась, услышав Гестию. Она прищурила свои красные глаза.

— Итак, ты мне всё выложила, чего ты от меня ожидаешь?

— …Я хочу, чтобы ты помогла нам жить с Ксеносами в мире. Конечно, сейчас это слишком, но если бы ты могла закрыть глаза, на время…

Локи прервала её вызывающей усмешкой.

— Ты дура или как?

Эти четыре слова разрушили все надежды Гестии.

— !..

— Малышка. Ты знаешь кто командир наших отрядов?

— …Храбрец, Финн Деймне?

— И как называется наша группа?

— …Паства Локи, сильнейшая Паства города?

— И ты чертовски права. Финн надежда всех полуросликов и звезда Орарио. Это, конечно, как заноза в заднице, но мы лучшая Паства города. Ты хоть понимаешь, что сделают люди если мы встанем на сторону монстров?

Гестия не нашла что ответить.

— Если я попытаюсь вынудить моих милых маленьких деток провернуть нечто подобное, они поднимут меня на смех. Они скажут: «Локи, твои шутки зашли слишком далеко, пора тебе завязать с весельем и играми», а могут даже развернуться и уйти. Финн заинтересован лишь в одном, так было всегда. Он не раздумывая от меня уйдёт.

Вопреки тому, как прозвучали слова о холодности и расчётливости Финна, Локи явно была довольна жизнью.

— Финн жаждет возвышения своего рода. Он не станет делать ничего, что могло бы запятнать его репутацию. Не может. Поэтому закрывать глаза на монстров он не станет… Твои детки показательный пример того, что случится если люди об этом, прознают.

— …

— Амбиции Финна никогда не пересекутся с тем, чего ты просишь.

Паства Локи под началом Финна и Паства Гестии, пытающаяся помочь монстрам никогда не добьются понимания. Сама того не зная, Локи подтвердила слова, сказанные Беллу Гермесом.

— К тому же, Финн уже понял, что эти Ксеносы такое.

— !

— А Айз и остальным ни слова не сказал. Знаешь почему?

Гестия попыталась придумать ответ, но Локи продолжила.

— Потому что это может их замедлить. Если его милые маленькие подчинённые будут мешкать, а не действовать… вдобавок, если правда о Ксеносах всплывёт, это потрясёт Орарио до самого основания.

Рассказывать всем о Ксеносах может и благородный порыв, но это поставит под угрозу жизни многих людей.

Могла ли Гестия с уверенностью предположить, что авантюристы, узнавшие о существовании Ксеносов смогут и дальше не раздумывая убивать монстров? Конечно, не могла. А малейшее промедление авантюриста может стоит ему жизни. Такая информация может стать для Орарио смертельно опасной, благодаря существованию Подземелья. Финн это знал.

Знала и Гестия. Когда в Районе Лабиринте разгорелась битва между Паствой Локи и Ксеносами, ни она, ни Фелс не стали кричать о том, что это разумные монстры. Они боялись погрузить мир смертных в хаос, справиться с которым будет уже нельзя.

Возможно, потому Фелс знал заранее, что Финн не прислушается к словам. Пока хоть один горожанин смотрит на бой, он будет убивать «монстров» даже зная, что они безвредны. Таков его непоколебимый дух и таковы его амбиции.

— Теперь видишь, что это невозможно, правда же? Мысль о том, что наши детки и монстры могут жить в мире. — сказала Локи.

— Но это зависит…

— Мы, легкомысленные боги, смотрим на это как на загадку и развлечение. Но наши дети не такие. Они ненавидят монстров искренне, эта ненависть в их сердцах и душах. Боюсь в этом причина.

Локи вздохнула и продолжила.

— Что, если болезнь, убившая целую кучу наших детей?.. Допустим, Чёрная смерть. Так вот, Чёрная Смерть перебила кучу народа, а потом вернулась и говорит: «Слушайте, я хочу подружиться с человечеством, больше никого убивать не буду, обещаю», думаешь наши детки пожмут с ней руки и подружатся?

— …

— Ни за что. Они будут бояться слишком сильно. Они будут знать, что болезнь, сама того не желая, может заставить их страдать и умирать. И сделать ей это раз плюнуть.

Монстры стали символом разрушения по всему миру, убили сотни миллионов жителей поверхности. И продолжают убивать до сих пор. У них зловещие тела, клыки, когти, которые являются символом кровопролития, они могут дышать огнём и реветь так, что слабые люди просто падают без сознания. Монстры — это прирождённые убийцы. Локи указала на то, что для жителей нижнего мира монстры всё равно что болезнь или катастрофа.

И в этом примере на месте «болезни, убившей кучу детей», Ксеносы. Позволять «Болезни» разгуливаться без лекарства на руках это прямой путь к саморазрушению.

— Поэтому я останусь глуха к твоей просьбе. Всё ложится на плечи Финна, все наши решения и действия. — сказала Локи.

Гестия посмотрела себе в ноги и прикусила губу, но следующие слова Локи заставили её удивлённо поднять взгляд.

— А в обмен я никому ничего не расскажу о том, что ты мне сказала.

— А?

— Я сказала, что сделаю вид будто ничего от тебя не слышала. Я не скажу Финну что собирается делать твоя Паства. Я буду стоять и наблюдать со стороны.

— …Чего ты добиваешься?

— Ну, всякого-разного… Думаю в этом случае я просто богиня которая любит загадки и поразвлечься. — игриво ответила Локи и развернулась, чтобы уйти.

— Постой, Локи!

— Пока, Малявка. Спасибо что помогла убить время.

Махнув на прощанье рукой, богиня с красными волосами исчезла в проулке.

Не знаю о чём думает Локи… Но похоже за неё беспокоиться не стоит.

В каком-то смысле Локи была самой опасной фигурой из всех назойливых обманщиц, но после того разговора Гестия понимала, что о ней можно не беспокоиться. Таким был итог её переговоров.

И поэтому Гестия решила вернуться к происходящим событиям.

— Всё зависит от Белла и остальных… — пробормотала она.

Она посмотрела наверх. Скрывающие небо облака истончились.

Разбитые часы лежащие рядом с картой тикали. Назначенное время пришло.

***

Лидо посмотрел в тёмное небо.

Оно больше не было скрыто облаками и превратилось в подобие бескрайнего звёздного моря.

— Наконец я смог увидеть небо которого желал… но лишь украдкой. Может, мы создания теней, всё-таки. — тихонько сказал он, подкалывая самого себя.

Покрытый чешуёй ящеровоин стоял на краю тёмной канализации. Его взгляд был устремлён в небо.

Свет его надежды сиял ещё призрачней чем звёзды в бескрайнем небе.

— Простите что заставили ждать.

— Вельф! Микото!

— Давно не виделись… Ну, не так уж и давно… но я рад что ты в порядке, Виена.

Лидо повернулся, услышав радостны голос Виены и увидел, как она бросается к Вельфу и Микото. Они несли огромные рюкзаки с мешочками, призванными прикрыть запах Лидо и остальных.

Вместе с остальными Ксеносами он окружил довольную вуивру и людей. Вид беззаботных улыбок был бесценен. Они были надеждой Ксеносов.

Каждый раз, когда Лидо видел их улыбки, в его голове просыпалась нахальная мысль. Разве ты можешь просить чего-то большего? Говорил ему внутренний голос… но, Лидо всё равно хотел большего.

Я хочу увидеть будущее, в которое мы могли бы вступить вместе.

— …Лидо, пора. Мы на тебя надеемся!

— Да, конечно.

По указанию Фелса, смотревшего на сломанные карманные часы, Лидо вышел из канализации. С ловкостью, которой невозможно было ожидать от огромного тела он забрался на крышу.

Он окинул взглядом тёмный город и тихо извинился перед незнакомыми ему жителями. После он решился.

Наполнив лёгкие воздухом, он издал рёв, выпустив весь воздух разом.

Ууууууууууууоооооооооооо…

Рёв монстра сотряс тёмную ночь.

Длинный, низкий рёв разнёсся по всему Району Лабиринту, а потом и по всему уголкам города.

Авантюристы разом обратили в его сторону взгляды.

Горожане содрогнулись от ужаса. Все они замерли. Они поняли, что время пришло.

Снова боевой клич монстров прозвучал над городом.

Охооууууууууууу…

— Они отвечают. — сказал Фелс, поворачиваясь в направлениях изданных звуков.

Рёв, который ответил в ночном небе напоминал клич молодой девушки. Сирена напряглась.

— Я слышу Фию и Летта, но не Аруру…

— Мы услышим её клич. Может сейчас она прячется, или что-то мешает ей его издать… — сказал Грос.

Клич разнёсся по всему городу, этот язык были способны понять только монстры. Люди и боги не знали, что он означает. Кличи издавались чтобы доложить о расположении каждого из монстров, цели их похода и других важных вещах.

— Теперь нам остаётся только доверится им и уходить.

По команде Фелса Ксеносы разбежались из канализации, слившись с тьмой.

— Сэр Ройман?!

— Что это? Что? Что-то случилось?

Побледневший глава Гильдии выскочил на балкон верхнего этажа Пантеона и наклонился через перила балкона.

— Они наступают? Они пошли в атаку?

— Настоящее раздолье! Идём тусоваться!

— Хочу на Дедалову Улицу! Хочу туда пойтиииии!

Боги и богини взревели от восторга. Несмотря на повисших на них детей они танцевали и подпрыгивали.

— Капитан!

— …

Командир лучшей Паствы города осмотрел Район Лабиринт.

— …

Чёрный как ночь монстр задрал голову к небу и побежал ведомый звёздами.

Гермес прищурил оранжевые глаза и проговорил во тьму.

— Итак, игра началась.

Вот так с ночной тишины и началась война.

----------

Стычка на улице Дедала

[[image:/storage/reader-images/e8d03e75eabe047b1a032978c90f0949d723119f.png]]
Наши действия начала Лили.

— Что эти монстры себе позволяют?

— Найдём все места, из которых слышались крики!

Рёв вынудил действовать всех авантюристов, собравшихся на Дедаловой Улице. Среди этого хаоса маленький молодой парень-полурослик скользнул в тёмный переулок. Скрывшись от авантюристов, он присел к стене и положил руки на лоб.

— Звони, полуночный колокол.

Серый свет окутал полурослика, и эта форма испарилась, раскрыв Лили, только что снявшую заклинание смены вида, Золушку.

— Как же мне это не нравится. Как страшно. Если авантюристы меня поймают, они убьют меня на месте. И почему мне приходится это делать…

Бормоча себе под нос что-то серьёзное, она приготовилась сделать то, что ей было сказано.

Она опустила веки с ореховыми ресницами и закрыла глаза.

— Твои шрамы мои. Мои шрамы мои.

Стоило её губам произнести заклинание, как магия снова изменила её внешность.

В одно мгновенье она оказалась одета в плотный синий боевой жакет, а на её шее оказались сломанные часы. У неё появился пушистый круглый хвостик, длинные уши и круглые красные глаза. Она стала Аль-миражом, монстром-кроликом.

Если Лили хорошо представляет во что превращается, Золушка способна превратить её даже в монстра. Сейчас она стала аль-миражом Аруру, этот вид казался ей наименее противным среди других мелких Ксеносов.

Она решительно вышла из теней, сказав: «Кьююю!» (У меня получится!), — уже не человеческим голосом.

Авантюристы тут же её нашли.

— В-вижу одного!

— Монстр! В переулке!

Раскричавшись, они бросились с главной улицы в переулок.

Обезумевшие от желания получить награду, с налитыми кровью глазами, мечам и топорами наперевес они бросились к добыче, будто бы совсем лишившись рассудка. До чего же жадные ублюдки! Неудивительно, что авантюристов считают отвратительными! На время отбросив свои обычные манеры, Лили плевалась кроличьими проклятьями.

Разъярённые авантюристы были на взводе. Золушка позволяла Лили менять внешность, но не изменяла её Характеристики на характеристики монстра. Некоторые из этих авантюристов уже подняли уровень и, поскольку девушка была всего лишь помощницей, она боялась, что её поймают. Этот страх не был пустым, несколько раз её чуть не схватили.

Каждый раз, когда такое происходило, девушка забегала за угол и снимала Золушку.

— Звони, полуночный колокол.

Вернувшись к своей обычной внешности Лили проходила мимо разъярённых авантюристов, как ни в чём не бывало.

Трансформация, деактивация. Трансформация, деактивация. Её преследователи не стеснялись выражать свою ярость, когда аль-мираж ускользал у них из рук. Каждый раз, когда их плечи и тела сталкивались, когда они обыскивали каждый сантиметр узких переулков, они рассыпались в проклятиях.

Слушая нарастающий хаос, Лили использовала своё заклинание снова и снова, её дыхание сбилось от постоянного скакания по Району Лабиринту.

— Как же я ненавижу Фелса!..

Даже проклиная мудреца, придумавшего эту уловку, Лили исполняла указанную ей роль.

— Я видел Аль-миража!

— Он вон там. Лови его!

Белл был в другой части южной стороны Района Лабиринта, но крики авантюристов достигли и его.

— !..

Эйна, поражённая рыком Лидо и остальных Ксеносов, не отходила от Белла. Когда настал назначенный момент, Белл осторожно убрал от себя её руку. К тому времени, как девушка это заметила, он уже бежал.

— Простите, Эйна! — крикнул он, оглядываясь на неё с расстояния.

— А?! Белл!

— Можете выместить на меня злость позже!

— Эй, ты!..

Впрочем, злость Эйны в этот момент была напускной. На самом деле, ей хотелось побежать за Беллом. Не для того, чтобы бежать с ним, а чтобы остановить. Её наполнило беспокойство о том, что он окажется в опасности и будет ранен. Но Белл был авантюристом, а Эйна работницей Гильдии. Она зашла довольно далеко, идя на поводу у своих чувств и приступа гнева, но теперь ей остаётся только исполнять долг работницы Гильдии.

— …Ой, я совсем забыла отдать ему потерянный браслет, который дал мне Гермес.

Она взяла в руку браслет, и её выражение сменилось со злости на беспокойство.

Тем временем Белл побежал от Эйны прочь.

— Белл, кажется, двое из потерянных Ксеносов сейчас на восточной стороне Улицы Дедала.

Приглушённый голос Гестии донёсся из нарукавника. Фелс, должно быть, сказал ей о расположении Ксеносов, ответивших на зов Лидо и теперь она передала сказанное Беллу.

— Ммм… это довольно далеко от того места, в котором я нахожусь. Так что… — прошептал в окулюс парень.

— Продолжай отвлекать на себя внимание, как и планировалось.

Белл кивнул.

Айз следует за мной и… как мы и хотели, остальные авантюристы тоже не сводят с меня взгляда.

Оглянувшись через плечо, парень увидел следовавшую за ним Айз, перепрыгивавшую с крыши на крышу. Посмотрев дальше за спину, он заметил, что преследователи не отстают и ощутил ещё несколько взглядов на себе издалека, они не приближались, но и не отставали, будто охотники. Возможно, следуя приказам божеств, они не стали следовать за аль-миражом, а присматривали за Беллом, как за более подозрительным участником этой ситуации. Пусть парень и не видел их взглядов, он ощущал, что за ним следят с жадностью, будто за огромной горой золота.

Но, я не смогу отвлечь на себя Паству Локи, ничего не сработает. Мне остаётся только стряхнуть этих людей с хвоста, вместе с Айз!

Он ускорился и повернул в бесчисленные мелкие переулки, подальше от широких улиц.

— !

— Быстрее пока он не затерялся!

Пролетев мимо группы авантюристов отвлекаемой Лили, Белл отправился в соседний юго-восточный район. Авантюристы последовали за ним. Белл был рад, что их удалось отвести так далеко, но теперь ему было нужно, чтобы они остались здесь, в то время как он вернётся.

Нажа и Лю остальное на вас!

Проскользнув будто тень туда, где его преследователи потеряют его из вида, парень вытащил вонючий мешочек и выкинул его содержимое через плечо, чтобы сбить запах. После этого он сорвал с себя чёрную мантию, вывернул её и снова набросил на тело. В это самое мгновенье он бесследно исчез.

— ?!

— Куда побежал Маленький Новичок?

Белл слышал удивление авантюристов. Заметил он и округлившиеся глаза Айз.

Он использовал Двухстороннюю Вуаль — один из магических предметов Фелса.

Подобно Голове Аида Асфи, она делает всё, что покрывает, невидимым. Однако, в отличии от головного убора, придающего владельцу невидимость постоянно, Вуаль можно было использовать разными сторонами, и пользователь мог использовать её силы по мере необходимости. Обычная мантия становилась устройством для скрытности в одно мгновение.

Оставив поражённых авантюристов и Айз позади, Белл ушёл, не снимая вуали.

— Куда этот мелкий проходимец спрятался?..

Авантюристы, искавшие в Белла, постепенно впадали в ярость, прочёсывая переулок, в котором он исчез. И в этот момент они заметили.

— А это что за запах?..

Первыми были зверолюди, но вскоре и остальные ощутили слабый аромат и начали принюхиваться.

— Я его видел! Маленького Новичка! Он вошёл в тот дом!

Услышав крик, остальные авантюристы, будто обезумев вбежали в указанный дом. Поклявшись разорвать Белла за то, что он доставил им столько неприятностей, авантюристы ворвались в барак, стоящий в переулке.

— Не в этот дом! Через дорогу!

— Что?!

— М-монстр! Тут монстр!

Среди сновавших туда и сюда авантюристов началось замешательство. Среди групп авантюристов настала неразбериха. Кто-то кричал, что видел монстра, кто-то, что видел Белла Кранелла, входившим в дом. Авантюристы начали с подозрением посматривать друг на друга, стараясь отойти от остальных и ускользнуть.

— Эй, я ничего тут не видел! Ни монстров, ни Маленького Новичка! — заявил авантюрист-дварф.

— Н-но это правда! Он вон там, за тобой!

Дварф повернул голову в направлении, указанном зверочеловеком, но не увидел там ни души. Придя в ярость, он повернулся обратно и ударил зверочеловека в лицо.

— Ого… эти штуки заставляют людей видеть галлюцинации! — пробормотала Нажа.

Она стояла поодаль, слушая разъярённые голоса авантюристов, пришедших в замешательство, прижимая к носу шарф. В другой своей руке она держала два высушенных цветка. Их лепестки были синими и красными. Присмотревшись, можно было заметить золотую пыльцу, исходящую от этих цветов. Так выглядел один из магических предметов Фелса.

Чтобы использовать эти цветы, у человека должны быть определённые воспоминания. Тот, кто вдохнёт пыльцу, будет видеть различные объекты или людей. Некоторые способности защищают от иллюзий, но когда дело доходит до большой группы авантюристов, вроде такой, эти цветы очень эффективны. Авантюристы низкого ранга и те, кто не получил иммунитет, выкрикивали предупреждения о том, что видели. Цветы погрузили оба южных сектора, там, где была Лили, и там, где велась погоня за Беллом, в хаос.

Нажа ходила по ночным улицам, как ей вздумается, неся в руках магические цветы. Белл объяснил ей, как работают эти цветы, и попросил просто ходить по Дедаловой Улице, держа их в руках.

— Интересно, откуда у него такой мощный предмет… очень хотелось бы знать.

Поражённая эффектом Нажа озадаченно наклонила голову.

— Чего Белл и его Паства добиваются?..

— Он исчез?

Айз перепрыгивала с крыши на крышу, преследуя Белла. В одно из мгновений она посмотрела вниз, и её глаза округлились.

Она думала, что парень просто скрылся в тени, но в следующее мгновение он будто исчез.

Остановившись, девушка осмотрелась, напрягая все свои органы чувств.

Нет, он ещё здесь.

Она ощущала его присутствие. Как бы он не пытался скрыться от внимания авантюристки первого ранга, способной услышать даже самые тихие из шагов и уловить слабейшие признаки его присутствия, парню не удалось. Опытная мечница догадалась, что он просто стал невидимым почти сразу.

Несмотря на замешательство, вызванное тем, что она перестала видеть парня, Айз бросилась в погоню по его следам.

— Принцесса Меча.

— !

Силуэт заблокировал Айз дальнейший путь. Перед ней стояла авантюристка в длинном плаще с капюшоном и ботинках, напоминающих ботинки Айз. Она сняла с пояса деревянный меч.

— Я бросаю тебе вызов.

Айз посмотрела на неё с удивлением.

Сейчас?.. Здесь?

Она одна из сильнейших авантюристок величайшей Паствы Орарио и ей не раз приходилось переживать неожиданные нападения. В подобном нападении неизвестной не было ничего удивительного. Не так уж и необычно, что нашёлся боец, уверенный в своём мастерстве владения мечом, чтобы бросить вызов Принцессе Меча.

Единственное, что удивило Айз, время в которое он был брошен.

— Я создание теней. Только сейчас я могу сравниться в мастерстве владения мечом с тобой, — сказала таинственная девушка.

В её тихом голосе, казалось, не было лжи. И, к интересу Айз, было в её голосе что-то, что вызывало у девушки знакомые ощущения. Айз ощутила определённую эмпатию.

Но не слишком ли это подходящее время, для совпадения?

Положив руку на рукоять любимого меча, Айз вдруг вспомнила об убегающем от неё парне.

— Прошу прощения, но я вынуждена настоять.

Айз подумала, что ей стоит проигнорировать этот вызов, но авантюристка в маске напала на неё, занеся меч.

Она была невероятно быстра!

Скорость деревянного меча авантюристки говорила о том, что она авантюристка первого ранга. Айз осталось только обнажить оружие. Столкновение мечей эхом разнеслось в ночи. Звуки драки прокатились по крышам и тёмным переулкам.

Айз знала, что, если она попытается преследовать Белла, авантюристка в маске, скорее всего, ей помешает. А поскольку ей не удастся преследовать парня, она решила, что нужно справиться с возникшим перед ней противником.

Эти искры…

На мгновенье Айз отвлеклась на искры света, отделяющиеся от авантюристки в капюшоне, а потом погрузилась в битву.***

— Эм… С этой эльфийкой всё будет в порядке?..

С опаской на лице Харухиме взглянула на авантюристку в маске. Гестия, склонившаяся над магической картой, также следила за её передвижениями.

— Нам остаётся только ей довериться. Она отлично сражается, но, судя по тому, что я видела на Улице Дедала, маленькая Валлен-что-то-там тоже чертовски сильна…

Незадолго до того как Лю, эльфийка в маске, посетила пост Гестии и Харухиме на южном краю Района Лабиринта, Белл попросил её задержать Айз и не дать девушке за ним проследить, и по его просьбе Лю получила поднятие уровня. Мощные чары Харухиме были необходимы, чтобы Лю смогла отнять у Принцессы Меча хоть какое-то время.

Вот так бой в юго-восточном участке Районе Лабиринта превратилась в мощную схватку авантюристов пятого и шестого уровня.

— Боженька!

— Белл?

— Благодаря Лю, я оторвался от Айз… но не отвлёк членов Паствы Локи. Возможно будет лучше, если я пойду к Виене и остальным?..

Он беспокоился, что, если не привлечёт к себе внимание, Ксеносов могут перехватить.

— Постой, Белл, — сказала Гестия. — Незнание твоего положения должно напугать Паству Локи. По крайней мере, они будут об этом беспокоиться. Ты же и сам знаешь, как страшен может быть невидимый враг, правда?

— Ну, да…

— У тебя ещё остались магические предметы? Если остались, мне нужно, чтобы ты не показывался и вызвал переполох среди авантюристов. Не позволяй Пастве Локи тебя обнаружить. Наши помощники скоро сделают свой ход.

— …Понял!

Убедив Белла сдержаться, Гестия вздохнула с облегчением, но уже мгновением спустя нахмурилась.

— Я только что убедила Белла… но чёрт. Паства Локи даже не зашевелилась.

— Лили-сан и Белл-сама очень стараются… — сказала Харухиме.

Несмотря на активные действия со стороны Белла и Лили, Паства Локи продолжает окружать центральную зону Района Лабиринта. По крайней мере, об этом можно судить по фонарям с магическими камнями на крышах.

Оторвав взгляд от магической карты, богиня и девушка беспокойно перевели взгляды на центральную зону Улицы Дедала.

— Они начали действовать, — пробормотал Финн.

Информация начала поступать ему после того, как монстры сигнализировали о начале битвы своим рёвом.

— Ходят слухи, что аль-мираж показался на юге! А несколько монстров видели на юго-востоке!

— Белла Кранелла тоже видели на юго-востоке района! И, эм, Айз потеряла его из вида…

— Как я и говорил, Белл Кранелл прибег к диверсии. Оставьте его на Айз и забудьте. На юге и юго-востоке нам делать нечего. Западная часть района вызывает у меня большее беспокойство. Эльфи, скажи Тионэ и остальным перейти с северо-запада в девяносто восьмой блок и занять места там.

Новость о том, что Белл смог сбросить Айз, удивила Финна, но он не позволил себе этого показать, начав раздавать приказы. Увидев спокойствие капитана, остальные члены Паствы остались собраны и, ответив ему: «Да, Генерал!», бросились исполнять приказы.

Они находились в центральной зоне Улицы Дедала. Как и Гестия, Финн расположился на высоком здании, с которого можно было следить за обстановкой. Огромная открытая крыша наводила на мысли о старом замке.

Паства Локи связывалась сигналами ламп с магическими камнями. Члены Паствы стояли на разных крышах, передавая друг другу команды и информацию о том, что происходит посредством вспышек ламп.

Должно быть, что-то задержало Айз. Засада? Не ожидал, что враг может быть так силён… но, всё в порядке. Наверняка Айз скоро вернётся в строй.

Финн постучал древком длинного копья по правому плечу, обдумывая полученную информацию.

Врагов должно быть довольно много. Раз наши соглядатаи и разведчики до сих пор никого не заметили, скорее всего, кто-то из них очень хорошо знаком с Улицей Дедала, или у них есть какой-то магический предмет. А может и то, и другое.

Финн предположил, что враги должны быть собраны в одну группу, поскольку у них мало ключей к Кноссу. Судя по разговору с Икелосом, таких ключей не больше двух. И спешить к зоне входов, которую охраняет Паства Локи, им не было бы смысла, если бы они не могли открыть двери. Благодаря авантюристам других Паств, сторона Финна должна намного превосходить монстров числом и силой. Потому очень маловероятно, что монстры разделятся и начнут нападать со всех сторон. Для существ, лишённых массовой поддержки своего вида, такая атака невозможна. Финн ощутил сильное чувство товарищества, которое испытывали те монстры.

То, что они взвыли, раскрыв своё местоположение, означало, что они передают сигналы чёрному минотавру и остальным монстрам, отделившимся от них несколько дней назад.

Передвижения врагов мне неизвестны… хоть я и сказал, что жду опасности с запада.

Финн посмотрел на правую руку. Трепета в большом пальце не ощущалось.

Он бросил взгляд на вернувшегося к нему члена его Паствы:

— Что-нибудь о чёрном минотавре известно?

— Пока ничего.

— Понятно… держим позиции. Я собираюсь ждать их следующих действий, — сказал полурослик, лидер Паствы.

Он продолжил свой молчаливый дозор.

***

— Ого… Капитан невероятен… Как он и сказал, началась битва.

Рауль Норд был не слишком выделяющимся авантюристом второго ранга Паствы Локи. Несмотря на характеристики четвёртого уровня, он ничем не запоминался членам других Паств. По большей части, благодаря своему характеру. Он был совершенно не таким, как Финн и остальные командиры. По его собственным заверениям, ему удалось накопить экселию только пользуясь возможностями, которые предоставляли ему другие. Потому он был довольно неуверен в себе, и, тем самым, заслужил репутацию скучного человека. Его совершенно обычная внешность, тёмные волосы и глаза, средний рост и вес и даже черты лица, которые не делали его ни красавцем, ни уродом, не помогали ему выделиться. Божества наградили его прозвищем «Высший Новичок».

Если вкратце, выделяющиеся главы его Паствы, которым он попросту уступал, постоянно его превосходили.

Даже сейчас парень мог только восхищаться способностями Финна предсказывать ход битвы. Нашёптывая восторженные слова, он смотрел на южный и юго-западный район Улицы Дедала, в которых поднялась шумиха.

— Рауль!

Он повернулся, удивлённо узнав голос, позвавший его по имени:

— Эм… Капитан?!

Перед ним стоял тот самый командир-полурослик, которым он восхищался.

Рауль стоял в западной части Района Лабиринта и представлял начальную линию обороны с этого направления. Вид Финна, вышедшего на фронт, а не оставшегося командовать с вершины, поразил не только его, но и остальных членов его отряда.

— Ч-что вы здесь делаете, Генерал? Разве вы не должны управлять действиями всей Паствы?..

— Главные силы монстров появились на юго-востоке. С ними чёрный минотавр! Объединитесь с Айз и сокрушите их! Скажи всем в своём отряде, мы меняем построение! Я встречусь с вами там!

— Да, сэр! — ответил Рауль, настороженно отнесшийся к упоминанию Финном чёрного минотавра.

— И ещё, Рауль, ты помнишь наши позиции у Кносса?

— Эм, вы имеете в виду подземелье Кносс? Помню, но…

— Повтори мне, где мы встали. Меня кое-что беспокоит.

Рауль покраснел, но повиновался приказу Финна.

— Да. Гарет и его группа защищают четыре найденных нами двери: на северо-востоке, северо-западе, юго-востоке и юго-западе…

— Вот как… Что же, я отправляюсь. Собери своей отряд и двигайся на юго-восток.

— Д-да, сэр!

Когда Финн указал направление, Рауль тут же начал действовать, передавая приказ, полученный командира. Его слегка смущало, что этот приказ не был передан сигналами, но он заверил себя, что всё хорошо, потому что получил его лично от Финна. Он решил отбросить сомнения и просто прислушаться к приказам старшего.

Только вот… что случилось с копьём капитана?..

Вспомнив об отсутствии оружия в руках капитана, Рауль ощутил, что что-то не так.

— Фуффф, фуффф!..

Финн бежал со всех ног.

Остановился он только в конце тёмного переулка, оглядевшись, чтобы убедиться, что никого рядом нет, а потом, не снижая темпа, коснулся рукой лба.

— Звон полуночного колокола.

Лицо Финна тут же изменилось, его место заняла Лили.

— Получилось!

Она снова использовала Золушку.

— Прошу прощения, Сударь Финн, но ваше предложение руки и сердца пришлось очень кстати!

Золушка позволяет Лили изменять внешность, но ей никого не обмануть, если она не сможет подражать личности человека, под которого замаскировалась. Когда Финн делал ей предложение, она узнала его характер и в этом плане тот опыт пришёлся ей очень кстати. Наблюдательность, которая не раз выручала её в карьере воровки, позволила ей проанализировать манеры, речь и характер Финна.

Разумеется, выраженные в тот день чувства Финна не могли её не задеть, но сейчас на кону были её собственная жизнь и жизни Ксеносов. У неё не было выбора. Чтобы запутать Паству Локи, ей пришлось превратиться в копию Финна.

Роль Лили также заключалась в поднятии переполоха на Улице Дедала, но, вместе с тем, она должна была также и шпионить за действиями Паствы Локи.

Большая часть авантюристов Паствы Локи подняли уровни, и Гильдия держала их на виду, выставляя в качестве примера. Чтобы исполнить роль шпиона, Лили пришлось запомнить их всех. Чутьё бывшей воровки подсказало ей, что Высшего Новичка запутать будет проще остальных, потому она и выбрала его целью.

— Простак, прямо как Белл!

Довольная собой Лили оскорбила двух авантюристов одной фразой, доставая из кармана окулюс.

Её щёки покраснели, когда она выпалила информацию, которую ей удалось получить.

— Как мы и подозревали, стража стоит перед северо-западной, северо-восточной, юго-западной и юго-восточной дверей Кносса.

— Отлично сработано, Помощница!

— Лили-сан, вы великолепны!

Услышав доклад Лили, Гестия и Харухиме похлопали девушке.

— Теперь мы сможем прорвать их защиту!..

Козырем Паствы Гестии были «Записки Дедала».

Как и указал Фелс, была вероятность, что Паства Локи раскрыла не все входы, которые есть на карте в книге. Целью Лили было узнать какие входы в Кносс остались беззащитными.

Гестия перелистнула страницу книги, которую держала в руках, и попыталась отыскать беззащитные входы на верхний этаж Кносса, те самые, что лежат под Улицей Дедала и расположены ближе всех.

— Западный! Фелс, западная дверь беззащитна!

— Спасибо, Всевышняя Гестия!

Синий кристалл, расположенный в самом конце ряда окули, связанный с Фелсом, ярко блеснул.***

Знак над входом в один из переулков Дедаловой Улицы гласил: девяносто восьмой район.

— Слушай, кажется, к югу от нас появились вооружённые монстры. Думаешь нам стоит отсюда уйти?

— Ага… чёрт, снова за бортом останемся.

Пара авантюристов прогуливалась по кажущейся заброшенной улице. Один из них был человеком, второй — дварфом. Остальные защищавшие местность авантюристы уже побежали в южную часть Дедаловой Улицы, стоило им услышать о монстрах.

Со стены здания их разговор беззвучно кто-то подслушивал.

— ?!

Беззвучно красный хвост ящерицы обернулся вокруг шеи дварфа. Не в силах выдавить из себя ни звука, дварф рухнул на мостовую.

— А? Куда ты… АК?!

Секира дварфа, была взята из его рук и привлекла внимание его спутника.

Посмотрев наверх, авантюрист увидел ящерочеловека в броне, четырьмя лапами уцепившегося за стену. Легонько придушив дварфа, ящер смотрел на мужчину немигающими жёлтыми глазами.

Он раскрыл рот, чтобы закричать, но…

— Прошу прощения.

Женский голос, неожиданно приятный на слух, раздался прямо за его спиной. В следующее мгновенье странная ударная волна ворвалась в одно его ухо и вылетела из другого.

— А-а-аааа!..

— Ауч!

Он потерял равновесие и рухнул на мостовую. Из его ушей лилась кровь. Потерявший сознание дварф лежал рядом, из его рта вытекала белая пена. Авантюристы оказались на каменной мостовой.

— Благодаря Белуччи и остальным почти все авантюристы ушли туда… Хотя, парочка и осталась, — сказал Лидо, спрыгнув со стены с глухим звуком.

— Вряд ли будет так же легко и дальше, — ответила сирена Рей.

Ламия и тролль, ожидавшие неподалёку, показались в переулке, а потом затащили лишённых сознания авантюристов в тень. Виена, всё ещё не до конца понимавшая, что делать, бросилась помогать.

— А они хороши… — подметил Вельф.

— Очень хороши. Скрываются не хуже ниндзя с моей родины… — добавила Микото. Она с Вельфом видела, как Ксеносы тихо устраняют авантюристов, но не могли удержаться от комментариев в очередной раз.

— Мы всё время так в Подземелье делаем, — объяснил Грос, стоявший рядом с ними. Вскоре после этого он притворился одной из статуй, стоящих в Районе Лабиринте, и атаковал ничего не подозревающих авантюристов, также лишив их сознания.

— Харухиме-сама, вы уверены, что проход рядом? — сказала Микото в окулюс.

— Да, Микото-сан. Ближе всех к нему… Виена-сан.

— Я? — переспросила девушка-дракон, наклоняя голову. Бледно-синими руками она начала водить по стене, пока один из камней, на который она надавила, не съехал, открывая тайный проход.

— Ого! — удивлённо воскликнула она, поразившись открытию прохода.

— Быстрее, пока Паства Локи сюда не добралась. Если верить Гестии, Храбрец на шаг впереди нас.

Фелс и Ксеносы продвигались по Дедаловой Улице сетью тайных проходов и дверей, чтобы избежать разведчиков Паствы Локи. Фелс попросил Гестию забрать «Наследие Дедала» у Урана, чтобы знать о тайных проходах, о которых неизвестно никому, кроме самого мага.

Этот проход, как и многие другие, которые они использовали, был погребён под слоем пыли.

Дыхание огнём Лидо служило импровизированным факелом в тёмных проходах, в которых лампы с магическими камнями даже не встречались. Попадая в покрытые слоем пыли проходы, единорог будто бы вызашливался.

— Говорит Лидо, правильно? Впереди будет развилка, поверните на ней направо. Следующий выход выведет вас прямо к Пастве Локи.

— Понял вас, Богиня.

Направления Гестии очень помогали. Монстры не только продвигались по улицам Района Лабиринта очень быстро, в то время как авантюристы терялись в бесконечных переулках, но также могли использовать тайные проходы вроде этого. Только благодаря поддержке, которую предоставляли богиня и Харухиме, Ксеносов до сих пор не заметили.

— Это же ты обыскивал Улицу Дедала? Разве ты не должен помнить обо всех этих проходах? — спросил Фелса Вельф.

— Видите ли, прошло шесть сотен лет, с тех пор как я рисовал карту. Некоторые места затерялись в глубинах памяти, — со вздохом ответил маг в чёрном. — Я создал эту карту по просьбе Урана. Целых пять лет мне пришлось обстукивать каждый кирпичик на кажущихся обычными улицами, знаете ли…

— И вам не удалось найти никаких зацепок, ведущих к Кноссу? — спросила Микото.

— Нет. Возможно, потому что мне было приказано сделать карту поверхности, а может, потому что шесть сотен лет назад расширение подземного лабиринта ещё не началось.

— Ого, какие отговорки, — произнёс Вельф, но Микото ощутила в словах мага правдивость. Семья Дедала связалась с городским злом, и Микото предположила, что только после этого у них появились деньги и люди для работы над подземным лабиринтом.

— Интересно… всё ли хорошо у Белла, — пробормотала Виена, её слова эхом разнеслись среди длинных теней монстров, падающих на стены коридора.

— Виена, сейчас тебе нужно в него верить. Помнишь свои слова о том, что мы вернём ему долг? — сказал идущий рядом с ней Грос.

— …Да, — ответила вуивра и уверенно кивнула.

— Стойте! — сказал Фелс.

Показался конец тоннеля. Перед тем, как выбраться на улицу Фелс хотел в последний раз всё обговорить.

— Когда мы выйдем, мы окажемся перед лагерем Паствы Локи. Больше на нашем пути не будет тайных проходов, в которых можно скрыться.

— Значит, нам придётся добираться до места назначения, не останавливаясь? — спросила Рей.

— Да. Подземные проходы, ведущие в Кносс, расположены в центральной зоне, в центре вражеской территории. Мы собираемся пройти тем, который расположен на западе, — сказал Фелс, разворачивая скопированный план Кносса, и указал на один из проходов.

— Благодаря Беллу Кранеллу и Лилируке Арде действия Паствы Локи и остальных авантюристов разрознены. Сейчас наш единственный шанс на прорыв. Вельф Кротцо и Микото Ямато… я надеюсь вы перехватите атаки.

Вельф и Микото кивнули.

— Не беспокойтесь, мы здесь для этого.

— Мы защитим ваши жизни даже ценой своих.

Оба были одеты в Двусторонние Вуали, как и Белл. Под мантией Микото прятала на поясе водяной Кинжал, а Вельф — кинжал с толстым изогнутым лезвием и меч. Рукояти водных кинжалов блеснули в тёмном проходе.

— …Я начну отсчёт. Подготовьтесь.

Строй Ксеносов и Людей подошёл к краю прохода. Атмосфера стала напряжённой.

— Пять, четыре…

Лидо, приготовив меч и ятаган, стоял первым, рядом с ним был единорог. В центре формации находились ламия, крылатые монстры, Фелс и Рей, чьё лицо было измазано кровью на манер боевой раскраски. Самые большие монстры, вроде тролля и те, кто был самыми медленными, вроде Виены, находились позади. Грос, расправивший каменные крылья, играл роль защитника этого отряда.

— Три, два…

Вельф и Микото перевернули Двусторонние Вуали и положили руки на дверь. Наблюдавшие по ту сторону окулюса Гестия и Харухиме сглотнули, их нервы были на пределе от царящего в тёмном проходе напряжения. Девушка-дракон крепко обхватила себя руками.

— Один… Вперёд!

Как только раздалась команда Фелса, дверь распахнулась.

— !..

Будто выпущенная из лука стрела, Ксеносы бросились в тёмную ночь.

Они оказались в узкой улочке, больше напоминавшей ущелье. С обеих сторон окружённая потемневшими от времени блоками группа неслась вперёд.

Мощные ноги ящеровоина разрывали каменную мостовую, над его головой хлопали крыльями сирена и горгулья.

— В-ВРАГИ НАПАЛИ!!!

Почти одновременно с их появлением в узком переулке раздался крик авантюриста. Его издал стоящий на крыше авантюрист Паствы Локи. Один из первых дозорных заметил появившихся будто из ниоткуда монстров. Он отбросил лампу и тут же кинулся к колоколу.

Но, прежде чем он успел начать звонить, Микото будто первоклассный ниндзя взбежала по стене и схватила его за щиколотку, скинув с крыши. Он не успел даже крикнуть, когда единорог боднул его в воздухе, отправив в полёт. Тело авантюриста тяжело врезалось в землю. Но так случилось лишь с первым противником.

Прочие дозорные уже начали звонить в колокола и этот звон разнёсся по всему Району Лабиринту.

— Нас заметили!

— Уже не важно. Бежим!

Дзинь! Дзинь! Дзинь! Пронзительные переливы колоколов и яростные крики авантюристов наполнили Район Лабиринта, заставляя монстров бежать ещё быстрее.***

Незадолго до этого.

— …Рауль?

Финн заметил передвижения на западе.

Солдаты покидали свои посты и уходили на юг. Со своей позиции на вершине здания Финн видел мерцание сигнальных огней, будто что-то переспрашивавших.

— З-западная группа отправилась на юг! Они сказали, что собираются окружить группу монстров, которая там показалась! — уставившись на Финна сказал посланник.

— Я ничего не слышал о монстрах! И не отдавал приказ, почему они покинули позиции?

— Н-Но, эм… Рауль-сан сказал, что вы лично пришли на его позиции и отдали приказ…

— Что?!

Почти сразу после этих слов посланника, Финн ощутил дрожь и острое чувство что нечто подобное уже случалось.

Точно! Также как во время «Битвы» между Паствой Гестии и Паствой Аполлона!

Полурослик, который пустил в замок группу Белла, получается, это был не предатель, девушка-полурослик из Паствы Белла показала себя только в самом конце…

Для Финна всё сложилось в единую картину, и он не мог не прошептать:

— Вот что случилось…

— Капитан?

Заметив, что член его Паствы бросил на него поражённый взгляд, Финн перестал шептать и погрузился в мысли.

Должно быть, это она.

Он лично отметил храбрость девушки-полурослика и предположил, что она самая умная из членов Паствы Гестии. Возможно, у неё есть какой-то магический предмет… или даже заклинание. Финн быстро понял, что она его изобразила.

В этот же самый момент Финн понял, что позволил Беллу Кранеллу захватить слишком много его внимания.

— Прикажите людям отступать. И скажи Нафи, чтобы она перекрыла образовавшуюся брешь… Нет, к чёрту. Уже поздно, — сказал Финн, покачав головой.

Будто в подтверждение его вывода о том, что переводить людей поздно, раздались пронзительные звуки колокола. Поскольку звук шёл с запада, можно было понять, что он означает появление монстров.

В следующее мгновенье Финна и посланника настигла целая какофония звуков.

— К-Капитан! Большая группа монстров пришла с запада. Они прорвались там, откуда ушёл Рауль, и сейчас приближаются к центру района!

— Знаю. Успокойтесь. Тионэ должна была заметить, что случилось, передайте ей, чтобы она возвращалась. Мы зажмём врагов, используя оставшиеся силы.

Командир был спокоен, как никогда. Заметив это, молодые девушки, члены Паствы, вернули себе спокойствие, взялись за оружие и принялись исполнять полученные приказы.

— Нападение всё-таки с запада, — тихонько пробормотал Финн. Несмотря на спокойствие, с которым он раздавал приказы, дополнительная информация была ему необходима.

— Куда они идут? К какому из входов в Кносс прорываются?

— Эм… они идут прямо! Прямо на восток с той точки, с которой пришли!

— Прямо? Выходит, они идут к западной части Кносса?

Впервые Финн потерял спокойствие.

Он посмотрел на члена фракции, уверенно кивнувшего в подтверждение своим словам, и перевёл взгляд на окутанный ночной тьмой Район Лабиринт.

Я думал, что появившись на западе они отклонятся на юг или север…

Паства Локи раскрыла четыре входа в Кносс, на северо-востоке, откуда появилась вуивра, а также на северо-западе, юго-востоке и юго-западе. Даже сейчас люди Финна охраняли орихалковые двери, ведущие в подземные проходы.

Они ведь не могут знать о пути в Кносс, который мы не нашли, не так ли?

Финн был уверен, что после тщательных поисков ему удалось найти все ведущие в Кносс проходы. Но что если он один упустил, и враги об этом знают?

Неожиданно Финн вспомнил.

Всевышний Икелос упоминал о существовании «Записок Дедала». Он говорил, что там есть план Кносса… Может у врагов есть эта книга?

Когда был пойман Всевышний Икелос, он заявил, что у него этой книги нет, и Финн ему поверил.

А что если он соврал…

— Всё очень плохо, — пробормотал Финн, посмотрев на свой большой палец.

У инстинктов, на которые так полагался капитан были отчётливые признаки. Как только его палец начинал ныть, Финн понимал, что опасность близко.

Но сейчас его палец не подавал никаких признаков боли.

Я слишком сильно полагаюсь на свои инстинкты?

Ощутив стыд свой просчёт, Финн тут же переключился на другой образ мыслей.

Он собирался приманить монстров к подземным проходам, но сейчас ему пришлось выдумывать куда более рискованный план. Глаза полурослика метались по Району Лабиринта, по улицам которого уже неслись монстры. Мысли полурослика бежали так быстро, что остальной мир казался медлительным.

— Эй, Финн!

Появление его божества нарушило сосредоточение полурослика.

— Локи, где ты была? — спросил он, не поворачивая головы, чтобы взглянуть на появившуюся в штабе богиню.

— Ну, знаешь, то тут, то там…

Красноволосая богиня подошла к Финну сзади и наклонилась.

— Думаешь о чём-нибудь, да Финн?

— Да. Я переоценил свои способности. И сейчас я был бы очень благодарен, если бы ты оставила меня наедине с собой.

Локи уставилась на лицо полурослика со стороны, Финн в ответ так и не повернулся. Она улыбнулась, её глаза сузились.

— Финн… доберись до сути, — шепнула она полурослику.

Финн тут же отбросил все прошлые мысли.

Она сейчас о монстрах или Белле?

Не поворачивая головы, одними глазами Финн посмотрел на лицо Локи. Её глаза были прищурены, она будто не переставала улыбаться.

— Своими собственными глазами. Ни на кого не полагайся.

— …

— Все последующие решения предоставляю тебе. И больше я ни слова не скажу.

Локи отскочила от Финна и снова стала собой. Она глупо посмеялась. Когда полурослик наконец к ней повернулся и взглянул синими глазами, она помахала ему и исчезла в сумерках.

— …

Стоя на высокой, окружённой шумом крыше, Финн вздохнул.

Уже через мгновенье, однако, он собрался, и выражение его лица стало подобающим для командира Паствы.

Он знал, что нужно делать. Он позвал одного из посланников:

— Приведите ко мне Рауля. Сейчас же.

----------

Интерлюдия. Трое сирот, рёв в ночи и кровавый лабиринт

[[image:/storage/reader-images/135a7293ca76a450c74cab8c3be0a6ebdd3fce40.png]]
Чигуса Хитачи и Оука Кашима были в растерянности.

— Пожалуйста! Помогите нам! Рю сбежал обратно в церковь!

Окрестности северо-западной окраины Улицы Дедала. Множество жителей Района Лабиринта собралось в этом месте, неподалёку от Восточной Главной Улицы, одной из самых оживлённых улиц города. Приказ Гильдии об эвакуации собрал в этом месте многих жителей района. Паства Такемиказучи оказалась посреди людского потока, окружённая детьми.

— Он сказал, что завёл кошку, ничего об этом никому не сказав, а потом просто побежал, и…

— А теперь там монстры…

— Всё будет хорошо. Только успокойтесь… ладно?

Чигуса и остальные члены Паствы Такемиказучи оказались на Улице Дедала, потому что их божество попросило их помочь Беллу и остальным, но после к ним обратились работники Гильдии, явно не справляющиеся с потоком людей, и члены Паствы Такемиказучи не могли отказать.

Паства Ганеша и другие авантюристы охраняли это место, а работники Гильдии пытались отправить остатки собравшейся толпы на Восточную Главную Улицу. Когда раздался рёв монстров, в южной части Района Лабиринта поднялась шумиха, и это означало, что единственной возможной зоной эвакуации становится Восточная Главная Улица. Все выходы с этого направления были забиты людьми. Горожане были в ужасе от прибытия монстров.

И дети, стоявшие перед Чигусой, Лай и Фина, не были исключением.

— Мне тоже остаётся только обратиться к вам. Пожалуйста, найдите как-нибудь нашего мальчика!.. — взмолилась старая монахиня Мария, её голос добавился к голосам детей.

— Постарайтесь держать нос по ветру. Не знаю, что мне делать, если рыдать начнёт взрослый человек, — ответил Оука. Он был слишком измотан, чтобы выдумать не такой неловкий ответ на мольбу худой черноволосой женщины. Большая часть авантюристов Паствы Ганеша была занята охраной эвакуируемых, потому Марии не к кому было больше обратиться. Никто не хотел отвечать на её просьбы, потому что они касались всего лишь одного маленького мальчика.

— Ладно, мы его поищем. Скажите, куда он ушё… А, это всё равно бесполезно. Я не могу определяться с направлениями в этом районе, — ответил Оука.

— Позвольте мне пойти с вами! Я покажу вам дорогу к церкви! — ответила Мария.

— Я тоже хочу пойти!

— И я!

Лай и Фина кинулись к удивлённым Чигусе и Оуке.

— Лай! — прикрикнула Мария, пытаясь остановить мальчика. Однако, он и Фина, игнорируя её попытки, вцепились в Оуку, прежде чем она успела сказать им, что это опасно.

— Может кровью мы не связаны… но мы семья!

После этих слов Оука всё понял. Он нахмурился, будто пытаясь решить, что ему делать.

— Сироты… Чтоб меня. Какой я мягкотелый

Оука и Чигуса сами были сиротами. Как и Микото, перешедшая в Паству Гестии. Они потеряли семьи по разным причинам, но их объединяло то, что они росли под присмотром Такемиказучи и других великодушных божеств.

«Лай и остальные наверняка прошли через то же, что и мы», — подумал Оука, прикладывая руку к мускулистой шее.

— Чигуса… прости. Можно они тоже пойдут? —спросил он.

Чигуса улыбнулась и потрясла головой, показались её глаза, обычно скрытые прядями волос. Ей нравился неловкий, но добрый Оука.

Он улыбнулся девушке в ответ.

— Ладно, ведите нас!

— Сюда!

Оставив авантюристов позади, Чигуса и Оука отправились к приюту с Марией и детьми.

Кассандра Иллион что-то несла.

— Ой! Как тяжело!..

Её руки, насколько дотягивались, обхватывали большой деревянный ящик, она брела через пустынный Район Лабиринт.

Она была в северо-восточной части района и, к счастью для неё, ни авантюристы, ни монстры, не показались. Её сопровождал один слабый огонёк. Эмблема Паствы Миаха, принявшая в абстрактную форму человека, освещала дорогу, по которой девушка торопливо шагала. Её длинные волосы мотались из стороны в сторону, а мешки под глазами были больше обычного. Она шла по запутанным переулкам, неожиданно коробка в её руках начала трястись.

— Н-не крутитесь, — перепугано шепнула она своей ноше.

Быстро осмотревшись, девушка убедилась, что никого рядом нет, точнее, так она думала.

— Вот ты где, Кассандра! Зачем тебе было сбегать?

— Ииик!

Её подруга Дафна вышла сзади. Взвизгнув, Кассандра ослабила хватку и коробка выскользнула из её рук, упав на каменную мостовую. Несколько голосов взвизгнуло в упавшем ящике.

— …

— …

Дафна застыла.

Кассандра побледнела.

— Кассандра… серьёзно? — сказала Дафна дрожащими губами, уставившись на начавший двигаться ящик.

— Д-Даф, ты всё не так поняла! Стой, подожди!

Кассандра пыталась помешать, но Дафна оттолкнула девушку в сторону и открыла ящик.

— Кью…

— Вооф…

Внутри оказались адская гончая и аль-мираж с мокрыми от слёз глазами, лежащие в полном беспорядке после падения коробки.

— ЧЕГООООО?! Это что ещё такое?!

— Д-Даф, не кричи так!

Два монстра подскочили от крика Дафны, перепугавшего Кассандру. В глазах Дафны читалась смесь гнева и замешательства, она схватила подругу за грудки:

— Кассандра, дура! Ты чем занимаешься?! Только не говори мне, что ты покрывала монстров, за которых награды назначили?!

— Нет, всё не, так! Я, ну… всё из-за видения!

Чуть меньше недели назад Кассандре приснилось, что её поглощает чёрная волна. И, когда она оказалась на волосок от смерти, она достала амулет в виде кролика, который помог ей сбежать. Этот сон перепугал девушку и, как и все остальные подобные сны, был совершенно неожиданным.

По прошлому опыту восемнадцати лет своей жизни девушка знала, что такой сон означает, что с ней случится нечто очень плохое. Поверив в ужасающее сообщение, полученное во сне, она бродила по пустынным переулкам и пять дней назад, в тот самый день, день, когда случилось то, что случилось, она наткнулась на то, что девушка приняла за амулет в виде кролика… белый пушистый шарик. И чёрный пушистый шарик.

Они были мокрыми от крови и совершенно истощёнными. Оба монстра лежали без сознания, раскинув конечности. Кассандра увидела спасительный талисман в аль-мираже и адской гончей.

Она чуть не рухнула в обморок, но воспоминания об ужасном сне удержали её концентрацию. Побледнев, дрожащими руками она спрятала монстров в ящик и в тот же день принесла в свою комнату. Случилось настоящее чудо, потому что ни Миах, ни Дафна, ни Нажа и ни один из авантюристов ничего не заподозрил.

Кассандра не защищала Ксеносов, монстров. Совсем наоборот, она была от них в ужасе даже после этой встречи. Но она набралась храбрости и решила сохранить «спасительные амулеты» до нужного дня. Кассандра решила покормить монстров остатками хрустящей картошки, чтобы они не умерли от голода. А вовсе не потому, что белый монстр издавал похожие на мяуканье звуки, и не потому, что чёрный монстр тихонько завывал. Картофельная закуска пришлась монстрам по вкусу. После этого Кассандра подкармливала девушек (а бывают ли монстры-девушки?) картошкой. «Интересно, нет ли у меня врождённого таланта укротителя?» — мелькала мысль в голове авантюристки.

В конце концов, Миах (который так и не смог найти в себе силы рассказать своей Пастве о Ксеносах) и Кассандра (слишком напуганная, чтобы рассказать божеству правду) попросту друг друга избегали. Но Дафну объяснения Кассандры не заботили.

— Снова твои глупые сны!!! Хватит уже, перестань! И пусти меня!!!

Если об этом пойдут слухи, то Паства Миаха окажется в том же положении, что и Белл. Ради своей Паствы и ради своей подруги, Дафна вытащила из ножен длинный кинжал.

— Кью?!

— Н-нет, Дафна, не надо!

— Отойди, Кассандра!

Дафна попыталась оторвать дрожащую Кассандру, от ящика, который та прикрыла телом. Блестящее лезвие кинжала указывало на то, что монстры будут убиты на месте, но…

Топ!

— …

Дафна и Кассандра услышали, как что-то разметало камни мостовой, над ними нависла огромная тень.

Когда окаменевшие девушки подняли взгляды, над ними возвышался огромный, перекрывающий ночное небо чёрный силуэт.

Его шкура была покрыта свежей кровью, которая, как можно было понять, принадлежала побеждённым врагам. Он занёс над головой двухстороннюю секиру, называемую Лабрисом. Зверь пронзил девушек ужасающим взглядом, готовясь опустить на них оружие.

Дафна побледнела, Кассандра сжалась от страха. Несмотря на то, что обе они подняли уровень до второго, разница в силе была очевидна. Они были уверены, что в следующее мгновенье от них уже ничего не останется.

И стоило им принять мысль о неминуемой смерти.

— Кьюю!

Аль-мираж и адская гончая выскочили из коробки, оказавшись перед авантюристками. Аль-мираж начал верещать, чёрный монстр ничего не ответил, но потом опустил секиру. Он прошёл мимо девушек, замерших будто статуи, и исчез в ночи.

Аль-мираж посмотрел на Кассандру и, бросив прощальное «кью», забрался на адскую гончую. Монстры последовали за чёрным зверем в ночную тьму.

— …

— …

Молчание, подобное затишью после бури, окутало девушек.

Кассандра рухнула на колени, обхватив Дафну за пояс.

Дафна, едва сдержалась, колени едва её не подвели. Она неловко посмотрела напряжённо улыбающейся ей Кассандре.

— В-в-в-в-видишь? О-они нас с-с-спасли!..

— Хах, и, конечно, это потому, что ты притащила эти штуки домой, да?! — сказала Дафна, отвешивая Кассандре увесистый подзатыльник.

— Ау! — взвизгнула Кассандра, почёсывая место удара.

Зверодевушка побледнела.

— Быстрее, зовите лекаря! Или дайте зелье, да что угодно! — кричал кто-то.

— Какой ужас…, — прохрипел другой голос.

— Скольких из нас он размазал?!

Побледневшей зверолюдкой была превратившаяся в этот вид Лили. Это она побледнела как лист бумаги, увидев разруху и окрашенный в красное кровью авантюристов переулок. Её звериные уши дрожали, она уставилась на лежащие повсюду тела авантюристов.

Кто из отделившихся Ксеносов это сделал? Все они? Даже если все…

Лили и Белл должны были отправиться на помощь отделившимся Ксеносам и, если это будет возможно, отправить их к Фелсу и основной группе. Если это будет невозможно, планировалось, что Белл и Лили используют второй ключ к лабиринту, хранимый одним из Ксеносов, и найдут другой путь к Кноссу.

И сейчас Лили находилась в восточной части Района Лабиринта. Знак, написанный на Коине, гласил: «277 Район».

Зов Лидо, послуживший началом битвы, также указывал отделившимся Ксеносам на объединение в этом месте. Благодаря не растерянным навыкам воровки Лили смогла незаметно попасть на перекрёсток, но…

Ксеносов нашла группа Авантюристов… и, по видимому, монстрам пришлось прибегнуть к самозащите. Судя по всему, группа была большая, наверняка другого выбора у них не было…

В этом месте была лестница, от которой налево и направо расходились запутанные улочки. Мостовая и стены были обрызганы кровью, будто небольшая площадь превратилась в мир красного. Окровавленная амазонка лежала у стены со сломанной шеей. Дварф уставился пустым взглядом в небо, его лучшая броня и молот были расколоты. Кровавый карнавал в равной степени прошёлся как по авантюристам новичкам, так и по опытным авантюристам.

— Угх?!

Даже Лили, опытную помощницу, подобная жестокость повергала в шок. Вывернутые руки и ноги, торчащие прямо из плоти кости, стали для неё зрелищем, заставившим побледнеть. А они действительно живы? Лили прижала руку ко рту. Ей не хватало храбрости, чтобы войти в круг завывающих авантюристов и спросить куда отправились монстры.

Среди них есть члены Паствы Локи… Интересно, сударь Финн решил, что здесь убежище монстров и отправил разведчиков? Наверное, после такой бойни Ксеносы сюда не придут…

Среди лишившихся сознания авантюристов Лили нашла взглядом эмблему в виде клоуна и сглотнула. Разрушения стен и каменной мостовой, оставшиеся после битвы, говорили о том, что сделавший это монстр очень силён. И Лили представился… чёрный минотавр, яростный рёв которого она слышала.

А нужна ли помощь монстру, который способен причинить столько разрушений?

Лили начала искать следы, которые могли бы вывести её на других Ксеносов. И каждый раз находя взглядом стонущего от боли авантюриста, она ощущала огромное облегчение и сильную тревогу.

***

Он ударял их кулаком или ногой.

Этого хватало.

—ААААААААААА?!

Один из охотников отбросил оружие и кинулся бежать, но уже в следующее мгновенье удар настиг и его. Как и остальные охотники, он упал на землю, закашлявшись кровью.

Это даже дракой назвать было трудно. И уж тем более охотой.

Волна голода выходила из-под его контроля, он возвращался к своим родичам, тем, с которыми разделился. На них нападали охотники, а он их спасал.

Его родич-кролик был рад, сказал, что на него можно положиться.

Его крылатый родич пробормотал что, возможно, он заходит слишком далеко.

Видевшие его голод родичи делились на две категории. Те, кто его хвалил, и те, кто его боялся.

Он понимал, что даже среди своего вида он белая ворона. Его мечта отличается от того, о чём мечтают они. У них есть чувства к поверхности и людям, которые здесь обитают. У него таких чувств нет. Он находит смысл только в сражениях.

Здесь мы должны разойтись, подумалось ему.

Он понял, что его мечта может разрушить мечты его родичей. Он передал им ключ. Ключ с пылающим в нём оком. Этот предмет он хранил при себе до последнего момента. Когда он сказал им, что ему этот ключ не нужен, его родич в красном колпаке задал вопрос:

— Что ты будешь делать?

Он сказал, чем собирается заняться.

Сразиться. Чтобы дать им дорогу.

А ещё.

Он ощутил, что мечта, которую он ищет, прямо здесь, на поверхности.

— …Я понимаю. Желаю тебе удачи в твоём бою.

Он повернулся к говорившему родичу спиной, сказав о том, что они расстаются.

Возможно, это расставание будет вечным.

У него было предчувствие, что так всё и случится, но это не важно. Не важно, потому что здесь он может найти свою мечту.

Скрывая свои размеры в темноте он продолжил искать.

----------

Ультра душа!

[[image:/storage/reader-images/f3bd931a0b98c33629050c06e7ea6a97581005ae.png]]
— …

Тиона нашла в руинах тело авантюриста.

Он не был мёртв, просто лишился сознания.

Осмотрев человека, у которого из ушей шла кровь, девушка потянулась к поясу.

— Чёрт, у меня же не осталось с собой зелий, — сказала она, осознав, что забыла взять с собой целебные предметы.

— Быстрее, Тиона! — раздался голос её сестры.

Амазонка неохотно оставила авантюриста позади.

Не используя рук, она вбежала по стене здания, окружённого похожими на тоннели узкими улочками. Наверху её жала её сестра, Тионэ, которой, как и ей было приказано разведывать и устраивать диверсии. Амазонка стучала обнажённой ногой по крыше, она явно была чем-то недовольна:

— Мне это не нравится! Мы сделали, как сказал капитан, но не нашли ни одного монстра. Как же бесит Улица Дедала, куча развилок и поворотов, ведущих в тупики.

Про лестницы, ведущие на разные уровни улиц она упоминать не стала.

Западная секция Района Лабиринта, в которую отправили сестёр, была одной из самых безумных в плане постройки. Неудивительно, что её запутанность разозлила Тиону.

— Наши враги могут передвигаться быстрее, чем думал Финн, — сказала Тиона.

— Хочешь сказать, капитан оказался на шаг позади? Я тебе жопу сейчас надеру! — взревела её сестра в защиту своего любимого главы.

— Да ты же сама видишь! — злобно огрызнулась в ответ Тиона, но потом пробормотала, что её сестра может оказаться права. — Хотя, мне кажется, что Финн был прав. Просто монстры прошли тихо.

— …Ты что-то нашла?

Тиона замолчала, посмотрев куда-то вдаль, прежде чем ответить:

— Слушай, Тионэ, я тут подумала. Монстры, за которыми мы гоняемся…

Она не успела закончить свою мысль. Удары колокола нарушили ночную тишину.

— Сигнал о встрече с монстрами!.. Идём, Тиона!

— …Ага!

На мгновенье Тиона задержала взгляд на спине бросившейся бежать сестры. Закинув на плечо обоюдоострый меч, она последовала за Тионэ.***

Яростной волной Ксеносы неслись по улице.

Они были у самого центра Района Лабиринта, подойдя к нему с западной стороны. Появившись из тайного пути, прямо перед позициями Паствы Локи, монстры бежали к известному им входу в Кносс.

— Благодаря Лилиуччи авантюристов рядом не так много! — сказал Лидо, возглавляющий группу.

— Не теряйте бдительности! Они нападают! — прокричал Фелс, находящийся в центре построения.

Маг был прав: члены Паствы Локи из центра, северо-западного и юго-западного районов бросились наперерез монстрам, заполняя брешь в своём построении.

— Лучники, на позиции! — командовали мелкие командиры Паствы Локи.

Лучники натянули тетивы, прицеливаясь в продвигающихся монстров. Расположившись на крышах зданий, они отправили в Ксеносов потоки стрел с трёх сторон.

Но.

— ?!

— Почему так холодноооооо?!

Эльфы и зверолюди, наложившие стрелы на луки, неожиданно застыли. Снежная буря появившаяся из ниоткуда обезоружила авантюристов. Луки, руки, плечи и половина лиц всех полулюдей покрылись коркой льда. Они закричали от жгучего холода.

— Извиняюсь!..

— Простите, что приходится нападать со спины!

Прикрытые вуалями Вельф и Микото прошептали извинения. Их невидимые руки сжимали магические кинжалы цвета морской волны, вытащенные из ножен.

Продвигаясь вместе с Ксеносами, чья группа приковывала к себе всё внимание врагов, Вельф и Микото использовали момент, чтобы идеально исполнить незаметную атаку. Даже авантюристы Паствы Локи оказались беспомощны к атаке со спины невидимого врага. Сбежать от снежной бури с таким огромным радиусом поражения выпущенной с близкого расстояния было практически невозможно, даже тех, кто попытался прикрыться от волны холода руками, заключило в ледяной плен.

Магические ледяные кинжалы назывались Хиенс.

Вельф работал над ними, не отвлекаясь на сон и отдых весь этот день. Их красота, их лезвия были будто вырезаны из кусков льда, содержала в себе ужасающую силу выпускать ледяные волны, способные заморозить всё на своём пути. У Вельфа и Микото было по одному такому кинжалу.

Огонь и молнии могли ранить авантюристов, но лёд, пусть и болезненно, мог сдержать их, не причиняя особого урона.

— Так мы можем справиться, не причиняя городу больших разрушений!

Вельф искренне улыбнулся, не в силах сдержать гордость своим творением.

Магические клинки Кротцо и предметы Мудреца сочетались идеально. Помощь монстрам Паствы Гестии не была раскрыта, и при этом авантюристы могли обездвиживать врагов неожиданными атаками.

Авантюристы на крышах не только не могли воспользоваться луками, их ноги также приросли к крышам. Пока стоящие внизу озадаченно осматривались, увидев, как их товарищи обратились в глыбы льда, Вельф и Микото напали в очередной раз.

— АААААААААА!

Теперь и стоящих на земле авантюристов окутала ледяная буря, после этого Ксеносы снова бросились вперёд.

— АРРРРРРРРРР!

Возглавляемые ящеровоином и единорогом монстры пронеслись по рядам замороженных авантюристов. Зверолюди разлетелись в разные стороны. Людей прижало к стенам. Обломки брони и оружия осыпались. Прорываясь сквозь вражеские ряды, Ксеносы издавали монструозный рёв.

— Харухиме-сама! Скажите, куда нам бежать! — крикнула Микото в свой окулюс.

— Чуть дальше сверните направо! — ответила Харухиме.

Оставив заботу о бегущих Ксеносах Вельфу, Микото бросилась на перехват авантюристов, приходящих с других улиц. С помощью Гестии и Харухиме, она передвигалась по запутанным улицам не теряясь, и отправляла волны холода в бегущих к Ксеносам противников. Девушка притаилась за очередным поворотом, ожидая идеального момента для атаки. Очередной отряд закричал от неожиданности, когда ледяная корка заставила авантюристов замереть.

Невидимые Вельф и Микото перехватывали группы бойцов Паствы Локи на подходе.

— Давайте, Вельф, Микото! Вы с ними справи!..

Гестия вскинула кулаки в воздух, присматривая за своими подопечными на магической карте. Она видела, как обозначающие Вельфа и Микото символы движутся вокруг группы Ксеносов, продвигавшихся к центральной зоне Района Лабиринта. Она подбадривала членов своей Паствы криками, а те справлялись с появляющимися в переулках врагами.

— Нашла!

К несчастью, радость богини была недолгой.

— Чёрт?!

— Грос!

Горгулья, развернулся, ощутив, что в него что-то летит. С огромной скоростью в группу монстров летел нож. Он вонзился в правое каменное крыло горгульи, распахнутое для защиты своих товарищей, и заставил его треснуть, будто удар огромного молота.

Рей, всё это время смотревшая вперёд, обернулась и увидела двух черноволосых девушек-амазонок, несущихся на них.

— Я знала, что они близко! — крикнула одна.

— Вот мы их и перехватили! — добавила вторая.

Глаза Рей и Гросса одновременно округлились. Они не забыли этих Амазонок.

Именно эти авантюристки разбили Ксеносов несколько дней назад.

— ОХООООООООООООООО!!!

Грос издал громоподобный клич. Он предупредил Лидо, бегущего в первой группе, и Фелса, находившегося в центральной, об угрозе. Вельф и Микото тут же развернулись.

— Сёстры Хайрит!

— Вот они и явились… Устроим им ад!

— Да!

Вельф и Микото бросились на перехват сестёр-амазонок, приближавшихся к монстрам с ошеломляющей скоростью. Оказавшись в конце строя, они занесли Хиены. Вельф был на крыше с одной стороны от группы Ксеносов, Микото — на крыше с другой. Прицелившись в противниц кинжалами, они почти одновременно ими взмахнули.

Они были уверены, что нападают на сестёр из слепой зоны, как делали это с другими авантюристами, но амазонки уклонились.

— ?!

Невидимые авантюристы лишились дара речи. Сёстры на огромной скорости ушли от ледяных потоков, появившихся из ниоткуда, с заметной лёгкостью.

— Что это было? Какая-нибудь ледяная птица рядом? — крикнула Тионэ, скинув длинные волосы с лица.

— Да нет, слишком мощно для птицы! — ответила Тиона, бросив взгляд на огромное замороженное поле, в которое обратилась улица. Вернув взгляд вперёд, амазонка крикнула сестре на бегу.

— Слушай, Тионэ. Кто-то там есть, да?

— Да. Не знаю, они обратились в другую форму или стали невидимками… но их наверняка двое.

Сёстры бросили пронзительные взгляды на крыши зданий.

Вельф и Микото вздрогнули. Сёстры определили их местонахождение довольно точно. Они поняли, что несмотря на невидимость и замораживающие кинжалы, амазонки их сокрушат.

Сёстры-воительницы обладали демонической силой.

Вид дух авантюристок шестого уровня мог кого угодно сбить с толку. Но, несмотря на убийственные взгляды, авантюристы Паствы Гестии набрались храбрости.

— Всевышняя, есть что-нибудь, что можно будет использовать?!

— Эм… Нет, прости, Вельф, ничего! Никаких препятствий и поворотов! Улица будет становиться только шире. Впереди всего один склон…

Налетел сильный порыв ветра, чуть не сорвавший вуаль с Вельфа, унёсший заданный парнем вопрос вдаль. Ответ прозвучал очень отрывисто. Вельф ощутил, что волнение Микото также нарастает. Он посмотрел наверх.

— Склон!..

На прямой дороге впереди был виден холм, ведущий в котлован.

Кузнец заговорил снова, поднеся синий кристалл к руке.

— Всевышняя, дайте мне поговорить с этими двоими.

Гестия тут же поняла, кого парень имел в виду под «этими». Вместе с покрасневшей Харухиме богиня переставила кристаллы Микото и Фелса поближе к кристаллу Вельфа, чтобы они могли друг друга слышать.

Микото и Фелс на мгновенье задумались над рискованным предложением Вельфа, а потом согласились. Фелс заговорил первым:

— Другого выбора у нас нет. Мы полагаемся на твои магические клинки, Вельф Кротцо. Лидо, веди Ксеносов вперёд так быстро, как только сможешь!

— Я попробую, Вельф-сан! — сказала Микото.

— Я на тебя рассчитываю!

Ксеносы побежали ещё быстрее.

Вельф и Микото оставили бесполезные нападения на сестёр и решили попытаться заморозить дорогу, выставляя кинжалами десятки ледяных стен, чтобы замедлить амазонок. Однако, Тиона и Тионэ разбивали все стены, выраставшие на их пути, в одно мгновенье, нанося удары клинком, кинжалами кукри и даже голыми ногами. Микото скривилась, увидев невероятную силу воительниц, преследующих Ксеносов, несмотря на повсеместные пролёты ледяной бури.

— Вперёд! Вперёд! — кричал своим товарищам ящеровоин, подгоняя их на языке, который могли понять только монстры. Они пользовались каждой секундой преимущества, которую давали им действия Вельфа и Микото.

Виена задыхалась на бегу, коротконогий тролль неловко размахивал руками, пытаясь поддерживать темп. Лидо и Фелс разбирались с подходящими подкреплениями Паствы Локи, пока Вельф и Микото атаковали только Амазонок. Длинный меч и ятаган Лидо сдерживал удары авантюристов, а Фелс невидимыми силовыми потоками с чёрных перчаток отправлял их в стены.

Рей, раньше летевшая над группой, заняла место Гросса и теперь обороняла задние ряды Ксеносов. Острые перья с крыльев отбивали бросаемые Тионэ кинжалы. Но, один за другим, белые клинки пробивали защиту сирены и вонзались в её тело.

Ярость монстров нарастала, и, когда злобность почти вышла из-под контроля, дорога начала расширяться, и Гестия отдала приказ. Монстры оказались на восьмиметровой улице.

— Как же бесит! Тиона, кинь в них чем-нибудь! — крикнула Тионэ, раздражённо прищёлкнув языком, от невозможности приблизиться к Ксеносам.

— Ладно, но у меня только Урга! — крикнула в ответ Тиона, покачав двухклинковым мечом.

Огромный кусок металла невозможно было бы отбить. Вельф, Микото и Грос понимали это, а Рей вздрогнула, вообразив, что случится с теми, кто окажется на пути этого меча.

Даже не бросив взгляды за спину, Ксеносы разбежались, а огромный двухклинковый меч вонзился в землю.

— ?!

Каменная мостовая содрогнулась от мощного столкновения, отправив нескольких Ксеносов в полёт. Едва избежав прямого попадания, Ксеносы покатились по тёмной мостовой.

Они скатывались с того самого склона, о котором говорила Гестия.

— Тиона, прикончим…

Тионэ замерла на полуслове. Вместе с сестрой, вытащившей меч из земли, они начали сбегать со склона. Старшая из сестёр ощутила, что источники невидимых нападений остановились посреди дороги внизу склона.

— Я тебя прикрою. Убей их, Тиона!

— Ладно!

Сёстры не стали уходить от удара, они решили сойтись с врагом лицом к лицу.

Тиона затаилась за спиной сестры, скрывшись в её тени, Тионэ бросилась на врагов, готовясь принять удар. Их цели были ясны.

Микото содрогнулась, готовясь столкнуться с нападением сестёр-воительниц, готовых рискнуть жизнью в открытом бою. Но в сердце её царили тишина и спокойствие. Она понимала, что, если они проиграют, всё будет кончено.

Если враги перехватят Ксеносов, они будут уничтожены, и этого не должно случиться.

Девушка с дальнего востока посмотрела в глаза авантюристкам, скрываясь под дарующей невидимость вуалью, и занесла магический клинок.

— !

Вельф диагонально взмахнул кинжалом, в последний раз попытавшись остановить продвижение сестёр. Тиона и Тионэ не стали уклоняться от этого удара. Они знали, что противники попытаются их заморозить, и были уверены, что эту атаку они выдержат. Какие бы им ни были нанесены раны, они не отступят. Амазонки неслись на своих невидимых противников.

В тот момент, когда они почти схлестнулись со своими целями, раздался металлический звон.

— …

Он не был похож ни на завывания ледяной бури, ни на рёв пламени.

Это был звук вытаскиваемого из ножен металлического клинка, лезвие впервые покидало ножны. У пригнувшейся к земле Микото на поясе висело два клинка: одним было принадлежащее ей оружие третьего ранга, Котецу, а вторым магический клинок с длинным лезвием.

Глаза Микото светились решимостью. Она подгадала момент и вытащила второе оружие.

Вельф наблюдал с улыбкой.

— Снеси их, Фубу.

— !!!

Освобождённый одним быстрым, изящным движением нефритовый клинок заискрился.

Тионэ и Тиону, оказавшихся в опасной близости, охватил настоящий ураган.

— Что?..

— Вы издеваетесь!

Сестёр снёс обратно поток ветра. Они не могли устоять на ногах. Девушек подняло в воздух и унесло вдаль, вернуться к земле сразу они не смогли. Тиона и Тионэ, чьи волосы развевал ветер, покинули поле боя.

— У нас получилось… Ой! — сказала Микото, пытаясь удержать на себе двухстороннюю дуаль, чуть не улетевшую от мощного потока ветра.

Ксеносы радостно воскликнули.

— Хватит, мы их не победили! Они вернутся быстрее, чем вы думаете! — прикрикнул Вельф.

Как и Хиен, Фубу не должен был ранить и калечить. Он всего лишь создавал мощный поток ветра. Этот меч не был способен разрывать кожу и, при правильном применении, не наносил ран. Скорее всего, вернувшись на землю Тиона и Тионэ снова отправятся в бой ещё злее, чем раньше.

Но даже после предупреждения Вельфа, Фелс не мог не воскликнуть:

— Ты победила сильнейших авантюристов!

Микото использовала магический клинок и вуаль, но ей всё же удалось отбросить сестёр-амазонок, за что Фелс её похвалил.

А теперь!..

Когда Ксеносы двинулись дальше, маг ощутил уверенность в их положении.

То, что Рассекательница и Йормунгард перехватили их, было результатом просчёта со стороны Паствы Локи. Поскольку большая часть сил распределена по Району Лабиринту и сосредоточена у входов в Кносс, очень небольшое количество людей могло к ним продвигаться. К тому же, из рядов авантюристов можно было исключить приставленную к Беллу Принцессу Меча и Финна, находившегося в положении командира.

Подземный проход в Кносс был близок. Фелс верил, что операция завершится успешно, если так пойдёт и дальше. Но именно в этот момент…

— …

Одетый в чёрное маг увидел одинокую тень, преграждающую им путь.***

— Мне так жаль, Капитан!

Чуть ранее, главная база Паствы Локи, Рауль Норд пал ниц. Финн стоял к Раулю спиной, осматривая западную часть Улицы Дедала, превратившуюся в поле боя.

— И-из-за меня наше построение пало!.. Н-но тот поддельный капитан выглядел в точности как вы! Как будто он был вашим братом-близнецом! Один в один! Я когда его увидел, даже не подумал!.. Боже, мне так… так жаль!

— Теперь уже ничего не поделаешь, и делать тебе выговор у меня времени нет. Ответь на мои вопросы, Рауль.

Финн спокойно начал расспрашивать своего бледного, дрожащего подчинённого:

— Мой двойник что-нибудь спрашивал?

— А?

Вопрос озадачил Рауля. Он начал копаться в своей памяти.

— Эм… Он сказал, что монстров видели на юге, и приказал мне двигаться туда… а потом, я почти уверен, что он хотел удостовериться, как стоят стражи на выходах Кносса.

— Вот как… Спасибо, что вспомнил, Рауль. Ты подтвердил мои подозрения.

Игнорируя удивление Рауля, Финн продолжил, переходя в монолог:

— Наши противники даже замаскировались под меня, чтобы узнать, как расставлены стражи Кносса… Не хотелось бы в это верить, но, похоже, у них есть Заметки Дедала.

Если это правда, то им остаётся только обойти охраняемые Паствой Локи входы, следуя чертежу Кносса, находящемуся в их руках, и избежать стычек с авантюристами.

— Охранять входы стало бесполезно. Рауль, я уже отозвал половину людей на поверхность. Передай сообщение.

— Да, сэр!

Финн, ни разу не оторвавший взгляда от поля боя, произнёс:

— Пусть Гарет пойдёт на перехват.***

Вернёмся в настоящее, Фелс увидел впереди тень с занесённым над головой оружием.

— …

Этим оружием была огромная боевая секира.

Секира находилась в руках могучего дворфа-воителя, чья мантия развевалась в прохладных порывах ветра после прошедшего дождя.

Фелс видел, как пожилой воитель опустил секиру, и успел крикнуть лишь:

— Бегите!!!

Мгновение спустя раздался удар.

— ЯЯЯЯЯХ!

Этот удар разбил каменную мостовую.

— Гааааааааааааааааааах!

Секира Гарета, со скоростью метеорита разбила центр строя Ксеносов.

Фелс запустил ответную взрывную волну. Ксеносы оказались невредимы, но столкновение ударной мощи и взрывной волны Фелса разорвало землю и раскидало всех вокруг. Не устоял никто: ни Вельф, ни Микото, ни Виена. Звуки падающих камней мостовой смешались с рёвом монстров, большинство из которых врезалось в стену.

Громоподобный удар вызвал появление трещин на земле и стенах зданий.

— Кажись меня задело. Отдаю должное, — сказал Гарет, поправляя сбитый шлем. Взмахом вернув секиру на плечо, он бросился вперёд.

Он приближался к отброшенному в стену Фелсу.

— ?!

Он предполагал, что фигура в чёрной робе была командиром монстров, и решил начать именно с него. Дворф безжалостно отправил удар в Фелса. Однако, за мгновение до удара, он оказался отбит мечом и ятаганом.

— Ярр!

— А?

Боковая сторона меча столкнулась с секирой, сбив удар, пришедшийся в стену рядом с Фелсом.

Наплевав на полученные в прошлом бою раны, Лидо бросился на Гарета и тут же поднял оружие, чтобы защититься от второго удара секиры. Однако, вернув секиру в положение для удара, дворф нахмурился и ударил в броню монстра кулаком.

— Уфффф!

Мощное тело ящеровоина покатилось по каменной мостовой будто пёрышко. Фелс вытянул обе руки и отправил в дворфа две взрывных волны с убийственного расстояния, но тот успешно уклонился, отпрыгнув в сторону.

— ОХООООООО!!!

Рёв горгульи раздался в воздухе, а в следующее мгновенье Ксеносы разом бросились на Гарета. Они осознали, что им придётся разобраться с этим авантюристом, иначе им не сбежать. Используя секиру дворф отбил рог единорога, хвост ламии, а после отправил в полёт тролля ударом кулака. Даже сильнейшие ящеровоин и горгулья оказывались на земле в считанные секунды.

Эта битва напоминала ту, что прошла здесь пятью днями ранее. Могучий авантюрист шестого уровня раскидывал монстров. Хуже всего было то, что появившийся перед ними дварф, оказался куда страшнее сестёр-амазонок и вервольфа.

Рей пустила мощную звуковую волну:

— Ааааа!

Странный вскрик застал Гарета врасплох. Впервые совершенно несвойственная дворфам ловкость его подвела. Вельф и Микото, дожидавшиеся момента для атаки, перешли в нападение.

— !

Гарет отошёл с пути ледяной бури, которую в него направил Вельф, но удар ветра, совершённый Микото мгновение спустя, приковал его ноги к земле. Вельф и Микото тут же отправились во второй заход на дворфа.

Один из сильнейших авантюристов оказался закован в ледяную корку, но уже через мгновенье Микото и Вельф лишились дара речи.

Что?!

Это какая-то шутка?!

— Ваааааа!!!

Могучий дворф-воитель сражался, несмотря на состояние, в котором оказался.

Его тело было заморожено, но даже покрывшись ледяной коркой дворф смог поднять кулак и секиру, бешено размахивая ими в разные стороны. Ксеносы снова налетели на него со всех сторон, но оказались отброшены.

Вельф и Микото нападали исподтишка, добавляя ледяные атаки. Но даже оказавшись полностью погребённым в ледяной глыбе дворф не остановился.

Мгновение спустя раздался треск.

— ?!

Будто признавая своё поражение перед дворфом, магические клинки начали раскалываться. Постоянное использование их уничтожило. Вельф и Микото лишились дара речи, когда лезвия цвета морской волны начали рассыпаться прямо на их глазах.

— Командир Гарет!

— Взять их! Скрутить!

Вдобавок ко всему, подоспели подкрепления Паствы Локи. Мужчины и женщины заполонили переулки и главную улицу, а также крыши зданий и их становилось всё больше.

— Пора!

Из чёрного рукава мантии Фелса появилось множество чёрных сфер, маг разбросал их по дороге.

Когда сферы треснули, чёрный дым заполнил широкую улицу. Это была та самая дымовая завеса, которая помогла Ксеносам сбежать пять дней назад. Чёрный туман, магический предмет. Таким способом Фелс собирался нарушить общение между авантюристами. Чёрный дым ослепил как авантюристов, так и монстров, те издавали удивлённые крики.

Как плохо всё обернулось. Что мне делать?!

Копья и клыки появлялись в дымке будто бы из ниоткуда, невидимость не могла защитить Вельфа от царящего хаоса. Он оказался наедине с бешено колотящимся сердцем.

В хаосе мыслей Вельфу пришло на ум слово уничтожение. Ксеносам ни за что не собраться вместе и не выбраться из этой потасовки. По крайней мере пока Гарет стоит на страже.

Вельф потерял Хиен. У Микото остался Фубу, но, если она его использует в чёрном тумане, сдует как противников, так и союзников. А если Гарет останется к тому времени, как очистится воздух, у Ксеносов не будет ни единого шанса спастись. К тому же, за это время могут подоспеть остальные сильные члены Паствы Локи, и тогда судьба монстров будет предрешена. Скорее всего Лили не сможет прийти к ним на помощь.

Что если использовать его?! Но если я им воспользуюсь..!

Вельф посмотрел на пояс.

Вместо обычного длинного меча на поясе парня висел магический. Взглянув на неприкрытый клинок, более насыщенного синего цвета, чем Хиен, из глубин лезвия словно что-то вырывалось.

Проведя несколько секунд в тягостных раздумьях, Вельф услышал знакомый голос.

— Хах! Вот это веселуха!

На улицу обрушился град ледяных осколков.

— А?!

Вельф слышал треск замораживаемой улицы и крики дворфа и других авантюристов, по туману прокатилась мощная метель.

Удивлённый Вельф услышал, как прямо перед ним кто-то приземлился.

— А… Цубаки?

— Ого! Слышу малыша Вельфи!

Девушка с бронзовым загаром, чьи чёрные волосы были собраны в хвост, с повязкой на левом глазу, похожей на ту, что носит её божество. Она была одета в ярко-красную хакаму и боевые одежды, чем напоминала фехтовальщика с Дальнего Востока. В её привлекательных чертах читалась смесь дворфской и человеческой крови.

Цубаки Коллбранде, командир Паствы Гефест. Оказавшись на расстоянии руки с женщиной, которую он никак не ожидал увидеть, Вельф скинул вуаль.

— Что ты здесь делаешь?!

— Божка попросила меня помочь вам выпутаться. Я узнала об этих Зенусах, или как вы их там называете. Вы, ребятки, похоже впутались во что-то занятное! — с ухмылкой объяснила полудворфийка. Как и Нажа из Паствы Миаха, она пришла на помощь Вельфу и членам его Паствы, пытающимся помочь Ксеносам.

Вельф удивился тому, что Гефест рассказала Цубаки о Ксеносах, хоть и мог понять причины. Цубаки преклоняется перед Гефест, потому, с точки зрения богини, ей можно было рассказать обо всём, не вызвав особых проблем. Но Вельфу совершенно не нравилась мысль о том, что авантюристка, которая любит поразвлечься, обо всём узнала.

Не знавшая о мыслях Вельфа Цубаки посмотрела на свой магический клинок.

— Кажется, мы с тобой подумали одинаково, да, Вельф? В общем, положись на меня. Я незаметно пощекочу их своими магическими клинками. Гляди сколько их у меня с собой!

Цубаки беспечно потрясла связкой мечей, которую несла через плечо.

— Да тебе просто хочется эффекты попробовать! — крикнул парень, совсем забыв, где он находится.

Цубаки была очень эксцентричным ремесленником, иногда она спускалась на глубинные этажи Подземелья просто для того, чтобы проверить как работают её творения. Эта безумная тяга также объясняла, почему помимо навыков кузнеца она обладает огромной боевой силой, которая позволила ей заработать титул «Циклоп».

— Не глупи. Разве я не бросилась тебе на помощь, понимая, что Паства Локи возненавидит меня за это? Ха-ха! Вот это попробую! Получите!

— Да ты же просто радуешься разрушениям! Кстати, если ты зайдёшь слишком далеко, Паства Локи…

— А-ХА-ХА!!! Думаешь того дворфа можно свалить этими штуками? Главы Паствы Локи настоящие монстры!

Строго говоря, Цубаки целилась только в Гарета. Пользуясь дымовой завесой, она рассекала магическими клинками воздух. Хаотичная схватка вызвала у Вельфа беспокойство, от которого у него закружилась голова. Спустя несколько минут Цубаки посмотрела на рассыпавшийся магический клинок в руке.

— Хм, кажется, этот готов. Есть куда расти, я бы сказала, — произнесла женщина, откидывая опустевшую рукоять.

В следующее мгновенье она посмотрела на Вельфа, прищурив правый глаз:

— И? Чего задумался? Меч на поясе у тебя для красоты?

— !..

— Ты его просто так притащил, дурачок? Пускай его в ход!

Глава кузнецов отчасти поражалась поведению Вельфа, а отчасти ругала его.

— Ты пришёл, чтобы помочь этим самым Зенусам? Пока ты стоишь и смотришь, их могут в горки пепла превратить!

— …Если я его использую, даже сильнейшие из авантюристов могут…

— Придурок!

Цубаки разбила сомнения Вельфа уверенной улыбкой:

— Я же сказала, эти ребята монстры. Скованный мальчиком мечик не сможет сильно им навредить.

Цубаки смотрела на Вельфа единственным глазом. Её взгляд говорил, что у него нет времени переживать за благосостояние его противников. Парень не знал, чем ответить.

Вместо слов он нахмурился и схватился за рукоять меча, будто подготовившись к бою.

— …Сложно попасть по врагу в этом тумане.

— Я буду твоими глазами. Готовься.

Цубаки не только мастер-кузнец, но и авантюристка пятого уровня. Она могла бы продержаться какое-то время даже против сильнейших. Вельф нахмурился, поняв, что она способна почувствовать противника даже в творящемся хаосе и, сняв меч с пояса, принял боевую стойку.

— На два часа. Да, прямо туда. Они настороже, но можешь не беспокоиться, не твоим слабеньким мечиком.

— Ксеносы на линии огня?

— Никого. Можешь не беспокоиться. Бей, самое время, — сказала Цубаки, скользнув за спину Вельфа и ткнув пальцем в его спину.

— Стерва, — пробормотал Вельф.

После он взмахнул занесённым над головой тёмно синим клинком.

— Хьо!

Пронзительный, похожий на птичий вскрик материализовал волну льда и ветра.

Тёмно-синий клинок рассёк чёрный туман, будто расправленное крыло гигантской птицы. Мостовая покрылась льдом мгновенно, волна холода, выпущенная Хьо, была намного мощнее, чем волны Хиенов. Даже у Гарета распахнулись от удивления глаза, когда появившаяся из ниоткуда волна холода заставила его поднять щит.

Он принял на себя удар, защитив от него авантюристов, стоящих сзади. Дворфа окутала снежная буря.

— Г-Гарет-сама?!

— …По силе почти как заклинание Риверии. Вот это меня проняло.

Вся левая сторона дворфа, включая выставленный щит, напрочь замёрзла, но один из командиров Паствы Локи лишь бесстрашно усмехнулся.

— Вы, ребятки, отойдите! — сказал он авантюристам, скрывавшимся за его спиной, когда его тело сдвинул второй удар льда и снега.

— Видишь, живой! — хохотнула Цубаки.

— Заткнись. Всевышняя, вы меня слышите? — обратился Вельф к своему окулюсу.

— Да, слышу. Что такое, Вельф?

— Мы их как-нибудь задержим! Скажите Ксеносам продвигаться!

Чёрный туман держался, несмотря на повторяющиеся удары метели. Вельф решил, что может использовать это как преимущество, чтобы скрыть своё присутствие в сражении и попросил Гестию отправить Фелсу сообщение. Микото тоже слышала его, потому ответила в окулюс.

— Поняла!

Услышав рёв ящерочеловека, Вельф понял, что монстры приняли приказ идти вперёд. За ними поспешили авантюристы Паствы Локи. Проклиная свою неспособность их задержать, Вельф продолжал махать мечом в направлениях, которые указывала ему Цубаки.

Хотя бы дворфа мы здесь удержим!

Улица, на которой стоял Гарет, обратилась в ледяную реку. Задержать одного из сильнейших авантюристов им удалось.

Окрестности юго-западной части Улицы Дедала, Гестию прошиб холодный пот. Рядом с ней сидела бледная Харухиме.

— Это плохо. Очень плохо!..

— Да! Просто ужасно!

От неожиданного нападения Паствы Локи, имена Ксеносов были разбросаны по магической карте. Враги преследовали их, пытаясь не дать добраться до центральной части Района-Лабиринта.

Гестия смотрела, как одинокий символ отдалялся от остальной группы монстров.

— Нет, Виена! Туда бежать не надо!

Девушка-дракон оказалась в одиночестве.***

Виена бежала.

Несколько чешуек было сорвано, кровь виднелась в этих разрывах. Поддерживая раненную левую руку, она вырвалась из чёрного тумана.

Дым Фелса заполнил главную дорогу и окружающую её паутину переулков. Плотный чёрный туман поднимался к звёздам и, возможно, был виден отовсюду на Улице Дедала.

Если бы Виена остановилась, авантюристы бы её окружили. Это она понимала. Понимала она и то, что сейчас убегает от Ксеносов, но повернуть у неё не получалось.

Они… нападают!..

В неё летели стрелы, ударяясь по капюшону робы и острым ушам. Испуганная тем, что стрелы лучников Паствы Локи могут её убить, девушка повернула на одну из улиц. Преследователи её нагоняли.

Виена не могла найти выход из Района Лабиринта. У неё не было окулюса, потому обратиться за помощью к богине она не могла. Здания из потемневшего кирпича тянулись так далеко, как видел глаз, обращая улицы в бесконечные каньоны. Множество переулков напоминали щупальца, затягивающие девушку всё дальше в тёмную бездну.

Наконец, Виена вырвалась из окружения, но туман по-прежнему перегораживал её вид.

— !

Неожиданно перед девушкой оказались руины. Потемневшие кирпичи уступили место каменным обломкам окружающим полуразрушенные странные здания, построенные Дедалом веками назад. Каждые несколько минут по зданиям пробегала дрожь, от которой с обломков стен летел песок и мелкие осколки.

Озадаченная Виена пересекла границу западного региона Района Лабиринта и перешла в северо-западную его часть. Остановившись на мгновенье, она осмотрелась.

— Вон она! Я нашёл!

— !

Крики авантюристов заставили Виену снова побежать. Избегая града стрел, она завернула за угол. Её бледно-синяя кожа и чешуйки покрывал пот, блестящие синие волосы выбивались из-под робы, Виена отчаянно бежала, цепляясь за призрачную надежду.

В следующее мгновенье, будто чтобы сокрушить все надежды девушки, звёзды осветили силуэт, идущий ей навстречу.

У Виены перехватило дыхание.

Я зашла так далеко, но…

Девушка с бронзовым загаром босиком стояла на крыше полуразрушенного здания, держа на плече огромный двухклинковый меч.

Она встретила Тиону Хайрит.

Почему?..

Виена её узнала. Она не могла понять, как одна из пары амазонок, которых Микото отправила в полёт порывом ветра, оказалась здесь так быстро.

— Что же, раз уж я набрела на монстра, надо с ним что-то сделать, — пробормотала себе под нос амазонка.

Тиона не знала, почему оказалась именно в этом месте, она просто бежала на чёрный дым, поднимающийся к небу на северо-западе.

Оказавшись на земле после торнадо Микото, она отправилась вместе с переполняемой яростью сестрой на поле боя, но увидев расходящийся во все стороны чёрный туман, Тиона сменила направление.

На южной стороне района всё было в порядке, пострадало всего несколько авантюристов. Но амазонка слышала, что в северной стороне Района-Лабиринта ещё остались неэвакуированные жители. Инстинкты подсказали ей, что что-то может пойти не так, они и привели амазонку на северо-западную границу тумана.

— Эту я сейчас убью, — сказала себе под нос Тиона.

Когда Виена увидела, как амазонка перекидывает меч с плеча в руку, она побежала прочь.

Несмотря на молодость и неопытность, девушка-дракон быстро осознала в каком отчаянном положении она находится. Однако, с этой стороны её встретили преследователи из Паствы Локи. Зажатая с обеих сторон девушка побледнела.

А?

Она заметила на себе взгляд маленького мальчика.

Ребёнок… человек?..

Бледный маленький полуэльф прижимал котёнка к груди.

Виена увидела своё отражение в его зрачках. Янтарные глаза виднелись из-под капюшона, над ними будто капля крови на лбу блестел драгоценный камень. Окутанное тьмой лицо монстра заставило ребёнка окаменеть.

Виена на мгновенье замешкалась, увидев испуганного мальчика. В этот момент она услышала громкий взрыв, который сотряс землю.

Мгновение спустя раздался могучий рёв.

Одна из стен здания над головой ребёнка затрещала и с неё полетел осколок.

— Рюю?!

Крики вырвались из ртов Лая, Фины и Марии, когда они увидели это зрелище.

— Оука?!

— Монстр нападает!..

Заметив монстра, Чигуса и Оука бросились к мальчику с оружием в руках.

Они оказались на углу улицы, секундами ранее, в поисках маленького мальчика в одиночку, сбежавшего в приют. Увидев его на улице, они испытали облегчение, но в этот самый момент раздался треск.

— Тиона?!

— Нет!

Оука увидел, как монстр в порванной робе бросился к застывшему на месте мальчику, под крики членов Паствы Локи. Секунду спустя он заметил и обломок здания, летящий на мальчика.

Ну уж нет!!!

В сердцах закричал Оука, осознавая какая беда может случиться.

А…

Перед Виеной развернулась знакомая картина.

Груда камней летела на голову мальчика. В прошлый раз это были падающие с телеги ящики.

Просто оставь его, шепнул Виене страх.

Люди кричали и бросали в тебя камнями. Они будут тебя ненавидеть, и всё что тебе останется это грусть, твоё сердце будет разбито, а остаток своего времени пройдёт в слезах.

Но Виена ответила самой себе вопросом:

Разве Белл не спас меня, несмотря на это?

От своих друзей она слышала через что пришлось пройти Беллу. Это из-за неё на него накидывались со всех сторон. Когда Виена об этом узнала, ей захотелось рыдать, а её сердце словно сжалось.

Белл спас Виену, зная, что люди будут кидать в него камнями.

Внутреннему голосу Виены было нечем на это ответить. Вместо этого что-то её подтолкнуло.

В следующее мгновенье кожу Виены охватил жар, плащ за её спиной разорвался, у неё появилось крыло. Используя драконий потенциал, девушка стрелой бросилась к ребёнку.

Виена использовала крыло чтобы блокировать груду обломков, она телом прижала полуэльфа к земле.

— Рюю!!!

Грохот падающих обломков поглотил крики других детей.

Каменные блоки с грохотом обваливались.

Когда грохот прекратился в воздух поднялось огромное облако пыли, всё вокруг было погребено под камнями.

Виена и мальчик оказались в центре обрушившейся стены здания.

Мальчик лежал на земле лицом вверх, они встретились взглядами с прикрывшей его голову руками вуиврой.

Распахнутое крыло заблокировало обломки. Ручеёк крови стекал по голове Виены, кровь капнула на щёку мальчика.

— …Пристрелите её!

— ?!

Стрела пронзила крыло Виены.

Для Марии и детей, а также членов Паствы Локи всё выглядело так, будто монстр атаковал ребёнка, взмахом своего жуткого крыла сорвав обломки со стены.

Оглянувшись, Виена увидела свору разъярённых авантюристов, бегущих к ней в ещё не улёгшейся пыли. Она поднялась с мальчика и побежала. Секунду спустя Мария, остальные дети и авантюристы Паствы Локи подбежали к мальчику.

— Я пойду за ней! Вы, ребята, защищайте детей! — крикнула Тиона и, закинув меч на плечо, побежала за монстром.

— Принято!

Мария, Лай и Фина заключили ошеломлённого, прижимающего к себе котёнка Рюю в объятья.

— Эх, Рюю, Рюю!

— Дурак! Что ты здесь забыл?!

— Рюю, ты в порядке?

Мария, Лай и Фина рыдали.

— Вы все ошиблись… Матушка, Лай, Фина, — едва слышно прошептал Рюю. Капля крови монстра текла по его щеке, будто слеза. — Братец… делал всё правильно.

Ребёнок-полуэльф уставился в тёмное ночное небо. Его губы дрожали, тусклый свет луны виднелся в улёгшейся пыли. В руинах можно было услышать только детские всхлипы.

В нескольких шагах стояли бледные Оука и Чигуса.

— Оука… что сейчас было?

— Монстр его защитил? Защитил ребёнка?..

Они стояли к Виене ближе и заметили то, что дети, Мария и авантюристы Паствы Локи упустили. И теперь им оставалось только озадаченно перешёптываться об увиденном.

Когда шёпот смолк, они посмотрели в направлении, в котором исчезла Виена.

Неподалёку от обрушившегося здания, в узком переулке, освещаемым потрёпанными временем фонарями с магическими камнями слышался топот двух пар ног.

Всего за несколько секунд Тиона догнала бежавшую Виену.

— А вот и я!

— ?!

Амазонка вонзила в землю одно из лезвий огромного меча, перекрыв Виене путь к отступлению.

Несмотря на то, что меч не ударил девушку-дракона, её тонкие ноги не выдержали поднятой ударом волны и Виена оказалась на земле. Тиона не упустила своего шанса и занесла меч для решающего удара.

А…

У Виены не было времени даже на то, чтобы прикрыться крылом. А даже если бы она это сделала, крыло бы её не спасло. Когда над девушкой-драконом нависла амазонка, всё, что она могла сделать, это зажмурить глаза.

— ?..

Она ждала, но решающий удар меча всё никак не наступал.

Очень осторожно она открыла глаза. Огромный двухлезвийный меч застыл перед её грудью. Подняв взгляд, она увидела, что Тиона смотрит на неё задумчиво, с замешательством.

— Эхххх, эм… Ммммм… Ага!

С минуту помычав, Тиона кивнула и убрала оружие:

— Всё-таки, я не могу!!!

С этими словами она швырнула меч за спину. Огромное оружие покатилось по земле.

— А?.. — едва слышно сорвалось с синеватых губ девушки-воивра. Сейчас её можно было описать одним словом: «поражённая».

— Ты… ты же его спасала, да? Того малыша.

Виена в ответ удивилась.

— Не знаю, понимаешь ты, что я говорю или нет… но тебе лучше отсюда убираться, и побыстрее.

— А…

— Не все из нас мягкосердечные дурни, вроде меня.

Тиона уставилась на монстра, Виена не знала, как ей реагировать, но медленно поднялась. Она раскрыла рот, будто чтобы заговорить, но в этот момент до переулка в очередной раз донеслись звуки битвы, и ей оставалось только бежать.

Перед уходом, она всего лишь раз бросила на Тиону взгляд.

Свет ламп с магическими камнями трепетал. Оставшись наедине с собой Тиона подняла брошенный меч и медленно подняла взгляд.

— …Наверное так себя чувствовал Аргонавтик…

Её слова утонули в синеве ночного неба.

— Тиона!

— Эй, Тионэ.

Когда она вышла из переулка, она наткнулась на свою сестру. Тионэ злобно нахмурилась, приближаясь к Тионе.

— Почему ты сбежала, ничего не сказав? Я тебя искала!

— Ты меня искала? Я думала ты на главной улице дерёшься.

— Капитан сказал нам держаться вместе! Ты же не думала, что я нарушу его приказ? И… что там с монстром? Я слышала, ты бросилась за ним в погоню.

Тиона собиралась соврать сестре, но решила этого не делать:

— Ага, я его отпустила.

— Что?! То есть, он не сбежал, ты намеренно его отпустила?! Сдурела?

— Но…

— Засунь своё «Но» куда подальше! У нас чрезвычайная ситуация. Не слышала, что говорил капитан?

— Тионэ, даже ты должна была понять, что эти монстры не просто умны…

— Хмпф.

— Я думаю они совсем не такие, как обычные монстры. Я не ощущаю от них злобы, — честно сказала Тиона сестре, вспоминая об обнаруженных авантюристах, которые ни один из которых не был убит.

На мгновенье, Тионэ притихла, она понимала, что Тиона говорит правду. Но спустя секунду её гнев вернулся

— Заткнись! Того чёрного минотавра я уделаю во что бы то ни стало! Я пошла!

— Да ты просто отомстить хочешь!

Сестры побежали бок о бок.***

— Всевышняя Гестия, где Виена?

Голос Фелса раздался в окулюсе.

— Она к северо-западу, уходит от вас всё дальше! — крикнула Гестия.

Богиня была на своём посту в юго-западной части Улицы Дедала. Посмотрев, как точка с именем девушки дракона удаляется от остальных всё сильнее, Гестия ощутила, как её сердце начинает колотиться всё сильнее.

— Кто-нибудь может её спасти? — спросила она.

— Нет, мы не сможем. Авантюристы неплохо сопротивляются!.. Если Лидо или кто-нибудь другой отлучится, с нами будет покончено!

Через синий кристалл Гестия слышала рёв монстров и звуки битвы. Нахмурившись, богиня задумалась.

Если Фелс не может помочь, ближе всего к Виене, Вельф и Микото… Нет, они тоже не могут помогать, они сдерживают авантюристов! А Лили и Белл слишком далеко!

Фелс и Ксеносы сражаются в западной стороне, на углу центральной зоны, Микото и Вельф к ним очень близко. Лили далеко на востоке, а отправившийся на юго-восток Белл мешает авантюристам. Добраться до бегущей к северо-западу Виены им будет непросто.

Когда Виена повернула на север, стало ясно что её преследуют авантюристы. Гестия сжала в руке сломанные карманные часы, будто отсчитывая оставшиеся девушке часы жизни. Богиня растерялась, она не знала, что делать, и…

— Ааааа!

— Харухиме?!

Девушка, сидевшая всё это время за спиной богини, бросилась с края крыши.

Когда золотые волосы и красное кимоно исчезли в ночной тьме Района Лабиринта, раздался треск. Гестия в ужасе бросилась к краю крыши. Внизу она увидела дыру в крыше барака, и поднимавшуюся на ноги девушку-ренарта на полу.

— !!!

Харухиме отбросила логику и буквально бросилась ей на помощь. Гестия тоже отбросила сомнения, схватила один из окули и закричала в него во весь голос:

— Белл! Помоги!***

— Виена отделилась от Ксеносов! А Харухиме побежала за ней!

Я содрогнулся, когда услышал голос Боженьки, донёсшийся из окулюса. Когда я дослушал её до конца у меня кровь застыла в жилах.

— Виена сейчас одна?!

Сгорая от волнения, я проскользнул переулок, в котором слышались крики авантюристов.

Виена сама по себе? Её некому спасти? Воспоминания о плачущей одинокой девушке всплыли в моей голове. Я представил себе карту Орарио, и осознал, что мы в ужасном положении.

Я на юго-востоке. Виена на северо-востоке. Мы очень далеко друг от друга. Если я брошусь к ней напрямую, я должен буду пройти лагерь Паствы Локи, прямо в центре Района Лабиринта. Прорваться у меня не получится, даже с невидимостью. А попытка обойти лагерь займёт целую вечность. Сколько не придумывай, а мне к ней не успеть!

Ну, не с той скоростью, которая есть у меня сейчас…

В моей голове блеснула догадка, я крикнул в окулюс:

— К Харухиме!

— А?

— Боженька, скажи, где сейчас Харухиме!!!

Я начал бежать до того, как услышал ответ боженьки.

Поняв, что я собираюсь сделать, она выдохнула и, будто приняв какое-то решение, сказала мне куда бежать.

Забыв обо всём остальном, я бросился по улице. Я покрылся потом от бега, но у меня не было времени даже чтобы его смахнуть. Забыв о своей роли в качестве приманки, я прыгал по неровным крышам.

Быстрее, быстрее! Ещё быстрее!!!

Голос Боженьки вёл меня по южной части Района Лабиринта, с востока на запад.

— Харухиме!

— Ой!!! Белл-сама?!

Харухиме бежала так быстро, как могла, переулками, как направляла её Боженька. Встретившись с ней, я схватил её за руку, забыв сбросить с себя плащ. Оттащив её в заброшенный дом, я показался и, удивившись, она расплакалась:

— Белл-сама! Виена-сан, Виена-сан!..

Её дрожащие руки схватили меня за одежду. Она начала падать, я попытался её поймать, и мы оба рухнули на колени. Слёзы из её зелёных глаз закапали на кимоно, я взял её руку в свою и сжал.

— Харухиме…

Она посмотрела на меня, и я попросил о том, что в одиночку мне не под силу:

—…Помоги мне пожалуйста.

Мы спасём Виену вместе.

Удивлённая моей настойчивостью Харухиме вытерла слёзы и кивнула. Её правую руку я держал в своей, она взяла мою левую руку в свою.

Девушка-ренарт начала свою возвышенную песнь:

— …Расти.

Её голос был лился будто ключевая вода.

Она закрыла глаза и продолжила свой распев:

— Придай силу этому сосуду. Дуновение изобилия, дуновение желаний. Пока не прозвенит колокол, даруй иллюзорную доблесть.

По мере чтения заклинания появлялся золотой свет, осветивший моё лицо в тёмной комнате.

— …Расти.

С этого момента я, нет, мы, в огромной опасности.

Может от того, что Харухиме тоже это поняла, её руки дрожали, хоть заклинание она и читала твёрдым голосом:

— Запри божественные дары в этом теле. Золотой свет прольётся с небес. Вольётся он в молот и падёт на землю, даровав тебе удачу.

Она крепче сжала мои руки, что показывало её страх за Виену.

Я сжал её руки в ответ. Содрогаясь, она начала последние слова.

— …Расти.

Харухиме открыла глаза и посмотрела на меня, произнося название заклинания:

— Uchide no Kozuchi.

Комнату наполнил ослепительный свет. Вместе с ним, моё тело окружили искры света.

Она даровала мне поднятие уровня, своим мощнейшим зачарованием. Восторг от достижения четвёртого уровня растёкся по моему телу, я радостно вскрикнул.

Снова накинув на себя плащ, я поднялся и взял Харухиме на руки.

— А?!

Одного поднятия уровня точно не хватит. Мне нужна помощь Харухиме, и оставлять её здесь я не хочу. Уверен, она это поняла, но вместе с этой мыслью её щёки порозовели, может, потому что она не ожидала, что я возьму её на руки.

Мне немного неловко, но выбора у меня нет. Ей придётся потерпеть. Убедившись, что и Харухиме, и моё тело, от которого исходят искры, скрыто вуалью я шепнул Харухиме на ухо:

— Проследи, чтобы плащ нас обоих накрывал.

Она кивнула. Поскольку обе мои руки заняты, она обхватила меня за шею и поправила двухстороннюю накидку. Через ткань окружающий мир было непросто различить. Я вздохнул, подготовившись к тому, что меня ждёт.

— …Мы отправляемся.

Капля пота покатилась по моей щеке, и я рванул с места.

— Ак?!

Возглас поражённой моей скоростью утонул в свисте ветра.

Я вылетел в распахнутую дверь старого дома, оказавшись на каменной мостовой, и, вырвав несколько камней, прыгнул в ночное небо.

Подо мной оказался Район Лабиринт. Вдали мигали лампы с магическими камнями лагеря Паствы Локи. Западная часть района утопала в чёрном тумане, а где-то на северо-западе в одиночку убегала от преследователей Виена.

Наметив примерный путь, я позволил гравитации вынести меня на крышу здания, и бросился бежать.

— ?!

— Что это?!

Несмотря на невидимость, люди замечали наше появление. Мы были невероятно быстры, ветер свистел, а мои ноги заметно шумели, когда я ступал на крыши и стены. Авантюристы, чувствовавшие мой скоростной забег, поворачивали головы.

Впрочем, это не важно. Сейчас мне остаётся их только игнорировать. У меня нет времени на что-то ещё.

Я должен добраться до Виены так быстро, как это возможно!

— !!!

Харухиме крепко обхватила мою шею, отчаянно пытаясь удержать на нас вуаль.

Перепрыгивая с крыши на крышу будто, настоящий кролик я бежал по улицам, иногда одним махом перескакивая даже башенные шпили.

— Так, продолжайте двигаться прямо, как сейчас!

В свисте ветра я слышал голос Боженьки и следовал её указаниям, пробегая по Улице Дедала самым коротким из возможных путём.

Риск того, что нас раскроет Паства Локи, очень велик. Авантюристы первого ранга точно смогут ощутить моё приближение.

Но мне остаётся только продолжать.

Такой забег не был бы возможен без поднятия уровня Харухиме, её сила позволила мне ощутить себя всемогущим богом. Но сейчас не время упиваться величественным ощущением исходивших от меня искр света, я должен бежать изо всех сил.

— …Простите, Белл-сама! Несмотря на странность нашего положения, я безумно счастлива!!! — произнесла девушка-ренарт тоном, будто не смогла сдержаться.

— Почему, мне кажется, будто подобное я уже слышал? — не задумываясь бросил я.

— Что?! Это я должна там быть, Харухиме! Верни мне моё место!!! — прозвучал какой-то странный ответ Боженьки в окулюсе.

Пока мы втроём перекрикивались, я рассекал прохладный ночной воздух.

Стараясь обогнать даже ветер, я бежал на северо-запад Района Лабиринта.***

Виена бежала по переулкам.

Прерывистое дыхание указывало на то, что она почти выдохлась. Она не знала, где находится. Ей оставалось только потерянно бродить по улицам, спрятав крылья под плащом и прижимаясь к стене рукой.

Преследователи её оставили, но она не могла унять ужаса от того, что авантюристы могут в любой момент явиться из ниоткуда. Куда сильнее её силы истощало испытание одиночеством.

— …

Она отчаянно пыталась не выкрикнуть его имя.

Ей не хотелось заставлять его беспокоиться. Если она расплачется, он снова будет вне себя от беспокойства. Ей это не нужно. Поэтому она пыталась взять эмоции под контроль.

Но темнота Района Лабиринта подтачивала её решимость. Наконец, страх пропитал её тело с головы до пят, и ей осталось только погрузиться в тени прошлого, в теплоту, которую ей никто не заменит.

— Белл… — прошептала она так тихо, что это слово будто слилось с тьмой.

И это случилось.

— …Виена!!!

Он ответил на её мольбу.

— !

— Виена-сан!

Вуивра удивлённо подняла голову, и перед ней возникли будто из ниоткуда скинувшие вуаль Белл и Харухиме.

Слёзы полились из янтарных глаз Виены, а в следующее мгновение она, забыв обо всём побежала к ним. Девушка обвила руками пришедших ей на выручку авантюристов.

— Белл! Харухиме!

Они обняли её в ответ.

— Ой, Виена-сан, Виена-сан!

— Рад тебя видеть, Виена!..

— Простите меня, Белл и Харухиме!.. И спасибо вам, я вас люблю!..

Все трое едва сдерживали слёзы. Они заключили друг друга в тёплые объятья. Виена зарылась лицом в грудь Харухиме, а Белл приобнял их обеих.

— Вы меня искали?..

— Ками-сама рассказала нам где ты!

— Ты в порядке, Виена? Я очень рад, что ты не ранена!

Белл улыбнулся Виене радостной улыбкой, несмотря на потёкшие из глаз слёзы.

— …Спасибо вам, богиня! — произнесла в ответ девушка.

Из окулюса на нарукавнике Белла слышались всхлипы, и Виена с улыбкой её поблагодарила.

После продолжительных объятий, Белл наконец отступил на шаг от Виены и Харухиме.

— Сейчас у нас нет времени. Нужно как-то встретиться с Лидо и остальными.

— Точно!

Виена и Харухиме кивнули, они двинулись дальше втроём.

К этому времени с момента встречи Белла и Харухиме прошло чуть больше пяти минут. Им нужно было найти укромное место, чтобы обновить поднятие уровня. Они оказались на северо-северо-западной окраине Района Лабиринта. Парень знал, что встретиться с Ксеносами, двигаясь на юг, не привлекая внимания Паствы Локи практически невозможно. В худшем случае, ему придётся послужить приманкой. Он поднёс окулюс к губам.

— Всевышняя, скажи нам г…

Шестое чувство заставило Белла ощутить тревогу.

— Ох!!!

— А?

То, что ему удалось подтащить к себе Харухиме и Виену, вовремя накрыв их вуалью, было настоящим чудом. В то мгновенье, когда они втроём скрылись в темноте переулка, хлоп, пара ботинок из серебристого металла с треском разрушила мостовую.

Тот, кто их носил, был покрыт серым, развеваемым ветром мехом, и было заметно, что прыгнул он издалека.

Белл, Харухиме и Виена охнули, увидев молодого вервольфа.

Это Бете!..

Как и боялся Белл, их засекли.

Бете Лога заметил бешеный бросок Белла и Харухиме по городу. Проигнорировав приказ Финна, один из сильнейших авантюристов Паствы Локи покинул лагерь, чтобы их нагнать. Скорость вервольфа лишила Белла всякой надежды на получение ещё одного поднятия уровня от Харухиме.

— …

Бете стоял на открытом месте, рядом с переулком, в котором Белл, Харухиме и Виена прятались. Они затаили дыхание, пока вервольф неспешно осматривался. Им казалось, что их сердца стучат слишком громко, и противник может их услышать. Гестия, с другой стороны окулюса, также пыталась поддерживать идеальную тишину.

Капля пота Белла упала на волосы Виены.

— …Покажись!

Из множества окинутых взглядом тёмных переулков Бете точно определил в каком прятались Белл и остальные.

Они замерли от взгляда Вервольфа, который, казалось, видит сквозь невидимость. Минута, которая потребовалась ему, чтобы найти скрытых вуалью людей, казалась вечностью, а теперь все их надежды были стёрты в порошок.

Плечи Виены затряслись, когда Бете указал ногой в их сторону. Белл вздохнул и решил сделать то, что должен, выйти к Бете. Он послужит приманкой, пока Харухиме и Виена сбегут.

Но Харухиме его остановила.

Харухиме?..

Виена ощутила, как кто-то коснулся её волос, и увидела улыбку девушки-ренарта. Харухиме освободилась от объятий девушки-дракона и улыбнулась озадаченному Беллу.

Его протянутая рука схватила только воздух, Харухиме вылезла из-под вуали и вышла во тьму.

— А?

— …

Пока удивлённые Белл и Виена пытались понять, что происходит, девушка оказалась прямо перед Бете.

Её лисий хвост дрожал, вервольф смерил её взглядом, но она скрыла эту дрожь и смело посмотрела ему в глаза.

— Ты там явно не одна. Давайте, выходите, все вы!

— Я одна.

— Хватит пороть чу…

— Я ОДНА!!! — крикнула Харухиме.

Виена подпрыгнула, ещё никогда она не слышала от Харухиме такого крика.

Элегантно изогнутые ресницы обрамляли зелёные глаза, не дрогнувшие от злобного взгляда опасного вервольфа. Она прижала руки к выдающейся груди и крикнула на вервольфа снова:

— Пожалуйста, уйдите!

Белл понял, что сейчас она говорила не с Бете, а с ним. Той слабой девушки, которую он когда-то спас уже не было. Сейчас, стоя к ним спиной, она была больше похожа на храмовую деву, отстаивающую свою святыню, сестру, защищающую свою родственницу, или даже мать.

Она зарычала. Девушка, которую Белл помнил плачущей и нуждающейся в помощи, защищала того, кого она любит. Белл был впечатлён.

— Сейчас же!!! — крикнула Харухиме.

Её решимость заставила Белла сделать первый шаг. Он не мог позволить решимости Харухиме пропасть впустую. Он унял беспокойство и положил руку на плечо Виены. Стиснув зубы, он повёл с собой девушку-дракона, бросив взгляд на Бете и Харухиме.

— …Ты даже драться не можешь, хватит важничать! — рыкнул Вервольф.

Бете ощутил, что два невидимых силуэта проскользнули за спиной Харухиме куда-то вдаль. Он топнул так, что полетели обломки камней. Эти обломки полетели в Харухиме, царапая её щёки и кимоно. Она выставила перед собой руки и отпрянула, но не сошла с места.

— Тц, уйди с дороги, — процедил Бете.

— Не уйду.

— Я тебя отделаю.

— Я не уйду!

Бете грозно посмотрел на девушку-ренарта, отказавшуюся отступать, и оттолкнулся от земли. Он бросился к ней с такой скоростью, что за ним невозможно было уследить. В одно мгновенье тень вервольфа оказалась у её ног. Бете занёс левую руку над девушкой, и у его ног поднялась пыль.

— !!!

Рука вервольфа остановилась в сантиметре от лица Харухиме. Он смотрел в зелёные глаза, выглядывавшие из-под золотых прядей.

— …

Он уставился на девушку, молча признав её решимость уступить даже, оказавшись на грани получения прямого удара.

Повисла тишина. Двое зверолюдей слышали слабые звуки битвы. Бете нарушил молчание первым:

— …Ничтожество!

Жестокая улыбка появилась на его губах.

— Ты совсем беспомощна, но всё равно решила не сходить с места, да?

— ?!

Кровожадность вервольфа начала выходить из-под контроля. Харухиме инстинктивно содрогалась, оказавшись перед могучей аурой оголодавшего до битвы волка. Он почти дал волю своим желаниям.

Но Харухиме не отступила. Она смотрела на него, содрогаясь от страха, но не опускала руки, поднятые для защиты.

— Много на себя взяла, тебе не кажется?

Вместо того, чтобы завершить удар, вервольф топнул металлическим ботинком по мостовой. Этот удар заставил Харухиме отлететь. Она взвыла от боли, ударившись о стену и упав на землю у входа в переулок.

Улыбка Бете совершенно не вязалась с произнесёнными им словами. Отчасти она была наполнена превосходством над «ничтожной» девушкой, а отчасти упоением происходящим.

Он признал в Харухиме противника. Он признал, что перед ним не очередной не заслуживающий внимания враг, встреченный в бою.

Он улыбался, потому что признал решимость ренарта.

— Не будь очередной бесполезной стервой! Давай, покажи на что способна!

— !!!

Харухиме, оказавшаяся целью потока насмешек Бете, подняла лицо. Она одарила его таким пылким взглядом, что вервольф улыбнулся ещё шире и, вытянув руки перед собой, начала читать заклинание.

— …Расти. Придай силу этому сосуду. Дуновение изобилия, дуновение желаний. Пока не прозвенит колокол, даруй иллюзорную доблесть.

Единственное заклинание, которое знала Харухиме, нельзя было использовать в качестве оружия. Она отлично понимала, что не сможет причинить никакого вреда могучему авантюристу, но продолжала распев:

— …Расти.

Между поднятиями уровня ей нужен перерыв примерно в десять минут. Когда завершилась их небольшая перепалка с Бете, как раз столько времени и прошло, потому она произносила заклинание, сосредотачивая в нём всё больше силы.

— Запри божественные дары в этом теле. Золотой свет прольётся с небес. Вольётся он в молот и падёт на землю, даровав тебе удачу.

Стоявший чуть поодаль Бете молча ждал, пока она завершит заклинание. Была ли это гордость? Нет. Он решил проявить уважение к решимости девушки, к тому, что она, слабачка, смогла найти силы противостоять ему.

В то мгновенье, когда она произнесёт последние строки, вервольф сокрушит её без заминок и жалости. Пока этого не случилось, он медленно хлопал в ладоши.

— …Расти.

Несмотря на то, что Харухиме ещё не сформировала магический круг, золотой свет говорил о странной природе заклинания. По мере его произнесения, магическая энергия обращалась облаком света, указывая на то, что это заклинание настолько сильно, что даже Всевышняя Иштар признавала его силу.

Облако света и поток золотых искр поднимались над головами Харухиме и Бете. Подобно тому, как чёрная дымка обволокла западную часть Района-Лабиринта, золотое свечение появилось на северо-северо-западе, где были Харухиме и Бете. Любой, кто его увидел, узнал бы призыв молота света.

В тот момент, когда Харухиме заканчивала чтение заклинания, а Бете готовился её ударить, на помощь пришла женщина, услышавшая зов о помощи ренарта.

— !!!

Бете повернулся и увидел прекрасную женщину, с чёрными, как уголь, волосами, приземлившуюся на мостовую.

Амазонка, вооружённая огромным двуручным мечом, подоспела на помощь.

— Uchide no Kozuchi, — произнесла Харухиме.

Искры света пролетели над головой Бете, собравшись вокруг Айши, и, приняв форму молота, обрушились на неё.

— Ах ты…

Прежде чем Бете успел что-то понять, поднятие уровня было завершено.

Окутанная потоком света амазонка сняла с плеча меч и указала лезвием на Бете.

— Эй, урод. Ты посмел своей грязной лапой тронуть мою сестрёнку, да? Кажется, посмел. А вообще, для меня точно посмел.

— Ты ещё кто.

— …Никто не смеет трогать мою миленькую сестричку. Если я не надеру тебе уши здесь и сейчас, на весь день настроение испортится.

Айша явно была готова к бою, она вызывающе улыбалась.

К Ксеносам это не имело никакого отношения. Айша обернула ситуацию в личную обиду. Харухиме посмотрела на Бете и содрогнулась от его испепеляющего взгляда.

— Айша-сама!..

— Бесполезная лисичка, не высовывайся. Я вроде тебе говорила заклинанием своим не светиться… Хотя, так и быть, за этот взгляд я всё прощаю, — пожав плечами ответила Айша. Похоже, она была довольна, что Харухиме позвала её на помощь.

Бете усмехнулся, оказавшись перед двумя девушками.

— Никчёмная девка переложила свою задачу на кого-то другого, — бросил он, хоть и улыбался, поняв, чего добивалась Харухиме.

У него чесались руки.

— Ну иди сюда, бешеная баба, покажи, чего стоишь. Я тебя в землю втопчу, идиотка.

— Смотри словами не подавись!!!

Харухиме опасливо смотрела на начавшийся бой.

***

— Белл, а с Харухиме..?

— !..

Белл вёл Виену по улице, на его лице читалось напряжение.

Ранит ли Бете Харухиме? Он не знал. Но он был уверен, что Бете не убьёт девушку. Сейчас им остаётся только бежать так далеко, как это возможно, пока Бете их не догнал.

Разум Белла сковывали сомнения о том, что он должен сделать. Он и сейчас не переставал про себя извиняться перед Харухиме за свою слабость, но продолжал бежать, чтобы её жертва не была напрасной… и ради Виены.

— Белл, у вас мало времени!.. Если не поторопишься, не догонишь Фелса!

Услышав взволнованный голос Гестии, Белл и Виена ускорились.

Искры света от поднятия уровня давно погасли. Белл был одет в вуаль, и беспокоился о том, что может привлечь внимание членов Паствы Локи, но улицы были настолько пустынны, что сложно было в это поверить. Белл ощутил, что это дело не в удаче, совсем наоборот, опустившие улицы заставили его напрячься. Бросая взгляды из стороны в сторону, парень бежал к месту назначения.

Южнее, южнее, всё дальше на юг… Вдруг ноги Белла застыли.

— Белл?.. — спросила Виена, удивлённая неожиданной остановкой.

Обхвативший её руку Белл будто разом выпустил весь пот из своего тела. Его дыхание стало прерывистым, а звук собственного сердцебиения бил по ушам парня. Он застыл посреди улицы, окружённой узкими переулками и лестницами. Его красные глаза вглядывались в ночную тьму.

Юго-восточная часть Орарио.

В одном из угловых переулков, куда хаос и крики авантюристов не могли пробиться, появилось какое-то движение.

Тёмный силуэт помог себе рукой выбраться из треснувшей кирпичной стены и слабо качнулся.

— Всего пять лет?.. Она оставила меня позади так сильно…

Три минуты.

Столько длился бой.

Пришедший в сознание силуэт поднял голову и посмотрел в небо.

Забыв стереть кровь с губ эльфийка прижала руки к животу, в место, в которое пришёлся удар рукоятью меча.

— Прости, Белл Кранелл… — прошептала Лю Лайон.

— …

Покрывающие небо облака разошлись, лунный свет развеял тьму.

Его лучи осветили длинные, сияющие будто золотая пыль волосы, серебристую броню, синие боевые одежды и рукоять вложенного в ножны меча. Белл и Виена не моргали.

Для Виены время будто застыло, девушка, стоявшая впереди, смотрела прямо на них.

— Айз, вы…

Золотые волосы и глаза.

При виде девушки-мечницы, стоявшей посреди улицы, Белл боялся даже вздохнуть.

— …Выходит, вуивра жива.

Слово, вуивра, а Белл не сомневался, что девушка произнесла именного его, заставило парня вздрогнуть. Вместе с этим он понял, что скорее всего она победила Лю очень быстро, и следит за ним довольно давно.

Он этого не заметил, потому что Айз не смотрела на него. Она знала, что у парня развита чувствительность к направленным на него взглядам, поэтому старалась на него не смотреть. Она следовала по его следам, настолько умело, что он даже этого не заметил.

Потеряв его из вида из-за вмешательства Лю, девушка настигла его снова, когда он бежал к Харухиме. Она видела, как он встретился с Харухиме и видела, как они встретили Виену. Всё это время она наблюдала.

То есть, Белл не смог избавиться от присмотра Айз. Бете показался только потому, что девушка не решалась напасть сама.

— Покажитесь…

Не без грусти в голосе Айз приказала Беллу сбросить двухстороннюю вуаль.

Молча, он повиновался.

— …

— …

Айз опустила взгляд на землю.

— Я задумалась… почему ты меня спросил, — сказала Айз.

Пять дней назад, до получения миссии, Белл задал Айз вопрос.

Если бы у монстров была причина жить… если бы у них были чувства, как у тебя или меня, что бы ты сделала? Если бы ты встретила монстров, которые могут улыбаться, как люди, беспокоиться, как люди, плакать, как люди, смогла бы ты направить на них оружие?

— Вот что это означало… — сказала она, медленно отрывая взгляд от земли и посмотрев на Виену.

Белл заметил в этом взгляде нечто опасное.

Выражение на лице Айз не выражало никаких эмоций, но сейчас она отличалась от Айз, с которой он общался. Его сердце содрогалось от взгляда девушки.

Почему здесь? Когда она? Не надо смотреть на нас этим взглядом!

Отчаянно пытаясь избавиться от горечи, неожиданно навалившейся на его грудь, Белл прикрыл Виену от взгляда Айз и взмолился:

— Айз!!! Эта девушка…

— Мой ответ, — сказала Айз, прервав парня, — не изменился.

Айз положила руку на рукоять меча.

— Если кто-то плачет из-за монстра, я убью монстра.

Белл застыл, услышав слова Принцессы Меча и увидев блеск её клинка.

Айз сделала шаг вперёд.

— Постойте… Подождите, пожалуйста, Айз! Эта девушка никому не причинила вреда! Она никого не ранила!!! Эта девушка, Виена, другая!!! — прокричал Белл.

В его голосе слышалась слезливая мольба, он прятал сжавшуюся от страха Виену за спиной.

— И ты готов будешь это повторить, когда она сорвётся ещё раз? — спросила Айз.

— …

Поблескивающий во лбу Виены рубин задрожал.

— Я бы не смогла, — сказала Айз.

Она отличалась от наивной амазонки, готовой высмеять как других, так и себя. Выражение на лице Айз было ледяным. Белл не знал, что сделало её такой хладнокровной, и не хотел знать. Но это выражение заставило его понять, что переговоры провалились.

Он осознал, что девушка, которой он восхищался и к которой стремился стала его противником.

— Ах…

Наконец, охватившее его осознание и отчаянье заставило парня положить руку на рукоять кинжала.

Как и мечница, с которой ему предстояло столкнуться, Белл пришёл к своему ответу. Он сделает всё, чтобы защитить девушку-монстра, которую поклялся защитить.

Белл вытащил два кинжала, чёрный и алый, из ножен. Айз грустно посмотрела на него.

— Белл… — прошептала готовая разрыдаться Виена.

Гестия, со своей стороны кристалла, лишилась дара речи.

— …Почему? — прошептал Белл дрожащими губами. — Почему?..

Айз сделала выпад.

— …Чёрт!!!

Белл ответил своим выпадом, останавливая серебряное лезвие меча.***

Столкновение клинков вызвало сноп искр.

Айз, разумеется, была гораздо сильнее Белла, но он знал об этом с самого начала и компенсировал силу удара, попыткой свести его в сторону, что отправило парня во вращение.

— Виена, беги!!! — крикнул он, перехватывая Кинжал Гестии лезвием вниз и снова направляя его в Айз.

Девушка-дракон прижала к груди вуаль, увидев мертвенно бледное выражение лица Белла и ужас в его голосе. Со стоящими в глазах слезами она повиновалась.

Белл не мог отвлечься ни на мгновение, чтобы увидеть, как Виена бежит путём, которым они пришли. Айз заблокировала удар Божественного Кинжала, потому парень выкинул вперёд красное лезвие.

Но золотовласая, золотоглазая мечница бесцеремонно отвела удар лёгким взмахом меча.

— Уф!!!

Белл стиснул зубы, когда Айз парировала его удар. Ему нужно любым способом удержать её здесь. Он поднял оба кинжала, пытаясь ударить ими одновременно, но…

— …

Через мгновение после отражения чёрного кинжала, глаза Белла заволокла золотая пелена.

Его разум опустел. Несколько мгновений у него ушло на то, чтобы понять, что происходит.

Отразив удар Айз прыгнула в воздух будто бабочка, пролетев прямо у него над головой. Красный клинок Белла ударил воздух за её спиной, они поменялись местами в одно мгновенье.

— А?!

Напрягая каждую клеточку своего тела Белл, обернулся. Айз уже бросилась в погоню за Виеной. Он проследил за её взглядом.

Она на меня даже не смотрит!

Сожаление, которое он испытывал превратилось во что-то другое, какое-то чувство которое сжигало его изнутри.

Была ли это злость? Нет, скорее раздражение от того, что авантюристка, которой он восхищался, даже не сочла нужным с ним сразиться.

Всё сильнее погружаясь в сжигавшее его ощущение Белл побежал за Виеной и Айз.

— Б-Белл?

Послышался в окулюсе всхлип Гестии. Должно быть, по разговору и передвижениям на магической карте она поняла, что происходит. Как она и боялась, Белл не мог сократить разрыв с Айз. Похоже, меч девушки должен настичь спину Виены прежде, чем Белл успеет её защитить.

Безнадёжно! Мне не успеть. Виена может!..

Взгляд Айз пронзал спину девушки-дракона, Белл сжал руки в кулаки, словно пытаясь выразить этим жестом свою горечь.

Виена бросила взгляд назад, Айз приблизилась к ней почти вплотную. Но в то мгновенье, когда меч девушки был занесён, раздался крик Белла.

— Вспышка!!!

Алый пламенный развод мелькнул в воздухе.

Скоростной магический удар пронёсся к Айз, будто молния, мгновенно преодолев дистанцию между ней и Беллом и остановив девушку. Когда вспышка пламени ударила в стену и разметала каменные обломки, удивлённая Виена скрылась за поднявшимся облаком пыли.

Он снова это сделал. Снова направил заклинание в авантюриста.

До этого он использовал вспышку на случайных авантюристах.

В этот раз это была девушка, которой он восхищается.

Что он наделал? Он понятия не имел, но замешательство, принесённое собственными действиями, чуть не заставило его разрыдаться. Единственное, что Белл понимал наверняка, это то, что обратной дороги нет.

Белл продолжал бежать, его брови были сведены. Поражённая Айз отпрыгнула, чтобы уклониться от дальней атаки, и парень воспользовался этой возможностью, чтобы прыгнуть на неё с занесённым кинжалом.

—Айз, пожалуйста, послушайте меня! — крикнул он, нанося удар, который девушка заблокировала мечом.

Парень ощущал пустоту, появившуюся от явного разрыва между его словами и необходимостью направлять в Айз кинжал. Их клинки сошлись в клинче.

— …Мне не о чём с тобой говорить, — сказала Айз, стараясь не встречаться с Беллом взглядом. Её щёки пылали.

— А хочу сказать! — парировал Белл, будто капризный ребёнок, обиженный подружкой.

Он выкинул в ударе второй клинок, но Айз отразила этот выпад. С лёгкостью отбросив Белла, Айз бросилась в погоню за Виеной снова.

— …Боженька!

— Да!

Голос Гестии из окулюса на нарукавнике вёл Белла по запутанным улицам.

Он ни за что не успеет, если будет просто преследовать Айз, потому парню оставалось только искать места, в которых можно было сократить путь.

Вуирва забежала в один переулков, переплетающихся будто паутина. Белл перепрыгнул через облако пыли, поднятое Вспышкой, и понёсся по крышам, надеясь первым достичь девушки-дракона и Айз, благодаря самому короткому из путей. Сверху крыши зданий Улицы Дедала были похожи на небольшие судёнышки, плывущие по океану. Перепрыгивая среди волн этого воображаемого океана, Белл набирал скорость. Спустя несколько секунд он увидел золотые волосы Айз движущиеся на прямой улице внизу.

Спрыгнув с крыши, парень приземлился прямо перед ней.

— !

— Айз!

Айз застыла, с удивлением уставившись на Белла.

Они стояли на узкой улочке, переулков поблизости видно не было. Девушка быстро осмотрелась. Когда она подняла взгляд, посмотрев наверх, Белл перешёл в нападение.

Нет ты не уйдёшь!

Просчитал, что Айз попытается отступить, запрыгнув на крышу и опередил её.

— !..

У девушки не было выбора, ей пришлось защищаться.

Второй раз за погоню кинжалы сошлись с мечом в клинче.

— Я не хочу с тобой драться… — шепнула Айз, казалось, эти слова дались ей очень нелегко.

— Я тоже не хочу! — крикнул в ответ Белл.

Всего несколько месяцев назад они вместе тренировались на городской стене до рассвета, впрочем, нынешняя их схватка очень сильно отличалась от того, что было. Это не было тренировкой.

Забыв о боли и волнении, вызванном ужасным положением, в котором он оказался, Белл взмолился в третий раз:

—Айз, прошу вас, выслушайте меня! Эта девушка и остальные Ксеносы, они…

— Мой ответ… не изменится.

— АГХ!

Почему?! Завопил про себя Белл, уставившись на отказывавшуюся даже выслушать его Айз.

Он впился в рукояти кинжалов.

Осознав, что его мысли и чувства не достигнут её, если он попытается передать их словами, парень вложил все свои силы в удары.

— Яхх!

— ?!

Чёрный и красный клинки замелькали перед глазами Айз.

Кроличий Натиск — серия очень быстрых ударов, бой возобновился.

Чёрный и красный кинжалы рассекали воздух, сталкиваясь с выставляемым в защиту мечом Айз. Удивлённое лицо девушки освещали фонтаны искр, производимые ударами металла о металл. Белл положился на свои боевые инстинкты, отбросив попытки задуматься над своими действиями.

Он двигался быстрее, чем когда-либо раньше.

Белл использовал все силы, которые у него были, чтобы справиться с авантюристкой, которой восхищался, и его движения были быстрее, даже чем в сражениях с авантюристами первого ранга, вроде Фрины или Дикса.

— !..

Из-за узости улочки, на которой они оказались, преимущество было за вооружённым кинжалами Беллом. Орудовать длинным клинком в узком пространстве было неудобно, и Айз не могла использовать весь потенциал своего оружия.

Зажатая ударами Айз сглотнув, посмотрела Беллу в глаза. Заблокировав последний удар парня, она отпрыгнула.

Звук тяжёлого дыхания Белла раздавался в темноте улицы.

Айз посмотрела на свою зудящую руку.

— …Я поняла, ты стал лучше, — сказала она.

— !

Белл поднял на неё взгляд, удивившись тому, что Айз признала его навыки. Но у этой похвалы была и обратная сторона.

— Я больше не могу давать тебе поблажек.

Она намекнула на серию ударов, которая грядёт за этими словами.

Айз перешла в нападение так быстро, что Белл успел увидеть лишь блеск её золотых волос.

Ответить на атаку он смог лишь полагаясь на свои интуицию и инстинкты, за время длительных тренировок его тело изучило путь её меча лучше, чем парень мог предположить.

В то мгновенье, когда Кинжал Гестии столкнулся с мечом девушки, на Белла обрушился удар невообразимой силы.

— ?!

Его правая рука отлетела вверх, с такой силой, что её чуть не оторвало, точнее, так показалось Беллу. Было чудом, что кинжал не выскользнул из его хватки.

Золотой и серебряный разводы не замедлились. Айз провернулась будто в вихре, её клинок двигался, словно наделённый какой-то сверхъестественной силой, проходил сквозь стены, как нож сквозь масло.

Следующий нечеловеческий быстрый удар с разворота не оставил Беллу даже времени на защиту.

Всё кончено. Два удара. Это мой предел.

Инстинкты подсказывали Беллу, что смерть близка.

— …

Но его тело не разделилось на две части.

За мгновенье до удара Айз свела брови и изменила движение кисти.

— Уфф!!!

Боковая сторона меча Айз ударила в рёбра Белла, прижав его к стене. Его плечи сокрушили каменную кладку, воспоминания пронеслись перед глазами Белла. Он ощутил головокружение и тошноту.

Когда он беспомощно рухнул на колени, ботинки Айз спокойно прошли мимо него.

— Нет!..

Решительно настроенный остановить девушку Белл заставил себя подняться с колен.

Собрав оставшиеся силы, парень поднялся на ноги.

Айз остановилась и посмотрела на него. Скрыв эмоции за ледяным выражением на лице, она посмотрела в не потерявшие волю к сражению красные глаза.

— Я нападаю, — произнесла она.

В следующее мгновенье перед глазами Белла замелькал клинок.

— …А?!

Принцесса Меча перешла в безостановочный град ударов.

Будто возвращая Беллу его собственный приём, Айз начала свой танец меча. Парень инстинктивно двигал кинжалом, но у него не хватало времени, чтобы перехватить её клинок. Если ему удавалось заблокировать один из ударов, на него обрушивалось ещё пять. Броня из двойного адамантита, выкованная Вельфом, покрывалась всё новыми зарубками. Если бы Айз била его лезвием меча, а не плашмя, Белл давно бы умер от этой атаки. Ему начало казаться, что в его поле зрения не было места, в котором не было бы меча Айз. От боли и силы ударов серебряного меча, сознание Белла оказалось на грани.

Она сильнее Фрины и быстрее Дикса. Её силу не с чем было сравнить. Все противники, с которыми Белл сражался бледнели в его памяти.

Я знал.

Я знал, но…

Она сильнее, чем кто-либо другой!!!

Свистящий удар меча пришедшийся под нагрудник, отправил Белла в полёт.

Мгновение спустя он рухнул на мостовую лицом вверх.

— Ай… Ой…

Мир вокруг начал темнеть, Белл увидел, как Айз опускает взгляд и поворачивается спиной. Жгучая боль, охватывавшая всё тело парня, не давала ему даже протянуть к удаляющейся девушке руку. Снова и снова он пытался подняться, но его тело в ответ только дрожало.

Перед глазами Белла всё расплывалось, вдалеке, очень высоко над ним раскинулось ночное небо.

…Мне кажется, я уже где-то видел это место…

В почти опустевшем после боевого крещения силой авантюристки сознании Белла мелькнуло неясное воспоминание.

Он задумался о переулке, в котором оказался и который казался Беллу очень знакомым.

Когда это было? Где это было?

Белл уже не мог рассуждать.

— Белл, Белл?!

Голос Гестии звучал в его сознании, уже готовом погрузиться во тьму.

Он подумал о грустном выражении на лице Айз и слезах Виены.

Закрыв глаза, парень поднял брови и пробежался пальцами по камням мостовой.***

Вдалеке от Белла, в северо-северо-западной части Района Лабиринта рядом с воткнутым в землю огромным мечом лежала женщина.

— Чёртов вервольф… никакой жалости, — бросила жалобу на давно ушедшего Бете Айша. Он оставил её покрытой ранами, кровь текла из её рассечённой губы.

— Ауууу… — затянула амазонка, бросив взгляд на треснувший широкий меч. Несмотря на хмурость, втайне она была собой довольна.

— Айша-сан, Айша-сан!..

Слёзы, капающие на загорелую кожу, принадлежали Харухиме.

—Простите, простите! — всхлипывала девушка-ренарт, сжимая руку женщины, которую избил Бете. У Харухиме не было ран, если не считать царапин, оставшихся от осколков мостовой которые в неё, запускал ударами ног Бете. Айша раздражённо прикрикнула на всхлипывавшую девушку:

— Хватит ныть. Пара синяков меня не убьёт.

— Но ведь, но!..

— Вместо слёз, потрать время на что-нибудь полезное, понятно?

Айща провела рукой по длинным золотым волосам ренарта и стёрла текущие из её глаз слёзы.

— Есть место, в которое ты должна попасть, так ведь?

— …Да.

Харухиме достала синий кристалл из рукава своего кимоно.

Держа в руках окулюс, полученный ей для исполнения её роли помощницы, Харухиме опустила на Айшу взгляд.

— Иди уже. Я немного отдохну, а потом найду чем заняться.

— Огромное вам спасибо… Айша-сама, — сказала Харухиме с красными от рыданий глазами, прежде чем подняться.

Смотря вслед убегающей девушке-ренарту, Айша ощутила, что силы покидают её тело.

— Что-то я в последнее время только проигрываю… Может вместо тренировок заставить Маленького Новичка на свидание меня сводить.

Губы Айши расплылись в улыбке и, закрыв глаза, она погрузилась в долгий сон.***

— …Белл?

Виена остановилась и посмотрела через плечо.

Она больше не слышала звуков ожесточённой битвы, и ощущаемое ей беспокойство переросло в бурлящее волнение. На мгновенье замешкавшись, всё ещё держащая в руках вуаль девушка повернулась и медленно пошла дорогой, которой она бежала.

— Белл… Богиня?

Виена опасливо продвигалась по лабиринту переплетающихся улочек. Прижав своё единственное крыло к телу, она сжимала себя руками, выглядывая из-за стен, и сейчас больше походила на потерявшегося ребёнка, чем на монстра.

Встретит ли её за очередным поворотом ледяной взгляд золотых глаз? Пронзит ли её шею серебряное лезвие, когда она выйдет на очередной перекрёсток? Виена содрогалась, очень явно представляя себе сцены расправы.

За её спиной возникла тень.

— ?!

Девушка успела заглянуть через плечо, одна рука зажала ей рот, а вторая подтянула ближе к силуэту, обняв её за талию. Виена ощутила неожиданный прилив теплоты.

— Виена, не говори ни слова, — прошептал ей на ухо беловолосый парень.

— А… Белл!

Напряжение ушло, его заменило облегчение.

Впрочем, уже через секунду Виена увидела состояние Белла. Его одежда и броня были побиты и изодраны, повсюду виднелись кровоподтёки. Выражение его лица выдавало боль и усталость, которую он испытывал. Виена лишилась дара речи.

— Идём, — шепнул Белл, потянув девушку за руку.

— Б-Белл… — ответила она слезливым голосом.

— Прости, Виена, попытайся продержаться ещё немного.

Белл шёл впереди, пытаясь понять, куда скрылась преследовавшая его Айз. Поднеся окулюс к губам, он тщательно осмотрел стену.

На отшлифованных чёрных камнях стены широкого дворика виднелся выведенный яркими красными линиями символ Ариадны.

Чувство дежавю охватило Белла, когда он открыл небольшую дверь.

Вот оно что…

Он наконец понял. Конечно, это место было ему знакомо. Он уже бывал на этой улице. В день Монстромании он убегал с Гестией от преследующего их сереброгрива.

Он усмехнулся сам себе, когда осознал, что собирается сделать.

— Боженька… неподалёку есть какие-нибудь тайные проходы? — сказал он в окулюс.

— А? Ну, эм… с того места, где вы стоите, я не смогу провести вас к Фелсу и Ксеносам. Они уведут вас дальше, — прозвучал озадаченный голос Гестии.

— Скажи пожалуйста, как добраться до ближайшего прохода.

Следуя подсказкам богини Белл, оказался в тупике широкого переулка. Надавив на один из камней на стене, Белл открыл тайную дверь. Он сказал Виене идти первой и передал круглый предмет.

— Белл?.. Это?..

— Да. Он поможет тебе говорить с всевышней. Она о тебе позаботится…

Парень сжал единственный окулюс, вытащенный из нарукавника.

— Белл, ты…

Голос Гестии в окулюсе оборвался молчанием.

— Иди этим путём. Я ненадолго задержусь, — сказал он Виене.

— Что?..

В глазах Виены отразилось удивление и беспокойство.

— Ч-что ты собираешься делать?

— Хочу поговорить с Айз кое о чём… Она точно найдёт это место.

— …

— Если будешь слушать богиню, всё будет хорошо. Не переживай. Я скоро последую за тобой…

Но последовать за Виеной он не сможет.

Без окулюса у Гестии не получится его направить. Он не будет знать, где Виена. Белл растрепал Виены волосы, прикрывая ложь доброй улыбкой.

Гестия молча слушала их разговор. Парень был благодарен, богиня поняла, что он собирается сделать.

Виена озадаченно смотрела на Белла, парень легонько подтолкнул её в проход:

— Иди.

Она скользнула в проход, Белл закрыл за ней потайную дверь.

Она смотрела на него, пока дверь с тяжёлым стуком не захлопнулась окончательно. Было слышно, как Белл прислонился к стене.

Второй раз…

Он ощущал себя трусом. Когда он осознал, что не может защитить Виену, и не может побить Айз, он отстранился от неё, как когда-то от Гестии.

Он был жалким, беспомощным и слабым авантюристом.

Но, в этот раз…

Когда сереброгрив зажимал их в угол, последним его желанием было ещё хоть раз увидеть лицо Айз. Эта мысль показалась ему ироничной, из-за положения в котором он оказался.

Белл усмехнулся. Это было забавно. Впрочем, это могло показаться ему забавным из-за собственной глупости.

Несколько секунд спустя он услышал стук о мостовую и повернулся.

— Белл…

Перед ним оказалась Айз. Должно быть, она видела, что он помог Виене сбежать. Она смотрела на него с осуждением. Белл попытался виновато улыбнуться, но у него ничего не получилось.

Он стоял на страже единственной двери в проход, которым скрылась Виена. Айз не знала куда он ведёт, поэтому ей нужно было заставить Белла отойти. Это могло дать девушке-дракону время для побега. И это вынудило Айз заговорить с парнем.

Он не позволил бы себя проигнорировать.

— Уйди.

— Нет.

— Что мне сделать, чтобы ты ушёл?

— Я буду стоять на месте, пока ты ко мне не прислушаешься.

— …

Айз посмотрела на Белла и закрыла глаза.

Спустя мгновенье она решительно обнажила меч.

Лицо Белла скривилось в подобии обречённой улыбки. Когда Айз сделала к нему шаг, он обнажил оружие.***

В проходе царила непроглядная тьма.

— …

— Поверни направо, Виена.

— …

— Тут иди прямо.

— …

— …

— …Богиня.

— …Что?

— Мне это не нравится…

— …

— Я не хочу от него уходить!.. Белл мне соврал!..

— …

— Белл пытался меня защитить, я рада, но это неправильно. Я не хочу, чтобы Беллу было больно, не хочу, чтобы он плакал.

— …

— Так я никогда не смогу ему отплатить!

— …Я не собираюсь тебя отговаривать.

— А?

— Я понимаю. Я прошла через подобное.

— Богиня… прошла?..

— Да. Ты же знаешь какой Белл упёртый? Он знает, что слаб, но постоянно улыбается и говорит, что сделает невозможное. Наверное, сейчас больше всего на свете ему хочется сбежать, он точно знает, что с ней ему не справиться, но, всё же…

— …

— Пусть ему и не хочется драться со своей героиней и ему от этого горько…

— Почему Белл это делает?..

— Потому что он не может бросить девушку, нет, члена семьи, в беде.

— Семьи?..

— Да. Ему не важно человек ты или монстр. Он любит тебя как члена своей семьи.

— …Богиня, мне это не нравится.

— Знаю.

— Я хочу пойти к Беллу.

— Знаю.

— Я хочу отплатить ему за помощь.

— Готова принять последствия? Возможно, вы с ним расстанетесь навсегда… Ты понимаешь, что я говорю о твоей смерти?

— Да. В этот раз я должна спасти Белла.

— …Понимаю. Тогда иди.

— Спасибо вам, Богиня.

— Виена.

— Что?

— Ты стала сильной.***

Тяжёлый удар пришёлся в его тело.

Несколько пустых стеклянных фиалов валялось под ногами. Зелья закончились. Он сбился со счёта, в какой раз ему приходится подниматься. Он получил слишком много ударов, чтобы их считать. Он хватал ртом воздух, но не отступал и держал наготове кинжал.

— !..

Он был на грани поражения, чуть не лишился сознания, но поднимался снова. Он не отошёл от двери. Даже наоборот, пытался атаковать Айз. Девушка тихонько вздохнула, но также не сдавалась. Её меч, просвистев в воздухе безжалостно ударил Белла.

Быстрый размашистый удар с плеча. Парень не смог его заблокировать.

Апперкот. Он отвёл её меч в сторону с траектории удара.

Удар в движении. Он не смог уклониться.

Быстрый удар в область ножен кинжала. Этот удар он узнал.

Пинок с разворота. Прямое попадание.

Их клинки разминулись в воздухе. Столкнулись. Снова разминулись. Скользнули друг по другу. Навыки, которым она его обучила, и тактики, которые он подсмотрел, пришлись как никогда кстати.

Снова и снова подмечая танцующий перед глазами серебряный клинок, Белл задумался:

Что я делаю?

Почему я дерусь с человеком, которым сильнее всего восхищаюсь?

Она же просто меня изобьёт.

…Хотя, она и на тренировках меня постоянно избивала.

Улыбнувшись этой неожиданной мысли, Белл смотрел, как не прощающий ошибок меч Айз снова поднимается в воздух. Он не мог попасть по ней своими атаками, а контратаки не оставили на ней ни царапины. Она не слушала ни его крики, ни его доводы.

Ненавидит ли он эту хладнокровную девушку? Нет.

Злится от того, что она отказывается его слушать? Тоже нет.

Её меч стал для парня несокрушимым напоминанием. Этот меч заставил его увидеть разницу между мечтами и реальностью. Вот что ощущал Белл. Он ощутил, насколько суровая его ждёт расплата за спасение Виены.

Он должен догнать Айз.

Он должен достичь её уровня.

Он должен её превзойти.

Признавая собственную слабость, он должен стараться ещё сильнее. Он обязан идти вперёд. Ещё быстрее.

— !!!

Спина Белла горела. Жжение в его спине пробудило в парне безумную надежду.

Его противница быстра. Слишком быстра. Он это знал. А её мастерство безгранично.

Поэтому он должен её догнать.

Он должен спасти Виену.

— …ААААААААААА!!! — взревел Белл.

Руки Айз дрогнули от неожиданного дикого крика. Наверняка этот мимолётный испуг на мгновенье отнял силы у клинка Принцессы Меча. Белл вложил остатки своих сил в кинжалы и впервые за всё время, это напугало Айз.

— ?!

Вздрогнув от удивления, она вскинула меч, отражая удар красного кинжала. Почти мгновенно вторым движением она нацелилась на Белла. Парень вскинул нарукавник, блокируя этот удар. Меч Айз скользнул по его броне из двойного адамантина.

Пространство между ними заполнили искры, и звуки сталкивающихся друг с другом клинков. Парень старался изо всех сил, отчаянно пытаясь нанести удар.

Их лица оказались так близко друг другу, что почти соприкоснулись, между ними оказалось не больше ширины кинжала парня.

Белл ударил Божественным Кинжалом снизу вверх.

— Аааааа!!!

Клинок оставил фиолетово-синюю черту в воздухе.

Длинные волосы Айз скользнули, она отпрыгнула, чтобы уклониться от удара. А потом удивлённо прижала руку к груди.

— !..

На серебристом доспехе осталась царапина. Нечто острое оставило на нём след. След, который доказал, что крик Белла со своей целью справился.

На мгновенье девушка растерялась.

Она смотрела на выбившегося из сил Белла, сведя брови, а спустя секунду снова перешла в наступление.

— А?!

Белл инстинктивно выдавил кинжал, заблокировав диагональный удар меча, нацеленный ему в грудь. Клинки заскрежетали и Беллу пришлось поднести вторую руку, чтобы хоть как-то противостоять силе Айз. Она снова сошлась с ним в клинче.

— Почему ты заходишь так далеко? — впервые она задала парню вопрос.

Принцесса Меча, отказывавшаяся его слушать, смотрела ему в глаза через скрещенные клинки.

Белл ответил удивлённым взглядом и прокричал ответ:

— Я хочу помочь этой девушке!

— Это правда? Ты говоришь мне правду? Но она не человек, она монстр!

— Она не такая, как обычные монстры! Она может говорить! Мы улыбались друг другу, держались за руки… она испытывает такие же эмоции, как ты и я! — парировал Белл, не поддаваясь весу меча Айз.

— Ты ошибаешься. Не все на это способны.

Под «этим» Айз подразумевала, по меньшей мере, держание с монстром за руки.

С каждым словом её меч давил на кинжал Белла сильнее.

— А?

— Монстры убивают людей. Они забрали очень, очень много жизней… Они заставили людей пролить очень много слёз.

— …Разве мы, авантюристы, не такие же? — бросил в ответ Белл. Он говорил прерывисто, будто каждое слово давалось ему с трудом.

— ?..

— Твой меч и мой кинжал тоже могут многое натворить!

Если бы им захотелось, они могли бы убить тысячи людей. Их останавливает мышление. Рациональность и чувство общности с другими созданиями, которое есть и у Ксеносов.

Некоторые монстры добрее людей.

Некоторые охотники ужаснее монстров.

Где проходит черта, которая их разделяет?

Белл оттолкнул меч Айз, после этих слов.

— Я…

Оказавшаяся в нескольких шагах от Белла Айз замешкалась.

Разумеется, Белл задумывался о вещах, о которых говорила Айз. Она была права. На самом деле он понимал, какую сторону ему стоит выбрать. Но улыбки Виены, Лидо и других Ксеносов всплыли в его памяти. Он подумал об их слезах. Вспомнил жуткий смех Дикса и слова Фелса.

Лицемер.

Для принятия решения Беллу пришлось собрать всю свою волю.

Наконец он мог рассказать Айз, что чувствует на самом деле, заключение, к которому он пришёл:

— …Я хочу найти место, в котором можно было бы жить вместе с ними.

Наконец сказал он девушке, которой восхищался, девушке, для которой время будто бы застыло.

— Я хочу увидеть мир, в котором они могли бы улыбаться!

Его глупое заявление прозвенело в ушах Айз.

— О чём ты говоришь?.. —поражённо прошептала она.

Её взгляд говорит о том, что она не может его понять и не хочет.

Они стояли по разные стороны, она на омываемой лунным светом стороне, он в тени.

Айз отвернулась от Белла:

— Я услышала достаточно… отойди с дороги.

У Белла, будто давая ему понять, что предел достигнут, подкосились колени. Он посмотрел на Айз снизу, его взгляд был наполнен страданием.

— Я не хочу…

— Хватит.

— Я не хочу…

— Пожалуйста, отойди.

— …Не могу!

— …Уйди!

Они кричали друг на друга ещё громче, чем раньше.

Тряхнув головой, Айз начала сокращать расстояние между ними и выставила меч.

— Я тебя порежу.

— !..

— Будет очень больно, вот…

Эти неловкие слова стали последним предупреждением.

Горло Белла свело от взгляда на блестящий кончик меча, но он не двинулся с места.

В её взгляде читалась грусть. Белла переполняла невыносимая боль.

В следующее мгновенье, глаза Принцессы Меча наполнились решимостью, она занесла над парнем лезвие клинка.

Белл прищурился, ослеплённый лунным бликом на клинке.

— …Нет!

Дверь за спиной Белла распахнулась и в переулок выбежал силуэт.

Её роба болталась за спиной, а капюшон слетел с лица.

Она прыжком загородила Белла от Айз распахнув руки в стороны.

— Оставь Белла в покое!!!

Её голос сорвался, совсем как у людей.

Для Белла время остановилось, он уставился на спину девушки с единственным крылом на ней, Айз уставилась на синие волосы девушки и бледно-синюю кожу. С губ Белла сорвались отдельные звуки:

— Вие…на?..

Силком вернув сознание в настоящее, Белл крикнул в окулюс, который девушка-дракон сжимала в руке.

— Почему, Боженька?!

— …

Окулюс ответил молчанием.

Не обращая внимания на так и не пришедшего в себя до конца парня, Виена заслоняла его от Айз и смотрела ей в глаза.

— Пожалуйста… не надо ранить Белла.

— !..

От взгляда янтарных глаз Виены, выражение на лице Айз изменилось.

Было заметно, что вид защитившего Белла монстра её потряс. Действия и слова девушки-дракона подтверждали то, что Белл сказал секунды назад.

— Хватит… Перестань говорить, — лишённая спокойствия Айз опустила голову, пряди волос скрыли её глаза. — …Почему существа, вроде тебя, существуют?

Белл вздрогнул, услышав тихий, подавленный голос. Он увидел что-то неведанное в пустом выражении на лице Айз медленно поднявшей голову. Исходившая от тонкого тела принцессы меча едва уловимая, но мощная аура заставила Виену замереть на месте.

— Что ты такое, и чего хочет твой род?

— Я… Я хочу остаться с Беллом.

— …Этого я допустить не могу.

Взгляд Айз пронзал не хуже её меча.

— Я никогда не позволю тебе творить на поверхности, что вздумается, как и другим монстрам, — заявила девушка, наставляя на вуивру меч. — Твои когти могут ранить людей. Твоё крыло их напугает. А камень в твоём лбу может убить слишком многих.

Слова Принцессы Меча были наполнены осуждением, ненавистью и отторжением.

Айз не была обычной собой. Непоколебимость её доводов говорила о силе воли. Белл никогда не видел Айз такой.

Что ей движет?

Гнев? Ненависть? Сожаление? Надежда?

Белл ощутил, что оказался в шаге от тьмы в сердце девушки.

— Я не могу закрыть на тебя глаза, — произнесла Айз.

Услышав отторжение и жажду убийства в голосе Принцессы Меча, Белл забыл, как дышать. Во имя своих взглядов она была готова даже его разрезать на части.

Виена, перед лицом которой оказалось остриё меча Айз, бросила взгляд на свои руки, Белл осел на землю, не в силах произнести ни слова.

— …

Девушка-дракон смотрела на свои бледно-синие ладони и когти, которые однажды ранили Белла, как и сказала Айз. Не произнеся ни слова, она обхватила правой рукой когти на левой руке.

— А?

Белл осознал слишком поздно.

Отрывисто дыша, вуивра сломала все когти одним резким движением. Айз была поражена.

— Виена?!

Следом, Виена проделала то же самое с правой рукой.

Оторванные когти посыпались на камни мостовой. Не обратив внимания на крики пытавшегося её остановить Белла, девушка положила окровавленные руки на своё крыло.

— Ааааааааа!!!

Будто предлагая плату за свои грехи, девушка-дракон вырвала крыло из своего тела.

— …

Пепельное крыло, растянутое по бледно-синим перепонкам костей, упало к ногам поражённой Айз.

Тонкие руки девушки, ещё мгновение назад наполненные силой дракона безвольно опустились. Белл подхватил Виену, когда она начала падать на землю. Кровь, красными брызгами покрывшая броню Белла, была того же цвета, что и у Айз.

Белл надавил на спину девушки, пытаясь остановить кровотечение после вырванного крыла, а Виена так и не сводила с Айз взгляда.

— А если… если я исчезну?

Затаив дыхание, она поднесла руку к драгоценному камню в своём лбу.

— Лучше исчезнуть насовсем…

Она двинула руку от лба к груди, тому месту, где у неё, монстра, был магический камень.

Лицо Белла наполнилось горечью, а Айз вздрогнула.

Виена тихо продолжила:

— …Я всегда была одна. Было темно и холодно… и я… пока не стала собой… всегда была одна. Никто не пришёл меня спасти. Никого не было рядом…

Заговорила девушка, погрузившаяся в свои тёмные воспоминания.

— Меня резали, меня били… Было страшно и одиноко, — прошептала она. Казалось, даже дыхание даётся ей с трудом. Она посмотрела в золотые глаза Айз, почти того же оттенка, что и её янтарные глаза.

— Но Белл спас меня, когда никого больше не было.

— !

— Когда я была во тьме… когда некому было помочь, Белл пришёл и спас меня! — крикнула она.

Изменение произошло неожиданно. Услышав эти слова Айз начала колебаться. Она стояла безмолвно, будто в этой истории что-то ей открылось. Кажется, она что-то вспомнила. Айз что-то почувствовала, услышав обрывистый рассказ девушки-монстра и сложив его воедино. Возможно, что-то, что когда-то видели её золотые глаза.

Она забыла о своей решимости увидев слёзы Виены.

— Я хочу быть с Беллом!..

Невинная девушка-монстр не пыталась оправдаться или что-то доказать, она просто высказала своё желание. Прежде чем меч заберёт её жизнь, она открыла то, что было у неё на сердце.

Взгляд Айз заколебался от горечи в голосе девушки-дракона. Кончик меча задрожал, будто в сомнении.

Меч, который она не могла ни вернуть в ножны, ни отвести, задрожал от нерешительности девушки. Айз продолжала держать клинок наготове.

Благоразумие и эмоции, зародившиеся в сердце девушки сошлись во внутреннем противостоянии. Её глаза блеснули, в них не было боли и замешательства, за этим блеском крылась какая-то другая эмоция.

Сожаление?

Зависть?

Что Айз увидела в Виене?

Белл, защищавший вуивру с самого начала, так и не мог произнести ни звука… Айз опустила голову.

Она была похожа на марионетку, которой обрезали нити.

Она опустила меч, направленный в грудь Виены.

— …Я не могу убить вуивру, —пробормотала она лишённым живости голосом.

— Айз… вы…

— Я… Я чувствую, что вы оба правы… Поэтому я не могу её убить.

— …

— Я не могу больше с вами драться…

Стоящая, опустив взгляд в землю, окутанная лунным светом девушка показалась Беллу до невозможного маленькой. Ни авантюристкой, ни Принцессой Меча, а самой обычной девушкой.

Пытаясь скрыть чувство, сдавившее его грудь, Белл обхватил рукой плечо Вены.

Секунду спустя Айз достала эликсир из поясной сумки и положила его на мостовую, будто обронив, а после отвернулась.

— Помогать тебе я не могу… я останусь здесь.

— Вы…

— Идите.

— …Спасибо.

Белл подобрал эликсир и, поддерживая плечом Виену, вышел из переулка.

Через несколько мгновений он обернулся, бросив на Айз, от которой удалялся, последний взгляд. Она стояла к ним спиной, золотые волосы развевал налетевший ветер. Она казалась Беллу такой неуловимой, что могла исчезнуть в любую секунду.

— …

Айз словно приросла к земле. Она забыла даже вернуть меч в ножны.

Её освещал серебристый свет луны.

— Айз.

— …

Голос принадлежал Бете.

Вервольф спрыгнул откуда-то сверху. Он посмотрел на лицо девушки, глаза которой были прикрыты прядями волос.

— Всё в норме?

— …Да.

Она апатично кивнула в ответ. Возможно, она поняла вопрос не в том смысле, в котором он его задал. Но больше девушка ничего не сказала.

— Тогда я пойду, — ответил Бете.

— …Я тебе… благодарна.

— Мне-то с какого рожна? — бросил вервольф, плюнул за землю и удалился.

Тишина повисла снова.

Оставшись, одна девушка что-то тихонько прошептала и подняла взгляд в тёмное ночное небо.***

— Белл тебе больно?

— Это тебе больно, Виена?

Я снял броню, а Виена мягко ощупывала меня руками.

Мы остановились в заброшенном здании, чуть поодаль от Айз. В просторных руинах каменного здания, которому не хватало половины крыши, мы латали друг другу раны, как могли. Если точнее, мы использовали эликсир, который нам оставила Айз.

Виена сняла робу и была голой, как в тот день, когда я встретил её в Подземелье. Впрочем, я сразу дал ей чем прикрыть хотя бы грудь. Её раны закрылись, но даже эликсир не был способен вернуть ей крыло и когти. Если бы такие чудеса были возможны, Нажа наверняка не использовала бы протез…

Что же до меня, несмотря на множество ран, моей жизни ничего не угрожало.

Наверное, несмотря на свои слова, Айз до самого конца меня щадила.

Мне до неё ещё так далеко…

— Я ей не ровня, — пробормотал я, возвращая броню на тело и помогая Виене натянуть разорванную робу, в задней части которой красовалась огромная дыра из-за крыла.

Времени отдыхать не было. Нужно встретиться с Фелсом и остальными Ксеносами как можно быстрее.

— Белл-сама! Виена-сан!

— Харухиме!

К тому моменту, когда мы собрались уйти, нас нагнала Харухиме с окулюсом в руках.

Виена тут же к ней бросилась и со слезами на глазах обняла. Харухиме тоже заплакала, прижимая к себе тонкое бледно-синее тело.

— Харухиме, всё хорошо?

— Да. Айша-сама пришла мне на помощь… А что случилось с вами? — робко спросила она.

— …Мы в порядке.

Харухиме, должно быть, слышала о нашем столкновении с Айз от Боженьки. Я неловко улыбнулся в ответ.

— Лучше бы нам пойти побыстрее, — сказал я, переводя разговор на другую тему.

— Эм, Белл-сама… Я…

— Что это… Ой!

— Кью!!!

Что-то мягкое и пушистое прыгнуло прямо мне в лицо, практически отгоняя меня от Харухиме. В первое мгновенье я поддался панике, но быстро осознал, что это был небольшой монстр. Кролик-Ксенос в одежде.

Виена, все ещё обнимающая Харухиме, подняла голову.

— Эм, аль-мираж… Аруру?

— КЬЮ!!!

— По пути я встретила несколько Ксеносов отделившихся от остальных…

Когда Харухиме сказала несколько, группа Ксеносов ворвалась в здание.

— Белл!

— Итак, мы встретились снова, создания поверхности!

— Летт! Фия!

Перед нами оказались гоблин в красном колпаке, Летт, и Фия, гарпия. А ещё здесь адская гончая… Хельга, кажется? Включая оккупировавшую меня Аруру, четверо из отделившихся Ксеносов были с Харухиме. Похоже, как и Айша, они нашли Харухиме по магическому свету, когда, скрываясь, перебегали с севера Района Лабиринта на восток, чтобы избежать внимания собравшихся авантюристов.

Так не было задумано, но мы были рады воссоединению.

— Нас стало неожиданно много… Теперь точно нужно поторопиться!

— …Белл, мне нужно с тобой насчёт этого поговорить…

Боженька тихим голосом заговорила со мной через окулюс.

Аль-мираж начала переглядываться с Виеной, прижавшейся к моей руке.

— Нет, Аруру!

— Кью!

— Думаю, тебе лучше оставить мысль об объединении с Фелсом и остальными, — сказала боженька.

— А?

Все уставились на окулюс, который Виена вернула мне.

— Ч-что-то случилось с остальными Ксеносами?!

— Нет, с ними всё хорошо. Они сбежали от Паствы Локи и сейчас отправились в один из ведущих в Кносс проходов.

— Раз так…

— Вы с ними уже не встретитесь. Все слышали звуки битвы на западной стороне и собираются у центра Улицы Дедала, не только Паства Локи, но и остальные авантюристы…

По поникшему голосу Всевышней я понял, что на встречу с Фелсом лучше не надеяться.

Она права, избежать внимания в таком случае будет невозможно. Вместе мы не уместимся под вуалью. Поэтому переводить всех придётся несколько раз, к тому же Финн и другие авантюристы могут нас вычислить.

Времени мало… драка с Айз затянулась надолго.

Виена посмотрела на меня, а я не знал, чем ей ответить. Харухиме и остальные Ксеносы также молчали.

Для нас всё кончено. Мне вспомнились слова божеств.

— !.. Синьор, возьмите!

— А? Это… ключ от Кносса?!

Я удивлённо уставился на магический предмет, который протянул мне Летт. Я перевёл удивлённый взгляд на гоблина, он мне рассказал:

— Последний из нашего рода отдал его нам. Он сказал, что будет у него эта вещь, или нет, значения не имеет…

— Не имеет значения?.. Так сказал Ксенос?

— Он сказал, что останется наверху. Сказал, что почти достиг своей мечты.

— …Это же хорошо?

— Не в наших силах было его остановить… Кажется он отчаянно чего-то ищет.

Летт опустил взгляд, я притих.

Выходит, ключ у нас есть… но он бесполезен, если мы не доберёмся до двери. Паства Локи заметит нас, если мы попытаемся пойти путём, ведущим к Кноссу…

— А!..

В моей голове будто зажёгся огонёк.

— Белл-сама?

Не обратив внимания на смотревшую на меня с интересом Харухиме, я напряг память.

Путь ведущий под землю… ведущий к Кноссу.

Я его не видел, доказательств у меня нет. И, всё же…

— Я знаю! Есть ещё один вход!

Я переводил взгляды с одного удивлённого лица на другое, в моём голосе появилась надежда.

Жители Улицы Дедала по приказу Гильдии эвакуировались. Благодаря тому северо-западная часть района в которой мы оказались сейчас, пустует. Не попадаясь на глаза случайным авантюристам, мы, с помощью указаний Боженьки, шли тайными проходами и наконец оказались у места назначения, на севере Района Лабиринта.

Приют Марии, в котором живут дети.

Мы прошли через задний дворик с садом незамеченными.

— Вы знаете об этом месте, Белл-сама?.. — удивлённо спросила Харухиме.

— Белл, ты восхитительный! — зазвенел восторженный голос Виены.

— Ну, мне просто приходилось здесь бывать… — ответил я, сухо усмехнувшись.

Мы спустились по лестницам, и я активировал лампу с магическим камнем в стене.

Садик за церковью-приютом вёл в руины. В этих руинах можно было найти скрытый куском камня проход. Использовав этот проход, мы оказались в том месте, которое месяц назад я изучал с детьми и Силь.

…Подземный зал, где я встретил варвара.

— Как просторно…

— Кто бы мог подумать, что под землёй скрыто такое здание… — восторженно пробормотали Фия и Летт, когда осмотрелись.

Я освещал зал факелом, адская гончая использовала пламя. Каменные стены остались в точности такими, какими я их запомнил.

После случившегося здесь инцидента, я доложил Эйне в Гильдию… Но, судя по тому, что расследование так и не было проведено, наверняка оно не достигло Урана. После побега монстров на Монстромании, подобный случай мог бы очень сильно ударить по престижу Гильдии, как я слышал…

— …

В одной из угловых комнат виднелась огромная груда пепла, и окровавленные остатки волос варвара. Я молча посмотрел на них, а потом повёл остальных в дальний конец этой комнаты.

Перед нами оказался обрушенный проход.

— Белл, не могу в это поверить…

Охотник в очках упоминал об этом проходе.

Ага, поймали мы здоровяка.

Не успел я его приручить, как кто-то из моих тупых подчинённых проморгал, и эта штука сбежала.

Мы пытались его догнать, но он оказался на другом конце, когда обрушился проход.

«Здоровяком» был варвар, которого я здесь встретил, а обрушившийся подземный проход — это путь, который сейчас прямо перед нами.

Летт посмотрел на мою правую руку, на которой начал пульсировать свет и от неё раздавался звон.

Охотники, которые ловили Ксеносов, использовали этот проход как вход и выход в Кносс для того, чтобы провозить контрабанду, логично предположить, что варвар бежал именно через него.

Зарядка длилась около двух минут.

Я сказал Виене и остальным отойти, вытягивая правую руку, чтобы использовать навык.

— Вспышка.

Мощные, заряженный удар разнёс завал в проходе одним махом.

— !..

Харухиме и остальные закрыли уши руками, от раздавшегося грохота.

Подняв взгляды, они увидели, что за пробитой дырой, вдалеке, виднелся коридор дальше.

— Даааа! — шепнул я сам себе, бросив на него взгляд. Вдали, среди осыпающихся стен виднелся адамантин.

Ошибки быть не может, проход ведёт в Кносс.

— Если пойдёте этой дорогой, дойдёте до двери в Кносс. Хотя пути я не знаю… — сказал я.

— Всё будет хорошо. Запах нашего рода проведёт нас этой дорогой. Возможно…

— Вуф!

Гончая Хельга шумно втянула носом воздух и прервала Фию, будто пытаясь подтвердить её слова. Наверное, речь идёт о запахе жертв…

Ксеносы из нашей группы взбодрились, увидев открывшийся перед ними выход. Они посмотрели на нас с Харухиме.

— Белл, я не могу выразить, как я вам благодарен! Ваша помощь не будет забыта. Как только вы окажетесь в беде, мы первыми поспешим вам на выручку, — произнёс джентльмен в красном колпаке.

— Создания поверхности, надеюсь вы сможете прийти к нам в гости снова. Дайте снова споём и станцуем, — добавила любопытная гарпия.

— Придём… и приведём с собой Микото.

Красный колпак и гарпия пожали наши с Харухиме руки.

Аль-мираж и адская гончая нюхали наши ноги, будто пытаясь внести свою лепту в благодарность, пока мы жали руки Ксеносам.

— Белл.

Настало время последнего прощания с Виеной.

Девушка-дракон посмотрела нам в глаза.

— Я вернусь с остальными. Если останусь на поверхности, это принесёт вам двоим только боль.

— Виена-сан…

Виена улыбнулась так, чтобы уже разбитая Харухиме не стала грустить ещё сильнее.

— Знаете, когда мы расставались, я плакала, потому что мне было очень одиноко, — сказала она.

— …

— Но, если я снова буду плакать, вы будете за меня беспокоиться? Поэтому я больше плакать не буду. Вам не нужно расстраиваться.

— Виена…

Она будто пыталась освободиться от роли всегда защищаемой.

Что могло вызвать в ней такие перемены так быстро?

Может люди, которых она встретила? Злоба, с которой её приняли люди? Её столкновение со смертью? Что бы это ни было, я уверен, что вид её улыбки прямо сейчас мне не заменит всё золото мира.

Нет разницы, монстр она или человек, девушка, которая меня защитила, благородное создание.

— Знаешь, что мне сказал Лидо? Может сейчас это невозможно… но он сказал, что раз такие люди как ты существуют, однажды наша мечта может исполниться! — сказала она, и улыбка расцвела на её лице.

Я улыбнулся ей в ответ.

— Мы ведь встретимся снова? — спросила она меня.

— Конечно мы встретимся.

— И однажды сможем жить вместе?

— …Да, наверняка! — кивнул я.

Я не просто пытался её утешить. Я буду приближать этот день.

— Обещаю. Я не знаю сколько времени это займёт… но однажды, я создам место, в котором мы сможем жить вместе.

Виена покраснела и улыбнулась ещё ярче.

Харухиме, смотревшая на нас добрым взглядом, сложила руки вместе.

— Давайте поклянёмся на мизинчиках! — сказала она.

— Клятва на мизинчиках?

Мы с Виеной вопросительно посмотрели на неё. Она объяснила, что на Дальнем Востоке люди так заключают обещания. Она поднесла мой мизинец к мизинцу Виены и повторила обещание.

— Э-это слишком, — стыдливо пробормотал я.

— Вовсе нет! — настояла Харухиме.

Виена хихикнула, Харухиме обхватила своим мизинцем наши. Потом она протянула Виене окулюс, будто передавая подарки, и мы в последний раз её обняли.

Она прижала мизинец к груди, будто это было самое ценное, что у неё есть, а потом пошла за остальными Ксеносами в проход.

— Пока, Белл, пока, Харухиме! Мы скоро увидимся!

Группа странных силуэтов удалялась.

Янтарные глаза Виены блестели от слёз, которые она, отвернувшись, пыталась от нас скрыть. Я тоже старался не показывать свои слёзы.

Мы с Харухиме крикнули на прощанье и смотрели, как махавшие нам Ксеносы скрылись во тьме.

Мы стояли, пока они совсем не пропали из вида.

— Обещание…

Я посмотрел на до сих пор тёплый мизинец.

Я обязательно его исполню.

Пусть это несбыточно, как детская фантазия или пустая мечта, даже если это недостижимый идеал. Мы снова улыбнёмся друг другу под лучами солнца.

Чтобы это случилось мне нужно двигаться дальше…

— …

Я взглянул на свою ладонь и сжал её в кулак.

Прошла минута, Харухиме улыбнулась, утирая слёзы, я улыбнулся ей в ответ.

С этого дня на моём мизинце высечено новое обещание.***

— Правда, Фелс? Виена и остальные вошли в Кносс?! — крикнул Лидо.

Покрывавшие ящеровоина раны говорили об ожесточённом сражении с Паствой Локи. Но, вопреки побитому виду, в голосе монстра слышалась радость.

— Да. Кажется, их вывел Белл Кранелл, — ответил Фелс, держа одной рукой окулюс. Каменный проход, в котором они находились, наполнили восторженные возгласы. Они шли одним из путей, ведущих в Кносс.

Благодаря Вельфу, Микото и чёрному туману им удалось набрести на скрытую в центральной зоне Района Лабиринта лестницу, ведущую под землю. Нападения Паствы Локи оставили на монстрах свой след, и строй Ксеносов чуть было не развалился, но, благодаря прикрытию Лидо, Гроса и Рей им удалось зайти так далеко. Осознание того, что Виена и остальные Ксеносы в порядке, сняло огромный груз с их плеч.

Строй монстров, набирая скорость, шёл к двери в Кносс.

— Похоже, Летт и остальные благополучно прошли через дверь, но сейчас вражеские силы собираются у подземных проходов. Скорее всего, Храбрец понял, что у нас есть «Записи Дедала», — сказал Фелс.

— Эта книжка помогла нам успеть скрыться, — отозвался Лидо.

— Но здесь нет ни одного врага. Наверное, они даже не знали об этом проходе, — нахмурился Грос.

— Грос прав. Паства Локи, должно быть, даже не знает о его существовании. Планирование стало нашим козырем, — сказал Фелс, взглянув на чертёж Кносса, скопированный из Записей Дедала.

Маг уверено вёл Ксеносов по коридору. Западная орихалковая дверь была прямо за углом.

— Что же, Фелс… — сказала Рей.

Фелс кивнул.

— Не знаю, можно ли назвать это победой, но мы почти достигли цели.

Они шли по тёмному проходу.

— Что же… можно порадоваться что им удалось уйти… — произнесла Гестия, издав протяжный вздох и опустившись на землю.

Она не покинула заброшенную башню в юго-западной части Района Лабиринта. Доставив Ксеносов к проходу в Кносс она расслабила плечи. За то, что она направляла Белла и остальных через окули, ей полагается достойная награда.

Над командным центром развернулось ночное небо. Гестия снова взглянула на магическую карту, расстеленную на полу.

— Белл и Харухиме на севере, Лили до сих пор на востоке, Вельф и Микото отходят на юг… Кажется, моё дело сделано. Теперь все смогут разойтись.

Имена Ксеносов пропали с магической карты. Наверное, потому что Наследие Дедала, созданное Фелсом, не включало поземные проходы ведущие в Кносс. Раз Порошок провидца не способен обратить чертёж Кносса в магическую карту, отслеживать Ксеносов богиня больше не могла.

— Как-то здесь одиноко, надо с кем-нибудь встретиться, — Гестия, оставшаяся одна с того момента, как ушла Харухиме, подтянула записную книжку, лежащую рядом, и присмотрелась к карте.

— А Белл меня удивил. Я даже не знала, что этот проход существует… в смысле, его нет на карте, — продолжила богиня, озадаченно выискивая проход, в котором скрылись Виена и остальные.

Некоторые из проходов оканчиваются тупиками… интересно, их построили потомки Дедала. Пробормотала себе под нос богиня.

Ничего странного в этом нет. Совсем наоборот, это самая вероятная из возможностей.

Гестия кивнула и перевернула лист «Записей Дедала».

— Кто бы мог подумать, что этой книжонке тысяча лет… Она нас спасла.

Потрёпанное состояние книги говорило о её возрасте. Рисунки многоярусного лабиринта явно перелистывались множество раз, тут и там в тексте встречались затёртые буквы, которые было невозможно прочесть. Наполненные одержимостью шедевра, лабиринта, слова, начертанные кровавыми чернилами, было непросто прочесть.

Гестия вчитывалась в страницы древней книги, которая помогла им обойти Паству Локи, и неожиданно она выскользнула из рук богини.

— Ой!

Книга отскочила от крыши и, к её несчастью, приземлилась в углубление, в котором скопилась вода от прошедшего дождя.

— Нет! Только не т-т-т-тысячелетняя книжка!!!

Разумеется, с такой ценностью стоило обращаться очень заботливо. Опасаясь худшего побледневшая Гестия кинулась доставать записки из лужи.

— Капитан, мне очень жаль… но мы потеряли монстров из вида.

Финн стоял посреди лагеря Паствы Локи на Улице Дедала, слушая доклад одного из своих подчинённых и хмурился.

Может Риверию или Гарета отправить разобраться? Тот чёрный дым не даёт нам связаться с остальными… Впрочем, это уже бесполезно.

Инстинкты подсказали Финну, что монстры перехитрят отправленного им на перехват Гарета. Всё потому что он недооценит их силы… а точнее, силы Паствы Гестии, которая им помогает.

Мы так и не нашли чёрного минотавра. Кто-то его убил?.. Нет, мне так не кажется. Что-то странное происходит с тем минотавром.

Он провалил главную задачу. Варианты ограничены, учитывая количество неизвестных факторов, включая входы в Кносс. Финн окинул взглядом Район Лабиринт, бурлящий от хаотичных выкриков авантюристов.

Это случилось из-за того, что я не смог просчитать передвижения врагов…

Если всё пошло согласно плану его противников, их лидер должен быть хитёр. Финн это признал. Но было кое-что, чего он понять не мог.

— Ты не ошибся, монстры затерялись в двадцать первом районе?

— Да, сэр.

Финн нахмурился.

Двадцать первый район… Быть не может, мы же его обыскивали и…

Финн не мог ничего придумать. Он не понимал, что происходит. Но что-то, несомненно, произошло.

— …

Финн посмотрел на правую руку.

К его удивлению, большой палец дал о себе знать и очень сильно.

— …Куда же они направляются?***

— Царство смертных сходит с ума.

Где-то в мире кто-то усмехнулся.

Неисчислимое количество историй мира принадлежало его детям. Но, всё же, на заднем плане всегда маячили боги.

Будто марионетки, или актёры они декламировали нашёптываемые им роли, будто танцоры исполняли свой танец, переписываемый прямо на ходу, детей зачастую вела божественная воля.

— Мы всего лишь марионетки богов и богинь.

Где-то в мире кто-то сдался.***

— Фелс куда дальше?

— Поворот направо! Дверь будет сразу на ним!

Ксеносы бежали. Они шли к метке на карте, даровавшей им надежду.

Когти скрипели о каменный пол, хлопали крылья, змеиный торс скользил по камням, копыта отбивали ритм. Монстры бежали что есть сил.

Наконец, они преодолели последний поворот.

— Ой, совсем промокла! — всхлипнула Гестия, выловив записную книжку из лужи.

Она схватила ртом воздух.

— …А?

Для богини будто замерло время.

— Что? Как это?.. Н-не могу поверить!

Обрывки слов срывались с губ богини, державшей в руках мокрый переплёт. Её глаза округлились, она уставилась на открывшуюся страницу.

— Как такое возможно?..

Содрогаясь от страха, она издала пронзительный крик:

— Уран, что это значит?!

— …

Сидящий на алтаре в своём подземным святилище древний бог свёл брови.

— Что за…

Завернувших за угол Ксеносов ожидало жуткое зрелище. Огромная каменная стена, в которой не было ни единой трещинки.

Стена преградила им дальнейший путь.

Двери, которая должна была их спасти, не было.

— Тупик?.. — удивлённо сказал Лидо.

— Фелс… что случилось? Мы повернули не туда? — спросил Грос.

— Этого не может быть! Я прочёл карту верно… — ответил Фелс, уставившись в чертёж.

Маг всё это время следовал чертежу и дошёл до западной двери, о которой не было известно Пастве Локи. Но перед ним открылась только огромная стена.

Тайная дверь? Но карта никак на это не указывает…

Невероятно. Будто кто-то всё это время нами манипулировал…

Скрытый чёрной робой Фелс содрогнулся и, если бы он не был скелетом, у него проступил бы пот. В этот момент он услышал голос:

— Приветик, Ксеносы!

Бодрый голос прозвучал за их спинами.

— !

— Рад нашей встрече. Пожалуйста, не надо бояться. Меня зовут Гермес. Я самый обычный бог.

На голове божества с оранжевыми волосами красовалась походная шляпа с пером. Его глаза, в тон волосам, блеснули, он улыбнулся поражённым Ксеносам.

— Всевышний Гермес?! Что вы здесь делаете? — спросил Фелс.

— Нетрудно догадаться, падший Мудрец, устраиваю на вас засаду.

— З-засаду?! — ошеломлённо переспросил Мудрец. Ксеносы разделяли его удивление.

Что Гермес пытается сказать? Что значит засада? Чего он добивается? Разум Фелса отказывался принимать положение, в котором они оказались.

Ксеносы, будто приросшие к месту, ощутили исходящий от божества холод. Маг в чёрной мантии сжал карту, которую держал в руках и спросил:

— Всевышний Гермес… почему здесь нет двери? Разве не вы заполучили чертёж Кносса? Этот чертёж, «Записи Дедала»…

Улыбка на лице Гермеса растянулась от уха до уха:

— Ты даже не подумал, что «Записок Дедала» быть не может?

----------

Заговор божеств

[[image:/storage/reader-images/87f8f8d798f1c5e13784ec976c6dc205846dd924.png]]
Бледная Гестия держала в руках промокшую книгу.

— Ничего не изменилось… чернила не потекли!..

Надписи даже не размылись.

Эта простая вещь ошеломила Гестию.

Что-то странное было в текстуре страниц, на которых не было ни единого признака намокания. Если тысячелетняя бумага осталась нетронута водой, значит вся эта книга…

— Это какой-то магический предмет?.. Нет, такое невозможно, и совсем невероятно, как же?..

Эта книга была собственноручно создана великим архитектором Дедалом. Гестия слышала, что во времена древней эры Фалной были благословлены немногие дети Урана. Но, даже в поздние годы жизни Дедала, которые также можно назвать ранними годами спуска божеств с небес технология создания магических предметов не продвинулась до подобного уровня. Знания о получаемых детьми навыках, а также представления о создании магических предметов скапливались целое тысячелетие. Пусть Дедал и смог придумать технологию орихалковых дверей, кроме открытия и закрытия они ни на что не годятся. Изобретение подобной книги невозможно представить.

Это навело Гестию на мысль, что кто-то мог намеренно воссоздать книгу и сделать её похожей на книги Древней Эры, для того чтобы их запутать.

— Нерастекающиеся чернила… я знаю.

Письмо Фелса доставленное совой-фамильяром были написаны такими же чернилами. Красные записи не смоются, даже если поместить их в воду.

Фелс написал это письмо Кровавым Пером, магическим предметом, который использует вместо чернил кровь. Красные перьевые ручки очень популярны среди авантюристов Орарио…

А создала их никто иная, как Персей.

— Очевидно, я не мог взять у Икелоса записную книжку, — объявил Гермес озадаченным Фелсу и Ксеносам. — Дикс Предикс её владелец, а сейчас он мёртв. Скорее мёртв, чем жив, а это значит, что настоящие записи до сих пор где-то в Кноссе.

Наследие Дедала передаётся его потомкам. Это относится не только к его записям, но и к Кноссу. Даже божество не может этого отнять, улыбаясь, разъяснил Гермес.

Но эта улыбка лишь обратила ошеломление Фелса в гнев:

— Тогда что это за книга?!

— Фальшивка. Один из моих детей создал книгу, которую мы передали Гестии. Согласись, она была чертовски хороша? Я заставил её использовать множество магических предметов, чтобы создать видимость древнего дневника.

Из-за спины Гермеса вышла девушка с заметными тёмными кругами под глазами и волосами цвета морской волны. Персей. Она последовала приказу своего божества и за несколько бессонных дней изготовила поддельную книгу, в которую Дедал мог бы вписать своё безумие.

Перед Ураном Гермес не соврал лишь когда говорил, что его люди исследовали Кносс. Его Паства обыскивала те же места, что и Паства Локи. То есть, найти выходы в другие подземные тоннели они попросту не могли. Карта, с которой работали Гестия и Фелс, была фальшивкой.

Место, в котором оказались Ксеносы, было фальшивым входом.

— Выходит, ты нарисовал на карте несуществующие двери и обманом заманил нас сюда?!

— Думай как тебе хочется. Паства Локи охраняла все остальные выходы. Я знал, что вам придётся клюнуть на эту наживку и попытаться воспользоваться путём, о котором они не знают.

Тупик с несуществующей дверью.

Фелс и Ксеносы, следуя надписям в записной книжке попались в ловушку божества. Естественно, Финн не мог правильно предугадать их план. Потому и не сработали его инстинкты. Ксеносы изначально шли ошибочным путём.

— Осталось только узнать, с запада вы будете заходить или с востока… а потом довериться своему чутью и ждать. Прямо здесь ждать, между прочим, — добавил Гермес, проведя рукой по полям дорожной шляпы. — Не вините Урана. Подготовкой плана занимался я, и он доверился за мои прошлые заслуги.

Почему Гермес не передал записную книжку Беллу напрямую?

Ответ прост, чтобы не вызывать подозрений. Сделав Урана посредником, он заставил Гестию и Фелса поверить в правдивость этого предмета. Уран стал для него прикрытием. Книгой пользовались, не ожидая подвоха, потому что она была получена именно от Урана.

— Пройдёт немного времени, и Паства Локи вас здесь найдёт. Хоть они и не будут ожидать того, что вы зашли в тупик по собственной воле.

— !..

— И не беспокойтесь. Выход есть. Раз вы смогли зайти так далеко, скорее всего и до Подземелья доберётесь.

Загнав в угол Фелса и Ксеносов, Гермес дал им проблеск надежды.

Сейчас их жизни в руках божества.

Ксеносы были поражены куда сильнее, чем Фелс, божество, улыбаясь, окинуло их взглядом. Перчатки Фелса затрещали, он сжал пальцы в кулаки. Вместе с гневом, Фелс ощутил нетерпимость к божеству.

Мудрец прожил восемь сотен лет осознал, что произошло.

Божество играло их жизнями.

— …Фелс, что-то странное происходит! Я уронила Записки Дедала в лужу, но они остались целы… Это подделка! Уран… нет, Гермес, он что-то сделал!..

Крики Гестии раздались в окулюсе, в тупике повис ореол страха. Гермес указал взглядом на синий кристалл в руке Фелса и тот, повинуясь не озвученной команде, его разбил. Голос Гестии утих.

— Чего вы добиваетесь, Всевышний Гермес?.. — спросил Фелс, в его голосе слышалось негодование.

— Хочу заключить сделку, точнее, хочу вас кое-о-чём попросить, — прищурившись, ответил Гермес.

Ксеносы не могли отказать.

За спиной Гермеса появились его авантюристы. Божество окинуло монстров взглядом, и его губы скривились в улыбке:

— Умрите ради меня, бездомные монстры.

***

Белл и Харухиме стояли на крыше одного из зданий в северной стороне Улицы Дедала. Попрощавшись с Виеной и остальными Ксеносами, они покинули то место через задний дворик приюта и отправились дальше.

— В городе очень тихо, вам не кажется?.. — спросил Белл.

— Вы правы, Ксеносы, наверное, уже на пути к Подземелью… — ответила Харухиме.

С их места на краю карниза было видно, что волны хаоса в Районе Лабиринте начали утихать. Чёрный туман, заполнявший западный сектор, развеялся, было понятно, что волнения утихают.

Осматривая улочки Района Лабиринта, Белл и Харухиме ощущали не только завершённость своей работы, но и одиночество.

— …Последний оставшийся Ксенос… мы не можем его спасти, правда?

— Белл-сама…

— Вроде бы, он остался по собственной воле, и это не моё дело, но…

Белл подумал о Виене и остальных. Он хотел бы, чтобы последний Ксенос выжил, если это возможно, но не мог облачить эту мысль в слова напрямую.

Харухиме хихикнула, услышав, как парень пытается избежать слов, но в то же мгновенье, их разговор прервал голос богини донёсшийся из окулюса на нарукавнике:

— Белл, Харухиме! Вы меня слышите?!

— Всевышняя? Что случилось?

— Нам нужно поговорить! Я хочу с вами встретиться. Я отправляюсь к вам, просто слушайте мои указания!

— Эм… ладно. Я понял.

Отчаянье в голосе богини удивило Белла. Они с Харухиме переглянулись, и осознали, что что-то пошло не так.

Не предоставив объяснений, Гестия начала указывать парню направления. Наконец, они с Харухиме добрались до площади в западной части Района Лабиринта.

Гестия бежала к ним с рюкзаком, в который были сложены магическая карта и другие предметы. Не растрачивая времени даже на приветствия, она рассказала, что случилось:

— Записки Дедала были фальшивкой! И я не могу связаться с Фелсом и остальными!

— Фальшивкой?.. И вы не можете связаться с Ксеносами?..

— Ч-что это значит, Боженька?

— Не знаю! Я не знаю, но… у меня плохое предчувствие!..

Богиня взволнованно помотала хвостиками, отвечая на заданные Беллом и Харухиме панические вопросы. По выражению её лица было понятно, насколько положение серьёзно.

— Белл, прости, что приходится тебя об этом просить, но не мог бы ты пойти в подземный проход и посмотреть, что случилось? Я знаю, что Паства Локи рядом, и опасность никуда не делась, но хочу, чтобы ты узнал, что случилось!

— Д-да, конечно!

Ему не требовалось больше объяснений, схватив двухстороннюю вуаль, он уже почти сорвался с места, но богиня его остановила:

— Постой, Белл!

—Что?

— Просто на всякий случай давай обновим твои Характеристики… никто не знает, что может случиться.

Гестия сбросила рюкзак, достала иглу и отвела Белла в тёмный угол, в котором никто бы их не увидел.

— Эм, но… мы же недавно его обновляли…

— Ты дрался с Принцессой Меча, скорее всего твой… В общем, не важно, просто посиди смирно.

Богиня не сказала ни слова о навыке парня, просто велела ему повиноваться.

— Ладно, Всевышняя?! — сказал он, начав снимать экипировку.

Гестия решила встретиться с Беллом именно для того, чтобы обновить его Характеристики. Спешно завершая обновление, она отдала приказ Харухиме:

— Харухиме, скажи Лили, Вельфу и Микото, чтобы пришли сюда.

— Слушаюсь, ками-сама!

— Что это?! Насколько же сильно Валлен-что-же-это тебя отдубасила?

— А? Что-то не так?

Белл покрылся потом, услышав вскрик Гестии за своей спиной. Ему хотелось узнать, что за ранение заставило её вскрикнуть, но времени на это не было. Натянув броню, парень проглотил несколько двойных зелий, предложенных ему Гестией, и пришёл в себя. Он почти побежал к подземному проходу, до того как появились Вельф и остальные, когда…

— УОООООООООООООООО!!!

Монструозный боевой клич разнёсся под ночным небом.

— …А?

Поначалу Белл не понял, что случилось.

Гестия и Харухиме тоже были поражены. Они повернулись к тому месту, с которого слышался рёв.

В лунном свете под вуалью облаков виднелись странные силуэты.***

— Что это за звук? Что за чертовщина тут творится?!

Морд Латро побагровел и сплюнул на землю.

Его с его товарищами нанял работник Гильдии, и сейчас они выполняли порученное задание. Рёв монстров, явно услышанный во всём городе, заставил главаря авантюристов повышенного ранга обернуться.

Он увидел, как его компаньоны, побледнев, тыкают пальцем в воздух.

— Морд…

— Прямо над нами…

— А?

Несколько странных силуэтов виднелось в указанном направлении. У этих силуэтов были крылья. Пролетая по небу, они становились всё больше.

Они направлялись прямо к Морду и его товарищам.

Авантюрист уставился на приближающиеся силуэты. Как только силуэты приблизились, авантюрист осознал, что один из них принадлежит горгулье, Морд не выдержал и закричал.

Издав рёв, монстры напали на группу Морда, те попытались отпрыгнуть.

Монстры один за другим приземлились, подняв облака пыли. Каменные когти одновременно с ужасающим рёвом разнесли мостовую.

Все, кто это видел не могли произнести ни единого звука.

Морд и его товарищи находились в северо-западной части Улицы Дедала, неподалёку от огромной массы эвакуируемых людей.

Время снова пришло в движение, разъярённые крики и вопли ужаса поглотили Район-Лабиринт.

Люди вскрикивали и вопили, жуткие крылатые монстры атаковали город. Ужас, испытываемый беспомощными горожанами, поглотил всё вокруг, как волна, люди и полулюди пытались бежать со всех ног.

— А-авантюристы!!! Загоните их обратно! — вскрикнул работник Гильдии.

— Смерть монстрам! — прокричал кто-то из авантюристов в ответ.

Авантюристы с оружием в руках пробирались сквозь толпу людей.

Четверо монстров, горгулья, алый орёл, игуаз и смертельная пчела, одетых в броню оказались посреди большой овальной площади. Авантюристы разделились на две группы, первая группа стала прикрывать отходящих людей, а вторая кинулась на монстров, привлекаемая назначенной наградой.

Первыми из них были зверолюди, передвигавшиеся на огромных скоростях.

Каменные глаза горгульи не знали жалости, когда Грос бросился наперерез приближавшейся группе.

— ЯАААААХ!!!

— ООООФ!

Удар острых каменных когтей отправил подоспевшего первым авантюриста-зверочеловека на мостовую. Люди и дворфы вскоре разделили его участь. На монстров посыпался град стрел, но каменные крылья горгульи отразили все снаряды. Забыв о том, что они находятся посреди жилых кварталов, маги начали подготавливать заклинания, но эти заклинания превратились в крики, когда на них напали остальные монстры.

Вид проигрывавших монстрам авантюристов вызвал среди людей панику. Взрослых парализовало от ужаса, работники Гильдии прикрывали головы руками, а дети обнимали друг друга. Люди бежали к Восточной Главной Улице, в первые же секунды улицы оказались переполнены, и эвакуация застопорилась.

— Капитан Шакти!

— !..

Глава Паствы Ганеша, занятая охраной людей, прибежала на вопли совсем не по тем же причинам, что остальные авантюристы.

Дураки! Что они?!

Шакти знала о разумности Ксеносов и не могла поверить своим глазам. Она не могла скрыть волнения, увидев странное поведение со стороны созданий, которые должны быть разумными. Сейчас они ничем не отличались от самых обычных взбесившихся монстров.

Скрипнув зубами, Шакти начала выкрикивать команды подоспевшим членам своей Паствы, смотревшим на неё со всех сторон:

— Безопасность жителей в приоритете! Повинуйтесь божественной воле Ганеши и помогайте в эвакуации и защите!!!

— Понятно!

Это было единственным приказом Шакти.

Тем временем, Оука отдавал другой приказ:

— Чигуса! Вместе с Аской выведите этих детей отсюда!!!

— Хорошо!

Оука и ещё несколько членов Паствы Такемиказучи оказались в рядах ошеломлённых авантюристов. Оука явно прилагал все свои усилия, чтобы отражать атаки крылатых монстров лезвием секиры. Следуя его приказу, Чигуса защищала детей, приведённых обратно на площадь, и пыталась их вывести.

— Ух…

— Лай, нужно быстрее отсюда уходить!

— !..

Лай, Фина, Рюю и остальные дети не отвечали на крики Чигусы и Марии. Они застыли от страха перед жуткими монстрами.

Криков становилось всё больше, площадь погружалась в хаос и ужас.

— Что они делают?! — прокричал Белл.

Когда он забрался на крышу, его ожидало невероятное и хаотичное зрелище.

— К-ксеносы напали на площадь…

— ?!

Харухиме прижала ко рту руки, Гестия удивлённо схватила ртом воздух. Они не могли понять кошмарного зрелища, развернувшегося у них перед глазами. Созданиями, которые вели себя как самые обычные монстры были, несомненно, Грос и другие Ксеносы.

— П-постой Белл! — крикнула Гестия.

Проигнорировав крик богини Белл скинул вуаль и прыгнул в толпу людей. Он отправился прямиком к площади, крики мирных жителей гнали его всё дальше.

— Гестия-ками!

Секундой спустя на крыше оказались Вельф, Микото и Лили. Они слышали крики и звуки ударов, но увидев всё своими глазами были поражены не меньше, чем Белл.

— Эй, это какая-то шутка… что случилось? — воскликнул Вельф.

— Я не знаю! Откуда мне знать?! — ответила ему Лили.

— Успокойтесь, пожалуйста! — крикнула Микото, оставшаяся достаточно спокойной, чтобы остановить их перебранку.

Слушая крики окружающих членов Паствы, Гестия не сводила взгляд с бьющихся вдалеке Ксеносов. Неожиданно, ей в голову пришла мысль.

Это похоже на какой-то спектакль…

Площадь была подобна сцене, несчастные мирные жители — аудитория, а монстры и авантюристы — актёры. Аудитория визжала от жестокой, кровавой схватки, разворачивавшейся на их глазах, и жаждала увидеть, когда настанет поворотный момент.

И в этот момент звезда, главный герой ворвался на сцену…

— !!!

Гестия подняла взгляд. Посмотрев в пустое небо, она яростно прокляла божеств, наблюдавших за происходящим издалека.

— Генерал?!

— Знаю.

Даже не бросив взгляда на Рауля, бросившегося к нему, Финн повернулся к окраине северо-западного района. Он следил за схваткой, развернувшейся там после появления монстров.

— Всё будто в Подземелье… — вздохнул Финн. Ночь превратилась для него в длинную череду непонятных случайностей.

Он предположил, что его противникам не нужна была атака на место эвакуации… и он ощутил, что дело во вмешавшемся третьем участнике конфликта, чьи непостижимые цели сейчас стояли за действиями монстров. Финну это не нравилось, но одну вещь он знал наверняка, Пастве Локи придётся отправить туда отряд.

Удивлённо обнаружив слабое покалывание в большом пальце, полурослик бросил взгляд на правую руку.

Что происходит? Или что-то готовится?

Лизнув большой палец, он вспомнил слова своей богини.

— Докопайся до правды и узри её своими собственными глазами, значит? Что же, я не против.

— А? Вы что-то сказали, Генерал?

Проигнорировав Рауля, услышавшего его бормотание, Финн принял решение:

— Рауль, я возглавлю отправляющийся туда отряд.

— Что?! Генерал, вы лично?.. А кто же будет отдавать приказы в штабе?!

— Оставлю это тебе и Риверии. Не упусти свой шанс исправиться.

— ЯЯЯЯЯЯЯЯЯ?! — взвизгнул Рауль.

Наплевав на реакцию подчинённого Финн, принялся за подготовку. Создание, которое беспокоит его больше всего, сейчас живёт и здравствует. Полурослик приказал всем авантюристам первого ранга быть наготове и отправился к северо-западу, поведя за собой группу авантюристов.***

— Пожалуйста не ходите к главной улице! Следуйте приказам Паствы Ганеша! — кричала Эйна, отчаянно пытаясь сдержать взволнованные толпы горожан, но топот и крики создавали такой поток звуков, что её голоса практически никто не слышал.

Хотя она отправилась на Улицу Дедала, по большей части, по личным причинам, сейчас она старалась проследить, чтобы мирные жители на окраине Северо-западного района были в безопасности. По крайней мере, такую задачу девушка себе поставила.

Она пыталась направить людей через погрузившуюся в хаос площадь, но не знала, может ли она хоть чем-то помочь.

Монстры прибежали сюда, потому что за ними гнались? Но почему среди огромной Улицы Дедала они оказались именно в месте эвакуации?..

Она смотрела на монстров, побеждающих авантюристов посреди площади.

Несмотря на обширные знания, роль Эйны сводилась к ожиданию возвращения авантюристов в главном отделении Гильдии. Она боялась не меньше, чем другие работники Гильдии и горожане. Усилием воли она уняла дрожь в руках и ногах, тщательнее присматриваясь к сражению.

Горгулья невероятно сильна!

Один за другим пали не только не поднявшие уровни авантюристы, но и авантюристы третьего ранга. Горстка авантюристов второго ранга, находившихся рядом с площадью также не могла противостоять монстру. Каменное тело горгульи было практически неуязвимо для дальних атак. Горгулья был так силён, что Эйна не видела возможности победить этого монстра без использования магии.

Сложно было в это поверить, но, несмотря на помощь авантюристов Паствы Ганеша, следивших за безопасностью горожан, небольшой отряд монстров одерживал в бою верх.

Если бы только показались авантюристы Паствы Локи!..

Краем глаза Эйна увидела, как одного из авантюристов с кровотечением изо рта оттаскивает его союзник, она начала молиться, чтобы кто-нибудь пришёл к ним на помощь. Секунду спустя она встретилась взглядом с глазами могучей горгульи.

— …А?

Она была уверена, что монстр смотрит на неё. Время для Эйны будто бы замерло. Смотря в безжизненные каменные глаза, она ощутила будто ледяная рука проникла ей в грудь и обхватила её сердце.

Она не заметила, как блеснули красные драгоценные камни одетого на её руку браслета. Не заметила она того, что один из таких же драгоценных камней был скрыт в каменной руке монстра.

Она словно приросла к месту, когда серый каменный монстр, издав рёв бросился к ней.

— ОХОООООООООООО!

Авантюристы с ужасом наблюдали за неожиданным рывком горгульи, крики горожан не прекращались.

Воины пытались защитить других людей от атак, и не успевали к Эйне под этот рывок горгульи. Оука, вовлечённый в сражение с горгульей, ошеломлённо замер. Люди, оказывавшиеся на пути каменного монстра, отправлялись в полёт. В зелёных глазах Эйны отразились каменные когти, готовые её пронзить.

В последний момент раздался крик, и кто-то заблокировал удар когтей.

— ?!

— !

Эйна ощутила приближение смерти, но это ощущение прервал чёрно-фиолетовый развод в воздухе.

Беловолосый парень прыгнул на горгулью, вытащив Кинжал Гестии.

— Б-Белл…

— Отойдите пожалуйста, Эйна! — взволнованно крикнул Белл.

Ошеломлённая Эйна, горожане и прочие авантюристы уставились на парня, но тот не обратил на это никакого внимания. Его разум терзался лишь одним вопросом: «Почему?»

Белл, не произнося ни слова, задал монстру этот безмолвный вопрос, горгулья нахмурился, и снова напал на Эйну.

— ГАХХХХ!

— Что?!

Белл прервал и этот выпад. Рука парня затряслась от мощи удара, кусочки камня с когтей горгульи отлетели на землю.

Монстр расправил крылья и снова нацелился на Эйну.

Грос?!

Эйна будто приросла к месту, когти сталкивались с кинжалом снова и снова.

Возможно из-за того, что горгулья была потенциально сильнее, Маленький Новичок был вынужден отступать. Отбросив личные счёты, другие авантюристы бросились на помощь, но крылатые монстры не позволяли им приблизиться.

Беллу приходилось сопротивляться яростным ударам горгульи. Угрожающий рёв сбивал парня с толку.

Он совсем лишился рассудка?!

Парень вспомнил случай на восемнадцатом этаже. Тогда горгулья был в ярости от того, что его родичи были убиты и похищены. Что-то случилось с ними и сейчас?

— Почему?.. Что случилось?!

— …

Монстр не ответил Беллу. В ответ сыпались лишь удары когтей и клыков.

Даже услышав удивлённый голос Белла, горгулья, Грос, отбросил эмоции и размахивал когтями.

Он был разумен, как никогда.

Напускная ярость монстра скрывала то, что Ксеносы пришли к соглашению с богом.

В каменной руке горгульи держался блестящий камень, резонирующий с браслетом Эйны.

— Умрите за меня, бездомные монстры, — вот что зловещий бог сказал Гросу и остальным Ксеносам.

— Что?! — ответил ничего не понимающий Лидо.

— Всевышний Гермес, о чём вы просите?! — добавил Фелс, наконец пришедший в себя достаточно, чтобы заговорить.

Гермес ответил с таким видом, словно говорит о самой очевидной вещи в мире:

— Ну, всем умирать не нужно. Я бы сказал, троих или четверых будет достаточно.

Неизменно очаровательная улыбка бога вселила в сердца Ксеносов ужас. Божественная сущность влияла на людей и созданий Подземелья по-разному, и Ксеносов её наличие очень испугало.

— Я Гермес. И я сдержу свою часть соглашения с Ураном… по большей части.

Он прищурил свои оранжевые глаза и улыбнулся шире:

— А другую часть соглашения, буду считать своей платой.

Он оглядел сборище Ксеносов.

— Спасая всех вас, паренёк попал в очень непростое положение. И я не могу заставить себя с этим смириться.

— !..

— Вы собирались просто отправиться домой после всего, что натворили? «Простите нас и большое спасибо за спасение». Вы правда думали, что парой слов благодарности всё искупите? Нет, нет, даже мы, беспечные божества, настолько безответственно себя не ведём.

Божество говорило тоном переговорщика, его слова звучали очень ласково, оно умело сочетало нежный тон со сказанным, будто разговаривая со своим любовником. Однако, вопреки всему остальному эти слова были ядом, льющимся в самое больное место Ксеносов.

Вскоре монстры побледнели, их начало глодать чувство вины.

— Всевышний Гермес! — Фелс в ярости сжал кулаки.

Куда сильнее, чем предательство Гермеса, мага разозлило то, что тот пытался растоптать сердца Ксеносов из-за решения, которое Белл принял по своему желанию. Однако, Гермес позволил себе не согласиться с магом:

— Дай угадаю, Фелс… сейчас ты хочешь сказать, что Белл сам принял это решение? Ты ошибаешься. Ты оказался в ловушке и увяз в божественной воле Урана. А у Белла попросту не было иного выбора.

Он парировал слова Фелса ещё до того, как Мудрец успел их произнести. Для него эти слова были ерундой, которую произносил какой-то восьмисотлетний ребёнок. Сам же бог видел разницу между искренним выбором Белла и природой случившегося.

— Миру нужны герои, и я поставил всё на его яркий белый свет. Ему нельзя связываться с монстрами… Нет, так не пойдёт.

Фелс застыл, когда божество огласило свою волю:

— Я, Гермес, прошу вас, бездомные монстры. Помогите ему.

Казалось, божество прошептало эти слова, но они были слышны всем.

— …Ты просишь, чтобы мы на него напали? — произнёс Грос, пока остальные Ксеносы лишились дара речи.

— Быстро сообразил.

— Я пойду.

— Грос?

— Не думаю, что мальчик будет драться с Лидо или Рей, или кем-то из вас. Люди всегда были мне неприятны, я лучше всего для этого подхожу.

— Но, Грос, это значит, что ты…

— Как ни подумай, другого выхода у нас нет.

Лидо и Рей подошли к Гросу, бывшему их товарищем с самой первой встречи Ксеносов, но тот покачал головой. Следивший за разговором монстров со стороны Гермес одобрительно кивнул.

Остальные Ксеносы стиснули зубы.

— Отважная горгулья, скажи мне своё имя.

— …Грос.

— Благодарю тебя, Грос. Хоть ты и монстр, я буду звать тебя по имени.

Гермес уважительно снял шляпу. После он протянул Гросу алый драгоценный камень.

— Что это?..

— Страховка. Очень вероятно, что такой приятный парень, как Белл, не направит на тебя кинжал, даже если ты на него нападёшь. Человек, за которого Белл переживает, активирует этот предмет. Напади на неё.

При этих словах сделавшая эти предметы девушка тяжело вздохнула.

— Белл!..

Гестия и остальные явились на площадь, обозначающую поле боя.

Оставшиеся на ногах авантюристы отчаянно сражались, но на площади по-прежнему оставалось немало простых жителей. В отдалённом от остальных углу Белл сражался против Гроса, прикрывая от монстра Эйну.

Эйна была готова разрыдаться, увидев, что Белл пропускает удар за ударом. Она отчаянно пыталась сбежать, чтобы избавить его от необходимости себя защищать, но каменные крылья её не пускали. Из-за того, что горгулья могла атаковать в воздухе, битва становилась совершенно непредсказуемой.

— Белл!..

— Сударь Белл!

Вельф, Лили, Микото и Харухиме растерялись и не знали, что делать. Стоит ли помогать Беллу? Стоит атаковать Ксеносов? Они не знали.

Гестия, стоявшая рядом со своими поражёнными детьми, также не могла принять решение.

Нужно ли мне говорить Беллу о плане Гермеса? Если я это сделаю!..

Гермес подговорил на что-то Ксеносов. Но что случится, если она скажет об этом Беллу?

Если бой продолжится как раньше, Грос может убить Эйну на самом деле. Гестия не знала, о чём Гермес договорился с Ксеносами. Если их жизнями было решено пожертвовать, это погрузит мысли Белла в хаос.

— Поддержите сражающихся! Продолжайте сдерживать монстров!

Слова авантюристов лишь подстегнули волнение Белла.

Гестия достала из своего рюкзака окулюс.

Почти в тот же самый момент, когда на площади показалась Гестия и её Паства, на крыше неподалёку появился Финн.

— Что происходит?

— Эвакуация не завершена! Авантюристы из других отрядов сдерживают монстров, вместе с ними Маленький Новичок…

Когда проводивший разведку член Паствы Локи доложил о ситуации, Финн прищурился, посмотрев на парня и горгулью.

— …Занимайте позиции. Наземная группа сдерживает монстров. Мы останемся на крыше и не дадим им улететь.

— Да, сэр!

По команде Финна натянулись тетивы луков.

В этот момент в толпе людей начало раздаваться бормотание.

— Маленький Новичок…

— …Маленький Новичок? Это же, Белл Кранелл?

Авантюристы смотрели на рисковавшего своей жизнью ради спасения полуэльфийки парня. Отважный беловолосый парень отчаянно сражался с монстром. Постепенно, разочарование и враждебность людей унимались, они смотрели на бой незатуманенным взглядом.

— Б-братец…

Даже маленький мальчик, заклеймивший его предателем с восхищением, следил за боем.

В толпе, до этого поглощённой паникой, начало растекаться чувство восхищения.

— Как ты вовремя, малыш Белл. Очень удачно получилось.

Среди завываний ветра с высокой башни Гермес безотрывно следил за битвой между горгульей и беловолосым парнем.

Асфи стояла рядом. Прикрыв скрытые за серебряными очками уставшие глаза, девушка в очередной раз тяжело вздохнула:

— Пусть вы и мой покровитель, меня от вас тошнит…

— Ха-ха-ха. Как жестоко, Асфи, — не поворачивая головы, Гермес посмеялся. Взгляд девушки был направлен только на него.

— Вы воспользовались Ксеносами ради Белла Кранелла… и я могу это понять. Но зачем было приплетать мирных жителей?

— Вообще-то, этих простых жителей можно назвать причиной случившегося. Пьесе нужны зрители, разве ты не согласна?

Если есть театр, нужна и аудитория, герой, которого поддерживают статисты, исполнит свою роль лучше всего. Как и подозревала Гестия, Гермес устроил сцену огромного масштаба. Божество пожало плечами:

— К тому же, ты согласна с моим решением бросить Ксеносов, не так ли?

В конце концов, они лишь навредят как парню, так и всему Орарио.

Асфи молча смотрела, как её божество постепенно приходит в восторг от разворачивающейся на его глазах сцены.

— …Я займу своё место, — наконец сказала она.

— Точно. Страховка, на всякий случай.

Гермес помахал Асфи, ставшей невидимой после надевания Головы Аида.

Когда она тихонько покинула крышу, Гермес, улыбаясь продолжил следить за событиями.

— Что же… прошу прощения, Уран. За то, что всё так обернулось.

Он смотрел, как горгулья атакует парня.

— Сосуществование с монстрами, говоришь? Полнейшая чушь. Дружба с ними пустые мечты, — добавил он, вспоминая разговор с древним богом.

Гермес всегда послушно и спокойно исполняет запросы своих клиентов, но сейчас, на вершине башни он мог высказать свои настоящие чувства.

— Что бы произошло, если бы мы попытались обратить тысячелетия судьбоносной вражды? Даже Зевс назвал бы эту мысль нелепой.

Смотря на Белла, он перешёл на шёпот:

— Никому не нужны герои для тех, у кого нет дома.

Гермес распахнул руки и улыбнулся, восторгаясь устроенной им сценой, на которой играли свои роли люди и монстры.

— Время перейти к основам героизма, Белл.

Продолжило божество:

— Убей монстров. Убей их и спаси людей. Соверши героическое возвращение.

Будто предлагая парню бьющий с небес луч света и указывая ему путь к прощению, Гермес изъявил свою божественную волю:

— Забудь о Ксеносах.

Уран поручил Гермесу разобраться с непредвиденной ситуацией. Он должен был стать посланником, который утихомирит поднявшийся в городе переполох и доставит Ксеносов в Подземелье.

Но Гермесу это было неинтересно, потому что он привык использовать хаос и мог успешно им пользоваться. Это было всё, что ему нужно.

— Если убьёшь всего лишь одного, сможешь себя простить. Пусть ты и будешь страдать, однажды ты снова поднимешься на ноги. Всевышняя Фрея, я не позволю вам заскучать.

Гермес хотел, чтобы Белл разорвал связи с Ксеносами, ведущими к его краху. Он был уверен, что, если он вовлечёт своего героя в битву, неизменный эгоизм приведёт его на путь, которого Гермес желает.

Брать судьбы людей под контроль любимая игра богов.

Он заставит Белла порвать все связи с монстрами и пойти вперёд героем всех людей и любимчиком богов.

Гермес изъявил свою божественную волю ради одной этой цели:

— Если ты этого не сделаешь, твоя дражайшая Эйна умрёт.

Гермес посмеялся, прищурив оранжевые глаза.

Нарастающий темп боя не оставлял парню выбора. Единственным возможным выходом был тот, который подготовил ему бог.

Перед глазами Гермеса разыгрался заключительный акт пьесы, разыгрываемый на огромной сцене.***

Почему, почему, почему?!

Клыки угрожали разорвать Белла, в то время как каменные когти были направлены в Эйну, прятавшуюся за раненным парнем.

Успешно отразив удары, парень перешёл в контратаку, ранив Гроса. Он не мог сдержаться, когда горгулья угрожал убить и его, и Эйну.

Снова и снова другие авантюристы пытались прийти ему на помощь, но их отбрасывали остальные монстры. Каменные крылья Гроса отбивали стрелы и откидывали тех, кому доводилось подойти слишком близко. Они служили как дополнительные руки, ударное оружие и щиты одновременно.

— Белл!..

Подавленный, напуганный голос Эйны заставил Белла исказиться от нервозности. Авантюристы, работники Гильдии и простые жители следили за каждым движением в бою, молясь, чтобы один из ударов парня наконец его закончил.

Грос.

Отразив когти кинжалом, Белл встретился взглядом с каменными глазами горгульи. Он был так подавлен, что ему хотелось кричать. Но его голос не проникнет в эти уши. Разум парня отчаянно искал выход. Божественный Кинжал дрожал в его руках.

Он должен принять решение. Этот выбор стал подобен проклятью, потому что что бы он не выбрал, он потеряет кого-то кем дорожит. Для него это был непосильный выбор.

Белл попытался рассудить, что ему делать, но яростный натиск Гроса не давал ему времени на размышления и он быстро зашёл в тупик.

Бормоча «Почему?» снова и снова, он вспомнил слова Виены.

Знаешь, что сказал мне Лидо? Может сейчас это и невозможно… но из-за того, что такие как ты люди существуют, наша мечта может стать выполнимой!

Наша мечта.

Мечта всех Ксеносов… и Гроса тоже.

…Спасибо. Я тебе… благодарен.

Однажды сказал ему Грос.

Ему показалось, что у него разыгралось воображение, но он мог поклясться, что у Гроса, с которым он сражается нет в глазах искренней кровожадности. Возможно, Ксенос изображает её усилием воли, отправляя в него клыки и когти.

Будто бы Грос понимал, что Белл не захочет с ним сражаться и намеренно сдерживался…

— Паства Локи пришла!!! — крикнул кто-то из авантюристов.

Авантюристы высоких уровней с эмблемой шута на броне ворвались на площадь и бросились к крылатым монстрам.

— !!!

Горгулья явно заволновался.

Белл Кранелл должен стать одним из тех, кто убьёт нападающих на людей монстров. Так они отплатят парню свой долг. Если его обратит в горстку пепла не рука Белла Кранелла, его контракт с божеством не будет исполнен.

Осознав, что больше медлить он не может, Грос расправил крылья и бросился вперёд. Он использовал особую атаку, начав парить параллельно земле. Удивлённые Эйна и Белл не могли ни убежать, ни защититься, монстр вынуждал Белла перейти в отчаянное нападение ценой собственной жизни.

— Белл?!

— Тулле!

Гестия и работники Гильдии закричали почти одновременно.

— По местам! — раздался крик Финна.

Авантюристы Паствы Локи приготовились стрелять в крылатых монстров, Финн вскинул копьё, готовый пронзить горгулью.

— Давай, Белл!

Возвышающийся над толпами людей Гермес задержал дыхание, натягивая ниточки, свою божественную волю.

За секунду до того, как смертельный удар Гроса должен был попасть в цель, Белл вскинул оружие.***

— Мы правильно поступаем, Фелс? — прокричал Лидо.

Они были в Кноссе, лабиринте о постройке которого мечтал Дедал.

Гермес сдержал обещание. После ухода Гроса и остальных, он доставил Ксеносов к двери в Кносс, используя уловки и обходные пути, чтобы Паства Локи не раскрыла их.

— Если думать о Белле, это действительно лучший выход. Но как мы можем бросить Гроса и остальных?.. Как-то неправильно возвращаться без них! — не унимался Лидо. Шедшая к Подземелью группа Ксеносов остановилась.

Рей и остальные молчали.

— Ошибаешься, Лидо. Я в него верю, — сказал Фелс.

Пытаясь скрыть злость в раздающемся из глубин капюшона голосе, маг даже не обернулся, чтобы ответить:

— Я верю, что глупый мальчишка обойдёт волю заурядного божка…***

— !!!

Горгулья неслась на Белла и Эйну с рёвом, заставившим всех людей содрогнуться. Распахнутые крылья монстра со свистом рассекали воздух.

Белл следил за приближением когтей монстра, напоминающими каменные наконечники копий, не отрывая взгляда. Всё перед его глазами происходило одновременно и нестерпимо медленно, и невероятно быстро. Крики людей казались какими-то далёкими и неестественными.

Он слышал вздох ужаснувшейся за его спиной Эйны, не способной защитить себя от натиска монстра.

Намеренье Гроса её убить было совершенно реальным.

Если так пойдёт и дальше, каменные когти пронзят Белла и Эйну, окатив всё вокруг фонтанами крови.

Инстинкты подсказывали парню убить монстра кинжалом, вонзить оружие в магический камень в его груди, обратить желание монстра убивать в горстку пепла.

Крики авантюристов, визги толпы, все окружающие звуки подогревали в парне желание убить монстра.

Нити озвученной божественной воли нацелились на его инстинкты.

Всего мгновение осталось до смертельного удара Гроса.

Оружие Белла было вскинуто.

Но.

Белл отвлёкся от монстра перед своими глазами и сконцентрировался на желании, тлеющем в глубинах его сердца.

Его будто бы направила вспышка света, неожиданный удар молнии указал на дверь глубоко внутри его сознания. Дверь распахнулась, а за ней оказалось блеклое воспоминание из его детства.

Не давай принимать решения за себя другим людям.

Голос, говоривший это, принадлежал его дедушке.

Будь это хоть призраки, хоть боги. Я, например, никогда не буду приказывать тебе что-то делать.

Совет, который давным-давно давал ему дедушка.

Не следуй приказам. Решай за себя сам.

Глаза дедушки, в которых читалась мольба.

Тебя ждёт твоя история.

Дедушка с улыбкой на лице учил его этому в далёком детстве.

— Эррргх!

Белл закричал, перебарывая царящую вокруг абсурдную реальность.

Даже не представляя, что ему делать, он разорвал нити божественной воли, которые окутали его так, что он сам этого не понял. Его сердце, уцепившееся за разговор о мечте Виены и благодарность Гроса, смогло сбросить с себя навязываемый выбор.

— УОООООООООООООООООООО!!!

Время, растянувшееся до предела, начало свой обычный ход, мир снова окрасился красками.

Когти монстра почти пронзили его и Эйну.

Он принял решение.

Он решил поверить.

Закинув кинжал в ножны, Белл распахнул руки.

Гермес нахмурился. Глаза Гроса округлились от удивления.

Столкнувшийся с полной беззащитностью Белла монстр перевёл свой полёт в сторону от него.

— …Ждите!

Финн отреагировал раньше всех остальных. Зависнув в воздухе над удивлёнными авантюристами и площадью, он приказал им не атаковать. Синие глаза полурослика впились в горгулью, прекратившую нападение. Удивление охватило и стоящих на площади людей, все они ощутили одно и то же.

Гестия, Лили, Вельф, Микото, Харухиме, Оука, Чигуса, Шакти и даже Эйна разделили одну эмоцию.

Белл не стал убивать монстра, но и не позволил Эйне умереть. Он выбрал третий, самый глупый путь.

Глаза покрывшегося холодным потом парня встретились с взглядом поражённой горгульи. На мгновенье время снова замерло.

— …

Гермес, сидящий на своей высокой башне, положил пальца на края своей шляпы и надвинул её на глаза, будто пытаясь их скрыть.

— Ааа… Вот как всё обернулось… Он полный придурок.

Колкое, неестественное молчание повисло над площадью.

Удивление во взглядах окружающих людей сменилось искрой подозрения в том, что парень всё-таки связан с монстрами. Эта искра могла разжечь пламя, сделав его «врагом всех людей».

Уже через несколько секунд массовое замешательство должно было закончиться и перейти в яростные крики.

— Что же. Давай, Асфи.

Гермес не мог принять такого исхода.

В углу площади, в толпе, в которой начались перешёптывания, скользнула тень. Невидимая Асфи вытащила иглу с нанесённой на неё спиралью красным узором, напоминающим по цвету кровь.

Хризея, магический предмет, изобретённый Персеем, чтобы приводить монстров в неутолимую ярость. Во время экспедиций в Подземелье выяснилось, что этот предмет может увеличить силу монстра, но также заставляет их атаковать друг друга. Несложно понять, что этот предмет может сделать посреди заполненной людьми площади.

Гермес подготовился и к подобному исходу событий. Он предположил, что парень может оказаться круглым дураком и поступить точно так же, как и пять дней назад.

Следуя приказу своего божества, Асфи уставилась на горгулью.

— …Прощения просить не буду.

На мгновенье она перевела взгляд на беловолосого парня, стоявшего с монстром рядом.

Будто ощутив её присутствие, он обернулся в сторону невидимой девушки.

Она собиралась запустить алую иглу в цель.

Ведомый инстинктами парень готовился бежать.

Единственными, кто двигался были Асфи, Белл и Финн.

— …

Большой палец полурослика сильно разболелся.

Это было сигналом к тому, что что-то грядёт.

Финн обернулся, а в следующее мгновение…

—УУУУУУУУУУУУУУУУУОООООООООООООООО!!!

Боевой клич монстра сотряс ночной воздух.***

Перед ним неожиданно появился человек.

— …

Он остановился в тёмном переулке. Его вынудили.

Воитель держал в руках огромный меч. Этот воитель был в идеальной форме.

Он сразу понял.

С одной рукой он проиграет. Нет, даже если бы у него было две руки, он бы не справился. Настолько силён был оказавшийся перед ним человек. Гораздо сильнее чем те, кто сталкивался с ним последние дни, и, возможно, сильнее, чем золотовласая и золотоглазая девушка, отрезавшая его руку…

Вместе с тем, в стоявшем перед ним человеке было нечто знакомое. Короткие волосы цвета ржавчины и глаза им в тон, он напоминал дикого вепря. Воспоминание об этом человеке не заставляло его сердце трепетать, поэтому он его не запомнил. Но одно он знал наверняка: этот воин его убьёт.

Стоя перед таким выдающимся воителем, он улыбнулся.

Он был благодарен за эту встречу, пусть она и приведёт его к неминуемому поражению. Его тело начало трепетать. Схватка единственное, что могло утолить его голод. Тем более с таким могучим противником. Даже если он будет рассечён на куски, что же, таково одно из его желаний. Причины бежать от этого у него не было.

Он поднял свою секиру и шагнул вперёд сильной ногой.

— …

В ответ воин неспешно поднял руку, указав пальцем направление.

— То, что ты ищешь, вон там, — сказал мужчина.

Он остановился.

Его глаза распахнулись шире.

Он посмотрел туда, куда указал воин. Небо тянулось насколько видел взгляд, там слышалось множество голосов. Звуки битвы. Он ощутил, что слышит голос, который его манит.

Он повернул голову обратно. Воина, указавшего ему путь, уже не было. Но теперь это было не важно.

Он побежал, будто нашёл нужное направление. Он рванул туда.

Он даже не пытался скрывать своё приближение. Раскидывая кричащих охотников по пути, он повиновался зову своего сердца и голода.

Под его ногами разлетались камни мостовой, он прыгнул на крышу здания с дороги.

— …

На площади, среди сражения многих с многими он увидел парня с белыми волосами.

Его сердце будто озарила вспышка света. Яркий свет, который восстановил все его воспоминания.

Он пробудился. Вернулся к жизни. Он содрогался.

Это оно! Оно! Его мечта, желание, стремление!!!

Ответ, который он так долго искал!!!

Наконец ответ найден. Он огляделся.

Вокруг много охотников, а он стоит лицом к лицу с его родичем.

Нет, этого он принять не может. Он не может этого позволить.

Передать эту возможность кому-то другому? Может ли он уйти и отложить эту встречу? Такой противник может встретиться лишь раз в жизни. Сразиться снова. Опять. Ещё раз.

Он был рождён для этой схватки и только для неё.

Его кровь кипела. Его тело наполнилось яростью. Голод стал силён, как никогда.

Великая радость и неутолимая жажда битвы охватили его. Он издал боевой клич.

— УУУУУУУУУОООООООООООООООООО!!!

Громоподобный рёв, разбивающий все возможные сомнения и сожаления, сотряс воздух.

Грос посмотрел на драгоценный камень.

— Я понял… — сказал он, сжимая драгоценность в каменной руке.

— Скорее всего, девушка, о которой я говорю, в северо-западной части Района Лабиринта. Для начала, подними там шумиху. Людей там будет огромное множество, и они тебя возненавидят… но я был бы очень благодарен, если бы ты никого не убил.

— Ты просишь многого… — бросил Грос. Потом он обернулся на Лидо и остальных. — Мы договорились. Спаси моих родичей. — сказал он Гермесу.

— Ну что ты, я же, всё-таки, Гермес. Я соблюдаю свою часть любой сделки.

— Слышать ничего не хочу, — ответил Грос, поворачиваясь спиной к божеству и расправляя крылья.

Вместе с тремя крылатыми монстрами, готовыми отдать вместе с ним свою жизнь, они воспарили над Районом Лабиринтом.

Вот как я должен ему отплатить.

Грос усмехнулся над собой, в очередной раз бросаясь на Белла и Эйну.

Вопреки первой враждебности Гроса, Белл спас его род, а теперь Грос отдаст за дела Белла свою жизнь. Всё оказалось жутко иронично. Впрочем, возможно, такой конец подходит существу, которое люди считают величайшим злом

Особенно если этот конец принесёт рука человека, которого он начал уважать.

Не сомневайся, мальчик.

Напоследок Грос сказал Лидо и остальным своим родичам, чтобы они не держали на парня зла.

Грос мощно хлопнул крыльями, посмотрев на Белла, выражение лица которого было похоже на выражение лица ребёнка, борющегося с болью.

Изображая безумие от ярости, горгулья взревел на парня, заставляя того ударить кинжалом в магический камень, скрытый в его груди.

Если будешь сомневаться, я её убью!..

Злобно взревев Грос взмахнул когтями, вовлекая Белла в жестокую схватку.***

----------

Возвращение героя

Том 11. Глава 7. Возвращение героя

[[image:/storage/reader-images/e10966f285f132eb3311bb0c684322a89e2385cf.jpg]]
Боевой клич, разнёсшийся по Орарио, заставил многих авантюристов отреагировать одинаково.

Золотоволосая и золотоглазая мечница подняла взгляд и побежала к северо-западному сектору.

— ...

Сёстры-амазонки подняли оружие и также бросились бежать:

— Он там!

— Идём!

Быстроногий вервольф бросил все дела:

— Кажется, он рядом с Финном!

Белл повернул голову.

Его красные глаза увидели монстра, уничтожающего, разрушающего, сметающего всё на своём пути. В одно мгновенье чёрный зверь прорывал ряды авантюристов, стоявших на его пути.

Продвижение монстра поразило Гермеса, помешало Асфи вмешаться, удивило богиню и уничтожило подготовленную богом в дорожной шляпе сцену.

Жители не успели даже закричать. Монстр нёсся на такой скорости, что залп стрел, выпущенных подчинёнными Храбреца, за ним не поспел. Копьё, брошенное самим авантюристом, лишь поцарапало шкуру зверя, он нёсся всё дальше, к Беллу. Парень был его единственной целью.

— ?!

— УОООООООООООООООООО!!!

Угольно-чёрная шкура минотавра была покрыта кровью.

Белл успел подготовиться к нападению лишь благодаря инстинктам.

Он отбросил от себя Эйну, а потом, попытался избежать смертельного удара огромного Лабриса, скрестил руки, отпрыгивая от монстра.

Вонзившееся в землю лезвие огромной секиры породило ударную волну, разметавшую в разные стороны камни мостовой.

Тело Белла, словно стрела, уносилось всё дальше от площади, пробивая стены зданий.

— Белл?! — одновременно вскрикнули Гестия и Эйна, увидев как огромный бык с алыми рогами понёсся дальше.

— Что… Что случилось?!

Кусочки мостовой дождём осыпались на площадь, скрывшуюся под облаком пыли.

На несколько секунд воцарилась тишина, а после крики поражённых авантюристов её нарушили: кто-то кричал от боли, кто-то от ярости. За считанные секунды множество авантюристов получили сильные раны, а Маленького Новичка выбило с площади. Яростный натиск монстра прошёл так быстро, что мало кто успел разглядеть противника, и это подняло сильный переполох.

— Эй, вы в порядке?

— Вы не ранены?

Оука и Чигуса помогали подняться Эйне, но в ответ девушка говорила лишь: «Белл?! Белл?!». Ей удалось избежать серьёзных ран, но она, будто не слыша заданных ей вопросов, называла имя парня снова и снова. Униформа работницы Гильдии была перепачкана пылью, она не сводила взгляда со сквозных дыр в стенах.

В другом углу площади переглянулись Вельф и Микото:

— Это же был…

— …Чёрный… минотавр.

В ужасе прошептали они, краем глаза заметив монстра, бросившегося в погоню за отлетевшим Беллом.

Лили и Харухиме были бледны и не могли сдвинуться с места, будто то, что случилось, по-прежнему стояло у них перед глазами. Гестия также была озадачена.

— Астерий?! — пробормотал Грос.

Ксеносы также замерли, потому что не ожидали такого поворота событий.

Скрытый клубами пыли Грос смотрел в ту же сторону, что и Эйна, на дыры в стенах, в которых исчезли Белл и его родич.

Финн осматривался с крыши ближайшего здания:

— Разведчики следуйте за целью! Ничего не предпринимайте, пока меня не будет рядом! Группа Нарфи, догнав противника, оказывайте поддержку издалека и вызовите Айз!

— Да, сэр!

Полурослик быстро раздал приказы, и его подчинённые принялись их исполнять. Финн задумался.

Это было невозможно предсказать. Так подсказывала полурослику его интуиция. Даже его выдающийся мозг не мог предположить действий монстра, так что можно назвать эту ситуацию Аномалией. Командир Паствы Локи был уверен, что такой монстр может стать проблемой в будущем и должен быть убит.

Финн собирался броситься в погоню, но услышал за спиной топот.

За ним возник силуэт.

— Ты…

Полурослик остановился и повернулся.

— Ууооо… Оууууу!..

Белл вырвался из обломков после своего приземления и замычал от сильной боли, которой пылало всё его тело.

Перед собой парень увидел множество стен с пробитыми в них дырами. Похоже, он отлетел от площади на приличное расстояние. Если бы не двойная адамантиновая броня, он сломал бы спину. Ему пришлось заставлять своё дрожащее тело подниматься. Он показался посреди залитых лунным светом руин.

Спустя мгновенье раздался громкий треск.

— !

Парень удивлённо посмотрел на звук рассыпающихся в пыль под ногами обломков. Среди полуразвалившихся стен он увидел чёрного монстра, отправившего его в полёт. Белл ухватил ртом воздух, увидев огромный силуэт и голову на его плечах. Силуэт был одет в полную броню, а по его движениям было заметно, что веса он не ощущал.

Парень осознал, что ошибки быть не может. Перед ним Ксенос, о котором он до этого только слышал: Чёрный минотавр.

Враг он или друг? Можно ли с ним поговорить?

Мысли пролетали в голове Белла, даже после того, как он, покрывшись холодным потом, рефлекторно принял защитную стойку.

— ?..

Тишина ударила по ушам.

Для только что испустившего ошеломивший множество авантюристов рёв монстр, был необычно тихим. Сделав ещё несколько шагов, монстр остановился на небольшом расстоянии от Белла. Будто бешеного удара, который он нанёс Беллу, никогда не было, монстр уставился парню в глаза.

Белл тоже будто прирос к земле и потерял дар речи.

— …

— …

Парень и монстр смотрели друг на друга в лунном свете.

Среди груд обломков и руин, стоя спиной к луне в безоблачном ночном небе, минотавр смотрел на парня сверху вниз. Белл был спокоен, даже стоя перед двухметровым монстром.

Время проходило в тишине. Неожиданной тишине для поля боя.

Белл смотрел в глаза монстру, не сводившему с него взгляда. Наконец, монстр заговорил:

— Имя. Я хочу узнать твоё имя.

Белл удивился как тому, что этот монстр может использовать человеческую речь, так и тому, что голос не подходил внешности его противника.

Голос был спокойным и низким. Монстр говорил голосом, от которого на ум приходит образ воителя.

Белл не мог произнести в ответ ни звука. Монстр продолжил:

— Сон.

— А?

— Я долгое время видел один и тот же сон, — проговорил минотавр, будто исповедуясь. — Сон о сражении с человеком.

— !

— Этот человек был сильнейшим, самым достойным из противников. Пусть мы и вступили в смертельную схватку, поставили на кон жизнь и кровь, мы поняли, что нам предначертано быть соперниками.

Белл уставился на минотавра округлившимися глазами.

Услышав про сон, парень вспомнил о разговоре, который был у него с Лидо.

Стоило монстру заговорить о своей прошлой жизни, Белл вспомнил и сцену, которую ему не забыть никогда.

Его первая авантюра. Он поставил на кон жизнь в смертельной битве. Он и монстр использовали всё, что у них было в том сражении.

— Меня ведёт то существо, я хочу реванша.

Не может быть.

Белл уже осознал правду, но монстр продолжил:

— Я пришёл, чтобы встретиться с существом из моего сна.

Монстр говорил о причине своего существования. Сильнейшее чувство, желание, настолько мощное, что заставило его переродиться.

Он не завидовал человеческой расе и не желал возвращения на поверхность, он просто искал своего противника.

— Меня зовут Астерий.

Это значит молния. Имя, которое выражало его тягу к красной вспышке света, которую он видел в конце своего сна.

Несмотря на то, что Белл ощущал искреннее замешательство и не верил, что такое возможно, он всё понимал.

— Назови своё имя, — снова повторил Астерий.

— …Белл. Белл Кранелл.

Монстр выжег прошёптанное парнем имя в своём сердце, а после поднял огромную двухстороннюю секиру, положив её на плечо.

— Белл, прошу.

Старейший, самый достойный из его противников вернулся из мёртвых и попросил.

— Сразись со мной снова.

Воля монстра разнеслась по залитым лунным светом руинам.

Белл знал, что ему нужно попросить минотавра подождать, что он не готов, что ему нужно вернуться к Гросу и остальным, но зародившееся в его сердце чувство не позволило ему возразить.

Парень оглядел огромного врага с ног до головы.

Кровь монстра капала на землю. Его шкуру покрывало бесчисленное множество ран, одна из рук была отрублена. Несмотря на то, что он был на грани смерти, ради этой схватки он зашёл так далеко.

Белл ощутил, что должен внять этой просьбе. Нет, просто сбежать было бы неправильно.

Он ощутил то же самое чувство, что и в первой схватке.

Он не сбежал от той драки, не станет бежать и в этот раз.

— …

Про себя парень извинился за всё перед всеми, а после поднял оружие. Он перехватил Божественный Кинжал лезвием вниз и посмотрел чёрному монстру в глаза.

Астерий следил за подготовкой парня к бою с широкой улыбкой. Ощутив прилив зловещей радости, монстр задрал голову к ночному небу, к луне, которая их освещала.

— УООООООООООООООООО!!!

Его рёв сотряс небеса.

Короткий сигнал прозвучал к началу битвы.

— Рёв прозвучал очень даже близко!

Разведчик Паствы Локи схватил ртом воздух, услышав рёв. Несколько авантюристов искали противника, их нервы были на пределе. Поскольку застройка этого района была плотной, они не смогли уследить за передвижениями монстра с крыш. Спрыгнув на землю, разведчики бросились на рёв.

Их товарищи, отправленные в погоню по земле, возможно уже заметили монстра, но тревожные звоночки в головах авантюристов никак не унимались. Одна из эльфиек подумала, что происходит нечто странное, а спустя мгновенье…

Стена за её спиной с грохотом разломилась.

— ?!

Обломки камней разлетелись в разные стороны.

Вместе с обломками разнеслось облако пыли, а мгновенье спустя в проломе оказались беловолосый парень и огромный чёрный бык.

— УООООООО!!!

— Яххх!

На глазах поражённых членов Паствы Локи, Белл и Астерий сошлись в ближнем бою.

Астерий взмахнул двухсторонней секирой, Белл отступил. Парень понимал, что даже волна ветра после взмаха могла его ранить, и, действительно, после этого удара несколько авантюристов получили ранения, что указывало на огромный разрыв в характеристиках между ними и монстром.

Отбросив гордость, Белл целился в правую сторону монстра, с которой принцесса меча отсекла руку, предпочитая держаться подальше от целой левой руки, держащей Лабрис. Астерий улыбался, успешно перехватывая удары клыков кролика и предугадывая его прыжки.

— Он дерётся с чёрным минотавром!..

— Белл Кранелл?!

Секира свистела в воздухе. Попадания по земле поднимали волны обломков. Сражение парня и монстра превратилось в схватку силы со скоростью. Наблюдавшие со стороны авантюристы сжимали руки в кулаки, понимая, что им остаётся быть лишь простыми наблюдателями.

Финн приказал им не вмешиваться. Но если они будут бледнеть и стоять в стороне, это бросит тень на Паству Локи. Разве они могут сидеть и смотреть, как парень, которого они дружно осуждали, сражается в одиночку?

Желавшие битвы авантюристы последовали приказу командира и окружили Белла и Астерия. Натянулись тетивы луков, дротики были готовы отправиться в полёт, мечи вытащены из ножен, авантюристы приготовились напасть на монстра со всех сторон, но в этот момент он издал ужасающий рёв.

— УООООООООООООО!!!

Одного-единственного рёва оказалось достаточно, чтобы их остановить.

Этот рёв обладал огромной мощью. Зловещий голос монстра вызвал первобытный страх в авантюристах и остановил их на подходе. Авантюристы второго уровня попадали на колени, авантюристы третьего просто застыли на местах.

Вы мне мешаете, будто говорил монстр. Астерий был безжалостен к тем, кого считал недостойными сражения. Отпустив рукоять своей секиры, минотавр ударил сжатым кулаком в группу авантюристов, вооружённых копьями и мечами, отбросив их в стены с такой силой, что у них из ртов потекла кровь.

Эльфийские лучники, авантюристы третьего уровня, попытались рассредоточиться, но чёрный великан настиг их в одно мгновенье. Слёзы застыли в их глазах, когда они увидели нависшую над ними чёрную тень.

— Эй!

Будто напоминая монстру кто его противник, Белл напал на монстра, нанеся ему удар кинжалом в бок.

Астерий улыбнулся и отвернулся от Паствы Локи, и вернул Беллу удар, подхватив Лабрис снова. Эльфы уставились на Маленького Новичка, которого, в отличии от них, не сковал ужас.

Я знаю этот рёв.

Для Белла в этом звуке не было ничего необычного.

Он преодолел этот страх, впервые отправившись в авантюру, и не мог позволить себе поддаться ему во второй раз.

Подняв чёрный и алый кинжалы, авантюрист кинулся на яростного монстра.

— А куда делись горгулья и остальные монстры?!

Под раздающиеся вдали рыки минотавра и громкие удары, положение на площади наконец начало проясняться. Авантюристы начали кричать друг на друга. Казалось, будто крылатые монстры воспользовались хаосом и исчезли.

В пустынном углу площади суетились Вельф и остальные члены Паствы Гестии.

— Ну и что за чертовщина это была?! — рыкнул Вельф.

Он и Микото окутали своими вуалями Гроса и остальных Ксеносов, сделав их невидимыми и, тем самым, вытаскивая их из передряги. Впрочем, Вельф едва сдерживал свой гнев.

— Л-люди…

— Думаешь, я так просто забуду, что ты только что чуть меня не убил?! — закричала Лили.

— Вельф-сан, Лили-сан, потише, пожалуйста! — проговорила явно пытавшаяся справиться с эмоциями Микото.

— Сейчас не время и не место… — добавила Харухиме. Она могла лишь наблюдать за перепалками со стороны.

Гестия стояла в стороне, пытаясь оценить ситуацию.

Почему Паства Локи не заняла площадь? Они бросились в погоню за минотавром?

Богиня пыталась догадаться о причинах подобного поведения, слушая отдалённые звуки сражения Белла с чёрным зверем.

— Харухиме, ты отдала Виене окулюс, правильно?

— Да, ками-сама! Когда мы расставались, я отдала ей свой окулюс.

— Отлично, — сказала Гестия, сжимая руку в кулак.

Это значит, что они могут связаться с Ксеносами, у которых есть ключ. Так они смогут переправить Гроса и других крылатых монстров в Кносс.

Гестия крикнула в свой окулюс.

— Белл, не сдавайся!

— В смысле, делай, что можешь, ладно? Члены Паствы Локи и все остальные авантюристы следят только за тобой. Прости, я знаю, что это очень опасно!

Переданный синим кристаллом на нарукавнике Белла наказ не вызвал у него волнения. Он сконцентрировался на битве. Стоит ему отвлечься, и он умрёт. Он станет добычей Лабриса. За долю секунды сказанные Гестией слова впитались в его разум и отошли в сторону.

Он силён!..

Снова и снова Лаббрис угрожал его жизни, но Белл держался с правой стороны монстра, направляя кинжал в место, в котором когда-то была правая рука монстра. Минотавр раскусил план парня. Его навыки и стратегия боя значительно улучшились с момента первого сражения. Монстра глодало чувство, похожее на нетерпеливость.

В то время как Беллу приходилось продумывать свои действия, минотавр полагался на грубую силу.

Белла замедляли его сомнения, он в очередной раз приблизился к правой стороне противника и снова прицелился в слепую зону монстра.

— Кух!

— ?!

Монстр использовал огромное лезвие своей секиры, чтобы прикрыться, а сам топнул ногой. Земля сотряслась под ногами Белла, заставив его потерять равновесие. В следующее мгновенье Астерий ударил Лабрисом. Белл уклонился, ответив на этот удар пинком, и отпрыгнул.

Секира срезала кончики белых волос, капли крови добавились к поту на теле авантюриста.

Каждый сантиметр тела противника был смертельным оружием. Любое попадание могло убить Белла. Парень сотрясся от страха, минотавр ухмыльнулся, будто пытаясь сказать авантюристу, что у него нет времени на подобные мелочи, и взмахнул алыми рогами.

— УААААААААА!

Белл поднял нарукавник для защиты, но с мощью удара ничего поделать не мог.

В воздух взметнулись искры, раздался скрежет металла, Белл подлетел над крышами зданий. Астерий не отстал от парня и вскоре нанёс по нему могучий удар ногой.

— ААааа!

Белл скрестил руки, чтобы защитить тело бронёй из двойного адамантина. Мир перед глазами парня начал мелькать, он принял удар в полную силу.

Он слышал треск собственных костей, его глаза закатились. Этот удар снова отправил его на площадь.

— А? Ааааааааааааааааааааааа!!!

Тело человека со скоростью пули описало в воздухе дугу, приближаясь к округлой площади на бешеной скорости. При приближении Белла оставшиеся на площади люди содрогнулись.

Парень приземлился и покатился по земле, подняв облако пыли.

— Б-Белл?!

Гестия уставилась на парня, вернувшегося слишком быстро округлившимися глазами, но её крик оборвался треском мостовой под ногами прыгнувшего следом за парнем Астерия.

— Аааааааааааааааааааа!!!

По площади снова прокатились громкие крики.

Возвращение чёрного монстра вызвало новую волну криков и хаоса в толпе людей. Взрослые кричали от страха, дети начали всхлипывать, а оставшиеся на ногах авантюристы бросились к монстру. Они пытались сделать хоть что-то. Возможно, ужас горожан тронул даже жёсткие сердца авантюристов, и они бросились на защиту женщин и детей. Забыв о страхе, они со всех сторон кинулись на Астерия.

Но тут монстр взревел снова.

Мощь Астерия сокрушила всех авантюристов до единого. Он разобрался со всеми авантюристами, как делал это уже десятки раз. Оружие разбивалось на части, кровавые брызги поднимались в воздух, даже сильнейшие из находившихся на площади авантюристов падали на землю в одно мгновенье, будто число нападавших для монстра не значило ничего.

Оука и Чигуса, оставшиеся рядом с горожанами, для их защиты окаменели, наблюдая за кровавой сценой. Паства Гестиипыталась помочь сбежать Гросу и остальным Ксеносам, а Эйна, как и другие работники Гильдии, застыли от страха.

Как и дети.

Лай, Фина и Рюю были среди группы сирот, ещё не ушедших с площади. Они следили за действиями монстра из толпы.

Огромный, однорукий, покрытый кровью монстр был самой зловещей вещью, которую они когда-либо видели в жизни. А то, как он раскидывал авантюристов, словно ветер осенние листья, стало для детей величайшим кошмаром. Они не могли разобрать, что отлетало вместе с телами авантюристов, их оружие, или человеческие руки.

Ужасающий монстр отличался от горгульи и прочих крылатых зверей, которых они видели минутами ранее.

Аааа…

В глазах Лая отражался смертельный вихрь.

Если попытаешься его коснуться, умрёшь. Такова была природа вещей, которые он видел своими глазами.

О главарях этажей ему доводилось только слышать, разумеется, он мог себе их только представлять. И сейчас перед ним было само воплощение главаря этажа.

Естественно, подобное зрелище запугало детей до смерти. Они не могли отвести взгляды и посмотреть на что-то другое.

— Уооо…

Меньше минуты потребовалось минотавру, чтобы растоптать авантюристов, потом он посмотрел в глаза детей.

Лай ощутил, будто что-то вытянуло из него всю надежду. Фина и Рюю ощутили, что у испытываемого ими страха нет пределов. Почему-то время неестественно замедлилось, дети ощутили, как холодная рука ужаса сжимает их сердце.

— Бегите отсюда!!! — закричала Мария. Толпа отрезала её от детей, и она не могла до них добраться. Но дети её не слышали. Поглощённые взглядом монстра они не могли пошевелить и пальцем. И, как и дети, авантюристы, оставшиеся для защиты мирных жителей, лишились воли. Никто не сделал шага, чтобы защитить детей от зверя. Монстр сделал первый шаг к Лаю, Фине и Рюю, будто пытаясь что-то найти. Но стоило детям подумать, что их сердца разорвутся от всепоглощающего страха…

— …Яххх!

Беловолосый авантюрист, подняв столп пыли, врезался в чёрного монстра.

— !!!

Появление Белла привело детей в чувство. Белые волосы колыхнулись в такт фиолетовому разводу, направленному в монстра. Парень сжимал чёрный кинжал в одной руке, и красный в другой.

Столкнувшись со своим соперником, минотавр снова ощутил прилив радости.

— АААААААААААА!!!

— УООООООООООООО!!!

Лай увидел. Эта сцена отпечаталась в его памяти.

Из головы Белла текла кровь, отчего по его лицу стекал красный ручеёк. Он отличался от бледных, дрожащих авантюристов. Никто не мог выстоять перед монстром, кроме Белла. Он стал единственным, кто добровольно бросился в этот смертельный вихрь.

— А…

Выражение на лице Белла не было похоже ни на одно, которое Лай видел раньше. Он видел парня жалким, напуганным, плачущим и не знающим, что делать. Лай считал, что Белл его предал, но воспоминания о проведённом вместе времени всё равно его радовали. Сейчас Белл не был похож на того Белла.

Это…

Перед Лаем было лицо мужчины. Лицо мужчины, который идёт навстречу опасности.

Это… авантюрист.

Мальчик не сводил с Белла взгляда. Его руки и ноги дрожали. В груди что-то загорелось. Лай не знал, что это за чувство, будто он сейчас разрыдается, но одну вещь он знал наверняка: Белл Кранелл не был ни трусом, ни предателем. Он авантюрист.

— !..

Лай открыл рот, пытаясь заговорить. Он пытался произнести что-то, что хотел сказать долгое время.

Лай видел, что Белл погружается в отчаянье, и хотел перед ним извиниться, но он не мог найти подходящих слов. Его горло будто стянула какая-то нить, которая не давала Лаю говорить.

Фина и Рюю чувствовали себя так же. Они стояли рядом с Лаем, слёзы текли по их щекам.

Лай пытался заставить себя произнести слова, слёзы мешали ему видеть, что происходит. В этот момент раздался голос.

— ВПЕРЁЁЁЁЁЁЁЁЁЁЁД, МАЛЕНЬКИЙ НОВИЧООООООК!!!

Грубый голос разнёсся по площади.

— !

— Сделай его! Убей треклятую твааааааарь!!!

Голос принадлежал Морду, авантюристу-негодяю.

Он и его товарищи не лезли в бой, но наблюдали за происходящим покраснев, сжимая кулаки. Морд сплюнул и продолжил подбадривать сражавшегося парня.

Посмотрев на Морда, Лай ощутил, что нить, которая мешала ему говорить, спала. Мальчик сжал кулаки, закрыл глаза и крикнул во весь голос:

— Победи его, братеееееец!!!

— Это же…

Озадаченно осмотревшись Гестия заметила начавшие происходить изменения.

— Белл! Братец!

— Да! Ты сможешь!..

— Отправь его в аааааааааад!..

Громогласные крики Морда сопровождались криками Фины и Рюю. Авантюристы Паствы Ганеша пытались вывести людей с площади, но, услышав эти крики, люди остановились.

Все осознали, что происходит нечто поразительное.

Одинокий авантюрист боролся с огромным монстром и его громадной секирой двумя миниатюрными кинжалами. Авантюрист в последний момент уклонился от удара, расколовшего землю, прыгнул и нанёс свой удар.

Горожане выдохнули от этого зрелища. Работники Гильдии потеряли дар речи. Другие авантюристы сжали кулаки. Перед ними разыгралось настоящее сражение. Битва между человеком и монстром, на кону в которой стоят их жизни.

— Белл!..

Эйна никак не могла перестать шептать его имя.

Все, следившие за тем, что происходит, осознали одну и ту же вещь.

В это бою нет ни точного расчёта, ни честолюбия. Это было волевое сражение. Сражение, подгоняемое только жаждой победы.

Сейчас никто бы не подумал заклеймить Белла «врагом всех людей».

Оскорбления и подозрения потеряли всё своё значение перед лицом этой битвы.

Схватка была смертельной.

Вид авантюриста, храбро столкнувшегося в битве с ужасающим монстром, имел гораздо большее значение, чем тысячи извинений и объяснений. В рёве чёрного зверя и вторящего ему авантюриста не было фальши.

— Давай… — наконец прошептал какой-то человек.

— Борись! — крикнул зверочеловек.

— Не сдавайся! — воскликнула девушка-эльфийка.

Все они хотели подбодрить авантюриста, сражающегося с ужасным монстром посреди площади.

Отдельные слова превратились в целую лавину криков.

— !!!

Побледневшие мирные жители кричали, срывая горло. Работники Гильдии превращали отдельные выкрики в слова поддержки. Авантюристы поднимали в воздух кулаки. Все они кричали, чтобы поддержать Белла.

Все видели в отважной схватке парня отражение героев прошлого.

Приключение…

Крики наблюдателей звенели в ушах Белла, уклонявшегося от Лабриса, его движения стали точнее и быстрее.

Сердцем он обратился к тому, с чего начал.

Я хочу пуститься в приключение.

Голоса, звучавшие на площади, казались далёкими. Всё, кроме его противника, исчезло из его поля зрения.

Замешательство и нерешительность исчезли.

Он забыл о Ксеносах, об Айз, о будущем. Он забыл обо всём, что его волновало, и сконцентрировался на битве, которую вёл. Он вложил сердце и душу в схватку с противником, который ему улыбался.

Он этого хотел, как хотел и его враг.

Белл инстинктивно осознал, что жажда победы как-то связана с его существованием. Эта схватка нужна ему для спасения Ксеносов, чтобы достичь того же уровня, что и девушка, которой он восхищается, чтобы приблизить будущее, о котором мечтает Виена. То есть, эта схватка ради силы.

Вперёд, навстречу смертельной опасности снова!!!

Красный кинжал в последний раз звякнул, отражая мощный удар Лабриса. Люди вскрикнули, когда Ушивакамару раскололся на части.

Прости. Спасибо. Я должен идти дальше.

В то же мгновенье парень использовал Вспышку освободившейся рукой, обдав пошатнувшегося минотавра алыми всполохами.

Белл взревел.

Рёв монстра и парня был слышен по всему Району Лабиринту.

— Эй, ты что делаешь?!

— Амазонка-Рассекательница!

— Если сделаешь ещё хоть шаг, мы тебя не пощадим.

Тиона с двухсторонним клинком наготове уставилась на четверых полуросликов перед собой. Она была на краю площади, на которой кипела битва, дальше её не пускали.

— Уберись с дороги!!! — крикнула Тионэ

Ей тоже мешали пройти. Авантюрист первого ранга Аллен Фромель стоял на её пути. Он отражал удары кинжалов кукри копьём.

— Что за чертовщина тут творится?! — крикнула она, приходя в ярость от неожиданного препятствия, отделяющего её от чёрного минотавра.

— Очевидно, разве нет? — ответил коточеловек, одаривший её ледяным взглядом. — Разве ты не видишь, как мальчик становится мужчиной? — сплюнул на землю он.

— Да ты сам хочешь его прикончить, — бросила в ответ Тионэ.

Вдалеке от Тионы и Тионэ, пришедших с западного края площади, на крыше восточной стороны стоящий на крыше вервольф Бете мрачно прищёлкнул языком.

Скривив лицо, он наблюдал за сражением беловолосого парня.

Айз стояла рядом, не произнося ни звука.

Двое молодых эльфов охраняли её и Бете, у светлого эльфа был белый меч, у тёмного эльфа — чёрный. Они держали оружие наготове. Они также следили за боем.

— …Это ты его сюда привёл, так ведь, Оттар?

Финн стоял неподалёку, повернувшись к воителю-зверочеловеку Оттару. Он вздохнул.

Ответом полурослику послужило молчание.

Авантюристы Паствы Фреи удерживали командиров Паствы Локи. Вдобавок, отряд под командованием Оттара не давал обычным членам Паствы Локи вмешаться в бой. Потому никто не поспешил на площадь, когда явился минотавр.

— Я лишь исполняю приказ своей богини.

Оттар повернулся к площади и швырнул свой меч с края крыши. Огромный кусок металла, словно подхваченный ветром, воткнулся прямо в центре площади у ног Белла и Астерия.

И человек, и монстр уставились на оружие. В следующее мгновение Белл прыгнул к мечу, схватив его рукоять и вытащив его из земли.

Бешеный бык взревел от радости, будто понимая, что финальная часть сражения претворилась в жизнь.

— Ях!!!

— УООООООООО!!!

От столкновения меча с Лабрисом посыпались искры. Битва разгорелась с новой силой, наблюдатели погрузились в неё ещё сильнее.

— Ха-ха-ха… Интересно, что сейчас почувствовал Гермес!

Фрея наблюдала с вершины Вавила, башни в центре города. Сидящая на высочайшем здании в городе богиня пожирала битву глазами.

— Может это назначенная ему лично судьба? Или какое-то чудо? Что бы ни послужило ответом… я благодарна.

Она была рада, что колесо Фортуны повернулось именно так, что встреча между парнем и монстром произошла. Прекрасная богиня слегка прикусила указательный палец. Она отдала поручения всем своим детям лишь для того, чтобы увидеть эту битву.

С восхищением она следила за столкновением незапятнанной души с яростным быком.

— Кто бы мог подумать, что я увижу эту схватку снова!

— Да ладно… что вообще происходит? — пробормотал Гермес.

Асфи сняла Голову Аида и появилась перед своим богом на вершине баши в Районе Лабиринте.

— Всевышний Гермес… ситуация вышла из-под контроля. Всё погрузилось в хаос, и Ксеносы от меня ускользнули.

Гермес ничего не ответил. Он озадаченно смотрел на площадь.

Сцена, на подготовку которой он убил кучу времени, оказалась разрушена. Его задумка не сработала.

Асфи поражённо смотрела на своего покровителя.

Налетевший порыв ветра сорвал с божества дорожную шляпу. Гермес ухмыльнулся, запустив руки в оранжевые волосы:

— Всё пошло прахом!..

Один-единственный монстр разрушил план, над которым он работал. Погрузившись в ранее неизвестное ему отчаянье, божество стиснуло зубы и взглянуло на минотавра с неприкрытой ненавистью.

Но, в то же время, он увидел парня, и его взгляд наполнился радостью.

— Вот чёрт. Ладно, такой исход я могу принять. Я проиграл! Но как я мог предположить такой сценарий?

С площади доносились боевые кличи, ободрение и молитвы. Люди были так увлечены сражением между парнем и зверем, что забыли о побеге. Ненависть и отчаянье сменилось волнением.

Даже если бы всё прошло согласно плану Гермеса, вряд ли исход был бы настолько хорош. Бог не смог бы вызвать у людей на площади такие яркие эмоции. К тому же, когда парень сражался с горгульей, он делал это через силу и страдание.

Всезнающий и всемогущий бог, которым должен быть Гермес, не смог подстроить ничего подобного. То, что случилось, было лучше любого настоящего приключения.

— Ты этого добивался? Этого ты хотел, Зевс? Ты исчез из Орарио, потому что это предвидел?!

Стоящая за его спиной Асфи вздохнула. Они с Гермесом также погрузились в битву, сияющую так ярко, что окружающая тьма отступала.

— Только тот, кто способен сопротивляться божественной воле, может сиять так ярко!

Миру нужен герой. Нужен клинок, который рассечёт тьму древности, свет, который принесёт новые мечты, рёв, который сотрясёт эту уродливую, но благородную жизнь.

Ему не нужна марионетка, танцующая под дудочку богов, потому что такая марионетка не сможет разрушить тысячелетия стагнации царства смертных.

Миру нужен новый миф, история, порождённая незапятнанной волей.

— Выходит… этот чёрный зверь путеводная звезда, которая опалит руку кукловода и укажет ему путь?

Меня выставили на посмешище.

Гермес вздрогнул от унижения, наблюдая за сценой, затмившей его божественную волю.

— Планы Мудреца, стратегии Храбреца, заговоры богов… такая мощь любого сокрушит.

Гермес прищурился, заглатывая последние остатки своего стыда.

— Какая прекрасная, чудесная смертельная схватка… — его голос был наполнен уважением к схватке человека и монстра.

Подобные сцены описывают в героических сказаниях, они цепляют людей за живое и никогда не отпускают.

— Ой!..

Как и обычные люди в толпе, Гестия дрожала и прижимала руки к груди. Среди людских спин ей лишь изредка удавалось увидеть спину Белла, сражающегося с чёрным монстром лицом к лицу.

— Сударыня Гестия! — крикнула Лили.

— …Идём! Оставим Беллу минотавра! Не будем путаться у него под ногами!!! — ответила Гестия. Сейчас необходимо отвести скрытых вуалями Ксеносов в Кносс. Прикрываемые неистовой битвой, проводимой членом их Паствы, Паства Гестии рискнула жизнями, чтобы сделать то, что нужно было сделать.

Прежде чем покинуть площадь, Гестия бросила последний взгляд в её центр. Новое сказание, создаваемое Беллом прямо сейчас, отпечаталось в её памяти.

Кто-то в мире, где-то произнёс:

— В царстве смертных всё не так уж плохо.

Множество историй, созданных детьми царства смертных, принадлежат детям, но всё же божества дёргали за ниточки. Это неизбежная истина.

Но.

Сколько бы нитей не навязывали боги, нашёптывающие смертным из теней, сколько бы они не пытались переписать историю, как им нравится, находились непослушные дети, которые их не слушали. Они портили спектакли, большинство из них совершали ужасные ошибки и вызывали непрекращающийся смех. Но, иногда, это приводило к достижению непередаваемой гармонии.

Они превращали постановочные спектакли, в непревзойдённые импровизации.

— Всегда именно вы, дети, удивляете нас и весь остальной мир.

Где-то, кто-то улыбнулся.

Схватка Белла и Астерия становилась жарче.

В Орарио не осталось ни единой души, которая не услышала бы раздающиеся в Районе Лабиринте боевые кличи. В этих криках не было ужаса или сожаления, совсем наоборот, в них слышался безграничный восторг.

Даже обычные жители, сжавшиеся от страха в своих домах, распахивали ставни и залезали на крыши. Они переглядывались и безмолвно указывали пальцами в сторону площади на востоке Района Лабиринта.

Страсти накалялись.

Больше всего это было заметно по богам, танцевавшим от радости, тени этой радости виднелись по всему городу. И тогда…

— Они перемещаются!!!

Белл пригнулся под удивлённые крики горожан, а потом, используя все силы, которые предоставляли ему его характеристики третьего уровня и, разметав камни мостовой, взмыл в воздух, надеясь не вовлечь в битву наблюдателей. Разумеется, Астерий последовал за ним.

Две пары ног приземлились на крышу, а сразу после этого раздался громогласный удар Лабриса. Парень побежал.

Астерий не сводил взгляда с Белла, он бежал к выходу из Района Лабиринта. Два силуэта неслись друг за другом по крышам.

Где мы можем сразиться?!

Улочки, переулки, восточная главная улица мелькали перед глазами Белла. Работники Гильдии и эвакуируемые, занимавшие дороги, ограничивали парня в выборе. Наконец, он увидел перед собой открытое пространство…

— …Иди сюда!

Будто ведомый голосом прекрасной богини, сидевшей на вершине огромной башни, Белл остановился в Центральном Парке, в самом центре города.

— А?

— Маленький Новичок?! А это что такое?!

Толпа авантюристов, охранявших Вавил, с удивлением смотрели на связанных боем Белла и Астерия.

Вид чёрного минотавра их поразил, но, когда начальное ошеломление прошло, они попытались присоединиться к бою, минотавр в ответ взревел, будто крикнув: «Отвалите!» — и авантюристы первого и второго уровня тут же застыли.

— Держитесь подальше!

— Быстрее! Убегайте!

Очень немногие авантюристы из центрального парка остались на ногах. Крики раздавались со стороны улыбавшихся божеств. Повинуясь поглощённым радостью богам и богиням, авантюристы побежали, оттаскивая своих потерявших сознание товарищей.

— Ганеша?!

— …Помогайте тем, кто без сознания! Ильта, не вмешивайся! Наша задача эвакуировать оказавшихся слишком близко горожан!

Члены Паствы Ганеша, охранявшие Вавил, повиновались своему божеству и приступили к спасению людей. Рыжеволосая амазонка Ильта выразила злость, но, несмотря на это, приступила к спасательной операции.

Божества устраняли любое потенциальное вмешательство в этот бой.

Восточная сторона Центрального Парка превратилась в поле боя для хаотичной схватки Белла и Астерия.

— Яяяяя!!!

— УООООООО!!!

Меч сталкивался с секирой снова и снова. Снова и снова металл скрежетал о металл, искры поднимались в воздух.

Будто привлечённые звуками схватки авантюристы и жители города устремляли взгляды к Центральному Парку. Они следили за битвой с крыш зданий и из окон всех высоких башен города.

Каждый раз, когда кровь лилась из ран монстра, жители содрогались. Каждый раз, когда Белл оказывался подброшен в воздух, авантюристы хватались за рукояти оружия и подавались вперёд.

— Убей монстраааааа!!! Да! Вот таааааааак!!!

— Заткнись, Морд!

Последовавшие за Беллом и монстром с площади авантюристы снова начали подбадривать его криками. Эйна была среди работников Гильдии, также прибежавших к Центральному Парку, несмотря на риск. С помощью Оуки и Чигусы она забралась на крышу здания неподалёку от парка и следила за боем.

— Вам отсюда видно? — спросил Оука.

— Да, всё видно, спасибо!

Даже те из авантюристов, которые собирались нарушить приказы богов и атаковать монстра, просто подбадривали Белла. Зверолюди опустили луки, эльфы не начинали читать заклинания даже поднимая посохи, все, кто собирался прикончить минотавра, опускали оружие и следили за боем, начавшимся в Районе Лабиринте.

— …Так! Прикончи его! — кричали они.

Словно пытаясь показать свой двух авантюристы кричали одни и те же слова поддержки.

— Господин Кранелл… — прошептала Лю, прибежавшая на край парка.

— Ого… что я тут вижу! — улыбнулась стоявшая рядом с эльфийкой Айша.

Дафна и Кассандра содрогались, наблюдая за лицом парня, сражавшегося против ужасающего чёрного создания.

— Что пацан делает?.. — бросила Дафна.

— Боже!.. — вздохнула Кассандра.

— Паству Вельфа кроме как «занятной» и не назвать, — сказала Цубаки, прищурив не скрытый повязкой глаз.

— Белл… если так пойдёт и дальше, ты умрёшь! — сказала Нажа, сжимая левой рукой серебряный протез.

Крики наполняли воздух, жители, боги, авантюристы, все следили за схваткой одинокого парня и монстра.

— !!!

— УУУУУУУУУУУУУУУУУУУУУ!!!

Белл и Астерий не уступали друг другу, пытаясь выжать все свои силы до капли.

Руки Белла ныли от веса огромного меча. Но он не обращал на это внимания. Несмотря на боль, растекавшуюся по его костям, он ощущал, будто может двигаться вечно. Жгучая боль лишь подстёгивала его и добавляла силы его ударам.

Он отправил в Астерия рассекающий удар, после использовал силу встречного удара минотавра для вращения, чтобы ударить с другой стороны. Лабрис снова заблокировал меч и пущенную отчаивающимся Беллом огненную вспышку.

Лезвие топора скользнуло по нарукавнику парня, расколов окулюс на тысячи осколков.

— …Чёрт!

Экипировка Белла разваливалась часть за частью. Заклёпки на нарукавнике разлетелись, его поверхность покрывали глубокие царапины. Пластины, служившие импровизированными наплечниками, сорвало от ударов Астерия. Даже грязь под ногами минотавра становилась угрозой, потому что ноги Белла по ней скользили.

Всё тело Белла было окрашено в красный.

Но кровь была не его.

Кровь лилась из ран Астерия с каждым мощным ударом. Минотавру не просто не доставало руки, он был на грани смерти. Его тело было покрыто порезами, каждый из которых мог быть смертельным.

Если бы не это, Белл умер бы в самом начале боя. Если бы у минотавра были обе руки, если бы он не был при смерти…

Астерий подошёл к этой битве после встречи с Айз, после того как многие авантюристы нанесли ему раны. Он прошёл очень долгий путь.

Если бы противник Белла был здоров, парень не продержался бы и минуты. Он силён. Он безумно, неестественно силён.

— УООООООООООООО!!!

Лабрис и чёрный кулак, который его держал, полетели в Белла, неспособного принять такой удар.

За спиной Астерия Белл видел Дикса, видел Айз, своего идола, которую он не мог даже коснуться в бою. Он видел Виену, обратившуюся в пепел, потому что ему не хватило сил её спасти. Он увидел свою беспомощность.

За Лабрисом он видел копьё Дикса, меч Айз, слёзы Виены. Это пробудило видение в его сердце.

Я хочу стать сильным, так я смогу превзойти этого достойного противника… и превзойти собственную слабость.

Я хочу стать сильным, тогда я смогу победить этого достойного противника… и никогда ничего не терять.

Стать сильным, как герой.

Как герой, который может защищитить тех, о ком беспокоится.

Как герой, который может выдержать натиск реальности.

Я хочу быть… героем.

— ВАААААААААААААААААААААА!!!

Белл взревел.

Он выжал из своего тела все возможные силы, бросившись к миру света.

Он бежал изо всех сил по белому полю, охваченный белым жаром к чёрному минотавру, ожидавшему его на другой стороне.

— ?!

Левая нога парня оттолкнулась от земли с такой силой, что его силуэт размылся в глазах наблюдателей.

Его противник не успел ответить на головокружительную скорость парня вовремя. Меч врезался в броню монстра, но на этом Белл не остановился. Парень нанёс множество ударов в броню монстра.

— УООООО!

Будто лишённый терпения Лабрис, отбил меч Белла, отправив авантюриста высоко в воздух.

Зрители вскрикнули, но Белл не растерялся и нанёс противнику удар ногой, используя отбросившую его силу. Он нанёс удар снизу вверх, нога ударила Астерия в подбородок, застав монстра врасплох. Белл обратил своё тело в оружие и впился в него своими кроличьими когтями. Астерий выдержал пинок в голову и от авантюриста первого ранга, но следующее действие противника поразило даже его.

Зависший в воздухе с поднятой ногой Белл вытянул к нему руку:

— Вспышка!

Шесть последовательных залпов.

— …У?

Взрывы прогремели с такого убийственного расстояния, что все авантюристы разом сглотнули. Эта атака лишила Астерия глаза.

Взрывные волны откинули Белла от монстра. Приземлившись, парень снова побежал на Астерия, разогнавшись до полной скорости. Правой рукой он занёс над головой меч, а потом, используя несколько шагов разгона, нанёс рассекающий удар.

— УГО?!

Диагональный разрез.

— УО?!

Горизонтальный удар в движении.

— ООООООООООООО?!

Апперкот.

Три вспышки света. В этот раз броня минотавра слетела, и огромное тело испустило брызги крови.

— УООООООООООООООООООООООООООООООО?!

Авантюристы и боги кричали от восторга, увидев, что Белл нанёс прямой удар, задействовав все свои способности.

Астерий, левый глаз которого был закрыт, а тело получило сильную рану, улыбался.

Молчаливое, могучее выражение, нисколько не тронутое криками толпы.

Парень сражался яростно, как никогда. Он снова бросился вперёд, его меч наполняла решимость.

Ноги Астерия скользнули по земле, подняв брызги грязи.

Белл налетел на него с ослепительной скоростью.

Они поняли, что происходит, их глаза блеснули перед последним столкновением.

— !!!

Решающий момент.

Крик парня и рёв зверя смешались. В их криках не было никакой грации, это были крики двух жадных до победы противников.

Упорство сошлось в поединке с силой.

Серебристое двухстороннее лезвие прикрыло тело монстра от удара меча, ногой он откинул сошедшегося с ним в клинч парня. Меч и секира разошлись в стороны, но встретились снова мгновеньем позже, заставив разлететься искры.

Секира скользнула по плечу Белла, брызнула кровь.

Правой рукой Белл запустил огненный снаряд в тело монстра, а в ответ вся экипировка Белла оказалась повреждена из-за неестественной мощи его противника.

Божественный Кинжал и алые рога сыграли роль в последней части столкновения, помимо меча и секиры в воздухе появились фиолетовые и алые следы.

В схватке воли и упрямой решимости благородству не было места.

Ни один из бойцов не давал противнику послаблений.

Авантюристы инстинктивно уклонялись, будто от ударов. Обычные жители вздрагивали. Божества улыбались и не переставали радоваться развернувшейся перед ними сцене. Безмолвно крича все следили за боем. Собравшиеся у Центрального Парка люди затаили дыхание, перестав кричать.

Серебряные глаза прекрасной богини полыхнули.

Бледная полуэльфийка, содрогаясь, следила за каждым движением.

Все, чьи пути пересеклись с парнем, едва могли дышать, когда схватка подошла к завершению.

Они наблюдали, как парень и монстр подводят последнюю черту под этой схваткой.

— УООООООООООО!!!

— Уфф!!!

Лабрис нанёс могучий удар по занесённому для защиты мечу.

Ноги Белла оторвались от земли, он отправился в полёт, как какое-нибудь пёрышко. Как только его спина коснулась мостовой, он откатился и увидел перед собой Астерия.

— УУУУ!

Их разделило около десяти метров.

Будто ожидавший этого момента Астерий выбросил Лабрис из левой руки, топор разметал камни мостовой неподалёку. Рука монстра оказалась на земле, он опустил голову.

Наблюдавшие за сражением авантюристы разволновались. Минотавр готовил для удара своё самое смертельное оружие — рога.

Монстр готовился к броску, полагаясь на чистую мощь, ноги минотавра впились в землю.

Белл уставился на противостоящего ему чёрного быка, выделявшегося на фоне ярко-белой башни. Одно мгновение потребовалось парню, чтобы выставить перед собой меч.

Он собирался встретить минотавра лицом к лицу своим геройским ударом.

Зазвенели колокольчики, вокруг парня начали собираться искры света.

— !!!

Для использования навыка он представил себе аргонавта, которому хотел подражать.

Аргонавту хотелось стать героем и, для того чтобы им стать, ему пришлось бороться с судьбой.

Белл представил эту необычную героическую историю, занося меч.

— …

— …

Красные рога отражались в его глазах. В глазах монстра отражались возникшие искры света.

Их взгляды встретились. В них читалась воля, сбросившая все оковы. Секунда, казалось, растянулась на целую вечность.

Их конечности выли от боли, сердца жаждали столкновения, дух пылал.

Красные глаза Белла смотрели в глаза Астерия.

— ААААААААААААААААААААААА!!!

— УОООООООООООООООООООО!!!

Они бросились навстречу друг другу.

Не проиграй!

Впервые Эйна молилась не о том, чтобы сражение закончилось, а о том, чтобы Белл победил.

Авантюрист и минотавр превратились в снаряды, которые в коротком броске разметали землю под ногами.

Горожане, божества и авантюристы разом взревели.

В одно мгновенье бешеным рывком противники сократили расстояние.

Белл потратил на зарядку двадцать секунд. Он взмахнул мечом. Прицелившись в рога противника Белл, использовал белый свет для своей атаки.

Одно мгновенье.

Всего мгновенье понадобилось парню, чтобы осознать, что разрушительное красное свечение его противника сокрушило его белый свет.

Это мгновение прошло.

Он проиграл.

Его героическая атака оказалась сокрушена.

Его тело жутко содрогнулось и оторвалось от земли.

— …

Над Орарио повисла тишина.

Тело Белла подлетело в том месте, в котором он столкнулся с Астерием, кровь брызнула из его рта.

Взгляды побледневших зрителей с ужасом смотрели за отлетающим парнем и разлетающимися осколками серебристого клинка.

— Б-Белл…

Эйна приложила руки ко рту. Время для неё будто замерло.

— УОООООООООООООООООО!!!

Монстр, сокрушивший сильнейшую атаку парня, издал победный рёв и победно вскинул руку. Через секунду остановившись он бросился к месту, в которое падал Белл. Будто бешеный бык он не дал Беллу упасть на землю и подбросил его снова.

— Ээээях!

Чёрная рука схватила Белла, и парень снова закашлялся кровью. Астерий побежал к высокой белой башне.

— В укрытие!! Бежим!!!

Группка авантюристов Паствы Ганеша, защищавших двери в башню, со всех ног кинулись убегать, осознав куда направляется монстр.

Мгновенье спустя монстр снёс двери огромной башни.

— ?!

Держа Белла левой рукой Астерий нёсся по огромному залу на первом этаже Вавила. Он ударил Лабрисом, который держал в той же руке, что и Белла, по накрытой стальной крышкой дыре в Подземелье. Сила удара проломила его, а парень сполна ощутил её действие на себе.

Парень полетел вниз, он был всё ближе к огромной дыре в земле под фундаментом здания. Дыра уносила его в Подземелье.

Он падал, падал и падал.

Откашливаясь кровью, сопровождаемый странным чувством падения он летел рядом с обломками пола. Видневшийся на первом этаже Вавила лунный свет остался позади.

Бам!

— Уф!

С громким стуком парень рухнул на первом этаже Подземелья.

По его телу словно пробежал электрический разряд, на несколько секунд он потерял сознание.

Придя в себя, он ощутил, как на него обрушилась жгучая боль, убившая бы его в одно мгновенье, если бы он не поднял характеристики чуть раньше. Откашлявшись кровью, парень открыл глаза.

Он лежал на спине, в дыре над собой он заметил слабый лунный свет, проникавший сквозь пробитые двери на первый этаж Башни Вавил. В башне было темно, возможно удар монстра заставил погаснуть лампы с магическими камнями. Часть спиральной лестницы также обрушилась.

Белл неподвижно лежал на обломках. Удар, возможно, повредил и этот этаж Подземелья, потому что на стенах виднелись трещины, и они светились тусклее обычного. Парень ощущал себя в пещере, освещаемой лунным светом.

Осматривая темноту над своей головой парень заметил, как на него упала огромная чёрная тень.

— Белл…

— !..

Прозвучавший звук не был похож на рёв монстра, это были слова, сказанные человеческим языком. Белл нашёл в себе остатки сил, чтобы повернуть голову. Чёрный минотавр стоял над ним с видом победителя.

— Теперь мы квиты… — произнёс Астерий, смотря на разбитого парня.

Белл посмотрел на него в ответ.

— В следующий раз… — произнёс минотавр-воитель. Он потерял одну из рук и не мог открыть глаз, а всё его тело покрывали раны. Он прижал Лабрис к груди.

— В следующий раз мы закончим.

Астерий улыбнулся и поднял взгляд.

— УОООООООООООООООООООО!!!

Он издал победный клич… и исчез.

Перед Беллом больше ничего не было.

Минотавр исчез в тёмных глубинах Подземелья.

— …

Белл опустил голову на груду обломков. Воцарилась тишина, будто прошедший бой был каким-то далёким сном.

«Определённо, наверное, восстановление Подземелья будет в приоритете, — подсказал Беллу его затуманенный разум. - Новых монстров из стен не появится, а низкоуровневые монстры, вроде гоблинов и кобольдов попрятались из страха перед шумом и рёвом. Я точно буду в порядке, даже если буду долго здесь лежать».

Он ощущал себя будто в парящим в мягком, пушистом сне. Битва с монстрами казалась совершенно нереалистичной. Единственным, что не давало сбежать от реальности происходящего, была непроходящая жуткая боль, сковывавшая всё тело парня.

— …Я проиграл, — прошептал он, смотря в огромную дыру, уходящую к поверхности и видимому на потолке лунному свету.

Белл перевёл взгляд на заменяющий небо потолок первого подземного этажа.

— Интересно… все ли Ксеносы… удалось ли Гросу сбежать…

Окулюс в его руке был уничтожен. Он не мог связаться с богиней, но был уверен, что члены его Паствы обо всём позаботились. У них должно было получиться, потому что он с Астерием стали приманкой.

Выходит, в этом бою был хоть какой-то смысл.

— …Что же, я рад, что всё так закончилось.

Из-за того, что его драка привлекла внимание всего города, Виена, Лидо и остальные смогли вернуться в Подземелье.

Если бы он победил, Астерий бы умер.

Если бы он не проиграл, минотавр не вернулся бы к своим родичам в Подземелье.

Так даже лучше.

— Я рад, что проиграл…

Победа или поражение не имеет значения.

Всё к лучшему…

— …Враньё.

Пробормотал себе под нос Белл:

— …Это всё ложь.

В его тихом голосе слышалось разочарование. В носу засвербило, перед глазами всё смазалось.

Слёзы потекли по щекам.

— Я не рад что проиграл!..

Он был разочарован.

Разочарован так сильно, что ему хотелось умереть.

Если отбросить Ксеносов, его задание и всё остальное, он был полностью раздавлен.

Белл хотел побить Астерия. Он хотел побить старого врага, который появился перед ним снова и потребовал реванша.

Как авантюрист и как мужчина, он хотел побить достойного противника.

Он отчаянно пытался сдержать свои жалкие всхлипы, но независимо от его желаний они вырывались изо рта.

Он вспомнил слова Астерия.

В следующий раз мы закончим.

Ещё не всё потеряно.

Встретив Ксеносов Белл растерялся, а Астерий дал ему причину сражаться дальше.

В следующий раз я приду, чтобы тебя убить.

Не отставай.

Стань сильнее.

Астерий дал ему причину расти дальше.

— …Гах!..

Я обещаю.

Однажды я создам место, в котором все мы можем жить вместе, чтобы это случилось, с этого момента я буду делать всё, что могу…

Он вспомнил свои слова. Он дал обещание.

И это обещание нужно держать. С этого момента он должен прилагать больше усилий… он должен сделать больше.

Больше, гораздо больше.

Если он хочет сдержать обещание Виене, если хочет разобраться с Астерием, ему придётся стать гораздо сильнее.

Так он поставил перед собой ещё одну цель.

Белл нашёл, что ему нужно сделать, кроме погони за своим идолом.

Всё, что ему нужно делать, сейчас стало связано.

Тогда я достигну её уровня.

Тогда никого, о ком я беспокоюсь, никогда не убьют.

Тогда я одержу победу в следующий раз.

Я стану сильнее.

Я стану гораздо сильнее.

Тогда я никогда не буду проклинать свою беспомощность.

С этого момента плакать позорно.

Плакать бессмысленно.

Нужно выплакать всё сейчас, чтобы завтра снова побежать.

— Вааааааааах!!!

Белл прикрыл глаза рукой и прекратил сдерживать всхлипы.

— Белл!!!

Эйна бежала.

Когда монстр исчез в Вавиле с Беллом, она прорвалась сквозь толпу рядом с Центральным Парком быстрее всех остальных.

Задыхаясь и размахивая руками во время бега, она неслась к белоснежной башне.

— Постойте, пожалуйста, это опасно! — крикнул стражник из Паствы Ганеша.

Но она не обратила внимания на предупреждения и вбежала сквозь выбитые двери в Вавил.

За стенами её ждала огромная дыра в полу, ведущая под землю. Осознав масштабы разрушений, Эйна побледнела.

Этот удар ведь пришёлся не в него, правда?

Девушка заглянула в дыру.

Внизу, у входа в Подземелье она увидела белые волосы. Неведомая сила пронесла её по ступеням, ведущим вниз. Она спускалась, пролёт за пролётом. Впервые она пожалела, что не получила Фалны. Если бы у неё были характеристики, она бы бросилась в дыру и оказалась с парнем в одно мгновенье.

Лампы с магическими камнями были сломаны, Эйна постоянно спотыкалась в темноте, но, несмотря на это, она ни разу не остановилась.

Наконец она ступила на покрытый обломками пол Подземелья. Несмотря на повреждения, девушке удалось благополучно спуститься.

— Белл! Белл?..

Она нашла его покрытым кровью и пылью, но парень дышал… и плакал.

Огромные слёзы текли из-под руки, прикрывавшей глаза, а тело содрогалось от всхлипов. Он плакал позорно, жалобно и очень искренне.

— Белл…

Он рыдал.

Это не было похоже на детские всхлипы, которые она видела уже не раз, куда больше это походило на горькие мужские слёзы. Настоящие слёзы, которые идут из глубины сердца.

Грудь Эйны болезненно сжалась, когда он увидела незнакомого Белла.

Она не знала, что сказать, но ей хотелось что-нибудь сделать, она тихонько подошла к нему и села на колени на землю. Эйна обхватила его правую руку своими, а потом очень сильно её сжала.

Эйна осознала, что что-то было затронуто в её сердце.

Сладкая, болезненная дрожь с которой она не могла бороться.

В тусклом свечении, напоминающем свет луны, Эйна сидела рядом с Беллом, пока не подоспела помощь.

----------

Эпилог. И вот я снова побежал

Том 11. Эпилог. И вот я снова побежал

[[image:/storage/reader-images/3134c0b990a69ced00b9f145335cf95c49394222.jpg]]
Люминесцентный свет слабо развеивал тьму.

Фелс стоял перед монстрами в огромном зале, освещаемом лампами с магическими камнями.

— Прости за всё, Фелс. Из-за нас тебе пришлось через многое пройти…

— Не стоит так говорить, Лидо. Я знал во что ввязываюсь, когда брался за это задание. По правде говоря, поначалу меня терзали сомнения.

— …Не важно, Фелс, спасибо тебе.

Ящерочеловек протянул огромную монструозную руку, а Фелс потряс её покрытыми перчаткой костяными пальцами. Собравшиеся вокруг Ксеносы также выражали свою благодарность.

Они находились в одном из скрытых укрытий Ксеносов в Подземелье. Несколько дней прошло с длительной схватки в Районе Лабиринте, за это время Лидо и остальные успели благополучно вернуться туда, где их ждали остальные родичи.

— Даже ты смог вернуться, Грос… Твоей удаче сам чёрт мог бы позавидовать, — добавил Лидо.

— …Да, умереть у меня не получилось, — ответил горгулья.

— Не говори так! — прикрикнула Рей.

— Я этому рада, Грос! — сказала Виена.

Фелс смотрел на переговаривавшихся между собой монстров с уважением.

После битвы Лидо, Виена, Грос и остальные смогли воссоединиться снова. Члены Паствы Гестии во главе со своей богиней довели крылатых монстров до Кносса, за что им были безмерно благодарны. Но те в ответ утверждали, что всё получилось только благодаря Пастве Фреи, сдержавшей Паству Локи.

Однако, это стало возможно только благодаря битве парня с минотавром. Если бы хоть что-то пошло не так, если бы не Белл и Паства Гестии, помогавшие им, встречи монстров бы не состоялось.

— Спасибо за то, что исцелил всех нас своей магией. Ты сделал для нас очень многое. Кстати, у меня есть одно очень старое зелье, принадлежавшее авантюристу, если хочешь… — предложил Лидо.

— Я всего лишь кучка костей, мне его не выпить… Лидо, а что насчёт него?

Помимо остальных Ксеносов Фелс исцелил израненного минотавра и даже смог вернуть на место оторванную руку, которую хранили во льду. После этого Астерий бросил Фелсу слова благодарности и исчез.

— Он вернулся на Глубинные Этажи… тренироваться дальше.

— …Вот как.

— Он сказал, что ему нужно стать сильнее, чтобы закончить всё раз и навсегда.

Чёрная роба Фелса колыхнулась, когда Лидо заговорил о воителе-минотавре, нашедшем свою мечту. Маг подумал о Белле, любимце судьбы как в хорошем, так и плохом смысле. Его можно назвать несчастным созданием.

— …Что же, Лидо. Я ухожу. У Урана появилось несколько новых поручений.

— Я понимаю… Фелс!

— ?

— Когда вернёшься на поверхность, скажи Беллу…

— …

— …Нет, ничего. Я хочу сказать сам. В конце концов, я обещал, — сказал Лидо, на морщинистом лице ящерочеловека возникла улыбка.

— Да, так будет лучше, — кивнул Фелс.

— Фелс!

— Что такое, Виена?

— Скоро увидимся! В следующий раз, надеюсь, Белл будет с нами! — сказала вуивра, расплываясь в улыбке.

— …Конечно, ещё увидимся, — ответил Фелс, сожалевший, что не может улыбнуться Ксеносам в ответ на прощание.

Неспособность улыбнуться миру, который Белл и Паства Гестии спасли, раздражала, однако, это раздражение было лишь признаком благодарности, которую скелет не мог выразить лицом.

Хаос на поверхности, вдали от Подземелья, продолжался ещё какое-то время.

Очистка Улицы Дедала была тому примером. Трущёбы пытались восстановить как можно быстрее, чтобы лишённые домов жители могли поскорее вернуться домой. Проводилось огромное количество работ: от установки временных жилищ, до отправки работников Гильдии и авантюристов для успокоения жителей. К счастью, горожан успокаивало участие в работах Паствы Локи. Ройман, глава Гильдии, по слухам был погребён под горами бумажной работы, начиная ещё с реконструкции района удовольствий.

О судьбе монстров, явившихся на поверхность, распространялись фальшивые слухи.

Люди говорили, что пока Белл Кранелл сражался с чёрным минотавром, Паства Локи была занята устранением остальных монстров. Эти слухи были распущены по приказу Урана, знавшего всю историю от начала до конца. Даже Ройман не знал всех подробностей об этом тайном распространении дезинформации. Паства Локи, чья гордость пострадала во время инцидента, на удивление, не стала противиться распространяемым слухам.

Разумеется, у командиров разных Паств и прочих авантюристов первого ранга было своё мнение на этот счёт, но они не мешали объявлениям Гильдии. Фальшивая добыча, якобы оставшаяся после монстров и выставленная в Главном Отделении Гильдии, заставляла остальных авантюристов лить горькие слёзы. Божества притворялись грустными от кончины монстров, и это окончательно убедило городских жителей в правдивости случившегося.

Что же до парня, который стал центром всеобщего внимания…

— Не то, чтобы всё пришло в норму, но, кажется, Белл восстановил репутацию среди детей. Как и в конце «Битвы».

— Вот как? — произнесло старое божество.

Гермес сидел перед Ураном и докладывал о случившемся.

Он снова принёс с собой деревяшки, усевшись перед алтарём, освещаемым четырьмя факелами.

— Хоть Белл и упустил минотавра, люди его превозносят. Сражение оставило глубокий отпечаток.

Гермес содрогнулся, упомянув о бое парня, который, разумеется, он видел от начала до конца. По крайней мере, больше в Белла никто не тыкал пальцем. А дети даже смотрели на него как на своего маленького героя. Остальные авантюристы начали относиться к нему с уважением и почётом, они наконец признали Белла, как одного из своих товарищей.

Всё благодаря сражению его с минотавром.

У Астерия не было намерений восстанавливать репутацию Белла. Он вообще ничего об этом не знал. Он искал только встречи со своими соперником.

Благодаря его действиям, впрочем, авантюристы и простые городские жители своими глазами увидели непоколебимую тягу Белла к сражению и то, что парень может убивать. Эти вещи, несомненно, стали в их глазах реальны.

Гермес закончил вырезать фигурку Астерия и его двухстороннего топора, поставив её на шахматную доску вместе с кроликом.

— …В этот раз меня перехитрили. Вынужден признать. Если под свою дудочку меня заставила плясать Фрея, она, должно быть, довольна, только вот…

Гермес бросил взгляд на фигурку минотавра и злобно ухмыльнулся. Он поднялся, свёл руки вместе и смотрел на Урана.

— Мой отчёт закончен. У тебя остались вопросы?

— …Могу я положиться на тебя в следующий раз?

— Если пообещаешь, что Белл не будет втянут в дела с Ксеносами снова, то я не против помочь. Сейчас, когда раскрылось существование Кносса, нам не стоит ссориться. Но, позволь спросить… Тебя действительно всё устраивает?

— После ухода Зевса и Геры под моим командованием находятся ограниченные силы. У меня нет выбора, — деловым тоном ответил Уран. Он должен играть роль стабильной власти для публики.

— Понял, — сказал Гермес, поднимая обе руки. — После случившегося я наверняка разонравился Гестии и Беллу. Придётся опустить голову и восстанавливать доброе имя.

— …

— …Впрочем, мои планы не изменились.

Он собирался действовать в интересах своего героя.

Божество надело на голову дорожную шляпу, которую держало в руках. Взгляд его оранжевых глаз говорил Урану о том, что в будущем их интересы снова могут разойтись.

— Прошу прощения. Если останусь дольше, боюсь снова вызову вашу неприязнь.

Гермес покинул Часовню Молитв, по лестнице поднявшись на поверхность.

Вскоре раздался звук сдвигаемой стены. Из теней явился Фелс.

— Я вернулся, Уран… Кто-то здесь был? — спросил маг, увидев шахматную доску у алтаря.

— Заходил Гермес.

Несмотря на то, что Фелс никак не проявил эмоции, пауза между его фразами сказала о многом. Спустя несколько секунд, Фелс вздохнул:

— Я благополучно сопроводил Ксеносов до их убежища. Во время происшествия на поверхности не пострадало ни души.

— Вот как?

Феос посмотрел в глаза бога, голубые будто небо.

— Разумеется мы не можем продемонстрировать ценность существования Ксеносов. Проблема заключается в том, что переубедить жителей поверхности непросто. Нам предстоит длинная дорога, — сказал Уран.

— В свете последних событий их мечта могла стать ещё менее выполнимой, — честно ответил маг в чёрной робе.

— Впрочем, есть в этом и хорошие стороны

Фелс кивнул на слова древнего бога.

— Всевышний Гермес вряд ли примет Ксеносов… но я выбираю тот же путь что и он, Уран.

Множество разных эмоций слышалось в голосе, прозвучавшем в зале. Бессмертный глупец, чья плоть и кровь давно исчезли, проговорил в треске факелов:

— Я тоже готов поставить всё на этого мальчика.

— Чудесное возвращение Маленького Новичка живым… Авантюрист, выстоявший в битве один на один с жутким монстром…Ненавижу переменчивых людей!

Вельф скользнул взглядом по развёрнутым свиткам и вздохнул с явным раздражением.

— Разве это не здорово, Вельф-сан? Ходившие о Белле слухи были развеяны, — сказала Микото.

— И теперь горожане не смотрят на нас с осуждением. Вы выглядите так, будто в чём-то перед ними провинились… но это ощущение со временем пройдёт, — добавила Харухиме, пытаясь утешить своего товарища, читавшего заголовки листовок, разлетевшихся по всему городу.

Теперь, когда Паства Гестии совершила то, что должна была совершить, напряжение, царившее в гостиной, исчезло.

— Авантюристы, следившие за Сударем Беллом, тоже наконец пропали, — сказала Лили, смотревшая в окно большой общей комнаты.

— Да, а я была уверена, что, когда мы вернёмся домой, ничего ценного уже не останется… а нас даже не обокрали, — бросила сидевшая на диванчике Гестия.

Проводив последних Ксеносов в Кносс, после выполнения главной задачи возвращаясь домой авантюристы и богиня были уверены, что найдут двери сорванными, а окна разбитыми, однако ничего не случилось. Кто-то явно обыскал их поместье, но признаков кражи не было. Ничего важного не повредили и не украли, будто какая-то сильная Паства присмотрела за их домом, пока их не было.

— Значит всё снова как было раньше…

— …кроме них.

Микото закончила начатую Лили фразу. Их взгляды осмотрели гостиную, будто пытаясь найти тень девушки-дракона. Даже Лили не могла скрыть того, что ей не хватало одного их членов их тёплого семейного круга. Через несколько секунд взгляды сошлись на Харухиме.

— Ты в порядке, Харухиме? — спросила Гестия.

— …Да. Мы встретимся снова, — ответила девушка широко улыбаясь. — Мы пообещали.

Микото наблюдала, как девушка-ренарт тихонько прижимает мизинец к груди. Всё закончилось, заботы ушли и осталась лишь надежда.

Скромное чувство завершённости охватывало небольшую семью.

— О Белле сейчас надо бы побеспокоиться… — прозвучал в гостиной, в которой не было парня, голос Вельфа.

Харухиме и Микото переглянулись, Лили повернулась к Гестии:

— Сударыня Гестия, а сударь Белл?..

— …Да.

Гестия подняла взгляд в потолок, прищурив синие глаза.

— Сегодня тоже… — пробормотала она.

Налетел порыв ветра.

Утренний ветер задул с восточной стороны.

Белл ощутил холодный бриз, пробежавший по его коже, стоя на городской стене, его взгляд был устремлён к центру города, огромной белоснежной башне.

Рассвет осветил безоблачное небо. Первые блики солнечного света заиграли на золотых волосах.

Рядом с Беллом стояла девушка.

— Айз, вы?..

— Да… Доброе утро.

— …Почему вы пришли?

— Не знаю… Я подумала, что если приду, могу найти тут тебя.

— Правда?

— Да.

— …

— …

— Послушайте.

— ?

— Вы не могли бы снова учить меня сражаться?

— …После всего, что случилось?

— Да.

— …

— …

— …А ты коварный.

— …Простите.

— …

— …

— …Хорошо.

— …Правда?

— Да… у тебя такие же глаза.

— ?

— Такие же, как у меня, в зеркале.

— …

— То есть… немного другие… Не странные, как у меня. Они красивые.

— …Ха-ха.

— …Почему ты засмеялся?

— П-Простите.

— …

— …

— Я… у меня дела, так что не знаю, когда я смогу тебя учить.

— Хорошо… спасибо вам.

— Не за что.

— …

— …

— Знаете…

— Что?

— Я… хочу стать сильнее.

— …Правда.

— Да.

— Я пойду.

— …Увидимся.

— Ладно.

Золотовласая девушка которой он восхищался удалилась, освещаемая рассветным солнцем.

В этот раз он не смотрел, как она уходит.

Он смотрел гораздо дальше.

Он смотрел на белоснежную башню, касающуюся небес, и подземный лабиринт, дремлющий внизу.

В Подземелье, где его ждёт обещанная последняя битва.

— …

Парень обхватил дрожащий мизинец и задумался о ноющей боли в своих ранах.

Он повторил данную собой клятву и отвернулся.

Он снова побежал.

----------

Послесловие автора

Том 11. Послесловие автора

Андромеда справилась за две ночи.

Самая настоящая Мисс Андровсесильная.

Что же, от Андромеды и не такого можно было ожидать.

Мне кажется, в этом томе ей досталось больше всех работы.

Я занимался лёгкой атлетикой. Однажды, тренер сказал мне и моему товарищу по команде что мы напоминаем ему Тома и Джерри. Думаю это потому что во время долгих забегов, ближе к концу, мы отбиались от остальных и пытались перегнать друг друга у финишной черты. (Мне доставалась роль Тома).

Я помню последние сотни метров до финишной черты, он размахивал руками, делал длинные шаги, земля летела из-под его ног, помню как он оставлял меня позади. Я старался изо всех сил, но, всё же, он меня обгонял. Зрелище было просто кошмарное. Мне до сих пор снятся подобные сны и я просыпаюсь в поту. Думаю, тот товарищь по команде был моим соперником.

Всё остальное время мы хорошо общались и даже порой вместе обедали. Но в дни заьега, я искал в программе имя моего "Джерри" и когда его находил решительно старался ему не проиграть.

Порой соперники это неплохо.

Может термин "достойный противник" звучит слишком уж круто, но благодаря существованию таких людей можно ставить себе новые цели и выполнять их, одну за другой. Можно даже сказать что минотавр, одновременно герой и достойный противник для Белла, единственная причина по которой арка Ксеносов началась в девятом томе... Мне определённо хотелось создать соперника герою. Завершив эти три тома я принял решение что никто кроме минотавра не может стать ему соперником. Надеюсь он согласится сыграть для Белла эту роль в дальнейшей истории.

А теперь мне хотелось бы перейти к выражению признательности.

Я хочу выразить свою благодарность моему редактору ТК Отаки, главному редактору ТК Китамуре, присоединившемся к команде для работы над этим томом, а также Ясуде Сузухито за создание прекрасных изображений. Мою глубочайшую признательность я также хочу выразить другим людям помогавшим в работе над этой книгой. А также всем читателям, взявшим эту книгу в руки, тысячекратное вам спасибо.

Также я очень благодарен людям работавшим над ограниченным изданием аудиокниги на CD которая была выпущена к Тому 11.

Поначалу я собирался продолжить третью часть событий истории после завершения истории Ксносов, но завершив этот том решил что стоит устроить отдых. Повлиял на это и тот факт, что история Ксеносов заняла куда больше чем я поначалу ожидал, продлившись целых три тома.

Как бы там ни было, следующие тома начнут новую главу, в которой я снова хотел бы вернуться к исследованию Подземелья. Надеюсь, вы присоединитесь ко мне в этом сказании.

Спасибо за чтение и до новых встреч.

Фуджино Омори.

----------

Послесловие переводчика

Том 11. Послесловие переводчика

Всем добра, с вами в очередной раз Kristonel.

Вот и подошла к концу очередная арка данмачи. Кстати, третий сезон аниме только на подходе. В этот раз я его сделал... хотя бы в этот раз.

Так, обещанное горение по поводу "Вуивры". Начну издалека.

Возможно вы, уважаемый новый читатель, не поймёте о чём речь, ибо Виена всегда для вас была "Вуиврой". Дело в том, что изначально я называл подвид Виены "воивр", по произношению слова которым обозвали её английские локализаторы данмачи, а правильней было бы перевести это слова как "Виверна", ибо оказалось, что с французского это слова пареводится именно так. Я довольно хреново знаю французский, потому что НАФИГ ФРАНЦУЗСКУЮ КУЛЬТУРУ. Простите, личная неприязнь. Так вот, хотелось бы мне продолжить использовать свой вариант, или назвать Виену виверной, но, какой-то старый мудрый переводчик перевёл роман, на главную героиню которого очень похож персонаж Виены и, скорей всего отсылкой на который она является назвал роман на русском языке "Вуивра".

Всё, конец долгой запутанной истории. Я не захотел ломать отсылку и мне пришлось называть виену по корявому аналогу перевода с французского.

Кстати, в паре частей финалки (серия Final Fantasy) я встречал как воивров, так и виверн, в форме разных монстров. Чёрт бы побрал эти превратности переводов.

В общем, спасибо всем кто остаётся с моим переводом несмотря на запутанные (порой) формулировки. Очень вам благодарен что вы и до моего потока сознания добираетесь. А ещё большее спасибо всем, кто поддерживает меня финансово. Я могу держать темп переводов только благодаря вашей материальной помощи.

Задать мне вопрос можно в твиттере, мои переводы там выходят пот тегом #Кристычнапереводе.

Наша команда Japit Comics переводит много всяких штук, поглядите, может чего и понравится.

Ещё я обитаю в нашей группе в дискорде. Выбираете нужный смайлик в #faq и попадаете в наш дружный и не всегда чятик. Когда главы, почему перевод такой вялый и корявый всегда можно спросить там.

Если у вас есть возможность подать бедному независимому переводчику сделать это вы можете подписавшись сюда: https://www.patreon.com/Kristonel

А также отправив денежку на эти адреса:

Qiwi: +79237177586

WMR: R532697894558

ЯД: 410012644267696

Mastercard: 5559 4936 9992 2374

Ещё раз, спасибо за внимание.

----------

Начальные иллюстрация

Начальные иллюстрации

[[image:/storage/reader-images/d86fc17c1e74a2665a9a286994b6d411fc9df0e2.jpg]]

[[image:/storage/reader-images/85ac4605a7e1d49663e3eeb2d34c5e84457c2f83.jpg]]

[[image:/storage/reader-images/8d041b70b6faba1e16d23df64602e4ddfa51f723.jpg]]

----------

Пролог. Божества кровь Паствы истории

Пролог. Божества кровь Паствы истории

[[image:/storage/reader-images/4acb774cc748a827d1d3494cc2405feaa0daefc5.jpg]]
Капля крови упала, от неё разошлись волны.

Долгих тысячу лет назад это называлось церемонией.

Смертный сосуд получал каплю божества, начав взбираться к новому уровню. Некоторые считают, что этот ритуал позволяет постичь будущее, даёт людям силы для сокрушения зла и прохождения великих испытаний.

Но слышавшие эти слова боги смеялись, говоря, что не стоит всё усложнять.

Кровь всего лишь стимулятор, её не назвать даже причиной. Она лишь пробуждает запечатанный в смертных потенциал и открывает безграничные возможности, пределы которых не дано предугадать даже богам. Это смертные отправляются в бесконечные путешествия, лицом к лицу сталкиваясь с приливными волнами, ливнями и бурями. Это они преодолевают безграничные моря, держа путь к горизонту.

Одни божества просят прощения за то, что навязывают свою волю детям. Другие избегают этой темы, говоря, что всем родителям радостно следить за ростом своих детей. Третьи молятся о герое, способном вынести на своих плечах ношу целой эпохи.

Веками божества прокалывали себе пальцы, держа в мыслях свои цели и принося в этот мир свою кровь.

С давних времён и по сей день…

От упавшей капли крови поднялись волны света, кожа человека задрожала словно превратившись в водную гладь, спокойствие которой нарушила кровь. Снова по плоти побежали чёрные символы. Символы были подобны словам оракула, плывущим сквозь священное пламя. Тонкие пальцы повторяли очертания символов, закрепляя их, будто эпитафии.

Иероглифы.

Используя экселию, незримую запись поступков детей, вместо чернил рука божества направляла Фалну и придавала ей новую форму.

Будто она записала новую историю.

Будто она перевернула страницу.

Ей нравилось это чувство. Её сердце трепетало, фрагменты истории заполняли пустую страницу. Прочесть эту историю первой было её особой привилегией. Это сокровище она не позволит украсть у неё никому. Она дорожит этим больше, чем чем-либо другим.

Будто дитя, с горящими глазами слушающее сказку, она легонько улыбалась, находясь рядом со звездой этой истории.

А потом она перевернула страницу.

На его спине были записаны истинные имена божества и члены её Паствы, рядом с их символом, пламенем.

Наконец, она перестала двигать руками и убрала их от его спины.

Закончив с записью истории, богиня заговорила с радостью, из её груди словно вырвался затаившийся там давно вздох облегчения:

— Поздравляю, Белл… Ты получил новый уровень.

----------

Том 12 Глава 1

Глава 1. Кролик всё ближе

[[image:/storage/reader-images/1f98d71830c71d4969efbcb257241e382433c0b9.jpg]]
— Спасибо.

Белл поднялся и поклонился Гестии.

— Получается, чтобы перейти с третьего на четвёртый уровень тебе понадобилось два месяца? Последнее поднятие уровня отняло у тебя один месяц, получается, поднимать уровни становится всё сложнее… И, всё же, скорость твоего роста просто поражает.

— Эм… прости.

— А за что ты извиняешься?

Гестия и Белл были в одной из комнат Поместья Домашнего Очага. Получив от обновлявшей его характеристики Гестии бумагу с записями, Белл пересел на край кровати. Она сидела у него за спиной. Просматривая записанный на Коине текст, парень оставался спокоен и тих, а точнее — задумчив.

Он не выказал никакого удивления, узнав, что поднял уровень.

Возможно, он ощущал, что нечто такое должно случиться, он ощутил, что сосуд расширился до новых пределов.

В конце концов он пережил смертельную схватку со своим величайшим соперником.

— Белл.

— Да?

— Тот чёрный минотавр… Астерий, кажется? Он… силён?

— …Да.

Парень кивнул и потерялся в собственных мыслях.

Гильдия определила подвид чёрного минотавра, официально он был причислен к подрасе чёрных носорогов, созданий с глубинных этажей. Его отнесли к монстрам седьмого уровня. За его голову назначили огромную награду, поскольку за время своего пребывания в городе он причинил немало разрушений, а также сразил множество авантюристов, включая некоторых членов Паствы Локи, за что его отнесли к категории Монстров Рексов.

Белл не смог победить Астерия, но сражался с ним один на один. Авантюрист третьего уровня сражался с монстром седьмого уровня и выжил. Это, несомненно, великое свершение. Оно и стало причиной поднятия уровня Беллом, несмотря на то что он проиграл Астерию.

Но в его случае…

Гестия задумалась о случившемся в целом. Это поражение, должно быть, стало для Белла чем-то особенным. Как и было сказано Фреей на прошлом Денатусе, некоторая экселия несёт в себе особый смысл, и это один из таких случаев. Посмотрев на погруженного в воспоминания Белла, опустившего глаза, Гестия ощутила, что не может в этом ошибаться. Вторая схватка с минотавром пробудила потенциал парня. Кроме как судьбой, это не назвать.

Разумеется, фундамент для поднятия уровня был заложен задолго до схватки с Астерием. Столкновение с Паствой Иштар, достижение двадцатого этажа Подземелья и битва против охотников вместе с Ксеносами. Получив третий уровень Белл не переставал накапливал высококлассную экселию, что и стало основой для поднятия уровня.

Битва с Астерием была лишь последним рывком.

— …Кстати, насчёт твоих характеристик… Как обычно они сбросились, и счётчик снова идёт с ноля. Способность была всего одна, поэтому я сразу тебе её даровала для поднятия уровня. Ты же не против?

— Да, хорошо.

— И ещё, наверное, ты уже заметил… у тебя появился новый навык.

Гестия избавилась от задумчивого настроения и рассказала Беллу об обновлении его характеристик. Парень кивнул, будто услышал нечто важное, но это была вся его реакция. Гестия бросила взгляд на его спину.

Белл Кранелл

Уровень 4

Сила: I 0 Защита: I 0 Ловкость: I 0 Проворство: I 0 Магия: I 0

Удача: G Иммунитет: H Побег: I

Заклинания:

Вспышка — Заклинание быстрого действия.

Навыки:

Liaris Freese — Быстрый рост:

— Чем дольше обладатель настроен решительно, тем дольше действует навык;

— Чем сильнее решительность обладателя, тем быстрее рост.

Аргонавт — Заряжается автоматически в процессе активного действия.

Убийца Быков — В сражениях с минотаврами все характеристики значительно увеличиваются.

Для начала, новой способностью Белла стал Побег.

Согласно предоставленной Гильдией информации эта способность значительно увеличивает скорость при уклонении. Проще говоря, она позволяет быстрее сбежать от опасности. Она появляется только на уровнях выше четвёртого и является очень редкой… Впрочем, в какой-то степени её можно назвать позорной, потому что появляется она только в случаях, когда авантюрист проявил себя в сбегании от различных опасностей в прошлом.

Если подумать, с самого первого уровня до настоящего времени за Беллом всегда что-то гонялось. От минотавров и сереброгривов, до авантюристов Паствы Аполлона и Паствы Иштар. История Белла — это история его побегов.

Гестия это знала и приняла способность, появившуюся для поднятия уровня у Белла. Какое-то время она провела в раздумьях, но в конце концов развитие подобных способностей явление редкое, и их лучше всего брать, если они доступны.

Куда интереснее был появившийся у парня третий навык.

Убийца Быков — это навык убийства, а значит, он эффективен только против отдельных видов врагов.

Можно было даже не задумываться об объяснении, почему этот навык появился. Инстинкты, потенциал парня и его воля проявляли себя в смертельной схватке с его старым врагом. Скорее всего этот навык позволит Беллу проявить всю свою силу при сражении с Астерием и другими минотавроподобными монстрами. Он станет Убийцей быков и на бумаге, и на практике.

Гестия молча читала надписи характеристик, а потом медленно отвела от них взгляд.

— …

Белл, наконец, вырвался из своей задумчивости.

В отличие от прошлых поднятий уровня, он уже не прыгал от радости, как малое дитя. Но, хоть выражение на его лице и было спокойным, он уткнулся в записи на бумаге, забыв обо всём на свете. Приняв свою новую силу, он погрузился в мечты, будто представив нечто далёкое.

Гестия ещё никогда таким его не видела.

Он изменился', подумала про себя богиня.

Однобокое желание «стать сильнее» всё ещё было в нём сильно. Но ощущения, которые он вкладывал в эту цель, стали совсем иными.

Он наконец начал разбивать окружающую его раковину.

Возможно, так можно описать какое ощущение он производил.

— Ты правда… становишься всё круче и круче.

— А?

— Нет, ничего.

В отличие от неизменных божеств Белл эволюционировал и Гестия соврала бы, если бы сказала, что ей от этого не становится немого одиноко. Но это чувство перебивалось ощущением искренней радости, как богини-покровительницы, так и девушки, следившей за развитием парня.

— Белл, послушай.

— ?..

— У меня есть ещё одно имя, которое символизирует, что я делаю, что-то вроде титула… Веста.

— Веста…

— Так и произносится. На языке богов это слово означает «священное пламя».

— …А почему ты мне об этом рассказываешь?

— Даже не знаю. Посмотрела на тебя, и захотелось рассказать.

Белл поднял взгляд, а Гестия слегка улыбнулась. После она подняла взгляд к потолку, прикрыла глаза, и улыбка на её лице стала шире.

Звуки шагов разносил нежный ветерок.

День в Орарио выдался не слишком тёплым и не слишком холодным. Идеальная температура. Летняя жара спала, налетающий прохладный ветерок, щекочущий кожу, говорил о приближении всё ещё далёкой осени. Скоро должен начаться сезон сбора урожая.

С такими мыслями я разглядывал пейзаж за городом, зелёные поля, просторную равнину и крутые горы вдали.

Снова я поднялся на городскую стену. Последние несколько дней после обновления характеристик ноги будто по привычке несли меня сюда сами собой.

Может так мне хотелось донести до подземного лабиринта, в котором меня ожидает финальная схватка… донести, что я поднял уровень, и наконец туда отправиться.

— …Чтобы двигаться дальше, мне нужно отдохнуть?

Отдохни телом и душой.

Вот что сказала мне Гестия после завершения случая с Ксеносами.

Когда Паства Икелоса начала действовать около десяти дней мне не было покоя. Сейчас я свободен от этой ноши. Надо бы погрузиться в расслабление. Это ведь тоже часть работы авантюриста. Всевышняя была права, когда говорила, что воину очень важно отдыхать. Благодаря этому совету моё тело почти оправилось.

Кроме физического состояния почти всё моё оружие было уничтожено или потеряно. Сейчас наш кузнец, Вельф, загружен работой, он чинит и заменяет мою экипировку. Впрочем, он был очень доволен, сказав, что ему нравится возможность создать новые вещи. Так что помимо отдыха сейчас идёт подготовка нового снаряжения.

Честно говоря, мне сложно сидеть сложа руки.

Я обещал себе, что стану сильнее, и сейчас эта клятва завывала в груди.

Но пока, как и сказала Всевышняя, я должен отдыхать. Нужно сдерживать свои нетерпеливые порывы и подготовиться к новым схваткам. Передо мной возник образ чёрной спины моего противника, и я взглянул на ладони.

…Странное ощущение.

Я до ужаса спокоен, и от этого спокойствия мне не по себе. Раньше я не мог бы усидеть на месте и бросался сломя голову ко всему, что может помочь мне стать сильнее. Но сейчас я так спокоен и собран, что это меня удивляет.

Когда меня разбил достойный противник, сожаление и разочарование меня переполняло, я разрыдался. Но после этого что-то во мне будто изменилось.

Кстати, об изменениях…

С того дня изменилось и всё, что меня окружает.

Для начала, смотревшие на меня с ненавистью горожане заметно смягчились. Это был не тот восторг, которым меня встречали после «Битвы», но, по крайней мере, меня перестали ругать за глаза и обвинять во всех смертных грехах. Лили сказала, что горожане следили за мной во время той битвы… и, по правде говоря, здороваться со мной начали гораздо чаще, особенно жадные до драк дворфы.

Но больше всего я удивился, когда Лай и остальные дети из приюта пришли к нам домой. Мария привела их к парадной двери и извинилась передо мной. Дети горячо меня благодарили. «Прости что мы наговорили тебе плохих вещей, спасибо за то, что ты нас спас, ты был таким крутым…» Совру, если скажу, что я не был рад, услышав, как Лай и Фина, краснея, искренне меня благодарят. Но, вместе с тем, мне было немного не по себе.

Лай и другие дети ничего не знали о Ксеносах. Они думали, что я спасаю их от страшных монстров. Как и остальные горожане. Лили была рядом, когда мы встретил детей и её глодало такое же чувство вины. Впрочем, эта вина была напрочь стёрта полуэльфом Рюю.

— Братец… Ты всё делал правильно. Спасибо… что дрался ради всех.

Он радостно потёрся лицом о мой живот, и его слова… меня спасли.

Как и остальные, он не мог ничего знать о Ксеносах. Но мне показалось, что он говорит, будто ему известно о существовании Виены, Лидо и остальных. В моих глазах появились слёзы, я обнял его, а после вернул к остальным.

— …

Стоя на городской стене и с удовольствием вспоминая ощущения, которые подарила мне та встреча, я ощутил порыв ветра. Медленно я обернулся.

Я ощутил и услышал шаги двух пар ног. Мгновенье спустя передо мной появилось двое людей.

Божество с оранжевыми волосами шло в сопровождении своей последовательницы, Асфи. Он приподнял свою дорожную шляпу в приветственном жесте:

— Приветик, Белл.

— Всевышний Гермес…

И тут я кое-что заметил.

— Эм… а что это за красное пятно у вас на лице? Будто вас кто-то пнул…

— Я забежал к вам домой по пути сюда… Гестия встретила меня ударом ноги с разворота.

Я покрылся потом, услышав упоминание о пинке, а Асфи издала протяжный вздох. Гермес, на чьём лице я теперь ясно видел отпечаток знакомой ноги, засмеялся пустым смехом. Но я прекрасно понимаю, почему боженька так отреагировала.

— Белл… Я хочу извиниться.

Будто читая мои мысли, Гермес выпрямился и попросил у меня прощения. Прижав шляпу к груди, он поклонился. Он выглядел безупречно, будто какой-нибудь дворянин. Я не сводил с него взгляда. Асфи заметно удивилась, явно не ожидая такого поведения.

— Я хочу извиниться за случай с Ксеносами. Я использовал Гроса и остальных монстров несмотря на то, что знал, что это тебя ранит.

Пять дней назад, когда я увёл Виену и остальных, мне пришлось сразиться с Гросом и ещё несколькими крылатыми монстрами. Я знал, что за этим стоит Гермес. Он загнал Ксеносов в угол и хотел, чтобы я уничтожил тех, кто прибыл. Не сомневаюсь, что Гестия напала на Гермеса, когда он показался у нас дома, потому что злилась на него за это.

Гермес не стал говорить мне, почему он так поступил. Он сказал только:

— Ты меня ненавидишь?

— …Не знаю, что ответить, — честно признался я. — Я не могу прости то, что вы сделали с Гросом и остальными… Но вы не раз выручали Всевышнюю и меня в прошлом. Я… не знаю, что думать.

Может он просто капризное божество, которое захотело развлечься, когда выпала возможность? Если бы он так сказал, я бы ему поверил. Но инстинкты подсказывали, что он оказывал нам помощь и придумывал заговоры не ради развлечения. Мне кажется, что делал всё ради какой-то идеи или своей собственной Воли.

Гермес выпрямился и улыбнулся, услышав мой ответ.

— Если ты меня не простишь, ничего не изменится. Тебе не нужно меня понимать. Но… возможно, я продолжу вмешиваться в твою жизнь. Наверняка сейчас ты на меня обижаешься, может будешь обижаться и потом.

— Почему? — спросил я.

— Видишь ли… я твой большой поклонник.

Мне показалось что когда-то эту фразу я уже слышал. Прямо сейчас на лице Гермеса не было его обычной приветливой улыбки. Он прищурил глаза, уголки его рта были приподняты, он показался мне настоящим божеством, присматривающим за детьми с небес.

— Как бы там ни было, я сделал то, зачем пришёл. Мне хотелось бы взять на себя ответственность за тот злодейский план. Я был раскрыт. Я уже принёс извинения Гестии, и сейчас удаляюсь.

Он приподнял шляпу и отвернулся. После, будто непредсказуемый порыв ветра он ушёл.

— Белл Кранелл… Если ты можешь смотреть на вещи беспристрастно, я попросила бы тебя не питать к нему ненависти.

Асфи осталась, на какую-то секунду переведя взгляд на удалявшееся божество, будто мать, присматривающая за причиняющим слишком много проблем ребёнком.

— Несмотря на то что он сделал, он за тебя беспокоится, — сказала она, поклонилась, и повернувшись на каблуках ушла.

Я проводил их взглядом до лестницы. В следующее мгновенье, будто заняв их место появился новый посетитель:

— …Кто бы мог подумать. Не знал, что мой визит совпадёт по времени с визитом Гермеса.

— Фелс…

— Вижу ты смог меня вычислить. Наверное, я пришёл не вовремя, как любят говорить боги.

В воздухе появился силуэт сбросившего вуаль мага. Фелс был одет в чёрный капюшон, скрывающий лицо, и перчатки того же цвета. Призрачный маг повернулся ко мне, остановившись примерно в пяти шагах.

— Ты стоял там всё это время?

— Да… Мне подумалось, что я могу впасть в ярость, столкнувшись с Гермесом лицом к лицу, потому пришлось ждать пока он уйдёт.

Кажется, со мной многим захотелось сегодня увидеться.

Похоже, Фелс не смог простить Гермеса. Он испытывал неприязнь, или, точнее, у него были какие-то сложности в общении с богами. Как бы там ни было, Гермес мог сотворить немало злодеяний. Воспоминания о очаровательной улыбке божества и всегда тщательно подбираемые слова всплыли в моей памяти.

Чёрная роба зашелестела, её владелец, Фелс посмотрел на меня.

— Итак, теперь всё улажено, и я пришёл посмотреть, чем ты занят. Как тебе кажется, ты окончательно пришёл в себя?

— Да.

— …Выражение твоего лица сильно изменилось. Новость о том, что ты получил четвёртый уровень уже достигла Гильдии… Я смотрю на тебя совсем не так, как на Белла встреченного несколько дней назад, хотя, безусловно, у меня нет глазных яблок, — пошутил скелет, глядя на меня с одобрением.

Выходит, я будто стал другим человеком… это правда? Я ничего такого сказать не могу.

Единственное, в чём я уверен, так это в том, что моё желание стать сильнее пылает ещё ярче, чем раньше.

— Белл Кранелл, могу я задать вопрос?

— Какой?

Фелс на мгновенье замолчал, а потом неспешно заговорил:

— Ты уже решил… что делать дальше?

— …

Я молчал. Чтобы догнать моего идола, сдержать данное Виене обещание, победить соперника… я знаю, что для этого нужно. Я уже всё решил. Но, чтобы обратить это в слова, мне потребовалось несколько секунд:

— Я собираюсь снова отправиться в Подземелье. Так я смогу… стать сильнее.

Ветер со свистом проносился по городской стене. Фелс смотрел на меня. Во взгляде, которым я ему ответил, не было колебаний. Маг кивнул.

— Вижу, решение ты принял… Но ещё я вижу, что ты колеблешься.

— …

— Я не хочу, чтобы ты умер. Лидо в Убежище говорил так же, сейчас это наше общее желание. И потому я хочу развеять возможные сомнения, которые у тебя остались, пусть и не до конца.

Одетый в чёрное маг поднял руку:

— Белл Кранелл, я собираюсь дать тебе причину, которая позволит тебе сражаться.

Фелс указал под ноги, куда-то далеко вниз.

— Ты обязан пройти самый глубокий этаж Подземелья. Если ты этого не сделаешь, человеческая раса и Ксеносы никогда не смогут сосуществовать.

— !..

Фелс продолжил монолог, а я молча смотрел на него.

— Конечно, мы с Ураном продолжим им помогать… Но в конце концов, если ты не справишься, вряд ли наши надежды сбудутся.

Самый глубокий этаж Подземелья.

Примерно минута мне потребовалась, чтобы эти слова наконец устоялись в моём сознании, и я осознал, о чём он говорит.

— Что… находится на самом глубоком этаже Подземелья?

Что такое Подземелье? Я уже задавал этот вопрос Всевышней. Фелс ответил мне тихим голосом:

— Твоя клятва… и способ завершить твою битву.

Слова были произнесены так тихо, что, казалось, их перехватил порыв ветра, пронёсшийся, между нами.

Фелс не стал говорить, почему я обязан покорить нижний этаж Подземелья, и не объяснил, как это связано с Ксеносами. Мне было понятно лишь то, что эти слова правдивы, и воля, вложенная в них, скорее всего, принадлежит Урану.

— Белл Кранелл, если хочешь помочь Лидо и остальным Ксеносам… найди способ двигаться дальше.

— …

— Пусть свет поможет тебе в твоём путешествии.

Закончив говорить Фелс перевернул плащ и накинул его на себя, мгновенно исчезнув. Звуки удаляющихся шагов стихли, в воздухе снова повисла тишина.

Снова оставшись в одиночестве, я повернулся лицом к городу. Огромная башня пронзала небеса, а внизу, под землёй, раскинулся огромный лабиринт.

Тринадцатый этаж Вавила, титанической постройки посреди Орарио, наполненной просторными тёмными залами. Проходит очередной Денатус.

Божества всех возрастов и полов собрались на так называемый совет, который должен вот-вот начаться.

— Кажется, последний Денатус был слишком давно, да?

— Это, потому что до того, как мы собрались Паства Икелоса с монстрами вылезла.

— Кто же будет его проводить при чрезвычайном положении?

Обычно встречи проводятся каждые три месяца, однако из-за случая с Ксеносами её пришлось перенести. Задержка вышла довольно продолжительной, и божества испытывали восторг и нетерпеливость. Некоторым даже нравилось это ощущение, и они предлагали оттянуть встречу ещё немного, хоть на это не было никаких причин.

Гермес не пришёл… Ну, может так лучше. Если бы я увидела его так скоро, может ещё раз бы пнула!

Гестия сидела за огромным столом, за которым могло устроиться и пятьдесят божеств. Она крутила головой. Она до сих пор не простила сделанное Гермесом и думала, как она справится на этом Денатусе. Она видела знакомые лица: в зал явились Локи, Фрея, Миах, Гефест, Такемиказучи и Ганеша… Кроме изгнанных Аполлона и Иштар, собрались почти те же боги, которые присутствовали на последней встрече. За три месяца случилось многое, включая конфликты её Паствы с Паствами Аполлона и Иштар. Гестия не могла не припомнить водоворот событий, случившихся за такой короткий срок в мире смертных.

— Я Ганеша!!! И ещё, я провожу эту встречу!

— Да ладно!

— Раз всем заправляет Ганеша, пойду-ка я домой…

— Погоди, погоди, не спеши!

— Итак! Я, Ганеша, перечислю события, произошедшие в городе!

Божество в маске слона вело себя довольно громко с самого начала встречи. После короткого вступления Ганеша перешёл к пересказу основных событий произошедших в Орарио и мире в целом. Несмотря на энтузиазм Ганеши, пересказ закончился, едва успев начаться.

— У кого есть вопросы? Говорите… Я с радостью отвечу на любые возникшие вопросы! — не унимался Ганеша.

Присутствующие божества, впрочем, не торопились о чём-то его спрашивать… Это очень расстроило Ганешу, посвящающего себя поддержанию мира в Орарио.

Он же не станет говорить о Ксеносах, правда?..

Гестию слегка волновала эта тема, но, похоже, Ганеша собирался держать язык за зубами.

— Прейдём к церемонии дарования титулов… — поникшим голосом объявил Ганеша. Стоило ему произнести эти слова, как комната будто преобразилась. Божества мгновенно оживились.

— Наконец-то!

— Вот чего я ждала!

— Только ради этого я сюда тащился!

Схватив копии документов Гильдии, разложенные на столе, божества перебирали листовки.

Последняя страница привлекла внимание всех собравшихся божеств. В ней была указана информация о беловолосом парне, совершившем прорыв в последнюю минуту, как и перед прошлым Денатусом, Маленьком Новичке, Белле Кранелле.

— Не припомню, чтобы кто-то из детишек появлялся на двух Денатусах подряд.

— Ага, ты посмотри, он дважды уровень поднял, со второго на третий, а потом ещё и на четвёртый? Божечки.

— Безумие!

За столом раздавался нестройный хор голосов. Они выражали довольство и одобрение. Богиня красоты не могла сдержать улыбку, а покровительница обманщиков хмурилась и хмыкала.

Как этот парень может становиться лучше так быстро?

Никто из присутствующих божеств не мог не задаться этим вопросом. Все сошлись во мнениях, что после отчаянной схватки с минотавром, он достоин звания героя. Ухмылки за столом становились всё шире.

Всё хорошо, всё будет хорошо…

Гестия, в то же время, кривилась всё сильнее и сильнее, замечая восторг божеств.

Теперь нашу Паству уважают, у нас большой дом и всё такое. После того как Белл поднял уровень нас перевели на новый ранг вместе с ним… Да, теперь всё будет совсем не так, как несколько месяцев назад!.. А ещё я лучше говорить научилась!..

Юная богиня сжала руки в кулаки. Капли пота выступили на её коже, выдавая её волнение, но она сконцентрировалась только на том, чтобы Белл не получил какое-нибудь постыдное звание.

Вскоре, божества активно приступили к церемонии раздачи титулов.

— Давайте придумаем Беллу новый титул!

— Ну нет, его мы оставим на сладенькое!

— Ага, с детишек лоли кто-то ещё уровень поднял.

— Да, да… паренёк-пьйонкичи, Вель-какой-то-там, да?

— Точно, дадим титул Вельфу Кротцо!

— Игнис, Вечнопылающий.

— Идеально!

— Вот и оно!

— Решено!

— Тот паренёк же сам сказал: «Этого и близко недостаточно, чтобы погасить пламя, которые ты разжигаешь в моём сердце».

— Я щас помру!

— Какое точное попадание!

Божества определились с титулом Вельфа очень быстро. Гестия хотела его защитить, но решила, что могут возникнуть предложения и постыдней, потому вмешиваться не стала. А вот Вельфа ждёт сильный удар…

Она бросила взгляд через стол. Богиня кузницы, её подруга, беззаботно рассказала о признании Вельфа в любви, и теперь её собственная болтливость обернулась против неё. Гефест смотрела куда-то в сторону, густо покраснев.

— Пара детишек из Паствы Такемиказучитоже в списках.

— Ого, детишки с дальнего востока!

— Чёрный Лотос классное прозвище.

— Чигуса Хитачи… Скромница, вроде, наверное, отличная жёнушка из неё выйдет.

— Как насчёт Лобовной Птички, Такемиказучи?

— Это даже круче, чем Вечная ♰ Тень!

Церемония назначения титулов проходила без задержек, очередь Белла настала довольно быстро. Гестия, ощутившая дежавю, тяжело вздохнула.

Остальные божества ухмылялись и перешёптывались, настал долгожданный момент. Они обменивались взглядами, будто спрашивая друг у друга, кто будет первым. Грациозная богиня красоты подняла свою тонкую руку:

— Могу я внести предложение?

— ?!

Фрея перешла в наступление!!!

По залу разнеслись перешёптывания. В ужас пришла не только Гестия, но и все члены собрания настороженно притихли.

— Что тут у нас? Всевышняя Фрея проявила интерес?

— Ты в фанатки Белла записалась?

— Так и есть. Я не могла не ощутить дрожь, увидев его сражение.

Осторожная Фрея наконец признала свой интерес к Маленькому Новичку! Ничего, кроме проблем, это не сулило.

Божества понятия не имели об истинных мотивах Фреи, объявившей о появившемся интересе к парню. В конце концов, Белл Кранелл стал довольно заметной фигурой в городе. Некоторые из божеств даже начали думать, что авантюрист понравился богине красоты только после этого боя.

Гестия напряглась до предела.

— Фрея… думаю ты могла бы подобрать отличное звание для моего Белла, — сказала Гестия с улыбкой, хоть в глазах у неё и читалось какое-то другое чувство.

— Твоё замечание, Гестия, заставляет меня волноваться, — ответила Фрея, блаженно улыбнувшись маленькой богине в ответ. Даже боги, обычно дразнившие лоли-богиню в подобных ситуациях, прикусили языки. Конец света, Рагнарёк, наконец разразится?

Фрея поднесла одну руку к щеке, и расплылась в яркой, широкой улыбке:

— Как тебе, Ванадис Одр, Любовник Дочери Ванов?

— Ну, уж НЕТ!!!

Гестия громко ударила обеими руками по столешнице, подскочив.

— Никакой он тебе не любовник! Белл состоит в моей Пастве!!!

— Постой, тебе не нравиться моё предложение?

— А какого чёрта оно должно было мне понравиться?!

Все знали, что Фрея порой одержима тем, что ей нравится. На мгновенье все присутствующие божества задались вопросом, было ли это предложение шуткой или попыткой вмешаться в дела Гестии, и с энтузиазмом принялись за обсуждение. Проявление королевского величия Фреи привело её поклонников в дикий восторг.

Несмотря на то, что Гестия мгновенно отвергла предложение Фреи, та нисколько не расстроилась. Наоборот, она зловеще улыбнулась, тихонько вздохнула и бросила короткое: «Жаль».

— Тупость какая! Ванадис Одр, ты серьёзно? Слишком ты на сексе помешалась и смысла в этом прозвище ноль — залилась хохотом Локи.

— Ну ладно, Локи, у тебя есть предложение получше? — парировала Фрея.

— Ммм, дай подумать…

Игнорируя пылкий взгляд Гестии, кричавший: «Не говори глупостей!», — Локи подняла палец.

— Игрушка Шута.

— Убирайся отсюда! — завопила Гестия. — Какого чёрта он должен становиться твоейигрушкой?

После Локи и Фреи к обсуждению подключились и остальные божества:

— У меня есть идея! Ореховая Паста!

— Белл! Когда ты на мне женишься! Свадебный Звон!

— Ты сейчас против себя три четверти богов богов настроила!

— Такой убийственной улыбки у Фреи я ещё никогда не видел!..

— Ииииик!

— Заткнитесь и слушайте мою балладу! Она зовётся «Удачливый Пьонкичи»!

— Сам заткнись!

— Отважный Длинноухий!

— Нуууу, это как-то слишком.

— И уши у него не длинные!

— Давайте как-нибудь отдалимся от кроличьей темы…

— А что-нибудь отвратительное про него есть? Вроде, слухов каких-нибудь, или что-то что наверняка известно?

— Если подумать, ходил слушок, что он любитель монстров.

— Чего?..

— Вот оно что… У него пунктик не только на людей, вот чего он с монстрами… Слушайте, может он и против божеств ничего не имеет?

— Как насчёт Любвеобильный?!

— АААААААААААААААААААААААААААААААААА!!!

Терпение Гестии достигло предела. Она заорала, раскинув руки. Такемиказучи и Миах попытались её успокоить, но даже после этого остальные боги заливались хохотом. Гестия яростно рычала. Воцарившийся в комнате шум достиг своего предела.

Наконец, кто-то предложил стать наконец серьёзнее, и божества прекратили издёвки. С помощью Миаха и Такемиказучи тяжело дышавшая Гестия всё-таки отбила приличное прозвище для Белла.

— Чёрт… Они меня просто извели.

Встреча закончилась, и Гестия бессильно плюхнулась на стол, совершенно выбившись из сил. К ней подсела улыбающаяся Гефест.

— Просто ты спустилась в этот мир совсем недавно. Это что-то вроде боевого крещения, — сказала она.

Возможно, после успешного поддразнивания лоли-богини, но остальные божества покидали зал явно очень довольные собой. Включая и Фрею, бросившую на Гестию косой взгляд с усмешкой, и Локи, державшейся за живот после безудержного хохота. Гестия мрачно смотрела, как они уходят.

— В конце концов честь Белла отстоять удалось… Лучше вернусь домой и всем расскажу… Только отдохну минутку…

Гестия будто вложила последние оставшиеся силы в прощание с Миахом и Такемиказучи. Она была совершенно истощена.

— Гестия, кажется, у твоей Паствы стал выше ранг? — спросила её Гефест.

— А? Ну да, после поднятия Беллом четвёртого уровня нам присвоили ранг D… А почему ты спрашиваешь?

Гестия озадаченно смотрела на свою подругу, красноволосую и красноглазую богиню. Как ей было сказано, в связи с переходом Белла на новый уровень Гильдия решила, что боевой потенциал её Паствы также увеличился и это привело к повышению ранга.

Гефест пожала плечами.

— Тогда скоро тебе придёт оповещение.

— …Оповещение? — спросила Гестия, озадаченно наклонив голову.

Огромное количество представителей всех рас наполняло зал.

Рядом с огромной доской для объявлений в углу приёмного зала Гильдии собралась огромная толпа. Авантюристы спешили сюда услышав, что Денатус закончился, потому что именно здесь должны быть вывешены присвоенные им титулы. Несколько горожан и торговцев также находились в толпе авантюристов, надеясь первыми увидеть результаты обсуждения богов.

Стоило работникам Гильдии вывесить списки присвоенных титулов, десятки взглядов впились в пробковую доску объявлений. Среди людей и полулюдей раздались восторженные вздохи.

— …Ого, глядите.

— Я знал, как хотелось первым прочесть!

Большинству наблюдателей был интересен определённый титул. Они вытягивали шеи и вставали на цыпочки, пытаясь увидеть то, что их интересовало. Всё внимание было приковано к одному-единственному титулу авантюриста, вызвавшего настоящий переполох. Пара зверолюдей, сёстры-полурослики, стоявшие у самой доски, отряд прекрасных эльфов, коренастые дворфы с покрытыми шрамами лицами и амазонки, облизывавшие губы, желали узнать его титул.

Белл смотрел на это со стороны.

— Ой… Белл Кранелл.

Когда кто-то пробормотал его имя, все авантюристы разом повернулись к нему. Заметив, что он стоит неподалёку авантюристы притихли, будто по команде. Белл пришёл к доске объявлений только что и, сделав к ней шаг, ощутил, что он в эпицентре всеобщего внимания.

— Простите, простите… — бормотал он, а толпа расступалась, давая ему пройти. Он прошёл по открывшемуся ему пути и остановился перед огромной деревянной доской, подняв взгляд. Он нашёл дарованный ему богами титул.

— Кроличья Лапка.

Таким стало его новое прозвище.

Старое прозвище, сделавшее его в глазах других очень быстро развивающимся, но, всё же, новичком, исчезло, а его место заняло новое прозвище. Оно описывало как его внешность, так и головокружительную скорость, благодаря которой он ставил всё новые рекорды!

Некоторые авантюристы смотрели на него с враждебностью, другие с завистью, но в толпе не было никого кто не признал бы заслуг кролика-рекордсмена. В отличии от предыдущего раза, когда его пытались выставить лжецом, сейчас никто не смел заявлять ничего подобного и не относился к нему как к выскочке.

Белл ощущал это всем своим телом и, вместе с тем, был очень смущён. Он повернулся к стойкам, надеясь сбежать от толпы и поговорить со своей советницей. Среди секретарей он искал взглядом полуэльфийку, как вдруг…

— …Эйна?

— …

Полуэльфийка-секретарь смотрела прямо на него. Прекрасные изумрудные глаза за стёклами очков, словно смотрящие куда-то вдаль, и красные, как при простуде, щёки.

Белл не знал, что делать, Эйна тоже стояла неподвижно.

— Эйна, Эйна. Эй, Белл же пришёл, взгляните!

— !..

Эйна повернулась к своей коллеге Мише, начавшей трепать её за рукав. Наконец, Эйна снова вернула на Белла взгляд, но растеряла всю собранность и покраснела ещё сильнее, выпалив: «Эм, ум, ой?!». Нехарактерно растерявшись, Эйна достала что-то из своего стола.

— Б-Белл! …В-возьми!

— А?

В руках у девушки Белл увидел белоснежный запечатанный конверт.

Подходя, Белл переводил взгляд с лица Эйны на конверт и обратно. Некоторые авантюристы, стоявшие по бокам, начали перешёптываться: «Не может быть, Эйна написала любовное письмо?!». Но Белл, чуть не подпрыгнул от удивления, когда конверт оказался в его руках.

На ощупь бумага была первоклассной, конверт был запечатан воском и на нём стояла печать Гильдии.

Белл видел подобный конверт и раньше. Он порылся в воспоминаниях, и с его губ само собой сорвалось слово:

— Миссия?..

----------

Перерыв в приключениях

[[image:/storage/reader-images/65f65b4d0f8f404a39ed25aa6ee73ecac036118f.jpg]]
После того как Гестия ушла с Денатуса, а Белл получил в главном отделении Гильдии письмо, они встретились в кафе на Северо-Западной Улице, обычно называемой Путём Авантюристов.

Напротив Белла за столом сидела Гефест, богиня кузницы, на глазу которой была большая повязка. Гестия, шедшая вместе с Гефест к северо-западному филиалу её лавки, чтобы выведать подробности её «случайного замечания», наткнулась на Белла идущего из Главного Отделения Гильдии. Втроём они решили переговорить за чашечкой чая.

— Гефест, письмо которое вручили Беллу и есть то, о чём ты говорила? — спросила Гестия, зажав белый конверт между пальцами. Её подруга кивнула.

— Именно, Гестия.

Наступил вечер, солнце уже клонилось к западной городской стене. Белл и Гестия попросили Гефест рассказать о миссиях, поручаемых Гильдией.

— Когда Паства, которая изучает Подземелье достигает определённого ранга, её начинают периодически отправлять в экспедиции, и в этих экспедициях она должна показать результаты.

— Экспедиции?

— Да. Гильдия отправляет приказ, как тот, который вы получили.

Гестия, поражённая этой новостью спешно прочла содержимое конверта снова. Как и сказала Гефет, в письме было указано, что глава Гильдии объявляет, что их Паства обязана отправиться в экспедицию.

— Вы сказали о поднятии ранга, Всевышняя Гефест?.. — спросил Белл.

— Ранг D и выше, Белл Кранелл. Крупнейшие группы, вроде принадлежащих Локи и Фрее регулярно отправляются в экспедиции. Паства Локи зачастую изучает глубинные этажи, потому их заставляют ходить не так часто.

— А каких результатов мы должны достичь?

— Вы должны увеличить дальность своих походов на один этаж, обнаружить неизведанные минералы или предоставить карту фронтира. Это не важно. Мне кажется, порой даже победы над боссом этажа достаточно. Большая часть Паств просто переходит на этаж, которого они ещё не достигли.

В отличии от своего божества Белл задумался о каком-то определённом достижении задавая Гефест вопросы. Богиня смотрела на него, будто хотела спросить: «А что хочешь сделать ты?», но вслух этого не произнесла.

— Гильдия добивается постоянного исследования неизведанных регионов Подземелья и открытия новых ресурсов. Покоряющие Подземелье Паствы существуют только в Орарио и, если вы хотите таковой считаться, Гильдия будет требовать доказательств.

— Я-я этого не знала…

Гестия словно испытала невероятный шок. Учитывая историю Гильдии и тот факт, что только эта организация обладает властью над Подземельем, можно понять, что целью этой организации является изучение и понимание подземного лабиринта, раскинувшегося прямо под ногами. Под землёй существует множество неизведанных ресурсов, мест и открытий, которые связаны с будущим развитием Орарио. Потому Гильдия так строго регистрирует авантюристов. В отличии от торговых Паств, те, кто специализируется на исследовании Подземелья не выполняют сложных бумажных работ и вычислений, а также почти не облагаются налогом со стороны Гильдии.

Когда Гестия начинала, она не задумывалась о преимуществах и недостатках, потому зарегистрировала Паству, специализирующуюся на исследовании Подземелья не раздумывая, считая, что ей будет достаточно и группы небольшого размера.

— Хотелось бы мне, чтобы Миах или кто-то ещё рассказал мне об этом до регистрации…

— Никто не думал, что твои дети достигнут ранга D. Честно говоря, я совсем такого не ждала. Кто мог подумать что ты взлетишь, да ещё и так быстро…

Гефест виновато улыбалась, а потом бросила краем глаза взгляд на Белла.

Белл, со своей стороны, понимал, что именно он стал катализатором случившегося. Ощущая вину, он прижал правую руку к виску. В экспедиции отправляются Паствы высших рангов, те, кто способен изучить Подземелье и вернуться живыми. Никто не требует подобного от слабых групп… По крайней мере, не должны требовать.

— Мне кажется, Гермес не докладывает о настоящих уровнях членов своей Паствы, потому что не любит экспедиции… — пробормотала Гестия. Насколько она знала, выполнить необходимые для экспедиции цели будет непросто. Богине вспомнилась улыбка Гермеса, и ей показалось что именно поэтому божество, которое предпочитает не слишком высокое положение, не докладывает об уровне своих последователей публично.

— Перейдём к делу… Важней всего, именно ваша Паства должна отправиться в экспедицию. Вы можете нанимать авантюристов с других групп, но просто отправить других людей в экспедицию ради своих достижений нельзя. Помните об этом. — добавила Гефест, напоминая о важности независимых действий.

— И, кстати, если ваша экспедиция не продемонстрирует должного результата, на вас наложат штраф. — добавила красноволосая богиня поучительным тоном. Несомненно, наложение подобного штрафа тоже один из вариантов. — Это всё что касается экспедиций. У вас есть ещё вопросы?

— Нет… Просто всё случилось так быстро, что мне до сих пор не верится. Я даже не знаю, чего я ещё не знаю…

Гестия пребывала в том же состоянии шока, что и в начале рассказа подруги.

— Мисс Айз… и другие авантюристы высоких рангов успешно ходят в экспедиции, так ведь? — спросил Белл, смотря на Гефест рубиновыми глазами.

— …Именно так, Белл Кранелл. — ответила Богиня, посмотрев на него неприкрытым глазом и сразу же всё поняла. Выражение её лица смягчилось, она довольно улыбнулась.

— Что же, постарайтесь. Если я вам нужна, я сделаю всё, что могу, чтобы помочь… — сказала Гефест. После этого прекрасная богиня допила чай, оплатила счёт и ушла. Белл и Гестия переглянулись и кивнули.

— А теперь… нас ждёт экспедиция.

Микото сидела в гостиной, бормоча себе под нос. Ужин был съеден и все члены Паствы собрались рядом с Гестией на встречу. Разговор шёл о том, что делать с этой экспедицией.

— Когда я служила Иштар-ками, я часто бывала в экпедициях с Айшей-сама и остальными. — сказала одетая в наряд горничной Харухиме, разливая остальным чай.

— Богиня Гефест управляет Паствой кузнецов, так что их мы позвать не можем… Хотя, Цубаки порой ходит в экспедиции с другими Паствами, когда ей хочется. — добавил сидящий скрестив ноги в кресле Вельф, припоминая личный опыт.

Белл и Микото расселись на диванчике, чтобы закончившая наливать чай девушка ренарт могла сесть рядом. Она поблагодарила их и села.

— Всевышняя Гестия, вы знаете, что требуется для экспедиции? Разве мы не проводили подобие тренировки?

— Ну, эм, тогда нас позвал Такемиказучи… Думаю в этот раз нам придётся собирать людей самим. — Гестия сухо усмехнулась, избегая взглядов авантюристов. Лили пронзила её взглядом.

— Ну вот. — вздохнула девушка-полурослик, поднимая взгляд. — Эта экспедиция, наверное, похожа на доставку Виены в Убежище. У нас нет права отказаться. Гильдия отзовёт экспедицию только если сочтёт что мы не в лучшей форме или уже выполняем какое-нибудь важное долгосрочное задание.

— А получить важное задание… мы сейчас не можем, так? — скромно спросила Харухиме.

— Да, это запрещено. — Лили отвергла такую возможность избежать экспедиции. Харухиме погрузилась в размышления, а в этот момент заговорила будто уже смирившаяся с необходимостью похода Микото.

— Мы доходили до двадцатого этажа… получается, нам просто нужно пойти на двадцать первый, правильно? — спросила она.

— Можно считать, что это вполне в наших силах, особенно после того, как сударь Белл поднял четвёртый уровень, всё должно пройти гораздо легче. — задумчиво произнесла Лили.

Считается что авантюристы второго уровня могут проходить до самого нижнего этажа серединных этажей, двадцать четвёртого, наращивая свои характеристики до отметки S. Учитывая, что Белл получил четвёртый уровень, их группа проходит по всем ограничениям.

— И, конечно, нам нужно быть настороже спускаясь на новый этаж. — добавила Лили.

— Это наверняка вопрос простой, но как мы докажем, что экспедиция прошла успешно? С нами же никто из Гильдии не пойдёт? — Гестия обратилась к Лили, но на этот вопрос ей ответила Харухиме.

— Насколько мне известно… Айша-сама приносила предметы с особых монстров или определённую руду. Она часто говорила как её раздражает что приходится охотиться за десятком разных вещей чтобы соответствовать правилам…

Несмотря на то, что Харухиме была слабейшим членом Паствы Гестии, её прошлый опыт, проведённый в экспедициях с крупной Паствой Иштар, оказался очень ценным. Многого она не знала, потому что не была бойцом, но и у неё нашлось чем поделиться.

— И ещё… я не совсем понимаю, что они подразумевают под составом группы из своей Паствы. Что если у меня полно друзей из остальных Паствы или я просто вступлю к кому-нибудь в группу? Как соответствовать требованиям для экспедиции? — спросил Вельф.

Гестия изучила письмо из Гильдии.

— Эм… похоже, что члены Паствы должны составлять большую половину отправляющейся в экспедицию группы. — ответила Гестия, перечитав требования.

— Поскольку в экспедицию отправляется Паства, получившая ранг D или выше, Гильдия ожидает результатов, соответствующих этому рангу. — добавила Микото.

Например, если бы к Пастве Гестии присоединилась Принцесса Меча, группа легко выполнила бы поставленную задачу. Но Гильдия отправляет членов Паствы в экспедицию на более нижний этаж ожидая что входящие в состав группы люди станут сильнее, повысят эффективность изучения Подземелья.

Впрочем, лишь самые добрые из богов могли бы отправить своих лучших авантюристов в экспедицию другой Паствы. Особенно туда, где члены экспедиции могут подвергнуться смертельной опасности.

Лили, главный стратег Паствы, высказала самый подходящий, по её мнению, план.

— Подведём итог, для нашего будущего эту миссию нам отклонять не стоит. А раз мы отправляемся в экспедицию… безопасней всего будет включить в группу сударя Белла, сударя Вельфа, сударыню Микото, сударыню Харухиме, в качестве помощницы в непредвиденной ситуации, и нескольких поднявших уровень авантюристов из других Паств…

Она сдерживала эмоции произнося последнюю часть своей речи. Исключение себя из группы не было признаком мазохизма. Она приняла хладнокровное решение основываясь на том, что она всего лишь обычная помощница первого уровня.

Главной причиной этой миссии стало повышение Беллом уровня. Гильдия объявила, что Белл Кранелл стал полноправным авантюристом и у него появились обязанности. Теперь он должен подбирать подходящих для заданий компаньонов и посвятить себя достижению новых высот.

Молчание повисло в комнате. Окончательное решение никому не давалось легко, поскольку для всей их Паствы наступил очень важный момент. Гестия, божество-покровитель на мгновенье прикрыла глаза, а потом посмотрела на Белла. Будто следуя её примеру, Вельф и остальные тоже уставились на командира.

— Белл. Ты весь вечер молчал. Чего хочешь ты? — спросила Гестия.

— Я…

Белл, тихонько слушавший разговоры, наконец открыл глаза и заговорил.

— Я… Отчасти ради Виены и Ксеносов, отчасти ради себя… я хочу стать сильнее, чем я сейчас.

После он добавил тихое «но», посмотрев на лица всех остальных членов Паствы.

— Если это возможно… мне бы хотелось, чтобы мы стали сильнее вместе.

Глаза Лили округлились. Также, как и глаза Микото и Харухиме. Лишь Вельф, единственный другой парень в Пастве улыбнулся.

— Я хочу, чтобы мы двигались как одна семья.

Решительный взгляд и наполненные той же решимостью слова. Ни единой искры сомнения в своих словах. Впрочем, уже через секунду обычный вечно извиняющийся Белл вернулся.

— Ой… простите, что так много требую.

— Да ладно, тебе, я же говорил, не извиняйся! Мы были рады такое услышать… правда же?

— …Да, очень рады!

— Да, да, определённо.

— Точно. Если мы не будем делить горести и радость, разве можно будет назвать нас семьёй?

Лили широко улыбнулась, Харухиме закивала головой а Микото прижала руки к груди, будто эти слова очень сильно её тронули. Даже Гестия расплылась в улыбке, уверенно кивнула и поднялась.

— Давайте свяжемся с Паствами Миаха и Таке! Соберём альянс для этой экспедиции! — крикнула богиня.

Микото, Вельф, Лили и Харухиме активно подключились к обсуждению.

— Да, станем сильнее с Оукой-сан и Чигусой-сан!

— Забудьте про двадцать первый этаж, идём глубже!

— Не теряйте головы, сударь Вельф, это безрассудно!

— Не знаю, смогу ли я чем-то помочь… но я постараюсь! — сказала Харухиме.

Белл тихонько смеялся над появившимся оживлением. Каждый из них преследовал одну и ту же цель. Из-за того, что эта цель стала явной, все члены Паствы переполнились энтузиазмом.

Паства Гестии решила отправиться в экспедицию.

На следующий день началась подготовка.

Разумеется, эта подготовка включала закупку необходимых припасов и предметов, а также рассказ о целях экспедиции Паствам Миаха и Такемиказучи, а также просьба их о помощи. Нажа, Оука и прочие члены этих Паств, а также их божества с готовностью согласились. Лишь Паства Гефест решила остаться в стороне, согласно своему положению кузнецов.

Три Паствы, Гестии, Миаха и Такемиказучи сформировали альянс. Они решили отправиться в экспедицию через десять дней. За это время каждый авантюрист должен был подготовиться.

— Из Паствы Миаха к нам присоединятся…

— Я и Кассандра. Наша командирша, Нажа, просит прощения, но с монстрами она сражаться не может.

— М-мы очень благодарны!..

Лили встретилась с членами Паствы Миаха, Дафной Лаулос и Кассандрой Иллион чтобы подтвердить их участие. Они сидели в приёмной Поместья Домашнего Очага, на первый взгляд больше похожей на комнату для военных советов. Десятки бумаг расположились на сдвинутых столах, каждый отчёт содержал информацию о Подземелье, вроде появления боссов этажей и местах, в которых случались Аномалии. На купленных в Гильдии картах этажей отмечались красной ручкой десятки маршрутов и запланированных для отдыха мест. Лили, ставшая главным стратегом, использовала эту комнату для встреч с членами других Паств и подготовки нужной информации для грядущей экспедиции.

— Какие места в отряде вы занимаете, сударыня Дафна? — спросила она.

— В последнее время мы ходим парой, но раньше я находилась в центре построение, а Кассандра была в заднем ряду. Я действовала по необходимости, а она лекарь, думаю, она будет очень полезна группе.

— Д-Дафна, хватит меня расхваливать!..

— А сейчас-то ты чего стесняешься?

Игнорируя пару курьёзных выпадов Лили, облизнула губы и сделала на бумаге несколько пометок. Она добавила записи о том, что к группе присоединились многозадачная авантюристка и целитель.

— Насколько большой будет группа? Кажется, людей уже немало. — мимоходом спросила Дафна, увидев имена Оуки и Вельфа в авангарде отряда.

— Все члены Паствы Гестии, сударь Оука и сударыня Чигуса из Паствы Такемиказучи, вы двое… и сударыня Айша.

— Айша… Айша Белка, Бербера?

— А-Антианейра!..

Кассандра вздрогнула, услышав о бывшей авантюристке Паствы Иштар в рядах экспедиционной группы.

— Ого… — Дафна схватила ртом воздух, у неё округлились глаза.

— Да… не знаю от кого она узнала, но вдруг оказалась у наших дверей…

Лили свела брови, на её лбу появилась морщинка, когда она вспомнила о появлении Айши. Не прошло и нескольких часов с момента заключения альянса, как Айша явилась к дверям Паствы Гестии сказав, что она знает о экспедиции и хочет, чтобы её взяли в состав. Как и Харухиме, Антианейра не раз бывала в экспедициях и, вдобавок, её появление в группе увеличит силы авантюристов. Белл и остальные с благодарностью приняли её помощь.

— Но с ней группа стала слишком сильна и нам придётся идти глубже, чем мы рассчитывали… Лили не может не волноваться. Хотя с такими участниками экспедиция и правда должна отправляться ниже…

Лили тяжело вздохнула, вспомнив как пылко амазонка четвёртого уровня её убеждала, говоря о том, что монстры серединных этажей даже понять не успеют что их убило.

Дафна сдвинула брови.

— Ха. Выходит, экспедиция будет непростой… Хорошая ли это идея? Думаешь мы сможем действовать вместе? — спросила она.

— Что вы имеете в виду? — ответила вопросом Лили.

— Когда я состояла в Пастве Аполлона, мы ходили в подобные экспедиции, но из походов с другими Паствами ничего дельного никогда не выходило. Обычно члены разных групп делают что им хочется.

Как и Паства Гестии, достигнув ранга D Паства Аполлона организовывала экспедиции с другими авантюристами в составе.

— Стоит только взглянуть на божество и сразу понимаешь, как будут вести себя авантюристы. В большинстве случаев они очень похожи. Яблоко от яблони, как говорится. Наш опыт в подобных экспедициях был ужасен… — пояснила Дафна.

То есть, Паства, божество которой лишь ухмыляется стоя в сторонке ничего в Подземелье не делает. Лили вопросительно наклонила голову уставившись на Дафну, начав понимать о чём она говорит.

— В эту экспедицию идут знакомые между собой люди, сомневаюсь, что между друзьями возникнут крупные ссоры. Но, вместе с тем, совместная работа очень важна. Особенно когда сомневаешься, что идёшь ниже этажа, который можешь покорить.

— !

— Совместная работа решит очень многое. Нужно объединить усилия и действовать сообща. — сказала Дафна.

Её слова заставили Лили осознать, что она кое-что забыла, когда планировала экспедицию. Необходимость кооперации с другими Паствами. Как бы ни были сильны авантюристы в их рядах, вряд ли придуманные наспех построения выдержат проверку Подземельем.

— А сама ты что? — продолжила Дафна. — Ты просто помощница, правильно? К тому же первого уровня. Просто помрёшь и утянешь за собой всех нас?

— …

— Д-Дафна…

Слова девушки были безжалостны, но несмотря на жалобный тон Кассандры, Дафна лишь произнесла вслух то, что может стать правдой.

Дафна заметила, что руки Лили сжались в кулаки и сменила тон.

— Если всё-таки хочешь идти с нами… ну, возможно тебе стоит быть понастойчивее.

— А?

— Например, сказать, что сама ничего н будешь делать. Но скажешь, что делать нам.

Лили уставилась на Дафну немигающим взглядом.

— Ты же тут командуешь, правильно? Мне, например, приходилось много чего делать, потому что заставляли, а выбора другого не было.

Дафна вытащила кинжал, больше напоминающий широкую дубинку из ножен на поясе. Девушка шумно рассекла оружием воздух и поёжилась.

— Вообще-то, довольно важно чтобы кто-то следил за боем с задних рядов.

— !..

— На войны прошлых дней это не похоже, но хорошее управление может спасти группу. Говорят, что жизни и смерти авантюристов зависят от тех, кто стоит над ними. Как я слышала, именно этим Финн Деймне пробил себе путь на вершину.

Лили ощутила будто впервые она видит в себе кого-то ещё. Память о Храбреце, командующем самыми лучшими из авантюристов в Подземелье и главенствующем над ними заставила её представить себя на том же месте.

Она ощутила, что наконец нашла к чему ей нужно стремиться.

— Отвага этого полурослика, конечно, безумна. — сказала Дафна.

— …

— Что собираешься делать? Хочешь расскажу кое-что он командовании?

Кассандра, совершенно выпавшая из разговора, переводила взгляд с Лили на Дафну и обратно.

Лили поняла, что Дафна не сводит с неё взгляда.

— Да, научите меня! — сказала девушка-полурослик.

— Яяяя!!!

Под голубым небом раздавались крики.

Божество сражений с лёгкостью, одной рукой откинуло ногу, отправленную девушкой в его лицо.

— Ты всё ещё слаба.

— Ой?!

— М-Микото!

Микото и Чигуса оказались на земле почти одновременно. Отбив атаку авантюристов второго уровня Такемиказучи отправил их на землю одним ударом и, смотря на них сверху вниз стёр пот со лба.

— Микото, Чигуса, вы слишком зацикливаетесь на своих характеристиках. Не позволяйте оружию решать исход боя. Контролируйте его ход своим духом.

— Да, Такемиказучи-сенсей!

Микото схватила Чигусу за руку и подтащила её к себе, встав на колени. Даже склонившись она не сводила взгляд с божества. Раскинувшуюся под голубым небом роскошную зелень освещало яркое солнце. Они втроём находились во внутреннем дворе Поместья Домашнего Очага, и тренировались. Девушки готовились к предстоящей экспедиции.

— Большинство авантюристов слишком зацикливается на Характеристиках… так говорят лучшие из авантюристов, и я с ними согласен. Используя навыки и технику я могу сравниться, или даже превзойти вас.

В то время как Такемиказучи был покрыт потом, Микото и Чигуса едва запыхались. Разница между физическими способностями была очевидна. Девушки получили характеристики для сражения с монстрами, в то время как Такемиказучи можно было назвать самым обычным беспомощным человеком. Но, несмотря на силу божество битвы парировало их удары и даже отправляло их в полёт используя их же усилия.

Исход боя был решён навыками и тактикой.

Используя защитные приёмы сверхчеловеческого боевого искусства, а также исключительные навыки принятия решений и наблюдения, Такемиказучи привёл сражение к желаемому исходу. В боевых навыках он превосходит даже лучших из авантюристов. Его боевые навыки можно назвать божественными, подобно божественным навыкам ковки Гефест, с этими навыками смертным не тягаться.

Конечно, если Микото и Чигуса продолжат атаковать Такемиказучи без передышки, рано или поздно они одержат победу. Но эта победа дастся им нелегко.

— Характеристики не улучшить в одно мгновенье. Зато…

— Навыки и тактика боя другое дело.

Такемиказучи улыбнулся Микото, закончившей его фразу.

— Конечно, и навыки натренировать будет непросто. Но если приложить усилия и желать стать сильнее… это возможно.

Микото сжала руки в кулаки слушая Такемиказучи. Собранные в пучки волосы по обе стороны головы подрагивали. Как и сказало божество, ей нужна сила чтобы сражаться с могучими противниками. Ей хотелось, чтобы её навыки помогли ей спасти друзей и успешно вернуться из огромного подземного лабиринта.

— Я учил вас этому на родине. Навыки — это оружие которое вы можете применить против противника, который сильнее вас. У большинства монстров тела гораздо мощнее человеческих… Но, если вы воспользуетесь приёмами в нужное время, сможете побеждать даже самых огромных монстров и дробить даже самые прочные раковины.

Такемиказучи поднял Тенку и принял боевую стойку оказавшись лицом к Микото и Чигусе.

— Вы прошли огромный путь с тех времён на Дальнем востоке. Самое время научить вас приёмам, которым я не учил вас раньше. Нападайте!

— Да, Сенсей!

Девушки бросились на божество. Они посвятили себя тренировкам, которые бог для них подготовил.

— Чего тебе надо, Здоровяк?

Стук металла о металл прекратился.

Из-за пылающего в кузнице пламени, жар мог убить. Вельф стоял, держа в руке красный молот, придавая куску металла форму оружия.

Оука из Паствы Такемиказучи наблюдал за движениями кузнеца стоя у входа.

— Я хочу сделать всё что могу, пока мы не отправились в экспедицию. — сказал Вельф.

Его мастерская располагалась на заднем дворе дома Паствы Гестии. Из-за созданного пламенем красноватого свечения небольшая комната выглядела будто другим миром. Огромный парень, пришедший к Вельфу, сел на указанный им Вельфом стул скрестив руки. Голос кузнеца прозвучал снова.

— Даже если мы будем тренироваться, разницы не будет.

— Знаю.

— Новые навыки и заклинания никогда не появляются в самый распоследний момент.

— И это знаю.

Пот бежал по лбу Вельфа, Оука тоже сильно потел, даже просто наблюдая за работой. Парни пытались совладать с царящим в мастерской жаром. Происходящее начало напоминать сцену из сказки, в которой герой пришёл убедить упрямого мастера что-нибудь ему сделать.

— Я кузнец. И я пытаюсь… сделать прочнейшую экипировку, чтобы по-своему помочь Беллу и остальной группе.

Части дир-адамантиновой брони Белла лежали у стены рядом с Вельфом, полностью отремонтированные. Вдобавок к ним Вельф подготовил дейстки новых предметов для Белла, Микото и остальных членов группы. В стойках стояли мечи, катаны, копья, наконечники стрел, метательное оружие, щиты и несколько магических мечей.

Вельф притих, снова погрузившись в работу.

Он поднимал молот и опускал его на металл. При каждом ударе в комнату вырывался жар.

— В битве я могу подвести остальных, поэтому это моя главная роль. Я делаю что могу.

— …

— У меня нет времени с тобой развлекаться. — Слова Вельфа звучали в такт ударов. — Иди к остальным. — сказал он, даже не взглянув на Оуку.

— Сделай мне оружие.

Плечи Вельфа вздрогнули от удивления.

— …

— Не какую-нибудь безделушку. Что-то, что позволит мне защитить Чигусу, Харухиме и всех остальных. Я этого хочу… ты сделаешь?

Голос Оуки был не мене упрям чем голос Вельфа.

Вельф нанёс последний сильный удар по металлу и повернулся к Оуке.

— Моё оружие дорого тебе обойдётся. — сказал он с ухмылкой.

Оука свёл брови.

— …Назови цену.

— Обдеру тебя как липку!

— Харухиме, пойдём со мной.

С этими словами Айша завела девушку-ренарта в кабинет Поместья Домашнего Очага. Стоящие на шкафах книги остались с тех времён, когда поместьем владела Паства Аполлона, отчего кабинет был больше похож на небольшую библиотеку.

Айша усадила Харухиме за длинный стол. Она задёрнула шторы и в комнате стало довольно темно.

— Эм, Айша-сама… что вы хотите сделать? — спросила Харухиме окидывая комнату, которую она обычно убирала, будучи горничной, взглядом. Сев, напротив, Айша бросила на стол свёрток.

— Устрою тебе особые занятия, конечно же. — бросила амазонка, чьи чёрные волосы, колыхнувшись, улеглись на столе.

— Особые занятия? — переспросила Харухиме с глупым выражением на лице.

Сексуальная, острая на язык амазонка, из-за наряда куда больше напоминающая экзотическую танцовщицу наклонилась и шепнула прямо в лисье ушко девушки.

— Ты слабачка, ты же понимаешь, да?

— Эм…

— Если не выучишь перед экспедицией пару новых фокусов, станешь обузой.

Айша была права, Харухиме отчасти помощница, а отчасти маг. Несмотря на очень редкую способность даровать новые уровни, её боевые способности гораздо ниже даже чем у Лили.

— Но я не могу драться как Микото и остальные…

Харухиме выучила пару защитных приёмов у Микото, но совершала слишком много ошибок и исполняла их слишком медленно. Даже если она научится побеждать низкоуровневых монстров, её способности будут каплей в море.

— Дура. — сказала Айша помрачневшей Харухиме. — Ты магичка. А значит, у тебя должно быть достаточно заклинаний чтобы этому соответствовать. Мне казалось, даже такая клуша как ты должна быть сообразительней.

— Эм… Вы хотите помочь мне улучшить владение магической силой?

— Неа. Ты выучишь кое-что новенькое.

Айша улыбнулась притихшей Харухиме.

— Навыки и магия не появляются, когда людям того хочется, так что придётся вытащить их силой.

Айша развернула брошенный свёрток перед Харухиме. Внутри оказалась толстая книга, украшенная необычными узорами.

— Это же!..

— Гримуар. Не знаю какое заклинание он позволит тебе обрести, но сомневаюсь, что оно будет бесполезно, что бы там ни было.

Содержащийся в книге текст должен вынудить заклинание проявиться. Даже отстранённая от мира Харухиме знала ценность оказавшейся перед ней на столе книги. Чудодейственный предмет никогда не появляется в открытой продаже и некоторые даже называют гримуары призрачными книгами.

— Иштар никогда не позволяла тебе читать гримуар, потому что была слишком одержима заклинанием поднятия уровня. Если бы захваченный ей ренарт изучил ещё одно заклинание, вся её подготовка пошла бы прахом, потому что разбитие убийственного камня позволило бы пользоваться только одной из твоих сил.

Айша рассказала о мыслях Иштар, но у девушки ренарта этот рассказ влетел в одно ухо и вылетел из другого. Сглотнув, она наконец оторвала взгляд от гримуара и подняла голову.

— Но как вы его получили?..

— Подождала пока все отвернуться и стащила его из хранилища нашего божества.

Наступило секундное молчание, Харухиме откашлялась, а Айша беспечно махнула рукой, будто это мелочь.

— Да ладно. Они использовали меня как пешку в своих играх, так что это плата.

Амазонка, прошедшая ритуал обращения в Паству Гермеса явно собой, гордилась. Наверняка сейчас её Паства уже заметила, что бесценная книга пропала и поднялась на уши. Харухиме знала, что её надсмотрщица дорожит ей ещё со времени, проведённого вместе в Пастве Иштар, но такое напоминание о характере Айши вызвало у неё панику.

— Ты же хочешь помочь ребятам, да?

— !

— Тогда выбора у тебя нет. Ты слабачка и сейчас тебе остаётся только желать стать сильнее.

Айша приблизилась лицом к Харухиме, удивлённо смотревшей на неё. Айша скривила губы в улыбке.

— Читай быстрее и начинай практиковаться. За десять дней можно освоить любое новое заклинание.

Айша поднялась из-за стола и отошла чтобы убедиться, что она не украдёт у Харухиме эффект гримуара.

Харухиме следила за действиями улыбающейся амазонки, а потом мысленно вернулась к сказанному Беллом в гостиной и сжала губы.

Я… Я часть Паствы!

Её рука легла на переплёт гримуара и быстро его распахнула.

— Эйна, можете снова рассказать мне о Великих Водопадах?

— Эм, могу конечно. — ответила девушка дрожащим голосом.

Белл распахнул книгу с картинками, показав её Эйне, сидящей напротив. Девушка провела тонким пальцем по строчкам, записанным на странице.

Наступила ночь, а они сидели в переговорной в главном отделении Гильдии. Эйна проводила личный семинар для Белла. Полагаясь на знания полуэльфийки он хотел вбить в свою голову как можно больше полезной информации о этажах, через которые они планируют пройти и о монстрах с которыми придётся столкнуться в экспедиции. Поскольку авантюристы собираются отправиться на неизведанные территории парень решил потратить десятидневную подготовку на обучение.

Когда он натыкался на что-то, чего не мог понять, он спрашивал Эйну. Он забрасывал девушку вопросами пока непонятный ему момент не становился предельно ясен.

Белл знал о неизбежном отличии того, что написано в книгах от реальности Подземелья. Но парень знал также и о том, что чем больше авантюрист соберёт информации о грядущем походе, тем вероятней что это спасёт ему жизнь, а также он понимал, что эти знания послужат для защиты его группы.

Он был решительно настроен сделать всё необходимое. Подумав о том, что им потребуется в Подземелье, Белл обратился как к своему прошлому, так и мыслям о будущем. Он рисовал жизнью на серединных этажах Подземелья, а сейчас ему предстоит отправиться ещё ниже, туда, где Аномалии случаются гораздо чаще. Запихивая новые знания в свою не самую светлую голову парень жаждал знаний ещё больше.

Он изменился…

Эйна смотрела как жадно парень впитывает информацию. Голова покоилась на руках, а взгляд был поглощён видом рубиновых глаз.

— Эйна?

Он ощутил на себе взгляд и посмотрел в ответ.

— А? …Нет, ничего, прости! —неловко ответила девушка, замахав руками перед лицом.

Белл озадаченно на неё посмотрел. Эйна подождала пока он снова уставиться в книгу и вздохнула. Её щёки пылали.

Я тоже изменилась…

Эйну мучило чувство с того самого дня как Белла победил чёрный минотавра. Это чувство не было неприятным, совсем наоборот, его можно было назвать приятным, но Эйна не знала, что с ним делать, и могла лишь смущаться. Её поразило, как сильно йокнуло её сердце, когда Белл попросил помочь ему с учёбой.

Расстояние в столешницу, по разным сторонам от которой они сидели злило Эйну. От того, что Белл так близко, но так далеко сводило девушку с ума. Пользуясь тем, что кроме их двоих в комнате никого нет полуэльфийка любовалась его лицом.

Я и не понимала, как быстро могут расти парни…

Белл был поглощён чтением тяжёлой книги. В прошлом, он учился из-под палки, а сейчас явился сам и попросил провести для него уроки. Когда Эйна, чуть раньше, проводила опрос, парень ошибался, но гораздо меньше, чем в прошлом.

С того самого дня он будто пытался сбросить старую кожу. А может уже её сбросил.

Что же такого случилось в тот день? Хотелось бы мне его просить…

Эйна ничего не знала о случае с Ксеносами. Ей хотелось расспросить парня, но она никак не могла подобрать нужных слов.

Раньше она могла бы без проблем задать ему любой вопрос, а сейчас ощущала себя женщиной, молча защищавшей своего мужчину.

…Как же это плохо… У меня проблемы.

Эйна наконец призналась себе в каком положении оказалась, признала существование своей связи с Беллом.

Она никогда раньше не влюблялась, ни будучи ребёнком, ни во время обучения. И сейчас ей оставалось лишь отдаться терзающим её эмоциям.

Впервые я увидела, как парень, мужчина, рыдал навзрыд.

Её сердце было готово растаять, воспоминания о том вечере захлестнули Эйну. Её снова бросило в жар.

Нужно прекратить!

Она положила голову на стол, обхватив её руками.

Белл удивлённо посмотрел на девушку.

— Эм… Эйна, с вами всё в порядке?..

— Хоть я и знаю, что ты гонишься за Валленштайн…

— А?

— Ничего.

Полуэльфийка прижала вспыхнувшую щёку к холодной столешнице и шмыгнула носом.

Он же намного меня моложе… а я даже в лицо ему посмотреть не могу. Веду себя как ребёнок!

Эйна смутилась от собственных чувств.

— Ой?!

— Что такое, Гестия? — спросил Миах подскочившую от удивления богиню, чьи хвостики резко колыхнулись.

— Я чувствую, что на Белла обрушилась какая-то сладкая горечь!

— Ты о чём?.. — спросил Такемиказучи. Он выглядел удивлённым. Следуя своим божественным инстинктам, богиня повернулась назад и тщательно осмотрелась.

Звёзды поблёскивали в ночном небе, она и ещё двое богов собрались за столиком бара в тихом переулке. Они просто решили поговорить за выпивкой, зная, что их Паствы скоро отправятся в экспедицию.

— Просто беспокоюсь о Белле… А знаете, спасибо вам, Миах и Таке, что решили меня поддержать.

— Не нужно благодарностей, Гестия. Любой согласился бы по-соседски помочь. — ответил Миах.

— Он прав. К тому же, в экспедициях мы друг другу не чужаки. — добавил Такемиказучи.

Гестия поклонилась, выражая благодарность. Боги в ответ усмехнулась. У них получилось сдружиться, потому что все трое были в самом низу иерархии Паств, и они сами над собой потешались. Гестия была благодарна за то, что такие выдающиеся божества и их Паствы стали её друзьями. Она улыбалась. Без их поддержки, ни Белл, ни она не смогли бы выжить в Орарио.

— Всё же… Я чувствую вину за то, что мы оставили всю работу детям, а сами ушли выпить. — вздохнул Такемиказучи потянувшись за закуской.

— А что нам ещё делать? Белл и остальные сами о себе заботятся. Когда я попыталась помочь, помощница заявила «Не хочу, чтобы кто-то наводил беспорядок в моей подготовке, так что идите найдите чем заняться!». Меня выставили из собственного дома! — Гестия, надувшись, подражала манере речи Лили. Её товарищи посмеялись.

— Микото очень старается, каждый день приходит ко мне с просьбой потренироваться. — добавил Такемиказучи.

— Как и Нажа. Старается разработать новые лекарства для Белла и остальных… Все стремятся к одной цели. Думаю, всё идёт хорошо. — сказал Миах.

Уроки, тренировки, заклинания, обучение… Каждый по-своему готовиться к экспедиции. Хоть в голосе Миаха и слышалась зависть к людям, которые, в отличии от небесных существ способны становиться лучше, он широко улыбался.

— Не только Белл… все выросли. Им теперь моя помощь не нужна!

— Что тут у нас, Гестия, я слышу нотки одиночества?

— Конечно мне одиноко! Я же не могу пойти за ними в Подземелье, да?

Гестия опустошила кружку и замахала кулаком.

— Уже набралась? — подшутил над ней Такемиказучи, отклоняясь.

Гестия покраснела, но быстро изменила настроение, улыбнувшись.

— Всё же я рада! Нет, слово горда подходит больше!

— Гестия…

— Когда все говорят как сильно вырос Белл… Я чувствую, что очень этим горжусь.

Разумеется, перед своими детьми она никогда не проявляла материнской гордости. Они многое прошли вместе, она и Белл. Он пережил множество приключений, вкусил разочарований и смог двигаться дальше, даже когда все были против него.

История Паствы, которую богиня начертала на его спине была для неё бесценным сокровищем.

Гестия ухмыльнулась, как положено юной богине, которой она была, а сидящие рядом боги прикрыли глаза, понимая чувство, которое она испытывала.

— Он был таким плаксой, а сейчас научился высказываться перед остальными. Он вырос в прекрасного… Я снова в него влюбилась! У меня бабочки в животе уже от того, что я просто на него смотрю! Чёрт, ни единой живой душе его не отдам!

— Прекрасно сказано, если опустить последние слова.

— Да!

Божества отхлебнули выпивки, Гестия подняла руки в воздух с радостным криком.

— Честно говоря, я немного беспокоюсь насчёт этой экспедиции… но я уверена, что Белл и остальные преодолеют все трудности. — заявила богиня.

— Если смогли остальные, смогут и наши дети.

— Да, как Гестия и сказала.

Трое божеств подняли бокалы.

— Выпьем за Белла и остальных.

— Может мы и с ними выпьем?

— Выпьем с ними после их благополучного возвращения.

Тёплый свет ламп с магическими камнями освещал оживлённую пьяную атмосферу бара. Бард стукнул пальцами по струнам, затягивая песню для подвыпивших посетителей. Приятная музыка и рассказ о героическом подвиге разлился в небольшом помещении.

— За успешное путешествие наших детей…

Трое божеств, собравшихся за круглым столиком, столкнули бокалы.

— Пьём!!!

В этот день в небе почти не было облаков.

Солнце едва показалось из-за огромной восточной стены города. Орарио открыл глаза и начал просыпаться. Солнечные лучи окрасили небо в голубой цвет, открыв для взгляда лишь несколько облачков. Перед Поместьем Домашнего Очага, в шестом районе города собралась группа людей и полулюдей. Это были авантюристы, принадлежащие к разным Паствам, готовые выдвинуться в экспедицию.

— Все готовы?

— Да! Я взяла столько еды, запасного оружия и припасов сколько могу унести.

Лили проверяла рюкзак, который, казалось, чуть ли не трещит по швам. Айша ей улыбнулась, держа на плече огромный меч называемый подао.

Микото и Чигуса уставились на новенькое оружие в руках Оуки.

— Оука-сан, Вельф-сан и вам новое оружие сделал? Ого, клинок у него просто поразительный.

— Какая секира! Оука, а что насчёт денег?.. — спросила Чигуса.

— …Заплачу из того, что мы получим за экспедицию. — мрачно ответил Оука. Вельф, стоявший чуть поодаль с двуручным мечом за спиной ухмыльнулся.

Нажа, тем временем, протягивала Харухиме набитый чем-то мешочек.

— Харухиме, я закончила новые зелья только что… Возьми. Сражайся отважно, сестра…

— С-спасибо вам, Нажа-сама! — ответила Харухиме принимая мешочек из рук девушки-чинтропа с отчётливыми мешками под глазами. Тронутая словами поддержки члена своей расы Харухиме, поклонилась, отчего капюшон её плаща, Робы Голиафа, накинулся на её голову.

Такемиказучи, Миах, Гефест и члены паствы остававшиеся дома стояли чуть в стороне от группы, направлявшейся в Подземелье, желая тем удачи.

— Оставьте охрану дома на меня. Поставьте Подземелье на уши!

— Не делайте ничего безрассудного.

— Вернитесь целыми!

Нажа и ещё несколько членов Паствы Такемиказучи должны были присматривать за домами Паств, пока остальных нет. Для охраны дома Паствы Гестии, всевышняя Гефест решила предоставить одного из Высших Кузнецов. Узнав, насколько сильный кузнец стоит на страже, ни один воришка не посмеет влезть в Поместье Домашнего Очага. Авантюристы смогли беспрепятственно уйти только потому, что их домам ничто не угрожает.

Белл взглянул на две группы, тех кто отправляется и тех, кто остаётся, а потом поднял взгляд к небу. Погода была ясной, как и выражения на лицах его товарищей. Все были в предвкушении.

Разумеется, совсем без исключений не обошлось.

— Дафна… ты можешь остановить экспедицию?

— А? Не слишком ли поздно?

— Прошлой ночью мне приснилось… У меня предчувствие что случиться что-то жуткое…

— Снова твои сны? Ну хоть сейчас можешь о них промолчать!

Кассандра была готова разрыдаться, получив от своей напарницы такой резкий ответ. Она повернулась к Беллу, обычно принимавшему её сторону, будто пытаясь найти поддержку.

— Эм… прости… — почесал голову Белл.

Получив мягкий отказ и от него, Кассандра опустила голову. Белл скованно улыбнулся девушке, сейчас служившей вьючным мулом для Дафны, и повернулся к своей богине.

—Итак, Всевышняя.

— Белл, что бы ни случилось, не ослабляй бдительность!

— Понял.

— …Постарайся!

— …Обязательно!

Белл и Гестия улыбались друг другу, солнечный свет окутал и их. Белл запечатлел в своей памяти её улыбку и залитое солнцем небо. Какое-то время они не увидятся.

Повернувшись к отряду, он увидел, что Вель и остальные ждут его сигнала к отправке. Белл кивнул и снова повернулся к Гестии и остальным божествам.

— Мы пошли!

Ровно пять месяцев назад он вошёл через врата в Орарио. А теперь ведёт в путь первую экспедицию Паствы Гестии.

Продолжительность экспедиции союза Паств должна составить неделю.

Айша заверила всех что подобная группа может достичь места назначения и вернуться за пять дней, поэтому авантюристы тщательно распланировали путешествие, выделив время на разбитие лагеря в безопасной зоне.

Вельф, Оука и Белл составляли авангард строя, вошедшего в Подземелье. Центр поделился на две группы. Микото, Чигуса и Дафна должны были перемещаться по полю боя поддерживая бойцов и защищая помощников, в то время как Лили, Харухиме и Кассандра служили помощницами. На самом деле, в бою они оказывали поддержку с тыла. Айша, могучая воительница четвёртого уровня замыкала построение и следила за атаками с тыла.

Разумеется, члены Паствы Гестии впервые стали частью настолько большой группы и потому обращали особое внимание на то, как они сработаются с остальными и совершали мелкие перестановки в построении, по необходимости.

Их главной целью было покорение нижних этажей.

— Аааа!!!

Отрывистый крик отразился от стен Подземелья.

Кинжал Гестии Белла фиолетовой дугой рассёк монстра надвое.

— УУУУУУУУУ!!!

Приглушённый смертельный крик бешеного жука раздался мгновеньем позже.

— Маленький Новичок! Ой, то есть, Кроличья Лапка, да? Не останавливайся! Убей их всех!!! — кричала Дафна, прижавшись к стене, пока две половинки огромного жука катились по полу похожему на древесный ствол. Белл кивнул и, подготовив для удара, новый кинжал, который держал в левой руке, оттолкнулся от пола.

Они шли по Гигантскому Древесному Лабиринту на двадцать четвёртом этаже.

Группа быстро побила предыдущий рекорд Паствы Гестии и оказалась в последней секции серединных этажей. Причиной этой скорости стал Белл.

— УОО?!

Фиолетовую дугу сменила героическая белая вспышка оружия в левой руке.

Как и Кинжал Гестии в правой руке, Хакуген, новое оружие Белла, было особенным. Клинок длиной около тридцати пяти сантиметров был чем-то средним между Кинжалом Гестии и баселардом размером. К удивлению Белла, сделан он оказался из рога единорога, очень редкой добычи. Вельф создавал его для Белла с величайшей осторожностью, сделав клинок даже острее, чем у потерянного Ушивакамару. Стоило Беллу легонько взмахнуть рукой, как белая вспышка несла смерть целым стаям монстров.

Как и раньше, Белл был одет в свою дир-адамантиновую броню, пятый её вариант. Прочный лёгкий набор брони засиял будто новый благодаря ремонту Вельфа. Сейчас пластины снова выглядели неповреждёнными. Новая сумка на ноге была сделана из шкуры старого бизона, он был куда прочнее старого.

Укомплектованный новой экипировкой Вельфа, Белл бросился на монстров, окруживших группу, как и прокричала Дафна.

— Оса на два часа!

Лили выкрикивала Беллу, отошедшему от основной группы полезную информацию. Чёрные смертельные осы готовились к атаке, жужжа крыльями.

— Кузнец, двинься! У тебя щит не в позиции! — предупредил Вельфа Оука.

— Ну прости, плохо у меня с щитами! — огрызнулся Вельф, удерживая обеими руками огромный щит. Если смертельные пчёлы ударят их с неудачного угла, их защитное построение дрогнет. Множество гигантских насекомых бросились в атаку острыми жвалами и отравленными жалами. Парням пришлось отступить на несколько шагов, но они выстояли.

Защищаемые Вельфом и Оукой Микото и Чигуса пускали в ос стрелы с центра построения, когда…

— Они быстры!..

— Чёрт!..

Смертельные осы ловко уклонялись от стрел. Даже когда удавалось попасть в цель, насекомое снова взлетало, потому что хитин ос был прочнее даже чем хитин муравьёв-убийц. Было понятно почему монстров, выдерживавших удары даже авантюристов второго уровня, называли «убийцами авантюристов».

— !..

Спустя мгновенье в бой с ошеломительной скоростью вмешался Белл.

Он расправился с монстрами пытавшимися подобраться к группе со стороны и, пробежав прямо по стене Подземелья бросился в бой. Оттолкнувшись от стены, парень запустил себя прямо в рой ос.

— …

Ему удалось застать монстров врасплох, рубиновые глаза блеснули, он замахнулся кинжалами.

Два клинка рассекали прочный хитин и двойные крылья монстров словно нож масло.

Находясь в воздухе Белл закинул Кинжал Гестии в ножны и использовал инерцию чтобы повернуться на сто восемдесят градусов, направив в оставшихся монстров освободившуюся руку и крикнул:

— Вспышка!

Двух смертельных пчёл разнесло на мелкие кусочки, когда сквозь них пронёсся разряд пламени.

Благодаря полученному Беллом новому уровню скорость и мощь его мгновенного заклинания заметно увеличились. У монстров не было шанса уклониться. Когда гравитация вернула парня на землю его окружали искры пламени.

— О-Ого…

— Было время, когда ты без оглядки от этих чёрных ребят удирал, а теперь…

Касандра и остальные авантюристы в центре построения озадаченно замерли, а Вельф восторженно вздохнул и улыбнулся, будто это было неизбежно.

— Уаааа!

Спустя секунду они с Оукой оглушили щитами ещё несколько ос, давая товарищам пространство для атаки. Микото и Чигуса выпрыгнули из-за их спин и пронзили монстров кинжалами.

— Бесполезно… пока мы не избавимся от этой штуки, они продолжат нас атаковать. Если нам даже от пчёл бежать придётся, далеко нам не зайти. — бормотала Айша. Пока передняя и центральная часть группы превращала монстров в пепел, она сражалась с роем ос, нападавшим сзади.

Она бросила взгляд на стену Подземелья, на которой располагалась гигантское, покрытое смолой гнездовье. Это гнездовье не только было прикрыто огромным количеством ос, но и оно само считалось монстром. Очень редким и привлекающим смертельных ос. Оно называется Кровавым Ульем.

Семиметровая похожая на шишку чёрная масса напоминала зловещий фрукт. Неспособный передвигаться монстр-ловушка, обычно маскируется в расщелинах, позволяя смертельным осам просто пролетать мимо. Но стоит появиться добыче, как этот монстр появляется из стены Подземелья в полном размере.

Когда один из таких монстров появляется на пути, ситуация становится плачевной. Именно это сейчас ощутили на себе Белл и остальные.

— Им нет конца! Кассандра, мускус ещё не готов?!

— Прости, Дафна, мне нужно больше времени!

— Простите что не могу вам помочь!

Сам улей атакует жидкостью, которая не может убить или ранить, но она очень клейкая и лишает возможности двигаться авантюриста, на которого попадёт. Смертельные осы мгновенно налетают на обездвиженную жертву. Эта атака застала Харухиме врасплох и беспомощно лежала на полу покрытая оранжевой жижей. Вельф и Оука пытались защитить помощников, вскоре их щиты покрыла вязкая жижа.

Хуже всего было то, что смертельных ос становилось всё больше. Поскольку кровавый улей связан с Подземельем напрямую, смертельные осы вылезают из стен в этом месте гораздо чаще. Пока авантюристы пытались отбиться от насекомых, в коридорах возникли и другие монстры. Экспедиция увязала всё сильнее.

— Не бойтесь! Главное выбить эту штуку!

Перекрывшая дорогу и привлекающая ос колония была важней всего остального. Можно, не преувеличивая, назвать её цитаделью монстров.

Авантюристы должны были уничтожить именно её, как крикнула Айша, стоявшая на страже задних рядов.

Звяк, звяк!

Правая рука Белла начала излучать белый свет. Продолжая разрубать смертельных ос, парень начал заряжать свою атакую.

Вместо заклинания звучал звон колокольчиков. Белл вернулся в центр группы, туда, где стояла Лили, чтобы прицелиться.

— Всем отступить! Собираемся в круг возле сударя Белла!

Крик Лили достиг каждого члена группы. Микото, Чигуса и Дафна взялись за протянутые им помощниками щиты, чтобы отбиться от атакующего роя ос. Айша также сменила подао на щит.

Оука и Вельф присоединились к кругу, сдерживая атаки.

— …Я готов!

Беллу потребовалось ещё несколько секунд.

Услышав его крик, авантюристы расступились, превратившемся в заряженное оружие парню.

Он готовил атаку двадцать секунд.

Используя светящуюся правую руку в качестве прицела, парень крикнул.

— Вспышка!

Мощный взрыв белого пламени вырвался из его руки, оказавшихся на пути ос испепелило в одно мгновенье. Зловещее гнездовье взорвалось от мощного огненного всплеска.

— ААААА?!

Монстры, копошившиеся в улье, издавали разрывающий уши рёв.

Стена Подземелья осыпалась осколками вместе с пеплом кровавого улья заполнив коридор пеплом и дымом.

— Фух… я истощена. Будто с боссом этажа сейчас дрались!

— Почти одно и то же. Гнездовье ос — это худшее, что может встретиться на этом этаже.

Дафна и Айша сидели прислонившись к рюкзаку Лили и выпивали зелья и воду посреди коридора. Их разговор был единственным источником звуков в воцарившейся тишине.

Белл и остальные убирали после крупнейшей битвы за день. Собирали магические камни и выпавшую добычу. Оставляемые смертельными осами пурпурные кристаллы были гораздо крупнее и чище чем те, что можно было найти на верхних этажах. Авантюристы собирали добычу и вытаскивали магические камни их остатков монстров.

— Простите, Белл-доно… я всех вас подвела.

— Это не твоя вина, Харухиме. На самом деле это мы должны были тебя защитить.

Харухиме наконец освободилась от липкой жидкости и помогала с добычей. Поскольку монстров было слишком много, все, не только помощники занимались уборкой.

— Белл-сан… вы великолепны.

— А?

Чигуса, работавшая рядом с Оукой завела с Беллом разговор.

— Вы убили больше монстров чем кто-либо другой… Я и раньше думала, что вы невероятны, но… То есть, сейчас я знаю что вы воистину невероятный! — сказала она, разглядывая его спрятанными за прядями волос глазами, едва сдерживая бурлящий в ней восторг.

Брови Оуки сдвинулись под странным углом, когда он это услышал. — Также, как и Антианейра. Авантюристы четвёртого уровня как будто с небес спустились. Я кажусь себе бесполезным дубом… — его голос был наполнен соперничеством и раздражением.

— Я-я тоже так думаю. Каждое его движение, если сравнить с «Битвой», это, как бы сказать… — заговорила отвлёкшаяся от сбора предметов Кассандра.

— Стало отточеннее, вы имеете в виду, Кассандра-сан? — спросила Микото.

— Да, именно!

Обе явно восхищались новой силой Белла. Сам парень, был куда сильнее смущён, чем доволен этой похвалой. Он не знал, что говорить, оказавшись в такой ситуации. Так же было когда он поднял второй уровень. Он просто слишком плох в принятии комплиментов. Потому лишь неловко прижал руку к щеке.

Пока его разум отчаянно подыскивал что сказать, Белл ощутил на себе пристальный взгляд и посмотрел в его сторону.

Стоявшая рядом Харухиме смотрела на его лицо.

— Харухиме?

— Эм… Прошу прощения, это было невежливо…

— Не в этом дело… ты хочешь что-то спросить?

Всё это время она будто хотела задать ему какой-то вопрос. Белл видел это желание в её взгляде.

Девушка-ренарт отвела глаза, а потом тихонько заговорила.

— Эм… тогда, когда мы узнали о Ксеносах вас это очень поразило и я беспокоилось… что вы не сможете сражаться с монстрами как раньше.

Глаза Белла округлились, когда он услышал о чём заговорила девушка.

Он уже об этом думал. Узнав о Ксеносах парень сомневался что сможет убивать монстров и продолжать жить в качестве авантюриста. Тогда прийти к решению он не мог.

Знавшая что терзает парня Харухиме была удивлена, увидев нынешнего Белла, расправлявшегося с монстрами с энтузиазмом, который заслужил похвалу Оуки и остальных.

Посмотрев в зелёные глаза девушки, поражённой сомнениями Белл на мгновенье, потерял дар речи. Когда остальные вернулись к работе, Белл отвернулся от Харухиме и склонился над кучкой пепла, вытащив из неё прекрасный пурпурный кристалл. Он выпрямился, его взгляд был направлен на магический камень, когда он ответил Харухиме.

— Я решил стать лицемером.

Сомнение с которым Харухиме смотрела на парня превратилось в удивление.

Лицемером?!

Белл помнил оскорбления зловещего охотника и слова мудрого глупца. Только те, кого критикуют за лицедейство обладают необходимыми качествами, чтобы стать героями.

Эти слова остались в его ушах и звучали до тех пор, пока парень их не принял. Когда его победил чёрный минотавр, он принял окончательное решение.

Чтобы спасти Виену и остальных Ксеносов он будет убивать монстров.

Он продолжит убивать монстров, зная, что они могут переродиться в Ксеносов.

Чтобы спасти тех, кто ему важен он отнимет бесчисленное множество жизней.

Пока перед ним монстр, он будет обрывать его существование.

Никто ему не приказывал. Белл избрал для себя этот путь.

Он принял решение и собирается ему следовать.

Независимо от того, будут его превозносить как героя, или позорить как злодея, он будет принимать последствия своих поступков и решений.

Пусть я буду лицемером, подумал парень, вглядываясь в поблёскивающий на свету кристалл.

— !..

Девушка-ренарт вздрогнула, увидев решимость на знакомом лице. Её щёки вспыхнули от восхищения.

Не заметивший этого Белл сжал магический камень в кулаке.

— Он и раньше был силён… но сейчас я будто в большей безопасности. — сказал Вельф.

— Вот как?.. — тихо произнесла Лили.

Они смотрели на Белла и Харухиме со стороны. В отличии от довольного кузнеца девушка-полурослик казалась хмурой.

— А чего такая мрачная? Он, вроде, опаснее не стал.

— Я знаю…

Как и сказал Вельф, парень не стал другим. Он стал торопливым или безрассудным. Сейчас у него было лицо человека, нашедшего свой ответ. Его взгляд словно устремлялся куда-то вдаль. Его чувства становились сильнее, стал сильнее и он сам.

— В отличии от того, что было раньше, он намного… намного надёжнее. Но он будто и отдалился настолько же…

Лили выразилась честно. В её голосе слышалась грусть от того, что Белл будто бы отдаляется от них обоих с каждым днём.

Вельф посмотрел на девушку, погрязшую в мрачных мыслях, и усмехнулся.

— Разве ты не должна его поддерживать, Помощница?

Лили озадаченно перевела взгляд на парня.

— Я вот собираюсь забраться с ним на вершину. Хотя знаешь, я стану сильнее, чем он. Не отставай! — добавил Вельф.

— К-конечно не отстану!!! Лили помощница Белла, его спутница номер один. Она не уступит Вельфу или кому-то ещё!

— Вот и пришла в себя… Эй, хватит меня бить! Больно же!

Лили несколько раз ударила Вельфа, а потом хлопнула себя ладонями по щекам.

Она укрепилась в своём решении стать лучше Вид сражавшегося Белла пробудил в ней энтузиазм.

— …

Айша следила за разговорами погрузившись в собственные мысли.

Их поход до двадцать четвёртого этажа был заслугой не только Белла. Переходя с этажа на этаж Оука, Микото, Чигуса и остальные работали очень слаженно. Увидев старания Белла, они пытались сражаться так же, как и он.

Лили и Вельф подметили правильно, действия одного из бойцов могут поднять мораль всех остальных. Один человек способен наполнить решимостью и силой многих других.

Если всё так и было, то он и правда, как…

Он должен быть тем самым человеком, которого божества называют… «героем».

По крайней мере у него есть потенциал таковым стать.

Впрочем… он не оправдывает надежды божеств, он их превосходит.

Он справился с собственными слабостями и начал укреплять сильные стороны. Он ещё бежит, ещё не знает, что именно хочет найти. И его путь удивляет даже божеств.

Всё начинается со случайных встреч.

Всё что случалось делало парня сильным.

Даже Айша начала им восхищаться.

…Он почти созрел, кажется, пробормотала она прищурившись.

Стоявший чуть поодаль Белл неожиданно вздрогнул.

Щёлкнули карманные часы Лили, и она объявила, что на поверхности наступила ночь.

Мы закончили с исследованием Подземелья на сегодня и решили остановиться на продолжительный привал. То есть, мы решили установить лагерь.

Выбранное нами место находилось неподалёку от главной дороги по двадцать четвёртому этажу. Мы решили воспользоваться небольшой комнатой с узким входом. Эта «комната» значилась одной из возможных мест для отдыха, отмеченных на предоставленной Гильдией карте.

Сначала мы истребили оказавшихся в комнате монстров

Вторым, что от нас требовалось, было разрушение Подземелья.

Взявшись за топоры и молоты, мы били по стенам и полу Подземелья. Из-за этого подземный лабиринт начнёт восстанавливать обстановку и в этом месте какое-то время не будет возникать монстров. После этого мы определили очерёдность стражи у входа, чтобы монстры не могли попасть внутрь.

Думаю, описать эту комнату можно было бы как пространство под деревом. По размеру оно не уступает общей комнате. Стены покрывают небольшие белые цветы и листья, кое-где виднеются травы. Потолок примерно в трёх метрах над головой, на нам виднеется узор похожий на древесные корни. Участки Светящегося Мха на поверхностях излучают довольно яркое зеленоватое свечение.

— Я выбирала место на карте случайно, но здесь уютно! — сказала Лили. Она сняла тяжёлый рюкзак и неспешно окинула комнату взглядом.

На пути сюда мы останавливались только на восемнадцатом этаже рядом с Ривирой, триста тридцать пятой её реинкарнацией, уже восстановившейся после разрушения Ксеносами. Может из-за того, что передышка наконец настала, но все мы были истощены. Раздалась целая череда облегчённых продолжительных вздохов.

Чтобы провести ночь в соответствии с временем поверхности и завтра перейти на новый этаж мы сразу же взялись за установку лагеря.

Оука помогал Харухиме и Кассандре ставить палатки, Микото и Чигуса отвечали за готовку, а Айша стояла на страже входа. Лили и Дафна обсуждали пройденный путь, осматривая карты.

Группа у нас была небольшая, поэтому вся экипировка помещалась в рюкзаки, нам не приходилось таскать огромные ящики как Пастве Локи, и, без нагромождения припасов, наш лагерь выглядел как самый настоящий лагерь.

— Эй, Белл, давай я и второй заточу.

— Хорошо, спасибо.

Я принял предложение Вельфа и протянул ему Божественный Кинжал в обмен на Хакуген, работу с которым он только что закончил. Молотки, точильные камни и даже небольшая наковальня были разложены рядом с ним. Похоже он нёс с собой инструменты в эту экспедицию. Благодаря Высшему Кузнецу мы могли поддерживать наше оружие в отменном состояние, и оно не теряло остроты. Это было очень полезно, потому что вернуться за снаряжением на поверхность во время экспедиции мы не можем.

— Заполучить кузнеца в Паству настоящая роскошь. Сомневаюсь, что даже в знаменитой Пастве Локи кто-то работает руками. — завела разговор Дафна, закончившая со своими делами.

— Как тебе новое оружие Белл? — спросил Вельф.

— Просто великолепно. Режет так хорошо, что я просто поражаюсь… Прорезает даже хитин монстров…

— Это, потому что я использовал особую добычу. Если какой-нибудь целитель узнает, что я сделал, схватится за голову. Ой, только Лили не говорите! Она накричит на меня за то, что я решил так тебя побаловать.

Кузнец смотрел на Божественный Кинжал, но ухмылялся как малое дитя своей проказе. Я ему улыбнулся и посмотрел на Хакуген. Необычный белый клинок поблёскивал в зеленоватом свете. Мне понятно, что этот клинок намного мощнее чем кинжалы серии Ушивакамару, которыми я пользовался до недавнего времени. К тому же, его лезвие ещё острее. А лучше всего в этом кинжале то, насколько он лёгкий. Держать его очень удобно.

Впрочем, последнее делает его не слишком подходящим для защиты и отражения атак… но, в целом, я не возражаю.

Поскольку он был сделан специально для меня, его рукоять идеально лежит в моей ладони. Пусть мне довелось использовать его в первый раз, он уже будто бы стал продолжением моих рук. Навыки Вельфа заметно улучшились. Я очень горд и рад что мы с ним работаем вместе, авантюрист и кузнец, и вместе становимся сильнее.

Наверное, именно благодаря Хакугену и прочей экипировке, сделанной для нас Вельфом мы достигли двадцать четвёртого этажа.

Двадцать четвёртый этаж…

Этот номер снова пришёл мне на ум.

Мы добрались с поверхности до двадцать четвёртого этажа задень. Это хорошее время.

Нет, учитывая то, что раньше у нас возникали проблемы даже на двадцатом этаже, это слишком хорошее время.

Меня слегка пугает что всё идёт настолько хорошо…

Почему так? …Странно что я чувствую себя так спокойно.

Дело не в том, что после достижения четвёртого уровня серединные этажи меня не пугают.

Больше похоже… что я скрещивал клинки с теми, кто гораздо страшнее и сильнее чем всё, что я могу встретить на серединных этажах.

Жуткие охотники, например, и мой величайший соперник. Этот опыт отразился как на моём теле, так и на душе. Я вдруг осознал, что стою на двадцать четвёртом этаже Подземелья, самом неспокойном из мест на земле, и слушаю спокойное, размеренное сердцебиение.

Необычными можно назвать не только мою отвагу, но и мысли, кружащие в моей голове в это самое мгновенье.

Я вернул Хакуген в ножны и поднял взгляд.

— Слушай, Вельф, Божественный Кинжал сделан из мифрила? — спросил я Вельфа.

— Да. Это отличный материал, потому что с ним очень легко работать. К тому же, он отлично проводит магическую силу. Оружия из мифрила лучше всего использовать бойцам, которые сочетают боевые способности и заклинания.

Вельф говорил, нежно смотря на чёрный клинок, испещрённый иероглифами.

— Но только из-за того, что этот клинок легко проводит магию зачарованным он не станет. — продолжил он. — Если вложить магическую силу в обычное лезвие, из чего бы оно ни было сделано, заклинание просто развеется. А почему ты спросил?

— Я просто…

Я сидел рядом с Вельфом снова погрузившимся в работу и смотрел на свою правую руку. Очень тихо, чтобы никто не заметил я вызвал звук колокольчиков. С моей руки поднялось несколько светящихся искр.

Сражение с Астерием в котором я потерпел сокрушительное поражение заставило меня задуматься. Раньше я просто пользовался заклинанием и навыками. Сейчас мне захотелось их изучить.

Особенно Аргонавт.

Я втайне проверял этот навык с тех пор, как мы вошли в Подземелье. И успел узнать очень многое. Для начала, максимальное время заряда Аргонавта четыре минуты. Раньше было три, получается я получил дополнительную минуту с переходом на новый уровень. Его мощь увеличивается с увеличением количества собранных частиц света, у места которым я атакую. Я могу ударить кинжалом, кулаком или заклинанием, но заряжаю разом что-то одно.

Заряд обнуляется если враг по мне попадает или я отвлекаюсь. Когда это случается, физические и ментальные силы которые я потратил не восполняются. Это чем-то похоже на произнесение заклинаний магами. Даже сейчас, если я пожелаю и искры света исчезнут с моей руки, на меня тут же навалится усталость. Я могу восстановить силы предметами, но их будет лучше оставить для критических моментов и не пользоваться этим навыком постоянно.

Самым интересным результатом моих проверок стала конвергенция, самая выдающаяся из характеристик Аргонавта.

Это…

Высокая проводимость магии кинжалом… Конвергенция навыка…

Я кое-что о себе понял.

Я недостаточно сообразителен.

Всё это время я полагался на Лили и, кое в чём на остальных. Без поддержки моих товарищей, которые сделали меня лидером, я никогда бы им не стал. Моё звание ничего не стоит.

Мне нужно использовать свои мозги на полную.

А если я, Белл Кранелл, не смогу, то ничего не добьюсь.

Я не смогу быть как Айз, постоянно добавляющая новые приёмы в свой репертуар. Я не смогу быть как Финн, постоянно придумывающий новые стратегии. Я никогда не пересеку черту, отделяющую меня от гениев.

Если я не буду развивать появляющиеся в моей голове идеи, я никогда не приду ни к чему новому.

Поэтому мне нужно начать думать, и думать пока я не придумаю что-нибудь новое, и за мгновенье до того, как идея окончательно сформировалась в моей голове…

— Ужин готов!

— !..

Голос Лили раздался из-под навеса.

— Ты слышал маленькую госпожу. Пойдём, Белл, я закончил его точить. — Вельф протянул мне Божественный Кинжал.

— …Ладно! — ответил я откладывая мысли и поднимаясь.

Мы с Вельфом отправились в центр комнаты, где нас ждала Лили и остальные.

Осталась всего одна вещь которую нужно было сделать до того, как приниматься за нашу вечернюю, точнее ночную, еду. Мы воспользовались кинжалами и мечами чтобы срезать зелёный Светящийся Мох со стен и потолка, чтобы в комнате стало темнее. Когда мы закончили, пространство комнаты стало походить на ночной лес.

Мы срезали мох для того, чтобы наши внутренние часы адаптировались по времени поверхности, а ещё чтобы на нас меньше нападали монстры. Поскольку существует множество необычных вариаций монстров, монстры предпочитают держаться подальше от мест в Подземелье, где освещение отличается от привычного. По крайней мере так сказали Айша и Дафна, бывавшие во многих экспедициях.

Мы собрали срезанный мох и прочее в сосуды, поставив их в центре комнаты. Они походили на фонари, освещающие наш ночной лагерь.

— А теперь, ребята, давайте есть! Попируем вдоволь!

— Н-надеюсь вам понравиться…

Мы собрались рядом с импровизированными фонарями и принялись за еду. Микото и Чигуса приготовили Ризотто, точнее что-то похожее на это восточное блюдо. Мы истекли слюнями увидев, как нам накладывают связанные золотистыми желтками яиц мелко порезанное сушёное мясо, зелёные травы и смесь орехов с фруктами. Эта смесь оказалась в деревянных чашках, в которые мы вонзили свои ложки.

— Мы добавили кое-что из Подземелья, Айша-сан говорила, что это съедобно… Как вам?

— Немного странно… но вкусно! Мне нравится землистый вкус, а фрукты добавляют кислинку. По крайней мере, за пределами Орарио такого не приготовить.

— У нас на родине тоже ничего подобного не попробовать. Только в Подземелье.

— Сударь Оука, вам следует получше отзываться о поварах… особенно о Чигусе! — хмуро сказала Лили переговаривавшимся Вельфу и Оуке.

— Л-Лили-сан, не нужно!.. Но я рада что им понравилось. — сказала Чигуса, явно довольная тем, что преуспела в готовке.

Поскольку мы с Микото живём под одной крышей я знаю, насколько хороший она повар, а Чигуса, выросшая в таких же условиях, наверное, настолько же талантлива. Вельф и Оука не единственные, кому приготовленное пришлось по вкусу.

— Вам бы перестать ошиваться в Подземелье и открыть ресторан. — пошутила Айша, отчасти нахваливая девушек, а отчасти их поддразнивая.

Яйца мы выбирали, когда останавливались у Ривиры. Борс, глава городка в Подземелье лично отобрал их чтобы поздравить нас с первой экспедицией. Оказалось, что несколько жителей принесли с собой кур с поверхности. Авантюристы, которые жаждут знакомой еды называют эти яйца золотыми. Только вот с их хранением возникают проблемы.

— А ничего что мы использовали так много воды?.. Нам говорили, что для экспедиции будет достаточно, но не хотелось бы поворачивать обратно, потому что вода кончилась… — сказала Кассандра, беспокоясь о припасах, использованных для приготовления еды.

— Этажом пониже столько воды, что в ней хоть утопиться можно. Не беспокойтесь. К тому же, наша группа не такая большая как группы Паствы Аполлона в которых вы ходили. Дракой за воду дело не кончится.

Айша ответила, беспечно махнув рукой на вопрос Кассандры.

Возможно, вспоминая свои прошлые экспедиции, а может из-за заявления Айши, бывшие члены Паствы Аполлона, Дафна и Кассандра, вздохнули.

В общем-то Кассандра права. Запас воды одна из самых важных вещей в Подземелье.

Источников чистой воды, как на восемнадцатом этаже, не так много и они слишком сильно разбросаны по лабиринту. Планирование сбора воды в особых местах на этажах это ключ к успешной экспедиции. До того, как мы встали лагерем в Гигантском Древесном Лабиринте Айша и Микото отходили к источникам, и сейчас наших запасов должно хватить. Может расслабленная уверенность Айши с которой она говорила о том, что в экспедициях даже случаются драки за воду, говорит о её опытности.

— Мне кажется, Беллу Кранеллу будет лучше в центре строя. Когда я услышала, что он должен заряжать атаки первой моей мыслью было «Чё?», но теперь, я лично увидела силу и скорость этой атаки, наверное, он мог бы и в конце строя идти. — сказала Дафна.

— Мне не кажется, что сударь Белл сможет оставаться в тылу из-за его личных качеств. — возразила Лили.

Ужин закончился, мы сели в круг и обсуждали бои, через которые прошли сегодня и слушали мнения членов группы.

— Если подумать, он и правда не может сидеть сложа руки… Кстати, ты неплохо справляешься с командованием.

— Спасибо.

А когда Дафна и Лили успели перейти на отношения наставника и ученика? Они сидят и кивают друг другу головами.

— В отличии от прошлого раза никому не пришлось поднимать уровень. Магические мечи тоже ждут своего часа. — сказал Вельф.

— В этот раз с нами больше людей, поэтому мы реагируем быстрее и действуем вместе лучше. Хотя, конечно, большую роль играет то, что строй поддерживают Белл-сан и Айша-сан… — добавила Микото.

— Мы прикрываем слабости друг друга… Так должна работать экспедиционная группа. — сказал Оука.

— И только я ничего не делаю и сдерживаю остальных… Эх… — вздохнула Харухиме.

Сидящие рядом Чигуса и Кассандра вступили в довольно оживлённый разговор о лечении и первой помощи. Наспех собранная группа поладила на удивление хорошо. Все были увлечены разговорами.

— Эй, Антианейра. Я никогда не была на двадцать четвёртом этаже, но тут всегда так было? Я начинаю беспокоиться что мы можем потерять бдительность потому что всё идёт слишком хорошо. — сказала Дафна.

Её голос прозвучал в комнате слишком громко. Все посмотрели на неё, возможно именно этого она и добивалась. Айша, сидевшая на полу подогнув под себя колено вздрогнула.

— Если следить за атаками, которые накладывают особые состояния, при достаточном количестве людей, Гигантский Древесный Лабиринт пройти легко. То есть, сложности могут возникнуть если в группе только авантюристы второго уровня… Да и когда спускаешься сюда без подготовки можно угодить в установленные ловушки и наткнуться на странных гоблинов не из этого лабиринта. Помимо этого, конечно, возможное количество нападающих монстров зашкаливает.

Двадцать четвёртый этаж самый нижний из серединных этажей и для похода сюда требуется второй уровень. Насколько я слышал, Гильдия устанавливала границы этажей чтобы уберечь тех, кто спускается на серединные этажи в первый раз. Появляющиеся здесь монстры гораздо сильнее чем те, что рождаются на семнадцатом этаже и выше.

Главное, что выделяет Гигантский Древесный Лабиринт, начинающийся на девятнадцатом этаже это обилие особых атак, например, отравленных. Монстры здесь также появляются гораздо чаще чем на этажах выше.

Но, самое страшное, что начиная с этих этажей Подземелье может обрушить безграничное количество атак. Нужно успевать следить за всем, на каком бы этаже ты ни был.

— После этого этажа… Вы должны были слышать, что авантюристам второго уровня позволено спускаться до двадцать седьмого. Со следующего этажа опасность начнёт исходить ещё и от местности. Насколько я знаю, только поэтому этажи начиная со следующего называют «нижними».

Закалённая в битвах авантюристка хотела сказать, что ко всему прочему добавляется странный рельеф, из-за которого, начиная с двадцать пятого этажа и начинается опасная зона.

— Только на тридцатом этаже потребуются по-настоящему высокие характеристики и уровень. Там обитают орды кровозавров и других опасных монстров. Вот это уже больше похоже на поход в серединные этажи для авантюриста первого уровня… Начиная с этого этажа группы, состоящие из авантюристов второго уровня, будут разбиты напрочь.

Все слушали рассказ Айши.

— …Тридцатый этаж, да. Сложно даже представить на что нам пришлось бы пойти, чтобы пройти ещё шесть этажей. — сказал Вельф.

— Кстати, насколько я помню, Гильдия никогда не делится подробной информацией о нижних этажах?.. — спросила Микото с интересом наклонив голову.

— Гильдия запрещает доступ к инфомации о нижних этажах и Глубинной Зоне… Особо секретной считается информация обо всём, что лежит ниже пятидесятого этажа. — тихонько дополнила Лили.

— А почему? — спросила Микото.

— Потому что внизу всё слишком сильно отличается… Если люди об этом узнают, они могут потерять надежду. — ответила Лили. Остальные авантюристы притихли.

— Ха-ха-ха… Не может быть… — пыталась посмеяться Кассандра, но её оборвала Айша.

— Даже когда я состояла в Пастве Иштар… нам ничего не говорили о пятидесятом этаже и тех, что ниже.

Неожиданно, предположение Лили получило подтверждение. Похоже, что информацию о Глубинной Зоне можно будет получить только после того, как она будет достигнута.

— Если верить слухам… драконы свободно порхают с одного этажа на другой. Но это не самое худшее. Монстры, не уступающие в силе боссам этажей, ходят там целыми ордами.

— …В-враньё всё это!

— Кто знает? Впрочем, если это так, то это признак того, как нелегко придётся авантюристам на пятидесятом этаже.

Чигуса громко сглотнула, в лагере повисло молчание. Все вздрагивали представляя, что может лежать в неизвестности кажущейся бездонной подземной бездны.

Фонари освещали напрягшиеся лица авантюристов.

— Чёрт… И чего вы бесхребетные цыплята задрожали?! Это всё в далёком будущем. — попыталась расслабить группу Айша. — Харухиме, тащи выпивку!

— Что? Айша-сама, я не брала с собой алкоголя!..

— Ты может и не брала, а я тебе в рюкзак засунула!

Поражённая Харухиме порылась в рюкзаке и нашла… именно то, о чём Айша говорила.

Перед вздрогнувшими членами экспедиции оказались звенящие бутылки.

— Парни! Вы же будете по стаканчику, да?

— …Когда наливает амазонка остаётся только согласиться.

— Сударь Вельф! — осуждающе воскликнула Лили.

— Да ладно, тебе, Лил, всего глоточек! Считай это снотворным. Здоровяк, ты же тоже не откажешься?

— Ты только лишнего не выпей. — ответил Оука. Он любил выпивку и явно был рад предложению.

— Ты это себе говоришь, да, Оука? — поддразнила его Чигуса.

— А стоит ли нам в первый же день?.. — раздалось тихое бормотание Кассандры, тут же утонувшее в восторге перед надвигающимся продолжением вечера.

Напоминавшая храмовую жрицу в своих боевых одеждах Харухиме, казалось, была на своём месте разливая всем по приказам Айши выпивку. Ничего удивительного, наверняка она занималась этим в районе Удовольствий. Айша уговорила остаться даже настороженную Дафну и обеспокоенную Микото. Кассандра попыталась незаметно сбежать в палатку, но эта попытка была пресечена.

Вскоре кто-то рассмеялся, потом послышался смех остальных.

— …

Я следил за тем, что происходит сидя вне группы.

Настала моя очередь охранять вход. С тех пор как мы начали есть я сидел на пеньке, сменив на страже Айшу и следил за входом в комнату. Должен признать, за монстрами я следил вполглаза. Куда сильнее моё внимание привлекали разговоры.

Я отхлебнул похлёбки из чаши, которую держал в руках и вдруг обнаружил, что мои губы расплываются в улыбке. Давно я улыбаюсь?

— Сударь Белл! Как насчёт ещё одной порции?

— Спасибо, Лили.

Каким-то чудом ей удалось ускользнуть из дьявольской хватки и подойти ко мне с котелком в руках. Я благодарно принял ещё одну порцию.

— Это же бред! Напиваться в Подземелье даже не в безопасной зоне…

— Мы ведь в экспедицию идём, сомневаюсь, что кто-нибудь напьётся…

— А что, если монстры услышат шум?!

Она права… Не ответив на её вопрос, я снова отхлебнул из своей чаши.

Впрочем, останавливать Вельфа и остальных пытаться я не буду.

В комнате, похожей на ночной лес царило странное иссиня-зеленоватое свечение. Оно создавало атмосферу таинственности и уюта. На стенах плясали отбрасываемые развлекающимися членами группы размытые тени, перемешивающиеся с местными растениями.

Привал это одно из удовольствий в походе.

Я читал об этом в героических сказаниях, но сцена перед моими глазами сделала меня настолько счастливым, что выразить этого я не могу.

— …Вы радуетесь, сударь Белл? Я заметила, как вы улыбаетесь.

Лили бросила на меня странный взгляд, стоя рядом.

— Ой, прости… Что я могу сказать? Я всегда хотел вот так собраться на привале вместе со всеми.

— Разве мы уже не делали этого вместе с Паствой Локи на восемнадцатом этаже?

— Наверное… Но это просто здорово.

Я почесал щёку, и улыбнулся, пытаясь скрыть своё смущение.

Лили молча смотрела на меня. Я наклонил голову, посмотрев в ответ.

— …Я рада. — расслабленно пробормотала она. — Я хочу вам признаться, сударь Белл… Лили стало немного страшно.

— А?

— С того дня как вы решили стать сильнее ради Виены и остальных Ксеносов… я думала вы изменились.

Она была ошеломлена и немного напугана. Она беспокоилась что, если я поставлю себе слишком далёкие цели, я отдалюсь от остальных. Я посмотрел на неё, когда она в этом призналась. Её щёки полыхнули, но потом она снова ко мне обратилась.

— Но, оказывается, что сударь Белл всё ещё сударь Белл.

Она радостно мне улыбнулась, я не мог не ощутить к ней нежность. Не романтическое чувство, а доброту, которую, наверное, ощущаешь к сестре.

Я и понять не успел, когда моя рука опустилась на голову Лили.

Она удивлённо на меня посмотрела, но приняла мою руку, а я потрепал её волосы.

— Прости что заставил тебя поволноваться. — сказал я, улыбаясь, чтобы разбить её страхи, как с Виеной, но…

— …Нет, вы всё-таки изменились. Вы будто стали больше… как бы это сказать… бабником…

— Чееееееееееееего?!

И вот меня снова критикуют.

Может она злиться, потому что её щёки надулись, а ореховые глаза прищурились.

— Прости, прости, прости!.. — начал без конца извиняться я, потому что было очевидно грубо гладить её по голове.

Лили захихикала.

Я посмотрел на неё ничего не понимая, но потом расплылся в улыбке.

— С-сударь Белл, не хотите выпить? Не алкоголя, воды.

— Сударыня Харухиме, а вы что тут делаете? Проявите хоть немного тактичности! — Лили накинулась на ренарта, ставшую второй, кто сбежал от всеобщего веселья.

— Айша-сан сказала мне перестать разливать напитки чтобы присоединиться к вашей беседе!..

— Аааааргх! Это не оправдание! Та это нарочно?!

— А почему вы ссоритесь?.. — вмешался я.

Предсказуемо, шум услышали монстры. Когда стая Металлических Кроликов появилась у входа мы прекратили разговор чтобы отбить нападение. Так началась первая ночёвка экспедиции.

После того как скромная вечеринка с выпивкой кончилась, тишина воцарилась в комнате.

Прислушавшись, я слышал мягкое посапывание Лили и остальных девушек, спавших под навесом. Вельф и Оука спали снаружи, прислонившись к стене и кустам. Оружие лежало рядом с ними наготове.

УООООН… Вдалеке я услышал рык. Наверное, это рёв какого-нибудь звероподобного монстра, он довольно далеко. Угрозы в нём я не увидел.

Я продолжал охранять проход и после того, как все разошлись спать. Одна из бутылок со светящимся мхом у моих ног освещала проход тусклым светом. Осмотревшись, я увидел, что комната медленно себя ремонтирует. На всякий случай я добавил на стены ещё несколько новых порезов кинжалом.

Вернувшись на место, я открыл карманные часы, которые мне дала Лили. Они показали два часа ночи. Самое время кому-нибудь меня сменить.

— ?..

Я услышал шорох одежды.

Женщина вышла из тента и подошла ко мне. У неё длинные волосы и стройные ноги. В тусклом свете можно было разглядеть одежду танцовщицы и бронзовую кожу.

— Айша?... Я думал меня сменят Вельф и Оука!

— Конечно, менять тебя будут они. Я своё отстояла.

— Тогда почему?

— А что ты сделаешь если я скажу, что хотела забраться с тобой в постель?

Я подпрыгнул на пеньке и безмолвно на неё уставился.

— Шучу! — сказала Айша, но её улыбка оставила у меня сомнения, было ли это шуткой.

…Она очень красива.

Я не мог об этом не подумать, оказавшись наедине с амазонкой. Она стояла на расстоянии вытянутой руки и соблазнительно улыбалась. Она не просто красива, её чистейшая привлекательность до сих пор заставляет меня теряться. Как и взгляд прищуренных глаз которым она меня окидывает.

Я не мог вынести молчания, потому попытался начать разговор.

— Эм… Я должен был сказать это раньше, но спасибо вам, Айша… за то, что пошли с нами в экспедицию.

— На здоровье. Я всё равно собиралась помочь вам в первой экспедиции. Время оказалось подходящим. — немного погодя она добавила. — В обмен на помощь с Ксеносами.

Я ничего не ответил. Вдобавок, несмотря на сказанное, наверное, она просто беспокоилась о Харухиме. Я улыбнулся стоящей передо мной грозной на вид женщине, ненавидящей формальности. Она отбросила пряди волос с лица.

— Мне показалось, ты можешь сильно разнервничаться. — сказала она.

— А?

— Поэтому решила тебя проведать.

Она посмотрела в уходящий вдаль тёмный коридор.

— Рядом проход ведущий на нижние этажи. Завтра мы пойдём покорять двадцать пятый этаж, нашу цель.

— !..

— Наверное ты слышал разговоры и следующий этаж, как и все нижние, совсем другое дело.

Двадцать пятый этаж.

Для меня и моей Паствы это неизведанная территория. Впервые мы отправимся на нижние этажи.

Эту отсечку называют Второй Границей. Первая Граница ведёт отсчёт с начала серединных этажей. Даже среди авантюристов высоких уровней очень немногие её пересекали.

— Знаешь как авантюристы называли зону, начинавшуюся с двадцать пятого этажа?

— Нет…

— Я слышала, что так её называли в ранние дни исследования Подземелья, а некоторые используют это название и сейчас… Её называют Новый Мир.

…Новый Мир.

Фраза, описывающая неизвестные земли, породила в моей груди дрожь.

Амазонка взглянула на палатку.

— Если оступишься ты, оступится вся группа. Так у вас устроено.

— …

— Спрошу тебя ещё раз… С катушек слетать не собираешься?

Небольшой кусочек светящегося мха сорвался с потолка и упал на пол. Если я закрою глаза, насыщенный растительный запах наполняющий воздух заставит меня забыть, что я в Подземелье, и заставит ощутить меня в лесу, на поверхности. В лесу наедине с Айшей.

На мгновенье я даже услышал, как несуществующие листья шелестят на ветру. Я задержал дыхание, а потом ответил на вопрос Айши.

— Я совру, если скажу, что совсем не боюсь… но…

Я собрался с мыслями. Мне вспомнились фразы разговора, услышанного ранее.

…Драконы свободно порхают с одного этажа на другой.

…Но это не самое худшее. Монстры, не уступающие в силе боссам этажей, ходят там целыми ордами.

И в этом непередаваемом мире стоит один человек, мой идол.

Гораздо дальше Нового Мира, в который мы должны ступить.

Этот человек стоит на передовой Подземелья, который иначе как «адом» и не назвать.

— Но я хочу идти дальше.

Я сжал руку в кулак и поднёс её к груди.

Вот, что правда. На самом деле я боюсь. Как сильно бы я не хотел казаться сильным. Я не мог перестать дрожать.

Но моё желание достичь того места перебарывает страх.

Вот что я чувствую.

У меня нет времени сходить с ума.

— …Мне нравиться выражение твоего лица. Куда лучше, чем раньше. — прищурившись сказала Айша — Я тебя почти не узнаю.

Фиолетовые одежды колыхнулись, она приблизилась ко мне едва не коснувшись, воспользовавшись моим удивлением.

— Позови меня, когда почувствуешь пламя, которое не сможешь погасить. Моё тело к твоим услугам в любое время.

Слова, которые она прошептала прямо мне в ухо заставили меня вздрогнуть. Соблазнительный вздох пощекотал мою шею и она, улыбаясь, вернулась под навес.

После её ухода я позволил прохладному воздуху подземелья остудить полыхнувшие щёки. Очистив мысли, я опустил кулак.

Пойти на новый этаж.

Моё первое приключение после получения четвёртого уровня.

Я обратился к грядущему дню, в который я столкнусь с неизвестным вместе с моими друзьями.

----------

Новый мир ~Водный остров~

Проход, соединяющий двадцать четвёртый этаж с двадцать пятым, представлял собой покрытую кристаллами пещеру.

Мы
собрали лагерь и прошли в глубины двадцать четвёртого этажа. Убив
монстров в очередном зале, мы собрались перед полым стволом дерева,
покрытым кристаллами, казалось, будто этот ствол застыл.

— Лёд… Нет, кристаллы…

Стены
пещеры поглотили слова Лили. Сама пещера была тёмной, на другом конце,
вдалеке, виднелся мягкий свет, оттуда же на нас задувал прохладный
ветер. Порыв ветра прошумел по Огромному Древесному Лабиринту и
растрепал мне волосы, заставив задуматься о следующей части наших
приключений.

Мы переглянулись и, вдохновлённые кивком улыбающейся
Айши, двинулись в полый ствол. Я был первым. Держа в руках одну из
магических ламп, переданных Харухиме, я шёл по древесному стволу. В
центре все держали в руках лампы, кроме Айши, замыкавшей строй, шедшей с
бутылью, наполненной светящимся мхом. Я осторожно шёл по пещере, думая,
что из-за гладкости стены, пол и потолок напоминают мне ледяную пещеру.

Мы спускались по длинному тоннелю всё глубже.

— Я слышу воду… — шепнула Микото.

Когда
конец пещеры был уже близок, я разглядел в нём синеватый свет, вместе с
этим я услышал течение воды. Оно становилось всё громче. Вскоре каждый
из нас расслышал в водном шуме звук водопада.

Я не был испуган
или взволнован. Я просто следовал инстинктам авантюриста, которые вели
меня к неизведанному за синеватым светом, с другой стороны.

Мы достигли выхода из пещеры.

Я был ошеломлён. Манящий вид, оказавшийся перед моими глазами, полностью меня поглотил.

Ужасающий грохочущий водопад был окружён обрывами и холмами, сформированными кончиками кристаллов.

В
воздухе кружили мелкие брызги воды, создававшие подобие тумана, в
воздухе парили гарпии и сирены. Их пронзительные голоса и хлопанье
крыльев разносились по просторной пещере.

Мы оказались перед огромным водным раем.

— Ого…

Стоящих
за мной Вельфа и остальных окружающее также заворожило. Мы стояли будто
загипнотизированные новым видом, несравненной природой Подземелья, а
больше всего нас поразил огромный водопад прямо перед нами.

— Должно быть об этом они и рассказывают…

— Великие Водопады…

Шёпоты
Микото и Лили растворили в рёве падающей воды. Слышимый звук был
подобен какофонии грома, грохот массы воды, разбиваемой о землю. Даже в
сотне метров от водопада, барабанные перепонки вибрировали.

Великие Водопады.

Как
и следует из названия, это огромный поток воды, каскадом падающий на
землю, начинающийся на двадцать пятом этаже. На глаз, кажется, что эти
водопады около четырёхсот метров в ширину и примерно столько же в
высоту. Может дело в отражении света, но падающая вода кажется
изумрудно-синей. Она так прекрасно мерцает, что на мгновенье я
совершенно забыл, что мы в опасном подземелье.

Вместе с этим я
ощутил, что тронут видами природы и дрожу от изумления… Под кристальными
скалами разлился огромный и глубокий пруд. Даже первоклассный
авантюрист мог бы умереть, упав с высоты водопада. Но куда больше
вопросов у меня вызвало то, что водопад продолжается и после этой
заводи.

Будто по лестнице, огромные массы воды падают ещё дальше, за двадцать пятый этаж.

—
Этот огромный водопад пересекает несколько этажей, падая на двадцать
шестой и двадцать седьмой этажи. А, и не беспокойтесь, монстры по
водопаду забраться не могут. Ну, большая часть монстров, — рассказала Айша. Оука и Чигуса схватили воздух ртом.

Водопад
проносится через этажи. В тех частях Подземелья, в которых я бывал,
такое было бы невообразимо. Говорят, что виды новых этажей постоянно
развеивают представления авантюристов. Должно быть, эта фраза означает
нечто подобное.

Пещера, расположенная за водопадом, составляет размером примерно четверть девятнадцатого этажа.

— А как попадают на двадцать шестой этаж?.. Карабкаться по этим скалам же не придётся? — хмыкнул Вельф.

— Нет, есть путь удобнее. Куча лестниц и спусков. На него можно выйти через пещеру вон там.

Айша
указала на озерцо внизу двадцать пятого этажа. Хоть оно и кажется
отсюда небольшим, рядом определённо виднеется вход в пещеру.

Этажи
с двадцать пятого по двадцать седьмой представляют собой одну общую
структуру. Для передвижения придётся подниматься и спускаться на
расстояния, равные высоте Великих Водопадов, используя объединённые
проходы в глубинах небольших озёр. Если спрыгнуть с края водопада,
наверное можно одним прыжком достичь двадцать седьмого этажа, только вот
не требуется особой сообразительности чтобы понять, что в таком случае
наши тела разобьются всмятку.

В отличии от Лили, Дафны и
остальных, уставившихся вниз, я поднял взгляд. Великий Водопад лился
прямо с потолка двадцать четвёртого этажа. Над вершиной водопада я
заметил нечто похожее на Огромный Древесный Лабиринт, корни дерева пять
метров диаметром.

Должно быть, водопад начинается оттуда.

Я вернул взгляд на притягательные виды воды.

Я
помню, как меня поразил вид Последнего Убежища на восемнадцатом этаже,
но… то, что я вижу сейчас, тронуло меня сильнее. Сколько раз мы бы не
обсуждали этот водопад на занятиях с Эйной, я не мог унять дрожь, увидев
его собственными глазами. Сердце громко стучало от смеси восторга,
напряжения и удивления от встречи с неизведанным.

Три огромные
пещеры, составляющие гигантский водопад, называют Водной Столицей
Подземелья. До сих пор этот участок Подземелья остаётся одним из самых
загадочных, а авантюристы древности называли его Новым Миром.

— Хватит пялиться. Нужно идти. Если задержимся, те гарпии могут нас заметить и напасть на нас.

Слова
Айши разрушили транс, в котором мы пребывали, и вернули нас в
реальность. Для авантюристов и помощников в порядке вещей
настораживаться, услышав о возможной атаке, и мы тут же забыли о
красотах Подземелья и послушали Айшу.

— Нужно выбирать левый путь
и идти по стене. Разумеется, он прямой, так что заблудиться у вас не
получится. Пещера вон там выведет нас в привычные лабиринты, —
величественно заговорила Айша, будто изучившая это место вдоль и
поперёк. Она мотнула подбородком в сторону кристального моста, который
начинался недалеко от того места, на которое мы вышли.

Холм, на
котором мы оказались, был подобием тропинки. По правую руку от нас был
крутой обрыв, а слева — отвесная стена. Никаких перил, разумеется, не
было, и, если отсюда сорваться, можно упасть прямо в разлитое внизу
озеро.

Я воспроизвёл в голове карту из Гильдии, вообразив наше местоположение.

Крутая
тропинка, на которой мы оказались, находилась на южной окраине этажа,
она соединялась с проходом на двадцать четвёртый этаж. Пещера и Великие
Водопады были прямо перед нами, в центре этажа. Проход на двадцать
шестой этаж, на который нам указывала Айша, был на юго-восточной окраине
этажа. Как она и сказала, мы идём на запад по стене пещеры и попадём в
холм через пещеру. Оттуда мы по дуге пройдём с запада на север под
водопадом, а потом на восток к подземному проходу в глубине этого этажа.
То есть, мы пройдём по часовой стрелке с юга на юго-восток.

Мы шли по холму, я возглавлял группу.

Тропинка была около трёх метров шириной.

Слева
стена, справа обрыв. Кажется, Кассандра пыталась не смотреть направо ни
при каких обстоятельствах. Рядом с Великими Водопадами сновали гарпии и
другие крылатые монстры, завывая и пронзительно крича. К счастью, нас
они пока не замечали. Не хотелось бы сражаться на такой узкой дороге,
поэтому стоило дойти до лабиринта, расположенного в холме, как можно
быстрее. Если бы на нас напали летающие монстры, нам пришлось бы
полагаться на стрелы и заклинания закрываясь щитами.

Присмотревшись, я заметил похожий на кристальный мост путь, проходящий рядом с Великими Водопадами.

Возможно, когда-нибудь мы по нему пройдём…

— Слушай, Белл, всё на этом этаже сделано из кристаллов? — спросил Вельф, шедший прямо за мной. Я кивнул.

—
Здесь должно что-то расти… но Эйна говорила мне, что этот этаж почти
весь состоит из кристаллов, — добавил я, посмотрев сначала на пещеру на
этаже справа, а потом на отвесную стену по левую руку.

Похожая на
каменную стена, тропинка, по которой мы идём, и всё остальное на этом
этаже будто сделано из тёмно-синих кристаллов. Цвет гораздо темнее, чем у
кристаллов на восемнадцатом этаже, с едва различимыми полосками. На
первый взгляд, их не отличить от обычных камней.

Прозрачные белые
кристаллы различных размеров излучают свет, освещающий этаж. Они торчат
из стен и пола как бамбуковые ростки, каждый из них испускает небольшое
количество света. Если не считать Великого Водопада, окутанного ярким
синим светом, весь остальной этаж освещён тусклым синеватым светом.

— Харухиме-сама, вы уже бывали здесь с Айшей-сан, не так ли?!

— Да, Чигуса-сан. Но тогда я путешествовала в ящике и почти из него не выходила, хотя и помню своё восхищение.

Я
слышал, как разговорились девушки в центре строя. Я бросил на них
взгляд. Чигуса явно наслаждалась видами, а роба Харухиме ходила ходуном
из стороны в сторону, будто она мотала своим лисьим хвостом.

Судя по всему, девушек тоже захватила сказочность окружения.

—
А как вы думаете, куда уходит вся эта вода? Не могу себе представить
откуда берётся столько воды, что её хватает на несколько этажей…

—
Эта вода из нескольких подземных течений, связанных с поверхностью. Ты
наверняка слышала о портовом городе Мелен, недалеко от Орарио, правда?
Вода связана с озером Лолог, которое там расположено. Конечно же оно
опечатано, как и Вавил… Думаю Подземелье поглощает очень много воды, —
ответила Айша на вопрос Микото.

Говорят, что в Древние Времена
водные монстры выбрались на поверхность через то озеро на поверхность и
проникли в океан. Я слышал это от Эйны на уроках.

Разговаривая,
мы добрались до западной стороны тоннеля, отмечающего конец дороги на
крутом холме. Мы добрались до лабиринта пещер, ни разу не вступив в бой
на склоне холма.

— Давайте остановимся на минуту и обсудим план действий, — сказала Лили.

В
пещере тоннели расходятся в разные стороны, подобно лабиринтам пещер
серединных этажей. Словно созданные из серого камня пещеры вырезаны
повторно в тёмно-синих кристаллах. Мы остановились перед тоннелями,
чтобы немного отдохнуть и обсудить, как мы будем сражаться. Собрание
вела Лили:

— Чтобы доказать Гильдии, что мы завершили миссию, нам
нужно принести определённую добычу: десять стальных раковин синих
крабов, а также три плавника морских змеев или тридцать клыков
рыб-налётчиц. Из добычи с редких монстров подойдёт один тайный кристалл
карбункула. Из ресурсов нам понадобится тысяча кусочков лазурного камня.

Лили сбросила свой тяжёлый, на вид, рюкзак и достала из кармана бумажку с записями.

Поскольку мы находимся в связанной с водой части Подземелья, от нас требуется множество предметов, связанных с водой.

—
В первую очередь ищите монстров и ресурсы, которые я перечислила. Всё,
что нам нужно, можно найти в этой области, и мы уже достигли цели нашего
путешествия, нижних этажей, поэтому я не вижу нужды спускаться на
двадцать шестой этаж.

— То есть, вы предлагаете заняться исследованием только двадцать пятого этажа? — спросила Микото.

Лили в ответ кивнула:

—
Да. Мы впервые здесь оказались, у нас шесть дней на проведение
экспедиции, поэтому Лили кажется, что будет лучше использовать вчерашнее
место для лагеря и перемещаться между ним и этим этажом.

Вельф и
остальные согласились с её предложением, у меня также не было
возражений. Ежедневное возвращение на двадцать четвёртый этаж в лагерь и
спуск обратно помогут нам адаптироваться к обстановке нижних этажей.

Как
любит говорить Эйна: «Авантюристам не следует увлекаться авантюрами».
Нужно принять этот её совет для экспедиции, хоть это и будет означать,
что кое в чём нам будет неудобно.

— Я говорила до того, как мы
отправились, но нас ждёт встреча со множеством монстров, обитающих в
воде. Эта просьба может показаться вам странной, но не приближайтесь к
берегам, пожалуйста.

Мы заранее подготовили свод правил для нижних этажей и сейчас Лили напоминала о нём каждому из нас.

— Ну и наконец, я должна убедиться… Все одели одежду из ткани Ундин, которую я передала вам этим утром?

Она
осмотрела новую одежду, которую мы надели. Мне достались поддоспешник и
штаны, Вельфу — кимоно, Микото и Оука носили боевые одежды в стиле
дальнего востока, Харухиме — одеяние храмовой жрицы… Всё это было
сделано из тонкого светло-голубого материала, официально называемого
«тканью с защитой духов».

Она водонепроницаема, в отличие от
саламандровой ткани, в которую мы оделись, чтобы покорить тринадцатый
этаж. Та ткань была связана с духами огня, а эта с духами воды. Мы вряд
ли смогли бы выжить в Водной Столице без подобной экипировки.

Важнее
всего в Ундиновой ткани то, что её защитные свойства лучше всего
работают под водой. Она снижает сопротивление и давление воды, улучшая
подвижность. То есть, она поможет нам плавать быстрее. Я слышал, что для
связанных с водой заданий одежда из ундиновой ткани самая важная вещь.

Раз Паства Гестии вела эту экспедицию, мы заказали боевые одежды из Ундиновой ткани в особой лавке в Вавиле, не только для членов нашей Паствы,
но и для Дафны, Оуки и всех, кто принимает участие. Стоила она
недёшево, но, к счастью, у нас оказалось достаточно средств, чтобы
покрыть стоимость. Только Айша воспользовалась своей экипировкой.

Пока мы одеты в одежду из Ундиновой ткани, опасность от падения в воду значительно уменьшается.

—
А ты сама не видишь яркие синие цвета, Лил? Конечно, мы в неё одеты, —
заявил Вельф. Наверное, из-за его враждебности ко всему, что связано с
духами, в его ответе слышались нотки недовольства.

— Разве я не
сказала, что хочу убедиться?! Мы потратили на защитную одежду для всех
целое состояние. Так что я надеюсь, что вы будете её использовать и
покроете все убытки, которые мы понесли! А если не покроете!..

—
Л-Лили жуткая! — взвизгнула Кассандра, окаменевшая от грозного вида
девушки-полурослика. Она была одета в платье из ундиновой ткани.

Между прочим, мы планируем поделить всю полученную в экспедиции добычу между Паствами-участниками, в зависимости от того, сколько людей они предоставили.

— Сударыня Айша, я что-нибудь забыла? — спросила Лили, предоставляя время высказаться самому опытному члену нашей экспедиции.

— Дай подумать…

Амазонка зашелестела голубыми одеждами и посмотрела на лица членов Паствы Гестии.

— Этот этаж известен не только тем, что на нём водится множество водных монстров, но множеством человекоподобных монстров.

Наверное, она имеет в виду сирен, гарпий, русалок и ламий. Эйна тоже упоминала об этом во время занятий.

—
Это может поначалу вас смутить, но не мешкайте. Если будете стоять,
разинув рты, и думать, не заговорит ли сейчас монстр, он вас убьёт.

— !..

Несомненно, эти слова были сказаны для членов Паствы Гестии.
Айша знала о Ксеносах и строго предупредила нас заранее, чтобы мы не
колебались ни при каких обстоятельствах. Вельф, Лили, Микот, Харухиме и я
кивнули, не произнеся ни слова.

— И ещё, не отворачивайтесь даже
если вам попадётся на редкость уродливый противник… Всё, перерыв
окончен. На нас напали, — закончив свою речь шуткой, Айша выхватила
воткнутый в землю подао.

Удивлённый её последней фразой Вельф
повернул голову и увидел орду похожих на крабов монстров с синими
стальными панцирями, выходившую из дальнего угла пещеры.

— Не тушуйтесь только потому, что это первый бой на нижних этажах. Деритесь как обычно.

Совершенно безразлично бросив свой совет, Айша заняла позицию в конце строя, намекая нам переходить в атаку.

Авангард двинулся в первую битву на нижних этажах.

Бой с синими крабами кончился без происшествий.

У
попадающих в категорию металлических монстров крабов развита правая или
левая клешня, это зависит от самого монстра. Хоть их крушащие атаки
опасны, даже авантюристы второго уровня, вроде Вельфа, работая вместе,
разбирались с ними довольно легко благодаря данному Айшей совету
оставаться спокойными. Их стальные панцири прочнее хитина Смертельных
Ос, но, похоже, закреплены непрочно, потому что Микото и Дафна снимали
их парой ловких движений. Удивительнее всего было то, что монстры
наступали прямо, а не как обычные крабы, передвигаясь боком.

Лично я сразу убедился, что Хакуген способен рассечь стальные панцири и уверенно разобрался со своей порцией врагов.

— У нас два панциря синих крабов, а ведь это только начало!

Все
улыбнулись, взглянув на Лили, настроение которой явно улучшилось после
нахождения нескольких нужных предметов. Мы вошли в кристальную пещеру.

Наши
позиции в построении не изменились с нижних этажей. Для большей
безопасности, я вёл группу из-за своего четвёртого уровня. Айша,
разумеется, осталась в хвосте построения. Мы шли по широкому
пятиметровому коридору, Лили вела нас, используя карту этажа, и не
давала сойти с главной дороги.

— …Кажется к звукам водопада добавилось что-то ещё… — шепнула Харухиме, навострив лисьи ушки.

— Да, я тоже слышу шум воды… — добавила Дафна.

Грохот
Великих Водопадов разносился по кристальному лабиринту порождая шум,
похожий на плеск далёких волн. Но девушки перешёптывались о чём-то
другом, новом звуке, появившемся в проходе.

— Ручей…

Как и
сказала Чигуса, рядом с дорогой, по которой мы шли, появился ручей.
Постепенно с ним соединялось всё больше небольших ручейков, и он
разлился до размеров реки. Вода в нём казалась какой-то фантастической,
поверхность была насыщенного синего цвета, будто бы отражая цвет
кристаллов.

— Такие же ручьи проходят по всему лабиринту. Но
главный путь этажа проходит только по суше, не беспокойтесь, плавать не
придётся, — сказала Айша, когда мы остановились полюбоваться водой.

Мы
снова отправились в путь. Было похоже, что мы шагаем по берегу реки, а
не по дороге, потому что вода текла по левую руку от нас. Ручей был
шириной примерно с наш путь и казался довольно глубоким. Вода в нём
текла с огромной скоростью. Если кто-нибудь из нас поскользнётся и
свалится в него, проблем не оберёшься.

— А что, если мы упадём в поток?.. — спросила Кассандра, её глаза округлились от страха.

— Выбирайтесь на землю как можно быстрее. В момент падения вас ничто не убьёт, а вот после него обязательно.

— А?

—
Монстры замучают вас до смерти. Вода — это их среда обитания, поэтому
вам придётся туго. Буду честна, пока вы не привыкнете к подводным
битвам, ундиновая ткань погоды не сделает.

Глаза Кассандры распахивались шире с каждым словом Айши.

—
Пусть у меня и четвёртый уровень, мне придётся чертовски туго, если
придётся драться в воде, — закалённая битвами амазонка пожала плечами. —
Если упадёт кто-то из вас, вам конец. Помните об этом.

Обитающие
в воде монстры под водой показывают весь свой потенциал. Привыкшие к
наземным битвам авантюристы, совсем наоборот, теряются в сражениях под
водой. Слушая амазонку, наша группа постепенно начинала бояться воды.

Я
слышал, что для сражений с монстрами в воде авантюристы должны
развивать особые способности, которые улучшаются только в подводных
битвах. У тех, кто такие способности не развивал, нет ни единого шанса
на победу.

Если я упаду в этот ручей, придётся нелегко. Об этом нельзя забывать.

—
Айша, все эти ручьи ведут к Великим Водопадам, правильно? — спросил я,
вглядываясь в проносящийся с огромной скоростью поток воды.

—
Правильно. Некоторые из потоков несколько раз меняют направление
течения, а ещё в них встречаются ловушки, вроде гейзеров бьющих от пола
до потолка.

Эйна объяснила мне, что эти реки и ручьи впадают в
Великие Водопада, сходясь к центру этажа. То есть, если упасть в один из
них, в итоге окажешься в падающей каскадом воде и полетишь вниз.
Вдобавок, как сказала Айша, большинство ловушек на этих этажах как-то
связаны с водой.

Куда бы я не взглянул, можно было найти ручей.

Наверное, поэтому этот этаж называется первым водным в Подземелье.

— А, и ещё… всегда будьте наготове, когда ходите рядом с водой, — невозмутимо добавила Айша.

— А? — удивилась Харухиме, наклонив голову. Со стороны ручья раздался мощный всплеск.

— ООООООО!

— АААААААААААААААААААААААААА?!

Огромная рыбина в сто шестьдесят сантиметров длиной вырвалась из водной поверхности, взмыв в воздух.

Этот тип монстров называется рыба-налётчик.

Харухиме удивлённо закричала, когда огромный монстр полетел прямо на нас, обнажив острые клыки и окатив нас каплями воды.

— Видите, вот что случается, если расслабиться.

— ГЬЯ?!

Прежде
чем рыба нанесла удар, подао и катана остановили клыки и рассекли её на
части. Айша непоколебимо улыбнулась, а Микото пробил холодный пот,
когда она прикрыла Харухиме собственным телом.

Все, кто был в
центре построения были поражены не меньше, чем Харухиме. Мы с Вельфом и
Оукой, шедшие спереди, удивлённо уставились на поднявшуюся за нашими
спинами шумиху.

— Монстры всегда наблюдают за вами из-под воды.
Хорошенько это запомните… Отлично отреагировала, Вечная ♰ Тень. Похоже, я
могу не беспокоиться о защите бесполезной лисички.

— Э-это было так неожиданно, я рефлекторно… К тому же, раз Белл-сан идёт впереди, защищать Харухиме-сама моя задача…

Лили,
мозг нашей группы, и чародейка Харухиме одновременно самые важные и
самые уязвимые члены группы. Микото это понимала и решила во что бы то
ни стало защищать их от любого вреда. Потому её нервы были напряжены
больше обычного.

Ошеломлённая речью Микото Харухиме заключила
девушку в объятья, слёзы потекли из её глаз. Почему-то пара людей
захлопали в ладоши, на кажущееся даже романтичным проявление отношений
госпожи и её ниндзя.

— Ммм, не за что? — сказала смутившаяся Микото, опуская голову.

Может,
завидовавшая такому проявлению крепкой связи Кассандра тихонько
потянулась рукой к Дафне, но та холодно отбила тянущуюся к ней руку,
вызвав у Кассанды удивлённый визг.

— Получается, рыбины из воды
будут выпрыгивать, чтобы нас атаковать… — пробормотал Вельф, когда мы
двинулись в путь снова. В его голосе не было энтузиазма.

— Вот же засада, — вторил ему Оука, будто готовясь к худшему. Хоть я и промолчал, но испытывал такие же чувства.

Я
слышал, что в отличие от синих крабов, способных обитать как в воде,
так и на суше, рыбы-налётчики нападают, выпрыгивая из воды или
кристальных берегов рек. Мы заметили бы аномалии на поверхности, но
монстров, находящихся под водой, почти невозможно отследить. Их
кровожадность тоже почти неприметна. Получается, прямо сейчас за нами
могут следить десятки врагов.

Я бросил взгляд на поверхность воды. Едва различимая тёмная тень тут же ушла на глубину, будто подтверждая все мои опасения.

Моим нервам придётся пройти серьёзную проверку, прежде чем я к подобному привыкну.

— Эй, это же?..

Вельф что-то заметил.

Мы
проследили за его взглядом. На дальней стороне ручья виднелась кучка
похожих на ветки наростов, образовавшихся на кристаллах, прямо под
водой. Цвет этих веток был очень ярким, они поблёскивали будто
драгоценные камни. Должно быть, это…

— …Подкоралл? Предмет,
который можно найти только на нижних этажах… — сказал я, вспоминая
иллюстрацию в созданном Гильдией гиде по Подземелью.

— Так я и подумал! Впервые я увидел такой, когда был в Пастве Гефест, — восторженно заявил Вельф. — Может мы его соберём? Я слышал, из этих кораллов можно сделать отличное оружие.

Наверное,
из-за того, что Вельф кузнец, порой он просит нас выискивать
определённые материалы и добычу, когда мы в Подземелье. Хотелось бы мне
согласиться, потому что он трудится ради нашей Паствы, но...

—
Не мелите чепухи, сударь Вельф! Разве сударыня Айша не объяснила вам,
как опасно находиться в воде? Мы не можем позволить себе так рисковать! —
настояла Лили.

— Подкораллы довольно известный материал. Если мы
заберём их на поверхность, их можно будет очень выгодно продать.
Гляньте туда, кажется под кораллами есть ещё какая-то раковина, что если
кроме подкораллов там ещё и поджемчужина? — вмешалась Айша.

Лили вздохнула:

— Похоже выбора у нас нет!.. Давайте заберём подкораллы!

— Стоило только про деньги услышать, да, Лил?! — фыркнул Вельф.

Он
сжал руку в кулак, а остальным осталось только сухо усмехнуться. Мы
решили, что соберём одно из ценнейших сокровищ Подземелья.

Но, для начала, нам нужно было пересечь реку.

Предупреждения
Айши никто не забыл, поэтому мы даже не подумали добираться вплавь. Из
воды торчало несколько кристальных камней, и, перепрыгивая с одного на
другой, можно было бы пересечь реку.

Всё же, я никак не мог избавиться от предчувствия, что это какая-то ловушка…

—
Кстати, про вора я даже спрашивать не стану, но разведчик среди вас
есть? Обычно эту роль выполняют разведчики, — сказала Айша.

Главная
роль разведчиков — проверять путь. Они выходят вперёд и проверяют, нет
ли впереди монстров, а иногда намеренно отманивают монстров в засады.
Поскольку разведчики обязаны уметь пользоваться преимуществами
местности, зачастую их также отправляют собирать труднодоступные
ресурсы.

Паства Гестии никогда не оставляла кому-то роль разведчика, но, когда мы услышали слова Айши, все наши взгляды посмотрели на одного человека.

— …Получается, это я, да? — сказала Микото, чьи собранные в хвост чёрные волосы колыхнулись.

Чёрный
Ворон Ятано, её навык, позволяет ей находить врагов, а умения ниндзя
как нельзя лучше подходят для разведки и исследования Подземелья.

Дальний
берег реки очень узкий и больше двух людей на нём не уместится. Вместе с
отобранной первой Микото, из-за скорости и ловкости был отправлен я.

— Микото-сан, Чёрный Ворон Ятано на что-то реагирует?

— Нет… по крайней мере, синих крабов и рыб-налётчиц, которых мы встречали поблизости нет. И в воде тоже.

— Что будем делать, если один из уступов окажется кристальной черепахой?..

— Я об этом позабочусь, Белл Кранелл. Сейчас я проверю все уступы, — сказал Оука.

Я
снял с себя всё, кроме предметов первой необходимости, моих кинжалов, и
надел рюкзак, подготовленный для сбора предметов. Харухиме протянула
Оуке лук и стрелы, и тот выстрелил по каждому кристаллу на нашем пути,
чтобы убедиться, что это не замаскировавшийся монстр. Все уступы
оказались надёжными, поэтому мы с Микото спрыгнули с берега.

Мы
перепрыгивали, отталкиваясь от кристальных камней. Микото, прыгавшая
впереди, двигалась в воздухе как ниндзя, вызвав удивление Вельфа и
остальных, наблюдавших с луками и стрелами наготове.

— Впервые мы работаем с вами вдвоём, не так ли, Белл-сан?

— Если подумать… когда мы боролись с Паствой Иштар, мы и правда сразу же разошлись.

Мы
начали собирать подкораллы, оказавшись на тонком кристальном берегу.
Микото срезала их под корень кинжалом, а я складывал в рюкзак.
Разумеется, подкораллы совсем не такие, как кораллы поверхности. Я
слышал, что они прочны как камень.

— Пожалуйста не забудьте про
жемчужину! — крикнула с того берега Лили. Последовав её словам, мы нашли
раковину размером с кулак, скрытую под похожими на кучу веток
кораллами.

Поджемчужины также называются «радужными
драгоценностями», потому что они сияют всеми цветами радуги. Мы взяли её
вместе с белоснежной раковиной.

— Отправляемся обратно? Жадность до добра не доводит.

Наполнив
рюкзак богатствами Подземелья, мы завершили задачу и оставили
каменистый бережок, рядом с которым в воде ещё осталось немало
подкораллов.

Впрочем, как и следовало ожидать, Подземелье оказалось Подземельем.

Оно не могло позволить паре авантюристов похитить свои богатства и спокойно уйти без драки. Из воды что-то выскочило.

— Ого, какая здоровая штука!!!

— Водяной змей!

Вельф
и Лили закричали с другого берега, у нас с Микото перехватило дыхание.
Монстр был громадным. Светло-зелёная чешуя, змеиная голове и размеры
тела, за которые этого монстра относят к категории больших. Узкая морда
напомнила мне морду дракона. Согласно собранной Гильдией информации,
водяные змеи могут вырастать до десяти метров в длину!

— ООООООООООООООООООО!!!

Монстр
появился прямо из середины ручья, будто намеренно заблокировав нам путь
назад. От его движений по воде шли волны, он не сводил с нас взгляда и
щёлкал зубами.

Он выбросил голову, поднявшуюся до этого под потолок к Микото, стоявшей передо мной.

— Микото-сан!

— Микото?!

Ход
времени словно остановился, мы с Харухиме закричали одновременно.
Прежде чем Оука успел спустить стрелу, Айша схватила подао, или я
запустил Вспышку с вытянутой правой руки, Микото успела сделать свой
ход.

Она приземлилась на очередную кристальную скалу, скрытую водой, и, оттолкнувшись, сделала в воздухе сальто.

Она смогла ударить водяного змея ногой прямо в нижнюю челюсть.

Сильный удар Микото заставил змея задрать голову и сломал ему несколько клыков.

Прошло несколько мгновений, прежде чем я осознал, что только что увидел в действии настоящий приём ниндзя.

— С-сальто… — прошептала поражённая Дафна.

Её слова вернули времени его обычный ход.

После
удара Микото свалилась в ручей, Айша незамедлительно кинула ей верёвку,
а я бросился к ещё задранному длинному телу монстра. У змея немало
уязвимых мест, и когда я его настиг, то тут же рассёк надвое
Божественным Кинжалом.

Остатки змея полетели в воду, их падение
вызвало сильные волны. Это было похоже на последнюю атаку, которую змей
нарочно провёл против меня. Волны почти скинули меня в ручей. Всё же,
мне удалось оттолкнуться от выступа посреди потока воды и приземлиться
рядом с нашей группой. Микото тоже была вытащена на берег благодаря
верёвке.

— М-Микото, где ты этому научилась?..

Я,
промокший до нитки и оказавшийся на четвереньках, улыбнулся. Она вытерла
лицо и тихонько ответила мне сорвавшимся голосом, будто чудом избежав
смерти:

— П-Перед экспедицией я занималась с Такемиказучи-ками и он научил меня новым приёмам… Похоже, они пришлись очень кстати…

— Это было превосходно, Микото!

— Ага, почему ты молчала всё это время!

Айша и Чигуса выразили своё одобрение, а остальная группа возбуждённо переговаривалась.

Возбуждение
и восторг даже не думали утихать, поэтому мы ушли от сопровождаемого
рекой главного пути в небольшую комнату. Все с интересом начали изучать
содержимое рюкзака, которое я высыпал на землю.

— Куча кораллов и поджемчужина вдобавок!..

— Наверное это будет стоить не меньше трёх миллионов валис!

— Если правильно разыграешь карты перед торговцем, можно получить три с половиной.

— Т-Три с половиной?! Вот какие ценности встречаются на нижних этажах!..

— Я одним махом расплачусь с долгом за оружие!..

— О-Оука, нельзя же всё себе забрать!

— И вообще, это заслуга сударыни Микото и сударя Белла!

Кассандра,
Дафна, Айша, Харухиме, Оука, Чигуса и Лили порадовались кораллам и
жемчужине сверкающим из рюкзака. Мы с Микото лишь смущались и чесали
щёки в ответ.

— Начинает ощущаться как настоящая экспедиция, правда? — сказал Вельф, похлопав меня по плечу.

— …Ага! — улыбнулся ему в ответ я.

По
большей части экспедиция — это большая награда за большой риск.
Значение эти слов я осознал, когда мы заполучили эти сокровища.

Пока
я стоял и радовался с друзьями, во мне зародилось что-то, кроме желания
стать сильнее… Что-то, что заставило меня вспомнить о невинных
желаниях, которые у меня были, когда я только прибыл в Орарио. Тогда я
был поглощён радостью неизведанного. Сейчас, события, происходившие
всего несколько месяцев назад, кажутся очень далёкими, но я вдруг открыл
для себя заново ту же радость, которую я тогда испытывал.

Если подумать, атака водного змея почти сразу после нахождения сокровищ…

Пусть я и улыбался вместе со всеми, чувство тревоги начало нарастать в моём сердце.

Насладиться
радостью вместе со всеми не плохо. Но когда придёт время переключиться,
потребуется чтобы все смогли это сделать. Мне никогда не стать таким,
как Финн, но хотелось бы избавиться от беззаботности и гордости. Я в
ответе за группу. Я незаметно сконцентрировался.

С
этого момента я отогнал радость от путешествия на новый этаж, и
вспомнил о вызовах, которые неизведанное может бросить, чтобы напомнить о
том, что может от меня потребоваться.

Снова и снова я
прокручивал в голове то, что узнал о нижних этажах и лицо девушки,
которая меня учила само собой всплыло в памяти.

----------

Том 12 Глава 3.2

Надеюсь, с Беллом всё в порядке…

Лицо парня всплыло в памяти Эйны.

Она была на поверхности, в Пантеоне, где ярко сияло полуденное солнце.

Покончив
со своим обедом, девушка смотрела на кусочек бумаги, положив подбородок
на руки. Сидящая за соседним столом её коллега Миша Фрот была завалена
горой бумажной работы, которая заставила её отказаться от перерыва.

Не думаю, что он уже добрался до нижних этажей… Эх, надо было подготовить больше докладов авантюристов второго ранга!

Шёл
второй день с того момента, как Белл и его группа отправились в
экспедицию. Эйна считала, что они до сих пор в Огромном Древесном
Лабиринте, она бросила записку ещё раз.

Верхние этажи отличаются
от серединных. Так авантюристы говорят друг другу. Точно так же и
серединные этажи отличаются от нижних. Эйна пыталась научить Белла
всему, что может, но, может из-за полуэльфийской крови, никак не могла
избавиться от ощущения, что должна была сделать больше.

Перечитав слова на бумаге, она несколько раз вздохнула.

— Эйна, раз у тебя куча свободного времени, могла бы и мне помочь. Как считаешь?

— Нет, ни за что. Ты должна сама со всем справиться.

—
Гах!.. Кстати, а на что это ты смотришь? — спросила Миша, проследив за
взглядом Эйны. На свитке, который Эйна перечитывала, было записано
незавершённое задание для нижних этажей.

— Ммм… Кажется немало
авантюристов в последнее время пропало. Особенно на нижних этажах… Туда
отправилась группа Белла, и я немного волнуюсь.

В свитке были
перечислены все запросы по поиску авантюристов, пропавших в Подземелье.
Гестия назначала подобное задание, когда Белл и его спутники не
вернулись с первого путешествия на серединные этажи, и она за них
волновалась. Эйна подозревала, что у всех этих пропаж авантюристов одна
причина.

Миша перестала двигать перьевой ручкой, услышав опасения подруги и взволнованно взглянула на неё:

— …Эм, послушай, разве это необычно?

— А? — спросила Эйна, не понимая о чём пытается ей сказать Миша.

— Не люблю об этом говорить, но… ни дня не проходит без доклада о том, что в лабиринте пропал очередной авантюрист.

Подземелье
забирает своих жертв почти ежедневно. Это известно каждому работнику
Гильдии. Особенно это относится к сложным для прохождения нижним этажам.

— К тому же, Эйна, разве эти задания не были выданы давным-давно?..

Эйна вдруг поняла, что её подруга права. Она и правда видела большинство этих заданий раньше… И это тоже!!!

Только
сейчас девушка обратила внимание на поисковые запросы, начала их
перечитывать и вздыхать каждый раз, когда что-то находила. Только после
того, как Паства Гестии отправилась в экспедицию.

Что Миша о ней подумает?

—
Нет, это не такие уж давние задания, в последнее время их точно стало
больше! Я-я не брала эти документы только потому, что волнуюсь за Белла
или что-то в этом духе… Я вообще о нём не беспокоюсь!

Это было
ложью. Сейчас Белл был единственным, кто занимает её разум. Она
определённо стала слишком сильно его опекать… точнее, слишком сильно
переживать за него. До недавнего времени Эйна не стала бы так сильно
волноваться о его походе в Подземелье.

Должно быть, всё дело в
экспедиции! Да, точно из-за экспедиции! Это, потому что экспедиции не
похожи на обычные походы в Подземелье, которые гораздо безопаснее.

Вот
что говорила себе Эйна. Если этими словами она не обманет саму себя, то
попросту не сможет ничего делать. Но её близкая подруга Миша понимала, о
чём думает полуэльфийка, и отреагировала молниеносно:

— Послушай, Эйна…

— Что?

— Последние дни ты ведёшь себя странно. Неужели твои чувства к младшему братику?..

— Да никогда!!!

Эйна оборвала Мишу громким отрицанием.

Все
в офисе перевели на них взгляды, заинтересовавшись темой разговора.
Озорная Миша любит подшутить над Эйной, но сейчас, красные щёки
полуэльфийки подсказали ей, что происходит. Миша тут же стала серьёзной и
заговорила сестринским, или даже материнским тоном:

— Эйна, твой
младший братик… Белл… На пять лет младше тебя. Впрочем, возраст может
ничего не значить, но, как советница и авантюрист… В общем, это часто
заканчивается трагически… Знаю, люди и полулюди могут иметь детей, но,
всё же…

— Хватит читать мне нотации!

Эйна не могла не
закричать на Мишу, пытавшуюся дать ей совет. Её не беспокоили косые
взгляды других секретарей и персонала Гильдии. Она не могла вынести
того, что её подруга, за которой сама Эйна обычно присматривает, так
искренне за неё беспокоится. Наконец, Эйна рухнула на стол с громким
стуком, пытаясь скрыть хотя бы красноту своего лица.

— Ээээээргх!!!

Она могла лишь издать сдавленный вой. Подняв тонкие брови, она позволила голосу читающей ей нотации Миши скользить мимо ушей.

Я приняла решение… и я его не изменю.

Когда
Белл вернётся, она попросит его пригласить её на ужин, чтобы со всем
разобраться. Вот что она себе пообещала. Это не будет свиданием, или
смешиванием работы и личной жизни. Когда она принимала это решение, в её
голове возник образ обиженного ангела-Гестии, символизировавшей
рассудок, которого Риверия, символ заботы о её благополучии, посадила
под замок.

Изумрудные глаза Эйны слегка увлажнились, когда она в
очередной раз посмотрела на бумаги, разложенные на её столе. Она
поскребла пальцем по заданиям на поиск авантюристов и начала молиться о
сохранности того, кто ей дорог.

— Ты обязан вернуться… — тихонько пробормотала она.

----------

Том 12 Глава 3.3

В сравнении с просторными пещерами Великих Водопадов, холм внутри
которого расположен лабиринт проходов, очень похож на многоквартирный
дом.

Как и сказала Айша, в этом холме очень много лестниц и
скатов. Стоило мне подумать, что мы очень долго спускались, как нам
приходится так же долго подниматься. Мне начало казаться, что в этом
холме очень много этажей. Мы спускались и поднимались снова и снова,
пока наконец не достигли первого этажа этого похожего на здание холма,
прохода к двадцать шестому этажу, в юго-восточной части пещеры.

Само
исследование давалось нам нелегко. В одном месте из земли вырвался
огромный гейзер, полностью парализовав передвижение, а когда мы
попытались пойти другим путём, наткнулись на орду монстров. После Дафна
наотрез отказалась идти по кристальному мосту, расположенному слишком
близко к Великим Водопадам. Ещё был случай, когда к оружию Вельфа
присосалось щупальце лекарственного скорпиона, и он чуть не свалился в
бурный поток вместе с телом монстра. Несмотря на постоянно меняющиеся
условия, мы двигались через двадцать пятый этаж главным путём.

И
сейчас мы находимся в северной части лабиринта на этаже. Если пройти по
реке на юг, мы придём прямо к Великим Водопадам. Если верить следившей
за картой Лили, из-за многослойности этажа и множества поворотов, мы не
дошли даже до середины. Идти ещё предстояло очень долго. Во время
третьего за день перерыва, мы решили пройти ещё немного, а потом
повернуть обратно, на двадцать четвёртый этаж. После этого мы двинулись
дальше.

— ?..

Проходя по тёмным проходам, слабо освещаемым
белыми кристаллами, растущими прямо из пола, я кое-что заметил.
Поскольку я шёл впереди, я заметил первым, но мгновенье спустя увидел и
Вельф.

— Это… авантюрист? — спросил он.

И действительно,
силуэт впереди очень напоминал человеческий. Длинные тонкие уши,
приметная даже издалека красота… похоже, это эльф.

Я едва различал его в тёмном проходе.

— Мы давно никого не встречали. Даже на серединных этажах почти никого не было.

— Должно быть, это кто-то сильный. Другие Паствы свои
экспедиции одновременно с нашей не назначали… Лили думает, что это
какой-нибудь авантюрист второго ранга, исследующий Подземелье в
одиночку.

Оука и Лили заговорили за моей спиной, а силуэт
авантюриста виднелся отчётливее с каждой секундой. Кожаная броня
высокого качества, колчан на бедре. Я заметил эмблему Паствы.

Он выглядит очень знакомо, я знаю его лично.

Кажется, его зовут… Лювис?

Мы
с ним встречались почти два месяца назад, когда Эйна наняла меня
телохранителем. Они вместе с дварфом Домулом преследовали Эйну ночь за
ночью, подгоняемые своим божеством. Лица из-за теней не разглядеть, но я
уверен, что это он.

…Почему он один на этом этаже?

Как я
слышал у него третий уровень, исследовать эту часть Подземелья одному
очень опасно. Даже авантюристам второго ранга приходится тщательно
готовиться к каждому выходу в эту зону, если только они не идут группой.

И
ещё, колчан без лука? Если меня не подводят глаза, то его рука покрыта
порезами и ранами? У меня зашевелились волосы на затылке.

Мгновенье спустя замешательство сменилось настороженностью.

— …Принять защитное построение! Что-то случилось.

— А?

Почти в то самое мгновенье, когда я принял защитную стойку, Айша отдала приказ остальным.

Лювис содрогался, будто сейчас свалится.

Он походил на зомби.

На
приближение авантюриста, шагавшего нетвёрдой, зловещей походкой по
тёмному проходу группа отреагировала смесью замешательства и напряжения.
Лили задержала дыхание.

Наконец, Лювис вышел под один из светящихся кристаллов на потолке.

Он медленно поднял лицо.

— А?.. Ой?!

Пролившийся свет показал, что всё его тело измазано кровью.

— !!!

— Что?!

Каждый
член нашей группы поражённо схватил ртом воздух. Впрочем, кровь была не
самым жутким в этой картине. Потерять дар речи Лили и остальных
заставило то, что правой руки у Лювиса не было.

Верхняя её часть виднелась в тени тела, но всё что ниже локтя исчезло. Лювис протянул к нам неповреждённую левую руку.

— По…мо!..

Он рухнул на землю, не договорив даже одно слово.

Вместо любых слов в проходе тут же появился огромный монстр.

Он был зелёным. Это единственное слово, которое мне удалось подобрать.

Человекоподобное
тело в два метра высотой, покрытое мхом. Мох был оплетён корнями,
словно каким-то защитным слоем. Монстра будто покрывала латная броня.
То, что его голова похожа на человеческую, играло главную роль в
ощущении, которое он создавал. Судя по коротким, похожим на рога,
деревяшкам на голове, это какой-то подвид огра. В темноте поблёскивало
два огромных, лишённых всяких эмоций глаза.

В шероховатой левой руке он сжимал естественное оружие, кристальную дубину, излучающую слабое свечение.

В правой он сжимал человеческую руку.

— Аааа!..

Харухиме коротко вскрикнула, услышав неприятный хруст руки в кулаке монстра.

Монстр
оставлял за собой кровавый след. Жестокость оторванной руки. Мы
растерялись и не могли произнести ни слова, увидев этого монстра. Мне
показалось, что каждый волосок на моём теле встал дыбом.

Жуткий монстр молча протянул пропитанную кровью руку к Лювису, лежащему на земле.

— Стой!!!

Я бросился к неизвестному существу.

В одно мгновенье я оказался рядом, занеся руку для удара, но тут жёлтые глаза монстра гневно впились в меня.

— …

В одно мгновенье в меня отправился мощный удар кристальной дубины.

…Он быстрый!!!

Я
едва успел уклониться от светящегося оружия, просвистевшего в воздухе.
Дубина пронеслась прямо над моей головой, которую я опустил почти в
землю, и врезалась в стену Подземелья прямо надо мной.

Раздался
громоподобный рёв, и земля затряслась. Кристальная стена издала
пронзительный звук, и по ней побежали трещины, весь проход затрясло.

— Чёрт!!!

Вельф
и остальные удивлённо кричали сзади. Я тоже был поражён, не ожидая
такой силы и скорости удара, но быстро вернулся на ноги и перешёл в
нападение.

Краем глаза я заметил клочки белых волос, медленно
опускающихся на землю, кусочки кристальной стены, обрушившиеся дождём, и
почти закрытые глаза монстра. В этот раз я приготовил Хакуген, который
сжимал в левой руке, для удара снизу вверх.

Белый развод должен
был застать монстра на восстановлении после удара, но промахнулся из-за
того, что монстр успел сделать шаг назад.

…Успел отреагировать снова!

Это точно не совпадение. Он видит мои атаки.

Супербыстрые атаки авантюриста четвёртого уровня, который не сдерживается в бою!

Похоже этот монстр…

Кончик
моего кинжала скользнул по его телу, осыпав меня мхом, словно его
кровью. Я встретился взглядом с немигающими жёлтыми глазами.

В
этих глазах я увидел не инстинкты беснующегося зверя, а желание драться,
отягощённое какой-то жестокой страстью. А ещё был заметен интеллект,
потому что он следил за каждым моим движением.

Всего за секунду битвы я ощутил, насколько высок потенциал этого монстра.

Любой монстр, с которым я сражался в Водной Столице, бледнеет на его фоне.

То есть…

…Передо мной особый вид!!!

Я
вздрогнул от осознания, что передо мной монстр, способности принимать
решения и способности которого за пределами ожидаемых на этом этаже.

— ОООО!..

Будто подтверждая мои догадки монстр высунул красный язык и облизал губы.

Используя
инерцию от удара, который едва зацепил противника, я провернулся и пнул
его примерно в район пояса. В этот раз моя правая нога вытянулась как
копьё, столкнувшись с телом врага и успешно оттолкнув его от лежащего на
земле Лювиса.

— Не отгоняй его слишком далеко, парень!

— Мы идём!

Гигант из мха отступил примерно на пять метров, я услышал крик Айши, и приближающиеся шаги Вельфа и Микото.

Тело
монстра издало треск, и порез Хакугена мгновенно затянулся возникшим из
ниоткуда мхом. Гигант смотрел на меня и членов группы, которые ко мне
подбегали.

Мне вдруг показалось, что он прищурился.

В следующее мгновенье он протянул в мою сторону руку, а я принял защитную стойку, прикрывая Лювиса.

Что
он собирается делать? Напряжение возрастало. Я услышал зловещий треск,
словно что-то небольшое прорывается наружу, по всему огромному телу
монстра.

В руках, плечах, шее, теле, ногах… во всём его теле.

Я вдруг осознал, что он собирается чем-то выстрелить. По телу побежал холодок.

— …дите…

Лежащий у моих ног Лювис пытался что-то сказать. Раненый авантюрист призвал последние силы, чтобы предупредить нас.

— Уходите! Не пытайтесь их блокировать!!!

Вместе со словами Лювиса десятки маленьких заострённых снарядов-семян вылетели из тела монстра.

— А?!

Неожиданная бомбардировка.

Не
пламя, ни лёд, в нас полетел залп семян. Они не были отправлены
прицельно в меня, они проносились со всех сторон, слева, справа, сверху и
снизу. Они отбивались от стен прохода и подлетали с самых неожиданных
мест.

…Они летят рикошетом!!!

Я не мог отследить их,
потому что их было слишком много, и они летели со случайных направлений.
Хуже всего было то, что этот залп оказался запущен со слишком близкого
расстояния, но нужно было последовать совету Лювиса.

Забыв о
защитной стойке, я отпрыгнул в сторону. В воздухе я схватил тело Лювиса и
вместе с ним побежал к нагромождению кристаллов справа.

— Харухиме!!! Закутайся в робу!

— Еааааааааааааааааааааааа?!

Семена обрушились на других членов группы. Айша крикнула предупреждение за мгновенье до того, как они настигли остальных.

Оука
и Вельф, стоявшие в авангарде успели поднять щиты, отражая некоторые
семена, но далеко не все. Микото и Дафна, побледнев, побежали назад.
Айша прыгнула вперёд, защищая помощниц, размахивая своим подао по кругу.
Харухиме, хвост которой дрожал, вместе с Лили рухнули лицом в землю,
накрывшись Робами Голиафа.

— Аааа!..

Вельф и остальные авантюристы выдержали залп, непробиваемые Робы Голиафа прикрыли помощниц. Раздался лишь один крик.

Чигуса.

Она не успела уклониться, одно из семян угодило ей в плечо. Её ноги подкосились, и она рухнула на землю.

Я
не собирался сидеть и ждать, что будет дальше. Сразу после того как
бомбардировка остановилась, я выпрыгнул из-за кристалла в проход.

Монстр уставился на меня раскинув руки. Я собирался приблизиться на расстояние удара, как вдруг…

— …

— А?!

Гигант из мха могучими шагами исчез в тоннеле.

Он сбежал, точнее, отступил?!

Монстр, отступает?!

Пока я, недоумевая, пытался понять, что происходит стоял, позади раздался крик.

— Чигуса! Что с ней?!

— Аааа!..

Повернувшись, я не поверил своим глазам.

Оука упал на колени, держа Чигусу на руках. Её глаза были зажмурены, словно от сильной боли, а из плеча торчала лоза плюща.

Эта
лоза обвилась по её руке и груди, проникая прямо под боевые одежды.
Зелёная поросль поглощала капельки пота, текущие по шее Чигусы.

— Из раны выросло растение?! Ч-Чигуса?!

Прозвучал испуганный голос Микото. Я смотрел на Чигусу. Причиной стало попавшее в неё семя?..

Удивлённо сглотнув, я перевёл взгляд на Лювиса, оставленного за нагромождением кристаллов.

Я не заметил этого раньше, но увидел теперь. Его тело, как и тело Чигусы, обвивала лоза.

----------

Охотник у побережья

— Чигуса, только держись!!! — Оука не переставал кричать.

Мы в
одной из неприметных кристальных комнат двадцать пятого этажа. После
того как гигант из мха сбежал, мы отступили в небольшую комнату, чтобы
избежать схваток с другими монстрами. Разбив стены и выставив стражу у
входа, мы попытались исцелить Чигусу и Лювиса.

— О солнечный свет, верни то, что было разрушено. Свет души.

Кассандра,
наш целитель, пыталась исцелить заклинанием Чигусу и Лювиса, они лежали
на полу. Посох, поднесённый к Чигусе загорелся тёплым ярким светом,
напоминающим солнечный. Этот свет окутал нанесённую монстром рану. Эта
редкая форма исцеляющей магии справилась с окровавленным порезом… но
лоза из ран Чигусы и Лювиса не пропала.

Совсем наоборот, свет исцеляющей магии будто спровоцировал её рост, она стала ещё пышнее, а листья приобрели изумрудный оттенок.

— Ухх… ооооо!..

—
На сработало! Я не могу избавить их от лозы!.. Я ничем не могу помочь! —
вскрикнула Кассандра, поднимаясь над покрывшейся потом и замычавшей
Чигусы.

Мы уже опробовали зелья и противоядия. Всё без толку.
Удалить лозу, растущую из раны, не удалось ничем. Когда мы пытались
вырвать её силой, Чигуса и Лювис корчились от боли, а стоило нам срезать
её мечами, вырастали новые отростки.

Кассандра растерялась, её голос дрожал:

—
Скорее всего семена, попавшие в их тела, пустили корни и питаются их
силой… Поэтому зелья и исцеление оказывают обратный эффект…

— Ты хочешь сказать, что надежды на спасение нет?! — спросил нависший над Чигусой Оука.

— Она пыталась сказать, что эти штуки высасывают силы из их тел… — мрачно заявила Дафна, стоящая рядом с Оукой.

Если
бы дело было в ранах, мы уже бы их исцелили. Но из Чигусы и Лювиса,
секунда за секундой, будто вытягивают жизненные силы, а значит сражаться
они не могут. Мало того, в худшем случае может ничего не остаться…

Микото,
стоявшая к нам спиной и использовавшая Чёрного Ворона Ятано для
нахождения врагов у входа в комнату, не могла скрыть беспокойства.
Каждые несколько секунд она оглядывалась на Чигусу.

— Выходит, простым исцелением не справиться? Монстр, вроде, паразитирует на них? — сказал Вельф.

— Так и есть, растение-паразит, — ответила Лили. Оука и остальные побледнели от этих слов.

— Чигуса!.. — со слезами в глазах Харухиме сжала руку давней подруги.

Всё это время я молча слушал их разговор и перевёл взгляд на Лювиса.

Как
и Чигуса, он был покрыт потом. Его оторванную правую руку мы обвязали
повязками для лечения, но вряд ли получится её восстановить. Помимо
того, что монстр её раздавил, она начала подгнивать. Приложить её в
таком состоянии попросту не получится.

— Аааа!..

Лювис
морщился от боли, оказавшись запертым в кошмаре наяву. Однорукие
авантюристы не могут оставаться авантюристами, так что с путешествиями в
Подземелье покончено. Ему остаётся только отказаться от сражений
вообще, или стать кем-то вроде инструктора.

На самом деле я
перекинулся с Лювисом всего парой фраз. Я понятия не имею, что он за
человек и какие цели преследовал, исследуя Подземелье. Всё же… увидеть
того, кого знаешь в таком положении очень непросто.

Подземелье —
это тёмный лабиринт, который выставляет на одну чашу весов богатые дары,
а другой забирает жизни бесчисленных жертв.

Когда мне на ум
пришла эта мысль, тело содрогнулось само собой. Если бы я столкнулся с
подобным, когда только оказался в Орарио, тут же превратился бы в
бесполезное бледное существо.

Но теперь…

Я
тихонько сжал руки в кулаки, не сводя взгляда с однорукого бывшего
товарища, а потом поднял взгляд. Рядом стояла Кассандра, её руки
безвольно опустились, она была в шоке.

— Я никогда не видела таких симптомов!.. Я ничего не могу поделать!..

Может
она потеряла веру в себя, как в целителя, столкнувшись с чем-то
неизведанным, что не попадает под категорию «изменения состояния» или
проклятья, огромные, спокойные глаза Кассандры наполнились слезами.

—
Как мы можем помочь Чигусе и Лювису? — сказал я, намеренно вырывая её
из состояния ошеломления. Мой голос был твёрд, он разорвал повисшую
мрачную атмосферу.

— А?..

— Пожалуйста, выскажитесь как целитель, Кассандра, даже если это будет простым предположением.

Она
рухнула на колени, а я не сводил с неё взгляда, схватив правой рукой её
левую. Чуть сжав руку, чтобы предать ей храбрости, я обратился к нашей
слезливой целительнице, сделав акцент на каждом слове:

— Никто ещё не умер.

— !..

— Мы вместе. Если мы сможем что-нибудь придумать, то спасём их.

Направленные
на меня глаза округлились. Я уверенно обвёл всех взглядом, и щёки
Кассандры вдруг вспыхнули. Когда я отпустил её руку, она была красной и
прижимала левую руку к сердцу, будто пытаясь удержать его в груди. Мне
показалось, что Лили хочет что-то сказать, но сейчас это может
подождать. Взгляд Кассандры забегал из стороны в сторону, и она тихонько
мне ответила:

— М-мы можем отнести их обратно на поверхность и найти там целителя лучше, чем я… вроде Святой Диа из Паствы Диан Кехта…

— А ещё?

— Ещё… мы можем убить существо, которое посадило в них эти семена…

Я
кивнул Кассандре, которая, несмотря на нехватку уверенности в себе,
поделилась идеями. Вместе с этим я улыбнулся, выражая ей благодарность.

— У кого-нибудь ещё есть мысли? Говорите, если есть.

— Сударь Белл…

— Белл, ты…

— Я дурак, когда дело не касается сражений, и сейчас я бесполезен… поэтому мне нужна ваша помощь, ради Чигусы и Лювиса.

Произнося эти слова, я оглядел присутствующих. Лили и Вельф явно были удивлены.

Предметы
и заклинания не смогли помочь двум авантюристам. В путешествии по
Подземелью это смертный приговор. В такой ситуации страх мог бы пробрать
до самых костей любого. Все боятся, что целебные средства могут не
помочь пока они в Подземелье.

Я попытался перебороть нарастающую панику. Хоть и так наигранно. Хоть моя собственная уверенность всего лишь иллюзия.

Я
играю роль лидера. А значит, прямо сейчас я должен был это сделать. Как
я и сказал всем присутствующим, я могу справиться только с их помощью,
каким бы ненадёжным я при этом не казался.

Я делаю всё, что могу,
а чтобы справиться с тем, что я не могу сделать, мне остаётся только
обратиться к ним. В этом нет ничего постыдного. В конце концов, для
этого и существуют группы.

Мне показалось, что Лили стала
счастливее и улыбнулась, когда я признался в собственной слабости и
обратился к остальным за помощью.

— Можете положиться на нас,
сударь Белл. Если вы с чем-то не справляетесь, Лили и остальные спутники
обязательно вам помогут! — сказала она.

— Как и сказал Белл, давайте всё обсудим. Если подумаем все вместе, может выход найдётся, — добавил Вельф.

— Да, время поджимает, — добавил Оука. Дафна и остальные кивнули.

—
…Я чувствую себя мебелью! — пробормотала оказавшаяся в стороне Айша.
Кажется, она была разочарована от того, что я похитил ведущую роль. Но,
мгновенье спустя она мне улыбнулась, толкнув локтём.

— Неплохо ты сказанул! И правда растёшь, — сказала она. Я стыдливо улыбнулся, а потом на мгновенье погрузился в размышления.

Божества
не раз говорили мне что я «расту». Наверняка ключ к этому росту моя
решимость. Решимость стать сильнее. Принятое решение быть лицемером.

А может роль сыграло принятие того факта, что когда-нибудь и я могу лишиться рук или ног, как лежащий прямо передо мной Лювис.

Наверное,
раньше во мне этой «решимости» было недостаточно. Я не обесцениваю
данное дедуле обещание найти девушку в Подземелье. Но раньше, мне
казалось, что моё имя должно быть на одной из страниц цветастых историй
про героев. Я хотел стать персонажем такой истории.

На самом деле
эти истории не о том. Герои, как и все остальные, иногда погружаются
мыслями в темноту. Они теряют людей, которым доверяют, лишаются
поддержки, теряют надежду.

Даже сейчас, многие люди наверняка
испытывают спады: целители, вроде Кассандры, воины, защищающие своих
товарищей, и чародеи, плетущие заклинания.

Надежды разрушаются
снова и снова. Не думаю, что в этом мире нет мечты, которая никогда не
была бы разрушена. Но некоторые люди не умеют сдаваться, и они снова и
снова пытаются исполнить свои мечты. Эти люди намерены что-то сделать и
двигаются дальше, несмотря на слёзы. Их и называют «авантюристами».
Потому что стремление, я уверен, становится всё сильнее и ненасытнее,
когда загорается с новой силой.

Так было со мной.

Моё стремление разгорелось с новой силой, и я готов двигаться дальше, даже небольшими шажками.

Мысленно я вернулся к окружающим. Лили и остальные делились мнениями.

— Мне кажется, что выбирать мы можем только из того, что предложила Кассандра.

— То есть, нам нужно вернуть раненых на поверхность или убить монстра.

— Лили думает, что первый выбор, возвращение на поверхность, лучший.

Мозг нашей группы стала центром разговора.

— Лили-сан, вам правда так кажется? — спросила стоявшая на страже Микото.

—
Ставлю десять к одному, что этот монстр из особых. Скорее всего он съел
кучу магических камней. Судя по драке с сударем Беллом, у него не
меньше четвёртого уровня. Найти подобного монстра на двадцать пятом
этаже большая неожиданность. Мы не знаем какими навыками, помимо
пуль-семян он обладает… Пытаться его победить слишком рискованно, —
почти не мешкая ответила Лили.

Особый вид монстра. Так называют
монстров, которые убивают себе подобных и съедают их магические камни,
чтобы стать сильнее. Строго говоря, Лидо и остальные Ксеносы также
относятся к этой категории монстров. Монстры наращивают свой потенциал,
употребляя в пищу слабых, и, когда какой-нибудь монстр становится
слишком силён, Гильдия называет его Аномальным и назначает за него
награду. Я слышал, что истребление таких монстров связано с опасностями.

—
Кстати… к какому типу может относится этот растительный монстр? —
спросил Вельф. Я мысленно перелистал иллюстрированный путеводитель по
Подземелью.

— Я думаю, это моховой гигант. Они живут на серединных этажах, а не на нижних… — сказал я.

Моховой
гигант — это редкий подвид монстра, появляющийся на двадцать четвёртом
этаже. Их тела сделаны из мха, а это значит, что они растения в форме
гуманоида. Обычно у них нет корневой брони, которую мы видели, и они
бьют не так сильно, чтобы сокрушать стены Подземелья. Поэтому сразу я
его не узнал.

Самая неприятная особенность моховых гигантов
заключается в их способности порождать копии себя, в которых нет
магических камней. Многие авантюристы докладывали о том, что, когда они
убивали монстров, оказывалось что это обманка, а настоящий монстр
успевал сбежать. Считается, что эти монстры не обладают особым
интеллектом и не устраивают засад… Похоже, потребляя магические камни,
этот монстр преобразился как физически, так и ментально.

Получив разум, он спустился на нижние этажи в поисках магических камней более высокого качества.

—
Чудовище серединных этажей, которое спустилось на нижние этажи, став
сильнее… Выходит, подобные Аномалии существуют? — спросила Дафна, сводя
брови.

Это не похоже на обычную аномалию — монстров, которые
становятся угрозой, поднимаясь с нижних этажей на верхние, как минотавр,
которого я встретил на верхних этажах.

— Вернёмся к делу, как я и
сказала, сражение с особым подвидом очень опасно, — сказала Лили. —
Самая большая проблема заключается в том, что раз мы оказались на
двадцать пятом этаже, и он гораздо больше, чем любой из серединных
этажей, мы можем попросту его не найти. Даже наоборот: поиск этого
монстра крайне затруднительная задача. Потому, Лили настаивает на
принятии более надёжного решения.

Первым приоритетом для Лили
являлась безопасность группы. В её словах был смысл. Но пока мы слушали
девушку-полурослика, Лювис, лежавший на земле, подал голос, едва открыв
глаза:

— Нет… этот монстр точно… появится снова. — отрывисто сказал он.

— Лювис! Вы проснулись!

— Уж не Маленький Новичок… нет, Кроличья Лапка, да? Никогда бы не подумал, что ты придёшь мне на помощь!..

Он
посмотрел на меня, и его мокрое от пота лицо расплылось в слабой
улыбке. После он перевёл взгляд на оторванную руку, и выражение его лица
наполнилось отчаяньем и печалью. Он посмотрел на охватившие его руку,
плечи и правую ногу лозы с отвращением, наконец снова переведя на меня
взгляд.

— Моя группа ещё на этом этаже… Прошу… спаси моих родичей и уничтожь этого мерзкого монстра.

Группа с удивлением взглянула на Лювиса, а Айша удивлённо изогнула бровь:

— Эльф, ты бросил своих товарищей и сбежал?

— Не будь дурой! Я, по-твоему, способен бросить своих родичей?! Нет, я был приманкой…

Гордость расы заставила Лювиса взорваться от негодования, а уже спустя секунду он едва переводил дыхание.

— Пожалуйста, не перенапрягайтесь! — сказала Кассандра, пытаясь его успокоить.

Лили наклонила голову, посмотрев на эльфа.

— Что значит «приманкой»? И вы сказали, что монстр покажется снова…

Лювис
хмуро посмотрел на девушку-полурослика пытавшуюся понять, что
происходит как можно быстрее. После при помощи Кассандры он достал из
кармана небольшой мешочек, размером с кулак.

— Это чудовище охотится на авантюристов… потому что ему так хочется.

----------

Том 12 Глава 4.2

Назовём этого монстра «он».

Когда он появился на свет, он был слаб.

Врождённая
ярость подсказывала ему нападать на людей, проходящих мимо в
Подземелье. Его пронзали мечами, жгли его кожу огнём и пробивали
огромными молотами. То, что в ранних своих битвах он не умер, было
настоящим чудом.

Разумеется, инициатором тех схваток всегда был он сам.

Но,
так уж вышло, что его интеллект оказался немного выше, чем у других
представителей его вида. Время шло, и он научился использовать других
монстров в качестве приманки и сбегать от жителей поверхности так или
иначе. Он стал концентрироваться не только на атаке жителей поверхности,
на которую его толкала ярость, но и на выживании.

Изменения в его жизни произошли неожиданно.

Однажды
он ввязался в драку не с человеком, а с одним из своих родичей. Он
случайно разорвал врага на части, и это пробудило в нём ещё большую
первобытную ярость. Жажда крови, с которой он охотился, заставила его
разрывать монстра когтями и зубами. Он рвал тело противника, пока оно не
было полностью уничтожено.

А потом, добравшись до груди, он нашёл ядро существования того монстра.

Он
вздрогнул, когда его зубы впились в пурпурный кристалл. Его глаза
словно озарила вспышка света. Он словно нарушил строжайший запрет,
словно совершил нечто преступное.

Мощь охватила всё его тело.
Приятное ощущение разлилось по каждому из его нервов. На мгновенье
слабое существо ощутило себя всемогущим. Он пристрастился к силе.

Поначалу,
ощущение вседозволенности его опьяняло. Он погружался всё глубже и
глубже в это чувство, отчаянно пытаясь найти больше, поглотить больше.
Он стал убийцей своего собственного рода. Он нападал на монстров сзади,
одного за другим оттаскивая их в пустые комнаты. Он начал всё яснее
осознавать, что чем больше он съедает, тем сильнее его тело
перестраивается изнутри.

Спустя какое-то время, он задумался о
том, как эффективнее поглощать представителей своего вида. Подземелье,
создавшее его, молча наблюдало, как он оставляет за собой груды пепла, в
поисках фиолетовых кристаллов. Его жадность не позволяла ему думать ни о
чём другом.

Потом он осознал, что это доставляет ему
удовольствие. Он ощущал радость, когда с лёгкостью разбивал своих
родичей одним ударом кулака. Теперь его начало пьянить насилие и
разрушение.

Ничто не могло сдержать его силу, растущую день ото дня.

А потом пришёл тот день.

Истребляя
своих родичей и забирая их силу, он почти забыл о людях, но люди не
забыли о нём. Группы людей часто разъяряли его своими атаками, некоторые
из них были сильнее его родичей. Потому он старался их избегать. Обычно
он просто прятался, пока это было возможно, но пришедшие в тот день
люди были настырны. Потому впервые за долгое время он перестал
сдерживаться и дал сдачи.

Убив всех до единого, он осознал, что некоторые из мешков с мясом несут с собой то, что ему нужно.

В огромных количествах.

Наконец,
к несчастью для людей, он осознал, что люди на него похожи. Как и он,
люди истребляют представителей его вида и собирают их камни. Вот почему у
людей так много магических камней.

----------

Том 12 Глава 4.3

— Этот монстр охотится за магическими камнями, которые собирают
авантюристы?! — воскликнула Лили, побледневшая от объяснения Лювиса. — Я
никогда о таких не слышала!

— Но это правда… Когда это чудовище
нападает на группы, оно метится в помощников и задние ряды, похищая
мешки с магическими камнями. Оно поглощало их прямо у нас на глазах…
даже заклинания не сработали. Нам оставалось только отступать…

Лювис
рассказал, как в него попало семя. Согласно его словам, его группа
состояла из четверых авантюристов третьего уровня, привычных к
исследованию нижних этажей. Даже таким сильным авантюристам монстр
причинил немало проблем.

— Мы пришли в Водную Столицу, потому что взяли задание… Мы должны были найти пропавших людей или их тела. Кроме нас, Паствы Моди, согласилась Паства Магни, в которой состоит Дормул. Мы всю дорогу спорили…

— То есть Дормул тоже здесь?

— Да, — кивнул Лювис. Оказавшись на нижних этажах, они разошлись.

—
Этот монстр обрушился на нас неожиданно. Все в группе были ранены, и им
нужно было время, чтобы восстановиться. Другого выбора не было…

— То есть ты взял оставшиеся магические камни и стал приманкой ради остальных? — фыркнула Айша.

—
Да, точно… — ответил Лювис, кивнув. После он повернулся к нам снова. —
Этот монстр силён. Он понял, что эффективно действует, и поэтому я бы
сказал, что он сильнее чем многие особые монстры, которых я встречал до
этого… сильнее даже Окровавленного Тролля.

Оука и остальные побледнели, услышав это название, а Кассандра подняла взгляд:

— Окровавленный Тролль, я о нём слышала…

—
…Да, один из особых монстров, название которого гремело десять
последних лет. К тому времени как Гильдия подтвердила его существование,
он успел убить десятки опытных авантюристов. Элитная группа, которая
была на него собрана, передралась между собой. Я слышала, погибло больше
пятидесяти человек… — добавила Айша.

— П-пятидесяти… и чем всё кончилось?

— Гильдия взмолилась о помощи Пастве Фреи, и те прикончили монстра. Вроде бы, ему присвоили пятый уровень.

Харухиме была поражена ответом Айши и не она одна. Дафна и Оука припомнили истории об особых монстрах, которые слышали они.

Лювис говорит, что этот монстр опаснее Окровавленного Тролля?

…Такая вероятность есть.

В
сравнении с охотой на обычных монстров Подземелье, охота на
авантюристов, уже собравших огромное множество магических камней гораздо
эффективнее, и принесёт большие плоды. К тому же, авантюристы с нижних
уровней собирают много качественных магических камней. Да и другие
монстры стараются не нападать на особого монстра, только если тот сам не
нападёт первым.

Хуже всего то, что особые монстры учатся, как им
лучше всего уничтожать авантюристов с течением времени. То, что монстр
отступил после атаки семенами, лучшее тому доказательство.

Особый монстр, который нацелился на авантюристов… Он отличается от стальных монстров и явно представляет угрозу.

— Если ничего не сделать… это может обернуться настоящей катастрофой.

После слов сокрушённого Лювиса в комнате воцарилось молчание. Мои спутники выглядели напряжёнными.

—
Чёрт. Дерьмовое я выбрала время для экспедиции, — бросила Айша,
сбрасывая с плеч длинные волосы. Все перевели взгляды на неё, а она
продолжила: — Кто бы первым не встретил эту зверюгу, мы или группа,
отправленная Гильдией, давать этой штуке уйти нельзя.

— Ясно что
чем больше времени мы будем медлить, тем сложнее его будет убить. Многие
авантюристы могут лишиться жизни. К тому же, оставить товарищей
Лювис-сана мы не можем… — напряжённо сказала Микото.

Оука и Вельф её поддержали.

—
К тому же, до поверхности больше дня пути. Чигуса может столько не
продержаться. Кроме того, мы даже не знаем найдётся ли лекарь… который
может избавить от растения-паразита.

— Да и пока у нас на руках много магических камней, он наверняка появится, правильно? Понятно, что займёт меньше времени.

— Но ведь нет никаких гарантий, что растения отомрут, если умрёт монстр? — обратилась к парням Лили.

—
Мне кажется, отомрут, — ответила вместо них Дафна. — Отрубленные части
тела мохового гиганта исчезнут, если уничтожить все магические камни в
его теле, так ведь? Думаю, с этими лозами будет так же.

Лили посмотрела Дафне в глаза, будто желая что-то сказать в ответ, но Дафна пожала плечами со словами:

— Я не слишком хочу драться с этой штукой. Но, насколько я понимаю… просто так отсюда убраться она нам не даст.

Уверен,
все авантюристы, поднявшие уровень, разделяли это предчувствие. Можно
назвать это интуицией. Стоит повернуться к особому монстру спиной, он
обнажит зубы.

— …Лили сказала всё, что хотела сказать. Так что…

Она посмотрела на меня, Айша тоже повернула голову:

— Ты услышал всех, Белл Кранелл. Что будем делать?

Я обдумал оба предложенных группой варианта и принял решение:

— Мы выследим этого монстра.

— О да! — прикрикнул Вельф, ударив кулаком в ладонь другой руки.

— Я за, — с энтузиазмом добавил Оука, широким взмахом отправляя секиру на плечо.

Лили и другие помощники кивнули и начали готовиться к отправке.

Экспедиция
в Подземелье приобрела неожиданный поворот. Столкнувшись с аномалией,
которую никто предсказать не мог, наша группа перешла в режим охоты на
особого монстра.

----------

Том 12 Глава 4.4

Узнав, что у этих людей много магических камней, он первым делом принялся их изучать.

Он
понял, что те, кто стоят в задних рядах группы и распевают какие-то
песни, настоящая головная боль. Эти песни порождают вещи, которые жгли
его тело и чуть его не убили. Поэтому, в первую очередь нужно убивать
тех, кто стоит сзади.

Те, кто стоит впереди группы очень сильны и
убивают немало его сородичей, пока он выжидает. Это одни из самых
выдающихся жителей поверхности. Но когда они остаются одни, они ему по
силам. Поэтому он во что бы то ни стало снижал размеры встреченных им
групп.

Также он узнал, что сильнейшие обычно защищают тех, кто
несёт магические камни. В его арсенале появилось немало орудий, чтобы
перехитрить людей и забрать их кристаллы. Семена одно из этих орудий.

Он залегал и ждал подходящего момента для нападения.

Певшими
зачастую были женщины с длинными ушами. Когда он забивал их до смерти
первыми, люди становились очень обеспокоенными. Нанести удар, раскроить
голову, так чтобы содержимое разлетелось, а потом втоптать остатки в
землю. Это приносило людям море страданий, а ему восторг и радость.

Женщины
много кричали. Почему-то слушая их, он чувствовал себя лучше. Словно
эти крики чем-то его насыщали, и были случаи, когда он хватал их за
тонкие руки и ноги, и лупил ими об землю. Он кусал и бил их много раз.
«Пожалуйста! Хватит!» — кричали они. Он не понимал слов, но тон, которым
они были произнесены, заставлял его чувствовать себя лучше. Плоть
женщины, из ртов которых текла кровь, была лучше, чем любая другая.

А, хочу убивать.

Хочу грызть их, пока они не сдохнут.

Снова, снова и снова.

Даже если я сорвусь в пропасть и перерожусь…

Но
он никогда не терял бдительности и никогда не позволял инстинктам взять
верх. Он ценил интеллект, который не раз ему послужил.

Он
никогда не позволял людям бежать. Если они сбегут, он был уверен, что
случится что-то непоправимое. Таким было его предчувствие. И он был
прав. Он спустился к воде от места своего рождения не только ради поиска
качественных магических камней. Так он мог убедиться, что авантюристы
не сбегут. Рёв воды поглощал их крики. Вода была его союзником. Он
понял, как это использовать. Он осознал, что если будет сбрасывать
погрызенные тела в реки, никто не догадается, что он делает.

Когда
он понимал, что может не убить всех людей разом, он сажал в некоторых
семена и отступал. Эти семена заставляли прорастать лозы, ослабляющие
его цели и дававшие ему знать, где они сейчас. Ослабленных людей было
очень легко победить. Эти семена были самым ценным его созданием.

Ему
многому нужно было научиться, поэтому он часто чувствовал страх.
Страшнее всего ему было, когда он краем глаза увидел девушку с золотыми
волосами и её группу. Они были очень далеко, но даже так вселили ужас в
его сердце. Их победить невозможно. Он знал, что не должен вступать с
ними в бой. Прежде чем они успели бы приблизиться, он бежал в глубины
лабиринта. Были и другие жуткие люди. Создания, с которыми он ни при
каких условиях не вступил бы в бой. Пока не вступил бы, пока он слабее.

Ещё
он заметил, что среди его родичей есть странная разновидность. Они
еретики, предавшие его и собственный вид. Много раз приступы ненависти и
злости сжигали его тело, и он чуть было не поддавался импульсам. Но
разум нашёптывал ему в ухо, что время ещё не пришло. Он знал, что не
сможет их победить, потому что они ходят группами. Ему нужно больше
силы, чтобы справляться с ними в одиночку. Он искал силы, чтобы однажды
погрузить клыки в этих еретиков, особенно такую мягкую сирену.
Разобравшись с ней, он перейдёт ко всем остальным женским особям,
которых они защищают.

Ему нужно научиться охотиться лучше, и ему нужно время.

Когда-нибудь он станет гордым охотником.

Дубина скрежетала по земле, когда он шёл кристальным путём.

Он
чесал толстыми, бескостными пальцами своё освещаемое тусклым светом
кристаллов тело. Отрезанные клинками куски его тела уже отросли.

Он вспоминал о добыче, с которой столкнулся.

Пусть он почти успел догнать убегавшего с магическими камнями человека, прикончить его он не смог.

К тому же, рану ему нанёс беловолосый человек.

Справиться с ним будет непросто.

Темнокожая
женщина, стоявшая позади, также его озадачила. Не стоит недооценивать
тех, кто успевает справиться с рикошетящими семенами. Он понимал, что
группа талантливых жителей поверхности принесёт немало проблем.

Он решил установить на них ловушку.

Он
остановился, использовав дубину чтобы разбить определённую кристальную
колонну, а потом сунул руку в проём. За колонной была небольшая пещера.

Несколько оставленных на будущее кусков еды, припрятанных в пещере, покатилось у его ног. Он использует их.

— А!..

— Хватит!..

Длинноухие люди дрожали. Слёзы катились из их глаз.

Он
знал, что люди не могут бросить своих родичей. Какими бы умными ни были
люди, заставив их родичей кричать и слегка их прикусив, он приведёт
других людей в ярость и заставит бросится в бой. В конце концов эти люди
сами будут атакованы.

«Может стоит запытать этих длинноухих до
смерти», — такая идея пришла ему на ум, но он передумал. Он знал, что не
стоит наедаться, когда рядом ещё большая добыча. Он не должен терять
голову, пока все люди до единого не перестанут дышать.

Медленно он занёс дубину над головой.

— Стой…

— Не надо…

Мольбы его не трогали, понять их значения он не мог. Не мешкая больше ни секунды, он опустил руку.

В следующее мгновенье по пещере разнёсся невыносимый крик.

----------

Том 12 Глава 4.5

Мы выдвинулись, сначала отправившись в место, в котором Лювис разделился со своей группой.

Опираясь
на плечо Дафны однорукий эльф-лучник затуманенным взором смотрел на
карту, поднесённую Лили. Постоянно дрожа от истощения, он указывал
направление. Кассандра несла Чигусу на спине.

— П-простите… — едва слышно прошептала Чигуса.

—
В-всё нормально. Хоть я и целитель, у меня второй уровень, небольшой
вес меня не беспокоит!.. — уверенно помотала головой Кассандра.

Мы
решили не разделять раненных с группой, отправляя их на этаж выше.
Разделяться на нижних этажах не самая лучшая стратегия. Вместо этого
было решено как можно скорее убить особого монстра, используя для этого
все силы. Эти решения были приняты после советов Лили, Дафны и Айши.

— Меня беспокоит, что об этом моховом гиганте до сих пор никто не докладывал, — сказала Айша.

—
Наверное он избегал выслеживания… Если он решает, что цель ему не по
зубам, он прячется. Он на такое способен. Это хитрая тварь, — ответил
Лювис, его дыхание было прерывистым. — Будьте настороже… этот монстр не
такой как все, — снова предупредил он. И тогда…

— !.. Что это?..

Я вёл группу, мы увидели что-то в коридоре, к которому подошли.

Тонкие красные линии уходили в проход по правую руку… Похоже кто-то тащил что-то тяжёлое.

— Красные линии, неужели…

— …Кровь?

Оука сказал то, что Микото не смогла произнести.

Мы
двинулись по следу, не произнося ни слова. Красные линии вели нас
глубже в подземелье. По пути пришлось вступить с монстрами в схватку.

Наконец, мы оказались у входа в «комнату».

Внутри
красные чёрточки соединялись и расходились, подобно паутине. Белые
кристаллы росли из земли будто айсберг. Может виной тому была близость
Великих Водопадов, но шум воды здесь слышался гораздо громче.

Наши взгляды сошлись на одной точке.

У
одного из самых больших кристаллов почти в центре комнаты. Два
эльфа-авантюриста лежали на земле лицами вверх. Парень и девушка.
Паразитические лозы окутывали их тела, а их ноги были сломаны, словно
кто-то ударил по ним чем-то тупым.

— О нет!.. — Харухиме прижала руку ко рту.

Такая
реакция была вполне естественной, вид конечностей, превратившихся в
подобие фарша и потерявших изначальную форму, ужасал. Не уверен, что в
таком состоянии они смогут ходить.

А рядом на кристальном пьедестале…

— …

— Особый монстр!..

Как
и сказал Вельф, рядом с авантюристами сидел моховой гигант, молча
подпирающий рукой подбородок. Он не обращал внимания на распластавшихся у
его ног эльфов. Он будто чего-то ждал.

— Шарио, Лана!..

— …Выходит, это твои ребята? — спросила Айша.

—
Да. Но одного не хватает!.. Алек!.. — ответил Лювис. Всё это время его
лицо было бледным, от слабости, но даже несмотря на это сейчас он
побагровел от гнева. Его взгляд затуманился.

От этих слов моё
собственное сердце издало крик боли. Как и в случае с Виеной, я не успел
их спасти… Может было слишком высокомерно думать, что я справлюсь. Но
эта эмоция распаляла мою душу.

Я сжал руки в кулаки. Когда я это
сделал, монстры начали появляться со всех сторон, заполняя комнату
бесчисленным потоком, запах крови привёл их сюда.

Синие крабы и остальные монстры двигались к центральной части комнаты, в которой были эльфы и особый монстр.

— Аааа!..

Находившаяся на грани смерти эльфийка издала приглушённый крик. Со слезами в глазах она беспомощно каталась по земле.

— Вот чёрт… Они же наживка!

— Хочешь сказать, он использовал беспомощных авантюристов, чтобы нас сюда привести?!

Вельф и Оука были правы. Других объяснений нет.

Особый монстр держал авантюристов в заложниках, чтобы привести нас в эту комнату.

Я не мог в это поверить. Кто бы мог подумать, что монстр способен придумать такую западню.

Этот монстр не такой как остальные.

Слова Лювиса плотно засели в моей голове.

Я скрылся в тени кристальной колонны у входа в комнату заглядывая внутрь. Как у Вельфа и остальных, моё лицо выражало страх.

—
…Эй, карапузы, а не окажется, что наш новый знакомый на самом деле
Ксенос? Никогда не слышала, чтобы монстры были такими сообразительными, —
шепнула Айша.

— Н-Не знаю! Ксеносы никогда ничего подобного не
рассказывали, что говорить о Фелсе!.. — явно раздражённо сказала Лили.
Амазонка пожала плечами и нахмурилась.

— Он заманит нас внутрь и
расстреляет этими семенами, пока мы с другими монстрами дерёмся?..
Вечная ♰ Тень, скажи-ка, можешь сосчитать сколько здесь монстров?

—
Нет, не могу. В комнате их слишком много!.. А ещё больше продолжают
прятаться под водой!.. — Микото раздражённо выдохнула, осматривая
комнату своим навыком.

Особый монстр должно быть, выбрал место для ловушки прекрасно понимая, какое преимущество оно ему принесёт…

Он не двигался. Может ещё нас не заметил.

— Айша!..

Я
чуть не бросился в комнату, едва сдерживаясь, потому что монстры
приближались к беспомощным авантюристам. Айша с отвращением кивнула,
может, потому что она и сама не могла вынести отвратительного плана
монстра.

— Знаю. Простейшим выходом было бы применить заклинание прямо от входа, но тогда и эльфов зацепит.

Оставлять товарищей Лювиса умирать не выход. Даже если это значило попасть в ловушку монстра.

—
Мы с Беллом займёмся особым монстром. Вечная ♰ Тень, ты, Оука и Вельф
сдерживайте остальных монстров. Как только мы отбросим здоровяка от
эльфов, выносите их отсюда.

— Понятно, — кивнула Микото.

—
Харухиме, вы с остальными держитесь подальше от стен. И не стойте у
входа. Если появятся новые монстры, у стен вам несдобровать.

— Да, госпожа, — ответила Харухиме.

Айша,
Микото, Оука, Вельф и я спасаем эльфов. Лили, Харухиме, Кассандра и
раненные Чигуса и Лювис остаются в стороне, их будет охранять Дафна.

— …Вперёд!

Времени
у нас нет. Чтобы спасти эльфов мы молнией запрыгнули в комнату,
бросившись от входа на юго-восточной стороне в её центр. Лили и те, кто
не может сражаться, остались у юго-восточного края комнаты, который
Микото определила самым безопасным. Монстры окружили особого монстра. На
юге врагов не было.

Мы с Айшей перепрыгнули через текущий в
комнате ручей, набирая скорость. Монстры нас заметили и попытались
напасть, но мы быстро их отбрасывали. Мы неслись к центру комнаты.

Почему… моховой гигант даже не двинулся с места?

Я
нахмурился. Другие монстры заметили наше приближение, особый монстр
тоже не мог нас не заметить. Существо на пьедестале даже не пошевелило
пальцем.

Что происходит? Оно готовит контратаку? Или у него другая цель?

Как
только Микото встречает определённого монстра, она может его опознать. Я
бросил на неё взгляд. Она как-то озадаченно смотрела на особого
монстра. Вельф, Оука и Айша также не могли скрыть удивления.

Мы все ощутили что-то зловещее, но не могли повернуть.

— …Нет…

Лежащий
на земле эльф пытался что-то сказать, но его голос тонул в шуме
водопада. Его губы кривились от боли, он отчаянно пытался произнести
какие-то слова:

— …Это не монстр… Не ходите сюда!..

Когда я услышал эти слова, их сопроводил тихий звук падения.

Кусок мха отвалился с лица монстра, упав на землю.

— …

Под упавшим мхом показалась кожа человека.

Глаз, в котором виднелась такая усталость, что он не мог сфокусироваться.

Третий эльф, как и те, что были на полу.

Третий член группы Лювиса.

Ледяная хватка обхватила моё сердце. Я услышал, как вздохнула Микото.

…Об этом я узнал от неё самой.

Несмотря
на то, что Чёрный Ворон Ятано позволяет ей находить врагов, она не
видит между ними разницы. Для неё враги словно красные точки на чистом
листе, появляющемся в её разуме. Они не отличаются ни цветом, ни
размером.

Её навык должен работать. Но он среагировал на внешнюю оболочку монстра.

Монстр накрыл авантюриста мхом, сорванным со своего тела. Мы попались на обманку.

Я никогда не слышал, чтобы моховые гиганты делали нечто подобное.

— ?!

Мгновенье спустя Микото повернула голову так быстро, словно её ударили по лицу.

Она
заметила, заметила врага приближавшегося к Лили и остальным помощницам с
огромной скоростью, гораздо быстрее чем двигались другие монстры в
комнате. Она побледнела.

— Лили-сан, бегите!!!

Проследив за её взглядом, я увидел. Зелёное нечто появилось из ручья, за спиной Лили и остальных, удивившихся крику Микото.

Промокшей правой рукой монстр держал кристальную дубину, уставившись на спины помощниц.

Прежде
чем успел раздаться голос Микото, я остановился и развернулся. Ноги
заскользили по полу от инерции, я бросился прочь от удивлённой Айши,
Оуки и Вельфа.

Я ускорился изо всех сил, пытаясь добежать до южной части комнаты.

Монстр занёс дубину.

Левая нога оттолкнулась от берега ручья и приземлилась на следующий участок земли.

Наконец, Дафна заметила нависшую над ними без единого звука тень.

Я оттолкнулся правой ногой, разбив кристалл, на который наступил.

Я двигаюсь слишком медленно, мне не успеть вовремя. Так подумала Дафна, её лицо исказилось от ужаса.

Я вдохнул, губы вздрогнули.

Лили и остальные тоже застыли, обернувшись и увидев монстра, занёсшего дубину, чтобы их уничтожить.

Левой ногой я сделал ещё один шаг.

Звяк, звяк.

Тихий звон, похожий на звон колокольчика исходил от ступни, белые искры блестели в воздухе.

Навык заряжался две секунды.

Пол подземелья под левой ногой разорвало. Я стал снарядом.

Сила
отталкивания от земли отправила меня под потолок. В одно мгновенье на
безумной скорости я разорвал расстояние, оставшееся между помощницами и
мной. Божественный Кинжал был наготове.

— Ааааааа!!!

Издав боевой клич, я обрушил на монстра удар одним движением.

Чёрный клинок столкнулся с летящим к Лили и остальным оружием.

----------

Том 12 Глава 4.6

Он был удивлён.

Ловушка с оставленной приманкой и своей копией должна была сработать.

Он успешно добрался до людских женщин, но парень с белыми волосами бросился к нему с невероятной скоростью и помешал.

Он пришёл в ярость. Его тщательное планирование было уничтожено, он лишился шанса вернуть украденные магические камни.

— …

Парень поднял на него взгляд, и его инстинкт что-то ему подсказал.

Этот человек опасен.

Рубиновые глаза блестели холодным, безжалостным блеском, в них читалась только желание сражаться.

Он давно не встречал взгляда, вызывающего в нём первобытный ужас.

Свет,
которым сияли эти красные глаза, был пламенем, вызванным яростью.
Человек разозлился, потому что его родичи могли быть ранены и оказались в
опасности.

— …Ааааааааааа!

Парень принялся хлестать его двумя кинжалами.

Быстрый. Быстрый. Быстрый.

Один за другим чёрный и белый клинки летели в него, врезались в его тело.

Но он, хоть и чуточку, сильнее этого человека.

— ?!

Игнорируя направленные в него удары, он опустил кулак.

Парень уклонился, пригнувшись к полу. Куски мха быстро зарастили появившиеся раны.

У
него очень удобное тело. Оно само себя восстанавливает. Чем больше
магических камней он поглотил, тем быстрее его клетки множатся.

Человек
поднялся, он был удивлён, но это длилось недолго. Уже через мгновенье
парень бросился на него снова, всё меньше напоминая кролика и больше
взбесившегося жеребца. По крайней мере так он выглядел в его глазах, в
глазах монстра, выследившего множество авантюристов.

Этот
противник не торопился, он просто был быстрым. Впрочем, не стоит
недооценивать его могущество. Он может вынести бесчисленное множество
таких бесполезных ударов.

— Сударь Белл?!

Маленькая женщина закричала. Запах магических камней исходит от неё. Сокрушив этого беловолосого человека, он займётся ей.

— Яяяяях!

Парень, вынужденный отступить, прицелившись в него вытянул левую руку.

Он знал о трюках, используемых людьми. Они зовут их «заклинаниями».

Он
уже сбился со счёта сколько его родичей полегло от этой заразы, и
сколько раз он оказывался на грани жизни и смерти. Это самое сильное
оружие людей, которого стоит опасаться. Но также он знал, что чтобы его
использовать, человек должен петь. Ему нужно время. Какой быстрой ни
была бы песнь, его удар будет быстрее.

Дурак, усмехнулся он.

Но в тот самый момент, когда он думал прыгнуть и размазать парня одним точным ударом, произошло непредвиденное.

— Вспышка!

Всего одно мгновенье.

Одно мгновенье и в него полетел пламенный разряд.

Застыв от удивления после встречи с заклинанием, которое он никогда до этого он не встречал, он получил прямой удар.

Рёв вырвался из его глотки.

----------

Том 12 Глава 4.7

— ЭЭЭЭЭЭЭЭЭААААААААААААА?!

Рёв заглушил все остальные шумы.

Получив удар моего мгновенного заклинания, моховой гигант замахал обеими руками от боли.

Он собирался ударить меня до того, как я завершу чтение заклинания!..

По
его поведению я понял только это. Вот какова жуткая правда. Монстр, не
являющийся Ксеносом, понял, как работает магия авантюристов, и знал, как
ей противостоять.

Это действительно порождённая Подземельем аномалия, очень опасная к тому же.

Мы обязаны прикончить его здесь и сейчас.

Приняв решение, я налетел на монстра снова.

— Яяяхх!

— Уууу?!

Используя
чёрный кинжал правой рукой, я срезал часть плеча монстра, а потом
сияющим белым клинком рассёк его тело. Моховой гигант изогнулся всем
телом, пытаясь избежать града ударов и пламенных снарядов.

Он изгибался телом, и, пытаясь уклоняться от ударов, пробирался к бушевавшему речному потоку из которого вылез.

…Ну нет, ты не уйдёшь!

Я
поднял брови, оттолкнувшись от земли, и перескочил монстра, пытавшегося
погрузиться в реку и снова отступить. Наклонившись, я попытался нанести
последний удар.

И тогда случилось это.

Глаза монстра, всё
это время отчаянно пытавшегося бежать, блеснули, что заставило меня
усомниться. Он посмотрел на меня взглядом ястреба.

Даже оказавшись загнанным в угол мой враг осознавал, что я был нетерпелив.

Пока моё тело было в воздухе, древесные лианы опутали ноги.

— А?!

Корни
и лианы сжали мои ботинки и подбирались к коленям. Они росли отдельно
от мохового гиганта, из кочек который располагались вне поля моего
зрения и из земли. Это оружие появилось из деревянной коры и корней,
окутывавших всё тело монстра.

Я слишком увлёкся, нет, меня перехитрили.

Разум особого монстра позволил ему разыграть козырь, и, должен признать, я проиграл этот раунд.

Издав дикий рёв, наполненный болью и гневом, монстр потянул меня к водному потоку за собой.

— Сударь Белл?!

Крик Лили эхом завис в комнате, древесные корни вырвались из-под земли и стали видимы.

Я
оказался в воздухе со связанными ногами и не мог сопротивляться. Корни
подтаскивали меня всё ближе к воде, пока я окончательно не оказался в
бурном потоке.

Я ощутил шок от удара о воду, повсюду разлетелись капли, а потом вода словно меня поглотила.

Весь
мир перед глазами стал синим. Звуки были едва различимы, будто мои уши
обзавелись какими-то мембранами. Ощущение полёта длилось всего несколько
секунд, а потом моё тело погрузилось на пять метров под водную
поверхность.

Он меня достал, единственная фраза мелькнула в моей голове.

Мгновенье спустя связанный со мной древесными верёвками силуэт накинулся на меня, подняв кулаки.

— ГАААААААААААААХ!!!

Его рёв пустил во все стороны пузыри, вместе с вибрацией звука.

— Уф!

Воздух
из моих лёгких вышел большим пузырём. Я полетел по течению словно
стрела, будто водного давления и не существовало. Особый монстр следовал
за мной с не меньшей скоростью.

Моя спина ударилась о кристальную стену, а его кулак врезался в мою щёку.

— ?!

Поток
подхватил меня, унося в том направлении, в котором он меня швырнул. Но
враг и не думал меня отпускать: корни, связывавшие наши ноги
превратились в оковы, грозившие лишить меня жизни. Монстр бросился ко
мне вращая глазами, словно в приступе ярости.

Я восстановился от
последней атаки и наконец смог поднять для защиты кинжалы, которые
держал в обеих руках. Несмотря на то, что я пытался подгадать время, в
которое ударит противник, я опоздал. Я двигаюсь слишком медленно. Пока
кинжал вставал на нужную позицию, монстр успел ударить меня в живот.
Снова большой пузырь воздуха вырвался изо рта.

Ощущения движения и времени меня подводили.

Со
скованными водой руками и ногами я оказался в защитной позиции, а
монстр свободно меня атаковал. Несмотря на синие одежды, блестевшие в
слабых лучах света под водой, тело не двигалось так, как мне бы того
хотелось. Вот как обстоят дела, даже с преимуществом Ундиновой Ткани. С
точки зрения монстра, должно быть, я сейчас похож на тонущего ребёнка.
Эта обстановка требует совершенно других движений, а я пока не могу
адаптироваться. Я бесполезно размахиваю руками и ногами. Форма русла
изменилась, я ощутил, что меня вытягивает из комнаты в главный поток
коды.

Этот синий мир одновременно прекрасен и жесток.

Ужас
невозможности дышать и ощущение постоянного падения толкали меня ближе к
смерти. Удары монстра уносили меня всё дальше, проплывая по потоку я
увидел труп авантюриста. Он словно размахивал руками, маня меня за
собой.

Тело крутилось, ноги и голова снова и снова менялись
местами. Состояния равновесия словно никогда не было. Я не понимал в
какой стороне дно, а в какой поверхность. Вот как беспомощен становится
человек, когда его лишают твёрдой почвы под ногами. Эти ощущения
совершенно выбивают из равновесия.

Когда я оказался в таком окружении, мой четвёртый уровень оказался совершенно бесполезен.

Вот какова подводная битва!

— УУУУУУУУУУУУУУУУУУ!!!

— Яяяяяяяях?!

Пусть
моховой гигант и не был водным монстром, он двигался заметно лучше
меня. Он использовал своё деревянное покрытие, чтобы выпускать усики.
Они были сделаны им в такой форме, чтобы уменьшить сопротивление воды, и
иногда он отталкивался от русла или обхватывал кристаллы, чтобы набрать
скорость и сменить направление. Мой противник пробыл в Водной Столице
дольше чем я и знал как использовать окружение.

Мои контратаки не
приносили плодов. Всё же, мне каким-то чудом удавалось отбиваться от
атак, летевших на меня со всех сторон, подставляя нарукавник и броню.
Если бы я не был одет в Ундиновую одежду, наверное, я бы уже умер.
Благодаря поднятию уровня объём моих лёгких был больше, чем у обычных
людей, и я держусь, хоть и не знаю сколько времени у меня ещё есть. Я
снова и снова пытался выплыть, но корни, опутавшие мои ноги, не
позволяли мне этого сделать.

Кровь вытекала из моего рта после
ударов и там, где острые камни впились между сочленений брони. Всё
больше крови вытекало и синий поток постепенно становился красноватым.
Где-то вдали, привлечённый моей кровью, возник огромный силуэт.

Водяной змей?!

Монстр из разряда больших присоединился к битве. Его блестящие под водой глаза были одновременно манящими и пугающими.

— ГААААААААА!

Этот
изначально водный монстр подплывал заметно быстрее мохового гиганта. У
меня не было времени защититься, его клыки вонзились мне в плечо.

— А!!!

Я
ощутил жгучую боль, новая волна крови закружилась в воде. Я начал
думать, что со мной покончено, но внезапно корни опутывавшие мои ноги
исчезли.

А?

Моховой гигант отпустил моё тело. Секунду он смотрел на меня, а потом повернулся и поплыл против потока, исчезнув в другой реке.

Почему он меня отпустил? Когда ему подвернулась идеальная возможность добить свою добычу?

Испугался
водяного змея? Этот вопрос вызвал во мне опасения, но времени обдумать
ответ на него у меня не было. Я вонзил кинжал в правой руке в монстра,
впившегося мне в плечо клыками.

— …

Извиваясь от боли, он начал таскать меня за собой, а я пытался избавить свою плоть от его клыков.

И как только я это сделал, я наконец услышал приближающийся рёв, вибрацией расходящийся по воде.

Оглянувшись, я увидел причину этой вибрации.

Вдалеке я заметил окончание воды.

Она исчезала, потому что поток воды в том месте падал вниз…

Не может быть…

Все реки этого этажа ведут к Великим Водопадам…

Эйна заставила меня это заучить. Не так давно я повторял эти слова лично.

Поток нёс моё тело к центру двадцать пятого этажа — огромному водопаду.

Вот чёрт!!!

Ближе
к падению воды поток ускорялся. Вода и без того двигалась слишком
быстро, а сейчас начинала нести меня с головокружительной скоростью.
Водопад мог затянуть всё в свою пасть и размозжить о землю у основания.

Кровь
отлила у меня от лица, я собрал все свои силы, чтобы окончательно
отбросить от себя водного змея. Чёрный кинжал вонзался в его шею, морду,
глаза. Монстр истекал кровью и извивался всем длинным телом. Неожиданно
я поднялся над водяной поверхностью.

— Пех!

Мне удалось
высунуть лицо над водой. Но воздух, которого я так отчаянно жаждал, был
безвкусным. Сгорая от нетерпения, я пырнул Хакугеном по носу змея.
Наконец, силы его оставили, и его челюсти окончательно разжались.

Но слишком поздно.

Я уже на точке невозврата. Поток воды затягивал меня к обрыву.

Я потянулся рукой, но схватиться было не за что. В следующее мгновенье моё тело ощутило странное чувство.

А спустя секунду поток воды выкинул меня…

— АААААААААААААААААААААААААААААА!!!

Взрывной
поток воды падал вниз. Огромные капли щекотали кожу. Мой крик утонул в
рёве водопада, меня затянуло в Великие Водопады — самый большой поток
воды Подземелья.

----------

Невеста водной столицы

— Сударь Белл? Сударь Белл?!

Крики Лили смешивались с шумом потока воды.

Её
окружала сеть ручьёв и речек, комната была заполнена скоплениями
кристаллов. Стоя лицом к тому месту, где Белл скрылся под водой, она
звала его снова и снова.

— Белла-сама под воду утащил монстр… — произнесла ошеломлённая Харухиме, стоявшая за спиной Лили.

— Нужно сейчас же его спасти! Течение слишком быстрое, его унесёт за считанные секунды!

Лили
сбросила Робу Голиафа, огромный мешок и осталась в шортах и коротком
плаще, сделанном из Ундиновой Ткани. Она почти успела нырнуть в воду.

—
Бесполезно, Лилирука! — прикрикнула Дафна. Сбросив на землю Лювиса,
который на неё опирался, девушка схватила Лили и оттащила её обратно.

Мгновенье спустя клыки рыбы-налётчицы клацнули в том месте, где стояла девушка-полурослик.

— Что ты творишь?! Если кто-то из нас прыгнет в этот поток, нас убьют монстры! Забыла, насколько здесь опасна вода?!

— Н-но… сударь Белл!!!

Лили
растерялась ещё сильнее чем раньше. Дафна уставилась на Лили, закрыв
рот, когда Айша, Вельф и Оука подоспели к ним с тремя
эльфами-авантюристами на руках. Синие крабы не дали им броситься Беллу
на помощь, но они успешно справились с монстрами и выполнили свою
задачу.

— Сударыня Айша! Сударь Белл, он!..

— Знаю. Видела.

Айша
передала раненных эльфов покрасневшей Кассандре, а потом бросила взгляд
на Микото. Вдобавок к Чёрному Ворону Ятано девушка владела навыком,
позволявшим отслеживать союзников, Белым Вороном Ятано. Микото
сокрушённо покачала головой:

— Сигнал Белла-сан исчез из комнаты…

— Значит…

Лили
побледнела, осознав, что Белла вместе с особым монстром унёс поток.
Вельф и Оука, лишённые дара речи, уставились туда же. Айша вздохнула.

— Ладно, ребята. Спасать Белла Кранелла мы не будем.

— Что?!

—
Мы не догоним его, даже если бросимся в погоню, поток бежит слишком
быстро. Вдобавок, как далеко мы продвинемся с раненными эльфами на
руках?

— С-Сударыня Айша! Я не согласна!

— Расслабься, малявка. Что с нами будет, если ты, наша голова, сорвёшься?

Лили
собиралась выдать гневную тираду, но длинный тонкий палец щёлкнул её по
лбу. Она слегка отстранилась, слёзы начали собираться в её глазах.

— Белл Кранелл и сам с этим этажом справится.

— !..

—
С его характеристиками всё очень странно. Он уже сильнее обычных
авантюристов четвёртого уровня, а в скорости и ловкости он потягался бы с
лучшими. И я даже представить не могу, какой в нём заложен потенциал.

Другими словами, Белл превосходит требования для покорения двадцать пятого этажа. Айша усмехнулась и продолжила:

— Уже сейчас Белл Кранелл сильнее меня. Не хотелось бы мне проверять насколько.

— Сударыня Айша…

—
Пусть его и втянули в подводную битву, его упорство поможет ему выжить.
Нам остаётся только надеяться, что он вернётся к нам своими силами.
Здесь он точно не умрёт.

Услышав уверенный голос авантюристки
второго ранга, Лили наконец нашла в себе силы успокоиться. Айша
посмотрела на лицо девушки-полурослика, вернувшей своё самообладание и
анализировавшей ситуацию, после того как спор завершился.

— Если за кого и стоит беспокоиться, так это за нас, разве нет?

Лили простояла молча какое-то время, а потом медленно кивнула. Маленькие ручки девушки-полурослика сжались в кулаки.

— …Сударыня Айша права. О Белле нам думать не стоит.

— Лили-сан!

— Что ты сказала, Лил?!

—
Просто успокойтесь, — ответила она, сделав глубокий вдох и повернувшись
к Харухиме и Вельфу. — Сейчас нам нужно поставить в приоритет
безопасность группы. Если мы не сможем о себе позаботиться, станем для
него обузой.

— Лили, что…

— С Беллом всё будет хорошо. Давайте в него верить.

Было
ясно, что она вместе с ренартом беспокоятся о парне больше, чем
кто-либо другой в этой группе. Но своё беспокойство в слова она
вкладывать не стала. Вместо этого, отбросив эмоции, она приняла на себя
роль командира.

— Положение изменилось. Лили считает, что лучше всего будет покинуть этот этаж.

— !..

Не только Вельф, но и Айша посмотрели на сделавшую неожиданное предложение Лили с удивлением.

—
Без сударя Белла будет непросто отбиваться от атак обычных монстров,
защищая при этом раненных. На плечи сударыни Айши ляжет слишком тяжёлое
бремя.

Раненных стало пятеро. Если каждого придётся нести одному
члену группы, остаётся всего трое авантюристов, готовых сражаться с
самого начала боя. Когда она говорила, она бросила взгляд на
эльфов-авантюристов и Кассандру, занимавшуюся их ранами.

— Лили-сан, разве бросать Белла-сан на этом этаже и бежать будет правильно?.. — спросила Микото.

— Мы не побежим на поверхность, мы отступим к проходу, ведущему на двадцать четвёртый этаж.

— Зачем нам это? — нахмурился Оука.

Лили ответила спокойным голосом:

—
Оттуда отличный обзор, рядом нет воды и, кроме летающих монстров,
атаковать нас никто не сможет. Путь по холму всего один, а значит
защититься будет проще… Особый монстр не сможет напасть на нас
неожиданно. Поэтому я предлагаю встать лагерем в том месте.

Если присматривать за воздушными монстрами и монстрами, спускающимися с двадцать четвёртого этажа, всё будет в порядке.

—
Сударыня Айша, вы подниметесь в Ривиру и позовёте кого-нибудь на
помощь. Лили и остальные… в случае необходимости получим поднятие уровня
от сударыни Харухиме и будем обороняться в проходе. Мы будем защищать
раненных, — часть про способность Харухиме была сказана тихо, чтобы
Лювис и другие эльфы её не услышали.

— То есть, мы будем использовать холм как импровизированную крепость, — сказал Вельф.

—
Доставить столько раненных на восемнадцатый этаж и правда было бы
непросто, — добавила Дафна. — Если мы встанем лагерем у входа на
двадцать пятый этаж, наверное, благодаря естественным условиям, мы
сможем продержаться, пока не придёт помощь. Если со серединных этажей
спустится какая-нибудь группа, может мы попросим помощи и у них.

Её и Вельфа объяснение Лили устроило. Девушка-полурослик продолжила:

—
Вдобавок, когда сударь Белл будет к нам возвращаться, он выйдет из той
большой пещеры… Это единственный выход из Водной Столицы. Кажется, так
говорила сударыня Эйна? Встав лагерем на холме у прохода, мы его увидим.

Закончив с объяснениями Лили перевела дыхание.

Со скептицизмом её воспринял только Оука:

—
…Как я понял, мы собираемся встать лагерем на холме. И что с нами
станет, если этот особый монстр на нас нападёт? Застать нас врасплох он,
конечно, не сможет, но без Антианейры чёрта лысого мы с ним справимся!

—
Я об этом подумала. Дорога по холму не слишком прочная и бежать оттуда
некуда. Когда мы его туда заманим… Микото сможет использовать своё
заклинание контроля гравитации и чтобы отправить его вниз и засыпать
обломками, — ледяным тоном заявила Лили.

Оука растерялся. Он громко откашлялся.

Дафна
тоже уставилась на Лили. Даже упоминание монстра не загнало Лили в
угол, она была готова дать ему отпор, используя удобное расположение
лагеря.

Ещё пару дней назад я учила её командовать… Но теперь видно, что она умнее меня!

Дафна,
учившая Лили продумывать каждый шаг, была восхищена. Однажды она
видела, как Финн был собран, когда отправлял своих авантюристов на бой с
главарём этажа Голиафом, и это воспоминание всплыло в её памяти, когда
она остановила взгляд на собранном лице слабой помощницы, стоявшей
сейчас перед ней.

— Вопрос сейчас в том, продержатся ли Чигуса и
остальные раненные так долго, — продолжила Лили. И, конечно, если монстр
нападёт на нас, пока мы будем идти по пещерам, я не знаю, сможем ли мы
отбиться… У вас есть другие предложения?

Она посмотрела на Айшу. Лишь в самом конце она проявила признаки неуверенности в своём плане.

Закалённая в боях амазонка ухмыльнулась:

— Мне нравится. Будем придерживаться этого плана.

Её
слова стали сигналом для остальной группы. Вельф и остальные взвалили
на себя раненных, Лили снова одела Робу Голиафа и огромный рюкзак, и
вместе с остальными готовилась к походу через Подземелье.

— Я знала, что мы можем на вас положиться, Лили-сан. Белл-сама об этом говорил, — сказала помогавшая в подготовке Харухиме.

— А?

— Он сказал, что всегда на вас полагается… Когда помогал мне с уборкой дома.

Глаза Лили округлились, когда она это услышала.

— В отличие от вас я никак не могу никому помочь и всегда мешкаю… — вздохнула Харухиме.

— О-о чём это вы?! Ваша сила очень выручает нас моменты опасности!

Будто пытаясь скрыть смущение, девушка-полурослик с силой хлопнула ренарта по хвосту.

— Ау! — воскликнула девушка-лиса.

— Поторопитесь, хватит развлекаться! — крикнула Айша.

За секунду до того, как выйти из комнаты вслед за Вельфом, Лили бросила взгляд назад.

— …

Может
Белл уже победил особого монстра и пытается сюда вернуться, чтобы с
ними встретиться… Нет, ей придётся избавиться от мыслей, в которые
хочется верить. Пока паразитические лозы из Чигусы и остальных не
пропали, монстр жив. Ради своих товарищей Лили должна уйти.

— Сударь Белл… простите.

Пока
никто не видел, девушка-полурослик повернулась к потоку, который унёс
Белла, и прослезилась. Вытерев уголки глаз, она решительно вышла из
комнаты.

----------

Том 12 Глава 5.2

Водопад грохотал.

Я понял это, потому что меня достигали
вибрации. На дне озера было темно и холодно, несмотря на это, всё моё
тело словно было охвачено огнём. Погружаясь всё глубже, я издал
булькающий звук. Когда я перестал погружаться, я махнул руками в
холодной воде, пытаясь одним движением добраться до поверхности.

Фонтан брызг и пузырей разорвал блестящую водную гладь.

Когда
моё лицо оказалось над водой, я закашлялся. Горло пыталось избавиться
от огромного количества воды, которое я проглотил. Рёв воды и брызги
очень сильно меня раздражали. Это раздражение стало доказательством
того, что я, Белл Кранелл, ещё жив.

Я оказался в центре огромного озера внизу одного из Великих Водопадов, едва избежав смерти.

— Аааа, ооооо, эээээ!..

Дурацкое
мычание от боли вырвалось изо рта. Я повиновался инстинктам и начал
крутить руками, направляясь к берегу озера, шумно стуча ими по воде. Как
только мои ноги ощутили под собой твёрдую почву, я тут же поднялся,
вынимая своё тело из воды. Я брёл, едва не падая лицом в воду, пока
наконец не достиг места, где мне было по щиколотку.

После этого я
рухнул на руки и начал ползти. Тело болело так сильно, что мне
показалось, мои сосуды сейчас лопнут от напряжения. Мир перед глазами
казался красным. Чтобы избежать жуткой боли, заставлявшей каждый нерв
моего тела ныть, я потянулся за высшим зельем из сумки на ноге и осушил
его. Я повторял эти действия снова и снова, кто знает, сколько фиалов я
истратил.

Я запрокидывал голову и выпивал жидкость, пока все мои
зелья не подошли к концу. Только после этого я наконец поднял голову и
посмотрел на Великие Водопады.

…Вот откуда я упал.

Зеленовато-синяя
вода срывалась со скалы. Когда мы пришли на этот этаж поток воды
казался мне таким прекрасным, что я не мог отвести от него взгляд, а
сейчас, блеск воды меньше, чем в пятидесяти метрах сверху кажется жутким
монстром. Сильнее всего в нём пугает его неотвратимость. Я не мог не
вздрогнуть от мысли о том, что природа, ставшая моим естественным
врагом, смотрит на мелкого меня свысока.

Думаю, место, в котором я
упал близко к середине водопада. Если принять во внимание, что в
водопад меня вынес поток воды, текущий внутри многоуровневого холма, это
становится понятно. Если бы я упал с вершины водопада, бьющего почти
из-под потолка этажа… никакие характеристики меня бы не спасли.

Дрожь пробежала по телу, когда я осмотрелся.

Озеро,
в которое я попал было довольно большим. Оно заполняло около половины
огромной пещеры и тёмно-синий цвет воды говорил о его глубине. Капельки
воды беспечно плясали, падая с огромной высоты, создавая над
поверхностью подобие тумана. Рёв водопада был таким сильным, что я
боялся разрыва перепонок. Примерно в сотне метров к югу виднелось озеро,
из которого вытекал водопад, падающий на двадцать шестой этаж. Если
попаду в него, точно не переживу падения.

Я повернулся спиной к
озеру и увидел перед собой чарующий вид. Скопления кристаллов, похожие
на нагромождения камней, кристальные долины и кристальные холмы. Всё
вокруг было сделано из синих кристаллов. Единственным заметным растением
были деревья с иссиня-белыми листьями. Засмотревшись на деревья,
которые раньше я видел только в районе красных фонарей, я забыл о ходе
времени.

…А ну соберись! Не время рассиживаться. Нужно вернуться к остальным!

Прочистив
голову, я проверил экипировку. Божественный Кинжал и Хакуген покоились в
ножнах, в которые я наспех их отправил. Помимо пары противоядий,
целебных предметов у меня не было. На броне оказалась всего пара
царапин, и с энергией разума у меня всё в порядке.

Сейчас я на
восточном краю пещеры. Если пройду к юго-восточной части этажа по суше,
дойду до прохода на двадцать шестой этаж, а пройдя в противоположном
направлении, к северо-восточной стороне, я дойду до пещеры ведущей в
лабиринт внутри холма.

Особый монстр исчез, когда понял куда меня затягивает.

Наверное, он подумал, что я утону в Великих Водопадах и отправился за Лили и остальной группой. Нужно поторопиться.

Надеюсь, с ними всё хорошо…

Рядом
с местом, с которым я стою, множество скоплений кристаллов, похожих на
рифы. Над головой заметны чёрные точки, наверное, гарпии и сирены. Пока
они меня не заметили. Чтобы избежать ненужных сражений, я решил пойти к
пещере на северо-востоке, скрываясь под кронами деревьев. Но стоило мне
повернуться, как я что-то услышал.

Звук был похож на свист, словно что-то рассекало воздух.

Рефлекторно я отпрыгнул в сторону. Можно сказать, что интуиция авантюриста меня не подвела, и уклонился я вовремя.

В следующее мгновенье что-то впилось в плечо, утянуло меня в воду.

— А?!

Вода
залила лицо, кровь брызнула из плеча, окрасив изумрудно-синюю
поверхность воды. Я поднял голову, посмотрев на водопад за спиной.
Множество алых линий рассекало туманный воздух.

— Игуясу!.. — раздражённо прошептал я.

Похожие
на ласточек монстры появляются в Водной Столице с двадцать пятого по
двадцать седьмой этаж. Они селятся на скалах рядом с Великими
Водопадами, и авантюристы называют их «невидимыми монстрами».

Так их прозвали за огромную скорость, с которой они атакуют.

Когда
что-то подходит к водопадам, они вылетают прямо из толщи воды и
набрасываются на авантюристов. Когда они атакуют, то чем-то напоминают
пули. Некоторые авантюристы зовут их «всполохами». Это самые страшные
монстры этого этажа, и самые быстрые на нижних этажах вообще!

— !!!

— Ой?!

У
меня не было времени даже на то, чтобы проклясть свою собственную
беспечность за то, что я остался рядом с озером, когда алый развод
отправился в моё сторону. Даже улучшенное поднятием уровня восприятие не
позволило мне разглядеть врага. Он скользнул по моей щеке, а давление
воздуха заставило потерять равновесие.

Свист раздался ещё раз.

Этот монстр целился прямиком в центр моего тела, а я успел только выставить нарукавник чтобы заблокировать дьявольский снаряд.

— Уф!

Раздался громкий глухой стук и по руке разлилась боль, словно меня ударили огромным молотом. Я потерял равновесие и сел в воду.

Посмотрев
на руку, которой я заблокировал атаку… я увидел труп ласточки, который
застрял в броне. Мокрые красные перья опадали с неё, а в розовой плоти
был заметен магический камень. Я встретился взглядом с мёртвыми
кровавыми глазами, почти выпавшими из орбит.

Вот какова судьба игуясу, которая провалила атаку.

Когда
она сталкивается с щитом или другим твёрдым предметом, их собственная
скорость становится проклятьем и их тела разбиваются насмерть.

Мысль
о такой самоубийственной атаке заставила кровь стыть в жилах. Однако,
на подобные мысли времени не было. Я услышал свист снова.

Жуткий хор тел, рассекающих воздух.

Посмотрев вверх, я увидел то, что почти лишило меня надежды на спасение.

Огромная стая алых птиц рассекала воздух.

Увидеть
сколько их в воздухе я не мог, но, судя по красным вспышкам, не меньше
двадцати. Огромное количество игуясу направляется прямо ко мне.

Неужели это очередная аномалия Подземелья, порождение орды монстров? Что с моей удачей, почему орда игуясу?

Холодок пробежал по спине, я заметил, как одна из алых линий мелькнула, целясь в меня и отпрыгнул, чтобы уклониться.

Игуясу ринулись в меня.

Десятки
атак били рядом. Монстры пролетали на полной скорости мимо, скользя по
моим рукам и ногам, прежде чем раствориться в водной поверхности,
создавая миниатюрные гейзеры.

Бесполезно! Я не могу уклониться от всех!

Я побежал по воде что есть силы, чтобы спрятаться за скоплением кристаллов, возвышающихся над водой.

— ?!

Бамбамбамбамбам!!!

Мгновенье
спустя я услышал стук по кристаллам. Меня осыпало мелкой крошкой,
откалываемой мощными ударами, которые я почувствовал, потому что
прислонился к кристаллам спиной.

Невероятно прочное, подобное скале скопление кристаллов тает прямо на глазах!

Некоторые
из монструозных ласточек разбивались о поверхность кристалла насмерть,
но остальных это не останавливало, они пытались разрушить преграду между
ними и добычей. Жуткому стуку тел о кристаллы вторил зловещий визг.

Кристальное скопление таяло с каждой секундой. Сердце трепетало.

Капля пота стекала со лба.

Они
жертвуют жизнями ради нанесения смертельного удара. Такое не может не
впечатлить. Все авантюристы заявляют, что при столкновении с игуясу
остаётся только бросить всё что есть и бежать. Я бы сказал, что с такой
силой удара они могут пробивать в телах дыры. Моих врагов можно назвать
истинными охотниками, готовыми лишиться жизни ради того, чтобы
уничтожить вторгнувшегося на их территорию авантюриста.

Наверное, это вторая часть моего крещения нижними этажами, после боя под водой.

Что мне делать? Что делать? Что делать?

Скопление
кристаллов, за которым я скрылся слишком далеко от пещеры, в которую
мне нужно попасть. Если попытаюсь побежать, окажусь в той же ситуации,
что и с ульем пчёл. Если поплыву, попытаюсь скрыться под водой, водные
монстры меня убьют. Отступление невозможно. Если бы я только мог
положиться на какую-нибудь прочную защитную экипировку… Но у меня нет ни
щита, ни тяжёлой брони. Я всё равно что гол. Я не выдержу атак, я
беззащитен.

…мне это не нравится. Я не приму такого исхода. Я не могу с этим смириться.

Я
здесь не умру. Пусть судьба, которая ведёт меня к смерти, выкусит.
Чёрт, я начинаю слишком много ругаться. Кому какое дело. Мне дела нет.
Самое важное это выбраться живым.

Мои друзья рядом. Обещание помочь Ксеносам тоже никуда не делось.

Соперник, которого я должен победить, и девушка, с которой должен сравняться.

Я ещё ничего не сделал!

Секунду спустя последний осколок кристалла упал в воду.

— !..

Я
нырнул, чтобы избежать атак игуясу. Раздалась целая серия громких
всплесков. Сделав подобие переката под водой я снова поднялся на ноги.

Примерно
половина стаи игуясу уже умерла, оставшиеся кружили в воздухе, собирая
силы для нового рывка. Увидев множество алых разводов в воздухе… я
принял окончательное решение.

Потянувшись правой рукой к поясу, я
вытащил кинжал. Перекинув его лезвием вниз, я слегка пригнулся,
готовясь ко встрече с монстрами.

…Я всех их перережу.

Бежать
я не могу, защититься мне нечем. Значит, придётся сойтись с ними лицом к
лицу. Увидев меня таким, другие авантюристы сейчас бы, наверное,
обомлели.

Дело не в том, что я сошёл с ума или отчаялся.

Я просто подумал.

Если бы здесь стояла она, если был Принцесса Меча оказалась на моём месте, наверное, так бы она и поступила.

А раз на подобное способна она… я должен доказать, что я не уступаю.

— …Игра началась!

Я
выбрал оружием Хакуген. Даже среди ножей кинжал из рога единорога
кажется невероятно лёгким и идеально лежит в руке. Это самое подходящее
оружие для сражения со скоростными монстрами.

Другие мне не
нужны. Все мои силы сошлись в клинке, который я держал в правой руке.
Если буду полагаться на зрение, наверняка опоздаю. Я должен
почувствовать, течение ветра и жажду убийства. Нужно предсказать
траектории их полётов.

— …

Белые брызги летели от водопада, свист монстров сливался со звуками падающей воды.

Прошло
мгновенье, из мира исчезли краски и всё стихло. Даже моё собственное
сердцебиение для меня исчезло. Предельная концентрация словно перенесла
меня в другой мир.

Я сделал тихий вдох.

Через секунду порхающие в воздухе красные линии отправились в меня.

— Ярр!

Я собрал все силы в единственном выпаде, ударив белым клинком отправившийся в меня снаряд.

Он
не издал ни звука. Ни боевого клича, ни предсмертного визга. Тело
игуясу просто распалось на две части, улетев в воду за моей спиной.

Для остальных монстров это словно стало сигналом.

В меня полетела крылатая туча.

Я
перехватывал каждую птицу, твёрдо держа Хакуген. Правая рука нанесла
удар, и я отвёл её для следующего. Через мгновенье тело очередной птицы
чуть не впилось мне в голову, я едва успел отклониться, чтобы избежать
этого удара, вместе с тем разрезая следующую летящую в меня
птицу-камикадзе. Тридцать семь раз я перехватывал быстрейшие атаки.
Уцелевшие из первой волны атак ласточки просвистели над водной
поверхностью и снова поднялись в воздух, нападая со всех сторон.

Я словно оказался посреди звездопада, перехватывая кинжалом падающие звёзды.

— !!!

Одна
из быстрых птиц скользнула по броне. Искры полетели от
дирадамантинового наплечника. Кое-где ундиновая одежда была порвана, под
ней виднелись порезы. Раны дали о себе знать, когда я изогнулся для
очередного удара.

Снова моё тело покрыл пот. Снова оно словно в
огне. Голова словно сейчас задымится. Все четыре конечности ноют от
боли, будто спрашивая: «А по-другому было нельзя?» Стук сердца
отдаётся в ушах. Вспышка бы не уничтожила стаю птиц, потому что у неё
слишком небольшая зона поражения. В обмен на убийство пары птиц, я
получил бы несколько серьёзных ранений. Только так я могу справиться.

Скорость, за которую меня так расхваливают, моё единственное преимущество.

Но и мои враги ставят на кон свои жизни в этом бою….

Каждый
красный развод обозначает поставленную жизнь. Смертельный удар,
совершённый на огромной скорости. Удар получается таким сильным именно
потому, что они готовы вложить всё в эту атаку. Они не думают о
последствиях, просто летят вперёд, намереваясь пронзить врага.

Вот почему я тоже обязан размахивать руками, не раздумывая.

…Это испытание на выносливость!

— АААААААААААААААААА!!!

Я полностью отдался моим инстинктам, описывая в воздухе дугу за дугой.

Кинжал летал всё быстрее.

Вместе с тем, моя способность предсказывать поведение врага улучшалась.

Словно я полагался не на интуицию, а на сплетающиеся воедино способности моего разума и тела…

Ещё, ещё, ещё!

Я вспомнил комбинацию ударов, которую против меня провела Айз той ночью в городе-лабиринте.

Я вспомнил грацию прекрасной Принцесы Меча, разгоняя свой собственный клинок до предельной скорости.

Но стоило мне погрузиться в это ощущение…

Последняя из птиц ринулась на меня сверху.

Блестящий
в свете кристаллов белый клинок рассёк её магический камень, и тело
игуясу мгновенно обратилось в пепел и развеялось в воздухе.

Я замер, держа кинжал в финальной точке его удара. Брызги водопада будто дождь били по моим покрасневшим щекам.

Концентрация,
в которой я всё это время пребывал, исчезла, звуки Великих Водопадов
снова ударили по ушам. Я расслабился и осмотрелся.

Сотни предметов добычи, срезанных перьев игуясу, неспешно кружились в воздухе, падая в воду.

— У меня… получилось…

Я смог разобраться с ордой игуясу.

Я начал смывать кровь с рук и щёк, держа в руках Хакуген. Тело стало ватным.

Чтобы стоять приходилось прикладывать усилия, для того чтобы справиться со стаей птиц, я точно потратил немало энергии.

Но я начал кое-что понимать…

Принятое в отчаянной ситуации решение не всегда можно назвать безрассудным.

Придёт время, когда будет нужно пойти на риск, то есть, положиться на удачу.

Это
может случиться через год, завтра или даже спустя пару секунд. Я не
знаю, когда такое время придёт. Нужно быть к нему готовым. Во всех
смыслах.

Я всегда должен стараться изо всех сил. Я должен быть готов физически и морально.

Пройдя очередное крещение Подземельем я ощутил, что вырос как авантюрист.

Наконец, я вложил в ножны новое оружие, Хакуген.

И тут моих ушей достиг звук, который я никак не ожидал услышать.

Совершенно неуместный звук в атмосфере Подземелья: хлопанье в ладоши.

— А? — уверен, лицо у меня сейчас дурацкое.

Монстр
никогда не стал бы аплодировать авантюристу. Я бы сказал, что это может
быть только другой авантюрист. Но осмотревшись я не увидел никого рядом
с озером.

В поисках ответа я повернулся и увидел…

Рядом с
вершиной огромного водопада, падающего на двадцать шестой этаж. Она
сидела спиной к красотам бурлящего потока на одном из больших камней.
Рыбий хвост покрывала прозрачная, зеленоватая чешуя, он был почти такого
же цвета, что и вода Великих Водопадов. Верхняя часть тела была
бледно-синего оттенка, она была человеческой.

Её кожа была
гладкой и чистой, пара обнажённых грудей идеальной формы, длинные волосы
того же цвета, что и нижняя часть тела, и пара миленьких плавников
вместо ушей. Её глаза были изумрудными.

У меня из лёгких вышел воздух, когда я увидел прекрасную «деву», чьи волосы украшали ракушки и жемчужины.

— Русалка… — только и мог пробормотать я.

Я никак не мог отвести взгляд от существа, обладающего такой несвойственной для монстров красотой.

Словно
восторгаясь навыками, которые я показал в бою с игуясу, а может просто
от восторга, она улыбалась и невинно хлопала в ладоши.

----------

Том 12 Глава 5.3

— О великий воитель, могучий герой, алчный, жестокий чемпион. Яви своё желание обнять королеву.

Слова сплетались в песнь.

Заклинание
тонуло в яростном рёве монстров. Сотворяя заклинание, Айша уклонялась
от клыков и когтей, успевая иногда отвечать на атаки монстров своим
подао и длинными ногами.

— Мой жаждущий клинок Гипполит!

Мгновение спустя амазонка, одновременно атаковавшая и атакуемая монстрами, закончила чтение заклинания и использовала его.

— Адский Хаос!

Её
подао, брошенное на землю, испустило режущую волну, рассекавшую каждого
монстра на её пути. Эта волна срезала плавник со спины акулы и прошлась
по множеству синих крабов и дьявольских москитов. Её силы хватило даже
на то, чтобы свалить огромного водяного змея.

— Ого! Она и в воде режет!

— Белл Кранелл — это нечто, но и Антианейра хороша…

Вельф,
защищавший остальных членов группы, и Оука, нёсший одного из раненных, с
ужасом смотрели, что происходит. Адский Хаос перешёл с воздуха в воду,
продолжая резать любую преграду, оказывавшуюся на его пути.

Прошло
всего несколько секунд, волны на воде успокоились, а Айша, сражавшаяся с
монстрами в одиночку, широким взмахом вернула подао на плечо и
повернулась к группе:

— Идём, пока рядом чисто. Если нас окружат монстры, даже мне вас, ребятки, от них не защитить.

—
Странные слова от женщины, только что своими руками разобравшейся с
целой группой монстров… — пробормотала Дафна, не сводя взгляда с
выдающейся авантюристки второго ранга. Она несла на плече Лювиса.

На
время группе пришлось предоставить защиту Айше, пока остальные её члены
несли на себе раненных эльфов. Когда они снова начали продвигаться по
лабиринту, Лили подскочила к вспотевшей амазонке, протянув ей двойное
зелье.

— Сударыня Айша, вы в порядке?

Амазонка некоторое время молчала, а потом протянула руку зачерпнув воды в небольшом источнике, и шумно её выпила.

—
Хочешь, чтобы я казалась сильной и сказала, что со мной всё хорошо? Я
держусь только потому, что вы своими безумными магическими мечами мне
помогаете, — ответила она, утерев рот.

Оука, Микото, Дафна и даже слабая Харухиме несли авантюристов Паствы Моди.
Кассандра шла с Чигусой на спине, это означало, что пятеро членов
группы не способны сражаться. Как бы Айша не старалась, поход по нижним
этажам в таком состоянии — очень рискованное занятие.

Чтобы
заполнить пробелы в обороне, Вельф и Лили оказывали экстренную
поддержку, похожими на кинжалы магическими мечами Кротцо. Мощные и
быстрые атаки этих мечей уничтожили немало монстров, до которых Айша не
могла дотянуться и, благодаря совместным усилиями, группа шла довольно
быстро, не подвергаясь слишком большой опасности.

— Хотела бы я использовать мальборо… — сказала Лили.

—
Нам же говорили, что водные монстры запахов с поверхности не ощущают.
Да и особый монстр, судя по всему, умеет нос зажимать. И вообще, если
воспользуемся той вонью, она может раненных эльфов прикончить!

Вельф
попытался отшутиться, когда Лили упомянула мешочки с порошком мальборо,
сдерживавшие монстров из-за испускаемого ужасного запаха. Однако, это
не слишком разрядило напряжённую атмосферу среди идущих по кристальным
пещерам авантюристов.

Айша, возглавлявшая группу, вдруг с удивлением остановилась.

— Сударыня Айша?

— Там монстры?

— Нет, такие шаги… скорее авантюристы.

Слова
Айши заставили Лили и Вельфа замолчать и прислушаться. Как и сказала
амазонка, уже за следующим поворотом, у входа в пещеру, они увидели
другую группу авантюристов.

— Дормул, это же ты?..

— Лювис! Лювис, ты живой!!!

Эльф
поднял голову с плеча Дафны. Дварф радостно выкрикивал его имя. У
дварфа были узкие глаза, огромный нос, и ростом он был около ста
семидесяти сантиметров, что делало его одним из самых высоких
представителей его расы. Голову и тело дварфа покрывала коричневая
тяжёлая броня, а руки сжимали боевой молот.

Лили и остальные предположили, что перед ними авантюристы Паствы Магни, о которых говорил Лювис.

— Сударь… Дормул, так? Мы Паства Гестии, находимся в экспедиции, — объявила девушка-полурослик.

— Хох, семья Кроличей Лапки! Вас тоже особый монстр потрепал?..

Одного взгляда на опутанную лозой Чигусу хватило, чтобы Дормул понял, что именно с ними случилось.

Его
группа состояла из четверых авантюристов, все были дварфами третьего
уровня, облачёнными в прочную латную броню. Поношенность брони говорила о
том, что их группе пришлось нелегко.

Каждый из дварфов был отравлен лозой.

— Вы ребята можете двигаться? Даже с этими штуками?.. — сказал поражённый Оука.

Дварф в ответ посмеялся:

— Хох, мы же дварфы! Не сравнивай нас с длинноухими слабаками! — грубовато отшутился Дормул.

Впрочем,
тёмные круги под глазами говорили о состоянии авантюристов лучше любых
слов. Скорее всего, ради сохранности группы они вложили в быстрый
переход к началу этажа очень много сил.

— Ну да, вы, треклятые
дварфы, лучше нас, бесполезных эльфов… — самоуничижительно усмехнулся
Лювис. Увидев соперника с оторванной конечностью. дварф тут же растерял
желание его подначивать.

— Эх, Лювис… разве так ты мне должен отвечать?.. — сказал он, отводя измотанный взгляд от обычно огрызавшегося в ответ эльфа.

— Дормул… вы нашли группу, которую нам было сказано найти?

— …Ага, видели мы их. Тела, в смысле… Они были в безопасной зоне под этим этажом.

Лювис удивлённо поднял брови, а Дормул мрачно кивнул.

— В безопасной зоне? — переспросила Лили явно не ожидавшая таких слов.

— Ага. Они были спрятаны так, чтобы их было непросто найти. Все покусаны, тела высосаны досуха. А лозы на них успели зацвести…

— Значит?..

— Ага. Особый залёг в безопасной зоне и убил авантюристов.

Воцарилась тишина. Лили и прочие не могли вымолвить ни слова.

Монстры
не появляются в безопасных зонах. Особый монстр воспользовался этим
правилом и застал знавших об этом авантюристов там, где они нападения не
ждали. Он воспользовался их невнимательностью.

— Наверное,
удивляться не стоит… Но эта тварь явно понимает то, чего понимать не
должна, — проговорила Айша. Отвращение и гнев, которые она испытывала,
были понятны всем стоявшим рядом.

Монстр изучил привычки авантюристов. Раньше такого не бывало.

— Слова о том, что он будет похуже Окровавленного Тролля, недалеки от истины, — добавила амазонка.

— Вы что-нибудь выяснили? Привычки монстра или его слабые стороны?

—
Не. Он напал на нас, когда мы возвращались в Ривиру. Стыдно признавать…
но мы били его, резали, а он будто и не чувствует ничего. Даже надёжные
громовые мечи не дали результата…

— Как мы и подозревали, эффективна была только Вспышка сударя Белла… — сказала Лили.

— А значит его слабая сторона — это огонь… Лил, достань красный магический меч. Буду пользоваться им, — заговорил Вельф.

Вельф отложил кинжал, бьющий молниями, и взял длинный красный клинок, который Лили достала из рюкзака.

— У вас есть какой-нибудь план? Мы в таком состоянии, что нам остаётся только просить вас о помощи…

—
Мы не откажем. Авантюристы должны выручать друг друга из беды. Лили и
остальные идут к проходу, соединяющему этот этаж с этажом выше, чтобы
разбить там лагерь, — сказала Лили, утвердительно ответив на просьбу
Дормула и вкратце рассказав план.

Дварф согласился, а потом
двинулся к державшей Лювиса Дафне. Девушка подпрыгнула, когда дварф не
терпящим возражений тоном заявил:

— Давай его сюда! Этот мёртвый груз за мной!

— Дормул, что ты…

—
Не пойми неправильно! Стыдно признаваться, но драться сейчас мы не
можем, а предметы и магические мечи уже закончились! Зато… работой
помощников мы заняться можем!

Он перекинул Лювиса с плеча Дафны
на своё плечо. Остальные дварфы поспешно приняли раненных эльфов с рук
Микото, Харухиме и Оуки. Лювис удивлённо посмотрел на них, но Дормул
гневно посмотрел ему в глаза, будто говоря: и не смей меня за это благодарить.

Лили
и остальные поражались стойкости расы дварфов. Даже в такое тяжёлое
время на них можно положиться. Потому среди авантюристов их часто берут
на роль бойцов передней линии.

— С-спасибо вам огромное! Даже не знаю, как выразить нашу благодарность… — сказала Кассандра.

— Вы очень выручили, спасибо! — добавила Дафна.

— М-мелочи! Таскать тяжести задача дварфов! Н-не милейшие дамы должны таким заниматься!

Смущённый
дварф отвернулся, раскрасневшись до ушей, отвечая двум прекрасным
девушкам: Кассандра, с её невероятно огромными глазами, и Дафна,
решившая её оберегать. Они были настолько красивы, что привлекли
внимание любвеобильного Апполона. Принимая раненных, другие дварфы
реагировали примерно так же.

Даже недолюбливающая авантюристов Лили хихикнула.

— Хорошо, что у нас появились такие любезные спутники, — сказала она.

— Так, ребята, если все разобрались, шагаем дальше, — скомандовала Айша.

Группа ей повиновалась. Благодаря подоспевшим дварфам-помощникам, идти стало гораздо легче.

Оука и остальные смогли вернуться к роли бойцов.

— Кстати, а что случилось с Беллом Кранеллом? Эм… да, милейшая лисичка?

Нервничавший Дормул обратился к Харухиме, превосходящей внешностью Дафну и Кассандру.

— …Видите ли, Белл-сама…

Слушая разговор, Лили крепко сжала лямки рюкзака, который несла на спине.

----------

Том 12 Глава 5.4

Аплодисменты разносились по пещере, пробиваясь сквозь звуки водопада.

Русалка, словно ребёнок, пребывала в восторге, смотря на меня блестящими, как нефрит, глазами.

Судя
по её внешности, в человеческих годах она была бы ненамного старше
меня, наверное, как Айз. Украшения из жемчужин, вплетённые в волосы,
идеально ей подходили.

Монстр хлопает человеку… Я знаю лишь один вид монстров, которые проявляют такое дружелюбие.

— Ты же?..

Несмотря
на удивление, я смог произнести несколько слов. Она наклонила голову,
её глаза распахнулись шире, и она поднесла руку ко рту, будто говоря, мне же не стоило…

Да ладно, не может же быть…

Стоило в моей памяти всплыть лицу Виены, как мои мысли были прерваны…

— АААААА!

— ?!

Хлопанье
крыльев и пронзительный визг раздались над моей головой. Подняв взгляд,
я увидел гарпий и сирен. Монстры, занимающие верхнюю часть пространства
этажей, меня заметили, их взгляды были подобны взглядам ястребов,
нашедших добычу. Ну, конечно, они не могли не заметить моего сражения с
игуясу…

— ШААААА!

— …ААА!!!

И гарпия, и сирена,
выглядели как птицы с женскими головами. Цвет перьев одной был
тёмно-красным, а у второй — желтоватого оттенка. Обе были страшнее
смерти, их лица покрывали глубокие морщины. Исходящая от них вонь
ударила мне в нос. Их запах казался чужеродным в Водной Столице.
Посмотрев на них, я осознал, как далеки Фия и Рей от своих сородичей.

Несмотря
на то, что оба монстра являются гибридами людей и птиц, гарпии лучше
летают, в то время как сирены способны испускать звуковые волны в
полёте. То есть, гарпии атакуют с ближней дистанции, а сирены — с
дальней. Я перехватил занесённые для удара когти гарпии оружием, не
оставляя без внимания действия сирены, парящей высоко над моей головой и
испускающей звуковые волны.

— Ях!

— Ээээ?!

Уклонившись
от когтей, я нанёс удар гарпии Божественным Кинжалом. Фонтан крови и
перья посыпались с её рассечённой шеи, а на меня тут же бросилось ещё
несколько воздушных монстров. Отбиваться от них пришлось Хакугеном.

Я
вспомнил свой бой против гарпий в горах Беор, где мы с всевышней и Айз
потерялись. Эти гарпии атакуют гораздо быстрее, чем наземные, но, по
крайней мере, я уже знаю, чего от них ждать. Это даёт мне огромное
преимущество. Пусть я измождён после битвы с игуясу, противники такого
уровня меня не одолеют. Я ощутил выносливость, дарованную мне
характеристиками четвёртого уровня. Наконец, я направил удар левой ноги в
последнюю из гарпий, сломав ей челюсть.

— …АААА!

Отпрыгнув,
я едва избежал звуковой волны, запущенной в меня сиреной. Поверхность
воды взорвалась в том месте, где воздух сошёлся с водой, а на кристалле,
который зацепило, появились трещины. Может эта сирена и не так сильна,
как Рей, но её сила представляет угрозу.

Четыре сирены не спешили броситься в ближний бой, ни одна из них не собиралась спускаться.

Ну раз так…

— Вспышка!

— ?!

Вытянув правую руку, поддерживая её левой, я запустил заклинание.

Единственным,
чего у меня осталось немало, были силы разума. Запустив несколько
снарядов прицельно, заметил, что сирены спокойно от них уклоняются и
продолжают атаковать меня звуковыми волнами. Потому я просто положился
на свои характеристики и начал запускать заклинания без передышки.

Я пускал их не особо прицеливаясь.

Высокоскоростные
огненные снаряды рассекали воздух. Сирены отчаянно пытались уклоняться и
контратаковать. Вскоре они начали уставать. И уже тогда я прицелился
прямо в них. Четыре снаряда, один за другим попали в сирен, и их тела
упали в центр озера.

— Ого…

Я опустил правую руку.

Я
победил всех монстров, но, как я и боялся, «она» скрылась под водой.
Если бы мне выпал ещё один шанс, я бы о многом её расспросил.

Оглядевшись… я вдруг услышал всплеск.

Я вздрогнул. Та русалка вернулась? Расслабившись, я повернулся.

— …УУУ-ЛА-ЛА.

Созданием, сидевшим неподалёку на скоплении кристаллов, была русалка, но не та русалка!

Настоящий монстр!

Двое
монстров показались на отмели. Их волосы были похожи на зелёные
водоросли, тела были наполовину человеческими, а наполовину рыбьими.
Русалки одни из самых редких монстров на этом этаже. Хоть они заметно
привлекательнее гарпий, есть что-то отвратительно жуткое в глазах без
зрачков и бледно-синей коже, под которой будто нет кровеносных сосудов.

Они воспользовались моим замешательством и, улыбаясь, распахнули рты.

— ЛАААА…

Странная, зловещая песнь, призванная соблазнять ни о чём не подозревающих путников, полилась по пещере.

Это плохо!!!

Меня перехитрили, я слишком поздно понял, что происходит. Всё же я поднёс руки к ушам.

Русалки
почти не способны дать отпор в бою. Их единственное оружие — это
состояние очарования, которым они пользуются через свои песни. Это
состояние очень опасно, даже в сравнении с другими «особыми состояниями»
этих этажей. Их песни проникают в разум жертвы, и от них не избавиться
целебными предметами и способностями. То есть, куда больше это походит
на психологическую атаку.

Иногда они заманивают авантюристов под
воду своими песнями, а иногда заставляют сражаться против собственных
товарищей. От их песен может спасти только заблаговременное закрытие
ушей или сопротивление их песням непоколебимой волей.

Моя ошибка заключается в том, что я слушал песнь русалок слишком долго. Сжав зубы, я ждал, но…

— …А?

…Ничего не произошло.

Они
меня не зачаровали. Я не побрёл к воде, сердце не застучало сильнее.
Они продолжали петь свою песню, когда я отвёл руки от ушей и озадаченно
посмотрел на них. Я пытался понять, что происходит. Русалки, сидящие на
отмели, также заметно напряглись, увидев, что на меня их очарование не
работает.

— Эм… Вспышка?

— ЭААААААААААААААА!!!

Не
зная, что делать я вытянул правую руку и запустил в них огненный
всполох. Он попал прямо в русалок, они вскрикнули и бросились в воду.

— Что это сейчас было?..

Насколько я знаю, никаких особых аксессуаров и предметов, которые позволяли бы мне защититься от очарования, при мне нет…

Если
подумать, на меня ведь не сработало соблазнение Иштар, богини красоты,
которая была явно красивее монстров… Может, у меня развилось какое-то
сопротивление, а я этого даже не понял?

Вспотев, я размял рукой спину, которую последние пару минут напрягал очень сильно.

— …С тобой всё хорошо?

Услышав кристально-чистый голос, я подпрыгнул.

Повернувшись,
я заметил, что она высунула голову из-за скопления кристаллов, похожих
на скалу. Кажется, она обо мне беспокоилась. Её голос был тихим, она
прикрывала руками верхнюю часть тела, а нижняя часть её тела была под
водой.

Я растерялся, но спустя несколько секунд пришёл себя и
медленно пошёл к ней, словно пытаясь не спугнуть. Может она не слишком
осторожна, а может слишком любопытна. Выражение её лица было
одновременно напряжённым и заинтересованным, потому что я не попытался
навредить ей, говорящему монстру.

Она точно говорила на человеческом языке.

Ага, теперь я уверен…

Я склонился на одно колено у кристалла, за которым она пряталась.

— Ты же… Ксенос?

При слове Ксенос её нефритовые глаза округлились. А в следующее мгновение она вырвалась из воды и обвила руками мою шею.

— Эй!

Я
рефлекторно попытался отклониться, потому что её обнажённая грудь
прижалась прямо ко мне, но её руки мне этого не позволили. Я покраснел
как дурак. Русалка потёрлась носом о мою шею:

— Ты пахнешь как Рей…

Это имя привело меня в чувства. Выходит, сирену Рей и Ксеносов она должна знать.

— Эм, ты знакома с другими Ксеносами? Лидо и Гросом?..

— Да! Лидо милый… а Грос застенчивый. Да?

Я отодвинул её тонкие плечи от своей шеи. Она наклонила голову и улыбнулась.

Милый…
стеснительный… Не слишком подходит ящеровоину и горгулье, которых я
знаю… Но её поведение ни с чем не спутать. Она Ксенос. Наверное, то, что
я её здесь встретил можно назвать чистейшей удачей.

Каким-то
чудом мне удалось убрать её руки со своей шеи, но она продолжала изучать
моё лицо взглядом с близкого расстояния. Я всё не мог решить, какой
вопрос мне задать первым. Наконец, я заговорил.

— Мм, меня зовут Белл. А тебя?

Так я начал бы знакомство с человеком. Она потрясла изумрудно-синими волосами и озадаченно наклонила голову.

— ?..

Я начал тыкать в себя пальцем, называя имя.

— Белл, Белл, Белл…

Потребовалось несколько раз, прежде чем она улыбнулась и хлопнула в ладоши.

— Белл!

— Да, правильно.

— Я Мари!

Она узнала моё имя и назвала своё.

Так я встретил русалку по имени Мари.

Сложно
сказать наверняка, но, кажется, в сравнении с Виеной и Рей общается она
не слишком хорошо. Её слова кажутся какими-то неловкими…

Я задумался, пытаясь понять, что ещё спросить, а она тихонько сунула палец себе в рот.

Надкусив его до крови, она сунула палец мне под нос.

— Белл.

— Д-да?

— Ешь!

Что?..

Я раскрыл рот, окончательно растерявшись. Она воспользовалась моментом и сунула мне в рот палец. Постой, что!!!

— Лижи!

Чего?!

— Соси!

ЧЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕ?!

Лицо запылало. Её палец описал круг, пройдясь по моему рту. Вот чёрт?! Хватит в моём рту хозяйничать!!! И зачем ты трогаешь язык!!!

Я
побагровел, меня покрыл холодный пот. Дыхание сбилось. Я схватил её
руку и попытался вытащить её изо рта, но она не позволила. Её палец
согнулся крючком и впился мне в дёсны. Ау, ау, АУ!

— Быстрее!..

Верхняя
часть её тела словно ко мне приросла, моё тело окаменело. Может она и
монстр, но вместе с тем прекрасная девушка, и она ко мне прижимается.
Слёзы появились в моих глазах, и мне осталось только ей повиноваться.

Я начал облизывать её палец и посасывать его, выпивая кровь, которая попала мне в рот.

Казалось,
мой язык нисколько не щекочет ей палец. Она радостно улыбалась. Когда
мне показалось, что этого достаточно и пора бы как-то выйти из
сложившегося положения, она крикнула: «Ещё!».

Меня охватил жар.
Из ушей валит дым. Почти буквально. По правде говоря, ничего постыднее
со мной ещё не случалось. Ну, может она и не первая в списке, но точно в
первой тройке. Она где-то на одном уровне с подглядыванием за девушками
Паствы Локи в источнике и тем случаем, когда Харухиме рухнула прямо на меня в квартале красных фонарей.

Почему-то в моей голове возник образ дедули, смеющегося надо мной и тыкающего в меня пальцем.

Если
бы кто-нибудь сейчас нас увидел, наверняка ему бы показалось, что мы
делаем что-то ещё более сумасшедшее, чем то, на что способны
любовники!..

Всё больше образов возникало в моей голове. Лили и
боженька, недовольно скрестившие на груди руки, Айз, не сводящая с меня
глаз. И Эйна, улыбающаяся ртом, но испепеляющая меня взглядом.

Пока моё тело тряслось и покрывалось потом… я вдруг ощутил.

—
Фего?.. — сказал я с пальцем во рту. Я бросил взгляд на руки. Ощущение
ватного тела пропало, а вся энергия, потраченная на бой с игуясу, ко мне
вернулась…

Не может быть… полное восстановление?

Моему удивлению не было предела. Но усомниться я не мог. Я пришёл в наилучшую форму.

Прищурившись,
Мари окинула меня взглядом и вытащила палец у меня изо рта. И тут я
понял, что случилось. Её кровь исцелила моё тело.

— Точно, живительная кровь русалки…

Добыча,
падающая с редких монстров. Считается восстановительным предметом, по
слухам, кровь русалки может не только восстанавливать энергию и исцелять
раны, но и излечивает отравления. Её даже не нужно обрабатывать. И она
такая же редкая, как и кровь единорога…

Теперь ясно. Она беспокоилась о моих ранах и хотела меня исцелить.

— Эм… большое тебе спасибо.

Я
благодарно склонил голову, а русалка-ксенос радостно мне улыбнулась. А
потом уставилась на скользкий, измазанный моей слюной палец. Увидев
куда, она смотрит я схватил её руку.

Используя рубашку из
ундиновой ткани, я оживлённо стирал с её пальца слюну. Мари удивлённо
посмотрела на меня, а я снова раскраснелся. Я попытался полностью
избавить её палец от своей слюны. В завершении я тщательно промыл всю её
руку водой.

Хоть силы ко мне и вернулись, дыхание осталось прерывистым, а плечи дрожали, словно я снова лишился сил.

— Пойдём… отсюда?

— А?..

— Мне… не нравится здесь.

Мари хлопнула меня по плечу, я посмотрел ей в глаза. Она смотрела в другое место.

Я
проследил за её взглядом. Над нами снова парили силуэты. Должно быть,
Подземелье снова породило гарпий и сирен. И я вспомнил… что монстры и на
Ксеносов ведут охоту.

Мари права. Место, в котором мы стоим,
отлично просматривается, и монстры могут на нас напасть. Авантюристы,
появившиеся с краю, тоже могут нас увидеть. Я согласился на её
предложение.

— Эм, куда нужно идти? В лабиринт?..

— Да!

Она
указала на пещеру в северо-восточной стороне. Поначалу я с недоверием
отнёсся к идее того, что полурыба-получеловек может пройти по суше, но
она жестами объяснила мне что под водой есть дыра, ведущая в ручьи и
реки лабиринта. Монстры Великих Водопадов используют их, чтобы
перемещаться.

Мари погрузилась под воду, а я пошёл сверху.
Стараясь держаться под кронами деревьев аюры, я вернулся в кристальный
лабиринт во второй раз.

— Только вот… как мы теперь встретимся? Я понятия не имею с каким из ручьёв в пещере то озеро соединяется…

Как
только основной недостаток нашего плана стал мне ясен, я удивлённо
уставился на разветвление путей, на котором я оказался практически
сразу.

Чёрт. Надо было спросить об этом заранее…

Не зная, куда мне двигаться я вдруг услышал песню:

— ЛААА…

Певший
её голос был кристально-чистым. Бессловесное ла-ла-ла не казалось
чарующими звуками, которые воспроизводят монстры, заводящие людей в
воду. Совсем наоборот, нежная мелодия напомнила мне звуки океана лунной
ночью.

Песня, которая разносится по лабиринту…

Эта песня вела меня вперёд, мой дух содрогался от её красоты.

Довольно
долго я шёл, не встретив ни единого монстра, пока не оказался в
небольшой комнате. Русалка сидела на границе земли и воды, и пела.
Увидев её в похожем на лунный свете кристаллов, закрывшую глаза и
легонько улыбавшуюся, я лишился дара речи, настолько она была прекрасна и
таинственна.

— Белл.

Русалка заметила меня и помахала. Я пришёл в чувство и тут же подошёл к ней.

Вода
в этой комнате была не ручьём, а источником. Мари сидела на похожем на
скалу кристалле, на самом его краю. Подойдя к девушке, окружённой
кристаллами и синеватым светом… я снова покраснел.

— ?..

— Нет, ничего, просто…

Я неловко забормотал, бросив взгляд на неприкрытую верхнюю часть её тела. Меня беспокоила её грудь.

Несмотря
на то, что её не трогало произошедшее у озера, я никак не мог об этом
не думать, как бы я не старался. Локоны её волос прикрывают грудь, и,
всё же…

После нескольких неловких взглядов в область её груди и моей густой красноты она хлопнула в ладоши, словно наконец меня поняв.

— Подожди!

Улыбаясь,
она погрузилась в воду, я ждал её около минуты. Когда она снова
появилась на поверхности, её изумрудно-синие волосы были собраны за
головой, так что я тут же закрыл глаза руками, чтобы не увидеть того,
что должен. Но тут я заметил, что её грудь прикрыта.

— Б-бельё из ракушек?..

— Как у Белла и его друзей!

Бельём, которое она одела было… ммм… бикини из ракушек и ниточек. Синие ракушки плотно прилегали к её груди.

Под
«как у Белла и его друзей», она, наверное, имела в виду, что носит
одежду. Если подумать, амазонки действительно носят нечто подобное…
Похоже, жемчужины и ракушки в её волосах не единственные элементы одежды
авантюристов, к которым она проявляет интерес. Наверное, она нам
подражает.

Я улыбнулся, она развела руки и показалась мне, словно
спрашивая моего мнения. Она ведёт себя как маленькая девочка, впрочем,
по мне это даже мило.

Только вот… у неё прекрасное лицо, она
очень любопытна и любит покрасоваться. Как ей удалось скрывать свой
характер от авантюристов столько времени?..

Может, она заметила
мой немой вопрос (а может и не заметила), но спустя секунду она
улыбнулась и накинула на лицо волосы. Пряди закрыли большую часть лица,
включая глаза, словно она пыталась сказать, а вот так я всегда делаю.
За прядями волос скрывалось всё, и её взгляд, и улыбка. Должен сказать…
так по её лицу ничего не понятно. Такой вид даже жути наводит.

Наверное, вот что имела в виду моя богиня, когда говорила об «ужасах».

Она
точно не такая, как Ксеносы, которых я встречал раньше… Например, она
хлопала в ладоши и говорила со мной беспокойным голосом. Она невинна, а
её слова и поступки кажутся незрелыми. И она очень любопытная. Но, судя
по тому, что она знает Лидо и других Ксеносов, наверное, она провела
какое-то время в Подземелье.

С самой встречи я заметил, что она не такая, как Рей и Виена. Теперь я в этом уверен.

Как бы сказать? Она куда меньше похожа на Ксеноса и больше… на духа, которые, как я слышал, не такие приземлённые, как люди.

— Послушайте, вам, Мари…

— Вам Мари? Я Мари.

— Вам это вежливое обращение. Так обычно люди общаются…

— Я Мари.

— Мари…

Я
не мог противостоять её настойчивости, когда её лицо приблизилось к
моему. Кажется, всё время нашего общения моё лицо было жутко красным, а
вот её это забавляло.

— …Так, ладно, Мари? Лидо и остальные Ксеносы на этом этаже? — спросил я, надеясь связаться с Виеной.

— Лидо и остальные пошли выше, — сказала она, посмотрев на кристальный потолок.

Выше? На серединные этажи? Или… на поверхность?

Я не до конца понял её ответ, но спрашивать больше не стал. Теперь мне понятно, что Лидо и остальных о помощи не попросить.

— Они всегда так делают.

— А?

— Я не могу летать, как Рей или ходить как Лидо.

— …

— Они всегда меня тут оставляют.

Мари
неловко связывала слова. Прозвучало как жалоба русалки, которая не
может ходить по земле. Судя по тому, что она сказала, с Виеной они ещё
не встречались.

Я погрузился в размышления, но тут Мари громко
хлопнула по земле хвостом, держась обеими руками за кристальный выступ и
оказалась на земле.

— Белл, давай говорить!

Она проявила
ко мне интерес, как к человеку не из её племени, но готовому с ней
говорить. Её щёки были красными, она улыбалась, явно радуясь первому
посетителю. Кажется, она в отличном настроении.

Будь ситуация другой, я бы с радостью с ней поболтал, только вот…

— Мари, послушай. Я должен пойти к своим друзьям.

— ?..

— Ты не могла бы отвести меня туда, где могут быть люди?

Я
посмотрел ей в глаза, прося её об услуге. Бродя по Подземелью, я
никогда не найду свою группу. Вдобавок, без карты я вряд ли доберусь до
комнаты, в которой меня затащило под воду. Поэтому я хотел, чтобы Мари,
явно знавшая этот этаж, мне помогла.

Она грустно опустила голову и покачала головой.

— Тебе нельзя.

— А?..

— Кто-то страшный сейчас здесь.

Я замер, не веря своим ушам.

— Мари, ты знаешь об особом монстре? Он большой, зелёный с жёлтыми глазами?..

— …Да.

Она
кивнула, когда я перечислил внешние признаки, пытаясь понять об одном
мы монстре говорим или нет. Она знает о моховом гиганте!

— Он очень страшный… и он съел много друзей Белла…

— !.. Мне нужно что-то сделать с этим монстром! Ты знаешь, где он прячется?

— Нет. Нельзя. Белл, не ходи.

— Мари!..

Она
трясла головой, когда я просил её меня отвести. И это не всё, когда я
проигнорировал её предупреждения, она схватила меня, чтобы я не ушёл.
Она сжала рукав ундиновой одежды своими тонкими пальцами:

— Он съест Белла и меня… Он страшный. Все его боятся!..

Я прикусил губу, издав стон, когда она обхватила меня руками.

----------

Том 12 Глава 5.5

Капли воды падали на землю с его промокшего тела.

Вместе с тем, каждый его шаг злобно сотрясал землю. Он шёл по лабиринту, сжигаемый яростью.

Он
чесал толстыми пальцами поверхность своего тела. Большая часть мха
сгорела, кожу жгло от боли. Эта боль была вызвана огнём, который
беловолосый человек в него бросил. Его, охотника, перехитрила и ранила
его добыча. Его тело, вылезшее из ручья, сотрясалось от гнева.

Но это в прошлом.

Беловолосый
человек упал в водопад. Он был уверен. Когда люди падают в водопад, они
не выживают. Его разнесло на куски. Его мозг разбросало по воде. Мысль
об этом вызывала у него облегчение. Он не хотел, чтобы этот странный,
опасный огонь снова его охватил.

Нужно быть осторожным. Он это
понимал. Пройдя чуть дальше, он ломал кристальные колонны над гнёздами,
устроенными им в лабиринте.

То, что когда-то было людьми лежало
на полу. Экстренные запасы еды. Он поискал среди них то, что было на них
надето. До этого времени их одежда его не интересовала. Он видел, что
эта одежда защищает их от огненного дыхания монстров. Неловкими,
толстыми пальцами он прижал ткань к своей коже, прикрыв её быстро
нарастающим мхом. Чтобы восполнить силы перед очередной работой он съел
все тела, оставляемые им про запас. Пора нанести людям удар.

Семена
подсказали ему, что люди сбились кучей и идут вместе. Если бы они
разделились, было бы очень просто с ними справиться, но нападать на
большую группу рискованно. Несмотря на семена, он боялся, что его всё
равно возьмут числом. Женщина с тёмной кожей не была слабее беловолосого
человека, и она способна сражаться. Он видел это, когда захлопнул свою
ловушку. Нужно использовать что-то другое, чтобы они наверняка не могли
сбежать.

…Да, вот что! Я сделаю то, чего давно не делал.

Всё это время он стоял в молчаливых раздумьях, но сейчас начал движение.

Он
не взял никакого оружия, которое мать-Подземелье могла ему дать. Он
вышел из гнезда и пошёл по кристальной пещере, его тень зловеще
покачивалась на стенах.

Он бросился в беспощадную погоню за авантюристами.

----------

Том 12 Глава 5.6

—?..

Айша поняла, что что-то изменилось.

— Что-то не так? — спросил Вельф, заметив, что идущая впереди амазонка, начала беспокойно осматриваться.

— …В Подземелье стало слишком шумно.

Айша
заправила волосы за ухо, прислушиваясь. Группа была в северо-западной
части этажа, в одной из самых высоких частей синего кристального
лабиринта. Авантюристка четвёртого уровня напряжённо пыталась понять,
что происходит на главной дороге и тоннелях, которые её пересекают.

— Это же не одна из гейзерных ловушек?

— Нет, это…

Если чувствуешь изменения, беги. Даже если ты не понимаешь, что именно происходит, убирайся как можно дальше. Таковы неписанные правила авантюристов.

Айша
свела брови, интуиция подсказывала ей что что-то грядёт. Она собиралась
что-то приказать остальным, но тут раздался крик Микото.

— Монстры приближаются!..

Как и предупредил девушку её навык нахождения, огромная группа монстров возникла в проходе впереди.

— Группа монстров!.. Да ещё и в такое время! — крикнул Оука.

—
Выбора нет, я использую магический меч! — в ответ произнёс стоящий
рядом Вельф. Он выпрыгнул вперёд, сжимая рукоять алого меча. Оказавшись
рядом с Айшей, он был готов нанести удар.

— …

Не обращавшая внимания на подготовку, Микото застыла от ужаса.

— Микото? — удивлённо обратилась к девушке Лили.

— …Сзади тоже орда монстров…

Услышав
ответ, Лили застыла. Она посмотрела за спину. Группа монстров, не
меньшая чем спереди, атаковала их сзади, рёв и топот бесчисленных ног
гремел в проходе.

— Что за?!

— П-постойте! Слева и справа тоже нападают!!!

— И из диагонального прохода!

Крики
Дафны и Харухиме предсказали появление монстров до того, как послышался
похожий на смех рёв. Вельф, уже собиравшийся нанести удар застыл на
месте. Они с Оукой перевели взгляд назад. Эльфы и несущие их дварфы,
отравленные паразитическими лозами, были бледными.

— Чёрт! Да что
это за херня?! — выругалась Айша, когда монстры начали заполонять
главную дорогу со всех сторон. Она вскинула наизготовку своё подао.

— Вот чёрт…

Оно показалось вдали.

За спинами появившихся монстров она заметила зловещего тёмно-зелёного гиганта, неспешно вошедшего в тоннель.

Его руки были перепачканы красным. Не кровью авантюристов, а кровью монстров.

Ужаснувшаяся Айша осознала, что произошло.

Монстры
не пытались устрашить авантюристов своим рёвом. Они вопили от ужаса.
Некоторые из них были отравлены паразитическими лозами. Все они
стекались к главной дороге, словно стадо, ведомое со всего остального
этажа.

— …Что это за издевательство.

Айша посмотрела в глаза мохового гиганта. Заметив этот взгляд, он издал рёв.

— Как монстр мог додуматься скинуть на нас орду?!

----------

Том 12 Глава 5.7

Подземелье ревело.

Рёв множества монстров и топот их ног ни с чем нельзя было спутать.

Вибрации неотвратимо достигли и той комнаты, в которой сидели мы с Мари. Мы удивлённо посмотрели на потолок.

Куски кристаллов падали в воду, порождая мелкие волны.

— …Мари, послушай.

Я положил руки на хрупкие плечи русалки, прижавшейся к моей груди, и нежно отвёл её от себя. Она смотрела на меня с волнением.

— Я его убью. Обязательно.

Её глаза округлились.

Словно разговаривая с ребёнком или пытаясь убедить духа, я снова попросил девушку-монстра:

— Обещаю, я не позволю ему снова тебя пугать. Я убью всех страшных монстров. Только… отведи меня туда.

Моя
небольшая речь заставила меня вспомнить. Раньше я не мог бы сказать
таких слов, не покраснев. А сейчас мне даже не пришлось их из себя
выдавливать.

Я сказал их, чтобы спасти моих товарищей и вселить уверенность в эти дрожащие маленькие плечи.

Я смотрел в налившиеся слезами нефритовые глаза.

— …Ты… меня защитишь?

Русалка говорила медленно, наклонив голову.

— Да, обязательно.

— Ты… мне поможешь?

— …Да! Я тебе помогу!

Я дал обещание кому-то из вида Виены, как давал обещание ей самой.

Русалка посмотрела на меня, я кивнул, и она улыбнулась:

— Хорошо! Я покажу! Я отведу тебя туда!

Она посмотрела на потолок и радостно улыбнулась. А потом, закрыла глаза, прижала руки к груди и начала петь.

— ЛААААА…

— ?!

Неосознанно я прижал руки к ушам.

Она
пела звуки, которые могут причинить человеческому уху вред. И пела она
их очень громко, наверное, они разнеслись по всему Подземелью.

Эта Песня не была похожа ни на вопли сирен, ни на песни русалок, ни на её собственный напев, который она пела раньше.

Я смотрел на неё с удивлением, а в лабиринте начал раздаваться ответный рёв монстров.

— Она…

— Я их нашла!

Она перестала петь и открыла глаза.

— Они сказали, как найти твоих друзей.

Она мне улыбнулась, а я мог лишь предполагать, что произошло, и удивлялся.

…Она очаровала монстров?!

Я не мог в это поверить. Но это единственное объяснение.

Она пела песню, нацеленную не на авантюристов. Это была баллада, совращающая монстров.

— Самые послушные мне сказали.

То есть, она подчиняет монстров, которые слабее её.

Она
прыгнула в воду, описав в воздухе дугу, и тут же вынырнула в центре
источника. Её волосы и кожа блестели, она смотрела на меня и улыбалась.

— …

Поток воды за её спиной вёл прочь из комнаты. Рядом с ним был коридор.

Слов было не нужно. Я кивнул и побежал. Она погрузилась под воду, комнату мы покинули вместе.

— Вперёд!

Чтобы найти моих друзей, я бежал по кристальному лабиринту, а русалка скользила рядом по воде.

----------

Священное пламя героя

Рёв вырывался из окружающих проходов, перемешиваясь с топотом.

Заражённые паразитическими лозами монстры ревели от ярости, несясь на свою добычу.

Ужас парализовал авантюристов.

— Свёл несколько орд монстров?!

— Хватит! Это совсем не смешно!

Лили и Вельф начали поддаваться панике, увидев созданную монстром специально для них ситуацию.

Монстр перебросил на них агрессию других монстров. Такого ещё не
бывало. Особый монстр не использовал напускную слабость, чтобы собрать
эту орду, совсем наоборот своими атаками он выгнал монстров с насиженных
мест и погнал их к главному пути с этажа. Монстры вырывались из
проходов непрерывными волнами, обрывая все пути к отступлению для
авантюристов.

Айша скрипнула зубами, посмотрев на дорогу. Особый монстр скрылся,
войдя в одно их ответвлений главной дороги. Жуткий разумный гигант
скрылся в глубинах лабиринта, явно готовясь к очередной смертельной
ловушке.

— Двигайтесь! Нам надо бежать!

Авантюристка второго ранга не медлила с решением. Она повернулась к группе, обращаясь к остальным:

— Особый монстр сгонит сюда ещё больше. Положиться на магические мечи мы не можем!

Вельф и остальные удивились выводам, сделанным Айшей. Магические Мечи
Кротцо обладают огромной магической мощью, однако они способны работать
лишь в одну сторону. Попытки разобраться с монстрами нападающими
отовсюду займут слишком много времени. Если орде монстров удастся их
окружить, всё будет кончено. Если дойдёт до того, что авантюристам
придётся отбиваться от монстров в ближнем бою посреди прохода, скорее
всего всё уже будет кончено.

Более того, способности магических мечей ограничены.

Стоит орде монстров напасть на авантюристов после того как мечи сломаются…

— Чёрт! — бросил Вельф, повинуясь приказу Айши. Вернув магический меч
в ножны, он вместе с Оукой перешёл на бег. Они повели группу в один из
отходящих от главного пути проходов.

— ОООООООООООООООООО!!!

Ревущие монстры последовали за ними. У Харухиме не было времени,
чтобы использовать трюк, который всё это время она скрывала в рукаве —
Поднятие Уровня. В центре группы отчаянно перебирали ногами покрытые
холодным потом дварфы, они изо всех сил пытались избежать нависшего над
ними кошмара. Эльфов на их спинах страх глодал нисколько не слабее.

— Пуффф, пуфф… Проклятье, я с ног валюсь!

— Чёртовы коротконогие карлики… Бегите быстрее!

— Что сказал?! Слишком ты языкастый для мешка с костями, который приходится на себе тащить!!!

Пока Дорумул проклинал паразитические лозы, лишившие его сил, Лювис
шипел оскорбления прямо ему в ухо. Дварф, распалившись от ярости,
увеличил скорость снова. Рюкзак Лили болтался за её спиной, она
постоянно оглядывалась:

— Даже не знаю, враги они или друзья…

Слова Лювиса определённо стали для Дормула подобием морковки на
ниточке перед мордой лошади. В других парах эльфов и их носильщиков
ситуация была похожей.

Пока раненные авантюристы отчаянно пытались сбежать от опасности
сзади, Вельф и Оука перехватывали монстров, оказывавшихся на пути.

— Пригнись, здоровяк!

— Уфф!

— ГВААААААААААА!!!

Вельф размашисто опустил магический меч прицелившись в синих крабов,
возникших на пути. Магический кинжал, взятый в руки вместо красного
меча, выпустил разряд молнии. Плоть монстров запеклась.

Оука, своей огромной секирой сносил обратно монстров, которые
выпрыгивали на Вельфа из реки, рядом с которой авантюристы бежали.
Сейчас было важно не уничтожать всех монстров на пути, а по возможности
убрать их с дороги.

Айша вернулась в конец строя, чтобы защитить авантюристов и
помощников от наступающей на пятки орды. Парни были единственными, кто
бежал в авангарде.

— …Чёрт!

Магический кинжал Вельфа громко треснул. Отбрасывая фрагменты клинка,
с сожалением и беспокойством парень снял двуручник со спины. Чтобы
сохранить на будущее оставшийся огненный магический меч, он решил
использовать ближний бой, чтобы справляться с монстрами.

— Теперь я пойду первым, кузнец!

— Я тебя прикрою!!!

Вооружённый секирой Оука и молодой высший кузнец бросились на показавшихся в коридоре монстров.

----------

Том 12 Глава 6.2

— Белл, сюда!

Меня ведёт голос Мари.

Мы в лабиринте двадцать четвёртого этажа. Я машу руками что есть сил,
Мари плывёт рядом, хлопая хвостом по воде. Путь по земле проходит рядом
с одним из ручьёв, поэтому у нас получается продвигаться бок о бок.
Снова и снова я следую её указаниям, пробегая в небольшие коридорчики,
ветвящиеся один за другим.

— Друзья Белла вон там! И много моих родичей тоже!

Снова и снова она подгоняла меня к авантюристам, чьё положение
определила её песнь. Кажется, она думает, что особый монстр неподалёку
от них. Пот бежал по моим щекам, и я всё быстрее отталкивался ногами от
кристальной дороги.

— …ГУАААА!

— Водный змей, опять?!

Огромный монстр с грохотом разорвал водную поверхность огромным
светло-зелёным телом, почти перекрывшим ручей. Его целью был не я, а
Мари, плывущая рядом.

— Мари!

Я вытянул правую руку.

— !..

Её тело исчезло под водой.

— ГУА!!!

Водный змей удивлённо взвизгнул, когда его клыки клацнули, зацепив
лишь воду и воздух, я тоже на мгновенье растерялся, но, всё же, ударил
его Вспышкой. Спустя мгновенье я её заметил. Быстрым, грациозным
движением, словно в танце, русалка скользнула мимо огромного водяного
змея.

…Она невероятно быстрая!!!

Среди водных монстров русалок часто называют «птицами водного мира».
Они могут свободно перемещаться в воде, со скоростью их разворотов мало
кто может сравниться. Когда они в воде их почти невозможно убить. Потому
авантюристы и сбиваются с ног, обнаружив редкого монстра.

Мне она казалась немного легкомысленной, но ей отлично удаётся избегать атак остальных монстров.

Раз она Ксенос, наверное, она быстрее обычных русалок.

— Белл! Теперь сюда, сюда!

— А, хорошо!

Её лицо показалось за очередной группой монстров, словно она телепортировалась за их спины.

К моему удивлению, плывёт она быстрее, чем я могу бежать. Мы оставили
позади яростно ревущего водяного змея и двинулись дальше. Я не мог не
подумать, что она похожа на фею из сказки, указывающую мне путь.

Разумеется, даже наша скорость не могла гарантировать что драться не придётся совсем!..

С каждым монстром, который мог помешать пройти, приходилось сражаться
в одиночку. Кристальная черепаха, тело которой прикрывали кристальные
скалы, зловещий Дьявольский москит, присасывающийся к авантюристам и
тянущий их кровь, и даже светящийся кварц, стреляющий лучами света — я
пытался разбираться с ними как можно быстрее, но, всё же, каждого
монстра убивать я не мог. Чтобы пробежать через двадцать пятый этаж и
встретиться с моей группой придётся потратить немало времени. К тому же
Мари приходилось постоянно использовать свои чарующие песни. Петлять в
лабиринте нам с ведущей меня русалкой пришлось не раз.

Я сбился со счёта, в какой раз мы повернули, и тут произошло нечто непредвиденное…

— Уххх…

— Ручей!

Вода и суша неожиданно разделились. В то время как путь по земле
уходил дальше, ручей превращался в небольшой пруд. Наверное, мы
оказались перед такой развилкой, потому что нам пришлось поворачивать
множество раз, но Мари не сможет сопровождать меня по земле. А значит, я
не буду знать куда бежать дальше.

— Белл, прости… Здесь я…

Её плечи грустно опустились. Я стоял рядом, другое решение пришло мне
почти незамедлительно. Продумывание этого решения отняло у меня не
больше секунды, оно было очень простым и примитивным. Мне очень не
хотелось к нему прибегать, и я нахмурился, но сейчас не время
беспокоиться о том, как это будет выглядеть. Значит, сомневаться нет
времени.

— Прости, Мари!

— А? Эээээ!

Я прыгнул в пруд и поднял русалку на руки. Убедившись, что она не выпадет из моей хватки, я выпрыгнул из воды и, неся её на руках как принцессу, бросился бежать.

— В-Видишь ли, только так мы можем двигаться вместе! Прости!

Отчасти извиняясь, отчасти объясняясь, крикнул я и ускорился.

Если ей негде плыть, я могу просто её понести. Это очевидно. Хотя,
это и глупо, конечно… бежать, держа девушку на руках так, что её хвост
болтается.

Её хвост покачивался вверх и вниз. Она сидела на моих руках кротко,
как ягнёнок, хоть плечи её были напряжены, и краем глаза я видел, что
она смотрит на моё лицо, которое очень близко к её лицу. Когда наши
взгляды встретились, её щёки слегка покраснели, и она прижала голову к
моему плечу.

Наверное, впервые за историю человечества кто-то бежит по земле, неся на руках русалку.

Интересно, это зачтётся мне особой экселией… На мгновенье мой разум улетел куда-то далеко, и я сухо усмехнулся.

Глаза Мари, наоборот, блестели.

— Ого!

Впервые суша вдалеке от воды, открылась её глазам. Кристальные пещеры
проносились перед её глазами с огромной скоростью. Должно быть, для неё
это похоже на сухопутное приключение. Её глаза наполнены восторгом и
радостью, подобным которым я ещё не видел.

— Белл! Это волшебно! Мне нравится!

— Ээээээй!!! Ладно, но не прижимайся ко мне так сильно!

Она была в таком восторге от неизведанного мира, что вцепилась мне в
шею руками. Я ощутил, как её немаленькая, прикрытая ракушками грудь
прижимается ко мне. Пришлось разогнаться сильнее, чтобы перемахнуть
через синих крабов, появившихся на пути.

Если меня в таком положении застанет какой-нибудь авантюрист, моей репутации конец!..

Белл Кранелл пытался утащить домой русалку. Если пойдут такие слухи, то меня точно навсегда заклеймят монстрофетишистом.

Холодный пот и страхи подогнали меня к месту моего назначения.

— …Чёрт, а я начинаю привыкать носить так девушек…

— ?..

Мари вопросительно наклонила голову, услышав как я пробормотал мысль вслух.

Сначала всевышняя, совсем недавно Харухиме. Я, вроде, и Лили так
носил, когда было нужно… Вспоминая различные случаи, я издал жалобный
смешок. Как же далёк я от того, с чего начинал…

У меня появилось забавное ощущение, что если бы сейчас меня увидела
Лили и остальные, они бы безжалостно по мне прошлись. Вскоре, довольный
выкрик Мари вернул меня в реальность.

----------

Том 12 Глава 6.3

— Уууу!

Опустилась гигантская клешня синего краба.

Вельф едва успел парировать его атаку двуручным мечом. Замешкавшись,
он всё же ответил на удар монстра ударом огромного клинка. Меч высек
искры из твёрдого панциря монстра, заставив парня отпрыгнуть. Наконец,
третий удар меча нашёл брешь в защите монстра и рассёк плоть монстра.

— Чёрт!..

Вельф вытер пот, показавшийся под его шеей.

Это было непросто. Айша говорила, что даже авантюристы второго уровня
могут сражаться с монстрами этого этажа. Она была права. Выкладываясь
на полную, Вельф побеждал монстров, но каждая схватка давалась ему
нелегко. Убийство монстра отнимало много времени и усилий. В Подземелье,
когда монстры набегают непрерывной волной, эта проблема может стать
фатальной. В угол Вельфа загоняло главное оружие Подземелья — обилие его
ресурсов.

Опыт подсказывал парню, что Гильдия установила стандарты для этажей не просто так.

Он не справляется с требованиями для бойцов авангарда. Монстров перед
группой накапливалось всё больше. Вельф кривился, авантюристы
продолжали попытки сбежать.

— Яяяяяяяях!

— ГЬЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯ!

— !..

Но для этого и нужна поддержка других членов группы.

Широкое лезвие прикончило несущегося на Вельфа синего краба одним ударом.

— Что такое, кузнец? Выдохся?

— …Ну, знаешь. Ты жутко самодовольный!

Оука держал боевую секиру, которой прикончил краба одной рукой. Вельф устало ухмыльнулся.

— Ладно, прощаю, раз ты так неплохо обращаешься с моим оружием, — добавил кузнец.

— Ага… Эта штука очень меня выручает.

Вельф проглотил зелье из своего запаса и снова бросился на монстров. Оука последовал за ним.

— Арррр!

Используя боевую технику, изученную на родине, Оука влетел своим
огромным телом прямо в группу синих крабов и взмахнул секирой, с
лёгкостью разбив прочный панцирь одного из монстров и пробив мягкую
плоть.

Вельф изготовил для Оуки боевую секиру Коугоу. Он использовал руду
высокого качества из Подземелья, которую Гефест передала ему в качестве
прощального подарка. Такую руду можно найти только на нижних этажах.
Остатки руды были использованы для укрепления щита Оуки. Экипировка
получилась тяжёлой, острой и обладающей повышенной прочностью.

Несмотря на то, что материал достался Вельфу бесплатно, как кузнец он
установил правило, что будет продавать все свои изделия и запросил за
набор экипировки семьсот тысяч валис. Существенная скидка уже была
включена в эту сумму.

Долг перед Вельфом вынудил Оуку ещё активнее и яростнее крушить врагов.

— УУУУУУУУУУУУУААААААААААААХХХХХХХХХ!!!

На могучих руках, державших Коугоу, проступили вены.

В сравнении с авантюристами второго ранга его способности были ниже,
но экипировка, по заверениям Вельфа не уступавшая экипировке второго
ранга, восполняла недостающие силы и позволяла Оуке уничтожать монстров.
Взмахнув секирой горизонтально, он рассёк краба вместе с магическим
камнем в его теле и обратил врага в пепел.

Заблокировавшая продвижение авантюристов группа монстров уменьшалась, путь дальше был открыт.

— Отличная работа в авангарде! Спасибо, парни!..

— Лили-сан, мы должны бежать!

Дафна устало улыбнулась Оуке, а Микото крикнула, что группе нужно двигаться дальше.

Пока сражался авангард, Дафна отбивала атаки на группу с флангов,
защищая Лили, Дормула и всех, кто не способен сражаться похожим на
дубинку кинжалом.

В это время Микото поддерживала сражение спереди. Ей пришлось одной
закрывать оставшуюся после Чигусы брешь в строю. Используя свой навык,
она обнаруживала прорвавшихся монстров и бросала в них кинжалы, прежде
чем они достигнут группы.

Метательные кинжалы, которыми она орудовала были названы сакуя,
«красная ночь», и это название им подходит из-за красных кромок лезвий.
Вельф изготовил оружия ниндзя по личному заказу Микото. Вельф сделал их
из кровавого оникса, руды, которую можно найти на серединных этажах.
Девушке было гораздо удобнее пользоваться этими кинжалами, чем луком и
стрелами, несмотря на недостаток дальности поражения. Зажав между
пальцами четыре кинжала, Микото целилась в глаза приближавшихся
монстров. Стоило монстру лишиться зрения, Оука и Вельф добивали их
секирой и мечом. Иногда девушке приходилось переходить в ближний бой,
чтобы прикончить пропущенного авангардом монстра.

У меня сейчас голова взорвётся!..

Если не считать Айши, стоявшей в тылу группы и отражавшей орду
монстров, самое тяжкое бремя лежало на Микото. Она не только прикрывала
авангард и помощников одновременно с центральной позиции, но и не
переставая наблюдала за перемещениями врагов. Её роль требовала не
только физической выносливости, из-за постоянного использования Чёрного
Ворона Ятано, её ментальные силы также были на исходе. Силы можно было
восстановить зельями, но психологическую тяжесть убрать было сложно.
Разносторонние таланты девушки к использованию различных типов оружия и
способность действовать из любой позиции сделали её ношу такой тяжёлой.

Белла-сан здесь нет, значит я должна стараться!..

Пот проступал на её лице, она продолжала подгонять себя в мыслях,
орудуя как метательными ножами, так и катаной. В эту секунду Оука и
Вельф подняли шум.

Что это?!

На них понеслось нечто тех же размеров, что и большой Оука.

Сеть опознавания Микото не сработала, то есть это был тот тип монстров, который ей ещё не встречался.

— Кристаллический ёж! Убирайтесь оттуда! — крикнула со спины Айша. Она знала об этом этаже больше остальных.

У монстра было похожее на шар тело, покрытое длинными острыми иглами.
Нападая, он обычно катился с огромной скоростью на авантюристов.
Смотря, как монстр сокрушает кристальную землю, заставляя повсюду
разлетаться кусочки кристаллов, можно было понять, что любой, кто
окажется на пути этого монстра будет нанизан на иглы.

Фиолетовые глаза Микото округлились, когда она увидела зловещие
челюсти на круглом теле монстра. Из усеянного бесконечным числом зубов
рта капнула отвратительная жидкость.

— Эй, Здоровяк! Ты чего? Убирайся оттуда! — бледнея, крикнул Вельф.

— Чигуса и другие раненные уйти не успеют! Этот монстр кого-нибудь поймает своими шипами! — ответил Оука, поднимая щит.

Он был прав. Ослабленные паразитическими лозами дварфы не успевали
уйти с пути монстра, то же можно было сказать и об эльфах, которых они
несли. Однако, учитывая характеристики Оуки, и он, и его щит превратятся
в решето, как только он столкнётся с несущимся монстром.

Микото смотрела, как Оука готовится к удару в холодном поту.

Это почему-то мне знакомо!..

Прошло уже больше трёх месяцев с того момента, как она защищала
раненную Чигусу на серединных этажах от твердобронника, катившегося на
их группу сзади. Битва кончилась тем, что и авантюристы, и монстр были
ранены, именно поэтому им пришлось сбросить гнавшихся за ними монстров
на группу Белла. Если бы только тогда она была сильнее! Девушка до сих
пор сожалела о случившемся.

Она улыбнулась, когда осознала в каком сложном положении оказалась. Что-то словно подтолкнуло её вперёд.

— Микото!

Одним прыжком она оказалась перед ошеломлённым Оукой. Вернув
железного тигра Котецу в ножны, Микото сняла со спины ножны с новым
оружием.

Чёрный клинок, который ей сделал Вельф был назван Шунсан, «Весенний Шквал».

Режущая грань лезвия клинка была яркой, словно пламя. Он превосходил оружие, оставшееся в ножнах на поясе, Котецу и Чизан.

Выпрыгнув на пути кристаллического ежа, Микото рассекла несколько
монстров, брызнула кровь. Микото набирала скорость, сосредоточившись на
одной цели.

Голоса Оуки и остальных стали тише. Даже треск, с которым шипы крошили пол, словно исчез.

Она была готова. Такемиказучи обучил её новым техникам. Вельф сделал
ей новый, фантастический клинок. Если она не справится с тем, что её
ждёт, если она не пройдёт это препятствие с такой подготовкой, вся её
жизнь всё равно что была шуткой.

…Я тоже могу быть как Белл!

Её тело словно загорелось.

Она заправила ножны нового клинка за пояс, положив правую руку на
рукоять. Приняв особое положение, девушка готовилась обнажить клинок.

Из всех техник, выученных девушкой за десятидневную тренировку с
Такемиказучи эта техника находится на одном уровнем силы с ударом Полной
Луны. Сейчас это самый быстрый и сильный удар, который она знала, и её
наставник, бог битвы, приказал ей назвать эту технику лично.

— !..

Монстр взревел, сокращая расстояние между ними и разнося кристаллы на
пути. За мгновенье до столкновения Микото высвободила меч из ножен.

Клинок скользнул на одном дыхании в правильный момент.

Такемиказучи явно не был доволен названием, которое подобрала Микото,
но ей оно нравилось. Это название она выбрала, опираясь на имя, данное
ей самим богом.

Зекка. Вечный Цветок.

Блеснув, клинок прошёл сквозь тело кристаллического ежа.

— Ого!!!

— Н-не может быть!

— Напополам его разрезала!!!

Вельф, Оука и даже Лили забыли о том, что происходит вокруг, и
встретили обращение монстра в пепел клинком Микото с восторгом. Девушка
вернула Шунсан в ножны, подняла в воздух сжатую в кулак правую руку.

— Быстрее! Вперёд!

Её сердце стучало от волнения, она крикнула остальным бежать. Все
авантюристы, включая дварфов и эльфов на их спинах, воодушевились. Они
бросились в расчищенный проход.

— М-Микото-сан это бесподобно!

— Спасибо, Харухиме-доно!

Харухиме ждала возвращения Микото в центр строя. Когда девушка
вернулась, помощница протянула ей одно из новых изобретений Нажи —
высшее двойное зелье. Когда Микото его выпила, её силы были
восстановлены.

На мгновенье она покраснела от восторженного взгляда Харухиме,
служившей ей помощницей, но незамедлительно сменила экипировку и снова
принялась использовать Чёрный Ворон Ятано для поиска врагов.

— Три врага справа, шестеро в воде, ещё один прячется за кристаллом!

— Сударь Вельф, ударьте магическим мечом на четыре часа!

Микото передавала авантюристам сведения о монстрах, а Лили
распределяла остальных для атаки, Дафна полностью доверила ей управление
группой. Благодаря прошлому опыту бывшая помощница моментально
предсказывала, где потребуется внимание авантюристов, согласно их
навыкам и усталости. Помимо прочего, Лили поддерживала авантюристов в
бою, выпуская стрелы из арбалета и орудуя магическим клинком. Она
контролировала группу словно продолжение своего собственного тела.

Комбинация нахождения врагов Микото и молниеносного принятия решений
Лили спасали группу от опасности много раз. И сейчас, когда группа
лишилась ключевого члена, Белла, эти двое вели остальных за собой.

Огромный вклад вносила и Кассандра.

— Сударыня Кассандра! Восстановление, пожалуйста!

— Да, мэм!

Девушка использовала целебную магию, когда того требовала понимающая, когда это будет полезно Лили.

Кассандра передала Чигусу на руки Харухиме и начала читать заклинание, размахивая своим кристальным посохом:

— Небесный свет, однажды отвергнутый. Милостивые руки, спасшие
мелкую меня. Восстановите моих жалких спутников вместо слов моих,
которые их не достигнут.

Скорость и уверенность, с которой она произносила слова заклинания,
были доказательством её уверенности в том, что она может исцелить своих
товарищей:

— О солнечный свет, да вернёшь ты то, что разрушено…

Она вкладывала в заклинание столько ментальной силы, сколько требовалось, чтобы исцелить раненного.

— Свет души.

Волшебный свет, напоминающий солнечный, пролился в десятиметровом
магическом круге, центром которого была Кассандра. Так она могла
исцелить несколько целей разом, в обозначенном радиусе. Все авантюристы,
кроме Айши оказались внутри сферы, омываемые целебным светом,
действовавшим гораздо лучше обычных зелий.

Восстановившиеся от ран авантюристы стали двигаться заметно легче.
Состояние пациентов, на которых Кассандра применила своё заклинание
говорило о её целительных навыках. Все бойцы были полностью
восстановлены.

— Готов продолжать!

— Спасибо, Кассандра-сан!

— Не могла же ты позволить, чтобы нам было слишком просто, поэтому так мы раньше не лечились, да, Лил?

— Нельзя использовать навыки сударыни Кассандры каждую удобную секунду!!!

— Почему вы ссоритесь, я же только что вас вылечила?.. — промычала Кассандра.

В то время как Оука и Микото ей похлопали, Вельф и Лили вступили в
обычную жалкую перепалку. Целительница была готова разрыдаться.

Авантюристы вернулись в боевое построение и одним махом снесли
очередную группу монстров, блокировавшую им путь дальше, снова зашагав
по коридору.

— А вы, ребятки, не так плохи… я думала с потерей Белла Кранелла всё
пойдёт кувырком, но, видимо не знала, о чём говорю, — сказала Айша и
окинула группу прищуренным взглядом.

Положение по-прежнему критическое, но она не могла не выразить
восхищение координацией авантюристов третьего ранга, отражавших одну
атаку на нижних этажах за другой. Вместе с тем, она высказала свои мысли
о них.

С такими людьми она могла бы сработаться.

— На следующей развилке идём направо! — крикнула Лили. Следуя её
приказу, Вельф и остальные оказались в длинном широком коридоре.

Он был прямым и сухим, рядом не было водного потока. Несмотря на то,
что от этого коридора отходило несколько проходов, крупные группы
монстров могли возникнуть только спереди или сзади. Белые кристаллы на
потолке излучали непривычно яркий свет, для этого этажа. Когда группа
прошла достаточно далеко, Лили отдала очередной приказ.

— Мы сразимся с монстрами здесь!

— Здесь?! Да здесь их целая куча поместится! — возразил Оука.

— В этом проходе на нас будут нападать только с одной стороны! Мы
сможем выжечь немало монстров магическими мечами! Сударь Вельф, спалите
их дотла!!! — ответила на возражение Лили, добавив приказ Вельфу в конце
фразы.

— Хах!

Парня позабавила неожиданная кровожадность головы группы, чьи глаза
практически выдавали с каким напряжением сейчас работает её мозг, и он
не мог не усмехнуться. Он должен был признать, её замысел легко понять.
Спалить врагов одним махом.

В глубине души ему не хотелось этого признавать, но безумно мощные Магические Мечи Кротцо неподражаемы в такой тяжёлой ситуации.

Он прошёл мимо пробежавшей Айши, оказавшись лицом к огромной орде приближающихся монстров и взмахнул алым магическим мечом.

— Коугоу!

Меч опустился почти до земли, выпустив огромный огненный шар.

Поток жара, созданный этим шаром, превзошёл даже жар использованного
им в битве с Голиафом меча, уничтожив целую группу монстров, даже не
успевших перейти в атаку. Треск пламени поглотил рёв монстров, искры
заплясали в кристальном проходе.

— Жар жуткий!.. — сказала Дафна, вскидывая руку перед лицом, когда пламя поглотило несущихся к группе монстров.

Перед авантюристами валялись сгоревшие трупы монстров и магические камни, погребённые под кучами пепла.

Но, вдалеке уже виднелась очередная орда монстров, несущихся на них.

— Допустим, коридором мы воспользуемся в нашу пользу, но что нам
делать, если магические клинки треснут? — спросила вспотевшая Айша,
выпивая высшее зелье.

— Если просто бежать, лучше наше положение не станет! Даже если мы
выберемся из пещер, нам нужно побить как можно больше монстров, чтобы
вырваться с этого этажа!

Лили отчаянно просматривала карту, ответив на вопрос Айши, она искала
другое возможное решение. Магический меч Вельфа спалил вторую орду, а
амазонка, самая опытная из группы, бросила остатки зелья обратно в
сумку.

— Посмотрим, что получится.

— …

Но, стало только хуже.

Первой, разумеется, опасность ощутила Микото.

— Микото?

— …У нас проблемы.

Взгляд фиолетовых глаз стоявшей за спиной Харухиме девушки упал на стены.

Словно в подтверждение её слов, в проходе раздался громкий треск.

— …

Трещины поползли по кристальным стенам. Тысячи разломов разом начали раскрываться.

Для Лили время словно остановилось. Оука и Дафна раскрыли рты,
Кассандра замерла, а Вельф, махавший магическим мечом отвёл взгляд. Даже
ослабшие Дормул, Лювис и Чигуса словно стали ещё бледнее.

Любой авантюрист, дошедший до нижних этажей, мог узнать этот треск в первые же мгновенья.

Орда монстров. Подземелье готовится выпустить разом огромное количество монстров этого этажа.

Грязный трюк, который проворачивает Подземелье, чтобы повергнуть авантюристов в пучины отчаянья.

Трещины появились рядом с авантюристами и тянулись на пятьдесят
метров за их спины. Подземелье явило свою злобу и было готово поглотить
группу авантюристов.

— Безумие какое-то! — крикнул Вельф обратив в пепел бегущих на них
монстров. Зловещий треск не прекратился, стены словно говорили, что жить
им осталось считанные минуты.

— Слишком длинные… Верите, что мы сбежать успеем?

— Чёрт, мы так далеко зашли… а теперь!..

Дормул и Лювис скривились, столкнувшись с таким ошеломляющим
зрелищем. Эльфы и дварфы окончательно лишились надежды на выживание,
увидев масштабы бедствия.

— Что же… Выбора у нас нет.

Айша раздражённо щёлкнула языком. Скинув с лица пряди волос, словно не желая делать задуманное, она обратилась к Лили:

— Так, коротышка, мы это сделаем. Готовься.

— !..

Не дожидаясь ответа девушки-полурослика, Айша подошла к раненным.

— Эй, вы, с вас обещание, — обратилась она к дварфам и эльфам.

— А?!

Айша направила подао в раненных. Кончик она поднесла прямо к горлу
Лювиса. Тот побледнел ор ужаса, как и Дормул, голова которого была
примерно на том же уровне. Айша скользнула взглядом по остальным дварфам
и эльфам:

— Вы никогда не проболтаетесь о том, что сейчас случится… Поклянётесь в этом?

— О-о-о чём это вы говорите?! Вы с ума сошли перед лицом такой опасности?!

— А-ага! Что это за фокусы?..

— Вы. Мне. Клянётесь?

Голос Дормула прервался, когда Айша провела кончиком меча по шее
Лювиса, слегка порезав кожу. Увидев каплю крови, ослабевшие авантюристы
побледнели ещё сильнее.

Айша не шутила. Уже начали раздаваться крики порождаемых стенами монстров.

Группа авантюристов столкнулась со смертью. Ужас обуял разум Лювиса.

Оказавшись под пронзительным взглядом амазонки дварф и эльф напряжённо произнесли:

— К-К-Клянусь.

— Клянусь именем её величества королевы эльфов.

— Я это запомнила, — сказала Айша. Дормул и Лювис могли лишь кивать в
ответ, амазонка убрала оружие. А мгновением спустя улыбнулась.

— Ладно, Харухиме, давай!

Лисьи ушки удивлённо дёрнулись, роскошный золотой хвост встал дыбом.

Девушка-ренарт нервно кивнула и начала готовить заклинание.

— Окружите сударыню Харухиме и защищайте её ценой жизни! — крикнула
Лили, поднимая взгляд. Её приказ был прост и понятен, ему повиновались
беспрекословно.

Оука поднял щит и секиру, Микото приготовила для удара меч, Дафна —
кинжал, Кассандра наложила стрелу на короткий лук, а Айша закинула на
плечо подао. Вельф отпрыгнул назад и присоединился к остальным. Девушка в
центре опустила голову, натянула на глаза капюшон и свела вместе руки,
будто храмовая жрица во время ритуала.

— …Я начинаю.

Стены Подземелья в следующую секунду породили огромную свору монстров.

Ревущие чудовища показались со всех сторон.

Звенящие звуки сопровождали столкновение клинков с когтями и клыками.
Девушка-ренарт закрыла глаза и сконцентрировалась на произнесении
заклинания. Заклинание, которое даровал ей раскрывший её силу гримуар.

— Kokonoe.

Необычность новых чар заключалась в том, что их название произносилось в начале произнесения заклинания.

— Возлюбленный снег. Возлюбленный алый. Возлюбленный белый свет.

С чтением заклинания начало изменяться тело Харухиме. Магия заставила
появиться множество искр света, которые собрались рядом с её хвостом.
Зазвучал звук, похожий на удары колоколов и пять хвостов, созданных
светом, появилось рядом с хвостом девушки.

— Позволь мне быть рядом. Та любовь, что я нашла в конце двух тысяч ночей.

Включая её лисий хвост, у Харухиме их стало шесть, все они
засветились золотым светом. Чёрная роба оттеняла свет заклинания и искры
света парящие вокруг. Как и девушка, дварфы стояли в круге
авантюристов, которые их защищали. Даже благородные эльфы забыли о том,
что творилось, вокруг поражённо уставившись на девушку, словно
возносившую молитву.

— Конец нам, — пробормотала Айша, бросив взгляд на поражённых
авантюристов. Она запретила Харухиме пользоваться магией без приказа.
Всё потому что, если об этой силе станет известно, за девушкой снова
начнётся погоня.

Впрочем, помимо этого, новая сила девушки стала козырем, способным переломить ход смертельной битвы.

Это очень сложно.

Капли пота проступили на лбу Харухиме. Она ощутила, как утекают её
ментальные силы. Словно частичка её собственной жизни затягивается в
появившиеся хвосты. Ей на ум пришла случайная мысль, что возможно именно
на такие жертвы и идут храмовые жрицы дальнего востока.

— Имя мне Магическая Лиса, бывший разрушитель. Имя мне Древняя Песнь,
бывший мечтатель. Чтобы ты мог расправить свои крылья словно птица, я
позволю девяти духам овладеть мной.

В горле словно зажглось пламя, её тело пылало. Золотой стал подобен
яростным клыкам, разрывавшим её плоть, отчего она чуть не лишилась
концентрации.

— Гьяяяяяя!

— Яяяяяяях!!!

Она слышала, как Микото вступила в бой. Боевые кличи товарищей, защищавших её беспомощный силуэт, зажгли пламя в её сердце.

Харухиме могла только петь.

И она будет петь, пока не стихнет её голос, пока не утечёт её жизнь,
она будет произносить молитву ради своих ненаглядных товарищей.

Пока её друзья сдерживали атаки яростных монстров, Харухиме продолжала читать заклинание.

Микото собирала оставшиеся силы, снова и снова размахивая клинком,
оказавшись целью множества атак. Вельф пользовался магическим мечом с
близкого расстояния. Оука кричал, кровь текла из его ран. Подао Айши не
давало монстрам к ней подступиться.

— Эхо золотой песни, священная поэма Тамамо. Белое лицо, золотая шкура, Король семи хвостов.

Звуки битвы заставляли Харухиме трястись, но она не позволила
заклинанию оборваться. Закрыв глаза, она пропела следующую строку песни,
окутанная золотым светом:

— Хвосты благодатного зверя, поглотите всё, исполните все желания… Расти.

Она творила сложное волшебство, сплетающее два заклинания воедино, одно за другим.

— Эта сила и этот сосуд. Дуновение богатства и дуновение желаний. Пока звенит колокол, даруй иллюзорную славу. Расти.

Как только зазвучали знакомые слова, сотканные золотым светом хвосты,
начали тянуться вверх. Каждый из них словно обладал собственной волей,
они распыляли повсюду похожую на порошок золотую пыль. Белый свет
кристаллов скрылся за золотым блеском пыли. Зрелище казалось волшебным.

— Даруй этому телу божественные дары. Да прольётся с небес этот
золотой свет. Пусть он соберётся в молот и обрушится на землю, даровав
тебе удачу.

С этими словами Харухиме в воздухе появились тонкая дымка из
магической энергии. Вскоре она собралась в облака света, ставшие в
призрачным светящимся молотом над её головой.

Даже монстры перевели взгляды на золотой свет и на мгновенье замерли.

Длинные ресницы Харухиме дрогнули. Она открыла глаза, подняла брови и громко завершила заклинание:

— Uchide no Kozuchi!

Созданный из света молот распался на части и был поглощён хвостами.
Они засветились таким же ярким светом, которым светился первоначальный
молот.

— Танцуйте!

Харухиме протянула одну руку к потолку, хвосты оторвались от её тела и
заплясали в воздухе. Пушистые светящиеся лисьи хвосты свернулись в
воздухе в светящиеся шары и полетели к авантюристам, находившимся в пылу
сражения.

Шары света впитались в тела Микото, Оуки, Вельфа, Дафны и Айши.
Спустя мгновенье все пятеро ощутили на себе действие заклинания
Харухиме. Все пятеро авантюристов подняли уровни.

— ЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯХ!

Их боевые кличи заставили атаку монстров захлебнуться. Авантюристы перешли в контратаку, мгновенно разорвав кольцо окружения.

— Ч-Ч-Ч-Что произошло?!

— Они быстрее движутся!

Лювис и Дормул раскрыли рты, увидев множественное поднятие уровней своими глазами.

Новое заклинание Харухиме называлось Kokonoe. Уникальное зачарование
позволяло использующему отращивать лисьи хвосты, созданные из света,
которые вбирали в себя эффект произнесённого следом заклинания. Как
только это происходило, Харухиме могла активировать заклинание, чтобы
повторить его столько раз, сколько хвостов ей удалось создать разом.

Подобно магическим мечам хвосты служили проводниками заклинания. И,
подобно убивающим камням могли сохранить в себе её зачарование, что
позволяло применять его на нескольких людей одновременно.

Эльфы и дварфы ошеломлённо следили за боем.

— Д-да что это такое?

— Они так сильны, что их не узнать!

— Если говорить простым языком, все они подняли уровень, — объяснила Лили.

— А?!

Услышав прямолинейное объяснение Лили, эльфы и дварфы закатили глаза,
у парочки из рта полилась белая пена. Они были в шоке узнав о навыке,
который рушит всякий здравый смысл и слишком силён, чтобы существовать.

Комбинация заклинаний Kokonoe и Uchide no Kozuchi позволила Пастве Гестии получить новый козырь в виде группового поднятия уровня.

Согласно надписям на спине Харухиме количество хвостов, которые она
может создавать, девять. Сейчас, впрочем, ей хватало сил только на
создание пяти хвостов.

Она использовала огромное количество ментальной энергии и сейчас,
после произнесения заклинания, её ноги подкосились. Она оказалась на
пределе, в шаге от потери сознания. Всё же авантюристы получили от её
заклинания достаточно сил.

— Жаааааа!

— ГААААААА!!!

Заклинание создало плотную завесу из светящихся частиц, окутавших
тело Микото, и девушка использовала свою новообретённую силу по полной.
Все пятеро авантюристов ощущали себя всесильными и полагались на
дарованную им силу. Они разбрасывали монстров, используя обретённую
силу, скорость и мощь, отправляя противников в полёт и рассекая их
оружием.

Они воспряли духом.

Айша оценила битву, кипящую вокруг. Мораль членов её группы взлетела
вместе с их характеристиками. Авантюристы сражались с бесчисленным
количеством окружавших их плотным кольцом монстров, рассекая и
отбрасывая противников. Объединив усилия, они справились с самыми
жуткими опасностями, подготовленными для них Подземельем.

Они пережили самое жуткое оружие Подземного Лабиринта, его огромные резервы монстров.

На минуту я даже забеспокоилась… Но, если у нас получится разделаться с этой кучей монстров, мы отсюда выберемся.

Существует предел порождения монстров для каждого этажа Подземелья.
На нижних этажах Подземелье может порождать подкрепления довольно
быстро, но, учитывая, что орда монстров только что появилась в этом
месте, пройдя его, авантюристы какое-то время будут в безопасности.
Стычек с монстрами после этой практически не будет.

Группа будет подвержена поднятию уровня ещё достаточно долго. Вскоре бой пойдёт в пользу авантюристов.

Конечно, если у нас получится сохранить достаточно сил.

Если авантюристам придётся остановиться в этом коридоре на отдых, проблемы не заставят себя долго ждать.

Айша очень сильно опасалась безумного и непонятного особого монстра.

Что ещё ты для нас припас? Взять нас числом не получилось, как и
ослабить нас мелкими сошками. Попробуй какой-нибудь трюк получше из
своего арсенала, и мы всё равно тебя сокрушим.

Получив поднятие уровня до пятого, Айша ощутила прилив сил.

С точки зрения монстров, способность уничтожать нескольких больших
монстров одним взмахом подао должно быть, настоящий ночной кошмар.
Амазонка широкими взмахами расчищала защищаемую область. Она была
уверена, что легко справится с особым монстром, если тот сейчас
объявится.

Прищурившись, она посмотрела в темноту коридора и там увидела его.

Он был довольно далеко, гораздо дальше монстров, бездумно бросавшихся
на авантюристов. Тёмно-зелёный моховой гигант не обращал внимания ни на
рёв своих родичей, ни на крики авантюристов. Он ходил по широкому
проходу, нагибался и поднимался, продолжая заниматься этим на всём своём
пути.

Что он делает?..

Айша была озадачена, понаблюдав за действиями монстра и отправив очередных врагов ударом подао врассыпную.

В этот момент монстр поднялся в очередной раз, скользнув взглядом по
группе из-за спин монстров, и этот взгляд ответил на немой вопрос Айши.

В руках монстр держал… целую кучу блестящих пурпурных магических камней.

— …

Закалённая в боях амазонка не могла не замереть. Её прекрасные и длинные чёрные волосы затряслись.

Она поняла.

Их враг не пытался задавить их числом, не пытался он и измотать их.

Этот ублюдок…

Монстра интересовали только горы магических камней, которые Айша и остальные создали, убивая монстров во время побега.

Айша встретилась взглядом с монстром и впервые увидела с его стороны эмоции.

Монстр ухмылялся. В этом не было сомнений. С уголков его губ текли слюни, они точно расплылись в улыбке.

Мгновение спустя он начал закидывать магические камни себе в рот.

Как только кристаллы захрустели на зубах монстра его тело буквально
расширилось. Куски мха начали расходиться словно заострённые драконьи
чешуйки, похожие на броню деревянные корни затрещали, разрастаясь
сильнее и истончаясь. Тонкие, похожие на кору кусочки дерева наросли на
губах и пальцах монстра. Он раскрыл рот, похожий на затянутую корнями
пещеру, завершив своё преображение в подобие злого духа.

Если раньше его можно было назвать ошеломляющим, то теперь от его
вида перехватывало дыхание. Монструозный силуэт перевёл взгляд на Айшу.

Его глаза, ставшие грязновато-красными, блеснули и он оттолкнулся от земли.

— ?!

Оттолкнувшись от земли, монстр бросился вперёд, раскидывая других монстров, попадавшихся ему на пути.

Айша подняла подао, готовясь встретить зловещую тень, несущуюся к ней.

Огромный кулак монстра просвистел в воздухе, столкнувшись с мечом.

— Уффф!

— ОООО! ООООООООО!!!

От громоподобного рёва амазонке захотелось закрыть уши. Ей пришлось отпрыгнуть назад.

Даже с поднятием уровня мощь монстра стала для неё серьёзным
испытанием. Опьянённый новообретённой силой особый монстр издал
радостный рёв, напоминающий скрежет сломанной музыкальной шкатулки. Он
поднял в воздух кулак, и из его корневой брони полезли острые шипы.

Айша поняла, что произошло. Особый монстр жадно поглотил все магические камни монстров, которых они убили до единого.

Он съел источники силы десятков, или даже сотен монстров.

Как далеко?..

Как далеко он может зайти, чтобы превзойти все их ожидания?

В этот момент амазонке только оставалось признать, что хитрость и подлость монстра раньше она недооценила.

Капли пота появились на лице амазонки.

На мгновенье её охватило волнение и замешательство, и это сделало её уязвимой для атаки.

Она осознавала, что характеристики всё ещё говорят в её пользу, что она может победить в этом бою.

Однако, в следующую секунду моховой гигант вытянул шею словно змея.

— ?!

Он впился клыками в бронзовое плечо Айши, у самого основания шеи.

Её плоть была разорвана, кости затрещали, а в воздух брызнула кровь.

Уже через секунду Лили и Вельф, ощутившие, что происходит что-то
странное, бросились на помощь амазонке. То, что они увидели, заставило
их потерять дар речи.

— !..

Айша злобно смотрела на монстра, закашлявшись кровью.

Изо всех сил амазонка врезала противнику по подбородку, сбросив его с
себя с частичками своей кожи во рту, следом она добавила пинок с
разворота, отбрасывая зверя ещё дальше.

— А-Айша… сама?! — Харухиме, сидящая на земле с мокрыми глазами, издала пронзительный крик.

Особый монстр вернул голову на место и прикрыл разбитую челюсть мхом.
Айша, тяжело дыша, прижала руку к оторванной части своего плеча. Она
яростно усмехнулась, кровь не переставала течь из её раны.

— Проморгала…

Она оторвала руку от раны. Паразитическая плеть поползла по её
бронзовой коже. Она обвила левое плечо и руку, спустившись ниже и
полностью охватив талию и грудь. Монстр поместил в неё семя, когда
впился зубами в плечо.

— ХА-ХА-ХА…

— Вот урод!..

При виде паразитической лозы, вылезшей из тела амазонки, моховой
гигант расхохотался, обнажив окровавленные клинки. А спустя секунду
безжалостно бросился в атаку.

Айша отбилась, на её теле проступил пот.

— …Все назад! — крикнул Вельф.

Он оставил своё место, бросившись к амазонке. Подняв магический меч,
он прицелился в монстров, окружавших Айшу, и особого монстра.

— Коуга!

— !!!

В четвёртый раз пламенный взрыв пронёсся по кристальному коридору.
Айша отпрыгнула, наблюдая, как монстра поглощают танцующие алые языки
пламени. Но, среди воплей монстров и адского треска, вскоре показался
силуэт гиганта, стоящего посреди коридора скрестив на груди руки.

— А?! — только и мог удивлённо протянуть Вельф.

— У него сопротивление к вашему мечу, сударь Вельф! — крикнула Лили.

Особый монстр медленно опустил взгляд, смахивая обгоревший мох,
покрывавший его тело. Когда мох упал на землю под ним показался
блестящий синий материал.

— Не может быть… Ундиновая ткань?! — спросила Лили.

— Не может быть, он снял её с мёртвых авантюристов! — пробормотал Вельф.

Микото, Оука, Дафна и Кассандра не могли поверить своим глазам. Ткань
была изодрана в лоскуты, чтобы покрыть огромное тело, но сомнений быть
не могло, это ткань, зачарованная духами. Как и предположил Вельф,
монстр понял, что нужно разобраться со своей слабостью, огнём, и снял
эту ткань с тел авантюристов.

— Чёрт бы побрал такие совпадения!..

Вельф свёл брови, посмотрев на импровизированное одеяние монстра.
Кузнецы магических мечей Кротцо, его род полагался на силу духов для их
изготовления. То есть, его меч также можно было назвать духовным
магическим мечом. А другой дух создал ткань, способную от него защитить.
Энергия двух духов, столкнувшись, была развеяна.

К тому же, Коуга относился к огненным магическим мечам, а значит
содержал в себе силу саламандры, огненного духа. Ундиновая ткань несла в
себе силу воды. У этих элементов нет совместимости, они просто отменяют
действие друг друга.

Впрочем, тело монстра нельзя было назвать полностью защищённым и
совсем не обгоревшим. Вельф решил попробовать ещё раз, но заметил, что
на его мече появилась трещина.

— Чёрт!..

Уже через мгновенье алый меч с характерным треском развалился.

Магический клинок достиг предела своей прочности, поскольку несколько раз был использован в полную силу на ордах монстров.

Не только Вельф, но и Лили смотрели с ужасом, как частички меча падают на пол.

— …АААААААА!!!

Словно без этого проблем было мало, за спиной огромного монстра появились остатки орды монстров, которую он согнал.

Лицо Микото, покрытое брызгами крови, как своей собственной, так и крови врагов, побледнело.

— ООООО!

— А?

Особый монстр забыл о Вельфе и остальных, явно бросившись к Айше. Ему
была известна сила амазонки, и он понял, что если девушка падёт, то не
справятся и остальные авантюристы. Будто вдохновляемые мрачным
генералом, остальные монстры, издавая бешенный рёв бросились на Микото и
остальных авантюристов.

— Какой ужас!

— Мне их не сдержать!..

Схватившись за щиты, Дафна и Оука закричали, увидев, что монстры снова взяли их в плотное кольцо.

Ответные удары катаны Микото и меча Вельфа были каплей в море.
Кассандра отбросила лук и пыталась поддержать союзников целебной магией,
но стоило ей закрыть одну рану, как появлялись две других.

Частичек света, обозначавших повышение уровня у авантюристов, также становилось всё меньше и меньше.

— О нет!..

Лили побледнела, наблюдая как сжимается круг защищавших их авантюристов.

Даже когда она рассекала воздух магическим кинжалом, который держала в руке, количеству монстров не было видно конца.

Вскоре они окончательно заполонили проход.

Айша пропала за спинами монстров, на неё авантюристы положиться
больше не могли. Совсем наоборот, из-за паразитической лозы торчавшей из
плеча амазонки, особый монстр её теснил.

Лили не могла этого предсказать.

Она ошиблась в своих расчётах.

Особый монстр и аномалия одновременно. Опасности нижних этажей. Непредсказуемые глубины Подземелья.

Она принимала плохие решения будучи командиром.

Ей не хватило опыта, и в самый последний момент она сделала ошибку.

Лили не смогла превратить себя в Храбреца.

— Дай-ка мне секиру!..

— А… С-сударь Дормул?

— Даже без руки я ещё могу послужить щитом!

— И-и сударь Лювис… Не может быть! Вы не можете сражаться!

Дормул поднялся словно зомби за удивлённой Лили, Лювис поднялся
следом. Они попросили оружие, чтобы встать вместе с Вельфом и остальными
в защитный круг. Оба не придали возражениям Лили значения. Шанса на
победу у них не было, но они упрямо хотели сражаться до самого конца,
как настоящие авантюристы.

— Но… но!..

Ситуация была плачевной. Все начали терять спокойствие.

Авантюристы сражались словно в последний раз.

Лили не могла отогнать мысли о смерти, появившиеся в её голове.

Маска командира, которую она нацепила после потери Белла, трещала по
швам, впервые с самого начала экспедиции решимость в глазах Лили сменили
застывшие слёзы.

— Оставьте нас как приманку и убирайтесь отсюда, если сможете! — крикнул Дормул голосом, наполненным мрачной решимостью.

— Кто-то должен рассказать всем на поверхности об этом монстре!.. Чем больше выживет, тем лучше!.. — добавил Лювис.

Харухиме, сидящая на полу, сглотнула. У Лили всё поплыло перед глазами.

— Оставьте нас… Паства Гестии.

От этих слов в Лили пробудились воспоминания о настоящей природе её
характера, характер подлой девушки, не чуравшейся грязных уловок ради
выживания.

С точки зрения командира, это было самое логичное решение. Она
прикрылась этой мыслью словно щитом, мрачная улыбка появилась на её
губах, она захотела принять предложение. В конце концов, разве есть
другой выход? Она зашла очень далеко и не хотела умирать. Ей не хотелось
терять ни секунды своей жизни. Им действительно стоит просто оставить
раненных на растерзание монстрам!

Сердце девушки забилось сильнее, дыхание перехватило. Мысли и эмоции закружились в голове.

Давай! Давай! Давай!

Не сомневайся! Скажи это! Отдай приказ!

Реалистка в голове Лили кричала, настаивая на своей правоте.

Подлая девушка напомнила Лили, что до этого времени она выживала именно так. К чему мешкать сейчас?

Маленькие губы задрожали. Онемевший язык не хотел произносить этих слов.

Уже через мгновенье, когда другая Лили почти победила, в голове Лили раздался слезливый голос и чистый белый свет её развеял.

Помоги им.

— !

Лили взмахнула левой рукой.

Молния сорвалась с магического кинжала, проскочив между эльфом и дварфом и сразив монстра, который прорвался через авантюристов.

Дормул и Лювис озадаченно уставились на девушку. Наконец, Лили заговорила:

— Если бы он был здесь, он бы вас не оставил!

Воспоминание из Подземелья всплыло в её голове и перечеркнуло всё остальное.

Тёплый жар Вспышки и протянутая рука, когда она оказалась среди орды муравьёв убийц.

— Он меня не оставил! — крикнула Лили, слёзы покатились из уголков её глаз.

Лили не стала Храбрецом, в самый последний момент она отбросила
лучшее решение. Человеческие эмоции и сочувствие взяли над ней верх.

Ей вдруг представилось, как где-то в её голове разочарованно вздохнул Финн.

Нет. Лили не хочет становиться Храбрецом. На самом деле ей хочется стать или хотя бы попытаться тем человеком, который её спас.

Тем, кто протянул ей руку и не оставил, когда она была втоптана в грязь.

— Я так могу!.. Лили может измениться!!!

Белл через многое прошёл, поставил перед собой очень сложную цель и изменился.

Раз смог измениться он, значит нет причин, из-за которых Лили не могла бы измениться.

Если она этого не сделает, у неё не будет права стоять с ним рука об руку.

— Вот почему я не могу! Я вас не брошу! Не сдавайтесь!

Её руки и ноги дрожали. Эмоции переполняли девушку. Несмотря на то,
что даже рёв монстров мог бы снести её с места, в её голос вернулась
решимость. Посмотрев на неё, Лювис и Дормул решили отогнать мысли о
смерти.

Слеза покатилась из орехового глаза.

— Я отказываюсь сдаваться, потому что я его помощница!!!

Уши Вельфа услышали эти слова, и на его лице мелькнула тень улыбки.

В этот момент измотанная Харухиме зашевелила ушами.

— !..

Её глаза округлились, она прикусила губу и потянулась рукой к Лили из последних сил.

— Лили-сан!..

Лили подскочила от удивления, когда девушка-ренарт сжала её рукав.

— Он идёт!..

— А?

— Он скоро будет здесь!..

Зверодевушка пыталась перекричать звуки хаотичного боя. Она улыбалась, её улыбка выражала зависть и вдохновение.

— Очень скоро!..

А спустя секунду…

— ЛИЛИИИИИИИИИИИИИИ!!!

Напрягшись, Лили услышала, как Белл кричит её имя.

— …

Он бежал очень, очень далеко. Его ещё не было видно, он нёсся с
другой стороны широкого коридора, Лили повернулась и замахала руками.

Всё было как в тот день, когда он спас её от орды жутких муравьёв.

Другая Лили, та которая таилась в самом тёмном уголке её разума, заскрипела зубами.

В груди девушки стало жарко, а вскоре из глаз слёзы закапали беспрерывным потоком.

— !.. Сударыня Харухиме, отойдите!!!

В этот момент Лили поняла, что собирается делать Белл и почему он выкрикнул её имя.

Она начала готовиться к тому, что произойдёт, увидев белый свет,
исходящий от его руки, когда он появился в дальнем конце коридора. Лили
вытянула магический кинжал, который держала в руке, направив его в землю
и запустив мощную молнию, вызвавшую взрыв. Этот взрыв оставил в
кристальном полу довольно большой кратер.

— Все забирайтесь сюда! Быстрее!!!

Окружённые авантюристы послушали незамедлительно. Дормул, Лювис и
остальные раненные отправились следом. Авантюристы прекратили сражаться с
монстрами.

Орда тут же приблизилась к кратеру.

— Сударыня Айша, бегите! — крикнула Лили, сорвав с себя робу голиафа и накрывая ей кратер.

— !..

Айша, связанная боем с особым монстром, не могла скрыть удивления.

Монстр не понял слов Лили. Для него все крики людей были едины. Он решил, что люди просто сдались неизбежной судьбе.

Амазонка с силой отбросила гиганта и скользнула к выступу стены, способному скрыть её одну.

Она едва успела, потому что подоспевший к полю боя Белл топнул правой
ногой, прочно упираясь в землю и вытянул перед собой правую руку. Его
сопровождал звон колоколов.

Четыре минуты, полный заряд.

Направив руку в орду монстров, он взревел во весь голос:

— ВСПЫШКАААААААААААААААААААА!!!

Гигантский пламенный снаряд.

— …

Как только амазонка скользнула к стене особый монстр перевёл взгляд и увидел распахнувшуюся алую пасть.

Стучавших когтями и клешнями по чёрной робе на земле монстров поглотило пламя Вспышки.

Поток пламени очистил проход, поглотив всё, что можно было поглотить.

— ОООООООООООО!!!

Горящие монстры ревели от боли, а особого монстра поток пламени понёс
по коридору с мощью прорвавшей дамбу реки. Благодаря защитной одежде
духов он не мог сгореть, но его прижало к стене в самом конце коридора.

Кристальная стена разбилась на кусочки, горизонтальный пламенный столп ревел, проносясь по Подземелью.

Особый монстр обгорел, пробив стену, он оказался в огромном зале на другой стороне, развалившись на земле лицом вверх.

----------

Том 12 Глава 6.4

— …Сударь… Белл! — Лили сбросила робу голиафа, прикрывшую котлован, и
высунула голову, осматривая проход, назвав его имя как обычно.

Она заметила его стоящим чуть дальше в проходе, расчищенном от
монстров, стоящим среди магических камней, расплавленных жаром его
заклинания.

Посреди подпалин, оставленных пламенем, стоял лишь одинокий парень.

Для Лили, бесшумно идущий среди вихря искр силуэт был героическим. В глазах девушки виднелся трепет при взгляде на него.

Даже Вельф и остальные потеряли дар речи от его вида.

Лили хотелось выбраться из кратера и броситься к парню. Ей хотелось
его обнять и, рыдая, прижаться к нему, выражая извинения и
благодарность.

Но в его глазах продолжало гореть пламя воина.

Он смотрел в конец коридора, его тело словно пылало от желания и решимости победить своего могучего противника.

Потому Лили оставалось сделать только одно. Она выбралась из кратера
и, вытащив стеклянный фиал из огромной сумки, грубо протянула его Беллу:

— Сударь Белл!

— …спасибо.

Это всё, что он сказал, получив высшее двойное зелье, одно из новых
изобретений Нажи, из рук девушки. Но и этого было достаточно.

Айша выбралась из расщелины, в которую ей удалось забиться, подошла к
Микото и остальным, лежащим практически, друг на друге в кратере, и
улыбнулась Беллу вслед.

— …Белл Кранелл! Прикончи эту тварь, пока она нас не прикончила! — крикнула амазонка.

— Ты уж прости, Белл, но тебе снова придётся отдуваться за всех нас! — добавил Вельф, выбираясь из кратера и устало улыбаясь.

Белл даже не повернулся, единственным его ответом была поднятая рука.

Он выпил последние капли высшего двойного зелья, вытер уголки рта рукой и пошёл к дыре в конце коридора Подземелья.

----------

Том 12 Глава 6.5

Он был вне себя от гнева.

Что это было?

Как такое могло случиться?

Его ожидала идеальная охота. Прикончив бронзовую женщину, он должен
был убить остальных людей, а потом съесть их и все их магические камни,
но…

Почему этот человек жив?!

Я думал он упал в водопад!

Почему он не умер?

Почему? Почему? Почему?

Впервые случилось нечто подобное.

Он не мог принять такого исхода. То, что существует человек, который превосходит его охотничьи ожидания, неприемлемо.

Они всего лишь добыча, еда. Только и всего.

Ярость и негодование словно дым поднимались от его тела.

Синяя ткань, приложенная к его коже, затрещала от натяжения.

Он обнажил клыки и поднялся.

— …УООООО!

Если ты идёшь, подходи. Я съел много магических камней.

Он стал гораздо сильнее чем тот, кем был несколько часов назад. Его
мощь достигла новых вершин. Сокрушить и обвести вокруг пальца того
человека будет проще простого.

Огонь ему больше не страшен. Может он снова затащит человека под воду.

Подземелье его мать. В утробе своей матери он может получить
безграничную силу. А у людей нет возможности стать сильнее. В этот раз
он лично проследит, чтобы его добыча перестала дышать.

Его глаза зажглись от жажды убийства. Он безотрывно следил за силуэтом парня, показавшегося в дыре в стене.

----------

Том 12 Глава 6.6

Белл стоял в проломе, открытом Вспышкой, и осматривался.

Перед ним была мирная комната, больше половины которой покрывала
вода. В центре находилось скопление кристаллов около пятидесяти метров в
диаметре. Казалось, что это остров посреди тихого и спокойного озера.
Если не считать стоявшего в центре этого островка особого монстра,
убийственно смотревшего на парня в ответ.

Белл оттолкнулся от края отверстия в стене и перемахнул озеро,
используя кристаллы, возвышающиеся над водой в качестве опор для
прыжков. Он оказался на островке, на котором его ожидал монстр. Ничто их
больше не разделяло. Ровная синяя поверхность под ногами поблёскивала в
свете белых кристаллов на потолке. Белл и особый монстр стояли друг
напротив друга.

— ГРРРРРРР!!!

Белл смотрел в глаза своего противника, издавшего гортанный рык.
Монстр стал заметно больше. Стоя перед жуткого вида гигантом
единственной эмоцией, которую испытывал Белл, была определённо злость.
Этот монстр ранил его друзей и убил множество других авантюристов. Он
жестоко пытал эльфов. Белл не был дураком, который мог бы остаться в
стороне, пока чудовище расчётливо и жестоко терроризирует Подземелье
ради утоления собственной ярости.

Но также он знал и о том, что с точки зрения монстра его злость была
абсурдной. Раны и даже жизнь могут быть ценой путешествия. Авантюристы
спускаются в Подземелье на свой собственный риск. Ошибкой было бы делать
этот бой схваткой для отмщения за руку Лювиса. Белл и его группа
захватчики, которые разрушают само Подземелье. Они в него вторглись.

Белл это понимал и смотрел на врага взглядом авантюриста. Он подчинится законам Подземелья, убьёт монстра, которого встретил.

— …

— ХАААА…

Белл молча достал из ножен кинжалы.

Красноглазый монстр издал зловещий рык.

Спустя мгновенье их тела бросились навстречу друг другу, разбив
царившее в комнате молчание и превратив небольшой остров в центре в
боевую арену.

— Уф!

— ООООООООООООООООО!!!

Преимущество в первом столкновении осталось за монстром. Он стал
сильнее чем ожидал Белл и удар его кулака отбила выпад кинжала. Чтобы
монстр не мог за ним последовать, Белл откатился по земле и резко
отпрыгнул в сторону последним движением.

Моховой гигант налетел на авантюриста снова, его клыки были обнажены, словно в улыбке. Белл отражал удары.

— Началось!..

Слыша крики и звуки ударов, Лили и остальные бросились к дыре в конце коридора.

Вельфа мучала одышка, Оука держал на руках Чигусу, Микото
поддерживала Харухиме плечом, а тело Айши покрывали паразитические лозы.
Даже окончательно лишённые сил Лювис, Дормул и остальные эльфы с
дварфами, превозмогая боль приковыляли к дыре, чтобы понаблюдать за
начавшимся боем.

— Эй, ребята! Вы что не собираетесь помочь? — тяжело дышавшая Дафна
подбежала к следившим за напряжённой битвой авантюристам. По её мнению,
объединившись, даже в таком состоянии они могли бы задать монстру
хорошую трёпку.

— Помощь не вариант. Если в тебя попадёт семя, и окутают лозы, ты станешь для Белла Кранелла только обузой, — парировала Айша.

На мгновенье Дафна задумалась, посмотрев на лозы, оплетающие амазонку, но помотала головой:

— Н-но… мы могли бы использовать луки, или получить ещё одно поднятие
уровня! Кроличья Лапка может не справиться с монстром в одиночку!..

Кассандра прервала её, указав на монстра.

— Д-Дафна… смотри…

Дафна вернула взгляд на проходивший бой.

— ООООООААААА!!!

— !..

Белл смог провести кинжал под ударом монстра и рассёк тому тело.
Используя преимущества своего небольшого, в сравнении с противником
размера, парень перескакивал из стороны в сторону и пригибался почти к
земле, чтобы наносить удары. Уклонившись от обеих рук монстра, он провёл
серию ударов с убийственного расстояния, а после отскочил в сторону. Он
ударял монстра, отпрыгивал, уклонялся и снова наносил удары.

Фиолетовый и белый клинки скользили по монстру, срезая древесную броню и похожую на мох плоть.

— М-Монстр стал, сильнее съев магические камни?! — выпалила Дафна.

— Мне так показалось, но есть ещё кое-что…

Айша прищурилась.

— …Вам не кажется, что Белл Кранелл движется быстрее, чем когда мы
видели, как он сражается раньше? — сказал стоявший за амазонкой Оука, в
его голосе слышались нотки страха. Глаза лежавшей в его руках Чигусы
приоткрылись от удивления.

Микото, стоявшую в шаге от остальных, пробил холодный пот.

Не может быть…

Она ощутила что-то знакомое в чувстве, которое вызывал появившийся
перед группой Белл сейчас, и чем он отличался от Белла, который сражался
с монстром раньше.

Дело было не только в том, что он двигался быстрее, в его движения словно было вложено больше сил.

Как будто, когда Харухиме даровала нам поднятие уровня…

Микото прокашлялась, чувствуя вес девушки-ренарта на своём плече.
Когда Микото получает поднятие уровня от подруги, её тело словно выходит
из-под контроля. Разум не может уследить за новообретённой силой тела
сразу же.

Что если Белл ощущал то же самое, до того как разделился с группой?

Что если его разум не синхронизировался с силой тела после поднятия уровня?

При поднятии уровня происходят существенные физические изменения в теле, и разум не успевает полностью их понять.

Холодок пробежал по спине Микото.

Выходит, всё это время Белл-сан дрался…

Считается, что авантюристы первого ранга овладевают своей силой в
полной мере уже после первого же крупного сражения. Но Белл ещё незрел, к
тому же, он растёт гораздо быстрее остальных. Его разум может не
представлять о пределе сил тела дольше, чем у обычных людей.

Что если его отрыв от группы на нижних этажах позволил ему освоиться?

Фиолетовые глаза Микото округлились, она увидела, как Белл
практически пронзил противника обоими кинжалами. Ей вспомнились слова,
сказанные Такемиказучи вскользь во время их тренировок.

Разве можно сражаться, когда твоё тело и разум не чувствуют друг друга?

Микото была права.

----------

Том 12 Глава 6.7

Моё тело работает лучше, чем раньше.

Белл осознал это сражаясь с монстром. Его тело начало двигаться ровно
так, как того хотел его разум. Задержки перед атаками, блоками и
уклонением, которые были прежде, почти незначительные, но ощущаемые
исчезли.

Его тело стало повиноваться ему лучше, чем раньше.

Чувство напряжения исчезло.

По странному стечению обстоятельств, сражение с ордой игуясу,
существ, атакующих ценой своей жизни, принесли равновесие его телу и
разуму.

Теперь, когда он начал лучше контролировать своё тело, Беллу
показалось, что это было очевидно. Он отметил, что сосуд его физического
существования подчинялся ему не до конца, когда он только спустился на
нижние этажи и впервые столкнулся с особым монстром.

А сейчас его тело начало работать так, как того хотел парень, словно
все детали механизма наконец встали на свои места. И он смог справиться с
движениями монстра.

— ОООООООООООООООО!!!

Он видел, как напряжение появляется в глазах особого монстра, когда
тот осознал, что Белл, способен сражаться совершенно не так, как в
первую их встречу.

Нечеловеческая мощь, сокрушавшая кристаллы под ногами, не могла
оставить на парне даже царапины. Древесные корни, которые монстр
использовал для скрытых и внезапных атак, оказывались отсечены до того,
как находили свою цель. Атаки, которые многих авантюристов лишили жизни,
попросту не работали на беловолосом парне.

Монстр взревел, чтобы отогнать напряжение. По всему его телу начали
появляться круглые шишки. Монстр решил запустить в Белла волну семян с
очень короткого расстояния.

Они не так быстры, как игуясу!!!

Белл не растерялся. В сравнении с жуткими алыми снарядами, с которыми
он столкнулся ранее, пули-семена чуть ли не стояли в воздухе.

Парень отследил их траектории и рассёк все до единого семена, которые летели в него, кинжалами.

— !..

Поражённый монстр не успел восстановиться от атаки к тому моменту, как Белл уже атаковал его.

— ГУО?!

В ответ на пропущенный удар, распалённый яростью монстр
контратаковал, используя огромную силу. Удары, подпитываемые жизненной
силой неисчислимого количества его собственных сородичей, оцарапали
дирадамантитовую броню, прикрывавшую тело авантюриста. В этот раз они
смогли причинить вред.

Монстр был сильнее противника, также он превосходил противника и в защитных способностях.

Скорее всего, Белл не мог бы сравниться с потенциалом такого врага, но он был заметно быстрее.

Теперь, когда его разум и тело синхронизировались, эта черта парня давала ему преимущество на поле боя.

К тому же…

Он медленный!

Движения монстра были заторможенными.

У Белла был монстр для сравнения с этим гигантом.

Монстр, которого можно было назвать необычным.

Монстр, который был гораздо быстрее, гораздо сильнее и гораздо безумнее чем тот, что сейчас перед ним.

Белл сражался с тем монстром. И поклялся сразиться снова, когда станет достоин.

Я хочу его победить.

Он хотел одолеть воина, который нашёл его снова после своего перерождения.

Я хочу его победить.

Он хотел побить воина, который сразил его своей непередаваемой мощью и двусторонним топором — Лабрисом.

В следующий раз я точно одержу победу.

Он хотел побить бесстрашного минотавра, вбившего поражение в его тело одной лунной ночью.

Характеристики на спине парня запылали.

Яростная стычка с моховым гигантом зажгла в Белле одержимость, и, вспомнив о чёрном минотавре, парень чуть не взорвался.

— АААААААААААААААААААААА!!!

— !..

Скоростные рубящие удары не дали монстру даже мгновенья для ответных ударов. Кроличий натиск.

Как и во время сражения с игуясу Белл стал центром вихря, состоящего
из чёрных и белых разводов. Разум и тело парня ускорились одновременно.
Мох беспрерывным потоком отлетал с тела особого монстра.

Наконец, последний горизонтальный удар прямо в центр тела мохового
гиганта отправил его в полёт. Немалое расстояние отделило его от
авантюриста.

— АААААААААААААААААААААА!!!

— !..

Но несмотря на то, что от монстра отлетели куски мха, новый вырастал
чтобы затянуть раны. Вскоре Кроличьего Натиска словно и не было. Белл
сглотнул.

Монстр восстанавливается слишком быстро. Даже терзаемый беспрерывным
потоком ударов он начинает зарастать. Простого количества ран
недостаточно, чтобы справиться с особым монстром, поглотившим множество
магических камней. А благодаря ундиновой ткани, покрывавшей его тело,
Вспышки также много вреда не причинят.

К тому же несмотря на то, что Белл выпил высшее двойное зелье, тело
парня ощущало на себе последствия полного заряда. Если битва продлится
слишком долго, скорее всего монстр начнёт одерживать верх.

Ни кинжалы, ни магия не работают, а затягивание боя лишь поставить Белла в невыгодное положение.

Раз так, Беллу осталась лишь победа одним ударом.

Парень решил сразить врага сильнейшим ударом и не дать ему времени на восстановление.

Он поместил Хакуген в ножны и повернул кинжал Гестии лезвием вниз,
держа его правой рукой. Он поднял оружие на уровень груди, а потом
подтянул к ней левую руку.

— Вспышка!

Скоростное пламя, не требующее времени на активацию, мгновенно показалось на поле боя.

Но Белл целился им не во врага. Он направил пламенный удар в чёрное лезвие кинжала, который держал в правой руке.

— ?!

Ни монстр, ни авантюристы, наблюдавшие со стороны, не могли поверить своим глазам.

Заклинание Белла не взорвалось, ударившись о клинок. Как только заклинание было выпущено, парень начал заряжать свой навык.

— …

Звяк, звяк.

В ушах гиганта раздался звон. Его взгляд застыл на чёрном клинке.

Вспышка, которая должна была вызвать мощный сноп искр столкнувшись с
клинком и разорвавшись, вместо этого начала втягиваться в клинок и
поглощаться искрами белого света, излучаемыми рукой парня.

Заклинание не просто поглощалось клинком, оно в нём концентрировалось.

— Пламя собирается в кинжале…

— Зачарование?.. Нет, не думаю, что такое возможно… Что это?!

Даже издалека Оука и Дафна видели, что происходит. Алая вспышка
пламени окутывала клинок и твердела. Кинжал покрылся пламенной бронёй,
которую тут же окутали частицы света, излучаемые навыком.

Иероглифы на клинке начали пульсировать белым светом, словно резонируя с заклинанием.

Парень применил двойной заряд.

Изыскания Белла привели его к тому, что при правильной фокусировке
Аргонавта он может создать совершенно новый навык. То есть, парень
понял, как зарядить одновременно своё заклинание и атаку кинжалом.

Взорвав Вспышку о клинок и окутав её белыми частицами, он смог объединить две своих атаки, одновременно с этим их усилив.

Как только жар пламени сошёлся на клинке, Кинжал Гестии начал
расширяться. Клинок дорос до ширины короткого меча и двойной длины
своего лезвия. Он стал гораздо горячее и пламя запылало ещё ярче, озарив
собой всю просторную комнату. В процессе зарядки несколько языков
пламени отклонились от первоначального пути к клинку и разлетелись
снопами искр.

Этот навык использовал предельную силу парня, вскоре раздался похожий на гром грохот, обозначивший конец зарядки навыка.

Белл подготовил до абсурдного мощную боевую технику. Самый
смертельный удар, на который он способен, созданный, чтобы сразить его
величайшего соперника при следующей встрече.

Он создал пламя подобное вечному божественному пламени…

— …Боженька, я узнал об этом от тебя.

Белл поднял пылающий и светящийся кинжал в правой руке и нацелил его на монстра, стоявшего напротив.

Словно объявляя о том, что время этого монстра вышло, раздался колокольный звон, сопровождающий Аргонавта Белла.

----------

Том 12 Глава 6.8

Он дрожал.

Что это?

Что это такое?!

Как такое может случиться?!

Он не знал. Он никогда ничего подобного не видел.

Много раз в прошлом он слышал песни предвещавшие взрывы. Его жгло
пламенем и морозом, било молнией и со свистом лишало частей тела, но
ничего подобного он ещё не видел.

Никогда не было такого безжалостного света.

Никогда ещё не было света и пламени словно созданного, чтобы уничтожить всё вокруг и обратить это в пепел.

Он словно окаменел. Удивление было таким сильным, что напрочь стёрло всю его жажду убийства и ненависть.

Вода!

Он должен добраться до воды!

Если он будет в воде, человек не сможет броситься за ним в погоню!

Он отвернулся от беловолосого человека.

Отбросив гнев, гордость и забыв о том, что человек его унизил, он был
готов погрузиться в поток, словно специально подготовленный для него
матерью-Подземельем.

— Хья!

Прежде чем он успел подбежать к воде, белоснежный морозный всполох заморозил всю воду, которую он видел.

— ?!

Стоя на берегу замёрзшей реки, в которой больше нельзя было скрыться, монстр повернул голову.

— Думал мы дадим тебе сбежать?

Юноша с красными волосами держал в руках синий, как глубины океана,
меч, он стоял на одной из кристальных колонн и смотрел на него сверху
вниз. Другая его рука лежала на поясе.

— Ты уже извини, но этот парень разберётся с тобой прямо здесь и сейчас. Ясно?

Бесстрашная улыбка юноши чуть не довела его до безумия. Он взревел,
подчиняясь жажде убийства, всю его жизнь диктовавшей что ему делать, но
раздавшиеся за его спиной шаги не позволили ему ничего сделать
красноволосому парню.

Его дыхание перехватило, и он посмотрел через плечо.

Парень с белыми волосами медленно приближался.

Его ярость испарилась, её место снова занял ужас. Парень приближался молча, продолжая фокусировать жуткий свет в своих руках.

Он всё ближе! Ближе! БЛИЖЕ!!!

Разрушающий свет, который разорвёт его на части.

Человек, который лишит его жизни.

Белый кролик с горящими красными лазами.

— …Начнём, — объявил парень, поднимая сотканный из света и пламени клинок.

Он перешёл на бег, после разогнался сильнее.

Он приблизился к монстру словно шаровая молния.

— УООООООООООООООООО!!!

На него обрушился смертельный клинок.

Белые волосы оставляли в воздухе развод, налетая на него, кинжал изрыгал искры, танцевавшие в воздухе.

Завопив от ужаса, он взмахнул своими могучими, прервавшими не одну жизнь руками.

Но парень метнулся к нему на скорости, превосходящей его силу.

— …

Звон раздавался шестьдесят секунд.

Вырезанные на клинке символы засветились ярким светом, раздался рёв пламени.

— Арго Веста!

За мгновенье до этих слов смесь алого и чистейшего белого света заполнила всё перед его глазами.

Если я когда-нибудь перерожусь… я никогда не перейду дорогу этому белому кролику.

Такова была его последняя мысль, прежде чем его разум рассыпался на бесчисленное множество осколков.

----------

Том 12 Глава 6.9

— Арго Веста.

Громоподобный рёв пламени и вспышка света сотрясли комнату.

Кроме этого, ничего не было видно.

— ООООО!!!

Огромный пламенный взрыв поглотил предсмертный рёв монстра, и алая вспышка мелькнула в белом свете.

Удар пылавшего кинжала вызвал мощный взрыв.

Перед смотревшими сверху Лили и остальными сначала разлился яркий
белый, а потом красный свет. Они выбросили перед собой руки, чтобы их не
опалило жаром пламени и взрывной волной, дошедшей до краёв комнаты.
Порождённый в момент удара кинжалом мощный огонь сжигал всё до чего
дотрагивался.

Когда цвета вернулись в комнату, авантюристы убрали руки от глаз.

Посреди комнаты стояли две огромные ноги, верхняя часть тела монстра
испарилась. Мгновенье спустя и ноги с негромким хлопком обратились в
пепел.

Белл, стоявший с вытянутой правой рукой, в которой он держал кинжал
за спиной бывшего монстра, наконец расслабился. Божественный клинок
становился сильнее вместе с ним и после проведения атаки остался
безупречным и неповреждённым. Остатки ярких языков пламени ещё улетали к
потолку вместе с дымом.

— Сударь Бе…

— Белл-са…

— УООООООООООООООООООООООООООООООООООООООООООООООООООО!!!

Наполненные эмоциями крики Лили и Харухиме утонули в рёве, издаваемом
эльфами и дварфами. Дафна и Кассандра отчаянно прижали руки к ушам, а
Вельф, Микото и Айша присоединились к шумной радости.

— Чигуса!

— А… Оу…ка.

Паразитические лозы, сковывавшие авантюристов, разом исчезли.

Их постигла та же участь, что и их создателя, они были обращены в
пепел. Стоило на лице Чигусы возникнуть улыбке, как Оука тут же обхватил
её руками.

Эльфы и дварфы шумно радовались, когда все признаки существования монстра исчезли с их тел.

— Сударь Белл!

— Белл!

Парень радостно подмигнул Лили, Вельфу и остальным, уже выпрыгивавшим
из дыры в стене и катившимся к нему. Он поднял руки, чтобы показать,
что с ним всё в порядке, а потом услышал всплеск.

Этот всплеск раздался за его спиной, с одной из сторон замороженного речного потока.

— А…

Удивлённый Белл повернулся в направлении всплеска и легонько улыбнулся.

Он увидел прекрасную русалку, высунувшую из воды только плечи и голову.

Этой русалкой была Мари, с которой он расстался незадолго до того, как спасти свою группу.

— Спасибо, Белл… Люблю тебя!

Девушка-Ксенос, доставившая Белла к его спутникам, широко улыбалась.
Потом, она коснулась пальцами своих губ и послала Беллу прощальный
поцелуй. Помахав, она сказала одними губами: «Встретимся позже».

Её заметил только Белл, для остальной группы она была скрыта островом. Парень улыбнулся и едва заметно помахал ей в ответ.

Мгновение спустя Белла бросились обнимать его товарищи, а рыбий хвост со всплеском скрылся под поверхностью воды.

Под восторженные разговоры авантюристов русалка, напевая что-то себе под нос и улыбаясь, скрылась в своём водном мире.

----------

Весть о ледяном ветре

После победы над особым монстром наша группа покинула нижние этажи вместе с Дормулом, Лювисом и их товарищами.

Мы
потеряли большую часть припасов, поэтому пришлось подниматься по
Огромному Древесному Лабиринту кратчайшим путём, нигде не задерживаясь.
Итак, мы вернулись в безопасную зону города Ривира. Жители города не
подняли шума, увидев безрукого Лювиса и остальных израненных
авантюристов, будто подобное зрелище всего лишь часть повседневной
жизни. Мы остановились, чтобы отдохнуть и обработать раны.

С моего сражения против особого монстра прошло около суток.

— Вы… в порядке?..

Члены
нашей группы пришли в таверну проверить Лювиса и других раненных
авантюристов, которые, как мы слышали, справились с самой опасной частью
своего лечения.

— Прошу прощения за то что мы заставили вас
беспокоиться! Нашим жизням ничто не угрожает, — сказал Лювис, садясь на
кровати. По нему было видно, что он очень устал, но он мне добродушно
улыбнулся. Вместе с остальными эльфами Паствы Моди и дварфами Паствы Магни
они делили просторную комнату, выстроенную прямо в пещере. Они лежали
на кроватях и подстилках, расстеленных прямо на полу. Подобие
разделяющей черты было проведено посреди комнаты — доказательство того,
что у дварфов и эльфов натянутые отношения.

— Спасиб за вашу доброту. Ваша обходительность растопила моё сердце и, ну… хе-хе-хе?!

Дормул покраснел и рассмеялся, смотря на Кассандру и Харухиме.

— Я рада, что вам стало лучше, — ответила целительница.

— Восстановление остальных дварфов проходит хорошо? — спросила Харухиме.

Я перевёл взгляд на Лювиса, уже переодевшегося в запасную одежду. Правый рукав свободно болтался.

— Простите, что не можем вернуть вам руку… — сказал я.

Как
я и боялся, руку мы ему вернуть не смогли. Отрезанная часть начала
гнить и при попытке её вернуть мы могли заразить некрозом всё остальное
тело. Нет целебного предмета или заклинания, которое могло бы обратить
время вспять и вернуть руке её прежний вид.

Я забеспокоился, что мои извинения могли прозвучать высокомерно, но Лювис ответил:

— Да нет, мне повезло.

— А? — не понял я его.

Он прижал левую руку к правому плечу и покачал головой.

— Я лишился руки, а не жизни.

— Лювис, вы…

— Не беспокойся обо мне, это случилось из-за моей собственной беспечности.

Я
проследил за взглядом Лювиса и увидел, что другие перебинтованные эльфы
улыбаются. У эльфийки не было ноги. Я не знал, что сказать.

—
Такова жизнь авантюриста. Мы в Подземелье, — произнёс Лювис, сведя брови
вместе. — Такова цена за наше исследование неизвестности. Реальность, с
которой все мы должны столкнуться.

После этих слов мне
вспомнилась горькая правда жизни авантюриста. Это не какая-нибудь
цветастая сказка. Всегда можно лишиться руки, глаза или даже жизни.

И, всё же, продолжать сражаться пока при тебе твоя жизнь, это тоже часть работы авантюриста.

Неожиданная улыбка Лювиса помогла мне это осознать.

—
Когда мы вернёмся на поверхность, я обращусь в Паству Диан Кехта за
лучшим протезом руки, который они могут сделать… Ух, как же сквасится
наше божество, когда услышит, что ради этого придётся залезть в долги!

Наверное представляя себе этот момент, Лювис захихикал. Это был радостный смех, в нём не было горечи.

Грациозный молодой эльф перевёл взгляд на меня.

—
Кроличья Лапка… Белл Кранелл. Я благодарю тебя за наше спасение.
Клянусь именем Лювиса Лиликса, однажды я отплачу тебе этот огромный
долг… Я выражаю тебе благодарность, друг эльфов.

Все эльфы положили руки на сердце и поклонились, они сделали это с улыбкой на лице.

— …Фуф! Вы, эльфы, слишком пафосные. Говорить такие вещи надо проще.

Дормул, следивший за нашим с Лювисом разговором молча, обратился ко мне со своей стороны комнаты:

— Спасибо, Паства Гестии и остальные авантюристы. Если у вас когда-нибудь будут проблемы, мы, дварфы, будем рады помочь.

Дварфы,
ухмыляясь переглянулись, и я принял протянутую Дормулом огромную руку.
Лили, Вельф и остальные члены нашей группы пожали руки дварфам.

— Всё, хватит скучных любезностей! Худшее позади, пора бы и выпивкой заняться!

— А-Айша-сан? Что вы такое говорите?.. — воскликнула Харухиме.

—
Из-за этой древоголовой фигни наши планы пошли прахом и пришлось
завершать экспедицию на полпути. Значит, нам остаётся только развлечься!
— усмехнувшись, ответила Айша. Глаза дварфов заблестели от предложения
амазонки, в то время как эльфы выглядели рассеяно.

— Хочешь напоить раненных, амазонка?

— Мы в деле!

— Точно, вечеринка с выпивкой! Осушим запасы этого городка! — добавила Айша.

—
Сударыня Айша, это совершенно неприемлемо! Огромные цены выпивки в
Ривире нас разорят! Давайте хотя бы вернёмся на поверхность!.. —
вскипела Лили.

— Да хватит тебе, Лил! Мы кучу драгоценностей с нижних этажей вытащили! — вклинился Вельф.

— Это к делу не относится!!! Думаете я стану тратить свою часть добычи на выпивку?!

—
И вот мы вернулись к тому с чего начали… — вздохнула Дафна, видевшая
подобное в первый день экспедиции. Кассандра сухо посмеялась.

Я
улыбнулся и выскользнул из просторной комнаты. Часть меня хотела
избежать участия в праздновании, но, по большей части, мне хотелось
сказать жителям города, которые нам помогли, что Лювис и остальные
раненные идут на поправку.

Когда я вышел из импровизированной,
сделанной из пещеры таверны, мне в лицо ударил мягкий, похожий на
солнечный, свет кристаллов с потолка.

— Эй, Кроличья Лапка! Я слышал ты с каким-то жутким монстром столкнулся! Не повезло тебе в первой экспедиции!

Борс,
глава Ривиры, окликнул меня, как только я вышел их таверны. На его
неприглядном лице, с повязкой на глазу виднелась широкая улыбка. Он
потрепал меня по плечу. Его странный шарм заставил меня улыбнуться в
ответ, после чего он прямо мне выпалил.

— Давай, выкладывай, что было! Заплачу за выпивку, если купишь закуску, — добавил он.

— Эм, ладно, но моя группа решила вечеринку устроить, так что?..

— Замётано! Всё порешаем!

Я подумал, что Айше и остальным может понравиться идея выпить со всеми, но тут нас прервали.

— Борс! Борс!

К нам подскочил всполошённый зверочеловек.

— Чего ты шумишь?..

— …тво.

— Чё?

— Убийство! За городом убили авантюриста!

Мы с Борсом в шоке уставились на принесшего новость авантюриста.

— Погоди, ты уверен, что это не монстры постарались?

— Нет, это был человек! Я видел преступницу!

Когда взволнованный зверочеловек описал, что видел, я не мог не забеспокоиться.

Снова смерть и так близко ко мне… дрожь пробежала по шее, кровь отлила от лица, а живот издал какой-то странный звук.

— Преступницу, говоришь. Что ты видел? — спросил Борс, прищурив неприкрытый повязкой глаз.

Зверочеловек мешкал несколько секунд, а потом побледнел ещё сильнее и произнёс два слова:

— Ледяной Ветер…

А?

Я застыл будто статуя, не в силах осознать, что он сказал. В следующую секунду зверочеловек завопил во весь голос:

— Это сделала авантюристка, за голову которой назначена награда… Ледяной Ветер!

Всем добра, с вами Kristonel.

Не забывайте поддержать переводчика.

Если у вас есть вопросы, задать их можно в дискорде. Выбираете нужный смайлик в #faq и попадаете в наш дружный и не всегда чатик.

Подпишитесь на мой патреон: https://www.patreon.com/Kristonel

А также отправив денежку на эти адреса:

Qiwi: +79237177586

WMR: R532697894558

ЯД: 410012644267696

Mastercard: 5559 4936 9992 2374

Спасибо за внимание.

----------

Послесловие автора

Мне всегда нравились атаки пылающего меча из одной классической манги.

И вот мы в конце двенадцатого тома серии, начинающего новую историю.

Я
планировал начать этот том сразу перейдя к истории эльфийки из таверны,
но не мог не остановиться на том, как сильно изменился наш герой со
своего возвращения к корням после эпилога одиннадцатого тома. Поэтому я
изменил свои планы на лету и приступил к написанию книги содержащей
только Подземелье. С точки зрения истории в целом, это было небольшое
ответвление, но я рад что на него пошёл.

Как
автора, больше всего в написании этого тома меня порадовало то, что
персонажи наконец достигли сцены на которой могли начать меняться и
расти. Разумеется, структура истории диктовала развитие разных
персонажей но в этом томе главный герой должен был выйти из привычных
рамок и совершить скачок. Говоря языком этой серии, даже божества не
могли предсказать его развития. Такими словами можно это выразить. Это
стало для меня доказательством того что персонажи живы и история не
всегда контролируется моими представлениями. В это мне хотелось бы
верить. Кто бы мог подумать, что в начале этот персонаж был слаб и
беспомощен!

Отрицательной
стороной этого можно назвать реакцию женщин вошедших в жизнь Белла на
его неожиданный рост. Было непросто сдержать сексуальную
привлекательность амазонки. В первом скрипте она бросалась на Белла не
принимая отказа, и я в панике принялся его переписывать. И снова я
осознал что персонажи этой истории могут жить своей жизнью.

В
этом томе не было заговоров божеств. Я писал целиком и полностью про
Подземелье, и, честно говоря, его написание прошло для меня очень
непросто. Персонажи отправились в путешествие по чистейшему Подземелью,
сталкивались с жуткими монстрами и милыми девушками посреди фэнтезийного
мира. Проблемы встречались тут и там, но, в конце концов я был очень
счастлив вернуться вместе с героем и его товарищами к их первоначальному
энтузиазму.

А теперь я могу перейти к выражению признательности.

Я
очень благодарен Котаку и Главному Редактору Китамуре, спасшему меня не
один раз когда я не знал что писать дальше, Сузухито Ясуде, создавшему
прекрасные изображения несмотря на свою общую занятость, и всем людям
которые поддерживали меня и этот проект в целом. Наконец, я хочу
выразить свою признательность всем читателям, которые, и я не могу
перестать об этом думать, не переставали сопровождать меня больше
двенадцати томов серии. Я сделаю всё что в моих силах, чтобы
вознаграждать вас хорошими историями и дальше.

Надеюсь встретиться с вами в следующем томе. До скорого, пока.

Фуджино Омори.

----------

Начальные иллюстрации

[[image:/storage/reader-images/8a3bb49b847302f9b729601c51ef13cd1b1517fa.jpg]]

[[image:/storage/reader-images/78dfdb7703b82a779734e8394394a0ea12439839.jpg]]

[[image:/storage/reader-images/5860aac1918c9db2facb1c7f535ea6c0965f636d.jpg]]

----------

Ты вернёшься

ы вернёшься.

Кто-то говорил мне эти слова.

— У нас беда: я никак не могу найти Лю. — сказала девушка-служанка Руноа, качая головой.

Она
вернулась в «Щедрую Хозяйку», бар на Восточной Главной Улице. Вскоре
настанет время открытия, и потому её слова вызвали переполох среди
остальных работниц.

— Кудмя это она могла детсмя? Наверное, от рмяботы отлынивает. Не прощу… — возмутилась кошкодевушка Аня, укладываясь лицом на стол. В её словах, впрочем, не было злобы.

—
Впервые она ушла, никому ничего не сказав и оставила только письмо. —
сказала Руноа, держа в руках листок бумаги и вздыхая с явным
раздражением.

Лю исчезла из бара неожиданно, не получив на это разрешения.

Она оставила письмо в своей комнате за зданием, безупречным почерком написав, что ей нужно уйти, и она просит прощения.

— Она и раньше иногда пропадала, но… сейчас…

В этот раз всё по-другому.

Персонал
«Щедрой Хозяйки» заподозрил, что этот случай будет не таким, как
остальные и разделился, чтобы провести поиски своей эльфийской коллеги в
местах, где она могла быть.

— В последнее время она была очень нмяпряжённой, помните? Такой нмяпряжённой, что, когда мя на неё смотрела… инстинкты просыпмялись.

— Эй, бессердечная кошка, закрой рот!

— Ой!

Хлоя
прикрыла рукой рот в ответ на строгий выговор Руноа. Кошкодевушка
нахмурилась и перестала походить на себя, но, когда отняла руку ото рта,
на её лице была обычная улыбка, словно она вернулась к прежней
личности.

— Мя… Я просто беспокоюсь, что с ней может что-то случиться, потому что онмя была вынуждена делать вещи грмязнее чем чистка канализаций. Точнее, меня беспокоит, что она может застмявить что-то случиться, — объявила Хлоя, размахивая кошачьим хвостом и глупо улыбаясь.

Её
беспокойство было скорее предчувствием, чем предположением.
Предчувствием того, кто знает о прошлом эльфийки по прозвищу Ледяной
Ветер.

— Молчи, — снова прикрикнула на кошкодевушку Руноа.

Она указала взглядом в угол, где безмолвно сидела девушка с серыми волосами.

Силь молчала, было видно, что она погружена в собственные мысли.

Словно чтобы развеять повисшее в зале напряжение кошкодевушки начали шумно переговариваться:

— Пока беловолосик пропмядает в Подземелье, Силь как в воду опущенмяя! Нмяверное это всё его козни!

— Точно! Это всё из-змя паренька! Когда вернётся, застмявлю его снять штаны и покусаю его за змядницу!

— Вы обе отвратительны! О чём вы вообще говорите? — гаркнула Руноа.

Но
обычная сцена, устроенная Аней, Хлоей и Руноа, не вернула улыбку на
лицо Силь. Потому что вечно серьёзной эльфийки, всегда прерывающей
остальных с ледяным спокойствием, недоставало в этом круге.

Неожиданно дверь в общий зал с грохотом распахнулась.

— Вы чем, дурынды, занимаетесь? Прекращайте верещать и принимайтесь за работу!

К работницам вышла владелица «Щедрой Хозяйки» — дварфийка Мия.

Аня, Хлоя и Руноа подпрыгнули от крика начальницы и бросились из бара врассыпную, словно маленькие паучки.

Оставшись наедине в тихой таверне, Силь и Мия переглянулись.

— Мама Мия… Вы что-нибудь знаете?

— Если ты ничего не знаешь, куда мне? — резко бросила Мия.

Силь и Лю — лучшие подруги.

Дварфийка вышла из зала.

— Эльфка — сущее наказание, — пробормотала она по пути.

— Лю…

Шёпот Силь растворился в тишине бара.

----------

Том 13 Глава 0.2

Всё хорошо?

Я помню ту теплоту.

Я помню руку, протянутую мне девушкой с серыми волосами.

Я
помню улыбку девушки, вернувшей меня обратно к свету, после моей мести,
подгоняемой эмоциями и ложным чувством правосудия, после того как я
лишилась причин жить дальше.

Она меня спасла.

Они все меня выручили: и кошкодевушки, работавшие в баре, и его безумная дварфийка-владелица.

Я ощущала, как это шумное и радостное место смывает грязь с моего тела.

Тела, замаранного кровью и грязью.

Мои небесно-голубые глаза были сожжены в пепел пламенем мести.

Если бы кто-нибудь спросил меня, чем я сейчас дорожу больше всего в жизни, наверное, я бы сказала, что это «Щедрая Хозяйка».

Настолько дорога стала мне повседневная жизнь с ними бок о бок.

Только вот, мои раны так и не закрылись.

Пустота от потери Паствы, что была для меня такой же дорогой, как и этот бар.

Почти осязаемое одиночество, наносившее удар в спину при любом удобном случае.

Я закрыла на них глаза, но остывающие чёрные угли не переставали тлеть в моём сердце.

Они мне снились.

Крики, наполняющие воздух — жуткий, пронзительный визг.

Кровавые слёзы.

Последние мгновенья девушек, когда-то прекрасных и благородных, проносились передо мной, когда я закрывала глаза.

По утрам после этого сна мне приходилось силой отгонять жуткие ощущения и невыносимое чувство потери.

Снова вырвались эмоции.

Я словно услышала наполненные сожалением крики моих товарищей, они обжигали кожу.

Я впилась ногтями в плоть на руке.

Нежный
свет, которым сияла для меня «Щедрая Хозяйка», не смог разогнать всю
тьму. Прошедшие пять лет в моём сердце бушевали две эмоции.

Наверное, я знала.

Я понимала, что, если мне предоставится шанс, мир снова рухнет, и я снова обращусь в неудержимого монстра.

И этот шанс предоставился мне в тёмном подземном лабиринте.

Холод наполняет его коридоры.

Этот лабиринт — отстойник Зла, которого никогда не достигают лучи солнца.

То, что я там увидела, заставило мои волосы стать дыбом.

— Л-Л-Лайон!

Отчаянный крик.

Моё имя, произнесённое с ужасом.

Мужчины задрожали, увидев меня.

Время будто застыло, а когда пошло вновь, монстр в моём сердце разбил цепи и взревел.

— Лайон?!

Я словно услышала, как моё имя было произнесено их голосами.

Кажется, это была единственная тонкая ниточка, которая меня сдерживала.

Наплевав на голоса своих друзей, я погрузилась в пылающую ярость.

Мужчины в панике бросились бежать, а я их преследовала.

Куда
бы они не сбежали, в какую глухую дыру этого лабиринта они бы не
забились, моё желание не перестанет вести меня дальше, пока я его не
исполню.

Чёрные угли разгорелись вновь.

Слишком легко было превратить их во всепоглощающее адское пламя.

Ты вернёшься, Ледяной Ветер.

Так мне сказало сердце.

И оно не ошиблось.

Пока я не расправлюсь со своим прошлым…

----------

Дело юного Кранелла

— Как жутко…

Несколько авантюристов разом скривились, увидев представшую перед ними картину.

Повсюду уже чернеющие красные брызги.

Труп
лежал раскинув руки и ноги, неподвижно, как кукла. Тело одного из
авантюристов покрывало несчётное количество порезов, точнее, колющих
ран.

Я потерял дар речи и будто прирос ногами к земле, увидев случившееся.

— Быть не может… — произнёс Вельф.

Он
и остальные мои товарищи присоединились к группе авантюристов,
собравшихся на месте преступления. Он свёл брови и тяжело вздохнул.

Сейчас мы на восемнадцатом этаже Подземелья.

Мы вернулись в безопасную зону, чтобы подлечить раненых членов нашей импровизированной группы, порождённой союзом Паствы Гестии
и нескольких других групп, после того как уничтожили аномального
мохового гиганта, встреченного на нижних этажах, куда отправились в
экспедицию. Только что мы планировали провести празднование — отметить
наше благополучное возвращение вместе с Паствами Магни и Моди, которым пришлось к нам присоединиться.

Эти планы, впрочем, прервала новость о нахождении мёртвого тела.

— Ну да… явное убийство. Работа человека, не монстра…

Борс,
глава Ривиры, прищёлкнул языком, осматривая труп. Он и шумная группа
авантюристов собрались со всего огромного острова, возвышавшегося над
озером.

Он прав. Раны на теле авантюриста слишком чистые для
когтей или клыков монстров. Их оставил клинок авантюриста. Скорее всего,
финальным стал удар, оставивший окровавленную дыру в шее авантюриста.

То,
что тело было покрыто ранами, говорило о ярости нападавшего. Виднелись
удары тупым оружием, вызвавшие переломы костей и конечностей. Налитые
кровью глаза были открыты… будто авантюрист увидел перед собой в
последние секунды жизни самый настоящий кошмар.

— Гах… — Харухиме наконец не выдержала и поднесла руку ко рту.

—
Пожалуйста, не смотрите, Харухиме-доно, — сказала Микото, приобнимая
подругу за плечи и не давая ей снова увидеть жуткую картину.

Хлынула
настоящая волна авантюристов. Лили и Айша обменялись мрачными
взглядами. Рядом стояли Оука, скрестивший руки, и хмурая Дафна. Бледнее
всех остальных казалась целительница Кассандра.

— Слушай, Белл, ты как? — спросил Вельф, в его голосе слышалось беспокойство.

— …

Я не знал, как ему ответить. Просто стоял и смотрел на тело авантюриста.

Сердце бешено колотилось.

Вполне очевидно, что я трясусь. Оказаться на месте смерти собрата-авантюриста, на месте его убийства, это настоящий шок.

Но, как бы ни было сильно чувство ужаса, холодный пот по моей щеке бежал не от этого.

— Это Ледяной Ветер! Она была тут! Это сделала она!..

Дыхание перехватило от услышанных слов.

Да, ужас в рядах авантюристов навело её имя — Ледяной Ветер.

—
Это случилось на моих глазах! Я видел, как эльфийка в капюшоне истыкала
Жана, как бешеная, а потом сбежала! — кричал мужчина-вервольф, житель
Ривиры, нашедший труп.

Когда он произнёс имя своего покойного
товарища, он бросился к телу, привлекая к себе внимание Борса и всех
остальных собравшихся авантюристов.

— Однажды я её видел, среди членов Паствы Астреи.
Они были сильны, как монстры. Лицо она постоянно скрывала… но
небесно-голубые глаза не прикрытые маской были точно такими же, как у
убийцы сегодня!

Может вспоминая момент убийства, вервольф-авантюрист дрожал с головы до пят.

Сомнений нет — это её описание, но я не могу в это поверить. Я не хочу в это верить.

Как могла Ледяной Ветер, как могла Лю сотворить нечто подобное?

— Это точно! Ледяной Ветер убила Жана! — кричал вервольф.

Я собирался его перебить, но тут закричал ещё один авантюрист:

— Постой! Я только что вспомнил… как кто-то в зелёном плаще бежал через равнину.

— И я! Прямо к Центральному Дереву… на нижние этажи!

Я
так и не смог вмешаться, авантюристы кричали один за другим. Кажется,
многие видели кого-то похожего на Ледяной Ветер с разных мест Ривиры,
потому что город находится на холме и с него удобно озираться. Лили,
Вельф, Микото и Харухиме — все, кто знал о прошлом Лю, окаменели.

Почему-то, Айша тоже притихла.

—
…Разве Лайон-сан, Ледяной Ветер, не умерла пять лет назад? А если она
до сих пор жива, зачем ей было появляться сейчас? — спросила Микото. Она
была из тех, кто восхищается стойкостью Лю, и решила выразить свои
сомнения.

— …До меня доходили слухи, что Гильдия совместно с Паствой Локи
планирует какую-то масштабную операцию. Ходит слушок, что они нашли
убежище остатков Злодеев, — необычно серьёзным тоном произнёс Борс.

Слова об убежище заставили меня вспомнить.

Кносс — рукотворное подземелье.

Злобные охотники, поймавшие Виену и других Ксеносов, использовали это место в качестве базы. Это настоящая обитель Злодеев.

Между Злодеями, показавшимися пять лет назад в Орарио, и Лю, состоявшей в Пастве Астреи, прослеживается явная связь. Я слышал это он неё самой на этом самом этаже.

—
Если Ледяной Ветер жива и решила воспользоваться прикрытием нового
похода Гильдии, чтобы снова действовать… в этом есть определённый смысл.

— !..

— Ледяной Ветер — сбрендившая авантюристка, которую ведёт только месть тем, кто убил членов её Паствы,
и которая готова убивать, не давая шанса даже оправдаться. Она готова
убить любого, кто, по её мнению, перешёл черту… включая торговцев и
членов Гильдии. — продолжил Борс, скрестив руки и окинув взглядом
собравшихся. — Многие жители этого города знают о Злодеях. У каждого из
нас есть тёмная сторона. Мы здесь, в городе проходимцев, только из-за
жестоких законов Гильдии, и другого выбора у нас нет.

Я слышал,
что здесь, в Ривире, ведётся подпольная торговля, о которой Гильдия
ничего не знает, и в неё вовлечено немало авантюристов. Ходят слухи, что
здесь можно купить нелегальные товары и даже редкие предметы вроде
Ловцов Характеристик, сделанных из крови божеств. Даже и говорить не
приходится, что эти сделки можно назвать серыми, если не чёрными.

Авантюристы
вроде нас, останавливающиеся по пути на нижние этажи, и люди, живущие в
этом городе, вовлечены в тёмные дела. Слова Борса, должно быть, дошли
до людей, потому что почти все окружающие разом вздрогнули.

— Ледяной Ветер может решить, что все мы, как и лежащий на земле Жан, перешли грань, — сказал Борс.

—
Э-это же не шутки, Борс! Да, мы не белые и пушистые, но разве можно
убивать человека, основываясь только на подозрениях? — крикнул
зверочеловек, владелец таверны.

— Да, может мы и плохие, но с
остатками Злодеев никак не связаны! — добавила амазонка-торговка, чей
голос едва не сорвался на визг.

Крики поднялись среди остальных жителей Ривиры.

В считанные мгновенья возбуждение толпы переросло в гнев к Ледяному Ветру.

— Борс, давай её поймаем!

Я не поверил своим ушам, когда это услышал.

—
Жан, наш сосед был убит за что-то, в чём нет никакого смысла! Хоть мы и
живём в городе проходимцев, как мы можем не исполнить свой долг и не
отомстить за его смерть?! — завопил пришедший в ярость от гибели своего
друга, нашедший тело вервольф. Его лицо побагровело от злости.

Слушая крики, Борс скрестил руки и задумчиво ответил:

—
Вы, конечно, правы… но для меня моя жизнь ценнее всего. Что случается с
другими, ко мне отношения не имеет. Думаете, я пойду против Ледяного
Ветра, авантюристки четвёртого уровня, которая убивает без раздумий?
Которую даже поместили в чёрный список Гильдии?

— Кстати, насчёт
чёрного списка. Разве за её голову не назначена награда? Кажется,
ассоциация торговцев согласна заплатить тому, кто её схватит, да?

— Слушай, что-то я припоминаю. Награда, кажется… восемьдесят миллионов валис?

— …Итак, слушайте меня. Я собираю группу, которая её поймает.

Услышав о награде, Борс энергично замахал руками.

— Мы отомстим за своего соседа! Не позволим ей безнаказанно рубить нам головы! И получим награду!!! — крикнул он.

— ДААААААААААААА!!!

Борса
вело его эгоистичное желание. Единственным, что его сейчас волновало,
были деньги. Я мог лишь нахмуриться. Его слова заставили меня
беспокоиться. Вельф и Микото, кажется, разделяли со мной это чувство.
Собравшиеся авантюристы поддались эгоистичному расчёту, многие
восторженно кричали.

Все улики указывают на то, что это Ледяной Ветер.

Стыдно признавать, но это правда.

Ещё большее замешательство я начал испытывать, потому что слова Борса кое о чём мне напомнили.

Слова, которые однажды сказала мне Лю.

Я позволила эмоциям взять верх, и меня поглотила моя месть.

Это уже не было правосудием.

Если
Лю снова показалось, что она столкнулась со Злодеями, которых она не
может простить, и то жестокое желание мести к ней вернулось… это могло
бы стать для неё толчком.

Лю, ты правда это сделала?

В
голове возник образ эльфийки, стоящей на горе окровавленных трупов. В
её глазах осталась лишь жестокость, её поглотила буря тёмных чувств.

Я попытался отбросить это наваждение.

— Постойте!

В этот раз я говорил во весь голос, чтобы все меня услышали.

Лю ни за что такого бы не сделала.

Я, слышавший её точку зрения, должен был высказаться!

Я помню выражение её лица, с какой болью и пустотой она говорила.

— Не слишком ли рано судить о том, что это работа Ледяного Ветра.

— Чё думаешь, я соврал?! — рыкнул на меня вервольф-авантюрист.

Кое-что меня беспокоило.

И я ответил ему открыто:

— Откуда ты знаешь, что это была она?

— Я же тебе сказал! Я видел её раньше! Она и преступница, убившая Жана, выглядели одинаково!

— Как долго ты живёшь в Ривире?

Вервольф, злобно отвечавший на мои вопросы, посмотрел на меня удивлённым взглядом.

— А? Многие годы! Может ты не заметил, но мы не раз тут с тобой пересекались, мистер суперновичок!

— Значит, ты был здесь четыре месяца назад, когда произошёл тот случай?

— И что с того?

Да, что-то определённо меня беспокоило. И ответ вервольфа на последний вопрос заставил мои подозрения укрепиться.

Что-то явно не так.

Строго
говоря, это случилось три с половиной месяца назад. Когда показался
Чёрный Голиаф, вместе с жителями Ривиры против него сражалась Лю.
Вервольф только что сказал, что был в Ривире, когда это случилось. Но
как он тогда мог не заметить Лю раньше.

Конечно, припомнить всех
авантюристов, которые там были невозможно, потому что бои шли по всему
этажу. Но Лю всё время вместе с Асфи сдерживала босса этажа, вдобавок
использовав мощную магию для сражения. Не заметить этого было нельзя.

Конечно,
учитывая обстоятельства, никому бы не хотелось вопить о том, что она
убийца посреди боя. Однако, прошлое Лю не вышло на свет и после
сражения. Судя по тому, как сейчас действуют Борс и другие жители, никто
из них не понял, что авантюристкой, сражавшейся с Чёрным Голиафом, была
именно она.

Раз её маскировка настолько хороша… как могло
получиться, что вервольф, не узнавший её во время того боя, узнал её
сейчас, всего лишь заметив её взгляд?

Я не хотел бы сомневаться в его истории.

Не хотел бы, но…

Он явно врёт!..

Я уставился на вервольфа, испепелявшего меня взглядом.

Он бы её не узнал.

Что-то вроде интуиции авантюриста мне это подсказывает.

— …Кроличья Лапка, хочешь сказать Ледяной Ветер тут ни при чём? — спросил Борс.

Авантюристы
уставились на меня подозрительными взглядами. Наверное, потому что
жители Ривиры куда больше верят вервольфу, чем мне. И Борс тоже. Они
противопоставляют слова прохожего словам своего соседа, жителя этого
города. Совершенно ясно, кому они доверяют больше. Никто не поддержал
меня, когда я встал на защиту эльфийки из чёрного списка.

Если есть что сказать, говори. Вот что читалось во взглядах окружавших меня людей.

Я почти отступил, но решил сдержаться.

Лю этого не делала. Вот во что я верю.

— Ледяной Ветер…

Я почти сказал, что она не преступница, но в этот момент Айша утащила меня за свою спину:

— Перестань.

— Что?!

— Простите, что мы вас прервали. О чём вы там говорили?

Айша заняла моё место и, скрестив руки на груди, указала жителям продолжать.

Борс
и остальные мужчины впились взглядами в роскошную амазонку, оказавшуюся
перед ними с соблазнительной улыбкой на лице. Борс пришёл в себя только
через пару секунд, когда до него дошло недовольное щёлканье языками
женщин города и, громко прокашлявшись, вернул разговор в прежнее русло,
словно моего вмешательства и не было. Он словно забыл о моём
существовании.

Айша, явно привыкшая иметь дело с мужчинами, молча
кивнула подбородком в сторону, словно говоря: «Давайте отсюда уходить»,
а я никак не мог смириться с тем, что она меня прервала.

Когда я уже собирался высказаться, чья-то рука легла мне на правое плечо.

— Успокойся, Белл.

— Вельф…

Теперь и он меня успокаивает.

Я прикрыл рот и кивнул. Он смотрел на меня с видом старшего брата.

Наша группа отошла от Борса и остальных жителей Ривиры, обсуждавших план по поимке Ледяного Ветра.

—
Ты чего это удумал, командир? — спросила меня Айша, когда мы отошли на
достаточное расстояние. — Вступаться за эту женщину – не самое мудрое
решение.

— Лили согласна. В этой ситуации лучше было бы не наживать новых врагов.

— Но, Айша, Лили…

— Кто знает, в чём нас начали бы подозревать эти люди, если бы заподозрили в связи с убийством, — продолжила Лили.

Эти её слова заставили меня вздрогнуть.

Я так погрузился в мысли о Лю, что даже не подумал о такой возможности.

…Айша
права, как командир я всех подвёл. Пусть мне и хотелось вступиться за
Лю, следовало реагировать не так эмоционально. Я чуть не втянул Вельфа и
остальных в рискованную ситуацию.

Меня пристыдило моё собственное незрелое поведение.

— Чёрт, стоило мне подумать, что ты немного подрос, а ты снова как ребёнок себя ведёшь, — сказала Айша.

— Простите… — сказал я, уставившись в землю.

Айша усмехнулась.

— Если в глубине души ты таким и останешься, это будет не так уж и плохо.

— А?

— Ты готов рвать и метать за того, кто даже членом твоей Паствы не является… Разве не это нравится в тебе другим людям? Я, естественно, не из этих.

Оглядевшись,
я увидел, что Харухиме и Микото улыбаются, Оука, ухмыляясь, прикрывает
глаза рукой, Дафна пожимает плечами, а Кассандра стыдливо отводит
взгляд.

Лили и Вельф тоже широко улыбались.

— Кстати, держу пари, я знаю, что бы сказала та благопристойная эльфийка, будь она здесь.

Айша подняла уголки губ, совершенно точно подражая выражению лица Лю:

— Она бы сказала: «Господин Кранелл, это одна из ваших добродетелей».

----------

Том 13 Глава 1.2

Свет нагромождений кристаллов на потолке восемнадцатого начал меркнуть, закат без солнца опускался на Подземелье.

Мы
вернулись к отелю в Ривире и собрались в комнате, в которой
остановились. Выбранным нами местом была гостиница «Вилли», дешёвый
отель, обустроенный прямо в пещере. Цены здесь были одними из самых
низких в Ривире, а комната, которую нам удалось снять, могла без проблем
разместить десятерых человек. Мы встретились с Чигусой, отдыхавшей
после заражения паразитическими лозами.

— Судя по
доказательствам, первой подозреваемой остаётся Ледяной Ветер… к
несчастью, этого нам не изменить, — сказала Лили, повернувшись к
остальным, стоящим перед каменными стенами с магическими лампами,
закреплёнными на них. — Но, как и сказал сударь Белл, в этом случае
несколько несостыковок. Мы не будем обсуждать мотивы сударыни Лю… Но,
пока сударь Белл спорил с остальными, мы с сударыней Дафной осмотрели
тело.

— Если подумать, я и правда видел, как вы там что-то там изучаете… — удивлённо произнёс Вельф.

— Честно говоря, я не слишком горела желанием, — вздохнула Дафна.

Я заметил таинственное исчезновение Лили, когда Айша меня прервала. Похоже они вместе придумали этот план.

Лили
добавила, что я очень помог, когда привлёк к себе внимание обсуждающих…
ну а я, стоя перед тремя девушками, не мог не подумать, что мне никогда
не стать мозгами этой группы.

— Колющие удары покрывают всё
тело… но кроме них видны порезы на руках и ногах. Не хотелось бы
называть их чистыми… но нанесли их с огромной скоростью.

— То есть…

—
Очень вероятно, именно эти раны были нанесены Ледяным Ветром. Я быстро
осмотрела их со стороны, но они выглядят как раны, нанесённые её
короткими мечами.

Микото напрягалась всё сильнее, слушая Лили. Айша продолжила объяснение:

— Скорее всего, она порезала ему конечности, чтобы не сбежал.

— З-зачем ей делать нечто подобное?.. — спросила Харухиме, лисий хвост дрожал от представления ужасной картины.

— Ну, это всего лишь предположение… но я бы сказала, что она допрашивала авантюриста, — ответила Айша.

Вельф и Оука, слушавшие разговор, удивлённо вдохнули.

— Да ладно! Хочешь сказать, она выбивала из этого парня информацию?

— А когда её получила, ушла… как там говорили очевидцы, отправилась на нижние этажи?

—
Есть немало оснований полагать, что она убила его после допроса, —
добавила Дафна, словно это совершенно очевидно. — Только вот… есть нечто
странное в тех колющих ударах, которые покрывают тело. Может кто-то
пытался выставить гнев и ненависть Ледяного Ветра напоказ?

То есть, это была постановка.

Кто-то
другой мог набрести на авантюриста, которого Лю оставила после допроса,
убил его, а потом истыкал всё его тело, чтобы навести на Лю подозрения.

Таким было несказанное заключение Дафны.

— О-Ого, Дафна… ты настоящий детектив! — восторженно сказала Кассандра.

— Заткнись, — огрызнулась Дафна, пытаясь скрыть смущение.

— Ой! — взвизгнула в ответ Кассандра.

Айша продолжила рассказ:

— Горожане Ривиры собираются заполучить голову Ледяного Ветра. Скоро отправится отряд охотников за головами.

— Это ужасно… — пробормотала Чигуса, сказав за всех нас.

На мгновенье в комнате воцарилась тишина.

—
Если мы хотим избавить сударыню Лю от подозрений… важнее всего найти её
до того, как жители Ривиры до неё доберутся, — сказала Лили, подводя
итог.

Мы должны добраться до неё быстрее, чем остальные, и узнать, что же на самом деле произошло. Таков наш первый шаг.

Лили посмотрела на меня своими ореховыми глазами, когда сказала, что мы должны сделать.

— …

Остальные также смотрели на меня. На мгновенье вся моя энергия ушла в сжатый кулак.

Что Лю удалось узнать у мёртвого авантюриста, и почему она бросилась в Подземелье? О чём она услышала?

Если кто-то другой настоящий виновник убийства, зачем ему было вешать вину на Ледяной Ветер?

Я многого не понимаю.

Но раз этот случай касается её… то мой ответ предрешён.

— Идём искать Лю.

Если она стала жертвой какого-то сговора, я хочу ей помочь.

Лили,
Вельф, Микото, Харухиме, Оука и Чигуса кивнули. Настало время вернуть
долг эльфийке в маске, которая не раз нас выручала. И во время
смертельной битвы с боссом этажа Голиафом, и во время Битвы, и когда
Ксеносов нужно было увести с Улицы Дедала – раз за разом она доказывала,
что она наш бесценный союзник.

Увидев, что команда уже собрана, Дафна и Кассандра решили не отставать. Они согласились с нашим планом.

— Итак, а теперь займёмся подготовкой! — сказал Вельф, вскинув руку, пытаясь изменить наше мрачное настроение.

Этот жест стал сигналом к началу сборов.

— Пожалуй, это значит, что нам стоит присоединиться к охотничьей группе Ривиры, да? — спросил Оука.

—
Да. Даже если мы уйдём раньше, Подземелье слишком велико. Мы не найдём
сударыню Лю, обыскивая случайные коридоры, — ответила Лили.

— Мы ведь даже не знаем на каком она этаже… — согласилась Чигуса. Харухиме закончила её мысль:

— Поэтому будет лучше воспользоваться жителями Ривиры и попытаться узнать, куда она отправилась?..

—
Именно так, Харухиме-доно. Но для того, чтобы добраться до Лю-сан
первыми, мы должны будем оторваться от охотничьей группы… — ответила
Микото.

Вельф и Кассандра принялись за осмотр экипировки,
остальные начали паковать вещи для поисков. Я стоял чуть поодаль,
наблюдая за вдохновенной подготовкой к отправке, ко мне подошла Айша.

— Белл Кранелл.

— Да?

—
Думаю ты знаешь и сам, но весь наш разговор выстроен на чистейших
догадках. Это объяснение подходящее нашей группе… нет, тебе лично. Есть
вероятность, что та эльфийка убила авантюриста своими руками.

— …

— Просто хочу, чтобы ты об этом помнил.

Казалось, она что-то знает. Что-то о Лю… что-то о том, что происходит.

Я смотрел в спину отошедшей амазонки. Сердце стучало беспокойно.

----------

Том 13 Глава 1.3

— Просто великолепно… — пробормотала девушка, поправляя очки одним пальцем.

Идеально-белая
мантия качнулась. Волосы цвета морской волны блестели в свете
магической лампы. Одна из прядей её волос окрасилась в белоснежный цвет,
она держала в руке поблёскивающий серебряный кинжал.

Асфи Аль Андромеда огляделась, её сандалии, украшенные золотыми крыльями, шаркнули по полу.

Налетел холодный порыв ветра.

Подобный холод — характерная черта подземелий, в которые не проникает солнечный свет.

Она была не в «естественном» подземелье, расположенном под Орарио.

Она находилась в Кноссе созданном руками человека подземелье.

Асфи вела Паству Гермеса по лабиринту, построенному проклятыми потомками легендарного ремесленника Дедала.

— Я думала, что это будет простая работёнка, нам всего лишь нужно было пройтись по тоннелям следом за Паствой Локи, изучающей Кносс, и проверить проходы, которые они уже зачистили… а это место кишит монстрами!

Земля
под ногами Асфи и остальных членов её группы была усеяна монстрами. Ещё
мгновенье назад бушевала битва. Словно в ответ на вздох Асфи, в одном
из тел треснул магический камень, и оно обратилось в пепел.

Когда Паства Гестии отправилась в экспедицию, другие Паствы,
сговорившись с руководством Гильдии, тайно проводили операцию
«Покорение Кносса». Гильдия желала изучить сделанное руками людей
подземелье, узнав о преступлениях Паствы Икелоса, ведомой жутким
охотником Диксом Предиксом, раскрывшей существование этого Подземелья.
Было решено, что Кносс нельзя игнорировать. Чтобы не поднимать волнения
среди горожан, ещё не успокоившихся после того, как Ксеносы вырвались на
поверхность, в операции участвовали только тщательно отобранные Паствы, и Паства Гермеса была из их числа.

— Я знала, что Паства Икелоса
отлавливает Ксеносов живыми… но и подумать не могла, что они могут
растить обычных монстров. А может они знали, что что-то может пойти не
так, и запустили их в эти коридоры нарочно?

Асфи и остальным членам Паствы было рассказано о Ксеносах. И после инцидента, они узнали о разумных монстрах.

Потому
они ожидали, что в этих проходах им могут встретиться монстры. Но они
не ждали, что при каждой попытке продвижения их ожидает жестокая битва,
как в настоящем Подземелье. Стоя среди холодного камня, из которого
сделаны стены лабиринта, Асфи издала последний из трёх своих характерных
вздохов.

Кое-какое событие очень сильно её разозлило.

— Асфи-и-и! Та эльфийка в маске сдурела! Разве она не должна была нас прикрывать?

— Знаю уже…

Лю была жизненно им необходима, а теперь она ушла.

Когда девушка-чинтроп сказала об этом, Асфи заворчала на эльфийку.

— Мы договаривались совсем не так, ты не должна была отделяться… так ведь, Лайон?

За день до возвращения Ксеносов в Подземелье Паствой Гестии, Асфи и Лю Лайон заключили соглашение.

«Как
я слышала, остатки Злодеев скрываются в Кноссе. Как только всё встанет
на свои места, мы проведём обыск этого подземелья и сообщим всю
интересующую тебя информацию».

Чуть позже, Лю пришла к Асфи с просьбой.

«Я хочу присоединиться к поисковой группе», — сказала она.

Просьба
была неожиданной, но Асфи с радостью её приняла. Дополнить группу,
обыскивавшую неизвестное никому Подземелье, сильной авантюристкой с
тёмным прошлым не мешало. И Ледяной Ветер подходила на роль такого
полезного дополнения.

А теперь их мощное прикрытие испарилось.

Вдобавок,
по просьбе Гермеса Айша помогала группе Белла Кранелла… Если бы она
помогала с исследованием, всё сложилось бы по-другому.

Айша, новичок Паствы, на бумаге ни к кому не приписана. Она стала козырной картой Паствы Гермеса.

Даже если это означало сложности в «Завоевании Кносса», присоединившись к группе Паствы Гестии,
амазонка может удостовериться, что парень и его друзья не полезут, куда
не следует. К тому же, Айша осталась Айшей, а это значит, что, она
пошла бы в экспедицию с Паствой Гестии в любом случае, ради Белла Кранелла и своей «младшей сестрёнки» из бывшей Паствы Иштар.

Асфи уставилась на проход, в котором скрылась Ледяной Ветер, проклиная саму себя за недогадливость.

— Я думала, она успокоилась… неужели я просто недооценила её злость, когда дело касается Злодеев?

Это произошло в одно мгновенье.

Как
только Лю увидела пытавшихся сбежать неизвестных авантюристов, которые
были за ордой монстров, она полностью изменилась. Небесно-голубые глаза
запылали от ярости, и от неё полилась такая жажда крови, которая даже
Асфи заставила замереть. Эльфийка кинулась за убегающими целями, даже не
бросив прощального взгляда.

— Должно быть, это как-то связано с историей Паствы Астреи…

Остатки Злодеев скрывались в Кноссе и без помощи дьявольских охотников.

Это
были остатки сил Злодеев, которые несли в Орарио тьму и чуть не были
истреблены подчистую пять лет назад. Кносс подходил им как убежище,
Гильдия не могла их поймать.

Связь Ледяного Ветра со Злодеями очень крепка. Она, Лю Лайон — часть Паствы Астреи, нёсшей правосудие, связана с ними нерушимой связью.

Авантюристы бежали в ужасе… был ли среди них один из её врагов?

— Пламя мести пожирает тебя, Лайон… ты снова ему поддашься?

На тихий вопрос Асфи некому было ответить.

В прищуренных глазах, вглядывавшихся в тёмный проход, можно было заметить жалость.

----------

Том 13 Глава 2.1

Грядёт великое бедствие.

Тот, к кому нельзя приближаться,
станет источником катастрофы. Тот, кого нельзя касаться, станет
предвестником неизбежной смерти.

Жалобный зов матери призовёт
несчастье, и новорождённое отчаянье издаст свой крик. Путь во чреве
утонет в бесчисленных воплях жертв.

Лазурный поток обагрится кровью, и жуткая орда восстанет.

Глубины ада будут переполнены трупами, вернувшимися к матери.

Белка обернётся цветком плоти.

Лиса разделится на части.

Молот будет сокрушён.

Чужеземные воители превратятся в игрушки.

Кровавая жрица озаботится сохранностью лисы, но всё равно падёт под бесчисленными когтями и клыками.

Подруга вкусит горечь.

Фея, которой суждено привести всех к падению, подчинит ревущее белое пламя и запустит колесо безжалостной судьбы.

Сеть отчаянья можно отвергнуть саркофагом спасения себя.

Не забывай. Ищи ничтожный свет воскресающего солнца.

Собери осколки, освети пламя, взывай к солнечному свету.

Остерегайся. Таков будет пир бедствий…

Сон был довольно обычным.

Обычное порождение фантазии спящей девушки.

Проще
говоря, это был ужасный кошмар, хуже, чем когда-либо раньше, от
которого ей стало дурно. Впервые девушка получила божественное
сообщение, одновременно неотвратимое и неизбежное.

----------

Том 13 Глава 2.2

— …

Кассандра вертелась в кровати, беззвучно крича.

Она
напрягала голосовые связки так сильно, что, казалось, они сейчас
разорвутся. Она ощутила, что слёзы льются из её глаз непрерывным
потоком.

Её собственные отрывистые вздохи били ей по ушам.

Одежда промокла насквозь от пота, ей было дурно.

Она в замешательстве смотрела на потолок, продолжая тяжело дышать.

— Что… это… было?

Уже через мгновенье наваждение ушло.

Перед
собой она увидела голые каменные стены. Она была в Ривире, городе
авантюристов на восемнадцатом этаже. Снаружи слышались крики
авантюристов. Смятые простыни говорили о том, что она лежала в кровати
съёмной комнаты таверны.

Когда сознание девушки вернулось, одно за другим стали возникать воспоминания.

Точно… я легла поспать перед тем, как пойти вместе с охотничьей группой Ривиры…

Кассандра всегда старается спать перед крупными событиями.

Поскольку она предсказательница, она старается увидеть сон.

Кассандра наделена способностью видеть во снах будущее.

Туманные
образы из этих снов помогают ей определять грядущие события. К
несчастью, эти сны способны предсказать только грядущие бедствия, и для
Кассандры они всё равно что неизбежное будущее, которое её ожидает.
Несмотря на то, что она испытывает не самые приятные ощущения, она взяла
в привычку всегда засыпать перед важными событиями, потому что важность
этих пророчеств сложно переоценить. То же самое она сделала перед тем,
как Паства Аполлона выступила в экспедицию перед «Битвой».

После
того как Белл и остальные решили связаться с Ледяным Ветром, Кассандра
повиновалась инстинкту, подсказавшему ей, что нужно отправиться на
отдых, и получила разрешение поспать. Она вошла в эту комнату одна и
легла на кровать.

Судя по песочным часам, не прошло и часа с того момента, как она уснула.

Рядом на подушке лежало несколько листьев Аргелики, травы, которую Кассандра использует для погружения в глубокий сон.

— …Что происходит?..

У девушки болела голова, она ощущала головокружение. Губы не переставали дрожать.

Она видела кошмар. Жуткий кошмар, хуже того, который приснился ей на поверхности.

В
этом кошмаре она услышала семнадцать пророчеств, сопровождаемых
жуткими, невыносимыми сценами. Тёмное, вязкое отчаянье поглотило в том
сне всё.

Катились мёртвые тела, внутренности сыпались дождём, а кровь лилась рекой.

Среди этих тела она видела Лили, Харухиме, Вельфа, Микото, Чигусу, Оуку, Айшу и свою подругу Дафну.

Когда она вспомнила эти образы, её стошнило.

Она
пыталась удержать рвоту в горле. Осознав, что попытка будет тщетной,
девушка спрыгнула с кровати и побежала в глубины пещеры, превращённой в
таверну. Позабыв обо всём, она склонилась над выгребной ямой вырытой
прямо в стене пещеры. Привкус кислоты остался на её языке.

Когда
тошнота наконец прошла, она потянулась дрожащей рукой к стоящему рядом
ведру. Набрав в руки чистую воду, которую хозяин таверны доставал из
озера Последнего Убежища, девушка несколько раз промыла рот и умылась.

Как холодно… и страшно!..

Ей вспомнилось время, когда она была ребёнком, до того как она присоединилась к Пастве Аполлона.
Каждый раз, когда ей снился страшный сон, она, рыдая, прыгала в кровать
матери. Её хотелось бы ещё раз ощутить на себе тёплые и заботливые
руки, которые гладят её по спине и голове, но её мамы здесь нет. И даже
если бы она и была тут, пророчество никуда бы не делось.

Всё потому что для Кассандры эти пророчества предсказывают ожидающее её будущее.

— Какой жуткий исход. Успокойся… ты должна подумать… если ты не придумаешь как этого избежать, сон станет явью!..

Сон и реальность мелькнули в её разуме, всё ещё отчётливыми образами. Она вспомнила все видения.

«Фея,
которой суждено привести всех к падению» … Эльфийка? Ледяной Ветер?
Авантюристы… Мы… Нас будет вести Ледяной Ветер?.. Нет, преследуя её, мы
превратим эту часть пророчества в правдивую?

Ледяной Ветер — это эльфийка.

Кассандра знала, что за сделанное ей пять лет назад, за её голову назначена огромная награда.

А
ещё она знала, что эта эльфийка знакома Беллу и остальным. Помимо того
это она была авантюристкой в маске, которая принимала участие в «Битве»
против Паствы Аполлона.

Мы вскоре бросимся в погоню за Ледяным Ветром, чтобы узнать, что на самом деле случилось с убитым авантюристом…

Такова их цель: узнать, что произошло.

Но…

Что вообще происходит?..

Я не знаю. Не знаю. Не знаю.

Будет ли это простым расследованием убийства?

Простой помощью подруге Белла?

Кассандра побледнела, воспоминания о пророческом сне снова на неё навалились. Тут она услышала голос:

— Хренов Борс только о деньгах и думает. Что это за идея с охотой на Ледяной Ветер?.. А? Эй ты, ты чего тут расселась?!

Вилли,
зверочеловек — владелец таверны, наткнулся на Кассандру, когда нёс
какие-то свёртки со склада. Увидев девушку, он не мог отвести взгляд.

Из-за
пота одежда Кассандры прилипла к телу, отчётливо показывая женственные
изгибы. Вид красавицы заставил владельца таверны погрузиться в
похотливые размышления.

Он сглотнул, от сексуальности увиденного,
но стоило ему перевести взгляд на бледное лицо девушки, зверочеловек
тут же пришёл в себя:

— Слушай, ты в порядке?.. Что-то ты очень бледная!..

— …Я… хорошо.

Чтобы
избежать расспросов со стороны зверочеловека, чуть ли не мгновенно
поддавшегося панике, Кассандра поднялась. Нетвёрдой, как у ребёнка,
походкой девушка прошла мимо, а потом бросилась бежать.

Пытаясь хоть как-то отвлечься от увиденного ей во сне, Кассандра поспешила к Дафне и остальным.

Будущее, которое мне снится, не высечено в камне!..

В зависимости от действий Кассандры, увиденного иногда можно избежать.

Нашу группу ещё можно спасти!

Она выбежала из пещеры, одержимая единственным пылким желанием.

— Сударь Вельф, экипировка готова? — спросила Лили.

—
Да, оружие для Белла и остальных я тоже наточил. Ещё у нас осталась
пара магических мечей. Хватило бы ещё на пару походов к нижним этажам! —
ответил кузнец.

— Раз нам нужно оторваться от остальных
авантюристов… нашими врагами будут не только монстры. Возможно, придётся
сражаться и с другими охотниками. Не забывайте, — добавила Айша.

Группа собралась перед таверной. В Подземелье ещё царила ночь, потому белые кристаллы излучали свет, напоминающий лунный.

Лили и Айша давали последние наставления перед отправкой.

—
Эй, Кассандра! А ты где была? Мы скоро выдвигаемся!!! — прикрикнула
Дафна. Не только она, но и остальные члены группы обратили внимание на
появление девушки.

— Слушайте! — закричала Кассандра во весь
голос. Когда все взгляды уставились на неё, она продолжила. — Насчёт
этого похода… Не могли бы мы от него отказаться?

— …А?

— Обязательно случится что-то жуткое… поэтому… давайте не пойдём!..

Её голос дрожал. Вельф и Лили уставились на неё непонимающими взглядами. Дафна, конечно же, бросилась к девушке первой.

— Кассандра! Снова ты будешь бормотать о своих снах? Разве я тебе не говорила вести себя сдержанней?

— !..

Старая подруга Кассандры, с которой они были знакомы ещё со времён Паствы Аполлона,
никогда не прислушивалась к её мольбам. Дафна никогда не верила в
пророческие сны. И не только Дафна. Никто не хотел верить снам
Кассандры. Словно она была проклята. То же самое случилось и накануне
«Битвы».

Лили была озадачена, казалось, никто не поверил в
предупреждение о «чём-то жутком», которое должно случиться. Микото,
Харухиме и Чигуса смотрели на девушку удивлёнными взглядами, Оука явно
сомневался в её словах, а Айша словно собиралась сказать, что опасность
часть любого похода в Подземелье.

В прошлом никто мне не верил… но сейчас!..

Отчаявшаяся Кассандра перевела взгляд с Дафны на беловолосого парня.

— Б-Б-Белл!..

Один-единственный человек мог поверить ей, когда никто другой не стал.

Парень, стоящий рядом с остальными, Белл Кранелл.

Да,
в этом она была уверена, он словно наделён какой-то божественной
защитой, чем-то, что может даже изменить судьбу. Чем-то, что способно
одолеть её проклятие. С того дня как она пришла к бывшему особняку Паствы Аполлона в поисках любимой подушки, парень, поверивший её словам, стал для неё особенным.

Также он командир группы, и только его она могла умолять.

По лицу было понятно насколько Беллу тяжело, но он медленно произнёс:

— Простите меня, Кассандра… я не могу.

Лицо Кассандры исказило отчаянье.

— Мы обязаны догнать Лю… я хочу ей помочь, — продолжил парень.

Вместе с этими словами Кассандра увидела блеск в красных глазах и осознала, что он не отступит.

Аааа… очень плохо. Он не собирается сдаваться!..

Пусть
он и поверил в её предупреждение, его доброта не позволит ему
отвернуться от человека, за которого он беспокоится, из-за пророчества.

Впервые Кассандра осознала, насколько твёрдая воля схожа с неотвратимой судьбой.

Что бы она не делала, ей не удастся остановить эту группу.

Когда она это осознала, силы покинули её колени, и она рухнула на землю.

— Эм… Кассандра?

Лили
и остальные обеспокоенно переглянулись, а Дафна тут же поддержала
ослабшую подругу. Она собиралась спросить, в порядке ли Кассандра, но
заметила её бледность. С точки зрения Дафны, Кассандра всегда говорит и
делает странные вещи, и её нельзя назвать абсолютно здоровой девушкой,
но ещё никогда она не видела её в таком состоянии.

— …Простите. Я
собиралась помочь в поисках Ледяного Ветра… — заговорила Дафна,
продолжая поддерживать Кассандру. Было видно, что ей неудобно перед
остальными. — Но, похоже ей плохо… Не возражаете, если она немного
отдохнёт? Не хотела бы об этом просить, но хочу остаться вместе с ней в
Ривире…

В этот момент глаза Кассандры округлились:

— НЕТ!!!

— ?!

— Нет! Только не это! Что угодно, только не это!..

Подняв
лицо, Кассандра вопила снова и снова, словно лишившись рассудка. Не
только группа Белла, но и Дафна была поражена. Удивление остальных
переросло в замешательство, на Кассандру смотрели, как на сумасшедшую.

Обе
руки она прижала к голове, длинные волосы трепыхались, она дрожала всем
телом. Когда она осознала, что друзья не поняли, что она пыталась им
сказать, девушка стала похожа на безумную пророчицу.

Что бы ни случилось, я не могу с ними разойтись!..

Пусть
главной строчки её пророчества избежать не удалось, спасти их группу от
полного краха до сих пор в её силах. Только Кассандра, знающая о
пророчестве, может помочь им свернуть на верный путь.

То есть, если Кассандра не пойдёт с группой, они неизбежно станут жертвами пророчества.

Я не могу, не могу!.. Я не могу теперь их оставить!

Если
Кассандра и Дафна останутся в Ривире, они будут в безопасности. И
совсем недавно Кассандра предпочла бы собственную безопасность и
безопасность подруги этой группе авантюристов, но стало слишком поздно.
Она ходила с ними в поход и узнала, что они за люди.

Когда дело
касается денег Лили становится сварливой, но она всегда беспокоится о
своих друзьях. Вельф — довольно хладнокровный кузнец, который
присматривает не только за экипировкой остальных, но и защищает группу.
Оука, Чигуса и Микото — люди, которые добились её уважения благодаря
своему чувству долга, характерному для людей с востока. Харухиме добра и
в какой-то степени похожа на саму Кассандру. Они успели подружиться. С
Айшей ей по-прежнему неудобно общаться, но на амазонку можно положиться,
как на надёжную старшую сестру.

И ещё Белл… который стал для неё особенным во многих смыслах.

— Кассандра… с вами всё в порядке?

Кассандра
знала, что он стал сильнее и изменился, и она посмотрела на него другим
взглядом. Она чуть не расплакалась, когда поняла, что даже сейчас он о
ней беспокоится.

Она не могла оставить этих людей.

Слишком поздно…

Усталым взглядом девушка окинула Дафну и остальных. Её глаза остановились на беловолосом парне.

— …Простите, что повела себя так эгоистично… я иду с вами.

После
этих слов, группа, энтузиазм которой на время поутих, снова была готова
двинуться в бой, несмотря на тень подозрений, нависшую над ними. После
последней проверки готовности они выдвинулись из города, чтобы
встретиться с другими авантюристами, отправившимися в охоту за Ледяным
Ветром.

Присоединившись к остальным, Кассандра была преисполнена
мрачной решимости. Она должна спасти группу от худшего исхода в этом
пути к падению.

Восстание против неизбежного пророчества началось.

Она могла выступить против неизбежного краха только в одиночку.

----------

Том 13 Глава 2.3

Около трёх часов прошло с тех пор, как было принято решение собрать
группу и броситься в погоню за Ледяным Ветром. Авантюристы закончили
подготовку и собирались покинуть восемнадцатый этаж.

Примерно
половину группы составляли жители Ривиры, а оставшуюся часть составили
авантюристы, проходившие мимо. Немногие присоединились ради чувства
справедливости, большая часть группы состояла из отчаянных искателей
славы, надеявшихся сделать себе имя на поимке Ледяного Ветра, эльфийки с
огромной наградой за голову.

— Если информация правдива, у
Ледяного Ветра четвёртый уровень. И не просто четвёртый, она одна из
сильнейших! Кроличья Лапка, Антианейра, я полагаюсь на вас в этом
вопросе, раз вы одного с ней уровня. С вашей помощью мы точно найдём на
неё управу, — сказал Борс, чрезмерно уверенный в себе. Они собрались у
Центрального Дерева, у прохода, ведущего на девятнадцатый этаж.

Учитывая настроения, Паству Гестии практически заставили присоединиться к группе преследования.

— А… ага, — ответил Белл, покрываясь потом.

— Борс просто хочет скинуть работу на других, — пробормотала Лили, хмурясь.

Впрочем,
эта ситуация играла на руку их группе. Если они хотят добраться до Лю
быстрее остальных, проще всего будет получать информацию от других
преследователей.

Лювис, Дормул и остальные члены Паствы Моди и Паствы Магни останутся в Ривире. Они провели на нижних этажах гораздо больше времени, чем Паства Гестии,
и столкновение с моховым гигантом истощило их значительно сильнее, чем
Белла и его компаньонов. Это касалось как физического, так и морального
состояния. Оставить их в городе было самым логичным решением.

Естественно, Дормул и другие дварфы Паствы Магни настаивали на своём участии, заявляя: «Мелкое истощение нас с ног не свалит».

Но
поиск и поимка кого бы то ни было, тем более авантюристки вроде
Ледяного Ветра, непростая задача. Этажи после девятнадцатого своими
масштабами ни в какое сравнение не идут с верхними этажами. То, что
группы, отправленные на поиски пропавших авантюристов, обычно не находят
никаких следов, что уж говорить об останках, доказывает, насколько
непростыми могут быть поисковые миссии. А в этот раз авантюристам
предстоит искать не заблудившегося авантюриста. Ожидается, что охота
может продлиться не меньше нескольких дней. Из городских запасов было
взято немало провизии.

— Просматривайте любое место, которое
покажется вам подозрительным! Если встретите других авантюристов,
опрашивайте их! Зверолюди, вот ваш шанс доказать, что носы у вас не для
красоты!

Борс отдавал распоряжения группам, тщательно и как можно
быстрее обыскивать этажи, а после окончания поисков авантюристы должны
были выставить часовых в проходах, которые соединяли один этаж с другим.
Если они будут контролировать пути на верхние этажи, добыча рано или
поздно попадёт им в руки. После небольшой речи группа преследования
отправилась, оставив на восемнадцатом этаже то количество авантюристов,
которое могло бы остановить авантюристку четвёртого уровня.

—
После того как обыщем каждый уголок этажа выставим охрану на входах и
выходах… стандартная схема для обыска огромного Подземелья, — сказала
Айша.

Группа шла по Огромному Древесному Лабиринту на двадцать
первом этаже. Пока остальные отдыхали в большом зале, она, Лили и Оука
переговаривались и проверяли оружие и экипировку.

— Эта тактика полагается исключительно на количество бойцов. Интересно, ошибся ли Борс, когда её выбрал, — проговорила Лили.

— То есть, хочешь сказать, глава Города Негодяев просто хотел выпендриться? — спросил Оука.

Группа, возглавляемая Паствой Гестии, сидела посреди цветочного поля в центре комнаты, так монстрам было сложнее застать авантюристов врасплох.

—
Этот метод неплох, но вы правда думаете, что мы найдём Ледяной Ветер,
двигаясь такой огромной толпой людей? Обычно в поисках принято делиться
на отряды поменьше… Да и, чтобы у нас был шанс ускользнуть нужно чтобы
эта группа разделилась.

Чем больше авантюристов, тем чаще
происходят стычки с монстрами. Знакомые привыкли помогать друг другу,
но, предсказуемо, гордые авантюристы высокого класса предпочитают
сражаться независимо от остальных, не слишком полагаясь на совместную
работу. Члены группы постоянно ругаются друг с другом, а помощники, в
большинстве своём, начинают торговлю припасами и оружием за добычу и
магические камни.

Покручивая в руках свой широкий кинжал, Дафна
не сводила взгляда с пары авантюристов, затеявших драку за свежую воду
из ключа, бьющего в углу комнаты, в которой они расположились. Она
вздохнула.

— Если нам будет легче ускользнуть, поскорее бы
авантюристы разделились. Всё же… интересно, как далеко спустилась
эльфийка из таверны, — произнёс Вельф.

— Пока мы не видели ни следа Лю-сан… — ответила Микото.

— Кажется она кого-то преследует… А раз она четвёртого уровня, то могла уйти и на нижние этажи… — добавила Чигуса.

Прошло
полдня с того времени, как выступила группа преследования. Лили
проверила время на сломанных карманных часах, висящих как амулет на шее.

—
Заметка на будущее: давайте не принимать поисковые запросы. В них нет
никакой финансовой выгоды, — пробормотала она, пожав плечами.

Харухиме и Белл улыбнулись.

— …

Из
всей группы только Кассандра пребывала в задумчивости. Она отчаянно
думала, как обернуть пророчество себе на пользу, растрачивая
предназначенное для отдыха время.

Сон представлял худшее из
возможных развитие событий… Если пророчество сбудется, с этой группой
будет покончено. Чтобы этого избежать, я должна расшифровать все
строчки!..

Слова из сна пронеслись в её разуме снова, она попыталась разгадать их значение.

В
прошлом люди не прислушивались к её пророчествам, потому Кассандра
перестала бормотать о неизбежном будущем. Она отчаянно искала путь его
избежать.

«Великое бедствие»… «Источник катастрофы»… «жалобный
зов матери призовёт несчастье»… наверное бедствие, источник катастрофы и
несчастье — это синонимы…

Почти всегда, первая часть пророчества Кассандры описывала будущее. И разумеется, это будущее было чем-то неизбежным, тем, что Кассандра не могла изменить.

Наверняка
«мать» — это подземелье, как говорят в Орарио, Подземелье — это «мать
монстров». Если это правда, то фраза «крик новорождённого»… бедствие
будет монстром или ордой монстров, которых призовёт мать.

Кассандра прижала руки к груди.

Бойня
начнётся, когда отчаянье издаст свой первый крик. «Бесчисленные вопли
жертв», «путь во чреве», «лазурные потоки обагрятся кровью»… Если верить
моим прошлым снам, эти слова означают смерть… Но мы ли авантюристы,
которые гонятся за «феей, которой суждено привести всех к падению»,
умрём?

Другими словами, в пророчестве говорится о том, что
Подземелье породит одного или нескольких могучих монстров, которые
заберут множество жизней? Такая трактовка наиболее верна. Пока всё в
мыслях девушки сходилось.

Но что это будет за могучий монстр?
Что-то сильнее, чем особый моховой гигант, может появиться в Подземелье?
Что-то, что может убить всех нас, даже Айшу, авантюристку второго
ранга?

Белка обернётся цветком плоти… Во сне Кассандра видела мёртвую Лили, внутренности которой разбросаны в разные стороны.

Лиса разделится на части… Харухиме, рассечённую на множество частей, поглотило кровавое море.

Молот будет сокрушён… Вельф, потерявший руки и ноги, жестокое видение.

Чужеземные воители превратятся в игрушки.… тела Микото, Чигусы и Оуки лежат вперемешку.

Кровавая жрица озаботится сохранностью лисы, но всё равно падёт под бесчисленными когтями и клыками… Истощённую Айшу, несущую тело ренарта настигает и поглощает орда монстров.

— Гах?!

Слова и воспоминания о каждой строчке пророчества заставили сознание Кассандры помутиться, и она приложила руку ко рту.

Хоть
видения и были туманными, вид жестоко убитых товарищей наполнял девушку
нестерпимой печалью и ужасом. Она не могла прийти в себя от
воспоминаний.

И наконец…

Дафна!

Подруга вкусит горечь. Во сне Кассандры окровавленная Дафна с пустым взглядом испустила последний вздох прямо перед ней.

Кассандра
ощутила, как подступают слёзы, но отчаянно пыталась их сдержать. Этого
ещё не случилось. Нужно бороться, чтобы эта трагедия не обрушилась на
Дафну и остальных.

Успокойся, успокойся!

На отчаянье у неё нет времени. Девушка ругала саму себя.

Если сидеть и ничего не делать, Айшу и остальных убьют. Но что за монстр на такое способен? …Босс этажа?

Вернув
себе контроль над ситуацией, Кассандра снова осмотрела большой зал.
Рядом сидело немало вооружённых и закованных в броню авантюристов. Если
сосчитать, их было около семидесяти. Единственный монстр, который мог
справиться с таким количеством людей, это Монстр Рекс.

— …Эм, Лили? Как вы думаете, босс этажа, эм… насколько скоро он появится?

—
Вы про Амфисбаена? Не недооценивайте меня, сударыня Кассандра! Я ходила
в Гильдию и узнала, что мы не столкнёмся с ним во время этой
экспедиции. Его убили около двух недель назад и до его возрождения
примерно столько же!

— Х-хорошо… — сказала Кассандра, смущённо
опуская голову после обиженных слов Лили. В конце концов сражаться с
боссом этажа в первую же экспедицию они не собирались.

— Амфисбаент — это Босс нижних этажей, да? Кажется, я слышал, что он появляется на двадцать седьмом, — сказал Вельф.

— Айша-сан, вы когда-нибудь сражались против него в Пастве Иштар? — спросила Микото.

—
Конечно. Они сильнее Голиафа. Гильдия присвоила им шестые уровни,
потому что они живут в воде, но по характеристикам они ближе к пятому
уровню. Если выйдем против такой зверюги в группе с авантюристами
Ривиры, справимся без потерь, — ответила она.

Услышав этот разговор, Кассандра снова начала беспокоиться.

Выходит,
Айша уже сражалась с Монстром Рексом нижних этажей… Если она говорит
правду, то этот Монстр Рекс не сможет устроить такую резню, как в моём
сне…

После этого девушка перестала понимать, откуда будет исходить опасность. У неё начала кружиться голова.

Может монстров будет несколько? Сильная орда, или что-то вроде этого?..

Такое возможно. Однако, Кассандра не считала, что это правильная мысль.

Проведя
в раздумьях долгое время, она помотала головой. Она не могла понять
истинную природу бедствия. Заверив себя, что дальнейшие раздумья
бесполезны, она перешла к мыслям о следующей части пророчества.

Единственным предупреждением в этом сне была строчка о «воскресающем солнце» … Но что «солнце» означает?..

Порой
сны Кассандры содержали предупреждения, позволяющие избежать
пророчества. Обычно они были абстрактными, и их было очень сложно
прочесть. Потому Кассандра часто понимала их неправильно.

На
что солнце может быть аллегорией и что символизировать? Может Аполлона?
Может это как-то связано со спасением «себя», меня, когда я заберусь в
«саркофаг»? А может солнце это отсылка ко времени? Что-то случится днём?
Но в Подземелье время идёт не так, как на поверхности… Аргх! Это ни к
чему не ведёт!

Кассандра стукнула себя кулаком по голове и
погрузилась в уныние. Харухиме и Чигуса удивлённо отпрянули. Дафна,
знавшая Кассандру достаточно долго, чтобы понять в каком она настроении,
тяжело вздохнула.

«Собери осколки, освети пламя, взывай к
солнечному свету» … Это как-то связано с «солнцем», но я не знаю, как
связать эту строчку с тем, что идёт раньше и дальше…

Рука Кассандры, покоившаяся на колене, сжалась в кулак.

У
меня предчувствие, что я знаю, где нас ожидает бойня… Если мы попадём
туда в нужное время, скорее всего сможем избежать «пира бедствий» …

Кассандра
вдохнула аромат цветов Подземелья, наконец придумав, что могут значить
эти слова, и начав раздумывать, что она должна сделать.

— Эм, Кассандра?

Она не заметила, как беловолосый парень подошёл к ней, склонился и посмотрел ей в глаза.

— Ой! Ай! Белл!

Белл криво улыбнулся, когда Кассандра взвизгнула от удивления. Он мгновенье помешкал, но твёрдо заговорил:

— Эм… Если вас что-то беспокоит, можете мне сказать.

— А?

— Я знаю, мы из разных Паств,
но сейчас мы в одной группе и… В общем, если я что-то могу сделать, я
хотел бы помочь. Совсем необязательно я, конечно, можете попросить Дафну
или Харухиме…

Он протянул девушке бутылку холодной воды.
Кажется, он приструнил дерущихся авантюристов, чтобы набрать свежей воды
из источника. Он заметил, что Кассандра погружена в раздумья, и хотел
как-то помочь.

Скорее всего он понял, что ей нехорошо ещё с того пророческого сна до того, как они покинули Ривиру.

Кассандра несколько раз удивлённо моргнула и покраснела.

Он и правда… изменился…

Совсем недавно он всё время краснел и лишался дара речи, когда говорил с девушками. Как и сама Кассандра.

В
этой экспедиции Микото научила её поговорке с Дальнего Востока,
поставив в пример Белла: «Если три дня не видел человека, присмотрись
при встрече внимательней». В его случае это было правдой, навыки парня
росли день ото дня. Он становился настоящим командиром группы.

Разумеется,
он ещё не стал тем человеком, которого Кассандра назвала бы
«величественным», но, когда он замечал, что он что-то может сделать, он
пытался помочь. Так было и с моховым гигантом, когда девушка растерялась
и не была уверена, что знает, как избавиться от паразитических лоз.
Белл подошёл к Кассандре и взял её за руку, подбодрив её.

Казалось, словно она снова ощутила теплоту его ладони.

Когда в её голове скользнула мысль о том, что ко всему прочему он её младше, Кассандре захотелось разрыдаться.

— Спасибо… — тихонько сказала она, принимая бутылку и шумно отпивая воды.

Он почесал щёку и снова криво улыбнулся.

Кассандра не знала, что заставило его так сильно измениться. Но она чувствовала, что может утонуть в его доброте.

— Эм, ммм…

Она открыла рот, чтобы что-то сказать, всё ещё не зная, что именно, но тут у входа в комнату поднялся крик.

— Борс! Тут стадо мамонтовых тварей! — крикнул авантюрист.

Размер
этих созданий варьировался от шести до семи метров, что поражало даже
на расстоянии. Их изящные изогнутые бивни были длинными, словно копья, а
шкуры багровыми, как кровь.

Мамонтовые шуты — это редкий для
Огромного Древесного Лабиринта вид монстров, опасность которого
заключается исключительно в мощи. Остальные создания обладают особыми
свойствами, вроде изменяющих состояние атак или твёрдых панцирей. Также
Мамонты — самый крупный вид обычных монстров средних этажей.

— Кучка здоровяков? Эй вы, к бою! Кроличья Лапка, ты с нами!

Названный
по прозвищу вооружённым секирой Борсом Белл подскочил, как испуганный
кролик. К тому времени, как Кассандра успела вздохнуть, он уже был
далеко, возглавив сражение со стадом монстров.

— …

Айша и
Оука присоединились к битве с четырьмя мамонтовыми шутами, которые для
группы практически не представляли опасности. Чигуса поспешила им в
поддержку. Кассандра грустно следила за сражавшимся Беллом.

Полученным
от Борса двуручным мечом парень подрезал ноги монстра, заставив его
упасть на землю с оглушительным грохотом. После приземления он запустил в
другого монстра огненным снарядом. Для Кассандры он выглядел, как герой
какой-нибудь сказки.

Только его смерть не была отмечена в моём сне…

Фея, которой суждено привести всех к падению, подчинит ревущее белое пламя и запустит шестерни безжалостной судьбы.

«Ревущее белое пламя», кажется, единственные слова, которые относятся к Беллу.

Кассандра
была уверена, что «фея» — это Лю. Получается, эти двое должны были
неизбежно столкнуться. Жутким в этом части было то, что она подчинит пламя. Это пророчество иного смысла чем то, что ожидает Айшу и остальных.

Ей
пришло видение небольшой феи, хлопающей крыльями, окружённой ревущим
белым пламенем. Видение кончилось до того, как всё охватила жуткая
темнота.

Если кто-то и может бороться с этим жутким пророчеством, разве это не он?

Кассандра
прикусила губу. Микото, Дафна и Вельф остались защищать помощников и
осматривались в поисках новых монстров. Чтобы противостоять пророчеству,
Кассандра первым делом приблизилась к Вельфу.

— Эм, мистер Кроццо.

Молодой кузнец следил за боем и готовился к нему присоединиться.

—
Может ты не будешь звать меня по фамилии, а? Меня Вельф зовут, — сказал
он, явно разочарованный тем, что ему не дали вступить в бой.

Вместе
с тем он удивился, когда Кассандра к нему обратилась. Покраснев, она
извинилась и собралась с мыслями. Она хотела попросить высшего кузнеца,
постоянно совершенствовавшего свои навыки, об услуге.

Когда она произнесла свой вопрос, он ответил прямо, как подобает настоящему ремесленнику:

— …Я могу, но почему ты так неожиданно об этом просишь?

— Мммм…

—
Скажу честно, не слишком-то мне хочется. Мы договорились, что он будет
пользоваться только экипировкой, которую я сделаю своими руками.

Естественно, скромная Кассандра уже собиралась отступить, но вместо этого прикусила губу снова.

— Он… Белл ради других людей бывает безрассуден… Такой он человек. Я хочу ему помочь… — сказала она, глядя кузнецу в глаза.

Она
не стала упоминать пророчество. Она знала, что Вельф ей не поверит,
если она об этом скажет. Но её искренние чувства он может принять во
внимание.

Как и Белл, Кассандра менялась и росла. Вельф молча её
выслушал, увидел непоколебимый блеск в огромных глазах. На мгновенье он
притих, а потом уголки его губ поднялись:

— Ладно. Сделаю.

— П-правда?

—
Ага. Не слушай ворчание горделивого кузнеца. Как и с магическими
клинками… я решил ставить друзей превыше гордости, — сказал он,
улыбаясь.

Почему-то Кассандре показалось, что эта улыбка была
результатом долгой внутренней борьбы. Она так сильно завидовала Вельфу,
что лишилась дара речи, вместе с тем сочувствуя той битве, которая
прошла в его голове.

— Вдобавок, я и сам думаю, что тут что-то
нечисто. И согласен, что Белл скорее всего бросится куда-нибудь, сломя
голову. Не удивлюсь, если он будет готов сразиться с каждым авантюристом
в этой комнате, чтобы защитить эльфийку… В конце концов мой сообщник
уже подобное проворачивал.

Подумав, Вельф вспомнил о случае с
Ксеносами, его лицо стало серьёзным, но, чтобы скрыть такие мысли, Вельф
в итоге отшутился. Кассандра энергично закивала головой:

— С-спасибо вам огромное!

Впервые
Кассандра ощутила, что её действия могут повлиять на будущее. Впрочем,
это не изменит исхода её сна, но всё равно, девушка ощущала радость.

—
Лил, подай мне переносной горн, который я взял. И дай мне свою робу,
пока тебе ничего не грозит. Наверное, она слишком длинная, поэтому по
полу волочится.

— Но, сударь Вельф, вы лично снимали мерки!

Вельф
взял у вспылившей в очередной раз Лили инструменты. Поставив перед
собой горн, он начал сооружать небольшую мастерскую прямо посреди
Подземелья.

— Девчат, помогите мне. Монстров стало побольше,
похоже Белл и остальные ещё нескоро освободятся. Хочу справиться до
того, как они закончат.

— Да, сэр!

Микото, Харухиме и
Дафна бросились на помощь кузнецу. Остальные авантюристы, оставшиеся
прикрывать товарищей с тыла, вытягивали шеи, наблюдая за работой.

Слушая звуки сражения авантюристов и монстров на фоне, Кассандра осознала, что её переполняет волнение.

----------

Том 13 Глава 2.4

— Ааааааа…

Гестия издала расслабленный вздох, уложив свою огромную грудь на стол.

Она в Поместье Домашнего Очага, доме Паствы Гестии, расслабляется в гостиной.

— А ты сегодня довольно вялая. У тебя выходной? — спросил Миах. Он принёс с собой несколько свёртков.

—
Да. Каким-то чудом совпали выходные в лавке Гефест и на стенде
хрустящей картошки. Но я ненавижу выходные, когда Белла и остальных
рядом нет! — ответила Гестия.

После отправки объединённой группы из нескольких Паств, в которой вся Паства Гестии
приняла участие, Поместье Домашнего Очага осталось без защиты. Чтобы
это компенсировать несколько божеств, близких с Гестией, отправляли
авантюристов своих Паств для охраны. Сегодня настала очередь Паствы Миаха. Миах пришёл лично, и, когда они с Гестией разговаривали, дверь распахнулась, и в гостиную вошла Нажа.

— Всевышняя Гестия, я решила немного прибраться…

— Ого, правда приберёшься? Большое спасибо!

— Мне не сложно… к тому же, вы приготовили ужин и позволили пользоваться ванной.

— С твоей стороны очень мило выразить благодарность таким образом, — ответила Гестия.

Нажа
улыбнулась, её глаза как обычно были полуприкрыты, отчего она казалась
сонной, на первый взгляд. Хвост мотался из стороны в сторону, словно
намекая на то, что она очень ждёт вечера.

— Кстати, Гестия, что там за стук в заднем дворе? — спросил Миах.

—
А, насчёт этого… Гефест отправила одного из молодых кузнецов
охранником, а он оказался странным. Он сказал, что хочет осмотреть
мастерскую Вельфа, они же в одной Пастве раньше были… и когда я дала разрешение, а он без спроса начал там хозяйничать и принялся что-то ковать…

—
В таком случае я хотела бы занять комнату Лилируки… Наверняка у неё
какие-нибудь необычные средства и предметы припрятаны… Вы же не против? —
спросила Нажа.

— Ни за что! Она же на меня разозлится!

Миах криво улыбнулся, понимая, что несмотря на то, что хоть Гестия и является богиней Паствы, она занимает довольно низкое место в иерархии.

— Переживаешь от того, что Белла и остальных нет рядом?

—
Конечно переживаю. Но всё равно готова поприветствовать их от всего
сердца, когда они вернутся, как будто радовалась этой экспедиции, —
ответила Гестия и задала Миаху встречный вопрос: — А что насчёт тебя?
Дафна и Кассандра тоже ушли в экспедицию.

— Разумеется, я не перестаю нервничать, и мне немного одиноко… Но до недавнего времени Паства состояла
из меня с Нажей. Странно признаваться себе в том, что всё словно пришло
в норму, и я отношусь к этому времени, как к перерыву на тишину и
спокойствие.

— …

— Мы давно друг друга знаем. Поэтому мне
спокойнее всего, когда рядом только Нажа, — довольно сказал Миах с
приятной улыбкой на лице.

Громкий стук раздался от того шкафа,
который протирала Нажа, стоя спиной к разговаривавшим божествам. Её
хвост бешено мотался из стороны в сторону.

Гестия не знала
предыстории, которая кроется за довольными словами Миаха, но почему-то в
груди богини стало жарко, и она решила сменить тему.

— Кстати, Миах… хочу спросить насчёт Кассандры, — сказала она, переходя на серьёзный тон. — Ещё когда мы изучали Паству Аполлона, я призадумалась, потому что…

— Да… Она может видеть. То, что даже нам, божествам, не дано.

Нажа повернулась к богам, кивнувшим друг другу и озадаченно наклонила голову.

— Не знаю, о чём думал Аполлон, когда брал её в свою Паству… но, судя по всему, она таит в себе одну из загадок смертного царства.

—
Тайны, которые неизвестны даже нам… Я понимаю, почему божества так
обрадовались, когда впервые спустились сюда с небес, — сказала Гестия,
отклоняясь на спинку стула. На мгновенье она уставилась в потолок,
словно задумавшись о природе смертной части мира.

— Я не так много с ней общалась. Какая она? — спросила богиня, словно этот вопрос впервые начал её беспокоить.

—
Кассандра очень странная… — заговорила Нажа, забирая с полки чайник.
Продолжая рассуждать, она заварила для всех чёрного чая. — Поначалу она
была, как Белл… нет, даже более робкой и нервозной, чем он… Кажется, в
последнее время она начала к нам привыкать… но не перестала
рассматривать вещи с какой-то философской точки зрения…

— Философской? — спросила Гестия.

— Не могу это объяснить… как будто она считает, что всё происходящее предрешено…

— А, фаталистка…

—
Она часто говорит вещи, которые нельзя принять за правду, а иногда я
совсем её не понимаю… Например, когда разбилась моя любимая чашка,
почему-то она расстроилась больше остальных.

Пока разговаривали Нажа и Гестия, Миах отмалчивался.

— Вот что я имею в виду под странной. Она как будто живёт в каком-то другом мире… — сказала Нажа.

— …

—
А когда Дафна ведёт себя как Дафна, и говорит, что Кассандра несёт
чушь, Кассандра ещё больше теряет в себе уверенность и становится ещё
боязливее…

Нажа вдохнула поднимающийся от горячего чайника пар и с улыбкой продолжила:

—
Но они мне нравятся. Боги часто зовут их «странной парочкой». А ещё
Кассандра всегда о чём-то беспокоится, всегда ходит мрачная…

— Я заметила, что её как будто что-то постоянно тяготит… а ты как думаешь, Нажа?

— Она становится заметно веселее, когда видит Белла…

—
Ч-ч-ччто?! Не может быть! Ты же не хочешь сказать, что эта девка
вздумала его охмурить?! — в ответ на замечание Нажи, Гестия вскочила с
кресла, повинуясь своим женским инстинктам.

— Нет, не думаю, что
она что-то подобное замышляет, — сказала девушка-чинтроп, налив три
чашки чая и поставив их на стол. — Меня удивляет, что она до сих пор не
бросила походы в Подземелье.

— Как бы она не выглядела для
остальных, она сильна духом. Иногда, когда я вижу её улыбку, мне
кажется, что её наполняет свет, и я не могу оторвать от неё глаз, —
наконец прервал молчание Миах.

— …

— Ай, Нажа! Зачем ты меня ущипнула? Это больно!..

— Не думаю, что вам стоит упоминать, что вы «не можете от кого-то оторвать взгляд»!

Когда между членами Паствы Миаха завязалась комичная перепалка, Гестия потеряла к разговору всякий интерес и закинула хрустящую картошку в рот.

— …А, кто-то у дверей?

Звук дверного колокольчика разнёсся по поместью.

— Я посмотрю, — сказала Нажа, поднимаясь.

Некоторое время спустя она вернулась, держа в руках письмо.

— Кажется оно от Лилируки… Она передала, что их попросили что-то сделать на восемнадцатом этаже…

— Письмо от помощницы? Сложно поверить, что эта мелкая скряга раскошелилась на отправку послания…

Обычно,
если авантюристов просят принять какое-то задание, когда они уже в
Подземелье, вместе с этим также обещают компенсацию, не уступающую
стандартной плате. То есть, авантюристы соглашаются принять
дополнительные цели, только если им это выгодно. Особенно это относится к
авантюристам высоких уровней, дошедших до безопасной зоны. Гестия
пыталась пошутить, но тот факт, что Лили, очень скупая девушка, решила
потратиться на письмо, да ещё и защищённое печатью и доставленное гонцом
с восемнадцатого этажа плохой признак.

— …В погоню за эльфийкой
из таверны отправился карательный отряд?! И чтобы что-то с этим сделать,
они присоединились к охотникам?!

— Гестия, что произошло? — спросил Миах.

— Я-я-я не знаю…

Гестия
была поражена, прочитав в письме то, чего не ожидала. Письмо было
написано неявными словами, чтобы человек, не состоящий в Пастве Гестии, не мог понять всего происходящего. Лишь встреча с особым монстром и решение прервать экспедицию походило на точный доклад.

Гестия перечитала письмо дважды или трижды, а после озадаченно передала его Миаху.

— Что творится в Подземелье?..

Увидев
последнюю строчку, в которой Лили просила отправить дополнительных
людей в Подземелье, на случай, если что-то случится, и Лю будет поймана,
чтобы её освободить.

----------

Том 13 Глава 2.5

Несмотря на атаку Мамонтовых шутов во время отдыха, отправленный за Ледяным Ветром отряд продвигался без особых задержек.

Как
и распорядился Борс, авантюристы обыскивали каждый этаж и выставляли
стражей в местах, где этажи соединяются. Вскоре они оказались на
двадцать четвёртом этаже.

Прошёл день, даже самые мотивированные авантюристы к этому времени начали задумываться об отдыхе.

— Эй, хватит отлынивать! Идём быстрее! Ледяной Ветер может ещё кого-нибудь убить!

— Успокойся ты, Тёрк. Глупо нестись вперёд, пропуская следы. Ну и возразить мне нечем, я правда замедлился…

Неподалёку Кассандра слышала споры авантюристов. Она повернулась к Лили.

— Эм… Лили… могу я попросить вас дать мне карту?

— Что, снова?

— Да, на этот раз я хотела бы осмотреть другой этаж… Простите.

Лили подозрительно нахмурилась, но всё равно достала карту очередного этажа из рюкзака.

Кассандра, уже державшая в руках другую карту, взяла у Лили новую.

— Что Кассандра-сан задумала?..

— Да, о чём она беспокоится? Она просматривает карты Подземелья одну за другой…

Харухиме
и Чигуса перешёптывались, пока Кассандра, отставив свой посох целителя,
смотрела на развёрнутый кусок бумаги. Кассандра этого не замечала, она
погрузилась в изучение карты. Капелька пота побежала по напряжённому
лицу.

— Осторожней, Кассандра. Мы вообще-то по Подземелью идём, — сказала Дафна, присматривавшая за дорогой для них обеих.

Кассандра
попыталась отговорить Борса и его спутников идти дальше, но, ожидаемо,
не смогла. Однако девушка была настроена решительно, она хотела
предотвратить обещанное пророчеством бедствие. И, чтобы это сделать, она
пыталась получить о каждом этаже как можно больше информации.

Изучая карту так пристально, что, казалось, в карте должна появиться дыра, девушка отчаянно пыталась придумать, что ей сделать.

— Я знала, что это займёт немало времени, но поиски затягиваются очень сильно, не так ли?..

—
Мы почти закончили обыск серединных этажей. Если сударыня Лю в Огромном
Древесном Лабиринте, вскоре мы должны наткнуться на след…

Кассандра услышала разговор Микото и Лили и в сердцах покачала головой.

Нет… что-то не так.

Ледяной Ветер не в этой части Подземелья.

«Феи»,
ведущей преследователей к краху, здесь нет. Предвестница трагедии
знала, что катастрофа развернётся не в Огромном Древесном Лабиринте.

Жуткое пророчество сказало ей об этом.

Лазурный поток обагрится кровью, и жуткая орда восстанет.

Глубины ада будут переполнены трупами, вернувшимися к матери.

Три из семнадцати пророчеств указывают на местность, по пятому и шестому можно определить, где пророчеству суждено сбыться!..

Лазурный поток.

Глубины ада.

По контексту можно определить, что происходит, и только одно место подходит под оба этих описания.

Точно! То есть…

— А? Что-то взорвалось?!

— Волны исходят снизу… с нижних этажей?!

…Это место может быть только Водной Столицей.

Содрогающаяся земля и треск заставил авантюристов напрячься.

Карты нижних этажей, которые изучала Кассандра начали дрожать в её руках.

Она поняла, что «время» пришло.

Прозвучал свисток, теперь пророчество должно начать сбываться.

Её губы задрожали.

— Прибавим ходу!

По
команде Борса авантюристы бросились бежать. Авантюристы оскалили пасти в
предвкушении, а членами группы Белла овладело напряжение, когда они
услышали взрывы. Кассандру, бежавшую одной из последних, охватывало
волнение, подобного которому она ещё никогда не испытывала. Она отчаянно
пыталась успокоить громко стучащее сердце.

Они вбежали в проход,
соединяющий двадцать четвёртый этаж с двадцать пятым, звуки множества
шагов отражались от кристальных стен. Достигнув конца длинного коридора,
авантюристы оказались в наполненной синеватым светом пещере.

Перед их взглядами оказалась сверкающая синевато-изумрудная вода Великих Водопадов, с рёвом бьющаяся о пол кристальной пещеры.

Во второй раз Белл и его группа были захвачены манящими видами Нового Мира.

— Ого… ещё взрыв!

— Ледяной Ветер сбрендила окончательно?

— Волны доходят сюда откуда-то снизу… Может источник на двадцать седьмом этаже?

Водная
Столица начинается на двадцать пятом этаже и продолжается до двадцать
седьмого, Великие Водопады соединяют все три этажа. Каждый из этажей
состоит из вертикальной пещеры, из которой бьёт водопад, и огромного
водоёма, не уступающего размерами озеру. Далеко внизу, за несколькими
обрывами можно было увидеть конечную точку двадцать седьмого этажа.
Окружённый авантюристами Борс посмотрел вниз правым глазом, неприкрытым
повязкой.

Серый дым столпом поднимался среди кристальных стен,
очередной взрыв сорвал с потолка пещеры сталактит, который воткнулся в
озеро и раскололся, будто айсберг. Осколки, падая в воду, подняли
брызги, смешавшиеся с туманом, поднимаемым водопадами.

— В этих
взрывах явно не монстры виновны! Десять к одному, что это работа
авантюриста, а точнее, Ледяного Ветра! Лучшие из нас пойдут на двадцать
седьмой этаж! Остальные оставайтесь защищать проход!

— ДААААААА!

В
ответ на слова Борса авантюристы подняли в воздух оружие. Сонливость
сняло как рукой, наёмники выкрикивали боевые кличи, поскольку охота на
авантюристку должна была вот-вот начаться.

В то же время, группа Белла собралась в стороне в кружок и начала обсуждать стратегию.

— Сейчас всё и должно решиться. Мы должны найти Лю прежде, чем это сделают остальные авантюристы, — сказала Лили.

— Точно. А ещё нам нужно узнать от них, что случилось, — добавил Белл.

— Определённо… Но, что это за взрывы? Кажется, они мощные. Думаете эльфийка заклинания свои использует? — спросил Вельф.

Кассандра
игнорировала разговор, нервозно вглядываясь в проход на двадцать
четвёртый этаж и помотала головой. Часть её всё ещё хотела просто
повернуть назад и сбежать.

За свои короткие восемнадцать лет она
испытала достаточно боли, чтобы знать, что её скромные усилия могут
никак не изменить пророчество, увиденное ей во сне.

А теперь его исполнение началось.

С
этого момента, чтобы избежать печального исхода, она должна действовать
безошибочно. Так она себе сказала, пытаясь набраться храбрости и
сдержать очередной приступ тошноты.

— Так, переходим к делу… Лили
чувствует, что на двадцать седьмом этаже что-то происходит. Нам нужно
присоединиться к этой особой группе и встретиться с Лю…

— Стойте!

Кассандра оборвала девушку полурослика, не дав ей договорить.

— Мне кажется нам не нужно сейчас идти на двадцать седьмой этаж... Будет непросто добраться туда такой большой группой…

Многого в своём пророческом сне она понять не могла, но по крайней мере, получила указание места.

Глубины ада будут переполнены трупами, вернувшимися к матери.

Кассандра
догадалась, что под «глубинами ада» подразумевается конечная точка
Великих Водопадов, двадцать седьмой этаж, самый нижний у Водной Столицы.
То есть, там должна случиться катастрофа.

Если они будут
держаться от двадцать седьмого этажа как можно дальше, Лили и остальные
избегут предсказанной смерти. Кассандре, не раз сталкивавшейся со
значением предыдущих пророческих снов это, было отчётливо ясно. Когда
девушка не знала, что ещё ей добавить, чтобы всех убедить, заговорила
Дафна:

— Соглашусь с Кассандрой. Хоть мы и сражались на этом
этаже, мы были здесь всего раз. Вам не кажется, что забег по неизвестной
местности — не самая лучшая идея?

— Д-Д-Дафна…

— Даже
если мы будем полагаться на защиту Кроличьей Лапки и Антианейры,
сомневаюсь, что у нас получится добраться до эльфийки быстрее, чем у
других авантюристов.

Аргументы Дафны не были связаны с беспокойством Кассандры об исполнении пророчества. Однако, она была одним из командиров Паствы Аполлона и не собиралась скрывать своих сомнений в рискованности перехода через нижние этажи.

— К тому же, лично мне не хочется рисковать жизнью ради эльфийки, которую я едва знаю, — шутливо заключила она.

—
Вот как. Вы правы в том, что скорость похода связана с размером группы,
а нам нужно двигаться как можно быстрее. Значит, на двадцать седьмой
этаж пойдут не все, — Лили приняла в расчёт слова своей наставницы.

Кассандра ощутила облегчение. Она была уверена, что худшего удалось избежать. Девушка расслабила плечи и вздохнула.

— Получается, отправятся только сударь Белл и сударыня Айша?

В этот момент плечи Кассандры напряглись снова.

— Ааааа, эмммм?!

Она
снова прервала Лили, подняв правую руку. Айша, чья смерть была частью
пророчества, также не должна попасть на двадцать седьмой этаж. Нужно
было это остановить!

Лили явно разозлилась из-за того, что её
снова прервали, а Айша с подозрением глянула на Кассандру. Та не
придумала аргументов заранее и молча шевелила губами, пока наконец не
выдавила из себя слова:

— А-а-айше тоже следует остаться на двадцать пятом этаже, вместе со всеми…

— Почему?

—
Ну… тогда, когда Харухиме лишилась возможности ходить после
использования заклинания, и я несла её до восемнадцатого этажа… она была
очень-очень тяжёлой!..

— А?!

Это ложь.

Харухиме показалась девушке очень лёгкой.

Казалось,
Роба Голиафа весила больше, чем Харухиме. В отличие от большой груди,
талия девушки-ренарта была такой тонкой, что сама Кассандра даже
задумалась о том, что ей стоит потерять в весе. Кассандра покраснела,
когда услышала, как взвизгнула от ложных обвинений Харухиме.

—
Если нам придётся бежать и её нужно будет нести, я, эм, думаю, что мы с
Лили не сможем сделать это сами… К-к-конечно остальным придётся нас
защищать, но как нам быть без Айши, раз Харухиме такая тяжёлая?..

Кассандра ещё несколько раз повторила слово тяжёлая, а Дафна одарила её грустным взглядом, словно пытаясь сказать: «Ты что-то против неё имеешь, что ли?»

Глаза
Харухиме, о которой говорили словно о поклаже, наполнились слезами. Она
бросала взгляды на Белла, который, очевидно, не знал, как на это
реагировать, едва не потеряв сознание от смущения.

— …Ну, она действительно сильно выросла с тех пор, как я знал её на Дальнем Востоке. Особенно в груди, — пробормотал Оука.

— Правда? — в голосе Вельфа послышалось чуть больше интереса, чем следовало.

—
Оука!!! И вы, Вельф, тоже! — прикрикнула на них Чигуса, поднявшийся в
группе хаос начал нарастать. Микото, стоявшая рядом Харухиме, тоже не
знала, что делать и начала массировать плечи подруги.

Всхлипы ренарта не были слышны из-за рёва Великих Водопадов.

—
Какая к чёрту разница, тяжёлая глупая лисица или лёгкая. Ей надо просто
остаться рядом с проходом. Вокруг куча авантюристов, а если вам будет
что-то угрожать, она всегда может использовать своё заклинание, —
сказала Айша.

— Эм…

— Вы, детишки, слишком много внимания
требуете. По правде говоря, если не научитесь обходиться без меня, я не
знаю, как вам быть дальше. Паствы Гестии это тоже касается.

Кассандра
не знала, что ответить на прямолинейный выпад Айши. Вместе с тем, ей
было стыдно от того, что, увидев отношение амазонки к своей «младшей
сестре», она попыталась так бесстыдно его использовать ради своих целей.

Но всё же ей нужно было что-то придумать, чтобы не пустить Айшу на двадцать седьмой этаж. Волнение нарастало.

— …Эм, Айша.

Белл посмотрел амазонке в глаза и заговорил:

— Не могли бы вы сделать, как просит Кассандра, и остаться на двадцать пятом этаже?

— А?.. — у Кассандры перехватило дыхание. Она удивлённо перевела взгляд на парня.

— Ты о чём, малыш? Тоже хочешь попросить меня присмотреть за глупой лисичкой?

— Я бы соврал, если бы в этом тоже не было доли правды… но мне бы хотелось, чтобы вы кое к кому присмотрелись.

— Присмотрелась к кому-то? — с сомнением в голосе откликнулась Айша.

Белл наклонился ближе к центру группы и указал на определённого авантюриста.

—
Тот вервольф, который настаивал на виновности Лю… Ледяного Ветра…
который доложил об убийстве. Он подбивал остальных снова и снова,
пытался заманить в эту группу как можно больше людей.

— …Если подумать, он и правда торопил всех с поисками по пути сюда. Это выглядит не слишком естественно, — сказала Лили.

— Точно. Я думаю, что он… соврал.

Лили и остальные глянули на охотничий отряд авантюристов, в котором вервольф шумно подбивал остальных идти и жал руки.

Белл следил за ним несколько секунд, а потом перевёл взгляд на Айшу.

— Если Лю невиновна, он точно что-то задумал.

— …

— И, если он совершит что-нибудь подозрительное мне бы хотелось, чтобы вы его остановили… Или я слишком много навоображал?

Несмотря на то, что Белл поделился своими мыслями, последняя часть фразы была произнесена неуверенным тоном.

Вместо ответа на вопрос парня, Айша издала протяжный вздох.

— Ты можешь оказаться прав. На всякий случай мы с тобой разделимся, — сказала она.

— Спасибо вам, Айша. Я на вас полагаюсь.

—
Но, если я права в своих догадках… один ты с той эльфийкой не
справишься, — сказала Айша, одаривая Белла серьёзным взглядом. Казалось,
она знает то, чего не знают другие.

Белл на мгновенье замешкался, но уже через секунду в нём не осталось ничего, кроме решимости.

— Я верю в Лю.

— …Ну как знаешь, — Айша вздохнула, нахмурилась и приняла предложение остаться на двадцать пятом этаже.

Кассандра
удивлённо посмотрела на Белла, поблагодарившего амазонку. На мгновенье
парень встретился с Кассандрой взглядом и едва заметно улыбнулся.

Ага…

Она
поняла, что Белл заметил её отчаянную попытку удержать Айшу на этом
этаже и протянул руку помощи. Разумеется, у него на то были и свои
причины… но всё же он уважал её попытку пойти против всех, когда никто в
неё не верил.

Кассандра снова ощутила необъяснимое горячее чувство в груди.

— А ничего, что мы отпустим Белла Кранелла одного? — спросил Оука, явно озадаченный.

—
Это рискованно, однако в одиночку сударь Белл сможет двигаться гораздо
свободнее, и для него это будет не так рискованно. Думаю, будет лучше,
если он пойдёт один и свяжется с сударыней Лю, — ответила Лили.

После
этого она указала, что остальным членам группы будет непросто
перемещаться по этому этажу, в то время как Белл справится на нижних
этажах и в одиночку.

— Как бы там ни было, Вельф совсем недавно
закончил для него ещё одну часть защитной экипировки, — сказала она,
бросив на кузнеца взгляд.

— Возьми, Белл.

— Вельф… Что это?

— Шарф Голиафа. Я сделал его из кусочка робы Лил.

Белл
уставился на чёрный кусок ткани, который Вельф держал в руках. Это была
часть Робы Голиафа, защитной экипировки по прочности сравнимой с
железной стеной. Несмотря на то, что им невозможно прикрыть всё тело,
как робой, защитная экипировка из кожи гиганта прочнее и крепче, чем
любой материал из доступных.

— Я его подготовил, пока вы
сражались на двадцать первом этаже. Поверь, было непросто! Нужных
инструментов не было, пришлось магическим мечом резать.

— Эм, Вельф… ты правда не против? — спросил Белл, посмотрев другу в глаза.

Насколько
Белл знал, кузнец не хотел позволять авантюристу, на которого работает,
использовать неподготовленную добычу прямо с монстра. Но, несмотря на
гордость мастера, Вельф кивнул.

— Ага. Честно говоря, я бы
предпочёл, чтобы ты обошёлся бронёй, которую я сделал… но, если с тобой
что-то случится, я себя не прощу. В конце концов, не могу же я ставить
гордость выше нашей дружбы, так?

Он улыбнулся и протянул Беллу Шарф Голиафа.

— И прости, выглядит он не очень.

—
Это мелочь. А вот шею эта штука мне серьёзно натрёт! — пошутил Белл,
повязывая шарф вокруг шеи. Ценой невероятной защитной силы этого
предмета был его огромный вес.

Смеясь и отшучиваясь вместе с Беллом, Вельф вдруг вспомнил что-то и наклонившись прошептал парню на ухо:

— На самом деле наша провидица помогала его делать. И она же предложила.

— Правда?

Белл
замер, когда услышал упоминание прозвища Кассандры, и посмотрел в её
сторону. Щёки девушки загорелись, и она опустила взгляд.

— Эм… спасибо вам, Кассандра.

— …

Кассандра
подняла взгляд, когда к ней подошёл Белл. Она была рада благодарности и
рада была увидеть мальчишескую улыбку на его лице.

Неожиданно, её посетила мысль.

Хоть
в пророчестве и не говорилось о смерти Белла напрямую, разве можно
отпускать его одного? Если она позволит ему уйти, что-то плохое
непременно с ним случится. Она это понимала.

Но она и без того далеко зашла. Разве может она просить большего?

…Нет, это невозможно. Мне его не остановить.

Посмотрев
Беллу в глаза, она отпустила призрачную надежду, которая на мгновенье
мелькнула в её разуме. Сколько бы она не умоляла, она знала, что парня
ей не остановить. В конце концов разве не она в тот же день осознала,
как близка твёрдая воля к неотвратимой судьбе?

Раз он верит в мои сны, может он?..

Она
много раз задумывалась, не стоит ли ей рассказать Беллу правду о
пророчестве, раз только он готов ей верить, но каждый раз её что-то
сдерживало.

Раз он верит во то, что она говорит, что он сделает,
когда осознает, какая жестокая судьба ожидает Лю? Она знала ответ на
этот вопрос, даже не задумавшись об этом. Он полетит к ней, даже если
будет знать, что идёт навстречу собственной смерти.

Потому она решила, что лучше парню не знать о её сне.

Она и сама не могла понять всей сути пророчества. Она не хотела затуманивать его мысли, поделившись с ним неочевидным сном.

— …Белл.

Кассандра считала свои пророческие сны проклятьем.

Никто ей не верил.

Никто не воспринимал всерьёз.

Она не знала, осознают ли божества, что грядёт.

Но один человек… он… верил в неё. Доверие Белла её спасло.

Она не хотела его отпускать. Она не хотела его оставлять. Она не хотела его потерять.

Если бы это удержало его рядом, она бы даже стала его любовницей. Разделила с ним жизнь.

Но
эту эмоцию породил расчёт. Она хотела быть спасённой, это не было
искренним желанием быть с ним. Пусть сейчас вызвал в ней привязанность,
это чувство Кассандра испытывала не к нему, а к образу, человека,
который верит в её сны. По крайней мере, так она рассудила.

Потому она не была для него подходящей женщиной.

Но она хотела, чтобы он выжил… по меньшей мере. Это достойное желание, разве нет?

—
Вернитесь пожалуйста живым, — тихо сказала она. Её голос переполняли
эмоции, и, если бы другие её услышали, наверняка подумали бы, что она
слишком драматизирует.

— Когда мы вернёмся вместе на поверхность… я очень о многом хотела бы… вам сказать, — добавила она.

Теперь ей остаётся только предоставить действовать ему.

Белому свету, чей конец она не увидела в своём сне.

Провидица смотрела ему в глаза со слезами, Белл широко улыбнулся, и эта улыбка будто отогнала катастрофу.

— Я обязательно вернусь. Обещаю.

----------

Истинные цели Ледяного Ветра

«Пламя ярости» — только этими словами можно описать импульс, который сжигал её сознание.

Чувство, которое охватило её, когда она увидела его спину.

Стоило ей увидеть его профиль.

Стоило увидеть его глаза.

Эмоция, вырвавшаяся из глубин её сердца.

Он жив!

Он жив!

Он жив!

Это он, точно он!

Разве мог кто-то потушить пламя ярости, которое загорелось в её сердце, когда она осознала?

Рука, сжимавшая деревянный меч, затряслась, оружие издало яростный клич.

Полыхнула искра. Она сбросила маску правосудия и превратилась в зверя, несущегося за вопящими от ужаса мужчинами.

Она не знала сколько раз мелькнула сталь.

Она не помнила сколько пролилось крови.

Всего за мгновение она оказалась охвачена праведным гневом.

Впрочем,
праведный гнев был всего лишь прикрытием. Ей просто хотелось оправдать
безумную ярость, которую она к ним испытала. Она успела потерять себя
настоящую.

Но она понимала, что ведёт её дальше. Пламя ярости. Чернейшие из эмоций.

Не переставая, она твердила себе, что это «ради исполнения миссии».

В этот раз. В этот раз наверняка.

Клинок жаждал крови, сердце пылало.

Воспоминания о прошлом требовали покончить с ним раз и навсегда.

Она неслась по Подземелью со скоростью ветра, и в этот момент мысль мелькнула в её голове.

Кажется, первая подруга просила её не быть такой вспыльчивой.

Вторая подруга простила её, несмотря на совершённые ошибки.

А третий друг, парень… что бы подумал он, увидев её сейчас?

Единственная ниточка сомнений тянулась в беспрерывной огненной буре, царившей в разуме девушки.

Было и что-то ещё.

Она предпочитала этого не замечать, но рука, та самая которой она жала им руки содрогалась, словно оплакивая кого-то.

----------

Том 13 Глава 3.2

Только самые умелые из авантюристов отряда преследования и те, кто
уже путешествовал по Водной Столице, были отобраны для продолжения
погони.

Я присоединился к элитной части отряда, возглавляемой Борсом, как представитель Паствы Гестии.
Поначалу он не был доволен тем, что от нашей группы я единственный, кто
согласился пойти, но, когда я объяснил, что двигаться нужно будет как
можно быстрее, а Айша сказала пару неласковых слов, ему пришлось
согласиться.

Я выдвинулся к двадцать седьмому этажу, Шарф
Голиафа, переданный мне Вельфом и Кассандрой, был повязан вокруг шеи, а
Лили и остальные со мной попрощались.

Жуткий рёв слышался сквозь туманный воздух.

На нас неслись монстры, поблёскивали их жёлтые глаза.

Мермены
— монстры, которые напоминают наполовину людей, наполовину рыб. Их тела
покрывает синяя чешуя. Как и люди, они ходят на двух ногах, а их руки
умело удерживают рукояти естественного оружия, предоставленного им
Подземельем. Поскольку чешуя покрывает всё их тело, они напоминают мне
подводную версию ящеровоинов. Это одни из сильнейших противников,
которых мы встретили бы на двадцать шестом этаже.

Полурыбы-воители
выбрались из потоков воды, пробегавших по коридору, и один за другим
оказались на суше, сжимая в руках кристальные дубины — один из типов
естественного оружия нижних этажей.

— Эррррх!

Я отскочил в сторону, избегая удара дубины, стукнувшейся о кристальный пол, и опустил Хакуген на голову мермена.

Быстрый удар, который я исполнил, повернувшись на каблуках, с лёгкостью снёс его голову с плеч.

Лёгкий
как пёрышко блестящий кинжал описал в воздухе идеальную дугу, будто
парил в ней по собственной воле и отбил кристальную дубину, наносившую
удар в моё тело.

— ?!

Я влетел в центр орды мерменов,
которые замирали, увидев мои похожие на пируэты удары. Используя
мгновения их слабости, я присел и, опершись на руку, ударил ногой по
кругу.

Мой пинок пришёлся в ноги нескольким монстрам, заставив их лишиться равновесия и упасть друг на друга.

— Борс!

— Ага!

Секунду спустя Борс и другие авантюристы вонзили оружие в упавших мерменов. Двуручные мечи и молоты забили монстров в фарш.

Строго говоря, мермены полагаются на атаки группами, однако, как только умирает лидер их группы, они теряются.

Я
столкнулся с мерменами впервые, но, благодаря урокам Эйны, я знаю об их
привычках и методах нападения. Я использую на практике записанный в
учебниках метод их уничтожения, добавив свои молниеносные атаки.

Я
впился взглядом в главаря, прикрываемого остальными мерменами, тот
заверещал что-то угрожающим голосом, когда я на него бросился.

Меня замедляет шарф Голиафа? Может и так, но не слишком сильно!

Этот предмет полная противоположность Хакугена, я ощущаю, как он давит мне на плечи.

Игнорируя остальных монстров, я отправился прямо к главарю мерменов, доставая из ножен чёрный кинжал.

— Ях!!!

— ГЬЯ?!

Божественный
кинжал, выскользнувший из ножен, пронзил тело главаря. Точный удар
пробил его грудь словно копьё, и главный мермен в ту же секунду
обратился в пепел.

— Чёрт, кварцевые световики!

— !

Секунду спустя до меня донёсся крик Борса, заставивший меня повернуть голову.

Несколько
фиолетовых кристаллов формой и размерами напоминающие баклеры вылетели
из пятиметрового прохода. В центре каждого кристалла виднелся
бледно-жёлтый орган, который должен быть глазом.

Кварцевые
световики — это неорганические монстры, которые парят в воздухе над
головами авантюристами, и, как и намекает их кристальная форма,
совершенно не приспособлены для ближнего боя. Единственная, но очень
жуткая атака, которую они используют, это стрельба лучами света!

— !

— Ай!

Мы
с другими авантюристами разом отскочили, а кварцевый световик запустил
узкий луч света. Янтарный свет прожёг линию в стене и полу подземелья,
пройдясь по ним. Борс и остальные кинулись искать укрытие. Они
собираются дождаться возможности для атаки.

Обычно кварцевых
световиков вынуждают использовать атаки, а потом нападают, пока они
перезаряжаются. Проще говоря, стараются к ним не приближаться, пока они в
боевой готовности.

Но не я. Я бросился прямо на лучи света.

Я понял, что с таким количеством световиков, золотым лучам не будет конца.

— Эй, Кроличья Лапка?!

Когда за спиной раздались удивлённые голоса авантюристов, я лишь набрал скорость.

Враги парят в воздухе. Слишком высоко, чтобы достать их кинжалом.

Вспышка может сработать… но сначала я хочу попробовать кое-что другое.

Повинуясь
голосу, звучавшему где-то в уголке моего разума, я испытал что-то
напоминающее вдохновение и взялся рукой за шарф на шее.

В следующее мгновенье я сорвал его с себя и махнул, словно оружием.

Он тяжёлый!

Я пытался размахивать им, как кнутом или, скорее, цепью.

Шарф заблокировал лучи нескольких световиков, а потом снёс их прямо в воздухе!

Ускоряясь, шарф завертелся, словно вихрь, размозжив несколько кристаллических монстров о стены, а других сбив на пол.

Получив
удары кварцевые световики замирали, свет исчезал из подобий глаз.
Некоторые лишились магических камней и обратились в пепел.

— Даааа!..

Защитный
предмет, сделанный из Робы Голифа просто нечто. Он прочный, может
защитить от любой атаки, будь то клинок или пламя, а ещё его можно
обратить в прочнейшее оружие. Про себя я подбодрил свой шарф за отличную
работу и отражение всех лучей кварцевых световиков до единого.

— Ау…

Я
потёр правую руку, не переставая улыбаться. Нетренированные движения и
вес шарфа, кажется, повредили мои сухожилия. Втирая щедрую порцию зелья в
руку, я пообещал себе, что не стану использовать шарф как оружие, пока
не натренируюсь.

В отличии от Вспышки, дальней атаки, бьющей по
прямой, шарф можно использовать на средней дистанции в качестве оружия
непрямого действия. Он может внести разнообразие в мои атаки. Слегка
неприятно использовать предмет, который Вельф приспособил для моей
защиты вот так, но…

— Эй, Кроличья Лапка… ты правда на этом этаже в первый раз? — спросил Борс, подходя ко мне.

Я убил всех монстров один и остальные авантюристы опустили оружие, смотря на меня горящими взглядами.

— Что я могу сказать?.. Ты стал сильнее. Я хочу, чтобы ты перешёл в авангард отряда. Уверен, с этим ты справишься!

— Борс…

— Давай, перебей там всех! Никто лучше тебя не справится. Кстати, редкую добычу делим пополам.

—
Да, ладно, — ответил я. Меня пробило на холодный пот.
Заботливо-отцовское выражение лица Борса сменила подленькая ухмылка,
словно он подумал о каком-то выгодном дельце.

Находящиеся рядом
авантюристы принялись собирать оставшуюся после битвы добычу. Чтобы
избежать появления особых монстров и прочих аномалий, помощники быстро
собирали магические камни. Я скользнул взглядом по их лицам.

Странного
вида эльф с двумя клинками, зверочеловек, вооружённый секирой, рот
которого прикрывал кусок ткани, и дварф с огромным щитом и боевым
молотом.

Они проявили себя по время спуска по серединным этажам…
но хоть их Характеристики явно выше, чем у Вельфа и других членов моей
группы, работать в команде они не умеют.

Это одна из причин, по
которым я рискнул разобраться с монстрами в одиночку. В собранной наспех
группе переход от нападения к обороне и обратно был слишком уж
неуклюжим. Порой авантюристы даже сталкивались друг с другом.

В
очередной раз я понял, насколько умело действуют Лили, Вельф и другие
члены нашего отряда и насколько слаженно они работают вместе. Это очень
сильно мне помогает.

К тому же, местные монстры… сильно отличаются от монстров серединных этажей.

Дальние
атаки кварцевых световиков тому пример, они гораздо опаснее пламени
адских гончих… к тому же, монстры нижних этажей, вроде главарей
мерменов, на самом деле умны. Намного умнее любых монстров серединных этажей.

Ну,
может они и не так хороши по человеческим меркам, но то, что они
способны координировать атаки значительно повышает угрозу, которую они
представляют.

Нельзя позволять себе становиться слишком уверенным в своих силах.

—
Так, я снова разделяю группу! Мы слишком медленно продвигаемся таким
составом! Если кто-то из вас столкнётся с Ледяным Ветром, загоните её в
пещеру! В худшем случае мы просто убедимся, что она здесь и вернёмся на
двадцать пятый этаж! Если займём там позицию, Айша придёт нам на помощь!

Борс
отдавал распоряжения, когда мы прошли тоннель, соединяющий двадцать
шестой и двадцать седьмой этажи, пройдя мимо озера в центре двадцать
шестого этажа, созданного Великими Водопадами.

Мы шли до двадцать седьмого этажа одной группой и, похоже, для поисков Ледяного Ветра… Лю, разделимся.

— Ты, Кроличья Лапка! Идёшь со мной!

— Ммм, ладно.

Борс решил взять меня, авантюриста четвёртого уровня, с собой. Остальные авантюристы начали выть и неодобрительно улюлюкать.

Он решил при любом удобном случае меня использовать?

Как
бы там ни было, наша группа, состоящая из пяти авантюристов, свернула в
один из коридоров. Мы пошли одним из нескольких главных путей, ведущих к
проходу на двадцать восьмой этаж. Эта часть Подземелья выстроена из
тёмно-синих кристаллов с едва различимыми полосками. Широкие водные
потоки расположены рядом с дорогой. Тусклый свет излучали только
скопления белых кристаллов, он и развеивал окружающую тьму.

Когда
мы шли, я видел остатки обрушенных коридоров и груды кристаллов,
которые блокировали проходы. Должно быть, последствия услышанных нами
взрывов.

Я возглавлял группу, но каждый из авантюристов постоянно
озирался, ожидая нападения монстров. Мы шли, путь вёл нас бесчисленными
лестницами и склонами к низу многоуровневой пещеры.

— Слушай, Белл Кранелл. Помнишь, как мы сражались против Голиафа?

— Ага, мы с тобой на того монстра бросались.

— Можешь на нас положиться, Кроличья Лапка!

— Ммммм, ага. Здорово!

Умелые
авантюристы нашей группы начали болтать, пытаясь снять накопленное
напряжение. Помимо меня и Борса в группе была пара бодрых
зверолюдей-родственников и мускулистая амазонка-воительница. Меня
восхищает их дружелюбие.

Наверное, благодаря той битве с Чёрным
Голиафом жители Ривиры относятся ко мне любезно. Меня часто спрашивали о
моей эпической схватке с минотавром Астерием прямо в Орарио и даже
стали относиться ко мне с восхищением.

Для меня огромная честь,
быть принимаемым с таким восторгом авантюристами, которые гораздо дольше
меня занимаются этим делом, и я не могу не радоваться такому отношению…
Только вот, это также добавляет горьких чувств, когда я осознаю, что в
скором времени мне предстоит от них ускользнуть.

Мне придётся это сделать, ради Лю.

Наверное, было бы проще, если бы я расстался с ними прямо сейчас… но мне не найти Лю, если я начну просто бродить по этажу…

Та долгая цепочка взрывов, которую мы видели, спустившись на двадцать пятый этаж стихла.

Отдалённый
рёв Великих Водопадов был слышен даже здесь, он поглощает более тихие
звуки, которые позволили бы мне понять, где она сейчас. Найти Лю на
таком огромном этаже в одиночку будет слишком сложно.

Всё же… не сказал бы, что у меня нет определённых мыслей.

Я
убедил Айшу и остальных отпустить меня одного, и было бы странно, если
бы у меня не было совсем никакого плана. Я решил положиться в поисках на
численное превосходство… монстров, наверное?

Я задумался о том, как можно было бы добраться до монстров и заставить их искать Лю, когда…

— Б-Б-Борс?!

Один из зверолюдей просматривавших ветвящиеся проходы по пути закричал.

Его голос звучал испуганно, словно он увидел что-то необычное. Мы бросились к нему.

— Чего?..

Я лишился дара речи, когда увидел.

— Что это за хренотень?

Борс и остальные смотрели на потолок.

Мы увидели дыру.

Огромная вертикальная дыра вела на верхний этаж.

Не естественный проход, подобный тем, которые встречаются в лабиринтах каменных пещер. Словно что-то прогрызло дыру прямо в потолке, чтобы попасть вниз.

Водный поток шумно проносился в эту дыру создавая небольшой водопад.

— …никогда не видел на двадцать седьмом этаже таких здоровенных дых… — тихо прорычал Борс.

Что-то необычное происходит в Подземелье… Что-то невиданное даже для опытных авантюристов, не раз бывавших в Водной Столице.

----------

Том 13 Глава 3.3

— Я была не против остаться… но зависать нам здесь, видимо, очень и очень долго.

Вельф потёр рукой горло, словно пытаясь его разогреть.

Он
стоял на холме в самом южном углу двадцать пятого этажа. Пространство,
на котором расположились авантюристы напоминало небольшую «комнату»,
впрочем, достаточную для размещения нескольких десятков авантюристов.
Именно в этом месте Лили предложила поставить лагерь, когда Белла от них
отделил Моховой Гигант, и это место идеально подходило для лагеря.
Также это место было идеальным для боя с крылатыми монстрами.

Прошло
несколько часов с того момента, как группа преследования вместе с
Беллом бросилась в погоню за Ледяным Ветром. И теперь оставшиеся
авантюристы погрузились в любимые занятия.

В основном это были споры о том, кому сейчас отдыхать, а кто должен стоять на страже.

— Кажется им некуда спустить пар, да? Конечно, этого следовало ожидать.

—
Сейчас сложно найти себе занятие. Идти охотиться на монстров, чтобы
убить время, нельзя, потому что можно оказаться слишком уставшим в
нужный момент.

Микото и Оука переговаривались, наблюдая за
перепалками авантюристов. На двадцать пятом этаже остались те, кого Борс
не отобрал в число умелых авантюристов для группы преследования, и они
не знали, чем заняться. Никто из этих авантюристов и не думал, что они
могут справиться с Ледяным Ветром в бою, но они надеялись украсть хотя
бы частичку славы и добычи. Нетрудно догадаться, какое чувство у них
порождало осознание того, что желанная добыча может уйти у них прямо
из-под носа. Большинство авантюристов не знало, чем заняться.

Для
Лили, Микото, Чигусы и Дафны, не привыкших к путешествиям в Водную
Столицу, само наблюдение за водопадами было интересным занятием.

— …

Обычно
Кассандра бы к ним присоединилась, но терзаемая своим пророческим сном,
сейчас она могла лишь молиться о безопасном возвращении Белла. Потому,
стоя на краю обрыва, она смотрела лишь на водный поток, несущийся к
двадцать седьмому этажу.

— …Пока ничего подозрительного, вроде, — сказал сидящий на краю Вельф.

— Не стоит смотреть так открыто, он может заметить ваши взгляды, — предупредила Лили, занятая распределением дорожных пайков.

Вельф посматривал на вервольфа, на которого указал Белл.

— Его зовут Тёрк Следд. Я поспрашивала у жителей Ривиры, и, кажется, он живёт там около трёх лет, — сказала она.

— Что насчёт его характеристик?

—
Если он не делал ложных докладов в Гильдию, у него второй уровень. Он
часто ошивается с авантюристами второго ранга и не раз бывал на нижних
этажах, — незамедлительно проговорила Лили в ответ на заданный Вельфом
вопрос, когда остальные члены группы впились зубами в сушёное мясо.

— К тому же, Тёрк успел втереться в доверие к жителям Ривиры, — добавила девушка-полурослик.

Когда
разговор зашёл о том, как можно вывести Тёрка на чистую воду, если он
соврал, Айша, до этого лежавшая с закрытыми глазами, хмыкнула.

— Я отдохнула… Мне напасть?

— О чём это вы?

Вся группа уставилась на амазонку, чьи слова казались совершенно лишёнными смысла.

— Разговаривая и подозревая людей мы ни к чему не придём. Вам не кажется, что быстрее было бы выбить из него признание?

Оука
и остальные скривились от неудобства, услышав агрессивное предложение
амазонки четвёртого уровня, явно сильнейшей среди всех оставшихся
авантюристов.

— Ого, мысль достойная амазонки… Только вот, если
он и правда что-то скрывает, сомневаюсь, что можно будет из него это
выпытать. А ещё ты настроишь против нас всех его приятелей, — скучающим
тоном заявила Дафна.

— Ладно, другого выхода нет… Вы, ребятки, постойте на стрёме.

— Ч-ч-что вы задумали? — напряжённо спросила Микото, у неё было плохое предчувствие насчёт намерений Айши.

—
Очевидно, разве нет? Утащу его в пещеру и хорошенько отработаю. Когда я
заставлю его стонать снова и снова, это развяжет ему язык…

— Эй! Эй! Эй!

Отбросив
манеры Харухиме, покрасневшая до кончиков ушей, начала размахивать
руками, издав непривычный визг, явно недовольная таким предложением
Айши. Айша недовольно прищёлкнула языком.

Покраснели не только
Микото, Чигуса и Кассандра, но даже более хладнокровные Лили и Дафна.
Единственные парни в группе, Вельф и Оука, смущённо отвели взгляды.
Оказавшиеся неподалёку авантюристы начали бросать на состоящую из
нескольких Паств группу косые взгляды.

— Тут вам не Паства Иштар! — выпалила Харухиме, закрывая багровое лицо обеими руками, словно готовая разрыдаться.

— …Ладно, отправляемся!

В этот момент объект их спора не смог усидеть на месте.

— Я не могу оставить это дело на Борса! Ради своего убитого друга, Жана, я хочу участвовать в убийстве Ледяного Ветра!

— Если будем рыпаться, может наша жертва нас по одному перебьёт. К тому же, Борс говорил нам охранять проход наверх, разве нет?

— Мы же авантюристы! Хоть у кого-то хватит духу прикончить убийцу и заработать себе репутацию?

— …Я пойду с Тёрком. Сидеть и ждать поджав хвост — это какая-то дрянная шутка.

Призыв вервольфа заставил авантюристов разделиться, кто-то возражал, а кто-то с ним согласился.

Последних оказалось гораздо меньше, чем первых.

— Мы не хотим злить Борса. Если хотите идти, идите.

— Тогда я пойду и покажу вам, как это делается!

В
конце концов, к глубинам подземелья отправилось четверо. Хотя
поддерживавшие Борса авантюристы спорили с уходившими, останавливать их
они не стали, и вот так Тёрки и остальные скрылись в проходе,
расположенном прямо в склоне холма.

— Идём, — сказала Лили, поднимаясь. Вельф и остальные молча кивнули в ответ на короткий призыв.

Лишь
Кассандра начала беспокоиться ещё сильнее. Она не могла позволить себе
оставить остальных и поэтому вместе с ними последовала за группой,
ушедшей в пещеры.

----------

Том 13 Глава 3.4

Мы не могли оторвать взгляда от огромной дыры. Текущая тонкой
струйкой вода уже залила пол коридора. Пока мы стояли, как статуи, и
смотрели наверх, я кое-что заметил.

— Она начинает восстанавливаться. — шепнул я.

Потолок
Подземелья начал восстанавливаться. Процесс настолько не заметный, что,
если пристально за ним не следить, можно ничего не увидеть, но дыра уже
определённо начала зарастать и закрываться.

Судя по её состоянию, ремонт только начался. А это значит, что дыра была сделана практически только что.

То есть, что бы её не проделало…

— …Так эта штука близко, да?

С
произнесённой Борсом фразой температура в коридоре будто упала. Мы тут
же приняли защитное построение. Мы стояли, постоянно озираясь по
сторонам и не убирая рук с оружия.

Возможно, на этом этаже
появилась какая-то аномалия, способная прогрызать каменные стены
Подземелья. Мои барабанные перепонки улавливали лишь звук несущейся по
коридорам воды.

Я ощутил на спине холодные капли.

— …Это же не могла быть Ледяной Ветер, да?..

— Сомневаюсь, что это заклинание… Что-то прорывало себе путь в низ, а не пробило его взрывом.

Переполошённые
авантюристы начали теряться в догадках, казалось, в тишине минуты
тянулись, как часы. Наконец, по прошествии времени мы смогли
расслабиться. Я заметил, насколько взволнована наша небольшая группа.

В среде авантюристов существует железное правило: если в Подземелье происходит что-то необычное, беги.

Борс не мог принять решение, нахмурив брови. Продолжать идти к нашей цели или бежать отсюда, как можно дальше?

Все мы ощутили, что эту аномалию игнорировать нельзя.

…Почему сейчас?..

В голове вдруг всплыло обеспокоенное лицо Кассандры.

— Что будем делать, Борс?

—
Обычно я бы унёс отсюда ноги и поскорее… но мы не можем забывать об
остальных. Даже не знаю, будем мы продолжать гоняться за Ледяным Ветром
или нет, но рассказать об этой штуке мы обязаны.

Я ощущал
нарастающее напряжение, слушая разговор авантюристов. Велики шансы, что
Лю именно на этом этаже. Если здесь ошивается какая-то аномалия, она
тоже рискует. Стоило мне подумать, что нужно побыстрее её найти, как…

— ?..

За мной… наблюдают?

Я
очень чувствителен ко взглядам других людей (и не всегда людей), и
прямо сейчас на меня кто-то смотрит. Но чувство не неприятное… даже не
знаю как сказать… словно взгляд знакомый?

Я удивлённо почесал подбородок, и…

— Вы это слышите?!

— Это же песня?.. Поёт Ледяной Ветер? Нет, вроде…

— «Песнь, что звучит в Подземелье» …

Зверолюди
и амазонка забыли обо всём на свете, вслушиваясь в прекрасную мелодию.
Борс тоже застыл разинув рот, и пробормотал что-то о песне, о которой
среди авантюристов ходят слухи.

Я бросился от них как можно дальше, меня будто потянуло вперёд.

— Э-эй, Кроличья Лапка?!

— Я сбегаю проверить!

Попутчики пытались остановить меня криками, но их голоса быстро смолкли вдалеке.

Я
ощутил, что они бросились за мной в погоню и побежал ещё быстрее. Это
неприятно, но мне пришлось оставить Борса и остальных, я бежал по
запутанным коридорам.

Встретившись с монстром, я старался
уклониться от драки. Если это мне не удавалось, я всего лишь доставал
кинжал и, когда монстр в ужасе уклонялся, я пробегал мимо. Порой я
избегал схватки, просто перепрыгивая через головы монстров.

Песня движется!

Та, кто пела, наблюдала за мной и подсказывала путь к месту, в котором мы сможем переговорить.

Голос
то приближался, то отдалялся, но всегда оставался прекрасным. Негромкая
песня, порождавшая в голове картину залитого лунным светом морского
пляжа, вела меня вперёд.

Наконец, я забежал в большую комнату, в
которой начинался источник, центром которого была кристальная скала. На
скале сидела и пела невероятно красивая русалка.

— Мари!

Я
окликнул мою знакомую-Ксеноса по имени. В последний раз я видел её в
день, когда дрался с моховым гигантом. Сложно поверить, что это было
всего два дня назад.

Она выглядела в точности так, как я её
запомнил: длинные синие волосы с изумрудным отливом были украшены
ракушками и жемчужинами. На ней было надето бикини, сделанное из
ракушек, к моему огромному облегчению. Наша первая встреча была на
двадцать пятом этаже, но, как я и подозревал, она может свободно
перемещаться по Водной Столице.

Наша вторая встреча оказалась
очень скорой, и я зашёл в источник по пояс. Она повернулась ко мне лицом
и спрыгнула с кристальной скалы, уперевшись в неё руками. А потом
бросилась на меня с объятьями:

— Белл!

Она бросилась ко
мне, как ребёнок, и обхватила обеими руками. Я начал краснеть, ощутив
мягкость её тела, но тут я кое-что заметил.

— Мари?..

Она дрожала…

Я ощутил её страх и этот страх меня удивил. Я положил руки ей на плечи.

— Что-то не так, Мари? Что-то случилось?

— …

Я говорил тихо, чтобы её успокоить.

Хотя
я с самого начала хотел найти её, чтобы она помогла мне добраться до
Лю, она позвала меня первой. Почему? Она даже пошла на риск быть
раскрытой Борсом и другими членами нашей группы.

Она опустила взгляд, а через секунду заговорила:

— Что-то пришло сюда… чего здесь быть не должно…

Что-то, чего здесь не должно быть?..

Тут же я вспомнил об огромной дыре, на которую мы не так давно набрели.

Что-то, проделавшее эту дыру до сих пор на двадцать седьмом этаже?

— Мари, ты что-нибудь знаешь? Ты это видела?

— Не знаю… не знаю откуда оно пришло и куда оно идёт… я никогда не видела такого раньше!..

Мари
говорила по-человечески ещё хуже Виены, что делало её ещё больше
похожей на ребёнка. Я заметил, как её раздражает её неспособность
описать, что она видела.

Но и сказанного было достаточно.

Что-то на этом этаже жутко напугало Мари. Легонько сжав её плечи, я задал ещё один вопрос:

— Мари, я кое-кого ищу. Ты не видела здесь эльфийку?

— Эльфийку?..

— Её уши длиннее моих, у неё деревянный меч и она прячет своё лицо… а ещё она очень быстрая.

Я рассказал все отличительные черты, которые смог вспомнить.

— Мне очень нужно с ней встретиться, — добавил я.

Мари смотрела на меня несколько секунд. А потом кивнула.

Но
уже в следующую секунду она уткнулась лицом в мою грудь и замотала
головой, словно не хотела говорить мне, потому что это слишком опасно.

— …Стой.

Она снова оторвалась от меня, прикрыла глаза и начала петь.

В
этот раз мелодия была не чарующей, а скорее неблагозвучной. Особая
песня для очарования не людей, а монстров. Мари способна контролировать
монстров ниже уровнем, чем она сама.

От места на воде, с которого
она пела, расходились волны, со всех сторон из коридоров раздался
обращённый к ней вой. Её глаза распахнулись, когда она услышала голоса
монстров, говорившие ей о пропавшей эльфийке.

— Теперь я знаю где она, Белл… Вон там!

— Спасибо!

Мари погрузилась в воду и поплыла, а я выбрался на землю и побежал.

Как и раньше, я бежал по лабиринту из кристаллов и воды ведомый русалкой.

Что
я сделаю, когда встречу Лю? Стоит ли мне спрашивать о том, что
случилось на восемнадцатом этаже? Могу ли я тратить время, зная, что на
этом этаже появилась какая-то аномалия? Борс и остальные авантюристы
очень сильно рискуют!..

Множество беспокойных мыслей пронеслось в моей голове. Мысли обо всём, что мне нужно сделать, сводили меня с ума.

Неожиданно, мощный взрыв сотряс этаж.

— Взрыв?! Снова?! — крикнул я, уклоняясь от срывавшихся с потолка камней.

Надолго прекратившиеся взрывы начались снова.

Мари, плывущая в воде, вздрогнула от звука. Волны, поднявшиеся в реке, по которой она плыла, доказательство мощи этого взрыва.

Тряхнуло меня так сильно, и взрыв был таким громким, что стало ясно насколько он близко!

Я
побежал быстрее, ведомый взрывными волнами и треском раскалывающихся
кристаллов. Мари вела меня в том же направлении, поэтому я следовал за
её чешуйчатым хвостом, рассекающим воду.

Холодок пробежал по шее.

Я отчаянно пытался не придавать этому ощущению значения.

Завернув за угол, освещённый фрагментами кристалла, я осознал, что оказался у источника тряски.

— О нет!..

Всё
вокруг было порушено. Пол испещрён ямами до неузнаваемости, кристальные
стены упали, перекрыв поток воды. Из щелей на потолке пробивался
небольшой водопад. Разрушение кристального лабиринта было вызвано
цепочкой взрывов.

В воздухе ещё стоял дым, эти взрывы явно были
следствием использования каких-то предметов или заклинания, а за
развеивающимися клубами дыма я увидел… силуэт.

Мари, скользившая по воде рядом со мной всё это время, в ужасе погрузилась на дно.

Моё тело замерло, я несколько секунд смотрел на силуэт.

Дым рассеивался, вид становился отчётливей…

— …

Дар речи оставил меня, когда я увидел, что происходило.

Дварф лежал на земле. Он был перевёрнут на спину, из его ран шла кровь, и он бился в конвульсиях.

А над ним, поставив одну ногу на плечо дварфа, стояла женщина.

Та самая, что спасала и прикрывала меня множество раз. Она стояла ко мне спиной. Похожий на мантию плащ хлопал по её спине.

Одной рукой она вонзила в землю деревянный меч рядом с головой дварфа. В другой держала окровавленный короткий меч.

Я
заметил небесно-голубые глаза, блестящие под накинутым на голову
капюшоном. Они были широко распахнуты, а от их взгляда кровь стыла в
жилах.

----------

Том 13 Глава 3.5

Сердце ёкнуло, когда я увидел её профиль, так явно выдававший бушующие в ней эмоции.

— Лю?..

Я был в замешательстве, едва смог произнести её имя. Такое выражение на её лице я видел раньше всего лишь раз.

Её уши дрогнули.

Время
замерло, взгляд небесно-голубых глаз словно пронзил меня. Когда в них
появилось замешательство, я сразу понял. Это действительно она.

Передо мной стояла прекрасная эльфийка, которую я так давно знаю.

— Лю, вы…

— Зачем ты пришёл?!

На секунду я забыл, как дышать, услышав яростный крик.

Ещё никогда я не слышал такой злобы в её голосе.

Ещё никогда я не видел такого пронзительного взгляда.

Всё выдавало в ней… жаждущего крови убийцу.

— Зачем. Ты. Пришёл?

Секунду спустя на её лице пронеслось множество эмоций.

Что сейчас выражают её глаза? Страдание? Печаль?

Может сожаление?

— Господин Кранелл, покиньте этот этаж. Немедленно.

Она говорила тихо, в её голосе не было слышно эмоций.

Мои
руки задрожали, словно через них пропустили электрический заряд, а
остальные части тела, наоборот, замерли, отказываясь слушаться.

— Вас здесь быть не должно. Уходите сейчас же.

— Л-Лю, о чём вы говорите?..

— Просто сделай, как я сказала!!!

Она снова начала на меня кричать.

Её
слова были не просьбой, а требованием, она бы не потерпела расспросов
и, уж тем более, возражений. Пока я стоял, как вкопанный, её взгляд
пронзал меня насквозь.

— Вам нет нужды ничего делать. И даже знать. Не вмешивайтесь.

Она заговорила очень быстро, а потом вытащила воткнутый в землю меч, забрала что-то у лежащего дварфа и начала удаляться.

— Лю… постойте пожалуйста, Лю! Что происходит? Чем вы сейчас заняты?!

Время двинулось снова. Я наконец смог разжать губы и начал выдавливать из себя слова.

Мне показалось, что мир вокруг начал вращаться, я не знаю, что ей сказать, но говорить я не перестал:

— Что произошло между вами и этим дварфом?!

Мой содрогающийся голос, кажется, её разозлил, и она посмотрела через плечо на лежащее тело.

—
Этому ублюдку стоит стать закуской для монстров, это всё, что я скажу, —
бросила она и побежала, оставив раненного дварфа на земле.

Голос,
которым были произнесены эти слова, переполняла ненависть. Я был так
шокирован, что не мог двинуться с места. Она оставила меня позади, а я
был совершенно бесполезен.

— Лю…

Я хочу узнать, какую цель ты преследуешь на самом деле.

Но этот мой вопрос тебя не достигнет. Совсем наоборот, ты отказалась от меня и сбежала.

А я так и не мог понять, что случилось на моих глазах.

Разум не просто отказался работать, он опустил. Бесполезно.

Я был в замешательстве.

— Белл… Белл!

Голос Мари привёл меня в чувство.

Должно быть, я стоял так довольно долго, может даже пару минут.

Снова в ушах послышался шум бегущих водных потоков, а миру вернулись краски.

— !..

Не
зная, что мне делать, я бросился вперёд. Какое-то мгновенье я не знал,
стоит мне броситься в погоню за Лю или остаться с дварфом, и в конце
концов решил сделать последнее и склонился над его телом.

— Ого…

Распластавшийся
на земле дварф-авантюрист лежал без сознания. Его экипировка была почти
уничтожена, короткое плотное тело почти полностью покрывала кровь. Он
был испещрён длинными тонкими порезами, наносимыми явно с огромной
скоростью.

Я подумал о его ранах и единственным возможным их источником, как я рассудил, могла быть Лю.

Я не мог забыть, как она повернулась ко мне спиной и побежала. Руки тряслись так сильно, что я едва смог оказать первую помощь.

Вместе с осознанием усиливался шок.

— Лю!..

Я
оказал дварфу посильную помощь, а потом, схватив его одной рукой,
побежал. Конечности дварфа безжизненно мотались взад и вперёд, я бежал в
направлении, в котором скрылась Лю, перепрыгивая осколки кристаллов,
отколовшиеся от стен и потолка. Мари следовала за мной, то ныряя на дно
реки, но поднимаясь к её поверхности.

— Хуффф… хуффф…

Пот бежал по телу, я старался не сбавлять скорость, вспоминая о том, что мне удалось увидеть.

Я
прибежал на место через считанные мгновения после взрыва. Заклинанием
Лю могла бы причинить такой вред коридору. Постепенно в голове начала
складываться картина произошедшего.

Нападение мощным боевым заклинанием?

Бомбардировка, от которой невозможно защититься?

Лю напала на дварфа, намереваясь его убить?

Это ложь, этого не может быть… Только не она!..

Мне хотелось верить, что Лю не из тех, кто на подобное способен.

Но, тогда как объяснить то, что дварф, которого я несу на себе, едва дышит?

Может
она просто проходила мимо, когда на него напал монстр? А я просто
оказался на месте в неподходящий момент? Такое нелепое оправдание, что
даже плакать хочется.

Глубокие порезы на теле дварфа выглядят так же, как порезы на трупе найденном в Ривире.

Эти раны на дварфе оставила она, у меня почти нет в этом сомнений.

Почему она на него напала? Что заставило её это сделать?

Я не знаю. Я ничего не знаю.

Мой разбитый на кусочки разум не может сложить теорию, которая бы меня успокоила.

Я думал, что случившееся в Ривире, это какая-то ошибка.

Я до сих пор не знаю, в чём правда. Но…

Взгляд Лю, то ощущение, которое она создавала… кровожадность такой силы… это было по-настоящему?

Я
вздрогнул, вспомнив выражение на её лице, когда она вонзила деревянный
меч в землю и посмотрела на дварфа жутким ледяным взглядом.

Даже если здесь замешано что-то ещё, если кто-то втянул её в это, если её чувства, её жажда убийства настоящие…

Если она действительно одержима жаждой мести, то…

— !

Я потряс головой, чтобы отогнать подобные мысли.

Догадки терзали меня, то появляясь, то ускользая вновь. Я прогибался под тяжестью иллюзий, порождённых мной самим.

Если я не справлюсь с этим состоянием, могу утонуть в собственных мыслях.

Подземелье будто ощущало мою слабость и внутренние противоречия.

Вдалеке раздался ещё один взрыв.

— ?!

Я сменил направление, бросившись в сторону взрыва.

Рёв монстров смешался с грохотом. Мне показалось, или среди этой какофонии раздался тихий крик?

У
меня плохое предчувствие. Тревога не уходит. Мне хочется вырвать
собственное сердце, потому что оно стучит слишком громко и этот стук
отдаётся по всему телу. Я перекинул дварфа поудобнее и бросился к месту,
в котором прогремел взрыв.

Мари замешкалась, увидев мою неуверенность, но продолжила держаться в воде рядом с проходом, по которому я бежал.

— Мари, ты не можешь со мной пойти!

— Но я хочу!

Она потрясла головой, словно непослушный ребёнок, когда я ей запретил.

Я
понимаю, что она беспокоится обо мне из-за моего странного поведения.
Но сейчас это беспокойство может стать проблемой. Я не могу её в это
втягивать.

Я нахмурился, мне было грустно, но я принял решение сменить направление, забежав в проход, рядом с которым не было воды.

— Ой! — удивлённо воскликнула Мари. Её нефритовые глаза наполнились слезами. — Глупый Белл!

Эти
слова полетели мне в спину, а я бежал, шёпотом не переставая
извиняться. По дороге мне встретилось множество монстров, похоже они
также услышали взрыв и отправились к его источнику. Дьявольские москиты,
синие крабы и даже большие кристальные черепахи преграждали мне дорогу.

Если
не считать крылатых гарпий и сирен, водные монстры этих этажей
практически неуязвимы для огненной магии. Потому Вспышкой я почти не
пользовался, а поскольку моя левая рука была занята, приходилось
прорываться с боем держа в руках Хакуген.

Стараясь избегать попадавшихся на пути монстров, я наконец оказался у цели… и увидел ту же самую сцену, которую видел раньше.

— !!!

Часть стены снесена, кристаллы падают с треснувшего потолка.

Разница была лишь в том, что здесь находилось множество авантюристов, они перекрикивались друг с другом.

— Что происходит?!

— Всё вокруг разрушено… Что могло это сделать?!

Место взрыва выглядело ужасно.

Множество
охотничьих групп, разделившихся у входа на этаж, услышав взрыв,
прибежало сюда. Они окружили авантюриста, лежавшего на полу коридора. Он
был осыпан осколками кристаллов.

— А?.. Этот убит.

— Не припомню, чтобы видел его среди нашей группы!

Сердце сжали ледяные когти при слове убит.

Жертвой
был человек или зверочеловек, всё его тело покрывала кровь и ожоги.
Пострадавшие от огня глаза уже ничего никогда не увидят. Запах палёной
плоти ударил в нос, меня чуть не стошнило на месте.

Руки и ноги похолодели.

Хаос чувств и эмоций захлестнул сознание.

Я ошеломлённо попятился.

Словно
меня только что крестили нижними этажами. Это чувство слишком сильно
отличается от возникающего на серединных и верхних этажах, здесь слишком
много смерти.

Бессвязные мысли рождались и угасали, я пытался сбежать от реальности, которая была у меня перед глазами.

— ?!

Жертва и здесь тоже?

Это тоже была… Лю?!

Дварф, которого я нёс, словно стал тяжелее. Я заметил, что моё тело покрыл холодный пот.

— Кроличья Лапка! Какого чёрта ты пропал?!

— …Борс!

Злобный
крик разнёсся по Подземелью. Этот голос перекрикивал всю шумиху,
поднятую авантюристами. Я положил дварфа на землю и повернулся к Борсу и
другим членам группы, подходившим ко мне.

— Простите, что сбежал без спроса. Что здесь происходит?!

— …Мы сами только добрались, тоже ничего не знаем. Но, очевидно, что это не монстр постарался. Такое под силу только…

В этот момент Борс заметил лежащего на земле израненного клинком дварфа.

— Эй, а с этим что?

— Е-е-е-его же…

— Не может быть, это Ледяной Ветер его так?!

— Эм…

Я не мог ни подтвердить предположение Борса, ни опровергнуть.

Я вдруг осознал, что мне нечего сказать в её оправдание.

А что я должен сказать? «Лю изранила этого парня, но она не плохой человек», — не думаю, что это сработает как нужно.

Остаётся только отойти в сторону и смотреть, как Борс и остальные занимаются лечением.

— Бесполезно. Глаза он не откроет. Может кто-нибудь рассказать нам что случилось?

— Борс! Ещё один выживший! Идёт сюда!

— !

Мы
с Борсом побледнели, услышав эту новость. Мы бросились к кричавшему
авантюристу. Рядом с кристальной стеной лежал коточеловек.

— …

Увидев его состояние, я был так поражён, что тошнотворное ощущение подступило снова.

Для начала, у него не хватало руки.
Рукав, который должен был покрывать руку, ниже локтя был пропитан
кровью и висел. Его лицо покрывали ожоги порезы и кровь, а одного из
ушей, выдававших в нём коточеловка… не было.

Он был так сильно изранен, что мне хотелось отвести взгляд.

— Эй, ты говорить можешь? Что тут случилось?

Вопрос Борса больше походил на крик.

Пальцами
левой руки зверочеловек проверял целы ли зубы. Он посмотрел на Борса,
словно только после его крика заметил, что мы подошли. Потом он изогнул
тело, очень высокое и тонкое даже для коточеловека, и принял позу
настороженного кота.

— Л-Л-Ледяной Ветер… Лайон…

— Хочешь сказать это была она?!

— Она запустила в меня заклинанием, я увидел вспышку света и всё стало белым!..

— !..

Борс обратил внимание на второе произнесённое коточеловеком имя, в то время как я вместе с остальными был в ужасе от его слов.

Борс решил задать ещё несколько вопросов, но амазонка из его группы его остановила.

— Постой, Борс, дай я его подлатаю…

Увидев протянутую руку, коточеловек в ужасе отпрянул.

— Не тронь!

— ?!

— Пожалуйста, не трогайте меня!..

Он
пополз по земле, отчаянно пытаясь отдалиться от амазонки, как можно
сильнее. Остановившись, он закрыл рукой голову и начал раскачиваться
взад и вперёд, словно в ужасе. Он был так жалок, что Борс и остальные
растерялись и не знали, как реагировать.

Кажется, у него путаются мысли… хотя, больше похоже на панику.

— ?.. Слушай, ты же… Джура Харма из Паствы Рудра?

Когда
коточеловек мотался, его волосы сдвинулись с места, и показалась
неприличная серьга в ухе, сделанная из кости монстра. В этот момент
глаза Борса округлились, он сказал, что знает, кто перед ним.

— Борс, ты его знаешь?

— Да… Его прозвище Кот-Рабовладелец. Он из Паствы Рудры, одной из группировок Злодеев… Это они поймали и убили членов Паствы Астреи, в которой состояла Ледяной Ветер…

Сердце издало самый громкий стук за сегодня.

Так это враг Паствы Астреи… враг Лю?

— Пять лет назад, когда Ледяной Ветер сорвалась, она уничтожила Паству Рудры. Распотрошила всех её членов до единого… Впрочем, вот и выживший.

Борс не придал значения моему удивлённому взгляду и уставился на мужчину, названного им Джурой.

— Д-да… я единственный, кто пережил её нападение… атаку Лайон, этой суки!

Коточеловек даже не стал отрицать, что он один из Злодеев.

Он явно был раздражён, но смотрел на нас с Борсом с мольбой в глазах.

— Но с тех времён я ничего плохого не делал!.. Честно, я просто прятался в другом подземелье!..

— !..

— Лайон нашла меня, и я сбежал сюда!..

Борс
и остальные были удивлены, когда услышали о другом подземелье. Кажется,
я был единственным, кто понял, что под «подземельем» имеется в виду
Кносс.

Как и сказали жестокие охотники Паствы Икелоса,
рукотворное подземелье — это одновременно убежище и колыбель Злодеев.
Только что этот коточеловек признался, что скрывался именно там.

Но… ладно… теперь всё встало на свои места.

Даже я теперь могу понять, что произошло.

Лю узнала, что враг её Паствы жив, и пламя ненависти снова в ней загорелось. Жажда мести снова её охватила.

А
теперь она преследует его и собирается сделать то, что подсказывают ей
бушующие эмоции. Вот почему, когда я её встретил, выражение её лица было
таким безжалостно ледяным.

— Жана из Ривиры убили, потому что он связался с этим парнем?..

Борс поднёс руку ко рту, словно наконец осознав, что происходит. Я вспомнил увиденное мной в Ривире тело.

— Умоляю, помогите!.. Я больше не делал ничего плохого. Передайте меня Гильдии, да кому угодно, только защитите меня от неё!..

Коточеловек
начал лебезить, склоняясь к земле. Выглядело вполне правдоподобно.
Точнее, страх Ледяного ветра, мокрые от слёз глаза и дрожащее тело точно
настоящие.

Я оказался зажат между реальностью и воспоминаниями, которые всплыли в моей памяти.

Не могу решить, что из этого правдиво.

Я не переставал спрашивать Лю, возникшую в моём воображении. Что из этого правда?

----------

Том 13 Глава 3.6

— …Вы ещё за нами идёте?

— Хватит странные вопросы задавать. Мы собирались выбить дурь из Ледяного Ветра, да? Значит лучше идти вместе.

Айша ухмыльнулась, ответив на заданный вервольфом Тёрком вопрос.

Они шли по двадцать пятому этажу.

Лили и остальные следовали за группой Тёрка, однако вскоре им пришлось объединиться.

Незаметно
кого-то преследовать в Подземелье практически невозможно. Стоит монстру
увидеть авантюриста, он тут же начинает выть и беситься, что сразу
пресекает любые попытки двигаться незамеченными. Одинокому авантюристу
было бы чуть проще, но Лили и остальные не хотели разделяться, так что
этот вариант отпал сам собой.

Проще всего было объединиться с
преследуемой группой. Так, если другие авантюристы вздумают сделать
нечто подозрительное, можно будет пресечь эти действия.

— В конце концов мы за авантюристкой четвёртого уровня гоняемся, — добавила Айша, намекая на явную необходимость.

Тёрк
снова уставился на дорогу. Следовавшие за ним авантюристы продолжали
бросать подозрительные взгляды назад и перешёптываться.

Группа Лили шла за Тёрком по Подземелью на расстоянии около трёх метров.

— Они тоже за нами наблюдают.

—
Ну, вполне естественно злиться на группу, которая вам чуть ли не на
пятки наступает… Хотя меня настораживают вспышки его ярости.

Лили
и Вельф переговаривались приглушёнными голосами. Оука одновременно
следил за Тёрком и приглядывал за возможными нападениями монстров. Вся
группа была на нервах.

Лишь Кассандра шла погруженная в свои мысли.

Она думала о Белле, ушедшем на двадцать седьмой этаж.

Интересно, если бы я сказала ему о своих снах… Но если бы он узнал содержание пророчества, он бы точно…

Она
не рассказала парню о пророчестве, потому что ощущала, что это не
изменит его решимости, по силе не уступающей предрешённой судьбе.
Вдобавок, её беспокоило кое-что ещё.

Если Ледяной Ветер ключ ко всему…

Мысли Кассандры становились всё страшнее.

Ледяной
Ветер, Фея которой суждено привести всех к падению, стала основным
источником бедствий в её сне. И правда, разве не совершённое ей в Ривире
убийство привело к «великому бедствию».

Если Ледяной Ветер несёт
несчастья, то попытки Белла её спасти бесполезных. Хуже того, он будет
верить в то, что мир его предал, когда столкнётся с жестокой
реальностью.

Ему это обещает мрачную судьбу.

Всё, как всегда. Я беспокоюсь, говорю, страдаю, ошибаюсь… и сожалею.

Волнение и горечь охватили Кассандру, уставившуюся на водопад, пронзающий Подземелье.

Никто не заметил, никто не понял.

Что я должна была сделать, чтобы ему помочь?

Ответа не последовало.

----------

Том 13 Глава 3.7

Авантюристы вокруг погрузились в обсуждение.

Члены группы
морщились от запаха палёной плоти. Проход лежал в руинах, что говорило о
разрушительной мощи взрыва. Этот же взрыв привлёк сюда монстров,
доказательством были тела мерманов, лежащие на земле.

Некоторые
авантюристы отбивались от монстров, приходивших из проходов. Мы же,
собравшиеся у виновника этого переполоха, стояли в напряжённом молчании.

Коточеловек
по имени Джура был в ужасе от Ледяного Ветра. Невозможно было понять,
сколько ему лет, судя по всему, это эффект его Характеристик, но на вид
ему было около тридцати пяти. Наверное, дело в истощении, но впалые
чёрные круги окружали глаза со зрачками-щёлками, наполненными страхом.

— Борс… Ч-что делать будем?

—
Что я могу сказать… Если сдадим его в Гильдию, получим громадное
вознаграждение. А если его убьёт Ледяной Ветер, останемся без него, —
тихонько заявил Борс, прежде чем перейти на полную громкость и с
воодушевлением произнести. — Зачем мы сюда пришли? Чтобы убить эльфийку и
отомстить за нашего соседа, так ведь? И наши цели не изменились. Вопрос
только в том, получим мы деньги или нет.

Уверенность Борса стёрла сомнения с лиц других авантюристов. Для меня, впрочем, это решение было ужасным. Я напрягся.

Но и я начал колебаться.

Я не знаю, чего именно добивается Лю.

Жажда мести окончательно её поглотила? Ведомая яростью, она убила тех авантюристов?

И…

Что-то ещё не давало мне покоя.

Не знаю, что именно… просто что-то во всей этой ситуации казалось подозрительным, что-то заставляло почувствовать себя дурно.

Где-то в глубине сознания пробудился голос, который заявлял, что что-то здесь не сходится.

Воспоминания начали прорываться из глубин сознания.

…Но я никак не мог выхватить нужную вещь в своей памяти.

Мысли и эмоции смешались. Я понятия не имею, что правда, и во что я должен верить!

Сколько бы не говорили божества о том, что я вырос, я остался тем же старым Беллом Кранеллом.

Меня легко сбить с толку, и я никак не могу принять решение. Я всё ещё тот самый жалкий я, который постоянно сомневается…

— ?..

Прижав руку к голове, чтобы хоть как-то отогнать ощущение отчаянья, я попятился и на что-то наступил.

— Это же…

Частичка чего-то красного.

Чего-то, что можно встретить в Подземелье.

Я поднял с земли небольшую частичку алого кристалла и уставился на неё. Наконец, мои глаза округлились.

— Ледяной Ветер?!

Почти в то же мгновенье кто-то прокричал имя Лю.

— ?!

Я повернул голову к источнику крика.

В одном из множества проходов я увидел нечто приземлившееся рядом с водопадом.

Длинный плащ, развеваемый ветром, понёсся на нас со скоростью молнии.

— Взять её, ребятки!!!

Борс кричал так громко, что на его голове вздулись вены. Похоже, ему показалось, что настал момент истины.

Останавливать
авантюристов у меня не было времени. Сейчас никто не будет слушать
доводов и объяснений. По приказу лидера, только что сплюнувшего на
кристальный пол, авантюристы издали боевые кличи и бросились к одинокой
эльфийке.

Она не удостоила их даже взглядом. Взревев, она бросилась прямо к нам. На её лице была лишь кровожадная ярость.

— ДЖУРААААААААААААААААААА!!!

Сложно поверить, что грациозная девушка может издать яростный крик такой мощи.

Её клич пронёсся по коридору, на огромное расстояние. Казалось, даже кристальные стены Подземелья тряхнуло.

Может
она этого и не задумывала, но её крик заставил содрогнуться от ужаса
всех авантюристов, бежавших на неё, обнажив оружие, словно рёв
какого-нибудь высокоуровневого монстра.

Он неслась к тому, чьё имя только что выкрикнула.

— Убирайтесь!!!

— Аааааа!

В происходящее прямо на моих глазах сложно было поверить.

Ледяной Ветер пронеслась сквозь толпу авантюристов, среди которых были авантюристы третьего уровня, как стрела.

Деревянный
меч опустился на стоящего впереди дварфа, потом, возвращаясь в позицию,
отправил летевшего на неё зверочеловека в стену. Авантюристы падали
один за другим, пытаясь сдержать её натиск. Меч буквально излучал синевато-зелёное свечение.
Вместе с мечом, свет загорался и в её небесно-голубых глазах, каждый
раз, когда он становился сильнее, очередной авантюрист отправлялся на
землю.

Она сейчас справится со всеми двадцатью авантюристами?!

— ДЖУРААААААААААА!

— Аааааааааааа!!!

Эльфийка
в маске с горящими глазами не переставала выкрикивать его имя, а
коточеловек с каждым криком становился всё бледнее. Наконец, он
развернулся и бросился бежать.

Я посмотрел на него с удивлением, а
Борс и его группа приготовились к бою. Подняв оружие, они облизнули
краешки губ, наблюдая, как Ледяной Ветер прорывается сквозь стену
авантюристов.

— Она использует какое-то заклинание или навык!
Остановите её! Если собьём разгон возьмём её числом!!! Не дайте ей
лишить нас преимущества!

Борс считается главой Ривиры не за
красивые глаза, он один из лучших авантюристов третьего уровня, и
команды он раздаёт быстро и отчётливо. Он был уверен, что с силами,
которыми располагает, он может победить Лю. Его приказы распалили боевой
дух зверолюдей и амазонки, те бросились в бой не раздумывая.

Только вот.

За мгновенье до того, как они успели нанести хоть один удар тело эльфийки, закружилось будто зловещая буря.

Она
кружилась, плащ со свистом рассекал воздух, и этим движением она
проскользнула между направленными в неё клинками. А потом, пока
авантюристы не успели прийти в себя и развернуться, эльфийка нанесла им
удары деревянным мечом по затылкам, завершая поворот. Все трое упали на
землю лишившись сознания.

Её навыки просто ошеломительны, от их
демонстрации у меня захватило дух, и заставило восторженно выдохнуть,
что не совсем подходило к сложившейся ситуации.

— Тебе с такими выкрутасами в Паству Локи не пора?!

Борс,
оставшийся единственным выжившим, разразился проклятьями и понёсся на
эльфийку с секирой наперевес. Однако, за мгновенье до того, как клинок
опустился на воительницу, в действии действительно напоминающую бурю и
подарившую ей прозвище…

— Чё? Ты же та эльфийка, которая… АРГХ!!!

Борс
на мгновение замешкался, видимо вспомнив битву на восемнадцатом этаже, в
которой они сражались на одной стороне, и этой секунды замешательства
хватило, чтобы Лю оглушила его безжалостным ударом деревянного меча.

Меня
перекосило, когда я увидел, как огромное тело отлетает в стену, а из
его носа, встретившегося с твёрдой поверхностью, потекла кровь.

— Эм… постойте! Подождите, пожалуйста!

На ногах остался я один, и увидев, как на меня побежала Лю, я мог только крикнуть.

Я не хочу сражаться. Я хочу узнать. Я хочу услышать, как всё было от тебя лично.

Это были единственные мысли, которые остались в моей голове, когда я перекрыл ей дорогу.

— Ты мне мешаешь.

Кажется, она не хотела тратить на это время.

Скрытые
под капюшоном небесно-голубые глаза прищурились. А в следующее
мгновенье элегантная нога топнула, отталкиваясь от пола пещеры.

Она просто меня перепрыгнула.

…Она меня перехитрила!!!

Я
был восхищён, когда увидел, как она использует остатки своего разгона,
чтобы проскочить над моей головой. Она даже волосы не задела. Не
оборачиваясь, она приземлилась за моей спиной и бросилась дальше, словно
ветер.

— За ней, Кроличья Лапка!!! — взвыл Борс, едва отрорвав голову от стены.

Я
слышал злость в его голосе. У меня самые высокие характеристики из
группы преследования, и он хотел, чтобы я бросился в погоню.

Ещё
до того, как он успел договорить, я оттолкнулся от кристального пола, по
своим собственным причинам бросившись за Лю в погоню.

— Я-я-я-я-я!

Я
едва поспевал за её развевающимся длинным плащом. Я бежал за ней, а она
преследовала коточеловека. Спустя мгновенье она исчезла, наверное,
повернула в какой-то из коридоров.

Я остановился на перекрёстке,
не зная, куда дальше бежать. Впрочем, вскоре я сделал выбор. Я бросился в
коридор, из которого раздался зловещий рёв монстров. Следуя за криками
зверей, ощутивших на себе мощь меча Лю я продолжал бежать. Словно в
подтверждение моих догадок я натыкался на отброшенных в стену монстров и
кучи пепла.

Впрочем, этот метод скоро перестал приносить плоды, и я окончательно потерял из вида невероятно быструю эльфийку.

— Куда она делась?..

Тревога подогревала панику, тело снова начал покрывать пот.

В этот момент я услышал распев.

— А теперь издалека… с безграничных небес…

Я остановился.

До меня донеслась часть распева, эхо, не поглощённое Подземельем.

— Приди к глупой мне… той, кто тебя оставил…

Магическая сила нарастала.

Интуиция подсказывала мне сжаться, потому что должен случиться какой-то мощный взрыв, и он может до меня достать.

Магическая мощь достигла критической точки.

— Насыщенный светом звёздной пыли, одолей своих врагов!!!

Быть не может!!!

Интуиция меня не подвела.

— Светоносный Ветер!!!

Раздался грохот, часть прохода прямо передо мной оказалась взорвана.

Огромный шар света проскочил мимо меня, подняв за собой штормовой ветер.

Я поднял руки перед лицом, защищая себя от целого града осколков, полетевших слева.

Вместе с рёвом магической силы Подземелье наполнилось криками.

— …Пробило стену Подземелья?

Содрогнувшись
от абсурдной мощи заклинания я вбежал в появившийся тоннель. Довольно
странно, что к Лю меня постоянно приводят взрывы.

Пробегая по
обрушившимся стенам, я оказался в огромном зале. В нём было много суши,
хоть несколько водопадов также заполняли это место. Должно быть от жара
огромного шара магического света над поверхностью воды поднялся лёгкий
туман.

Запрыгнув в комнату через проломленную стену, я обнаружил свернувшегося у моих ног коточеловека.

— Ты…

— …К-Кроличья Лапка? Помоги! Спаси меня от неё!!!

Разумеется, кого он подразумевает под ней можно было не спрашивать.

В центре комнаты из тумана выступил человеческий силуэт. С приближением он становился всё отчётливее.

Эльфийка, держащая деревянный меч в руках, смотревшая пристальным взглядом.

— Лю!.. — выпалил я.

— …Вы пробежали за мной и сюда, господин Кранелл?

Лю посмотрела на меня пронзительным взглядом, словно только сейчас меня заметив.

Уже эта фраза выбила меня из колеи. Я почти лишился дара речи, когда под маской раздался шёпот.

— …Почему вы всегда так поступаете?

А потом, громче…

— Отойдите. Вы стоите у меня на пути. Я не могу покончить с ним, пока вы здесь.

Она посмотрела на коточеловека.

Подняв жаждущий крови меч, она медленно к нам приближалась, длинные ботинки громко стучали по кристальному полу.

Коточеловек, свернувшийся на земле, завывал, не сводя взгляда с жуткого силуэта.

—
Единственная моя ошибка заключается в том, что я не прикончила тебя в
прошлый раз. Я высокомерно думала, что наверняка тебя убила и не стала
проверять, а теперь об этом жалею.

Голос Лю был наполнен
недовольством, словно она проклинала себя за то, что не закончила дело.
Всё это время она не сводила взгляда с коточеловека.

— …Надо будет убедиться, что в этот раз ты подохнешь.

При слове «подохнешь»,
сорвавшемся с её губ, я чуть не лишился сознания. Скрытое маской лицо
заметно изменилось под стать ледяному, затуманенному взгляду.

Сейчас
она не была похожа ни на ответственную эльфийку, работницу бара, ни на
вежливую авантюристку, не раз приходившую мне на выручку.

Это было лицо мстителя.

Лю на самом деле такая?

Или это… Ледяной Ветер?

Когда
мы встретились на восемнадцатом этаже, она рассказала мне о своём
прошлом. И сейчас персонаж той истории словно воплотился прямо передо
мной. Другая эльфийка, та, которую я ещё не встречал.

— Здесь и сейчас мы с тобой окончательно рассчитаемся… За расчётливость и всё остальное тоже, — сказала Лю, снимая маску с лица.

Коточеловек начал вопить, словно уже не мог вынести собственного ужаса:

— Кроличья Лапка! Убей её, умоляю! Это жутко, тело так сильно болит, кровь не останавливается!.. Рука, она отрезала мне руку!..

Он обнял своё окровавленное тело оставшейся рукой. Вздрогнув, я посмотрел на кинжал Лю.

— Э-это правда? Что вы отрезали ему руку?..

— …Да, это я отрезала ему руку. И ухо срезала тоже я. Что с того?!

В
её голосе слышалась смесь гнева и сожаления. Она призналась в своих
поступках. Колени отказались меня удерживать, и я рухнул на пол.

— Отойдите сейчас же!

— Лю…

— Я сказала уйди!!!

Кончик деревянного меча указал на меня.

Её
ярость заставила меня вздрогнуть. Четвёртый уровень, или нет, это не
важно. Сердце стучало так громко, что его стук отдавался в ушах,
холодный пот тёк не переставая.

— Если вмешаешься, я и тебя отброшу… У меня нет на это времени.

Её слова заставили моё горло сжаться.

— Кроличья Лапка, спаси меня… Прошу-у-у-у-у!..

Жалобный визг коточеловека подстегнул моё волнение.

Передо мной ультиматум, за спиной борьба.

Похоже на сцену какой-нибудь пьесы. Преступник жаждет крови, ей противостоит детектив, а жертва молит о помощи.

Это я в роли детектива, сейчас я зажат в угол. Бездарный из меня актёр. Или, словами богов, на эту роль я совершенно не подхожу.

Я даже поднять взгляд себя заставил с трудом.

— …Пожалуйста, скажите мне.

Хоть я и ощущал, что сейчас паду под тяжестью собственных чувств, я нашёл силы, чтобы заговорить.

Я должен знать. Должен понять.

Я должен узнать, что произошло на самом деле. Чего хочет Лю.

Если я этого не пойму, то не смогу прийти к ответу.

Поэтому я переборол давление эмоций и спросил её:

— Человека в Ривире убили вы?

— У меня нет времени на твои вопросы!

— Тело нашли рядом с Ривирой! Люди видели, как вы оттуда бежали!

— Сколько раз мне сказать, чтобы ты понял?!

Её переполняло негодование, она не была настроена отступать.

— Лю, прошу вас! Ответьте на один вопрос!!!

В следующий свой крик я вложил всё желание узнать историю с её точки зрения.

— Вы его убили?!

— Это не я!!!

Мы перекрикивались так громко, что это походило на драку.

Мои глаза встретились с лишённым спокойствия взглядом небесно-голубых глаз.

Её крик казался криком остервенелой преступницы.

В горьких словах не было попытки оправдаться или объясниться, лишь эмоция.

Но… этого достаточно.

— …Понятно.

Для меня.

— Кроличья Лапка, ты чего? Спаси меня, быстрее! Спаси?..

Коточеловек вопил, а моё тело покинуло напряжение.

Я всё ещё стоял напротив Лю, но сердцем я больше не собирался ей противостоять.

Джура это заметил.

Больше не было преступника, детектива и жертвы.

Теперь здесь два детектива и преступник.

И Джура это понял.

— Не покажешь раны? — спокойно обратился я к нему.

— А? Ты о чём говоришь?..

— Не мог бы ты показать мне, как срезана твоя рука.

Так уж случилось, что я совсем-совсем недавно видел человека, потерявшего руку. Эльфа Лювиса, на которого напал моховой гигант.

Каждый
раз хотелось отвернуться, рана, оставленная монстром, оторвавшим ему
руку, выглядела жутко. Кровь лилась ручьём, одежда и экипировка ей
пропитались и приобрели тёмно-красный оттенок, а ещё в воздухе держался
запах свежей крови.

Вид оторванной руки был таким, что от него сразу же становилось дурно.

А у этого коточеловека нет совсем никаких симптомов.

Да,
его одежда и экипировка пропитаны кровью, но её не так много, чтобы
вызвать неизбежные признаки некроза в верхней части руки. Запаха крови,
бьющего в нос, тоже не ощущается.

Вот что память пыталась подсказать мне всё это время. Меня не отпускало ощущение, что здесь что-то не так.

До этой минуты в моей голове было столько мыслей, что я не мог этого понять.

А теперь заметил.

Пропавшая рука…

— Эта рана… она старая, правда?

Коточеловек посмотрел на меня со злобой.

Лю
сказала, что отрезала ему руку и ухо. Что если она сделала это
давным-давно, когда была поглощена желанием мести, в то время о котором
она говорила с таким сожалением на восемнадцатом этаже?

В этом видна логика. И это многое объясняет.

Становится
понятно, почему коточеловек так сопротивлялся оказанию помощи.
Наверное, он беспокоился о том, что мы можем заметить, изучив его тело?
Он боялся, что мы узнаем о том, что раны старые?

Получается, он сам себя ранил перед тем, как мы его нашли.

Лю на него не нападала.

Я заметил ещё несколько нестыковок.

На самом деле, довольно многое в его истории кажется мне неестественным.

Если Лю заклинаниями вызывала взрывы, то все её жертвы должны быть обожжены. Но на найденном мной дварфе никаких ожогов не было.

Его покрывали лишь резанные раны и только.

Наверное, дварф был единственным из врагов Лю, которого она нашла. И оружие она достала, потому что он сопротивлялся.

— Просто кое-что в твоей истории… не сходится с реальностью.

— О чём это ты? Я всё объясню!..

— Ладно, почему ты до сих пор жив?

— ?!

— Раз тебе отрезали руку, отрезали ухо, и ты стал жертвой заклинания… как ты не умер?

Его противница Ледяной Ветер.

Она в одиночку вырезала целую Паству. Она знаменитая воительница четвёртого уровня, за чью голову назначена награда.

Непонятно, как она могла догнать его, а потом упустить.

—
Поначалу мне даже показалось, что она сошла с ума от ярости… потому что
Лю ни за что бы не покинула то место, куда пришли Борс и остальные
после того, как тебя атаковала.

Она не за что не отпустила бы его, если бы атаковала, как коточеловек заявил.

Разве возможно, что, взорвав там всё, Лю намеренно не добила бы его и отступила?

…Этого не может быть, а значит она не нападала.

И почему там не было ни единого признака магической энергии или распева заклинания, как в этот раз?

…Потому что не она подрывала этаж.

Что мы получаем в итоге?

Даже не подходящий на роль детектива человек способен это понять.

Ответ прост.

Всё это спектакль подготовленный и сыгранный этим коточеловеком.

— А ещё я нашёл в коридоре это.

Я показал ему кусочек алого кристалла. От него веяло жаром, и такой я уже видел.

— Это Адский Камень, не так ли? — спросил я.

Около
четырёх месяцев назад, когда я впервые встретил Вельфа, он привёл меня в
свою мастерскую и показал мне устройство, которое использовал в
качестве горна. Чтобы плавить минералы Подземелья, ему нужно было
использовать мощный взрывной элемент, который повышал жар пламени.

Лицо коточеловека дёрнулось.

— Лю сказала, что никого не убивала… и я ей верю.

Единственное, чего я так и не понял, это убийство на восемнадцатом этаже.

Если её ярость вышла из-под контроля, и она убила того человека…

Мне нужно было знать ответ на заданный вопрос.

Если она снова стала жаждущим крови мстителем, её желание убивать порушило бы все выстроенные мной догадки.

…Это уже не было правосудием.

Она сказала мне эти слова, а её голос переполняло сожаление.

— Господин Кранелл…

Лю сказала, что не убивала того человека.

Она
сказала мне это глядя в глаза. Её взгляд был наполнен эльфийской
гордостью, ненавистью к лжи и чувством долга. Взгляд небесно-голубых
глаз, который отлично мне знаком.

И этого достаточно. Более чем достаточно.

Оставаясь к коточеловеку спиной, я повернул голову и уставился на него.

— Если Лю не вызывала эти взрывы… получается, их устраивали ты и твои люди.

Все взрывы, кроме последнего, были делом их рук.

Пока я не знаю, зачем они громили этот этаж. Зато, наконец, для меня всё встало на свои места.

— Покажи мне раненную руку.

Если он покажет мне рану, я буду убеждён в обратном.

Покажи мне рану, как доказательство её вины.

Я прекрасно знаю, что сейчас взгляд моих глаз холоден.

Я обратился к нему таким тоном, чтобы он понял, что он не вправе возразить.

Лю смотрела на меня, единственного человека, который ей поверил.

Коточеловек сглотнул.

А потом, явно, прищёлкнул языком.

Одарив меня злобным взглядом, из невинной раненной жертвы он в одно мгновенье превратился в жестокого злодея.

В следующую секунду рука, которую он завёл за спину, вытянулась в мою сторону.

— Ну вот, меня раскрыли!

— А!

Я отпрыгнул, уклоняясь от красного развода, который рассёк воздух.

В левой руке коточеловек держал алый хлыст.

— Ты с этими придурками из Ривиры бесполезные куски мяса! Я не думал, что Лайон вам по зубам, но вы даже задержать её не смогли!

— Джура!..

Мы
с Лю оказались бок о бок против одного противника. Коточеловек закинул
хлыст на плечо, а потом вытащил эликсир из сумки, скинул с него одной
рукой крышку и опрокинул содержимое в рот. Целебный предмет высочайшего
класса исцелил нанесённые им самим раны и заставил дымок подниматься от
шрамов.

— Тёрк неплохо справлялся, но облажался под конец. Слишком перенервничал из-за тебя и Лайон, и начал взрывать слишком рано.

Подобно фокусник, раскрывающий секрет фокуса, Джура, бросил несколько Инфернальных Камней, которые прятал от нас у земли.

Их было около двадцати. С таким количеством явно можно было бы нанести Подземелью серьёзные повреждения.

— Простите Лю, что усомнился в вас даже на секунду!..

— …Нет, это я погорячилась и была слишком скрытной. Я пыталась избегать вас ради вашего блага… но это было неправильно.

Мы
стояли бок о бок, даже не взглянув друг на друга. Лю ответила мне тихо,
не отводя взгляда от стоявшего перед нами коточеловека.

— Спасибо, господин Кранелл, что поверили в такую дуру, как я. Я очень благодарна.

Не знаю радость это было или довольство, но теплота охватила мою грудь.

— Я собираюсь остановить этого злодея… Пожалуйста, окажите мне помощь.

— Конечно!

Я кивнул, улыбка появилась на моём лице, но я не сводил взгляда с противника. Я вытащил из ножен Божественный Кинжал.

— Джура, прими свою судьбу. Ты почти убедил людей Ривиры убить меня, но твои планы провалились. Ты остался один.

Утихомирив
свою ярость, Лю заговорила с Джурой, словно давая ему последнее
предупреждение. Впившись взглядом в коточеловека, она начала медленно
приближаться.

В ответ тот улыбнулся.

Сняв с плеча алый кнут он начал хохотать.

— Ха-ха-ха-ха-ха!.. Ох и насмешила ты меня!

— …

— Уже забыла, Лайо-о-о-о-о-он?

Её противник, кровный враг, издал последний громкий смешок.

Мгновение спустя кнут запылал алым светом, раздался громкий щелчок.

— Я укротитель.

Спустя мгновение огромная тень рухнула с потолка на землю.

— А?!

Мы
с Лю разлетелись в разные стороны. Она прыгнула налево, я — направо. И
это было верным решением, нечто огромное приземлилось прямо, между нами.

Комната сотряслась, я выставил руки перед лицом, чтобы защитить его от полетевших обломков кристаллов.

— А вот и моя зверушка.

Опустив руки, я увидел огромное извивающееся тело.

Разинутый рот искал что-то что можно проглотить.

У огромного тела не было рук или ног. На том, что можно было назвать лицом виднелось три пары глаз.

Перед нами оказался гигантский многоглазый змей.

----------

Том 13 Глава 3.8

— И что вы задумали? — бесстрашно спросила Айша, расплываясь в улыбке. Она смотрела на Тёрка и его товарищей, доставших мечи и двинувшихся на группу Паствы Гестии.

— Не он один, получается… — проговорил Вельф.

—
Да, похоже все они на тёмной стороне, — добавил Оука. Четверо их
противников разом обнажили оружие и переглянулись. Двое парней выступили
вперёд, вытягивая мечи из ножен.

Враждебная группа состояла из
двух людей и двух зверолюдей. У всех, кроме Тёрка, за спинами были
большие рюкзаки. Все четверо разом показали настоящую кровожадность.

— Времени у нас в обрез, а уходить вы не собираетесь… значит тут мы вас и положим! Ради плана Джуры, конечно!

Тёрк вытащил алый кнут и призвал монстра.

— ?!

Айша
и остальные успели отпрыгнуть, прямо из стены вырвалось длинное тело.
Дафна схватила Лили, а Микото -Харухиме, они вчетвером побежали из
разрушающегося коридора.

Странным образом в тот самый момент,
когда Белл и Лю столкнулись с огромным змеем, другая часть их группы
встретилась с подобным монстром.

— Что за?!

— Ламбтон!..

Длинный
огромный змей из категории больших монстров, способный потягаться
размерами с боссом этажа. Пять метров в толщину и десять в длину.

На мгновенье при виде такой громадины мой разум отключился.

Несмотря
на довольно приметный вид, я не помню никакой информации об этом
монстре. Когда Лю выкрикнула его название, мне ничего не пришло на ум.
Что там с вдалбливаемой мне Эйной информацией о нижних этажах?

— …О да.

Наконец, я вспомнил что-то, оказавшееся в одном из самых отдалённых закоулков воспоминаний. И когда я вспомнил, сердце замерло.

Не может быть!..

----------

Том 13 Глава 3.9

— Уран.

Сжимающий чёрной перчаткой хрустальный шар силуэт показался в магическом предмете.

— Как и ожидалось, я обнаружил заполненную монстрами комнату.

— Были ли среди монстров Ксеносы?

— Нет, ни одного. Только обычные монстры.

С
Ураном говорил его ближайший помощник, восьмисотлетний павший мудрец
Фелс. Маг использовал особые навыки, чтобы проникнуть в Кносс с тайной
миссией и теперь докладывал о её результатах через окулюс.

— Похоже, что этим путём перевозили и других пойманных в Подземелье монстров, не только Ксеносов.

— И сколько их там?

— Слишком много, чтобы я мог сосчитать.

Прохладная
каменная комната была заполнена чёрными клетками разных размеров,
содержавшими различные виды монстров. Монстры, относящиеся к растениям, с
желтовато-зелёной кожей, целое стадо монстров, относящихся к большим,
нашёлся даже дракон, лежащий раскрыв рот так, что виднелись заполненные
острыми зубами челюсти. Все они были подвергнуты действию какого-то
транквилизатора, возможно это был магический предмет, так что даже когда
Фелс присмотрелся к монстрам, они почти не реагировали на его действия.

Маг проходил мимо клеток, освещая их одну за другой лампой. Даже лишённый человеческой плоти скелет ощущал слабый холодок.

— Лидо и остальные с тобой? — спросил Уран.

—
Нет, мы разделились. Ксеносы были заперты в подобных клетках. Хоть
сейчас речь идёт не об их сородичах, они предпочли не смотреть на это
неприятное зрелище… К тому же, собранные здесь враги довольно сильны.

— Ты можешь от них избавиться?

Быстро пробежавшись по составленному списку монстров Фелс ответил Урану прямо:

— Это будет непростой задачей. Дело не только в количестве, придётся иметь дело с несколькими очень непростыми видами.

По
большей части монстры серединных и нижних этажей опасны из-за своего
количества. В найденных Фелсом бумагах говорилось о том, что Паства Икелоса и другие остатки Злодеев проводили над ними какие-то эксперименты.

Фелс остановился у нескольких особенно больших клеток в самом конце зала.

— Сложно в это поверить…

Голос, доносившийся из-под капюшона, напоминал не то стон, не то шёпот.

— Я не ожидал, что им удастся поймать и запереть монстров глубинных этажей…

Маг стоял перед двумя огромными клетками. Прутья клеток были погнуты изнутри.

----------

Отсчёт

— Ха-ха-ха-ха-ха-ха!!! — смех коточеловека эхом отдавался от стен зала.

Мы с Лю, стоя плечом к плечу, смотрели, как большие капли вязкой жидкости падали на пол с ядовитых клыков змея-монстра.

Ламбтон
— редкий монстр с глубинных этажей. У него заострённая голова, а
челюсти, раскрывающиеся вертикально, способны проглотить орка целиком. С
обеих сторон от рта расположено по девять отверстий, обозначающих
орган, который я у монстров ещё не встречал.

Первым, что
бросилось в глаза, был ошейник, созданный руками человека, повязанный
вокруг головы монстра. В нём поблёскивал красный драгоценный камень, он
служил доказательством того, что это «питомец» укротителя.

Кожа монстра была синей, янтарные глаза постоянно двигались, впрочем, мы с Лю постоянно были в поле его зрения.

— Как монстр глубинных этажей оказался здесь?!

Для
монстра, который обитает в Подземелье гораздо глубже, очень необычно
показаться в Водной Столице. В то время как я содрогался от ужаса,
коточеловек довольно ухмылялся:

— Я привёл его из Кносса. Это
одна из зверушек, которых мы поймали. Наверное, ты знаешь о чём я, раз
имел дело с теми жуткими говорящими тварями и Паствой Икелоса.

— !..

Прозвучало так, словно он знает о моей связи с Ксеносами и Паствой Икелоса.
Раз речь зашла о рукотворном подземелье, всё начинает обретать смысл.
Всё же такой огромный монстр должен был привлечь внимание других
авантюристов. Только вот никто не докладывал о встрече с ним. Как
странно!

Мысли, должно быть, отразились на моём лице, потому что
коточеловек продолжил говорить, выражение на его лице стало
расслабленным:

— Не слышал, да, Кроличья Лапка, про особую способность вирмвеллов?

— !..

— Ламбтоны — всего лишь кличка, как и другие она дана авантюристами.

Теперь я вспомнил.

Я
пробежался по информации о монстрах глубинных этажей, которую почерпнул
в книгах изучаемых с Эйной перед экспедицией. Просто на всякий случай.

«Ламбтон»
— всего лишь прозвище, которое этой разновидности монстра дали
авантюристы. Этих монстров называют вирмвелами, первая часть этого слова
означает «змей», а вторая отсылка на «колодец». В то время как я
удивлённо поднял брови, Лю свела брови вместе и произнесла то, до чего я
как раз додумался:

— Ламбтоны перемещаются между этажами, двигаясь прямо сквозь землю!..

----------

Том 13 Глава 4.2

— Монстры, которые ползают между этажами?! — заорал Вельф, услышав объяснение Айши, совсем забыв в какую ситуацию они попали.

— Да поэтому авантюристы окрестили их «ламбтонами». «Ламбтон» — это слово, которое означает «плохое предзнаменование».

Они
стояли в коридоре на двадцать пятом этаже. Столкнувшись с таким же
монстром, что и Белл двумя этажами ниже, Айша нервно улыбнулась.

Обычно
вирмвеллы, или ламбтоны, живут на тридцать седьмом этаже. Но, как и
подразумевает их название, они могут двигаться наверх и порой возникают
на этажах гораздо выше. Поэтому авантюристы так сильно их страшатся.

— Хотите сказать монстры с нижних этажей могут забираться так высоко?!

Вирмвеллы
порой появляются на нижних этажах, это в их природе. Им безразличны
принципы распределения по этажам, они передвигаются свободно. Осознав,
насколько тяжёлым оказалось их положение, Микото и Чигуса побледнели.

— Насколько же он силён?.. — взвизгнула Лили, совершенно не готовая к встрече с подобным монстром.

Согласно классификации Гильдии, этому монстру присвоен четвёртый уровень.

До нижних этажей они добираются редко, однако, когда это случается, они становятся для авантюристов смертельным приговором.

— Это какое-то издевательство!!! — прохрипел Вельф, вскидывая двуручный меч наизготовку.

Повинуясь Тёрку и его алому кнуту, вирмвелл медленно готовился к атаке.

Группой овладело напряжение, Айша крикнула:

— Что бы ни случилось, не пытайтесь блокировать его напрямую! Он может утащить вас на другой этаж!

Чего
она не сказала, так это того, что скорее всего, прежде чем авантюрист
окажется на другом этаже, он уже превратиться в фарш, зажатый между
полом подземелья и огромным телом монстра.

Как бы там ни было, стоит этому монстру схватить авантюриста, и всё будет кончено.

— Взять их, ламбтон!

Вервольф Тёрк стукнул кнутом по земле, гигантский змей взревел и бросился на группу.

— А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!!!

----------

Том 13 Глава 4.3

— А-а-а!

Я отпрыгнул от заострённой головы вирмвелла.

С
содроганием я смотрел, с какой огромной скоростью он перемещается от
угла к углу огромного зала, пятьдесят метров длиной и двадцать шириной.
Вытянутое тело змея раскидывало скопления кристаллов. В меня полетели
брызги водопада, по которому он стукнул телом.

Но, даже промокнув с головы до пят, я не сводил глаз с изворачивающегося монстра, уползшего в дальний угол комнаты.

— Он заметно сильнее чем всё, что есть на двадцать седьмом этаже!..

Вирмвеллы
рождаются на привычном тридцать седьмом этаже, а потом бесследно с него
исчезают. Впрочем, не было случаев, чтобы вирмвелл двигался вниз.
Потому что, если монстр с верхних этажей попытается спуститься ниже, это
станет самоубийством, ведь монстры с каждым новым этажом становятся
гораздо сильнее.

Я слышал, что немало групп авантюристов было
уничтожено этим видом монстров из-за их способности к продвижению на
верхние этажи. Ходит даже слух, что вирмвеллы — это самые жуткие из
созданий, которых авантюристы встречают на нижних этажах.

Звук, с
которым они прорывают землю, самое настоящее предзнаменование беды.
«Плохое предзнаменование» — подходящее для них прозвище.

Кто бы мог подумать, что вирмвелл появится в Водной Столице!

Самым
высоким этажом, на котором их видели, был двадцать девятый. Эйна
говорила мне, что даже ламбтон не может преодолеть десять этажей твёрдой
почвы.

Однако сейчас это знание бесполезно.

Огромная дыра, которую я заметил по пути сюда с группой Борса, была сделана этим монстром. Вот как он перемещается между этажами!

— Сожри их, ламбтон!

Коточеловек щёлкнул кнутом снова. Повинуясь этой команде, ламбтон взревел и запустил своё огромное тело в воздух.

— Че?..

Голова
монстра поднялась в воздух по дуге метров на десять. Длинное тело
летело по воздуху, поблёскивая синей чешуёй. На мгновенье фантастически
красивый вид меня захватил, монстр это был или нет. Время словно
замедлилось. Впрочем, как бы красиво это не было, инстинкты подсказывали
мне убираться с пути змея.

Монстр провернулся и начал медленно
опускаться под действием гравитации. Чёрная тень закрыла свет кристаллов
на потолке, сходясь на месте, в котором стоял я.

Пребывая в шоке, я смотрел как тело огромного змея, вращаясь, опускается прямо на меня.

— Бегите!!!

Голос Лю вырвал меня из этого состояния, и я побежал что было сил.

— !!!

Зал,
нет, кажется всё Подземелье содрогнулось от громогласного удара, с
которым ламбтон рухнул на пол в том месте, где раньше стоял я.

Ударная волна подняла меня в воздух, перед глазами всё поплыло.

Змей,
извиваясь, исчез в кристальном полу. Моё тело осыпало осколками, а
огромный змеиный силуэт исчез в образовавшейся в полу дыре.

Используя
инерцию, я покатился по земле, в конце поднявшись на ноги и приняв
защитную стойку. Кровь стыла в жилах, когда я оглядел комнату, теперь
испорченную гигантской дырой.

— ?!

— !..

Подняв оружие, мы с Лю осматривали землю.

Пол не переставал вибрировать. Змей прорывал кристаллы с единственной целью проглотить свою добычу, нас, целиком.

Откуда он появится?

Из пола или из воды?

— Вот и нет! — хмыкнул коточеловек, увидев, как мы опасливо осматриваем пол.

В следующее мгновение треск кристаллов раздался со стороны. Осколки полетели на пол из стены, рядом с которой стояла Лю, ламбтон появился и понёсся на неё, раскрыв рот.

— Лю!

— Я-я-я-я-я!

Кажется,
Лю не была готова к такому появлению змея. Чтобы компенсировать
потраченное время, она оттолкнулась от пола и, шурша длинным плащом,
полетела наверх. Она смогла подпрыгнуть достаточно высоко, чтобы тело
монстра пронеслось под ней, пока она не приземлилась.

Она оказалась рядом со мной, а монстр пронёсся через центр комнаты.

— Ламбтоны всегда такие дикие? — переводя дыхание, спросил я.

—
Поскольку это редкий монстр, я встречалась с ним в бою лишь однажды и
не могу ответить на ваш вопрос… — бросила в ответ Лю, вскидывая
деревянный меч.

Единственный монстр подобных размеров, с которым я
сталкивался, был Голиаф. Этот змей… и методы его нападения и размеры
просто дикие. Вот какими бывают монстры глубинных этажей!

— Вот и пришёл конец, да Лайон? Вы с Кроличьей Лапкой окажитесь в животе этого зверька!

Коточеловек расхохотался.

— Не стоит обращать внимание на цирковое выступление нашего врага, — шепнула мне Лю через плечо.

Я удивился, но тут же кивнул. Обменявшись короткими жестами, мы бросились бежать вперёд бок о бок.

Я вытянул правую руку, прицеливаясь в ламбтона.

— Вспышка!

Молниеносная
вспышка пламени, сорвалась с моей руки, и ударила в морду монстра,
захватив также одно из девяти отверстий рядом с его ртом. Разумеется,
эта магическая атака почти не нанесла вреда такому огромному монстру.

Впрочем, он тут же уставился на меня тремя парами налитых кровью глаз.

Попался!

Злобный рык монстра заставил меня вспотеть, но, несмотря на это, я сжал руку в кулак.

Я
впервые сражаюсь с укротителем, но даже мне ясно, что целиться нужно в
самого укротителя, а не в монстра, которого он контролирует. Поскольку
они сосредотачиваются на навыках управления монстрами, обычно они слабее
остальных авантюристов.

Нужно разделить укротителя и монстра, а потом напасть на укротителя, пока он «голый».

Ламбтон сфокусировался на мне, а Лю ускорилась.

Словно
сокол, парящий в чистом небе, она неслась, опустив голову к земле. Она
проскользнула под поднятой головой монстра и оказалась рядом с
укротителем, которого змей прикрывал.

— Джура!

— Э?!

В
ответ на крик эльфийки раздался жалобный визг. Впрочем, уже через
мгновенье лицо коточеловека скривилось в ухмылке, и он одним движением
хлестнул кнутом по земле.

— !!!

— А?!

К моему
удивлению, ламбтон, чьё внимание, как мне казалось, мне удалось
захватить, понёсся к коточеловеку. Изменив направление движения, он
нацелился в спину Лю.

— Лю!

— ?!

Перед тем как её
деревянный меч успел ударить в укротителя, Лю была вынуждена отпрыгнуть в
сторону, чтобы уклониться от двигавшегося к ней монстра.

Джура
оскалил зубы, увидев, что ей едва удалось избежать хватки отравленных
клыков. Ламбтон не причинил вреда укротителю, он изменил направление
движения и опоясал его собственным телом, словно защищая.

— Ха-ха-ха!.. Решили напасть на меня да? Думали я к этому не готов?

— !..

— Я выдрессировал свою зверушку очень хорошо! — похвалился он с ухмылкой.

Лю прикусила губу. Ну а я не мог скрыть своего восхищения.

Я не знаком с укротителями и их специализацией. Я не видел даже Паствы Ганеша во время Монстромании, так что понятия не имел, насколько хорошо они могут действовать в бою.

Всё же… его монстр просто отлично обучен!

Я
знаю лишь о том, чему учила меня Эйна, но это основы. Я знаю, что
приручение монстров — это процесс, при котором ты заставляешь монстра
делать то, что тебе нужно и не противиться командам. Ты обязан дать
монстру осознать свою превосходящую силу и подчиниться ей. То есть,
укрощение — это попытка вызвать в монстре подчинение.

Доказательством
этого факта является то, что как бы укротитель не старался, прирученный
монстр будет нападать на любого другого человека. Ещё я слышал, что,
приложив огромные усилия, можно научить монстров множеству команд.

Этот коточеловек контролирует монстра, словно это продолжение его собственной руки или ноги.

— Лю… этот человек какой-то выдающийся укротитель?

— Нет… то есть, он один из лучших, но уступает укротителям Паствы Ганеша. Точнее, Джура Харма, которого я знала пять лет назад, уступал.

Я не мог скрыть удивления от того, что Лю, противостоявшая ему и его группе в прошлом, ожидала что его навыки будут ниже.

Укротитель провёл дрожащей рукой по огромному телу змея.

—
Чёрт… бесполезно… я боюсь слишком сильно! Лайон, замаскированная
Ледяной Ветер! — он кричал, не в силах скрыть дрожь в голосе. — Смотри,
как трясётся рука! Как листочек на ветру! Один раз ты уже меня убила,
конечно, я боюсь тебя до чёртиков!

И тут я понял.

Улыбки и ухмылки на его лице были наигранными и натянутыми.

— Я помню, Лайон! Мне не забыть. Ни за что не забыть!

— …

—
Когда я закрываю глаза, я всё ещё вижу тебя там в море крови в тот
день, когда ты напала на наш дом! Каждый день мне снится один и тот же
кошмар. С того дня я не мог спасть спокойно! Можешь поверить? Ни разу не
выспался за пять лет!

— ?!

— В тот день я спрятался среди
разрубленных тел моих товарищей, в ужасе! Я лежал, затаив дыхание, и
слышал, как ты орала, словно монстр, разнося наш дом своими
заклинаниями! Не знаю, как я выжил.

Лю молча слушала, как
коточеловек признаётся в собственном ужасе. Я пребывал в замешательстве.
Я видел его панику, видел боль во впалых, широко распахнутых глазах. В
ответ на малейшее движение Ледяного Ветра содрогалась не только его
отрезанная правая рука, но и целая левая.

Я наконец понял.

Тот
ужас, который он демонстрировал перед Борсом и остальными, не был
наигранным. Я начал сомневаться в своих выводах, потому что он был
настоящим.

Для него Лю — это символ того ужаса.

Ледяной Ветер — эльфийка, лишившая его руки, уха и чуть не лишившая жизни, для него самое пугающее существо в мире.

—
Если бы мне пришлось отражать твои удары, я бы обделался. Вот почему за
меня всё сделает монстр! Она сильнее меня, моя миленькая зверушка!

Всё ещё содрогаясь от неконтролируемого страха, укротитель щёлкнул хлыстом. Ламбтон снова бросился на нас, обнажив клыки.

Коточеловек
усмехнулся, когда мы отпрыгнули в стороны, чтобы защититься от монстра,
повиновавшегося его команде. Монстр с невероятной точностью повиновался
воле укротителя, успевая как нападать, так и защищать его.

Сомневаюсь, что причина этого заключается только в навыках коточеловека.

Нет, есть что-то странное в алом кнуте, которым он пользуется и ошейнике, надетом на монстра. Это точно магические предметы.

----------

Том 13 Глава 4.4

— Взять их, ламбтон!

Повинуясь голосу Тёрка и щелчку хлыста, вирмвелл бросился в атаку.

Столкнувшись с монстром такой силы, Айша решила отступить.

— В боковой коридор, живо!

Лили и остальные тут же бросились в коридор, избегая встречи с массивным монстром, ринувшимся на них.

Раздался
громкий треск, коридор, который они только что покинули, заполнило
бледно-синее тело монстра. Его рёв эхом разошёлся по этажу.

Харухиме была бледной от первобытного отвращения, которое ей овладело.

— Этой штуке нужно просто на нас ринуться… — крикнул Вельф.

—
…и нам придёт конец! — закончил мысль кузнеца Оука. Оба смотрели на
осколки кристаллов, которые начали падать с потолка, когда монстр
разворачивался.

Голова змея показалась в коридоре, в который они забежали.

— Мы не можем тут драться! Бежим!!!

Сражаться с огромным монстром в узком коридоре не получится. Айша, часто бывавшая на глубинных этажах в составе экспедиций Паствы Иштар, тут же отбросила мысль о сражении и все силы направила на побег.

— Коротышка, найди нам поле! — крикнула она.

— Поле?! О чём вы говорите?! — бледнея, крикнула в ответ Лили.

— Тупиковый зал на двадцать пятом этаже! Если в нём нет водопадов, он будет безводным! Веди нас в такое место!

От Лили требовалось смотреть на карту.

Группа
отступала как быстро, как это получалось. Движения ламбтона пытались
замедлить Микото и Чигуса, стрелявшие из луков, а также Дафна с
магическим кинжалом.

— Эй, он нас не преследует. Пропал!!! — крикнул Вельф, бросая взгляд через плечо.

— Нет, Вельф-сан… он ещё здесь! — крикнула в ответ Микото, использовавшая Чёрный Ворон Ятано.

— Зарылся под землю! Вылезет снизу… Нет, сбоку!!! Стреляйте! — взревела Айша, следившая за вибрациями.

Спустя мгновенье ламбтон вырвался из стены рядом с группой и понёсся на них.

— О-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о!!!

— А-А-А-А-А-А-А?!

— Бешенная зверюга!

— Много подобных монстров на глубинных этажах?!

Крик
Харухиме, отчаянный крик Дафны и вопрос млеющего от страха Оуки
раздались в коридоре, в котором авантюристы едва успели разминуться со
змеем. К этому времени Харухиме стала для отряда обузой, поэтому Айша
сказала ей скинуть рюкзак и закинула девушку на плечо. Прищёлкнув
языком, амазонка бросила взгляд на приближающегося монстра.

Мы никак не можем преследовать тех авантюристов. Белл Кранелл попросил нас за ними присматривать, а теперь мы загнаны в угол!

Проклиная себя, единственная в группе авантюристка второго ранга отчаянно искала хоть какой-нибудь выход.

В то же время Тёрк и его спутники, оставшиеся в проходе, из которого сбежала группа Айши, праздновали победу.

—
Ха-ха-ха!.. Этот магический предмет просто нечто! Не могу поверить, что
у меня получилось заставить подчиняться монстра глубинных этажей…
Спасибо, Злодеи!

Тёрк бросил взгляд на красный хлыст в руке, к
кончику которого был прикреплён красный драгоценный камень. Вервольфа
опьяняло чувство всесильности. Магический предмет был создан остатками
Злодеев, прятавшихся в Кноссе. Таинственный кристалл, точнее, проклятая
руда, служил гарантом безопасности покупателей «товара» у Паствы Икелоса.

При
надевании на монстра совпадающего по свойствам ошейника запретный
магический предмет позволял укротителям меньших уровней, а также
авантюристам, которые не владеют способностями укротителей, управлять
монстрами Подземелья. Джура использовал поднявшийся в Кноссе переполох,
чтобы забрать все ценные и редкие вещи.

— Услышав план Джуры, я подумал, что он чокнутый… Но он может взлететь. Если всё пройдёт гладко, точно взлетит!

Молодой
вервольф изначально состоял в небольшой банде мелких жуликов и никак не
был связан со Злодеями, поначалу воротил нос от заманчивого предложения
последнего члены Паствы Рудры, Джуры. Однако теперь, увидев предмет в действии, он не мог не изменить своего мнения.

Теперь
он был настроен не только уничтожить врага Джуры, Ледяной Ветер, но и
убедиться, что весь план коточеловека будет исполнен.

— Наша очередь действовать! Делайте, как вам было приказано!

Трое авантюристов с рюкзаками за спиной кивнули.

Оставив ламбтона в качестве прощального подарка Пастве Гестии, авантюристы сбежали.

— Харухиме, нужно Поднятие Уровня. Начинай читать заклинание! — приказала Айша.

— Вы про Коконоэ? Для Микото-сан и всех остальных?

— Двух хватит! Если используешь все силы сейчас, потом у нас возникнут проблемы. Повысь уровни Игниса и Масуратакео!

Группа
оказалась в тупиковом зале, благодаря указаниям Лили. Как только
авантюристы забежали внутрь, Айша начала раздавать указания, включая
приказ о поднятии уровня Вельфа и Оуки. Она была единственной из
авантюристов, у кого был опыт в изучении глубинных этажей, потому она не
могла позволить командовать Лили или Дафне. Положение было слишком
критическим, по грубому тону Айши это становилось понятно. Вдобавок, она
прекрасно поняла внутреннее устройство этой группы, пока занимала
некомандующую позицию.

— Сначала особый монстр, теперь это… С
вами, ребятки, никогда не бывает скучно! — отшутилась она, расплываясь в
улыбке и подготавливая к бою огромный подао.

— Я и подумать не мог, что услышу подобные слова от Берберы.

— Ага, неожиданно… или лучше сказать, сочту за честь?

Оука
и Вельф, которых окутали частички света, дарованные Поднятием Уровня
Харухиме, встали рядом с Айшей, подняв секиру, меч и держа наготове
щиты.

Группа подготовилась к схватке с монстром глубинных этажей, укрепив передние ряды.

— …Это и есть бедствие?

— Хватит уже, Кассандра!

Предвестница трагедии пребывала в замешательстве, когда началась битва.

Словно в ответ на рёв змея, камень на его ошейнике полыхнул алым светом.

----------

Том 13 Глава 4.5

— Сражаться с подобным монстром на этом этаже очень неудобно.

Мы с Лю уклонялись от атак ламбтона, извивающего телом в ответ на щелчки хлыста.

—
Должен признаться, он сам сюда добрался, прорываясь сквозь этажи, но
тело у него великовато. Его слишком легко заметить. Пришлось скормить
ему всех авантюристов, которые его видели.

— !..

— Сложнее всего было вывести его из Кносса.

Коточеловек впился в меня взглядом, когда мои кулаки сжались в ответ на его признание в убийствах.

—
Кроличья Лапка, после того как ты разобрался с Паствой Икелоса, я
решил, что лучше свалить из Кносса. Благодаря тебе… нет, всё началось с
косяка Дикса, я понял, что Гильдия найдёт моё укрытие. И они нашли! —
прокричал Джура. — Вместе с исчезновением места, в котором мы могли
тихонько скрываться, исчезла и безопасность… Вот тогда я и начал
претворять в жизнь свой план.

Ударная волна, порождённая
движениями монстра, отправила меня в полёт. Приземлившись, я бросил
взгляд через плечо и задал ему вопрос:

— Ещё тогда?!

— Ну
да. Ты же не думал, что мы могли перевести этих монстров за один вечер,
когда Лайон за нами погналась, правда? Для начала мы припрятали двух
ламбтонов.

— Что?..

— Видишь ли, пока они скрывались под
водой, авантюристы не могли их обнаружить. И знаешь? Тёрк и его ребята,
наверное, прямо сейчас организовали нападение на остальных. Потому что
им я такой кнутик тоже передал.

— !..

Я начал осознавать, что пытается сказать коточеловек, а он продолжил:

—
Два дня назад, когда силы Орарио, наконец, вошли в Кносс, мы почти
завершили исполнение плана и сбежали… Но Лайон оказалась неподалёку и
увидела меня.

Переполненным ненавистью взглядом он посмотрел на Лю.

—
Она погналась за мной, я использовал Тёрка и Жана, чтобы как-нибудь её
замедлить. Я знал, что она двинется за мной на этот этаж, пришлось
разжечь в жителях Ривиры беспокойство, чтобы её замедлить.

Я
предполагал, что, оторвавшись от Лю и сбежав из Кносса, на восемнадцатом
этаже первым делом он отправил своих подручных в Ривиру. Но одного из
его подручных Лю настигла и допросила, что привело её на двадцать
седьмой этаж очень быстро.

И в тот момент Тёрк, сбежавший от неё…
наверное решил использовать своего друга. Он убил раненного Жана,
выставив виновницей Лю, и бросился напрямую к Борсу. После этого он
настоял на формировании карательного отряда, как ему и было приказано.

Это всего лишь догадки, но даже от простых мыслей мне стало дурно. А ещё у меня сильное ощущение, что эти догадки верны.

—
Я подумал, что смогу использовать ребят из Ривиры, спустившихся на
двадцать седьмой этаж, в качестве наживки и увести вас с Лайон подальше
от себя! А когда сюда спустились бы остальные авантюристы, я бы просто
всех вас похоронил взрывами!

— !..

Получается, он ещё и пожертвовал собственным товарищем, чтобы зародить в жителях Ривиры страх перед Ледяным Ветром.

Ярость в глазах Лю пылала сильнее с каждым словом этого зловещего объяснения.

Я испытывал смесь страха и отвращения к человеку, готовому пойти на такое, чтобы исполнить свои цели.

Только
вот… почему он стал таким разговорчивым? Пытается показать своё
спокойствие? Пробудить в нас раздражение? Или… просто выигрывает время?

На
секунду я потерял концентрацию, и именно в этот момент рядом с головой
свистнул змеиный хвост, ударивший о землю и породивший самую сильную
ударную волну из тех, которые мне довелось испытать в этом бою.

— Аргх!

Я отпрыгнул так далеко, как мог. Переводя дыхание, я заметил, как за моей спиной приземляется Лю.

— Мои подозрения подтвердились, Джура накормил этого монстра магическими камнями, чтобы его усилить…

— !..

Её
слова заставили меня осознать, насколько долгая драка нас ждёт впереди.
Почти невозможно пробить такое толстое тело до магического камня.
Рискнуть ради нанесения одного смертельного попадания не получится.
Похоже, придётся балансировать разрыв в силе заклинаниями, пусть это и
станет огромной ментальной нагрузкой.

Сражаясь с укротителем,
который одновременно защищается и атакует, нам не одержать верх… Может,
если мы вместе с Лю используем наши сильные способности, отступив на
приличное расстояние, у нас получится отделить от него питомца?
Попадётся ли укротитель на такую очевидную попытку лишить его защиты?..

Я припомнил весь прошлый опыт, пытаясь придумать наилучшее решение. Потому следующие слова Лю застали меня врасплох:

— …Но я уже поняла, как связаны движения его кнута с отдаваемыми монстру командами.

Не
могу поверить, что Лю уже разгадала значение команд, которым укротитель
научил своего монстра, то есть, она поняла, как связаны удары кнута с
действиями которые предпринимает ламбтон.

Как ей удалось за такой короткий срок?

—
Один из вариантов, это уничтожение магического предмета, однако тогда
монстр освободится от контроля Джуры и может взбеситься, так что нам в
любом случае придётся его убивать. Поэтому, я собираюсь его обездвижить.

— Х-хорошо, я понял!!! Н-н-но как?!

— Джура опасается только моих заклинаний, так что я убью его оружием.

Не обращая внимание на моё замешательство, Лю пробежала пальцами по деревянному мечу.

— Господин Кранелл, вы его отвлекаете, я убиваю.

— Х-хорошо!

—
Единственная его способность, которая может доставить проблемы, это
уход под землю. Если вы увидите, что монстр собирается её использовать,
блокируйте его своим заклинанием. Я в вас верю.

Закалённая в боях опытная авантюристка уверенно излагала план даже во время сражения с могучим монстром.

— Я сражалась с ламбтоном и раньше. Нет причин думать, что этот монстр может нас победить.

Лю, а точнее Паства Астреи,
согласно записям Гильдии доходила до сорокового этажа. Она невероятно
сильная воительница, сражавшаяся на глубинных этажах. Её сила,
наблюдательность, находчивость, а также развитые множеством сражений ум и
решимость применять свои стратегии в бою вызывают у меня восхищение
перед её действиями и задумками.

До того, как мои способности авантюриста достигнут её уровня, ещё немало времени.

— Давайте побыстрее справимся с монстром и захватим Джуру.

До сих пор пылая пламенем ярости, эльфийка словно превратилась в стрелу, поднимающую ледяной ветер.

— !!!

Заметив её движения, я побежал в противоположном направлении.

Множество глаз монстра начало вращаться, стараясь следить за нами обоими, в то время как мы оббегали его с разных сторон.

Чтобы привлечь на себя внимание монстра, я начал атаковать его, используя свою ловкость и скорость.

— Я-я-я-я-я-ях!

В то время как монстр отвлёкся на меня, Лю храбро бросилась ему под брюшко.

Словно
предсказывая каждое движение монстра, она в последнее мгновенье
уклонялась от его попыток ударить в ответ. В каждый удар деревянного
меча вкладывалась огромная сила, чешуйки слетали с тела монстра. Земля
начала вибрировать, Лю словно била по монстру огромным железным молотом,
издавая характерный треск, неприятный для ушей.

Тем временем я
вернул Хакуген в ножны и освободившейся левой рукой рылся в сумке на
ноге. Незаметно я пересчитал предметы, оставшиеся у меня в сумке.

Высшее зелье, магическое зелье, противоядье и два фиала Высшего Двойного Зелья Эликсира Тигрёнка.

На экономию не было времени.

Набравшись решимости, я начал заряжать свой навык.

Аргонавт.

Частички белоснежного света начали собираться у левой руки.

Для
победы над таким огромным монстром потребуется не меньше двух минут
заряда. Однако в этот раз мне не нужно его уничтожать. Я просто помогаю
Лю!

— Дрянь! Под землю, ламбтон!

Коточеловек заметил, что Лю теснит монстра мощными атаками, и щёлкнул хлыстом.

Как раз этой команды я и ждал.

Я вытянул левую руку. Мне удалось заряжать навык около двадцати секунд.

Прицелившись в голову монстра, пытавшегося уползти под землю, я взревел:

— Вспышка!

Громадный поток молниеносного пламени, окружённый частицами белого света, ударил в землю под головой ламбтона.

— ООООООООООООООО?!

Монстра отбросило мощью взрыва, он начал извиваться на земле.

Использовав момент бессилия зверя, которому не удалось скрыться под землёй, и его агонию, Лю начала атаковать чаще.

— Ого?!

Удар слева по диагонали, сбоку, снова по диагонали.

И
я, и коточеловек, разинув рты, следили, как Лю проводит грациозную и
смертоносную серию быстрых атак. С каждым взмахом скорость её удара
росла, она начала двигаться так быстро, что за ней в воздухе словно
оставался след.

Почему-то мне кажется, что, если бы я смотрел за
её движениями сверху, я бы увидел, как Лю описывает пятиконечную звезду с
монстром в центре.

Непрерывная песнь яростных ударов деревянного меча оторвала огромное тело противника от земли.

У меня не осталось сомнений, что вместе со скоростью ударов росла и их мощь.

— Я-Я-Я-Я-Я-Я-Я-Я-Я-Я-Я!!!

Деревянный меч светился зеленовато-синим светом, указывая на то, что она использует свой навык.

Наконец, Лю нанесла последний, самый мощный удар по зверю, отправив его в стену.

Мои глаза чуть не выскочили из орбит, коточеловек в ужасе отпрянул, словно наблюдая за своим худшим ночным кошмаром.

Она только что отправила в полёт тело ультра-здоровенно-огромного монстра?

Голова и шея монстра, бьющегося в агонии, упали на землю. Отколовшиеся от стены кристаллы погребли огромное тело.

Даже
не знаю, умер монстр или лишился сознания, сейчас я слишком поражён
даже для того, чтобы похвалить Лю за такую невероятную демонстрацию
навыков и одержанную над огромным монстром победу с одним лишь мечом в
руках.

Кажется, коточеловек, словно приросший к земле, сейчас поражён не меньше моего.

— Джура, ты остался в одиночестве… Всё кончено.

Лю
указала мечом на коточеловека и пошла через зал к нему. Придя в себя, я
тут же последовал её примеру, восстановив силы Высшим Двойным Зельем и
оказавшись стоящим в паре шагов от Джуры вместе с ней.

Его товарищей здесь нет, а прирученный монстр побеждён.

Он слишком сильно боится Лю, чтобы поднять против неё оружие.

Как она и сказала, это конец.

Его целая рука содрогалась, он опустил взгляд от пронзительного взгляда Лю.

А затем, когда волосы скрыли его глаза, его губы медленно расплылись в улыбке.

----------

Том 13 Глава 4.6

— Держите строй! Ещё разок!

По залу разносился голос Айши.

Вельф
и Оука, стиснули зубы и, в очередной раз подняв щиты, отразили атаку
монстра. Кровь текла из их ран, но укреплённые Поднятием Уровня руки и
ноги не поддавались мощи монстра. Щиты, сделанные из прочного белого
валмара, также исполняли свою роль исправно. Сразу после удара Кассандра
исцелила парней заклинанием.

Ламбтон взревел, ударившись мордой о
защитную стену, державшуюся на отваге и своевременном блокировании,
несмотря на отчаянные попытки монстра её пробить.

Стрелы и прочее метательное оружие пронзили пасть монстра изнутри.

По
обе стороны от рта монстра располагалось восемнадцать отверстий, по
девять с каждой стороны. К этому времени они были утыканы отметками и
ранами, нанесёнными стрелами, метательными кинжалами и ударами подао.

Отверстия
на голове вирмвеллов даруют им способность ощущать тепло. Именно они
позволяют монстрам точно опознавать положение авантюристов, даже
находясь под землёй. Этот орган также позволяет вирмвелам отличать людей
от монстров, из-за реакции на магические камни и, благодаря
чувствительности к магической энергии, распознавать использование
заклинаний и магических мечей. Это позволяет монстрам вовремя уходить
под землю. Даже сейчас вирмвелл погружался под землю, ощутив попытки
Лили и остальных использовать магические мечи. Если не пользоваться
заклинаниями, произносимыми в одно слово, нанести монстру удар
практически невозможно.

Потому Айша приказала всему отряду уничтожать отверстия рядом со ртом зверя.

В
то время как Вельф и Оука, буквально рискуя жизнью, сдерживали атаки
монстра и отвлекали его на себя, Айша вместе с Микото и остальными
бойцами, находившимися в центре строя, атаковали его.

Комната, в
которую Лили завела отряд, оказалась полем с кристальными колоннами,
которые напоминали деревья или заросли кустов. Для огромного монстра,
вроде ламбтона, способного перемещаться между этажами Подземелья через
стены, они препятствием не стали, однако заметно замедлили движения
монстра. Микото, Чигуса, Лили и Дафна осыпали замедленного зверя градом
ударов.

Снова и снова он уходил под землю, превращая зал в чистое поле. Всего одно отверстие на голове монстра осталось неповреждённым.

— Э-я-я-я-я-я-я-я!!!

— Давайте, Чигуса-сан! — Микото, чей колчан уже опустел, крикнула Чигусе, когда Оука и Вельф в очередной раз отбросили монстра.

Чигуса,
скрывавшаяся за остатками кристальной колонны, прицелилась и пустила
стрелу в змея. Выглядывающий из-под прядей глаз уставился на монстра.

Как
и Микото, Чигуса тренировалась с Такемиказучи и была многогранным
бойцом. Она была скромной и, возможно, не слишком подходила на роль
авантюристки, но в одном навыке она превзошла Микото по всем параметрам:
во владении луком.

— Точно и смертельно… — нашёптывая наговор бога войны, Чигуса спустила тетиву и вышла из состояния концентрации.

Кокутоба,
стрела, которую Вельф изготовил, используя свои навыки кузнеца,
просвистела в воздухе и ударила в последнее неповреждённое отверстие на
голове монстра.

— ?!

— Да-а-а-а-а! — бодро воскликнула Айша, переходя из защиты в нападение.

Для
ламбтона лишиться отверстий на голове всё равно что ослепнуть. Такова
была тактика Айши, она собиралась победить монстра, полагаясь на
численность группы и местность. Она верила в высокую точность стрельбы
отряда.

Ламбтон больше не мог погружаться под землю. Авангарду
пришлось сражаться с бьющимися в истерике монстром, а в это время
амазонка завершила чтение заклинания и подпрыгнула, отправив подао в
землю.

— Адский Хаос!

Заклинание, впитав магическую энергию Айши, пришло в действие.

Режущие
волны, усиленные магической мощью, превратились в четырёхметровую
гильотину и отправились в монстра. Смертельное оружие ударило в алый
ошейник и продолжило резать дальше.

Ламбтон не успел издать даже предсмертного крика, клинок снёс его голову, одновременно разрубив магический предмет.

— Да!!!

— Мы победили монстра глубинных этажей!

— Нам с Оукой крепко досталось… но у нас получилось.

— Оука! Ты в порядке?

— А ещё у нас тут добыча!

— Я и подумать не могла, что вы настолько жадная, Лилирука…

Вельф поднял в воздух кулак, празднуя победу над монстром глубинных этажей, Микото, улыбаясь, вытерла кровь с лица.

Вельфу
и Оуке досталось сильнее остальных, поскольку им пришлось стоять
стеной, защищавшей группу от атак ламбтона, щиты парней сильно
пострадали. В то время как Чигуса подала парням зелья, Лили бодро
бросилась к собирать острые клыки и прочные чешуйки вирмвелла, а также
забирать чистейший магический камень. Из всей группы только у Дафны был
скучающий вид.

Айша прикрыла глаза, словно гордясь тем, что подтвердила свою репутацию, и с облегчением улыбнулась.

—
Кассандра-сан, мне пришлось бросить рюкзак со всеми предметами, не
могли бы вы использовать на всех магию восстановления? Простите, что я
так бесполезна… — сказала пристыженная Харухиме, обращаясь к
единственному целителю группы.

— Кассандра… сан?

Девушка словно приросла к месту и ничего не слышала.

Это было… бедствие?

Сначала
она посмотрела на восторженно переговаривающихся членов группы, а потом
на тело монстра, уже почти полностью обратившееся в пепел.

Это всё?

В
какой-то момент Кассандра поверила, что монстр глубинных этажей — это и
есть предначертанное в её сне бедствие, но эта вера быстро испарилась.

Он не был достаточно опасен.

Он не был достаточно страшен.

Он не внушал достаточно отчаянья.

Он слишком легко умер.

Он недостоин называться катастрофой.

— Это не то, — бормотала девушка, решив, что этот монстр не был воплощением её сна.

Совсем наоборот, если бы её сон означал такое бедствие, она была бы очень рада.

Но сцены, стоявшие перед её глазами, были куда более жестокими и зловещими. В них не было ни намёка на спасение.

Это не бедствие!..

Нет. Истинное отчаянье ждёт впереди.

----------

Том 13 Глава 4.7

— Хе-хе… Ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха!!!

Изо рта коточеловека
постепенно начал вырываться смех, его безрукое плечо начало ходить
ходуном. Его тело начало трясти, а хвост, видимый лишь наполовину,
мотался из стороны в сторону.

Мы с Лю уставились на жуткую реакцию загнанного в угол Джуры.

— Думаете всё кончено? Ошибаетесь. Это только начало!!!

Он заливался смехом, слёзы начали литься из краешков его глаз.

— Хочешь знать, почему для «церемонии» я выбрал именно это место, Лайон?

— О чём ты говоришь?!

— Пространство Водной Столицы огромно! Великие Водопады соединяют целых три этажа! Если повредить этот этаж, Подземелье будет считать, что повреждены все три!

Лю подпрыгнула, слово её ударило молнией.

Повредить? Подземелье… будет считать?

Похоже, я единственный не понимал, что происходит. Не предвещающий ничего хорошего смех коточеловека заполнял зал.

—
Не важно, происходят взрывы на двадцать пятом этаже, или на двадцать
седьмом… для Подземелья все эти раны считаются повреждениями на одном
этаже!

Выражение на лице Лю изменилось.

— Твои заклинания тоже помогли!

— Не может быть?!

— Думаешь всё будет нормально, если вот так бездумно разрушать этажи?

Он ухмыльнулся, а секундой спустя…

БАХ!

Потолок комнаты, в которой мы находились затрясло.

— Вы так отчаянно за мной гнались… а я всего лишь приманка!

На нас посыпались осколки кристаллов.

Взрывы раздавались этажами выше, подобно цепочке взрывов, повредивших этот этаж.

Двадцать пятый этаж грохотал.

— Хватит… — сказала Лю, смотря на потолок, я стоял, разинув рот. — Остановите это!!!

Впервые её голос потерял спокойствие.

Она была в панике.

Коточеловек её проигнорировал.

— …Давай, Тёрк! — крикнул он.

— Хуф-ф… пуф-ф… хуф-ф-ф!!!

Вервольф бежал по Подземелью, распахивая рюкзаки своих товарищей и разбрасывая по коридорам ярко-красные шары.

Игнорируя гнавшихся за ними монстров, небольшая группа авантюристов бежала по этажу и разбрасывала всё больше красных шаров.

— Л-л-ладно, начали… Сейчас я их подорву!

Раскидав все шары, они нашли убежище и достали магические мечи.

Предметами,
которые они раскидывали были Адские Камни, собираемые в качестве добычи
из пламенных камневиков, одного из подвидов монстров глубинных этажей.
Они очень взрывоопасны даже без обработки.

— Огонь!

Оказавшиеся
в переполненном монстрами коридоре авантюристы прицелились и выпустили
магию клинков в красные шары, разбросанные на полу.

Сорвавшееся с кончиков клинков пламя подожгло Адские Камни.

Мгновение спустя в Подземелье прогремел мощный взрыв.

Монстров, гнавшихся за бандой Тёрка, поглотило пламя.

Впрочем, этим взрывы не ограничились.

Адские
Камни, разбросанные авантюристами по пути, начали взрываться один за
другим, пламя распространялось всё дальше и дальше, разрушая один
коридор за другим.

Вихрь разрушения поджигал монстров и опалял кристальные колонны.

— ?!

— Что происходит?!

Отголоски взрыва достигли того зала, в котором Айша, Вельф и остальные праздновали победу.

Тем временем, двумя этажами ниже авантюристы поднимали головы, услышав грохот взрывов.

— Б-Борс?!

— Это ещё что? Что происходит?!

Над ними рушились кристальные стены, распахивались этажи, падали потолки, а водопады выходили из своих русел.

Одна из секций многоуровневого двадцать пятого этажа рухнула, лишившись поддержки.

— Земля падает!..

— Бежим! Бежим!!!

Вельф и остальные бросились бежать, отчаянно пытаясь не оказаться погребёнными под разрушающимся этажом.

Залившая огромную пещеру масса воды Великих Водопадов приливной волной выбросила на этаж осколки кристаллов и тела монстров.

Крик Подземелья ни с чем нельзя было спутать.

Взрывы продолжались.

----------

Том 13 Глава 4.8

Свет мерцал, обломки кристаллов на полу вибрировали и подпрыгивали от взрывных волн, а коточеловек стоял перед нами и смеялся.

—
Я знал, что ты погонишься за мной, как бешеная! Вот и стал приманкой!
Мой план по разрушению двадцать седьмого этажа прошёл почти успешно, а
Тёрк то же самое сделал на двадцать пятом!

Он радостно кричал, с потолка сыпались кристаллы.

— Пока вы гонялись за мной мои подручные устанавливали бомбы на остальных этажах. Каково это, попасть в ловушку, а?

Холодок
пробежал по моей спине, когда коточеловек снова залился смехом,
несмотря на творящийся вокруг хаос. Не могу понять его логику.

Бомбы?

Разрушение двадцать пятого этажа?

Чего они хотят добиться?

—
Вы не обратили внимания, когда я выкинул перед вами свою часть
взрывчатки, да? Как беспечно с вашей стороны, не так ли? НЕ ТАК ЛИ,
ЛАЙОН?! Ха-ха-ха! Я тебя подловил, разве нет?

В следующее мгновение Лю, в замешательстве смотревшая на потолок, перевела пылающий взгляд на коточеловека.

— ДЖУРА-А-А-А-А!!! — она схватила его за грудки и швырнула на землю.

— Ты хоть понимаешь, что ты натворил? Понимаешь?! — прокричала она.

Её кулаки задрожали, словно она сдерживала ярость.

Коточеловек улыбался, несмотря на полученный удар, и не ответил на её вопрос. Вместо этого он заорал на Лю:

—
Думаешь я буду сидеть смирно, после того как пять лет назад ты
разрушила мою жизнь?! Нет, я всё это время исследовал! Где лучше всего
призвать четвёртое отчаянье? Как я могу его призвать?!

— А?

— Всё это время я думал, как размазать твоё миленькое личико!

— …А-а-а-а-а-а-а!!!

Потеряв спокойствие Лю, схватилась за кинжал и собралась нанести удар коточеловеку.

Но я остановил её руку.

— Лю, вы не должны этого делать!

— Пусти! Отпусти руку!

Она изо всех сил пыталась вырваться из моей хватки.

Коточеловек медленно поднялся, не переставая хохотать, обнажив зубы.

Что происходит?

Как мы могли, загнав его в угол, сами оказаться в ловушке!

Когда эта мысль мелькнула в моей голове…

— ?!

Мощнейший взрыв пронёсся по Подземелью, словно подводя какой-то итог. А потом…

Подземелье взвыло.

Раздался не привычный треск, который раздаётся, когда в Подземелье рождается монстр.

Не было это похоже и на тряску, которая случилась при появлении аномалии на восемнадцатом этаже.

Раздался вой.

Злобный, пробирающий до костей, пронзительный вой.

Звук, похожий на скрежет кинжала, которым проводят по серебряной струне, пронзил уши.

От жуткого, нестерпимого воя Подземелья мои инстинкты взвыли.

— А-а-а-а-а… А-а-а-а-а!..

Закрыть уши я не мог, потому что сдерживал Лю, но всё моё тело напряглось. В ту же секунду силы оставили её тело.

— Как и в тот раз… всё повторяется… А-а-а-а, Элиза!..

— Лю? Лю?

Её
хрупкое тело словно лишилось опоры, я её подхватил. Несколько раз я
выкрикнул её имя, увидев, как её лицо неожиданно побледнело.

Такой Лю я ещё не видел.

С произнесением этого имени в её глазах появилась пустота и отчаянье. Кто она?

— Беги… убегай!!!

— Что?..

Сорвавшимся голосом она отдала мне такой приказ.

Наши лица были так близко, что мы почти касались друг друга. Она схватила меня за одежду.

— Бегите отсюда так быстро, как можете!!! Даже если придётся убегать в одиночку… быстрее!!!

И тогда я понял.

Вот почему она так упорно пыталась прогнать меня с этого этажа, когда мы встретились.

Она с самого начала боялась, что это произойдёт.

Коточеловек поднялся.

—
Слишком поздно! — он посмотрел на потолок, словно пытаясь указать на
него отсутствующей рукой. — Мы с вами заперты в этом отчаянье!

Его губы дрожали, но улыбались. Он тоже был бледен.

— Приди и возьми нас! Покажись! — кричал он, словно поставил на этого монстра свою жизнь. Его голос переполняла радость.

— Явись перед нами снова!!!

----------

Том 13 Глава 4.9

— …

Предвестница бедствия встала на одно колено.

— Кассандра?

— Кассандра-сан?

Она
не слышала голоса Дафны. Она не видела Харухиме и остальных бежавших к
ней. Вспышки воспоминаний проносились в её голове. Она знала, что «этот
момент» придёт.

— А… А-а-а-а…

Вой Подземелья стал «жалобным зовом».

Её
лицо было таким же бледным, как лицо Лю. Она обхватила голову обеими
руками и застыла на месте, с её губ сорвались строчки пророчества:

— Великое бедствие… приближается.

Трещина прошлась по пещере двадцать седьмого этажа. Длинная, широкая и глубокая трещина прошла напротив Великих Водопадов.

Из трещины тут же полилась жидкость.

Фиолетовая
сыворотка, похожая на кровь, потоком полилась из стены подземелья.
Изумрудно-синие воды помутнели, смешавшись с фиолетовой жижей.

Трещина расширялась, летели обломки кристаллов, словно Подземелье распахнуло своё чрево.

Наконец.

Красные глаза показались в глубине расщелины.

Отчаянье издало свой первый крик.

----------

Пришествие бедствия

— Борс, у нас проблемы!

— Никогда не слышал в Подземелье такого воя! Давайте отсюда убираться!

Авантюристы Ривиры, собравшиеся вместе после поражения Ледяному Ветру, преследовали её и Белла.

Они
настроились убить легендарную преступницу своими собственными руками.
Она смогла нанести им поражение, напав внезапно, но такой большой
группой они смогут её остановить, если нападут вместе.

Впрочем, вскоре их намерения изменились.

На
двадцать пятом этаже раздался мощный взрыв, и теперь Подземелье взвыло.
Все решили, что пронзительный вой, настолько громкий, что выносить его,
не прикрывая уши невозможно, означает аномалию.

Авантюристы
поняли, что случится нечто непредвиденное, и все без исключения твердили
главе Ривиры о том, что им нужно отступать с этого этажа.

— Эй, Борс! Борс!

— …Стойте.

— А?

Авантюристы остановились, Борс вытянул в их направлении руку.

Вторую свою руку он оторвал от уха и пробормотал.

— Он… прекратился.

Русалка обхватила тело руками.

Гах… мне не нравится этот звук!..

Она была глубоко под водой, её окружала синеватая тьма.

Она
погрузилась на глубину, чтобы сбежать от жуткого рёва своей матери –
Подземелья – попыталась скрыться под воду. Её тело изогнулось в позе
эмбриона, она отчаянно пыталась прижать руки к плавникам, которые
служили ей ушами.

— Страшно, страшно… я так напугана!..

Такое уже случалось, хоть и всего раз.

Она была уверена, что слышала это пять лет назад.

Она
слышала жалобный вой матери в глубинах Подземелья. Разумеется, в
прошлый раз он никакого отношения к Мари, неспособной покинуть Водную
Столицу, не имел, но всё же она была напугана.

Что-то плохое родится и в этот раз, она знала. Многое ей неизвестно, но это она знала наверняка. Она понимала.

Мари прижала руки к ушам и зажмурила глаза.

Она
сбежала под толщу воды в попытке скрыться от ужасающей реальности. Но
даже закрыв глаза, она видела своих друзей и свою семью, Ксеносов.

Кроме Ксеносов представился ей и парень, которого она встретила совсем недавно.

Он уже стал ей так же важен, как её собственная семья, и он на этом этаже.

Он успел стать одним из самых драгоценных её знакомых.

Белл!..

Отбросив страхи, она вынудила себя раскрыть глаза.

Слёзы смешивались с водой, русалка поплыла к поверхности, рассекая воду хвостом. Вверху виднелся слабый свет.

----------

Том 13 Глава 5.02

— Едва успели… — пробормотала Лили, не обращая внимания на каплю крови, упавшую с подбородка.

Перед ней был разрушенный кристальный пол. Далеко внизу вода с рёвом разбивалась об осколки кристаллов.

Её
группа едва успела избежать жутких взрывов, обрушивших пещеры двадцать
пятого этажа, взрывные волны, проносившиеся неподалёку, уничтожили всё,
что могло напоминать путь наверх.

Авантюристы не знали, насколько
велики повреждения, но понимали, что ничего хорошего они не сулят. Как
бы там ни было, на сражения с монстрами, попавшими в такое же положение,
что и они, времени не было.

Водный рай превратился в руины,
многие пути стали непроходимыми. Лили опасалась, что пока Подземелье
себя не отремонтирует, они не смогут вернуться к проходу, ведущему на
двадцать четвёртый этаж.

— Эти взрывы меня, конечно, беспокоят, но!..

— Тот жуткий вой, который слышался секунды назад… он исходил с двадцать седьмого этажа?!

— Если это аномалия, то Белл-сан?!

Айша, Вельф и Микото были обескуражены.

— Кассандра! Кассандра! Соберись!

— Кассандра-сан?

Но среди авантюристов не было никого, кому было бы хуже, чем целительнице.

Она
рухнула на пол и никак не отвечала на попытки Дафны привести её в
чувства. Подруга склонилась над Кассандрой и трясла её за плечи, а
Харухиме отчаянно кричала её имя.

Силы покинули ноги Кассандры,
она обхватила голову руками. Её лицо было бледным. Кровь отлила от него
настолько, что другие задались вопросом, возможно ли вообще прийти в
такое состояние от отчаянья.

Это было странно.

Лили не могла понять, что случилось.

Выражения на лицах Оуки и Вельфа были одинаковыми, парни нервно затаили дыхание.

Способность мыслить притупилась из-за царившего вокруг хаоса.

Лили едва могла разобрать, что говорила Кассандра.

— …га…те…

Она дрожала и повторяла всего одно слово:

— Убегайте!..

----------

Том 13 Глава 5.03

Треск ломающихся кристаллов прекратился, оно молча выбралось из своей трещины.

Порождённое стеной пещеры оно грохнулось в центральное озеро, разбрызгав воду во все стороны.

Первый вой отчаянья был лишь признаком его появления.

Вода Великих Водопадов с грохотом отбивалась от его кожи, белый туман окутал его силуэт.

Он не взревел и не издал боевой клич, лишь его хвост быстрым движением просвистел в воздухе, отчего по воде пошли волны.

В глубине пустых глазниц сверкал зловещий алый свет.

Оно стояло на краю озера, пригнуло колени, его суставы затрещали.

А в следующее мгновение оно исчезло.

Сорвавшись с водной глади, оно скользнуло во внутренний лабиринт этажа.

— Эй, разве мы не должны были с Борсом встретиться?

— Придурок. Свою бы шкуру спасти!

Небольшие
группки авантюристов, которые не смогли встретиться с главной группой
Борса, бродили по этажу. После того как раздался вой, четверо
авантюристов спешно решили двигаться обратно путём, которым пришли. Они
лишились спокойствия, столкнувшись с аномалией Подземелья.

Для кучки негодяев, зарабатывавших изучением Подземелья, такой выбор был естественным.

Но всё прошло не так, как они ожидали.

— ?.. Что это за звук?..

Бам-бам-бам-бам-бам!

За их спинами раздался странный звук.

Звук словно что-то прыгало вверх и вниз. Авантюристы остановили и повернули головы.

Шум двигался в их направлении и быстро приближался.

В проходе показалась тень.

— А?

— Что-то идё…

Плоп!

Раздался неприятный звук, и голова авантюриста отделилась от туловища так быстро, что он не успел закончить фразу.

В последние мгновенья своей жизни он даже не успел понять, что случилось.

Он превратился в притихший кусок плоти, фонтан крови вырвался из туловища.

Так было четыре раза.

Авантюристы были уничтожены.

Он не обратил внимания на кровь, капавшую с когтей, и тела авантюристов.

Огромная тень заскользила по лабиринту, монстр двинулся в другом направлении.

Он отправился к новой добыче.

— А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!!!

Крик разнёсся по Подземелью.

Он принадлежал плачущему копейщику.

Небольшая группа оказалась разбита внезапным нападением.

Первой
пала эльфийская волшебница. Она собиралась истребить позорящую свой вид
эльфийку Ледяной Ветер, и горделивость, граничившая с тщеславием, не
позволяла ей выносить существование такой представительницы её вида.
Хоть она и не была сговорчивой, она поступала согласно своим принципам, и
ему она казалась достойной женщиной. Она стала первой жертвой когтей.
Её тело разделилось на две части. Внутренности разлетелись по полу, а
пустой взгляд налился кровью. Она умерла способом, неприемлемым для
горделивых эльфов. Потому мужчина лишился спокойствия и ринулся в бой,
занеся меч. Но этот меч рассёк лишь воздух. Перед глазами всё потемнело,
что-то раскроило ему череп.

Падая, он опустил руку на щеку эльфийки, плачущей кровавыми слезами.

— Что это за штука? Не знаю… Что ты такое-е-е-е-е-е-е?!

Пятый авантюрист, полуэльф, единственный, кто остался на ногах, достал магический клинок.

Раздался пламенный взрыв.

Когда дым развеялся, оно уже исчезло, оставив на земле лишь обгоревший труп полуэльфа.

Тень плясала на стенах Подземелья, перемещаясь от одной группы авантюристов к другой.

Подземелье наполнили вопли, крики боли и фонтаны крови.

Всё быстрее и быстрее с невероятной скоростью множились мёртвые тела.

Оно ощущало авантюристов и лишало их жизней одного за другим.

Его
когти разрывали всё, чего касались. Его острые клыки одинаково быстро
прокусывали как броню, так и плоть. Удары его хвоста заставляли
авантюристов давиться собственной кровью.

Полсотни авантюристов, находившихся на двадцать седьмом этаже, ничего не могли ему противопоставить. Это была обычная резня.

— Не-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-ет!!!

Они могли лишь кричать.

— Что это за здоровенная фиг..?

Те, кто его видел, застывали от страха.

— Ч-ч-ч-ч-ч-что за…

Все, кто его видел, были убиты и поглощены.

Их крики эхом отражались от стен этажа.

Их оружие было сломано.

Они пытались сбежать, но не могли.

— Борс, спаси нас!!! Спа..!

— Не-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е!..

Пир начался.

Путь во чреве кристального лабиринта наполнили отчаянные вопли.

Лазурные потоки двадцать седьмого этажа обагрила кровь.

Тела авантюристов добавлялись, одно за другим и монстры, жуткая орда, пировали.

Они
пили кровь людей, смешанную с водой водопадов, словно росу и жадно
поглощали тела, которые вода приносила им, будто наслаждаясь
первоклассными деликатесами.

Кто-то обратился цветком плоти.

Кто-то был разделён на части.

Кто-то был сокрушён.

Чьи-то тела стали игрушками.

Те, кто предприняли отчаянную попытку бегства, были встречены ордой монстров, окруживших и разорвавших их бесчисленными когтями и клыками.

Те, кто оставлял умирающих товарищей позади, вкусили горечь. Однако вскоре уходили за ними следом.

Водная столица превратилась в сцену расправы.

— О нет!..

— Что же…

Увидев, что творится на двумя этажами ниже, Чигуса затряслась от страха, а Оука застыл.

Они выбрались из пещеры на двадцать пятом этаже.

Лили
и остальная группа стояли у устья водопада, рядом со входом на двадцать
шестой этаж. Грохот падающей воды не давал ничего услышать, но они
видели, что происходит. Они едва успели выйти из пещеры.

Воды Великого Водопада окрасились в красный цвет. Слабый, едва уловимый красноватый оттенок.

Водный
поток, соединённый с водопадами лабиринта, превратился в реку крови,
созданную пиром монстров. Изумрудно-голубой цвет воды воды озера на
двадцать седьмом этаже стал казаться далёким воспоминанием.

Внизу,
в далёком озере Лили и остальные увидели чёрные крапинки: руки, ноги
авантюристов и наполовину съеденные тела. В водах нижнего этажа водного
рая всплывали куски поломанного оружия.

Глубины ада были переполнены трупами, вернувшимися к матери, Подземелью.

— Не может быть… это всё… кровь?..

Вельф не мог скрыть дрожь в своём голосе.

— Какое-то безумие. Сколько авантюристов?.. Нет, все, кто пошёл на двадцать седьмой этаж?..

Голос Микото затих, словно она задумалась о возможных исходах.

— Хватит так шутить!!! Сударь Белл ещё жив! Сударь Белл!.. — запаниковала Лили.

Харухиме испугалась ещё сильнее Лили, она побледнела и смогла выдавить из себя лишь стон.

Даже Айша погрузилась в замешательство.

— …Что за чертовщина там творится?

Авантюристка второго ранга перевела взгляд с наполненного кровью озера на находившуюся напротив расщелину.

На мгновенье она растерялась, представив, что могло вылезти из такой глубокой раны на стере Подземелья.

—
…Спускаемся на двадцать седьмой этаж! Не знаю, что происходит, но мы
обязаны спасти Сударя Белла! — закричала Лили. Высоко над головами
группы Паствы Гестии кричали авантюристы, оставленные охранять проход на двадцать четвёртый этаж.

Тоннель,
который вёл внутрь двадцать шестого этажа, находился в юго-восточной
части пещеры, в которой были Лили и остальные. Для Паствы Гестии
этажи внизу считались неизведанным миром, но все кивнули в ответ на
предложение Лили. Ни Вельф, Ни Микото, ни Харухиме не мешкали ни
секунды.

Лили собиралась побежать к пещере ведущей вниз, но молчавшая всё это время Кассандра схватила её за руку.

— !.. Сударыня Кассандра! Сейчас не время для…

Она оборвалась на полуслове, посмотрев на лицо девушки, сжимавшей её небольшую руку обеими своими.

— Кассан…дра?.. — произнесла Дафна, замершая, как и Лили.

Вельф и остальные остановились и молча уставились на Кассандру.

— Простите… Простите, простите, простите!..

Она рыдала, но не отпускала руку Лили.

Её лицо выражало отчаянье. Она мотала головой, а слёзы ручьями текли из её глаз. Она извинялась перед теми, кого здесь нет.

— Мне жаль, мне так жаль!..

Она извинялась перед множеством авантюристов, которых она бросила, потому что никто из них ей не поверил.

И перед тем, кого она отпустила в то место, в котором родилось бедствие.

Она не могла перестать извиняться.

Так начался пир бедствий.

Подземелье
молчало. Оно принимало кровь, текущую по его стенам, как должное.
Кристаллы, которые прежде поблёскивали синим светом, стали красными от
крови, превратив вид этажа, на который смотрела группа Белла в адскую
пещеру.

Подземелье знало, как должно окончиться их путешествие.

Выживших быть не должно.

----------

Том 13 Глава 5.04

Свет кристаллов на потолке начал меркнуть, словно свет магических
ламп, у которых кончился заряд, после взрывов на двадцать пятом этаже.
Комната погружалась во тьму, а до нас доносились звуки.

— Что?!

Хаотичный рёв монстров.

Звук чего-то, сотрясающего Подземелье.

Всё это смешивалось с отдалёнными криками авантюристов.

Всё слилось в странную, нескладную мелодию.

Что это за звуки?

Что это за крики?

Поддерживая тело Лю, я не мог не закричать на коточеловека, стоявшего перед нами:

— Что ты сделал?!

— А ты не видишь? Провёл церемонию!

Он улыбался явно довольный собой.

— Церемонию, которая пробудит меня от моего кошмара!

— Кошмара?..

Впалые глаза блестели, словно он лишился рассудка.

Безнадёжно. Я понятия не имею, о чём они говорили.

Панику
у меня вызвал тот факт, что стоявший напротив Злодей радовался,
несмотря на то, что он в таком же положении, что и мы. У него появлялся
пот от воя монстров и тряски Подземелья, да и зубы его, судя по всему,
ходят ходуном.

Словно он тоже идёт вместе с нами в объятия смерти…

Впрочем, куда больше меня беспокоило то, как Лю, всегда собранная и спокойная сейчас себя ведёт.

— Джура!..

Она
сделала от меня шаг, пытаясь успокоить сорванное дыхание. Но её
небольшое тело ей не подчинялось. Словно сейчас, в это самое мгновение
её охватит страх, или, что вероятнее, она не может сбежать от памяти о
том ужасе, который случился, и теперь содрогается при одной мысли о нём.

Она обхватила руками грудь и злобно посмотрела на коточеловека. Тот, впрочем, очень обрадовался такому взгляду.

—
Кроличья Лапка, ты не можешь понять, хоть Лайон сейчас в таком ужасе,
что готова сдохнуть? — усмехнулся он, обратив на меня взгляд. — Я
призвал его здесь, на двадцать седьмом этаже!

— Хватит!!!

Не обращая внимания на выкрик Лю, коточеловек усмехнулся. Его следующие слова лишили меня дара речи:

— Я призвал зверя, который казнил Паству Астреи!

----------

Том 13 Глава 5.05

— !!!

Уран поднялся со своего трона.

— Уран, что-то случилось?

Он
находился в Зале Молитв под Гильдией, в каменной комнате похожей на
храм. Четыре факела были установлены на алтарь подземной комнаты,
освещая всё вокруг красноватым светом. Синие глаза величественного бога,
находившегося на тёмном возвышении, округлились.

Даже через
Окулюс Фелс ощутил всю серьёзность положения, увидев, что божество
вскочило со своего трона. Обычно Уран не двигался с места.

Для Урана время словно замерло. Наконец, он проговорил:

— Оно снова показалось…

— Оно? О чём это вы? Что вы пытаетесь сказать, Уран?

В голосе Фелса, слушавшего неполное объяснение бога, слышалась паника.

Уран посмотрел вниз, словно пытался заглянуть в подземный мир, раскинувшийся под его ногами, и произнёс.

— Монстр, что истребил Паству Астреи пять лет назад…

— ?!

Уран продолжил мрачно говорить с озадаченным Фелсом:

— Бедствие началось снова…

— Видишь ли, пять лет назад у моей Паствы, Паствы Рудра, была размолвка с Паствой Астреи!
Не знаю, кто там был прав, кто виноват, но, когда нам, Злодеям,
переходят дорогу, мы этого так просто не оставляем! И мы решили
подловить их в Подземелье!

Белл сглотнул, услышав слова Джуры, разносящиеся по залу на двадцать седьмом этаже.

Где-то в его голове не унимался тревожный звоночек.

То, что он слышал, было связано с тем, что Лю рассказала ему на восемнадцатом этаже.

—
Как и сегодня мы собрали кучу огненных бомб! Мы думали заманить Лайон и
её подружек поглубже и похоронить заживо! Но эти сучки оказались
слишком крепкими. В итоге нас прижали и заставили защищаться!

Страх
и гнев копился в глазах Джуры при воспоминаниях о том дне. Неожиданно,
впрочем, он успокоился, и на его дрожащих губах появилась улыбка.

— А потом… случилось то, чего мы совсем не ждали.

Лицо Лю скривилось, а Джура усмехнулся.

— Не ждали?.. — переспросил Белл, пот бежал по его лицу.

Коточеловек побледнел, но, несмотря на это, продолжил улыбаться.

— Видишь ли, Подземелье породило эту тварь…

—
Когда Подземелью наносится сильный вред, это провоцирует инстинкт
самозащиты… Оно завывает так сильно, что даже мои молитвы не приносят
плодов.

Уран говорил с сожалением, словно вслушивался в голос Подземелья.

В тот день пять лет назад Паства Рудры бездумно принесла в Подземелье множество Адских Камней, вызвав цепочку мощных взрывов на одном из этажей.

Повреждения были такими сильными, что тот этаж больше нельзя было назвать лабиринтом.

И тогда Подземелье послало предупреждающий сигнал.

—
Если просто повреждать структуру лабиринта, бедствий не случится.
Подземелье просто отремонтирует себя и восстановится. Эту великую силу
дети зовут «бесконечным потенциалом» …

— Однако, если разрушения слишком велики, и регенерация Подземелья не справляется достаточно быстро…

— Да… Подземелье принимает решение не восстанавливаться, а устранить источник повреждений.

Довольно простая система, если считать Подземелье живым существом.

Когда
чужеродное существо атакует человека изнутри, иммунная система пытается
уничтожить вторгнувшегося чужака. Естественный механизм самозащиты,
который существует у всех живых существ.

То же самое можно сказать и о Подземелье.

Среди авантюристов ходит слух, что Подземелье – живое.

Когда
утробу всех монстров атакуют слишком яростно, живой подземный лабиринт
активирует защитные инстинкты и порождает нечто, что служит подобием
иммунной системы.

Это нечто должно убить чужеродные организмы,
здесь имеются в виду вторгнувшиеся авантюристы. Существо можно считать
поборником Подземелья. Этот поборник отвергает защитную волю Урана,
призванного сдерживать Подземелье.

— Хотите сказать, что кто-то причинил Подземелью такие же разрушения, что и пять лет назад? — спросил Фелс.

— Похоже на то…

Существо, которое пять лет назад породило Подземелье, было аномалией.

Оно не было известно Урану, а значит не знали о нём Паства Астреи и Паства Рудры, монстр был неизвестен.

Ни Паства Локи, ни Паства Фреи,
ни крупнейшие до них группы Зевса и Геры с этим монстром никогда не
сталкивались. А это значит, что за прошедшее с того момента, как боги
спустились в мир смертных, тысячелетие этот феномен случался лишь
однажды.

Только Уран, моливший Подземелье о милосердии, его заметил.

И только жертвы безымянного монстра его видели.

— Все, кроме меня, были убиты! Кроме этой суки из Паствы Астреи и меня!

Белл услышал подробности о том, о чём умолчала Лю, и его охватил ужас.

Лицо Лю, стоявшей позади, исказилось от боли.

—
Целых пять лет я обдумывал то, что случилось! Я изучил все подробности и
придумал, как могу снова призвать этого монстра! Я не просил о помощи
остатки Злодеев, я всё сделал сам!

Белл не мог поверить своим
ушам, слушая разгорячённого Джуру. Его голова начала кружиться от
волнения, дрожащими губами он наконец смог произнести:

— Зачем? Зачем ты призвал его снова?..

—
Чтобы приручить его, разумеется!!! — мгновенно ответил Джура. — Хоть я в
тот раз знатно обделался, как укротитель я не мог отвести от этой твари
взгляда. Лайон, для тебя он выглядит как монстр, да? Но не для меня!
Для меня он прекрасней любой богини!!!

Лю посмотрела на Джуру с отвращением.

Впервые за весь рассказ голос коточеловека дрожал от волнения.

Монстролюб.

Это слово всплыло в памяти Белла само собой.

— Одно его присутствие способно запугать любого, убить любого, уничтожить что угодно! Я его хочу, я хочу, чтобы он стал моим!!!

Возможно,
оттого что Джура был укротителем, его глаза блестели словно у ребёнка,
увидевшего новую игрушку, а его голос переполняла радость.

Несмотря
на то, что тело коточеловека содрогалось от волнения и страха, он
искренне хотел заполучить себе этого монстра. Джура, в какой-то мере,
боготворил это жуткое существо.

То есть, однорукий укротитель, однажды видевший ошеломляющую мощь этого монстра, не гнушался повторить случившуюся трагедию.

Лю злобно смотрела на Джуру, раскрывшего свой план.

— Дурак! Этот монстр не такой, как остальные! Его невозможно приручить!

— Обычными методами невозможно! Но у меня есть это!!!

Джура
достал роскошный ошейник. Этот предмет резонировал с его кнутом и
позволял Злодеям подчинять даже монстров глубинных этажей.

— И с этой зверюгой мне нечего будет бояться! Меня ничто не запугает!!!

— ?!

— Даже ты, Лайон!

Джура указал на Лю рукой, пылая ненавистью.

—
Не было ни одной ночи, в которой ты не мучила бы меня во снах! Все они
были кошмарами! Но когда я призвал этого монстра… да! Я пересилил ужас
того дня!

Белл услышал яростный поток слов, в котором для него выделилось слово кошмар. Лю была катализатором ужаса Джуры, и он собрался использовать её собственный ужас, чтобы унизить и убить её.

К этому человеку нельзя испытывать сочувствия.

Вместе с тем, Белл видел, что и коточеловека просто терзает его прошлое.

— Он будет моим! Я никогда не сдамся! — взревел Джура, подняв взгляд к потолку.

Пять лет исследований и изучения привели Джуру к двум выводам.

Первый:
Сколько бы не было причинено повреждений Подземелью на верхних этажах,
«стон» оно не издаст, не будет и других предупреждений, потому что
близкая к поверхности зона успокаивается волей Урана. Потому Джура
определил, что призвать там монстра будет невозможно.

Второй
вывод касался условий призыва безымянного монстра. Повреждения этажа
должны быть настолько серьёзными, что Подземелье не должно успевать
восстанавливаться. Если повреждений будет нанесено достаточно, монстр
будет призван на этом этаже. Сравнив количество Адских Камней,
использованных его Паствой пять лет назад, и указанные на сотнях
карт повреждения причинённые Подземелью, Джура определил, что должно
быть уничтожено не меньше пятой части нужного этажа. То есть, саму
структуру Подземелья необходимо повредить.

Джура приручил и
пожертвовал огромным количеством монстров за пять лет своих
экспериментов в разрушении этажей. По реакции Подземелья он наконец
определил, что Водная Столица считается самим Подземельем за один этаж.

—
Никто не знает этих условий. Если бы мы установили какой-нибудь закон,
авантюристы могли бы заподозрить что может случится… Потому мы решили
просто скрыть правду. — сказал Уран.

В обычных условиях ни один
авантюрист не способен причинить такой масштабный урон серединным и ниже
этажам. Да и кто в конце концов стал бы рисковать ради этого жизнью?

Паства Астреи, столкнувшаяся с монстром, была уничтожена. А всех оставшихся членов Паствы Рудры истребила Ледяной Ветер.

Лю
была единственной, кто знал правду о случившемся, и Уран не думал, что
эльфийка, пережив ту трагедию, решит снова нарушить негласный запрет на
разрушение Подземелья.

То есть, это существо не должно было объявиться снова.

И оно никогда бы не появилось, если бы Ледяной Ветер добила Джуру.

—
Я всё рассказал Ксеносам. Пять лет назад они ощутили аномалию и были ей
напуганы. Их помощи я попросил, чтобы подобное никогда не повторилось
снова. Но…

— Сейчас Лидо и остальные Ксеносы участвуют в изучении
Кносса!.. — прошептал Фелс. Мерцающие кристаллы освещали скрытую
капюшоном голову мага.

Уран мрачно кивнул.

— Да. Быстро справиться с этой аномалией невозможно.

— Но то, что случилось на серединных… нет, нижних этажах… Экспедиции которые туда отправились… Не может быть! Паства Гестии ушла вниз?

— Приручить монстра?.. Жуткого монстра, который смог истребить всю Паству Лю… И ты призвал его на этот этаж?

Белл никак не мог сложить картинку по информации, которая поступала так быстро.

Бесполезно! Я не могу угнаться.

Ощущая в ушах собственное сердцебиение, Белл отчаянно пытался осознать, что происходит.

То есть, монстр которого Джура намеренно призвал, разрушая этаж, так пугает Лю…

Кошмар, который не должен был возвращаться.

Сейчас он бежит по этажу, уничтожая всех, кто кажется ему вредителем. То есть…

— …Борс?!

Наконец осознав, что происходит Белл повернулся ко входу в зал и к лабиринту, в котором слышались радостные завывания монстров.

Лица
авантюристов из группы Борса всплыли в памяти парня, и он уже было
собирался броситься им на помощь, но Лю схватила его за руку.

— Лю?!

— Нет!..

Тонкая рука эльфийки была белой, как снег.

— Вы не должны уходить! Если попытаетесь сразиться с этим монстром..!

Впервые
Белл увидел мольбу в её глазах. Обычно наполненные решимостью голубые
глаза эльфийки смотрели на него с отчаяньем. Словно она плакала без
слёз, словно умоляла какого-то призрака прошлого её не оставлять.

Белл не знал, что делать. Он не знал, что ответить.

—
Именно так, Лайон! Не можешь позволить ему уйти, да?! Ты с этой
зверушкой дралась, ты, как и я, прекрасно знаешь, на что она способна!

Джура снова усмехнулся.

— К тому же…

Следующие слова коточеловека заставили глаза Белла округлиться:

— …Тебе не хочется толкнуть очередного друга на эшафот собственными руками!

Казалось, лицо Лю сейчас треснет.

— Да, именно этим ты занималась!

— Заткнись.

— Чтобы спасти бесценную себя!

— Заткнись!

— Только пожертвовав подружками, ты смогла отогнать того монстра!

— Заткни-и-и-и-и-и-и-ись!!!

Коточеловек расхохотался.

Белл прирос к земле.

Лю запрокинула голову и взвыла.

Трое авантюристов оказались захвачены своими эмоциями.

В этот момент по Подземелью пронёсся рёв.

----------

Том 13 Глава 5.06

Через мгновенье после заставляющего волосы вставать дыбом рёва на этаже стало тихо.

Белл не мог даже вдохнуть, Лю застыла, Джура вздрогнул.

Все тщательно тренированные чувства троих авантюристов и их инстинкты подавали тревожные сигналы.

Впрочем, затишье не продлилось и секунды.

Пол задрожал, и в зал, в котором стояли Белл и остальные, повалили авантюристы.

— А-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а!!!

Группа авантюристов явилась во главе с Борсом.

Карательный отряд, так хорошо знакомый Беллу и Лю.

Однако его ряды заметно поредели.

Те, кто остались, были покрыты кровью, и не своей собственной.

Белл повернул к ним голову.

— Бор…

Его губы замерли на полуслове.

Пара кроваво-красных глаз появилась в темноте коридора прямо у входа в комнату. Ледяные когти сжали сердце парня.

…Вот она.

Мгновенье спустя тень слилась с тьмой.

— …

Белл
слышал, как кристаллы трещат под ногами монстра, а заметил молниеносное
движение за спинами пытавшихся сбежать Борса и его группы. Существо
пронеслось мимо в один миг, Белл услышал лишь свист.

Он даже не успел отреагировать.

Когда он повернул голову, то заметил, что один из участников группы Борса исчез.

Парня обуял ужас, он не понял, что случилось, и окинул комнату взглядом.

Но ничего не увидел.

— А… А-а-а-а…

Звук раздался сверху.

Будто гигантский паук монстр отпрыгнул в угол между стеной и потолком.

Бледный пропавший авантюрист был зажат в его челюстях.

— …

Слабый свет кристаллов осветил огромный и тонкий силуэт монстра.

У
него было две руки и две ноги. Тонкие, длинные руки совсем не подходили
к телу по размеру. Ноги также были длинными и тонкими, а колени
сгибались в обратную сторону. Странное, костистое, почти не покрытое
плотью тело было прикрыто панцирем, который на первый взгляд можно было
принять за броню. Он светился неестественным тёмно-фиолетовым светом. От
низа спины тянулся жёсткий четырёхметровый хвост.

Вытянутая
голова походила на звериный череп, если не считать алого света,
блестевшего в двух пустых глазницах. Этот свет был гораздо зловещее и
насыщеннее, чем цвет рубиновых глаз Белла.

Если бы Беллу пришлось описывать, как этот монстр выглядит, он бы назвал его «скелетом динозавра, одетым в броню».

Среди бесчисленного множества монстров, населяющих Подземелье, этот выделялся своей необычностью.

Его
тело повисло на схватившихся за кристальные стены конечностях, и монстр
окинул взглядом Белла и других авантюристов. В длину он был около трёх
метров. Его безусловно можно отнести к монстрам из категории больших.

Самой
выделяющейся его чертой были больше похожие на клыки изогнутые когти.
Шестипалые руки оканчивались длинными когтями тёмно-фиолетового цвета.
При виде этих когтей Лю погрузилась в отчаянье, а Джура напряжённо
улыбнулся.

Монстр, вызвавший пять лет назад настоящую трагедию, появился перед пережившими её авантюристами и впервые видевшим его Беллом.

Алые глаза уставились на убегавших авантюристов.

— П-помог…

Хрусть.

Прямо
на глазах поражённого Белла монстр откусил кусок зажатого зубами
авантюриста, словно это было самое обыденное действие в мире.

----------

Том 13 Глава 5.07

Таков был главный виновник падения Паствы Астреи.

Было
время, когда люди считали, что у юных девушек-авантюристок, собравшихся в
одной Пастве, есть все шансы войти в ряды сильнейших. Этот монстр
уничтожил их и стёр их будущее за считанные минуты.

Две авантюристки третьего уровня. Восемь авантюристок четвёртого уровня.

Безымянный монстр уничтожил десятерых авантюристок второго ранга.

Несмотря на то, что в записях Гильдии не было упоминания об этом звере, Уран дал ему имя.

Джаггернаут.

Уничтожитель.

Голова авантюриста бесшумно вылетела из клыков монстра и разбилась об пол.

Борс и остальные, увидев это, побледнели. Разум Белла опустел.

Монстр двинулся снова.

Он изогнул колени, сжался… и снова исчез.

— ?!

Он передвигался с невероятной скоростью.

Ветер от его прыжка был так силён, что заставил развеваться волосы авантюристов.

Белл в последний момент уклонился от фиолетового развода в воздухе.

Мгновенье спустя раздался крик.

Зверочеловек был рассечён на несколько частей.

Когти, двигавшиеся так быстро, что за ними оставались разводы в воздухе, его убили.

Он пал от одного взмаха.

Резня продолжилась незамедлительно.

Зверь
разрезал пару дварфов длинным, похожим на цеп, хвостом. Они рухнули на
землю, закашливаясь кровью. После он опустил лапу на эльфийку, уронив её
на пол. Ещё сжимая оружие в руках, она стала жертвой когтей, её руки и
ноги отделились от тела, она стала беспомощным куском плоти.

После оно заглотило человека целиком.

За время, которое не дало Беллу даже осознать, что случилось, произошло пять смертей.

— Я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я!

Почти обезумевшие от страха и злости трое авантюристов-бойцов ринулись вперёд, замахнувшись двуручным мечом, дубиной и секирой.

За
мгновенье до того, как оружие нашло свою цель, монстр ловко использовал
свои изогнутые назад ноги, и, вызвав треск кристального пола, отпрыгнул
в сторону. Удары пришлись в воздух. Джаггернаут приземлился на огромное
скопление кристаллов, окатив всех вокруг дождём обломков.

Он снова бросился вперёд, и верхние части тел троих авантюристов взлетели в воздух.

Фиолетово-синий зверь не унимался.

Перепрыгивая от одной кристальной колонны к другой, зверь пустился в бешеный смертельный танец.

Каждый
раз, когда он пролетал мимо авантюристов, рассекалась броня, и кровь
брызгала фонтаном. Словно паук, плетущий паутину, монстр прыжками
показывался с разных сторон группы Борса. Пойманные в эту сеть
авантюристы давились кровью, теряли конечности и падали на землю друг за
другом.

Бедствие, которое Кассандра видела в своём сне, воплотилось в реальность.

Проводить
резню, на которую не способен даже босс этажа, позволяла монстру его
способность двигаться с неимоверно высокой скоростью. Обычно, большие
монстры так быстро двигаться не способны.

Используя безумную силу
своих ног, создание летало, словно снаряд, от одного конца
пятидесятиметровой комнаты до другого, эффективно уничтожая вирус, то
есть авантюристов. Монстр рикошетил от пола, стен и потолка, продолжая
серию прыжков и безжалостно уничтожая огромную группу авантюристов,
собравшихся словно на убой. Они не успевали даже понять, что происходит.

Столкнувшись с главным кошмаром своей жизни во второй раз, Лю не могла произнести и слова.

Даже Джура, инициатор творящегося ужаса, не мог не сотрясаться от происходящего.

Белл не мог поверить в то, что видел.

Авантюристы падали один за другим.

Отважных воителей рассекало на части вместе со щитами.

Трусов пронзало прямо во время побега.

Распевы заклинателей, решивших противостоять бедствию, превращались в их реквиемы.

Происходившую расправу нельзя было назвать боем.

Множество
смертей, случившихся за считанные секунды, заставили парня оказаться на
грани. Наблюдая за безжалостной казнью авантюристов, Белл ощущал не
ужас и не отчаянье, эти чувства в его голове будто кто-то отключил.

Неожиданно он взорвался.

Широко распахнув глаза и издав рёв, он бросился в эпицентр расправы.

— Господин Кранелл?!

К
счастью, Белл не бежал по коридорам и не видел тела других
авантюристов. В конце концов, смертей, случившихся на его глазах,
оказалось достаточно, чтобы он совершенно лишился спокойствия.

Пренебрегая криком Лю он набирал скорость.

— Уа-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а!!!

Жуткие
когти и клыки оказались направлены на авантюристов, совсем недавно
попавших в одну группу с Беллом, братьев зверолюдей, могучей амазонки и
вооружённого секирой Борса.

Думаешь всё это останется безнаказанным?!

Обратив
свою ярость в рёв, Белл подхватил двуручный меч, выпавший из рук своего
бывшего владельца, и бросился наперерез фиолетовому разводу в воздухе.

Меч нашёл свою цель, о чём всех оповестил низкий, раскатистый звон.

Фиолетово-синие частички посыпались на землю.

Свет
в пустой глазнице Джаггернаута уставился на парня. Монстр получил
прямое попадание со стороны, остановившее его атаку. Рубиновые глаза
Белла отследили траекторию быстрого движения огромного тела, и он,
ускорившись, нанёс удар мечом, пришедшийся прямиком в панцирь монстра.

— Кроличья Лапка?!

Покрытые
кровью Борс и его спутники начали всхлипывать от радости увидев, что
Джаггернаут остановился. Впервые за всё время что-то смогло прервать
волну смертей.

Белл впился взглядом в свет в пустых глазницах монстра.

Осознав, насколько серьёзным в этот раз будет его враг, парень содрогнулся.

В
свою очередь, монстр признал навыки ударившего его создания и решил
переключиться на представляющего для него угрозу авантюриста.

Они заметили друг друга.

Смертельная схватка между авантюристом и монстром началась.

— А-а-а-а-а-а-а!!!

— !!!

Парень махнул мечом, а монстр снова отразил локтём этот удар.

Зазвенев,
металл снова отколол кусочки от вражеской брони. Белл ощутил на себе
огромную силу Джаггернаута, однако, даже покрываясь потом при мыслях об
огромной силе монстра, нашёл в своём нападении намёк на преимущество.

У него проблемы с защитой!

Панцирь его противника треснул от одного удара. Мелкая трещина пробежала и по тонкой руке.

Начала
боя было достаточно, чтобы Белл осознал. Поскольку сила и скорость
этого монстра развивались до предела, его стойкость к атакам снижена.

Кто нанесёт удар первым, тот и победит!

Придя к такому простому и очевидному условию победы, Белл выжал из своего тела всё, на что оно было способно.

— Ях!

Используя
энергию прочно стоящих на земле ног, парень развернулся верхней частью
тела, чтобы нанести удар двуручным мечом с замаха.

Чёрный шарф, обвязанный вокруг его шеи, повторил движения металлического клинка.

В ответ на это движение Джагернаут изогнул ноги и прыгнул.

— А?!

Белл, наносивший удар со всей силы, промазал, а его враг словно испарился. Парень поднял взгляд, услышав, как что-то схватилось за потолок.

Джаггернаут подпрыгнул вверх и смотрел на него сверху вниз с потолка.

Не может быть!

Возможно ли, что монстр преодолел двадцать метров до потолка одним прыжком?

Нет, так не бывает.

Нечто подобное не может существовать.

Мало
того, что этот большой монстр достаточно силён, чтобы убить авантюриста
третьего уровня одним ударом, так он ещё и обладает скоростью,
позволяющей ему так легко уходить от вражеских атак.

Все знания,
которыми Белл обладал о монстрах, перевернулись с ног на голову. Всё же
набранный парнем опыт позволил ему провести сравнения.

Оно сильно, как босс этажа, и двигается быстрее игуясу!

Что за издевательство. Как оно существует? Мне не победить. Это невозможно. Нужно отсюда бежать.

Белл отогнал появившиеся в голове мысли, отрицая то, что подсказывали ему и логика, и инстинкты.

Только вот сбежать от него я всё равно не смогу.

Отогнав страх и сомнения, парень отдался на волю решимости драться во что бы то ни стало и стиснул зубы.

Джаггернаут обнажил зубы, впился в Белла взглядом и запустил себя с потолка вниз одним могучим движением.

— Ого!

Белл едва уклонился от огромной стрелы разрушения, отправившейся прямо в него.

Ударная
волна была быстрой и мощной. Авантюристам, словно приросшим к полу,
пришлось отступить на несколько шагов от места падения монстра. В полу
образовался похожий на кратер разлом. Кристальные осколки осыпали Белла,
будто картечь.

Двуручный меч, который парень не успел отвести в сторону вовремя, оказался разбит.

— Что за?!

Скользящий по земле Белл выкинул остатки меча из рук и направил левую руку в монстра.

Как
бы ни был быстр враг, Белл знал, что его молниеносное пламя движется
быстрее после поднятия уровня. Он решил использовать заклинание, чтобы
сломить уязвимую защиту монстра.

— Не сработает!!!

— Вспышка!

Отчаянный крик Лю прозвучал в тот же самый момент, когда закричал Белл.

Как только алый пламенный снаряд ударил в цель, фиолетово-синяя броня Джаггернаута блеснула.

Белл ощутил действие своего молниеносного пламени на своём собственном теле.

— Ау-у-у-у-у!..

Он отпрыгнул, так и не поняв, что случилось.

От его нагрудника исходил дым.

Взрывная
мощь и жар были так сильны, что в то мгновенье, когда в него ударило
собственное заклинание парень растерялся. В воздухе ещё плясали искры.

Отразилось?..

Когда отголоски пламени, которым Белл никогда не думал подпалить себя, развеялись, он уставился на стоявшее напротив существо.

Броня монстра продолжала светиться.

Свет расходился от того места, в которое ударило заклинание, однако ни малейшего намёка на рану там не было.

Непонимание происходящего поразило Белла всего на мгновенье, однако это мгновенье было использовано Джаггернаутом.

Оттолкнувшись от земли, он запустил себя в Белла.

Белл заметил несущегося на него с занесённой рукой монстра и принял защитную стойку, но опоздал.

Длинные блестящие когти скользнули в воздухе.

Правой рукой Белл вытащил Кинжал Гестии из ножен.

Фиолетовый развод кинжала был зеркальным отражением развода когтей монстра, парень попытался их заблокировать.

— Нет…

Когда оружие встретилось с когтями, Белл услышал за своей спиной шёпот.

Эльфийка прошептала единственное слово отчаянно, словно птица, лишившаяся крыльев.

А потом он ощутил удар такой силы, что весь мир тряхнуло перед его глазами.

В следующее мгновенье парень ощутил неестественную лёгкость в правом плече.

— ?..

Что-то, кружась, просвистело в воздухе.

Яркое, словно певчая птица, оно разбрызгивало капли жидкости, похожей на кровь.

Это было одето в защитную перчатку.

Это сжимало чёрный кинжал.

Это была правая рука Белла.

— А-а…

Он лишился одной из рук.

Правая рука оказалась отсечена над локтём.

Осознание снизошло на Белла не сразу.

Однако в то мгновенье, когда парень понял, он ощутил жуткое жжение в том, что осталось от его правой руки.

— А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!

Крик вырвался из его глотки.

Словно восстанавливая застывший ход, кровь начала хлестать из отрезанной руки.

Боль была такой сильной, что парню казалось, будто его нервные окончания погрузили в пламя. Его глаза налились кровью.

Рука, всё ещё вращаясь и сжимая кинжал, летела в воздухе по параболе и приземлилась в водный поток.

— Господин Кранелл!!!

Он слышал, как Лю выкрикнула его имя, но не с сожалением, а с предупреждением.

Огромная тень накрыла Белла.

С удивлением парень обнаружил перед собой силуэт монстра с занесёнными над ним, словно гильотина, когтями.

Страх
перед когтями, срезавшими его руку вместе с бронёй, чуть не заставил
его рухнуть на колени. Однако, парень смог поднять защищённую
нарукавником левую руку для блока. Блеснул двойной адамантин.

Спустя мгновенье нарукавник столкнулся с когтями и был уничтожен.

Эта броня была несокрушимой.

По
крайней мере, в это верил Белл. Это точно был самый прочный сплав,
когда-либо изготовленный Вельфом. Но сейчас дир-адамантиновый
нарукавник, выдерживавший даже удары чёрного минотавра, был расколот.

Он не выдержал и удара.

Белл хотел просто отвести когти в сторону, однако, когда они скользнули по металлу, сила удара сокрушила броню.

Такой силой разрушения обладали когти Джаггернаута.

Они
были зловещим продолжением костистых пальцев монстра. Сами пальцы
монстра были тонкими, а их кончики прочными и изогнутыми. Когти монстра
блестели тем же фиолетовым светом, что и Божественный Кинжал Белла.

Лишь
Лю и Джура знали правду: ничто не должно касаться этих когтей. Нужно
сражаться так, чтобы они никогда не впились в плоть. Только они,
парализованные от страха перед вернувшимся зверем из их кошмаров, знали,
что заблокировать когти разрушения нельзя.

Когти, больше похожие на клыки, были подарком Подземелья. Они могли превзойти любую броню и были острее любого оружия.

Монстр безжалостно продолжил атаковать Белла, ошеломлённо уставившегося на левую руку.

Он снова занёс когти и опустил их.

Этого было достаточно, чтобы уничтожить броню парня.

Каким-то
чудом ему удалось избежать прямого попадания по телу, однако его
однорукое тело дрогнуло. Парень лишился надежды, увидев, как серебристые
обломки брони разлетаются в разные стороны.

Наплечники, поножи,
наколенники и нагрудник слетали с его тела, разбитые на кусочки. Даже
ножная сумка оказалась срезана, вылилась вся живительная жидкость.

Оказавшийся в крови и слезах Белл, с немеющим от страха и боли телом кое-что осознал.

Защита этого монстра так слаба, потому что она ему не нужна.

Поразительная
сила, способные разрушить абсолютно всё когти и ошеломляющая, ни с чем
не сравнимая способность убивать. Зачем ему защищаться от добычи, если
можно уничтожить её за долю секунды? Целью этого существа была атака и
сокрушение врагов.

Монстр перед глазами парня был живым воплощением катастрофы.

Апостол смерти, спущенный с поводка Подземельем.

Словно
марионетка, которой перерезали ниточки, Белл неловко уворачивался.
Чёрная тень накрыла его сердце несмотря на то, что ему удавалось выжить
так долго.

Он слышал, как разбилось его сердце — звук отчаянья,
куда более глубокого и разрушительного чем то, что он испытал, сражаясь с
вооружённым минотавром.

Безжалостный Джаггернаут взмахнул хвостом, разрушительным оружием смерти, ударяя добычу, почти опустившую от отчаянья руки.

Удар пришёлся в шею Белла.

— …

Место, которого не должны касаться атаки издало хруст.

…Смерть.

Белл слышал звук, означавший конец его жизни.

Он потерял сознание.

----------

Том 13 Глава 5.08

Запущенное в воздух ударом хвоста монстра тело парня стрелой полетело по воздуху.

Из
отрезанной руки лилась кровь, приземлившись, тело начало катиться по
полу и остановилось только у того места, где вода сходилась с полом.

После этого тело замерло.

— Господин… Кранелл!..

Стоявшая неподвижно Лю едва смогла прошептать эти два слова.

Время словно остановилось.

Мир
растерял краски. Случившееся казалось ей ложью. Вода будто бы перестала
течь. Крики других авантюристов и её сердцебиение казались далёкими.

Лишь жуткое тело парня, лежащее лицом вверх там, где он приземлился, выделялось среди всего остального.

— …Белл?!

Крик
Лю рассёк воздух. Разбив оковы ужаса, которые мешали ей двигаться, она,
наполовину прыгая, наполовину бегом бросилась к нему.

— ?!

Склонившись над парнем, она испытала шок.

Вдобавок
к отрезанной руке всё его тело покрывали порезы и синяки, указывавшие
на то, что его кости были сломаны. Кровь телка из уголка рта. В скрытых
прядями волос глазах не было признаков сознания. Однако, каким-то чудом
его голова не была срезана мощным ударом хвоста.

В голове Лю крутилось лишь одно слово: смерть.

Побледнев и содрогнувшись, она приложила палец к шее Белла.

— !.. Он ещё жив?!

Удивлению эльфийки не было предела, она склонилась над парнем. Её внимание привлёк едва слышимый звук дыхания.

Шарф
Голиафа позволил Беллу пережить мощный удар в шею, не получив и
царапины. Материал, полученный из гигантской стальной шкуры, позволил
избежать смертельного исхода и спас владельцу жизнь.

Впрочем,
несмотря на защиту от разрезания, с силой удара этот шарф ничего сделать
не мог. Одно лишь столкновение заставило Белла думать, что он умирает.
Скорее всего, часть его шеи была сломана.

Нужно остановить кровотечение из руки! Нет, сначала нужно заняться его шеей!

Холодный пот появился на коже Лю, и она начала читать заклинание.

— Пою тебе о далёком лесе. Знакомую мелодию жизни!

Она
использовала все свои зелья ещё во время погони за отрядом Джуры.
Заклинание, как ей казалось, читается целую вечность, но это была
единственная восстанавливающая способность, которой она обладала.

— Природное исцеление!

Нежный
свет, подобный свету солнца над дремучим лесом, осветил шею парня.
Заклинание Лю позволяло исцелять как внешние раны, так и внутренние, а
также восстанавливало силы. Однако, оно работало не мгновенно, как
зелья. Продолжительный период, требуемый для действия, был главным
недостатком этой магии.

Ожидая пока заклинание сработает, Лю
зубами и одной рукой оторвала кусок своего плаща и перевязала им правую
руку Белла, чтобы остановить кровотечение. Проклиная свой собственный
страх, который не дал ей собраться в нужный момент, она пыталась
вылечить парня, словно в уплату за свой грех.

— А-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а!!!

— !

Покончив
с Беллом, ставшим на время главной целью, Джаггернаут, переключился на
оставшихся авантюристов. Он не напал на Лю и Джуру просто потому, что в
другом месте авантюристов собралось больше.

Резня началась по новой.

— П-П-Помогите!!!

Сердце Лю дрогнуло, когда она услышала мольбы о помощи.

…Я хочу им помочь, но если оставлю его…

За
мгновенье слишком короткое, чтобы назвать его замешательством, монстр
может покончить с остальными. За исключением Борса и ещё нескольких его
товарищей, которые начали разбегаться в разные стороны, остальные уже
лежали мёртвыми на земле. Среди умерших были братья-зверолюды и
амазонка, на помощь которым бросился Белл.

У Лю не было времени, чтобы делать выбор.

— Я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я!!!

Как
только целебный свет погас, Лю взревела и бросилась к монстру,
стоявшему к ней спиной. Словно дикий зверь она кинулась в бой, занеся
над фиолетово-синей спиной деревянный меч.

Ответ Джаггернаута был прост.

Он
использовал запасённую в коленях энергию для прыжка и тут же скрылся.
Зацепившись за кристальную колонну, он посмотрел на эльфийку горящими
красными глазами, словно спрашивая: Твоя очередь?

Уже через мгновенье монстр бросился на неё.

Лю уклонилась от острых когтей, практически упав на землю.

Когти
рассекли длинный плащ эльфийки, которая, отогнав панику, со звериным
рвением набросилась на монстра, приземлившегося после прыжка.

Он блокировал удары, нацеленные ему в туловище, хвостом, мощно отвечая на выпады эльфийки длинными руками.

Отскакивая так, чтобы ответные удары не могли её достать, Лю прыгала обратно к монстру снова и снова.

Однако невероятно ловкий монстр, пользуясь всеми своими преимуществами, вскоре вынудил эльфийку перейти в глухую оборону.

Именно
поэтому Лю так упрямо избегала Белла с самого начала и просила его
уйти. Если бы Джаггернаут появился снова, она бы хотела, чтобы Белл не
стал его целью.

Пассивная тактика, которую в обычном случае Лю ни
за что бы не использовала. Однако это было одним из последствий того
ужаса, который она испытывала всё это время. Бедствие, случившееся пять
лет назад и укравшее у неё всё, чем она дорожила, оставило на ней такой
след.

— А-а-а-а-а, а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а!

Картина снова всплыла перед её глазами.

Падают её подруги.

Крошится оружие, монстр рвёт их на части.

Они кричат, оказываясь зажатыми между клыков монстра.

Зловещие когти разрывают их тела.

Эта сцена была выжжена в её памяти, она пробуждала первобытный ужас и сокрушала боевой дух.

Потому она закричала.

Она закричала, чтобы обмануть страх, отбросить прошлое и заставить тело двигаться.

Когда
раздался вой монстра, в Лю пробудилась давняя буря эмоций, и она не
могла сражаться. Её сердце разбилось при виде жуткого существа, и она
могла лишь обнять себя и всхлипывать, словно беспомощный ребёнок.

Она это знала и потому, вскинув деревянный меч, закричала изо всех сил.

Джаггернаут ответил звуком, похожим на усталый вздох, и ответил на удар взмахом когтей.

Силы монстра было достаточно, чтобы разбить меч Лю.

Альвис
Люмина, оружие второго ранга, сделанное из ветви священного дерева,
разлетелось на меткие щепки. Эльфийка распрощалась с ним, как и Белл со
своей бронёй.

Безжалостная мощь, уничтожившая её оружие, породила
ударную волну, прошедшуюся по рукам, сжимавшим рукоять меча. Эльфийка
отлетела и ударилась о кристальный пол спиной.

Из её лёгких вышел воздух.

— Га-а-а-ар-р-р! Сейчас! Наша очередь! Убейте эту тварь!!!

Стоявший вместе с группой в стороне от эльфийки Борс издал боевой клич.

Оставшиеся
авантюристы понимали, что пытаться бежать бесполезно. За те секунды,
которые выиграла для них Лю они начали читать заклинания, решив
забросать монстра заклинаниями. Борс также принял участие, достав
магический клинок, несмотря на дрожащие от страха руки.

— Нет, стойте!!!

Слов Лю авантюристы не услышали. Она едва могла дышать.

Когда смолк её тихий крик, загорелся фиолетово-синий панцирь Джаггернаута.

Словно
повторяя судьбу Вспышки, запущенной Беллом, полетевшие в монстра
заклинания отразились в заклинателей. В группу авантюристов полетела из
собственная бомбардировка.

— …

И заклинания настигли цель.

Защитный
панцирь Джаггернаута способен отражать заклинания. Это единственная
защита, которой монстр не пожертвовал ради разрушительной силы. Даже
если авантюрист запускает самонаводящееся заклинание, обычно обязательно
настигающее цель, оно не попадёт в Джаггернаута.

Авантюристы
полагались на свои заклинания, как на последнее средство спасения. При
виде отразившейся обратно в них магической энергии они ощутили то же
отчаянье, что и Паства Астреи пять лет назад.

К счастью,
находившийся позади остальных Борс успел увернуться от прямого удара
заклинаний. Поражённо он уставился на своих обгоревших товарищей.
Повязка на глазу была сорвана, обнажив пустую левую глазницу, но
беспокоиться об этом у него не было времени. К нему уже устремились
горящие красные глаза в пустых глазницах.

— Сто-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-ой!!! — всхлипнул Борс.

Выкинув руки перед собой, он даже не устоял на ногах и обмочился.

Даже для авантюриста второго ранга, вроде Борса, этот монстр был слишком ужасен.

В него были направлены когти.

— …а-а-а-а-а.

Описав дугу в воздухе, они должны были рассечь всё его тело, начиная с головы.

У
него не было даже мгновенья, чтобы задуматься о своей жизни. Его уши
словно услышали, как его тело разрезается на части. Он слышал, как
разбивается его голова, разделяется плоть и хруст костей.

Всё кончилось в одно мгновенье. Борс был мёртв.

— Вставай!

— !..

Наваждение развеялось.

Застывший
в ужасном видении мозг Борса подсказал авантюристу, что он жив, потому
что эльфийка успела нанести свой удар. Прежде чем на него опустились
всеразрушающие когти, воительница ударила в локоть монстра. Теперь она
отчаянно сражалась двумя кинжалами.

В самое последнее мгновенье эльфийка успела защитить Борса.

— Убегай, быстрее!

— Т-ты…

Борс лишился дара речи, уставившись на профиль авантюристки, с которой слетела маска и капюшон.

Он
уже видел её на восемнадцатом этаже. Это была та самая авантюристка,
которая долгое время в одиночку сдерживала жуткого чёрного гиганта.

Монстр начал атаковать её когтями.

Лю отклонилась, едва увернувшись от прямого удара, но когти скользнули по её плечу.

Из тонкого тела эльфийки хлынула кровь.

Тёплая жидкость попала на лицо Борса, Лю сжала зубы и собралась с силами, чтобы не рухнуть на землю.

— Быстро!!!

— А-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а!!!

Борс бросился бежать, его ноги громко стучали по земле.

Впрочем, далеко убежать он не успел. Чтобы его защитить, Лю, чьё лицо было покрыто кровью, приняла на себя удар Джаггернаута.

— Уф-ф!

Длинный хвост зверя ударил эльфийку по ноге.

Несмотря
на то, что хвосту недоставало рассекающей мощи когтей, прочность
фиолетово-синей пластины делала его похожим на тяжёлую дубину.

Правая
нога Лю, прикрытая длинным сапогом сломалась от удара, будто веточка.
Её спина издала треск, когда сила удара подняла её в воздух.

— А!..

Лю схватилась за изогнутую под странным углом ногу одной рукой, издавая вопль агонии.

Она чувствовала, что может лишиться сознания от невыносимой боли. Но знала, что у неё нет на это права.

Топ! Жуткий звук оповестил её о том, что тело монстра перемахнуло через комнату к ней.

Ей в щёку ударили кусочки кристаллов, и она подняла содрогающееся от боли лицо.

Кроме
её скорчившегося тела, ничто в комнате не подавало признаков жизни.
Даже Джура куда-то исчез. Он сбежал? Эльфийка уже не могла понять, что
происходит.

Разрушение приближалось.

Отчаянье пришло к ней в виде монстра.

Её тело было покрыто ранами. Когда монстр приземлился рядом, она осознала, что не сможет себя защитить.

Я не смогла остановить замысел Джуры, и вот я здесь, расплачиваюсь за свою постыдную ошибку…

Она
чувствовала унижение. Ей хотелось разрыдаться. Она хотела наложить на
себя смертельное проклятие за то, что она совершила ошибку, которая
снова привела к бедствию.

Она так и не объяснилась перед Силь и
своими коллегами. Она никак не отблагодарила их за то, что они дали ей
новый дом. Она должна выжить хотя бы для того, чтобы им отплатить.

…Но зато…

Если я сейчас умру, то снова встречусь с Элизой и остальными…

Наконец она снова будет со своими подругами.

Наконец она сможет извиниться перед ними.

Наконец она позволит им себя осудить.

Наконец грех их смертей будет…

Наконец она будет свободна от вины, затаившейся в глубинах её сердца.

Для Лю такая смерть будет похожа на избавление.

Словно какой-то ритуал, который позволит ей уйти от того бесчестья, на которое она себя обрекла.

Её губы изогнулись в улыбке.

Слеза покатилась из небесно-голубого глаза.

Её сердце металось от желания выжить к спокойствию смерти.

— А?

В этот момент что-то привлекло внимание Лю.

----------

Том 13 Глава 5.09

Звучали крики, посмертная песнь авантюристов.

Раздался новый крик, воля эльфийки, решившей сражаться, отбросив оковы страха.

Палец Белла вздрогнул от звуков битвы.

По полю боя прошлась сильная ударная волна, из-за которой тело Белла соскользнуло в воду.

Под
поверхностью воды все звуки стали приглушёнными. От того места, где
была его рука начало разрастаться кровавое облако. Он погружался в
холодные воды потока.

— …Белл.

Наполненный мольбой голос достиг его сознания.

Русалка
протянула руку к израненному парню, изумрудно-синие волосы развевались
за её спиной. Она прижимала к груди его правую руку, всё ещё сжимавшую
кинжал. Она укусила свою кисть. Прижав правую руку парня к его телу, она
начала обмазывать место разреза свой кровью.

Пузырьки воздуха окутали тело Белла, восстанавливающего потерянную конечность.

— Белл… Белл…

Слёзы не переставали течь из глаз русалки.

Дотронувшись
рукой до щеки парня, чьи глаза оставались закрытыми, она взяла его
кинжал и начала наносить себе раны. Она прижимала его тонущее тело к
своему.

Её кровь попадала в раны Белла, сливаясь с его
собственной. Он был окружён облаком целебной крови и его собственное
тело начало исцеляться.

— Живи, — снова и снова шептала девушка монстр. — Открой глаза, — говорила она ему на ухо.

Наконец он ответил.

— А!

Сжав руки в кулаки и открыв глаза, он выпустил множество пузырей.

Чёрный кинжал засветился, обретая новую жизнь.

Парень посмотрел в заплаканные глаза русалки, находившиеся к нему так близко, что их лбы соприкасались.

Спасибо.

Прости.

Я должен идти.

Парень, произнёсший эти слова одними губами, тот, кого полюбила Мари, не был принцем, потерпевшим кораблекрушение.

Он был авантюристом.

Ради
своей подруги, сражавшейся наверху, он должен был снова оживить своё
окутанное отчаяньем сердце. Он должен был зажечь пламя восстановления.

Мари потянулась рукой, чтобы его остановить, но отдёрнула её.

Он
упрям. Он авантюрист. Ради любимой семьи Мари сделала бы то же самое.
Поэтому, вместо того чтобы удерживать его, она обняла его снова. А потом
молча отпустила.

Освободившись от рук русалки, Белл двинулся к поверхности.

— Обещай…

Крикнула
Мари, наблюдая за тем, как силуэт парня набирает скорость, уплывая всё
дальше. Протянув к нему руку, она крикнула в воду своё желание.

— …Обещай мне, что не проиграешь.

Белл вытянул кулак и вырвался из воды к слабому свету кристаллов.

----------

Том 13 Глава 5.10

Лю всё видела.

Она видела, как силуэт вырвался из воды, окатив всё вокруг брызгами, и приземлился на землю.

Она увидела парня, крепко стоящего на земле.

Она видела решимость, горящую в рубиновых глазах.

— Спасибо, Мари.

Кровь
русалки. Таинственный предмет, обладающий силой исцеления. Белл
полностью восстановился. Пар поднимался от ран, омытых кровью, которую
она пожертвовала.

Для Лю это появление было символом сопротивления.

Восстановление правой руки Белла укрепило его волю, и он сжимал чёрный кинжал ещё крепче, чем раньше.

Белл пришёл в ярость на глазах застывшего Джаггернаута, поражённой Лю и показавшей голову из воды Мари.

— !!!

Тело
парня словно превратилось в набирающую скорость пулю, он бросился на
монстра несмотря на то, что минуту назад тот почти его убил.

Монстр
мгновенно повернулся к Лю спиной. Он решил, что мститель, неожиданно
вернувшийся к жизни, куда более приоритетная цель, чем превратившаяся в
добычу эльфийка, и что он достоин полного уничтожения.

В то время как парень, набрав скорость бежал на монстра, сам монстр замахнулся когтями, словно пытаясь сказать: в этот раз тебя ничто не спасёт.

— !..

Оказавшись перед занесёнными для смертельного удара когтями, несущийся будто молния Белл не перестал двигаться только вперёд.

Он сорвал с шеи шарф и обвязал им левую руку.

В глазах Джаггернаута мелькнуло удивление.

Чёрный
шарф, который Белл обвязал вокруг руки вместо уничтоженного
нарукавника, заискрив, отвёл удар скользнувших по нему когтей.

Разрушительное
оружие, дарованное монстру Подземельем, оказалось отражено абсолютной
бронёй, порождённой тем же самым Подземельем.

Словно отплачивая монстру той же монетой, Белл воспользовался замешательством монстра для нанесения удара.

Скорость и элемент неожиданности не позволили монстру уклониться, Кинжал Гестии, блеснув, пробил грудь монстра.

— ?!

Настала очередь Белла удивляться.

Он пронзил центр груди монстра. Но не услышал привычного треска его ядра.

Выходит, у него нет магического камня?!

Обменявшись могучими ударами, парень и монстр разминулись друг с другом.

Они развернулись в одно мгновение. Их взгляды встретились. Смертельные удары не достигли своих целей.

Они сошлись в смертельной схватке один на один.

— !!!

— Ях!

В
ответ на убийственный рёв Джаггернаута Белл издал боевой клич и
бросился в лобовую атаку на монстра, держа наготове Шарф Голиафа и
Кинжал Гестии.

Монстр спешно отступил, совершив несколько прыжков благодаря энергии, запасённой в изогнутых назад коленях.

Я буду убит, не успев и моргнуть, если позволю ему беспрепятственно пользоваться ногами.

Белл бросился в лобовую атаку.

Он приложил все доступные ему усилия, в надежде нанести противнику удар он обратился в размытый белый свет.

Монстр бросился своему врагу навстречу, нанеся удар, скользнувший по коже шеи и плеча парня.

В воздух полетела кровь.

Лю не верила своим глазам, Мари прижала руки ко рту, а Белл, рискнув жизнью нанёс прицельный удар.

— А-а-а-а-а-а-а-а-а-а!!!

Чёрный кинжал был направлен в правое колено зверя.

С нечеловеческой скоростью клинок пронзил цель.

Правая нога Джаггернаута с громким стуком упала на пол.

Несмотря
на то, что это не повлияло на боевую стойку монстра и его возможность
продолжать сражение, молниеносно перемещаться по полю боя он больше не
мог. Нашедший цель удар Белла повредил источник мощных прыжков его врага
— изогнутые назад колени.

Монстр уставился на Белла, получившего
немалые повреждения всего за два удара. Несмотря на то, что левая часть
тела авантюриста была покрыта кровью, его взгляд ясно говорил: Мы только начали.

— Игра началась!

Белл поднял кинжал, рубиновые глаза блеснули.

Запылали красные глаза монстра. Впервые он взревел от ярости.

Он бросился на парня, осколки пола полетели из-под его ног.

Как и ожидал Белл, началось сражение в ближнем бою.

— Господин Кранелл?! — закричала Лю, поднимаясь на руках, из-за сломанной ноги она могла лишь наблюдать за безумным сражением.

Лю знала ужас сражения с Джаггернаутом в ближнем бою лучше, чем кто-либо другой.

То,
что Белл сделал, возможно было единственной его надеждой на победу,
однако, несмотря на это, подбираться в радиус действия когтей монстра
было безумием. Она видела, как с каждым мгновением на теле парня
появлялись новые раны.

Кровь брызгала вместе с появлением
разрезов на одежде парня, он сражался, лишившись брони. С каждой
секундой она покрывала парня всё сильнее. Мари молча наблюдала, как это
происходит, она была бледной.

Впрочем… разрушительные когти не пронзили тела Белла.

Используя намотанный на левую руку словно нарукавник шарф он отражал когти Джаггернаута.

Снова и снова монстр использовал своё смертельное оружие, словно пытаясь сказать: хватит со мной играть.

Но
шарф держался. Царапин на его поверхности становилось всё больше,
однако броня из шкуры Голиафа, «щит», переданный парню Кассандрой и
сделанный Вельфом, не дрогнул.

Пока он не пробит, Белл может продолжать сражаться.

Пока у него есть защита, созданная его друзьями, он может сразиться с самым могучим и жутким из бедствий.

Пока
у него есть возможность пережить удары, которые не может выдержать ни
один другой авантюрист, пока у него есть малейшие шансы на победу, он не
поддастся собственному отчаянью.

Скри-и-и!!!

Кинжал
Гестии, издав звон, сбил когти с траектории. Фонтан искр взметнулся в
воздух вместе со стоном клинка. Всё же Божественный Кинжал не треснул.
Он противостоял оружию монстра.

Джаггернаут обезумел от разрушительной ярости. Белл сражался отчаянно, вооружённый прочнейшим оружием и щитом.

Как я и думал.

Из ран парня текла кровь, Белл не сводил взгляда с противника.

Он быстрее меня.

Монстр был не только сильнее, но и быстрее.
Белл уступал Джаггернауту во всём. В прошлом, какого бы его противник
не был уровня, Белл всегда превосходил его в скорости и ловкости. Но
теперь и этого преимущества у парня не было.

Всё же, проведя этот безнадёжный анализ, он не сдался. Совсем наоборот, его решимость полыхнула с новой силой.

Как он мог сравниться с монстром, который во всём его превосходит? Ответ был очевиден.

Используя навыки и тактику, всё, чему он научился.

Настоящим
оружием и защитой, которую он получил как авантюрист, была жажда
победы, пылавшая в его груди. Авантюристы проходят испытание называемое
«отчаянье» и трансформируют в великие достижения.

Его сила и движения с таким размером не сходятся…

Если бы у Белла попросили сравнить Чёрного Голиафа и Джаггернаута, он не смог бы ответить кто сильнее.

Сравнение было попросту бессмысленным.

Они сражаются совершенно по-разному.

Голиаф
обладает способностью противостоять целым армиям, в то время как
Джаггернаут специализируется на устранении авантюристов-одиночек. И для
этого разрушительные когти подходят гораздо лучше, чем молотящие удары
Голиафа и его рёв.

С другой стороны, в способности переносить удары Джаггернаут не годится боссам этажей и в подмётки.

Этот
монстр способен проявить весь свой потенциал: развитую силу, скорость и
способность убивать не в широких залах, а в узких коридорах Подземелья.
Это и делает его идеальным поборником Подземелья, призванным истребить
«вирусы», которые ему вредят.

Быстрее ли он моего величайшего соперника?

Джаггернаут обладал точностью, скоростью и такой силой атак, что от его ударов немели руки и ноги Белла.

Где-то в уголке разума Белл проводил сравнение этого монстра с чёрным минотавром.

Удары Джаггернаута были определённо разрушительнее из-за его когтей.

Впрочем, возможно победителем из схватки вышел бы Астерий за счёт превосходства в силе?

В момент их сражения чёрный бык был на грани смерти. Наверняка его удары гораздо силь…

Белл
оборвал несвязанные с боем мысли, мелькнувшие в его разуме. В
смертельной схватке любое отвлечение может привести к смерти. Малейшая
ошибка с его стороны может стоить ему головы.

— !..

Несмотря на то, что Белл обрушил град ударов, попавших в тело монстра, Джаггернаут не переходил в защиту.

Тело Белла завывало от боли. Разгорячённые конечности, казалось, сейчас взорвутся.

Хуже
всего приходилось левой руке парня. Несмотря на прикрытие Шарфом
Голиафа, она принимала на себя всю силу отводимых ударов когтей. Боль
была единственным ощущением, которое у него осталось. Кровь шумно
хлюпала под щитом из шкуры монстра. Но Белл понимал, что, как только он
перестанет отражать когти, ему придёт конец.

Плечо и шея горели в тех местах, где их порезали когти.

Затянутые раны открылись снова, из них лилась кровь.

Однако в его глазах горел свет, и он не отступал.

Если сейчас он падёт, Джаггернаут убьёт Лили и остальных его товарищей. Каждый авантюрист в Водной Столице будет убит.

Он не мог позволить этому случиться. Он должен уберечь их от смерти.

То есть…

Умрёшь здесь ты!!!

Пусть
этот монстр был призван Злодеями, и Белл не хотел бы с ним сражаться,
оставить настолько могучего врага без внимания он не может.

Разве он может позволить ему убить всех остальных? Разве он может позволить смертям продолжаться?

Белл надел маску лицемера.

Ради людей, которых он хочет защитить, он убьёт существо, с которым вынужден сражаться.

Его враг не переставал нападать. Полетели осколки кристаллов. Беллу пришлось перейти в защиту.

Удар когтей, уклониться, укус, отразить оружием.

Ответный удар Белла заблокировал его врага. Слишком слабо. Ещё рано. Ещё один удар. Осколки панциря монстра полетели на землю. Я забью его градом ударов.

Белл Кранелл ещё способен сражаться. Да! Вперёд! Ради неё! Разве не ради этого я спустился на этот этаж?

В мгновенье, казавшееся ему вечностью Белл, ускорился, буквально отбросив ценности своей жизни.

Быстрее, быстрее, быстрее!

Ему хотелось положить конец её кошмару.

— А-а-а-а-а-а-а!!!

Белл взревел, кровь лилась из ран на его теле.

Он сражался с ураганом смерти, один-единственный кусочек кожи монстра, повязанный вокруг руки, служил ему единственной защитой.

Он сражался лицом к лицу со зверем, который для Лю был символом отчаянья.

Он лишь отчасти понимал страдания, которые пришлось пережить ей. Но этого было достаточно, чтобы зажечь пламя в его сердце.

Он взревел, потому что этот рёв разжигал в нём пламя, сжигающее трагедию и катастрофы.

— Господин Кранелл…

Даже погрузившаяся в ужас Лю понимала, ради кого он сейчас кричит. В её груди разливалось тёплое чувство.

— …Вы гораздо…

Последнее слово, «сильнее», утонуло в грохоте битвы.

Она ощущала себя жалкой, лёжа в стороне и не в силах подняться. Но это чувство заставило её воспрянуть.

Впервые
она поняла почему Белл так восхищается героями мифов. Впервые эльфийка
своими глазами эльфийка увидела, как благородны герои, бросающие вызов
самому отчаянью.

Джаггернаут был озадачен, испытав совершенно
новое чувство. Белое пламя, которое ему удалось потушить разгорелось
вновь, он резал это пламя, но оно бросалось в бой, он его избивал, но
оно снова поднималось. Новорождённый монстр не мог принять того факта,
что боевой дух его врага превосходит его собственный.

Наконец,
после целой серии мощных рубящих атак и демонстрации несокрушимой
решимости авантюриста, монстру пришлось впервые отступить.

В схватке не на жизнь, а на смерть он сдал позиции первым.

Возможно,
это был инстинкт, возможно, неуверенность в исходе. Как бы там ни было,
монстр решил не рисковать своей жизнью ради того, чтобы добить
человека, однажды уже ставшего его добычей и едва живого, снова. Потому
монстр вышел из ближнего боя, в который он был вовлечён.

Это, несомненно, дало ему преимущество, но и Белл увидел в этом действии возможность для своей победы.

Он отступает.

Едва живой, покрытый кровью Белл ещё никогда не ощущал такой жажды битвы. И он позволил себе отдаться этой жажде.

Его соперник никогда не отступал.

Девушка, которой он восхищается, всегда сражается до конца.

Монстр, с которым он сошёлся в бою, не воитель и не авантюрист. Белл улыбнулся.

Он
вступил с Джаггернаутом в ближний бой ради этой секунды. Несмотря на
то, что противник был быстрее Белла, впервые потеряв инициативу, монстр
предпочёл отступить.

Вытянув обёрнутую шарфом левую руку, парень прицелился в отступающего врага.

— Вспышка!!!

Семнадцать последовательных залпов магии.

Парень вложил в эти заклинания все свои ментальные силы, запуская их в быстрой последовательности.

Удивлённый монстр обнаружил себя целью мощных огненных вспышек.

Разумеется,
фиолетовый панцирь блеснул, монстр использовал отражение магии.
Магическая сила Белла отразилась от неуязвимого щита.

— Да!!!

На это я и надеялся!

Издав победный клич, Белл бросился прямо в гущу отражённых в него пламенных вспышек.

— ?!

Лю не могла поверить своим глазам. Мари взвизгнула и даже монстр уставился на парня, не понимая, что тот делает.

Бомбардировка вспышками летела в парня, мгновение спустя его тело осветило алое пламя.

Несмотря на то, что его собственное пламя обжигало его конечности, Белл набирал скорость, издавая победный крик.

Всего один удар.

Одно из заклинаний, тщательно нацеленная вспышка попала в чёрный кинжал.

Он зарядил своё оружие.

Джаггернаут видел, видел, что вместо взрыва вспышка Белла слилась с лезвием, после чего лезвие стало белым от света.

Двойной заряд.

Белл предвидел, что его магическая атака будет отражена, и приготовил для монстра смертельный удар.

Остальные
заклинания были лишь прикрытием. В тот момент, когда его тело окутала
серия взрывов, он смог подобраться к противнику достаточно близко.

Осознав что произошло, Джаггернаут на мгновение замер.

Монстру
пришлось использовать магическое отражение, потому что в противном
случае он был бы смертельно ранен атакой. Однако это была лишь приманка,
чтобы заставить его использовать эту способность и её слабость. Когда
Джаггернаут использует отражение магии, он на короткое время лишается
возможности двигаться.

Время замерло, монстр уставился на окутанный ревущим белым пламенем Божественный Кинжал.

Он
понял в каком положении находится. Парень двигается слишком быстро.
Однако, у него было ещё мгновенье. Собравшись с силами, он мог
перехватить атаку, защититься или попытаться сбежать.

Инстинкты монстра не дали ему ответа.

Перед ним магическая атака или удар кинжалом? Нужно отразить её неуязвимой к магии бронёй или нанести ответный удар когтями?

Поборник смерти погрузился в замешательство.

Он предпочёл сбежать.

Монстр решил использовать оставшуюся изогнутую назад ногу, её сил должно было быть достаточно, для прыжка.

Проще говоря, монстр бедствия потерял спокойствие, столкнувшись с авантюристом.

Те
доли секунды, которые Джаггернаут потратил на проверку своих
способностей, стали той самой слабостью, которую он никогда не должен
был демонстрировать перед быстрым как молния кроликом.

— …Ях!

Белл распустил шарф на левой руке, запустив его в атаку.

В отличии от Вспышки это было ненаправленной атакой с расстояния.

Чёрная полоска ткани просвистела в воздухе подобно кнуту и попала в длинный хвост монстра.

Когда шарф растянулся на полную длину, по телу Белла прокатилась сильная дрожь, но он остался стоять на кристальном полу.

Джаггернаут застыл в воздухе. Инерция потянула его к левой руке Белла, ещё сжимавшей шарф.

Раздался треск разрываемых мышц и хруст выходящих из суставов костей.

Глаза Белла округлились.

Однако, собравшись с силами, он потянул левую руку к телу.

— Я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я!!!

Джаггернаут,
чей хвост был обвязан шарфом, полетел к нему. Огромный зверь
приземлился у ног Белла и вздрогнул. Он осознал природу ощущения,
которое испытывал несколько десятков секунд.

Это тот самый ужас, который испытывали его жертвы.

Словно
пытаясь прогнать это чувство, он воспользовался антимагической защитой
своего панциря. Столкновения с пылающим кинжалом, оружием, которое его
враг держал в правой руке, его когти не выдержали бы.

Мгновение
назад монстр размышлял, была ли атака парня магической или обычной.
Ответ не был ни тем, ни другим. Смертельный удар, который использовал
Белл не мог быть отражён, от него не было защиты.

В руках у Белла было священное пламя, способное что угодно обратить в пепел.

Белл заряжал свой навык девять секунд.

Уязвимый Джаггернаут застыл на Беллом, и парень нанёс удар.

— Арго Веста!!!

Вспышка света.

Рёв пламени поглотил огромные, похожие на клыки когти.

Вспышка пламени уничтожила фиолетово-синий свет.

Когти, на которые всё это время полагался монстр, треснули. Почерневшие и тёмно-синие осколки разлетелись по залу.

Белла отбросило, но он продолжал тянуть к врагу правую руку.

В этот раз своей правой руки лишился Джаггернаут.

Монстр взвыл.

Его
правая рука испарилась вместе с когтями в рёве пылающего священного
пламени. Удар прошёлся по плечу монстра, перекинувшись на правую сторону
огромного тела.

Скорость и ярость монстра были развиты до
необычайных высот, в то время как его выносливость и защита были
низкими. Трещины побежали по бокам и спине монстра, куски его панциря
падали на пол. Вместе с тем на пол рухнул и содрогающийся всем телом
Джаггернаут.

Правая рука монстра была отрублена, его хвост
освободился от связывавшего его шарфа. Тело зверя покатилось по полу,
остановившись только в центре комнаты.

Впервые в своей жизни Джаггернаут взвыл от горечи.

Слишком слабый заряд!..

Белл
смотрел на катающегося по полу от боли и скулящего монстра. Нанесённый
им удар не получил должного времени подготовки и не стал смертельным.

Однако, он должен сделать что-то ещё. Он должен добить зловещего зверя.

— Ау-у-у-у-у-у!..

Жуткая боль пронзила левую руку Белла.

Всё
это время он концентрировался на использовании магической энергии для
бомбардировки заклинаниями и проведения двойного заряда. Ноги парня
дрожали. Руки, казалось, были вырваны из плеч. Он перестал чувствовать
левую руку.

Но он должен сражаться. Должен собраться с силами. Должен прикончить монстра, вызвавшего целую бурю смертей.

Пронзавшая
тело боль вызвала слёзы в глазах Белла, но он крепко сжал Кинжал Гестии
правой рукой и повернулся к катавшемуся по полу Джаггернауту.

— …Господин Кранелл?!

Лю, всё это время зачарованно наблюдавшая за боем, вздрогнула, услышав боевой клич.

Белл тоже заметил, но слишком поздно.

Однорукая тень выпрыгнула из-за кристальной колонны, напрыгнув на Джаггернаута.

— Ха-ха-ха-ха-ха!!! Получилось!

Джура.

Укротитель затаился и ждал нужного момента.

Магический ошейник, надетый на тонкую костистую шею монстра, запылал красным светом.

— Вот уж не думал, что ты поднесёшь мне его готовеньким!

— Джура!..

— Но теперь он мой!

Содрогаясь от радости, коточеловек взглянул на озадаченных Белла и Лю.

Этого мгновения он так долго ждал. Ухмыляясь, коточеловек взялся за алый хлыст и громко щёлкнул им по земле.

— Вставай, моя зверушка! Убей Лайон и этого недоноска!!!

Ошейник
начал пульсировать красным светом сильнее, в тон хлысту. Уничтоженное
наполовину тело Джаггернаута содрогнулось потом ещё раз и ещё… пока,
наконец, монстр не поднялся.

Алый свет в пустых глазницах уставился на Белла и Лю.

Белл скривился, не в силах скрыть свой страх перед монстром чьи глаза, несмотря на все полученные раны, наполняла кровожадность.

— Ха-ха-ха-ха! Вот так, убей их! Обоих! Разорви их своими когот…

Монстр, словно от раздражения, махнул остатками своего хвоста.

Полетели куски плоти. Тело коточеловека рассекло надвое.

Джура
до самого конца так и не понял, что случилось. Верхняя часть его тела
полетела и окунулась в водной поток, идущий по краю зала. Словно осознав
свою судьбу, нижняя его часть рухнула на пол. Красные пузырьки
заплясали на поверхности воды.

Белл и Лю молча сглотнули.

Конец Злодея настал слишком неожиданно.

Однако ошейник на звере продолжал пульсировать.

Словно
в ответ на последнюю волю мёртвого коточеловека, точнее, его злобу,
ошейник продолжал излучать красноватый свет, освещавший тело
Джаггеранута. Побитые ноги сделали шаг в направлении Белла.

— Ух!..

Увидев,
что уничтожитель перестал обращать внимание на раны, Белл приготовил
Кинжал Гестии. Он издал боевой клич, словно пытаясь настроить тело на
ещё одну битву.

— А?

Но в этот момент парень услышал странный звук. Как будто кто-то выбирается из-под обломков кристаллов.

Что-то
всплыло в памяти Белла. Несмотря на то, что Джаггернаут был прямо перед
ним, он повиновался своему инстинкту и повернулся в сторону звука,
необычного для Подземелья.

За его спиной была Лю, которая так и не могла подняться.

А за ней в куче осколков стен показался огромный змееподобный монстр.

— …

Ламбтон, который должен был быть мёртв.

Однако
он, огромный, как и раньше, готовился к прыжку. Пульсирующий ошейник на
его шее указывал на то, что он слышал последнюю команду укротителя.
Множество налитых кровью глаз уставилось на авантюристов, словно говоря о
том, что он повиновался.

Убей Лайон и этого недоноска!

Едва живой змей взревел и прыгнул на Лю, разбрасывая осколки кристаллов.

— Лю!

Глаза
эльфийки округлились, когда она осознала, что происходит, но было
слишком поздно. Ламбтон нёсся к ней, распахнув огромные челюсти.

Белл бросился бежать.

Собрав те немногие силы, которые у него остались он ускорился, схватил протянутую руку Лю и прижал её к себе.

Спустя мгновенье оба авантюриста оказались в распахнутой пасти монстра.

Ламбтон ткнулся заострённой головой в землю. Его извивающееся тело рыло путь вниз.

Джаггернаут последовал за змеем. Завывая и разбрасывая по пути куски панциря он ринулся в дыру, прорытую ламбтоном.

Героическая битва, развернувшая в кристальном зале, была окончена.

— Белл… Бе-е-е-е-е-елл?!

В живых осталось всего одно существо.

Жалобный крик русалки завис в ставшем тихим зале.

----------

Том 13 Глава 5.11

— Пустите меня, сударыня Кассандра, хватит!..

Крики Лили растворялись в шуме Великих Водопадов.

Они были на двадцать пятом этаже Подземелья. Стоя у холма рядом с началом одного из водопадов, авантюристы спорили.

— Нет, вам туда нельзя!.. Не на двадцать седьмой этаж!..

Кассандра
держала руку вырывающейся девушки-полурослика. Она отталкивала Микото,
пытавшуюся её успокоить, и сжимала маленькую ручку Лили сильнее.
Кассандра так отчаянно пыталась удержать Паству Гестии, что те не знали, как на это реагировать и что с этим делать.

Мой сон обернулся правдой!!! Нельзя их отпускать! Их смерти были предсказаны!..

Все
её действия были вызваны одной лишь этой мыслью. Вина и отчаянье
переполняли девушку. То, что она бросила умирать бесчисленное количество
душ, терзало её и тяготило её душу. В груди что-то сжималось, словно её
собственные мысли её пожирали. Слёзы лились из глаз.

Но, но, если они не пойдут…

Она
может их спасти. Если они останутся здесь, то люди, о которых Кассандра
беспокоится, будут в безопасности. Это не сотрёт её грехи, но принесёт
ей хоть немного облегчения.

Если она уговорит их остаться здесь, то сможет избежать самого страшного.

В этот момент, словно усмехаясь над Кассандрой, Подземелье вздрогнуло.

— …

Землетрясение? Нет, эту дрожь породило само Подземелье.

Вельф и остальные, поражённые странным поведением Кассандры, застыли.

Этот звук нельзя было перепутать ни с чем.

— Эй, этот шум же!..

— Что за издевательство!..

— Не может быть. В смысле, его же убили всего две недели назад!

Подземелье не обращало внимания на возгласы побледневших Оуки, Вельфа и Лили.

Подземелье думало только об одном.

Оно
отправило своего поборника, своеобразного представителя иммунной
системы, однако вирусы остались живы. Хуже того, дитя бедствий оставило
этаж, несмотря на то, что виновники уничтожения утробы его матери
остались в Водной Столице.

Не один или два, а столько, сколько нельзя позволить себе игнорировать.

Подземелье не стерпело.

Оно приняло самое логичное решение. Издав пронзительный вой, оно породило его.

— Э-э-это же…

Лили
и остальные узнали, узнали признаки того, что огромное существо сейчас
будет порождено Подземельем. Этаж тряхнуло, и на одной из стен открылась
огромная трещина.

— Выходит! — крикнула Айша.

Великий
Водопад двадцать седьмого этажа разверзся. Массы воды разлетелись с
такой силой, что на всю пещеру, с двадцать пятого по двадцать седьмой
этаж обрушился дождь.

Подземный дождь пролился на огромный силуэт, окутанный водным туманом. Медленно этот силуэт погрузился на дно озера.

А спустя мгновенье всплыл снова.

После
этого он начал карабкаться вверх по отвесной скале в несколько сотен
метров, с которой падал Великий Водопад двадцать седьмого этажа.

— …

Кассандра
ощутила холодок, когда огромный монстр поднял голову над двадцать
шестым этажом и, забравшись на него, двинулся к двадцать пятому.

А, и не беспокойтесь, монстры не забираются с этажа на этаж. Ну, большинство не забирается.

Одна
амазонка произнесла эти слова всего лишь несколько дней назад. Эта
самая амазонка сейчас стояла за её спиной, положив руку на подао и
удивлённо рассматривая монстра. Кассандра наконец осознала, что это
означает.

— Все, наза-а-а-а-а-а-а-а-а-а-ад!!! — закричал Вельф.

Группа авантюристов бросилась ко входу в пещеру рядом с водопадом.

Однако они не успели туда добраться. Цунами накрыло их и понесло обратно к краю этажа.

Один за другим они поднимались, оборачивая промокшие лица к двухголовому дракону, поднимавшемуся наверх.

— Монстр Рекс двадцать седьмого этажа… — пролепетала Лили.

Айша закончила фразу, назвав его по имени:

— …Амфисбаэна.

Словно в ответ на зов матери огромный босс этажа, расположившийся в центре озера двадцать пятого этажа, поднял голову и взвыл.

Амфисбаэна
отличалась от боссов этажа, известных Гильдии. Каждому из Рексов
отводился отдельный этаж, а этот монстр был мобильным.

Пока её товарищи готовили к бою оружие, Кассандра уставилась на монстра с ужасом в глазах.

Таково было Подземелье, колыбель монстров.

Попытка одинокой пророчицы восстать против воли безграничного Подземелья была бесполезной.

Двухголовый монстр взревел, выражая волю Подземелья.

Кассандра застыла.

Она и её группа избежали бедствия, однако теперь им осталось оно... да, отчаянье.

----------

И завертелось колесо судьбы

Послышался звук крошащихся камней.

Огромный силуэт летел вниз с градом валунов и камешков.

Жуткий свист был прерван ударом об пол.

Пол в огромной комнате сотрясло.

В пылевой завесе показалось извивающееся бледно-синее тело.

Вирмвелл, огромный змееподобный монстр.

Ламбтон бесновался.

Из
множества глаз текла кровь, он извивался, словно что-то жутко болело у
него внутри. Из огромной пасти лилась красная жидкость, длинное тело
билось об пол.

Он был похож на ребёнка, который съел нечто несвежее, и тем самым заработал сильную боль в животе.

Неожиданно, его тело скривилось одновременно с громким стуком. Это случилось снова. Всего таких ударов было четыре.

Каждый
раз его рёв становился всё более отчаянным. Бледно-синяя поверхность
тела приобретала розовый оттенок, словно изнутри что-то освещало её
лампой. Наконец, удар сотряс тело монстра целиком и пламенный выброс
прорвался наружу.

Раз, два, пламя пульсировало снова, оно не останавливалось.

Алый столп пламени вырвался из монстра.

С громким стуком сгоревший изнутри монстр покатился по полу, лишённый всех сил.

Сквозь
кожу огромного монстра, прямо из чрева, пробился чёрный кинжал. Будто
из тела монстра вырастал клинок, окутанный фиолетовым светом. Он
прорезал плоть с жутким звуком.

На теле появился надрез.

Кишки
монстра вывалились вместе с красноватой жидкостью. Из разреза появилась
пара рук, схватившихся за края раны, и развела их в стороны с явным
усилием.

— Ва-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а!..

Из монстра вылез беловолосый парень.

От
его тела поднимался пар, Белл кричал. Он сделал несколько шагов
освободившись из тела ламбтона и рухнул в лужу красноватой жидкости.

— А-а-а-а-а-а-а-а-а!!!

Всё
его тело плавилось. Неприкрытые участки кожи и одежда начали
разрушаться, от белых волос шёл дым. Единственным, что осталось
неповреждённым был шарф, обвязанный вокруг его левой руки и оружие,
которое было вложено в ножны.

Кислота из желудка монстра его
переваривала. Оказавшись на воздухе после побега из внутренностей
гигантской змеи, парень сполна ощутил жгучую боль. Лёжа лицом вниз в
смешанном с кровью желудочном соке, он ощутил жжение ещё сильнее.

Несмотря на боль, он положил руки на пол и заставил своё тело подняться.

— Лю… Лю-ю-ю-ю-ю-ю-ю-ю-ю-ю-ю-ю-ю-ю?!

Широко
распахнув глаза, он завопил и повернулся к монстру несмотря на то, что
перед его глазами всё виделось размытым. Он бросился в чрево монстра
снова.

Спустя секунду он показался снова, собственными руками вытащив из монстра эльфийку.

Будь они обычными людьми, желудочный сок давно бы превратил их в единую массу в животе монстра.

Однако,
обычными людьми они не были, они авантюристы, три раза переходившие на
новый уровень. Они способны пережить пребывание в желудочном соке.

Белл оттащил совершенно беспомощную Лю, то ползком, то едва стоя на ногах подальше от кровавой лужи и рухнул на землю.

Лю
совсем лишилась сил. Несмотря на то, что Белл постарался защитить её,
крепко прижав к себе, длинный плащ и боевой наряд эльфийки были покрыты
дырами. На оголённых участках кожи виднелись жуткие ожоги, а её глаза
были полотно закрыты, словно она была погружена в вечный сон.

Слезы покатились из глаз Белла. Усилием воли он заставил себя двигаться. Он сел перед ней на колени и подтянул к себе.

— Лю? Лю?! Откройте глаза, пожалуйста!..

Дрожащими
руками и пальцами он схватился за её плечи. Снова и снова он звал её по
имени, словно пытаясь удержать её в мире живых.

Не было понятно, случилось это в ответ на его мольбы или нет, но закрытые глаза эльфийки дрогнули.

— Лю!..

Однако, стоило Беллу обрадоваться…

Раздался вой монстра, сокрушивший все его надежды.

— …

Придя в себя, Белл медленно поднял голову и осмотрелся.

Они оказались в огромном зале. Невероятно огромном. Слишком большом.

Вглядываясь
в темноту Белл попытался успокоить себя мыслью, что пока рядом не видно
монстров, им ничего не грозит, но расслабиться никак не мог.

Если на нас сейчас нападут монстры, всё будет конечно.

Нет, не так.

Где мы?

Что это за этаж?

Он
знал, что вирмвелы передвигаются между этажами. В животе вирмвела он
ощущал толчки от приземлений и содрогание разрываемой земли. Однако, он
не понимал, как далеко мог погрузиться монстр.

Скорее всего он зарылся глубже двадцать седьмого этажа.

Сжимая
плечи Лю пальцами и крепко прижимая её к себе, чтобы защитить от вреда,
Белл начал осматриваться, чтобы понять, что происходит.

Пол этого этажа сделан из смеси грязи и камней.

Он
заметил, что и стены вдалеке такие же. Потолок находится очень высоко
над головой, даже благодаря усиленным четвёртым уровнем чувствам он его
не видел.

Его окружает почти непроглядная тьма.

Единственным
источником света служит слабое свечение, испускаемое стенами через
определённые промежутки. Земля, стены и пол этого этажа молочно-белые.

Прохладный ветер прогулялся по шее Белла, словно пытаясь нашептать: Ты уже понял, не так ли?

Мрачная темнота давила на его плечи, а тишина словно издевательски смеялась.

Сердцебиение стало почти оглушительным. Белл это ощущал, будто его сердце сейчас вырвется из груди и отделится от тела.

Несколько секунд у него ушло, чтобы понять, что свистящие звуки, которые ему слышны это его собственное сбитое дыхание.

Не может быть. Не может быть. Не. Может. Быть.

Инстинкты подсказывали ему, где он оказался, но мышление отказывалось принять правду.

Знания, вбитые ему в голову во время обучения с Эйной говорили ему о том, что окружающий мир подходит под описание одного этажа.

Всё вокруг казалось ошеломительно громадным. Размеры были такими, что ему захотелось разрыдаться.

Это место очень сильно отличалось от верхних, серединных и даже нижних этажей.

Отчаянье ледяной рукой охватило сердце Белла, когда он сам ответил на свой вопрос.

Под описание места, в которое он попал, подходил один этаж — тридцать седьмой.

Дрожащие губы шепнули:

— Глубинные этажи…

Всем добра, с вами Kristonel.

Не забывайте что без вашей поддержки эти переводы бы не появились. :3

Если у вас есть вопросы, задать их можно в дискорде. Выбираете нужный смайлик в #faq и попадаете в наш дружный и не всегда чатик.

Подпишитесь на мой патреон: https://www.patreon.com/Kristonel

Информацию о новых главах можно найти по #Кристычнапереводе в твиттере.

А также отправив денежку на эти адреса:

Qiwi: +79237177586

WMR: R532697894558

ЯД: 410012644267696

Mastercard: 5559 4936 9992 2374

Благодарю за внимание.

----------

Послесловие автора

Боюсь что выдам все свои секреты, но идея для катастрофы была навеяна одной королевой чужих.

Послесловие к этому тому можно считать моей исповедью.

Я
приношу свои глубочайшие извинения за то, что не смог уложить эту
историю в один том. Я планировал справиться с аркой служанки-эльфийки из
бара за одну книгу, но, как и обычно, обнаружил что она превысила
планируемую длину на несколько сотен страниц и потому разделил её на
первый и второй том (к тому же, мне показалось что читатили могут устать
если сразу после этих событий перейти к кровавым битвам которые
продолжатся и после шестой главы без перерыва). Мне правда очень жаль...

Ну и в этой книге случилось непредвиденное. Главной героиней
должна была стать эльфийка из таверны, но, вместо этого, часть эпизода
забрала для себя предвестница трагедии. Похоже, ей очень сильно
захотелось сбежать из тени, в которой она всё это время находилась.

Мне
показалось что «пророчество», это удобный ход который позволит мне дать
намёк на раскрытие дальнейшего сюжета. Однако, стоило мне начать и
закончить было непросто. Её отчаянье, переживания и решимость вышли
из-под моего контроля и в конце концов получилось около пятедесяти
страниц. В конце концов мне пришлось дать ей повышение до одной из
центральных героинь арки (по крайней мере, мне так показалось). Когда я
перечитывал написанное мне даже показалось, что это какая-то ошибка.

Несмотря
на то, что такой поворот событий меня поразил, я поймал себя на мысли о
том, что я им доволен. Подозреваю, что когда персонажи книги начинают
жить собственной жизнью, это хорошо как для автора, так и для
произведения, каким бы ни был изначальный замысел. Впрочем, прошу
прощения у тех читателей, которые ожидали увидеть в этой книге больше
эльфийской героини. Ей будет отведена гораздо большая роль в следующем
томе (я так думаю), подождите ещё немного.

Ну а теперь мне бы хотелось перейти к благодарностям.

Матсумото-саме,
занявшемуся этой серией, очень жду продолжения работы с вами и в
будущем. Главному редактору Китамуре, спасибо что поддерживали меня
множество раз, даже когда мне казалось что я закончу и простите за то,
что причинил вам столько неудоств. Сузухито Ясуда-сенсю, я очень
благодарен и поражён чудесными иллюстрациями, которые вы нарисовали, они
придают истории перчинке. Особенно мне нравятся рисунки боевых сцен.
Благодарю всех, кто был вовлечён в производство этой книги. Ну а больше
всего я благодарен читателям, выбор которых пал на неё.

Я сделаю
всё возможное чтобы закончить вторую часть этой истории как можно
быстрее. Надеюсь мы встретимся ещё раз и благодарю вас за то, что вы всё
это прочли. За сим откланяюсь.

Фуджино Омори.

----------

Начальные иллюстрации

[[image:/storage/reader-images/21909aba4bc2a039c6e308802fbb5925ab46c5d5.png]]

[[image:/storage/reader-images/6db09c2c90ae0c047adc14cb01d46619f1da03a5.png]]

[[image:/storage/reader-images/8f34dc53f77eab1080e052c38adb564463c84058.jpg]]

----------

Интерлюдия. Они зашевелились

— Он переместился, — тихие слова старшего божества раздались во тьме зала.

Уран не сводил взгляда с Подземелья, расположенного под его ногами.

— Переместился? Вы точно говорите о... Джаггернауте?

Ответ прозвучал из кристалла размером с кулак.

Этим кристаллом был окулюс, на поверхности магического предмета отображался Фелс.

Окулюс
располагался в Зале Молитв под Главным Отделением Гильдии. Уран —
божество, возносившее Подземелью молитвы — хоть и не идеально, мог
понять, что происходит внизу. Точнее, он ощущал определённого монстра.

Разрушительный Джаггернаут спустя пять лет объявился снова. Присутствия поборника смерти, который уничтожил Паству Астреи,
в которой состояла авантюристка Ледяной Ветер, было достаточно, чтобы
вызвать у божества-основателя Орарио сильное беспокойство.

— Да… Он отдаляется от зоны, в которой появился, и спускается по этажам.

Порождение разрушения начало двигаться.

Не
в пределах одного этажа. Оно пересекло множество этажей, столько, что
Уран мог лишь предполагать о том, насколько низко оказался монстр.

Жуткое существо ускользнуло из Водной Столицы, в которой его появления никто не ожидал.

— Это невероятно… Учитывая условия его появления, шансы на то, что он покинет этаж, на котором появился!..

Фелс, на данный момент отправившийся вместе с Ксеносами на изучение рукотворного подземелья Кносса, был озадачен.

Чтобы появился Джаггернаут, Подземелье должно получить существенный ущерб.

Когда
это случается живое Подземелье выпускает что-то вроде антитела. То есть
цель существования Джаггернаута — это истребление вторгшихся чужаков,
авантюристов, на этаже, на котором он появился. Строго говоря, если цель
монстра сбегает с этажа, он не должен за ней следовать.

— …Что происходит?

Реальность была такова, что умерший укротитель заставил монстра преследовать парня и эльфийку.

Но
даже всезнающий основатель Орарио был далёк от знания о том, что могло
произойти в Подземелье. Уран и его компаньон на поверхности могли лишь
строить предположения о случившейся аномалии.

— А в ответ на это…
Монстр Рекс появился в Водной Столице? Неужели Подземелье
проигнорировало время его появления и отправило его?..

Уран также заметил и другое действие, предпринятое Подземельем.

Лицо умудрённого божества, в шутку называемого другими богами «недвижимым», скривилось от непонимания.

— Что вы будете делать, Уран?

—
…Отправлю подкрепления в Водную Столицу. Даже если они не окажут
влияния на сложившееся положение, мы обязаны узнать, что происходит.

— Но сейчас мы заняты изучением Кносса. Слишком малое количество Паств могло бы справиться с этой задачей, пока Паства Локи занята тем же. Если вы объявите задание через гильдию, подкрепление ни за что не поспеет вовремя!

Исходивший
из кристалла голос переполняло беспокойство. Уран понимал, что Фелс и
Ксеносы не успеют подойти вовремя, а бессмертный маг беспокоится о
сохранности Паствы Гестии. После спасения Ксеносов из города Фелс готов был рискнуть чем угодно ради спасения Белла Кранелла.

То же самое чувствовал и сам Уран.

— Я сделаю всё, что в моих силах… Даже если это не принесёт результата.

Четыре факела, окружавшие алтарь, полыхнули сильнее, подпитываемые волей божества.

Сидящий на своём троне Уран поднял синие глаза к тёмному потолку.

— Остальное будет зависеть от тех, кто что-то предпримет, как и мы…

Тук!

Чашка ударилась о пол, соскользнув со стола.

— Силь! Ты в порядке?

— …

Официантка
Руноа бросилась к девушке с серыми волосами, у ног которой лежали
керамические осколки. Предмет, который упал, не был собственностью бара,
это была любимая кружка одной из коллег девушек.

Она принадлежала эльфийке, которой на работе не было.

Силь перевела взгляд с осколков на полу, на свою руку. Капля крови текла по её тонкому пальцу.

— …Простите меня, мне нужно на пару минут отойти.

— Силь! Кудмя это ты идёшь, мя?!

Силь
выбежала в заднюю дверь, не обращая внимания на слова Ани. Она и другие
служанки остались в тихом баре, который ещё даже не открылся.

— Думяете она побежмяла искать Лю? — спросила кошкодевушка Хлоя, собирая осколки чашки.

— Даже не знаю, что она собирается делать… Вообще понятия не имею что у неё в голове.

Руноа,
единственная девушка-человек из оставшихся, нахмурилась. Однако в её
словах не было осуждения. Примерно также отреагировали и работницы
кухни. И только Мия, владелица «Щедрой Хозяйки», тяжело вздохнула
увидев, что работа её заведения нарушена.

— Мя… Это всё Лю виновмята! И в том, что Силь тмяк странно себя ведёт и что Мия и остмяльные так сильно беспокоятся, и вообще в том, что тут тмяк мрачно стало, это всё её вина!

Аня кричала, запрокинув голову.

До
того как Лю исчезла, последние дни она была сильно напряжена и коллеги
подозревали, что случилось нечто необычное. Это было всего лишь
предположением, но основывалось оно на долгой дружбе.

Девушки просто чувствовали, что что-то не так, но не могли этого объяснить.

— Простите, тут кто-нибудь есть?!

Словно взамен сбежавшей Силь в бар ворвалась богиня.

— Мя?

— Богиня? Посетитель?

— Нет, это богиня мяльчика… Всевышмяя Гестия.

Богиня,
которую можно было бы принять за обычную девушку, стояла в дверях бара.
Судя по тяжёлому дыханию и тряске чёрных хвостиков в этот бар она
бежала. Не дав себе даже перевести дыхание, она подбежала к Ане, Руноа и
Хлое.

— Вы хорошо с эльфийкой знакомы? Достаточно, чтобы знать, что она задумала?

— Эльфийкой?.. Вы про Лю, мя?

— Да! Вопрос ещё важнее: Вы такие же до одури сильные, как она?

— Постойте, всевышняя. А почему вы задаёте такие вопросы?

— Дмя. Для начала, было бы неплохо, если бы вы перед нами обмяснились.

Аня озадаченно наклонила голову, Руона покраснела, а Хлоя сосредоточенно потребовала объяснений.

Гестия, склонившись поближе к служанкам, шепнула:

— …Прочтите.

Вместо ответа богиня отдала им письмо. Аня взяла бумагу, в то время как Руноа и Хлоя заглянули ей через плечо.

— Это письмо, которое отправила наша помощница с восемнадцатого этажа…

Письмо содержало рассказ о местоположении Ледяного Ветра и просьбу о помощи.

Трое девушек, которые должны были быть обычными официантками, переглянулись и нахмурились.

Хрусть!

С громким треском откололся кусок молота.

— А?..

Инструмент треснул в мастерской Вельфа, в задней части сада Поместья Домашнего Очага, дома Паствы Гестии.
Женщина, которая использовала этот молот для ковки меча, пусть и не
была его владелицей, уставилась на молот ошарашенным взглядом.

—
Слишком горячо? Нет, должно быть Вельфи не заботится об инструментах,
как подобает кузнецу! Точно, только так и может быть! Не могла же я
ошибиться… я ошиблась? Ух, как плохо-то… Он на меня сильно разозлится.

Схватившись
за голову, она забормотала. Изгибы её тела прикрывала всего одна
полоска отбеленной ткани. Женщина снова бросила взгляд на сломавшийся
молот.

— А может… плохой знак? — пробормотала она.

Пока она пристально изучала молот в мастерской, в которой стало тихо, за её спиной распахнулась дверь.

— Что, владелец уже вернулся? Или в дом Паствы Гестии забрался вор?..

— Успокойтесь. Как Гефест оставила вас для охраны, так и нас попросили охранять это место пока никого нет.

— Что, правда? Ну, виновата, ладно. Если подумать, выглядите вы знакомо… бог Миах и его спутница, если я правильно помню.

Женщина
расслабилась, когда в мастерской оказался Миах, за которым следовала
Нажа. Она усмехнулась и собиралась заговорить о каком-нибудь пустяке, но
заметила выражения лиц пришедших, и улыбка исчезла с её лица.

Так как Гестия убежала в «Щедрую Хозяйку», заговорила Нажа:

— Эм… Я понимаю, что это невежливо, но не могли бы вы оказать нам услугу, Циклоп?

В мастерской её прозвище прозвучало вместе со словом «услуга».

Цубаки Коллбранде, командир Паствы Гефест и кузнец-виртуоз, прищурила неприкрытый повязкой правый глаз.

----------

Стих отчаянья, стих триумфа

Что бы я ни делала, результат один и тот же. Что бы я ни говорила,
никто не слушает. Сколько бы я ни умоляла, мои мольбы никто не слышит.

Всегда случается одно и то же.

Мир всегда втаптывает мои усилия в землю. Мир всегда смеётся над моими трагедиями.

Даже когда я набираюсь храбрости и пытаюсь бороться, даже когда кричу изо всех сил, я всегда натыкаюсь на непонимание.

Так много раз мои отчаянные предупреждения игнорировали. Так много раз моя решимость рушилась, словно песчаный замок.

Я снова и снова ощущала вкус поражений. Раз за разом я скатывалась по склону холма в пучины тьмы.

Что я могу сделать? Я точно проклята.

Что я могу, что я могу… что я могу сделать?

Когда моё сердце начало задаваться этим вопросом?

Когда я начала ощущать смирение, даже пытаясь изменить будущее?

Никто мне не доверяет. Никто никогда не пытался мне поверить.

Даже члены моей Паствы. Даже она, та, кого я называю лучшей подругой.

И я сдалась. Я перестала пытаться изменить будущее.

Всего один раз нашёлся человек, который мне поверил.

Мне казалось, что в этот раз я смогу.

Я сделала этот шаг, потому что обзавелась друзьями, которых не хочу потерять.

Но, как и всегда, мир просто надо мной издевался.

Этому не будет конца, всё бесполезно.

Разве
кто-то может винить меня за такие мысли? Разве кто-то сможет наказать
меня за потерю веры после столкновения с таким отчаяньем?

Предвестница трагедии погружалась в пучину сожалений.

----------

Том 14 Глава 7.2

Всё вокруг окутало белизной.

Две ревущих головы.

Огромное
прекрасное тело, при виде которого на ум приходят слова «дракон из
сна», на самом деле являющееся воплощением злобы и разрушения.

— Монстр Рекс двадцать седьмого этажа…

Раздался двойной рёв дракона. Две покачивающиеся головы слились в едином порыве кровожадности.

— …Амфисбаэна!

Поражённая девушка-полурослик уставилась на дракона, амазонка закончила фразу, произнеся название монстра.

— О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О!!!

Громоподобный
рёв пронёсся не только по двадцать пятому этажу, но по всей Водной
Столице. Члены альянса разом отпрянули, услышав боевой клич Амфисбаэны,
босса этажа, появившегося из водопада трёх связанных этажей.

Альянс был сформирован несколькими Паствами для проведения экспедиции, его основой была Паства Гестии.
Авантюристы повторно спустились на нижние этажи, чтобы узнать правду об
убийстве от Лю, Ледяного Ветра, которую в этом убийстве обвинили.

Несколько
часов назад они разделились с Беллом, присоединившимся к элитному
отряду, отправившемуся на двадцать седьмой этаж. После этого раздались
цепочки взрывов, нанёсшие повреждения всей Водной Столице, и это
породило в Подземелье аномалию, пир бедствий, случившийся около получаса
назад, который не затронул группу Лили.

А теперь, прямо на их глазах на этаже возникла новая аномалия.

— Это… Босс нижних этажей.

Амфисбаэна — это следующий после Голиафа на семнадцатом этаже Монстр Рекс.

Чигуса, участница Паствы Такемиказучи, ошарашенно уставилась на монстра. Его головы нависали над озером на двадцать пятом этаже.

Девушке
пришлось изогнуть шею, чтобы увидеть величественные головы,
возвышавшиеся над водой на двадцать метров. «Босс этажа» был достоин
этого звания, хотя бы за то, что был в десятки раз больше любого орка.
Тело монстра было белым. Его покрывали огромные чешуйки, и оно
приковывало к себе взгляд.

Блеск в его глазах, впрочем, определённо принадлежал монстру, зловещая пелена, за которой крылась лишь жажда разрушения.

— Двуглавый дракон…

Две головы, двигавшиеся независимо друг от друга, обращали на себя внимание.

Длинная
шея разделялась в том месте, где она отделялась от тела. Каждая из
разделённых шей была покрыта чешуйками размером с нагрудники. Пара глаз
на левой голове была синей, а на правой красной.

С губ Микото
соскользнул удивлённый вздох. Ни один член группы: ни Лили, ни Вельф, ни
Харухиме, ни Оука, ни Чигуса, ни Дафна, ни Айша — не могли скрыть шока.

— …А.

Лицо Дафны побледнело.

Её
кулаки сжались. Она слышала, как рушится та мольба о прощении, которое
она просила, пожертвовав столькими жизнями ради спасения только своих
друзей. Дракон, с которым они столкнулись, был воплощением отчаянья.

Его
рёв был настолько оглушительным, что постоянный шум Великих Водопадов —
мощного водного потока — не мог через него прорваться. Казалось, рёв
Амфисбаэны проникает во все уголки Подземелья.

Тусклый свет
кристаллов Водной столицы заставлял белое тело двуглавого дракона
излучать зловещий блеск. Также этот свет указывал на тех, кто угрожает
матери монстра, Подземелью. Дракон должен был расправиться с
авантюристами.

— …О-О-О-О-О-О-О-О-О-О!!!

Зловещий рёв раздался снова.

Синеглазая голова атаковала дыханием.

В воздухе появилось жуткое синее пламя.

Со
стороны зрелище могло показаться прекрасным, однако от него у
авантюристов по спине пробежал холодок. К их ужасу, стоило пламени
столкнуться с поверхностью окружающего озера, как поднялся огромный
столп пара. Оука и остальные с ужасом уставились, как столп пламени
движется в их направлении, поднимая пар.

— Врассыпную!!!

Крик Айши не задержался ни на мгновение, он заставил членов группы действовать.

Авантюристы
начали разбегаться с пути пламени в ту же секунду. Вельф схватил рюкзак
и потянул Лили за собой, Айша прижала к груди Харухиме, а Микото и
Чигуса на полной скорости бросились прочь.

— Кассандра?!

Целительница задержалась. Она ошеломлённо смотрела на двуглавого белого дракона и не могла пошевелиться.

Дафна успела броситься прочь, но тут же сменила направление и схватила Кассандру за руку. Но было слишком поздно.

Синеватое пламя озарило лица девушек.

От неминуемой смерти их спасла возникшая в авангарде стена.

— Гьяяяяяяяяяяяяя!

— Оука!

— Оука-сан?!

Исполняя возложенную на него роль охранника группы, Оука выставил перед девушками огромный щит.

Авантюрист
второго уровня избегал смерти в этом путешествии уже не раз. И теперь
он, воспользовавшись предыдущим опытом, а также скоростью своего
мышления, встал на защиту группы. Он установил щит под углом, чтобы не
принимать весь удар пламени.

Сбив спиной удивлённых Дафну и
Кассандру, он отпрыгнул в сторону, отражая огненное дыхание. На это
решение повлиял опыт, накопленный им и за эту экспедицию в том числе.
Только вот…

— А?! Но этот щит отлично отражал удары ламбтона!..

Оука сглотнул, увидев, что твёрдая валмарсовая поверхность плавилась, словно воск.

Разрушение
экипировки. Несмотря на то, что Оуке удалось избежать возможной
опасности для себя, его щит не смог выдержать жара пламени противника. В
местах, где пламя столкнулось со стенами или землёй, оставались
расплавленные, словно свечи, кристаллы.

Запаниковав, Оука скинул с руки зашипевший и начавший гореть синим пламенем щит.

— Жар просто невозможный!..

Все
волоски до единого поднялись на теле Вельфа, уставившегося на
последствия драконьего дыхания и рухнувшего на колени. Как и лишившийся
дара речи Оука, кузнец, изготовивший щит, в ужасе содрогнулся.

Всего
пару секунд назад на двадцать пятом этаже царила лёгкая прохлада,
благодаря падавшей с огромной высоты воды. Теперь же, в этом месте стало
так жарко, что все до единого авантюристы покрылись потом.

— Дыхание Амфисбаэны… Это пламя поджигает даже воду…

Как
и отметила Лили, пламя загорелось не только на кристальной поверхности,
но и на воде тоже. Языки пламени плясали везде, где прошлось дыхание
дракона. Лили читала о способностях босса этажа в Гильдии до того, как
выдвигаться в экспедицию, но сейчас, столкнувшись с чистой мощью монстра
вживую, увидев, что происходит своими глазами, она могла лишь рухнуть
на четвереньки прямо за спиной Вельфа.

Дыхание Амфисбаэны было
запуском особой горючей жидкости, производимой железами монстра.
Благодаря гидрирующим свойствам эта жидкость изменяла воду и могла
превратить её поверхность в неестественное огненное озеро. Амфисбаэна —
порождение водного мира, однако её особое оружие — это огонь, таковы её
свойства.

Усиленный синий напалм.

Даже на воде языки пламени достигали невероятно высокой температуры.

Вид
у этой атаки был невероятным, поскольку всё, чего коснулось пламя
Амфисбаэны, начинало гореть и горело, пока не оставался один пепел.

Прямой удар такой способности привёл бы к неизбежной смерти.

— Не позволяйте пламени себя коснуться! Если оно на вас попадёт, вы загоритесь! Целебная магия не поможет!

Выкрикнув предупреждение, Айша опустила Харухиме на землю и вскинула подао.

Капли пота покрывали бронзовую кожу. Они были порождением высокой температуры и, вместе с тем, чувства страха амазонки.

Нам что, придётся сражаться с боссом этажа?! Что за кошмар! Таким составом нам ни за что не одолеть чёртового главаря!

Пусть она и была авантюристкой четвёртого уровня, сложившееся положение вселило ужас в её сердце.

Когда она состояла в Пастве Иштар, Айша не раз сражалась с Амфисбаэной и всегда убивала монстра. Однако, группа Паствы Иштар состояла из целого отряда Бербер третьего уровня и к тому же на их стороне сражалась Фрина, авантюристка пятого уровня.

Монстр
был настолько буйным, что требовалась слаженная работа более двадцати
Бербер, чтобы одержать победу. Текущий состав группы был гораздо слабее
группы Паствы Иштар. Как можно одержать победу таким составом?

Всё очень просто, у них не хватит сил.

— Чёрт, а те ребята просто смылись!

Вверху, в южной части холма не было видно ни души.

Борс
оставил группу авантюристов у входа на двадцать пятый этаж, чтобы не
упустить Ледяной Ветер, но, похоже, они, поджав хвосты, сбежали на
двадцать четвёртый этаж. Что неудивительно, учитывая появление босса
этажа.

Авантюристы в первую очередь думают о себе. Нельзя за это
их винить, однако Айша не могла не выругаться про себя, взглянув на
вершину холма. Работая вместе, они могли бы зажать дракона с двух
сторон, и у их группы появился бы шанс сбежать.

Что за чертовщина?! Если информация Гильдии верна, Амфисбаэна не должна была появляться ещё две недели!

Лили
— мозг группы — собрала всю доступную информацию в Гильдии, какую
могла, прежде чем отправиться в экспедицию, но и сама Айша не
пренебрегала её сбором. Проверка наличия боссов этажей и интервалов,
через которые они должны появиться, одна из самых основных задач
подготовки к экспедиции. Это одна из самых базовых проверок
потенциальных опасностей на запланированном пути, чтобы избежать
возможных рисков. Итак, время экспедиции Паствы Гестии было рассчитано так, чтобы избежать срока ожидаемого появления босса нижних этажей.

Моховой гигант, ламбтон… Одна аномалия за другой!

— Чёрт!

Прекрасное лицо вспыльчивой амазонки исказилось от злости.

— Сударыня Айша! Мне кажется, побег единственный выход!..

— Это очевидно! Этой штуке дать бой мы не сможем!

Айша прокричала ответ Лили, не сводя взгляда с двухголового дракона.

Нельзя
возвращаться в лабиринты двадцать пятого этажа, они разрушены мощным
взрывом. Бежать придётся долго, но отступать мы должны только на
двадцать шестой этаж!..

Ни люди, ни монстры не могли бы
пройти через пещеры, разрушенные Адскими Камнями. Айша взглянула в
темноту тоннеля в юго-восточной части этажа, ведущей на этаж ниже.

Проблема
заключалась в том, что Амфисбаэна способна передвигаться, она
использует реки, соединяющие Великие Водопады, чтобы покидать одни и
появляться в других пещерах Великих Водопадов. Если авантюристы окажутся
зажаты в узком коридоре, дыхание синего напалма их поджарит…

Айша пришла в себя, услышав странные звуки падения чего-то сверху.

— ?..

Что-то сыпалось на пол.

При ударе об пол разлетелись синие искры.

Казалось, в Подземелье пошёл град.

Маленькие частички света плясали вокруг авантюристов, отскакивая от их капюшонов, роб и брони.

— Кристаллы с потолка?..

Амазонка
подняла взгляд к потолку двадцать пятого этажа. Тут и там на синей
глади вылезали древесные корни. Те самые корни, которые при первом своём
появлении на этом этаже заметил Белл. Пятиметровые корни, которые
указывали на близость этих этажей к Огромному Древесному Лабиринту.

— О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О!!!

Амфисбаэна взвыла.

Игнорируя Айшу и остальных, приложивших руки к ушам, огромный зверь издал рёв.

Пещера содрогнулась. Дождь кристальных обломков усилился. Множество кусков кристаллов падало в озеро.

Рёв звучал как жалоба.

Словно дракон умолял о чём-то Подземелье.

Впрочем, никто не понял о чём.

Однако, в следующее мгновенье потолок двадцать пятого этажа треснул.

— …

Лили,
Вельф, Микото, Харухиме, Оука, Чигуса, Дафна и Айша смотрели на
потолок, который медленно начал разрушаться, время для них словно
застыло.

Медленно, но неуклонно, словно подчиняясь какой-то неведомой силе, кристаллы трескались.

Обломки становились всё больше.

— Огромное дерево…

Древесный ствол лишился опоры.

Словно в подтверждение того, что отчаянье не закончится, корни, пробивавшиеся сквозь потолок, резко опустились.

— Клетка отчаянья…

Бледная, как призрак, предвестница трагедии шепнула, словно наконец осознала, что происходит.

С
громким свистом корни рассекли воздух и приземлились в озеро. По пути
они царапали стены пещеры и даже с жутким треском прошлись по Великим
Водопадам, словно когти огромного дракона. Игуясу, кружившие у воды,
были погребены под падающими осколками. Монстрам было некуда бежать,
красных птиц размазало, у места падения водопада кружили красные перья.

Как и Игуясу, Вельфу и остальным было некуда бежать. Они могли лишь подготовиться к толчку.

Огромная масса спутанных корней ударилась о землю.

— ?!

У кинутой вверх и вниз столкновением Лили появилось ощущение, что пол под ногами рушится.

Град кристальных обломков откалывался от стен и пола и стучал по озеру, охваченному синим пламенем.

Авантюристы
не могли остаться на ногах после тряски и один за другим падали на
землю. Некоторое время спустя они начали приходить в себя.

Несколько секунд у них ушло на то, чтобы осознать, что они ещё живы.

И ещё несколько потребовалось на то, чтобы осознать, что они оказались в совершенно новых условиях.

— Что?..

Озеро и его окрестности будто накрыло огромным куполом.

Странный купол состоял из множества корней огромного дерева. Словно птичья клетка он отделил Лили и остальных от стен.

Весь двадцать пятый этаж оказался накрыт упавшими корнями, которые раньше пробивались из потолка.

— Огромное дерево двадцать четвёртого этажа… упало?

— Должно быть дело в том, что поддерживавший его двадцать пятый этаж получил много повреждений…

Ответом на вопрос, ещё не поднявшейся с земли Дафны, послужил шёпот Оуки.

Обрушился не весь двадцать четвёртый этаж. Авантюристы выдели, как рухнула часть корней Огромного Древесного Лабиринта.

Это была всего лишь нижняя часть корней.

— Постойте!.. Мы лишились пути к отступлению!

Айша взглядом окинула юго-восточную часть этажа.

Длинный
тонкий шип из огромной кучи камней безжалостно прошёлся по стене и
обрушил проход, соединяющий этот этаж с нижним. Это означало, что
авантюристы лишились возможности сбежать из пещеры.

— Оооо…

Двуглавый
дракон всё ещё неподвижно сидел в центре озера. Его головы двигались по
очереди, монстр не подал ни малейших признаков беспокойства.

Сплетённые словно сеть корни перекрыли путь к отступлению.

Похожая на купол крышка накрыла озеро словно клетка.

— Бежать мы не можем…

— Что же…

Лица Микото и Чигусы побледнели. Они озвучили все страхи пойманных вместе с ними друзей.

Теперь
им не покинуть Водную Столицу. Им не уйти даже с двадцать пятого этажа.
Единственным выходом было сражение с драконом, воплощавшим отчаянье.

Битва, в которую Подземелье втянуло их насильно.

Будто указывая на то, что подготовка к бою кончилась, Амфисбаэна выдохнула струю синего пламени.

— О-О-О-О-О-О-О!

— ?!

Лили
и остальные рефлекторно отпрыгнули от струи адского пламени,
заставлявшего гореть как воду, так и кристаллы. Языки пламени заплясали
по северо-восточной части побережья, на котором стояли авантюристы.

Температура на этаже снова сильно поднялась.

Пламя трещало вокруг авантюристов, они словно оказались в адском котле.

— Готовьте оружие! Остаётся только драться!

Вполне очевидно, что Айша первой пришла в себя от шока.

Она вскинула подао, заслоняя собой Харухиме.

— Но… сударыня Айша…

— Готовьтесь!.. Я своё слово сказала.

Пути к отступлению нет. Им придётся драться.

Это так, если они считают себя настоящими авантюристами.

Крикнув остальным готовиться к худшему, Айша скривилась.

Есть ли хоть малейший шанс?..

Остальные члены группы, смотревшие на огромного монстра, казалось, готовы впасть в отчаянье.

Эта
встреча очень сильно отличается от столкновения с моховым гигантом. В
этот раз их жизни подвержены куда более сильному риску.

Никто из
присутствующих не был настолько глуп, чтобы не понять разницы в боевой
мощи. Амфисбаэна считается монстром пятого уровня. Айша этого не знала,
но на бумаге её боевой уровень прировняли к уровню Чёрного Голиафа. В
той битве участвовала сотня поднявших уровень авантюристов. В тот раз
сражались Асфи, Лю и Белл. А сейчас их всего девять. Пусть безумная
регенерация и делала Голиафа сильнее этого дракона, у группы
авантюристов было немало поводов отчаяться.

В одной вещи они были уверены.

Случилась целая цепочка непредвиденных событий, и все словно для того, чтобы их убить.

На них обрушился весь мир, пытаясь сломить их волю и дух.

Словно Подземелье шептало им на ухо: «Даже не думайте бежать!»

Их
решимость трепетала, словно огонёк свечи на ветру. Кассандре было хуже
остальных. Она застыла на месте, словно отдавшись на волю судьбы.

У нас недостаточно бойцов. Недостаточно сильных атак. Мы на грани срыва.

В этот раз нам не на кого опереться.

Просто поразительно насколько не готова была эта группа к встрече с боссом этажа.

Даже Айше хотелось всё бросить.

—
Какой дрянной день, — пробормотала амазонка, припоминая, что ещё
никогда ей не приходилось сталкиваться с таким количеством аномалий,
даже на глубинных этажах.

Если бы только здесь был Белл Кранелл.

Она чуть было не произнесла эти слова вслух. Однако эта мысль заставила её скривиться от злости.

Соберись, Айша Белка! Когда это ты стала бесхребетной бабой, которая ничего не может без мужчины?

Она оборвала мелькнувшую мысль, пристыдив саму себя. Как чистокровная амазонка, она не могла позволить себе такой стать.

Издав непоколебимый боевой клич, она придала себе решимости.

А эти ребята…

Она
сражалась с этим монстром и раньше. Она много раз сталкивалась с его
безумной силой и побеждала. Это, помимо всего прочего, придавало ей
решимости.

У Лили и остальной группы такой опоры не было.

У
них не было силы и опыта Айши, не раз пребывавшей на грани жизни и
смерти. А без такого опыта они не могли противостоять нависшему над ними
отчаянью.

Перед тем как спуститься в Новый Мир Айша кое-что сказала Беллу.

«Если споткнёшься ты, споткнётся эта группа. Так она устроена».

Но она ошибалась.

Собранный альянс и Паства Гестии были сильны духом. Они могли сражаться и продержались против аномалии, когда парень от них отделился.

Впрочем, сейчас всё не так.

Сейчас они практически в объятиях смерти. Сейчас проверяется сила их воли.

Сейчас нет той спасительной опоры в лице Белла, ничто не сможет помочь им извне.

Для них… Белл Кранелл герой.

Или человек, который близок к герою.

У
него абсурдно слабый характер и он честен до идиотизма, но, когда он
набирается храбрости и бросает вызов безнадёжному себе, он становится
лучом света, который светит всем, кто его знает.

Его слёзы заставляют сжиматься сердце Лили.

Его боевой клич притягивает сердце Микото.

Мелькающая впереди спина заставляет Харухиме идти вперёд.

Но сейчас его с ними нет.

Кем становится окружение героя без героя?

В сказках они становятся безвольными жертвами монстров.

Если бы Белл был здесь. Если бы только Белл был здесь.

Айша видела, что Лили готова произнести эти слова вслух.

Белл Кранелл был им так важен, что Айша не может заменить его в их глазах.

Им нужна опора, способная занять место Белла. Голос, который позовёт их в битву. И сейчас этой опоры нет.

Впрочем… пламя у них осталось.

Бам!

Спустя мгновение металл стукнул о кристальный пол.

Красноволосый кузнец, стоявший позади, размял руки и вскинул двуручный меч.

Все взгляды обратились к нему.

Даже Амфисбаэна на мгновенье замерла, переведя на него взгляд.

Вельф громко вздохнул. На его лице были видны капли пота, но он повернулся к Лили, стоявшей от него сбоку, он был спокоен.

— Лил, кажется, это твоя первая.

— А?..

— Первая авантюра без Белла.

Глаза Лили округлились от этих слов.

—
Наверное ты думаешь, что без нашего силача ты не можешь сражаться, что
без своего героя не выстоишь… но это же враньё, правда? Это же не так?
Для авантюристов всё так не работает.

Микото и Оука дрожащими руками взялись за оружие.

— Пора нам показать Беллу из чего мы сделаны! Мы докажем, что можем справиться с боссом этажа сами!

Харухиме и Чигуса сглотнули.

— Если бы мы ему сказали: «Когда тебя нет рядом, мы совсем беспомощны» … Ну, это просто добавит ему головной боли! Я не прав?!

Опоры у них нет.

Но
есть кузнец, который присматривал за ними и с которым они сражались с
самого начала. У них есть пламя горна и стук молота, который может дать
им в руки оружие.

Вельф улыбнулся уверенно и бесстрашно.

—
…Конечно! Лили и её товарищи не какой-нибудь багаж!!! — крикнула в
ответ девушка-полурослик. — Лили будет стоять с ним бок о бок и будет
поддерживать его в его битвах!

Она прижала руку к своей небольшой груди, прокричав своё заветное желание.

После слов Лили, Харухиме замахала лисьим хвостом:

— Я… Я тоже отказываюсь оставаться позади. Я не хочу остаться проституткой, которая ожидает от него спасения!

— ...Я тоже буду сражаться, Микото-сан. Нельзя посрамить имя Такемиказучи-ками!

— Да!

— Чигуса, я не позволю Беллу Кранеллу меня превзойти!

— Да!

Оука, Микото и Чигуса издали боевые кличи.

— Да ладно вам, ребята… Неужели вы все такие податливые?

Дафна
была единственной, кто до этого момента ничего не говорил, и пусть её
фраза была сказана с вызовом, в её глазах были заметны слёзы. Она
улыбнулась.

— Знаю, знаю… мы авантюристы и всё такое. Если нас загоняют в угол, остаётся только драться.

Для
Дафны, принимающей решения, основываясь на логике, поднявшаяся мораль
группы стала знаком… слабым ветерком, который мог подтолкнуть её
сражаться.

— Дафна…

На глазах удивлённой Кассандры, Дафна вступила в боевые ряды, доставая похожий на дубинку кинжал, подтверждая свою уверенность.

— …Я готова к бою, Игнис, — добавила она.

Айша, наблюдавшая за происходящим со стороны, одарила похожего на старшего брата авантюриста из Паствы Гестии безмолвной похвалой.

Работа кузнеца, разжигать в оружии пламя. А работа авантюристов использовать это оружие, чтобы убивать монстров.

Отблески
пламени плясали на лицах авантюристов и кузнеца. Пламя, которое он
разжёг, заставило авантюристов поднять на монстра взгляды. Они
встретились с глазами двуглавого дракона, ожидавшего их нападения.

— О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О!!!

— Вперёд!!!

Крик Вельфа раздался одновременно с рёвом дракона. Раздался крик Микото.

Она началась. Борьба против отчаянья.

----------

Том 14 Глава 7.3

— Kokonoe!

Однако, бой начали не авантюристы и не босс этажа.

Он начался с заклинательницы.

— Возлюбленный снег. Возлюбленный алый. Возлюбленный белый свет.

Прежде чем кто-либо успел двинуться, она начала читать заклинание.

Харухиме наблюдала за схватками с боссами этажей множество раз. Это было частью её рутины в Пастве Иштар.
В то время как авантюристы должны были бороться с жутким монстром, её
работа, как чародейки, заключалась в быстром наложении заклинания.

Чародейство наделяет авантюристов силой. Наложив поднятие уровня, она может усилить всю группу.

Лили
или Айша укажут ей людей, которых она должна усилить, поэтому от неё
требуется только чтение заклинания. Поскольку у её заклинания очень
долгий период чтения, она начала с призыва того количества хвостов, на
которое хватило бы её сил.

— Хья!

Следующим вступившим в бой стал Вельф.

Он занёс над головой длинный меч цвета морской волны. Ледяным магическим мечом он прицелился в воду.

— ?!

Озеро покрылось коркой в одно мгновенье. В четырёх глазах дракона отразилось удивление, от превращения поля боя в толщу льда.

На лицах Оуки и остальных авантюристов было схожее выражение.

Они
не обсуждали тактику, и никто не приказывал Вельфу морозить озеро. Он
просто подумал, что для победы над огромным боссом этажа авантюристам
будет нужно на чём-то стоять. Потому он сразу воспользовался мечом,
способным заморозить воду.

Для победы над двуглавым драконом не
было лучшей стратегии. Обычно против Амфисбаэны сражались в особых
залах, в которых вода создавала множество островков, на которых можно
стоять. Множество авантюристов ожидало в засаде на двадцать пятом,
двадцать шестом или двадцать седьмом этажах, пока особые отряды
заманивали босса этажа в залы.

— Неплохо! — улыбнулась Айша.

Её беспокойство по поводу нехватки места для сражения рядом с монстром было устранено.

Третьим сделал свой ход Монстр Рекс.

— О-О-О-О-О-О-О!!!

Словно указывая на то, что он не позволит авантюристам делать что вздумается, он выдохнул струю синего напалма.

На поверхности замёрзшего озера появились трещины и лёд тут же раскололся на множество небольших островков.

Теперь поле боя стало идеальным для борьбы с Амфисбаэной, как Айша и надеялась.

— О великий воитель…'

Пока
авантюристы пытались бороться с монстром издалека, амазонка начала
чтение заклинания. Она собиралась привлечь внимание монстра пока
Харухиме не закончит поднятие уровня.

Девушка-ренарт не могла
двигаться, используя такое количество магической энергии. Чтобы
убедиться, что её не затронут атаки, Айша, прыгая по островам и читая
заклинание, приблизилась к монстру.

— О-о-о-о-о-о-о-о!!!

— !..

Дракон
уставился на Айшу, читавшую заклинание, которое невозможно было
проигнорировать. Правая голова дракона взревела, словно подначивая левую
запустить очередную струю синего пламени.

Айша отскочила в
последний момент, скривившись от смертельного жара, и обогнула босса
этажа по широкой дуге. Уклонившись от потока пламени, она продолжала
чтение заклинания, пока её магия наконец не была закончена.

— Адский Хаос!

Она
ударила оружием об айсберг под ногами, запустив режущую волну похожую
на плавник акулы. Вторая голова дракона незамедлительно ответила.

— ХА-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!!!

В
то время как первая голова выдыхает синее пламя, вторая залила всё
вокруг кровавой дымкой. Похожая на серп плотная дымка окутала часть тела
монстра. Не прошло и секунды как магическое подао впилось в бок
монстра.

Однако, когда заклинание ударилось о чешую, его мощь
была заметно ослаблена. Волна энергии колебалась, уменьшалась в
размерах, словно дымка её растапливала, а ударившись о монстра издала
едва слышный хлопок.

Чешуя дракона осталась нетронутой.

— А?!

— Сила заклинания уменьшилась?!

Микото и Оука были поражены. Айша ответила удивлённым авантюристам:

— Туман Амфисбаэны! Любое заклинание, которое его касается, начинает развеиваться!

Такова способность второй головы монстра.

Синее
пламя монстра — это его разящий меч, в то время как алая дымка — щит,
что защищает его от атак врагов. Эффективность его способностей была
очевидна. Он способен нейтрализовать смертельную атаку, не оставлявшую
шанса выжить другим монстрам нижних этажей.

Следующий крик Айши прозвучал злобно:

— Амфисбаэну можно убить только ударами с близкой дистанции!

Потому авантюристы и пытаются выманить дракона в комнату со множеством островов, чтобы его истребить.

Добровольное
сражение с огромным водным драконом в воде озера сродни самоубийству.
Из-за того, что алая дымка способна ослаблять заклинания, широко
применяемые при убийстве боссов этажей, авантюристы вынуждены сражаться с
Амфисбаэной в ближнем бою.

Также, большинство оружия не способно
достать до магического камня в огромном теле монстра, а значит убить
его одним ударом невозможно.

— Если бить его магией, рано или
поздно туман развеется, или в нём будет пробита брешь, но оно того не
стоит! По крайней мере, у нас магов не хватит!

Прокричала дрожащая Лили. Она узнала это из информации, предоставляемой Гильдией.

Туман
не всемогущий. Каждый раз, когда его повреждает заклинание, он
становится тоньше. Однако, правая голова дракона способна затягивать
прохудившиеся участки дымки. Можно сказать, что огромное тело Амфисбаэны
— бездонный контейнер тумана. Скорее всего, использующие магию члены их
группы истощатся прежде, чем у Амфисбаэны кончится туман. Или синее
пламя настигнет их раньше.

Двойное дыхание Амфисбаэны служит как для защиты, так и для нападения.

— Выходит, магический меч на неё не сработает!..

Вельф опустил взгляд на меч, который сжимал в правой руке и иронично ухмыльнулся.

— Расти. Uchide no kozuchi!

Харухиме закончила подготовку.

Пять лисьих хвостов объявили о том, что Харухиме использовала полностью заряженную магию поднятия уровня.

— Даруйте силу сударю Вельфу, сударю Оуке, сударыне Микото, сударыне Чигусе и сударыне Дафне! — крикнула Лили.

Потенциально
у Амфисбаэны пятый уровень. Если авантюрист второго уровня получит
прямой удар, этот удар станет смертельным. Потому укрепление переднего и
центрального ряда группы жизненно необходимо. В то же время Лили
исключила амазонку четвёртого уровня и задние ряды, содержащие помощниц и
целительницу Кассандру. Девушка-полурослик решила положиться на быструю
победу.

Поскольку Айша вступила в бой, командование остальной группой легло на её плечи, Харухиме повиновалась приказу.

— Танцуй!

Созданные
светом хвосты отделились от тела Харухиме, превратившись в сферы света.
Чары Kokonoe, которые применялись к заклинанию Uchide no Kozuchi,
полетели к Вельфу и остальным, войдя в их тела и наделив их силой.
Повышение уровня прошло по цепочке авантюристов.

Но хвоста было всего четыре.

Один из хвостов ещё не оторвался от тела Харухиме. Она прижала руку к груди, а второй опрокинула в рот магическое зелье.

Если все пять отправить разом, я потеряю сознание. Но если ненадолго задержаться!..

Харухиме усвоила этот урок из битвы с моховым гигантом.

Если она попытается использовать все хвосты Kokonoe разом, она превратится в жалкое, беспомощное тело.

Подобный
метод использования позволил ей избежать такой участи. Активировав все
магические хвосты кроме одного и задержав немного энергии разума, она
могла избежать потери сознания. Потратив время на восстановление, она
сможет наложить поднятие уровня на группу снова. Вдобавок, оставшийся
хвост может выручить группу в случае опасности.

Сейчас она не могла позволить себе лишиться сознания.

Это было очевидно.

Она
отбросила скромность и кротость. Сейчас группе необходима её сила.
Чтобы у авантюристов появились шансы на победу в бою с могучим боссом
этажа, девушка-ренарт обязана продолжать накладывать поднятие уровня на
Микото и остальных.

Чувство вины кольнуло её, но только так она могла удержать себя в бою.

Харухиме встретилась взглядом с Чигусой, девушкой, которую назвала Лили, но которая не получила поднятие уровня.

— Простите, Чигуса-сан.

— Всё хорошо.

Чигуса имела в виду, что она всё равно может сражаться.

Слеза
покатилась из глаз Харухиме, когда она увидела улыбку подруги детства.
Чигуса взялась за лук и стрелы. Она осталась для прикрытия остальных
членов группы.

Девушка-ренарт размахивала хвостом, сосредоточившись на поле боя, и, не отводя взгляда, приступила к восстановлению.

— Не хотелось бы использовать, но… сейчас не время привередничать, да?

Дафна
усмехнулась, стоя за спиной Харухиме и наблюдая за беснующимся белым
драконом. Недовольно вздохнув, она начала чтение заклинания:

— Следуй за слепящим солнцем в небе. Цвети, лавровая броня, позволь спастись бегством.

Короткое заклинание. Описав в воздухе круг своим кинжалом, Дафна завершила его чтение:

— Раумур.

Тёмно-зелёный
свет окутал её тело. Защитное заклинание, схожее с зачарованиями. Оно
повышало выносливость Дафны и заметно прибавляло ей ловкости. Это было
единственным заклинанием девушки, но ей оно не нравилось, потому что
напоминало ей об одном божестве. Она не стала использовать его даже во
время «Битвы», когда само существование её Паствы было поставлено под угрозу.

— ОРА-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!!!

Авантюристы псевдотретьего уровня, полученного благодаря заклинанию Харухиме, бросились в бой.

Их характеристики заметно возросли. Усиление магией, включая заклинание Дафны, подготовило их к бою.

По завершении подготовки они перешли от дальних атак в ближний бой.

Издавая мощные боевые кличи, Оука и остальные покинули берег озера и по льдинам бросились к боссу этажа.

Их
ботинки ступили на лёд, обретённая сила запускала их в воздух.
Используя инерцию, которую им позволили набрать временные характеристики
третьего уровня, Вельф, Микото и Оука перемахивали с островка на
островок врассыпную, приближаясь к боссу этажа с трёх сторон.

Вместе с Айшей они уже окружили дракона, нацелившись на разные участки его тела.

Но…

— О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О!

— ХА-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!

— ?!

Две
головы всего лишь издали хором рёв, а приближавшиеся авантюристы уже
чуть не лишились жизней. Вельф едва успел уклониться от правой головы
дракона, злобно клацнувшей зубами, Микото и Оуке пришлось отпрыгивать от
левой головы, попытавшейся размашисто сбить их в воду. Горизонтальный
удар зацепил ступни авантюристов, они начали терять равновесие в воздухе
и оказались на V-образной льдине.

В воздух взлетел дождь из капель, трое авантюристов кое-как переместились на разные острова.

— Как быстро!!!

— К тому же..!

— Он совсем не теряет бдительности!

Голоса Вельфа, Микото и Оуки содрогались от страха.

Две
головы дракона двигались независимо друг от друга. Когда монстра
окружали или пытались зажать с разных сторон, он мог прикрывать все свои
слепые зоны. К тому же длинные мощные мускулы драконьих шей позволяли
ему бить по врагам, приближавшимся с любой стороны.

— ?!

Не растрачивая время, правая голова дракона направилась к Микото.

Девушка
лишилась спокойствия на промежуток времени, который нельзя было назвать
даже мгновением. Но даже характеристики третьего уровня не позволили бы
ей избежать этого удара.

Похожая на молот голова могла убить Микото на месте.

— Берегись!

— !.. Дафна-сан!

Дафна
сбила Микото с траектории удара. Опыт на поле боя позволил ей понять,
что Микото находится в опасности, а поднятая двумя заклинаниями ловкость
позволила вовремя помочь девушке.

Атака дракона промазала по
цели, однако кусок льда, на котором мгновение назад стояла Микото, был
разрушен. Придерживая Микото за пояс, Дафна приземлилась на другую
льдину и отпустила девушку.

— Я понимаю, что это прозвучит невежливо, но вам бы быстрее привыкнуть к этому монстру. Я не смогу спасать вас снова и снова.

— Да, конечно!

Покрытая каплями пота Дафна вернулась в бой.

Микото
поднялась, по её телу прошла дрожь, когда она с ужасом осознала, что
единственное мгновение замешательства в бою с этим боссом этажа приведёт
к смерти. Подняв на дракона взгляд, она пыталась заставить себя
реагировать на его атаки ещё быстрее.

— Босс этажа дракон… Я понимала какой он жуткий издалека, но вблизи его сила кажется невероятной!

Вид величественного белого дракона, окружённого алым туманом, был способен вселить ужас в сердца противников.

Несмотря
на то, что зловещий блеск в глазах дракона грозил их поглотить, Микото и
товарищи нападали на него снова и снова. В этот раз они напали
одновременно спереди, слева и справа. Благодаря помощи Айши, Оука смог
подобраться незамеченным и нанёс Амфисбаэне удар, впрочем, результат его
не порадовал.

— А?!

Огромная боевая секира Коугоу, сделанная из высококлассного вармата, высекла лишь искры. Драконья чешуя поглотила его удар.

Пробить
драконьи чешуйки, высококлассный предмет добычи с этого монстра, один
из главных вызовов, с которым сталкиваются авантюристы в этом бою.
Могучие атаки и почти непробиваемая защита по праву заслужили этому
монстру репутацию одного из сильнейших.

Не получивший повреждений
от атаки Оуки дракон начал размахивать двумя шеями, создавая подобие
мощного вихря. Четверо атакующих были вынуждены отступить, защитная
экипировка на них покрылась царапинами.

Стоило им отойти, как во рту дракона показалось синее зарево.

— Дыхание на подходе! — Дафна выкрикнула предупреждение.

Она
находилась позади атакующих, на одном из ледяных островов. В руках она
держала магический клинок, похожий на кинжал. Чигуса, находившаяся ещё
дальше, пустила стрелу, надеясь отвлечь дракона, но тот не замедлил
атаку.

Поле боя накрыла новая волна напалма.

В мгновение ока плавучие льдины в радиусе десяти метров обратились в ничто, поверхность озера загорелась.

Синий
напалм, подпитываемый вырабатываемой драконом жидкостью, не считался
магическим, эта атака была просто огненной. Потому, даже заклинание
антимагии Вельфа не могло помешать дыханию монстра.

Потоки пара,
поднятые синим пламенем, сделали воздух на этаже жутко горячим и
влажным. Прохладная водяная столица превратилась в подобие сауны, или,
точнее, в котёл с водой, разогреваемый синим пламенем.

— Не могу дышать…

— Горло пылает.

Пробормотали Оука и Микото.

Во
время каждой схватки с Амфисбаэной Водная столица проходит через
трансформацию. Айша к этому привыкла, но другие авантюристы другое дело.
Крещение паром несмотря на то, что этот этаж не является вулканическим,
неприятно влияет даже на бывалых авантюристов и снижает их
концентрацию. И пока они пытаются собраться, они становятся значительно
слабее.

Также, горение синего пламени постоянно потребляет из воздуха кислород.

Алая
дымка… не просто блокирует магию. Она также мешает атаковать, снижая
видимость. Вместе с жаром и влажностью… всё это просто ужасно.

Дафна стояла чуть поодаль от линии схватки и следила за действиями Амфисбаэны.

Если
перейти в ближний бой, вуаль тумана помешает действовать свободно.
Скорее всего первый удар Оуки был неэффективен не потому, что чешуя
дракона настолько прочна, а потому что дракон был готов от него
защищаться.

Технически у нас есть опоры под ногами, но этот лёд слишком неустойчивый, если сравнивать его с берегом…

Из-за
течения Великого Водопада, расположенного в северной стороне пещеры,
множество ледяных островков раздробилось и превратилось в покачивающиеся
ледяные участки. Они постоянно перемещаются, не давая авантюристам
заранее просчитывать траекторию движения.

Начнём с того, что головы этого главаря движутся слишком быстро для его огромных размеров!

В
столкновении с Голиафом от авантюристов просто требовалось быть
настороже, чтобы избегать прямых смертельных ударов. Вдобавок, у них
была возможность приблизиться на расстояние удара.

Но битва с Амфисбаэной не похожа на сражения с Голиафом.

Скорость
практически невозможная для такого огромного монстра и её умелое
использование позволяют боссу этажа одновременно получать информацию о
действиях авантюристов и прерывать их атаки. А изюминкой являются синее
пламя, способное сжечь всё, чего коснётся, и туманный барьер,
блокирующий заклинания.

— Хотелось бы от него сбежать… но бежать нам некуда.

Из-за того, что Дафна занимала роль командира в Пастве Аполлона, она не могла не проанализировать своего врага и сделала для себя мрачные выводы.

— Гуааааааааааааа?!

— Чёрт, пришлось вскользь?

Айша
проскочила мимо острых зубов монстра и нанесла уверенный удар между
защитных чешуек, но ранение вызвало всего несколько капель крови. Глаза
монстра заблестели от злости на амазонку, которая умудрилась его ранить.

Две головы по очереди взревели, и в следующее мгновение дракон погрузился под воду.

Напряжение охватило авантюристов, не сводивших взглядов с монстра, исчезнувшего под водой.

Белый дракон погрузился к дну озера, взирая на врагов четырьмя горящими глазами, а потом вырвался наружу.

— О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О!!!

— ГО-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О!!!

Головы взлетели над водой, за ними последовало огромное тело, нависшее прямо над авантюристами.

Отразить
или защититься от такого нападения не представлялось возможным. Оука и
остальные бросились врассыпную, однако поднявшаяся от тела дракона волна
сбила их с ног.

Водяной дракон, раскрывающий свой полный
потенциал в воде, понёсся к авантюристам. Их-за разгона под водой
расстояние проводимой атаки оказалось на совершенно новом уровне в
сравнении с предыдущими.

В этот раз ударная волна достигла даже Дафны и Чигусы, находившихся поодаль, и поставила их на колени.

— Кха, кха!..

Одежда
из Ундиновой ткани насквозь промокла, Вельф и остальные бойцы ближнего
боя оказались на одном из ледяных островков, снизу вверх смотря на
дракона.

«Гильдия присваивает ему шестой уровень, когда он сражается в воде», — говорила Айша. И остальные только сейчас начали понимать, о чём идёт речь.

Водный
мир за пределами той льдины, на которой оказались авантюристы, —
сильнейшее оружие противостоявшего им монстра. Не стоит и говорить, что
оказавшись под водой они будут убиты мгновенно.

— Чёрт, силён… Сильнее любого монстра, с которыми мы дрались!

— Но мы же его одолеем! Правда?

— Наверняка. Ну, я пошёл!

Вельф и Оука, злобно смотревшие на дракона, закинули оружие на плечи и начали подбираться к монстру, чтобы атаковать.

— С-с-с-стойте! Всего сек!..

Тем временем.

Оставшаяся на берегу Лили ничего не могла сделать.

Последним её действием был отданный Харухиме приказ о поднятии уровня. После этого она была похожа на растерянного ребёнка.

Что мы вообще можем сделать с этим существом?!

Сражение с боссом этажа сильно отличается от обычного боя.

Слишком
многое приходится принимать в расчёт. Когда они находились в коридорах
лабиринта, Лили справлялась с ролью лидера. Но сейчас они в огромной
пещере. Пространство огромно, помимо этого в центре поля боя расположено
озеро. Масштабы такой битвы были ей неизвестны. Битва велась с огромным
драконом, способным погружаться под воду и атаковать как ему
вздумается. Вдобавок, вокруг плавало бесчисленное множество льдин,
кое-где трещало пламя и последний штрих — окружавшие авантюристов со
всех сторон корни. Лили хотелось спросить кого-нибудь, не попала ли она в
какую-то жуткую сказку.

Лили ещё обучалась. И то, с чем столкнулась её группа, было выше её сил.

Что Лили должна сделать?!

В её голове мелькало бесчисленное множество вариантов. Она не могла понять, какой выбор может стать правильным.

Она
увидела, как на дереве аджуры разгорается пламя. Пламя едва его
коснулось, на полу виднелись упавшие лепестки. Лили перевела взгляд и
увидела Харухиме, прижавшую руки к груди и отчаянно пытавшуюся
восстановить энергию разума. Для Лили девушка-ренарт показалась
отражением её собственной нерешительности.

Пот покатился по щеке поглощённой сценой боя девушки-полурослика.

— Лилирука! Соберись!

— !!!

Голос принадлежал Дафне, её наставнице, преподавшей ей основы лидерства.

—
Для задних рядов важнее всего, особенно для командира, правильные
решения, трезвый взгляд! И собранность! В этой группе ты должна быть
самой собранной и расчётливой!

— Я-я понимаю! Но!..

Дафна, оказавшаяся на ближней к берегу льдине, прервала слова Лили.

— Командиры не задаются вопросом, что делать в сложившейся ситуации. Они спрашивают себя, как эту ситуацию изменить!

— !!!

— Если справишься, считай я всему тебя научила.

После этого Дафна отправилась в бой.

— Нам не хватает бойцов! Я должна идти!

Она оставила командование на Лили.

Девушка-полурослик на мгновенье замешкалась, поражённая неожиданным доверием, оказанным ей Дафной. А потом её глаза блеснули.

Замешательство исчезло, ему на смену пришла неугасимая жажда победы, запылавшая в сердце девушки.

Тяжёлое
давление, идущее рука об руку с возросшей ответственностью, так и не
проявилось. В её разуме было только желание не подвести группу, не дать
никому умереть и сражаться наравне со всеми.

Вдохновлённая советом Дафны Лили начала проворачивать в голове масштабные планы.

Первым делом она осмотрелась.

Замороженное озеро внизу и корни дерева над головой…

После она оценила, что имеется у них на руках.

У нас осталось четыре магических клинка и члены группы, которые могут их использовать, это!..

К
счастью, впрочем, удачей это назвать было трудно, разрушение лабиринта
означало, что другие монстры не могут попасть к авантюристам. Лили
находилась в зоне поражения напалма, однако пока Вельф и остальные
связывали дракона боем, у девушки было время оценить ситуацию.

Наконец она придумала тактику:

— Сударыня Микото, начинайте читать заклинание!

Остальные авантюристы повернулись на крик девушки-полурослика.

—
Поменяйтесь позициями с Дафной и сместитесь в центр! Авангард,
сдерживайте монстра изо всех сил! Сударыня Чигуса, не прекращайте
стрелять!

Командир Паствы начала приводить свой план в
действие. Громкий, отчётливый голос заставил воителей подчиниться. Он
стал лучом света, пронзившим беспросветную тьму. Никто не стал
возражать.

Микото кивнула, Вельф улыбнулся, а Айша облизала губы.

— Прости мою дерзость за то, что я к тебе взываю…

Микото сместилась в центр группы, ближе к Чигусе и начала чтение заклинания.

Дафна,
обладающая более высокими характеристиками, чем Микото, заняла её
позицию и непосредственно из боя начала координировать бойцов авангарда.

— Вот эта роль отлично тебе подходит!

— Что же, спасибо!

— О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О!

Вельф
и Дафна, однажды сражавшиеся друг против друга в «Битве», начав
сражение бок о бок с боссом этажа, обменялись парой слов. На них начала
опускаться правая голова дракона, Дафна переманила её на себя и в
последний момент отпрыгнула. Вельф в то же время использовал двуручный
меч, чтобы нанести удар по толстой шее монстра.

Айша и Оука, разделившись, ушли от струи пламени и бросились на левую голову.

— Достань
сокрушающий зло клинок! Склонитесь перед клинком подавления,
таинственным мечом подчинения. Я призываю тебя, назвав по имени.

Всё это время Микото собирала магическую энергию.

Она
решила, что стоять на месте будет опасно, потому читала заклинание,
перемещаясь с острова на остров. Всё это время Чигуса охраняла Микото,
прыгавшую со скоростью, достойной авантюристки третьего уровня.

— !

Амфисбаэна заметила угрожающие действия авантюристки.

Когда
монстр собирался дыхнуть пламенем в Микото, Айша и остальные
перехватили его атаку. Белый дракон затряс головами, словно в
раздражении от того, что мелкие создания готовы вонзить в него клинки
при любой удобной возможности.

— О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О!

— А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!

— Чёрт!

Возможно,
осознав, что текущие атаки ни к чему не приводят, двуглавый дракон
взревел и скрылся под водой. Всё меньше ледяных платформ, на которых
можно было стоять, оставалось на поверхности воды. Авантюристы
напряжённо отступили.

Их цель пропала из вида. Они не знали,
откуда она ударит в следующий момент. Будет ли целью читающая заклинание
Микото? Или дракон попытается разбить Вельфа и остальных бойцов
авангарда? Напряжение сковало членов группы, но в этот момент раздался
голос Лили.

— Сударыня Микото, Чёрный Ворон Ятано!

— !

В
тот же момент на Микото снизошло озарение. Используя этот навык, она
могла отследить монстров, с которыми сталкивалась ранее. Благодаря
поднятию уровня дракон не мог скрыться от неё даже под водой.

На появившемся в разуме девушки подобии карты виднелась большая красная точка, передвигающаяся с огромной скоростью.

Благодаря
отработанным навыкам параллельного чтения, она могла поддерживать
энергию заклинания, даже используя другой навык. Микото указала пальцем

— Северо-запад! Под сударыней Айшей!

— !!!

Не
теряя ни мгновенья, Лили прокричала полученную информацию. Услышав
голос девушки-полурослика, Айша перепрыгнула на другую льдину.

Не прошло и секунды, как босс этажа нанёс удар по тому месту, в котором она стояла.

В воздух полетели осколки льда и капли воды. Авантюристы успешно справились с подводной атакой.

— Шинбу Тоусей!

Почти одновременно с этим Микото завершила чтение заклинания.

Монстр, проваливший своё нападение, был открыт для ответной атаки. Возможность была идеальной.

Однако,
уже через мгновенье правая голова дракона выдохнула новую завесу алого
тумана. Оука и остальные бойцы авангарда раздражённо закричали, увидев,
что монстр восстановил свою броню за столь короткий срок, но Лили отдала
приказ.

— Направьте заклинание как можно выше.

— А? — Микото удивилась, но посмотрела, куда указала девушка-полурослик, и услышала треск льда.

Этот треск раздавался прямо над головой босса этажа.

От клетки, из корней которая окружала область боя.

Микото поняла, что задумала Лили, и произнесла название заклинания:

— Futsu no Mitama!

Появился меч из тёмно-фиолетового света, концентрические круги сошлись над Амфисбаэной.

Микото применила заклинание контроля над гравитацией.

— У-У-У-У-У-У-У…

Гравитационная
атака оказала на Амфисбаэну влияние, но, предсказуемо, похожая на
завесу дымка ослабила её действие. Заклинание лишь заставило монстра
опустить головы на длинных шеях прямо к воде. Гравитационное поле
исчезало, вместе с алой дымкой, однако дракон немедленно выдохнул новую
порцию. Магическая атака не стала летальной.

Босс этажа заметался от появившейся снова злости.

— ГА?!

А
спустя секунду на головы монстра посыпались мощные удары. Град ударов
не останавливался, Амфисбаэна не могла продохнуть. Огромный дракон
растерялся. Он не мог понять, что произошло.

— Корни огромного дерева…

— Она обрушила их своей гравитацией!

Раздались голоса поражённых Дафны и Оуки. Авантюристы наблюдали за происходящим с достаточного расстояния.

Созданный
из фиолетового света меч, знак того, что гравитация изменена
заклинанием Микото завис над древесными корнями, указывая, что большая
часть силы заклинания пришлась именно на них. То есть, огромная
древесная клетка сейчас падала на головы дракона.

Притягиваемая к земле усиленной гравитацией часть корней древесного лабиринта обрушилась под собственным весом.

Туман
ослабил лишь ту часть заклинания, которая касалась босса этажа.
Заблокировать падение корней он не мог. Древесный купол пятиметровой
толщины опустился прямо на Амфисбаэну, не выдержав собственного веса.

— ?!

Головы босса этажа получили мощный удар обломками корней. Монстр потерял сознание.

— У тебя получилось, Лил!

— Наша очередь!!!

В их группе не было авантюристов, готовых упустить такую отличную возможность для удара.

Ошеломлённый босс этажа, чьё тело всплыло на поверхность, был отличной мишенью.

Авантюристы авангарда бросились на добычу, огромную и беззащитную.

Цельтесь в ноги и сбивайте на землю. Стандартная тактика сражения с боссами этажа и другими большими монстрами.

Лили поступила по-другому: Прицелившись в голову, она вытащила босса на поверхность воды.

Вельф и Айша подбодрили маленькую командиршу, в то время как Оука и Дафна мгновенно бросились к боссу.

— УО-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О!!!

Как только действие Futsu no Mitama прекратилось, Вельф начал резать, Оука крушить, Дафна пронзать, а Айша сокрушать.

Драконьи
чешуйки отлетали от ударов двуручного меча и боевой секиры. Кровь
лилась из оставленных кинжалом разрезов, а клинок находил брешь в чешуе.
Плоть слетала с шеи от глубоких порезов острым подао. Меч Микото и
стрелы Чигусы присоединились к ударам через несколько секунд.

Очень быстро дракон пришёл в себя и был в ярости от убийственной атаки, в которую бросились авантюристы.

Его рёв, помимо запугивания, призывал в битву других монстров.

Авантюристы отпрыгнули от взбесившегося дракона, а из воды вырвалось множество змей.

— Водные змеи!

— И гарпии?!

— Он друзей позвал!

Длинные тела водных змеев появились в воде между ледяными островками. Также к авантюристам хлопая крыльями полетели гарпии.

Всего на помощь боссу этажа пришло шесть монстров.

Подкрепления заставили авантюристов впасть в ярость. Впрочем, с таким количеством монстров им было по силам справиться.

— Сначала разберитесь с монстрами! Сударыня Айша и сударыня Дафна, отвлекайте босса этажа!

Не растрачивая время впустую, Лили продолжала контролировать ход боя, отдавая своевременные приказы.

Вельф, Оука, Микото и Чигуса бросились на монстров. Айша и Дафна отвлекали дракона от остальных.

— Танцуй!

Когда
это потребовалось больше всего, Чигуса ощутила эффект поднятия уровня.
Когда она и Микото оглянулись, они увидели, что Харухиме, использовавшая
последнюю частичку своего зачарования, покрыта потом. Сердце Микото
ёкнуло от вида поддерживавшей их подруги, ощутив второе дыхание она
бросилась на монстров.

— Отбросьте их!!!

Под получившим брешь куполом раздавался стук клинков, боевая песнь.

Авантюристы сражались на пределе своих возможностей.

----------

Том 14 Глава 7.4

Как они сильны.

Вот что думала Кассандра, уставившись на сцену боя.

Они продолжают сражаться… не поддаваясь отчаянью.

Они выглядели отважно, несмотря на то что их тела покрывали раны, а по щекам стекали капли крови.

Они сражались изо всех сил, никого не сковал страх.

Я…

Кассандра этого не могла.

Чувство обречённости сковывало её сердце. Ужас глубоко пустил в ней свои корни.

Что бы мы не делали, это случится снова. Случится снова.

Эти слова звучали в её ушах.

Она была подавлена своей беспомощностью, её окружал кошмар.

Даже
если она присоединится к бою, мир сомнёт её и бросит в пучину отчаянья.
Пребывая в ужасе от того, что будущее может разорвать её сердце, она не
могла пошевелить руками и ногами.

Если это «клетка отчаянья»,
то… значит ли это, что часть пещеры, в которой появился босс этажа, уже
стала «гробницей» ?.. В этот раз нам не избежать смерти?.. Я не могу
думать…

Часть её сердца задавала вопрос: разве не проще сдаться прямо здесь и сейчас?

Что-то
словно перерезало нити, связывающие её разум с физическим телом,
конечности отказывались ей подчиняться. Она словно могла только
наблюдать за разворачивающейся трагедией.

Кассандра бросила на
растерзание судьбы множество авантюристов. Она предложила их в качестве
жертв трагедии. И это тоже было болезнью, которая поколебала её
решимость. «Разве тебе не стоит заплатить за свой грех жизнью?» — твердил тихий шёпот в её голове.

Она потеряла волю и жажду сопротивляться.

Кассандра не могла встать. Кассандра не могла противостоять отчаянью.

— …А ну соберись!!!

— Ау!

Неожиданно что-то стукнуло её по голове, и перед глазами девушки заплясали звёзды.

— Д-Дафна?!

Её
подруга оказалась рядом и сжатой в кулак рукой ударила её, прерывисто
дыша. Заплаканные глаза Кассандры словно спрашивали подругу, как она
здесь оказалась, но задать этот вопрос вслух она не успела.

Дафна прервала мысли девушки непререкаемым приказом:

— Я! Сказала! Соберись!!!

Кассандра впервые слышала такой ужасный крик. Харухиме, находившаяся неподалёку, подпрыгнула от страха, услышав жуткий крик.

С губ Кассандры сорвался стон.

—
Ты целитель! Чего расселась?! Те, кто поддерживает из задних рядов,
важнее остальных в драках с гигантскими монстрами! Думаешь мы
продержимся, пока ты будешь сидеть и рыдать? В авангарде и без того
людей не хватает!

Глаза Дафны налились кровью, когда она увидела, что Кассандра не проявляет ничего, кроме страха.

Вид сидящей на земле целительницы сводил её с ума, заставив покинуть авангард и дать волю праведной ярости.

— А теперь мне пришлось к тебе бежать! Новые проблемы на нашу голову! У меня нет на это времени!

Кассандра отпрянула, пытаясь отстраниться от Дафны. Но в этот момент она заметила.

Дафну покрывали раны.

Красные ручейки виднелись на руках и плечах.

Ундиновая одежда была порвана, плечи тяжело опускались с каждым вдохом.

— Дафна… это я виновата?..

— А я о чём говорю! Принимайся за работу!

Кассандра побледнела и опустила взгляд, схватившись за края ундиновой одежды. Не поднимая взгляда, она заговорила:

— Почему вы все сопротивляетесь отчаянью?

— А?

— Разве вы не боитесь, что отчаянье может поглотить вас целиком?

Кассандра свела брови. Она знала, что этим вопросом ничего не добьётся, но всё равно его задала.

Они
в Подземелье, бесконечном лабиринте. Сражение, через которое они
проходили бок о бок с товарищами раньше, в таких масштабах меньше
пылинки.

Она пыталась понять, почему воплощение Подземелья, дракон, который им порождён, не смог их напугать.

В ответ Дафна, для которой злобный взгляд на Кассандру стал обыденностью, зыркнула на девушку ещё строже:

— Ты на меня смотришь, но даже понять не смогла?! Я сейчас в ужасе!

— Что?

Дафна подняла руку, в которой не унималась дрожь. Но продолжила кричать на удивлённую Кассандру.

— Но я всё равно сражаюсь! Сражаюсь, чтобы выжить!

Она наклонилась ближе, её голос переполняла решимость:

—
Отчаянье удобное слово, да?! Ты же понимаешь, что, если будешь
сопротивляться, будет только больнее и тяжелее! Сдаться гораздо легче!

— ?!

—
И пару минут назад я была на это готова! Видишь, что я выбрала?
Лилирука и её друзья отказались сдаваться, вместе с ними и я поняла, что
не готова!

Каким бы ни было их положение, Дафна хотела вернуться домой.

Помимо
мыслей о себе она нашла товарищей, к которым успела проникнуться, и ей
не хотелось, чтобы кто-то из них умер. Её мотивы были просты.

— Тебе же они тоже понравились? Сложно к таким не прикипеть, да?!

— !!!

—
Вот и сделай хоть что-то полезное! Исцели кого-нибудь! Защити
кого-нибудь! Ты ещё жива, как и я! Не дай «отчаянью» тебя одолеть!

Слова Дафны были подобны хлёсткой пощёчине. Она просила Кассандру не отворачиваться от реальности. Ничего ещё не кончено.

Для
себя Кассандра поняла, что ей нельзя сдаваться на волю будущего,
которое ещё не наступило, и пророчеству, которое она до конца не поняла.

Как
бы ни было тяжело, она должна сопротивляться до самого конца. Потому
что она авантюристка, а авантюристы никогда не пасуют перед опасностью.

Да! Даже если впереди ждёт отчаянье…

— …Смотри в будущее! Поднимись!

Всегда.

Всегда
Дафна подстёгивала Кассандру идти вперёд. Она не верила в пророчества
девушки, но, когда Кассандра погружалась в горечь, трёпки Дафны
позволяли ей подниматься.

Дафна была полной противоположностью
Кассандры, и Кассандра ощущала целую смесь из зависти, интереса и
восхищения своей подругой. Вот почему они так близки. Вот почему она
хотела быть этой девушке лучшей подругой.

— …Я…

Нельзя
было терять время, вот что сказала Кассандре Дафна, перед тем как снова
ринуться в бой. Было понятно, что она верит в свою подругу.

Всё ещё приросшая к месту Кассандра схватилась обеими руками за кристальный посох и поднесла его ко лбу.

Ещё чуть-чуть.

Ещё совсем немного.

Она продолжала борьбу с отчаяньем.

Кассандра
не смогла спасти множество жизней. Но самые важные для неё люди ещё
живы. Она сделает это снова. Она снова бросит вызов трагическому
пророчеству.

— Небесный свет, однажды отвергнутый. Милосердные руки, спасающие жалкую меня.

От её посоха полился свет. Магия испустила яркое свечение, согревающее и разгоняющее тьму.

— Кассандра-сан!..

Харухиме, которой оставалось только смотреть за происходившим со стороны, не могла не улыбнуться.

— Достигни моих товарищей в нужде вместо слов, которые их не достигнут. Да вернёт солнечный свет то, что было разрушено.

Читая заклинание закрыв глаза, Кассандра была похожа на молящуюся жрицу.

Предвестница трагедий, запуганная миром, снова пела песнь сопротивления и, сделав это, снова открыла глаза.

Её
взгляд был направлен в центральную часть поля боя, где царило самое
ожесточённое сражение. Призвав силу своего разума и нацелившись так
далеко, как она только могла, Кассандра произнесла заклинание:

— Свет души.

Ощутив активацию заклинания раньше остальных, Дафна крикнула.

— Восстановление на подходе! Собираемся рядом с Игнисом!

Тёплый
магический свет пролился на один из ледяных островков прямо из воздуха.
Оука и остальные бойцы, бросив свои позиции, забежали в освещаемый
десятиметровый круг.

Их тела были исцелены в мгновение ока.

— Да!

— Готова сражаться дальше!

Раздались
довольные крики Вельфа и Микото, снова бросившихся в драку с монстрами.
Ощутив прилив сил, они снова могли двигаться свободно, как и в самом
начале боя.

— Мне жаль… очень-очень жаль! Я готова сражаться!

Прокричала
во весь голос Кассандра, прижав руки к груди. Её слова утонули в шуме
боя, достигшего нового уровня ярости. Никто из бойцов ей не ответил.

Но краем глаза она увидела улыбку Дафны, сразившей попавшегося ей монстра.

— Наконец вы пришли в себя! Сударыня Кассандра, вам понадобилось немало времени!

— П-простите!

— Я собираюсь хорошенько погонять вас с Харухиме! Без вас двоих победить мы не сможем!

— Х-хорошо!!!

Лили, такая же, как и обычно, точнее, куда нахальнее обычного, подстегнула Кассандру и Харухиме.

Почему-то такое объявление лишь порадовало девушек и заставило их улыбнуться.

— Не время радоваться! Перемещаемся! Монстры нацелились на нас!

— Повинуюсь!

— Есть!

Трое участниц задних рядов группы перебежали в другое место берега.

Втянутая в бой группа Паствы Гестии наконец была в своей лучшей форме.

----------

Том 14 Глава 7.5

— Это что за новости?! Я требую объяснений!

Дормул Болстер кричал. Дварф, участник Паствы Магни
находился в Последнем Убежище на восемнадцатом этаже, ожидая новостей
вместе с членами своей группы. Он навис над авантюристом, рухнувшим
перед ним на землю:

— Я-я же объяснил, что в Водной Столице родилась Амфисбаэна!

— До её перерождения больше полумесяца осталось! С чего бы ей появляться?!

— Откуда мне знать! Мы просто бежали за парнями, которые как дурные с этажа рванули!

Авантюристы,
вернувшиеся в безопасную зону Ривиры, города посреди Подземелья были
членами выдвинувшейся за Ледяным Ветром охотничьей группы. Это им Борс
поручил охрану прохода между этажами, чтобы преступница не сбежала.
Увидев, что происходит на двадцать пятом этаже, они сбежали, чтобы как
можно быстрее оповестить остальных жителей Ривиры.

— Те, кто
сбежал с двадцать пятого этажа с ума посходили!.. Сказали Подземелье
«взвыло», водопады покраснели… Наверняка известно только то, что был
большой взрыв и пол этажа рухнуло.

— Рухнуло?! Это про лабиринты?!

Дормул уставился на другого авантюриста, выслушивая то, что узнал он.

Дварфы
подозревали, что произошло нечто недоброе. Несколько часов назад землю
тряхнуло. На землетрясение это похоже не было, но источник толчков явно
находился на нижних этажах.

— Если босс этажа появился из-за
взрывов… что эти взрывы вызвало? Возможно ли что Ледяной Ветер и
охотники использовали какие-то уничтожительные заклинания?

Рядом с ошалелым Дормулом скривившись стоял эльф Лювис. Пустой правый рукав его одеяния покачивался.

Подручные
Борса, отделившиеся от спустившейся в Водную Столицу группы охотников,
не знали, что сделали Джура и Тёрк, а потому не могли понять, что
случилось. Разумеется, ни Лювис, ни Дормул и их Паствы также ничего не знали. Они оставались на восемнадцатом этаже.

Они не знали ни о бедствии, ни о случившейся резне.

— Если верить сбежавшим, Паства Гестии осталась в пещере, в которую поднялся босс этажа…

— Чё?! Хочешь сказать, вы с дружками их бросили?!

— А что было делать?! Кто бы не сбежал от боя с боссом, когда ни экипировки, ни людей нет?

—
И монстры странно себя вели! Мы слышали, как они завывают. Пока наши с
нижних этажей не подошли, на нас, стражников девятнадцатого этажа
постоянно нападали!

Похоже, все монстры Подземелья уходили в направлении Водной Столицы.

Лювис и Дормул молча слушали говоривших наперебой авантюристов. В их голове всплывало всего одно подходящее слово: Аномалия.

В
Подземелье случилось нечто такое, на фоне чего погоня за Ледяным Ветром
была ненужной мелочью. Каждый из высокоуровневых авантюристов разделял
эту мысль.

— Что делать?.. Отправить поддержку? Или сначала вернуться на поверхность и предупредить Гильдию?

— …И то, и то. Не зная, что происходит внизу, мы ничего не сделаем и в Ривире нам ответов не найти.

Вопреки взволнованному Дормулу, Лювис мудро рассудил ситуацию.

Благодаря охотничьей экспедиции большая часть авантюристов покинула Ривиру. Среди оставшихся члены Паств Магни и Моди были сильнейшими. Подчинённые Борса решили предоставить решения членам этих групп, а сами с ошалелыми лицами слушали.

— И вообще, Паству Гестии мы не можем в беде оставить! Шарио, Алек, за оружие!

— Постой, Лювис! Много ли ты навоюешь в своём состоянии? Мы, дварфы, идём на помощь группе Белла. Вы, эльфы, ждите!

—
Думаешь эльфы готовы оставить в беде тех, у кого они в долгу? Или
думаешь, что мы вас задержим? Вы, коротконогие дварфы будете плестись
позади, вот что я скажу!

— Чепуха! Эльфы только и могут, что чужие слова перевирать, как сейчас!

Наблюдатели молча следили за разраставшимся спором между эльфами и дварфами. Но в этот момент раздался голос.

— Что вы там про Паству Гестии говорили?

Все застыли, услышав громкий голос, прервавший их перепалку словно удар меча.

— Ц-циклоп?!

— Что тут забыла командир Паствы Гефест?!

— А что, кузнецу нельзя в Подземелье спуститься? А, не важно… Рассказывайте, что там случилось!

Улыбающаяся загорелая полудворфийка смотрела на авантюристов не скрытым повязкой глазом.

Цубаки только что заявилась в Ривиру. За ней шли три авантюристки, двое из которых были кошкодевушками.

Лювис и его товарищи бросали на пришедших удивлённые взгляды, но, как и потребовала Цубаки, вкратце рассказали о случившемся.

— Босс этажа, значит? А двадцать пятый взорвали? К тому же, монстры себя странно ведут?

—
Смотри на нас, как хочешь, но это всё, что нам известно! — огрызнулся
Лювис, когда увидел, что Цубаки окидывает их подозрительным взглядом.

— А что нмясчёт Ледяного Ветрмя?

Одна из кошкодевушек задала вопрос, не в силах устоять в стороне.

— Эй, а ты ещё кто?

— Просто любопытмяя кошечка, которая пришла с двмярфийкой. А теперь ответь нмя вопрос.

Ошарашенные
Лювис и Дормул снова окинули группу Цубаки взглядом. Те были
экипированы довольно легко, а плащи с капюшонами прикрывали их тела и
лица. В конце концов сейчас они в Подземелье, ничего странного в
подобной одежде не было, но, всё же, эта компания выглядела непохожими на авантюристов. Особенно две другие девушки, держащиеся поодаль. По крайней мере, их лица в лагере посреди Подземелья не были никому знакомы.

Странно было применять этот аргумент для описания авантюристов в целом, но эту группу нельзя было назвать уважаемой.

Как будто эта кошкодевушка уже когда-то прерывала наши споры…'

Лювис
пристально осмотрел кошкодевушку, одетую в красно-белые боевые одежды и
вооружённую позолоченным копьём. Она показалась ему знакомой. Однако,
его мысли были прерваны нетерпеливым: «Говори, мя!»

—
Ледяного Ветра не поймали. Как мы слышали, скорее всего она на двадцать
седьмом этаже, туда элитную группу собрали… но, честно говоря, она
меньшая из их проблем.

— То есть, это они Аномалию вызвали?

— Там сейчас самое нмястоящее гнездо монстров. Мя, хотелось бы мне поскорее на солнышко выбрмяться!

Молчавшие
спутницы полудварфийки и кошкодевушки начали переговариваться между
собой. Не успели Лювис и остальные задуматься что это за странная
компания, заговорила Цубаки:

— Поход на двадцать пятый этаж оставьте нам. Мы посмотрим.

— А?! Что это значит?!

—
Со слухом проблемы? Мы быстрее туда доберёмся, значит лучше для этого
подходим. И времени в обрез. К тому же… Бывший коллега, над которым я
люблю поиздеваться, сейчас с Паствой Гестии.

— Э-эй! Стойте!

К
тому времени как Лювис и Дормул попытались остановить четверых
авантюристок, Цубаки и остальные уже отделились. Авантюристы поражённо
наблюдали, как четыре силуэта за считанные секунды пропали из Ривиры.

— Ну всё нам конец. Мы не маскируемся, как Лю. Думаете они поняли, что мы официантки?

— Когдмя нужно затеряться, скрывмяйся в тенях. Пока они не запомнили глмяза и голос, всё в пормядке.

— Мне эти твои фокусы наёмных убийц недоступны.

Группа
приближалась к центру восемнадцатого этажа. Кошкодевушка Хлоя, одетая в
робу с капюшоном, и Руноа, вооружённая кастетами, переговаривались,
пока группа двигалась плотным строем. Их обычные голоса звучали странно
при передвижении на сверхчеловеческих скоростях.

Они добрались до
центрального дерева так быстро, что местные монстры даже не успевали
поворачивать голову им вслед, и, если бы хотели, они могли бы устранить
всех монстров за секунды.

— Чёрт, хотите сказать, вы кучка официанток из обычного бара что ли? Выходит, в наши дни так опасно по тавернам расхаживать!

— В нмяши привычки не входит рассказывать обо всём людмям, которых мы даже не знмяем…

Поддерживавшая огромную скорость Цубаки усмехнулась. Руноа, державшаяся с ней наравне, ответила настороженно:

— Вы никогда не слышали о «Щедрой Хозяйке»? Известное заведение.

—
Это вы про бар Мии, да? Я в кузнице пропадаю, о жизни в городе нее знаю
почти ничего. Даже не знала, что такие девчата как вы есть! Уж
простите, ха-ха-ха!

— Эта мядам явно упивается своей рмяботой…

Эта группа была отправлена в поддержку Гестией. Они были собраны для спасения Ледяного Ветра и помощи Пастве Гестии. Группа состояла из трёх официанток, Ани, Хлои и Руноа и кузнеца Цубаки.

Если бы кто-то сейчас их увидел, впрочем, в глазах людей они были бы почти первоклассными авантюристками.

— Что думяете о словах того эльфикмя? — Хлоя перевела вопросительный взгляд на Цубаки.

—
Могу сказать только, что ничего такого я от богиньки не слышала. Я
думала, от нас потребуется помочь сбежать Ледяному Ветру, а если её
поймали — вызволить.

Четверо авантюристок отправились в
Подземелье, не успев даже познакомиться. Хлоя, Аня и Руноа отправились,
чтобы помочь Лю, чья жизнь находилась под угрозой, а Цубаки решила
протянуть руку помощи Вельфу и его товарищам, оказавшимся на опасном
пути. Однако, всё развивалось по какому-то странному сценарию. Цубаки
свела брови, ощутив, что здесь что-то нечисто.

— Это всё не вмяжно! Что с того, что мы встретим нмя пути авантюристов или монстров? Просто рмязобьём их и спмясём Лю! А по пути беловолосику и его друзьмям
поможем! — Аня, бегущая впереди остальных, криком ответила Цубаки. Её
коллеги молча взглянули, как она раскручивает в руке длинное копьё, как
ненормальная несясь по Подземелью, а её боевые одежды развеваются на
ветру.

— У дурёх всё просто, да?

— А нмям потом разгребай за ней, когда она кудмя-нибудь не думая суётся.

— Ха-ха-ха-ха! А вот я с ней согласна! Чем проще, тем лучше!

— Циклоп быстро сообрмяжает!

Руноа,
Хлоя, Цубаки и Аня продолжали оживлённо переговариваться. Прочем,
несмотря на расслабленный тон разговоров, их скорость не снижалась.
Оставшиеся охранять проходы авантюристы с удивлением оборачивались,
когда мимо них проносились размытые силуэты.

----------

Том 14 Глава 7.6

Битва с боссом этажа испытание выносливости.

Массивное,
кажущееся несокрушимым тело монстра даже не содрогается от слабых атак.
Даже продолжительная бомбардировка заклинаниями — самым разрушительным
оружием, доступным авантюристам — не способна уничтожить зверя одним
махом. Если авантюристы, сражающиеся с Амфисбаэной не превышают её
уровнем, сражение с боссом этажа превращается в выжидание возможности
для удара. В альянсе Паств, возглавляемом Лили, не было и десяти участников, потому преимущество монстра должно было быть огромным.

Однако, авантюристы справлялись с его натиском. Они сражались изо всех сил, и у них получалось одерживать в этой схватке верх.

— Хийо! — блеснул магический клинок.

Вельф,
державший двуручный меч в левой руке, в правой удерживал магический меч
и нанёс им удар по воздуху. Ледяных островков, на которых можно было
стоять, оставалось всё меньше, поэтому синий как лёд магический клинок,
сделанный одной полудворфийкой, обратил озеро в ледяное поле снова. Босс
этажа, сидевший за стеной синего пламени, повернул левую голову к
распространявшемуся морозу.

— ХА-А-А-А-А-А-А-А-А!!!

Естественно, Амфисбаэна, ощутив опасность, нейтрализовала атаку алым туманом.

Однако,
магическая сила клинка была велика, поэтому дракону пришлось
использовать туман в качестве щита, не покрывая им всё своё тело. Ярость
дракона была заметна, потому что он взревел второй головой и выдохнул
ещё одну порцию тумана.

На белом теле босса этажа появились покрытые инеем участки.

— Сударь Вельф! Амфисбаэна водяной дракон, ледяная магия против него работает плохо! Воздержитесь от подобных атак!

— Знаю я!.. Да и клинок уже на пределе.

Вельф бросил взгляд на оружие в правой руке. Раздался щелчок и трещины покрыли его поверхность.

Увидев это, Лили поняла, что время поджимает, и нужно атаковать босса этажа усерднее.

— Сударыня Харухиме, магическую поддержку, пожалуйста. Сударыня Кассандра, исцелите сударыню Айшу, а потом займитесь остальными!

— Эта мощь и этот сосуд. Охвати богатство, охвати желания.

— Достигни моих товарищей в нужде вместо слов, которые их не достигнуть.

Два заклинания за спиной Лили словно сливались воедино.

Харухиме
и Кассандра поддерживали бойцов авангарда, используя свою магию.
Поскольку заклинателя, способного использовать мощную атакующую магию в
группе, не было, судьба схватки зависела от них.

Харухиме играла в
бою ключевую роль. Она поднимала уровень товарищей уже в третий раз.
Зачастую в боях она была простой наблюдательницей, но в схватке с боссом
этаже демонстрировала свою истинную ценность. Запасы магических зелий
авантюристов быстро истощались, и это беспокоило Лили.

Если эта штука может то же, что и Чёрный Голиаф… Я так разозлюсь, что заплачу от злости!

Она не могла не сравнить текущий бой с самой опасной аномалией, в устранении которой принимала участие.

Если
Монстр Рекс демонстрирует способность регенерировать, это любого
авантюриста может поставить на колени. Став командиром, постоянно
отдающим приказы для минимизации потерь группы, Лили стала понимать это
лучше, чем кто-либо другой. Сражение на восемнадцатом этаже было
безнадёжным.

У водного дракона, на которого сейчас был направлен
её взгляд, подобного козыря нет. Точнее, так она думала. Это попросту
невозможно. Лили могла лишь молча молить остальных, чтобы они продолжали
подчиняться её приказам.

У Амфисбаэны нет тайного оружия.
Самое страшное, что у неё есть — синий напалм. Если нас зацепит,
положение станет гораздо хуже.

Не прерывая боя, размышляла и Айша.

Самое
ужасное оружие двуглавого дракона — адское синее пламя, которое он
выдыхает и которое нельзя потушить. Оно делает атаки дракона
смертельными. Стоит этому пламени один раз зацепить человека, и
результат будет трагичным. Вельф и остальные с большой осторожностью
избегали синего пламени, но, если хоть один из них совершит ошибку,
авангард авантюристов дрогнет.

Сколько же зелий устранения огня я стянула у Асфи на всякий случай?..

Для устранения синего пламени существует несколько методов.

Самым известным являются противонапалмовые целебные зелья, которые изготавливает Амид Тисанара, Святая Дэя из Паствы Диан Кехта,
лучшая целительница в Орарио. Подобные средства популярны в экспедициях
на нижние этажи, потому что они не только устраняют пламя, но и лечат
ожоги на коже. Этот предмет пользуется среди авантюристов огромным
спросом, потому что является защитой от Амфисбаэны.

Куда меньшему количеству людей известно, что Персей разработала подобный магический предмет.

Асфи состоит в Пастве Гермеса, скрывающей правду о настоящих уровнях своих членов и достигнутых ими этажах. Когда капитан Паствы Гермеса впервые столкнулась с Амфисбаэной, она задумалась о противодействии её сильнейшему оружию.

Только членам Паствы Гермеса
позволяют пользоваться этим тайным предметом. В восстановлении
последствий он не помогает, однако способен устранить пламя. Вдобавок, в
отличии от целебного средства Паствы Диан Кехта, его можно использовать, чтобы потушить любое пламя.

— Ях!

— У-У-У-У-У!..

Всполохи
синего пламени превратили пещеру в парилку, но Айша не обращала
внимания на проступающие на коже капли пота, ударив Амфисбаэну своим
подао. Дракон, осознавший опасность амазонки, дёрнул шеей, чтобы не
получить серьёзных повреждений, и клинок ударился о чешую.

Ещё один такой удар и битва повернётся в их пользу. Айша была в этом уверена.

Эффект
Uchide no Kozuchi Харухиме длится около пятнадцати минут. На повторную
активацию ей требуется около десяти… Если продержимся следующие десять
минут, получим поднятие уровня ещё на одного человека!

Айша
бросила взгляд на Харухиме, бывшую проститутку, как и она, с которой они
и раньше сражались в одной группе. Она знала всё, что должна знать о
магии ренарта. Умело манипулируя продолжительностью заклинания и
временем ожидания, можно наделить ещё одного бойца на лишних пять минут
поднятием уровня. Нагрузка на Харухиме увеличится, но в этот раз она
должна справиться.

Айша смотрела на берег. Несмотря на расстояние, Харухиме ощутила взгляд Амазонки и кивнула, словно поняла, что от неё требуется.

Нравится мне её нынешний взгляд.

Айша
едва заметно улыбнулась, увидев решимость девушки-ренарта. Девушки,
которая сетовала на мир и жила взаперти уже не существовало.

А больше всего, для меня…

Раздался крик Оуки.

— Погружается!

Дракон исчез под водой в очередной раз, породив сильную волну.

Возможность атак из-под воды заставляла холодок пробегать по спинам других авантюристов. Этой группы, впрочем, это не касалось.

— Микото!

— Движется на запад! Юг, нет… восток! Лили-сан, убегайте!

Благодаря навыку Микото, Чёрному Ворону Ятано, авантюристы знали, куда будет нанесён удар.

Перебегая,
Лили едва успела избежать удара Амфисбаэны, появившейся в том месте, на
которое указала Микото. Несколько монстров пострадали от этого удара.

Как
только босс этажа провёл атаку из воды, за ним возник силуэт Микото,
чей навык позволял ей предсказывать перемещения монстров. Она достала
длинный меч, Шунсан. Несмотря на то, что из-за огромной длины с ним было
тяжело обращаться, клинок идеально подходил для сражений с крупными
врагами. И этот меч прекрасно подходил для особого удара девушки.

Золотые
искры поднятия уровня окружали её тело. Микото использовала технику,
которой её обучило божество боевых искусств. Прыгнув прямо на босса
этажа, она вытащила из ножен меч.

— Зекка!

Боевой дух и
техника удара слились воедино в атаке, при извлечении клинка из ножен.
Клинок рассёк чешую дракона надвое и глубоко впился в правую шею дракона

— О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О!

Амфисбаэна взревела, из разреза рекой хлынула кровь. Удар был нанесён с предельной точностью, и Вельф не мог им не восхититься.

Ага, пока с нами Вечная Тень, мы можем не опасаться чёртовых подводных атак!

Микото
— всесторонний боец, способный сражаться в авангарде и отслеживать
врага. В этой битве она смогла раскрыть свой потенциал.

Помимо
прочего у группы есть несколько магических клинков, которые способны не
только на разрушительные атаки, но и создание пола под ногами, и навык
Микото, отводящий одну из самых неприятных атак босса. При объединении
всех возможностей этой группы становится понятно, почему меньше десяти
авантюристов одерживают победу в бою с Амфисбаэной.

Помимо Харухиме, ключом к победе была также Микото.

Всё идёт так хорошо, что мы и с подходящими на помощь монстрами успеваем справляться!

Из-за
мощных взрывов, которые обрушили часть Подземелья, большая часть
монстров не могла попасть в эту зону этажа. Это также помогало
авантюристам в бою. Обычно множеству участников боя приходится
уничтожать монстров, прибегающих на рёв Монстра Рекса, но сейчас это не
нужно.

Подао Айши рассекло Водяного Змея, уменьшив число видимых противников до четырёх.

— Эй… думаете у нас может получиться? — спросила Дафна, оказавшись с Айшей бок о бок.

Амазонка кивнула:

— Да. С магическими клинками у нас может получится выиграть даже в бою на озере.

Раненная
Амфисбаэна явно теряла силы. Доказательством этого служило то, что
синий напалм, который она выдыхала, перестал бить цельной струёй и
выдыхался прерывистыми отрезками.

К этому моменту дракон обычно
должен был переставать сражаться и прятаться на дне озера до
восстановления. С точки зрения авантюристов это было худшим из возможных
вариантов.

Однако, с точки зрения дракона, за это время
нарушители могли бы сбежать по холмам, ведущим на двадцать четвёртый или
двадцать шестой этажи.

Амфисбаэна была порождена Подземельем,
игнорируя время восстановления, и целью монстра было уничтожение
вторгнувшихся на этаж авантюристов. По крайней мере, так думала Айша.
Если монстр беспокоится о возможности их побега, скорее всего он не
отправится отдыхать надолго.

Лили и остальные авантюристки,
поддерживавшие группу с задних рядов, двигались по берегу озера, избегая
атак монстра и поддерживая бойцов авангарда, перемещавшихся по
айсбергам. В случае опасности Лили использовала магический меч, похожий
на кинжал, чтобы отогнать врагов. Группа бойцов же не прекращала
атаковать босса этажа.

Авантюристы действовали очень слаженно.

Всё говорило о том, что бой складывается в их пользу.

Группа даже с таким малым количеством бойцов побеждала Амфисбаэну.

Мы можем победить.

Айша была в этом уверена.

Слишком уверена.

Они в Подземелье. Бесконечном лабиринте.

Она забыла, что Подземелье не бывает предсказуемым.

— …

Четыре налитых кровью глаза дракона осмотрелись.

Накопленные
повреждения… кровопотеря… а хуже всего то, что мелкие авантюристы смеют
противостоять ей, несмотря на то, какие они жалкие.

Всё в этой сцене подогревало гнев Амфисбаэны, её огромное тело запылало от ярости.

— А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!!!

— О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О!!!

Головы взревели разом. Дракон погрузился под воду.

Вельфа и Оуку окатил дождь брызг, поднявшийся от рассекающего воду плавника.

— Снова?

— Микото, полагаемся на тебя!

— Поняла!

Девушка
активировала Чёрный Ворон Ятано. Движение под водой не могло от неё
ускользнуть. Она отследила монстра и уже собиралась поделиться своими
знаниями с товарищами, но вдруг замерла.

— …

Для Айши время также словно застыло.

Инстинкты подсказывали ей, что грядёт нечто страшное.

В прошлом Айша всегда выманивала Амфисбаэну для боя в более благоприятном месте, потому этой атаки она не знала.

Практически никто из убивавших Амфисбаэну авантюристов не знал.

Никто
не видел, что делает Амфисбаэна когда сражение с ней ведётся посреди
озера в пещере, в углу которой падает Великий Водопад. Они не знали,
каким способом босс этажа может уничтожить своих врагов.

Он плывёт к водопаду…'

Водный дракон ускользнул из радиуса, в котором Микото его видела.

Не удостоив авантюристов даже взглядом, он ринулся к водопаду, в северной стороне пещеры. Дракон разогнался так же сильно, как когда поднимался с двадцать седьмого этажа на двадцать пятый. Мгновение спустя он сокрушил ледяную корку, тянущуюся до самого водопада, подняв столп брызг.

Вельф,
Лили, Харухиме, Оука, Чигуса, Дафна и Кассандра не сводили с водопада
взгляда. Только Микото и Айша догадались о намерениях врага, но и они не
успели вовремя.

Добравшись до вершины водопада Амфисбаэна отпрыгнула, оказавшись в воздухе.

— …

В пещере воцарилась тишина. Казалось, даже рёв водопада стих.

В
этом, застывшем во времени мире авантюристы видели, как на них
спускается дракон. Бескрылое создание на мгновение зависло в воздухе.

Изданный им зловещий рёв вернул течение времени. Амфисбаэна начала опускаться на землю.

— О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О!

Крик Вельфа оборвался, босс этажа упал прямо в центр озера.

Купол
из камней рухнул, от удара, от которого, казалось, сотряслась вся
земля. Не только двадцать пятый этаж, но и всю Водную Столицу осыпало
градом обломков, куда большим, чем при падении корней огромного дерева.

Удар поднял настоящее цунами, сокрушившее льдины.

Айша и остальные бойцы авангарда, едва избежавшие ударной волны, поднятой драконьим телом, оказались в воде.

Когда цунами настигло берега, оно сбило с ног задние ряды группы и бросило их в стену.

Даже
синее пламя, горевшее на берегу и в воде, оказалось погребено под
гигантской волной, хлынувшей на побережье. Словно вино, переливающееся
через края бокала, изумрудно-синяя вода полилась на двадцать шестой
этаж.

В пещере появились и начали разрастаться трещины.

— А-а-а-а…

Микото
оказалась ближе всех к месту погружения Амфисбаэны. Босс явно целился в
неё. Сбитая мощью удара и ледяными осколками девушка упала в воду и
начала погружаться.

Кровь шла из раны на голове, окрашивая воду
вокруг в красноватый цвет. Разум Микото затуманился. Словно в довершение
всего, краем глаза она увидела приближающийся силуэт.

Огромная рыба неслась прямо на неё.

…Рыба-налётчица!

В
отличие от водяных змеев этот вид не появляется на земле. Рыбы
бросились к Микото, словно дождавшись, когда жертва окажется в воде.

Ряд длинных, острых клыков впился в правое плечо девушки.

Ау-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у!

Вторая
рыба укусила Микото за левую руку, а третья в правую ногу. Жуткие
монстры окружили девушку, намереваясь её сожрать. Её тонкое тело
истекало кровью, ундиновая ткань трещала от впившихся зубов.

Безмолвные крики бесчисленными пузырями вылетали изо рта, монстры утягивали её на дно озеро.

Последним, что мелькнуло перед её глазами, был огромный живот дракона, несущегося к поверхности.

— Кха-кха!.. Чёрт!

Вельф
схватился за остатки льдины, служившей ему опорой, и вырвался из воды.
Он жадно схватил воздух ртом, а потом с руганью вылез из воды.

Пещера представляла из себя жуткое зрелище.

Вода
бушевала, словно по ней пронёсся шторм, её уровень заметно уменьшился.
Ледяные платформы были разбиты на тысячи кусочков, теперь сложно было
сказать, можно ли использовать эти осколки, чтобы атаковать босса этажа.
Купол из корней над головой в самом центре был продырявлен, сквозь дыры
виднелся потолок. Стены пещеры покрывали трещины, словно по ним ударил
метеорит.

Подземелье и без того было побито, однако после этого
удара ущерб стал невиданным раньше. По воде бил град обломков
кристаллов, падавших с потолка.

— Хуфф, хуфф!..

— Это безумие!..

Дафна, Чигуса и Оука, ухватившись за льдины и обломки корней, подняли над поверхностью воды головы.

Членов группы покрывали порезы и ушибы. Некоторые лишились оружия.

— Сударыня Кассандра!..

— У-у-у-у-ух!..

Оставшиеся на берегу были не в лучшем состоянии.

Кассандра
распласталась на земле. Кусок льда ударил её в спину, когда она
прикрыла Харухиме и Лили. Промокший насквозь рюкзак Лили висел на
скоплении кристаллов.

Строй авантюристов, который они с таким трудом поддерживали и который мог принести им победу, был разрушен.

— Микото?.. Где Микото?!

Чигуса первой заметила, кого из группы не хватает.

Вельф
и остальные бойцы авангарда поднялись на оставшиеся устойчивыми ледяные
платформы, крупные островки, которые погрузились под воду после падения
монстра. Чигуса, потерявшая лук и стрелы начала озираться.

— Нет… Микото-о-о-о?!

Ответа на её крик не последовало.

Дафна заметила красные пузырьки, поднимавшиеся к поверхности. Её тряхнуло, когда она осознала, что случилось с Микото.

— О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О!!!

В эту секунду на поверхность поднялся водный дракон с бешенным взглядом.

Стоявшая на льдине Айша разразилась потоком проклятий в зверя:

— Тварь!..

Головы окинули взглядом авантюристов, боевой порядок которых распался. Левая приготовилась выдыхать пламя.

— А?!

— Бегите-е-е-е!

Авантюристы
бросились врассыпную, левая голова выдохнула напалм, вскоре заплясавший
на поверхности воды. Босс этажа даже не целился. Айша перепрыгивала с
острова на остров, в то время как Дафна погрузилась под воду.

В
самоубийственной ярости дракон выдыхал струи пламени в разные стороны,
словно намереваясь сжечь всё вокруг. Кристаллы плавились, оставшийся в
пещере воздух выгорал.

Вопли воздушных монстров заполнили воздух.
Они пытались улететь от струй синего напалма глубже в лабиринт, но
куски кристаллов, падавшие с потолка, сбивали их вниз, прямо в синее
пламя.

Авантюристы начали хвататься за горло.

Огонь стал расползаться по клетке из корней, превращая её в пламенную сеть.

Синее зарево поднималось до потолка Водной Столицы.

Дракон запустил струю пламени в северо-восточном направлении, на побережье, где были Лили, Кассандра и Харухиме.

— …

Лили
едва успела поставить Кассандру на ноги. Девушки смотрели, как в их
сторону летит струя пламени. Жаркое синее пламя осветило их лица,
девушки застыли на месте.

Бежать было некуда.

Это конец.

Лили и Кассандру почти охватила лазурная смерть, когда… что-то толкнуло их в спину.

— О!

— А?..

— Харухи!..

Поворачиваясь Лили увидела пару смотревших на неё зелёных глаз.

Кассандра кричала, тонкие руки оттолкнули их с пути пламени. Не прошло и секунды, как ренарт пропала в пламенном потоке.

Море пламени охватило берег. Его треск поглотил крик Лили:

— Сударыня Харухиме-е-е-е-е-е-е-е-е?!

— …Харухиме, — находившаяся на озере Айша увидела сцену, которую надеялась никогда не увидеть.

Она бросилась к северо-восточному берегу, словно её тянула туда невидимая сила и остановилась, оказавшись перед языками пламени.

Она не видела, как Лили падает с колен на землю, как сворачивается клубком Кассандра.

Впервые самая умелая в группе авантюристка открылась для атаки. Но это было неважно.

Двуглавый дракон решил испарить из этой пещеры все признаки жизни.

— О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О!!!

Струи пламени летели не прекращаясь, словно их приводила в действие воля богов.

Оставшиеся авантюристы с ужасом смотрели, как ревёт двуглавый дракон.

— Вот и конец!..

Стоя на мелководье, куда он сбежал от пламени, Оука сжимал в руках секиру, Коугоу.

Вельф яростно смотрел на дракона, пламя трещало за его спиной, залитое потом лицо парня скривилось от растерянности.

Чигуса, чьи глаза были скрыты прядями волос заливалась слезами, от мысли, что стало с двумя её подругами.

— …Микото-о-о-о-о-о-о-о! Харухиме-е-е-е-е-е-е-е! — Оука направил бушевавшие в его груди эмоции в яростный крик.

Он был зол на босса этажа, за совершение непростительного преступления. Он был зол на себя за то, что не мог их защитить.

Воитель, лишившийся двух подруг детства, воспылал от злости. Как и Айша:

— Харухиме… Эта тварь заплатит!!!

Лили и Кассандра ещё не поднялись с земли.

Амазонка
стиснула зубы и повернулась обратно к дракону. Как обычная женщина, она
сжала дрожащие кулаки, но как амазонка она не могла поддаться
сожалениям. Она не могла позволить себе проявить слабость и разрыдаться.
Она выражала своё отчаянье по-другому.

Ощущение потери крепко охватило их сердца, распалив пламя гнева. Двое авантюристов уставились на белого дракона.

Оука и Айша.

Уже
не надеясь на победу, они отбросили своё отчаянье и кинулись в битву.
Каждый, по-своему, держал в голове мысли о потерянных девушках. Эти
мысли обратились в жажду героической смерти в бою, или жажду победы над
драконом даже ценой жизни. Адское пламя, не уступавшее синему напалму,
охватило их сердца.

Неугасимое пламя упорства.

И тогда…

— Снизойди с небес и подчини землю.

…Песнь…

— Расти.

Только они их услышали.

Только те, кто без оглядки бросился в бой услышали распевы девушек, доносившиеся словно из глубин ада.

----------

Том 14 Глава 7.7

Это же…

Оука заметил.

Пока остальные не могли заставить
себя пошевелиться, только те, кто решил броситься в бой это заметили.
Только он заметил фиолетовый свет, кажущийся лишь отблеском синего
пламени на воде. Только он увидел, как частички света собираются в
силуэт предмета.

Меч…'

В следующее мгновенье он закричал:

— …Давай, Кузне-е-е-е-е-е-е-е-ец!!!

Крик словно пробудил Вельфа ото сна и заставил его руки двигаться.

Краем
глаза он заметил, как воитель, с которым он спорил, который порой его
раздражал, а порой вызывал желание с ним потягаться бежит к нему. Вельф
взялся за рукоять меча двумя руками.

Хватит приказывать! Я тебя понял.

Именно от того, что парни постоянно сражались бок о бок, Вельф смог прийти в себя.

Именно оттого, что Оука стал его другом, хоть Вельф никогда этого не признает, он смог взмахнуть мечом.

— Хийо!!!

В дракона полетела ледяная волна.

Боевой клич магического меча развеял синее пламя, оставляя ледяную дорожку на воде.

— ХА-А-А-А-А-А-А-А!!!

Амфисбаэна
расценила эту ледяную волну как угрозу. Правая голова начала выпускать
мощный поток красного тумана. Снежный шторм столкнулся с алым туманом.

Вельф слышал, как трещит меч, на поверхности клинка которого появлялось всё больше трещин.

Наконец,
лёд пробился сквозь дымку и часть тела монстра покрылась инеем. Дракон
прищурился, намереваясь выпустить в парня поток пламени второй головой.

— Шинбу Тоусей!

Распев, явно означавший заклинание.

Песнь, которую они не должны были услышать больше никогда.

Она раздавалась из-под воды, поднимаясь вместе с пузырьками воздуха.

Авантюристы и дракон узнали этот распев.

Свет
на водной поверхности сошёлся концентрическими кругами, в центре
которых находился дракон. Частички света слились в тёмно-фиолетовый меч и
нависли над его головами.

Двуглавый дракон опасался этого мистического клинка. Он выдохнул туман, чтобы от него защититься.

Остальное его тело не было прикрыто от магии.

Магический клинок Вельфа с громким треском развалился.

В это же мгновение раздался её голос.

—Futsu no Mitama!!!

----------

Том 14 Глава 7.8

Из-за искривлённости подводного мира, то, что происходило несколько минут назад, казалось фрагментом какого-то сна.

— Прости мою наглость, молю тебя…

Плечо,
в которое впились клыки монстра, ныло. Левая рука, на которой не
хватало частички плоти дрожала. Правая нога, даже сейчас, чуть не
оторвавшаяся от тела завывала от боли. Раны были глубокими. Кровотечение
не останавливалось. Её сознание то ускользало, то прояснялось.

Погружаясь в озеро, терзаемая монстрами Микото не могла больше сражаться.

Ей осталась только молитва

— Взываю
к богу, разрушителю всего и вся, за наставлением небес. Даруй этому
обычному телу мощь и власть, сравнимую с божественной…

Сознание девушки погружалось в темноту вместе с телом, мир перед глазами словно разбился на осколки.

В голове остались лишь воспоминания о её друзьях.

— Спасительный очищающий свет. Принеси сокрушающий зло клинок!

Словно она пыталась спеть песнь очищения, прогнать зло и взывала к свету.

— Склонитесь перед клинком подавления, таинственным мечом подчинения.

Песня, призванная изгнать отраву отчаянья, взывавшая к духовному мечу бога битвы, который приведёт их к свободе.

Она читала распев, чтобы он донёсся до её товарищей.

— Я призываю тебя, назвав твоё имя.

Она услышала.

— Микото-о-о-о-о-о-о-о-о-о!

Крик прорвался сквозь толщу воды, Микото услышала голос Оуки, зовущий её по имени.

Весь мир словно заполонило белое пламя.

Мы не должны сдаваться! Мы не сдадимся!!!Ни он, ни я, ещё не сдались!

Этот воин всегда доблестно сражается! Храбрый, могучий мужчина, который сражается ради защиты своих товарищей!

Ещё, ещё!

Микото стиснула зубы. Она протянула здоровую руку к поверхности воды, сжав её в кулак.

— Снизойди с небес, захвати землю!

Свет вернулся в её глаза, она выдохнула облако пузырьков.

Её
сознание было слишком туманным, чтобы провести прицельную атаку. Из-под
воды она не могла даже увидеть своего противника. Но, пусть она не
может нанести прямой удар по огромному монстру… …Она может его поймать.

— Шинбу Тоусей…'

На дне озера появились концентрические круги.

Рыба-налётчица заметно переполошилась, ощутив заклинание.

Микото взревела, не сводя взгляда с фиолетового меча, появившегося рядом с поверхностью воды:

— …Futsu no Mitama!!!

Подчиняясь приказу тёмно-фиолетовый гравитационный клинок пронзил босса этажа и увеличил гравитацию.

— …Аааагх?!

Огромная сила сдавила Амфисбаэну.

Поскольку
монстр не слышал подводного заклинания Микото, он не успел избежать его
удара. Туманная броня не покрывала тело монстра и гравитационная магия
ударила в полную силу.

Мощь была так велика, что чешуйки дракона затрещали, а его головы склонились к воде.

Даже вода в центре озера начала опускаться, от неестественного мощного давления.

— Гьяяяяяяяяяяяяяяяяяя?!

Находившаяся
прямо под драконом Микото также ощущала разрушительное действие своего
заклинания. Поток воздушных пузырьков вырвался сквозь сжатые зубы.

Хрупкое тело человека будет уничтожено задолго до того, как заклинание успеет повлиять на огромного монстра.

…Не победить.

Казалось,
угол обзора её глаз начал уменьшаться. Тонкие пальцы издавали хруст.
Внутренние органы начали искажаться, изо рта пошла кровь. Но Микото даже
не попыталась прекратить использование заклинания.

Если поставлю свою жизнь против жизни монстра… ему'не победить!

Издав безмолвный крик, она приготовилась к смерти, она была готова расстаться с жизнью.

Мощная гравитация, сдавливавшая её тело, заставила покрыться трещинами дно озера.

Рыбы-налётчицы
не избежали действия гравитации, как и Микото. Их глаза вылазили из
орбит, и вскоре их плоть сдавило с жутким звуком. Как только впившаяся в
правое плечо рыба разжала зубы, девушка вытянула руку к поверхности,
словно празднуя свою победу.

— О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О!

…Я его не отпущу! Я сдержу его, что бы не случилось!

Мельком налитые кровью глаза Микото увидели силуэт её врага.

Она верила в друзей, сражавшихся за пределами водного мира. Она представила своего друга, воителя, который выкрикнул её имя.

— О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О!!!

Оука бежал.

Кристаллы трещали под его ногами, он устремился к гравитационному полю посреди пещеры.

— Микото, не отпускай его-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о!

Оука прыгнул, оттолкнувшись от куска древесного корня.

Огромные
древесные корни держались на плаву, однако они пострадали от множества
бездумных атак белого дракона. Синее пламя плясало на кусках дерева,
превращая их в зловещие синие костры. Но Оука не раздумывая сделал то,
что должен был сделать. Окружённый искрами синего пламени он бросился по
единственному возможному пути.

Он пробежал по не задетому пламенем корню и подпрыгнул.

На глазах удивлённого Вельфа, Оука занёс для удара секиру, влетая в гравитационное поле.

— Гу… ооооооооооооооооооооооооооо!!!

Мир
перед глазами Оуки смазался, сила, с которой невозможно было бороться,
потянула его вниз. Оказавшись ровно над головой дракона, пойманного
гравитационным полем, воитель полетел вниз с огромной скоростью.

Даже
с повышением уровня его сил было недостаточно, чтобы срезать голову
Амфисбаэны. Потому он использовал мощь гравитационного заклинания
Микото, чтобы превратить себя в подобие гильотины.

— !!!

За секунду до удара в голове Оуки всплыло воспоминание.

Микото
и Чигуса не единственные, кто тренировался с Такемиказучи перед
экспедицией. Оука также изучил особый приём, подходящий для Коугоу,
секиры, которую он купил у Вельфа в долг.

Оука лежал в предрассветном зареве, раскинув руки и ноги на земле, побитый и истощённый.

Над ним нависал бог боевых искусств, вбивавший в него новый навык.

Этот
приём был идеален в своей простоте, грозная техника, которая требовала
от Оуки лишь использовать весь потенциал его размеров и мышц.

Только Оуке она подходила.

«Если
воспользуешься этим навыком в нужное время и на правильной стадии
дыхания, будешь подобен когтям, что способны сразить даже дракона».

Оука был уверен, что бог битвы сказал что-то подобное.

Он перевернулся в воздухе.

Сражаясь с давлением гравитации, он выпустил из лёгких весь воздух. В это мгновенье он словно зарядился искрами света.

Оука
использовал на правой шее дракона смертельный удар, его секира
выглядела размытой и в одно мгновенье оставляла за собой след, похожий
на множество клыков.

— Кокуу! Пожирающий Тигр!

Секира опустилась.

— …Гааа?!

Серебристый свет ударил в глаза одной из голов дракона, этот свет пронзил чешую и впился в его плоть.

В воздух вырвался фонтан крови.

Красноглазая голова отделилась от длинной шеи.

Почти в тот же самый момент гравитационное поле испарилось, его силы иссякли.

— ОООООООООООООООООООООООООООО!!!

Авантюрист падал, глаза дракона округлились, в воздух полетели осколки огромной льдины.

Левая голова дракона, лишившегося второй головы, взвыла.

----------

Том 14 Глава 7.9

Это же…

Айша услышала.

— Эта сила и этот сосуд. Дуновение изобилия и дуновение желаний.

Айша слышала этот распев чаще, чем кто-либо другой в этом мире и могла узнать прекрасный голос, который его читал.

— Пока не зазвенит колокол, ниспошли иллюзорный триумф.

Он доносился из центра пламенного моря.

Окружённая пламенем, способным спалить всё вокруг, Харухиме села и начала свой распев.

Роба Голиафа.

Когда
девушка-ренарт оттолкнула Лили и Кассандру, за мгновенье до того, как
пламя её поглотило, она завернулась в робу и упала лицом в землю.

Это
было первое и единственное боевое действие, которое когда-либо
совершала помощница, не знавшая как сражаться. Роба была нерушимой
стеной, способной заблокировать не только режущие и колющие удары, но
также молнию и ветер. Струя пламени, выдыхаемая Амфисбаэной не могла её
сжечь.

…Я словно бросилась в пламя!

Вокруг неё
царил пламенный ад, но она была жива и здорова. Пугавший как людей, так и
монстров синий огонь казался невыносимым. Может роба и защищала девушку
от непосредственного контакта с огнём, но жуткий жар бил по её телу,
расплавляя сознание, словно воск. Языки пламени будто облизывали робу,
отчего на белоснежной коже проступали капли пота. Она ощутила, будто жар
схватил её за горло.

…Нет, нет! Даже если я сгорю! Даже если обращусь в пепел!

Она продолжала сидеть, скрестив ноги, закрыв глаза и, закутавшись в робу, читать распев.

Только бы эта песня донеслась до них из моих останков!

Все свои оставшиеся силы девушка бросила на поддержание заклинания. Она повернулась лицом к женщине, которая ожидала этой песни.

«От тебя нужно одно, пой», — несколько лет назад Айша сказала Харухиме эти слова во время экспедиции Паствы Иштар.

Несмотря
на то, что Харухиме бывала на глубинных этажах, она ничего не знала об
устройстве Подземелья, потому что амазонки всегда засовывали её в ящик,
запирали внутри и носили с собой.

С ней обращались как с оружием или предметом. Берберы брали её с собой только когда нуждались в ней ради собственной выгоды.

И Харухиме им была нужна не больше, чем какой-нибудь инструмент. Требовать от неё что-то ещё не было смысла.

«Больше мы от тебя ничего не ждём. Сконцентрируйся на своей песне».

Всё,
что от неё требовалось в битвах, это сидеть на месте, наблюдая за
полётом крови и кусков плоти со слезами в глазах. Она едва сдерживалась,
чтобы не рухнуть в обморок.

Доморощенной дворянке не было места в жутком мире Подземелья.

Она
могла лишь читать своё заклинание. Привычные к использованию скрытой в
ней силы дрожащие губы читали заклинание, в каком бы состоянии девушка
при этом не была.

«Закончишь свою магию на секунду позже, и кто-то из нас умрёт. Так на глубинных этажах обстоят дела».

Такова была жестокая судьба.

Крепкие
амазонки могли лишиться жизни, порой они лишались рук и ног. Даже
Фрину, считавшуюся авантюристкой первого ранга, зачастую ранили так
серьёзно, что она падала и харкала кровью. Бессильной Харухиме
приходилось находиться посреди поля боя. Ничего не желавшую для себя
девушку вынуждали брать на себя ответственность за жизни других людей в
отряде.

Для невинной девушки, ничего не знавшей о внешнем мире, жестокое и коварное Подземелье было кошмаром наяву.

Нельзя было не заметить, что она питала к амазонкам ненависть.

«Ты явно должна нас недолюбливать. Если позволишь нам умереть, с этим ничего не поделать», — это всё, что в тот раз сказала ей Айша.

Тогда её тело было залито кровью, взгляд отведён в сторону, а эти слова брошены в сторону девушки-ренарта.

— ААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААА?!

После того как Оука срубил правую голову монстра особым приёмом, Амфисбаэна пришла в ярость.

Однако,
пока у дракона осталась левая голова ничто не помешает ему бесноваться.
Гравитационное поле исчезло, ничто больше не сдерживало его движений.
Оставшаяся пара глаз монстра налилась кровью. Левая голова распахнула
пасть, готовая изрыгнуть струю пламени.

Синий напалм в горле
дракона, казалось, стал сиять ярче. Монстр использовал остатки
вырабатываемой им жидкости, чтобы выдохнуть последний, самый мощный
поток синего пламени.

Вельф и Дафна попытались напасть после Оуки и отрезать вторую голову, но не успели вовремя.

Атака дыханием, достаточно мощная, чтобы поджечь всю оставшуюся пещеру, началась раньше.

Лили и остальные застыли, словно статуи, смотря на свет неизбежного разрушения.

Символ разрушения был готов спалить себя на глазах авантюристов.

Айша бросилась в атаку.

Может
она действовала инстинктивно, может её направляла какая-то великая
сила. Но в самом отчаянном из положений, когда ни бешенный натиск, ни
чтение заклинания не могло остановить безумное пламя, Айша бросилась
вперёд.

Пригнувшись как пантера и собравшись с силами она вложила всё в единственный рывок.

«Разве я могу позволить вам умереть?» — в голосе отвечавшей Айше Харухиме слышалась сдавленная горечь.

Она была лишённым решимости, слабым и скромным созданием, потому и не могла вынести жестокости жизни.

Но люди, стоявшие на поле боя, были людьми, которых она хотела спасти, если могла.

Я буду петь, пока моё тело не исчезнет из этого мира.

Такую клятву она дала сама себе.

Она пела раз за разом.

— Расти.

И от того, что она повторяла распевы день за днём, её заклинание стало быстрее.

— ?!

Нарастающая магическая сила поразила девушку-полурослика.

У целительницы, использовавшей своё заклинание множество раз по спине, пробежала дрожь.

Гигантский золотой молот появился в центре пламени. Глаза дракона, увидевшего золотую энергию, округлились от удивления.

Заклинание ускорилось, синее пламя начало выгорать.

Ускоренное
чтение — одна из вершин основных магических техник. Сплетающееся с
неимоверной скоростью заклинание было призвано спасти товарищей и
принести победу в бою.

Харухиме не делала ничего, кроме чтения
заклинания, и этот навык развился у неё со временем. Это была
единственная закалённая способность девушки-ренарта, использовавшей одно
и то же заклинание множество раз. После сотен и даже тысяч прочтений в
скорости его использования она могла потягаться даже с первоклассными
магами.

— Заточи божественные подношения в этом теле. Пусть прольётся на него золотой свет.

Песнь Харухиме разносилась по пещере.

Отбросив
осторожность, которую она обычно соблюдала, девушка тараторила
заклинание, несмотря на высокий риск подрыва собственной магической
силы.

Единственным, на что она была способна, это чтение заклинания.

И
поэтому она была готова пожертвовать телом и душой, чтобы прочесть
заклинание достаточно быстро, и оно успело помочь отважным авантюристам.

— В молот и на землю, да падёт на тебя благословение удачи!

Она открыла глаза и отыскала взглядом женщину-воителя, бежавшую за морем синего пламени.

— Расти!

Айша, со всех ног бежала к боссу этажа, отрываясь от земли.

— Давай его мне, Харухиме-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е!!!

Молот света опустился на прокричавшую приказ Айшу.

— Uchide no Kozuchi!

Искры обрушились на Айшу, зарядив её тело частичками света.

Окутанная
золотым свечением поднятия уровня амазонка взревела и ринулась на босса
этажа, преодолев пределы своей скорости. Она словно превратилась в
стрелу, сотканную из золотого света.

Оттолкнувшись от кристаллов,
она пролетела сквозь зарождающийся поток синих искр. В то время как
дракон наполнял лёгкие для дыхания, амазонка прицелилась в его глаз.

— …

Одержимый яростью монстр осознал ошибку слишком поздно.

Обычно,
пока левая голова готовилась к атаке дыханием, правая отгоняла врагов.
Но сейчас правой головы больше нет. Ничто не могло защитить левую голову
от удара.

Амазонка неслась как безумная. Её скорость и
расстояние, которое она покрыла невозможно было преодолеть ни с
четвёртым, ни с пятым уровнем.

Всего один путь вёл к дракону
через озеро. Мост из льда, оставшийся после последней атаки Хийо, ценой
которой стало разрушение магического клинка.

— О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О!!!

— А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А?!

Рёв дракона и авантюристки слились воедино.

Монстр,
намеревавшийся спалить женщину-воительницу, а за ней и всю пещеру, был
готов выстрелить струёй пламени. Огненная жидкость уже добралась до его
рта. Однако объединённый свет Харухиме и Айши был сильнее.

Вспышка.
Айша пронеслась в воздухе золотой кометой и хвост этой кометы ударил в
середину огромной шеи дракона. Одна из огромных чешуек треснула, удар
пришёлся в плоть дракона. Клинок Айши прорезал прочную шею монстра под
головой.

Мгновение спустя накопленная горючая жидкость вырвалась из раны, нанесённой амазонкой.

— А-а-а-а-а?!

Будто из пробитого шланга синий напалм потёк по шее дракона.

Сжигаемая
своим собственным пламенем Амфисбаэна завертелась. Хуже всего было то,
что мощный взрыв раздался прямо в её рту, босс этажа выл, отщутив на
себе мощь своего же пламени.

— Приди, дерзкий завоеватель!

На этом Айша не остановилась.

— О отважный воитель, могучий герой, алчный, жестокий заступник.

Приземлившись
на кусок льда, едва держащийся на воде, она снова бросилась к
Амфисбаэне. Она атаковала дракона комбинацией быстрых, диких ударов, не
давая ему сбежать под воду и продолжая в бою читать заклинание:

— Яви своё желание руки королевы.

Она
оттолкнулась от одной из больших льдин и налетела на босса этажа с
такой огромной скоростью, что Вельф и остальные авантюристы на берегу не
могли различить её движений.

Перед их взглядами лишь успевали
мелькать золотые искры, которые тело Айши оставляло за собой. Она
исполняла боевой танец, достойный дарованного ей титула Антианейры.
Стоны дракона были заглушены последними словами заклинания:

— Мой голодный клинок Гипполит!

Мощный
прыжок. Амазонка воспарила над горящим драконом. Она летела к центру
драконьего тела, тому месту, где должен был быть магический камень,
занеся для удара подао. С силой, которую ей добавила Харухиме, она
нанесла удар.

— Адский Хаос!

Подао ударил тело дракона, разрядив накопленный магический свет.

Удар
меча алой волной рассёк плоть монстра и погрузил оружие внутрь.
Прорубаясь сквозь реки драконьей крови, он добрался до тёмно-фиолетового
кристалла, погребённого за массой плоти, и расколол его.

— ?!

После
уничтожения магического камня Афисбаэна начала рассыпаться, её тело
охватило лазурное пламя. Пепел монстра разлетелся в разные стороны,
когда взорвались остатки горючей жидкости.

Пещеру сотряс мощный взрыв. На секунду всё вокруг обдало волной жара.

Наблюдая за боем из пламенного моря, девушка-ренарт слабо улыбнулась и лишилась сознания, упав лицом в пол.

Как
только взрыв утих, Лили, прижавшая к лицу руки и наклонившаяся вперёд,
чтобы её не снесло ударной волной, прокричала имя амазонки:

— Сударыня Айша?!

В
хлопьях пепла, кусочках добычи и осколках фиолетовых кристаллов,
пролетавших мимо и поблёскивавших в воздухе, она увидела падающую в
озеро Айшу.

Когда авантюрист проводит мощную атаку и оказывается к
ней так близко, ему не избежать последствий. Лили и остальные
наблюдали, как Айша падает в воду, застыв от страха… но уже через
секунду воительница выплыла на поверхность воды с мокрыми волосами.

— …

Обнажённая
бронзовая кожа рук была покрыта ожогами. Всё же, учитывая масштабы
взрыва, который она пережила, её глаза блестели очень живо. Она медленно
выбралась на отмель, частички света защищали её тело.

На одной из её рук виднелось синее пламя, а рукоять подао, которое волочилось за ней по воде, прижглась к руке.

Авантюристы бросились к ней, но амазонка остановила из взмахом руки и отправилась к морю пламени на побережье.

— Харухиме…

Левой
рукой она достала фиал противоогненного зелья Персея, скинула крышку и
полила им пламя на другой руке. От руки пошёл дым, зелье сработало.
Остаток зелья амазонка расплескала перед собой и вошла в слабеющее
пламя. Со стороны могло показаться, что она входит в море пламени.

Айша подошла к Харухиме, лежащей лицом вниз под огнестойкой робой, и взяла девушку на руки.

— …Айша…

— Ты довела его до идеала, да… глупая лисичка.

Айша
улыбнулась девушке. Глаза Харухиме округлились, она лежала в объятьях
амазонки. Она слабо улыбнулась и устало опустила голову на грудь Айши.

Когда
они вернулись к остальным, первыми их встретили Лили и Кассандра, их
глаза были наполнены слезами радости. Несмотря на то, что Роба Голиафа
поглотила столько жара, что обжигала Айше руки, амазонка почти этого не
чувствовала.

— Ты меня спасла, Харухиме…

Девушка-ренарт не
открыла глаз, но слышала слова, которые Айша шепнула ей на ухо. Будто
старшая сестра похвалила младшую за взросление.

— Микото! Оука!

Тем
временем Чигуса побежала по ледяному мосту к тому месту, где взорвалась
Амфисбаэна, и прыгнула в воду, покрытую плотным слоем пепла.
Использовав закончившееся гравитационное заклятие в качестве ориентира,
девушка бросилась спасать тонущих авантюристов.

Она очень быстро нашла Оуку и Микото, тела которых покрывали раны и вытащила их на мелководье. А потом побежала за Кассандрой.

— Слушай! Это было безумно, нет правда, но ты в порядке?!

Подоспевший Вельф подставил Оуке плечо:

— Хватай руку, здоровяк!

Пламя всё ещё горело на побережье озера, потому авантюристы собрались на крупной льдине.

— Все живы…

— Мы побили босса этажа своими силами!

Кассандра и Лили не могли скрыть радости, используя на авантюристах целебные предметы.

На
плече, руке и ноге Микото раны были очень глубокими, а множество её
костей переломало от гравитационного заклинания. Её глаза были закрыты,
но она дышала. Харухиме пострадала от истощения разума и едва находилась
в сознании. Почти всё тело Айши было обожжено, но стойкость
авантюристки четвёртого уровня позволяла ей даже стоять на ногах без
поддержки.

— Праздновать рано… но вы, ребятки, неплохо справились.

Им
едва удалось побить босса этажа, но похвала Айши была искренней. Словно
в признание заслуги авантюристов желчь Амфисбаэны, один из самых ценных
предметов добычи, вынесло на плавучую льдину. Вельф и остальные
улыбнулись, потому что стоило Лили это заметить, как она бросилась
собирать жидкость.

Они собирались крикнуть в честь своей победы, но их прервал громкий удар о землю.

— !!!

Подземелье не дало авантюристам насладиться тёплым ощущением победы, снова обнажив свои клыки.

— Что теперь?

— Пол, кажется, трясёт?!

Вельф и Чигуса выразили своё замешательство, а пол Подземелья начал разрушаться с пронзительным треском.

Сначала
раздался взрыв, такой мощи, что часть лабиринта рухнула, потом сверху
упали корни, потом Амфисбаэна прыгнула в воду всем своим весом и,
наконец, босс этажа залил всё вокруг напалмом. Пещера не выдержала
яростной схватки и начала разрушаться.

— Вам не кажется, что у нас всё плохо?!

Яростный
рёв Подземелья, который, впрочем, мог быть его жалобным стоном. Как бы
там ни было, огромные куски кристаллов начали падать с потолка, порождая
жуткие звуки ударов и поднимая волны в озере, когда приземлялись в
воду. Бледные, паникующие авантюристы использовали оружие, чтобы
отбивать тяжёлый град.

— А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!!!

Кричал кто-то не из их группы. Когда Альянс Паствы Гестии
повернулся, они увидели четверых авантюристов, стоявших на кристальном
мосту ведущем к выходу с этажа от Великих Водопадов в северо-западной
части пещеры.

Одним из них был вервольф. Тот самый Тёрк, который
разжёг пламя охоты на Ледяной Ветер в Ривире. Он же претворял в жизнь
план Джуры на двадцать пятом этаже.

— Ты нам соврал, Джура-а-а-а! Ты не говорил, что всё так обернётся!

— Вот мудаки!..

Должно
быть четверо авантюристов сбежали от взрыва, который разрушил часть
Подземелья и достигли верхней части пещеры. Айше было противно смотреть
на людей, которые были ответственными за всё случившееся и посмели
жаловаться на поверхности.

Приведённые в ужас четверо авантюристов бежали по кристальному мосту с явным намереньем покинуть этаж.

Они
приземлились над головами Айши и остальных, на куполе из древесный
корней, всё ещё занимавшем большую часть пещеры. Несмотря на то, что
корни уже почти охватил напалм, Тёрк не раздумывая повёл на них
авантюристов. Когда пламя перекинулось на рюкзак одного их бежавших, тот
превратился в огненный шар и начал вопить:

— Не хочу умирать, не хочу! Я не хочу здесь сдохнуть!!!

Остальные
члены его группы, мокрые то ли от слёз, то ли от пота, окружённые дымом
и пламенем, цеплялись за жизнь, бросившись к холму в западной части
пещеры и начав карабкаться по нему наверх.

Иронично, но именно они подсказали Айше и остальной группе, как отсюда сбежать.

— Они пробежали по корням огромного дерева!.. Не значит ли это, что выходы с этого этажа можно использовать?!

Строго
говоря спуск и подъём по отвесным стенам не смогли бы осилить даже
авантюристы первого ранга. Однако сейчас, благодаря корням, забираться и
спускаться по холму было относительно легко. Раз эти авантюристы
пробежали по дороге, ведущей по краю холма, с этажа можно сбежать,
используя проход в южной его части.

Сейчас это единственный путь из разрушающейся пещеры.

— Ну, выбирать сейчас не приходится!.. Если останемся здесь, будем погребены под кристальными осколками!

В лучшем случае, шансы подняться по холму наверх с двумя раненными членами в группе пятьдесят на пятьдесят.

Единственный
путь из-под корневого купола виднелся на южной стороне. Увидев, как
пламя продвигается к выходу с каждой секундой, Айша криком приказала
группе бежать туда:

— Давайте отсюда выбираться! Заберёмся по западному холму!

— Стойте!!! Сударь Белл ещё внизу!

Этому плану возразила Лили.

Она
указала на северо-восточный холм, тот, к которому стремилась вода
Великих Водопадов и который вёл на двадцать шестой этаж. Она говорила,
что группа должна войти в лабиринт, ведущий на двадцать шестой этаж.

— Я тоже против. Мы должны спасти Белла, пока отсюда не ушли!

— Я понимаю, что вы чувствуете… но!..

— В таком состоянии Микото и Харухиме!..

Вельф поддержал Лили, против выступили Оука и Чигуса.

Чигуса со слезами поддерживала подругу детства, которая так и не пришла в себя и лежала без сознания.

— Как вы!.. Вы придурки?! Вы хоть видите, что происходит!

Из-за
занимаемого в группе положения и боевого опыта слова Айши были в этой
группе самыми весомыми. Она кричала на Лили и остальных, её лицо
скривилось от беспокойства.

Ни Оука, ни Чигуса, ни она не хотели
бросать Белла. На самом деле, она хотела спасти его едва ли не больше
всех остальных. Однако в текущем состоянии группы, сразу после
смертельной схватки с боссом этажа предложение Лили было
самоубийственным. Микото и Харухиме не могли сражаться. Большая часть
оружия и предметов была сломана или использована. Они не могли бросаться
на поиски пропавшего товарища.

Помимо прочего Айша не могла не думать о девушке-ренарте, по прежнему лежащей у неё на руках.

Айша
понимала, что придётся противопоставить девушку Беллу, и склонялась в
её пользу, но тут ослабленная рука потянулась к её плечу.

— Айша… сама… пожалуйста… забудьте обо мне!..

— !..

— Пожалуйста, помогите Беллу-сама!..

Айша прикусила губу, увидев, как Харухиме цепляется за остатки своего сознания, лишь бы договорить.

— Мы не можем оставить сударя Белла!

— Но, если останемся в Водной Столице!..

Лили, Вельф и Харухиме хотели спуститься ниже.

Айша, Оука и Чигуса хотели уйти.

Группа разделилась.

Они растеряны. Даже Лилирука и Антианейра!

Дафна оказалась посреди двух крайностей.

По её щеке потекла капля пота, она заставляла себя быть объективной. Только она, не имевшая тесной связи с Беллом и его Паствой, могла трезво оценить ситуацию.

Оставаться здесь нельзя! Это безумие! Нужно как можно быстрее отсюда уходить!

Естественно, она приняла сторону тех, кто хотел сбежать. Это было очевидное решение.

Учитывая частоту аномалий, которые случилось на этом этаже, выбраться из Подземелья необходимо как можно скорее.

Но
я уверена, что обрушился только этот этаж. Двадцать седьмой этаж на два
этажа ниже! Там всё должно быть нормально! Именно Белл Кранелл мог там
выжить!..

Ей в это не верилось, но на первое место Дафна
ставила безопасность группы — такова роль командира, и в этот момент она
легла на плечи Дафны Лаулос.

Мнения разделились три к трём. Если я скажу, что нужно отступать, так и поступит группа!

Дафна знала, что в таких сложных ситуациях решение будет за большинством.

Она должна удостовериться, что члены Паствы Гестии не поведут их неверным путём.

Тяжело вздохнув, Дафна приготовилась говорить.

— Клетка отчаянья… станет гробницей… спасения себя…

Однако донёсшиеся до неё слова стоявшей рядом девушки остановили Дафну.

—
Огромное дерево в огне, пол содрогается… Клетка отчаянья станет
гробницей… а что может в таком положении означать «самоспасение»?

На неё уставились все.

Бесконечный
кристальный град сыпался на Кассандру, синее зарево освещало её лицо,
девушка продолжала бормотать, погрузившись в собственные мысли.

— …Кассандра?

Опущенные глаза не видели происходящего.

Она смотрела куда-то ещё, словно вспоминая события, которые происходили в прошлые разы, словно пыталась к чему-то подвести.

— Время пророчества. Это развилка, разделение дороги, место, где судьба меняется…

Взгляд Дафны остановился на Кассандре, пребывавшей в подобии транса, словно оракул или храмовая жрица.

Гробница
символ смерти. Но если у нас есть время на спасение, получается, смерть
не неизбежна. С другой стороны, после принятия неверного решения
пророчество заберёт мою жизнь.

Кассандра была погружена в собственные мысли.

Семнадцать
строк пророчества были выжжены в её сердце. Словно умоляя надвигавшийся
кошмар остановиться, она напрягала голову, пытаясь понять их суть.

В мире, оторванном от реальности, предвестница трагедий пыталась понять истинную суть своего предсказания.

Получается, вещь которая меня сейчас терзает это «гробница», и есть решение?

Кассандра
должна была прийти к выбору. Это определит будущее группы. Определённо,
группа разделилась вместе с мнениями: остаться или бежать. Кассандра
знала, что принятое группой решение предопределит их судьбы.

Не забывай. Ищи ничтожный свет воскресающего солнца.

Собери осколки, освети пламя, взывай к солнечному свету.

Остерегайся. Таков будет пир бедствий…

Вспомнив
всё пророчество, девушка поняла, что они преодолели четырнадцатую
строчку, в которой была отсылка на гробницу. Осталось три строчки
пророчества.

Семнадцатая просто заключает, подводя под
пророчеством итог, сейчас её можно игнорировать. Но две сточки до неё —
это предостережение, которое поможет избежать смерти!

Строчка,
которая начиналась с «собери» никак не совпадала с текущим положением,
предполагающим два исключающих друг друга решения, поэтому её тоже можно
отбросить.

Значит, всё сводится всего к одной строчке, звучавшей «Ищи ничтожный свет воскресающего солнца».

«Свет»
означает… надежда? И я должна выбрать, что именно относится к
«воскресающему солнцу»? Но что это «солнце»? Что это «солнце» из себя
представляет? В Подземелье нет «солнца»!!!

Не знаю, не знаю, я не знаю!

Что ей выбрать? Что должно направить её решение?

Чего я хочу?

Я не хочу, чтобы эти люди умерли.

Я хочу пойти туда, где он. Не дав никому умереть, я хочу пойти в то жуткое место, в которое пришлось идти ему.

Кассандру терзал выбор, который перед ней встал, и она начала добавлять к размышлениям свои эмоции.

Вернуться или остаться?

Двадцать четвёртый этаж или двадцать шестой?

Вверх или вниз?

Путь по холму на западной стороне или спуск в пещере через восток?

Вдруг Кассандра вздрогнула, будто от тока.

Свет,
который они видели… был ли он единственным шансом на спасение?
Воскресающее солнце… на этом водном этаже не было ничего напоминавшего
солнце.

А это значит, что это нечто что нельзя увидеть глазами? Не человек? Не предмет?

Предположение, абстракция, аллегория.

Метафора.

Воскресающее солнце… солнце пропадает и появляется снова, закат и…

Кассандра повернулась и увидела его.

Проход, соединяющий двадцать пятый этаж с двадцать шестым на юго-восточной стороне.

Пещера, которую должны были уничтожить древесные корни.

Тряска этажа изменила то место настолько, что между корнями и землёй появилась трещина, в которую мог бы пролезть человек.

— …О.

Мелькнул свет. Перед глазами девушки мерцало подобие искр.

Части пророчества словно сложились в её разуме воедино.

Свет надежды, который позволит им избежать отчаянья и уничтожения, словно сам пришёл к ней в руки.

— На восток!!! — придя к заключению, Кассандра его выкрикнула.

— А?

— Все на восток! На двадцать шестой этаж, быстрее!!!

Она пыталась подогнать озадаченных членов группы. Её голос звучал, словно дикий порыв ветра, озадачив остальных авантюристов.

— Кассандра?! Что ты такое гово-?.. — побледневшая Дафна попыталась остановить завопившую подругу, но её голос был прерван.

— Я ошибалась, Дафна! Я была не права!!! Пророчество говорило не о человеке и не о времени!

— ?!

— «Воскресающее солнце» это направление! Всё это время я понимала это сочетание неправильно!

Предвестница трагедий прервала Дафну, рассказывая о своём пророческом сне.

Начиная
с похода на двадцать первый этаж, Кассандра пыталась понять значение
этой строчки. Она предполагала, что это предложение, как-то связано с
какой-то вещью или Аполлоном, или о том, что что-то должно произойти в
дневное время.

Но она ошибалась.

«Воскресающее солнце»
было метафорой рассвета, отчаянной мольбой, которая была всего лишь
нелогичной формулировкой пророчества. Странного, наполненного метафорами
пророчества.

Никто не верил в то, что она говорит таково было проклятье предвестницы трагедий.

Во взглядах её товарищей появились сомнения.

Мир
для Кассандры перевернулся, словно реальность пыталась нанести ей удар.
Она ощутила, как слёзы наворачиваются на глаза, а её колени
подкашиваются.

Всегда одно и то же.

Что бы я ни
делала, всегда происходит одно и то же.Что бы я ни говорила, никто меня
не слушает.Сколько бы я ни умоляла, никто никогда не слышит моей мольбы.

Всегда одно и то же.

Мир всегда издевается над моими усилиями. Мир всегда надсмехается над моей горечью.

Даже когда я набираюсь храбрости и пытаюсь бороться, когда кричу во весь голос, всегда встречаюсь с непониманием.

Столько раз мои отчаянные предупреждения ни к чему не привели. Столько раз моя решимость рушилась, как песчаный замок.

Снова и снова я ощущаю вкус поражения.

Раз за разом я срываюсь с края обрыва и лечу в темноту.

А что я могу сделать? Должно быть, я проклята.

Что я могу, что я могу? Что мне сделать?..

…Что это такое?

Когда
эти слова закрались в моё сердце? Когда я стала постоянно сдаваться?
Когда начала ощущать это отчаянье? Когда начала лгать? Когда перестала
бороться? Когда я перестала верить во всё и всех? Когда я поддалась
отчаянью?

Я правда перешла черту и теперь отвожу взгляд даже от лучшей подруги?

Ведь именно Дафна всегда разбивала мне сердце.

«Не позволяй слову «отчаянье» себя одолеть!»

«Посмотри в будущее! Поднимись!»

Это Дафна всегда придавала мне храбрости!

В её сердце снова зажглось пламя.

Вспомнив
слова и заставляя их снова и снова звучать в своём разуме, она
посмотрела на подругу пронзительным взглядом. Кассандра сжала кулаки и
закричала:

— Послушай меня, Дафна!

— !!!

Она наклонилась к поражённой Дафне, обращаясь к ней и только к ней.

— Я сдалась! Никто раньше мне не верил, и я решила, что никто никогда и не будет мне верить!

Прижав руки к груди, она решила обнажить свои настоящие чувства.

Отверженность, разочарование и отчаянье глубоко укрепились в её голове. Все воспоминания о прошлом причиняли Кассандре боль.

— Я всегда боялась! Мне всегда было больно! Мне было грустно, и я не хотела, чтобы мне было больно снова!

Слова лились беспрерывным потоком:

— Мне было страшно, и я пыталась не говорить того, что правда важно!

Когда она познакомилась с Беллом, она подумала, что наконец спасена.

Ей хотелось быть с ним рядом, нашёптывать ему на ухо и жить в фантазии, в которой он верил в то, что она говорит.

Но это было всего лишь мечтой.

Она так ничего и не сделала.

Ещё
ни разу она не встала наперекор миру перед готовящейся трагедией. Ещё
ни разу она не пыталась противостоять проклятию своего дара.

Она никогда не пыталась сказать нужные слова.

— Мне не важно, если это будет единственный раз, когда ты прислушаешься к моему пророчеству! Просто прислушайся!!!

Не поддавайся отчаянью.

Сопротивляйся проклятью, которое пытается нас разорвать.

Не поддавайся жалкой себе, боящейся быть отвергнутой и впасть в отчаянье.

— Дафна, поверь в меня!

Её слова прогремели в рушащейся пещере.

Протянутые руки схватили Дафну за руку и крепко её сжали.

Их взгляды встретились. В глазах Кассандры читалась искренняя мольба. Глаза Дафны дрожали, словно рябь на воде озера.

На одно-единственное мгновенье их сердца слились.

— …Ты же не думаешь, что я поверю в твои сны!

Дафна вырвала руку из рук Кассандры.

Наполненные слезами глаза Кассандры округлились, отчаянья в них было ещё больше, чем раньше.

…А потом Дафна крикнула.

— Все на восток!!! — она огласила своё решение.

Повернувшись к удивлённым авантюристам, она приняла сторону тех, кто хотел остаться в Водной Столице.

— …А?

Потом она повернулась к поражённой Кассандре.

— В твои глупые сны я не верю!

Щёки Дафны были красными. Она ткнула пальцем в подругу с криком:

— Я верю в Кассандру Иллион!

Дафна не верила в её пророчество. Она верила в свою подругу.

Всего за секунду Кассандра осознала, что сказала Дафна. Но для неё это была очень долгая секунда.

Слёзы полились из её глаз.

Покрасневшая Дафна схватила подругу за руку и бросилась бежать. Кассандра сжимала горячую ладонь Дафны.

— Быстрее! Торопитесь!!!

Дафна
кричала, убегая с Кассандрой к проходу на востоке. Остальные члены
группы рефлекторно последовали за девушками. Они приняли этот выбор,
потому что их голоса были решающими.

— Бегите! Бегите-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е!!!

Треск падающего потолка утонул в криках Айши, бежавшей сзади группы.

Поток
массивных осколков кристаллов преследовал авантюристов, перепрыгивавших
с одной плавучей льдины на другую. С треском пылающие древесные корни
начали обваливаться в озеро.

Жуткие всплески, рёв синего пламени и
повсеместный треск. Пытаясь не обращать внимания на реквием Подземелья,
Дафна и остальные перепрыгнули на восточное побережье озера.

Местом назначения был проход, ведущий на двадцать шестой этаж.

Достигнув расщелины между корнями и землёй авантюристы один за другим проскальзывали внутрь.

— ?!

Мгновенье спустя весь потолок пещеры издал жуткий треск.

Озеро оказалось погребено под обрушившимися в него обломками. Находившиеся в пещере авантюристы ощутили толчки.

— ГЬЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯ?!

Оказавшиеся
посреди разрушения Тёрк и его товарищи, спешившие к западному пути,
были засыпаны падающими обломками и упали с западного холма.

Рядом не было ни души, способной им помочь. Их забросало падающими кристаллами, словно в отместку за разрушение Подземелья.

— Фух… у нас получилось…

— Если бы мы попытались пойти на двадцать четвёртый этаж…

Лили и Чигуса были бледными. Посмотрев назад, они увидели, что проход, соединяющий этажи, уже обрушился и оказался заблокирован.

— ДАФНА-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!!!

Окружённая
товарищами, едва избежавшими смерти, Кассандра вцепилась в Дафну,
прижавшись щекой к подруге. Дафна покраснела и попыталась оттолкнуть от
себя Кассандру:

— Хватит ко мне липнуть! Ничего ещё не кончено.

— Спасибо, спасибо!.. Ты в меня поверила!..

Кассандра
двумя руками схватилась за шею Дафны, как ребёнок, хлюпая и улыбаясь
одновременно. Она не могла сдержать слёз радости оттого, что её подруга
наконец в неё поверила.

В ответ смущённая Дафна надула губы.

— Ладно, хватит вам миловаться! Поднимаемся! Они близко!

Напоминание
было сказано Айшей, прошедшей мимо девушек. Парочка подняла взгляды и
увидела, что к ним уже движется орда монстров, прямо из коридоров
двадцать шестого этажа.

«Ещё живы, да? Ну дальше вы не пройдёте», — словно говорили монстры.

— Беда не приходит одна!..

— Хватит бормотать, здоровяк! Мы так далеко зашли, значит просто обязаны дойти до Белла!

Оука
поднял потрёпанный Коугоу, Вельф встал рядом, подготавливая для удара
магический меч. Дафна и Кассандра также приготовились к бою. Не имевшие
времени, чтобы порадоваться своему спасению, авантюристы приготовились к
бою.

Авангард бросился в бой, передав всё ещё не способных двигаться Микото и Харухиме товарищам в задних рядах.

С первым взмахом подао амазонки, заставившим пролиться кровь монстра, битва авантюристов за выживание продолжилась.

----------

Глас молота

Они опоздали.

Даже Аня, которую большинство людей назвало бы глупой, это поняла, собственными глазами увидев этаж.

— Что это?!

— …Водная Столица всегдмя тмякая адская?

Руноа вздрогнула, голос Хлои был тихим.

Они стояли на краю холма, у прохода ведущего на двадцать четвёртый этаж.

Им открылось жуткое зрелище.

Над
ревущим морем синего пламени возвышались обгоревшие корни огромного
дерева. Озеро в центре было заполнено горой кристальных осколков, под
которыми могло быть погребено всё что угодно. Волны синего напалма не
унимались, обдавая этаж жаром и отправляя в авантюристок потоки горячего
пара. Хлоя не преувеличила, когда сравнила этаж с адом.

Стены и потолок были покрыты выбоинами, будто от них откусывали куски челюсти дракона.

Пейзажа, который можно было принять за водный рай, не было.

— Похоже в этой пещере босс этажа побесился… Ручаюсь что вы ничего подобного раньше не видели.

Даже
Цубаки не могла не прищурить незакрытый повязкой глаз, не отворачиваясь
смотря вниз. Картина была свидетельством отчаянной битвы, а не
естественным бедствием. Сколько времени прошло с того боя? Минуты? Часы?
Полдня? Амфисбаэну одолели?

Ясно было только одно.

Цубаки и её спутницы явились слишком поздно, чтобы помочь сражавшимся авантюристам.

— Так… Лю должмя быть на двадцать седьмом этмяже! Давайте быстрее спускмяться!
— крикнула Аня, помотав головой, чтобы отбросить роящиеся в разуме
вопросы. Несмотря на глупость она знала, что попытка понять, что здесь
случилось, к главной цели их не приведёт.

В творящемся внизу аду
уже никого не осталось. Что на земле, что на воде никто не смог бы
дышать в этом пламени. А те, кто там остался, сгорели бы заживо. Поиски
выживших будут пустой тратой времени.

В Ривире они услышали, что
группа преследователей Ледяного Ветра отправилась на двадцать седьмой
этаж. Столкновение с аномалией заставило Аню волноваться. Лица её коллег
стали напряжёнными.

— Идея, конечно, правильная и хорошая… но здесь же всё разрушено! Нам негде спуститься! Что нам делать?! — хмуро спросила Руноа.

Цубаки похлопала тупой стороной своего меча по плечу:

— Похоже, придётся спускаться по склону холма.

— Что? Вы же не серьёзно, мя?..

Хлоя недовольно прищёлкнула языком.

— В пещере нет ни одного монстрмя! Раз на нмяс не будут нападать, у нас получится! К тому же… мой стмярший брат спускался в одиночку! Рмяз у него получилось, то и у нмяс получится! М-мне тмяк кажется! — неубедительный голос Ани разлетелся по пещере.

— А, к чёрту всё, придётся идти так! — наконец выкрикнула Руноа.

Четверо девушек переглянулись и заглянули за край холма.

Прорываясь
сквозь раскалённый пар, они оказались на склоне. Не используя руки, они
побежали по почти вертикальной стене. Когда их ноги срывались вниз, они
вонзали оружие в кристальный холм, чтобы удержаться.

Хоть бесчисленное количество раз они почти срывались, поддерживая друг друга авантюристки упорно шли к двадцать шестому этажу.

----------

Том 14 Глава 8.2

— Чёрт!!!

Вельф рассёк двуручным мечом мермана.

Однако,
сразу после того, как получеловек-полурыба умер, новый мерман бросился
на парня прямо сквозь падающий труп. Кузнец мог лишь выругаться.

— Это что за издевательство? Им конца нет! — крикнул Вельф.

— Их безумно много!

— Они нападают с-со всех сторон!

Прокричали в ответ Вельфу Оука и Чигуса.

Группа
авантюристов двигалась по двадцать шестому этажу. Едва сбежав из
обрушившейся пещеры, они были вынуждены бежать, сражаясь с бесконечным
потоком монстров. Из-за того, что на двадцать пятом этаже случились
беспрецедентные разрушения, монстры стали очень чувствительны к
присутствию врагов.

Авантюристы не успели перевести дух, как на них обрушилась стая яростных водных монстров.

— Мы не должны с ними связываться! Это трата ценных сил!

Прокричав,
Лили запустила стрелу в глаз лидеру мерманов. Подобные выстрелы от
командиров группы и помощников, обычно не принимавших участия в бою,
были крайне редки. Главарь мерманов, находившийся среди орды монстров,
взревел и на мгновенье потерял возможность управлять подчинёнными.

Авантюристы воспользовались этим замешательством.

— Как быть! Если так пойдёт и дальше у нас не будет времени на поиски Кроличьей Лапки!..

Бросив
взгляд на Айшу, сражавшуюся с монстрами, напавшими с фланга, Дафна
убедилась, что путь к отступлению свободен. В этот момент на неё прыгнул
дьявольский монстр, от которого девушка отбилась своим похожим на
дубинку кинжалом. Не обращая внимания на жидкость, пролившуюся из раны
монстра по полу, Дафна бросилась бежать.

Капля чего-то — пота — хотя об этом она не знала, упала с подбородка.

— Сколько раз вы уже это повторили?! Когда мы спустились на двадцать шестой этаж, было решено, что мы будем искать Белла!

—
Знаю, знаю! И на разрушенный двадцать пятый этаж мы вернуться не можем!
Уж поверьте, я не хочу бросать вашего друга! Да и вас в этом не
убедить! Но всё равно!..

Дафна с Лили раздражённо препирались. В их взглядах читалось беспокойство.

Двадцать
шестой этаж сильно пострадал из-за катаклизма, случившегося на двадцать
пятом этаже. Стены были покрыты трещинами, указывая на то, что они не
справляются с оказанным на них давлением. Вода, бегущая в коридоре,
залила пол, выйдя из устроенного для неё русла, и промочила ноги
авантюристов. Кусочки кристаллов рождали в разуме картины
обрушивавшегося потолка. Казалось, лабиринт в любой момент может
обрушиться им на головы.

Жуткий рёв то ли пребывающих в замешательстве, то ли озлобленных монстров подогревал волнение авантюристов.

— В таком состоянии без понимания того, где он находится, шансы его найти почти нулевые!

— Пуф-ф!

Каждый раз, когда Лили заявляла, что нужно первым делом найти Белла, Дафна всегда указывала ей на реальное положение вещей.

Состояние
группы после столкновения с боссом этажа вызывало серьёзные опасения.
Разве они могут позволить себе поиски одинокого авантюриста в таком
опасном пространстве?

— И ещё, мы на этом этаже первый раз, нужно ставить безопасность в приоритет!..

Несмотря
на то, что двадцать шестой этаж считается частью Водной Столицы, для
большинства авантюристов группы это совершенно иной мир. Несмотря на
это, альянс Паствы Гестии проигнорировал обычные требования для
путешествия на новый этаж и отправился вниз, не раздумывая. Одного этого
обстоятельства было достаточно, чтобы Дафна, которая изучала
Подземелье, руководствуясь девизом «неспешно, осторожно и разумно», не
могла успокоиться. Прыжок прямо в пасть демонического Подземелья был для
неё сравним с безумием.

Но даже споря и перекрикиваясь с Лили,
Дафна не могла позволить себе перестать бежать. Было очевидно, что стоит
ей остановиться, как её захлестнёт орда монстров.

— Нам остаётся только двигаться! На двадцать четвёртый этаж мы вернуться не можем, пока Подземелье себя не восстановит, если оно себя восстановит! Так что молитесь, чтобы мы с ним столкнулись!

Группа двигалась по главному пути этажа, ведущему вниз.

Айша постоянно присматривала за авантюристами и пыталась поднимать мораль, что облегчало волнение Дафны.

Вдобавок, я не слишком люблю полагаться на других, но Ледяной Ветер должна быть на том же этаже, что и Белл!..

Амазонка
вспомнила и о том, что эльфийка, обвинённая жителями Ривиры в убийстве,
должна быть там же. Для Айши, вопрос её виновности уже ничего не
значил. Если они встретятся с ней и Беллом и заставят её помочь группе,
даже если заставлять придётся силой, у авантюристов появятся шансы
пережить эту гонку. Именно эта мысль убедила Айшу броситься в безумную
погоню за Беллом.

К сожалению, в подземелье царил такой хаос, что планам Айши не суждено было сбыться.

— Снова монстры!..

— Даже для аномалии их слишком много!

Чигуса
несла на спине Микото, так и не пришедшую в себя, а Кассандра несла
Харухиме. Оука и Вельф закричали, увидев новую стаю монстров. Монстры
появились из прохода впереди и теперь авантюристам пришлось свернуть с
дороги.

— Словно нас преследует каждый монстр этого этажа!..

Тяжело дыша Чигуса высказала предположение, которое сама считала преувеличением.

Однако, она попала в точку.

Все
монстры этажа, а точнее, водной столицы, ринулись к группе авантюристов
в поисках добычи. Словно в подтверждение этого жуткого предположения на
поверхность воды вырвалось нечто огромное.

— РО-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О!!!

— Что?! Кельпи?!

— Но это монстр двадцать седьмого этажа!

Удивлению Лили не было предела, даже у Айши округлились глаза.

Кельпи
— монстры, похожие на лошадей с синими гривами и шкурой. Они способны
бегать по водной поверхности также, как по твёрдой земле. Как и сказала
Лили, обычно они обитают на двадцать седьмом этаже. Эти прекрасные свиду
монстры считаются одними из сильнейших в Водной Столице.

— Он поднялся на этот этаж?! В такой момент?!

Ошеломлённая
величественностью и силой нового врага Лили закричала, но этот крик был
прерван целым хором воя монстров, раздавшимся в лабиринте.

Ламия, водяной и додор громко объявили о своём появлении. Все эти монстры обычно появляются не раньше двадцать седьмого этажа.

— Орда монстров? Массовая миграция?! Быть такого не может! — вскрикнула Дафна.

Монстры были красными от крови, кое-где за них зацепились куски плоти.

Вся
эта плоть принадлежала авантюристам. Авантюристам высоких уровней,
присоединившихся к охоте на Ледяного Ветра и сокрушённых клыками и
когтями бедствия.

Айша и другие члены группы не знали о
случившейся внизу трагедии. Поглотив тела множества авантюристов и испив
их крови, монстры стали ещё злее и яростнее.

Ещё крови. Ещё плоти. Продолжить пиршество.

В поисках кровавых подношений орда монстров оставила двадцать седьмой этаж позади и двинулась наверх.

— Что за чертовщина тут творится?

— У Подземелья спроси! Нам, авантюристам, откуда знать!..

Разумеется, Лили и остальные ничего не подозревали.

Айша, надеявшаяся найти укрытие в безопасной зоне, стала жутко раздражённой, осознав, что её планам не суждено сбыться.

К
счастью, из-за того, что Подземелье перешло к восстановлению двадцать
пятого этажа, на трёх этажах Водной Столицы не рождалось новых монстров.
Впрочем, тех, которые здесь остались, было более чем достаточно, чтобы
сокрушить группу авантюристов.

Авантюристы побледнели, поняв, что даже если им удастся справиться с кельпи, неизбежная смерть всё равно их окружает.

— !!!

— Ого!!!

Колени
Вельфа задрожали от вида величественного кельпи, бьющего копытом и
треплющего синей гривой. Это был один из сильнейших представителей
своего вида. Его характеристики намного превосходят характеристики
Вельфа и Оуки. Повышение уровня, много раз предоставлявшее им
божественную защиту и даровавшее победу, сейчас было недоступно.

Столкнувшись
с монстром двадцать седьмого этажа, группа начала наталкиваться на
стену, которую навыками авантюристов второго уровня, вроде Вельфа и Оуки
не превзойти.

— Гах!

Попав под удар монстра, Вельф был
отброшен. Ему удалось отразить прямой удар мечом, но он стукнулся спиной
о стену. Раньше подобный удар бы не вызвал ничего, но из-за того, что
стены треснули, в разные стороны полетели обломки кристаллов.

— Чёрт!..

Вельф, всё ещё уставший после боя с боссом этажа, стиснул зубы и попытался подняться, но…

— ?..

Кусок
стены покатился по полу, приковав к себе его внимание. Металлический
синий свет не совпадал с цветами полупрозрачных кристаллов Водной
Столицы. Естественный и редкий металл, порождённый Подземельем.

Кусок
металла был размером с отрезанный кулак, заключённый в синий кристалл.
Скорее всего он выпал из-за мощных повреждений, полученных этажом.

Из-за сильной кузнечной жилки Вельф уставился на кусок руды, остановившей движение у его ног.

— Не может быть… адамантит!

Он прекрасно понял, насколько редкий перед ним образец.

— Чего расселся, Игнис?! Поднимайся!

— А, точно!

Айша, сразившая кельпи, нетерпеливо прикрикнула на кузнеца.

Когда тот с облегчением поднимался, он рефлекторно подхватил кусочек руды и бросился догонять товарищей.

— Уо-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о!

— !!!

В этот момент раздался крик. Крик кого-то не из их группы.

Кричал человек, окружённый монстрами чуть дальше по коридору.

— Это… кто-то пришёл с двадцать седьмого этажа?!

Это
предположение Айши оказалось верным. Члены группы бросились на помощь
незнакомцу, отогнали монстров и спасли потенциальную жертву.

— Вы же из Ривиры…

— Сударь Борс!

Вельф и Лили увидели лицо мужчины. Крупный авантюрист, Борс Элдер, тяжело дышал.

Он представлял из себя жалкое зрелище.

Мощное
тело было покрыто ранами с головы до ног. Одежда была красной от крови,
несмотря на то, что никто не смог бы разобрать, принадлежит эта кровь
самому Борсу или монстрам, которых он убил. Повязка, которая обычно
прикрывала левый глаз, пропала, можно было подумать, что он потерял её
где-то по пути. Сложно было представить, что ему в одиночку удалось
зайти так далеко. Его руки и перчатки были разодраны и окрасились в
красновато-чёрный цвет запёкшейся крови, указывая на то, что ему
пришлось бить кулаками о прочные панцири и чешую.

— В-вы, ребята… Паства Гестии?.. Вы… выжили?..

Борс ошарашенно посмотрел на членов группы.

От
привычного высокомерия и бравады главы Ривиры не было и следа. В его
тоне слышалась радость, словно он только что очнулся от кошмара.

— Ты один? Что случилось с остальными членами отряда преследования?

Переполняемая
беспокойством Айша задала вопрос о том, что случилось на двадцать
седьмом этаже. Борс едва мог шептать, его лицо стало мрачным.

— …Я единственный, кто остался. Остальные… они мертвы.

— Что?

— О чём выговорите?.. Вы хоть понимаете сколько авантюристов с вами отправилось?!

— Не может быть, чтобы всех перебили!

— Ледяной Ветер убила всех, кто попытался на неё напасть?

Чигуса
первой нарушила воцарившееся молчание. Следом Дафна, Оука и Айша
засыпали авантюриста градом вопросов. Они не могли опровергнуть
сказанное Борсом, но их лица наполнились недоверием.

Несколькими
часами ранее двадцать седьмой этаж был залит кровью. «Лазурный поток
обагрится кровью», огромное озеро на двадцать седьмом этаже стало
багровым.

— Аномалия… монстр, с которым я никогда ещё не сталкивался, убил всех, кто со мной пошёл…

— …Великое бедствие.

Кассандра побледнела, а Борс содрогнулся, вспомнив о встрече с созданием, не принадлежавшим этому миру.

Только Кассандра поняла, что это и было «бедствие», о котором говорилось в её пророчестве.

— …Сударь Борс?!

В этот момент Лили издала разрывающий перепонки крик:

— Что случилось с Сударем Беллом?!

— Кроличья Лапка тоже… ему отрезало руку, а потом кости шеи… Наверняка он…

— ?!

— И Ледяной Ветер, тоже!.. Та эльфийка попыталась меня прикрыть!.. Все, вообще все умерли! Монстр всех перебил!!!

Слушая
об этой трагедии, Лили ощутила, как тяжело стало в её груди, словно её
пронзили мечом. Чем больше Борс говорил, тем сильнее распалялся.

Словно он лишился храбрости. Словно потерял надежду.

— Это ложь… враньё, враньё, враньё! Белл не мог умереть! Он не мог оставить Лили одну!!!

— Успокойся, Лил!

Вельф схватил кулак Лили, схватившей Борса за грудки одной рукой и готовившейся его ударить.

Впрочем,
на сердце кузнеца было неспокойно. Новость об убийстве авантюристов
высокого уровня и Белла, была подобна оковам, сковавшим ноги
авантюристов. Они застыли, эхом по проходу разнеслись крики Лили.

— О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О!!!

— ?!

Разумеется,
моральное состояние авантюристов монстров не беспокоило. Дикий вой
снова пробрал забывшихся на мгновенье авантюристов до костей. Секунду
спустя в проходе появилась новая группа монстров и бросилась на
авантюристов.

— Бежим!!!

Айша отдала приказ. Её товарищи
пришли в себя и повиновались. Подчиняясь инстинкту выживания,
авантюристы снова бросились бежать.

— УО-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О!!!

Для них окружающий рёв казался издевательским смехом.

Возвращение было невозможно, а в спуске они уже не видели надежды.

Их ожидали лишь тела множества авантюристов.

Группа вырвалась из «саркофага» и преодолела «отчаянье», а теперь настала очередь «пира бедствий».

Вибрации
от шагов множества монстров слились в завывание: «Сдайтесь!» Тусклый
свет кристаллов искажал тени врагов, заставляя их причудливо
трепыхаться. Монстры будто пытались сокрушить ослабшую волю
авантюристов.

— Проклятье!!!

Ругаясь, Вельф взмахнул
оставшимся магическим мечом, направив удар в преследовавших монстров.
Пламя, нетипичное для водного окружения, сожгло монстров, издавших
предсмертный рёв.

Раздался треск кинжала.

— !..

Последний Магический Клинок Кротцо начал разрушаться.

Вельф
с ужасом наблюдал, как рассыпается лезвие. Оука также скривился.
Момент, в который был утерян последний магический клинок, стал моментом,
в который вся группа может быть уничтожена.

Авантюристы не знали, что делать с неизбежной надвигающейся смертью. Неожиданно для всех Айша крикнула:

— Коротышка, доставай бомбы-вонючки!!!

— Что?! Мальборо?! Но они не работают на водных монстрах!..

— Не носы, глаза!

— !

Осознав,
что задумала Айша, Лили потянулась в один из карманов рюкзака и достала
оттуда пять вонючих мешочков. Весь запас бомб Мальборо группы. Она
бросила их в проходы перед приближающимися монстрами.

— У-У-У-У-У?!

Малое
количество монстров, остро ощущавших запахи, недовольно скривились,
большинство даже не придали значения упавшим на землю мешочкам. Мелкая
зелёная пыль поднялась в воздух от взрывов, заполнив целый участок
коридора, раздалась цепочка хлопков. Монстры напрочь забыли по
авантюристов, сбежавших в поднявшейся суматохе, и яростно набросились
друг на друга.

Айша планировала использовать не вызываемый Мальборо запах, чтобы отогнать монстров, а создать дымовую завесу, разорвав мешочки.

— Пора выбираться!!!

За
секунду до того, как вонючие бомбы запустили в воздух пыль, авантюристы
бросились в один из нескольких проходов, не заполонённых монстрами. Они
бежали так быстро как могли, удаляясь от главной дороги этажа. Разорвав
с монстрами дистанцию, авантюристы оказались в огромной комнате.

— !.. Это тупик…

Комната оказалась закрытой.

Она
была квадратной, со сторонами около тридцати метров и без источников
воды в ней. То, что когда-то было скоплениями кристаллов осколками
лежало на земле, возможно из-за разрушений верхних этажей. Вход был
единственным, это означало, что бежать отсюда некуда.

— Фуф…

Им нужно было выбираться и поскорее.

Каждый из авантюристов подумал об одном и то же, но авантюристы слишком тяжело дышали, чтобы говорить.

После
битвы с боссом этажа и продолжительного забега отдых был жизненно
необходим каждому члену группы. Им нужна была хотя бы минута, чтобы
перевести дух. Кроме того, вероятность, что Белл на самом деле умер,
парализовала их тела и мысли.

Мы в безнадёжной ситуации… и не избежали падения. Пророчество ещё в силе? Или мы его преодолели? Я приняла неверный выбор?

Кассандра продолжала задавать себе вопросы, на которые невозможно ответить.

Она
не знала, идёт ли группа к предсказанному ей финалу, или они уже сошли с
этого пути. Мрачные мысли возникали в её разуме, лишив её сил
настолько, что она не могла даже поднять головы.

Никто не мог пошевелить и пальцем, что уж говорить о чём-то другом.

— …Борс. Скажи нам, что видел на самом деле.

Вся группа пребывала в моральном истощении, лишь Айша нарушила молчание.

—
Расскажи подробно, что ты знаешь о монстре, напавшем на Белла Кранелла…
не свои депрессивные догадки, а что случилось на самом деле.

—
…Монстр отрезал Кроличьей Лапке руку, а потом ударил в шею. Такие раны
могут быть только смертельными. Хотя я видел, как Ледяной Ветер
использует на нём какое-то восстановление. Может быть… он остался жив.

— !..

Пристальный взгляд Айши заставил Борса прийти в себя и ответить.

Услышав
об этом, Лили и остальные словно воспряли. В их глаза вернулся свет.
Преображение было таким неожиданным, что глаза Кассандры округлились.

—
Слушайте. Наши планы не изменились. Мы отправляемся к безопасной зоне.
Может мы и будем на волосок от гибели, но по дороге мы будем искать
Белла Кранелла. Даже если это будет стоить тебе жизни, ты нам поможешь,
Борс.

— Э-эй?! Ты меня не расслышала?! Я сказал там жуткая зверюга на двадцать седьмом этаже!!!

— Какая разница? Назад нам всё равно не попасть.

— Я… никуда я не пойду! Я не спущусь в этот чёртов ад снова!

Айша угрожающе схватила возмущавшегося мужчину за грудки.

— Если осознаёшь в каком ты долгу перед Беллом Кранеллом и Ледяным Ветром… будь мужиком.

Слова
амазонки были тихими, но весомыми. На мгновенье Борс растерялся, но уже
через секунду в его глазах блеснула злость. Он не кивнул, соглашаясь с
Айшей, но перестал спорить.

Эта женщина сильна. Не только
характеристиками, она просто непоколебима… Даже оказавшись в такой
отчаянной ситуации, она не сдалась.

Кассандра смотрела на
черноволосую амазонку. Она была прекрасна, несмотря на то, что её
покрывал пот и кровь. Её слова не только заставили Борса замолчать, но и
объединили группу. Доказательством того были выражения их лиц, больше
не скованные безнадёжностью. Айша успешно восстановила желание бороться,
которое почти исчезло после новости о возможной смерти Белла.

Ни
Лили, ни Дафна, командиры группы, этого не могли. Только Айша, сильная и
закалённая боями амазонка, справилась с задачей. Глядя на могучую
женщину, Кассандра хотела стать такой же сильной.

— Раз мы собираемся идти дальше, лучше бы побыстрее выбраться из этой комнаты.

Размеренно проговорила Дафна. Её слова звучали тяжело, словно она пыталась свыкнуться с реальностью.

—
Может монстров мы и сбросили, но развилок по пути сюда практически не
было. Если не придумаем, как выбраться, нас сокрушит орда монстров…

Что
делать дальше? Что будет, если они смогут проскочить мимо стаи
монстров? Сколько битв их ждёт по пути на двадцать седьмой этаж?

Во взглядах авантюристов читались вопросы, которые они не стали задавать. У Дафны не было на них ответа.

Сердца
и разумы группы были едины, но это не улучшило их положения. У них нет
чёткого плана, позволившего бы им справляться с ордами монстров, или
убегать от них. В комнате снова стало тихо. Авантюристы слышали
отдалённый рёв. Смерть была всё ближе, волнение терзало авантюристов.

Лили
и Дафна отчаянно пытались придумать выход. Оука и Чигуса положили
Микото и Харухиме на пол, и, хмурясь, держали их за безжизненные руки.
Айша и Борс не сводили пронзительных взглядов со входа в комнату, ожидая
врагов. А Кассандра отчаянно пыталась понять суть последней части
пророчества.

…Что мы должны сделать?

И последний из авантюристов, Вельф, словно прирос к земле.

Как нам добраться до Белла? Как через это пройти?

Как и Лили он пытался подобрать решение.

Он снова и снова обращался к кажущейся неразрешимой задаче, пытаясь понять, что делать.

Если бы только у нас были магические мечи!..

Однако, вместо решения ему на ум приходили лишь несбыточные желания.

Я решил не дать моей гордости погубить друзей…. Точно, и я следую этому решению! Но магических мечей под рукой всё равно нет!

Он
мог лишь проклинать свою глупость за из-за того, что использовал все
мечи. Только это и самого себя за то, что всё это время делал мечи, так
быстро терявшие прочность. Оглядываясь на свои действия теперь, он мог о
них лишь жалеть.

Могу ли я чем-то им помочь? Что может предложить кузнец, чтобы отплатить этим авантюристам?!

Вельф зажмурил глаза, пытаясь найти ответ.

Он сжал кулаки и спросил у себя, чем он может быть полезен.

Всевышняя Гефест… что мне делать?

Он был размазнёй. Не знал, что делать.

И не мог не обратиться к ней.

Всегда, когда у него были неприятности, эта богиня была оплотом силы, у неё всегда находилось подходящее ему решение.

Если бы она увидела, как бесхребетен и подавлен сейчас ни на что не способный Вельф Кротцо, что бы она сказала?

Вельфу было дурно от того, что он пытается переложить свою ответственность на женщину.

Но ради своих друзей он отбросил стыд и сомнения, пытаясь найти в своих воспоминаниях и сердце хоть какую-то помощь.

Здесь, в Подземелье, что я могу?!

«Если у тебя под рукой молот, металл и доброе пламя, оружие можно сделать, где угодно…»

Он услышал голос богини, к которой обратился. Он увидел свет, к которому должен стремиться.

Божественное прозрение пронзило его разум.

Его глаза открылись.

Руки задрожали.

Слова, которые Гефест, богиня-кузнец, сказала ему в прошлом всплыли в его памяти.

Вельф мотнул головой, словно кто-то его ударил и осмотрелся.

Он
в комнате с одним входом и выходом. В рюкзаке Лили множество
инструментов. Наконец, у них остался огненный магический клинок, который
начал разваливаться, и руда, которую он схватил в Подземелье.

В треснувшем мече ещё виднелись остатки жаркого пламени, а кусок руды блестел словно сталь.

Вельф посмотрел на то, что держал в руках, и сглотнул.

Он принял решение.

Стиснув
зубы так сильно, что они чуть не треснули, распахнув глаза, в которых
пылало пламя шире, он сжал рукоять клинка и кусок руды.

Он поднялся, сделав шаг к товарищам.

— Эй, ребята.

В тишине комнаты раздался его уверенный голос.

Все посмотрели на Вельфа.

— Доверите мне свои жизни?

Авантюристы застыли, их глаза округлились.

Все они приняли его слова с замешательством, не зная, что он собирается сделать.

— …Кузнец, да ты шутишь.

Оука был единственным, кто догадался, о чём сейчас скажет Вельф.

Вельф окинул взглядом членов группы и произнёс:

— Я выкую магический меч прямо здесь.

Время застыло.

— …Что?

— Я сказал, что сделаю новый магический меч в этой самой комнате.

Вельф, сдерживая эмоции, ответил озадаченной Кассандре.

Магический меч будет создан в Подземелье.

В
том месте, где монстры могут появиться в любой момент, кузнец поставит
наковальню и обработает металл. Капли пота бежали по его лицу, но в
глазах не было и тени сомнений.

— Это невозможно! — закричала
Лили, услышав эту безумную идею. — Что за глупость!!! О чём ты думаешь?!
Изготовить оружие посреди опасного Подземелья, даже не в безопасной
зоне!

Айша и остальные застыли, только Лили давно знакомая с Вельфом на него кричала:

— Где инструменты? Горн? Где ты возьмёшь для него материалы?

Лили решила, что идея Вельфа невозможна, но парень ответил спокойным, тихим голосом:

—
Молот есть среди инструментов, которые я принёс для ремонта оружия.
Горн и наковальня тоже. А этот магический меч даст нужный жар.

Лили
растерялась, услышав чёткий ответ. Она начала рыться в рюкзаке. Как и
сказал Вельф, всё что нужно нашлось. Вельф взял в экспедицию все нужные
инструменты. С собой у парня была целая передвижная мастерская, и он ей
пользовался для ремонта оружия и изготовления Шарфа Голиафа.

— А материал я подобрал минуту назад.

Дафна и остальные наконец заметили тускло поблёскивавший адамантитовый кусок в руке кузнеца.

—
Слушайте, выбраться отсюда мы можем только положившись на магические
клинки. Чтобы смести этих чёртовых монстров и добраться до двадцать
седьмого этажа, остаётся положиться только на кровь Кротцо!..

Вельф попытался прояснить свои мысли.

—
Как только я примусь за работу, сражаться уже не смогу. Так что вам
придётся охранять меня, пока я не закончу магический клинок… Доверите ли вы мне свои жизни?

Неестественное
спокойствие воцарилось в комнате, словно её отрезало от всего
остального мира. Разбросанные повсюду осколки кристаллов поблёскивали
синим светом. Лили, Чигуса, Дафна и Кассандра были поражены, в их глазах
читалась неуверенность. Айша и Оука стояли в задумчивости.

Первым, кто нарушил тишину стал Борс:

— Слушай, Игнис… ты точно в своём уме?

«Я ещё никогда не встречал такого двинутого кузнеца как ты», — словно говорил глава Ривиры.

Вельф ответил на вопрос раздражённым криком:

— Да пусть даже и не в своём! Есть решение лучше?! Верите вы в меня или нет?! Отвечайте!

Вельф снова окинул авантюристов взглядом, остановившись на Айше.

Окончательные решения в этой группе принимала именно она, авантюристка второго ранга.

Прошла пара секунд, прежде чем она обратилась к кузнецу:

— …Справишься?

Один-единственный вопрос.

Прежде чем дать ответ, Вельф закрыл глаза и снова заглянул в своё сердце.

У тебя есть молот.

У тебя есть металл.

Единственный вопрос, горит ли твоё пламя?

— Конечно справлюсь!

Оно пылало.

Пламя в сердце Вельфа пылало сильнее, чем когда-либо.

Он открыл глаза и крикнул во весь голос:

— Пока у тебя есть молот, металл и доброе пламя, можно изготовить оружие, где угодно. Вот что значит быть кузнецом!!!

Непоколебимость его голоса заставила авантюристов вздрогнуть. Айша усмехнулась, даже не обратив внимание на удивление остальных.

— Тогда начинай!

Оука, молчавший всё это время тоже усмехнулся:

— Ага, сделай нам клинок!

Лили посмотрела на потолок, Дафна произнесла что-то себе под нос, а Чигуса сжала руки вместе, издав тихий вздох.

— Сукин ты сын, — произнёс Борс, ударив кулаком по колену, и насмешливо улыбнулся.

Пытаясь показать свою уважение к решению Вельфа, Кассандра набралась храбрости и кивнула ему.

Принятие, признание, доверие.

— Наши жизни…

Оука говорил за всех, хоть эмоции авантюристов и были разными.

— …в твоих руках.

Вельф бесстрашно ухмыльнулся.

----------

Том 14 Глава 8.3

Вельф снял бандану с шеи и повязал её на голову.

Это было скорее ритуалом, указывавшим на то, что Вельф стал кузнецом.

Он взмахнул почти развалившимся магическим мечом.

В
горне вспыхнуло яркое алое пламя, давшее мощный жар. У Вельфа не было
достойного топлива, вроде кокса, потому пришлось использовать взятый
Лили клык Амфисбаэны. Контакт яда с пламенем вызвал небольшой взрыв,
однако жар в горне удержался и начал нарастать. Передвижной горн
пришлось укрепить добытыми по пути предметами, вроде панцирей синих
крабов, которые должны были использоваться в качестве доказательства
выполнения экспедиции, потому даже переносной горн мог выносить очень
высокие температуры. Это всё было необходимо, чтобы появилась
возможность расплавить адамантит, один из самых прочных металлов.

Отдав
последние частички силы, огненный кинжал рассыпался на бесчисленные
осколки. Вельф сжал остатки оружия в ладони и склонился над пылающим
горном.

— Я начинаю.

Взяв металл щипцами, он осторожно, но быстро поместил его в огонь.

— Занимайте позиции! Не дайте монстрам добраться до Игниса!

Пламя
заревело, авантюристы, повинуясь команде Айши встали полукругом у
единственного входа. Айша, Оука, Дафна и Борс были впереди, Лили приняла
на себя командование, а Чигуса поддерживала передний ряд из-за спин.
Чуть дальше расположилась Кассандра, которую оставили присматривать за
Микото и Харухиме, всё ещё лежавшими без сознания, а в центре
квадратного зала работал Вельф.

Пытавшийся изготовить оружие
Высший Кузнец не мог сражаться. Остальные сдерживали монстров, чтобы он
мог сосредоточиться на своей работе.

— Хуфф… Хуфф…

Тяжёлое
дыхание заполняло комнату. Авантюристы тяжело дышали несмотря на то,
что монстры ещё не успели показаться. Дышать было непросто, поскольку
жар, пылающий в горне раскалял воздух и заставлял пот катиться по щекам
авантюристов. Лили и остальные были на грани, посматривая как Вельф
напряжённо всматривается в огонь.

Содержимое горна расплавилось
от мощного жара очень быстро. Улучив подходящий момент, Вельф извлёк
оттуда раскалённый металл. Адамантит превратился в красный, похожий на
карамель материал, окутавший синие кристаллы пещеры ярким оранжевым
светом. Тени авантюристов растянулись на полу и начали подрагивать.

Вельф положил металл на поверхность наковальни, взялся за молот, перехватив щипцы в другую руку, и задержал дыхание.

На мгновенье в зале воцарилась полнейшая тишина.

Кузнец сосредоточился и нанёс первый удар.

— Хуффф!!!

Ритмичные удары металла о металл начали следовать один за другим.

— Идея выковать что-то в Подземелье…

Дафна прижала руку ко рту.

— Ни к чему хорошему привести не может!.. — промычала она, посматривая в сторону кузнеца.

Авантюристы делали нечто неизведанное ранее.

Большинство авантюристов и кузнецов назвало бы это дурацкой затеей.

Божества слушали бы историю о затеявших что-то новое авантюристах с горящими взглядами.

Если у него получится, это станет небывалым достижением. Если не получится, эта попытка будет названа полнейшей глупостью.

Их тела будут погребены внизу, а смерти станут поводом для смеха для множества будущих поколений.

Вельф задумал варварство, на которое даже мастер-кузнец, Цубаки Коллбранде никогда не отваживалась.

…Изготовление оружия в Подземелье.

— Хуффф!!!

Вельф
громко выдыхал, его молот бил по яркому раскалённому адамантиту. Искры
сыпались в ритм ударов. Каждый удар молота заставлял Чигусу и Кассандру
подпрыгивать. Казалось, перед их глазами проносится вся жизнь.

Разумеется, оглушительный металлический стук начал привлекать монстров со всего Подземелья.

Звук молота словно отсчитывал секунды до их гибели.

Наконец, это началось.

— О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О!!!

Вой,
рёв и топот множества ног известил авантюристов о том, что огромная
орда разнообразных монстров несётся по проходу. Монстры, оставленные
авантюристами на перекрёстке, неслись прямо к ним.

— Адский Хаос!!!

Айша
активировала заклинание, как только начался натиск. Она прочла его
заранее и теперь монстры один за другим разрезались волной магической
энергии, несущейся по узкому коридору.

— Берите щиты и ставьте в проход! Нельзя дать монстрам прорваться в этот зал!

Повинуясь приказу Лили, Оука и Борс встали в проходе стеной, пытаясь сдержать натиск монстров.

Единственный
вход сократил количество монстров, способных в один момент атаковать
авантюристов, и ограничил их движения. Подобная тактика была одной из
самых эффективных для борьбы с ордой монстров в Подземелье. Недостаток
такой тактики заключался в том, что, как только хоть один монстр
ворвётся внутрь и начнёт бесноваться, у Авантюристов не будет ни единого
шанса продержаться.

Защита «врат» ценой даже собственной жизни была необходимостью для успеха задумки Вельфа.

— Ва-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а!

— Ублюдки-и-и-и-и-и-и-и-и!

Оука
пытался держаться против монстров, начавших бросаться всем своим весом
на щит, который он удерживал. Несмотря на то, что Оука приложил все свои
силы к удержанию себя на месте, удары заставили его оступиться.
Стоявший радом с ним Борс отчаянно пытался удерживать монстров
одолженным у группы Паствы Гестии щитом и наносил серебряным копьём
удары наобум.

— Не нужно их убивать! Бейте по ногам!

— Я даже прицелиться не могу!!!

— Нам нужна поддержка!..

Айша
и Дафна наносили удары с боков «стены», в то время как Чигуса,
вооружившись Шакья, метательными кинжалами Микото, и Лили пытались
атаковать монстров с расстояния. Находившаяся в самом тылу построения
Кассандра активировала магию восстановления, когда кто-то из бойцов мог
лишиться сил и не сдержать боевую линию.

Авантюристы перехватывали монстров одного за другим, под ритмичные удары молота.

— !..

Бам-бам-бам!

Словно отражая волнение в их сердцах, молот снова и снова описывал дуги в воздухе.

Мощный
жар опалял кожу Вельфа. Сочетание магического клинка и драконьего клыка
повысило температуру гораздо выше обычного, оплавляя даже ундиновую
ткань и заставляя Вельфа обливаться потом. Случайно упавшая на молот
капля пота с подбородка кузнеца с шипением обратилась в пар.

Град искр был доказательством силы, с которой он бил, хоть никаких доказательств и не требовалось.

Ловкость улучшала точность, с которой кузнец бил в нужные места куска руды.

Не обращая внимания на пылающий жар, Вельф использовал всю силу, храбрость и навыки, которые у него были для обработки металла.

Только вот…

— Дрянь!..

Металл
не принимал форму, которую Вельф пытался ему придать. Словно игнорируя
волю кузнеца, он превращался в какую-то неровную, странную фигуру.
Словно кусок металла был живым и не желал подчиняться.

Адамантит
считается одним из лучших редких металлов. Он обладает огромной
твёрдостью, поэтому его непросто обработать и выковать. Даже у именитых
Высших Кузнецов возникают с ним трудности.

Вельфу довелось
поработать с дирадамантитом, более податливой версией сплава, когда он
работал над бронёй Белла. Но чистая руда сопротивлялась обработке.

Определённо
его навыков не хватало. Возможно, ему не хватало опыта. Вырывающиеся из
горна языки пламени и отказывающийся поддаваться металл были признаками
того, что Вельф терял контроль над ситуацией.

— Как же так!..

Жалобы, впрочем, ничем не помогали.

Руки Вельфа начали дрожать, адамантит упорно отказывался поддаваться молоту.

Примеси в металле искрами летели в лицо кузнецу с каждым ударом, подогрев руду ещё Вельф вновь принялся её отбивать.

Времени нет. Нельзя мешкать. Я должен закончить меч быстро.

Только вот.

Хотелось бы мне угомонить сердцебиение.

Медленный, тягучий ритм отбивался в его ушах.

За три удара молота сердце делает всего один удар…

Вельф стал эпицентром временной аномалии.

Каждый
раз, когда он наносил удар молотом, время будто бы растягивалось.
Раскалённый красный металл приковал к себе всё внимание парня.

Сколько я уже работаю? Часы? Полдня? Или минуту?

Где я?

Изготовление
магического меча отличается от изготовления обычного оружия, однако,
как и обычные мечи магические нельзя изготавливать слишком быстро. Чтобы
сделать оружие, которое поможет группе выбраться из ситуации, в которой
они оказались, Вельф должен за очень краткий срок стать гораздо лучше в
ковке.

Волнение, граничащее с одержимостью, заставило Вельфа погрузиться в бездну ковки.

Я прикладываю все силы и навыки, которые у меня есть.

Я вкладываю всю гордость, веру в себя и волю.

Почему не получается то, что я хочу?!

— ГА-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!!!

— Гьяяяяяяя!!!

Рёв
монстров раздавался всё чаще. Контратаки авантюристов по орде монстров
слабели. На мгновенье в голове Вельфа мелькнуло волнение, но он не мог
позволить себе отвести взгляд. Если он отвлечётся, то у него ничего не
получится. А провал означает смерть. Отвлечение ведёт за собой
рассеянность. Худший из возможных исходов пожирал ментальные и
физические силы кузнеца.

Вельф начал утопать в бездонной бездне жара. Было чудом, что его молот ещё ни разу не соскользнул.

— Хуффф, хуфф, хуфф!..

Крупные капли пота катились по его лицу, дыхание сбивалось, мир словно растворился в вибрациях ударов.

Он уже не мог отличить лево от права, верх от низа, перед от зада.

Перед его затемняющимися глазами ярко светил лишь раскалённый кусок металла и его молот.

В это мгновенье эти два предмета стали для него целым миром.

Впервые в жизни он ощутил, что он в видении.

Я слышу голос.

Мир был окутан тьмой.

Посреди отчаянья, волнения и его собственных попыток отогнать эти чувства Вельф услышал голос металла.

«Слушай, что говорит тебе металл, прислушивайся к отзвукам и обрати своё сердце в молот».

Кредо семьи Кротцо он узнал ещё когда был ребёнком.

Эти
слова произносили дед и отец, которых он когда-то ненавидел. И они же
стали для Вельфа чертой, с которой он начал путь своего перерождения. И
сейчас в отзвуках металла он услышал вопрос.

Прислушайся.

К чему?

Зачем ты машешь мной, своим молотом?

Чтобы выковать оружие.

Зачем тебе нужно выковать оружие?

Чтобы выжить.

Ошибаешься. Я спрашиваю не об этом. И это не то, что тебе сейчас нужно.

Прислушайся.

Зачем тебе нужно выковать оружие?

Вопрос молота был задан голосом самого Вельфа, словно вопрос «Зачем?» был задан из глубин его сердца.

— Сударь Вельф!

Сквозь окружающую тьму в его мир прорвалась отчаянная мольба.

— Кузнец!..

Промычал мужской голос со стороны.

— Господин Кротцо!

За его спиной стояла девушка, которую он попросил не называть его по фамилии.

Боевые кличи авантюристов и голоса его друзей дрожали.

Я…

Я…

Я!..

— Я кую оружие ради своих друзей.

Ради Белла. Ради людей в этой комнате, его друзей.

— Чтобы спасти товарищей, которые в меня верят!!!

Оружие, которое он ковал ради кого-то, обладало особой силой. Оно сияло ярче остальных.

Да. Такова была правда. И она была очевидна. Как он мог забыть?

Ради друзей.

Чтобы они могли пойти и спасти Белла…

— Я!!!

Молот ударил по металлу гораздо громче. Он взвыл и отскочил обратно. Стук изменился.

Удары молота стали свободнее, сильнее.

Пытавшиеся
сдержать натиск монстров авантюристы заметили разницу. Бросая взгляды
на кузнеца, они видели, что глаза Вельфа пылают подобно пламени.

Меняйся, меняйся, меняйся.

Адамантит, самый твёрдый из всех металлов и не повиновавшийся молоту Вельфа раньше, начал менять форму.

Будто бы подчиняясь воле кузнеца, металл зазвенел и начал менять структуру, наконец в нём начал просматриваться силуэт клинка.

— Ого!!!

Кровь Вельфа кипела от восторга.

Мы никогда не выберемся с обычными магическими мечами.

Мы никогда не избежим опасности, если у магических мечей будет срок годности.

Мы никогда не сбежим из лап смерти с магическими мечами, которых ждёт неизбежное уничтожение.

Что он должен сделать?

Ответ был прост.

Он
должен изменить. Изменить саму суть обычных магических мечей, здесь и
сейчас. Он должен сделать оружие, которое превзойдёт магические клинки,
новое поколение оружия, стабильный магический клинок. Он должен изменить судьбу магического клинка и сделать самодостаточное оружие.

В тот судьбоносный день в прошлом он сказал об этом деду, Цубаки и Гефест.

Он
поклялся, что вместо ковки Магических Мечей Кротцо, он изготовит новое,
своё собственное оружие, мечи Вельфа. И он исполнит это обещание здесь и
сейчас.

Здесь и сейчас он сделает то, чего Вельф Кротцо не мог.

— Великолепно!!!

Он не готовился к изготовлению чего-то сособенного.

У него просто возникла идея.

То, что постоянно притягивало его взгляд.

Нет,
сказать так будет неверно. Подсказка, которая была ему нужна всегда
была рядом: клинок, выкованный богиней. Шедевр, который богиня кузницы
изготовила и заклеймила оружием-еретиком, также воплощал идеалы Вельфа, и
оно всё это время было в руках у Белла.

Подожди, Белл!!!

Белл бежал так быстро и взлетел так высоко, что поразил не только людей, но и божеств.

И Вельф, да будь он проклят, если бы он решил просто стоять и смотреть со стороны, как между ними разрастается пропасть.

Я от тебя не отстану!

Я отказываюсь тебя бросать. Я буду рядом с тобой, чего бы это не стоило.

Нет.

Я опережу тебя и пойду впереди.

Я превзойду тебя и Гефест тоже!!!

Поэтому!..

Я собираюсь покорить высоты, которые моей проклятой крови недоступны.

Я превзойду кровь, ставшую проклятьем, и добьюсь славы своими руками.

На коже Вельфа, не выдерживавшей высокой температуры, появился первый разрыв. Кровь зашипела, упав на молот.

Однако кровь Кротцо не испарялась, слившись с жаром она проникла в адамантит.

Проклятая
кровь, наследие мёртвого кузнеца полученное Вельфом, превратилась в
ослепительный жар, словно пытаясь повиноваться воле молодого кузнеца.

Его
тело работало в полубессознательном состоянии, разум отвергал
происходившее вокруг и посторонние мысли. Вельф создавал оружие по
фундаментальным законам, божественному наитию и перевёрнутой логике.

Словно разговаривая с адамантитом, Вельф претворял свой план в жизнь.

— Не продержится!

В это самом мгновенье по залу раздался треск разрываемого металла.

— Эа-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а!!!

Крик Дафны раздался следом за рыком Борса, вместе со щитом покатившегося по земле.

С победным рёвом поток монстров хлынул в зал.

То, что началось после этого, можно назвать описанием ада.

Намереваясь растоптать авантюристов, чьё построение рухнуло монстры атаковали их со всех сторон.

— Встаём полукругом! Не поворачивайтесь к монстрам спиной!

Группа
едва успела, повинуясь приказу Айши, встать кругом, но было ясно, что
долго они не продержатся. Монстры с каждой секундой сдвигали
авантюристов, заставляя их отступать.

Вскоре авантюристы были
загнаны к тому месту, где находились раненные и Кассандра. Авантюристы
встали в круг, и единственным местом в комнате, где не было монстров,
остался её центр.

Монстры окружали авантюристов со всех сторон, Кассандра ощущала, как силы покидают её тело, осматривая полчища врагов.

Бойцы отражали удары клыков и когтей, но едва с этим справлялись. Авантюристы дрогнули, когда монстры прорвались в зал.

По их лицам катился пот, от жара и ужаса, группа оказалась на грани уничтожения.

Отчаянье снова схватило Кассандру за горло, она сжалась и уже была готова закрыть глаза.

?..

Но как только её глаза закрылись, она кое-что осознала.

Звук…

Молот затих.

Мелодия кузницы, продолжавшаяся, несмотря на бушевавшую всё это время яростную схватку, остановилась.

Кассандра оглянулась, не зная, что это изменение означает.

— …

Она увидела блеск.

Ого!..

— Оука!

В
этот самый момент острые когти пронзили плечо Оуки, и, наконец, первый
авантюрист рухнул на землю. Чигуса выкрикнула его имя, когда несколько
мерменов налетели на него сверху.

Чёрные тени нависли над Оукой, у которого перехватило дыхание.

Жуткие когти почти его настигли, но спустя мгновенье их поглотило пламя.

— …Что?

— ГЬЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯ!

Языки пламени окутали мерменов, время застыло, как для авантюристов, так и для монстров.

Пламя исходило из центра комнаты.

Источником был парень, которого Лили и остальные всё это время защищали.

Все взгляды сошлись на Вельфе.

Как и уставившаяся на кузнеца округлившимися глазами Кассандра, никто не мог отвести от него глаз.

Кузнец стоял прямо.

Ундиновая ткань развевалась от волн жара, испускаемых горном, но его это не заботило.

В левой руке он держал свою бандану.

В правой лежал изящный алый меч.

— …О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О!!!

Монстры
пришли в чувство, ведомые инстинктом уничтожения. Отбросив
замешательство, они бросились на авантюристов, намереваясь устроить
кровавый пир.

— Не могла бы ты помочь?

— Что?

Монстры устремились на кузнеца со всех сторон.

Вельф, стоявший рядом с Кассандрой, не мог справиться с ними своими силами.

— Одному мне не справиться… Не могла бы ты взяться?

Кассандра уставилась на протянутую рукоять, магического меча, которую одной рукой держал кузнец.

Клыки и когти были всё ближе.

Авантюристы приняли защитные стойки.

Вельф положил вторую руку на рукоять, за которую схватилась Кассандра, и направил кончик меча в землю.

— Начали!

Для Вельфа этот момент был новым началом.

Он сделал первый шаг в достижении мастерства, которого достигла богиня кузницы.

Он сделал глубокий вдох.

Чтобы спасти друзей и привнести в этот мир свою волю, он хотел, чтобы название этого оружия было услышано всеми в Подземелье.

— Шикоу… Казуки!

Он ударил мечом о землю.

Во все стороны разошлась волна алого пламени.

— О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О!!!

Ровно в тот момент, когда монстры готовились сокрушить авантюристов, языки пламени ударили в них снизу.

Избегая
авантюристов, точнее, словно окутывая их защитной стеной, пламя
разошлось по залу подобно раскрывающемуся цветку. Его лепестки
расходились из кончика меча Вельфа и распалялись, затрагивая ноги
монстров.

Авантюристы стояли в эпицентре торнадо, окружённые
мощным пламенем, излучающим волны жара. За алой пеленой слышался рёв
горящих мерманов, кельпи, синих крабов и ламий.

Пламя было
настолько мощным, что сжигало даже защищённых от огненных атак водных
монстров. Разошедшиеся во все стороны языки пламени напоминали солнце,
спустившееся прямо в Подземелье.

— …А.

Догадка поразила Кассандру.

Самые
жуткие из строчек пророчества и навеянных им образов всплыли в её
памяти. В том сне повсюду были разбросаны внутренности Лили, Харухиме
утопала в море крови и была разодрана на части, тела Микото, Чигусы и
Оуки были перемешаны, Айша, несущая тело ренарта, упала от истощения и
была разорвана ордой монстров, а окровавленная Дафна со стеклянным
взглядом испускала последний вздох.

Пророчество явно показывало смерти, и его строчки обещали истребление, но в случае Вельфа оно было другим.

«Молот будет сокрушён…» Вельф потерял руки и ноги, жестокая картина. В
том сне его руки и ноги определённо были оторваны, но на этом всё.

В пророчестве смерть Вельфа не была закреплена словами, вроде «превращения в цветок плоти» или «раздирания на части».

Что если он мог потерять конечности, но остаться жив?

Последняя часть пророчества, предупреждение в шестнадцатой строчке, собирало всё воедино.

Собрать осколки — под осколками подразумевались конечности Вельфа. Кассандра, как целитель, подумала, что их нужно восстановить.

Распалить пламя — метафора, подразумевавшая зажигание огня в горне, для изготовления магического клинка.

И, наконец, взывать к солнечному свету — ответ на эту головоломку оказался прямо перед её глазами.

Могучее
пламя приняло форму солнца, чтобы защитить авантюристов, собравшихся в
круг. А «солнечный свет» уже успел спалить целую орду монстров.

Исцелять кузнеца, охранять его, пока он работает, и выжечь новый путь его магическим клинком.

Вот каково было значение шестнадцатой строчки пророчества.

Действия Кассандры изменили будущее, и потому Вельф не потерял конечности. Дафна и остальные также не умерли.

Кассандра победила в схватке с судьбой, не потеряв ни одного из товарищей.

…Она смогла предотвратить воплощение пророчества.

Предвестница
трагедии, осознав, что произошло словно приросла к земле, пламя
освещало её лицо. Её руки ещё сжимали рукоять магического клинка, она
подняла взгляд на стоявшего напротив парня.

Вельф смотрел на стену пламени, его губы медленно разжались:

— Точно… вот и начало. Начало моего пути к превосходству.

Для Вельфа это стало отправной чертой.

Он сделал всего лишь первый шаг в достижении уровня мастерства, которого достигла богиня кузницы.

Рукоять меча, которую он сжимал, была всего лишь продуктом подражания созданию Гефест.

Потому
он назвал этот меч Шикоу, Первая Вершина. Название указывало на его
амбиции достигнуть истинного мастерства и на то, что он понимает, что
находится в самом начале своей пути к цели.

Это начало его восхождения к вершине, первое из серии достойных творений.

Мощь
нового магического клинка зависела от магической силы его пользователя,
потому он никогда не истощится. Его жизненный цикл не предопределён
запасом вложенной в него энергии.

Этому мечу не суждено
развалиться, он отверг такую судьбу. Это магический меч Вельфа,
единственный на весь мир. Сила этого оружия пропорциональна силе его
владельца, меч будет развиваться вместе с ним. Для этой атаки Вельф
добавил магическую силу Кассандры, целительницы, к своей собственной,
чтобы усилить эффект меча.

Магические мечи Вельфа никогда не развалятся снова.

Никогда они не будут развращать гордость людей, которые их используют, и гордость кузнеца, который их создаёт.

Эти
мечи могут служить своим хозяевам всю жизнь, развиваясь подобно части
тела их владельца, и создавать связь, разорвать которую способна только
смерть.

— …Что же, ребята.

Рёв пламени прекратился, в
комнате снова наступила тишина. Дафна и остальные не сводили с Вельфа
взгляд. Вельф обратился к авантюристам:

— Я готов отплатить вам за то, что вы доверили мне жизни.

Он достал Казуки из земли и закинул его на плечо.

В этот момент Дафна на мгновение встретилась с Вельфом взглядом и покраснела.

Кассандра улыбнулась кузнецу, явно уставшему, но умиротворённому.

Оука также пришёл в себя и на его лице появилась улыбка:

— У тебя получилось!!!

Он, Айша, Борс и даже Лили принялись хвалить Вельфа.

Вельф слабо улыбнулся, а но спустя несколько секунд его взгляд стал серьёзен. Им нужно двигаться и как можно быстрее.

Оставив за собой кучки пепла, которые считанные секунды назад были монстрами, авантюристы выбежали из зала.

----------

Том 14 Глава 8.4

— ?..

Группа двигалась на полной скорости, внезапно, Цубаки обернулась.

— Что тмякое?

— А… Ничего, просто…

Впервые
Цубаки не знала, что ответить Хлое. Её просто поразило предчувствие,
шестое чувство кузнеца. Она хотела бы выразить его словами, но тут же
покачала головой. Если увлечётся глазением по сторонам, точно
споткнётся.

— О-О-О-О-О-О-О-О-О!

Коридор впереди был заполнен монстрами. Они кровожадно ревели.

Группа двигалась по двадцать шестому этажу.

Цубаки
и её спутницы преодолели спуск с холма, и уже на двадцать шестом этаже
появились гарпии, сирены и прочие крылатые монстры, отчего авантюристкам
пришлось спуститься в лабиринты двадцать шестого этажа.

— Зааа!

Цубаки направляла меч грубо, но умело, прорубаясь сквозь налетевшую на них жуткую орду.

Тихо,
словно из-за какого-то заклинания, множество монстров лишилось голов.
Вспышка стали рассекла длинное тело водного змея напополам, а потом
срезала голову кристальной черепахи.

Клинок, который Цубаки
держала в руках, назывался Бенишигуре, притягательная, похожая на
нагинату алебарда, без единой трещинки на клинке. Она изготовила это
оружие лично, и это было несравненное первоклассное оружие. Оно
рассекало всё подряд словно лепестки цветов, обагряя всё вокруг кровью и
подтверждая своё название, зимний алый душ.

Любой встававший на пути Циклопа монстр вскоре пополнял коллекцию мёртвых тел на пути.

— Разойдите-е-е-есь~~~~~!!!

Однако
и работницы «Щедрой Хозяйки» почти не уступали высокоуровневому кузнецу
в бою. У каждой из них была своя история, и потому их боевые навыки
обычными назвать было нельзя.

В то время как Аня наколола на своё
золотое копьё целый отряд мерменов, Хлоя рассекла на мелкие кусочки
катившегося в неё хрустального ежа клинком убийцы. А прикрывавшая их
Руноа одним безжалостным ударом боевой перчатки в грудь кельпи
превратила его в горку пепла.

Девушки быстро разбирались с
монстрами нижних этажей. Однако, как бы быстро они не справлялись, поток
монстров казался бесконечным.

— Мы, конечно, немногое знаем о Подземелье, но чёрт возьми!

— Агмя, тут всегда такмяя дикость творится?

Руноа и Хлоя переговаривались, сражаясь в бесконечной битве. Цубаки и Аня также не перестали размахивать оружием, отвечая.

— Если бы здесь так было всегда, трупам авантюристов числа бы не было!

— Это аномялия, точно! Рмяньше я таким Подземелье не видела, мя!!!

Лица
авантюристок искажало волнение, они прорывались через потоки монстров,
которые и не думали заканчиваться. Авантюристки считали, что Паства Гестии
могла уйти в безопасную зону, а положение Ледяного Ветра по-прежнему им
неизвестно. Однако прорваться вниз было непросто даже с Цубаки,
авантюристкой пятого уровня, что уж говорить об авантюристах, которым
недостаёт такой силы?

— Монстры воют как бешеные!..

Даже
Руноа, почти ничего не знавшая о Подземелье, понимала, что есть в рёве
монстров что-то необычное. Будто само Подземелье обезумело и не может
удерживать ситуацию под контролем.

— …У меня тмякое чувство, что рядом кмякой-то жуткий монстр.

— Что? Что это значит?

— Просто догмядка. Только… хвост дрожит. Может на этом этмяже, может выше или ниже, но рмядом что-то очень жуткое.

Цубаки
посмотрела на Хлою, кошкодевушка раздражённо прищурилась. Словно в
подтверждение своих слов она рефлекторно дёргала ушами, а её тонкий
хвост стоял дыбом. Аня и Руноа также заметно напряглись. Опыт общения с
Хлоей подсказывал им, что ощущению опасности глупой кошкодевушки можно
доверять.

Они даже не понимали, что, войдя на двадцать шестой
этаж, они отвлекли на себя немалое количество монстров и заметно
ослабили давление на другую группу, продвигавшуюся по этому этажу.

Не
знали они и того, что их появление позволило другим авантюристом
прорваться через стену монстров и оказаться на двадцать седьмом этаже.

Тем более, могли ли Цубаки и остальные знать, что из-за этого они поставили другую группу в неудобное положение?

— !.. Крик?!

Уши Ани поднялись. Среди рёва монстров она услышала человеческий голос.

----------

Том 14 Глава 8.5

— Двадцать седьмой этаж!

— Мы справились!

Вельф и Лили
восторженно крикнули, когда их ноги ступили на кристальный пол
соединяющего этажи прохода. Пройденный ими лабиринт не слишком отличался
от того, что они видели на двадцать пятом и двадцать шестом этажах.
Размеры кристальных колонн и коридоры были чуть больше.

— Хватит радоваться! Нам нужно двигаться дальше!

Айша не давала авантюристам и секунды отдыха, поторапливая их.

Она хотела добраться до безопасной зоны нижних этажей как можно быстрее.

— Монстры нападают!

— Отойди!

Огромная орда монстров тут же направилась к отряду, поэтому Вельф оттолкнул Оуку и оказался впереди отряда.

— Казуки-и-и-и-и-и-и-и-и!

Шикоу Казуки рассёк воздух. Из него вырвался мощный язык пламени и обратил орду монстров в головешки.

— Он снова это сделал!..

— Этот меч заметно сильнее старых!

Кассандра
и Дафна удивлённо уставились на пылающие останки монстров. Магического
оружия такой силы им видеть ещё не доводилось. Айша улыбнулась. В её
сторону полетел столб искр. После этого амазонка принялась охотиться на
появлявшихся из боковых проходов монстров, пока Вельф занимался главной
дорогой.

Магический клинок, который не треснет!.. Получается, он создал уникальное оружие?!

Красный
с алыми отливами меч ярко сверкал среди тусклого света. Именно это
оружие сыграло ключевую роль в их путешествии на двадцать седьмой этаж.
Авантюристы заманивали монстров в узкие проходы, а потом разом с ними
разбирались. Поскольку для ударов магическим мечом не нужны были
заклинания, орды монстров не приходилось сдерживать. Можно было выбрать
удобный момент, когда монстры подберутся поближе, и нанести удар, не дав
монстрам сбежать. С теми несколькими монстрами, которые выживали в
адском пламени, Айша и остальные разбирались очень быстро. Вдобавок,
авантюристов больше не сковывало волнение от того, что магический меч
Кротцо может быть уничтожен.

Магический меч Вельфа значительно
облегчил ношу израненной и уставшей группы и сделал практически
невозможную идею добраться до двадцать седьмого этажа реальной. Айша
молча признала заслуги кузнеца.

Всё же у неё возникла пара догадок.

Вместо того, чтобы разрушаться… кажется этот меч использует энергию разума владельца подобно заклинаниям.

Она
заметила признаки истощения на лице Вельфа. Невозможно пользоваться
такой ударной мощью безнаказанно. Судя по количеству проведённых
кузнецом атак, расход разума очень сильно превосходит даже постоянное
использование его антимагического заклинания.

— Игнис, давай сюда!

— Вижу!!!

Указав
направление взмокшему от пота Вельфу, амазонка молча поклялась себе,
что смерть ни за что не застанет её несущей парня-авантюриста на спине, и
потому удвоила усилия по устранению монстров. Размахивая подао налево и
направо, она расчищала путь вперёд не хуже магического меча Вельфа.

— …О нет!

— Не может быть, главная охотничья группа!..

Проходя по одному из коридоров многоуровневого лабиринта, авантюристы натолкнулись на жуткое зрелище.

Чигуса
побледнела, Оука замычал. Окровавленные кристальные стены были ещё
мокрыми, повсюду виднелись кровавые лужи, в которых лежали недоеденные
руки и глазные яблоки. Скорее всего это одни из авантюристов, которых
убил монстр, о котором рассказывал Борс. Вода неподалёку была розовой,
словно несколько тел утащили на глубину.

Эта сцена была
напоминанием о подобии жестокого пиршества, проходившего совсем недавно.
Айша изучила останки, радуясь, что Харухиме ещё не пришла в себя.

— Что за чертовщина тут появилась?!

Проходя
по цепочке мёртвых тел, которая была похожа на жуткий след монстра,
авантюристы пытались представить себе, какой кошмар мог убить всю
охотничью группу.

Этому монстру правда удалось убить стольких авантюристов?

Он ещё на двадцать седьмом этаже?

Белл и Лю смогли пережить столкновение с бедствием?

С
такими мыслями в голове Айша взглянула на Борса, единственного из
авантюристов, кто видел монстра. Она боялась, что того снова может
поглотить ужас, но, похоже, этого не случилось.

— …Я не слышу.

Он был очень сильно удивлён.

— Чего?

— Прыжки… Монстр перемещается прыжками, а сейчас я их не слышу!..

У
бедствия было подобие мелодии смерти, предзнаменование грядущего
уничтожения, когда он приближался, он словно рикошетил от пола, стен и
потолка. Борс слышал этот адский звук лично. Бедствие мгновенно летело к
авантюристам, стоило ему их заметить, как бы они не пытались скрыться.
Но сейчас никаких признаков того, что к альянсу Паствы Гестии кто-то приближается, слышно не было.

— Его правда… нет? Неужели Ледяной Ветер и Белл его убили?

Айша
не знала, как понимать бормотание Борса. Он только что испытал надежду
или даже оптимизм? Этого она не понимала, потому решила, что нужно идти
дальше.

— Борс, отведи нас туда, где видел их в последний раз!

— Точно!

Здесь
монстр или нет уже не важно, каждая секунда на счету. Айша предпочла
действие бездействию. Она вытащила Борса вперёд и сказала ему вести
авантюристов.

— …не… надо.

Впрочем, как только они отправились в путь, Айша услышала странный голос:

— Не… ходите туда.

— ?..

Предупреждение утопало в топоте ног авантюристов, но сказано оно было на человеческом языке.

Амазонка
осмотрелась, но никого не увидела. Поблёскивающие в тусклом свете
кристаллы, окровавленное оружие, разбросанное на полу и водный поток
рядом с берегом.

Голос услышала только она. В нём слышалась
мольба и волнение, словно кто-то отчаянно пытался их удержать. Амазонка
это ощутила, однако, решила проигнорировать предупреждение.

Она знала, что пока не будет найден Белл, остальные авантюристы в группе не остановятся.

— Вот здесь!..

Наконец
они оказались в огромном зале, в котором была как суша, так и множество
водных потоков. Было видно, что здесь происходила жестокая битва.

— Что… здесь… было?!

Огромные
кристальные скопления были разрушены до основания, на них виднелись
трещины, словно в них на огромной скорости что-то влетало. Потолок, пол и
стены покрывали глубокие расщелины и огромные, похожие на пещеры, дыры
от столкновений. Некоторые колонны словно расплавились от пламени.

Каждый угол зала был покрыт жуткими шрамами.

—
Что могло принести такие разрушения?.. — Дафна задала вопрос во весь
голос. Стоявший позади Оука ошарашенно осматривался по сторонам.

Авантюристам
не нужно было даже намекать, что в зале случилась смертельная схватка с
монстром, который гораздо сильнее, чем любой из них.

Проблема заключалась в том, что ни победителя, ни проигравшего в комнате не было.

Не
было здесь горки пепла убитого монстра, ни тела авантюриста,
встретившего печальный конец. Шумное журчание водных потоков, впадавших
друг в друга, было единственным источником звука на разрушенном поле
боя.

Вельф и остальные вышли в центр комнаты, но ничего там не нашли.

Словно
ведомая какой-то непонятной силой Лили подошла к участку комнаты, в
котором сражение шло так яростно, что даже изменило русло одного из
потоков.

Среди нескольких дыр в земле она увидела в полу
вертикальную шахту, очень глубокую и широкую. Словно что-то, вращаясь,
зарывалось в глубь и, судя по всему, эта шахта тянулась на этажи ниже.
Лили безмолвно уставилась в дыру, подсознательно ощутив, что та ведёт в
глубины Подземелья. Как и другие боевые шрамы этого места, дыра
постепенно затягивалась.

…Не может быть.

Неожиданно Лили подумала о ламбтоне, монстре глубинных этажей, с которым они столкнулись в водной столице.

Идея казалась безумной, но тревога в голове девушки никак не унималась.

— Проклятье, куда подевались все тела? Я видел, как этих ребят убивают своими глазами… чёртовы монстры их съели?..

Явно ощущавший страх перед жутким созданием Борс изучил лужи крови, оставленные пропавшими авантюристами.

Он был единственным, кто видел, что здесь случилось. Остальные авантюристы просто осматривались.

На
поле боя не осталось не только победителя и проигравшего, все тела
авантюристов также испарились. Куда они могли деться? Разумеется, их
расхитили местные мародёры. Существа, которым плевать на честь павших
воинов. Те, кому важно утолить собственный голод. Только вот в комнате
не было ни гиен на земле, ни падальщиков в воздухе.

Скорее всего тела были утащены в проходящие по залу потоки.

— ?!

Плюх, плюх.

Множество силуэтов вырвалось из водной поверхности, взмыв в воздух.

— Монстрорыбы?.. Плывут в воздухе?!

Оука сглотнул, увидев множество заострённых силуэтов, появившихся будто из ниоткуда.

Их
тела были подобны каменным. Тёмно-пурпурные двухметровые рыбы с восемью
заострёнными отростками, напоминающими плавники. Там, где должны быть
два глаза, был лишь один на лбу.

В острых клыках виднелись
застрявшие кусочки человеческой плоти, отчего вопрос «Куда делись тела
авантюристов?» пропал сам собой.

— Волтмерии!

Айша, уже бывавшая на двадцать седьмом этаже, скривилась.

Волтмерия
— это редкий подвид монстров, встречающийся только на этом этаже.
Потенциально они считаются одними из сильнейших монстров Водной Столицы,
лишь немного уступая кельпи. Каменные тела обладают повышенной защитой
от физических атак, а мощные челюсти и острые клыки способны прокусить
даже самую тяжёлую броню, носимую авантюристами. Способность плавать
даже в воздухе отличает их от остальных водных монстров.

Обладающие
панцирем, похожим на световые кварцы, также обитающие на двадцать
седьмом этаже монстрорыбы могут парить примерно в трёх метрах над
землёй. Однако, их скорость заметно превосходит скорость кристальных
монстров, волтмерии бросились на авантюристов подобно зловещим демонам,
жаждущим новой схватки. Авантюристы обычно называют их «летающими
раковинами».

Волтмерии появляются только в зонах, в которых
несколько водных потоков встречаются, и появляется подобие глубоких
водоёмов. Однако запах крови и жажда привели их в этот зал.

И сейчас они хлынули на авантюристов из каждого водопада в комнате.

— Как их много!..

— Мы окружены!..

Бесчисленный
поток волтмерий заставил Кассандру застыть от ужаса и это же самое
чувство перекинулось на Чигусу. Девушки насчитали около тридцати
летающих рыб в нападении.

Это плохо.

Оценивая положение, Дафна побледнела.

Их
продвижение по двадцать шестому этажу не было таким рискованным. Они
заманивали монстров в тупиковые комнаты и узкие коридоры, чтобы
переживать их атаки и ограничивать количество нападавших одновременно
врагов. Но сейчас монстры могли сполна воспользоваться преимуществом
широкого пространства и напасть со всех сторон разом. Их было слишком
много, чтобы группа могла разбираться с монстрами по одному.

Вдобавок, рыбы могли перемещаться как в воздухе, так и в воде. Даже с магическим мечом Вельфа невозможно было отразить нападение со всех сторон разом.

— Игнис, можешь сжечь всех разом?

— А есть другие варианты?

Вельф
бросил Айше ответ практически из последних сил. Его ментальная энергия
почти кончилась. Айша поняла это, взглянув на уставшее лицо кузнеца.

Группа
осознала, что в третий раз оказалась в лапах смерти. Они снова потеряли
след Белла и Лю, и, вместе с этим, исчезло и направление, в котором им
нужно было двигаться. Физические и моральные силы авантюристов были на
пределе.

Волтмерии не издавали ни звука. Они скользили взглядами по авантюристам, словно намекая что не дадут своей добыче сбежать.

Косяк
монстрорыб парил вокруг авантюристов подобно змее, опоясывавшей добычу,
или чёрному цунами, которое вот-вот поглотит их целиком. Из-за пределов
комнаты донёсся рёв монстров. В очередной раз столкнувшись с
бесконечным запасом опасностей Подземелья авантюристы готовы были
рухнуть на колени.

— !..

Напряжение нарастало несколько секунд, а потом монстры бросились в атаку.

Безжалостный штурм начался.

Естественно,
первым делом Вельф использовал магический меч, чтобы перехватить косяк
волтемерий, по размерам не уступавший орде монстров. Огненное дыхание
Казуки спалило около десяти монстрорыб, но ещё несколько десятков
бросилось на авантюристов с разных сторон.

Борс и остальные
сражались отчаянно, но постепенно отступали. Авантюристы резали, рвали и
крушили, отчаянно пытаясь защитить раненных товарищей и тех, кто
поддерживал их из центра круга.

Но их старания были похожи на последнюю агонию загнанного животного.

— Чё-ё-ё-ё-ё-ё-ё-ё-ё-ё-ё-ёрт!

Запасы
предметов Лили давно подошли к концу, Кассандра едва оставалась в
сознании, потратив последнюю энергию разума. Пальцы Вельфа уже
соскользнули с рукояти магического клинка. Сила Оуки, рефлексы Дафны,
владение оружием Чигусы и отчаянная жажда жизни Борса были последними
ниточками, удерживавшими группу от поражения. Даже неиссякаемый поток
ругани Айши начал затихать.

Они убивали одного монстра за другим,
но всё равно терпели поражение. Одна из рыб вцепилась в плечо Дафны,
изо рта девушки брызнула кровь. Оука пронзил монстра, но тут же другая
рыба скользнула острыми клыками по его руке. Кассандра и Чигуса кричали.
Лили потеряла веру в свои бесполезные приказы.

Их глаза застилала темнота.

Их окружала стена летучих рыб.

Волтмерии
сокрушили авантюристов. Фиолетово-чёрная волна почти их поглотила.
Именно такой «клетки отчаянья» и пыталась избежать предвестница
трагедий.

Добивающим ударом стала картина, которую заметили оставшиеся на ногах авантюристы.

— Быть такого не может…

В одном из проходов появилась новая группа монстров, ведомая ламией.

Новоприбывшие издали жуткие боевые кличи.

Авантюристы осознали, что на них надвигается ещё одна орда.

— Это конец?..

Кто-то
неразборчиво пробормотал эти слова, сполна понимая их жуткое значение.
Волтмерии, увидев, что авантюристы пали духом возобновили натиск.

— !.. Харухиме?!

— Кассандра?!

Убийственные
когти были готовы впиться в задние ряды авантюристов. Прорвавшись
сквозь авангард, монстры приближались к Лили и Кассандре, защищавших
Микото и Харухиме. Кассандра прикрыла девушку-ренарта телом, потому
врезавшийся в их тела монстр откинул их вместе. Повернувшись, Кассандра
увидела распахнувшиеся зубастые челюсти.

Она увидела.

Она смотрела в глаза смерти.

Что-то закричала Дафна.

Кассандра зажмурилась, столкнувшись с неизбежностью.

Но через мгновенье…

Налетевшая со стороны ламия разорвала волтмерию на куски.

— …А?

Когти описали кровавую дугу, пройдя сквозь тело парящей рыбы.

Кассандра застыла на месте, а ламия принялась крушить оказавшихся рядом волтмерий длинным змеиным хвостом.

— А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!!!

Она издала бессловесный жуткий крик.

Прибежавшая орда монстров последовала её примеру. Монстры, ворвавшиеся в зал, принялись уничтожать волтмерий.

Для авантюристов время словно замерло, они смотрели, как монстры уничтожают друг друга.

— Сражаются друг с другом?!

— Что происходит?!

Раненные
Дафна и Оука могли лишь мотать головами, поражённо наблюдая за боем. В
одно мгновение битва обернулась истреблением. Авантюристы застыли будто
статуи, не понимая, что происходит.

— …Ч-что за?..

— …

Стоявшая рядом с поражённой Кассандрой Лили не верила своим глазам, рассматривая монстров убивавших волтмерий.

Они были жутко сильными.

Их лица покрывало подобие красной боевой раскраски.

Все они были вооружены.

Глаза Лили чуть не выскочили из орбит.

Ламия,
та самая, которая только что спасла Кассандру, заметила взгляд Лили и
подмигнула. Это не было нервным тиком монстра, скорее она намеренно
подмигнула Лили, будто дорогой подруге.

Грудь Лили наполнили эмоции, такие сильные что дыхание перехватило.

— …Ксеносы!

Она практически завопила это слово.

— Приветствую вас снова, добрые люди поверхности!

Стоило ей закричать, как рядом оказался знакомый силуэт.

Силуэт
был одет в робу с капюшоном, покрывавшую всё тело. Лили узнала эту
маскировку под авантюриста. Она помнила тёплый взгляд монстра,
скрывавшегося под капюшоном.

— Мы пришли вам на выручку!

Гарпия Фия скинула капюшон и потрясла тёмными рыжими волосами, улыбаясь прослезившейся Лили.

— С вами всё хорошо, синьора Лилирука?

Ещё
один небольшой монстр появился рядом, огромной секирой, располовинив
оказавшуюся рядом волтмерию. Этим монстром был Летт, гоблин-джентльмен в
красном колпаке. Он также был одет в робу, чтобы скрыть свой настоящий
вид.

— Почему вы здесь?.. — спросила Лили, не способная справитьс со своим удивлением.

—
Фелс сказал, что нам нужно идти сюда! Рей и ещё несколько наших
товарищей заняты другой миссией, а остальные, под командованием Лидо
пришли сюда!

Такова была воля Урана, узнавшего об аномалии в
Подземелье. Ксеносы получили задание умудрённого божества, когда
исследовали Кносс и разделились на две группы. Рей взяла на себя
командование оставшимися в Кноссе ксеносами, в то время как группа
Летта, использовав тайный проход на восемнадцатом этаже Подземелья,
отправилась в водную столицу, получив указания от Урана. Используя
кратчайшие пути из возможных, монстры проскочили мимо расставленных
авантюристами постов и поспешили на выручку.

Монстрами, которые по словам авантюристов Ривиры, взбесились и вызвали такой жуткий переполох были именно Ксеносы.

Они спешили на выручку Пастве Гестии, которая, как они верили, оказалась в эпицентре вернувшегося бедствия.

Если
бы кто-то увидел маскировку Летта и Фии со стороны, она показалась бы
им подозрительной, но услышав от Ксеносов, как они спускались вниз Лили
окончательно растерялась.

— Мы дали клятву синьору Беллу! Мы обещали спешить вам на помощь, как только она вам понадобится!

Они успели вовремя только потому, что были Ксеносами.

Даже запрошенная Лили поддержка запоздала бы и не спасла группу от трагедии.

Только
монстры, с которыми члены Паствы Гестии пожали руки, и чьим доверием
они заручились, успели спасти их от неминуемой гибели и пришли на
выручку в момент опасности.

— Мы пришли отдать долг нашим незаменимым друзьям!

Была и ещё одна причина.

Связь, которую с ними установил Белл.

Также, как он однажды спас Лили, он спас и Ксеносов, и теперь они были готовы предложить ему любую помощь.

В этот момент Лили не могла сдержать слёз.

— Н-но как вы сюда добрались? Как вы нашли Лили и всех остальных в огромном Подземелье?..

Она попыталась вытереть глаза.

Фия улыбаясь ответила.

— А это заслуга Хельги и Аруру!

— Мип!

Кассандра
лежала на спине, приподнявшись на локтях, белый аль-мираж и адская
гончая подбежали к ней. Игнорируя удивление девушки, пушистый белый
монстр энергично помахал лапкой, словно пытаясь сказать: «Здравствуй,
старая подруга!»

— В-вы…

Удивлённая Кассандра была
уверена, что встретила этих монстров в тот судьбоносный момент, когда
вооружённые монстры прорвались в Орарио и воцарился хаос.

Повинуясь пророческому сну, Кассандра тайно защитила адскую гончую и аль-миража.

— Мип! Мип!

— Вуф, вуф!

Кассандра
взвизгнула, когда аль-мираж обхватил её лапками, а адская гончая начала
облизывать ей руки. Она чуть не лишилась сознания, когда монстрокролик
зарылся мордочкой ей в грудь и начал что-то вынюхивать. Посмотрев в
красные глаза монстра, Кассандра не могла не вздрогнуть.

— Вы… вы пришли, потому что меня отыскали?

Круглые
глаза аль-миража блеснули, и он потёрся мордочкой о грудь девушки.
Кассандра сочла это за согласие, но мгновенье погодя вздрогнула, у неё
перехватило дыхание.

— Тот сон, который у меня был… чёрная волна и кроличий талисман…

Это случилось за двенадцать дней до битвы на Улице Дедала. Она увидела пророческий сон, который привёл её к укрытию аль-миража.

В
том сне чёрная волна её поглотила. И когда она оказалась на волосок от
смерти, он вытащила кроличью лапку, подготовленную заранее, и смогла
спастись. Тогда она подумала, что чёрная волна означает чёрного
минотавра, из-за того что аль-мираж защитил её от устрашающего зверя.

Но теперь, подумав от этом тщательнее, девушка поняла, что тогда что-то не сошлось.

Ведь,
если бы она не защитила «кролика», как велело ей пророчество, она не
столкнулась бы с чёрным минотавром. Может Дафна была права, когда ругала
её и говорила, что она действовала как актриса написанной самолично
постановки.

То есть, уничтожение, которого она должна была избежать, защитив аль-миража, случилось сейчас.

Кассандра ошеломлённо огляделась.

Волтмерии были чёрными. Когда их собрался целый косяк, они выглядели как чёрная волна.

Неужели чёрная волна, поглотившая её в том сне, не была минотавром?

Неужели «кроличья лапка», сделанная из этого аль-миража, привела её по запаху как раз в тот день, когда это понадобилось?

Кассандра
сжала хвост пушистого белого монстра, уткнувшегося ей в грудь, правой
рукой и осознала, что только что избежала судьбы, которую ей предсказал
пророческий сон.

— Неужели такие сны могут быть отложенными?.. Предупреждало ли моё видение о сегодняшней судьбе?

Кассандра вопросительно посмотрела на аль-миража и адскую гончую, которые явно были рады её видеть.

Тем
временем Дафна, поглощённая проходившим рядом сражением, не обращала
внимания на Кассандру, почти набравшуюся храбрости обнять пушистых
монстров.

— …Нет, не могу!

— Мип?

Чего бы Кассандра не хотела, зайти так далеко она готова не была.

— Это вы…

Едва
остающийся в сознании от истощения Вельф мог лишь пробормотать пару
слов. Он смотрел, как тролль, ламия и убийственная пчела уничтожают
волтмерий, не обращая внимания на авантюристов.

— Ч-что за… что за херня… это?

— Монстры… вооружённые монстры, о которых мы слышали?

— Я думала Паства Локи всех перебила!

Борс,
Чигуса и Оука не знали, что думать. Дафна застыла, не понимая, что
происходит. Появившиеся монстры защитили авантюристов, точнее, вступили в
бой с себе подобными, не обращая на них внимания. Борс, Чигуса, Оука и
Дафна не могли прийти к ответу, что это означает, как и не могли как-то
связно отреагировать.

А Вельф прекрасно понимал, что происходит.

Пролетавшая
мимо горгулья заметила взгляд Вельфа и тут же отвернулась. Яростная
воздушная битва не прекращалась. Несколько волтмерий рухнули на землю,
сражённые неразрушимыми каменными крыльями.

Под горгульей
сражался ящеровоин. Гордый воитель, одержавший не одну победу, разрубил
несколько налетевших на него каменных рыб одним ударом ятагана, вместе с
тем отбиваясь ещё от нескольких длинным мечом в другой руке.

Прикрыв Вельфа, ящеровоин бросил на авантюриста взгляд краем глаза. Уголки его губ были приподняты.

Словно он улыбался.

…Угадай, кто ещё пришёл?

Несказанная
ящеровоином фраза и блеск в его глазах заставил призывал Вельфа
осмотреться. Вельф окинул взглядом зал и подпрыгнул от удивления.

Силуэт в чёрной робе бежал по полю боя…

— …А.

Закрытые глаза Харухиме вздрогнули, когда она ощутила, что что-то коснулось её щеки.

Сознание девушки-ренарта словно затягивала дымка, даже её уши кто-то будто опустил в воду.

Наверняка она знала лишь то, что она на поле боя.

Пусть
сейчас её конечности налиты свинцом, и она страдает от жутких
последствий из-за истощения разума, она должна петь. Она помнила о своей
роли. Она не может позволить себе продолжать лежать.

Харухиме
усилием воли заставила себя двигаться. Ей нужны силы, чтобы начать
читать заклинание. Она должна даровать чудодейственный свет товарищам.
Как только она подумала, что ей нужно подняться и быстро, как Белл
сделал в тот день… кто-то взял её за руки.

— ?..

Она ощутила мягкую поддержку и открыла глаза.

Перед собой она увидела пару янтарных глаз и лицо, наполненное тёплым красноватым светом.

Она выглядела точно так же, как в тот день, когда они попрощались.

Воспоминания о расставании заставили её медленно концентрироваться, Харухиме произнесла имя девушки:

— Виена… сан?..

В ответ на едва различимый шёпот девушка-дракон расплылась в улыбке, её синие волосы колыхнулись.

— Да, Харухиме.

Слёзы побежали из зелёных глаз, когда она услышала голос вуивры.

— Я пришла вас спасти!

— А… А-а-а-а-а-а!..

Лили
наблюдала за трогательным воссоединением с радостной улыбкой. Летт
рассказал, что девушка-дракон первой вызвалась бежать им на помощь, и
она понимала, что гоблин ей не соврал. Лили с теплотой вспомнила дни
проведённые с Виеной на поверхности. Она стала частью их семьи.

— Что тут у нмяс происходит?!

В этот момент со стороны одного из входов в зал раздался крик.

Аня и её группа явились чуть позже ксеносов.

— Мы нашли авантюристов, а тут…

— Монстры убивмяют друг друга?!

Тяжело
дышавшая Аня пыталась понять, что происходит в зале. Руноа и Хлоя также
уставились на битву монстров с монстрами, точнее, между волтмериями и
ксеносами.

Услышав крик Лили, авантюристки бросились на двадцать
седьмой этаж, вдалеке заметив бежавшую на крик орду разномастных
вооружённых монстров. Понимая, что такая свора монстров должна была
действовать по какому-то наитию, Аня и её спутницы решили за ними
последовать. Потеряв из вида орду, они просто пошли на звуки битвы и
оказались в этом зале.

— Сударыня Аня!.. Всевышняя всё-таки отправила к вам пришла!

Лили
первой догадалась о цели прибытия авантюристок и молча поблагодарила
покровительницу за то, что та ответила на её просьбу в письме.

Полудворфийка, не обращая внимания на царивший переполох, уверенным шагом двинулась к кузнецу, словно её туда что-то влекло.

— Вельф…

— Цубаки?! Почему ты?..

Её
бывший товарищ выглядел очень побитым. Он едва переводил дыхание, его
покрывали раны, как большие, так и маленькие и, казалось, он упадёт даже
от слабого толчка.

Но в этот момент это её не заботило. Единственный глаз Цубаки впился в меч, который парень держал в руках.

— Этот магический меч…

Алый длинный меч. Не магический меч Кротцо, магический меч Вельфа.

Её правый глаз округлился, лицо вытянулось от удивления. Эмоция, которую раньше Вельфу видеть не доводилось.

Впрочем, спрашивать, что это такое она не стала.

Она
удивилась совсем по-другому поводу. Одного взгляда на блеск меча ей
хватило, чтобы понять какого мастерства Вельфу удалось достичь.

— Хе-хе-хе, ха-ха-ха-ха-ха!!! Что, правда, справился наконец, желторотик?

Заливистый
хохот выбивался из звуков поля боя. Борс и остальные хмуро уставились
на женщину-кузнеца. Вельф посмотрел ей прямо в глаза.

— Покусился на вершины мастерства, даже не представляя, как они далеко! Наверх начал метить!

— …

—
Всегда говорила, что ты дурак, но даже не думала, что ты всем дуракам
дурак! А я, дура, советы тебе давала! Ах ты, ублюдок мордастый! Редко
так за живое задевает, да!

Слова Цубаки не звучали, как оскорбления или критика его работы. Они выражали чистейшую радость.

Слышны были нотки соперничества к парню, который превзошёл все ожидания Цубаки.

— Поздравляю, Вельф Кротцо. Ты один из нас. Ну и… добро пожаловать в ад.

Похвала была искренней. Кузнец-мастер признала заслуги Вельфа от всего сердца.

— Что-то настроение поднялось. С остальными монстрами я разберусь.

— Стой!.. Цубаки, эти монстры…

— Знаю, знаю. Бить только безоружных.

Цубаки
отвернулась от Вельфа и облизнула губы, бросившись в гущу волтмерий,
паривших у водопада в стороне. Словно демоница она кинулась на монстров,
не в силах сдержать радости.

Аня, Хлоя и Руноа бросились в драку вместе с Цубаки ради парализованных авантюристов, на помощь которым они спешили.

Закипел бой между авантюристами, монстрами и Ксеносами.

— Лидо! Лидо-о-о-о-о-о-о!

Высокий
голос прорвался сквозь шум битвы. Ящерочеловек взглядом нашёл
русалку-ксеноса рядом с одним из водопадов. Он побежал к ней:

— Мари, почему ты здесь?! Может ты знаешь, что случи…

— Белл! Белла унесли вниз!

Мари со слезами в глазах оборвала Лидо.

— Белуччи? Мари, ты была с ним?!

Удивлённый
ящерочеловек сразу понял прерывистую речь Мари, рассказавшую, что Белла
и эльфийку заглотил огромный червь и вместе с ними ушёл под землю, а за
ними последовал «апостол смерти», появившийся на этаже. Доклад совпадал
с тем, что Лидо слышал о «бедствии» от умудрённого божества и Фелса.

— УО-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О!!!

Ксеносы
повернули головы к Лидо, издавшему боевой клич. Этот зов передал
монстрам то, что люди могли не понять. Ламия и ещё несколько монстров,
взревев в ответ, тут же выбежали из зала.

— Вооружённые монстры переговариваются!..

— Минуточку, я думяла, что они дерутся с другими монстрмями, а они уходят. Что это змя дела?! Я ни чертмя не понимаю!

Чигуса и Хлоя с удивлением смотрели, как монстры уничтожили несколько последних волтмерий и тут же бросились из зала прочь.

— Сударь Лидо?! Чито он?..

— Он сказал, что синьора Белла и эльфийку-авантюристку другой монстр утащил вниз!

Летт,
всё ещё пользовавшийся маскировкой авантюриста, остался с авантюристами
вместе с Фией. Он пересказал то, что узнал из рёва Лидо.

— Похоже, что апостол нашей матери, Подземелья… огромный монстр бросился за Беллом и эльфийкой в погоню!

— На каком они этаже?!

— Мы не знаем! Но, если бог Уран рассудил правильно… они на глубинных этажах.

Слова Летта лишили Лили дара речи. Её разум опустел, когда она услышала худший вариант из возможных.

— Лидо передал кое-что и для вас… «Если хотите идти с нами, идите. Мы вас проведём».

— !!!

Лидо призвал к действию замешкавшуюся Лили. Она прекрасно поняла, что он пытался сказать.

— Сударыня Аня!

— Мя, мя, мя? Меня зовёт помощница беловолосикмя?.. — кошкодевушка закричала в ответ, поворачиваясь на крик. Девушка-полурослик бежала к ней.

— Какие у вас уровни, сударыня Аня?

— Рмязве можно змядавать такие вопросы? И вообще, где Лю?..

— Да ради всевышней! Просто ответь на вопрос!!!

— Мя? Четвёртый! У нмяс с Хлоей и Руноа одинмяковые уровни с Лю!

Слегка
испугавшись убийственного взгляда Лили и её злого выражения лица, Аня
выпалила ответ рефлекторно. Сердце Лили забилось чаще, когда она это
услышала.

— …Тогда мы оставляем Водную Столицу позади!

В это самое мгновенье Лили отдала группе приказ.

—
Велика вероятность того, что сударя Белла и сударыню Лю через колодец
вирмвелла унесли на глубинные этажи! Сейчас мы спустимся в безопасную
зону, чтобы перегруппироваться! А оттуда пойдём на выручку сударю Беллу и
сударыне Лю!

— Что?!

Борс и остальные авантюристы уставились на Лили отдавшую приказ.

— Никаких возражений!!!

Маленькая командирша отдала приказ подобно тирану.

У
работниц «Щедрой Хозяйки» четвёртые уровни! А Цубаки, командирша Паствы
Гефест, пятого! Если объединимся с ними и Ксеносами, сможем дойди даже
до тридцать восьмого этажа!..

Лили отметила боевые способности Ани и её подруг, на воображаемой карте боя и разработала подходящую тактику.

Она была уверена, что поняла сообщение Лидо правильно.

Ксеносы
хотят прийти Беллу на помощь вместе с группой Лили. Скорее всего они
будут держать от авантюристов дистанцию, одновременно пытаясь разыскать
Белла и Лю, и будут передавать сообщения рёвом, а Летт сможет эти
сообщения переводить.

Лидо и Грос сравнимы с авантюристами пятого
уровня, потому Ксеносы сильны. Поскольку группа Цубаки также включает
высокоуровневых авантюристов, сил для похода будет более чем достаточно.
По крайней мере, для прохождения нижних этажей. Лили и остальные
авантюристы низких уровней будут оказывать поддержку.

Перед ними лежала одна из редких возможностей. Но смогут ли они исполнить сложную тактику, которую придумала Лили.

Может получиться.

Нет. Просто обязано получиться.

Они примут брошенный Подземельем вызов и разыщут в Подземелье парня и эльфийку.

Дафна и Кассандра обсуждали следующий шаг.

—
Хочешь сказать, мы пойдём по следу дыры вирмвелла? Но у нас нет никаких
доказательств, что Кроличью Лапку туда утащили, и что он вообще жив
после такого остался… — вспылила Дафна.

— Д-давай пойдём с ними, Дафна!!! Давай спасём Белла и Лю!

— Да чтоб тебя! Ладно, я иду! После того как мы так далеко зашли, глупо было бы поворачивать.

В голосе Дафны слышались сомнения в планах Лили, но на искреннюю мольбу лучшей подруги Дафна отказать не могла.

Борс тем временем искал выход. Как обычно, он ставил свою безопасность превыше всего.

— Я не то чтобы часть вашей группы, так что!..

— О чём это ты? Боец третьего уровня будет нам полезен. Мы вытянем из тебя все силы до последней капли!

— Да ты надо мной издеваешься!

Айша
бесстыдно усмехнулась, не давая Борсу ни единого шанса на спасение.
Вместе с тем, группа Цубаки обсуждала возможность спасения Лю.

— Не понимяю, что происходит… но рмяз Лю внизу, то я иду! — сказала Аня.

— В Подземелье чем ниже, тем хуже становится, так ведь? Фуф, а я уже устала.

— За это змядание нам не светит никмякой награды… да и мы не авмянтюристки даже.

— Ха-ха-ха! Да ладно, мы же в одной лодке!

Цубаки рассмеялась, услышав мрачные разговоры Руноа и Хлои.

Чигуса и Оука, вспоминали, что было на Улице Дедала, когда они видели, как вуивра спасла ребёнка.

— …У меня создалось ощущение, что вооружённые монстры… они намеренно нам помогают…

— А вон те ребята укутавшиеся в плащи, как авантюристы выглядят… Кузнец, лучше бы тебе объясниться!

— Не уверен, что найду подходящие слова!

Отмахнувшись от вопросов, Вельф ответил товарищам вызывающей раздражение спокойной улыбкой.

— Идём, Харухиме! Давай спасём Белла!

— Конечно, Виена-сан!

Девушка-дракон протянула Харухиме руку, и та крепко её сжала.

Лили решительно осмотрела лица товарищей, её грудь переполняли эмоции.

У нас получится!.. С такой группой мы доберёмся до глубинных этажей!!!

Осталась лишь одна проблема.

— С этого момента начинается наша гонка со временем. Мы должны найти синьора Белла, пока с ним ничего не случилось!

— !..

— Поход по нижним этажам занимает немало времени. Понадобится несколько суток, чтобы добраться до глубинных этажей!..

Лили
ответила на задумчивое бормотание Летта прокашлявшись. Авантюристы
должны пройти нижние этажи за ограниченное время без припасов. Им нельзя
терять ни секунды. Они должны двигаться как можно быстрее, чтобы спасти
Белла и Лю. Лили отбросила страх, волнение и неуверенность, отдавая
следующий приказ:

— Выдвигаемся!

Авантюристы побежали.

Оставив зал, они двинулись к главному пути на следующий этаж.

Подземелье не могло их остановить.

Впереди звучали боевые кличи Ксеносов, словно отдавая храбрости авантюристов должное.

----------

Здравствуйте, глубинные этажи

Глубинные этажи? …Это же страшное место?

Однажды я задал этот вопрос.

Мне хотелось услышать ответ той, кто для меня недосягаема, от девушки, к которой я стремлюсь.

Как выглядит высота, на которую забралась мечница, заработавшая себе звание сильнейшей авантюристки?

Насколько опасна сцена, с которой мой идол пускается в приключения?

Я спросил её из любопытства, хотя признаю, может, мне просто хотелось хоть немного с ней сблизиться.

Когда я там побывала, впервые я ощутила, что монстры… что Подземелье может ужасать.

Мы были на городской стене, нас окружало голубое небо.

Но я не мог отвести взгляда от её золотых глаз.

Она посмотрела на меня как авантюристка, множество раз рисковавшая своей жизнью.

Невозможно понять это ощущение просто о нём услышав… если ты туда доберёшься, то всё поймёшь.

Так она мне сказала.

Если… когда-нибудь, в далёком-далёком будущем ты сможешь туда спуститься, то…

Я попытался вспомнить тот разговор.

Что она сказала мне в тот день?

Почему-то следующие её слова вспомнить у меня не получается.

В ушах звенит.

Я
словно слышу крик ребёнка, проснувшегося ночью от кошмара. Зов разума,
пытавшегося отрицать реальность. Отголоски инстинктов, вопивших где-то
на грани сознания.

— Глубинные этажи…

Мысли превратились в шёпот, сорвавшийся с моих губ и исчезнувший во тьме.

Тишина давила на уши.

Сердцебиение отдавалось по всему моему телу.

Меня окутывала вязкая темнота лабиринта.

Стены
словно были обмазаны чем-то молочно-белым, потолок находился так
высоко, что я его не видел. Лабиринт казался невозможно огромным.

Я на тридцать седьмом этаже.

В бездне, которую боится любой авантюрист, на глубинных этажах Подземелья.

— …

Шея никак не хотела двигаться, я мог двигать только глазами, чтобы осмотреться.

Я не заметил рядом с собой монстров. Ни характерных звуков, ни их признаков также не было.

Я никак не мог прийти в себя, мне едва удалось понять, где я нахожусь.

Сейчас
я в огромной комнате. Расстояние до потолка должно быть не меньше
четырёхсот метров. Если не считать особых мест, вроде Великой Стены
Сожалений на семнадцатом этаже, и кладовых Подземелья, я ещё не видел
таких огромных залов. Слабое свечение на стенах было подобно горению
пламени свечи.

Рядом со мной мёртвое тело огромного змея.

Ламбтон,
также известный как вирмвелл, умерший после того, как мы распороли его
живот, и лежащий в луже собственной крови. Он пронёс нас до тридцать
седьмого этажа в своём желудке.

— !..

Я округлившимися глазами уставился на тело монстра.

Рот открывался и закрывался сам собой, независимо от моих желаний.

Язык словно онемел, я не мог произнести и звука.

Изо рта вылетели лишь сухие хрипы, когда я попытался сделать глубокий вдох, и у меня не получилось.

…Это какой-то обман. Это нереально.

Вирмвеллы появляются только на тридцать седьмом этаже.

Из
всех возможных мест он отнёс нас в своё гнездовье? У него действительно
получилось прорыть десять этажей твёрдых скал Подземелья? Какой-то
животный инстинкт, когда он был на грани смерти, заставил его вернуться
сюда, на глубинные этажи?!

Это странно!

Полная чушь!

Неслыханно!

Ещё никогда я не слышал такого бреда!!!

Как же всё плохо… очень-очень плохо!..

Мысли продолжали роиться в голове, все они были примерно об одном.

Меня прошиб пот, мне стало нестерпимо жарко.

Глубинная зона.

Гильдия определила это место, как «Истинная Граница».

Самое
опасное место во всём Подземелье. Я ещё не готов играть свою роль на
этой сцене, тем более сольную партию! И уж тем более в таком
состоянии!..

— Лю!..

Я проверил эльфийку, бездвижно лежавшую у меня на руках.

С
головы до пят её покрывали синяки — последствия путешествия в животе
вирвелла. Её плащ и одежда были прожжены кислотой, обнажая кожу,
покрытую множеством кислотных ожогов. Правая нога, обёрнутая в плащ,
была загнута под неестественным углом.

Впрочем, моё состояние
было немногим лучше. Веко на левом глазу сплавилось кислотой, открыть я
его не могу. Продолжая осматриваться здоровым глазом, я прижал Лю чуть
крепче, чтобы её защитить… а может, мне просто хотелось крепче в неё
вцепиться.

Я схватил её плечи дрожащими пальцами, отказывавшимися мне повиноваться.

— Лю, Лю… Лю!..

Подобно маленькому ребёнку, зовущему старшую сестру, я снова и снова звал её по имени.

Думать я не мог. В голове было пусто.

Худшая аномалия из возможных. Мы на милости окружающей вязкой тьмы.

Одни,
совершенно оторванные от кого бы то ни было, и без надежды на приход
помощи. Меня одолело волнение. Холодно. Одиноко. Грустно. Больно. Я
оказался растерян.

Постепенно я начал поддаваться смертельной панике.

Я мог лишь умолять мою единственную спутницу, эльфийку, очнуться.

Тут случилось это.

Сверху полетели кусочки камней.

Я застыл, осознав, что небольшие частички камня ударили мне по голове.

Я поднял взгляд к потолку.

Кусочки
камня продолжали лететь из непроглядной тьмы, не дававшей мне увидеть,
что творится сверху. Понять, что происходит, с таким обзором я не мог.

Намекнул мне другой шум.

Звук, который я уже когда-то слышал. Звук, как что-то несётся к этому этажу на полной скорости.

Словно какой-то предмет спускается через отверстие, через которое мы попали сюда…

Когда я осознал, что это может быть, кровь застыла в жилах.

Огромный
монстр снова всплыл в моей памяти: отражающий магию панцирь, способные
разрезать что угодно когти и светящиеся кровавым цветом глаза.

Быть не может…

Неужели монстр, с которым мы сражались на двадцать седьмом этаже, бросился за нами в нору вирмвелла?

Он это сделал, чтобы нас добить?!

По телу прошла дрожь, сердцем я понял, что это правда.

Предсмертные слова злодея по имени Джура, последняя воля укротителя, заставила монстра броситься в погоню.

Сердце забилось быстрее, когда я вспомнил об ошейнике с красным камнем, надетым на огромное тело.

— Я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я!..

Волнение заставило меня прийти в чувство.

Бежать, бежать! Уйти как можно дальше от этого монстра!

Заполнившего разум желания оказалось достаточно, чтобы тело снова начало двигаться.

Я
вынудил себя подняться, перекинув руку Лю через плечо. Стоило мне
начать двигаться, как всё тело словно погрузили в бушующее пламя.
Попытка двигаться вернула агонию уже обмершему телу.

Раны открылись, кровь закапала на пол. Обожжённая кожа ныла от боли.

Хуже всего была нестерпимая боль в левой руке.

Под
Шарфом Голиафа, использованным мной, чтобы блокировать удары монстра,
накапливался жар. Кажется, меня сейчас стошнит. Глаза слезятся, а ноги
дрожат. Я едва держался.

Всё же, я стиснул зубы и оторвал ногу от пола.

Я сделал шаг, ещё один. Пытаясь отбросить усталость и боль, я заставлял себя идти вперёд.

Я ещё могу двигаться. Я ещё могу бежать.

Даже сейчас, я ещё могу!..

Камешки
падали, стуча по полу, я собрался с силами и бросился бежать.
Поддерживая Лю плечом, я нёсся по комнате. Но до того, как я успел
добежать до прохода, бам!

Что-то вырвалось из дыры.

— !!!

Окутанный синевато-фиолетовым свечением силуэт приземлился на землю. Комната содрогнулась.

Обернувшись,
я увидел деформированного, однорукого и дрожавшего монстра. Знакомые
выгнутые назад колени и костистое тело, покрытое светящимся фиолетовым
панцирем. Трёхметровый монстр напоминал мне скелет «динозавра», одетого в
броню из раковин. Левая лапа монстра оканчивалась острыми когтями, куда
больше напоминающими клыки.

Несмотря на окружающую тьму, я увидел два светящихся красных глаза.

Ошибиться невозможно.

Тот самый убийственный монстр с двадцать седьмого этажа.

— …

Шух.

Будто пытаясь пронзить нас своим взглядом, монстр повернул шею. Его светящиеся красные глаза встретились с моими.

— …О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О!!!

— ?!

Как только он взревел, я бросился бежать прочь.

Я слышал, как он прыгает за нами, поднимая жуткий шум.

— Хах!..

Я
бесцельно нёсся по запутанной сети коридоров лабиринта. Если он нас
догонит, мы трупы. Если окажусь в тупике, всё будет кончено. Если
столкнусь с монстром, всё закончится. Я мог лишь молиться, чтобы этого
не случилось.

Я петлял снова и снова, уносясь всё дальше по ветвящимся проходам, пытаясь сбросить преследователя с хвоста.

Но шаги монстра не стихали

Куда там… Они становились всё ближе с каждой секундой.

— Хуфф… хуфф… хуфф!

Лёгкие горели. Пот не переставал течь. В горле пересохло.

Из-за
того, что мне было нужно поддерживать Лю, я бежал так медленно, что
хотелось разрыдаться. Я едва переставлял ноги. Всё тело ныло от боли.
Однако я продолжал убегать от монстра, используя все оставшиеся силы.

Голова не работала как надо. Вопросы возникали и исчезали, я даже не успевал понять, о чём думаю.

Я уже загонял этого монстра в угол. Может стоит развернуться и положить конец моим волнениям?

Что
хорошего в таком побеге? Разве есть толк в побеге от врага, который
наверняка будет гнать тебя до края земли? Я просто теряю время перед
тем, как принять неизбежное решение?

Но нет, это плохой вариант.

Я не могу сейчас с ним сражаться. Сейчас я должен бежать.

Если я сражусь с этим монстром сейчас, мы с Лю, скорее всего, умрём.

Монстр
будет сражаться в полную силу, а моё тело обожжено кислотой вирмвелла
так сильно, что я едва двигаюсь. Это и близко не похоже на наш бой на
двадцать седьмом этаже.

Я не могу сразиться с монстром прямо сейчас!

Намереваясь убежать, я сжал в кулак левую руку и вызвал позвякивание.

Когда
я сделал ещё несколько поворотов в лабиринте коридоров, монстр
приблизился настолько, что я мог увидеть его, повернув голову. Я видел,
как он отскакивает от пола, потолка и стен Подземелья. Даже после
серьёзного ранения, полученного в бою со мной, он жаждет любой ценой
убить намеченную цель.

Красные глаза впились мне в спину. Я слышал, как когти царапают по каменным поверхностям.

Ощущая положение монстра по впившемуся в меня взгляду, я развернулся в движении и вытянул левую руку.

— Вспышка!

Монстр
заметил звон и частички света, собиравшиеся под Голиафовым Шарфом,
вокруг левой руки, появляющиеся от использования моей способности.

Страх наполнил красные глаза, он яростно взревел.

Я потратил на заряд двадцать секунд.

Выкрикнув название заклинания, я скривился.

Мощная вспышка молниеносного пламени понеслась по коридору, оплавляя стены и потолок.

Я
заметил, как монстр, используя оставшуюся левую прыжковую ногу,
скользнул в боковой проход за мгновенье до того, как его окутало пламя.

Уже
через мгновенье вспышка взорвалась. Из-за бессилия я не смог погасить
отдачу магического удара и снаряд полетел под углом вверх, угодив в
потолок. Коридор тряхнуло.

— Ого!

Меня отбросило ударной
волной моего собственного взрыва. Вместе с Лю я отлетел назад, с потолка
снова посыпался град камешков, словно весь тоннель сейчас обвалится.
Град камней ударял о пол Подземелья.

Вскоре он прекратился.

Я
перекатился на спину и смог поднять голову. Пыль осела, а я наконец
увидел, что молочно-белые камни завалили часть коридора. Вернуться
обратно мы не можем, однако и монстру теперь придётся искать другой
путь.

Неужели мы… оторвались?

— Хуфф!.. А-а-а-а!..

Чистейшая удача.

Удача и то, что нас не завалило после взрыва. Дважды такое не пройдёт, в этом я не сомневаюсь.

Я
дал себе секунду, чтобы успокоить прерывистое дыхание, и при помощи
дрожащих рук попытался подняться. Отдача от Аргонавта совсем истощила
мои физические и ментальные силы. Я полностью выжат. Хуже того, я едва
остался в сознании.

Больно, я страдаю от жуткой боли.

На секунду мощное желание бороться ослабло.

Мне захотелось просто лечь и закрыть глаза.

Мой разум оказался зажат в тиски между двумя крайностями, я совсем растерялся и…

— Гос… подин… Кра… нелл?..

Я вздрогнул, услышав шёпот.

Повернув
голову, я увидел лежащую на полу лицом вверх Лю. Я увидел, что её глаза
слегка приоткрылись. Небесно-голубые зрачки скользили по стенам, пока
не остановились на мне.

— Лю!..

В это же мгновение я отбросил желание сдаться, пытавшееся меня убаюкать. Я могу бороться с этим чувством.

Я не могу дать кому-то умереть. Я не хочу, чтобы кто-то умер.

Я чувствовал себя так же, когда спасал Виену, но в этот раз я никого не потеряю.

В конце концов я обещал себе стать сильнее именно ради этого!..

Я
начал ругать себя за то, что позволил себе даже задуматься о том, чтобы
сдаться. Прикусив губу, я заставил себя вернуться в реальность.

Я подполз к Лю и поднялся на колени рядом с ней.

Я приподнял её руками.

— …Что это за место?

— Это… тридцать седьмой этаж… глубинные этажи.

Я
не мог скрыть в голосе отчаянья, отвечая на едва различимый вопрос Лю.
Снова и снова спотыкаясь в словах, я объяснил простым языком, что
проглотивший нас вирмвелл утащил нас вниз, на другой этаж, и что за нами
гонится монстр, с которым мы сражались, и сейчас от него получилось
оторваться. Её глаза блеснули, возможно, потому что у неё не отбило
воспоминания о том, что случилось на двадцать седьмом этаже.

Она уставилась на меня, явно размышляя о том, насколько сейчас всё плохо.

Скорее всего, выдающая физическая сила сейчас её оставила, вместе с решительностью, вызывавшей у меня мурашки.

Она уставилась на меня целым глазом.

— У-у-у!..

— Лю?!

Скривившись, она обхватила руками своё тело.

Она
была очень сильно ранена и обессилена. А если принять во внимание
сломанную правую ногу, ей было гораздо хуже, чем мне. Крупные капли пота
бежали по её коже.

— Исцелите себя! Используйте то заклинание на своём теле!..

Целебных
предметов у меня не осталось. Я потерял их вместе с ножной сумкой в
битве с монстром. Потому, я взмолился, чтобы Лю использовала своё
исцеление.

— …

Кажется, она плохо всё осознавала, потому что уставилась на меня туманным взглядом. Наконец, её губы пришли в движение:

— Пою тебе… далёкий лес… знакомую мелодию… жизни…

Торопливо, прерывистым голосом она начала читать заклинание.

Наконец, словно собрав последние силы, она положила руки на моё лицо:

— Природное… исцеление.

Моему удивлению не было предела, когда тёплый, похожий на солнечный свет окутал моё лицо.

Я закричал на неё.

— Нет!!! Не меня! Исцелите себя, пожалуйста! Если вы не исцелите себя, вы!..

Я
кричал, а раны на моём лице затягивались, боль постепенно уходила из
закрытого глаза. Исцеляющая сила собиралась в моей шее, но растекалась
по всем ранам и покрытой ожогами коже. Я начал ощущать, что ко мне
возвращаются силы.

Когда Лю увидела, что мой левый глаз открылся,
она опустила руки, которые рухнули словно конечности марионетки,
которой перерезали ниточки.

— Зачем вы лечили меня?!

— …Я не могу… не могу двигаться самостоятельно… я бесполезна…

— !..

— И это была последняя энергия разума, которая оставалась…

Едва дыша, Лю положила руки на правую ногу.

— Смысл был только… вылечить вас, чтобы вы выжили.

— Не было в этом никакого смысла!

Я
закричал на Лю со злостью. Почему-то она улыбалась, несмотря на
положение, в котором мы оказались. Я возненавидел эту слабую улыбку. Я
зол на то, что она даже в такой момент проявляет своё благородство. Я не
хотел слышать слова, которые она сказала.

Возможно, она права.

Мы
изранены с головы до пят, истощены и помощи ждать неоткуда. У нас не
осталось сил, нет ни одного целебного предмета. Нас ждёт истребление.
Темнота, называемая смертью, уже готова нас поглотить.

Чтобы дать мне хоть какие-то шансы на спасение, она решила пожертвовать всем остальным.

— Господин Кранелл… оставьте меня…

Её слова утонули в новом звуке.

Клац, клац, клац, клац.

Звук становился к нам всё ближе.

Он был сухим, похожим на жуткий смех сломанной марионетки.

— …

Он звучал неестественно.

Он не был похож на человеческий голос, но и в Подземелье я такого ещё не слышал.

Я впился взглядом во тьму, явно недостаточно развеиваемую слабым светом в той стороне, откуда доносился звук.

Что-то приближалось. Что-то двигалось во тьме.

Капля пота с моего подбородка упала на лицо Лю.

Мгновенье спустя оно показалось.

— А?..

Увидев это существо, я не поверил глазам.

Белая маска словно парила над землёй. Изогнутые рога и две пустых глазницы. Существо выглядело как…

Пришла смерть?..

На ум мне пришла смерть такая, какой её описывают в сказках. Скелет, одетый в чёрную робу с косой в руках.

Смерть пришла закончить покончить с нашими страданиями. Я думал так около секунды.

Но клацающий звук раздался снова.

Маска затряслась словно от смеха. Словно монстр был рад найденной добыче.

Я сглотнул.

В одном я ошибся.

Не маска.

Череп.

Это не смерть.

Это монстр.

— ?!

Схватившись
за рукоять кинжала, я обнажил его в одно мгновенье. Прикрыв собой не
способную передвигаться Лю, я поднялся и вскинул Божественный Кинжал.

Череп монстра продолжал трястись, словно надсмехаясь надо мной.

----------

Том 14 Глава 9.2

Вот и первое столкновение с неизвестностью.

Мой дебют на глубинных этажах, а может и последнее выступление, случилось против овцы.

Овцечерепа, если точнее.

Монстр
среднего размера, похожий на овцу, появляется в глубинной зоне. Высотой
он около ста сорока сантиметров. Его морда, две пустые глазницы, и
остальное тело этого монстра состоит из костей, в названии это отражено.

Эти
монстры относятся к обширной группе скелетоподобных монстров. У них нет
кожи, плоти и органов, и огромное количество подвидов таких монстров
заполняет тридцать седьмой этаж.

Чаще всего на этаже встречаются
спартои. Вид скелетов-воителей настолько поразителен, что о них известно
даже низкоуровневым авантюристам, не покорившим серединные этажи.

Я тоже знал, что молочно-белый лабиринт — это пристанище нежити.

— ?!

Вспоминая
изученные с Эйной перед походом сведения, я осматривал монстра,
отрицавшего любые биологические законы. В темноте казалось, что череп
парит над землёй сам по себе. Я не мог различить, что находится ниже.

Потому что остальные кости были прикрыты кожей.

Овцечерепа
— это особенный подвид скелетоподобных монстров, потому что длинная
широкая кожа подобно плащу покрывает всё до самых ног, оставляя хорошо
различимыми только изогнутые костяные рога. Если рассмотреть их поближе,
становится видно, что кожа этих монстров неоднородна. Она тёмная и
местами порвана, что делает их похожими на одетых в чёрную робу людей.
Вот почему я принял монстра за смерть.

Я видел только парящий в темноте череп.

— …

Монстр уставился на меня пустыми глазницами. Он снова начал трясти черепом, разгоняя по Подземелью странный треск.

Меня парализовало от напряжения, я не мог понять, стоит мне ударить первым или дождаться его нападения.

Неожиданно, стук прекратился.

Череп приблизился и оказался прямо передо мной.

— ?!

Топот копыт по земле я услышал, лишь когда он оказался прямо передо мной.

Кожа
покрывала всё тело монстра. Я не видел, как он готовится к прыжку, и
это заставило меня растеряться. Я слишком сильно полагался на глаза, и
пропустил быстрое сближение.

Челюсти монстра распахнулись. Я не мог прочесть какую эмоцию выражает костяная маска, но вид клыков был жутким.

Вырвавшись из замешательства, я уклонился, завалившись набок.

— Ого!

Овца-скелет
пронеслась над моей головой, едва не задевшей землю. Внезапная атака
монстра провалилась, со стуком ударив в пол. Отпрыгнув, я снова оказался
перед лежащей на земле Лю.

После прыжка я собирался нанести удар, как вдруг…

— Что… исчез?!

Мой враг растворился в воздухе.

Я видел лишь развод после атаки монстра, меня окружала вязкая темнота.

Что за?.. Он сбежал?!

— Не исчез… роба овцечерепа!..

Лежащая у моих ног Лю прохрипела название предмета добычи.

Я подскочил.

А
ведь точно. Кожа овцечерепа не только прикрывает тело. Она помогает
монстру смешиваться с темнотой этого этажа, подобно охотнику,
использующему одежду для маскировки. Овцечерепа умеют скрываться во
тьме.

Сначала они пугают добычу стуком костей, а потом тихо
нападают из тьмы и уничтожают её. Среди авантюристов этих монстров
прозвали смертельными отшельниками.

Где он, где он… откуда нападёт?!

Я
крутил головой по сторонам. Но видел только тьму. Враг закрыл лицо
своей мешковатой робой, потому я ничего не вижу. Моё замешательство
наверняка поможет ему ударить.

Сердцебиение начало отдаваться в
ушах, влияя на слух — единственное чувство, на которое я сейчас могу
положиться, вместе с тем я растерял и своё спокойствие.

И когда я почти поддался панике, голос Лю прозвучал снова:

— Справа!..

— !

Я услышал, как скидывается капюшон, и кости снова начинают трещать.

В самый распоследний момент мне удалось уклониться, но начало боя просто ужасное.

Череп
овцы скользнул по моей правой руке, этот удар вызвал жуткое жжение. Я
сказал, что монстр только скользнул по моей руке, но, на самом деле, он
срезал огромный кусок моей кожи. Роба монстра захлопала от скорости
атаки, и я услышал, как он приземляется на все четыре копыта.

— Ау-у-у-у!..

Схватившись за руку, я повернулся к монстру… и лучше бы я этого не делал.

Монстр
жевал, обнажённые клыки стучали друг об друга. Кусочек моей плоти
торчал на челюстях и шее монстра, окрасив их в красный цвет.

Я не мог не ощутить ужас от такого жуткого монстра, нет, от породившего его Подземелья.

— !..

Овцечереп
не скрывал кровожадности. Несколько раз его тело тряхнуло, и он опустил
голову так низко, что она скользнула по земле. Он пригнулся, и я
заметил, что под прикрытием чёрной кожи он растопырил собственные кости.

Инстинкты подсказали мне об опасности.

В следующее мгновенье на чёрной коже монстра возникли бугорки.

— Чего?!

Наросты выпустили несколько костей-снарядов, призванных поразить добычу издалека, прикрытых кожей.

В меня полетели три «костяных копья».

Они были похожи на шипы… нет, дротики!

Уклониться
от дальней атаки скелета, использующего для неё часть своего тела, я не
смог. Копья пронзили мою руку над плечом и левый локоть.

— Ау!

Не
дать нанизать себя на шампур я не смог, но атака всё равно добилась
своей цели, на какое-то время меня остановив. В этот момент овцечереп
бросился меня добивать. Втянув обратно оттопыренные кости, он прыжком
полетел на меня. Острые, окровавленные клыки должны были впиться прямо в
мою шею!

— Яяяяяяя!

— !

За мгновенье до того, как он впился в мою плоть, я успел выставить левую руку. Монстр переключился на неё, сбив меня с ног.

— Господин Кранелл!

Крик Лю навис надо мной и монстром, сцепившимися в один клубок. Кажется, она была удивлена.

Клыкам монстра не удалось впиться в мою плоть.

Я подставил левую руку намеренно.

Она была обмотана чёрной повязкой.

Шарф
Голиафа. Защитный предмет настолько прочный, что он способен защитить
даже от когтей монстра с двадцать седьмого этажа. Острые клыки
застучали, безуспешно пытаясь пронзить шарф. Впервые я ощутил эмоцию —
удивление, исходящее от овцечерепа.

Завывая от боли в левой руке, я замотал конечностями, борясь с мощью монстра

Я боролся несколько секунд, после которых овцечереп вздрогнул и перестал двигаться.

Скрытый
робой живот был для меня открыт. Божественный кинжал, который я сжимал в
правой руке, проскользнул между рёбер и… разбил магический камень,
парящий в полости грудной клетки.

— Хуфф… пуфф… хуфф!..

На меня посыпался пепел, но я не обращал на это внимания, тяжело дыша, уставившись в потолок.

Одно-единственное сражение.

А я чуть не умер.

Вот что такое… глубинные этажи.

— !..

Невозможно. Жутко. У меня не получится.

Если я наткнусь на другого монстра в таком состоянии…

Машинально я поднялся из пепла и помог подняться Лю.

Снова поддерживая её плечом, я пошёл с ней дальше.

Нам нужно отсюда убраться!..

Если мы не поспешим, то столкнёмся с монстрами, пришедшими на звуки боя.

Сейчас
у меня не получится драться. Силы, которые восстановило мне заклинание
Лю, ушли на этот бой. Нужно где-то скрыться и избавиться от истощения.

Я отчаянно бежал вперёд.

Кровь капала из ран, нанесённых мне овцечерепом.

С
самого начала побега кровь у меня не останавливалась. Если не буду
осторожен, потеряю сознание от головокружения. Не будь у меня
выносливости четвёртого уровня, я бы давно превратился в беспомощную
куклу.

С каждым шагом моральные и физические силы убывали.

Левая рука меня убивает. Мне даже хочется её отрезать. В голове мелькнуло слово «гибель», словно в преддверии скорого конца.

Но я двигался дальше.

Чтобы выжить, я должен двигаться.

Что бы мне ни пришлось ощущать, я продолжал идти вперёд.

— …Господин Кранелл… постойте…

Лю не могла выносить своей слабости и того, что ей приходится опираться на меня в таком состоянии. Это было слышно в её тоне.

— Сейчас же положите меня и уходите.

— !

Она воспринимала себя, как обузу. Как будто она меня сдерживает.

В её шёпоте были слышны эти чувства.

Я свёл брови так сильно, как это было возможно.

— Не хочу!

— Господин Кранелл…

— Я никогда вас не оставлю!

Я был похож на упирающегося ребёнка. Лю взволнованно опустила взгляд.

Оставлять её не вариант.

Если я это сделаю, перестану быть Беллом Кранеллом.

Уже никогда я никого не смогу больше спасти!

Разбушевавшиеся эмоции заставили меня сорваться на крик:

— Думаете, у меня есть шанс выжить на глубинных этажах в одиночку?!

— …

— Вот и держитесь. Без вас мне будет ещё хуже!

Кровь прилила к голове, я уже не мог остановиться, хоть и знал, что меня могут услышать монстры.

Вместе
с тем я словно подсознательно понимал положение, в котором оказался.
Чтобы выжить, я должен убедить её в том, что она необходима. Поэтому
продолжал кричать, несмотря на то, что это было тратой ценных сил.

— Вы нужны мне, потому что знаете о глубинных этажах! Мне нужен ваш опыт!

Когда я кричал, я вдруг и сам это понял. В моих словах есть смысл.

Ведь
правда, всё что я знаю о глубинных этажах, я вынес из обучения с Эйной,
но разница между практикой и теорией просто огромна. И сейчас эта
разница может отделить жизнь от смерти. Драка с овцечерепом тому
подтверждение.

Любой авантюрист знает, как страшно столкнуться
впервые с новой зоной. У меня нет компаса, который направил бы меня
через глубинные этажи.

Чтобы выжить, мне нужен путеводный свет — человек, который меня проведёт.

— !..

Глаза Лю округлились. Она поджала губы, не произнеся ни слова.

Она
задумалась. Она начала взвешивать, что принесёт больше пользы:
избавление меня от её веса или её подсказки о глубинных этажах.

Проведя какое-то время в нерешительности, она заговорила снова:

— …Я буду присматривать за монстрами, а вы приложите все силы к походу…

— Лю!..

— Как вы и сказали… от меня ещё может быть какая-то польза.

В
небесно-голубые глаза, до этого наполненные обречённостью, вернулся
свет. Тень смерти оставила её побитое тело. Губы скривились в ироничной
улыбке, словно говорившей: ладно, я поспешила. Потеряла спокойствие.

Ради меня она поддалась. Я не мог этому не порадоваться.

— Господин Кранелл… пожалуйста, найдите комнату… тупиковую и по возможности очень маленькую…

— Комнату?..

— Мы на какое-то время остановимся… если повредить стены… новые монстры не родятся… и можно будет отдохнуть…

— !..

Закалённая
авантюристка второго ранга отдала приказ. Меня её ход мыслей немного
озадачил, но она права. Если найти подходящую комнату, можно будет
передохнуть от этой дикой погони.

Теперь у нас есть направление. Путь дальше открылся.

Следуя приказу Лю, я начал выискивать узкие коридоры.

…Впрочем, лучше наше положение не стало!..

Если
на нас наткнётся группа монстров, с нами будет покончено. Если они
появятся из стен прямо перед нами, всё будет кончено. Истощение
безжалостно нарастало. Если поддамся хоть на секунду, рухну на землю.

Найдём
мы комнату, что дальше? Отдохнём и что? Можно ли выйти с глубинных
этажей? Есть ли способ вернуться на поверхность живыми?

Я
отвернулся от мрачного шёпота, пожиравшего мою волю, закрыл уши и вложил
все силы в побег. Я сконцентрировался на попытке воплотить в жизнь
слова Лю. Если я этого не сделаю, не смогу двигаться.

Лицо
освещал слабый свет со стен, я шёл среди молочно-белых стен. Лю
кривилась, словно каждый мой шаг вызывал у неё боль. Слыша только наше
дыхание, мы шли через Подземелье.

— ?..

Сколько уже прошло времени? Правда всего несколько минут?

Я прищурился.

Что-то в левом проходе впереди казалось странным.

В узком коридоре мерцал тусклый свет.

Поначалу
я подумал, что мимо источника света в Подземелье проходят монстры,
блокируя его. Но как только осознал, что освещение какое-то
неестественное, глаза сами собой чуть не выскочили из орбит.

Свет слишком… яркий?

— Не может быть… лампа с магическим камнем?

Такой
свет явно выбивается из обстановки Подземелья, но его часто можно
встретить на поверхности. В собственном шёпоте я услышал уверенность.

Точно. Это не тусклый свет Подземелья, он… сделан людьми!

— Лю, видите, там лампа с магическим камнем! Там кто-то есть, авантюрист!

— …Да, этот свет… он…

Лю ответила на мой довольный возглас удивлённым шёпотом. Монстры ламп не носят! Впереди должны быть люди!

Приободрившись, я скользнул в левый проход. Я напрочь забыл о терзающей моё тело боли. Шаги стали какими-то пружинистыми.

Авантюристов
часто спасают от забвения другие авантюристы. Их практически всегда
можно убедить помочь, даже если в обычной жизни их группы не ладят. Я не
раз слышал подобные истории и теперь стал участником одной из них.

Какая удача!

Кто бы мог подумать, что в подобном месте можно встретить других авантюристов!

Раз они на глубинных этажах, наверняка это какая-то высокоуровневая группа. Может Паствы Локи? Или Паствы Фреи? Было бы просто замечательно! Кто бы там ни был!

Теперь мы спасены! Теперь нас ждёт свобода!

И меня и Лю!

— Здравствуйте! Здравствуйте! Помогите нам, пожалуйста!!!

Собрав силы, я крикнул источнику мерцающего света.

Мы повернули за угол. Ещё совсем немного. Свет становился ярче. Ещё секундочка. Вход в комнату уже перед глазами. Вот моя цель!

Напряжение
меня оставило. Я ощутил облегчение. Наверное чтобы скрыть радость, Лю
молчала. Я заметил силуэты людей рядом с мерцающим светом и протянул
руку.

— Пожалуйста, помо!..

С улыбкой на лице я вошёл в комнату.

Но её стёр неожиданный звук.

Кто-то сглотнул.

Я понял, что это была Лю.

Время застыло.

— …

Конечно, в комнате были люди.

Они
были рядом с лампой с магическим камнем, мерцающей в центре комнаты. И
это авантюристы, по оружию и защитной экипировке можно об этом судить.

Только вот их расы я назвать не могу. Ни возраста, ни вида. В конце концов, плоти и кожи на них нет.

Тонкие пальцы были совершенно белыми.

Когда-то прекрасные светлые волосы высохли.

Слабый, но отчётливый запах протухшей плоти висел в воздухе.

Мы набрели на тела авантюристов, успевшие стать высушенными костями.

Один
опирался на стену, смотря на нас пустыми глазницами. Другая, одетая в
длинную боевую юбку, лежала на земле посреди выпавших волос. В руках она
сжимала кинжал, пронзавший красную, ссохшуюся одежду, словно
авантюристка вонзила его в свою грудь.

Здесь были люди.

Точнее то, что когда-то было людьми.

Здесь встретили трагичный конец авантюристы, спустившиеся на глубинные этажи.

— …А?

Пошатываясь, я устремился в центр комнаты, словно меня что-то туда тянуло.

Мерцающая
лампа была почти сломана. Словно она лежала здесь месяцами. Три
молчаливых скелета также намекали на количество времени, которое прошло.

Авантюристы
не могут нас спасти. Конечно, не могут. Как я мог подумать, что кто-то
здесь нам поможет? Чего я ожидал от тел, которые не могут ни ответить,
ни двинуться? Что они возьмутся за руки и начнут плясать? Мысль была
такой смехотворной, что слёзы сами собой навернулись на глаза.

Выражение на лице Лю не изменилось. Она продолжала молчать, будто ожидала чего-то подобного.

Я встретился взглядом с пустыми глазницами скелета, прислонённого к стене.

Добро пожаловать! Присоединяйтесь!

Уши меня подводят.

Вот цель, к которой вы стремитесь.

— …А.

К моему удивлению это было именно то, что мы искали. Небольшая комната с одним входом. Тупик.

Мир словно перевернулся.

Я прижал к себе Лю сильнее и рухнул на колени.

— Это…

Я услышал звук, который разрушал все надежды.

С того момента, как я решил выбраться вместе с Лю, прошла всего пара минут.

Нить надежды, оказавшаяся прямо перед глазами была безжалостно оборвана.

Если
это работа Подземелья, то оно играет очень изобретательно и грязно. Это
сокрушило мою волю с непревзойдённой точностью. Его вызывающий смех
снова раздался в моих ушах.

Такова будет и ваша участь.

Как и эти авантюристы, вы будете уничтожены и забыты.

— Господин Кранелл…

Голос Лю был наполнен грустью.

Ответить
я не могу. Даже не знаю, как ужасно, должно быть, сейчас выглядит моё
лицо. Словно объявляя об окончании своей роли, мерцающая лампа с
магическим камнем прекратила развеивать тьму. Устройство, которое
привело нас к своим владельцам, перестало существовать.

Место её света заняла тьма отчаянья.

Словно пытаясь приблизить нас, погружавшихся в отчаянье, к смерти, раздался треск.

Ощутив будто к моей шее, приставили лезвие, я обернулся.

В темноте единственного ведущего сюда коридора показались три овцечерепа.

Монстры следовали по следам своей добычи.

Снова ужас заставил мой мозг застыть. Темнота охватила моё загнанное в угол сердце.

Крак-крак-крак, крак-крак-крак.

Мрачные жнецы взывали к нам из тьмы.

— …е… …ди…

Лю скривилась, потому что я прижал её к себе изо всех оставшихся сил, содрогаясь от ужаса.

Парящие во тьме маски медленно приближались.

— Не подходите…

Тихий сбивчивый шёпот вылетел из моего рта. Голос отрицания, страха и смешавшейся с ним мольбы.

— Не подходите…

Они безжалостны. Мои мольбы они сокрушат своими рогами.

Несколько монстроовец приближалось к нам из тьмы.

Вызывающий треск не утихал.

— НЕ ПОДХОДИТЕ!!!

Я поддался снедающему меня страху и заорал, а овцечерепа пригнулись к земле. Они готовились одним махом пересечь комнату.

Я поднял правую руку и направил на них.

— Вспышка!!!

В этом слове я собрал все свои ментальные силы.

Словно пытаясь отогнать окружающую нас смерть, я запустил пять огненных снарядов.

Два промазали и ударили в стены лабиринта, а оставшиеся три попали в овцечерепов.

— ?!

Они взвизгнули от прямого попадания заклинания быстрого действия.

Молниеносное
пламя пронзило чёрные робы и разбило кости, монстры покатились по
земле. А потом они бросились прочь, словно парящие в воздухе снопы искр
их напугали.

— …а.

Вместе с тем моё тело оставили последние силы.

Истощение разума. То, что случается, когда перебарщиваешь с магией. Запасы моей силы разума истощились до предела.

Я пытался не лишится сознания и буквально не мог пошевелить и пальцем.

Я не ощутил облегчения, прогнав неизбежную угрозу, совсем наоборот, меня охватило отчаянье.

— Господин Кранелл…

Кто-то позвал меня по имени.

Но кто? Кто сейчас рядом?

Не могу слышать. Не могу думать. Не могу чувствовать.

Почему я здесь?

Что я должен сделать?

— Господин Кранелл…

Я скитаюсь по лабиринту, лабиринту, из которого нет выхода. Запутанное бесконечное место, погребённое во тьме.

Я не могу отличить верх от низа, что справа, а что слева уже неясно. Я не могу понять, где нахожусь.

Мои собственные частые короткие вдохи, казалось, тонут где-то вдалеке.

— Господин Кранелл…

Тьма, в которой свет не пронзает моё существование.

Тьма окутала моё тело и душу.

Я начал в ней растворяться…

…Шлёп!

Сухой звук.

Несколько секунд у меня ушло, чтобы понять, что он послышался от моей собственной щеки.

— Пожалуйста, успокойтесь.

Дрожание правой щеки снова вернуло мне ощущение реальности и вытащило из тьмы.

Всё перед глазами было смазано.

Я увидел пару небесно-голубых глаз.

Они смотрели на меня с вызовом.

— Лю?..

Звуки вернулись. Ощущения вернулись. Реальность вернулась на место.

Её имя вернулось, и я его назвал.

Она отвесила мне пощёчину. А теперь кивнула.

— Это может быть непросто, но послушайте меня. Для начала, вам нужно успокоиться. Дышите медленно.

Я ощутил теплоту руки, которую она положила мне на плечо. И повиновался ей.

Вдох, выдох.

И снова.

Лёгкие,
которые только что бешено втягивали воздух, наконец расслабились.
Прохладный воздух добрался до моего мозга и помог мне успокоиться.

Сознание прояснилось.

— Господин Кранелл, вы не должны погружаться в отчаянье.

Наблюдавшая за мной Лю выбрала правильный момент, чтобы заговорить.

— Может мы и натолкнулись на тела других авантюристов, но наше положение это нисколько не меняет. Не нужно придавать этому большое значение.

Мои глаза округлились, когда я услышал эти слова.

Мы были в худшей из возможных ситуаций с самого начала… мы оказались на глубинных этажах. Лучше не стало, но не стало и хуже.

Если задуматься, мы даже нашли комнату, которую искали. Мы делаем успехи. Лю явно дала мне понять, что надежду терять не стоит.

…И я должен признать, что она права.

Но я не могу не задуматься о том, что она осталась в здравом уме, насколько сильна её воля.

Как она могла наткнуться на сгнивших авантюристов и всё равно рассуждать так трезво?

— Господин Кранелл, отдохните пять минут.

— Но?..

— Поспите пять минут.

Лю оборвала мой удивлённый возглас и прикрыла мне глаза руками.

— П-постойте, что вы?!

— Я буду вас охранять. Вы должны поспать.

— ?!

— Попытайтесь восстановить как можно больше сил за эти пять минут.

Её намерения стали ясны. Наконец я ей подчинился.

Только вот, в каком это смысле пять минут?

— На глубинных этажах в нашем положении… пять минут отдыха — это предел.

Больше отдохнуть не получится.

Сейчас нам нужно опасаться монстров. Отдых больше пяти минут невозможен.

Я сглотнул, услышав безоговорочный тон Лю.

То,
что она говорит, чистейшее безумие. Разве можно восстановиться за пять
минут? Да, авантюристы становятся сверхсильными после поднятия уровня,
но разве пять минут что-то изменят?

Я не знал, озвучивать ли не свои сомнения, а Лю уже их развеяла:

— Восстанавливаться, где угодно и когда угодно… таков дар авантюристов.

— !

Я растерялся.

Её слова напомнили мне слова, которые произнесла девушка, которой я восхищаюсь на вершине городской стены.

В Подземелье ты должен уметь спать, когда потребуется.

Очень важно уметь быстро восстанавливать физические силы.

Выходит… моя пригодность к жизни авантюриста будет сейчас проверяться.

Должен
признать, те слова Айз я всерьёз не воспринял, но теперь понимаю… она
была на сто процентов права. Нужно безоговорочно верить каждому её
слову.

Я начал восхищаться ей с новым рвением, но почему-то мне представилось, как она виновато отводит взгляд. Что это за видения?

— К счастью, ваше заклинание повредило комнату. Вряд ли монстры появятся в следующие пять минут.

Лю осмотрелась.

Вспышки,
которые я использовал, чтобы отогнать овцечерепов нанесли повреждения
коридору. Куча обломков стен завалила проход, встав у входа небольшой
баррикадой. Это был единственный вход и выход в комнату, и Подземелье
предпочитает ремонт себя порождению монстров, поэтому можно было немного
расслабиться.

— Сможете ли вы восстановить силы за пять минут? Для вас… нет, для нас это станет поворотным моментом.

С
самого падения мы находились на грани жизни и смерти. Пять минут могут
казаться каплей в море, но, если подобных передышек накопится
достаточно, возможно нам удастся вернуться на поверхность.

Может отдыха всего пять минут, но это отдых.

Можно сказать это вопрос задела на будущее.

Есть
ли у нас хоть какие-то перспективы? Честно говоря, я не знаю. Зато я
точно знаю, что уже не ощущаю такого отчаянья и горечи, как раньше.
Только благодаря Лю я сейчас вообще способен думать. Каждое её слово
кажется тщательно выверенным. Её голос, в котором слышится отвага,
наполняет меня храбростью. Она даёт мне слабую надежду.

— …

— …

Всё ещё стоя на коленях, я посмотрел в глаза Лю и кивнул.

Я должен ей довериться.

Используя
остатки сил, я отошёл к стене, стараясь не смотреть на тела
авантюристов. Я громко и неловко рухнул на пол, прислонившись к
прохладной стене.

— Сначала поспите вы. Я отдохну после.

— …Хорошо.

Пользуясь
её добротой, я собрался закрыть глаза. Придётся спать рядом с телами
других авантюристов. Даже не знаю, смогу ли я отдохнуть в таком месте.
За мгновенье до того, как закрыть глаза я встретился взглядом с Лю.

— Спите спокойно…

Её изящные губы слабо улыбались. Эта улыбка меня успокоила, и теперь я смогу поспать. Я выскользнул из этого мира.

----------

Том 14 Глава 9.3

Пять минут… хватит ли этого?

Стоило Беллу закрыть глаза, как улыбка исчезла с лица Лю. Её тело обливалось потом.

Пять минут.

Строго говоря, это минимальное время, которое позволит Беллу отдохнуть. Согласно диагнозу Лю, это было просто необходимо.

Огненные
снаряды нанесли комнате повреждения. Но этого было недостаточно.
Комнату нельзя было назвать безопасной. Сейчас она бы занялась
разрушением всех четырёх стен, но из-за сломанной ноги это невозможно.
Ей попросту не хватит сил.

Вопрос заключается лишь в том, не подвергнутся ли они за эти пять минут нападению? Шансы были невелики.

Наблюдая, как восстанавливает себя Подземелье, Лю попыталась отогнать страхи, засевшие в самой глубине её сознания.

Нельзя заставлять его переживать лишний раз… не после того, что он сделал для моей защиты. Если он не отдохнёт, то сломается…

Зачем Лю соврала Беллу? Очевидно, потому что у неё не было другого выхода.

Поскольку
он истощил запас энергии разума, двигаться он не мог. Его физические
силы также были на пределе. Он был на грани срыва, на грани поглощения
жуткой реальностью. Отдых, пусть и короткий, был жизненно необходим,
чтобы он мог действовать и дальше. Разве могла она сказать ему, что
нужно разрушать стены?

Выход был только один: рискнуть жизнями и отдохнуть прямо так.

Это первый ключевой момент…

Если
они выживут, сколько ещё таких рискованных решений ждёт впереди? Она
попыталась высокомерно усмехнуться над своей неспособностью ничего
предсказать, но не могла. У неё не было даже сил, чтобы над собой
посмеяться.

Следующие пять минут ей предстоит держаться в одиночку.

Несмотря на побитое тело, она должна защитить парня и перебороть окутывавшую её темноту лабиринта.

У
меня есть только Футаба… я могу бросить два меча, а значит избавиться
от двух монстров… После этого останется лишь заслонить его телом.

Она
вытащила короткие мечи из ножен и воткнула их в землю перед собой.
Эльфийка собиралась бросить их, когда монстры окажутся в пределах
видимости.

Поскольку её нога сломана и двигаться она не могла, она молилась, чтобы ей не пришлось пускать это оружие в ход.

— О-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о…

Где-то вдалеке раздался боевой клич. Дрожь пробежала по её плечам. Хоть она и знала, что это бесполезно, Лю стала дышать тише.

Она всматривалась во тьму и молилась снова и снова. Правая нога ныла от боли, и она не могла сдержать громких вдохов.

…Я и правда начинаю волноваться, просто потому, что не могу разговаривать с господином Кранеллом?..

Тягучая темнота мрачных этажей подтачивала решимость даже ужасающей авантюристки по прозвищу Ледяной Ветер.

Это
один из тех факторов, которые делают глубинные этажи такими жуткими. На
них гораздо меньше света, чем на серединных этажах. Темнота проникает в
каждый уголок. И эта темнота заставляет людей начинать волноваться. Она
уничтожает волю и мешает воспринимать реальность. Особенно отчётливо
это заметно среди загнанных в угол авантюристов, таких как Белл и Лю.
Также окружение отбивает у людей чувство времени.

Триста секунд кажутся вечностью.

Сколько уже прошло?

Сколько ещё ей предстоит вынести?

Эльфийка
обратилась к подсознательным часам, развитым за время экспедиций. Она
прикусила губу, узнав ответ. Долго. Слишком долго. Не прошло и тридцати
секунд.

Она знала, что её взгляд остекленел.

Она не могла даже контролировать прерывистое дыхание, чтобы не помешать отдыху Белла.

Зловещая тишина, разлившаяся по комнате, заставила её воображать жуткие вещи.

Разве на стене, на которую она опирается сейчас, не появятся трещины

Разве порождённый подземельем монстр не издаст свой первый крик и не снесёт ей голову с плеч?

А что касается прохода? Разве орда монстров не несётся сейчас прямо сюда?

Лю вцепилась ногтями в руку, пытаясь отогнать видения.

— …

Она
отвела взгляд в сторону, потому что не могла смотреть в темноту, не
могла столкнуться с реальностью. Белл спал. Его подбородок опустился на
грудь, закрытых глаз не было видно. Как будто он испустил последний
вздох. Но нет, он был жив. Определённо жив.

Он послушно исполнил её распоряжение и погрузился в сон.

Он чуть не сдался… но в такой ситуации подобного можно было ожидать.

В
глазах Лю Белл не был жалким из-за своих метаний. Совсем наоборот, он
держался более чем достойно и был собран, несмотря на тяжесть их
положения. Он впервые оказался на глубинных этажах, начав с самых глубин
отчаянья. Вырваться отсюда — практически безнадёжная затея. Однако, у
него были моральные и физические силы для борьбы. Любой бы дрогнул,
погрузившись в подобное отчаянье. Обычные авантюристы, возможно, даже
предпочли бы закончить жизнь своими собственными руками.

Лю бросила взгляд на скелет женщины с кинжалом в груди.

— …Он стал заметно сильнее… — шепнула она.

Она
ощутила желание коснуться покрытых пылью и кровью белых волос. Ей
хотелось легонько потрепать его по волосам, но она не могла. У неё нет
на это права.

Всё что она могла сейчас, искренне его похвалить и
отдать ему должное. Вместе с тем, эльфийка ощущала угрызения совести.
После того как он отдохнёт, ей придётся отдать ему жестокий приказ и
заставить его подчиниться.

Она должна заставить его совершить настоящее варварство.

Она должна, чтобы спасти его.

— Только ты должен быть спасён…

Лишь сгнившие авантюристы слышали её шёпот.

Белл ошибся.

Лю не отказалась умирать.

Она решила пожертвовать собой. Чтобы его спасти, она готова расстаться с жизнью.

Это решение сейчас поддерживало Лю.

Если
бы только у нас получилось сбежать с глубинных этажей… всё было бы
непросто, но дальше он мог бы пойти один… Да, как я и думала, сейчас
наша цель проход на тридцать шестой этаж…

Она думала только о том, чтобы дать шанс Беллу выбраться из Подземелья живым.

Нижние
этажи не так жестоки, как глубинные. Он окажется в невыгодном положении
без целебных предметов, но шансы на выживание значительно возрастут.

Если бы только у них получилось сбежать из этого логова зла…

…Прошу
вас, Элиза и остальные. Мне не важно, что случится со мной. Я последую
за вами, чтобы заплатить за совершённые мной грехи. Но, пожалуйста,
спасите мальчика…

Лю опустила взгляд, читая молитву своим умершим соратницам.

Только перед девушками из воспоминаний она позволяла себе раскрыть слабость, живущую в сильной, благородной эльфийке.

Она зажмурила глаза, как бессильная маленькая девочка.

В ту же секунду со стороны коридора раздался рёв.

Лю подняла голову.

Три костяных маски висели в воздухе.

Новые овцечерепа. Отшельники, питающиеся смертью, показались снова.

Реальность напомнила девушке, что обращение к умершим товарищам ничем не поможет.

Лю прикусила губу, взявшись за рукояти коротких мечей, воткнутых в пол.

Трое разом…

Это невозможно. Ей не справиться с тремя монстрами. Один попадёт в комнату.

Застонав от боли, Лю прицелилась в овцечерепов и бросила мечи.

Первый попал точно в цель, мгновенье спустя и второй монстр был сражён клинком. Монстры рухнули на землю.

Но этим всё кончилось.

Третий монстр ринулся к ней и уже почти запрыгнул в комнату, однако в этот момент белая рукоять появилась в его черепе.

— !!!

Поблёскивающий даже в сумраке белый кинжал сразил овцечерепа. Его бросил сидящий рядом с Лю человек.

Белл открыл глаза и бросил Хакуген.

Безжизненные кости со стуком попадали на пол.

Лю с удивлением повернулась, Белл опустил руку, которой бросил кинжал.

— …Лю.

Тонкие уши эльфийки вздрогнули от его шёпота:

— Пять минут прошло.

Целую секунду она не могла понять значения этих простых слов.

Похоже
тело Белла подсознательно отслеживало прошедшее время, а также он без
сомнения оставался настороже. Способность замечать угрозу даже во сне
это один из навыков, развивающихся у очень опытных авантюристов, и Лю
была удивлена, узнав, что Белл его освоил.

Возможно, кто-то обучил его и этому.

— …Простите, что не смогла исполнить свой долг, как полагается, я была беспечна.

— Ничего, всё в порядке.

Белл
неловко улыбнулся, услышав тихое извинение Лю. Несмотря на то, что
усталость не покинула парня, он словно преобразился в сравнении с собой
пятиминутной давности. В его голосе ощущалось гораздо больше
уверенности.

Лю предположила, что с его разума спала пелена. Пяти
минут недостаточно, чтобы восстановить физические и моральные силы, но
это время не прошло даром.

— Теперь ваша очередь спать, Лю.

— …Хорошо, если вы настаиваете.

Пять минут они пережили. Тяжёлая ноша упала с плеч Лю.

Истощение навалилось на неё неожиданно. Её веки потяжелели.

Она тоже была на пределе своих возможностей.

— Господин Кранелл… разбейте, пожалуйста, стены, чтобы монстры не появились.

— Понял.

После этого девушка прислонилась к стене. Тяжёлая сонливость окутала её словно одеяло. Она не сопротивлялась.

Разум опустел.

Лайон, Лайон.

Она услышала знакомые голоса.

Голоса членов её Паствы.

Она погрузилась в мир снов, следуя их зову.

----------

Том 14 Глава 9.4

— …Лайон, ты меня слышишь?

Лю подняла взгляд.

Милая девчушка с гладкими рыжими волосами и зелёными глазами смотрела на неё, подняв брови.

— А ты смелая, раз засыпаешь, когда с тобой твой командир разговаривает!

Рыжеволосая девушка была явно недовольна и погрозила Лю пальцем.

— Прости, Элиза. Слегка забылась.

Она почтительно извинилась.

Тот факт, что перед ней стояла рыжеволосая девушка, не вызвал у неё удивления.

— Ну, раз уж ты признаёшь свою вину, — девушка расплылась в широкой улыбке.

А. Это сон.

Лю поняла это сразу.

Доказательством
послужило то, что её тело ей не повиновалось. Губы произносили не те
слова, которые она хотела произнести, словно она просто погрузилась в
воспоминания.

Сон воспроизводил события, случившиеся пять лет назад.

Она была в очень важном для себя месте, в то время, когда любимая и дорогая ей семья была ещё жива.

—
Ну и когда наша высокоблагородная эльфийская леди успела стать такой
соней? На ходу засыпаешь… Вот уж кому за моими навыками точно не
угнаться! — заявила девушка с чёрными волосами.

— …Я не сонная, Кагуя. И хватит так меня называть. Это сильно раздражает.

—
Хватит её дразнить, Кагуя. Даже сильнейшие авантюристки становятся
вялыми в такие дни месяца. Она же девушка, в конце концов! — встряла в
разговор девушка-полурослик с персиковым цветом волос.

— Как грубо, Лира. Да и… н-н-не то сейчас время!

Лю
скривилась и подняла голос. Если бы кто-то из друзей Белла или сам
парень увидел Лю такой, как сейчас, они бы сильно удивились.

Она казалась моложе, а её лицо выражало гораздо больше эмоций.

Только близким друзьям она позволяла видеть свою молодую и эмоциональную сторону.

Нынешняя Лю всё это растеряла.

—
А, так у тебя месячные, Лайон! Прости, я не поняла. Знаешь, в
Подземелье зевать нельзя. Постарайся, пожалуйста, собраться! — Элиза
подмигнула и снова погрозила Лю указательным пальцем.

В ответ Лю взорвалась:

— Не воспринимай их слова всерьёз, Элиза!

Другие участницы Паствы расхохотались, а эльфийка покраснела до кончиков ушей.

Паства Астреи.

Возглавляемая богиней Астреей Паства избрала в качестве символа меч правосудия и пару крыльев.

В тёмные дни, когда Орарио окутывало зло, Паства Астреи вместе с Паствой Локи и Паствы Ганеши
сражалась за поддержание мира в городе. Все одиннадцать её участниц
были девушками. Они были волевыми, отважными и героическими
воительницами, которые внушали страх. Немало подлых авантюристов бежали,
поджав хвосты, завидев небольшой отряд элитных воительниц.

—
Итак, дамы, самое время собраться. Поговорим о правосудии. Битва со
Злодеями скоро достигнет апогея. И для этой битвы нужно вернуть пыл, с
которым мы начинали эту борьбу!

Среди ярких участниц Паствы,
Элиза Ловелл сияла ярче остальных. Она пригласила Лю присоединиться и
стала эльфийке подругой. Волосы цвета заходящего солнца, обычно стянутые
в конский хвост, идеально подходили её характеру. Если видеть во всём
хорошее, можно было сказать, что она была открытой и прямолинейной. Если
же описывать всё как есть, многим могло показаться, что она действует
нагло и необдуманно. В первую же встречу с Лю девушка уверенно заявила:
«Тебя зовут Лю? Как-то простовато! Буду звать тебя Лайон!» Именно
поэтому все в Пастве, кроме покровительницы Астреи, звали её именно так.

Но Лю уважала Элизу.

Та всегда задумывалась о будущем, ко всем была добра и была честнее, чем кто-либо другой из знакомых Лю.

Элиза стала её первой подругой.

— Мы правда о правосудии будем говорить? Что и сказать-то не знаю…

— Простейшее проявление правосудия — это сотворение добра, не ожидая за это награды…

— Но разве, когда ты творишь безвозмездное добро, это не вызывает самодовольства?

— А если ты чего-то ждёшь в ответ, это уже расчётливость. К настоящему правосудию это даже не близко.

—
Строго говоря, правосудие — это всего лишь инструмент, оружие, которое
используется, чтобы достичь цели, и бесцветный флаг, которым оправдывают
жестокие слова и поступки.

— Постойте, давайте от этого отойдём. Крылатый меч, которому мы себя посвятили, не имеет ничего общего с таким правосудием.

— Вот оно, теоретик Лю в действии!

По приказу Элизы все члены Паствы собрались
в одной комнате, чтобы начать обсуждение. Начались пылкие споры, их
подогревал взрывной темперамент девушек. Элиза оглядела комнату и
довольно кивнула:

— …Итак, давайте подведём итог! Даже божества
не могут дать ответ на вопрос «что такое правосудие?», конечно же и у
нас не получится, как бы мы не старались! Да, ответ дать невозможно!

Элиза была спонтанной и безответственной ровно настолько, насколько это требовалось, чтобы угомонить поднявшиеся споры.

Члены Паствы с негодованием посмотрели на командиршу, прервавшую разговор на тему, которую она сама и подняла.

—
Любой может рассказать о своём правосудии. Но вместо поиска
«настоящего» правосудия среди бесчисленного множества мнений, давайте
сокрушим злодеев, которые собираются под знаменем правосудия ложного!

— !

—
Когда злоба и фальшь исчезнут, родится гармония. Люди будут счастливы!
Мне кажется, именно это и есть правосудие для нас, членов Паствы Астреи!

Порой ей удавалось как бы невзначай говорить удивительные вещи.

—
Не нам нести правосудие на своих плечах, потому что однажды такой груз
может нас сокрушить. Им нельзя хвалиться, потому что это всё равно, что
навязывать людям свою волю!

— Элиза…

— Правосудие нужно прятать!

Члены Паствы
не сводили с Элизы взглядов. Напряжение в комнате развеялось, на
девушку смотрели, подняв брови. «Снова её занесло!» — как бы говорили
взгляды. После покровительницы, Астреи, Элиза была самым уважаемым
членом Паствы.

— И вот я снова поразила вас своей мудростью, вот оно! Хе-хе, а я хороша, да?

Также
Элиза зачастую говорила совсем необязательные фразы. В этот раз она
заговорила о себе, горделиво выпятив грудь, положив на неё руку и
довольно прикрыв глаза.

Как я скучаю по тем дням!

Так подумала Лю, наблюдавшая за разворачивавшимся действом.

Здесь были те, кого она считала семьёй.

Если бы она могла вернуться, она бы вернулась.

— Итак, переходим к основной задаче! От Гильдии мне удалось узнать, что на нижних этажах замечена активность Злодеев.

Эта фраза заставила Лю ощутить холод.

— Злодеи… это Паства Рудры?

— Да. После той жуткой стычки на двадцать седьмом этаже Паствы
Гильдии понесли серьёзный урон, но и Злодеям мы нанесли сильный удар.
Скорее всего теперь они могут действовать только так глубоко.

— В тот раз было сложно, потому что Паства Локи была занята контратакой. Они на рассчитывали на нашу храбрость.

Разум Лю содрогнулся при воспоминании об этом разговоре с Элизой и остальными.

Он состоялся за день до того, как случилась катастрофа.

В тот день они не имели понятия, что их ждёт.

Но Лю из настоящего всё помнила.

— Нам, Пастве Астреи,
поручили изучение нижних этажей. Если что-нибудь найдём, будет неплохо,
ещё лучше будет помешать планам врагов и просто замечательно, если нам
удастся поймать Паству Рудры.

Нет, нет.

Джура и другие члены Паствы Рудры намеренно распространили слух. Связанные с ними члены Гильдии его поддержали. Потому Паства Астреи отправилась в Подземелье навстречу бедствию.

— Вам не кажется, что это ловушка? Как и кошмар на двадцать седьмом…

— Даже если это ловушка, мы можем только пойти. Нельзя допустить, чтобы подобная трагедия повторилась.

Элиза покачала головой, отвечая на слова девушки-полурослика.

Лю
уважала её за прямой, наполненный гордостью за правосудие взгляд. Но
сейчас этот взгляд говорил о том, что их судьба в тот день была
предопределена.

Элиза, это плохое решение!

Не важно, как громко она кричала, её слова не были услышаны.

Как
отчаянно она бы не звала их из своего неподвижного тела, сон
продолжался таким, каким она его запомнила, ведущим Элизу и остальных к
отчаянью.

— Мы выдвигаемся сразу после собрания. Собирайте вещи.

Это плохое решение!

Стойте, Кагуя, Лира!

Вы… вы не должны туда идти!

Крики были бесполезны. Элиза отвернулась и вышла из комнаты.

Остальные члены Паствы последовали за ней, а Лю из сна шла вместе с ними.

В комнате осталось только сознание сегодняшней Лю.

Стойте.

Постепенно дом Паствы начал размываться, пока не обратился в яркий белый свет.

Остались только спины удалявшихся подруг.

Они шли вперёд, не оглядываясь. Они шли к сияющему вдали свету. Они оставили Лю позади, словно за стеклянной стеной.

Стойте.

Кагуя, Лира, Нойн, Незе.

Аста, Лиана, Кельти, Иска, Марью.

Она кричала их имена, но ответа не слышала.

Они уходили всё дальше и дальше.

Только Лю оставалась позади. Не осознавая, что она делает, Лю отчаянно потянулась к спине рыжеволосой девушки.

Элиза.

Она видела растворяющийся в свете, так и не повернувшийся к ней силуэт.

----------

Том 14 Глава 9.5

— Элиза…

Тихий шёпот сорвался с её губ.

Я не мог не услышать.

Мы в комнате, в которой лежат тела других авантюристов.

Как
и сказала мне Лю, я повредил все четыре стены. Я колол, резал и бил по
ним рукоятью Божественного Кинжала. На время это точно остановит
появление монстров. Короткие мечи Лю, Хакуген, я принёс обратно.

Услышав слово, которое она прошептала я сел с ней рядом.

От выражения её лица мои губы сами собой сжались.

Встретив кого-то в своём сне, она стала очень грустной.

— …

Я снова окинул комнату взглядом. Я что-то услышал и ощутил. Заглянув в коридор, я увидел костяную маску.

Овцечереп снова пришёл за нашими жизнями. А может просто забрёл сюда по прихоти.

Всего один… значит…

— …Если пойдёт сюда, использую заклинание.

Я вытянул правую руку, собрав в ней энергию разума, восстановленную отдыхом.

Ни за что я не дам ему понять, что я устал. Я продолжал сидеть, пытаясь всем своим видом показать свою готовность к бою.

Овцечереп
следил за моими приготовлениями к «выстрелу» пустыми глазницами, а
потом отступил в темноту. Должно быть, он ощущает угрозу от моего
заклинания.

Если бы мы были на серединных этажах, он наверняка
бросился бы на меня, не раздумывая. Должен признать, разумность монстров
глубинных этажей заслуживает уважения. Сражаются они яростно, но,
похоже, что и за тактикой следят.

Протяжно вздохнув, я снова посмотрел на Лю.

…Кажется, настолько беззащитной я её ещё не видел…

Её
глаза закрыты. Тело разбито. Может дело в обстоятельствах, но
окровавленное, покрытое грязью лицо излучает какую-то неуловимую
красоту. Она словно раненная фея, спящая рядом с источником в свете
луны. Я должен за ней присмотреть. Поэтому я сел к ней так близко.

Её
тёплые плечи так близко, что из-за малейшего моего движения мы
сталкиваемся… как по мне очень мило выглядит. Всему виной наше
положение, я ничего не могу поделать.

Этим узким плечам приходилось слишком долго бороться.

Окровавленная и испуганная авантюристка Ледяной Ветер бросалась в самое пекло.

— Элиза…

Она повторила то имя. Она звала кого-то, как маленькая девочка.

Можно ли было подумать, что эта изящная и могучая воительница может быть такой слабой.

Я даже не знаю, какая Лю настоящая.

Я… просто хочу её защитить.

Я хочу защитить девушку, которая, сама того не желая, показала мне свою слабость.

Кажется, это желание возвращает мне силы.

— …Элиза… Постой…

Пять минут прошли.

Но я позволю ей отдохнуть ещё немного.

Всё будет в порядке, я уверен. Я позволю ей поспать и продолжу нести дозор.

Пусть она ещё хотя бы немного побудет с обитателями её снов.

----------

Том 14 Глава 9.6

Вскоре Лю открыла глаза.

Грациозная эльфийка вернулась. Я ничего не сказал по этому поводу.

Наверное, как и я, она вернула себе немного сил. Цвет её лица стал более здоровым.

Время действовать.

— Тем, кто её ищет, даруй милость исцеления… Природное Исцеление.

Из
руки Лю полился тёплый свет, окутав её правую ногу. Хоть в норму она не
вернулась, ранения на привязанной к использованному в качестве планки
кинжалу ноге начали затягиваться. Лю недовольно смотрела на результат.

После
того как к нам вернулось немного энергии разума мы использовали
заклинание восстановления Лю. Пришлось убежать её, чтобы она вылечила
себя, наотрез отказываясь от исцеления. По крайней мере, она должна
восстановить сломанную ногу, потому что поддерживать её на бегу слишком
утомительно. Так я ей сказал, и после этого она, наконец, меня
послушала.

Её намеренье исцелить меня первым напомнило мне,
насколько она упряма. Передвигаться быстро у нас всё равно не получится,
но, по крайней мере, теперь она сможет идти сама.

— Для начала оценим наше положение.

— Хорошо.

Я посмотрел Лю в глаза. Мы склонились на колени и, приглядывая за входом, начали тихо переговариваться.

—
Я не знаю, в какой части тридцать седьмого этажа мы сейчас находимся.
Мы истощены и ранены. Мы практически в безнадёжной ситуации.

То есть, невозможно понять, что нас ждёт. Я мрачно кивнул.

Не
стоит и говорить, что незнание своего положения в Подземелье подобно
смерти. Бродить, не понимая куда ты направляешься, — верный и очень
короткий путь на тот свет.

То, что мы отдохнули, ужаса нашего
положения не изменило. Мы по-прежнему слишком слабы для сражений с
монстрами глубинных этажей. Если бы была возможность, я бы искупался в
эликсирах и рухнул в кровать.

— Способов исцеления у нас также нет. Мы можем только поддерживать наше жалкое состояние моим заклинанием.

Мы
использовали её заклинание для лечения её ноги и очень долго не сможем
им воспользоваться снова. Строго говоря, я уже не надеюсь исцелить левую
руку. Когда мы спорили, что нужно лечить, её ногу или мою руку Лю
сорвала Шарф Голиафа и охнула. Начиная от плеча, рука превратилась в
жуткую смесь плоти и костей, даже мне не хотелось на это смотреть.

Впрочем, я ещё могу ей шевелить. Значит всё в порядке.

Нет, конечно, болит она так, что помереть хочется, и чёртов пот никак не перестаёт идти.

Когда мы вернёмся на поверхность, возможно придётся заменить руку на протез.

…И это не шутка.

—
Нам не хватает экипировки. Если честно, оружия, которое у нас есть,
явно недостаточно для сражений на глубинных этажах. О запасе предметов и
говорить нечего.

Я коснулся того места, где был мой мешочек с
зельями, расплавленный желудочным соком вирвелла, а Лю продолжила делать
неутешительные заключения. Из оружия у нас Хакуген, Кинжал Гестии и два
коротких меча Лю. Можно было бы добавить Шарф Голиафа, но я сомневаюсь,
что он способен послужить чем-то, кроме импровизированного бинта для
моей руки и нарукавника, по совместительству.

Мою экипировку
срезало когтями монстра, а остатки проплавило кислотой ламбтона. Вряд ли
что-то защитное от неё осталось. У нас всё настолько плохо, что голова
идёт кругом.

Лю продолжила:

— Что до помощи извне… на неё лучше не полагаться. Даже если ваша Паства сможет до нас дойти, пройти до глубинных этажей у них не получится.

Мы
прыгнули с двадцать седьмого этажа на тридцать седьмой. Авантюристы
подобной аномалии ожидать не могут. Моя слабая надежда заключалась в
Мари, видевшей наш бой. Но даже если она каким-то чудом свяжется с Лили и
остальными, сколько времени у группы спасения займёт путешествие до
глубинных этажей?

Дни? Неделя?

Что же до возможности
натолкнуться на других авантюристов, путешествующих по глубинным этажам…
об этом лучше тоже забыть. Подобные слишком уж оптимистичные мысли не
дадут надежды, они станут ядом, который подточит волю.

Побелевшие кости авантюристов, на которые упал мой взгляд, стали тому лишним подтверждением.

Надеюсь, у Лили и остальных всё хорошо…

Неожиданно
я задумался о своих друзьях. Они остались на двадцать пятом этаже, а
значит жуткое беснование монстров должно было обойти их стороной.

Ну
а пока надо бы унять волнение, которое начинает разрастаться только
сильнее, когда я задумываюсь об остальных. Если мы не выберемся живыми, я
всё равно не узнаю, как у них дела.

— В нынешних условиях… лучшим вариантом было бы направиться к проходу, соединяющему этот этаж с тридцать шестым.

Наконец указав на всё то, о чём нам стоит беспокоиться Лю предложила план, который поможет нам выбраться.

— Значит вы предлагаете побег на нижние этажи? Но даже если мы справимся…

— Знаю. Безопасность нам не гарантирована. И нам придётся проходить нижние этажи.

Первая безопасная зона глубинных этажей тридцать девятый этаж. Он двумя этажами ниже.

О
том, что чем ниже ты забираешься в Подземелье, тем больше становятся
этажи, и говорить не приходится. Тридцать седьмой этаж мог бы вместить в
себя весь Орарио. Вместо того, чтобы спускаться ещё два этажа будет
лучше вернуться на нижние этажи. Пытаться прорваться в безопасную зону,
как мы сделали это на серединных этажах, будет гораздо опаснее. Для
начала потому, что структура лабиринта в этом месте не подразумевает
множество провалов.

— Шансы на выживание на нижних этажах гораздо
выше, чем на глубинных. На нижних этажах можно питаться фруктами и
ягодами… Плоды Подземелья. То есть, найти там воду и еду гораздо легче.

В этом есть логика. Я кивнул, показав, что я это понимаю.

По
крайней мере о еде беспокоиться не придётся. Вдобавок, монстры там не
такие яростные и их меньше. В сравнении с глубинными этажами, нижние
этажи заметно легче.

— С этого самого момента наша энергия
разума жизненно важна. Очевидно, нам следует избегать сражений с
монстрами настолько, насколько это возможно, и использовать заклинания
исключительно в крайних случаях.

Пусть мы и будем использовать
заклинание Лю для восстановления, нужно оставлять ей силы разума.
Бездумная трата всех сил на заклинания и навыки ни к чему хорошему не
приведёт.

Вот так, будем придерживаться этой тактики и попытаемся дойти до нижних этажей.

— Для начала нужно попытаться обзавестись нужными предметами и экипировкой для путешествия через глубинные этажи.

Было бы здорово и воду найти.

На этом Лю закончила свою речь.

Возражений у меня не было. То есть, разве у нас есть другой выбор?

Только вот, где бы нам достать всё нужное? Я уже собирался задать этот вопрос, но тут заметил.

С лица Лю исчезли эмоции.

— Лю?

Её губы открылись и закрылись.

Я
заметил признаки замешательства на её ледяном лице. Она мешкала прежде,
чем заговорить. Словно собиралась сказать нечто запретное.

Она отвела взгляд…

— ?..

…Посмотрев на тела авантюристов.

Почему-то у меня плохое предчувствие. Почему-то волосы встали дыбом.

Наконец, она заговорила:

— Мы оберём мёртвых и заберём их вещи.

Её слова пронзили уши.

— …Что?

Я не понял, что она сказала. Что-то бессмысленное. Я посмотрел на неё с глупым выражением на лице, а она повторила:

— …Мы заберём экипировку с тел и будем её использовать.

Тихим голосом она словно убеждала не только меня, но и себя.

Как только я понял, что она говорит, я возмутился:

— П-Постойте!!! Хотите сказать, мы ограбим мёртвых?!

Мародёрство.

Обычно
среди авантюристов существует негласное правило. Если находится мёртвое
тело, его забирают на поверхность. Нарушение этого правила и кража
чего-то у трупов худшее из того, что можно сделать.

Ограбление
могил, сбор вещей мёртвых, мародёрство… Разные слова витали в моей
голове. Почему-то меня пробил пот. Глаза застыли на месте. В рту
пересохло. А когда я собирался выразить одолевавшие меня эмоции, Лю не
позволила мне и заикнуться:

— Они потерялись в Подземелье, и мы
их используем. Они уже умерли, а мы ещё ищем выход… Сейчас мы не в том
положении, чтобы разбираться в методах.

Решительные и мрачные слова Лю разнеслись по комнате.

Я сглотнул.

Она не потерпит пререканий.

— …Я займусь женщиной. Вы — мужчинами.

Она поднялась.

Подтягивая правую ногу, она подошла к женщине в длинной юбке, и, встав на колени, начала обыскивать.

— ?!

Она
безжалостно разорвала потрёпанную юбку, разрезала кинжалом пояс и ремни
красной сумки для зелий. Рука скелета, словно в ответ, выскользнула из
рукава, а светлые волосы веером рассыпались по полу.

Пожалуйста, хватит!

Я не хочу видеть вас такой!

Я не стал озвучивать то, что кричало моё сердце.

Я
смотрел на лицо Лю, её большие глаза были наполнены волнением, она на
смотрела в ответ. Я видел, что она сомневается. Она не могла не
сомневаться. Совесть Лю развита даже сильнее моей. Наверняка сейчас она
харкает невидимой кровью.

Для величественных эльфов нет ничего
хуже, чем осквернение мертвецов. Но она растоптала свою гордость и
надела маску жестокости, чтобы обобрать мёртвых.

Она делает это ради выживания. Она делает это ради себя… или меня?

Потому что это долг главы группы?

Наблюдая
как Лю методично лишает тело собственности, я не мог сдержать эмоций. Я
прикрыл глаза и сжал кулаки, словно вот-вот разрыдаюсь.

— !!!

Используя бесполезные ноги, я бросился к другим скелетам авантюристов.

Я встретился взглядом с пустыми глазницами тела, лежавшего у стены. На мгновенье я зажмурился.

После я положил руки на броню и немедленно её сорвал.

От
этого движения мир закружился перед глазами. Дыхание сбилось. Голова
начала кружиться. Что-то горячее подступило из живота к горлу.

Нет,
никакой рвоты. Это вопрос выживания. Обезвоживание лишь приблизит
смерть. Прижав руки ко рту, я вынудил себя проглотить то, что подступило
к горлу.

Перед глазами всё стало расплывчатым. Нет, слёзы пускать тоже нельзя. Нельзя лишать себя и капель воды.

И поэтому. Именно поэтому. Я сжал зубы и начал осматривать мертвецов.

Мне
жаль. Простите меня, но я не могу сейчас умереть. Снимая с авантюристов
экипировку, я снова и снова повторял про себя извинения. Я уверенно
забрал с белых костей меч и защитную экипировку.

Вот что значит быть авантюристом.

И это тоже.

Когда тебя загоняет на грань между жизнью и смертью, ты обворовываешь трупы.

Я
с самого начала знал, что эта профессия не связана с высокими манерами.
Я думал, что давно это понял. Но, наверное, часть меня так и осталась
наивной.

Говорить что-то о решимости сейчас… простая софистика…

Всё очень просто… я хочу жить.

Я пообещал, что отплачу за их потерянные жизни, выжив сам.

Я снова и снова повторял мертвецам слова утешения, разумеется кости ничего не отвечали.

Всё же, меч, который я у них украл, говорил мне о том, что раз я авантюрист, я должен перетерпеть.

По крайней мере так я понял тусклый блеск лезвия в сумраке.

— Хуфф, хуфф!..

Тяжело дыша, с обеими руками на земле, я поднял взгляд.

Передо мной лежали предметы авантюристов, их экипировка и всё остальное.

Длинный
меч с потрёпанным клинком, треснувший жезл, несколько кинжалов, броня,
магическое перо, несколько потерявших цвет зелий, засохший кусок хлеба и
ещё несколько мелких предметов. Имущества оказалось довольно много, но
один предмет привлёк наше с Лю внимание.

— Частичная карта этажа…

Прислонённый к стене скелет сжимал в руках свёрнутый кусок ткани.

Крестом в уголке, наверное, была отмечена их база, то есть, эта комната. Отсюда красными линиями был вычерчен сложный лабиринт.

Они
занесли на карту довольно большой кусок местности. Насколько я видел,
изучая этаж, они снова и снова натыкались на тупики, однако продолжали
расчерчивать карту, несмотря на подавленность, которую должны были
ощущать.

Кажется, они, как и мы, заблудились в этом месте и надеялись найти выход.

В процессе их силы иссякли.

— Думаю в последние минуты они были разочарованы… но нам эта карта очень сильно поможет.

Я
кивнул, соглашаясь со словами Лю, сказанными над развёрнутой на полу
картой. Нам нужно найти место, в котором карта обрывается и продолжить
её зарисовывать. Нужно прочертить линию, которая приведёт нас домой.

— …Скажите, Лю, может какие-то места на карте вам знакомы?..

— Нет… тридцать седьмой этаж слишком большой. Я не изучала его досконально. По крайней мере, такого лабиринта я не помню.

Я надеялся, что она хотя бы может понять в какой мы части этажа, но исход оказался не таким радужным. И всё же…

— На глубинных этажах я бывала много раз. Я помню главный путь.

— Значит…

— Да. Если подберёмся к главной дороге, я смогу привести нас к проходу на тридцать шестой этаж.

Лю посмотрела на меня, и я увидел блеск в её глазах.

Едва различимая, но всё же надежда.

— Что касается их вещей… заберём столько, сколько сможем унести. Мы не знаем, что может понадобиться.

— Ясно…

Оторвав взгляд от карты, я посмотрел на гору предметов.

Зашив
порванный рюкзак шнурком, я начал собирать в него вещи. Я складывал
даже то, что казалось непригодным, вроде побитой и поржавевшей фляжки и
пустых фиалов от зелий. Лю сменила потрёпанную боевую одежду на одежду
авантюристки. Я не мог не покраснеть и отвернуться, хотя едва ли сейчас
вообще можно задумываться о подобных вещах.

Снова осмотрев
имущество авантюристов… я заметил, что у них было немного еды, хоть и
высушенной или испорченной. Получается, жажда и голод напрямую на их
смерти не повлияли. Хоть зелий у них осталось немало, я не вижу
противоядий. Не думаю, что исследовательская группа могла забыть взять
их с собой… значит, они всё использовали? Выходит, причиной их смерти
стало что-то, что вызвало отравление?

Объяснение кажется
уместным. Потерявшись, по какой-то причине они сделали эту комнату своей
базой и искали из неё путь наверх. Но прежде, чем они успели выбраться,
их отравил монстр. Они снова смогли здесь укрыться, но не могли
избавиться от отравления с тем, что у них осталось…

В то время,
как один за другим её товарищи умерли, оставшаяся одна во тьме глубинных
этажей авантюристка сошла с ума и лишила себя жизни.

Я не мог не посмотреть в сторону скелета, державшего кинжал в груди.

— …Господин Кранелл.

Словно что-то заметив, Лю перевернула карту и протянула её мне.

На ткани была эмблема Паствы,
скорее всего это был флаг. Поскольку бумаги под рукой не было,
авантюристы были вынуждены рисовать карту прямо на гордом символе их Паствы. Однако из-за этого их символ стал неразличим.

В уголке красными чернилами были написаны слова на Коине.

— Глубочайшие изви… прос… М… Мама… не можем вернуться.

Я
прочёл их последние слова, некоторые из которых были неразличимы.
Представляя последние минуты жизни группы из трёх человек, мы с Лю
ощутили горечь.

— …

— …

Перед тем как уйти из
комнаты, забрав их оружие и экипировку, мы с Лю положили тела в центре
комнаты, со скрещенными на груди руками. Мы молча извинились и
помолились за них.

Это заняло всего несколько секунд.

Подземелье — логово монстров. Нельзя позволять себе мешкать из-за эмоций.

Мы покинули комнату, попрощавшись и поблагодарив безымянных авантюристов.

----------

Белый магический дворец

Белый дворец, так называют тридцать седьмой этаж. Его стены имеют
странную, молочно-белую окраску, и он представляет собой огромный
бесконечный лабиринт, подобных которому я ещё не видел. Коридоры и
комнаты огромны, десятиметровое расстояние между стенами здесь не
редкость. Потолок также невозможно даже разглядеть из-за окружающей
тьмы.

А ещё этот этаж выделяется кольцевыми стенами.

В его
центре находится лестница, ведущая на этажи выше, а пять колец, подобно
стенам огромного замка, опоясывают его, словно защищая имперский трон
от нарушителей. Других подобных этажей не существует. Авантюристы должны
идти по запутанному лабиринту от одной кольцевой стены к другой, то в
одну сторону, то в другую, чтобы попасть в центральную зону.

Я не преувеличивал, когда говорил, что на этом этаже может поместиться Орарио.

Многие
части этого места до сих пор не изучены и не занесены на карту,
считается, что, если ты здесь потерялся, обратно уже не выйдешь. Именно в
таком положении мы и оказались. Нам нужно вырваться из огромного и
запутанного Белого Дворца.

Мы должны сбежать из лабиринта ужаса.

— Ша-а-а-а-а-а-а!!!

Ящер-воитель
громогласно взревел, я едва уклонился от его могучей атаки, срезавшей с
моей головы несколько волосков, заставив в очередной раз облиться
холодным потом.

Элитный ящеровоин.

Как и предполагает
название, этот монстр является улучшенной версией ящеровоинов Огромного
Древесного Лабиринта. Его способности несоизмеримо выше. Чешуя, имеющая
синий, а не красный цвет, не уступает в прочности броне, отчего у него
почти нет уязвимых мест. Руки умело обращаются с природным оружием:
двумя топорами из молочно-белого камня, напоминающего кость. Их
характеристики варьируются, поэтому Гильдия считает их монстрами
третьего и четвёртого уровня одновременно. Их специализация — ближний
бой.

— ГРО-О!

— ДЖА-А-А!

Полем боя служит квадратная комната. Я сражаюсь с двумя врагами.

Поскольку
двигаться свободно мы не можем, Лю вынуждена сидя на коленях находиться
за моей спиной и присматривать за окружением. Я взял на себя двоих
ящеров, чтобы её защитить.

Я инстинктивно чувствую потенциал моих
врагов, потому действую осторожно, чтобы не ощутить на себе мощь их
контратаки. Чуть наклонившись в бок, я держу меч правой рукой и отвожу
удары врагов так умело, как могу. Я ощущаю на себе взгляд
небесно-голубых глаз Лю. Нужно прочесть движения монстров, сохранив в
бою как можно больше сил.

Лю сказала, что сражаться так необходимо, чтобы пройти через глубинные этажи.

Нужно сохранить как можно больше энергии. Избегать энергозатратных прыжков и, по возможности, убивать монстров одним ударом.

То есть, наносить смертельные раны.

Моя цель — магический камень в груди монстра!

— Я-я-я-я!

Один из ящеровоинов открылся, занеся каменный топор над головой для мощной атаки, и в этот момент я мгновенно контратаковал.

Выпрямив левую ногу как пружину, я провёл молниеносный выпад правой рукой.

— ГААА?!

Меч мёртвого авантюриста пронзил незащищённую грудь монстра.

Я ощутил, как клинок ударил что-то твёрдое — магический камень.

Ящерочеловек вздрогнул, его глаза закатились, и он обратился в пепел.

— Ха-а-а!

Я
повернулся к явно замешкавшемуся второму монстру, точно не ожидавшему
остаться в одиночестве. Не упустив возможности, я воспользовался его
замешательством и нанёс удар. Кончик меча пронзил грудь монстра, но…

— ?!

— Гу… Гуааа!

Из рта ящерочеловека пошла кровь, но в пепел он не обратился. Налитые кровью глаза злобно впились в меня.

Я не смог разбить магический камень. Промазал!

Отчасти
причиной тому стало моё волнение, но кроме того, мне явно не хватало
навыков. Меч застрял в чешуе, вытащить его из плоти монстра я не смог. Я
выпустил его из рук, когда элитный ящеровоин от меня отпрыгнул. К моему
ужасу, он перешёл в наступление несмотря на то, что меч из его плоти
так и не выскочил.

Разворачиваясь, он ударил меня слева своим мощным хвостом.

Я заблокировал удар шарфом Голиафа, обвязанным вокруг руки.

Мгновенье спустя болевой шок прошёлся по моей руке прямо в мозг.

Левая
рука стала моей Ахиллесовой пятой. Да, я заблокировал удар монстра, но
боль была такой жуткой, что меня парализовало, на мгновенье лишив
возможности двигаться. А монстры глубинных этажей таких возможностей не
упускают.

Он взревел и занёс каменный топор для удара.

— Ну нет, не выйдет.

За секунду до того, как ящеровоин раскроил мне череп в его правый глаз вонзился кинжал.

— ГУГА-А-А-А-А-А-А?!

— !

Помощь пришла со стороны Лю.

Я
бы застыл от удивления, но тело двигалось рефлекторно. Сорвав с бедра
Хакуген, я направил его в скривившегося ящеровоина и нанёс удар.

Белое лезвие длинного кинжала пронзило грудь монстра.

Пронзённый
не только мечом, но и кинжалом, элитный ящер наконец испустил дух.
Оружие со стуком ударилось о землю, когда он обратился в пепел.

— Господин Кранелл, монстры приближаются.

— ?!

У меня не оказалось времени даже перевести дух.

Откуда-то из глубины коридора послышался топот множества ног. Их слишком много. Если будем здесь драться, нас окружат!

Я
скривился и, вытерев пот, вынудил себя перейти из боевого режима к
бегству. Я схватил своё оружие и отдал Лю брошенный кинжал.
Разбрасываться экипировкой у нас нет права. Я подбежал к Лю, перекинул
её руку через своё плечо и вместе с ней спешно покинул комнату.

После
того как мы ушли из комнаты с мёртвыми авантюристами, какое-то время мы
смогли справляться с монстрами вполне успешно. Чтобы не оказываться в
тупиках, мы воспользовались картой и оказались в довольно большом
проходе, впрочем, здесь нас ожидали целые волны разъярённых монстров.

Поскольку
тридцать седьмой этаж огромен, общее число монстров на нём, то
количество монстров, которое может на нём появиться, просто непостижимо.
Да и скорость их появления не даёт авантюристам времени на отдых.
Выручает только то, что монстры разбросаны по всему огромному лабиринту.
Впрочем, нам не посчастливилось столкнуться с огромной группой
монстров, что и заставило нас оказаться в подобном положении.

— ООООООО!

За
нами по пятам гналось множество разных видов монстров. Стычки случались
одна за другой. Один боевой клич за другим. Если битва длилась больше
нескольких секунд, монстры глубинных этажей тут же это ощущали и
бросались следом за добычей.

Лю говорила мне избегать сражений насколько возможно… но это невозможно!

Мы уже сразились четырнадцать раз. Я перестал считать побеждённых монстров после тридцати.

Вот так проходят путешествия на глубинные этажи?

Это какая-то шутка!

— …ООО!

Мне на глаза попались лупгары, вооружённые каменными мечами.

Их
относятся к монстрам среднего размера, несмотря на небольшие тела в
120-130 сантиметров. Поначалу я даже принял их за кобольдов, но их
головы куда больше похожи на волчьи, чем на собачьи. В сравнении с
низкоуровневыми монстрами верхних этажей они гораздо проворнее и
способны бить намного сильнее, несмотря на маленькое тело.

Если
зверолюди поверхности встречают подобных монстров, они забивают их с
предельной жестокостью, потому что этот подвид вызвал немало трагедий на
поверхности. Если появляется новость о том, что какая-то деревня была
вырезана лунной ночью, скорее всего это дело рук лупгаров. Когда я
слышал о них будучи ребёнком, не мог не содрогаться.

Особенную ненависть к этим похожим на волков монстрам питают вервольфы.

— АООООО!

— ВУФ!

— ?!

Один
из монстров оттолкнулся от стены и атаковал меня в прыжке, пока второй,
пригибаясь к земле, бросился к моим ногам. Вооружённые короткими мечами
из белого камня волки атаковали практически одновременно. Искры
полетели от меча, которым я отразил верхний удар, на левом бедре у меня
появилась новая царапина. Я был вынужден перейти в глубокую оборону.
Ловкость этих монстров выделялась даже на глубинных этажах. Закончить
бой одним ударом не было никакой возможности.

Пришлось переходить в опасный ближний бой.

Этот этаж называют «дворцом» не просто так. Помимо нежити его заполняют монстры боевого типа.

Элитные
ящеровоины, лупгары и спартои — все они специализируются в ближнем бою,
полагаются на силу, ловкость и мастерство в обращении с природным
оружием в драке. Даже умелым и сведущим в тактике авантюристам они могут
устроить «тёплый приём».

Они достойны зваться дворцовой охраной.

Айз и члены её Паствы сражаются в подобных местах!..

Местные монстры сильны и быстры, гораздо сильнее и быстрее, чем монстры нижних этажей.

Дело не в том, что я не мог бы победить их один на один. Главное их оружие — это их количество.

Чтобы
прикончить одного монстра, мне нужно три удара: первым отбить атаку,
вторым выбить его из равновесия, а третьим вонзить в грудь оружие.
Только тогда я побеждаю монстра. И когда я покончил с первым монстром,
мне понадобилось ещё три удара, чтобы у моих ног появилась ещё одна
горка пепла.

Это невозможно, всех мне не перебить!

— Господин Кранелл, ко мне скорее!

Возможно, ощущая, что я достигаю своего предела, меня окрикнула Лю.

Одновременно
с этим криком кинжал пробил ухо одного из лупгаров и застрял в его
голове. Использовав короткую передышку, я бросился бежать. Каменный меч
ящеровоина скользнул по моей спине, уже через мгновенье я со всех ног
бежал к Лю.

— О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О!

Группа монстров нас настигла.

Сбежать не получится. Нас сокрушат. Что придумала Лю?

Пока я дрался, она отошла в конец коридора, по которому мы бежали. Она зашла за угол и спряталась.

— Выбора нет… придётся им воспользоваться, — прошептала она.

Я вопросительно на неё посмотрел.

Она потянулась к сумке на бедре и достала яркий красный камень. Я сразу понял, что это такое, потому что их видел.

— Господин Кранелл, нужен огонь.

…Адский Камень!

Она выглянула из-за стены и бросила в приближавшихся монстров камень, я рефлекторно выставил правую руку.

— Вспышка!

Я
выстрелил сгустком пламени, после чего рука Лю потащила меня за стену,
стоит сказать, что сила авантюристки четвёртого уровня никуда не делась.

Подожжённый моим пламенным снарядом Адский Камень взорвался.

— ?!

Отголоски взрыва и взрывная волна настигли нас за стеной, вместе с утопающими в них криками монстров.

Когда
волны жара угасли, я выглянул из-за угла и увидел… дымящийся
полуразрушенный коридор, заполненный обломками стен и телами убитых
взрывом монстров.

— …Лю, то, что вы использовали…

— Да, конфискованный у гнома Адский Камень.

Содрогнувшись от вида обгорелой плоти, я перевёл взгляд на Лю. Она была хмурой.

Мы поговорили о случившемся на двадцать седьмом этаже, ещё когда я её встретил.

Лю
украла что-то у дварфа, который был приятелем укротителя по имени
Джура. Теперь я понял, что это были Адские Камни, которые они
использовали, чтобы разрушить этаж.

— Я не могла себе и представить, что Адские Камни, которые я забрала у одного из приятелей Джуры, нас спасут…

Отметив
жуткую иронию, Лю не могла скрыть ненависти. Хоть она и не могла не
использовать сейчас Адский Камень, её чувства явно были смешанными.

Как бы там ни было… взрыв остановил поток монстров. Скорее всего он уничтожил тех, что были рядом. В коридорах стало тихо.

— …Сколько Адских Камней у вас осталось?

— Пять.

Получается, у нас всего пять возможностей избавиться от групп монстров…

Не думаю, что мне есть что сказать. Отчасти я продолжал молчать, ощущая свою беспомощность.

— Господин Кранелл, мне нужно какое-то время. Я собираюсь зарисовать наш путь.

— Хорошо…

— Пожалуйста, будьте настороже.

Лю
опасливо оглянулась и села среди потрескавшихся стен, достав карту. Она
достала перьевую ручку, магический предмет, называемый Кровавым Пером
позволяющий использовать кровь как чернила. Обмакнув ручку в одну из
своих ран, Лю начала рисовать карту в оборванном месте. После множества
битв мы зашли в ту часть лабиринта, которую умершие авантюристы
зарисовать уже не смогли. Рука Лю уверенно зарисовывала пройденный нами
сложный путь.

— Вы даже карты рисовать умеете?..

— Только простые. Я и вполовину не так хороша, как умелые воры и картографы.

Никогда не перестану удивляться навыкам этой эльфийки.

…Сейчас я во всём на неё полагаюсь.

С
самого начала я пытался её защищать, но она постоянно меня спасает.
Честно говоря, мне сложно даже представить, что случилось бы, не окажись
её рядом.

Наблюдая, как она вырисовывает идеально ровные красные линии, я хлопнулся на землю.

Скрыть
этого я не могу. Цепочка боёв совершенно меня измотала. Как я смогу
пройти через глубинные этажи, если так пойдёт и дальше?..

— Господин Кранелл, вы продолжаете совершать необязательные действия. Постарайтесь быть экономнее.

— …

Она даже не оторвалась от карты. Лю не подняла головы, давая мне спокойный совет. Моё лицо тут же запылало от стыда и сожалений.

— Знаю, знаю! Но я не могу!

Я совсем забылся и прокричал ответ.

— Это всё невозможно! Монстры сильные и быстрые! А чем больше я волнуюсь, тем сложнее мне драться!

Я прикрыл лицо правой рукой, раздражаясь и погружаясь в отчаянье. Лю молча подняла на меня взгляд.

— Если так будет и дальше…

Я не смогу защитить ни себя, ни Лю!..

— …Простите.

Свою тираду я закончил жалким извинением. Я окончательно опустился на пол и застонал.

И когда я хмуро уставился в пол… Лю наконец заговорила.

— Господин Кранелл, вы совсем не похожи на авантюриста.

Её голос не изменился, но слова казались какими-то странными.

— А?..

—
Вы неплохо справляетесь. С вашей точки зрения вы оказались в
неизвестном мире. То, что вы не можете справиться с волнением и
действуете скованно, вполне естественно. Пусть вы и получили четвёртый
уровень — это всего лишь видимость.

— !..

— Будь вы настоящим авантюристом, сейчас бы обругали меня и сказали, что я несу полную чушь.

Она ни в чём меня не обвиняла, в её голосе не было безнадёжности. Она просто говорила мне то, что она думает.

— Вы очень строго к себе относитесь. Поэтому я говорю, что вы не похожи на авантюриста.

— А…

— Будь вы увереннее в себе… вы стали бы гораздо сильнее.

Она слабо улыбнулась, я не мог отвести взгляда от её лица, прекрасно видимого даже в сумраке.

Она отложила перьевую ручку, мгновение помешкала, а потом сжала мой мизинец.

—
Следите за своими врагами и читайте их. Монстры глубинных этажей очень
умны. Скорее всего они дерутся гораздо умнее, чем монстры, с которыми
вам доводилось сталкиваться раньше.

— …Хорошо.

— Ваши руки начинают плавать, когда вы погружаетесь в мысли. Просто расслабьтесь и уничтожайте магические камни.

— …Хорошо.

— Полагайтесь на мою поддержку с тыла больше. Сейчас я член вашей группы.

— …Хорошо!

Обхватить
мизинец указательным и большим пальцем, должно быть, какой-то
эльфийский жест. Я ощутил спокойствие, словно волнения смыло большой
волной. Слова Лю проникали прямо мозг. Теплота её пальцев заставила
спасть пелену с моего сердца.

— Помните, что я говорила кроме уничтожения магических камней?

— …Использовать местность?

Она кивнула и посмотрела мне прямо в глаза.

— Нас ждёт немало боёв, и я хочу, чтобы вы помнили всё, что я вам сказала. У вас получится.

В
каком бы жутком положении мы не были, слова Лю казались магическими.
Она открыла мне глаза на многие вещи. Эти слова заставили меня многое вспомнить.

Я должен понять, кто я такой.

Возможно,
я изменился, встретившись с Ксеносами и проиграв моему величайшему
сопернику, но это не означает, что я полноправный авантюрист. Да, я
вырос, но по большей части это относится к моим характеристикам, я
изучаю Подземелье всего пять месяцев. Я ещё новичок. И ещё многого я не
знаю и не могу.

Я совсем зелёный.

Однако, это значит, что я могу стать сильнее.

Даже сейчас. Предела не существует.

Она просто великолепна…

Точно так же было, когда мы столкнулись с мёртвыми авантюристами.

Она прогнала моё волнение и повела меня вперёд.

Я обязательно стану сильнее, чтобы защитить мою проводницу на глубинных этажах.

— …Вы мне сейчас как наставница, да?

Я выпалил эти слова, не задумываясь.

Конечно,
обучаюсь я у Айз, и мой боевой стиль начал походить на её движения. Но,
всё же, не мог не улыбнуться, осознав какие отношения у нас с Лю
сложились.

— …Очень может быть.

Глаза Лю слегка округлились, а потом она мне улыбнулась.

Да, мы всё ещё в ужасном положении. Однако ещё можем друг другу улыбаться.

— Господин Кранелл, давайте вернёмся к насущным вопросам.

Спустя мгновенье, Лю словно нажала переключатель и на её лице появилось обычное непоколебимо-спокойное выражение.

Я
кивнул. Мои сомнения развеялись, но из-за истощения справляться с
монстрами я всё равно не смогу. Опасливо оглядевшись, Лю отложила карту и
достала кое-что другое: фиал с пёстрой фиолетовой жидкостью внутри.

— Выпейте.

— …

Одно из зелий неопределённой перезрелости, которое мы забрали у мёртвых авантюристов.

Я покрылся потом, когда увидел, как уверенно Лю суёт мне под нос жидкость странного цвета.

Мне правда нужно это пить?

— Сейчас не время воротить нос. Пейте.

Она
заговорила строго, словно прочитав мои мысли. Теперь она стала строгой
учительницей, никогда не позволяющей нарушать правила…

— Не важно, что оно испортилось.

— Вы…

— Оно сработает… мне кажется.

— Лю?!

Я не мог не воспротивиться, услышав тихое «кажется».

Судя
по всему, придётся пить. В конце концов Лю оставляет свою магию на
крайний случай. Наверняка теряющиеся в подземельях и руинах авантюристы,
чтобы выжить, порой едят протухшую еду и используют испорченные
зелья!..

Скривившись, я выпил протухшее зелье.

— Бе!..

Во рту неприятно пощипывало, а отвратительный запах ударил в нос.

Зелье оказалось сладким. Однако сразу после сладости наступила нестерпимая горечь!..

Кажется, мои внутренности зашевелились. Я схватился за живот и каким-то усилием воли справился с тошнотой.

— Возможно, благодаря иммунитету всё будет хорошо…

Хватит этих «возможно» !..

Проклиная слова Лю, я допил остатки зелья. К счастью, ни диареи, ни тошноты у меня не началось.

Способности, точнее, авантюристы, это нечто…

И кстати… силы вернулись.

Мне
стало гораздо лучше, чем когда я только выбрался из живота вирмвелла,
хоть нервы и покалывало из-за того, что ощущения больше не притуплялись.
Даже раны начали закрываться, когда я капнул последние капельки зелья
на них.

Я снова могу драться.

— Идём.

— Хорошо.

Мы перепроверили экипировку и поднялись.

Приглядывая
за возможными опасностями, мы собрали магические камни с тел монстров,
убитых взрывом, чтобы Подземелье не породило очередного особого монстра.
Опалённые ножи мы тоже прихватили с собой, хотя один из них
использовать было уже нельзя.

Если не считать зелий и еды,
полученная с тел авантюристов экипировка была в отличном состоянии.
Когда авантюристы высоких уровней спускаются на глубинные этажи, они
берут с собой сделанные Высшими Кузнецами вещи, способные протянуть
долгое время без ущерба их качеству.

Сжимая рукоять меча правой рукой, я поддерживал плечом Лю, и мы пошли в звуках клацанья брони.

В лабиринтах Белого Дворца было тихо.

Легко
этого не заметить из-за размеров коридоров, но количество отходящих в
разные стороны ответвлений и лестниц просто огромно. Это место заставило
меня вспомнить об Улице Дедала. Если подумать, тридцать седьмой этаж
странно старомоден в этом плане.

В отличии от Огромного
Древесного Лабиринта и Водной Столицы он представляет собой самый
настоящий лабиринт. Тот самый, который должен сбивать с толку и ловить
воров, посмевших вторгнуться в королевский дворец Подземелья.

— Лю… На тридцать седьмом этаже есть монстры, которых нужно опасаться сильнее всего?

—
Прямо сейчас любой монстр на этом этаже представляет для нас угрозу…
Но, если мне нужно назвать отдельные виды, я бы сказала, что это спартои
и пелудасы.

Мы перешёптывались, осторожно продвигаясь по тёмному
проходу. После закончившейся пару минут назад погони в лабиринте
воцарилась тишина. Я не ощущал рядом монстров и не слышал их боевых
кличей. После использования Адского Камня мы никого не встречали.
Однако, продолжая молиться, чтобы так было и дальше, умом мы понимали,
что это затишье перед бурей.

— Если не считать редких монстров,
спартои самые умелые воители на этаже. Особенно опасны они, потому что
Подземелье порождает их сразу с костяным оружием. Некоторые вооружены
пиками.

Всё ещё приглядывая за монстрами, я сравнивал слова Лю с
тем, что прочёл в книгах. Чтобы пройти через глубинные этажи, нужно
унять все возможные источники волнения в голове. Вот почему я спросил Лю
о самых страшных монстрах на этаже.

— Пелуды атакуют ядом. Скорее всего причиной смерти авантюристов, на которых мы наткнулись… были отравленные дротики пелуд.

— !..

— Если столкнёмся с спартоем или пелудой, останется только бежать.

Я принял слова Лю на веру, пытаясь бороться с ощущением паники, которое они вызывают.

Я
начал задавать ей вопросы о времени, когда она изучала этот этаж, и она
давала мне подробные ответы. Жадно, отчаянно я сохранял знания, пусть
эти ответы и заставляли меня волноваться всё больше.

Белый Дворец…

Я задумался насколько хорошо это название отражает действительность.

Слегка
отталкивающий молочно-белый цвет стен и пола лишён роскоши дворца, но
непостижимые масштабы делают это место похожим на природную крепость.
Подземный «дворец» очень подходит в качестве названия.

Гильдия
установила необходимость четвёртого уровня для покорения тридцать
седьмого этажа. Когда я об этом подумал, я вдруг осознал, что мы с Лю
проходим по этому параметру. К тому же, Борс упоминал, что Лю находится
на грани достижения пятого уровня. Сама она рассказывала, что Паства Астреи дошла до сорок первого этажа. Так что, способности наши слишком низкими не являются.

И это было бы правдой, не будь мы в таком ужасном состоянии.

— Скажите, Лю. А этот этаж изучают группами в два человека?..

—
Маловероятно. Если не считать Короля-Полководца Оттара, авантюристы
предпочитают в одиночку сюда не ходить. В этом месте по-другому нельзя.

— Даже те, кто состоит в Пастве Локи?

—
Возможно, после получения шестого уровня… однако, насколько мне
известно нужна группа из трёх… нет, четырёх человек. Желательно с
целителем.

Кажется, Лю поняла, что именно я хотел у неё узнать.

Даже авантюристы Паствы Локи и Паствы Фреи не позволяют себе беспечности на этом этаже. Даже Принцесса Меча.

Лёгкие будто замёрзли.

— Господин Кранелл, у вас есть общее представление о строении тридцать седьмого этажа?

Лю
оборвала воцарившееся молчание вопросом. Я кивнул, вспомнив карту
первого из глубинных этажей, которую видел с разрешения Эйны.

Он
похож на коробку с круглым тортом внутри. Коробка — это сам этаж. А торт
внутри — лабиринт. Таков Белый Дворец, по которому мы путешествуем.
Центр Белого дворца опоясывают пять Кольцевых Стен. Все они
пронумерованы, первая стена рядом с центром, вторая идёт после неё и так
далее. Для каждого лабиринта между ними также придумано своё название.

Центральная
местность, окружённая первой стеной, называется Тронным Залом, в нём
появляется босс этажа. После идёт Зона Рыцарей, Зона Воинов, Зона Солдат
и Зона Зверей. Несмотря на названия большой разницы между составом
монстров в разных зонах нет. Однако, с приближением к центру
пространства становятся меньше, и количество стычек с монстрами
возрастает. Вдобавок, как говорят данные, во внешних кольцах порождается
меньше монстров, хотя это может и не быть правдой, поскольку монстры
могут свободно перемещаться между кольцами.

Важнейшая лестница на
тридцать шестой этаж находится за пятой стеной, в южной части
«коробки», то есть, чтобы туда попасть нужно выбраться из Белого Дворца.

Путь,
который мы планируем пройти, не подразумевает встречу с боссом этажа в
центре лабиринта. Это одно из облегчающих обстоятельств. Если бы нам
пришлось ещё и с боссом этажа столкнуться… Возможно я бы уже потерял
надежду.

— Это же…

Мы столкнулись с отдельными монстрами,
бродившими по лабиринту, и я дрался, прислушавшись к наставлениям Лю. Мы
прошли путём, который авантюристы отметили на карте, наконец добравшись
до огромного открытого пространства. Перед нами оказалась огромная
стена.

— …Кольцевая стена…

Хоть я с ними не сталкивался, я
с первого взгляда понял, что это такое. Стена лабиринта были молочно-
белыми, эта же была незамутнённого белоснежного цвета. Можно было бы
принять её за стену из чистого льда, нет, точнее стену из белого
кристалла. Она была похожа на Великую Стену Плача семнадцатого этажа из
которой появляется Голиаф, но гораздо больше размерами.

Стена
тянулась налево и направо настолько далеко, насколько видел глаз. Она
имела такую идеальную форму, что принять её за стену естественного
происхождения было сложно. Из-за темноты, определить какой она высоты я
не смог. Но уверен, что даже если я обыщу все страны мира, мне ни за что
не найти настолько монументальной замковой стены.

— …Это точно третья стена.

Слова Лю вывели меня из задумчивости. Опираясь на моё плечо, она окинула взглядом огромную стену.

— Кольцевые стены отличаются друг от друга цветами. Настолько чистый белый цвет имеет только третья стена, центральная из пяти.

Лю
говорила уверенно. По её желанию мы подошли к стене. Она тихонько
прижала ладонь к поверхности стены, не обращая внимания на то, что,
приближаясь к стене так близко, мы увеличивали шансы на возможную атаку
порождённых стеной монстров.

Она провела по стене рукой.

— …Хоть изгиб едва ощущается, мы находимся с внутренней стороны.

— Значит!..

— Да, мы между второй и третьей стеной, в зоне воителей.

Раз стена прогибается от нас, значит она нас окружает.

Мы только что узнали, где находимся.

Зона воителей — это практически центр Белого Дворца!

— Точного места я определить не могу… однако понять, где мы находимся было очень важно.

Я
кивнул, не в силах сдержать волнения. Взглядом я встретился с
небесно-голубыми глазами Лю и мы двинулись вдоль стены. На праздную
радость нет времени. Нужно найти очередной проход, пока монстры не
поняли, где мы находимся.

Узнав общее направление, в котором нам нужно двигаться, точного своего положения мы так и не поняли.

И,
всё-таки, это шаг вперёд. Это прогресс. Луч света, засиявший в
бесконечном лабиринте. Вот почему я пытаюсь заставить себя поверить.
Продолжая идти вперёд, я говорю себе, что этот путь ведёт к надежде.

Мы можем выжить… можем вернуться на поверхность! Даже вдвоём!..

Все силы я собрал в плече, которым поддерживал Лю.

----------

Том 14 Глава 10.2

Пропасть между взглядами двух авантюристов никуда не исчезла.

Насколько ещё я успею помочь ему вырасти, прежде чем меня не станет?

Лю
погрузилась в мысли, бросив взгляд на лицо идущего рядом Белла,
наполненное новой надеждой на возвращение. Хотя он этого не знал,
эльфийка думала о том, что случится после того, как её жизнь будет
принесена в жертву.

Ожидать того, что принесённой в жертву
одной жизни достаточно, это глупо, но… нужно быть готовой, когда придёт
время… Если я замешкаюсь, умрём мы оба.

Как и Белл Лю
молилась, чтобы они пережили это испытание. Иначе и быть не могло. В
том, что они вдвоём вернулись бы живыми, не было бы ничего дурного.

Но также эльфийка прекрасно понимала, что глубинные этажи вряд ли позволят им такую роскошь.

Да,
после того как они обобрали мёртвых, у них появилось хоть какое-то
снаряжение, но положение, в котором они по-прежнему находятся, не даёт
гарантии возвращения. В конце концов разве позволит Подземелье
ослабленной, раненной добыче сбежать прямо у себя из-под носа?

Она
ожидала, что обстоятельства вынудят её действовать. Ситуация, в которой
ей придётся пожертвовать собой, обязательно наступит.

И пока этого не случилось… нужно научить его выживать.

Лю планировала рассказать Беллу всё, что знает, насколько позволит оставшееся время.

После побега с глубинных этажей ему придётся выживать, пока не подоспеет помощь.

Хорошо,
что он и сам просил обо всём рассказывать. Вдобавок, практически всё,
чему он научился, Подземелье сразу подкрепляло подобием практического
экзамена, и Белл впитывал информацию как губка.

Он силён.
Намного сильнее, чем раньше. Пусть сейчас у него и возникают трудности…
он набирается опыта, неизвестное становится известным, и он умеет
адаптироваться.

В этом эльфийка не сомневалась.

Парень действительно стал сильнее. Он стал настолько сильным, что его едва можно было узнать.

В
сражении один на один он загнал Джаггернаута в угол. Конечно, на его
успех повлияло множество факторов, но, несмотря ни на что, это
выдающееся достижение.

То, как он сражается с отчаяньем и
побеждает, давало Лю надежду. Она видела свет белого пламени, которому
нельзя позволить угаснуть.

…Даже сейчас он борется ради своего идеала. Он стремится к будущему, в котором выживем мы оба.

Он великолепен. Он сияет так ярко, что это сияние ослепляет эльфийку.

Однажды и она смотрела на мир таким же незамутнённым взглядом. Она верила в лучшее будущее и стремилась к нему.

Лю сомневалась, что она вообще способна стремиться к идеалам.

Возрадуйся, Кагуя… теперь я совсем как ты.

Проходя по тёмному, молочно-белому лабиринту Лю сама себе иронично улыбнулась.

Воспоминания о прошлом всплыли в её памяти.

Как авантюристка Лю не могла закрывать на монстров глаза, но часть её сознания уже погрузилась в прошлое.

----------

Воспоминания о правосудии

— Забери их обратно, Кагуя!

Уже давно наступил день, крик Лю звучал чересчур эмоционально.

Она и другая авантюристка из Паствы Астреи в их доме в Орарио, Саду Звёздной Пыли, столкнулись лбами.

— И с какой стати, интересно, я должна забрать сказанные мной слова?

Красавица
с длинными прямыми чёрными волосами задорно улыбалась Лю в ответ.
Одежды в островном стиле и выделяющаяся заколка говорили о восточных
корнях, а тщательно подобранные слова — о высоком происхождении.
Продолжая улыбаться, она вопросительно наклонила голову, не переставая
смотреть на распалившуюся Лю, как бы говоря: «Ну и зачем поднимать такую шумиху?»

—
Хочешь сказать, меньшинством можно пренебречь ради большинства? Такого
правосудия, по-твоему, желает Всевышняя Астрея?! Что хорошего в мире,
полученном такими жертвами?

Лю была моложе, в её словах слышались
нотки эльфийской гордости. Слушая её, Кагуя опустила брови, отчего её
глаза стали походить на лисьи.

— Дура! Ты несёшь такую чушь, что дыхание перехватывает!

— Что!..

— Почему… думаешь… люди зовут тебя бесполезной мелкой эльфийкой?!

Кагуя фыркнула, от напускных манер не осталось и следа.

Лю
хотела взорваться от ярости, когда её собеседница заговорила с ней
медленно, словно пытаясь втолковать что-то маленькому ребёнку.

Гоёуно Кагуя — авантюристка четвёртого уровня и заместительница командира Паствы Астреи. В навыках владения мечом и рукопашном бою она превосходила любого другого члена Паствы. Она и Лю постоянно соревновались в том, кто продвинется дальше.

Несмотря
на то, что она не любила говорить о своём происхождении, по слухам она
росла в благородном роду на Востоке. Длинные, шелковистые волосы
доходили до пояса, а чёлка была обрезана под прямым углом. Одетая в
кимоно она напоминала женщин Востока такими, какими их представляют.

Однако, стоило ей заговорить и эти представления рушились.

Кагуя не стеснялась в выражениях неподобающих ни её виду, ни её происхождению.

Лю
едва не падала от смущения в обморок, когда Кагуя сидела, закинув ноги
на стол так, что все видели, что у неё под одеждой, и даже ходила по
улицам в нижнем белье, если погода была слишком жаркой. В этом она была
похожа на Циклопа из Паствы Гефест, и это заставляло Лю думать, что на Дальнем Востоке только такие женщины и живут.

— Я восхищаюсь Астреей. Если бы она не произвела на меня такого глубокого впечатления, я бы не вступила в эту Паству. Я очень её уважаю.

— Ну так!..

—
Но это не имеет никакого отношения к её представлению о справедливости в
реальном мире, — продолжила Кагуя, оборвав возмущение Лю. — Если я
скажу так, ты наконец поймёшь? Не думай, что у тебя хватит сил, чтобы
спасти весь мир.

Тон Кагуи стал ледяным, она смотрела на Лю с искрой в глазах:

— Лайон, ты сильный боец. Ты достаточно сильна, чтобы я сочла тебя достойной соперницей. Но в Пастве ты самая желторотая.

— Че-…

Брови Лю поднялись от неожиданного оскорбления, она была настолько возмущена, что слова застряли в её горле.

—
Я над тобой потешаюсь не потому, что ты эльфийка. Твой дух сильнее, чем
у любой из нас. Но если ты права и справедливость на нашей стороне,
почему младшая сестра Шакти, Ади, умерла?

Тянущаяся к Кагуе рука застыла.

— Она умерла у нас на глазах, помнишь? Её разорвало самовзрывающейся бомбой Злодеев.

В Городе-Лабиринте шли тёмные времена.

Паства Рудры и другие группировки злодеев восстали, принеся в Орарио разрушение и страдания.

Хаос
и замешательство поглотили город. Вокруг царил бандитизм и беззаконие.
Лились кровь и слёзы беспомощных горожан, а тем, кто обладал силой,
чтобы остановить злодеев, приходилось идти на жертвы.

— Посмотри
на город. Крики горожан не прекращаются. Нам приходится чем-то
жертвовать, чтобы хоть чего-то добиться. Как можно утверждать, что
существует правосудие без потерь?

— !..

— Думаешь, у тебя получится всех спасти? А вот я так не думаю, полоумная.

Кагуя
поправила рукояти кинжалов на поясе, бросив последние слова. В её
голосе не было злости, он не был лишён надежды. Она просто говорила о
жестокости реального мира.

— Правосудие, о котором ты говоришь,
всего лишь удобный образец. Придёт день, когда каждому человеку придётся
делать выбор. И для меня, и для тебя.

Она отвела чёрные глаза от эльфийки, словно потеряла к разговору интерес.

— Мне кажется, тебе нужно узнать о настоящем мире чуть больше.

С
этими словами Кагуя ушла. Оставшись наедине с собой, Лю могла лишь
сжать кулаки. Но злилась она не на Кагую, а на себя, из-за того, что не
смогла возразить.

— Ну вот, вы снова за старое.

Голос
застал Лю врасплох. Элиза показалась из коридора, словно просто
проходила мимо. Лю повернулась, когда рыжеволосая девушка вошла в
комнату.

— Конечно то, что вы обмениваетесь мнениями, это
здорово, но не могли бы вы в следующий раз быть потише? Ладно я, вас
Всевышняя Астрея слушает. Вы ей только беспокойства подкидываете.

— …

—
Впрочем, она, наверное, ещё и продолжить бы вам сказала. Ладно, Кагуя
снова выиграла? Слишком ты это близко к сердцу принимаешь. Тебе бы проще
к этому относиться.

Элиза улыбнулась, словно пытаясь поддразнить поникшую Лю, мрачно смотревшую в пол.

—
Я… не могу этого принять. Пусть я и дура, а Кагуя права, я не могу
принять того, что жертвы необходимы… Это всё равно что признать
поражение Злодеям. Всё равно что назвать нас беспомощными и напрочь
забыть о справедливости!

Негодование Лю выливалось в её слова, она не могла не поднять голос.

— Лайон, успокойся пожалуйста.

Элиза сжала мизинец Лю.

Указательным и большим пальцем девушка обхватила тонкий мизинец эльфийки. После этого мысли Лю прояснились.

Такое всегда случалось.

Элиза всегда могла вызвать в Лю ощущение спокойствия. Словно зеленоглазая девушка затягивала её в это ощущение.

— …Ты же слышала, что сказала Кагуя?

— О том, что нам придётся что-то отдать взамен? Да, слышала… а что?

— Что ты об этом думаешь? Ты согласна, что приходится идти на жертвы?

Сама того, не осознавая Лю спросила мнения Элизы. Элиза ответила не раздумывая, горделиво выпятив грудь:

— Разумеется было бы лучше, если бы мы могли спасти всех и каждого. Мне кажется, ты права!

Лю
была поражена. Элиза не раздумывая подтвердила те мысли, в которых сама
эльфийка уже начала сомневаться. Пока Лю удивлённо моргала, Элиза
продолжила:

— Но я не уверена, что этот ответ верный.

— А?..

— Я не думаю, что всё пройдёт гладко просто потому, что ты стремишься к своим идеалам.

В
конце концов путь, которым они идут, может заставить их заплатить
тяжёлую цену и пойти на ещё большие жертвы. Элиза не отрицала сказанное
Лю или Кагуей, она пыталась взглянуть на этот вопрос издалека.

— Я
слышала, что, живя на Дальнем Востоке, Кагуя через многое прошла.
Подозреваю, она видела то, что ты даже представить себе не можешь.

— …Ты же про политические распри?

—
Возможно она так грубо это выражает из-за опыта прошлого… а может она
так говорит, потому что пытается защитить то, что ей на самом деле очень
важно.

Командир Паствы словно заглядывала в сердце Кагуи.

—
Мне кажется, верного подхода не существует. Есть только то, что мы
должны сделать для осуществления наших желаний, и как упорно мы будем
ради этого бороться. Вопрос заключается только в том, что мы можем
положить на алтарь идеалов, которых не можем достигнуть. Даже я со своей
идеальной точностью и мудростью могу сказать только это.

Лю не знала, были сказаны последние слова в шутку, или Элиза была серьёзна, но после сказанного девушка улыбнулась.

— Идеалы всё равно важны, разве нет?

Словно расцвёл изумительный цветок.

—
Может это всего лишь красивые слова, но мы всё равно жаждем их
исполнения, даже если над нами насмехаются или издеваются. Потому что,
если мы от них откажемся, мы станем слабыми созданиями, готовыми принять
любой исход.

Глаза Элизы блеснули с последними словами. Даже сейчас Лю помнила, как искренне эта девушка верила в свои идеалы.

— Если мы не будем стремиться к идеалу, любой компромисс покажется незначительным.

Вот что я думаю.

Вот во что я верю.

Совершенно ясно, что Элиза имела в виду именно это.

— Я не знаю, существует ли правильный ответ, но сдаваться неправильно. Идеалы, которые ты преследуешь, наполняет радость.

— …

— Вот почему так важно продолжать их придерживаться.

Каждое слово Элизы запало в сердце Лю.

— …Разве не было людей у которых получалось достичь идеалов? — спросила Лю.

Элиза рассмеялась, как ребёнок:

— А то ты не знаешь? Таких людей называют героями.

----------

К чему приводит решение убивать

Гремели боевые кличи монстров.

Не обращая внимания на бегущий по телу пот, я встретил жуткий рёв хладнокровными контратаками.

Мы на просторном поле боя глубинных этажей.

Пройдя по подземному лабиринту, мы заняли позицию на вершине лестницы.

Мы остановились здесь из-за поставленного Лю условия: использовать в битве окружение.

Как
и лабиринты Водной столицы пространства между Кольцевыми Стенами
многоуровневые. Потолки в комнатах и коридорах жутко высокие, и, чтобы
двигаться вперёд, приходится проходить множество лестниц. Прямо сейчас
на вершине одной из таких лестниц мы и остановились, чтобы сразиться с
монстрами.

И говорить не стоит о том, что монстрам приходилось
нелегко атаковать снизу и отражать наши атаки с высоты. У нас
географическое преимущество, так и есть, мы используем разницу в высоте в
свою пользу.

— Я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я!

— ГАААААА?!

Я
ударил белой каменной дубиной открывшегося лупгара. Монстр с волчьей
головой был на ступень ниже, природное оружие, которое я у него и украл,
было занесено очень высоко над моей головой. Хоть он и попытался
прикрыться руками, дубина прошлась по его голове и телу, добравшись даже
до магического камня.

Не дожидаясь пока тело монстра обернётся
пеплом, я отбросил треснувшее естественное оружие и взялся за меч
мёртвого авантюриста. Удар пришёлся точно в магический камень
овцечерепа, я будто предугадал его атаку и успел ударить первым.

Наблюдай за врагами.

Лю говорила мне следить за противниками и научиться их предугадывать.

Это позволило мне атаковать, используя стратегию, но, гораздо важнее, использовать раны и другие недостатки тела в свою пользу.

— О-о-о-о-о-о-о-о-о-о!

— У-у-у-у-у-у-у!..

Окинув монстров взглядом, я заметил, что они растерялись.

Проход
и лестница, на которой мы стояли, были необычно узкими для тридцать
седьмого этажа и это позволяло нам ограничить количество врагов, с
которыми приходится сражаться, одним или двумя. У основания лестницы,
под обозлённый вой разрасталась гора тел и пепла.

Чтобы разобраться с потерявшим осторожность монстром, требовался всего один пинок.

Именно
пинком я отправил бросившегося в бой разъярённого элитного ящеровоина в
полёт. Удар в челюсть заставил его отлететь назад, прокатившись по
рядам стоящих на лестнице монстров и сломал ему шею.

Правая рука должна двигаться свободней…

Лю указала мне, что иногда я слишком долго раздумываю перед ударом.

Я следил за ордой монстров, рвущихся вверх по лестнице, не ощущая ни страха, ни паники, ни напряжения… вот и момент, удар!

— ГУГААААА?!

Я ударил прямо в живот монстра. Лупгар вскрикнул и обратился в кучку пепла.

У тебя получится. Ты их видишь. Ты можешь атаковать. Ты можешь летать.

Благодаря данным Лю советам я могу сражаться.

В сравнении с боями на открытой местности, движения монстров ограничены.

Я словно прозрел.

Из-за ограниченности движений монстров я могу сам заставлять их проводить подходящие для меня атаки.

И это знание практически позволяет мне предугадывать их движения.

Я взглянул на монстров, готовящихся броситься в атаку, прицелился и начал действовать.

— …Хаааа!!!

Ударом
сверху вниз я прорезал шею ящерочеловека, возглавлявшего натиск, и
отправил его в полёт. Два лупгара, увернувшись от тела, бросились ко
мне, изменив направление удара, я отправил клинок в грудь монстра
справа. Удар когтей монстра слева я с лёгкостью отразил Шарфом Голиафа,
обвязанным вокруг левой руки.

Всплеск боли, пронзивший руку,
ударил прямо в мозг, сопротивляясь, я широким замахом отправил меч в
монстра. Хоть я и не смог прикончить его одним ударом, я старался
использовать экономные движения, сохраняя силы. Этот замах срезал
оказавшемуся уже сбоку от меня лупгару ногу, лишив его равновесия. В тот
же момент я ударил его навершием меча.

Кровь полилась из носа монстра, получившего мощный удар в лицо. В этот же момент я отклонился, ощутив, что в меня что-то летит.

Костяное
копьё — один из овцешипов собрался ударить в меня издалека. Он замер на
секунду, увидев, что его атака поразила вместо меня лупгара, а я бросил
в него свой меч. Я заметил, как лезвие пронзило череп и даже достало до
магического камня, доставая освободившейся рукой Хакуген.

Я посмотрел на лупгара, зависшего над моей головой в прыжке, словно говоря «попался», и, не обращая внимания на мелькнувшее в его глазах удивление от того, что он попал в мою ловушку, рассёк его надвое Хакугеном.

Четверо или пятеро монстров пало, словно повинуясь моим расчётам.

— О-О-О-О-О-О-О-О-О!

Настала очередь шестого.

Удар этого лупгара мне уже не остановить.

Так что…

— ГУГЕИ?!

Положусь на неё.

Лю
бросила кинжал, она сидела в проходе за моей спиной. Время было
высчитано идеально, она точно знала, когда я не буду находиться на линии
броска. Глаз монстра пронзило лезвие, и он взвизгнул, а я добил его
ударом кинжала в грудь.

Я их веду… и начинаю привыкать.

Направлять своего врага.

Этому меня учила Айз.

Когда кто-то думает, что наносит тебе последний удар, они становятся беззащитны.

Лучшая возможность ударить наступает за мгновение до этой атаки.

И сейчас я заставляю своих врагов пытаться нанести мне смертельные удары.

В
тот раз речь шла о боях один на один. Однако, благодаря советам Лю я
смог адаптировать этот стиль боя для сражения со множеством врагов
одновременно. Я просчитывал, какой удар следует нанести, исходя из их
движений. А потом, используя преимущество окружения, выманивал их на
себя, ограничивая их возможности.

Я научился читать поле боя и манипулировать ходом битвы.

Тренировки с Айз слились с советами Лю.

Наставления Принцессы Меча и Ледяного Ветра можно было объединить.

Когда я это осознал, передо мной словно открылся новый мир.

Охватившее меня на мгновение ощущение всеведения придало новых сил.

К несчастью, времени насладиться новыми чувствами не было.

Но я осознал, что могу стать ещё сильнее.

Вера в это расцвела в моей груди, и, сам того не осознавая, я издал боевой клич:

— А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!!!

----------

Том 14 Глава 11.2

— …Прекрасно.

Услышав монструозный боевой клич Белла, Лю шепнула слово похвалы, восторгаясь новым боевым стилем парня.

Он подрос… нет, правильнее убудет сказать перешёл на новый уровень. Сможет ли он вырасти ещё сильнее?

Белл не просто усваивал новые знания быстро.

Лю
видела, как искренне парень следует её советам и с каким рвением
применяет их в бою. Впрочем, если бы он просто прислушался к её советам,
он бы просто прикрыл свои слабости.

Однако, что сейчас перед ней?

Только
что Белл слушал её советы и применял их на практике. Однако, он не
опирался только на то, что она ему сказала, он придумал, как встроить её
слова в собственный боевой стиль и применить их. Лю этого не знала, но
именно таким образом Белл развил из своих навыков новый приём, Арго
Веста. И сейчас он продолжал экспериментировать.

Для этого
сложились все предпосылки. Встреча с Ксеносами и бой с Астерием даровали
ему четвёртый уровень и изменили его. А теперь экстремальные условия
глубинных этажей заставили его совершить ещё один прыжок.

Если он не станет сильнее, его ждёт смерть.

Оказавшись в аду, скованный хваткой смерти он был вынужден расти.

Лю прищурилась, словно перед ней был ослепительный свет.

— !!!

Она смотрела, как Белл убивает монстров, но услышала рёв монстров, раздавшийся с другой стороны прохода.

К ним приближалась орда элитных ящеровоинов.

— ЛЮ?! — Белл повернулся, ошеломлённо закричав.

В
проходе, в котором они вели бой, не было ответвлений. Их зажали в
тиски. Опасаясь за Лю, по-прежнему не способную свободно двигаться, Белл
начал к ней отступать, но его остановил уверенный голос.

— Господин Кранелл, сконцентрируйтесь на своих врагах!

— Но!..

— Я больше не смогу вас поддерживать. Времени следить за вами не будет.

Таковы были глубинные этажи. Больше эльфийка не могла полагаться на силу одного только Белла.

Она
прекрасно знала, что наступит момент, в который в группе из двух
человек не останется места поддержке, и ей придётся сражаться.

Этот момент пришёл.

Лю была спокойна, несмотря на капли пота, проступившие из-за боли в ноге.

— У меня больше нет права вас сдерживать. Я тоже должна сражаться.

Лю
повернулась спиной к Беллу и вытащила оружие. Монстры наступали, у
Белла не было времени мешкать. Ему оставалось лишь довериться Лю и
продолжать с ними расправляться.

— УО-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О!

Лю положила руку на рукоять клинка в ножнах на поясе.

Стальной
меч она забрала у одного из авантюристов. Прекрасный клинок, скорее
всего кузнец сделал его, вдохновляясь клинками в восточном стиле.
Благодаря материалам, собранным в Подземелье, своей остроты он не
потерял.

Придерживая ножны в районе пояса, Лю выставила одно колено, встав к приближавшимся ящеровоинам лицом.

— ?..

Монстры подозрительно смотрели на пригнувшуюся эльфийку.

Лю
замерла на месте, держа руки на рукояти меча. Для монстров вид был
странным. На секунду они застыли, но потом бросились на свою добычу
разом.

Ближайший ящеровоин намеревался рассечь Лю пополам природным длинным мечом.

Даже тот, кто не был знаком искусством владения мечом, мог понять, чего дожидалась эльфийка.

Как только монстр оказался в пределах досягаемости Лю нанесла ответный удар.

— …Яяяя!!!

Эльфийка вздрогнула, блеснула сталь.

Как
только ящеровоин оказался в радиусе поражения, Лю быстрым движением
высвободила меч из ножен и ударила врага. В воздухе появилось облако
пепла. Остальные ящеровоины озадаченно остановились, уставившись на
останки монстра, рассечённого надвое вместе с магическим камнем.

— Кагуя… пришлось одолжить твой приём.

Лю
использовала яйдо, навык быстрого извлечения меча из ножен, которым
гордилась её восточная подруга. Из-за раненной ноги Лю была практически
парализована. Двигаться она не могла, а потому ей оставалось только
контратаковать. Это единственная тактика, которой она ещё могла
пользоваться.

Эльфийка вернула меч в ножны, озадаченные
ящеровоины снова с рёвом понеслись на неё. Лю снова извлекла меч и
разрубила несколько магических камней, прежде чем мечи успели её ранить.
Сколько бы раз ящеровоины не бросались в атаку, результат был одним и
тем же: подошедшие на расстояние удара монстры рассыпались в пепел.
Из-за того, что проход был узким, монстры могли нападать только по двое.
А эльфийка была достаточно умела, чтобы защитить себя от двух клинков.
Гора пепла росла с огромной скоростью.

Лю атаковала, двигаясь всем телом, за исключением правой ноги.

Если бы Кагуя была здесь, она бы, наверное, сказала, что от моих движений её в сон клонит…

Этому
навыку Лю научилась у подруги, но она и близко не приблизилась к силе
оригинала. Однако, для монстров начальных глубинных этажей он
представлял угрозу. Как только они готовились к атаке, их настигал блеск
меча, словно по волшебству. Точность ударов эльфийки заставила монстров
замешкаться.

А чем больше они мешкают, тем лучше. Тем больше
времени она выиграет для Белла, который разбирается со своими врагами.
Сейчас он должен справляться и без её помощи.

Тактика Лю работала, поскольку ей противостояли разумные монстры глубинных этажей.

Но случилось то, отчего эльфийка подпрыгнула.

— !!!

Зловещий
звук, сковавший её сердце и заставивший её ощутить тревогу. Она успела
отпрыгнуть до того, как в стене рядом с ней появился крупный разлом. Уже
через мгновенье из стены вырвалась огромная рука, ударив то место, в
котором стояла Лю.

— Варвар!..

Лю скривилась, увидев
появление большого монстра. Два содрогающихся рога, острые клыки и
когти. Этот монстр-воитель не уступает в ярости элитным ящеровоинам и
лупгарам. Внезапная атака варвара заставила Лю выйти из стойки для
нанесения быстрых ударов, а следом за этой атакой последовал следующий
удар.

— ХААА!

— И-и-и-и?!

Длинный язык вырвался изо рта монстра, Лю не смогла полностью уклониться от этой атаки. Силы её оставляли.

Прогремел рёв монстров.

Возглавляемые варваром ящеровоины бросились на Лю. Когда орда монстров была готова её поглотить…

— УАААААААААААА!

— ГЬЯ?!

Белл бросился наперерез.

Прикончив
монстров со своей стороны, он врезался в новую орду ударом ноги в
прыжке. Сила удара заставила варвара завалиться, кости его грудины
затрещали, а сам он полетел на бегущих за ним ящеровоинов.

Белл
не стал останавливаться, с Хакугеном в руках он бросился на упавших
монстров. Поражённая Лю последовала его примеру, подобрав меч, который
уронила, и бросившись на монстров, будто она была одной из них.

Полилась кровь, монстры не переставали реветь.

Белл
и Лю, не обращая внимания на рёв, снова и снова кололи грудь монстров
острыми клинками. Они не могли позволить ни единому монстру подняться.
Вид авантюристов, яростно лупивших монстров оружием снова и снова,
казался первобытным и даже противоестественным.

Их щёки были
красными от крови врагов, а широко распахнутые глаза следили за каждым
признаком движения. Они не могли позволить себе оставить ни единого
магического камня целым в этой смертельной схватке.

Когда руки последнего монстра наконец замерли… в коридоре воцарилась тишина, её нарушало лишь сбитое дыхание авантюристов.

Взгляд небесно-голубых глаз встретился со взглядом рубиновых.

Лю, едва дыша, произнесла:

— Давайте… отдохнём…

----------

Том 14 Глава 11.3

— Джаггернаут?

Прислонившись спиной к стене, я повторил его имя.

Мы
в небольшой комнате с одним выходом. Комната странной формы, совсем не
похожей на кубическую. Я бы назвал в качестве примера каменистую пещеру.
Повредив стены, мы с Лю остановились для второго отдыха с нашего
появления на тридцать седьмом этаже.

— Да, кажется, так его назвали… когда всё кончилось, конечно.

Оставаясь настороже, мы заговорили о жутком монстре двадцать седьмого этажа, который последовал за нами даже сюда.

—
Это случилось после того, как я потеряла подруг и отомстила… почти в
тот же момент, когда меня подобрала Силь. Появился человек в чёрном…
похожий на мага.

Её описание меня озадачило. Маг в чёрном… должно быть, это Фелс. Выходит, годы назад Фелс показался Лю?

Ледяной Ветер… Никогда не говори о Джаггернауте, встреченном тобой в Подземелье.

Они
говорили в тёмной аллее дождливой ночью. Фелс пришёл, чтобы её
предупредить, и обратился к ней по прозвищу. Уже тогда никто не знал,
кто она такая.

Он не должен быть призван снова. Если сдержишь
своё обещание… мы тебя отпустим. Мы принимаем в расчёт твои достижения в
качестве члена Паствы Астреи и не станем преследовать тебя за
содеянное.

Под «мы» он имел в виду начальство Гильдии… или даже Всевышнего Урана?

Он имел ввиду, что благодаря указу Урана, Гильдия просто зачислила её в чёрный список, но не стала выслеживать?

Лю сказала, что кивнула в ответ на предупреждение, и Фелс растворился во тьме.

—
Если маг был посланником Гильдии, значит они знают о существовании
монстра. Скорее всего он действовал по поручению всевышнего Урана,
который молится Подземелью…

Похоже Лю и сама поняла, кто такой
Фелс. Я бросил на неё взгляд, она была истощена и прижалась спиной к
стене, как и я. Я погрузился в мысли. Выходит, даже Фелса беспокоило
возможное появление того монстра… а Лю пережила это бедствие дважды.

— Джаггернаут…

Проведя
ладонью по истерзанной левой руке, я прошептал его имя. Если подумать,
это самый страшный монстр из тех, которых мне доводилось видеть. Он
пугал меня настолько, что скрывать своего страха перед ним я не могу.

— …Лю. То, о чём говорил тот человек, Джура…

Как только я услышал слова укротителя, меня беспокоила одна вещь.

Чтобы спасти бесценную себя! Пожертвовав подружками, ты наконец смогла прогнать монстра!

Он сказал именно это.

Что случилось в день, когда вся Паства Астреи
кроме Лю умерла? Как она выжила? Что случилось с Джагернаутом, которого
встретила она? Она его убила? Джура сказал «прогнать» монстра, значит,
он может быть до сих пор жив?

Вопросов в моей голове рождалось всё больше. Не задать их я не мог.

— …

Лю не ответила. Она поджала губы в ответ, её руки, содрогаясь, сжались в кулаки.

— …Враги, господин Кранелл.

Вдалеке раздался рёв. Я следил как Лю поднялась. Не произнеся ни слова, я кивнул. Повторить свой вопрос мне не хватило духа

----------

Том 14 Глава 11.4

Он бродил.

Дыхание обжигало глотку. Куски панциря падали с тела на землю.

Когти левой лапы блестели в тусклом свете фиолетово-синим цветом.

В тёмном лабиринте было тихо.

Другие монстры, содрогаясь перед ним от страха, не смели вставать у него на пути. Лишь звук его шагов висел в воздухе.

Монстр, которого божества и авантюристы прозвали Джаггернаутом, брёл по тридцать седьмому этажу.

Его раны были глубокими.

В нём зародился целостный интеллект, который можно назвать мыслями.

Полностью себя осознав, он осмотрел своё тело.

Правая
прыжковая нога была прорезана. Он мог прыгать, но эта подвижность не
шла ни в какое сравнение с той, которую он имел в идеальном состоянии.
Ту ослепительную скорость, которая вселяла в сердца авантюристов страх,
он развивать больше не мог.

Правая рука была срезана мощным
взрывом. От неё не осталось и следа. Смертельная угроза, уничтожившая
правую руку, повлияла на всю правую сторону его тела — половина
отражающего магию панциря пришла в негодность, а половина хвоста была
срезана.

Всё его тело было повреждено.

Раны были глубокими.

Возможно,
скоро он не сможет двигаться, но его это не заботило. Его всё равно
ждёт распад. Никто ему этого не говорил, он просто знал. Он это понял.

Джаггернауты живут недолго.

Самое большое отличие их от остальных монстров, то, что их выделяет, — отсутствие магического камня.

Возможно,
самого Джаггернаута можно сравнить с огромным магическим камнем. Их
несравненная сила и ловкость происходят из сосредоточения энергии.
Потенциал зависит от этажа, на котором он появился, чем ниже этаж, тем
сильнее Джаггернаут. Некоторые достаточно сильны, чтобы вырезать целые
Паствы, вроде Паствы Астреи, или сокрушить группы первоклассных
авантюристов. Даже если Джаггернаут лишится в бою головы или будет
пронзён в грудь, он продолжит сокрушать. Только если всё его тело будет
уничтожено, его жизнь подойдёт к концу.

Ценой за несравненную
силу, которой они обладают, служит время их существования. Подобно
ледяным скульптурам, они трескаются и рассыпаются.

Пол первого Джаггернаута невозможно было определить. Дитя бедствий, неизвестное человеческой расе, после уничтожения Паствы Астреи
отползло в угол и обратилось в пепел. Их жизни быстро заканчиваются.
Эта раса монстров рождена, чтобы загореться и сгореть, словно падающая
звезда. Потому укротитель по имени Джура, пытавшийся поймать
Джаггернаута, не исполнил бы своего желания.

Джаггернауты не
оставляют магических камней и добычи. Не остаётся ни единого следа их
существования. Рождённые служить матери, они уничтожают внешние угрозы, а
потом исчезают из мира и из памяти своих родичей.

Потому уничтожение — единственная причина их существования.

Джаггернаут
не чувствовал свою жизнь пустой. И не казался себе жалким. Эмоций,
чтобы ощутить эти чувства, не существовало в порождённом сознании.

Однако, его тело горело пламенем, подобным адскому.

Белая добыча.

Существо, которое поднимается снова, сколько бы Джаггернаут его не сокрушал.

Тот, кто, потеряв свою плоть и кровь, вернулся снова и начал его уничтожать.

Белое пламя, которое научило его страху.

Он
не может этого простить. Он не может этого принять. Позволить этому
существовать, означает отрицание его собственного смысла существования —
единственной вещи, ради которой он был рождён в этом мире. Это монстр
понимал инстинктивно.

Это отвратительно, мерзко, жутко.

Это
единственное, чего он не мог вынести. Пусть он будет забыт этим миром,
пусть его жизнь всего лишь вспышка, но он должен исполнить своё
предназначение.

Его предназначение было мелким, но для Джаггернаута это было всем.

Словно ощущая жалость к мыслям зверя, наброшенный ему на шею ошейник пульсировал красным светом.

Он
подогревал жажду монстра разрушать, словно наполняя его эмоциями и
заставляя его мыслить. Голос матери стал отдалённым. Джаггернаут закрыл
глаза на этот голос, о чём-то его умолявший. Он предпочёл свои
собственные желания.

Таков был побочный эффект магического предмета Джуры.

Джаггернаут
должен был стать антителом Подземелья, истребляющим нежеланных
вторженцев, однако вместо этого его сознание обострило. Посланный
убивать, чьим единственным желанием должно было стать убийство, не сразу
осознал, что теперь им движет самосознание. Мощная жажда убийства,
сосредоточенная на одной-единственной добыче, позволила ему стать
независимым. Этот Джаггернаут перестал быть рабом воли матери, готовым
умереть ради выполнения долга.

Он освободился.

Освободился не только от предсмертного желания Джуры, но и от голоса Подземелья.

Апостол смерти переродился в монстра, преследовавшего одного-единственного человека с жаждой убийства, граничившей с безумием.

Потому он убьёт его во что бы то ни стало.

Он обязательно, без сомнений, его убьёт.

Ведомый пылающей жаждой монстр медленно, но верно настигнет свою добычу.

Вместе
с тем, эта мысль породила аномалию, появление которой не могло
предсказать даже само Подземелье. Аномалию такой силы, которую не могла
бы породить эволюция.

У него нет правой руки. В таком состоянии он не сможет убить белую добычу.

Ему нужна рука. Нужны когти, чтобы его разрезать.

Красные глаза Джаггернаута блеснули.

В следующую секунду он напал на своего сородича.

Хор воплей и вырываемых костей слился в песнь разрушения.

Зловещие звуки пронзали тьму Подземелья.

----------

Отзвук правосудия

— Идеалы, реальность? Чего? Элиза и Кагуя снова тебе мозги запудрили?

Девушка сидела в кресле, довольно раскачивая короткими ногами.

Несколько дней прошло после спора Лю с Кагуей. Тщательно всё обдумав, эльфийка подошла к участнице Паствы по имели Лира.

Перед
полурослицей, ростом около ста двадцати сантиметров, была разложена
целая коллекция разнообразных инструментов. Она разбирала и
ремонтировала предметы, ловкие пальцы девушки не останавливались ни на
мгновенье. Даже не подняв взгляда на Лю, она насмешливо улыбнулась:

—
Вместо того, чтобы серьёзно о чём-то думать, кивни и улыбнись. Если
запрыгнешь в кровать представив, что всё поняла и осознала, все твои
волнения вмиг улетучатся!

— Да ладно, Лира, я же серьёзно. Только
из-за того, что Кагуя сказала что-то противоречащее моим взглядам, я не
должна игнорировать её мнение. Это лишь сузит мою точку зрения. Слова
Элизы тоже вызвали во мне отклик. Мне кажется, мне нужно больше мнений,
чтобы понять, что мне думать…

— Какие же эльфы мерзкие…

Лира
грубо прервала мысль Лю. Слова девушки-полурослика совершенно не
подходили её невинному, мягкому взгляду. К удивлению, эта девушка была
старше Лю на два года. Короткие волосы Лиры были окрашены в персиковый
цвет (выглядело «супер-круто» согласно её собственным словам), а с губ
не сходила хитрая улыбка.

Как и предполагало поведение и манеры Лиры, девушка была довольно цинична.

— На кой чёрт тебе вообще нужен этот ответ? И уж тем более зачем тебе задумываться над ответами других людей.

На
первый взгляд, мнение подобной девушки совсем не должно интересовать
воплощение правильности и невинности, которым Лю являлась, однако, после
Элизы Лира была вторым человеком, к которому обращалась эльфийка. Лира
всегда отвечала честно и непредвзято, иногда она говорила совсем
неожиданные, для Лю, вещи. Другие члены Паствы также уважали мнение девушки-полурослика.

Казалось,
что Лира относится к жизни слишком несерьёзно, однако, задумавшись, Лю
обнаруживала, что довольно часто такое отношение помогает ей самой, и
она полагается на полурослицу.

— Просто всё воспринимай с долей недоверия. И слова Кагуи, и слова Элизы.

— Лира, разве это не…

— Образ правды сильно изменяется и это зависит от человека.

— !

—
Вообще-то, это ты решаешь, что правильно. Ты создаёшь свою собственную
правду. Поразмысли хорошенько обо всём, что сказали, пропусти через
недоверие и получи правду, которая тебя устроит.

Такая
уверенность в сказанном и наставнический тон были для Лиры очень
необычными. Возможно, из-за того, что о своём понятии правды говорила
лгунья.

— …Вот бы ты всегда так со мной говорила.

— О чём это ты, Лайон? Я самый серьёзный и добрый человек во всей Пастве!

— А теперь положи руку на сердце и повтори это, вспоминая, чему ты столько времени меня учила…

Полурослица всегда обучала Лю самым неожиданным вещам.

Навыки,
вроде распознавания лжи, были полезны, но речь также идёт об искусстве
шантажа в переговорах, запугивании, а также Лира обучила Лю всегда
выигрывать в азартных играх, или, попросту, мухлевать.

Если хочешь победить подонков, нужно понять, как они мыслят… красивые слова в борьбе за справедливость не слишком помогают… Возможно, в наставлениях Лиры и был определённый смысл, однако в Пастве правосудия они казались лишними.

Проведя в Пастве пять лет, Лю получила свою долю необычных уроков.

— Я просто стараюсь за тобой присматривать, потому что ты у нас вся эльфиечная и невинная.

— Если сравнивать с тобой, даже возражать не хочется…

Лира хитро улыбнулась и наконец подняла взгляд на стоящую рядом Лю.

—
Слушай, Лайон. Знание — это оружие. Информация — ключ к пропитанию. То,
чему я тебя учу, может показаться случайными вещами, но однажды это
может тебя выручить. Запоминай и используй.

Запоминай и используй.

Любимая фраза Лиры.

—
Шевели мозгами, пока кровь из ушей не польётся. Если у тебя не окажется
экипировки и предметов, собирай, что попадётся в Подземелье, а если это
невозможно, полагайся на добычу. Изобретай что-то новое. Даже если
что-то бесполезно, попробуй объединить это и использовать с чем-то
другим…

— Шевелить мозгами, да?..

— Может тебе и непросто,
но обучаемость — одно из важнейших качеств, которые в нас заложены. Это
не просто слова, это очень важный принцип для покорения Подземелья.

Характеристики
монстров, создание импровизированного оружия, навыки выживания, общение
с членами группы… В тот день Лира сказала, насколько важно объединять
все эти навыки, чтобы преуспеть в Подземелье.

Она говорила беззаботно, но было заметно, как сильно она хочет, чтобы Лю всё это поняла.

—
Изучение случайных вещей может показаться затратным по времени и
раздражать, но это лучше, чем закрывать на них глаза. Возможно, не
сразу, но настанет время, когда все эти знания превратятся в мудрость.

— Знания превратятся в мудрость?..

—
Когда это случится, ты сможешь помочь кому-то кроме себя. Ты будешь
жутко сильной эльфийкой, на которую каждый будет смотреть с восхищением.
Даже Кагуя перестанет звать тебя зелёной.

Лира одновременно походила на задумавшего шалость ребёнка и на старшую сестру.

— …Так ты стала такой сильной?

— Ага. То есть, если я не буду шевелить мозгами, я умру. Я же полурослик.

— …

— В общем, и мои слова принимай с недоверием. Запоминай то, что может тебе пригодиться.

Девушка-полурослик,
гораздо более слабая, чем Лю, физически, заканчивая разговор, пожала
плечами. Лю не забыла ни единого слова из сказанного в тот день.

—
Это ничего не доказывает, но глянь на меня. Вот она я, уважаемая
авантюристка третьего уровня, которая этого добилась, заговаривая зубки
простачкам, вроде тебя. Среди полуросликов я восходящая звезда.

— Мне кажется, только что ты проговорилась в одной очень важной вещи.

— Очень скоро Финн Деймне, названный героем нашей расы, рухнет передо мной на колени, предлагая помолвку. Хе-хе-хе…

— Если я правильно помню, в последнее время Храбрец тебя открыто избегал…

Лю вздохнула увидев, что её подруга погрузилась в мечты о браке с богачом и захихикала.

Ещё одна сцена ушедших дней.

Среди
важных воспоминаний в голове Лю это было одним из самых
сентиментальных. Слова Лиры и то, чему девушка-полурослик её обучила,
пустило глубокие корни в сердце эльфийки.

Мнения её спутниц и знания Паствы Астреи были живы вместе с Лю.

Только вот…

Лю не была уверена, что унаследовала их волю.

Она не знала, жива ли эта воля после той потери… после того, как она лишилась своей справедливости.

----------

Забытая надежда в Подземелье

Звуки сражения не утихали.

В сумрачном лабиринте летели искры.

Дыхание авантюристов смешивалось с боевыми кличами монстров.

— !!!

— ?!

Молочно-белый меч свистел в воздухе. В последний момент Белл отразил удар скелета-воителя.

— Спартой…

Как
и овцечерепа, спартои являются монстрами-скелетами. Костяные тела этих
монстров были с Беллом на одном уровне или выше. Все они были вооружены
костяными мечами и пиками, которыми владели с убийственной точностью.
Группа спартоев окружила Белла и Лю, сражавшихся до этого с другими
монстрами-воителями.

Атака была неожиданной.

Белл и Лю,
высматривавшие монстров, услышали треск. Трещина прошла не по стене, а
по полу, породив монстров прямо под ногами поражённых авантюристов, для
которых будто мёртвые поднялись из могил.

Белл и Лю оказались окружены, они не могли бежать. Звуки боя привлекли новых монстров. Авантюристы оказались в западне.

— О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О!!!

Белл не мог скрыть страха, отбиваясь от яростных атак спартоя, вооружённого мечом и похожим на щит нарукавником на другой руке.

Эти
монстры были сильнее чем те, с которыми Беллу доводилось сражаться.
Несмотря на полное отсутствие мышц, они были сильнее ящеровоинов и
лупгаров и двигались быстрее варваров. Их движения были такими умелыми,
что поединок с ними напоминал сражения с авантюристами, а не монстрами.
Это заставляло Белл осознать, насколько сильны его враги. Когда он
направил удар в магический камень, поблёскивающий между рёбер монстра,
монстр парировал его быстрым ударом костяного меча.

Белл не мог совладать с такой умелой защитой.

Его
попытки нанести один-единственный смертельный удар, как говорила ему
делать Лю, проваливались снова и снова. Если бы Белл сражался с этими
монстрами один на один, характеристики четвёртого уровня помогли бы ему
одержать верную победу. Однако он в Подземелье. Численность — одно из
самых сильных оружий на службе монстров. Растрачивая время на сражение с
одним монстром, Белл вскоре оказывался против ещё нескольких.

Для
покорения тридцать седьмого этажа требовался четвёртый уровень с
базовыми характеристиками рейтинга D или выше. При этом авантюристы
должны сражаться в группах. Чувство, которое испытывал Белл, оказавшись
на глубинных этажах, едва проходя по необходимым характеристикам, было
похоже на чувство Вельфа и других членов его группы, оказавшихся на
нижних этажах.

Я не могу прочесть их движения!..

Выработанная им тактика не работала.

Объединившись,
спартои не давали ему ограничить свои движения, и он не мог заставить
их атаковать с той стороны, с которой ему это было нужно. Также они
обладали нетривиальными навыками в обращении с оружием, которым владели,
будь то мечи, щиты, пики и секиры. Когда Белл пытался нападать, его
встречал щит, когда пытался отойти, в него уже отправлялся меч. В своих
путешествиях по верхним, серединным и нижним этажам он ещё никогда не
сталкивался с монстрами, так слаженно работавшими вместе. К тому же,
авантюристы были вынуждены сражаться в широком проходе и местность
нисколько не помогала им отбиваться.

У Белла не было возможности выбрать удобное поле для битвы.

— Уфф!..

— Лю?!

Спартои
были угрозой и для Лю, сражавшейся спиной к спине с Беллом. Она
подвергалась гораздо большей опасности, поскольку не могла двигаться
свободно. Ей удавалось отбиваться от атак благодаря навыку яйдо, но
уклониться от них полностью эльфийка не могла, и на её коже возникали
всё новые и новые порезы.

— …Вспышка!

Белл больше не мог сдерживаться, он решил использовать заклинание.

Огненный
шар поглотил бесценную энергию разума. Белл хотел разбросать врагов,
чтобы у авантюристов появился шанс выбраться из окружения. Из-за
ограниченности ментальных ресурсов, это решение требовало определённой
храбрости, но, казалось, даже Лю сочла это правильным ходом.

Точнее, это было правильным ходом, пока среди монстров не появился он.

— Что?!

Белл
увидел за спиной одного из монстров чёрный камень, ослабивший огненный
взрыв прежде, чем он ударил в цель. Падение мощи заклинания было таким
значительным, что пламенный удар обратился во всполох.

— Чёрт… обсидиановый солдат?!

Монстр
был будто составлен из глянцевого чёрного камня, кажущегося
драгоценным. Там, где должна была быть голова, поблёскивало нечто
фиолетовое, похожее на глаз циклопа.

Обсидиановые солдаты —
каменные монстры, созданные из затвердевшей лавы. Они были гораздо
медлительнее монстров-воителей, их достоинством была защита. Среди
воителей тридцать седьмого этажа они были одними из слабейших, однако их
отличительной чертой была возможность ослаблять магию. Кусочки
обсидиановых тел очень ценятся в качестве предметов добычи, они
деактивируют заклинания будучи встроенными в амулеты.

Увидев, что
попытка Белла вырваться из окружения монстров была ослаблена до лёгкого
толчка, Лю нахмурилась, а сам Белл скривился. Казалось, Подземелье
использует все известные трюки, чтобы свести на нет задумки Белла.
Поскольку сокрушить парня грубой силой не получилось, оно взялось за его
слабости.

Лабиринт показал Беллу и Лю часть бездны, не покорившейся обычным авантюристам.

— ОРО-О-О-О-ОН!

Натиск Подземелья продолжался. В общей суматохе появился новый монстр.

— Пелуды?!

Голос Лю едва не сорвался.

Она
увидела монстров с продолговатыми, похожими на змеиные телами и
четырьмя ногами. Кожа пелуд была тёмно-зелёного цвета, а их спины
покрывали бесчисленные шипы, как у дикобразов. Чем-то эти монстры
напоминали ящериц, но Гильдия относила их к подвиду драконов.

Пелуды… те самые, о которых говорила Лю?!

Вместе
со спартоями эльфийка назвала этих монстров самыми опасными на тридцать
седьмом этаже. Особым оружием этих монстров был яд.

— Не дайте пронзить себя иглами на спинах!

Громкость
крика Лю отражала уровень угрозы этих монстров. Белл сглотнул, увидев,
что спины трёх прибежавших в драку пелуд содрогались, словно набираясь
сил.

— А!!!

Белл подтянул к себе Лю, когда в авантюристов
полетели отравленные шипы, они ринулись к спартою, держащему в руках
большой костяной щит. Кончик меча монстра разрезал кожу Белла, но
гораздо важнее было то, что авантюристы смогли укрыться за щитом.

Шипы монстров громко застучали о щит монстра.

Вместе с тем, раздалось несколько криков, от которых в жилах стыла кровь.

— ГА-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А?!

— ГЕ, ГУЭЭЭ?!

Ящеров
и лупгаров пронзили отравленные шипы. Секунду спустя они начали биться в
конвульсиях, их кожа потемнела, а из отверстий на теле полилась кровь.
Даже кровь была чёрной. Белл побледнел, когда это увидел.

Отравленные шипы пелуд с лёгкостью пробили бы защиту даже сильнейших из авантюристов.

Яд
также был смертельным. Даже небольшая царапина могла погрузить
неудачливого авантюриста в бездну боли и заставить кашлять кровью.
Единственным средством исцеления были противоядья высшего качества и
заклинания детоксикации. Учитывая бедственное положение Белла и Лю, для
них поражение таким ядом было бы смертельным.

— Умф!

Дождь из ядовитых шипов не прекращался, Лю сломала спартою руку, а Белл подхватил щит монстра.

Град
шипов погрузил «окружение» монстров в хаос. Лю и Белл могли лишь
спрятаться за щитом, как черепаха прячется в панцирь. Единственными
способными выжить в граде игл монстрами оказались обсидиановый солдат и
спартои. Однако, из-за пронзавших их глазницы и суставы длинных игл даже
они не могли двигаться свободно и нападать на Белла и Лю.

Щит содрогался, иглы били в него, не переставая.

Прижимая к себе Лю, Белл, стиснув зубы, сдерживал натиск ударов.

— ГО-О-О-О-О-О-О-О!

Раздражённые
тем, что их нападение не удалось, а может просто выпустившие все свои
снаряды пелуды сменили тактику. Как подсказывало им родство с драконами,
монстры начали заливать всё вокруг пламенем из своих ртов.

Языки пламени окружили как авантюристов, так и нежить, после чего Лю потянулась к мешочку на поясе.

— Господин Кранелл, я собираюсь его использовать.

Она
бросила адский камень из-за щита прямо в пламенное море. Белл
рефлекторно рухнул на колени и сильнее сжал щит. В следующее мгновение
землю сотряс мощный взрыв.

— …О-о-о-о?!

Из глоток умирающих монстров вырвались предсмертные вопли.

Белла
и Лю отнесло назад вместе со щитом, а спартоев и обсидианового солдата
разорвало на части. Пелуд также поглотил пламенный шар.

Белл и Лю катились по полу, лишь через несколько секунд им удалось поднять свои побитые тела.

— Взрыв их прикончил?..

— …По крайней мере ближайших монстров удалось убить.

Языки
пламени освещали лицо Белла, щит в его руках рассыпался. Пламя ещё
трещало в эпицентре взрыва. Множество костей и обломков обсидиана,
добычи, по всей видимости, поблёскивали на земле.

Лишь заметив драконов, которых поглотило собственное пламя Белл позволил себе расслабиться.

Но в этот самый момент раздался глухой звук.

По левое плечо от авантюристов показалась длинная спина.

Лю замерла, увидев монстра со стороны Белла.

Белл смотрел на ящерицу, вцепившуюся в стены лабиринта, от спины которой поднимался дымок.

Четвёртая пелуда.

Авантюристы осознали, что монстров было больше трёх, но было слишком поздно.

Лю бросила кинжал.

Этот кинжал вонзился в стену, пробив магический камень пелуды, и монстр обратился в пепел.

В это же мгновенье на пол рухнул и Белл.

— Господин Кранелл?!

Даже
Белл слышал отчаянье в крике Лю. Левое плечо парня пронзила отравленная
игла, яд уже пробирался в его тело и грозил отравить каждый орган,
уничтожив его за секунды.

Мысли перенесли парня к мёртвым авантюристам, встретившим подобный конец.

Лю, побледнев, рухнула на колени, Белл изогнулся, его глаза начали закатываться.

— Уххх!

Но через мгновенье он вонзил белый кинжал в нанесённую иглой рану.

Он атаковал себя. На мгновенье Лю усомнилась в его здравомыслии, но потом её глаза округлились от удивления.

— Кинжал чернеет… неужели?!

Блестящий белый кинжал, погрузившись в левое плечо парня, начал вытягивать чёрную жидкость.

Хакуге
был сделан Вельфом из рога единорога — очень редкой добычи. Этот рог
ценится среди изготавливающих предметы восстановления ремесленников за
способность нейтрализовать яды. Логично было предположить, что такой
клинок должен обладать свойствами противоядия. Белл помнил о
происхождении кинжала и поэтому пронзил им рану.

Вскоре кинжал из
рога единорога выкачал чёрную жидкость из раны. Чёрные частички
собрались в центре клинка и развеялись, он очистился. Вместе с этими
частичками уходила и боль из тела Белла, спасённого от смерти.

Когда кинжал окончательно разобрался с ядом, он снова стал белоснежным.

— Ау!..

Белл
вытащил Хакуген из раны с хлюпающим звуком и завалился набок. Лю в шоке
смотрела, как он прижимает руку, ещё сжимающую Хакуген ко лбу.

Вельф, Вельф!..

Снова
и снова Белл безмолвно повторял имя товарища, выковавшего это оружие.
Если бы красноволосый парень сейчас был здесь, Белл бы его обнял. Ему
зарыться носом в грудь парня и жалобно потереться. Но из-за того, что
Белл этого не мог, он лишь бормотал благодарности кузнецу, в очередной
раз спасшему его от смерти.

— …Господин Кранелл, эту рану нужно исцелить.

Некоторое
время понаблюдав за Беллом, Лю наконец вернула себе спокойствие. Эффект
яда пропал, однако кровь продолжала течь из плеча Белла, и Лю заставила
его выпить последнее зелье. Она решила, что, если его не использовать
сейчас, Белл может больше не подняться.

Всё ещё распластанный на
полу Белл прижал руку к ране, отчаянно пытаясь восстановить дыхание.
Из-за того, что с волной монстров было покончено, авантюристы могли
позволить себе потратить время на восстановление, посматривая на стену
пламени.

— …

Пока Белл пытался прийти в себя, Лю
погрузилась в размышления. Теперь, использовав последний исцеляющий
предмет, они были вынуждены двигаться дальше. Она вытащила свёрток —
карту, найденную у мёртвых авантюристов.

Поскольку она помечала путь по мере продвижения, карту заполнило несколько сложных линий, переплетающихся в лабиринт.

Мы вышли на множество тупиков… учитывая состояние Господина Кранелла, нужно как можно быстрее найти главный путь.

Она
бросила взгляд на Белла и снова уткнулась в карту. Несмотря на то, что
предыдущие картографы изучили довольно много путей, Белл и Лю так и не
поняли в какой части лабиринта находятся. Каждый раз отклоняясь с
изученного пути, они наталкивались на орду монстров или тупик,
вынуждавших их вернуться.

Учитывая пройденное расстояние,
возвращаться в последний неизученный проход не лучший выбор. Остаётся
только проход, помеченный умершими, как заблокированный…

Лю провела пальцем по линии, нарисованной не ей.

Пройти тем же путём, что и предыдущие владельцы карты, было единственным выходом.

Но почему они в тот раз сошли с того пути?..

Авантюристов
убил яд. Как и Белл, Лю определила это наверняка. Эльфийка определила,
что жертвы получили тяжёлое отравление и после этого вернулись в
комнату, в которой они с Беллом их обнаружили.

Задумавшись, Лю осознала, что это довольно странная реакция.

Если
авантюриста высокого ранга травят ядом и у него нет возможности
избавиться от отравления, разве возвращение в тупик будет правильным
шагом?

Если бы в подобной ситуации оказалась Лю, она бы
продолжила идти вперёд. Лишённая целебных предметов она бы бросилась в
гонку со временем, пока яд не пожрал её плоть, и предпочла бы
возвращению в тупик попытку вырваться из этого места. Тем более, если
спасательной группы не предвидится.

Она бы рискнула и попыталась
отыскать путь к главной дороге этажа. Учитывая, что в той группе
состояли опытные авантюристы, способные путешествовать по глубинным
этажам, почему они не поставили на это свою жизнь?

…Неужели то, что блокировало путь вынудило их сдаться?..

Лю содрогнулась от страха, когда на ум ей пришла догадка.

— Лю, что мы теперь будем делать?..

— …Проследуем указанным на карте путём.

Белл наконец пришёл в себя. Лю коротко ответила на его вопрос.

Других вариантов нет.

Эльфийка оперлась на плечо парня, и они снова побрели вперёд.

— ?..

Они долгое время шли вперёд, наконец, проход начал меняться у них на глазах.

Лестницы
вели только вверх. В отличие от прошлого путешествия по этажу, когда
высота, на которую они поднимались балансировалась лестницами примерно
на одном уровне, сейчас они продвигались исключительно вверх. Тридцать
седьмой этаж имеет многоуровневую структуру, потому постоянные подъёмы
для него нехарактерны.

Поначалу Лю была озадачена, но потом кое-что осознала.

Это место… не может быть…

Лестницы не переставали появляться на пути. Авантюристы поднимались всё выше.

Лю ощущала, будто её ведут на платформу для повешения, или эшафот.

Её подозрения подтверждались.

Капля холодного пота, самого холодного за весь поход по тридцать седьмому этажу, упала с подбородка Лю.

…Вот что случилось.

Похоже, авантюристов убила ошеломляющая угроза Подземелья.

Лю осознала, куда ведёт этот путь, и от безнадёжности их положения ей захотелось расхохотаться.

— Лю?

— …Я в порядке, всё хорошо.

Она пыталась не передать своё отчаянье Беллу, заметившему выражение на её лице.

Все силы эльфийки уходили на поддержание внешнего спокойствия.

— Я поняла, где мы сейчас.

— Правда?!

— Да. Продолжим идти дальше. Мы должны дойти до длинной лестницы.

Она рассказывала Беллу лишь необходимые факты.

Как она и сказала, вскоре авантюристы дошли до молочно-белой лестницы, с огромными расстояниями между ступеньками.

— Если поднимемся по этой лестнице, и пройдём на другую сторону… окажемся рядом с главной дорогой.

Лицо
Белла засияло от этих слов. Он энергично зашагал по ступенькам. Лю же,
поджала губы, словно раздумывая о единственном пути, который ему
навязала.

Белл должен был задуматься о её словах тщательнее.

Он
должен был спросить себя почему Лю поняла, где они находятся до того,
как они вышли на главный путь этажа. Как она могла разгадать в каком
месте огромного, не уступающего размерами Орарио, этажа они находятся?
Единственный верный ответ на эти вопросы — они рядом с какой-то важной
точкой Подземелья, местом, которое нужно проходить с величайшей
осторожностью.

Белл не понял, что Лю запомнила это место из-за
опасности, которое оно представляет, из-за того, что его нужно избегать
любой ценой. Только когда он ступил на последнюю ступеньку по его спине
пробежала дрожь.

Он увидел перед собой огромный зал. Этот зал заметно отличался от других залов этажа.

Для
начала, его встретил пятидесятиметровый обрыв, между входом в зал и
полом комнаты. Весь пол комнаты был утыкан острыми камнями, словно
невидимая армия внизу держала наготове копья. Острые камни покрывали
весь пол комнаты, падение на них означало смерть даже для авантюристов
высокого уровня.

Единственной дорогой через комнату был длинный
мост, начинавшийся прямо перед Беллом. В центре комнаты, где сходились
четыре моста, виднелось подобие постройки. Множество теней, скорее всего
принадлежавших монстрам, окружали эту постройку. Боевые кличи, рёв и
стук долетали до ушей Белла, сливаясь в однообразный монотонный вой и
вселяя отчаянье в сердца авантюристов.

Стоявшая за спиной Белла Лю заговорила, не проявляя никаких эмоций:

— Колизей… место схватки, в котором нет предела появлению монстров.

----------

Забытая надежда в Подземелье

Колизей.

Подтверждено существование всего одной такой комнаты на тридцать седьмом этаже.

Известно,
что это помещение гораздо больше любой другой комнаты на этаже, но
неизвестно насколько, потому что измерять его слишком опасно для
авантюристов.

Беллу оно показалось того же размера, что и пещера
двадцать пятого этажа, возможно немногим больше. Как и везде на этом
этаже, потолок был скрыт тьмой, судить о его высоте было невозможно.
Воздух циркулировал в комнате, поскольку создавалось ощущение холодного и
сухого свиста ветра. Белл содрогнулся от масштабов этого места.

Огромная
структура возвышалась в центре комнаты словно остров, её сложно было не
заметить. Оно напомнило Беллу одно из зданий Орарио.

— Амфитеатр?..

Огромное круглое строение выглядело точно так же. Оно излучало тусклый свет, и потому казалось парит среди тьмы.

Через мост, рядом с которым стоял Белл, доносились боевые кличи.

—
Колизеем называется не весь этот зал, а только строение в центре. Оно
так названо, потому что… сколько монстров там ни убивай, они не
заканчиваются, — сказала Лю.

По её приказу они вместе с Беллом легли на землю на животы, чтобы монстры их не заметили.

—
В этой комнате, как только монстр умирает, Колизей тут же порождает ему
замену. Их количество понизить невозможно. То есть, количество монстров
здесь бесконечно.

— !!!

— Эту систему можно назвать миниатюрной копией Подземелья.

Белл слышал об этом месте.

Эйна
рассказывала ему о месте на глубинных этажах, в котором монстры
постоянно поддерживают определённую численность. Однако, увидев это
место вживую и услышав рассказ Лю о реальности, с которой они
столкнулись, Белл ощутил, как отчаянье пожирает его волю. Теперь став
полноправным авантюристом, он прекрасно понимал в чём отличие от
предыдущих стычек.

Даже на глубинных этажах, где битвы следуют
одна за другой, между ними всегда есть короткая передышка, но Колизей
совсем другое дело. В отличие от обычных комнат и проходов монстрам не
будет конца, сколько их не убивай. Бесчисленное множество битв будет
продолжаться пока авантюристы не падут.

«Бездонная чаша» монстров.

Так, с содроганием авантюристы называют Колизей.

— Мы оказались рядом с самой опасной из зон тридцать седьмого этажа, куда предпочитают не ходить даже лучшие из авантюристов.

Слова Лю заставили Белла задуматься.

Даже лучшие из авантюристов, Айз и её спутники, сторонятся этого места?

Выходит, это одно из опаснейших «смертельных мест», сравнимое или даже превосходящее в опасности монстра рекса этого этажа.

Если они справятся, то окажутся на главном пути.

Белл
наконец понял истинное значение сказанного Лю минутой ранее. Чтобы
обрести надежду, они должны перебороть отчаянье раскинувшейся перед ними
бездны.

Его прошиб пот.

Вместе с тем он подавил импульс, почти заставивший его рвать на голове волосы.

Он
вспомнил тела авантюристов, умерших в той маленькой комнатке. То же
самое отчаянье, что давило на них, сейчас сдавливало и Белла. Крупные
капли пота проступили на его лбу. Дыхание сбилось, глаза мотались с
одного места на другое.

— …

Лю бросила на него взгляд. В тени капюшона она нахмурилась, словно принимая то, что ждёт их впереди.

— Мы должны пройти Колизей.

Они отошли от входа в комнату, голос Лю был непоколебим.

— Лю, вы же…

— Мы не можем повернуть назад. У нас нет экипировки и нам не хватит сил.

Они
остановились посреди лестницы, ведущей в Колизей. Лю торопливо вытащила
из рюкзака всё, что у них было, и просматривала остатки предметов, не
поднимая на Белла взгляд.

Она сказала правду.

У них не
хватит сил на поиск другого пути. Если они не смогут вернуться на
главный путь этажа отсюда, побег с тридцать седьмого этажа маловероятен.

Чтобы выжить, они обязаны пройти через Колизей.

— Настал ключевой момент… время пуститься в авантюру, которой нам не избежать.

Лю посмотрела на притихшего Белла небесно-голубыми глазами.

Белл сглотнул… и кивнул.

Пот
покрывал его тело, его сердце выскакивало из груди, но он доверял Лю.
Всё это время эльфийка помогала ему выжить. Лю кивнула, принимая
безоговорочное доверие.

— Но как мы пройдём мимо Колизея? Если нам придётся сражаться с бесконечным количеством монстров…

— Естественно, боёв мы будем избегать. Мы пройдём через комнату незаметно, так чтобы нас не увидели.

Лю на мгновенье остановила подготовительную работу. В руках она держала кусок чёрной ткани.

— Это же?..

— Да, сделано из роб овцечерепов.

Белл
отреагировал на слова Лю удивлением. Всё это время Лю тщательно
отбирала оставшуюся после боя добычу и собирала избранные предметы в
рюкзак. Среди этих предметов были и робы овцечерепов.

Она сшила
две робы вместе, используя третью в качестве ниток и костяную иглу.
Получился довольно большой кусок ткани, способный вместить их обоих.

— …То есть, мы используем камуфляж?

Овцечерепа
атакуют, используя прикрытие сумрака, пронизывающего каждый угол этого
этажа. Скрытные движения отшельников смерти причинили авантюристам
немало проблем в этом путешествии, и сейчас настало время украсть приём
из арсенала монстров. Белл на собственной шкуре убедился, как
замечательно работают подобные робы. Он подумал, что монстров Колизея
действительно может получится обмануть.

— Запах тоже нужно замаскировать. Натритесь с головы до ног органами, которые я сейчас размозжу.

— Буэ!..

— Понимаю ваше отвращение, но вам стоит его перебороть.

Белл
рефлекторно прикрыл нос, когда Лю полезла в рюкзак. Красновато-чёрная
субстанция на дне рюкзака оказалась смесью сердец варваров с другими
органами монстров. Обычно выпадающие сердца используют только в смесях с
мощным запахом, но сейчас, даже сквозь плотный рюкзак ужасный запах
пробивался наружу. Хоть подобная смесь запахов и могла помешать монстрам
отследить авантюристов, жуткая вонь мешала и им самим. Хоть в уголках
глаз Лю проступили слёзы, её лицо оставалось каменным, словно маска.

Для Белла же её задумка показалась идеальной.

Он
слишком хорошо знал скрывающую силу серой ткани. К тому же, авантюристы
замаскируют свой запах. Если они будут передвигаться бесшумно, им
удастся обмануть монстров.

— Когда мы попадём в Колизей, я пойму, где мы сейчас.

Лю достала карту.

— На тридцать седьмом этаже всего один Колизей, в зоне воителей между второй и третьей стеной. Сейчас мы в её восточной части.

Лю
раскрыла карту перед Беллом, склонившись на колено, но при этом
продолжая посматривать, чтобы их не нашли монстры. Она нарисовала
большой квадрат, чтобы указать положение Колизея.

— Из Колизея ведёт четыре выхода, на севере, юге, западе и востоке. Южный выходит к главному пути этажа.

— Если проберёмся на юг… Ой, мы же не знаем где юг…

—
В северо-западной части Колизея расположено несколько колонн. Я видела
их и поняла, где мы находимся. Сейчас мы у северного входа… значит,
южный проход напротив.

Белл посмотрел на карту. Главный путь Лю
обозначила на небольшом расстоянии от Колизея с другой стороны от той,
на которой они находятся. Лю объединила то, что помнила о Колизее, с
дремлющими в ней знаниями, чтобы найти выход из ситуации.

Белл
был восхищён. Он не мог не посмотреть на мудрую эльфийку, принимавшую
одно верное решение за другим тогда, когда слабые духом могли сломаться.

— Лю, вы просто невероятны…

Слова слетели с его губ сами собой.

— Господин Кранелл?..

—
Даже в таком ужасном положении вы остаётесь спокойной и принимаете
правильные решения… Вы много раз приходили мне на помощь. Если бы вас не
было рядом, я бы ни за что не смог выбраться с глубинных этажей…

На мгновенье выражение на лице Лю приняло виноватый вид. Но погружённый в самобичевание Белл этого не заметил.

— …Господин Кранелл, оберните свои знания в мудрость.

— Знания в мудрость?..

— Да. Если вы научитесь применять все свои знания, когда это нужно, спасёте многих людей. Вы станете гораздо сильнее.

Прежде
чем заговорить Лю какое-то время молчала. Не сводя взгляд с Белла, она
ощутила словно смотрела на себя из прошлого. Она произнесла слова,
оставившие на ней глубокий отпечаток.

Белл молча кивнул, Лю ему улыбнулась.

— Вы помните, как должен выглядеть главный путь этого этажа и как наносить коридоры на карту?

—
?.. Да… Главный путь — это огромный коридор, и, если с него не
сворачивать, можно выйти к проходу на этаж выше… А когда вы чертите
карты за единицу расстояния принимаете от десяти до двадцати шагов…

— Отлично.

Белл
вспомнил, что ему рассказала Лю. Эльфийка рассказала ему о занесении
пути на карту во время одного из отдыхов, хоть и наспех. Довольно
прищурив глаза, Лю потянулась и сняла с пояса один из мешочков.

— У нас осталось три Адских Камня. Возьмите один.

— Но…

— Мы не знаем, что может произойти.

До
этого момента Лю поддерживала Белла со спины и использовала предметы.
Теперь она предложила их разделить. Ей хотелось уменьшить риск на случай
непредвиденных ситуаций. У них обоих должна быть возможность
использовать что-то в непредвиденном случае.

Белл сомневался, но
принял мешочек. В конце концов Лю не сказала ничего, с чем он не мог бы
не согласиться. Вдобавок к Адским Камням в мешочке лежала карта с
отмеченным Колизеем и положением главного пути к югу от него.

— …

Белл не мог обратить в слова волнения, которые начали его терзать. Не обратив на это внимания, Лю поднялась.

— Идём.

----------

Забытая надежда в Подземелье

К Колизею ведут четыре моста. Они начинаются на севере, юге, западе и
востоке и подходят к центральному подобию здания идеальным крестом. Все
мосты созданы из молочно-белого камня, их ширина около шести метров.
Разумеется, перил у них нет. Один неверный шаг и неудачливый авантюрист
полетит пятьдесят метров к земле.

Каменные копья внизу готовы принести мгновенную смерть любому, кто свалится.

— …

Прижавшись всем телом к Лю, накрытый с макушки до пят робой овцечерепов Белл, затаив дыхание, шёл по мосту.

Настоящее
испытание начнётся, когда они достигнут заполненного монстрами Колизея.
Расслабляться нельзя. Как только монстры ощутят чужеродное присутствие,
для них с Лю всё будет кончено. Безграничный боевой потенциал
Подземелья их сокрушит. Конечно, они были напряжены. Каменные копья
внизу словно безотрывно следили за авантюристами, медленно
продвигавшимися вперёд.

Среди острых копий, внизу, авантюристы заметили множество силуэтов.

Пелуды.
Словно ящерицы они сновали между острых камней. Присутствие внизу
монстров отсекало возможность спуститься вниз и пройти по полу, минуя
Колизей. Любого, кто попробует воспользоваться подобной тактикой,
ожидает ядовитый град и волны пламени.

Белл сглотнул, заметив несколько одетых в броню скелетов, висящих на камнях.

В отличие от центрального Колизея на каменном мосту было тихо. Однако эта тишина представляла для Белла и Лю смертельную угрозу.

Если
их раскроют, им придёт конец. Они пересекали извилистый каменный мост,
тщательно отслеживая дыхание и шаги. Лю пробила немало дыр в робе, чтобы
можно было осматриваться по сторонам, однако узкий обзор всё равно
подогревал волнение авантюристов. Им начало казаться, что вся их жизнь
состояла из медленного продвижения вперёд по извилистому мосту.

Лю слышала неровное дыхание парня. Её тёплое дыхание щекотало кожу Белла.

Несколько мелких камешков со стуком упали с моста. Стук эхом разнёсся по всему залу.

Белл и Лю застыли, затаив дыхание.

Казалось, шум не привлёк пелуд.

Всё было в порядке.

Если бы их заметили, монстры бы тут же издали яростные боевые кличи, предвещая смерть авантюристов.

Этого не случилось.

Значит всё в порядке.

Их жизни ещё не подошли к концу.

Белл донёс эту отчаянную мысль до своих застывших ног, и авантюристы двинулись дальше.

— Это… Колизей.

Подойдя
почти к концу кажущегося бесконечным моста, Белл сглотнул, уставившись
на возвышающееся перед ним белое строение. От его массивности
захватывало дух. Идеальный круг, по диаметру, кажется, не уступающий
Вавилу.

— …Идём.

— …Да.

После слов Лю авантюристы пересекли остатки моста.

Они
вошли во внешний круг Колизея, соединяющий четыре моста. Только отсюда
Белл смог разглядеть, что происходит внутри, раньше это было скрыто от
взгляда.

Внутренняя часть Колизея была устроена на манер
амфитеатра, снижаясь к центру. Шесть огромных площадок походили на
ступени, а в самом низу располагалось круглое поле. Это было похоже на
места для зрителей с ареной в центре. Её центр был примерно на одном
уровне с каменными копьями, окружавшими Колизей.

— !..

Осматривая
Колизей, Белл заметил и кое-что ещё. То, что он увидел внизу, заставило
его понять, почему этому месту дали название Колизей.

— О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О!

В центре арены было невероятное количество монстров, но не это поразило Белла и заставило его глаза округлиться.

Монстры убивали друг друга.

Беспрестанно издавая боевые кличи, монстры безжалостно рвали друг друга на куски.

— …Я слышала, что, когда рядом нет авантюристов, монстры этого места дерутся между собой.

Испуганный шёпот Лю влетел в одно ухо Белла и вылетел из другого.

Монстрами
была заполнена не только нижняя часть Колизея. На «трибунах» также
кипели беспощадные схватки между монстрами. Неподалёку от Белла и Лю, на
пятой платформе группа элитных ящеровоинов сражалась с группой
спартоев. Скелеты-воители одолевали ящеров.

На площадке напротив
варвар, взревев, влетел в стаю лупгаров. Фонтаны крови обагрили
огромного монстра, от этого зрелища волосы вставали дыбом. Белл сразу
понял, что огромный могучий монстр уже стал особым подвидом. Но даже он
не продержался и нескольких секунд, когда сзади на него налетело целое
стадо овцечерепов. Варвар ревел от боли, когда его разрывали на части.

Как только монстры погибали, в Колизее тут же возникали трещины.

Монстры
нескончаемым потоком порождались из стен и пола арены. Возможно,
лучшими словами для описания цикла смерти и перерождения были «вечное
восстановление».

Всё перед глазами Белла говорило об уникальности этого места, об опасности Колизея и его противоестественности.

— …

Белл прикрыл рот рукой. Чтобы перебороть волнение, ему пришлось приложить все свои силы.

Бесконечный цикл жизни и смерти.

Сильнее чем когда-либо Белл ощутил загадочность Подземелья.

А
может он просто лишний раз вспомнил. О той жуткой и сверхъестественной
силе, которая превосходит все представления и воображение людей.

— Идём… у нас нет времени стоять, разинув рот.

— …Да.

Если
этот бесконечный поток кровожадности обернётся против них, их смерть
будет неминуема. То, что творилось на их глазах было прямым тому
доказательством. Белл слабо кивнул в ответ на шёпот Лю.

Едва
сумев отвести взгляд от бесконечной жестокости, авантюристы двинулись
дальше. Они находились в северной части Колизея, там, где он выходил на
северный мост. Сейчас они стояли на шестой окружности, самой высокой из
всех. С этого места можно было разглядеть южную окраину Колизея
напротив. Прямой путь был бы самым быстрым, однако спуск на поле боя
подобен смерти. Вместо этого авантюристы планировали обогнуть арену по
кругу.

Справа от них находилась северо-западная часть Колизея,
где возвышались колонны, о которых говорила Лю. Они походили на огромную
кучу сросшихся камней. В шестой платформе, формировавшей внешнюю
окружность, недоставало куска, огибавшего бы эти колонны. Чтобы пройти
по кругу пришлось бы спуститься на три платформы вниз, однако, подойдя
так близко к арене, авантюристы, скорее всего, подпишут себе смертный
приговор. Всё будет кончено, если краешек робы будет зацеплен в пылу
битвы.

Это означало, что Лю и Беллу пришлось идти налево от места, в котором они стояли, на восток.

Монстры так близко!.. Словно они ревут прямо нам в уши!

Напряжение
в Белле только разрасталось. Чем ближе к ним оказывался монстр, тем
сильнее парень ощущал, что сейчас они находятся на границе жизни и
смерти. Каждый раз, когда монстр пробегал по находящемуся рядом пятому
кольцу, Лю и Белл замирали.

Однако, к счастью, если такое слово
можно применить к положению, в котором они оказались, в Колизее царила
жуткая вонь, потому живые монстры не могли учуять запах Белла и Лю. С
другой стороны, самим авантюристам было очень сложно удержаться от
рвоты.

Должно быть, отчасти этот запах исходит от тел давно убитых авантюристов.

Если монстры нас обнаружат, мы тоже превратимся в брызги крови на стене?

Белл
заставил себя отвлечься от подобных мыслей и вопросов, возникавших в
его голове. Он сконцентрировался на том, что они с Лю должны выбраться
живыми.

Рёв монстров гулом прокатывался по изорванной робе.

Почему… Подземелье создало подобное место?..

Пока авантюристы пытались бесшумно прокрасться по краю Колизея, в голове Белла возникали вопросы.

Если
верить записям Гильдии, Колизей неожиданно появился около тридцати лет
назад. О его существовании стало известно, когда авантюристы доложили,
что обычная большая многоуровневая комната приняла такой вид.

Бездонная чаша. Вечный бой. Сансара монстров, встречавших начало и конец в месте своего рождения.

Возможно ли, что это одно из чудес Подземелья, призванных заманить сюда вторгнувшихся авантюристов, чтобы их убить?

Или эта сцена создана только для того, чтобы монстры сражались друг с другом.

А может в появлении этого места нет никакого глубокого смысла.

Окружающая темнота не давала Беллу ответов.

Рёв звучал в его ушах, словно пытаясь сказать, что догадки обычного авантюриста ответов не получат.

— Восточный мост…

Наконец они добрались до первого моста на своём пути.

Он был похож на северный, который они пересекли и тянулся до конца комнаты.

—
Лю… если мы выйдем из Колизея сейчас, мы попадём на главный путь этажа?
Если попадём, может лучше будет свернуть сейчас, а не идти на южную
сторону?..

— К несчастью, дороги к главному пути из восточного
выхода нет. Южный и западный коридор соединяет лабиринт под Колизеем… но
наш единственный шанс на спасение сейчас — это южный выход.

Содрогаясь
от напряжения, Белл озвучил идею, которая пришла ему в голову, однако
её тут же отвергла Лю. Белла разозлил тот факт, что они могли бы выйти с
западной стороны, если бы путь им не преграждали колонны на
северо-западе.

Всё же, половину пути им удалось пройти.

Если у них получится пройти ещё столько же от восточного моста к южному, они окажутся у цели.

Однако, как только эта мысль мелькнула в голове Белла, он застыл от ужаса.

Несколько лупгаров выпрыгнуло на шестую платформу неподалёку от Белла и Лю.

Монстры оказались примерно в десяти метрах от авантюристов. Белл скрючился и затаил дыхание. Сердцебиение отдавалось в ушах.

— Ууууу…

Монстры с волчьими головами осматривались.

Опустив морды к земле, они повращали головами и принюхались.

Кажется, они учуяли запах. Охваченного паникой Белла бросило в жар. Он ощутил, как скривилась за его спиной Лю.

Уйдите, уйдите, уйдите!..

Находившиеся под сливающейся с тьмой робой авантюристы начали молиться.

Глаза монстра встретились с выглядывавшими в дырку глазами.

Сердце Белла чуть не разорвалось.

— …ГУРРРРРРРРРРУ-У-У-У-У-У-У-У!

Монстры повернулись к авантюристам хвостами и взвыли.

Прошло
пять секунд, десять, однако лупгары так и не повернулись обратно. Они
не увидели под маскировкой Белла и Лю. Авантюристы могли двигаться
дальше.

Напряжение оставило тело Белла.

Неожиданная расслабленность заставила его тяжело вздохнуть, но, по счастью, Лю успела зажать ему рот рукой.

Через это мы прошли…

Ритм их сердец пришёл в норму, они ощутили облегчение.

— ГЬЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯ!!!

Где-то
вдалеке раздался предсмертный вой монстра. В следующее мгновение монстр
обратился в пепел, его магический камень был уничтожен.

Разумеется, Подземелье должно было породить нового монстра в ту же секунду.

Треск рождения нового монстра раздался прямо под авантюристами.

Паутина трещин расползлась под ногами Белла.

Время застыло.

Лю замерла. Они не успели отреагировать, костяная рука вырвалась из треснувшего белого камня.

— О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О!!!

Костяные пальцы схватили Белла за ногу.

Подземелье породило спартоя.

Удерживая Белла за щиколотку, монстр оторвал его от земли. Скрывавшая авантюристов роба упала на пол.

Все взгляды в Колизее, вся кровожадность монстров обратилась на обнаруженных людей.

— …УААААААААААААААААААА!

Издав рёв, больше похожий на вопль ужаса, чем на боевой клич, Белл отрезал костяную руку Кинжалом Гестии.

Как только он упал на землю, Лю запустила себя в спартоя, плечом отправив его за пределы Колизея. Клич монстра затих внизу.

Но было слишком поздно.

— ОООООООООООООООООООООООООООООО!!!

Вой монстров слился в жуткий хор, сотрясший зал, монстры бросились к Беллу и Лю.

— Бежим!!!

Через
мгновенье Белл услышал отчаянный крик Лю, и его ноги пришли в движение.
Потянув эльфийку за собой за руку, парень бросил все свои силы для
бегства.

Его дыхание было прерывистым не от бега, а от того, что случилось худшее из того, что он мог ожидать.

Неутихающий вой монстров, безграничная ярость и кровожадность следовали за авантюристами по пятам.

Не сдержавшись и посмотрев назад, Белл скривился от того, что увидел.

Силуэты множества монстров, освещаемые слабым светом, слились в огромную чёрную волну, грозившую их захлестнуть.

Буквально каждый монстр Колизея отправился за Беллом и Лю.

Армия монстров приближалась к авантюристам. Стоит чёрной волне их накрыть, как от них не останется даже костей.

— ГАААААААА!

— ОУ-У-У-У-У-У!

Находившиеся на четвёртой и пятой плите монстры карабкались и запрыгивали по стенам, поднимаясь на шестую плиту.

Самые дальние из них заблокировали путь вперёд.

— А НУ С ДОРОГИ-И-И-И-И-И-И-И-И!!!

Крик Белла прозвучал больше, как мольба, чем как угроза.

Хакуген
вонзился в грудь элитного ящеровоина, замахнувшегося каменным мечом,
прежде чем пепел успел осесть на землю обвязанный вокруг левой руки Шарф
Голиафа сбил прыжки трёх лупгаров. Отчаянный удар кулаком Белла смёл
монстров словно огромный молот, раздробив выставленные когти и клыки и
отправив их в обратный полёт.

Как только трое монстров с волчьими головами отлетели, к авантюристам бросилась группа спартоев.

— !..

Белл получил удар и отступил, раздался отчаянный крик Лю:

— Не нужно сражаться!!! Прорывайтесь дальше!

Словно
уподобившись монстрам она размахивала мечом, прикрывая раненную ногу,
она пригнулась почти к земле, рассекая позвоночники спартоев.

Трое
монстров пали почти одновременно. Белл схватил Лю за протянутую руку
после удара и, притянув её к себе, бросился бежать дальше.

Не удостоив череп спартоя, упавший к его ногам даже взглядом Белл направил левую руку в волну монстров, преградившую путь.

— Вспышка!!!

Используя
восстановившуюся энергию разума, парень запустил четыре заклинания в
ряды врагов. Они с Лю бросились в порыв огненного ветра, порождённый
взрывами заклинаний Белла.

Пробивая путь в орде монстров,
авантюристы продвигались всё дальше. Когти и природное оружие визжащих
монстров цепляло их, оставляя порезы и синяки на коже.

Оставляя
позади сливавшиеся воедино рёв и крики, авантюристы прорывались через
орду. Они отражали бесконечный поток атак пинками и ударами меча мёртвых
авантюристов, заставляя монстров вылетать за пределы Колизея.

Как только Лю ощутила, что орда врагов снова загоняет их в угол, она крикнула:

— Господин Кранелл!!

После этого она бросила за спину блестящий красный камень.

Один из бесценных Адских Камней повис в воздухе, Белл повернулся и прицелился.

Пламенный всполох попал в цель, вызвав мощный взрыв.

Языки
пламени поглотили не только монстров, но и всё внешнее кольцо Колизея,
отправляя монстров на землю. Повернувшись, Белл и Лю видели, что
множество монстров уже не поднимаются.

Только вот каждый раз, когда очередной монстр умирал, раздавался клич новорождённого монстра.

Такова
истинная мощь Колизея, от которой бросает в дрожь даже сильнейших из
авантюристов. Бесконечный поток монстров. Трещины покрыли пол рядом с
Беллом и Лю, порождая новых врагов в тот момент, когда авантюристы уже
подумали, что им едва удалось спастись.

Уничтожать врагов было бессмысленно.

Преследовавшей их орде не было конца.

…Это невозможно.

Парируя
удары врагов, запрыгнувших с нижних платформ к авантюристам, холодный,
расчётливый шёпот раздался в голове парня. Страх начал заполнять
разгорячённый разум парня, охватив его сердце ледяной рукой.

Лю, которую Белл держал за руку, не могла бежать с нужной скоростью.

Если Белл попытается подхватить её на руки, их догонят.

Даже
если у них получится пересечь мост и покинуть этот зал, монстры Колизея
последуют за ними, а это означает неизбежную смерть. Бесконечный парад
монстров будет преследовать их, пока не нанесёт смертельный удар.

Это невозможно. Им пришёл конец. Лю об этом говорила: если их обнаружат, всё будет кончено.

Бежать нет смысла.

Пути попросту нет…

— …Рано!

Белл закричал, будто пытаясь заглушить голос страха.

Ему нужно просто приложить все усилия, чтобы сбежать.

Как только они пересекут южный мост, он использует заклинание, чтобы его взорвать.

От
погони можно сбежать множеством разных способов. Какой непосильной бы
ни казалась эта задача, он обязательно всё сделает. Каким бы абсурдным
ни был путь к спасению, даже если это просто воздушный замок, даже если
это просто эгоистичная детская мечта. Потому что если он не справится,
они умрут.

— Рано, ещё рано!

Крича, Белл отпустил руку Лю и
взмахнул мечом, прицелившись в варвара, вставшего на их пути. Удар меча
избежал столкновения с рукой монстра и срезал ему ногу. Оттолкнув тело
монстра левой рукой, Белл уронил его на обсидианового солдата,
сломавшегося под весом варвара.

Лю скривилась, увидев яростное сражение Белла.

В
отличие от рубиновых глаз, отчаянно цеплявшихся за будущее, её
небесно-голубые глаза принимали реальность. Отказываясь отбросить
жестокость мира, она сделала хладнокровный выбор.

Белл этого не заметил, но её голос начал дрожать.

— !.. Южный мост!..

Белл
и Лю наконец оказались на южном краю Колизея, получив множество ран и
кривясь от боли, лишавшей их как физических сил, так и моральных.

Белл отчаянно пытался найти надежду в мосту перед ними, но…

— О-О-О-О-О-О!..

— Группа монстров идёт к Колизею?!

Скорее всего из-за воцарившегося переполоха, группа монстров появилась в проходе, ведущем к главному пути этажа.

— Не может быть!..

Их зажали с двух сторон.

Группа
врагов уже ступила на мост, соединяющий Колизей с остальным лабиринтом.
Было очевидно, что, если они попытаются пересечь мост, враги зажмут их с
двух сторон. Даже начав запускать заклинания в подходящих спереди
монстров, Белл не сможет убить их всех, потому что их слишком много.

Прежде чем пересечь мост, прежде чем Белл сможет сокрушить монстров, их нагонит ревущая за их спинами орда.

Разумеется, если их зажмут с двух сторон на мосту, их смерть неминуема.

Лицо Белла скривилось от паники.

— …

Потому он не заметил.

Взгляд Лю на мгновенье стал каким-то отстранённым.

— Господин Кранелл! На мост!

— Что?!

— Займитесь врагами спереди! Я использую заклинание, чтобы сдержать тех, что сзади!

Лю раздавала одно указание за другим. Белл не мог поверить ушам.

И
действительно, раз они оказались зажаты между ордами монстров, нужно
избавиться от них обеих. Только вот, если кто и должен сдерживать
бесконечную орду врагов, это должен быть Белл, способный быстро
двигаться. Его шансы на выживание заметно выше. Парень собирался
возразить, но…

— Далёкое лесное небо. Бесконечные звёзды бескрайней ночи.

Заклинание
Лю не дало парню возразить. Она остановилась и сконцентрировалась на
произнесении заклинания. Остановить эльфийку парень не мог, а задержка
могла быть смертельной.

Единственным вариантом было разобраться с врагами впереди.

— Чёрт!.. Я скоро вернусь!

Бросив
на стоявшую к нему спиной Лю взгляд, парень ринулся на орду монстров,
бегущих к ним по мосту. Оставив Лю в том месте, где мост соединяется с
Колизеем, он кинулся в бой.

— ААААААААААААААААААААААА!

Прилагая все свои силы, он начал убивать монстров.

Как
его учила Лю, парень наносил смертельные удары, разбивая магические
камни монстров, и сталкивал их с моста. Он, не сдерживаясь, использовал и
своё заклинание, чтобы сразить как можно больше врагов.

— Прислушайся к голосу глупца и даруй божественную защиту звёздным огнём ещё раз. Даруй свет жалости тому, кто тебя оставил…

Он
слышал, как Лю читает заклинание за его спиной. Песнь была быстрой,
мелодия словно не обращала внимания на окружающую опасность.

— Приди, мой спутник, бродячий ветер. Пересеки небо, пронесись сквозь дикие места быстрее, чем что-либо в мире.

Мост содрогнулся под ногами Белла, жуткий рёв бил по ушам.

Должно
быть, Лю использовала огненное дыхание пелуд, чтобы зажечь последний
Адский Камень и остановить продвижение монстров. А может, она решила
использовать дым от взрыва, чтобы избежать окружения.

Положись на Лю. Положись на Ледяной Ветер.

Она
всегда сбегала из лап смерти, ей всегда помогали проверенные в боях
тактики, которые Беллу в голову даже не приходили. Если ей верить,
возможным становится что угодно, даже побег с глубинных этажей.

Если он ей поверит.

— Принеси свет звёздной пыли и нанеси врагам удар!

Последняя строчка заклинания, та, что объявила о его завершении.

На
мосту осталось множество монстров, Белл не успел расчистить путь, но,
если он не вернётся за Лю прямо сейчас, они не успеют уйти вовремя.

Стиснув зубы, парень приготовился бежать обратно с середины моста.

Он повернулся к Колизею.

— …

Взгляд его глаз встретился со взглядом небесно-голубых глаз эльфийки и время остановилось.

Лю целилась в его сторону.

Она
не пыталась сразить окружавших её монстров. Она лишь отбивалась от
ударов, находясь в глухой обороне. Её тело покрывали свежие раны.

Завершив заклинание, она повернулась спиной к монстрам, которых должна была сразить.

Почему-то, она целилась заклинанием в основание моста.

Похожая на лишённую крыльев птицу, побитая эльфийка улыбнулась Беллу.

…Что она делает?!

Прежде чем Белл успел крикнуть, Лю завершила заклинание самым прекрасным из голосов, который ему доводилось слышать.

— Светоносный Ветер.

Светящиеся сферы возникли за спиной эльфийки и полетели к Беллу.

Первый
снаряд ударил в броню приросшего к земле Белла, словно подталкивая его
вперёд. Прежде чем он успел оправиться от шока, окутывающий сферу ветер
оторвал его тело от моста и понёс к выходу из комнаты. Монстры изогнули
шеи, увидев, что парень описывает в воздухе дугу. Его понесло прочь от
Колизея.

— …

В следующую секунду бомбардировка звёздным
светом накрыла мост. Оставшиеся сферы взорвались друг за другом, обратив
белый камень в пыль. Монстры, оказавшиеся на мосту, падали на каменные
копья.

Переворачиваясь в воздухе Белл видел всё.

Его глаза округлились, он вытянул правую руку к тому, до чего не мог дотянуться.

К эльфийке, всё это время бывшей лучиком его надежды, оставшейся в одиночестве на обрыве отчаянья.

— …Лю!

Когда он ударился о землю замедлившееся время вернуло свой прежний ход.

Вынесенный
за пределы Колизея Белл снова и снова выкрикивал имя Лю. После он
прижал руки к груди, чтобы унять начавшийся жуткий кашель.

Вдалеке он видел, что Лю продолжает улыбаться.

Почему? Зачем вы это сделали?!

Печаль и сожаление сдавили его сердце, он увидел, как Лю что-то говорит:

— Всё так, как и должно быть…

Голоса эльфийки он не услышал, но именно эти слова она произнесла.

Белл не хотел этого принимать, но он понял.

Лю сделала свой выбор.

В отличие от него, пытавшегося вырваться из лап смерти без тактики и стратегии, она хладнокровно оценила положение.

Она знала, что как бы они не боролись, вместе их ждёт только смерть, и потому она решила отбросить свою жизнь.

Она решила умереть, чтобы Белл выжил.

— Нет! Нет!!! — Белл рыдал как ребёнок, которого Лю оттолкнула от себя.

Он рыдал, защитившая его эльфийка стала для него почти как сестра.

Однако, сколько бы слёз и криков он не выпустил, моста, способного привести его к Лю, не существует.

Какой бы он не взял разбег, перелететь через разделившую их пропасть с острыми копьями внизу у него не получится.

Разделявшая их темнота приносила лишь отчаянье и ощущение, что они никогда не встретятся снова.

— Держись…

Последним, что он услышал, было это слово.

Держаться? За жизнь? За его цель?

Небесно-голубые глаза умоляли его выжить.

Вскоре на эльфийку прыгнул монстр, и они исчезли в клубах дыма.

— …А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!!!

Издав вой, разрывавший его собственное сердце, Белл отвернулся от Колизея и побежал.

----------

Забытая надежда в Подземелье

— Всё так, как и должно быть…

Прошептала Лю парню, чьи крики затихли вдалеке.

Как
она и предполагала, Подземелье вынудило её принять такое решение. Оно
заставило их выбирать: умереть обоим или принести жертву.

И Лю
сделала выбор. Она решила отбросить свою жизнь ради спасения Белла. Она
использовала безграничное доверие парня, чтобы достичь того, чего она
хотела. Она использовала наивность Белла и его слепую веру в её слова.
Она была готова к этому с самого начала и не сожалела о своём решении,
но Лю ощущала вину. Одна-единственная иголка колола её сознание за то,
что ей пришлось добиваться своего обманом.

Я отдала ему карту и
предметы… научила всему, чему могла научить… даже без меня, точнее, без
необходимости меня защищать, он сможет покинуть глубинные этажи.

Лю понимала, что её действия принесут парню боль.

Однако, ей хотелось, чтобы он выжил.

Куда больше, чем хотелось выжить ей самой, грешнице.

— О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О!

Рёв наступающих монстров не дал эльфийке предаться размышлениям.

Белл
стал свободен. Сколько бы монстров она не убила, Колизей породит новых.
Пытаться сопротивляться было бессмысленно, но Лю решила сопротивляться
до последнего.

Она авантюристка и не была готова расстаться с жизнь просто так.

— К тому же… если не буду страдать до самого конца, не смогу посмотреть Элизе и остальным в глаза.

Она повернулась к нападавшим монстрам, подогнула колени и прыгнула.

Прыжок
вышел не таким далёким, как ей хотелось из-за раненной правой ноги. С
южной окраины шестой платформы она перелетела на пятую.

Монстры следили за эльфийкой в воздухе, не сводя глаз.

Приземляясь, Лю оступилась. Когда она рухнула на землю, тени тут же ринулись к ней.

Спартой взмахнул своей дубиной.

Лю покатилась, уклоняясь от удара, и поднялась, оттолкнувшись от пола рукой.

Отступая
всё ниже, к центру Колизея, Лю отбивалась от орды монстров,
сдавливавшей её подобно огромному змею, водовороту, затягивавшему
беззащитную жертву.

Она разрезала лупгара мечом мёртвого
авантюриста. Разрезав живот монстра, клинок треснул, отбросив его, Лю
шепнула слова благодарности.

На неё бросился новый враг.
Защититься она не могла. Эльфийка отступила к четвёртой платформе, но не
успела дойти до края — её окружили. Сил на использование магии у неё не
было, она приняла удар телом от элитного ящеровоина.

Когда она рухнула на третью платформу, там её уже ожидал варвар.

— А!..

Монстр подкинул её дальше толстой, похожей на ствол дерева ногой.

Лю приземлилась в самой нижней точке Колизея — в центральной арене.

Мощный удар лишил её лёгкие воздуха, она могла лишь скривиться от боли.

Монстры неумолимо приближались.

В
этом месте не было надежды. Одна посреди орды монстров она была подобна
раненному генералу, окружённого десятитысячной вражеской армией.
Намеренные лишить её головы монстры обнажили клыки и когти. Если бы в
этот момент в Колизее появились авантюристы, они бы не стали и пытаться
её спасать.

Монстры не скрывали звериной ярости к лишённой крыльев птице.

Они соревновались за право первыми поглотить её, отталкивая друг друга и несясь к эльфийке.

— …А-а-а-а… Вот как…

Вот как выглядит место, в котором она умрёт.

Эта простая мысль стала ей очевидна.

Она
сожалела. Гордость народа эльфов кричала, что она не должна умирать в
логове монстров. Она не хотела быть осквернённой монстрами, которые
ничего не оставят ни от её гордости, ни от её тела.

Но она спасла жизнь важного для неё человека.

В самом конце она исполнила роль авантюриста, который старше.

Этого достаточно. Разве нет?

Из-за её постыдного, но благородного самопожертвования он будет спасён.

Она не потеряла то, что было ей важнее всего.

В ответ на эту мысль сердце эльфийки затихло. Колкая эльфийская гордость была удовлетворена.

Лю едва заметно улыбнулась.

Силь… и все…

Она вспомнила «Щедрую Хозяйку».

Про себя она извинилась за то, что исчезла, не сказав ни единого слова, перед людьми, которые стали ей как семья.

Простите, что решила отбросить жизнь, которую вы спасли.

Всевышняя Астрея…

Её сердце дрогнуло от воспоминания о своей покровительнице.

Она уже не могла вспомнить, ни взгляд своей богини, ни наполненный сожалениями голос, которым она говорила в последнюю встречу.

Я прошу прощения за то, что опорочила ваше имя и имя вашей Паствы даже в последние минуты своей жизни.

Элиза…

Она очень давно хотела этой встречи.

Смерть, которую так долго ждало её сердце, и время расплаты наконец пришли.

Умоляю вас, пожалуйста, осудите меня.

Осознавая, что скоро её разорвут монстры, Лю повернула голову, прижавшись щекой к земле, и улыбнулась.

Как в тот день, когда в тёмной аллее она ждала своей смерти.

Закрыв глаза, эльфийка приготовилась к последним мгновениям жизни.

Но Лю просчиталась.

Она забыла.

Она не учла характер человека, которого спасла.

Она
забыла, что как бы он ни был ранен, даже обманутый, беловолосый парень
слишком простой и хороший человек, готовый спасать не только людей, но и
монстров.

Она забыла непоколебимый взгляд рубиновых глаз,
который не способен никого оставить умирать, и о том, что обладатель
этого взгляда был глупцом, отвергавшим сам выбор, поставленный перед
ними Подземельем.

Всё было как тогда, когда девушка с серыми волосами спасла её, после того как Лю была раздавлена собственной местью.

Человек, который так крепко сжимал её руку, не мог допустить, чтобы она умерла.

— А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!!!

В Колизей ударила пламенная вспышка.

— …

Пламя взревело, искры посыпались на Лю, лежавшую в центре арены.

Она увидела белое пламя.

Белое пламя, запылавшее вреди ужаса.

С растрёпанными белыми волосами, объятый языками пламени парень появился на глазах у монстров.

— ЛЮ-Ю-Ю-Ю-Ю-Ю-Ю-Ю-Ю-Ю-Ю-Ю-Ю-Ю!!!

Он спешил к центру Колизея.

Продолжая
заряжать свой навык, он расталкивал хаотичную орду монстров, которых
застал врасплох. Он бежал к эльфийке, лежавшей там, куда стремились
добежать все монстры.

— …Почему?..

Поначалу Лю не поняла, что произошло. Но увидев ошеломлённых и разъярённых монстров закричала во весь голос.

— Почему?! Как?!

На дрожащих руках она поднялась с земли и следила за творившимся на её глазах кошмаром.

Её сердце разрывалось от страха и сомнений.

Она
была уверена, что Белл сбежал из южной части Колизея. Почему он
оказался здесь? Как сюда добрался? Она уничтожила мост. Даже сильнейшим
из авантюристов подобный прыжок не под силу. Прошло меньше пяти минут,
как он?..

Сбитая с толку эльфийка замерла, задумавшись над последним вопросом.

— Неужели он прошёл… по западному мосту?

Так и было.

Белл
во что бы то ни стало решил спасти Лю, выбежав из южного прохода к
Колизею. Чтобы её спасти, он добрался до западного прохода. Колизей
располагался на возвышенности относительно остального этажа, потому,
чтобы в него попасть, надо было всего лишь найти лестницу ведущую
наверх. Не зная о точном расположении проходов, парень смог найти свою
цель, полагаясь на ощущения. Он знал, что между западным и южным
проходами в Колизей есть связь, Лю сама ему об этом сказала.

То есть, он использовал совет, который дала ему эльфийка, собиравшаяся дать ему сбежать, чтобы её спасти.

— Ты дурак… глупец!!!

Белл
спускался к центру арены и, к этому моменту уже пересёк пятую и
четвёртую платформы, оказавшись на третьей. Что о нём думает Лю, его не
заботило.

Почему?! Зачем он это делает?!

На этот раз волнение поглотило Лю целиком.

Почему он разрушил её желание? Почему её не послушал? Теперь они оба обречены! Их смерти будут напрасны.

Я хотела, чтобы хотя бы ты выжил!

— О-О-О-О-О-О-О-О-О-О!

— Я-я-я-я-я!!!

Спускавшиеся
к Лю спартои и варвары налетели на парня со всех сторон. Из его рта
текла кровь, но он продолжал двигаться вперёд, по инерции.

Безумный,
суицидальный спуск его истощал. Его тело покрыла кровь. У него в руках
не было оружия, его чуть не убили монстры. Он походил на сломанную
куклу.

Хватит. Убегай! Беги, пока можешь!

Губы Лю не могли издать крика.

Прежде
чем она успела это осознать, Белл уже приземлился на арене, на которой
лежала она. Не обращая внимания на хлеставшую кровь и жуткие вопли
монстров, парень продолжал двигаться вперёд.

Издав ничего не значивший и бесполезный рёв, он рвался к Лю.

Он
полз, как животное, между ног монстров, перепрыгивал через их головы в
момент атаки, а когда перед ним возникала непроходимая стена монстров,
он пробивал путь своим заклинанием.

Он ни на что не обращал внимания. Когти и клыки рвали его плоть, а он продолжал нестись к центру арены, где лежала Лю.

Он превратился в клин, прорубающийся сквозь орду монстров, вспышку белого пламени.

Это бесполезно. Это ничего не даст.

Даже
если Белл до неё доберётся, их обоих просто заживо сожрут. Их
растерзают на куски, не дав даже обменяться последними словами. Желания
Лю обратились в прах.

Это тоже можно было назвать мерзким предательством. Мерзким эгоизмом. Жестокой добротой.

Лю не могла подавить чувства, возникшие в её сердце, и закричала.

Ей хотелось проклясть нестерпимого глупца, пусть это и отняло бы у неё последние силы.

Но прежде, чем звук вырвался из её горла, она кое-что заметила.

Свет, испускаемый правой рукой Белла.

Частички света и звон колокольчиков.

Она увидела, что в руке он сжимал алую сферу и частички света, которые он испускал, концентрировались в ней.

Она увидела, что рубиновые глаза и не думали сдаваться.

Не может быть!..

В правой руке он сжимал бомбу.

Последний Адский Камень, который Лю отдала ему.

Белл заряжал камень.

Такова была мудрость. Белл принял совет Лю и, рискнув всем, что у него было, попытался обратить в мудрость свои знания.

Он
экспериментировал с Аргонавтом. Он знал, что максимальное время заряда
составляет четыре секунды. Что в двух местах одновременно этот заряд он
создать не мог, а значит этот навык можно использовать только для атаки.
А ещё он знал, что заряд может быть применён не только к его заклинанию
и кулаку, но и оружию, вроде кинжала.

Он уже привык заряжать
оружие, вроде меча, который держал в руках, и Кинжала Гестии, и не раз
пользовался этой особенностью. Он знал, что пока его рука касается
оружия, можно увеличить его силу.

Потому, он понял, что сможет
наделить Адский Камень силой своего навыка. Он начал заражать предмет
добычи, изначально применявшийся для получения жаркого пламени.

Чтобы спасти эльфийку, он пошёл на этот риск.

— А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!!!

Окровавленный кролик взревел, продолжая сжимать в руке супербомбу, и вклинился в стену монстров.

Он
потратил на заряд пять минут, не прекращая действие навыка, пока
перебегал с южной стороны Колизея к западной, а потом прорывался сквозь
орду окруживших Лю монстров.

Звенел колокол. Двести сорок секунд давно прошли.

Он полностью зарядил навык.

Красный камень словно стонал от влившихся в него белых частичек.

— Лю!!!

Он добрался.

Продолжая
бежать, не обращая внимания на кровь и раны, готовый умереть, если так
будет нужно, он прорвался сквозь стену монстров.

Он оказался в центре арены.

Эльфийка не могла подняться, слабый свет едва её освещал.

Белл потянулся к ней левой рукой, обмотанной Шарфом Голиафа.

Он протянул руку, пытавшуюся отринуть жестокую реальность.

В голове Лю возникли отголоски воспоминаний, время снова замерло.

Воспоминания о спорах природы справедливости с её боевыми товарищами. Об ошибочных идеях и значении справедливости.

Когда она подумала об этом, то вспомнила, что перестала преследовать свою справедливость.

…Разве не было людей, которым удалось достигнуть своих идеалов?

Давнее воспоминание.

Давний вопрос.

А то ты не знаешь?

В тот день, её дражайшая, её незаменимая подруга ответила ей именно так.

Лю была в этом уверена.

Таких людей называют героями.

Лю схватилась за протянутую ей руку.

— !!!

Она оказалась в объятиях в руках парня посреди бесконечной темницы, наполненной криками монстров.

Они приближались со всех сторон. Возможности сбежать не было. Клыки и когти мелькали перед глазами.

Звон колокола, разносившийся от руки парня, не унимался.

С очередным ударом парень подкинул камень.

Он взлетел над головами авантюристов, в центре Колизея.

Из-за
природы своего навыка, когда Белл выпускал предмет из рук заряд терял
свою эффективность, а частички света разлетались в разные стороны.

Но Белл был быстрее, чем прошли нужные для этого мгновения.

— Вспышка.

Не позволив частичкам света развеяться, парень ударил молниеносным пламенем по красному камню.

Одно мгновение и камень загорелся.

Лю видела, как из него вырвалось пламя.

Не алое, как использованное ей в Колизее уже несколько раз, а прекрасная белая вспышка.

Белоснежная аврора озарила всё вокруг.

Монстры
изогнули шеи, задирая головы. Лю видела, как белым светом озарило
Колизей… яркое, ослепляющее свечение осветило всё вокруг.

А потом, похожая на солнце яркая вспышка взорвалась.

Её мощь поглотила всё вокруг.

Рёв монстров утонул, треснули плиты Колизея, неспособного вынести ударную волну.

За
мгновенье до появления белого света Лю оказалась прижата к земле,
обхваченная руками Белла. Мир, закружившийся перед её глазами, исчез в
белой вспышке.

Оглушительный рёв и волны жара окутали эльфийку. Мощь взрывных волн обрушилась на её тело.

За мгновенье до того, как белизна заполонила её сознание, Лю испытала ощущение полёта.

----------

Под тысячекратной тьмой

Всё так же, как и тогда.

В тот день всё началось с мощного взрыва.

Тот судьбоносный день, объявленный началом бедствия.

Сильная тряска. Звуки падающих вдалеке камней. Они эхом отдавались в ушах Лю.

— А?!

Комнату
сильно потрепало. Огромные дыры появились в стенах, а пол испещряли
кратеры. Удары, отметины которых виднелись на стенах, лишили это место
свечения и погрузили комнату во тьму.

— Все целы?!

— Едва не зацепило!

— Хах, всё-таки это была ловушка… А я-то собиралась посмеяться над идеей похоронить нас заживо теми бомбами!..

Голоса Элизы, Лиры, Кагуи и других членов Паствы Астреи
раздавались во тьме. Девушки поднимались из-под обломков стен и пола,
осматривали себя в поисках ранений, но среди них не оказалось никого в
тяжёлом состоянии.

В тот день они спускались к глубинным этажам в поисках своих давних врагов, Паствы Рудры,
и их заманили в ловушку. Мощные взрывы, вызванные заложенными Адскими
Камнями, разрушили немалую часть этажа и чуть не унесли жизни девушек.

Благодаря Лире почуявшей ловушку и предупредившей всех заранее, им в последний момент удалось избежать трагедии.

— Какого хрена вы ещё живы, суки?! И это после того, как мы столько Адских Камней на вас потратили!

Вдалеке раздался разъярённый крик Джуры Харумы.

Укротитель
был моложе, оба его уха и глаза были на месте, а взгляд при виде
девушек был наполнен ненавистью. Впрочем, уже тогда в этом взгляде
прослеживался и страх перед ними.

Подготавливая ловушку, Паства Рудры заложила больше сотни взрывчатых камней в Подземелье и, скорее всего, это было максимумом их возможностей.

Джура и члены его Паствы не на шутку перепугались, осознав, что даже эта их заготовка не помогла им уничтожить поборников справедливости.

— Большое спасибо, Джура. Это будет твой последний злобный замысел.

— ?!

— Мы положим конец всему: Злодеям и вашей злодейской эпохе.

Слова Элизы прозвучали так, словно она обращалась ко всем окружающим. Авантюристки Паствы Астреи собирались за её спиной, пронзая Джуру и его отряд недобрыми взглядами.

Паства Астреи собиралась обрушить молот правосудия на загнанную в угол Паству Рудры, но случилось это.

Подземелье издало вой.

— …

Не какой-то выкрик монструозного существа, и не содрогание от созданной Аномалии.

По Подземелью разнёсся пронзительный, жалобный звук, пронзающий уши, словно клинком провели по серебряной струне.

Все авантюристы восприняли неожиданный рёв Подземелья с тревогой, инстинкты подсказали им об опасности.

Лю была не единственной, кого звук заставил замереть на месте. Члены обеих Паств неподвижно застыли, а потом услышали это.

Громкий треск.

Глубокая, широкая и длинная трещина пробежала по массивной стене.

Из
вертикального разрыва полилась странная фиолетовая жидкость. Следом
повалил пар, и что-то внутри затрепыхалось, будто сбрасывая оковы
утробы.

Свистящий, рассекающий звук раздался где-то среди Паствы Астреи.

— …А?

Прежде чем кто-либо успел понять, даже сама авантюристка, кончилась её жизнь.

Фиолетовые когти разрушения безжалостно блеснули, тело девушки разлетелось на три части.

Кто-то что-то шепнул. Раздался звук разрывающейся плоти.

Словно
неожиданно вспомнив, что нужно делать, голова и тело разлетелись в
разные стороны, разбрызгивая повсюду кровь. Нижняя часть упала на землю.

Трагедия подняла занавес.

— Но-Нойн?! Оууу?

Вторая.

В
то же мгновение, когда Неже назвала имя мёртвой девушки, тело
зверолюдки разлетелось. В этот раз также постарались фиолетово-синие
когти разрушения.

Третья.

Дварфийка Аста выставила щит, но громадный силуэт пронёсся сквозь неё.

Три смерти произошли за считанные секунды.

— …

Тёплая жидкость окатила щёки и заострённые уши Лю.

Благородная кровь, которая текла в жилах её подруги, оказалась на её теле.

Всего
мгновенье у неё ушло на то, чтобы принять, что это действительно
произошло, мгновенье чтобы понять, что её спутницы уже не вернуться.

Лицо Лю побледнело, а потом стало красным, как кровь её подруг от гнева.

— …А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!

Взбешённая смертями товарищей эльфийка бросилась на монстра.

— Лайон, нет!

Слова Элизы не удержали обнажившую меч Лю.

Зловещие
когти, обагрённые кровью её подруг, алые глаза, светящиеся во тьме и
огромное костистое тело похожее на скелет динозавра, одетый в броню.

Воплощение бедствия, которое после назовут Джаггернаутом.

Лю взревела и попыталась ударить деревянным мечом апостола смерти, посланного уничтожить чужаков в Подземелье.

— ?!

Яростная
атака эльфийки ударила по воздуху. Изогнутые назад колени монстра
хрустнули, и его тело взмыло вверх, заставив треснуть пол под его
ногами. Монстр исчез. Он приземлился на потолок в нескольких
десятках метров над головой Лю. Это был первый прыжок в цепочке
настолько быстрых перемещений, что Лю даже не успела им удивиться.

Все
находившиеся в комнате авантюристы приросли к земле, а монстр рикошетил
от стен, пола и потолка быстрее молнии. Лю ошеломлённо уставилась на
демонстрацию, скорости которую, казалось, такому огромному монстру
никогда не развить.

Убедившись в том, что добыча дезориентирована, монстр приземлился за спиной Лю.

— !!!

Ужас
заменил ярость. Увидев смерти подруг, Лю прекрасно понимала, что
избегать ударов этих когтей нужно любой ценой. Она уклонилась от удара
посланника разрушений, но обнаружила, что тот уже использует следующее
своё оружие.

Словно третья рука, хвост обрушился на Лю, едва успевшую избежать смерти от фиолетовых когтей.

Похожий
на дубину нарост на хвосте монстра также мог бы её убить. Этот нарост
ударил Лю, пустив трещины по каждой косточке в теле эльфийки. Кровь
проступила в уголках её губ.

У влетевшей в груду обломков спиной
Лю перед глазами потемнело. Девушку начало затягивать в вихрь отчаянья,
сломивший её волю. Ударившись о землю с такой силой, что она едва
осталась в сознании, Лю смотрела, как монстр приближается к ней и
безжалостно заносит когти над головой.

— …Дура!

Её спасла Кагуя.

Ценой стала рука.

Правая рука подруги мелькнула прямо перед поражённой Лю, когти разрушения вонзились в землю, обеих девушек отнесло силой удара.

— Кельти, нападаем! Вместе!!!

Лю, самая воинственная участница Паствы, была сбита с ног, а Кагуя потеряла руку. Однако, дух Паствы Астреи
не был сломлен. Что бы не случилось, оставшиеся её члены были намерены
отомстить за умерших товарищей и потому они активировали свои
заклинания.

Разумеется, это лишь усугубило положение.

Их заклинания были отражены.

Двое заклинателей Паствы,
Лиана и Кельти, направили в монстра заклинания, которые отразились от
его панциря, способного отражать любую магию. Обе заклинательницы
сгинули в пламени.

Джаггернаут был наделён не только когтями,
способными рассечь любого авантюриста одним взмахом, но также невиданной
для монстров скоростью и панцирем, отражающим магию. Когда девушки из Паствы Астреи осознали на что способен этот враг, их охватило отчаянье.

— !!!

От его рёва охватывал куда больший ужас, чем от рёва любого другого монстра.

Это был рёв зверя, готового убить любого, кого он заметит.

Невероятная
скорость давала ему преимущество в ближнем бою, а магией было
невозможно его сокрушить. Потенциала этого монстра было достаточно,
чтобы истребить группу первоклассных авантюристов. Джаггернаут был
символом смерти.

Пять минут потребовалось, чтобы оставшиеся участницы Паствы Астреи наконец научились уклоняться от атак монстра и собрали нужную для отражения кажущихся бесконечным потоком ударов когтей.

Никто из них не знал как одолеть кошмарного монстра.

— НЕ-Е-Е-Е-Е-Е-Е-Е-Е-Е-Е-Е-Е-ЕТ!

— Не ешь меня-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я!!!

Истребление.

Те, чья воля давала брешь, тут же безжалостно уничтожались.

— Иска, Марью?!

Голос Элизы дрожал. В нём слышались слёзы, которые девушка никогда раньше не показывала.

А что же Лю?

Лю лежала рядом с мычавшей от боли Кагуей и смотрела, как погибают её подруги.

Полуголую амазонку разорвало на куски.

Девушку, которая была хороша в готовке, монстр поглотил, начав есть её с головы.

Благородных и добрых девушек жестоко истребляли одну за другой.

Наблюдая за этим, Лю ощущала, как внутри неё что-то обрывалось.

Жалкие,
предсмертные крики, тела подруг, с которыми она разделила немало
радости и горечи, символ разрушения, истребляющий всех вокруг, всё это
разбивало её сердце.

А когда сердца горделивых и благородных
эльфов разбиваются, они становятся хрупкими. По крайней мере, если
сравнивать их с представителями других рас. Лю служила тому
доказательством. Отчасти поэтому Кагуя звала её «слабачкой».

Паства Астреи придавала эльфийке сил.

Она обрела первых подруг, не принадлежавших к её расе, и они стали для Лю всем.

Страх в сердце Лю становился сильнее с каждой растерзанной, разорванной и съеденной заживо подругой.

Впервые она ощутила беспомощность.

Впервые ощутила такую боль от потери.

Отчаянье сокрушило её гордую эльфийскую природу.

Впервые она была так сильно напугана.

Эльфийка, не желавшая сдаваться, каким бы ни был её противник, ощутила страх перед этим монстром.

В тот момент в её сердце появилась глубокая рана.

— ГЬЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯ!

Наконец, уничтожение переметнулось и на Паству Рудры.

Монстр начал терзать отряд Джуры, множество его товарищей было сокрушено когтями и хвостом.

Острым копьём обрушившись на Паству негодяев монстр, подчиняясь инстинктам, уничтожал всех авантюристов, оказавшихся на этаже.

— …Кагуя, ты в порядке?

— Если это, по-твоему, порядок, капитан, то ты слепая.

Осталось четверо членов Паствы Астреи.
Раны покрывали их с головы до ног. Элиза сражалась вместе с погибшими
товарищами, но смогла выжить. Кагуя, разумеется, лишилась руки. Зубами
она оторвала кусок ткани от своей боевой одежды и перетянула рану, её
лицо обливалось холодным потом.

Лира, полурослик, также осталась на ногах.

— …Простите, Элиза, Кагуя. Эта штука добралась до моих глаз…

— Лира…

— Ни черта не вижу.

Отражённое
монстром заклинание зацепило лицо Лиры. Глаза девушки, скрытые прядями
волос, были закрыты. Можно было не надеяться их восстановить, глазные
яблоки и кожа вокруг оказались расплавлены. Руки девушки дрожали, скорее
всего причиной тому была жуткая боль, исходившая от выжженных нервных
окончаний.

— Что это за тварь?.. Чёрт, вот и кончилось моё везение…

Девушка-полурослик сыпала проклятьями во тьму.

Лю,
лежащая на земле лицом вниз, едва улавливала слова разговора. Она
содрогалась от кашля. Она харкала кровью, а потом подняла взгляд.

— …

Девушки переглянулись.

Перед
лежавшей Лю стояли трое девушек. Пара зелёных глаз мимолётно скользнула
по эльфийке. Сама того не желая, Лю увидела переполненные решимостью
прекрасные глаза Элизы.

— Простите… Кагуя, Лира. Я хочу забрать ваши жизни.

Элиза снова заговорила с девушками.

Глаза Лю округлились.

— Я хочу спасти Лайон.

Невозможно было описать отчаянье, которое в тот момент испытала Лю.

Это чувство было гораздо сильнее ужаса, который она испытывала перед порождением бедствия, оно лишило её возможности дышать.

—
…Наверное, в этом бою надо было осознать это с самого начала, но нам
нужно было выбирать, кто выживет. Нас троих уже не вылечить, значит, мы
готовы здесь умереть.

Игнорируя застывшую Лю, Кагуя подтвердила слова Элизы.

—
Вы меня знаете. Свою жизнь я ценю выше остальных. А ещё я самая слабая.
Наверняка умру, если попробую сбежать… Так что я согласна.

Лира решительно улыбнулась. В конце концов ей никак не победить в этом сражении.

— Капитан… я думаю, лучше спасти вас. Пока вы с Всевышней Астреей остаётесь живы, справедливость будет жить вместе с вами.

—
Нет, Кагуя. Я же говорила. Сколько людей, столько и представлений о
справедливости существует. Правильного определения справедливости нет.

Элиза улыбнулась.

— Зато я точно знаю, что Лайон умеет поступать правильно.

Нет!

Сознание Лю взревело.

Лю из настоящего, наблюдавшая за воспоминанием, скрючилась во тьме после этих слов Элизы.

Ты ошиблась, Элиза!

Лю поглотило пламя ярости! Она не смогла удержать чувство справедливости!

Это ты должна была выжить!!!

Её
лицо исказилось. Она указала на себя из прошлого, лежавшую на полу и
неспособную пошевелиться. Но Элиза не услышала её отчаянного крика. Она
склонилась перед Лю из воспоминания.

— Лайон… ты меня слышишь? Нам нужно твоё заклинание, чтобы покончить с монстром.

Последний взгляд девушки был наполнен чистейшей добротой.

— Я хочу, чтобы ты поднялась и прочла заклинание.

Последний шёпот, слетевший с её губ, наполняла чистейшая жестокость:

— Мы сорвём с него панцирь.

Потому что Лю уже не могла сражаться. Потому что эльфийка с разбитым сердцем им только помешает.

Но
самая главная причина этого заключалась в том, что она Элиза Ловелл.
Чтобы спасти жизнь подруги, вместо спасения своей собственной, эта
благородная девушка её оттолкнула.

— Пожалуйста… пообещай мне, Лайон.

Эти слова стали проклятьем.

Они стали клятвой, которая приковала Лю к земле и забрала у неё шанс подняться снова.

Слова заставили Лю выжить. Они стали мольбой о том, чтобы Лю не растратила их жертву впустую.

Лю дрожала, она не могла даже заплакать.

— Лайон, где ты там? Ты… будешь жить!

Стойте.

— Я дам тебе свой меч. Не храни его на память, используй при любом удобном случае. Будь сильной, первая достойная соперница.

Не уходите.

— Пока, Лайон.

Пожалуйста.

Девушки улыбнулись, словно отдавая эти улыбки на прощание.

Лю прошла и настоящая слились воедино.

— !..

Покончив с Паствой Рудры, Джаггернаут издал боевой клич. Элиза, Кагуя и Лира бросились к монстру не оборачиваясь.

— …Далёкое лесное небо…

Лю дрожащим голосом начала петь.

Она пела, не сводя взгляда с отдалявшихся силуэтов. Она смотрела на них с ужасом и отчаяньем.

Лира отдала жизнь первой.

Слепая, неспособная свободно двигаться девушка стала жертвой первого же удара когтей Джаггернаута.

— Бесконечные звёзды бескрайней ночи.

За
мгновенье до своей смерти Лира успела активировать взрывчатку, которую
держала при себе. Это была одна из мощнейших бомб, собранных её умелыми
руками.

Взрыв лишил Джаггернаута правой руки.

— Прислушайся к голосу глупца и даруй божественную защиту звёздным огнём ещё раз.

Монстр
взревел от боли, и Кагуя ударила его своим оружием. Воспользовавшись
созданной Лирой возможностью для удара, девушка вонзила оружие в грудь
монстра.

Яростно взревев, Джаггернаут махнул когтями, разрезав тело Кауги надвое и отправив верхнюю часть в полёт.

— Даруй свет жалости тому, кто тебя оставил.

Лю могла только петь.

Она
не могла соединить осколки разбитого сердца, не могла подняться, перед
её глазами до сих пор стояли картины разрываемых когтями подруг.

За ней наблюдала одна пара глаз.

Джуре повезло, он избежал истребления, постигшего его Паству.
Он вызывающе ухмыльнулся ненавистной эльфийке, оставленной читать
заклинание, пока её спутницы погибают. На его лице застыла испуганная,
тёмная улыбка.

— Приди, мой собрат, бродячий ветер.

Элиза осталась одна.

— Агрис Арвенсис!

Она произнесла заклинание и пламя окутало её тело.

Элиза Ловелл.

Авантюристка
с необычным навыком, который давал ей силу сравнимую с силой
авантюристов первого ранга, несмотря на то что у неё был только второй
ранг. Божества назвали её Алым Первоцветом за мощное огненное
зачарование, способное окутать её руки, ноги и оружие пламенным

В этот раз пламя окутало её ботинки. Земля треснула, и алая принцесса меча бросилась на монстра с невероятной скоростью.

— Пересеки небо, пронесись по диким землям быстрее, чем что-либо в мире.

Кагуя
заплатила жизнью за уничтожение колена врага, лишив его источника
скорости. Пока растерянный Джаггернаут озирался, Элиза последний раз в
своей жизни сблизилась с противником.

— Принеси свет звёздной пыли и нанеси удар моим врагам.

Джаггернаут ответил мощным ударом.

Лю видела, как в спине её дражайшей подруги появились когти.

На мгновенье время застыло.

Лю погрузилась в отчаянье, а Элиза сжигала свою жизнь.

— !!!

Она намеренно позволила монстру себя пронзить, чтобы не дать ему убрать руку.

Взревев, она погрузила меч в тело монстра.

— Арвеллия!!!

Ключевое слово её зачарования.

Пламя распалилось и слилось цветом с её волосами.

Она
отправила пламя не на поверхность фиолетовой раковины монстра, а
загнала его под неё. Поток пламени заставил треснуть похожий на броню
панцирь изнутри и разлететься его дождём обломков.

С воем Джаггернаута слился крик пронзившей его девушки.

Она
не повернулась, и не могла повернуться, потому что когти пронзили её
насквозь, она выкрикнула имя голосом, почти растворившимся в рёве
пламени.

Со слезами в глазах и дрожащим горлом Лю использовала заклинание:

— Светоносный Ветер!

Всё вокруг заполнил свет, излучаемый градом светящихся сфер.

Этот свет осветил лицо Джуры, отражался слезах Лю.

Сияющий ветер поглотил поражённого Джаггернаута и девушку, наколотую на его руку.

Взрывные волны сотрясли комнату.

Монстр бежал.

Лишившись
панциря и возможности себя защитить, он сбежал от массивной магической
атаки. Оставшееся изогнутое назад колено с треском ускорило монстра.
Несмотря на то, что сферы света находили цель, обрушиваясь на тело
монстра, это не помешало ему, вопя от боли, отступить.

Когда грохот стих, Лю огляделась, и её дыхание сорвалось. От того места, в котором стоял монстр, остались лишь трещины в полу.

Она не ощутила ни облегчения, ни восторга от того, что ей удалось прогнать монстра.

Повсюду лежали тела её подруг и злодеев.

Элизы рядом не было. Лю её размазала.

Она убила подругу, сиявшую до самого последнего своего мгновения, подругу, которая её спасла. Лю похоронила её своим светом.

— А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!..

Эльфийка издала жалобный вой, словно её рвали на части.

Сотни эмоций слились в идеальной гармонии, заклеймив эльфийку бесполезной.

Ответный
рёв монстров не позволил Лю предаться сожалениям или раскаянью. Этот
рёв окончательно разбил все её представления о справедливости.

К этому времени Джура сбежал, но это не волновало Лю. Она была брошена в море собственных эмоций.

Лежащие на земле останки зверски убитых Лиры и Кагуи не позволили эльфийке умереть бездарной смертью.

Будучи не в силах даже собрать останки своих товарищей, с текущими из небесно-голубых глаз слезами Лю покинула место трагедии.

----------

Под тысячекратной тьмой

Такова была правда.

Лю пожертвовала друзьями и выжила сама. Она погубила Элизу своим собственным светом.

Именно поэтому тьма до сих пор охватывала её сердце.

После
случившегося Лю постоянно терзалась потерей и виной. Она не вернулась к
Астрее, быстро залечив раны на поверхности, эльфийка снова вернулась в
Подземелье.

Тел её подруг в той комнате уже не было. Лю нашла
признаки того, что их поглотили монстры. Окровавленное оружие, лежащее
на полу, всё ей, рассказало. Лю снова ревела и выла.

Дрожа как
ребёнок, отчаянно сражаясь с глубокой травмой, которую нанёс ей тот
случай, она искала монстра. Она хотела прикончить зверя, убившего её
подруг, хотя это и было попыткой суицида. Эльфийка хотела положить всему
конец, отомстить за друзей и, вместе с тем, покарать себя.

Однако, в конце концов этого она исполнить не смогла.

Глубоко
в Подземелье она обнаружила гору фиолетово-синей пыли, и решила, что
это остатки Джаггернаута, которому кто-то разбил магический камень.

Снова она потеряла надежду.

Её
заклинание не убило монстра. Случилось что-то никак с ней не связанное.
Ничто не могло успокоить бурлившие в ней эмоции и надежды. Лишённая
даже шанса на облегчение Лю схватилась руками за голову и рухнула на
землю. Она осталась сломленной эльфийкой. Её дух и тело словно покрыли
тысячи трещин.

После этого Лю вернула памятные вещи друзей,
оставшихся на нижних этажах. На восемнадцатом этаже Лю возвела им
могилу, в том месте, где они любили останавливаться. Казалось, поток
слёз, лившихся из её глаз, никогда не иссякнет. Когда-то они шутили, что
если умрут, то хотели бы, чтобы их похоронили здесь, среди рая в
Подземелье.

После исчезновения подруг её сердце погрузилось в
глубины разочарования и отчаянья, она стояла среди вонзённого в землю
оружия, на манер могильных камней и мучала себя вопросами.

В живых осталась только она.

Что ей делать дальше?

Если бы она могла просто исчезнуть.

Ей хотелось принять смерть и испариться из этого мира.

Она
осознала, что вряд ли она сможет наложить на себя руки. Разве может она
выбросить жизнь, которую Элиза и остальные ей подарили?

Это равносильно обесцениванию их смертей.

Её задачей было выживание. Хотя тем, что она хотела больше всего, была смерть.

В той маленькой пустоте, оставленной борьбой двух этих крайностей, разгорелось чёрное пламя.

— Никогда его не прощу!

Мир перекосило словно растаявшую конфету.

Эмоции эльфийки обратились в месть, о которой она успела забыть. Голос, мрачный и тёмный до неузнаваемости, слетел с её губ.

Джура. Паства Рудры. Абсолютное зло.

Они
навлекли бедствие, которое вызвало смерть Элизы и остальных. Они за это
в ответе. Их нельзя прощать. Если бы только их не было на свете… Лю
пришла к этой мысли очень быстро. Чёрная ненависть разгорелась в ней
адским огнём.

Всё во имя мести.

Лю оправдала своё
существование, поддавшись гневу и ненависти. Им нельзя позволить выжить.
Если они выживут, то могут вызвать ещё одно бедствие. Давать им свободу
бессмысленно. Нельзя закрывать глаза на их преступления. Она решила,
что использует свою жизнь, чтобы сокрушить зло.

Не ради города,
не ради жителей, которые страдают. Это не было благородным решением
принятым, чтобы защитить людей, которых она никогда не встречала.

Она решила сделать это ради себя.

Она заставит их заплатить за смерти её подруг.

Тогда
Лю попросту не могла придумать, как ей оправдать подаренную ей жизнь
по-другому. Точнее, она притворилась, что не может придумать ничего
другого.

Она решила исполнить своё последнее правосудие.

Из всех разговоров о справедливости Элизы, эта, возможно, была самой уродливой.

На самом деле, это, возможно, не было правильным поступком.

Таков был конец бесконечно ревущей эльфийки, чьё тело было разбито, а крылья оборваны.

Чёрное пламя поглотило крылья правосудия и меч Лю, сжигая их, пока не осталось ничего.

Идя путём разрушения, Лю оттолкнула Астрею.

Полностью
отдавшись терзавшим её эмоциям, она не могла разглядеть саму себя. Она
не могла себя понять и не хотела, чтобы божество узнало о её намерениях.
Больше всего на свете ей не хотелось, чтобы кто-то пытался остановить
её от мести.

Лю не знала, о чём думала Астрея, когда пришла и
упала на колени, умоляя её остановиться. Эльфийка отвернулась и не
смотрела богине в глаза. Может она устала от бесконечной цепи ненависти и
боли, а может была разочарована неспособностью детей прекратить
насилие.

Перед тем, как богиня ушла, она произнесла с грустью в голосе:

— Лю… пожалуйста, забудь о справедливости.

Лю была быстра на расправу.

Сначала она атаковала отдельных людей, потом дома и, наконец, перешла к уничтожению целых кланов. Она не прощала Паствы,
которые приняли сторону её врагов, и не давала врагам времени на
подготовку. Она наносила удары по ночам, использовала подлые нападения и
ловушки. Она расправлялась со злодеями, используя методы недостойные и
отвратительные эльфам.

Не было способа, которым она пренебрегала.
Она уничтожала как тех, кто были злодеями, так и тех, кто подозревался в
связях с ними. Ей было не важно, кем они были, простыми торговцами или
работниками Гильдии. Разумеется, всё зашло слишком далеко, и на неё саму
пали обвинения.

Если хочешь убивать врагов, нужно действовать умнее.

Вскоре после завершения мести сказала ей Хлоя.

Лю
не ответила. Вместо этого в глубине души что-то вызывающе ухмыльнулось.
Разумеется, она не сказала кошкодевушке, что на самом деле хотела
умереть.

Она не простила Джуру и его банду за вызов бедствия. Она не простила себя за то, что позволила подругам умереть.

Для Лю то были тёмные и безумные времена.

Она искренне искала смерти.

Месть подходила к закономерному концу. Лю готовила удар по убежищу Паствы Рудры.

Многие члены Паствы остались в живых. Джура, разумеется, находился там же, съедаемый страхом.

Воспоминания
Лю о том нападении были размытыми. Она помнила, как ревела будто зверь,
снова и снова нанося удары. Она лишилась контроля и подчинилась
бушующим эмоциям, сначала отрезав укротителю руку, потом ухо. Её кинжал
нанёс бесчисленное число ударов.

Она не оставила в живых никого. Убив лидера, она использовала заклинание, чтобы спалить убежище дотла вместе со всеми телами.

Как только всё было кончено, в дыму, исходившем от руин здания, появился сам Рудра.

Даже
в тот момент своей жизни Лю не могла заставить себя убить божество.
Однако, поскольку никого не осталось для его защиты, после того как Лю
ушла, он был пойман людьми Гильдии и изгнан.

Божество явилось перед Лю в окружении алого пламени, заливаясь смехом.

Рудра заговорил с Лю:

— Теперь, когда я тебя увидел, я понял, что хочу пригласить тебя в свою Паству.

Силуэт, отражавшийся в его глазах, можно было назвать демоном мести.

Лю уничтожила тридцать семь организаций, включая подпольные торги и разбойничьи банды.

Её действия привели к тому, что четыре священные колонны пронзили небеса.

Тёмные импульсы Лю затронули многих.

Иронично, но её гнев послужил толчком для окончания тёмных дней Орарио.

Вопреки своим желаниям сама Лю выжила.

В момент окончания мести она совершила всё, что хотела.

Сокрушив тех, кто украл у неё друзей и всех, кто им помогал, она ощутила не удовлетворение своей местью, а жуткую пустоту.

Она не могла вспомнить ни улыбок своих подруг, ни лиц, с которыми они встречали свой конец.

Наполнявшие её глаза слёзы испарились сами собой.

Она зашла в переулок, в который никто не ходил. Опустошённая, лишённая сил Лю ждала смерти.

Ты в порядке?

Что было после, она рассказала Беллу.

На дождливой алее её подобрала Силь и спасла против её воли. Она вернула Лю на путь жизни.

Спасибо, что сражалась ради нас.

Когда
Лю услышала, как Силь сказала ей эти слова, она ощутила, что её
простили. Вместе с прощением пришло и ощущение, что она должна жить ради
Элизы и остальных. Всё благодаря Силь и «Щедрой Хозяйке».

Но она так и не смогла стереть старые чувства из глубин своего сердца.

Жажда расплаты за свои грехи продолжала тлеть.

Она никому не призналась в своих преступлениях.

Боль утраты незаменимых друзей никогда не угасала.

Её
раны закрылись, но, когда она меньше всего этого ожидала, начинали
кровоточить снова, принося с собой нестерпимое одиночество.

Вина так и не исчезла из сердца эльфийки, хоть она и ступила на новый путь.

Так было раньше и сейчас ничего не изменилось.

Лю выскользнула из воспоминаний и оказалась во тьме.

Неожиданно, рядом возник белый свет, эльфийка повернулась к нему.

Сцена, которую она видела уже не раз.

Её подруги, виднелись вдалеке, они стояли спиной к свету. В середине была девушка с рыжими волосами.

Они были на другом берегу, куда отправила их Лю, вдали от света. Дальний берег, на который уходят мёртвые.

Она хочет окрикнуть их, от всего сердца молить их обернуться, но они никогда не посмотрят в её сторону.

Словно пытаясь сказать: таково твоё наказание.

Только когда она окажется с ними рядом, когда они тепло её поприветствуют, она будет прощена.

Лю
в это верила и ей было грустно от того, что она снова не смогла к ним
попасть. Когда эльфийку окутала грусть, свет начал расползаться и
поглотил её целиком.

----------

Под тысячекратной тьмой

Сознание вернулось.

Лю не понимала, удалось ей вернуться в реальность, или она по-прежнему в своём сне.

Тьма
окутывала её словно болото. Ни одно из чувств не работало как
полагается. Осознание действительности словно кто-то украл, её закрытые
веками глаза вздрогнули. Она открыла их и увидела пару налитых кровью
глаз прямо перед своим лицом.

— !

Удивление мгновенно привело её в чувство. Владелец глаз что-то делал во тьме.

Отовсюду эльфийке слышался скрежет камней.

Лишь спустя секунду она осознала, что кто-то вытаскивает её из-под обломков.

И ещё секунда потребовалась на то, чтобы понять, что зрачки налитых кровью глаз были рубиновыми.

Холодок
обдул покрытую ранами кожу, её схватили окровавленные руки. Не дав ей
сказать ни слова, руки закинули её тело на тонкую спину.

— …Кра…нелл?..

— …Да.

Голос вернувшегося за ней парня был едва различим на фоне тяжёлых усталых вдохов.

В это самое мгновенье Лю вспомнила всё, что случилось, и начала опасливо озираться.

Всё вокруг было завалено обломками и грязью, единственным возможным был избранный парнем путь.

Она
подняла взгляд и увидела, что потолок ремонтирует сам себя. Дыры в нём
почти закрылись. На какое-то мгновенье стала видна обширная темнота,
укрывающая потолок Колизея.

Пол Колизея обвалился… и мы с Господином Кранеллом упали вниз?

Словно
в подтверждение этой мысли эльфийка заметила останки мёртвых монстров
среди груды обломков. Ящерочеловек, размозжённый валуном, лупгар со
сломанной шеей и лишённый головы спартой. Должно быть, их погребло под
обрушившимся полом. Тела лежали повсюду.

Как и Водная Столица, тридцать седьмой этаж был многоуровневым.

Мощь полностью заряженной Беллом бомбы заставила пол обвалиться и авантюристы, вместе с монстрами упали в проход под Колизеем.

Под Колизеем есть коридор?.. Хотя, сейчас нужно думать о других вещах…

Лю посмотрела на парня, несущего её на своей спине.

Белл был едва жив.

Его дыхание было настолько прерывистым, что способность двигаться можно было назвать настоящим чудом.

Слышавшаяся
в его дыхании боль вызывала у Лю желание закрыть уши. Его вздохи
походили на звучание сломанного инструмента или предсмертные хрипы
животного. В уголках рта виднелись остатки кровавой пены, а потом,
словно вспомнив, что так нужно, из краешка рта побежала красная капля.

На теле виднелось множество ран.

Капли
жизни утекали из его тела с каждым мгновеньем. Прижатой к спине парня
грудью Лю ощутила тёплую жидкость. Должно быть, он прикрыл её от мощного
взрыва, заставившего обрушиться пол. Всё тело парня было покрыто
кровью, а защитная экипировка мёртвых авантюристов изменилась до
неузнаваемости.

Большая часть ногтей на державших эльфийку руках была сломана, или их попросту не было.

— Дурак… ты дурак!!!

Лю закричала на парня, несущего её на спине.

— Зачем ты меня спас?! Почему было просто не бросить?!

Она
была зла на него за возвращение в Колизей. Волосы прямо перед её носом,
которые должны быть белыми, словно белый снег, были перепачканы грязью и
кровью. Лю ощутила, как от их вида на её глаза наворачиваются слёзы.

— Отвечай!

— …Лю, просто…

Глаза Лю впились в его голову. Парень едва мог связать несколько слов в ответ между тяжёлыми вздохами.

— Вы бы… наверняка… за мной вернулись.

Лю растерялась. Её губы задрожали от звука его голоса, говорившего, что она рискнула бы точно так же.

— …Нет я бы не стала. Я бы… не стала вас спасать!

— …Лгунья.

Белл опроверг её слова, сказанные с горечью и болью. По голосу парня Лю поняла, что его губы скривились. От улыбки.

Лю ненавидела лгать. Она была из эльфийского народа, не выносившего ложь.

Белл улыбнулся, потому что ненавидевшая ложь эльфийка была готова соврать ради его спасения.

Лицо Лю скривилось, словно у готового разрыдаться ребёнка:

— Хватит! Поставьте меня!..

— …Не хочу.

Белл просто отказался.

— Я не позволю вам умереть…

— Но ты умрёшь сам!

Она ответила на его шёпот всхлипом.

Она хотела вырваться из его рук, но не могла заставить себя это сделать.

Она
знала, что он так долго борется и сопротивляется, потому что делает это
ради того же человека, которого Элиза и остальные хотели спасти.

В идущих вперёд ногах не было сил.

Белл споткнулся столько раз, что Лю даже задумалась в сознании ли он.

Однако, парень продолжал идти с эльфийкой на спине, словно она его ценность.

Белл боролся ради Лю. Он сжигал свою жизнь, чтобы её спасти.

— Хватит, пожалуйста!..

Хватит.

Остановись!

Зачем ты пытаешься спасти меня, как Элиза и остальные?

Я этого не заслуживаю!

Я уже никому не смогу помочь!

— …Господин Кранелл.

У
неё не было сил, чтобы кричать, Лю безвольно прижалась лицом к шее
Белла. Она была похожа на живого мертвеца, лишённого надежды и права на
жизнь.

— Я… позволила подругам умереть у меня на глазах…

— !..

— Всё было как сказал Джура… ради спасения себя, я… убила свою подругу Элизу этими самыми руками…

Лю прошептала признание на ухо Беллу.

Она наконец ответила на заданный им вопрос. Она сделала это, чтобы он её оставил.

Впервые за долгое время Белл вздрогнул, показывая своё раздражение.

— Я не невинная эльфийка, которой вам представляюсь… я преступница, творившая вещи, которые даже вообразить сложно…

Лю
рассказала о своих настоящих чувствах. Тех, что скрывались в глубине её
души. Об отметине преступления, заклеймившей её сердце.

— Эльфийка, которую вы пытаетесь спасти… недостойна спасения…

Вот что было у Лю на сердце.

Закрывая глаза, она видела.

Видела
последние мгновения подруг. Жалкую себя. Элизу, убитую собственными
руками. Безграничное сожаление и отчаянье, которое пожирало её изнутри.

— У меня нет права говорить о том, что правильно… справедливость для меня потеряна…

Лю осознала, что пробормотала эти слова вслух.

Она вспомнила о заповеди своей Паствы,
которая была для неё всем, которая связала её с незаменимыми подругами.
За прошедшие с того дня пять лет пустота осталась внутри Лю. Пустота,
которую не могли заполнить ни слова утешения Силь, ни тёплые объятия
Щедрой Хозяйки. Она отчаянно пыталась скрыть, что лишилась одной из
главных частей себя.

Даже сейчас «благословение» справедливости, нанесённое на её спину, пульсировало словно проклятие.

У тебя нет права нести бремя правосудия. Сказало её собственное сознание голосом Астреи.

Лицо Лю лишилось эмоций.

Тихонько застонало её закованное в лёд сердце.

Произнося следующие слова, она опустила голову:

— Для меня… справедливости больше нет.

Её печальный голос прозвучал в темноте.

Шаги
Белла стали нетвёрдыми. Поддерживавшие Лю руки постепенно лишались сил.
Он закашлялся, несколько капель крови упало на опущенные руки Лю.

— Я… ничего не понимаю в справедливости.

Но.

— Но… вы сделали для меня очень много.

Парень сделал очередной шаг на нетвёрдых ногах. Дрожащие руки не отпускали Лю. Он стиснул зубы.

— Поэтому…

Он
заговорил так, словно пытался доказать, что существование Лю не
бессмысленно, словно пытался развеять окружающую эльфийку темноту.

— Вы очень часто поступали правильно.

Глаза Лю округлились.

— Вы помогали другим авантюристам.

Битва на восемнадцатом этаже. Эльфийка бросилась в бой с Голиафом и спасла немало жизней.

— Помогли нашей богине… Лили и Вельфу…

«Битва». Лю пришла на помощь Пастве Гестии, воспротивившейся безумной воле Аполлона.

— Вы спасли меня!..

Белл оказывался в стольких неприятностях, что сбился со счёта.

Рука Лю не раз указывала путь Беллу, когда он был ранен или застывал на месте.

Советы Лю, её слова всегда придавали ему храбрости.

— Вы всегда были, как героиня… всегда на стороне добра, всегда поступали правильно!..

Простые
слова Белла потрясли Лю. Её небесно-голубые глаза начало жечь. Честные,
неприукрашенные слова парня пронзили её сердце, как когда-то слова
Элизы.

— Нет… вы не правы! Я совершала непростительные ошибки! Я потеряла свою правильность!..

Она
не могла позволить Беллу оправдать себя, бросившую Элизу и остальных,
когда помощь им была нужнее всего, и потому Лю отчаянно сопротивлялась.

Но…

— Совершали ошибки? Я не позволю никому отрицать вашу ценность!..

— !

— Даже вам!..

Белл возразил Лю.

Капли красной жидкости падали на пол у его ног. Но, несмотря на это, Белл продолжал шагать, обращая свою волю в слова.

— …Я не знал старой Лю… Зато…

Его
слова касались эльфийки, одержимой пламенем мести. Вместе с тем, парень
отрицал, что она лишилась того, что называла справедливостью.

— …Я знаю Лю, которая справедливее всех остальных…

Белл
изменился. Несколько раз Лю об этом уже задумывалась, но он стал
заметно взрослее. Встреча с Ксеносами его изменила. Глупость и
лицемерие, хорошее и плохое. Он был зажат между полюсами, страдал и
сомневался. И теперь он пытался передать Лю урок, который вынес из
своего опыта. Он пытался дать что-то взамен эльфийке, которая много раз
приходила ему на помощь.

— А…

Лю уже это поняла.

Всего троим людям она позволила касаться своей руки.

Три человека, которых она всем своим сердцем считала праведными.

Элиза указала ей направление.

Силь её исцелила.

А Белл…

— Справедливость… живёт вместе с вами.

Словно зеркало он отразил те правильные поступки, которые она совершала.

Если Белл поступал правильно, то и Лю, которая во многом ему помогла, также поступала правильно.

— Да!.. Вот она, справедливость! Вместе с вами!

Слеза упала из глаза эльфийки.

Белл показал ей, что в ней ещё осталась крупица праведности.

Однажды Лю сошла с правильного пути. Этого нельзя отрицать.

Пламя мести спалило её тело и душу.

Но
всё же сгоревший крылатый меч правосудия оставил пепел. И этот пепел
положил начало для Лю, не повернувшейся спиной ко всем людям, а
приходившей им на помощь.

Зато я точно знаю, что Лайон умеет поступать правильно.

Эльфийке вспомнились слова Элизы.

Белл и многие другие могли бы ей об этом напомнить.

Если бы она обернулась, то смогла бы разглядеть множество улыбок, которые оставались после того, как она приходила на помощь.

Эти улыбки были заслугой Лю.

Заслугой справедливости, продолжавшей жить в ней, даже обратившись в пепел.

И этот пепел внутри начал заполнять дыру в её сердце. В эльфийском сердце больше не осталось пустоты.

Слёзы полились из глаз эльфийки, будто ручей из бездонного озера.

— Я… Я!..

Она
больше не могла закрывать на правду глаза, не могла вытереть слёзы, не
могла ничего сказать. Она не знала, что за чувство переполнило её
сердце. Она не понимала, чему пытается научить её упорно шагавший вперёд
парень, прижимавший её тело к своему.

— Самая правильная вещь для меня сейчас… вернуться с вами на поверхность живыми.

В Подземелье нет добра и зла.

Есть только жизнь и смерть, только правило, по которому сильный поглощает слабого.

Если в Подземелье и существует справедливость, то только в форме возвращения на поверхность.

Подняться наверх из бесконечного лабиринта живыми — единственная праведная дорога для авантюристов.

— Вернуться на поверхность… туда, где божества, туда, где Силь и другие друзья!..

Поговорим о справедливости.

Сделаем то, что правильно.

Единственный справедливый и правильный поступок, который может существовать для них прямо сейчас.

— Так что… я никогда вас не отпущу!

На высохшее сердце Лю словно упала капля росы, пустив по нему волны.

Скорее
всего, жуткие нижние этажи ни за что их не отпустят. Лю это знала, но
она хотела жить, хотя бы немного, хотя бы ещё несколько секунд. Она
хотела вернуться живой вместе с Беллом к Силь и всем остальным. С этим
желанием она ничего поделать не могла.

— У-у-у-у!..

Будто в подтверждение волнения эльфийки, обрывая все надежды авантюристов, впереди возникла чёрная тень.

— Варвар?!

И
Белла и Лю ошеломило появление большого монстра, перекрывшего путь
дальше. Варвар был ранен. Скорее всего он пережил падение с Колизея, как
и авантюристы. Из могучих мускул монстра торчали острые камни, часть
его головы была повреждена. Яростный взгляд налитых кровью глаз пронзал
авантюристов. В этом взгляде ощущалось нечто подобное желанию мести.

— У-ооооо!..

Авантюристы были зажаты в прямом узком проходе. Бежать было некуда. Варвар озлобленно уставился на приросшего к полу Белла.

— ГАААААА!

— А!

Огромный
монстр занёс дубину и бросился к авантюристам. Белл не мог парировать
атаку. Он отбросил Лю в сторону за мгновенье до того, как мощная дубина
запустила его в полёт словно тряпичную куклу.

— О-о!.. Господин Кранелл!

Лю упала на пол. Летевший Белл отскочил от земли, приземлился снова и прокатился несколько метров перед тем, как замереть.

Он
лежал неподвижно. В побитых руках и ногах не осталось ни капли сил.
Пряди волос скрывали глаза, эльфийка не видела дышит ли он по движению
груди. В очередной раз она оказалась на грани отчаянья.

— …Господин Кранелл! Поднимитесь, пожалуйста! — закричала она.

Она
попыталась подняться сама, но тело ей не повиновалось. Раненная правая
нога постоянно соскальзывала, возвращая эльфийку на пол. Она не могла
оторваться от земли.

Игнорируя пытавшуюся встать эльфийку, варвар побрёл к Беллу.

— Господин Кранелл… Белл!!! Ответь!

Лю не заметила, как изменился голос, которым она кричала.

Она не заметила, сколько волнения в нём было.

Она выкрикивала его имя, совершенно растеряв свою обычную собранность.

Белл, лежащий лицом вниз на полу, не шевелился.

Монстр упорно, безжалостно шагал к парню, намереваясь нанести решающий удар.

— Белл, Белл! Пожалуйста… ответь…

Голос эльфийки слабел. В распластанном на полу теле Белла, она увидела силуэты погибших подруг.

Нет, нет.

Я не хочу больше потерь.

Она не хотела отпускать чувство, возникшее в её сердце.

Она могла потерять что угодно… что угодно, кроме него.

Как иронично, что это должно было случиться как раз в тот самый момент, когда что-то в ней было готово измениться.

Её желания ничего не стоили. Варвар навис над Беллом.

Должно быть, монстр собирался впиться в парня зубами. Одной рукой монстр схватил его за голову и поднял.

— Нет, не надо, стой…

Эльфийка замотала головой, слёзы лились из её глаз, и она тянула к монстру дрожащую руку.

Отчаянье сорвало маску с Ледяного Ветра и разбило её на куски.

Лю показала настоящую себя.

Она
не была вызывающей ужас эльфийкой Ледяной Ветер. Она была слабой
девушкой, готовой разрыдаться, потому что у неё забирают нечто важное.
Такой была настоящая Лю, скрытая под бронёй и маской авантюристки.

Забыв свой обычный тон, она взмолилась голосом беспомощной маленькой девочки:

— Хватит… прошу…

Тело Белла, оказавшись поднятым над землёй, не подавало признаков жизни.

— Белл!!!

И когда слёзы залили ей глаза…

Рубиновые глаза, скрытые прядями белых волос, распахнулись, и Белл одним движением вырвал из ножен кинжал.

Белый клинок Хакугена вонзился в грудь монстра.

— ГААААААААА?!

Магический камень был разбит, на прощание варвар издал оборванное его исчезновением рычание.

Белл рухнул на землю вместе с пеплом.

Для Лю время замерло.

— А?..

Она
увидела, как Белл, накреняясь из стороны в сторону поднимается. Она не
успела понять, что случилось, а парень уже зашагал к ней.

— Простите… нужно было заставить монстра подобраться ко мне ближе…

— А…

Эти слова заставили Лю осознать.

Он воспользовался тактикой, чтобы расправиться с монстром.

Лю
обучала его уничтожать монстров одним точным ударом в магический
камень. Поскольку энергии для боя у Белла не было, парень заманил
монстра своей беспомощностью. Чтобы нанести один-единственный удар, он
сыграл роль беспомощной добычи.

Белл буквально рискнул всем.

— Я всё слышал, и… простите.

Он
рухнул перед Лю на колени и помог подняться. Эльфийка сидела перед
парнем в замешательстве, их глаза были на одном уровне… и краснели
гораздо сильнее, чем стоило бы в их положении.

Он слышал её мольбы.

Слышал жалобный голос.

И Беллу явно было неудобно.

Смущение
придало Лю сил, и она занесла руку для удара. Белл закрыл глаза… но
пощёчины не последовало. Лю опустила руку, ничего не сделав.

Поддавшись облегчению Лю зарылась в грудь Белла, словно пытаясь не зарыдать снова.

— …Простите.

Эльфийка
услышала очередное извинение Белла за то, что он заставил её
волноваться. Сердцебиение, которое она ощутила лишний раз подтвердило
ей, что парень ещё жив, и потому она всё простила.

Спустя несколько мгновений Белл снова поднял Лю на спину. Они пошли по тёмному коридору.

Белл
шёл нетвёрдой походкой, словно по песку, но для эльфийки эти шаги были
фантастически успокаивающими, пусть и шли они к своей возможной смерти.

…Я не ощущаю монстров. Разве их не должно здесь быть?..

Тёмный
проход заполняли обломки и тела монстров, никакой враждебности в
темноте не ощущалось. Варвар, с которым они столкнулись ранее, скорее
всего был из Колизея. Истощённый разум Лю пришёл к выводу, что
отсутствие монстров поблизости чистейшая удача.

В этот момент Белл остановился.

В сыпучей темноте они увидели поворот.

Из-за угла проглядывало лёгкое синеватое свечение.

В
Подземелье любое изменение обстановки это признак опасности.
Разумеется, поворачивать было нельзя. Путь за их спинами перекрыт
обломками. Белл и Лю взволнованно прошли этот поворот.

— !..

Неожиданно
развернувшаяся на их глазах картина заставила Лю удивлённо вздохнуть.
Проход остался таким же в ширину, но в его центре бежала вода.

— Ручей?..

Белл был прав. Чистый голубой поток начинался прямо в полу перед ними.

Вода лилась из подобия каменного пьедестала и уходила в темноту коридора.

— Источник на тридцать седьмом этаже?..

Лю никогда о подобном не слышала.

Получение
воды и пищи в Белом Дворце, созданном из молочно-белого камня, почти
невыполнимая задача. По этой причине эльфийка поставила первостепенной
целью побег на нижние этажи. Даже Лю, дошедшая с Паствой Астреи до сорок первого этажа, не знала о существовании подобного места.

—
Кто бы мог подумать, что под Колизеем есть такой коридор… Наверное его
не открыли, потому что авантюристы пытаются держаться от Колизея
подальше?..

Под бормотание Лю Белл двинулся вперёд. Как бы там ни
было, авантюристы набрели на воду, которая им так нужна. Он ступил в
край ручья, собираясь наклониться и выпить воды.

Однако, ноги
Белла подкосились. Силы оставили парня, и он потерял равновесие, рухнув в
воду прямо вместе с Лю на спине. Падение выбило меч из его руки, и
оружие отлетело в сторону.

— …Б-Белл!

Лю зацепилась руками
за берег. Белл лежал под ней в воде и не отвечал. Из-за того, что вода
ручья была чистой, эльфийка видела, что его глаза закрыты, словно он
лишился последних сил. Водную поверхность разрезали пузырьки.

К
счастью, поток воды был слабым. Однако, Белл кровоточил, и голубая вода
окрасилась в розовый цвет. Лю в панике потянулась к Беллу руками.

Из-за
раненной ноги эльфийка не могла подняться, потому так и осталась сидеть
на мелководье, обхватив парня за пояс руками и вытащив его голову на
поверхность воды.

— Пою тебе, далёкий лес, знакомую мелодию жизни!

Она
начала читать заклинание, вцепившись руками в беловолосого парня. Она
решила использовать последние силы. Она осознавала, что как только
ощутит Истощение Разума, может потерять сознание и вместе с парнем
погрузиться под воду, но всё равно воспользовалась исцелением.

— Природное исцеление!..

Тело Белла окутал мягкий зелёный свет.

Лю
ощущала, как сила утекает через кончики её пальцев, как плывёт её
сознание, но продолжала бороться с этим чувством, прикусив губу.
Исцеление проходило медленно. Раны не закрывались. Жизнь продолжала
утекать из его тела секунда за секундой.

Она понимала, что это плохо, что она должна остановить кровотечение, что она не может дать ему умереть.

Выжимая из своего тела магические силы и отчасти проклиная себя за то, что сделала, эльфийка направляла в парня исцеление.

Зеленоватый свет, напоминающий пробивающиеся сквозь листву лучи солнца, продолжал литься.

Наконец, свет сошёлся в одной точке.

Раны парня закрылись.

— …Белл.

Она прошептала его имя так тихо, что её голос можно было бы задуть, как пламя свечи.

Отчаянно
цепляясь за остатки сознания, эльфийка поднесла ко рту воду и
отхлебнула. Убедившись, что воду можно пить, она зачерпнула и поднесла
воды к губам Белла.

— Пожалуйста, выпей… пей, — шепнула она снова, чтобы он продолжал жить.

Поддерживая его голову левой рукой, она поднесла правую руку к его рту.

Чистая вода в её ладони дрожала. Её пальцы коснулись его губ, склеившихся от крови.

Будто повторяя молитву, она продолжала лить воду на его губы. Снова и снова.

Сверху
их окутывала тьма, однако от поверхности воды исходило слабое свечение.
Белл казался эфемерным и благородным, словно священная статуя.

Только притихшее Подземелье присматривало за дозором эльфийки.

Наконец, Белл закашлялся и приоткрыл глаза.

----------

Под тысячекратной тьмой

Тихонько журчал ручей.

Одинокое журчание ручья казалось чужеродным среди этажа бесконечных боёв.

В коридоре не было освещения на стенах и потолке.

Лишь
текущий в центре коридора поток воды освещал проход таинственным
голубоватым светом. Ручей тянулся примерно на четыре метра в ширину. Его
берега были не каменистыми, а гладкими, словно лёд.

Лю и Белл устроились на одном из берегов, прислонившись к стене, когда наконец пришли в себя.

— …Как чувствует себя ваше тело? — шепнула Лю, звук едва вырвался из её неподвижного силуэта.

— Неплохо. Я поспал… и напился воды.

Для
Белла и Лю водный источник стал спасением. Жуткая обстановка и
постоянные бои почти вызвали у Белла обезвоживание. Источник стал
спасением.

Авантюристы провели рядом с ручьём около часа.

Монстров
поблизости не было, потому они могли отдохнуть. Это было неожиданно,
учитывая, что предыдущие их передышки длились не больше пяти минут.

— …

— …

И Лю и Белл притихли.

О
чём бы не заходил разговор, он очень быстро оканчивался, так что
перекидывались словами они довольно редко. Они смотрели на воду и
старались не смотреть друг на друга.

Потому что оба были полуголыми.

— …

— …

Мокрая
одежда и экипировка лишали их тепла, а этого важно было избежать,
потому что они оба жутко устали. Потому авантюристы решили скинуть
одежду. Решение было очевидным.

Однако, каким бы логичным это решение ни было, эмоции этим было не убедить.

Праведная,
благородная эльфийка и неопытный парень лишились покоя. Они краснели,
каждый из них не мог просто игнорировать другого, и отчаянно пытались
унять разбушевавшиеся сердца.

— …

— …

Лю оголилась сверху, но прикрылась длинным плащом, который не намок. Тонкая полоска нижнего белья прикрывала её снизу.

Белл
также снял всё с тела, оставшись в одних закатанных до колена
подштанниках. Постоянные попытки лечения заставили подштанники прирасти к
его ранам, и, если бы он попытался их снять, они могли бы открыть раны
снова. Потому, Белл их оставил. Впрочем, прикрытая плащом эльфийка на
его фоне всё равно казалась одетой.

Поначалу Лю с красными
щеками, прикрывая грудь рукой и отводя взгляд, настаивала, чтобы плащ
накинул парень, но Беллу удалось убедить её оставить одежду себе.

— …

Не
в силах унять бушующие эмоции Лю постоянно ёрзала, потому её плащ не
переставал шуршать. Каждый такой шорох заставлял Белла затаить дыхание.

Как стыдно… Хотя я и понимаю, что сейчас это не должно меня беспокоить.

Лю
тихонько бормотала что-то себе под нос, прижав к груди тонкие ноги.
Бросая взгляд на Белла, даже в тусклом свете она видела, что лицо парня
было пунцовым, как и её собственное. Она ощущала жар на кончиках длинных
ушей.

Их одежда и экипировка были разложены на полу. Эльфийка не
стала сворачивать экипировку, потому что хотела, чтобы вещи высохли, а
её длинные сапоги были скинуты впопыхах.

Почему-то, почему она не
могла понять и сама, вид раскиданной по полу одежды казался ей слегка
безнравственным. Возможно, она не могла смотреть на вещи, потому что они
принадлежали ей, эльфийке. Белл также пытался не смотреть на её вещи.

Лю осталась собой, и потому она также не могла заставить себя взглянуть на снятые Беллом вещи.

Оба авантюриста погрузились в бесконечный цикл нарастающего напряжения.

Расстояние между их плечами говорило об их смущении.

Почему рядом с ним я такая чувствительная?

Ответа
на этот простой вопрос её сердце не дало. Может дело в том, что он её
спас? Потому что они оказались в одной лодке? Потому что он утешил её,
сказав, что она поступала правильно? Потому что он сказал, что никогда
её не оставит?

Лю продолжала задавать себе вопросы, но не находила ответа. Её сердце просто билось не так, как раньше.

Когда он увидел её купавшейся в озере, она так не…

— !..

Эльфийка
тут же оборвала мысль. При воспоминании о том, что случилось на
восемнадцатом этаже кровь прилила к лицу. Она опустила лицо в колени,
решительно настроенная не дать Беллу увидеть себя в таком состоянии.

В этом Лю преуспела, однако в этот момент Белл почему-то отодвинулся.

Никогда бы не подумала, что окажусь в таком положении в Подземелье… Да ещё и на глубинных этажах…

Для праздных мыслей время было совершенно неподходящим.

Дело
было не только в том, что она была почти раздета. У неё осталось очень
мало сил. Если сейчас на них нападёт монстр, скорее всего с ними будет
покончено. Она должна забыть о смущении и сосредоточиться.

Только вот, почему-то… Лю не оставляло чувство, что монстры здесь не появятся.

Она предположила то же, что и Белл.

Она
не могла выразить это словами, однако, в этом месте недоставало
обычного для Подземелья напряжения. Эльфийка не ощущала монстров
поблизости, не слышала их дыхания, не чувствовала их взглядов. Тишину
нарушало лишь журчание ручья.

То, что им удалось отдыхать целый
час, лишь подтверждало предположения эльфийки. Она даже ощущала словно в
этом месте время идёт медленнее.

— …

Однако, если так пойдёт и дальше, это ничего им не даст.

Они не смогут отдохнуть и восстановить силы, если будут в постоянном напряжении наедине, сказала себе Лю.

— …Есть кое-что, о чём я хотела бы тебя спросить.

— А… ну, конечно. О чём?

Лю хотела разрушить царившее напряжение, а ещё одна вещь её беспокоила. Она посмотрела на Белла в поисках ответа:

— Почему ты в этот раз вернулся?

«В этот раз» означает, когда она осталась в Колизее одна.

Её
решение было правильным. Она не пыталась завершить жизнь благородным
самопожертвованием, Подземелье потребовало цену. Другого варианта не
было, и никто не мог знать, как всё обернётся в итоге.

— Если бы ты хоть раз оступился… и даже если бы не оступился, мы оба бы умерли. — продолжила Лю.

— …

— Ты знал об этом месте под Колизеем?

— Нет…

— Так почему?

Она отбросила эмоции и спросила его как авантюристка.

Белл посмотрел на Лю с непоколебимой уверенностью.

— Я не хочу никого оставлять умирать… Вот и вернулся.

Его ответ был простым. Чувство, которое подбило его действовать, было чистым и прямолинейным.

В этом действительно не было ничего большего? Это единственная причина, по которой он спас Лю?

Ответ
парня всё прояснил. В его действиях не было никаких расчётов и цели, он
просто спасал ей жизнь. Он уничтожил поставленный Подземельем выбор
ради собственных идеалов. Использовав силы и знания, он заплатил кровью,
чтобы бросить миру вызов.

— …

Он положился на удачу.

Им повезло, что пол Колизея провалился, потому что если бы этого не случилось…

…Если
бы этого не случилось, скорее всего он добил бы выживших монстров,
вынес меня на руках и всё равно спас. Зная Белла, я в этом не
сомневаюсь.

После такого ответа Лю не могла подумать ни о чём другом.

— Белл… ты меня выслушаешь?

Сама
не зная почему, эльфийка задала такой вопрос. После она рассказала
сидящему рядом в спокойном месте Подземелья всё. Она рассказала, что
случилось с ней и остальной Паствой Астреи, в подробностях, которые скрывала от всех остальных.

— …Вот почему Джура сказал, что я «пожертвовала» ими.

— …

Заканчивая
историю, Лю смотрела в землю, словно пытаясь под неё провалиться. Раны,
которые она раскрыла по своему желанию, снова болели. Она боялась
узнать, что скажет ей Белл в ответ.

Спустя несколько секунд парень заговорил.

— Если всё было так… кажется, вы должны продолжать жить… — он улыбнулся. — Ваши подруги бросились в бой, чтобы вы выжили.

— А…

— Даже дурак вроде меня это понимает. Если бы вы сегодня умерли… Элиза и остальные сильно бы на вас разозлились.

Он
говорил неспешно, словно пытался растолковать что-то маленькой девочке.
Он не смотрел на неё свысока и не пытался поучать. Но в его голосе
слышалась лёгкая злость, словно он пытался предупредить, что не простит
её, если она попытается сделать так снова. Его тон походил на тон Силь, а
взгляд напоминал взгляд Элизы.

Парень свёл брови, словно снова
собирался цинично улыбнуться. Заглянув в рубиновые глаза, Лю прижала
руку к груди. Сердце будто замерло.

По крайней мере ей так показалось. Конечно, это было простым чувством.

И то, что это чувство могло дотянуться и тронуть его, было всего лишь плодом её воображения.

Она посмотрела в пол и сжала кулаки.

— Б-Белл.

— ?..

— М-мне кажется нам нужно… сесть ближе.

— Чего?

Белл,
и без этого посматривавший на неё странно, совсем растерялся. После
продолжительной паузы, во время которой он, должно быть, осознал, что
она сказала, его щёки запылали. Лю, красная до кончиков ушей, заговорила
снова.

— Т-то что мы сейчас делаем… н-неэффективно. Если хотите вернуть меня на поверхность живой… нам нужно согревать друг друга!..

— А, эм, но... — пробормотал Белл.

— Не время стесняться… разве не видишь, что мне холодно?

Глаза
Белла округлились, когда Лю схватила его рукой. Её ладонь была ледяной.
Сам Белл потерял немало крови. Сейчас было не время полагаться на
выносливость, которой обладают авантюристы второго ранга.

Лю также была смущена, но её аргумент был правильным. Она искренне беспокоилась за его самочувствие.

— Н-но вы же эльфийка…

— Об этом не думай. В экстренных обстоятельствах… я бы и с дварфом обнялась…

Лю оборвала возражения Белла, напомнившего о расовой принадлежности. Аргументы у парня кончились.

— Т-только, Белл… не подумай ничего лишнего.

— …Что?

— Если попытаешься что-нибудь провернуть, я точно тебя изобью.

Лю была готова умереть от смущения, несмотря на то, что правила устанавливала она. Белл сидел с глупым видом.

— Т-то есть, с моим телом я вряд ли смогла бы тебя заинтересовать всё равно… то есть!..

Ещё никогда в жизни она так не смущалась, эльфийская природа девушки давала о себе знать.

— Ха-ха-ха… ау-у-у-у-у…

— Над чем ты смеёшься?..

Белл
разразился смехом. Вид парня, схватившегося за живот от боли, скорее
всего вызванной смехом, взволновал Лю ещё сильнее. Стоило ей закипеть от
того, что она подумала будто Белл не воспринимает её всерьёз, парень
улыбнулся.

— Простите меня, пожалуйста. Не беспокойтесь… просто вы остаётесь собой даже сейчас.

Могло
показаться, что она выставляет странные условия, но именно такую
эльфийку Белл знал, и такой она ему нравилась. Лю уставилась на Белла и
поджала губы. Ощутив очередной прилив жара к лицу, она напряглась ещё
сильнее.

Белл, всё ещё ощущавший боль от приступа смеха, бросил на неё заботливый взгляд.

— Эм, так… что будем делать?..

— …

— Обниматься без одежды будет очень неловко, как мне кажется, так что… ммм…

Лю
на несколько секунд притихла, а потом поднялась. Подтягивая раненную
ногу, она села перед Беллом, повернувшись к нему спиной. После она
сбросила плащ.

— …

Ткань с шорохом соскользнула на землю.

Под
ней оказалась белая шея и спина, молодая и полная сил. Капли воды
соскальзывали с шеи к тонкой талии, чуть ниже поглощаясь единственным
кусочком одежды, оставшимся на эльфийке.

Белл сглотнул. Его тело
напряглось. Даже сидя к нему спиной, Лю краснела. Конечно, парень ничего
не мог увидеть со спины, но Лю всё равно прикрыла руками грудь, садясь
на землю.

Молчание длилось всего несколько секунд, для Лю они
показались вечностью. Она опустила голову, словно к чему-то
подготовившись, потому что ощутила, что Белл набрался решимости.

Парень склонился.

Сердце Лю замерло.

Очень нежно он обхватил эльфийку сзади руками.

Её плечи вздрогнули.

Между ними не осталось пространства.

— …

— …

Белл прижал Лю к груди, обхватив руками сзади. Он почувствовал её спину и тонкую талию. Он скрестил руки на её обнажённом теле.

Жгучее
смущение длилось всего несколько секунд. Они начали обогревать друг
друга телами. По спине Лю начала разливаться теплота. Яростно бьющееся в
груди Белла сердце начало успокаиваться. Ощущение его сердцебиения
постепенно успокаивало сердце самой эльфийки.

Напряжение постепенно уходило.

Стук их сердец слился воедино.

Они расслабились, создалось ощущение, словно так и должно было быть всегда.

Белл склонился к спине Лю, а та прижалась к его груди в ответ.

— Теперь стало тепло?

— Да, очень…

— Хорошо…

— Ага…

— …

— …

Как
и раньше, разговор не продлился долго. Но молчание перестало быть
неудобным. Журчание воды добавляло ощущение покоя. Белл слегка раздвинул
ноги, чтобы Лю могла сесть свободнее. Лю было тепло, но она подумала,
что Белл может продолжать замерзать и сказала ему накинуть на них обоих
плащ. Его лицо было рядом. Дыхание щекотало ухо и шею эльфийки.

— А я и не знал…

— ?..

— Не знал, что вы такая маленькая.

— Я ненамного ниже тебя.

— Знаю, но… не могу сказать.

— Что?

— …Ничего.

— …Говори.

— Нет, ничего.

— Быстро.

— …Вы очень тонкая и мягкая… это заставило меня понять, что вы девушка.

— …

— Я как будто понял, что чувствуют мужчины… когда хотят защитить женщину.

— …А ты хитрец, — едва слышно прошептала Лю.

Она прижалась к нему спиной чуть сильнее, словно чего-то ждала. Белл заметно напряг мышцы груди.

Следующий вздох Белла вышел неуверенным. Почему-то это показалось эльфийке милым.

…Не честно.

Лю попыталась не думать о девушке с серыми волосами.

Эльфийка где-то в уголке её сердца отчитывала Лю за недостойное поведение.

Ей вдруг захотелось, чтобы её простили за этот момент слабости.

Она не знала, за что именно она просит прощения. Не понимала перед кем ей извиняться. Она просто поддалась эмоциям.

Её сердце хотело, чтобы она повернулась.

В груди пылало желание встретиться взглядом с прекрасными рубиновыми глазами сидящего сзади парня.

Она хотела посмотреть на парня, чьи глаза были так близко, что они практически соприкасались с её собственными.

Но она боялась.

Боялась, что что-то между ними изменится раз и навсегда.

Она ощутила, что после этого вернуться уже не сможет.

Потому она не поддалась этому желанию.

Она
сжала тонкие предплечья, позволив праведной эльфийской природе прийти
себе на помощь. Про себя она ругала ту часть себя, которая является не
официанткой в таверне, не Ледяным Ветром, а простой Лю.

Ей было грустно и больно, но это её успокоило.

— Лю…

— Да…

— А что вы сделаете, когда вернётесь на поверхность?..

— …Съем что-нибудь горячее, от Мамы Мии.

— Да, я бы тоже хотел… Давайте вместе поедим.

— Но сначала мне придётся выслушать выговор от Силь и остальных…

— Ха-ха-ха…

— …А ты чего бы хотел?

— Хочу пойти домой с Вельфом и остальными, войти в поместье и сказать: «Я вернулся!» боженьке…

— Хороший выбор. Тебе следует ценить свою Паству…

— Обязательно буду. Я буду ценить их всегда, как и вас…

— …Спасибо.

Они сидели, прижавшись друг к другу, и перешёптывались, как любовники, переговаривающиеся в одной постели.

Вместе с тем, они оба ощущали мимолётное чувство мгновения, от чего невозможно избавиться.

Они
едва заметно улыбались. В тихих голосах, которые мог бы заглушить любой
порыв ветра, чувствовалась какая-то размеренность и опасное
спокойствие.

Вскоре они закрыли глаза и уснули, как путешественники в дороге.

Они поддерживали друг друга, прижавшись ещё крепче и оказавшись в своём собственном, отдельном мире.

Текущий рядом чистый синий ручей освещал их мягким светом, словно позволяя им насладиться покоем.

----------

Под тысячекратной тьмой

Прошло несколько часов с того момента, как Лю и Белл начали свой отдых.

Глубокий сон помог им восстановить разум и тело.

Восстановление
ментальных сил было очень важным аспектом для существования. Головные
боли и сонливость сняло с них как рукой. Им стало гораздо лучше, чем
было до отдыха.

Открыв глаза, они начали действовать.

— Спасибо, Белл, что использовал ценную энергию разума, чтобы разжечь огонь.

— Это мелочь, я отлично отдохнул… такая затрата восстановится очень быстро.

Треск
огня раздавался рядом с журчанием ручья. Костёр освещал их лица.
Заметно оживившаяся Лю собрала всё нужное для костра, а Белл запустил в
него Вспышкой. Зажечь огонь в подобном месте было очень непросто.

В
качестве топлива для костра авантюристы использовали добычу. Лю
вернулась в проход, из которого они пришли и собрала кожу монстров,
особенно ценными для огня были маслянистые волосы варваров. Впервые Белл
обнаружил это, столкнувшись с таким монстром, когда вместе с детьми из
приюта нашёл проход под Улицей Дедала. Его волосы горели просто
замечательно.

— Белл, насколько сильным ты себя ощущаешь?

— Мне гораздо лучше, но руки продолжают дрожать, если не концентрироваться…

Поскольку
они зажгли огонь, Беллу и Лю больше не нужно было обниматься. Они
сидели бок о бок рядом с пламенем. Лю посмотрела на дрожащую руку,
которую парень поднял перед собой.

Источник был безопасной зоной.

Лю удостоверилась в этом.

Излучавшая
свет вода была подобна амулету, оберегающему это место, монстры здесь
не появлялись. Скорее всего это единственный подобный «рай» на тридцать
седьмом этаже. Оставаясь здесь, они могут, не проливая кровь, отдыхать
столько, сколько потребуется.

Остаться здесь было бы неплохим вариантом… но у нас нет необходимой для этого еды.

Воды у авантюристов теперь оказалось вдоволь. Однако, есть им было нечего.

Может
авантюристы второго ранга и заметно отличаются от обычных людей, однако
еда для жизни им всё равно нужна. Потому, сколько бы они здесь ни
отдыхали, полного восстановления они не добьются.

В этом проходе их ожидает только смерть. Такое негласное послание передали им дрожащие руки Белла.

Даже если с поверхности к ним отправится спасательный отряд, он не успеет вовремя, они умрут от голода. В этом Лю была уверена.

Для
начала, шанс, что спасатели найдут Лю и Белла на этаже размером с
Орарио, почти нулевой. Потерявшиеся на глубинных этажах авантюристы всё
равно что мертвы. По крайней мере, так к ним относится Гильдия.

Подземелье не позволяет тем, кто останавливается вернуться на поверхность живыми…

Никому
не хочется прорываться наверх жестокостью, но стоит поддаться опасному
желанию покоя, царящему в сердце, и Подземелье одержит верх.

Воспоминание
об обратившихся в скелеты авантюристах мелькнуло в голове Лю. Если они
останутся в этом мирном раю, их будет ждать такой же конец.

Они должны двигаться дальше.

Они должны рисковать, раз они авантюристы.

Лю приняла решение.

— Белл… отдохнём ещё немного и покинем это место.

— …Хорошо.

Белл
кивнул в ответ на приглушённый голос Лю. Эльфийка дождалась, когда
накопятся её ментальные силы и использовала Природное Исцеление, чтобы
восстановить физическое состояние Белла. Левую руку и кровопотерю
исцеление Лю было восстановить не в состоянии, однако всё остальное
пришло в норму.

Также Лю подлечила свою ногу. При достаточной
силе разума её магия может сращивать кости. Единственной проблемой было
то, что несмотря на использование кинжала для исправления перелома,
кости срослись неправильно. Всё-таки эльфийка не была настоящим
целителем.

Её движения были немного сдержанными, но, по крайней
мере, теперь она могла без проблем передвигаться сама. Это, безусловно,
облегчило долю Белла, до этого момента вынужденного поддерживать
эльфийку. Когда она вернётся на поверхность, найдёт целителя, способного
исправить этот перелом.

Закончив исцеление и подождав ещё
немного восстановления ментальных сил Лю, авантюристы начали собираться.
Благодаря костру их одежда высохла. Повернувшись друг к другу спинами,
они начали одеваться. Теперь смущение не было таким ошеломляющим, но
слушать шелест ткани им всё равно было непривычно.

Закончив одеваться, они погасили огонь.

Перед тем как уйти, Лю ощутила, что ей этого не хочется.

…Всего лишь слабость. Должно быть, меня одолела усталость.

Когда
её окутала теплота Белла, она ощутила будто её разум и тело слились
воедино. Ещё никогда ей не доводилось ощущать подобный покой.

Впрочем,
она не позволила себе поддаться этому чувству. Она была благородной
эльфийкой всегда и во всём. Она сделала вид, что не замечает чувств,
появившихся в груди, заверяя себя, что это просто фальшивые эмоции.

— Идём?

— Да, я готов.

Они
с Беллом пошли плечом к плечу. Повернувшись спинами месту, которое
позволило им перевести дыхание, они снова двинулись в путь.

Они шли по проходу, в котором тёк ручей, казалось, целую вечность.

Как и думали авантюристы, монстров в этом проходе им не встретилось, они могли спокойно продвигаться дальше.

— Это одна из «неисследованных зон»?

— Да, наверное, на карты она не нанесена. Но… мне кажется, это особое место.

Белл
озирался, разговаривая с Лю. Как и везде на этом этаже, стены были
молочно-белыми, но свет, исходящий от ручья, бегущего в центре прохода,
придавал им синеватый оттенок. Благодаря воде, воздух был влажным и
прохладным. Похожие на лилии цветы росли между стенами и полом.
Некоторые из небольших белых цветков возвышалось над поверхностью воды.

Эти
неисследованные цветы, отсутствующие в иллюстрированных гидах,
описывающих Подземелье предоставляемых Гильдией, скорее всего
единственные растения во всём Белом Дворце. По предложению Белла Лю
остановилась и сорвала цветок, а потом его попробовала.

Цветок
оказался сладким. Она предложила Беллу один на пробу. Девушка оказалась
права в своих предположениях. Слабый, похожий на нектар вкус таял на
языке. Даже набив ими рот, парень ощутил, что почти не восстановил сил.
Всё же, такая еда была лучше, чем ничего. Для Белла, давно не евшего
ничего сладкого, цветы были настоящим лакомством.

Подняв взгляд,
парень заметил, что потолок в этом месте гораздо ниже, чем на тридцать
седьмом этаже в целом. Неровную поверхность можно было разглядеть очень
отчётливо. Создавалось впечатление, что авантюристы находятся в
каменистой пещере.

Это место походило на подземную водную жилу или ущелье с перекрытым небом. Такими были впечатления авантюристов от прохода.

— Проход тянется бесконечно… а слышно только воду…

Коридор и текущий в нём ручей представлялись им синей дорогой.

В
отличие от Последнего Убежища восемнадцатого этажа и Водной Столицы
двадцать пятого этажа подземный коридор казался очень однообразным.
Впрочем, для Белла и Лю, сполна побродивших по тёмному миру глубинных
этажей, сияющий, освещаемый синеватым светом коридор казался ценнее и
таинственнее всего, на что они могли только надеяться.

Подземелье было и таким.

Оно
не только вонзало безжалостные клыки в авантюристов, но и
демонстрировало им фантастические пейзажи, подобные этому. Это один из
актов милосердия Подземелья в кажущейся бесконечной тьме, по крайней
мере, так казалось Беллу.

— …

— …

Синяя дорога продолжала тянуться.

Разговор
между Беллом и Лю закончился. Путешествие было долгим. Когда оно
кончится? Что ждёт их впереди? Время от времени Белл спотыкался, такова
была цена кровопотери. Сможет ли он уйти с глубинных этажей в таком
состоянии? Парнем овладело волнение.

Они с Лю держались за надежду, продолжая идти по синей дороге, пока…

— Тупик…

В
конце дороги раскинулось небольшое озерцо. Неровное круглое место,
обозначавшее конец дороги. В отличие от источника, начинавшегося в
центре коридора, в этом месте вода затягивалась под землю, будто
завершая цикл Подземелья.

Тоннелей и лестниц ведущих наверх, поблизости не было. Осмотревшись, Лю нашла кое-что интересное.

— Этот камень… он отличается от остальных.

Чистая белая руда больше напоминала кристалл, чем камень.

Напрягшийся
Белл достал Кинжал Гестии и ударил им в место, указанное Лю. На
поверхности кристалла появилась трещина и от него откололся целый кусок.
За ним оказалась лестница, ведущая наверх.

Белл и Лю
переглянулись, кивнули друг другу и выбрались из пещеры. Они услышали,
как за их спинами кристалл восстановил себя. Проход наверх был
достаточно широким, чтобы двое людей могли идти плечом к плечу и в нём
царила темнота. Лю вытащила один из бутылей наполненный водой источника.
Он светился слабым синеватым светом. Используя бутыль в качестве
фонаря, авантюристы поднимались.

Пройдя сотню ступенек, они
наткнулись на проход наверх, заблокированный таким же кристаллом, что и
вход в пещеру. Белл пробил его ударом.

— Это же…

Они оказались в одной из комнат тридцать седьмого этажа.

Тупик
с единственным выходом. Эту комнату освещали камни высотой с Белла.
Кусок кристалла, ведущий к коридору с источником, был скрыт среди этих
камней.

Впереди в лабиринте авантюристы ощутили монстров.

Подготовившись морально к возвращению к жестокой реальности Подземелья, дальше авантюристы двигались осторожнее.

Впрочем, вопреки их ожиданиям, в следующем коридоре они не обнаружили ни единого монстра.

Из коридора авантюристы попали в широкий проход. Своими глазами они увидели огромную стену.

— …Лю, это же…

— Да… Кольцевая стена.

Белл
посмотрел наверх, на нависшую над ними огромную стену. Лю подтвердила
догадку парня. Сомнений быть не могло, огромная гладкая поверхность
принадлежала одной из пяти кольцевых стен Белого Дворца. Она оказалась
примерно в сотне метров от комнаты, из которой Белл и Лю вышли.

К тому же…

— Широкий проход… точно, теперь я уверена. Это главный путь.

— !

— Кольцевая стена серого цвета. Значит, это Четвёртая Стена.

Сказав это, Лю обернулась словно погрузившись в воспоминания. Когда Паства Астреи
была жива и здорова, Лю бывала на глубинных этажах немало раз. Несмотря
на то, что эльфийка не видела этаж в целом, она инстинктивно могла
отличить главный путь от любого другого, поскольку по нему часто
приходилось возвращаться на поверхность.

Колизей находится внутри Третьей Стены, а значит ручей, рядом с которым они шли, вёл прямиком к четвёртой.

Белл и Лю настрадались, но эти страдания вылились в приятный сюрприз.

— Е-если попадём за эту стену!..

— Да, останется только Пятая. А когда пройдём и её, сможем без труда найти путь на тридцать шестой этаж.

За
пятой стеной находится пустошь. До южной части этажа, в которой
находится проход наверх, придётся идти немало, зато заблудиться будет
невозможно. Лабиринтом этот этаж является только в пределах кольцевых
стен.

Впервые за всё время на глубинных этажах Белл ощутил
настоящую надежду на спасение. Лю выглядела отстранённо, но порыв
ощутила и она.

Словно для корабля, терзаемого жуткими волнами в
бурю, загорелся маяк. Этого луча света авантюристам было достаточно,
чтобы выбраться.

— Идём! Пока рядом не появились монстры!

— …Да!

Как и сказал Белл, монстров поблизости не было. Такую возможность упускать было нельзя.

Темнота нависла над авантюристами, которые пошли прямиком к кольцевой стене.

Как же нам повезло!.. Нет, мы сами вызвали эту удачу, потому что не сдались!

Белл
не совершил преступной глупости и не стал торопливым. Проявляя ещё
большую осторожность, чем раньше, он шагал вперёд. На шаг позади, также
опасливо озираясь, шла Лю.

Лабиринт между четвёртой и пятой стенами называется Зона Зверей… если пройдём по нему!..

Место
между второй и третьей стеной, там, где находился Колизей, было Зоной
Воителей. Место, которое преодолели по подземному коридору, называлось
Зоной Солдат. Если не считать нескольких отдельных участков, главный
путь тридцать седьмого этажа представлял собой проход в десять метров
шириной. Ступив в него, авантюристы ни за что не потеряются, если только
не столкнутся с какой-нибудь аномалией.

Белл прокручивал те
крупицы информации, которым обучала его Эйна, и стиснул зубы, словно
пытаясь извлечь из этого ещё хоть немного энергии.

Я могу попасть домой… я попаду домой! На поверхность! Туда, где друзья! Вместе с Лю!..

Белл
бежал навстречу будущему. Он пытался смешаться с сыпучей тьмой,
стараясь отходить как можно дальше от услышанных в коридорах монстров.

Он не ослаблял бдительности.

Как и Лю.

Всё же они должны были понять.

Используя неожиданно свалившуюся на них удачу, авантюристы должны были задуматься о её причинах.

Почему они не встретили ни единого монстра?

Почему монстры, которых они слышали, когда сошли с синего пути, до сих пор и не подумали на них напасть?

Почему монстры словно чего-то боялись и прятались?

— Четвёртая стена!.. Мы дошли!

Оказавшись
рядом с высокой стеной, Белл и Лю вошли в проход в её основании. Не
мешкая, авантюристы бросились чёрный тоннель из слабо освещённого
коридора Подземелья.

Наконец, они оказались с другой стороны четвёртой стены.

Они вошли в последний лабиринт, отделяющий их от прохода на нижние этажи.

Они вошли в Зону Зверей, последнее поле боя.

— …

Белл ощутил.

Оказавшись по эту сторону кольцевой стены, он понял.

Он почувствовал в то самое мгновение, когда его нога ступила на пол из тёмного прохода.

Сверху упал кусочек камня.

В него впился взгляд.

Алый, убийственный взгляд бедствия.

— …

Монстр был там.

Высоко над головой Белла.

Зацепился своими жуткими когтями за огромную кольцевую стену.

Он ждал, когда в этот тоннель пройдут они.

Он ждал, когда его добыча, Белл и Лю, пройдут четвёртую стену и войдут в Зону Зверей.

Жуткий силуэт вытащил когти из стены и бесшумно приземлился на пол.

Практически не дав авантюристам времени отследить его движения, он оттолкнулся от земли.

Заметив приближение когтей разрушения, Белл схватил Лю и прыгнул что было сил.

— ООООООООООООООООООООООООООООООООО!!!

Взрыв.

В
землю словно ударил метеорит. В том месте, в котором стояли Белл и Лю,
появился небольшой кратер. Каменный пол треснул, повсюду разлетелись
осколки, поднялось целое облако пыли. Авантюристы покатились по земле.
Когда они наконец остановились, Белл озадаченно поднял голову.

— Оооо!..

Фиолетово-синий панцирь поблёскивал в тусклом свете.

Силуэт,
напоминающий скелет динозавра, одетый в броню. Монстр бедствия долго
бродил в поисках добычи, а потом предпочёл устроить в этом месте засаду.

— Джаггер… наут!..

Снова
увидев кошмарного монстра, которого ему никогда не забыть, Белл впервые
назвал его по имени. Словно в ответ монстр повернулся левой стороной,
которую до этого скрывала тьма, и вытащил блестящий фиолетово-синий
коготь из земли. Ярость монстра стала заметнее после ранения, для Лю и
Белла не было более явного символа смерти.

— Аааааа!..

Моральная травма, которую подобный монстр нанёс Лю, дала знать о себе снова, эльфийку парализовало.

Отчаянно сражаясь с ужасом, Белл скривился.

Почему именно сейчас?!..

В
его груди бушевал страх, левая рука снова заныла, напоминая об аде,
который парню пришлось пройти. Жгучая боль пронзила его обвязанную
шарфом руку. Белл вытащил из ножен Кинжал Гестии.

Он не поддался бессмысленному гневу, не издал бесполезный жалобный вой, он просто готовился сражаться ради выживания.

Джаггернаут
уставился на добычу, которая не лишилась воли, пронзив Белла взглядом
горящих в темноте глаз. Когти на ногах заскрежетали по полу лабиринта,
монстр медленно повернулся к Беллу лицом.

— Что?..

Белл не мог поверить своим глазам.

— У него есть правая рука?

Белл увидел правую сторону чудовища.

Даже во тьме отчётливо виднелся силуэт правой конечности монстра.

Что
произошло? Во время смертельной битвы на двадцать седьмом этаже Белл,
рискуя жизнью, уничтожил эту конечность. Он использовал Арго Веста,
смертельный навык, и уничтожил руку монстра вместе с когтями разрушения,
по крайней мере так ему казалось.

Присмотревшись, Белл заметил и то, что хвост монстра вернул свою прежнюю длину, несмотря на повреждения в бою.

Он способен регенерировать? Обладает такой же способностью, что и Чёрный Голиаф?

Пока Белл пребывал в замешательстве, увидев восстановленную руку, которую он огромной ценой уничтожил, он услышал странный звук.

— ?..

Что-то извивалось во тьме.

Этот звук исходит от правой руки монстра, от самого плеча.

Возможно,
Джаггернаут издавал этот шум намеренно. Этот звук напоминал Беллу
копошение множества насекомых, скинутых в один сосуд. Или механический
треск нескольких шестерёнок, не подходивших по размерам, между которыми
зажало кусок мяса.

Волнение охватывало Белла всё сильнее.

Наконец, монстр сделал шаг вперёд.

В слабом свете его тело содрогалось.

Белл застыл.

Лю затаила дыхание.

Правая рука Джаггернаута словно была составлена из множества костяных масок.

— …Овцечерепа?..

От
плеч монстра до самого кончика хвоста уничтоженные части составляли
плотно уложенные овечьи черепа. Овцы смерти, с которыми Беллу
приходилось сталкиваться уже множество раз, на этом этаже стали частями тела Джаггернаута.

— Не может быть. Оно…

Лю не могла избавиться от дрожи. Белл договорил слова, которые она произнести не смогла:

— …Съело столько монстров?..

Таким был ответ.

Джаггернаут отличался от особых монстров.

Он ел не только магические камни.

Он заглатывал монстров целиком.

И съедая их, он поглощал их тела.

Это не должно было быть возможно. Это шло вразрез со здравым смыслом.

Но другого объяснения того, что случилось, авантюристы придумать, не могли.

Они столкнулись с аномалией, представить которую не мог никто.

Казалось, само Подземелье не могло такого предвидеть.

Авантюристы, монстры, лабиринт.

Заговорив снова Лю выразила весь ужас, который ощущала перед этим существом:

— Невозможно… так не бывает!..

Джаггернаут
поднял жуткую руку, словно пытаясь ей покрасоваться. Сделанная из белой
кости правая рука контрастировала с фиолетово-синим панцирем,
покрывавшим остальное тело монстра. Множество овечьих рёбер, черепов и
изогнутых рогов были собраны в руку словно головоломка. Тут и там
виднелись розовые мышечные волокна.

Скорее всего, толстые волокна, пропитанные кровью, были получены из варваров.

Человекоподобные скелеты, смешанные с другими костяными частями, несомненно, принадлежали спартоям.

Огромные чешуйки, покрывающие изогнутый хвост, были с тел ящеролюдей.

Кусочки камней, заменившие отколотые участки отражающего магию панциря, были останками обсидиановых солдат.

Овцечерепа
были не единственными монстрами, которых Джаггернаут в себя вживил.
Поскольку у него не было своего магического камня, он собрал множество
подвидов монстров, населяющих глубинные этажи, и вживил их в своё тело.

Джаггернаут стал заметно больше.

Каждый монстр, с которым Белл сражался на этом этаже стал частью оказавшегося перед ним сейчас существа.

Химера.

Белл
не мог не вспомнить подвид монстров, который упоминался только в
сказках, существо, которое содержало в себе тела сотни зверей,
могущественный гоблин, который, как верил парень, может быть только
выдуманным.

Однако сейчас тот кошмарный монстр ожил в Джаггернауте.

— Хаааа!..

Джаггернаут
выдохнул поток белого тумана, который можно было бы принять за пар,
словно монстры, из которых он пересобрал своё тело производили
нестерпимый жар.

Со свистом несколько костей, составлявших правую
рук, вылезло наружу. Лица Белла и Лю вздрогнули, когда на них
покатилось несколько овечьих черепов, перепачканных в какой-то липкой
жиже.

Словно человеческое тело отвергало пересаженный орган, монстры сопротивлялись неестественному поглощению.

В скрежете различных частей монстров друг о друга Беллу послышались стоны и вопли, будто монстры были ещё живы и выли от боли.

Джаггернаут
также заметно страдал от их присутствия. Однако, поглощение монстров и
использование их частей в своём теле даровало ему новое оружие.

Оружие, единственной целью которого было убийство его добычи, Белла.

— ООООООООООООООООООООООООООО!!!

Джаггернаут
ознаменовал начало битвы рёвом, от которого Белл и Лю в ужасе
содрогнулись. Изогнув левое колено, он прыгнул в Белла.

— Ого!

Джаггернаут
полетел со скоростью пули, Белл в последний момент успел завести Лю
себе за спину и заблокировать когти разрушения. Для блокировки он
использовал Шарф Голиафа. Полетели искры, боль пронзила мозг парня, но
сетовать на неё у Белла не было времени.

Скорость его противника уменьшилась. В этом он был уверен.

Помимо
уничтожения одного из прыжковых коленей его Арго Веста сильно повредила
нижнюю часть тела, уменьшив скорость прыжков и позволив Беллу
отслеживать передвижения врага взглядом и даже парировать его атаки.

Но…

— ХААААА!

Джаггернаут отскочил на стену прохода и вытянул собранную из монстров правую руку. Словно имитируя Вспышку Белла, он запустил в авантюристов несколько заострённых белых костей.

— …

Четыре белых копья слетели с разных мест его руки. Белл сглотнул, увидев, что снаряды по дуге летят в него.

— Пилумы?!

Они с Лю едва успели уклониться от смертельных снарядов.

Бам-бам-бам-бам!!! Четыре снаряда шумно стукнулись об пол.

Белл, плечо которого зацепило выстрелом, не мог скрыть удивления.

— Это же пилумы овцечерепов?!

Белл
был поражён. Похоже, его противник освоил методы нападения монстров,
которых поглотил, включая снаряды, которыми стреляют овцечерепа.

Белл уставился в красные глаза монстра удивлённым взглядом.

Джаггернаут напал снова.

Взревев,
монстр ещё раз запустил пилумы со стены прохода. В этот раз их было
шестнадцать. Каждый из снарядов имел разные размеры и летел своей
траекторией к «добыче» монстра. Белл и Лю начали изгибаться, чтобы
избежать попадания, поэтому по полу застучал град снарядов.

Красные
глаза не мигая следили за авантюристами, оказавшимися среди облака
пыли, скакавшими в разные стороны. В одно из мгновений Джаггернаут
согнул колено и бросился вперёд.

— ?!

Мгновенно сменив дальнюю атаку на ближнюю, монстр обратился в летящую к авантюристам пулю.

Белл
переключился на защиту от огромного летящего к нему силуэта. Благодаря
наработанным навыкам и тактике, парню удалось избежать внезапной атаки.
Приземлившись с другой стороны, монстр снова начал закидывать
авантюристов снарядами.

У Белла не было времени перевести дыхание, что уж говорить о времени на удивление.

Продолговатые
костяные снаряды летели на Белла стеной. Они были подобны яростной
фаланге копейщиков, непреклонно наступавшей на парня. Белл был вынужден
защищаться, не забывая о постоянной угрозе смертельного удара жутких
когтей Джаггернаута, намеревавшегося его убить.

Парень не мог использовать заклинание, поскольку боялся, что панцирь монстра может его отразить.

— Он использует снаряды!..

Лю нахмурилась, наблюдая за атаками монстра.

В
обычном состоянии пилумы были бы для Джаггернаута бесполезны. Снаряды,
которые движутся медленнее ног самого монстра, были бы ему просто
помехой. Однако, после того как Белл лишил его одного из прыжковых
коленей, эти снаряды стали идеальным оружием.

Сложно было
поверить, что монстр смог додуматься до использования тактики
ударил/убежал, чередуя атаки снарядами с ударами по Беллу в ближнем бою.
Он придумал, как победить авантюристов в их собственной игре.

Огромное тело Джаггернаута зигзагами меняло положение, запуская после каждого прыжка множество пилумов.

Они слишком быстрые!

Я не могу их отследить!!!

Красные
глаза оставляли во тьме следы, Белл и Лю про себя кричали. Пилумы
летели со всех сторон, даже сверху, порождая невероятную трёхстороннюю
атаку. Вынужденный перехватывать их Белл метался в разные стороны и
пригибался.

Место для сражения также было неподходящим.

Проход
был широким, никаких естественных препятствий в нём не было.
Джаггернаут мог свободно перемещаться в пространстве, сея хаос. Даже со
сниженной скоростью прыжков в замкнутом пространстве он мог безнаказанно
атаковать Белла.

Атаки волнами с каждой секундой становились для
авантюристов всё опаснее и опаснее. Несмотря на то, что каждый прыжок
вызывал откалывание панциря самого монстра, он не ослаблял натиск.
Жуткий рёв и блеск когтей говорил о том, что Джаггернаут намерен убить
авантюристов любой ценой.

Даже без своей поразительной скорости
Джаггернаут был убийцей. Одев «броню упорства», созданную убийством
бесчисленного количества монстров, он развернул беспрецедентную миссию
уничтожения.

Столкнувшись с убийственным бедствием, авантюристы снова вспомнили об отчаянии. Апостол смерти уничтожил свет надежды.

Руки дрожат. Монстр ужасен!..

Лю
сдалась первой. Несмотря на то, что положение отличалось то того, что
было раньше, безумный натиск Джаггернаута, непохожий на атаку любого
другого монстра, вызвал в неё воспоминания о Пастве Астерии, потере, которая растоптала и разбила эльфийку. Рана на сердце продолжала её терзать.

Прошлое преследовало Лю. Кошмар пытался подняться из пепла.

Она
не могла этого вынести. Она могла потерять что угодно, кроме Белла.
Приняв решение в этот раз не дать развернуться трагедии, Лю отчаянно
пыталась заставить свои конечности сражаться.

— ХААААА!!!

Однако,
Джаггернаут не дожидался пока авантюристы придут в себя. Он пытался
безжалостно истребить врагов, однажды ускользнувших из его хватки.

— А!!!

В
очередной раз приземлившись на пол монстр взмахнул покрытым чешуёй
хвостом, отбрасывая Белла и Лю назад. Парень потерял равновесие, и
монстр победно взвыл.

Костистая рука вонзилась в землю.

Ладонь пробивала себе путь.

Земля затряслась.

Глубокие трещины с неимоверной скоростью побежали по камню.

В то мгновение, когда трещины достигли ног Белла и Лю, они взорвались.

Прямо из-под земли в авантюристов полетели белые кости.

Рубиновые
и небесно-голубые глаза уставились на мощную волну игл, которые
вырвались из-под земли. Пилумов было столько, что сосчитать их
авантюристы не могли.

Взгляды Белла и Лю были подняты, потому что
мгновенье назад атака настигла их сверху. Теперь же костяные копья
летели в них прямо из-под земли. Внезапная атака должна была застать
авантюристов врасплох. Они слишком сосредоточились на первом нападении
и, потеряв равновесие, уклониться от атаки снизу уже не могли.

— ИИИИИИААААААААААА!

Под их ногами словно взорвалась мина огромного размера. Цунами пилумов разорвалось вокруг их ног.

Пилумы срезали ремешки брони Белла, скользили по его рукам и щекам.

Они разорвали плащ Лю, зацепили правую ногу и ухо эльфийки.

Зловещие, похожие на мечи кости захлестывали авантюристов.

Чёрт… это похоже на атаку Удаэуса…

Лю содрогнулась, время для неё будто замедлилось для предела.

Новая
волна отчаянья окутала эльфийку, осознавшую, что её противник способен
провести атаку, равную атаке монстра рекса тридцать седьмого этажа.
Пилумы продолжали вырываться из-под земли, разрывая её кожу, с каждым
мгновеньем их становилось всё больше.

Джаггернаут издал жуткий рёв, не ослабляя нападение. Он запускал одну волну костей за другой, не переставая.

Под зловещей бронёй его «я» произносило монолог.

…Смотри.

Добыча
пытается трепыхаться, использует панцири, которые остались и обливается
красным потом. Они не станут добровольно налетать на шипы. Они будут
драться.

Знаю, знаю. Они такие.

Это превосходная добыча, она отказывается умирать, что бы я на них не обрушил. Тем лучше, тем больше это значит…

Зловещее бедствие с рёвом производило смертельные костяные иглы.

Из-за грохота вырывающихся из-под земли снарядов слух стал бесполезен.

Летящие пилумы наносили всё более заметные раны авантюристам.

Наконец…

— …Ргх.

Один из последних, возвращавшихся к земле пилумов попал прямиком в Белла.

Пробив потрёпанный нагрудник, он вспорол парню живот.

Острый снаряд стал алым от крови, пронзив плоть парня.

Сосредоточение огня принесло свои плоды.

Нацеленные в белую добычу, укравшую правую руку Джаггернаута, пилумы не позволили ему уйти.

Для покрытой ранами Лю время замерло.

Белл завис в неестественной позе, пилум упал на землю, эльфийка потянулась к парню рукой.

Но обратить время вспять она не могла.

Словно разбивая застывший ход времени из дыры в животе Белла полилась кровь.

В уголках его губ появились красные капли.

Рана была смертельной. Прямой удар, от которого невозможно было защититься.

Однако Белл сумел найти правильный ответ, оказавшись на грани смерти.

Прежде чем внутренности провалились из раны в его животе, он занёс руку. Он принял решение во что бы то ни стало закрыть рану.

— …Вспышка!!!

Прижав левую руку к краю раны, он создал небольшой взрыв.

Его живот загорелся.

Боль была адской, вспышка света мелькнула перед глазами, внутренности словно запылали.

Глаза так сильно налились кровью, что, казалось, обратились в плоды гранатовых деревьев.

У Лю перехватило дыхание, монстр также замер.

Белл, с дымящимся от взрыва животом оторвал от него левую руку и начал палить наугад.

— ГААААААААААААААААААААААА!!!

Первая и вторая вспышки взорвали землю.

Третья ударила прямо перед Беллом.

Жар
и ветер взвыл, вырывая куски разбитого пола. Отбросив обычную привычку
крепко становиться на землю после взрывов, Белл схватил протянутую Лю
руку, и их обоих отнесло взрывной волной назад.

Подтянув
удивлённую эльфийку к себе, парень пытался продлить полёт, чтобы
отлететь от костяной горы как можно дальше, словно с самого начала на
это и рассчитывал.

— !!!

Джаггернаут на мгновенье растерялся.

Клубы
дыма поднимались в воздух, скрыв от него раненую добычу. Под прикрытием
этой вуали трещало пламя, полетевшее в его громадное тело. Отражение
магии было бесполезным, поскольку монстр не видел своей добычи. Хуже
того, попытка отразить огненные снаряды заставила бы Джаггернаута
прирасти к месту.

Расстояние между ним и добычей увеличивалось.

— А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А?!

Белл запускал вспышки прямо в полёте.

Ценой
за прижигание раны на животе стала его способность целиться. Искры
плясали перед его глазами. Он словно сломался, бездумно швыряя
заклинания в надежде отбросить противника подальше, выигрывая время и
позволяя им с Лю уйти как можно дальше.

Спустя несколько секунд он вместе с Лю рухнул на землю и покатился.

— Белл?!

Они пересекли край огромного коридора. Поднимаясь, Лю выкрикнула его имя.

Белл содрогался от острой боли, было видно, что он лишился сознания.

— …Хрк!

Лю не потратила на раздумья и секунды.

Она
видела клубящийся за их спинами дым, и поняла, что они должны рискнуть,
чтобы сбежать. Потащив за собой Белла, она бросилась к видневшейся
вдалеке развилке.

— !!!

Стоило окончится огненной бомбардировке, как Джаггернаут издал яростный рёв.

Огромный фиолетово-синий силуэт бросился к авантюристам.

Лю
отталкивалась ногами от земли изо всех сил, заметив, что монстр
вырвался из дымовой завесы и бежал к ним. Когти зацепили и разодрали
край длинного плаща, но сама эльфийка успела нырнуть в ответвляющийся
коридор.

Этот коридор был шириной около двух метров, по нему
могли пройти авантюристы, но не огромный монстр. Трёхметровый
Джаггернаут не смог пролезть в тоннель. Наросшие на нём бронёй части
других монстров стали помехой для этой погони.

— О-О-О-О-О-О-О!

— ?!

Однако
монстр продолжал пытаться достать упавших на землю авантюристов. Его
левая рука пыталась рассечь Белла и Лю, распластавшихся на земле. Словно
разъярённый гигант пытался дотянуться до карлика, забившегося в дыру в
попытке побега. Лю ощутила, как фиолетово-синие когти царапнули кончик
её сапога.

Содрогаясь от скрежета когтей, пытавшихся разбить
стены и пол эльфийка, заставила себя подняться. Настало её время
поддерживать Белла. Заливаясь потом с головы до пят, едва не падая с
каждым шагом, она двинулась дальше в тоннель, пытаясь сбежать от красных
глаз, следивших за каждым движением авантюристов.

Путь был
прямым, ответвлений не было видно. Лю ощущала, что стены словно начинают
сжиматься. Потолок, впрочем, был таким же высоким, как и на всём этом
этаже, его не было видно, отчего коридор имел вид узкой ночной аллеи.

— ГАААААААААА!

— О-ОУ, У-У-УН!

Элитные ящеровоины, лупгары и спартои заблокировали проход.

Монстры,
может и старались инстинктивно избегать своего бедственного собрата, но
как только рядом появились полумёртвые авантюристы, их инстинкты взяли
верх. Лю и Белл не могли повернуть, путь к спасению лежал впереди.
Скривившись, Лю обнажила короткие мечи.

— !..

В этот самый
момент Джаггернаут, оставшийся у входа в узкий тоннель, отступил и
ударил по соседней стене костяной рукой. По проходу прошла тонкая и
глубокая трещина.

Десятки пилумов вырвались из стены справа от Лю и Белла.

— ?!

— А-а-а-а-а!

Дьявольские копья не отличали авантюристов от монстров.

Ящеровоины,
лупгары и спартои разлетались на куски. Правую ногу и руку, сжимавшую
оружие, Лю пронзили длинные кости. Одна из них зацепила шею девушки,
оставив кровоточащий порез. Эльфийка рухнула на землю вместе с Беллом,
перед её глазами на пол падала куча тел монстров.

Кровь обагрила
стены тоннеля и дождём лилась на пол. Лю и Белл словно искупались в
кровавой бане. Коридор превратился в улицу после кровавой резни. Повсюду
лежали тела монстров и куски их плоти. Белл и Лю лежали посреди этого,
будто они сами были трупами.

— !..

Пилумы вылетали из правой стены, втыкаясь в левую. Попасть в лежащих авантюристов они не могли. Угол не был правильным.

Спустя какое-то время Джаггернаут прекратил атаковать, словно осознав, что его добычу снаряды не достают.

Красные глаза уставились в тоннель.

Несколько секунд осматривая залитый кровью тоннель монстр тихо удалился во тьму.

— …гах, а-а-а.

Всё это время не двигавшаяся Лю издала тихий стон.

Она была жива.

К счастью, группа монстров, которая намеревалась их убить, стала стеной, защитившей их от смертельных ран.

Лю
перестала изображать из себя мёртвую и открыла глаза. Всё перед ней
было окрашено красным. Она ощущала вонь чуть тёплых телесных жидкостей и
мягкость кусков плоти. Мощный запах чуть не заставил её проблеваться,
хоть её желудок и был пуст.

Раны снова открылись. Всё её тело пронзали искорки боли, говорившие что, если она себя не залечит, то непременно умрёт.

Она
должна была использовать целебную магию, но понимала, что это
бесполезно. Она потеряла слишком много крови. Исцеление этого не
исправит. Даже если сейчас она выживет, они оба…

— …Белл…

Снова
осмотрев адскую картину, которая её окружала эльфийка повернула голову.
Её взгляд упал на Белла, лежавшего лицом вверх рядом с ней. Должно
быть, парень её слышал, поскольку его палец дрогнул.

— Кха, кха!.. Лю?

Он
снова начал биться от боли, словно забыв о ней на мгновенье и теперь
снова вспомнив, и закашлялся. Повернув голову набок, он посмотрел на
лежавшую на животе Лю.

— …А Джаггернаут?..

— Ушёл… здесь его нет…

Их голоса в красном мире были едва различимы.

Продолжая смотреть Лю в глаза, Белл едва заметно улыбнулся. Эта улыбка не была похожа на улыбку.

— Значит он от нас отстал…

— …Да.

Нет.

Скорее
всего монстр не сдался, а просто решил дождаться удобной возможности их
добить. Джаггернаут не перестанет их преследовать, пока они не падут от
его рук. Лю ощущала его присутствие и понимала жуткую истину.

— Так… значит мы можем попасть домой, правда?..

Белл, возможно, тоже это понял. Но он притворился, что ничего не ощущает, чтобы правдоподобно соврать Лю.

Он
притворился, что они смогут вернуться на поверхность. Что одолеют
темноту лабиринта и снова поднимутся к тёплому солнечному свету.

— Вы сможете вернуться… к Силь и остальным своим подругам…

Шансы на возвращение были хуже, чем ужасными.

Пока Джаггернаут остаётся в живых, Лю и Белл не покинут тридцать седьмой этаж.

Белл понимал, но продолжил произносить желанную ложь.

Он
пообещал эльфийке будущее, в котором они вместе войдут в двери «Щедрой
Хозяйки», чтобы извиниться перед разозлённой Силь, а потом посмеются над
этим вместе с остальными работницами.

Он сказал, что ей не нужно так бояться после потери Паствы Астреи.

Эта ложь была наполнена добротой.

Это была настоящая мечта.

Лю улыбнулась.

В тусклом свете блеснули собравшиеся в уголках её глаз слёзы, а на губах появилась улыбка. Она ощутила покой.

— Точно… теперь мы сможем попасть домой…

Она позволила себя обмануть.

Оставшись лежать на грани жизни и смерти, утопая в кровавой луже в сумерках эльфийка погрузилась в радостную мечту.

Они улыбнулись друг другу.

— Белл…

— Да…

— …Ты меня обнимешь?

В
самом-самом конце она наконец смогла быть честной. Она наконец смогла
раскрыть свои чувства. Смогла раскрыть перед ним то, что её сердце и
эльфийская гордость скрывали столько времени.

Поначалу Белл
удивился, но через мгновенье протянул к ней дрожащую руку. Лю потянулась
к нему своей рукой и провалилась в его объятья.

Он такой тёплый…

Эльфийка продолжала улыбаться, когда они прижались друг к другу.

Купаясь в его теплоте, она позволила слезам политься из глаз.

Этот мир жесток.

Она
хотела, чтобы среди всех людей мира именно Белл остался жить, но
Подземелье сделало его её спутником в последнем путешествии. Её сердце
было разбито, а надежды растоптаны жутким монстром. Больше она не могла
бороться.

Она не могла отпустить его теплоту.

Лю крепче
прижалась щекой к окровавленной груди. От него пахло железом. Ей
представился чистый, белый снег. Она увидела, как их силуэты, лежащие в
обнимку, засыпает белым снегом.

Она оторвала лицо от его груди, и
видение белого снега исчезло. Остались только они, вдвоем лежащие в
луже льющейся из них крови.

Я ничего не могу сделать, так почему последние мгновенья… так обнадёживают.

Лю не могла этого не ощутить.

Сейчас, в эту самую секунду они были друг для друга самыми близкими людьми.

Что бы кому ни показалось, она была в этом уверена.

Прямо сейчас, всего на мгновенье, Белл и Лю были связаны друг с другом крепче, чем с кем-либо ещё в этом мире.

Ей было одновременно так радостно и так грустно.

Так радостно и так одиноко.

— Белл… я посплю, совсем немного…

Медленно она закрыла отяжелевшие веки.

Так она прощается с жизнью?

Или, когда она откроет глаза, она снова откажется здесь, в жуткой холодной реальности без ощущения теплоты рядом?

А может она снова встретит Белла на дальнем берегу, рядом с Элизой и остальными?

— Хорошо… я скоро вас разбужу.

Голос Белла нежно закрался в её ухо.

Она прижала руки к груди, чтобы не забыть его теплоту и уснула, как ребёнок.

----------

Под тысячекратной тьмой

Лю уснула.

Белл слабо улыбнулся, наблюдая как уносится её сознание.

Она позволила себя обмануть.

Так у неё не будет никаких кошмаров.

И это всё, чего он хотел.

Он хотел, чтобы она видела приятные сны, пока всё не будет кончено.

Она слишком много страдала…

Как и подозревала эльфийка, Белл ей врал.

Но это не было ложью из доброты. Совсем наоборот, его слова были жутким предательством, ведомым его праведным эгоизмом.

Белл не собирался сдаваться и отказываться от возвращения на поверхность.

Я помню каким было её лицо, когда она мне всё рассказывала…

Он не забыл с какой болью эльфийка говорила о смерти своих подруг.

Поэтому он её усыпил.

— !..

К этому времени спазмы прошли. Им на смену пришла невыносимая боль.

Он коснулся живота, который ему пришлось прижигать.

Авантюрист превратился в зверя, жевавшего осколки своей собственной жизни, чтобы подняться.

Перед глазами блеснул свет, то, что осталось от его человеческого сознания, напомнило ему историю.

Она называлась «Страж Белиус».

Эльф-стражник
был рыцарем без страха и упрёка, влюбившимся в деву озера. Он был верен
своей любви и, преодолев все мучения, умер на руках любимой.

Белл молил эльфийского героя даровать ему силу для защиты того, что ему важно.

…Я не могу сконцентрироваться. Скорее всего, у меня остался всего один заряд. Мой удар с такими силами не нанести.

Но желание быть героем ещё живёт в моём сердце.

Он нежно провёл рукой по волосам Лю. Улыбка исчезла с его лица.

Оставшийся в одиночестве парень поднялся.

----------

Под тысячекратной тьмой

Джаггернаут бежал на новое место.

Осознав, что Лю и Белла в
начале этого прохода ему не достать, он побежал к выходу из коридора.
Джаггернаут способен их ощущать. Эта его способность была даром матери,
Подземелья, она была создана для уничтожения вторженцев. Джаггернаут мог
отследить любого авантюриста, находившегося на том же этаже, что и он.
Потому «пир бедствий» прошёл на двадцать седьмом этаже с
головокружительной скоростью.

Находясь здесь, на тридцать седьмом
этаже, Джаггрнаут чувствовал, где находятся Белл и Лю. Он решил залечь у
входа в Зону Зверей, потому что узкие проходы были для него неудобными,
и он не хотел давать добыче возможность сбежать.

Также монстр знал и о том, что авантюристы ещё живы.

Он
сокрушит их, как только они выйдут, с другой стороны, считая, что он
ушёл. Таков был план, подсказанный охотничьими инстинктами. Со
скоростью, невероятной для его размеров, монстр двигался к огромной
комнате, соседствующей с главным путём этажа. В этой комнате было четыре
прохода, один из которых и был тем самым коридором, где находилась его
добыча.

Монстр ощущал внутри жизнь. С этой стороны он сможет
направить копья так, что авантюристов получится выкурить. Монстр
остановился только перед самым проходом, заглянув в него красными
глазами.

— …Вспышка!

В следующее мгновенье тьму разорвала пламенная река.

— !!!

Монстр
отпрыгнул, его загнутое назад колено издало треск. Молниеносное пламя,
вырвавшееся из прохода, тянулось до самой середины комнаты.

Следом за пламенем в комнату ворвался авантюрист.

Белые волосы колыхались, освещаемые искрами.

Он остановился на расстоянии, с которого Джаггернаут мог бы на него прыгнуть, а после издал боевой клич и бросился вперёд.

— …

Во время этого рывка он замер.

Добыча подняла голову и улыбнулась.

Тёмной, едва уловимой улыбкой.

Его
тело было побито так сильно, что нельзя было найти места, на котором не
было бы раны, а улыбка на его лице могла угаснуть в любое мгновение.

Тень смерти уже над ним нависла.

Бог смерти готов был одарить своим даром этого человека в любую секунду.

Конец был неизбежен.

Победа и поражение в этом бою для добычи Джаггернаута не значили ничего.

Даже если он, монстр, не нанесёт последний удар, этот человек…

— …О-О-О-О-О-О!!!

Всё это не имело значения.

Раз этому парню суждено в любом случае умереть, он сокрушит его всей своей мощью.

Мрачный жнец не заберёт жизнь этого человека, это сделают его когти разрушения.

Он сразится с этим человеком в полную силу.

Именно это желание заставляло двигаться освободившегося от воли Подземелья Джаггернаута.

— …Я тебя прикончу.

Однако человек не хотел падать в объятия бессмысленной смерти.

— А потом вернусь на поверхность… вместе с Лю.

Если он не победит, если не вернётся к ней, она умрёт.

Значит он должен одержать победу. Поражение неприемлемо.

Он обнажил чёрный клинок, его грудь переполняло непонятное чувство.

Монстр
не понимал ни его слов, ни его чувств, но уловил его намерения. Парень
собирался его убить. Он попытается его убить. Своим белым пламенем он
обратит Джаггернаута в пепел.

Монстр содрогнулся.

Монстр бедствия, призванный нести смерть и разрушение, не должен был ощущать этого чувства.

Радость.

Джаггернаут был благодарен за встречу с этим человеком.

Он был тронут тем, что этот человек продолжал сопротивляться.

— Нападай.

Монстр поприветствовал врага радостным рёвом, способным разорвать небеса.

----------

Под тысячекратной тьмой

Открыв глаза, Лю оказалась сидящей во тьме.

Эта тьма была ей знакома. Она терзала девушку последние пять лет. Место между жизнью и смертью, в котором Лю застряла.

Рядом не было никого. Он ушёл. Она поняла это с сожалением.

Она не знала почему сожалеет. Она ничего не помнила. Но охладевшие руки вызвали у неё сильную грусть.

Внезапно, свет развеял тьму.

В этом свете она увидела своих незаменимых друзей.

Паству Астреи.

Элиза, Кагуя, Лира и все остальные стояли к ней спинами.

Как
бы громко она не кричала, они не обернуться. Лю это знала. Расстояние
между ней, сидящей в этой тьме и ими на дальнем берегу слишком велико.

Но вдруг Лю осознала, что может пойти вперёд.

Она может идти через тьму.

Может идти к свету того места, где столько времени стоят её подруги.

Она ощутила радость.

Сколько
бы она к ним не взывала, сколько не проливала горьких слёз, раньше они
не поворачивались. Но если Лю подойдёт к ним, они точно обратят на неё
внимание.

Может поначалу они разозлятся. Кагуя на неё накричит, а
Лира оттаскает за ухо. Марью и остальные, наверное, будут её
отталкивать. Элиза точно поднимет в воздух палец и разразится пылкой
речью.

Но потом, и в этом она была уверена, они расплывутся в улыбках.

Они соберутся в круг и похвалят её за то, как она держалась эти пять лет.

Они обнимут её и будут трепать по голове.

Её желание наконец исполнится. Её грехи наконец будут смыты. Она наконец сможет уйти.

Лю пошла к свету, в поисках искупления.

Шаг, второй, третий.

Тьма начала отступать, до дальнего берега осталось совсем немного…

Тебе нельзя.

В этот момент один из силуэтов, до этого никогда не поворачивавшихся, оказался к ней лицом.

— …

Взгляд зелёных глаз рыжеволосой девушки, казалось, пронзил Лю насквозь.

Спешившая к свету Лю остановилась.

Лайон, тебе нельзя сюда заходить. Мы не разрешаем.

Рыжие
брови были сведены, лицо выражало отрицание. Губы, всегда говорившие о
справедливости и правильности, только что её отвергли.

Элиза словно пыталась заставить Лю что-то осознать.

Ты не должна убегать.

Элиза перевела взгляд с Лю на темноту за её спиной.

Там
раздался жуткий рёв монстра. Тот самый рёв отчаянья, вызывающий у неё
ужас, лишивший её маски Ледяного Ветра и сделавший разбитой эльфийкой.

Рёву, от которого вставали дыбом волосы, что-то противостояло, наполненный отвагой боевой клич, подобный рёву пламени.

Если ты переступишь эту черту, пожалеешь об этом!

Сила в голосе Элизы заставила руки Лю задрожать.

Наконец она может отправиться к свету, как давно хотела, но почему-то она сама с самого начала сомневалась в этом решении.

Иссушенное сердце, желавшее встать рядом с подругами, разрывало безумное желание вернуться к боевому кличу пламени.

— Я больше не могу…

Голос Лю был тихим. Чтобы прекратить схватку в своём сердце, чтобы сдаться, она заговорила с голосом своего сердца.

— Я просто не могу, Элиза… не могу больше бороться. Я не могу справиться с прошлым.

Джаггернаут.
Он послужил всему началом, стал началом её бедствий. Символом того, что
терзает Лю. Она знала, что, если вернётся во тьму, её ждёт лишь
жестокая реальность. Это её ужасало. Страх, который она ощутила в
прошлом, нанёс ей неизлечимую рану.

Жалобно взвизгнув, Лю схватилась за голову.

Лгунья.

Элиза ответила на это, одним словом.

— …

Лю подняла небесно-голубые глаза. Перед собой она увидела лица подруг, смотревших на неё.

Ты говорила, что не хочешь потерять свою справедливость.

Элиза ничего не разъясняла. Она не пыталась убедить Лю. Она не пыталась ей указывать.

Она говорила то, что Лю знала.

Слова рыжеволосой девушки потрясли Лю, вызвав в её сердце волны.

Справедливость живёт в тебе самой!

Что есть «справедливость»? Что «правильно»?

Лю так этого и не узнала. Она не смогла найти ответы на эти вопросы.

Она помнила лишь о том, что Астрея сказала ей забыть о справедливости. Она была убеждена, что уже не может поступить правильно.

Но Белл сказал ей нечто, что отличалось от этой мысли.

Она сказал ей, что её справедливость живёт в ней самой.

А теперь и Элиза подтвердила, что Лю поступала правильно.

Слова парня и рыжеволосой девушки слились в разуме Лю, и она наконец смогла понять их значение.

Твоя справедливость и твоя надежда ещё не потеряны!

Такова была правда.

Справедливость, которую Лю искала со дня смерти своих подруг, на самом деле была надеждой.

Когда
её спасли, Лю решила, что будет жить ради того, чтобы воплотить в жизнь
правоту своих подруг. Ей хотелось верить, что то, во что верили члены Паствы Астреи,
связано с её собственной надеждой. Ей хотелось верить, что их взгляды
принесут в Орарио покой, и вернут улыбки на лица жителей города. Со дня
смерти подруг Лю желала воплощения этой идеи и преследовала её.

Как и сказал Белл.

Лю спасла их Паству и помогла найти надежду.

Действия Лю даровали кому-то надежду.

Именно это Белл и пытался ей объяснить.

Такой вещи, как универсальная справедливость, не существует.

Но существует справедливость самой Лю.

Надежда, которая должна освещать будущее, а не прошлое.

Наконец Лю осознала, что означали слова «справедливость живёт в тебе».

И когда она это осознала, к ней повернулись все члены Паствы Астреи, словно поздравив с изменениями в сердце эльфийки.

Иди.

Стоящая рядом с Элизой Кагуя указала на тьму.

Не убегай больше!

Лира улыбнулась, закинув руки за голову.

Постарайся.

Надери этой штуке задницу!

Члены Паствы пытались воодушевить Лю.

Лю не могла выносить их доброты и взглядов, потому, нахмурившись, закричала в ответ:

— Я… Я давно хотела перед всеми вами извиниться! Я хотела попросить у вас прощения!

Наконец она произнесла слова, которые давно тяготили её сердце.

Это было искренним желанием, которое девушка ощущала с того дня, как лишилась всего.

—
Я стояла и смотрела, как вы умираете, я не сделала ничего. Я хочу,
чтобы вы меня осудили! Чтобы обвинили меня, прокляли и издевались надо
мной!

Находившиеся на дальнем берегу Кагуя и остальные затихли.

Они смотрели на Лю добрыми взглядами, словно пытаясь сказать: ты и сама знаешь!

Да, Лю знала.

Она знала, что её никто не винит.

Только сама Лю не может себя простить. Не может принять своего прошлого.

Представляя
в своей голове тот день, как своё собственное преступление, она
пыталась себя наказать, чтобы не прекращать своих страдания.

Кулаки Лю расслабились, её руки безвольно обвисли.

Лайон!

Отчётливо и ясно прозвучал голос девушки, которую Лю любила и ценила.

Что для тебя правильно?

В горле Лю появился ком.

Она сама не успела осознать, как её голос задрожал.

Отчаянно пытаясь сдержать плач, она сказала о том, чего желала больше всего на свете.

— Я хочу… его спасти…

Не отправляться к мягкому свету дальнего берега, а вернуться во тьму, где её ждёт жестокий мир.

Не вставать рядом с Элизой и другими, а остаться там, где сейчас живёт парень.

— Я хочу вернуться с ним в таверну… к Силь!

Она желала не прошлого, в котором осталась её Паства, а будущего.

Элиза улыбнулась. Улыбка рыжеволосой девушки сияла словно солнце, когда она сказала:

Тогда ты должна перестать убегать Лайон! Не иди сюда!

Лю улыбнулась.

Слеза покатилась по щеке эльфийки. В её всхлипах не было сожаления, не было тьмы.

Она повернулась спиной к своим подругам и побрела во тьму.

Встретимся когда-нибудь в другой раз, Лайон.

Их слова проводили её в этом пути.

Она должна уйти, но когда-нибудь вернётся.

Я вас люблю, мои бесценные подруги.

----------

Под тысячекратной тьмой

— !..

Лю открыла глаза.

Первым, что она ощутила, была
жгучая боль и сокрушающее бессилие. А потом на неё накатило одиночество
от того, что она осталась одна. Ощущение теплоты, окутывавшее её перед
сном, исчезло.

Белла не было рядом. Его место заменила тьма прохода глубинных этажей и звуки ожесточённого боя.

Он так и не сдался.

Он думал о Лю и решил воплотить её надежды в жизнь.

Он не хотел, чтобы её справедливость угасла.

— Белл!..

Собрав силы, Лю сжала ладонь в кулак.

Она знала, что должна делать.

Видение
исчезло. Галлюцинация развеялась. Элизы и остальных рядом не было.
Возможно, всё, что она видела, свет на дальнем берегу был всего лишь
причудой, всего лишь словами, которые ей хотелось услышать.

Но эти слова её кое-чему научили.

Справедливость живёт в ней самой.

Она не должна этого забывать. Она должна найти надежду.

Лю положила дрожащие руки на землю и оттолкнулась от неё.

— А-а-а-а-а-а!..

Она издала первый крик, отрывая себя от лужи крови.

Она покончила с собой, пропавшей в тени своих умерших товарищей, заперла себя прошлую и дала жизнь новой себе.

Она должна с этим столкнуться. Столкнуться с прошлым, от которого так долго скрывалась.

Она должна сразиться. Сразиться с символом прошлого, державшего её в страхе все эти годы.

Джаггернаут, монстр бедствия, воплощает её в прошлом.

Если она хочет будущего, должна победить это прошлое.

Если
она действительно готова никого больше не терять и жить ради своей
надежды и своей справедливости, у неё нет другого выбора.

— А-а-а-а-а-а-а-а-а-а!!!

Она поднялась.

Она выхватила оружие из лужи крови, костяной меч спартоя, и опершись на него поднялась.

Отгоняя боль, она сделала шаг вперёд. Этот шаг породил второй, более уверенный шаг. Шагая к цели, эльфийка набиралась сил.

Не обращая внимания на боль в ноющем теле, Лю шла по тёмному коридору.

Она шла на звуки боя. К тому месту, где раздавался рёв монстра и боевой клич человека.

Лю двигалась к тому месту, где её ожидало бедствие и жестокость, по тёмному, едва освещённому коридору.

— !..

— О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О!!!

За проходом кипела смертельная схватка.

В
центре комнаты столкнулись жаждущие убить друг друга монстр и человек.
Белл скрестил клинки с Джаггернаутом. Откуда в нём столько силы? Парень
будто бы буквально вкладывал остатки своей жизни в этот бой.

Он сражался с монстром в поединке чистой силы.

Поблёскивающим белым кинжалом он отражал каждый снаряд, запущенный в него монстром. Они рикошетили от пола, стен и потолка.

Вражеские
выстрелы были медленнее Игуясу. Разумеется, это означало, что парень
может с ними совладать. Он сталкивался с ордой смертельных чаек, и
Хакуген в его руке не допустил ни единой кости к его телу.

Когда
Джаггернаут издал гневный, но радостный рёв и бросился в ближний бой
Белл переключился на Кинжал Гестии. Маленький и лёгкий клинок с двойным
лезвием. Сменяя чёрно-фиолетовое лезвие ярким белым Белл успешно
справлялся с тактикой дальнего боя монстра. Порой он даже успевал
наносить удары по хвосту Джаггернаута и уже срезал с хвоста несколько
чешуек ящеровоинов.

Парень заметил закономерность передвижения
монстра, который не мог прыгать свободно. Инстинкты подсказали Беллу,
что существует связь между углом, с которым монстр приземлился на
поверхность и требуемым для подготовки следующего прыжка временем.
Вычисляя его, Белл успевал подготовиться к очередному рывку монстра.

Решительно настроенный использовать недавнее поражение для победы в этот раз Белл взревел и контратаковал.

Кинжал
и когти описали бесчисленное множество дуг в воздухе, оставляя
фиолетовые разводы. Раздавался оглушительный звон. Искры летели
полукругом от обоих бойцов.

Лю, видевшей эту стычку со стороны, показалось, что для атаки бойцы использовали свою жизненную силу.

— Лю?!

Белл её заметил.

В этот же момент Джаггернаут также обратил на эльфийку внимание.

В её груди что-то треснуло. Она не могла этого скрыть. Перенесённое горе вызвало в ней приступ страха.

Но теперь, она вспомнила о чувстве, которое пугало её гораздо больше, чем раскрывшаяся рана прошлого.

Она снова вспомнила о потере незаменимого для себя человека.

Всего за мгновенье сосредоточения сердце эльфийки успокоилось.

Идеальное спокойствие, предвещающее бурю ледяного ветра.

Ветер её воли заставлял её идти вперёд.

Лю наклонилась и побежала.

Она оттолкнулась от земли, перевернулась в воздухе и нанесла мощный удар замершему Джаггернауту.

Она вонзила костяной меч в поднятую правую руку монстра, под защитной бронёй из масок.

— Белл! Я… не могу быть эльфийской девой озера.

Отброшенная
ударом локтя монстра она ударилась о землю, откатилась и обратилась к
поражённому Беллу. Поскольку парню нравились героические истории, эта
должна была быть ему знакома. Эльфы относились к этому рассказу с
великим почётом. Молодые эльфийки зачастую мечтали стать её героинями,
но Лю этот рассказ не привлекал.

Белл уставился на эльфийку.

—
Я не могу позволить себе сидеть и ничего не делать пока те, кто мне
дорог, меня защищают! Я не дам тебе одному пойти в лапы смерти!

Белл
улыбнулся, услышав наполненные решимостью слова. Он кивнул
окровавленной, разодранной головой. Иероглифы на Божественном Кинжале,
который он сжимал в руке блеснули, будто обретая новую силу.

Стоя плечом к плечу, парень и эльфийка бросились на монстра.

— А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!!!

Джаггернаут взбесился.

Он жаждал смертельной битвы один на один с Беллом.

У
монстра, поглотившего множество своих сородичей и превратившего их в
«броню неотвратимости», истекало время. Он жаждал вложить все оставшиеся
силы в сражение с беловолосым парнем. И обязан был его убить.

Недостойное
существо не должно было вмешиваться в цель его существования, в этом
бою оно было бы незначительной помехой. Поддавшийся ярости Джаггернаут
собирался сокрушить назойливого жука одним ударом.

— !!!

Лю увернулась. Более того, она ударила в ответ.

Скорость
её движений была совсем не той, что раньше. Сложно было поверить, что
перед монстром была та же авантюристка. Раны на её плече и правой ноге
продолжали кровоточить, всё её тело было побито и изранено, тем не менее
эльфийка нашла в себе храбрость, чтобы преодолеть съедавший её ужас.
Ледяной Ветер стала собой, выдающейся авантюристкой. Даже больше: она
превзошла свои прошлые пределы.

Грация, с которой она сражалась, выделяла её среди всех людей, которых Джаггернаут успел убить.

— Я тебя прикончу!!!

Она
выкрикнула те же слова, что и беловолосый парень, и посмотрела на него
таким же взглядом, в котором читалась несокрушимая воля.

Джаггернаут это заметил. Как и парень, эльфийка достойна охоты. Она достойна посвящения её убийству всех его сил.

Потому он убьёт их вместе.

Джаггернаут издаст жуткий боевой клич и поглотит их, когда убьёт обоих.

— А-а-а-а-а!..

Ускорившись до предела, монстр снова начал прыгать и запускать в авантюристов град пилумов.

С
начала боя прошло около пяти минут. Не было бы странным, если бы
авантюристы, находившиеся в ужасном состоянии, встретили свой конец. Их
тела давно достигли предела. Стоит пламени жизни колыхнуться, и их
путешествие подойдёт к концу. Несмотря на то, что Джаггернаут заплатил
за превращение в химеру симптомами отторжения тел монстров, его
физическая сила намного превосходила оставшиеся силы авантюристов. Когда
игра на истощение закончится, он их уничтожит.

Сражаясь один на
один, Белл постоянно пытался нанести смертельный удар. Судя по всему,
Джаггернаут понимал, что присутствие эльфийки давало ему чуть больше
шансов. Доказательством этому послужил тот факт, что монстр перестал
полагаться на удары когтями в ближнем бою и пользовался исключительно
пилумами.

Если бой будет идти в таком ключе и дальше, авантюристам не одержать в нём победы.

— Далёкое лесное небо. Бесконечные звёзды бескрайней ночи.

Чтобы вырваться из замкнутого круга, Лю начала читать заклинание.

— !

— !

Белл и Джаггернаут отреагировали одинаково на песнь эльфийки, применяющей магию, продолжая отражать мечом костяные копья.

Лю
была из тех, кто даже атакуя, уклоняясь и передвигаясь мог произносить
заклинание, необходимое для нанесения смертельного удара.

— Прислушайся к голосу глупца и даруй божественную защиту звёздным огнём ещё раз.

Можно было назвать эти строчки песнью отрицания.

Лю
пела эту песнь, когда позволила Элизе и остальным себя защищать, в тот
самый момент, когда она защитить их не могла. Когда поддавшаяся ужасу
эльфийка могла шевелить только губами.

— Даруй свет жалости тому, кто тебя оставил.

Теперь она пела эту песнь, продолжая сражаться.

Она решила не терять тех, кто ей очень дорог. В этот раз она будет не только той, кого защищают, но и защитницей.

— !..

Белл понял, что задумала Лю и какую тактику нужно было применить.

Ему нужно было убрать панцирь Джаггернаута.

Панцирь
остался на левой стороне тела монстра и теперь не только отражал магию,
но и ослаблял её благодаря встроенным каменным телам обсидиановых
солдат. Светоносный Ветер Лю не нанесёт смертельного удара, пока у
противника есть броня, способная уменьшать магическую мощь. А на две
таких атаки энергии разума эльфийке не хватит.

— !..

Джаггернаут
воспринял головокружительную скорость чтения заклинания Лю, как угрозу.
Учитывая состояние его брони, существовал небольшой шанс того, что эта
атака может его уничтожить. Существовала небольшая возможность того, что
эта магия приведёт к его падению. Потому Джаггернаут вознамерился
уничтожить Лю любой ценой, пока заклинание не было завершено.

— …Вспышка!

Белл выстрелил, не в монстра, а в свой чёрный кинжал.

Молниеносное
пламя слилось с клинком, раздался колокольный звон. Он готовился к
активации Арго Весты. Он призвал силы, позволившие ему в последний раз
зарядить свой навык.

Джаггернаут не мог не отреагировать на ту же
самую атаку, что лишила его правой руки. Он не мог проигнорировать
потенциально смертельный для него удар.

Именно этого и добивался Белл.

Перед
монстром стоял человек, заряжавший навык. За его спиной эльфийка читала
заклинание на бегу. Тот, кто спереди, служил приманкой, но игнорировать
его всё равно было нельзя. На мгновение Джаггернаут перестал двигаться.

— Приди, мой собрат, бродячий ветер.

Лю, оказавшаяся за спиной монстра, продолжала произносить строчки распева.

Стоящий перед монстром Белл заряжал оружие огнём.

Они собирались лишить Джаггернаута панциря и разорвать его заклинанием.

Монстр бедствия вонзил правую руку в землю.

— !..

Снизу в нескольких местах сразу появились пилумы. Кости сформировали десятиметровый круг под Джаггернаутом.

— Чёрт!!!

— А-а-а-а-а-а!

Отправив
костяные копья под землю, монстр атаковал одновременно Лю и Белла. Он
оказался в центре круга мечей, ранившего авантюристов. На плече Лю
появился новый порез, бедро Белла закровоточило с новой силой. Одним
ударом Джаггернаут планировал забрать две жизни. Он собирался убить
обоих авантюристов этим залпом костяных копий.

— Пересеки небо, пронесись по диким землям…

Распев не прекратился. Неукротимый дух позволил Лю сохранить контроль над заклинанием и получить шанс на победу.

Поскольку смогла Лю, сдержал заряд своего навыка и Белл.

Отхаркнув кровь, набравшуюся во рту, он ударил правой рукой по земле.

— Арго Веста!!!

Он заряжал семь секунд.

Сметающий всё на своём пути удар был направлен не в Джаггернаута, а в торчащие из земли костяные копья.

С
жутким рёвом пол Подземелья разорвало, мир перед глазами монстра начал
сотрясаться. Подземный взрыв смёл все костяные копья до единого, обратив
их в порошок. Поток снарядов прекратился.

Но этим удар Белла не
ограничился. Мощная ударная волна через пилумы передалась в руку
Джаггернаута. Созданная из множества тел монстров конечность треснула.

— ?!

Джаггернаут
взревел, его правую руку разрывало изнутри. Арго Веста породила трещины
в полу и заставила комнату затрястись, монстр при этом содрогнулся. На
мгновение он потерял бдительность.

Белл этого мгновения не упустил. Он бросился к монстру.

У
парня не осталось сил, чтобы держать оружие, Кинжал Гестии полетел в
воздух. Вместо этого Белл сжал руку в кулак, намереваясь ударить
Джаггертаута в грудь.

— Чёрт!..

Но он запоздал.

Поддержание
зарядки Аргонавта вместе с уклонением от ударов монстра лишили его
моральных и физических сил. Пусть он и молил колени держаться, пытаясь
сблизиться с монстром, для Джаггернаута, специализирующегося на
скорости, эта атака опасности не представляла. В последний момент
напряжённое до предела тело Белла его подвело.

Джаггернаут сделал маленький шажок назад и впился красными глазами в Белла.

Он
без труда опередил движения падавшего кролика, летящего к его груди.
Джаггернаут занёс левую руку, с шестью фиолетово-синими когтями.

Занесённые
над головой когти разрушения наверняка прикончили бы лишённого сил
Белла. Наверняка, эти когти обагрили бы всё вокруг кровью парня. Белл
уже представил себе эту картину. Эта атака была похожа на ту, которая
украла у Лю лучшую подругу пять лет назад.

— …А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!!!

Устояв на ногах после града пилумов и взрывной волны Белла, Лю взревела.

Чтобы
не дать повториться трагедии, развернувшейся много лет назад на её
глазах, снова она со скоростью ветра метнулась к монстру. Оттолкнувшись
левой ногой от земли, она вспышкой света пролетела к занесённой левой
руке Джаггернаута.

— ?!

Ещё на бегу эльфийка успела
вытащить короткие мечи, которые теперь отправились к когтям разрушения.
Лезвия срезали кисть монстра и фаланги его пальцев.

Для
Джаггернаута время застыло, он осознал, что Лю лишила его самого
величайшего его оружия, когтей, загнутых словно клыки и способных
разрезать всё на свете.

Если бы я сделала так же в тот день…

В одно мгновение перед глазами Лю пронеслись воспоминания.

Она снова увидела спину Элизы, пронзённую когтями монстра.

Если бы только Лю могла.

Если бы она сражалась вместе со своими подругами, как сражается сейчас.

…Она бы не была убита!

Сожаление и боль пронзили тело эльфийки, её сердце издало жалобный рёв в груди.

Она
понимала, что не может повернуть время вспять, и всё же мысленно
вернулась в то мгновение, отчего её сердце снова переполнили сотни
различных эмоций.

Всё это мелькнуло в ту секунду, когда она летела мимо поражённого Джаггернаута.

— …О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О!

В следующую секунду Белл влетел в монстра.

Помощь Лю позволила ему совершить последний прыжок к груди монстра.

Огромный скелет замер, осознав, что парень успел сократить с ним дистанцию и ударил правым кулаком в его правый бок.

— ВСПЫШКА-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!

Через мгновение раздался крик. Молниеносное заклинание взорвалось в его теле.

Огненный снаряд был всего один.

Но этого оказалось достаточно.

Последние отголоски заклинания Белла пробежали по едва защищённому телу монстра, безжалостно взрывая его изнутри.

— ?!

Оставшаяся
часть фиолетового панциря слетела с его тела вместе со взрывом. Куски
обсидиановых солдат падали на землю, будто искры.

Одной слабой
Вспышки не хватило, чтобы прикончить зверя. Поскольку в нём отсутствовал
магический камень, он остался на ногах. Однако теперь огромный монстр
остался без своей брони.

— …быстрее, чем что-либо в мире.

Песнь эльфийки продолжала звучать мелодией ветра.

Она была справа от Джаггернаута. Украв его когти, она лежала на земле, уперевшись в него обеими ногами.

Правую руку эльфийка вытянула в застывшего Джаггрнаута, готовясь запустить волну магии.

— Принеси свет звёздной пыли и нанеси удар моим врагам!

Последняя строчка ознаменовала завершение заклинания.

Белл был отброшен назад созданным собой же взрывом. В красных глазах монстра мелькнуло удивление.

Лю привела заклинание в действие.

— Светоносный Ветер!

Магия была активирована.

Огромные светящиеся зелёные сферы, сотканные из ветра, возникли в воздухе.

Их было сорок семь.

Магическая атака, поглотившая всю оставшуюся энергию разума Лю до последней капли, началась.

Поток светящихся сфер полетел в монстра.

Казалось, сбежать от всепоглощающего, разрушительного шторма было невозможно.

Но Джаггернаут бежал.

— Что?!

Белл следил за происходящим, не веря своим глазам.

Монстр
отскочил с такой силой, что, казалось, его колено сломалось. Несколько
сфер ударили в хвост монстра, ещё одна оторвала одну из правых ног ниже
колена, но Джаггернаут всё равно успел воспарить в воздух.

Лишённые цели сферы бури пролетали за спину Белла и ударялись в стену комнаты.

Монстр избежал смертельной атаки Лю.

Белл скривился, ощущая отголоски взрыва.

— Я знаю твою скорость лучше, чем кто-бы то ни было в этом мире.

Лю знала. Она сохранила десять сфер из сорока семи рядом с собой.

Она предсказала этот побег.

Она предположила, что монстр бедствия попытается избежать разрушительного заклинания в самый последний момент.

Даже
пожертвовав лучшей подругой, она не смогла уничтожить предыдущего
Джаггернаута. И сейчас она хладнокровно оценила сложившееся положение и
предположила, что монстр ещё может сбежать от её атаки.

Зацепившись за дальнюю стену комнаты Джаггернаут уставился на Белла и десять сверкающих сфер.

Десять.

Для Лю это число было особенным.

Число незаменимых подруг, которых она потеряла.

Эти сферы были больше остальных, они висели за спиной эльфийки.

— …Вперёд.

Она побежала к монстру.

— ?!

Она не стала запускать сферы, оставленные для удара, а повела их к Джаггрнауту лично.

Атаки с расстояния не будут эффективны.

Прежде
чем монстр получил удар Арго Веста от Белла на двадцать седьмом этаже,
он отпрыгнул. Если бы Белл не использовал Шарф Голиафа, чтобы притянуть
монстра обратно, его атака бы провалилась. Потому и Лю понимала, что,
если она не использует сферы с убийственно близкого расстояния, монстра
ей не одолеть.

За несколько сражений с Джаггренаутами Эльфийка осознала, что сразить его можно только атаками вблизи.

Бежать с желаемой скоростью из-за раны в бедре эльфийка не могла, и поэтому, подпрыгнув, крикнула.

— Нойн, Незе!

Словно услышав свои имена две светящихся сферы разорвались рядом с каблуками сапог Лю.

— А?!

Взрывы
достигли ушей Белла, Лю полетела к монстру с невероятной скоростью.
Сферы ветра придали эльфийке мощное ускорение. Лю словно сама обратилась
в поток ветра, рассекающий воздух так быстро, что и Белл, и Джаггернаут
поражённо вздрогнули. Она будто оттолкнулась от светящихся сфер.

— ?!

Джаггернаут вытянул правую руку, половина которой отвалилась ранее, и направил её в летящую эльфийку.

Залп пилумов вырвался из остатков костяной руки.

— Аста, Лиана!

Лю
снова прокричала имена своих подруг, приведя в действие ещё две сферы.
Одна из сфер взорвалась по левую руку от Лю, изменив направление полёта.

— ?!

Благодаря этому взрыву эльфийка в последний момент избежала залпа костяных копий.

В ту же секунду вторая светящаяся сфера взорвалась у правой ноги эльфийки, возвращая её на прежний курс и придавая скорости.

Эльфийка летела по комнате со скоростью молнии.

Ощущая, что расстояние между ним и эльфийкой тает слишком быстро, монстр оттолкнулся от стены левой ногой, пытаясь бежать.

— Ну уж нет!!!

Она последовала за ним.

Игнорируя
созданный собой же поток ветра и законы инерции, эльфийка повернулась в
воздухе практически одним усилием воли, оттолкнулась от стены и
воспарила снова.

Взгляд Джаггернаута дрогнул, когда он заметил несущийся к нему силуэт.

Эльфийка
впервые пользовалась заклинанием, чтобы передвигаться по воздуху. Её
скоростные прыжки одолели Джаггернаута в его собственной игре.

Разумеется,
безумная тактика Лю, использовавшей боевое заклинание для перемещения,
не прошла без последствий. Подошвы её сапог разорвало, обнажив
израненные ступни, левая рука, получившая один из ударов её собственной
сферы для смены направления, явно была сломана в нескольких местах.

Однако, саму эльфийку это не сломило.

Возможно
все её силы сейчас уходили на то, чтобы справиться с разрушительной
мощью своего заклинания, но она не могла позволить себе умереть, не убив
этого монстра.

Она ранила себя своим собственным заклинанием, её плоть дымилась и была обожжена, но «полёт эльфийки» продолжался.

…Подруги, дайте мне сил.

Вместе со своей Паствой она обрушилась на врага.

— О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О!

Явно понимая, что делает Лю, призванное уничтожать существо взволнованно взвыло.

Опасаясь летящей в него бури, монстр выстрелил остатками костяных копий.

Лишившись практически всей своей мобильности, монстр отчаянно пытался отогнать от себя эльфийку.

— Кельти, Иска, Марью!

Словно протягивая эльфийке руку помощи три сферы ветра перенаправили полёт Лю и сокрушили летящие в неё копья.

В потоках мощного урагана, поднимаемого сферами, эльфийка видела лица своих спутниц.

Десять её сестёр в справедливости летели рядом, их крики сливались с её боевым кличем.

Это было галлюцинацией. Сентиментальным видением. Миражом, который ей хотелось видеть.

Она это знала.

Но всё равно обратила видения в силу, которая продолжала её вести.

— А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!!!

Рёв эльфийки сотряс воздух.

Почему-то со стороны эта схватка казалась дракой двух лишённых крыльев птиц.

Ведомый
красотой развернувшегося перед ним заклинания, напоминавшего звездопад в
ночном небе, Белл поднялся на ноги. Его глаза округлились, он походил
на животное, способное только смотреть на звёзды в небе.

Он видел след эльфийки танцевавшей в воздухе и направлявшей светящиеся сферы.

Разодранный плащ распахнулся словно крылья, напоминая о крыльях правосудия.

Мечом была сама девушка, пытавшаяся уничтожить монстра.

Наконец, девушка, несущая имя Астреи, богини правосудия, обрушилась на монстра бедствий.

— А-А-А-А-А-А?!

Это случилось посреди комнаты, прямо в воздухе.

Монстр
вытянул остатки правой руки, пытаясь зацепиться за пол и изменить
направление полёта, но Лю запустила в него одну из трёх светящихся сфер.

— Кагуя!

Будто
в ответ на имя её боевой подруги, сфера с точностью мечника отсекла
остатки правой костяной руки монстра, его последнее оружие.

— …

Взрыв
отправил тело монстра в свободное падение. Когда Лю оказалась сверху,
силы, несущие её дальше, закончились, её тело медленно перевернулось в
воздухе, словно отрезанное от порыва ветра.

Лю оказалась повёрнута головой к земле.

Джаггернаут извернулся, встретившись взглядом с глазами эльфийки, смотревшими на него сверху вниз.

— Лира.

Она назвала очередное имя, и светящаяся сфера оказалась у её ног. Старшая сестра будто подтолкнула её, не переставая улыбаться.

Слёзы собрались в уголках глаз Лю. Взрыв ударил по её ногам. Со скоростью падающей звезды эльфийка понеслась вниз.

— Элиза.

Последняя сфера подлетела к ладони Лю.

Она хотела справедливости.

Она хотела искупления.

Она хотела умереть и встретиться со своими подругами.

Ей было страшно отпускать прошлое.

Она была в ужасе от мыслей о случившемся.

Если бы она могла, она бы вернулась в прошлое и всё сделала правильно.

Но теперь.

Теперь ей хотелось оказаться в будущем.

И ради этого…

Огромный силуэт монстра приближался всё быстрее. У него не было рук, но красные глаза с ужасом смотрели на эльфийку.

Как и она, символ её прошлого был побит с головы до ног. Лю занесла правую руку, которой придерживала светящуюся сферу.

Она
была уверена, что видела в ярком свете сферы лицо своей подруги. Слёзы
полились из глаз эльфийки, и она дрожащими губами произнесла: «…Прощай».

Она попрощалась с тенями подруг.

Попрощалась с ушедшими днями.

Попрощалась с прошлым, которое должна переступить.

Попрощавшись, Лю взревела.

— Лювия!!!

Мощный взрыв.

Огромная светящаяся сфера ударила в грудь монстра.

Сфера словно переняла навык девушки, которая спасла Лю, превратившись цветок, который расцвёл в круге света.

Бессильный
монстр, не способный себя защитить, не издал ни яростного рёва, ни
жалобного воя. Джаггернаут молча разлетелся на куски. Пронзительные
завывания ветра, сливаясь в мелодию света, крошили тело монстра на
мелкие кусочки.

Лю наблюдала, как частички тела монстра обращаются в пепел, как и тела любых других монстров.

Слёзы эльфийки срывало с лица, они оказывались в воздухе.

— Лю?!

Эльфийка
и останки Джаггернаута метеоритным дождём летели к центру комнаты.
Пепел монстра превратился в фиолетовую дымку, заполонившую место
падения. Белл из-за своих ран не мог броситься эльфийке на помощь. Едва
передвигаясь, парень брёл к центру комнаты, к фиолетовому дыму,
заливавшему комнату.

— А!..

Он увидел в дыму силуэт эльфийки. Побитая Лю, едва поднявшись, вышла из дыма.

Увидев его взгляд, она изогнула губы в улыбке. Белл с облегчением улыбнулся в ответ.

В комнате кроме них не осталось никого.

Они победили бедствие.

Продолжая улыбаться, они пошли друг к другу, протянув друг другу руки.

Но, прежде чем они успели друг до друга дотянуться, Белл споткнулся.

Его тело полетело вперёд.

Как и тело Лю.

Друг до друга им оставались считанные шаги, но их колени подогнулись, и они рухнули на землю.

— …

— …

Кровь продолжала течь из ран, они сами стали ходячими ранами.

Их дыхание было прерывистым.

Они почти не чувствовали конечностей.

Мир перед их глазами был размытым.

Они лежали достаточно близко, чтобы Лю смогла положить свою правую руку поверх правой руки Белла.

Они лежали на животах на полу Подземелья.

— …Мы победили, не так ли?

— …Да.

— …И теперь можем отправиться домой.

— …Да.

Их голоса были едва слышны.

Они не смотрели друг на друга, потому что улыбки, с которыми они друг к другу шли улыбками не были.

Будущее, в котором они возвращаются на поверхность было всего лишь мечтой, никак не связанной с окружавшей их реальностью.

В этой комнате не осталось авантюристов.

Лишь выжженный пепел.

Они были подобны птицам, взлетевшим к небесам лишь для того, чтобы снова лишиться крыльев.

Гаснущее белое пламя и останки эльфийки.

Больше не было ничего.

Рёв
монстров раздался вдалеке. Казалось, тишина, воцарившаяся со смертью
бедствия, была ложью, во тьме снова раздался грохот. Топот множества
ног, сопровождаемый рёвом, несся к комнате, в которой лежали Белл и Лю.

Они не могли подняться. Не могли пошевелиться. Темнота окутывала их всё плотнее.

— …Белл.

— …Да.

— Я… тебя…

— …

Лю не закончила фразу.

Свет оставил её глаза.

Будто собираясь уснуть, они закрыли глаза вместе.

Когда в комнату ворвались ревущие монстры, их тела остались неподвижны.

Их путешествие кончилось.

Они
победили бедствие, но проиграли Подземелью. Им не удалось сбежать из
лабиринта. Как и многих их предшественников тьма глубинных этажей
поглотит Белла и Лю…

— … -чи, …лучи!!!

Точнее, так им казалось.

— …Беллучи!!!

Рёв монстров, вдалеке звучавший, как их переговоры с другими монстрами, превратился в человеческую речь.

В темнеющем перед глазами мире Белл ощутил, как над ним нависла тень.

Его глаза открылись, его тело кто-то поднял на руки.

— Он жив, он жив!!!

— Скажите людям!

Раздался радостный рык, знакомые голоса звучали в ушах.

Белл понимал, что его перевернули на спину, и кто-то на него смотрит.

Он увидел янтарные глаза, в которые хотел заглянуть очень давно.

— Белл, Белл!

Льющиеся
из янтарных глаз слёзы падали на щёки Белла. Красный камень во лбу
девушки тоже блестел, будто от слёз. Белл хотел стереть слёзы с её лица,
но вспомнил, что не может двинуть рукой. Он попытался улыбнуться, но и
это у него не получилось. Наконец, ему удалось слегка двинуть мышцами
щёк, подняв уголки губ. Девушка с янтарными глазами расплылась в
ответной улыбке.

— Сударь Белл!

— Белл!!!

— Лю!

— Онмя вон там!

Белл услышал знакомые голоса.

Голоса друзей, которые до него добрались.

Их путешествие кончилось, они проиграли Подземелью.

Но надежды Лю не были разрушены.

Они
с Беллом не сдались. Рискуя жизнью, они сразились с монстром и яростное
сражение привело к ним их друзей. Узы дружбы, которые они создали,
одолели Подземелье.

Монстры, оказавшиеся рядом с лежащими на
земле авантюристами первыми, спешно удалились. Их работа была сделала,
хотя они и продолжили присматривать за парой авантюристов из теней.
Оставаясь рядом, они будто пытались подбодрить лежавших на полу
авантюристов.

Рядом с ними остались лишь два ксеноса,
девушка-дракон и гарпия, одетые в плащи с капюшонами для маскировки.
Гарпия подняла Лю и поднесла её к парню.

— …Белл.

— …Да.

Радостные, заливающиеся слезами друзья, кричавшие их имена, приближались.

Лю посмотрела Беллу в глаза и улыбнулась:

— Мы можем… верниться.

----------

Ты вернёшься 2

Ты можешь вернуться.

Кто-то говорил мне эти слова.

И он был прав.

Я переступила через прошлое и теперь вернулась в место, где сияет свет.

— …

Лю ощутила слёзы, подступающие к глазам. Она нахмурилась, пытаясь не дать им пролиться.

— Где я?..

Приоткрыв глаза, она сразу же закрыла их из-за ослепительного света.

Даже
лампа с магическим камнем казалась бы сейчас нестерпимо яркой эльфийке,
чьи небесно-голубые глаза свыклись со тьмой лабиринта. Скривившись,
из-за того, что даже моргнуть нормально она не могла, Лю услышала
удивлённый возглас рядом с собой.

— Лю, ты в порядке?!

Она ощутила, что над ней кто-то наклонился.

Размытый,
силуэт начал проявляться отчётливее, цвета становились различимыми. Она
увидела серые волосы и глаза. Губы Лю прошептали имя измотанной
девушки, внимательно смотревшей на неё:

— Силь…

Горло
сдавило, будто оно забыло, как разговаривать. Однако, несмотря на это,
после того как Лю заговорила, лицо девушки засияло от радости. Не
справившаяся с приступом радости Силь кинулась обнимать Лю:

— Лю! Лю!!! Я так рада!..

Она
зарылась лицом в шею эльфийки и нежно её обняла, как сестра или мать.
Лю ощутила знакомую теплоту через одеяло. Её сердце переполнили эмоции,
выразить которые она не могла.

— Мя!!! Лю открыла глмяза!

— А теперь расскажи-ка каково это, проспать три дня, пока мы места себе не находили!

— Чёрт, я чертовски за тебя переживала!

Вокруг
Лю воцарился хаос. Аня вскинула руки и начала прыгать, как дитя, Хлоя
фыркнула, а улыбка на лице Руноа сильно контрастировала с грубостью её
слов.

Лю не сдержала слёзы, увидев лица своих драгоценных подруг.

— …Никогдмя не видела, как ты плачешь.

Улыбка
на лице Ани растянулась от уха до уха, Лю улыбнулась в ответ. Разум
эльфийки был пустым, как девственно чистый лист бумаги, и единственным
словом, которое она могла придумать в ответ было «Спасибо».

— Судмя по всему ты сейчас ничего не понимаешь, поэтому расскмяжу, что происходит. Ты клинике, подчинённой Гильдии, обустроенной в Вмявиле.

— Тебя сюда определили, как только ты оказалась на поверхности.

— Мы пробовали рмязные предметы и заклинания, когда вынесли тебмя из Подземелья, но ты никак не просыпалась. Мы змя тебя беспокоились!

Потянувшая
эльфийку за ухо Хлоя начала объяснять Лю, где она находится, а Руноа и
Аня подхватили объяснения. Лю нужно было понять, что происходит, потому
что она едва успела проснуться, но запах антисептиков и чистота комнаты
помогли ей осознать, где она находится.

Силь шлёпнула Хлою по руке, и к эльфийке наклонилась Аня:

— Лю, что ты помнишь?

— …Я слышала ваши голоса на глубинных этажах… и я поняла, что попаду домой, с ним…

Стоило
Лю начать вспоминать, что случилось, как в её голове всплыло лицо
Белла, и её глаза распахнулись шире. Секунду спустя пелена сонливости
спала, и Лю подпрыгнула в постели:

— Что с ним?! Что с Беллом?!

— Успмякойся!

— Лю, тебе ещё нельзя подниматься!

Хлоя
отпрянула, увидев неожиданные изменения в эльфийке, а Силь отчаянно
пыталась уложить её обратно. Лю качнулась, её тело сопротивлялось резким
движениям, но она всё равно схватила Силь за плечи.

— Скажи мне, Силь! С ним всё хорошо?!

— С Беллом всё хорошо! Он проснулся незадолго до тебя!

— Дмя, дмя! Беловолосик живой и здоровый в комнате в конце коридора! А теперь успмякойся и ложись!

— Дура!..

Не
обращая внимания на попытку Силь подавать информацию по частям, Аня
выпалила всё, что знала, тем самым заставив Руноа раздражённо вздохнуть.
Как и боялись девушки, Лю выскочила из постели, стоило ей услышать, где
сейчас находится Белл. Со скоростью, которая застала её подруг
врасплох, несмотря на не до конца залеченные раны, Лю вылетела из своей
палаты.

— Лю, Лю?! Нельзя в таком виде выходить!

Не
обращая внимания на попытки Силь её остановить, эльфийка понеслась по
белому коридору. В окнах мелькало голубое небо, которое она хотела
увидеть, будучи в Подземелье, но это не замедлило её ни на секунду.
Проходивший мимо зверочеловек, скорее всего целитель одной из Паств, работающий здесь по запросу Гильдии, ошарашенно посмотрел на Лю, но девушка его даже не заметила.

Белл… Белл!

Сейчас её заботила лишь сохранность её спутника.

Постоянно
спотыкаясь на ходу, она поддерживала себя, упираясь обвязанной бинтами
рукой в стену, приближаясь к концу коридора. В том месте, где коридор
поворачивал, она обнаружила особую палату, о которой говорила Аня, и
ворвалась туда, распахнув дверь.

— Белл!

Парень действительно был там.

Он сидел на кровати, прислонившись спиной к стене, одетый в тогу без рукавов, его левая рука была плотно чем-то обвязана.

Его
обследовала сереброволосая красавица. Гестия и Лили сидели с разных
сторон кровати. За лечением также наблюдали Миах и его подчинённая Нажа.

Белл удивлённо распахнул глаза, а на лице Лю читалось облегчение.

— Лю! Стойте!

Сначала
Белл улыбнулся эльфийке, но потом его лицо начало краснеть. Проследив
за взглядом парня, посмотревшего чуть ниже, Лю осознала.

То, во
что она была одета, едва можно было назвать одеждой: тонкие полоски
ткани, нижнее бельё, предоставляемое клиникой. Белые шорты и облегающая
открытая майка.

Руки были перебинтованы, но бинты лишь
подчёркивали изгибы её тела. Лю уставилась на себя, начав краснеть, а в
этот момент случилась ещё одна неожиданность.

Скорее всего, из-за быстрого бега, тонкие лямки больничной майки развязались и соскочили с плечей…

С шорохом майка начала падать на землю, Лю взвизгнула, как маленькая девочка:

— И-и-и-и-и-и-и-и-и-и-и-и-и-ик!

— Не смотрите!!!

— Отвернись!!!

— АУ!

Пока
Лю садилась на пол, прикрывая руками грудь, покрасневшие Гестия и Лили
отвесили Беллу подзатыльники с разных сторон. К поднявшейся шумихе
добавился громкий крик Нажи: «Вам тоже нельзя, Всевышний Миах!» — и удар
локтём в бок божества.

— Как вы смеете бить тяжелораненого пациента!!!

Такой была реакция сереброволосой красавицы, Амиды Тисанары, из Паствы Диан Кехта, накричавшей на обеих девушек разом.

----------

Ты вернёшься 2

Когда шумиха утихла, Амид отправила Лю обратно в её палату, строго
приказав оставаться в постели. Постепенно эльфийка узнала обо всём, что
случилось, от постоянно заходивших к ней посетителей.

— Ксеносы говорили, что вы чудом остались живы.

Так сказал Вельф.

— Лю-сан мы рады, что вам удалось выжить.

— Благодарим вас за спасение Белла-сама.

Кузнец, пришедший навестить эльфийку вместе с полностью исцелившимися Микото и Харухиме, вспомнил свой разговор с Лидо.

— Провести несколько дней в подобном месте без экипировки, даже меня, монстра, в дрожь бросает.

После
спасения Белла и Лю группа поспешила обратно в безопасную зону нижних
этажей. Вельф слышал обрывки разговоров Ксеносов, звучавшие примерно так
же, как мысли Лидо.

Четыре дня.

Ровно
столько Белл и Лю бродили по тридцать седьмому этажу, на который их
утащил вирмвелл. Столько же времени у группы Вельфа заняли сражение с
Амфисбаэной, объединение с Ксеносами и поход до тридцать седьмого этажа.

—
Честно говоря, я думал у нас будут большие проблемы, когда Уран передал
нам через Фелса, что спускаться нужно на тридцать седьмой этаж.

Пока
остальные остановились для короткой передышки в безопасной зоне, а
Лили, Аня и ещё несколько человек пытались исцелить Белла и Лю, Вельф
встретился с Ксеносами в месте, где их не заметил бы Борс.

Благодаря
указанию древнего бога они смогли определить общее место, в которое
попали Белл и Лю. Несмотря на то, что Подземелье не могло контролировать
Джаггернаута божество ощущало его неестественное присутствие и
отправило спасательный отряд на тридцать седьмой этаж.

— Мало
того, что есть там нечего, так ещё и этот этаж огромный, да и наши
собратья-монстры там очень злобные. Мы туда почти не суёмся. И хранителя
убежища вроде Грую или Мари там нет…

— Охотно верю. Проходы и стены там такие огромные, что голова кругом идёт. Я и не думал, что мы найдём там Белла и Лю.

—
А за это им самим надо спасибо сказать, они вышли на дорогу, которую
авантюристы называют «главным путём». Мы бы не нашли их, если бы они
затерялись где-нибудь в лабиринтах.

Ксеносы не были знакомы с
тридцать седьмым этажом, на котором застряли Белл и Лю, поэтому могли
пойти лишь по главному пути. Услышав титаническую схватку с
Джаггернаутом, они смогли обнаружить авантюристов. По большей части
спасение удалось только потому, что Белл и Лю не оставили попыток
вернуться на поверхность.

— Благодаря вам, ребята, Белла удалось спасти. Передайте нашу благодарность и той русалке тоже.

Вдобавок
к обычным зельям для лечения была использована кровь русалки, редкая
добыча. Мари, не способная покинуть Водную Столицу, начала себя резать и
собрала кровь, передав её группе Лидо. Много собрать не получилось,
потому что до этого она использовала свою кровь, чтобы вылечить Белла на
двадцать седьмом этаже, и потому что Лидо остановил её отчаянные
попытки дать ещё больше, потому что это лишило бы её способности
двигаться. Это целебное средство сыграло ключевую роль в поддержании
жизней Белла и Лю.

Лидо передал бутылки с кровью Вельфу, а тот
вручил их Лили и Айше. Белл и Лю могли бы не перенести путешествия на
поверхность без этого средства.

— О благодарностях не
беспокойтесь… Но я правильно понимаю, что некоторые из людей, которые
шли с вами, о нас не знают? У вас точно не будет проблем?

— Ну,
за главу Ривиры и официанток я ручаться не могу… Здоровяк и остальные
наверняка вас заметили и видели, что вы нам помогаете… Но их покровители
неплохие ребята. Думаю, внутри своих Паств они сами разберутся, как к этому относиться.

Скорее всего члены группы заметили, что монстры помогают Пастве Гестии с того самого момента, как монстры пришли им на помощь на двадцать седьмом этаже. Впрочем, Оука и члены его Паствы
заметили странности гораздо раньше, ещё во время таинственного
бормотания Кассандры о пророчестве битвы на Дедаловой Улице. Айша и
Цубаки знали о существовании Ксеносов. Попытка объясниться здесь и
сейчас могла бы вызвать ненужную реакцию, поэтому Вельф решил
предоставить всё Миаху и Такемиказучи.

Маловероятно, что о Ксеносах станет известно широкой общественности в свете последних событий, так что Паства Гестии вряд ли станет «врагом человечества».

— Эм, Вельф… с эльфийкой и Беллом всё будет хорошо?

Девушка-воивр Виена подошла к Вельфу перед тем, как группа покинула безопасную зону.

—
…Да. Наверняка их вылечат, и Белл снова с тобой встретится. А когда он
пойдёт к тебе, я отправлю с ним эльфийку в качестве телохранителя.

Похоже, Вельф не мог не побаловать нежную девушку-дракона.

Пройдя
двадцать седьмой этаж, до сих пор испещрённый отметинами когтей,
авантюристы разделились с Ксеносами и одним рывком вернулись на
поверхность, если верить словам Вельфа.

— В общем, она уже сказала, но… спасибо, что позаботилась о Белле.

Указав
жестом на Харухиме, Вельф стыдливо поблагодарил лежавшую в постели Лю.
Гестия и Лили уже заходили к эльфийке, чтобы выразить благодарность. Она
попыталась возразить и сказала, что именно она его в это и втянула, так
что это он её спас, но Вельф не стал и слушать.

— Ты прикрыла
его задницу не раз и не два. Знаешь, я вообще-то искренне почти никогда
никому спасибо не говорил… так что прими это во внимание и просто прими
мою благодарность.

Кузнец словно лишний раз подтверждал существование в ней «справедливости», на которую указал Белл.

Таким способом Вельф и остальные члены Паствы Гестии пытались выразить искреннюю благодарность Лю.

— Джура Харума… и другие выжившие члены Паствы Рудры окончательно подохли. А Ледяной Ветер умерла вместе с ними. Вот так всё и было.

Айша зашла к Лю, чтобы рассказать, как случившееся объяснили на поверхности.

—
Обвинения в убийстве, случившемся в Ривире, с тебя сняли. Похоже, они и
без того были ложными… В общем, во всех аномалиях двадцать седьмого
этажа оказался виноват Джура Харума, и всех это объяснение устраивает.
Скажи спасибо подвешенному языку нашего приятеля из Ривиры.

Когда Белла и Лю принесли в клинику, в Гильдии поднялся переполох.

— Слушайте! Ледяной Ветер действительно объявилась! Но она пыталась нас защитить и отдала за это жизнь! Теперь она точно мертва!

— Хм, а можно как-нибудь поподробнее?!

— Что за чушь ты несёшь?!

Израненный
Борс ворвался в приёмную Гильдии. Он схватил работницу-полуэльфийку,
пытавшуюся выяснить состояние своего подопечного, и её коллегу, а потом
заорал на всю Гильдию, чтобы авантюристы и работники его услышали.

— Много моих собратьев в этот раз легло костями. Но Ледяной Ветер в этом не виновата! Это всё ублюдки из Паствы Рудры! Эльфийка защищала нас до последнего вздоха!

Борс бросил кусок сломанного деревянного меча Ледяного Ветра на стойку, продолжая пылкую речь.

Если
верить Айше, он по-своему отплатил за спасение своей жизни. Он пытался
не только выгородить Лю, за голову которой назначена награда, но и
вернуть доброе имя Ледяного Ветра. Его слова возымели куда больший
эффект, чем ожидала Айша. Авантюрист второго ранга, глава Ривиры,
кажется, убедил большую часть уважающих его негодяев в правдивости своей
истории. Поначалу жители Ривиры отнеслись с подозрением к переменам в
мнении Борса, поскольку он лично возглавил охоту за авантюристкой, но в
конце концов ему поверили, как одному из немногих людей, выживших в
бедствии.

К тому же по Ривире поползли слухи, что эльфийкой, помогавшей в битве с Чёрным Голиафом, была Ледяной Ветер.

Теперь
в глазах людей Ледяной Ветер стала поборницей правосудия, пытавшейся
бороться с заговорами Злодеев. Многие считают подобные слова
преувеличением, но находятся и те, кто благодарен за это эльфийке.

Лю удивлённо заморгала, услышав от Айши, как теперь обстоят дела.

Впрочем, на этом спектакль в Гильдии не окончился.

—
Кстати… у неё за голову назначена награда, а у меня кусок её меча. Да и
Джура Харума теперь мёртв, я бы сказал можно третьей частью денег
обойтись. Хотя ладно, можете десятую часть награды дать, и я буду
доволен…

— Эм, простите, но это даже не обсуждается…

— Соглашусь. Ваши доводы безумны…

— ДА ЧЁРТ ПОДЕРИ!!!

Лю
окончательно убедилась в правдивости слов амазонки, услышав, что Борс
начал спорить с секретарями, пытаясь выудить награды за головы
авантюристов.

На удивление, высшие чины Гильдии приняли новость о
смерти Ледяного Ветра, не задавая вопросов, словно по воле божества
заведующего организацией. Официальное подтверждение было выпущено в тот
же день. Также Гильдия наложила запрет на разглашение сведений,
связанных с появлением убившего множество авантюристов Джаггернаута, и
на то, что Амфисбаэна возродилась раньше положенного срока. Очень
немногие знают о существовании Джаггернаута, поскольку даже бывалые
авантюристы из Ривиры, присутствовавшие в начале трагедии списали смерти
на появление босса этажа.

Как бы там ни было, Лю осталось только разорвать все свои связи с Ледяным Ветром.

—
Удачно всё сложилось, не находишь, поборница правосудия? Те, кто тебя
ненавидел, наконец опустили руки, а все жестокости, что ты сотворила,
обелили в глазах людей.

Поскольку Лю было строго-настрого
приказано избегать напряжения, ответить на вызывающую ухмылку амазонки
она могла лишь холодным взглядом.

Осталась ещё Щедрая Хозяйка.

— Мама Мия сильно разозлилась на Аню, Хлою и Руноа за то, что они ушли тебя спасать.

Спустя
несколько дней к Лю заглянула Силь. Спасительницам не давали ни дня
выходных, после того дня как Лю пришла в себя. Лю слегка занервничала,
поскольку ощутила, что такая же судьба в ближайшем будущем ждёт и её.

— А ещё у меня для тебя сообщение.

Девушка с серыми волосами, сбежавшая, пока её коллеги не смотрели, расплылась в улыбке.

— Мама Мия сказала, что мы наготовили слишком много ризотто, и тебе стоит вернуться побыстрее, и помочь его съесть.

Лю ощутила очень-очень слабое желание разрыдаться.

----------

Ты вернёшься 2

Прогулка под голубым небом.

Для Лю эта простая прогулка
казалась небывалой роскошью и радостью. Простые ощущения теплоты солнца и
прохлады налетающего ветра.

— Солнечный свет…

— Да, чудесно… и так тепло.

Лю
прикрыла глаза рукой, посмотрев на небо, ей ответил её спутник. Парень,
также смотревший в небо, стыдливо улыбнулся осознав, что эльфийка
прикрыла глаза от солнца, чтобы посмотреть на него.

Лю гуляла по Орарио вместе с Беллом.

Забавно
было слышать, что их «выпускают», но поскольку лечение закончилось, им
действительно позволили уйти из Вавила. После того как Белл и Лю провели
несколько дней вместе, скитаясь по Подземелью, коллеги Лю и Паства
Белла решили, что им стоит дать немного времени. Отпустить
авантюристов, перенёсших столько тяжестей вместе, в первую прогулку по
поверхности казалось правильной мыслью.

Лю была этому очень рада. И надеялась, что Белл ощущает те же эмоции.

— Лю, одежда в которую вы одеты?..

— Да, это платье Силь… выглядит странно, правда?

— Вовсе нет! На вас сидит замечательно.

— К-конечно замечательно, это же платье Силь.

Силь
принесла Лю сменную одежду, когда приходила её навещать, потому что
подумала, что Лю не захочет покидать клинику в рабочей униформе. Простое
белое платье, украшенное цветочным узором, очень подходило эльфийке.

Лю прижала подол к коленям, задавая Беллу неловкий вопрос, сказанный высоким, взволнованным голосом:

— Твоя левая рука в порядке?

— Да. Мне сказали её не перенапрягать, но двигается она как раньше. Как будто и не случилось ничего…

Белл
осмотрел свою левую руку не сбавляя шаг. То, что представляло кровавое
месиво выглядело как раньше. По крайней мере, насколько видела Лю, рука
была восстановлена идеально. Бинты сняли, оставив на месте металлические
ограничители на локте, кисти и суставах пальцев. Эти ограничители
походили на дырявую перчатку или незавершённую искусственную руку.

— Вообще мне сказали, что вылечить её невозможно… поэтому пришлось практически восстанавливать её с ноля.

— …Я и не знала, что такое возможно.

— Оказалось, им это под силу…

Медикам
удалось восстановить руку только потому, что кости и всё остальное
осталось завёрнутым в Шарф Голиафа, послуживший также и бинтом. Если бы
хоть какая-то часть руки исчезла, пришлось бы заменять её на
искусственную, как рука Нажи.

— Даже длина не изменилась, —
сказал парень, сравнивая руки взглядом. В воспоминаниях Лю всплыло лицо
Амиды, и эльфийка подумала, что её зовут лучшей в городе не просто так.

— Кстати, сколько это стоило?

— Ммм… кажется в цифре было восемь нолей…

— !..

— Всё в порядке, Гильдия, точнее Уран, мне кажется, покрыли расходы! А Гермес и его Паства предоставили необходимые материалы!..

Белл рассказал поражённой Лю, как проходило его лечение, пока они шли рука об руку.

Налетающие порывы ветра словно нежно трепали их по щекам.

Солнечный свет окутывал их тела, словно пытаясь смыть время, проведённое ими во тьме.

Улыбки проходивших мимо детей казались заразными.

Мирный уличный шум дополнял картину поверхности.

Они
шли, целые и невредимые туда, куда вели их ноги. Проходя по улицам, они
пересекли небольшой мост через канал и забрались по одной из узких
лестниц, наконец оказавшись на холме в западной части Орарио.

— Я и не знал об этом месте…

— Да… Я часто бывала здесь с Элизой.

Элиза Ловелл любила высокие места.

Она часто водила Лю на холмы и крыши зданий, где они сидели, окружённые голубым небом. Как и Белл и Лю сейчас.

— …Пять лет назад Всевышняя Астрея сказала мне забыть о справедливости.

Лю
тихонько заговорила, поднявшись к перилам и окидывая город взглядом.
Она говорила эти слова Беллу, слушавшему её, и бескрайнему голубому
небу, позволяя словам унестись вместе с ветром.

— Я думала, она
меня изгоняет. Думала, что она лишилась веры в меня, увидев, что я
поглощена местью… и думала, что она оставила на моей спине метку своего
благословения на моей спине из жалости.

В тот момент Лю перенесла
слова своей богини так, считая, что она принимает волю своего божества.
Она думала, что Астрея покинула город, бросив ей на прощание всего пару
слов, потому что она лишила Лю права действовать во имя справедливости.

Белл наклонился, словно собираясь что-то сказать, но слова Лю его остановили.

— Но… я ошибалась.

Эльфийка уставилась вдаль с улыбкой на лице.

В этом она была права.

Астрея не оставила Лю.

Она присматривала за её телом и душой.

Месть не может быть правильной. Правильно будет положить конец мести и разбить круг ненависти.

Если бы Астрея сказала Лю, что месть никогда ни к чему не ведёт, что бы того случилось с эльфийкой?

Она бы пала.

Если бы она не могла отдаться мести и не могла бы простить себя, она бы сдалась желанию покончить со своей жалкой жизнью.

Должно
быть, богиня знала об этом с самого начала. Она понимала это гораздо
лучше, чем Лю. И потому она закрыла глаза на свои собственные принципы,
чтобы защитить эльфийку.

— Она сказала мне забыть о правосудии ради меня самой…

Столп Паствы обратился против своей правды ради своего последователя. Она взяла на себя половину бремени мести Лю.

И это не всё.

Богиня
верила, что пламя мести сожжёт Лю и обратит её в пепел, но эльфийка
снова расправит свои крылья, поднявшись после смерти. Астрея верила, что
справедливость снова воскреснет в сердце Лю.

— Я обязана сказать тебе за всё спасибо.

— А?

Лю медленно повернулась лицом к Беллу. Она прищурилась, посмотрев в округлившиеся от удивления рубиновые глаза.

—
Ты сказал мне, что во мне живёт справедливость. Ты показал мне, что узы
Астреи во мне ещё живы… и показал, что мне оставила моя Паства.

Белл помог ей осознать.

Оставшаяся в её сердце тяга поступать правильно по-прежнему связывала Лю с Астреей и её подругами.

Парень помог ей об этом вспомнить.

Когда
пелена сожалений спала с её воспоминаний, она вспомнила, что в тот
день, когда они разошлись, её богиня плакала и улыбалась.

Лю осознала, что не ошиблась.

— Элиза защитила меня, Силь спасла… а ты открыл мне глаза.

Элиза повела её вперёд.

Силь спасла её, когда пламя мести спалило её дотла, и показала ей будущее, оставленное ей членами Паствы.

А Белл… придал ей смелости для столкновения с прошлым, от которого она не могла избавиться. Всё это время он её поддерживал.

Всё шло своим чередом.

Людям,
которые протянули ей руку помощи и поддерживали её, она будет
благодарна всю свою жизнь. Эльфийка больше не пыталась скрывать
благодарность, переполнявшую её сердце.

— Есть одна вещь, которую я до сих пор тебе не сказала.

Она смотрела в глаза Беллу в тёплых лучах солнечного света под бескрайним голубым небом.

— Спасибо, Белл.

А потом она улыбнулась.

— Ты человек, которого я могу уважать.

Улыбка на лице эльфийки была прекрасна, словно цветок.

Белл расплылся в ответной улыбке.

Налетел ветер, растрепавший подол платья девушки и белые волосы парня. Он слегка покраснел, в его глазах была заметна доброта.

— Ваша улыбка сейчас прекраснее всего, — сказал он.

— А?..

— Гораздо красивее, чем раньше. Намного красивее чем та, которой вы улыбались в тот раз.

Он вспомнил день, когда Лю стояла у могил Паствы Астреи в окружении леса и кристаллов. Потерявшись в воспоминаниях, он улыбнулся, как невинный ребёнок.

— Я рад, что увидел такую вашу улыбку.

Слова Белла были чистыми, как снег. Он радовался, словно изменения произошли в нём самом.

Лю ощутила, как ёкнуло её сердце от этих слов. Её щекам стало жарко. Она опустила взгляд, не зная, что ей делать.

— …Лю? Что с вами?..

Заметив странную перемену, Белл наклонился и озабоченно шепнул ей эти слова прямо на ухо.

От этого сердце эльфийки подпрыгнуло в груди снова.

Странно. Сердце бьётся чаще. Что происходит?

Удивлённая своими чувствами эльфийка не могла мыслить трезво и выпалила правду:

— Я-я не могу смотреть на твоё лицо…

— А?! Почему?!

— Н-не знаю…

Такой была правда.

Почему её щёки начинают гореть, когда она на него смотрит.

Что случилось с её сердцем?

Она понятия не имела, почему не может заглянуть в рубиновые глаза

— Б-Белл! Ещё увидимся!

Она не могла выносить этого ощущения и бросилась бежать.

Оставшись в одиночестве, удивлённый Белл вскоре тоже ушёл.

Это плохо.

Эльфийка продолжала бежать, прижав обе руки к груди, как невинная девушка. Она не могла скрыть волнение, бурлившее в её груди.

— Что же это такое?!

Лю не заметила.

Когда её губы начали звать его по имени?

Когда белая кожа начала краснеть?

Что за чувство расцвело в её сердце?

— Эх, Элиза, что же мне с этим делать?!

Красная, как помидор, эльфийка бежала по мостовой, умоляя свою ненаглядную подругу дать ей совет.

Не дай ему сбежать!

Откуда-то с яркого голубого неба ей почудился радостный голос уверенной и улыбчивой девушки.

Всем добра, с вами Kristonel.

Мне бы хотелось чтобы вы не забывали что без вашей поддержки, уважаемые читатели, этот перевод был бы невозможен

Если у вас есть вопросы, задать их можно в дискорде. Выбираете нужный смайлик в #faq и попадаете в наш дружный и не всегда чатик.

Подпишитесь на мой патреон: https://www.patreon.com/Kristonel

Информацию о новых главах можно найти по #Кристычнапереводе в твиттере.

А также отправив денежку на эти адреса:

Qiwi: +79237177586

WMR: R532697894558

ЯД: 410012644267696

Mastercard: 5559 4936 9992 2374

Благодарю за внимание.

----------

Послесловие автора

До написания этого манускрипта я обратился к Авамуре Камитсу из GA Bunko за советами по некоторым вопросам.

—
Описывать битвы с гигантскими монстрами всегда непросто... У вас есть
какие-нибудь идеи атак которые можно применить к вражеским боссам?

— В Mon**** Hun*** трудности начинаются когда гиганский враг быстро двигается или нападает на тебя сверху.

Ого, это можно использовать.

Погрузившись
в мысли я уже перестал слушать бодрые рассказы моего коллеги по цеху,
приняв первый его совет очень близко к сердцу.

Это
был четырнадцатый том серии. Для начала, мне бы хотелось искренне перед
вами извиниться за запоздавшую публикацию. Это была целиком и полностью
моя вина. Вместе с тем, я выражаю благодарность всем, кто взял книгу в
руки несмотря на долгое ожидание.

В этот раз мне есть что сказать в послесловии. Это может быть связано с сюжетными спойлерами, считайте я вас предупредил.

Для начала, поговорим о бое в первой части.

В
классической манге мне нравится один броневой магический меч, который
позволяет использующему его персонажу стать "Amudo!" (прим пер. Сорян, я
не понимаю о чём идёт речь), а второе оружие которое мне нравится это
жезл света одного из королей демонов. Когда сильнейший король демонов
использует это оружие, оно быстро превращается в мощнейший артефакт, но я
не мог не задуматься, что бы случилось, если бы его заполучил
авантюрист-новичок.

Мне очень нравится идея того, что оружие
должно становиться сильнее вместе с мощью которой обладает её владелец.
По этой причине я дал герою этой истории Божественный Кинжал.

Ещё, в глубине души я знал что его напарник, творец магических мечей, должен прийти к такому же решению.

Думаю
тот факт, что он сказал "оружие становится частью того, кто его
использует" в четвёртом томе говорит об этому лучше всего. Он имел в
виду, что если оружие становится продолжением твоего тела, то оно
становится сильнее вместе с тобой. Решение к которму кузнец пришёл в
этом томе одно из возможных, что даёт мне надежду на то, что в будущих
томах он тоже оправдает надежды героя в качестве творца и изобретёт
множество невероятных оружий.

Также мне хотелось коснуться
предвестницы трагедии. Многие читатели возможно уже поняли, что её
пресоналия базируется на личности одной из королев из греческой
мифологии, которой не верили что бы она не делала и что бы не говорила.
Однажды я даже удостоился похвалы от Рёго Нариты, автора Baccano! и
Durarara!

— Кассандра и её подруга Дафна великолепны! Наверняка когда-нибудь так случится, что Дафна будет единственной кто ей поверит!

— А?

— А?

Примерно в таком ключе состоялся разговор.

Конечно
я с самого начала хотел так написать! И поэтому не мог дождаться пока
не случится этого тома для того чтобы показать их дружбу!.. В общем,
шутки в сторону, благодаря этому так называемому "разговору" я решил
прописать характер предвестницы трагедий глубже. Как вы поняли из этой
части и из начала этого послесловия в серию "неужели неправильно" были
вложены мысли многих людей. Искренее благодарю авторов которые делились
советами и мнениями о моих книгах.

А теперь поговорим о бое во второй части книги.

Существует одна манга про пожарных, которую я люблю не меньше чем свою любимую классическую приключенческую мангу.

Когда
я был маленьким мальчиком, мой отец, пожарный, купил мангу и мне очень
понравились Дайго, амакасу и Гоми-сан. И Канда-сан тоже.

Для
последней части этого тома я придумывал разные безумные концовки, вроде
Белла и Лю поймавших ламбтона и намеренно давших ему себя проглотить
чтобы сбежать с глубинных этажей, но описывая битву их товарищей в
первой части книги решил поступить по примеру Megumi no Daigo, комиксе о
пожарной бригаде Мегуми из старого Эдо.

Вместо того чтобы
сделать главного персонажа невероятным бойцом способным уничтожить
любого, кто ему противостоит я хотел сделать историю о главном персонаже
который преодолевает множество трудностей и оказывается на грани смерти
спасая важных ему людей и они спасают его в ответ. Так, как мне
кажется, должна строится история Подземелья, или история авантюриста. Он
должен преодолевать свои пределы и быть разбитым в итоге. Каждый раз,
когда он думает что стал сильнее, я бросаю ему очередное испытание.
Прости за это, Белл.

Причина по которой я решил написать книгу
по такой модели, или одна из причин, заключается в том, что у меня был
друг любившей эту мангу и часто рассказывавший мне о ней с восторгом.
Недавно он умер от сердечной недостаточности. Я пишу это послесловие в
2018, мне ещё нет и тридцати, тому другу тоже тридцати не было.

В
голове роится множество мыслей, вроде, как я могу назвать его близким
другом если мы не видели друг друга больше пяти лет и почему я ждал до
четырнадцатого тома, и, наверное, именно это и называется состоянием
когда в голове становится пусто. Я много плакал. Если не считать того
друга я потерял немало близких людей в этом году и и даже в каком-то
смысле стал бесполезным человеческим существом, который думал что-то
вроде: Может тринадцатый том меня проклял и Боже, не хочу писать о прошлом эльфийки в четырнадцатом томе.
Всё уже в порядке, не беспокойтесь. Мои личные чувства и слова не
проникли в случившееся между эльфиской героиней и её лучшим другом. В
этом томе я просто хотел воплотить идеи из своих любимых комиксов. В
этом была определённая примесь моих эмоций и я прошу за это прощения.

Итак, раз уж я рассказал эту историю, дорогие читатели, берегите себя.

Я сбился с мысли, но наконец, мне бы хотелось поговорить об эльфийской героине.

Поскольку
настало её время сиять, мне хотелось бы попытаться написать
романическую комедию в антураже смертельной битвы, но очевидно, что это
мне не удалось. Я никогда не играл в симуляторы свиданий, но в этот раз
изучил их немало, только для того чтобы всё пошло прахом. Эльфийская
героиня отказалась улыбаться. Отказалась плакать. Отказалась флиртовать.
Она не давала ни намёка на сидения под тем деревом из знаменитой
истории.

Где флаги?! Где выборы?! Нельзя быть чуть милее? В
общем, я попробовал и забраковал не меньше тридцати сценариев. Наконец,
из множества вариантов я пришёл к хорошей концовке.

По правде
говоря, я хотел завершить серию историей эльфийской героини, но
сдержался. Нашему герою ещё множество девушек нужно спасти. Прости меня,
эльфийская героиня. Если ребята из GA Bunko мне позволят, я хотел бы
написать о тебе снова. С другой стороны, раз даже эльфийка оказалась так
упряма, что же будет с другими персонажами державшимися всё это время в
тени. Пока мне просто очень хочется об этом не думать.

А теперь, наконец, мои благодарности.

Я
благодарен моему редактору, Мацумоту и главному редактору Китамуре,
которым снова принёс немало проблем. Спасибо вам. Сузухито Ясуде,
члеовеку который нарисовал для этой книги прекрасные иллюстрации,
простите что писал книгу так долго... А также я выражаю глубокую
благодарность тем, кто приложил руку к производсту этой книги.

Спасибо
и вам, читатели за то, что вы так долго со мной. В процессе написания
этой книги у меня было немало тудностей, но ваши письма меня
поддерживали. Я искренне вам благодарен.

Следующий том я
собираюсь посвятить повседневной жизни и постараюсь порадовать им вас
как можно скорее, надеюсь вы дождётесь. Спасибо вам и до следующей
встречи.

Фуджино Омори.

----------

Пролог. Отдых авантюриста

— Белл, ты!..

— Сударь Белл, это похоже на!..

Вельф и Лили были мрачными.

— О нет, Белл-сама…

— Белл-сан, ваша левая рука, неужели?!

Харухиме и Микото как и всегда отвернулись.

Стоя перед собравшимися боевыми товарищами, Белл собирался с мыслями.

— Просто так получилось…

Рука Белла была парализована. Точнее к телу её приковала похожая на
броню металлическое устройством. С первого взгляда было понятно, что
повязку наложил кто-то из медиков. Невесёлый смешок раздался под чистым
голубым небом.

— Мы с Лили уже говорили, что твоё восстановление как-то затягивается. Святая Диа снова разозлилась?

— Да, очень. Я и не думал, что Амид может впадать в такую ярость.

Северо-западная улица, также известная как Путь Авантюристов. Белл
вышел на просторную дорогу из здания, сделанного из белого камня,
лечебницы Паствы Диан Кехта, и его поприветствовали члены Паствы
Гестии, Паствы Миаха и даже Паствы Такемиказучи.

— Мне казалось, тебе дали лучшие предметы для восстановления, но, похоже…

— Мне их дали, но… оказалось, я всё равно не должен был так много
двигаться, вот и… — Белл виновато почесал затылок правой рукой в ответ
на наблюдение Оуки.

Две недели прошло с завершения обязательной экспедиции, включившей в
себя стычки с моховым гигантом, Джурой Харумой и отчаянную попытку
сбежать с глубинных этажей.

Левая рука Белла была тяжело ранена в схватке с Джаггернаутом и,
несмотря на первоклассные стяжки, поставленные на руку в качестве
защитной меры, всё равно перенапрягся. В связи с этим его ожидала мощная
тирада от Амид на проверке, назначенной чуть раньше на этот день.

Святая Диа, девушка, похожая на дорогую фарфоровую куклу, знаменита
не только своими навыками в исцелении, но и своим спокойным и собранным
характером. Однако жуткий поток искусных ругательств, который она
обрушила на Белла, заставил каждый белый волосок на его теле
зашевелиться.

— И теперь вам наложили шину, чтобы вы больше не двигались… — вздохнула Лили.

Шина была сделала не из бинтов и гипса, а из самого настоящего
дирадамантита. Несмотря на лёгкость материала, в этой «повязке»
содержалась воля целительницы: НЕ ДВИГАЙСЯ.

Когда Белл пришёл на проверку ярость Амиды была очевидна.

— Она сказала, что, если я её не послушаю, в следующий раз, когда она
меня увидит, она прикуёт меня к больничной койке, — сказал Белл,
вздрагивая от воспоминаний, подаренных ему встречей несколькими минутами
назад.

Амид заработала себе репутацию доброй, умелой целительницы которая
никогда не отвернётся от пациента, но Белл мог поклясться, что она
ужаснее любого дракона. Он выучил свой урок, осознав, что нет ничего
страшнее ярости прекрасной девушки, особенно той, которая обычно
спокойна и нежна.

— Паства Диан Кехта просто кучка обманщиков… Белл, ещё не поздно!
Предоставь всё мне… ультра-особое лекарство и специально подобранная
диета вернут тебя в строй в один миг, — вечно сонная Нажа пылко
похлопала Белла по плечу.

— Эти лекарства и еда наверняка жутко дорогие, мы отказываемся.

Паства Миаха и Паства Диан Кехта являются конкурентами, а Нажа и
остальные члены Паствы Миаха считаются друзьями Паствы Гестии. В этот
раз, впрочем, долг исцеления был передан Амид. Точнее будет сказать,
исцеление доверили Амид, поскольку верили в то, что знаменитые навыки
девушки помогут исцелить Белла, как и в тот раз, когда Паства Диан
Кехта предоставила Наже искусственную руку.

В то время как божество-покровитель Миах смирился с подобным
решением, Нажа решительно отрицала, что Белл находится в нужных руках,
несмотря на то, что её отрицание сводилось в основном к шуткам и
остротам.

— Как обидно… Ведь, если бы ты пришёл к нам, наверное, Кассандра
наконец смогла бы начать свой долгожданный разговор и избавиться от
некоего, как бы сказать, раздражения?.. — добавила Нажа, зловеще
усмехнувшись и расплывшись в улыбке.

— Чего?! — истерично выкрикнула Кассандра, краснея как помидор.

— Кассандра чем-то раздражена?.. Ей нужен человек, который может её
выслушать или что-то вроде? — озадаченно спросил Белл, вместе с этим
вопросом Кассандра растеряла остатки спокойствия.

— Н-нет! Я просто не знала, стоит ли мне идти и видеться с вами! Вас
ранили, и я беспокоилась, что могу быть вам в тягость! И поэтому… ммм…
поэтому… а нет, ничего, не о чём беспокоиться! Так ведь? Правда же,
Дафна?

— Меня только не втягивай…

Кассандра начала заикаться ещё сильнее, когда стоявшая с ней рядом Дафна одарила её испепеляющим взглядом.

— Ой, я же обещал, что мы с вами пообщаемся, когда экспедиция
кончится, так ведь? Давайте поговорим, когда я в следующий раз зайду в
лавку, — сказал Белл.

— Ах, вы помните! Ваааа!.. Дафна-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а!

— Чего ты ко мне прицепилась?! — Дафна наконец прикрикнула на
подругу, совершенно расклеившуюся, увидев дружелюбную улыбку Белла, и
попытавшуюся ей прикрыться.

Пока Белл с ноткой недоумения смотрел на перепалку девушек, заговорил Вельф:

— Кстати, Белл, а что насчёт той эльфийской девушки из таверны? Не думаешь, что она к нам заскочит?

— Лю? В баре Мии очень много посетителей, не думаю, что у неё будет
время зайти, — сказал Белл. — К тому же, она как будто не хочет со мной
встречаться… она наверное меня избегает. — добавил он задумчиво.

Перед лечебницей Паствы Диан Кехта собрались представители
всех Паств, принимавших участие в альянсе. Поскольку вместе они пережили
немало, они собрались, чтобы проведать Белла, чьи раны были серьёзнее,
чем раны всех остальных.

Отсутствовали только Айша, пожаловавшаяся на то, что её вызывает её божество и Лю.

Пока Белл обеспокоенно предался мыслям о том, что он мог ненароком
обидеть Лю (эльфы известны своей щепетильностью), Лили изменилась в
лице, собрав все кусочки головоломки воедино.

Но она ничего не сказала. Сказать было нечего. Она лишь пробормотала:

— Сперва сударыня Кассандра, а теперь и сударыня Лю?.. Нет, не может быть. Просто не может.

Харухиме и интересом наклонила голову.

Кассандра, всё ещё пылающая от смущения, выглянула из-за раздражённой Дафны.

— Так, эм… Белл? Пока ваша рука в таком состоянии, в Подземелье вы?.. — осторожно спросила она.

Белл улыбнулся и кивнул.

— Да. Экспедиция окончена… думаю, я могу немного расслабиться, — он поднял взгляд в безграничное голубое небо.

Не было видно ни облачка, будто сама природа решила дать расслабиться авантюристам, с таким трудом выбравшимися на поверхность.

— В конце концов богиня сказала мне однажды, что отдых — это тоже часть работы авантюриста.

----------

Начальные иллюстрации

[[image:/storage/reader-images/b23694ac899bc536b71f1e4a26b817882c9fe234.jpg]]

[[image:/storage/reader-images/e4cc52ce647172b83d01d6de14bac6c14e5bf0a2.png]]

[[image:/storage/reader-images/acabe128b35001a18535d2d8872821d8d48ada8a.png]]

----------

Интерлюдия. Рост, настоящее и чёрный хлеб

Белл Кранелл

Уровень 4

Сила: I0 > С676 Защита: I0 > B701 Проворство: I0 > B724 Ловкость: I0 > B718

Магия: I0 > C655 Удача: G > F Иммунитет: H > G Побег: I

Заклинания:

Вспышка — Магия быстрого действия

Навыки:

Liaris Freese — Скоростное развитие

— Продолжительная решимость ведёт к продолжительному развитию

— Сильная решимость ведёт к усилению развития

Аргонавт — Зарядка навыка является активным действием

Убийца быков — При сражении с минотаврами способности возрастают в геометрической прогрессии

— Белл, ты что там делал? — было первыми словами Гестии после
проверки характеристик Белла. Она была как никогда серьёзна, оглядывая
спину парня, но вопрос был задан монотонным, механическим тоном.

Из-за ношения жгута Белл был вынужден сидеть в неудобном положении и неловко поморщился, услышав реакцию богини.

Они заняли свободную комнату на первом этаже Поместья Домашнего
Очага, дома Паствы Гестии. После возвращения из экспедиции авантюристов
ждало много дел, и Гестия занялась улучшением характеристик с
запозданием. Точнее, только сейчас.

Поскольку обновление характеристик требует от последователя
раздеться, они с Беллом оказались наедине. Гестия ненадолго застыла и
опустила руки на колени.

Стиснув зубы, богиня как обычно довольно улыбнулась и картинно
вытерла лоб, как она обычно делала после каждого обновления. Однако, в
этот раз с её стороны это было попыткой отвергнуть реальность.

Общий счёт параметров Белла вырос на 3400 очков.

Это, очевидно, было лучшим результатом самого Белла. И, скорее всего, он побил все мыслимые рекорды.

Если бы последователь какого-нибудь бога захотел, скажем, накопить
чертовски много экселии и не являлся на регулярные обновления
характеристик, а потом разом получил огромный прирост, в таком случае
подобные числа можно было бы получить… Но фразой: «Гляньте, сколько
экселии мой последователь получил за одну экспедицию», — даже
похвалиться нельзя.

Почему? Потому что такое количество очков означает, что авантюрист
пережил целю цепочку жутких событий, и, если бы хоть что-то пошло не
так, на поверхность он бы уже не поднялся.

— Эм… — сказал Белл, прочитав бумагу с характеристиками, и натянуто улыбнулся. — …Я чуть не умер восемь раз.

Так я и подумала.

Гестия слышала рассказ об экспедиции. Стычки с одним только моховым
гигантом уже было бы достаточно, но потом парень столкнулся с ещё более
сложными противниками, вроде ламбтона и Джаггернаута. Вдобавок, он
оказался загнан на глубинные этажи и чуть не умер, пытаясь с них
выбраться. От этого рассказа богиня едва не лишилась сознания. Точнее,
она его лишилась.

А теперь, посмотрев на ошеломительные цифры характеристик Белла и
объединив их с услышанным, она не могла не схватиться за голову.

— …Белл, не мог бы ты сказать остальным, что их характеристики я гляну в другой день? Прости, но я что-то жутко устала…

Услышав безжизненный голос богини, Белл тут же осунулся.

— К-конечно… П-прости…

«Когда об этому услышит советница Белла в Гильдии, наверное, она ударится лицом об стол», — подумала Гестия.

«Могу ей лишь посочувствовать, — подумала богиня. — В следующий раз,
когда она зайдёт проведать Белла, надо будет нам сходить выпить». Гестия
уставилась в пространство перед собой, унёсшись в мысли.

На самом деле, ей показалось, что Белл уже готов перейти на следующий уровень, но эту мысль Гестия оставила при себе.

В конце концов это всего лишь её догадка.

Возможно, она ошибается.

Парень совсем недавно получил четвёртый уровень и недавно проводился
Денатус. И желание объявить о том, что Белл готов получить новый уровень
спустя такой короткий срок, растёт в ней точно не из беспокойства о
том, что некоторые боги обмочат робы и будут кататься по полу и вопить о
том, что это неслыханно.

Борясь со своими потаёнными желаниями, богиня тяжело и протяжно вздохнула.

— …А ты очень сильно вырос, не так ли, Белл? — она уверенно
продолжила. — С того момента как мы встретились, ты стал гораздо
взрослее.

Парень несколько раз моргнул, а Гестия улыбнулась ему, первому человеку, присоединившемуся к её Пастве.

----------

Интерлюдия. Рост, настоящее и чёрный хлеб

— Скоро вернусь.

Закончив с обновлением характеристик, я вышел из поместья. Сегодня я
планировал расслабиться и бесцельно побродить по городу. Разумеется, мне
нужен покой, но сначала нужно сделать что-то с реакцией на поверхность,
возникшей у меня после того, как я бродил по глубинным этажам. Моё тело
словно хочет искупаться в солнечном свете.

Левой рукой я двигать не могу, поэтому, наверное, мне не стоит
слишком много двигаться, но, если я не буду перенапрягаться, наверное,
всё будет в порядке.

К тому же, у меня наконец есть возможность получше узнать город.

— Мда, кажется, с нашей прошлой прогулки по городу прошла целая вечность, Белл.

— Ага, мы с тобой давненько ничего не делали только вдвоём.

Вельф вызвался присматривать за мной, пока моя рука в гипсе. Он решил
со мной пойти, несмотря на то, что только что закончил ремонт моего
оружия и оружия Микото. Лили тоже хотела прогуляться, но поскольку
подходил крайний срок сдачи подробного описания нашей экспедиции, ей
пришлось отправиться в Гильдию.

Учитывая целый список аномалий, который нам встретился и тот факт,
что нам пришлось спуститься на глубинные этажи, Лили очень не хотелось
доставлять в Гильдию отчёт. Она говорила примерно так:

«Если станет известно, что мы прошли до глубинных этажей, ранг нашей
Паствы могут увеличить. А если это случится, вам не кажется, что Гильдия
увеличит для нас и плату? Вообще-то, нам точно увеличат налог. А что
если Гильдия такая: «Итак, ваша следующая цель тридцать восьмой этаж!»,
а? Очевидной целью следующей миссии станет «покорение следующего этажа»,
что будет ещё сложнее, и пусть Лили и не сударь Вельф, но будет просто
обязана сказать: «Вы что, издеваетесь?!» Даже нижние этажи без Айши и Лю
для нас опасны. Какие ещё глубинные этажи! Но из-за того, что на нас
могут возложить какую-нибудь слишком сложную миссию или задание,
совершенно естественно, правильно и очевидно скрыть правду о том, куда
мы спустились!.. А ещё, мы всё ещё в долгах после вынужденного спуска,
который только что завершился».

…Наговорила она очень много.

Никто, ни божества, обычно умело обращающиеся со словами, ни
доверенные советники, не смогли бы выпалить такого на одном дыхании от
начала до конца.

А ещё я заметил, что, когда Лили говорила часть про «долги», в её
глазах возникла такая темнота, что тридцать седьмой этаж и рядом не
стоял. Мы с Харухиме могли только сжаться от страха во время этого
взрыва эмоций. Вельф и Микото тоже нечем было ответить.

Если честно, поскольку Уран и Фелс знают, что произошло, я бы
предположил, что не стоит так беспокоиться о реакции Гильдии на
случившееся…

Как бы там ни было, было решено, что Лили заявит о провале
экспедиции, и Паства Гестии примет возложенное наказание, оставшись
фракцией среднего ранга в глазах города дольше.

По правде говоря, времени на сбор нужной добычи после встречи с
моховым гигантом не было, так что технически мы действительно
провалились. Закрыв глаза, я всё ещё вижу Лили, которая отправилась в
расположение Гильдии, ворча что-то неразборчивое себе под нос и взяв не
слишком большую сумму, которую мы им задолжали. Кстати, с собой она
также взяла Харухиме, чтобы ознакомить её с официальными процессами
Гильдии.

Микото вместе с членами Паствы Такемиказучи, пришедшими нас
проведать, присматривают за поместьем, а Гестия отправилась на свою
подработку.

— Слушай, Белл. С того дня как мы вернулись, ты же подскакиваешь посреди ночи, да?

— …Как ты узнал?

— Наши комнаты рядом находятся. Так… это из-за проведённого на глубинных этажах времени?

— Да… Мы не могли отдыхать дольше пяти минут, и монстры могли напасть
в любой момент. Наверное, моё тело привыкло быть чувствительным даже
после возвращения на поверхность, — сказал я Вельфу, идущему со мной по
улице бок о бок.

Вельф одарил меня сочувственным взглядом, наверно забеспокоившись о
том, что неожиданное перемещение на глубинные этажи могло меня
травмировать.

— Жутко это, приятель. Значит ты никак не можешь выспаться?

— В-всё хорошо! Нет, правда! К тому же, Харухиме тоже это заметила, потому что, когда я просыпаюсь, она ко мне заглядывает.

— …Мммм?

— Ну, то есть, она зверолюдка и, наверное, в Квартале Красных Фонарей она научилась распознавать, когда клиент не спит, и!..

— …Мммммммм?

— Она держит меня за руку, пока я не усну, или мы вместе читаем
героические истории… Наверное именно так ты себя ощущаешь, когда у тебя
есть старшая сестра? Очень приятно… в смысле… ну, не важно! Всё хорошо,
не нужно за меня волноваться! — лицо загорелось, когда я раскрыл, что
Харухиме заходит ко мне в комнату по ночам. Я всего лишь хотел, чтобы
Вельф не слишком за меня переживал, но теперь я даже понять не могу, что
за выражение на его лице. Стоп, почему он так на меня смотрит?

— …Тебе же будет лучше, если Гестия и Малютка Лил никогда об этом не узнают.

…В последнее время мы очень часто ссоримся. Было бы неплохо как-нибудь избавиться от накопившегося напряжения.

Так я подумал.

Это всего лишь догадка, но мне, кажется, что первоклассные
авантюристы, вроде Айз, проводят на поверхности время, ни о чём не
задумываясь, вернувшись из экспедиции. Просто бродят по городу, как я
сейчас, бросают взгляды на небо и сливаются с толпой.

Наверное, это какой-то ритуал, который возвращает ощущение себя…
Почему-то, когда оказываешься в Подземелье так надолго, поверхность
кажется жутким местом. То, что должно быть временем для отдыха и
расслабления, лишь порождает напряжение и стресс. Что-то кажется
неправильным.

Лучше всего это показывает, как я подскакиваю с кровати при малейшем
шорохе. Можно сказать это профессиональная деформация: Болезнь
Подземелья.

Если не привыкнуть ощущать себя в безопасности, невозможно убедить
свой разум и тело расслабиться и даже самые расслабляющие занятия не
дают отдохнуть.

Вот почему время после экспедиций так важно авантюристам.

— Эй, это же Маленький Новичок?.. В смысле, Кроличья Лапка?

— А с ним и Игнис.

— Привет, парни! Не идёте сегодня в Подземелье?

— Мне завезли свежие фрукты. Не хотите занести парочку домой?

— Эй, братец с белыми волосами! Что с твоей рукой?

— Ранили в Подземелье?

— Больно было, наверное!

Я привлекал внимание, гуляя с Вельфом по городу. Пара человек, тоже
авантюристы, приметили нас издалека. Дварф постарше и женщина-зверолюдка
подозвали нас к своим лавкам. Несколько полулюдских детей невинно
подбежали к нам.

Это и есть доказательство того, что я достиг четвёртого уровня и стал
авантюристом второго ранга? Гестию многие любят, наверное, и это играет
свою роль, но теперь мне вслед раздаются крики вроде: «Ты там
держись!», — от людей, которых я даже не знаю.

Мы прошли мимо пары богов, я услышал их разговор.

— Если бы я только пустил его в свою Паству!

— На Белла слюнки пускаешь?

— Гах, вот бы время отмотать!

Понятия не имею, что ощущать по этому поводу.

— А ты становишься знаменит… нет, ты уже полноправное лицо города! Как тебе? — поддразнил Вельф.

— Я-я рад, конечно, но… ещё это сбивает с толку, — ответил я честно, смутившись.

Я вспомнил о Виене и обо всём, что случилось с Ксеносами. Тогда я
стал целью всего отчаянья в городе. А сейчас горожане встречают меня с
улыбками на лицах, словно заставляя меня вспомнить через что я прошёл.

Точно.

Столько всего случилось.

Я уже было снова погрузился в сентиментальные мысли… но услышал удивлённый возглас.

Посмотрев в сторону возгласа, я замер. Я увидел человека в потёртой
одежде. Он, наверное, вдвое старше меня. Чёрные волосы длинные и
закрывают глаза.

Мы с ним застыли на месте, смотря друг на друга. Вельф заметно
насторожился. Столкновение вышло таким неожиданным, что я не знал, что
сказать, и не знал почему.

Этот человек выглядел как любой другой, с которым можно столкнуться
на любой улице. Он ошеломлённо развернулся и попытался сбежать.

— Э-эм! — я крикнул ему в спину. — Спасибо за чёрный хлеб! — выкрикнул я, низко поклонившись.

Я буквально ощутил его удивление. Когда я выпрямился, я увидел, что
он снова повернулся, и его глаза округлились. Мы снова уставились друг
на друга.

Он наконец выдохнул и улыбнулся:

— Посмотри на себя… Ты и правда стал первоклассным авантюристом. А ведь такой же, как и раньше.

— …

— Насколько, я вижу, по крайней мере, — мужчина почесал нос и слегка
нахмурился, будто ему на ум пришла какая-то мысль. — Слушай… может от
меня ты этого слышать не хочешь, но… — он опустил взгляд и почесал
голову, будто подбирая слова. Наконец, он собрался с мыслями. — Ты
держись там, паренёк.

— …Обязательно! — ответил я широко улыбнувшись.

Я так рад.

Я понятия не имел, сколько людей меня видело и подбадривало сегодня,
но слова этого человека почему-то вызвали во мне беспричинную радость.

Кажется его смутила моя улыбка, и в этот раз он сбежал.

— Ты знаешь этого парня, Белл? — спросил Вельф, молча наблюдая за нашим разговором.

Я попытался подыскать ответ, который могу дать другу, заинтересовавшемуся странным незнакомцем.

— Да… давным-давно он мне помог.

И это правда.

До того, как я встретил Лили, Вельфа и даже Гестию. Когда я только
пришёл в Орарио и совсем ничего не знал. Когда я был зажат своими
надеждами и страхами.

Мог ли я тогда представить, что стану таким человеком, которым стал
сейчас? Кем-то, кто встретит так много людей, столкнётся со столькими
опасностями и окажется в такой Пастве, больше похожей на семью?

…Ни за что в жизни.

Как и большинство людей, я в прошлом не мог предсказать такого будущего.

Именно потому, что я не могу видеть будущего, я продолжаю стараться в настоящем, становящемся прошлым.

Я поднял взгляд.

Надо мной раскинулось прекрасное голубое небо.

Небо Орарио кажется неизменным, даже меняясь.

Тогда мне многое нужно было узнать, а весеннее небо было теплее, чем сейчас.

В настоящем погода явно намекает, что осень не за горами. Приятный бриз растрепал мне волосы и унёс мои мысли в бескрайнее небо.

Я позволил себе провалиться в воспоминания о том самом первом дне.

----------

День отправления, день начала

— В городе Орарио есть всё, что пожелаешь, — так он сказал мне, когда
я был маленьким: — роскошные юные дамы, разумеется… эльфийки, которые
тебе так нравятся, фигуристые богини… и, конечно, даже твоя суженная.
Если жаждешь туда пойти, ступай!

Тогда я мог лишь зажать свои мечты в одной руке, а в другой держать книгу со сказками.

— Если правильно разыграешь партию, богатство и слава будут твоими.
Но, ступив туда, хочешь ты того или нет, ты будешь затянут потоком
истории. Такое уж это место, — сказал он, не улыбаясь и не злясь, лишь
констатируя факт.’ — Но… именно это и даст тебе возможность стать
героем. Если ты к этому готов, ступай.

Так мне сказал дедушка.

— Лишь одно я тебе скажу: Не подчиняй себя ничьей воле. Ни духа, ни бога.

Я помню его слова.

— Не следуй приказам слепо. Решай за себя.

Я помню его глаза.

— Это твоя история.

Я никогда не забуду, как он улыбался.

Теперь его нет, но я дорожу тем, что он мне говорил.

Почему-то эти воспоминания всплывают в голове сами собой, и я знаю, что так будет ещё очень-очень долго.

— Эй, малец. Его уже видно.

Ка-тун, ка-тун.

Я выскользнул из дремоты, сопровождаемой шумом повозки, и открыл
глаза. Я спал, обняв какой-то тюк, но, услышав голос мужчины,
управлявшего повозкой, подскочил, чтобы посмотреть.

— !..

С повозки, поднявшейся на небольшой холм по отличной дороге, меня ожидал прекрасный вид. Челюсть отпала сама собой.

— Это восхитительно.

— Ха-ха-ха! Все так говорят, когда видят Орарио впервые, малец! —
мужчина-торговец, управлявший повозкой, посмеялся, когда услышал восторг
в моём голосе.

С этой точки дороги главный виновник моего восхищения был ещё очень
далеко, но уже можно было отчётливо разглядеть башенки на стенах.
Масштаб вида, который мне открылся, был на совсем ином уровне. Моё
деревенское прошлое заставило меня совершенно растеряться.

Орарио — Город Лабиринта — центр мира, где можно найти богатство, славу и судьбоносные встречи.

От возможности увидеть собственными глазами место, ставшее сценой для
множества приключений из моих излюбленных историй о легендарных героях,
у меня кожа покрылась мурашками.

— Спасибо вам большое! Дальше я сам! — поблагодарив доброго торговца,
который меня вёз, я спрыгнул с тележки, закинул пожитки на плечо и
понёсся по дороге, ведущей к невероятному метрополису.

— Эй! До города ещё ехать и ехать, малец!

— Ничего! Я побегу! — бросил я через плечо, махая рукой с улыбкой на
лице. Потом я повернулся и бросился к городу с холма, подгоняемый
неконтролируемым восторгом.

Мужчина был прав. Прошло немало времени прежде чем я оказался рядом с высокими каменными стенами.

Я был истощён, едва переводил дыхание и был весь в поту. Однако,
наконец оказавшись лицом к лицу каменными стенами, казавшимися
исполинскими даже издалека, я ощутил прилив сил.

Стены были такими высокими, что задирать голову, чтобы увидеть их
вершины, было довольно больно, что лишь добавляло им ошеломляющей
величественности. Поскольку это барьер, отделяющий лабиринт от
остального мира, высокие мощные стены стоят здесь с древних времён.

Я наконец пришёл в чувство и принял решение войти в город,
присоединившись к длинной цепочке торговцев, повозок и путешественников,
змеёй тянущихся от самого входа.

— Следующий! — моя очередь наконец подошла, пока я цеплялся взглядом
за любого, кто носил оружие и броню. Неловкость и нервозность овладели
мной, когда я подошёл к стражникам врат.

— У вас есть разрешение на вход?

— Эм… мне нужно нечто подобное?

Когда я, замахав руками, такой фразой ответил на требование
документов, один из стражников, зверочеловек в чёрной униформе, должно
быть один из работников Гильдии, о которой я слышал, усмехнулся. — Ну,
очевидно, что ты не торговец… Пришёл, чтобы стать авантюристом,
правильно?

— Д-да, сэр!

— Ну тогда всё в порядке. Сотни, а может и тысячи начинающих
авантюристов приходят в этот город. Опрашивать всех времени не хватит, —
объяснил работник Гильдии, приказав повернуться спиной и обнажить
спину.

Когда я сделан как мне было сказано, он поднёс к моей спине похожий на фонарь предмет.

— Ч-что вы делаете?

— Проверяю есть ли у тебя Фална. Проверка, чтобы вычислить шпионов из других стран.

Он объяснил, что этот фонарь реагирует на что-то называемое «ихор»,
но для деревенского дурачка, вроде меня, он бормотал что-то наподобие
заклинания.

Когда я уже начал беспокоиться, второй стражник, человек с мечом на поясе произнёс:

— Похоже в наших рядах пополнение!

С первого взгляда было понятно, что он авантюрист.

На плече его униформы я увидел пришитую эмблему. Присмотревшись, я
увидел, что узор на ней изображает голову слона, символ фракции его
покровителя, его Паствы.

В темнокожем, бородатом авантюристе было что-то, что выделяло его
среди других людей, и я мог это почувствовать. Оказавшись перед
авантюристом, человеком, который ведёт жизнь, которой я так сильно
восхищаюсь, я ощутил нечто похожее на нервозность.

— Так зачем ты пришёл в Орарио? И давай без скучных вещей, вроде на жизнь себе заработать. Богатство? Слава? Женщины?

Простое обращение авантюриста, человека, которым я мечтал бы стать застало меня врасплох, и я выпалил правду:

— Мммм!.. Я-я пришёл, чтобы подцепить кого-нибудь в Подземелье!..

Поначалу глаза мужчины округлились, а потом он заливисто расхохотался, привлекая к нам всеобщее внимание.

— …БВА-ХА-ХА-ХА! Впервые я вижу человека, который выложил как на
духу, что хочет урвать красотку в Подземелье! А ты забавный, паренёк!

Я покраснел, осознав, насколько постыдную вещь сказал.

— Хашана, ты на службе, — напомнил ему его коллега из Гильдии.

— Да ладно, не будь ты таким. Вы, гильдейские, слишком зацикливаетесь
на работе, — продолжая улыбаться ответил авантюрист и пожал плечами.

Работники Гильдии и авантюристы работают стражниками ворот в парах. Я
наконец осознал это, когда краем глаза заметил людей, принадлежавших к
разным группам, стоявших в парах.

Похоже, проверка была завершена, потому что работник Гильдии убрал магический предмет.

— Для начала тебе будет нужно пойти в главное отделение Гильдии и зарегистрироваться в качестве авантюриста. Там тебе помогут.

— О, огромное спасибо!

— Однако, чтобы зарегистрироваться потребуется Фална… То есть,
сначала ты должен присоединиться к Пастве одного из божеств, — работник
Гильдии отчеканил явно заготовленную инструкцию для кандидатов в
авантюристы.

Паствы. Организации, устраиваемые богами и богинями, спустившимися с небес.

Вступая в договор с одним из божеств, обитатели мира смертных
становятся их последователями и получают определённые благословения.

Также Паства — это семья, которая держится вместе и в хорошие времена, и в плохие.

Сердце забилось сильнее, когда я вспомнил объяснение моего дедушки.

— Есть вопросы? Не упускай возможности, сейчас я открытая книга, —
авантюрист, посмеявшийся над моим ответом, предложил совет, по-доброму
усмехнувшись.

Ненадолго задумавшись, я встретился с ним взглядом:

— Что самое важное для авантюриста?

Плотный, довольно высокий авантюрист ответил без заминки.

— Найти себе хорошее божество, я бы сказал, — он сложил руки на
груди, уверенно кивнув и улыбнувшись. — В этом Гильдия тебе никак не
поможет и за тобой не присмотрит. Выбрать хорошего бога –это одна из
способностей авантюриста… ну и бог тоже должен уметь подбирать хороших
авантюристов. Ну а кроме этого… наверное удача.

— Удача…

— Ага. Самая важная вещь, которая может понадобиться авантюристу, —
потом он добавил. — Удачи, желторотик! — и похлопал меня по спине.

Его улыбка меня порадовала, и я тут же вытянулся, сказав:

— Да, сэр! — и прошёл сквозь открытые ворота.

Меня распирало от восторга, нервозности и нетерпения, когда я пересёк черту, открывшую для меня целый новый мир.

— Ого… — улицы города оказались куда прекраснее, чем всё, что я могу представить, когда жил за городскими стенами.

Прямо за воротами меня ожидала широкая улица. Упорядоченный поток
повозок проходил мимо лавочек, устроенных с обеих сторон широкой дороги.
Улицы Орарио расстилались вокруг притягательной белой башни в самом
центре города, и на них царило такое оживление, которое в отдалённой
деревне и представить себе невозможно.

Я пошёл по широкой улице, волнение окрасило мои щёки. Наверняка
каждому, кто бросил на меня взгляд было очевидно, что я здесь новичок. Я
не мог не вертеть головой из стороны в сторону, и дивился каждой новой
для моих глаз вещи.

Многие из ходивших по улице людей были полулюдьми! И повсюду я замечал авантюристов при оружии и в броне!

Глаза блестели при взгляде на изысканных вооружённых мечами эльфов и
дварфов-рыцарей с огромными секирами на спинах. Мимо меня прошла похожая
на ребёнка волшебница-полурослик в остроконечной шляпе с посохом на
спине.

В деревне, в которой я рос, были только люди, и иногда я видел
зверолюдей, так что разнообразие рас Орарио ударило мне в глаза. Шум,
излучаемый толпой, бил по ушам.

На ум пришло слово экзотика.

Впервые я собственными глазами увидел Город Лабиринта.

Каждый вид, каждый звук был для меня в новинку и это вдохновляло. Не
припомню, чтобы когда-нибудь ещё в жизни я был так взволнован.

— ?.. Что это? — Бесцельно расхаживая по улице, ведущей к северным вратам, я наткнулся на собирающуюся толпу.

Я подошёл к человеку, который был с краю.

— Эм, простите! А почему здесь собрались люди? — спросил я.

— Паства Локи! Вернулись из экспедиции!

Паства Локи? Экспедиция?..

Молодой парень, который мне ответил подозрительно посмотрел в мою сторону.

— Ты что, в Орарио только вчера оказался? Каким нужно быть деревенщиной, чтобы не знать Паствы Локи?

С явным раздражением на лице парень пустился в разъяснения.

Паства Локи — одна из лучших Паств авантюристов в городе. Потому они
одни из немногих групп авантюристов в городе, да и во всём мире, которые
достойны называться «первоклассными авантюристами».

И сейчас они возвращаются из экспедиции в глубины Подземелья, лабиринта, расположенного под городом.

Лучшая Паства в городе.

Услышав эти слова, я не мог сопротивляться желанию присоединиться к
толпе и увидеть их хоть мельком. Зрители держали от авантюристов
почтительное расстояние, позволяя им свободно пройти, словно боялись
приблизиться слишком сильно. Я наконец протиснул голову в разрыв в толпе
и увидел шедших по улице авантюристов. До этого я видел только
проблески на побитой броне.

Первым шёл величественный дварф-рыцарь и эльфийка-заклинательница…
или это была высшая эльфийка? Все авантюристы несли тяжёлые рюкзаки,
незнакомое мне оружие и посохи блестели в солнечных лучах. Они были
похожи на отряд героев, триумфально возвращавшихся с поля боя.

В каждом из членов этой группы можно было распознать авантюриста с первого взгляда.

Я и дня в Орарио не пробыл, а уже увидел сцену, достойную быть в
какой-нибудь легенде. Вот он я, в толпе, восхищённо смотрю на
авантюристов.

— Гляньте туда!

— Золотые волосы! Золотые глаза!..

— Принцесса меча!

Со всех сторон начали раздаваться восторженные голоса, они
принадлежали уже не только простым прохожим, но и другим авантюристам,
присоединившимся к толпе.

Принцесса меча?.. замешкался я, но замешательство продлилось всего мгновенье, потому что я сразу увидел, о ком идёт речь.

Длинные золотые волосы и серебристая броня. Одинокий меч в ножнах.

Авантюристка прошла мимо прежде, чем я увидел её лицо в щели между
людьми, в которую глазел, и я увидел лишь спину девушки, примерно моего
роста, чьи волосы блестели будто бы посыпанные золотой пылью с каждым её
шагом.

Неужели такая нежная девушка и правда может быть среди группы лучших авантюристов?

Я продолжал впиваться взглядом в поблёскивающие золотые волосы,
покачивавшиеся среди других закалённых бойцов, пока они не исчезли за
одним из поворотов улицы.

— Принцесса Меча… она настоящая принцесса? — я повторил услышанное имя, шагая среди растворяющейся толпы.

Впрочем, я не мог позволить себе наслаждаться видами города вечно.
Теперь, когда я оказался в городе, первым делом нужно найти место, в
котором я могу остановиться. Это основа любого путешествия. По крайней
мере, так сказали мне люди в деревне.

Я начал искать недорогую гостиницу, мотая головой из стороны в
сторону и, наконец, набравшись смелости спросил у прохожих их совета. Я
забрал все сбережения из дома дедушки после его смерти и это всё, что у
меня есть, так что тратить их бездумно я не могу.

Дойдя до центра города, я оказался перед просторной, величественной
площадью, окружавшей белоснежную башню — вход в Подземелье. Я
остановился перед ней, а потом отправился в восточную часть города, где,
как я слышал, находится множество гостиниц.

Широкие улицы были забиты броскими зданиями из красного кирпича, но я
выбрал деревянное здание в одном из переулков. Здание было обшарпанным
двухэтажным, а над входом висела вывеска «гостиница», не хотелось бы
грубить, но на мой взгляд именно так и должны выглядеть дешёвые
гостиницы.

— Простите!.. — сказал я, открывая скрипучую дверь. Мужчина средних лет за стойкой оторвал взгляд от буклета, который читал.

— Комнату ищешь?

— Эм, да. Я хотел бы остановиться ненадолго…

—Восемьсот валис за ночь. Еды не предоставляем.

…Восемьсот валис?!

Насколько же здесь всё дорого?! Я и близко к такому готов не был!!!

От людей в деревне я слышал об их походах на местные городские рынки.
Они говорили, что места в гостиницах стоят двести или триста валис, но,
наверное, такого и следовало ожидать от Орарио. Не просто так этот
город зовётся центром мира.

И что мне делать?

На комнату уйдёт большая часть моих денег, но не думаю, что в других местах будет намного дешевле.

— За три ночи возьму всего две тысячи. Если что-то не нравится, дверь вон там…

Я уставился на владельца, предложившего меньшие деньги, если я заплачу за несколько ночей разом.

— Я согласен!

— …Чё?

Он оторвал глаза от буклета и уставился на меня.

Я добавил — Спасибо вам огромное! — когда он с интересом меня осматривал.

После этого владелец заёрзал на стуле, будто ему было неудобно.

— Не за что, — сказал он, возвращаясь к чтению.

Я взял ключ, который он выложил на стойку, и поспешил к своей комнате по лестнице.

Комната с замком и ключом! Вот она, городская жизнь! Совсем не то же самое что жизнь в доме дедушки.

В комнате стояла только кровать, но этого мне более чем достаточно.
Заполучив комнату по скидке на целых три дня, я заметно обрадовался.

Я решил вернуться в город и оставил все свои пожитки, кроме денег в комнате и спустился по лестнице.

— Спасибо, я ещё вернусь! — крикнул я человеку за стойкой, выходя из
гостинцы. Ответа от него не последовало, но я не обратил на это
внимания, набирая скорость побежав по мостовой.

Было одно место, которое я пообещал себе посетить, когда наконец окажусь в Орарио.

Поспрашивав прохожих, я узнал, что мне нужно пойти в юго-восточную
часть города. Некоторые люди предупредили меня о близости трущёб Улицы
Дедала, но я без проблем достиг места, к которому стремился.

Кладбище, с бесчисленными могилами.

— …

Публичное место погребения Орарио, называемое Первым Кладбищем или
Кладбищем Авантюристов. Место упокоения тех, кто пал в Подземелье.

Когда я шёл длинной цепью лестниц и переулков никого поблизости не
было. Забормотав от удивления количеством надгробных камней, я пошёл в
центр кладбища.

Наконец, мне на глаза попался чёрный монумент.

Он заметно отличался от других надгробных камней… потому что был посвящён героям древних времён.

Мои глаза округлились, когда я начал осматривать пятиметровый монумент.

Оратория Подземелья была для меня, как священное писание, когда я был
ребёнком. Чудесная сказка о героизме, с отсылками на историю, лежащую в
самом основании Орарио.

Великие герои, появлявшиеся на страницах этой книги, рискуя жизнями,
отражали волны монстров, бесконечно ползших из подземного мира… и перед
могилой героев, которых я так долго идеализировал, я сейчас стою.

— …

Имена из историй, которые я знаю наизусть, были вырезаны в чёрном
камне. Моё тело словно охватывало пламя каждый раз, когда взгляд
скользил по очередному имени. Почему-то я вдруг ощутил, что стою на
слезах.

Десятки цветов были оставлены у подножия монумента. Даже сейчас эти
великие герои получают жесты уважения и восторга со стороны людей. Не
принеся ничего с собой, я посетовал на свой недостаток
предусмотрительности, а после прикрыл глаза.

С этого момента я тоже авантюрист Орарио.

Может я никогда не стану настоящим героем… но, возможно. я смогу приблизиться к миру, в котором обитают эти легенды.

Я молча загадал желание, под присмотром одного только синего неба над головой.

----------

День отправления, день начала

На следующий день я начал искать для себя Паству.

«Характеристики» — это другое название благословения полученного с
Фалной от бога-покровителя фракции. Без них назвать себя авантюристом
Города-Подземелья попросту нельзя.

Я буду показывать всю свою решимость, представляя себя в доме одной
из многочисленных Паств города, отмеченных уникальными эмблемами.

…По крайней мере, так я планировал делать.

— Очередной отказ…

Уже почти вечер. Я остановился в парке в форме полумесяца,
расположенном рядом с шумной улицей. Десять отказов подряд, надо бы
отдохнуть.

Я сижу на каменном тротуаре, мрачно опустив голову.

Стало ясно, что всё ограничивается не простым желанием вступить
в Паству. Несмотря на мою пылающую решимость, в приёмных залах
разных Паств, которые я посетил, встретили меня очень холодно.

Зачастую меня просто выгоняли.

Вдобавок, как человек пришедший из деревни, единственная профессия,
об опыте в которой я могу с уверенностью заявить, это фермер. И явился я
с пустыми руками, у меня даже оружия нет. Всё во мне будто кричит
«крестьянин». Нет ни единой причины, по которой Паства увидела бы во мне
достойного рекрута.

Если бы у меня был какой-то опыт тяжёлой работы, или кузнечный опыт,
или я бы знал какое-нибудь ещё мастерство, наверное, со мной обходились
бы по-другому.

— Наверное ещё и раса имеет какое-то значение…

Получив десятый отказ, я разминулся с парнем эльфом, который пришёл
вступить в ту же самую Паству, которая меня только что отвергла. Его они
приняли с распростёртыми объятьями.

Я буквально ощущаю расовый барьер, когда от меня отворачиваются и
скептически смотрят у каждой двери. Я и раньше слышал, что на людей и
полуросликов обычно смотрят свысока, когда оценивают потенциал для
профессии авантюриста.

Неудивительно, что яростные амазонки, или зверолюди с острым чутьём,
получают лучшее обращение… что уж говорить о грациозных, склонных к
магическим навыкам эльфов или могучих дварфов, способных без особых
проблем убивать монстров и без божественного благословения.

Может обычному и ничем не выделяющемуся человеку, вроде меня нечем гордиться.

Хотя нет, проблема, возможно, лежит конкретно во мне, в том, что я
паренёк из деревни, который не может даже скрыть насколько он обычен.

— …Гха!

Вздохнув в очередной раз, я шлёпнул себя по щекам и поднял взгляд.
Жалеть себя нет никакого смысла. Если у меня есть на это силы, лучше
приложить их к поиску Паствы, которая примет меня в свои ряды.

Я поспрашивал снова, и, судя по ответам, уже ставшие знаменитыми в
городе Паствы новых членов не принимают. Стоит найти кого-нибудь, кто
только начинает восхождение, вроде группы авантюристов, которой не
хватает людей.

Чтобы заполнить пустой живот, я взял картофельных закусок в лавке с
интересным названием «Дзяга Мару Кун». Они стоили мне всего тридцать
валис, что в моём бедственном положении очень даже неплохо. К тому же,
было очень сытно.

Переборов необъяснимое чувство, которое толкало меня подойти к этой
лавочке с едой снова, я бросился в заполненные людьми улицы Орарио с
новой решимостью.

----------

День отправления, день начала

Прошло два дня.

— Очередной день окончившийся неудачей… — я побрёл обратно в комнату,
сжигаемый лучами вечернего солнца, пролетающими над западной стеной,
окружающей город.

Орарио — огромный город, и бродить по нему до самого заката изматывающее занятие.

Я бросался к любой Пастве, чьи объявления о наборе были расклеены на
городских стенах, но, сравнивая меня с другими подававшими заявку
людьми, мне отказывали.

— …

Я услышал смех. Бог и его последователи шли бок о бок, радостно о чём-то переговариваясь.

Моя одинокая тень, казалось, приковывает ноги к земле и не даёт мне сдвинуться. Я могу только опустить голову.

Наконец, спустя какое-то время, я заставил себя шагать снова и, дойдя
до гостиницы, в которой я остановился, я ощутил, как закатное солнце
греет лицо.

Сегодня третий день, и мне нужно продлевать аренду комнаты.

— Взнос обойдётся тебе в двадцать пять сотен валис.

— Чего?.. — сказал я, удивившись повышению цены.

— Ты заплатил за три дня. Я смог сдавать другим посетителям на одну
комнату меньше. Покрой мои расходы. Это плата за беспокойство, — грузно
объяснил владелец гостиницы.

Наверное, он прав. Я выудил монеты из рюкзака и выложил почти все
оставшиеся деньги на стойку. Владелец гостиницы сгрёб их себе рукой, а я
вернулся в комнату на втором этаже.

Я решил уснуть без ужина.

— Очередной день разочарований…

Я уставился на деревянный потолок, прикрыв себя одеялом.

Деньги почти кончились, если в следующие три дня не найду готовую принять меня Паству, придётся спать на улице.

В каждом штабе Паств, в котором я побывал, приветствовали меня
авантюристы. Поскольку я не могу убедить их воспринять меня всерьёз,
остаётся только обращаться к богам напрямую. Пока я бродил по городу,
часто встречал божеств… но я слишком боялся обратиться к кому-то из них и
просто молчал. К тому же, они почти всегда ходили с охранниками. Когда я
беспечно собрался поздороваться с одним из богов, меня остановил жуткий
взгляд. Я многое пережил.

Единственный раз, когда божество захотело принять меня в Паству, оно
сказало что-то вроде: «Только при одном условии, ты станешь моей личной
игрушкой, милашка!»… и я сбежал.

Эта встреча довольно сильно меня напугала, даже не знаю почему… И,
наверное, поэтому я стал опасаться приближаться к богам напрямую.

— …Возможно ли вообще встретить достойного бога?

За окном уже стало темно, а я всё лежал и думал.

Я вспомнил слова, произнесённые авантюристом у городских ворот. Он сказал, что отыскать хорошего бога это тоже навык аватюриста.

А ещё он сказал, что многое зависит от удачи.

Встречу ли я бога, который захочет меня принять? Паству, которая станет мне домом?

— …

Когда я пришёл в Орарио, то ощущал столько эмоций, что думал будто взорвусь от них, столько надежды, волнения и восторга.

А теперь мои руки и ноги словно ледяные и в груди осколок льда.

Беспокойство, одиночество, отчаянье.

Такого отчуждения я никогда не ощущал в своей деревне. Этой эмоции я никогда не чувствовал, когда жил с дедушкой.

Единственное, что могло сравниться с этим ощущением, это чувство горечи, которое я испытал, когда его потерял.

Впервые за долгое время огромный каменный город показался мне невыносимо холодным.

Настала ночь, зажглись фонари с магическими камнями.

Потолок, в который я смотрел, даже в этом свете оставался тёмным и мрачным.

…Всё будет хорошо.

Завтра… завтра всё точно изменится.

----------

День отправления, день начала

Только вот.

— И не возвращайся. Для дармоедов у нас мест нет.

Мир будто пытался поиздеваться над моими бесполезными попытками себя вчера утешить.

— Ты авантюрист? Попробуй вернуться, когда найдёшь себе помощника для походов!

Меня ожидали только ледяные взгляды и отказы.

— Попробуй прийти с деньгами, и может мы подумаем над твоим предложением! Ха-ха-ха!

Прежде чем я успел это осознать прошло три дня, а ни одна Паства так и не взяла меня в свои ряды.

— …Спасибо, что пустили меня на эти дни, — сказал я владельцу
гостиницы, стоявшему за стойкой в то утро, когда мне следовало
выселиться из комнаты.

Денег у меня больше не было, исход был очевиден.

Я был жалким и не мог даже заставить себя поднять взгляд. Ничего
больше не сказав, я побрёл ко входу. И в этот момент, когда за мной уже
почти закрылась дверь…

— …Аааа, чёрт! — владелец гостиницы, читавший новостные буклеты за
стойкой, запустил руки в волосы. Поначалу я думал, что он поднимается,
потому что на что-то разозлился, но он потянулся за стойку, достал
из-под неё какой-то свёрток и протянул его мне. — Вот, возьми.

— А?..

Он держал в руках свёрток с булкой чёрного хлеба.

Я мешкал и не решался взять хлеб, но грубоватый владелец гостиницы пихнул его мне силой.

— Слушай, паренёк… С этого момента тебе стоит относиться ко всему с
подозрением, ясно? Иначе ты не выживешь, — чёрные волосы тряслись, когда
он давал мне предупреждение.

Потом он повернулся ко мне спиной, словно пытаясь отгородить себя от эмоций, и захлопнул за мной дверь.

Посмотрев на свёрток, я ощутил неожиданный жар в уголках глаз, по причине, которую я понять не мог.

Я поклонился закрытой двери гостиницы и сжал свёрток с хлебом.

— …Пора идти.

Оставив таверну, в которой я провёл шесть дней, позади, я ушёл.

Небо над Орарио было голубым и безоблачным. Весенний воздух был
тёплым и приятным. Я, сам того не понимая, брёл в тени зданий,
выстроившихся на улице.

Остановившись и сев в тихом уголке, я съел всю буханку чёрного хлеба и начал искать Паствы, которые мне ещё не отказали.

Часто я проходил мимо авантюристов, вышагивавших в блестящей
экипировке и красивой одежде. Они направлялись в центр города, где под
белой башней они могли войти в огромный лабиринт. Там, в заполненном
монстрами логове зла, они давали жизнь новым историям о героических
похождениях.

Боги присматривают за авантюристами, порождая свои собственные
легенды, в то время как люди города, затаив дыхание, ждут историй об их
путешествиях. Этот день, как и любой другой, начинался с радостного
волнения и улыбок множества людей.

Окружённый бодрыми голосами я в одиночестве брёл по городу.

Получив отказ в шестнадцатой Пастве… я наконец рухнул в углу одной из улиц.

— …

Я прислонился к стене здания, силы меня оставили, и я уставился на проходивших мимо прохожих и проезжавшие телеги.

Найдётся ли в этом городе место для меня?

Найдётся кто-нибудь, кто на меня хотя бы посмотрит?

Я ощущал будто клочок земли, на котором я сижу, отрезали от всего
остального мира. Шаги прохожих и стук колёс казались отдалёнными,
казалось, никого не волнует моё существование.

Я был как потерявшийся ребёнок, бродивший в одиночестве по городу без цели и дома.

Волнение и одиночество были невыносимыми.

— Я…

Я пришёл в Орарио, чтобы обрести связи и знакомства.

Я не мог сопротивляться горевшему во мне желанию героизма и пришёл в
Город Лабиринта. Я не хотел отбрасывать воспоминания, которые оставил
мне дедушка и пришёл сюда.

Но… на самом деле…

Чего я на самом деле хотел…

— …

Я поднялся на ноги, опустив лицо и скрыв взгляд за волосами. Не зная,
куда мне идти я зашёл в тёмный переулок просто для того, чтобы скрыться
от шумной улицы. Никто не обратил на меня внимания. Я был совсем один.

— Э-э-э-э-эй! Эй ты! В тёмных переулках довольно опасно, будь я на твоём месте, я бы побоялась!

Когда кто-то меня окрикнул, поначалу я этого даже не понял.

— А?..

Я совершенно, абсолютно и полностью в этом уверен: Я никогда этого не забуду.

— С-спасибо, но… эм, вы кто? Вы совсем одна в таком месте… Может вы потерялись?

— …Хм, вообще-то, мне кажется, что это ты здесь потерялся.

Её внешность. Её голос.

— Итак, ммм… дело в том, что я набираю людей в Паству. Так получилось, что я ищу авантюристов, ну, может ты…

Её протянутую мне руку.

— Я пойду! Позвольте мне вступить!

— …П-правда, вступишь? В такую Паству, как моя?! — спросила она,
расплывшись в улыбке, когда я принял её руку. — Меня зовут Гестия! А
тебя?

Теплоту её голоса, спросившего моё имя.

— Белл… Белл Кранелл.

Радость, от которой в тот момент мне хотелось разрыдаться.

Я буду помнить каждую мельчайшую подробность всю свою жизнь.

Я встретил боженьку.

На улицах полных встреч и расставаний в Городе лабиринта, где истории
об авантюристах слагаются каждый день, в месте, где рождаются герои… я
встретил одну-единственную богиню.

— Это твоя история.

Моя история, я уверен, началась в тот день.

В день, когда родилась наша Паства.

----------

Интерлюдия. Мой дом, моя паства

Солнце спешило скользнуть за зубцы городских стен, возможно, потому
что лето уступало своё место осени. Звёзды появились в темнеющем синем
ночном небе.

Улицы Орарио кипели жизнью, как и всегда: ремесленники предметов из
магических камней заканчивали работу, торговцы закрывали доступ к ценным
товарам, а божества могущественных Паств наслаждались пирами и
вечеринками, организованными богатыми торговцами. Кузнецы, травники,
барды и проститутки продолжали трудиться. Смесь людей и профессий,
связанных вместе Подземельем, окутывала энергия гедонизма. Такую
атмосферу невозможно было найти нигде, кроме Города Лабиринта,
называемого центром мира.

Авантюристы, вернувшись из Подземелья, отправлялись прямиком в бары и таверны.

Все восемь главных улиц города были забиты людьми.

Были и те, кто не спешил идти развлекаться в город из-за строгости и бережливости. Или почётной бедности. Или крайней нищеты.

Причин было немало, но находились и Паствы, представители которых просто не любили шума и предпочитали проводить время дома.

— Ого, вы столкнулись с Виеной?

— Да! Несмотря на время и место, я была очень рада с ней встретиться!

Одетая в униформу горничной Харухиме разговаривала с Гестией в просторной гостиной Поместья Домашнего Очага.

Ужин закончился, члены Паствы расслаблялись. Гестия сидела на
диванчике гостиной и разговаривала с Харухиме, закончившей домашние
дела.

— Наверное странно будет такого говорить о дорогой Виене-сан, но… она стала очень сильной. Правда, очень.

— Она стала сильной? Хах, выходит она больше не маленькая плакса…
Повезло вам. Хотела бы я тоже с ней встретиться. Но богам не позволено
спускаться в Подземелье.

— Н-наверняка найдётся какая-нибудь другая возможность! М-может вы с Беллом-сама проскользнёте в Подземелье и…

— Хе-хе, вообще-то один раз с Гермесом мы уже прокрадывались в
Подземелье, и получили за это серьёзный штраф от Гильдии… если на нас
снова наложат какой-нибудь штраф, помощница нам этого никогда не
простит, Харухиме.

Разговор в Поместье Домашнего Очага переметнулся от зависти и надежд
на воссоединение к счастливым воспоминаниям о времени, проведённом с ещё
одним членом семьи в этом самом доме.

Харухиме, приучавшая себя к работе горничной, чаще остальных
оставалась в поместье, и это позволило ей много разговаривать с Гестией.
Характер юной богини позволил им сильно сблизиться и сдружиться после
того, как Харухиме присоединилась к Пастве.

Она была скромной и вежливой девушкой. Хотя поначалу она кроткая, как
лисёнок, привыкнув к человеку, она начинает улыбаться нежнее и добрее,
чем кто бы то ни было. В этом и заключается очарование Харухиме. А ещё
её на удивление сильная воля.

Нет ничего удивительного в том, что Виена привыкла к Харухиме быстрее, чем к Гестии.

— Послушай, Харухиме… ты большая умница, и я всегда готова поддержать
тебя в любом начинании, но… я хочу попросить, чтобы ты не делала ничего
странного с Беллом, поняла? Я знаю, что твержу это постоянно, но всё
равно. Особенно по ночам.

— Ой?!

Если не считать того, что Харухиме пыталась сделать с парнем нечто
неприемлемое, из-за оставшихся у неё предрассудков Гестия питала к
Харухиме слабость.

Такую же слабость она питала также и к Лили, Вельфу и Микото, разумеется.

Богиня думала, является ли это чувство любовью.

Любовью, скорее, как привязанностью, чувством родителя. Любовью к своим незаменимым детям.

Когда они ушли в экспедицию, Гестия присматривала за поместьем с
помощью членов Паствы Такемиказучи и Паствы Миаха, но несмотря на их
присутствие, дом казался ей опустевшим. Может из-за этого чувства ей так
и казалось.

Отвечая на свой собственный вопрос, Гестия решила, что всё-таки это может быть любовь.

— Простите, кто-нибудь знает, где у нас чайные листья? — голова Вельфа вынырнула из-за шкафа.

— Прошу прощения, Гестия-ками, я на… — начала говорить Харухиме поднимаясь на ноги.

— Хорошо, хорошо, иди.

Проследив за удаляющимися золотыми волосами и лисьим хвостом, Гестия
окинула комнату взглядом. В центре Белл, Микото и Лили собрались за
круглым столом с резными деревянными ножками. Всё их внимание было
приковано к фигуркам настольной игры.

— А, и теперь, из-за того, что пешка Лили вошла на территорию Микото… значит она поднялась в звании?

— Именно так, Белл-сан. И из такого положения она угрожает моему строю!..

— Хе-хеее! Лили начинает понимать, как играть. Сударыня Микото, сегодня победу буду праздновать я!

Трое авантюристов были увлечены настольной игрой с Дальнего Востока,
называемой шоги. Когда они ходили на рынок за продуктами для ужина,
Лили, да, та самая скупая и бережливая Лили, заинтересовалась новинкой и
купила её на деньги из собственного кармана.

Игра была диковинкой отдалённой островной нации и даже Беллу, всё ещё
не способному свободно двигаться из-за повязки, стало интересно на неё
посмотреть.

— Кто бы мог подумать, что моя Паства может позволить себе предметы роскоши. Славно, славно!

Настольная игра была одним примером, вторым был чёрный чай.

Гестия удовлетворённо откинулась на спинку софы. Они зашли так далеко с момента основания Паствы.

А ведь в самом начале каждый день был вызовом, приходилось дрожать над каждым грошом.

И, разумеется, в те дни о комфорте можно было даже не заикаться.

Новичок Белл старался изо всех сил собрать денег, но на первом месте
стояла покупка еды, она же стояла и на втором месте, а ещё на третьем и
четвёртом. А когда еды удавалось закупить вдоволь, приходилось
задумываться о покупке ламп с магическими камнями.

Но теперь, когда у Паствы появилось имущество, включая это самое поместье, выигранное у Аполлона в «Битве».

— И… как здесь теперь оживлённо.

Харухиме восторгалась техникой Вельфа по завариванию чая, отголоском
благородного прошлого семьи Кротцо. По неловкой улыбке парня было
очевидно, что ему непросто использовать полученные в детстве навыки, но
ему нравится похвала. Лили пылко заявляла, что расквитается с Микото,
обыгрывавшей её весь день, а Белл наблюдал за их игрой. Именно такой
Гестия представляла себе свою Паству, когда спустилась в мир смертных.

Длинные одинокие ночи, которые она проводила полгода назад, казались давно ушедшим прошлым. Гестия больше не была одна.

— …

Гестия молча поднялась с диванчика и подошла к очагу, горевшему у одной из стен комнаты.

Осень ещё не наступила, и трескучий огонь ещё не требовался для
поддержания тепла, но Гестия решила, что он не повредит. Она склонилась и
начала складывать сухие дрова в похожую на небольшой домик стопку в
камине.

— Боженька, что-то случилось?

Она повернулась и увидела любопытный взгляд Белла.

— А, Белл. Что с вашей игрой в шоги?

— Микото в последний момент победила. Лили захотела реванша.

Гестия заглянула за спину парня и увидела возмущённую Лили, разговаривавшую с подшучивающей над ней Микото.

— Ого, как интересно. Ничего не случилось. Просто захотелось воспользоваться очагом.

— Ты рассказывала, что хотела, чтобы у тебя был дом с камином.

— Я об этом говорила?

— Да! Сказала, что ты покровительница священного огня, оберегающего огня… поэтому тебе хочется, чтобы камин наполнял дом светом.

Это были её слова. Может она их и забыла, но эти слова оставили отпечаток, на парне, который перед ней стоит.

Гестия радостно улыбнулась Беллу:

— Белл… На самом деле, сначала моей целью было собрать Паству, которая будет больше, чем у Локи.

— К-как бы сказать… Не знаю, подойдёт ли тут слово «амбициозная» цель. Но ещё на ум приходят слова «грандиозная» и «безумная» …

— Может тогда так и было. Но не сейчас, правда же? Мы идём путём самой настоящей Паствы. Может когда-нибудь догоним и Локи.

— …Может ты права.

Белл сел на корточки рядом с Гестией, пока богиня готовила кремень и
огниво. Белл был впечатлён с какой лёгкостью богиня высекла искру,
несмотря на свою обычную неуклюжесть.

Поначалу, из дров показался только дым.

Неспешно, будто намеренно лениво, пламя начало распространяться по сухому дереву.

Глаза Гестии блестели, когда она смотрела в разгорающийся очаг, сидя рядом с Беллом. Наконец парень заговорил снова, улыбаясь:

— Иногда… я думаю о комнатке под церковью, в которой мы раньше жили. Я
рад, что Лили и остальные присоединились к нашей Пастве, и наш новый
дом мне очень нравится, но… иногда я скучаю по тем дням.

— Ха-ха-ха! Я тоже. После всех наших мечтаний о том, что однажды мы
переедем в большой роскошный особняк, в котором мы сейчас и живём, я
иногда думаю: «а та маленькая комнатка была очень даже милой», или «Ух,
хотелось бы мне, чтобы было как раньше, только Белл и я». Похоже… какая
богиня, такое и дитя. Мы с тобой жуткие эгоисты, да?

Первым домом им послужила маленькая алькова, скрытая под старой
брошенной церковью. Прежде чем в ней поселился Белл, Гестия была одна в
этом тёмном, холодном месте.

— Столько всего случилось с тех дней… — когда эти слова соскользнули с губ Гестии, её переполнили эмоции.

Возможно, Белл ощутил схожие чувства. Он повернулся, посмотрев на Гестию, чьё лицо освещало пламя очага и спросил:

— Боженька, хочешь разомну тебе плечи?

— Бвах? — глаза богини округлились от неожиданного вопроса. — Белл,
учитывая какие у нас отношения, это предложение можно принять за
домогательство.

— Не совсем понимаю, что это значит, но… п-прости, я просто хотел… —
Белл отпрянул и начал извиняться, смущённо почёсывая щёку и неловко
улыбаясь. — Ты ради нас много всего делаешь, и я хотел сделать
что-нибудь в ответ…

Возможно, он ощутил нечто похожее на долг ребёнка перед родителем, а
может теплоту, которую ощущают к любимым людям. А может эти слова
принадлежат первому члену её Паствы, который разделял с ней радости и
горести с самого начала.

Гестия ощутила пламя, зажегшееся в её груди.

— Раз так, не сделаешь мне одолжение?

— Конечно! Какое?

Гестия ничего не сказала и поднялась. Потом она села спиной к Беллу,
отклонившись на его грудь, словно откинувшись на спинку кресла.

— Будь со мной всегда, — она оглянулась через плечо и улыбнулась парню.

Она ожидала, что он отстранится, ощутив неожиданную близость, но он не стал.

Хотя поначалу Белл удивился, через секунду он улыбнулся богине в ответ.

Его улыбка была такой нежной, что Гестия не смогла не прижаться к нему сильнее.

Белл тихонько это принял.

— Белл?

— Мммм?

— Это замечательная Паства, да?

— …Да, я тоже так думаю.

Они сидели на ковре, молча рассматривая горящее в очаге пламя. Этого было больше, чем достаточно, чтобы успокоить тело и душу.

Возможно, так они не были похожи на партнёров, но между ними
существовала какая-то связь, как между братом и сестрой. А ещё они могли
напоминать старую женатую пару, у которых за спиной долгие годы жизни.
«Не важно, как это выглядит», — подумала Гестия.

Стоит Лили, или кому-то ещё это заметить, их тут же разделят.

Но пока этого не случилось, Гестия позволила себе насладиться теплотой Белла.

Огонь в камине трещал и сыпал искрами.

Их лица освещал тёплый свет.

Гестия была уверена, что это и есть счастье. То, что этот парень стал
её первым последователем и продолжает быть рядом, по-другому назвать
она не могла.

Под тихий треск пламени она, улыбаясь окунулась в воспоминания.

----------

Эй, мир

Усеивавшие ночное небо звёзды поблёскивали, словно направляя земных путников.

Здесь в темноте стоял одинокий парень.

Он остановился у небольшой скалы, расположенной неподалёку от мирной
горной деревушки. Ночной ветер трепал белые волосы, паренёк замер перед
могилой.

Сделанные из дерева и камня отметины лишь помечали могилу. В земле не
было останков. Единственной целью этого памятника была отметка о потере
значимого человека.

Парень не пытался покинуть это место. Сомнения и мольбы, о помощи,
которые были обращены к могильному камню оборачивались вопросами самому
себе. Единственный источник любви и защиты в его жизни был вырван из его
жизни, и ответить на свои вопросы теперь мог только он сам.

Он продолжал стоять, рубиновые глаза моргали, а ночное небо и горы за ним наблюдали.

Он увидел…

— …Падающая звезда.

Над его головой пронеслась яркая вспышка.

Парень поднял взгляд и увидел синеватую вспышку света.

Разбрасывая в пути множество искорок, сияющая точка летела по ночному небу, оставляя за собой дугу света.

Падение длилось всего несколько секунд. Синяя звезда исчезла к западу от деревни парня.

— Может, это… божество?

Интуиция подсказывала парню, что он увидел спуск бога с небес на землю.

Но это случилось за полгода до того, как он ступил в город Лабиринта Орарио и получил ответ на свой вопрос.

Момент был особым.

Звери и монстры разбежались, а падающая синяя звезда пересекла небо и замедлилась прямо у земли.

Будто пытаясь избежать яркого, приносящего людям проблемы появления,
падающая звезда, синяя сфера света, зависла в воздухе и мягко
приземлилась. За мгновенье до того, как сфера рассыпалась на миллионы
светящихся осколков, в ней показался силуэт.

Свет погас, на его месте возникла одинокая девушка.

Её выделяли прекрасные черты, она была на границе между «девочкой» и
«девушкой». За её спиной были чёрные, как смоль, длинные волосы, её рост
был небольшим, в отличие от заметно выдающейся груди.

Скользнувшая с ночного неба девушка стояла на траве босиком.

— Хах! Так это и есть мир смертных! — проговорила она чистым голосом,
осмотрев открытое поле необычайно синими глазами. Вдалеке виднелся лес.
Запах травы витал в воздухе. Раздалось уханье совы.

Мягкие круглые щёки девушки полыхнули от неожиданного прилива ощущений, захлестнувших её.

Девушка, богиня Гестия, какое-то время изучала то, что её окружало, а потом раскинула руки и крикнула:

— Здесь совсем не так, как на небесах! Наконец настала моя очередь
спуститься… Вот так и началась моя жизнь в мире смертных! — глаза Гестии
блеснули, когда она посмотрела в ночное небо с видом победительницы.

Наконец, она решила изучить себя.

Она ограничила арканум, поступая как того требуют правила, на которые
согласились все божества, чтобы насладиться временем, проведённым среди
смертных. Тело, которое у неё сейчас было, не обладало никакими
признаками небесного всемогущества.

Тонкие руки и ноги были слабыми на вид, но Гестия была ими довольна.
Взглянув на себя, она была довольна тем, как всё обернулось.

— А теперь… Кажется я должна была приземлиться неподалёку. — Гестия
осмотрелась, налетевший ночной бриз растрепал её волосы. Она посмотрела
налево, направо, а когда обернулась издала негромкое «А!», увидев место
своего назначения.

— Вот и оно.

Почти на границе зрения она увидела одинокую белоснежную башню, тянущуюся к ночному небу.

----------

Эй, мир

Босиком Гестия пересекла равнину, проходя мимо торговцев, правивших
тележками, она отправилась прямиком в Город Лабиринта Орарио и белой
башне в центре. Даже среди смертных город, в который она шла, называется
центром мира, так что и в сердцах богов ему отведено особое место. Юная
богиня выслушала совет одной торговки и к рассвету уже достигла стены,
отделяющей город от остального мира.

Несмотря на смущение и удивление строгими предупреждениями нанятых гильдией стражников, в которых говорилось, что боги и члены Паств,
установленных в Орарио, не могут покидать город по собственному
желанию, Гестия завершила запутанные процедуры, необходимые для входа, и
оказалась в городе, пройдя сквозь северные врата.

— Осмотр занял много времени. Уж не знаю, почему установлено так
много правил для входа в город и нахождения места для жизни… но это,
наверное, часть обаяния мира смертных! — Гестия улыбнулась, не смотря на
усталость после продолжительной задержки у врат. В отличие от небес,
где не существовало запретов и царила полная свобода, мир смертных был
освежающе неприветливым и ограничивающим.

— Вот какой город Орарио! Мне нравится! — заявила Гестия, зайдя
достаточно далеко, чтобы затеряться среди множества зданий,
выстроившихся по обеим сторонам улицам. Этот город зовётся центром мира
не просто так. Лавочки и улицы поразили даже богиню.

В какую сторону богиня бы не глянула, она видела здания, большие и
маленькие, каменные мостовые, лавочки, таверны и колокольни, площади и
шпили, что создавало неповторимую атмосферу, которую нельзя было увидеть
на небесах, даже среди знаменитых первозданных садов и потоков воды,
падавших с облаков.

Солнце высоко поднялось в небе.

Гестия достигла городской стены ранним утром, но различные проверки у врат поглотили большую часть утреннего времени.

Никогда на небесах ей не приходилось носить обуви, потому и сейчас
она шаркала неприкрытыми подошвами по мостовой, осматривая город.
Проходя по одной из главных улиц города Гестия радовалась, видя
полулюдей и смеющихся детей повсюду.

— Что же, нельзя вечно наслаждаться видами. Первым делом… нужно найти Гефест. Интересно, где она…

Гестия вспомнила о подруге, спустившейся в Орарио раньше неё самой, и подумала, что та может помочь ей встать на ноги.

Она и не помнила сколько столетий прошло с того момента, как её
подруга сказала: «Наверное я хочу попытать удачи в Орарио» — и пустилась
в путешествие.

Не получив никаких знаний о городе, даже самых необходимых,
безалаберная Гестия собиралась спросить у проходивших детей, как найти
Гефест, когда…

— Ого? Да ладно, не может быть, что это и правда ты… — раздался голос за её спиной.

Гестия повернулась через плечо и тут же скривилась, встретив старого врага.

— Мммм?.. Гах! Локи?!

Красноволосая и красноглазая богиня закатила глаза, услышав своё имя:

— И правда ты, малявка! Вот так повезло…

«Это моя фраза», — подумала Гестия. Локи была богиней
обманщиков и заслужила свою репутацию, постоянно проказничая на небесах.
Лично над Гестией она подшучивала бесчисленное количество раз.

— Глянь, что за лохмотья на тебе надеты, похоже ты только сюда
спустилась, да? Только не говори, что собираешься поселиться в Орарио,
коротышка.

— А что, если собираюсь?!

— Ха-ха-ха! Ты и понятия не имеешь, во что ввязываешься! Орарио не
место для ленивых богинь-лежебок, так что тебе ни за что не справиться.

— Как ты меня только что назвала?! Вот это наглость!

После замечания, что она не сможет выжить в мире смертных, Гестия в ярости накинулась на Локи, точнее хотела, но остановилась.

Эльфийка, шедшая неподалёку от Локи, озадаченно заговорила:

— Эм, Локи? Эта богиня, она?..

— А, не обращай внимания, Лефия. Эта жалкая пародия на богиню даже
представления не заслуживает… Называй её коротышкой, или как-нибудь
вроде.

Оскорбление Локи вызвало в Гестии новый приступ ярости, но было
кое-что, что богиня не могла игнорировать. Вдобавок к прекрасной
эльфийке рядом с Локи были милые девушки, принадлежавшие к разным видам.

Быть того не может!

Гестия не могла скрыть своего удивления:

— Л-Локи, эти дети, они?!

— Заметила наконец, креветка? Точно, все они бесценные члены моей дражайшей Паствы.

Паства.

Дети мира смертных, получившие благословение бога. Последователи божества.

Последователи Локи несли множество сумок. Похоже они возвращались
домой после похода по магазинам или что-то вроде того. Девушки, которых
Локи гордо представила, шарахнулись от богини, явно ощущая неловкость и
беспокойство. Но размер Паствы Локи потряс Гестию.

Это же Локи!

Ходячее воплощение бедствий и проблем!

Как она заставила детей мира смертных (предположительно) служить ей?!

— …Хм-м-мпф. Ну, раз уж речь идёт о тебе, наверняка у тебя какая-нибудь захудалая Паства… — попыталась восстановить то, что осталось от её решимости Гестия.

— Незнание само по себе наказание. Чтобы ты знала, среди изучающих Подземелье Паств мы считаемся одной из самых лучших в городе.

— Ч-чего?! — глаза Гестии округлились, а Локи ухмыльнулась,
посмотрев на собеседницу свысока. — Лгунья! Мусорогиня вроде тебя не
могла собрать сильнейшую Паству!

— Эй! Ты кого «мусорогиней» назвала?!

— Ну раз уж недобогиня вроде тебя возглавила лучшую Паству, чтобы компенсировать недостаток груди, должно быть этому миру скоро настанет конец!

— Ах ты, корова, сейчас я тебе!..

Разгоревшийся спор был всего лишь частью никогда не прекращавшейся войны, проходившей на небесах.

Люди на улице почтенно расступились, давая богиням места для стачки, а эльфийка в панике бросилась их разнимать:

— Остановить, Локи! Пожалуйста, не надо!

Но это стало лишь началом драки. Божества налетели друг на друга,
осыпая оскорблениями и таская друг друга за волосы и щёки. А когда
последователи Локи наконец их разняли, они тяжело дышали, их волосы и
одежда были растрёпаны.

— Ха-а-ах, ха-а-ах… Чёрт, не могу двигаться, как я привыкла на небесах.

— Хуфф, хуфф… Картошка вроде тебя и на небесах ничего не могла!

Локи вытерла пот со лба и нагло ухмыльнулась.

Гестия повернулась спиной к Локи и её последователям и опустила голову.

— А, неважно. Иди, попробуй. Зная тебя, ты сбежишь из Орарио поджав
хвост, когда поймёшь, что к тебе ни одно дитя не захочет присоединиться.
Ха-ха-ха!

Локи расхохоталась и вместе с членами своей Паствы зашагала прочь, пока Гестия скрипела зубами, оставшись в одиночестве.

----------

Эй, мир

— … И вот так всё было, Гефест! — рассказала подруге краснолицая Гестия.

— Ха-ха-ха! И это было первое, что ты сделала, спустившись с небес, да?

Они сидели в огромном здании, напоминающем вулкан, расположенном в
северной части города. После того как Локи покинула поле боя Гестия
смогла отыскать дом Гефест, где и была с радостью принята. В покоях
носящей повязку на глазу богини Гефест Гестия яростно высказала что
думает о Локи. Плечи Гефест тряслись от неконтролируемого смеха.

— Я покажу этой глупой Локи, что значит величайшая Паства! Я заставлю её пожалеть о том, что она искала со мной драки!

— Что же, что же. Цель непростая. Ты ведь уже знаешь, что группа Локи считается сильнейшей в городе, правда?

— Будто меня это волнует! — бросила сидящая через стол Гестия.

Несмотря на заявление о том, что подобное практически невозможно энтузиазм Гестии раззадорил Гефест и вызвал у неё восторг.

— Ты только-только здесь оказалась, спустившись с небес. На небесах
мы были подругами, так что я буду помогать тебе, пока ты не поднимешься
на ноги. Если что-то будет нужно, дай знать.

— Я это ценю, Гефест!

Гестия поблагодарила подругу, хотя на самом деле вспоминала лицо Локи
и думала: «Ты у меня дождёшься!». Паствы напрямую влияют на положение
богов в мире смертных, и Гестия пылала решимостью собрать огромную Паству, чтобы стать одной из величайших богинь.

Она услышала, как открывается дверь комнаты.

— Эй, главная, мы купили слишком много. Хочешь чуток? Ой, вы ещё разговариваете?

— Нет, всё в порядке Цубаки.

Одна из членов Паствы Гефест, полудворфийка вошла в комнату с большим бумажным пакетом в руках.

Нос Гестии учуял исходивший из пакета запах масла и соли, и она с интересом уставилась на пакет.

— Эм, Гефест, что это такое?

— Уличная еда, такая в Орарио на каждом углу. Она называется…

— …Джага Мару Кун, юная богиня. Хочешь? — предложила полудворфийка с
улыбкой, похожей на улыбку её покровительницы. Также, как и Гефест, она
носила повязку на глазу.

Гефест улыбнулась, увидев, как её последовательница пытается
накормить божество, даже не представившись, а старая подруга с интересом
изучает картофельную закуску. Наконец, Гестия поддалась желанию открыть
для себя что-то новое и приняла еду из рук полу-дворфийки.

— !..

Закинув еду в рот Гестия воскликнула:

— К-как вкусно!..

— Бва-ха-ха! Чертовски верно!

В то время как полудворфийка хохотала, Гестия уставилась
округлившимися глазами на картофельную закуску. Впервые она ощутила одно
из множества удовольствий мира смертных: наслаждение вкусной едой.

С этого и началось её падение.

----------

Эй, мир

— Пффф… Хе-хе… Ха-ха-ха-ха!

Три месяца спустя.

Гестия, хихикая валялась на диванчике в гостевой комнате дома Паствы Гефест, где ей было позволено остаться, пока она не обзаведётся собственной Паствой. Перед ней была распахнута книга, а на тарелке лежала гора картофельных закусок.

Съев одну, она вернулась к чтению и расхохоталась. Вскоре, она закинула в рот следующую и круг повторился.

Не было никаких признаков того, что в скором времени она покинет эту комнату.

Когда в комнату зашла Гефест, она обратилась к маленькой богине:

— Эм, Гестия, тебе было бы неплохо начать набирать последователей в
свою Паству. Ты должна знать, что создать Паству задача непроста…

— Ага, завтра начну, — сказала Гестия, не отрываясь от книги.

Так проходила жизнь спустившейся с небес богини последние три месяца.

Начав с одной картофельной закуски, Гестия убедила себя, что миру
смертных нечего ей предложить, кроме еды и книг. Как и многие божества
она стала добычей земных наслаждений и, тем самым, показала свою
истинную сущность.

Она была невероятно ленива.

Гестия проводила жизнь, ничего не делая и на небесах, а
познакомившись с земными удовольствиями, предпочла их достижению новых
высот. Она проводила дни, запершись в гостевой, требуя картофельных
закусок и интересных книг у последователей Богини Кузницы.

День за днём Гефест приходила к ней с предупреждениями, но Гестия
лишь отвечала, что «начнёт завтра». А когда приходило завтра Гестия
забывала о попытках обзавестись Паствой… Пока наконец, терпение Гефест к погрузившейся в саморазвлечения Гестии не иссякло.

— Выметайся-я-я-я-я-я-я-я-я!!!

— Бвах?!

Гефест выволокла Гестию из своего дома и бросила её на мостовую, где Гестия неловко развалилась.

— Ч-что ты делаешь, Гефест?! — возмутилась Гестия, посмотрев на
подругу, но увидела красноволосую красноглазую богиню в ярости. Гефест
приняла угрожающую стойку, скрестив руки на груди:

— Я щедро позволила тебе у себя остаться, а ты день за днём ничего не делаешь…

— Г-Гефест?..

— Я ошиблась, раз к тебе так отнеслась. Тебе стоит вкусить жестокости
этого мира. И не смей показываться на моём пороге снова! — выпустив
злость на пребывавшую в ужасе Гестию, Гефест захлопнула перед её носом
двери дома.

Оказавшаяся на улице юная богиня, шатаясь поднялась на ноги.

— Да что с ней не так? Ну захотелось мне немного расслабиться. Едва
три месяца прошло! — начала возмущаться Гестия. Как божество она
смотрела на время через призму своего бессмертия и не поняла такого
поведения.

Точнее, она ещё не успела осознать, что живёт не на небесах, а в нижнем мире.

— Ну, не важно. Я соберу себе Паству и буду жить припеваючи. В конце
концов, надо утереть Локи нос! — наконец вспомнив свою цель, Гестия
пошла прочь от дома Паствы Гефест. Местом назначения была огромная улица, по которой сновали туда и сюда люди и полулюди.

— Когда я задаюсь вопросом, чего я хочу от своей Паствы… Я
точно собираюсь набрать детей, которые станут авантюристами! Это же
Город Лабиринта!!! — сказала Гестия, оказавшись на краю огромной улицы.

Даже ленивая Гестия понимала, что деньги правят миром людей. Поэтому
она осмотрела проходивших мимо детей, которых ещё не приняли в ряды
своих Паств другие боги.

Не думаю, что смогу поладить с этими детьми… Вот эта какая-то
мерзкая… а тот слишком маленький… Божественные синие глаза Гестии
изучали проходивших мимо детей: амазонок, зверолюдов, полуросликов и
остальных. Несмотря на недостатки, Гестия — божественное создание,
которое может ощущать истинную природу смертных. Поговорив с ними, они
способна понять их личность. «Смертный никогда не обманет бога» —
известная в обоих мирах поговорка.

Продолжая выискивать подходящих кандидатов Гестия остановилась на одной эльфийской девушке.

— Вот и нашла! — сказала Гестия, приближаясь к ней.

Девушка была одета в лёгкую броню, за её спиной висел колчан для
стрел. Она выглядела, как человек, который хочет зарабатывать, будучи
авантюристом.

Гестия дружелюбно обратилась к эльфийке:

— Приветик, эльфийская красавица! Судя по твоему виду, ты ещё не
нашла бога. Не хочешь присоединиться к моей Пастве? — гордо выпятившись
чтобы придать себе божественности она окутала эльфийку своей
энергичностью и положительной энергией.

Эльфийка посмотрела на низенькую Гестию настороженно.

— Прошу прощения, Всевышняя, могу я узнать, как вас зовут?

— Гестия!

— Паства Гестии… не думаю, что я о такой слышала. Если это новая фракция, где расположен ваш дом? Сколько у вас членов? Есть ли жалование?

— А? Че… — Гестия опешила от потока вопросов эльфийки.

Возможно, удостоверившись, что Гестия не может ответить ни на один из
её вопросов, эльфийка подозрительно прищурилась, выражение на её лице
стало ледяным, прекрасные черты вмиг похолодели.

— Как ваша Паства собирается действовать?

— Эм, ну… я-я подумывала, что было бы неплохо зарабатывать в Подземелье…

Одарив богиню ледяным взглядом эльфийка, остановила жалкие попытки Гестии объяснить, что никакого плана у богини и нет.

Сухо попрощавшись эльфийка, отвернулась и отошла от потерявшей дар
речи богини. Она даже не соизволила представиться, будто считала, что
называть имя будет пустой тратой времени.

— Она… она посмотрела на меня, как на ничтожество! — Гестия была поражена. Богини не заслуживают того обращения, и всё же!..

Только спустившаяся в этот мир Гестия не знала, что Паствы,
которые собираются покорять Подземелье начинают свой путь за пределами
города, прежде чем обосноваться в Орарио. Выжить на доходы с походов в
Подземелье, не подготовив достаточно людей и не накопив средств для
жизни, практически невозможно. Любому другому божеству было бы очевидно,
что Паства Гестии пошла трудным путём.

Начинающие авантюристы нередко рискуют жизнями. Очевидно, что они предпочтут начать свой путь в более известных Паствах, которые могут предоставить им хоть какие-то удобства.

— Н-ну, не важно! Я только начала… Наверняка если приглашать людей, кто-нибудь захочет присоединиться.

Мысль о том, что одинокая богиня сможет набрать новичков и найдёт
всё, что ей нужно для начала, в городе, была абсурдной. Детям было
очевидно, что под руководством Гестии они не вкусят ничего, кроме
страданий.

Правда заключалась в том, что здесь, в Орарио, да и по всему миру
смертных, строго говоря, бесполезных и ленивых богов было огромное
множество, и люди старались обходить таких стороной.

Поскольку Паства была создана всего лишь на словах, а Гестии
не хватало ни продуманности, ни денег, юная богиня приравнивалась к
остальным бесполезным богам.

То есть она была ненадёжной.

Она продолжала подходить к детям, предлагая вступить в её Паству, пока солнце не начало закатываться за горизонт и получала отказы от каждого встречного.

— П-почему мне не удалось найти ни одного последователя?! Неужели в мире смертных такая жизнь?!

Заслужить чью-то веру, точнее, доверие, оказалось непростой задачей.

Впервые Гестия испытала на себе безжалостность этого нового мира.

----------

Эй, мир

— Ва-а-а-ай, Гефе-е-е-е-е-е-ест…

— Гестия, и суток не прошло с тех пор, как я тебя выкинула.

Проведя ночь на улицах, Гестия решила, что ей остаётся только
вернуться к подруге со слезами в глазах. Пройдя крещение реальностью
Гестия, отбросив гордость, начала умолять Гефест о помощи, и следующие
дни продолжала полагаться на подачки богини кузницы.

— Гефе-е-е-ест…

Иногда она рыдала, что у неё нет денег.

— Гефе-е-е-е-е-е-ест…

Иногда жаловалась на то, что не может найти работу.

— Гефе-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-ест…

Иногда она приходила насквозь промокшей, упрашивая подругу позволить ей укрыться от дождя.

Гестия, осознав свою беспомощность без арканума, стала новым источником головных болей Гефест.

Красноволосая богиня не могла продолжать потакать просьбам своей
подруги, но и бросить её не могла. Наконец, в один из дней Гефест издала
тяжёлый вздох:

— Я помогаю в последний раз, поняла?

После этого, прекрасно понимая, что она демонстрирует слабость снова, она подарила Гестии место, в котором можно было жить.

Комната в подвале полуразрушенной церквушки в одном из отдалённых пустынных переулков.

— С-спасибо, Гефест!..

— Это твой самый последний шанс, понятно? Я своё слово сказала. И ещё
я могу навести тебя на подработку, чтобы ты могла заработать себе на
жизнь.

Там, перед церковью, куда привела её щедрая подруга, Гестия кивнула:

— Хорошо!

Как только Гефест повернулась и, устало вздохнув, ушла, Гестия
бросилась осматривать свой новый дом — подвал полуразрушенной церкви.

— Гах, что там Гефест мне всучила?.. — возмутилась Гестия, осматривая
новое убежище. С гостевой комнатой, в которой она жила раньше, это
место даже сравнить было невозможно.

Краска на стенах облезла, обнажая трещины в штукатурке. Одинокая лампа с магическим камнем болталась под потолком.

Несколько предметов мебели, самых основных, вроде кровати и диванчика
было спущено в комнату, возможно, потому что Гефест сжалилась над
подругой, но эти вещи были заметно потрёпаны.

— Нет, нет, этого вполне достаточно… надо просто здесь обжиться! —
крикнула Гестия, по большей части чтобы убедить в этих словах себя,
начиная убираться в комнате.

Она проверила все приборы, работающие на магических камнях, начав с
кранов, и подстроила всё под свой небольшой рост. Когда она закончила,
уже почти наступила ночь. Гестия встала в центре комнаты, осматривая
плоды своих трудов и переводя дыхание.

— …Здесь довольно пусто.

Эти слова слетели с её нежных губ.

Комната была небольшой и могла даже зародить лёгкую клаустрофобию, но
Гестия не могла не могла не подумать, что для одного человека в ней
слишком много места.

— На небесах я привыкла к одиночеству, но… У Локи и Гефест так оживлённо и весело, — она вспомнила лица детей, членов их Паств.

И хотя дети Локи относились к своей богине, как к кому-то
надоедливому, когда они говорили друг с другом их лица выражали
радость. Паства Гефест, наоборот, явно восхищалась своей богиней,
а Гефест всегда была готова улыбнуться им в ответ. Многие боги и
богини, которых Гестия встретила, казались ей счастливыми. Как будто они
исполнили свои мечты.

Она никогда не видела божеств такими на небесах.

— …Чёрт, нет мне не одиноко!

Даже Гестия слышала, насколько пустыми кажутся эти слова, отражённые от холодных каменных стен.

Она постояла ещё какое-то время, а потом погасила светильник с магическим камнем и легла в кровать.

— Интересно, какими будут дети в моей Пастве…

Какое дитя примет её руку?

Гестия развязала простенькую ниточку, которой подвязала волосы, и
легла в кровать, погрузившись мысли. Хоть её и съедали неуверенность и
одиночество, она также ощущала, что ей есть чего дожидаться. Любой
житель мира смертных понял бы, что ощущает Гестия, задумываясь о том,
что принесёт ей завтра. Все три эмоции смешивались в непонятную кашу,
заставляя богиню ожидать собственного будущего.

Переполняемая мыслями богиня закрыла глаза.

----------

Эй, мир

После этого начались трудности Гестии, так началась её настоящая жизнь в мире смертных.

Самодостаточность была основным требованием для жизни в этом мире. И богиня могла прокормить себя своими собственными силами.

Попытки найти авантюристов в свою Паству проваливались и дни богини превратились в череду потерь и поражений.

Без всемогущего арканума жизнь Гестии была наполнена трудностями, и
она прекрасно осознала, что имела в виду Гефест, когда говорила о
трудностях жизни в смертном мире.

Также этот мир был для богини диковинным. В нём было полно всего
нового. В нём были удовольствия. Но первым делом Гестия узнала, к каким
жутким последствиям может привести беззаботность. Совершив ошибку с
оборудованием для приготовления картофельных закусок, в уличной лавочке,
в которой она работала, она спалила эту лавочку дотла. Она оказалась в
огромных долгах из-за своей ошибки и разрыдалась.

Впрочем, помимо испытаний были и светлые моменты в её жизни.

— Гестия! Всё стараешься, да? А знаешь, возьми вот это зельице.

— У-ух! Спасибо, как и всегда, Миах!

— И снова вы, всевышний Миах, раздаёте наши зелья!.. Как будто есть смысл отдавать их в Паству, в которой нет авантюристов!

Среди богов, заправлявших торговыми и производящими Паствами, Миах
был известен своей мягкостью. Вместе с ним шла Нажа, чинтроп. Гестия
никогда не встречала Миаха до того, как спустилась с небес, но, как один
из товарищей по бедности, он и его Паства выручали Гестию много раз.

— Ты Гестия? Погоди, раз ты за этим стендом…

— Тебя зовут Таке? Такая форма, неужели…

— Джага Мару Кун?!

Возобновив дружбу с Такемиказучи, богом, с которым она познакомилась
ещё на небесах, она обнаружила, что он также подрабатывает в одном из
стендов, производящих картофельные закуски, чтобы избавиться от
бедности. Это воодушевило Гестию. Из-за схожести с ребёнком коллеги
Гестии также постоянно её подбадривали и заботились о ней.

Вскоре с её появления в Орарио прошло полгода.

А потом, ровно через три месяца с того дня, как Гефест выставила её на улицу…

— Очередной отказ…

В пятнадцатый раз за день авантюрист отказался вступать в её Паству. Плечи богини поникли.

Она сбилась со счёта, скольких детей она успела к себе пригласить,
оказавшись в Орарио. Когда Локи остановилась, чтобы поиздеваться над ней
у стенда, в котором Гестия работала, ей было нечем ответить.

Гестия потащилась домой, жалуясь на очередной не принесший ничего день, но тут её взгляд упал на парня.

Человеческий мальчик?.. Выглядит даже хуже, чем я, а это о многом говорит…

Его плечи были опущены, и он также безжизненно брёл по улице. Его
волосы были белыми, как шёрстка кролика или выпавший снег. У него были
рубиновые глаза, а сам он был довольно тонким.

Наблюдая за ним со спины, Гестия обнаружила странную тягу к парню и
решила последовать за ним. Гестия ощутила бы определённое родство с
любым человеком, который ощутил бы немало трудностей, но грусть, которую
излучало выражение лица этого парня, буквально заставила богиню
последовать за ним.

Оставаясь незамеченной, она наблюдала за беловолосым парнем. Её
неловкие попытки оставаться незамеченной заставляли прохожих осуждающе
смотреть на юную богиню, но это не помешало ей узнать, что парень ищет Паству,
к которой мог бы присоединиться. Она продолжала следить за ним, когда
он шёл от дверей одной Паствы к другой. Парень, похоже хотел стать
начинающим авантюристом, но ему отказывали, не позволяя даже встретиться
с божеством-покровителем.

Когда Гестия это поняла, она задумалась. Может это мой шанс?..

Она не могла не понадеяться, что кто-нибудь может принять её приглашение в Паству.

Даже издалека ей нравилось, что она видит. Парень казался ей наивным,
скромным, и, что самое важное, у него было чистое сердце. Она ощутила,
что его душа такая же белоснежная, как и его волосы.

Гестия не могла сдержать эмоций и, пусть со стороны это выглядело неприглядно, начала продвигаться к нему на цыпочках.

— Что же мне сказать… — продолжая смотреть на парня со спины, когда
тот смешался с толпой, Гестия заметила, что он выглядит очень одиноким.

Сама же богиня была взволнована мыслью о том, что сможет наконец найти себе первого последователя.

В отличие от неё, божества, способного прожить целую вечность, он был настоящим ребёнком.

Присмотревшись к растерянному парню, она увидела, что он будто бы ищет место, которому сможет принадлежать.

Как будто я могу оставить человека с таким выражением на лице!

Гестия считается богиней очага, покровительницей света, который
защищает дом. Вечное пламя, что дарует облегчение и помогает потерянным
детям, которые нуждаются в помощи.

Увидев, что растерянный ребёнок побрёл в какой-то тёмный переулок у неё на глазах, Гестия крикнула.

— Э-э-эй! Эй ты!

Эти неказистые слова изменили всё.

Но богиня ещё этого не знала. Она не могла предвидеть того, что этот парень навсегда изменит её жизнь.

Она пока этого не поняла.

----------

Интерлюдия. Мечтает ли золушка о счастье?

Следующий после обновления характеристик Белла день.

— Поздравляю, помощница. Ты подняла уровень.

Гестия проговорила Лили результат её увеличения характеристик, чтобы потом девушка могла рассказать об этом остальным членам Паствы.

— А? — выпалила Лили, она будто не поняла сказанных только что слов.
Эти слова заставили её застыть. Когда она заговорила снова, выражение на
её лице не изменилось. — Кто?

— Ты.

— Я что?

— Подняла уровень.

— Где?

— Здесь.

— Когда?

— Только что.

В гостиной Паствы, в которой собрались остальные было тихо. А через секунду…

—ДААААААААААААААААААААААААААААААААААААААА!!!

Лили издала победный клич, вскинув обе руки сжатые в кулаки в воздух.

Радость девушки была такой бурной, что Микото и Харухиме слегка сжались, а Белл и Вельф подскочили от неожиданности.

— Вот твои последние характеристики перед поднятием уровня. — усмехнувшись, Гестия протянула Лили лист бумаги.

Лили практически скользнула взглядом по записям, всё ещё тяжело дыша после продолжительного радостного вопля.

Лилирука Арде

Уровень 1

Сила: I81 > H106 Защита: H144 > H189 Проворство: G265 > G298 Ловкость: E417 > E468

Магия: E499 > D500

Заклинания

Золушка

— Заклинание изменения внешности

— Цель изменяет внешность на представленную во время произнесения. Без образа заклинание окончится провалом.

— Рекомендуется использование существующей в реальности внешности.

— Слова для активации: Твои шрамы мои. Мои шрамы мои.

— Слова для снятия: Звон полуночного колокола.

Навыки

Искусный помощник

— Активируется, когда переносимый вес достигает определённой отметки

— Эффект действия навыка пропорционален переносимому весу

Командирский клич

— При крике громче определённого уровня расширяет радиус телепатической связи

— Во время сражения радиус действия навыка определяется шириной фронта

— Указания передаются только тем, кто обладает такой же Фалной. Максимальная дистанция действия зависит от уровня пользователя

Такими были её характеристики до перехода на второй уровень.

Поднятие уровня требует огромного количества экселии, накапливаемой
за различные свершения, и поднятия одной из характеристик до шестого
ранга.

В случае Лили этой характеристикой стала магия, поднявшаяся с ранга I
до ранга D, после частого использования в прошедший месяц. Лили
пользовалась заклинанием, чтобы внести суматоху в битве на Дедаловой
Улице, когда проходила операция по возвращению Ксеносов в Подземелье. И,
за несколько дней до этого магия наконец получила последнюю нужную для
ранга D экселию.

Также, Лили совершила немало деяний, которые можно было назвать великими.

Несмотря на то, что лично она в схватках практически не участвовала,
она не раз смотрела смерти в глаза и выживала, что сделало её достойной
повышения уровня.

Решающим фактором стали столкновения с моховым гигантом и Амфисбаэной
в последней экспедиции, но и без них Лили преодолела немало трудностей
для помощницы первого уровня: она убивала монстров на серединных этажах,
сражалась с Чёрным Голиафом, внесла свой вклад в победу в «Битве» и в
событиях связанных с Ксеносами.

И, что самое важное, она преодолела чёрную полосу своей жизни, Сому.

Она подняла уровень, потому что прошла через многое.

К тому же, новый уровень стал доказательством ценности всей жизни
Лилируки Арде, с того самого момента как она получила Фалну почти сразу
после рождения.

Вдобавок, она смогла развить новый навык.

Прочитав бумагу Лили, задрожала от эмоций.

— У тебя несколько развиваемых способностей на выбор, какую хочешь
развить? Сопротивление отличный вариант, но тебе может понравиться и
Смешивание.

Гестия назвала несколько вариантов, и Лили заострила внимание:

— С-смешивание это же такая же способность, как и у сударыни Нажи?!
Когда я была воровкой, чтобы обмануть авантюристов, я иногда
притворялась, что пользуюсь Смешиванием, чтобы разбавить зелья!

Гестия остановила продвижение Лили и не стала сразу повышать ей
уровень, чтобы дать девушке возможность обсудить выбор новой способности
с Беллом и остальными.

Лили разволновалась снова, но на этот раз она была зажата рамками выбора, потому волнение было приятным.

Смешивание — это способность, обычно ценимая среди травников, именно
она используется при создании различных лекарств. Она может улучшить
эффективность зелий восстановления настолько, что их эффекты могут
показаться волшебными, вроде мгновенного исцеления ран и много другого.

Выбрав смешивание, Лили могла бы создавать зелья и множество других
средств, значительно снизив расходы на используемые в походах предметы!

Лили никогда не представляла себя травницей, но возможность была
довольно привлекательной. Способность создавать зелья могла бы
значительно улучшить её финансовое положение. Эта идея захватила её
разум, поскольку финансами Паствы распоряжается именно она. Став умелой травницей, она смогла бы продавать создаваемые предметы и зарабатывать.

Всё же, Сопротивление тоже может быть полезным, хоть и не в таком смысле…

Поскольку сопротивление пассивно предотвращает негативные
воздействия, оно считается очень достойной способностью. Особенно
отчётливо действие сопротивления проявляется в экспедициях в Подземелье,
и не будет преувеличением сказать, что для авантюристов, отправляющихся
в глубины Подземелья этот навык едва ли не один из самых важных.
Некоторые вещи без него попросту невозможно преодолеть.

Лили металась.

Поразмыслив, она всё же остановилась на выборе сопротивления.

Несмотря на то, что смешивание привлекало её возможностью создания предметов, девушка всегда хотела оставаться помощницей Белла.

А это означало что ей необходимо не пасть в Подземелье.

Чтобы быть всегда с ним рядом, она должна быть готова помочь ему в любом путешествии.

Быть полезной для группы и для Белла в том числе Лили считала самым важным.

Конечно, всё было не так просто как в восточной мудрости: «За
выпечкой из риса иди в лавку, где её делают», но в реальности Нажа стала
союзником их Паствы, на которого можно положиться, когда речь идёт о
всевозможных предметах поддержки. Опытная, талантливая травница может
создавать предметы лучше начинающей. Потому Лили может продолжать
полагаться на торговлю нужными предметами с Нажей, как и раньше.

У каждого есть свои сильные стороны.

И Лили решила, что предпочтёт роль помощника.

— Поздравляю, Лили-сан!

— Это великолепно!

— Если буду мешкать, похоже и малютка Лил меня обгонит.

Лили получила свою порцию похвалы от Микото, Харухиме и Вельфа.

Я так рада!

Очень сильно!

Я думала, что этот день никогда не настанет!

Лили ощутила словно её наконец приняли.

Приняла реальность, на которую она раньше с такой горечью жаловалась.

Принял мир, который, благодаря множеству людей, появившимся в её жизни, стал ярким.

— Я рад за тебя, Лили!

И, что бы там ни было ещё… этот парень её изменил.

Благодаря ему она нашла силы перестать быть грустной девушкой, путь которой усыпает пепел и стала сама собой.

Он её спас.

А теперь он смотрел на неё, расплывшись в улыбке. Как сильно он бы не
повзрослел, насколько бы не стал серьёзнее, его улыбка словно не
изменилась.

Было время… когда я хотела превратить его жизнь в ад.

Глубоко в душе Лили ощущала что-то неописуемое, когда мысленно
вернулась к их первой встрече. Удовольствие, которое породила в ней
мысль о том, с какой лёгкостью она обведёт вокруг пальца этого
потерянного ягнёнка, или кролика, всё ещё было свежо в её памяти.
Несмотря на то, что это была одна из самых тёмных страниц в её прошлом.

— Что-то не так, Лили?

— …Ничего! Совсем ничего, сударь Белл! — помотала головой Лили и улыбнулась Беллу самой яркой из своих улыбок.

Она повторила клятву, обещание, которое она готова сдержать, что бы ни произошло.

— Лили будет помогать вам отныне и всегда!

----------

Интерлюдия. Мечтает ли золушка о счастье?

Лили насвистывала весёлую мелодию, шагая по улицам города. С
новообретёнными характеристиками она стала авантюристкой второго уровня.
И она не могла скрыть своей радости.

— Экспедиция провалилась, а наша Паства на грани разорения, но… есть
ценности, на которые нельзя навесить ценник! — она шла вприпрыжку как
маленький ребёнок, получивший свою похвалу.

Никто не понимал, что она одна из авантюристок Паствы Гестии и улыбающаяся девушка приковала к себе немало взглядов людей.

Обычно ей не нравилось, что на неё смотрят, как на потерявшегося ребёнка, но сейчас это нисколько не беспокоило Лили.

Если она «переключится» на новообретённые способности, скорость с
которой он побежит, и высота, на которую прыгнет поразят всех
окружающих. Возможно, она смогла бы прыгнуть с мостовой на крышу одного
из двухэтажных зданий, если бы захотела.

При мысли о том, что ей придётся потратить время, чтобы пообвыкнуться
с новообретёнными силами, Лили сияла от восторга, ощущая обретённый
потенциал.

— Если подумать, не получит ли Паства повышения из-за Лили?..

Что если для них возрастёт налог? Не лучше ли держать то, что она получила новый уровень в секрете?

Обдумывая различные варианты, девушка наконец разразилась радостным, совсем не характерным для себя, смехом.

— Да какая разница? Япи-и-и!

Она была необычайно довольна.

— Хе-хе… пора бы рассказать об этом наравне с остальными хорошими новостями.

Вцепившись двумя руками в мешочек и прижимая его к себе, Лили бежала по улицам.

— Эй! Ты… ты же Лилирука Арде?

— А? Кто… сударь Луань?!

Луань Эспел — полурослик, с которым девушка столкнулась, был одет как паж.

Раньше он был членом Паствы Аполлона, а сейчас лишился работы
авантюриста и, насколько помнила Лили, работал в «Тайной Норе
Полуросликов» — работающей только для полуросликов таверне.

— Что вы здесь делаете?

— …Иду по поручению бара. Разве не очевидно? — сказал
парень-полурослик, на год старше Лили, показывая пакеты из лавок,
довольно большие для него. Его губы скривились в улыбке, указывавшей на
то, что он держит на неё злобу с самой «Битвы». — А что насчёт тебя?
Хохочешь как дитё малое. Что тебя так порадовало?

Даже издевательский тон Луаня не испортил Лили настроение. Девушка гордо выпятил грудь, продолжая прижимать к себе мешочек.

— После завершения экспедиции я подняла уровень! Лили присоединилась к рядам авантюристов второго уровня!

Шок Луаня вылился в мгновенный и очень громкий крик:

— Чего-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о?! — прохожие стали
обходить полуросликов чуть дальше, чтобы не быть втянутыми в мелодраму,
разыгравшуюся прямо посреди улицы. — Т-ты же шутишь, да? Не может быть,
чтобы полурослики поднимали уровни так легко! Чёрт, разве ты не слабее
меня?!

— Как вы знаете, у меня есть заклинание, сударь Луань! Этот уровень стал результатом усилий, которые я приложила!

Поначалу Луань не хотел в это верить, но, всё же, принял то, что слова Лили могут быть правдивыми.

Он помрачнел. На его лице появился стыд, он взглянул на Лили злобным взглядом:

— Чёрт… почему только ты?.. Я… я же всё время…

Лили застыла.

Такое выражение лица было ей известно.

Всего пять месяцев назад она выглядела так же.

Зависть и ревность. Сердце, которое тянется к тому, что ему не
принадлежит. Когда нечто пожирает тебя только из-за того, что кто-то
другой улыбается, это невыносимо.

А в случае Лили к этому ощущению добавлялся ещё и гнев.

Она посмотрела на Луаня, и, увидев себя в прошлом, ей было сложно сохранить спокойствие.

— Знаете, Лили тоже прошла через очень большие трудности. Я старалась
так сильно, что чуть не умерла. Это не то, чему стоит завидовать! —
заявила она, подняв палец, будто бы пытаясь отогнать неожиданно
возникшую мрачность.

— Гах… Я… я понимаю.

Может понимая, что его зависть направлена не по адресу, а может из-за
ощущения жалости к себе из-за того, что он ничего не может сделать,
Луань отступил.

В прошлом Лили и сама ощущала неполноценность и понимала, что нынешний восторг унёс её очень далеко.

Но она не стала пытаться подбадривать Луаня, потому что понимала, что
сочувствие — самая болезненная вещь для кого-то в его положении.

Луань не хотел развивать этот разговор и дальше, поэтому сменил тему:

— …И чем ты занята? Погулять вышла, или как? Кажется, ты не
докладывать о повышении уровня идёшь. А у тебя в руках, это… деньги? —
сказал он, осматривая мешочек, который прижимала к себе Лили, и услышав
позвякивание.

— А, это для…

Прежде чем договорить Лили услышала знакомый голос:

— Лили, милая?!

— !..

От этого голоса у неё перехватило дыхание. В одно мгновение среди
отошедшей от полуросликов толпы она увидела немолодую пару людей,
которые шли к ней.

Им пришлось бы сделать ещё немало шагов.

Когда она оказалась скрыта от людей толпой, она произнесла короткое и знакомое заклинание:

— Твои шрамы мои. Мои шрамы мои.

Оно было произнесено молниеносно, никто его даже не заметил.

Звук мгновенной трансформации был скрыт шуршанием плащей, стуком
колёс и громким кашлем дварфа неподалёку. Единственным, кто заметил
вспышку серого света, стал Луань, чьи глаза округлились от эффекта почти
мгновенно заклинания девушки.

Невероятная скорость произнесения заклинания была одним из преимуществ нового уровня, доказательством получения новой силы.

А наблюдательность тактика, способность девушки мгновенно оценивать
ситуацию и принимать решения, была закалена в постоянных стычках со
смертью во время экспедиции.

Девушка, чьё преображение никто, кроме Луаня, не заметил, скользнула в толпу и пошла мимо пары немолодых людей.

— Лили, дорога… а?..

— Простите, вы обращаетесь ко мне? — невысокая «эльфийка» озадаченно
наклонила голову, словно только сейчас заметила пару стариков. У неё
были длинные острые уши и огромные миндалевидные глаза. Одежда была
такой же, какую носила Лилирука Арде.

Старая пара неловко улыбнулась, убеждённые, что они обознались, а может, просто испытав разочарование.

— Простите нас, дорогая. Мы вас приняли за другого человека. Вы
выглядите, как девушка, которую мы знали, вот мы и… — извинилась
старушка. Она держала в руках букет цветов, и, похоже, шла, чтобы
кому-то его вручить.

Эльфийская девочка посмотрела на улыбки стариков, и в этот момент молчавший раньше Луань заговорил:

— Я слышал вы сказали: «Лили». Вы имели в виду Лилируку Арде из Паствы Гестии?

— …Да, мы говорили о ней, — сказала старая женщина.

Старик, её муж продолжил:

— Мы владеем цветочной лавкой и… некоторое время назад она жила с нами, а мы сделали очень неприятную вещь.

— …

— Хотя и… мы не понимали, как ужасно это было в то время. Мы думали
только о себе. Даже не подумав о том, какую ношу на себе несёт эта
девочка, мы выставили её на улицу. Едва показав ей доброту, мы прогнали
её и…

Старик говорил, словно пытаясь исповедаться. Поскольку старая пара
остановилась посреди улицы, прохожие бросали на них недовольные взгляды.

— Перед нашей лавкой кто-то всегда оставляет деньги… как будто она
пытается извиниться. Мы бы думали, что она пытается над нами посмеяться,
показывая, как далеко она зашла, но рядом с деньгами она оставляет
цветы, которые мы любим…

Услышав слова старика, Луань бросил взгляд на мешочек в руках эльфийской девочки.

Она держала мешочек, наполненный монетами.

— …Вроде бы Паства Гестии стала знаменитой. Вы могли бы
поспрашивать, где находится их дом, и без проблем его бы нашли. Если вы
хотите её увидеть, разве вы не могли бы прийти в любое время? — задал
вопрос Луань, будто бы ощущая, что стоящая рядом девушка никогда не
смогла бы задать его самостоятельно.

— Мы даже не знаем, с чего начать разговор… нет, дело не в этом. Если
бы мы к ней пришли, мы не знали бы, что нам сказать или сделать… —
сказала старушка. Она беспокоилась из-за того, что когда-то они выгнали
Лили, и теперь у них нет права перед ней извиняться.

Несмотря на яркое голубое небо над головами, лица стариков были полны разочарования.

Повисло тяжёлое молчание. Лилирука Арде не смогла его вынести. И поэтому…

— …Сэр, мэм, — заговорила эльфийка. — Не хотели бы вы продать мне эти
цветы? — она беззаботно улыбнулась, словно пытаясь развеять мрачность
лиц старой пары.

— А?..

— Я хочу купить замечательные цветы, которые вы несёте, — сказала
она, протягивая мешочек с золотыми монетами и указывая на белые цветы в
руках женщины.

— Э-это невозможно… Это остатки после сегодняшних продаж, и вы
предлагаете слишком много денег. Намного больше, чем стоят эти цветы…

Не Лилирука Арде, а безымянная эльфийская девочка прервала старушку:

— Видите ли, сегодня со мной случилось кое-что хорошее. Кое-что, что
заставило меня ощутить будто всё, что со мной произошло, было к лучшему.
Всё, через что я прошла, того стоило. И поэтому я хочу купить у вас
букет… вместе с этим чувством за эти монеты.

Таким было её желание. Каждое её слово, без исключений, было правдивым. Она улыбнулась, скрывая за этой улыбкой грусть.

Наконец, лица старой пары посветлели. Они будто бы увидели в
эльфийской девочке кого-то другого. Её улыбка была грустной и одинокой,
но всё-таки счастливой.

— Спасибо вам… сударыня эльфийка.

Они не назвали имени Лили. Но нежно погладили её по голове, будто любимую внучку.

Щёки девушки покраснели, улыбка так и не сошла с её лица.

Пара стариков попрощалась с ней и скрылась в толпе.

После этого заговорил Луань.

— …Слушай, ты и правда этим довольна? — его голос тонул в шуме толпы,
и он подумал, что понял, что именно случилось на его глазах.

— Всё хорошо, — снова не замечаемая прохожими девушка сняла
магическую маскировку. Она прижала к груди букет цветов, смотря вслед
скрывшейся в толпе старой паре.

— Если они увидят Лили, это заставит их волноваться. Так лучше.

— …

— Однажды из-за меня было уничтожено место, которое они мне дали… а
сейчас я окончательно расплатилась за все беды, которые им принесла и
всё закончилось. — чтобы отогнать меланхолию Лили широко улыбнулась и
продолжила шутливым тоном. — К тому же, я ничем не лучше их. Мне страшно
с ними встречаться. Я подняла уровень, и всё равно осталась такой же
маленькой и слабой, как была раньше.

После непродолжительного молчания Луань недовольно бросил:

— Да ни черта подобного, — стараясь не встречаться с Лили взглядом, он неуверенно продолжил: — Ты сильная. Гораздо сильнее меня…

Лили улыбнулась.

На этот раз с благодарностью.

Прижатые к её груди цветы старой пары будто улыбались вместе с ней.

----------

Интерлюдия. Мечтает ли золушка о счастье?

— …

Сома посмотрел в окно.

— Что-то случилось, всевышний? — спросил Чандра, дварф с тыквой для вина на поясе.

Главный штаб Паствы Сомы, в третьем районе города, расположенном в юго-восточной стороне города.

Сома сидел в своих покоях, разбираясь с делами вместе с Чандрой,
командиром Паствы, однако посреди разговора замешкался и выглянул в
окно.

Длинные волосы скрывали глаза, игнорируя вопрос дварфа, божество продолжало смотреть на улицу.

— Та девочка… она выросла.

— ?..

— Просто… предчувствие.

После обращения в другую Паству следы первой Фалны, полученной у
божества, не исчезают бесследно. Словно шрам кровь остаётся на спине
дитя, которое сменило покровителя. Будто доказательство того, что
когда-то дитя поклялось служить другому божеству.

До этого момента Сома даже не задумывался о этой связи, но он её ощутил, когда девушка стала на шаг ближе к богам.

— Под девочкой вы имеете в виду… Лилируку Арде?

— …Да.

— Не понимаю о чём идёт речь, но… если вам интересно, может стоит отправить человека в Паству Гестии, чтобы о ней разузнать?

Чандра стал командиром Паствы всего несколько месяцев назад,
но уже неплохо научился понимать странноватые замашки и слова своего
божества. Он тут же прошёлся пальцем по книге записей о бывших членах Паствы Сомы и нашёл запись о Лили.

В записях, сделанных, судя по почерку, самим Сомой был самый минимум необходимой информации, вроде пола и расы.

Сома молча обдумывал предложение Чандры, а потом покачал головой:

— Нет… не важно.

— Мммм, почему?

— У меня… нет права к ней приближаться.

— «Права»?

— Однажды я её бросил, и… она ускользнула из моих рук, — больше Сома ничего не сказал.

Понимая, что объяснения за этими словами не последует, Чандра пожал плечами:

— Вы, как всегда, недоговариваете.

Потом он с лёгкостью закинул огромный ящик на плечо, и вынес его из комнаты.

Оставшись в одиночестве, Сома посмотрел в окно на улицы Орарио.

— Поздравляю, маленькая Лилирука Арде… — сказал он девушке,
безусловно находившейся в этом городе голосом, наполненным сожалением и
восхищением. — Ты очень сильно выросла, — расплывшись в улыбке
пробормотал бог.

----------

Пепельная девочка

Лилирука Арде была принесена в этот мир пятнадцать лет назад.

Она слышала, что это были самые беспокойные времена за долгую историю Орарио.

Это беспокойство было вызвано провалом Трёх Великих Заданий.

Две Паствы, находившиеся на вершине Орарио, и их авантюристы
считались сильнейшими в мире. Они приняли на себя задачу по истреблению
троих древнейших и могущественнейших монстров, но последний из этих
монстров, король драконов, одержал победу и уничтожил авантюристов.
Такая потеря в силе стала смертным приговором для двух великих Паств.

Неожиданное ослабление самых устрашающих групп авантюристов в городе вызвало возвышение злодеев.

В то непростое время силы тьмы открыто бродили по Орарио, словно
издеваясь над отчаявшимися смертными, чьи надежды и мечты были
разрушены. А может, злодеи просто воспользовались неожиданно дарованной
им свободой.

Возглавляемые террористической группой, известной как Злодеи, беззаконники и мародёры начали в Орарио эпоху хаоса.

Новые Паствы заменили старые. Принимая во внимание ошибки
предшественников две вознёсшиеся группы авантюристов, возглавляемые
двумя совершенно разными богинями, стали новой надеждой Орарио. Один за
другим разные божества и их Паствы принимали сторону справедливости, надеясь справиться с разрастающимся конфликтом.

То было время величайших потрясений в Орарио, добро сражалось против зла, порядок против хаоса.

В те дни, преступления происходили повсеместно и не было места, в котором нельзя было бы услышать злодейский смех.

В такую эпоху была рождена Лилирука Арде.

— Дайте монетку, пожалуйста…

Воспоминания Лили об этом мире начинаются с трёх лет от роду.

Первым, чему она научилась в жизни, было попрошайничество. Она стояла
на улице, босая и одетая в лохмотья, протягивая ладошки каждому, кто
подходил достаточно близко. Если бы не характеристики, нанесённые ей на
спину, возможно она бы умерла где-то в грязи и голоде. Она подчинялась
своим родителям, делая всё, что они от неё требовали. Она стояла на
улице, пока тьма не падала на город и не поднималась луна, пытаясь
выпросить у прохожих монетки.

— Сходи, принеси денег, — практически всё, что говорили ей когда-то
родители. Её папа и мама, полурослики, почти не разговаривали с
маленькой Лили, и она не помнила, чтобы они хоть раз повели себя как
родители.

Лили её родители принадлежали к Пастве Сомы.

Авантюристы были собраны божеством только ради одной цели, создания
идеального алкоголя. Чтобы спонсировать затратное развлечение бога,
Паства награждала членов, приносивших наибольшую прибыль, величайшей
наградой — пробой божественного алкоголя, созданного Сомой.

Несмотря на запечатывание арканума, большинство попробовавших
произведённое Сомой вино тут же подчинялись его вкусу и жаждали
заполучить как можно больше денег. Они буквально отбрасывали всё, что у
них было, ради возможности попробовать небесное вино ещё раз.

Родители Лили не были исключением. Они не брезговали использованием
Лили ради заработка, даже когда она была совсем ещё ребёнком.

Вскоре они умерли.

Они отправились в Подземелье в поисках денег, точнее, пытаясь найти
что угодно, что могло бы принести им ещё глоток алкоголя Сомы, и были
убиты монстрами. Лили узнала об этом из издевательского смешка одного из
членов Паствы. Пусть тогда она ещё не понимала значения грусти, она осознала, что осталась совершенно одна.

Никого не волновало, что с ней будет дальше. Никто о ней даже не подумал.

Жизнь продолжалась, но для Лили она обернулась жалким существованием.
Она продолжала просить денег, иногда роясь в мусоре ради поиска хоть
какого-то пропитания.

— …Я… голодна…

День за днём смотря на свои руки, прося подаяний, как в доме своей
Паствы, так и на улицах, она вдруг задумалась. Кто заботился о ней
раньше?

Кто присматривал за ней до того, как она обрела самосознание? Пока не
могла ходить? Она не могла представить, что умершие родители делали для
неё хоть что-то. Несмотря на маленький возраст Лили во всём
сомневалась.

Однажды Лили забрела в одну из комнат особняка Паствы в поисках еды, ведомая урчащим животом, и встретила своего бога, Сому.

— А… Божество…

— …

Он был загадочным. Длинные волосы скрывали глаза, и он почти никогда
ничего не говорил, отчего нельзя было понять, что он думает. Несмотря на
странности Паствы и помешательство её членов на божественном
алкоголе, а не на почитании бога, Лили знала, что даже авантюристы
побаиваются своего неземного лидера.

Сома стоял перед Лили, через пряди на неё смотрели чернильно-чёрные
глаза. Лили ощутила дрожь в начертанных на её спине Характеристиках и,
пробежав по коридору, спряталась за углом.

Когда она выглянула снова… её глаза смотрели на бумажный пакет,
который божество держало в руках. От него пахло маслом и солью. Он был
заполнен кусочками картошки, зажаренными до золотой корочки.

Живот Лили подал голос. Опустив взгляд, она потёрла пустой живот. Сома безмолвно к ней подошёл.

Лили испугалась, когда над ней нависла тень, а потом Сома протянул ей один из кусочков картошки.

Глаза Лили округлились, она переводила взгляд с картошки на лишённое
эмоций лицо бога и обратно. Наконец, она нерешительно приняла протянутую
еду.

Открыв рот, она одним махом проглотила картошку. Раздался первый
хруст, вкус поджаренной, солёной маслянистой картошки заполнил её рот.

Всё её тело вздрогнуло от удовольствия, испытанного после поглощения первой за долгое время настоящей еды.

Вылизав пальцы, она попыталась неловко поблагодарить бога, едва произносимыми словами:

— Эм… спасибо… большое.

— …

Как и ожидалось, Сома не ответил.

Несколько секунд спустя Сома продолжил идти, Лили нерешительно пошла за ним.

Топая маленькими ножками по полу, она прошла за Сомой в знакомое внутреннее святилище Паствы. Она пересекла порог комнаты, Сома ничего ей не сказал, и не стал её прогонять.

Он выложил ещё несколько кусочков картошки на тарелку и поставил её на стул.

Лили не сразу поняла, что это было сделано для неё.

Наконец, она начала поглощать еду, в то время как Сома, съевший всего
несколько картошек на ужин, начал работать с различными растениями,
стоящими в углу комнаты. Похоже эти растения должны были стать
ингредиентами для его алкоголя. Сома начал толочь что-то в ступке.

Этот звук, он…

Когда голод отступил, глаза Лили забегали по комнате, и она ощутила,
что звук ей знаком. Будто колыбельная из прошлого, проникавший в её сны
звук снова ожил в памяти.

Гипнотическое ритмичное постукивание почти мгновенно погрузило Лили в
сон. Свернувшись калачиком на полу, она уснула, слеза будто кристалл
поблёскивала в краешке её глаза.

Неожиданно сильные руки, не похожие на руки её матери или отца
подхватили Лили. Она оказалась на кровати и её накрыло мягкое одеяло, а
слёзы продолжали появляться в глазах, хотя она, скорее всего, уже
уснула.

Рядом с ничего не говорившим богом Лили впервые ощутила к себе любовь другого человека.

В первый и последний раз она испытала на себе теплоту своего бога.

----------

Пепельная девочка

Величайшей переломной точкой жизни Лили стал её шестой день рождения.

После попрошайничества и лазания по помойкам она стала заглядывать в
тихие покои Сомы, но настал день, в который было созвано собрание всей Паствы.

Всем членам Паствы, кроме самого Сомы, было приказано собраться в одном зале.

— Спасибо, что пришли. С сегодняшнего дня я становлюсь лидером этой Паствы, и буду руководить нашими действиями от имени всевышнего Сомы.

Поднявшегося на наспех сколоченную в зале собраний Паствы платформу мужчину звали Занис. Среди постоянно жаждавших божественного алкоголя элитных членов Паствы Сомы его
способности позволили ему возвыситься до второго уровня. Лили слышала
перешёптывания о том, что он возвысился, устранив предыдущего командира Паствы, в котором видел помеху.

Лили ощущала нечто недоброе от мужчины, которому на вид было около
двадцати лет. Занис щёлкнул пальцами и всем присутствующим раздали чаши.

— Начиная с этого дня Паства Сомы будет расширяться. В Орарио
сейчас непростое время и мы будем набирать новых членов, чтобы стать
частью истории. Этот напиток был дарован нам всевышним Сомой, в качестве
благодарности за наш труд.

По залу разнеслось громкое бормотание.

Новые рекруты, члены Паствы низкого ранга, как и Лили, никогда не
касались божественного алкоголя, и впервые впились в него взглядами. Они
получили порцию жидкости, как и все остальные собравшиеся в зале люди.
Все присутствующие знали, что Сома никогда не выдаёт божественный
алкоголь просто так, а значит Занис его попросту украл, но сладковатый
аромат был слишком манящим, чтобы люди могли ему противиться и не
поднести чашки к губам. Так же сделала и маленькая Лили. Она не могла
противиться манящей божественной жидкости и поднесла чашку к губам.

Занис, прищурившись следивший за членами Паствы поднял свою чашу:

— Тост, за развитие нашей Паствы.

Его губы скривились в недоброй улыбке.

Спустя мгновение после того, как божественный алкоголь коснулся её языка…

…Лили стала подобна безвольному животному.

----------

Пепельная девочка

После этого Лили никогда не приходила в покои Сомы.

Вместо этого она начала спускаться в Подземелье, в котором умерли её
родители, место, которое её пугало, и которого она старалась избегать.

Ей были нужны деньги, нет, ей было нужно божественное вино.

…Хочу его!

…Хочу попробовать его снова!

…Чего бы это не стоило!

Со стеклянными глазами она отчаянно пыталась выполнить установленные
Занисом нормы. Следуя по стопам родителей, она стала авантюристкой,
ослеплённой блеском магических камней.

Её превращение в жаждущего вина зомби завершилось. Она не раз
замечала наполненный безнадёжностью и мрачностью взгляд бога, следивший
за ней с верхнего этажа дома Паствы.

Не заметила она и хитрости Заниса, использовавшего божественное вино и
захватившего управление Паствой, чтобы окончательно разделись
последователей и бога.

— Несите деньги, чтобы Паства могла процветать! Наш владыка того желает!

Денежные требования постоянно возрастали. Управление Паствой ещё
никогда не было таким строгим, и можно было без преувеличения заявить,
что все работали исключительно в интересах нового командира. Однако
очарованные божественным вином авантюристы этого не замечали и
выстраивались в очереди, отчаянно надеясь услышать волшебные слова:

— Можете получить божественное вино.

Гильдия была занята выслеживанием Злодеев и других преступников, что лишь давало командиру Паствы пространство для манёвров.

Испорченность Паствы Сомы продолжала разрастаться.

Лили, тем временем, будучи жалким полуросликом ничего не получала от своей организации.

С ножом в окровавленной руке она убивала низкоуровневых монстров,
кобольдов и гоблинов в Подземелье. Победить их открыто девушка не могла,
потому она скрывалась в тенях, затаив дыхание, и устраняла монстров
скрытно, по одному.

Однако, вскоре она достигла своего предела. Жалкие гроши, которые она
зарабатывала, не могли покрыть даже расходов на ремонт нужной
экипировки, а побитое тело девушки начало сдавать. На неё обрушилась
реальность. Её усилия почти не приносили результатов. Каждое путешествие
в Подземелье лишь загоняло её в долги.

Даже вымоленное обновление Характеристик ничем ей не помогло. Она
достигла предела того, куда могут привести её усилия и практика. К
сожалению Лили, ей попросту не хватало таланта для того, чтобы быть
авантюристкой.

Потому она была вынуждена стать помощницей.

Ею начали пользоваться.

— Стойте! П-подождите, пожалуйста! Мы не на это договаривались!

— Твоё мешканье стоило нам кучи денег! Ты должна быть благодарна за то, что тебе хоть что-то дали!

Лили старалась не ходить с членами своей Паствы, поскольку у
неё постоянно крали ту небольшую плату, которую она должна была
получить, но и путешествуя с другими группами Лили ощущала только их
жестокость.

Авантюристы отбирали у неё её часть добычи, словно так и должно было
быть. На неё часто срывались за промедления, заставляли работать
бесплатно, а иногда даже крали её оружие и зелья.

Однажды авантюристы, с которыми она работала после целого дня в
Подземелье остановились в шумной таверне, заставляя Лили валяться у них в
ногах, чтобы выпросить хоть какую-то плату.

Когда она просила свою долю, её в полёт отправил пинок. Скрючившись
от боли, она увидела, что на пол летит что-то ещё. Кусок мяса птицы.

В таверне поднялся хохот, кто-то даже произнёс: «Давай, время
умолять, чтобы тебе дали поесть!» — и Лили никогда не забудет выражения
лиц тех авантюристов.

Унижение и отчаянье охватили её сердце. Не было ни одного дня, когда её щёки не были мокрыми от слёз.

Помощница на полную ставку. Объект насмешек.

Никогда раньше ей не доводилось испытывать такой горечи и жестокости, как в тот самый момент.

Почему… почему я должна?..

В это же время эффект божественного вина начал проходить.

Возвращение трезвости пробудило в Лили ужасающее чувство и жуткое
ощущение одиночества. Она даже разозлилась на Сому за производство
божественного алкоголя, который довёл её до такого состояния.

Но отступать было некуда. Лили уже заработала репутацию среди
низкоуровневых авантюристов как помощница, которую можно использовать.

Никто в её безнадёжной Пастве не помогал ей и не предоставлял защиты.
В глазах авантюристов она стала инструментом, той, кого можно
использовать.

Не осталось никого, кто бы даже попытался мне помочь…

Лили не могла вспомнить лица человека, который однажды её накормил.
То, что должно было стать воспоминанием о теплоте, было подобно
песчаному замку, оно было размыто неестественной жаждой божественного
вина, которое привело её к постоянным страданиям.

Потеряв даже свою память, Лили проводила дни, просто пытаясь выжить.

Я хочу умереть… но…

Ей было больно, одиноко и тяжело. Она ненавидела всё вокруг. Она постоянно думала, что ей стоит покончить с жизнью.

Но Лили знала. Она знала какую жгучую боль несут раны, оставленные
когтями монстров. Помнила она и синяки от ударов ботинок авантюристов.

Она не могла заставить себя умереть, потому что боялась ощутить ещё большую боль.

— !..

Однажды, не выдержав очередного дня исследования Подземелья, Лили
сбежала. От авантюристов и своей Паствы, проливая по пути слёзы.

Она хотела разорвать свою связь с божеством, замаскироваться под обычную девочку и ощутить хоть немного счастья.

Но авантюристы не позволили ей и этого.

----------

Пепельная девочка

Моментом, в который она поняла, что ей не сбежать от Паствы Сомы…

Моментом, когда она осознала, что ей остаётся только продолжать страдать от рук авантюристов…

…стало разрушение цветочной лавки, которой заправляла пара стариков, у которых она жила прямо на её глазах.

— Нана, Ноно?!

Это было сделано руками авантюристов Паствы Сомы. Ведомые
жаждой божественного вина они украли всё, что можно было продать, и
разрушили дом, который для себя нашла Лили, убедившись, что донесли
послание о том, что всё это случилось только потому, что девушка
оказалась здесь. Из-за творившегося в городе разбоя ни Гильдия, ни
другие фракции, способные покарать Паству Сомы за это преступление, не
нашли времени на подобный мелкий случай.

Паре стариков, заправлявших лавкой, досталось также, как и их стенду.
Лили была девочкой-посыльной и, когда случилось нападение, её не было
на месте. Вернувшись и увидев разрушения, она побежала к старикам с
протянутыми руками.

Пара, позволившая Лили жить с ними и обращавшаяся с ней, как с внучкой, от неё отвернулась.

Обычно добрые глаза стариков были полны обвинений и злобы.

Побитый старик, сидя на земле, стёр кровь с губы. За его спиной
рыдающая жена пыталась его поддержать. Они приняли Лили в свой дом
совсем недавно, и вот что им выпало вместо благодарности. Они смотрели
на Лили, будто она была отбросом.

Сердце Лили разбилось от их осуждающих взглядов.

Стойте…

Губы старика начали двигаться.

Нет, не нужно, не говорите этого, пожалуйста, Лили разрыдалась, но из её рта не вылетело ни одного слова.

…Назовите меня.

Обратитесь по имени.

Назовите меня Лили с той же добротой, что и всегда и погладьте по голове.

Скажите, что ничего, если я иногда не справляюсь, как вы уже делали.

Скажите, что я вам нужна.

Помогите мне.

Не бросайте меня.

Если вы меня бросите, то я…

— …Хотел бы я никогда тебя не встретить.

Что-то в Лили сломалось.

Слова старика впились в её душу, и из оставленной ими раны вытекло нечто важное.

После того, как пара стариков её прогнала, Лили ходила по городу,
подобно живому мертвецу, пока не осознала, что наступила ночь, и идёт
дождь.

— Ха… Ха-ха-ха…

Лили стояла посреди пустой аллеи и смеялась, с неё стекала вода.
Капли дождя соединялись в ручейки на её щеках и падали с подбородка.

Милый наряд, который подарила ей старая пара, промок из-за дождя и стал тяжёлым.

Никто никогда меня не звал. Никто никогда на меня не полагался. Никто никогда во мне не нуждался. Никто никогда мне не помог.

Она была одна.

Не было протянутой руки, которая могла бы ей помочь.

Каждый раз, когда этот злой мир позволял ей помечтать, в жестокой реальности всегда находилось что-то, что сокрушало её мечты.

Теперь Лили это понимала.

Она осознала, что, пока на её спине остаётся метка проклятой Паствы, свободы и безопасности ей не добиться.

Она продолжала смеяться.

За смехом слышались сдавленные рыдания, пытавшиеся вырваться наружу.

После того дня её глаза стали безумными и отчаянными.

----------

Пепельная девочка

Лили продолжила работать помощницей.

Поддерживая авантюристов Паствы Сомы или работая на кого-то другого,
она притворялась верной, покорной слугой. Как бы её не оскорбляли,
сколько бы не заставляли работать, она всегда держала на лице улыбку, а
её взгляд был ледяным, она ждала момента, когда наконец сможет
освободиться от оков своей Паствы. Она больше не пыталась бежать или на
кого-то положиться. На не могла вынести мысли о причинении кому-нибудь
вреда, и не хотела, чтобы чья-то доброта предала её снова. Каждый миг её
бодрствования был направлен на получение денег необходимых для выплаты
взноса за выход из Паствы.

Примерно в это же время Лили начала промышлять мелким воровством.
Преодолев столько трудностей, она не могла позволить себе роскошь жизни
идеалистки. День за днём её навыки в воровстве улучшались.

Разумеется, из-за заработанной ранее репутации удобного инструмента Лили продолжали пользоваться

— Тц, это всё что ты заработала? — зверочеловек по имени Кану
раздражённо прищёлкнул языком. Лили лежала на земле после того, как из
неё вытрясли всё, что она заработала, и зверочеловек изучил мешочек с
монетами. Он был одним из членов Паствы Сомы, пользовавшимся беззащитностью девочки.

Пока Кану и его банда вытрясали деньги из измождённой Лили, за этим наблюдал стройный мужчина, сложивший руки за спиной.

— А ты довольно усердна для того, кто давно не пробовал божественное вино Сомы, Арде. Преследуешь какую-то другую цель?

Лили не ответила на вопрос Заниса, продолжая смотреть в пол.

— …

После первого раза она не пробовала ни единой капли божественного
вина. В отличие от остальных членов Паствы, регулярно использовавших её,
чтобы выполнить установленные Занисом нормы, она ненавидела вино и
боялась его эффекта.

Кану, верный подчинённый Заниса, ударил Лили ногой по голове, после того как девушка не ответила.

— Босс, можно просто продать эту тварь в бордель. Даже на полуросликов находятся клиенты, на которых можно заработать.

Кану, усмехнувшись повернулся к Занису, но в этот момент во двор Паствы зашёл ещё один авантюрист.

— …Вы что тут делаете?

После пинка сознание Лили помутилось, но она услышала грубоватый голос и повернулась к нему.

— А, Чандра. Видишь ли, дело в том…

Перед глазами всё плыло, но она увидела силуэт невысокого мускулистого дварфа. Выслушав Кану, дварф нахмурился:

— Никаких борделей. Даже не думайте.

— …А почему бы и нет? Ты что, хочешь прикрыть эту малолетку?

— Если в квартале удовольствий начинает работать представитель другой Паствы, его вербуют шпионом. Хочешь Паству Иштар на нас навести?

— Хмммм… — Кану и его подручные задумались над словами дварфа.

Лили его вспомнила, дварф по имени Чандра вступил в Паству несколько
лет назад. Получив второй уровень, он обрёл определённую известность.
Последние силы Лили потратила на то, чтобы посмотреть в лицо
авантюристу, никогда не пытавшемуся причинить ей вред или как-то её
использовать.

Занис смотрел на побитую Лили свысока.

— Хм. Ну ладно… — он прищурился, будто продолжая обдумывать
предложение Кану. Лили посмотрела на авантюриста, носившего очки, будто
для того, чтобы казаться разумным человеком.

Наконец, его рот скривился в неприятной улыбке:

— Чандра прав. Нет нужды привлекать ненужное внимание. Пусть Арде продолжает работать на Паству как раньше. Хах… так будет даже веселее.

Занис расхохотался, холодный взгляд Лили, наполненный неприязнью, словно его веселил.

Лили всё это время молчала. Она сжала руки в кулаки. Боль и злость породили глубоко в её сердце чёрное пламя.

Это был не единственный случай. Всё, что она вынесла, подпитывало в ней желание отомстить.

Уставившись на ненавистного авантюриста, смотревшего на неё с ухмылкой, Лили начала поддаваться шёпоту обиды.

----------

Пепельная девочка

Проходили дни и месяцы, Лили исполнилось тринадцать.

И она придумала, как ей отомстить.

В проливной дождь по одной из тёмных аллей пронёсся злобный рёв.

Топая и крича, авантюристы пытались догнать прекрасную маленькую эльфийку, бежавшую впереди.

Золотые волосы промокли под дождём, заставив себя отдышаться, она проговорила:

— Звон полуночного колокола.

В то мгновение, когда она произнесла заклинание, её тело окутала пепельная вуаль.

В следующую секунду эльфийская девушка исчезла, ей на смену пришла Лили с ореховыми волосами, приставшими к щеке.

Её дыхание и тело дрожали, она открыла сумку, с которой бежала.

Внутри оказались аксессуары авантюристов, кольца и браслеты,
поблёскивавшие серебром и золотом, а также добыча с редких монстров и
даже магический кинжал.

Глаза Лили блеснули, улыбка появилась на её губах.

— У Лили получилось… Получилось! И всё в порядке!

Такими были плоды её заклинания, Золушки. Это заклинание появилось у
неё шестью месяцами ранее, и она использовала его, чтобы ускользать от
авантюристов.

Она маскировала себя под безвредную обворожительную
эльфийку-помощницу и подходила к авантюристам. А после путешествия в
Подземелье обкрадывала их, лишая ценностей.

— Ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха! — впервые за долгие годы Лили искренне расхохоталась. Её наполняла тёмная радость.

Она слышала крики авантюристов, которых она обокрала. И она пыталась
взять под контроль своё желание хохотать, но оно было слишком сильным.

Теперь, развеяв магию, она не была эльфийской воровкой, которую
авантюристы искали, а значит она от них ускользнула. Теперь ей будет
нужно трансформироваться снова, чтобы продать награбленное и получить
деньги, которые невозможно отследить.

Лили триумфально посмотрела в небо.

Каждый авантюрист, который заставлял меня страдать наконец получит, что заслуживает!..

Несомненно, могли быть и другие способы, которые позволили бы ей
заработать, благодаря Золушке. Она могла бы подыскать себе другой способ
заработка.

Однако, перенеся столько страданий, Лили не могла забыть обиду. Гнев и
горечь овладели маленькой девочкой, поклявшейся отомстить авантюристам.

В прошлой жизни ей приходилось пить грязную воду, чтобы выживать, но
теперь она могла избавиться от этой необходимости. Она отберёт обратно
всё, что украли у неё авантюристы, и отвоюет себе свободу собственными
руками.

Вместе с тем девушка ощутила и чувство вины, но отбросила его,
заперев глубоко в своём сердце. Лили заставила себя продолжать
улыбаться.

Спустя ещё несколько секунд восторга она поняла, что пришло время уходить.

Дождь был не таким, как в тот день, когда её выгнали единственные
люди, проявившие к ней доброту. Промокшая под дождём Лили потащила своё
побитое кровоточащее тело и растворилась в шумном городе.

----------

Пепельная девочка

После того дня Лили постоянно занималась воровством.

Она подготавливала ловушки для авантюристов в Подземелье, забирала у
них все ценности и сбегала из лабиринта. Разъярённые предательством
помощницы авантюристы сбегали из ловушки и бросались в погоню, но магия
превращения работала безотказно, и никто не мог поймать Лили. Несколько
раз она даже похищала ценности у членов своей Паствы, что слегка
облегчало чувство обиды.

Она пыталась игнорировать пустоту, которая заполняла её вместе с
тёмной радостью. Она использовала силу пылавшего в ней гнева, чтобы
выжечь жалкие чувства, пустившие в ней корни, спрашивая себя, могла ли
она забыть о том, что ей сделали.

В мести авантюристам минуло два года.

Лили посмотрела в наполненный водой таз и увидела, что её взгляд стал вялым.

Она жила в дешёвой таверне, которую использовала в качестве логова. В
тот день она в очередной раз заманила авантюристов в свою ловушку. Её
покрывала кровь, в памяти всплыли останки тел монстров, и она была
перепачкана пеплом настолько, что ей хотелось себя засмеять.

Когда она посмотрела на своё отражение в воде, она вспомнила детскую сказку.

Возможно, когда-то эту сказку ей прочла старая пара. Она не помнила,
где слышала эту историю, но знала, что эта история довольно известна.

В истории говорилось о захудалой девушке, всегда покрытой пеплом и
сажей. Заклинание феи-проказницы превратило ту девушку в красавицу.
Используя этот момент, чтобы хоть раз осуществить свои мечты, девушка
отправилась во дворец, где принц влюбился в неё с первого взгляда. Когда
заклинание начало развеиваться, девушка сбежала из дворца, но на
следующий день принц её нашёл. Он пришёл к ней и несмотря на то, что
заклинание совсем развеялось, после этого они жили вместе долго и
счастливо.

Лили вгляделась в покрытое кровью и пеплом лицо, отражавшееся в тазу с водой, и начала сомневаться.

Когда спадёт её магия превращения, протянет ли руку кто-нибудь ей настоящей?

— …Какая чушь, — Лили хмыкнула, отгоняя от себя мысли о своём отражении.

Она свернулась на пыльных простынях, пытаясь отогнать от себя
ощущение пустоты ненавистью к авантюристам. Холодные руки забыли теплоту
другого человека. За окном ярко светила луна.

Его не существует.

Нет в мире, принца, который способен её спасти. Такие бывают только в детских сказках.

На самом деле и героев не бывает тоже. Никто не придёт к ней на помощь.

В очередной раз Лили одела свою обычную маску, притворилась невинной маленькой девочкой, чтобы обдурить очередного авантюриста.

Следующая её цель была простой и очевидной: зелёный новичок,
пытавшийся защитить её от разъярённого авантюриста. Ей было интересно, о
чём думал парень, приходя на помощь, жутковатой девушке-полурослику,
которую он никогда не встречал, и она услышала его ответ: «Я не могу
бросить девушку в беде», или что-то подобное. Эта мысль была такой
глупой, абсурдной и нелепой, что Лили хотелось от души посмеяться.

Его волосы были белоснежными, а слова невинными, из-за красных глаз
он был похож на кролика. В нём был заметен деревенский дух. Было
понятно, что он в городе совсем недавно.

Лили учуяла в нём бесхребетного доброго простачка.

Обстановка, в которой он жил, ему благоволила, в отличие от одной
жалкой девушки-полурослика. Очевидно, в его жизни никогда ещё не было
настоящих страданий.

И Лили решила его проучить. Преподать ему урок городской грязи,
жестокости, безразличия. Она покажет ему, что без божественного
благоволения реальность будет к нему жестока и сотрёт его в порошок.

Ценой этого урока станет чёрный кинжал, с которым он не расстаётся.

Она очернит его сердце, также как было очернено её собственное, и заставит его взгляд выглядеть так же.

Она растопчет его, как была растоптана сама.

Когда он будет предан, он будет рыдать, но ни единая живая душа ему
не поверит. И он никогда не скажет такой безумной вещи как «я не мог
бросить девушку в беде» снова.

Он наивный простак, много времени это не займёт.

А сама Лили наложит руки на его мастерски изготовленный кинжал и,
возможно, наконец заработает достаточно. Возможно, она наконец сможет
освободить себя от оков своей Паствы.

Настало время перепачкать себя пеплом и обманывать.

В очередной раз Лили позвала авантюриста, продолжая верить, что её надежда на спасение заключается в обмане, себя и окружающих.

— …Эй! Эй вы! Да, сударь с белыми волосами!

----------

Интерлюдия. Я, его советница

— Г-глубинные этажи… — поражённо сказала Эйна.

Она рухнула на столешницу, совершенно растерявшись.

Напротив сидел Белл Кранелл — авантюрист, находившийся под её опекой.
Ему явно было неловко. Через открытое окно в комнату проникали лучи
послеобеденного солнца.

Эйна и Белл сидели в переговорной кабинке, Эйна слушала рассказ о
случившемся в экспедиции, закончившейся несколькими неделями ранее.

Когда группа вернулась на поверхность у Эйне не довелось узнать о
произошедшем, по большей части из-за состояния Белла. После этого дела
шли одно за другим, вроде докладов и обработки информации о последних
событиях, вовлекших в себя авантюристов высокого ранга, и рассказ
приходилось откладывать.

Потому, Эйна узнала, что произошло, только сейчас.

Когда она услышала слова «глубинные этажи», чуть не лишилась сознания.

— …То есть, после того как тебя утащил вниз вирмвелл, ты четыре дня провёл, скитаясь по глубинным этажам?

— Да… Но Лю… Ледяной Ветер придумала, как нам спастись, и мы смогли выжить…

— А можно подробнее?

— Мы чуть не умерли, пытаясь пересечь Колизей, так что мне пришлось
использовать взрыв, отчего пол провалился, и мы попали в неисследованное
место.

Эйна медленно оторвала голову от столешницы звуконепроницаемой
комнаты, но, когда Белл продолжил объяснения, она хлопнула ладонями по
щекам и взвыла.

Глава Ривиры, Борс, заходил в Гильдию и рассказывал о том, что в
инциденте участвовала Ледяной Ветер, но судя по тому, что он сказал,
Эйна и не думала, что у происшествия было такое продолжение. Кто бы мог
подумать, что стычка с моховым гигантом сменится столкновением с
вирмвеллом, контролируемым Джурой Харумой, битвой с неизведанной
аномалией и падением на глубинные этажи? Никто. Даже боги.

Белл говорил задумчиво, порой словно подбирая слова, но Уран
определённо знал о существовании Джаггернаута. Белл считал, что
представители Гильдии должны были знать о существовании монстра, но,
судя по всему, возглавляющее Гильдию божество предпочло держать всех в
неведении. Эйна не представляла, что случилось внизу. Сильно её удивил и
тот факт, что Белл лично знаком с Ледяным Ветром.

Эйна узнала, что его Паства решила держать втайне тот факт,
что они достигли глубинных этажей. На этом настояла Лили, несомненно,
старавшаяся избежать потенциальных излишних требований со стороны
Гильдии.

Технически это можно назвать преступлением, но, учитывая
обстоятельства, подать фальшивый доклад казалось очень правильной
мыслью.

И Эйна решила поспособствовать, только вот…

— Кстати, насколько выросли твои способности после в последнее обновление Характеристик?

— Эм… сейчас самая высокая B.

Бам. Руки Эйны разъехались по столешнице, и она снова рухнула на неё лицом, издав жалобный вой.

Это случилось во второй раз после начала разговора.

Что-то голова разболелась…

Эйна ощущала себя разбитой, несмотря на то что лишь выслушала рассказ Белла о произошедшем.

Бумага, на которой она хотела сделать записи перьевой ручкой, стала
бесполезна. Эйна начала понимать, что не может подать рапорт об этом
докладе, и после слов парня это действительно было невозможно.
Возвышение Белла до одного из сильнейших авантюристов второго ранга, а
также доклад об экспедиции его Паствы нужно запрятать куда подальше.

Паства Гестии впервые отправилась в экспедицию, вверенная ей Гильдией
миссия официально закончилась провалом. Эйна была уверена, что
добавление ненужных дополнительных сведений лишь заставит усомниться в
докладе Паствы, и поэтому полуэльфийка решила просто забыть о подаче своего рапорта.

Она окончательно смирилась с тем, что ей придётся оказать полную поддержку докладу стратега Паствы Гестии, Лили.

Как бы там ни было, теперь я заставлю Белла пройти кучу дополнительных занятий.

Она понятия не имела, что может произойти с парнем в будущем, но ему
необходимо интенсивное обучение с глазу на глаз. Он отчаянно в нём
нуждается. Поправив очки, девушка преисполнилась решимости. Также это
означало, что судьба несчастного парня предрешена.

— …

Поразмыслив, Эйна вздохнула.

Она подняла взгляд, намеренно посмотрев на парня строгим взглядом:

— Поднимись, Белл.

— А-а?

— Просто встань! — приказала она с выражением, которое было гораздо строже, чем было должно.

— Д-да, мэм!

Эйна тоже поднялась, обошла стол и оказалась с Беллом лицом к лицу.
Она протянула руки, а Белл зажмурился, явно ожидая, что его отругают.

А потом…

— А?

Она обняла парня, прижала его к себе и сказала о том, что было в её сердце:

— Белл… спасибо за то, что ты вернулся.

Они были почти одного роста, но, обняв парня, Эйна почувствовала, что Белл гораздо крепче, чем выглядит.

— Знаю, я говорила это слишком много раз, но… многие авантюристы не
возвращаются, — прошептав эти слова на ухо Беллу, Эйна ощутила, как
парень вздрогнул.

Эйна успела увидеть множество авантюристов. Тех, кто уже никогда не
вернётся, было гораздо больше, и Эйна была не единственной работницей
Гильдии, кто это ощутил. Все через это прошли.

— Ты вернулся из очень опасного места, ты мог там умереть, но ты не умер, и… я рада.

— Эйна…

— Спасибо тебе, Белл…

Она сказала то, что хотела.

Однажды она отвечала за другую авантюристку, но та не вернулась.

Она и Эйна были примерно одного возраста с Беллом. Может именно
поэтому Эйне так запомнился тот случай. Возможно, она подсознательно
связала ту грусть с Беллом и отчасти нашла в этом успокоение.

После стольких опасностей он всё ещё здесь…

Сердцебиение, которое она ощутила, прижав Белла к себе, было
доказательством, что это не сон и не иллюзия. Эйна болезненно
осознавала, насколько удивителен и невероятен тот факт, что парень
сейчас стоит перед ней, учитывая, что ему пришлось возвращаться с
глубинных этажей.

Она не могла не проявить эмоции. Выразить радость и облегчение от того, что им снова удалось встретиться.

— Я рада, что могу увидеть тебя снова…

Белые волосы прижались к её щеке. Почему-то от них веяло снегом.

Белл заметно нервничал, но он смог расслабиться, и Эйна ощутила, что он улыбнулся. Эйна улыбнулась в ответ.

Немного постояв, парень поднял правую руку и легонько погладил полуэльфийку по спине, словно пытаясь её успокоить.

Новая волна эмоций захлестнула Эйну, и она прижала Белла к себе ещё крепче.

Обычно это было скрыто униформой, но для полуэльфийки у Эйны была
довольно большая грудь, когда она прижимала к себе Белла, левая рука
парня оказалась ей зажата. Виноват в этом был жёсткий металлический
фиксатор, который держал его руку в покое.

Белл побагровел.

Эйна отреагировала так, как отреагировала бы в любой другой момент, хотя она была инициатором объятий.

В одно мгновенье она схватила Белла за плечи и оттолкнула от себя.
Эмоции уже их не захлёстывали, поэтому Белл и Эйна одновременно
отпрыгнули друг от друга, краснея и стараясь друг на друга не смотреть.

— Я… я должна сделать записи! Очень много записей! Так много записей,
чтобы после их изучения ты мог без проблем добраться до пятидесятого
этажа! — Эйна попыталась сбежать из переговорной, используя первую
пришедшую ей в голову причину.

Ожидавший смертного приговора Белл получил уклончивую причину
полуэльфийки для ухода и ухватился за неё, пытаясь развеять неожиданную
неловкость:

— Д-да, это было бы очень здорово! Я рад!

Эйна спешно двинулась к выходу из переговорной, но…

— Эм, Эйна!

Полуэльфийку остановил возглас Белла. Она замялась и, посмотрев через плечо… увидела, что Белл ей поклонился.

— Огромное вам спасибо! Я смог вернуться, потому что вы очень многому меня научили!

Изумрудные глаза Эйны округлились.

Знания, о монстрах, которые она преподала парню оказались полезны.

То, что он узнал о глубинных этажах, помогло ему выжить.

Так сказал сам Белл.

Эйна развернулась и увидела, что, подняв голову, парень ей смущённо
улыбается. Эйна не знала, как отреагировать, безмерная радость боролась в
ней с невыносимым смущением. Сражение двух эмоций в её голове вылилось в
натянутую улыбку и ощущение того, что она сейчас разрыдается.

В этот раз Эйна успешно сбежала, оставив переговорную позади.

— …А-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а! Что же я делаю?! Я рада, что он
вернулся домой живым, но, если так пойдёт и дальше, Белл пожалуется на
меня за домогательства, о которых постоянно твердят боги.

Она была красной до кончиков ушей, нетвёрдо шагая по гильдии и продолжая бормотать себе под нос.

Н-не нужно расслабляться только потому, что мы наедине в комнате, в
которой нас не могут послушать, потому что только поэтому я так
расчувствовалась.

Мысли подогревали смущение девушки.

Воздух просторной приёмной гильдии слегка охладил Эйну, она пыталась скрыть неразборчивое бормотание стуком каблуков.

— Всё же… это было приятно, — невинная улыбка вернулась на её лицо,
когда она вспомнила последние слова Белла. Должно быть он хотел ей это
сказать с самого своего возвращения с глубинных этажей. В то время как
Эйна, советница, наконец смогла сделать то, что было у неё на уме, Белл,
авантюрист, смог произнести слова, которые хранил в сердце.

Когда Эйна это поняла, выражение её лица смягчилось, но она тут же
осекла себя и собралась, потому что приблизилась ко входу в кабинет
секретарей. Сев за свой стол, Эйна была уверена, что не позволит своим
коллегам прознать о том, что происходило в переговорной.

— Эй, Тулле? — окликнула её коллега.

— Роза? Что-то случилось?

Роза была красавицей-вервольфом с длинными рыжими волосами. Среди
коллег она была известна, как способная управляющая, но почему-то сейчас
она говорила не привычным командирским тоном, а почти шептала.

— Я насчёт денег…

— Денег? Я же ничего ни у кого не одалживала, правда?

— Нет, не этих денег… — Эйна удивилась, а Роза поднялась из-за своего стола и поставила на стол Эйны большую бутыль.

Внутри находилась приличная сумма.

Эйна инстинктивно отпрянула.

— Помнишь? Секретари ставки делали…

Полуэльфийка вспомнила.

Это случилось около полугода назад, она ввязалась в неприглядные (для работника Гильдии) ставки.

— Самым долгим сроком называли шесть месяцев… и очень скоро Маленький
Новичок, то есть Кроличья Лапка… будет авантюристом дольше…

— И ты будешь победительницей, Эйна… — сказала обычно непоколебимо
спокойная эльфийка, одна из самых старших секретарей. Её прозвали
«Ледяной Феей», и она была вторым по популярности секретарём после самой
Эйны. В этот раз она явно была чем-то взволнована.

Эйна видела, как к её столу подходят и другие секретари.

— Эм… сколько там денег?

— Примерно, как пять зарплат.

Эйна притихла. Она поняла, что это значит.

Небольшое дельце, в которое вложились все секретари, отчасти было
азартным, отчасти было шуткой, а отчасти бессмысленными ставками, в
которых Эйна вышла единственной победительницей. И это могло поднять
переполох.

Если бы начальник узнал, что гордость Гильдии, секретари, делали
подобные ставки, их всех бы безжалостно отчитали, так что многие из
участвовавших хотели бы притвориться, что этого никогда не случалось.

Даже Миша, не принимавшая участия, начала бормотать, услышав о накопившейся сумме.

Ошибочно приняв молчание Эйны за отказ брать деньги, Роза, вервольф, довольно улыбнулась:

— Что же, я так и думала, что правильная девочка вроде тебя деньги забирать не станет, так что…

— Нет, я их возьму, — Эйна схватила бутыль с призовым фондом.

Глаза секретарей округлились.

Эйна улыбнулась так, что улыбка едва не дошла до её ушей.

Потом, она заговорила с такой уверенностью, что никто не мог поверить, что услышали нечто подобное от Эйны:

— Об этом не беспокойтесь! Используя эти деньги, я свожу Белла Кранелла на ужин.

Комната взорвалась после заявления Эйны.

— ЧЕГО-О-О-О-О-О-О-О?

Секретари вжались в свои стулья, те, кто стоял отшатнулись, потому
что заявление Эйны звучало так, словно она собирается сделать подарок
авантюристу.

— А-а-а-а-а-а?! — Миша была одной из самых недовольных. — Ты не
должна, Эйна! Получится, будто ты используешь своё место в Гильдии,
чтобы заставить его принять подарок! Эльфийская кровь, текущая в твоих
жилах, не простит такого бесчестья…

— Точно, точно! Кто бы мог подумать, что ты захватишь в свои сети молодого птенчика только потому, что он стал знаменит, это же…

— Ввязавшись в это недостойное эльфийки состязание, в качестве
наказания я должна угостить господина Кранелла ужином! Такой расплаты
требует моя эльфийская кровь! Он должен получить выгоду с этих огромных
денег!

После сказанного Эйной воцарилось молчание. Повернувшись, чтобы уйти с
бутылью денег, она слышала плач других секретарей, но не обратила на
него внимания.

…Когда она вспомнила, как это пари было заключено, это её разозлило.

Будет лучше решить всё так.

Ужин просто способ извиниться перед Беллом, но такой огромной суммы он явно не потребует.

Она потратит деньги на покупку экипировки или предметов, которые Белл
явно попытается отказаться принять, и поэтому Эйна решила использовать
ужин в качестве предлога.

Решено. Дело явно не в личных желаниях полуэльфийки. Она просто попросит его с ней поужинать.

Объясниться будет непросто, поэтому она просто поужинает с ним, как давно хотела. И это не обсуждается!

Пока её авантюристы возвращаются, Эйна будет делать что угодно, чтобы им помочь, и что угодно, чтобы оставаться рядом.

Этот её инстинкт остался прежним.

Уже на выходе из двери офиса Эйна повернулась и обратилась к ошеломлённым коллегам:

— Я его советница всё-таки!

----------

Одиночка в Гильдии

Строгий жакет и штаны чёрного цвета. Ленточка, завязанная в бабочку на шее.

Униформа приведена в порядок, любое прикосновение к ткани указывало
на её высочайшее качество. Первые впечатления показали ей, что в этом на
удивление легко двигаться. Разве могло быть по другому? В конце концов
авантюристы носят экипировку, сшитую по таким же принципам.

Впрочем, нельзя было сказать, что униформа была настолько удобной, что девушка совсем её не ощущала.

Эйна скользнула взглядом по своему расплывчатому отражению в окне и невольно ощутила робость.

— Сейчас я познакомлю вас с коллегами. Как было сказано вчера, все вы
сотрудницы одного отделения. От вас потребуется совмещение заполнения
бумаг и должности секретарей, не забывайте об этом… Тулле, вы меня
слушаете?

— Эм… прошу прощения! — Эйна оторвала взгляд от окна, когда ведущий её по коридору чинтроп средних лет к ней обратился.

По длинному коридору ходили полулюди, также одетые в униформу.
Проходя мимо Эйны, они недовольно хмурились. Шедшая рядом с Эйной Миша
Фротт была её школьной подругой. Её розовые волосы колыхались с каждым
шагом. Она нервничала заметно больше Эйны.

Пара проходивших мимо коллег улыбнулись, возможно из-за мысли о том,
какие девушки ещё неопытные. Эйна ощутила румянец на щеках и бесцельно
поправила очки, а потом снова прислушалась к объяснениям человека,
который будет их начальником. Следуя за ним словно послушная овечка, она
ощущала на себе тёплые лучи весеннего солнца.

Вскоре они пришли в комнату, к которой шли.

В самом конце комнаты располагался проход ведущий в огромный
мраморный зал, заполненный авантюристами, чьи взгляды немедленно
уставились на новеньких девушек.

Поддерживать мужчин и женщин, которые раз за разом ходят в логово
монстров в поисках славы или богатства стало новой работой Эйны.

Эйна Тулле. Четырнадцать лет.

Только что она присоединилась к организации, отвечающей за управление великим лабиринтом Орарио, Гильдии.

Эйна решила выбрать местом работы Гильдию, по одной простой причине: деньги.

Город Лабиринта часто называют центром мира, а Гильдия —
сосредоточение нервных клеток города, поэтому плата за работу в ней
более чем достойная. В зависимости от занимаемой должности работники
Гильдии могут получать больше, чем зарабатывают авантюристы низких
рангов, и это не идёт ни в какое сравнение с обычными работниками других
предприятий.

Впрочем, деньги нужны были Эйне не для себя. Она регулярно отправляла их домой.

Эйна полуэльфийка, её мама, высшая эльфийка, сбежала из родного леса
вместе с одной королевой, но, похоже, судьба сочла это ошибочным
поступком, и потому её мама стала очень часто болеть и проводить много
времени в постели. Отец Эйны очень сильно любил её мать и поэтому
усердно работал, чтобы поддерживать Эйну и её младшую сестру. Она
помнила, как нежно улыбается ей прикованная к постели мама, и как её
отец заключает её в объятья, несмотря на усталость после дня тяжёлой
работы.

Даже в такой непростой обстановке родители Эйны нашли способ
отправить её на обучение в Район Обучения, за что девушка была им очень
благодарна. Вместе с тем она захотела отплатить родителям и потому
решила получить как можно больше знаний и опыта.

Почти бездарная в боевом (можно сказать физическом) плане, Эйна
решила пойти академическим путём. Учёба никогда не вызывала у неё
трудностей, и потенциал полуэльфийки открыл для неё возможность
трудоустройства в Гильдию.

Выдающиеся оценки Эйны позволили ей получить одно из немногих
рекомендательных писем Района Обучения, которое и помогло ей устроиться в
главное отделение Гильдии.

В комнате общежития, предоставляемой работникам, Эйна сидела и писала на Коине письмо: «Как я уже упоминала, меня наконец наняли на работу в Гильдию…»

В отправляемых семье письмах Эйна описывала произошедшие с ней
события, смешивая их с шутками, и писала о том, что её беспокоило. Новая
обстановка её смущала, и она бы соврала, если бы не упомянула о том,
что иногда ей одиноко. Порой она хотела услышать голоса папы, мама или
даже младшей сестры. Хотя сестра была настолько маленькой, что Эйна даже
не помнила её лица.

И, всё же, были в новой работе моменты, которых она очень ждала.

Эйна присоединилась к Гильдии не только ради своей семьи. Она была в
восторге от возможности увидеть новые горизонты в качестве работницы
Гильдии здесь, в «центре мира», в Орарио. Её окружало множество людей,
множество авантюристов, множество великих свершений.

Были в этом городе и вещи, о которых Эйна знала только из книг, было и
то, что ни в одной книге не было записано. Волнение и интерес девушки к
этому месту были вполне справедливыми.

Она знала, что нашла себе правильное место для работы.

Длинные тёмные волосы постоянно падали ей на руку, когда она писала
письмо на столе. Изысканные черты с ноткой детскости и лёгкая улыбка
играла на губах полуэльфийки.

— …Точно и мне нужно только не унывать, — Эйна закончила письмо выразив родителям свою привязанность, и запечатала конверт.

Прищурившись от ударивших по её глазам солнечных лучей, пробившихся в окно Эйна собралась с мыслями снова.

----------

Одиночка в Гильдии

— Меня зовут Эйна Тулле. С этого дня я буду вашей советницей. Буду рада с вами работать!

Первоочередной задачей Эйны, вдобавок к заполнению бумаг, разумеется,
была работа советницы авантюристов, к которой она могла приступить
только после того, как пройдёт должное обучение. В конце концов,
секретари Гильдии — это её гордость и отрада.

Для людей, которые ежедневно контактируют с настоящими авантюристами,
знания о том, с чем эти люди сталкиваются день за днём в своих
путешествиях по Подземелью, просто необходимы. Вдобавок к помощи в
прохождении этажей лабиринта, одной из важнейших задач секретарей
является обучение новичков.

Получив от начальника подробную инструкцию по этой работе, Эйна
представилась своей первой авантюристке, пришедшей в переговорную
комнату.

— Полуэльфийка, да?

Авантюристку, сидевшую напротив Эйны, звали Марис Хакард.
Девушка-человек, с коротко обрезанными синими волосами и властным
выражением на лице. Девушке было пятнадцать, ростом она была около ста
шестидесяти сантиметров, что делало её немного выше Эйны.

Она, как и Эйна, была в Гильдии новичком, авантюристом, который совсем недавно зарегистрировался.

Несмотря на нервозность, Эйна заставила себя улыбнуться изучавшей её пристальным взглядом Марис. Авантюристка вздохнула.

— Кажется я просила какого-нибудь крепкого старика дварфа… а не полукровку, у которой молоко на губах не обсохло.

— Че?..

Эйна не знала, ожидать ли подобного от всех новеньких авантюристов.

Грубость, с которой Марис выразила своё раздражение, заставила Эйну
подумать, что она произвела неправильное впечатление. Заметив, что Эйна
растерялась и начала поправлять униформу, авантюристка продолжила.

— Чёрт, до тебя ещё и доходит туго. Не могу поверить, что меня
спихнули на зелёную девчонку. Удача от меня отвернулась, это точно.

Эйна на мгновенье опешила, но потом её плечи вздрогнули от явного недовольства, и она взорвалась:

— Вообще-то вы тоже авантюрист-новичок! И ваша Паства собралась совсем недавно! Как вы смеете возмущаться моим назначением!

— Это что за отношение? Чтобы ты знала, я стану первоклассной авантюристкой, поняла? Думаешь можешь так со мной говорить?!

— Я была бы благодарна, если бы вы не раскидывались словами о
первоклассных авантюристах, не умея даже лево от права отличать! Вам до
этого звания и за сотню лет не дослужиться!

— А ну повтори?!

Эйна смогла лишь начать жаркую перепалку.

Выдающиеся оценки, острый ум и соблюдение дисциплины… Всё это можно было сказать об Эйне, но она была молода.

Жаркая перепалка в звуконепроницаемой переговороной не унималась ни
на секунду. Обе девушки подскочили на ноги и совершенно забылись,
перекидываясь оскорблениями. Эйна, со своей стороны, совершенно забыла,
что стоявшая напротив девушка была порученной ей авантюристкой. Гладкое
начало карьеры в Гильдии осталось далеко в прошлом.

Впрочем, каким бы ни было ужасным первое впечатление, Марис стала первой авантюристкой, которую поручили Эйне.

— Не зарывайся только потому, что у тебя огромные сиськи, полукровка.

— Почему ты пялишься на мою грудь?! И вообще, у меня нормальные размеры, просто ты плоскодонка!

— РРРРАААААААГХ! Ну всё!

Багровые от злости девушки столкнулись лбами. У их ног лежал
распакованный ящик с коротким мечом и бронёй. Этот ящик был частью
программы поддержки авантюристов, но остался совершенно без внимания.

— У меня просто слов нет!

Тем вечером в небольшой таверне, которую содержала Гильдия,
находившейся в элитном жилом районе, Эйна выразила своё раздражение от
встречи с Марис.

— Она начала жаловаться, что ей не повезло, стоило ей меня увидеть!
Если все они такие, ничего удивительного в том, что люди недолюбливают
авантюристов!

Эйна не была пьяна, но её голос становился всё громче. Миша Фротт,
девушка, сидевшая напротив, и старая подруга Эйны уставилась на
полуэльфийку округлившимися глазами.

— Ого, давно я не видела, чтобы ты так сильно злилась.

Они сидели за столиком на двоих в углу таверны. Миша отхлебнула сок и
её розоватые волосы растрепались, когда она покачала головой:

— Наверное ещё сильнее тебя раздражает то, что тебе поручили именно эту авантюристку, да?

— Да, это меня беспокоит, но ещё она слишком грубая! Говорить
предрассудки вроде «полукровки», это же… — пробормотала Эйна, её губы
недовольно дрогнули, словно по воле эльфийской крови, бегущей в её
венах.

Миша, вместе с тем, не могла не улыбнуться, увидев обычно кажущуюся взрослой Эйну ведущей себя соответственно возрасту.

— Ну а ты, Миша? Тоже встретила сегодня своего первого авантюриста?

— Да, зверочеловек, чуть постарше нас, высокий… — она хихикнула. —
Такой привлекательный, — сказала Миша, отвечая на вопрос Эйны, её щёки
слегка полыхнули. Она продолжила описание подробностями вроде: «У него
такой милый носик», «Его ушки такие миленькие и пушистые» и «А ещё он
такой галантный».

— Эм… Миша, ты знаешь, что нельзя смешивать личные и рабочие отношения, это…

— З-знаю! Знаю, понятно?! — Миша замахала руками на замечание Эйны,
хотя и чувствовала, что её сердце окутывает сладость, которая начинает
растапливать лёд.

Подруги продолжили разговаривать о том, что случилось в этот день, делясь радостями и печалями.

Поскольку таверну содержала Гильдия, поблизости не было авантюристов,
однако и строгим местом для встреч назвать её было сложно. Довольные
голоса связанных с Гильдией обработчиков магических камней наполняли бар
оживлением.

Когда Эйна закончила жаловаться на происшествие в переговорной, Миша, по своему обычаю, сменила тему:

— А ты видела Всевышнего Урана? Он супержуткий, правда? Я так
нервничала, когда представлялась, а он в ответ «ясно», так задумчиво и
возвышенно. Ну, зато другие люди в офисе очень милы!

Эйна разочарованно улыбнулась не замолкающей ни на секунду подруге,
признаваясь сама себе, что её эмоции понятны. Обстановка, в которой они
оказались, совсем не похожа ни на что, к чему они привыкли.

— На секретарей кроме работы советниц столько всего валится… Надеюсь, я справлюсь, — сказала Миша.

— Конечно справишься, Миша.

— Даже не знаю, я не такая умная, как ты, Эйна… Наверное Гильдия меня просто в довесок к тебе наняла.

— Вовсе нет!

Со школьной скамьи Эйна и Миша были неразлучны. К ним относились как к
неделимой паре, и Миша, прекрасно это осознавая, часто расстраивалась
по этому поводу, ощущая себя всего лишь добавкой к Эйне, чем бы они не
занимались.

Впрочем, стоило только отвести от Миши взгляд, как девушка начинала
лениться, она из тех, кто не начинает повторять материал, пока экзамен
не окажется на носу, что не раз злило Эйну. Девушка отвечала ей фразами,
вроде: «Если постараюсь, справлюсь и за пару дней!»

По большей части секретари выбираются из-за внешности, Эйна это
знала, но нисколько не сомневалась в том, что Миша заслужила себе место в
Гильдии ещё и усердной работой. Причина девушки для подачи заявления на
эту работу была простой: «Раз Эйна туда идёт, пойду и я», — но именно
эта простота позволяла Эйне почувствовать себя лучше.

— Всё будет хорошо, Миша. Мы обе через это пройдём, понятно?

Улыбка появилась на раздираемом неуверенностью лице Миши:

— …Да! Раз ты говоришь, что всё будет в порядке, значит точно будет!

Эйна улыбнулась в ответ.

----------

Одиночка в Гильдии

Эйна продолжала день за днём привыкать к Орарио.

Коллеги готовы были помочь и обучали её вещам, которые она не знала о
новой работе. Она даже получила под свою опеку авантюриста высокого
ранга у одной из своих коллег и обучалась на примере других советниц.

Выходя на улицы Орарио девушка оказывалась среди новых для неё видов и
звуков, а также становила свидетельницей самых разных небольших случаев
происходивших на улицах города.

Когда Эйна присоединилась к Гильдии люди называли происходящее
Смутным Временем, и хотя ситуация была уже почти взята под контроль,
вечно развлекающиеся боги и стычки между богинями на улицах никогда не
утихали.

Эйна увидела первую монстроманию, ссору Паствы Иштар с
Гильдией, постоянно проводились сражения и «Битвы» между богами,
несколько богинь разом было возвращено на небеса. Полуэльфийка осознала,
что в Орарио никогда не бывает скучно.

Паства Локи и Паства Фреи соревновались в покорении
Подземелья и постоянно достигали новых глубин в экспедициях в
Подземелье, что вдохновляло всех остальных.

Также в Пастве Локи состояла высшая эльфийка, которую Эйна
знала очень хорошо, она была в огромном долгу перед ней с самого
детства, однако Эйна даже не попыталась встретиться с ней и
представиться. Она следовала правилам Гильдии, указывавшим на то, что
работники должны поддерживать нейтралитет, а значит её знакомство одной
из сильнейших авантюристок в городе ничего не должно значить.

Вскоре наступила вторая весна Эйны в Орарио. Эйна приступила к
исполнению обязанностей секретаря в полной мере, и количество
авантюристов, за которыми она следила, возросло до четырёх.

Одной из этих авантюристок оставалась Марис, добившаяся за это время значительных успехов.

— Эйна! Я добралась до десятого этажа!

Главное отделение Гильдии, вечер. Марис окрикнула Эйну, отошедшую от стоек.

Она заявилась с целым мешочком монет и Эйна подумала, что её
авантюристка пришла разменять деньги. Поношенная кожаная броня и побитый
стальной короткий меч, полученный ещё в Гильдии, говорил о том, что она
через многое прошла.

Марис беспечно помахала рукой, а Эйна застыла, отчасти от удивления, а отчасти от злости, услышав слова авантюристки.

— Че?.. Ты уже спустилась… Подожди, выходит ты совсем меня не
слушаешь! На десятом этаже появляется туман, если не будешь осторожна,
когда изучаешь этот этаж…

Марис была частью группы авантюристов, однако достижение десятого
этажа всего лишь за год поразительный успех для собравшейся совсем
недавно Паствы. Эйна была неопытной советницей, но даже она понимала, насколько велико достижение Марис.

— Да хватит, хватит! Хватит вопить. Пойдём выпьем!

— Авантюристы и работники Гильдии не должны слишком сближаться! Люди
могут не то подумать. Я сделала своим правилом никогда не смешивать дела
и…

— Я угощаю, хватит спорить, просто пойдём!

Эйна вдруг осознала, что радостная Марис тащит её выпивать. Сменив
униформу на обычную одежду, чтобы не вызвать ненужных недопониманий, она
сдалась и отправилась в таверну, в которой Марис была завсегдатаем. Эта
таверна располагалась в торговом районе в южной части Орарио и
называлась «Пылающая Оса».

— А знаешь, Эйна, о тебе куча авантюристов судачит. Много кто говорит
о миленькой выпускнице Района Обучения, пришедшей на работу в Гильдии.
Чёрт, всё точно, потому что ты эльфийка, — подразнила девушку Марис
среди стука кружек выпивающих авантюристов. Она заказала особый напиток
таверны, рубиновый мёд.

— М-Марис!

Эйна и Марис за прошедший год успели подружиться. Из-за того, что они
были авантюристкой и советницей, им часто приходилось сталкиваться
лбами, но теперь эти споры были даже в какой-то мере интересными и
неплохо развлекали обеих девушек. Единственным, что так и не изменилось,
были подкалывания красоты Эйны со стороны Марис.

Марис опрокидывала кружку за кружкой и вскоре её лицо стало таким же красным, как мёд. Эйна, пившая только воду, вздохнула.

— Но чёрт… то есть… ты хороша, Эйна.

— …А это сейчас к чему было сказано?

Марис грубовато поблагодарила Эйну за прогресс, которого она достигла
в Подземелье, а потом её тон внезапно изменился. Краснота не покинула
её лица, но губы расползлись в счастливой улыбке:

— В смысле, ты всегда нотации читаешь, а мозг тебе явно на череп
давит… но, в общем, повезло мне. Что ты моя советница, в смысле.

— …

— Я дура набитая, а ты кучу времени тратишь на объяснения, чтобы даже
мне стало понятно. Даже сегодня то, чему ты меня учила про орков и
бесов, сильно помогло. Я… прости, в общем, за то, что зелёной тебя
обозвала, когда мы познакомились.

— Марис…

Марис была типичной безрассудной авантюристкой, а Эйна серьёзной и
собранной советницей, они отлично работали в команде, заполняя то, чего
друг другу не хватало.

Многие ситуации в Подземелье грубой силой не решаются. Марис выпила
очередную кружку мёда, чтобы набраться смелости и закончить
благодарность:

— Я рада, что тебя встретила.

Эйне пришлось прислушаться, чтобы услышать слова, произнесённые Марис
почти шёпотом и едва не затерявшиеся в шуме таверны. В сердце
полуэльфийки расцвело какое-то чувство, которого она ещё не испытывала.

Возможно, лучше будет сказать, что благодарность Марис породила в ней это чувство.

Пытаясь справиться с эмоциями, грозившими её захлестнуть, Эйна выпалила вопрос, который давно её интересовал:

— М-Марис, а почему ты стала авантюристкой?

Очень многие люди приходят в Орарио, чтобы становиться авантюристами
из-за каких-нибудь личных проблем. Разумеется, задавать подобные вопросы
считается неприличным, потому что авантюристам приходится рассказывать
об очень личных вещах.

Эйна никогда не задавала личных вопросов раньше, и Марис притихла, прежде чем дать ответ:

— Хочу всем им показать. Родителям, которые меня бросили. Всем, кто
надо мной издевался. Хочу стать великим человеком, вроде авантюристов
первого ранга. Я им всем покажу, — после этого Марис рассказала о своём
прошлом уличной попрошайки и улыбнулась. — И… да, ещё я хочу сделать это
ради своего бога, потому что он вытащил меня из грязи.

Изумрудные глаза Эйны, через очки увидели, как Марис неожиданно смутилась.

Обычно авантюристов считают резкими и безрассудными людьми. В общем и целом, это верно, хотя и не до конца.

Причины Марис стать авантюристкой не слишком отличались от того,
почему Эйна решила присоединиться к Гильдии. Осознав это, Эйна испытала с
Марис глубокую связь и обрадовалась.

Всё происходящее будто обрело смысл, который Эйна увидела.

----------

Одиночка в Гильдии

— Тулле.

— Начальник Рехмер.

Прошёл месяц с того дня, как Эйна сблизилась с Марис. Эйна шла по
коридору Гильдии, когда её начальник, чинтроп, к ней обратился.

Он обучал Эйну и Мишу, когда они поступили на работу в Гильдию, и время от времени девушки продолжали узнавать от него новое.

— Прошёл год с тех пор, как вы с Фротт начали работать. Пообвыклись?

— Да, сэр, благодаря вашим стараниям, — сказала Эйна, когда её
собеседник с тонким лицом подошёл к ней. — Недавно я даже сблизилась с
одной из авантюристок… приятно наконец ощутить, что я им помогаю, —
сказала она, описывая свои мысли. Вспомнив о разговоре с Марис, она
рассказала, что надеется продолжать помогать авантюристам и видеть, как
они меняются.

Чинтроп-начальник встретил радость девушки молча:

— А, вы же с Фротт ещё не…

Ещё не что? Эйна уже было задала этот вопрос, но Рехмер заговорил раньше.

— Тулле… вот тебе совет от того, кто работает в Гильдии гораздо
дольше, чем ты, — уверенно заговорил он, — лучше не начинай сопереживать
авантюристам.

— Что? — Эйна застыла на месте в то время, как вервольф продолжил шагать.

— Это принесёт только страдания. Это, конечно, всего лишь моё мнение, но…

— Начальник?..

— …Мне кажется многие работники со мной согласятся.

Он оставил Эйну позади наедине с этими мыслями, уходя всё дальше по коридору.

Эйна осознала смысл этих слов уже через несколько дней.

В один из дней Эйна отправилась в Вавил для проведения инспекции.
День почти кончился, воздух пронзали тёмно-красные лучи заходящего
солнца.

Нескончаемый поток авантюристов поднимался по лестнице ведущей в
Подземелье. В огромном атриуме первого этажа башни Эйна и её коллега
завершали доклады, подготавливаясь к возвращению в Пантеон.

— ?..

Поднялась небольшая шумиха. Эйна повернулась в сторону шума,
исходившего от авантюристов, и увидела, что из-под земли выносят
несколько тел.

Группа авантюристов была уничтожена. Разговоры поднимавшихся
авантюристов достигли ушей Эйны. Насколько она поняла, тела были найдены
одним авантюристов высокого ранга, который решил вернуть их на
поверхность из уважения.

Опытные коллеги Эйны смотрели на тела холодными взглядами и молчали,
отгоняя эмоции, которым нет названия, смотря на тела, выложенные на полу
атриума.

Одно из тел Эйна узнала.

— Что?..

Побитая лёгкая броня, треснувший меч, всё ещё сжатый в руке и знакомые синие волосы. Покрытой кровью девушкой была Марис Хакард.

Эйна не могла ошибиться.

Эту девушку невозможно было не узнать.

Остекленевшие глаза Марис были приоткрыты.

У тела не было руки.

Другие тела также были разорваны, рассказывая жуткую историю об их смерти.

В следующее мгновенье ноги Эйны подкосились и она рухнула на колени.

— Эти раны… похоже на работу детёныша дракона, да?

— Да, насколько я вижу. Похоже ребятки даже сопротивления оказать не смогли. Жалко как.

— Интересно, это просто невезение, или они сами на монстра бросились и
силы не рассчитали… ну, как бы там ни было, такое случается.

Эйна слышала переговоры авантюристов, проходивших мимо. Она не могла
думать, просто беспомощно стояла на четвереньках на полу. Она никак не
могла отвести взгляд от остывшего тела, от жестокой реальности.

Прошёл год с тех пор, как она стала советницей.

Среди авантюристов, за которыми она следила Марис стала первой потерей.

— Тулле! Эй, Тулле! Чёрт подери!!!

Крики коллег, кричавших её имя, казалось, раздаются где-то вдалеке.

Перед глазами Эйны потемнело, словно её сознание пыталось убежать.
Перед глазами всё померкло, но лицо Марис, покрытое кровью, врезалось в
её память и никак не уходило.

Она знала. Знала, что она в Орарио, городе Лабиринта. Знала, что
ежедневно авантюристы ходят в Подземелье, и многие не возвращаются.

Конечно, она всё это знала. Невозможно было не знать.

Но Эйна никогда не могла себе представить, что это коснётся её самой… что это случится с Марис.

Казалось, словно это происходит только с другими людьми.

Казалось, было невозможным, что авантюристка, с которой они совсем недавно смеялись и говорили, обретённая ей подруга, исчезнет.

Впервые Эйна ощутила на себе смерть близкого человека.

----------

Одиночка в Гильдии

Смерть Марис стала подобием поворотной точки, авантюристы, за которых несла ответственность Эйна, начали погибать.

Авантюрист рангом выше, которого передали Эйне вместо Марис, ушёл на серединные этажи и не вернулся.

«Лучше не начинай сопереживать авантюристам»

Теперь Эйна поняла значение слов своего начальника.

Непереносимому чувству потери объяснения не требовались.

Скорее всего большинство работников Гильдии, включая начальника Эйны,
испытывало множество подобных моментов, если не было даже хуже.

Я… Я просто…

Сожаления пожирали Эйну сильнее грусти. Она советница по походам в
Подземелье. Разве нет ничего, что она могла бы предложить своим
авантюристам? Разве она не могла сделать больше для них… для неё?

…Я позволила ей умереть.

Эта мысль врезалась в грудь Эйны.

— Какое высокомерие, Тулле, — сказала женщина-вервольф, один из самых
опытных секретарей Гильдии, словно увидев мысли Эйны насквозь. — Есть
море безопасных профессий. А они решили стать авантюристами. Ради славы,
денег, или каких-нибудь идиотских погонь за «неизвестностью», или ещё
из-за какой-нибудь нелепости. Мы не можем спасать идиотов.

— Р-Роза…

— Они выбрали этот путь. Как бы мы не пытались отговорить их или
уберечь, это бессмысленно, — сказала женщина-вервольф, накручивая на
палец рыжие волосы.

Эйна оторвала взгляд от стола, за которым сидела, неподвижная словно кукла и неспособная работать.

Даже стеклянный взгляд Эйны вызывал у Розы злость, однако сквозь эту злость, казалось, проглядывает горечь.

Прошло ещё некоторое время.

— Какая сложная работа… — Миша позволила себе расслабиться одним вечером, когда в офисе остались только они с Эйной.

Две чашки чёрного чая, уже довольно остывшего, стояли на столе.

— Никто не возвращается, да? Как бы они не были сильны, красивы, добры… они просто…

— Миша…

Миша была очарована тем авантюристом, возможно даже была в него
влюблена, а теперь сидела, содрогаясь и смотря в пол. Несколько слезинок
упали ей на ноги.

Эйна никогда не видела свою подругу в таком жалком состоянии.

— Эйна… можно я с тобой посижу?

— …Конечно.

Миша перебралась на стул рядом с Эйной и начала рыдать. Она уткнулась лицом в плечо Эйны и пыталась унять всхлипы.

В тот день, прижав к себе подругу, Эйна разрыдалась тоже.

Благодаря слезам Миши, наконец и она смогла оплакать Марис.

----------

Одиночка в Гильдии

После этого умерли ещё многие. Но в проходивших в горечи от потерь днях Эйна начала кое-что понимать.

«Авантюры» приводят их к смерти.

Мгновения беззаботности, или гордости или даже храбрости и надежды на
совершение чего-то великого, вот что становится гильотиной, безжалостно
забирающей их жизни.

Эйна начала ассоциировать попытки отправиться в приключение с безрассудством.

Больше, чем она могла припомнить раз, Эйне не удавалось убедить
авантюристов не рисковать своими жизнями, бросаясь в так называемые
«авантюры».

Это сложно. Очень, очень сложно, понимаете? Но…

Эйна пыталась стать, как другие секретари и работники Гильдии,
пыталась отстраниться от авантюристов. Но вскоре она перестала даже
пытаться.

Она видела Марис в каждом авантюристе, которого наставляла, и, вместо
того чтобы печалиться из-за этого, она приняла свои чувства и начала с
ними бороться.

Если их бросать, будет только хуже.

Волнение и интерес, которые она ощущала, начав работать в Гильдии, превратились в нечто другое: чувство долга.

Пытаясь сохранить маску безразличия среди коллег и даже Миши, успешно
отстранившейся от авантюристов, Эйна наоборот пыталась во всём им
помогать.

— Итак, Рувис, начнём с того, на чём остановились, да?

— Мммм… мисс Эйна, не могли бы мне сделать перерыв?..

Эйна проводила строгие занятия и вбивала знания о Подземелье в головы
всех присутствующих. Она была беспощадна, независимо от того, кто перед
ней находился, зелёные новички или опытные авантюристы высоких рангов,
переданные ей другими советницами.

Она решила, что не позволит им пускаться в «авантюры».

Настроившись следовать этому пути во что бы то ни стало, Эйна делала для авантюристов всё, что могла.

Даже когда они были на грани поднятия уровня, Эйна указывала целый
список предосторожностей и тщательно следила за подготовкой каждой из
вылазок авантюристов. Порой она даже назначала задания авантюристам,
которым доверяла и спускалась в Подземелье вместе с ними, разделяя риск.

Она хотела своими глазами увидеть опасности, которые ожидают авантюристов в этом смертельно опасном месте.

— Дормул, ты всё понял неправильно! Их нужно бить с другой стороны!

— Пощадите, пожалуйста, Эйночка, миленькая!

Поначалу коллеги в Гильдии смотрели на неё, как на обезумевшую, но
обнаружилось, что им нечем упрекнуть Эйну за подобное старание.

Постепенно Миша тоже начала меняться.

— Эйна, мне только что поручили новичка-зверолюда… Какое оружие мне стоит ему посоветовать?

По крайней мере, судя по всему, Мишу уже не сковывали мысли о
потерях, и она начала думать, что она может сделать для своих
авантюристов, и часто обращалась к Эйне за советом.

Эйну очень это радовало.

----------

Одиночка в Гильдии

Время шло.

Эйна, сама того не понимая, стала старше Марис.

Длинные волосы она обрезала.

Приближаясь к своему совершеннолетию, Эйна стала выглядеть гораздо
взрослее, а названное Марис «достойным» место заметно подросло.

И вот, в пятую весну работы Эйны в Гильдии…

— Я…я хочу быть авантюристом!

…Эйна увидела мальчика, надеявшегося стать авантюристом.

— П-просто для подтверждения, я правильно понимаю, что вы хотите зарегистрироваться?

— Да!

Молодой паренёк с белыми волосами и красными глазами походил на кролика.

Протянув ему через окошко форму для регистрации, Эйна, напряжённо
улыбаясь, помогла ему заполнить необходимые бумаги. Вместе с этим она
внимательно осмотрела парня.

Его звали Белл Кранелл. Человек, как и Марис. А ещё он был заметно её моложе.

Эйна на мгновенье помрачнела. Она видела немало подобных молодых
авантюристов, едва переставших быть детьми. Но профессионализм взял
верх, и деловая улыбка не сходила с её лица, пока парень не закончил
регистрацию.

Сказав парню прийти завтра, Эйна вернулась в офис.

— Этот долго не продержится. Ни в жизнь.

— Р-Роза!

— Да ладно, Тулле, даже ты должна понимать, когда у кого-то нет ни
единого шанса. Сколько лет ты уже проработала? — сказала с усмешкой
женщина-вервольф, наблюдавшая за разговором.

За много лет работы, секретари начинают предугадывать, сколько новый авантюрист, постучавший в двери, может протянуть.

Эйна и сама считала, что этот парень не самый выдающийся случай. По
крайней мере, инстинкты подсказывали ей, что у него нет таланта, а
значит её старшая коллега права.

— Какую советницу он попросил?

— Эм… девушку, если возможно эльфийку.

— Слышали это? Мальчишке эльфийку подавай! Что, Софи, возьмёшь его под крыло?

Софи была прекрасной эльфийкой, с которой Роза начала работать
примерно в одно время. Также она была одной из самых популярных работниц
среди авантюристов. Она отклонила предложение, сказав напрямую:

— Это будет глупо. Зачем тратить время и силы на авантюриста, который долго не продержится.

— Роза! Софи! Как ужасно говорить о подобном заранее! — пылко возмутилась Эйна.

Женщина-вервольф ухмыльнулась.

— Ну тогда… — сказала она. — Давайте сделаем ставки, сколько продержится этот паренёк.

— Поставлю на полгода.

— Тогда я на два месяца.

— Две недели, не больше.

— Подходит ко мне с деньгами! — сказала Роза.

Когда стало ясно, что её коллеги начали делать самые настоящие ставки, Эйна возмутилась:

— В-вы все, это неправильно!

Она понимала, что это пари всего лишь способ отвлечься. Просто шутка,
которая избавит большинство её коллег от трагедии очередной неизбежной
смерти авантюриста. Эйна всё понимала, но не могла этого принять.

Громкий крик Эйны заставил Мишу отвернуться от окна, за которым она
сидела, принимая авантюристов. Одна из коллег подразнила Эйну:

— Что бы ты ни говорила, Эйна, но ты же и сама не думаешь, что паренёк станет настоящим авантюристом, правда?

Полуэльфийке попытались сказать, что она просто боится поставить деньги на то, что он протянет дольше шести месяцев.

— !..

Если до этого момента Эйна собиралась закрыть глаза, то теперь шутка
зашла слишком далеко. И она, молящаяся о безопасности авантюристов куда
больше остальных, не могла отступить.

— Хорошо! Тогда я буду его советницей! — решительно прокричала она.
Она собиралась поддержать этого авантюриста. Все это увидели.

— П-подожди, Тулле!

— Начальство уже переводит тебя на другую должность, больше авантюристов тебе поручать не будут, разве нет?

— С одним авантюристом я справиться успею! И да, может всего лишь
наполовину, но я эльфийка! — настояла она, заглушая пытавшихся
возмутиться секретарей. Теперь уже никто не мог остановить Эйну. — Но,
если я выиграю, никаких больше ставок никогда не будет, это ясно? — сказала она и вышла из офиса. Она отправилась подавать просьбу назначить её советницей авантюриста.

Эйна поклялась себе, что не позволит этому мальчику умереть.

Сколько же я всего вчера наговорила…

На следующий день Эйна шла по коридору Гильдии, остыв и поразмыслив.
Она пожалела о вчерашнем взрыве эмоций, но брать свои слова назад не
собиралась.

Она сделает так, что этот молодой авантюрист выживет.

Она будет поддерживать авантюристов и подбадривать их.

Мысленно она вернулась к Марис и остальным. К их смертям. К обещаниям, которые она давала каждому из них.

Тяжело вздохнув, она потянулась к двери переговорной. Перекинув три
огромных книги с учебным материалом на другую руку, она открыла дверь.

— …А!

Эйна улыбнулась удивлённому парню, ожидавшему её внутри:

— С сегодняшнего дня я назначена вашей советницей. Меня зовут Эйна Тулле. Буду рада с вами работать!

----------

Интерлюдия. Никогда не остывающее железо

Вельф Кротцо.

Уровень 2

Сила H118 > H177 Защита: H123 > H191 Проворство: H143 > G233

Ловкость: I71 > H138 Магия: I72 > I98 Кузнец: I

Заклинания:

Призрачный огонёк

— Антимагическое заклинание.

— Заклинание: «Нечестивое пламя!»

Навыки:

Кровь Кротцо

— Способность изготавливать магические мечи.

— Усиливает магический меч в процессе производства.

Ожог Честности

— Повышает устойчивость к пламени.

— Усиливает силу огненных атак.

В тот же день, когда Лили подняла уровень, своё улучшение характеристик получил Вельф.

Вдобавок к увеличению способностей он развил новый навык. Совсем
недавно получивший второй уровень Вельф был очень далёк от повышения
уровня до третьего, в конце концов он не был Беллом, боевой опыт
которого вырос после экспедиции, как на дрожжах.

Возможно, благодаря «проверке» экстремальными условиями, парень
развил навык, который повысил его связь с огненным элементом, и теперь
любой огненный меч в его руках становился сильнее. Гестия, ничего не
понимавшая в боях, была очень довольна таким наглядным результатом.

Вельф, впрочем, ничему из своих характеристик не придал значения. Потому что было одно дело, которого он ожидал гораздо больше.

— Мой последний магический меч. Вот, взгляни.

Третий этаж офиса лавки Паствы Гефест на северо-западной главной
улице. Вельф не мог скрыть гордости, представив созданное оружие
находившейся перед ним богине.

Шикоу Казуки, выкованный им в Подземелье.

— …

Изучавшая оружие богиня, Гефест, прищурила левый глаз (правый был скрыт повязкой) и скользнула взглядом по поверхности клинка.

В жизни кузнецов нет момента волнительнее. От него захватывает дух.
Настоящее божество кузницы оценивает его работу с позиции истинного
мастерства.

Разумеется, любой ремесленник будет ловить любое слово богов, вроде
Гефест и Гоибниу. Их осуждение может заставить мастера навсегда бросить
кузнечный молот. Эти божества воплощают собой самых умелых в мире
кузнецов, не имея характеристик.

Впрочем, в этот раз Вельф не особо переживал по поводу результата.

Не потому, что ожидал обязательной похвалы своей работы, а потому что
был доволен своим творением. Если же Гефест вынесет плохой вердикт, это
будет лишь значить, что ему нужно приложить ещё больше усилий к
покорению вершины.

Вельф ощущал лишь желание превзойти себя прошлого, когда вкладывал все свои силы в создание этого магического клинка.

— Всевышняя, как ты знаешь, Вельф сковал этот клинок, когда был в
Подземелье. Этот придурок создал его там, где обитает сама смерть, без
должных инструментов и подготовки. Не забывай об этом, когда будешь
говорить свою оценку.

Вдобавок к Вельфу и Гефест в комнате находилась полудварфийка, чья
заметная грудь была обвязана всего лишь полоской ткани. Опустив
подбородок на руки, она сидела на столе Гефест. Цубаки поддразнивала
Вельфа, с её губ не сходила улыбка.

Вельфу было бы гораздо спокойнее, если бы Цубаки здесь не было, но
она настояла на своём присутствии. Вельф посмотрел на неё недобрым
взглядом, когда она упомянула подробности, которыми не поделился он, а
Гефест, наконец, нарушила молчание.

— Это и правда не Магический Меч Кротцо. Он твой, Магический Меч
Вельфа, — она пробежала пальцем по клинку, на котором уже остались
отметины после частого использования в Подземелье. Богиня заметила, что
он создан из адамантина.

В глазах Гефест отразилось красное лезвие клинка, словно подтверждая
навыки Вельфа, а также то пламя и дух, который парень вложил в создание
меча.

Магическое оружие было прекрасным.

— Так что, Всевышняя… твоё мнение? — спросила Цубаки, будто стараясь подстегнуть вердикт.

Воцарилось молчание. Через несколько секунд повелительница кузниц произнесла:

— …Удовлетворительно.

Что-то полыхнуло в Вельфе с такой силой, что он крепко сжал кулак.

Гефест сказала всего одно слово, его было достаточно, чтобы дух
Вельфа взревел. Его тело загорелось, словно горн. Настолько высоко он
ценил слова Гефест.

Цубаки продолжала улыбаться, наблюдая за разговором, но было заметно,
что, как старшая коллега Вельфа, она была довольна прогрессом новичка.

— …Вершина, к которой вы оба стремитесь, ещё очень далеко. Вы должны
идти своими путями, — Гефест всё это время не выражала никаких эмоций,
но после этих слов наконец улыбнулась. Она взяла Шикоу Казуки обеими
руками и протянула его Вельфу. Вельф также принял меч обеими руками,
будто благословение своего правителя.

Парень вернул меч в ножны и начал оборачивать его белой тканью,
словно этот клинок был величайшим его сокровищем. Гефест наблюдала за
действиями Вельфа с любовью, словно богиня покровительница с небес.

И в эту секунду…

— …Кхем, — Гефест легонько прокашлялась, будто пытаясь согнать
божественность со своего лица. Её щёки покраснели, и она прикрыла глаза.

Стоявшему напротив Вельфу подумалось, что она смотрит на него косо, словно пытаясь выдавить что-то из себя.

Когда Гефест заговорила, её говор напоминал бормотание, сказанное совершенно не в тоне Гефест:

— В общем, меч кое-где недоработан, но ты вложил в его создание душу,
так что… наверное даже я, богиня, не представляла, что ты зайдёшь так
далеко и так быстро, так что… в общем, я пытаюсь сказать… и… отчасти,
только отчасти, запомни… И, может, это можно назвать признанием твоих
навыков…

С каждым словом щёки Гефест становились всё краснее. Цубаки расплылась в улыбке.

Вельф же, остался Вельфом и когда Гефест заговорила, ему показалось, что он понял значение её слов.

Он триумфально сжал кулаки и улыбнулся.

Красноволосая, красноглазая богиня удивилась такой реакции, но улыбнулась Вельфу в ответ.

Собравшись с мужеством, богиня заговорила:

— Как и обещала, я начну с тобой встреча…

Но одновременно с богиней Вельф завопил во весь голос:

— Спасибо, всевышняя!!! Я продолжу в том же духе и клянусь, создам оружие, которое тебя впечатлит!

Вельф говорил с таким пылом, что это полностью поглотило слова богини.

Гефест застыла.

Улыбка сошла с лица Цубаки.

А Вельф продолжал победно улыбаться. Он был уверен, что понял, что
именно она собиралась сказать. Ведь она не хотела, чтобы он
останавливался на достигнутом, показав ей такой клинок. Он должен
постараться покорить новую вершину. Достигнуть мастерства и исполнить
великое обещание, которое он дал самому себе и получить то, что он так
жаждет.

— А теперь прошу прощения! — добавил Вельф и повернулся на каблуках. Не испытывая ни капли сожаления, он вышел из офиса.

Прямо сейчас он намеревался пойти в свою кузницу и взяться за изготовление нового оружия.

Гефест и Цубаки остались озадаченными.

После того как Вельф ушёл, шокированная Гефест совсем по-девичьи взвизгнула:

— …Не может быть!

Её щёки покраснели ещё сильнее, чем раньше, а на лице воцарилась
смесь гнева, уязвлённой гордости и раздражения. Она яростно уставилась
на дверь, через которую вышел парень, и топнула ногой.

Если бы здесь была одна из её подруг-богинь, она бы не поверила своим глазам.

Сидящая на столе Цубаки потёрла виски, увидев такое нехарактерное поведение.

— Вот же раздолбай… Добился такого мастерства, и теперь его только
оружие и интересует, — пробормотала женщина-кузнец, совершенно забыв что
то же самое можно сказать и о ней. — Зависимый от ковки дурак…

— ДА-А-А-А-А!

Вельф бежал по улицам Орарио, замотанный в белую ткань магический меч висел за его спиной.

С широкой улыбкой на лице он шагал по улицам почти вприпрыжку и
кричал так, что проходившие мимо полулюди убегали с его дороги. Всё это
время он прятал свою радость от Гефест и Цубаки, и только после ухода
позволил ей вырваться на волю.

Он был похож на маленького мальчика.

Таким Вельфа никто никогда не видел, он всегда был очень осторожен в
демонстрации эмоций, считая, что должен поддерживать репутацию одного из
старших членов Паствы Гестии. Если кто и проявлял свои эмоции не
сдерживаясь, подобным образом, так это Белл.

Если попытаться узнать, так ли он был счастлив, как это показывал, Вельф бы ответил…

О да, я чертовски рад!

В конце концов, Гефест, величайший кузнец, которого он знал, назвала его работу «удовлетворительной»!

Любой кузнец, включая и самого Вельфа, прекрасно знал, как непросто добиться такого признания.

Если сделанная экипировка признаётся «удовлетворительной» богиней
кузницы, стоящей на вершине мастерства, это значит, что предмет
заслуживает великой чести.

Его работа была признана, хоть и скупым, но одобрением. Несмотря на
то, что их первая встреча с Владычицей Огня была случайностью, он
наконец смог заработать очко в свою пользу.

— Да! — снова выкрикнул Вельф. Продолжая бежать на эмоциях, он
оттолкнулся от земли. Логика подсказывала, что ему стоит сдерживаться,
но чувства, которые бушевали в его груди, он сдержать не мог.

…Он возненавидел магические мечи. Возможно, с того самого дня как он смог их ковать, он их возненавидел.

Но теперь, наконец, хоть и немного он смог снова их полюбить.

— У меня такое чувство, что я снова начинаю вас принимать, ребята.

Он бежал, не задумываясь о направлении, и обнаружил что находится в Центральном Парке.

Вельф замедлился, тёплое солнце омывало его своим светом.

Авантюристы проходили мимо, а Вельф поднял взгляд.

— Фобос… ты смотришь? — пробормотал он, уставившись в бескрайнее
голубое небо над головой, размышляя о всех тех событиях, которые сделали
его тем, кто он есть. — У меня получается. Я оказался на это способен.

Уголки его губ скривились в хитрой улыбке.

Ему показалась, что между облаками он увидел лицо богини, улыбнувшейся ему также в ответ.

----------

Синее пламя

— Эй, Кротцо, ни на что не годный недомерок!

Вельф нехотя повернулся. Вот за это он всегда ненавидел роскошные балы и обеды.

Стены и колонны украшены столькими блестящими деталями, что от их
блеска болят глаза. Множество вычурно одетых дворян кружатся на
танцевальной площадке под разливающуюся по залу струнную музыку. Над
головами людей множество ламп с магическими камнями, произведённых в
Городе Лабиринта и собранных в роскошные люстры.

Богато украшенный зал являлся всего лишь частью огромного замка с просторными балконами, садами и фонтанами.

Королевский бал.

— Козявка из падшей семьи, вроде тебя, посмел здесь показаться? Как
же жалко видеть твои попытки уцепиться за былую славу. А может ты просто
хотел поесть на банкете?

Несколько молодых наследников могущественных семей над ним
потешались. Вельфу не давала уйти пара прихвостней одного из дворян лет
десяти, примерно того же возраста был и сам Вельф. Тонкое тело молодого
дворянина было одето в роскошную одежду, он смотрел на Вельфа
издевательски и с превосходством во взгляде.

Вельф ненавидел всё в атмосфере этого бала. Кружащиеся в танце
блестящие платья, звучную музыку, дворян и подчинённых короля, лизавших
друг другу зады в надежде выслужиться и продвинуться по службе. Каждый
из этих людей, пытался спрятать за изысканными речами эгоизм и подлость.
Вельф был ребёнком, но его глаза видели их насквозь.

Он видел наигранный и поверхностный мир, в котором не было ни капли искренности или чистоты.

Вежливые и почтительные посетители бала, не раздумывая наступят на
голову любому если это позволит им выгоду. С теми же, кто впал в
немилость или стал далёк от политических интриг обращаются холодно, так
же как сейчас с Вельфом.

На подобные сборища его постоянно таскала семья, постоянно пытавшаяся
выслужиться перед дворянами повыше и поблагородней, в то время как сам
Вельф предпочёл бы запереться в грязной мастерской и полировать молоты.

Мысль об этом не оставляла его, когда он столкнулся с группой
дворянских детей, подошедших, чтобы поиздеваться над ним, сыном некогда
великой семьи Кротцо.

Вельф скривился в совершенно неблагородной гримасе, на шум подоспел ещё один ребёнок.

— Сын Хрона, собравший рядом с собой несколько человек просто для того, чтобы над кем-то поиздеваться. Как недостойно.

— Л-Лорд Мариус?!

Подошедшим оказался Мариус, первый сын короля нации, что удивило не только Вельфа, но и тех, кто над ним издевался.

Светлые медовые волосы и рыцарская выправка говорили о том, что он станет выдающимся молодым человеком. Слово «благородство» подходило ему как нельзя лучше.

Вдобавок к выдающейся внешности и Характеристикам, он справлялся с
противоестественными требованиями короля и бога-покровителя, несмотря на
двенадцатилетний возраст. Как слышал Вельф, не было конца дворянам,
пытавшимся заслужить благосклонность этого молодого мальчика.

Похоже, он пришёл. чтобы пресечь издевательства, но Вельф счёл это простой прихотью.

Стоит заметить, что при взгляде на кронпринца, раздражённо
смотревшего по сторонам, у Вельфа возникало странное чувство, что принц
ненавидит этот бал не меньше, чем он сам.

Дворяне были так поражены появлением принца, что забыли оказать ем
привычные почести и переминались с ноги на ногу, натянуто улыбаясь,
будто их загнали в угол.

— Н-нет, Ваше Высочество, это не… Да, это всё, на самом деле, его вина! Этот выскочка из семьи простых кузнецов забыл своё место. Ему бы лучше сидеть в своей кузнице, а не…

Слова оборвал кулак. Вельф потерял терпение и ударил дворянского ребёнка.

— Ну давай, ещё чего скажи, ублюдок! — взревел Вельф, хватая дворянина за грудки.

— Нгааах! — взвизгнул мальчик, щёки которого покраснели, а из носа пошла кровь от удара.

Леди вокруг завизжали, Мариус выглядел удивлённым, но даже не
попытался остановить Вельфа. Он был слишком занят сдерживанием смеха.

Другие мальчишки тут же присоединились к драке, но ярость
красноволосого парня унять было не так просто. Он кусался и брыкался, а
трое его обидчиков молили о пощаде.

Королевство Ракия, Паства, размером с нацию, управляемая Аресом, богом войны.

Королевский бал, проводимый в столице, Бавре, был превращён в балаган.

----------

Синее пламя

— Бваха-ха-ха!

Грубоватый смех божества звенел под затянутым облаками небом.

Вельф, покрытый синяками и ссадинами, насупившись повернулся к богине, заливавшейся рядом с ним смехом.

Они сидели на заднем дворе потрёпанного поместья Кротцо. Шёл следующий после бала день.

— Побил дворянских сыновей! Устроил потасовку на балу! Просто лучший! Ха-хаааа-хааааааа!

— Ой, да ладно… А что было делать? Они первые начали!

Из дома раздался пронзительный голос матери Вельфа:

— Вельф! Вельф! Где ты?!

Вельф попытался сбежать дальше в сад, чтобы избавиться от
истерических нотаций, которыми его пичкали, а богиня понимающе
усмехнулась, словно прочла его мысли.

Когда она спросила его, что случилось на этот раз, Вельф с неохотой рассказал, что было на балу.

— Фобос… если будешь шуметь, мама меня найдёт. Хватит тебе.

— Ох, прости, прости. Забавный ты, всё-таки, парень, Вельф. Не похож на других Кротцо.

Роскошные чёрные волосы богини доставали до пояса. Наверное, не стоит
и говорить о том, что Вельфу приходилось поднимать голову, чтобы
смотреть богине в глаза. Для женщины, стройная богиня была высокой,
около ста семидесяти сантиметров. Она носила странные робы такого же
чёрного цвета, что и её волосы.

Понять её настоящий возраст не представлялось возможным, внешностью
она избрала себя вид молодой девушки, хотя образ заметно портила
вульгарная речь и хохот, типичный для определённых божеств.

Её звали Фобос.

Она была уважаемой богиней, и являлась покровительницей рода Кротцо. И
она была неукротимой вольнодумкой волею судеб, подчинённой Королевством
Ракия.

Если вкратце, она сражалась в оборонительной войне с армией Ракиии, точнее, с Паствой Ареса,
и проиграла. Как проигравшая в подобии «Битвы», богиня была обязана
выполнить требование победителя и стала вассалом Ареса, бога войны.

Из-за разрастания Королевства Ракии, обладателей Фалны, занимающих
гражданские посты, потребовалось отделить от воителей. Первые
представляю собой основную часть населения, а солдат и рыцарей в стране
около десяти тысяч. Арес не справился бы с обновлением характеристик и
распределением фалны самостоятельно.

Потому ему и потребовались боги-вассалы, вроде Фобос. Они стали его
руками и ногами, содержащими людей в пределах его государства.

После того, как клан Кротцо пал, и его положение в иерархии Ракии
стало неизменным, они перешли под контроль богини Фобос и стали членами Паствы Фобос.

Подобные системы не редкость в Паствах уровня государств.

— …Если тебе так скучно, иди устрой переворот. Боги же любят так развлекаться, да?

— Ага, хотелось бы, что бы кто-нибудь такое совершил. За такими
штуками лучше наблюдать со стороны. А собрать кучу талантливых деток и
сохранить их при себе, не попавшись на глаза Аресу, слишком муторно.

Пусть божества и проиграли в войне, после чего их подчинили, разумеется, они остались такими же своевольным, как и раньше.

И для того, чтобы предотвратить восстания, вся боевая мощь Ракии,
рыцари и офицеры, поднявшие уровень, а также королевская гвардия,
находятся под личным контролем Ареса. Пусть Арес и был очень упрям (а по
мнению некоторых, ещё и слаб на голову), лично содержать десятки тысяч
солдат было ему не под силу. Боги-вассалы несли ответственность за самых
слабых бойцов в армии.

К тому же, если Арес узнаёт, что кто-то из его богов-вассалов
становится слишком сильным или влиятельным, его подчинённых тут же
переводят в Паству Ареса.

Другими словами, любой начавший становиться сильным человек в Ракии
переводится под благословение её отца-основателя, Ареса, Бога войны. И
род Кротцо поклялся во что бы то ни стало вернуться под знамёна главного
бога страны.

— В общем, странный ты, так легко заговорил о перевороте. Хех.

Род Кротцо в прошлом поставлял магические мечи и был приближен к
власти, а теперь являлся лишь отголоском заслуг своих предков. Из-за
проклятия Кротцо не могли делать свои знаменитые мечи. Как и говорили
мальчишки на балу, род пал, и они живут лишь заслугами своих предков.

Вельф не разделял одержимости своей родни характеристиками. Всё это было ему неинтересно.

У него была своя цель.

— Я хочу стать кузнецом. Мне не важно, кто там будет командовать,
боги, рыцари, или кто ещё. Эй!.. Хватит! Зачем ты треплешь мне волосы!

Фобос обхватила Вельфа руками и начала со страстью взъерошивать ему
волосы. Такое незрелое поведение казалось совершенно неподобающим, из-за
соблазнительного вида и пылкого взгляда богини. Вельф не был похож на
других представителей рода Кротцо, и богиня не могла его не дразнить.

Для Вельфа, в свою очередь, богиня была не просто покровительницей,
но и сочетанием проказливой подруги, оказывающей на него плохое влияние и
раздражающей старшей родственницы.

— Кстати, Вельф, Гарон говорил, что сегодня будет заниматься закалкой
металла, — сказала Фобос, будто вспомнив об этом только после того, как
вдоволь наигралась с Вельфом.

Её грудь была не такой уж и большой, но Вельф всё равно побагровел от
ощущений мягкой груди, прижимавшейся к нему через чёрную робу. Когда он
услышал про закалку, его глаза округлились.

— Что?.. Почему ты не сказала раньше?! — выкрикнул он.

Высвободившись из объятий, Вельф понёсся по саду.

— Удачи, Вельф!

— Раньше надо было сказать, глупая богиня! — крикнул Вельф в ответ,
но на его лице была улыбка. Он помахал ей обеими руками на бегу, как
делают многие мальчишки его возраста, и как не подобает делать молодым
дворянам.

Богиня улыбнулась, наблюдая, как Вельф исчезает за углом поместья.

Вельф побежал к старому, потрёпанному зданию неподалёку от поместья.

----------

Синее пламя

Мастерская Кротцо была такой же потрёпанной, как и старое поместье,
но Вельфа не пугало скромное пространство кузницы. Острый запах железа,
покрытые копотью стены, всё это было ему знакомо и успокаивало. Горн был
старым, но исправно выдавал жар. Здесь он мог забыть об оковах
дворянства.

Переодевшись из ладно скроенных, дорогих одежд дворянина в рабочую одежду Вельф вошёл в мастерскую.

— Дедуля! Папа!

В мастерской было всего два человека, одетых также, как и он:
дедушка, Гарон Кротцо, и отец, Вил Кротцо. Волосы и борода Гарона были
седыми, а длинные коричневые волосы Вила завязаны в хвост на затылке.
Услышав голос Вельфа, они обернулись.

— Вельф, сколько раз я говорил тебе так к нам не обращаться? Когда ты
начнёшь вести себя, как настоящий дворянин? И ещё я слышал, что, пока
меня не было, ты устроил на балу какой-то переполох?

— Они называли нашу работу «играми в кузнице»…

— Молчать! Я не потерплю таких выходок в присутствии короля! Хорошо,
что лорд Мариус, видевший всё от начала до самого конца, замолвил за нас
словечко…

Отец Вельфа, Вил, непреклонно цеплялся за дворянские правила.

Как нынешний глава семьи он поклялся, что восстановит положение семьи
и будет поддерживать её дворянский статус, чего бы ему это не стоило.
Вельф считал эти порядки ограничивающими.

— Хватит, Вил. Вельф пришёл. Пора начинать.

Вил одарил мальчика надменным, злым взглядом, но нехотя согласился с Гароном:

— …Хорошо.

Дедушка Вельфа, передавший положение главы семьи отцу, был крепким
мужчиной, старость будто не оставила свой отпечаток на его теле. Осанка
Гарона была безупречной, словно его спина была сделана из стали, а
выражение на его лице всегда было суровым.

Гарон не был дворянином, он был кузнецом, Вельф подумал, что именно это спасло его от дальнейшей брани.

Вельф улыбнулся, наблюдая со спины, как его дед подходит к горну. Он занял своё место за отцом, став в ряду третьим.

— Хнн!

Бам! Бам!

Началась закалка, искры и звуки ударов железа по железу заполнили кузницу.

Раскалённый горн озарял красным светом тёмную мастерскую.

Несмотря на убийственную жару, опаляющую лица, и капли пота,
катившиеся по спине, Вельф был полностью вовлечён в дело, которым
занимались его отец и дед.

И его отец, и его дед получили благословение Фобос, звуки их ударов
были сильными и чистыми. Несмотря на Характеристики, дарованные им
благословением, которые позволили бы каждому из них изготовить оружие
без поддержки со стороны, они упорно обрабатывали вместе один и тот же
кусок металла.

Вместе с Вельфом, три поколения создавали своими силами один клинок.

С устрашающей серьёзностью на лице Вил сказал Вельфу, отложив молот:

— Слушай, Вельф. Ты должен прислушиваться, что говорит тебе железо.
Ощути волю молота. Если ты этого не сделаешь, тебе никогда не сковать
настоящий клинок. Мы должны бороться, чтобы сковать оружие, достойное
заменить магические мечи Кротцо.

Отец всегда говорил маленькому Вельфу подобные вещи. Вил посвятил
свою жизнь попыткам восстановления рода и изготовления оружия способного
потягаться со знаменитыми магическими мечами Кротцо.

Несмотря на то, что истинным желанием Вила было восстановление
дворянского положения рода, намерения и действия его отца всегда были
искренними, и Вельф прислушивался к его словам.

Когда Вельф наблюдал за работой своего отца, он видел уважение и любовь к кузнечному делу.

Дед Вельфа, тем временем, умудрялся вложить в паренька суть кузнечества, не поворачиваясь к нему лицом:

— Вельф, щипцы.

— Да, сэр!

Пока его дед работал над железом, Вельф многому у него научился. То
же самое можно было сказать и о Виле. Семья Кротцо многого достигла в
кузнечном искусстве после утраты возможности создавать Магические Мечи
Кротцо. Гарон посвятил себя изучению этого искусства и старался
создавать лучшее оружие, на которое был способен.

Слушай голос стали. Прислушивайся к его отзвукам. Ощути волю молота.

Эти слова принадлежали Гарону и Вил передал их сыну. Вельф слышал их
от Гарона всего лишь один раз, когда получал свой личный молот.

Вельф узнал, что такое искусство ковки от Гарона и Вила до того, как
узнал, что такое оружие. С того момента как он себя помнил, эти знания
были с ним. Его не могла не очаровать страсть членов его семьи к своим
творениям, закалённым лезвиям. в которых отражается окружающий мир.

Увидев рыцаря вооружённого одним из шедевров своего деда, Вельф
ощутил приступ жара. Неужели единство клинка и личности можно довести до
такого невообразимого уровня?

Он захотел стать кузнецом.

Он захотел стать кузнецом и создать собственный шедевр.

Он захотел увидеть, как его шедевр возьмёт в руки человек, обладающий несравненными навыками.

Необъяснимое желание сжигало его изнутри. Стремление, нужда, надежда.

Вельф пронёс все эти чувства с самого юного возраста.

— …Вельф, попробуй ударить.

— Что?.. Правда можно, Деда?! — до этого момента Вельфу поручали
только грубую работу на подхвате. Впервые ему позволили взяться за молот
ради удара по оружию.

Одарив его взглядом, суровый дедушка Вельфа лишь указал ему на оружие.

Пропотевший отец тоже улыбнулся.

Вельф расплылся в улыбке, хотя и выглядел так, будто готов расплакаться.

Он взялся за молот, казавшийся слишком тяжёлым и большим для тонкой
детской руки, и подошёл к наковальне, на которой лежал раскалённый
докрасна кусок металла.

Вельф опустил молот, понимая, что он никогда не забудет этот день.

Раздался грустный тихий удар. Он не был точным и пронзительным, как
удары его отца и деда, но мальчик вложил в него все свои силы.

Он тоже будет кузнецом. Вместе с отцом и дедом он создаст легендарное оружие, которое превзойдёт Магические Мечи Кротцо.

В тот момент Вельф верил в это будущее всем сердцем.

----------

Синее пламя

Судьбоносный день настал в десятый день рождения Вельфа.

— Итак, время получить моё благословение!

Комната в поместье Кротцо. Вельф был готов получить Фалну у Фобос.

Нанесение Фалны в десятый день рождения было сделано по настоянию
Гарона. Дед верил, что Вельфу нужно познать тягости ремесла, прежде чем
он получит увеличивающие его силы Характеристики.

Как и Вельф, Гарон и другие члены семьи собрались в комнате. Вельф
сел на стул и, раздевшись до пояса, повернулся спиной к Фобос, капнувшей
крови на его спину и начавшей наносить на его кожу иероглифы.

Вельф Кротцо

Уровень 1

Сила: I 0 Защита: I 0 Проворство: I 0

Ловкость: I 0 Магия: I 0

Заклинания:

()

Навыки:

Кровь Кротцо.

— Способность изготавливать магические мечи

— Увеличивает мощь магических мечей при создании

Просмотрев ряды иероглифов на спине мальчика, включавших навык Кровь
Кротцо, который был у каждого в роду, Фобос тихонько проговорила:

— …А теперь, Вельф, иди и выкуй магический меч.

— А? Но это невозможно. Вся наша семья проклята духом…

— Просто попробуй, мальчик.

Отец и дед до этого дня обучали Вельфа ремеслу. Прошёл год с тех пор,
как он впервые взялся за молот, и теперь, получив Характеристики, мог
бы справиться с изготовлением оружия в одиночку.

Гарон и Вил переглянулись с непониманием на лицах, но черноволосая богиня улыбнулась:

— …Просто сделай, что можешь.

По приказу божества Вельф мрачно взялся за работу.

В этот день всё изменилось.

— Поверить не могу…

Перед глазами Вила было целое выжженное поле от которого поднимался чёрный дым.

Они выехали за пределы столицы, Барвы.

В руках он держал короткий меч с красным лезвием, которое сразу после использования издало пронзительный треск.

Фрагменты меча падали на землю, а Вил и остальные члены семьи, пришедшие вместе с ним посмотреть на проверку, были поражены.

Проверялся короткий меч, магическое оружие, выкованное Вельфом.

Языки пламени пожирали всё вокруг. Поле покрывал пепел.

Символ утраченного величия, Магические Мечи Кротцо вернулись. Раздался безумный, громкий крик:

— РАААААААААААААААААААААААААААААХ!

Поражён был и Вельф, смотревший на падающие обломки меча со слезами в глазах.

----------

Синее пламя

— Вельф, сделай магический меч!!!

Когда семья вернулась в поместье, Вельф обнаружил себя среди
переполоха. Родственники, которых он даже на знал, его мать и даже Вил
твердили ему одно и то же.

Молодой Вельф был поражён.

— Это восстановит род Кротцо! Только твои мечи на это способны! — Вил
схватил за плечи Вельфа и тряс его, смотря безумным взглядом. Он будто
не замечал, с какой болью в ответ на просьбу выковать больше такого
оружия смотрит на него Вельф.

— Постойте!.. Разве мы не должны пытаться изготовить оружие, достойное имени Кротцо своими силами?!

— Больше это не потребуется! Раз у нас появился ты и твои магические мечи, род Кротцо снова станет великим!

— Отец, нет! Я… я не хочу делать оружие, которое оставляет владельца… оружие которое всегда ломается! Пожалуйста!

— Я по горло сыт этой чушью, мальчик!

Получив удар в лицо Вельф упал на пол, где он и остался, уставившись под себя.

Мужчина, который вкладывал сердце и душу в попытке сделать замену
утерянному искусству создания Магических Мечей Кротцо. Его место занял
наследник рода кузнецов проклятых магических мечей, одержимый этим
наследием.

— Мы восстановим честь Кротцо, Вельф! Займись изготовлением инструментов, которые порадуют короля!

Сжатые кулаки Вельфа затряслись от звуков этого голоса, от этих слов.

Среди собравшихся, кричавших наперебой родственников молчал лишь Гарон. Вельф перевёл взгляд на него.

Гарон посмотрел в дрожащие глаза внука, выражение лица деда было на удивление пустым.

— Вельф… выкуй магический меч.

Силы оставили тело Вельфа, словно выдох.

Все его мысли сменило алое пламя ярости. Он ощутил отчаянье, предательство, и это его распалило.

В тот день Вельф разорвал связи с отцом, дедом и всем родом Кротцо.

Позже, ночью, Вельф в своей спальне тихонько собирал вещи, когда его застала Фобос.

— Собираешься сбежать из дома, Вельф? Из страны?

— А тебе что надо? — сказал Вельф, заглянув через плечо со
звериной яростью во взгляде. Именно приказ богини запустил цепочку
событий, которые к этому привели.

Несмотря на то, что со временем о его способности ковать магические
мечи стало бы известно в любом случае, как бы он не пытался это
скрывать, Вельф не мог скрыть свою неприязнь к богине.

— Прости, что украла у тебя дом. Мне правда жаль, Вельф.

— …

— Впрочем, если бы ты остался в неведении… нет, если бы ты не принял
эту способность, ты бы пожалел об этом гораздо сильнее. Поэтому я
сказала то, что должна была сказать, — богиня хихикнула. — Простишь
меня, а? — Фобос обращалась к поглощённому горечью ребёнку с такой же
улыбкой, с какой говорила с ним всегда.

Вельф осёкся, решив не вступать в перепалки и продолжил собирать вещи.

— Не пытайся меня остановить.

— И не собираюсь. Я пришла, чтобы тебе помочь.

Вельф замер и посмотрел на богиню снова:

— …Что?

— Ты же услышал. Я собираюсь помочь тебе выбраться из королевства.

— И зачем тебе?..

— Считай это последним вмешательством в жизнь моего ненаглядного
ребёнка. Назовём это искуплением. Да и маленькому ребёнку ни за что не
выбраться за стены Барвы в одиночку.

Фобос подошла к притихшему Вельфу и с улыбкой знакомо приобняла его за плечи:

— Положись на меня, ладно?

Вельф не знал, чего богиня добивается своим вмешательством, но ощутил правдивость её слов.

Ребёнок, ничего не знавший о жизни за пределами поместья почти
разорённого рода и обладающий навыками кузнеца, ни за что не пройдёт
посты стражи на выходе из столицы. Его родственники наверняка уже
наговорили всем королевским прислужникам о том, что он обладает
способностью ковать Магические Мечи Кротцо.

Если он собирается покинуть страну, ему будет необходима помощь Фобос.

— Вельф, возьми с собой магический меч, который выковал.

— Мне он не нужен. Я никогда…

— Ты же не знаешь, с чем тебе придётся столкнуться, не так ли? На
всякий случай. Не мог бы ты хоть раз послушать, что говорит тебе твоя
богиня?

Вельф выковал два магических меча. Один на проверку, второй для представления королевской семье.

Слова Фобос заставили его осознать, что, если он оставит своё первое
творение, его может использовать кто-то ещё. Он скривился, но всё же
кивнул.

— Я использую связи, чтобы завтра ты мог пройти пост на выходе из города. Подожди до завтра. Понятно?

— Хорошо… — ответил Вельф, услышав объяснение.

Вельф не знал, для чего Фобос это делает, но ощутил, что может положиться на слово старой подруги.

----------

Синее пламя

— ХА-ХА-ХА-ХА! — раздавался зычный смех Ареса. Он принимал Вила в
тронном зале на самом высоком этаже замка. — Слышал, Мартинус? Кто-то
способный ковать магические мечи снова появился в семье Кротцо!

— Но Всевышний Арес, род Кротцо продолжает страдать от проклятия
духа. Пусть эти мечи могут показаться надёжным оружием, есть вероятность
что они потеряют свою силу прямо в разгар настоящей битвы… они
ненадёжны, — возразил старый король.

— И то верно. Ну, значит не будем слишком на них полагаться! — Арес кивнул, тряхнув длинными золотыми волосами.

Двое мужчин рассмеялись, а из тени за ними наблюдал измождённый принц Мариус.

Мариус подозвал одного из шпионов, служивших ему ушами и глазами,
словно приняв всерьёз опасения своего отца и бога, на которые они
слишком быстро закрыли глаза.

— Есть новости касательно Кротцо?

— Высочество… похоже способность пробудилась в сыне Вила, Вельфе Кротцо.

Разумный молодой принц, выслушав доклад вспомнил бал, проведённый годом ранее.

— Вельф Кротцо… а, это тот самый.

В глазах того мальчишки принц узнал тот же блеск, что был у него.
Красноволосый парень, как и принц, не любил обстановку, в которой
появился.

— …Что же, по крайней мере нужно усилить меры безопасности. Отошлите рыцарей на выходы из столицы.

— Чёрт!

Из свинцовых туч, затянувших ночное небо, пошёл дождь.

Завернувшийся в дорожную робу Вельф проигнорировал сигнал тревоги, просвистевший, когда он выбегал из третьих врат.

Всего Бавра окружена четырьмя кольцевыми стенами.

Благодаря уловкам Фобос, ему удалось пройти первые две стены,
отделявшие королевскую и дворянские семьи от жилищ воинов и
простолюдинов. Когда он проходил через третьи врата, солдаты его узнали.

Он не знал, почему это случилось, но посты стали проверять людей гораздо тщательнее.

— Чёрт, как так получилось?!

Он прорвался через блокпост, благодаря дарованной Характеристиками силе, и бежал по городу под стук дождевых капель.

Вельф бежал, пытаясь удерживать дыхание. Короткий меч в ножнах на его
бедре стучал так сильно, что не услышать его было невозможно.
Приближаясь к четвёртой стене Вельф обнаружил, что врата заперты и…

— СТО-О-О-О-ОЙ!

….Рыцари!

Глаза Вельфа округлились при виде троих людей, закованных в доспехи.
Рыцари второго уровня были элитными войсками Ракии. Закалённых в боях
мечников Вельф мог и не надеяться обогнать.

Они вытащили мечи из ножен. Вельф нахмурился, и взялся за рукоять короткого меча.

Он бросился прямо к закрытым вратам за спинами рыцарей занося алый клинок.

Взмах и…

— Пламя!!!

…всё вокруг захлестнула волна магии из меча.

Из клинка хлынула самая настоящая волна пламени, заставившая замереть как рыцарей, так и самого Вельфа.

Ревущее пламя охватило не только врата, но и стороживших их рыцарей.

Раздался оглушительный взрыв.

Воцарившийся вокруг огненный ад и крики людей подняли переполох в городе, разнёсшийся по всей столице.

Вельф поражённым взглядом окинул разрушенную стену и темноту ночи за её пределами.

Среди обломков лежали покрытые ожогами рыцари.

— А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!!! — Вельф
бросился в темноту, выкидывая из руки обломки того, что осталось от
магического меча. — Это… его сила?!

Капли дождя текли по лицу и щекам Вельфа вместе со слезами.

Часть стены была разрушена, тут и там виднелись яркие языки пламени, которые не гасли несмотря на дождь.

Если бы Вельф бросился драться с этими рыцарями, его бы победили в
одно мгновенье. Но Магический Меч Кротцо перевернул всё с ног на голову.
Зловещее оружие позволило беспомощному ребёнку победить троих умелых
рыцарей.

Давным-давно подобное оружие привело к падению рода кузнецов, которые его ковали.

Вельф залился слезами, вспоминая покрытых ожогами рыцарей.

— Вот что вам от нас нужно?! Вы хотите, чтобы мы создавали для вас такие вещи?!

Подкрепление из рыцарей успело увидеть лишь неясный силуэт Вельфа,
перепрыгивавшего остатки сломанной стены. Он растворился во тьме, крича и
рыдая от ярости.

Той ночью, как гордый кузнец и человек, ощущавший ответственность за свои действия, он принёс клятву.

…Я никогда не выкую магический меч снова.

----------

Синее пламя

Сбежав, Вельф направился к небольшой роще неподалёку от города.

Дождь прекратился.

Он промок до нитки и вышел из-за деревьев, только когда увидел, как к нему приближается черноволосая богиня.

— Похоже, тебе всё-таки удалось выбраться, Вельф.

— Фобос…

Фобос неспешно приближалась к назначенному месту их встречи.

На поясе истощённого мальчика богиня увидела ножны, в которых не было магического меча.

Фобос молча прищурилась:

— Подойди, Вельф. У меня есть подарок на прощание, пока ты не ушёл.

Первое и последнее обновление Характеристик. Сказав это, Фобос зашла Вельфу за спину.

Вельф был измотан физически и морально после ночного побега, поэтому молча сделал, как ему было сказано.

Он сел на камень, его руки и ноги обвисли, а Фобос обнажила ему спину.

Тонкие пальцы Богини скользнули по спине мальчика, закалённого работой в кузнице.

— Готово. Вельф… я разорвала твой договор со мной.

— ?..

— Это значит, что ты можешь выбрать любого бога, которого пожелаешь. Можешь вступить в Паству,
которая придётся тебе по душе, — сказала богиня, замораживая
Характеристики Вельфа на том уровне, на котором они остались, и открывая
возможность вступить в соглашение с другим божеством.

Пройти обращение.

— Однако, моя кровь никуда не денется. А значит, я была у тебя первой, — игриво заявила богиня.

Вельф всё это время был погружён в размышления, но поддразнивание Фобос немного привело его в чувство.

— Не говори странных вещей.

Богиня увлечённо посмеялась.

— Сегодня неподалёку от этой рощи пройдёт караван. Отправляйся с ним. Когда выберешься из Ракии, окончательно обретёшь свободу.

— А что… будет с тобой? Если вернёшься в Барву, во всём обвинят тебя…

— А кому разгребать беспорядок, который ты оставил, как не мне? Род Кротцо, да и вся Ракия наверняка сейчас на ушах стоят.

— …

— И не беспокойся, Вилу и остальным я скажу, что это я тебя увела. Для меня это всё большая игра. Арес придурок, он купится.

Слова Фобос и её взгляд смутили Вельфа, он посмотрел ей в глаза и спросил:

— …Почему? Зачем ты так далеко ради меня заходишь?..

— Считай это моей причудой. Кроме того… наверное я просто хочу
сделать хоть что-то ради самого милейшего из моих детей? — богиня
изогнула голову, волосы сползли вбок, обнажив шею. — Знаешь, меня
радует, когда глупые детишки, вроде тебя, своего добиваются. Да и от
прислуживания Аресу меня воротит. Мне уже плевать, даже если меня после
этого отправят обратно на небеса.

Вельф задумался, правду ли сказала ему изменчивая богиня. Но в одном
он был уверен, в этот самый момент от неё исходила сама суть её
божественности.

— И не беспокойся. Даже если меня отправят на небеса, я всегда буду за тобой присматривать, — усмехнулась она.

— …Лучше за обязанностями своими следи.

— Иди, Вельф. Живи, как тебе хочется. Род Кротцо и Ракия тебя бы только сдерживали.

Фобос не стала обнимать его и трепать ему волосы, но такую нежную улыбку на лице богини Вельф видел впервые.

— Увидимся.

— …Ага.

Такими были последние слова, которые они сказали друг другу.

----------

Синее пламя

Спустя несколько дней…

В стороне столицы Ракии, Барвы, в небо поднялся столп света.

…Прости. Спасибо.

Стоявший на невысоком холме за пределами границ королевства мальчик смотрел в сторону столпа, по его щеке катилась слезинка.

— Оживлённо здесь, да? — прекрасная женщина одним взглядом осматривала кузницу, озарённую светом раскалённого горна.

Красноволосый паренёк спорил с несколькими взрослыми кузнецами за право пользования горна первым.

— Ой, Всевышняя! Вы так давно нас не посещали, а когда пришли, увидели не самую лучшую сцену…

— Что же, таковы все кузнецы. Лично мне так даже больше нравится. А это кто?

— Этот паренёк просто заявился в кузницу и попросил, чтобы ему
разрешили работать за еду и кров. Он представился, но кажется имя у него
фальшивое. Кузнец он неплохой, вот мы и не отказали.

Золингам, город кузнецов оружия.

Богиня пришла, чтобы выполнить работу по контракту, а также навестить
коллег-кузнецов. Прекрасные черты её лица разрушала лишь повязка на
правом глазу, левым она, прищурившись, присмотрелась к парню, изучая,
как он работает с горном (в споре он одержал верх).

— Шеф, этот мальчик, разрешишь мне его забрать?

— А? Ну, я возражать не буду, но… он вам правда нужен?

— Конечно, почему нет? — богиня ухмыльнулась и дождалась, пока красноволосый парень окончит работу.

После того как он завершил грубоватый клинок, богиня к нему обратилась.

— Эй, паренёк. Как тебя зовут?

Насквозь пропотевший парень поднял взгляд. Увидев, что к нему обращается богиня, он посмотрел на неё с опаской.

— …Вельф.

— Просто Вельф? А фамилия?

— Я… не хочу говорить.

— О. Ну ладно. Вельф, хочешь присоединиться к моей Пастве?

— А?.. — мальчик рассеянно посмотрел на улыбающуюся богиню. — …А
разве перед тем, как делать такие предложения, не принято
представляться?

— Ой, прости. Совсем забыла, — бодро извинилась перед озадаченным мальчиком богиня. — Меня зовут…

К встрече мальчика с красноволосой, красноглазой богиней мальчика подвела его старая, озорная подруга.

----------

Интерлюдия. Эльфийское беспокойство

— Выпьем!

Белая пена расплескалась из десятка кружек, заполненных вином, элем
или соком, когда мы столкнули их в тосте, а потом мы начали пить, или
прихлёбывать, свои напитки.

Мы в «Щедрой Хозяйке».

Вечер, солнце совсем недавно село, и в тавернах на западной главной
улице было шумно, как и всегда. Вокруг царило оживление. Посетителей
освещал тёплый свет ламп с магическими камнями. После моего возвращения
из экспедиции, окружение из шумных дварфов и полуросликов стало на
удивление успокаивающим.

Мы проводим банкет, хотя, скорее, это можно назвать вечеринкой.

Члены Паствы Гестии, Паствы Миаха и Паствы Такемиказучи собрались в одном месте, а также пара других знакомых лиц.

— Поздравляю вас и избавлением от перевязки, сударь Белл! — бодро заявила Лили.

Я нервно улыбнулся:

— Ха-ха… спасибо?

Это второе празднование, которое мы проводим после возвращения из экспедиции. Первое состоялось в доме нашей Паствы. Миах и Такемиказучи праздновали вместе с нами.

Второй, вот этот праздник был посвящён тому, что моя рука окончательно зажила.

Честно говоря, мне слегка неудобно использовать это событие, как
предлог для вечеринки… но я соскучился по готовке Мии, так что,
наверное, всё в порядке. Даже Лили была не против, хоть она и следит за
нашими деньгами очень строго.

К несчастью, боженька, как и всегда, на своей подработке.

— И не беспокойтесь, мы подбодрим бедную, несчастную Гестию, так что
празднуйте так, будто все в сборе! — сказал Такемиказучи. Кажется, они
собрались устроить свой праздник с другими богами. Он, Миах, Гефест,
Гермес и Деметра устраивают ночную пирушку. Я слышал, как он говорит что
им «есть что обсудить».

— Ого, как вкусно! Это, конечно, дороговато, но «Щедрая Хозяйка» —
отличное заведение, — сказала Дафна, облизывая губы после пробы местной
еды.

— Никогда здесь не была? Это место довольно известно среди авантюристов, — ответил Вельф.

— Известно, но… почему-то, Апполон обходил его стороной. Члены моей старой Паствы никогда сюда не приходили.

Все наслаждались вечером. Лили и Нажа шутили о закупках зелий… хотя в
их глазах и не было видно особого веселья. Микото, Чигуса и Харухиме
вспоминали о днях прошлого, вместе с другими членами Паствы Такемиказучи. Наверняка они пытаются успеть хоть немного пообщаться с Харухиме, раз она официально вступила в нашу Паству.

Я бросил взгляд на Оуку, тихонько присматривавшего за ними со стороны
подобно младшему брату, но не вмешивающегося в разговор. Мои щёки
полыхнули.

…Похоже Паства Локи не придёт…

Я окинул взглядом столы таверны, пытаясь найти членов сильнейшей Паствы в городе.

И одну девушку с золотыми волосами.

После случая с Ксеносами, пережив множество опасностей, я очень хочу увидеть Айз снова.

Не скажу, что мне хочется, чтобы она увидела, насколько я вырос, но…
Мне хотелось бы определить своё положение. Хочется понять пару вещей,
просто увидев её, человека, к которому я стремлюсь.

Она пообещала обучать меня боевым техникам снова, но, если честно, я не знаю как к ней подойти.

— Мммм? Что такое, Белл? Кого-то ищешь? — спросил Вельф.

— А, эм… просто задумался, достаточно ли в таверне места, чтобы на празднование заглянула Паства Локи. Айз и остальные ведь часто сюда заглядывают… — сказал я, даже не пытаясь прикрыть свои размышления.

Сидящий со мной Вельф улыбнулся:

— А. Наверное они не заглянут. Скоро Элегия, в конце концов.

— Элегия?.. — повторил я незнакомое слово.

— Её подготавливают работники Гильдии. Насколько я понимаю, Паству Локи, Паству Фреи и прочие крупные Паствы просят не участвовать в пирушках какое-то время, — сказал Вельф, наливая себе ещё порцию эля.

Я наклонил голову, а когда собирался спросить, что это за Элегия,
Кассандра, не участвовавшая в разговорах всё это время, неожиданно
набралась храбрости и заговорила:

— Белл! Эм… К-как твоя левая рука?

— Амида сказала, что заживление прошло успешно. Боли нет, и я не ощущаю скованности в движениях.

— В-вот как?.. Я рада… — услышав мой ответ, Кассандра улыбнулась. Она
сидела наискосок от меня, снова уставившись в стол… Она нервничает? Она
вцепилась в свою кружку обеими руками.

Я несколько раз пошевелил рукой, довольный тем, что проверка прошла
успешно и сказанное мной правда. Амид попросила меня ещё какое-то время
не вступать в бои, но, если так пойдёт и дальше, скоро я смогу вернуться
в Подземелье.

Я осознал, что сейчас самое время поблагодарить Вельфа и Кассандру.

— Точно… Вельф, Кассандра, спасибо вам обоим.

Я напомнил им о Шарфе Голиафа, который они изготовили меня во время экспедиции.

Эта вещь, без шуток, стала причиной, по которой я смог сразиться с
Джаггернаутом, и я не сидел бы за этим столом, если бы её не было.

Вельф ухмыльнулся, услышав искреннюю благодарность, и отмахнулся от
неё. Глаза Кассандры округлились, она улыбнулась и произнесла: «Не за
что!».

Могу поклясться, что заметил слёзы в уголках её глаз, а от её улыбки
что-то ёкнуло в груди, но об этом я ничего не сказал. Но я не мог не
улыбнуться в ответ.

— Кто бы мог подумать, что вы, сударыня Дафна и сударыня Кассандра, поднимете уровни! Поздравляю вас! — сказала Лили.

— Большое спасибо! — ответила Кассандра, поклонившись.

— Теперь, когда в нашей Пастве два человека третьего уровня, я
жду от вас свершений, достойных налога, который нам подняли, Дафна и
Кассандра… — хитро хихикнула Нажа.

Дафна, впрочем, подобный юмор не оценила:

— Воздержитесь пожалуйста от шантажа, Капитан.

И да, Дафна и Кассандра подняли уровни в этой экспедиции.

Пока я пытался выбраться с глубинных этажей, Лили и остальные
пережили своё собственное приключение. Победа над боссом нижних этажей в
составе такой небольшой группы — очень значимое достижение.

Разумеется, я задолжал им, потому что им пришлось пережить такие
ужасы, пока меня рядом не было, но они отлично справились. Мне даже
слегка жаль, что мне не довелось пережить приключение со всеми
остальными.

В общем, это празднование было устроено ещё и для того, чтобы поздравить всех с поднятиями уровня.

— Ты тоже говорила, что подняла уровень, Лилирука, не так ли? Поздравляю и тебя! — улыбнулась Дафна.

— Нет, нет, я подняла уровень только благодаря вашим наставлениям,
сударыня Дафна. Спасибо, — ответила Лили, склонив голову, как делают это
на дальнем востоке. Также она сидела, поджав под себя колени, наверное,
влияние Микото и Харухиме. Оука и его Паства неловко улыбались.

Члены группы поднимали уровни один за другим, и это указывало на то,
насколько жуткой была наша экспедиция. Наверное, мало ещё какая
экспедиция могла с ней сравниться.

— Хе-хе, и не змябывайте обо всём, что мы сделмяли!

Аня и Хлоя, напрочь позабыв о работе, пристроились к нашим разговорам.

— Точно! Рмязве можно забыть ту трогательную сцену моего роскошного помявления перед раненным мяльчиком-героем, когда он мне поклялся: «О, дрмяжайщая моя Хлоя, отныне моя змядница принадлежит тебе навечно!» Какой мяпор!

Я нахмурился, когда Хлоя рассказала о событии, о котором я совершенно
не помнил, когда появилась девушка с подносами, собиравшая тарелки, и
устало посмотрела на коллег:

— Вообще-то к тому времени, как мы появились, всё было по большей
части кончено. Что-то мне не кажется, что вам, глупые кошки, есть чем
похвалиться.

— Чего ты скмязала?! — накинулись на неё разом кошкодевушки.

Аня и Хлоя явно намеревались продолжить жаркую перепалку, но зычный голос Мии раздался из-за стойки:

— Эй вы, хватит прохлаждаться!

Всем троим работницам пришлось очень нелегко после возвращения,
поскольку они пропустили много смен, когда пошли к нам на помощь.

Тяжесть пылкого взгляда Мии заставила плечи девушек вздрогнуть, и они поспешили вернуться к работе, взвизгнув и извиняясь.

Поскольку они пришли на помощь нам, я не мог не ощутить себя виноватым…

— Не беспокойся слишком сильно, Белл. Аня и остальные знали на что
идут, — сказала Силь, будто прочитав мои мысли, когда поднесла на стол
еду.

— Силь…

— Я рада, что все вернулись домой в сохранности, — она перешла на
шёпот, приблизившись к моему уху. — Знаешь, я обратилась к паре
авантюристов, которых знаю, умоляя, чтобы они тоже пошли тебе на помощь,
но это оказалось не нужно, — хихикнула она.

— Я… прости, что причинил столько проблем! — виновато сказал я. Я заставил поволноваться немало людей.

Я почесал голову и смущённо улыбнулся, а Силь задала мне другой вопрос:

— Что-то случилось между тобой и Лю?

Щёлк.

Все звуки вокруг будто разом стихли. Лили притихла и прислушалась.

…Лю меня избегает.

Возможно. Наверное. Скорее всего. Определённо.

После того как я вышел из больницы с повязкой, я много раз заходил в
«Щедрую Хозяйку», но каждый раз Лю пыталась не встречаться со мной
взглядами, а иногда даже пряталась на кухне, чтобы со мной не
встречаться.

Она словно пыталась от меня отдалиться, а я никак не мог к ней приблизиться.

— С самого своего возвращения в таверну она начала вести себя
странно, когда разговор заходит о тебе, Белл, — сказала Силь, продолжая
улыбаться, хотя её глаза будто пытались просверлить меня насквозь.
Почему-то я начал покрываться потом.

Я неловко улыбнулся и после затянувшейся паузы смог ответить только:

— Странно, значит?..

— Довольно странно, да.

— Странно это как?

— Вот так, — Силь указала деревянным подносом, который продолжала держать в руках.

Она указала на Лю.

Как Аня и остальные, эльфийка ловко маневрировала между столами,
исполняя обязанности официантки. В её поведении не было ничего
странного… если не считать того, что она ни разу не приблизилась к
нашему столу и даже не смотрела в его сторону.

Точнее, она не смотрела на меня.

Принимая заказы, она поворачивалась в нашу сторону, когда это было
нужно, и даже подходила к соседним столам… но стоило мне оказаться в
поле её зрения, она тут же поворачивалась. Она двигалась так резко, что
это привлекало внимание других посетителей.

Если бы она просто отводила взгляд или отворачивалась, это было бы не
так заметно. Но скорость, с которой она поворачивалась на каблуках
делала всё заметно страннее.

Она как будто практиковала какой-то уворот, который пригодится, если ты идёшь в Подземелье в одиночку.

Силь не сводила с меня взгляда, очередная волна пота покатилась по моему лицу.

— Лю! Раздай заказы этим детишкам! — Мия выставила на стойку несколько тарелок и отдала Лю приказ.

— …

На мгновенье Лю застыла, а потом, нисколько не меняясь в лице, с лёгкостью подхватила тарелки. Она отправилась к нашему столу.

— Л-Лю, послушай…

— Вот ваш стейк.

— У-у тебя есть минутка?

— Вы хотите что-то заказать?

— Ээм?..

— Эль?

— Ммм…

— Значит эль.

— Я-я просто хотел поговорить…

— Благодарю за ваш заказ.

Это… разговором-то назвать нельзя.

Лю оставила меня в растерянности, отходя широкими шагами.

Разумеется, члены Паств, сидящих за нашим столом, не могли этого не увидеть, и обратили на меня взгляды.

Лили наклонилась ко мне.

— …Сударь Белл, что-то случилось между вами и сударыней Лю? — спросила она.

Я отвёл взгляд, искренне ответив:

— Н-ну, я не совсем уверен… столько всего было, что я даже не знаю, как с ней заговорить…

Первым, что всплыло в моей памяти, были наши объятия… голыми… но ведь то была крайняя нужда.

Вдобавок, она вполне нормально общалась со мной в больнице, когда мы
выбрались из Подземелья. Мы даже посмеялись вместе, на вершине того
холма, с которого открывался чудесный вид на город.

Что я мог сделать такого, чтобы так сильно разозлить Лю?

Мы объединили силы, чтобы сбежать с глубинных этажей. Мне казалось, у нас возникла крепкая связь.

Может только мне так показалось?

— …

— …Силь?

Я заметил, что Силь снова сверлит меня взглядом. Её тусклые глаза всматривались в меня необычайно пристально и…

Пум.

Она легонько ударила меня по голове деревянным подносом, держа его обеими руками. Звук получился даже милый.

— А? Чего?.. — я озадаченно прижал руки к голове.

— Заслужил, — сказала Силь, прикрыв глаза и почти-по детски от меня отвернувшись. Почему-то она была необычно зла на меня.

Силь отошла, ничего не объяснив и вернулась к работе, как и Лю.

Лили следила за этой сценкой, слегка прикрыв глаза. Вельф и Дафна
притворились, что ничего не видели и продолжили пить. Микото и Чигуса с
интересом склонили головы, а Харухиме и Кассандра выглядели растерянно.

Нажа была единственной кто, закатив глаза произнёс: «Эх, молодость», — и улыбнулась.

— В каком это смысле? — прямолинейно спросил её Оука.

А у меня не было времени, чтобы рассматривать их реакции, я увидел, как Лю исчезает в проходе на кухню.

— Я вынесу мусор, — сказала Лю.

Ответом ей послужил шум кухни, на которой повара занимались своей
работой. Треск огня, бульканье кипящего масла, стук ножей, нарезавших
овощи. Эльфийка взяла наполненное отходами ведро и отправилась к заднему
входу.

Она оказалась в узкой улочке, в которой было довольно темно, и которая была отведена для вывода отходов.

Словно достигнув предела прочности, маска беспристрастия, которую Лю практически всегда поддерживала на лице, лопнула.

— …Это странно.

Оставшись наедине с собой, она ощутила накатившую на неё волну
чувства стыда. Её щёки полыхнули. Эльфийка неосознанно поднесла руку ко
рту, словно пытаясь скрыть жар, охвативший её лицо. Лю припомнила все
свои действия.

— Это… было для меня странно. Я нагрубила Беллу, он был растерян… Мне следует извиниться.

Доброго парня застало врасплох неожиданное изменение в отношении Лю,
и, возможно, он испугался того, что она его возненавидела. Она должна
пойти к нему в эту же секунду и искренне извиниться.

Пожалуйста не беспокойся. Ничего не случилось. Вот и всё, что от неё требуется.

— Но…

Сердце забилось чаще.

Она стала чаще нервничать.

Она стала странно себя вести.

Действия, которые раньше не вызвали у неё никаких сложностей, теперь казались невыполнимыми.

Она не могла посмотреть ему в лицо.

— …Да что со мной не так? — пробормотала девушка, расстроенно опуская взгляд и руки.

На душе было тяжело, её уши пылали.

Когда она видела парня, плечи сами собой подпрыгивали, как у испугавшейся коши.

Как будто она была больна.

…Когда это началось?

Когда она успела начать звать его по имени?

Пока эльфийка обратилась за ответами к свои воспоминаниям, кто-то обратился к ней по имени, стоя прямо за её спиной:

— Лю…

Небесно-голубые глаза Лю округлились.

Как она могла его не заметить, и почему он оказался здесь… все эти вопросы были не важны.

За её спиной стоял Белл.

Она поняла это, не поворачиваясь.

Она не могла не узнать его голос.

Но это осознание довело Лю до панической атаки. То, что она оказалась с ним наедине, было для девушки неприемлемо.

Поворачиваясь, она одновременно нанесла удар ребром ладони.

— Кто здесь?!

— А-а-а-а-а-а!!! Это я!!! — завопил Белл отражая атакую.

Полгода назад, когда он был авантюристом первого уровня, этот удар
мгновенно отправил бы его в нокаут. А теперь он перехватил его правой
рукой, защищая ещё не окрепшую левую.

Он двигался превосходно. То, как он перехватил удар, заставило Лю удивиться.

Парень заметно вырос, и, несомненно, был достоин зваться авантюристом
четвёртого уровня. Он вложил достаточно силы, чтобы остановить нежную
кисть Лю, но при этом не сделать ей больно.

Только вот…

Вместо спокойствия, которое должно было подарить это мгновение, оно оказало на Лю полностью противоположный эффект.

Её тело охватил жар, распространившийся от того места, где её коснулась рука Белла.

Щёки эльфийки запылали, брови поднялись, и она заломила руку Беллу со скоростью, достойной Ледяного Ветра.

Она швырнула его через себя.

— ВАААААА?! — испуганный крик парня разнёсся по улочке вместе со звуком падения его тела на землю.

Его характеристики, без сомнения, стали выше её собственных. Но,
когда дело касалось настоящего боя, Лю была на голову, а может даже две
или три выше Белла. Он не был готов к броску, было вполне логично, что
он сильно ударится о землю.

Но это не было главной проблемой.

— …Я всегда захожу слишком далеко! — пробормотала Лю, покрываясь холодным потом.

Белл приземлился на жёсткую мостовую.

Он авантюрист четвёртого уровня, но сила, с которой его бросили на
камни, также принадлежала авантюристке четвёртого уровня. Мостовая
треснула от удара, а сам Белл обмяк.

Где-то в уголке разума Лю голоса Кагуи и Лиры завопили: «Никчёмная эльфийка!»

— Лю-ю-ю-ю, сколько можно мусор выбрмясывать? — заявил сердитый голос, лишь добавив эльфийке проблем.

— ?!

Аня и другие работницы устали ждать, когда Лю вернётся. При приближении Ани, лицо Лю скривилось.

Она не могла позволить себе быть пойманной в такой момент. Она не знала почему, просто не могла такого допустить.

Лю подхватила Белла на руки, как принцессу. И побежала… прижимая его к себе.

После своего прибытия в Орарио Беллу не раз приходилось носить вот
так девушек, но он ещё никогда не оказывался в подобном положении сам.
Если бы он пришёл в себя, возможно тут же лишился бы сознания от
удивления. Впрочем, Лю об этом даже не задумывалась, она уносилась прочь
со скоростью, которой известна Ледяной Ветер.

Она забыла о смене в таверне и неслась по улицам, пытаясь найти место, где её не найдут прохожие.

И, наконец…

— Хах, хах… — Она отдышалась. Она остановилась в узкой улочке, в
которой никто не стал бы их искать. Поблизости не было лавочек и
стендов, зато нашлась деревянная скамья.

Лю положила на неё не пришедшего в себя Белла и схватилась за голову, осознав, что она только что сделала.

— Нападение… похищение… как низко я ещё паду в будущем?.. —
прошептала она, будто бы лежащему на скамейке Беллу, когда на неё
навалилась тяжесть собственных поступков.

Как бы там ни было, по меньшей мере она должна его исцелить.

Он лишился сознания, но, к счастью, не был ранен. Несмотря на это, Лю
использовала своё заклинание восстановления. Не переставая дрожать
эльфийка, исцеляла Белла, зная, что этого, по большей части, не
требуется. Её, если говорить прямо, охватила паника. Она собиралась
сделать всё, что могла.

И, в результате, голова Белла оказалась на её коленях.

Почему?!

Ни на что не годная эльфийка снова проявила себя.

Ей это казалось самой правильной вещью в мире. Решив, что голова
Белла будет болеть, если он проснётся на жёсткой скамейке, она устроила
его у себя на коленях. Поэтому и только поэтому. Так она заставила себя
думать.

Неожиданно в переулке появилась пара зверолюдей, покачивавшихся и поддерживавших друг друга руками. Они были сильно пьяны.

Их взгляды упали на Белла и Лю, от них несло алкоголем.

— Уху-у-у-у-у-у-у-у-у-у! Молоденькая парочка!

— Эй, детка! А ещё чего покаже…

Они оборвались на полуслове. Ледяной взгляд эльфийки заметно их напугал.

— Хватит вопить.

— Да, мэм!

— И забудьте, что вы видели.

— А? Че?..

— Убирайтесь.

— Да, мэм!!!

Зверолюди понеслись прочь, так и не отцепившись друг от друга.

После их ухода воцарилась тишина и Лю снова погрузилась в горечь.

— …Как странно. Что со мной происходит в последнее время?

Над улицей висела ночная тьма. В щели между крышами эльфийка видела
усыпанное звёздами небо, такое же, как и на её лесной родине.
Спокойствие этого места окутывало её, а голова парня покоилась на её
ногах.

—Со мной всё так же тяжело, как и всё время… Я всё так же раздражаю
всех вокруг и приношу неприятности… — самоуничижительно сказала Лю.

Она вспомнила, какой была, когда объявилась в Орарио.

Я нисколько не изменилась с того дня, как встретила Астрею и Элизу…

Был один раз, когда Лю повела себя надменно, и это ранило её саму. Её
предрассудки заставили её поступать некрасиво, и, как и сейчас, она
загнала саму себя в угол.

— …Белл, — сказала она, отчаянно желая не повторить прошлых ошибок.
Она потянулась к белым волосам и нежно их коснулась. Даже простого
прикосновения оказалось достаточно, чтобы её сердце стало биться чаще. —
Ты мне не неприятен, правда…

Едва ли был какой-то смысл объясняться, учитывая обстоятельства. Но эльфийка ощутила, что она наконец может извиниться.

Её щёки полыхнули, когда она обратилась к парню, лежавшему на её коленях.

Глаза парня были скрыты за прядями волос, и эльфийка ощутила, что это
её радует. Если она увидит его закрытые глаза, его брови, она точно
смутиться слишком сильно, чтобы продолжить извиняться.

Заправив свои волосы за длинные уши, она приблизилась к его лицу.
Оказавшись так близко, что она ощутила его дыхание, Лю прошептала:

— Я никогда не буду тебя ненавидеть. На самом деле…

Это всё, что она могла сказать.

Лю затихла. Больше она не произнесла ни звука.

Повисла неестественная тишина.

Небесно-голубые глаза прищурились.

— Белл… ты очнулся, не так ли?

Лицо парня вздрогнуло.

Лю поднялась и уставилась ледяным взглядом на парня, пытавшегося не шевелиться.

Нехотя, Белл открыл глаза.

— …Да.

Элегантные брови эльфийки изогнулись от гнева.

— Кажется я уже говорила тебе, чтобы ты никогда так больше не делал…
не так ли? — она потянула за щёки парня, притворявшегося спящим.

— Ау-у-у-у! Проштите!

Это напомнило о моменте, когда в походе через глубинные этажи, после
падения из Колизея парень, притворяясь мёртвым слышал девичий визг,
который издала Лю. Вместе с воспоминанием Лю ощутила новый прилив стыда.
Её щёки покраснели, и она вложила ещё больше силы в пальцы.

Крики Белла стали заметно выше:

— Простите!.. Когда я пришёл в себя, я был ошеломлён и не знал, что
сказать… — сказал Белл, потирая щёки и поднимаясь с колен эльфийки.

Её ногам как будто тут же стало не хватать теплоты, но Лю подумала, что у неё просто разыгралось воображение.

— …Кстати, когда именно ты проснулся?

— Всего секунду назад, честно… когда вы сказали: «На самом деле» …

Лю ощутила, что она в безопасности. Парень не услышал её оговорок.

Она вздохнула с облегчением. И прижала руку к груди, не понимая, почему испытывает такое сильное облегчение.

— Так, эм, п-почему я лежал на ваших коленях?..

— …Мои действия причинили тебе вред, и я подумала, что это меньшее
что я могу для тебя сделать… — Лю рассказала всё в подробностях, а Белл
сидел рядом с ней, наклонив голову.

— Понятно… наверное?

Лю начала скользить взглядом по стенам переулка, пытаясь не смотреть на Белла.

— …Эм, я сделал что-то, что сильно вас разозлило, Лю?

— А? — она наконец встретилась с ним взглядами и увидела напряжённую улыбку на его лице.

— То есть, вы на меня даже смотреть не можете с тех пор, как…

Почему-то он был грустным.

В груди эльфийки что-то сжалось, и она выкрикнула:

— Нет!

— А?

— Вовсе нет! Ты ничего не сделал! Это всё не твоя… — Лю осеклась,
отведя взгляд от лица Белла и уставившись себе на колени. Успокоив жар в
груди, она задумалась, что именно она собирается сказать, прежде чем
продолжить. — Я… дело вовсе не в злости. И не в том, что ты что-то
сделал.

— Не… не в том?..

— Просто я не могу смотреть на твоё лицо.

— Но почему?!

Лю не понимала, что её попытка объясниться вызовет недопонимание,
которое Белл в своём юном чувствительном возрасте примет с болью.
Пытаясь высказаться, она даже не попыталась поднять на него взгляд.

Но и попытки отсесть от него или отстраниться она не предприняла.

— …Прости, Белл.

— А?

— За все те неудобства, которые я принесла, включая это. Я лишь заставляю тебя переживать всё больше. Мне очень, очень жаль.

— Н-нет, всё в порядке! Честно, я ощутил облегчение, когда услышал,
что вы меня не ненавидите! Точнее, я даже рад, или… что-то вроде…

— …Понятно.

— Правда!

— …

— …

— …Разве тебе не нужно возвращаться на празднование?

— Ммм… Вельф сказал мне «сходи и разберись со всем раз и навсегда», так что всё нормально. А что насчёт вас, Лю?

— Если… если говорить о Маме Мие, она точно не спустит мне это
отсутствие с рук, поэтому, если я вернусь прямо сейчас, это ничего не
изменит, — эльфийка попыталась сказать, что не будет никакой разницы,
сейчас она вернётся или позже. Поэтому Лю решила посидеть с Беллом
подольше. — Аня, Хлоя, Руноа и даже Силь убегали с работы… так что,
ненадолго…

Белл нервно посмеялся.

Лю тоже наконец смогла улыбнуться.

Они заговорили о последних событиях, вспоминая, что с ними случалось после возвращения с глубинных этажей.

Зажила ли левая рука Белла? Зажила ли правая нога Лю?

Белл рассказал, как Гестия встретила его дома. Лю рассказала о том, как ела блюда Мии.

Он отдыхал. Она вернулась к работе.

Их разговор был очень гармоничным. И такая обычная, повседневная болтовня порадовала Лю. Она успокоила сердце эльфийки.

Напряжению и повышенным тонам в её голосе пришло на смену спокойствие.

— Эм, Лю?

— ?

— Если вы не возражаете… не могли бы вы рассказать мне о Элизе и остальных?

— Про Элизу?

— Да. Когда мы были в Подземелье, не было времени о них спрашивать… а мне хотелось побольше узнать о вашей старой Пастве.

Когда эльфийка подумала, что пришло время вернуться, в груди
кольнуло. И она была очень рада тому, что Белл спросил её о старых
подругах.

— …Хорошо, я могу рассказать. Но с чего бы начать?.. — эльфийка
подняла взгляд в ночное небо, и увидела, как блеснула, словно
подмигивая, звезда. Эта звезда будто напомнила ей, что её история будет
отчасти постыдной.

Потом эльфийка начала рассказ о том, как она пришла в этот город и каких людей встретила, когда сюда явилась.

Парень тихонько её слушал. Порой он улыбался, что вызывало улыбку и у Лю тоже.

В переулке под светом звёзд они позволили насладиться компанией друг друга ещё немного времени.

----------

Встречи и клятвы

Лю Лайон была девочкой, живущей в эльфийской деревне.

Впрочем, назвать её «обычной» девочкой, было бы большой ошибкой. Она
была членом клана, который поколениями защищал священное древо деревни, и
почти с самого момента своего рождения её готовили к судьбе эльфийской
воительницы. В случае вторжения в деревню она должна была защищать её
наравне со взрослыми. Несмотря на отсутствие божественных благословений,
воители умело обращались с луками и клинками и могли уничтожить любого
монстра, рождённого на поверхности смертного мира.

В один из дней Лю и другие воители прогоняли подошедший слишком близко к их деревне караван.

— Мерзкие зверолюди-торговцы!

— Они хотя бы видели свои мерзкие рожи? Их уродство воплощает уродство их душ. Они нисколько на нас не похожи.

Лицо Лю было скрыто плащом, полы которого развевались за её маленькой
спиной. По дороге обратно она слушала, как взрослые эльфы поносят
существ, которых они только что прогнали.

Эльфийское поселение было скрыто плотными кронами деревьев. Даже в
нынешнюю эру, так называемое время богов, когда божества ходят по земле
наравне с людьми и полулюдьми, эльфы остались горделивой расой, которая
скрывается в лесах.

Домом Лю служил окружающий священное древо лес, Лес Лумируа.

— …

— Уродливы снаружи и внутри. Какие они гадкие, как непохожи на прекрасных нас.

Лю молча слушала, как члены её клана обсуждают представителей других рас.

Среди смертных эльфы известны своей выдающейся красотой.

Они горды, привередливы и сторонятся любых существ, которых считают
недостойными. Однако, смотря в прекрасные лица представителей своей
расы, Лю ощутила, что какими бы ни были эльфы прекрасными, они самые
гадкие среди всех остальных.

Исказив прекрасные лица в презрительных ухмылках, они поливали грязью
остальные расы, высокопарными словами. Шагая среди своих сородичей, Лю
ощутила, как её съедают сомнения.

Она не помнила, когда эти сомнения появились, но сколько она себя
помнила, они съедали её сердце и постепенно перерастали в отвращение.

Среди эльфов, гордившихся своей расой, подобные мысли считались
преступными. Но стоило росткам сомнения появиться в сердце Лю, уже ничто
не могло их оттуда искоренить. Высокомерие, с которым эльфийские
мужчины и женщины относились к остальным, вызывали в ней стыд и
отторжение, пожиравшее её собственное самоуважение.

Молодая Лю ничего не знала. Она никогда не покидала деревни и её мир был слишком мал.

Но, всё же, она была уверена, что мир, который её окружает, искажён.

Каждый день её сердце уносилось всё дальше и дальше от её семьи и других эльфов деревни. Она стыдилась их и себя стыдилась тоже.

Однажды она отделилась от группы воителей и набрела на чистый лесной
источник. Наклонившись, чтобы зачерпнуть холодной воды и утолить жажду,
она увидела своё отражение.

Заострённые уши и небесно-голубые глаза.

Длинные, золотистые волосы и прекрасные черты, как и у всех в её деревне.

В тот день Лю взглянула на свои руки и приняла решение.

— …Прощайте.

Под покровом ночи Лю сбежала из дома… в одиночку, взяв лишь немного ценной руды, чтобы использовать её вместо денег.

Она попрощалась с видом ночного неба из своего дома, который она так
любила, со священным древом, которое должна была охранять с момента
своего рождения, и ускользнула во внешний мир, думая о том, что могут
предложить его бескрайние пределы.

Она надеялась, что избавится от оков эльфийской расы.

Однако…

----------

Встречи и клятвы

Шёл дождь.

Серые тучи затянули небо, капюшон, который скрывал её лицо, намок и
отяжелел. Каждый шаг Лю расплёскивал воду луж по пустынным улицам, почти
затянутым туманом.

Орарио, Город Лабиринта.

Лю покинула дом и пришла сюда, в место, известное, как «центр мира».
Несмотря на практически полное отсутствие знаний о внешнем мире, в
маленькой изолированной эльфийской деревне Лю удалось узнать об этом
месте, и у неё ушло немало времени и усилий чтобы пересечь его врата.

Она слышала, что Орарио — это то самое место, где боги, смертные и духи живут вместе, не задумываясь о расовых принадлежностях.

Она надеялась найти здесь нечто неизведанное… что-то, что невозможно
было бы заполучить в её деревне. Она надеялась найти друзей других рас и
встретить спутников, которых будет ценить до конца жизни.

С этими мыслями Лю устремилась к городу и Подземелью, расположенному под ним.

Но её надежды были разбиты.

Её собственными руками.

…Не приближайтесь ко мне!

Лю отогнала от себя всех, кто осмеливался к ней подойти: людей, пытавшихся пригласить её в Паству,
подвыпивших зверолюдей, полуросликов-торговцев с распутными ухмылками
на лицах, дварфа-авантюриста, пытавшегося рассказать ей какую-то байку. С
какими бы намерениями к ней не походили, добрыми или злыми, Лю
прогоняла каждого.

Таково было типичное отношение эльфов к представителям других рас,
они не позволяли дотрагиваться до себя кому-то недостойному. Обычай,
который будто высечен в сердцах представителей её расы, был силён и в
ней. Такова была цена взросления в небольшой эльфийской деревеньке,
жители которой уверены в своём превосходстве. Её собственные чувства
никак не могли вырваться на поверхность.

Хуже всего ей приходилось, когда на неё смотрели. С любопытством,
завистью, благоговением… такого она никогда не испытывала в своей
деревне, и внимание смущало, сбивало её с толку и пугало. Всё из-за её
эльфийской привлекательности.

Ужас, который она испытала, так сильно в ней укоренился, что в итоге она не смогла ходить по улицам, не скрывая лицо капюшоном.

Единственным оставшимся ей выходом было положиться на других эльфов,
имён которых она даже не знала, но Лю от него отказалась. Детская
гордость не позволяла ей сдаться и пойти этим путём.

Она стыдилась и питала отвращение к эльфам, и к себе самой, что не давало ей вернуться.

— …Я стану посмешищем. — Лю обнаружила, что завернулась в плащ, так
чтобы ни малейшей частички её кожи невозможно было увидеть, в том числе и
накинув на лицо маску.

Причиной побега из деревни стало отвращение, а внешний мир испугал её
так сильно, что она попыталась отгородиться от него стеной. За это Лю
себя ненавидела.

Она была жалкой.

Она была посмешищем.

Эльфийка пошла по мостовой медленнее. Посмотрев на своё отражение в луже, она подавила желание это отражение растоптать.

Незнакомцы её пугали, и она не могла стать в этом городе счастливой.
Но она продолжала смотреть на тех, кто пытался с ней познакомиться
свысока, тем самым надменным взглядом, который вызывал у неё отвращение.
Круг её ненависти к эльфам замкнулся.

В момент отчаянья, к Лю обратился голос:

— Прошу прощения, что-то случилось?

Она подняла взгляд и увидела перед собой прекрасную женщину.

Каким бы ни был её возраст, она обладала женственной красотой, её
лицо было прекраснее лиц эльфов. Длинные волосы орехового цвета были
собраны в хвост за спиной. Глаза женщины были тёмно-синими, как глубины
океана. Одетая в кёртл, изысканную длинную юбку, она казалась прекрасной
дворянкой.

Слабая аура божественности всё прояснила, она была созданием, спустившимся с небес.

Она возвращалась с прогулки по рынку, вуаль, накинутая на голову, уберегала от дождя. Женщина мягко улыбалась Лю.

— Богиня… — кривясь, пробормотала Лю.

К богам и богиням Лю также относилась без особого почёта.

Божества, которых он успела встретить в Орарио, оказывались
легкомысленными существами, постоянно говорившими о каких-то
непотребствах.

«Эльфийская девочка! Вот это да!»

«Чёрт, вот бы она была чуть моложе!..»

Эти слова заметно удивляли Лю. Она не могла даже представить, что обратится за помощью к подобным существам.

Дошло до того, что она начала задумываться о том, что представители
её расы правы в том, что отгораживаются в своих лесах не только от
других рас, но и от богов. Ощущение разочарования и отчаянья росли в
груди девочки, грозя наконец взять над ней верх.

Для Лю и её разбитого сердца боги, живущие только ради своих желаний, стали одними из самых раздражающих существ.

— Знаешь, ты можешь простыть, если будешь вот так бродить под дождём,
— голос богини был бархатным и мягким, была в нём какая-то нежность,
которая словно окутала Лю.

Но для себя Лю решила, что не станет проявлять почтения ни к этой богине, ни к любым другим богам.

— …Не ваше дело, насколько я промокла. Идите по своим делам.

— Вообще-то это моё дело. Мне будет очень грустно, если невинная
девочка, вроде тебя, заболеет. И я буду винить себя в том, что не
позаботилась о девочке в таком состоянии, — сказала богиня. Её нежная
улыбка не дрогнула. Она продолжила. — Ещё я хотела бы предложить тебе
укрытие от дождя, сейчас ты очень похожа на потерявшегося ребёнка.

Потерявшийся ребёнок.

После этих слов что-то в Лю перещёлкнуло.

…Неужели богиня не понимает, чья это вина?!

Лю, несомненно, ошибалась, у неё была детская истерика. Но в то
мгновенье она не знала, как отогнать ярость, закипевшую в её крови.

— Это всё вы виноваты!!! — взревела Лю, громче, чем когда-либо,
поддаваясь бушующим эмоциям. — Это вы боги создали эльфов! Вы сделали
расы, которые не принимают тех, кто на них не похож, всех волнует только
внешность!

Божества создали людей и полулюдей, живущих в этом мире. Это боги, по
своей прихоти, наделили разные расы мира смертных разными чертами. Все
смертные в это верят.

Лю прищурила глаза, она ничего не могла поделать со своим раздражением и потребовала у богини ответа:

— Зачем вы сделали нас такими?!

Её наполненный горечью голос пронёсся по пустынной улице.

Богиня молча слушала гневные крики эльфийской девочки.

Дождь пошёл сильнее, словно подпитывая злость Лю.

Взрыв эмоций был явно обращён не по адресу. Крики Лю сделали хуже лишь её самой и слёзы потекли по щекам.

Она была жалкой.

Она была посмешищем.

И она была глупой. Она не хотела даже думать, что кто-то увидит ей такой.

Лю опустила плечи, словно только сейчас осознав, что она сделала и
погрузилась в пучину самобичевания. Девочка-эльфийка дрожала, будто
пытаясь сдержать всхлипы.

Наконец, неизвестная ей богиня заговорила, она будто видела Лю насквозь:

— Мне кажется, мнение бога или богини тебе сейчас не нужно, тебе нужен кто-то равный, вроде друга.

Лю подняла взгляд затаив дыхание и увидела улыбку.

— Видишь ли, боги, на удивление бессильны. Даже если бы мы могли
использовать свою силу в этом мире… прости, — сказала она, извиняясь, но
вместе с тем синие глаза прищурились. — Я буду молиться, чтобы ты
встретила кого-нибудь замечательного, кого-нибудь, кто осветит твоё
странствие своим смехом.

Она подошла к Лю и сунула ей в руки свёрток.

— Если хочешь, зайди к нам. Возможно это тебе поможет, — сказала богиня, и ушла.

Лю развернула свёрток, в котором оказалось немного хлеба, фрукты и очень схематичная карта.

— …

Ещё никто не подходил к наивной девочке с такими чистыми намерениями. А если и подходили, Лю всех до единого отогнала.

Впервые она приняла хоть какую-то доброту со стороны незнакомца в Орарио.

Дождь продолжался, а девушка смотрела вслед ушедшей богине.

----------

Встречи и клятвы

В последние несколько дней городу будто недоставало оживления. По
крайней мере, так думала Лю, несмотря на то, что всё вокруг казалось ей
шумным, как и должно быть для эльфийки, которая не знала ничего, кроме
своей маленькой деревеньки. Однако, даже ей казалось, что над всеми
нависла какая-то тень.

Это отражалось на жителях, они были мрачными. Порой раздавались
крики, и все боялись каждого подозрительного шороха. Порой начинались
драки и обычные горожане, уже привыкшие к ним, прятались или пытались
убежать. Ни дня не проходило без патрулей из работников Гильдии,
пытавшихся справиться с хаосом на улицах в сопровождении вооружённых
авантюристов.

Порядка в городе будто не существовало. Бесцельно бродя по городу, Лю не могла не перенять его напряжения.

Потому, когда что-то наконец случилось, рациональность Лю подсказала ей, что это логичный исход.

— Эй, ты же эльфийка, да? До смерти интересно.

— Ни защиты богов, ни поддержки… беспокоиться не о чем. Плёвое дельце.

Лю оказалась загнана в угол группой полулюдей злодейского вида. Она стояла в одном из безлюдных переулков.

Два дня прошло после встречи с богиней. Деньги, которые она украла,
уже закончились, и деньки её жизни в дешёвой таверне подходили к концу,
так что Лю решила всё-таки дойди до места, указанного на карте.

Когда она задумалась о том, как сложно ей, эльфийке, будет не
обращать внимание на унижение, которое её ждёт полулюди толкнули её в
тёмный переулок, словно так было запланировано.

Судя по их разговору, они наметили Лю в качестве цели, потому что она
была эльфийкой, и у неё не было никого в этом городе. К тому же, они
заранее подготовили эту ловушку.

— Уже не девочка, но ещё не женщина, за такую девочку неплохо заплатят в домах удовольствий.

…Похитители. Точнее, работорговцы.

Часто ли такое происходит в Орарио? Дрожь пробежала по благородному
эльфийскому телу. Обычно она сохраняла самые грубые слова для себя, но в
этот момент в ней зажёгся праведный гнев.

Лю одарила самым злобным взглядом, на который была способна, мужчину-коточеловека, лидера группы.

Скорее всего, её противниками станут авантюристы, получившие Фалну у
богов. Эльфийская воительница могла бы без проблем справиться с обычным
человеком, шансов в этом бою у неё почти не было, особенно если учесть
преимущество в количестве.

Когда рука авантюриста потянулась к ней, Лю приготовилась обнажить короткий меч, который носила для самозащиты, но…

— Эй вы! Вот это смелость, пытаться устроить похищение посреди дня!

В переулок ворвалась девушка.

Удивлённые мужчины обернулись. И увидели девушку-человека в боевой экипировке.

Прекрасные рыжие волосы были собраны в причёску, которые боги называют «конский хвост», в ножны была вложена рапира.

Горящие зелёные глаза, в которых читалась непоколебимая сила воли, осматривали застывших мужчин.

— Элиза Ловелл!..

— Снова ты, Джура? Если думаешь замыслить что-то недоброе, подумай-ка
ещё разок! — коточеловек и девушка сверлили друг друга взглядами, и
использовали в разговоре имена, словно знали друг друга. — Знаете,
ребятки, как вас в городе называют? Бандиты! Слышали меня — бандиты! Вы
пришли в Орарио в поисках богатства в Подземелье, а стали низкопробными
хулиганами! Вам не стыдно?!

— С-сучка!.. — мужчины уставились на девушку убийственными взглядами, но стоило им двинуться…

— Хотите напасть? — глаза девушки блеснули, как клинок, и рапира в мгновение ока оказалась обнажена.

Мужчины сглотнули, увидев направленный на них кончик клинка.

Глаза лидера дрогнули, и он сплюнул:

— Тц… Однажды мы тебя убьём, не сомневайся. Уходим! — взревел он.

Мужчины бросились наутёк, оставив ошеломлённую Лю и её самоуверенную спасительницу.

— Ничему не учатся. Ты в порядке?

Лю бросила на спасшую её девушку пристальный взгляд.

Она была красива. Даже не успев с ней пообщаться, Лю отметила в девушке неукротимый дух и прямоту.

Девушка была примерно того же возраста, что и Лю, едва ли считавшаяся
взрослой по эльфийским стандартам. Если принять во внимание, что её
спасительница была человеком, она была на год или два старше.

Лю следила за каждым движением девушки. Девушка наклонила голову и
улыбнулась, словно что-то пришло ей в голову. Она выпятила грудь и
положила на неё правую руку.

— Точно, я же не представилась! Элиза Ловелл. Я прекрасная авантюристка, которая собирается очень скоро получить второй уровень!

Глаза Лю округлились после такого приветствия.

— Ч-чего? Я правду говорю! Должна тебе сказать, что я предмет
завистливых взглядов многих новичков! — торопливо добавила девушка.

Не сказав ничего в ответ, Лю повернулась спиной. Когда она начала уходить, девушка, Элиза, нахмурилась:

— Собираешься уйти, не проронив и слова? Мне, конечно, награда не нужна, но игнорировать меня очень грубо.

— …Раз ты спасла меня, чтобы просто собой возгордиться, то тебе
вообще от меня ничего не нужно. Я не просила себя спасать, — ответила
Лю, одаривая Элизу косым взглядом.

Обычно Лю ничего подобного бы не сказала, но её сердце было слишком
разбито продолжительными страданиями в Орарио. Больше всего она
опасалась, что девушка протянет ей руку, а она её просто откинет.

Неожиданно, Элиза встретила грубость Лю своей грубостью:

— А, понятно. Ты просто уродка.

В этот момент кровь Лю полыхнула.

Справедливое оскорбление заставило её испытать унижение, подобного
которому она ещё не испытывала, и её охватила ярость. Небесно-голубые
глаза округлились и взглянули на обидчицу из-под капюшона.

— Ты так меня обозвала только потому, что я эльфийка?

— А? — девушка удивилась, лишь сильнее распалив злобу Лю.

— Я родилась эльфийкой не потому, что этого хотела, понятно?!

В то мгновенье, впервые за всё время, когда она оказалась в городе,
эмоции взяли над ней верх. Обычно она старалась выражаться осторожнее,
но ярость, вложенная в её слова, была совсем типичной для девушки её
возраста.

Она тяжело дышала. Крик разлетелся на весь переулок.

Девушки злобно уставились друг на друга.

Спустя несколько секунд, Элиза довольно усмехнулась. Не сводя взгляда с Лю, она фыркнула:

— О чём это ты? Ты как будто не от мира сего.

— Что?!

— Ни одно моё слово не было связано с тем, что ты эльфийка. НИ!
ЕДИНОГО! СЛОВЕЧКА! — продолжила она отчётливо и громко. — То, что ты
уродка, да к тому же упрямая, как ослица, это скорее качества личности,
так ведь? Не прикрывайся тем, что ты эльфийка!

Девушка приблизилась к ошеломлённой Лю. Она вытянула указательный палец и почти ткнула им эльфийку в лицо.

— Я знакома с дварфами, ведущими себя как истинные джентльмены, и
эльфами, которые ведут себя как шпана! Раса с этим никак не связана!
Буду честной, сейчас ты кажется очень мерзкой личностью!

Эти слова ударили Лю не слабее пощёчины. Они потрясли девушку.

Ей нечем было возразить. Удары сыпались на неё один за другим.
Начиная с того момента, когда она прибыла в Орарио, и до этого дня,
каждое её действие было уродливым, включая тот момент, когда она наорала
на богиню.

Услышав искреннее мнение девушки, Лю наконец смогла задуматься о своих ошибках.

Молчание длилось довольно долго.

— Вы абсолютно правы, — наконец, пробормотала она. — Я трусиха. Я
виню в том, что всё идёт плохо свою расу. Я просто… просто как ребёнок.

В какой-то момент Лю повесила все свои недостатки на свою расу,
возмущаясь тем, как всё вокруг нечестно и глупо. Она сочла мир за
пределами деревни непонятным, и ощущения в её голове запутались слишком
сильно.

Она знала, что во многом была не права, и была смущена так сильно, что не могла вынести этого ощущения.

Её взгляд упал на мостовую под ногами.

— Ого, так ты умеешь признавать свою неправоту. Большинство людей
просто начинают краснеть, злиться и орать в ответ. Ты… уродка, конечно,
но бываешь и разумной. Хотя нет, ты просто… честная, — сказала Элиза, совершенно перестав злиться. — Но… такие люди мне нравятся.

Потом она улыбнулась.

Лю увидела беззаботную улыбку девушки и её глаза округлились.

Когда эльфийка подумала, что перед ней очень странный человек, она
заметила, как сквозь рыжие волосы девушки проходят лучи солнца. Лю ещё
никогда не встречала таких людей.

— В общем, ты признала мою правоту! Хах! Ай да умница, я!

…А ещё эта девушка была явно из тех, кто любит преувеличить свои заслуги.

Лю начала понимать, что её лицо скрыто и сняла маску и капюшон.

Встретившись с девушкой взглядами, она заговорила со всей искренностью, на которую была способна:

— Спасибо вам за спасение. Я очень благодарна.

Элиза Ловелл усмехнулась:

— Судя по лицу, ты о чём-то беспокоишься. Что-то случилось? Буду рада
выслушать, если расскажешь, — сказала она, расплывшись в улыбке.

Эти слова были произнесены, когда Лю была уже почти вытолкнута на
площадь, скорее всего Элиза со всеми своими собеседниками общалась
подобным образом.

Устроившись рядом с декоративным фонтаном, Лю, прежде чем сама успела
это осознать, начала рассказывать о всех своих болях и невзгодах,
вызванных отторжением остальных.

— Хммм… я наслышана о эльфийских традициях, но, похоже бывают те, кто воспринимают их слишком серьёзно.

Лю испытала странное ощущение, открыв сердце девушке, которую впервые
встретила. Она не знала, как описать охватившее её чувство.

Элиза внимательно слушала и когда Лю закончила рассказ, она неожиданно наклонилась к эльфийке:

— В таком случае, тебе нужна практика! Например, кто-то должен взять тебя за руку, а ты не должна её отдёргивать!

— Че?.. — Лю была поражена с какой обыденностью Элиза подшутила над тем, что превращает её жизнь в ад.

— Хочешь, начнём прямо сейчас? Давай сюда руку.

— П-постой, я-я не!..

— Я собираюсь в скором времени стать авантюристкой третьего ранга! Не
беспокойся, сколько бы ты меня не лупила, я даже щекотки не почувствую.
Вот, смотри! — Элиза попыталась схватить руку Лю, начавшей уклоняться.

Однако самообъявленная будущей авантюристкой высокого ранга девушка с
лёгкостью поймала руку Лю и крепко её сжала. Их руки остались
соединены.

Лю ощутила теплоту ладони девушки своей рукой.

— Смотри-ка, ты в порядке. Даже скучно как-то.

— Нет, вовсе нет…

Небесно-голубые глаза Лю уставились на соединённые руки. Она не могла понять того, что происходит.

Увидев смущение на лице Лю, Элиза улыбнулась:

— Эй. Не хочешь пойти в мою Паству? — сказала она, продолжая держать Лю за руку.

— Что?..

— В общем, ты мне нравишься. Ты, конечно, слишком уж серьёзная, но ты
эльфийка, которая умеет признавать ошибки. К тому же, ты не любишь,
когда кто-то поступает неправильно, правда же? Я такая же!

— Н-но, я…

— Принуждать не стану, не беспокойся! Но сходить к нам и посмотреть,
как у нас дела не повредит, правда же? — Элиза поднялась с края фонтана,
потянув Лю за собой. Лю не могла бы освободить руку, даже если бы
захотела.

Неожиданно она ощутила, что не хочет отпускать то странное и непонятное что она нашла.

— А, кстати, я даже не спросила, как тебя зовут! Так вот, как звать?

— …Лю. Лю Лайон, — в замешательстве ответила Лю, утаскиваемая Элизой всё дальше.

Рыжеволосая девушка посмотрела через плечо и беззаботно улыбнулась:

— Тебя зовут Лю? Как-то простовато звучит, так что… буду звать тебя Лайон!

Неожиданная фамильярность незнакомой девушки заставила Лю ощутить себя к ней ближе. И странная теплота возникла у неё в груди.

Элиза привела Лю в дом, расположенный в юго-западной части города.

— Всевышняя Астрея! Мы дома!

Лю неожиданно подумала о том, что путь, который она прошла, очень
походил на путь, который был начерчен на карте, которую она получила и,
войдя в приёмную, увидела там синеглазую богиню, мирно сидевшую на
коленях.

— С возвращением, Элиза. Ого, это же… — богиня, Астрея, хихикнула,
ореховые волосы колыхнулись. — Вот как. Да, конечно, — она с теплотой
улыбнулась Лю.

Щёки Лю полыхнули. Она встретилась с этой доброй богиней во второй
раз, и низко ей поклонилась, словно извиняясь за первую встречу.

— Капитан, откуда взялась эта эльфийка?

— Боже, ты привела очередную заблудшую овечку, да?

— Вам бы избавиться от подобных речей, когда вы с кем-то знакомитесь,
Кагуя и Лира! Эта девушка надеется присоединиться к нашим рядам,
проявите хоть немного уважения! — сказала Элиза заговорившим девушкам,
явно состоявшим в Пастве. А потом вывела Лю в центр комнаты. На кушетках и диванчиках сидело множество девушек.

Элиза начала рассказ:

— Лайон! Это дом Паствы Астреи. Нас десять, наша богиня, Всевышняя Астрея, вон там. — сказала Элиза, с гордостью добавив. — Кстати, я командир!

Услышав такие слова Лю мгновенно поняла, что Паства была основана совсем недавно.

— Вдобавок к походам в Подземелье мы работаем над поддержанием порядка в Орарио.

— Порядка в?.. Я думала вас назначила Гильдия…

— Нет! Мы оперируем, основываясь на нашем собственном чувстве справедливости!

— Справедливости? — неуверенно откликнулась Лю.

Элиза уверенно кивнула:

— Точно. Именем Всевышней Астреи, Богини Справедливости и Порядка,
мы, исправляем несправедливость мира! Мы исправляем несправедливость!
Наше правосудие исходит от Всевышней Астреи и наших собственных идеалов!
Пока с нами наша богиня, мы не упустим из вида то, что неправильно! —
гордо заявила она.

С точки зрения незнакомки, вроде Лю, эти слова звучали слепо и
слишком идеалистично. Если богиня попытается их использовать, как
поступают капризные боги, с которыми она сталкивалась, все они станут
всего лишь жалкими марионетками.

И, всё же, какая-то часть Лю была уверена, что этого никогда не случится.

Даже сейчас, Астрея смотрела на Лю, Элизу и остальных членов Паствы взглядом,
наполненным добротой. Она никогда не предаст их доверие и не бросит их.
Она богиня, которая любит своих детей больше, чем что-либо ещё.

Доверие, с которым к Астрее относятся Элиза и остальные, возможно, её уникальная черта.

— Конечно, иногда наше виденье правильности сталкивается с правильностью других людей! Ведь сколько людей, столько и идеалов!

Множество позиций приходится принимать во внимание и множество людей,
которые их придерживаются, но девушки готовы на эту борьбу. Конфликты
ради победы настоящего правосудия неминуемы, объяснила Элиза.

— …Но нет ничего правильного в людях, которые сейчас ходят по Орарио!
— заявила Элиза. — Лайон, ты видела Орарио собственными глазами, так
ведь? Люди улыбались?

— …Все напуганы. Улицы похожи на замерзающую реку.

— Именно! В Орарио сейчас серьёзные трудности! Пять лет прошло с тех пор, как Пастве Зевса и Пастве Геры не удалось победить Чёрного Дракона, и зло подняло свою голову!

Провал двух величайших Паств в выполнении Трёх Великих
Заданий, эта новость докатилась даже до эльфийской деревушки Лю. Элиза
рассказала, что, в связи с этим в Орарио появилась организация Злодеев,
которые начали сеять хаос.

— Сейчас две сильнейших Паствы, под командованием Локи и Фреи
стараются навести порядок, да и люди Ганеши начали подтягиваться. Даже
Гефест и её кузнецы! Но этого мало!

— …

— Мы должны восстать и положить конец эпохе тьмы! — сказала Элиза,
распахивая руки. Она была совершенно серьёзна, когда заявила, что хочет
лично покончить с хаосом. — Орарио зовётся «центром мира», если здесь
всё станет слишком плохо, это отразится везде. Нам не нужно правление
хаоса!

— Элиза…

— В Орарио нужно навести порядок и принести улыбки его жителям!

Все вокруг улыбнулись.

Глаза Элизы блестели от уверенности и гордости. Лю ощутила, что даже её сердце охвачено энтузиазмом и оптимизмом девушки.

Элиза заговорила тише, обычным голосом и посмотрела на Лю:

— И, ради этого, нам нужны товарищи. Люди, которые разделят наши цели.

Лю окинула взглядом комнату, Астрея и другие участницы Паствы смотрели на неё, и закрыла глаза.

Она хотела найти надёжных друзей. Она хотела найти товарищей, которых
будет уважать и которые будут уважать её в ответ. Потому она и пришла в
Орарио, чтобы найти того, чего недоставало ей в её деревне.

Что теперь?

Что она чувствует?

Слушая монолог первой девушки другой расы, руку которой она приняла, что говорило её сердце?

Лю попыталась вспомнить. Когда её загнали в угол охотники за рабами. Точнее, тот праведный гнев, который в ней запылал.

Она помнила, что подобное чувство исходило и от девушки, которая её спасла.

Когда Лю закрыла глаза, она увидела яркую улыбку Элизы и заботу Астреи.

— Я смогу… — Лю открыла глаза и посмотрела в глаза Элизы. — Я правда смогу помочь вашему правосудию?..

Губы Элизы расплылись в широкой улыбке.

— Конечно! Добро пожаловать, Лайон!

Другие члены Паствы встретили её радостными криками, а Астрея улыбнулась:

— Спасибо за то, что присоединилась к нашей Пастве, Лю Лайон.

— Нет… Это я благодарна вам и Элизе. Я зашла в тупик, а вы привели меня сюда…

Астрея и Лю ушли в другую комнату, в которой Лю обнажила спину перед богиней.

После получения Характеристик на свою кожу она формально стала участницей Паствы Астреи и получила её эмблему — крылатый меч правосудия.

После этого Лю инстинктивно пыталась уклониться от дружеских похлопываний по плечу множества членов Паствы, а вскоре Элиза и остальные собрались в приёмной в круг.

— Отлично, самое время для приветственной церемонии! Собираемся!

Нойн, Незе, Лира, Аста, Лиана, Кагуя, Кельти, Иска, Марью.

Девушки, того же возраста, что и Элиза.

Все они подруги, среди них нет эльфов.

Астрея с улыбкой смотрела, как все они, включая Лю, выставили руки в центр круга.

Элиза проговорила:

— Мы Паства Астреи. Мы служим госпоже Астрее, богине правосудия и порядка. Мы клянёмся принести в Орарио мир! Во имя крыльев и клинка правосудия!

— Во имя крыльев и клинка правосудия! — повторили остальные девушки.

Все улыбнулись и посмотрели на Лю. Лю улыбнулась в ответ и повторила:

— Во имя крыльев и клинка правосудия.

Пока не пришёл день их расставания, эта клятва не была нарушена.

----------

Интерлюдия. Старательная принцесса и неусыпный шиноби

Микото Ямато

Уровень 2

Сила: H185 > G279 Защита: H 158 > G 255 Проворство: G 232 > F 334

Ловкость: G 217 > G298 Магия: I 97 > H 149 Сопротивление: I

Заклинания

Futsu no Mitama

— Гравитационное заклинание

— Увеличивает силу тяжести в определённой области

Навыки

Чёрный Ворон Ятано

— Ищет врагов в определённой области, игнорирует скрытность

— Работает только на монстров. Эффективен против созданий, с которыми владелец навыка уже сталкивался

— Требует активации

Белый Ворон Ятано

— Ищет членов Паствы в определённой области, игнорирует скрытность

— Эффективен только на людей, обладающих Фалной того же бога

— Требует активации

Харухиме Саньоно

Уровень 1

Сила: I 18 > I 35 Защита: I 43 > I 80 Проворство: I 70 > I 99

Ловкость: I 61 > I 96 Магия: E 441 > D 543

Заклинания

Uchide no Kozuchi

— Увеличение уровня

— Работает на одну цель

— После использования наступает период перезарядки

— Не может быть применено к заклинателю

Kokonoe

— Зачарование

— Объединяется с заклинанием

— Заряжает хвосты эффектом связанного заклинания

— Можно создать вплоть до девяти хвостов

Навыки

Искусство сказочной лисы

— Увеличивает эффективность магии

— Улучшает эффективность расходования энергии разума

Так выглядят обновлённые Характеристики Микото и Харухиме.

Их параметры значительно возросли, почти настолько же, насколько
параметры Лили. Рост магии Харухиме был просто поразительным, обычно
этот параметр улучшить сложнее, чем остальные, вроде силы или ловкости, а
учитывая, что несколько её заклинаний используются далеко не каждый
бой, этот параметр вырос очень заметно.

Вместе с тем, девушка-ренарт даже обзавелась навыком.

Этот новый навык схож с теми, что получают представители расы эльфов,
и, без сомнений, он будет очень полезен для чародейки, которой Харухиме
является. Среди связанных с заклинаниями навыков те, что экономят
энергию разума ценятся особенно высоко, хотя их эффекты нельзя назвать
яркими.

Микото не получила новых навыков или заклинаний, и у Гестии было на то объяснение.

— Вроде бы, ты могла бы получить один безумный навык, но он был таким
жутким, что я его отклонила. Мне показалось, что он из тех, которые
называют саморазрушительными.

Довольно редко можно услышать от божеств, известных своей страстью ко
всему новому и неизвестному о том, что они отклонили появление
какого-то доступного навыка. Однако Гестия беспокоилась о благополучии
Микото, и этот жест показал, что привязанность к детям, которые ей
доверились, пересиливает её тягу к неизвестному.

Впрочем, и без нового навыка улучшение базовых характеристик Микото
поставило её на второе место по силе в Пастве. Она очень универсальная
авантюристка, что и сыграло в прошедшей экспедиции. А новые
Характеристики приблизили её к середине второго уровня.

И Микото, и Харухиме остались довольны обновлениями своих
Характеристик. Однако обе девушки не стали радоваться этому слишком
сильно и вскоре принялись за работу над собой с новыми силами.

Девушки с востока известны своей скромностью, усердием и дальновидностью, и потому они уже поставили себе новые цели.

— Хьяяя!

Напряжённый, но какой-то сомнительный боевой клич издала в Подземелье
девушка-ренарт, Харухиме, замахиваясь над головой длинным посохом,
бросаясь на монстра. Золотая шерсть на хвосте девушки вздыбилась.

Перед ней был одинокий гоблин. Жалкое, низкоуровневое создание, чьё
имя стало синонимом слабости, видело угрозу даже в неловкой атаке
девушки, издавшей боевой клич и предупредившей тем самым его об ударе.
Впрочем, атака в полную силу любого авантюриста первого уровня может
прикончить этого монстра.

— Хвах?!

Идеально занесённый удар посохом не должен был промахнуться, однако, это случилось.

— Гух?! — тело Харухиме, вместе с посохом, проскользнуло правее гоблина.

На мгновенье в Подземелье воцарилась полнейшая тишина.

Спустя секунду затишья гоблин пнул Харухиме с криком, выразившим его удивление.

Удар ноги пришёлся в неприкрытые рёбра Харухиме.

— Ннннгх?!

Когда удар был нанесён, девушка-ренарт издала глухой вскрик. Пусть
она и сошлась в бою с низкоуровневым монстром, но боль остаётся болью.

Привлечённые шумом гоблины сбежались и присоединились к избиению.

Харухиме жалобно кричала, обхватив голову руками и свернувшись на полу калачиком. Неожиданно, к ней метнулась тень.

— Яххххх! — Лили, несмотря на огромный рюкзак, отправила гоблина в полёт ударом ноги.

— Гобру-у-у?!

Лили всего лишь полурослик… но в пинок была вложена сила авантюриста второго уровня.

Гоблины осознали, что у них нет ни единого шанса, и разбежались с оглушительным визгом по коридорам Подземелья.

— Что вы творите, сударыня Харухиме?! Это всего лишь гоблины!

— П-простите, Лили-сан! Ваша атака была великолепна!

— Ну конечно! У меня же второй уровень! Второй, вы слышали?! —
похвалилась Лили, после того как она распугала гоблинов, её голос
наполняла гордость, она даже повторилась чуть громче обычного.

Лили положила руки на талию, выпятив грудь, пока побитая Харухиме, натянуто улыбаясь, поднималась.

Несмотря на грязную одежду, роскошные золотые волосы и осанка,
придававшие девушке-ренарту элегантной изысканности, не пострадали.
Впрочем, прекрасное лицо вскоре погрузилось в раздумья, и она грустно
вздохнула.

Лили же победно погладила Харухиме по хвосту со словами:

— Лили рядом, тебе нечего бояться. Давай, Харухиме! Повторяй за мной, пока не придёшь в боевую форму!

Ободренная словами неустрашимой помощницы, чародейка, несмотря на
отсутствие боевого опыта, повернулась к появившимся в конце прохода
монстров лицом.

— С-спасибо вам большое! Я благодарна за то, что вы дали мне ещё один шанс!

Вельф и Белл стояли чуть поодаль.

— Слишком уж она рада… — сказал Вельф.

— Что же, она впервые вернулась в Подземелье после поднятия уровня…
Достигнув второго уровня, я тоже был безумно рад, понимаю её чувства, —
Белл посмотрел на Лили слегка нервно улыбаясь. Когда Лили была
помощницей, эти монстры часто «одаривали её добротой», и она была рада
«вернуть им должок», как она сама выразилась.

— Так ведь это уже не радость… она слишком задаётся.

Неловкость Белла лишь усилилась, когда он услышал комментарий Вельфа.

Они на третьем этаже Подземелья.

Получившая ранг D Паства Гестии находилась на неподходящем им по
рангу этаже для одной-единственной цели: потренировать Харухиме.

Члены Паствы низкого уровня могут получать экселию даже на этажах,
которые совершенно не подходят Пастве в целом. Такую практику иногда
называют «набиванием уровней».

В данный момент Паства Гестии преследовала две цели: помочь в
обучении слабой помощницы, а также помочь Лили определить пределы её сил
после повышения уровня.

Подобную практику в Пастве начали проводить с тех самых пор, как в
состав вошла Харухиме. Авантюристы выбирали места, где они могут
задержаться надолго, не причиняя проблем другим спускающимся в
Подземелье авантюристам.

Разумеется, Харухиме гарантируется безопасность, она одета в броню,
выкованную Вельфом, прикрывающую самые уязвимые места, чтобы монстры
этих этажей не могли причинить какого-то серьёзного ущерба. А на случай
если возникнет какая-то аномалия, у девушки всегда был сопровождающий
высокого уровня, вроде Белла.

В этот раз, Лили настояла, что она будет защитницей Харухиме… Но она
явно намного больше наслаждалась избиением монстров, с которыми у неё в
прошлом были трудности. Белл и остальные, впрочем, прекрасно понимали
ощущения, которые испытывала девушка после того, как её Характеристики
значительно возросли.

Рука Белла, наконец, почти закончила исцеляться. Уже в ближайшем
будущем он собирался отправиться на серединные этажи, чтобы убедиться в
её работоспособности. Сегодня, на верхних этажах он прислушивался к
своим ощущениям.

— Как бы сказать поприличнее? — заговорил Вельф, скрестив руки. — Она не становится лучше в бою.

Белл попытался подыскать девушке оправдания:

— Ч-что же, характер Харухиме не слишком подходит для драк, и я, как бы…

— Ага, мне тоже грустно смотреть, как она этим посохом размахивает.

Паства выходила на прокачку уровня, когда было свободное время, но, в
случае Харухиме проблема была именно в том, как она ведёт себя в бою. К
практике тактик и стратегий она была совершенно не готова и её пытались
обучить основам самозащиты.

Харухиме хотела научиться не быть обузой в экспедициях на серединные этажи и глубже.

И её результаты восторга не вызывали.

Вельф начал загибать пальцы, комментируя старания девушки:

— Если бы нашлось хоть одно подходящее ей оружие, возможно она смогла
бы сделать хоть что-то… Но с мечом она не справилась, как и с копьём.
Нагинату и лук она использовать не может, очевидно, булавы и двуручные
мечи тоже отпадают. А теперь и проверка её навыков с посохом
провалилась… что остаётся?

Белл тоже пытался придумать выход из кажущейся тупиковой ситуации.

— А я вам сразу сказала, у неё на это силёнок не хватит. Как по мне,
стоит прекратить этот бред и дать ей сосредоточиться на тренировке её
заклинаний, — сказала Айша, амазонка, отправившаяся вместе с Паствой
Гестии в этот поход по верхним этажам, несмотря на общую занятость.
Впрочем, она старалась присутствовать на всех тренировочных выходах
Харухиме.

— Но Харухиме очень хочется научиться, так что…

— Слушайте, порой куда лучше сказать человеку в лицо, что у него
ничего не получится. Впрочем, раз уж вы поставили себе определённые
цели, я вас останавливать не буду. Паства ваша. Просто добавлю, что в
Пастве Иштар, мы почти сразу пытаться перестали.

Вельф предложил своё мнение, вступая в диалог Айши и Белла:

— О параллельном чтении мы даже не заикаемся, но, если у нас
получится научить её видеть общий ход битвы, это явно поможет ей
подгадывать моменты для наложения магии поднятия уровня, — слова Вельфа
прозвучали довольно безысходно, однако ему хотелось, чтобы
девушка-ренарт научилась хотя бы основам сражений. И это мнение очень
порадовало Белла, желавшего, чтобы все его друзья могли сражаться плечом
к плечу.

— Кстати, если вы не знали, человек, на которого наложено поднятие
уровня, получает меньше половины экселии в сражениях, — сказала Айша.

— Чего?! — разом переспросили Вельф и Белл.

— Это же очевидно. В другом случае это было бы похоже на
жульничество. Даже когда ты побеждаешь противника уровнем выше, это
почти на тебе не отражается, — Айша добавила то, что знала о сути
зачарования Харухиме.

В Пастве Иштар Харухиме использовала Uchide no Kozuchi много раз,
Айша проверяла эффект этого заклинания на себе и знала о его эффекте и
недостатках.

Заклинание Харухиме не накладывало никаких ограничений на развитие
самой девушки, но Белл и Вельф, не раз полагавшиеся на его эффект в
трудных ситуациях, округлили глаза.

— Я понятия не имел, — сказал Белл.

Айша игриво подмигнула:

— Я правильно понимаю, что ваша неловкая лисичка могла бы поднять уровень?

— Да. Богиня сказала, что она может получить второй уровень.

Харухиме действительно могла бы поднять уровень, если бы Гестия того пожелала.

Она участвовала в отчаянной схватке с Амфисбаэной. Она использовала
свои силы до предела, даже когда была сбита с ног и окружена пламенем,
что можно считать подвигом.

— Но ваши угрозы… советы, то есть, сделали своё дело, и мы решили подождать с её повышением до второго уровня.

— Так будет лучше, ей ещё слишком рано. — Харухиме осталась на первом
уровне, потому что Айша настоятельно рекомендовала Пастве Гестии
подождать. Она сказала что-то вроде: «Клуша второго уровня останется
клушей, так какой смысл? Хотите, чтобы она в одиночку монстров убивала?»

Выслушав тираду амазонки, Белл и Гестия приняли её точку зрения.

— Если хотите, чтобы она подняла уровень, забудьте о боях и работайте
над её заклинаниями. В противном случае это всё равно, что доверить
ребёнку пушку. О таком даже думать опасно, — добавила Айша.

Она продолжала следить за развитием Харухиме, и, принимая во внимание
то, что характеристики девушки уже выросли, Гестия может в любой момент
поднять её уровень.

Самой Харухиме о возможности поднятия уровня не сказали.

Как и Лили.

— Я не хочу давить на Харухиме, да и наша помощница неплохо проводит
время, развлекаясь с ней на верхних этажах. Не хочу их огорошивать, так
что пока подержим это в секрете, — сказала Гестия. — Эта экспедиция
закончилась тремя поднятиями уровней для нас… двумя, точнее. Миах тоже
получил два повышения. Если другие боги прознают, они подумают, что мы
втихую вам помогли!

Впрочем, сейчас речь шла не об этом…

— Наверняка мы могли бы оставить её простой заклинательницей и забыть
про это дело, но… Что же, пока она ничему у нас с Лил не научилась. А
очень хочется хоть немного ей помочь, — проговорил Вельф.

Вельф наблюдал, как Харухиме сходится в бою с монстрами, слушая
указания Лили. Девушка-ренарт привыкла закрывать глаза во время атаки,
так что на противниках она не могла оставить и царапины. Раздражённые
крики Лили и вой монстров лишь вводили её в ступор.

Айша пожала плечами и усмехнулась:

— Кто знает, когда она наконец хоть чему-то научится.

…Раньше, чем вы все думаете, произнесла про себя Микото, слушая разговор.

Хотя Харухиме ещё рано вступать в прямые стычки с врагами.

Микото была уверена, что вскоре девушка-ренарт освоит искусство
самозащиты. Она просто обязана. Несмотря на то, что даже Белл начал в
этом сомневаться, Микото верила.

— Харухиме-сама… держитесь, — пробормотала девушка.

Едва-едва Харухиме наконец смогла отклонить атаку кобольда и ударом
сбоку отправила монстра в полёт. Движение напоминало какой-нибудь приём
Микото… точнее, боевые искусства Такемиказучи.

Глаза Айши округлились от удивления, Белл и Вельф также были поражены. А Лили, едва придя в себя, даже похлопала.

Девушка-лиса, обычно не проявляющая ярких эмоций, широко улыбнулась и показала два больших пальца, как её учила Гестия.

Микото улыбнулась. Харухиме давно перестала быть принцессой. Слабая девушка, которой она была, давно исчезла.

Только Микото смогла это заметить. Она увидела, какой стала
девушка-ренарт после того, как они снова встретились в Орарио. Харухиме
изменилась так же сильно, как и Белл, а может даже сильнее.

----------

Сказки прошлого: Чёрная птица и золотая лисица

— И-имя мне Харухиме… я очень рада стать вашей новой знакомой!

Запертая во дворце принцесса, так описала бы встреченную девочку-ренарта молодая Микото, изучая её взглядом.

Это случилось за десять лет до того, как Микото и Харухиме оказались в Городе Лабиринта.

Дальний Восток.

Девушка-лиса тайно оказалась в святилище, в котором Такемиказучи и ещё несколько божеств присматривали за детьми-сиротами.

Белоснежная кожа была такой чистой, что казалось, её ещё никогда не
касалась грязь, а золотые волосы блестели в солнечном свете. Зелёные
глаза были похожи на пару изумрудов. Красота девочки уже в таком
возрасте говорила о том, что когда она вырастет в женщину, станет редкой
красавицей. А заострённые лисьи ушки и пушистый хвост не могли не
очаровать.

Микото увидела Харухиме не впервые.

Одинокая девушка из поместья у подножья горы порой сбегала, чтобы поиграть с детьми из приюта.

Однако, увидев такое её поведение во время визита в святилище, Микото осознала, насколько отличаются миры, в которых они живут.

Такемиказучи, с улыбкой ответил:

— Добро пожаловать, Харухиме! Благодаря тебе нам удалось спокойно перезимовать, и я рад, что могу сказать тебе спасибо лично.

Харухиме пришла сюда, чтобы встретиться с Такемиказучи и остальными детьми из святилища.

В жилах девушки текла благородная кровь, и, когда живущая без забот
Харухиме узнала, что в святилище по соседству едва сводят конца с
концами, она попросила у обладающего властью отца поделиться едой. Так
Микото и остальные смогли познакомиться с доброй девочкой, и позвали её к
себе в святилище, чтобы как следует поблагодарить.

Когда молодая Харухиме представилась, каждое божество в святилище
подошло к ней, чтобы поприветствовать, а вот дети почти ничего не
говорили.

Дело было не в холодном отношении. Все они были поражены красотой
девушки-ренарта. Харухиме не просто родилась в благородной семье, с
рождения она была наделена грацией и добротой. В обшарпанном, бедном
святилище Харухиме расцвела подобно цветку.

Даже девушки не избежали её чар, а реакцию мальчиков можно было назвать преувеличенной.

Харухиме покраснела, она не привыкла привлекать столько внимания детей её возраста.

Эта неловкость лишь сделала её ещё милее в глазах остальных, а кто-то
из богов даже шепнул: «Чтоб меня!..», — и тут же получил от стоявшей
рядом и скрывавшей злость за улыбкой богини локтем по рёбрам.

— Х-Харухиме такая милая!.. — пробормотала Микото.

— Очень. Она как будто сошла с какой-нибудь картинки, — сказала Чигуса.

Чигуса тоже была поражена, хотя уже тогда была влюблена в Оуку, на которого бросила опасливый взгляд.

Оука же повёл себя точно так же, как и обычно.

— Что с тобой, Харухиме? Ты покраснела. Болеешь, что ли? — В детские
годы он уже был таким же непробиваемым, как и Такемиказучи, когда дело
касалось женских чувств.

— Харухиме, спасибо за еду!

— Хочешь поиграть?

— И-и со мной?

В следующее мгновенье девочку-ренарта окружили дети, к ней обращались и мальчики, и девочки.

Микото, впрочем, присоединилась не сразу. Она пристально вгляделась в
лицо Хархуиме и наклонила голову, а потом обратилась за ответом к одной
из богинь.

— Цукиёми-ками, Цукиёми-ками! — Микото потянула божество за край одежды.

— Ммм? Что такое, Микото? — спросила богиня с синими волосами, собранными в хвост.

— Почему Харухиме-сама кажется такой грустной? У неё хвост поник.

Хвост Харухиме действительно заметно опустился.

Один лишь этот факт не показался бы девочке странным, но также Харухиме будто было сложно смотреть другим детям в глаза.

— Очень похоже, что она чувствует муки совести за то, что ей так повезло в жизни.

— Муки сови?..

— Ты же видишь, как бедно и обшарпано наше маленькое святилище? И
одежда тоже. Конечно, Харухиме в этом не виновата, но ей неудобно от
того, что она единственная, кто живёт в роскоши.

Одежда Микото штопалась далеко не один раз, а в нескольких местах на
ней были заплатки, да и роба Цукиёми явно не подобала высокому статусу
богини.

Одежду же Харухиме иначе как «роскошной» назвать было нельзя. И
выражение на лице девушки было таким, словно она не была уверена, есть
ли у неё право там находиться.

Глаза Микото округлились от удивления.

— Получается… Харухиме-сама нелегко к нам приходить? Но она пришла,
потому что думает, что так будет правильно, хотя ей это и непросто? —
обеспокоенно спросила Микото.

Богиня нежно потрепала Микото по волосам.

— Так она проявляет свою доброту. И ещё это признак слабости. Поэтому
ты и другие дети должны держаться к ней поближе и защищать её, понятно?

Микото не поняла, что имела в виду Цукиёми.

Богиня улыбнулась:

— Вам нужно так увлечь её играми, чтобы она перестала задумываться,
кто как живёт. — В тот момент выражение на лице богини напоминало
выражение Такемиказучи. Точнее, та самая озорная улыбка, которая была у
бога, когда он отдал приказ: «Выведите её из того поместья!», — тем
самым освободив Харухиме.

Микото улыбнулась.

— И ещё, с этого самого момента ты должна защищать её от мужчин, которые замышляют недоброе, понятно?

— Понятно! — Микото исчезла, будто ниндзя, бросившись к остальным детям.

В то же мгновенье мальчишки, шумно требовавшие внимания Харухиме,
ощутили на себе всю мощь ещё не отточенных в боях приёмов боевых
искусств.

— Эй!

— Ты что делаешь?!

— Прекрати!

— Микото, ну за что?!

Не успевшие остановить девочку Оука и Чигуса натянуто улыбнулись.

А сама Харухиме, всё это время виновато смотревшая на детей, даже улыбнулась, увидев разлетающихся налево и направо детей.

— Не беспокойтесь, Харухиме-сама! В нашем святилище вам не о чем
беспокоиться! — сказала Микото, оборачиваясь и хватая Харухиме за руку. —
Мы бедны. Это правда, но у нас куча всего, чего не бывает в вашем
поместье! Чувствуйте себя, как дома!

Услышав Микото, Такемиказучи и остальные боги сначала удивились, но потом залились смехом.

Микото помотала головой, не понимая, почему её слова произвели такой эффект, но потом тоже засмеялась.

Девушка, которую она держала за руку, расплылась в улыбке:

— Спасибо, Микото.

Тот момент стал самым счастливым в жизни Микото. Она получила фалну
Такемиказучи, чтобы вызывать улыбку на лице девушки из поместья,
смотревшей в небо таким грустным взглядом.

С того дня благодаря Микото и членам её большой семьи, Харухиме
начала регулярно посещать святилище. Девушка могла играть с другими
детьми сколько ей вздумается, помогать с ежедневными заботами в
святилище и проливать слёзы каждый раз, когда она совершала ошибку, то
есть почти постоянно.

Она показалась Микото наивной, чистой и жутко доброй.

Такая Харухиме всегда восхищала Микото, и девушка всегда старалась за
ней присматривать. Чем больше времени они проводили вместе, тем сильнее
Микото начинала ощущать себя воителем, защищавшим свою госпожу
Харухиме. И тогда Микото приняла решение.

Она всегда будет помогать Харухиме и всегда будет её защищать.

----------

Сказки прошлого: Чёрная птица и золотая лисица

— Я-я, Харухиме… возьму на себя работу по дому!

Глаза Микото округлились.

Девушка, которую она собиралась защищать десять лет назад, надела униформу горничной.

После противостояния с Паствой Иштар, Харухиме присоединилась к Пастве Гестии,
став её последним членом. Микото собиралась было начать праздновать
воссоединение после долгих лет разлуки, но её ожидало шокирующее
заявление Харухиме.

— Х-Харухиме-сама, вы не обязаны себя заставлять… если мы разделим обязанности поровну, то…

— Нет, Микото-сан. И когда я жила в семейном поместье, и когда была в
подчинении у Иштар-ками, за меня всегда всё делали другие люди.

Микото возмутилась, заявив, что в последнем случае Харухиме проходила
через унижения, но изумрудные глаза девушки-ренарта были наполнены
непоколебимой решимостью.

После успешной «Битвы», дом Паствы Гестии стал заметно больше,
и среди членов Паствы возникли споры, стоит ли им нанять служанку для
домашних обязанностей, во время обсуждения Харухиме подняла руку.

— Я хочу использовать дарованную мне возможность, чтобы научиться
самостоятельности. Также я желаю быть полезной Беллу-сама, Микото-сан и Пастве Гестии, которая меня спасла!

После такого открытого выражения чувств, Микото не могла заставить себя остановить девушку.

Харухиме была искренней в своих намерениях. Как дочь богатой и
наделённой властью семьи, сильнее всего девушка-ренарт хотела хоть раз
сама сделать свой выбор. Также ей хотелось себя испытать.

Она пришла в Орарио до того, как в городе появилась Паства Такемиказучи и
была вынуждена работать в борделе. Микото не могла представить, сколько
трудностей ей пришлось пережить. И теперь ей хотелось забыть о прошлом и
попытаться стать лучше той девушки, которой она была рождена.

Точнее, она решила стать лучше после того, как её спас беловолосый парень.

— …Как пожелаете. Я буду уважать вашу решимость, Харухиме-сама! — сказала Микото.

Харухиме радостно улыбнулась.

На Дальнем Востоке Харухиме обучали лишь искусствам, которыми должна
владеть придворная дама, вроде танцев и составления цветочных букетов, а
значит, движения девушки должны быть грациозны. Возможно, она
великолепно справится с обязанностями служанки, поначалу думала Микото.

— …Ой?!

— Че-?! Сударыня Харухиме, вы разбили очередную тарелку?

Вскоре, впрочем, от этой мысли пришлось отказаться.

В Пастве Гестии и дня не проходило без звука разбитой Харухиме посуды.

Даже с точки зрения Микото, Харухиме не начинала справляться с домашними обязанностями лучше.

Проблемой была невротичность девушки. Когда она несла тарелки,
наливала чай или стирала, она так старательно исполняла задуманное, что у
неё тряслись руки и она роняла тарелки, разливала чай или
переворачивала корзину с бельём.

Пальцев на обеих руках Микото не хватало, чтобы сосчитать, сколько
раз она неловко отворачивалась, наблюдая, как Харухиме со стоящими в
глазах слезами потирает зад и пушистый хвост после того, как Лили пинком
выгоняет её с кухни.

Харухиме словно сменила специализацию с «запертой в четырёх стенах
принцессы» на «рассеянную служанку». Конечно, это изменение к худшему,
но повернуть время вспять невозможно.

— А ты куда бесполезнее, чем я мог ожидать, — пробормотал всегда
прямолинейный Вельф, в день когда Харухиме совершила гораздо больше
ошибок, чем обычно.

— Мне очень жаль, Кротцо-сама!

— Я же вроде говорил тебе что меня лучше звать Вельфом, а не по фамилии?.. Нет, правда, ты хоть что-нибудь делать умеешь?

— Ч-что же, полагаю… я могу воспользоваться навыками, которым меня
обучали на предыдущем месте работы… если вы пожелаете, Вельф-сама, я
могу заглянуть к вам ночью… — ответила Харухиме.

С нечленораздельными возгласами Вельф и побагровевшая Микото лишились дара речи, никто из них не успел прервать Харухиме.

— О-однако, если вы позволите мне чуточку эгоизма, я хотела бы
провести сначала ночь с Беллом-сама. Это единственная моя просьба,
надеюсь вы не откаже…

— Вы просто отвратительны, сударь Вельф! Предложить сударыне Харухиме такие грязные вещи! Я это запомню! — взорвалась Лили.

— Да будто я предлагал!!! Я только Гефест в этом плане вижу!!!

— Во что это вы тут превращаете мою миленькую невинную Паству?! — потребовала ответа прибежавшая на крики Гестия.

Ещё никогда Микото не слышала, чтобы Вельф кричал так громко.

Харухиме верила, что давно перестала быть девственницей, а Микото
было слишком стыдно говорить ей об обратном. Точнее, Микото считала, что
о таком девушке должен сказать Белл. Но Белл никак не мог набраться
смелости, чтобы завести об этом разговор.

Тем временем, буря лишь разрасталась, само присутствие Харухиме начали считать потенциальной угрозой.

— Запрещаю! Харухиме, тебе нельзя даже приближаться к Беллу!!!

— Что?! Н-но почему?

— У себя можешь спросить и поймёшь!!! — разом взревели Лили и Гестия. Белла в тот момент рядом не было.

Примерно в то время Гестия начала смотреть на Харухиме очень тяжёлым взглядом.

Микото, как могла, пыталась исправить отношения в Пастве, не
привлекая лишнего внимания, например, настояла на том, чтобы Лили
перестала называть девушку «Той Восточной Секс-Служанкой», и прочие
подобные мелочи. Порой, вмешивался и Вельф, выполнявший в Пастве роль старшего брата для всех. Невольный напарник Оуки в авангарде стал для девушки лучшим другом среди членов Паствы Гестии.

Микото верила, что целая серия неудач и неурядиц заставит Харухиме
сдаться и отказаться от идеи быт служанкой, но, к её удивлению,
девушка-ренарт оказалась упорной.

Неудачи заставляли её грустить, но понемногу она начала справляться с работой по дому, одерживая верх над своей неуклюжестью.

Возможно, эта сила пробудилась в ней ещё в годы работы проституткой, а
может источником послужил беловолосый парень, который её спас. Как бы
там ни было, порой Микото не могла отвести от девушки взгляда.

Раз за разом, когда Харухиме не могла справиться, Микото хотелось вмешаться и помочь. Но каждый раз она подавляла это желание.

Без лишней скромности, Микото была уверена в своих навыках
домоводства. В святилище, выполняя работу по дому, она уступала только
Чигусе, она могла не только отлично готовить, но и убираться, стирать и
выполнять прочую необходимую работу. Когда наступала очередь готовить
Микото, все в Пастве превозносили её кулинарные навыки.

Микото понимала, что, если она начнёт давать Харухиме наставления,
или попытается сделать работу за неё, это не принесёт девушке-ренарту
никакой пользы.

Но как же мне помочь Харухиме-сама?.. О!

Ответ пришёл сам собой.

Чтобы помочь Микото решила позвать помощника.

— Белл-сан, вы не против объяснить Харухиме, что значит быть служанкой? — спросила Микото Белла, когда Харухиме была рядом.

— Что?! — выпалила Харухиме.

— Я, даже не знаю, Микото… — задумчиво сказал Белл. — Я и сам не знаю, что такое быть служанкой…

Однако, в конце концов Белл согласился. И без просьбы Микото он хотел помочь Харухиме. Не потому, что он командир Паствы.
Просто он сам по себе хороший человек. Если опыт домашних дел,
полученный во время жизни в деревне с дедушкой, мог помочь Харухиме,
Белл не был против им поделиться.

Харухиме, несмотря на смущение, стыдливо приняла помощь Белла с работой. Хоть Лили и Гестия периодически пытались вмешаться.

Микото немногое знала о любви, но даже она заметила, что Харухиме влюблена в Белла.

Работа с возлюбленным человеком может привести к неожиданным
результатам. Попытка показать себя с лучшей стороны заставляет
сконцентрироваться на полученном задании. Это Микото знала по
собственному опыту обучения у Такемиказучи.

Впрочем, если слишком много нервничать, то это может сказаться на результатах негативно.

— …И, похоже, я больше не героиня в глазах Харухиме-сама, — сказала себе Микото.

Во время освобождения девушки от Паствы Иштар Харухиме видела, как Белл за неё сражается. Это он её спас.

Он стал для Харухиме тем самым героем. Одно его присутствие может воодушевить девушку.

Продолжая жить с Паствой Гестии, Микото ощущала это сильнее с каждым днём. Разумеется, осознание вызывало у неё грусть.

Когда они были детьми, героями Харухиме были Оука, Микото и другие дети из святилища.

Микото не думала, что Белл похитил её подругу. Но порой она
продолжала задумываться, сможет ли она снова стать героиней Харухиме,
если станет достаточно сильной.

Микото не покидало предчувствие, что в следующем году, когда настанет время возвращения в Паству Такемиказучи, Харухиме останется с Беллом в Пастве Гестии.

И, всё же…

— Микото, помощь нужна? — Харухиме улыбнулась подруге, забыв о
привычных формальностях и обратившись к Микото так, как когда они были
детьми.

— …Конечно же, Харухиме-сама!

Для Харухиме Микото была незаменимой подругой и одной из героинь,
которые пришли к ней на выручку. Когда Микото поняла это, она ощутила
свою значимость и неисчерпаемую радость. Добрая девочка даже после
заключения в Квартале Наслаждений осталась такой же доброй, как и была
раньше.

И из-за этого Микото была очень счастлива.

----------

Сказки прошлого: Чёрная птица и золотая лисица

Прошёл ещё месяц.

Харухиме изменилась ещё заметнее.

К тому же от неё начала исходить мощная материнская аура. Даже
Гестия, богиня семейных отношений, порой прикрывала глаза рукой, бормоча
под нос что-то вроде:

— Ого, какая мощь…

Также Харухиме стала значительно лучше в роли служанки. Она
продолжала совершать ошибки и очень из-за них расстраивалась, но всегда
собиралась и продолжала работу.

Порой она снова задумчиво смотрела в небо, но теперь на её лице была улыбка, а не слёзы.

Все эти изменения произошли после встречи с Виеной.

Расставшись с девушкой-драконом и ксеносами, Харухиме начала браться за новую работу с новыми силами.

Заметнее всего стали изменения в её подготовке к походам в
Подземелье. Для начала, она стала подробно обсуждать роль помощницы с
Лили. Они учились распределять магические камни, читать карты, а также
классифицировали предметы и запоминали их вид, начиная с определения
различных зелий и противоядий. Микото часто видела, как Харухиме
направляется в комнату Лили с ящиками бутылочек с красной и синей
жидкостью для сравнения.

— Послушайте, сударыня Харухиме. Роль помощника заключается в
управлении полем боя и его подготовке для авантюристов. Это значит, что
мы должны облегчать им сражения. Наша роль не только в подбирании
упавшей добычи и магических камней.

— Понятно!

— Некоторые авантюристы… очень немногие, но всё же называют
помощников «последней линией обороны». Мы передаём экипировку и
предметы… а также должны думать над тем, как поднять настроение группы в
путешествии по Подземелью.

Лили делилась с Харухиме опытом и знаниями — верный признак того, что несговорчивая девушка-полурослик приняла её в семью.

Перед первой экспедицией Паствы Гестии, когда Лили пришлось
распределять усилия между обучением командованию и подготовкой к походу,
она доказала, что верит в Харухиме, поручив той несколько важных дел. А
после экспедиции Лили начала часто водить за собой Харухиме, будто
собираясь переложить на неё обязанности, если с ней вдруг что-то
случиться.

Вид радостно семенящей за невысокой Лили девушки-ренарта, заставил
Микото подумать о невероятной дружбе белки и лисы. Это не могло не
вызвать улыбку.

Вдобавок, Микото знала, что Харухиме практиковала с Айшей чародейство
перед экспедицией. Периодически вспышки золотого света вместе с
взрывами Ignis Fatuus доносились из библиотеки. Порой они были такими
громкими, что даже Гестия подпрыгивала, отчего Микото сделала вывод, что
освоение магии давалось девушке-ренарту нелегко. Далеко не раз Харухиме
выходила из библиотеки, покрывшись сажей и кашляя, за ней следовала
вздыхавшая Айша.

— Хочешь изучить боевые искусства?

— Хочу.

Несмотря на магические тренировки, Харухиме попросила научить её и
тому, как держаться в битве, тщательно подгадав время для обращения
Такемиказучи, когда тот посещал Поместье Домашнего Очага и обучал
Микото, Чигусу и Оуку новым приёмам. При этом Харухиме позаботилась,
чтобы её просьба не мешала обучению остальных.

Это случилось совсем незадолго до начала экспедиции.

— Айша-сама сказала мне не ждать серьёзных улучшений… Но, поразмыслив
над её словами, я пришла к выводу, что закрывать глаза на занятие,
которое я даже не начала, неверно.

— …

— Я тоже… хочу быть сильной, — сказала Харухиме Такемиказучи в одном из проходов залитого лунным светом сада.

— …Хорошо, я буду тебя учить, — согласился бог битвы, улыбнувшись девушке.

Со следующего дня истощённая ментальной тренировкой Харухиме начала
занятия с Такемиказучи, пока Микото и остальные отдыхали от своих
тренировок.

— Для начала ты должна понимать, что твои возможности отличаются от возможностей Микото и остальных моих учеников.

— Да, Такемиказучи-ками.

— Поверхностное обучение всему никакой пользы не принесёт. Поэтому ты сфокусируешься на техниках самозащиты.

— Техниках самозащиты?

— Точно. Как я слышал, у тебя очень прочная броня. Ты должна изучить,
как ею пользоваться, и отработать приёмы до состояния рефлексов, чтобы
для отражения вражеских атак тебе не нужно было даже о них задумываться.

За очень короткое время обучения Такемиказучи попытался обучить девушку тому, что называется тактикой.

— Боевые искусства — это далеко не только эффектные приёмы. Нужно
тренировать сообразительность. Быстрая оценка положения может помочь
тебе избежать смертельного удара.

— Я понимаю!

Эти уроки спасли ей жизнь.

Из-за того, что Харухиме не послушала Айшу и не стала
концентрироваться только на заклинаниях, она смогла пережить атаку босса
этажа и спасла группу во время боя с Амфисбаэной.

Харухиме всегда преследовала целям, которые себе поставила. Она
оценивала варианты и выбирала как ей действовать. Вдобавок она не
стеснялась искать помощи.

Все эти простые вещи оказались невероятно важными. Присутствие
идущего впереди Белла помогло ей самой ступить на тропу
самосовершенствования и двигаться по ней семимильными шагами. Харухиме
смогла достичь того, чего могли бы не достичь другие, просто делая как
ей скажут и практикуя навыки, которым её обучили.

Даже сейчас Харухиме не прекращала саморазвития.

Наивная, чистая и жутко добрая принцесса, которую растили в
позолоченной клетке открыла дверь сама того пожелав и вышла в большой
мир.

— Харухиме-сама… вас что-то беспокоит? — спросила Микото, ощутив, что
с её подругой что-то не так. Она смотрела сбоку, как девушка-ренарт
окидывала небо задумчивым взглядом.

— Мы… пообещали, — сказала Харухиме, подняв мизинец, — что встретимся
снова… что снова будем жить вместе… вот почему я так стараюсь.

Она прижала отогнутый мизинец к груди, словно это было дорогое ей
сокровище. Улыбка на её лице была прекрасна, как и та, которую Микото
увидела в их первую встречу, но теперь девушка-ренарт казалась ей
гораздо сильнее.

Микото улыбнулась, ощутив, что она только что увидела нечто ослепительно прекрасное.

Харухиме изменилась. Она была слабой маленькой девочкой и отчаявшейся проституткой. Пройдя всё это, она выросла.

Микото неожиданно осознала, что Харухиме уже не нуждается в её защите.

И поэтому…

Чтобы Харухиме когда-нибудь могла спасти кого-то другого, Микото просто продолжит всегда её поддерживать…

----------

Сказки прошлого: Чёрная птица и золотая лисица

Середина ночи, Поместье Домашнего Очага погружено в сон.

Белл подскочил в кровати.

Он услышал едва различимый треск, исходящий от стены. Скинув с себя
одеяло, он потянулся к поясу, привычному месту, где висел его кинжал, но
кинжала не было.

Бледный лунный свет проникал через окно. Рядом не было ничего опасного.

Убедившись, что опасности нет, Белл провёл серию глубоких вдохов, чтобы успокоиться. Его тело покрыл холодный пот.

Он расслабил руки, сел, отперевшись на спинку кровати, и прикрыл лицо руками.

Глубокий сон ему не давался.

Он провёл на глубинных этажах, где нельзя было спать дольше пяти
минут, всего ничего, однако стресс, накопившийся в его голове и теле,
никуда не делся. Белл — авантюрист четвёртого уровня, и за несколько
недель на поверхности не случилось ничего, что могло бы нарушить его
сон. Никто этого не подозревал, но он был постоянно истощён из-за того,
что просыпался посреди ночи. Послевкусие пережитых кошмаров так и не
оставило его мыслей.

Резня, которую учинил Джаггернаут, крики авантюристов, жуткий рёв и
стук костей монстров тридцать седьмого этажа — всё это продолжало
терзать парня в его снах.

Белл ощущал неконтролируемый ужас от того, что тьма Подземелья в его
снах может затащить его в себя и никогда не позволит ему проснуться
снова.

— …Всё хорошо. Я в порядке. Я буду в порядке.

Всё это временно. Если он сможет это вынести, скоро он привыкнет к воздуху поверхности, и всё пройдёт.

Белл был в этом уверен и поэтому не просил ни у кого никакой помощи.
Он был уверен, что время — единственное лекарство, и не нужно никого
беспокоить.

Неожиданно он ощутил зависть к маленькому себе, к тем временам, когда
он, несмотря на желание стать величайшим воителем в мире, мог побежать к
дедушке после того, как ему приснился кошмар. Белл тяжело вздохнул.

В его дверь тихонько постучали.

— ?..

Белл удивился, но, прежде чем он успел подняться с кровати, дверь приоткрылась, и в комнату заглянула пара изумрудных глаз.

Тусклый лунный свет заиграл на золотых волосах.

— Харухиме?

— Да, это я. — девушка-ренарт тихонько вошла в комнату и встала перед Беллом с нежной и успокаивающей улыбкой.

Прежде чем Белл успел заговорить, Харухиме подняла что-то и прижала к груди.

— Белл-сама, не хотите услышать историю из книги? Это история об очень добрых героях.

Она держала в руке книгу, которая казалась очень старой.

Белл несколько раз моргнул.

— Услышать? Не почитать?..

— Именно так. Так уж случилось, что сегодня мне бы хотелось прочесть
историю вслух, — сказала Харухиме, настойчиво но нежно укладывая Белла в
постель.

В этот момент Белл осознал, что Харухиме ему по-настоящему помогает.
Она поняла, что парню по ночам не спится и пришла, чтобы помочь ему
уснуть, рассказав историю.

Белл слабо улыбнулся.

— …Это как в тысяче и одной ночи.

Харухиме похихикала:

— Очень похоже. Может быть, всего разок, мне бы хотелось побыть принцессой побеждённой нации, которая жаждет милости короля.

Белл лёг на спину, подняв взгляд. Он увидел улыбку Харухиме, сидевшую в лучах лунного света.

— Итак, владыка, вы простите мне мой эгоизм и послушаете моё сказание?

Белл расплылся в улыбке.

— С превеликим удовольствием. — пробормотал он.

— Благодарю вас, — шепнула Харухиме.

Касавшиеся Белла тонкие пальцы были очень тёплыми.

Когда красивый звонкий голос начал рассказывать сказку, Белл ощутил, что его веки тяжелеют.

Этой ночью он сможет выспаться. Ему не будут сниться жуткие сны.

Из комнаты доносился голос, рассказывавший историю.

Прислонившись спиной к двери, Микото слушала убаюкивающие слова и улыбалась.

Когда Харухиме проснулась и тихонько покинула комнату, которую они
делили, отправившись к Беллу, Микото тайно последовала за ней.

В коридоре, зевая появилась Гестия.

— Мммм? Это ты, Микото?

— Ой, что-то случилось, Гестия-ками?

— У меня такое чувство, что Белл испугался, или что-то ещё, в общем… я решила его проверить, а может устроиться с ним рядом…

— Комната Белла вон там. Давайте вместе туда пойдём, вы же не против?

— Хья? — Гестия снова зевнула. — Вот она где?

Микото повела Гестию, протиравшую заспанные глаза с подушкой под
рукой, обратно в её комнату. Одетая в пижаму богиня не переставая зевала
и послушно шла вместе с девушкой.

Подталкивая Гестию в спину, Микото показала богине язык и безмолвно
извинилась. Она всегда была верным компаньоном для Харухиме и, как
настоящий ниндзя, поддерживала её из теней.

Сопроводив богиню в её комнату, Микото поняла, что такой поддержки для Харухиме будет вполне достаточно.

----------

Эпилог. Элегия героям

— Пожалуйста… вы должны его убить.

Я замер, человек-авантюрист, которого я не знал, говорил со мной
дрожащим голосом. Израненными руками он прижимал к себе
девушку-зверолюдку.

С первого взгляда было понятно, что она смертельно ранена на ней не было живого места. Её глаза уже никогда не откроются снова.

— Тот монстр, пожалуйста, убейте его…

Двадцатый этаж Подземелья, в сумеречном воздухе царит прохлада.

Целая группа израненных авантюристов уставилась во тьму, откуда к нам неустанно приближались горящие от злобы глаза.

Что случилось очевидно, для Подземелья это слишком обыденная история:
огромный монстр напал на авантюристов, охотившихся в Подземелье.
Аномалия с этажей ниже их одолела и обратила в бегство.

Именно в этот момент мы их встретили, и, хотя мы помогли большинству уйти из боя, времени лечить авантюристов у нас не было.

Израненная зверолюдка испустила последний вздох прямо на глазах своих товарищей, не сказав даже последнего слова.

— Я знаю, что в этом нет смысла. Я знаю. Мы сами выбрали такой путь. Но… пожалуйста!..

Все авантюристы знают на что идут, какие опасности несёт такая жизнь.
Есть очень много разных способов заработать на жизнь, не подвергая себя
опасности. Но эти люди, включая девушку, которая умерла, выбрали жизнь
авантюристов, в надежде разбогатеть, обрести славу, исполнить какую-то
свою мечту или просто ведомые неизвестным.

Что бы не вело их вперёд, каждый авантюрист избрал путь, прекрасно зная о его опасностях.

Естественно, обвинять в чём-то монстров — это большая ошибка. Они
могут смертельно тебя ранить, могут убить твоих друзей, но ненавидеть их
за это неправильно. Даже глупо.

Авантюрист, который со мной говорил, это понимал, из его глаз лились
слёзы, он прижимал к себе остывающее тело своей спутницы. И всё же, зная
какой бесполезной и неправильной кажется его просьба, сквозь всхлипы он
обратился ко мне:

— Пожалуйста, Белл Кранелл… отомсти!..

Моя левая рука окончательно восстановилась, Паства Гестии возобновила регулярные походы в Подземелье… и вот чем оно нас встретило.

Совершенно обыденная смерть авантюриста. Ни шумихи, ни драмы.
Очередной день в Подземелье. Жестокая реальность этого места. Она
никогда не исчезает и всегда ждёт нас тут. Единственный вопрос
заключается в том, когда ты начинаешь её замечать.

Я погрузился в ступор, от смерти авантюристки, а когда увидел слёзы
на глазах её товарищей, в моей голове и теле будто что-то блеснуло.

Все сомнения и беспокойства испарились, моё тело наполнило лишь одно явное желание.

Убить создание, приближавшееся к нам с яростным рёвом.

— Белл…

— Сударь Белл…

— Белл-сан…

— Белл-сама…

За спиной раздались голоса моих товарищей. В их голосах я слышал грусть.

Обхватив рукоять Кинжала Гестии, я с криком бросился на монстра.

----------

Эпилог. Элегия героям

С давних времён и до сегодняшнего дня Орарио был городом, который переполняла смерть.

Бывали времена блаженного покоя, а бывали времена невиданной резни.
Люди, называемые «героями», зачастую встречают трагический конец в
моменты кармической справедливости, потому что мир не знает сострадания.
И в одной вещи можно не сомневаться: большая часть смертей была
встречена людьми в боях с монстрами.

Этот город неразрывно связан со смертью. Людей здесь умерло не меньше, чем звёзд в ночном небе. Вот что такое Орарио.

Как бы это ни было иронично, это плата за славу, благодаря которой
этот город начали называть «центром мира». Пусть сам он со временем
меняется, одна вещь остаётся неизменной: люди и монстры продолжают
убивать друг друга.

Это место порождает смерть.

В последней цитадели мира смертных природа вещей не менялась никогда.
Это древняя крепость, которая стоит на границе между лабиринтом и
внешним миром.

Орарио — это место, в котором рождаются новые начала.

Однако, если зайти, с другой стороны, монстров можно считать
жертвами. Независимо от эры, монстры постоянно уничтожаются, чтобы
утолить жажду жителей поверхности в магических камнях и добыче, частях
тел монстров, которые можно обменять на деньги. Убийство монстров
приносит славу. Отрицать этого нельзя.

Жители мира смертных пытаются это отрицать, однако созданий небесного мира подобное заметно веселит.

Впрочем, рассмотрение мира с такой стороны, безусловно, не несёт никакой пользы.

Этот вопрос был решён давным-давно, когда монстры вырвались из
великой ямы и пролили реки крови на поверхности. Существуют лишь те, кто
имеет право существовать и те, у кого право на существование отобрали. А
значит, есть те, кто считает, что поступает правильно, и те, у кого
право так считать отобрали. Ненависть жителей поверхности к монстрам в
её текущем состоянии невозможно изменить. Жителям поверхности суждено
ненавидеть и убивать монстров, а монстрам убивать и ненавидеть жителей
поверхности в ответ.

Однако… если проследить события, начатые вторжением монстров на
поверхность, жителям поверхности было бы правильнее направить свою
ярость на великую яму, Подземелье, а не на монстров, которых она
породила.

Айз Валленштайн, например, считала именно так.

…Отомсти.

…Защити детей.

…Исполни мечты поверхности.

В мрачности Подземелья Айз слышала эхо наполненных горечью голосов,
некоторые она узнавала, а некоторые звучали для неё незнакомо.
Бесчисленное количество рук тянулось из тьмы, с жалобными стонами.

Голоса тех, кто умер, и мольбы тех, кто ещё жив.

Молодая Айз посмотрела на ладонь маленькой руки и кивнула. Как и
многие люди до неё, она потянулась к рукояти меча и обнажила оружие. Она
показала свою готовность.

На этом её сон оборвался.

Айз медленно открыла глаза. Перед нечётким, после сна, взглядом
предстал знакомый потолок. Она увидела знакомое спартанское убранство
комнаты. Она была у себя.

Должно быть, она уснула, когда сидела на своей кровати и ухаживала за
клинком. Она села, убедившись, что её меч и кусочек ткани лежит рядом. А
потом погрузилась в размытое воспоминание.

В комнате было темно.

Проверив время, Айз убедилась, что уже вечер.

Окно было открыто, солнце зашло, позволив темноте охватить небо на востоке.

Сон, от которого она только что проснулась, ещё не сбежал из её памяти.

В том сне молодая версия её приняла вещи такими, какие они есть.

Она будто не знала ничего другого, ничто её не озадачивало, ничто на неё не давило, её не вела какая-нибудь цель.

Айз безмолвно вернула меч в ножны, поднялась и подошла к окну, чтобы его закрыть, потому что шторы раздувал ветер.

— ?..

Оказавшись рядом с окном, она заметила нечто странное с городом.
Несмотря на наступление ночи, обычного освещения магическими лампами не
было.

Город был погружён во тьму.

Вдобавок, было необычно тихо.

Айз задумчиво окинула голос взглядом и пробормотала:

— Сегодня Элегия.

Возможно, именно поэтому ей приснился этот сон, думала она,
рассматривая дрожащие огни свечей, которые несли в руках люди на улицах.

----------

Эпилог. Элегия героям

Раздирающий уши гром пронёсся по воздуху, будто произведённый чревом земли.

Порой, когда в великую яму проникает мощный порыв ветра, он
проносится в глубины лабиринта, ударяя по ушам авантюристов внутри. Этот
звук напоминает рёв невероятно огромного зверя.

Огромного зверя, называемого Подземельем.

Я скользнул взглядом по коридору лабиринта, ветер растрепал мне
волосы. Мы поднимались по длинной лестнице, освещаемой лампами с
магическими камнями. Великая спиральная лестница соединяла Подземелье с
белоснежной башней, Вавилом.

Мы возвращались на поверхность, уничтожив зловещего монстра, обратившего против нас клыки и когти.

Я не чувствовал, что свершил возмездие. У меня не было чувства, что
было бы хуже, если бы монстр продолжил существовать в этом мире, или
ощущения, что больше не будет жертв. Я не видел смысла в том, что
сделал.

Я видел слёзы мужчины, лишившегося подруги… и хотел предотвратить его грусть и страдания. Только и всего.

— Белл Кранелл… спасибо вам, — сказал авантюрист, когда мы убили монстра, его лицо было мокрым от слёз.

Я ничего не ответил.

— Уже ночь…

Окончательно оставив Подземелье позади, я вышел на первый этаж Вавила и посмотрел в распахнутые великие врата.

Сумрак окутал Центральный Парк, окружающий башню.

Лили, Вельф, Микото, Харухиме и я сопровождали встреченных израненных
авантюристов, несущих мёртвую девушку из Подземелья на поверхность, и
защищали их в пути.

Группа принадлежала Пастве Деллингр. Авантюриста, который меня поблагодарил, звали Эдгар. Мёртвую зверолюдку звали Селия.

Когда Эдгар и ещё один член его группы положили Селию на пол, мы на какое-то время остановились.

Зал был почти пуст, пара авантюристов бросили взгляды на нашу
процессию, будто для них это было привычным зрелищем. Кто-то смотрел
отстранённо, кто-то с жалостью, а кто-то холодно.

Я молча стоял рядом с Эдгаром. Лили и Вельф потянули меня со спины,
словно пытаясь сказать, что больше мы ничего сделать не можем. Харухиме
было явно нехорошо, Микото её поддерживала. Обе девушки мне кивнули.

Поддержав желание членов группы, я повернулся и вышел из Вавила.

Пройдя во врата мы заметили, что Центральный Парк выглядит сегодня необычно.

— Центральный Парк, что-то… — пробормотал я.

Весь центральный район города был украшен. Кое-где стояли деревянные
столбики, рядом с которыми были разложены цветы. Впрочем, белые и синие
столбы, к моему удивлению, выглядели совершенно не празднично.

Самым явным отличием было отсутствие света ламп с магическими
камнями, развеивавшими тьму. Освещение создавали сами жители, нёсшие в
руках свечи.

Я увидел, что лампы с магическими камнями не горят и за пределами парка.

— А, точно, сегодня же Элегия, — произнёс Вельф.

— Мы останавливались в Ривире, и я совсем забыла, — добавила Лили.

— Элегия?.. — переспросил я. Я помню, как слышал это слово от Вельфа в «Щедрой Хозяйке».

Лили удивлённо посмотрела на меня.

— Вы не знаете?.. А, конечно. Может вы и стали одним из авантюристов
второго ранга, но не успели провести в Орарио и года, — она мне
улыбнулась, хоть и как-то грустно.

Вельф рассказал:

— Элегия… ну, в общем, фестиваль, который проводится, чтобы почтить мёртвых героев.

— Почтить… героев?

— Правильно, Белл-сан. В этот день мы показываем уважение древним
героям Орарио, которые пожертвовали собой в боях с монстрами,
вырывающимися из глубин, — сказала Микото.

— Также это способ выразить благодарность за их великие поступки, — добавила Харухиме.

Пока мне объясняли, что происходит, я заметил, что обычные горожане собираются в парке.

Толпа становилась огромной, но не шумной.

Даже наоборот, люди вели себя необычно тихо, молчание окутывало их словно сумеречный плащ.

Харухиме смотрела на мальчиков и девочек, несущих цветы, отстранённым, далёким взглядом.

Независимо от возраста, пола и принадлежности к расе прохожие были одеты в белые робы и шагали с подсвечниками в руках.

— Наверное вы об этом уже знаете, но… по всему городу стоят монументы
героям прошлого, главные из которых находятся перед Гильдией и на
первом кладбище. В назначенное время люди, начиная путь из Центрального
Парка, посещают каждый монумент по очереди, — сказала Лили.

— А потом они возвращаются и начинают петь, чтобы выказать уважение и благодарность, — добавил Вельф.

Они рассказали мне об Элегии, фестивале героев, который длится до
рассвета. Во время его проведения в Орарио не зажигается ни одной лампы с
магическим камнем, источниками света служат только свечи. Будто для
того, чтобы почтить память героев, торговый район, район наслаждений и
район ремесленников, а также каждая таверна в городе развеивают ночь
только светом свечей.

Гильдия отвечает за организацию фестиваля и, конечно же, тут и там я
видел работников в униформе, среди которых заметил Эйну и Мишу.

В ночной тьме город заполняло неровное пламя свечей. На улицах царила
торжественная тишина, а привычная оживлённость, кажется, всего лишь
воспоминанием. Даже вечно дурачащиеся боги соблюдали сегодня тишину.

Сегодня люди Орарио показывают героям древности своё почтение.

— Также этот фестиваль проводится для того, чтобы авантюристы наших
дней могли… могли почтить память тех, кого потеряли в Подземелье, —
пробормотала Лили, и я ощутил тяжесть в груди.

Авантюристы настоящего.

Герои древних времён.

Каждый год в Орарио проводится праздник, чтобы почтить героев и вспомнить павших авантюристов.

Проходя по площади, я остановился и оглянулся. Наверное, Эдгар и его группа сейчас ещё в башне, рядом с телом Селии.

Можно ли считать свечи, заполнившие сегодня город, подношением и для неё? Развеет ли этот свет горечь тех, кто по ней тоскует?

Сейчас это единственная вещь, о которой я могу думать.

----------

Эпилог. Элегия героям

Айз вышла в город.

Увидев свет множества свечей, развеивавших ночную тьму, она не могла
оставаться в своей комнате, впрочем, возможно, причиной был необычный
сон, который она увидела.

Вместо обычной одежды авантюристки она одела простое белое платье и завязала золотые волосы в хвост.

Ведомая огоньками Айз вышла в город в одиночку, ничего никому не сказав.

В этом году снова так много людей…

Элегия началась.

Начинавшие свой путь из Центрального Парка люди посещали монументы,
шагая по широким улицам. Некоторые шли во двор Гильдии, другие
отправлялись на Первое Кладбище, были и те, кто двигались к окраинам,
каждый из них хотел выразить почтение герою прошлого, которого никогда
не встречал, или авантюристу, умершему в Подземелье.

Большинство жителей Орарио подносили цветы авантюристам, которых
когда-то знали. Члены семьи, любимые, бывшие коллеги… зачастую
отправляющиеся в Подземелье авантюристы знакомы многим людям. На глазах
Айз в процессию влилась молодая девушка со слезами, собравшимися в
уголках глаз. Чуть дальше в ряды вступила поглощённая горечью эльфийка.

Работники Гильдии следили, чтобы в процессии не возникало
беспорядков. Айз смотрела в землю, присоединяясь к людской реке на одной
из улиц.

В дрожащем пламени свечей она видела лица людей, с которыми
распрощалась, воспоминания о которых были свежи в её памяти. Люди,
которые были ей близки, которые относились к ней с добротой, важные ей
люди.

Среди них были лица членов Паствы Локи. В жестокости Подземелья Айз теряла старших и младших товарищей.

Воспоминания об их смертях приходили на ум девушки, вместе с их
последними словами. Грусть от их потери перерастала в боль, терзающую
сердце.

«Если кто-то должен умереть, будет гораздо лучше, если он умрёт не в Подземелье», — подумалось девушке.

Почему просто не перестать быть заложниками неизвестного и не
соваться больше в авантюры? Такие слова мог бы сказать ничего не
понимающий человек, указывая на авантюриста.

Но у Айз, как и у любого другого авантюриста высокого уровня, была
причина, по которой они не могли перестать сражаться. Разумеется, каждый
из них преследовал свои цели и питал свои надежды. Однако на плечах Айз
и других членов её Паствы лежал долг перед целым миром.

Девушка шла, погрузившись в размышления, её лицо освещал дрожащий свет свечей…

— Эй, это Принцесса Меча! — раздался голос в толпе. — У неё нет меча, но это точно она!

— Ого, она красивее эльфийки! Как богиня!

— Что тут делает Принцесса Меча?!

Стоявшие за пределами процессии дети, заметив Айз тут же к ней подбежали.

Глаза Айз блеснули, и она попыталась отойти от детей.

— Нельзя просто так тыкать в человека пальцами и докучать криками! Она авантюристка высокого уровня и очень важная девушка! — отчитала детей девочка постарше, полуэльфийка.

Держа в руках букет, она повернулась и обратилась к Айз сама — Эм,
уважаемая Принцесса Меча, от мамы я слышала, что на краю мира живёт
очень большой и страшный дракон!

Рука Айз дрогнула.

Она посмотрела на полуэльфийку, замявшуюся на полуслове:

— А ещё она говорила, что сегодняшний фестиваль — это мольба великим
героям, чтобы нас защитили от этого дракона! И чтобы авантюристы могли
победить того дракона, потому что все его боятся!

— …

— Принцесса Меча, пожалуйста, победите того страшного дракона! —
закончила девушка, остальные дети смотрели на неё, затаив дыхание.

— …Обязательно, — кивнула девочке Айз. — Клянусь, я его одолею, — а потом она решительно улыбнулась.

Услышав такой ответ, дети обрадовались. Они довольно переглянулись,
крикнули «Удачи вам!» и влились в другую процессию, шедшую по улице.

Помахав им на прощание, Айз вернулась к своему пути. Люди стали
обращать на неё внимание, и она решила перейти туда, где будет поменьше
людей.

Она отошла на пустынную обзорную площадку. Обдумывая разговор с детьми, она подняла взгляд в заполненное звёздами ночное небо.

…сильный и страшный дракон на краю мира.

Последнее напоминание о Трёх Великих заданиях.

Все смертные молят об одном: победе над Чёрным Драконом.

Древний дракон, сбежавший из Орарио. Считается, что он предвестник конца света.

На Айз и её Паству легла обязанность его победить, как на
сильнейших авантюристов в городе. Пусть это и означает, что им придётся
похоронить далеко не одного товарища.

Они должны одолеть короля драконов, повергнувшего Орарио, Город Лабиринта, в котором собираются сильнейшие авантюристы мира.

Айз придержала волосы от налетевшего порыва ветра и посмотрела на
свечи, озаряющие город. Время шло, в небе поднялась луна, а из
Центрального Парка начало доноситься пение.

Элегия, обозначающая близость конца торжества, началась.

Жители начали собираться в центральном районе города, и возносили
песню, похожую на молитву. Обнажённые эмоции, не сковываемые
принадлежностью к расам и фракциям, вознеслись в ночном Орарио. Как и
говорила девушка, Элегия несла не только горечь, но и мольбу.

И Айз, авантюристка высокого ранга, прекрасно понимала значение этой молитвы.

Мир жаждет увидеть героя.

Авантюристы города слышали эту песню: воитель полурослик в кабинете
поместья, королева высших эльфов, старый дварф-солдат, мужчина вервольф,
сидящий на крыше, сёстры амазонки, зверолюд- воитель на самом верхнем
этаже белоснежной башни.

Все они слышали зов, призывавший нового героя.

— …

Падёт ещё очень много людей. Герои появляются только ценой множества жизни.

Пока мир продолжает взывать…

Пока тщательно скрываемые богами намерения наконец себя не явят…

Пока не будет покорён последний уголок Подземелья…

…скорбь, которая наполняет её сны никуда не уйдёт.

— Как сложно смотреть тем детям в глаза, — пробормотала Айз. Ей было тяжело слушать песнь людей.

Айз была поглощена одним желанием. Оно отличалось от желаний других людей.

Когда настанет день сражения, для Айз оно будет личным.

Она сражается не ради героизма, наоборот, как и любой авантюрист, чей близкий человек был потерян в сражении, она одержима.

Прекрасная песнь её не трогала.

— Я… — Айз была наедине с собой, её голос дрожал, будто ей хотелось сбежать от пения.

Она взяла в руки меч не по своей воле. Это было единственное, что она
могла сделать, потому что меч единственное, что у неё было. Сон,
который она видела, и песня, которую слышала, терзали её изнутри.

Когда наконец она смогла произнести слова, она бросила их как будто сказала нечто грязное:

— …Я ни для кого не стану героиней.

— …

— Белл-сан?

Белл остановился, посмотрев в ночное небо и прислушавшись к песне.

— …Боги тоже поют.

То, что он слышал, было плачем по умершим, гимном, восхваляющим
героев прошлого, и мольбой к нынешним героям. Белл осознал, что среди
хора голосов различает голоса богов: голос богини-любительницы вина,
наслаждавшейся бокалом перед сном в лунном свете; слышен был и голос
своенравной, сереброволосой богини; мужчина в маске слона пел, заливаясь
горячими слезами; богиня кузницы пела у окна; кажущийся чувствительным
бог пел, стоя на городской стене; юная богиня пела, ожидая возвращения
парня домой.

Эти боги и многие другие пели элегию своим детям.

Неожиданно, Беллу вспомнились слова, сказанные его дедушкой: «В
Орарио есть всё. Если правильно разыграешь свои карты, богатство и слава
могут стать твоими. Но любого, кто туда попадает, затягивает
водоворотом истории — такова природа Орарио. И поэтому… ты тоже сможешь
стать там героем».

Жизни и смерти героев и авантюристов.

Несмолкающие повести о приключениях. И сложенные о новых героях сказания.

…Город Лабиринта Орарио. Место множества начал, в котором было немало
героев. А также место, в котором бесчисленное множество жизней было
обменяно, на появление этих героев.

Его история будет продолжаться, независимо от того, на что надеются люди.

В этот момент у Белла появилось ощущение, что он наконец начал понимать значение слов его деда.

— Я… хочу стать героем… — Белл прошептал в ночную темноту секрет,
который хранил с детства. А потом он проговорил о чувствах, которые
породила в его сердце элегия. — Так… почему это всё так грустно?

Тихий шёпот парня: «Я должен оставить цветок, чтобы не забывать, что здесь происходит».

Тихий шёпот девушки: «Я должна оставить цветок в этом году снова, чтобы не потерять себя».

Слушая одну и ту же песню, смотря в одно и то же небо, каждый из них погрузился в свои мысли.

----------

Эпилог. Элегия героям

Небо на востоке залил свет.

Песни звучали до рассвета, потом стихли. Элегия кончилась.

Судя по часам, настало раннее утро.

Омываемый лучами солнца я пришёл на Первое Кладбище, в юго-восточной
части города. Я решил оставить цветы в память о павшей авантюристке
Селии.

Перед тем как сюда прийти, я наведался в Паству Деллингр и узнал, где Эдгар её похоронил. Они были уставшими, и поблагодарили меня снова.

В уголке кладбища стояла неприметная могила, на надгробном камне
которой ещё не было надписи. Паства Деллингр выкупила небольшой участок,
чтобы похоронить Селию.

Первое Кладбище, также известное как Кладбище Авантюристов — огромное
захоронение, заполненное рядами могил. Обычные надгробные камни, со
сделанными на них надписями указывали, где захоронен то или иной
авантюрист. Памятники из белого камня ассоциируются у людей с небесами.

— …

Воздух был свежим, почти морозным.

Я принёс цветы, купленные в лавочке старой пары, которую посоветовала мне Лили и, положив их перед надгробием, закрыл глаза.

Не знаю, как молиться за то, чтобы чья-то душа нашла покой, но я горевал из-за смерти авантюристки.

Спустя какое-то время я открыл глаза и осмотрелся.

— Я пришёл сюда уже во второй раз… — пробормотал я.

Ноги сами собой понесли меня к центру кладбища, на котором располагался огромный монумент.

Я посетил его впервые, когда пришёл в Орарио. Сейчас, спустя полгода, снова оказался здесь.

Я остановился перед памятником героям, он был именно таким, каким я его запомнил.

…А изменился ли с того времени я?

Стоя перед чёрным монументом, я сравнивал себя прошлого с настоящим.

Я пережил многое. Я стал достаточно силён, чтобы справляться с
монстрами. Много раз сталкивался со смертью. Однако, так и не смог найти
чёткого ответа на свои вопросы.

Монумент, на котором были написаны имена героев, не давал ответов.

Перед каменными плитами лежало множество цветов, можно было принять
это место за цветочное поле, а значит многие люди посетили его вчера, во
время Элегии.

Я продолжал размышлять о том, как мало я знал тогда, и…

— ?..

Я ощутил, что кто-то ещё оказался на пустынном кладбище.

Это?..

Я оглянулся.

К своему удивлению, я увидел девушку с золотыми волосами и глазами, шедшую среди рядов могил авантюристов ко мне.

— Айз…

Когда она меня заметила, в её глазах появилось такое же удивление, что и у меня.

Нас разделяли лучи устреннего солнца.

Не знаю почему, но в тот момент мне показалось, что она плакала.

— Белл… — пробормотала она с обычным, не выражавшим эмоций выражением
лица. Она подошла ко мне, словно чтобы развеять мои подозрения. — Ты
тоже пришёл кого-то навестить?

— Д-да…

— Ммм.

Айз прошла мимо меня и положила цветы к одному из камней монумента. Больше она на меня не смотрела.

Мы молча стояли у чёрных камней, пока она наконец не подняла взгляд.

— Пока… — сдержанно сказала она, проходя мимо меня.

Мне хотелось бы поговорить с ней подольше, но я не смог заставить себя к ней обратиться.

Сейчас, между нами, что-то, что невозможно назвать или описать.

Лишь спустя какое-то время я наконец пришёл в себя и обернулся, чтобы проводить её взглядом.

Я подошёл к плите, у которой Айз оставила цветы.

Могила древних героев была заполнена именами из «Оратории Подземелья» — самой важной книги моего детства.

Под этим камнем лежат величайшие мужчины и женщины, рисковавшие
своими жизнями, чтобы защитить Орарио от монстров, высыпавших из великой
ямы, и сохранившие бесчисленное количество жизней.

Это тоже из-за Элегии?.. Айз хотела возложить цветы на могилу героев?..

Перед этой частью монумента лежало больше всего цветов и было сожжено больше всего свечей.

Айз оставила цветы перед самым большим из памятников монумента.

Я прочёл имя, высеченное в камне:

— Альберт, Герой?..

Легандарный герой, появлявшийся не только в «Оратории Подземелья», но и многих других историях.

Ветер растрепал лепестки цветов, оставленных Айз в качестве подношения, а потом…

Не случилось ничего.

Ничто не упало с неба.

Просто в моём разуме мелькнуло подобие молнии, когда я ещё раз прочёл имя на камне.

Мне вспомнилась строчка, прочитанная голосом дедушки.

Великий герой Альберт… в книгах его звали Альберт Эйсебиус, Мастер
Меча… вообще, имён у него была куча… нет, стоп, что-то не так…

Я пытался ухватить какое-то воспоминание. Что-то в моей памяти не давало мне покоя.

Точно.

Строчка из книги сказок, которую я читал.

Благородный титул был написан в «Оратории Подземелья», которую учил меня читать дедушка.

Этого великого героя звали по-другому…

— Вальдштейн, Король Наёмников.

Сердце на мгновенье замерло, когда я произнёс это имя вслух.

В Оратории Подземелья он назван сильнейшим героем, и его имя записано в последней главе.

В древние времена силы, которые он возглавлял, назывались наёмниками, однако сейчас прижилось название авантюристы.

То есть, сейчас его бы называли «Королём Авантюристов».

Вальдштейн… Вальдштейн… Валленштайн?

Словно проблеск.

Даже сейчас нередко люди называют детей именами героев. Таких примеров множество, но просто ли это совпадение?

Одна из сильнейших авантюристок нашего времени носит имя созвучное с
именем сильнейшего героя в истории? Айз Валленштайн, Принцесса Меча,
оставила цветы на могиле Короля Наёмников просто так?

— …

Я обернулся.

На самой границе зрения блеснули золотые волосы.

Потеряв дар речи, я увидел, как объект моих стремлений окончательно растворяется из вида.

Всем добра, с вами Kristonel.

Мне бы хотелось чтобы вы не забывали что без вашей поддержки, уважаемые читатели, этот перевод был бы невозможен

Если у вас есть вопросы, задать их можно в дискорде. Выбираете нужный смайлик в #faq и попадаете в наш дружный и не всегда чатик.

Подпишитесь на мой патреон: https://www.patreon.com/Kristonel

Информацию о новых главах можно найти по #Кристычнапереводе в твиттере.

А также отправив денежку на эти адреса:

Qiwi: +79237177586

WMR: R532697894558

ЯД: 410012644267696

Mastercard: 5559 4936 9992 2374

Благодарю за внимание.

----------

Послесловие автора

Позвольте мне сразу сказать одну вещь: Клянусь, я не хочу писать в этот раз гаремную историю.

Я хочу написать повседневность.

Однако, женских персонажей уже много и их чувства к протагонисту, естественно, становятся очевидны, это неизбежно.

На этом и закончился пятнадцатый том.

Для начала: главы в этом томе это семь переделанных семи добавочных
коротких историй, которые выпускались в дополнение к блю-рей версии в
2015 году. Поскольку каждый персонаж набрался опыта и заметно вырос, я
решил воспользоваться моментом и записать коллекцию их предысторий.

Вообще-то, поначалу, а если честно, до совсем недавнего времени, я не
хотел позволять помощнице-полурослику поднимать уровень. Я планировал
что она будет продолжать слабых и не обладающих талантом людей, по
крайней мере, с точки зрения перспектив, но редактор продолжал давить на
меня, говоря: «Надо позволить Лили поднять уровень, или всё будет очень
плохо, даааа!». Его слова меня не убедили, однако после я перечитал
четырнадцатый том и после всего случившегося я вдруг понял, что будет
очень странно если она не поднимет после такого уровень, то я и
сам не знаю через какой ад должен пройти авантюрист чтобы его поднять.
(Если честно, в седьмом томе спиноффа был дварф прошедший настоящий ад и
не поднял уровень, но по сюжетным причинам это было неизбежно. Прости,
Джаген!).

Как бы там ни было, поздравляю нашу любимую помощницу!

Возможно именно в этом и заключается опасность рассказывания истории…
порой тебе становится страшно когда персонаж просто уничтожает сюжет
который ты так тщательно выстраиваешь. Просто незамутнённый взгляд на
мой творческий процесс.

Если бы нужно было охарактеризовать этот том, я бы назвал его контрастом между неопытностью прошлого и зрелостью настоящего.

Когда я об это задумываюсь, мне кажется, мне просто хотелось оценить
настолько сильнее внезапно стали герои по сравнению с началом своей
истории. Если попытаться объяснить серьёзнее, это немного стыдно, но
лично мне очень нравятся вещи из разряда «как сильно они изменились».

Одна из самых замечательных вещей которые я узнал от опытных авторов
новелл заключается в том, что тому, чтобы увидеть насколько выросли
персонажи лучше всего посвятить этому отдельный том. Если мне удалось
напомнить людям, насколько масштабными были изменения в героях после
всего через что они прошли, кого они встретили и как страдали, я очень
рад.

С этой точки зрения, эпилог очень сильно выделяется. Надеюсь вы не
возражаете, из-за того, что придётся ещё немного подождать прежде чем я
раскрою прошлое сильнейшей героини. Я не знал, стоит ли вставлять Элегию
Героям в этот том, но мне очень хотелось рассказать о прошлом мира и я
его поставил. Я начал задаваться вопросами, вроде «Что такое
авантюристы?» «Что такое лабиринт?» «Кто такой герой?» и это один из
моих любимых эпизодов истории.

Простите за то, что мои послесловия становятся длиннее с каждым разом. А теперь я перейду к благодарностям.

Как и всегда, я в долгу у своего редактора, Матсумомто, главного
редактора, Китамуры и у всех работников GA Bunko. Благодарю вас за ваше
участие в работе. Иллюстратору Сузухито Ясуде я благодарен за чудесные
иллюстрации. Простите что в этот раз вам пришлось рисовать столько
заглавных страниц. Мне всегда немного жутко от того, что немногие тайтлы
продолжают получать такое множество иллюстраций. Поэтому я очень
благодарен всем, кто вовлечён в процесс их производства.

Моим читателям, прорвавшимся сквозь историю. До пятнадцатого тома
надо было прочесть немало книг и я благодарен за то, что вы со мной
остаётесь. Истории пока не видно конца, и я очень рад тому, что вы
продолжаете меня поддерживать.

Четвёртая сюжетная арка вскоре начнётся и следующий том наверняка будет связан с замечательными девушками из таверны.

Довольно тревожно что до такого дошло, но я просто буду надеяться,
что как-нибудь я смогу прорваться. Я просто не хочу превращать историю в
романтическую комедию. А… это плохо, да? Ясно. Что же, я попробую
добавить достаточно сахара вместе с льющейся кровью. Нгх.

----------

Начальные иллюстрации

[[image:/storage/reader-images/048a116ed08ae81e585edf4f925e543b79c8c6b1.jpg]]

[[image:/storage/reader-images/617732f94afd57caf202d08bd7b572471f175b6c.jpg]]

[[image:/storage/reader-images/626b13a025602f45426a7667514659312793188b.jpg]]

----------

Пролог 1

[[image:/storage/reader-images/1be45e7a75b51a75d4445a776dcfb7482cb31f4b.jpg]]
Лю обернулась.

Они шли обратно, как ходили всегда. Эльфийка держала в руках пакет с фруктами и овощами, шагая по привычной пустой улице, ведущей к месту, которое она зовёт домом. Рядом шла девушка с серыми волосами.

Силь улыбнулась, когда Лю посмотрела на неё.

— Ты влюбилась в Белла, правильно?

Тук.

Пакет, который эльфийка держала, упал на каменную мостовую. Фрукты покатились по улице, а Лю согнулась, чтобы собрать всё, что уронила, как типичная неловкая хозяйка.

Стук сердца эхом отдавался в длинных ушах, пока она собирала рассыпавшиеся фрукты.

Не только в ушах. Её лицо, шея, всё тело начало дрожать, Лю ощутила будто её окунули в пламя.

Что? Что она сейчас сказала? Что спросила? Почему задала такой вопрос? Почему она спрашивает об этом меня?

— П-п-п?.. Почему ты?!

Её голос перешёл на постыдный визг, но спутница эльфийки не обратила на это внимания и начала помогать собирать рассыпавшиеся фрукты. Взяв в руки красный фрукт, она подала его Лю, так и не знавшей, что ей ответить.

— Я-я знаю, что ты питаешь к нему чувства, поэтому я ни за что бы…

— Лю, — сказала Силь, с улыбкой прерывая эльфийку. — Я влюблена в Белла.

Лю не могла понять почему, но эти слова её потрясли.

Может дело в том, что Силь раньше никогда не выражала свои чувства открыто? Или потому что все свои чувства Лю всегда держала глубоко в себе? А может дело в этих всезнающих серебряных глазах… глазах, которые способны отличить чёрное от белого, а правду от лжи.

— Ты не будешь возражать, если я попрошу Белла о свидании во время Фестиваля Богинь?

Нет!

Эльфийка ощутила, как сжалось её сердце.

Ей захотелось высмеять себя за собственную глупость. Очевидно, сейчас она должна сказать «разумеется» и поддержать Силь, по-другому быть не может. Но сердце Лю пыталось вырваться из груди.

— Почему… ты спрашиваешь об этом меня? — едва выдавила из себя Лю.

— Потому что беспокоюсь о том, что могу ужасно с тобой поступить, Лю, — Было заметно что Силь тщательно подбирает слова. — Независимо от того, как всё пройдёт, я могу всё уничтожить. Может быть мы поссоримся и не помиримся никогда. Вот поэтому я и задала вопрос.

Не зная, что ей ещё сказать, Силь улыбнулась и опустила взгляд.

Лю осознала, что девушка говорила всё это абсолютно искренне.

— Я…

Лю не была готова к подобной честности.

Всё ещё юная, по стандартам долгожителей эльфов, Лю, была молодой девушкой и не знала, как ей ответить. В её сердце не нашлось на это готового ответа. Опустив небесно-голубые глаза, она напомнила себе о том, что важнее всего её связь с девушкой, которая сейчас перед ней стоит. И обещание, которое она дала себе пять лет назад.

— Ты… меня спасла. Я хочу отплатить тебе за это. И я уже говорила. Так что… — сделав глубокий вдох, эльфийка запнулась, прежде чем произнести следующую фразу. — …Можешь влюбляться в кого угодно. Я тебя поддержку.

Её ответ будто повис в воздухе. Несмотря на то, что девушки остановились посреди улицы, всё вокруг будто стихло. Лишь узкая полоска голубого неба, видимая между крышами зданий, проливала на них свет. Лю не смогла заставить себя посмотреть в серебряные глаза.

Наконец, её спутница тихонько посмеялась.

— Спасибо.

Люди это перезалив главы с ranobehub переводчики это команда japit comics

----------

Пролог 2. То чего желает девушка

Мне нравится улыбка на его лице, когда он забирает обед.

[[image:/storage/reader-images/834f981ae7aec641cfc1569a2eed689276747129.jpg]]
А когда он говорит с другими женщинами, то, как он краснеет и смущается, если его поддразнивают, это не даёт мне покоя.

А когда тень нависает над его блистательно решимостью, когда ему больно, но он всё равно пытается идти вперёд, мне нравится ему помогать. Искренне. Без задней мысли.

И ещё, ещё, ещё…

С каждой новой стороной, которая открывалась мне в те моменты, которые мы проводили вместе, я влюблялась в него всё сильнее.

Я не хотела этого признавать. Даже сейчас, одна мысль об этом заставляет меня пылать от смущения. Но меня к нему влечёт.

Я достигла того момента, когда остаётся только поднять руки и признать поражение, после того как я просто начала его дразнить. Я наконец сказала вслух о том, что знала всё это время, хоть никто этого и не услышал. После этого признания улыбка, которую я увидела в зеркале оказалась такой искренней, что я лишилась дара речи.

Да. Я в него влюбилась. Стало гораздо легче, когда я это признала. Моё тело стало двигаться быстрее, словно приятный бриз подгоняет каждое моё движение. Словно я нашла какое-то неизведанное сокровище. Но, вместе с тем, кое-что не могло не сжаться в моей груди.

Я бы сказала, что главной причиной изменений, которые произошли в моём сердце, стали перемены в той, кого я считаю для себя бесценной.

…Лю, ты покраснела.

…В-вам кажется.

…На Белла смотришь?

…Н-нет! Нет, конечно!

Она красива, благородна, всегда величественна, а ещё мне прекрасно известно о том, как быстро она теряет голову, когда что-то занимает её мысли. Всё очевидно. Я знала, что нечто подобное могло случиться, и это не стало для меня удивлением.

Да. Конечно, причин для опасений у меня не было. Вместе с тем, я осознала, что продолжаться так дальше не может.

Когда он приходил в ресторан, забирал обед, поддавался на заигрывания других девушек… всё это вдруг бесследно исчезло.

Поначалу я была потрясена. За неизменной улыбкой и спокойствием на лице я скрывала свой шок.

— Что такое, Силь? Какая-то ты в последнее время отстранённая. — сказала Руноа.

— …Вот как вам кажется?

— Совсем недавно ты и улыбаться начала по-другому.

Я похлопала по щекам, проверяя что изменилось, но ничего не заметила. Руноа начала ухмыляться.

— Мя-ха-ха! Девичьи смякретики?

— Можешь всё рмяссказать нам, Силь! Если тебе это поможет, можешь подменить меня в уборке, мя!

Хлоя вцепилась мне в спину, в то время как Аня начала тянуть меня за щёки.

Повседневная жизнь, лучше которой и желать нельзя. Нечто незаменимое. Но когда-нибудь всё это исчезнет. Мир смертных безжалостен. Время пролетит в одно мгновение. Мне прекрасно это известно.

И когда-нибудь, которого я так боюсь, может наступить гораздо раньше, чем я ожидаю. Когда я это осознала, собраться уже не могла. В груди начало болеть. Для этого, наверное, очень поздно, но я узнала вещь, которую никогда не хотела признавать. Зато теперь ничто меня не останавливает.

Когда способ достижения моей цели успел стать моей целью?

Когда ложь, которая хранится в моём сердце, начала причинять мне боль?

Чего я на самом деле желаю?

Я знаю, за кем он следит и за кем гонится.

Я прекрасно понимаю, чего хотят эти красные глаза.

Я уже поняла, кого он желает.

Но свои чувства я уже не в силах удержать.

Хочу знать. Хочу знать. Хочу знать.

Они настоящие?

Это я?

Я могу такой быть?

Могу избавиться от божественных уз?

Любовью это быть не может. Вот что я хочу доказать.

Да.

И именно поэтому.

Мне придётся набраться смелости.

Мне придётся поддаться импульсам, чтобы доказать, что я была права.

Даже если моя решимость идёт вразрез с божественной волей, я обязана попытаться.

Я поднялась по длинной лестнице. Открыла величественную дверь и вошла в зал.

Мне была позволена встреча с одинокой королевой, восседающей на своём троне, с богиней, на всё взирающей с улыбкой. Как бы это ни было глупо, как бы это ни было жалко, я решила выступить против существа, воле которого нельзя противиться.

Я пришла к богине с предложением.

Люди это перезалив главы с ranobehub переводчики это команда japit comics

----------

Глава 1. Неожиданное любовное письмо

Я ощутил запах бумаги, запах книг, подобных тем, которые я так любил будучи ребёнком.

[[image:/storage/reader-images/279968ca3f0f35bd41462cd32cefc39139ead15f.jpg]]
— Кажется где-то здесь

Сейчас я стою перед прибранными книжными шкафами в нашем доме, Поместье Домашнего Очага.

Комнату с выходящими во двор окнами заполняют ряды книг, раньше принадлежавших Пастве Аполлона. Библиотека и её содержимое достались нам вместе с поместьем в качестве трофея с «Битвы».

Обширная коллекция была собрана Аполлоном и его последователями, поэтому поначалу я сомневался, можно ли мне читать эти книги. Но Дафна мне сказала: «Читай что тебе нравится. Ты выиграл всё это в честной битве. К тому же, раз никто даже не подумал взять их с собой, значит все они теперь ваши». Боженька сказала, что книги не любят одиноко пылиться на полке, так что, когда у меня появляется свободное время, я прихожу сюда, чтобы почитать.

Мы с Харухиме пользуемся библиотекой довольно часто. Боженька тоже сюда заглядывает, но это скорее, потому что ей нравятся все развлечения, которые способен предложить мир смертных, а не сами книги. Время от времени я и сам пополняю коллекцию, когда какая-нибудь книга привлекает мой интерес, так что шкафы заставлены довольно плотно. Вскоре надо будет задуматься о покупке нового шкафа.

Среди лабиринта шкафов я сейчас ищу определённую книгу.

— Вот она.

Я приметил её на верху шкафа, на полках которого стоят истории о героях. Крупный том оказался в моих руках.

— «Оратория Подземелья»…

Хроники Орарио. Собрание городских легенд и описаний подвигов множества великих героев. Я распахнул книгу, которую в детстве считал своей библией. Перелистывая страницы, я добрался до последней главы.

— Герой Альберт...

Легендарный герой, известный своей несравненной силой. Многие считают его величайшим среди когда-либо живших в мире смертных, человеком, о подвигах которого сложено немало историй, не только в Оратории Подземелья. Посмотрев на картинку, на которой он вместе с духом бросается на гигантского монстра с одним лишь мечом в руках, я вспомнил события того дня.

…Ты тоже пришла, чтобы посетить чью-то могилу?

Утро после Эллегии, чествования павших героев и авантюристов, когда я встретил Айз на Кладбище Авантюристов. Она оставила цветы у чёрного монумента, возведённого в честь древних героев, перед надгробным камнем, посвящённым герою Альберту.

— Валленштайн… Вальдштейн.

Альберт Великий известен под множеством псевдонимов и один из них Вальдштейн – король наёмников.

В древние времена тех, кто изучает лабиринт называли наёмниками. По сути, король наёмников – это король авантюристов. Принцесса Меча возложила цветы на могиле короля наёмников…

Не могу не заподозрить наличие связи между сильнейшим героем древности и сильнейшей авантюристкой этого поколения.

Имя Вальдштейн… Кажется его нет в Оратории Подземелья.

Я перелистал страницы, но упоминаний о короле наёмников не нашёл.

Это копия Оратории Подземелья. Оригинал был написан тысячу лет назад и множество раз переписывался. Однако, это издание официальное.

О Вальдштейне мне известно только потому, что в книге, которую я читал, когда был ребёнком, в той версии, которую для меня написал дедушка, значилось это имя.

Скорее всего это ненадёжная зацепка, может имя Вальдштейн породило воображение моего дедушки.

Но…

…Почему-то мне не кажется, что Дедуля его выдумал.

Каковы шансы на то, что выдуманные им истории являются идеальным воплощением настоящей истории Орарио? Может ли это быть простым совпадением?

Впрочем, полагаться мне остаётся только на свои инстинкты.

Айз – потомок героя?..

Для тех, кто её знает, такое заключение не станет удивительным. Совсем наоборот, покажется очень даже логичным. Девушка, известная, как сильнейшая воительница Орарио, может действительно быть связана с героями прошлого.

Хотя что-то кажется мне подозрительным. Но я не могу понять, что именно.

Выражение, которое я увидел на её лице тем утром, когда она возлагала цветы на могилу Альберта, не казалось мне похожим на возложение цветов для далёкого предка.

Что за сомнения в моей голове? Какой ответ я хочу найти?

А ещё то, как Альберт встретил конец…

Путь, который он прошёл в легенде, величайшее свершение короля наёмников…

— Кто-то у дверей?..

Мои мысли были прерваны звонком в дверь.

Кто-то был у наших дверей.

Я выглянул в окно библиотеки, вовремя, чтобы услышать «Ип!» и увидеть, как Харухиме в панике размахивает хвостом. Судя по всему, она занята стиркой, так что я захлопнул книгу и пошёл к входной двери. Пробегая через коридор, окна которого выходили во двор, я крикнул: «Я посмотрю кто там!» - и помахал Харухиме.

Лили и остальные тоже были дома, но я добрался до дверей первым.

— Один момент, — крикнул я, услышав ещё один звонок в дверь.

Я открыл дверь.

— …

На секунду мои глаза распахнулись, я не знал, что сказать.

За дверь оказалась красивая девушка, которая мне незнакома.

Длинные, зачёсанные на правую сторону лица волосы казались пепельными, словно кто-то намеренно вытянул из них все краски. Левый глаз был чёрным, будто его наполняла тьма. Но даже это не могло отвлечь от её красоты. Её платье было чёрным, в тон левому глазу и очень закрытым. Этот наряд делал её похожей на ведьму.

Девушка была человеком, чуть старше меня, хоть роста мы были примерно одинакового. Прикрытое чёлкой лицо не выражало никаких заметных эмоций.

Что… что это за чувство?

Её взгляд был ледяным. Я бы даже назвал его враждебным…

— Белл Кранелл.

— Д-да?.. Ммм… вы меня знаете? — спросил я, удивлённый, что меня назвала по имени девушка, которая мне незнакома.

— Любой, кто живёт в Орарио, не мог не слышать имени человека, побившего все рекорды, как бы этого имени слышать не хотелось. Вам стоит хотя бы получить представление о той оглушительной славе, которая вас окружает. Придурковатое выражение вашего лица относительно этого факта вызывает исключительно раздражение, — обрушилась на меня девушка.

— Ай?!

Мой шок только усилился после того, как она мне на него указала.

Мы буквально встретились только что, а она уже отчитала меня и уничтожила взглядом, как будто я какой-нибудь жалкий кролик!

Я ещё никогда таких девушек не встречал!..

Пока я пытался собраться с мыслями, она отвела взгляд и тихонько пробормотала:

— …Если бы только тебя никогда не было.

А?

Я на мгновение лишился дара речи, но она снова посмотрела на меня, будто ничего не случилось.

— Вот.

— П-письмо?

— От важного человека, адресовано лично вам. Будьте любезны его прочесть.

Доставив сообщение, она развернулась на каблуках и начала удаляться, шурша полами длинного платья по земле. Я ощутил, как по спине пробежал холодок, когда смотрел ей вслед. Само её существование сказало мне о том, что, если бы наш разговор продлился чуточку дольше, она могла бы совершить что-то жестокое. К счастью, сказав пару фраз и оставив мне письмо, она удалилась.

Я продолжал смотреть ей вслед, пока она не скрылась за вратами поместья.

— Кто это был? — спросил раздавшийся за моей спиной голос.

— Хвах?!

Обернувшись, я увидел Вельфа, стоявшего за моей спиной как ни в чём ни бывало.

— Очередной любовное письмо, да?! Как я устала от этих глупостей!

— Л-любовное послание?! Его доставили, лично ступив на порог нашего дома?! Беллу-сама?! А-а-а-а!..

— Успокойтесь, Харухиме-сама! Ещё неизвестно любовное ли это письмо!

Стоп, Лили, Харухиме… даже Микото?! Когда они успели?!

И хватит говорить о любовных письмах!

— Как долго вы здесь стоите?!

— Примерно со слов: «Убей себя бесхребетный, невоспитанный гоблин!» — заявила Лили, блеснув глазами.

— Она так сурово не говорила! — взвизгнул в ответ на её критичное замечание я.

— Ну, если без шуток, нам показалось, что эта девушка слегка страннее, чем твои обычные посетительницы, и мы пришли узнать, что происходит, — добавил Вельф.

— Она вас совсем заворожила, понятно почему вы нас не заметили, — добавила Микото.

— У вас по затылку капли пота катились… — заметила Харухиме.

Наверное, они прятались в коридоре и слушали разговор.

Харухиме достала платок и принялась вытирать мою вспотевшую шею. Когда я начал краснеть, Лили ударила Харухиме по голени. Когда девушка-ренарт взвизгнула, Лили меня ущипнула.

— Что вообще вас связывает с этой женщиной?! Когда вы привлекли её внимание?!

— В каком смысле что связывает?! Я понятия не имею, что происходит! Я её раньше не видел! - Совершенно растерявшись, я выпалил правду.

Услышав мои слова, Лили нахмурилась.

— Она из Паствы Фреи.

— А… П-Паства Фреи?!

Этого я никак не ожидал услышать.

Она из Паствы, которая соперничает с Паствой Айз за звание первой?!

— Представительница богини, Хьёрн. Та, кому позволено оставаться при Фрее не будучи простой служанкой, она одна из главных. Обычно она находится в Вавиле, в снимаемых Паствой Фреи покоях, и служит её руками и ногами, как и её богиня она редко выходит наружу… — объяснила Лили.

— Т-ты в этом уверена?

— Об этом говорит эмблема на её одежде, и под описание она подходит, — сказал Вельф.

Пепельные волосы и наряд, совпадают со слухами о посланнице богини.

Несколько раз моргнув я вдруг осознал…

— Вы сказали, её зовут Хьёрн? А фамилия?..

— У неё нет фамилии. Так говорится в слухах. И прозвища нет.

— Что?

— Фрея отказалась давать ей имя на Денатусе, со словами: «Это дитя никогда никем не станет».

На мгновенье бессмысленные размышления заполнили мой разум. Отказаться давать имя последователю на Денатусе? Наверное, привилегия, доступная только сильнейшим из Паств.

Неужели никто не возмутился? Мне казалось, такое невозможно. Зачастую божества говорят что-то вроде: «Ну не-е-ет, детишкам нужно раздавать прозвища, чтобы они помнили о своём тёмном прошлом», - или другие глупые причины. Короткие и запоминающиеся прозвища получают только авантюристы высокого ранга.

Как по мне, титулы авантюристов – это что-то вроде похвалы со стороны богов за наши достижения. Когда Паства получает известность, авантюристы получают имена за свои самые известные достижения. Это показатель силы Паствы, и зачастую имена прославленных авантюристов сдерживают соперников от необдуманных поступков. Отказ давать второе имя авантюристу…

Паства Фреи считается многими сильнейшей. Возможно, когда ты уже на вершине, мысли о подобных мелочах кажутся глупыми, но всё же…

— Поскольку у неё нет прозвища, авантюристы прозвали её Безымянной.

— Безымянной?

— Да. Не получив титула, она приобрела определённую известность. Уникальная авантюристка высокого ранга.

Это объясняет, почему она так известна, ни в чём себя не проявив.

Высокоуровневая авантюристка Паствы Фреи, не заслужившая титула.

Зачем её отправили доставить мне что-то лично в руки?..

— Почему бы нам не распечатать письмо? Строя предположения из воздуха, мы вряд ли чего-то добьёмся, — предложила Микото.

— О! Точно! Покажите нам что в письме! — поддержала эту идею Лили.

— Ммм, хорошо.

Конверт не был каким-то дорогим, никаких эмблем на нём не было. Впрочем, довольно аккуратно свёрнутая бумага и почерк на конверте создавали впечатление того, что письмо писала девушка. Я нервно его распахнул.

— Может приглашение на Празднество Богов, как в случае с Аполлоном…

— Или ещё она Битва? Не до смеха будет.

— Неужели нам суждено быть атакованными фракцией, которая одолела Иштар?!

— Наклонитесь, сударь Белл! Дайте Лили посмотреть!

Мои друзья не могли скрыть волнения, получив письмо от Паствы Фреи.

Наклонившись, чтобы Лили тоже могла прочесть, я развернул бумагу. Остальные смотрели через моё плечо.

На бумаге изысканным почерком было написано:

Дорогой Белл,

не хотел бы ты пойти со мной на свидание в день Фестиваля Богини?

Силь.

?..

Силь?..

Что?..

Слова в письме развеяли всё напряжение моих товарищей, а меня лишили дара речи.

Лили, всё это время пребывавшая в напряжении, начала дрожать.

— Любовное письмо! — хором объявили четыре голоса.

— А-а-а-а-а-а-а-а?!

— Стойте, Белл получил любовное письмо?!

Позже, тем же вечером боженька сорвалась на крик, когда вернулась со своей подработки и села ужинать.

— От кого?! Кто это был?! Та советница из Гильдии?! Или Кассандра из лавочки Миаха?! Или та амазонка, которая собралась лишить моего Белла невинности?! Или может Валленчто-то-там?!

— Это была Силь-сан из таверны «Щедрая Хозяйка»!

— Из таверны, значит?!

Боженька навалилась на стол, положив подбородок на руки. Настало время ужина, но после всего случившегося аппетита у меня поубавилось…

— Отправить любовное письмо моему Беллу!.. Прямая атака после того, как мы заключили пакт о ненападении! Конечно, она мой враг, но я уважаю её за смелость! Отлично сыграно!

— Всевышняя, даже не знаю о чём ты говоришь…

— Кстати, сначала я собиралась назвать твой нож Кинжалом Любви, — хитро сказала боженька.

— Чего?!

— А это замечание совершенно не к месту! — взорвалась Лили.

Боженька прокашлялась, слегка успокоилась и уставилась на Лили.

— Эй, помощница! Ты же была тут, разве нет? Как ты позволила такой глупой атаке достигнуть цели? Разве ты не должна была присматривать за Беллом?!

— Прошу прощения, Всевышняя Гестия!.. Лили не могла себе представить, что кто-то среди белого дня доставит к нашей двери любовное письмо!.. Авантюристы высокого уровня – непредсказуемые монстры! Мой величайший просчёт!

Я не совсем уверен, но Лили будто в чём-то себя обвиняла.

Кстати, присматривать за мной?.. Если подумать, она и правда довольно сильно меня опекает.

Наверное, мне не доверяют после всех тех слов, которые я наговорил о гаремах. А может это что-то из разряда: «Ты командир Паствы и должен вести себя соответственно»?

Как бы там ни было…

Я бросил взгляд на других людей, сидевших за столом, но все отворачивались.

Приветик?..

— А в-вообще, почему Паства Фреи доставила мне письмо от Силь? Вот что меня беспокоит… — признавать это немного больно, но пора перейти к тому, что действительно меня взволновало.

О свидании можно подумать потом, если честно, я слегка напрягся, когда осознал, что Паства Фреи имеет к этому какое-то отношение.

— Я почти не общалась с Силь-сан, возможно ли, что она член Паствы Фреи?.. — спросила Харухиме.

— Этого не может быть. По ощущению, которое складывается и по тому, как она себя ведёт, понятно, что Фалну она не получала. Она обычный человек, не связанный с богами, — ответил Вельф.

— Может она просто небоевой участник? Не совсем как Харухиме—сама и проститутки из района удовольствий, а посвящённая последовательница? — предположила Микото.

— Мммм, не могу представить, чтобы Силь была последовательницей… — ответил я.

К тому же, если это правда, разве мог бы обычный небоевой член Паствы попросить посланницу богини лично доставить её письмо?

— Мне кажется, нет никакого смысла стоять и гадать. В конце концов, речь идёт о Силь.

— Н-не слишком ли это беспечно, Лили?..

— Подумайте сами. Она из тех, кто способен видеть человека насквозь, и её улыбку может узнать любой. Можете представить себе другого человека, который способен поладить с любым посетителем таверны, будь то горожанин, авантюрист или божество?

Во взгляде Лили была какая-то мрачность, но я не мог не согласиться с её словами, хоть и прозвучали они странно.

Хьёрн почти никогда не показывается на людях, но представив её рядом с Силь… я практически увидел, как они дружелюбно болтают друг с другом…

Наша небольшая компания замолчала и в комнате было слышно только редкое хмыканье.

…Только вот, если я правильно помню…

В голове всплыло воспоминание двухмесячной давности.

Приют на Улице Дедала, в который я попал, проследив за Силь. Когда я столкнулся с варваром в подземном проходе, в который пошёл по просьбе детей, вмешался Вана Фрея… один из сильнейших авантюристов Паствы Фреи.

Если подумать, он как будто всегда охраняет Силь…

—Кстати! Я никогда эту вашу Силь не видела! Ни разу!

Боженька вырвала меня из воспоминаний. Подняв взгляд, я увидел, как она, надувшись скрестила руки на груди.

— Неужели это правда? — озадаченно спросила Лили.

— Да, правда! Ни разу не встречалась с ней на вечеринках из-за работы! Когда в дело замешана эта ваша таверна, мне всегда не везёт! — с необъяснимым чувством гордости заявила всевышняя.

Я ощутил дежавю. Может когда-то у нас уже был подобный разговор. Когда весь город ненавидел меня из-за Ксеносов, кажется, мы посещали «Щедрую Хозяйку», и она говорила, что оказалась там впервые.

— Силь это та девушка, которая кормит Белла своими обедами, да? Я уже давненько думала её навестить и начала подсматривать за её таверной перед тем, как хожу на работу!

— Что это вообще?..

— Но я так и не смогла её найти! Она ни разу не показалась! Наверное, эта Скрытносиль прячется от меня в ужасе!

— Сударыне Силь нет никакого смысла вас бояться, сударыня Гестия. И перестаньте, пожалуйста, вставлять странные слова в имена других людей.

По боженьке было сложно понять, ощущает она злость или гордость, а Лили сидела с усталым выражением на лице. Я же с неловкой улыбкой переводил взгляд с одной на вторую и обратно.

Если подумать, Силь – единственная девушка из таверны, которую боженька не встречала. Лю она встретила, когда та помогала нам выбраться с восемнадцатого этажа, а Аню и остальных, когда обратилась за помощью, чтобы спасти нас в экспедиции. Наверное, просто приходила в неудачное время?

Задумавшись, я вспомнил ещё одну вещь, которая вызвала у меня вопрос.

— Что это за Фестиваль Богинь?.. — спросил я.

— А, точно. Раз ты не знал о Элегии, значит и о нём мог ничего не слышать, — сказал Вельф. — Фестиваль Богинь и Элегия – два крупнейших празднества.

— Что это значит?

— Элегия погружает город в грусть, и, чтобы облегчить настроение, проводится второй фестиваль, — проговорила Лили.

— Фестиваль Богинь – это праздник урожая, крупное празднование.

— А почему он называется Фестивалем Богинь?..

— Он чествует божеств, дарующих нам щедрый урожай. В основном это богини плодородия.

В Орарио наступила осень. Шесть месяцев прошло с тех пор, как я оказался в городе. Принесённая весной зелень и летнее солнце проходят, настала пора сбора урожая. Фестиваль Богинь начинается, когда божества, ответственные за сбор урожая, объявляют о его открытии, и город может сполна насладиться сезоном плодородия. Праздник урожая проводился и в деревне, в которой я рос.

— Я слышала о празднестве только от сестёр по борделю и посетителей, но мне никогда не приходилось принимать участие. Говорят, в городе становится очень оживлённо. Людей угощают сладкими фруктами, — улыбнулась Харухиме.

— Так и есть. Это чудесный праздник. В те два года, что я провела в Орарио вместе с Такемиказучи-ками, это было очень ярким событием и было похожим на островной фестиваль.

Сегодня я помогал Микото готовить ужин, потому что была наша очередь, и рецепт своего мисо-супа она придумала во время одного из празднований.

Если подумать, то проведение после чествования павших и воспоминаний о прошлом праздника радости, щедрого урожая и надежды на будущее – очень умная мысль. Сразу понятно, почему городские жители называют эти праздники самыми главными. И это многое объясняет.

— Фестиваль священной ночи, Монстромания, Великий День и месяц богов… в Орарио немало крупных дат, но самыми известными являются Элегия и Фестиваль Богинь, — сказала Лили, пересчитывая события на своих небольших пальчиках.

Узнав об этом больше, я уже начал предвкушать Фестиваль Богинь, до которого осталось всего шесть дней. Сущая мелочь отделяет его от прошедшей Элегии. Мне не терпится увидеть празднование своими глазами.

Но, чтобы сполна насладиться праздником, мне нужно разобраться с пришедшим мне письмом, но…

— …Что ты собираешься делать, Белл? Я имею в виду это приглашение… — взволнованно спросила боженька.

На мгновенье я замолчал и, хоть за обеденным столом для этого совершенно не место, вытащил письмо. Короткое приглашение, неожиданно резкое. Мне никогда не доводилось видеть почерк Силь, но он кажется почти сверхъестественным. Из тех ли она людей, кто может сказать: «Я написала «свидание» в письме, но по правде говоря хотела, чтобы ты сходил со мной закупиться продуктами для таверны»? Их тех, кто просто собирался попросить меня о помощи?

Она всегда была доброй, и совсем немного озорной. Может это письмо просто способ снова меня подразнить?..

…Нет, это очень вряд ли.

Если бы она хотела пошутить, дождалась бы, когда я в очередной раз приду в таверну. Она всегда так делала. Её чувства становятся очевидны, потому что она решила написать короткое письмо, не прибегая к сложным оборотам и изысканным формулировкам.

Понятия не имею, почему это письмо было доставлено авантюристкой Паствы Фреи, но написано оно явно не для шутки.

— Ммм…

Я ощутил, как начинают пылать мои щёки. Я начал краснеть.

«Ваааааааааааааааааай! Белл краснеееееееееет?! Чёрт подери! Надо было раньше рассказать ему о фестивале!»

Гестия не сводила взгляда с лица парня, про себя сорвавшись на крик. Чуть раньше она думала: «Столько всего случилось во время Элегии. Может стоит немного подождать, прежде чем приглашать его на свидание; надо подзаработать чтобы провести это свидание роскошно…»

А теперь богиня винила себя за нерасторопность.

«Сударь Белл думает пойти?! Но Лили собиралась чем-нибудь с ним заняться, чтобы сударыня Гестия не путалась под ногами!»

Бросив на Белла взгляд, Лили схватилась за голову. Главный стратег Паствы собиралась умело подобрать время, чтобы избавиться от соперницы в лице богини.

«Пройтись по фестивалю во время праздника, а потом уединиться и шептать друг другу сладкие мелочи до самой ночи о оказаться в одной постели… Ааааааааааааа! У Белла-сама и Силь-сан появятся дети?!»

Харухиме смутилась, бросив взгляд на лицо парня. Айша вложила в голову бывшей проститутки немало запретных знаний, и девушка-ренарт очень многое себе представила с участием Силь.

«Надо последовать примеру Силь-сан и добиться Такемиказучи-ками!..»

«Надо бы пригласить Гефест… Хотя нет, для исполнения главной цели ещё слишком рано. Не время сейчас о любви думать…»

Микото и Вельф погрузились совсем в другие размышления.

Силь заставила их задуматься о божествах, которых они любят, отчего никто не заметил бормотания богини и двух других девушек.

Одного-единственного письма от звезды таверны оказалось достаточно, чтобы погрузить Паству Гестии в полнейший хаос.

— …Для начала, я встречусь завтра с Силь, чтобы с ней поговорить, - почесав раскрасневшуюся щёку, Белл объявил о своём решении.

—Чего?! Ты пригласила мальчишку-авантюриста на Фестиваль Богинь?! — удивлённый голос разнёсся из «Щедрой Хозяйки» по всей улице.

— Тс-с-с-с. Ты слишком громко кричишь, Руноа. Разбудишь Мей и остальных, — Силь приложила палец к губам, пытаясь заставить Руноа быть тише.

Уже наступила ночь. Таверна закрылась и работницы готовились расходиться по своим комнатам. Силь, Руноа, Аня, Хлоя и Лю снимали зелёную униформу. Остальные работницы уже покинули заведение и погрузились в глубокий сон после дня выматывающего труда.

— А?! Когдмя это? КМЯК?!

— Должно быть, Силь назначила тому авантюристу свидание, тупая кошка!

— МЯ?! Ты нмяконец решилась! Да ещё и приглмясила его на Фестиваль Богинь? Кмяк серьёзно ты настроена! А-а-а-а-а попка моего маленького мялчика в опасности!

Аня, Руноа и Хлоя выглядели уставшими, после работы, но подобная новость не могла не привести их в беспокойное состояние. Сильнее всех была взбудоражена Хлоя. Она начала тяжело дышать и размахивать руками и хвостом.

Силь прикрыла грудь снятым с униформы фартуком. Её взгляд был безжалостным, когда она потянула Хлою за хвост.

— …

Хлоя взвизгнула и прыгнула в угол комнаты, схватившись руками за хвост. Лю молча расстёгивала униформу. В отличие от своих коллег, она не была взбудоражена. Небесно-голубые глаза открылись чуть шире, когда она посмотрела на девушку с пепельными волосами.

— …С-Силь… когда ты его пригласила? — напряжённо спросила Лю.

— Передала письмо одной своей знакомой… и это письмо доставили в дом его Паствы, — Силь улыбнулась, чтобы скрыть лёгкое смущение.

Лю обнаружила что не может подобрать слов. Силь сказала ей об этом заранее, так что эльфийка знала о том, что случится, но, когда Силь наконец позвала парня на свидание, Лю оказалась поражена гораздо сильнее, чем себе представляла.

— Отправила кого-то с письмом? Очень на тебя не похоже, Силь! — Аня подскочила к Силь, и её на удивление крупная грудь чуть не выскочила из топа.

— Почему сама не отнесла это письмо? — спросила Руноа, откинув в сторону снятые чулки.

— Вообще-то… — Силь распустила волосы, перед тем как договорить. Она улыбнулась и ответила. — Если бы мы встретились, и я что-то ему сказала, он бы подумал, что я дразню его, как обычно… Не думаю, что у нас вышло бы настоящее свидание.

Она поделилась с подругами настоящими ощущениями. Улыбка на лице Силь была гораздо невиннее и красивее чем любая, какую её коллеги видели раньше. Осознав серьёзность намерений девушки из смущённого ответа, Аня и Руноа переглянулись. Их губы тут же расплылись в улыбках.

— Мя-ха! Понятно!

— Решилась признаться всерьёз, да? Тогда я сделаю всё, чтобы тебя поддержать!

— Спасибо вам, Аня, Руноа. На этот случай у меня уже есть просьба. Если Белл придёт в таверну, не могли бы вы говорить, что меня нет на работе? Если я сейчас с ним встречусь…

— Можешь не бесмякоиться! Мя его вышвырну! Скажу, что тмяверна закрыта для прохвостов и выброшу куда подальше!

— Глупости говоришь, тупая кошка.

Девушки наперебой обещали поддержать Силь, первой была Аня, гордо поднявшая кулак в честь своего заявления. Силь улыбнулась, когда Руноа похлопала её по спине.

— …

Лю не могла шевельнуться. Улыбка Силь и её смущение потрясли эльфийку.

Хлоя была единственной, кто это заметил.

— …И ты не возражаешь, если всё вот так закончится? — Обычный шутливый тон кошкодевушки бесследно исчез.

Лю дёрнулась от удивления.

— Я-я… — Она несколько раз открыла и закрыла рот, словно пытаясь подобрать слова. — …Глупый вопрос. Белл всё это время нравился Силь. Я знаю об этом и поддерживаю её. Белл подходит Силь… а Силь подходит Беллу.

Слова давались эльфийке гораздо тяжелее обычного, словно она страдала от какой-то внутренней дилеммы.

Голос Лю выдал эмоции, бурлившие в её сердце.

— «Белл», значит… — пробормотала Хлоя.

То, как Лю обращалась к парню, изменилось.

Хлоя прикрыла глаза, а когда открыла их, вернулась к своей обычной игривости.

— Что же, не пожмялей о выборе, который ты сделмяешь, каким бы он ни был, — сказала она, махнув рукой, и, закончив переодеваться, вышла из комнаты.

Лю долгое время смотрела в пол.

— …

Силь заметила плачевное состояние Лю, но тихонько отвернулась, ничего не сказав.

Даже погружаясь во тьму, Орарио никогда не спит. Совсем недавно настроение в городе изменилось.

Причиной была Элегия.

Возвращаться к обычной праздной жизни после чествования павших героев и подношений мемориалам считается плохим вкусом.

Потому, некоторое время после Элегии, обычно до второго из крупных праздников, Фестиваля Богинь, в городе гораздо тише, чем обычно. Дело не в том, что Гильдия или какая-то другая управляющая организация наложила ограничения. Жители города лабиринта ведут себя так естественным образом.

Авантюристы, вернувшиеся из подземелья в это время года, предпочитают выпивать в тишине: одни, потому что не хотят нарушать царящей в городе атмосферы, другие, потому что ценят редкие моменты затишья, какими бы балагурами они ни были. В конце концов, больше всего времени с теми, кто отправился на небеса, раньше проводили именно они.

Разумеется, в любом правиле бывают исключения, но даже для Паствы Ганеша, поддерживающей в городе порядок, наступили тихие моменты.

Обычно затмеваемые светом ламп звёзды ярко сияли в ночном небе, а луна смотрела на спокойный город со своей высоты.

В это же время…

— Я всех вас собрал на экстренное собрание.

Для этой группы авантюристов общая атмосфера в городе будто бы ничего не значила. Все они были предельно серьёзны, оказавшись в одном месте. Они переговаривались тихими, напряжёнными голосами.

Пятый район города, рядом с центральной частью городского района.

От общей оживлённости и шумной суеты это место отделяла огромная стена. Фольквангр – дом Паствы Фреи, сильнейшей фракции города.

Огромное поместье возвышается в центре просторного поля. В одной из комнат стоит круглый стол, за которым командир Паствы, Оттар, вызвал сильнейших авантюристов на встречу.

— Что на этот раз, Оттар? Лучше бы это не было какой-нибудь глупостью, как в прошлый раз, — сидящий за столом коточеловек одарил Оттара пронзительным взглядом.

Низкий рост в сто шестьдесят сантиметров и хилое телосложение нисколько не мешали ему излучать необъяснимую силу, а взгляд выдавал в нём опытного авантюриста. Каждое движение коточеловека излучало агрессию. Аллен Фромель, известный большинству как Вана Фрея. Несмотря на положение второго в Пастве авантюриста, он не скрывал враждебности в речи и жестах, даже при обращении к Оттару.

— Ты мрачнее обычного, Оттар.

— Значит у тебя была какая-то действенная причина, чтобы всех нас собрать?

— Собираешься наконец свести старые счёты с Паствой Локи?

— Или наша богиня снова пожелала чего-то необычного?

Четыре одинаковых голоса принадлежали четверым одинаковым полуросликам. Несмотря на то, что они происходят из так называемой слабейшей расы, все они достигли пятого уровня. В Орарио они известны, как братья Гулливеры. Боги же даровали Альфрику, Двалину, Берлингу и Грегу звание Бирнгара, на многих авантюристов они наводят ужас.

— Хе-хе… Близится Фестиваль Богинь. Пир благополучия почти приплыл к нам в руки. Уж в этом году мы обратим празднества в кровавый вихрь и побоище… Ревите небеса, содрогайся земля, ибо я встану на страже госпожи. Кух-кух-кух!..

Напротив братьев Гулливеров сидел представитель расы, даже для Орарио кажущейся таинственной и легендарной, тёмный эльф. От кожи цвета эбонита и белых волос словно расползлось фиолетовое свечение, а под прикрывающими правый глаз прядями волос показалась улыбка, из-за которой боги прозвали его Больным Психопатом.

— Помолчи, Хегни. Только наше время зря тратишь.

Светлый эльф, которого можно было бы назвать примером для всего эльфийского народа, прервал хохот тёмного собрата. Несмотря на принадлежность к одному виду, их внешность была противоположна. Светлые волосы эльфа были длиннее, чем у большинства женщин, а кожа была бледной и мягкой. За линзами очков, придававших эльфу вид собранного интеллектуала, находились глаза насыщенного кораллового цвета. Он был благословлён красотой, которую даже божества сочли бы более чем достойной.

Хегни Рагнар и Хедин Серланд. Хоть никто из них того не желает, их часто принимают за пару, и каждый из них магический мечник несравненной мощи.

Оглядев присутствующих авантюристов первого ранга своей Паствы, Оттар мрачно перешёл к теме разговора:

— Я собрал вас из-за леди Силь, ни больше и ни меньше. Она собралась пойти на свидание с Беллом Кранеллом.

Указывать на то, что Оттар при всей своей серьёзности мрачно произнёс слово «свидание» никто не стал. Скорее наоборот, некоторые из присутствующих за столом подскочили со своих мест. Мелкие братья полурослики даже запрыгнули на стулья.

— Что это значит Оттар?

— Леди Силь и кролик?

— Это какая-то чушь.

— Объяснись!

— От Хьёрн пришёл доклад. Та, за кем мы наблюдаем, леди Силь, его пригласила. Они проведут Фестиваль Богинь вдвоём. Более того, это серьёзное приглашение, а не какая-то шутка.

Оттар говорил с присущей ему суровостью.

Лица полуросликов перекосило от удивления:

— Ч-чего?..

— Это правда?

— Весь Фестиваль Богинь?

— Стойте. А как же охрана?

— Естественно, мы поделимся на две группы, — ответил Оттар четверым братьям.

После этих слов всем стало ясно, зачем их вызвали этим вечером.

— Сейчас мы распределим обязанности на время Фестиваля Богинь… кто будет охранять богиню, а кто девушку.

Когда цель встречи стала ясна, первым голос подал Хегни:

— Наша госпожа повелевает изобилием и плодородием, и править величайшим городом самая подходящая для неё участь… а потому девчонке суждено быть задвинутой на вторые роли… Однако, я так полагаю есть стратегия, которая позволит нам прийти к решению, которое не вызовет раздор… Кух-кух-кух.

— Ты что несёшь, тупица?

— Говори нормальным языком, чтобы все поняли, тупица.

— Тупой дёрганый эльф.

— Хедин, переводи нам. Это же твоя обязанность?

— Я этому придурку не нянька, — ответил ледяным тоном светлый эльф.

— Да просто переведи! — хором откликнулось четыре голоса.

Хедин тяжело вздохнул, и перевёл взгляд на сидящего рядом тёмного эльфа.

— Да прервётся цепь бесконечных страданий, и пусть кролик будет преподнесён в жертву богам!..

— Он сказал: «Почему бы нам не убить Белла Кранелла и со всем покончить»?

— Он что тупой?! Мы сами тебя прикончим! — братья Гулливеры едва не накинулись на тёмного эльфа, получив перевод его слов.

— Белл Кранелл – добыча всевышней Фреи! Нам нельзя делать с ним, что нам вздумается!

— И да, мы понимаем твои чувства!

— Порой нам и самим хотелось тайно с ним разобраться!

— Но, если он умрёт, всевышняя Фрея будет расстроена!

Полурослики, ценившие свою покровительницу превыше всего остального, засыпали Хегни недовольными возгласами. В порыве злости один из братьев высказал жестокую правду.

— Если Белл Кранелл умрёт, скорее всего всевышняя Фрея последует на небеса за его душой!

— А?! Н-не может быть. Этого я не хочу… Ч-ч-ч-ч-что же нам тогда делать?! — получив такой удар, Хегни переключился со своего величественного тона на неловкое бормотание.

— А теперь ты нормальным стал, бесхребетный эльф!!! — ответило четыре голоса.

Паства Фреи, сильнейшая фракция Орарио, которую многие боятся. Поскольку каждый из них обладает непоколебимой верой в свою покровительницу, авантюристы теряют спокойствие, когда дело касается её благополучия.

Встреча превратилась в шумный и крикливый фарс. Оттар растерялся, не зная, как вернуться к насущной теме и продолжить обсуждение. Хедин снова тяжело вздохнул.

— …Пустая трата времени, — сказал Аллен, поднимаясь.

Пресытившись криками и проблемами, вызванными желанием одной девушки, он пошёл к выходу из зала.

— Стой, Аллен, мы ещё не решили…

— Не о чём тут говорить. Я охраняю девушку. Остальное выясняйте межу собой, — он открыл дверь, чтобы уйти. — Опять ненужные проблемы.

Братья Гулливеры раздражённо фыркнули, после того как коточеловек ушёл. Хегни обеспокоенно озирался.

Оттар прикрыл глаза, словно пытаясь вызвать всеобщее молчание.

Лишь один авантюрист, светлый эльф, молча погрузился в размышления.

Люди это перезалив главы с ranobehub переводчики это команда japit comics

----------

Монолог 1

[[image:/storage/reader-images/b24fcb03150117e00d7d5e3e1534466b49d56ad0.jpg]]
Когда мы остались наедине, во время аудиенции в тот день, мы с богиней заключили сделку.

Тайное соглашение, одновременно вызов и договор.

Я раскрыла истину, таившуюся в моём сердце.

…Я тоже пришла к любви к нему.

…Я пришла к любви к этому мальчику из-за твоих эмоций.

Моё признание вызвало удивление, которого богиня никогда не показывала на своём лице.

— Это неожиданно.

— Вот значит как.

Пробормотала она, получив моё признание.

Добившись от неё понимания, я высказала своё предложение.

Я с самого начала была пустышкой. Я прекрасно понимаю, что я всего лишь её инструмент. Но я попросила её, возможно ли даровать мне всего лишь день во время праздника урожая.

…Я хочу провести с ним свидание и увидеть, кто из нас завоюет его сердце. Честное состязание – это всё, чего я желаю, Миледи.

…Дадите ли вы мне возможность?

Бесстыдно. Высокомерно.

Я прекрасно знаю, но сдаваться просто так я отказываюсь. Отступать некуда. Если эта возможность ускользнёт из моих рук, я буду сожалеть об этом до конца моей жизни. Капля пота покатилась по моей щеке, но я не отвела глаз.

Услышав мою просьбу, богиня замолчала. Она задумалась, продолжая сидеть на своём троне.

Она не знает. Даже не догадывается о моём плане. И о предательстве, которое я задумала. Пусть так, пусть это всего лишь глупая мечта, которой я не заслуживаю, я отчаянно желаю исполнения безумного желания…

Достигла ли её моя мольба?

Она ответила, что примет мою просьбу с одним условием.

…Если твоё притворство будет раскрыто, ты проиграла.

…После этого тебе будет запрещено хоть как-то с ним связываться.

…И тебе больше никогда не будет позволено с ним встречаться.

Это было неизбежно. Мне остаётся только согласиться.

Я сказала, что принимаю её требования.

— Тогда постарайся.

Богиня улыбнулась. Её глаза вызывающе прищурились.

— Я тоже буду наслаждаться пиршеством, как мне заблагорассудится.

Естественно, в ответ я могла только кивнуть.

Честная игра.

Поскольку я её предложила, не мне брать своё слово назад, хоть и придётся играть по правилам богини, которой нельзя противоречить.

Стрелки на часах уже пришли в движение. А в моём сердце осталась всего одна мысль.

Пожалуйста, пусть моё желание воплотится…

Люди это перезалив главы с ranobehub переводчики это команда japit comics

----------

Глава 2. Наполненный болью и слезами канун фестиваля

[[image:/storage/reader-images/ad6645fd0d9b5f7bdc674ea980516375dc7e41eb.jpg]]
Наступило очередное осеннее утро. В это время года начинает чувствоваться, что солнце выкатывается из-за горизонта позже с каждым днём.

Я вышел из дома и отправился в «Щедрую Хозяйку», чтобы напрямую спросить Силь о вчерашнем письме.

— Всё же, я даже не знаю с чего начать... — пробормотал я, шагая по почти пустынной улице.

Что она имела в виду под свиданием? Не простую прогулку, а настоящее свидание? Она не собирается меня разыграть?

У меня не получится её об этом спросить, задать вопрос напрямую. И почему-то у меня сложилось впечатление, что даже задавать его не стоит.

Мне было бы гораздо спокойнее, если бы это всё оказалось простым недопониманием, если бы она просто сказала: «Что? Глупый Белл, как ты возбудился от простого слова «свидание». Прости, что я тебя смутила. Не думала, что ты такой ребёнок. Как это миленько».

…Хотя, если подумать, по-своему это было бы больно.

Всё ещё не представляя, что мне делать, я посмотрел на письмо, которое держал в правой руке. Не могу не задаваться вопросом, почему она сообщила мне именно письмом, и это вызывает у меня странное волнение. Если именно этого она и добивалась… даже не знаю, смогу ли я хоть когда-нибудь стать достойным Силь.

Я бы никогда так себя не почувствовал, если бы она заговорила об этом во время одного из наших разговоров в таверне. Кажется, подобное ощущение я испытал, когда мы впервые встретились, когда она потребовала, чтобы я дал слово, что снова к ней приду. Вроде бы тогда я улыбнулся и пообещал вернуться, хоть это обещание и казалось мне нечестным.

— …Шесть месяцев прошло, да?..

Я остановился посреди улицы, посмотрев на поднимающийся к небу Вавил. Моя первая встреча с Силь состоялась в подобное утро. Только чуть раньше. Тогда весеннее солнце едва успело выглянуть из-за городской стены. Сейчас же в воздухе уже начинает ощущаться прохлада, а меня окутывают лучи прохладного осеннего солнца.

С того момента… как сильно мы успели измениться?

— …Как бы там ни было, я с ней встречусь. Нет никакого смысла об этом думать!

Копаться в своих мыслях совсем не в моём стиле. Я потряс головой и сжал кулаки.

Точно, пустая задержка мне услуги не сделает. Нужно набраться храбрости и идти вперёд, как подобает авантюристу. Мне нравится думать, что с того времени я стал в этом хоть немного лучше.

Кивнув, я бросился бежать по улице, оставив сомнения позади. Я нёсся к Западной Главной Улице, туда, где расположена «Щедрая Хозяйка».

— …Мгм?!

Пока кто-то меня не поймал.

Рука возникла из тёмного переулка прямо передо мной, закрыла мне рот и затащила в тень.

Я не могу вырваться!

Я вздрогнул, осознав, что несмотря на характеристики четвёртого уровня, я совершенно беспомощен перед этой тонкой рукой. Никто даже не заметил моей неожиданной пропажи, меня утаскивало всё глубже в тёмный переулок.

Казалось, я двигаюсь в несколько раз быстрей обычного, рука за голову подняла меня в воздух… эй, больно же! Казалось, лицо и шея в любое мгновение сломаются!

Я не мог даже закричать, потому что мой рот был плотно зажат. После нескольких десятков безмолвных криков меня наконец швырнуло на землю в безлюдном переулке.

— Гах! Ч-что?!

Голова кружилась, когда я сел на землю. Подняв взгляд, я забыл всё, что вообще хотел произнести.

Похититель (?) лично навис надо мной.

Он был одет в чёрную боевую экипировку, скрывающую всё тело, цветом отличалась только белая ткань, повязанная на манер пояса и белый плащ на спине, расшитые золотыми нитями. Подобный наряд куда больше подошёл бы магу, или даже готовому к праздничной службе священнику, чем громиле-авантюристу. Его конечности были невообразимо тонкими. Сложно поверить, что он обезвредил меня одной рукой.

В глаза мне бросились длинные уши, выглядывающие из-за длинных светлых волос. Лицо с идеальными пропорциями интеллигентного вида. Передо мной, безусловно, стоял эльф.

— В-вы что?!

Я чуть не закричал, мой рот дрожал, как у безумца, а он спокойно поправил очки, не сводя с меня пристального взгляда.

— Не поднимай шума. Если закричишь, я тебе глотку вырву.

Глотку?!

Я побледнел, осознав, что это не какая-то пустая угроза. Он на это способен.

Я начал дрожать, как загнанный в угол кролик.

— Я забираю тебя с собой. Права на отказ у тебя нет, — коротко сказал он.

Я не знал, что ему ответить, оказавшись в том положении, в котором я оказался.

И это вполне естественная реакция, учитывая, что сейчас передо мной один из сильнейших авантюристов Орарио.

Даже мне знакомо его лицо

— Х-Хедин Серланд…

Также известный как Хильдслейф, один из авантюристов первого ранга Паствы Фреи!

Я был похищен… точнее, перенесён со скоростью, которой нормальному человеку никогда не развить, в место, которое располагалось на удивление близко к нынешнему дому Паствы Гестии.

Мы оказались в шестом районе, юго-западной части города.

Точнее, сейчас мы сидим в «Кафе Желаний», расположенном в самом конце запутанного переулка.

— Здесь подают очень вкусный чёрный чай. Я часто сюда заглядываю, когда бывает свободное время.

Авантюрист первого ранга, притащивший меня сюда, поднял чайную чашку и изящно отхлебнул горячего чая, как ни в чём ни бывало.

— К тому же, я отлично знаком с владельцем. Здесь гораздо приятнее, чем в более шумных и популярных заведениях. Как, к примеру, сейчас.

Кафе было совершенно пустым, в нём находились только мы с Хедином. Сидевший за стойкой эльф читал книгу с видом, будто ничто в этом мире его не волнует. Словно разговор двух авантюристов, вроде нас, проходит где-то в другом месте. Табличка «Закрыто на учёт» висела на двери ещё когда мы сюда пришли, наверное, всё шло согласно плану.

Внутри всё было обставлено довольно просто, но определённо со вкусом, уют придавали расставленные по всему кафе цветы и растения. Множество огромных, сложных на вид книг стояло на полках расставленных у стен шкафов. Само здание было деревянным, казалось, оно сделано в эльфийской стилистике.

По правде говоря, я здесь уже бывал… даже дважды: первый раз, когда мы с Микото спрашивали у Гермеса, как выкупить свободу Харухиме, а второй раз, когда Финн позвал меня обсудить предложение Лили.

В отличие от остальных визитов, в этот раз я был сильно напряжён. Раньше такого не бывало. Причина, как мне кажется, очевидна. Один из сильнейших авантюристов в городе, с которым я раньше ни единым словом не обмолвился, затащил меня сюда, угрожая расправой.

— Ммммм… Какое у вас ко мне дело?.. — нервно спросил я, едва ворочая языком.

Сидевший за приятно сделанным столом Хедин поставил чашку обратно на блюдечко и уставился на меня своими коралловыми глазами.

— Я здесь по поводу леди Силь, разумеется.

Я невольно сглотнул. У меня было предчувствие, что причиной может быть она.

В конце концов письмо мне вчера доставила Хьёрн.

К тому же, леди Силь…

— Мммм, Силь… как-то связана с Паствой Фреи?

Теперь передо мной сидит Хедин, да и случай с Вана Фрея намекает на то, что множество занимающих высокое положение членов Паствы Фреи каким-то образом связаны с Силь. Полноценная охрана, манера обращения… к ней относятся, как к какой-нибудь принцессе.

Кто Силь вообще такая?

Не могу не задуматься, почему я раньше никогда не задавался этим вопросом.

— Этого тебе знать не обязательно.

Мой вопрос был проигнорирован.

Хедин ошеломил меня одним лишь взглядом.

— К тому же, что изменится, если ты вдруг узнаешь? Если у неё есть какой-то секрет, ты стал бы обращаться с ней по-другому?

Я удивился. Его вопрос заставил меня об этом задуматься.

И он прав… даже если я узнаю о том, что Силь как-то связана с Паствой Фреи, разве это что-то изменит?

…Совершенно ничего.

Это не изменит того, что она мне помогала, это не изменит наших с ней отношений. Поэтому я ответил совершенно искренне:

— Нет… я не изменю своё отношение из-за этого.

Губы произносили слова сами собой, высказав мои ощущения.

Такой ответ его устроит? Хедин фыркнул и не стал продолжать этот разговор.

— Мне известно, что ты получил от неё письмо. Также мне известно, что она выбрала тебя спутником на Фестиваль Богинь. Потому я пришёл тебя оценить.

Кажется, мы наконец перешли к сути, хотя Хедин всем своим видом показывал, что напрасно теряет время. Будто бы каждое его слово обращалось в направленную на меня колкость. Одного лишь этого было достаточно, чтобы заставить меня вздрогнуть, но… что он имел в виду под «оценить»?

К-как оценить?

— …

Он пристально на меня таращился.

— Ч-что за оценка? — удивлённо спросил я.

Его взгляд и без просверлил бы во мне дыру, если бы такое было возможно, а он всё продолжал пристально меня осматривать. И в тот самый момент, когда я уже почти не мог этого выносить, он заговорил.

— Тебе недостаёт характера. Твоё поведение примитивно. Полная противоположность утончённости. Совершенно безвкусно.

— А?!

— Речь невыносима для ушей. Недостаток словарного запаса виден невооружённым взглядом.

— Фх?!

— Более того, выражение на твоём лице иначе как идиотским не назвать. Сидеть напротив тебя уже само по себе невыносимо. Как бы вульгарно это не прозвучало, будь я женщиной, мне была бы противна сама идея нахождения с тобой наедине. До тошноты.

— Гах?!

Неожиданный поток критики.

Я скривился, будто он ударил меня в живот. Если бы в лицо мне это сказала какая-нибудь эльфийская леди, я бы никогда в жизни не оправился!

Хедин откинулся на стуле, положив руки на подлокотники и скрестив ноги. Должно быть, так выглядит какой-нибудь правитель, когда оценивает твои манеры. Судя по разочарованию во взгляде, он остался мной недоволен.

Гах, как же это плохо! Мне умереть захотелось!

— …Впрочем, это она тебя выбрала. Не мне возражать, — добавил он. Хотя последнее замечание и было сказано скорее себе, чем мне.

Поправив очки, Хедин возобновил разговор.

— Что ты намерен делать в день вашей встречи? Как ты распланировал это событие? Уже определился, какие места ты с ней посетишь?

— А? Э?!

— Я спрашиваю, как ты намерен ублажить леди Силь, простак. Или у тебя мозгов меньше, чем у громилы?

Никакой пощады.

Его слова уничтожают! Обычные выпады Лили и рядом не стояли! Чем я это заслужил?!

Стоп, куда важнее!..

— Подождите, пожалуйста! Я ведь ещё даже не решил, стоит ли принимать!..

— Дурак. Будто у тебя есть выбор. Тебе положено погрузиться в ликование от чести, которой ты удостоился.

— Погрузиться в чего?!

— Если я буду вынужден перестроить это в выбор, то ты должен либо предложить леди Силь величайшее удовольствие, которое мир смертных способен предоставить, либо даровать ей вечное счастье. Либо то, либо другое.

— Разве это не одно и то же?!

Это даже не выбор!

Не могу понять, что такого необычного в ситуации, в которой я оказался… но Хедин не сводил с меня взгляда.

— Если же, окажется что ты глупец, способный отвергнуть её приглашение, и ты, и Паства Гестии прекратите своё существование.

— Эээээээээээ?!

Несмотря на мой очень громкий крик, владелец заведения даже головы в мою сторону не повернул.

Наверное, так себя ощущает крестьянин, склонившийся перед королём, зачитывающим ему смертный приговор. Кровь отлила от моего лица, как будто я услышал новость о приближающемся конце света.

Светлый эльф, грациозный и собранный, вынес вердикт непререкаемым тоном тирана.

Он серьёзен. Он же может это сделать!

Не приходится сомневаться и в том, что Паства Фреи обладает мощью, чтобы стереть меня (и всю мою Паству) с лица земли!

Я не могу отказаться!

Я не успел переговорить с Силь лично, но за меня уже было решено, что я веду её на свидание!

— Её желание сравнимо с божественной волей, — сказал Хедин, пока эмоции проносились в моей голове. — Если она того пожелает, мы станем её руками и ногами. Пусть это будет означать изгнание, мы завершим начатое из теней.

Он будто произносил клятву, окончательно отрезавшую мне любые пути к отступлению.

Меня прошиб пот.

Надо мной нависло непередаваемое ощущение опасности.

У меня есть мечта. Человек, которого я стремлюсь догнать.

Если я пойду на свидание, не принимая этого в расчёт… это будет плохо!

Мне кажется, это та линия, которую нельзя пересекать!..

— Ммм?! Есть кое-кто…

Правая рука Хедина впилась в моё лицо со скоростью молнии.

— ?!

— Не заставляй меня повторять, клоун, — сказал он, поднявшись и оторвав меня от стула. Мои ноги беспомощно повисли в воздухе. — В день встречи ты должен думать только о леди Силь и ни о ком другом. Общение с кем-то, кроме леди Силь, и даже представление лица другой девушки непростительно. Подобные мысли должны быть устранены. Думай о ней и ни о ком другом. Не должно существовать ничего, кроме мысли о её ублажении. И сейчас она должна быть центром твоего жалкого мирка.

Я беспомощно заболтал ногами, будто пойманный за уши кролик, но это было бесполезно! Слушая жуткие предупреждения Хедина, я не мог сделать совершенно ничего.

Он махнул рукой, отправив меня катиться по полу, а я удивлённо вскрикнул. Оторвав голову от пола, я увидел эльфа, гораздо более жуткого чем любой монстр, смотревшего на меня ледяным взглядом.

— Что же, это бесполезно. Как я и подозревал, простой оценки будет недостаточно. Образ мышления, понимание, как правильно сопровождать даму… всё в тебе нужно перестроить.

— Стоп, а это что значит?!

— Эти пять дней до фестиваля у тебя не будет времени даже на сон.

— Я… Но у меня дела со своей Паствой!..

— Глупец. Что важнее, леди Силь или игра в семью с так называемыми друзьями?

Чёрт, это плохо! Словами его не переубедить! Он совсем как Лю… упрямый эльф, который будет стоять на своём!

Я беспомощно лежал на полу, надо мной нависла тень. Слёзы покатились из моих глаз, а кровь отлила от щёк, но Хедин не обратил на это никакого внимания.

— Я собираюсь продемонстрировать свою верность. Ни больше и ни меньше. Готовься.

Аааааааааааааааааааааааааа?!

— Белл так и не вернулся?! Почти ночь на дворе!

— Утром он отправился в таверну. Мы везде его искали, но…

— Лили ходила в «Щедрую Хозяйку»! Но там сказали, что сударь Белл сегодня не появлялся!.. Сударыня Силь, казалась искренней, когда говорила, что его не видела!

— Я попросила Айшу-сама о помощи, но мы тоже нигде его не нашли!..

— Где же ты, чёрт возьми пропадаешь, Бе-е-е-е-е-елл?!

— Гестия-ками! От Белла-сан пришло письмо!

— Правда, Микото?! Дай мне прочесть!

«Дабы спасти нашу Паству я решил, что поведу Силь на свидание.

Поиски, пожалуйста, не организовывайте».

Спасите.

— Так он хочет, чтобы мы его нашли, или нет?!

— Какое отношение свидание с Силь имеет к спасению нашей Паствы?!

— У меня плохое предчувствие!.. Сударыня Харухиме, пожалуйста обратитесь к всевышнему Миаху и всевышнему Такемиказучи с запросом на поиск! Это срочно!

— Д-да, мэм!

— Какое же плохое у меня предчувствие…

В доме Паствы Гестии воцарился переполох, когда домашний кролик не вернулся лунной ночью.

В конце концов найти Белла Кранелла не удалось до самого фестиваля.

«Дорогой Дедуля.

Я привык думать, что эльфы красивые, а теперь мне кажется, что они жуткие.

ЭЛЬФЫ ЖУТКИЕ».

Я узнал, что такое быть загнанным в угол по-настоящему. Всё было настолько плохо, что даже самые основные мысли начали исчезать из моей головы. Уроки Эйны, тренировки с Айз и утренняя практика с Лю казались детскими играми по сравнению с адом, который мне приходится пройти.

Оказалось, нет ничего хуже перестройки.

— Ты ведёшь себя жалко. Выпрямись. Смотри в зеркало, когда работаешь над осанкой. А теперь добавим к этому жестикуляцию и выражение лица.

— Доброе утро, Силь. Добрый день, Силь. Добрый вечер, Силь. Ты выглядишь здорово, Силь. Ты выглядишь мило, Силь. Ты прекрасна, Силь, Силь, Силь. Спаси меня пожалуйста, Силь.

— Разве это омерзительное выражение на лице не должна заменять улыбка?

— АВГХ?!

Я стоял перед зеркалом, раз за разом отчеканивая строчки диалога, а Хедин наблюдал за моей осанкой и улыбкой. А ещё он пинал меня каждые десять секунд. Мой разум на грани. Отделить потрёпанного меня в зеркале от настоящего меня становилось всё труднее.

— Ты должен зачитать все десять книг эльфийского священного писания. У тебя два часа. Свяжи информацию со своим интересом к героям прошлого. Ты лучше усвоишь информацию, если примеришь на себя роль персонажа.

— Да, наставник! Вас понял, наставник!

— Тихо. Ты слишком громко кричишь.

— Нгх?! …Вас понял, наставник!!!

Приказы Хедина абсолютны. Единственные ответы, которые мне позволительно давать, это: «Да, сэр!» и «Вас понял, сэр!». Он этого не требовал, но я в силу привычки стал называть его наставником.

— Три оставшихся дня ты проведёшь в Подземелье. Ты посвятишь всего себя охоте на монстров и женщин.

— А-а-а-а-а-а-а-а-а?!

— Ты что себе представил, недоумок?

— Агх?! П-простите, сэр!

Его тренировки были посвящены всевозможным знаниям о свиданиях. Превознесение женщин стоит денег, соответственно, свидание будет затратным; свидание, которое не стоит никаких денег, обречено на провал и, наконец, «трата денег – самый эффективный способ доказать свою искреннюю преданность». Эти уроки вбивались в меня с таким упорством, что хотелось разрыдаться. Будучи новичком в свиданиях, я охотился на монстров снова и снова, снова и снова, чтобы накопить денег на приличное свидание (простите монстры, которые могли стать Ксеносами). И, помимо этого, моей целью были ещё и авантюристки.

— Я скину орду монстров на ту группу девушек. Ты должен их спасти и быть обходительным. Используем эффект спасителя.

— Но это неправильно, наставник!

— Я вобью в твою голову решимость, необходимую, чтобы порадовать леди Силь, чего бы это ни стоило, тупица.

— Вобьете?!

— Ты слишком неопытен, когда дело касается девушек. Учись прикасаться, смешить и вести. Если тебя сочтут хоть сколько-нибудь приятным, тебе откроются.

Тренировки включают в себя сопровождение девушек-авантюристов. Моё сознание меня убивало, но я пытался не обращать на это внимания, разбираясь с ордами монстров, которых наставник сбрасывал на девушек. Я галантно выручал девушек, на которых он указывал, а потом, пожираемый чувством вины, пытался выдерживать благородный вид, который он в меня вбивал, наблюдая, как кричавшие от ужаса ещё минуту назад авантюристки начинают смущаться.

— Вы в порядке? Вас же не ранило, правда?

— К-КРОЛИЧЬЯ ЛАПКА?!

— Что?! Не может быть?! Обладатель рекорда?!

— Первый в списке многообещающих, третий в списке самых выгодных браков по расчёту! И седьмой в «Пожалуйста, назови меня сестрёнкой!»?! Тот самый Белл Кранелл?!

«О чём вообще речь?..»

Впрочем, часть моего обучения – это справляться с любой из возможных реакций. Существуют разные степени чувствительности, и это нужно принимать во внимание. Каким бы странным или необычным не показалось мне поведение девушки, я должен эффективно его использовать. Я использовал всё, чему научил меня наставник для этих тренировок. Я применял знания снова и снова, на множестве людей. Услужливость и самоотдача были вбиты в мою голову. Тренировки, которым я подвергся, вызвали у меня куда больше сложностей, смущения и боли, чем карательный кулак наставника.

— Знаешь, я и не думала, что ты такой, Кроличья Лапка! Кто бы мог подумать, что ты настолько приятный парень!

— А какой наивный! Твоя невинность сияет гораздо ярче, чем можно было представить! А как ты смущаешься, как будто пытаешься нас в себя влюбить!

— Ммм… всего разок, не мог бы ты назвать меня «сестрёнкой»? Хах… хах…

— Х-ха-ха-ха… Ч-что же, мы добрались до двенадцатого этажа, наверное, дальше вы справитесь, да?

— Ага! Спасибо, что проводил нас, Кроличья Лапка!

— Через верхние этажи мы пройдём без проблем!

Сопровождение девушек в безопасное место после свидания – это часть практики. Сопроводить девушку домой после первого свидания, или что-то вроде того.

— …Слушай, уделишь ещё минутку? Ты свободен сегодня вечером?

— Э?

— !.. Ты сильно нам помог, и было бы здорово, если бы мы как-то тебе отплатили!

— Да, да! Мы тут подумали…

— Почему бы тебе с нами не поужинать?

— О, спасибо за приглашение, но в моей Пастве насчёт этого строгие правила. Моя богиня будет сильно злиться.

— …Солдаты молнии.

— ГАХ?!

Практика призвана научить меня не расстраивать девушек. Когда женское мнение обо мне падает, меня тут же настигает молния с коротким чтением наставника.

Тренировки, тренировки, тренировки… одни только тренировки. Ни единого мгновения, чтобы передохнуть, даже спать мне было нельзя. Каждый урок тщательно в меня вбивался, а если я совершал ошибку, меня били ногами, молниями, и наставник кричал на меня снова и снова, пытаясь меня перестроить. Практика была такой жёсткой, что у меня не было времени даже задуматься о недомогании. Могу уверенно сказать, что пять последних дней были самыми занятыми в моей жизни.

Наконец, осталось только одно.

— Последний урок заключается в том, что тебе предстоит сосредоточиться на цели и применить знания на практике. Площадкой для тренировок станет Ривира. Задача не из лёгких, но ты обязан справиться с любой трудностью, которую встретишь с целью, заменяющей леди Силь.

— Д-да, наставник… я вас понял…

Мы прибыли в безопасную зону серединных этажей.

Я едва не разрыдался, увидев яркий свет кристаллов, напомнивший мне о поверхности.

Я провёл пять дней без намёка на сон, и моё тело сильно пострадало от избиений. Я авантюрист высокого уровня, так что психологическое истощение сказалось на мне гораздо сильнее физического. Мне пришлось сильно постараться, чтобы оставаться в сознании. Способность оценивать сколько времени прошло, стала мне недоступна.

Единственным предупреждением, которое я получил перед тем, как полететь в лесной источник было: «Ты воняешь». Не то, чтобы это стало для меня новостью, но Хедин безжалостен. Как только я вылез обратно, наставник облил меня одеколоном и только после этого наконец позволил оказаться в Ривире.

— На данный момент существует сладость, продающаяся только здесь, в Ривире: Гипер Делюкс Сэндвич Подземелья с Тапиокой.

— Ги-пер… что? Тапи?.. Делюкс?..

— Относись к этому, как к брендовой продукции, попробовать которую могут только парочки.

— Чего?!

— Впрочем, парочка может состоять из двух мужчин или двух женщин.

— Я ничего не понимаю!

— Владелец заведения продвигает свою продукцию под лозунгом «Разве неправильно находить в подземелье трогающие сердце моменты?».

У меня возникло столько вопросов, что я не знаю даже с чего начать. Полагаю, наставник исследовал всё заранее, поскольку он отдал мне приказ, даже не раздумывая:

— Ты должен услужить первой попавшейся девушке и купить парный бутерброд. А ещё вы должны попробовать закуску друг у друга.

— Вы это серьёзно?!

— Я же сказал, что цель этого свидания – гипотетическая леди Силь, разве нет? В какой-то момент свидания вы неизбежно отправитесь что-нибудь съесть. Ты должен ознакомиться с этой стороной свидания. Вдобавок, если ей с тобой будет удобно, она пустит тебя в своё сердце. А после этого ты должен завершить свидание ненавязчивой прогулкой по Ривире.

Я ужаснулся, услышав задание, которое получил. Мне вообще сладкое не нравится… впрочем, что бы я сейчас ни сказал, это мне не поможет. Я не могу пойти против назначенной наставником практики, потому что он не позволит мне, если я попытаюсь. Голова начала гудеть.

После того как он приказал мне начать, я набрался решимости и отошёл от Хедина. Лавочка, о которой шла речь, располагалась в центре кристальной площади Ривиры. Она выделялась цветастыми вывесками, так что пропустить её было невозможно.

— А?.. Б-Белл?!

— Э? Кассандра?

К моему удивлению, я почти сразу столкнулся с Кассандрой и Дафной из Паствы Миаха.

— Что ты здесь делаешь? Лилирука и остальные сильно за тебя беспокоятся, — заговорила Дафна.

— Ха… ха-ха-ха… меня вынудили принять нечто вроде задания… — напряжённо выпалил я.

Не могу же я рассказать, что ради свидания меня насильно тренировали в Подземелье, чтобы у Силь не было ни единого шанса об этой тренировке узнать.

Они удивлённо посмотрели на меня, и я спешно сменил тему разговора.

— А что вы тут делаете?

— А, Кассандре чего-то там очень сильно захотелось, и она спуску мне не давала. Гипер что-то там делюкс… В общем, мы пришли, чтобы эту самую штуку найти, потому что уже завтра начинается Фестиваль Богинь.

— С-стой, это совсем не то, что ты мог подумать! Клянусь, я не обжора, Белл!

— Не ты ли говорила, что собираешься заказать себе эту штуку с двойной порцией крема?

— Дафна-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а!

Кассандра смутилась, в уголках её глаз появились слёзы, когда она посмотрела на подругу. Я неловко посмеялся, переводя взгляд с одной девушки на другую и у меня возникла идея.

— Почему бы нам с вами не купить их вдвоём?

— А?.. А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А?!

Наставник приказал мне связаться с первой попавшейся девушкой, и, похоже, мы с Кассандрой тут по одной причине. Да и пройти упражнение с человеком, с которым я знаком, мне будет легче.

Почти забавно, как удивилась Кассандра, получив моё приглашение.

— Мммм, но они позволяют т-т-т-только парочкам покупать Сэндвичи Подземелья… П-п-поэтому я Дафну попросила… Мы с вами… парный?..

— По правде говоря, мне тоже очень хочется его попробовать… Или вам не хочется делить его со мной?

Услужливая улыбка, вбитая в меня наставником, появилась на лице почти рефлекторно. Неожиданно, Кассандра открыла рот и побагровела. Всего через мгновение она энергично закачала головой.

— Я пойду с вами! Пожалуйста! Давайте! Очень хочется!

— Н-ну тогда…

Мой взгляд начал бегать, мы с Кассандрой направились к лавочке. Почему-то, Дафна последовала за нами. В её глазах читалось нескрываемое удивление.

Лавочка была деревянной, её владельцем оказался здоровяк, мужчина был заметно крупнее Борса. Я не мог себе представить, что у человека, который продаёт десерты с гиперами и прочими словами в названии может быть такое суровое лицо. Впрочем, когда он бросил на нас изучающий взгляд… точнее на Кассандру, прикрывавшую красное лицо руками и издававшую непонятные звуки, он усмехнулся и сказал: «Вы прошли».

Что здесь вообще происходит?..

Я показал эмблему Паствы, чтобы купить два экстра-больших сэндвича.

«Гух!.. Я по названию понял, что меня ожидает нечто безумное, но таких огромных бутербродов я не ожидал!..»

Медовые облачка, золотистые ягоды и другие фрукты, которые можно найти только в Подземелье, а также десяток различных кремов и других ингредиентов с поверхности зажатых кусками хлеба. Ингредиентов было столько, что они бы вываливались в разные стороны, если бы не упаковочная бумага. Бросив взгляд на Кассандру, заказавшую сэндвич с двойным кремом и бобовой пастой, я заметил, что её глаза блестят как у ребёнка.

Она, заметив моё удивление, а может как-то неправильно его поняв, смутилась, принимая заказанный ей сэндвич.

— Х-хотите попробовать мой?

Как мило. На её лице было милейшее выражение… а у меня дёрнулась щека.

Такая сладость меня уничтожит. Я собирался мягко ей отказать, но не смог. Краем глаза я заметил безжалостный взгляд наставника.

Честно говоря, хотелось разрыдаться, когда я морально готовился к следующей фразе. Набравшись решимости, я нежно взял её руку в свою и поднёс сэндвич к губам.

— Фх?!

Продолжая держать руку Кассандры, я откусил кусочек её сэндвича.

Моё лицо пылало. Я так смутился, что уши загорелись. Кассандра была багровой. Но, благодаря этому, сладость не встала поперёк моего горла, и каким-то чудом мне удалось этот кусочек проглотить.

Глаза Кассандры округлилась. Казалось, из её ушей в любое мгновение начнёт валить пар.

— …Не хотите попробовать?

— А?

— Мой сэндвич, в смысле…

Смущение чуть меня не доконало, но я ощущаю, как пристальный взгляд наставника сверлит мне спину, я знал, что он готов атаковать в любое мгновение. Покраснев ещё сильнее, я поднёс Сэндвич Подземелья к её лицу. Кассандра, секунду повращав глазами, слегка приоткрыла губы.

— А… а-ам.

Она откусила небольшой кусочек с кремом и начала тихонько его пережёвывать, красная как рак.

Я увидел, что немножко крема осталось на её щеке.

…Что-то подобное случилось во время Монстромании с боженькой.

Ощутив дежавю, я естественным движением потянулся и стёр крем с её щеки пальцем. Не позволяй опозориться девушке, которую сопровождаешь. Так учил меня Хедин.

— …Кролик лизнул мою щёку… предсказание было правди-и-и-и-и-и-и-и-и-и-и-и-и-и-и…

— Ч-чего?! Кассандра?!

Она вдруг начала падать.

Я тут же подхватил на руки её обмякающее тело. Наверное, она достигла предела смущения, потому что, оказавшись на моих руках, тут же отключилась.

— У меня чуть сердце не остановилось… — устало сказала Дафна.

— Какая беда. Хотя и так тоже случается, — сказал владелец лавочки, широко улыбнувшись и прикрыв глаза.

— Это было бесполезно с точки зрения практики, — произнёс ледяной голос Хедина, придумывающего новое последнее испытание.

Яркий свет луны освещал землю.

После Элегии в Орарио воцарилась торжественная мрачность, однако, постепенно, волнение и восторг перед грядущим праздником начинали охватывать город.

Фестиваль Богинь начнётся уже на следующий день, что делало этот вечер его кануном.

— …

Закатив рукава, Лю тихонько перемывала тарелки в «Щедрой Хозяйке».

Она стояла, опустив голову, выполняя задание, которое за годы практики успела наработать до автоматизма.

Тарелка, ещё одна и ещё…

— Ну и сколько ещё ты будешь их шоркать, тупая девка?!

— Ой?!

Огромный кулак опустился на голову Лю.

Повернувшись, она увидела владелицу таверны, Мию.

— М-Мама Мия?..

— Лавочка давно закрылась. Сколько ещё раз тебе нужно будет перемыть все тарелки, чтобы стало лучше?

— А?.. — Лю удивилась, услышав эти слова.

Свет в таверне давно погас, она осталась на кухне совершенно одна. Гора немытых тарелок давно была перемыта, но после этого Лю начала перемывать их, перекладывая в другую сторону. А после вымыла все тарелки снова. Она словно попала в бесконечную петлю. Только сейчас она уставилась на собственные руки.

— Что, даже не понимала, что глупостями занимаешься? Фуууф… снова стала ни на что не годной, как когда я тебя нанимала?

— Гух?!

Мия тяжело вздохнула. Лю не могла придумать, что сказать в ответ, словно она только что совершила нечто постыдное.

Бледные щёки слегка порозовели от смущения, на лице эльфийки появилось выражение, которое она не могла показать Беллу и остальным.

Практически весь день, точнее, пять прошедших дней, Лю была похожа на зомби. И чем ближе становился фестиваль, тем хуже было её состояние. Эльфийке не потребовались подсказки со стороны, чтобы понять почему.

— Если ты уже сейчас в помешательстве, что же случится в день праздника. Что за глупость. Ещё и эта пустоголовая заявила, что собирается взять отгул… — раздражённо вздохнула Мия.

В голову Лю закралась мысль. Ей вспомнилось лицо коллеги, и она выпалила, даже не раздумывая:

— …Разве вы позволите ей уйти, Мама Мия?

Мия посмотрела эльфийке в глаза.

— Хочешь, чтобы я её задержала?

Простой вопрос, но от этого вопроса сердце Лю будто сжала чья-то рука.

— Н-нет! Я не хочу мешать Силь! Я бы никогда!.. Просто…

Просто… что?

Она не понимала, как выразить то, что творится в её сердце словами. Её чувства напоминали фею, резвящуюся где-то в отдалённой чаще леса. Когда она пыталась за ними последовать, чувства просто пропадали. Лю была достаточно в себе, чтобы осознать, как всё это время дрожал её голос. Она не хочет ни потерять улыбку Силь, ни упустить Белла.

Я предала свою подругу…

Она помнила, что несколько дней назад сказала ей Силь.

Я влюбилась в Белла на самом деле…

Наконец, она смогла признать свои чувства.

С того момента, как она вернулась из Подземелья, это сводило её с ума.

Она отказывалась это признать, и, похоже, это было худшим выбором из возможных. Тёплое, сладкое чувство, от которого трепетало её сердце, куда больше походило на айсберг, поднимающийся из глубин океана. Лю не представляла, как ей смотреть в глаза Силь или Беллу.

Эльфийка сжала в кулаки внезапно похолодевшие руки.

— …Именно такой твердолобой эльфкой я тебя и помню. Пять лет прошло, а ничего не изменилось, — с раздражением пробормотала Мия.

— А?..

— Могла бы хоть чему-нибудь у нас, дварфов, научиться.

С этими словами Мия потянулась и, достав с верхней полки одного из шкафов бутылку, сунула её в руки Лю. Эльфийка не сразу поняла, что Мия вручила ей бутылку из личных запасов на особый случай.

— З-зачем?

— Напейся и падай спать. Накручивая себя, ты всё равно только время потратишь.

Напиться?

Осознав, что Мия по-своему проявила о ней заботу, Лю ощутила частичку материнской любви, о которой давно забыла. Небесно-голубые глаза дрогнули, а на душе эльфийки стало немного легче.

— …Если бы я могла её остановить, я бы заковала её в цепи и заперла, кстати. Ясно как день, что эта тупая девка поступает глупо.

— ?..

— Ну да не об этом сейчас речь, — хмыкнула Мия. — И ещё: опасна не она, а люди, которые её окружают.

— А?

— Я говорю, кто знает, на что пойдут перегибающие тупицы, помешанные на этой девке. Если для моей таверны это выльется в проблемы, я им всё в лица выскажу, хоть это и не поможет. Как же бесит, что я почти ничего сделать не могу.

Было видно, что Мия говорит эти слова сама себе, потому что она нахмурила брови и злобно посмотрела в сторону Вавила. Лю была удивлена, а владелица таверны снова перевела на неё взгляд.

— В общем, этой дуры там не будет.

Мия ткнула в грудь Лю мощным пальцем.

— И не надейся, что легко отделаешься, если вздумаешь сбежать, уяснила?

— Думяете у нас получится завтра, во время фестиваля, сбежать?!

Прозвучал голос Ани.

Поздно ночью, после завершения работы и закрытия таверны, Аня, Хлоя и Руноа, ничего не подозревавшие о терзаниях эльфийки, устроили тайную встречу.

— Мне слишком интересно, кмяк пройдёт свидание Силь с белоголовым! И ещё хочу всяких вкусностей с фестивмяля!

— Знаю я, чего ты на самом деле хочешь.

Аня нетерпеливо запыхтела, а Руноа одарила её недоверчивым взглядом. Впрочем, девушка и сама вздохнула секундой позже:

— Ну да, праздник будет крупный и в таверне будет не протолкнуться… Но работать все три дня фестиваля – это слишком. И выходных никаких…

Фестиваль Богинь находится в числе самых роскошных и оживлённых выходных Орарио. В отличие от Монстромании, проводимой в основном в западной части Орарио, во втором её районе, праздничные мероприятия охватывают весь город. И, разумеется, в тавернах и барах, подобных «Щедрой Хозяйке», настанет очень занятое время.

— Мама Мия в могилу нас рмяботой змягонит!

— Заковывать свободолюбивых кошечек в кмяндалы работы, как несправедлив этот мир! Дварфы – жуткие создмяния! Пусть лучше Руноа отдувается, а меня, кошечку, остмявят в покое!

— Я тебе задницу надеру.

В таком ключе и проходило общение собравшихся девушек. Аня расстраивалась, Хлоя обращалась к небесам, а Руноа готовила для удара кулак.

Таверна стала домом для множества колоритных персонажей, а эта троица всегда умудрялась вляпываться в неприятности, и Мия заставляла их работать без выходных в качестве наказания. Об этом, впрочем, никто из троих девушек даже не подумал.

Девушки попытались придумать, как им ускользнуть из таверны, чтобы проследить за свиданием Белла и Силь.

— Чтобы за ними последовать нам потребуется помощь. Если работниц будет достаточно, в таверне справятся и без нас, так что никто нашей пропажи не заметит. Наверное. Может быть. Так что, если нанять людей на подработку, можно будет сбежать во время перерыва…

— У нмяс нет денег, чтобы кого-то нанять. А Мама Мия людей для подрмяботки нанимать не собирается! Глупая Руноа!

— Нет, сейчас я тебе точно врежу! Я и вела к тому, что нам нужно как-то с этим вопросом разобраться, что непонятного?!

Так или иначе, все три девушки были перед Мией в долгу, и их плата была такой же низкой, как подработка знакомой им невысокой богини.

Ровно в тот момент, когда Руноа начала гневно заносить руку в отместку за обзывательство Ани, прозванной коллегами «тупой кошкой»…

— …Получается, нам нужны жертвы, которые сделмяют всё, что мы попросим.

Чёрная кошка зловеще улыбнулась.

— …Ты кого-то змяешь?

— Очередной хитроумный план, наверняка…

Руноа и Аня с сомнением посмотрели на свою зловещую коллегу, глаза которой блестели недобрым блеском.

Хлоя коснулась пальцем губ и улыбнулась ещё шире.

— Мой плмян безотказен.

— Думаете, так будет лучше, миледи? — спросил Оттар.

Его покровительница расслаблялась в своей комнате на вершине Вавила, центральной башни Орарио.

Небо в ночи было тёмным, и лунный свет заставлял гигантскую башню выделяться на фоне остального города.

Фрея нежилась в роскошном кресле, попивая вино и разглядывая город за окном.

— Что ты имеешь в виду?

— Я говорю о Фестивале Богинь.

— …Слышал от Хьёрн?

— Да, миледи, — кивнул Оттар.

Главной слуги богини поблизости не было. Она должна прислуживать богине, а не общаться с ней. В основном она выполняла задания, поручить которые было бы неудобно исполнять представителю противоположного пола, вроде Оттара. Однако, Хьёрн явилась бы в любое мгновение, стоило Фрее позвонить в колокольчик.

Когда Фрея развлекалась, рассматривая город и попивая вино, рядом с ней всегда находился Оттар. Он исполнял все её прихоти, давал короткие и честные ответы и время от времени высказывал свои рекомендации и наблюдения. Определённая вольность была позволена ему взамен на обязанности, ложащиеся на плечи командира Паствы.

Обычно он не заводил разговоров, но, в этом случае, решил обратиться к богине.

— Я слышал… что это что-то вроде состязания. Кто из вас покорит Белла Кранелла.

— Состязание, да? Очень напористо с ей стороны, не так ли?

— …Вы приняли этот вызов, миледи?

— Да. Она сказала, что Белл смог привлечь и её тоже. Какой сюрприз…

Фрея рассмеялась, словно сочла смешным подобное развитие событий.

Оттар замолчал. Его силуэт в полный рост отражался в огромном стекле, заменяющем стену. В выражении его лица можно было заметить сомнения.

— Может отражение? Или нечто общее? Или связь? Её сердце следует за моим?

— …Я даже не знаю с чего начать представление.

— Полагаю, ты и не можешь.

Фрея казалась беспечной, в очередной раз поднеся к губам бокал.

Оттар попытался продолжить разговор.

— Аллен и остальные выразили недовольство касательно фестиваля.

— Разве Аллен когда-нибудь бывает доволен? Скажи ему, что я решила подыграть Силь.

— Да, миледи.

— Полагаю, если я скажу, что охраны не требуется, я лишь впустую сотрясу воздух?

— Да, миледи. Прошу простить мне непокорность.

— Ладно, ладно. Уж не знаю, скольких ты собрался использовать, но ограничься хотя бы авантюристами второго ранга и выше. Командование можно передать Хедину, не так ли?

— Ваше пожелание будет исполнено, Миледи.

Практичный, деловой разговор. Оттар не знал, как перейти к главному своему вопросу, поэтому просто набрался решимости и спросил:

— Вы точно этого желаете, миледи?

Фрея ответила не сразу. Холодный лунный свет освещал её безупречный силуэт. Спустя некоторое время она перешла к ответу.

— Моё желание осталось неизменным, — сказала она. — Я сделаю Белла своим, чего бы это не стоило. Это всё.

Такова была её божественная воля. Таким было её желание.

После этого Оттару осталось только замолчать. Комната погрузилась в тишину.

— Оттар, чью сторону ты принял?

— …

— Она обратилась к тебе за поддержкой, не так ли?

Глаза богини способны увидеть всё. Соврать божеству невозможно. Оттар задумался о том, что можно просто промолчать, но осознал, что молчание в такой ситуации один из самых красноречивых жестов.

— Всё что я делаю, я делаю ради вашего благополучия, Миледи.

— Знаешь, то, как ты выразился, прозвучало, как будто ты мог бы с ней сговориться, ради моего благополучия.

Контролировать подобное я не способна.

После этих слов Оттар закрыл глаза, ничего не подтвердив и не опровергнув, но признавая своё поражение.

Сереброволосая богиня усмехнулась, поднося бокал к бледному лунному свету.

— Обычно на празднике плодородия царит смертельная скука… интересно, что случится в этом году. Даже я не могу себе этого представить.

Произнеся последние слова, богиня позволила себе задуматься о неизвестном

Люди это перезалив главы с ranobehub переводчики это команда japit comics

И еще прошу прощения что так долго главу заливал сайт несколько раз тупо выбивал ошибку и все из за небольших изображений которые используется в томах с ранобехаба , а ранобелиб тупо отказывается заливать главы с другим разрешением изображений из за чего это так взбесило меня что я просто отклал главу на несколько дней так что ждите через пару дней нагоним другие сайты

----------

Монолог 2

[[image:/storage/reader-images/842f6ea3c87ca7965e7c76fa0a46fa68ee85eadd.jpg]]
Я начала тщательную подготовку.

В день фестиваля у меня будет очень мало времени, чтобы действовать. Моё желание нужно исполнить, пока часы не пробили полночь. Значит, моим планы должны быть готовы до того, как начнётся фестиваль.

Для начала, я попросила помощи у некоторых её последователей.

Первым стал Оттар. Через одну из служанок я отправила ему письмо. Если бы я обратилась к нему лично, это привлекло бы немало внимания. Может она и видит всех вокруг насквозь, важно, чтобы подозрения не возникли у других последователей, которые служат ей глазами и ушами.

Получив моё сообщение, он пришёл лично для тайной встречи.

Я рассказала ему о своих планах, ничего не утаив, а он в ответ молчал. Давно я не видела такого напряжения, он даже губу прикусил. Это было почти мило и очень смешно.

Едва удержавшись от смеха, я его спросила?

«Ну что, подумаешь побыть со мной в сговоре? Всего денёк… хотя нет, даже мгновения будет достаточно».

Согласится он или нет, было под большим вопросом, но у меня была причина считать, что он может.

Судя по тому, что я догадалась о воле богини, скорее всего он тоже её почувствовал. А ещё он всегда думает, какие действия и поступки послужат интересам богини лучше всего. Хоть зачастую эта мысль и не мелькает в его сознании напрямую.

Само моё существование может потенциально изменить будущее богини. Эта мысль должна была хотя бы раз мелькать в его голове.

Я решила рискнуть, питая очень слабую надежду на то, что воитель с каменным лицом уже пришёл к такой же мысли.

Притянуть на свою сторону кого-то ещё будет непросто.

Аллен и остальные принесут одни проблемы. Они верны богине и только ей, во всех смыслах этого слова. Узнав о моём плане, такие фанатики попытаются остановить меня, не раздумывая.

Я долго смотрела на Оттара с мольбой в глазах, и прошло немало времени, прежде чем он кивнул.

…Прости.

В тот момент в моей голове мелькнуло только извинение.

Ненавижу себя за попытку обмануть и богиню, и его самого. Но я готова посвятить всю себя исполнению своего желания.

Люди это перезалив главы с ranobehub переводчики это команда japit comics

----------

Глава 3. Начало фестиваля

[[image:/storage/reader-images/bda8d39dcb9a1837a34853daade0591a3b89032f.jpg]]
Голубое небо тянулось настолько, насколько мог видеть глаз. Множество белых облачков парили на его поверхности, как семечки в мякоти какого-нибудь фрукта. В отличие от лета облака летели гораздо выше и казались гораздо меньше. Прохладный бриз проносился под открытым небом.

Осенняя погода была приятной. Идеальной для фестиваля.

— Как вы можете видеть, сегодня нам дарован замечательный день. Даже непостоянные боги погоды им довольны.

Нежный голос богини передавался через усилители с магическими камнями и разносился по всему Орарио. Его источник находился в сердце города, Центральном Парке, у основания белоснежной башни – места соединения всех восьми артерий, места, в котором может собраться десяток тысяч людей.

Сегодня, впрочем, эта площадь была не такой, как обычно. На ней находились похожие на пагоды каменные башни с алтарями у их оснований, расположенных к северу, западу, востоку и югу от Вавила, места для подношений.

— Долгожданный сезон настал снова. Прошла зима, зёрна созрели в зелёные ростки и даровали нам урожай, который мы собрали. Время пролетело в мгновение ока. Каким для вас был этот год? — голос Деметры разносился по городу.

Четыре высоких алтаря были окружены жителями города, смотревшими на четырёх богинь, стоявших на башнях.

Дамия, Хатхор, Фрея и Деметра – богини плодородия, живущие в Орарио, и живые символы праздника.

Деметра опустила свой взгляд.

— Много всего случилось в уходящем году… Многие события можно назвать жуткими, не меньше было и грустного. Для нас, божеств, год – всего лишь мгновение, но даже в моей памяти эти короткие месяцы останутся навсегда.

Голос богини казался опустошённым. Нотки горечи, оставшиеся с Элегии. Люди по всему городу вспомнили о переполохе на Монстромании, разрушении района красных фонарей, вылезших на поверхность монстрах и множестве других, мелких инцидентов.

Над городом на мгновенье повисла тишина. Потом богиня улыбнулась. Она оторвала взгляд от алтаря, посмотрев на жителей с радостью на лице.

— Тем больше причин ценить этот момент, момент, в который мы отпускаем тех, с кем наши пути разошлись в этом году. Празднуйте от всего сердца и будьте благодарны им за изобилие, которое у нас есть.

Отовсюду раздались восторженные выкрики.

Деметра распахнула руки, её медовые волосы колыхнулись.

— Мы приносим нашу благодарность за дары земли и объявляем открытым Фестиваль Богинь!

У-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у!

Радостные крики заполнили город. После громогласных аплодисментов, люди подняли взгляды в воздух, чтобы увидеть подготовленный Гильдией салют. Трёхцветные вспышки, льда, пламени и молнии, разрывались над головами людей. Одна из Паств в этом году решила помочь Гильдии с праздником для людей. Магические снаряды с лёгкими хлопками исчезали в воздухе. Жители города выражали восторг криками, празднуя завершение церемонии открытия фестиваля. Восторг простирался от оживлённого Торгового Района до заново отстроенных трущоб Улицы Дедала.

С объявления богинь начался фестиваль, и таким же объявлением он закончится. Каждый год о начале фестиваля объявляет Деметра, владелица крупнейшего аграрного предприятия в городе. Для объявления о начале фестиваля урожая попросту невозможно подобрать богиню лучше, поскольку именно Деметра приносит в Орарио изобилие. Фрукты, овощи и злаки, производимые Паствой Деметры, позволяют Орарио процветать.

Сегодня день для праздника и смеха.

Начало фестиваля изобилия.

— Невероятно…

Радостные и восторженные крики сложно было не услышать, где бы ты ни был.

Мой первый Фестиваль Богинь. Первый сезон урожая, который я провёл в Орарио.

Я бы соврал, если бы сказал, что мысль о крупном фестивале, проводимом в городе, называемом центром мира, не вызывает у меня волнения.

Барды начали наигрывать приятные мелодии на струнах своих инструментов, подгоняя всех жителей не терять времени и принять участие в фестивале.

«Хотелось бы мне от всей души насладиться празднованиями, но есть одна вещь, которая сейчас гораздо важнее».

Нет, правда, ощущение нервозности куда сильнее порождённого праздником восторга.

Я стою перед бронзовой статуей богини, кое-кого ожидая.

— Силь ещё не пришла…

Площадь Амура – место, украшенное разноцветной плиткой и множеством цветов. Тут и без меня немало людей, почти все они… все они, точнее, кроме меня… сбились в парочки.

Именно в этом месте однажды я ждал встречи с боженькой, чтобы вместе поужинать (хотя в тот раз Деметра и несколько других богинь не позволили нам этого сделать). А ещё это место находится неподалёку от «Кафе Желаний», и именно здесь Силь пожелала со мной встретиться, исходя из второй страницы её письма.

— Может я пришёл слишком рано?.. Нет. Нужно верить урокам наставника.

Окружающее любовное настроение порождает у меня волнение, но я подавил все сомнения. Образ Хедина, эльфа, которого я называю наставником после нескольких дней, проведённых в аду, появился где-то в уголке моего разума.

Его тренировки были куда жёстче любого урока Эйны. Я помню, как сидел и поглощал каждое слово наставника, из его «уроков для невежд».

— Глупо подобное объяснять, потому что это должно быть очевидно абсолютно любому, но битва начинается задолго до вашей встречи. От того, придёшь ты раньше, позже или вовремя, зависит баланс сил в паре. Всё это гораздо сложнее, чем стратегии, применяемые в бою с авантюристами.

— Г-гораздо сложнее?! И-и когда тогда правильно приходить?!

— Правильного ответа не существует. Также, как существует множество путей уничтожения разных монстров, с которыми ты можешь столкнуться, существует бесчисленное количество сочетаний твоих с партнёром характеров и возможностей их взаимодействия. Даже погода в день встречи и обстановка места могут на это повлиять.

— П-погода и обстановка тоже?!

Количество вещей, которые нужно принимать во внимание меня поразили. Я побледнел, когда услышал. Я начал понимать, почему наставник говорил, что встреча куда сложнее, чем убийство мобов в подземелье. Свидание похоже на настоящую войну… нет, Подземелье!

Похоже из-за того, что наставник понимал мою неопытность во всём, что касается отношений между мужчиной и женщиной, он всё сравнивал с Подземельем и авантюристами в процессе объяснения. Поначалу меня это удивило, но, к моему восхищению, благодаря этому я запомнил гораздо больше.

Впрочем, он постоянно прерывался, чтобы назвать меня ходячим ничтожеством и фанатиком Подземелья. Почему, интересно?

— Необходимо с самого начала использовать все до единой техники и тактики, которыми ты владеешь. Впрочем, в твоём случае попытка провернуть что-нибудь сложное – это пустая трата времени.

— А?

— Сложные приёмы тебе не подходят. К тому же, речь идёт о леди Силь. Она сразу раскусит неумелый психологический гамбит, и это тебе только повредит. Потому, единственное, чем ты можешь пользоваться, – это твоё тупое упрямство.

— В каком?..

— Будь на месте встречи раньше леди Силь. Во что бы то ни стало. За час до встречи, за три… это не важно, просто приди раньше. Чтобы хоть на что-то рассчитывать, ты должен быть воплощением невинности.

Наставник поправил очки, словно мудрый генерал, продумывающий план битвы.

— Главная твоя цель на этот фестиваль: перехватывать инициативу в каждом аспекте. Это всё.

Итак, вооружённый этим планом я пришёл на Площадь Амура за пять часов до встречи. Кстати, странные взгляды окружающих как будто спрашивали меня: «Ну и сколько времени ты здесь уже торчишь?» – и это заставляло меня чувствовать неловкость. Но я сделал глубокий вдох, чтобы успокоиться и продолжил ждать.

Я заставлю план наставника сработать. Я покажу, что его тренировка не прошла даром. К тому же, если я не преуспею, для меня всё будет кончено. Нужно защитить Паству Гестии!..

— …Белл!

Её голос послужил мне отмашкой.

Ощутив, что момент настал, я сконцентрировался и обернулся. И, на мгновенье, у меня перехватило дыхание. Силь бежала ко мне. Ещё никогда её такой не видел.

Я бы не удивился, если бы она сказала мне, что платье было сшито специально для этого свидания. Юбка, едва спускавшаяся до колен, подчёркивала

Касательно общей активности в городе…

С момента объявления Деметры о начале фестиваля, с восторгом Орарио справиться было очень трудно. Начался долгожданный Фестиваль Богинь. Шума в городе стало заметно больше, но нельзя было назвать его неприятным. Множество шагов по каменным улицам, игривые похвалы, возносимые дарам земли, будто из ниоткуда появлявшиеся группы музыкантов, с флейтами, трубами и барабанами, одетые в формальные костюмы дварфы, поющие низкими голосами, смешки и радостные разговоры толпы.

Все, кто находился под голубым небом, наслаждались заслуженным отдыхом. Город ожил и его наполнили звуки праздника.

— …Там так оживлённо, почему я должна работать?! — взвыла богиня.

Западная Главная Улица. «Щедрая Хозяйка».

— Вызвали меня ни с того, ни с сего и заставили вкалывать в таверне?! Что это такое?! И вообще, столько работы меня убьёт! Тут даже хуже, чем в киоске с картошкой, хуже, чем в лавке Гефест!

Гестия бегала, разнося заказы в забитой под завязку таверне. Она была одета в зелёную униформу горничной и белый фартук. Уникальная униформа «Щедрой Хозяйки». Чёрные волосы, завязанные в хвостики, метались из стороны в сторону, от огромной груди униформа трещала, указывая на усердие, с которым богиня занималась порученным ей делом. Однако, от обилия работы вскоре ей пришлось взвыть.

— Хватит жмяловаться и быстро за рмяботу!

— Уже забыла, что говорила когдмя приходила к нам за помощью беловолосику?!

— Ч-чтоб вас всех! Правда, говорила!

Хлоя и Аня ударили по больному, а Гестия, в ответ, могла только прикусить губу, чтобы сдержать слёзы.

Всё началось, когда работницы «Щедрой Хозяйки» без предупреждения ворвались в Поместье Домашнего Очага. Около месяца назад они ответили на призыв о помощи Гестии и пришли забрать свою награду, точнее, попросили оказать им услугу. Руноа, в отличие от Хлои и Ани, заявила что-то вроде: «Вообще-то нам пришлось не слишком тяжело, когда мы на глубинные этажи спускались», но, как бы там ни было, трое работниц подвергли себя опасности, чтобы прийти на помощь и Гестия, вместе с остальными членами Паствы не могли отказать им в просьбе.

В первый же день фестиваля, с самого раннего утра, членам Паствы Гестии пришлось работать, как ломовым лошадям.

— Мне наконец удалось выбить выходные на своих подработках, и ради чего?! Ва-а-а-а-а-а! Бе-е-е-е-е-е-елллл!

— Хватит верещать, продолжай гнуть спину! И не смей у меня отлынивать! — прорычала стоящая за стойкой дварфийка.

— Ип?! Простите, начальница! — богиня взвизгнула и подскочила.

Мия любого была готова загонять до полного истощения, будь он смертным или нет, а её яростные крики сотрясали даже небеса. Гестия перед ней была бессильна. Она совершила уже не один десяток ошибок и извинения вошли в привычку, перед владелицей она стала марионеткой, неспособной возразить.

— Никакого величия… Глядите, вот это у нас покровительница. Лили плакать хочется… — вздохнула Лили, неспособная скрыть своей усталости, когда на Гестию в очередной раз закричала дварфийка.

— Не неси ерунды. Даже меня эта дварфийка перепугала… и вообще, как дошло до того, что она заставила меня униформу шить?..

Лили была одета в миленькую униформу небольшого размера, при взгляде на которую Вельф, разносивший эль, испытывал чувство усталости. Он вспомнил, как Мия крикнула: «Нет у меня униформы для полуросликов и для мужчин, делайте сами!». Он до сих пор ощущал некоторую неловкость от того, что опыт, которого он набрался, когда шил для Белла боевую одежду, оказался ему полезен при изготовлении милых униформ для подработки в таверне.

— Всевышняя Гестия, остальные… мне очень жаль…

Лю пребывала в жалком состоянии.

Она упала на глубинные этажи вместе с Беллом и, ради их спасения, Пастве Гестии и коллегам эльфийки пришлось потрудиться. Если бы была какая-то ноша, которую она могла бы понести в одиночестве, она бы это сделала. К несчастью, жестокость реальности заключается в том, что в «Щедрой Хозяйке» нет места подобному самопожертвованию.

— Вам не стоит беспокоиться, Лю-сан! Вы несколько раз нас выручали и не только в этой экспедиции. Разве не лучше ли вернуть наш долг? Будь то бесплатная подработка или что-то ещё! — подбодрила эльфийку Микото, справлявшаяся лучше всех остальных.

Микото была немного разочарована тем фактом, что ей пришлось отменить все планы, после того как она, приложив огромные усилия и решимость, всё-таки пригласила Такемиказучи провести вместе праздник, но чувство долга было у девушки достаточно сильным, чтобы не придавать этому серьёзного значения.

На родине, в сиротском приюте девушка жила в бедности, отчего готовить, убирать и разносить заказы она умела так, что даже требовательная Мия сказала: «Ого, даже среди вас есть хоть кто-то, кто годен в работу». Всесторонне развитая и как авантюристка, Микото, демонстрировала уровень, до которого не каждый мог дотянуть.

— Принимаю заказы, проверяю, чтобы пол был чистым, мою тарелки и выношу мусор…

— Да, точно так. Строго говоря, нужно просто слушать, что говорит Мама Мия и реагировать, чем быстрее, тем лучше. Как я слышала, ты бывшая принцесса… или бывшая проститутка, или что-то там ещё, но работать у тебя получается неплохо.

— П-просто я на пути к своему просвещению!..

Харухиме, начавшая карьеру в качестве служанки в поместье, в работе уступала только Микото. Её хвост мотался из стороны в сторону, когда Руноа объясняла, что девушка-ренарт должна делать, чтобы помочь. Разносить и принимать заказы, протирать столы, мыть тарелки, выносить мусор и даже уходить за ингредиентами, когда это потребуется. «Щедрая Хозяйка» – очень сложное для работы место, в котором требуется исполнение различных обязанностей с очень высокой скоростью.

Кроме Ани и прочих официанток, остальные работают на кухне заведения. Поработав некоторое время, Гестия могла только крикнуть:

— Да как вы вообще справляетесь с таким количеством людей?!

— Мя-ха-ха… План сделать козлов отпущения из Пмяствы Гестии прошёл успешно! Рмяз у нас нет денег на найм дополнительных рмяботниц, нужно просто попросить ответную услугу!

Пока Гестия и остальные бегали по заведению, пытаясь всё успеть, Хлоя зловеще ухмыльнулась. Именно этого она хотела добиться за день до фестиваля.

— Людям нравятся богини, да и другие девушки в их Пмястве выглядят здорово! Какие крмясавицы! Это победмя! Дмяже Мама Мия не стала возражать! Идемяльно!

— Мне немного жаль Гестию и остальных… но план определённо сработал.

— Мяяяя! Кмяк это было умно, Хлоя!

— Хе-хе-хе… Дмявайте, хвалите меня ещё!

Хлоя, Руноа и Аня на секунду собрались на кухне, наблюдая за работой Паствы Гестии. В «Щедрой Хозяйке» посетителей было заметно больше, чем в других заведениях. Отчасти, людей привлёк слух о том, что Паства Гестии работает в таверне почти полным составом, а отчасти, как и сказала Хлоя, потому что красивые девушки привлекают внимание. Восточная красота Микото и Харухиме, одетых в одежду официанток приковала к себе взгляды всех посетителей таверны, как мужчин, так и женщин. А вид отчаянно перебирающей ногами Лили, пытавшейся успевать за своими подругами, развлекал пришедших божеств, которых так и тянуло похлопать милую девушку-полурослика по голове.

Девушки замечательно заполнили ту нишу, которую после себя оставила Силь. И, потому, Аня, Хлоя и Руноа могли сосредоточиться на своей настоящей цели.

— Мама Мия вышлмя с кухни! Нмястало наше время!

— Идём, Лю!

— Н-но…

— Рмязве тебе не интересно, как проходит свидание Силь с беловолосиком? И вообще, это единственный шмянс насладиться праздником! Единственная возможность в жизни посмотреть, что там происходит и съесть, что хочется, мя!

Лю претила мысль о том, что придётся бросить работу ради того, чтобы шпионить за свиданием Силь и Лю. Она обнаружила, что не может двинуться. Но потом…

— Ты правда не хочешь знать, что между ними произойдёт и как изменятся их отношения? — Хлоя прищурилась, она говорила необычно серьёзным тоном.

Это заставило Лю двинуться… и сломаться. Эльфийка молча прижала руку к груди и едва заметно кивнула.

— Ну так идём, мя! — крикнула Аня, возглавляя остальных на пути к двери.

Лю повернулась, бросила прощальный, полный сожаления взгляд в сторону Паствы Гестии и позволила Хлое себя увести.

— Прости за то, что я отправила письмо вот так, внезапно…

— Новость о том, что вы хотите позвать меня на свидание, застала меня врасплох.

Мы шли, держась за руки.

Я никак не мог успокоить свои нервы, но очень старался не показывать, насколько мне неловко, пока мы шагали по украшенным к празднику улицам.

— Прости, я просто очень хотела погулять по фестивалю… поэтому… — Силь шла рядом и, сияя, рассказала мне о том, что чувствовала на самом деле. — Большое спасибо, что пошёл со мной.

Её волосы колыхались, а лёгкий аромат щекотал мне нос. Я бы соврал, если бы сказал, что мое сердце не замерло, на мгновение.

После такой прелестной улыбки… я ни за что не могу сказать, что пошёл с ней на свидание только потому, что Хедин меня шантажировал. Я натянуто улыбнулся в ответ. Она сжала мою руку чуть сильнее, смущённая улыбка так и не сошла с её лица.

Странно представлять, что вот так краснея, со стороны мы, наверное, выглядим невинной и чистой парочкой.

Стоило моему разуму задуматься в этом направлении, как я тут же себя остановил. Я так стараюсь не терять концентрацию, но всё будет напрасно, если я хоть на секунду потеряю бдительность.

— Нам повезло, что погода сегодня отличная.

— Да, и правда повезло. Обычно я так не делаю, но я даже молилась богам погоды, чтобы хотя бы сегодня она была хорошей.

Я завёл короткий разговор, направляя нас туда, где звуки фестиваля слышались отчётливее всего.

Пройдя к юго-западу от площади Амура мы вышли на главную улицу.

— Ого-о-о!..

Нас встретило множество ларьков и деревянных прилавков, ломившихся от фруктов, овощей и круп.

У меня перехватило дыхание, когда я увидел привычный город в новом свете.

В торговом районе города и в обычные дни царит радостная суета, но сегодня, всё это пропитано духом фестиваля. И здесь он ощущается, как нигде в другом месте. Южная Главная Улица, заполнена людьми, наслаждающимися богатыми дарами сезона сбора урожая.

— Одна из самых знаменитых особенностей Фестиваля Богинь…

Взгляд к себе приковывали выстроившиеся в центре улицы телеги, запряжённые быками. На них лежала золотая пшеница, разноцветные ягоды и яблоки, огромные тыквы и прочие всевозможные фрукты и овощи. Плоды урожая выглядели не хуже сокровищ в каком-нибудь сундуке.

Я не заметил рядом продавцов и уже было подумал, что фрукты и овощи выставлены просто напоказ, пока не заметил, как какой-то человек из толпы не взял с телеги яблоко и не вонзил в него зубы. Никто его не окликнул и не помешал.

— Я слышал, что иногда людям позволяют пробовать что-то перед покупкой… но можно ли просто так брать что-то с телеги?

— Да. Хотя сначала нужно заплатить определённую сумму кому-то из Гильдии или Паствы Ганеша. Видишь у некоторых людей есть значки? Это признак того, что они заплатили.

Как и сказала Силь, во время Фестиваля Богинь Орарио, заплатив небольшую сумму можно есть фрукты и овощи, расставленные прямо на улице. Вдобавок, некоторые из ближайших лавочек продают готовую еду. Если какой-то ингредиент не полагается есть сырым, тебе его бесплатно приготовят.

Осмотревшись, я заметил улыбки на лицах как детей, так и взрослых.

В одной из лавочек что-то резали и отваривали, а рядом с ней готовили картошку на пару и жарили овощи. Повернув голову, я увидел стол, на котором нарезают фрукты и украшают ими мороженое. Эльфийская девочка восторженно подбежала и передала женщине-полурослику небольшую корзинку с крупой, а та, в ответ, дала ей тарелку овсянки, готовившейся в огромном котле. Кажется, блюдо было сладким, потому что у девочки загорелись глаза от ягод и цветочных лепестков, которыми оно было украшено.

Куда бы я ни взглянул, меня ожидал завораживающий вид. Если бы я просто так взял что-нибудь в деревне, в которой рос, во время фестиваля урожая, на меня бы накричали и призвали бы на мою голову ярость богов. Вообще-то, такое случалось, и не раз, потому что дедуля всегда проворачивал что-нибудь глупое, а мне перепадало вместе с ним.

Я сконцентрировался, чтобы не смотреть на всё, раскрыв рот, как какой-нибудь деревенский простак, потому что я на свидании с Силь. Впрочем, от того, что мы с ней наблюдаем такой необычный, красочный мир, моё сердце не переставало трепетать.

Наверное, такое возможно только в Орарио, в городе, в котором очень развита обработка магических камней.

— Раз уж мы сюда пришли, почему бы нам чего-нибудь не попробовать?

— Хорошо. Впрочем, для обеда немного рано. Хотя, я сегодня не завтракала.

— Правда?.. Честно говоря, когда я готовился к этому свиданию, почти ничего не ел.

— Хе-хе! Поэтому и я есть не стала!

Я слегка смутился, увидев, как Силь смеётся, прикрыв рот, но тут же понял, что от меня требуется и нашёл ближайшего к нам представителя Гильдии. Значок обошёлся в тысячу валис. Он был в форме небольшого щита, на котором была изображена пшеница и Деметра, эмблема Паствы Деметры, со словом «юг», написанным на коине. Похоже, выставленная на главных улицах еда отличается, поэтому, чтобы попробовать всё, придётся купить значки на каждой из улиц. Наверное, это часть замысла Гильдии. Несмотря на размах события, Гильдия отслеживает всё происходящее.

Наверняка можно нередко натолкнуться на людей, которые пытаются попробовать еду с каждой улицы и в итоге слишком сильно переедают.

Насколько я понял, этот значок предмет из магического камня и его невозможно изготовить. Любой, кто попытается его подделать, тут же будет арестован волонтёрами из Паствы Ганеша, которые следят за порядком в городе.

Следуя указаниям наставника, я попытался заплатить за оба значка лично, но Силь наотрез отказалась, и мы поделили цену. Я содрогнулся, потому что где-то в уголке моего сознания голос наставника произнёс «недостаток обнаружен», когда набирал небольшую связку золотой пшеницы, чтобы подойти к заинтересовавшей меня лавочке. Передав пшеницу старой женщине, я получил в ответ немного свежего хлеба. Я оторвал кусочек и добавил масла, как она предложила, а потом…

— О-объедение!

— Угум, это очень вкусно!

Хлеб был горячим и сладковатым. Я ощутил, как начали таять мои щёки. Даже мне порой хочется чего-нибудь сладкого. Я потерял счёт времени. Когда я расплылся в улыбке, наши с Силь взгляды встретились, и мы продолжили ходить мимо стендов, по пути утоляя аппетит.

— Скажи «а-а-а» Белл.

— Э?

— Скажи «а-а-а», и я дам тебе попробовать.

Неожиданно для себя, я увидел, как Силь отрывает кусочек своего хлеба и подносит его к моему рту. В её глазах я заметил игривый блеск.

…Так быстро до этого дошло!

Её неожиданная атака заставила меня немного отпрянуть. Но всё хорошо. Меня научили, как от этого отбиться! Когда Кассандра пришла в себя после того обморока, она ещё десяток раз обменивалась со мной укусами пока её жар не свалил. Её жертва не будет напрасной!

Я взял протянутую Силь руку в свою и откусил небольшой кусочек её хлеба, словно это было в порядке вещей.

— Э?

— Мммм, как вкусно. Не хотите моего?

— А? — глаза Силь округлились, словно она не понимала, что происходит, когда я предложил ответить любезностью на любезность.

— Давайте, скажите «а-а-а». — я расплылся в безупречно отработанной улыбке.

Она заметно смутилась, заметив, что я продолжаю держать её руку в своей.

— А… А-а-а…

А потом откусила кусочек моего хлеба. Её миленькие губы слегка коснулись моих пальцев, хоть и через перчатку. Я поддерживал на лице улыбку, а она держала мою руку у своих губ, начав жевать.

— Как вам?

— …Очень вкусно…

Я увидел, как покраснели её щёки, хоть она и пыталась спрятать лицо за моими руками с хлебом. Она старалась не смотреть мне в глаза, а я сказал:

— Рад что вам понравилось! — и доел последний кусочек хлеба.

— …А? Постой, чего?

Силь ошарашенно наклонила голову, а я игриво улыбнулся и нежным движением взял её руку в свою, прежде чем повести её дальше.

Кроме еды на южной главной улице продавалось много всего остального. Украшения из цветов и орехов, защитные амулеты, украшенные в стиле фестиваля, можно было встретить на каждом углу. Помимо прочего, очень много было торговцев, просто расстеливших плащи на мостовой и продававших разные украшения. Кто-то неподалёку устроил настоящий кукольный театр, показу явно помогал какой-то маг, потому что на выступление собралось посмотреть очень много прохожих. Чуть дальше, в месте, где улица выходит на площадь перед центральным парком, были установлены ворота, створки которых были сделаны из стеблей пшеницы.

Мы прошли по торговому району, с всевозможными казино и театрами, множеством различных украшений, но всё это время меня занимала мысль, которая никак к фестивалю не относилась.

Толпы народа сегодня просто ужасные…

Обычно я нечасто захожу в эту часть города, но даже я понимаю, что людей здесь гораздо больше обычного. Не то чтобы пришлось протискиваться, конечно, но огромный поток проходящих мимо людей и бегающие дети создавали определённую опасность и заставляли меня быть настороже.

…Наверное не стоит сравнивать, но это всё же лучше, чем Подземелье, где монстры могут напасть на тебя из ниоткуда.

Я поддерживал естественную скорость шагов, прикрывая Силь от толпы, насколько мне это удавалось. Чтобы оградить Силь, приходилось держать её за руку, но недостаточно сильно, чтобы это ей мешало. Иногда нужно было сбавить темп, а иногда пойти быстрее, чтобы дать ей дорогу. И, разумеется, я всегда оставался с той стороны, с которой нас поджимала толпа людей, убеждаясь, чтобы нам не приходилось слишком резко менять направление ходьбы или кого-то огибать. Когда к нам приблизилась карета, я отпустил её руку, на мгновение, и, продолжая с ней разговаривать, направил нас к обочине.

Я авантюрист четвёртого уровня. Полноправный авантюрист второго ранга. Ходить сквозь толпы людей вполне естественный навык… хотел бы я сказать. Правильное позиционирование при сопровождении кого-то через толпы людей оказалось одним из сложнейших уроков наставника.

«Если леди Силь получит хоть царапину, я тебя прикончу».

Я осознал всю серьёзность этого заявления по его взгляду. Холодок бежит по спине, когда я, рискуя жизнью, применяю технику наставника по правильному сопровождению дамы. Впрочем, благодаря этим усилиям я успешно позаботился о Силь. Я пытался не привлекать к этому внимания, конечно, но мне кажется, она начала замечать.

— …

Взгляд серых глаз впился в меня.

— Что-то не так?

— Вовсе нет, вроде бы ничего необычного, просто…

Когда я встретился с ней взглядом, она показалась мне шокированной, и совсем не в том смысле, в котором я ожидал.

— Так не должно было быть… я должна была тебя взволновать, но, почему-то, моё сердце никак не унимается… Гууууух, что-то не так…

Она приложила руку к своей розовой щеке и наклонила голову.

Ммммм… наверное можно сказать, что она наслаждается моментом?

Её реакция меня слегка поразила… но уже через мгновение мне пришлось пустить в ход руки.

— Прошу прощения… карманные кражи – это не лучшее занятие, как мне кажется, — предупредил я мужчину.

— Ой?!

Силь взвизгнула, когда мне пришлось приобнять её за плечо, чтобы поймать мужчину за руку, когда тот потянулся к её сумочке.

«Во время фестиваля карманники начинают действовать гораздо активнее» - ещё одно предупреждение наставника.

И ещё, помню, как строго меня всегда отчитывала Лили: «Вы всегда витаете где-то в облаках, старайтесь хоть немного быть настороже! Если бы я была воровкой, обобрала бы вас уже раз сорок!»

Наверное, Силь была более простой целью, потому что совсем не смотрела по сторонам.

Подобные вещи всегда вызывали у меня неудобство. Кажется, карманник был обычным человеком, не связанным с какой-нибудь Паствой, и не мог справиться с превосходящей чувствительностью и скоростью авантюриста высокого уровня. Услышав какой-то переполох, к нам тут же подоспели члены Паствы Ганеши и забрали карманника.

— Ммммм… Белл?..

Я почёсывал щёку, наблюдая, как они растворяются в толпе, когда меня привёл в чувство едва слышный голос. Силь очень смутилась от моего прикосновения. Я тут же отпустил её плечо и повернулся к ней лицом. Она смущённо улыбнулась, почти наверняка ощутив неловкость от того, к чему не привыкла.

— Простите. С вами всё хорошо?

Щёки Силь полыхнули с новой силой.

— Неплохо, паренёк!

Руноа выглядывала из-за угла вместе с Хлоей и Аней, наблюдая за Беллом и Силь.

— Мне кмяк будто кажется, что беловолосик круче, чем обычно!

— Да, да. Кажется, будто не только внешне изменился.

— Когдмя он успел стать таким сердцеедом?! Уровень его гормячести восемьсот, девятьсот, тысяча!.. Мя?! Продолжмяет расти?!

Их небольшая группа следила за свиданием со стороны. Аня отследила Силь по запаху, после того как они вышли из «Щедрой Хозяйки». Впрочем, разумеется, куда больше девушкам просто хотелось отдохнуть в свой выходной.

Девушки не придавали значения озадаченным взглядам, которыми их одаривали прохожие. Аня держала кремовое пирожное в одной руке, а горячую картошку в другой, кусая их попеременно.

— Мя! Идеальное позиционирование!..

— В каком смысле, Хлоя?

— Он змящищает её от давления толпы со всех сторон одновременно! Кмякая безумно высокоуровневая техника… Кроме меня её никто бы не заметил, мя!

Почему-то, Хлоя выглядела очень задумчивой, объясняя, как именно Белл защищает Силь от давления толпы.

— Он уже не мяленький новичок, он самый мястоящий обходительный новичок! — объявила Хлоя.

— Ого!

— …

Только Лю молча наблюдала за Беллом и Силь, приложив руку к груди.

Мы попробовали много разной еды, поговорили и сели на скамейку, чтобы немного отдохнуть в пути. Бродить по торговому району, наслаждаясь атмосферой фестиваля было довольно весело.

По пути я ощутил будто Силь пристально на меня смотрит, но, когда поворачивался, она расплывалась в улыбке, чтобы это скрыть.

— Хотите попробовать что-нибудь ещё, Силь?

— Мммм… пожалуй, мне пора остановиться. Я уже слишком много съела…

— Наверное все дело в переедании ягод.

— Гррр.

— Ха-ха-ха.

Силь недовольно посмотрела на меня, когда я её подразнил, но недовольное выражение на её лице быстро сменилось улыбкой.

Сложно сказать, что происходит, но что-то очень неплохое. Мы повеселились, просто побродив по праздничной улице. За это небольшое время моя обычная неловкость как будто немного поутихла.

…А это значит, что пора переходить к главной части моего плана.

— Силь, вы хотели сегодня где-нибудь побывать?

— А?

— Если есть место, в котором вы хотели бы побывать, дайте мне знать.

Первое правило наставника: мужчина всегда должен вести женщину. Но также он должен спросить, хочется ли ей чего-нибудь. Важно поддерживать общее взаимопонимание.

Свидание — это мероприятие, которое устраивают двое людей, но оно никогда не будет линейным. В процессе исполнения необходимо учитывать мнение второго человека, чтобы насладиться проведённым с ним временем. В этом вся суть.

— Мммм… Ничего особенного…

— В таком случае, есть место, куда я хотел бы вас отвести. Не возражаете?

Правило номер два: обличай свои мысли в слова как можно скорее. Промедление твой злейший враг.

Впрочем, всегда помни о том, что, даже если твой партнёр не выказывает возражений, ты постоянно подвергаешься проверке. Никогда не позволяй себе потерять бдительность.

Будь уверенным, доброжелательным и смелым.

— …Всё, что будет касаться планирования свидания, ты должен придумать лично. Это правило не терпит исключений, — говорил наставник.

Если свидание будет запланировано не мной, оно не будет ничего значить.

— Я обучу тебя необходимому минимуму, и вобью в твою голову правила и нормы, но на этом всё. Касательно самого свидания я не скажу ни слова.

— Эээээ?! Н-но…

— Глупец. Советы от других людей, книги, божественные прорицания… всё это всего лишь предложения. Если ты не способен собрать и сложить все доступные ресурсы и подсказки лично, не способен вызвать у леди Силь улыбку своими силами, она не получит искреннего удовольствия, потому что в этом не будет отпечатка твоего характера.

— !

— Сколько мужчине и женщине дано разделить радости вместе? К концу дня раскроется вся суть проведённого свидания.

Из всех правил наставника это запомнилось мне сильнее всего.

Поначалу мне казалось, что я занимаюсь всем этим только ради защиты Паствы Гестии, но вскоре я осознал, что хочу принести радость Силь. Хочу ей отплатить. И это искреннее чувство. За то, что она всегда готовит мне обеды. Всегда радуется моему приходу в таверну. А когда я осознал, насколько огромная пропасть отделяет меня от одного человека, именно она напомнила мне, что постоянно идти на риск – это не выход. Перед «Битвой» она дала мне защитный амулет. А во время случая с Ксеносами, когда моё тело было невыносимо холодным, она окутала меня нежной теплотой.

Я всё это помню. Она дала мне очень многое. И я хочу отплатить ей, насколько это возможно. Потому, несмотря на то, что я никогда раньше не ходил на свидания, я готов посвятить организации этой встречи всего себя.

Силь улыбнулась…

— …Хорошо, тогда пойдём туда, куда ты хочешь меня отвести!

Я радостно улыбнулся и ощутил, что мои щёки слегка покраснели.

— Прогулка выйдет долгой, поэтому я предлагаю взять карету.

Мы отправились к тому месту, где чаще всего останавливались извозчики. Я подошёл к одному из них. Не к человеку с недорогой каретой, которые чаще всего курсируют по Орарио, а к полноценной карете, на которой стоят амортизаторы из магических камней. В обычной карете заметна любая тряска, а амортизаторы поглощают мелкие выбоины, и ехать можно с большим комфортом. Естественно, этому меня обучил наставник. Он даже припугнул меня, тем, что со мной сделает, если я посажу Силь в обычную карету.

Если бы я был один, я бы просто побежал, но вместе с Силь будет куда лучше нанять экипаж. Карета, которую я нанял стоит заметно дороже, но сейчас не время экономить. Да и денег, за время практики с наставником, мне удалось скопить немало.

Карета, в которую мы забрались, была странной на вид, извозчик сидел сверху и сзади самого экипажа, но, когда взмахнул кнут, мы двинулись с огромной скоростью. Наш экипаж был несколько меньше прочих, и поэтому мог маневрировать гораздо лучше, хотя сидения, при этом, могли вместить всего двоих людей. Он был роскошно украшен и, наверное, можно было бы назвать меня за это эгоистом, мне понравилось ощущение от того, что наша карета приковывает взгляды. Впрочем, вполне возможно взгляды были направлены на нас потому, что рядом со мной сидела прекрасная девушка.

А когда мы поехали по юго-восточному району, амортизаторы не могли поглотить всей тряски, и мы с Силь то и дело касались друг друга, краснея и улыбаясь.

— Позволите? — я спустился первым и протянул Силь руку.

— Большое спасибо.

Мы сошли с экипажа, когда оказались в нужном мне месте, на Восточной Главной Улице.

В сравнении с торговым районом он был украшен не так пышно, но на улицах всё равно царило непередаваемое оживление. Кто-то спешил в амфитеатр, в котором, судя по рыкам монстров, проводилась Монстромания.

Мы взялись за руки, и я повёл Силь с главной улицы в переулки. Даже в самых узких переулках кто-то установил красивые цветочные украшения.

— Мммм? Мы же… — Силь огляделась, словно что-то заметила.

Вскоре мы вышли с другого конца переулка.

— А! Братец!

— И сестрёнка!

К нам побежали дети, с улыбками на лицах.

— Лай? Фина?

— Вааааах! Сестрёнка, ты такая миленькая!

— Что с тобой, Братан? Ты такой важный!

— Какой красавец…

— Ха-ха-ха!..

Силь удивилась, увидев Лая, Фину, Рюу и остальных.

Дети из приюта были очень нам рады.

— Уж не Белл ли это. Кто бы мог подумать, что вы к нам зайдёте.

— Здравствуйте, Мария.

Глава приюта, Матушка Мария, нас встретила.

Мы на Улице Дедала.

Жители трущоб устанавливали лавочки и прилавки прямо на входах своих домов и лестницах… точнее, их летний фестиваль куда больше походил на какой-нибудь крупный базар. Лай и остальные дети также поставили небольшой прилавок.

— И что же вы продаёте?

— Мммм, у нас есть эль! — улыбнулась Фина.

За спиной смеющейся девочки я заметил несколько бочонков. Жидкость, которая была выставлена на пробу явно напоминала эль.

— Приятный старый дварф сказал, что можно очень много заработать, если продать эль! Мы помогали его варить! — добавил Лай, гордо выпятив грудь.

Неподалёку я заметил краснолицего дварфа, явно приятеля детей, который показал два больших пальца. Что же, алкоголь во время праздников и правда расходится неплохо, и многие пьют его несмотря на возраст… но я надеюсь, что эти дети нисколько не пробовали…

Они восторженно спросили у меня, хочу ли я эля, но я неловко улыбнулся и отверг их предложение. Наверное, во время свидания с Силь я не должен пить, потому что в голове мгновенно возник образ наставника, готовящего к удару заклинание…

После этого дети повели нас гулять.

Фина взяла Силь за руку, а Лай подталкивал меня в спину, в то время как Рюу, словно младший братик (сестрёнка?) вцепился в мою руку. Остальные дети кружили вокруг нас, почти не давая продохнуть, а в короткие паузы мы с Силь переглядывались.

— Пшеничные печеньки!

— Чтобы их приготовить мы одалживали плиту!

— Попробуйте! Попробуйте!

У них много всего было на продажу, кроме эля, коричневые, явно слегка пережаренные печенья, тушёные овощи, прямиком с огорода приюта. Отчасти мне хотелось купить хотя бы чуть-чуть, потому что дети сделали всё это своими руками, но ещё и потому, что выглядело это очень вкусно. Мария смотрела на нас добрыми глазами, как и в первый наш с Силь визит в приют.

Когда Ксеносы выбрались на поверхность, я всех детей обидел. Какое-то время они меня недолюбливали. Но теперь мне ещё радостнее от того, что я снова могу с ними улыбаться и радоваться.

— Давай станцуем, Сестрёнка!

— …Какая чудесная идея!

Может продаваемый почти повсюду эль начал оказывать на жителей трущоб действие, но потихоньку начали появляться люди, наигрывающие музыку на старых и побитых музыкальных инструментах. То, что они играли, постепенно сливалось в одну приятную мелодию и кучка девочек начала приглашать Силь станцевать прямо посреди улицы.

Мне показалось, что на улице Дедала есть что-то вроде народного танца. Сначала танцующие сходятся в круг, а потом двигаются в такт музыке.

На лице Силь была нежная улыбка. Наверное, подобное можно назвать родительской любовью. Она держалась за руки с детьми и подскакивала музыке в такт. А когда девочка-амазонка вцепилась в неё сзади, Силь, с наигранной злостью, стала тянуть девочка за щёки.

Кажется, уголки моих губ достали до ушей, когда я радовался и смеялся, стоя неподалёку. Подобное уже случалось. Я открыл сторону Силь, которой ещё не видел. Это не та девушка, которая работает в таверне. Она кажется совсем невинной, и такую Силь хочется порадовать снова.

— Братец! — радостно вцепилась в меня Фина.

— Не сейчас, Фина. Белл отдыхает, — слегка приструнила её Мария, передавая мне кружку свежевыжатого фруктового сока.

Я поблагодарил её в ответ, принимая питьё…

— Большое спасибо вам за встречу. Вы точно не против? Мне показалось, вы гуляете по фестивалю вдвоём…

— Всё не так, Мария. Мне о многом пришлось думать, и… мы пришли сюда, потому что я знал, что Силь будет этому рада.

И это искреннее чувство. После моих слов обеспокоенность Марии сменилась нежной, почти материнской улыбкой.

— Большое спасибо, — сказала она.

— Это я должен вас благодарить, — я ответил чуть взрослее, чем обычно.

— Братишка, ты сегодня такой классный! — неожиданно Фина прижалась ко мне и потёрлась щекой о мой живот, размахивая своим хвостом. Я слегка покраснел, получив такую прямую похвалу.

— А у сестрёнки сегодня очень крутое нижнее бельё! Когда я её обнимала, я прощупала одежду! Как будто оно на случай особого свидания!

Неужели у Силь есть личный дизайнер нижнего белья?

— Братишка! Вы с сестрёнкой собираетесь провести вместе ночь? — глаза Фины блеснули.

— О чём она говорит?! — мой голос случайно оказался громче, чем мне бы хотелось.

Она знает о чём говорит, неужели?..

— Ну ведь сегодня день фестиваля урожая, так? Матушка Мария говорила, что в этот день многие парочки обзаводятся детьми!

У меня лицо дёрнулось, и я побагровел. Меньше, чем секунду спустя, достаточно быстро, чтобы шокировать даже бывалого авантюриста, Мария прикрыла кажущейся невинной девочке рот и прикрикнула «Фина?!»

Фина в ответ могла лишь промычать, а Мария покраснела и попыталась обратить всё в шутку. Я напряжённо посмеялся в ответ. Неожиданная неловкость оказалась слишком давящей.

Этого ни за что не случится, но одна простая мысль… я никак не могу избавиться от красноты щёк при взгляде на Силь.

— Ай!

Мальчик-полурослик, танцевавший в круге, упал. Падение было жёстким. На его руке появилась крупная царапина, кровь покатилась каплями.

— Оссиан! — крикнул Лай.

Приятная музыка остановилась.

Мальчик заливался слезами быстрее, чем они успевали выкатиться из его небольших круглых глаз. Прежде чем мы с Марией успели подбежать, его обняла Силь.

— Ты в порядке, Оссиан?

— С-сестрёнка!..

— Больно же, да? Давай, плач сколько тебе угодно. Всё хорошо, сестрёнка знает заклинание, которое снова позволит тебе улыбнуться.

Она встала на колено, обнимая Оссиана. Она не обратила внимания на то, что испачкается её одежда, прижимая мальчика к себе. Оссиан отчаянно пытался скрыть слёзы, прижимаясь к её груди. Бледные белые руки девушки придерживали его спину, неспешно его поглаживая.

Пусть слёзки выйдут. Пусть слёзки выйдут,

Потому что тебя здесь нет.

В цветочном саду всё красным и золотым цветут.

Пусть свет, который мы не видим нас направит.

Давай улыбнёмся, да, улыбнёмся все вместе,

Потому что однажды мы встретимся снова, я знаю.

Она начала распев, похожий на заклинание в ритме колыбельной. Никто не мог двинуться. Все взгляды сошлись на Силь. Она выглядела почти как богиня, утешая ребёнка. Её прекрасный голос наполнил притихшую улицу района-лабиринта.

— …Всё хорошо. Я уже не плачу…

— Правда? Это же чудесно! Почему бы тогда не улыбнуться?

Вдохновлённый улыбкой Силь Оссиан, также расплылся в улыбке. Вскоре все вокруг были тронуты происходящим и начали раздаваться приободряющие крики. В считанные секунды улыбка появилась уже на моём лице, и мы с Марией подошли к Силь и мальчику.

Мы промыли царапину Оссиана и наложили повязку.

— Спасибо, Мама, братец! — ухмыльнулся мальчик, возвращая своё обычное, радостное настроение.

Силь будто бы взаправду наложила на него заклинание.

— Присоединишься ко мне, Белл?

— Э?

— В продолжении танца. Мы ещё не закончили.

Силь поднялась и окинула детей взглядом.

Лай, Фина, Рюу, Оссиан и прочие дети приюта начали радостно кричать и смеяться. Новое начало. Я нарушил долгое молчание, улыбнувшись.

— Можно я… в этот раз станцую с тобой?

— С радостью соглашусь! — ответил я, принимая её руку.

Держась за руки, мы начали танцевать. Мы с Силь начали свой, импровизированный вальс, оказавшись в центре толпы детей. В этикете не было нужды. Значение имело только веселье.

Дети, взявшись за руки, начали кружиться вокруг нас. Некоторые из них начали играть на окаринах, словно делали это всю свою жизнь. Не желая уступать, взрослые начали барабанить и хлопать в ритм. Топот и хлопки. Небольшой, безымянный оркестр наполнил Улицу Дедала музыкой и танцами.

Заслышав бодрую мелодию, на улицу начало подходить всё больше прохожих. Фина и Рюу брали их за руки, вводя в круг танцующих.

Музыка не утихала, улыбки кружились повсюду. На какое-то время все забыли, что Улица Дедала — это трущобы и просто наслаждались жизнью.

— Ха-а-а-ах… вот это был танец.

Силь вздохнула, присаживаясь на скамейку, чтобы отдохнуть от приятной усталости.

Мы решили передохнуть, наблюдая, как дети и взрослые продолжают начатый нами танец. Подобные возможности выдаются нечасто. Многие люди начали собираться на Улице Дедала, радуясь неожиданным танцам. Даже не знаю, намеренно это было или нет, но доброта, которую проявила к ребёнку Силь, сделала это возможным.

— Песня была очень красивой. Что это было за заклинание?

Мария была занята, и я протянул Силь чашку сока вместо неё. Силь поблагодарила меня и ответила на вопрос.

— Это была импровизация. Я придумала её на месте, — сказала она, показав мне язык.

— Э? Правда?

— Да. Просто захотелось, чтобы Оссиан и остальные улыбнулись.

Я удивлённо сел рядом, и только после этого заметил, во что превратился её наряд.

Её красивая одежда перепачкалась, когда она обняла Оссиана, чтобы тот перестал плакать. Слёзы были почти незаметны, однако пыль и крупное кровавое пятно, с другой стороны, на жакете невозможно было не заметить.

Наверное, заметив мой взгляд, Силь подняла брови.

— Я немного испачкалась, но разве так я не выгляжу милее? Это новый стиль!

Кому-то, кто не знает, что именно произошло, будет непросто назвать вид Силь милым, даже из вежливости. Но, несмотря на это, Силь продолжала улыбаться. Будто бы ей всё нравилось. Словно её вид нисколько её не заботил. Как бы там ни было, она выглядела очень позитивно и бодро.

И это отношение заставило меня ощутить теплоту и лёгкое головокружение. Конечно, я этого не посмею, но мне очень захотелось обнять её и прижать к себе. Я даже задумался, не эту ли улыбку на её лице я всё время хотел увидеть.

— Ты знал, что дети поставят прилавок, Белл?

— Да. Услышал от Марии. Вы собирались сюда прийти, не так ли?

— Да… думала, придётся идти в другой день, — пробормотала Силь. — Похоже, ты меня раскусил, — добавила она, с интересом разглядывая проходящих по Улице Дедала людей.

— Много всего случилось… но мне показалось, что было бы здорово снова провести время вместе с вами и детьми.

Улица Дедала почти восстановлена. Дети живут во временных домах, но уже совсем скоро смогут вернуться к привычной жизни. Мне захотелось зайти к ним вместе с Силь, чтобы потом отпраздновать их возвращение. Это свидание напомнило мне о воспоминании, которое мы с Силь разделили.

Она прищурилась.

— Я рада, — задумчиво сказала она. — Я очень рада… это прекрасное свидание.

Она улыбнулась мне своей прекрасной улыбкой.

Только вот мне ни за что нельзя поддаваться её красоте. Кое-что другое сдавливало моё сердце, когда я расплылся в естественной улыбке.

— ?.. Что такое?

— Ничего… но я тоже рад.

Наверняка сейчас моя улыбка очень напоминает улыбку ребёнка. Я прекрасно понимаю, что это похоже на ребячество, но не могу её скрыть.

— Я и подумать не мог, что буду так рад от того, что мой небольшой план на свидание приносит вам радость.

Я улыбнулся шире, обнажив чувство, которое было в моём сердце.

Увидев эту улыбку, Силь застыла. Кажется, её лицо снова начало краснеть. Я почти испытал восхищение, но тут же собрался с мыслями.

— Силь, мы идём тебе за новой одеждой.

— Белл?

— Я ещё в нескольких местах хочу с тобой побывать.

Я взял её за руку и легонько потянул, несмотря на её удивление.

Силь заметно полыхнула, когда я попрощался с Марией и детьми, уводя её за собой. Она успела лишь помахать рукой и крикнуть: «Ещё увидимся!».

Я начал испытывать искреннюю радость.

Мне захотелось отплатить Силь ещё сильнее! Хочу, чтобы она от всей души насладилась проведённым временем!

— Довольно эффективно. Если дело касается её, переходить в защиту очень глупо.

Беловолосый паренёк уводил девушку с серыми волосами всё дальше, Хедин наблюдал за ними с высоты.

Он присматривал за площадью перед старой церковью с крыши находящегося неподалёку дома, эта крыша возвышалась над крышами остальных зданий.

Голоса людей, радовавшихся празднику внизу, были слегка приглушёнными.

— Если отдать ей инициативу, ни единого шанса на ответный шаг уже не будет. Потому, единственное, что остаётся, это переходить в бесконечное наступление. Вести её вперёд, создавая непредвиденные ситуации. Единственное, что может сделать этот день особенным, это поддержание лидерства. Но если вдруг ты переступишь черту и попытаешься провернуть нечто извращённое, умрёшь на месте.

Члены Паствы Фреи рассредоточились широким фронтом, оставляя Силь в центре.

План «Прикрытие Фловер» (получивший такое название от Хегни), подразумевал наблюдение за парой с крыш зданий, из-за углов и смешение с толпой, подобно личным телохранителям, несущим бремя защиты девушки. Впрочем, гораздо точнее его можно описать, как окружение Силь и Белла.

Если вдруг Силь окажется в какой бы то ни было опасности, её тут же заслонят от мечей, или магии, способной причинить ей вред.

Если Белл вдруг попробует завести её в какое-нибудь подозрительное место для уединения, его тут же устранят. Неудачливый кролик даже не подозревает, насколько тонкий лёд нащупали его ноги, даже не догадывается, что в этом свидании на кону его жизнь… хоть и замечает множество пристальных взглядов, от которых его сердце содрогается.

— Впрочем, волноваться о том, что тугодум вроде тебя вдруг сделает какой-то решительный шаг, лишь напрасно тратить время.

Обычно, для защиты Силь не выделяется столько сил. В основном один-два авантюриста первого ранга присматривают за ней из тени. Причина, по которой количество охранников было увеличено и до авантюристов второго ранга в том числе, заключается в том, что Силь пригласила Белла на свидание сама, а значит испытывает к нему явную симпатию.

Проще говоря, члены Паствы начали ревновать. Это говорит о важности девушки, по имени Силь Фловер для Паствы Фреи.

— Пока он справляется удовлетворительно…

Хедин же так пристально наблюдал за парой по другой причине. Защита Силь была лишь предлогом, в первую очередь он оценивал проходящее свидание. Он наблюдал, как перепрограммированный Белл сопровождает Силь.

В каком-то смысле, это было попыткой исполнить желание Силь. На случай, если Белл совершит какую-нибудь очевидную глупость, Хедин держал несколько довольно серьёзных заклинаний. В оправдание своего прозвища, Хильдслейф, он обладал безупречным контролем над своей магией и был лучшим кандидатом на мгновенное устранение парня прямо из-под носа Силь мгновенным ударом молнии. После этого, Хедин бы сурово наказал парня и заставил его пройти очень быструю переподготовку.

Он ужасно придерживается данных ему уроков, и его действия невыносимо неэффективны, но… как я и думал, пока он оправдывает ожидания…

Вспоминая пятидневную тренировку, Хедин изменил своё мнение о Белле Кранелле.

Этот парень привлёк внимание богини, которую Хедин любит и уважает, ослепительными темпами своего роста. Конечно же, всё это время он был бельмом на глазу эльфа, но его выносливость во время тренировок показалась Хедину весьма достойной.

Хедин ненавидит бездарей. Тех, кто ведёт бесцельную жизнь, он считает рабами жалкой гордости и эгоизма. Именно из-за того, что эльфы обладают более продолжительной жизнью, он отказывался выносить лентяев всех остальных рас, умирающих гораздо быстрее. Впрочем, и эльфов, поглощённых глупым высокомерием, он находил исключительно невыносимыми. Каждый день Хедин ловил себя на мысли о том, что недостойным бездарям стоит начать ценить свою жизнь.

Вместе с тем, Хедин очень ценит способных представителей разумных рас. Отчасти именно поэтому, он приобретает определённый уровень уважения к тем, кто прикладывает усилия к тому, чтобы стать лучше.

В этом отношении Белл Кранелл прошёл его строгий отбор. Парень буквально ставит свою жизнь на кон, чтобы жить по полной. То, как он на первом уровне победил минотавра, то, как он пережил схватки с Аполлоном и Иштар, как повёл себя во время неприятностей с Ксеносами, случай о его попадании на глубинные этажи, о котором ходят слухи. Белл Кранелл преодолел то, чего другие люди не могут себе и представить, и сейчас продолжает отчаянно гнаться за авантюристами первого ранга.

Если он умрёт где-то на этом пути и исчезнет из воспоминаний всех прочих людей, Хедин будет помнить приложенные им усилия и искренность. Впрочем, сильнейшими авантюристами можно назвать лишь тех, кто на этом пути не умер…

Всё же, Белл сделал достаточно, чтобы быть признанным Хедином.

Даже сейчас, в необычной обстановке этого свидания Белл был вынужден принять иррационально высокие требования, но не сбежал от брошенного ему невозможного вызова. Какими бы ни были его мотивы, он попытался избавиться от своей безграмотности. Один лишь этот факт заслуживал уважения Хедина.

Впрочем, какие бы чувства ни испытывал Хедин, он не снизил ожиданий от парня.

— …Сможешь ли ты позволить ей осознать, чего она желает?

Бормотание эльфа было подхвачено ветром, и не должно было достичь ничьих ушей.

Однако за его спиной возник силуэт.

— Чего ты там бормочешь, уродец?

— …Даже я, время от времени, погружаюсь в свои эмоции. Подслушивание – не самая приличная привычка, и тебе стоит от неё воздержаться, идиот.

— Это ты тут сам с собой разговариваешь, мудак. Меня за свою глупость не вини.

Аллен.

Многие могли бы не поверить в то, что разговор ведут члены одной Паствы, учитывая уровень враждебности, который они поддерживали, и тот факт, что они даже друг на друга не посмотрели.

Аллен стоял рядом с Хедином, держа в руках серебряное копьё и не сводя взгляда с Белла и Силь.

— Остальные начинают точить клыки. Ты тут главный, вот и разбирайся.

Комментарий был достаточно жёстким, чтобы подумать о том, что Аллен ищет драки, но Хедин в ответ лишь вздохнул.

Аллен занимает положение второго среди авантюристов Паствы. Эту роль он ненавидит, однако она была возложена на него после того, как Хедин отказался. Впрочем, это случилось годы назад.

Хедин отрывисто кивнул, признавая просчёт, а потом, не без интереса, вдруг взглянул на Аллена.

— А ты готов нарушить приказ?

Взгляд эльфа словно спрашивал: «Ненавидишь ли ты Белла, когда Силь смотрит на него таким взглядом?»

— Не задавай вопрос ответ, на который ты знаешь, — раздражённо ответил коточеловек. — Я верен богине.

Словно объявив об окончании разговора, Аллен бесшумно прыгнул дальше. Никто не заметил, как он продолжил следовать за парой.

Хедин посмотрел коточеловеку вслед и перескочил на другую крышу, готовясь раздавать приказы.

Покинув Улицу Дедала, первым делом мы пошли за новой одеждой для Силь.

— На вас это смотрится просто чудесно, Силь!

Небольшой жакетик, такого же размера что и первый. Платье Силь не пострадало, поэтому его менять не пришлось. Я удовлетворённо улыбался, продемонстрировав свою состоятельность, когда платил за обновку.

— Б-большое спасибо… — сказала Силь, краснея.

— Ой, у тебя лепесток в волосах!

Я потянулся и прямо во время прогулки убрал персиковый лепесток из её волос. Их сбрасывают с крыш во время фестиваля.

— П-прости… — она снова покраснела, смущённо отводя взгляд.

Ощутив, что она продолжает смотреть на мою руку, я тут же нашёлся.

— Вы не против, если я возьму вас за руку, Силь?

Я улыбнулся, отметив, что совсем забыл снова взять её руку в свою.

— Уууууу… — Силь в очередной раз покраснела, издав урчание, похоже на миленький писк щенка.

Чего?..

Почти сразу после того, как мы оказались на Восточной Главной Улице, Силь взорвалась:

— Что-то не так! Что-то в тебе определённо не так!

Она закричала прямо посреди улицы, отчего прохожие начали на нас оборачиваться.

— Не может такого быть, чтобы Белл, стыдливый мальчишка-кролик, смог бы так гладко говорить о том, что я выгляжу прекрасно или мило!

— Н-но… я же просто сам собой…

— Или позволял мне отдохнуть ещё до того, как я сама заметила, что хоть немного устала! А ещё вряд ли заметил бы, что я хочу держаться за руки! Ни за что! Тот самый, ведущий себя как ребёнок Белл, голова которого забита подземельями, подземельями и подземельями! Который совсем не понимает чувств девушек! Тот Белл на такое не способен!

— Н-не надо было столько всего говорить…

Ощущения от того, каким меня всё это время видела Силь, начало пожирать моё сердце.

— Так мне не стоит? — нервно спросил я.

— Нет, я рада! Правда, рада! Но так быть не должно!

Кажется, спуская на меня пар, она не могла унять смущения. Казалось, она сейчас начнёт топать своей ножкой. Настолько неуместно и мило она выглядела.

— Я собиралась держать тебя за руку и каждый раз, когда ты краснеешь, дразнить! И всё такое прочее!..

А-а-а-а, теперь мне стало понятно…

Если бы я не прошёл тренировку у наставника, всё это время она бы просто водила меня за нос. Даже не знаю, хорошо это или плохо, но, кажется, она не совсем довольна тем, как всё обернулось.

Я начал немного беспокоиться, но вдруг заметил, что на прилавке поблизости лежит виноград, покрытый слоем глазури.

— Мммм?.. Ого, тут продаётся карамелизованный виноград.

Виноградины поблёскивают словно драгоценные камни, я, не теряя времени купил одну.

— Не хотите попробовать, Силь?

Она гневно свела брови, когда я взял одну из виноградин с прилавка и предложил ей.

— Ну вот! Ты снова это сделал! Ты собирался сейчас сказать мне, чтобы я сказала: «А-а-а-а», – не так ли?!

— Нет, я не собираюсь повторять это так часто!.. Просто хотел отдать вам виноградинку!

Она снова издала звук, похожий на рычание щенка. Ошеломлённый её настойчивостью я неловко улыбнулся.

— Так вы не хотите?

После этого вопроса она покраснела, отвела взгляд и пробормотала.

— …Нет, я хочу…

Её тихий голос был едва различим в шуме толпы.

Я поднёс виноградину к её рукам, а она посмотрела на меня, как капризный котёнок, так что я сдался и поднёс виноградину к её губам.

Она откусила кусочек.

Поверхность глазури треснула, и раздался освежающий звук проливающегося сока, когда её зубы оказались в виноградине. Судя по красноте её лица, такой горькой сладости в её жизни ещё не было.

— …ГАХ?! — Хлоя заломила руки.

— Хлоя?!

Преследователи парочки скрывались в тени переулка. Аня и Руноа вскрикнули, когда чёрная кошка неожиданно начала заваливаться на спину.

— Я этого больше не вынесу… Сколько мям ещё смотреть на их миленький флиртик?.. Слушайте мою эпитафию:

Сторону Силь эту

Видеть я не хотела.

Погасила жизнь.

— …гх!

— Разве следить за свиданием не было нашим решением?! Живи, Хлоя! Вернись!

— Хломя! Не умирмяй!

Волна горькой сладости сокрушила одну из девушек, выкачав из неё всю решимость продолжать. Пока трое девушек погрузились в драматическую суету, не обращая внимания на порождённые для прохожих проблемы, стоявшая рядом Лю…

— С-Силь… Как настойчиво… Кто бы мог подумать, что вы уже так далеко зашли!..

Эльфийка прикрыла пунцовое лицо руками, но продолжала следить из-за пальцев за находившейся неподалёку парой.

То, что делали Белл и Силь, едва заходило за черту «чуть больше, чем друзья» и даже не приблизилось к уровню любовников, однако, для наивной, прямолинейной и чопорной эльфийки это было нечто неподобающее. Она не могла смотреть на это без смущённого шока.

Все четверо девушек следили за каждым действием Силь и Белла.

В то же время…

— Тц.

Авантюристы Паствы Фреи, поставленные на защиту Силь не могли смотреть на Белла без ярости во взгляде.

И повсюду…

Все авантюристы-парни не могли в сердцах не подумать: «Сдохни в огне, треклятый кролик!» Взгляды проходивших мимо мужчин наполнялись кровожадностью и завистью при виде Кроличьей Лапки и его прекрасной спутницы.

…Н-на нас как будто сотня людей разом смотрит…

Остро ощущавший всевозможные взгляды Белл почувствовал, как его прошибает холодный пот, после направленной на него со всех сторон враждебности, каждый раз, когда краснела Силь.

Их праздник урожая был очень далёк от завершения.

Люди это глава перезалив главы с ранобехаба , а переводчиками является команда Japit Comics

----------

Монолог 3

[[image:/storage/reader-images/ce7ee19d03c4050808e6af9a8d6289b6b5b774c1.jpg]]
Что-то не сходится.

Так мне показалось.

Я никогда не представляла, что всё вот так обернётся. Мне хочется кричать.

…Как до этого вообще могло дойти?!

…Разве это не странно?! Нет, правда! Не странно?!

…Когда он успел обзавестись такими манерами?!

Что пошло не так?! Почему кто-то, кто всегда краснел и смущался вдруг стал почти идеальным сопровождающим, именно сегодня?!

Это какая-то уловка! Нельзя позволять себе быть обманутой! Не попадайся!

Проговаривая про себя эти мысли, я начала испытывать к себе отвращение, начала ощущать, что ломаюсь.

Несмотря на то, что я обязана сделать, что я обязана исполнить своё желание, я стала жалкой, едва не позволив потоку эмоций себя унести. Как будто у меня есть возможность забыть обо всём и оставить всё как есть на целую вечность.

Гах, моё тело горит. Не-е-е-ет, щёки тоже.

Я отчаянно пытаюсь поддерживать спокойствие, чтобы все вокруг этого не заметили, но я понятия не имею, насколько хорошо это работает. Одетые в наряды для фестиваля девушки то и дело замечают: «У неё лицо горит!» «Интересно, это простуда?» «Плохо ей, наверное!»

Вы всё не так поняли! Вы! Всё! Не! Так! Поняли! Хватит на меня смотреть!.. Я этого не вынесу…

Эмоции, которые тяжким грузом легли на моё сердце, заставили меня колебаться. А этот жуткий парень всё улыбается. Я так отчаянно пыталась не обращать на это внимания, так почему до этого дошло? Что его изменило?

Я попыталась понять, что случилось. Мой план не включал в себя подобные аномалии.

Может стоит попросить о помощи?

Оттар не единственный мой союзник.

Эльф Хедин, он гораздо надёжнее Аллена и других фанатиков… хоть и Аллен гораздо опаснее, если разозлится по-настоящему.

В общем, как бы догадлив он ни был, он стал бы надёжным союзником, если бы я смогла связаться с ним заранее. Оттар может быть скован по рукам и ногам, но если я каким-то чудом выйду на контакт с Хедином и объяс…

…Хедин?

…Разумный и сующий во всё свой нос Хедин?..

Быть не может…

Ни за что…

…Так, нужно успокоиться.

Почти обеденное время.

Нужно унять волнение и стать привычной собой.

----------

Глава 4. Принцессовый переполох

[[image:/storage/reader-images/1c75243ac1c1c73b6491145f3834a9c0a9ceb5c0.jpg]]
Солнце вышло в зенит.

Многое уже успело случиться, но первую часть плана я успешно завершил.

Силь сделала для нас обед, и мы сидели на небольшой скамейке чуть поодаль от потока людей, отдыхая в тени деревьев, листья которых колыхал налетающий ветерок.

Обед был очень лёгким, наверное, Силь учла, что во время прогулки по фестивалю мы съели немало. Впрочем, несмотря на это, было заметно, что она выложилась на полную. Мясо и жаренное яйцо были приправлены новой приправой, которую я раньше не пробовал. Мне пришлось использовать стальную решимость, которую выработал у меня наставник, чтобы сказать: «Какая вкуснотища!» и улыбнуться во весь рот. Силь в ответ слегка скривилась. Должно быть, заметила, что я притворяюсь.

Я тут же извинился, а она хихикнула.

— И почему моя еда всегда получается такой странной?

— Так вы знаете…

— Разумеется. Хоть ты и пытаешься скрыть это, когда я спрашиваю.

— Ик.

— Я правда никак не могу понять.

Когда мы закончили, Силь поднялась, взяла свою почти опустевшую сумочку, и мы пошли дальше.

К этому моменту я почти преодолел неловкость от держания за руки. При взгляде в её глаза я всё ещё немного смущался, но теплота её руки даже начала меня успокаивать. Наверное такое чувство называется расслаблением.

В общем, мы шли пока не достигли Центрального Парка.

На огромном открытом пространстве собралось гораздо больше людей, чем мне когда-либо доводилось видеть.

— Вон там алтари… и Башни Изобилия.

Толпы посетителей, точнее паломников, окружали четыре постройки, поставленные по разным сторонам Вавила.

Деметра и ещё несколько богинь стояли на башнях.

— На алтарях стоят богини плодородия, так ведь?

— Всё правильно. Как символы этого праздника, они принимают подношения и почитание со стороны людей.

Вокруг каменных башенок собирались огромные толпы людей.

Люди дожидались своей очереди и подходили к алтарям у основания башен, чтобы возложить цветы в благодарность богиням.

Вот значит, как дары должны возлагаться на самом деле.

Почтительное принесение даров божествам, воплощающим сезон урожая. Наверное, именно в этом заключается традиционная значимость фестивалей урожая прошлого.

— Фестиваль Богинь длится три дня, многие люди приходят, чтобы их почтить в это время, и богини остаются на своих алтарях.

— Ого, все три дня?..

Вообще-то оказалось, что они меняются и не проводят всё время фестиваля сверху, но первый день все четверо богинь присутствуют на своих местах.

Наверное, поэтому столько людей приходит выражать богиням почтение именно в первый день. Деметра стоит на своём алтаре, улыбаясь и махая людям из толпы руками, подбадриваемая криками жителей города, пришедших на праздник, а вот пара других богинь уже выглядят потрёпанными, как вещи, вывешенные на сушку после стирки.

Только вот крики пришедших к ним паломников не утихают. Просто удивительно. Как бы там ни было, толпу людей явно радует знакомый им по прошлым годам праздник...

— Кстати, в этом году случилось небольшое улучшение.

—Какое?

— По правде говоря, башен было пять… Но Иштар вернулась на небеса незадолго до праздника в этом году.

— А.

— Иштар была прекрасной, но вольнодумной богиней, и постоянно говорила, что ей слишком скучно находиться на алтаре, потому постоянно его покидала и на каждом празднике устраивала сцену… А ещё она завидовала одной из богинь и это нередко выливалось в неприятности…

Вдобавок к тому, что Иштар является богиней любви, она ещё и богиня плодородия.

Неожиданно я ощутил жуткую неловкость, потому что оказался вовлечён в случай, который привёл Паству Иштар к роспуску. И искренне притвориться, что всё это никак ко мне не относится, я не могу.

И я очень быстро догадался, какой именно богине Иштар завидовала. На северной башне стояла Фрея, и толпа, собравшаяся вокруг её башни, нисколько не уступала в численности людям, стоявшим у башни Деметры. Может быть, их было даже больше.

— Всевышняя Фреяяяяяяяяяяя!

— Спасибо вам за изобилие этого года!

— Даруйте мне благословение, Всевышняя!

— Леди Фреяяяяяяяя! Это я! Женитесь на мне!

Даже с восточного края парка, по которому мы шли, невозможно было не услышать криков рядом с башней богини.

Популярность настоящей богини красоты просто невероятна. Крайне редкие появления на публике и слухи о том, что она само воплощение красоты многих людей ведут на Центральную Площадь. Многие хотят увидеть эту богиню хотя бы одним глазком. Краем глаза я заметил, что несколько мужчин никак не могут отвести от неё взгляды и даже начинают делать что-то странное… Да, вот и оно. Одного из почитателей, который начал лезть на башню, начали уводить люди из Гильдии.

…Интересно, насколько скучно стоять наверху?..

Сереброволосая богиня окидывала взглядом толпу, ни на ком отдельно не останавливаясь, восседая на небольшой сцене, размером с балкон. Рядом стоял её слуга-зверочеловек, а сидела она на кресле, сильно напоминающем трон. Её подбородок покоился на руке, локоть которой стоял на подлокотнике.

Любой богине наверняка будет скучно сидеть посреди Центрального Парка весь день…

— …Гх.

Без какого-либо предупреждения взгляд серебряных глаз, скользивших по толпе людей остановился на нас с Силь.

Наверняка это не какое-то совпадение. Её взгляд остановился на нашей паре среди всей огромной толпы.

…Я тебя люблю.

Я помню день, когда была уничтожена Паства Иштар.

Когда столп света пронзил небеса, богиня, отправившая Иштар обратно, мне улыбнулась. Признание, которое она прошептала, казалось совершенно неуместным.

Тот случай навсегда запечатлел в моей памяти сереброволосую богиню. Но сейчас, выражение её лица было совершенно иным.

То, что в тот день я бы даже посмел назвать желанием, сейчас превратилось в полную незаинтересованность… Хотя, скорее, это называется ледяным безразличием?

В смотревших на меня… на нас, серебряных глазах я чувствовал какое-то недовольство.

— …Идём, Белл.

Силь потянула меня за руку, и я осознал, что остановился.

Огибая прохожих, я бросил на башню ещё один взгляд. Богиня продолжала за нами следить.

— Не мог бы ты, пожалуйста, не смотреть на других женщин, когда ты со мной? А если ты вдруг скажешь, что тебя зачаровала красота богини, люди подумают, что ты богохульствуешь, — слегка обиженно сказала Силь, когда мы ушли из Центрального Парка.

— Меня… не зачаровала!..

Я попытался объясниться, но она лишь игриво улыбнулась в ответ.

— Если ты именно сегодня вызовешь недовольство богини урожая, тебя будут ждать жуткие неудачи, знаешь ли.

— Умираю! Нет, я правда могу этого не вынести!..

Гестия достигла пика истощения.

Синие глаза богини вращались от постоянной работы.

Принимать заказы, бегать туда и сюда, разносить заказы по столам, общаться с посетителями, мыть тарелки, выносить мусор… постоянная работа, которую её заставили выполнять, давно вытянула все силы, что в ней были.

— Белл был очень странным, когда пришёл вчера ночью домой, а этим утром только и сделал, что прихорошился и сбежал. Я собиралась расспросить его о том, что случилось, но он как сквозь землю провалился… Разве это не Фестиваль Богинь?! Разве я не богиня?! Где моё почитание?!

Богиня мыла тарелки на кухне пока Микото, Харухиме и Вельф работали в зале.

Крак!

— Тупая божка! Сколько ещё тебе тарелок надо перебить, чтобы успокоиться?!

— Ииииииииииииик?! Простите, начальница!

Извинения стали для богини почти рефлекторным действием в ответ на недовольство Мии.

— Если бы всё можно было поправить извинениями, нам бы не были нужны боги!

Гестия сжалась, услышав громогласный крик, остановивший даже попытки пререкания.

Лили схватила Гестию за лямки фартука на платье и шепнула.

— Сударыня Гестия, предоставьте всё нам и бегите!

— А?! Т-ты уверена, помощница?

— Ваше пребывание только добавляет нам работы! Будет лучше, если вас тут не будет!

— Л-ладно.

— А взамен, пожалуйста, проследите за сударем Беллом! Лили неприятно перекладывать эту задачу на вас, но так нужно!

Гестия была ошеломлена взглядом налитых кровью глаз Лили, бормоча девушке благодарности.

Богиня дождалась, пока Мия отвернётся, и сбежала через заднюю дверь… Точнее, Мия явно это заметила, но пришла к тому же заключению, что и Лили, и просто отпустила богиню.

— Прости, помощница! Простите, остальные! Ваша жертва не будет напрасной!

Бе-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-елл, я иду-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у!!!

Чёрные волосы развевались за спиной богини, бесцельно бегавшей по улицам в рабочей униформе.

— А-а-а-а-а-а, — Гермес вздохнул, словно наслаждаясь атмосферой фестиваля и удовлетворённо кивнул. — Безупречная погода для Фестиваля Богинь. Почти вся работа сделана, значит можно сполна насладиться фестивалем и развлечься с красотками!

Множество людей радостно бродило по улицам, а взгляд божества упал на привлекательную девушку в цветастом наряде.

— Мне ударить вас ножом в спину, пока этого не сделал кто-то другой, всевышний Гермес?

Разумеется, ледяной взгляд, впившийся в бога, не был доброжелательным.

— Я-я же просто пошутил, Асфи. Прошу, умоляю, не доставай кинжал! — Гермес извинился перед своей последовательницей. — Я заставил тебя вчера побегать, так что сегодня я только с тобой! Я не забыл!

— Точно. Я позаботилась о множестве разных дел во множестве разных мест. Прошлый выходной у меня был настолько давно, что я даже не помню, когда именно.

— Т-точно! Без тебя многое было бы невозможно! Не зря тебя зовут Персеем! Расправь крылышки и хорошенько отдохни!

Гермес искренне попытался исправить настроение, которое испортил.

Укоризненный взгляд Асфи никуда не делся. Заметные мешки под её глазами говорили о тяжкой ноше, которую ей ежедневно приходится нести.

— …Что же, учитывая обстоятельства, пожалуй, мне стоит отнестись к тебе как к принцессе, как ты того заслуживаешь.

Каким бы Гермес не был беспечным, он ощущал чувство вины за то, что огромную часть обязанностей переложил на Асфи из-за невероятной гибкости девушки.

— Ну что, насладимся небольшим личным свиданием и осмотрим лучшие места фестиваля как влюблённые голубки?

— Перестаньте, пожалуйста, мне дурно становится. В моём состоянии я могу избить вас, если услышу ещё хоть слово подобной чуши.

— Т-так плохо было?..

— Уверена, вы всё прекрасно поняли и без моего объяснения. Особенно после того, как проблемы валились одна за другой.

Асфи вздохнула, а потом слегка улыбнулась, впервые за долгое время.

— Для развлечений у меня не так много сил, но я не против прогуляться с вами по фестивалю.

— Хо-хо! Просто превосходно! Простой запрос, как по мне.

— Просто побродить по улицам под солнышком, посмотреть на радующихся людей… этого будет достаточно, чтобы мои тело и дух отдохнули.

— Я как будто в первый раз узнал, насколько же глубоко твоё отчаянье…

— И кто в этом виноват?

Божество и его последовательница расслабленно побрели по городским улицам, как старые друзья, которые вместе долгое время.

Они бросили несколько монет барду, выступавшему с другими уличными исполнителями, Гермес угостил Асфи яблочным вином и мороженным. Это слегка улучшило настроение девушки, какой бы злой она не была раньше. Гермес улыбался искренне, не своей обычной показной улыбкой.

— Мммм? Это… Белл?

Когда они пошли дальше после недолгой остановки, Гермес заметил своего знакомого.

Он не сразу узнал ведущего по улице девушку парня, поскольку одежда, причёска и его поведение очень сильно отличались от обычных.

— Что тут у нас? Разоделся и водит по городу девушку? Совсем как на свидании!

— Всевышний Гермес… пожалуйста, хватит заходить слишком далеко и создавать проблемы. — Асфи, пристально посмотревшая на своего покровителя, попыталась унять признаки зарождающегося интереса. — Если я правильно помню, девушка, которая сейчас с Беллом Кранеллом, работает в «Щедрой Хозяйке»…

Асфи заметила, как после эти слов меняется лицо Гермеса. Уже почти направившийся к паре бог вдруг неожиданно замер. Точнее, он остановился, как только узнал, что за девушку сопровождает Белл. Его лицо перекосило.

— Силь? Не Гестия и не Айз… почему именно Силь?

— Вам не кажется, что это грубо? И что это значит?

Асфи нахмурила брови, отчаянно пытаясь понять, что за изменения зародились в её покровителе, испытавшем такое сильное удивление.

Пара была одета в необычную одежду. Более того, было ясно, что у них какое-то особое событие. Причина, по которой Гермес содрогнулся, точнее, начал дрожать, заключалась в том, что он осознал: свидание настоящее.

— Как же… Разве это нормально? — шокировано пробормотал Гермес, поворачиваясь к Центральному Парку. Его взгляд искал башни плодородия, на которых разместились богини.

— Мгх. Мммм…. Ном.

Айз шла по улице и ела.

Следы горечи, оставшиеся после Элегии, всё ещё были заметны в выражении её лица, когда она достала очередную хрустящую картошку из бумажного пакета.

В её голове роились мысли, большая часть их, которых были грустными, поэтому она решила перекусить, чтобы от них избавиться, потому что понимала, что не может грустить вечно.

— Тыквенный вкус… Звучит почти безумно, но они довольно хороши… ном.

Авантюристка первого ранга хотела взбодриться и, по большей части, это сработало, потому она удовлетворённо вздохнула, насладившись сезонным вкусом своей любимой закуски, продающейся только во время фестиваля богинь.

В этот момент она столкнулась с Беллом и Силь.

— …А?

Белл был одет не так как обычно, а наряд Силь очень сильно выделял её среди прочих девушек. Айз не знала, как реагировать, во рту остался кусок картошки.

— А-Айз!..

Глаз Белла, увидевшего её, дёрнулся.

Его лицо начало менять цвет с розового на мертвенно-бледный, а выражение на лице Айз было неизменным.

«А? Белл?»

«Он не такой как обычно? Он нарядился? Почему он так хорошо выглядит?»

«С девушкой из таверны? Наедине?»

«…Держатся за руки».

Фразы рождались в голове девушки и тут же исчезали, её мозг не мог обработать увиденное. Белл и Силь выглядели как пара. Айз застыла, не в силах осознать, что происходит, а Белл пытался что-то придумать. Но, прежде чем он успел хоть что-то из себя выдавить, Силь обхватила его руку и прижалась к нему.

— Доброго денёчка, Принцесса Меча. Как необычно вас тут встретить. А мы на свидании!

— ?!

Силь, улыбаясь, прислонилась к груди парня плотнее, глаза Айз округлились.

Протест Белла, выраженный в крике: «П-постой! Силь?!» ушей Айз не достиг.

— А сейчас мы собираемся купить детям подарки! Правда же, дорогой?

— Кто тут дорогой?! Детям? Ты же про Лая и остальных, правда?!

Дети?! Больше одного?! Плоды любви?! Они уже не просто встречаются?!

— ?!

Разум Айз не мог этого переварить!

Она замерла, словно её только что ударило молнией, а кусок картошки так и остался во рту. Силь начала утаскивать Белла. С жалобным криком: «Си-и-и-и-и-иль?!» Белл скрылся в толпе.

Айз словно приросла к месту, озадаченная одолевшей её незнакомой эмоцией.

Словно любимую зверушку, о которой она заботилась за спиной родителей, нашли и забрали без предупреждения. Её начало наполнять чувство пустоты…

— Эй ты! Валленчто-там-с-тобой!

— Всевышняя Гестия?..

Айз застыла на своём месте, дёрнувшись только когда сзади к ней обратился голос богини.

Она обернулась, и увидела Гестию, в униформе из знакомой таверны, протискивающуюся к ней сквозь толпу.

— Ты! Видела моего Белла?

— Ууу…

— Мой миленький маленький Белл теперь авантюрист второго ранга, он стал известным! И остался таким же миленьким! Так что я обязательно его найду, спрашивая людей в толпе!

Богиня казалась измотанной и тяжело дышала, как будто бегала она уже очень долго и спрашивала прохожих о наводках.

— В общем! Видела, как мой Белл с кем-нибудь милуется?

— …Да, только что. С этой девушкой из таверны… они шли рука об руку…

— Чего-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о?! Не просто за руки держались, а липли друг к другу?! Почему ты их не разделила?!

— Что? А… П-простите…

Крик Гестии заметно ошеломил Айз.

— Решено. Ты идёшь со мной! Враг гораздо сильнее, чем я себе представляла. Остаётся только забыть о наших различиях и выступить единым фронтом!

— Л-ладно. — Айз кивнула, не успев даже задуматься.

Гестия крикнула: «Поспешим!», а потом запустила руку в бумажный пакетик, который держала Айз, достала оттуда кусочек и вцепилась в него зубами.

Айз грустно схватила ртом воздух. Прожевав картошку, богиня заметно взбодрилась и вскинула в воздух кулак.

— Идём, Валленчто-с-лицом! Мы заберём Белла у Скрытносиль!

Гестия побежала. Мгновение спустя Айз наконец осознала, что происходит и поспешила за ней.

Я не могу ничего понять, но мне стоит пойти с ней. Меня не покидает чувство, что так будет правильно.

Ей не было знакомо чувство, которое она испытала и она не знала что думать, даже после объединения с Гестией в погоне за Беллом и Силь.

— П-постой, Силь!

Я взмолился снова.

Мы свернули с главной улицы и проскользнули в один из десятков переулков, будто скрываясь от погони. Силь наконец отпустила мою руку, которую всё это время прижимала к себе.

— Что такое, Белл?

— Я хочу знать, что это было! Зачем ты так сказала?! Именно перед Айз, ни перед кем другим!..

— Но это была правда, не так ли? Мы сейчас на свидании, разве нет?

— Ты права, но… Да ладно! Я уверен, что ты намеренно выражалась так, чтобы вызвать как можно большую неразбериху!..

У меня не получилось сдержать возмущение, и я его выплеснул. Услышав мои слова, Силь, впрочем, стала грустной.

— Наверное ты хотел бы быть с Принцессой Меча, а не со мной, да?

А-а эта мысль откуда?..

Не понимая, что конкретно она имеет ввиду, я начал паниковать.

Я не нашёл ответа, точнее, у меня его попросту не было, и я начал бормотать то, что пришло мне в голову.

— Н-наставник не учил, что делать, если я вдруг наткнусь на Айз…

Только когда я произнёс эту фразу, до меня дошло, что сказал я её вслух.

Мои слова не ускользнули от Силь.

— Наставник?.. Учил?..

А-а-а-а…

О-о нет. Я обещал, что не скажу ни слова о том, что я с ним виделся!..

Я прикрыл рот, а Силь изучила меня пристальным взглядом и улыбнулась.

— Слушай, Белл? Одежда, которую ты сегодня носишь, ты выбирал её сам?

— Ч-чего?

— Так уж случилось, что мне знаком человек, под чьи вкусы твой наряд идеально подходит.

Тук.

— Его зовут Хедин.

Тук, тук.

— Может ли быть, что он учил тебя основам свиданий, или?..

Её слова, попавшие в точку, не на шутку меня перепугали.

Меня прошиб холодный пот, я был не в силах оправдаться или объясниться. Силь вздохнула.

— Вот оно что. Я знала, что происходит нечто странное. Как будто сегодня я увидела тебя таким, каким ты не был никогда. Это всё работа Хедина.

— Ммм, ты всё неправильно поняла! Ну, не совсем! Он очень хотел, чтобы ты насладилась свиданием насколько это возможно!.. А я учился у него, потому что тоже этого хотел!..

Я поднял руки, пытаясь объясниться.

Не в силах больше поддерживать свою маску я вернулся к обычному тону разговора. Силь посмотрела мне в глаза, а потом отвернулась, словно раздражённая. В сердцах я снова и снова извинялся перед наставником, пытаясь объяснить, что я действительно чувствую.

— Мне правда очень хотелось! Хотелось хоть чем-то тебе отплатить, потому что ты всегда мне помогала! Я хотел, чтобы тебе было весело на этом свидании. Я хотел, чтобы ты улыбалась!

Может мои чувства смогут её достичь?

Когда она снова повернулась ко мне, я увидел её улыбку. Её нежный взгляд говорил о том, что она будто бы нисколько не злится.

— В таком случае, я желаю только одного. Если исполнишь моё желание, я тебя прощу.

— Ж-желание?.. Какое? — запинаясь, ответил я.

Я бы не удивился, если бы в этот самый момент наставник уже приговорил меня к смерти.

Она повернулась ко мне снова и, посмотрев в глаза, придвинулась очень близко.

— Ик?!

Она меня обняла.

Пусть мы и ушли с главной улицы, мы всё равно посреди плотной толпы, потому что множество людей решило поглазеть на фестиваль.

Я побагровел до самых кончиков ушей, ощутив, как её мягкая грудь прижимается к моему телу. Она крупнее, чем мне казалось. Может это из-за того, что на ней что-то особенное, как и сказала Фина?

Явно наслаждаясь моей паникой, Силь придвинулась своим лицом к моему. Я напрягся, потому что её губы едва не коснулись моей щеки.

— Уведи меня, пожалуйста, — шепнула она.

— В-в каком смысле? — я инстинктивно снизил громкость голоса в ответ.

— У меня никогда не бывает возможность побыть просто обычной собой. Даже сейчас, за мной наблюдают люди из Паствы Фреи.

— Это… Что же, можно сказать, я так и думал…

Я заметил, что с самого начала свидания за нами наблюдают. Количество глаз, которые за нами следят не ограничивается несколькими людьми. Просто попытавшись пересчитать взгляды я насчитал около пятидесяти. Наблюдатели… хотя, они скорее охранники, были поблизости, но не приближались.

А ещё, у меня такое ощущение, что среди наблюдателей не только люди из Паствы Фреи. По ходу свидания их становится всё больше…

Не стоит и говорить, что как только Силь обвила меня руками, враждебность, которую я ощущал достигла абсолютного пика. Холодный пот тёк с моего затылка, не переставая.

Нет, правда, кто же ты такая, Силь?..

— Н-но, даже если я очень сильно этого захочу, я не смогу от них сбежать! Ни за что! Это же Паства Фреи!

— Потому это желание. Если ты сможешь побыть для меня рыцарем в сверкающей броне и украсть меня, как принцессу из какой-нибудь сказки, я буду очень рада. Может быть даже прощу тебя за то, что ты от меня что-то скрывал, — тихонько шептала она мне на ухо.

Я громко сглотнул.

На мгновенье, Силь стала ведьмой, предложившей мне невыполнимое задание, а я был на месте рыцаря, который вынужден подчиниться.

Она продолжала меня обнимать, мы притягивали всё больше любопытных зевак. Задумчивое бормотание длилось недолго, ему на смену начали приходить свист и игривые выкрики. Впрочем, я никак не мог избавиться от ощущения, что кто-то готов убить меня на месте, и с каждой секундой оно становилось всё отчётливее!..

— Хочу освободиться по-настоящему и развлечься в своё удовольствие… А ещё, с этого момента я хочу быть на настоящем свидании с тобой, Белл.

На какое-то мгновенье я даже услышал лёгкую перемену в её голосе. Её лицо было так близко к моему, что я не мог хорошенько её разглядеть, но у меня появилось ощущение, что последнего она искренне желает, и эта вещь, которая исходит от её сердца. Не могу назвать это искренней жаждой. Просто что-то, что было бы хорошо исполнить. Её маленькая эгоистичная просьба. Так мне показалось.

— Это слишком?

Её слова прозвенели в моих ушах.

…Даже если это какая-то просчитанная интрига, я прекрасно понимаю, что никогда не догадаюсь, что Силь задумала. Не каждый мужчина способен сравниться с этой девушкой.

В этот момент я решил, что не против быть ведомым и начал готовиться к тому, что вскоре произойдёт. Кажется, я даже улыбнулся, когда понял, что мне остаётся только сдаться на её милость.

Я положил руки на её плечи, и слегка отодвинул её, чтобы посмотреть в глаза.

— Ваше желание для меня закон…

Услышав мои слова, она радостно улыбнулась.

— В данный момент цель движется к северо-западному району переулками. Людей очень много, а сеть дорог запутанна, поэтому поддерживать прямую видимость с крыш непросто. Смените положение наблюдения и доложите Хедину, — сказал невысокий человек.

— Сэр!

Члены Паствы Фреи отреагировали на приказ моментально.

В беловолосом парне, сопровождающем сероволосую девушку, они видели своего кровного врага.

Ван возглавлял один из отрядов, охраняющих Силь. Ему было около тридцати, его лицо было привлекательным, почти женственным, он был низким, и от него исходило очень странное ощущение, в целом он казался каким-то неряшливым.

Наполовину полурослик, дитя человека и полурослика, промеж собой боги таких в шутку называют Шотаразмерными или Лолирослыми. Со своими ста пятьюдесятью сантиметрами высоты, он слишком высок для полуросликов, но достаточно низок, чтобы над ним насмехались мужчины других рас, отчего ему было непросто найти своё место в жизни. Раньше он был постоянной целью для насмешек. Ему доводилось слышать о том, что полукровкам приходилось гораздо хуже до наступления эры богов, но и в своей жизни ему довелось испытать немало.

Той, кто заставил исчезнуть поглотивший его комплекс неполноценности и гнев на другие расы, стала Фрея… и Паства Фреи. Потому он поклялся в верности, увидевшей его таким, какой он есть богине и товарищам, которые его окружают. Именно поэтому он испытывал ненависть к Беллу Кранеллу, крадущему Силь, девушку, которую можно назвать самой опасной часовой бомбы в Пастве.

Каков наглец, держит её руку!..

Авантюристы низких рангов Паствы Фреи, те, кто не успел поднять уровень выше второго, даже не догадываются о текущей миссии. Более того, никто из них не знает о существовании Силь. Даже среди авантюристов второго ранга, об этом знают лишь те, кого сочли достойными. Оттар и прочие ключевые члены Паствы, а также лично Фрея с неохотой делятся информацией. Они рьяно защищают тайну существования Силь даже от своей Паствы.

Мерзкий, подлый кролик… Если ты посмеешь совершить хоть что-то подозрительное, я обрушу на тебя гнев богов. Я не стану дожидаться приказов Хедина!

Найти в Пастве Фреи человека, который не начал ненавидеть Белла Кранелла было непросто. Разумеется, скорость набора уровней сыграла в этом свою роль, однако куда сильнее ненависти резонной, была ненависть бессознательная.

Скорее всего, таков естественный порядок вещей. Те, кто потом и кровью пытался добиться любви своей богини, обнаруживали, что взявшийся из ниоткуда малец приковал к себе взгляд той, кого они желали. Нужно быть настоящим святым, чтобы справиться с безумной ревностью, впрочем, Ван сомневался, что даже святой бы это выдержал.

Командир ведёт себя очень странно.

Из-за общих настроений, практически ничего нельзя было сделать с излучаемой членами Паствы Фреи кровожадностью.

Тот факт, что Белл Кранелл не только ощутил направленные на него взгляды, но и шёл, петляя по запутанной сети узких улочек был признаком того, насколько парень вырос над собой.

— Он зашёл в какую-то лавочку один?

Белл вошёл в лавку, которая располагалась в подвале и в которую вела спускающаяся под землю лестница. Подобное сомнительное место стало бы для членов Паствы Фреи отмашкой на нападение, но Силь осталась снаружи. Это означало, что она находится вне опасности, однако назначение заведения осталось недоступным для авантюристов, никто не мог подойти и прочесть вывеску на двери, потому что Силь находилась прямо перед ней.

Большинство авантюристов лишь начали сыпать проклятьями, из-за того, что парень оставил Силь одну в таком опасном районе города, но, если бы к девушке хоть кто-то приблизился, Ван и его подчинённые позаботились бы об этом в одно мгновение.

На самом деле казалось, будто парень ожидал, что охранники Силь сделают свой ход. Как будто его действия стали провокацией. Ван был опытным авантюристом и мог представить себя на месте цели, находящейся под постоянным наблюдением.

Он знает, что мы наблюдаем?.. Пытается скинуть нас с хвоста?

В голове Вана мелькнуло подозрение, но и этого было достаточно, чтобы почуять подвох. Задание требовало от Вана готовиться к любому развитию действий, даже самому худшему.

Но если я попробую узнать, что происходит в этой лавке, леди Силь меня заметит… Спросить у Аллена или Хедина приказа? Группа Хегни и Альфриков тоже должна быть неподалёку…

Люди Вана рассредоточились по тёмным аллеям, а также выглядывали из окон вторых и третьих этажей. Хедин и прочие командиры располагались выше, чтобы следить за всей местностью. У авантюристов первого ранга зверское зрение, однако в грязном и узком переулке даже они могли не различить отдельных деталей. Всё-таки Ван собрался отправить доклад, но…

Пока он размышлял, что докладывать и что вообще делать в сложившейся ситуации, Белл вышел из лавки.

Кажется, он никак не изменился. Хотя у него в руках что-то, чего раньше не было…

В руках парень держал аккуратный свёрток из шкур, словно заготовленный для свидания заранее, который оставалось только забрать. После того как они с Силь перекинулись парой слов, девушка явно обрадовалась. Её радость намекала на то, что парень подготовил какой-то сюрприз.

Подозрительно. Всё это подозрительно. Вроде бы не случилось ничего странного, но напряжение Вана заметно усилилось.

Наконец, Белл и Силь снова взялись за руки и двинулись дальше. Они шли к северо-западной главной улице, Пути Авантюристов.

Ван приказал одному из подчинённых проверить лавку, в которую заходил Кроличья Лапка, а остальные продолжили преследование.

Пара покинула переулки и вышла на Путь Авантюристов, зайдя в двухэтажную лавку. Среди авантюристов эта небольшая лавочка довольно известна. В ней перепродаются предметы, сделанные различными Паствами. В продажу идёт множество различных вещей, начиная с зелий, однако товарами для авантюристов дело не ограничивается. До Вана доходили слухи, что в ассортименте даже есть великолепное вино Паствы Сомы, а также различные украшения и прочие мелкие товары. Видеть парочку, пришедшую сюда в поисках какой-нибудь интересной диковинки, вовсе не редкость.

Рукой Ван просигналил приказы шести своим подчинённым. Двое вошли внутрь и начали изучать посетителей лавки, в то время как остальные расположились снаружи.

Одетые как обычные горожане авантюристы вошли внутрь. Прошло около пяти минут.

Ничего не случилось.

— ?..

Не произошло ничего сверхъестественного, но Ван никак не мог избавиться от гнетущего напряжения. Ровно в тот момент, когда оно достигло предела, те, кого он отправил в лавку, выбежали.

— Леди Силь и Кроличьей Лапки там нет!

— Что?!

— Мы обыскали оба этажа, но их нигде нет! Они не прячутся!..

Вана словно ударило молнией.

Их нет внутри. Но он не видел, чтобы кто-то выходил из лавки. Пятеро охранников Силь следили за всеми входами и присматривали за окнами. Если бы Силь и Белл разделились и попытались выскользнуть поодиночке, их бы заметили, поскольку Ван отдал приказ подчинённым и на этот случай.

Он бросил взгляд на своего подчинённого - зверочеловека, но тот поражённо помотал головой в ответ, запахов пары он не ощутил.

Что?! Как?! Неужели в лавке есть тайный проход?!

Ван застыл. В этот момент подскочил член Паствы, которого он отправлял проверить лавку, в которую Белл входил до этого.

— Сэр, Кроличья Лапка заходил в «Убежище Ведьмы» -специализированный магазин для магов!

Глаза Вана округлились, когда он услышал доклад.

— Магический предмет?!

— В-всё точно будет нормально?!

Я ощутил отголоски переполоха, который начал возникать вдалеке. Это не было похоже на обычную оживлённость фестиваля. Левой рукой я прижимал к себе свёрток, а к правой прильнула Силь. Я побледнел, услышав звуки начавшегося за нашими спинами ада.

Мы бежим по переулкам так быстро, что прикрывающий нас плащ распахнулся, сделав нас снова видимыми.

Каким-то чудом Силь успела схватить его край, когда его с нас сорвало, и мы удивили зевак своим появлением на пустом месте.

Работало два магических предмета: Реверсивная Вуаль и устранитель запаха.

Лавочка, в которую я заходил принадлежала чародейке Леноа, одной из знакомых Фелса, также там располагалось хранилище его магических вещей. Когда я взмолился о помощи, несмотря на заметное раздражение, она позволила мне взять в свёрток несколько магических предметов.

— Фелс говорил, что я должна тебе помочь, когда ты попросишь, но… подумать только, магические вещи Мудреца будут использоваться, чтобы помочь влюблённой парочке в бегах.

Кажется, моя просьба её совсем не обрадовала.

С помощью предметов, которые мы взяли с собой, нам удалось сбросить хвост. Притворившись, что мы пришли, чтобы поглазеть на товары, мы использовали мощнейший устранитель запахов Фелса, способный обмануть даже носы зверолюдей. А потом, дождались, когда нас никто не будет видеть, и накинули Реверсивную Вуаль.

Потом нам оставалось только выйти в парадную дверь и сбежать прямо под надзором Паствы Фреи. Магические предметы Мудреца, которые были так полезны во время сражения на улице Дедала, обеспечили нам побег.

— Ого-о-о-о! Ты просто великолепен! Уведи меня туда, где никто никогда нас не найдёт, Белл!

— Вот сейчас совсем не время для крика!

Силь слишком перевозбудилась, когда мы бежали рука об руку. Будто мы сбегаем, чтобы провести тайное венчание.

Мне всё ещё было не по себе, хоть я и знал, что мы вырвались из периметра Паствы Фреи. Они точно уже поняли, что мы сбежали. Подумать страшно, что со мной может случиться теперь, когда они думают, что я похитил Силь.

Наставник на кусочки меня порвёт, а потом выкинет в море!

Меня вдруг посетила мысль, что этого делать не стоило, но что сделано, то сделано. К тому же…

— Бежим, Белл!

В ответ на радостную улыбку бегущей рядом Силь, мне оставалось только улыбнуться

— Они сбежмяли?! — крикнула Аня.

Она, Руноа, Хлоя и Лю были поражены, когда осознали, что Белл и Силь попросту растворились.

— Ускользнули? — удивилась Айз.

— Вас, придурков, сбросили с хвоста?! — взревел Аллен.

Заметив Принцессу Меча, он заподозрил, что девушка может помешать, поэтому отделился от основной группы, чтобы наблюдать за ней, а потом получил шокирующий доклад.

— Вот и славно… — выдохнул Хедин.

Он единственный, кто краем глаза заметил несколько знакомых силуэтов, удалявшихся где-то в далёком переулке, но притворился, что ничего не заметил, выстраивая свой отряд в поисковую сеть, отправив их в другом направлении.

— НАЙТИ ЕГО!!!

В этот момент оживление и шум на Фестивале Богини достигли своего пика.

Мы с Силь бежали по северо-западному району. Мы избегали широких улиц, выбирая переулки и узкие улочки, в которых было легче скрыться. Вдалеке поднялся шум, точнее, оттуда слышались злобные выкрики. Один из признаков злости Паствы Фреи. Сбежав с человеком, которого они охраняли, я всё равно что бросил им вызов, и добром это не кончится, если нас найдут!

— Ха-ха-ха!

Всё это время Силь хохотала и улыбалась, даже не подозревая какие мысли крутятся в моей голове.

Оказавшись собой, освободившись, она казалась счастливее, чем в любой другой момент нашего свидания. Как будто простой побег подарил ей столько радости, что она никак не могла её унять. Наши пальцы переплетались, и она крепко держала мою руку.

Переулок, по которому мы бежали, был очень узким из-за заполонивших его прилавков. Прохожие либо останавливались, чтобы бросить на нас удивлённый взгляд, либо недовольно прыгали с нашего пути.

Скорее всего мы, из-за роскошного платья Силь и моего строгого наряда, производили впечатление молодых дворян. Как будто мы опаздываем на корабль, который отвезёт нас в удивительное путешествие. Наверняка на это было похоже куда больше, чем на то, что мы удираем от кучи больших и страшных авантюристов-охранников.

— Я как будто попала в ожившую сценку из книги! Вряд ли мне когда-нибудь будет скучно рядом с тобой, Белл!

— А я бы предпочёл, чтобы подобного никогда больше не случалось!

Наконец мы начали замедляться, и остановились передохнуть на небольшом каменном мосту. Остановившись посреди улицы, мы с Силь переводили дыхание. Страх из-за страшных врагов заставил мой пульс подскочить, и у меня сбилось дыхание.

Вытерев пот с лица, я положил руки на колени, пытаясь восстановиться.

— Прости… за такую… глупую просьбу. Но… я как будто парю в закатном небе. Это так… так здорово.

Повернувшись, я увидел, как Силь прижимает руки к груди, заметил, как пылают её щёки. Она тяжело дышала, её грудь вздымалась и опускалась с каждым вдохом. Тон её голоса будто бы стал ещё беззаботнее, и мне даже показалось, что я наконец оказался лицом к лицу с настоящей, неподдельной Силь.

…Почему-то в этот момент у меня проскользнула мысль, что образ молодой аристократки подходит ей лучше всего.

Этот взгляд на новую для меня сторону Силь заставил меня улыбнуться. Оказавшись наедине, на пустынном мосту, мы смотрели друг на друга под чистым голубым небом.

— Ты смог сбежать из-под надзора Аллена и остальных… ты стал замечательным авантюристом.

Силь пригладила взъерошенные волосы и улыбнулась, будто всё это моя заслуга. В ответ я мог только виновато улыбнуться.

Магические предметы Фелса, вот что замечательно… и меня не покидает ощущение, что погоня до сих пор нас не настигла, только потому что наставник потянул за ниточки. Я прямо представил, как он устало вздыхает, подчищая хвосты за своим глупым учеником.

Всё же… людей у них очень много. Шансы далеко не в нашу пользу. Нельзя просто дождаться, когда буря пройдёт, хотя, переждать определённое время где-нибудь в тихом месте было бы неплохо…

Какими бы слабыми ни были мои инстинкты авантюриста, они мне это подсказали. Орарио огромный город, но, если мы будем бездумно перебегать с места на место, нас поймают. Этот горький опыт в меня вбили столкновения с Паствой Иштар и Паствой Аполлона.

И было бы неплохо дать Силь отдохнуть…

— Ммм? Что такое?..

Оглядевшись, я осознал, где мы находимся… неподалёку от центра седьмого района города, северо-западного. Стоящие здесь каменные здания выглядят старше и внушительнее, чем в других частях города. Я здесь побывал, когда подыскивал места для свидания. И кое-что мне захотелось посетить.

— …Силь, неподалёку находится место, в которое я хотел тебя отвести. Не возражаешь, если мы туда сходим?

— Вовсе нет. Что это? — радостно ответила она, улыбаясь.

— Собор.

Здание в несколько метров высотой, если принимать во внимание колокольные башни. Гигантские окна с цветным стеклом, которые невозможно не заметить. Из-за огромных колоколен с разных сторон, здание, казалось, ещё внушительнее. Его стены покрывали вырезанные из камня скульптуры и узоры. Сложно представить, как проводилась подобная кропотливая работа.

Собор был огромным и величественным. Здание вызывало воодушевление при одном только на него взгляде… Собор Харланда – одна из достопримечательностей Орарио, которую посещают многие приезжие.

— Два, пожалуйста.

— Вы же… Кроличья Лапка!.. Прощу прощения. Вот билеты, проходите пожалуйста.

Я заплатил работнику Гильдии, стоявшему на входе.

Наверное, первая его реакция как-то связана с тем, что я авантюрист высокого уровня, но он быстро взял себя в руки и улыбнулся.

— Ты настоящая знаменитость, — игриво шепнула мне на ухо Силь.

— Хватит надо мной подшучивать, — смущённо пробормотал я, подходя к главному входу.

Скульптуры рыцаря и духа были вырезаны на барельефе над входом, они будто смотрели на нас, когда мы вошли во врата, и пригласили в огромный зал.

— Ого… невероятно…

Я тоже это ощутил.

Между входом и стенами с двух сторон было, наверное, около шестидесяти метров. И вдвое больше в глубину. Потолок был высоким, отчего создавалось ощущение огромного открытого пространства, и я не мог на него не уставиться.

Рисунки на потолке изображали повесть о рыцаре и духе. Я увидел рисунок, на котором рыцарь стоял рядом со святой, держа на руках безжизненное тело духа.

Формы грандиозных люстр, высокие колонны, статуи из серебристого камня, множество рядов скамеек. Это здание достойно называться собором.

Мы с Силь сами собой приглушили голоса, вышагивая по полу собора.

— Обычно, эти места закрыты для посещения, но на время Фестиваля Богинь они открываются… Прости, я просто хотел тут побывать. — я улыбнулся, почёсывая затылок.

— Хе-хе. Я не возражаю. Мне тоже нравится, — ответила Силь, улыбаясь в ответ.

Мы подошли к стеклянным витражам одной из стен. Громадные колонны, окружавшие нас, были окутаны мягким светом.

Член Гильдии в наряде для фестиваля, авантюрист, который вызвался работать, и несколько гномов, представителей духов, стояли на страже, но в соборе было почти пусто. Наверное, большинство людей развлекаются на улицах или посещают другие достопримечательности. Немногие посетители, которые сюда зашли, с огромным интересом изучали каждый сантиметр собора. Не то чтобы я был против.

Мы обходили собор по часовой стрелке, наконец оказавшись в самой дальней от входа его части, под величественной сине-фиолетовой витриной, изображающей рыцаря и святую. Я увидел хрустальную гробницу, содержащую в себе нечто похожее на изысканную броню из голубого металла. Мы оказались в месте, в котором хранится реликвия этого собора, внутреннем святилище.

— Это же…

— Эта вещь содержит останки духа. Некоторые говорят, что она просто долгое время спит, прекрасная, как и раньше. В легенде говорится, что её тело рассыпалось на бесчисленное множество кристаллов. А ещё есть люди, которые говорят, что она превратилась в оружие, и стала мечом духов.

— Разве это не созданное духом чудо?..

— Гробница остаётся запечатанной, никто не смог её открыть… Нам известно только то, что ундины защищают её тысячелетиями.

Я сфокусировался на голубой вещи, заточённой в резном стекле. Не могу сказать почему, но мне вдруг захотелось заплакать, отчасти, наверное, потому что я наконец попал в святилище, о котором до этого мне доводилось только читать, а отчасти из-за величия собора и царящей в нём атмосферы. Хотя, наверняка, самая главная причина заключается в том, что я знаю историю, благодаря которой собор появился.

— Это то самое место, в котором ты хотел побывать?

— Да. Я подумал, что если куда-то тебя вести… если я хочу показать что-то особенное для меня, это должен быть этот собор.

Собор Харланда – это историческое здание, связанное с героическим эпосом, историей, которая когда-то произошла в Орарио на самом деле. Это место является подтверждением событий, случившихся в далёком прошлом.

В Орарио находится несколько подобных зданий, и они тщательно охраняются. Самым известным, разумеется, является Вавил. Но среди переживших века зданий самыми старыми являются церкви и храмы, возведённые до начала эпохи богов в северо-западной части города. Вообще-то, старое убежище Паствы Гестии также находится неподалёку. И меня не покидает ощущение, что та церковь тоже была построена в древнюю эру.

Вместе с тем, жутко думать о том, что здание подобного масштаба меркнет на фоне размеров Орарио. Разумеется, в городе есть постройки и повыше, вроде Вавила и других подобных примеров, но всё равно поражает, насколько огромен город.

— Существует эпос, который называется «Харланд Воды и Света», среди историй «Оратории Подземелья» он довольно знаменит…

— Да, я её знаю. Читала детям из приюта, когда они меня попросили.

Вообще-то я бывал в этом соборе уже десятки раз. Для людей, которые увлекаются историями, это одно из обязательных для посещения мест, наравне с Кладбищем Авантюристов.

Но мне очень хотелось увидеть внутреннее святилище, которое открывается только на время фестиваля.

— Это история о рыцаре и духе, которые объединились и сражались с монстрами, вылезающими из-под земли, а в конце женились, так ведь?

— Так пишут в книгах для детей, настоящая история немного отличается.

— А?

Силь удивлённо посмотрела на меня, но нас прервала крупная группа посетителей, вошедших во внутреннее святилище. Уступив им место рядом с алтарём, мы сели на ближайшую скамейку.

— Когда Харланд встретил духа, он поклялся ей в любви, но была ещё святая, которая привлекала его задолго до этой встречи и поддерживала во всех его походах. Сердце Харланда разрывалось между ними двумя… и в конце концов он выбрал святую.

— …Правда?

— Да. Дух впала в отчаянье и плакала так много, что слёзы образовали целое озеро… сойдя с ума от любви, она попыталась убить Харланда.

Часть о слезах кажется преувеличением, но Озеро Лолог, которое находится к юго-западу от Орарио, подпитывается водными потоками, которые до сих пор текут из города, образованные слезами того духа. Мы выяснили это, покопавшись в истории с Харухиме, которой тоже был знаком этот эпос.

— Что случилось в конце?

— В версии, которую читал я… было написано, что дух защитила рыцаря, которого любила.

— Защитила?

— От когтей и клыков монстров, к которым его завела. Она пожертвовала собой, чтобы спасти Харланду жизнь.

— …

— В книге было написано, что, держа на руках её тело, он оплакивал её, как никого другого. И возвёл этот собор в её честь.

Изображения духа, рыцаря и святой украшали потолок над нами. «Харланд Воды и Света» - трагическая история. Я читал, что, несмотря на славу и все свои заслуги, рыцарь, посвятивший себя изучению Подземелья в древности и защите крепости, предшествовавшей Орарио, остаток своей жизни себя ненавидел.

Вместе с тем, между строк в этой истории можно узнать, что нити любви способны изменить как людей, так и духов. Если бы Харланд выбрал не святую, если бы он женился на духе, возможно никому из них не пришлось бы так страдать. А может это привело бы к такой же трагической судьбе, но уже для святой. Мы этого не узнаем.

Но меня не покидает ощущение, что тщательно оберегаемая гробница духа была для Харланда ценнее жизни.

— Некоторые из героев, которых я люблю, совершают ошибки. Есть те, кто не способен защитить что-то ценное для себя… но эти истории как будто предостерегают нас от подобных ошибок. Словно учат нас никогда не сдаваться. Это… ммм… не знаю, что я пытаюсь сказать, но… ммм…

— Хе-хе! Всё хорошо, потому что я поняла, что ты хотел выразить!

Силь продолжала мне улыбаться, хоть я начал запинаться и не знал, как выразить свою мысль.

— Этот собор и истории героев – это часть тебя самого, — сказала Силь, посмотрев на алтарь.

— Мм… Да. По крайней мере, мне хочется, чтобы так было.

Я слегка растерялся, но Силь, кажется, вполне довольна. Наверное, я втайне надеялся, что ей понравится это место. Если и есть места, в которых я разбираюсь получше остальных, наверное, это достопримечательности, связанные с героями.

— А, и ещё у меня небольшой вопрос.

— Какой?

— Почему собор назван в честь рыцаря? Обычно их называют в честь того, кому они посвящаются, так ведь? — спросила Силь, наклонив голову.

А, вот оно что.

— Дух, с которой был Харланд, никогда не называла ему своего имени.

— А?

— Во всех историях её называют просто ундиной, духом воды… Потому собор назван в честь рыцаря, который его построил.

Впрочем, кажется, в давние времена он носил другое название, но кто-то решил, что имя Харланда подходит ему больше, исходя из изображений.

— Она не раскрыла своего имени…

Силь застыла. Эти слова заставили её погрузиться в глубокие размышления.

— Почему… почему дух не назвала своего имени?

— А?

— Если её настоящее имя… может она думала, что, если этот секрет будет раскрыт, всё пойдёт прахом?

Силь уставилась на алтарь, словно пытаясь узнать правду у покоящейся в гробнице духа. Яркий, завораживающий свет, пробивающийся сквозь разноцветные витражи, освещал её лицо.

Я завороженно смотрел на Силь, ответа у меня не было. Я не мог ничего сказать, зачарованный её глазами, смотревшими на святыню.

— Белл.

— Ч-что?

— Если я когда-нибудь начну вести себя странно, что ты сделаешь?

— …А?

— Если вдруг, в печали или ярости, я попытаюсь кого-то ранить, как дух, которая покоится в этой гробнице… что ты будешь делать?

Какой странный вопрос. Я никак не мог себе представить, чтобы Силь могла пойти на что-то подобное, и у меня ушло какое-то время, чтобы заставить язык шевелиться. Мысль, впрочем, пришла мне в голову молниеносно.

— …Остановлю тебя, чтобы ты никого не ранила.

Она продолжала смотреть перед собой, не на меня.

— А ещё, я остановлю тебя так, чтобы тебя не ранить.

Мои тихие слова повисли в воздухе. Они не были ложью или отговоркой. Ложь в месте, где лежит дух, я бы себе не простил.

Выслушав меня, Силь заговорила:

— И всё?

— А?

— Ты не станешь меня отчитывать?

— А? Чего?

— Не прижмёшь меня к себе, и не шепнёшь: «Ты была плохой девочкой. И с этого самого момента я буду присматривать за тобой вечно, чтобы ты ничего плохого снова не сделала. Надеюсь, ты к этому готова». А после этого не привяжешь меня к себе?

— Конечно нет!!!

Кем она меня возомнила?!

Мой поражённый выкрик эхом пронёсся по величественному собору, вызвав волну негодующих взглядов от работника Гильдии, авантюриста и гномов. Я поднялся и склонил голову, извиняясь.

Покраснев от смущения, я сел обратно, под приглушённый смех Силь.

А ведь я ей серьёзно отвечал…

— Ты и правда очень добрый.

Я начал немного на неё дуться, из-за такого поддразнивания, но ощутил, как что-то коснулось моего плеча. Силь наклонилась и прислонилась ко мне. Наши плечи соприкоснулись. Она положила свою руку на мою, лежавшую на моём колене.

На мгновенье мой разум опустел.

— …А-а-а-а-а, и ты правда мне нравишься.

Когда я услышал произнесённые шёпотом слова, должно быть, это было какое-то недопонимание, но моё тело вдруг окутал жар. В груди запылало. Я потерял дар речи. Как там дышать?

В этот раз уже я мог только смотреть перед собой. Я не знал, как справиться с теплотой, которую ощутил с собой рядом. Её волосы щекотали мне шею. Но её глаза были закрыты, а на губах виднелась слабая улыбка. Это подсказывала мне интуиция.

Её безмятежный пульс будто пересилил моё бешенное сердцебиение.

Было бы здорово убедить себя, что способность слышать звук чьего-то сердца через прикосновение невозможно…

Свет, проникающий в собор, заливал мне глаза, но я не обращал на это внимание. Солнечный свет согревал своей мирной теплотой, нас двоих, сидящих рядом.

Спустя какое-то время она подняла взгляд на меня. Всё, казалось, как в какой-то сказке. Мы наедине в тихом, прохладном, но таком тёплом соборе. Время будто застыло, и мы не ощущали ничего кроме друг друга. Мгновение, в которое слова не нужны… неожиданный конец которому положил звон огромных колоколов.

— Колокольни?..

Сколько времени мы здесь провели? Я осознал, что свет, заполнявший собор начал тускнеть. Солнце уже начало своё путешествие к западной границе горизонта.

Силь подняла голову, словно очнувшись ото сна. Я быстро поднялся, стараясь скрыть неожиданно накинувшееся на меня смущение.

— С-Силь! Я же зарезервировал место для ужина! Нужно быть осторожнее, чтобы Паства Фреи нас не нашла, н-но наверное ничего, если мы придём пораньше!.. — все уроки наставника напрочь вылетели у меня из головы, я начал запинаться в простых словах. Я буквально растерял всю свою концентрацию, но поделать с этим ничего не мог. Тот момент близости стал для меня нечестным ударом. Разве можно после такого остаться спокойным. Изо всех сил пытаясь этого не показывать, я пытался загнать неловкость куда-нибудь подальше, но времени собраться у меня не было.

Ненадолго замявшись, я наконец протянул руку. Силь посмотрела на меня ясным взглядом. Я стоял в лучах солнца, ощутив, как пылает моё лицо. Наконец, она улыбнулась.

— Идём.

Она снова вложила свою мягкую руку в мою.

Когда мы вышли, я заметил, что солнце уже начало подкатываться к горизонту. Совсем не ощущаемая в соборе праздничная шумиха скоро снова нас поглотит.

Голоса и музыка были такими же оживлёнными, что и раньше, значит, фестиваль ещё не кончился.

Городской пейзаж приобрёл золотистый оттенок, напоминающий мне о полях пшеницы, развевающейся на ветру.

— Господин! Госпожа! Могу я ненадолго завладеть вашим вниманием?

— Мммм?..

Я увидел зверочеловека, подозвавшего нас к себе на площади, рядом с выходом из собора. Уличный торговец, расположивший свой товар на плаще, лежащем прямо на земле.

— Вы только что из собора, верно? Не хотите себе памятный сувенир? У меня есть парные украшения, которые подойдут такой замечательной паре!

— Парные украшения?

Силь клюнула на наживку!

Прежде чем я успел её остановить, Силь обхватила меня за руку и со словами: «Пойдём смотреть!» потащила меня за собой.

Когда мы подошли к вервольфу, увидели всевозможные серебряные украшения. Он очень уверенно представлял свои товары.

— Я ремесленник, Гордон! И я никому не уступлю в работе над украшениями. У меня тут целая коллекция товаров, которые идеально вам подойдут!

— Ого.

— Посоветую вам вот эту вещь! Амулет делится на две половинки. Если соединить их вместе, бам, и они снова безупречно друг другу подходят!

— Угум, угум.

— Вот этой частью можно украсить ваши волосы, а молодой человек может носить его в качестве амулета! И, специально для вас, я дам особую цену!

Он указал нам на серебряное украшение с голубоватыми вставками, каждая из частей которого выглядела как часть единого целого. Если их объединить, получался круглый амулет.

— А ещё они отгоняют зло!

— Что, правда?

— Ага! Я изготавливал их с молитвами, чтобы защитить владельцев от горестей, которые выпали на долю рыцаря и духа!

Вряд ли ремесленник занимался чем-то подобным, но пока я об этом размышлял, Силь завороженно рассматривала амулет. Стоп, у неё странно блестят глаза…

— Обычно за пару я беру две тысячи валис, но раз уж вы такая замечательная пара, пожалуй, возьму всего тысячу.

Он сбросил половину цены, хотя мы даже сказать ничего не успели…

Я окончательно растерялся, а в этот момент…

— …

Силь уставилась на меня.

У меня вздрогнули щёки, когда я увидел её взгляд. В нём почти физически ощущалось волнение.

Если честно, мне не очень хочется покупать эту вещь. Не потому, что у меня нет на неё денег, и не потому что торговец явно её навязывает… а, скорее, потому что амулет продолжит напоминать мне о том, что было в соборе, и это всегда будет вызывать у меня странные чувства.

…Хотя, наставник, что-то о подобном говорил…

Если есть воспоминания, в одержимости предметами нет необходимости, но важно понимать, что некоторым людям нравиться обзаводиться физическими воплощениями воспоминаний.

Я сдержал вздоху и сдался.

— Я хотел бы купить эту вещь.

— С радостью продам!

Я протянул деньги торговцу, а тот передал амулет Силь.

— Держите, мисс.

— Ого-о-о-о-о-о-о-о-о-о!..

Невозможно было не заметить, насколько она взбудоражена вещью, которую держала в руках. Словно ребёнок, который смотрит на полученную только что игрушку. Как будто ей не верилось, что я стану покупать для неё амулет. Она осторожно разделила частички и начала кружить их в руках, пристально изучая.

— Можно я возьму часть с духом? А ты бери часть с рыцарем!

— Ха-ха… я не против.

Она на мгновенье прижала к груди оставшуюся у неё в руках часть, а потом подвязала цепочку к волосам.

— Как смотрится? Мне идёт?

— Да… подходит идеально.

Я не врал. И я и торговец поразились, насколько мило она выглядит с новым серебряным украшением. Голубой орнамент ярко блестел в вечернем солнце. Смущённо улыбаясь, Силь сияла не меньше.

Коснувшись амулета в волосах, она улыбнулась шире.

— Я буду им дорожить, Белл!

Ночь неспешно завладевала своими владениями с востока, в то время как солнце заходило на западе.

И, как будто намереваясь сопротивляться ночной мгле, город начал зажигать свои огни. Уличные фонари и лампы с магическими камнями, установленные в изрезанных тыквах, установленных на ящиках и бочках, начали загораться.

Мы вернулись в юго-западную часть города, пользуясь узкими улочками и пытаясь не попадаться людям на глаза. Но порой нам всё равно приходилось пересекать широкие улицы, и тогда мы начинали красться, пытаясь не привлекать внимание Паствы Фреи. Дозорные были расставлены по всему городу, так что это было проверкой на удачу.

К тому же, я намекал наставнику куда собирался вести Силь, и, возможно у него получится увести членов паствы куда подальше… по крайней мере, было бы здорово, если бы у него получилось.

Пока я тщательно озирался, пытаясь смешаться с толпой, Силь вела себя как обычно и без моих просьб.

Она снова и снова продолжала спрашивать: «Это мне подходит?» и «А что ты думаешь об этом?». Я пытался держать на лице улыбку, отвечая: «Конечно подходит» и «На тебе это выглядит просто здорово» раз за разом.

— Э-хе-хе…

А она каждый раз смущённо улыбалась.

Как же это мило… стоп!

Может дело было в том, как необычно она себя ведёт, но мне странно видеть её такой беззащитной и подверженной эмоциям. Поведение джентльмена, сопровождающего леди, вбиваемое в меня наставником, давно было забыто.

Силь обхватила мою руку и прислонилась ко мне, как игривый щенок, когда я терял бдительность, и несколько раз нам пришлось останавливаться, но мы наконец добежали до ресторана.

— Это… корабль?

Её глаза округлились.

И да, она права. Мы стоим рядом с гигантским кораблём, стоящим на якоре.

— Мы на месте?

— Да. Этот ресторан называется «Аква Ложка».

Я зарезервировал столик на плавучем ресторане.

Белоснежный корабль, настолько огромный, что у Силь округлились глаза и перехватило дыхание.

Этот корабль нельзя назвать роскошным круизным лайнером, но в длину он больше пятидесяти метров. Размерами он превосходит даже Поместье Домашнего Очага. Большой белый баннер был растянут над кораблём, покачивающимся на волнах. В конце мостика, ведущего на палубу, стоял одетый как слуга мужчина, а рядом была табличка «Добро пожаловать на борт!», написанная на коине.

— Это же плавучий ресторан, так? Я слышала, что в Орарио есть несколько таких, но…

— Да, обычно они остаются в доках, но в честь фестиваля им позволяют сделать круг по водным путям, проходящим в городе.

— Получается… ужин во время круиза?

Я улыбнулся и кивнул.

Обычно «Аква Ложка» стоит на якоре во время обслуживания и гости наслаждаются необычным приёмом пищи, покачиваясь на волнах. Владелец купил старый корабль, по частям перевёз в город, а потом перестроил, превратив в плавучий ресторан.

Отсюда и до торговых постов на юге города, где располагается торговый район, каждый кусочек земли давно выкуплен и места для постройки ресторана не было. Наверное, именно поэтому владельцу пришла в голову идея: «Раз нельзя сделать на земле, почему бы не открыть ресторан на воде!» Очевидно, Орарио невозможно обогнуть по морю, зато встать якорем в одном из водных путей города никто не запретил.

Я потратил немало времени на выбор ресторана…

Пожалуй, это самое рискованное, на что я решился во время планирования свидания. Наставник постоянно щёлкал кнутом, пока я отчаянно исследовал различные рестораны, пока я наконец не решил остановиться на этом. Здесь подают вкусную еду и денег, которые я заработал за время тренировки, должно хватить на оплату ужина двоих людей.

Величайшим препятствием стало то, что мне показалось, что обычный ресторан для Силь не подойдёт, потому что она сама работает в «Щедрой Хозяйке». Еда у Мии просто фантастическая, и мне показалось, что ужин на воде станет новым и интересным опытом.

Как бы там ни было, я сделал этот выбор, вложив в эту неожиданную атаку всю свою мудрость.

Лицо Силь изменилось.

— Как чудесно. Ты долго думал прежде, чем выбрать это место, не так ли? Белл, который никогда не думает ни о чём, кроме Подземелья размышлял, как меня порадовать!

Р-раскусила в одну секунду…

Слушая её слова, я мог только неловко улыбаться. Мы прошли по деревянному трапу, который вёл на борт. Оказавшись на борту, я назвал своё имя и нас тут же сопроводили к столу на палубе.

Нас ожидал изысканный белый стол, подходящие к нему стулья и ваза с цветами в центре. Рядом стояло ещё несколько таких столов. Как человек, который никогда не бывал нигде, кроме таверн для авантюристов, я чувствовал себя не в своей тарелке. Я даже начал слегка жалеть о своём выборе, отчаянно пытаясь вспоминать разные вещи, которым наставник успел обучить меня за время тренировок.

Наконец, вечернее солнце утонуло за линией горизонта, и небеса потемнели.

В этот момент, по кораблю пронеслось объявление:

— Аква Ложка отправляется в плаванье. Наслаждайтесь проведённым на борту временем.

После этой короткой фразы, корабль начал медленно двигаться.

Берег начал удаляться, а я вздохнул с облегчением. Даже Паства Фреи, наверное, не сможет нас атаковать, когда мы находимся на воде. И во время плаванья попасть на «Аква Ложку» будет не так просто. Она плывёт не по какой-нибудь речушке, а посреди глубокого канала. Запрыгнуть на борт с берега невозможно.

…должно быть невозможно. Даже для авантюристов Паствы Фреи…

В-в общем, теперь, когда мы плывём, наверное, у нас получится насладиться ужином в тишине и покое.

…Только вот, я уже ощутил на себе несколько пристальных взглядов…

Официанты начали изящно разносить вино и первые блюда, а я ощутил покалывание в шее.

Кровожадности, впрочем, я не ощутил… Нет, на меня смотрели с некоторой враждебностью, но явно не так, как члены Паствы Фреи…

— Что-то случилось?

— А? Нет, совсем ничего. Ха-ха-ха…

Силь держала в руках бокал, а я неловко посмеялся. Пока я в мыслях пытался убедить себя, что у меня просто разыгралось воображение, она налила мне вина.

— Белл! Когда ты успел настолько вырасти, чтобы расхаживать по таким изысканным местам?!

— А ведь я впервые… ужинаю на корабле…

Гестия и Айз отправились на ужин в тот же самый ресторан, что и Белл и Силь, «Аква Ложка».

— Какой бы побег ты ни задумал, главный детектив Гестия его раскусит!

— Богиня, вы поразительны…

Гестия накинулась на еду, а Айз кивала, взяв в руки нож, поданный к меньеру. Начав есть, они бросали взгляды на Белла.

После использования магических предметов для побега, Гестия и Айз потеряли Белла, как и представители Паствы Фреи, но очень быстро сработались и последовали за ним.

Насколько я знаю Белла, он точно оставил какие-нибудь рекламки или флаеры мест, которые собирался посетить во время планирования свидания!

Прекрасно понимая, что слепые поиски в таком огромном городе, как Орарио, - это верх глупости, Гестия, тщательно изучившая манеру поведения парня, знала, что будет сделать лучше всего. Они с Айз вернулись в Поместье Домашнего очага, ворвались в комнату Белла и обыскали её сверху донизу на предмет улик, найдя брошюру ресторана «Аква Ложка». Как и предсказала Гестия, это название едва ли не было обведено красным кругом.

Гестия взревела: «Вот оно-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о!!!» и бросилась на корабль. Поначалу девушек отправили обратно из-за строгого дресс-кода, но они успели переодеться и вернуться прежде, чем Белл и Силь успели пробраться на борт.

— Хорошо, что ты была со мной, Валленкак-тебя-там. Сама бы я сюда не попала.

— Я просто шла с вами. Я же никак не помогла…, я оплачу счёт…

— Что?! Правда?!

Гестия была одета в платье цвета моря, а Айз – в бледно-зелёное платье, которое надевала на банкет одного из богов.

Ужин во время круиза был довольно популярным мероприятием, так что Гестии бы отказали из-за отсутствия зарезервированного столика, но поскольку с ней была Айз, авантюристка первого ранга, ресторан их допустил. Если авантюристка, занимающая такое высокое положение в городе, проведёт ужин в этом ресторане, это послужит для него отличной рекламой.

Девушки проскользнули на борт до заката и начали дожидаться Белла и Силь. Наконец, они увидели свои цели.

— Только вот, нам приходится быть внутри, а они на внешней палубе… Чёрт, она забрала себе самую крупную сцену. Бе-е-е-ел, когда ты успел такому научиться?! В следующий раз приглашаешь меня!

— Почему Белл… такой красивый?..

— Эй! Но-но-но! Никаких глупых мыслей, Валленчто-ты-говоришь!

Впрочем, и без неожиданных выкриков Гестии, парочка привлекала к себе немало внимания. Остальным гостям они казались очень необычным сочетанием личностей, поскольку Айз остаётся Принцессой Меча, а Гестия – покровительницей Паствы Гестии. Независимо от того, ладят они или нет, многие гости не могли отвести от них взгляда.

Впрочем, эти двое ничего не замечали, потому что всё их внимание было сконцентрировано на столике Белла.

— Никак не могу разглядеть отсюда её лица…

Вдобавок к стеклянной витрине, их столики отделяло ещё несколько столов с гостями. Они создавали достаточно препятствий, чтобы Гестия не могла увидеть партнёршу Белла.

Богине хотелось немедленно вмешаться в свидание и дать знать о своём присутствии, но еда оказалась слишком вкусной. Расчётливая богиня решила, что отправиться к столику Белла не раньше, чем успеет съесть всё, что подадут.

— …

Айз, в то же время, наблюдала за Беллом с эмоцией, которую никак не могла понять… Она будто бы чувствовала непередаваемое одиночество.

— Мя-я-я-я-я-я-я! Как вкусно выглядит! А попробовать можно?

— Официанты не воруют еду. Быстро неси её на столик!

Аня и остальные обслуживали покупателей на той же «Аква Ложке» где Белл, Силь, Гестия и Айз ужинали.

— Почему мы пришли сюда и рмяботаем, после того как придумали, как нам сбежать из таверны?

— Мя что ещё делать? Только тмяк можно было проникнуть туда, где у них ужин! Нельзя же подвести Питера и его друзей, так услужливо отказавшихся от своих мест рмяди нас!

— Как по мне, они просто испугались, когда ты пригрозила им ножом, — недовольно пробормотала Руноа, услышав, как Хлоя выставляет действия официантов, как акт самопожертвования.

Девушки разносили подносы с едой и вином, переодевшись в практичные мужские костюмы.

Ответ Руноа прекрасно пересказывал историю того, как девушки оказались на борту.

— Если есть возрмяжения, скажите их пареньку! Если бы он не стал устрмяивать ужин во время круиза, нам не пришлось бы прорываться на борт! — Хлоя умело управляла громкостью голоса, чтобы слышать её могли только Руноа и остальные.

Причина, по которой они успели попасть на борт до того, как это сделали Белл и Силь была проста: они увидели, как Гестия с криками несётся по городу в сопровождении Айз и просто последовали за ними.

Девушки догадались, что богиня могла увильнуть от работы в таверне и носиться по городу с криками только в том случае, если она ищет своего ненаглядного малыша Белла.

— И вообще, нмяс обучала Мама Мия. Мы особенные рмяботницы и способны оказывать первоклассный сервис! Да владелец рыдмять от радости должен просто потому, что мы на него работаем!

— Как можно было до такого додуматься?.. — вздохнула Лю.

Она прекрасно понимала, что делает нечто незаконное в личных интересах, но также она понимала и то, что, если бы её здесь не было, Хлоя и остальные, скорее всего, натворили немало бед.

Сдержав вздох, Лю через одинокий бокал вина на подносе взглянула на Белла и Силь, наслаждавшихся ужином на палубе.

Палубу обслуживали другие официанты, поэтому у девушек, оказавшихся в пристройках корабля, не было возможности с ними столкнуться.

— Силь… Белл…

Лю до сих пор было непросто смотреть на их пару.

Еда, подаваемая на «Аква Ложке» была очень вкусной, как и говорилось в рекламе. Наверное, ингредиенты берутся прямо с Торгового Поста, куда стекается множество продуктов извне Орарио, потому что у некоторых блюд вкусы были необычными: синеватое оливковое масло, которого я раньше никогда не видел, красный сыр, с сильным запахом, очень острый перец, растущий только на дальнем востоке. Горечь, сладость, лёгкая острота… всё это были новые, неизведанные раньше вкусы.

Наверное, можно сказать, что здесь готовили роскошные блюда со всего света, перерабатывая их в знакомые для Орарио варианты.

Силь, судя по всему, тоже наслаждалась необычными вкусами. Может быть, потом она даже расскажет Мие о новых вкусах.

Впрочем, главным событием вечера оставался круиз, он был гораздо интереснее, чем я предполагал. Виды бурлящего жизнью ночного Орариро с воды совершенно непередаваемы и сильно отличаются от того, что можно увидеть, гуляя по улицам. Я как будто посещаю какое-то другое государство.

Отчасти город отличался от своего обычного вида из-за фестиваля, но, даже и без этого, его переполняла красота ночных огней и виды, которые доступны только с воды.

Волны рябью покрывали поверхность воды, и отражённый свет то и дело блестел на её поверхности с разных сторон. Окружающие виды захватили Силь.

— Что такое? Ты как будто хочешь что-то спросить.

Силь, ножом и вилкой, аккуратно поедала десерт. В отличие от моих манер за столом, которые Хедину пришлось в меня вбивать, Силь ела так, будто была с этими манерами рождена. Каждое её движение завораживало. Это была одна из тех вещей, которые, казалось, совершенно не подходят обычной девушке, которой она кажется.

— Мммм… Кто ты на самом деле?..

Я никак не мог отбросить неловкость, задавая ей этот вопрос. Но всё время нашего свидания эта мысль крутилась где-то в уголке моего разума. Её всегда защищает Паства Фреи, за ней всегда следят… Кто такая Силь?

Хедин сказал мне в это не углубляться, но, продолжая проводить с ней время, я никак не могу закрыть на это глаза.

Силь сказала: «А-а», а потом медленно опустила приборы на стол и посмотрела на меня.

— Ты можешь мне пообещать, что ничего, между нами, не изменится, если ты услышишь мой секрет?

— Н-наверное…

— «Наверное» - это не обещание, — она игриво улыбнулась, щурясь совсем как кошка.

Теперь мы играем на её поле. Инициатива, которую я захватил в начале свидания давным-давно была утеряна.

Усердно пытаясь разобраться с десертом, я натянуто улыбнулся.

— Какой бы секрет ты не хранила… всё между нами останется так, как есть, и не изменит того, что будет, между нами, в будущем… По крайней мере, я так думаю.

Не могу сказать наверняка, достоин ли такой ответ высочайшей оценки, но Силь улыбнулась шире. Она собралась что-то сказать…

БУМ!

— А?!

Корабль тряхнуло. Удар не был мощным и сокрушительным, просто кто-то будто прыгнул на борт корабля. Работники и другие гости напряглись, а я повернулся в сторону удара.

На палубе, с другой стороны, там появился…

— …Л-ледяной мост?!

Узкая дорожка из замороженной воды, повисшая в воздухе, соединила корабль с берегом. У меня отвисла челюсть, но уже через секунду стала ясна причина.

— Перехватить управление кораблём!

Группа пиратов… авантюристов, точнее, с криками высыпала на корабль!

— Н-не может быть… Паства Фреи?!

Я чуть не лишился сознания. Они нашли нас на корабле, а потом маги заморозили поверхность воды ледяной магией, создав мост, чтобы на корабль можно было ворваться.

— О-они готовы зайти настолько далеко?!

— ААААААААААААААААА!

На корабле в мгновение ока воцарилась паника. Орда людей в чёрных шлемах и полной боевой экипировке рассредоточивалась по палубе корабля. Авантюристы продвигались, совершенно не заботясь о сохранности гостей, переворачивая на своём пути столы. Чёрная волна посыпалась на корабль. Подгоняемые яростью от того, что Силь украли у них из-под носа, авантюристы проверяли лица каждого гостя, оказавшегося на корабле.

— Ч-что это такое?! Стоп, разве эти ребята не те же авантюристы, которые когда-то на нас нападали?!

— Паства Фреи?..

Гестия и Айз, удивились, вокруг нарастала паника.

— Что случилось, мя?!

— Эй, так в баре Мамы Мии дела не делаются!

Аня, Руноа и остальные работницы «Щедрой Хозяйки» тоже не знали, как реагировать.

Круизный лайнер начал превращаться в поле боя.

— Тц. Всё-таки не успел.

Хедин покачал головой, наблюдая за проникновением на корабль с берега.

Пользуясь положением командира, он действительно сбивал Паству Фреи со следа, оставляя их в неведении, относительно положения Белла и Силь. Впрочем, справлялся он неплохо. Несмотря на то, что ему не удалось предотвратить атаку на корабль, Аллен, Хегни и братья Гулливеры, авантюристы первого ранга, которых невозможно было бы удержать, сейчас находились в другой части города.

«Слушать тебя?», «Не задирай нос», «Ты точно что-то скрываешь». Глаза одних из самых жутких авантюристов города наливались кровью, они злобно смотрели на Хедина и эти взгляды могли бы заставить обычного человека упасть в обморок, но Хедин хладнокровно отбивался от всех сомнений, прикрывая Белла от мгновенной смерти. Если бы не Хедин, Белл и Силь ни за что не успели бы подобраться к ресторану.

Однако отряд авантюристов не такого высокого уровня ускользнул от внимания Хедина, и он не успел вовремя остановить насильный досмотр корабля, проводимый некоторыми членами Паствы по своей инициативе.

— Отряд Вана, значит… Безумные глупцы, хотите втоптать в грязь честь Всевышней Фреи?

Толпа рядом с берегом заметила начавшийся на корабле переполох. Если станет известно, что причиной тому стали люди Паствы Фреи, Хедин не сможет посмотреть богине в глаза. Что бы ни происходило, репутация Паствы не должна подвергаться сомнению.

Светлый эльф в одиночку несёт ответственность за публичное представление Паствы, и необдуманный удар Вана заставил обычно непоколебимое лицо эльфа скривиться от ярости.

— Найти её! И забрать её у кролика как можно быстрее!

Тем временем ничего не знающий о гневе Хедина наполовину полурослик Ван выкрикивал приказы.

Он едва не сошёл с ума. После провала своего задания он стал одержим мыслью о том, что Белл Кранеелл должен заплатить. Ван поклялся в безоговорочной верности своей Пастве, и не мог вынести ни единого провала. Не важно, какой переполох поднимется, он не успокоится, пока Силь не будет возвращена. Настолько Ван успел отчаяться.

— Кроличья Лапка должен пасть, чего бы это не стоило! Пока он здесь, он представляет угрозу! Прикончите его!

Отданный криком приказ заставил одного человека вздрогнуть - Айз.

Её глаза блеснули, она достала меч, который прятала под столом и, поднимаясь, извлекла его из ножен.

— Гах?! Че-?! Принцесса Меча?!

— Что значит «Кроличья Лапка должен пасть»?

Ван, каким-то чудом, двумя своими клинками отразил первый удар, но тут же пришёл в ужас, осознав кто перед ним стоит.

— К-к тебе это не имеет никакого отношения! Не мешай! Хочешь начать вражду с Паствой Фреи?!

Очевидно, Ван попытался её запугать, но ответ был кратким и простым.

— Всё это не важно.

Блеск клинка выражал непоколебимую решимость.

— Если вы собираетесь на него нападать, я вас остановлю.

— Ч-чужаки не должны лезть в наши дела!

Ван отпрянул, не ожидая, что авантюристка первого ранга будет им мешать, но уже через мгновение взревел, и его люди снова пошли в атаку. Вступившая в бой с авантюристами Принцесса Меча наводила ужас. Разрезались на части столы, белые стулья превращались в кучи обломков, работники и гости в панике разбегались. Зловещая мелодия столкновения оружий в ночи нарастала.

— Э-эй! Валленкак-же-так! Что происходит?!

Гестия, спрятавшаяся под столом, не могла высунуть из-под него и носа, ошеломлённая звуками боя.

— В-в зале дерётся Айз?! Что там творится?!

Паника охватила Белла, осознавшего, что в пристройках корабля началась битва. Холодный пот побежал по его шее, когда он понял, что они с Силь могут стать причиной столкновения сильнейших Паств города.

— Белл Кранелл, вот ты где!

— Все на палубу!

— Я так и знал!!!

Парень взвизгнул, когда подтвердилось, что налётчики в чёрном пришли за ним.

Корабль находится в части канала, похожей на небольшое озеро. И сейчас он больше всего походит на одинокий остров среди водной глади. Скорее всего, даже если Белл прорвётся к ледяному мосту, созданному магами Паствы Фреи, на другой стороне его ожидает орда врагов.

Когда Белл понял, что оказался загнан в угол, он побледнел и встал перед Силь, прикрывая девушку.

Силь, наблюдавшая за всем со стороны, глубоко вдохнула и крикнула:

— Лю! Остальные! Простите! Помогите, пожалуйста!

— Мя?! Силь нас зовёт!

— Чё-ё-ё-ёрт, значит точно нас заметила!

Аня и Руноа выпрыгнули из своих укрытий, останавливая бросившихся к паре авантюристов. Хлоя и Лю подключились секундой позже, а Белл раскрыл от удивления рот.

— Понятия не имею, что происходит, но раз они нападают на Силь, они враги!

— Согласна. Может мы тоже за ними следили, но не ради того, чтобы начинать ненужных конфликтов.

Кинжал убийцы и два коротких меча мелькнули на поле боя. Девушки, одетые в униформу, остановили натиск бросившихся на палубу авантюристов.

— Лю, другие официантки… да что здесь происходит?!

Белл с ужасом во взгляде следил за разгоравшимся боем.

На его глазах Паства Фреи сражалась с Айз и официантками «Щедрой Хозяйки».

— Идём дальше, Белл?

— С-Силь? Куда дальше? Нам некуда бежать!..

В этот самый момент Силь рассмеялась и побежала к носу корабля.

Белл бросился за ней, ночной бриз развевал волосы девушки. В своей голове Белл не мог унять крика, при виде того, как кажущаяся совершенно обычной девушка бесстрашно бежит по тому, что напоминает настоящее поле боя!

Никто не заметил их неожиданного побега. Все были слишком сосредоточены на бое, чтобы смотреть в сторону Белла и Силь.

Девушка и парень добежали до края палубы.

Не дожидаясь Белла, Силь перемахнула через защитные перила. Глаза Белла начали вращаться, когда он увидел, как девушка стоит на краю, придерживая развевающуюся юбку.

— С-Силь?! Ты же не…?!

Она могла и сделала это. Встретившись с Беллом взглядом, девушка улыбнулась.

— Я на тебя надеюсь, Белл!

Белл побледнел и бросился бежать, а Силь просто отклонилась. Её тело оторвалось от палубы.

— А-а-а-а-а-а!

Она издала миленький, явно наигранный крик, который был совершенно неуместен на фоне адского сражения где-то за спиной Белла. Она не переставала улыбаться.

— Ну не-е-е-е-е-е-е-ет!!!

Уже через мгновение Белл перескочил перила и, оттолкнувшись, полетел вниз. Он подогнал себя ногой о борт корабля ещё раз, а потом протянул руки и схватил Силь в воздухе.

Перевернувшись в полёте, он прижал девушку к своей груди.

Секунду спустя раздался всплеск.

Однако этого всплеска и брызг за бортом корабля никто не заметил.

----------

Монолог 4

[[image:/storage/reader-images/6b7ab0e8db83992edca55a9f1dd548b3fbead51a.jpg]]
Звук воды.

Ощущение воды.

Водный мир, в который лунный свет пробивается только сквозь рябь.

Струйка пузырьков, устремляющаяся вверх, и пропадающая из вида. Он обнимает меня, крепко прижимает к себе. Тонкая, но крепкая рука обхватывает мою талию. Вторая нежно поддерживает затылок.

Слабый выдох породил ещё больше пузырьков, устремившихся к поверхности. Пусть окружающая нас вода холодна, теплота в моей груди никуда не делась.

Сердце замирает. Я ощущаю как слезятся мои глаза. Мне не остановить поток разрывающих сердце эмоций. Его руки переместились на мою спину, словно он пытается меня утешить.

Водный мир. Только мы вдвоём. Медленно движемся не отпуская друг друга.

А-а-а-а.

Сознание растворяется. Моё сознание рассеивается.

Всё растворяется, уплывая вдаль, будто в неуловимом сне.

Последнее, что осталось, это теплота его груди. Но и этого чувства достаточно, чтобы поглотить моё сердце. И принести мне радость.

----------

Глава 5. Доказательство

[[image:/storage/reader-images/7f9ccdb955c7f080c26e50dfe4bb184b8c02f397.jpg]]
Вода омывала камни берега. Мелкие волны почти бесшумно набегали на побережье, их порождала тряска, на дрейфующем вдалеке корабле.

Поверхность воды прорвалась.

— Гхаах!

Глотнув свежего воздуха, я схватился рукой за берег. Другой рукой я начал вытаскивать на берег Силь, моя одежда казалась очень тяжёлой.

— Гх! Кха!

— Ты в порядке?!

Я постучал по её спине, когда она начала кашлять. Мы вцепились в мощёную мостовую, вытащив себя из воды только по пояс.

Наконец я поднялся целиком.

Я довольно сильно удивился, и плаванье отняло у меня немало энергии, но оказалось, что к подобному, во время изучения Подземелья, я привык. К тому же, последняя экспедиция проходила в Водную Столицу, и мне даже кажется, что я начинаю осваиваться.

Скривившись от мокроты, я протянул руку и помог Силь выбраться на мостовую.

Я поддерживал её, когда она стояла на коленях на твёрдой земле. Обернувшись, я увидел вдалеке «Ложку Аквы», покачивающуюся на волнах. Огромный корабль, освещаемый лампами с магическими камнями, трясло, это означало, что бой ещё не окончен. Кажется, я слышу что-то вроде звука бьющихся стёкол и выкрики боли вдалеке.

Не представляю, что они там делали, но надо будет извиниться перед Айз, Лю и остальными после.

Благодарность и сожаление наполняли мои мысли, но я вздохнул с облегчением, осознав, что за нами пока никто не погнался.

Мы оказались на противоположном от моста Паствы Фреи береге. Западные ворота города где-то за нашей спиной. На пустынной набережной было тихо, камни мостовой освещал тусклый свет городских фонарей.

Похоже, нашего побега с корабля пока никто не заметил.

И, если честно, я бы сказал, что с прыжком в воду, погружением до дна и выплыванием сюда с Силь на руках я справился почти на отлично.

— …гх.

— Силь?..

Я заметил, что она дрожит, снова прижав её к груди.

Стоп, она плачет?

Я тут же опустил взгляд, чтобы убедиться…

— Ха-ха-ха-ха-ха-ха!

…а она разразилась хохотом, словно не могла его сдержать.

Такая реакция меня поразила, но она смеялась не переставая. Она прижала руку ко рту, другой держась за живот, и продолжила сдавленно, невинно смеяться. Я ещё никогда такого от неё не слышал.

— Впервые!

— А?

— Впервые я сделала что-то подобное!

Подняв голову, она изучила моё лицо восторженным взглядом. Её щёки пылали от восторга, а глаза блестели подобно звёздам. У меня дёрнулись плечи.

Ну, да…

Обычный человек никогда не прыгнул бы с корабля, чтобы сбежать от людей, которые за ней гонятся. Ещё это было похоже на что-то вроде доказательства, насколько она мне доверяет, но это было очень, очень, очень безрассудно.

Неожиданно меня накрыла волна усталости, я хотел об этом сказать, но увидев детский восторг на её лице, лишь слабо улыбнулся.

— …Можешь встать?

— Конечно!

Я взял её за руку, помогая подняться.

Вся моя одежда насквозь промокла, и я никак не мог отогнать желание снять всё с себя и отжать. Под нашими ногами начали собираться крупные лужи.

В воде пришлось скинуть пиджак. Даже авантюристу первого ранга было бы непросто плыть, удерживая Силь в таком неудобном и громоздком наряде. О, точно, свёрток с магическими предметами я забыл на корабле. Было бы здорово, если бы кто-нибудь его забрал.

Жилет прилип к телу, и мне пришлось скидывать мокрые волосы с лица, чтобы они не мешали.

— …Гх.

И тут я заметил, как выглядит стоящая рядом со мной Силь. Лучше бы моё внимание на этом не заострялось, но я ничего не смог поделать.

Наверное, об этом говорят люди, когда утверждают, что привлекательность некоторых ощущается физически.

Я тут же отвёл взгляд, и, кажется, Силь не заметила моего возбуждения, приглаживая волосы, восстанавливая дыхание и убеждаясь, что не потеряла сувенир, который я ей купил. Заполненные водой туфли она взяла в руки.

А потом…

— А теперь идём!

— А?

— Нужно куда-нибудь отсюда сбежать! Туда, где нас никто не найдёт! — сказала она, наслаждаясь кусочком свободы, который ей достался. — У нас получилось бежать, но, если будем стоять на месте, нас рано или поздно поймают!

В моей голове появилось множество мыслей, но она права. Не все авантюристы, которые нас ищут, ринулись на корабль, и, похоже, поднимется настоящая паника, когда они узнают, что нас на корабле больше нет.

…Ааааагх. И ведь правда, остаётся только бежать!

Я потянул спину и, шлёпая мокрыми ботинками, двинулся за Силь.

Мы скользнули во тьму, оставив позади набережную.

Мы бежали по улицам в поисках места, в котором рядом никого не будет, не заботясь о каком-то определённом заранее направлении. Когда мы начали уходить всё дальше и дальше от скоплений людей, уличных фонарей стало становиться всё меньше. На отдельных участках пути, дорогу нам освещали только звёзды и луна.

Силь бежала вприпрыжку, будто ребёнок, пустившийся в великое приключение.

— Ты же поранишься, если будешь так бежать босиком! — крикнул я.

— Если поранюсь, просто будешь нести меня на спине! — довольно ответила она.

Она раскинула руки и, улыбаясь, посмотрела на меня, продолжая бежать.

Кажется, она и правда творит всё, что ей вздумается, наслаждается моментом, даже сбившееся от бега дыхание ей будто бы в радость.

Никто её не осудит. Никто не станет её останавливать.

Звёзды над нашими головами будто озаряли её свободу. Она была просто поразительна, когда её освещал свет луны. Она была похожа на духа. Или на вечно молодую богиню, только что рождённую в этом мире.

Я продолжал бежать за ней, словно завороженный её танцем.

Мы неслись по залитому лунным светом миру.

И наконец…

— Это же…

Словно вырванные из сна мы остановились перед огромным каменным мостом.

Он был больше шестидесяти метров в длину и десяти в ширину. Сквозь поддерживавшие мост арки проносился водяной поток. Построенный из бесчисленного множества камней мост мог бы показаться совершенно обычным и довольно старым… если бы не тридцать одна статуя, выстроившаяся на его поверхности.

Монументы известным героям.

— Мост Героев…

Этот мост отдаёт дань уважения авантюристам и жителям Орарио.

Наследие великих людей древних времён, которые сражались, рискуя своей жизнью, чтобы удержать Подземелье. Статуи на этом мосту сделаны в подобие образов великих героев, заложивших фундамент в обороне мира поверхности. В отличие от надгробий Кладбища Авантюристов, строительство этого монумента началось в эру богов. Его множество раз разрушали атаки монстров, стихийные бедствиями и даже во время раздоров между людьми, но мост и статуи всегда восстанавливали, поддерживая физическую связь прошлого с настоящим. Словно объявляя всему миру: «Мы никогда не забудем своей гордости».

Мы ступили на этот мост. Фонарей на нём не было, но очертания героев виднелись и в лунном свете. Статуи были установлены по обе стороны моста с равными промежутками. Тридцать один герой, совершивший почти невозможное, каждый из них сражался за Орарио.

Они располагались не по заслугам и не по датам сверти. Герои разных эпох стояли бок о бок. Были тут: рыцарь Харланд, Саурион – потомок волчьего императора, императрица амазонок Ивельда, немёртвый граф Галзанеф, Сидху Великий, наследница духов Сфия, даже святая высших эльфов Сельда, которую, по слухам, не могла сломить ни одна порча…

Рядом с некоторыми героями находились изваяния великих духов, которые помогали им в свершениях.

— Мост Героев… Последний раз я была здесь очень давно. А ты сюда приходил, Белл?

— Да, много раз… Но здесь всегда было много людей…

— Да. Я тоже не помню, чтобы видела его таким тихим…

Мост расположен довольно далеко от шумного Торгового района. Главные улицы, на которых устроены основные мероприятия фестиваля, также отсюда довольно далеко.

С этого моста, море огней, освещающих город, кажется таким далёким.

Мы остались наедине, в тихом мире среди героев прошлого.

Никто из нас не говорил ни слова, мы просто шли вперёд, осматривая статуи, пока не оказались в центре моста.

— …

Мы остановились перед героем, которому был установлен памятник.

Один меч. Лёгкая броня. Длинный шарф. Рядом нет духа.

Я посмотрел на лицо героя, который считается сильнейшим в истории.

— Альберт Великий…

Я начал пристально изучать черты героя, которым сильно заинтересовался шесть дней назад, пытаясь найти его связь с Айз.

Заслуги Альберта Великого символизируют древнюю эпоху. С его смерти начался отсчёт эпохи богов. Его история не подвластна времени, ей посвящена последняя глава «Оратории Подземелья».

Это он прогнал Чёрного Дракона.

Чернейшее бедствие, порождённое великой ямой, намеревалось уничтожить каждого человека, каждый клочок земли. Сражаясь с ним в одиночку, Альберт прогнал его, ценой своей жизни. Его меч забрал у Короля Драконов глаз. Пронзительно крича, одноглазый дракон улетел в далёкие северные земли. Неизвестно, почему это случилось: потому что он признал своего противника, или решил, что оставаться слишком опасно… это не важно. Воплощение разрушения оставило Орарио.

Вскоре после того, как Чёрный Дракон улетел, первые божества спустились в мир смертных, ознаменовав начало эпохи богов.

То есть, Альберт положил конец Древней Эпохе, он провёл мир смертных в новую эру. Потому его почитают как сильнейшего героя. И, всё же…

…Его тоже здесь нет…

На пьедестале Альберта нет его другого имени, Вальдштейн.

Кто же ты? Как ты связан с Айз?

Статуя героя не дала мне ответа.

— Тебя интересует великий герой? — спросила Силь.

— Ммм? Да… есть одна вещь которую я пытаюсь о нём узнать… — не думаю, что смогу всё объяснить в начатом просто так разговоре.

Силь присмотрелась ко мне пристальнее.

— Знаешь, почему напротив статуи Альберта пустое место?

— А?

Проследив за её взглядом, я вдруг осознал, что она права. Напротив, стоял пустой пьедестал. В центре, кроме статуи Альберта, статуй не было.

Словно не нашлось никого, кто достоин стоять с другой стороны.

И когда я об этом подумал…

— Миру нужен герой.

Силь будто говорила другим голосом.

— Они жаждут последнего героя, того, кто наконец спасёт Орариро, город, который когда-то защитил Альберт, а вместе с ним и весь мир смертных.

— Последнего… героя?..

— Когда последний герой повергнет древнего дракона, он займёт место на последнем пьедестале… и только после этого Мост Героев наконец будет завершён.

Теперь я понимаю, почему перед великим героем пустует место. Напротив величайшего героя древней эры должен стоять величайший герой эры богов. Тот, кто достоин быть названным великим героем, защитившим весь мир, и тот, кто исполнит желание мира… герой, который наконец его спасёт.

После исполнения этого желания, наступит то, чего жаждали герои всех поколений: истинный покой. Мир, который будет лишён источника разрушений, ожидает светлое будущее.

— Земля, на которой всё началось, где герои умирали… и земля, на которой эти герои рождались.

Моё бормотание подхватил ветер.

Эти слова заставили меня вспомнить о мыслях, которые посетили меня во время Элегии.

Я какое-то время смотрел на статую героя…

— Белл, как ты думаешь, эти люди правда герои?

Вопрос Силь застал меня врасплох, и я повернулся к ней.

— Когда бы я сюда не приходила, меня всегда переполняло необъяснимое чувство.

— ?..

— Мне всегда было интересно, существует ли истинный герой. Тот, кто поможет мне, что бы ни случилось, и от всего меня спасёт… Герой, который может исполнить мою мечту…

Силь вошла в поле моего зрения и повернулась ко мне лицом.

— Хочу встретить Ода. Незаменимого героя, принадлежащего только мне.

— Ода?..

Силь улыбнулась, а я пробормотал слово, которое услышал впервые.

— Да… только мой Од.

Я не мог в это поверить, но вдруг ощутил скрытое за её улыбкой одиночество.

— Мне всегда казалось, что было бы здорово когда-нибудь его встретить…

Наши взгляды встретились. Её серые глаза смотрели прямо в мои. Мне вдруг стало тяжело дышать. Дело в её взгляде. Он будто молил меня о чём-то. Не хочу знать, о чём именно. Я отчаянно пытался отмахнуться от нарастающего стука сердца.

Ноги не двигаются. Не могу сделать ни шага. Время для нас двоих будто замерло.

Я попытался выдавить из себя хоть слово.

Налетел ветер и раздался миленький чих.

— Т-ты в порядке?!

— Да… просто немного замёрзла, наверное.

— Конечно замёрзла, ты же промокла насквозь!

Я бросился к Силь.

Я тоже промок, так что предложить ей сухую одежду у меня не получится. Она начала растирать свои руки, а я начал думать, где мы смогли бы переодеться, но тут Силь что-то заметила.

— Белл… Тебе не кажется, что становится шумно?

— А?

Посмотрев в направлении, которое она указала, я напряг уши и тут же услышал.

…Найти Леди Силь!

…Они не могли уйти далеко!

Голоса наших преследователей!

— Ой!.. Н-нам пора отсюда бежать!

— Ладно!

Мы слишком долго задержались на Мосту Героев. Если так пойдёт и дальше, нас найдут. Нельзя стоять тут дольше.

Взяв Силь за руку, я побежал к другой стороне моста.

— Но куда нам?..

Разве есть место, в котором мы могли бы переодеться в сухую одежду и спрятаться от Паствы Фреи? А если оно и есть, разве оно рядом?

— Положись на меня!

Она как будто прочла мои мысли. Обернувшись, я увидел на лице Силь уверенную улыбку.

— У меня есть идея!

— Правда?!

— Да!

Я доверился Силь и попросил нас отвести.

…Только чуть позже я осознал, что улыбка на её лице была слишком озорной.

Пробежав по переулкам, Силь завела меня в небольшую гостиницу.

— А?

А потом попросила комнату на двоих.

— Че-?..

И в этой комнате оказалась всего одна кровать.

— Ч-ч-ч-ч-чего-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о?!

Она приложила палец к губам и шикнула, призывая меня не кричать.

Ну нет, сейчас не время на меня шикать!

Я что попался, потому что слишком сосредоточился на преследователях? Мне проклинать только себя, за то, что я доверился ей и пошёл, не сказав ни слова против?

Как бы там ни было, мы наедине в номере гостиницы…

— У нас не было другого выбора, разве нет? Если бы мы продолжали бежать, нас бы обязательно поймали, а ещё мы бы простудились.

— Н-но!..

— А мне эта идея кажется замечательной. Сомневаюсь, что нас станут искать в номерах гостиниц.

У меня чуть глаза из орбит не вылезли, когда она произнесла всё это таким естественным тоном.

Она привела нас в одну из гостиниц для торговцев на задворках Торгового Поста. Обычно бродячие торговцы останавливаются в подобных местах на ночь. Если подумать, это и правда место, которое обычная жительница города и авантюрист не стали бы использовать, чтобы скрыться.

Мужчина и женщина, промокшие до нитки. Очевидно, что мы находились в очень странном положении, но стоявший за стойкой дварф не задал ни единого вопроса. Если верить его ворчанию, он сбился со счёта, сколько странных людей ему довелось повстречать за время работы в Городе Лабиринта.

Комната была обшита деревом. Она была обставлена довольно просто: за исключением лампы с магическим камнем на небольшом столике предметов обихода не было. Впрочем, судя по тому, что это гостиница для торговцев, из удобств была небольшая душевая, проход в которую располагался прямо в комнате. Ну и большую кровать я уже упомянул.

Эта внушительная часть убранства комнаты не могла не породить у меня волнения. У нас правда не было другого выбора? Неловкость всё нарастала, а потом я заметил, что Силь указывает в окно.

Сквозь небольшую щель в шторах я заметил множество проносящихся по крышам тёмных силуэтов. Все они кричали «Найти их!» и «Они точно где-то здесь!».

Я едва подавил выкрик, медленно отворачиваясь от окна.

Остаётся только принять положение, в котором мы оказались. В неловкости прошло ещё несколько секунд, но Силь наконец заговорила:

— Итак, чем мы займёмся?

— В каком смысле?..

Она стояла рядом, повернув на меня голову. Прямо перед нами была кровать. Широкая кровать. Мы вдвоём смогли бы на ней уместиться, но пришлось лежать слишком близко.

Окинув кровать взглядом, я уставился на Силь. Её небольшие, выделяющиеся губы слегка разошлись. Почему-то даже это лёгкое движение показалось мне жутко развратным, хоть наверняка она и сделала это не намеренно.

Капля воды с её мокрых волос упала на платье. Мой взгляд сам собой проследил за этим движением, и я заметил явно просвечивающее сквозь платье нижнее бельё.

Я тут же побагровел.

— …П-пожалуйста, прими душ!

Я отвернулся, даже не понимая, насколько громко я кричу, волнение в моём голосе было очевидным.

Я хотел добавить: «Я могу подождать, а тебе нужно как можно быстрее согреться», - но язык меня не слушался.

Спустя мгновение…

— Хорошо.

Она явно удалилась, я услышал, как открывается и закрывается дверь в душевую.

— …

Напряжение спало с моих плеч, хоть и совсем немного.

Однако шуршание одежды и звук воды под напором, который начался после, вернули мне напряжённое состояние. Мой разум совершенно опустел.

— …Сменная одежда. Нужно найти во что переодеться…

Разум отказывался следовать за мыслями.

Разумеется, никакой одежды заранее мы не подготовили. Даже если Силь отогреется в душе, без сухой одежды всё это будет бесполезно. Нам что, придётся сворачиваться под одеялами в чём мать родила?

Отбросив эту глупую мысль, я выбежал из комнаты, не забыв закрыть за собой дверь. К счастью, в этой гостинице на дверях есть замки. Этот факт немного меня успокоил и принёс мне лёгкое облегчение. Если бы кто-нибудь попал бы в комнату, пока меня там нет, я бы себя не простил.

Я молча отправился к стойке. Даже когда я позвонил в стоящий на столе звонок, все мои мысли были направлены только на нашу комнату. Если кто-то попытается туда вломиться, я смогу вернуться за две секунды. По крайней мере на это я рассчитываю. Я стану сказочным животным… сверхзвуковым кроликом.

Наконец, я начал договариваться о покупке одежды со стоявшим за стойкой дварфом. Он выглядел явно недовольным, когда услышал, чего я хочу, но я просто выложил на стойку все деньги, которые были у меня в кармане. Дварф схватил их и, не сказав больше ни единого слова, выложил одежду для двоих людей.

Взяв у него нечто из хлопковой ткани я бросился обратно в комнату. Открыв дверь и запрыгнув обратно, я тут же её захлопнул. За стенкой по-прежнему шла вода.

— …

Бросив сменную одежду на кровать, я сел на стул, с меня всё ещё капала вода. Кто-то словно лишил моё тело всех сил. И трёх минут не потребовалось, чтобы впервые за этот день на меня навалилась усталость. Я отклонился, а спинку стула, душевая была за мой спиной. Сложив руки, я уставился в пол. Кроме как на пол, я не мог смотреть больше ни на что.

Наконец, мне в голову пришла мысль, касающаяся положения, в котором я оказался.

— Проведу тут ночь?.. Вместе с Силь?..

Кровь вдруг прилила к голове.

А так правда нужно? Разве нельзя просто дождаться, пока она выйдет, сходить в душ самому, переодеться и распрощаться с ней?

На мгновение я задумался о таком решении, но, почему-то, мне кажется, что, если я так сделаю, наставник меня в порошок сотрёт. Это же наставник, в конце концов.

Сколько там по времени составляет свидание в день Фестиваля Богини? Можно ли вот так оставлять Силь? Можно ли отнестись к её чувствам с таким пренебрежением, после того как я увидел на её лице улыбку, которой никогда не видел раньше? И ещё, я как-то поздно об этом задумываюсь, но есть ли будущее у Паствы Гестии и у меня лично, после того как я похитил человека, находившегося под защитой Паствы Фреи? Был ли смысл бежать?

«Ну ведь сегодня день фестиваля урожая, так? Матушка Мария говорила, что в этот день многие парочки обзаводятся детьми!»

Невинный голос Фины вдруг всплыл в моей голове.

Хватит. Никаких больше странных мыслей. Не заставляй меня об этом думать. Не нужны мне странные предзнаменования, пожалуйста…

Мысли начали бесцельно роиться в моей голове, хоть сейчас и совсем не время для глупых метаний. Только вот сконцентрироваться я не могу. Совершенно сбитый с толку, я начал задумываться о советах, которые давали мне старшие.

Что наставник… и Дедуля, который меня растил, сказали бы мне в такой ситуации?

Что же мне делать?!

«Если она заведёт тебя в гостиницу, просто плыви по течению. Точнее, позволь ей делать с тобой, что ей вздумается».

Что это было за уточнение?!

«Белл, мальчик мой, просто несись навстречу следующей ступени к взрослой жизни! Разожги пламя страсти ещё сильнее и окунись в него!!!».

Чёрт возьми, Дедуля!

Бесполезно. Мне не на что положиться. Мысли в моей голове были озвучены похожим на них тоном, но мне почему-то кажется, что это воображение.

В-в общем! Положиться на эти мысли я не могу!

Стоило мне решить, что я не могу быть вечно скрываться от таких вещей после случая с Харухиме, совсем не означает, что сейчас нужно давать волю воображению! К тому же, Силь наверняка ни о чём таком не думает!

Чтобы прийти в себя я начал вспоминать названия обитающих в Подземелье монстров.

Гоблины, кобольды, остроклювы, боевые тени, подземные ящеры, муравьи-убийцы, шипастые кролики, орки, бесы, минотавры, минотавры, минотаврыминотаврыминотаврыминотаврыминотаврыминотаврыминотаврыминотаврыминотавры!

Звук воды остановился.

— Гах?!

Я вздрогнул, почти вскочил, а когда повернулся…

Краааак.

Дверь душа слегка приоткрылась.

— Белл… А у тебя есть сменная одежда?

Я на мгновение застыл, а потом схватил лежащие на кровати вещи и протянул их мокрой руке, просунутой в дверь.

Когда я их передавал, я на мгновенье заметил в щели взгляд серых глаз. И блестящую от воды кожу шеи. Я тут же отскочил и отвернулся от двери. Цвет моего лица сейчас очевиден.

Я не мог заставить себя двинуться, а спустя которое время, Силь вышла.

— Душ свободен.

— …Х-хорошо. Спасибо.

Мой взгляд приклеился к полу. Я не мог взглянуть ей в глаза, когда проходил в душевую. Скромный каменный пол покрывали водные брызги, полотенце, которое она использовала висело рядом на крючке. Мокрой одежды, которую она сняла, в душе не было.

Я снял с себя одежду. Несколько винтов соединяло нагреватель воды с трубкой душа, и я установил давление на полную мощь. Струя воды ударилась о мою голову.

— …Я же не пытаюсь ничего такого сделать…

Пробормотал я, стараясь убедить себя в этом, стоя под струёй душа.

Вместо горячего душа я решил принять холодный, чтобы холодная вода заставила меня успокоиться.

У меня начало появляться ощущение, что наш приход сюда был спланирован, и я заметно растерялся, нужно просто вспомнить о том, что мне не о чём беспокоиться. Мы оказались в бедственном положении, и нам пришлось на это пойти. Точно. Мне придётся провести здесь эту ночь без разрешения, но я попрошу прощения у боженьки завтра.

Я позволю Силь остаться на кровати, а сам посплю на полу. Спать на полу настоящий рай по сравнению с тридцать седьмым этажом Подземелья.

…Так я думал.

— …

Вытершись и переодевшись, я открыл дверь.

Силь, сидевшая на уголке кровати подняла на меня взгляд.

На ней была одета только рубашка. Мешковатая ткань, застёгнутая спереди.

Мягкие, на вид бёдра и тонкие ноги были совершенно обнажены.

Как мне кажется, нижнего белья на ней тоже не было.

Я едва не лишился сознания на месте.

— …А что случилось с одеждой?

— Не могу носить эти штаны. Они слишком большие и не держатся.

Поначалу мне показалось что она соврала, но потом я заметил.

Я торопился и поэтому отдал ей одежду большего размера. На мне сейчас была женская одежда. И теперь мне остаётся только признать, что мне эти вещи почти по размеру, и проклинать себя за беспросветную глупость и совершённую ошибку.

Силь распустила волосы. Обычно она очень плотно их собирает, но сейчас они струились по её спине.

Моё сердце замерло, когда я увидел, насколько поразительна их длина. Я как будто стою напротив совершенно другого человека, а может, такая Силь настоящая. У меня перехватило дыхание.

— …Я посплю на полу, можешь забирать себе крова…

— Так не пойдёт. Давай спать вместе?

— …Не могу.

— Почему не можешь?

— …Потому что не могу.

— Разве что-то случится?

— …Богиня будет на меня злиться.

— Ну а я могу умереть от чувства вины, если заставлю тебя спать на полу.

— …Лгунья.

Если честно, я уже не мог следить за разговором, который мы вели. Я стоял, она сидела на краю кровати. Между нами была пара шагов. Я смотрел вниз, на неё, она поднимала взгляд, чтобы смотреть на меня.

— Может ты сядешь?

Спросила она, наверное, начала беспокоиться, потому что я застыл как статуя.

Я взглянул на стул. Её мокрое платье было развешано для сушки. Сесть на него я не могу.

Сдавшись, я сел с ней рядом. Но оставил, между нами, неестественно большой разрыв.

— Ничего не хочешь сделать?

Моё сердце замерло.

— …Я-я не понимаю о чём ты говоришь…

Я решил притвориться глупым, мой голос дрожал.

В комнате повисла тишина.

Снаружи всё ещё шёл фестиваль. Смеялись люди, играла музыка, взрывались фейерверки… здесь всё это походило на тихий фоновый шум. Царившее вдалеке празднование казалось оживлённым.

Ну а я, в этот самый момент я боялся того, что вижу в Силь женщину. Почему-то, мне начало казаться, что в этот самый момент часть меня может измениться навсегда. Словно я могу лишиться права питать чувства к кому-то другому.

— …Почему?.. — когда наконец эта мысль сформировалась в моей голове, я несмело попытался обличить её в слова. — …Почему ты позвала меня на свидание?

Я это сделал. Я задал вопрос, который не должен был задавать. Ответ на него очевиден, и у подобного свидания может быть только одна причина. Окончательно отчаявшись, я начал цепляться за надежду, что есть что-то ещё. Но, прежде чем я сам успел обвинить себя в ничтожности за то, что задал этот вопрос, Силь на него ответила:

— Потому что я хотела дать тебе знать, что я тебя люблю.

— А?

— Хотела показать, насколько я тебя люблю.

Она покачала головой и тихонько добавила:

— И хотела это доказать.

Я не успел даже удивиться, скрипнула кровать. Я повернул голову и обнаружил, что мы с Силь оказались лицом к лицу, а мгновение спустя она толкнула меня на матрас.

Какую-то секунду я видел только потолок. А когда осознал, что случилось, попытался рефлекторно подняться, но Силь настойчиво держала руки на моих плечах. Её руки дрожали, но мне казалось, что я ощущаю самую тяжёлую хватку, которую мне когда-либо доводилось чувствовать в жизни.

Я слегка приподнялся на локтях, кровать скрипнула снова, громче чем раньше. Силь успела пододвинуться и сейчас нависла надо мной.

— Хочу… доказать.

Её голос был едва различим, взгляд дрожал. Она положила руку на моё щёку и начала приближаться. Казалось, если я двинусь, я могу её коснуться.

— Но это не любовь, я…

Её губы приближались к моим, весь мир вдруг замер, она словно пыталась не дать мне закончить.

В этот момент в моём сознании блеснула золотая вспышка.

— …Нет!

Я схватил её за плечи и оттолкнул от себя, оставшись лежать.

Я не могу поддаться потоку. Не могу позволить этому со мной произойти. Не могу отказаться от своей мечты.

Если я этого не остановлю, нас обоих ждут страдания. Такая ошибка когда-нибудь уничтожит нас обоих. Всё кончится слезами.

Набравшись решимости, я сделал то, что нужно сделать, даже если она никогда меня после этого не простит. Не важно, насколько сильно она будет меня за это ненавидеть.

Я вдруг скривился, осознав, что могу её ранить, но я должен её остановить.

— …

Её волосы растрепались, пряди накрыли глаза. Она сидела на моих ногах, глядя на меня свысока.

Выражение на её лице было скрыто. Казалось, секунды тянутся целую вечность.

Наконец, она подняла голову.

— Не отвергай меня.

Яркий серебряный огонёк мелькнул в серых глазах.

— Прими меня.

Я заметил, что этот свет начинает приближаться, но моё тело не реагировало, будто сломанное.

Нет. Сердце начинает стучать сильнее.

Моё тело пыталось поддаться серебряному свету, словно это несокрушимая сила природы.

Я застыл, дышать я был не в силах, а её лицо снова начало приближаться к моему. Её руки оказались на моей груди. Её губы будто пытались присвоить мне (_). Иероглифы на моей спине начали пылать, словно сопротивляясь.

Не важно, как моё тело пыталось сдаться, пламя на моей спине не угасало.

Сердце начало колоть, я никак не мог выдержать этого столкновения и смог пробормотать лишь одно слово…

— Силь…

Я взмолился.

Она вздрогнула, как от удара молнии.

Похоже, это имя заставило её отреагировать. А может она увидела собственное отражение в моих глазах.

Она вдруг отстранилась. Серебряный свет в её глазах начал угасать. Она обхватила себя руками, с видом, словно не может поверить в то, что сама только что делала.

— Нет, это неправильно… это не похоже на Силь…

Она начала едва различимо бормотать, а потом отстранилась от меня и отвернулась.

— С-Силь?..

— Отвернись.

— А?

— Пожалуйста, не смотри на меня… пожалуйста.

Я едва различал её голос.

Прежде чем отвернуться, как она попросила, я какое-то время смотрел на её спину. Прижав колени к себе я сидел на краю кровати. Звуки фестиваля всё ещё были различимы, но теперь мне казалось, будто окружающий мир над нами насмехается.

Не знаю, сколько времени прошло.

— …Белл, — Силь снова нарушила молчание.

— …Да?

— Обещаю, я не стану делать того, чего ты не хочешь. Давай ляжем спать вместе?

Мы выключили лампу, в комнате воцарилась темнота.

Мягкий лунный и звёздный свет пробивался сквозь занавески, создавая слабое свечение.

Мы лежали на кровати, спиной к спине.

Уснуть, очевидно, я не мог. Силь буквально ко мне прижимается. Я ощущаю её теплоту. Я практически могу почувствовать её дыхание и сердцебиение, даже не сосредотачиваясь.

— Белл.

— …Да?

— Теперь ты меня ненавидишь?

— …Нет. Я никогда тебя не возненавижу.

Не знаю почему, но уже через секунду мой же собственный ответ показался мне невыносимо жестоким.

— Разве ты не хочешь, чтобы у тебя была любовница?

— А это что за вопрос?!

— Знаешь, детишкам из приюта нужны мать и отец.

— Это не ответ!!!

В одно мгновение покой был разрушен.

И чего я погружался в самобичевание?! Ты нисколько не сожалеешь о том, что сделала!!!

Пока мысли кричали в моей голове, я услышал, как она поворачивается. А потом ощутил руку, которая обхватила моё тело. Силь прижалась лбом к моей спине, а я тут же напрягся.

— Не поворачивайся.

Я попытался развернуться, но она остановила меня, прежде чем я успел. Я ощутил дрожь руки, обхватившей мой живот, а потом она ко мне прижалась.

— С-Силь! Ты сказала, что не будешь…

— Я замёрзла.

Часть её руки и правда была холодной.

— В-всё равно!..

Я попытался вырваться из её объятий и почти физически ощутил, как она надувает губы.

— А с Лю ты это сделал.

— Гах?!

Мычание, которое может только подтвердить виновность человека, сорвалось с моих губ.

— Л-Лю… рассказала?..

— Ничего она не говорила, зато ты сейчас сказал. А она просто вела себя странно после возвращения из Подземелья.

На моих губах появилась кривая улыбка. Я разочаровался от того, что попался на эту уловку так легко.

— Лю – моя бесценная подруга… а ты сделал с ней что-то развратное.

— Н-ничего развратного! М-может это было на грани!.. Но я точно ничего такого с ней не делал!

— Правда?

— Да!

— И со мной тоже ничего делать не станешь?

— Я-я бы никогда!

— Почему?

В каком смысле почему?..

Я растерялся, не зная, что ответить. Потратив какое-то время, чтобы собраться с мыслями, я…

— Потому что ты… ты… я не могу.

Не может на такое быть приемлемого ответа. Руки Силь обняли меня крепче.

— Глупый Белл.

— Ч-что?..

— Глупый, глупый, глупый.

Она прижалась лбом к моей спине и начала стучать, продолжая меня обзывать.

Я не знал, что сделать, чтобы заставить её чувствовать себя лучше, поэтому просто молчал. Я не придумал ничего лучше, кроме как продолжать лежать, подложив руку под голову, и смотреть на стену.

— Глупый…

Её голос затих в протяжном выдохе прямо в мою спину. Это было как-то по-детски.

Сегодня я открыл для себя много новых сторон Силь. А ещё узнал от неё о том, о чём раньше даже не подозревал…

Уже какое-то время моё сердце бьётся быстрее, и я никак не могу его успокоиться, но, хоть это и может быть грубовато, я рад что напряжение, которое было между нами, наконец ушло.

Как же я рад, что всё кончилось, а между нами, ничего не изменилось.

…И я даже не задумался о том, насколько ужасной может быть эта мысль.

— Силь… почему… почему ты?..

Я так и не понял какие слова могут быть правильными, и задал тот же вопрос, что и раньше.

Продолжая прижиматься к моей спине, Силь тихонько ответила:

— Потому что подумала… что быть такой же, как остальные… такой же как Лю и они… этого мало.

— Такой же?.. В каком смысле?

— Ребёнку вроде тебя никогда не понять.

В её словах слышалось напряжение, словно она хочет меня оттолкнуть, но спустя несколько мгновений она пробормотала…

— …Я и сама не могу понять…

— А?

— Почему я так отчаялась?

— Отчаялась?..

— Да. Цепляюсь, потому что я в ужасе от того, что это может ускользнуть прямо из моих пальцев… Отчаянно желаю и цепляюсь…

Тихие слова, произносимые прямо мне в спину, разрушали тишину комнаты. Они были похожи на колыбельную, но не для меня, а для самой Силь…

Вот оно что.

Вот почему я…

Её тихий шёпот постепенно пропал, я ощутил, как её глаза закрылись. Кажется, она ещё не уснула, но точно не собирается открывать глаза этой ночью снова.

Бросив взгляд на тонкие руки, которые меня обнимали, ощущая спиной её теплоту, я тоже закрыл глаза.

Я очень сильно устал. В каком-то смысле этот день истощил меня гораздо сильнее путешествия в Подземелье.

Я наконец отошёл ко сну, оставшись в её объятиях.

Тихие размеренные звуки заполнили комнату.

Длинная стрелка несколько раз обогнула циферблат. Силь медленно распахнула глаза. Она осторожно убрала свои руки, чтобы его не разбудить, и села на кровати.

Должно быть, он устал слишком сильно, потому что совсем не заметил движений Силь. А может он инстинктивно ей доверяет, верит в её обещание.

Смотреть на его невинное, сонное лицо было одновременно приятно и больно. Девушка не смогла себя заставить коснуться его волос или щеки протянутой рукой.

— …

В окно пробивался лунный свет.

Его свечение словно объявило о наступлении полуночи. Впрочем, карета у дверей её не ожидала.

Силь бросила на его лицо прощальный взгляд и прошептала:

— Если завтра нам доведётся встретиться снова… я…

Только свет луны услышал остальное.

Силь тихонько слезла с кровати, одела своё ещё мокрое платье и вышла из комнаты.

Она не оборачивалась.

----------

Монолог 5

[[image:/storage/reader-images/192fd7830c387649f6d9a85cff42fd98f4837c6b.jpg]]
Любовь жестока.

Безответная любовь считается добродетелью. Но мне прекрасно известно насколько болезненной может быть любовь без взаимности.

Просто потому, что объект этой любви никогда не ответит. Эта любовь никак не вознаградится. Единственным, что может удержать внимание, остаются только похоть и страсть.

Впрочем, если объект любви достаточно милосерден, чтобы принять страсть и похоть и ответить на них, в будущем это ранит обоих… А если тот, кого любишь, не может просто этого принять… если тот, кого любишь, обладает незапятнанной душой и не поддаётся страсти… если тот, кого любишь, никогда себя не теряет…

Что же делать тогда?

Таких легко высмеять, назвать их поступки детскими, но чем дольше ты живёшь на этом свете, тем сильнее понимаешь, насколько труден бывает выбор. Как сложно его придерживаться.

Сочувствие – это яд. Жалость опасна. Если кто-то вступает в отношения из сострадания, они становятся крестом, который оба обязаны нести, пока всё это не обратиться болью и страданием.

Из-за чистоты, которую он несёт в своей душе, он никогда не дрогнет. Если его и можно извратить, то сделать это можно только силой. Его неловкий, возвышенный путь жизни невозможно склонить. Даже если его тронет порча, скорее всего он продолжит следовать велению своего желания, он никогда не остановится, даже если в его сердце будет боль.

Сталкиваясь с таким человеком, как заполучить его сердце?

У меня ответа нет.

Любовь… он жесток.

Но поэтому, именно поэтому я ему благодарна… хоть его и ненавижу.

Потому что путь, которому ты следуешь в своей жизни, разозлил даже богиню

----------

Осколок.Происхождение Силь

[[image:/storage/reader-images/b6f0fcf631669adb2fc4c27b3f6fb96851ab9a5e.jpg]]
Падает снег.

Прекрасные, безжалостные белые осколки падают с небес, оставаясь на мёрзнущем теле. Оно в одиночестве. В холоде. Его некому обнять. Некому утолить его голод.

Оно цепляется мёрзнущими руками за ноги, подчиняясь неизбежной реальности. Грязное тело существует и это непреложный факт.

«Почему я такая грязная, бедная, пустая, холодная?» Одни и те же вопросы заполняли моё пепельное сердце в тысячный раз лишь для того, чтобы исчезнуть снова.

Моё сознание начало угасать, я задумалась, что должна сделать, чтобы моё тело больше моим не было. И моим ответом было решение прекратить жить.

Тогда это и случилось.

— …Ты в порядке?

Звонкое сопрано отголоском прошлось в моих ушах.

Моё ничтожество открыло глаза, готовые закрыться навсегда, и, когда я её увидела, не смогла отвести взгляда.

Существо куда красивее, блаженнее, полноценнее и теплее, чем всё, что я видела когда-либо, оказалось прямо передо мной.

Впервые я узнала, что подобные существа могут находиться в этом мире.

— Я думала тебе помочь, но… есть ли что-то, чего ты желаешь?

Она задала вопрос, который, судя, по её словам, был задан только потому, что ей хотелось себя развлечь. А может, она сказала так, потому что увидела отголосок моего желания.

Есть. Конечно, есть.

Осознав, что в мире может быть что-то настолько прекрасное, блаженное, полноценное и тёплое, я могла захотеть только одного. Это была не зависть, не желание себе это присвоить и не ревность… это была безумная мольба.

Я хочу стать тобой. Хочу перестать быть собой и стать чистой, тёплой. Хочу стать тобой.

Этого она точно не ожидала услышать. Она задумчиво посмотрела на меня, прежде чем рассмеяться.

— Хочешь стать мной? Насколько же алчной ты можешь быть?! Ещё никогда не встречала дитя, которое бы меня о таком попросило!

Были те, кого спасла её любовь. Те, кто поклялся ей в безоговорочной верности. Но ещё никогда она не видела человека, желавшего ей стать.

Она сочла эту мысль интересной. Сереброволосая богиня смеялась, будто это было настолько смешно, что она просто не могла перестать. Словно эта просьба пробудила её интерес.

— Тогда я дарую тебе _______. А взамен ты отдашь мне ______, согласна?

Я кивнула.

А потом находившаяся в мерзких трущобах богиня протянула руку и спросила:

— Как тебя зовут?

Мои губы дрожали.

— …Силь.

Итак, мы обменялись судьбами. С того момента мой рок был высечен в камне. Пусть так, меня это не заботит. Пока я свободна от этого мёрзлого города. Пока я свободна от одиночества и тьмы. Пока я могу стать существом прекраснее, блаженнее, полноценнее и теплее, чем что-либо в этом мире.

Так я изменилась.

…Я переродилась в богиню.

----------

Глава 6. Цена желания

[[image:/storage/reader-images/82d773c696e68c6df317d53dceb963594ab432a5.jpg]]
Даже не знаю, проснулся ли я от глубокого сна.

Открыв глаза, я увидел незнакомую деревянную стену и окно, завешенное дешёвыми шторами. В комнате царил незнакомый запах, напоминая о том, что ночь я провёл не дома.

— Уже утро… а?

А ещё эту ночь я провёл с ней.

— Силь?

Только когда мои глаза окончательно открылись, я понял, что я на кровати один.

Человек, который должен был оказаться рядом, пропал. Сев и осмотревшись, я увидел, что её одежды тоже нет. В душе её также не было. Она ушла одна? Да, я был уставшим, но как могло получиться, что я этого даже не заметил?

И почему?

После того что было, она меня возненавидела?

В голову пришло и другое объяснение… её могла забрать Паства Фреи.

Я вздрогнул от этой мысли. Скорее всего это не так, поскольку я жив и невредим. Но, возможно, она меня защитила?..

Даже я начал понимать, что воображение уводит меня не туда, и строить догадки я могу хоть до скончания веков. Я оделся, скривившись от неприятной прохлады, высохшей не до конца одежды.

— !..

Я на мгновение замешкался, чтобы тщательнее осмотреться.

На столе лежал знакомый предмет. Серебряное украшение с синим узором… то самое, из парного амулета. Я задержал на нём взгляд, а потом сунул в карман и выбежал из комнаты.

— Силь! Где же ты?..

Я спросил дварфа на первом этаже, но он тоже не заметил её ухода. Никаких записок она не оставляла.

Я вышел из гостиницы.

Пепельные облака собирались в небе. К несчастью, погода менялась и второй день фестиваля скорее всего пройдёт под тёмными небесами.

Облака казались тяжёлыми. Очень тёмный цвет. Наверное будет дождь.

Я побежал, набирая скорость. По пути я вспоминал весь путь, который мы вчера прошли.

Мост Героев, набережная, корабль на воде. Плаванье выдалось довольно непростым, но я заметил, что «Аква Ложка» мирно стоит на якоре. После того как мы сбежали, Пастве Фреи и остальным не было смысла драться, так что ничего серьёзного не случилось, я надеюсь. Я нашёл работника, который был там прошлой ночью, и попытался расспросить его о Силь, но ничего не узнал. Он протянул мне свёрток, который я вчера забыл. Магические предметы, хранившиеся внутри, не пострадали. Я поблагодарил его и продолжил поиски.

Точнее, можно сказать, что я бесцельно бегал по городу.

— Может она вернулась в «Щедрую Хозяйку»?..

Уцепившись за эту мысль, я отправился к Западной Главной Улице, хоть поверить в это было очень сложно.

Несмотря на раннее утро, таверны были забиты людьми, праздновавшими с самой ночи, и на улицах было заметно оживлённее обычного. Пробегая по Западной Главной Улице, я увидел одетого в униформу официанта Вельфа, шедшего к «Щедрой Хозяйке», едва переставляя ноги.

— Вельф!

— Мммм? — он повернулся. — Стоп, Белл?! Ты где вчера пропадал?!

Он удивлённо посмотрел на меня и подбежал ко мне сам.

— Мы начали беспокоиться, когда ты не вернулся… получается, ты провёл с ней прошлую ночь? Останавливать кричавшую Лили, рвавшуюся из дома было непросто. И за лисой, которая почти всё время была в обмороке, пришлось присматривать…

Кажется, он даже испугался, когда подумал о том, что Лили может меня найти, но я его оборвал.

— Прости, мне очень жаль! Силь не возвращалась?! Она исчезла, и я никак не могу её найти!

Он несколько раз моргнул и, увидев какой я красный, стал предельно серьёзен.

— Для начала успокойся. Давай отойдём, я хочу услышать, что случилось.

Узкая улочка неподалёку от «Щедрой Хозяйки», Вельф прислонился к стене, а я описал всё, что случилось прошлой ночью и этим утром.

— За вами гналась Паства Фреи, а когда ты проснулся её уже не было. Хах…

— Угум. Я начал беспокоиться о том, что её кто-то мог забрать… — я никак не мог избавиться от беспокойства.

Вельф сложил на груди руки.

— Прости, Белл, но я должен тебя спросить.

— А?

Он посмотрел мне прямо в глаза.

— Что ты будешь делать, когда её найдёшь?

Я искренне не понял, что он имеет в виду.

— Что ты?..

— Я не гений, когда дело касается понимания женщин… но этой девушке ты безусловно нравишься.

— !..

— Не как друг. Как мужчина.

Я сглотнул. Голос Вельфа и выражение его лица стали суровее:

— Что ты будешь делать, когда её найдёшь? Притворишься дурачком и попытаешься вернуть всё как было? Даже я понимаю, насколько жестоко не давать ей ответа.

— …Н-но как… кто-то вроде меня?..

— Как кто-то мог влюбиться в такого как ты? Ты серьёзно так решил мне ответить?

Вельф не дал мне сбежать от реальности. В его глазах я прочёл: «Ты и сам всё прекрасно понимаешь, разве нет?»

— Если будешь притворяться дурачком после того, что случилось, значит ты не такой человек, каким я тебя себе представлял.

Мои глаза распахнулись шире. Мне не в чем его обвинить, но он моё сердце словно тараном ударил.

…Конечно я заметил.

Я продолжал говорить себе не зазнаваться… потому что, если это всё обернётся недопониманием с моей стороны, это будет невыносимо. Я пытался убедить себя в этом и врал себе. Но во время вчерашнего свидания и вчерашней ночи, разумеется, не понять я не мог. Я узнал, что она чувствует. Я услышал, как она сказала, что любит меня.

Притворяться ничего не понимающим и притвориться глупым уже нельзя.

Я опустил взгляд, не зная, что ответить.

— Знаешь, скромным быть неплохо. И я могу понять, что решение приходит далеко не всегда, если ты не уверен. Но… хватит себе врать. И не оставляй её в таком положении.

— …

— Самая очевидная причина для её ухода этим утром заключается в том, что она отчаялась.

Как бы это ни было жалко, ответить я не мог. Сказав последнюю фразу, Вельф вздохнул и заговорил снова:

— …Если ты будешь продолжать в той же манере, это ранит всех девушек, которые в тебя влюблены.

— А?!

Я посмотрел на Вельфа, прикрывшего рот, словно он сказал что-то, что говорить не должен.

— В том смысле, что теперь ты авантюрист высокого ранга, и многие девушки тобой интересуются. Не цепляйся к словам.

Он криво ухмыльнулся, пытаясь отказаться от своих слов.

— Послушай, я не говорю, что теперь ты должен становиться отчаянным ловеласом. Мне кажется, немного высокомерно ожидать того, что твои чувства заметят, когда ты о них не говоришь. Поэтому ответственность лежит не только на парне, но и на девушке.

— …

— Но, когда кто-то набирается смелости и признаётся тебе в своих чувствах… не смей убегать. Лично я не хочу, чтобы мой напарник так делал. Считай это моим эгоизмом.

Вельф улыбнулся. А во мне росло чувство стыда. Совет самого близкого к старшему брату человека пронёсся по моим мыслям.

— Я…

Если… если от меня потребуется дать прямой ответ, это…

— …Принял решение?

— …Да. Убегать я не стану.

— Значит мне больше нечего сказать. Прости, что поднял эту тему.

— Нет… ты меня прости, Вельф. И спасибо, — тихо ответил я.

После этого он сказал:

— Вернёмся к началу разговора. Куда она пошла, я не знаю, но, похоже, она как-то связана с Паствой Фреи, так? Почему бы не связаться с ними?

— Пойти прямиком к Пастве Фреи?..

— Ага. Сомневаюсь, что одинокая девушка способна избежать обнаружения ордой авантюристов высокого ранга, которые её ищут.

Вельф задумался о том же, о чём были мои мысли. Странно в таких условиях называть это защитой, но шансы на то, что Силь уже поймана действительно довольно велики. Раз так, спросить представителей Паствы напрямую будет быстрее всего.

— О том, что это может принести нам неприятности, можешь не беспокоиться. Вряд ли простой вопрос перерастёт в полноценный конфликт… наверное.

— Д-да. Наверное…

— Я бы рад помочь, но… прости. Не думаю, что кто-то из нас может сегодня выбраться. На нас спихнули кучу работы…

— К-кучу работы?

— Нам приходится работать без отдыха, потому что занятная компания снова пропустила свою смену. А от дварфийки сбежать невозможно… чёрт…

Похоже, Вельфа и остальных снова вынудили работать в таверне. Мия сказала, что они будут покрывать сбежавших девушек, пока это нужно.

Становится понятно, почему Вельф такой усталый.

Точно, Лю и остальные были на «Аква Ложке»… Они за нами проследили?

— Они не вернулись?

— Неа. И наша богиня тоже, — сказал Вельф, пожав плечами.

Я кивнул.

Мои варианты ограничены. Мне остаётся только попробовать то, что осталось. Я уже было бросился бежать, но сделав шаг, обернулся.

— Спасибо, Вельф! Скоро вернусь!

— Ага, и остальных найди.

Поблагодарив Вельфа и попрощавшись, я бросился бежать.

— Стоило мне подумать, что он сильно вырос как авантюрист, а он ещё такой ребёнок, когда дело доходит до таких вопросов?..

Его напарник заметно изменился после случая с Ксеносами, но, когда дело не касается Подземелья, делает всё как подобает в его возрасте. Как бы там ни было, он остался невинным.

— Тоже неплохо, — усмехнулся Вельф. Но потом его лицо изменилось. — Её работницу охраняет вся Паства Фреи… Дварфийка что-то знает?

Вельф задумался, не находится ли вся эта таверна под надзором богини красоты.

Посмотрев на вывеску «Щедрой Хозяйки», Вельф приблизился к истине.

***

Я бежал по Западной Главной улице, огибая людей в толпе.

Множество нанятых Гильдией людей сновало по украшенной к фестивалю улице. Большинство повторно заполняли деревянные ящики, опустошённые за прошедший день, едой и цветами из урожая этого года. Владельцы лавочек также подготавливались к дню работы.

Краем глаза поглядывая, как наполняются ящики и повозки, я задумался о том, как мне связаться с Паствой Фреи. В этот момент я заметил то, чего раньше не замечал.

— Никто за мной не следит?..

Никаких зорких взглядов, которые проделали бы во мне дыру, если бы могли, как во время вчерашнего свидания с Силь. Они просто потеряли нас после того, как мы остановились в гостинице на ночь, или используют какой-то другой метод?

А может меня вообще перестали преследовать?

Связаться с наставником… с Хедином, было бы лучше всего, но…

…Нет, кто-то ещё остался.

Всего один человек. Кто бы это ни был, он следит за мной и прячется до ужаса хорошо. К несчастью для этого человека, я слишком чувствителен к взглядам других людей.

Я на секунду остановился. А в следующий момент бросился бежать со всех ног. По переулкам и улочкам я бросился к тому месту, где расположился наблюдатель.

Мчась так, чтобы не дать ему времени спрятаться, я прыгнул, оттолкнулся от стены, от другой и оказался на крыше здания.

— !..

Наблюдатель даже не думал скрываться. Тёмный эльф в чёрном плаще, развевающемся на ветру.

Один из авантюристов первого ранга Паствы Фреи. Тот, кто не уступает Хедину. Когда я это осознал, я сглотнул.

…Но …Ммм?

Почему он будто намеренно от меня отвернулся?..

— Неужели белоснежный грубиян прибыл на зов пепельных небес? Я слышу печаль в вое ветра.

А?..

— Зачем ты прискакал сюда, о незваный гость? Этим утром небеса хмурятся, они совсем не в духе. Если не хочешь вызвать на свою голову их безумную ярость, беги со всех ног.

Я не до конца понимаю, потому что выражается он странно, но?..

Порыв ветра растрепал его плащ, он повернулся в профиль, и я увидел его отстранённый и гордый взгляд. Со спины смотрится невероятно круто. Но, почему-то, не знаю почему, от него веет чем-то жутковатым…

Он же?..

— Мммм… простите, вы тот, кого божества называют Больным Психопатом?

Когда я произнёс его титул, тёмный эльф, авантюрист первого ранга Паствы Фреи, Хегни Рагнар, в одно мгновение повернулся ко мне лицом.

— Язык прикуси! И не называй меня этим отвратительным прозвищем!

Прекрасное эльфийское лицо скривилось, словно от боли, а глаза блестели, как будто в них появились слёзы.

— М-моё величие не страдает от болезней! И божественная чума нисколько меня не затронула!..

— Простите, пожалуйста!

— Ааааааггггххх, хватит уже! Не смотри на меня вот так. И не называй меня этим прозвищем! Не знаю, что значит психопат, но боги как будто издеваются надо мной, когда так меня называют…

— …Приношу свои глубочайшие извинения…

— Я не умею общаться с людьми, с которыми раньше не встречался! Не могу я! Мне так стыдно, что умереть хочется… Гаааааххх… моя чернейшая персона только что была уничтожена!..

Ну, да… кажется я начинаю понимать, что божества имеют в виду, когда говорят, что прозвища «отражают суть характера».

Кстати, когда я, из интереса, спросил Хедина о других авантюристах первого ранга его Паствы, он ничего ни о ком не сказал, кроме: «Хегни просто дурак».

— …Мммммм… вы случайно не знаете, куда пошла Силь? — спросил я, ощутив чувство вины, когда увидел, как он вытирает глаза.

Он стал гораздо серьёзнее, величие, с которым он говорил до этого вернулось.

— …Мы и сами заняты поисками нашей священной принцессы.

— П-правда?

— Множество последователей избавились от сковывавших их оков и занялись тем, что приносит им радость. В этой великой столице клятвы подобны порыву ветра. Мне предначертано судьбой стать нерушимыми цепями, что накажут кролика, если случится худшее… Не будь имя моего рода Альв.

Я-я так и не могу понять, о чём он говорит, но, кажется, суть я понял. Дедуле порой нравилось говорить в таком стиле!

Выходит, сейчас авантюристы Паствы Фреи решили оставить меня в покое и отправиться на поиски Силь, которая куда-то исчезла. А Хегни продолжает следить за мной на случай, если меня потребуется найти. Или что-то вроде этого.

Значит Паства Фреи также потеряла след Силь…

Куда же она делась?

Чувство, похожее на беспокойство, начало во мне нарастать. Словно ощущая это, Хегни, до этого смотревший куда-то в мою сторону, сфокусировал на мне взгляд.

— Удалось ли тебе получить восхитительные, воспоминания на вечность… отзвуки, что никогда не угаснут?

— А?

— Времени на слёзные прощания уже не будет. Потому я спрашиваю, успел ли ты распрощаться.

Какое-то мгновение его слова просто проносились в моей голове. А потом до меня начал доходить их смысл.

— Отзвуки?.. Прощание? Что всё это значит?!

— Девушка, которая к тебе воззвала… не богиня. Какое бы решение ни было принято, судьба останется неизменна. Моё предвиденье говорит мне об этом… точнее, так я вижу то, что будет.

Как и раньше, я не мог понять до конца, что он пытается мне сказать. И строить догадки бесполезно. В его словах я не вижу никакого смысла.

Но я не мог закрыть глаза на то, что он буквально сказал: «Она исчезнет».

— Что случится с Силь?! С ней что-то произойдёт?! — поддавшись своему беспокойству, я подскочил к Хегни.

— Яййййййй?! Н-н-н-не приближайся!!! Когда ты так близко… глаза! А-а-а-а! Не могу! Бежать!

Хегни сжался от ужаса и спрыгнул с крыши.

— Мммм?! П-постойте!

Я бросился за развевающимся плащом в переулок, в котором он скрылся.

Силь скоро исчезнет? Прощание? Что это значит?! О чём идёт речь?!

Я бросился в отчаянную погоню, оказавшись на земле. Я следовал за развевающимся плащом по сложной сети узких улочек, порой мне приходилось спрашивать у прохожих, не видели ли они тёмного эльфа.

Несомненно, он авантюрист первого ранга. Он без особых усилий сбросил меня с хвоста, вскоре я потерял его из вида.

— Хаааах, хаааах!.. Где же он?!

Я оказался в Центральном Парке. Здесь уже было довольно много людей. Они ничего не знали о случившемся и как ни в чём не бывало готовились ко второму дню фестиваля.

Смешался с толпой? Или, может, вообще не выбегал на эту площадь?

Беспокойство нарастало, я осмотрелся… и на глаза мне попался алтарь. Башня плодородия. Четыре каменных стены, построенных чтобы почтить богинь, символизирующих сезон плодородия.

Не задумываясь, я посмотрел на строение на севере, где вчера видел Фрею.

— …

И встретился взглядом с одиноким воителем. Сильнейшим авантюристом города.

Он смотрел на меня, ничего не говоря, а когда у меня успело возникнуть ощущение, что он меня дожидался, он медленно поднял огромную руку. Его палец указал на северо-восток города.

— А?!

Я не знал его намерений и значения этого жеста, но ощутил, что это подсказка.

Всего мгновение мне потребовалось, чтобы прийти в себя и побежать туда, куда он указал. Развернувшись на каблуках, я понёсся словно корабль, который в бурю идёт к маяку, указывающему безопасную гавань.

Хоть я и не был уверен, что это правильно. Беспокойство не унималось. Только вот, мне остаётся просто верить своим инстинктам.

Я покинул Центральный Парк, следуя полученной наводке.

Северо-восток города занимает промышленный район, место, в котором расположено большинство мануфактур, обрабатывающих магические камни. В этом месте собралось множество ремесленников и работников, впрочем, фестивальное настроение царило и здесь.

Несколько раз сменив направление из-за поворотов улиц, я оказался в самом сердце промышленного района. И тут…

— …Силь!

Я увидел её.

Она сидела на пустынной остановке карет. На скамейке в небольшом полуразрушенном газебо. Остановка была пустынной и грязной, из-за множества зданий её было очень трудно разглядеть. Если не искать это место специально, его легко пропустить, наверное, поэтому газебо забыто и почти разрушено.

— Белл!..

Услышав мой голос, она удивлённо вскочила на ноги. Казалось, её переполняют эмоции, словно исполнилось её давнее желание.

— ?..

Взгляд серых глаз. То, как она прижимает к груди руки. Улыбка, которая будто бы в любое мгновение может расколоться на бесчисленное множество осколков.

Её вид заставил меня понервничать. Она как будто была готова разрыдаться, но чувства, переполнявшие её взгляд…

— …Я так рада, что мы смогли встретиться снова, что ты меня нашёл.

— …Что ты имеешь в виду?

— …Прости, не мог бы ты притвориться, что этого не слышал.

Конечно же не могу.

Я так и не понял до конца, что происходит.

Продолжая оставаться в непонимании, она вдруг начала озираться.

Не могу объяснить причину, но, когда я смотрю на её лицо со стороны, мне кажется, будто она хочет нарушить какой-то запрет.

Она вдруг посмотрела куда-то вдаль, а потом, вздохнула, словно набравшись решимости.

— Пойдём со мной, Белл.

— А?

— Я хочу отсюда уйти… точнее, есть одно место, в которое я хотела бы пойти.

Она взяла меня за руку. Кажется, она не позволит мне ничего сказать, да и прислушиваться к моим словам не собирается. Серые волосы колыхнулись, она посмотрела мне в глаза и улыбнулась.

— Вчера ты водил меня по местам, которые хотел мне показать, почему бы сегодня не пойти туда, куда хочу я?.. Пожалуйста, Белл.

Она попросила меня так, словно это была последняя просьба в её жизни.

***

Многие живущие в Орарио люди, поднимая взгляд на пепельные облака думали об одном и том же: скоро должен пойти дождь.

Некоторые были разочарованы, некоторые жаловались на погоду, а некоторые решительно настраивались насладиться праздником до того, как начнётся дождь. Разные люди реагировали по-разному.

— …Силь и Белл… их нигде не могут найти… не вернулись… Они провели вместе ночь? …Всю ночь?.. Быть не может… Они же не женаты…

Среди этих людей была девушка, которая практически впала в отчаянье, Лю.

Она была на Северной Главной Улице. Потеряв Белла и Силь из вида после происшествия на корабле, она встретила новое утро с необычайной бледностью на лице. Всю ночь она потратила на поиски Белла и Силь.

Пустое бормотание подгоняла природа её эльфийских ценностей и её целомудрие.

— Лю! Не замирай посреди улицы! На нас все смотрят!

Хлоя вытянула застывшую Лю из толпы. Эльфийка стояла с таким лицом, словно ей довелось увидеть конец света. Отчаянно пытаясь привести эльфийку в чувства, кошкодевушка пробормотала: «Вообще-то с такими срывами должна спрмявляться Руноа!»

— Ээээй! Мы их нашли! Аня учуяла паренька! — прогремел голос Руноа, привлёшкий к необычной компании ещё больше внимания.

— Правда? Отличная рмябота! — обрадовалась Хлоя. — Слышмяла, Лю? Дмявай быстренько их нагоним!

— Они не обменивались клятвами в лесу… или перед божеством, если не в лесу…

— Эта глупая эльфийка точно рассудка лишилась! — крикнула Хлоя.

— Хватит бормотаний! — Руноа прыгнула к эльфийке и схватила её за воротник. — Лю, приди уже в себя!

— …ГАХ?!

Руноа начала хлестать Лю по щекам. Длинные эльфийские уши вздрогнули от боли, и Лю наконец пришла в чувства.

— Руноа, Хлоя… что я?..

— Слышишь, мы их нашли!

— П-правда?!

— Сколько раз ещё нужно повторить?! Бежим, пока не потеряли! Надо убедиться, что попка мяльчика осталась нетронутой!

— Силь не такая как ты!

Лю и Руноа одновременно стукнули Хлою, которая начала тяжело дышать и выпучила глаза.

Втроём девушки бросились к Ане, махавшей им вдалеке.

— Умоляяяяяяяяяяяяяяяяяюююююююю, Гермееееееееееееееееееес, помогииииииииииииии!

— Я сказал прекрати! Хватит цепляться к моей одежде, Гестия!

Примерно в то же время парочка богов перекрикивалась на Восточной Главной Улице.

— Но Белл! Мой сладенький Белл не вернулся домой прошлой ночью!!! Скрытносиль точно его сожрала!!! Прошу, помоги мне его найти!!!

— Я уже отправил на поиски Асфи! Пусти меня!

Гестия вцепилась в пояс Гермеса обеими руками, а второе божество отчаянно пыталось удержать штаны.

Гестия и Айз также искали Белла с самого раннего утра и столкнулись с Гермесом считанные минуты назад. Богиня домашнего очага была мертвенно-бледной, её состояние было явно серьёзнее, чем состояние эльфийки, потому что она вцепилась в Гермеса, как только его увидела, нисколько не сдерживая взрывных эмоций.

Поскольку они с Айз так и не смогли обнаружить и следа Белла, Гестия решила положиться на обширную информационную сеть Паствы Гермеса.

Услышав, что Асфи уже отправлена на поиски, Гестия сползла на каменную мостовую. Гермес наконец вздохнул с облегчением, а Айз, наблюдавшая со стороны, жалобно заговорила:

— Простите, всевышний Гермес… Мы никак не можем найти Белла…

— А, Айз… никаких проблем. Раз Гестия решила с тобой объединиться, ситуация, должно быть, довольно серьёзная. К тому же, мне и самому интересны эти двое.

Айз похлопала лежащую на земле богиню по спине. До слов Гермеса, Гестия лежала на земле и тянула: «Бееееееееееелллллл!».

— Правда?.. — спросила девушка, удивлённо изогнув бровь.

— Вообще-то, Силь мне гораздо интереснее.

Айз озадаченно смотрела на бога, прищурившего свои оранжевые глаза. Но Гермес просто взглянул в сторону Вавила, ничего не объясняя.

Спустя некоторое время налетел порыв ветра, и Асфи появилась прямо из воздуха.

— Всевышний Гермес, я нашла Белла Кранелла. Он и девушка двигаются по второму району на северо-востоке города.

— Великолепно, Асфи!

Используя сочетание магических предметов, Таларии и Головы Аида, Асфи смогла провести поиск с воздуха.

— …Северо-восток второго района! Там сейчас мой Белл?!

— Да. Сейчас он движется вместе с коллегой Лайон, Силь Фловер.

— Наконец мы их нашли! Идём, Валленчто-там-ещё!

— Д-да.

Гестия в одно мгновение подскочила с земли и потянула Айз за собой, бросаясь в бешеную погоню.

Асфи вздохнула, провожая их взглядом.

— У меня должен был быть выходной… так почему вы загрузили меня новой заботой, сэр?

— Прости!

— Позже я хорошенько вмажу вам по лицу…

Извинения Гермеса, произнесённые с широкой улыбкой, заставили кулаки девушки сжаться. Вздохнув ещё раз, она вместе с Гермесом последовала за Гестией и Айз.

***

Мы свернули с широких улиц, предпочитая передвигаться запутанными переулками.

К этому моменту мы забежали очень глубоко во второй район, отдалившись от Главной Улицы. Но и сейчас продолжали бежать, словно от чего-то убегаем. А Силь всё не отпускает мою руку.

— Ммммм, не могла бы ты объяснить, что происходит?!

— Прости! Но сейчас нам нужно бежать!.. Так далеко, как получится!..

Её платье развевалось.

Такое же, как и вчера. В руках небольшая сумочка. Её дыхание стало сбивчивым, наконец она остановилась, словно достигла предела.

— Хаааах, хаааах!..

Перед нами оказались ступеньки, ведущие на мост, построенный над улицей. Рядом располагались железные решётчатые врата, деревянные ящики и бочки, неотличимые друг от друга вывески встречались нам по пути сюда. Мы углубились в переулки этого района. Человек, который с этими улицами не знаком, мог бы назвать их лабиринтом. Мы стояли вдвоём в узком переулке, тишину нарушало лишь её прерывистое дыхание. Я никак не мог отвести от неё пристального взгляда.

Я коснулся кармана. Размышляя, стоит ли мне это сделать или нет, я наконец решился…

— Ммм, вот.

—А!..

Я достал серебряный амулет, который забрал из гостиницы. Увидев часть парного амулета, она застыла, уставившись на меня. Она пристально рассматривала часть амулета. Словно она столкнулась с чем-то, с чем уже готова расстаться. Наконец, она взяла его в руки.

— Прости… Наверное забыла, когда уходила из комнаты.

— …Как ужасно. А ведь это ты попросила меня его купить.

— Хе-хе!.. Мне правда жаль.

Она взяла часть амулета с моей руки и повязала в волосы. В её волосах, как и вчера, украшение выглядело просто поразительно. Но улыбка на её лице была необъяснимо хрупкой.

Могу поклясться, я буквально услышал слова: «Я думала, будет бессмысленно его хранить», - соскользнувшие с её губ. А мгновение спустя она прильнула к моей груди.

— Что?!

— Пожалуйста, Белл. Услышь мою последнюю просьбу.

Я рефлекторно посмотрел ей в глаза, её голос был тихим. Я сглотнул, она продолжала смотреть на меня.

Её щёки были розовыми, словно от жара, а глаза блестели. Немногие усомнились бы в том, что передо мной влюблённая девушка, или, может, кукла, которая повинуется какому-то желанию, которому не способна сопротивляться.

Я ощущал на себе решительный взгляд серых глаз.

— Всё, что у меня есть, всего лишь это мгновение. Если я его упущу, моему желанию никогда не будет суждено исполниться.

— Что… что ты?..

— Я заключила сделку… договор. И потому скоро меня от тебя заберут.

Её голос жалобно дрожал. Она продолжала смотреть на меня и говорила словно через силу. Она поднялась на цыпочки, приближаясь к моему лицу.

Я вздрогнул от удивления и положил руки ей на плечи, пытаясь её отодвинуть…

— Пожалуйста… не отвергай меня.

…Совсем не так как прошлой ночью. Вчера Силь не была в таком отчаянье.

Как будто близился какой-то срок. Как будто она пытается бежать от неизбежной судьбы, которая её ждёт. Кажется, сейчас она расплачется.

Наконец, её губы приблизились к моим…

— Уничтожай, пока не кончится пир.

Эхо заклинания разнеслось по пустынному переулку.

— …

Одно мгновение.

Ощутив, что скоро случится удар заклинанием, я инстинктивно оттолкнулся от земли.

— Дайнслейф.

Мощная вспышка. Чёрный развод рассёк всё, что было на его пути. Чудом мне удалось отреагировать на атаку вовремя.

За долю секунды я подхватил девушку и подпрыгнул, а мостовую подо мной разорвало.

— Мгх?!

Нас ударило взрывной волной, отбросив на землю, и мы долго катились, прежде чем остановиться. Я поднял голову.

Место, в котором мы стояли секунду назад было разворочено взрывом. Меня прошиб пот, когда я увидел похожий на когти дракона разрыв на земле. А когда я перевёл взгляд… среди кружащихся обломков стоял тёмный эльф.

— Х-Хегни?..

Развевающийся чёрный плащ, зловещий чёрный меч, его вид выдавал его с головой.

Как он продолжил следовать за мной, после того как ускользнул, и как я не почувствовал его взгляда? Авантюрист первого ранга Паствы Фреи появился в случайном месте, которое мы выбрали для отдыха.

Кто?.. Что?..

Его поведение очень сильно изменилось. Это правда тот самый тёмный эльф, которого я совсем недавно видел?

Он производил настолько другое впечатление, что я не мог избавиться от этой мысли. Я понятия не имею, что происходит. Но, что бы там не случилось, я уверен в том, что авантюрист первого ранга направляет на меня меч.

Нет, не на меня, он нацелился на…

Атака была направлена не в меня, он целился в неё?!

— …Усмири свой порыв.

Ледяной голос разнёсся по переулку. Отрывистый приказ. Голос того, кто подчиняется только своей ярости. Он испепелял взглядом девушку, с каждой секундой бледневшую в моих руках всё сильнее.

— Белый кролик – подношение богине. Нет такого права, по которому ты могла бы нарушить устой, девчонка.

Кролик? Я? Подношение богине?

О чём ты говоришь, Хегни?!

Только вот, я даже взгляда его различить не могу. Злость, которую он излучает поглотила всё вокруг.

— Я должен от тебя избавиться.

Кровь отлила от моего лица. Пальцы почти сковал спазм. Я пытался подняться, а сидевшая за моей спиной девушка дрожала.

— Х-Хегни… я!..

— Жалкие мольбы не будут услышаны. Я несу реальность, в которой нет места прощению. Здесь не о чем и думать.

Оказавшись к лицу к лицу с разъярённым авантюристом первого ранга, я рефлекторно выхватил Кинжал Гестии из ножен. Взгляд тёмного эльфа был таким же суровым, когда он посмотрел на меня.

— Сгинь, кролик. Эта девушка нарушила свой контракт с богиней в порыве глупости. От неё остаётся только избавиться.

— Ч-что ты такое говоришь?!

— Я сказал, что погребу существо, что сжалось за твоей спиной.

Он не блефует. Он серьёзен!

— Всё ради богини. Умри, женщина.

Плащ колыхнулся за его спиной, когда он бросился на нас, замахиваясь клинком для удара.

***

Он бросился вперёд быстрее, чем мои глаза могли за ним уследить. Отреагировал я слишком поздно, так что всё, что я мог сделать, это встать между ним и его супербыстрой атакой.

— А ну с дороги!

— Гах?!

Несмотря на то, что я оказался на пути его удара, тёмный эльф легко откинул меня в сторону. Когда его клинок столкнулся с моим чёрным ножом, по моему телу прошёлся мощный шок. Кости руки треснули, едва не сломавшись. Несмотря на боль, отлетая, я успел схватить её за плечо.

— Ааааааа?!

Каким-то чудом мне удалось перехватить её на руки, и мы отправились в полёт. Я неловко прокатился по земле, но у меня получилось использовать инерцию его удара, чтобы разорвать дистанцию.

Мы и близко не в безопасности. Когда я снова оказался на ногах, холодный пот стекал по моей спине. Единственного удара оказалось достаточно, чтобы я убедился в разнице между нашими силами.

…Никаких контратак. Даже если я сосредоточусь на защите, он в одно мгновение убьёт нас обоих.

Это сильно отличается от моих тренировок с Айз, она всегда сдерживалась… и во время случая с Ксеносами тоже. Передо мной авантюрист первого ранга… настоящая сила шестого уровня! Уровень силы, который мне не превзойти!

— Убирайся!

Его силуэт снова размыло, оттолкнувшись от земли и взмыв в воздух, он ударил сверху, подобно летучей мыши. Его движения были слишком быстрыми, чтобы за ними уследить, и самая первая мысль, которая меня посетила была уже о том, что он на меня напал. Ещё одна мощная волна прошлась по моему кинжалу, полетели искры. Моя стойка была уничтожена, но я отчаянно вложил всю силу в ноги, чтобы хотя бы устоять. После этого начал яростную комбинацию атак.

— Гхххххххххххх?!

Справа, слева, над головой, снизу. Я продолжал защищаться от его ударов. Мне удаётся их парировать, но выносливость уходит с неимоверной скоростью.

— Отступи! Хочешь, чтобы мой клинок привёл тебя к падению?!

— Гах!..

— Прекрати мне досаждать! Я теряю над собой контроль и сдерживаться становится невыносимо! Вини только себя, если голова слетит с твоих плеч!

Его слова переполняло то же нетерпение, что и его меч. Я не видел ни следа от тёмного эльфа, который был в ужасе от взаимодействия с другими людьми. Только устрашающий взгляд и зловещий тон, без намёка на застенчивость.

Он явно разъярён, но должны же быть какие-то пределы.

Передо мной как будто совершенно другой человек!

Я услышал какое-то заклинание, когда он наносил очередной удар. Он что-то активирует? На атакующее заклинание не похоже, да и на зачарование тоже. Это что-то другое!..

— …Гах?

Моя выносливость подходила к концу, но тут я кое-что осознал.

…Он не станет меня бить?

Он мог бы пронзить меня в один прыжок, как древесный листочек, по крайней мере, это становится понятно по плотности его атак. Но целится он исключительно в девушку, находящуюся за моей спиной, и ни в кого больше. Какова бы ни была причина, кто бы ни отдал строгий приказ, ему нельзя мне вредить.

Когда я это осознал, начал использовать тело, чтобы защищаться куда агрессивнее.

— Тц!

Когда я практически бросился на меч Хегни, он раздражённо хмыкнул, подтверждая мои подозрения.

Я бы ни за что не смог пережить атаку авантюриста первого ранга. Драка бы кончилась в то же мгновение, когда началась. Подставлять своё тело прямиком под удары настоящее безумие, но сейчас только так я могу от него защититься.

Я продолжал выпрыгивать на пути его атак, а потом, когда его меч заметно замедлялся, отражал его лёгким ударом кинжала. Наконец, он отпрыгнул, его плащ развевался на ветру.

— Хаах, хааах, хааах!..

— Бесчестный наглец… как смеешь ты позорить свой высокий ранг, пользуясь оковами, что меня связывают.

— Гах!..

— Ты тот, кто должен жить ради совершенной богини. И лучше тебе её не разочаровывать… иначе я прикончу тебя своими руками.

Моё дыхание окончательно сбилось, а его даже пот не прошиб, он стоял напротив и пронзал меня надменным, ледяным взглядом.

Я дрожал. Но не потому, что его угроза меня напугала. А потому что взгляд его прищуренных глаз направлял всю ненависть, что в нём была, на девушку, которая прячется за моей спиной.

Но ведь ещё вчера Паства Фреи защищала Силь!..

Наверняка Хегни не был исключением. Почему он так неожиданно перешёл в нападение? Нарушенный контракт? Что за нарушение? Совсем не могу понять, о чём он говорит!

Когда я уходил, Вельф сказал, что у Паствы Фреи нет никаких причин для нападения! Но теперь они атакуют Силь! Что происходит?!

— Братья-мучители и разъярённый кот скоро будут здесь. Смерть от единственного удара будет милосердием, это лучше, чем быть разорванной на кусочки. Не беги. Остановись. Прими свою судьбу. Момент смерти твоей дарует покой вечны… У меня нет времени важничать.

Я должен как-то обеспечить нам побег, чтобы её не убили. Но чего бы я там не хотел, найти возможности я никак не могу. Отчаянно пытаясь найти хоть какой-нибудь путь для побега, я увидел, как руки Хегни слегка вздрогнули и его тело… размылось.

— Больше тебе ничего не поделать.

Я потерял его из вида.

— …

Первый шаг был настолько быстрым, движение оказалось таким, что он попросту исчез из моего поля зрения. Время будто замерло, на месте остался лишь силуэт его плаща. Когда я осознал, что смотрю на то, чего нет, он уже оттолкнулся от стены за моей спиной.

Мгновение назад он был прямо передо мной, а теперь уже проводит мощную атаку, с другой стороны. Невозможное внезапное нападение, похожее на рикошет снаряда. Время снова начало двигаться, я повернулся и потянулся рукой, чтобы перекрыть его удар, но я уже не успеваю. Чёрный клинок приближается к ней.

— …ХААААААХ!

За мгновение до удара появилось подобие вихря, заблокировавшее его меч в самый последний момент.

— Чего?!

Перед нами возникла вооружённая двумя короткими мечами эльфийка.

Атака Хегни была отражена в землю, после чего тёмный эльф отступил.

От вихря униформа эльфийки начала развеваться.

— Что?.. Лю?

— Белл!.. Что здесь происходит?!

Появившаяся в самый распоследний момент эльфийка была заметно напряжена. Она не отводила взгляда от стоявшего напротив эльфа, даже когда ко мне обращалась.

— Почему за тобой охотится Паства Фреи?!

Даже Ледяной Ветер не могла скрыть своего волнения, а на крышах появились ещё три тени.

— Эй! Что здесь происходит?!

— То-то мне показалось, что я услышала какую-то безумную драку. Силь и паренёк оказались втянуты в бой?!

— …гх!

Руноа, Хлоя и Аня спрыгнули, встав так, чтобы прикрыть нас от нападений. Хотя Аня заметно растерялась, увидев Хегни.

— Уходите, женщины. Мой клинок должен пронзить только женщину за вашими спинами. Ни больше и ни меньше.

— Что?! Если ты этого добиваешься, лучше подумай дважды!

— Почему до одури сильный авантюрист так яростно пытается убить обычного человека? Тебе стоит лучше себя сдерживать. Почему бы не принять холодный душ и остудить голову? А вообще, сходи прямо сейчас! Ну пожалуйста!

Руноа взорвалась от ярости, а Хлоя начала отшучиваться, но было очевидно, что они обе были в ужасе. Лю не произнесла ни слова, но оставалась настороже.

Трое против одного. Нет, четверо, включая меня. Впрочем, этот авантюрист всех нас может пересилить?

— Чем это ты занимаешься, Хегни? — четыре голоса, звучавших как один.

Кажется, наше положение стало гораздо хуже, чем было раньше.

Четверо голосов, казалось, подхватывают фразы друг друга на одном дыхании.

— Она нам больше не нужна.

— Она пренебрегла божественной волей Всевышней.

— Теперь она всего лишь преступница. Нет нужды в одобрении миледи.

— Да начнётся кровавый пир. Раз ты решил отдохнуть, мы прикончим её лично.

Если закрыть глаза, звучит так, будто говорит один человек.

Одинаковые броня и шлемы песчаного цвета. В руках длинное копьё, огромный молот, огромная секира и двуручный меч… оружия, совершенно не подходящие к их размерам.

Четверо полуросликов стояли на крышах окружающих зданий, впившись в нас ледяными взглядами.

— Брингар… Братья Гулливеры... — Руноа неожиданно побледнела.

Обычно она никогда не унывает, но сейчас я увидел в ней страх, которого никогда не видел раньше. Руноа прикусила губу, пытаясь унять дрожь в руках и ногах.

— Паренёк, забирай Силь и беги.

— А?!

— Минута. Больше мы не продержимся.

Я растерялся. Она даже не перевела на меня взгляда, но по её лицу я понял, что для возражений сейчас не место.

Её глаза безмолвно кричали. «Беги. Бери её и беги. Беги так быстро, как можешь. Если ты не сбежишь, нас уничтожат в одно мгновение».

Вот что такое окружение авантюристов первого ранга.

— Пошёл!!!

После этого крика я наконец пришёл в движение. Мне не осталось ничего, кроме побега.

Я не могу позволить себе мешкать, если хочу спасти её от неминуемой казни прямо здесь и сейчас. Не растрачивая времени впустую, я схватил девушку за руку. Когда я провернулся, ощутил приближение чего-то невероятно мощного и ошеломляющего.

Плащ Хегни развевался за его спиной, а четвёрка теней спрыгнула с крыши.

Лю и остальные бросились в безнадёжное, одностороннее сражение.

***

Поток ударов.

Обычно Лю бежала бы без оглядки от места, в котором её ожидает только неминуемая смерть, но сейчас она должна остаться, потому что Руноа, Хлоя и Аня схлестнулись с жуткой четвёркой полуросликов за её спиной. Кроме противостояния с тёмным эльфом, выбора у неё не было.

— Не пытайся меня удержать, сестра-эльфийка. Или ты желаешь лишиться ушей ради своей беспочвенной гордости?

— Дайнслейф Хегни Рангар! Авантюрист шестого уровня!

Тот, кто намного сильнее Ледяного ветра.

Крепче впившись в рукояти коротких мечей, футаба, эльфийка наносила быстрейшие удары, на которые была способна. Порывы ветра разлетались в разные стороны. Металлический звон раздавался каждый раз, когда её клинки сталкивались с чёрным мечом Хегни, но каждый такой удар порождал дрожь только в её теле.

Он слишком быстрый! Слишком сильный!

Несмотря на то, что эльфийка вкладывала всю свою сообразительность, опыт, все силы до последней капли, она могла лишь держаться в защите. Ей оставалось только уклоняться и парировать могучие удары, способные рассечь её пополам, если она попытается их блокировать. Лю была лишена малейшей надежды на контратаку.

В таком же положении был и Белл. Несмотря на то, что Лю заметно превосходит неопытного парня техникой и тактикой, перед Хегни она всё равно что ребёнок. На самом деле, богатый опыт подсказывал ей, что нужно отступать немедленно.

Каждая секунда проходившей битвы становилась доказательством того, насколько абсурдными и простыми были все битвы, в которых она до этого выживала.

Лю и Хегни разделяла непреодолимая преграда характеристик. Она не могла не содрогаться, ощущая пропасть, которая их разделяет. Но, вместе с тем, в душе она верила, что обязана сдержать его во что бы то ни стало.

— …Точно. Ты тоже одна из её любимиц, — сказал Хегни, прищурив взгляд, словно что-то осознав.

— Что?

— Как и кролик. Мой клинок сейчас не может повиноваться моей воле. Воистину досадная задача.

Хегни не ответил на вопрос эльфийки, лишь бросился в атаку с большей яростью.

Первого удара новой серии оказалось достаточно, чтобы руки Лю онемели, однако эльфийка не выпустила из рук клинков, мешавших противнику немедленно броситься за Беллом в погоню. Во многих местах её униформу покрывали порезы, кровь текла по бледной коже, но эльфийка продолжала свой танец с клинками.

Не могу понять, чего он добивается! Но он начал целиться в конечности! Он не станет меня убивать! Конечно, это значит, что он сдерживается, но раз так, у меня есть шансы продержаться!

Заметив изменение в технике Хегни, Лю понадеялась, что может рассчитывать на продолжительный поединок, поскольку её противник ограничивает себя. Она победит, если ей удастся сдержать его чуть дольше, чтобы Белл и Силь благополучно могли сбежать.

Но её надеждам не суждено было исполниться.

Атакует справа, шаг назад и уворот!

Её намерения…

— …Чем лучше их суждения, тем им легче стать добычей бездны.

…были безжалостно прерваны следующим ударом Хегни.

— ?!

Клинок зловещего чёрного меча метнулся в сторону эльфийки. Его кончик, который по рассчётам Лю должен был лишь скользнуть по её одежде, впился в грудь.

Его меч стал длиннее… нет…

Лишь получив удар, когда время назад было уже не вернуть, Лю осознала, что произошло.

Увеличилась только площадь поражения!

Сам меч нисколько не изменился. Однако рядом с лезвием меча возник острейший вакуумный след.

Словно в ответ на поразившую Лю мысль, из её тела брызнула кровь.

— Проклятый меч!..

За ударом меча, который рассёк грудь Лю последовал пинок с разворота. Хегни завершил разворот на одном дыхании и вернулся в начальную стойку ровно в тот момент, когда эльфийка ударилась о стену.

— Гааах?!

— Мой верный клинок, Жертвенная Бездна, меч, предназначенный для уничтожения бойцов. Он одолел множество мечников, тебе подобных.

Лю ощутила отчаянье, удар ноги выбил воздух из её лёгких. Хегни взмахнул мечом, стряхивая с клинка кровь.

Жертвенная Бездна – превосходное оружие, клинок первого ранга с острым лезвием, к созданию которого был причастен один из изобретателей.

Как и предполагала Лю, меч был проклят и создан специально для устранения воинов, специализирующихся в сражениях на мечах.

Продемонстрировав непреодолимую пропасть, которая их разделяет, Хегни развернулся, готовый броситься в погоню.

А Лю осталась лежать на земле, ощущая сожаление от того, что ничего не может с этим поделать.

— Мы уже тебя встречали, — хором прозвучали четыре голоса.

Лицо Руноа дёрнулось, от голосов полуросликов.

— Сколько лет назад это случилось?

— Тёмные времена, когда ублюдки Злодеи ещё гнездились в Орарио.

— Была одна охотница за головами, не знавшая своего места, пришедшая за нами.

— Даже лицо запоминать не было нужды, но вот стиль боя кулаками я припоминаю.

В голосах полуросликов звучала насмешка. Четверо братьев, несомненно, над ней потешались.

Несмотря на то, что бой начался некоторое время назад, кулаки Руноа попадали лишь по воздуху. Боевые перчатки на её кулаках со свистом рассекали ветер, так ни во что и не впившись.

Она не попала ни единым ударом. Целей было четверо, но, несмотря на это, она никого не зацепила. При этом, полурослики не двигались слишком уж быстро и было очевидно, что в бою они сдерживаются. А практически неотличимые движения четвёрки друг от друга нарушали концентрацию Руноа и её способность целиться.

Так же было в прошлый раз. В те дни, когда она с головой погрузилась в быт охотницы за головами, ещё до того как её приняла хозяйка таверны.

Руноа приняла заказ на устранение четверых полуросликов лишь для того, чтобы потерпеть сокрушительное поражение.

Одинаковый вид, одинаковые взгляды, всё, на что бы не упал взгляд девушки, начало казаться ей одинаковым, словно она попала в кошмарный сон.

Четыре пары глаз, смотревших на неё, напоминали ей о моменте её стыда и вызывали ужас.

— Да пошло оно всёёёёёёёёё!!!

Взревела Руноа, словно из последних сил пытаясь не поддаться отчаянью.

— Не спеши! Они морочат тебе голову!

— Нет, Руноа! Эти четверо!..

Слова Хлои и Ани её не достигли. Девушки пытались её поддержать, но и их атаки с лёгкостью избегались.

Ни ловкий клинок убийцы Хлои, ни нож Ани, который та взяла у Хлои, не могли попасть по полуросликам. На них не появилось ни царапины.

Вскоре полурослики сами взялись за оружие.

— Достаточно, — объявил Альфрик, старший из братьев.

— Знайте своё место, — хором объявили три голоса.

Всё случилось в одно мгновенье.

Взмахнув копьём, Альфрик отбросил кулаки Руноа, клинок Хлои и кинжал Ани одновременно. Не прошло и секунды, но это время показалось девушкам вечностью. Двуручный меч Грера ударил Руноа в грудь, молот Двалинна нанёс удар в живот Хлои, а секира Берлинга обрушилась на Аню.

Разрывалась плоть, захрустели кости, и кровь полилась по переулку.

Глаза Руноа распахнулись, изо рта Хлои побежала струйка крови, а Аня, будто не могла поверить в произошедшее, девушки разлетелись в разные стороны. Руноа подлетела и ударилась о землю. Кошкодевушки влетели в нагромождение пустых ящиков и бочек, подняв облака пыли.

Синхронизированный перехват, продвижение и атака. В настоящем бою девушки провели около пяти секунд.

— Проклятье!..

Руноа, содрогаясь, едва смогла оторвать голову от лужи крови, разливающейся под ней на каменной мостовой.

Братья Гулливеры. Несмотря на пятый уровень каждого, вместе они не уступают авантюристам шестого уровня. Их сила заключается в способности действовать как единое целое, не обмениваясь словами и даже взглядами. Безупречно исполненные атаки с четырёх сторон. Их координацию и командную работу не способен превзойти никто в Орарио.

Сознание Руноа начало погружаться в темноту, последним, что она видела, было четверо воителей-полуросликов, не позволивших ограничениям расы себя сдержать.

— Гах!..

Её руки дрожали, но Аня смогла подняться на ноги. Положив руку на кровоточащее плечо, она поднялась, её окружали обломки пустых ящиков и бочек.

— Ты о чём думал, Берлинг? — прозвучало два голоса.

— Ты её даже не оглушил.

Берлинг, не слушая голосов братьев, обратился к Ане напрямую:

— Ого, какая упрямая… Точно, ты же нас много раз раньше видела, да? Ты же была в нашей Пастве.

Дыхание девушки было прерывистым, Аня поражённо огляделась.

— Руноа, Хлоя… Лю…

Все её подруги лежали на земле. Она осталась одна. Пятеро против одной. Её противники авантюристы первого ранга.

Её пожирало отчаянье, а её колени едва не подкосились.

— Посмеешь снова обратить против нас свои клыки, Вана Альфи? — спросил Альфрик.

— Гах!.. — ушки Ани вздрогнули.

— Неудачница, решившая бросить состязание Паствы.

— Бродячая кошка.

— Дворняга, оставившая Всевышнюю Фрею.

— З… Замолчите! Замолчите! Замолчите! Я больше не Вана Альфи, мя! Я Аня из «Щедрой Хозяйки»!

Четверо полуросликов безжалостно давили на рану, полученную девушкой в прошлом. Аня закрыла глаза, затрясла головой и завыла.

Последняя стена ограждала сердце девушки. Последний оплот для той, кого бросили. Остаток существования Ани Фромель.

Так случилось, что она оказалась спиной к той стороне переулка, в которую от полуросликов и тёмного эльфа сбежал Белл.

— Я буду их защищать!.. Я защищу Силь… Защищу мою семью!..

Безоружная девушка напрягла пальцы, словно кошка, готовящая свои когти. Чтобы перебороть нарастающий в ней страх, она мысленно обратилась к своей семье.

Но…

— Что за дурость ты тут развела, бесполезная?

Один лишь звук ледяного голоса сокрушил решимость Ани.

— …

Повернув голову, Аня застыла. Она увидела коточеловека, видеть которого ей было сложнее, чем сражаться с пятерыми авантюристами.

— Б-Брат…

Единственный кровный родственник Ани Фромель. Её брат, Аллен Фромель, известный среди прочих как Вана Фрея.

— …П-почему ты?!

Внешне они очень сильно напоминали друг друга, формой глаз, тусклыми золотыми зрачками, расположением шерсти и даже её цветом. Сходств было слишком много.

— Я задал тебе вопрос.

— П-прости, мя! П-прости меня, старший брат!

От весёлой, легкомысленной и неунывающей девушки, работающей в таверне, не осталось и следа. Её голос и тело содрогались, словно она отчаянно пыталась не вызвать гнев своего брата. Она превратилась в жалкую, ищущую любви оставленную девушку.

— М-мы просто хотим змящитить Силь!.. Я не хочу, чтобы член моей дорогой семьи умер! Вот и…

— …Хватит с меня оправданий, тупая кошка!

— Ип!

Искреннее объяснение Ани прервал гневный крик. Ярость Аллена только нарастала.

— Сколько раз мне повторить? — бросил Аллен. — Твоя бесполезная, пустая голова так и не поняла ни единого слова, которое я сказал?.. Как же ты меня бесишь.

— П-прости! Я-я!..

Зубы Ани стучали, словно от воспоминаний, бередящих старые раны, воспоминаний, которые порождают в ней вихрь ужаса и горечи. Разочарованный взгляд брата, его оскорбления острыми шипами впивались в сердце девушки.

— Ты мешаешь пройти. Уйди, пока моё копьё не сняло твою голову с плеч.

— П-постой… постой, брат! Что бы со мной не случилось, пожалуйста, оставь Силь…

— Заткнись.

Аня могла лишь отчаянно взмолиться, но всего одно слово сокрушило всё её сопротивление.

— Треклятая дура. Разговоры с тобой пустая трата времени. Убирайся.

Аллен начал подходить. Он смотрел на девушку свысока.

— Я… просто… Силь… моя семья…

Слёзы покатились из глаз Ани, она перешла на неуверенное бормотание.

Она хотела перекрыть путь хотя бы своим телом, но…

— Отойди.

Не могла сопротивляться, когда испепеляющий взгляд её брата возник прямо перед ней.

— …Как скажешь, брат.

Слёзы катились из её глаз, а силы оставили тело девушки.

Она проклинала себя за то, что сдалась, падая на колени. После того как она осознала, что не может сопротивляться, она упала на землю как лишённая нитей марионетка.

Проходя мимо Аллен, не удостоил её и взглядом. Хегни и братья Гулливеры последовали за ним в полной тишине. Слёзы не переставали катиться из глаз девушки. Весёлой кошкодевушки из таверны не было и в помине. Оказавшись в абсолютном одиночестве, Аня походила на брошенную кошку, которая всё потеряла.

***

Инстинкты авантюристки подсказали Айз, что что-то происходит.

Гестия заметила перемену.

— Ч-что такое?

— …В том направлении кто-то сражается…

— А?!

Они гнались за Беллом, над их головами расстилалось затянутое облаками небо.

С Восточной главной улицы девушка и богиня отправились прямиком к тому месту, где Асфи заметила Белла.

— А ты точно уверена, что это не какая-нибудь фестивальная драка?

— Уверена… Это сражение не такого уровня.

— …Асфи. Ты не могла бы стать невидимой и пойти на разведку?

— Приношу свои извинения, но даже у меня плохое предчувствие, как будто жуткие монстры сорвались с цепи.

От заметного напряжения Айз и холодного пота, Асфи у Гестии перехватило дыхание.

Прислушавшись, богиня и сама смогла это ощутить. Звуки и слабую тряску, словно что-то ударилось о землю или стену. Несведущий человек мог подумать, что играет какой-то музыкальный инструмент, однако по звону можно было понять, что речь идёт о столкновении клинков.

Вскоре всё стихло, словно кто-то опустил барьер и перенёс авантюристов и богов обратно в обычный переулок.

— Хаааах, хааааах!.. А? Боженька? Айз?! Гермес и Асфи?!

Перед ними возник совершенно выбившийся из сил парень.

И тогда Гестия это увидела.

Для богини будто остановилось время. Она не знала, что сказать.

Она встретилась взглядом с парой пепельных глаз.

Как только девушка осознала, что Гестия смотрит ей в глаза, она испугалась, будто наступил момент, которого ей удавалось избегать очень долгое время.

Она скользнула за спину Белла, словно пытаясь хоть немного скрыться.

— Белл, что случилось?

— …Паства Фреи… на нас напали авантюристы первого ранга. Лю и остальные пытаются их сдержать, но…

— Что Лайон делает?!

Слова об опасности, обычно заставившие бы Гестию перепугаться, совершенно не привлекли её внимания.

Что она такое? Нет, что это такое?

Заметив, что Гестия в шоке, заговорил Гермес.

— …будет ли верным предположение, что они гонятся не за вами, а за Силь?

Девушка обвила себя руками, как будто собирая волю в кулак.

— Пожалуйста, Всевышний Гермес! Помогите мне, пожалуйста!

— …

— Пожалуйста, дайте мне хоть немного времени! Пусть я отвергла её божественную волю, я не нарушала договора с богиней!

— …Хорошо. Можешь на меня положиться, — выражение на лице Гермеса было необычным, когда он принял просьбу девушки. — Айз, не могла бы ты одолжить мне свою силу? Задержи авантюристов сколько сможешь. Клянусь своим именем, я не позволю этой стычке перерасти в конфликт между Локи и Фреей.

— …Поняла.

— Асфи, поддержишь Айз.

— П-постойте, Всевышний Гермес! Не надо втягивать меня в схватку авантюристов первого ранга!

— Ты же беспокоишься о Лю, разве нет?

— …Ааааааааааааааргх!

Гермес жалостливо похлопал сдавшуюся Асфи по голове. Девушка ответила ему испепеляющим взглядом и отбросила руку божества, прежде чем побежать следом за Айз. Посмотрев им вслед, Гермес повернулся к озадаченному Беллу.

— Пусть они в меньшинстве, Айз и Асфи смогут задержать авантюристов на какое-то время. Иди, Белл… Защити её.

— …Да, сэр.

Он кивнул и, схватив Силь за руку, снова бросился бежать.

— А… Стой! Белл!

Гестия наконец пришла в себя, но было слишком поздно. Парочка скрылась из вида, прежде чем она успела что-либо сказать.

— …Гермес…

— Да, Гестия?

Гестия отчаянно мотала головой, пытаясь понять, что же только что случилось. Ответивший ей Гермес был необычайно спокоен.

— Что она?..

— …

— Что это такое?.. Что это была за чертовщина?! — дрожащий голос богини сорвался на крик.

Звуки сражения на мечах, раздавшиеся спустя секунду лишь, сильнее выбили богиню из колеи. Яростная мелодия, созданная Айз, Асфи и авантюристами Паствы Фреи начала разгораться, но в тот самый момент богиня не обращала на них внимания.

Так и не отошедшая от шока богиня, начала давить на Гермеса в поисках ответа, и впервые на лице бога появилось проявление эмоций. Он выглядел измождённым, подобно старику.

— По правде говоря, я и сам в этом не уверен. Наблюдение не имело особого смысла, потому что мои глаза не способны видеть сквозь неё. Что она? Кто она? Как и с другими божествами. Именно это делает проведённое с ней время таким интересным… и таким пугающим. Наверное, Локи единственная, кто смог её раскусить.

Гестия замотала головой:

— Это не то, о чём я спрашиваю!

Она попросту не могла понять. Пустое место, которого не существовало в её воспоминаниях. Нечто стоящее над логикой, исключённое из естественного порядка вещей. Аномалия, невиданная для мира смертных…

— Как она может быть богиней?!

Облака начали сбиваться в тёмные тучи, будто подпитываясь энергией погружавшейся в безумие богини.

***

Мы бежали.

Мы отправились на юг, узкими улочками и переулками, петляя по загромождению производственного района. Всё ради того, чтобы бегущая рядом со мной девушка не умерла.

— Прости, Белл!.. Это всё моя вина!..

Её голос был тихим и слабым, переполненным виной. Обернувшись, я увидел жалобный взгляд пепельно-серых глаз. Не хочу слышать такой голос Силь, не хочу видеть её в таком состоянии, поэтому, в ответ я крикнул:

— Пожалуйста, не веди себя так! Не хочу видеть таким твоё лицо!

— Белл…

— И не говори, что ты в чём-то виновата! Ради тебя многие пошли на жертвы! Сейчас не время сдаваться!

— !..

— Когда всё это кончится нам придётся перед многими извиняться! Перед Лю, перед Айз, перед всеми остальными!

Я сжал её руку крепче, а слова, приходившие в голову, просто вылетали из моего рта.

Даже я не до конца понимал, что я говорю. Но, как бы там ни было, я ощутил, что она на меня посмотрела и сжала мою руку крепче.

Думай. Думай лучше.

Паства Фреи настроена серьёзно. Они намерены её убить. Что происходит? И что случилось с Силь? Нужно это понять. Если я этого не узнаю, ничего не изменится!

— Если бы только можно было где-нибудь спрятаться!..

Мы оба тяжело дышали. Пусть он и сдерживался, могучие удары авантюриста первого ранга дали о себе знать, моё тело истощено. Нужно остановиться и отдохнуть, хотя бы недолго.

— Я… я знаю, хаааах, место, где можно спрятаться!..

— Правда?!

— Да! Совсем недалеко!..

Сейчас совсем не время привередничать, так что я принял её предложение.

— Говори, куда нам нужно!

***

— Ладно! — сказала я в ответ.

Он улыбался, смотря мне прямо в глаза, а я кивнула.

…Я столкнулась с богиней домашнего очага.

…Встреча с его покровительницей.

Хотя мне снова и снова было сказано никогда с ней не встречаться.

Теперь я преступница, которой не будет прощения. Моё тело пропиталось виной.

Виной от нарушения приказа богини.

Виной от преступления, совершённого под прикрытием её со мной контракта.

Виной от попытки похитить того, кому богиня благоволит.

Нет никакого сюрприза в том, что они пришли после моих действий в ярость. Совершенно естественно, что они пытаются меня убить.

Я попыталась похитить то, что принадлежит богине по праву. Надежды на прощение в моём случае не остаётся.

Но всё же. Пусть я набралась решимости, его поступки и действия меня распаляют.

Он поделился со мной частичкой своей чистоты и невинности.

Дыхание сбилось, в груди всё пылает. От смущения, не переставая, горят щёки.

Я наконец по-настоящему поняла, почему богиня так сильно в него влюбилась. От него моё сердце пытается вырваться из груди. Его стройное, но могучее тело тянет меня за собой. Рука, которую полюбила богиня. Но сейчас, рука и пальцы, которые должны безраздельно ей принадлежать мои и только мои.

…Простите, простите, простите.

В сердцах я снова и снова извинялась перед богиней и последователями, поклявшимися ей в безоговорочной верности.

Я не заслуживаю прощения, но позвольте мне исполнить мою мечту… мой величайший грех…

***

Она привела нас к заброшенному зданию на окраине промышленного района.

Казалось, будто это какой-то цех, но прямоугольные стены были уже затянуты зелёными лозами. Двери закрывались достаточно плотно, но часть стены обвалилась под натиском проникающей повсюду зелени.

Как только мы окажемся внутри, люди снаружи ни за что нас не заметят.

Я склонился, проскальзывая в невысокий проход и увидел внутреннее устройство здания.

— Как просторно…

Здесь с лёгкостью поместилась бы тысяча людей. В дальней стороне комнаты пол и стены были почерневшими, будто когда-то здесь был пожар. Металлические колонны покосились, склоняясь обратно к земле. Расположенные на земле рельсы уже почти не были видны. Большая часть оборудования была убрана, а то, что осталось свалено в кучу в углу, как ненужный мусор.

Подняв голову, я заметил, что кое-где виднеется небо. В потолке было несколько дыр.

— Однажды, когда дети из приюта попросили меня отвести их куда-нибудь, кроме Улицы Дедала, мы нашли это место. Здесь опасно, так что я была тут лишь однажды…

Поверить не могу. От этого места просто веет обстановкой тайного убежища, я буквально могу увидеть, как дети восторженно тут играют… но я помотал головой.

Я посмотрел ей в глаза.

— …Не могла бы ты рассказать, почему за тобой гонится Паства Фреи?

— …Всё от того, что ты понравился богине, Всевышней Фрее.

— …Я?

— Да. Потому она так зла. Хоть я и знаю, что ты предмет страсти Всевышней… я попыталась тебя украсть.

Налетел прохладный порыв ветра.

Меня затрясло, но скорее всего это от её слов. Вместе с тем, я не могу отрицать такой возможности.

...Я тебя люблю.

Потому что я до сих пор помню шёпот богини с серебряными волосами.

— Есть несколько вещей, которые я ещё тебе не сказала. Но я пыталась не говорить тебе лжи. Когда я говорила, что меня с тобой разлучат, это было правдой.

— …

— Я… — она на мгновение осеклась. — …У меня нет ничего кроме этого мгновенья… если только у меня получится исполнить своё желание.

Её голос обрывался. Он казался таким слабым, что малейшее прикосновение может заставить его исчезнуть. Серые глаза смотрели на меня. Она придвинулась ближе, словно не желая терять ни секунды от моментов, которые нам остались. Она замерла рядом с моим лицом и заговорила снова:

— Пусть это будет сочувствие или жалость, но, пожалуйста, просто прими меня…

Она ко мне взмолилась. Я вижу это в её взгляде. Она действительно, искренне этого желает. Осознав это, я закрыл глаза.

Она приблизилась, дистанция между нами начала сокращаться. Со стуком её сумочка убрала на землю. Её рука начала заходить за мою спину, и я…

***

Его глаза открылись.

Моё сердце ёкнуло, когда я посмотрела в его красные глаза.

Мне вспомнилось то, что сказала богиня. Его чистые, красные глаза и прозрачная душа подобны прекрасным драгоценным камням. Такова правда. Вот почему он привлёк и богиню, и меня. Вот что сводит нас обеих с ума.

Словно утопая в его глазах, я приблизилась сильнее. Наши губы сближались. Моя трепещущая грудь прижалась к его груди. Я намеренно обронила сумочку, чтобы завести руки ему за спину.

…Почему богиня должна была тебя встретить?

Если бы только ты попался мне на глаза первым… если бы я знала, что случится… всё могло обернуться совершенно по-другому…

Моё сердце пылало от единственного желания, эмоция становилась всё сильнее. Я отчаянно пыталась её сдержать, не позволить ей вырваться наружу, но я не могу этого. Этот парень зачаровал меня и очень давно. Я словно связана с богиней, будто я её отражение. Но именно поэтому, поэтому я не могу контролировать свой порыв, я знаю, что это черта, которую нельзя пересекать. Это предательство по отношению к богине, которая меня спасла. Но я не знаю, как сдержать эти чувства. Я тебя…

НЕ ПРОЩУ НЕ ПРОЩУ НЕ ПРОЩУ НЕ ПРОЩУ НЕ ПРОЩУ НЕ ПРОЩУ НЕ ПРОЩУ НЕ ПРОЩУ НЕ ПРОЩУ НЕ ПРОЩУ НЕ ПРОЩУ НЕ ПРОЩУ НЕ ПРОЩУ НЕ ПРОЩУ НЕ ПРОЩУ НЕ ПРОЩУ НЕ ПРОЩУ НЕ ПРОЩУ НЕ ПРОЩУ НЕ ПРОЩУ НЕ ПРОЩУ НЕ ПРОЩУ НЕ ПРОЩУ НЕ ПРОЩУ НЕ ПРОЩУ НЕ ПРОЩУ НЕ ПРОЩУ НЕ ПРОЩУ НЕ ПРОЩУ НЕ ПРОЩУ НЕ ПРОЩУ НЕ ПРОЩУ НЕ ПРОЩУ НЕ ПРОЩУ НЕ ПРОЩУ НЕ ПРОЩУ НЕ ПРОЩУ НЕ ПРОЩУ НЕ ПРОЩУ НЕ ПРОЩУ НЕ ПРОЩУ НЕ ПРОЩУ НЕ ПРОЩУ НЕ ПРОЩУ НЕ ПРОЩУ НЕ ПРОЩУ НЕ ПРОЩУ НЕ ПРОЩУ НЕ ПРОЩУ НЕ ПРОЩУ НЕ ПРОЩУ НЕ ПРОЩУ НЕ ПРОЩУ НЕ ПРОЩУ НЕ ПРОЩУ НЕ ПРОЩУ НЕ ПРОЩУ НЕ ПРОЩУ НЕ ПРОЩУ НЕ ПРОЩУ НЕ ПРОЩУ НЕ ПРОЩУ НЕ ПРОЩУ НЕ ПРОЩУ НЕ ПРОЩУ НЕ ПРОЩУ НЕ ПРОЩУ НЕ ПРОЩУ НЕ ПРОЩУ НЕ ПРОЩУ НЕ ПРОЩУ НЕ ПРОЩУ НЕ ПРОЩУ НЕ ПРОЩУ НЕ ПРОЩУ НЕ ПРОЩУ НЕ ПРОЩУ НЕ ПРОЩУ НЕ ПРОЩУ НЕ ПРОЩУ НЕ ПРОЩУ НЕ ПРОЩУ НЕ ПРОЩУ НЕ ПРОЩУ НЕ ПРОЩУ

…Я НИКОГДА ТЕБЯ НЕ ПРОЩУ!!!

Потому что, встретив тебя, богиня стала испорченной! Потому что из-за тебя она решила себя принизить!

Я знаю! Только я об этом знаю! Я знаю, что лежит в глубине её сердца, знаю о том, чего не знает она сама!

Поэтому! Ненавижу! Ненавижу! Ненавижу! Ненавижу! Ненавижу! Ненавижу! Ненавижу! Ненавижу! Ненавижу!

Ты… ТЫ… изменил непокорную императрицу!

…Почему именно богиня встретила тебя первой?!

Если бы это была я!

Если бы я только знала, что случится!

Я бы убила тебя до этой встречи!

Но горевать нет никакого смысла. Злость ничего не исправит. Простая ненависть никогда ничего не вернёт. Я знаю. Прекрасно это знаю. Я понимаю.

Поэтому…

Поэтому я предала богиню.

Я скрыла свои настоящие намерения, когда приходила к ней со своей просьбой. Я нарушила соглашение. Я преступила строжайшее табу. Из любви к богине, я растоптала её (_).

Таково моё желание. Такова моя мольба. Такова моя верность. И такова моя кровная ненависть к этому человеку!

Другие последователи не могут понять того, что происходит! Но символ моего греха прямо перед моими глазами! Чувства, которые застилают мои глаза, когда я думаю о тебе, не остановят мой клинок!

Пусть богиня меня проклянет! Пусть я стану преступницей! Пусть меня сломают и выбросят! Я прекращу кошмар, который её мучает!

Богине не нужен Од, который её соблазнит. Партнёр, который украдёт её сердце. Это ей не нужно!

***

Она приблизилась, её сумочка со стуком упала на пол. Она потянулась рукой мне за спину, и я схватил её за эту руку.

— Кто ты такая?

Продолжительное молчание, повисшее после этого вопроса, давило на уши.

Она смотрела на меня округлившимися глазами.

Она не могла пошевелить рукой. Кинжал, который она сжимала, меня не коснулся.

Время двинулось снова, когда она приложила усилие. Но это было безнадёжно. Я держу её за локоть. Ножу не достать до моего сердца.

Здесь, в заброшенном цехе никто не смог бы нас найти. Значит, никто не смог бы вмешаться. Никто бы меня не спас. Заброшенный цех – это могила, которую она мне готовила.

— …Что ты… что ты такое говоришь? — её губы и голос дрожали.

— Только то, что ты не Силь.

Настала моя очередь прикладывать силу. Её лицо скривилось от боли и нож, звякнув, оказался на земле.

Когда я её отпустил, она сжала свою руку и отвернулась от меня. Туфлей она отбросила упавшую сумочку, ту самую в которой она прятала нож, подняв облако пыли.

— …К-Как ты можешь такое говорить, Белл?.. Это же я. Ты всё это время меня защищал, разве нет?! — в отчаянье она ухватилась за этот факт и, улыбаясь, на него указала.

— Да, хоть я и не знал, что происходит, я тебя защищал. Потому что не хочу ничьей смерти. Хоть ты и не Силь. — Она схватила воздух ртом. — Я ни разу не назвал тебя Силь.

Я заметил с самого начала. Когда я искал Силь, а увидел её. Я понял, что что-то не так, увидев её глаза. И её лицо в целом.

Она не показалась мне девушкой, которая работает в «Щедрой Хозяйке». Это не она всегда отдавала мне обеды. Она улыбалась не так, как мне улыбается Силь. А когда мы встретились, всего на мгновенье, но её жажда убийства проявилась.

Мои подозрения только укрепились после того, как она, так и не выпустила сумочку из рук, не смотря на всё что с нами происходило. Улучшенный слух авантюриста позволил мне услышать скрежет металла, предположительно клинка, который находился в сумочке.

Из-за напряжённости нашего положения, Лю и остальные не успели этого заметить. Возможно, никто из них заметить и не мог. Настолько идеально её фигура, голос, жесты и всё остальное соответствует Силь.

Вот почему я сказал, что не хочу слышать от неё тех слов и видеть от неё такого выражения.

Потому что несмотря на голос и лицо, она не Силь.

— Ты собиралась убить меня с самого начала.

— …Нгах!

Она отпрянула от меня, когда я сказал это с непоколебимым спокойствием.

Наверняка она знала, что меня будет преследовать Хегни. И решила рискнуть. Она намеренно привела в ярость опекавших меня авантюристов, чтобы сбежать от их надзора. И привести меня сюда, где мы окажемся наедине.

Лежащий на земле нож был доказательством её замысла. Хоть он и не был доказательством того, что она не Силь.

— Я могу представить, что Силь возненавидела бы меня настолько, что захотела бы убить. И, если бы это было правдой, мне стало бы грустно, и, конечно, мне ни за что не прочесть эмоций других людей. Но ты другое дело. Потому что ты не Силь.

— К-как? Как ты можешь быть так уверен, что я не Силь?!

— Украшение в твоих волосах.

— А?

— Та часть, которую я сегодня тебе отдал… та, которую ты сейчас носишь, принадлежит не Силь.

Серебряное с синим украшение в её волосах начало сотрясаться.

Она лишилась дара речи.

— Эта часть моя.

Парное украшение.

Когда я покидал таверну, на столе лежала лишь одна половина: моя. Настоящая Силь забрала свою часть с собой. Это могло означать лишь одно.

— Мне показалось, что ты можешь быть подделкой, и я проверил это, отдав тебе украшение. А ты поверила.

— !..

— Ты попалась на то, что настоящая Силь бы раскусила.

Её руки задрожали, она взяла половинку парного амулета в свои руки. На задней его части было написано Коином слово «Рыцарь».

…Можно я возьму с духом? А ты бери себе сторону с рыцарем!

Силь выбрала другую его часть.

Тот факт, что та, что сейчас передо мной, приняла мою часть украшения, не раздумывая, лучшее доказательство.

— Наверное ты знаешь о Силь практически всё. Но твоё знание не идеально. Ты даже не задумалась о том, что часть украшения может быть моей.

Может они как-то делят воспоминания, а может она видит глазами Силь.

Это почти невероятно, но с помощью заклинания или магического предмета такое возможно. Особенно если заклинание ограничено воспоминаниями или зрением всего одного другого человека.

Стоявшая передо мной девушка, должно быть, не заметила подвоха из-за ограничения наложенной магии.

— Так что, ты не Силь, — заключил я.

Её глаза округлились ещё сильнее. Украшение выскользнуло из её руки и упало на пол. Когда оно оказалось на земле, я тут же его поднял.

Наступило продолжительное молчание.

Мы стояли друг напротив друга среди заброшенного цеха, наконец, она заговорила:

— Ты понял с самого начала… Какой невыносимый позор.

Я отстранился. Голос по-прежнему был отражением голоса Силь, но он был невыносимо холоден.

Она подняла взгляд. Мрачный блеск виднелся в серых глазах, глубокая тёмная тень, подобную которой во взгляде Силь я никогда не видел.

— Если бы ты просто не заметил, я бы позволила тебе умереть в моих нежных объятиях…

Её слова были до ужаса бесчеловечными. Я не сомневаюсь в её враждебности и желании меня прикончить. На этом фоне пылкая ярость авантюристов первого ранга Паствы Фреи кажется даже милой. Сейчас моё сердце словно стянула ледяная рука.

— Кто… ты такая?.. Почему выглядишь совсем как Силь?

— Тебе не нужно этого знать, своё пари с ней я проиграла, — ответила она. Потом, с заметной горечью в голосе, она продолжила. — Миледи Силь ожидает тебя в месте, которое известно только вам двоим. Месте, к воспоминанию о котором у меня нет доступа. Пожалуйста, иди к ней.

Место из воспоминания, которое разделяем только мы двое?..

Услышав эти слова, я вдруг вспомнил, что было весной. Воспоминание, которое разделили только я и Силь. И застыл, смотря на зеркальное отражение Силь, стоявшую рядом.

— …А ты уходить не собираешься? Если так, Паства Фреи!..

— …Беспокоишься обо мне, зная, что я фальшивка? Сколько ещё ты будешь меня унижать, прежде чем насытишься? Ты и правда невыносимый лицемер.

— Гах…

— Если тебя здесь не будет, они меня не убьют. Хоть я и предала богиню, отпустив тебя, я не лишусь жизни в наказание.

— …Правда?

— Да, к несчастью… Пожалуйста уйди.

Больше я ничего от неё не ощущал. Ни враждебности, ни злости. Всё это словно из неё исчезло.

Мне остаётся только ей довериться. Я бросил взгляд на её каменное, лишённое эмоций лицо в последний раз и покинул полуразрушенное здание.

***

Мальчик убежал.

Он скрылся где-то вдалеке.

Когда девушка, похожая на Силь, ощутила, что он удалился достаточно далеко, она ощутила удар древком копья в голову.

Её отправило в полёт. Удар отправил её в полёт, пробив металлическую колонну, она влетела в стену здания с силой, которая способна разрушить дамбу на реке.

Раздался оглушительный взрыв, поднявший клубы пыли в воздух. Владелец серебряного копья, Аллен, проговорил:

— Ты начала всё это по своей воле… и оставила назначенную тебе позицию. Чего ты так отчаянно пыталась добиться?

Девушка лежала на полу, её рука дёргалась, она едва дышала. Но, несмотря на удар, который мог бы убить любого обычного человека, осталась в сознании.

Её голова кровоточила, руки и ноги покрывали раны, но она была жива.

— Ответь мне перед смертью, Хьёрн.

Словно в ответ на услышанное имя, свет окутал Силь, и, как в разбитом зеркале, поддерживаемый образ начал рассыпаться на осколки.

Заклинание прекратило своё действие после получения значительных повреждений.

На месте Силь лежала прекрасная девушка, с волосами пепельного цвета и чёрным левым глазом, будто бы поглотившим темноту ночи.

Братья Гулливеры и Хегни спрыгнули из той же дыры в крыше, из которой появился Аллен.

— И вот она, так называемая, главная прислужница?

— Отвергнуть божественную волю богини. Что за слуга так сделает?

Губы Хьёрн скривились, и она ответила на издёвки Двалинна и Грера:

— Мне… нет оправданий… То, что я задумала, действительно можно назвать предательством богини… И такой проступок нельзя прощать.

Она признала свой грех, длинные волосы прикрыли половину её лица.

Хегни нахмурился.

— Твой заговор продвигался слишком уж гладко для подготовленного в одиночку… Ты объединилась с Оттаром и посланным мне судьбой соперником, Хедином? — бросил Хегни.

Именно так. Точнее, девушка по имени Хьёрн убедила Хедина и Оттара помочь ей в попытке убить парня.

Первый день фестиваля он провёл с настоящей Силь. Второй день должен был провести с фальшивкой.

Это очень сильно злило других авантюристов. Они разозлились на Хьёрн, пытавшуюся что-то сделать с парнем, который, по их мнению, является собственностью богини.

Если бы девушка пришла за помощью в этой задумке к ним, план бы провалился немедленно. Эти авантюристы, не раздумывая бы уничтожили всё, что идёт вразрез с божественной волей.

Всё во имя богини.

— Ты всё это время понимала, что мы тебя убьём, — злобно бросил Аллен, осознавая, что девушка построила свой план на том, что она пожертвует собой.

— …Я предала богиню, которую безгранично люблю и которой поклялась в верности. Было ли моё желание исполнено или нет, жизнь, дарованная мне богиней, ей вернётся…

Хьёрн дрожащей рукой опёрлась об пол, приподнимая тело.

На её лице не отражалось ни боли, ни страха. Её лицо превратилось в застывшую кровавую маску.

— Не утешай себя, считая что твоя жалкая жизнь даст богине хоть что-то.

Аллен не позволил девушке превратить её слова в оправдание.

Хьёрн опустила взгляд, но спустя несколько секунд подняла его снова и закричала:

— Да, я ненавижу мальчишку, похитившего сердце богини! Да, я даже его ревную!.. Но суть не в этом! Я боюсь за богиню! Боюсь, что она изменится! Боюсь, что, если так будет и дальше, наша единственная и неповторимая королева будет запятнана и падёт!

— …

— Никому из вас не понять! Только я, я на это способна! Вот почему! Вот в чём причина! У меня не было другого выбора! Пусть она того не желает! Пусть я буду ей ненавистна всю оставшуюся вечность! У меня не было выбора, только совершение греха во имя её! Потому что она должна всегда оставаться богиней!

Авантюристы молча смотрели, как лицо девушки искажается в горькой улыбке.

— Да… она ни за что не должна опускаться до уровня обычной девчонки! Ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха…

Нечеловеческий, прерывистый смех вырвался из её горла, отражаясь от побитых стен и устремляясь к потолку.

Её смех выразил одновременно непоколебимую веру и преданность Богине. Чёрный глаз блестел, отражая мечты о безграничной славе её госпожи.

Каждая частичка её существования была преподнесена богине, которой она служит.

— Ты не слуга богини, — наконец бросил Аллен. — Ты безумная культистка.

Девушка не отвергла и не подтвердила этих слов. Она продолжала смеяться, но из чёрного глаза по щеке покатилась капля крови.

***

от день был очень снежным.

Прекрасные, но беспощадные белые частички падали с небес той ночью.

Богиня, которая меня нашла, спросила:

— Я думала тебе помочь, но… есть ли что-то, чего ты желаешь?

И я ответила:

Хочу стать тобой. Хочу перестать быть собой и стать чистой, тёплой. Я хочу стать тобой.

— Хочешь стать мной? Насколько же алчной ты можешь быть?! Ещё никогда не встречала дитя, которое меня бы об этом попросило!

Она улыбнулась моей надменной просьбе. А потом сказала:

— Тогда я дарую тебе имя. А взамен, ты отдашь мне своё имя, согласна?

Обмен судьбами… обмен истинными именами.

Контракт, священный ритуал, который позволил моему телу и духу избавиться от бытия одинокой жалкой маленькой девочки.

Я отдала ей имя Силь и приняла божественное имя Хьёрн.

Когда я стала одной из её последовательниц, моя мольба воплотилась в жизнь, благодаря её благословению. Я была в восторге.

Вана Сеиф… Божественное заклятие… заклинание трансформации.

Тайная техника, позволившая мне стать единственной и неповторимой богиней.

Когда оно активно, я получаю все её чувства и испытываю все эмоции в односторонней связи.

Я могу ощутить то, что ощущает она, стать частью всего, что с ней связано!

Если не считать того, что силы Арканума мне недоступны, я становлюсь полноценной богиней!

Непередаваемая честь. Ликование, которое я никак не могла унять. Девчонка, бывшая жалким мусором, выброшенным на обочину жизни, ощутила благодать небес.

Аааа!

Я стала Хьёрн, дочерью богини!

Предложив взамен простую девчонку Силь, стала дочерью чего-то божественного!

Я стала её руками и ногами, её носом, ушами и глазами! Моя судьба сплелась с частичкой её вечности!

Но! Но! Но!

Потом появился этот мальчишка!

Существо, охмурившее мою непокорную богиню! Богиню, что превыше всех остальных!

Когда моё заклинание приводилось в действие, когда я становилась богиней, я ощутила её чувства! Я узнала! Только я могла это знать!

Богиня пытается перестать быть богиней!

Величайшая и благородная небесная правительница, которую никогда не постичь смертному существу пытается опуститься до обычного создания этого мира!

Богиня пытается себя принизить, стать обычной девчонкой… и этого допускать нельзя!

Вот поэтому!

Только поэтому!!!

Мне пришлось набраться решимости!

У меня не было иного выбора, пришлось поддаться импульсу! Потому что я знаю!

У меня не было иного выбора, только задумать его убийство, пусть оно и идёт вразрез с её божественной волей!

Убить его во время ежедневных встреч мне не выпало возможности. А потом он стал расти так быстро, что, прежде чем я успела осознать, что произошло, он стал слишком силён. Такая, какая я сейчас, даже выбрав правильный момент и столкнувшись к ним лицом к лицу я не смогла бы его убить. И на помощь можно было не надеяться. Пусть к нему ревнуют все остальные члены Паствы, никто и никогда не подумает совершить его убийство всерьёз. Я осталась одна.

В день, когда она сказала мне доставить ему приглашение на Фестиваль Богинь, никто не смог бы понять эмоций, которые я ощутила.

Это стало последней каплей. Мои едва сдерживаемые эмоции заставили меня действовать.

В тот день я первый раз сошлась с ним лицом к лицу, когда оказалась на пороге его дома…

Никому не понять, что я в тот момент испытывала, отчаянно пытаясь сдержать своё желание его убить и вместе с тем сгорая от любви к нему, потому что эмоции, испытываемые моей богиней, во мне укоренились!

Мне пришлось использовать этот фестиваль!

Это было единственным шансом поменяться с ней местами! Шансом к нему приблизиться! И единственную возможность я упустить не могла!

Моё тело и дух терзало чувство привязанности к нему, но я не позволила этим ощущениям поколебать мою верность. Моя вера превзошла все мелочные эмоции, искоренив их на корню, и я, пылая от адского пламени, приступила к своей задумке.

Богиню нужно было избавить от наития, которое её связало, чего бы это не стоило.

Пусть моя жизнь станет подношением ради того, чтобы очистить её от её порчи.

Да.

Богиня должна оставаться богиней.

И богиня… богиня!..

Однако, моему желанию не суждено было сбыться.

Жар ярости, холод горечи и безмятежное счастье… когда эмоции, испытываемые богиней слишком сильны, её эго поглощает моё жалкое сознание. То, что я видела случившееся в соборе только урывками, стало причиной моего падения… впрочем, это меня не оправдывает.

Я ему проиграла.

Он сразу меня раскусил.

Я не смогла его убить. Не смогла остановить.

Я проиграла в игре, которую начала сама.

Правила, которые были установлены с самого начала…

…Если твой обман будет раскрыт, ты проигрываешь.

…И с этого момента тебе будет нельзя поддерживать с ним хоть какую-то связь.

…Тебе нельзя будет встречать его снова.

Если подумать, возможно она знала о моём намерении с самого начала. Понимала, что я использую чувства, которые к нему испытываю для прикрытия кровожадности. Но, вместе с тем, приняла эту игру, ради себя самой, чтобы его проверить.

В конце концов, я танцевала на её ладони, а он меня прикончил.

Какой жалкий и глупый конец.

Я не доросла даже до уровня придворного шута. В конце концов, как она и сказала, я никем не смогла стать.

Но всё нормально.

Да это обидно. Это злит. Это печалит.

Но есть ещё способ пробудить богиню от её кошмара.

Я приняла этот бескомпромиссный путь только потому что не хотела, чтобы богине было больно. Я собиралась прикрыть преступление ценой собственной жизни. Я сделала эту попытку, потому что хотела, чтобы непокорная богиня никогда не испытала ни единой раны, но…

Ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха!

Результата это не изменит!

Ты же знаешь, на кого направлен его взгляд?!

Ты же знаешь, насколько нерушимы его незамутнённые чувства?!

Как бы богиня этого не желала, как бы он ни был безумен, ничего не изменится!

Но это освободит её от наваждения!

Он сам, своей собственной рукой её освободит!

Потому что чистота этого мальчика сокрушит волю богини!

Я довольна, хоть свою радость могу понять только я!

Да.

Только я знаю, что означают слёзы, что бегут по моим щекам.

***

Я не останавливался.

Доверившись памяти, сам не зная куда точно идти, я продолжал бежать к месту, которое связывало только нас двоих.

Словно в подтверждение моих мыслей, людей становилось всё меньше. Толпы людей и шум фестиваля уходили на второй план. Становилось всё тише.

Я нёсся, поднимаясь и спускаясь по лестницам, разбросанным в лабиринте переулков. Пепельное небо становилось всё тяжелее, от затягивавших его плотных облаков вокруг становилось темнее, наконец, я увидел знакомый небольшой парк.

Он находится по соседству от похожей на лабиринт Улицы Дедала.

Она сидела на скамейке с закрытыми глазами, веря в то, что тот, кого она ждёт, придёт к ней.

— Силь…

В этом месте она впервые сказала, что я ей нравлюсь. Здесь она спасла меня, когда я был готов рассыпаться на части, когда случилось столько всего, что я не знал, что мне делать.

…Я… мне нравится, что ты всегда продолжаешь бежать.

Обрывок воспоминания, место, о котором известно только нам двоим. Место, в котором наши сердца стали ближе.

— !

Я остановился у входа в парк удивлённо подняв взгляд. Наставник… Хедин, стоял на крыше одного из зданий, явно охраняя Силь. Он ничего не сказал. Ничего не заставил меня сделать. Никаких приказов и указаний. Я даже не знаю, о чём он подумал, посмотрев на меня своими коралловыми глазами. А потом он изящно развернулся, будто его роль на этом закончена.

Он ушёл, я посмотрел ему вслед, а потом повернулся к Силь. Налетел лёгкий ветерок. Словно подогнанный этим порывом, я шагнул в парк. Тихонько зашелестели небольшие белые цветы.

Она открыла глаза и, увидев меня, нежно улыбнулась.

— Вот ты меня и нашёл, Белл.

— …Кое-кто, кто выглядит так же, как ты, намекнула мне где ты.

— Гах. В такие моменты принято говорить: «Я просто подумал, что ты будешь именно здесь».

В её голосе слышалась доброта, словно она ребячится, и было видно, что говорит она совершенно несерьёзно.

Она поднялась, мы оказались лицом к лицу неподалёку от центра парка.

Она была одета в то же платье, что и вчера. Носила украшение, которое я ей подарил. Одну из двух частей амулета, символизирующего духа и рыцаря.

— Почему? — спросил я. — Зачем ты подняла такой переполох?

Из множества вопросов, крутившихся в моей голове, первым мне пришёл именно этот.

— Я говорила прошлой ночью, — улыбаясь, сказала Силь. — Я хотела выразить свои чувства. Хотела в них убедиться.

Она коснулась рукой амулета в волосах.

— Я знаю, что есть другие люди, которым ты нравишься, но я решила, что, если ты попытаешься меня найти и найдёшь первым, мне будет чем гордиться.

— …

— А ещё мне хочется извлечь всё из момента, который идёт прямо сейчас. Потому что я ненавижу думать о времени, проходящем просто так.

— …

— Мне стало страшно. Страшно от того, что я, несмотря на скуку, желаю, чтобы всё продолжалось так, как есть.

Она не пустилась в объяснения или отговорки. И не стала просить у меня понимания.

— Я правда не понимаю.

Казалось, сейчас она пытается отыскать нужные, подходящие ей слова.

— Прямо сейчас, если честно, я и сама не могу понять.

Она одарила меня знакомой улыбкой, но почему-то казалось, как будто она плачет.

Как растерянный ребёнок, который не знает, что ему сделать. Как будто сейчас она существо, которое дарит любовь и ждёт любви взамен.

— Единственное, что я наконец поняла, это то, что сколько бы я не пыталась… единственный способ избежать волнения – это во всём признаться.

Когда она произнесла эти слова, я всё понял.

Её голос дрожал. Она храбрилась, пытаясь набраться смелости перед тем, что её ожидает.

Почему-то у меня начали дрожать колени. Мои ладони тоже начало потряхивать. Я чуть не застучал зубами.

Я наконец пришёл к одной простой мысли. Наши отношения не смогут быть такими же, как были раньше.

— Я тебя люблю, Белл.

Она прижала руки к груди и пододвинулась ко мне.

— Я люблю тебя. Хочу всегда быть с тобой. Выбери меня, пожалуйста. — Её глаза блестели. — Это очень больно. Я хочу, чтобы ты меня обнял. Я не хочу бояться того, что завтра никогда не настанет.

Кажется, она даже не заметила, что слёзы собираются в уголках её глаз.

— Никогда раньше я не хотела познать того, что сейчас чувствую, а теперь очень хочу узнать, что за ним последует!

Её искренность заставила моё сердце сжаться, а тело вздрогнуть.

— Я тебя люблю, Белл…

Сердце застучало сильнее.

Я не слышу ничего, кроме неё.

Я не вижу никого, кроме неё.

Остальной мир будто испарился, остались мы двое.

Тишина разрывала барабанные перепонки, а повисшее молчание, казалось, длится вечность.

То, что она хотела скрыть. То, чего она хотела избежать. То, что её пугает. Всё это она обнажила передо мной.

Бежать в такой момент нельзя. Я должен ответить на её искренность. Должен рассказать ей, что чувствую я.

Сердце взвыло. Я нахмурился. Мне хотелось схватиться за бьющееся слишком сильно сердце рукой и крепко его сжать.

Мне так отчаянно хотелось пойти простым путём и прекратить эту боль, просто приняв её чувства.

Но.

Но.

Но…

Вспомни.

Вспомни, что сказал Вельф.

Узнай.

Узнай, что на самом деле в твоём сердце.

Спроси.

Спроси, кого я ищу, чего я хочу, и чего поклялся добиться.

И ответь.

…Белл Кранелл, прирождённый дурак, умеет лгать.

Капля упала мне на плечо. Небо было готово разрыдаться.

Я смотрел на неё, она смотрела на меня.

То расстояние, что было, между нами, означало конец.

Я не знал.

Правда, не знал.

Не знал, что так больно отвергать чью-то любовь.

— Мне очень жаль…

Небо тихонько прослезилось.

***

Данная глава является перезаливом с Ranobehub.org

----------

Эпилог

[[image:/storage/reader-images/afe4f156b6a1489d573d81c06ccfa0dd3cd5c0cf.jpg]]
Небо рыдало.

Крупные слёзы стирали все остальные звуки, весь мир будто преисполнился горечью.

Дождь был таким плотным, что сложно было хоть что-то рассмотреть, он лишил город праздничной атмосферы.

Люди с улиц исчезли, попрятавшись в своих домах и под крышами. Затянутое чёрными тучами небо было необычайно холодным. Люди смотрели на него с волнением.

Белая, пронзающая небеса башня казалась размытой.

Благословение урожая, окутывающее город, померкло.

Силь в одиночестве брела по улицам. У неё не было зонта, капли дождя падали на её тело, её одежда, волосы, всё её тело промокло до нитки.

Где-то по дороге она потеряла свои туфли. Её ноги покрывались царапинами, словно до этого она бежала, но она этого не помнила. Неожиданно, она осознала, что пейзаж вокруг изменился. Парень, который стоял напротив бесследно исчез, а она одиноко шагает по мостовой под стук капель дождя.

Обнажённые ноги пускали по лужам круги, она шла по пустынной улице. Мокрые волосы сползли на глаза и капли воды падали с её щёк.

Наконец, ведомая дождём девушка оказалась на площади Амура.

Место, где она его ждала. Место, названное в честь божества, ставшего синонимом любви.

Ничто не скрывало бронзовую статую божества, стоявшую на площади, от горечи неба.

Силь шагала. Не произнеся ни слова, ничего не чувствуя. Будто призрак. Будто потерявшийся ребёнок. Словно посланница богов, или, может, святая.

Она остановилась на середине площади. Дождь очистил тело Силь. Он смыл горечь и боль.

Она опустила взгляд.

Серые волосы липли к лицу, серебряное украшение было мокрым от капель дождя.

Её тонкое тело начало дрожать. Она тряслась всё сильнее, как будто ливень вызвал у неё простуду.

А потом…

— Оттар.

Под наполняющим окружающий мир горечью небом она произнесла одно слово. Отбросив голос невинной девушки, она говорила как подобает говорить высшему существу.

— Миледи.

В одно мгновение за её спиной возник огромный, как скала воитель. Не обращая внимания на ливень, он стоял, подобно верному слуге, ожидая следующих её слов.

— Начинай приготовления. Укради это дитя.

В её голосе не было сомнений. Не было теплоты или милосердия. Словно она говорила о естественном ходе вещей.

— Считаете, так будет лучше?

Единственный вопрос, который он задал.

— Что значит считаю?

Единственный ответ, который он получил.

Он замолчал, словно извиняясь за своё неповиновение.

Капли дождя продолжали сыпать с неба.

Слезы горечи превратились в нечленораздельный звериный вой. Небо словно испугалось одного-единственного существа, стоявшего под ним.

— Время Силь подошло к концу… следовало сделать так с самого начала.

Она будто освежилась. На сердце стало гораздо легче. Освобождённая от банальных эмоций она просто решила использовать то, что ей осталось. Впрочем, понять, почему она на этом так зациклена, она по-прежнему не могла.

В конце концов она станет безразлична к вещи, которой могла быть одержима раньше.

Сейчас она могла только посмеяться над смертью наивной девушки.

— Хватит игр.

Её губы скривились в улыбке.

Улыбке ведьмы. Улыбке тирана.

Она провела рукой по волосам, распуская их в свободное падение за спиной. Она высвободила божественность, которую всё это время подавляла.

Серые волосы приобрели серебряное свечение. Серые глаза засветились серебряным сиянием. Божественность, которую она запрятала глубоко в себе, нашла выход.

Фрея улыбнулась.

— Я никому не позволю тебя забрать. Ты будешь моим, Белл.

Всем добра, с вами Kristonel.

Мне бы хотелось чтобы вы не забывали что без вашей поддержки, уважаемые читатели, этот перевод был бы невозможен

Если у вас есть вопросы, задать их можно в [https://discord.gg/Am8ZDE4 дискорде]. Выбираете нужный смайлик в #faq и попадаете в наш дружный и не всегда чатик.

Подпишитесь на мой патреон: [https://www.patreon.com/Kristonel https://www.patreon.com/Kristonel]

Информацию о новых главах можно найти по #Кристычнапереводе в твиттере.

А также отправив денежку на эти адреса:

Qiwi: +79237177586

WMR: R532697894558

ЯД: 410012644267696

Mastercard: 5559 4936 9992 2374

Благодарю за внимание.

***

Данная глава является перезаливом с Ranobehub.org

----------

Послесловие от автора

Приближается последний босс.

Содержимого книги касаться немного сложно, поэтому я хотел бы поговорить о ром-комах на философском уровне.

Я написал что ромком это очень глубокий предмет в послесловии к восьмому тому, и в этот раз он снова вызвал у меня сложности. Что именно в истории делает её забавным ромкомом? Что именно радует читателей? Невыносимая милота происходящего? Умелые поддразнивания? Моменты, которые заставляю сердце биться чаще? Что может заставить кого-то сказать: "Этот ромком был потрясающим!"? Я купил много, очень много новелл и прочёл все сцены свидания, размышляя обо всех их граней. Оказалось, написать безупречный ромком попросту невозможно.

Вместо этого я задумался о том, что могло бы осчастливить героинь.

Я ставил себя на место главного героя насколько это было возможно, обдумывая как мог бы заставить улыбнуться каждую из девушек и, наконец, пришёл к одному решению. Также, я обдумал всё с другой стороны. Поставив себя на место Белла я задумался, задумался, как мог бы угодить Силь. Ещё я пытался представить чего Силь от него бы хотела. Я выпустил этот шестнадцатый том истории не для читателей, не для богинь, а ради одной единственной девушки. Этот том и есть мой ответ на заданный с философской точки зрения вопрос, что заставляет ромкомы работать. По крайней мере, это лучшее, к чему я смог прийти.

Помимо моментов подобающих ромкому, пришлось также описывать шаткий баланс между двумя личностями.

История о крови и слезах, пролитых во имя любви или чего-то совершенно иного начинается.

Самая крупная бомба серии сброшена. Жребий был брошен и он расколотил всё на куски.

А теперь, позвольте мне перейти к благодарностям.

Я благодарен моему редактору, Мацумото, а также главному редактору, Китамуре. Я справился с попаданием в дедлайн в этот раз, но уже вижу какие трудности меня ждут к следующему дедлайну. Иллюстратору, Сузухито Ясуде, спасибо вам за чудесные иллюстрации! Также, прошу меня простить за то, что я попросил вас сделать обложку такой замысловатой! Приношу мои глубочайшие благодарности всем, кто вовлечён. А также всем читателям, взявшим эту книгу, тридцатую среди всех книг по вселенной, огромное спасибо.

Недеюсь, следующий том выйдет почти одновременно с этим, но у меня могут возникнуть трудности. Прошу прощения, если вам придётся немного подождать.

Спасибо за чтение и до следующей встречи.

Фуджино Омори.

----------

Начальные иллюстрации

[[image:/storage/reader-images/a7bb3d3e495ab28905aa48a2c57ef299077345b1.jpg]]

[[image:/storage/reader-images/47c272eb6e068185d2b5ef15b2141a764f2099ee.jpg]]

[[image:/storage/reader-images/9563c41c12a3565e529b10ea0a015deec8886667.jpg]]

----------

Пролог. SUPER ORARIO RPG

[[image:/storage/reader-images/e14bd58616d4585ca8724437c52d1f388016315b.png]]
Вам когда-нибудь доводилось слышать о «Ролевой игре»?

В ней вы играете определенную роль, а в некоторых случаях целиком посвящаете себя ей.

Вы становитесь другим человеком, человеком своей мечты и воображения, тем кем не являетесь сами.

Однако для нас, Богов, это было чем-то большим.

Поначалу, это была обычная игра.

Умирая от скуки я, как и многие другие Боги, спустилась с Небес в Нижний мир.

Я создала семью, путешествовала по миру, поселилась в Орарио. Вскоре моя семья начала исследовать подземелье. И вот, насладившись всеми удовольствиями нижнего мира, я снова начала испытывать скуку.

Вещей, которые могли бы меня развеселить становилось все меньше и меньше. Со временем, некогда новые и неизведанные переживания, с которыми я сталкивалась стали для меня обыденностью и удовольствие, которое я когда-то испытывала в них, начало терять свой вкус, а эти скучные, однообразные дни продолжались.

Я не совру, если скажу, что рост моей семьи делал меня счастливой, а любовь, которую я испытывала к ним, наполняла наполняло мое сердце однако, с этих пор, не было ничего кроме свободного времени, как и во время жизни на небесах.

Вот почему, я начала интересоваться «игрой», которую затеяли Зевс и другие Боги.

Она называлась «Ролевая игра».

Среди богов есть те, которые могут скрывать свое божественное присутствие.

Скрыв свою божественную ауру, они приходили в нижний мир и жили, притворяясь простыми детьми. Некоторые даже настолько увлекались своими «ролями», что предпочли забыть о своем положении богов решив наслаждаться жизнью в нижнем мире.

Постоянно наблюдая, как живут дети, они изменяли свой характер и манеру речи, становясь кем-то другим, забывая прошлых себя.

Было бы легко, лишь посмеяться над ними, однако, в конце концов, я не выдержала скуки и решила развлечься в этой "игре".

Чтобы убить лишнее время, в качестве интереса, я выбрала роль «Городской девушки».

Поскольку я получила "настоящее имя" и "данные о персонаже" от Хелун, я подумала что все будет в порядке.

Однако, в магии «Вана Сейт», которая пробудилась в ней, был интересный побочный эффект.

Созданная между нами связь, также подействовала и на мой арканум, оживив образ девушки, который я носила будучи на небесах.

Подобно Зевсу, который был известен в Верхнем мире своей способностью к трансформации и мог превратиться в быка, лебедя и даже принять форму дождя, как и тот мерзкий бог, Один.

Боги имели сотни лиц.

Мой образ девушки, также был создан подобным образом.

В прошлом, чтобы перехитрить взгляды богов, мне приходилось тайком исчезать из храма, дабы перестать быть богиней красоты.

Теперь, когда оказалось, что я могу принимать форму городской девушки, не противореча правилам аркана, на моем лице появилась непроизвольная улыбка.

Магия, связавшая нас, позволила Хелун стать богом, а я получили кое что взамен.

Вероятно, это было одним из удивительных и пугающих явлений нижнего мира.

Желание Хелун, стать богиней, было настолько сильным, что даже превзошло волю Оттара и остальных.

Именно её воля, помогла ей призыве бога.

Возможно, сюда входило не только её желание стать богиней, но и мое желание стать девушкой Сир?

И более того, обмен именами имел один очень важный момент.

Поскольку имя, это определение тела, мне предстояло выбрать облик той кем я стану.

Но, это уже не имело значения, ведь у меня уже был заготовленный 'облик' или же 'маска' для 'ролевой игры'.

Так и началась моя игра в роли Сир.

В качестве того, чтобы разрешить Мии покинуть семью, я получила возможно работать в её пабе, несмотря на недовольные выражения лиц членов моей семьи.

В то время пока я играла роль Сир, мои божественные обязанности были возложены на Хелун.

Благодаря "Вана Сейт" она могла становиться, как Фрейей так и Сир, хотя становиться последней ей разрешалось лишь несколько раз.

Несмотря на это, она была очень рада заменять меня, хотя, это и приносило много хлопот. Иногда она настолько увлекалась, что мне хотелось сказать ей: "Эй, совсем не в моем духе"

Однако, даже если она могла иметь мою внешность и ауру, а также поддерживать мой образ. Локи несомненно сможет разоблачит её. Поэтому на таких мероприятиях как "Денатус" и "собрания богов" я участвовала лично, хотя, я и не так часто выходила на публику.

Было решено, что Аллен и остальные будут моими телохранителями, но несмотря на то, что мне очень хотелось побыть одной, у меня не было причин, не принимать их любовь, поэтому я согласилась на это.

Все для того, чтобы на время забыть о скуке, просто поиграть.

Так я думала поначалу. Однако действительность была намного лучше ожиданий.

Таверну посещало много детей. Я видела множество различных цветов.

И я испытала множество трудностей в работе.

Скуке не было места.

Именно тогда я поняла, что совсем не справляюсь с ролью городской девушки.

Я наделала много ошибок и в уборке, и в приготовлении пищи. Член моей семьи, Мия, часто смотрела на меня с усталым выражением на лице.

Это было тяжело, и мне было грустно из-за собственной бесполезности. Я каталась в постели, бесконечно расстроенная собой, но это было весело....

Получать новый опыт с детьми, протягивать руку помощи, обретать дружбу и доверие к другим.

Дети были непостижимо несовершенны, неуверенны в себе, их беспокоили совершенно незначительные вещи, они были потеряны и опечалены, однако при всем этом имели волю, чтобы встать. Они имели сияние, которым были обделены, не меняющиеся боги. Мне нравилось это.

Я люблю красивые вещи.

Я люблю красивые вещи, которые несут красоту не только для себя.

«Потерянная кошка» и « Одинокая черная кошка». Девушка, что ищет для себя место, эльфийка, которая постоянно пытается быть справедливой, несмотря на свои ошибки - Все они очень дороги для меня.

Много детей, и много новых открытий заставляет мои глаза блестеть. Можно сказать, мое хобби, это знакомство с новыми людьми, это заставляет мое сердце биться чаще.

Я наслаждалась своей ролью, я наслаждалась тем, что стала девушкой по имени Сир.

А потом я увидела его.

Нет, я с ним встретилась.

Мальчик с чистой, прозрачной душой.

Одна только мысль о нем сводила меня с ума.

Лишь из-за этого я…

Манеры, уважение, сообразительность, внешность, даже пустота, которую я чувствовала, - все это я отбросила.

Я убила Сир.

***

Данная глава переведена сообществом DMCHI Team (https://vk.com/danmachifan)

----------

Глава 1.  И началось вторжение.

[[image:/storage/reader-images/0e4fc46e338303e785c9c100eb9615a1ce614527.png]]
После того, как я отказался от её чувств, она опустила голову и убежала, оставив меня.

Я сразу же хотел последовать за ней, но не смог.

Ведь я только, что отверг её чувства, а затем надеялся остановить его словами : "Пожалуйста, остановись!".

Это глупо, слишком жестоко и противоречиво. Я недостоин этого.

Голос в моем сердце яростно осуждал меня.

Мрачное небо стонало, словно собираясь рыдать.

Пошел дождь.

Снаряды из капель дождя осыпали мое тело.

Но я оставался на том же месте, не в силах сдвинуться даже на шаг.

— … Я… должен пойти к Рю и остальным, туда где Айз и остальные.

Я не знаю, сколько времени прошло.

Что-то шепча себе под нос, словно находясь в бреду, я наконец покинул это место.

Полностью промокший, я волочил свое тело, которое словно вот-вот растает под дождем.

И вот, я прибыл туда где разделился с Рю и теми, кто задерживали семью Фрейи, на второй улице, северо-востока города.

— Белл Кранелл, ты в порядке?! Мы не смогли остановить «Колесницу Богини» и других.  Поэтому мы очень волновались за вас...

— Все они были ранены, и мы не могли преследовать их... Простите.

Под карнизом заброшенного, дома меня встретили Асфи и Айз, которые вместе с Гестией-сама и Гермесом-сама помогали Рю и остальным.

Униформы таверны «Хозяйки плодородия» Руноа и Хлои-сан, были красной от крови, а сами они находились без сознания.

Вид Ани радикально отличался от ее обычного веселого образа. С опущенной головой она сидела на земле, словно пустая оболочка, потерявшая душу.

— Белл... Где Сир?

Рю-сан, что также была ранена, но все же могла говорить, задала вопрос.

— …Сир она... все в порядке... Семья Фрейи… тоже... уже... все в порядке!

Это было единственное, что я мог ей ответить. Другого ответа у меня не было.

На самом деле, прошлая Сир-сан была фальшивкой, а настоящая Сир-сан была отвергнута мной.

Но как я могу об этом рассказать?

В то время я не мог найти способ объяснить все четко.

— ...Белл? Что с тобой?

Айз осторожно протянула руку, касаясь неподвижно стоящего меня.

Почувствовав, как ее пальцы хотят согреть мои холодные щеки, мокрые от бесчисленных капель дождя, я вздрогнул.

Тело резко попятилось назад.

— Белл…

Очевидно, что я сделал ничего плохого, однако я все равно не мог посмотреть в лицо Айз.

Неправда. Я не хотел, чтобы эти золотые глаза смотрели на меня.

Не хотел, чтобы ко мне прикасался мои идол.

Белл Кранелл был полным идиотом, и причинил важному человеку, потому-что слишком восхищался тобой.

Айз широко раскрыла глаза, она выглядит растерянной.

Видя, что я заставил не во что не втянутую её, показать этот взгляд, мне захотелось умереть ещё больше.

— Белл…

Гестия-сама посмотрела на меня, но ничего не сказала.

Возможно, глаза Бога ясно видят сердце глупого ребенка и она все поняла.

— …. Почти каждый здесь более или менее ранен, к тому же пошёл дождь. Прежде чем мы успеем простудится, давайте доставим их домой и позволим Рю-чан и девочкам отдохнуть.

Гермес-сама, который до этих пор молчал, выдвинул это предложение.

Поэтому мы понесли Рю-сан и остальных, покинув мокрые от дождя улицы.

◊◊◊

Следующий день.

«Фестиваль Богинь», раннее утро третьего дня.

Проливной дождь, словно поток слез, наконец-то прекратился. вместе него небо заволокли серые тучи.

Я бесцельно наблюдал за мрачным небом из коридора в "Поместье Очага».

После сопровождения Рю-cан и других раненых, обратно к «Хозяйке плодородия», мы, вместе с Вельфом и остальными, подменяющими Аню-сан и остальных официанток, вернулись на базу.

Видя, в каком состоянии Аня-сан и другие, хозяйка таверны, мисс Мия, встретила нас с ужасно серьезным выражением лица.

После того как, как Гермес-сама объяснил, что это последствия нападения «Семейства Фрейи» - она нахмурилась и, казалось, размышляла о чем-то...

“...Бесполезно, голова слишком занята, чтобы думать об этом.”

Из коридора, что выходил во внутренний двор особняка, небо казалось таким узким, сколько раз не посмотри.

Несмотря на то, что мне было над чем подумать, мое сердце и тело были тяжелы словно свинец.

Мне действительно стоило сделать это, отвергнуть её, даже если ей будет больно, даже если я испытаю боль, даже если я не достоин этого.

Но, то выражение ее лица, которое я увидел в тот момент,  навсегда отпечаталось очень глубоко в моей памяти.

— Белл!

— ...Рю?

Я повернул голову и посмотрел в сторону откуда доносился голос.

Там стояла Рю-сан в униформе официантки.

— …Твои раны... Ты в порядке?

Почему ты здесь?

Почему именно ты появилась предо мной?

Бессознательно мои губы избегали задавать эти вопросы.

— Да... "Дайнслейф" который сражался со мной, очевидно сдерживался, чтобы не нанести мне смертельных травм. Но, чтобы исцелить раны от проклятого оружия, понадобиться какое-то время.

Похоже, что Рю боролась против с тем же темным эльфов по имени Хогни. Как и я.

Возможно из-за того, что её раны до сих пор не зажили, она хмурила от боли, как только касалась верхней части своей униформы возле груди.

Однако это длилось лишь мгновение.

Она тут же снова подняла голову, и ее эльфийские глаза пронзили меня насквозь.

— Белл... Что случилось вчера?

— ...

— Дело не в том, что я не верю тебе. Почему ты уверен, что Сир в безопасности? В конце концов, куда, черт возьми, она пошла? Самое главное, почему семья Фрейи преследовала её?!

Вполне нормально, что у Рю так много вопросов.

В конце концов, тогда я не смог как следует рассказать ей, о том, что произошло после того, как мы разделились с ней и остальными, потому-что я так и не смог привести в порядок свои чувства.

Честно говоря так было и сейчас.

Но... я больше не мог молчать.

Я с трудом думал, думал как рассказать ей об этом, спотыкаясь в своих словах.

—  Причина по которой семья Фрейи преследовала Сир... Это был человек, выглядящий в точности как Сир, которого видели вы видели, но он не был настоящей Сир.

— Фальшивая Сир?...

На середине рассказа Рю несколько раз показывала свое удивление, но она не перебивала меня и дослушала до конца.

Затем я рассказал ей о том, что случилось между нами.

— Сир призналась мне... а потом... я отверг ее…

— Чт…

Рю-сан замерла, казалось словно время застыла вокруг неё..

Она стояла на одном месте, словно забыв как дышать, но в следующую секунду она схватила меня за плечи.

— Почему?!

Этот звук заставил мои уши дрожать.

Голос, полный боли, прошёлся по всему телу.

До сих пор я никогда не слышал ее голос таким громким, таким взволнованным.

Моя голова опустела из-за шока, и Рю-сан взволнованно спросила меня.

— Почему ты отверг её!? Почему отказался от её сердца! почему ты отклонил её решимость!

— ..!!

— Ты, ты...! Ты не должен был делать этого ..!

— ...

— Разве это не зависит от того, что чувствую я?.....

Отчаянный голос постепенно терял силу, дальше он стал настолько тихими, что услышать его было невозможно.

Её небесно-голубые глаза отражали меня, словно осуждая и в то же время, словно цепляются за меня и не отпускают.

Мы стояли достаточно близко, что я могли бы коснуться губами друг-друга, если бы нас видела со стороны, то можно было посчитать за влюбленных, или же за пару, которая вот-вот расстанется.

Тонкие пальцы, все еще державшие мои плечи, сжались.

Я стиснул зубы, изо всех сил пытаясь удержаться от мысли опустить взгляд, ломая голову над ответом.

— У меня есть человек, которым я восхищаюсь... Я всегда смотрю на этого человека…

— ..!!

— Я хочу дотянуться до неё... И когда дотянусь, я передам ей свои чувства. Поэтому я не могу ответить на чувства Сир-сан.

Я терпел невыносимую боль, произнося слова, которые нужно было произнести до конца.

Рю застыла на месте, и ее руки беспомощно скатились по моим плечам.

Между нами воцарилась пустая тишина.

Она пыталась разомкнуть губы несколько раз.

Однако, тихие снова были похоронены тишиной, а глаза опустились в пол.

— …Конечно… почему я об этом не подумала... Также, как Сир влюбилась в тебя, так и ты, конечно же, влюбишься в кого-то другого… в этом нет ничего удивительного…

Слова, которые вытекают из слегка дрожащих губ, не обвиняли меня.

Вместо этого она проявила понимание и поддержала меня, сказав, что я не сделал ничего плохого.

Но сейчас это особенно болезненно для меня.

— … Мне очень жаль. Я была немного ошеломлена. Я совсем не думала о... твоих чувствах...

Я молчал, не в силах что-то ответить.

Рю закрыла глаза, нахмурилась от сильной боли, прижав руки к груди, словно пытаясь подавить поток эмоций.

Наши взгляды упали на пол. Мы были одни в наполненном тишиной коридоре.

Часовая стрелка оставила нас на месте, в одиночку двигаясь вперед.

Затянувшуюся паузу нарушила Рю.

— Белл... Я собираюсь найти Сир.

— ...

— Обычно в это время Сир уже была бы в таверне, но сегодня она не пришла. Может быть, что-то случилось. Так что... Я собираюсь искать ее.

Я и сам не знаю, где находится Сир. Это все равно, что искать иголку в стоге сена.

Но даже если я скажу это ей, воля Рю всё равно останется тверда.

Она повернула голову и посмотрела на серое небо, закрытое облаками, словно ища фигуру важного человека.

— Что ты... собираешься делать?

Рю снова посмотрела на меня. И после нескольких колебаний, она тихим голосом, обратился ко мне.

Конечно, я также беспокоился о ней. Когда речь идет о Сир, я должен действовать осторожно.

Иначе я снова причиню ей боль.

Но даже так, скривив лицо, словно дурак, я произнес свой ответ.

— Я тоже... пойду за ней.

◊◊◊

Улицы полнились людьми.

Хотя погода была неприятной и облачной, жители решили насладиться последним днем «Фестиваля Богинь» и на каждой из главных улиц, царила оживленная сцена.

Во имя праздника изобилия на всеобщее обозрение были выставлены пшеница, овощи, фрукты и другие самые разные культуры.

— Кажется, хотя бы на третий день фестиваля богинь, мы сможем насладиться праздником, да?…

Сердито произнесла Лили, смотря на разворачивающуюся сцену, со стороны.

Стоявшие рядом с ней Вельф, Микото и Харухиме, не могли удержаться от горькой улыбки.

До прошлой ночи семья Гестии днем и ночью трудилась в «Хозяйке плодородия», выполняя тяжёлую работу.

Заменяя Сир, у которой был выходной, и работая несколько дней подряд, не имея времени на перерыв, чтобы восполнить пробел, оставленный сбежавшей Аней и другими официантками.

И теперь, когда они избавились от этой тяжелой службы, которая оказалась более суровой, чем исследование подземелья, не только Лили могла испустить тяжелый вздох.

Хозяйка таверны, Мия, не была настолько дьявольской, чтобы заставить их работать в последний день фестиваля богинь.

— Аня-сама и остальные вернулись, но… Все они были ранены...

— Да. Я не думаю, что они смогут работать в таком состоянии.

Отвечая на слова Харухиме, Лили нахмурилась.

Основная причина, по которой Лили и остальные были свободны, заключалась в том, что Аня и остальные вернулись, но на самом деле, это не было связано с работой.

— Я не ожидала, что сильнейшее семейство города, семейство Фрейи, нападет на Аню-сама и других, и даже Белл-сама был втянут в это…

— Похоже, что Сир-доно не вернулась в таверну. И только что Белл-доно вышел на ее поиски вместе с Рю-доно, которая посещала особняк.

Кивнув Лили, продолжила Микото.

Вчера они расспросили Гестию и Белла о том, что произошло накануне. И хотя они знали о происходящем в общих чертах, все было слишком запутанно.

Особенно с Беллом, который как могло показаться, с трудом говорил об этом Подумать, что все хорошо, было бы очень сложно.

Они впустили Рю в особняк и без расспросов позволили Беллу пойти с ней, но теперь на лицах Лили, Микото и Харухиме было озадаченное выражение.

— Может, нам тоже следует поискать эту официантку?

Сказал Вельф, молчавший до этого момента.

Взгляды Лили и остальных были направлены на него, пока он начал высказывать свое мнение.

— Не только Беллу, но и нам оказывали помощь.  К тому же, та девушка из таверны… Есть некоторые вещи, которые меня беспокоят.

Вельф, в отличие от Лили, понимал почему парень, который был ему как младший брат, был отчаянье.

Именно он предложил Беллу прояснить ситуацию, как мужчина.

Из-за своего участия в произошедшем, он испытывал некоторую часть вины.

Однако, более важным был тот факт, что в дело вмешалось семейство Фрейи, что несколько обеспокоило его.

В вопросе о том, кто же такая Сир, он колебался, в сомнениях и беспокойстве.

— Похоже, мы все же не сможем насладиться фестивалем, с Лили и остальными, да?

— Кажется, так. Мне жаль Харухиме-сама, которая с нетерпением ждала фестиваля, но...

— Все в порядке, Микото-сама. Через год мы снова услышим праздничный шум этого фестиваля.

Лили и Микото кивнули, Харухиме которая всё время была заперта в квартале увеселения, улыбнулась и высказала своё одобрение.

— Простите меня, девочки... в любом случае, давайте сделаем это шаг за шагом и для начала расспросим людей.

Прежде всего необходимо узнать, не видел ли кто девушку с голубовато-серыми волосами?

Вельф и остальные начали двигаться по шумным улицам, ища того кто мог бы видеть девушки с голубовато-серыми волосами.

◊◊◊

— ... Какие отвратительные облака.

Гестия шла по одной из улиц Орарио.

Все члены семьи Гестии разошлись и дом семейства остался на попечении Такемиказучи и остальных.

Несмотря на то, что им помогали Гефест и Миах, все эти несколько дней они оставались там, из-за её трудной работы в таверне.

На это Такемиказучи и Миах сказали: Мы не настолько богаты, чтобы наслаждаться едой на фестивале, поэтому просто останемся здесь, чтобы избежать мирских забот.

Размышляя о таких простых вещах, Гестия не убрать серьезное выражение на лице.

Вчера она спросила у Гермеса о настоящей личности девушки Сир.

Гестия, которая впервые увидела девушку по имени Сир, спросила у Гермеса, не напоминала ли она ему существо, похожее на богиню.

Его предположением была «Магия превращения в бога» «Тайная магия», цель которой, превратить пользователя в бога.

Ненормальное и бесконечное желание достичь статуса бога, не следуя установленным правилам.

В это было трудно поверить, и эта мысль до сих пор занимала голову Гестии.

В пределах магии, без возможности использовать божественные силы, обычный человек мог стать богом.

Это было необычное явление, которое не поддавалось логике, не следовало законам, но и не нарушало небесных правил, и это заставило Гестию дрожать.

Но... настоящая проблема не в этом.

Гестия представила себе кое-что ужасающее.

Если Сир, которая до сих пор общалась с Беллом, была  человеком, которая могла превращаться в бога, то все в порядке.

Но что, если это была сама Богиня, которая все это время общалась с Беллом?

Что, если бы она ждала, когда мальчик созреет?

Что если это серебряные глаза, Богини красоты все время наблюдали за беллом?

“— Идиотка пойми, почему она защищает этого парня.”

Так сказала ей Локи, во время Денатуса.

Это был совет, который она дала по поводу Фрейи.

И до сегодняшнего дня, Гестия не забывала быть осторожна, а после инцидента с Иштар, внутри неё углубилось чувство настороженности.

Но… Богиня красоты, Фрейя, не проявляла никаких действий. Поэтому она думала, что это лишь её домысли.

Инцидент с cильвербеком на  «Монстрофилии», а также испытание с минотавром, ставшее ступенью для повышения уровня.

Это были зацепки, над которыми нужно было задуматься.

Говорят, что "Богиня красоты" никогда не отпускает свою добычу.

По слухам, она забрала бесчисленное количество детей у других богов, используя свои любовные речи.

Но исходя из этих слухов, действия Фрейи до этого момента были слишком незаметны, слишком пассивны.

Это даже заставило Гестию засомневаться, действительно ли Белл стал ее мишенью.

— Но если она всегда была рядом с Беллом, то не было необходимости общаться с ним в роли Богини.

Другие боги, такие как Гермес, не могли определить, была ли Сир богом или человеком. Гермес предположил, что Локи, единственная, кто могла бы разобраться в этом, ведь она была давней знакомой Фрейи.

Таверну «Хозяйку плодородия» можно описать как кошачью коробку, в неё невозможно заглянуть пока "Магия" не будет отменена и крышка не будет открыта.

Была ли Сир Богиней или же она член семьи?

Чтобы выяснить это, Гестия покинула дом.

Она договорилась встретиться с Гермесом, чтобы подробно обсудить этот вопрос.

Кроме него, Гестия также планировала поговорить с Деметрой и другими богами, которые пересекались с девушкой по имени Сир.

Деметра все еще занимала должность Богини-жреца, и как следовало ожидать, к ней можно было обратиться только через какое-то время. В худшем случае, ей бы пришлось просить помощи у Локи, взамен на на то, чтобы быть в долгу.

(В любом случае сначала нужно встретится с Гермесом, а потом...)

Как раз в этот момент.

— Гестия.

Словно порыв ветра перегородивший путь.

Голос прекрасной богини прозвучал прямо перед ней.

«.................................................................................»

Гестия замерла.

Словно будучи прикованной к каменному полу, она застыла на месте в неудобной позе.

— …... Фрейя.

Как и во время Монстрофилии, много месяцев назад. Богиня красоты была одета в темно-синий плащ. Закрывающий её блестящую белую кожу, а её прекрасные серебряные волосы, накрывал капюшон. Она позволила улыбке воцариться на своем лице.

Гестия заметила, что эта улыбка и серебряные глаза Фрейи выглядят очень загадочно.

Почему? Прямо здесь? Прямо сейчас? Это случайность? Это действительно... простое совпадение?

Мысли неподвижно стоящей Гестии разлетелись словно фейерверк.

Она не замечала, что потеет и что капли пота скатывается по ее щеке. Внезапно

Гестия кое-что осознала.

Вокруг было очень тихо, до ненормального тихо.

В то время когда в других частях города были слышны звуки празднования “Фестиваля Богинь”, здесь было пустое пространство, словно вокруг них двоих был создан барьер не пропускающий людей.

В глазах богини Красоты, которая "очаровывала" все сущее, все еще сверкал серебряный свет.

— ... Ты искала меня? В чем дело, Фрейя?

Спросила она, чувствуя, как горло пересыхает.

Фрейя, в свою очередь, ответила с легкостью в голосе.

— Ты можешь отдать мне Белла?

— ЧТО?!

Шок длился не долго.

Прежде чем она успела испугаться, из-за того, что ее страхи стали реальностью, Гестия выпалила вспыхнувшие чувства.

— О чем, черт возьми, ты говоришь!!! я не сделаю этого!

Это можно было назвать вспышкой гнева.

Услышав просьбу Фрейи, которую она произнесла как само собой разумеющееся. Гестия, со взрывными эмоциями, выразила свой отказ.

— Знаешь, Гестия... ты правда мне очень нравишься.

Но на лице Фрейи по-прежнему царила спокойная улыбка, и очень умиротворенное выражение.

"......?"

— Я уже говорила тебе об этом на "Собрании Богов". Хотя я могу не нравится тебе, но я уважаю тебя как Богиню. Я серьезно. Древний, священный огонь, который ты хранишь, ценнее любого золота. Можно даже сказать, что это то, что будоражит меня.

Гестия была немного смущена от неожиданного признания, но Фрейе было все равно, и она сказала ей о том, что она думала. А затем...

— Поэтому, ты должна понять, что мне не хочется быть слишком грубой.

Она раскрыла свою "истинную природу".

…….?

Это была одна из двух сторон её личности. её “Божественная природа", которая более необузданна и жестока, чем что-либо другое. природа той, что властвует над любовью.

— Я не хочу быть похожей на Аполлона. Я не хочу быть глупой неудачницей, которая как клоун, попытается изгнать тебя из Нижнего мира. И я не хочу быть похожей на Иштар. Я не хочу стать зверем, который слишком поддается своим желаниям и поэтому не имеет характера. Но если мы не решим это мирным путем, то я сделаю все, что в моих силах. Ведь, в конце концов, он - то, чего я хочу больше всего.

Серебристая божественная воля хлынула потоком, словно песня.

Глаза королевы прищурились, она с улыбкой смотрела на Гестию, нацелив на своего противника стрелу поражения, не допускающую сопротивлений.

*Пуф!*

Грудь Гестии издала неконтролируемый звук, она не могла перестать дрожать.

Улыбка Фрейи была и холодна и прекрасна.

Это был Приказ. Последнее предупреждение.

Это была милосердная уступка, и абсурдный приказ той, кто была самой красивой, той кто была самой богатой, и той чья семья была самой сильной в нижнем мире.

На углу улицы воцарилась тишина, глаза двух Богинь, разделенных некоторым расстоянием, встретились, и невидимая Божественная сила Фрейи между ними начала потихоньку разъедать Гестию.

— Итак, Гестия, ты отдашь мне Белла?

На этот приказ, Гестия ответила...

— Я отказываюсь.

Это было решено с самого начала.

— Во что бы то ни стало?

— Во что бы то ни стало!

— Правда?

— Правда!

Она подняв взгляд она выпалила свой ответ.

— Белл - член моей Семьи! Он самый важный для меня человек! Поэтому я не отдам его такой, как ты!

Это было единственное сопротивление Гестии. Это было самое яростное чувство, самое сильное собственничество и самая глубокая любовь, которой она обладала.

Будь то в нижнем мире, на небесах или в подземелье, не будет мира, где её любовь к мальчику уступала бы кому-либо, так утверждала Богиня священного пламени.

Божественная воля Гестии, оттолкнула божественную силу Фрейи.

— Это так? Значит, выхода нет.

Спокойное выражение на лице Фрейи исчезло.

Несмотря на то, что божественная воля двух богов, явно противостоящих друг другу, раздражала ее, она не беспокоилась об этом, а просто подняла руку, как будто с самого начала понимала, что так и будет.

Белые, тонкие пальцы сделали щелчок.

Резкий звук разнесся по тихой улице.

Следующее, что пришло в ответ на зов - был раскат грома.

…….!?

Не с неба, а с земли поднялась вспышка грома.

Получив сигнал от боги, он поднялся к небу над Орарио.

Приказ белого эльфа, достиг самых сильных воинов, затаившихся в городе.

Гестия в ужасе смотрела на небо, а Фрейя перестала проявлять милосердие и заговорила с абсолютным превосходством.

— Тогда я заберу его сама.

Эта атака была слишком безжалостной. Слишком неожиданной.

В одно мгновение, с крыши на землю спрыгнула небольшая группа, и, прежде чем противник успел заметить, молот ударил по телу Микото со взрывной силой.

— А?!?

Не имея возможности даже принять боевую стойку, она получила невероятный сильный удар. её кости были раздроблены, а кровь хлынула изо рта, её тело влетело в угол одного из магазинов.

— Что...?

Одна секунда. Столько это заняло.

Харухиме, Лили и Вельф, которые были рядом с ней, не смогли отреагировать на это.

Даже толпа людей, шедшая по улице, застыла на месте.

Появились четыре тени, которые мгновенно окружили семью Гестии, у каждого из них было свое оружие.

Копье. Молот. Большой Топор. Большой меч.

Одетые в шлемы и доспехи песочного цвета, четыре воина расы прумов с одинаковой внешностью, безжалостно проговорили:

— Богиня дала указания. Поэтому отправляйтесь в ад.

Вслед за словами старшего брата, Альфригга, три младших брата немедленно принялись за работу.

Раздались крики людей.

— Микото!-сан?

Кричали женщины и дети.

Толпа пыталась сбежать оттуда.

Выйдя из ступора, Харухиме пыталась направиться к своей подруге детства, что лежала в углу разбитого магазина. Однако она не успела.

Стальной молот приближался.

От вида кувалды, которая вот-вот разнесет ее в пыль, Харухиме перестала дышать.

— Не смей!

— Айша-сама!

Падао Амазонки, помешал молоту прума.

Отбив молот, Айша спасла жизнь Харухиме, но почувствовав силу, от которой её руки онемели, она прикусила язык.

— А-Айша!-сама? Даже семья Гермеса здесь!? Что, черт возьми, происходит!?

— Это я должна спрашивать! Почему семья Фрейи напала на вас!?

Лили, которая застыла на месте, начала кричать, словно придя в себя.

Кроме четырех братьев Гулливеров и Айши, на помощь амазонкам пришли появившиеся из ниоткуда тигро-человек, эльфы, и циантроп-авантюрист.

— А я то думала, что приказ этого бога, следить за вами, был странным.

Семья Гермеса шпионила за семьей Гестии.

Точнее говоря, они следили за семьей Фрейи.

Все шло по указаниям Гермеса.

После нападения на второй день “Фестиваля Богини”, и инцидента с Беллом и Сир, Гермес почувствовал что-то тревожное и приказал следить за передвижением семьи Фрейи.

Поэтому результат, полученный при наблюдении за авантюристами первого класса, был следующим.

— Эй, Айша! Гермес-сама сказал не вмешиваться, что бы ни случилось!

— Я присоединилась к вашей семье, чтобы защищать свою младшую сестренку! До сих пор я была в твоем распоряжении, так что сегодня верни мне должок, Фальгар!

— Проклятье!

Тигро-человек пытался достучаться до Айши. Но услышав её ответ, он цокнул языком, и так же достал свой большой меч, понимая, что конфликт теперь неизбежен.

Точнее говоря, он смирился со своей участью.

Потому что две пары прумов, переглянулись и увидели в них "препятствия".

— Убрать всех.

Сразу же после этого началась "зачистка", которую нельзя было назвать битвой.

— Что...!?

— АГХХХХХХХ!

Длинное копье отбивало любое оружие, большой топор пронесся по полю боя и уложил тигра-человека, большой меч пронзил эльфа и циантропа, а большой молот был готов уничтожить Айшу.

В этой ожесточенной схватке, не было места для Вельфа 2 уровня.

(Слишком быстро... ничего не вижу)

Вельф и Харухиме, находились в полном недоумении и не могли реагировать на происходящее.

В то время, как Лили была охвачена дрожью.

Только она, выполняющая роль стратега, понимала всю ненормальность происходящего.

(Эта связь, она за пределами здравого смысла)

Эта была командная работа, не требующая слов или даже взгляда друг на друга.

Это казалось невозможным. Они дополняли действия друг друга, словно единый разум.

Лили ставшая свидетелем командной работы, которой гордились "братья брингар" застыла на месте.

Авантюристы второго ранга из семейства Гермеса, один за другим падали на землю.

— Вы монстры!!!

Айша, которой удалось избежать мгновенной гибели, прикрывала Харухиме за своей спиной, выругалась на своих противников.

Контратака была невозможна. Полного уничтожения было не избежать.

Менее чем через минуту после начала битвы Аиша поняла, чем все закончится.

(По крайней мере... Я могу выиграть достаточно времени, чтобы позволить Харухиме сбежать!)

Эти слова эхом отдавались в ее голове. Но уже в следующий момент.

— Ты пытаешься защитить эту Лисицу?

Раздался звук падения чего-то.

Это звук раздался позади нее.

Айша затаила дыхание и оглянулась.

— И все же, ты оставила ее без защиты. Как неосторожно с твоей стороны.

Там были два маленьких прума с большим топором и мечом.

И девушка-ренарт, упавшая к их ногам.

Ее спина, вместе с частью ее прекрасных светлых волос, была рассечена, и под ней образовалась лужа крови.

Всего на мгновение. Два воина исчезли из виду. Но только на мгновение. Это было все время, которое им понадобилось.

Двое других прумов с копьем и кувалдой скрылись из виду Айши.

Воспользовавшись этой маленькой задержкой, они растоптали то, что было важней всего для Айши.

В глазах застывшей Амазонки отразились жестокие улыбки двух прумов.

Её губы испачканные слоем кровавого грима, вялая Харухиме протянула руку к амазонке.

— ....Аиша...сама….

Как только она произнесла её имя, раздался треск.

Маленькая ступня опустилась и наступила на затылок молодой девушке.

Губы Харухиме коснулись холодной земли и она больше не двигались.

"!!!!!!!"

Айша дала волю своим чувствам.

Ее зрение окрасилось в ярко-красный цвет, а эмоции уже давно перешли пределы ярости. Из ее рта вырвался яростный крик зверя, забывшего человеческий язык.

А затем, вместе с этой яростью, она была повалена на землю.

Её падао в которое она вложила все силы, было остановлено большим мечем, а большой топор взмахнул прямо перед ней.

Айша была повержена и беспомощно лежала на земле. Из нее, как и из ренарта, вытекала кровь. Не сумев издать ни звука, она стала очередной жертвой невероятной командной работы прумов.

— Лили! Беги! Беги сейчас же!!!

Жестокая и беспричинная агрессия и безжалостное поведение.

Не в силах осознать сложившуюся ситуацию, Вельф вспыхнул от ярости, от того факта, что членов его семьи атаковали.

Теперь, когда остались только он и девушка, Вельф решил дать отпор без всякого плана, чтобы дать ей шанс на побег.

Он вытащил большой меч, висевший у него на спине, и уже собирался броситься вперед, как вдруг...

"?"

Подул ветер.

Это был единственный способ описать это.

Напор ветра, возникший из ниоткуда, коснулся лица Вельфа и заставил его посмотреть в сторону.

— Ты из... тогда ты... во время инцидента с Семьей Иштар!?

"......"

Стоявший не проронил ни слова, это был человек-кот с длинным серебряным копьем.

Во время инцидента с семьей Иштар, он показал пропасть между ними и оскорбил его навыки кузнеца.

Это был “Ванна Фрейя”, Аллен Фромель.

— Ты собираешься прикончить меня, да?

Аллен небрежно посмотрел на Вельфа, который яростно готовил свой большой меч.

Аллен лишь бросил презрительный взгляд.

— Ты что, идиот?

Аллен снова оскорбил Вельфа.

— Все уже конечно.

Со скучающим тоном, он объявил о завершении поединка еще до его начала.

"!"

В этот момент Вельф, потерявший дар речи, заметил.

Меч, который должен был быть поднят, выскользнул из его рук, и он больше не мог найти в себе силы поднять его.

В боковой части его живота, которая внезапно загорелась от боли, появилась глубокая рана в форме острия копья, из которой хлынула кровь.

Его конечности внезапно потеряли силу, когда он понял, что потерпел поражение.

— Это что… шутка?

Страх перед противником, и гнев на собственную слабость.

Все это смешалось с кровью, хлынувшей изо рта, и Вельф рухнул на землю.

— Госпожа Харухиме и Аиша, Вельф... о нет...

Оставшись одна, Лили посинела и задрожала.

Мгновенное убийство. Мгновенное уничтожение и жестокость

У неё не было времени на то чтобы дождаться помощи.

Не было даже времени на стратегию.

Семья Гермеса была уничтожена в одно мгновение. Вельф и остальные тоже были повержены, а люди, видевшие начало бойни, разбежались.

Лили стояла посреди дороги, ощущая одиночество и отчаяние.

— Ты последняя.

…...!

Услышав голос, прозвучавший позади нее, тело Лили яростно дернулось.

Она вытащила оружие, прикрепленное к поясу, это был короткий магический меч, который Вельф, создал для неё.

Взяв его обратным хватом, она замахнулась и ударила также, как это делал белл.

За пятнадцать лет жизни Лили это, без сомнения, было ее самым быстрым движением.

Повторяя боевую стойку Белла и подражая его движениям, за которыми она наблюдала с самой близкой позиции, она рефлекторно нанесла отчаянный удар.

Такой удар, однако, получился слишком прямым, и даже немного нелепым.

Он был принят маленьким воином, прумом, всего лишь одной рукой.

— Твоя реакция хороша. Техника также была очень даже неплоха. Повышение до второго уровня, объявленное гильдией, похоже правдиво.

В отличие от своих жестоких и бессердечных братьев, Альфригг, похвалил старание девушки, держа её за запястье.

(Он остановился! Нет… Это еще не конец!)

В её руках магический меч. Козырь даже бессильного человека.

Расстояние между ними равно нулю. Даже если она попадет под взрыв, из-за своей атаки, это будет неважно.

После того, как их разнесёт от взрыва, она сможет воспользоваться последствиями от атаки и сбежать...

— Я не хочу быть похожим на "бравого" но я рад видеть, что появляются такие, как ты. Правда, я не лгу тебе.

Однако Лили не успела осуществить свой план.

Все потому, что ее рука и кончик волшебного меча были направлены в другую сторону, далекую от противника, державшего ее руку.

Тонкое запястье, которое он держал, издало звук, как будто оно вот-вот сломается, изгибаясь в неестественную сторону.

— АААААААААААААААА!

Ее ореховые глаза, наполненные слезами, налились кровью, маленькая бледная девочка издала крик.

— Тебе просто… не повезло.

Это были последние слова, которые она услышала.

Невероятно мощная сила повалила ее на землю, и сознание Лили легко погрузилось во тьму.

…..!

В этот же момент Айз бежала по крышам домов.

Как только по городу разнесся слух, что семья Фрейи жестоко напала на семью Гестии, она напрягалась и помчалась словно стрела.

— Айз, Подожди!

Тиона и Тионе, которые  были с ней, отчаянно бежали за Айз, но они все еще не могли остановить ее.

После того, как накануне семейство Фрейи попало в суматоху, Айз, как и Гермес, тоже почувствовала беспокойство на сердце.

Это чувство было трудно описать, и Айз, которая не умела ни осознавать, ни выражать свои чувства, не могла передать это словами.

Однако, поскольку объяснить это прямо было невозможно, беспокойства о Белле было достаточно.

В мальчике, промокшем от дождя и отказавшемся от ее руки, Айз видела маленького кролика, заплутавшего в поле.

И по какой-то причине, она не могла оставить это без внимания.

Поэтому рано утром, Айз вышла на улицу в поисках Белла. И тогда она услышала «ужасные новости». Не было причин, которые могли бы помешать ей отправиться к источнику переполоха.

— Остановись.

"!?"

Однако, путь ей перегородил темный меч.

— Ты... Дайнслейф?

—  Блеск наших клинков, означает взаимное притяжение друг к другу? Прошел всего лишь день, но каким долгим было расставание, Принцесса Меча.

Оба меча издали звонкий скрежет.

Быстро взмахнув мечем и едва отразив мощную атаку сверху, Айз раскрыла глаза.

Противник, который прыгнул на крышу и преградил ей путь, был темным эльфом, Хогни Рагнаром.

Чтобы защитить Белла, Айз сталкивались с ним ровно день назад и вот теперь она снова противостояла ему.

— Ох, зловещие золотые глаза... не вставай у меня на пути.

— ...Почему вы напали на Белла и остальных?

— Я сказал, не вмешивайся. Не проси меня напоминать тебе снова. Плоды твоей глупой мудрости приведут к твоему уничтожению.

Даже когда Айз начала кричать, темный эльф несколько не изменил выражения лица.

Возможно, потому, что он уже высвободил свою магию, Хогни не испытывал ни малейшей слабости.

Вокруг его тела даже ощущалось давление, как будто она будет разрезана на куски, если внезапно приблизится к нему.

— Семейство Фрейи?! Значит это, правда, что на Аргонавтика-куна и остальных напали!?

— Подождите, что здесь происходит?!

Пока Айз хмурилась, Тиона и Тионе нагнали ее.

Хотя эти двое не понимали происходящей ситуации, они обе готовились к сражению.

Айз собиралась пройти вперед с помощью силы этих двоих, однако...

— Остановись. Ты же не хочешь начать войну между семьями?.

— Хилдрслейф!?

Три молнии вспыхнули возле их ног.

Обернувшись, они увидели, что там стоял белый эльф, Хедин, неожиданно появившийся возле них.

Трое против двоих, все они были авантюристами 6-го уровня. И, в отличие от Айз, которая носила длинный меч для защиты, Амазонки, Тиона и Тионе, не имели оружия в руках. Преимущество, которое давала численность, было сведено на нет.

Более того, тон Хедина, казалось, подразумевал, что если они вмешаются, то это обернется войной между сильнейшими Семьями.

Иными словами, сейчас они стояли на месте, не в силах решиться.

Пять пар глаз смотрели друг на друга, не расслабляясь. Они находились в неизбежном тупике.

— Не будем говорить о войне, но как объяснить эту ситуацию? Сейчас время “Фестиваля Богини”, а вы устраиваете беспорядки. Вас не волнует наказание от Гильдии?

Это происходило во время Фестиваля Богини, который проводился сразу после Элегии, и нападение на другие семьи произошло средь бела дня.

Гильдия и общественность неизбежно будут возмущены. Тионе спокойно и вызывающе задала вопрос своему оппоненту, но...

— Это не имеет значения.

— Что?

Хогни по-прежнему выглядел спокойным.

Широко открытые глаза презрительно посмотрели на удивленную Айз и амазонок, а затем:

— Грех и наказание готов понести. Я не боюсь клеветы и наговоров. Если наша госпожа желает этого. Мы выполним её волю.

Хогни проявил абсолютную преданность.

Хедин, напротив, не сказал ни слова, он закрыл глаза и застыл на месте.

Наконец, темный эльф-мечник направил острие своего меча на застывших членов семьи Локи.

— Самое главное, что пока Богиня так хочет - любой смысл перестает существовать.

◊◊◊

Начинается заключение.

Никто не смог остановить нападение, которое было слишком безжалостным  и слишком "мгновенным".

Будь то сопротивление семьи Гестии или помощь от Айз и остальных, все это было бессмысленно.

Если говорить о конечном результате. С того момент как появился он, все уже было предрешено.

— А...????

Он походил на скалу.

Тот, кто стоял перед Беллом, был подобен скале.

Он был достаточно высок, чтобы все смотрели на него снизу вверх и достаточно высок, чтобы принять его за монстра.

Тело, и конечности состоящие из одних только мышц, которые были толще, тверже и сильнее, чем у кого-либо другого.

Давление, исходившее от его тела, было более яростным, разрушительным и огромным, чем что-либо еще.

Все это огромное скопление "силы" было доказательством его абсолютного могущества.

Это доказательство бесконечного стремления подниматься все выше и выше.

Кролик дрожал без какой либо причины.

Он и без слов понял, что этот боаз - свирепый король авантюристов, способный легко убивать драконов.

Сильнейший авантюрист, с волосами и глазами цвета ржавчины, спокойно смотрел только на Белла.

— Это....Король битв?

Рю стоявшая рядом с затаившим дыхание Беллом, испытывала страх, едва выдавливая из себя прозвище стоящего перед ними боаза.

Одна из бесчисленных улиц города, по среди оживленной толпы, все еще не знавшей о суматохе.

Оттар, внезапно представший перед Беллом и Рю и произнес:

— Сдавайтесь.

У него была только одна просьба.

— Богиня изъявила волю заполучить тебя. Твоя судьба уже предрешена.

Однако, этот неопровержимый тон был его единственной милостью.

Тяжесть слишком долгого молчания лишила его возможности спорить.

Глаза цвета ржавчины показывали неизбежный конфликт.

— Если ты не подчинишься, тебе не будет оказана милость.

— !!!

По спине Белла и Рю, прошлись мурашки, пред ними стоял сильнейший авантюрист города.

— Белл! Беги!

Крик был похож на яростный вопль.

Плечи мальчика были яростно отброшены в сторону.

Она достала два небольших меча кадачи.

Потерявшая самообладание эльфийка приняла боевую стойку.

Её инстинкт авантюриста отреагировал мгновенно.

Но было уже слишком поздно.

Боевой дух, только что поднявшийся из тела Рю, дал понять, что сделка сорвана и Оттар пришел в движение.

"....."

Время для эльфийки остановилось.

Её глаза не успевали за врагом.

Он исчез из виду.

Нет, это не так. Это Рю была ошеломлена.

Один шаг.

Он сделал один-единственный шаг, но этот шаг был дальше и быстрее, чем кто-либо мог сделать.

Одним только этим шагом Оттар, стоявший перед Рю, сократил расстояние между ними, и не обращая внимания на Рю, взмахнул правой рукой.

Ее отбросило в сторону. Все закончилось.

В тот момент, когда она не смогла увернуться от огромной руки, похожей на большое дерево, Рю потеряла возможность сражаться.

Рю почувствовала, как кровь бурным потоком хлынула у нее изо рта. Из всех ударов, которые она когда-либо испытывала, этот был, без сомнений, был самым мощным.

Она врезалась в здание, и каменные стены, стоявшие на пути, были разбиты в порошок.

— Рю!?

Громкий шум, удар, волна пыли.

Крики Белла и испуганные возгласы людей смешались, и вся улица была повергнута в панику.

Толпа побледнела и разбегалась, словно мелкие насекомые.

Белл захотел пойти в сторону Рю. Он уже собирался бежать к пыльным обломкам, на которых лежала неподвижная эльфийка.

Однако даже это было запрещено.

— …

Жесткий, неприятный холод, охватил его, и инстинкты подали яростный сигнал тревоги.

На мгновение Белл, чьи мысли были направлены к Рю, послушался голоса в голове и повернул назад. И тут же снова стало тихо.

Он увидел ладонь.

Рука, принадлежавшая Королю, оказалась рядом с ним.

В щелях между пальцами, мелькали холодные глаза боаза.

“А?!”

— !?

Его лицо дернулось от яростной силы и врезалось в землю.

Каменные плиты погружалось в землю, их куски разлетелись по воздуху, появилось бесчисленное множество трещин.

Бесконечная боль распространилась по всему телу Белла, разрывая его сознание на части. Белл безжизненно опустился на землю.

— ......!?

Асфи потеряла дар речи.

Как Айше и остальным, ей был дан приказ от ее бога Гермеса, следить за семейством Фрейи, но у нее даже не было возможности вмешаться в происходящее.

Вся Драма нападения была такой короткой, словно мгновение.

— Леон............ Белл Кранелл............

Рю была мгновенно обезврежена, а Белл пал от одного удара.

Два авантюриста 4-го уровня были побеждены в мгновение ока.

Она уже знала, кто такой "сильнейший", но теперь, когда Асфи воочию увидела эту свирепую силу, она могла лишь оставаться неподвижной статуей.

"......"

Не говоря ни слова, Оттар поднял потерявшего сознание Белла и закинул на правое плечо.

Рю, находившаяся без сознания в другой стороне, была полностью проигнорирована.

Он даже не взглянул на Асфи, застывшую посреди улицы, неторопливо проходя мимо неё.

Бледная Асфи не могла ни встать на его пути, ни окликнуть его, чтобы заставить остановиться.

◊◊◊

— Что это было?!

В двух местах. В центре огромного города с юга и юго-запада донеслись два громких звука, явно отличавшихся от шума праздника, это заставило Гестию резко поднять голову.

Шум, раздавшийся под пасмурным небом, нес в себе волну ужаса и тревоги.

— Все очень просто. Моя семья атаковала на твою.

— Что?!

Она, должно быть, шутит!

Что, черт возьми, происходит!?

Гестия собиралась закричать от гнева, но ее остановили следующие слова Фрейи.

— Все уже кончено.

Как только прозвучал этот холодный голос, шум на юге и юго-западе утих, словно ветер. Казалось, что битва была закончена в одно мгновение.

Гестия замерла.

— Ты... ты лжешь!

— Я говорю только правду. Во что бы то ни стало, убедись в этом сама.

Но Фрейя не позволила ей уйти от реальности.

Четыре тени на большой скорости летели к Гестии, приземляясь возле неё.

— ~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~

Раздался сильный треск, чего-то разбитого, это даже заставило Гестию закрыть лицо руками.

После того, как разбитые осколки каменной плиты и пыль осыпали ее тело, она медленно открыла глаза и втянула холодный воздух.

Это была катана.

Это был Большой меч.

Это был волшебный меч.

Это был веер

Все это несомненно принадлежало членам ее Семьи, которые были безжалостно, возвращены их богу покровителю.

— Эти вещи... принадлежат Вельфу и всем остальным...?!

Большой меч Вельфа, катана Микото, волшебный меч Лили и веер Харухиме.

Все это вещи, были в повреждены и вбиты в землю, создавая из сломанного оружия подобие надгробных камней.

Одного взгляда на эти вещи было достаточно, чтобы узнать судьбу их владельца.

Гестия ошарашено смотрела вверх.

На крыше одного из зданий, она еда могла четырех прумов, а также человека-кота с длинным серебряным копьем, это были фигуры нападавших, тех кто вероятно бросил эти орудия.

Вместе тем, она пыталась разглядеть фигуры Вельфа и остальных, но их не было видно.

— ...Не может быть...

Даже если она отрицала это, даже если отказывалась принимать. Суровая реальность неумолимо настигала её.

Это была борьба, сильно отличающаяся от той, в которую они вступили с Аполлоном.

Непреодолимый разрыв в силе. Абсурд, который следовал один за другим.

Гестия беспомощно стояла на месте, перед лицом абсолютного господства, силе которой она и ее Семья были не в силах противостоять.

А Затем....

— Белл!!!

Последний.

Боаз, появившийся без какого либо предупреждения бросил того, что нёс на правом плече, прямо возле разбросанного на земле оружия..

Беловолосый мальчик, которого бросили на землю был без сознания.

Он был неподвижен. Одежда была разорвана, и верхняя половина тела была обнажена.

Волосы покрывали закрытые глаза, а вокруг него царила лишь темная тишина.

Гестия уже собиралась броситься к нему, но за мгновение до того, как она достигла его, она была остановлена гигантский мечем Боаза.

"!?"

— Это неправильно, Гестия. Ты больше не можешь просто прикоснуться к нему.

Оттар выставил перед глазами Гестии свой великий меч, который держал в правой руке.

Он создал непреодолимую границу.

Острый, смертоносный меч, разделявший ее и Белла, заставил Гестию замереть. А, тем временем, Фрейя, неторопливо подошла к мальчику.

Она заняла место, на котором должна быть Гестия.

— ФРЕЙЯ!

— Я не ожидала, что в твоих глазах будет такой гнев, Гестия. Но я ведь уже сказала тебе, не так ли? Я заберу его силой.

голубые глаза Гестии были наполнены пламенем, когда она гневно сверкнула ими, демонстрируя яростные эмоции богини.

Фрейя же оставалась спокойной и безразличной. Время игры закончилось.

Сир больше не было.

— Так значит, что той девушкой из таверны действительно была ты! Какой смех. И после того как он отверг тебя, ты решила сделать все это. И ты называешься себя Богиней красоты, которая управляет любовью?

Заметив, в каком состоянии вчера вечером, находился Белл, Гестия поняла, что между ним и официанткой из таверны Сир что-то произошло.

Узнав правду, она решила спровоцировать Фрейю.

Нет, если быть точным, единственное, что могла сделать Гестия сейчас, это насмехаться.

Это было раздражение по отношению к другому, совершенно несвойственное характеру Гестии, это был всплеск чувств, не имевших выхода, ее участь проигравшего.

Но победа или поражение, уже были определенны с самого начала.

— Да, видимо Сир, была не достаточно хороша. Так что, неважно какие методы я использую.

Фрейя оставалась спокойной.

Не изменив выражения своего прекрасного лица, она протянула руку и ухватилась за прядь волос Гестии.

— Ауаа!?

— Итак, теперь, мне все равно, что нужно сделать или какие средства использовать. Я все равно сделаю Белла своим.

Оттар, державший свой великий меч, отступил, а Фрейя грубо дернула прядь волос Гестии, и притянула её лицо к своему.

Это была тирания.

Разница между их телами была настолько велика, что напоминала разницу между взрослым и ребенком. Гестия не могла сопротивляться.

Фрейя приблизилась на расстояние, где их дыхания встретились, и посмотрела на страдальческое выражение лица Гестии.

— Гестия, разорви контракт с Беллом.

— Чтобы тебе было проще, я заранее обо всем позаботилась.

На мгновение Гестия была озадачена, а затем сразу же заметила.

Позади Фрейи, у лежащего на земле Белла были раскрыты его характеристики.

Вероятно, замок поставленный Гестией был снят с помощью «кражи статуса».

— Позволь Беллу присоединиться к моей Семье.

Услышав эту просьбу, Гестия сердито посмотрела в серебряные глаза.

— Ты действительно думаешь, что я сделаю это?!

— Нет. Поэтому, если ты откажешься, я буду убивать членов твоей семьи

После этих слов, все тело Гестии напряглось.

— По одному за раз. Каждый раз, когда ты будешь отказывать в просьбе, я прикажу казнить одного из твоих детей.

— Что?!

— За то время, пока количество твоих детей будет уменьшаться, ты сможешь принять решение, верно?

Глаза Гестии расширились, а выражение лица Фрейи оставалось неизменным. Она поклялась, что никогда не нарушит своего обещания.

Это была ее абсолютная "Божественная воля".

— Если даже так ты не захочешь его отдавать, и будешь тешить себя надеждой на то, что твои дети переродятся, я просто отправлю тебя обратно на небеса, и в конце концов, Белл все равно будет моим. Вот почему, эта “просьба” будет моим последним даром, моей уступкой, моей милостью.

Произнесла Фрейя, с лицом бога, отдавшего свою человечность.

Ее голос звучал, словно холодный ветер в морозный зимний день.

"!?"

Она была серьезна.

Фрейя была серьезна.

Эта Божественная воля была неопровержима.

Если Гестия не послушается, то она немедленно прикажет своей семье убить захваченного Вельфа и остальных.

Она была в полном отчаянии.

— В конце концов, результат будет тот же. Лучше выбрать разумный путь, Гестия.

Раздался щелчок.

Среди оружейных надгробий, воткнутых в землю, Огромный меч, прорезал щель.

Интервал между вдохами Гестии становился все короче и короче.

Её дыхание было сбито, она не могла скрыть пот, стекающий по ее коже.

(Как можно было сделать такой выбор?)

(Я не хочу выбирать)

(Как я могу поставить на кон, свою семью?)

(Я никому не хочу отдавать Белла!)

(Но если я не сделаю выбор, то «семья Гестии»...)

В её горле пересохло, а тело вот-вот потеряет силы. Гестия опустила взгляд.

Но Фрейя не разрешила даже этого.

Она сжала волосы, все ещё находящиеся у неё в руке и притянула стонущую Гестию ближе, чтобы встретиться с ней взглядами.

— Выбирай. Белл или члены семьи?

Так объявила королева.

На этот раз не было никакой возможности отказаться от этих двух вариантов.

Унижение и гнев, а также ужас и печаль потрясли глаза Гестии.

Возможно, Фрейя, расценила молчание как отказ, а может, хотела заставить ее "проснуться".

Фрейя равнодушно сузила глаза и уже собиралась приказать убивать членов Семьи Гестии, но....

— Всякий раз, когда я вижу такое зрелище, я всегда думаю: "Нет ничего страшнее, чем ссора между богинями."

В этот самый момент. Раздался веселый и беззаботный голос, с едва уловимыми нотками дрожи. Это был элегантный Бог-мужчина.

— Г-Гермес?

— Приветствую тебя, Гестия. Прости, за то что немного опоздал.

Со своей обычной улыбкой, Гермес, посмотрел на удивленную Гестию.

На самом деле он вовсе не опоздал, Гермес не должен был быть здесь.

Он искал Гестию, которая не появилась на месте встречи.

Им двигало дурное предчувствие, и, проверив немногочисленную информацию, придя в это место по отзвукам грохочущей трагедии.

— Атмосфера не очень мирная, но не будешь ли ты так добра, опустить свою руку, я буду очень расстроен, если эти грубые действия скажутся на твоем образе.

"......"

Гермес сразу же посмотрел в сторону Фрейи.

В то же время он быстро огляделся вокруг.

Куча оружия, воткнутые словно надгробные плиты, Белл, лежавший на земле,

Оттар, спокойно стоявший сзади, и, наконец, Фрейя, яростно державшая Гестию за волосы.

Он понял ситуацию, увидел, кто контролирует поле, а затем попытался занять позицию "посредника".

— Гермес. Если ты встанешь на моем пути, я уничтожу и тебя.

Фрейя отклонила его просьбу о пощаде семейства Гестии

Она расслабила руку, которая держала волосы Гестии, но Божественная воля, охватившая ее, ничуть не уменьшилась.

Королева не прислушивалась к его мольбам.

Под капюшоном, скрывавшим её красоту, серебряные глаза излучали холодный блеск, который он никогда не видел.

Гермес сохранял улыбку на лице, в то время как пот каплями стекал по его шее.

Немного пошатываясь, Гестия отошла на шаг от Фрейи, а Гермес встал между богинями.

Оттар молча наблюдал за тремя богами, стоявшими в треугольнике.

— Я не нуждаюсь ни в помощи, ни в посредниках. Если ты хочешь создать мне неприятности и попытаться пролезть в это дело, то я просто отправлю тебя обратно на небеса.

— Насколько я могу судить, ты наконец начала действовать, и  забрать Белла в свою семью, да?

— Верно. Ты ведь понимаешь, Гермес? Я больше не собираюсь ждать.

Фрейя не позволила бы поднять этот вопрос на Божественном собрании, чтобы обсуждать его со всеми остальными богами, и не позволила бы Беллу и другим членам семейства Гестии сбежать и спрятаться внутри гильдии под защитой Урана.

Глаза Фрейи говорили обо всем.

Это было тиранией, которую необходимо было остановить, но это было невозможно, потому-что Фрейя, и её семья сильнейшие в городе.

По крайней мере, пока на поле не было никого, кто мог бы ее остановить.

Гермес понял это и просто пожал плечами.

— Понятно. Тогда тебя действительно не остановить. Просто забери Белла. Он твой.

— Гермес!?

Голос  Гестии дрогнул, из-за неожиданной капитуляции, но Гермес продолжил...

— Если ты хочешь забрать Белла в свою семью, то забирай, но... кажется, тебе придется подождать ещё немного!?

— Что ты сказал?!

— Ах, пожалуйста, не делай такое ужасное выражение лица, леди Фрейя. Пожалуйста, поверь мне, я говорил, что не пытаюсь встать у тебя на пути.

Гермес комично поднял руки, и на его лице даже появилось улыбка.

Однако, только его оранжевые глаза не улыбались. Он знал, насколько опасна эта ситуация, для всех участников, включая его самого.

Он должен был быть очень осторожен в своих следующих словах.

— Прошло всего полгода с тех пор, как Белл присоединилась к семье Гестии.

— ...!

— Чтобы перевести члена семьи из одной в другую, он должен пробыть в первой, как минимум один год. Разве не это правило, установленное лично нами, богами?

"......"

— И ты не хочешь убивать Гестию, не так ли? Было бы неплохо, если бы все разрешилось мирно.

В этот момент, Фрейя, впервые замолчала.

Гермес, говорил спокойно и уверенно, логично взывая к её эмоциям.

Опираясь только на правила и неписанные факты, посредник подробно изложил причину своего вмешательства.

Это ритм Гермеса.

Один из Богов-манипуляторов, обладавший хорошим тактом, говорил быстро и без лжи, умело используя факты и истину.

— Нет никаких проблем в том, чтобы отдать Белла тебе. Но, надеюсь, что тебе не вызовет никаких неудобств то, что он будет принадлежать тебе лишь наполовину, учитывая, что ситуация очень необычная, я найду способ убедить гильдию не задавать вопросов и не вмешиваться.

— Подожди, Гермес! Такие вещи...!

— Ге-ст-ия. Ты должна признать поражение. Я подготовил для тебя "компромисс", лишь потому-что мы давно знаем друг друга. Пожалуйста, не возражай.

Увидев намерение Гестии сделать выпад, Гермес вытянул палец и ткнул в неё. И тут Гестия, чей нос был прижат пальцем, кое-что заметила.

Несмотря на то, что на лице Гермеса была легкомысленная улыбка, глаза, которыми он смотрел на нее, были очень искренними. он действительно намеревался стать ее союзником.

Как правило, Гермес, бог-стратег, был не из тех, кому можно искренне доверять.

Но сейчас будучи одной, она ничего не могла сделать. У Гестии не было другого выбора, кроме как довериться ему.

"!!!"

Доводы были приняты, но чувства - нет.

Однако, ради других членов семьи, Гестия повесила голову и крепко сжала зубы, а ее руки, сжатые в кулаки, неконтролируемо дрожали.

Это молчание означало, что она согласна с компромиссом, подготовленным Гермесом.

— ... Хорошо. Я, действительно не хочу ненужных жертв. Поэтому, послушаю тебя хоть раз, Гермес.

— Аххх, спасибо большое, леди Фрейя. Ты и правда богиня любви и милосердия.

После нескольких раздумий, Фрейя, приняла свои чувства и эту ситуацию.

Она проигнорировала лесть Гермеса, который поблагодарил ее, и позвала Оттара.

Боаз, молча стоявший рядом, подхватил Белла и повернулся спиной к Гестии и Гермесу.

— Белл!

— Потерпи, Гестия.

Увидев, как Фрейя удаляется рядом с Беллом, Гестия попыталась сделать шаг вперед.

Однако, Гермес остановил её.

— Если ты встанешь на пути у Фрейи сейчас, то все закончится плохо. Но у нас в запасе еще полгода, так что мы придумаем план

—  План?

— Гильдия, другие Семьи, общественное мнение, и так далее, и тому подобное. В общем, нам нужно увеличить число союзников, чтобы забрать Белла у Фрейи. Эта особа действительно ведет себя, как  непобедимая королева, но из-за этого у неё много врагов.

Действия Фрейи, были тиранией. Не было справедливой причины, которую могло бы принять общество.

Несмотря на всю критику и враждебность окружающих, она забрала его с помощью силы.

Именно Гестия заслуживала сострадания в этой ситуации.

Если бы она провернула, это с одной из темных семей Орарио, уничтожив её, из-за понравившегося ей ребенка, то все в порядке. Но семья Гестии была чистой, белой семьей.

А самое главное, что Белл Кранелл, знаменитость, который взбудоражил весь город.

Если он перейдет в другую семью, без своей воли, жители, не говоря о других богах, выскажут свое возмущение.

Когда это произойдет, Гермес мог бы подлить масла в огонь.

Внушив людям, что если Фрейя и дальше будет делать все, что захочет, как, например, уничтожение семьи Иштар, то её злодеяниям не будет конца, и тогда гильдия, которая не может действовать свободно, придется что-то предпринять.

— Гестия, у тебя больше союзников, чем ты думаешь. Если это дело станет достоянием общественности, то Гефест, несомненно, придет в ярость, а затем ополчится против Фрейи. Гефест, наверняка, сможет отправить свою семью в бой.

Было легко представить, что хороший друг Гестии начнет поможет ей. И, хотя, её семья была не очень могущественной, Такемикадзучи и Миах поступят также.

Тогда участие Семьи Гефест и других семей в войне, несомненно, станет толчком к развитию событий.

— В худшем случае, мы можем заручиться поддержкой 'Семьи Локи' и начать настоящую 'Войну'. В любом случае, пока время до сих пор есть, мы можем подготовить средства, чтобы выхватить Белла у Фрейи.

Таков был план Гермеса.

— Почему ты помогаешь мне, Гермес? Зачем тебе помогать нам, если это сделает тебя врагом Фрейи?

— Даже не считая инцидент с ксеносами, я доставил тебе много хлопот, поэтому позволь мне отплатить за это, ты можешь принять эту причину?

Услышав слова бога, который хотел помочь ей любой ценой, Гестия задала вопрос с явным замешательством.

Для него, Бога, вечно занимающего 'нейтралитет' было совсем несвойственно, становится врагом Фрейи, и помогать Гестии лишь из-за того, что они старые знакомые.

— Я не такой уж хороший парень, знаешь ли.

Горько улыбаясь, произнес Гермес играющий с пером на шляпе.

— В любом случае... я думаю, что для Белла будет лучше быть с тобой, а не с Фрейей. Это для его же блага.

Не обращая внимание на широко раскрытые глаза Гестии, Гермес добавил : Я действительно думаю

Он снова улыбнулся. Опустив край шляпы, Гермес сменил выражение лица на серьезное.

— Вот почему, на этот раз, я на твоей стороне. Даже если это означает, найти себе врага в лице леди Фрейи.

Гермес, который являлся покровителем путешественников, хотел продолжить, но....

— Есть кое-что, о чем я забыла упомянуть...

Подойдя на некоторое расстояние от них, Фрейя остановилась.

Гестия и Гермес удивленно подняли голос, застыв в панике. Они говорили тихо.

Так что, Фрейя точно не могла услышать их разговор.

Но, богиня красоты, которая внезапно остановилось, даже не направляя взгляд или слух в их сторону, была настолько спокойной, словно видела все насквозь.

— Для того, чтобы ты выполнила переход через полгода, я сначала заплачу некоторую цену.

— Цену?

— Да. Чтобы сделать Белла своим, я сначала искажу все, что вы с ним создали.

Услышав эти слова, Гермес, который был рядом с расстроенной Гестией, напрягся.

— Сдержи обещание, Гестия.

В серебряных глаза, отражалась лишь Гестия.

Повернув голову, Фрейя, направила взгляд, на богиню священного пламени, а затем. Она исчезла вместе с Оттаром, который все еще держал на руках потерявшего сознание мачилька.

— Только не это...

Глаза посредника расширились и задрожали.

В этот момент Гермес понял, что план Фрейи, несомненно, опережает его собственный.

Серое небо издало скрип.

Оно стало зеркалом, отражающим яростную суматоху в городе.

Ситуация стремительно менялась.

◊◊◊

— Богиня Фрейя! Что за суматоху вы устроили?!

Тряся своим большим животом, произнес Ройман мардил, подбегая к богине. Несмотря на то, что он являлся эльфов, его прозвищем было "Свинья из Гильдии"

— Я слышал, что вооруженные члены вашей семьи наводят беспорядок! Они спровоцировали битву прямо в разгар Фестиваля богинь. Несмотря на весь ваш вклад в развитие Орарио, мы не можем проигнорировать это.

Несмотря на то, что это была самая большая семья в городе, гильдия, без колебаний накажет их, если они решат нарушить мир и просто делать то, что им заблагорассудится.

Ройман, который был тем кто должен поддерживать порядок в Орарио, пригрозил Фрейе.

— Заткнись, Ройман.

Ответила Фрейя.

— А?

Ройман и многие сотрудники гильдии рядом с ним были удивлены, когда Богиня, направлявшаяся прямо к центру города, остановилась.

— Есть важное дело, которое я должна обсудить с народом. Пожалуйста, сообщите массам, чтобы они собрались на центральной площади.

В тот же миг серебряные глаза излучили злое сияние.

Ройман слишком поздно понял, что это было "очарование".

Тела сотрудников неестественно дрожали, они впадали в состояние похожее на транс, словно их души покинули тело.

— Мне нужны и боги, и их дети, чем больше, тем лучше. Я хочу, чтобы мой голос был услышан во всем городе.

— Да...

Сотрудники, как мужчины, так и женщины, рассредоточились, отвечая на желания богини Красоты.

На месте остались только Фрейя и Ройман, последний из которых стоял на коленях на земле.

— Гаахх!?

— Сопротивляешься моему очарованию с помощью боли? Вопреки этому уродливому прозвищу, которое ты носишь, и твоим свиноподобным качествам, ты действительно умен и находчив, Ройман.

Это было суждение, которое она сделала мгновенно.

Руки Роймана яростно вцепились в его большой выпуклый живот с такой силой, словно хотели разорвать его на части, с налитыми кровью глазами, он пытался противостоять красоте Фрейи.

Однако это было все, что он мог сделать.

Он стонал, словно зверь, в то время как за ним наблюдала одинокая, богиня, скрывшаяся за плащом.

— Богиня... Фрейя! Что, черт возьми, вы...... делаете?!

И разум, и инстинкт были поглощены соблазнительным серебряным светом, которому бфыло невозможно сопротивляться.

Единственные остатки сознания убывали, словно их пожирали черви, но богиня, чьи глаза наполнял холодный, серебряный свет, дала ответ.

— Все как обычно. Это просто прихоть Бога.

И все же, её блестящие губы продолжили.

— Я хочу этого больше всего, но долгое время сдерживалась.  Но теперь, чтобы получить это в свои руки, я решила сделать все, что в моих силах, чтобы забрать это. Вот и все.

Все верно.

Богиня всегда сдерживалась.

С момента где она встретила Белла на 'Монстрофилии', где он получил магию, где преодолел смертельный марш по средним этажам, где преодолел военную игру.

Все это время, она спокойно наблюдала за ростом Белла, и не пыталась вмешиваться.

Даже после уничтожения  Иштар, даже после инцидента с ксеносами, она не вступала в прямой контакт с мальчиком.

Она всегда сдерживаясь, пытаясь не отнимать его.

Но теперь сдерживаться не имело смысла.

Теперь она могла забрать его, используя различные средства.

В конце концов, цепи, известной как Сир, которая когда-то связывала Фрейю, больше не существовало.

"!?"

Глядя в глаза Богини, смотрящей на него сверху вниз, Ройман понял одно.

Вторжение вот-вот должно было начаться.

Последним остатком сознания, это было единственное, что он понял.

Он понял, что именно представляет собой действия богини, из его рта вырвался неконтролируемый стон, лицо раскраснелось, и он почувствовал благоговение, в то время как его лицо побледнело.

— Поэтому, я собираюсь сделать все, что потребуется.

◊◊◊

— Гестия, нарасти свою божественную силу!

Раздался громкий крик.

Это был не авантюрист и не кто-то другой, это был Гермес, который потерял самообладание.

— Сделай все возможное и подними ее до предела! Если ты этого не сделаешь, то защита не будет пробита!

— О чем ты говоришь, Гермес? Разве мы не должны сейчас разрабатывать план?!

Услышав громкие слова Гермеса, Гестию охватило жестокое замешательство.

С взволнованным выражением лица, которое Гестия, никогда раньше не видела, он покачал головой и схватил богиню за плечи.

— Мы уже давно прошли этот этап! Это уже бессмысленно!

— !?

— Я был не прав! Аххх, я действительно ошибался! Я перепутал привязанность с одержимостью, которую Фрейя испытывала к Беллу! Даже после того, как как Иштар была отправлена обратно на небеса, я все ещё ошибался!

Чувство, которое было глубоко в сердце богини Фрейи. Это была не "ревность" и не "гнев".

— Ради своего Одра, она была готова отбросить гордость и репутацию, и даже клятву, которую она дала сама себе. Она намеренна наложить руки на земное царство.

— Фрейя настроена серьезно! Он не остановится. Никто не сможет ее остановить!!!

Не только шестимесячный срок был смят и выброшен в окно, времени больше не было.

Гестия впала в ужас, услышав объяснения Гермеса.

— Гермес-сама!

Асфи поспешно спустилась с неба и приземлилась рядом с Гермесом и Гестией.

— Семья Фрейи напала на Семью Гестии,..! Айша и Фальгар ранены, и даже Лион... Что происходит?

Асфи держала потерявшую сознание Рю на руках, удалось доставить её сюда с помощью своих летающих ботинок.

Она тоже была в замешательстве. Даже не перейдя в "прозрачное состояние" она полетала сюда, забыв о том, что может быть замечена.

Слова, которые начал говорить ей Гермес, были не инструкциями, а приказами.

— Асфи, уходи!

— А!?

— Только ты можешь взлететь в небо и спастись! Возьми с собой столько людей, сколько сможешь... Нет, нет! Если ты это сделаешь, то не успеешь убежать! Убирайтесь из Орарио вместе с Рю прямо сейчас!

— Что вы говорите, Гермес-сама!?

Услышав указания своего бога с обеспокоенном и скривленным лицом, Асфи собиралась возразить, однако...

— ПОСЛУШАЙ МЕНЯ!

"!?"

— Не думай! Слушай мой приказ! Или будет слишком поздно! Улетай как можно дальше от Орарио! Уходи, Асфи! Пожалуйста!

— … Я поняла.

Услышав  божественную волю Гермеса, нет, его отчаянную мольбу, Асфи кивнула головой в знак согласия.

Доверившись Гермесу, она сделала шаг назад, а затем взлетела в небо и на большой скорости направилась за городские стены.

Гестия безучастно смотрела на это зрелище,  наконец перевела взгляд назад, увидев только Гермеса, отчаянно пытающегося что-то написать на части разорванного свитка.

— Когда придет время, отдай это мне!

— Это письмо? И ты хочешь, чтобы я вернула его тебе?

— Не отдавай его если будет слишком рано! Если ты ошибёшься со временем, я сразу же стану твоим врагом!

Он отбросил красное перо и сунул разрозненные листки бумаги в руки Гестии.

Пот струился по его лицу.

В его голосе звучала ноты торопливости.

Его беспокойству не было предела.

Он полностью пропустил процесс объяснения и начал кричать, словно давая ей последнюю надежду.

— Теперь, в Орарио только ты можешь противостоять ей. Только ты. Девственная богиня!!!

Бог кричал.

Глаза Гестии расширились.

Ужасная "гипотеза" о том, что должно произойти, промелькнула в ее сознании.

— Гермес, не говори мне, что Фрейя собирается...?!

Её голос неудержимо дрожал, когда она начала понимать, почему Гермес так обеспокоен.

Затем… она услышала ход двигающихся часов.

Звук, когда длинная и короткая стрелки часов накладывались друг на друга и оставались над головой, как при взгляде на небо.

Затем началось "Вторжение".

— Сейчас, я расскажу вам одну скучную историю.

Тело Гестии задрожало.

Гермес затаил дыхание.

Оба бога быстро повернули головы.

С центра города доносился прекрасный голос.

— Изначально, здесь должна быть ещё одна богиня плодородия.

Центральная площадь.

В центре мегаполиса, где были построены четыре "Башни Изобилия", Фрейя произносила свою речь

— Леди Фрейя?

— Разве объявление о закрытия “Фестиваля Богини” не должно быть после захода солнца?

— Что происходит?

Под руководством очарованного Роймана, на центральной площади, люди стали собираться один за другим.

На “Башне Изобилия” прямо на севере стояла фигура, без сопровождающих и охраны.

Богиня в плаще с капюшоном, стоящая на алтаре, шириной с балкон  и бесцельно смотрела на толпу.

— Иштар, такая же богиня красоты, как и я. Я отправила её обратно на небеса.

Фрейя была очень спокойна.

Несмотря на свое равнодушие, она казалось величественной.

Все были поглощены тишиной вокруг, никто говорил и не отводил взгляд.

— Связанная скукой вражды, превратившаяся в зверя, потерявшая всю свою элегантность и характер. Поэтому, я больше не могла терпеть её.... Я извела её из этого мира

У ног Фрейи, там, куда не доставали взоры толпы, стоял большой громкоговоритель из волшебного камня, разносящий её прекрасный голос во все уголки Орарио.

Все без исключения слушали её голос.

Все голоса в городе исчезли, остался только голос богини.

Огромная центральная площадь была заполнена людьми, словно сыны земли, тянувшиеся к оракулу, чтобы услышать предсказание как можно внимательней.

— И теперь... я собираюсь стать таким же уродливым существом, как и она.

Это была насмешка.

Звук самоуничижения.

Увидев насмешливую сторону "Богини Красоты", среди жителей нижнего мира возникла дрожь.

Даже Боги в городе засомневались, не ошиблись ли они.

— Я готова принять оскорбление. Я не стану противиться презрению. Но я не стану извиняться. В конце концов, я уже приняла решение.

Глаза богини смотрели на Вавилонскую башню.

Словно исповедуясь перед далеким небесным миром, она громким голосом произнесла свои слова.

— В конце концов, я знаю, чего хочу.

— Потому что я нашла нечто незаменимое.

— Я буду полностью довольно, получив это.

Словно пение, ее слова звучали трепетно, наполненные в равной степени и радостью, и печалью.

Услышав заявление Богини, ошеломленные люди и Боги, наконец, заметили странную атмосферу.

Однако было уже слишком поздно.

Богиня сняла капюшон и отбросила тень, закрывающую ее лицо.

— Возможно, я наконец-то смогу познать что-то больше, чем "любовь".

Появилось лицо девушки.

Голубовато-серые волосы, светло-серые глаза.

Это был голос молодой девушки, забытый богиней.

Из её глаз упала прозрачная капля.

На её лице появилась прекрасная улыбка, а по щекам потекли слезы.

Это были остатки той девушки, которую Богиня была вынуждена похоронить.

Это было проявление ее внутренней сущности.

Время в Орарио остановилось.

Все потеряли дар речи.

Небо в этот момент раскололось.

Словно благословляя или проклиная, в пространстве между облаками спустился свет.

— Вот почему, я хочу, чтобы вы поняли...

К Югу от Орарио...

В разгар битвы Семья богини отдала салют покорности, как бы выражая ей свою преданность.

— Поэтому я не сдамся и не отступлю.

В северной части Орарио...

Мальчик и остальные потерявшие сознание, были брошены на землю, а авантюристы первого класса смотрели на башню, видневшуюся в дали.

— Итак, я искажу мир, что вы зовете домом.

Темный эльф нахмурился.

Четверо прумов не проронили ни слова.

Человек-кот скорчил гримасу, словно подавляя собственные чувства.

Боаз закрыл глаза.

Белый эльф просто смотрел на небо.

Все они смирились с решением своей госпожи.

— Не говорите мне, что эта извращенка хочет...!?

Эти слова Фрейи, заставило лицо Локи побледнеть.

— Айз, посмотри на это!

Айз и остальные, пытающиеся помочь мальчику остановились почувствовав, что-то неладное.

— СЕЙЧАС, ГЕСТИЯ!

С криком Гермеса, Гестия подняла свою Божественную силу до предела.

Люди.

Авантюристы.

Даже Боги.

Все было бессмысленно.

Момент, когда любое сопротивление бесполезно, настал.

А затем...

— Покоритесь мне.

Сердца всех существ неистово забились.

Различные голоса жизни дрожали от эмоций.

голубовато-серые Глаза приобрели серебряное сияние, а голос девы превратился в "серебряные цепи", захватив все и вся

— Что происходит?

Далеко от Орарио, высоко в небе...

Асфи, которая держала Рю, увидела это.

Сила Богини Красоты превратилась в купол света и накрыла весь Орарио.

Она была единственной, кто смог увидеть момент действия этих чар.

Был ли человек в сознании или без него, все души подвергались опустошению.

Они расторгались, искажались, а затем объединялись в одно целое.

Была ли это голос девушки или же, это был голос богини?

Этот тихий голос, о котором больше не вспомнят, эхом прошёлся по всему Орарио.

В тот день Орарио изменился.

***

Глава была переведена сообществом DMCHI Team (https://vk.com/danmachifan)

Лучшая благодарность - это подписка на группу, там также можно найти полный 17 том.

----------

Глава 2. Сад Одиночества

[[image:/storage/reader-images/7b1b38cc7f1ccfec2171962c09d11fdabbdce943.png]]
Прозвучал пронзительный звук.

Как разрыв серебряной струны.

Как стон хриплого горла.

Это был величественный и скорбный тон, заставляющий содрогнуться все вокруг.

Словно бескрайнее море, поглощающее все до чего доберется.

Или же, это мог быть звук тысячи военных сапог, ступающих ровно и четко, настолько, что его можно принять за шаги огромного существа.

Я понял!

Это было завоевание.

Это было господство.

Это была абсолютная красота, подчиняющая все вокруг.

Стало очень страшно и грустно.

Игральные кости, котившееся по земле могут быть растоптаны в любой момент.

И тогда...

Что-то вспыхнуло.

Пламя, вызывающее жжение на спине обволакивало меня, пытаясь защитить от ужасной угрозы.

После великого столкновения, надвигающаяся тяжесть отдалилась.

Звук пылающего пламени, означал отторжение столь огромной божественной воли.

Подобному золотому цветку на недостижимой горе, оно боролось против вторжения и подчинения.

Дров больше нет.

И пепла не осталось.

Но искры продолжали плясать.

В глубине очага пылает лишь неугасающий золотой огонёк.

Во тьме, под закрытыми глазами, меня окутывает священный огонь, поселившийся в моем теле.

Но, несмотря на это.

Я не знаю, почему чувствую себя таким подавленным.

Кажется, что я остался совсем один в безграничной и пустой тьме.

Мне кажется, что меня окружает множество фигур стоящим ко мне спиной, которые никогда не оглянутся назад.

Священное пламя потрескивает и остается гореть в одиночестве. Сознание, охваченное ужасом, вот-вот проснется...

◊◊◊

— ...хух...

Из моего рта вырвался необычайно хриплый стон.

Открыв глаза и несколько раз моргнув, я увидел высокий потолок.

Луч солнечного света пробившийся, сквозь занавески, слегка коснулся моей щеки.

Я, чье сознание все ещё пребывая в недоумении, поднял свое тело, и почувствовал как простыня соприкасается с моей одеждой.

— Где я……?

Я в очень просторной комнате.

Оглянувшись, я заметил круглый стол, а также стулья, с ножками, напоминающими кошачьи.

Большой ящик для хранения вещей, а также лампа из магического камня, напоминающая подсвечник.

Сейчас, я лежал на очень удобной кровати, а подо мной был роскошный ковер, который выглядел так, словно, моим ноги могут полностью погрузиться в него.

Обстановка напоминала роскошный отель.

Мне, как члену маленькой семьи с огромным долгом, никак не подходит подобное место.

Но.. Здесь...

Я не могу объяснить точно, но... здесь витает «чувство повседневной жизни», которого обычно нет в отелях.

Это не гостевая комната, скорее это отдельная, личная комната.

Я в замешательстве огляделся вокруг.

Мне предстояло отчаянно распутывать клубок из нитей воспоминаний, ища причину, по которой я оказался здесь.

— ...Точно..!

Я был атакован...

На меня, вместе с Рю-сан, напал сильнейший авантюрист в городе.

Удивление, сменилось на тревогу.

Что же здесь происходит?

Меня похитили?

Рю-сан… она в порядке?

Мне удалось подавить бесчисленные вопросы, которые исходили из моего сердца, и бесшумно встать с кровати.

На мне была пижама, которую я раньше никогда не видел. Никаких кандалов на теле нет. Ничто не ограничивало движений.

Но вся экипировка исчезла. «Божественного кинжала» тоже не было. Отобранное оружие заставило меня стиснуть зубы.

В то же время я внимательно осмотрел свое окружение и убедился, что в комнате, я находился один.

Я осторожно подошел к окну, из которого, проникал утренний солнечный свет.

— Степь..?

Выглянув наружу, я увидел широкий сад под окном... Нет, он больше всего он походил на поле.

Куда ни глянь, под голубым небом виднеется зеленый океан растительности, а вдалеке заметны каменные стены, похожие на стены замка.

— … Я никогда не видел ничего подобного.

Теперь, у меня появились сомнения, действительно ли я все ещё находился в Орарио.

С тревогой в сердце, я исследовал окно.

Оказалось, что на окнах не было решеток, и они не были заперты.

Кажется, что отсюда очень легко сбежать, настолько легко, что даже кажется странным.

Только сейчас, я заметил несколько фигур, что были похожи на авантюристов.

Значит, если я выйду, то меня обязательно обнаружат.

Поэтому, я решил, отказался от идеи сбежать через окно.

— В таком случае...

Я перевел взгляд на единственный выход из комнаты.

Посмотрев на него некоторое время, я принял решение и подошёл.

Держа ладонь на дверной ручке и сохраняя бдительность, я, бесшумно открыл дверь.

— …Что это за место?

Удивленно пробормотал я, выйдя из комнаты.

Элегантные белые коридоры очень просторны и красивы, словно в замке.

Зачем меня привели в такое элегантное место? В тот момент, когда я находился в неудомении, меня окликнул голос.

— Что ты делаешь?

"!!!"

Услышав звук позади себя, я в шоке затаил дыхание.

Рефлекторно повернув голову, я заметил, что там стоял светловолосый эльф, с которым я познакомился совсем недавно.

— Мастер...

Пришедший из соседнего коридора, Хедин-сан, был один.

Я не смог обнаружить его присутствие? Нет, это было естественно. В конце концов, он является первоклассным авантюристом, 6-го уровня.

Он мог сколько угодно обманывать мое восприятие, засыпая меня градом неожиданных ударов. Я много раз сталкивался с этим, во время нашего, специального обучения.

Из-за наших отношений мастера и ученика, он решил спасти меня?... Нет, такое не должно быть возможным.

В конце концов, Мастер был жестоким и бесчеловечным, не говоря уже о том, что он сам является членом семьи Фрейи!

"...!"

Меня поймают?

Меня приведут обратно в комнату?

Мне объяснят, почему меня поймали?

Пока мы обменивались взглядами, я чувствовал пот, стекающий по моей шее.

Мастер цокнул языком, словно увидел что-то отвратное.

—	Поторопись, и умой свое грязное лицо. А потом иди завтракать.

— ……………………………А?

Сначала я не понял, что он сказал.

—	...З-завтрак? П-почему...?

—	Что за глупости. Нет причин для того, чтобы утро наступало. Это же относится и к завтраку.

—	Э-э, а...? Мастер, вы... О чем вы говорите? Может быть, с вами что то не так..?

— За дурака меня держишь, глупый кролик?

— Ай!!!!

Бесшумно оказавшись возле меня, он пнул меня точно также, как делал это раньше.

Завтракать - нормально, но...!

Несмотря на то, что мое тело испытывало боль, я почувствовал облегчение.

Нет-нет, я не был рад тому, что меня ударили... Но, Мастер, совсем не изменился, он точно такой же, как и раньше.

По крайней мере, он не настроен против меня. Теперь, я совсем не могу разобраться в этой ситуации, и нахожусь в замешательстве, хотя, это немного расслабляет моё напряженное сердце.

...Однако, я не мог унять чувство тревоги.

—	Быстрее, приведи себя в порядок, и приходи.

Мастер, который наблюдал за мной, сквозь очки, своими красными, коралловыми глазами, повернулся спиной.

Мне пришлось закрыть рот и молча последовать за ним.

Затем...

—	Разве я не сказал привести себя в порядок?

Он снова пнул меня и погрузив мою голову в ванну, полную воды, крепко удерживал мой затылок.

◊◊◊

После того, как меня заставили привести себя в порядок, и надеть одежду напоминающую боевой наряд, я последовал за Мастером.

Особняк домашнего очага, принадлежащий семье Гестии был достоин того, чтобы называться особняком, но он меркнул, по сравнению с внутренней частью здания, в котором я сейчас нахожусь.

Даже не говоря о площади этого здания, внутренняя отделка, выполненная из золота и серебра была потрясающей.

Роскошный ковер, по которому я шёл, лампа из волшебного камня в форме люстры, все это заставило меня открыть рот, а широкие ступени, словно во дворце, побуждали мои глаза широко распахнуться.

Время от времени, я с трепетом оглядывался по сторонам, пока, мы наконец не добрались до места назначения.

Это был страшно большой зал, который можно увидеть только в сказках.

—	Ты только, что проснулся?

—	Я удивлен, тем, как ты долго спишь.

— Опаздываешь, думая, что ты здесь большая шишка, кролик?

—	Ты в последнее время, не очень ли ты высокомерен, кролик?

Находившийся там стол, был около 50 метров в длину, а вокруг него, сидели четверо  прумов, похожих на детей, чьи ноги не дотягиваются до пола.

Это были, 'Брингар". Братья Гулливеры.

Увидев фигуры авантюристов первого класса из крупнейшей семьи в городе, я был шокирован.

И, прежде чем у меня появилось время на размышление... на меня хлынула волна путанных мыслей.

—	Эй, хватит отлаживать мне свои помидоры, Двалинн.

—	Есть помидоры утром, это пытка. Альфригг, ешь сам.

— Хватит валять дурака? Эй, Беллинг, не повторяй за ним!

—	Нет, я обменял это на десерт Альфригга. Вот, возьми!

—	Это ещё хуже! Эй, Грер, остановись.

—	Хотя бы оправдайся!

—	Альфригг, Грер, успокойтесь!

— Да, я надеру вам задницы!!!

Братья, с одинаковыми взглядами и голосами, накладывали друг-другу в тарелки ярко-красные овощи.

Они словно играли со своими двойниками, прямо передо мной разворачивалась сцена шумного завтрака.

—	Что, что это?

Это... Атмосфера Семьи, о котором часто говорят Боги?

Я не мог не усомниться в увиденном, когда наблюдал за группой грозных авантюристов первого класса, а затем...

—	Достаточно! Белл, ты будешь есть их! Это наказание за долгий сон!

Словно выжимая последнюю каплю смятение в моей груди, он назвал меня по имени.

— Альфригг, ты же старший брат, прекрати!

— Хватит говорить со мной таким тоном, это раздражает!!!

Не обращая внимания на застывшего меня, они продолжали шуметь, словно дети.

—	Судьба четырех сыновей с одной душой. Утренняя трапеза, всегда превращающаяся в войну…

—	Хогни-сан...

—	Сей чудесный рассвет. Кольцо здравого питания было раскрыто?

Тёмный Эльф, сидевший отдельно от четверых братьев, держал в руках нож и вилку.

Словно и не было той ожесточенной битвы.

Я думаю, что он спросил меня: Доброе утро, ты все ещё не позавтракал?

—	Идиот, Почему ты все еще стоишь? Поскорее заканчивай завтракать, а затем выходи во двор

Последним заговорил человек-кот с темно-серебристыми волосами.

“Вана Фрейя”. Аллен Фромель... Он говорил со мной грубым тоном, но его глаза приказывали мне сесть.

Мастер, который меня привел, также сел за стол для завтрака, не сказав ни слова.

"...?"

Я замер.

Нервозность и страх в моей голове были сметены, и теперь я был растерян.

Я испуганно посмотрел на горничную, которая спокойно подавала завтрак, а затем кто то выдвинул стул для меня.

—	Эй, что ты делаешь?

—	Что это за глупое выражение лица?

—	Неужели тебе так неприятно завтракать с первоклассными авантюристами?

—	Да, что с тобой такое?

—	А ты бесстрашный, сын ереси. Да, имя твоё — «Самый быстрый кролик в мире»…

Поочередно проговорили четверо прумов и тёмный эльф.

Это странно.

Слишком странно...

Наблюдая за тем, что они думают, что завтракать со мной, это само собой разумеющееся. Моё замешательство превысило предел.

— Это место!!!

Крик эхом разнесся по залу.

Взгляды первоклассных авантюристов были направленны на меня, терпя давление, нахлынувшее на меня. я начал говорить напряженным голосом.

—	...Извините, но где это я...?

Когда я задал этот вопрос, на меня стали смотреть с подозрением.

Мне ответили два прума.. вероятно Альфриг и Двалинн.

—	Наша база конечно, что же ещё?

—	Это Фольквангр, как ещё можно назвать, нашу священную землю?

Фольквангр ...?

Так это действительно база семьи Фрейи? Я был доставлен на базу другой семьи?

Но... но... даже в этом случае... хотя, я и разобрался в одном из вопросов, я не мог унять тревогу.

Чувствуя пугающий холод, я с силой открыл рот и задал несколько вопросов подряд.

—	Почему, вы похитили меня?

—	Почему вы напали на нас?

—	Рю-сан... С ней все в порядке?

*Тишина*

Все звуки покинули зал, а кричавший я, замер.

Все выглядели удивленно. Словно, то что я сказал, было бредом, иллюзией.

—	Нам нет нужды похищать тебя, ведь ты являешься принцессой в башне.

— Идиот, неужели ты все ещё сонный?

Произнесли Хогни и Аллен-сан.

—	Кто такая Рю?

— Это должно быть дракон.

[ П.П: Дракон на японском произносится как “Рю”, то же самое, что и “Лю”. 】

—	Ты общаешься с монстрами?

— Если это было, во время тренировок, то это одно. Но я не припомню, чтобы мы когда-то нападали на тебя просто так.

Трое братьев удивленно склонили головы, а старший был серьезен.

— О чем вы все говорите?????

Затем, меня пронзил взгляд мастера.

—	Ты один из членов нашей семьи, которого подобрала Фрейя-сама, ты - член семьи Фрейи.

Все замерло, казалось, что ход времени остановился.

Сердце перестало биться и больше не работало.

Я не понимаю о чем он говорит.

Не понимаю, зачем ему нужны такие глупые шутки

—	Вы... о чем вы говорите...? Я-я, не член семьи Фрейи, меня никогда не подбирала Фрейя-сама -

Испуганно вскрикнул я, и тут же атмосфера в комнате резко изменилась.

—	Какого черта ты несешь?

—	Это оскорбление Фрейи-сама... Значит, ты собираешься нас предать?

Сначала человек-кот, а затем прумы начали источать убийственную ауру.

—	Нет, подождите. Он ведет себя очень странно.

—	Даже если этот кролик глуп, он никогда не забудет почитать свою Богиню.

Затем, ещё два прума посмотрели на меня.

—	Глаза этого человека, подобны яме хаоса... Как вторжение пришедшие из внешнего мира. И предвестие беспорядка, мерцает в ночном небе.

— Я совсем не понял, о чем он говорит, переведи, Хедин.

—	Он говорит: Возможно ли, что его память была спутана? Могло ли это быть атакой извне?

Хогни, Альфригг и Мастер заинтересованно обсуждали это.

То, что они сказали, явно не имело смысла, но почему никто из них не заметил свое странное поведение?

Почему, во сей, этой ситуации именно, я, оказался странным?

О чем же они все говорят!!?

—	Я, я был подобран Богиней Гестией! Точно не Богиней Фрейей!!!

—	Не будь дураком. После того, как ты приехал в город, разве это не Фрейя-сама одарила тебя благословением?

Сразу после моего крика, ответ услышанный от Альфригга заставил меня замереть.

—	Единственная, кто одарила Белла Кранелла своим благословением, всегда была Фрейя-сама.

Моё тело затряслось, и чуть не упало на землю, когда я посмотрел в их глаза, в которых не читалось лжи.

—	Может быть ты много тренировался и ударился головой?

— А если, это хитрая магия, наложенная членами другого семейства?

—	Хедин, это ведь ты приглядываешь за этим парнем. У тебя есть какие-нибудь зацепки?

—	Я не могу следить за этим глупым кроликом 24 часа в сутки.

Уже не обращая внимания, о чем говорили братья прумы и Хедин-сан, мои ноги бессознательно сделали шаг назад.

Неописуемый ужас охватил меня.

Это ужасно.

Все они ужасны!

—	Позовите Хейт. Сейчас она должна быть в Вавилонской башне. Пусть она проверит, является ли этой какой нибудь аномалией.

В тот момент, когда они давали указания растерянным горничным вокруг них. Я проиграл вспыхнувшему страху и убежал.

"!"

Я слышал, как кто-то зовет меня сзади.

Но для меня это не имело значения. Я не должен обращать внимание.

Я не должен заставлять себя, слушать это.

Противники, это авантюристы первого класса, они сразу схватят меня, если захотят.

Поэтому мне нужно только бежать.

Немедленно убраться из этого отвратительного места!

Я выскочил из зала в поисках выхода.

Пройдя через просторное помещение, похожее на дворец, я пытался найти признаки внешнего мира, а затем подойдя к главному входу, похожему на зрительный зал, я с силой распахнул дверь.

"...!?"

В этот момент. я наткнулся на воинов, которые вели непрерывное сражение.

На вершине холма, на котором стоял дворец, я мог увидеть бескрайний сад.

В зеленом море колышущихся цветов, десятки вооруженных авантюристов сражались друг с другом.

Бесчисленные крики накладывались друг на друга, заставляя дрожать голубое небо над головой.

Однажды, я слышал об этом....

На базе семьи Фрейи, "Фольквангр", есть место, где члены семьи сражаются друг с другом, с утра до вечера.

Все было потому-что, между членами семьи существовала жесткая конкуренция.

Причина этого была проста - это способ улучшить себя и получить благосклонность своей богини.

Это одна из причин, по которой семья Фрейи, стала самой большой семьей в городе.

Пол, раса, возраст - всё это не имеет значения. Дабы улучшится, каждый пролив кровь, поднимая свой боевой дух.

Я был ошеломлен атмосферой и застыл на месте.

И в то же время я был растерян.

Я не смогу сбежать, если не доберусь до стен, которые окружали эту обширную территорию.

Пройти мимо них, и сбежать чтобы меня не нашли, было невозможно. Мастер и остальные могут прийти в любое время!

На одном дыхании, я спустился с холма, собираясь ринуться вперед

—	Белл!!! Опаздываешь и ведёшь себя так, словно ничего не случилось? Даже оружия не принес, ты нас недооцениваешь?

"...!?"

В то время, как я пробегал мимо сражающихся авантюристов, пытаясь пересечь равнину, на меня бросился полупрум.

Держа в руках парные мечи, он окликнул меня, будто столкнулся со знакомым.

—	Не думай, что можешь быть высокомерным, став 4-м уровнем! Я преподам тебе хороший урок, избив тебя до полусмерти, как я делал это раньше!

В последний момент, увернувшись от рубящего удара, нанесённого полупрумом, по моей спине прошелся холодный пот.

Больше всего меня напугало то, что он обратился ко мне по имени, словно он лично знал меня.

Не обращая внимания на него внимание, я проскочил вперед.

Используя свою скорость до предела, я планировал убраться оттуда. Однако, как только я подумал над этим, окружающие меня войны, на правили на меня свои орудия.

Сражайся!

Сражайся!

Сражайся, Белл!!!

Глаза, которые пронзали меня, ярость, которая захлестывала меня, и мое, бесчисленное множество раз произнесенное имя, которым меня осыпали, я отвергал все это покачав головй.

—	Я вас не знаю! Я никого из вас не знаю!!!

Словно пытаясь избавиться от всего этого, я ещё сильнее от толкнулся от земли, покрытой травой и стремительно рванул вперед

Большим прыжком, я перепрыгнул могучие и величественные ворота, у которых стояли стражники.

◊◊◊

—	Хааа, хаа-хаа...!

С огромной скорость, я пронесся по оживленной улице

. Покинув базу семьи Фрейи, я попал в южную часть города.

"Фестиваль Богинь", казалось, завершился гладко, а персонал Гильдии и люди на улице убирали последствия.

Деревянные ящики в форме вагонеток с большим количеством урожая были собраны, а прилавки закрывались один за другим.

Нарядные и красивые декорации исчезали, эта сцена полностью отражает чувство тишины, которое следовало после окончания Фестиваля, однако... Сейчас я не мог заботиться об этом.

Убегая от авантюристов высокого класса, моё дыхание сильно участилось, а ценой моего рывка стало то, что одежда немного разошлась в разных местах.

Из-за этого, я выглядел как заключенный, сбежавший из тюрьмы.

Сердце все еще сильно билось, а пот продолжал непрерывно стекать по моей спине.

Тревога, прокравшаяся внутрт, вновь поднимается.

Мне хотелось вырвать своё собственное сердце. Я хотел забыть это отвратительное чувство.

Вот почему я очень хочу вернуться к Богине и остальным. Назад в наш дом...!

—	Эй!?

Мне так хотелось избавиться от беспокойства и нервозности, что я бежал без оглядки, из-за этого, мое плечо, случайно, задело прохожего.

Я перенес центр тяжести и укрепил напряженное тело, едва не упав.

Крепкий мужчина, которого я задел, с трудом избежал падения на землю.

Прежде чем я успел, взволнованно произнести извинения, собеседник накричал на меня очень знакомым голосом:

—	Больно! Смотри, куда прешь!

—	Морд-сан?!

Увидев знакомое лицо человека, с которыми я много раз общался, я почувствовал облегчение.

Опытный авантюрист с хмурым лицом посмотрел на меня, в своей обычной манере и в тот момент, когда он понял, что это, именно я, врезался в него, он сказал:

— Ты Кроличья лапка из Семьи Фрейи!?

И тогда я испугался.

"..."

Моё лицо, которое собиралось непринужденно улыбнуться, напряглось. Мускулы на лице уродливо изогнулись.

Морд не заметил, что моё лицо стало бледным, и просто продолжал нервно извиняться передо мной.

—	Пожалуйста, прости! Я не понял, что это ты!

—	Возьми деньги, возьми деньги!

—	Забирай все деньги, которые у нас есть, только умоляем, прости его!

Его партнеры, Скотт и Гейл, тоже были в панике.

Их действия, показывали что они боялись меня. Нет, они боялись самой большой семьи в городе.

—	Нет... Вы ошибаетесь, я не из семьи Фрейи!!!

— О чем, это ты? Пожалуйста, прости меня!

—	Я не угрожаю вам! Морд-сан, это я! Белл, которого вы атаковали в Ривире! Я узнал от вас много странных вещей, но я много раз получал от вас помощь, помните?

—	Я никогда не делал ничего подобного, никогда не делал этого! Пожалуйста, не вешай на меня такие ложные обвинения!

Почувствовав, что его глаза смотрят на меня, словно на незнакомца, я полностью потерял спокойствие.

Подойдя к нему, чтобы встать перед ним, я схватил его за толстые плечи. Но что бы я ни говорил ему, он все равно не понимал меня.

Испуганные крики Морда, разносящиеся по округи, отвергали мои слова.

Эмоции в его глазах... Это, несомненно, страх... Это был страх перед человеком, что был меньше его.

То, что называется здравым смыслом, просто рассеивалось.

—	Пожалуйста, прости нас!

Гейл и Скот, пытались остановить меня, но от их действий меня трясло еще больше.

Люди, заметившие переполох стали переговариваться, место, где я сейчас стою, становится всё более размытым и странным.

—	Что вы делаете!!

Когда я застыл на том месте, словно заблудившийся на чужой улице, раздался знакомый голос.

Сюда шла полуэльфийка.

Я пришел в себя.

—	Мы работаем над последствиями "Фестиваля Богини"! Что, черт возьми, случилось!?

Она была одета в строгий костюм с черными брюками и жилеткой. Её красивое лицо, под очками, было таким же как и всегда.

Оставив коллег, с которыми работала, она подошла к нам.

Она была настолько храбра, чтобы пытаться выступить в роли арбитра для авантюристов, выполняя свою работу, это было долгом честного и добросовестного сотрудника гильдии.

—	Эйна-сан!

Я назвал ее имя.

Слава небесам, это была она.

С самого начала, когда я только стал авантюристом, Эйна-сан, наблюдала за мной.

Она точно не скажет такую глупость, как то, что я член семьи Фрейи!

Услышав, что я назвал её имя, она распахнула свои темно-зеленые глаза.

Ободряющая улыбка появилась на ее лице, и она произнесла:

— Простите. Мы где-нибудь встречались?

*Щёлк*

На этот раз.

Я словно услышал звук самой смерти, хрупкий и сухой звук, похожий на разбившееся стекло.

Мир словно раскололся на две части, сознание начало расплываться.

Мои глаза словно покрылись огромным количеством трещин.

Все люди и пейзажи в моем окружении, стали похожи на искаженные очертания.

—	......Ты не помнишь меня?

—	Конечно же, нет. Любой в этом городе узнает самого быстрого кролика в мире. Просто... я была немного удивлена, тем, что вы назвали меня по имени.

Улыбка.

Эйна улыбнулась.

Улыбкой, которую я очень хорошо знаю, с этой улыбкой она сказала, что не знает меня.

—	Морд-сан и остальные, они все шутят надо мной? ...Очевидно ведь, что я член семьи Гестии…

—	...? Я никогда не слышала информации о переходе Кранелл-сана.

Она не назвала меня по имени.

Эйна не называла меня “Белл”.

Нет... Все потому-что, это общественное место. Она просто следовала правилам работы в Гильдии....

Так и есть...

Так и должно быть, но...

—	...Вы ведь мой советник, верно?

—	Ах-х!? Как же я могу быть советником Кранелл-сана! В конце концов, семья Фрейи имеет свою собственную политику семейства и вообще не использует систему советников…

Отвергла.

Она отвергла все мои слова.

Она говорила, что никогда не знала меня.

—	Кранелл-сан...? Что-то не так?

Морд-сан, Эйна-сан и толпа, стоявшая перед ними, все смотрели на мое бледное лицо и растерянные глаза.

Я не понимаю. Почему мой голос дрожит? Где я сейчас стою?

Совершенно не понимаю, в каком лабиринте я потерялся.

—	Простите, кто я?

Я, задал вопрос, пошевелив совершенно сухими губами

Словно стоя над обрывом, словно идя на обезглавливание, к месту казни, как будто идя на столкновение с монстром отбрасывая оружие.

Я задал вопрос, который не хотел задавать на протяжении всего времени.

Эйна-сан, показала недоумевающее выражение на лице и произнесла:

—	Вы, это Белл Кранелл из семьи Фрейи.

Шок, такой же сильный, как падение со скалы, обрушился на меня.

—	Кандидат в герои, получив благословение Богини Фрейи, стал рекордсменом с самым быстрым ростом в мире.

Словно верёвка обвила мою шею, я стал задыхаться.

— Вам почти удалось стать первоклассным авантюристом, всего лишь за 6 месяцев. Являетесь войном Эинхерией, которого признали все.

Словно  свирепые клыки оторвали все конечности, тело разрывали на куски, и даже вырывая пряди волос.

Тело и дух перестали существовать.

Кто я?

Что это за место? Когда это случилось? Что произошло?

Почему тело такое холодное?

Из множества взглядов пронзавших меня, не было ни одного, который бы знал меня.

И даже та, кто была мне как старшая сестра и помогала мне, не знала меня.

Священный огонь, поселившийся на спине, потрескивал и горел в абсолютном одиночестве…

◊◊◊

—	Какова ситуация? - спросил Альфригг.

Это была база семьи Фрейи, из которой недавно сбежал мальчик. Самая центральная и самая большая комната.

Здесь собрались почти все, кроме Человека-кота, Аллена, который следил за сбежавшим мальчиком.

Альфригг и его младшие братья сидели на стульях и смотрели на белого эльфа, сидящего напротив.

— Все согласно божественной воле.

Сказал Хедин, поправив очки.

—	За исключением этого глупого кролика, все люди и боги были очарованы, а их воспоминания были подделаны.

Услышав холодный тон эльфа, трое братьев подавили дрожь внутри себя и по отдельности произнесли:

—	Ужас.

—	Ах, это ужасает.

— И хотя, это сделала наша госпожа, но это очень ужасающе.

Затем трое братьев заговорили одновременно.

— Она не смогла очаровать Белла Кранелла и поэтому очаровала весь мир.

Это общая картина.

Это не только причина, по которой мир изолировал мальчика, но и истинная цель вторжения, совершенного Фрейей.

—	Неудивительно, что Белл Кранелл в растерянности.

—	Всё, что происходило за последние полгода, всё перестало существовать.

—	Парень из семьи Гестии исчез из памяти людей, его сменил парень, из нашей семьи.

Такова была сила красоты.

Это была вершина красоты.

Красота, которая может манипулировать, разрушать, наделять марионеток жизнью, а также, она способна исказись нижний мир, не используя божественных сил.

Это власть над душами. Так называемая «Абсолютная красота», которая может захватить все, одним своим существованием.

— Это не просто промывка мозгов, это очарование, которое оставляет людей такими как обычно, но заставляет забыть о том, что Белл Кранелл принадлежал семьи Гестии, и вместо этого, считать, что он часть нашей семьи... Всем людям и богам, которые стали рабами Фрейи-сама, было приказано подчиниться и выполнять это.

С ужасом добавил Альфригг, сидящий возле трех братьев.

На самом деле, очарование Богини красоты, не могло полностью изменить человека, а тем более весь мир.

Однако, те кто попали под чары и стали марионетками Фрейи, могли создать послушную, новую личность.

Выполняя приказ королевы, они обманывали не только себя, но и Белла.

Это было, похоже на «самовнушение».

Другими словами, хотя оба эти процесса были разные, но результат тот же.

На данный момент, все в Орарио происходит так, словно и не происходило никакого «вмешательства в память людей».

—	Друзья, разделяющие горести и радости, благодетели помогающие из тени.. все забывают давнюю привязанность и стирают парня из своей памяти.

Хогни, сидевший поодаль от остальных, закрыл глаза и тихо произнёс:

— Место, куда упал кролик... невероятная страна... Сколько бы он не бежал, никто не будет преследовать его. Это одинокий мир.

(П.П. Очевидная отсылка на Алису в стране чудес)

◊◊◊

"!?"

Белл убежал прочь от места, где находились Эйна и остальные.

Неспособный смотреть в лицо реальности, он поддался ужасу, и был поглощен хаосом.

В страхе, он отправился на поиски, хоть кого-нибудь, кто мог узнать его.

Но тем не менее...

—	Смотри, этот человек. Семья Фрейи…

—	Это кроличья лапка!

Улицы, углы, перекрестки, переулки...

Атмосфера переполненного города, была полна отчужденности и одиночества.

"...!?"

Жители города перешептывались. Весь этот Шум походил, на шум целого леса.

Все это заставило Белла кое-что вспомнить.

Взгляды, которые смотрели за цветком на высокой горе, Принцессой меча, теперь, были устремлены на него самого.

Это явно не те взгляды, которые, до недавних пор, смотрели на городскую знаменитость, юного новичка.

В них не было чистого страха, они совмещали в себе интерес и зависть.

Вернее сказать, это была Трепет.

Неподдельное чувство восхищения, словно на него смотрели, как на одного из членов, крупнейшей семьи.

(Нет!!! Это все неправда)

Покричав эти слова внутри себя, он отвернулся от жителей и авантюристов, которые расступались, у него на пути, Белл побежал.

◊◊◊

—	С тех пор, как Фрейя-сама решила использовать очарования, судьба Белла Кранелла была предрешена.

Голос Альфригга разнесся по большому залу.

Последний день “Фестиваля Богини” был вчера.

Орарио пал, перед Фрейей, которая использовала свою красоту с башни изобилия.

Её очарование охватило весь город.

Те, кто видел ее на Центральной площади, и те, кто слышал ее голос через магические каменные усилители, были очарованы.

Никто не стал исключением, даже если кто-то спал или находился без сознания. Голос прекрасной богини проникал в их тела и сотрясал души.

Многие люди и Боги даже не осознавали, что они стали пленниками и продолжали жить той же жизнью, что и вчера.

—	Это должно быть кошмаром для Белла Кранелла.

—	Всего за одну ночь, мир вокруг него так резко изменился.

—	Теперь, можно немного посочувствовать ему.

Двалинн, Берлинг и Грер в третий раз произнесли одни и те же слова.

—	Самое ужасное, что этот парень не сможет понять как это произошло.

◊◊◊

—	Почему... Как так получилось!?

Как и сказали Двалинн и другие, хаос, смятение и тревога в сердце все ещё бегущего белла, не могли утихнуть.

Жители нижнего мира, далекие от богов, не могли даже подумать о том, что весь город может быть изменен без помощи «Божественной силы».

Белл Кранелл, обладатель прозрачной и чистой души, которая продолжала расти, не мог предсказать божественный замысел.

—	Ах, Белл! Что ты делаешь в таком месте?

—	А...? Кто ты?

Той, кто окликнула Белла, была красивая девушка, которая была явно старше него, и которую он никогда не видел.

У неё светло-рыжие волосы и белый халат, похожий на боевой костюм. Смутившись, Белл растерянно посмотрел на неё.

—	Кто я?... Я Хейт! Целитель, та, которая лечит тебя всякий раз, когда ты получаешь травмы. Но сейчас я бегаю по делам.

На плече ее белого халата была выгравирована эмблема боевой девы, семьи Фрейи.

Кровь отлила от лица, и красивое лицо девушки в его глазах стало походить на лицо куклы.

—	Я купила десерты, пока бегала по делам. Хочешь попробовать? ...Ах, ты же не любишь слишком сладкое. Но, к счастью, я взяла и солененькое.

Незнакомые люди знающие тебя. Быть может, это даже страшнее, чем знакомые люди, забывшие тебя.

— Ву-а, а-ах...!?

Он сделал пару шагов назад, и снова побежал.

Девушка смотрела в спину убегающему мальчику с лицом, которое ничего не выражало.

—	Не стоит даже упоминать, о том, что члены нашей семьи также попали под действие чар, сила которых действует даже на Богов, но…

—	Если быть точным, мы были очарованы, но потом очарование было снято. Благословение Фрейи-сама, которое поселилась в наших телах, стало проводником.

«Очарование» Фрейи одинаково подействовало на всех.

Те, кто увидят красоту Богини или услышит голос, все падут. Нельзя управлять этим достаточно гибко, чтобы исключить от очарования тех кого хочешь.

Из-за этого, прежде чем напасть на семью Гестии, члены семьи, которые слышали божественную волю Фрейи, приняли это.

Они проявили преданность, ведь пока Богиня этого хочет, они готовы быть очарованными.

Однако, каждый в семье Фрейи может понять, правдивы ли его воспоминания, после действия очарования.

Как и ответил Хедин, Фрейя использовала свою благодать в качестве проводника и устранила эффект чар.

— благодаря этому, мы тоже можем разделить мир который желала Богиня.

—	Это позволяет сэкономить много времени, - сказал Двалинн.

После очарования определённые воспоминания были введены в их мозг, и сохранились даже после их снятия.

Поэтому, семья Фрейи может сыграть именно ту роль, которую ожидает Фрейя.

Им не было необходимости переговариваться между собой, все члены семьи, могут вести себя так, будто Белл Кранелл их товарищ.

—	Белл Кранелл, приехал в Орарио шесть месяцев назад.

—	Тогда его приняла в своё семейство, Фрейя-сама, и он быстро набирал силу. В настоящее время, он достиг 4-го уровня.

—	Затем, став значимой фигурой в семье Фрейи, он привлёк внимание как внутри, так и за пределами семейства...

Такова нынешняя ситуация в Орарио.

Это ложная реальность, которая окружает Белла Кранелла. Без сомнений, Белл будет поражен окружающим миром.

◊◊◊

—	... Миах-сама ! Нааза-сан, Дафна, Кассандра!

Пробежав ещё некоторое время, он наткнулся на важных людей, которые помогали ему и сражались рядом с ним.

Это был Бог-целитель, чье семейство помогало исправлять последствия “Фестиваля Богини”.

—	А? Кажется, я помню, ты должно быть из...

—	Это семья Фрейи, Миах-сама... Тот, кого называют самым быстрым кроликом в мире. Нет, теперь это кроличья лапка...

—	Зачем мы понадобились высокопоставленному члену крупнейшего семейства в городе?

"!?"

Миах склонил голову, словно впервые увидел его. Наза, смотрела на него как на незнакомого человека.

Дафна насторожилась.

Вынужденный снова впасть в бездну отчаянья, Белл содрогнулся и снова побежал.

Он не заметил, молодую девушку, Кассандру, которая словно увидела, что "несбыточная мечта" становится реальностью и побледнела, потеряв дар речи.

—	Такемиказучи-сама! Оука! Чигуса!

Все это время. Бог-боевых искусств и его семья, выступали в роли посредников в ссорах.

Они останавливали конфликты, вызванные авантюристами среди других семейств. У

видев их, Белл в панике подбежал к ним и схватил девушку за плечи.

—	Уу-ах!?

—	Что ты делаешь! Убери руки от Чигусы!

—	... Разве ты не дитя Фрейи? Кажется, ты нас хорошо знаешь, но где мы познакомились?

"...!?"

Чигуса была поражена.

Оука сердито отмахнул его руку.

Такемиказучи смотрел на него удивленными глазами. Даже тут, Белл получил сильный удар.

Дыхание сбилось, сердце бешено колотилось в груди.

Нет...

Не было никого.

Никто не знает Белла Кранелла из семьи Гестии.

Даже Боги, что были непостижимыми существами, не могли вспомнить настоящую реальность.

Была ли ошибка в нём? Мог ли сам мальчик ошибаться?

Появлялись подозрения, доводящие мальчика до отчаянья.

Хотя он и был человеком, но только Белл смог противостоять силе очарования.

И поскольку лишь он, оставался нормальным, этот искаженный мир, заклеймил его чужаком.

◊◊◊

—	Сила настоящего очарования... Мы впервые увидели это.

—	Оказывается, Фрейя-сама всегда скрывала эту силу, и не использовала ее раньше?

—	Это правда, является изменением самого мира, однако это также является вторжением, которое так ненавидит верховная королева.

Хогни остановил болтовню дваллина и остальных.

Семья Фрейи способна победить десятитысячную армию.

Однако, Богиня Фрейя, может захватит эту армию без коровопролития.

Если у Фрейи есть цель, всё падет, настанет конец.

Она захватит трон, построит рай и станет господствовать над всем нижним царством.

Все места, куда могут дотянуться её глаза и голос, это территория Богини.

Это очарование может повлиять даже на человека, обладающей большой силой, даже Боги боятся этого.

Не только красавица, но и ведьма, способная управлять миром. Это истинная сущность Фрейи, Богини красоты.

Однако, несмотря на то, что Фрейя является абсолютной королевой, она не планировала опустошать мир, вместо этого ей нравилось испытывать удовольствия нижнего мира. Однако, самое главное в том, что она уважает нижний мир.

Она понимает, что её сила - самая пустая и скучная вещь.

В чем ценность того, что можно легко получить? И даже если ты получил это, насколько большой будет пустота внутри?

Очарованный мир, где все подчиняются ее воле, ничем не отличается от смерти.

Поэтому Фрейя не намеревалась очаровывать нижнее царство и контролировать его.

Это ее закон. Правило, которого она придерживалась.

—	...Но Богиня нарушила это правило. Она до такой степени хотела этого глупого кролика... Белла Кранелла.

Это была информация, полученная от Иштар, Богини красоты, и Талмуза, человека, который был ее подчиненным.

—	Очарование не действует на Белла Кранелла. Он не был связан чувствами с девушкой Сир, и не склонился перед любовью богини.

Поэтому Фрейя не изменила мальчика, а изменила его окружение.

Чтобы изолировать мальчика, она изменила сам мир.

Все для того, чтобы держать душу и разум Белла в своих руках.

После слов, брошенных Хедином в большом зале воцарилась тишина.

Чувство, которое пылало в глазах воинов, несомненно, было ревностью. Но оно также было и чувством преданности.

Эльфы закрыли глаза, и четверо прумов произнесли в унисон.

—	Как пожелает Богиня...

◊◊◊

И тогда...

—	Богиня-сама! Друзья!!!

Мальчик встретил семью Гестии.

"...!!! Белл!"

Когда парень появился прямо перед ней, Гестия, которая все ещё помнила его, желала громко выкрикнуть его имя.

Семья Гестии, находилась на юго-западной части города, недалеко от улицы Дедала, это одна из многих улиц, связанных между собой, словно паутина.

Гестия, Лили, Вельф, Микото, Харухиме, как и остальные занималась последствиями “Фестиваля Богини”.

Но на деле, это было лишь прикрытие, под личиной которого, Гестия, тайно исследовала, насколько был изменён город.

И чем больше она узнавала, тем больше теряла надежду, и в этот момент перед ней предстал мальчик.

Словно притягиваясь друг к другу, словно делясь одиноким священным пламенем друг с другом, это была наихудшая встреча из возможных.

—	Белые волосы, красные глаза... Это знаменитый новичок из семьи Фрейи? - Удивленно пробормотал Вельф.

—	Почему член самой могущественной семьи в городе, ищет семью Лили? Я могу вам чем-то помочь!?

Заметив удивленное лицо Вельфа и настороженную Лили, которая общалась с ним дрожащим голосом, лицо Белла скорчилось в мучительной гримасе, казалось, словно его пронзили копьем.

Сердце Гестии тоже мучила боль, словно ее тело было рассечено длинным мечом.

Дрожащие рубиново-красные глаза, казалось, проливали невидимые слёзы в поисках своего места.

Он хотел найти своё место среди членов семьи, которые смотрели на него как на врага.

— …………

Ей хотелось подойти к нему. Крепко его обнять.

Парень так сильно трясся, а его тело было таким холодным. Сейчас ему было так больно, невыносимо больно!

Но... она не этого сделать.

—	Ли-Лили ...! Ты же помнишь как стала моей помощницей...?

—	Такой слабый прум, как Лили, никогда не была вашей помощницей!

Девушка прум отказала ему, будто не понимая, что он говорит.

Слова его первого товарища, спутницы, с которой он впервые создал группу, пронзили сердце мальчика.

—	Вельф! Но ты... ты ведь сделал мне оружие...!

—	К сожалению, я не помню как принимал твой заказ. Кажется, у тебя нет ничего, что было бы моей работой.

Молодой кузнец, холодно отверг его, словно не принимая его слова в серьез.

Сколько бы раз мальчик не смотрел на свой пояс, его снаряжения нигде не было видно.

—	Микото, Разве ты не помогала нам во время Военной игры?...!

—	... Я не помню, чтобы участвовала в Военной игре с семьей Фрейи.

Девушка с дальнего Востока, придерживающаяся высокого чувства долга, показала явное замешательство, словно у неё никогда не было долга перед ним.

Подруга детства, которую они спасли вместе с ней, была в стороне, но эти сине-фиолетовые глаза ничего не помнили.

—	Харухиме, разве мы не читали много геройских историй?...!

—	Возможно, мы познакомились в квартале увеселений...? Простите, но я уже не проститутка!!…

Девушка-ренарт проявила явный страх.

Возможно, из-за страха и переживаний от эпохи работы в квартале увеселений, её тело дрожало при виде мальчика, которого она видела в первый раз, она отошла за спину своей подруги.

Они, и все, что с ними связано, причиняло боль для Белла.

Гестия выглядела так, словно её вот-вот стошнит. Её собственная семья семья причиняла боль дорогому человеку.

Она, практический потеряла силы сдерживаться, ей сорваться и выкрикнуть: Прекратите! Прекратите! Пожалуйста, перестаньте причинять боль этому мальчику!!!

Гестии хотелось рыдать.

Но... Несмотря на это, она ничего не могла сделать.

"...!!!"

Две фигуры отражались в глазах Гестии.

На вершине одного из зданий и возле темного переулка. Боаз и человек-кот даже сейчас наблюдали за Гестией.

Гестия, как и Белл, не попала под чары Фрейи.

Она - одна из трех Богинь целомудрия на небесах.

Подобно  Афине и Артемиде, она уважала целомудрие, и могла отвергнуть всепоглощающую силу Богини красоты.

За мгновение до того, как город был искажен, Гермес пришел к выводу, что только она может спастись, ведь она является одной из целомудренных богинь.

Ей удалось собрать всю свою божественность и отразить Очарование.

Именно по этой причине, за ней тщательно следили.

(За мной следят... Нет, они намекают.... Если я все расскажу Беллу, то Вельф и остальные...)

Словно предупреждая Гестию, Сильнейший” и “Быстрейший” раскрыли свое присутствие.

Первый следил за Гестией и остальными с самого утра, а второй следил за Беллом, который сбежал с базы Семьи Фрейи.

Молчаливое послание в их пустых глазах было предупреждением.

В то же время, это служило напоминанием о заложниках.

Как только Гестия нарушит соглашение с Фрейей, они мгновенно убьют Вельфа и остальных.

Особенно последний, Аллен.

Хотя он и поклялся в верности Богине, он также источал атмосферу, ненавидящую весь этот «фарс».

Даже если один из товарищей Белла будет убит, и Фрейя не сможет получить его душу, тогда он обязательно убьет Вельфа и остальных.

Гестии нельзя контактировать с Беллом, секретные передачи, переписка, все это запрещено.

Наблюдение не будет прервано, пока она не выполнит контракт о переходе Белла или пока сердце мальчика не будет захвачено Богиней красоты, Фрейей.

".............................."

Ей очень хотелось подойти к парню и обнять его, но теперь она не могла позволить мальчику заметить это чувство.

С этим противоречием в сердце, Гестия посмотрела на Белла.

В глазах Белла мелькал свет, но даже этот свет мог исчезнуть в любой момент.

Сколько бы раз он не говорил, сколько бы не утверждал, каждый отвергал его.

Этот повторяющийся кошмар, нанёс душе мальчика множество ран.

Он давно потерял вид сильного авантюриста 4-го уровня.

Победа над Минотавром, смертельный марш к 18 этажу, Военная игра, сражение с семейством Иштар, защита ксеносов и марш-бросок через глубокие этажи.

Эти приключения и испытания определенно не то, что человек способен пройти в одиночку.

Именно благодаря своим товарищам, Белл Кранелл смог совершить этот подъем.

Но сейчас, все думают, что Белл совершил все это в одиночку. Все хвалили Белла за то, что он очень силён.

Однако, это не так.

Если снять с него роль авантюриста, Белл, окажется простым парнем, который соответствует своему четырнадцатилетнему возрасту.

Он ничем не отличается от других людей, обычный человек.

Только Гестия знала это.

Когда он будет один, в его сердце останутся лишь боль и тревога.

Если поместить человека в место где он будет один, он непременно покажет свои слабости.

Скорее всего, разлука с дедом, заставила Белла очень бояться потерять семью.

Поскольку его поддерживают незаменимые люди, Белл может стоять, независимо от того, насколько ему больно.

Все потому-что он имел множественно друзей.

И когда все они отвергли его, Белл Кранелл не мог этого принять и был в полном смятении.

—	...Богиня…

Теперь, последней надеждой мальчика была Гестия.

На неё посмотрели Рубиново-красные глаза.

Его взгляд был таким мимолетным и хрупким, казалось, что он может сломаться от следующего вздоха, Белл отчаянно пытался найти последнюю надежду у Гестии.

Её руки скрытые за спиной Вельфа и остальных, дрожали.

Внутри её тела все пересохло, словно она находилась в пустыне.

Пятеро членов семьи Гестии, стоящие вместе, и парень, одетый в форму семьи Фрейи.

Эта сцена, является линией, что разделяет их...

—	...Все, уходим.

Какое у неё выражение лица?

Спрятав свои чувства от Белла, она ведь причинила ему боль?

—	Не никак не связаны с семьей Фрейи…

Она нанесла последний удар настолько сильно, что последователи богини красоты, наблюдавшие за ней, должны быть довольны.

*Щелк*

Он упал на колени.

Она услышала как мальчику упал на колени, словно он был марионеткой на подрезанных нитках.

Гестия уже не могла обернуться.

Лили и другие, выполняя волю своей Богини, начали уходить с ней, Гестия из-за всех сил, пыталась сдержать свою маску спокойствия.

—	Богиня… Богиня..!

Мальчик со всхлипом повторял эти слова ей в спину.

Микото и остальные в замешательстве оглянулись, но Гестия не оглядывалась.

Дрожащие руки вспотели. Нет...

На самом деле, это был не пот, а кровь.

Кажется, что-то проткнуло кожу. Она не знала, когда это случилось.

Ей было не интересно об этом раздумывать.

В конце концов, это не то, из-за чего можно плакать.

Богиня очага, была крайне разочарована в себе и впервые отвергла протянутую руку человека.

Она отмахнулась от руки своего самого дорогого человека.

◊◊◊

После этого...

...Я могу вспомнить, что было после.

Даже моё сознание было затуманено и меня словно куклу, вернули на базу Семьи Фрейи.

Оглядываясь назад, я смутно припоминаю, что Аллен-сан тянул меня за руку.

Кажется, что в моём сердце большая дыра, и меня окружало неописуемое чувство пустоты, а мое тело осматривали по приказу мастера.

И тогда...

— Кажется, это проклятье.

Это были первые слова, которые я услышал за время этого долгого осмотра.

—	……Проклятье……?

—	Да, это проклятье. Тебе внушили ложные воспоминания, из-за него ты попал в замешательство.

Девушка-целитель, сидевшая напротив меня, сообщила мне мой диагноз.

Поскольку я ещё не отошёл от потрясения,  я едва выдавил из себя слабый голос, который мог исчезнуть в любой момент.

Это было похоже на прилив тепла, пронизывающий мое ледяное тело... Тревожные чувства заставляли тело двигаться.

—	Подождите... пожалуйста, подождите... все это...

Я не могу это принять.

—	Воспоминания, которые у тебя есть, ложны, ты забыл свое истинное «я».

Совершенно невозможно, что кто нибудь примет подобное. Я бы никогда не согласился с тем, что я член Семьи Фрейи...!

— Учитывая то, что с тобой стало, это может звучать грубо, но… лучше принять реальность сейчас. Твое странное поведение удивило много людей, не так ли?

—	Это... это……!

—	Это не редкость для людей, на которых было применено проклятие, связанное с воспоминаниями В конце концов, даже «Аномальное сопротивление» не может предотвратить его эффект.

Не могу опровергнуть.

Я никак не могу это опровергнуть.

Она аккуратно блокировала все пути отступления по одному, ведь, как она и сказала, никто не знал меня.

Независимо от того, насколько я уверен в себе, люди вокруг меня будут это отрицать.

Будучи отвергнутым миром, даже если я прав, все будет ложью. Белое станет черным.

Свет превратится во тьму, и здравомыслящие люди превратятся в дураков.

Дыхание задержалось в груди. Моему сердцу так больно.

Целитель, со связанными в хвост светло-рыжими волосами, пожала плечами и произнесла:

— Поменять память человека, это необычная работа.

—	Кто мог наложить такое сложное проклятье?

“Проклятие……? Это действительно проклятие ...? Мои воспоминания, воспоминания о Богине, встречи с разными людьми... все это ложь?

Пейзаж вокруг меня исказился. Нет, не сам мир. Мои глаза. Мое сердце...

—	В любом случае, я должна сначала доложить Фрейе-сама.

— Мы должны выяснить, кто осмелился выставить нас дураками, и преподать им суровый урок.

—	Где сейчас Фрейя-сама?

—	В Вавилонской башне, вместе с этим кабаном.

◊◊◊

Комната, в которой мы находимся, была лазаретом, который напоминал приемный зал, какого нибудь замка.

Вокруг меня находились авантюристы первого класса.

Хогни, Аллен, Альфригг и другие.

Четверо братьев прумов нервно переговаривались между собой, а затем, обратили свое внимание на девушку целителя.

—	Хейт. Поторопись и сними проклятье.

— Снимать проклятье, это работа целителя.

—	Не усложняйте ситуацию. Я отвечаю за лечение ран, но я ничего не знаю о проклятиях... И это проклятие не сможет снять целитель среднего уровня. Даже если вы пойдете за помощью в семью Диана Кехта, то сложно сказать, смогут ли они его снять.

С недовольством ответила, Девушка-целитель.

Кажется, они уже начали рассуждать над решением проблемы, содержание их разговора не было противоречивым, и он не выглядел как постановка или ложь.

Словно я действительно был частью этой семьи. Ведь из-за меня поднялась эта тема.

— "Святая" из Семьи "Диана Кехта"

—  То, что придется быть у них в долгу раздражает, но другого выбора нет.

— Так много усилий из-за глупого кролика, но другого пути нет.

—	В конце концов, его очень любит Фрейя-сама.

—	Ха-а, это раздражает.

Они продолжали осуждать меня. Но, я ничего не мог ответить. Я не мог отрицать реальность.

Мастер и Хогни-сан молча наблюдали за мной, Аллен выглядел нетерпеливым и я чувствовал, что в любой момент он может цокнуть языком.

Наконец, целительница... Хейт, протянула ко мне свою руку.

— Кажется, другого способа нет. Поскольку я несу ответственность, за то что не могла тебя исцелить, я склоню голову перед членами семьи. Мы сделаем так, чтобы «Святая» осмотрела тебя, я надеюсь, она сможет избавиться от твоего проклятия.

Я уставился на ладонь, которая хотела взять меня за руку.

.….Что будет, если сниму проклятье?

Если, просто подумать, что это все нереально, и если я действительно попал под проклятье... то, сняв его, я забуду всех?

“Забуду Богиню, Эйну, Лили, Вельфа, Микото, Харухиме, Всевышнего Миаха, Наазу, Сир, Рю, Аню, Хлою, Руноа, Деметру-сама, Тиону, Тионе, Финна, Риверию, Гарета, Оуку, Чигусу, Всевышнего Гермеса, Асфи, Борса, Такемиказучи-сама, Всевышнюю локи, Дафну, Кассандру, Айшу, Лая, Финну, Руу, Виену, Мари, забуду о всех!!!”

“Я забуду всех, словно они обман, словно их никогда и не было!?”

Я не хочу! Никогда!

Не успев опомниться, я вскочил со стула и отмахнул протянутую руку.

— Ай...

— Ах... простите...

Я боялся восстановить свою память. Нет, я боялся забыть всех кого знал.

Под взглядами Альфригга и остальных я застыл.

Я стоял неподвижно, а Хейт пристально посмотрела на застывшего меня.

—	Я понимаю, это больно.

Коридоры базы действительно великолепны и элегантны, словно во дворце.

От окон, возвышающихся над моей головой, до столбов украшенных богатой резьбой, этот дворец прекрасен, как кусок, взятый с небес, где живут боги.

Общий интерьер выполнен в торжественном белом цвете, что тоже создавало иллюзию, будто я все еще потерялся в своем сне и не проснулся.

Выйдя лазарета, Мастер, не говоря ни слова повел меня по коридорам, с пустым выражением на лице.

—	Это твоя комната.

"..."

—	Останься здесь и подожди, пока вернётся Фрейя-сама.

Мастер остановился перед дверью и снова посмотрел на меня.

Это место, комната, в которой я проснулся рано утром.

У меня нет выбора, кроме как оставаться здесь.

В конце концов, мне некуда идти.

Даже если я вернусь в Особняк домашнего очага, наверняка Лили и остальные меня не пустят.

Нет, это не так.

—	Твоего дома здесь нет.

—	Уходи отсюда.

Я боялся услышать эти слова.

Если бы я действительно услышал, как они говорят это мне, боюсь, я больше никогда не смогу улыбаться.

—	Мастер...

Я посмотрел на эльфа в поисках последнего проблеска надежды. Однако и Мастер ничего не сказал.

—  Мне нечего сказать тому, кто потерял свои воспоминания.

Я чувствовал, как красные коралловые глаза, скрытые очками, говорят эти слова.

Я слабо опустил голову, мой взгляд упал на пол, я прошёл мимо Мастера и вошел в комнату.

"..."

Смотря на эту одноместную комнату, можно узнать, как проживают члены самой большой семьи в городе.

Интерьер конечно же очень объемный, потолок до абсурдного высок, а все, что необходимо было под рукой, сложно определить, чего может не хватать.

Для меня, того, кто еще недавно был членом маленькой семьи, в этой комнате... было невозможно успокоиться.

Это похоже на картину, которая была тщательно оформлена, и только я был не на своём месте.

В тоже время я заметил ещё одну вещь.

Проснувшись сегодня утром, я почувствовал присутствие жизни. Это было потому-что тот кто жил здесь, оставил следы своего присутствия.

Хотя это было не так заметно, ведь тут тщательно убирают.

Добытые в Подземелье предметы гордо лежали на столе.

Также здесь есть несколько книг о героях, кажется, я как-то говорил кому-то на улице, что мне нравится их читать.

Повсюду следы жизни, как будто здесь живет мой клон. Может быть, здесь действительно жил Белл Краннел...?

— Хм……!

Чувство тошноты вырвалось из глубины моего горла, я зажал рот руками и мое тело затряслось.

Отступив на несколько шагов, я поднял голову и посмотрел в зеркало на стене, где отразилась... фигура авантюриста в униформе семьи Фрейи.

"..."

С посиневшим лицом я подошел к большому ящику, предназначенному, как мне казалось, для хранения вещей.

Затем взялся за ручку и медленно открыл его.

—	… Мое снаряжение?

Внутри находится одежда и несколько видов оружия. Кинжал, длинный кинжал, короткий меч и большой меч.

Из доспехов здесь есть легкие доспехи, ручные доспехи, наручи, поножи и саламандровая ткань.

... Это оборудование, которое я использовал?

Я протянул дрожащую руку и вытащил кинжал, я удивился, поняв, что он идеально ложится в ладонь и хватка была очень удобна.

Индивидуальный заказ, который включает в себя длину пальцев и размер ладони. То же самое и с броней.

Она идеально подходит мне по размеру.

Всё сделано для авантюриста, Белла Кранелла.

Здесь нет оборудования с выгравированным знаком Вельфа. Нет, Божественного кинжала.

— ............Ах.

Моё дыхание было дрожащим, и, казалось, ком встал в горле.

Тоже самое и с вещами, и оборудованием. Все здесь доказывает, что я не член семьи Гестии, а авантюрист из семейства Фрейи.

Я понимал, что это невозможно.

Но в отражении зеркала я не видел прошлого себя.

Свет заката озаряет меня, а потом он падает на кровать, а затем на землю.

Солнце за окном склоняется на запад, и приближается вечер.

◊◊◊

Гестия шла в одиночку

Она оставила Лили и остальных. Хотя члены семьи беспокоились о ней, они все же были уверены, что у нее есть строчное дело к другим Богам.

—	Белл...? Гестия-сама, о ком вы говорите?

Ответили Лили и остальные, после того как очнулись.

После того, как сделка с Фрейя исказила город. Гестия была ошеломлена и некоторое время сидела на корточках, чтобы успокоить себя.

Несомненно, это было сильнейшее и разрушительное очарование, которое когда либо действовало в нижнем мире. Несмотря на то, что Гестия сама являлась богиней, подобное явление ошеломило даже её.

Когда Гестия наконец пришла в себя, солнце вот-вот должно было сесть, это было уже после того, как всё изменилось.

Все жители города вокруг нее небрежно наслаждались последним днем “Фестиваля Богини, не было рядом и Гермеса.

Вместо этого, разбросанного оружия, вокруг неё лежали члены её семьи.

Она поспешно подбежала и увидела, что Вельф и остальные нисколько не пострадали, а вскоре, они начали приходить в себя.

Но они не помнили недавних событий.

Не помнили о нападении Семьи Фрейи и даже забыли о Белле.

—	Сила очарования Фрейи настолько мощна...

Гестия была поражена и поняла, что все жители Орарио стали рабами Фрейи.

Вернувшись на базу, она осторожно опросила Лили и остальных, и обнаружила, что Белл пропал из их памяти.

Это Вельф спас Лили от семьи Сома, Вельф создал оружие для микото, и Микото спасла Харухиме в одиночку.

Их воспоминания были изменены, чтобы соответствовать развитию ситуации.

Было ясно, что в них отсутствует решающий элемент "Белл", и как не крути это была ошибка, но Лили и другие не считали это противоречием.

И ошибочно думали, что это вовсе не странно.

Мышление совершенно в другом направлении, это явный признак очарования.

Именно из-за Белла, собралась нынешняя Семья Гестии, но Лили и остальные не помнили об этом.

Семьи Гестии и Белла больше не существует.

"...!"

Несмотря на то, что поблизости много людей, которые устранят последствия фестиваля богини, Гестия почти схватила себя за голову и закричала.

Гнев, печаль, пустые мысли и чувство бессилия, она хотела выпустить все это, в яростном крике.

Белл, должно быть, много раз испытывал это чувство.

И теперь, стоя в том же положении, что и он, Гестия, наконец, по-настоящему поняла его чувства, но это даже не было утешением.

В конце концов, парня, которому она хотела все рассказать, сейчас не было рядом.

—	Гестия? Что ты здесь делаешь?

—	...! Гермес!

Услышав этот голос, Гестия подняла голову. Бог, которого она искала, стоял перед ней.

Она притворилась, что решает последствия “Фестиваля Богини” вместе с Лили и другими, исследуя ситуацию в городе, и в то же время она хотела связаться с богом, стоящим перед ней.

—	Гермес ... Вчера... Тот инцидент …

— А? Что-то произошло вчера?

—	Ну, ты все еще... У тебя есть какое-нибудь странное впечатление...?

— Если, что-то случилось, то можешь спрашивать, что хочешь. Мы ведь давно друг друга знаем.

Очарование не повлияло на Гестию, и ее сознание было чистым, именно поэтому за ней наблюдали.

И вероятно, будут следить и в будущем, дабы она не смогла разрушить мир, созданный Фрейей.

И этот разговор также должны подслушивать.

Столкнувшись с улыбающимся Гермесом, Гестия пыталась подобрать правильные слова ... Но в конце концов все же спросила:

—	... Ты знаешь Белла?

—	Белла Кранелла? Да, я обязан его знать!

Этот весёлый голос заставил Гестию на мгновение увидеть надежду.

—	Это парень из семейства Фрейи. Самый быстрый кролик в мире, наводящий трепет во всем городе!

"...!"

Воодушевление сразу перешло в отчаяние.

—	Подняться до 4 уровня за полгода, это неслыханно! В нем мы видим проблеск надежды и желания небес, свет Богов и наших желаний. Этот мир жаждет героя!

Непосредственно перед тем, как мир изменился, Гермес оставил ей послание.

Бог-покровитель путешественников знал того, кто воспитывал Белла.

Гестия подумала, что он может находится рядом, поэтому попыталась связаться с ним, но это не сработало.

Гермес был очень спокоен, находясь во владениях Фрейи, было очевидно, что он и сам пал жертвой очарования, как он и опасался.

Именно поэтому, Гермес передал послание Гестии.

—	Когда придет время, отдай это мне это...

Гестия сжала в руке оторванный кусок письма, оставленный Гермесом.

—	Если выберешь неподходящее время, я стану твоим врагом…

(Вот, что ты имел в виду Гермес ? Будь то ты или другие Боги, вроде Гефест, если я буду вести себя странно, то каждый станешь врагом в одно мгновение...?)

Люди и Боги, которые попали под Очарование, устраняют тех, кто пытается уничтожить очарованный город.

Если Гестия попытается передать это послание Гермесу или же как только он заподозрит неладное, его привычное выражение лица исчезнет и он схватит Гестию.

Гермес предвидел именно такой сценарий.

Это означало, что у Гестии больше не было союзников.

Сейчас, Гестия никак не могла изменить положение дел.

Как и Белл, Гестия была изолирована от мира, и находилась в руках Фрейи.

В этой шахматной партии, ей был поставлен мат.

—	Как и ожидалось, леди Фрейя. Вы найти такого удивительного члена семьи, и имя собирателя душ вам действительно подходит.

"..."

—	Кстати, я этого не ожидал. Гестия, как давно ты стала называть его “Белл”?

"..."

—	Когда ты начала знать его так хорого ...Гестия?... А? Что случилось?

Бодро заговоривший Гермес выглядел удивленным.

Гестия почувствовала себя неловко даже при виде его лица, поэтому она опустила голову.

—	...Ничего, такого...

—	Гестия?

—	Извини, Гермес ...Я ухожу.

Она покинула Гермеса, с видом безжизненного призрака,

Бродить по шумным улицам было мучительно.

Живой смех казался ей слишком омерзительным.

Город, забывший о Белле, вгонял её в тоску.

Более того, Беллу должно быть более болезненно, чем ей. Этот факт ещё больше огорчал её.

Она находилась в тупике, а все самое дорогое было забрано у неё.

Гестия была полностью потерянная.

Но сразу после этого...

— ……А?

Когда она случайно подняла голову, ей показалось, что вдалеке она увидела знакомую фигуру.

—	Гестия остановилась, и, немного поколебавшись, она пошла в том же направлении.

Она вспомнила о тренировках, где была сама Гестия, Белл и "она"

Гестия поднялась по ступеням и достигла вершины огромной городской стены.

"..."

Там стояла девушка.

Длинные золотые волосы колышутся на осеннем ветру.

Это было красивая, но одинокая сцена.

—	Вален как-тебя там...

—	...Богиня Гестия?

Это нелепо.

Если бы Белла, не существовало, они бы никогда не имели никаких дел друг с другом, или же они бы имели совсем другие отношения, и все же, они разговаривали друг с другом, точно также и как раньше.

Почувствовав эту слишком забавную и необоснованную реальность, Гестия захотела рассмеяться, но не смогла.

—	Что ты здесь делаешь?

—	……Я не знаю.

—	Не знаешь?

—	Ну... я здесь... Я хочу что-то найти, мне кажется, я хочу с кем-то встретиться.

Казалось, что Аиз сама мучалась этим вопросом.

Увидев это тонкое изменение эмоций, Гестия внезапно подумала: «Может ли она все еще помнить Белла?», однако,  сразу же разочаровалась.

Эти прекрасные золотые глаза также были затуманены серебряным светом.

Этот серебряный свет, в её глазах был доказательством того, что она также попала под чары.

Даже другие Боги стали послушными рабами, какими бы особенными ни были, эта девушка также не смогла избежать оков этих чар.

Гестия выругала себя.

(Не делай ничего ненужного. Гестия напомнила себе об этом.

—	Вален как-тебя там... Ты знаешь Белла?

—	...? Вы имеете в виду Белла Краннела из семьи фрейи...?

Было очень больно слышать то, как она называет Белла.

За ней наверняка наблюдали, Сильнейший, наверняка наблюдает за каждым её шагом, и его слежку не в силах заметить, даже Принцесса меча.

Но даже понимая это, Гестия выдавила из себя эти слова :

—	Пожалуйста ...прошу тебя, не появляйся перед Беллом.

Она не знала, как будут действовать глаза и уши Богини красоты. Но это неважно.

Сама Гестия сейчас не может вносить никаких изменений, всё что она может сделать, так это отвести боль от Белла, насколько это возможно.

Если бы Айз, которая была очарована, отвергла его - возможно, мальчик уже не смог бы противостоять чарам Богини красоты.

Может быть, навык потеряет силу и он действительно станет любимцем Фрейи.

Гестия волновалась и боялась такой возможности.

— Я……?

— Да!...

—	Зачем……?

—	Я не могу сказать ...

— ...

— ...

— ...

— ...

—	…………Я поняла.

—	Прости. И спасибо.

Тихо произнесла Гестия, смотря на свою тусклую тень, растянувшуюся на каменной плите.

Солнце вот-вот сядет.

Сумерки осветили Богиню и девушку тусклым светом.

◊◊◊

Солнце постепенно заходило за огромную городскую стену, погружая город в ночную тьму.

Вечернее небо казалось красным от слез.

Это зрелище заставляло многих людей останавливаться и с восхищение наблюдать за ним.

—	...Информация о Белле Кранелле.

Северо-западная часть города, здание прилегающее к «Штаб-квартире Гильдии» на «улице Авантюристов».

Эйна вытащила с полки несколько документов с полки, заваленной бумагой и папками.

“Кранелл, которого я встретила недавно, вел себя немного странно... Авантюрист с многообещающим будущим - один из немногих в городе, его невозможно не знать ...Но он так отчаянно звал меня по имени…”

Белл Кранелл, с которым она познакомилась днем. Его измученное, посиневшее лицо застряло в ее памяти.

Поэтому Эйна попрощалась со своей коллегой Мишей и вернулась в «Штаб Гильдии» одна.

Она никак не могла поверить словам парня, но она все еще хотела изучить его резюме.

—	...Более того, я не знаю, что происходит. Я не должна это выяснять... но всё равно…

Её сердце подсказывало, что это именно того, чего она хочет больше всего.

Это был необъяснимый, безумный порыв.

Ей было немного страшно, но все же она чувствовала, что это было правильно.

Это невероятное чувство заставило ее сжать губы и рыскать по полкам.

В штабе Гильдии сейчас почти никого нет, и все заняты тем, чтобы завершить последствия "Фестиваля Богинь".

Не было никого, кто бы мог быть в информационной комнате, куда только что вошла Эйна, не было никого и во втором штабе, где располагался рабочий стол Эйны.

Поэтому никто не будет её винить, даже если она будет рыться в документах.

—	Белл Кранелл... 14 лет, мужчина. Человек. Он зарегистрировался как авантюрист полгода назад, не было никаких следов фалны перед его заходом в город. Теперь он принадлежит семье Фрейи.

Даже услышав голоса нескольких сотрудников, пришедших в вестибюль, она продолжала читать информацию об этом авантюристе, хранящуюся в гильдии.

Казалось, что в этом документе с реалистичным портретом мальчика не было ничего странного, но это не так.

—	...Следы вмешательства?

Забыв сесть за стол, Эйна тщательно изучала документы.

Было видно, что начиная с Семьи к которой он принадлежал, до последующая информация была грубо подделана.

Ей могло показаться, словно ночью, кто-то из сотрудников гильдии, быстро переписал эту информацию.

(Возможно, это действительно является правдой... кто-то подделал информацию Белла?)

Не ошибся ли парень, называя её по имени?

Так подумала Эйна, но в следующий момент.

—	...Нет, там нет никаких следов подделки. Кранелл изначально принадлежал семье Фрейи…

Легкий серебряный свет, промелькнули в темно-зеленых глазах, и пустой шепот сорвался с ее губ.

Эйна никак не могла разглядеть, то что было перед глазами, а её лицо было пустым.

Очарование Фрейи, наложенное на весь город, имело огромную силу.

Оно не пыталась забрать человечность Эйны.

Даже если она была готова пойти на все, чтобы украсть мальчика, Фрейя не собиралась превращать город в пустой кукольный спектакль.

Это черта которую провела Фрейя, а так же её насмешка над собственным поведением, и проявление уважения к жителям нижнего царства.

В этом случае, жители могли полагаться на свою волю, до определенного момента.

Правила, установленные очарованием Фрейи, очень просты.

Информация о Белле Кранелле производит ложное впечатление, и этим все сказано.

Если кто-то засомневается в «ложных воспоминаниях», введенных Фрейей, и попытается связаться с парнем, который не был затронут очарованием, то установленные правила будут нарушены, и очарованный человек будет вынужден исправить своё мышление.

Нет, мышление исправляется само собой.

Это и произошло с Эйной только что. Она даже не смогла заметить как её мышление было искажено.

Очарование Фрейи безупречно, оно заставляет людей не замечать, что они были под чарами.

—	……Агхх…… Нет....

Голова Эйны начала болеть. Возможно, это показывало, что сейчас, её сознание разрывало на две части.

Существует конфликт между памятью о мальчике, которою она взращивала в себе до сих пор, и принудительной силой очарования.

Частое непонимание фактов стало тяжелым бременем, заставив тело Эйны трястись, а затем разрываться.

—	Ах...

Сложенные на её столе папки, развалились и в беспорядке упали на пол.

Эйна, чей мозг был в замешательстве, поспешно наводила порядок, забывая, зачем ей понадобилась информация на столе. Не понимая откуда возле неё образовался такой беспорядок, она наткнулась на кнгиу.

— ……А?

Тогда время остановилось.

Эйна задержала дыхание, продолжая медленно моргать, она снова посмотрела на обложку.

Обычные слова, написанные на обложке - «Дневник Советника. Авантюрист Белл Кранелл».

Как советница, Эйна обязательно ведёт учёт авантюристов, за которых она отвечает.

Это было для того, чтобы отслеживать их деятельность, дабы авантюристы оставались в безопасности.

Журналы эльфа Лювиса и дворфа Дормула, за которых она отвечает, также должны лежать в её квартире.

Так Почему этот журнал о Белле Кранелле?

Она находилась в замешательстве. Её дыхание прерывалось.

Это был её собственный почерк, его невозможно подделать. Почему у неё что-то подобное?

Нет, почему ей неосознанно хотелось выбросить этот журнал и эту гору записей в мусорное ведро, почему ей хотелось просто избавиться от этого.

(Зачем? Как такое может быть ? Я совсем не понимаю).

Дрожащая рука стала переворачивать страницы.

“Я провела переговоры с высшим звеном и насильно стала человеком, отвечающим за Белла Кранелла.”

“Это был парень, на которого Роза и остальные делали ставки. Может быть это правда, что у нет таланта авантюриста, но... я никогда не позволю ему умереть! Как обычно, начну вести дневник с сегодняшнего дня.”

Сердитый почерк рассказывает о начале её общения с парнем.

В нем было записано, что она выделила ему оборудование, назначенное гильдией, и начала обучать его в первый же день их встречи.

“Он даже не послушал моих инструкций и пошел на пятый этаж. Это невероятно! Он не только чуть не умер, но и бежал по улице весь в крови! Хотя Белл очень откровенен, он иногда бывает непредсказуемым. Надо еще строже следить за ним. А ещё он сказал, что влюбился в принцессу меча с первого взгляда... Стоп... Неужели это важно?”

С тяжестью переворачивая страницы, она наткнулась на свои гневные записи, в которых она беспокоилась за мальчика.

“Победил минотавра! В одиночку! И достиг 2 уровня... Это действительно необъяснимо. Но, возможно, этот ребенок станет очень сильным авантюристом. В тоже время, он может умереть если не будет осторожен. Это меня очень пугает... Ты действительно умеешь доставить мне беспокойство, Белл...”

В этой записи было описано удивление от повышения уровня и беспокойство за парня.

Это были записи о парне, которого она не знала.

Сила очарования, была немедленноактивирована

Запись о Белле, отображаемая в дневнике, для Эйны больше не является описанием Белла.

“В первое время я ничего не могла поделать с этим парнем. Он напал на авантюриста и стал врагом города. Он ничего мне не сказал, поэтому я дала ему пощечину. Я выгляжу как дура. Очевидно, я старше его, но повела себя как ребенок. Но… мне так грустно. Мы ещё не помирились. Белл,  я действительно хочу быть твоей советницей. Если тебя что-то беспокоит, я просто хочу помочь тебе.”

Рука переворачивающая страницы остановилась.

На записях, что-то размыло чернила, словно попавшая на бумагу влага.

В то же время по темно-зеленым глазам катились слезы.

"Больше не могу. Я больше не могу так работать! Во мне живет порочность, несовместимое с кровью эльфа, текущей во мне. Все из-за авантюриста, которого я была обязана наставлять. Как бесстыдно! Я должна быть хорошим сотрудником гильдии, с четким различием между личным и частным! Спешу извиниться! Надо извиниться перед Богиней Гестией!!! Ах, мама, отругай меня, пожалуйста. Госпожа Риверия, пожалуйста, накричите на меня. Я не должна принимать эти чувства…”

“Но... он все ещё я люблю его.”

Из глаз лились слёзы.

Очевидно, она не знала, кто был парень, что записан в дневнике, но она все равно не могла остановить эти слезы.

Ни Печаль, ни радость, ни тревога, слезы продолжали течь по лицу, которое потеряло всяческое выражение.

“Только сейчас, я осознала, что совсем ничего не знаю о Белле. Из-за него я чувствую пустоту внутри. Рассуждая над этим, я не заметила, как в какой-то момент этот журнал превратился в любовный дневник! Хотя здесь есть и записи о подземелье, но на самом деле это…. *след отчаянного стирания текста*”

“...Я действительно не хочу забывать его. Что бы ни случилось потом. Даже если он умрет. Даже если я умру первой... Я не хочу забывать эти чувства.”

Эйна перевернула страницу книги.

Она ничего не знала, плакала и бегала глазами по страницам книги.

В отчаянии протянув руку, пытаясь достичь того человека, которого помнила в своём сердце, а затем...

— Все ещё ищешь его, даже не помня о нем? Интересно, так вот где мой просчет.

"!!!"

Протянувшаяся сбоку рука, забрала журнал.

Эйна была поражена, а затем поняла, что не знает, сколько времени прошло, и когда рядом с ней появилась эта фигура в плаще. Нет, это была богиня.

В глубине капюшона смутно виднелась гладкая, светлая и красивая кожа, серебряные волосы и того же цвета глаза.

Узнав серебряные глаза, похожие на драгоценные камни, Эйна вздохнула, осознав личность вторженца.

—	Бо-Богиня Фрейя...?

— Одно дело ошибиться при очаровании одного человека, но при целом городе, сложно не допустить промахов, особенно когда дело касается тех, кто испытывал к нему сильные чувства.

Фрейя проигнорировала смятение Эйны в том, зачем она здесь, она быстро осмотрела журнал и проверила его содержимое.

Затем, закончив говорить сама с собой, она медленно подняла голову.

—	Девушка без всякой силы, но ты можешь противостоять мне… я действительно завидую. Кажется, у тебя особая связь с Беллом.

Фрейя улыбнулась. Это была спокойная и красивая улыбка.

По какой-то причине Эйна почувствовала холод в спине, а затем она не смогла пошевелиться.

—	Я возьму это.

—	Как?……

—	Не волнуйся, я его не выброшу. Обещаю тебе. Фрейя прижала дневник к груди и отступила на шаг.

Эйна поспешно попыталась протянуть руку, но её остановил взгляд Серебряных глаз.

Она содрогнулась.

Сейчас, Эйна не могла понять, что она снова была скованна мощным очарованием.

—	Я скажу своим детям прийти и забрать эту гору бумаг позже. Возвращайся и забудь обо всём.

— …………Да.

Фрейя взглянула на листы с информацией, лежащей у нее под ногами, и обернулась.

Эйна, попавшая в плен богины красоты, кивнула не показывая никаких эмоций.

Волшебная каменная лампа затухла, комнату освещает только заход солнца.

После того, как богиня исчезла, Эйна, которая стояла на месте, внезапно словно пришла в сознание.

—	Что я делаю... ну надо поторопиться и возвращаться в Гильдию к Мише и остальным...

И тогда.

—	А ...? Почему я плакала?...

Эйна забыла причину, по которой по её щекам текут слезы.

◊◊◊

*Стук.стук*

В темноте все еще были слышны звуки шагов.

Звук шагов эхом разносился по темной лестнице, погружаясь во тьму.

С дневником полуэльфийки, Фрейя спустилась в низ по ступенька, никто не пытался её остановить.

Пройдя все ступеньки, она достигла «Подземного алтаря» с четырьмя горящими факелами.

—	Конечно же, я не могла тебя достать, Уран.

По центру находился каменный алтарь, похожий на древний храм.

Увидев старшего Бога, сидящего на огромном каменном троне, Фрейя преждевременно улыбнулась.

—	Будучи одним из великих Богов, тебя охраняет этот подземный алтарь, поэтому моё Очарование не могло тебя достать. Возможно, звуки с земли, совсем не достигают этого места, независимо от того, насколько они громкие.

—	... Фрейя.

С тяжестью произнес бог, в бледных зрачках неподвижного бога все еще была видна ясность.

Он посмотрел на богиню красоты, которая легкомысленно вторглась сюда, прекрасно зная, что он не был очарован.

задал вопрос.

—	Ты собираешься очаровать меня?

В отличие от вчерашнего "Фестиваля Богини", она вошла во внутреннюю часть алтаря, и расстояние между ними сократилось.

Если она сейчас применит очарование, даже великий Бог не сможет устоять перед этим.

Поскольку ему не удалось предотвратить вторжение сюда, выбор между жизнью и смертью остался в ее руках.

—	Я не могу. Ты незаменим для поддержания порядка как в городе, так и в подземелье, если я очарую тебя и создам проблемы с молитвами, то всё будет напрасно.

"..."

—	А еще ...Ха-ха, я чувствую, что даже если ты будешь очарован, твое лицо никоим образом не изменится.

Увидев полушутливую улыбку Фрейи, Уран серьезно прищурился.

Как она и сказала, Уран, возносящий молитву Подземелью, являлся Богом, основателем Орарио, который не позволял монстрам выбраться из Подземелья, он самый важный бог в городе и краеугольным камень, на котором покоилось все нижнее царство.

Если его «молитвы» остановится, это может, спровоцировать падение всего города.

Другими словами, Фрейя не собиралась очаровывать Урана с самого начала.

Она не могла допустить падения города-лабиринта.

Вероятно, лишь злые боги, желающие лишь разрушений, хотели этого.

Но какой бы необузданной королевой ни казалось Фрейя, она бы никогда не допустила подобного.

—	Какова твоя цель, Фрейя?

—	Обязательно ли спрашивать? Я нарушила свое обещание, лишь потому, что было то, чего я хотела больше всего.

—	Белл Кранелл...

Уран наблюдал за движениями в городе через Фелса и других доверенных людей, он также узнал о божественной воле Фрейи от Гермеса.

В своем неизменном выражении лица, он чувствовал сочувствие к парню, который оказался в центре водоворота различных событий, и в то же время мог согласиться с тем, что он достоин быть прощальным подарком, оставленным Зевсом.

Уран тихо вздохнул.

—	Так что ты здесь делаешь?

Уран, возносящий молитву к подземелью, не мог покидать свой алтарь.

И поскольку Ройман и другие подчиненные его подчиненные попали в руки Фрейи, Урану нечего не оставалось.

Подобно Гермесу и Гестии, когда ему не удалось остановить чары, это стало его поражением.

Если быть точным, это не просто поражение Урана, а поражение всех богов.

—	Я хочу провести официальные переговоры с тобой, Богом-создателем города.

Королева, которая не должна была подчиняться чьим-либо приказам, сняла капюшон и встретился лицом к лицу с Ураном.

—	Не мешай мне.

—	Что?

—	Если ты будешь соблюдать соглашение, то в обмен я помогу сильно продвинуться в исследовании подземелья.

Богиня не ответила на его вопрос, но сделала своё предложение, от чего глаза Урана расширились.

—	Пока-что, членам семьи, таким как Оттар, разрешено действовать по своему желанию. Однако, я могу сплотить их. Сказать им: “Объединитесь и отправляйтесь на исследование Подземелья”

"...!"

—	После исследования новых этажей Подземелья, я также начну готовиться к походу против Черного Дракона.

Покорив Подземелье, являвшееся корнем всего. И исполнив заветное желания нижнего мира, выполнение трёх главных квестов.

—	Если ты согласишься на переговоры, я серьезно отнесусь к этим двум вещам, - сказала Фрейя.

В самом деле, если Семья Фрейи, чья индивидуальная сила была велика, начнут исследовать подземелье, также как и семья локи, нет никаких сомнений в том, что они достигнут прорыва.

В конце концов, Семья Фрейи вращается только вокруг Богини.

Члены семьи, которые были преданы Фрейе, и считали её милость своим спасением, именно по этой причине, каждый день, они сражаются лишь для того, чтобы завоевать её благосклонность.

Однако, если все они объединятся по приказу богини...

— Я буду той, кто спасёт всех.

В её словах не было лжи.

Даже Уран, который всегда был непоколебим, словно гора, выражал удивление на лице.

—	...Ты проиграла Гере и была вынуждена оставаться в Орарио, но что же изменилось сейчас?

Фрейя была подобна ветру.

Пятнадцать лет назад, после того, как такие боги как Зевс и Гера потеряли свою власть, Фрейя выполнила свой долг, по которому была заперта в городе, однако даже к этому долгу она относилась несерьезно.

Она даже имеет привычку перекладывать дела семейства на самих детей, и ставить свои собственные интересы на более высокий приоритет.

—	Потому что я нашла то, что хотела... Я нашла своего предназначенного партнёра.

Причина ее изменения на самом деле очень незаметна и очень лаконична. Надменная, улыбка слабой девушки появилась на ее лице.

—	Я хочу заполучить Белла. Я хочу превратить его тело, его сердце и его душу в свои. Если я получу Белла, то все остальное перестанет быть существенным.

"..."

—	Итак, я обещаю тебе, что пока ты не вмешиваешься в мои дела, я не причиню вреда интересам Орарио. Более того, это должен быть самый лучший способ, верно?

В одно мгновение она снова показала улыбку ведьмы.

—	Если бы я захотела силой забрать Белла, то жертв было бы не избежать. Например семья Гефест, которая встанет на сторону Гестии. Именно поэтому мой способ - наилучший из всех.

Это факт.

Искажение самого города - метод отнюдь не похвальный, это неправильно, но с точки зрения «боевой мощи города» метод Фрейи не влечет за собой никаких проблем.

Это было больше, чем борьба, и даже военная игра не началась, её можно было разрешить мирным путем, просто изменив сознание горожан.

Вдобавок, если Семья Фрейи может ускорить исследование подземелья, то это окажется благом для Орарио.

—	В этом городе до сих пор есть те, кто сохранил воспоминания о прошлом. Помимо моей семьи, есть Белл и Гестия, а также ты Уран.

"..."

—	Если кто-то и может разрушить мою клетку, то только вы трое. Так что не делай лишнего.

Не пытайся нарушить сложившуюся ситуацию, не ищи спасения за пределами города, оставайся честным со мной.

Вот чего хотела Фрейя.

Чтобы исключить даже одну десятую возможность оплошности, она, не колеблясь, пришла сюда и выдвинула предложение, прибегнув к уловке переговоров.

—	Сегодня мне было действительно тяжело, я путешествовала по городу, вместе со своей семьей, дабы не допустить, чтобы моя клетка была сломана.

"..."

—	Хотя я попросила детей, которых очаровала, позаботиться об изменении истории Белла, но даже здесь, не обошлось без промахов. Только-что, очарованный ребенок из гильдии начал сомневаться в правильности информации…

Она открыла дневник, который забрала у Эйны, и посмотрела на информацию, написанную на страницах журнала.

И хотя Фрейя попросила Альфригга сказать Беллу, что она была в Вавилонской башне, в это время, она наводила последние штрихи, в своей тщательно продуманной клетке.

—	Мое очарование не может повлиять на тех кто был в подземелье. Другими словами, авантюрист, пришедший в подземелье вчера, не подвергся чарам.

—	...И сейчас, ты их всех очаровала?

—	Верно. Я нашла всех авантюристов, которых могли не попасть под очарование, и очаровала всех, включая  жителей Ривиры.

Фрейя была настолько «упорна», что казалось странным.

По той же причине, по которой не был очарован Уран, не было смысла дразнить подземелье.

Хотя большинство из авантюристов, наслаждались фестивалем богинь, выяснилось, что некоторые авантюристы, находившиеся в подземелье, не пали из-за очарования Фрейи.

Поэтому она заранее решила очаровать их, исключая элемент неожиданности.

Жители 18-го этажа, Ривиры также были вызваны на поверхность с помощью манипуляций с членами её семьи, а затем были очарованы.

В это время некоторые из детей Локи проникли в нижние и более глубокие этажи, но Фрейя не видела смысла идти за ними.

Из-за сложного устройства глубоких этажей, был шанс и пройти огромный путь, так и не найдя их.

Было решено, что справиться с ними будет куда легче, в момент когда они будут возвращаться на поверхность.

И в добавок ко всему, Мерен, небольшой портовый городок неподалеку отсюда, также был очарован. Теперь можно с уверенностью сообщить, что никто возле Орарио, больше не может обнаружить изменения в городе.

Все, кто был очарован, будь то человек или бог, каждому было приказано находить любую проблему, которая может сломать клетку, созданную Фрейей, и если эти проблемы будут обнаружены, они должны тайно доложить ей об этом.

Если кто-то заподозрит, что Белл не принадлежит к семье Фрейи, этого человека сразу же обнаружат.

По этой причине она очарует любого, бесчисленное количество раз.

Все для того, чтобы Белл попал в её клетку.

—	Кстати, я также получила это.

Фрейя достала пузырек.

Это была вещь, очень похожая на «кражу статуса», незаконный предмет, который можно получить только на черных рынках.

Это средство, являлось настолько редким, что даже в Ривире, оно находилось в единственном экземпляре.

И дабы получить его, Фрейя даже пришлось отложить встречу с Ураном.

— Я уверена, что есть много мест, которые я не проверила, но ... Я воспользуюсь Хелун и другими, чтобы наверстать упущенное.

Это был идеальный план, даже если бы что-то пошло не так, проблему быстро устранят.

И конечно же, объясняя все это, она хотела показать, что у старейшего бога, нет другого выбора, кроме как согласится на её условия.

В темном подземном алтаре, её прекрасные длинные серебряные волосы блестели, словно луна.

—	Я рассказала тебе все свои мысли. Думаю, я показала тебе свою искренность ... Уран, каков твой ответ?

Уран выдержал взгляд направленный на него, и закрыл глаза.

—	Нравится мне это или нет, но я бог, которого называют «Богом Создателем города». Поэтому я искренне посвящаю свою жизнь людям, которые живут в городе. Посему, Фрейя, я не могу одобрить твое варварское поведение.

—	И что дальше?

—	... Однако, сейчас, я не могу остановить тебя. Это тоже правда. Пока мои глаза всё ещё закрыты, просто, делай что хочешь.

Ответом Урана было молчание.

Не желая принимать протянутую руку богини, он пообещал стать неподвижной статуей.

—	Ха-ха-ха... с тобой так сложно иметь дело.

Фрейя развернулась, с улыбкой на губах.

Словно предвидя результат с самого начала, она неторопливо покинула подземный алтарь.

В подземном алтаре, стались всего четыре факела и старый бог с закрытыми глазами.

—	……Невероятно.

После исчезновения богини прошло некоторое время.

Тьма, скопившаяся в углу зала, содрогнулась, и появился маг.

—	Верно ли то, что ты сказал Уран? ..Не только я, но и все в городе были очарованы?

Фелс не мог скрыть своего возмущения и подошел к ступеням, ведущим к престолу бога перед алтарем.

Как правая рука Урана и его охранник, черный маг ждал поблизости, прислушиваясь ко всему.

Но даже в этом случае он все еще не в состоянии понять ситуацию.

—	Даже после того, как я выслушал весь разговор, я все равно не могу чувствовать себя не измененным. Что бы я не услышал, я буду чувствовать себя так же ... Нет, я даже не мог заметить, что стал рабом богини Фрейи.

— Вот, что значит очарование богини красоты. Это сила Фрейи.

— Изменение памяти, а также подчинение самого человека... Выходит, даже я твой враг, Уран?

Его плащ, был магическим предметом Фелса, способным защитить от отрицательных эффектов и даже проклятий, но он не мог остановить очарование Фрейи.

Маг являлся одной из частей её плана и превращен в стража. Как только Уран сделает что-то неожиданное, он сразу же проинформирует её.

Поэтому, чтобы выполнить договор с Фрейей, Уран не ответил ему и не открыл глаз.

Фелс не мог не трястись от гнева.

Он боялся того, что он больше не сможет различить свое и чужое «я».

«Бессознательное подчинение».

Очарование, которое Фрейя применила на город, с одной стороны, было безобидным и было не в силах нанести вред для человека, однако вместе с этим, оно превращало человека в раба, что было самым ужасным проклятьем.

—	Как сказала Фрейя, она не должна напрямую вредить интересам города. И у меня нет другого выбора, кроме как временно наблюдать. И будут ли эти часы длиться вечно... Это зависит от Белла Краннела.

В глазах старого бога, сидящего на каменном троне, промелькнула фигура мальчика.

◊◊◊

Солнце окончательно скрылось за горизонт, а вечерний свет погас, темное небо покрыло весь город.

Небо очень чистое. Но звезды были далеко.

Луна была закрыта тонким слоем облаков, распевающих туманную песню.

Для меня это был очень долгий день. И наконец наступила ночь.

—	Фрейя-сама вернулась, Идем.

Как только открылась дверь, я услышал голос мастера.

Я молча поднялся, и последовал за ним, словно послушный заключенный.

"..."

"..."

Мастер ничего не говорил. И я тоже молчал.

В такой обстановке, мы продолжали идти по серебристо-белому коридору, который был освещен лунным светом.

В зале, напоминающим дворец, очень тихо. Атмосфера напоминала музей.

«Фолквангр» это база с большой территорией окруженной высокими стенами со всех сторон.

Эта база была расположена на юге города, недалеко от шумных улиц, однако при этом, сюда не доходили звуки уличной суеты.

Хотя “Фестиваль Богини” закончился, и люди разошлись, это место словно изолировано от внешнего мира.

Не будет ли преувеличением назвать это большой тюрьмой?

—	... Мастер ...Хедин-сан…

Я поправил себя, не зная как к нему обратиться, но он ответил, даже не обернувшись ко мне.

—	Что такое?

—	... Вы знаете кого-нибудь по имени Сир? Непрекращающиеся шаги внезапно затихли. Остановившийся мастер медленно обернулся.

—	……Кто это?

—	Это человек, девушка... Работает в таверне под названием «Хозяйка плодородия» …

"..."

— Она должна быть, как-то связанна с семьей Фрейи... Этот человек сейчас здесь ...?

Обо мне никто ничего не помнит, но даже в такой необъяснимой ситуации, я продолжаю беспокоиться о ней.

Рано утром я спросил о Рю-сан у других первоклассных авантюристов, Альфригг и его братья похоже, не помнят её.

А что насчет Сир?

Что случилось с человеком, которая исчезла, после того как я ранил её.

Во мне все ещё жила небольшая надежда, но затем мастер одарил меня непонимающим взглядом.

—	Здесь нет такой девушки. Есть только наша Богиня.

Ожидаемый ответ разбил мою надежду, я даже не мог ответить ему.

Я просто опустил взгляд.

Я постепенно узнаю об этом мире, который полностью отличается от моей собственной реальности, от чего меня тошнит.

Мастер посмотрел на меня и сразу же пошёл дальше.

Мы прошли возле большого зала, в центре которого находилась столовая, куда меня привели ранним утром, а затем мы направились на север.

Огромный коридор, крышу которого заменяет атриум, был похож на зрелищную картину, он походил на райский пейзаж, разделённый на две части, пройдя через этот соединительный коридор, мы направились в глубь базы.

Из-за огромной территории и пейзажа, которого я никогда раньше не видел, у меня возникло множественно мыслей, но меня уже привел на самый верхний этаж.

—	Фрейя-сама. Можно зайти?

—	Заходи.

За закрытой дверью прозвучало сопрано.

Сердце в груди напряглось, когда две женщины стража, открыли нам дверь.

Подгоняемый взглядом Мастера, я нервно шагнул в комнату богини.

—	Добро пожаловать, Белл.

Там не было никакого трона.

Однако, посреди комнаты было элегантное кресло, и она сидела на нём.

Длинные серебристые волосы и глаза того же цвета сияли блеском.

Её длинные волосы сияли и ослепляли, как море звезд, а глаза блестели, как драгоценный жемчуг.

Из окна пробивался лунный свет, эту священную картину, можно было назвать лишь воплощением красоты.

Тихое и сбивчивое дыхание больше не смущает мое сердце, глаза прекрасной богини, смотрели только на меня.

—	... Фрейя-сама.

Это были единственные слова, которые выдавили мои сухие губы.

В покоях хозяйки самого большого семейства в городе, было меньше вещей чем я думал.

Возможно, причина в том, что комната слишком большая, то что больше всего бросалось в глаза была большая кровать балдахином, книжная полка, а также замысловатое резное зеркало в полный рост.

Пол был сделан из голубовато-белого камня и его часть была покрыта роскошным ковром.

Несколько колонн того же цвета, поддерживают потолок.

Тут было свободно и величественно, словно тронный зал был превращен в личную комнату.

Люстра из волшебного камня была выключена, а комнату освещал лишь тусклой лампой из волшебного камня.

Вся просторная комната была залита синим лунным светом.

—	Извини, я не могла уделить время раньше. У Богинь плодородия есть дела даже после “Фестиваля Богинь”.

"..."

—	Я слышала об этом от Хедина и других. Говорят, ты нас не помнишь?

"..."

—	Более того, мне сказали, что ты считаешь себя членом семьи другой богини?

Я молчал, игнорируя все её слова. И оставался на том же месте, как только зашел сюда, однако, она решила сама подойти ко мне.

Звук шагов был поглощен ковром, она посмотрела на меня, а затем протянула правую руку к моей щеке.

Мои плечи дернулись и я сделал шаг назад.

—	...Сначала я подумала, что это шутка, но, похоже, это правда.

Увидев мои сжатые губы, богиня улыбнулась, и вопросительно наклонила голову.

Она казалось такой доброй, а её тон был нежен.

Это поведение сильно отличалось от её холодного поведения, которое я видел при наших встречах.

Я сделал глубоких вдох, стараясь не замечать, что это действительно напоминает отношение между богом и членов её семьи.

—	Я... действительно член семьи Фрейи...?

—	Да, я была той, кто принял тебя.

—	Значит... Я сражался на вашей стороне ...?

—	Да. Будь в саду или в подземелье, ты сражаешься как неугомонный кролик. А ещё ты всегда подвергаешь себя опасности, чем сильно беспокоишь меня.

Она четко отвечала на мои вопросы, которые я задавал напряженным голосом. А её последние слова были произнесены шепотом, словно она сообщала мне о секрете.

В глубине души, я был сильно напряжен таким общением с богиней красоты, однако я быстро подвил это в себе.

Это совсем не похоже на ложь.

Но моим собеседником была богиня, она вполне может лгать так, что жителей нижнего царства вроде меня, не сможет этого понять, она также может скрывать ложь, приправляя её правдой.

Только сейчас, мне удалось подавить своё уважение к богам и обратился к ней с просьбой.

—	Тогда, пожалуйста, позвольте мне увидеть доказательства.

Внутри меня бушевал хаос.

Никто не помнит "Белла Кранелла из семьи Гестии". Все говорят, что я странный.

После того, как меня довели до отчаяния, а затем привели в эту комнату, я все время раздумывал над тем, как мне разобраться в сложившейся ситуации.

И вот, метод, который я придумал, чтобы подтвердить реальность моих воспоминаний.

—	Пожалуйста, обновите мой статус.

Самый эффективный способ, достаточный для подтверждения связи между богом и членом семьи, это является самым важным доказательством.

«Божья благодать». Это узы крови, а также договор.

Без исключений, у каждого члена семьи, на спине был выгравирован его статус. И единственный, кто может его обновить, это их бог покровитель.

Белл Кранелл. Это часть семьи Богини Гестии.

Дни, проведенные до сих пор с Богиней, ни в коем случае не ложь. Чтобы доказать это, я ждал того, чтобы остаться наедине с Фрейей-сама.

—  Прямо здесь и прямо сейчас ...!

Другие Боги не могут обновить мои характеристики. Пока я могу подтвердить, что фална Богини Гестии осталась на моей спине, то даже несмотря на странное поведение всех остальных, я буду иметь доказательство, в поддержку моих воспоминаний.

Я выпрямился, словно авантюрист, смотрящий в глубокую тьму, держа в руках лишь маленький фонарь.

—	…Если ты этого хочешь, у меня нет возражений.

Стоящая рядом со мной Фрейя-сама не дрогнула, с расслабленным выражением лица, она с готовностью согласилась на мою просьбу.

— Что?

—	Хейт, принеси иглу.

Она позвонила в колокольчик, а затем в комнату вышла целительница Хейт, которая осматривала меня.

Услышав слова Богини, она склонила голову и протянула роскошный поднос, инкрустированный золотом и серебром.

Она взяла острую серебряную иглу и проткнула свой палец, я смотрел на каплю крови, появившуюся на ее пальце.

Её спокойный вид, заставил мое сердце биться от страха.

Неужели это правда?

Нет, это не так.

Это определенно не так.

Я обязательно разберусь, что здесь происходит.

Надо убедиться, что тот кто ошибается, на самом деле не я.

Сказав это самому себе, я начал снимать одежду дрожащими руками, изо всех сил стараясь подавить биение своего снимая верхнюю часть одежды.

Затем подошедшая Фрейя-сама села на кресло позади.

—  Я сделаю все как обычно,  не двигайся.

Она нежно шептала мне на ухо, словно успокаивая меня.

Голова стала пустой, и сразу после этого на спину капнула жидкость, которая должна была быть божественной кровью.

— !?

Я заметил, что в тот момент, когда пальцы Богини скользнули по спине, я почувствовал ощущение раскрытия характеристик.

Каждый раз, когда Богиня Гестия обновляла их, я чувствовал это пульсирующее ощущение.

Это ложь! Это неправда, невозможно!

Даже когда я напрягся и застыл, Фрейя-сама спокойно вела пальцем по моей спине.

Этот период времени длился не долго.

— Все готов.

Словно объявляя смертную казнь, Фрейя-сама протянула мне лист бумаги.

Дрожащими руками я взял его.

Белл Кранелл

Уровень 4

Сила: A 843 → 846 Выносливость: A 812 → 871 Ловкость: A 881 → 895

Скорость: S 928 → 935 Магия: B 767 → 769 Удача: F Аномальное сопротивление: G Побег: I

"!?"

Полноценная картина моего статуса, которого не могла подделать Фрейя-сама, а также, вид обновленных характеристики, потряс моё сердце, казалось, оно сжалось и вот-вот лопнет.

Странное чувство, распространяющееся по всему моему телу, безжалостно сообщало мне о том, что характеристики были обновлены.

—	Выносливость сильно выросла. Неужели Хедин снова слишком усердно тренировал тебя?

Она положила иглу на круглый стол, не обращая внимания на то, что я находился в полном шоке.

Я даже не мог ответить на её слова, уронив лист, я застыл как статуя.

Оставив одежду. почти спотыкаясь, я направился к большому зеркалу в полный рост.

"———"

И реальность, отраженная в зеркале, была жестче всего, что было до сих пор.

Я повернулся спиной к зеркалу, и повернув голову, я увидел серебряный священный текст.

Множество символов, подобные надписям, но не в форме привычного мне «Священного огня», а в форме «Девы».

Это не фална Богини Гестии, а фална Богини Фрейи!!!

— Этого не может быть…………

Неоспоримая реальность ринулась ко мне, и, прежде чем я осознал это, мои колени подкосились, и я опустился на землю.

Он был сломан.

На этот раз Фрейя это увидела.

Подозрение мальчика было разорвано на части и превратилось и разлетелось вместе с его пустым голосом.

Звук внутреннего порядка, которого и так почти не было, был разрушен. Фрейя спрятала улыбку внутри себя и подошла к печальному парню.

— Все хорошо, Белл.

"!!!"

Она крепко обняла тело мальчика, стоявшего на коленях.

Все его тело дрожало, как будто через него протекал электрический ток, в этот момент руки Фрейи обвились вокруг его тела, они оказались слишком близко друг к другу, не оставляя никого зазора.

Её большая грудь прижалась к его хрупкой спине настолько, что она могла слышать биение его сердца.

Оно пульсировало от страха. Это отчаянный ритм. И крик души, который больше всего желал сострадания и любви.

Ей очень хотелось укусить его за ухо, а затем впиться губами в его шею, переплести их горячее дыхание друг с другом, чтобы двое стали одним целым, и больше их ничего не разделяло, но она сопротивлялась такому порыву и шепча ему :

—	Я могу понять твой страх и отчаяние. Я также могу понять, что ты не можешь принять все это прямо сейчас.

— А……?

—	Так что не вреди себе, ладно? Видишь, твое тело такое холодное. Успокой дрожь... Не бойся, и все будет хорошо.

Словно успокаивая ребенка, она шептала слова, которые он хотел услышать, позволяя ему чувствовать свое сердцебиение.

Сейчас мальчик полностью потерял свое место, и его сердце полностью открыто.

Она не могла упустить эту возможность и с теплотой прислонилась к нему.

Тело было холодным, как кубик льда, очень медленно, но постепенно он начал успокаиваться.

(«Смена статуса» ... Кажется было правильным купить его в Ривире.)

Это название средства, которое создало фальшивую реальность перед глазами мальчика.

Гипотеза Белла верна: Фална Гестии выгравирована на спине того, кто еще не завершил свое обращение в другую семью.

Независимо от того, как она использует силу очарования, чтобы изолировать Белла, она все еще не могла обновить его фалну.

И пока это так, сомнения Белла становились бы все больше и больше.

Поэтому Фрейя использовала магический предмет.

«Смена статуса», средство, которое было ещё более редким, чем "кража статуса".

Он состоит из крови богов и богинь, с разными добавками в качестве основы.

Эффект заключается в обновлении статуса члена другой семьи.

Предмет, который помогал обновлять характеристики члена, другой семьи, обычно не имеет каких либо преимуществ,

но его можно использовать для спасения людей, что попали в руки не тех Богов, а его изначальное использование было для введения шпионов или захвату чужих членов семьи

Однако, из-за своих гнусных свойств, боги ненавидели это средство, и количество в котором его создавали было слишком мало.

Дабы использовать его, для начало нужно было воспользоваться «кражей статуса», чтобы снять блок, а после этого, капнуть "смену статуса", чтобы обновить статус, единственное, что было подвластно этому средство, было обновление характеристик, магию и навыки невозможно добавить или обновить.

Фрейя, которая весь день очаровывала людей, также получила флакон этого средства, а затем воспользовалась неподготовленностью Белла, чтобы развеять его подозрения.

Шепча на ухо Беллу, она заставила его повернуться спиной, тем самым получив возможность быстро применить «Кражу статуса» а затем и «Смену статуса».

За исключением первой капли от средства, эта процедуру задействовала её собственную кровь. В связи с тем, спина человека отобрала фалну применившего эту процедуру бога.

Этим эффектом Фрейя обманула глаза Белла.

—	Даже если ты не сможешь принять своё настоящее «Я», я никогда не оставлю тебя... Не волнуйся.

Она шептала ему эти слова снова и снова.  Все это заставляло его бесчисленное количество раз ощутить её тепло.

Через некоторое время сильное и учащенное дыхание мальчика постепенно нормализовалось.

Пока сердцебиения Белла приходило в норму, её доброта заставил его проникаться Фрейей, тем самым заложив основу на будущее.

Фрейя улыбнулась.

Это не было издевательством или насмешкой.

Это радостная улыбка, которую может показать ребёнок.

—	Неважно?

—	…………Да, это так……

Когда его тело наконец перестало дрожать, Фрейя сдержала свое внутреннее желание и выпустила его из объятий.

Когда она встала, Белл также, с трудом поднялся на ноги. Он опустил свой взгляд на пол.

Однако, его прежняя настороженность начала отступать, но все ещё не полностью.

Фрейя была полна радости, однако этот результат не до конца удовлетворял её.

—	Белл, ты можешь рассказать свою историю?

— А……?

—	Я хочу слышать, о твоих воспоминаниях, когда ты не являлся членом моей семьи.

Белл поднял голову, а его глаза распахнулись.

Глядя на выражение его лица, он не мог понять, почему она это сказала.

Фрейя обвила его материнским взглядом.

—	Ты принадлежишь к моей семье... Но что бы я не говорила, ты это не примешь?

—	Это, это ...

—	Неважно. Если бы я была в твоей ситуации, я бы была в таком же замешательстве, как и ты, и больше ни во что не могла бы верить. Поэтому я хочу услышать твою историю. Расскажи мне то, чего я не знала о тебе, хорошо?

"..."

—	Неважно, какой ты сейчас, я не стану отрицать этого. Конечно, я надеюсь, что ты помнишь мою любовь, но... если Белл страдает, то в этом нет смысла. Единственное, что имеет значение, это будущее и настоящее, проведённое со мной.

В её искренних словах не было лжи, более того, она сделала Беллу удобное предложение.

По крайней мере, Белл не мог понять божественное намерения Фрейи. Самое главное, что она будет единственной, кто не отрицает его прошлое «я», она станет его единственной духовной поддержкой хотя бы на время.

И нет ничего страшного в том, что это лишь временно, она всего лишь должна сделать это время вечным.

—	Сегодня меня позвал Уран. Он сказал мне, что почти пора начинать исследовать подземелье.

—	А?

—	Хотя твоя память не восстановилась, мне жаль... но я хочу, чтобы ты тренировался с другими детьми, ведь я не хочу чтобы ты погиб в подземелье.

"..."

— А когда все закончится, давай будем говорить вот так, вдвоём, наедине.

— ……………………Хорошо.

У Белла нет других вариантов. Для того, кого отвергали весь день, единственными кто принимал его как товарища была семья фрейи.

Это будет правильно, даже если он этого не хочет.

Правая рука Фрейи коснулась щеки Белла.

На этот раз выхода не было.

Он потряс своим телом, как робкий зверёк, но позволил ей прикоснуться к себе.

—	Тогда увидимся завтра вечером. "..."

—	Или сегодня, ты хочешь поспать вместе со мной?

—	Нет, нет, я не хочу этого!

—	Ха-ха, как жаль... столько всего произошло, ты должно быть очень устал. Вернись в свою комнату и хорошо отдохни.

—	Хорошо, хорошо ... большое спасибо...

Ответил Белл, а затем отвернулся.

У него был длинный и трудный день, и он больше не мог об этом говорить.

Возможно, что даже мысли об этом будут приносить ему боль.

Он подошёл к двери, и перед тем как уйти, повернул голову.

Увидев любящую улыбку Фрейи, его красные глаза тут же задрожали и он снова отвернулся от неё.

На этот раз фигура мальчика полностью исчезла, и он молча покинул комнату.

—	… Хейт. С сегодняшнего дня назначь слежку за Беллом. Будьте осторожны, чтобы он ничего не узнал. Его действия в течение дня должны быть мне подробно доложены.

—	Да, Фрейя-сама.

—	А теперь, Хелун.

После белла, в комнату вошли целительница и помощница богини.

Вторая девушка, Хелун, слегка дрогнула, когда прозвучало её имя, Фрейя обратила свой взгляд на неё.

—	Помнишь условия того спора, который ты заключила со мной? В тот момент когда Белл раскрыл твою ложь, ты перестаешь контактировать Беллом, тебе запрещено попадаться ему на глаза.

—	... Да, Фрейя-сама.

—	Относительно тебя, я хочу, чтобы ты была мной и работала какое-то время. Хотя сегодня я была активна весь день, произошедшая ошибка из-за ложных воспоминаний, не было полностью устранена. Я разрешаю тебе использовать очарование один раз, если ты обнаружишь какие-либо недостатки. Обрати особое внимание на детей, что выходят за пределы города.

Длинные серые волосы Хелун закрывали правую половину ее лица, но ее открытый левый глаз, в удивлении распахнулся.

Из-за своей магии, она могла становиться существом подобным Фрейе, однако при всем этом, она не могла использовать божественных сил, однако это означало, что она способна очаровывать, принимая облик богини красоты.

Хотя сила и точность чар будет мала по сравнению с оригиналом, Фрейя дала приказ укрепить созданную ей клетку.

Пока они делают шаги за пределы Орарио, воспоминания Белла Кранелла о семье Гестии все еще существуют.

Как «мировой центр», и торговая площадка, люди очень часто приходят и покидают Орарио.

Здесь, они вполне могут испытывать чувства к горожанам города, чьи воспоминания были искажены, или могут внушить Беллу ненужные сомнения.

Поэтому, приказ должен быть осуществлен. Она даже объединила силы с семьей Ганеши, полицией города, которые теперь подчиняются приказам Фрейи, и позволила Хелун использовать очарование.

Фрейя также планировала позволить ей очаровывать тех, кто не пал от её очарования прошлым днем.

Все лазейки будут исправлены.

Пока люди за пределами города сообщают тот факт, что Белл теперь принадлежит семье Фрейи, это станет реальностью.

Если появится ощущение противоречия, то, сколько бы раз они не продолжили спрашивать, люди в городе хором ответят «это правда».

По крайней мере, пока есть достаточно времени, эта информация сможет медленно распространиться.

Нужно это или нет, но упоминание о “Белле из семьи Фрейи” очень важно.

В это время Хелун, которой было приказано полностью отточить очарование, долго колебалась, а потом все же спросила:

— Неужели вы действительно не накажете ли вы меня, Фрейя-сама? Я солгала вам и собиралась убить Белла Кранелла…

—	Разве для тебя нет, более величайшего наказания чем это?

"...!"

—	Я не буду облегчать твою вину и не буду сомневаться в твоей преданности. Поэтому просто выполняй мои требования.

Серебряные глаза, которые видят все насквозь, заставили Хелун одновременно испугаться и дрожать.

Пока-что ей не объявили наказание.

Она пыталась убить Белла Кранелла с благой для себя целью, однако ее разъедало чувство предательства своего Бога.

Девушка, которая страдала от чувств, которым не дано было дать выход, опустила взгляд, проговорила «да»… слабым голосом, она поклонилась.

—	Начиная с сегодняшнего дня, Хелун снова будет моим помощником.

—	При всем уважении, Аллен-сама и все остальные могут выразить свое недовольство.

—	Я прощаю ее. Скажи им об этом.

Услышав ответ Богини, Хейт почтительно склонила голову.

Затем Фрейя отвернулась и уставилась на дверь.

Её мысли устремились к мальчику, который был пойман ею в ловушку.

Столкнувшись с новой реальностью, о которую невозможно опровергнуть, любой начнет держаться за свое, но потом примет её.

Дух Белла все еще очень нестабилен.

Он чувствовал одиночество, всепоглощающий ужас и тревогу, которых у него никогда не было раньше, и в то же время он не мог никому доверять.

Теперь, как бы Фрейя и другие ни называли себя его товарищами, Белл никогда не примет их.

Что же тогда? Ответ прост.

Надо быть тем, кто понимает его.

Только Фрейя была бы единственной, кто его понимала. Не отрицала, не отказывала, а проявляла сочувствие.

Таким образом, хрупкое сердце парня откроется, и он откусит сладкое яблоко, даже зная, что оно отравлено.

—	Я буду продолжать причинять тебе боль, Белл. А потом, когда на твоей душе будет рана, я буду крепко обнимать тебя и исцелять. Обещаю.

Богиня улыбнулась с выражением лица, на котором было сложно разглядеть ее эмоции.

— Мне очень жаль, но я сделаю всё, что потребуется.

Её имя - Фрейя.

Жестокая и необузданная богиня, имеющая как хорошие так и плохие стороны, она также является ведьмой, которая понимает зло и чудо любви лучше, чем кто-либо другой.

***

Глава была переведена сообществом DMCHI Team (https://vk.com/danmachifan)

Лучшая благодарность - это подписка на группу, там также можно найти полный 17 том.

----------

Глава 3. Фольквангр

[[image:/storage/reader-images/7862ca4c809f82078df9544b3b86f75fff830560.png]]
Солнце уже поднималось.

Темно-синий цвет все ещё цеплялся за края безоблачного утреннего неба, но дождь уже прошел и погода была ясная.

Даже сейчас, моем сердце все ещё было окутано мраком, который и не думал прояснятся.

— Белл! Не валяй дурака! Иди сюда!

— ……Да.

Услышав как полупрум выкрикнул мое имя, я перестал смотреть на голубое небо с вершины холма и подошёл к нему.

Это база семьи Фрейи, Фольквангр.

Среди бесчисленных семейств, можно смело сказать, что эта база с самой большой площадью в Орарио.

Здание на холме, возвышалось в самом центре зеленого океана растительности, Трава, мокрая от утренней расы отражала солнечное сияние.

Окружающие эту местность, стены и ворота слишком большие и крепкие, чтобы называть их забором, они полностью закрывают внутреннюю территорию от посторонних взглядов, поэтому мне все ещё трудно поверить, что это место на самом деле находится в городе.

И прямо здесь я начну сражаться…

— Неважно, есть ли у тебя проблемы с памятью или что-то в этом роде, я всё равно буду относиться к тебе также как и прежде! Прямо в этом саду я устрою тебе настоящее «боевое крещение».

Сказал мужчина полу-прум, которого выбрали наблюдать за мной.

После строгого наставления, Ван повернулся ко мне спиной.

Прошлой ночью Фрейя-сама уведомила всех членов семьи, что я стал странным из-за проклятия... по крайней мере кажется, что это было так.

Таким образом, ко мне приставили авантюриста 2 ранга, 4-го уровня. Вана.

Он стал человеком, отвечающим за мою повседневную жизнь.

Даже утром, он бесцеремонно зашёл в комнату и разбудил меня.

Дойдя до огромного зала, он заставил меня сделать легкий перекус, вместо полноценного завтрака, а после привел во двор, где находились другие члены семьи.

Вчерашняя ситуация была в разы лучше, если бы она была сном.

Но из-за такого жестокого поведения у меня не было времени предаваться надеждам и тревогам внутри себя.

К тому же, из-за вооруженных людей собравшихся вокруг, я мог почувствовать, что нахожусь в центре настоящей армии.

— До того как ты потерял память, ты был высокомерным новичком, которому удалось привлечь внимание нашей богини. Все ее внимание было украдено тобой! Это меня очень злит, и я тебя ненавижу! Все остальные думают также, поэтому не думай, что мы будем милосердным,. Эй, что это за безжизненный взгляд?

Я рассеяно посмотрел на полупрума, что был ниже меня, и вероятно, из-за того, что я смотрел на него сверху-вниз, он разозлился.

— Извини...

Я поспешно принес извинения, смотря как её лицо краснеет от гнева.

Однако, у меня было странное чувство, которое сложно унять.

...Мне кажется, я уже видел его.

На фестивале Богинь, во время свидания с Сир, Семья Фрейи наблюдала за нами даже во время поездки на корабле.

Я помнил, что среди них я видел одного полупрума.

Хотя это всего лишь мои догадки, сейчас, я не мог подтвердить это.

— Объясняю один раз, как члены семьи почтенной Фрейи-сама, мы все вступаем смертельную битву в этом дворе! Битвы начинаются на рассвете, а заканчиваются на закате. Таков каждый день! Тех, кто отправляется в Подземелье, это не касается. Избежать сражений здесь, почти невозможно, ибо это «Фольквангр».

Сказал Ван-сан, указывая на местность вокруг.

Говорят, что члены семьи Фрейи, от 1 до 4 уровня, за исключением целителей и других, не отвечающих за битву членов семьи, каждое утро приходят на поле и начинают проводить жестокие бои.

Это явление очень известно в Орарио, и вчера я видел это собственными глазами.

Не то, чтобы я был удивлен, но..

— ...Какой сигнал к началу боя?

Рано утром, я был вынужден прийти сюда и едва взявшись за оружие, мне предстояло готовиться к сражению.

Я совсем не понимаю, что делаю.

Есть ли что-то ещё, что я должен сделать или о чём подумать? Эта навязчивая мысль преследовала меня, я бы хотел, чтобы кто-нибудь указал мне путь.

Раны, нанесенные холодом многих друзей и знакомых, ещё не зажили.

Даже если я просто вспоминаю все те взгляды и... слова богини, моё тело словно перестает двигаться.

Мне следует искать причины перемен в мире?

Или мне следует искать причину моего изменения?

Среди множества сказанных слов, последние, слышались намного чаще, они словно шептали мне на ухо: «Ты должен признать это».

Однако, сегодня, меня просто не волнуют эти шёпоты, я измучен.

Путаница в сердце превратилась во тьму, ведущую в никуда, заполнившую всё вокруг.

И сейчас моё настроение... Его совсем не было.

Неважно, хорошее или плохое, оно было полностью сметено войнами вокруг.

И в тот момент, когда Ван обернулся его двойные клинки пришли в движение и направились к моей груди.

"!?"

Мои инстинкты завопили, я рефлекторно поднял кинжал в руке, чтобы заблокировать его атаку.

Сильный удар, заставил волну шока пройти по моему телу. Если бы я не защитился, эти мечи наверняка пронзили моё сердце.

Он серьезен.

Ван действительно хочет меня убить!!!

— С тех пор, как ты вступил на поле! Битва уже началась!

Словно подтверждая это, все окружающие применили в ход свое оружие.

Звуки сражений сотрясали окрестности.

Свирепые рубящие и стучащие звуки и неистовые крики заполнили уши, заставляя все мое тело дрожать.

У меня не было времени от ходить от шока, из-за того, что поле так быстро превратилась в боевой котел.

Потому что противник передо мной изо всех сил старался убить меня.

— Как я уже и говорил! Я дам тебе настоящее боевое крещение.

"...!?"

— Это поле битвы! Здесь рождаются храбрые воины, которых жаждет Богиня!

Ван с ревом бросился на меня, столкновение мечей и кинжала создавали целые брызги искр.

Оружие противника резко взмахнуло, отбив кинжал в моей руке, его клинки начали создавать целых шквал атак.

Инстинктивно вытащив баселард, вставленный в мой пояс, я начал контратаку.

(PP. Баселард, разновидность кинжала и короткого меча)

Используя защиту и уклонения, я спасал свою жизнь, что находилась в смертельной опасности.

Всю нерешительность и тому подобное пришлось отбросить, даже если я этого не хотел, мне придется вытащить наружу своего внутреннего авантюриста.

— Уоооооооооооооооооооооооооооооо

Боевые крики, доносившиеся в унисон, сотрясли атмосферу и окружали меня, у меня не было выбора, кроме как стать одним из этих воинов.

Острие меча, направленное в мою сторону, вращающийся удар под очень низким углом и настоящее намерение убить отражалось в моих глазах.

Я был удивлен его поведением, это явно не было тренировкой или проверкой, я едва избегал смерти.

Незнакомое оружие в моей руке был таким удобным, но теперь я не обращаю на это внимание.

Мои клинки взмахивали снова и снова, я цеплялся ногами в землю, отчаянно погружаясь в битву.

Ван, был не тем противником против которого, я мог быть не осторожным, мне нельзя колебаться.

Если я буду нерешительным, то это станет моим концом.

*Крики!*

— Ха-а-а-а-а-а-а!

Воины вокруг делали тоже самое.

Прямо рядом со мной, я видел пару людей, обменивающихся ударами

Позади них был дворф, который отправляет эльфа в полет, ударом своего молота.

В противоположном направлении зверочеловек и амазонка сошлись в ближнем бою.

Вероятно лишь пролетающая птица могла наблюдать за этими хаотическими боями.

Несмотря на то, что все они были членами одной семьи они использовали магию и проклятье, делая все возможное, чтобы убить своего противника.

Везде брызжет кровь. Кто-то падает на землю.

Оружие выпало из чьей-то ослабевшей руки.

В это время кто-то поднял упавшее копье или обнажил длинный измазанный кровью меч, подпёр окровавленное тело и снова ринулся в бой.

Я побледнел, услышав яростные крики.

Это...

Я не до конца верил их словам.

Где-то в глубине души я всегда искренне думал, что сражение до смерти, это просто метафора.

Однако, этот всплеск боевого духа вокруг, вовсе не ложь! Это Фольквангр.

Неудивительно, что из-за жестокой конкуренции внутри семьи, бывают реальные жертвы.

Надо обладать силой, и стремлением к победе, чтобы никому не проиграть. Только тот, кто выживет и победит, имеет право стать  эйнхерией.

"!”

Меня поглотила неистовая атмосфера битвы, всё моё тело было покрыто потом, краем своего зрения я заметил как маленькие цветы колыхались на ветру.

Неважно сколько раз их топтали, сколько раз разрезали, сколько бы они не покрывались кровью, маленькие цветы продолжали гордо вырываться из под земли.

Только сейчас я понял, что этот сад на самом деле, это цветущее дикое поле, впитывающее кровь авантюристов.

— Неужели у тебя всё ещё есть время на то, чтобы смотреть по сторонам?!

"!?"

Как только я немного отвлекся, громкий крик Вана, ударил меня по щеке.

Непрерывно атаки мечей, порезали мою боевую одежду, пытаясь подобраться к той точке, когда они смогут пронзить меня, пока я отчаянно пытался создать дистанцию.

У меня нет выбора.

В спешке я вытянул свободную левую руку.

— Огненный разряд!!!

— Что!?

После моих слов, появился огненный разряд, попавший прямо в Вана.

Я использовал магию.

Нет, мне пришлось её использовать!

Монстры, это одно, но использовать магию на других авантюристах, не для предупреждения, а в бою.... Это то, что я не делал даже во время тренировок с Айз.

Выпущенный огненный разряд поразил Вана от живота до груди, поднялась волна дыма и его тело затряслось.

Однако, его глаза снова загорелись убийственным светом и он снова бросился в атаку.

Невероятная стойкость.

Про его опыт и навыки даже упоминать не стоит.

Тем же самым обладают воины вокруг меня.

Даже по сравнению с авантюристами того же уровня из других семей они далеко впереди.

Трудно поверить, что люди здесь даже не основные кадры в семье!

— Гоахахх-акхххах!!?

Крик обозначал, что ещё один противник упал на землю.

После этого, авантюристы, которые теряют своих первоначальных противников сразу же переходят в следующий бой.

Десятки, сотни, тысячи скрещивающихся клинок пересекались вокруг меня.

Словно само время было сжато до предела, из-за сильного стремления  к выживанию, кровь разошлась по всему телу, и конечности бешено танцевали от тревоги.

Это королевская битва, которая полностью отличается от последовательных сражений в Подземелье.

И не имея другого выхода, я начал сражаться.

Меня никто не помнит.

Что я должен делать.

Мне придется отбросить все эти эмоции позади.

Если я этого не сделаю, то погибну...

И я просто начал сражаться.

Утреннее сияние давно сменилось ярким солнечным светом, солнце уже вот- вот зайдет в зенит.

На поле, среди всех воинов, единственный стоящий на ногах человек, это я

◊◊◊

— Ах-а-ах...!

Ван и остальные члены семьи, которые стояли на коленях, бросали на меня гневные и недовольные взгляды.

Дело не в том, что я лучше их, особенно Вана и других членов семьи 4 уровня.

Я смог продержаться до конца только благодаря мгновенной магии, огненному разряду.

Благо, я мог повторять этот процесс много раз.

Я был авантюристом всего полгода, и наверняка проиграл из-за их большого опыта и широты техник.

Однако, это большой затяжной бой.

Победив одного человека, я сталкивался с другим противником.

На этом вечном поле битвы, нет разницы между товарищем и врагом.

Я должен пережить неожиданные атаки и скрытые уловки со всех сторон.

И в этом бою я, обладающий мгновенной магией, имею преимущество перед кем угодно.

Когда кто-то целился в меня, то я атаковал его своей магией.

Если возле меня было несколько врагов, то я применял магию и отбрасывал их.

Если одного выстрела недостаточно, то я мог повторить это множество раз.

Мгновенная магия, которое не требует пения, превосходит любую короткую магию война.

Я снова понял, насколько удобна эта магия в открытом бою.

И более того... Для меня, блуждавшего на глубоких этажах 4 дня и 4 ночи было под силу множества испытаний на стойкость и выносливость.

Но, действительно ли происходили эти события? Я отчаянно подавил вопрос, который поднимался в моём сердце.

— Ха-ха, аа-ха, ха-ха ... ха-ха...!?

А затем, я понял, что растраченная мной ментальная энергия была не шуткой, и даже простые вздохи были для меня испытанием.

Посмотрев на Вана и остальных, я прищурился, чтобы увидеть остались ли ещё противники.

Сражаться уже не было сил.

Это было единственной моей единственной мыслью, я продолжал вздрагивать при каждом вздохе, и тогда....

— Неплохо.

Я услышал голоса четверых.

"—"

Звук сзади заставил моё время остановиться.

— Ты прошёл минимальный порог, для того чтобы быть полезным как авантюрист.

— Когда я узнал, что ты потерял память я не знал, что можно предпринять, но...

—  Я думаю, что ты готов.

— Думаю, ты можешь сражаться.

Когда они пришли сюда?

Четыре прума одетые в броню песчаного цвета, готовились к битве?

— Наша сила, это инструмент богини. Поэтому, мы стремимся к ещё большей силе, чтобы лучше служить ей.

Не обратив внимание на мой шок, Темный Эльф вытащил из ножен черный меч.

— Времени мало. Мы уничтожим нынешнего тебя, и позволим тебе переродится.

Последним кто появился на поле был мастер.

— Твоё настоящее “боевое крещение” начинается сейчас.

Я, Белл Кранелл, был окружен сильнейшими авантюристами в городе.

Инстинкт авантюриста, который был обострен до предела, затих, словно понимая, что надежды не осталось.

Закат.

И хотя почти ничего не вижу, мне удалось разглядеть красный свет, говорящий о том, что наступил закат.

Слабое восприятие ощущает шум ветра. Я слышу, как колышутся цветы и трава.

Казалось, что я лежу на траве, погружаясь в землю.

Но я не помню того, как упал.

Моё тело было осыпано ранами от множества клинков.

Оно было избито и сломано.

Оно обгорело от огня.

Различные техники оставляли глубокие раны на моём теле.

Тактики, которые в десятки раз лучше моих, не давали мне защититься, а необратимая магия просто уничтожала меня.

Техника темного эльфа заблокировала все пути к отступлению, даже когда я пытался уйти в защиту, его клинок с легкостью проходил её, прорубая мое снаряжение.

Невероятно, что мои руки и ноги всё еще на месте.

В бесконечной комбинации атак и защиты от прумов было невозможно испытать свободы, они перенаправляли каждое мое движение, и как только находили брешь... Копье, молот, большой топор и большой меч атаковали со всех сторон и ломали мое тело.

Молния белого эльфа поглотила мой поспешно выпущенный огненный разряд вместе со мной, превратил мою боевую одежду в грязные тряпки.

Непрекращающийся шторм сокрушил не только мое тело, но даже мой дух и волю.

Никакое сопротивление с моей стороны не помогало. Слишком большой разрыв в силе.

Теперь я наконец-то понимаю, насколько сложно и жестоко находиться в окружении авантюристов первого класса.

— ……………Аххх...

Фрагменты голоса, которые даже не были стоном, сорвались с губ.

Все кости сломаны. Все мышцы порваны.

На боевом костюме нету места, которое не окрашено в красный цвет.

Дыхание больше нельзя нормализовать, кровь тоже не остановить.

Когда я получил первый удар, боль от ранения была ещё горячей и болезненной, и я чуть не заплакал, но теперь я потерял все чувства.

Холодно...

Но разве сейчас зима?

Звук биения моего сердца всё дальше отдаляется от меня, отдаваясь гулким громким стуком в висках.

Жизнь подходит к концу...

Смерть приближается...

Я знаю.

Мне знакомо это чувство.

Тогда, на глубоких этажах...

Там я тоже испытывал это чувство. Чувство скорого конца.

Но на этот раз не было эльфийки, которая обнимала меня.

Я перелистывал страницы памяти о моей прошлой жизни.

Но это бесполезно.

У меня даже не осталось сил, думать об этом...

Даже само понятие холода постепенно исчезает, мои глаза все ещё открыты, но я скоро усну…

……...

— Зео Гульвейг!

После этих слов, появился исцеляющий свет, окутывающий меня и вырывающий из лап смерти.

— Кхаааа!

Пробудившееся сердцебиение, и воздух снова наполняет легкие, тело вздрагивает как от удара током.

Глаза широко раскрываются, я был похож на рыбу, брошенную на сушу.

— Ха-а-ах...!? Ха... Гахахх!?

— Это было опасно, только что ты чуть не погиб.

Я услышал спокойный голос, пока мое тело вздрагивало, словно становясь одни большим бьющимся сердцем.

Все мои конечности лихорадочно подергивались. Мои пальцы впились в землю и я не обращал внимание на то, как грязь проникает под мои ногти.

Перед моими глазами всё ещё мерцал свет.

Я поднял голову и увидел человека, который воскресил меня, это была целительница Хейт, державшая в руке длинный посох.

— Уважаемые авантюристы первого класса, кажется пора остановиться. Хотя физические повреждения можно вылечить, но недостаток крови не восполнить... Белл больше не сможет сражаться.

— Какой позор.

— И это всё?

— Как ты покажешься на глаза Фрейе-сама.

— ...Однако, солнце уже село.

Услышав её слова, четверо прумов сложили оружие.

Солнце склоняется к западу.

Вокруг исчез весь боевой дух и звук столкновения мечей и алебард.

Все исчезло в одно мгновение.

Битва окончена.

Больше не нужно быть начеку.

Я даже забыл, что можно успокоиться, застыв на месте в недоумении.

Сколько раз я умирал ...?

Я испытывал смертельный опыт снова и снова.

Как только дыхание прекращалось или сердце прекращало бить, меня возвращали к жизни, иногда зельями, иногда магией целителя, а однажды для моей реанимации понадобился магический громовой меч.

Независимо от метода, раненное тело или раздробленные кости, все вернется в исходное состояние в одно мгновение.

Я оглянулся по сторонам.

Другие павшие люди тоже окутаны целебным сиянием или обрабатывали раны зельями.

Поддерживая себя, упираясь руками в землю и пытаясь встать, я кое-что осознал.

Семья Фрейи, может похвастаться не только обычными авантюристами, но и большим количеством целителей, которых как говорят, встретить сложнее чем обычных магов.

Может, в этом секрет смертельных битв?

Вся эта строгая конкуренция среди членов семьи. возможна ли благодаря этим искусным целителям.

— Мы хорошо обучены, и может исцелить все, что угодно находящееся в трех шагах от смерти.

Все ещё не в силах подняться, я не мог разобраться,  пошутила ли Хейт или говорила серьезно.

— Между прочим, если ты хочешь воскреснуть находясь в двух шагах от смерти, то только "святая" способна помочь тебе.

Я с ужасом взглянул на половину её лица, скрытую в тени заходящего солнца.

Вероятно, я, неправильно понял её слова и увидел, что Хейт небрежно улыбнулась.

— Ах, не волнуйся. Из всех людей, которых я видела, лишь на тебе продемонстрировали такую разницу в силах, и загнали в такую отчаянную ситуацию. Ты особенный.

Совершенно неутешительные слова заставили меня снова посинеть.

Умереть, а потом возродиться.

Это и есть... "Воин Эйнхерия".

Храбрым войном, последователем богини красоты, рожденным и выкованным в Фолквангре.

— Судьба того, кто лишен воспоминаний, это новое воскрешение... Для твоего первого дня, ты держался хорошо.

Два эльфа, прошедшие, которые давно прошли крещение и достигли первого класса, прошли возле меня.

Хогни, который убирал чёрный меч в ножны, похвалил меня, в то время как Мастер холодно взглянул на меня.

— Мы снова станем твоими противниками с завтрашнего дня. Будь готов.

Тогда я почувствовал настоящее отчаяние.

Отныне так будет всегда..?

Нет времени бояться одиночества мира и приходится бороться с отчаянием другого вида?

Я знаю только одно: как бы я ни боялся, мне не избежать этого.

— Пойдём, Белл. Ты не можешь встать сам, правда?

Хейт протянула руку, помогая встать все ещё шокированному мне.

Однако, из-за потери крови, мои конечности онемели, и я упал ей на грудь, погрузившись лицом в белую ткань.

В это время я даже потерял силы бороться со стыдом.

Альфригг и его братья, также как Ван и другие шли в одном направлении.

Людей без сознания хватили за руки или ноги, а затем тащили в том же направлении.

За исключением авантюристов первого класса, все возвращались назад с ранами на теле.

Ярко-красный вечерний свет и тени бесчисленных воинов, раскинувшихся на лугах зеленого океана.

Эта вечерняя сцена, напоминала закат, заставляющий людей грустить и в то же время было очень холодно.

Цветы, вновь распустившиеся в саду, чуть колыхались из-за ветра. Голубой лунный свет окутывает боевой сад.

Поле, поглощённое ночью, стало тихим, а дворец на холме, который можно было принять за храм, наполнился светом и шумом.

Звуки доносятся из очень большого зала на первом этаже.

◊◊◊

Именно здесь смертельная битва превратилась в настоящий банкет.

— Мяса!

— Дайте мне больше вина!

— Нужно больше крови! В таком состоянии я не смогу продолжать завтрашнюю битву!?

Длинные столы были выстроены в 10 рядов, за которыми седели десятки авантюристов, каждый протягивал руки ко столу. Съедая множество различных блюд, а затем запивая их напитками из своих чаш.

Это борьба за еду.

День в семье Фрейи начинается с утренней битвы, а заканчивается грандиозным ужином.

Все кто участвовал в Битве на поле, приходили в огромный зал, чтобы восстановить силы, это обычай семьи.

Если бы не этот обычай, то сохранить силы и волю до завтрашней неизбежной битвы, было бы почти невозможно.

Пусть магия и зелья могут восстановить физические повреждения, но ничто не может заменить еду, только она сможет по-настоящему исцелить израненное и истощенное тело авантюриста.

Поэтому, воины всеобще посвятили себя поеданию мяса, которое смешивалось с их собственной плотью, запивая все это большим количеством вина.

— Ха-ха. Все такие голодные, впрочем как и всегда… Жаль, никто не будет делать эту работу за меня…

В то же время Хейт, целители и травники были заняты готовкой на кухне.

Их работа включает в себя лечение, которое даже называют воскрешением, а также уход за воинами после крещения.

Травники, использовали травы для повышения силы и выносливости, а также делали медовуху из козьего молока и меда. В большом котле, который называют "ведьминым котлом" тушили мясо кабана ( это не было уколом в сторону капитана семьи)

Помимо псевдонимов, полученных на Денатусе, их называют Андхримнир.

По слухам, эти имена появились из-за того, что они были похожи на валькирий, удовлетворяющих аппетит воинов, или от того, что работа была настолько тяжелой, что их спины становились черными от копоти.

Среди Андхримнир, Хейт была самой молодой и умелой, она была той, кому очень доверяет Фрейя, но также она была известна тем, что ее Глаза были похожи на глаза «мертвой рыбы»

По слухам, однажды собравшиеся в таверне боги, яро рассуждали о том, кто больше изможден, она или персей концом этой шутки было то, что Хейт побила этих богов своим посохом.

Прямо сейчас, она с улыбкой посыпала различные блюда солью и специями по своему выбору, словно говоря этим упрямым авантюристам: «Съешьте немного этого.

Хейт проговаривала про себя:

— Хотела бы я, чтобы сюда вернулась легендарная дворфийка, который в одиночку могла справиться со всей этой кухней.

Обычай семьи, начинать сражение утром и устраивать пир вечером, не было установлен Фрейей.

Это придумали предыдущего поколения, те члены семьи, которые были до того, как Оттар стал капитаном семьи и эта традиция передалась следующим поколениям.

В конце концов, даже небоевые члены и служанки в наряде горничных, были очень занятые изо дня в день.

— Именно потому-что у нас недостаточно персонала, я продолжаю заниматься этим… Эй, Ван, почему вы все хмурые?

Хейт, подошедшая через длинные стол, вопросительно наклонила голову.

Пока она расставляла мясо и медовуху на стол, Ван с хмурым лицом ответил:

— Мы можем смириться с тем, чтобы вести себя рядом с этим парнем как товарищи, он меня раздражает, но он очень силён. Мы все проиграли ему сегодня на боевом поле. Я признаю, что он может называться эинхерией, но...

Но Ван сердито оскалился и на стул перед ним.

Остальные члены семьи, так же с гневом посмотрели на свободное место.

Именно там сидел парень, который едва пообедав, был направлен в комнату богини.

— Мы все тоскуем по любви Богини, но почему только он получает её больше всех...!

Это было мысли и чувства почти всех членов семьи.

Хейт пожала плечами и с отстраненным выражением лица произнесла:

— Всё очень просто. Для Богини, этот парень очень особенный.

◊◊◊

— Фрейя-сама.

Услышав голос обращавшийся к ней, Фрейя оставила чтение книги и подняла голову.

Это самая верхняя и священная комната в Фольквангре.

Сидящая на кресле и облаченная в черную тонкую пижаму Фрейя, перевела взгляда на дверь.

— Пришел Белл.

— Впусти его.

Услышав спокойный голос Оттара, который называл парня по имени, ей захотелось рассмеяться.

Подавив улыбку она закрыла книгу и спрятала её в подушку, которая прилагалась к креслу.

Затем, она машинально причесала свои длинные серебристые волосы.

На её лице появилась улыбка, приветствующая появившегося парня.

Если бы эту улыбку увидел Оттар, то он бы наверняка понял, что Фрейя была очень взволнованна.

Но даже если ей скажут об этом, она будет отрицать это.

— Добро пожаловать, Белл. Спасибо, что пришёл.

◊◊◊

Мастер вывел меня из огромного зала, и когда я вошел в комнату, я увидел, приветствующую меня Фрейю-сама.

Я удивился, когда она встала со своего кресла, а затем взяла меня за руку, от чего мое сердце забилось чаще.

Она отвела меня в центр комнаты, я мог лишь догадываться, понимала ли она, что моё сердце бешено колотилось из-за её шелковистой гладкой кожи и мягкого, тёплого прикосновения.

Она садиться на откидной стул, а я на мягкое кресло, возле круглого стола.

— Ты весь бледный. Сегодняшнее крещение было настолько строгим?

— ... Да. Сегодня, Мастер, Хогни-сан и другие…

— Вот как. Мне очень жаль, что я попросила тебя прийти ко мне в таком состоянии. Сегодня, мы снова единственные в этой комнате.

Комнату богини освещал лишь тусклый синий цвет, пробивавший из окна.

Даже сейчас я все еще не могу поверить, что богиня красоты прямо передо мной.

Конечно, это было слишком далеко от реальности.

Чувствуя сильную усталость и в то же время невозможность смериться с происходящим... Я снова начала задавать ей вопросы.

— Это ужасно и утомительно... Трудно поверить, что я веду такие ожесточенные бои каждый день.

— Хе-хе, да. Может, ты потерял память, потому что ненавидишь крещение?

"..."

Но мой собеседник отпустил небрежную шутку, увернувшись от темы.

Мои губы искривились в улыбке, и я отказался и от этого вопроса.

Невозможно понять, о чем мыслят моги.

Кажется, я смог рассмешить Фрейю-сама, ведь на её лице играла улыбка.

— Итак, причина по которой я тебя пригласила, позволь мне услышать твою историю.

— ...Вы действительно хотите послушать?

— Конечно. Иначе зачем тебя звать?

Сидящая на кресле Фрейя-сама посмотрела на меня серьезным взглядом.

После некоторых колебаний, я отказался от сопротивления и начал свой рассказ.

— Я приехал в Орарио один. Я, впервые оказался в таком большом городе. Сначала я был очень взволнован, но... неважно, в какие семьи я обращался... Никто не принимал меня, в итоге у меня закончились деньги и я совсем не знал, что делать... Но после очередного отказа, меня приняла к себе Богиня Гестия.

Я редко рассказываю о себе, поэтому не могу рассказать всё чётко. Я создавал паузы, перебирая нужные слова.

В тот момент, когда я произнес имя богини Гестии я почувствовал жгучую боль в груди.

— Эх... ты пережил много трудностей, прежде чем присоединился к семье. Что-же произошло потом?

Фрейя-сама с интересом слушала мою историю.

Она не отрицала и не говорила, что я несу чушь. Она не смеялась и не говорила, что это лишь сон.

Вместо этого, она сама задавала вопросы.

Утешительный голос словно звучание сопрано, побуждал меня рассказывать одну историю за другой, что даже заставило меня чувствовать себя неловко.

Это божественность? Или это очарование Богини красоты? Мне действительно хотелось вечно общаться с ней.

Какая-то непреодолимая магическая сила, заставляла меня думать так.

— ... Фрейя-сама. Где мы встретились?

Я не хотел, увлекаться, поэтому, собравшись с мыслями, я спросил её о Белле Кранелле из семьи Фрейи.

— Кладбище авантюристов. Я оставляла цветы на могилах своих погибших детей, и я случайно встретила тебя у памятника одного героя. Там я влюбилась в тебя с первого взгляда...

— С первого взгляда...!?

Это фраза застала меня врасплох, заставив густо покраснеть.

— В то время я спросила тебя, хочешь ли ты вступить в мою семь. Ты просто прокричал: «Неужели вы серьезно?» И чуть не упал на землю от волнения.

"...!"

— После этого я отвела тебя на базу, где ты увидел Оттара. Тогда ты посинел и снова чуть не упал в обморок.

История Фрейи-сама, идеальна.

Если в другом мире, есть другой я, то эта история действительно могла случиться.

Я чувствую, что это действительно похоже на мое поведение, на поведение Белла Кранелла.

В этой истории не было дыр, и я не мог опровергнуть это.

— Ты так сильно хотел попасть в подземелье, ещё до начала крещенья, поэтому я попросила Хедина сопроводить тебя туда... Но ты гордо вернулся сразу после победы над одним гоблином.

— ..!?

— Тогда ты сильно меня позабавил. Этот громкий голос, и такой милый взгляд.

Увидев ностальгирующую улыбку богини, которая казалось, вспоминала о прошлом, я был шокирован.

Я также помню этот инцидент, это неловкая история, которую мы разделили с богиней Гестией.

Неважно, насколько кто-то знает меня, просто невозможно выдумать, историю о моей триумфальной победы над самым слабым монстром подземелья.

Я мог только признать, что Фрейя-сама действительно была свидетелем или слышала об этом...

Но я никому не рассказывал о такой постыдной истории! Только Богиня и Эйна знали об этом...!

И это было естественно, ведь благодаря Эйне, Фрейя узнала об этой истории.

Во взгляде Белла было отчетливо виделось, что он в замешательстве.

Фрейя, скрыла улыбку в своём сердце и спокойно прижалась локтем к маленькой подушке рядом у неё под боком.

Перед тем, как Белл пришёл к ней, Фрейя читала книгу, эта книга была дневником Эйны, который она недавно получила.

Там был зафиксирован забавный случай о первом походе Белла в подземелье.

Используя эти записи Фрейя могла вести разговор так, словно она сама видела или слышала эти события, обманывая Белла.

Более того, помог не только дневник Эйны.

Она также использовала информацию от городской девушки, Сир, что была мертва в ее сердце, дабы история была более правдоподобной.

До сих пор городская девушка, много общалась с мальчиком в пабе, о многих разных вещах.

Походы в подземелье, его хобби, предпочтения в еде и напитках, и многое другое.

Кроме Гестии и членов его семьи, никто не мог знать Белла настолько хорошо.

Нет никаких сомнений в том, что эта информация помогала Фрейе, вдохнуть жизнь в этот новый образ и сделать его более реальным.

Белл как невинный парень, Белл как авантюрист.

Фрейя обладает информацией сразу о двоих, поэтому она без особых усилий создала историю о другом Белле.

В пабе, с огромной вавилонской башни, она была той, кто больше всех наблюдал за мальчиком.

А значит все её слова звучали более чем реально.

— Я... Из-за чего я поднялся до второго уровня!?

— Это было на пятом этаже подземелья, твоим противником был минотавр. Дети Локи упустили его, когда возвращались из экспедиции, а ты победил его. Запись об этом инциденте ведь должна была сохраниться в гильдии?

— ...!? А когда я достиг 3 уровня!?

— Я позволила тебе победить Гиацинта. Это один из детей Аполлона.

— ... В-в Военной игре?

— В Военной игре? Я никогда не делала ничего подобного. Я только уничтожила Иштар и Аполлона, которые хотели украсть тебя.

Самое главное, что Фрейя Богиня, поэтому у Белла не остается ни малейшего сомнения в её лжи.

Как Бог, превосходящий всех существ, Фрейя запоминала все вещи и явления, которые она видела и слышала.

Любая ситуация, какие люди присутствовали, любое аномальное событие. Комбинируя эти элементы и предугадывая то, какие действия принимал Белл Кранелл.

Тщательно исследуя все реальные происшествия, несчастные случаи и беспорядки, рассматривая их, а затем применяя в своей истории.

Это создало историю "Что если" Белла Кранелла.

И это настолько похоже на правду, что у Белла не будет выбора, кроме как поверить в это.

Даже если после этого он пойдет в разные места для сбора доказательств, он увидит только те записи, которые были подделаны в гильдии и других местах, а затем погрузится в еще большее отчаяние.

Манера речи, тон, взгляд, все это создает впечатление реальной истории, что рассказывает богиня.

Мальчик, оставшийся один, не мог не начать верить ей.

— Белл, не слушай меня, лучше дай мне послушать твою историю. Я не хочу навязывать тебе новое прошлое.

— ...Хорошо хорошо...

Её добрые слова подобные снежинкам падающим на него, являются ядом ведьмы, они разъедают мальчика, но он этого не знает.

Теперь Фрейя и Белл «играют в шахматы».

Нервно передвигая фигуры в игре, которая была совсем незнакома ему.

Вместо этого, он отчаянно пытался собраться с мыслями, чтобы найти выход в мир, который он знал.

Богиня сузила глаза, эти небрежно поставленные фигуры заставили её испытать жалость, и в тоже время, она нежно продолжа наставлять его.

— Здесь ходить нельзя.

— Этот ход будет ошибкой.

— Верно. Этот ход - оптимальное решение.

Наставляя и побуждая, связывая его руки.

Убирая у него место для размышлений, принося в его сердце чувство гармонии и заключая его в ловушку.

Делая парня своим так, что он и не заметит, что ему поставят мат.

Из всех способов получения тела и души Белла Кранелла, это лучший способ.

По этой причине Фрейя использовала и другие методы кроме шахматной доски.

По мимо очарования, она использовала и членов семьи.

Отсюда и возникло крещение на боевом поле, и из-за этого была создана "клетка".

" !?"

Однако, на сегодня стоило остановиться.

Лицо Белла постоянно меняет свое выражение.

Было бы плохой идеей нагружать его слишком много.

Цель была не в том, чтобы постепенно мучать Белла, а в том, чтобы заставить его опираться не на собственную волю, а на грудь богини.

Наблюдая за лицом Белла, Фрейя поняла, что на сегодня достаточно.

— ...Что-то случилось?

— Нет, все нормально.

Белл, вопросительно поднял голову, в ответ на это Фрейя лишь небрежно улыбнулась.

(“Я забыла, что этот ребенок очень чувствителен ко взглядам.”)

Она скрыла свою улыбку и, чтобы сменить тему, она оголила свою светлую кожу.

— Мне кажется, что сегодня вечером слишком жарковато.

Будто холодная королева, Фрейя собрала волосы упавшие на её грудь.

В этот момент, лицо Белла покраснело.

"?"

Увидев Белла таким, Фрейя слегка наклонила голову, а затем заметила одну вещь.

Тонкая пижама, которую она сейчас носит, это наряд, который смело открывал её грудь.

После снятия покрывающих её грудь волос, её формы были оголены, казалось, что при одном неверном шаге, её пышные груди могли вырваться из наряда.

Окаменелый Белл изо всех сил старался отвести взгляд.

“Ах, да. Он ведь такой ребенок.”

Фрейя почувствовала умиление, увидев эту невинную позу, и в то же время, она поднялась со своего места.

— Кто нибудь. Принесите сменный наряд.

Она отдавала приказ прислуге, ожидавшей снаружи комнаты.

В это время, Фрейю охватил озорной порыв.

— Белл, мне нужно переодеться.

— А-а!?

— Помоги мне.

— Аааа, я!?

Голос мальчика повысился настолько, что походил на истерический крик.

Фрейя собрала волосы, обнажив пуговицы на спине.

— Я не могу снять это платье в одиночку. Мне не добраться руками до спины.

— А, но. Яя!?

— Итак, ты поможешь мне? Если нет, то можешь уйти.

— Мне правда можно уйти!?

— Конечно, но Оттар, который стоит вне комнаты может рассердиться, и завтрашний день станет для тебя куда труднее.

Сердце Белла замерло, а лицо побледнело, казалось что он вспомнил крещение, которое испытал совсем недавно.

После долгих раздумий, он протянул дрожащие руки к спине Богини.

Фрейе едва удалось удержаться от смеха.

— Похоже, этот наряд слишком вызывающий.

— У-у-у...!

— Или ты думаешь, что оно не подходит мне?

Дрожащие пальцы осторожно расстегивали одну пуговицу за другой.

Задав вопрос, она улыбнулась и закрыла глаза. Затем, прозвучал смущенный ответ мальчика:

— ...Нет.. В нем... Вы очень красивы в нем.

Это был очень простой ответ.

Завтра она все равно попрощается с этим рядом, однако, в её сердце все ещё останется это сладкое чувство, греющее её сердце.

— Вот как...

Возможно, из-за того, что дрожащие руки парня, случайно коснулись кожи на её спине, Фрейя издала нежный стон.

Плечи Фрейи дернулись, а по всему телу Белла прошла дрожь

Мальчик понял, что совершил грубый поступок с кожей Богини, сильно покраснев, и превзойдя пределы терпения, он убежал.

— Простите, мне очень жаааааааааааааааааааааааааааааааааааааль!!!.

На огромной скорости он выбежал из комнаты богини, кидая в след искренние извинения.

Фрейя была удивлена, на её лице царило поистине ошеломленное выражение, которое никто не видел ранние, и затем...

— Паффх... аххахахахахахахах!

Она рассмеялась, словно ребенок.

В комнате осталась только плачущая от смеха Богиня красоты.

“Сбежал! До сих пор, будь то Бог или человек, такого еще не было!”

На её глазах наворачивались слезы, держась за живот и закрывая рот она пыталась удержать смех, бродя по комнате, словно кружась в своеобразном танце.

А затем, не заботясь о приличиях, она рухнула на кровать.

— ...Фрейя-сама?

Через некоторое время, Хелун осторожно заглянула в комнату.

Подтвердив, что Белла здесь нет, она принесла одежду, которую попросила богиня. Оттар, стоящий за её спиной, казалось, также увидел, что-то необыкновенное.

— Сменная одежда готова…

— Уже не нужно.

— А?

— В конце концов, он сказал, что этот наряд мне очень подходит. Сегодняшнюю ночь я проведу в нём.

Покачав ногами несколько раз, она перевернулась на спину.

Её большая грудь вздымалась при каждом вдохе.

Прикрыв лоб  левой рукой, она вытянула свободную правую руку, будто пытаясь схватить что-то на потолке.

На её лице заиграла улыбка простой девушки.

"..."

Оттар, молча наблюдал за действиями своей богини, которую переполняла радость.

Хелун прижала руки к груди, наблюдая за происходящим.

◊◊◊

Луна была прекрасна.

Но теперь, рядом с ней не было человека, который бы разделил с ней эту мысль.

Под ясной луной, которая была противоположностью её напряженного сердца, Гестия шла по задворкам Орарио.

Она отговорила Лили и остальных, что хотели помешать ей и ушла одна.

“... Кто-то наблюдает за мной.”

Хотя у неё не было опыта в авантюризме как у Белла, но Гестия все ещё могла понять, что семья Фрейи наблюдает за ней из ниоткуда.

Но на самом деле, это наблюдатели дали о себе знать с целью предупредить молодую богиню.

Конечно, как она и догадывалась, враги планировали следить за ней 24 часа в сутки.

(Может попробовать в другой раз...? Нет. Они поняли, что я хочу сделать. Они знают каждый мой шаг. Я должна действовать даже если они узнают!)

(В конце концов, самое худшее, это сидеть сложа руки и боятся принимать действия)

Она энергично покачала головой и сжала кулаки

Уже четвертую ночь, Гестия ходила по улицам, ища любую брешь в клетке созданной Фрейей.

Белл одинок и изолирован от мира, поэтому она не желала играть по правилам установленным Фрейей. Даже если ей придется притвориться притвориться чужой для Белла.

Она укрепила свою решимость и направилась к главному входу, вместо потайного пути, который показал ей некий мудрец называющий себя "дураком"

— Неважно, если ты доложишь это Фрейе. Если она может, то может зайти и остановить меня, ну а я зайду туда на пару минут.

Надменно произнесла она.

Из-за того, что Гестия пришла сюда поздней ночью, работники гильдии был явно раздражен.

И наконец добившись того, что её сообщение приняли, она сумела войти.

Подземный штаб Гильдии, «Зал молитв».

◊◊◊

— Гестия? Конечно, на тебя ведь тоже не подействовало очарование.

— ...! Уран, так ты тоже...!?

Услышав, как Уран ясно произносит слово “очарование”, сидя на своем троне, Гестия удивленно вытянулась.

Это был её изначальный проблеск надежды, она рассчитывала, что создатель города-лабиринта, великий Бог, был в норме.

Теперь, когда её надежды оправдались, она была готова расплакаться.

Хотя вид старого Бога с закрытыми глазами, насторожил её, она все ещё планировала обсудить положение дел о будущем.

— Уран, Гермес передал мне письмо. Есть план как поступить с Фрейей…

— Нет.

Однако ее прервал громкий серьёзный голос.

— А……?

— Фелс сейчас здесь. Даже если он контролирует себя, он ничем не отличается от очарованной марионетки. Если он услышит, что ты собираешься разрушить «клетку» Фрейи, он немедленно доложит об этом ей.

— Что...!?

Гестия удивленно осмотрелась. Вокруг алтаря распространялась лишь непроницаемая тьма.

Она не могла увидеть фигуру правой руки Урана, Фелса.

Однако, при ближайшем рассмотрении ей казалось, будто чёрный силуэт дрожит в глубине этой тьмы, словно его поглощает очарование.

Четыре факела вновь вспыхнули, и Гестия увидевшая его лица, не могла скрыть своего шока.

— В Орарио нет места, где не было бы глаз и ушей Фрейи.

— Почему……

Она была слишком наивна.

Её казалось, что если это место было «залом молитв», тут не было  наблюдения, и она могла бы обсудить план по освобождению с Ураном.

Однако, Фрейя, уже предвидела такой исход.

Гестия была вынуждена признать, что все в Орарио её враги.

Прервав свои слова, она задала вопрос.

— Уран... Хотя затронут только Орарио, это вторжение божества в нижний мир. Разве это не нарушение правил?

— Мы не можем отправить Фрейю обратно на небеса, основываясь на нашем собственном мнении. Она не использовала божественную силу.

Гестия искала надежду в словах одного из первых богов, пришедших в нижний мир, но ответ Урана был безжалостен.

— Нам разрешено управлять семьями и полагаться на правила нижнего мира, и в соответствии с этим, использовать наши основные способности для выполнения наших дел. Будь то ковка Гефест или вино Сомы... красота Фрейи тоже не выходит из этих правил.

Богиня красоты может использовать очарование, под которое могут попасть даже боги.

Однако, это не являлось божественной силой.

Как Гефест, которая могла ковать совершенное оружие и доспехи, имея слабые человеческие руки.

Как Сома, мог варить вино пленяющее даже богов.

«Красота» Фрейи была из того же рода.

Трудно поверить, однако, это не была какая-то божественная сила, оно возникла лишь из-за её характера и красоты.

Проще говоря, пока Фрейя использует свою красоту, она может делать все что захочет, не прилагая усилий.

Изначально, её напрягал этот факт, и она ограничивала свои действия, однако в этот раз она сознательно использовала это.

— Но даже так...! Разве, это не слишком подло...!

Гестии хотелось высказать все свое разочарование прямо в адрес Фрейи.

Но в то же время она поняла, что как божеству, ей стоит взглянуть на ситуацию шире.

Большинство побуждений богов, спустившихся в нижнее царство, были развлечениями и отдыхом.

В этом не было ничего плохого.

Однако, самая сокровенная цель богов - за исключением злых богов, которые желают лишь разрушения и гебели - это дать рождение «Избранному герою».

Сила богов иногда становится помощью детям, а иногда превращается в испытание.

Сочетание силы данных богами и испытаний создает хаос, а затем переходит в нечто неожиданное, что боги не могут предсказать.

Поэтому, все боги надеяться, что кто-то преодолеет, это самое неожиданное и станет героем, которого жаждет это мир.

— Если мы говорим об испытаниях.! Уран, надеюсь ты не хочешь заставить Белла пройти это, как в случае с ксеносами?!

Она не могла ни испытать эмоций, стоило ей подумать, через что придется пройти члену её семьи.

Гестия озадачено обратилась к старому богу, который так и не открыл глаз, подозревая его мотивы.

— …Гестия, не пойми меня неправильно. Сейчас нам нужно беспокоиться не о силе очарования и не о самом городе, в котором воспоминания всех и каждого были подделаны.

— А ……?

— Дело в том, что Фрейя исказила мир лишь из-за одного существа, из-за своей одержимости, которая вынудила её сделать это.

"!!!"

Глаза Гестии расширились, когда Уран произнес слова, похожие на те, что сказал Гермес до своего изменения.

— До сих пор Фрейя уважала этот мир. Она ненавидела быть королевой больше, чем кто-либо другой. Независимо от того, как скука разрушала ее, она держала себя в руках.

До очарование нижнего мира и вторжения.

Как сказал Уран, это должно было нарушать принципы Фрейи.

Другими словами, это следует называть её правилами для жизни в мире людей.

Когда Гестия задумалась над этим, то она была что в его словах был смысл.

В игре, с погружением, интересно играть полагаясь на стратегию и удачу.

Что получится, если играть всегда получая победу, без особых усилий?

Ответ прост.

Будет ужасно, ужасно скучно.

Это очень разочаровывает.

Не говоря о том, что такая хитрость может сработать даже на богах.

Такое, даже нельзя назвать игрой, и это даже хуже, чем разыгрывать какую-то тактику за кулисами.

Если бы Фрейя хотела такой победы, то она бы не испытала ничего кроме пустоты. Простой фарс.

Поэтому, она не нарушала свои принципы, и всегда соблюдала правила игры.

Конечно, чтобы удовлетворить своё любопытство или убеждать, она могла силу «очарования».

Но даже в этом случае, она никогда не стала бы полагаться на свою «красоту», чтобы исказить всех людей, богов и даже сам мир.

— Фрейя, впервые нарушила это обещание и свои принципы. Всё это ради одного дитя, Белла Кранелла.

Эти слова заставили Гестию поежиться.

Гермес был прав.

Гестия и другие, все они ошибались в оценке Фрейи.

Может быть, ошибалась даже Локи, которая знала Фрейю лучше всех.

Все ошиблись насчет того, насколько глубока одержимость Фрейи.

Её одержимости было достаточно, чтобы нарушить её принципы, нарушить все её правила, и достаточно, чтобы за ранее загнать Гестию и Урана в угол, а для других богов это и вовсе поставить шах и мат.

Пока её одержимость не пройдёт, этот инцидент никогда не закончится.

«Её характер»...  Это причина, по которой Фрейя отказалась от всего, захотев забрать Белла...

На небесах, Гестия, будучи богиней-девственницей, никогда не ладила с Фрейей и её любовниками.

Они мало общались, но Гестии доводилось слышать, что даже на небесах к Фрейи относились большим уважением, и даже боги полюбившие её, относились к ней с огромной вежливостью и заботой, в то время как она жила, словно в золотой клетке

Только сейчас Гестия поняла, что Фрейя не была окружена ими, она была ими обуздана.

Если она была бы серьёзной, то могла бы контролировать даже небеса, также как она контролировала Орарио.

— Что мне делать... в таком случае...

Выслушав слова Урана, Гестия ещё раз осознала, насколько безнадежной является ситуация.

Если Гестия хочет разрушить то, что создала Фрейя, ей придётся воспользоваться своей «божественной силой» и смирившись с поражением, попытаться забрать её с собой на небеса.

Однако, она была совершенно уверена, что даже этот метод остановят другие «очарованные» боги.

"..."

Гестия посмотрела на свою руку.

В ней была бумага с сообщением, что оставил ей Гермес.

(“Когда придет время... что же это значит, Гермес…?”)

Когда придет время, передай его мне.

Так сказал сам Гермес.

Однако, она не знала когда придёт это время. Она даже чувствовала, что это время может и вовсе не прийти.

Она была готова поддаться бездонному отчаянию.

Гестия крепко сжала свою правую руку где было письмо, которое отдал ей Гермес.

— ...Это всё, уходи, Гестия, теперь ты ничего не можешь сделать.

— ...! Уран, подожди!

Было неизвестно, почувствовал ли Уран, что её сердце теряет надежду или нет.

Гестия опустила голову, а затем снова посмотрела на него, но воля старого бога осталась прежней.

— Даже в этой ситуации, я всё ещё бог, который должен защищать этот город. Я не могу тратить на тебя всё своё время.

— Уран...!

— В Орарио уже наступает зима... и в этом году будет холоднее, чем обычно. Мы должны подготовить дрова.

"...!"

Холодные слова Урана заставили Гестию Вздрогнуть.

— Фелс. Поручи детям Гермеса раздавать дрова в этом году.

Прямо в этот момент, тьма возле алтаря задрожала и появился маг в черном одеянии.

— Да, но... Зачем доверять это семье Гермеса? Обычно это была работа семьи Ганеши?

— Сейчас семья Ганеши, это городская полиция, они не смогут выполнять эту работу. Ты ведь знаешь, что сейчас они подчиняются Фрейе?

— ...Ахххх, это правда.

Вероятно, это коснулось одного из правил очарования, но Фелс не признал это странным и принял это за чистую монету.

Это зрелище лишило Гестию дара речи.

— Гестия. Иди.

Услышав указание от Урана, который так и не открыл глаз, Гестия обернулась, не сказав ни слова.

Она почувствовала, как Фелс смотрит на нее сзади, и могла только молча покинуть подземный алтарь.

◊◊◊

Глубокая тьма постепенно рассеивается, и сегодняшнее солнце вот-вот взойдёт.

Восходящее на востоке солнце бросало ослепительный свет.

Битва на поле началась и среди многих криков в фолквангре, был слышен и крик мальчика.

Спустившись к окну, Хедин посмотрел на Белла со странным выражением лица, а позже перевёл свой взгляд вперёд.

— Хотя я и просила вас прийти, но можете ли вы все немного подождать?

Это зал для встреч, примыкающий к комнате богини, на базе Фольквангр.

За исключением тех, у кого были особые задачи, к Фрейе были вызваны авантюристы первого ранга.

Среди них был и Оттар, оставивший миссию по наблюдению за семьей Гестии на других членов семьи.

Богиня сидела на роскошном кресле, которое больше походило на трон. её ноги были скрещены, а на коленях лежала книга.

— Стоило назначить эту встречу вчера, но мне нужно было дочитать кое-что.

Сказав это, Богиня взяла книгу, которую только что закончила читать и передала его Хелун, стоящей за ней.

Чтобы отвечать на вопросы парня, Фрейя решила отдать приоритет прочтению этой книги написанной методичной полуэльфийкой.

Поскольку сам дневник, насчитывал ни один десяток тем, она сэкономила время на сне, из-за чего, из-да слабый зевок.

Увидев такой вид своей богини, четыре брата и Хогни схватились за грудь и тихо произнесли:

— Как и всегда, Фрейя-сама такая милая...!

Оттар будучи её телохранителем, давно выработав иммунитет к этому.

А Хедин смотрел на них, как на нечистоты, проклиная их за за безмерную непорядочность.

Смотреть на беззащитную богиню, это привилегия для членов семьи, которые заботятся о её повседневной жизни.

— Тогда давайте начнем собрание. Полагаю вы уже начали действовать без меня.

Это собрание произошло, чтобы обсудить клетку, созданную для Белла, а также о указаниях, которых нужно придерживаться в будущем.

Увидев добрую улыбку Фрейи, Альфригг и остальные в унисон ответили.

— Да!

— Согласно информации введенной Фрейей-сама, Белл Кранелл утвердился в семействе.

— Он будет находиться под наблюдением в будущем, и мы сделаем всё возможное, чтобы устранить факторы риска, которые могут возникнуть..

— Это касается богини гестии, то же самое верно и для монстров, на которых не дошло «очарование» Фрейи-сама.

— Кот, которого сейчас нет, сегодняшнего дня отправляется в «Хозяйку плодородия» для наблюдения.

Четверо прумов вышедших вперед выложили свой громким и четким голосом.

Затем подошёл тёмный эльф Хогни.

— После этого, мы также пойдем в С-Сад Битв, чтобы тренировать Белла Кранелла, и-и, как и вчера! В-в ...!? …

Хогни, который очень боялся внешнего мира и имел плохие навыки общения, пытался хорошо высказаться перед своей богиней, но бесчисленное количество раз спотыкался в словах.

Увидев, как тёмный эльф опустил голову от стыда и отчаяния, Фрейя нежно улыбнулась.

— Всё в порядке, Хогни. Просто продолжай и медленно говори со мной.

— Фрейя-сама ...! большое спасибо ...!

Помимо чрезвычайно тронутого Хогни, четыре брата скрипели зубами от досады.

"Тц!".

Это был особый вид шума, который должен не оскорблять слух богини, но при этом быть слышанным.

Хотя они все являются авантюристами первого ранга одной семьи, у членов семьи Фрейи в основном очень плохие отношения друг с другом.

— Белл, Белл Кранелл, он может пригодиться. Он может видеть наши атаки и не отставать от движений. Я-я думаю, что его навыки очень просты... Но как только он чувствует, что его жизнь в опасности, его реакция в бою повышается и он м-мечется по полю бешено мучающийся кролик. А ещё его весело бить. Но конечно, я всегда сдерживаюсь с ним!

— Ха-ха, ещё что то?

— Д-да... ему очень не хватает опыта в неразумных и абсурдных боях, в которых он почувствует себя беспомощным. Однако, пока он будет продолжать сражаться в этом Фолквангре, все это будет восполнено.

— В самом деле. Тогда оставить этого ребенка вам, было правильным решением.

Фрейя с улыбкой посмотрела на взволнованного Хогни, который ускорял свою речь по мере волнения, и в тоже время взглянула на окно, где всё ещё были слышны крики.

В «Фольквангре» только авантюристам первого ранга было запрещено сражаться между собой.

Одна из причин не потерять сильных воинов, которые выделяются среди других.

А самая важная причина не дать другим семьям воспользоваться из-за падения лидеров семьи.

Таким образом, можно сказать, что все авантюристы первого ранга практически никогда не собираются в саду.

Белл Кранелл вызвал исключение.

Нет прецедента, чтобы авантюристы первого ранга собирались вместе. Это превзошло обыденность и превратилось в кошмар.

В будущем его также постигнет тяжелая судьба, когда он будет падать под гнетом изнурительных тренировок от Хогни и остальных.

Только по этому одному поводу другие члены семьи, выражали хоть какое-то сочувствие Беллу.

— Поскольку его рост из-за навыка ("целеустремленное преследование") неизвестен, вам придется тренировать его как можно больше. Нужно избавить его голову от ненужных мыслей. Кроме того, нам нужно начинать набег на подземелье.

— Вы хотите, чтобы мы взяли его с собой в будущие экспедиции?

— Да. В конце концов, этот ребенок  кандидат в герои.

Фрейя, видевшая статус белла, и понимавшая природу его навыка, сделала вид будто ничего не произошло, она отдала строгий приказ.

— Поэтому, его нельзя убивать. и нельзя позволить ему умереть… Ведь тогда, я буду преследовать его душу даже на небесах.

Слушая эти слова Оттар не изменил выражения лица и не повел бровью.

Чувствуя, что настрой богини, отличавшийся от того, что был полгода назад, Оттар принял божественную волю богини.

— Кроме того, дайте Беллу определенную степень свободы. Если держать его на базе, это вызовет у него подозрения.

— Да!

—  Однако, он должен оставаться под наблюдением и охраной. Нужно отстранить его от контактов с близкими ему людьми, особенно с членами его семьи. При длительном контакте, в очаровании может возникнуть сбои, в крайнем случае, я могу снова очаровать их...  Но слишком частое воздействие чар может испортить детей. Так что по возможности, не допускайте контактов с ними.

— Да!

Услышав, как каждый ровно и четко приняли приказ, Фрейя улыбнулась.

— Также, я временно оставлю Вавилонскую башню и поселюсь здесь.

Услышав эти слова, комната наполнилась счастливым вздохами.

Если быть точным, это были служанки, стоявшие у стены.

Девушки, которых следили за покоями богини, обычно не могли сопровождать богиню на вершину Вавилонской баши, поэтому, по их лицам казалось, что они в любое время начнут радостно хвататься за руки.

Напротив, те кто следил за покоями богини в «Вавилонской башне», несомненно, находятся в отчаянье.

Все они очень любили и почитали Фрейю.

После этого, собрание продолжилось без промедлений.

Фрейя выслушала отчеты от своих последователей и давала новые указания.

Клетка, которую создала богиня, постепенно доводилась до совершенства.

— Наконец, мне тоже есть о чем доложить.

Наконец собрание достигло своего пика и молчавший все это время белый эльф заговорил.

— Что случилось, Хедин?

— позавчера вечером Белл Кранелл спросил меня о леди Сир.

В этот момент все, включая авантюристов первого класса, почувствовали, что в комнате повисла тяжелая атмосфера.

Все знали, что это очень деликатная тема. Улыбка на лице богини исчезла.

— И что?

— Я сказал ему, что здесь нет этой девушки...

— Ясно. Так, почету ты сообщаешь мне это сейчас?

— Я хочу спросить, как дальше поступать, с городской девушкой, которой исчезла.

Фрейя нервно отреагировала на когда Хедин упомянул, об главном корне, из-за которого возникла эта клетка.

— Её не существовало с самого начала. Это всё.

— Да, Фрейя-сама.

Посмотрев на Хедина, который почтительно поклонился, Фрейя скривила губы, словно капризная ведьма, а не почтительная богиня.

— Кстати, это все напомнило мне об одном случае, Хедин. До начала "Фестиваля Богинь" ты, кажется, много чего делал без разрешения… Что это значит?

По тону её голоса было понятно, что этот вопрос, мог перерасти в обвинение, при любом неосторожном слове.

Хелун, также бросила на Хедина возмущенный взгляд.

— Мне очень жаль, что я сделал такой чрезмерно смелый шаг. Если бы я не увидел способности этого человека своими глазами, я бы не мог согласиться с тем, чтобы он был вашим сопровождающим. Это было слишком невыносимо, поэтому я немного подправил его.

— То есть, это было из-за твоей любви?

— Из-за моей преданности к вам.

Почувствовав, что эльф нисколько не отводил взгляд и не имел других мыслей... Вместо этого, Фрейя опустила вопросительный тон и казалось, потеряла интерес к Хедину.

Напряжение в комнате спало.

— Если в результате моего обучения, этот глупый кролик заставил вас почувствовать себя неудовлетворенной и грустной. Позвольте мне отплатить за это своим телом…

— Нет, мне было все равно.

"..."

— Всё равно?

Фрейя немедленно прервала слова Хедина.

Все в комнате знали, поняли, что это не так, но никто не сказал этого вслух.

Хедин, который на мгновение потерял дар речи, поправил свои очки, и снова заговорил

— Фрейя-сама. Надеюсь, вы возложите обязанность за тренировки этого глупого кролика на меня.

И снова воздух в комнате снова сжался, словно натягивающиеся струны.

Фрейя, прищурилась, словно на этот раз, решила посмотреть сквозь сердце эльфа.

— Какова причина ?

— Я считаю, что лучше всего смогу извлечь его блеск

— Какова цель?

— Ради вас.

С ясным взглядом и тоном заявил Хедин.

— Я хочу проявить вам свою преданность.

В комнате воцарилась тишина. Только крики на поле битвы эхом разносились по комнате.

Фрейя пристально изучала  Хедина и через некоторое время дала свой ответ:

— ...Хорошо. Я вижу, что ты не солгал. Я оставлю это тебя, Хедин.

Дети не могут лгать перед богом, поэтому Фрейя приняла преданность Хедина и дала свое согласие.

Хедин не обращал внимания на взгляд боаза, направленный на него, его совершенно не волновал удивленный темный эльф и ему было все равно на ехидные взгляды четырех прумов.

А затем развернувшись, он покинул комнату раньше остальных.

◊◊◊

Ромфея, которая запросто могла снести мою голову, беспощадно взмахнула.

— Слишком медленно!

— Аах!?

Меч с длинной рукоятью, которая напоминала посох, сильно ударяет меня по лицу, заставляя меня несколько раз прокатиться лицом по земле.

Я оперся на землю дрожащими руками безостановочно харкая кровью.

— И почему это ты разлегся? Вставай! Или хочешь, чтобы я отрубил тебе голову!

Крики Мастера звучали над моей головой.

Находясь на пороге смерти, я с трудом поднимаюсь назад.

С тех пор продолжались эти «странные дни».

Я сражался на боевом поле от рассвета до заката,  а после общался с Фрейей-сама по ночам.

Но даже если я сильно устану, у меня нет права отказаться от этого.

В конце концов, с того момента, как я начинал сражаться с раннего утра и до заката, у меня совсем не оставалось энергии на что-то другое.

— Ты не должен оставлять слепых зон.

— Нужно атаковать и обороняться в любой момент.

— Но это невозможно!…

— Если считает, что это невозможно, то тебе лучше отправить свою голову на отсечение, ведь в будущем, неважно будут ли это когти монстра или оружие другого человека тебя ждет смерть.

— Пхх!?

Командная работа четырех прумов постоянно втаптывала меня в грязь,  рубящие удары Хогни заставляли меня падать на землю бесчисленное количество раз.

Неважно, сколько раз я падал, мои раны и силы восстанавливались, и я был вынужден продолжать сражаться, как воин неспособный умереть.

— ... Белл. У тебя ведь есть привычка поднимать правую руку, верно?

— А...? Ах да, кажется, я поднимаю ее, когда спешу... разве, я все ещё делаю это, не пытаясь исправить?

— Напротив. Пока ты подсознательно пытаешься исправить это, противник легко прочитает твои предварительные действия.

Неожиданно, но в моих отношения с членами семьи произошли резкие изменения.

На вечернем обеде, когда здесь собрались все члены семьи, Ван начала давать мне советы по поводу боя.

— Не бойся отказаться от привычки.  Вплетай это, как в защиту так и нападение. Это полезная стратегия против людей. И хотя этот прием нельзя использовать слишком много раз, но для победы над первоклассным авантюристом надо использовать все, что есть.

— Ван, почему ...?

— ...Я знаю, насколько ужасны в бою Хогни и остальные. Поэтому я уважаю бойцов, которые испытали ужас и боль, но до сих пор продолжают сражаться... Конечно, я все равно всё ещё ненавижу тебя!

— Проблемный способ выражения чувств Вана оставим на потом.

— Знаешь, но многие здесь считают, что ты довольно хорош. Но, я сразу понял это.

Я не знал когда Ван изменил свое враждебное отношение ко мне, однако другие члены семьи начали признавать меня.

Хотя я не знаю этих людей, которые должны быть моей семьей.. но это очень странное чувство.

— Значит ты хочешь выйти в город?

— Да, да... Но, все ли будет в порядке Хейт-сан...?

— Ну… должно быть все нормально. Однако, я уточню, это у Фрейи-сама и остальных.

— Да, ты можешь идти!

— Правда могу?

— Конечно. В конце концов, другие члены семьи могут спокойно выходить, если у них будут свои дела. Только, пожалуйста, пусть с тобой будет кто-то из членов семьи. Особенно, когда отправляешься в подземелье. В конце концов, ты не понял, когда на тебя наложили проклятье, если эта история повториться, то я больше этого не вынесу. Это повредит моей репутации и меня назовут «бесполезным целителем» Поэтому пожалуйста, не прибавляй мне проблем!

— Я-я понял...

Мне даже удалость получить разрешение на выход в город без особых проблем, хотя и с некоторыми оговорками.

Видимо крещение на боевом поле, является приоритетной задачей для этого.

Поэтому, я использовал свое ограниченное время, чтобы пройтись по городу, однако каждый раз, я все больше погружался в отчаянье.

И снова никто не знает о Белле Кранелле из семьи Гестии.

Я даже пытался установить связь с Лордом Гермесом и Фелсом, но даже это было безуспешно.

Стоит мне начать говорить об истории, которые они должна знать, к примеру мой поход на 18 этаж, то они  мгновенно показывали удивленное на своих лицах. Нет, они были безразличны к этому.

Будто они находятся под чарами, которые заставляют их не обращать внимания на мои слова.

В то же время я отчаянно искал ключи к разгадке пропавшей Сир, но прогресса не было.

Я также спускался в подземелье, но даже тут я потерпел неудачу.

У меня всё ещё был луч надежды, думая, что если бы я мог связаться с Виеной и ксеносами, то ситуация могла измениться, однако сколько бы я не искал, никого из вооружённых монстров не было видно.

Возможно, они боятся появиться при мне, ведь я нахожусь рядом с членом семьи Фрейи, а может они и вовсе плод моего воображения.

Ван, который сопровождал меня, не особо влиял на мои действия, возможно он даже жалел меня.

Мой дух ломается, возможно он уже сломан.

Мое тело потрепано и изранено об безжалостного крещения, и тот факт, что меня никто не помнит, наполняет мое сердце непреодолимой болью и мукой.

Город вот-вот погрузится в тёмную ночь, я могу лишь издалека наблюдать за особняком очага, из окон которого виднелся теплый свет.

Я чувствую, как богиня наблюдает за мной из окна.

Но скорее всего, это тоже иллюзия. Тело, дух и даже душа... все доведены до отчаяния.

— Добро пожаловать, Белл.

Во всей этой ситуации, ночные истории в комнате богини, стали единственным способом, чтобы расслабить моё сердце.

В конце концов, здесь мне можно быть Беллом Кранеллом, из семейства Гестии.

И каждый раз Фрейя-сама приветствуем меня нежным взглядом.

Даже когда я начинал рассказывать о своей жизни в семье Гестии мне с трудом удавалось держать себя в руках.

Хотя, это болезненно и печально, но это помогало мне перенести одиночество.

Благородная богиня не смеялась над моей историей. Он не сомневалась в ней.

Она единственная кто отвечала мне, кто прислушивалась, и единственная кто понимала меня.

— Эмм, Фрейя-сама... где мне сесть...?

— Сегодня ты сядешь рядом со мной.

— А-а, что!?

— В конце концов, твое кресло уже забрали.

— Это нечестно...

Фрейя-сама, часто дразнила.

Тот факт, что она не является слишком величественной и отстраненной богиней, разрушает стены моего сердца, которые я воздвиг, по кирпичику разбирая их.

Она нежно похлопала по креслу, и не имея возможности отказаться, я сел рядом с ней на расстояние в котором наши плечи могли соприкоснуться.

Мой тон голоса постепенно становиться свободным, и между нами создается связь, которая не принадлежит ни богу и последователю и не матери и ребенку.

Ощущение дистанции и отношение между нами шаг за шагом меняются и я вдруг я кое-что понял.

Находясь рядом с Фрейей-сама... мне очень комфортно.

— Белл, ты устал?

— А...?

Ночные истории все еще продолжались.

Как обычно, закончив битву в саду и, как обычно посетив комнату Фрейи-сама, я был удивлен её внезапным вопросом.

— Твоё выражение лица более пустое, чем обычно.

— Пустое..?

— Во время наших разговоров, ты кажешься опустошенным. Ты слишком устаешь?

Сказав это, она прижалась своим лбом к моему лбу.

— Подождите!

Покраснев, я отодвинулся в сторону, чувствуя себя неловко.

Фрейя-сама усмехнулась.

Действительно, сегодняшнее крещение труднее чем раньше.

Хогни-сан и Альфригг не изменились, но я чувствую, что атаки мастера становятся все яростнее.

Возможно, здесь замешено и то, что усталость постоянно накапливалось но...

Порой, я хочу закричать и спросить: «Почему со мной так поступают каждый день».

Однако, крещение помогало мне полностью уйти от реальности, и я не могу в чем-то винить Фрейю-сама.

Беспощадная схватка может заставить меня забыть о беспомощном одиночестве и отчаянии.

Именно сейчас, до меня дошла эта страшная мысль.

Если сейчас я встречу Айз-сан и она отвергнет меня… что тогда будет со мной?

Я заметил как на меня поглядывала Фрейя-сама. Но я не могу повернуться к ней.

Священное пламя, излучающее свет на спине, кажется, тихо ослабевало ...

— Белл.

В этот момент Фрейя перешла в наступление.

Она посмотрела на мальчика на ослабевающего мальчика, чьи вздохи и стоны были пропитаны болью.

— Хочешь попробовать снять проклятие?

Белл резко повернул голову, его рубиновые глаза расширились.

Фрейя внимательно наблюдала за движением его лица, и со встревоженным тоном произнесла

— Я не хочу забирать у тебя воспоминания о семье Гестии... Но теперь ты выглядишь так болезненно. Кажется, ты хочешь освободиться от одиночества.

"...!"

— Всего лишь раз. Хочешь попробовать снять это проклятье?

Он дрожал.

Белл колебался.

Он пытался зацепиться за любой свет, который мог бы вырвать его из клетки одиночества.

Фрейя была уверена, что это главное условие победы.

Это было уничтожение его навыка "Целеустремленное преследование"

Нужно было лишь оставить трещину на его глубоком стремлении, которое могло отвернуть даже очарование богини красоты.

Конечно, его навык был очень нестандартным в мире смертных, но он не был идеальный, он все ещё поддавался чувствам владельца.

Навык [Целеустремлённое преследование] не был чем-то непобедимым, на самом деле он очень хрупкий.

Навык имел такую силу и стойкость лишь из-за чистой души Белла, и в пробуди его другой человек, то он бы сразу стал бесполезным мусором.

Ведь никому не удаться оставаться настолько чистым и преданным своему стремлению...

И если он начнет хоть немного сомневаться в своей цели...

Даже если он всего лишь задумается: А правдивы ли воспоминания о его идоле?

То его сердце станет уязвимым.

(Моё условие победы - заставить этого ребенка признать, что его память была вызвана проклятием.)

Для этого она уже вызвала Хейт и заранее приказала ей сообщить о проклятье.

«Проклятие» - ключевое слово.

Кто не сможет воспользоваться тем, что в миг испарит все проблемы? По крайней мере, это сработает на всех жителях нижнего царства.

Семена сомнения посеяны и начали прорастать.

Клетка изолировала его от близких людей, дневное крещение забирало энергию у тела, а также не давало места для размышлений.

А по ночам, Фрейя исцеляла его, став единственным кто верит и понимает его.

Тем самым, заставляя его слушать её снова и снова.

И все эти сладкие как мед слова, являлись ловушкой.

Если Белл признает, что его воспоминания, мысли и цель, это ложь вызванная проклятьем, то он сломается.

Также, как прибой смывает замок, сделанный из песка.

И если это произойдет, Белл больше не сможет противостоять очарованию.

Затем, она совсем немного направит его в другое направление.

Изменит совсем чуть-чуть, почти также как и других.

Так Белл избавится от оков тоски, развяжет своё золотое проклятие и тогда, он будет смотреть только на неё.

Но похоже, что это...

— Я... я…………

Фрейя посмотрела на Белла, все ещё неспособного дать ответ и продолжила свои размышления

Она спросила себя, сможет ли она получить то, чего хотела?

«Конечно сможет», - утверждала она.

Это твердила её божественная расчетливость.

Ей удастся уберечь прозрачную душу и блеск мальчика от тьмы, не развратив его.

(Это всего лишь маленькое изменение, ничего существенного)

(В этом случае Белл. Станет моим.)

(Он примет мою любовь, но.....)

Именно в этот момент, её сердце дрогнуло. Это было похоже на рябь распространяющуюся по воде.

"..."

Вернувшись к реальности Фрейя обнаружила, что её правая рука закрывало ухо.

Было ли это ощущение, что её сердце издало скрип.

Возможно ли, что прямо сейчас она страдает?

(Нет, это иллюзия.)

(В конце концов, я решила забрать этого ребёнка.)

— Я всё ещё... Нет, я не хочу снимать проклятье…

— ...Понятно. Мне очень жаль, я сказала лишнего.

После этого ответа, она улыбнулась, как будто ничего не произошло.

Не было причины паниковать, она видела, что Белл все еще в растерянности.

Ей оставалось лишь постепенно загонять его в угол. У неё было ещё много времени.

Поэтому, Фрейя, закончила ночные истории немного раньше и отправила Белла в свою комнату.

"..."

Служанки, вошедшие в комнату закончили приготовления к её снову.

Фрейя сидела на роскошном диване, смотря на поданное ей вино.

Красная жидкость в бокале, казалось, отражала не только её, но и кого-то другого.

(Как глупо)

Засмеялась Фрейя.

Она усмехнулась от столько глупой мысли.

Взяв в руки бокал, в котором было немного больше вина, чем стоит пить перед сном, она осушила его одним глотком.

Фрейя не заметила… но среди служанок, только Хелун смотрела на неё в растерянном состоянии.

— Фрейя-сама.

— ...Что случилось, Оттар?

Оттар, который оставался здесь в качестве охран наконец заговорил.

— Аллен, наблюдающий за таверной, кое-что сообщил. Мия не проявила никаких признаков действий. Однако эльфийка, кажется, исчезла.

Фрейя взглянула на боаза, который докладывал положение дел.

— Похоже наши опасения подтвердились. Как мы и думали, она сбежала за город с членом семьи Гермеса.

— Это моя оплошность. Обезвредив Белла Кранелла, я оставил Ледяной ветер там, думая, что она как и все попадет под очарование, но по всей видимости "персей" воспользовалась этим.

Фрейя и члены семьи заметили, что после окончания "Фестиваля Богинь" в городе не было двух авантюристов.

Это заставило их рассматривает этих двоих, как опасность для клетки,  потому они были очень бдительны.

— По всей вероятности, Гермес понял... Он понял, что я воспользуюсь своими чарами, и приказ этим двоим покинуть город.

Оттар снова принес свои извинения. Фрейя не собиралась винить его. Хотя стоило похвалить этих двоих за, то что они смогли уйти из города за такое короткое время.

И если это оплошность Оттара, то Фрейя, была виновата ни меньше.

Ей не стоило давать Гермесу даже маленького шанса на борьбу.

— Продолжайте развешивать сети. Рано или поздно они вернутся в город. А может, они уже скрываются где-то в городе.

— Да, Фрейя-сама.

Теперь, она не могла позволить кому-то встать на её пути.

Даже если это была эльфийка или остальные её друзья, с которыми она общалась в роли городской девушки.

Тихий голос, без каких либо эмоций раздавал указания

— Кажется, мы сможем совместить это с планом "брошенная кошка" И я тоже приму в нем участие!

Богиня подошла к окну и посмотрела на холодную луну, освещающую ночной Орарио голубым светом.

***

Глава была переведена сообществом DMCHI Team https://vk.com/danmachifan

Мы будем очень благодарны, если вы поддержите нас подпиской на группу, в которой, к слову, можно найти весь 17 том!

----------

Глава 4. Те, что были забыты

[[image:/storage/reader-images/c5feca69915d3472b8ef0aca915193b9c06c5f80.png]]
— Гхх… гх...

Почувствовав жгучую боль во всём теле, Рю издала болезненный стон.

Подняв дрожащие веки, она увидела, что перед ней был незнакомый деревянный потолок.

После попытки встать, с её тела соскользнуло изношенное одеяло.

Поднявшись с кровати, Рю поняла, что она находилась в дешевом гостиничном номере.

— ...Леон, ты проснулась!

— Андромеда...? Почему ты... Нет, важно то, что это…?

Та, кто открыла дверь и прокралась в комнату была Асфи, одетая в потрепанный плащ с капюшоном.

Озадаченность Рю, пересилило её удивление, и как только она хотела спросить, что они тут делают, её парализовало.

Она вспомнила.

— Меня атаковал Король битв...!?”

Она вспомнила всё, что произошло с ней, до того как она закрыла глаза.

— Андромеда, что происходит!? Что случилось!?

Воспоминание о том, что боаз одолел её без какого либо сопротивления, всплыло в памяти, и находясь в почти паническом состоянии, она отчаянно пыталась разобраться в происходящем.

Асфи положила ладонь на плечо раненой эльфийки, успокаивая ее, прежде чем начать рассказ.

— Во-первых, это город Агрис. Это место, которое находится достаточно далеко от города С тех пор, как ты потеряла сознание, прошёл целый день... Насколько я знаю, семья Фрейи напала на семью Гестии, и все их семейство поймано, как и Белл Кранелл, который был с тобой.

— Целый день!? Нет, что еще важнее… семья Фрейи напала на них.!?

Даже после того, как Рю выслушала краткое объяснение от Асфи, она не смогла сразу разобраться в происходящем.

Непонятное заявление о «Побеге из Орарио» заставило ее почувствовать себя странно, и в то же время беспокойство о закончившемся сражении также заставило её быть в напряжении.

— Почему ты не разбудила меня сразу же?! Я должна вернуться в Орарио как можно скорее!

Увидев, что Рю вот-вот выпрыгнет из постели, Асфи напрягла руку, что была на плече эльфийкт.

Острый взгляд Асфи под очками, заставил Рю вздрогнуть.

— ...Гермес-сама дал нам указание как можно скорее покинуть Орарио. Теперь весь Орарио, вероятно, находится под контролем Богини красоты.

Асфи попыталась подавить эмоции в своем голосе, продолжая докладывать ситуацию и свою оценку.

Она была свидетелем этого, нет, она это чувствовала.

Чувствовала, как невидимая серебряная воля божества покрыла весь город.

До того момента, как это случилось, её бог покровитель, Гермес, был в панике, судя по его тревожному взгляду было очевидно, что это была сила очарования.

Сейчас, Орарио и все что в нем, находятся под властью одной богини.

Выслушав рассказ Асфи, Рю была ошеломлена.

— Подчинение города с помощью силы очарования...!? Богиня Фрейя!? Как такое могло случиться? Почему!?

— Я думала об этом... Причина, вероятно, в том, что она хотела заполучить Белла Кранелла…

—  Богиня Фрейя была одержима им, возможно, из-за его быстрого роста. Гермес-сама часто заставлял меня выполнять поручения, связанные с этим, так что я довольно хорошо понимаю ситуацию… Хотя я все ещё не понимаю почему, почему именно сейчас,  но... Она решила забрать Белла Кранелла на “Фестивале Богинь”.

Богиня Фрейя очень упряма, и все жители города-лабиринта знают это.

Некоторые даже говорили, что она уничтожила целые семьи, лишь из-за одного человека.

Рю забеспокоилась ещё больше.

Она наконец приняла свои чувства к этому человеку, и тот факт, что он был похищен богиней, разрывал её сердце.

Несмотря на все это, Асфи просила её быть благоразумной.

— Леон, пожалуйста. Пожалуйста, обещай мне, что ты сможешь действовать спокойно, без спешки и импульсивности. В противном случае я свяжу и оставлю тебя здесь, даже если придётся вырубить тебя.

— А-Андромеда ...?

— Очарование богини красоты абсолютно... Подчинились ему абсолютно все,  об этом даже раздумывать не надо. Все наши товарищи, люди или боги.

— ...!

— ...Гермес-сама, который всегда был спокоен и отстранен, в отчаянье просил меня бежать, и я уверена, что даже он сейчас наш враг.

В этот момент, Рю кое-что поняла.

Асфи вошла в эту комнату очень осторожно, скрывая свое лицо под старым капюшоном, ведь если их выследят и приведут к Фрейи, то им обоим настанет конец.

Сама Асфи, пыталась отчаянно сохранить спокойный вид.

Она была разочарована тем, что не смогла защитить бога покровителя Гермеса, и сопротивлялась дурным мыслям, зная, что ей придется бороться против него и всех остальных.

Наблюдая за тем, как Асфи пытается подавить собственную панику, Рю успокоила свои эмоции.

— Прости, Андромеда... Я благодарна за то, что ты спасла меня.

— Всё в порядке. Если бы я оказалась одна, то даже не смогла бы спокойно вздохнуть в такой ситуации. Когда мы закончим подготовку мы должны вернуться в Орарио. Прежде всего, мы должны провести разведку и узнать положение дел.

— Хорошо.

Рю кивнула в знак согласится и двое давних подруг начали подготовку.

Город Агрис, в котором они находились, был расположен на юго-востоке Орарио, возле руин древнего замка Шулим, в котором проходила военная игра семьи Гестии и семьи Аполлона.

И чтобы отправиться от этого места до Орарио на повозке потребовался бы не один день, но сейчас всё было иначе.

Рю крепко держалась за Асфи и благодаря её "летающим ботинками" они могли добраться до Орарио в кратчайшие сроки.

Время, которое они провели в городе Агрис, было потрачено на сбор нужных предметов для защиты и маскировки.

И теперь, спустя некоторое время они увидели огромные стены города.

◊◊◊

Ранее утро, третий день после окончания “Фестиваля Богинь”.

— Открыты только южные ворота..?

Не став опрометчиво заходи в город, Рю и Асфи обследовали местность.

Они укрылись в тени валунов на высоком холме, наблюдая за обстановкой из небольшой трубы.

Этой трубой был "телескоп" Волшебный предмет, который создала Асфи.

Он мог улучшать и без того отличное зрение авантюристов высокого класса, и даже в мельчайших деталях показывать, то что находится на расстоянии, которые превышает даже сотню киллометров.

И чем больше они наблюдали за городом, тем больше странностей находили.

Городские ворота, которые обычно открываются с севера и востока, теперь открыты только с одной стороны.

Поэтому купцы и путешественники проходили только в одном месте, создавая пробки.

Асфи, что-то бормотала себе под нос, явно предвидя, что-то ужасное.

В этот момент, Рю, наблюдавшая за городскими воротами, широко раскрыла глаза.

— Богиня Фрейя...!?

Она увидела её.

Перед людьми, которые собираются пройти через городские ворота, она стояла с раскинутыми руками, словно благородная богиня, принимающая их в свои объятия, это была сцена вызывающая страх

Рю немедленно отбросила телескоп и отвернулась. Хотя она и находилась на большом расстоянии, но даже так она могла попасть под очарование богини красоты.

Любой житель мира нижнего мира, лишь заметив её красоту перестает быть собой.

Даже услышав её голос будет достаточно чтобы стать верной марионеткой.

Рю схватилась за грудь, в которой бешено колотилось сердце.

Даже через некоторое время после того, как она увидела богиню красоты, чья красота превосходила любое понимание смертных, её сердце продолжало биться от страха и радости.

— Ты в порядке, Леон!?

— Гх... Теперь я уверена. Богиня Фрейя использовала очарование, чтобы подчинить весь город, а затем и новоприбывших в город…!

Мгновенно вынося вердикт из того, что она видела, Рю посмотрела на город.

Теперь она была убеждена, что Орарио находится в ловушке богини красоты Фрейи.

В то же время Рю не могла понять, что существо, которое она приняла за Фрейю, была девушкой, что приняла её облик.

— Судя по ситуации в городскими воротами, она очаровывая всех кто прибывает в город. Не только Гильдия, даже семейство Ганеши попало стали её марионетками, скорее всего они и помогают Богине собирать всех в одном месте.

— После того, как мы проберемся в город, если наши личности раскроют нас точно арестуют. Надеюсь, за меня еще не назначили награду.

— Ну, я ведь говорю про то, что ты итак давно находится в черном списке гильдии Лион. Шучу-шучу... я шучу! Положи свой меч обратно!

Поняв, что они стали целями для всего города, Рю и Асфи начали планировать свой план для проникновения в город.

◊◊◊

Небо за окном покрыто темными тучами.

На кровати под кучей одеял, лежал бугорок под который не мог попасть солнечный свет.

Из него выступал кошачий хвост, который вяло мотался из стороны в сторону, словно змея пытавшаяся отдышаться.

Аня сидела скрюченном состоянии, её руки обнимали колени, а из глаз пропали все признаки жизни.

“...”

Это одна из комнат таверны «Хозяйки плодородия».

С ночи второго дня после “Фестиваля богини”, Аня была очень подавлена. Она не только не смогла остановить семью Фрейи, которая пыталась убить Сир, но и также повиновалась приказу своего родного брата Аллена, и уступила путь без сопротивления.

Аня всегда думала, что все работницы таверны, её семья.

И она не смогла защитить члена семьи и более того, она предала её.

После произошедшего Аня даже не знала, что произошло после и пряталась в своей комнате.

Она не знала, что произошло с Сир

Но даже если она была ещё жива, Аня не смогла бы встретиться с ней лицом к лицу.

Даже если Сир простит её, Аня этого не вынесет.

Исчезла её привычная жизнерадостность, и Аня была в отчаянье.

“Страшно засыпать…”

Во время последнего дня “Фестиваля Богини”, Аня увидела сон.

В этом сне Аня и остальные, казалось, жили нормальной жизнью, как будто ничего не произошло.

Она отлынивала от работы, её ругала Мия, она спорила с Хлоей и Руноа, заставляя Рю напряженно вздыхать а затем они вместе смеялись.

Это была обычная рутина в пабе.

Но только девушки Сир, нет среди них. Никто из них, кроме Ани, не знал её.

Они вели себя так, как будто не знают девушку по имени Сир. Будто её не существовало вовсе.

И, по какой-то причине, Белл всегда был членом семьи Фрейи, а Аня и другие знали только его имя, и то, что слышали из слухов на улице.

“Страшно... я боюсь, что если засну, то снова увижу этот сон…”

С тех пор она больше не засыпала, всё время бодрствуя и перекатываясь в постели.

Она боялась, что этот сон был её наказанием за то, что она бросила Сир.

Ей хотелось вечно оставаться в этой скорлупе, забыв о внешнем мире.

— Идиотка Аня! Выходи-ня.

Однако, ожидания Ани не оправдались.

От удара ногой, дверь распахнулась и Руноа и Хлоя небрежно вошли в её комнату.

— Как долго ты собираешься здесь отсиживаться! Хотя я не знаю, что случилось, но тебе стоит по скорее встать на ноги.

— Мама Мия сказала, чтобы мы оставили в тебя в покое! Но такому не быть-ня, только мне должны разрешать отлынивать от работы-ня

Закрытые шторы в комнате, теперь были распахнуты, а одеяло, покрывающее тело, было стянуто.

Увидев внешность Ани и ее пустые глаза, Руноа и Хлоя заметно нахмурились.

Однако, решив не обращать на это внимание, они безжалостно схватили её за руки заставив подняться.

— Ладно, пошли.

— Воняешь-ня, иди прими душ, дурочка Аня.

Чувствуя поддержку этих двои, грудь Ани начала гореть, казалось она вот-вот начнет рыдать.

Насильно заставив её одеть униформу её привели в таверну.

Работа в "Хозяйке плодородия" должна вот-вот начаться.

Помимо Руноа и Хлои, вокруг бегали и остальные работники, готовясь к открытию.

— Ты сидила здесь-ня несколько дней, ты знаешь как нам было тяжело??

— Рю куда-то ушла и до сих пор не вернулась, несмотря на то, что “Фестиваль богини” уже закончился, это слишком странно.

Слушая недовольства Руноа и Хлои, Аня резко дрогнула плечами.

Хотя она волновалась и о Рю, но сейчас ее сердце было полностью занято другой девушкой.

— Где Сир?

Раздался голос, такой хриплый и тихий, что она не могла поверить, что это был её собственный голос.

Она не поднимала глаз, просто смотрела в пол.

Руноа и Хлоя, которые не знали, что за выражение на её лице, ответили:

— Что такое Сир?

Они произнесли, это без каких либо сомнений...

— … А?

— Так зовут человека? У нас разве был посетитель с подобным именем?

— Руноа-ня, дура. Сир - означает суп. Эта глупая кошка-ня хочет позавтракать, после сна!... А? Так ведь?

Подняв голову, она видела Руноа и Хлою, которые вопросительно наблюдали за ней.

Она хотела опровергнуть их слова, сказав: «О чём-ня вы говорите?»,

но она не смогла.

Это не была шутка. Они не лгали.

Потому что они спрашивали, не “кто”, а “что” такое Сир.

Хлоя и Руноа действительно ничего не знали о Сир, у Ани не осталось сомнений.

Аня затаила дыхание и стояла в оцепенении.

— ...О чём вы говорите? Сир, это Сир!

— Ня!? Подожди, о чём ты!?

— Это Сир! Она работала в этой таверне-ня вместе с нами. Сир Фловер!

— Подожди… Аня!?

— Немного коварная-ня и не умеет готовить, но она очень добрая! Когда я была брошена, она привела меня сюда-ня. В таверне она важный член семьи!!

Аня схватила руку Хлои и отбросила руку Руноа, но как бы она не пыталась достучаться до них, результата не было.

С каждым новым разом, Хлоя и Руноа не понимали ещё больше.

Дело не в том, что они не могли её вспомнить, а в том, что они не понимали, что она имеет в виду.

— Мэй! Берил! Фей! Рози! Все! Разве вы не помните Сир...!?

Аня выкрикнула имена других работников паба.

Но все остальные, проявили те же выражение лиц, что и Хлоя и остальные.

По лицам каждого можно было понять, что они не знают Сир.

Это выглядело так, слово Аню пронзали пустые и непонимающие взгляды.

Волосы Ани встали дыбом, и по коже прошелся неприятный холодок, заставивший её крепко обнять своё тело.

— Как же... вы лжёте!?

Это было продолжение того Кошмара.

Она снова оказалась там, где только она была в здравом уме.

— ...Прекрати, Аня.

Той кто окликнул обезумевшую Аню, была Мия появившаяся из кухни.

Приблизившись к ней, Аня крепко прижалась к Хозяйке паба, чья обычная властная аура исчезла.

— Мама Мия-ня! Они не помнят, не помнят Сир-ня...! Мама Мия... Они ведь ошибаться? Мама Мия...!

Видя, как Аня дрожит, словно брошенный котенок, со слезами на глазах.

Мия опустила взгляд.

— ...Я до сих пор помню эту глупую девку.

— !

От этого слабого бормотания глаза Ани широко распахнулись, огонек надежды в её сердце начал усиливаться. Однако...

— Но кроме нас никто не помнит её... Богиня стерла ее существование... Девушки по имени Сир уже не существует.

Услышав эти слова, по телу Ани прошел электрический ток.

— Все, кроме последователей богини Фрейи были искажены.

Сила очарования, которая была способна изменить сам мир. Это сила богини красоты.

Даже Аня, которая когда-то была членом семьи Фрейи, никогда не видела таких вещей, как изменение мира, но она знала, что богиня красоты способна на это.

Аня настолько боялась Фрейи, что могла быть уверена в этом.

— Почему-ня... почему Фрейя-сама сделала это с Сир!?

— ...

— Мама Мия!?

Она ещё крепче прижалась к той, что была членом её же семьи, однако ответа все равно не последовало.

Хлоя и остальные не могли понять, о чём они говорят, но Аня не обращала на них внимание, её тело дрожало, а затем она убежала из таверны, так и не дождавшись ответа.

— Аня!

Не обращая внимания на голос Мии, ударявший ей в спину, она не остановилась и побежала по главной западной улице.

Какая выгода могла принести богине убийство обычной девушки? Она не знала.

Глупая Аня никак не могла этого понять.

Все это выходило за рамки её понимания.

Аня думала, что что бы не случилось с Сир, она не имела права грустить.

Но быть забытым всеми, участь печальнее смерти.

Ведь в таком случае, даже её рождение не имело никакого смысла.

Даже если ей создадут могилу, люди не будут её оплакивать, а будут улыбаться не помня её, слишком трагичная участь.

Аня продолжала бежать. Ей больше всего хотелось отправиться в Вавилонскую башню, где должна быть богиня.

Но она не знала, что на самом деле, её ждало лишь разочарование.

— Стой.

— !!!

Посреди улицы стоял человек-кот, будто предвидевший все её действия.

Глаза у него были того же цвета, что и у Ани. Но его тёмные волосы отличались от волос Ани.

Держа в руке серебряное копье, перед ней стоял её старший брат.

— Старший брат...!?

С горечью произнесла Аня, находясь под грозным взглядом Аллена

— Лучше бы ты продолжала хандрить, ничего не замечая.

Ему было всё равно на удивленные взгляды прохожих, которые расступались на его пути, он направился в определенное направление.

— Пойдём со мной. Там ты всё узнаешь.

Брат ушёл, у Ани не было другого выбора, кроме как последовать за спиной брата.

◊◊◊

— Хоть мы и смогли незаметно проникнуть в Орарио, но...

Рю сдержала насмешку, и осмотрелась вокруг.

План был реализован очень гладко.

Они собрали как можно больше информации за пределами Орарио, даже в портовом городе Мерен.

По словам Асфи, вернувшуюся после расследования, город остался без особых изменений, но это вызывало ещё больше подозрений.

Ведь их враг - самое большое семейство в городе, семья Фрейи.

А также, богиня красоты, которая может овладеть сердцем любого.

Неважно сколько у них было времени, этого все равно будет мало.

Рю подавила беспокойство и следующие несколько дней, они потратили на составление конкретного плана.

Асфи знала, что существует скрытый проход, который часто использовали члены семьи Гермеса, во времена, когда семьи зла, были на пике своего могущества.

Найдя его, они направились к подножью горы Беол, который находился к северу от Орарио, и прежде чем их успел обнаружить Фелс, ставшим работы богини красоты, они свернули на развилку, ведущую вглубь города.

Открыв секретную дверь, они наткнулись на надпись «Улица № 4», находившуюся в депрессивном жилом районе в северо-западной части города.

— Леон. Когда мы попадем в город, нам предстоит действовать по одиночке, так мы исключим риск, что нас поймают одновременно.

Это была стратегия, которую Асфи придумала ещё до проникновения в город, и теперь, каждая из них направилась своим путем.

Активировав свой магический предмет "голова аида" Асфи поднялась в небо.

Собрав информацию, я вернусь к потайному укрытию, на закате... Если ты не появишься, я буду считать, что тебя поймала семья Фрейи. Если я не появлюсь... То действуй также.

Это были последние слова, которые Асфи написала в своих указаниях.

Рю уже знала, в каком месте находится укрытие, поэтому она уничтожила записи, дабы они не попали в руки врагов.

Сейчас, ей оставалось лишь молиться за безопасность подруги, и приступить к выполнению плана.

(Лучше всего избегать оживленных улиц, таверны тоже очень опасны. Информацию следует собирать около переулков и дальних улиц)

Было очевидно, что тёмные переулки, далекие от оживленных улиц, были лучшим местом для сбора информации.

Эта местность была наполнена людьми, которые уклонялись от закона, средних них было множество сомнительных торговцев, бродяг и отпетых авантюристов.

Рю внимательно изучала окружения, стараясь выявить скрытых членов семьи Фрейи.

Одев грязный плащ и намеренно измазав грязью свое лицо, она преступила к делу.

Все жители Орарио должны быть её врагами, поэтому излишняя осторожность не могла повредить.

— “Фестиваль Богини” в этом году был очень оживленный. Было ли что то странное? Да вроде нет.

— Семья Фрейи? Разве что-то изменилось? Эта все та же кучка опасных парней.

— Ты путешественница или что-то такое? Какие-то странные у тебя вопросы.

Торговцы не раскрывавшие своих лиц, бездомные, набивавшие свои желудки объедками, спросив каждого из них, ответ был одним и тем же.

Казалось, что никто из них и вовсе не попадал под чары..

Они отвечали настолько естественно, что Рю хотелось задуматься «Действительно ли все эти люди были очарованы богиней Фрейей?»

Но, обезвредив авантюриста, который хотел напасть на неё, вероятного из-за того, что она эльфийка, ей удалость заметит странность.

—  Ты знаешь, что случилось с Беллом Кранеллом из семьи Гестии? Где он находится?

— Бе-Белл Кранелл!? Из семейства Гестии? Что ты имеешь в виду? Белл Кранел, это Авантюрист из семьи фрейи…!

Приставив короткий меч к горлу авантюриста, Рю планировала получить ответы на интересующие её вопросы.

Но в тот момент когда она хотела надавить на него с главным вопросом...

— ...Значит.... Ты хочешь узнать о Белле Кранелле?

Человек, который совсем недавно дрожал от страха, стал безжизненной куклой.

Рю почувствовала как по её телу прошелся холодок, как раз в этот момент она успела заметить, что этот авантюрист выглядел так, словно собирался вот-вот закричать, по этой причине, Рю быстро вырубила его.

— Внезапно он стал марионеткой... Видимо, это потому-что ему было приказано сообщать, если кто-то нарушит правила, установленные богиней ...!?

Их теория подтвердилась.

Как и сказала Асфи, Фрейя хотела завладеть Беллом.

Кроме того, она также хотела полностью устранить риски, которые могли испортить её “клетку”.

Осознавая всю силу очарования, Рю испытывала шок и в то же время в ней кипела ярость.

В её сердце бушевал праведный гнев на богиню красоты, и это не казалось ей богохульством, она поклялась, что заберёт Белла и вернёт город в его первоначальное состояние.

— И Сир... Где же ты?

Всё ещё беспокоясь о своей подруге, она продолжила свое расследование.

На всякий случай связав мужчину, и спрятав его в заброшенном доме, она продолжила сбор информации.

(Это... семья Фрейи? Она ищет нас?”)

Рю осторожно выглянула из темного переулка, наблюдая за толпой авантюристов в форме семьи фрейи.

Интуиция подсказывала ей, что они искали её и Асфи, которые смогли уйти от очарования.

В то же время она догадалась, что другие члены этой семьи, были замаскированы под граждан и смешались с толпой.

Это была тактика при которой, одна часть семьи привлекает внимания, в то время как вторая часть, которая была замаскирована, наблюдала за странным поведением среди людей.

Это была стандартная тактика, которую использовала прошлая полиция города, Семья Астрейи.

Полагаясь на свой большой опыт, Рю покинула эту улицу.

(Разумеется, я не могу идти по главной дороге. «Хозяйка плодородия» тоже должна быть под наблюдением. Поскольку враги ищут нас, идти на разведку будет самоубийством. Я должна подождать, пока не настанет закат и переговорить с Андромедой....)

Пробираясь сквозь улицы и раздумывая над дальнейшими шагами, Рю заметила кое-что необычное.

(Вокруг никого нет...?)

Она все ещё находилась в северо-западной части города.

И хотя она шла обходной дорогой, но вокруг не было ни единой души, даже внутри домов.

Это было похоже на то, как если бы была объявлена эвакуация или же тут был возведен барьер, не пускающий людей.

Словно, что-то очистило весь район от людей.

( Ловушка?... Но, я все равно успею уйти.)

Зловещее предчувствие захлестнуло её сердце, Рю уже собиралась уйти, как вдруг....

— !!!Аня !?

Она увидела свою подругу, идущую за «Колесницей Богини»

◊◊◊

(Сколько времени в своей жизни я следовала за его спиной?)

Подумала Аня, которая молча следовала за братом.

У Ани Фромель, не было никаких членов семьи кроме Аллена.

Эта история произошла так давно.

Ей даже не удавалось вспомнить причину, по которой исчезли ее родители.

Возможно, это было настолько болезненно, что сердце Ани и вовсе отказывалось вспоминать это.

Она смутно помнила, что поначалу у них была счастливая жизнь, но оглядываясь назад, она уже была в море руин.

Аня и её брат выжили, но остались лишь они двое.

Если описать всё как оно есть, то Аня попросту паразитировала на Аллене.

Беззаконники, которым было наплевать на людские правила. Монстры, что пытались отнять у детей все, что было.

При встрече с ними, Аллен яростно сражался и отгонял их.

А, Аня попросту плакала от страха, ища спасения у брата.

Оставшаяся связь с семьей, стала единственным, что осталось у Ани.

Поэтому, она каждый раз крепко прижималась к нему, ища тепла от единственного члена семьи.

Аня знала, что Аллен очень устал от этого.

Его лицо много раз ежилось от раздражительности. Казалось, он в любой момент мог направить свой кулак на Аню.

Теперь, Аня понимала, что причина по которой он не оставил её тогда была очень проста.

Аллен являлся лишь маленьким ребенком.

На углу заброшенного города, ставшего их домом.

На дороге, по которой часто ходили люди, стояла бронзовая статуя зверо-человека, побитая от времени и непогоды.

Постоянно видя эту статую, Ане стало казаться, что даже статуя говорила им:

— Потерянные, заблудшие котята, где же ваш дом?

Аня, которая всегда плакала так и не решалась ответить.

Но в один момент, они встретили Богиню.

— Пойдемте со мной.

Богиня Фрейя улыбалась, смотря на их души, особенно на душу Аллена, протягивая к ним руку.

Неземная красота и доброта сделали Аню робкой, её дрожащие пальцы схватились за уголок одежды старшего брата, а Аллен молча взял руку богини.

С того дня воспоминания в голове Ани стали размытыми.

После получения фалны и становлением частью семьи Фрейи, они приехали в город-лабиринт Орарио, где их двоих ждало «крещение».

И теперь, Аня снова почувствовала, что не имеет места в этом мире.

Несмотря на то, что одежда и крыша над головой были всегда, жестокие сражения изо дня в день, показывали, что жизнь в море руин была не так плоха.

В то время Аня не помнила, сколько раз её рвало кровью и сколько она падала на землю. Не помнила, сколько раз она думала о том, чтобы просто сбежать оттуда.

Каждый день на боевом поле разбивал сердце Ани.

Она ещё раз убедилась, что те кто пришел сюда не ради любви богини, не смогут остаться здесь.

Но, те кто смогли остаться, имели огромный талант или же старались ради чего-то дорогого, такая причина была и у Ани.

Как и планировала Фрейя, Аллен быстро адаптировался к жизни на боевом поле и через год достиг 2-го уровня.

Поэтому, Аня больше не могла тратить время на слёзы.

Она впервые осознанно вышла на поле и отчаянно сражалась, чтобы не отставать от брата.

На протяжении всех этих дней, Аня сильно тосковала по семье.

И даже тот факт, что она уже состояла в семье не менял этого, ведь связь между ней и Алленом была особенной.

Аня всегда была потерянным котенком, поэтому, как бы сильно Аллен это ненавидел, она не хотела отпускать его руку.

Аня верила, что если отпустит эту руку, она действительно останется одна.

И вот, наступил худший период в истории Орарио, темные времена.

В тот миг, даже члены семьи Фрейи могли легко погибнуть.

Из-за постоянных сражений между семьями зла, множество членов семьи исчезало.

По этой причине, отношения внутри семьи были напряженными, в их сердцах не было места для милосердия, они презирали слабых.

И лишь немногие относились к Ане с добротой, одним из них была Дворфийка, являющаяся капитаном семьи. Однако, даже разговоров с ней было слишком мало.

С другой стороны, Аня была безразлична почти ко всем, кроме Аллена.

Что бы ей ни говорили, она все время оставалась рядом с ним.  И когда Аллен достиг 3 уровня, она достигла 2.

Боги даровали почетное имя брату - «Вана Фрейя», а младшей сестре, которая не хотела отставать от своего брата, подобно подарку получила псевдоним «Вана Альфи»

Но в один момент, она достигла своего предела.

Как всегда, она проигнорировала грубые слова Аллена, и насильно последовала за ним во время экспедиции на глубокие этажи и чуть не умерла.

Аллен спас её, но был серьезно ранен.

Если бы не Аня, такого никогда бы не произошло - Так думала Аня и винила себя.

Есть одаренные люди, а есть те, кто этим даром обделен. Аллен - первое, Аня - второе.

Огромная стена, под названием талант разделяла даже братьев и сестре. Очень жестокое различие.

И вот, Аня уже не могла следовать за Алленом и постоянно падала.

Каждый раз отчаянно блуждая между жизнью и смертью.

И тогда, Аллен, за спиной которого она следовала повернулся к ней.

— Идиотка. Больше не появляйся передо мной.

В тот день Аллен провел чёткую линию,

Именно в тот момент, он начал смотреть на неё холодным взглядом.

Она плакала, отчаянно просила прощения, крепко держала его, но каждый раз была повалена на землю.

— Я больше не хочу видеть тебя.

И даже богиня покровитель бросила её.

Сильный воин или же тот кто не имеет таланта, с какой стороны не посмотри выбор очевиден.

Богиня холодно улыбнулась, бросая ту, кто чуть не угробила одного из её любимых воинов.

Тем кого хотела Фрейя был Аллена, а Аня была лишь ненужным багажом.

Глупая Аня успела это понять лишь тогда, когда Богиня украла её брата.

Прежде чем вспыхнувшие эмоции превратились в ненависть, Аня, охваченная печалью и тоской, рухнула на землю.

Слёзы застилали ее лицо.

Как бы она ни просила, как бы не тянулась к нему, старший брат не оглядывался.

Пропавшая кошка потеряла последнего члена семьи и с того дня она стала «брошенной кошкой».

Ее выгнали за пределы базы, дождь бил по её телу, и она рухнула на каменный тратуар.

Никто не обращал внимания на грязную бездомную кошку с пустыми глазами.

Ведь в тот миг, Орарио переживал худшие времена и подобных людей было полно.

Граница между слезами и дождем на её лице стерлась, она стала куклой, которая вот-вот сломается.

Но вдруг, кто-то подарил Ане невероятное тепло.

— Ты в порядке?

Это была молодая девушка со голубовато-серыми волосами.

Рука, которую ей протянули не была рукой брата, которую она так ждала. Это была рукой этой девушки.

— Ты простудишься. Пойдём к нам домой?!

Аня ничего не могла ответить на улыбку девушки.

Затем, она дала Ане дом и семью не прося ничего взамен.

Эту девушку звали Сир Фловер.

— Наш дом называется «Хозяйка плодородия»...

◊◊◊

— Здесь.

— !

Голос Аллена вернул Аню в сознание.

Он привёл её на обычную городскую площадь, расположенную в северо-западном районе.

Единственной странностью было то, что вокруг не было людей.

Аня, которая только что была погружена в воспоминания, догадывалась, что все эти люди были выгнаны с помощью силы очарования.

Словно подтверждая догадку Ани, посреди площади стояла богиня, окутанная в плащ.

— Фрейя-сама...

Несмотря на то, что она находилась на некотором расстоянии от неё. и даже несмотря на то, что все её тело покрывал плащ, её красота была видна откуда бы не посмотри

Голос Ани был хриплым, а горло начало болеть.

Она вернулось прошлое, которое она оставила. Вернулась и тень, которая преследовала её.

Страх быть брошенной и весь тот ужас пробудились вновь.

Серые тучи надвигались, закрывая небо. Дождь мог начаться в любой момент.

— Добро пожаловать, Аня.

После этих слов, Аллен пошел вперед и встал рядом с Фрейей.

Такая картина сломила волю Ани, ей едва удалось сделать несколько шагов вперед.

Расстояние между ней и богиней было около 5 метров. Это расстояние, которое сегодняшняя Аня уже не может перейти.

Глубоко под капюшоном, закрывающим лицо её лицо, Фрейя прищурилась.

— Давненько мы с тобой не виделись. И хотя с моей стороны, это не так, но с твоей, наша встреча была очень давно.

— ...?

— Ты хорошо питаешься? У тебя ужасно истощенное лицо. С тобой случилось, что-то печальное?

Аня испытала тихое удивления слыша такие теплые слова.

Отказавшись от неё совсем давно, она испытывала беспокойство из-за её состояния. Это вызывало много противоречий.

Каждое её слово Богини было ей непонятно. Страх перед богом лишал Аню дара речи.

Увидев, что Аня не может ответить, Фрейя улыбнулась и перешла к основной теме.

— Ты будешь очарована мной и забудешь обо всем, либо будешь молчать, что выберешь?

— А ...?

— Я имею в виду, что позволяю тебе сделать выбор.

Услышав слова богини, веки Ани широко распахнулись, а сила вернулась к её телу.

Она подавила страх к богине, сжала руки в кулаки и посмотрела на богиню, что стояла перед ней.

Её дух воспрял, словно у дикой кошки, оскалившийся на хозяйка, который бросил её во второй раз.

— Фрейя-сама, зачем вы это делаете-ня!?

— Я делаю это, чтобы все в Орарио были в клетке моей любви.

— Сделать такое со всем Орарио, зачем вам это? Ня!?

— Есть то, чего я хочу больше всего. Поэтому, я делаю все, что потребуется.

Глупая Аня не могла понять слов Фрейи и не могла догадаться, и какая божественная воля двигала ею.

Но, когда Аня поняла, что Мия права и что Фрейя, намеренно создала этот искаженный мир, ей оставалось спросить лишь об одном.

— Что вы сделали с Сир-ня!?

Она испытывала опасения за девушку, которую ценила больше всех. Это была привязанность, которая брошенная кошка испытывала к свой драгоценной семье.

Все эти чувства превратились во взрывной крик, вырвавшийся из груди Ани.

— Пожалуйста, ответьте мне, Фрейя-сама!!!

От этого крика воздух вокруг задрожал.

Казалось, что этот крик можно было услышать из всех уголков площади. Наступила минута тишины.

Во тьме капюшона перестало виднеться лицо Фрейи.

Аня в свою очередь, продолжила пристально смотреть силуэт богини.

Аллен, наблюдавший за этой сценой, также не проронил ни слова.

Но, взгляд старшего брата никак не осуждал слова младшей сестры.

— Её больше нет. Вот, что я имела ввиду.

Во тьме под капюшоном виднелось лишь движение губ.

— Но ты не поверишь моим словам, поэтому я позволю тебе увидеть это.

—  Изначально я больше не собиралась становиться ею снова, но...

Перед тем, как Аня успела понять, что означал её шёпот, богиня протянула руки к капюшону.

А затем...

— А-а????

Капюшон был снят, и в ту же секунду перед ней появилось лицо той самой девушки.

Аня замерла, казалось, что время вокруг неё и вовсе остановилось.

Она покачала головой из стороны в сторону, длинные голубовато-серые волосы струились по ветру.

Глаза того же цвета, медленно открылись и она посмотрела на Аню.

На лице девушки играла очень знакомая для Ани улыбка.

— Вот и всё, Аня. - Сказала она.

Аня помнила этот голос, он был такой же как у девушки. Этот голос приносил в мысли Ани хаос.

— Та, кто была с тобой в таверне, это я.

— ... Ложь-ня...

— Это так, Фрейя - это я, и Сир - это тоже я.

— ...Лжёте-ня!

— Фрейя - это Сир, а Сир- это Фрейя!

— …ЛЖЁТЕ!!!

Раздался крик.

Аня изо всех сил мотала головой, руки закрывали её поджатые кошачьи ушки, она пыталась отвергнуть картину перед собой.

Невозможно. Как та добрая девушка, могла быть богиней Фрейей. Такого не могло быть. - так мыслила Аня.

Но перед ней сейчас стояла та девушка по имени Сир. Внутренний голос Ани не мог отрицать это.

— «С тобой всё в порядке?»

— «Ты можешь простудиться. Пойдём  в наш дом?»

— «Наш дом называется «Хозяйка плодородия»...»

— Когда я встретила тебя в таком же состоянии, я произнесла те же слова, ты ведь помнишь?

Её голос продолжал сотрясать мысли Ани, отправляя её сознание в тот дождливый день.

Момент, который дал ей жизнь. Очень ценное воспоминание о знакомстве с Сир.

Все это было сметено богиней с серебряными волосами.

— «Аня, ты можешь улыбнуться? Ну же. Не бойся.»

— «Здесь нет плохих людей».

— «Давай поработаем вместе? У меня пока плохо получается, так что давай вместе учиться этому?»

Снова, снова и снова

Поначалу, Аня не могла открыть свое сердце кому либо, более того, она всегда вымещала свои эмоции на окружающих, как преданная кошка. Но, спустя время, даже её ледяное сердце, было растоплено добротой Сир, а работа от Мии заставляя её забыть о печалях и тревогах, тем самым заставив её пробудиться.

Но теперь, все эти воспоминания были испорчены.

Воспоминание прошлого и голос настоящего совпадали. Истина и отчаяние сливались воедино.

Точно также, как и тогда. Появившаяся перед ней девушка с улыбкой произнесла, что теперь все в порядке.

— Аа-ах-аха-ха-аааа

Аня мотала головой из стороны в сторону, из глаз текло много слез.

Руки и ноги дрожали. В ушах стоял звон, а зубы стучали.

Какие из воспоминаний правда, а какие ложь? Какие настоящие, а какие лицемерные??

Кто спас Аню? Или над ней всё время издевались? Непрекращающийся поток эмоций заставил Аню снова сломаться.

— Почему... так... зачем...?

Каменная плита под её ногами была мокрой от слез.  Все ещё дрожащая Аня подняла взгляд, с единственной просьбой узнать ответ, но....

— Зачем всё это? - Ответила Она.

— Просто для развлечения - Она улыбнулась.

— Считай, это обычной божей прихотью.

На лице девушки появилась улыбка богини!

— Ааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааа

Аня сломалась.

Все воспоминания пошли трещинами, сломались, окрашиваясь в мутно-серый цвет и исчезая.

Столкнувшись лицом к лицу с раскрытой правдой, она достигла -саморазрушения, которому суждено было наступить.

— Нет, нет, нет, нет, нет! Это неправда!!!

Её сознание было в замешательстве и она продолжала яростно мотать головой.

Аня не хотела принимать реальность.

Отчаянье и желание отвергнуть существо перед собой, переросли в яростные эмоции.

— Ты не Сир! Ты вовсе не Сир!!!

Аня больше не обращала внимание на обращение к богине, которую она боялась всей душой. Теперь такие вещи больше не имеют значения.

Стремление отвергнуть такую реальность, побороли страх.

— Верни Сир, быстро, ааарргх!!!

Яростно прокричала Аня, ринувшись вперед.

Раньше, такого бы никогда не произошло, но сейчас. Ей как никогда хотелось, покрепче за неё ухватиться.

— Идиотка.

— А-а?

И тут же, весь гнев был сметен копьем Аллена.

Разумеется, авантюрист первого ранга на позиции стража, не позволил бы причинить вред своей хозяйке. Своим ударом, он безжалостно откинул её в конец площади.

Аня врезалась в гору деревянных ящиков откуда разлетелась куча пыли.

Гнев Ани так и не нашёл выход.

— Аня!!!

В тот момент, как её подруга была атакована, Рю выскочила из укрытия.

Все это время, Эльфийка следила за подругой с тяжестью на сердце.

И до сих пор,  она следила за развитием событий. Но теперь, когда её подруга была атакована, Рю бросилась на помощь.

— А вот и ты!

И словно, ожидая этого. Богиня в образе Сир, заговорила её голосом.

Кодачи, которыми владела Рю были легко остановленными Алленом.

— Идея с тем, чтобы очистить территорию с помощью чар, была удачной, таким образом ты смогла найти нас и прийти сюда.

“...!?”

Её короткие мечи, были заблокированы древком копья, она оказалась в невыгодном положении.

По телу Рю, прошлась волна беспокойства. Она поняла, что её поймали в ловушку.

Как и ожидалось, семья Фрейи сразу обнаружила, что Рю и Асфи скрывались в городе.

Поэтому, происходящее не было сценарием по избавлению от Ани. Это было спектаклем, чтобы привлечь Рю.

Очистив территорию и сделав её слишком заметной, она заставила Рю наткнуться на Аню

А сам разговор, был сценой, чтобы выманить Рю.

— Аллен, опусти копье.

— Нет необходимости, я просто раздавлю её...

— Опусти его.

— ........... Да.

Приказ бога, заставил Аллена отступить.

Но, даже избавившись от давления Аллена, спина Рю все ещё была покрыта ледяным потом.

Она тоже не могла смириться с реальностью перед ней.

— Значит, вы действительно Сир...!?

— Ты только-что слышала весь наш разговор, не так ли, Рю? Я, это Сир. И хотя есть и другой ребенок способный носить этот вид, но той, кто контактировала с вами, была я.

В ответ на слова Рю, аура вокруг богини изменилась.

Словно, из-за раздвоения личности или же, из-за  уважения к их бывшим отношениям, голос богини переключился на голос Сир.

Небесно-голубые глаза дрожали.

Эмоциональная буря, охватившая сердце Ани, теперь бушует и в сердце Рю.

Богиня Фрейя, это Сир?

Ей очень хочется верить, что это всего лишь иллюзия. Но как бы ей не хотелось, сцена перед ней не менялась.

Осознав, что она потеряла самообладание, Рю разомкнула губы.

— То, что вы сказали Ане... правда?

— Тот день, когда вы меня спасли... все эти дни в таверне! Это всё было игрой для вас!?

Столкнувшись с вопросом от переполненной гневом Рю, она ответила.

— ...Уахххх.

Раздался скучающий вздох.

— Даже если так, то что с того, Рю?

— Что...!?

— Все, это лишь игра. Ролевая игра, где моей ролью стала "городская девушка" а сцену, которую я выбрала была таверной. Проще говоря, из-за скуки, богиня решила поиграть со всеми вами, неужели, это так сложно принять?

Слушая объяснения, в которых не читалось лжи, тело Рю охватил шок.

— Можно сказать, что это была лишь моя маленькая ложь.

И, уловил последнюю долю правды, Рю уже не могла ничего произнести.

— И мне жаль, что я причинила вред Ане. Но, на самом деле, не хочу никому зла. Это правда. Я надеюсь, что ты поймешь и примешь меня. Теперь я не буду лгать, и стану собой, так что пожалуйста, Рю...

Она вытянула Руку.

С красивым как песнь голосом, она протянула руку для Рю.

Это было также, как и в тот день, когда она свершила месть и лежала на земле.

Как и в тот момент, девушка по имени Сир протянула ей руку.

— гх!!!

В одно мгновение, рука Рю откинула руку Сир.

— Аа…!?”

Рю пошатнулась и уставилась на свою ладонь.

Потому-что, есть всего три человека, которые могут держать её за руку.

Первой была Ализе. Третий - Белл. И вторая - Сир.

Тело Рю явно отвергала руку, что когда-то могла держать её.

Её эльфийская натура, способная различать добро и зло помогла ей.

Она испытывая отвращение к той тьме, что хотела взять ее за руку. Не обращая внимания, что та тьма имела точно такой же вид, как у девушки.

Рю не видела настоящую Сир в этой руке.

Даже если тело было одним и тем же, она отличалась от той Сир, которую знала Рю.

Тело эльфийки набрало решимость.

— Ты... не Сир.

Ее вывод был такой же, как и у Ани.

Рю посмотрела на существо, что наблюдала смотрела на отвергнутую руку и чьи глаза закрывали волосы.

— Я никогда не признаю, что ты Сир!!

Затем....

— Заткнись.

Она подняла взгляд, и её голубовато-серые глаза окутал серебряный свет.

— На колени.

Стоило лишь заметить, это, как тело Рю подчинилось приказу.

— А?!

Её колени опустились на каменную плиту.

Вопреки своей собственной воле, Рю предстала перед ней на колени.

Её разум был взбудоражен. Сознание таило, как лед, а тело желало подчиняться богине.

Тело и разум были доведены почти, до конечной точки.

В это момент, веки Аллена наблюдавшего за всем со стороны распахнулись.

Лицо девушки поёжилось от раздражительности.

И уже в следующий момент, она с сожалением извинялась перед эльфийкой, стоящей перед ней на коленях.

— Извини-извини, у меня появилась дурная привычка. Теперь, я плохо сдерживаю себя и часто прибегаю к силе, которую так ненавижу. Ты ведь злишься на меня? Согласна, это отвратительно. Извини, я сейчас же все исправлю!

Из голубовато-серых глаз исчез серебряный свет.

В то же время, Рю испустила, практический пламенный вздох, испустившийся из её тела.

Сир наклонилась, и аккуратно положила руку на плечо эльфийки. А саму Рю охватил озноб.

— Сейчас, пожалуйста, послушай меня, Рю. Я уже говорила это раньше. Мне нравятся люди, чьи души становятся яркими ради других. Мне очень нравится Белл, но мне также нравишься и ты, Рю.

Привычка отвергать чужое прикосновение, завопила внутри неё.

Будь то рука на плече или голос, полный любящей доброты, он вызывал приступ отвращения и блуждал под ее кожей.

Она хотела отбросить руку, но тело, которое еще не полностью отошло от силы очарования, не слушалось.

— Знаешь, я могла бы поделиться Беллом с тобой!

— ...........А?

Рю не могла поверить услышанному, и подняв взгляд, в ее глазах отразилась Сир, на лице которой сияла яркая улыбка.

— А? Поделиться, со мной?

— ............Всё верно...

— Ещё чуть-чуть, и он забудет о своем желании, и его проклятье спадет. После этого, я смогу сделать Белла своим.

Как невинный ребенок, говорящий о сокровище, она улыбнулась.

— Я не люблю, когда другие люди касаются Белла, но если это будет Рю, то всё в порядке! Поскольку это Рю, я могу это позволить.

Она не могла понять, о чём она говорила. Это было ужасно.

Но она понимала, что девушка с голубовато-серыми волосами, стоящая перед ней, не была Сир.

— Может, отправимся в Вавилон вместе? Нас всего трое, мы трогаем наши тела, губы, наслаждаемся ароматом друг друга и касаемся друг друга бесчисленное количество раз.

(Отвратительно)

— Лишь мы, на кровати. Будем любить друг друга, пока границы между телами не исчезнут, не растают, и пока мы не станем единым целым.

(Так отвратительно!)

— Давай, сольём воедино наши души и полюбим друг друга. В таком случае, хоть и я не могу, но Рю сможет получить ребёнка от Белла!

(Так отвратительно!! Отвратительно!! Отвратительно!)

Её слова являлись предложением ведьмы, опьяняющий наркотик для тех, кто познал любовь или же, уничтожающий яд.

В ответ на протянутый ей нектар любви,  Рю испытывала отвращение и отторжение.

Существо, которое носило обличье знакомой ей девушки, точно не являлась Сир.

— Ахх… Я отказываюсь…!

Твердо произнесла Рю.

Она с силой подняла взгляд, тело дрожал и дыхание участилось, но тем не менее, она пристально смотрела на своего собеседника.

Рю никогда не станет держать за руку, ненастоящую Сир.

Несмотря на то, что ей было сложно шевелить языком, глаза, полные гнева передавали все её эмоции той кто стояла напротив.

— … Конечно, я так и думала.

Именно тогда.

Сир приподняла брови, и хотя это было сложно уловить, её лицо пересекла одинокая улыбка.

— А?

Именно в этот момент.

Рю смогла увидеть ту самую девушку с голубовато-серыми волосами, которая была в её воспоминаниях.

— Неважно, что я тебе предложу, ты всё равно будешь сопротивляться... Как я уже и сказала.

Её зрение плыло. Сознание уходило слишком быстро.

Несмотря на то, что эффект очарования сняли, что-то по прежнему сотрясало мир перед ней, Рю уже не могла слышать слова Сир.

Однако, она не знала почему.

Но слова, которые доходили до ушей, казались ей знакомыми, будто их уже кто-то говорил.

Вид девушки с одинокой улыбкой показался ей очень знакомым.

Это была пропасть между дружбой и отношениями…                                                                            (П.П Отсылка на 16 том)

— Но я больше не могу вернуться.

Наконец, услышав её последние слова, сознание Рю погрузилось во тьму.

— Аллен.

Она спокойно надела капюшон. Девушки нет, теперь это богиня.

Она повернулась спиной к лежащей на земле эльфийке

— Возьми ее. Доставь в подвальную часть базы, Она и Белл не должны пересекаться.

— Разве, не легче её очаровать?

— Нельзя. Я не хочу запятнать ее душу. Тебя это не нравится?

— …Нет.

Аллен слегка покачал головой на искреннее признание своего покровителя.

— Согласно обещанию, я оставляю тебе Аню.

Сказав это, богиня покинула площадь.

*Кап-кап*

Капли воды падали на плечи.

Не проронив ни слова, Аллен повернул голову и посмотрел на сестру, которая все ещё не могла подняться.

— Если ты сделаешь что-то лишнее, я уничтожу эту таверну. Если не хочешь этого, не мешай богине. Закрой свой рот и молчи.

Сказав это, он поднял Рю и пошёл вслед за Богиней.

На площади осталась лишь Аня.

— А...

Наконец начался дождь.

Её зрение плыло из-за дождя, а в ушах был слышан лишь звук падающих капель дождя.

Стоя лицом к небу, она лежала на куче обломков из под ящиков, понять, что больше покрывает её лицо, слезы или дождь, было уже невозможно.

— Уааахххххххахххххххаххххх

Звук плача не доходил до чьих-либо ушей и перекрывался шумом дождя.

Дождь, падавший на Аню, был точно таким же, как в тот день, когда её бросили брат и богиня.

Густые облака и проливной дождь, закрыли свет заходящего солнца.

В карманных часах в её руке тикала секундная стрелка, находясь в укрытии, Асфи сидела на кровати закрыв глаза.

— Леон... Даже ты...

Это отчаянный шепот был заглушен звуком часов. Стрелка часов показывала, что наступил закат.

Пришло время возвращаться, но её подруга не появилась на месте встречи, это лишило ее возможности сохранять спокойствие, но она не могла опустить руки.

— Я одна... Неужели, союзников больше нет...

Прозвучал слабый голос, казалось, что он мог затихнуть в любой момент.

Но Асфи поднялась.

Она проигнорировала отчаянье внутри своего сердце  и надела чёрный как смоль шлем, который уже начал изнашиваться.

Став невидимой и оставив убежище, она отправилась в одиночку по мокрой дождливой улице.

◊◊◊

Дождь не прекращался.

Даже ночью, звуки капающего дождя не прекращались, как будто. само небо начало рыдать.

Словно как в тот день, когда я отверг её чувства....

— Сир... Где же ты...

Остановившись в длинном коридоре, я посмотрел в окно. Как вдруг, меня окликнул мастер.

— Что ты делаешь?

Он непонимающе смотрел на меня.

Сейчас, я как и много раз до этого, следовал за мастером по уже знакомому мне пути.

Несмотря на то, что был дождь, это не было поводом для того, чтобы отменять крещение, поэтому, сегодня, я устал больше обычного.

И даже сейчас, подходя к покоям богини, я не мог скрыть изнеможение на лице.

Размышляя, я думал о девушке с голубовато-серыми волосами, которую я искал в своей памяти.

Её нигде нет.

О ней никто не знает.

Может, она плод моего воображения?

Совсем недавно, я бы лишь посмеялся над такими мыслями. Но сейчас, мое сердце и тело в отчаянье и я не могу отрицать четко отрицать это.

Когда смутные чувства почти заполнили мое сердце, я уже подходил к комнате Фрейи-сама.

— Добро пожаловать, Белл.

Получив разрешение войти, я оставил мастера и вошел в комнату. Уже там, я заметит ожидающую меня, Фрейю-сама, в ночной рубашке белого цвета.

Мои ноги непроизвольно подошли к ней, на самом деле, меня тянуло к богини, что дарила мне покой.

Я уже совсем привык сидеть на кресле рядом с ней.

Почувствовав тепло внутри, я планировал позволить ей послушать мою историю, продолжая вчерашний рассказ, однако:

“…?”

Я понял, что сегодня, кое-что изменилось.

— В чём дело, Белл?

Фрейя-сама склонила голову, словно чувствуя мои подозрения.

Длинные волосы подобные прозрачному потоку, несущему серебряный свет спускались с её плеч.

Не то чтобы она выглядела как-то не так. Должно быть, мне показалось. Но... Я чувствовал, что какой-то части Фрейи-сама здесь не было.

Красивые серебряные глаза Фрейи-самы, казалось, имели другой оттенок.

— ...Что то случилось? Может, что-то произошло?

Вернувшись из своих мыслей, я уже задал вопрос.

Фрейя-сама удивленно уставилась на меня.

— ... Почему ты так думаешь?

— Э-э... Мне показалось, что вы не такая как раньше...

Я не мог выразить это точно, поэтому мне пришлось объяснять слишком расплывчато. Фрейя-сама пристально смотрела на меня, но затем расслабила плечи и улыбнулась.

— Обычно ты не видишь больших изменений в женщинах, но сейчас ты так чувствителен.

— Но, я, а.....!

Уже без каких либо сомнений было ясно, что она дразнила меня.

Фрейя-сама прищурилась, как кошка, что увидела добычу. Смотря на её улыбку, я почувствовал некоторое смущение, но...

— ...Если возможно, позвольте мне выслушать вас.

— А ты?

— Ну... в конце концов, вы всегда меня слушали.

Услышав моё предложение, Фрейя-сама не кивнула и не отказалась. Она смотрела на меня глазами, подобными зимнему звёздному небу, сияющему в месте о котором никто не знает.

Поэтому, я спросил ещё раз.

— Расскажите мне?

— ...Я была немного эмоциональна. А после, обидела ту, которую считала другом.

— Это бог?

— Почти - Ответила Фрейя-сама.

— А-а вы всё ещё можете помириться...?

— Нет, это невозможно. В конце концов, в этом виновата я.

В этот раз, не она слушает мою историю, а я её.

Меня охватили непонятные эмоции, и я немного помедлил, подбирая слова.

— Поскольку я не знаю, как нужно давать советы, но... что если просто извиниться...?

— Это было бы действительно нужно. Но я не могу этого сделать.

— Почему?

— Потому что я уже решила, чего я хочу больше всего.

Не обращая внимания на меня, Фрейя-сама посмотрела вперед, от её вида веяло холодом и решительностью.

— Я решила, что ради этого, я могу отказаться от всего.

От такого холодного тона, по моей спине пробежали мурашки. было трудно представить, что совсем недавно эта богиня давала мне тепло.

Но, мне кажется, что её решение далось ей с большим трудом.

— Может, даже если вы оставили важные для вас вещи, то их можно будет подобрать их потом?

— А?

— Когда-нибудь, не смотря на время, вы сможете снова вернуть всё на свои места?

Я был на грани того, что бы просто оставить прошлое позади.

И хотя, я крепко держал все самое важное в своих руках,  я чувствовал, что все это может легко выскользнуть из моей хватки.

Однако, как бы ни было больно и грустно, как бы ни казалось, что я потерплю неудачу. Я рад, что никогда не сдавался и не выпускал надежду из своих рук.

И даже если что-то снова упадет на землю... Я обязательно протяну руку и подберу.

— Если вы вернете то, что бросили... тогда вы определенно будете дорожить этим больше, чем раньше.

Сказал я, улыбнувшись. Глаза Фрейи-сама распахнулись. Её приоткрытые губы нежно двинулись.

Я знаю очень мало. Но единственное, что я знаю очень хорошо. Это то, что неважно, человек это или бог, после того, как что-то отбросив, он всегда будет сожалеть об этом внутри себя.

Фрейя-сама ничего не ответила.

Но её щеки слегка покраснели и она улыбнулась мне.

— Белл, ты мне нравишься.

— А?

— Ты мне так нравишься.

Время замедляется.

— …Э!?

Поняв значение её слов, из моего горла вырвался почти истерический крик.

Я откинулся назад и собирался отступить, но подлокотник кресла не давал мне этого сделать.

Что же касается Фрейи-сама, то она злобно улыбнулась.

— Я хочу спросить тебя, Белл. Ты знаешь, как утешать женщин?

— Аа...?

— Если ты узнаешь это, ты станешь очень популярным! Женщинам нравятся мужчины, которые могут их успокоить.

— Я, я, я, я не хочу! Я не хочу быть популярным...!

— Но, ты ведь всегда хотел утешать девушек в подземелье?

— Что!?

Откуда она знает об этом!?

На моей памяти только богиня Гестия и те стражи у ворот знали об этом. Я рассказывал это когда только приехал в Орарио.

— Хорошо, я научу тебя. Делай, как я говорю.

Приказы издевающийся Богини не прекращались и я просто повиновался им.

— Сначала обхвати руками её плечи.

— Эм-м-м……

— Быстрее.

По её приказу, я осторожно положил руки на плечи Фрейи-сама, сидящей впереди меня.

Находясь в такой позе, я мог чувствовать даже её запах. И тут, я мгновенно осознал, что её наряд, это простая ночная рубашка, которая в её исполнении, будоражит взгляды любого мужчины.

— Если женщина прислоняется к тебе, ты должен сделать также.

— ...

— Если ты чувствуешь, что женщина поднимает взгляд на тебя, то ты должен поймать её взгляд.

—...

— Посмотрев в её глаза, приложи руку к её подбородку.

".................."

— И затем нежно поцелуй ее в губы...

— НИ В КОЕМ СЛУЧАЕ! Я не могу этого сделать!!!

Дойдя до предела, я откидываюсь с кресла назад, падая спиной на пол.

— Хахахахахахаха! Белл, что ты делаешь?

Фрейя-сама засмеялась, держась за живот, от своего жалкого выступления, я не мог не покраснеть.

— Ты такой невинный и робкий.

— Да, извините... но я чувствую, что, это неправильно.

— Несмотря, на то что я так сильно тебя люблю, ты не хочешь отвечать на мои чувства?

— Ах, это...! Так нельзя, вы же богиня...!

— Если, богиня любви говорит тебе о своей любви, отказываться и убегать, это очень грубо.

Фрейя-сама протянула руку и встаю после своего позорно падения.

Богиня, вытирающая слезы из уголков моих глаз, больше не чувствовала грусти, которую испытывала совсем недавно.

Я впервые вижу её такой... но я рад, что смог приободрить её.

Осознавая это, на моей лице появляется улыбка.

— Ты мне очень нравишься.

Именно в этот момент. Её слова и выражение лица, совпали с тем. что я помнил.

— Сир?

Я не знаю почему это имя слетело с моих губ.

«Ты мне очень нравишься».

Эти слова, разве ни их она произнесла тогда? И эта улыбка, которая царила на её лице...

Фрейя-сама, также застыла от удивления.

Вокруг стало так тихо, что был слышан и звук капель дождя. Но через какое-то время, даже он исчез, пока мы с богиней, переглядывались друг на друга.

Не знаю, прошло ли несколько минут. Может, всего несколько секунд.

Я больше не мог сказать, как много времени прошло, пока она внезапно протянула руку..

Ее правая рука лежала на моей застывшей щеке...

— Я богиня красоты, и прямо передо мной ты упоминаешь имя другой женщины?

— Больно-больно-больно!

Она прижала руки к груди!

Взгляд Фрейи-сама застывает, и сходства, которые я находил исчезли.

Более того, она выглядела очень рассерженной и укоризненно смотрела на меня.

— Я впервые испытываю такое унижение.

— Нет, мне очень жаль!

С выступившими на глазах слезами, я пытался извиниться, но Фрейя-сама просто отвернулась.

— Я очень расстроена, Белл. Уходи.

Я её разозлил...

И даже не был достоин того, чтобы оправдать свой поступок.

Я подошел к двери, серьезно раздумывая над этой ситуацией.

Прежде чем выйти из комнаты, я оглянулся и увидел, что богиня все ещё стояла ко мне спиной.

Она будет расстроена какое-то время, но..

Что это было? Может, все это мне показалось...?

Одержимый этим загадочным чувством, я покинул комнату.

"...”

Фрейя прижала руку к груди.

Её действия не походили на действия надменной королевы, она была похоже на девушку, которая забыла о чём то важном.

Спустя долгое время, она бессознательно подошла к инкрустированному золотому столику в углу комнаты, а затем открыла ящик.

Тонкие пальцы достали бледно-голубое украшение для волос.

Это было одно из парных украшений, которое ей подарил мальчик.

Ничего не говоря, богиня прижала укрощение к своей груди.

В тоже время.

За закрытой дверью, из которой недавно вышел парень. Стоял человек, стоящий в той же позе, что и богиня.

По богиня не дала разрешение, никто не мог войти в её комнату.

Поэтому, она прислонилась к двери, окутываясь слабым магическим светом.

На её лице была страдальческая гримаса.

— Что ты делаешь?

После того, как голос достиг её, магический потом исчез. Как только сияние померкло, её обычный вид вернулся и Хелун перевела взгляд.

— Хедин-сан.

Выражение на лице эльфа не изменилось..

И Хелун молча прошла мимо него.

Эльф молча наблюдал за тем, как девушка с бледным лицом покидает его. Затем он перевел взгляд на дверь.

Словно обращаясь к мыслям богини, он закрыл глаза, а затем с решимостью распахнул их.

— Это тело будет вечно служить вам.

Прошептал он, словно клятву.

***

Эта глава была переведена сообществом DMCHI Team https://vk.com/danmachifan

Поддержите нас подпиской!

----------

Глава 5. На краю её мира

[[image:/storage/reader-images/a04238ca2d539ea3beb61cc2ae411711481e67f6.png]]
Происходящее становится все более и более жестоким.

Это все ещё боевое поле, священная битва, проводимая авантюристами первого класса.

— Воюйте вечно. Несокрушимые громовые солдаты.

“!?”

Очень короткое заклинание с громким эхом разнеслось по всему окружающему пространству.

Несмотря на то, что меня только-что поразил магический выстрел, на меня тут же был направлен другой, который вот-вот наполнится.

Испытывая настоящее отчаянье, я бросил все силы, чтобы уклониться от него.

— Карус Хильдр!

Раздался раскат грома.

Множество сфер, размером с голову человека и стрелы из молний обрушились на меня, словно армия солдат.

И даже увернувшись от первых залпов, следующие, тут же настигали меня, отправляя в настоящий ад непрерывных магических атак.

Мое тело пронзали, жгли и резали, электричество проходило по всему моему телу. Даже кровь внутри меня была выжжена и кипела.

Вспышки молний лишили меня зрения и даже сознания, и единственное что я мог уловить, это безжалостный голос.

— Вечное завоевание. Бессмертный громовой Генерал.

Третий залп?!

Все происходит слишком быстро.

Мастер использовал технику параллельного пения на большой скорости, безжалостно поражая меня громовой магией.

— Вариан Хильдр!

Огромное громовое копье устремляется, а затем пронзает меня, заставляя замереть на месте.

Я испытывал настоящий разгром от авантюриста первого класса.

Если быть точнее, это была тирания со стороны эльфа.

Несмотря на то, что битвы на боевом поле всегда были очень жестокие, мастер сказал:

— Слишком мягко.

После чего началась односторонняя бойня.

Мастер бесчисленное количество раз уничтожал меня своей магией.

Один из углов «Боевого поля» находился в центре бушующего грома и молний, созданных белым эльфом.

И мне, находящемуся в центре этой бури, приходилось постоянно концентрироваться, чтобы просто остаться в живых.

— Агх-гх

…………...

Используя «Аргонавт» для накопления энергии в правой ноге, я с силой отталкиваюсь от земли, чтобы избежать магического выстрела, но, сразу же замечаю, что половина моего тела была обожжена.

Уклоняться было слишком поздно.

Выстрел с ужасной точность, попал в цель, заставив меня корчиться от боли, словно дикого зверя.

И тут же, Мастер сократил расстояние между нами.

Не успев отправиться от боли, от которой на глазах выступили слезы, как Мастер начал новую атаку.

— Хааа!

— Ааах!

Полученный удар походил на удар копья. Плечо было сломано. Раздался звук сломанных костей.

Горелая левая рука, теперь и правда была уничтожена. Меч с длинной рукоятью взметнулся вверх.

Держа кинжал в правой руке я мог только лишь отражать удары, защищаясь и отчаянно ища спасение.

Однако, даже использование боевых приемов будет бесполезно. В ближнем бою мастер разбирался гораздо лучше меня.

Даже использовав свою магию быстро действия, «огненный разряд» - моя рука будет отрублена, это я могу сказать точно.

Мой противник - один из немногих волшебных фехтовальщиков в городе, поэтому мне совсем не верится, что он сможет пропустить движение моей ментальной силы.

Стоит мне возложить надежду на мгновенную магию, я быстро погружусь в суровую реальность и мне сразу же настанет конец.

(Мастер... почему ...!?)

Он другой. Абсолютно другой.

Мастер, которого я помню, Хедин-сан, который строго обучал меня тому, как вести себя на свидании, был совсем не таким.

Словно говоря мне: “Это всего лишь твое заблуждение”, он разбивал все представление о нем.

В его глазах был только холод, и он действительно хотел убить меня.

И моего рта вырвался крик, смешанный с рыданиями, но я решительно провел свою самую идеальную контратаку

Но, я среагировал слишком медленно и прозвучал глухой ударный звук.

Контратака была встречена рукоятью меча, и стило мне замереть, как сильный удар пришелся по правой стороне моего лица.

Локоть изогнутый в форме змеи ударил в мой живот, от столь сильного удара, дыхание сбилось, а колени пошатнулись, словно у марионетки на подрезанных нитках. Я открылся под новый удар.

— Идиот.

— АААХХ

С яркой вспышкой, меч с длинной рукоятью пронзил мое тело.

Этот удар вошел в плечо, из раны хлынуло огромное количество крови.

Несомненно, это смертельная рана.

Тело теряло силы, последним-что отражалось в глазах, была фигура Мастера, заносившего свой меч для новой атаки.

Время остановилось, и он почти атаковал вновь...

— Стой, Хедин...

Но, он не смог этого сделать.

Четыре орудия, принадлежащие Альфриггу, Беллингу, Двалинну и Греру достигли шеи мастера, остановив его меч.

Получив смертельную рану и рухнув на пол, я мог слышать, как полные гнева голоса разносились по боевому полю.

— Перебор.

— Неужели, ты забыл, как сдерживаться?

— Ты действительно собирался избавиться от него?

— Даже Хейт и другие не смогут полностью излечить его

Краем своего зрения, я заметил, насколько были напуганы Хейти девушки-целители, все они бледнели от страха, при виде жестоких действий Мастера.

Им не удалось поспешить на помощь, ведь повсюду бушевал гром, который не позволял приближаться. И даже, если бы они смогли, то тут исцеленное тело, было уничтожено вновь.

Тоже самое относилось и ко всем членам семьи.

Ван и остальные забыли о своих битвах, и ошарашено наблюдали за нами.

В какой-то момент, все что я видел было окрашено в малиново-кровавый цвет.

И хотя мне было трудно осознавать происходящее. Но, я чувствовал, что солнце вот-вот сядет.

— Ты в порядке, белл?

— Аааггх.

Подошедший Хогни, приподнял правую часть моего тела и вылил лечебное зелье на рану.

Из раны поднялось большое облако дыма, и реакция, вызванная быстрым заживлением, поразила все тело.

Пока я продолжал испускать слабый крик, поддерживающий меня за спину Хогни впился взглядом в Мастера.

— Каковы твои намерения, старый враг? В чем был смысл поступка похожего на тиранию?

— Не спрашивай ерунды, это очевидно.

Перед лицом обвинительных взглядов от авантюристов первого класса, Мастер дал ответ презрительным тоном.

— Этот глупый кролик привлек любой нашей богини. Поэтому, он должен показать свою ценностью. Он должен доказать, что его душа достойна нашей Богини. Для этого, он должен превзойти нас.

Искренний крик, наполненный кучей эмоций заставил всех замолчать.

Эмоции воина, разносившиеся по боевому полю были истинными.

— Меня не волнует твое состояние, ты должен оправдать ожидания богини!

С бледным лицом и все ещё затуманенным сознанием, я поднял голову. Красно-коралловые глаза приказывали мне встать.

— Встань! Вставай!

“...”

— Ты должен встать!

Тот, кто поклялся в верности Богине, более искреннее, чем кто либо еще, смотрел только на меня.

— Докажи мне, что ты тот "одр" которого ждала Богиня.

"!!!"

Крик эльфа разносила по округе, заставляя все тело дрожать.

С каждым днем «крещение» Мастера становилось все более жестоким.

◊◊◊

— Что за мысль была скрыта твоём сердце, Хедин!?

В ответ на вопросительный тон Хогни, Хедин оставался спокоен.

— Кажется, ты спрашиваешь меня, о чем я думал. Что ты имеешь ввиду?

— Что ты имеешь в виду!? Белый кролик - дань богини!! С такой тиранией его чистое сердце распадётся! Ты не оставляешь мне выбор, кроме как стать рыцарем кролика!

Тьму окутала город и наступила ночь.

В одной из комнат из глубинных комнат "Боевого поле! собрались первоклассные авантюристы из Семьи Фрейи.

Альфриг и его брать сидели за столом, Аллен скрестив руки и со скучающим видом уперся к стене, а стоящий по среди комнаты Оттар не проронил ни слова.

Причиной собрания, стал белый эльф, который слишком жестко изводил мальчика.

Глядя на рассерженного Хогни, Хедин фыркнул.

— Рыцарь? Ты идиот. Неужели, ты хочешь, чтобы боги придумали для тебя новые прозвища вроде "злого короля"?

— Злой Король не имеет с этим ничего общего..!

Давняя история была упомянута вновь и Хогни со слезами на глазах,  вернулся к своему привычному тихому тону.

— Значит, ты защищаешь этого глупого кролика? Ты хочешь сказать, что он твой друг?

— Друг, Друг!? Нет, нет, нет! даже при том, что этот человек очень добросердечный. И даже несмотря на то, какие хаотичные речи я не произнес, он бы все равно общался со мной с уважением... Но даже так, он просто ученик... нет... Друг по неволе!

На самом деле, натура Хогни была очень робкой и застенчивой, остро отреагировав на слово "друг" его сознание отправилось в мир воображений.

Бросив раздраженный взгляд, на блуждающего в фантазиях Хогни, четверо братьев вступили в разговор.

— Фрейя-сама действительно разрешила тебе взять под опеку Белла Кранелла.

— Но даже если так, твои действия в последние несколько дней пересекли черту.

— И не пытайся уклониться от ответа, неважно насколько ты ненавидишь его.

— Если у тебя есть какие-то скрытые мотивы, то объяснись!

Если твои слова будут неприемлемы для нас, ты четвертован - четверо братьев прумов, явно намекали на это.

В ответ на их слова, Хедин испустил разочарованный вздох.

— Неужели все ваши глаза настолько слепы?

— Что ты сказал?

— В этой «Клетке» тот кто быстрее всего впадает в отчаянье, это не глупый кролик, а наша богиня!

После этих слов, не только Альфригг и его братья, но и Хогни и Аллен широко раскрыли глаза.

— Несмотря на физический и моральный износ, Белл Кранелл все еще не поддался отчаянью. Вместо этого, он тревожит сердце богини.

Закончив объяснения, Хедин перевел взгляд на боаза, чье выражение лица оставалось неизменным.

Альфриг и все остальные, также посмотрели в его сторону.

В тоже время, Оттар, который являлся личным сопровождающим Фрейи, казалось, догадывался о чем говорил Хедин.

— ...В самом деле, Фрейя-сама в последнее время, предпочитает быть в одиночестве. Даже сейчас, она отказывалась от еды и игнорировала слова прислуги. Сегодня, она также перестала наблюдать за боями мальчика на "боевом поле".

— Похоже, она чем то обеспокоена, - добавил Оттар.

Альфриг и его брать не могли скрыть своего удивления.

— Этот парень все ещё противиться очарованию, и этот факт, заставляет богиню чувствовать себя потерянной. Необходимо, как можно скорее загнать этого глупого кролика в безвыходное положение и заставить его сломаться. Вот почему, я прилагаю необходимые усилия.

Выслушав слова Хедина, который занимал должность стратега, Альфриг и Хогни не смогли произнести ничего в ответ.

Переубедив тех, кто вместе с ним участвовал в крещении мальчика, Хедин перевел взгляд на Аллена.

— С завтрашнего дня, ты тоже будешь участвовать в его крещении, глупый кот.

— Мое задание следить за таверной. Как как можно оставить этого ужасного дворфа без присмотра, придурок.

— Все ещё дурака из себя строишь? Хватит использовать Мию в качестве оправдания.

“!”

— Вы и Фрейя-сама уже приняли меры против таверны, так ведь? В таком случае, нет необходимости применять Авантюристов первого класса в качестве наблюдателя. Ты сделал достаточно, чтобы оставить наблюдение Вану и остальным.

Обвинение эльфа, казалось, попали в точку и Аллен впервые не решился ответить.

Отбросив ненужные слова, он вплотную приблизился к человеку-коту, что был ниже его ростом.

— Или же... Ты все ещё не можешь забыть свою глупую сестру, которую некогда бросил?

— …Захотел помереть, эльф?

Глаза Аллена широко распахнули, волна убийственного намеренья разошлась по всей комнате.

Если бы это был обычный человек, то он бы тут же оцепенел от страха,  но Хедин оставался спокойным.

— Это для блага богини. Повинуйся.

— Тц...

Две пары глаз сверлили друг друга, и первым кто отвел взгляд, был Аллен.

Оттолкнув Хедина, он цокнул языком, символизируя свое согласие.

Хогни и Альфригг, наблюдавшие за ними со стороны, также не стали спорить.

Ведь, главным приоритетом каждого, была защита богини.

Хедин же, поправив свою одежду, перевел взгляд на боаза.

— Оттар, то же самое и с тобой. Срази кролика свои мечом.

— ...Мне нет необходимости участвовать в этом. Хедин, оставляю это тебе.

Слова воина были краткими.

Хотя он явно отклонил эту просьбу, но, как капитан семейства, он объявил, что это дело будет передано Хедину.

Глаза цвета ржавчины и глаза красного кораллового цвета смотрели друг на друга. Хедин не пытался возражать.

— ...С завтрашнего дня, мы загоним этого кролика в отчаянье. Не позволяйте жалости затрагивать вас. Сделаем, это как можно скорее, во имя Богини.

Поправив очки, Хедин сделал безжалостное заявление.

◊◊◊

— Движение в Семье Фрейи изменилось...?

Пробормотала Асфи, наблюдая за "Боевым полем" Фолквангр с городской стены.

Наступил полдень. Небо заволокли серые тучи.

После того, как «Фестиваль Богини» закончился, город вернулся к своему обычному виду, совершенно не подозревая, что он был искажен силой очарования.

В это время, Асфи, которая осталась одна, все ещё вела свою битву.

Исправить искажение города-лабиринта и вернуть город в его прошлое состоянии, было её миссией.

(Из собранной на данный момент информации, я знаю, что Белл Кранелл, каждый день вынужден сражаться в Фольквангре, но... с каждым день, сражения все жестче...!”

Используя чёрный как смоль шлем, для поддержания невидимости, она вглядывалась в телескоп, молясь о том, чтобы её не заметили с вершины вавилонской башни.

Как вдруг по спине Асфи снова прошелся холодный пот.

Казалось, что даже на таком расстоянии, болезненные крики Белла, могли достигнуть её ушей.

Копье человека-кота, разящее на огромной скорости. Масса атак от четырех прумов, Техника темного эльфа, приносящая множество рубящих ударов. А также ужасающая магия белого эльфа.

Все, это утягивала мальчика в море крови и разрушения.

(Крещение» очень строгое, но мне кажется, что они чем-то обеспокоены... Может быть, Семья Фрейи торопится?)

Можно сказать, что богиня Фрейя и ее семья одержали полную победу.

Они создали идеальную клетку, тюрьму, которая полностью пленит мальчика.

Хотя враги знали, что Асфи пропала и теперь пытаются найти ее, она всего лишь авантюрист второго класса, который, по большей части, тайно наблюдает за ними. Придумать способ, по которому она сможет изменить положение дел, было почти невозможно.

Возможно, что не только в городе, но и во всем земно царстве, не было того, кто бы смог помешать им.

(Итак...  Случилось что-то неожиданное, потрясшее всю семью... Нет, саму Богиню Фрейю?)

И причиной этого вихря, мог быть только Белл Кранелл.

Ещё во время инцидента с семьей иштар, Гермес рассудил, что у Иштар, не было причин не очаровать Белла и не использовать его в качестве живого щита перед Фрейей, пока её семья вторглась и разрушила её квартал.

Тогда Асфи лишь смеялась над этой  теорией, думая, что для смертного, такой подвиг невозможен. Но наблюдая за происходящем со стороны, эта теория набирала силу.

Видимо, Белл так и не пал, под чары богини красоты. Поэтому, Семья Фрейи, не смогла стерпеть это.

Или сам Белл постепенно становится элементом, способным уничтожить клетку.

— Белл Кранелл... серьезно, что, черт возьми с тобой не так?...

Асфи не могла не произнести в слух, нахлынувшие мысли.

Этот мальчик был тем, из-за кого начался этот кошмар. Также было и во время Инцидент с ксеносами, каждый раз, события вокруг него вспыхивали с сотрясались весь мир.

Или же, все было наоборот, и именно такие люди обладают всеми качествами для того, чтобы быть героем.

Асфи, которая изо всех сил старалась избежать любых неприятностей, было трудно удержать гнев.

На самом деле, она осознавала, что Белл лишь простой человек, и винить его, что-то либо, глупо.

Разрываясь между отчаяньем и сочувствием к мальчику, она энергично сжала руку, чтобы не дать своим мыслям уйти во тьму.

(Итак! поскольку сюда присоединился "Колесница Богини" Я могу наблюдать за руководителями семьи фрейи отсюда, Король битв, почти наверняка находится рядом с богиней...! Теперь, когда Авантюристы первого класса заняты, у меня появился шанс. Без сомнений. Это то время, в которое надо действовать.)

Асфи могла начать скрытую игру, пока "монстры" из семьи фрейи были заняты другим.

(Но даже несмотря на это, я все ещё имеет дело с семьей Фрейи. Семьей, которая создает настоящих Эинхерий. Даже если мне удастся ускользнуть от членов семьи низкого ранга, то будучи окруженной членами 4 уровня, мне сразу же настанет конец. Но, я прорвусь, во чтобы не стало!)

Движимая чувствами граничащими с гневом, Асфи пришла в движение, перебирая список божеств, которые могли бы прийти ей на помощь.

◊◊◊

— Эх, я такая бесполезная богиня...

Гестия была очень подавлена.

Не в силах разглядеть даже свет заката, который был перекрыт серыми тучами. Гестия, шла по коридору своего дома, опираясь на колонны, чувствуя, как бессилие завладевает ею.

Гестия стала такой с тех пор, как её отослал Уран.

Она без причины пропускала свою работу, и после того дня не появлялась там.

Хозяйка лавки была так рассержена, что громко ломилась в дверь их дома, а сама Гефест, наверняка была на пределе терпения.

Довольно скоро, мог настать момент её вынужденного увольнения.

Дошло даже до того, что Лили, которая ничего об этом не знала, сказала ей:

— Вы приносите проблемы, пожалуйста, вернитесь к работе. На самом деле она не отлынивала от работы.

Но, Гестия просто не могла притворятся и занимать повседневными вещами, постоянно думая о мальчике, что остался один.

— Белл...

Факт того, что Белл страдает, разрывал её сердце на части.

Как вдруг, раздался треск.

— А? Что это за штука? Листок бумаги...?

(Откуда он упал ? Да еще и прямо на меня?)

Все это походило на ситуацию, когда кто-то невидимый, бросил послание прям ей перед носом.

Это чувство, заставило Гестию наклониться и поднять лист.

"— Кажется, я кое-что забыла в мастерской!?.."

Она развернула клочки бумаги и прочитала написанную на ней фразу.

Её веки широко распахнулись, когда она узнала красный почерк, которым было написано послание.

— Вельф! Вельф, ты здесь!?

Продолжая кричать, она побежала по особняку

Она очень хорошо знала, что Семья Фрейи сейчас наблюдает за ней из ниоткуда.

Поэтому, воспользовавшись советом из послания, Гестия решила притвориться, глупой богиней, которая что-то забыла.

В этот момент, с кухни послышался голос Микото.

— Вельф-сан сейчас в кладовой на первом этаже…

Поблагодарив её, она отправилась в кладовую.

Уже там, она увидела, как молодой кузнец заносил внутрь несколько ящиков.

— Вельф! Ты можешь одолжить мне ключ от твоей мастерской! Мне очень срочно, нужно туда попасть!

— А, Гестия-сама ...?

— Эй, что у тебя за выражение лица! Что, ты думаешь, может со мной случиться!?!

— Нет, я просто боюсь, что вы можете повредить кузнечные инструменты... И зачем вам туда?

— Я нигде не могу найти копию документа с долгом на 200 миллионов валлис. И тут я подумала, может быть она осталась в твоей мастерской, после того, как мы переехали в этот дом!

— Вы серьезно?...

Нервный тон Гестии был достаточно громким, чтобы его можно было услышать даже за пределами дома.

Поморщившись и со словами : "Не потеряйте его!"

Вельф, вручил ей ключ от мастерской.

— Кстати, что делаешь Вельф?

— Ну, изначально я складывал предметы в подвал мастерской, но в один момент там стало слишком тесно, поэтому я решил перенести лишнее.

Среди вещи, виднелись оружия завернутые в ткань, доспехи упакованные в коробки, а также пара магических мечей.

Такие вещи были слишком ценны, чтобы хранить их открытом месте.

Переведя взгляд на кузнеца, она заметила, что он с хмурым видом рассматривал обломок доспеха.

— Вельф ...?

— ...Гестия-сама. Вы помните для чего я создавал легкие доспехи?

В нынешней Семье Гестии никто не носил легкую броню.

Посмотрев на доспех, который был предназначен не для Лили, ни для Микото или Харухиме, Гестия испустила печальный вдох.

— Не могу вспомнить, кому я изготавливал его... Но я определенно делал это для кого то важного.

Проговорил Вельф, смотря на доспехи, владельца которых не помнил.

Наблюдая за этой картиной, на лице Гестии почти вступили слезы, но сдержав себя, она показала самую ярку улыбку.

— Ничего страшного, если не можешь вспомнить, просто почувствуй это. Почувствуй связь авантюриста с тобой и этой броней!

Сказав это, Гестия выбежала из кладовой.

Как бы Фрейя ни искажала их своим очарованием, связь между близкими к Беллу людьми все ещё существовала.

И чем сильнее эта связь, тем дальше можно было зайти.

В этом и таилась надежда.

Гестия еще раз укрепила свою решимость и прибавила шагу.

И через некоторое время, отперев дверь, она проскользнула в мастерскую на заднем дворе.

Внутри было темно, и единственное, что привлекало взгляд, это открытый подвал.

Заперев вход, она молча спустилась по лестнице. Как вдруг:

— Извините, что заставила вас идти сюда, богиня Гестия. Теперь мы в скрытом месте, в котором нас нельзя подслушать.

Словно просочившись из пустоты, появилась Асфи отключив свой магический предмет.

— Ах, А... Асфи!

— Ах!? Пожалуйста, успокойтесь. Даже если мы под землей, семья фрейи может услышать нас…!

Переполненная эмоциями Гестия крепко обняла Асфи.

Гестия сразу узнала подчерк, написанный красными чернилами. Он был точно таким же, как и в фальшивом дневнике Дедала, который ей вверил Гермес в ночь инцидента с Ксеносами. Позже Гестия узнала, что именно Асфи была автором той работы.

И ей не нужно было никаких дополнительных подтверждений, чтобы понять, что Асфи не попала под чары.

Гестия было стыдно за свою неосторожность, но она не могла удержать эмоций, от осознания того, что её товарищем стал очень надежный авантюрист.

— Здорово, что ты в норме! Я была такой беспомощной, я чувствовала себя так одиноко...!

— С мной все так же, Богиня Гестия. К счастью, я решила поверить, что чары не сработали на девственной богине.

Двое тех, кого отвергала клетка делили тяготы и радость того, что нашли союзника.

В отличии от своего вечно холодного вида, Асфи ярко улыбалась, словно ребенок, её наполняло облегчение.

Все ещё улыбаясь, Гестия задала вопрос :

— Кстати, как ты сюда попала, разве вход не должен быть закрыт?!

— Ну... Мне ведь не зря, дали титул персей «Персей»!

— Ладно, можешь не объяснять.

Асфи смущенно поправила очки. Гестия догадывалась, что она попросту взломала дверь.

Есть много простых вещей, о которых эти двое хотели поговорить, но вместо этого они посветили себя передаче важной для дела информации.

Ведь, Гестия прекрасно знала волю Фрейи, а Асфи знала о текущем состоянии ее семьи.

—  Движение в семье Фрейи изменилось...?

— Да. Хотя только «Крещение» стало более интенсивным. Кажется, они встревожены.

— Встревожены? Фрейя? И остальные? Из-за чего?

— ... Боюсь, что это из-за Белла Кранелла, который до сих пор не поддался под чары.

В отличии от Асфи, которая все ещё размышляя над ситуацией, Гестия широко распахнула веки.

Она достала клочок бумаги, который хранила все это время. Посмотрев на него как на луч надежды, она произнесла:

— Может быть, время пришло?..

◊◊◊

Меня опустошают. И я вот-вот сломаюсь.

Тело, дух и даже сердце было изрезано и сокрушено в жестоком «Крещении».

Опасность настигает меня и доводит до предела, даже над подземельем.

Несмотря на исцеление, пищу и сон, каждый день напоминает мне смертельный поход на глубоких этажах подземелья. От осознания этого факта, еда которую я съел на завтраке, вырывается наружу.

В битве с авантюристами первого класса, я осознал одну истину.

Любой неверный шаг, это смертельная опасность.

Не имея выхода из смертельной ситуации, приходится прокладывать кровавый путь..

Я понял, что если не улучшу свои боевые навыки, то умру.

Если не стану сильнее, то каждая пролитая капля крови, может привести меня к смерти.

И даже, когда я чувствовал, что становился ещё сильнее, меня подавляла ещё большая сила, но что-то заставляло меня идти против здравого смысла и снова вставать.

Я осознал, что смерть для Эинхерии приходит лишь в момент, когда его дух окончательно распадется.

Это то же самое, что принимать наркотик.

В один день, цена за столько быстрый рост, настигнет меня.

И кажется, этот день настал.

Неважно насколько сильна моя воля и целеустремленность, все сметается и рассыпается.

Все, что остается, это инстинкт выживания, который боится смерти.

Не знаю, цел ли её мой дух? Стою ли я на краю обрыва или я уже погрузился на дно?

Самое главное, что "цель", которую я хотел так достичь, вот-вот потеряет свой смысл.

Когда распуститься тот золотой цветок на недостижимой горе?

Может быть, я оказался на не той горе?

А существует ли этот цветок на самом деле?

Я слишком устал и каждый день блуждаю на грани того, чтобы просто забыть о самых ценных вещах.

Порой, мне так хочется убежать отсюда.

Но даже если я сбегу, мне некуда идти. Люди, которых я встречал не помнят меня.

Этот факт вызывает у меня наибольшую боль. И больше всего, я боюсь вновь услышать эти слова:

“— Всего за 6 месяцев приблизился к тому, чтобы стать авантюристом первого класса. Тот кто получит титул "Эинхерия" от богов."

Я вспомнил непонимающий взгляд и слова той, что была мне как сестра.

«Эинхерия».

Я слышал, что это термин, используемый богами, имеет и другое значение.

Это «Героический воин».

Судьба умереть на солнце и воскреснуть в лунном свете.

Последний луч надежды постепенно исчезал, и осталось только "она". Совсем скоро она заменит, все что у меня было.

— Эй, Белл, почему бы нам не поспать вместе, этой ночью.

— ... А?

И снова ночь в покоях богини.

Сегодня, она также прекрасна, как и всегда.

Ее длинные серебряные волосы были завязаны в хвост, а её нарядом была элегантная белая рубашка.

Я, в свою очередь, очень вымотан и слаб как старик.

Голова больше не может работать как надо, и только не желание совершить постыдные поступки останавливает меня.

— Обещаю, я не буду приставать к тебе… Просто, поспим в одной кровати...

В таком случае случае, пусть будет так.

Теперь она моя единственная поддержка и поскольку ничего не произойдет, я больше не могу сопротивляться перед этим искушением.

Нет сомнений в том, что она нежнее всего на свете.

Словно дитя, я кинув в знак согласия, и улегся на кровать с балдахином, накрываясь шелковым одеялом.

Сначала, я просто смотрел в полоток, но вскоре, её протянутая легка на мою щеку.

Теперь наши лица находились напротив друг друга.

— Я хочу спросить тебя, Белл. Чего ты хочешь?

— Чего я хочу ...?

— Да. Богатство и слава, сила и власть, звание героя, сам мир... или чье-то сердце. Все в порядке. Я обязательно получу это и отдам тебе.

" ... "

— Так, если ли то, чего ты желаешь?

...Без капли раздумий, я дал свой ответ:

— Мне... ничего не нужно.

Я так боялся, что она скажет мне: “Как ты посмел отвергнуть мою доброту.”

Но она лишь улыбнулась.

— Да. Я знала, что ты так скажешь.

— А?

— Поэтому, я так люблю тебя.

Было ли это правдой? Точно сказать не могу.

Но её глаза смотрели на меня с такой нежность, которую я не видел до этого, а её губы шептали:

— Ты мне нравишься Белл... Очень нравишься...

Затем она протянула руки и ухватилась за мою голову, притянув её к своей груди, обнимая меня.

Очень мягко, приятный аромат и очень тепло.

Почувствовать все это, мне хотелось навсегда остаться там.

...Разве этого мало?

Почему бы мне просто не принять реальность??

Поверить, что все воспоминания, тоска, встречи, которыми я дорожил были лишь моим сном.

Никто не будет винить меня, если я избавлюсь от этого кошмара?

Ведь она очень теплая. Она такая теплая. Рядом с ней я обрету покой. Ее пальцы скользили по моим волосам, будто успокаивая ребенка, что заставило меня чувствовать себя еще комфортней, а ее любящие губы  касались моей головы и залечили шрамы, выгравированные на моем теле и сердце.

Колыбель Богини растопила мое тело и окутала меня множеством ощущений.

Неужели, принимать эту люблю будет неправильно?

Я ведь сделал все, что мог?

……Но

…………Но.

.............Но...

Но если я забуду чувство, которое заставило меня отвергнуть Сир, то я больше не вспомню почему причинил ей боль.

Как бы не было больно, даже если эти воспоминания ложные, я точно знаю, что сделал ей больно.

Я заставил её плакать. И если я забуду обо всем и скажу, что это лишь сон, то сделаю непростительную глупость.

Ведь Белл Кранелл, это идиот, который не может лгать даже себе.

Даже если я потерял все, что имел, и каким бы не было сладким успокоение передо мной, я просто не могу принять его.

Я блуждал в множестве разбитых мыслей, путешествие еще не закончилось, но мои веки постепенно закрывались.

Перед тем, как полностью закрыть глаза, я кое что заметил. Той кто говорила, что любит меня была не Фрейя-сама.

Той ночью мне снился сон.

Во сне меня обнимала девушка с голубовато-серыми волосами.

◊◊◊

Сегодняшний день полностью отличался от предыдущего, ведь хмурое небе стало ясным

Этот яркий голубой цвет ослеплял и раздражал мои усталые глаза.

Это было следующее утро, после того, как я уснул в покоях Богини.

Проснувшись, и встав с уже пустой кровати, я вернулся в свою комнату. И приведя себя в порядок, я открыл дверь — чтобы увидеть стоящего там эльфа.

— Мастер..?

Белые коридоры замка были залиты светом восходящего солнца.

Я протянул руку, чтобы заслонить ослепительный солнечный свет, и лишь мельком замечаю пристально смотрящие красно-коралловые глаза эльфа.

— Ты хочешь пропустить «Крещение», чтобы пройтись?

— ...Да

Когда мои глаза почти привыкли к свету, я слабо кивнул и ответил на его вопрос.

Я все еще борюсь за драгоценную возможность выйти во внешний мир.

Моя первоначальная цель - найти кого-то, кто сможет меня узнать. Но теперь, я пытаюсь понять где находится Сир.

Мир из моей памяти и реальный мир противоречили друг другу, но в обоих она была единственной, кто полностью исчез.

Поэтому, я отказываюсь верить, что она лишь моя выдумка.

Но, я могу использовать эту возможность, чтобы избежать битвы на «Боевом поле» и как можно больше отдохнуть, а также просто прогуляться по городу.

— ...Нелепо, невыносимо. Нельзя чтобы тебя постоянно сопровождали.

— Этого больше не нужно, - Сказал мастер, смотря на меня, — Не позволяй другим членам семьи лишаться тренировок, из-за твоих желаний. Ты должен идти один.

— А, но ...

— Если ещё раз попадешь под проклятье, Фрейя-сама будет разочарована. В конце концов. это будет означать, что ты вовсе не достоин её любви.

Произнес мастер с пустым выражением лица. Он повернулся и уже вот-вот должен уйти....

Но придя в себя, я успел спросить его:

— Мастер... Хедин-сан.

— ...

— Я... Я сошел с ума?

За окном началась битва.

Крики воинов вознеслись в небо.

Я опустил взгляд теряя его спину из виду.

— Неважно, сошел ты с ума или нет.

Остановившись, он дал простой ответ:

— По настоящему непростительно, это стоять на одном месте, вместо того, чтобы двигаться вперед.

Произнеся это, он продолжил идти.

От шока я поднял голову в удивлении распахнув веки, но после несколько секунд, я развернулся и ушел.

◊◊◊

Мальчика все ещё терзали сомнения, но через какое-то время он ушел в противоположном направлении.

Хедин почувствовал, что за ним больше не наблюдают и продолжил идти вперед, ступая в определённое место.

— Ван. Сними охрану и наблюдение за Беллом Кранеллом.

— А...? Простите, но что это значит, лорд Хедин?

Он выдал указание группе из трех человек во главе с Ваном.

— Разведывательная группа, наблюдающая за подземельем прислала отчет. Отряд из семьи Локи возвращается с глубоких этажей.

— …! Семья Локи?

— Да. Среди них есть Риверия-сама, «Тысяча эльфов», и другие члены их группы, их боевая мощь отнюдь не незначительная. Для, чтобы сохранить «Клетку», я хочу, чтобы все прошло по плану.

Этих слов было достаточно, чтобы поменять настрой группы воинов.

Хедин спокойно объяснил ситуацию и дал новые инструкции.

— Хотя мы и можем доверить это Хелун, но неясно, как может отреагировать подземелье. Нужно избежать аномальных происшествий.

— Дождитесь момента, когда противник поднимется на поверхность, а затем полностью разгромите его под Вавилонской башней. Аллен и Альфригг уже отправились туда. Вы тоже должны прибыть туда.

— Да!

— Также, соберите членов семьи наблюдающих за ключевыми объектами и "хозяйкой плодородия". Нужно убедиться, что у нас будет достаточно людей, чтобы никто не смог сбежать. Я повторно распределю новый персонал для наблюдения.

Никто не подвергал сомнению приказ белого эльфа, который был стратегическим мозгом семьи.

Подтвердив полное понимание всех инструкций, Ван, задался вопросом:

— Но, что будет с Беллом? В самом деле, сейчас, возможно, нет смысла строго следить за ним, но...

Белл вот-вот сломается.

Все без исключения члены семьи не сомневаются в этом. Очевидно, он скоро подчинится воле Фрейи.

— В этом нет проблем.

Ответ Хедина был прост.

— Наблюдение за ним, я беру на себя.

◊◊◊

На небе не было ни единого облака и погода была холодной.

Несмотря на то, что на дворе поздняя осень, сегодня холоднее чем обычно.

Казалось, что наступила настоящая зима.

Возможно, что скоро к свету ламп с магическим камнем присоединятся и отблески от растопленных каминов.

Я перевожу взгляд с неба на картинку перед собой.

Находясь на западной улице на которой я нахожусь никто не был одет в легкую одежду. И даже Авантюристы проходящие возле меня были одеты в теплую форму.

Персонал гильдии, вокруг меня, переносит дрова вероятно для того, чтобы вскоре разнести их по каждой улице города.

— Эй, посмотри туда... Это «Кроличья лапка».

— Семья Фрейи...!

Как вдруг слово щебетание птиц, раздались удивленные возгласы жителей. К настоящему времени, я уже привык к этому.

Люди с любопытством и благоговением наблюдали за мной, что был облачен в униформу Семьи Фрейи.

Уличные жители и купцы, которые смотрели на меня издалека, не сомневались, что Белл Кранелл принадлежал к самому могущественному семейству в городе.

Смерившись с тем, что они не изменят своего мнения я направился вперед, терпя боль в груди.

Моя цель находилась в углу одного перекрестка. Это таверна «Хозяйка изобилия».

— Ах! Ну вот опять! Белый кролик из семьи Фрейи!

— Я же сказала, что у нас нет никого по имени Сир. У тебя слабая память?!

Как только я зашёл в таверну, встречающие посетителей Хлоя и Руноа-сан, сильно нахмурились.

По их реакции можно понять, насколько много  я бывал в этой таверне.

— Ня, я точно знаю, что ты задумал?! Создал девушку в своем воображении и притворился, что ищешь ее, но твоя настоящая цель, это сблизиться с девушкой, которая тебе нравится! Это не только сомнительно, но и очень зловеще! У тебя было бы больше шансов соблазнить меня используя эту шикарную задницу! Ладно-ня, можешь проходить в таверну!!

— Что ты творишь, глупая кошка?

Видя Хлою-сан и Руноа-сан, которые уже давно привыкли видеть меня, я не мог улыбнуться их живому общению.

Проблема в том, что судя выражениям их лиц с которыми они наблюдают за мной, становится до боли очевидно, что это взгляд на незнакомца.

Но теперь, у меня больше нет времени создавать с ними новую связь.

— Если не собираешься светить своей задницей, то уходи-ня, давай! Давай! Уходи, ня!

— Мне жаль... но вы прерываете нас отдел. Если вы не планируете что-то покупать, пожалуйста уходите! Наша коллега эльф ещё не вернулась, а у нас здесь много работы. Кроме того, Аня тоже не появляется...

Холодные слова этих двух, заставили меня застыть. Моя грудь болит, и в то же время я беспокоился о Рю.

Я очень обеспокоен её исчезновением, но меня радовал тот факт, что Руноа-сан и другие знают о ней.

Поэтому, я отдаю предпочтение поискам Сир.

Нужно доказать её существование, а также найти тех кто могут помнить её, последнее должно быть самое сложное...

Кажется, что Аня не здорова и сейчас приходит в себя..

— Что за болтовня, две идиотки, если есть свободное время, то потратьте его на дело!

— Аахх, уходим

По таверне разошелся сердитый крик.

Плечи Хлои и Руноа-сан затряслись и с испуганными лицами они забежали вглубь таверны.

В удивлении оглянувшись, я заметил Хозяйку бара, Мию-сан, стоящую за стойкой.

— …

— …?

Взгляд Мии-сан бродил по сторонам. Неужели она смотрела на меня... Нет, может быть она оглядывалась на того, кто мог бы наблюдать за ней снаружи? Наверняка это лишь моя фантазия из-за того, что я слишком чувствителен ко взглядам.

Не сказав ни слова, она  продолжала готовиться к вечернему открытию таверны.

Теперь других посетителей нет, в таверне только я и Мия.

Для нас двоих время проходило в тишине.

— Парень.

Когда я уже не мог выдерживать эту безмолвную атмосферу и хотел покинуть таверну меня окликнул смущенный голос Мии-сан.

Помниться, что я не разговаривал с ней с конца фестиваля богинь.

— А?

— Я не намеренна ничего говорить богине. В конце концов, в нашем "контракте" сказано не создавать таких проблем.

“...?”

О чем она говорит ...?

— Что касается тех идиотов, которые напали на моих глупых девчонок, я хотела бы пойти и преподать им урок...

— Вы... о чем вы говорите...?

— Я - член Семьи Фрейи.

“!!!”

Я был потрясен, когда внезапно услышал эту фразу.

— Может ты не знал, но сейчас я лишь наполовину являются её частью.

Мия продолжила говорить, а потрясенный я пристально смотрел на неё.

— Другими словами, этот протест будет моим сопротивлением, а то, что я собираюсь сказать будет моим «бунтом».

После этих слов, Хозяйка таверна, Дворфийка, подняла взгляд и посмотрела на меня.

— Нет ничего крутого, в том, чтобы быть авантюристом.

Я затаил дыхание.

— Важно то, чтобы ты мог стоять до конца.

Мои руки дрожали.

— Так-что верь в себя и продолжай стоять.

Не обращая внимание на шок в моих глазах, Мия закончила свои последние слова.

— Так-что продолжай бежать!

Шок вызвал смятение в моих глазах, как будто мир вокруг приобрел новый вид.

Я был ошеломлен и через некоторое, с трудом открыв рот, я желал спросить, о смысле этих слов, что я когда-то уже слышал.

Но, прежде чем я успел задать вопрос, она нахмурила брови и накричала на меня.

— ... Ми..я, это ведь...

— Ладно, иди! Мне нечего подавать для такого парня, как ты!

— А-ах !?

— Если, посетители увидят, что здесь сидит авантюрист с хмурым лицом, они не будут ничего заказывать! Иди, и приходи сюда как будешь выглядеть, как человек!

— Мне очень жаль...!

Я покинул "Хозяйку плодородия" под громкие крики хозяйки таверны.

Когда я замедлился и перешел на ходьбу, я все ещё чувствовал сердце которое продолжение неистово колотиться. Учащенное дыхание стало ровным, но сердцебиение было слишком быстрым.

Я не могу собраться с мыслями. Мозг по-прежнему опустошен. Это было... только что эти слова были...

“Нет ничего крутого в том, чтобы быть авантюристом. Важно то, чтобы ты стоял  до самого конца — тогда ты будешь победителем, не важно крут ты или нет.”

Давным-давно, ровно полгода назад... Мия-сан сказала мне эти слова.

Находясь в семье Фрейи, я никогда не встречал Её. В этом нет никаких сомнений. Тогда почему она сказала это?

Было ли это, простым совпадением?

Мия-сан знает, что я прохожу «Крещение»?

Может быть, из-за того что мы в одной семье она ходила ободрить меня? Или она имела в виду... что-то еще?

"Верить в себя и продолжать стоят..."

Что Мия-сан пытается сказать??

Что она хочет передать?

Вернуться в таверну, чтобы спросить, что она на самом деле имеет в виду?

Но, я не думаю, что Мия-сан скажет что-то ещё.

“Возвращайся, когда будешь похож на человека.”

Она меня проверяет?

... Но ... даже если в этом есть определенный смысл…

Тело разрушено.

Разум измотан.

Дух тоже сильно пострадал. Бессилие постепенно овладевает всем моим телом.

Воспоминания о том, что произошло до сегодняшнего момента пробудились.

Меня никто не помнит, не знает, отвергает. Я потерял дом, и мой товарищи исчезли. Я больше не хочу страдать.

Я хочу отдать все, что у меня есть, богине. Разве я могу, что-то ещё?......

"...Важно, то чтобы ты стоял до конца!"

Наполнив пальцы силой. Рука сжимается в кулак.

Колени, которые вот-вот согнутся, начинают выпрямляться.

Рыдающее, израненное тело, стиснув зубы, вытягивает руку, в то время как неугасающее пламя на моей спине вспыхивает.

“Я просто должен верить в себя и продолжать стоять !!!"

Правильно.

Это слова авантюриста Белла Кранелла.

Неважно насколько это унизительно. Даже если я совсем не крут. Для того, чтобы жить приходится бороться.

— Все, что я могу делать, это продолжать бежать.

И я побежал.

Люди вокруг меня опешили и удивленно наблюдали за мной, но я не обращал на них внимание.

Пока я продолжать бегать по городу, все мое тело было переполнено от сильных чувств, вызванных после слов Хозяйки таверны.

Эти чувства нельзя объяснить словами. Что-то внутри меня шептало, что я был похож на безумного кролика, сходящего с ума, но я не мог остановиться.

Всегда верить в себя - это ужасно, я знаю. У меня всегда была привычка полагаться на чужие слова. Я хотел принять сладкие слова Богини и полностью отдаться ей. Но несмотря на это, я решил не убегать.

Перестать бояться, что меня снова ранят.

В конце концов, есть ещё кое-кто, кого я не встречал.

— Ха-а, ха-аа, ха!!!

Я продолжил бежать.

Поднимая руки, передвигая ногами, бесцельно бродя, но все еще продолжая верить.

Если забрался не на ту гору, просто перейди на следующую.

Мое сознание рисует образ золотого цветка, укравшего мой взгляд и мое сердце.

Я отправился на поиски золотого цветка, который находится на слишком высокой горе.

◊◊◊

— Айз-сан!!!

Я выкрикнул имя той, кем восхищался.

Это северная часть города, где виднелось длинное здание. Это место было территорией их семьи, которую я почти не посещал.

Я затаил дыхание, смотря как девушка с красивыми светлыми волосами поворачивается ко мне.

— А?... Мы знакомы? ...

— Это Семья фрейи. Почему ты не можешь запомнить?

— Ах, верно! Локи и другие говорили, что с ними нужно быть настороже.

Рядом с Айз-сан, стояли Тиона и Тионе.

Наша встреча произошла на обычной улице. Вокруг проходило много людей.

Тиона и Тионе с удивлением наблюдали за мной, а та, которую я назвал по имени, показала непонимающее выражение на лице.

— Эй, но почему кто-то из Семьи Фрейи зовёт Айз по имени?

— Почему ты ищешь нас? Пытаешься затеять драку или что?

“...!”

Ах, да. Семья Локи и Фрейи были соперниками.

Как я уже убедился, неважно, Тиона или Тионе, каждая из них смотрела на меня как на Белла Кранелла из Семьи Фрейи.

От отчаяния, сердце дрожало в груди. Единственные остатки разума вопили, что это конец.

Это была развилка.

Прямо сейчас когда Тионе враждебно смотрела на меня.

Прямо сейчас, когда Тиона больше не называла меня «Аргонавт».

Если та которой я восхищаюсь отвергнет меня, то священный огонь поселившийся в моем теле погаснет навсегда.

Мое сердце полностью обнажено и только прикоснувшись к любви богини, я уже не смогу отказаться от нее.

По спине струился холодный пот. Сердце словно выпрыгивает в груди. Язык не может двигаться как надо.

Как только её золотые глаза встретились с моими, я замер.

— Айз-сан… Вы знаете меня?

— …

— Вы помните, то что происходило раньше!?

— …

Я уже забыл сколько раз я задавал этот вопрос.

Семья Гестии, Официантки из "хозяйки плодородия". Дети с улице Дедала. Боги и Богини, все они слышали этот вопрос, но отвергали меня.

Отчаянье постепенно завладевало мной: горло, руки и ноги застыли и уже не могли двигаться.

Я стряхнул с себя отчаянные мысли и треснутое сердце, а затем...

Стоя с ней лицом к лицу, я открыл ей свои бушующие чувства

— О чем ты говоришь? Это невозможно. Уйди с дороги, мы не должны обращать внимание на тебя.

— Пойдем, Айз…

— А…

Сестры теперь и правда отвергли меня, заслонив в моего идола.

Подталкивая Айз-сан, Тиона и Тионе-, собирались пройти мимо меня. Тело не могло двигаться. Я не мог даже протянуть руку.

Все, что я мог сделать, это издать тихий звук.

Ноги задрожали, мое сердцебиение было настолько сильным, что даже причиняло мне боль, я опустил голову.

Прямо сейчас - когда я впал в уныние, священный огонь на моей спине собирался погаснуть, но...

Когда она почти прошла мимо, её руках ухватилась за меня.

— ……...

Я поднял голову.

На меня смотрели широко раскрытые глаза Айз, а её пальцы сжимали мою руку.

— А-Айз!?

— Ты, что ты делаешь?!

Тиона и Тионе, но время между Айз и мной словно застыло.

Все вокруг стало прозрачными, в ее глазах отражаясь лишь моя подавленная фигура, неспособная произнести и слова.

Её нежные губы дрожали.

— Тренировки.

Она обратилась ко мне.

— Хочешь потренироваться?

— А?

По мимо меня, удивились и Сестры-амазонки.

Трое пар глаз распахнулись, от столь сильного удивления никто не мог произнести и слова.

Айз-сан не обратила внимания на нашу реакцию, вместо этого, она сделала серьезное лицо и отчаянно выражала свои мысли.

— Много раз вырублю тебя...

— А…???

— Потом дам полежать на коленях.

— Постой...

— Когда очнешься, я снова тебя вырублю...

— А, Аи-з?

Я, Тиона- и Тионе- были ошеломлены и потеряли дар речи, в этот момент Айз-сан, казалось, закрыла глаза от боли, а затем наклонилась вперед.

— Я постоянно чувствую, что должна быть на городской стене и сражаться с тобой...

— !!!

— Я постоянно чувствую, что должна тренировать тебя, и в то же время сама научиться чему то у тебя.

Как будто отчаянно сжимая сердце и собирая мысли. Пытаясь собрать воедино исчезнувшие из памяти моменты.

Мой идол ответил на мой зов.

— Похоже, я с кем-то договорилась... Тот, кто сказал мне... Я хочу стать сильнее.

Я произнес эти слова после того, как встретил ксеносов и проиграл яростному врагу.

Слова, сказанные под утренним небом были клятвой.

Это была моя решимость и обещание которое Белл Кранелл дал перед Айз Валленштайн.

Без сомнений, именно тогда я снова начал двигаться вперед.

— А-а-а-а-х

Мои колени обмякли, и я упал на землю

Но это было не от отчаянья. Скорее, я был неспособен сдержать счастье, которое наконец вырвалось из моего сердца.

— ...!

Мои колени опирались на землю, дрожа всем телом, я обхватил её нежно обхватил её руку держа близко ко лбу.

Я мог чувствовать её удивленные вздохи, и даже когда любопытные голоса становились все громче, мне было все равно.

Мои глаза были скрыты волосами, а слезы стекали на колени.

Это не было сценой где принцесса и рыцарь обмениваются клятвами.

Эта сцена была о том, как плачущий ребенок снова влюбляется в своего кумира.

На этом было все.

— ...

— Все в порядке?

Сколько раз это происходило ?

Подавив слезы и трепещущее сердце, я вытер слезы рукой и медленно встал.

Айз-сан была смущена.

Возможно, она даже не знала, почему она говорила это. Однако, этого достаточно.

Мне было все равно, что сейчас испытывают Тиона и Тионе. Вместо этого, я посмотрел в золотые глаза и обнажил свои чувства:

— Я рад, что восхищаюсь тобой.

На заплаканном лице появилась искренняя улыбка.

— Встреча с тобой точно не была ошибкой.

Глаза Айз-сан широко распахнулись. Она положила свои тонкие руки на грудь. Наконец, я снова улыбнулся, а затем поддался этой пламенной воле.

— Я собираюсь уйти.

Проронив эти слова, я побежал.

Я прошёл мимо Айз-сан и остальных, начиная двигаться все быстрее.

Тело постепенно разгонялось. Проносясь мимо многих людей, быстрее и быстрее, оставляя позади множество пейзажей.

Словно момент первого крика при рождении. Момент, когда я полностью обнажил свои чувства.

Священное пламя снова горит у меня на спине, и чтобы подтвердить произошедшее чудо, я двигался в определенном направлении.

Не останавливаясь, я побежал к боевому полю, где меня ждал храбрый воин.

В этот момент мне показалось что, эльф, все это время наблюдавший за мной, развернулся и ушел своим путем.

◊◊◊

Меч с длинной рукоятью резко опустился вниз. Произошел глухой удар.

Вложив все силы в кинжал, я отразил меч длинной рукоятью пытающийся пронзить меня.

С ещё горящими эмоциями бушующими во мне, продолжалась яростная схватка.

*Ву-ху*

От ещё одного столкновения яростные искры разлетелись в стороны, а в глазах мастера, встретившего мой клинок, читалось удивление.

Это боевое поле, сияющие в лучах заходящего солнца.

Я снова вернулся на боевое поле и снова погрузился в водоворот битвы.

Я много раз падал на землю. Мое тело покрылось шрамами от последовательных атак, и я падал на землю, беспокоя целителей бесчисленное количество раз.

Но моя воля нисколько не поддалась

Вместо того, чтобы полагаться на инстинкт выживания и страх смерти, я использовал клятву и решимость, разжигая в себе боевой дух.

— Ахааааааааа!

Кинжал в моей правой руке наносит прямо удар слева, а Кинжал в левой руке наносит рассекающий удар по горизонтали.

Меч с длинной рукоятью, пронесшийся на высокой скорости, словно вихрь отразил все это, но я двинулся вперед.

Вокруг раздавался звон мечей и алебард.

Кажется, что на свете осталась лишь мелодия сталкивающихся клинков.

Не успел я оглянуться, как ритм атак, оборон и контракт стих, и на боевом после остались лишь мы двоем.

Члены семьи, стоявшие вокруг были неподвижны, сложив оружие, они наблюдали за битвой.

Целительница Хейт-сан также забыла о своей работе и широко раскрыла веки

Хогни-сан, который совсем недавно противостоял мне наблюдал за нашим сражением.

Я сосредоточил свое сознание на противнике, стоящим передо мной, игнорируя все взгляды, что пронзали меня.

*ВЖУХ*

С резким звуком, длинное лезвие направилось на меня.

Я выдержал удар, ударив кинжалом по боковой части клинка.

На немного отклоненный клинок едва задевает кожу, и я контратакую, совершая стремительный выпад пользуясь всеми приемуществами своей скорости и натиск атак.

Доставая из недр памяти все приемы, которые изучал и повторял во время тренировок на городской стене.

Серебряный свет, серебряный свет, а затем еще раз серебряный свет. Каждая атака рисовала дугу из серебряного света.

Кинжалы, зажатые в руках взмахивали один за одним, сменяя друг друга. Блокируя каждый удар, мастер испытывал удивление

Имея в качестве противника авантюриста первого класса, я собрал все, что приобрел в тех тренировках на городской стене, напирая серией хоть и опрометчивых, но непрерывных атак.

Вспомнил!

Я все еще помню! Я все еще помню!

Парировать и отклонять удары с помощью ударов по угловым и боковым частям орудия! — Это техника «Принцессы меча».

Это стиль, который я скопировал у неё, чтобы хоть немного догнать её.

Авантюристка первого класса, Фрина, говорила что мои движение напоминают ей об этом человек.

И я понимаю, что мое тело не забыло того, чему научил меня мой кумир.

“Я Белл Кранелл из Семьи Гестии!”

Как бы ни отвергал меня мир, как бы ни отрицали меня все боги и люди, только мастерство и навыки, выгравированные моем тело и разуме утвердят меня.

Они расскажет мне о том, что встречи с «Принцессой Меча», тренировки на городской стене было тем, что произошло на самом деле и что учения того времени, навсегда укрепились в сердце Белла Кранелла.

И дело не только в её учениях.

О привычке поднимать правую руку в бою, о которой я говорил с Ваном и другими, разве тем кто указала на это и надеялась, что я исправлю это, не была Рю, которая разделяла со мной тяготы глубоких этажей?

Почему я сразу этого не заметил?

Почему я ошибочно считал, что их учения, были моей собственной силой?

Какая глупость.

Я был слаб и был никем, но я всегда полагался на помощь многих людей, чтобы дойти к сегодняшнему дню!

“!!!”

“Я - Белл Кранелл из Семьи Гестии!”

Ответ только один.

Этот ответ засел в моем сердце, и я смог утвердить его, вспомнив весь пройденный путь и крепко укрепить свое “я”.

Бесчисленные битвы, пережитые до сих пор, нанесены на карту моего тела. Не бойся. Не робей.

Никогда не закрывай глаза, не затыкай уши и не отводи взгляд!

Я хочу использовать эту битву, чтобы доказать «Их» учения и вернуть себе своё «Я»!!!

— Воюй вечно, несокрушимый громовой солдат!

Яростный взмах меча с длинной рукоятью откинул меня, и в следующее мгновение расстояние было перекрыто.

С уст мастера слетело очень короткое заклинание.

Средняя дистанция. От близкого расстояния которое могло бы максимизировать эффект магии, отказались, в угоду точного попадания.

Широкомасштабная магия, была выпущена.

— Карус Хильдр.

Моим ответом был магический выстрел.

— Огненный разряд!

Среди сфер, созданных белым светом грома, появилось восемь алых огней, которые столкнулись с белым громом.

Я не мог стереть все эти громовые сферы, которые надвигаются на меня, словно армия воинов. Но мне хватит уничтожить лишь некоторые.

Огненные заряды, появляющиеся один за другим, сталкивались  с громовыми снарядами, нейтрализуя друг друга.

Лишь на миг. Нацелившись на путь впереди, который являлся лишь малой щелью, я приготовился и скрутил свое тело, пытаясь вытерпеть боль, опаляя бедра и ноги, но прорываясь сквозь залп из грома.

“!!!”

Красно-коралловые глаз расширились. Не давая ему времени на следующий заряд, я взмахиваю кинжалом.

Но....

Белый эльф легко отражает удар, на которой ушла вся моя сила.

"!?"

Со скрученным взмахом длинного клинка, кинжал был выбит из рук, а по воздуху разнесся громкий лязг.

Безуспешно. Несмотря на то, что я потратил огромное количество ментальной энергии и застал его врасплох, мне не удалось нанести удар первоклассному авантюристу

От импульса его удара, тело вздрагивает и открывается брешь.

Заметив её, мастер направляет свой клинок на меня.

“————”

Сознание почти исчерпано. Все тело горело.

Но, все что мне было нужно лишь момент.

Даже время застыло на месте, и душа взревела, пробуждая воспоминания, высеченные в теле.

“Чаще всего противник перестает концентрироваться при виде чужой слабости.”

Ее слова вместе с голосом ожили в моей голове и я пришел в действие.

“После того, как тебя загонят в угол..."

Вращение.

Удивленный Мастер исчез из виду, а я продолжал следить за инерцией своего тела, кружащегося, как волчок.

Меч с длинной рукоятью прошел через спину, едва задев кожу.

Но, я не обращал на это внимание. Я имитировал "её" движения у себя в голове и поменявшись позициями, я прошел прямо за спину мастера

“… — У тогда у тебя будет шанс!!”

Вспоминая её учения, я взмахнул кинжалом в правой руке, который на протяжении всего боя не выпускал из рук.

"———————!?"

Вложил силу в кричащие от боли колени, я нанес стремительный круговой удар.

Это была атака, которая произошла за пределами его поле зрения, но Мастер все равно избежал её.

Вздохнув с содроганием, он использовал свои невероятные рефлексы и скрутив тело, он отпрыгивает за пределы рубящего удара.

Несомненно, это был удар,  в который была вложена каждая частичка меня, но он просто прорезал воздух.

*Тук-тук*

Со звуком приближающихся шагов, мастер сокращал расстояние между нами. Кинжал, улетевший в закат, только сейчас приземлился и вонзился прямо между нами.

Мое дыхание было прерывистым. Тело также было покрыто порезами и синяками.

Тем временем, Мастер был спокоен, а на его лице было холодная и невозмутимая гримаса.

Этой картины было достаточно, чтобы довести меня до отчаянья, пока мастер все ближе приближался ко мне.

Пока белый эльф стоящий спиной к закату не дотронулся до щеки.

— …. Мой враг... Хедин. Ранен... - Сорвалось с губ Хогни-сана, который наблюдал за битвой.

Увидев это, другие члены семьи также начали говорить об этом.

Хейт-сан смотрела то на меня, то на мастера, туда и обратно, словно видя, что-то невероятное.

На красивом лице эльфа был порез.

Из которого по белым щекам текла красная полоса.

Вот и все. Это была небольшая рана. Но я достал его...

Я показал все, что умел Белл Кранелл после всего того, что он прошел.

После доказательства, что это именно то, чему меня обучали, я потряс плечами и тяжело вздохнул, сжимая руки.

“...”

Мастер, который смотрел на свои окровавленные пальцы, медленно поднял голову и посмотрел на меня.

Я поймал его взгляд и передал ему:

— Мастер... я...

Не боясь того, что подумают члены семьи вокруг, и не опасаясь того, что Мастер может предпринять, я просто выкрикнул прокричал эту неудержимую мысль:

— Я, Белл Кранелл!!!

Голос разнесся во все стороны, в эпицентре разносящегося крика стоял белый эльф.

Поле этого все затихло. Больше никто не говорил. Все, что я видел и звуки, которые я слышал, все было забыто. Они словно растворились в промежутке между реальностью и фантазией.

Внезапно вспыхнуло заходящее солнце.

Яркий вечерний свет заставляет лишь на мгновение прикрыть глаза.

В этой глубине янтарного света. Мне казалось, что я видел... Мастера, все еще стоящего спиной к заходящему солнцу, с легкой улыбкой на лице.

— Что за чушь ты несешь? Это всего лишь царапина. И какой смысл гордиться этим?

— Агх!?

— Если хочешь похвастаться своей победой то, по крайней мере, сначала испачкай мою одежду.

Протерев глаза, первым что я увидел был мастер, неожиданно оказавшийся возле меня.

А затем, сильный пинок пришелся по моему животу.

Я, потративший все своим силы, не мог защититься и был вынужден только истошно завопить пока мое тело падало на землю.

Кажется, это был обычный мастер...!

— Я бы хотел преподать тебе хороший урок, чтобы ты больше никогда не смог дерзить... но как бы мне не хотелось этого, солнце уже зашло.

После этих слов он развернулся и ушел. Мастер действительно вернулся.

В этот момент, словно сковывающая их магия исчезла, другие члены семьи помотали головой и начали двигаться.

Несколько раз оглядываясь на меня, они направились к дому на вершине холма.

Также сделала и молчащая Хейт, а также Хогни-сан, который молча убирал свой меч в ножны.

Ярко-красный, сумеречный свет освещал воинов, их тени становились все длиннее и длиннее, растягиваясь над зеленым садом.

Когда я впервые увидел это картину, я почувствовал беспомощность и грусть, но теперь все по-другому.

Упершись руками в землю, я заметил, что в пространстве между пальцами меленькие белые цветы дрожали на ветру.

◊◊◊

Свет заходящего солнца пробивался через окно. Закат освещал боковую часть лица молчаливого бога.

— Гермес-сама, вам пора работать... Как вы думаете, сколько у вас накопилось бумаг с которыми вы еще не разобрались?

— ... Ах, прости, прости.

Рассеяно ответил Гермес, заметив, как к нему обращается член его семьи, тигро-люд Фальгар

Стены комнаты в которой они находились были увешаны многочисленными морскими и наземными картами, что делала её похожей на дом путешественника. Эта комната являлась комнатой самого Гермеса на базе его Семьи.

Стол за которым сидел Гермес, был завален песочными часами, шахматными фигурами и другими предметами, а бумаги, которые принес Фальгар, были наложены сверху кривой кипой.

— В последнее время вы очень ленивы, дела действительно идут настолько плохо?... Мы можем, что нибудь сделать?

— Гермес-сама ~ пожалуйста, соберитесь.

За спиной измученного и усталого Фальгара, циантроп Лулуне, открывавшая дверь пинком, ворчала и заносила новые бумаги для работы.

В дополнению к исследованию подземелья, семья Гермеса продолжала заниматься транспортом, разведкой, сотрудничеством с торговыми палатами и помощью путешественникам, охватывая широкий круг вопросов.

Поэтому, каждый день с различных сторон к ним поступали документы, связанные с контрактами или заказами, если бы сотрудники гильдии смогли увидеть это, они бы явно ужаснулись от столь огромного количества работы.

— В конце концов, Асфи сейчас нет.

— Точнее говоря, ее местонахождение неизвестно... Её фална никак не изменилась, а значит, что с ней все в порядке, но куда она подевалась?

Обычно Гермес был очень ленив, но в это раз работа застопорилась более существенно, чем когда либо.

Причина в том, что здесь не было хорошего руководителя, который обычно командует и систематизирует документы.

Как бы они ни помогали другие члены семьи, гора бумаг становилась все выше и выше. Тяжело вздохнув, Лулуне и Фальгар, как никогда осознали важность Асфи.

— Кроме того, в этом году мы получили задание раздать дрова... Не понимаю, почему бы, как обычно не отдать это задание Семье Ганеши?

Найдя подходящий стул и присев на него, Лулуне продолжала ворчать.

Почти не слушав её, Гермес скрестил руки враздумии.

“Значит, я в петле?”

На его спине выступил холодный пот и с необычно серьезным выражением на лице, он задал себе этот абсурдный вопрос.

“Интересно, когда это началось? Когда я начал понимать, что повседневная жизнь становится ненормальной?”

В один момент, Гермес заметил это.

Даже будучи искаженным удивительной силой очарования, он понял, что повседневная жизнь, которую они проживали, была необычной, в разных местах в ней присутствовали фатальные отклонения.

Люди, жившие в Орарио, авантюристы, боги, никто из них не заметил, лишь он приблизился к истине.

“И для этого есть основания. Под тенью повседневной жизнь, есть одно тонкое различие, а именно, противоречие между тем, что я делал на протяжении 6 месяцев и тем как я действовал до этого.”

Ни богиня лжи Локи, Ни богиня кузнец Гефест, никто из них не заметил изменений. Потому-что, лишь Гермес был тем, кто часто выходил за предела города и по этой причине ему удалось разглядеть странности в своем поведении.

“Не вериться, что я, Бог Посланник Гермес мог сидеть на одном месте целых полгода. И все таки, я оставался в Орарио на протяжении 6-ти месяцев, нет на протяжении 4.

“Значит, для этого должна быть причина... Но, что это может быть?“

" К сожалению именно эта часть и непонятна. Проблема не в том, что я не могу вспомнить, я совсем не понимаю, чем это может быть..”

Задумавшись над этим, Гермес испустил вздох.

Опираясь на объективные и внешние факторы, Гермес наконец заметил это противоестественное явление.

Складывалось так, будто на его сознание было наложено, какое-то ограничение не дующее ему вспомнить или размыслить над этим.

“Самым решающим доказательством является это письмо, адресованное мне…”

Открыв правый ящик стола, он вытащил письмо.

Затем, он с трепетом уставился на письмо, на котором не было ни имени, ни адреса отправителя.

“— Отчета по новым новостям ещё нет?”

Первое, что почувствовал Гермес, получив это письмо-напоминание, с написанным на нём текстом был шок, не успевший перрерости в гнев.

— Кажется, что я давненько не поддерживал связь с Зевсом?

Их общение было регулярным.

Он часто поддерживал связь с этим великим богом, которого больше не было в городе. Бывали случаи, когда Гермес сам приходил к нему, для того, чтобы передать новости.

Это не только работа Гермеса, как бога посланника, но и поддержание отношений с этим великим богом.

Все это было тайной между ними двумя.

И это дело было отложено Гермесом как минимум на три месяца. Было трудно подумать, что Гермес мог об этом забыть.

Сам и он не мог этого объяснить, только предполагать, и рассматривать это как ситуацию в которой у него просто не было времени для общения.

И причиной могло стать то, что полгода назад начались «три месяца неожиданных событий».

Если вдумчивый бог-посланник прерывает контакт, то только это может быть причиной.

“Проблема в том, что не только моя память, но даже три месяца за которые произошли эти события, не были записаны в городских новостях. Если поддельные записи могут быть объяснены обычном вмешательством, то что насчет моей памяти? Единственное, что я могу предположить, так это то, что мной манипулировали извне.”

Те самые три месяца неожиданных событий это инцидент, произошедший с ксеносами, а также исследование Кносса и связанные с этим обширные последствия.

Он не мог вспомнить траекторию событий, связанную с определенным мальчиком.

Стык между намеренным и не намеренным породил отклонение, которое заставило бога осознать противоречие.

“И я боюсь... Это цикл размышлений повторяется!!!”

На столе Гермеса была дюжина пергаментных бумаг для заметок, которые скрепляла маленькая игла.

Десятки листов были оборваны, а большой кусок одного из листов пропало. На столе оставалось  число семьдесят семь.

На столе возле факела можно было заметить остаток от таких же обугленных фрагментов пергамента, это являлось доказательством, что от них избавлялись.

Гермес определенно не знал, кто мог это сделать. На вопрос Гермеса, Фальгар и остальные настаивали, что никогда не касались его вещей и что никто из них не лгал.

Виновником, повредившим пергамент, мог быть только сам Гермес.

Он намеренно делал это...

Единственный смыслом, этого причудливого поступка могло быть то, что он мог оставить послание для самого себя, но при каких-то условиях, ему пришлось избавиться от них.

“Для удобства он будет зваться “прошлый я” - Итак, “прошлый я” также почувствовал, отклонения в мире, а затем  он  попытался записать, это в памятке или оставить какую-то зацепку… В результате этого он нарушил определенные правила, а затем уничтожил все улики и забыл обо всем, что происходило до этого!

Это странное предположение, было божественной интуицией.

Есть определенные «условия». В момент их нарушения, Гермес забывает обо всем, а затем лично стирает следы своих догадок, очищая свое мышление до момента нарушения правил... Все это было похоже на свод определенных правил.

И цикл очищения памяти и последующего возникновения, чувств отклонения, происходил по меньшей мере, семьдесят семь раз.

“Удивительно, что даже мы, боги, не можем распознать или даже заметить это...!”

Тот факт, что боги были превращены в марионеток, заставил Гермеса скривить губы, а затем он взглянул в сторону Фальгара и Лулуне.

— Эй, Фальгар. Три дня назад, я просил кого-то из вас отправить мне сообщение?

— …Вы снова об этом, Гермес-сама? Сколько раз вы это повторяли? Это происходит уже несколько дней поряд.

— Ладно-ладно, просто отнесись к этому, как к развлечению богов... Тогда что же «Я» тебе сказал?

— Это петля. Очищение памяти. Следующая - Лулуне. Разве, это не набор каких-то странных слов?

Услышав, как Фалгар со вздохом закончил, Гермес прикусил губу и снова погрузился в размышления.

Вероятно, «прошлый Гермес» почувствовал, что он в какой-то момент уничтожает улики, и поняв, что нельзя полагаться на записи, он изменил свой «метод». То есть стал распространять сообщения среди членов семьи."

“Фалгар и другие, вероятно, изменены точно так же, как и я... но они все еще помнят мою «игру слов» и не ставят под сомнения свою повседневную жизнь, тем самым не нарушая правила…”

Сначала это был Фальгар. Потом Лулуне, а затем - Мейлилу... «Прошлый Гермес» опасался, что воспоминания членов семьи будут стёрты.

Поэтому, он вверил каждому лишь часть слов, чтобы никто не смог сложить из них полную картинку. После этого, он шуточно заверил их, что это лишь «игра для богов».

Если соединить всю полученную информацию и объединить в одно получаться - “«Цикл», «Очищение памяти»,  «Не только я», «Мир изменён». «Сильный контроль», «Никто не помнит». «Кого то конкретного» или «Ложные воспоминания»…”

Гермес почувствовал, как по его спине пробежался холодок.

Сколько прошлых Гермесов должно было пасть, чтобы вверить эту информацию ему?

Размышляя над этим, Гермесу хотелось поаплодировать самому себе, постепенно разоблачавшему искаженные правила мира.

От этих огромных усилий и самоотверженности на его лице появилась слабая улыбка.

“Поскольку я все ещё размышляю над этим, это означает, что эти «правила» не ограничивают мысли, а также слова и действия. Но, как показывает информация, собранная прошлым Гермесом, существуют абсолютные правила. Если нарушить их, я сразу потеряю память и цикл запуститься вновь ...!”

Гермес - бог, каким бы странным он ни был.

Несмотря на то, что на него подействовало сильное очарование, он все еще мог приблизиться к истине, именно потому-что он - высшее существо, которое не только субъективно, но и объективно, порой он может не доверять даже самому себе.

“Возможно, что чувствовать нарушения в мире, это безопасно. Но, как только я начинаю понимать больше, то память сразу стирается. Когда осознание этих отклонений в мире может стать проблемой способной разрушить этот мир, независимо от того, кто это... Любой в Орарио будет превращен в марионетку. И вдобавок, попытки выяснить виновника всего этого, также будут считать "абсолютным правилом" и заставят забыть обо всем.

Боги всеведущи.

Даже если Гермес мог судить ситуацию по происходящему, он не должен был заходить дальше и строить предсказания.

Они не должны позволить «догадкам» превратиться в «факты».

Для жителей нижнего царства, практически невозможно подавлять свои чувства,

Но Гермес обладал определенным качеством, которое можно назвать "божественным самообладанием" Благодаря этому, он мог контролировать своим мысли и не давать им достигать определенной точки.

Приготовившись к тому, что он скоро станет марионеткой под чьим- то контролем, он отдал члену своей Семьи «Сиону» слегка обновленную информацию.

Сион, проявил явное недоумения, но решил, что его Бог-покровитель затеял новую игру.

“И кстати, об этой уловке, которая может исказить даже богов, без использования божественных сил. Наверное,  это было либо невероятное божественное вино, либо божественная Красота”

“Черт, кажется это была она....”

И так, Гермес использовал 233 попытку, пытаясь разобраться в происходящем.

Новый цикл.

С тех пор прошел еще один день, и мысли Гермеса начали путаться.

После того же процесса и тех же шагов  благодаря подсказкам «Прошлого Гермеса», Это было гораздо быстрее чем в начале.

Он снова заметил «отклонения в мире», а Фальгар и те кто вновь играли с ним в игру по передаче слов окончательно потеряли дар речи.

У них не было слов, чтобы выразить насколько это было унизительно.

Гермес больше не мог этого терпеть, и покинул свою базу не взяв с собой никакой охраны.

— Да ладно, я ведь Гермес в конце концов?.. Возмутитель спокойствия и просто крутой парень, который быстро добивается своей цели. Который опрометчиво появлялся в критический момент... Почему я должен постоянно нервничать как… Такемиказучи и Асфи...

Думая о члене своей семьи, Гермес сжал руку в кулак.

Хотя у него было искушение выместить все на Такемиказучи, он сдался. Если бы Бог Боевых искусств стал серьезным, то досталось бы самому Гермесу.

Сегодняшний вечер был точно такой как и вчера. Улица, освещенная заходящим солнцем, была мирной и наполненной жителями и авантюристами возвращающимися из подземелья.

“... Давай назовем этот мир  «клетка». Исходя из размышлений, можно сделать вывод, что тот, кто создал эту клетку хочет, чтобы мир оставался в вольном состоянии”

Насчет того, есть ли в этом мире ограничение по времени или свободе, он не знал.

Однако, тот кто создал этот мир, не намеревается превращать всех существ в марионеток и оскорблять нижнее царство. Доказательство этого в том, что Гермес и другие по-прежнему обладают чувством свободы.

Орарио все еще существует здесь как «Город-лабиринт»...

"Вероятней всего, этот метод использовался, по причине того, что создателю этого мира не удалось исказить, что-то определенное, поэтому он исказил мир вокруг "этого"

Тюрьма и Рай для кого-то определенного, такова была цель этой клетки.

И как только он подумал о том, чтобы вырваться из этой «клетки», эти мысли удаляются и он забывает обо всем..

"Это действительно ужасная ситуация, я полностью лишен обходов"

Даже если он сможет разгадать, как устроена «клетка», пока он не поймет основные правила или суть этого мира, он не сможет разработать стратегию, чтобы вырваться из неё.

Так заключил Гермес.

Это была игра мыслей, которую невозможно избежать. Гермес уже давно столкнулся с поражением в этой партии, С того момента как он попал в эту "клетку" он стал жертвой не способной нарушить её целостность.

Это была бессмысленная борьба.

“Мне нужна стратегия. Не надо думать о ненужных вещах, необходимо только лишь следовать инструкциям.”

Теперь единственное, что может сделать Гермес, это оказать помощь тем, кто ещё борется. С теми кому ещё не поставили шах и мат в этой игре.

Гермес не может, что-то спланировать или что-либо предпринять.

В тот момент, когда он возьмёт на себя инициативу что-то спланировать, то высока вероятность того, что он нарушит установленные правила.

По этой причине, ему нужен тот, кто смог избежать влияния этой клетки.

Он может лишь сомневаться в изменившемся внешнем мире и придерживаться чьих то инструкций в рамках очень естественной повседневной жизни.

Само мышление об этом, было уже на очень опасной границе. От осознания всей ситуации Гермес снял шляпу.

— Пожалуйста изначальный… Гермес, ты ведь уже подготовил "туз в рукаве", верно...?

Взглянув на шляпу, он заметил спрятанный кусочек пергамента.

Это был кусок бумаги, часть которого не была разорвана полностью.

Оно было похоже на послание от зевса, ставшее спусковым крючком для того, чтобы Гермес начал сопративляться.

На первый взгляд это всего лишь клочок бумаги, но он приобрел иное значение, ведь он был спрятан в шляпе Гермеса, что несет определенный смысл.

Гермес с удивлением начал рассматривать его.

Может показаться, что эта вещь простой обрывок бумаги, поэтому Гермес, который стал марионеткой, не хотел ее уничтожать.

Видимо прежде чем столкнуться с поражением, «Первый Гермес» написал что-то важное и доверил его кому то.

И теперь, Гермесу оставалось цепляться за это предположение и надеяться, что он верно.

“За исключением отсутствия путешествий и других факторов, что отличаются от повседневной жизни... Это отсутсвие Асфи. Возможно сама Асфи является ключом...?”

Гермес был разочарован тем, что в этой ситуации он является бесполезным богом, но вместе с этим ему не нравилось доверять такой неточной информации.

Тяжело вздохнув, он осмотрел свое окружение.

◊◊◊

Это была обычная улица, залитая вечерним светом. Вокруг было оживленно и Людно.

Вокруг не было никакого подозрительного. Но,даже в противном случае, он бы не смог выявить кто был по настоящему подозрительным.

Хотя,он не думал что за ним наблюдают, но он не хотел показывать, что знает о существовании клетки.

В то же время, было необходимо доказать Асфи, которая могла быть ключом, что он чувствует изменения в мире.

В противном случае она не вступит с ним в контакт.

Это очень противоречивая ситуация.

Мучаясь от головной боли, Гермес остановился по среди улицы.

Асфи наблюдает за ним? Может она сейчас рядом? Вероятность была очень мала. Однако, это нужно было сделать.

Он поднял голову, чтобы посмотреть на небо, окрашенное в янтарный цвет, он прищурил глаза и произнес:

— Асфи... Я люблю тебя!

Слова были негромкими и больше походили на шепот.

— Так что, пожалуйтся... возвращайся скорее.

На остановившегося по среди пути Гермеса были направлены непонимающие взгляды.

Зверолюди, услышавшие его шепотом, оглядывались на него, размышляя о правильности услышанного.

Гермес пришел к выводу, что это был единственный способ не привлекать внимание с стороны и показать Асфи своё текущее состояние.

Однако, в глазах других он мог показаться лишь самовлюбленным богом, но так тому и быть.

И сейчас, Гермес искренне и без лжи поделился частью своего сердца, о которой он никогда бы не рассказывал.

Если ответа не будет, то он пойдёт в другое место и снова будет говорить о своих чувствах.

Подтвердив свой план, он снова повторил эти слова.

Гермес уже начал сомневаться и хотел покинуть улицу и тогда:

— Северный переулок, киоск с картофельными шариками!!!

Он почувствовал, как возле него проносится запах, словно  «невидимого человека» а после, до его ушей дошел чей-то шепот.

Даже если их подслушивают, это всего лишь банальные слова, не заслуживающие упоминания.

Гермес широко открыл глаза и собирался повернуть голову, но снова остановился.

Даже если он оглянется, Асфи все еще «прозрачна», сейчас, эти двое не могли увидеть друг друга.

В таком случае, ему оставалось лишь улыбнуться и отправиться к назначенному месту.

— Спасибо, Асфи… И я ведь не соврал, что люблю тебя, правда? - Подумал Гермес.

— Ах... Вы ужасней всех...

В момент когда он уже стал уходить, в спину послышался жалобный шепот.

— Пожалуйста, поторопитесь и вернитесь в нормальное состояние. После такого, мне сложно видеть в вас Бога.

Гермес улыбнулся, представляя, как ее лицо краснеет до самых ушей и как она смотрит на него со слезами на глазах, надув щеки.

◊◊◊

— Ах, Гермес! Как раз вовремя! Пожалуйста, купи картофельных шариков! После прибытия в указанное место, Гермеса поприветствовал бодрый голос .

Достигнув места, он был встревожен бодрым голос. Это была Гестия, одетая в свою униформу, как обычно её работа проходила в большой спешке.

— Из-за определенных причин, я много раз пропускала работу! Если я не продам достаточно, меня уволят!

— Ха-ха, хотя я не до конца понимаю, но я помогу тебе. В конце концов, как только ты потеряешь работу, тебе будет трудно найти новую. Поскольку мы старые друзья, я возьму что нибудь на твой выбор.

— Тогда вот! Супер Большой Джагамару-кун Делюкс! Хотя его цена в 100 раз больше чем у обычного, но сделай мне услугу, пожалуйста купи его! Купи быстрее, пожалуйста, купи, ты должен купить его!

— Ох, ладно...

С налитыми кровью глазами, она протянула ему Джагамару-кун, обернутый в бумагу желтоватого цвета, и Гермес быстро схватил его.

Он удивился от измученного образа Гестии, который не казался наигранным, а затем заплатил ей в 100 раз больше чем за обычный Джагамару- кун (Отдав, к слову, 3 тысячи валлис).

Попрощавшись с Гестией, он с трудом съел огромный картофельный шар, размером с около 5 кулаков, а затем проскользнул в переулок.

Прислонившись к стене, он постепенно разворачивал оставшуюся в руке оберточную бумагу, свернутую в несколько раз из-за ее большого размера.

Развернутая и запачканная жиром бумага на самом деле была оторванной частью пергамента.

На лице Гермеса появилась улыбка и он принялся читать содержимое.

— Преврати Орарио в очаг.

Несомненно, это его собственный почерк.

Это была «стратегия», которую побежденный «Первый Гермес» оставил им, чтобы вернуться из мертвых.

— Да, да, именно, это и похоже на меня.

Снова представ в образе бога затейника, он двинулся вперед ускоряя шаг.

В руке у него было два листа.

Первый был доверен Богине Гестии «Первым Гермесом».

А во втором указано место где находятся «материалы», необходимые для постройки "Очага".

Он перестал размышлять. Больше не о чем беспокоится.

Теперь ему предстояло выполнить поставленную работу, не нарушая правил очарования.

— Тогда давайте простроим очаг.

Это произошло через три дня после того, как Асфи заметила изменения в действиях семьи фрейи а также за три дня до того, как удар мальчика достиг эльфа.

◊◊◊

Луна прогнала облака и озарила чистое ночное небо своим бледно-синим цветом.

Воздух был очень холодным, но и чистым, как никогда. Также чисто и мой дух.

Я сидел на кресле возле окна, делая вид, что выражаю стихи своего сердца.

Туман, покрывающий мой разум, полностью исчез и теперь я больше не буду чувствовать себя потерянным.

Я больше никогда не буду сомневаться в том, что я Белл Кранелл из "Семьи Гестии".

Прямо сейчас, все мои мысли заняты моим кумиром и я был поглощен чувством возвышенности.

— Но... что мне теперь делать..?

«Хам», «хам»

Съев всю закуску из маленькой сумки, которая предназначалась для исследования подземелья, я нахмурил брови.

Примерно час назад, после того, как битва на боевом поле закончилась, я отказался от ужина в большом зале и сразу вернулся в комнату, которую использовал уже более двух недель.

Я солгал, сказав, что сегодня я слишком много трудился, поэтому чувствую себя плохо.

Выслушав мои оправдания, Учитель сказал: «идиот», но все же отпустил меня...

Действительно ли он меня простил?

В любом случае, если бы все было как обычно, то после ужина в «большом зале» меня бы отправили в комнату Фрейи-сама.

Чтобы избежать этого, необходимо выиграть как можно больше времени, чтобы придумать план.

— Если я встречусь с Фрейей-сама... Я обязательно буду разоблачен. Я не сомневаюсь в этом.

Ребенок не может лгать перед богом. Она обязательно увидит меня насквозь.

И я совсем не знаю, что будет, когда Фрейя-сама узнает, что я больше не блуждаю в сомнениях и уверен в том, что я не член Семьи Фрейи.

Это, явно не улучшит мою ситуацию.

В конце концов, что происходит вокруг?

Неважно, насколько я уверен в себе, для мира я все еще «Белл Кранелл из семьи Фрейи», даже Айз-сан и другие так и не смогли узнать во мне члена Семьи Гестии.

Неужели, Орарио стал таким из-за Фрейи-сама?

......Может, она использовала свои чары, чтобы создать весь этот мир?

Это кажется невероятным, но сейчас я не мог придумать ничего другого. Более того, такой трюк должен быть под силу только богине.

Если эта догадка верна, то так называемые богини красоты, действительно продолжают существовать, превосходя воображение всех жителей низшего царства.

Я не ожидал, что можно изменить не только отдельных людей, но даже сам мир.

Осознавая, это я не мог не содрогнуться от этого поступка, превосходящего человеческий разум.

— Если предположить, что это дело рук Фрейи-сама, то зачем ей это?

Очень сомневаюсь, что лишь для того, чтобы я присоединился к Семьей Фрейи.

Но, даже если так, почему она просто не очаровала меня, как это было с другими? Что-то пошло не так? Или для этого есть определенные условия?

...... Слишком сложно разобраться во всем этом.

В конце концов, мне, жителю нижнего мира, попросту невозможно полностью понять божественный замысел.

Я временно отложил свои вопросы о Фрейи-сама.

Мне необходимо понять, как вести себя после всего этого.

Идти к Фрейе-сама точно нельзя, и не знаю что делать. Я даже не знаю, что скажу при встрече с ней.

Но на самом деле есть куда более насущные проблемы. Ведь, наверняка найдутся те, кто заметил, неладное при моей сегодняшней битве. Например, Хогни-сан или Хейт, а также Мастер... Но, что думает он понятно ещё сложнее.

Наверное мне стоило проверить учения Рю и Айз-сан каким нибудь незаметным методом или же попросту отказаться показывать такую борьбу против авантюриста первого класса. Но, доказав все это, я испытываю восторг от того, что чувства и учения моего кумира снова пробудились.

Эх, думаю если бы Лили была здесь, то она бы строго отчитала меня...

Тогда Вельф, Микото и Харухиме будут лишь слабо улыбаться, а Богиня будет наблюдать за нами.......

— ...... Богиня, друзья......

Смотря на вид за окном я размышлял о своей настоящей семье.

Каждый день, проведенный в Семье Фрейи, был очень печальным и болезненным,

Но, это лишь часть правды.

Были и моменты неожиданной помощи и таинственного тепла.

Но несмотря на это, я нахожусь не в своем доме и не со своей семьей.

Сильно хлопнув себя по щекам обеими руками, чтобы боль отвлекла меня от сентиментальностей.

Самое главное, что сейчас у меня осталось слишком мало времени.

Возможно, прямо сейчас, Хогни-сан и остальные докладывают о ситуации со мной Фрейе-сама.

Может, мне просто сбежать? Но даже если я сбегу, то что мне делать?

Даже если мне удаться выбраться с базы самой большой семьи в городе, Фольквангр, мир снаружи все ещё был изменен.

Если я не исправлю ситуацию, мне некуда будет вернуться. Доев последний кусочек еды из сумки, я пополнил необходимый запас углеводов.

Я чувствовал, как кровь циркулирует по различным частям моего тела и головы, пока я отчаянно обдумывал ситуацию. Как вдруг меня посетила одна мысль.

— Что насчет Сир......? Если этот мир ложный, то где же она, теперь.......

Хлоя и остальные не помнят ее.

В Семье Фрейи, Сир также стала кем-то несуществующим.

Но этот человек реален. Я знаю это. Она не плод моего воображения и более чем реальна.

Подозрения сосредоточены на одной точке. Интуиция не успокаивается.

У меня такое чувство, что она является "ключом" к выяснению всей ситуации.

Итак, теперь я должен найти Сир?

— Если посмотреть с другой стороны, то подозрительно, что и Рю исчезла !

Я обязан найти их обеих.

Четко поняв, что я должен сделать я встаю на ноги. И перед, как я собираюсь прийти в движение....

Словно в такт со мной, раздался громоподобный взрыв.

— Что?!

Затем, последовала сильная дрожь, которая потрясла даже мою комнату.

Будучи ошеломленный я тут же встаю в стойку, а затем замираю в удивлении.

Несмотря на то, что,я решил действовать, я еще ничего не сделал!

Затем, я судорожно открываю окно и осматриваю окресности базы.

Я опасался, что это может быть какое-то нападение и виде,л как с первого этажа базы выходит огромное облако дыма вместе с мерцающими остатками магии.

— Белл!! Белл, ты здесь!?

— ......! Я-я здесь!

Сопровождаемый громким стуком в дверь, прозвучал уже знакомый голос целителя.

Не много поколебавшись, я дал честный ответ.

— Слава богам, ты здесь...! Запомни, нельзя выходить из комнаты ни на шаг!

Открыв дверь, я увидел, что там действительно стояла Хейт.

Рядом с ней была группа из парня и девушки. Сама же Хейт выглядела очень настороженной, но увидев меня, она заметно успокоилась.

— Я был здесь все время... что происходит !? Совсем недавно я слышал странные звуки...!

С огромным удивлением и тревогой я задал интересующий меня вопрос.

За пределами комнаты, нет даже внутри базе слышны громкие звуки, похожие на звук сталкивающихся клинков.

— ...Это вторжение. Я не знаю, кто он такой, но он вторгся в Фольквангр в одиночку.

Поколебавшись, Хейт доложила о ситуации.

Я застываю на месте, а затем в шоке спрашиваю ещё раз:

— Кто-то ворвался на базу Семьи Фрейи в одиночку!?

◊◊◊

Серебряные разрезы приближались.

Одного взгляда было достаточно, чтобы заметить сколько силы было вложено в эту атаку.

Полностью промокшая от пота Рю использовала свои кадачи, чтобы отразить её.

— Гх!?

— Ха!

Отклонив длинный меч противника вверх и пошатнув его позицию, она несла удар, который выбил зверочеловека из строя.

Вместо того, чтобы проверить, что случилось с ее противником, который ударился о стену, она повернулась спиной и побежала.

Сразу после,  раздались громкие крик от подкрепления :

— Я нашел ее!

— Вы должны поймать ее!!

Это первый этаж огромного особняка, похожего на дворец.

Рю находилась здесь совершенно одна, убегая от преследователей.

Люди, которые преследовали ее, были членами сильнейшей Семьи в городе. Семья Фрейи, являющиеся самыми опасными противниками

— Черт неужели это действительно Фольквангр...! База Семьи Фрейи!

Ускоряясь со всех сил, Рю пыталась как можно лучше осмотреть окружение, несмотря на огромное количество пота стекающее с её кожи.

Прошла неделя, после того как она очнулась в подвале незнакомого ей места.

Рю помнила, как потеряла сознание перед Богиней Фрейей в образе Сир

Поэтому, она могла догадаться куда именно её могли доставить, но это отнюдь не могло, хоть как-то заглушить беспокойство.

В конце концов, если не считать подземелья, именно это место по праву можно назвать самым опасным в городе.

— Эй!

— А-а!?

Как только она достигла широкого коридора, спрыгнувший с верхнего этажа человек, атаковал ее.

Поспешно заблокировав мощную атаку от которой её ноги на мгновение онемели, другая группа, тут же атаковала её.

Скорость и сила их атак заставили Рю использовать все свои силы, чтобы остановить их.

— Все враги такие сильные!

В ее сознании крутилась лишь эта мысль.

Это база самого большого семейства в городе.

Слабых здесь нет, и даже противники, которые атакуют её сейчас, были сравнимы с авантюристами второго класса.

Даже мастерство каждого было на полностью ином уровне по сравнению с другими.

Доказательством тому было то, что лишь недавно сбежав из заключения, она была найдена в одно мгновение, и сразу же оказалась в безвыходном положении.

Даже авантюристы низкого уровня, прекрасно осознавали свою нехватку сил, поэтому они преграждали ей путь только с помощью магии или используя дальние атаки.

Все это заставляло её использовать все свои навыки, а когда её ситуация стала ещё хуже, то ей пришлось использовать магию.

К счастью на базе все еще царил хаос, и противники не могли действовать слаженно, но это не отменяло факта, что ситуация походила на ту, словно человека заперли в клетке с дикими зверьми.

Рю и женщина-эльф, вероятно также 4-го уровня, вступили в жестокую схватку.

Их одежда была слегка разорвана, прежде чем Рю отбила рукоять копья своего противника.

— Враг, нет, пленник! Как ты смогла выбраться из подвала!?

Услышав взволнованный голос своего потрясенного противника, Рю вспомнила произошедшее некоторое время назад.

Там был подвал с хорошей едой, одеждой и жильем, это место с трудом можно назвать «тюремной камерой».

Но на ее тело было наложено проклятье, что ослабляло характеристики и запечатывало магию, а ее руки и ноги были скованы кандалами, что показывало, что противники не позволят ей сбежать.

Рю ничего не могла сделать, внутри неё все сильнее и сильнее нарастало волнение. И в этот момент появилась она.

— Выходи.

Она использовала странный трюк, чтобы авантюристы высокого класса упали на землю, а затем, войдя в камеру, бросила короткий меч Кодачи и ключи от кандалов прямо к удивленной Рю.

— Я отпущу тебя при условии, что после этого ты сделаешь все возможное, чтобы вызвать переполох в восточной части базы.

Сказав это, она посмотрела на нее.

Рю была настороже, когда услышала просьбу той, что стояла на некотором расстоянии от нее с видом, в котором невозможно отличить истину, Рю насторожилась.

“Зачем тебе это? О чем она думает? Как я могу это сделать?

Как только Рю закончила смотреть на своего собеседника, с явным отказом от ее просьбы, она сказала ей.

— Пожалуйста, Рю.

Ее слова, тон, а также взгляд, потрясли сердце Рю.

Хотя ее лицо и голос были совершенно другими, «она» была похожа на ту самую девушку.

Затем она покинула это место, оставив там только ошеломленную Рю.

После минутного молчания, она взял ключ и сняла кандалы, а затем началось сражение.

“Я сама не могу этого понять. Зачем мне слушать того, чьи истинные намерения мне неизвестны. Но эти слова и этот взгляд…”

Рю покрепче ухватилась за рукоять своего Меча Кодачи, и ее брови нахмурились.

Она отразила атаку удивленного магического стрелка, а после этого из ее рта, вырвался шёпот заклинания.

— Приди, свет Звездный пыли, чтобы уничтожить моего врага - Зведный-ветер!

Шквал, выпущенный с помощью параллельного пения, снес все подкрепления, которые собирались одно за другим, вызывая новый взрыв и разрешения.

◊◊◊

— Базу атаковали!?

Подземный этаж Вавилонской башни. Проход, ведущий на 1 этаж подземелья, Аллен сидел в засаде, ожидая членов Семейства Локи, которые возвращались из Экспедиции.

Услышав новости от членов семьи, он пришел в ярость.

— Как это случилось? Кабан и эти два эльфа вообще ничего не делают?!

— Это похоже... кажется, что на базу напали изнутри с помощью магии!

Жестокий тон заставил его стать немного робким, но член семьи, услышавший о суматохе на базе, высказал свое мнение.

Говоря прямо, все были в замешательстве.

Аллен прикусил язык. В это время, сидящие рядом с ним прумы начали говорить один за другим:

— «Битва в саду» давно закончилась.

— Среди членов семьи не должно быть идиотов, которые случайно могли использовать магию и нарушить покой богини.

— Глядя на это с другой стороны, это действительно похоже на нападение других сил.

— Может быть, что ... это был пленник, запертый в подвале базы?

Услышав догадку Альфригга, все остальные заскрипели зубами, Аллен в ярости распахнул глаза.

— Ах, лорд Аллен! Лорд Альфригг!

Не прошло и нескольких минут когда к ним подошёл Ван.

Аллен, который собирался все обдумать, захотел бросить ему холодное.

"— Замолчи, скажешь позже." Однако.

— Лорд, Аллен, эта "помощница богини" исчезла!

Услышав это сообщение, глаза Аллена распахнулись от гнева.

— ...Эта сука… мне точно следовало убить ее.

Почувствовав жажду крови человека-кота, Ван и другие члены семьи, попятилась назад, под давлением его ауры.

— Что будем делать, Аллен?

— Тебе нужно сказать? Не спрашивай ерунды, тупица.

Альфригг с неуверенностью спросил о дальнейших действиях у вице-капитана своей Семьи. И Аллен с горечью ответил.

— Возвращаемся. Сейчас же!!!

◊◊◊

— Переполох на базе семьи Фрейи? Айша выглядела удивленной.

Она остановилась возле восточной части города, недалеко от «Дедаловой улицы», на востоке города, где было полно пьяниц.

— Ааа

Казалось, ее голос был слышен на всей оживленной улице.

Только что Мэйлилу отправила сообщение, в котором говорилось, что звуки, похожие на звуки битвы, доносились с их базы.

— Что происходит? Разве эти парни не сражаются только до захода солнца?

Неужели есть другая семья, с который у них конфликт?

— Я не знаю. Но лучшей идеей будет оставить все как есть...

Член Семьи Гермеса, тигро-человек Фалгар, нахмурился от головной боли.

Хорошо это или плохо, но титул «самой большой семьи в городе» имел большой вес.

Если на их базе есть какие-либо изменения, другие семьи, часто гадали, не случилось ли чего странного.

Это особо подходило для семьи Гермеса, которые славились своим нейтралитетом и сбором информации.

Услышав слова Фалгара, Амазонка, которая должна забыть обо всем, после «Фестиваля Богини», показала необычное выражение на лице.

— В конце концов, все закончится тем, что они будут убивать друг друга до вечера, лучше оставим их в покое. Давайте закончим раздавать дрова.

Лулуне проигнорировала разговор Аиши с Фалгаром.

Девушка-циантроп, державшая в руке кучу дров, ловко перекинула их на плечо, а затем постучала в дверь частного дома.

— Мы семья Гермеса. Гильдия поручила принести дрова.

— Ах, спасибо вам большое! Сегодня холодно, как зимой, для нас это большая помощь.

— А... ну что ж… извините за вторжение.

— А? Что?

Проходя мимо приветствовавшей ее хозяйки дома, Лулуне с широкой улыбкой вошла в дом и присела на корточки перед печкой.

— Это приказ нашего бога покровителя. Огонь должен был зажжен до нашего выхода...

Хозяйка дома удивленно смотрела на то, как Лулуне аккуратно расставила дрова и ловко зажгла их кремнем, наполнив печь пламенем.

Эта красивая техника очень обрадовала хозяйку и ее дочь.

Услышав от хозяйки дома приглашение на совместный ужин, Лулуне изо всех сил пыталась сдержать свое желание и устало произнесла: “У меня все еще есть работа”, вежливо отклонив эту добрую просьбу.

— Хаах. Сколько же ещё нам выполнять эти «добрые дела», прежде чем отдохнуть… Я понимаю, что сегодня холодно, но...

— Мне стало интересно. Разве семья Гермеса, все еще зарабатывает себе доброе имя?

— Нет, мы обычно не делаем подобное...

Обогревание с помощью волшебных камней слишком дорогое, и чтобы пережить зиму в Орарио, большинство частных домов полагаются на печи.

Однако их бог покровитель Гермес, заговорил о «помощи людям» и о «добрых делах».

Для этого он выдал им карту, на которой находились дома и большое количество дров.

Остальные члены семьи также были вынуждены участвовать в этом деле, заставляя Лулуне и Айшу беспомощно жаловаться.

Фалгар, разносящий дрова, все время качал головой.

— Ах... мне постоянно кажется, что эти дрова пахнут кровью... Лулуне носила дрова в руках, ее нос циантропа постоянно дергался.

— Думаешь, что этими дровами кого то убили?

— Перестань говорить глупости, иди в следующий дом. Гермес-сама отдал нам приказ закончить к завтрашнему дню.

— Ах, подождите меня.

Молчаливая Аиша и Фалгар ушли, а Лулуне поспешно погналась за ними. Дрова были распределены по разным местам, одно за другим.

Никто не заметил, что «пламя очага» постепенно заполнило весь город.

◊◊◊

*Бам!*

Еще один толчок сотряс комнату, я вскочил на ноги и прижался к стене.

— Хм ...!? Это снова ...!

Неподвижно стоявшая Хейт-сан заключила меня в объятия, и я закашлялся. Отстранившись от неё, я спросил.

— Мне кажется, что случилось что-то неожиданное, разве это нормально!?

— Это...!

— Ведь вторжение, это не мелочи, это довольно серьезно…

— Это правда. Я тоже не понимаю, что именно сейчас происходит. Напротив, я бы хотела чтобы ты в всем разобрался!

Потерев лоб, краснолицая Хейт-сан выглядела очень сердитой, размахивая руками.

Хотя я был немного выше ее, но глядя на ее лицо, я рефлекторно извинился перед ней.

— Мне очень жаль.

— Белл, пожалуйста, не покидай эту комнату!

— Эм... но, но!

— Если с тобой что-то случится, я получу наказание! Просто сделай мне одолжение и честно оставайся здесь! Ты все понял!? Я приставлю к тебе охрану!

Как только Хейт-сан закончила и вышла из комнаты. Как она и говорила, в комнату сразу вошли двое человек из семьи, парень и девушка, их лица были мне знакомы.

— Белл, послушай Хейт! Я знаю, что это немного чересчур, так тебя опекать, но тебя очень любит богиня.

— И на тебя наложили проклятье. Может, эта атака имеет к этому какое то отношение.

— Хорошо, хорошо...

Это были Ремилия-сан и Раск-сан. Люди, которые часто общались со мной Вместе с Ваном.

Хотя их тон очень мягкий... Но их взгляд… Они наблюдают за мной?

Они правда сторожат меня? Нет, нет, они не хотят, чтобы я контактировал с вторженцем?

Если так, то слова и поступки Хейт-сан можно объяснить.

“Что делать?”

В комнату подул ветер, что не был похож на прошлый.

Он был похож на попутный ветер, который подхватил меня, когда я вот-вот вернул себе свое “я”.

Поскольку я должен избегать контактов с Фрейей-сама, сейчас несомненно хорошая возможность.

Я повернулся спиной к Раску-сану и девушке, притворившись, что смотрю в окно, а затем начиная рассуждать.

Я слышал, что Альфригг, Аллен и другие превосходные Авантюристы второго класса вроде Вана, получили заказ от авантюристов, и сейчас находятся за пределами Боевого поля...

Хотя разница в боевой мощи все еще огромна, она действительно вдвое меньше, чем в обычное время...!

Время действовать.

Нужно решиться. Прорваться через этих двух добрых людей, которые помогали мне все это время, и начать двигаться вперёд.

Я закрыл глаза и сделал тихий вдох, а затем энергично открыл глаза.

И в тот самый момент, когда я уже собирался развернуться и ринуться вперед, эти двое упали.

— Что!?

Увидев, что Раск-сан и Ремилия-сан покачнулись, а затем упали на пол, я опешил. Что случилось!?

Чувство недоумения и настороженности смешались друг с другом, а затем я услышал скрип, в то время, как дверь в комнату была открыта.

Я взглянул на полуоткрытую дверь, а затем, оглядевшись по сторонам, я принял решение и вышел из комнаты.

Куда бы я не посмотрел, но коридор был пуст.

“Нет.”

В глубине длинного коридора двинулась темная фигура, словно приглашая меня.

Я больше не раздумывал и просто погнался за этой тенью.

Коридор был похож на коридор замка. Волшебные каменные фонари не работали и все было окутано синеватой тьмой.

Меня направлял этот силуэт и я двигался за ним без чьей-то указки.

Нам не потребовалось много времени, чтобы достичь западной части базы, верхнего угла.

Комната для медитации была построена для того, чтобы воины могли сосредоточить свой разум.

— Это...

Над потолком был огромный люк из витражного стекла, а комната была похожа на алтарь.

Маленький зал, вероятно, следовало бы назвать крошечным святилищем. Пол в нем был сделан из черного мрамора, и в нем не было ни одного стула.

Чем дальше можно зайти, тем выше становился пол, словно это была сцена для церемоний.

Вдоль стен, словно статуи, стояли не идолы богини, а огромные мечи, копья, боевые топоры и другое разнообразное оружие, их состояние говорило о том, что они бесчисленное множество раз лежали в руках владельцев.

Это должно быть памятники тех стойких воинов, которых уже нет в живых.

И я вошел в эту комнату воинов, где было очень тихо и царила немного священная атмосфера.

Когда я прошел к центру, открытая дверь внезапно закрылась. “!”

Я повернул голову и оглянулся.

Зал, который превратился в секретную комнату, был окружен тьмой и только лунный свет пробивался из люка над головой, .

Этот свет был либо темно-синим, либо бледно-лиловым, и иногда превращался в печально-серебристый, показывая свой вид.

В этот момент из тени у входа вышла... молодая девушка.

— Хелун-сан...

Длинные седые волосы, черная одежда. Она была похожа на молодую ведьму. Это был второй раз, когда я ее видел.

Точно так же, перед «Фестивалем Богини», ее правая половина лица была закрыта челкой.

“...”

*Цок-цок*

Раздался звук сапог, Хелун-сан молча шла ко мне. Я должен был кое-что спросить.

На самом деле есть целая гора вопросов, о которых я хочу спросить.

Это она привела меня сюда? Так в чем же ее цель? А какие у неё намерения? До сих пор я был в комнате Фрейи-сама очень много раз, но никогда не видел

«Служительницу Богини», это правда выглядело странно. Почему же?

Самое главное, действительно ли я встречался с ней только дважды?

Мне всегда кажется, что я видел ее много раз, и я чувствую, что она всегда была рядом со мной... это странное чувство.

Многие вопросы возникали и исчезали в моей голове, но ни один из них не превратился в слова.

Безымянная служительница богини, у которой нет другого прозвища.

Я был настолько очарован глазами той, которая смотрела на меня, что даже забыл издать хоть какой-то звук.

“...”

“...”

Она остановилась.

Мы посмотрели друг на друга.

В самом центре зала - на некотором расстоянии друг от друга. Шум за пределами комнаты казался таким далеким.

Беспорядок, вероятно, произошел на восточной стороне и никто не подходил к этой комнате.

Что бы здесь ни случилось, никто не придет, чтобы нарушить этот покой. Встреча взглядов все продолжалась и наконец, она спросила:

— Как много ты знаешь? Я понял ее вопрос.

Не следует отвечать.

Разум говорил это, но я ответил ей честно.

— Я не принадлежу Семье Фрейи, я Белл Кранелл из семьи Гестии. Я почувствовал, что нельзя лгать глядя в эти глаза.

После того, как я сказал правду, ее выражение лица не изменилось, она продолжала спрашивать.

— Насколько далеко ты все осознал?

— ... А?

Однако я не понял, что означал второй вопрос.

Не похоже, чтобы он спрашивал... об изменениях и противоречиях нынешнего Орарио.

Кажется, это значит другое, более критическое, более важное, всю суть...

— Пожалуйста, скажите, что это значит? О чем вы говорите… Не поняв слова Хелун-сан, я показал ей свой жалкий вид.

Увидев меня в таком состоянии, ее выражение лица, которое было тихим, словно озеро посреди ночи, становилось все более и более устрашающим.

Одна из маленьких ладоней была сжата в кулак. Затем ее длинные седые волосы спали вниз, а затем...

— ... Мерзавец.

Прошептала она.

— А?

—- ... Отброс, отброс, отброс, отброс, отброс, отброс, отброс, отброс, отброс, отброс, отброс, отброс, отбросы, отброс, отброс, отброс, отброс, отброс, отброс, отброс, отброс, подонок!!!

В следующий момент она подняла голову и выплеснула свои эмоции.

Сначала я скорчил глупое лицо, но в следующий момент я был настолько потрясен, что то мое тело откинулось назад, а глаза распахнулись.

— Дурак, который превзошел обычного идиота, просто настоящий подонок! Очаровал Богиню! Заставил ее страдать! А теперь говоришь мне, что ты ничего не понимаешь!? Ты шутишь!? Немедленно прекрати!!

— Эй, эх, а!?

— Насколько нужно быть идиотом, чтобы этого не понять!

Длинные волосы сильно развевались, она размахивала руками, осыпая меня упреками. Мое выражение лица изменилось и я был напуган, инстинкты вопили об опасности.

Хелун-сан, которая внезапно пришла в ярость, заставила меня забыть о происходящем и почти упасть в обморок.

— Развратный зверь, прикидывающийся безобидным кроликом!! Преступник!! Враг всех женщин!! Грязь человечества! Монстр, который путает глупость и честность!! Боги потерпели неудачу в создании тебя. Чудовище! Соблазняющие богинь, ты даже соблазнил нашу благородную Богиню, у тебя нет чувства стыда!

— Серьезно? О чем вы говорите!?

— Что значит «Седьмое место в топе “Хочу, чтобы авантюрист назвал меня сестренкой”»?!!! Что это за шутка!!!

— Откуда вы знаете этот рейтинг!?

Жестокие оскорбления прозвучали, задев меня, словно удар, заставляя меня издать болезненный вопль.

И даже после этого, яростный гнев Хелун-сан не утих, она вытащила кинжал из-за пояса.

— Непростительно, непростительно, непростительно!! Все в тебе делает тебя виноватым!! Будь то это глупое лицо, или постыдный голос, или нежность, которая мучила богиню!

— А-а-аа!?

— Это все из-за того, что богиня встретила тебя!

В одно мгновение начался танец с клинком. Я издал писклявый визг, избегая приближающегося кинжала.

В центре зала, две наших тени купались в лунном свете, падающим с витража. Раздался резкий звук и треск ветра.

Несколько раз над головой проносилась опасность, нельзя быть беззаботным. Хотя ее уровень ниже моего, она несомненно, авантюрист высокого уровня.

Я все больше и больше путался в происходящем, а также отчаянно продолжал двигать телом, чтобы избежать ее порезов, несколько раз меняясь позициями, то проходя под кинжалом, зажатым в противоположной руке...

— С тобой богиня счастлива, какие бы ничем не значительные вещи не происходили! От этого ей грустно! Ей больно!

— Э ...!?

— Очевидно, у тебя есть качества героя, но почему ты не принимаешь её!? Сколько бы любви тебе не давали, разве плохо просто принять чьи то чувства!? Если бы ты принял, богиня получила бы что то взамен. Скольким еще женщинам ты хочешь причинить боль?

— !?

Хелун-сан не останавливалась и выплескивала все свои чувства.

Она подняла руку, и с болезненным криком ударила меня по щеке, выражая яростные чувства которые она не могла скрыть.

Я понял, что богиня, о которой она говорила, была Фрейей-сама, однако я все еще пытался уловить смысл ее слов. И в этот момент.

— Ты раб своего восхищения!! “!!!”

Мое желание было оскорблено, заставив мои все еще дрожащие руки и ноги взбунтоваться.

Я поднял брови и уже собирался схватить поднятый кинжал.

— Это из-за тебя, наша Госпожа!!!! Однако.

"————"

Увидев каплю воды, падающую из ее глаз, моя рука застыла на месте. В следующий момент она силой столкнула меня на пол.

— Ай?!

Моя спина ударилась о твердый пол.

Мягкое тело упало на меня, а кинжал был занесен над моим лицом.

Громкий голос, который, казалось, пронзил барабанные перепонки, эхом отозвался в моих ушах, когда Хелун-сан обвила руками мою шею..

— Ах, я ненавижу тебя! Я так тебя ненавижу! Я очень хочу убить тебя!

Я забыл о сопротивлении, мои руки были беспомощно раскинуты по полу, а глаза широко открыты.

Не то, чтобы ее сердитый взгляд так напугал меня, и я не мог пошевелиться.

— Как будто я снова схожу с ума! Как ты можешь быть таким жалким!!!

Когда я почувствовал ее эмоции, скрытые за маской лжи и чувств, что могут сорваться в любой момент, время для меня остановилось.

Дрожащие пальцы не добрались до моей шеи, а приложенные усилия были настолько слабыми, что даже казались жалким.

Она явно хотела задушить меня, но она все равно не смогла заставить себя сделать это.

«Любовь и ненависть» - вот, что это было.

Хотя это просто незначительные слова, лежащие на поверхности... но я впервые понял ее.

— Если бы я встретила тебя первой! Крикнула она.

— Если бы я знала, что это случится!

Она была полна гнева.

— До того, как ты встретил богиню, я смогла бы обнять тебя... крепко обнять тебя... Она дрожала.

— Пока... я могла... встретиться с тобой первой... Богиня не начала бы страдать и я могла полюбить тебя, как настоящая «Я»

Слабый шепот превратился в иллюзию, растворившись в воздухе.

Она повернулась спиной к свету Луны, словно грешница, исповедующая свои грехи, открывая чувства, которые были глубоко в ее сердце.

— Нет, это не сработает...

— А ...?

— Если, это буду я… Это не сработает...

Голос был настолько слабым, что казалось, он мог исчезнуть в любой момент. Ее губы дрожат.

Маска спала и чувства, бушевавшие внутри, вышли наружу.

— Я надеялась, что она навсегда останется благородной богиней... Я не хочу, чтобы она была похожа на меня, на меня, на «обычную девушку» ...! Поэтому, я хочу убить тебя, я хочу остановить это... но... даже если так ...!

Длинная челка, закрывающая ее лицо, колыхалась. Я смог увидеть ее правый глаз.

В отличие от ее черного левого глаза, который, казалось, был покрыт тьмой, глаз справа выглядел как серебристый и светло-серый.

Из этого глаза текли слезы.

— Мои ожидания не оправдались, богиня действительно похоронила эту девушку в своем сердце! Я думала, что если ты откажешь ей, богиня проснется от кошмара !! Но я все время слышу этот звук, который я не слышала раньше! Я слышу рыдания.

На очень близком расстоянии от ошарашенного меня, она плакала как ребёнок.

— Ей грустно! Ей больно! Она ломается, но она этого не замечает! Если так будет продолжаться, богиня никогда не будет спасена! Это не хорошо, это неправильно! Это не то чего я хотела...!

Он колебалась из-за любови и теперь она вот-вот рухнет.

Перечисленные формулировки бесполезны. Не могу полностью понять ее их истинное значение.

Но мои глаза все еще были прикованы к её неудержимым чувствам которые она передавала своими криками.

— ... Быстрее! Заметь! В этом не будет смысла, если ты сам этого не поймёшь! Хелун-сан кричала сквозь слезы.

— Даже если ты знаешь правду, полагаясь лишь на мои фальшивые слова, это не будет иметь смысла!!

Ее заплаканное лицо, заставило меня протянуть руку .

— Поэтому, пожалуйста …! Прозвучала глубокая мольба.

— Поторопись и осознай... Белл-сан...

В тот момент, когда я услышал этот голос, множество воспоминаний, которые я помнил, хлынули на меня с огромной силой.

"————————"

Слова. Тон. Эхо. Печаль. Слезы. Чувства.

Точки сходились. Похожие моменты. Слишком много сходств.

Та, что плачет у нее на глазах, та кто работает в «Хозяйке изобилия» и всевышняя Богиня, которая любит все сущее.

Три точки, которые не должны совпадать. Однако трое лиц совпадали.

«Слуга Богини»

«Безымянная посланница Богини»

Богиня утверждала — это дитя уже не станет никем другим.

Не станет никем другим… может быть, потому что она уже является кем-то? Можно ли назвать её воплощением богини ?

Странное чувство, которое я испытал, впервые увидев её...

Мне всегда казалось, что я видел ее много раз, и я чувствовал, что она всегда была рядом со мной, как будто я знал её очень давно...

Конечно, ее внешность и голос сильно отличались, но они были очень похожи. Это похоже на рябь на воде.

Всякий раз, когда на поверхности воды возникает рябь, вода искажает реальность и показывает совсем другое.

Только что она сказала, что она «фальшивка». Он также сказала, что меня следует убить.

В день «Фестиваля Богини» кто-то, похожий на этого человека, хотел меня убить.

В этот момент, у меня появилось предположение. О общих воспоминаниях или совместном разуме. Если мое предположение близко к истине, тогда ее можно соотнести с этим человеком.

А так же

“—  Ах, ты мне очень нравишься.”

Слова того человека, произнесённые Богиней. Их улыбки были одинаковы.

Это тепло, которое меня окутывало. Линия между серебряным и серым цветом.

До сих пор мне казалось это невероятным. Связь этого человека и самого большого семейства в городе. Охрана и уважение лишь для одной её.

В этом искаженном мире этот человек исчез, и появился передо мной в образе Богини.

Можно ли сказать, что она…

Моя рука протянулась к тому абсурдному, невероятному предположению, о котором я бы никогда не подумал.

«Безымянная посланница Богини» стала последним фрагментом, заставившим меня осознать реальность.

В тот момент, когда сомнений уже не осталось, я открыл рот.

— Вы... Сир-сан?

Я назвал ее настоящее имя.

— И Фрейя-сама... тоже Сир-сан?

Затем я снова назвал ее имя.

“...”

Плачущая девушка, медленно посмотрела на меня. На ее лице появились радостная улыбка.

Пальцы, державшие шею, расслабились, и нежно погладили щеку.

Хелун-сан смотрела на застывшего меня, а затем сузила глаза и медленно встала.

Она подняла кинжал, упавший на пол, и словно подражая ей, я тоже поднялся с пола.

— ...Возьми это.

— Э… это, это божественный кинжал!?

Я был потрясен, увидев кинжал, который она передала мне.

Кинжал, которым только что орудовала Хелун-сан, оказался «Божественным кинжалом», который Гестия-сама подарила мне.

Хотя в комнате было очень темно, мне все равно стало стыдно, что я не смог этого заметить. И что-то подсказывало, что сам кинжал был в плохом состоянии.

В то же время я вспомнил еще одно.

Богиня и Лили говорили мне. Люди без фалны Гестии-сама не могут использовать силу этого кинжала, можно сказать, что сам клинок потеряет свою жизнь.

В этом состоянии, как ни старайся, но ты не сможешь нанести рану авантюристу высокого класса.

Хелун-сан не собиралась меня убивать.

“... Может быть, с самого начала... она планировала мне помочь? “

Она протянула обе руки, заставляя меня сжать, протянутый кинжал.

Священные иероглифы, выгравированные на «Божественном кинжале», быстро приобрели темно-фиолетовый блеск и он восстановил свою жизненную силу.

Наблюдая за этим процессом, Хелун-сан слегка улыбнулась.

— Я не собиралась убивать тебя - с самого начала, я планировала сделать это... Она собиралась доказать свои слова делом.

Нацелившись на кинжал, который был у меня в руке, она сделала выпад .

— Что?!

Я почувствовал ощущение, как лезвие проникает сквозь мышцы, извергая яркое красное тепло.

В одно мгновение ее одежда и мои руки были залиты кровью. Хелун-сан потеряла силы и упала вниз, а я поспешно схватил ее.

— Что ты... что ты наделала!?

Я опустился на колени, поддерживая ее стройное тело обеими руками, крича от шока.

Как раз сейчас кинжал вот-вот был готов полностью вонзится в ее левую грудь, но я вовремя остановил его, Это было единственное, что я смог сделать.

Лезвие слегка пронзило её левую грудь, и теперь из глубины кожи и мышц вытекала кровь.

Я вытащил кинжал из её тела, отчаянно пытаясь остановить кровотечение.

В этот момент Хелун-сан, лицо которой слабо прижималось к моей груди, скривила губы.

— Я… ради богини... снова предала ее... Богиня... Это... это... во второй раз... Улыбка на ее губах была улыбкой жалости.

Это было выставление на показ своего глупого «я», презрения и симпатии.

— Самое главное... я люблю тебя...

Это не чужие чувства, это определено ее собственные слова.

В моих широко открытых глазах, отразилась её раскаивающаяся улыбка.

— Поэтому, я использую смерть... чтобы отплатить богине...

Видя, как Хелун-сан теряет свою кровь и ее лицо становится ужасно бледным, я крепче прижал руку к ее груди.

— Она излечит тебя! Еще не слишком поздно! Просто пойдём к Хейт-сан…!!! Почему она приняла такое решение? Почему она хочет умереть?

Я не мог не вспомнить девушку-дракона, что однажды растворилась в моих руках. Я стиснул зубы и собирался поднять ее.

— Подожди... еще немного...

Однако, когда я собирался встать, я заметил, что ее тонкие руки крепко обхватили мою грудь чтобы остановить меня.

— Я хочу использовать магию... чтобы связать меня с Богиней...

— Связать… связать...!?

— И после этого... богиня... Будет знать все о тебе... и все будет открыто ей. Губы Хелун-сан разошлись, она с трудом общалась со мной.

Ее дыхание все еще было сбитым и она задыхалась от боли, выжимая последние капли силы, оставшиеся в ее теле.

— Но даже в этом случае... я должна передать тебе чувства Богини, которые понимаю только я...

Она собрала всю духовную силу в своем теле и вознесла свою молитву.

— ...Недостижимое место, запретная дверь... Сейчас я отклонюсь от небесного закона...

Магический круг появился вокруг нас.

Его цвет был очень похож на серебристо-серый.

— Чистая душа, пустая надежда...

Ничего не парило и не поднималось, магической силы охватившей все вокруг, тоже было совсем немного.

Частицы света отражались от витража, излучая ослепительный свет и поднимаясь в небо.

Это звучание было словно пустая мелодия, ищущая облегчения. Это короткое песнопение, далекое от обычного понимания.

Но при этом она также открывает секрет, который известен только ей.

— Передаю взамен настоящее имя... спустись, дочь богов... Затем ее дрожащие губы провозгласили имя:

— Вана Сейт...

Магический круг разлетелся вдребезги.

Свет рассеялся, и остатки света изменились с серого на серебряный, походя на драгоценные камни.

"!?"

Ее крепко прижатое тело сияло, словно осколок луны, а вся она стала пылать жаром. После того, как очень яркая вспышка магии погасла, появилась...

— Сир, Сир-сан?…

Это была молодая девушка со светло-серыми волосами. Мой удивленный голос стих.

Тишина давила на ее веки, отчего ее ресницы слегка задрожали. Светло-серые глаза медленно распахнулись, глядя на меня.

— …Мне так больно.

— А…?

— Я не хочу испытывать такие эмоции... Я не могу этого вынести... Я должна была сдаться.

Это Сир ? Верно... Это она, но почему ей так больно.

Голос Сир-сан. Глаза Сир-сан. Дыхание Сир-сан. Это точно не были слова Хелун- сан.

Только Хелун-сан, которая была связана с богиней, могла показать её истинные чувства.

— Я думала, что для меня достаточно иметь тебя... Но после того, как я причинила боль многим людям и сделала вред многим вещам… мне так холодно, словно я вот-вот замерзну.

Очевидно, что Сир-сан терпела много лжи, и теперь она сходит с ума!

Фиолетово-синий свет, поступающий из витража, создавал священную атмосферу. Комната для медитаций, в которой мы находились, стала похожа на Священный зал, который мы посещали с ней.

Звук скорби, разносящийся вокруг - это были чувства богини? Я думал, что это невозможно. Я думал, что она похоронила их.

Но все же они остались, в том месте в котором она не могла их найти? Я затаил дыхание.

— То, что я хочу больше всего... нет... то, чего я желаю... Капли слез хлынули из бледно-серых глаз, стекая по ее щекам.

— Пожалуйста, останови меня! Я больше не хочу сходить с ума из за любви! Тогда. Она произнесла слова, которые богиня не могла произнести.

— Помоги мне... Белл-сан...!

“!!!”

Пальцы, поддерживающие ее стройные плечи, напряглись. Биение сердца зажгло пламя. Воля подталкивала меня. Поток эмоций пронесся через грудь и сердце, оставив лишь клятву на теле.

— Я спасу тебя.

Поэтому я дал четкий ответ.

— Даже если ты снова кого-то обидишь! Даже если ты ещё больше потеряешь себя! Я спасу тебя, я спасу вас всех!!

Громко крикнул я, чтобы донести все это до её опустошенного сердца. Я понятия не имею, что делать. Однако в кое-чем нет никаких сомнений.

Сколько бы не ругали, сколько бы не презирало тебя людей, говоря, что это лишь простое лицемерие - настоящий дурак Белл Кранелл никогда бы не оставил ее одну.

Отмахнуться от руки, ищущей помощи, чтобы защитить себя, я не могу так поступить!

Слезы текли вниз, смачивая окровавленную одежду.

Она смотрела на меня, громко обещавшего ей, а затем она тихо закрыла глаза.

Перед тем, как ее глаза закрылись... мне показалось, что я видел мягкую улыбку на ее лице.

Она крепко заснула, словно ребенок, уставший проливать слёзы.

— …! Её рана…?

Ее рана. Нет, рана на груди у Хелун-сан исчезла. Побочный эффект магии? Рана закрылась?

Нет, ее тело изменилось на тело божественной девушки? Непонятно, в чем принцип. Однако этим она спасла свою жизнь.

Но все же нельзя расслабляться. Магия все еще действует, после того как она спадет, смертельная рана Хелун-сан вернется и она сразу умрет.

— Нет ...!

Я поднялся, держа ее тело на руках.

Я не хочу никого терять. Не дам никому исчезнуть.

Даже если это всего лишь красивые слова, даже если это мечты и бахвальство. Неважно то, насколько это унизительно, насколько дерзко, насколько глупо - я должен это сказать, я хочу сказать, сказать сейчас!!!

Сказать, им что я хочу спасти их!

— Я спасу вас всех!

Я покрепче прижал ее тело к себе и побежал.

Выскочив из комнаты для медитаций, я побежал вглубь особняка.

Преодолевая все препятствия и стремясь на самый верхний этаж, где находилась комната богини.

◊◊◊

Он идет.

Мальчик идет сюда.

Фрейя, разделявшая все пять чувств с помощью высвобожденной магии, увидела это.

И заметно нахмурилась

— Оттар.

— Да.

— Спаси Хелун. Я не позволю ей просто так уйти на небеса и скрыться с моих глаз.

Откинувшись на кресле, она отдала приказ стоявшему позади.

— Да, я точно этого не допущу. За совершенное... Я должна наказать ее лично. Поэтому, её надо спасти.

— Но, охрана Фрейи-сама...

— Все в порядке. Остальным детям это также не нужно. Прикажи всем не вмешиваться и отступить.

— ...Да

Услышав приказ своего Бога, Оттар вышел из комнаты.

Дыхание охранников и служанок все дальше и дальше отдалялись от комнаты. В тихом божественном алтаре осталась лишь сама богиня.

Он скоро придет в это место, где была только она.

— Белл…

◊◊◊

Бежать. Бежать. Бежать.

Я продолжал бежать, держа бессознательное тело на руках, ее глаза были закрыты, а ее свисающие руки постоянно покачивались.

Я чувствовал это спиной и плечами, я продолжал чувствовать яростный звон мечей и крики, доносившиеся с восточной стороны..

Я пробегал по западной части базы, проходя мимо комнаты для медитаций, воспользовавшись соединительным коридором, который тянулся оттуда, и обогнув атриум, я ринулся в северную часть зала.

На моем пути никого не было. Это очень странно.

Однако мне было ясно, что кто-то намеренно отгонял других. Я почувствовал, что меня намеренно заманивали к себе.

Несмотря на это, я не остановлюсь. Просто отбрось ужас и тревогу и двигайся вперед.

“!”

Я был очень близко к назначенному месту.

Когда я побежал вверх по хорошо знакомой мне лестнице, ведущей на самый верхний этаж, я увидел мужчину, стоящего впереди, который перекрыл мне путь.

Гигант с давящей аурой и волосами цвета ржавчины, боаз.

— Отдай мне эту девушку.

“...!”

Самый сильный авантюрист в городе, победивший меня одним ударом. Он смотрел на меня сверху вниз

Непреодолимое давление «Сильнейшего» заставило меня задержать дыхание, но я лишь крепче прижал Хелун-сан к себе, пытаясь защитить ее, а затем.

— Я не буду ее убивать. Это воля Богини.

— А?...

— Я помогу ей.

Воин дал краткий ответ.

Он был похож на самурая, с намерениями чище, чем у кого-либо, поэтому у меня появилось чувство, что могу ему доверять.

Встретившись с его глазами цвета ржавчины, смотрящими на меня с искренностью, я молчал некоторые время, а затем решился.

Я не понимаю природу этой магии, и не владел лечебной магией, так что я все равно не могу вылечить рану Хелун-сан.

Поэтому я решил довериться воину, и передал ее тело ему. Большие руки, толщиной с дерево, легко подняли девушку.

— Ступай. Богиня ждет впереди.

Это все, что сказал воин. Я смотрел за его спиной, спускающейся вниз по ступенькам, а затем снова повернулся вперед.

Начав подниматься по оставшимся ступеням. Уже не бегом, а шаг за шагом, уверенно ступая вперед, укрепляя свою решимость.

И неожиданно я вспомнил героическую историю о «Святом фулланде воды и света». Дух, скрывавший своё настоящее имя, пока не погиб.

Святая дева, живущая во вздохах и сожалениях. Рыцарь, пострадавший от собственных грехов. И что теперь?

Кто рыцарь, кто дух и кто святая дева?

Кто не смог получить желание своего сердца? Кому была дарована любовь?

А как насчёт тех, кто не получил любовь? Кто пострадал больше всего?

— Я не рыцарь Фулланд.

Но я хочу поговорить со «Святой девой и духом».

Рассказать ей о чувствах, которые поселились в моем сердце.

— Ты здесь, Белл. Самый высокий этаж.

Я открыл дверь в комнату Богини, там где меня ждала только она.

В центре большой комнаты, будь то кресло, возле которого мы разговаривали бесчисленное количество раз, или круглый стол на одной ножке, все было очищено. Поэтому ничего не скрывало ее.

— Кажется, мне не нужно спрашивать тебя о том, что случилось.

Ее тон, даже атмосфера вокруг нее, все отличалось от того, что было вчера.

Вместо любящей Богини, которая дарила мне тепло, на меня смотрела холодная королева.

— Очевидно, если бы ты не заметил всего этого и принял меня... Я всегда могла быть рядом с тобой, крепко обнимать и наполнять тебя любовью… Хелун действительно все испортила.

Взгляд этих серебряных глаз, казался очень спокойным, но также очень холодным и суровым.

Сейчас она была похожа на ребёнка, у которого сломалась любимая игрушка, и даже на высокомерного тирана.

Несмотря на это, от нее все ещё чувствовалась божественность не принадлежащая этому миру. Аура Королевы.

Добрая и одновременно холодная.

Жестокая и необузданная, как абсолютное существо. Богиня красоты. Божество, совершенно не похожая, на ту, что я помнил, на девушку из таверны. Столкнувшись с ее благородным видом - не робея, я произнес.

— Значит, вы Сир-сан.

Услышав это, она ответила без колебаний.

— Да, это действительно я играла с тобой в таверне, - скучающим тоном произнесла она, — Но ты ошибаешься. С самого начала девушки по имени Сир не существовало.

“...”

— Хотя это имя и принадлежало Хелун… имя Сир я получила от неё. Все, что ты видел - это моя игра, просто вымышленный образ.

Ее признание должно было шокировать меня, но мое сердце оставалось очень спокойным, даже мне это казалось невероятным.

— Могу я спросить, что это означает?

— Это действительно так. Я просто играла в ролевую игру... просто играла. Скрывая свою божественность, используя внешность девушки, я притворялась ребёнком, чтобы избавиться от скуки

— Ролевая игра ...?

— Да. Потом я встретила Рю, девочек и тебя. Все являлось продолжением игры.

Она сузила глаза, ее взгляд был очень холодным, словно она рассказывала то, о чем не хотела вспоминать.

— Все они стали пешками, что я создала. Сир не существовало с самого начала. Это была лишь моя прихоть.

Она пыталась донести, что спасение Сир или что-то в этом роде, лишь большое недоразумение.

Но несмотря, на намёки в её словах, я все равно позвал её.

— Сир-сан.

— ... Не называй меня этим именем.

— Я не хочу.

— ...

— Сир-сан.

Каждый раз, когда я называл ее имя, лицо богини искажалось от отвращения. Я посмотрел на ее глаза, которые теперь были серебристыми и задал вопрос.

— Тогда почему вы плакали тогда? В тот день «Фестиваля Богини»...

Под серым небом, которое могло пролить слёзы в любой момент, я причинил ей боль

и она заплакала.

— Почему, до сих пор вы помогали мне?

Когда меня дразнили, и я выбежал из таверны. Когда я понял, что та к кому я стремлюсь, находится на недосягаемой высоте, и я был в отчаянье.

Когда мое тело холодело во время инцидента с ксеносами.

Она всегда появлялась передо мной, иногда даря улыбку, иногда показывая мне путь, а иногда давая мне тепло.

Она продолжал готовить для меня обед и передавал его мне в руки. Я объединил все эти множества «почему» в короткие слова.

— ……Жест помощи от Сир заключался в том, чтобы заставить тебя расти. Когда я впервые увидела твою душу, я захотела взрастить этот прозрачный цвет и забрать, когда твоё тело и разум станут мне по вкусу.

— ...

— Будь то гримуар или кулон, переданные тебе во время военной игры, или все остальное... все это для того, чтобы взращивать и защищать тебя.

В сказанных ею словах не было лжи.

Благодаря бесчисленной помощи, которую она мне оказывала, я смог преодолеть множество битв и стать авантюристом второго ранга.

В ее словах не было лжи, однако это еще не все.

— Те слезы, которые ты видел... были лишь игрой в роли городской девушки. Проливая слезы в роли девушки, я лишь соблюдала правила игры.

Я сразу же опроверг ее слова.

— Лжете.

— !

— В тот момент вам было очень больно. Эти слёзы были настоящими, настолько настоящими, что заставили меня замереть на месте.

Нельзя отрицать.

Как бы тяжело это ни было, как бы жестоко мне не пришлось копаться в ее сердце, я должен пробудить девушку по имени Сир Флова, чтобы те слёзы не стали ложью.

Это не было притворством или игрой.

— Сир-сан была там.

За большими окнами колыхались прозрачные облака. Лунный свет проник в комнату, заглушая окружающие звуки.

После моих убедительных слов, в комнате воцарилась тишина, но она все еще продолжала кривить лицо.

Затем, словно рассердившись на меня, за то, что я не отводил взгляд и не менял выражение лица, она не выдержала.

Она что-то взяла.

— ...! Это украшение для волос ...!

Парные украшения. Не рыцарь, который был у меня, а часть с духом. Это был мой подарок для Сир-сан

— Когда Сир-сан впервые получила его... Тогда она была очень счастлива.

Я посмотрел на серебряное украшение с нанесенными бледно-голубыми узорами. Она улыбнулась.

Словно чтобы приколоть его прямо к волосам, она подняла украшение, которое держала в правой руке.

— Но в нем больше нет надобности. Затем она разбила его.

Прежде чем мои глаза расширились, она с силой бросила его об пол, превратив его в бесчисленное количество осколков.

Звук осколков, казалось, пронзил мои уши, почти так же, как крик девушки.

Течение времени замедлилось, и бледно-голубые осколки, рассыпавшиеся на множество частей, разнеслись всему полу, лишив меня слов.

— Спектакль окончен. Больше не нужно играть с тобой Осколки покатились к ее ногам.

Не в силах сдерживаться, она выкрикнула.

— Девушки по имени Сир больше нет. Девушка по имени Сир — мертва. Она осторожно приподняла ногу и раздавила осколки.

Видя растоптанные на множество частей осколки от украшения для волос, время вокруг меня замедлилось, и я увидел видение, в котором были воспоминания между мной и Сир-сан, за этим последовал грохот и прилив крови к моей голове.

Самодовольно ухмыляющаяся богиня видела мое сердце насквозь, а моими чувствами манипулировали другие. Словно пытаясь разжечь огонь в спокойном сердце.

Это была ловушка богини. Находящаяся в руке ведьмы. Нет, ни за что!

Я нарушил тишину и выкрикнул.

— Нет! Сир-сан все еще жива! Сир-сан, это вы! Вы только что просили меня спасти вас!

— Это был результат смешанных чувств Хелун. Когда нас соединили с помощью магии, желание этого ребёнка смешалось с моей божественной волей. Я никогда не хотела, чтобы ты спас меня, и не говорила ничего подобного.

Она ясно сказала, что знает весь процесс разделения пяти чувств с помощью божественной магии. Она показала улыбку тирана, убежденного в своем превосходстве. Её глаза сузились, словно насмехаясь над глупым ребенком, находящимся на грани безумия.

— Более того, ты сказал, что хочешь спасти меня?.. У тебя все еще хватает наглости? В конце концов, это ведь ты отверг Сир!?

Она скривила губы в насмешке. В этом и была вся суть, высокомерный поступок, совершенный Беллом Кранеллом.

В ответ на ее упреки, я решил не отрицать этого.

— Да!!! Я действительно отверг ее!!

— !

Её глаза серебряного цвета распахнулись от удивления, но я не обратил на это внимание и подошёл к ней.

Разбитое украшение для волос, создало для меня дорогу. Прямой путь, не наступая на осколки воспоминаний, прямая дорога. Я взял себя в руки и встал перед ошеломленной девушкой.

— Ваше признание! Ваше сердце! Не кем то другим, а мной!

Как и раньше. Находясь на очень маленьком расстоянии, где наши губы могли соприкоснуться при любом движении, я снова обнажил свои чувства.

— Я сделал это с вами! Поэтому я собираюсь остановить все это!

— ......!?

— Из-за этого я должен спасти вас! И я не передам эту ответственность никому другому!!!

То, что пылает в груди - это воля. То, что живет в сердце - это упрямая клятва, которая явно принадлежала ребенку.

Я не смог остановить слезы, которые она пролила. Однако я могу помешать ей причинить вред кому-либо и не дать ей причинить вред самой себе.

Я был причиной? Верно! Это произошло из-за меня, я причинил ей столько боли!

Она говорила, что я ничего понимаю, что я настолько плох? Это смехотворно.

Я очень хорошо знаю, что даже если другие люди будут презирать меня, даже если я буду злиться на самого себя, но по сравнению с этим бездействовать и кусать локти в сожалениях, еще более унизительно и бессмысленно.

Будь то цена или искупление. Неважно!!

Единственный человек, который должен был пострадать, это я, тот, кто отверг ее чувства!!!

— ...О чем ты говоришь? Ты хочешь спасти женщину, которую ты однажды отверг, не давая ничего взамен? Ты не можешь дать ей любовь и даже не собираешься дать ничего взамен!?

Она стояла у недоумении и чувствовала явное отвращение. Она фыркнула и презрительно усмехнулась.

— Какой отвратительный эгоизм, такого как ты, нет даже среди богов. Ты невероятный лицемер.

— Если так, то совершенное вами является таким же лицемерием.

— !

— Для того, чтобы сделать меня своей вещью, вы исказили весь Орарио, втянули в это всех! Возмутительно, какой эгоизм!

Насмешка пронзила мою покрытую кровью грудь, но мне было все равно, я полностью посвятил себя тому, чтобы заставить её осознать совершенное, а потом заставить её сожалеть.

Я уверен. Она покажет свое истинное желание, пока я буду снова и снова отрицать ее.

Те слова, которые мы используем как оружие, страшны и чрезмерно капризны.

Выпавшие кости давно уже были разбиты в порошок. Неважно, как сильно мы желаем любви, как бы не надеялись на неё. Мы просто раним друг друга своим эгоизмом и самолюбием, проливая кровь и слезы.

Сейчас мы больше не можем оглядываться назад. Мои и её серебряные глаза смотрели друг на друга.

— ...Как бы ты не кричал, Это всего лишь игра. Сир - моя ложь.

— Я не могу поверить, что это ложь, после такого страстного признания!

— Что?

Я громко выкрикнул ей в ответ, и впервые увидел, как она дрогнула от смущения.

— Как бы вы не настаивали, что это просто игра, я не позволю Сир-сан исчезнуть! Меня не волнует ваша гордость и тому подобное!

Я не забуду, что произошло в тот день.

Всю оставшуюся жизнь я никогда не забуду слезы, которые она пролила тогда, а также не забуду свои собственные затруднения и сожаления. Потому что как бы я ни желал, как бы ни надеялся все вернуть, то, что произошло в тот день, не изменится!

— Это не ложь, а правда! Я не позволю никому отрицать это! Даже вам!!!

Я продолжал кричать, только чтобы увидеть как ее светлая кожа и щеки, на мгновение приобретают красный оттенок..

И сразу после этого её несравненная красота исказилась, а затем, словно не выдержав, она оттолкнула меня одной рукой.

Я уверенно сделал несколько шагов назад, все еще наблюдая за ней.

— ...Это правда раздражает. Да, это так раздражает. Я впервые испытываю это чувство.

Улыбка на ее лице исчезла, и она обратилась ко мне со спокойным лицом, но яростным гневом внутри.

Гнев богини даже заставлял мою кожу дрожать. То, что я делаю сейчас, должно быть невероятно.

Я восстал против «Богини красоты», которую боялись даже боги, противостоя ей в одиночку, если бы Лорд Гермес увидел эту сцену, он бы наверняка потерял сознание.

Даже в этом случае священный огонь, поселившийся у меня на спине, чувства, скрытые в моей груди не отступят.

— Ты хочешь остановить меня, а затем спасти... Тогда вполне нормально спросить, что ты собираешься делать?

— ...

— Возможно, ты уже заметил, Белл, мое очарование, на самом деле не действует только на тебя. Но даже в этом случае, Орарио все ещё искажен. Пока я буду отдавать приказы, все в городе сразу же станут твоими врагами. Будь то Семья Гестии... или Принцесса меча.

Имея перед глазами лишь мысли, она поставила передо мной жестокую реальность.

Несмотря на мой спокойный тон, сердце все еще бешено колотилось. Казалось, что даже это она видела насквозь, уголки её глаз высоко вздернулись и она произнесла непоколебимую правду.

— Если я воспользуюсь всеми средствами, твое сердце абсолютно точно поддастся.

Она обладала властью, способной уничтожить все Орарио и в её словах не было ни капли лжи.

Холодный пот, который было невозможно скрыть, струйками стекал по моей шее.

— Ты пришел спасти меня или что-то в этом роде?

Как только она это произнесла, произошло изменение. Первым это заметил я.

— Тепло? Спина горела.

Словно чтобы сжечь ложную благодать, обновленную рукой богини красоты, благодать священного огня испустила рев.

"————"

Вскоре Фрейя-сама затаила дыхание, и её взгляд сильно изменился. Она резко повернула голову и посмотрела в окно.

Снаружи открывался вид на ночной Орарио, полный «огней».

— Может ли это быть... Гестия?

Не подозревая об этом, бесчисленные «Очаги» колыхались по всему городу.

— Что!?

Изменения происходят в самых разных частях города.

Под штаб-квартирой Гильдии, в «Зале Молитв», на каменном алтаре Фелс согнул колени и уперся одной рукой в пол.

— Тело такое горячее......! Это явно не пламя, но кажется, что оно горит!

Его другая рука покоилась на голове, он издавал тревожные звуки, словно его опаляли пламенем.

Чувствуя состояние мага, Уран, глаза которого были закрыты, тихо прошептал.

— Была активирована сила священного огня.

— Священный огонь? Что вы имеете в виду!?

Возможно интуитивно понимая опасность, в глубине черного плаща вспыхнул серебристый свет.

Это были правила, установленные Фреей. Использование слов и поступков, которые могут уничтожить клетку.

Фелс превратился в очарованного раба и поднял правую руку, создав магическую стрелу, направленную на трон Бога.

— Это бесполезно, Фелс. Слишком поздно. Даже если ты стал очарованным рабом, распространившееся пламя не будет потушено.

Однако Уран не дрогнул.

Он смотрел на мир, словно на небо, и неторопливо начал раскрывать тайну.

— Те, кто очарован, будут реагировать на определенные слова, действия и знаки, все для того чтобы исключить любую опасность поэтому, есть специальные слова,

которые можем понять только мы.

— Что !?

— Это просто несколько "кодовых слов”, которые не стоят упоминания, не говоря уже о том, что дети их просто не понимают, даже в небесном царстве их могут понять только соседи.

Подготовка закончилась, когда Гестия посетила этот алтарь. Два бога-основателя вели тайный разговор прямо под ушами Фелса.

Поэтому Уран и сказал это. "Сейчас ты ничего не можешь сделать. Сейчас ты ничего не можешь сделать, пока не придет время.”

— Из разговора я узнал, что Гермес доверил письмо Гестии. Поскольку средства были ограничены, мне пришлось сделать ставку. поэтому я отдал задание по раздаче дров, Гермесу и его семье.

— А как насчет Дров ......?! Что не так с этими дровами!

То, что приготовила гильдия и передала Семье Гермеса, было обычными дровами. Никакой особой силы в них самом не было.

Поэтому Фелс, который подчинялся правилам, никак не предохранялся от этого. Затем Уран, нет, Гестия, что-то с ними сделала.

Все это стало возможным благодаря смелому суждению богини, подставленной Гермесом, которая точно определила божественную волю Старого бога и затем, не сдаваясь, продолжала действовать.

— Дрова, которые сейчас разбросаны по всему городу - с божественной кровью Гестии на них.

— Это...... опасная работа......

Под холодным небом, которое, как не удивительно, было зимним, Гермес, прислонившись к стене, слабо проговорил.

Перед его взором предстало множество жителей Орарио, скрючившихся с руками на голове.

Боги и авантюристы не были исключением. Или они прислонялись к стене, как Гермес, или тянулись, чтобы опереться о нее, с невыносимой головной болью.

А по обеим сторонам улицы из окон домов, выстроившихся вдоль улицы, просачивался свет "очагов".

— Сосредоточиться на создании очага для меня было довольно сложно, не так ли?

Было два письма, которые Гермес получил от Гестии.

Первое служило в роли напоминания для самого себя: “Преврати Орарио в очаг”.

На другом листе бумаги было написано

"Место, где хранится божественная кровь богини Гестии".

Возможно, это произошло потому что именно Асфи спрятала кровь Гестии, за которой наблюдали и которая не могла спокойно передвигаться, скорее всего это удалось с помощью магического ящика, или прозрачного состояния Асфи.

В отдаленной подземной таверне, которая так нравилась Богу Гермесу, и которую он часто посещал, божественная кровь Гестии была спрятана под круглым столом прямо посередине.

Члены Семьи в основном знакомы с магическими предметами Асфи. Даже если бы она на вторглась на базу, где находились дрова, с помощью своего прозрачного состояния, высока вероятность того, что ее могли обнаружить. Если бы члены Семьи,

которые были очарованы, сообщат об этом, все было бы кончено. Поэтому последний шаг был сделан Гермесом.

Он взял божественную кровь Гестии и капля за каплей, капал ей на все дрова, привезенные из гильдии.

— Даже с чувством неповиновения, я все равно не понимаю всю ситуацию. Даже если бы я действовал, следуя приказам Асфи, я даже не подозревал, что клетка может быть разрушена ! Поэтому не было никаких недоразумений и удаления воспоминаний не произошло !

Красивое лицо Гермеса скривилось и было в поту, но в уголках его рта появилась улыбка.

Он отчаянно пытался подавить свои мысли, чтобы не переступить порог "чувства неповиновения" и "нарушения".

Хотя и на этом этапе ни одно воспоминание не будет стерто, это было подтверждено заранее.

Итак, поскольку он не понимал правил этой "Клетки" и о том, кто её создал - намеренно не пытаясь понять их, он не мог догадаться, что "строительства очага" будет причиной разрушения "Клетки".

Рассмотрим пример.

Предположим, что существует "Огненный меч", который может уничтожить Короля Демонов.

Но если вы не знаете слабостей Короля Демонов или даже того, что Король демонов существует, то даже если кто-то скажет: "Создай Огненный меч", он или она, только посмотрят вверх и спросят: "Зачем?” и все.

До тех пор, пока связь между ними не будет понята, не будет и связи с Королем Демонов и созданием “Огненного меча".

Гермес не стал углубляться в собственное "чувство изменения", а просто молча следовал указаниям извне.

Он вылил на дрова божественную кровь, а затем отдал их Лулуне и приказал им зажечь огонь после того, как они буду уходить из назначенного дома. Все было так, как написано в письме с указаниями от Асфи.

Распределение дров было политикой Гильдии и регулярным ежегодным мероприятием. Зрелище не было чем-то необычным, поэтому жители Орарио, находившиеся под воздействием очарования, не остановили бы его и даже не удивились бы.

— В любом случае, после трагического поражения еще есть то, что можно предпринять позже.

В уголках его зрения, Лулуне и Фалгар, закончившие раздавать дрова, уселись на землю, выглядя очень болезненно.

Члены семьи неосознанно выполняли его собственный заговор, хотя Гермес чувствовал себя виноватым, он показал довольную улыбку, пока его лицо покрывал пот.

◊◊◊

— Если бы Фрейя превратила жителей Орарио в простых рабов, то мы бы не смогли ничего сделать.

Голос Урана эхом разнесся по подземному алтарю.

Если бы люди, как авантюристы, так и боги, стали просто куклами, выполняющими приказы, то победа Фрейи была бы неоспоримой.

Гермес не испытывал бы чувства изменения, и даже не осознавая этого, просто бы стал руками и ногами королевы, изолированная Гестия была бы скована, а Асфи была бы схвачена в ближайшее время.

— Но Фрейя этого не делала. Точнее говоря, она не могла этого сделать. Орарио это "Столица героев", и если смысл этого города перестанет существовать, это будет концом Нижнего царства.

Если авантюристы из Семьи Фрейи превратятся в обычных кукол, смогут ли они выполнить третье главное испытание для авантюристов - смогут ли они сокрушить Черного Дракона?

Можно ли будет по-прежнему совершать набеги на подземелье, управляя рабами, которые будут только выполнять приказы?

Ответ: Нет.

Если она превратит всех в марионеток, если бы весь мир стал “Клеткой", то "Герой", которого желают боги, не родится. Фрейя тоже это знала.

Она также является богом-основателем, которая любит нижний мир, и не является "злым богом".

Это означает, что она не могла полность исказить мир, тем самым разрушить его..

— А уничтожение нижнего мира означало бы потерю Белла Кранелла, который

оказался в руках Фрейи. Однако вместо этого Фрейя хотела подтолкнуть этого мальчика на трон Героя, именно поэтому ей пришлось сохранить Орарио как “Столицу Героев”. И в результате получилось то, что происходит сейчас.

Хотя и существовали некоторые ограничения, люди все же могли жить свободно, как, например, искаженный Орарио сегодня..

И только это "искажение" было единственным прорывом, который могли использовать Уран и остальные.

— Что ты имеешь в виду, о чем ты говоришь, Уран!?

Стоя на подземном алтаре, Фелс был в полном замешательстве. Сила Очарования в его теле также не знала, что делать.

Мудрец, проживший восемьсот лет и хранящий мудрость, был беспомощен перед лицом чего-то неизвестного, того, чего он не осознавал. И теперь он окончательно не понимал как слова Урана, так и его божественную волю.

Одна из поднятых рук дрожала, как будто его тело противоречило душе.

— После этого, что ты будешь делать!

Услышав этот вопрос, старый бог торжественно ответил.

— То, что сейчас начнется - это создание "храма" для определенной богини в небесном царстве. Она поднимет свою божественную силу, чтобы охватить весь Орарио, и сокрушит зло.

— ......!?

— Ее зовут Гестия. Сила, которой она обладает - это "Неугасающий Священный Огонь", а также "Хранительница очага"... что дарует пламя.

Веки старого бога, которые были плотно закрыты, медленно открылись.

— Она превратит Орарио в "очаг" - в свой "алтарь". Молчание о котором они договорились с богиней закончилось.

Его божественные глаза, похожие на цвет неба, распахнулись, а уголки рта слегка изогнулись.

— Время твоего баловства прошло, Фрейя.

Маг в черном, который ничего не подозревал и был беспомощен, застыл на месте. Только застыв, маг поднял глаза к богу и с тысячью эмоций, которые несли в себе

груз восьмисот лет, прошептал.

— Впервые я вижу, как ты улыбаешься, Уран.

◊◊◊

— Здесь так холодно…!

В воздухе. На высоте около 3 километров.

Очень далеко от земли Гестию обдувает сильный ветер.

— Пожалуйста, не двигайтесь, богиня Гестия! Я никогда раньше не летала так высоко!

— Ты можешь так говорить, но холод есть холод, Асфи! Сейчас почти зима, и все стали пользоваться обогревателями! Смотри, у меня уже зубы стучат! Посмотри на это!

— Тогда почему вы одеты в свой обычный тонкий наряд?

— Неважно...! Мы с тобой и так слишком редкое сочетание...

— Это действительно так!

Асфи покрепче ухватила Гестию, они продолжали болтать, передвигаясь по воздуху.

Было две причины, по которым они поднялись сюда, вместо, где даже из близи можно смотреть на проходящие облака..

Первое - для того, чтобы быть в безопасности. Гестия не предусмотрено исчезла, и семья Фрейи, наблюдавшая за ней, теперь была в смятении.

Даже если они в воздухе, зрение авантюриста высокого класса, было бы большой угрозой.

Эффект черного шлема заключался в том, чтобы сделать прозрачным объект, носящий его, и то, что было на нём, однако у Асфи не было ещё одного предмета для Гестии, она не могла скрыть Гестию. В результате чего они поднялись на высоту, которую не могло уловить даже зрение авантюриста первого класса, даже используя облака, чтобы полностью скрыть себя.

Из-за этого воздух вокруг них был разреженным и ветреным, а два чёрных хвоста, волос Гестии постоянно задевали очки Асфи, из-за чего обе чувствовали себя некомфортно.

И вторая причина.

— Богиня Гестия, мы почти у Вавилонской башни!

Второй причиной было желание забраться на вершину стоявшей там Вавилонской башни. Асфи широко расправила крылья на своих летающих ботинках и приземлилась точно на вершине.

Гестия, которая отчаянно держалась за нее, сначала почувствовала удивительное ощущение, похожее на левитацию, а затем открыла закрытые глаза перед ее

глазами предстало осеннее ночное небо.

Вершина "Вавилонской башни" не была ничем украшена.

Она была покрыта множеством больших каменных плит, но не было никаких перил, чтобы предотвратить падение.

В конце концов, никогда не предполагалось, что кто-то сюда придет.

Здесь было лишь звездное ночное небо, кажущееся недосягаемым, а также холодный осенний ветер.

— Хотя это и была моя идея, но здорово, что мы добрались сюда без проблем.

— Семья Фрейи похоже, тоже ничего не заметила.

Гестия продолжала разогревать ладони, растирая их друг о друга, а стоящая рядом с ней Асфи смотрела в сторону лестницы - единственного входа и выхода на крыше.

Самая верхняя комната Вавилонской башни сейчас принадлежала Фрейе, и Семья Фрейи располагалась там. Если бы они пытались подняться с самой башни, их бы обнаружили, поэтому Гестия предложила воспользоваться воздушным путем, которым могла пройти только Асфи.

После того, как Асфи опустила ее на землю, Гестия огляделась.

— Тут так красиво Но к сожалению, сейчас нет времени любоваться этим.

С башни открывался прекрасный ночной вид на Орарио.

Этот вид с самой высокой точки в городе, был, пожалуй, самым экстравагантным видом в городе. Повсюду виднелись огни волшебных камней, которые так заливали ночной Орарио светом, что казалось, будто на него рассыпался сундук с сокровищами. Гестия прищурилась, наблюдая за светом обогревателей, освещавших дома, и развязала заколку на волосах.

— Богиня Гестия. Хотя это не очень приятно спрашивать, пока вы здесь… но я все еще не совсем понимаю, что вы задумали...

Доверившись словам богини, Асфи, оказавшаяся на вершине Вавилонской башни, осторожно спросила.

Действительно ли можно очистить Гермеса и остальных? Что будет с Орарио? В ее голосе не укрылось чувство тревоги.

— Ну... то, за что я отвечаю, это, говоря прямо, Священное Пламя... На самом деле оно довольно незначительно.

— А?

— Это не то же самое, что "Пламя кузницы" Гефест, или лучше сказать "Пламя очага", или как там его... В любом случае, в отличие от боевых искусств Таке, или "Вина" Сомы, или "Красоты" Фрейи, оно мало что дает в этом нижнем мире.

Услышав от нее конкретные примеры, которые она не совсем понимала, лицо Асфи становилось все более растерянным.

Богиня тайно поведала о второстепенной причине своей неспособности собрать новых членов семьи, пока к ней не присоединился Белл, пока ее длинные распущенные волосы спадали до пояса.

— Но если будет подготовлен алтарь, то и я что то да смогу сделать. Затем...

Гестия тихонько подняла правую руку вровень с грудью, и в следующее мгновение со всех концов города поднялись тонкие столбы алого света.

Десятки, нет, сотни столбов света. Это были дома людей, в которых Семья Гермеса зажгла дрова, а точнее, дыхание пламени, поднимающееся из печей.

Глаза Асфи расширились.

Хотя цвет был другим, свечение было ей знакомо.

Это был слабый теплый свет, который просачивался из ее спины, во время обновлений её характеристик, это было сияние божественной силы.

— Мы установили бесчисленное количество Очагов в искаженном городе.

Все очаги содержат мою Божественную Кровь. То есть эти бесчисленные лучи света, служат моей силой.Таким образом, я смогу создать свой храм, расположенный в небесном царстве.

В этот момент Асфи кое-что заметила.

Тепло, содержащееся в голосе Гестии, которая как обычно была добра к людям, исчезало.

В нем была заложена "божественность", которая была сосредоточена на деле и исключала человечность.

От ее маленького тела исходила божественная сила, и Асфи подсознательно отступила назад в благоговейном страхе.

— Это богиня-девственница. Не боясь силы соблазна, она отвергает его. Похоть - зло, целомудрие - добро. Настало время снять чары обольщения с этого места. Это жертвенное пламя, которое разрушает и очищает зло.

Голос звучал отчётливо.

Это звучало как заклинание Девственной-богини, но также и как благословение. Выражение на лице богини исчезло.

Глаза, смотревшие на город, уже были за пределами человеческого взгляда и были необычайно священны.

Словно приказывая бесчисленным бледным лучам света, поднимающихся под ее глазами, густое алое сияние, колебания божественной силы опалили зрение Асфи.

— Это, это !?

Чувствуя, как могучий свет Богини превращается в порывистый ветер и проносится вокруг, смертная девушка протянула руку, чтобы закрыть глаза.

Согласно указаниям Гестии, в соответствии со словами, переданными Асфи, зажженные на нужном месте дрова превращались в пламя, усиливая божественное могущество богини.

Если бы кто-то мог смотреть на землю сверху вниз, словно хищная птица, этот человек наверняка бы заметил.

Подобно костру, сияние печей, зажженных в Орарио, стало еще более ослепительным, образуя "заключительную форму", похожую на магический массив.

Огромный круглый алтарь, окруженный стенами, был огромным очагом, и свет пламени разливался по нему.

— Не говорите, что мы нарушили правила. Это вопрос соглашения между богами, миссия и ответственность, которую мы взяли на себя на данный момент.

Это "согласованное правило".

Это неписаное правило, которое было согласовано богами, опасающимися агрессии и доминирования в небесном, а также и в нижнем царстве.

Богиня служения способна противостоять подавляющей силе очарования, и поэтому действует как контрмера против "Богини красоты" и как защитное средство. В случае кризиса в Небесном и Нижнем царстве их способности могут заключаться не в "божественной силе", а в "вещах", за которые они отвечают - и они могут быть использованы в полной мере.

— ...Тебе не следовало покидать "Вавилонскую башню" только для того, чтобы заманить Белла в ловушку, Фрейя.

Гестия, чьи глаза были обращены на юг города, прямо к Боевому саду, на мгновение сменила свой тон на обычный.

— Это место, от которого ты отказалась, является центром алтаря. Вавилонская башня стала центром Орарио

Это Вавилонская башня - центр Орарио. Она также являлась самой близкой точкой, к небесному царству

Пламя разгоралось все ярче и ярче. Земля содрогнулась в тишине.

Сам город словно превращается в "платформу священного огня".

На улицах, в тавернах, на площадях дети и боги либо приседали, либо падали на землю, когда богиня громким голосом провозглашала.

— Это то, чего вы не знаете, тайный ритуал Гестии, богини Весты.

Это тайная сила Гестии, которую знают только боги ее родины в небесном царстве, и которая также является ее козырной картой.

Это высшая тайна, чудо более низкого ранга, чем "божественная сила".

На глазах у ошеломленной Асфи правая рука богини спокойно взметнулась вверх.

— "Aedes-Vestae", священный храм огня.

Сильная божественная мощь, отличная от магической силы, издала рев.

— ……...A!

Тело Асфи, наблюдавшей высвобождение силы на чрезвычайно близком расстоянии, откинулось назад, держась под экстремальным углом.

То, что произошло, было светом сокрушения зла. Оно также известно как "пламя очищения".

Все, кто попал под "очарование", слышали иллюзорный звук жжения, в то время как глубоко внутри тела бурлило настоящее тепло.

Свет богини распространился наружу, окутав весь город сиянием пламени.

Жертвенное пламя поднимается вверх.

Пламя благословения поет гимн святой чистоты.

Как пылающий огонь, он распространился по всему городу, никого не сжигая. Это не огонь, уничтожающий врага, а "огонь-хранитель", спасающий молящих.

Пламя происхождения и корней, более древнее, чем формирование человеческой цивилизации и культуры.

Это пламя, которое мягко бьется в очаге, словно мягкий костер, освещающий тьму, принося тепло и мир тем, кто страдает, и давая им свою защиту.

Именно звук пламени создает конец этому кошмару. Божественное пламя, сжигающее наложенные чары.

На улицах, в тавернах, в домах людей, в башнях. Пламя охватывало здания и охватывало богов и людей.

Бог вестник, богиня кузницы, бог целитель, бог боевых искусств, бог обмана. прум, юный кузнец, дева с Дальнего Востока, Девушка-ренарт.

И... Принцесса Меча.

Боги и их семьи, опустившиеся на землю и на пол, с закрытыми глазами, были мягко

охвачены пламенем.

Пламя очага, напоминавшее "Эльфийское чудо", не утихало, переливаясь алым свечением, поднималось в небо - и, наконец, бесследно исчезало.

[[image:/storage/reader-images/0b623ca17314d63610fbe703f215be1a56f0b5e5.png]]
◊◊◊

Город снова возвращается в тишину, как будто все это было иллюзией

— ............ Это свечение только что? Хогни пробормотал в замешательстве.

Члены Семьи Фрейи вокруг него также встревожились.

Он поднял голову, и его взгляд переместился за пределы базы, а его сознание

пролетело над головой, словно в поисках следов алого пламени, только что озарившего темную ночь.

— ...... О нет, что-то не совсем так!

Сразу же после этого в его груди поднялась неописуемая тревога.

Пламя было заблокировано огромными стенами и не вторглось в Боевой сад.

Бесчисленные огненные лучи, летящие по воздуху, окружили все его тело, но не вызвали ничего необычного.

Однако сейчас в робком сердце Хогни, появилось ощущение странности, которое невозможно было объяснить словами.

Черный Эльф сжал в руке свой черный длинный меч и краем глаза посмотрел вперед.

Эльфийка, стоявшая на одном колене и покрытая ранами, поворачивалась спиной к огромной стене, отделявшей город от базы.

— ... Прекрати, не сопротивляйся и сложи оружие. Иначе твои конечности будут отрезаны одна за другой.

— ......!!!

Именно Рю была окружена Семьей Фрейи, включая Хогни.

Она выбралась из подвала и устроила суматоху на базе, но ее борьба закончилась, как только Хогни нанес удар прямо перед ней.

Так же, как она была разбита своим противником в битве на Фестивале Богини, она не могла сравниться с силой 6-го уровня и была беспомощно поставлена в невыгодное положение, после чего была вынуждена забиться в угол чужой базы, не найдя выхода из положения.

Противник сформировал вокруг нее кольцо. Даже насекомое не проберется через него.

Рю упиралась спиной к боевому саду. Пот и кровь стекали с ее кожи, а лицо исказилось.

— Гхх ...... Белл......

Она сузила глаза, смотря на особняк на холме, в котором, как она боялась, все еще находился пленённый Белл. Мысленно отгоняя слова: "Неужели это конец?".

Подавив тревогу в сердце, которое было на грани того, чтобы сдаться, Рю подняла свое тело, держа в руке свой меч кадачи.

Восхищенный своим собратом, который не утратил волю к борьбе даже в этой ситуации, Хогни не проявил милосердия.

— Если ты решила проявить достоинство, пусть оно будет рассеяно здесь!

Он молча шагнул вперед, исчезая с её глаз, и в следующее мгновение оказавшись перед глазами Рю, собираясь взмахнуть черным мечом.

Однако.

*БАХ!!!*

Раздался грохот.

"?"

Прозвучал металлический лязг и удар Темного эльфа был отражен.

— Что !?

Потрясенный голос, казалось, исходил от широко раскрывшего глаза Хогни, или ошеломленной Рю, или, возможно, от членов Семьи Фрейи, которые сомневались в своих собственных глазах.

Перед ними и их глазами стояла красивая молодая девушка с золотыми волосами и золотыми глазами.

— ......Принцесса меча?

Тихие слова Рю были поглощены спиной Айз, с резким звуком она взмахнула своим тонким серебряным клинком.

Под пристальным взглядом золотых глаз члены семьи за исключением Хогни слегка вздрогнули.

— Все они, я не могла об этом подумать.

Голос девушки, который обычно почти не повышался и не понижался, теперь содержал явные нотки гнева.

— Белл - не часть семьи Фрейи.

Айз подняла меч и направила его на удивленного Хогни, а ее левая рука лежала на груди.

— Пламя Гестии-сама также достигло моего сердца.

В её сердце зажглось теплое сияние огня, как в очаге.

— Сила очарования была сожжена и очищена.

Это заявление словно превратилась в спусковой крючок. За пределами четырех стен был слышен шум толпы.

— Э ...... что за ?

— "Кроличья лапка" - это Семья Фрейи!?

— Эй-эй, что за глупость!

Голоса, вернувшие себе рассудок, доносились с середины оживленной улицы, с юго- востока и северо-запада, со всех концов Орарио, раздаваясь с неистовой силой.

Это свидетельство того, что "Божественная мощь очага" сокрушила "Божественное могущество красоты".

Ощутив кожей настоящую какофонию шума и хаоса, Хогни застыл на месте, и в следующее мгновение еще две фигуры прыгнули с гигантской стены сверху.

— Как же Как вы посмели заставить меня говорить такие вещи Аргонавтику!!?

— Какая наглость, очаровать всех в городе, вы должны серьезно объясниться!

Как и Тиона, державшая в руках свой двойной клинок, как и Тионе, выпускавшая свою убийственную ауру, подняв два изогнутых меча, обе они излучали тот же гнев, что и Айз, смотря на Семью Фрейи.

— Семья Локи......! Значит ли это, что чары Фрейи-сама действительно!

Увидев это зрелище, даже авантюрист первого класса, Хогни, окончательно встревожился.

Семья Фрейи, которая никогда не сомневалась в абсолютном статусе своей госпожи, погрузились в хаос.

Рю, которой удалось сохранить самообладание, обратилась к спине мечницы которая все еще укрывала ее, произнося:.

— Принцесса меча... никогда не думала, что ты спасешь меня.

Услышав эти слова, Айз медленно обернулась к ней.

— Где сейчас Беллl?

— Что!? Почему... почему первое, о чем ты спрашиваешь, это местонахождение Белла?!

— Ты не знаешь?

— Нет, не совсем нет, я не могу! Я не знаю почему, но я не могу!

— И о чем это вы двое спорите в такое время?

Айз слегка наклонила голову, заставляя Рю замолчать, но затем она полностью потеряла самообладание, начав кричать на неё с красным лицом, заставив Тионе сердито успокаивать их обеих...

Разворачивающийся на его глазах фарс заставил Хогни застыть, а затем поднять брови.

— Правда еще неизвестна, однако, это территория богини! Я разрублю вас на куски, вы, безродные, разрушительные варвары!

— Да, давай сражаться! Я тоже очень зла!

Огромные двойные клинки, поднялись над его головой, и Тиона издала рев.

Вместе с сильным грохотом орудие черного эльфа и амазонки столкнули и в тоже время Айз, Тионе и Рю  повернулись вперед и начинали свое сражение с Семьей Фрейи, которые издавали боевой клич

— Ч-ч-что!?

Сильный удар обрушился на серебряное копье Аллена.

— Ты действительно смотришь на меня свысока, говнюк. Мне не нужно объяснять, сегодня я собираюсь выбить из тебя дерьмо.

— ...Оборотень, будь ты проклят.

Увидев Бете Логу, который стоял спиной к лунной ночи и испускал отвратительное убийственное намерение, Аллен непроизвольно цокнул языком.

Это была южная часть города, около пятого района.

Прумы под командованием Аллена отступили к своей базе, уже собираясь войти в "Боевой Сад", когда их остановила другая крупнейшая Семья города, которая находилась наравне с их собственной Семьей.

— Бете. Девушки тоже не послушались команды, однако сейчас, я больше не собираюсь ждать.

После этих слов, Дворф сузил глаза.

— Я не смогу перевести дух, не дав вам, ребята, хорошего удара в лицо, прежде чем гильдия придет, чтобы остановить это.

— Чертов, непробиваемый Дворф !

— Как же ты вырвался из чар нашей богини!

— Неужели это невероятное пламя только что было причиной!

— Ты, старый Дворф!

В стороне от Аллена и остальных, Гарет Ландрок противостоял Альфриггу и остальным.

Хотя он был безоружен, вид дворфа, размахивающего тяжелыми, как камень, кулаками, заставил каждого из четырех братьев прумов выплеснуть слова колебания и отвращения.

Перед потрясенным Ваном им преградила путь кровожадная группа членов Семьи Локи, которые последовали за Бете

Тот факт, что ими манипулировали по своему желанию, разожгло сердце Оборотня, а также воина Дворфа.

С яростным звоном мечей и копий возникло второе поле битвы.

Жители Орарио, не успевшие подняться на ноги от потрясения, тут же испустили горестный крик, зрелище перед ними было почти как в борьбе.

— ............ ЛОЖЬ!

Обрывки растерянного голоса скатились на землю. Это была девушка прум.

— Обман, обман, обман! Это должно быть ложь!!!

— Лили, Лили!

Крик, который звучал так, словно с разрывающего горла был слышен по всему “Поместью очага”.

Так и произошло в тот момент, когда "Пламя Очищения" было освобождено и все чары были сняты.

Для девушки прума, которая влюбилась в спасшего ее мальчика и поклялась никогда больше не предавать его, помнила свое холодное обращение к нему и, вернув себе память и вспомнив все, Лили упала на пол, издав звук, похожий на звук сломанного инструмента.

Вельф, который также посинел от своих действий, собирался побежать к кричащей Лили, однако слышал стук.

Звук падающих на пол колен, раздался из другого места.

— Как, может ли эт ............ меня............ почему............. Как может............ это............ было слишком............

— Хару...... Харухиме-сама......

Девушка-ренарт сохраняла вертикальное положение и опустилась на пол, слезы продолжали струйками стекать из ее пустых глаз.

В отличие от взволнованной Лили, она вздохнула так глубоко, как только могла, погружаясь в пучину самообвинения, это настолько будоражило её душу, что она забыла о течении времени.

Оказавшись посреди двух отчаянных девушек, Микото застыла на месте.

Ошеломленный Вельф сжал кулаки.

То же чувство отвращения и ненависти к себе, которое не покидало Лили и остальных, нахлынуло на него, но он продолжать сгорать от неудержимого гнева.

Лили держала свою маленькую голову руками, упираясь лбом в пол и твердя: "Прости, прости, прости, прости, прости!". Бесконечно извиняясь.

Подойдя к ней, Вельф схватил её за руку.

— Вставай, Лили! Если ты хочешь, чтобы тебя осуждали, то я буду осуждать тебя, пока ты не успокоишься!

Затем, он вбил это в её ореховые пустые глаза.

— Если мы не спасем Белла сейчас, Богиня красоты заполучит его!

В следующее мгновение ее глаза широко распахнулись, почти выйдя за свои пределы, а затем она выпустила звук, который отличался от того, что был раньше.

Этот звук положил конец отчаянью, плечи Микото и Харухиме яростно затряслись.

— Белл-сама еще ребенок, его не должны осквернять! Девственность Белла-сама, девственность Белла-сама, будет охранять Лили..!!

— Тогда уходим отсюда!

— А-а-а-а-а-а!

Блестящий ход Вельфа мотивировал Лили, заставив её снова прийти в сознание, прежде чем они были на полпути к выходу из коридора, Вельф прокричал, ошарашенным Микото и Харухиме.

— Поторопитесь! Мы - семья! Идем за ним!

— .....Да!!!

Харухиме также небрежно вытерла слезы и, поднявшись, выбежала из комнаты. Вернувшаяся в сознание Микото, также бросилась вслед за бегущим Вельфом.

Лили и Харухиме вышли первыми, а через шаг из выхода за ними выбежали Вельф и Микото.

Девушка с дальнего востока и молодой кузнец, бежали бок о бок, показывая пустую улыбку, не зная, была ли она от переполняющих эмоций или от глубокого раскаяния.

Затем, словно не в силах сдержать свои чувства, одна рука с размаху ударила Вельфа по спине, словно подталкивая.

Вельф, который улыбался в ответ, размахивая руками, проговорил:

— Подожди нас, Белл!!!

— Эх...... создали неприятности для Белла, сколько раз это уже было ?

В центре заброшенного магазина..

Раздался ленивый голос девушки циантропа.

— Серьезно, я хочу умереть......

— Не говори глупостей! Ты сможешь вернуть ему долг, только позже! Дафна потянула за руку разочарованную Наазу и вытащила ее наружу. Вдвоем они побежали к давно намеченной цели, а Миах следовал позади.

— Даже боги совершали глупые поступки. Так что точно нельзя падать духом сейчас, нам еще есть чем заняться!

— Вухуху - это именно то, о чем говорилось во сне ~~~~~~~~! Я видела вещий сон, в котором я почему-то не была товарищем Белла-сама ~~~~~~~~~~~~!

Их бог покровитель кричал, но Кассандра не обратила на это внимание, прижав посох к груди, она побежала.

Отчаянная провидица кричала совсем по другой причине. Семья Миаха совершила точно такие же действия, как и Семья Гестии.

— Опять заставили парня попасть в отчаянье ! Даже защитить его щитом после этого далеко не достаточно!

— Несмотря на это, мы должны пойти туда! Идите и помогите Беллу! Оука и Чигуса пересекали главную дорогу с оружием в руках.

Члены Семьи Такемиказучи последовали за ними.

— Я уже не знаю сколько раз я испытывал чувство беспомощности, с тех пор, как попал в нижний мир Но ни один из них не был таким, как сейчас!

Несмотря на обычные физические способности, Такемиказучи, передвигался по зданиям с необыкновенной ловкостью, проскакивая через них, как ниндзя.

— Быстрее, быстрее, Остановите! Больше не позволяйте семьям сходить с ума!

В погруженной в хаос штаб-квартире Гильдии, где сотрудники только что пришли в себя, кричал побледневший Ройман.

— Защитите Семью Фрейи! Заключите перемирие!

— Э-ээ-эх! Но, председатель, то, что сделала семья Фрейи, было непростительно или вдруг, если мы оставим это в покое, окажется, что нами снова будут манипулировать, что немного пугает......

— Это не имеет значения! Если две больших семьи, особенно такие как Семья Локи и Семья Фрейи столкнутся, Орарио превратится в море огня!

— ИИИИИИИИИИИ!

Услышав это невероятное указание, секретарша Миша вмешалась в разговор и тут же испустила еще один горестный вопль.

Ройману, который и сам был очарован, конечно, было не по себе внутри, но он был спокойнее и одновременно тревожнее всех остальных. Точнее, он почувствовал нарастание тотальной войны Семьи Локи против Семьи Фрейи, и задрожал от страха.

Он в отчаянии объяснил, что теперь, когда чары сняты, прошлые события - мелочь по сравнению с "уничтожением Орарио", и изо всех сил пытался остановить зажигание огромной бомбы.

Сотрудники гильдии, осознав серьезность ситуации, тоже посинели и начали действовать.

— ...... Это нужно остановить! В противном случае, мне понадобиться больше лекарств для желудка !

Ройман схватился одной рукой за свой выпуклый живот и несколько раз чуть не упал на землю.

Будучи главой гильдии, он отчаянно пытался сохранить спокойствие.

Кроме того, он прекрасно понимал, что авантюристы беззаконники, не остановятся в этой ситуации.

— Э-Эйна! Это немного сложно, но лучше послушать главу гильдии !

Миша, чьи волосы персикового цвета неудержимо тряслись, оглянулась, однако...

“А, она ушла "

Фигура полуэльфийки, коллеги и лучшего друга, давно исчезла, и вышла из штаб- квартиры гильдии.

Гнев, ужас, смятение, хаос.

Бесчисленные люди, живущие в огромном городе-лабиринте, попали в вихрь эмоций вместе с богами, и, по совпадению, сейчас они находились в том же "состоянии", в котором находились члены семьи Фрейи. То есть их очаровали, а затем очарование было снято, таким образом они знали общую информацию, которую им ввели, и понимали происходящую ситуацию без необходимости объяснений.

— Тот, кто может сделать такое, должна быть богиней Фрейей! Она очаровала нас в день Фестиваля Богини !

Память о периоде до и после очарования была очень смутной. Но, подобно богам и другим мудрым людям, Эйна сразу же определила единственного подозреваемого, который мог осуществить это вторжение.

Она пересекла главную улицу, оставив позади ее шумных обитателей, не успевших до конца осознать, что с ней произошло, и, громко всхлипывая,она прокричала.

— Прощения не будет! Ни для богини, которая заставила меня сделать то, что я сделала! И для себя самой, которая сделала это с Беллом.

Капельки слез потекли из ее темно-зеленых глаз, превратившись в сверкающий свет, вытекая из уголков ее глаз.

◊◊◊

— Я убью этих ублюдков!

— Подожди, подожди, Айша! Успокойся!

— Пожалуйста, не связывайся с Семьей Фрейи!

— Меня плевать, они...! Я не точно не собираюсь спустить им это с рук...!

Фалгар и Лулуне отчаянно пытались остановить Амазонку, чьи глаза были наполнены кровью и яростью.

Мало того, что Айшей манипулировали, так еще и лиса, к которой она относилась как к сестре, пострадала на ее глазах, что заставило её руки трястись от гнева, когда она устремилась вперед

Полуэльфийка и амазонка бежали по разным дорогам, но направлялись в одно и то же место.

"Боевой Сад!"

Такие люди, как Айша, Эйна и Айз двигались быстро.

Движимые сильными эмоциями или чтобы защитить связь с определенным мальчиком, они начали сходиться к огромной базе крупнейшей семьи, которая находилась на юге города.

Знамена развевались и колыхались на ветру.

Теперь бесчисленные знамена разных Семей, окружали "Боевой сад".

— Все ли в порядке, Госпожа Гефест? Это вход на базу семьи Фрейи.

— Конечно в порядке. В конце концов, мы на нашей стороне, так что это достаточная причина.

Гефест сердито ответила, когда услышала вопрос самого высокоуровневого кузнеца в ее семье.

Она возглавила почти всех членов семьи Гефест, и даже старших кузнецов, которые могли соперничать с авантюристами высшего класса, и теперь стояла на четырех стенах, окружавших великую базу врага.

Гефест сердито уставилась на особняк, построенный на холме в центре поля, именно для того, чтобы атаковать эту базу

— Это было не по правилам - так поступать. Сегодня я здесь не только для того, чтобы помочь Гестии Мне придется свести счеты с тобой, Фрейя.

Увидев яростный взгляд левого глаза который не скрывала повязка, Цубаки вздрогнула, а затем пожала плечами.

— Фрейя ах-ах-ах-ах-ах-ха-ха-ха-аха-ха-ха-хах-ах-ха, теперь тебя ждут большие неприятности, глупая нимофманка.

— Успокойся, Локи......

Напротив семьи Гефест, которая окружала “Боевой Сад” с юга на запад, Семья Локи расположила свои силы с севера на восток.

Увидев поведение своего бога покровителя,Финн положил на лоб свою маленькую руку.

— Почему мы должны говорить ей: "Фрейя, делай, что хочешь"! Мы столько раз предупреждали её на небесах, чтобы эта пустоголовая не использовала чары!

Говоря прямо, она чувствовала себя униженной из-за того, что попала под "очарование", и поэтому была крайне зла, Финн ещё раз взглянул на Локи, а затем постучал своим копьем по плечу.

— Риверия и Лефия отправились в подземелье. Это благословение среди несчастий. Если бы стало известно, что членом королевской семьи манипулировали, не только город, но и весь мир эльфов не стал бы закрывать на это глаза.

Он посмотрел на разворачивающуся перед ним ужасную сцену, оглядываясь по сторонам.

Помимо Cемьи Локи и Семьи Гефест, к осаде боевого сада присоединились семья Миаха и Такемиказучи, что были особенно близки с семьей Гестии. Сцена перед ними, напоминала настоящее восстание.

— Эй, эй, Морд. Неужели надо путаться под ногами в таком месте !

— Не бойся! Здесь есть семья Локи, и даже если это семья Фрейи, они все равно понесут потери! Затем мы проберемся внутрь и украдем немного денег. !

Среди них было несколько злобных авантюристов, которые хотели половить рыбку в мутной воде, воспользовавшись развернувшейся ситуацией, вокруг крупнейшей семьи в городе.

Морд громко отчитал своих спутников, устремив взгляд на особняк.

— Эй, если мы не вернем этого ребенка, нам придется пробивать себе путь!

◊◊◊

— А!?

В одной из комнат особняка.

Хейт, которая лечила Хелун, издала дрожащий звук.

— Значит ли это, что ......

От вида, открывающегося из окна, Оттар, стоявший рядом с ней, широко раскрыл глаза.

— Они развеяли чары Фрейи-сама ?

Над холмом.

В глазах Хедина, стоявшего спиной к особняку, словно охранявшего его, было такое же неподдельное удивление.

Все члены семьи с настороженностью смотрели на своего командующего.

Не только главный вход, но и четыре стены контролировались авантюристами, которые пристально следят за этим местои, несомненно их число превышало силы семьи Фрейи.

— ......Хоть мне и хочется отругать их за то, что они глупые люди, это было бы слишком смешно. Чтобы исполнить волю богини, именно я первым оскорбил ее желание.

Однако Хедин не встревожился, он опустил очки и концом своего меча с длинной рукоятью, ударил по земле.

— Несмотря на это, то, что необходимо было сделать, осталось неизменным. Наше тело - копье Богини, щит Богини. Нужно только противостоять неприятелям и сокрушить врага!

Чувственные слова Белого эльфа высвободили сильный боевой дух, который заразил остальных членов семьи.

Они по-прежнему остаются "Крепкими воинами".

В другой части сада Хогни все еще вел ожесточенную битву с Айз и остальным, и их боевой дух нисколько не пошатнулся, а противостояние все еще продолжалось.

В другом месте...

— Аня!!!

Из таверны также раздался голос.

— Что происходит-ня! Я думала, что этот красавчик принадлежит семье Фрейи, ведущий себя очень странно, но оказалось, что это была промывка мозгов, а парень - завсегдатай таверны и он часть Семьи Гестии! Кому, черт возьми, принадлежит задница этого мальчика?

— Заткнись! Не могу поверить, что ты забыла об этом, когда тебя усыпила семья Фрейи!

— ...! Черт возьми!!!

— Хлоя, Руноа...... вы обе помните ?

Глаза изможденной Ани расширились при виде Руноа и Хлои, ворвавшихся в ее комнату.

Руноа наклонилась к ней и с выражением растерянности и гнева на лице, которое в конце концов сменилось тревогой, с замешательством спросила.

— Где Сир? Сир, как она?!

В обстановке, которую создала "Богиня красоты" не существовало той девушки со светло-серыми волосами.

На вопрос Руноа в уголках глаз Ани появились слезы. Ее лицо нахмурилось, и она бросилась в объятия Руноа.

— Эй, эй! Что случилось?

— ...... Aня?

Она зарылась лицом в грудь Руноа, начиная рыдать..

Испуганная Руноа с огромным трудом стояла на месте, ее рука замерла на месте, а затем осторожно погладила ее дрожащую спину.

Хлоя также наклонилась к ней, с серьезным выражением на лица, словно взрослая кошка, успокаивающая котенка.

Аня понизила голос, не в силах остановить текущие слезы.

В середине коридора, где дверь была открыта.

За дверью комнаты, куда не проникал свет, Миа, которая в этот момент прислонилась к тусклой стене, сжимая руки, выглянула в окно.

— Какая глупая богиня...

Слова и взгляд полетели в сторону замка богини.

Горячее дыхание авантюристов и шум ожесточенной битвы доносились даже до самого верхнего этажа, комнаты богини.

И Белл, и Фрейя были ошеломлены, оба посмотрели на огромное окно, занимавшее всю стену, и застыли на месте.

— Мое очарование было разрушено......? Мне бы хотелось узнать, кто же, мог сделать такое...

Богиня сначала выглядела озадаченной, а затем нахмурилась в отвращении.

Белл все еще не мог осознать произошедшее положение дел, а Фрейя была на грани понимания, и в этот самый момент - огромное окно было разбито.

— Ух, эх-эээх!?

Потрясенный звук вырвался из уст Белла, и в тоже время, раздался звук разбитого стекла.

Осколки стекла превратились в бесчисленные капли дождя, а затем Фрейя и Белл, поднявшие руки, чтобы закрыть лица, увидели это.

Это была игла, которая на большой скорости вылетела из воздуха и разбила стекло с внедренными в него нитями..

А затем.

— Белл~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~!!!

— Богиня!?

Юная богиня ворвалась в зал на четырех крыльях, парящих в ночном небе.

Находясь высоко над их головами, Гестия отстранилась от Асфи, которая управляла летающими ботинками, и прыгнула вниз.

Рефлекторно последовав за ней, с помощью спины, Белл прокатился по комнате. Асфи, запаниковавшая при виде неожиданного прыжка богини, пролетела над их

головами, а наблюдавшая за этим Фрейя потеряла дар речи, в то время как Белл крепко держал её маленькое тело.

Прокатившись по комнате ровно десять раз, Белл пошатнулся и выпрямился.

— Богиня!?

— Я не должна была быть так холодна с тобой! Прости меня за то, что я… что я такая беспомощная!!!

Гестия сорвалась, подняв голову, она заглушила дрожащий голос Белла. Плачущая богиня обернула руки вокруг шеи Белла и крепко обняла его.

Поведение, которое слишком отличалось от того, когда выпускала божественную силу, заставило Асфи дернуться, а Гестия начала плакать, как маленький ребенок.

К этому времени Белл уже все понял.

Именно Гестия сняла чары с города, и все это время она пыталась спасти его. Его глаза стали влажными, а нос дернулся, когда он почувствовал тепло объятий.

Белл положил руки на плечи Гестии и посмотрев на лицо Асфи, что, как и его богиня, скривила лицо в искренней улыбке.

— Огромное спасибо, Богиня! Я очень рад!

— ...... Ахххх, я тоже!

И богиня, и член ее семьи проливали слезы и разделяли радость. Они снова обнялись, а затем вместе поднялись.

Перед ними стояла прекрасная богиня, со зловещим выражением лица.

— Так оно и есть, Фрейя!! Белл будет моим! Не твоим, а моим!!! Белл, тот, кого я люблю, тот, с кем моя связь ближе, чем кем-либо другим!!!

— Бог-Богиня-сама ......

Видя, как Гестия пользуется возможностью спровоцировать соперницу и заявить о своем абсолютном превосходстве, Белл в холодном поту посмотрел вперед.

На лице униженной королевы появилось выражение явного недовольства.

Хотя она не грызла ногти от гнева, он видел как ее пальцы закручивают волосы возле её лица, пристально глядя на ладони соединенных рук Белла и Гестии.

— Высвобождение своей божественной силы. с использованием божественной крови и огня в качестве топлива, создав "храм" как в небесном царстве, нет, имитируя его. Я и не ожидала, что у тебя такая убийственная техника, Гестия.

Фрейя быстро проанализировала информацию, она не испытывала ненависти ни к Гестии, ни к тем, кто помогал разрушить клетку, не членов своей семьи.

Ее разочарование и гнев были направлены на саму себя.

Оно было направлено на нее саму, на ту, которая была потрясена поступками и словами мальчика, на ту, которая слишком увлеклась внутренним миром и тем самым рассеяла свое внимание.

Если бы она была самой собой, то почувствовала бы движения Гестии и борьбу Гермеса и смогла бы подавить их.

— Ахххх, только боги олимпа могли знать, что я могу использовать эту силу! Хотя она довольно бесполезна! Но, она идеально подходит против тебя, которая может все!

Гестия спокойно выдержала грозный взгляд Фрейи.

— Я не уверена, должна ли я быть польщенной, но я точно не собираюсь благодарить тебя!!!

Возможно все еще сердитая, Гестия нехарактерно язвила Фрейе.

Видя раздор между богинями, Белл, которая был полностью отстранен, показал странное поведение. Точнее, ему становилось страшно.

Асфи, которую Гестия на коленях умоляла отправить сюда, проговаривала: "Ха, ха, ха, ха...... вторгнуться на базу семьи Фрейи и даже разбить окно в покои богини...Это конец ", - выпуская пустой смешок.

Она больше не контролировала себя, сказав : “Можно делать что угодно, я должно быть уже мертва”. Она находилась в том же состоянии, что и её бог покровитель Гермес.

— Что ты собираешься делать Фрейя? Ты проиграла! Орарио никогда больше не будет подчиняться тебе, а Белл не станет твоей вещью!

Поскольку чары не действуют на Белла, то вмешательство в мир - это грубый метод, который может сработать только один раз.

Даже если бы Фрейя снова начала манипулировать людьми, чтобы они отвергали его, Белл уже никогда не потеряет себя, и в конце концов Гестия, Девственная богиня, не позволит этому повториться.

Тарелка была перевернута вверх дном, и настала очередь Фрейи быть обобранной своим противником, выражение на ее лице исчезло, как будто она могла с этим смириться.

Ее сложенные руки безвольно опустились...

◊◊◊

— Как ты думаешь, Локи, как будет установлен компромисс?

Снаружи особняка, за пределами стен.

Аллен и остальные сражались с Бете и остальными двигаясь по разным местам, Хогни с членами семьи находился в ожесточенном противостоянии с Айз и остальными, а Финн посмотрел вперед.

Локи, стоявшая рядом с ним, обвела взглядом Морда и всех остальных, которые также, как и Айз были полны решимости вторгнуться в Боевой Сад.

— Хотя мы очень злы, Гильдия конечно, не допустит войны, которая нарушит баланс в Орарио. После этого мы уже не сможем повеселиться.

Сотрудники гильдии, наконец, прибыли на Южную улицу, и было слышно, как они отчаянно пытаются заключить перемирие.

— Но авантюристы не могут сдержать свой гнев в себе.

Услышав ответ Бога покровителя,Финн беззаботно проговорил.

Он пристально смотрел на самый верхний этаж особняка, который все еще был окружен. Наблюдая за комнатой Богини, куда вторглись тени Асфи и юной богини.

— Значит, остается только один путь.

Локи тоже посмотрела в сторону члена своей семьи, и один из ее алых глаз слегка приоткрылся.

— Военная игра.

— Гестия - давай сыграем в Военную игру.

"!"

Глаза Гестии и Белла, широко расширились от услышанных слов.

Даже недоумевающая Асфи подняла голову, когда Фрейя равнодушно произнесла.

— Если я проиграю, делай все, что хочешь. Я могу принять изгнание в небесное царство Но если я выиграю, Белл будет моим.

— ...... Не смеши, Фрейя. ты думаешь, что я соглашусь на это в данной ситуации? Ты уже проиграла, и тебя ждет наказание.

Гестия подняла брови и понизила голос в ответ, но эта "богиня красоты" как всегда показала себя необузданной королевой.

— Гильдия наложит на нас серьезный штраф. И на этом все.

— Тц!

— Орарио должен завершить Третий Великий Квест, поэтому они не могут распустить, крупнейшую семью в городе, ни позволят нам уйти. Если ты мне не веришь, я могу с тобой поспорить. Когда все почти уляжется я, возможно, просуну руку и сделаю еще несколько "шалостей".

— .....!!!

— Сможешь ли ты быть уверена, что все будет спокойно?

Спросила она.

Несмотря на то, что Фрейя была загнана в угол, она также отрезала отступление своей противницы, что заставило Гестию, которая должна была находиться в выгодном положении, пошатнуться. Точно также было и с Беллом, стоявшим рядом.

Асфи не произнесла ни слова, показывая, что слова Фрейи были правдой. Вместе со временем прекратился и поток воздуха.

Однако у Гестии и остальных не было времени на раздумья.

Внизу раздался громкий шум, и семья богини красоты, почувствовав вторжение, приближалась.

— В этом сила моей семьи. Это та позиция, которую я занимаю в данный момент.. Такое заявление было до наглости высокомерно, но все же

— Я готова поставить все это.

Я поставлю на карту все это - утверждала богиня красоты, которая поставила все, будь то богатство, честь или слава.

Гестия и остальные снова были ошеломлены.

Предложив все, что у неё было, она попросила провести "Военную игру".

Если бы она проиграла, Фрейя превратилась бы в настоящую голую королеву и потеряла бы все.

— Делайте все, чтобы объединить усилия. Вы вправе попросить помощи у других семей. А я просто буду полагаться на свою семью.

Фрейя даже уступила, показав свою осведомленность.

Богиня бросила корону королевы к ее ногам и просто смотрела, ища ответ.

— Давайте сразимся, Гестия...... и... Белл.

Наступила тишина.

Три линии взглядов пересекались и переплетались.

Асфи стояла в стороне, нервно наблюдая за развитием ситуации, когда Гестия вышла вперед.

— Фрейя Я ненавижу тебя. Я наконец-то поняла это. Я не могу одобрить то, что ты делаешь и не буду понимать тебя.

— ......

— Даже жизни членов семьи оказались в заложниках, и ты причинила боль Беллу......

Я очень сильно тебя ненавижу и всегда буду презирать.

— ......

— .....Но почему ты так одержима Беллом?

Во время своих слов Гестия приподняла уголки глаз, чтобы выпустить враждебность и презрение, сказав?

— Потому что ты богиня любви? Неужели дело только в Белле? Что заставляет тебя так отчаиваться?

Снова был задан вопрос. Ясность в её глазах была далека от презрения. Гестия отказалась от своего положения и власти и просто спросила ее.

— Чего ты хочешь, Фрейя ?

Полученный ответ был пустым.

Холодный ветер дул в разбитое окно, лаская лицо вместе с бледно-голубым лунным светом, и сереброволосая богиня красоты, буквально чуть-чуть опустила взгляд к полу.

В глазах Белла ее позиция напоминала позицию потерянного ребенка, который даже не знает, зачем он это делает.

Понимая, что тишина не будет нарушена, Гестия тихо вздохнула, сжала руку и наклонила голову, чтобы посмотреть на того кто был рядом с ней.

— Что ты хочешь сделать, Белл?

Богиня отдала выбор ему, мальчику, который больше всех пострадал в этом инциденте, просто так был вовлечен в него.

Ее глаза говорили, что именно он должен решать этот вопрос, он этого достоин больше всех.

Его красные глаза расширились, и он закрыл рот.

В конце концов, Белл медленно опустил руку, которую держал, и сделал шаг вперед.

— .....Если мы победим, вы можете удовлетворить мою просьбу?

— ......Конечно. Каково твое желание?

После равнодушного риторического вопроса богини, мальчик заявил следующее:

— Пожалуйста, позвольте мне увидеть Сир-сан ещё раз... нет...

Он покачал головой и произнес свое желание.

— Пожалуйста, расскажите мне о себе настоящей себе.

— …..

Серебряные глаза Фрейи расширились, и она потеряла дар речи, наконец опустив взгляд. Сдвинутые вперед волосы на мгновение скрыли выражение её лица, а затем Фрейя вернула свой взгляд обратно.

— Как пожелаешь. Хотя мне интересно, что за настоящую меня ты ищешь.

Обе стороны приняли условия.

Свидетель - Персей.

По свидетельству Гермеса, посредника, решение этого дня стало общим мнением города.

— Фрейя-сама.

В то же время члены семьи Фрейи, поднявшиеся снизу, открыли дверь. Фрейя высвободила спокойное божественное величие.

Свет богини всколыхнул пространство, как ветер, и члены семьи, собиравшиеся войти, мгновенно прекратили движение и опустили оружие, а Хогни и другие, сражавшиеся снаружи, вздрогнули и перевели взгляд, на самый верхний этаж поместья.

Орарио был перезагружен и сражения были остановлены.

Айз, чьи глаза были широко раскрыты, Рю, застывшая на месте, Семья Гестии, Семья Локи, все они смотрели в сторону комнаты богини.

— Ясно Давайте устроим решающую битву.

Воля мальчика Белла.

И осознание Богини Фрейи.

Гестия приняла все это, а затем громко, чтобы все слышали, провозгласила.

— Давайте устроим Военную игру!!!

Крик разнесся по небу.

То, что должно было произойти, стало величайшей военной игрой в истории Орарио.

Колокол битвы, ставшей известной в более поздние времена как "Война Семей", начал тихо звенеть.

***

Глава была переведена сообществом DMCHI Team https://vk.com/danmachifan

----------

Эпилог. Двойная роль

[[image:/storage/reader-images/1e62e45ab751893470c574886e41cb4953702af2.png]]
Было ли мне весело? Возможно, это так.

Я и по сей день я помню то, что произошло тогда. Это было немного морозное весеннее утро.

То, что я заметила этого ребенка было простым совпадением.

Свечение этой души было очень слабым. Оно было абсолютно несравнимо с тем, что было у членов семьи, Оттара и других.

Но это свечение было очень красивым. Такой невероятно прозрачный цвет. До этого момента я никогда не видела ничего подобного.

— Я хочу его.

Я так и подумала, когда увидела его в первый раз.

Красивый свет, редкий цвет, интенсивное сияние. Я проникала в суть души и тянулась к ней - дурная привычка того, кого можно назвать коллекционером.

В тот момент первое, что пришло мне в голову, было только голое желание.

Я посмотрела на него с восторгом, улыбнувшись в душе, подошла к ребенку, который был настороже, словно маленький кролик, и достала волшебный камень, спрятанный в моих руках.

— Вы уронили это.

Самое начало было ложью. Это была ложь.

Ведь с ребенком встретилась не богиня Фрейя, а девушка - Сир.

— Меня зовут Сир Флова, Белл-сан.

Если бы я была нормальным человеком, я бы сразу же попыталась украсть его.

Если бы я знала, к какой семье принадлежу, я бы подошла к нему как злосчастная ведьма и выхватила бы его, если бы мне не мешали.

Но в то же время я контролировала себя.

Я встретила его не как Фрейя - Богиня, а как Сир - простая девушка.

Это была игра. Ролевая игра.

"Сделаю хоть что-то, отличное от того, что я делаю обычно", - подумала я.

Я хотела немного сдержать высокомерие Богини и некоторое время понаблюдать за его ростом.

И в тот момент, я подумала: "Я та, кто потеряет терпение и вмешается.”

Так что начнем с этого, рассудила я.

И до сих пор я много раз терпела неудачу.

Моим настоящим желанием было найти своего одра.

Неважно, кто это - Бог или ребенок. Будь то в небесном царстве или здесь, в нижнем царстве, я искала существо, достойное стоять рядом со мной.

Поэтому я стала ожидать ребенка, душу, которую я никогда раньше не видела. Решила более бережно, тщательно и обдуманно извлечь свет из этой души.

Общение между мальчиком и девушкой началось так, что не понравилось Богу, который знал меня, и затянулось так, что это стало отличаться от тех раз, что были до сих пор.

Теперь, когда я думаю об этом, возможно, именно в этом я ошибалась. Вначале все было так, как я и ожидала.

Не в силах больше терпеть, я спровоцировала атаку монстра, а почувствовав, что этого недостаточно, я отдала ему Гримуар.

Это делает его сильнее и опытней. Общаясь с ним в таверне и глядя на него с Вавилонской башни, я думала о своем будущем одре и мне хотелось отполировать душу мальчика.

Но потом, внезапно, что-то начало становиться странным. Перемены не были внезапными.

Скорее, тихо, медленно, даже не замечая этого, шестеренки постепенно перестали сцепляться друг с другом и издали замечательный звук. Словно прозрачная, свежая вода, отражающая лунную ночь, покрылась рябью, она постепенно разъедала Божественную волю.

Знаки были налицо.

Я готовила его к столкновению с Минотавром, который убьет его, если он не будет внимателен, и в ту ночь, когда я встретила мальчика в образе девушки Сир, я произнесла невероятные слова.

......Это ведь не обязательно риск, правда?

Какое противоречие. Это настолько странно, что заставляет меня смеяться.

Слова и действия человека, который решил идти за ним, даже если его душа вернется на небеса, но я желаю того, чтобы он жил в нижнем мире. Когда я вернулась из таверны, я осталась одна, обхватив руками голову.

Кажется, я была слишком поглощена "Ролевой игрой". Хотя Cир может произнести такие строки, это противоречит Божественной воле моей игры. Я невольно поддавалась игре. В то время я пришла к такому выводу.

Затем отклонения значительно увеличились.

Я бы беспокоилась о безопасности этого мальчика и пыталась защитить его, но вмешивалась бы все реже и реже. Даже когда ребенок вернулся из глубоких этажей и вот-вот должен был пробудиться, я подумывала о том, чтобы снова провести столкновение с Минотавром, но в волнении сказала Семье: "Мы не должны позволить ему умереть".

По сравнению с прошлым, время, проводимое как "Богиня Фрейя", стало уменьшаться, а время, проведенное как "Девушка Сир", увеличилось.

Когда я поняла это, я была потрясена. Что-то изменилось в моем сердце. В чем причина?

Потому что я готовила обеды, как невинная девушка?

Повлияло ли настоящее имя, которое я получила от Хелун, на мое тело?

Или потому, что мальчик был очень глупым и таким чистым, что стал любимым и очень важным?

Из-за роста, который устремился вперед к невозможной цели, к такой возможности, которая ослепляла неизменную меня завистью?

Не уверена. Я не думаю, что для этого есть какая-то прямая причина. Должна сказать, что я не знаю об этом.

Я стала постоянно смотреть на него, искать его при любой возможности.

Например, когда я передавала ему свой обед.

Мне понравилась его улыбка.

Или например, когда он разговаривал с другими женщинами.

Я ненавидела, когда его заставляли краснеть другие женщины.

А еще, когда я вижу эту чистую белую волю.

Видя его, внутренне обеспокоенного и растерянного, но все же смотрящего вверх и желающего двигаться вперед, я действительно хотела помочь ему без всяких расчетов.

Нравится, нравится, нравится......

Думаю, именно накопление этих бесчисленных примеров и коротких, смехотворных моментов, заставило меня влюбиться в него.

Хотя это было очень необъяснимо, хотя я понимала, что это очень стыдно и я определенно не хотела в этом признаваться.

Но мое сердце уже было привязано к нему. Не как сердце Богини, а как сердце женщины.

После признания настроение было очень спокойное, и все стало очень легко.

Но в то же время, думая как Богиня, я фыркнула от смеха над глупым исходом. В конце концов, разве не в этом все дело?

Я действительно вписываюсь в ролевую игру детей - жителей игры.

Это было слишком нелепо. С этим действительно ничего нельзя было поделать. Потому что Сир - это ложь.

Я просто играла. Просто смотрела на доску под названием нижний мир и манипулировала пешкой под названием "Городская девушка".

В отличие от обычных настольных игр, персонажи не являются деревянными или каменными пешками, они обладают сознанием и жизнью. Но что в этом плохого?

Когда я поняла, что изменила свой голос, что я толкаю пешку под названием "Сир", что я нахожусь в контакте с ними и что я смотрю вниз на доску, я почувствовала бесконечную пустоту.

Это было эквивалентно влюбленности в героя книги и мечте о рандеву с персонажем, находящимся сверху.

Умом я понимал, что никто не может стать жителем сказочного королевства. Но...

Это была Богиня, которая влюбилась с первого взгляда.

Та, которая влюбилась в него, была девушка, я. Так что быть "Богиней Фрейей" — нельзя.

То, что я преследую, должно быть достигнуто "девушкой", чтобы у этого было значение.

Вот что произошло, когда я поменяла местами "цель" Фрейи и "средства" Сир, девушки.

И вот, бессознательно, я попыталась снова избавиться от "ига Богини" - возродить надежду, от которой отказалась десятки тысяч лет назад - и тогда, действительно, образовалась брешь.

Сегодня таков результат.

Больше нельзя ни в чем полагаться на "Девушку Сир". Затем мне оставалось только выбросить её как пешку, и вернуться к своему первоначальному "я". Следовать своим собственным желаниям, следовать своему собственному “Я” — "Богини Фрейи".

Я хочу, чтобы эта душа была моей. Я никому её не отдам.

Я никому её не отдам.

Больше никаких доказательств не требуется.

В конце концов, все, что у меня будет - это любовь.

Смотревшие на меня сказали: "Ты не Сир". Они также кричали: "Верните мне Сир".

Это смешно. Я сказала, что не существует такого понятия, как "Девушка Сир". И девочки, которым было смешно, и я, которая была явно сентиментальна, были одинаково смешны. Кажется, я слишком долго играла в Сир.

Так вот, именно он и Гестия, девственная богиня, уловили эту брешь и перевернули все вверх дном.

......Нет...

......Нет...

Это был голос.

Голос, прозвучавший из ниоткуда, заставляет меня...

— Когда ты осуществишь истинное желание?

Аххх, как это раздражает.

Голос той, кто должна была быть похоронена, продолжает звучать глубоко внутри…

***

Глава была переведена сообществом DMCHI Team https://vk.com/danmachifan

----------

Послесловие автора

Автор: Женщины сильно отличаются от себя настоящих, когда наносят макияж.

Главный редактор: Ооо.

Автор: Но даже без макияжа, если у вас есть мотивация, вы можете стать совершенно другим человеком.

Главный редактор: И что потом?

Автор: Это значит, что Сир - это версия Фрейи без макияжа.

Главный редактор: Ясно, я совсем ничего не понимаю.

Поскольку, как бы я ни старался оправдать это, мне пришлось добавить установку единственного секретного метода, и вот как это происходит в семнадцатом томе.

Эта арка все еще открыта с 16-го тома, так что извините. На самом деле, я не могу выйти за пределы 800 страниц. Я вышлю вам следующую книгу или "Эпизод Фрейи" как можно скорее, так что, пожалуйста, подождите немного.

В этот раз трудно упомянуть о том, что будет в книге, поэтому я просто расскажу о некоторых воспоминаниях.

Концовка "The Earth's Fault", которая была первоначально представлена в GA Bunko, на самом деле отличается от той, которую мы имеем сейчас.

На "Фестивале Монстров", когда за ними гнался монстр, вместе с главным героем спаслась не юная Богиня, а девушка со светло-серыми волосами.

С того момента, как юная Богиня приносит мне кинжал, история продолжается в том же ключе, но редактор в то время предложил твердить мне "более явно поставить Гестию на место главного героя", что показалось мне логичным, и я внес изменения.

Когда я перечитывал первоначальную рукопись, я думал: "О ком я собирался писать, в этот раз?", и вспоминал самые разные вещи, но единственное, что никогда не менялось с тех пор, это то, что уличная служанка в таверне была особенной девушкой.

Поле цветов, на которое она попала, было тем самым местом, которое я описал тогда, и я думаю об этом сейчас.

Затем последует благодарственная речь.

Пожалуйста, позаботьтесь о новом начальнике, Усами-сама! Главный редактор Китамура, который все еще отвечает за присмотр за Омори, пожалуйста, убедитесь, что вы следите за ним. Я также благодарен господину Ясдасузу Хито, который на этот раз дополнил историю своими очаровательными иллюстрациями.

А также всем, кто помогал в этой работе, включая все средства массовой информации. И всем читателям, в чьи руки попала эта книга, я искренне благодарен.

В продолжение темы о других работах, поэтому, пожалуйста, позвольте мне распространить это слово.

9 апреля 2021 года компания Talking House выпустит первый том "Wistoria of the Staff and Sword", который изначально был написан Омори. Манга будет написана новичком, но с писательской силой ярого писателя, г-на Сэй Аои.

История по-прежнему остается фэнтезийной историей о подземельях, как и "Неправильная сторона Земли".

На этот раз, однако, акцент больше сделан на "Меч и магию".

Я надеюсь, что вы купите ее и сравните с "Ошибкой Земли", потому что я хочу, чтобы вы каждый день чувствовали волнение и написали царский путь в моем сердце.

Большое спасибо, что прочитали это. Это мое прощание.

Фудзино Омори

Послесловие переводчиков.

Всем привет! На связи команда DMCHI Team, обещаем, что времени много не займем, но хочется сказать несколько важных вещей.

Перевод проводился целиком с японского языка, да и это один из самых больших томов за последнее время, поэтому как перевод, так и редакт заняли много времени. Но, как уже многие оценили, получилось вполне качественно, чему мы очень рады!

Также хочется сказать информацию, которая касается выхода 18 тома. Во-первых, пока что не было даже анонса на японском, что уж говорить про перевод. Во-вторых, что касается перевода от нас - перевести, конечно, было бы очень интересно, но все зависит от свободного времени и поддержки читателей) Все новости будут в нашей группе https://vk.com/danmachifan

Что касается самого тома, по оценкам команды - это самый лучший том в плане эмоций, очень интересно наблюдать за самой малораскрытой семьей в Орарио, а концовка так и вовсе заставляет много над чем задуматься.

Всем спасибо, еще раз, за то, что читаете и поддерживаете, до скорых встреч!

----------

Начальные иллюстрации

[[image:/storage/reader-images/3a1e14e5a3b2a83173e4098c0557e76d45249980.jpg]]

[[image:/storage/reader-images/4f6304e5838bea7b7d4cb5f0b4ccc2e82de9ebf2.jpg]]

[[image:/storage/reader-images/59860255bc0f6c6c919ccdba7fcf73d795784bcf.jpg]]

----------

Пролог - Двойная роль II

Сколько бы времени не прошло, в итоге, я всегда оказывалась у «Цветочного поля».

На самом деле, даже в Небесном царстве, я не была по-настоящему свободной. Ведь среди Богов «Богини Красоты» — особенный вид. Их сила — одновременно, как и сладкий нектар, так и смертельный яд.

Сила «очарования», столь сильна, что способна действовать так же и на Богов, подчиняя и разрушая их разум.

Множество Богов, включая самых великих из них, не смотря на страх перед нами, неустанно желали нас, прекрасных «Богинь Красоты». Нередко они шли на крайности и пытались подчинить нас, превратить в своих марионеток.

Таким образом, устоялось лишь два способа по обращению с «Богинями Красоты»: уничтожить их, либо баловать, словно принцесс.

Как показывает история, последнее — самый частый вариант. Для этого, к ним пристраивают девственную Богиню, в качестве подстраховки.

Так было с Афродитой, которая часто получала болезненные уроки от Богини чистоты и охоты Артемиды.

Для таких хранителей ввелись неписанные правила, при которых они могли использовать любые силы, если мы попытаемся разрушить или управлять небесным царством.

Поэтому, за мной наблюдали, от чего я была стеснена в действиях.

Но сказать, что я действительно была чем-то ограничена будет ложью. Даже девственные Богини покорялись моим чарам.

Среди всех «Богинь Красоты» я была особенной. Независимо от того, хотела я этого или нет, меня боялись и почитали. Возможно, что единственные, кто в полной мере могли противостоять моей власти, это трио девственных богинь с вершины Олимпа.

Итак, как я уже сказала, за мной вёлся строгий контроль.

Казалось, будто я жила в раю, в котором не было ограничений. Но в реальности, это была вечная тюрьма, сковывающая меня. Великий храм в Небесах — единственный и неповторимый во всех мирах, место, которое охраняли множество Богов и духов, дабы ограничить мою свободу.

Самым отвратительным было то, что Великий Бог Один, создавший эту тюрьму, хорошо знал мои интересы и увлечения. Он искал существ, от которых не могла отказаться королева Фрейя, и использовал мои чистые чувства к ним, как сковывающие меня «цепи».

Сам он вел неторопливую жизнь, в месте, до которого не могли дотянуться мои «чары». В крайнем случае, он в любой момент мог метнуть в меня своё копьё и убить.

Возможно, что именно так думал этот мерзкий старик.

Тем не менее я никогда не жаловалась на отсутствие свободы.

Несмотря на всё недовольство внутри меня, как богиня «красоты» и «любви», я приняла свое положение. И это не ложь: меня любят и почитают больше, чем кого-либо. Глупо предполагать, что мне не повезло.

Ещё перед тем, как меня посадили в эту «тюрьму», я полностью осознала и смирилась со своей участью.

Разве всё вокруг не безыскусный театр?

Никто не ослушается меня, да впрочем и не сможет. Все стоят на коленях, жаждая моей «любви». Неважно насколько силен Бог Войны, равно как и неважно насколько бессердечен Бог Зла — все они жаждут моей любви.

И в свою очередь, я с легкостью могу получить любовь от них.

В итоге я пришла к понимаю того, что любовь — самая бесполезная вещь на свете.

Скорее всего никто не в силах понять меня, понять мои чувства.

Меня жутко раздражает, когда тот, кто безумно ищет любовь, сходит со своего пути и поддаётся любви такой Богини.

Ведь только любовь и красота способны превратить темную бездну в белоснежную равнину.

И речь идет не о очаровании.

Пока я являюсь «Богиней Красоты», пустота будет вечно преследовать меня.

Другими словами, будучи Богиней Красоты, Богиней Любви, я никогда не смогу вырваться из клетки страданий. Я поняла, что, управляя любовью, я сама стала рабыней любви. Неважно насколько безудержной я притворяюсь, неважно насколько жестокой ведьмой я становлюсь, мне никогда не избавиться от статуса «Богини Красоты».

Когда я последний раз улыбалась? Не той фальшивой улыбкой, которую все привыкли видеть, а искренней, от всего сердца?

Уже не помню...

Всё свелось к одному: «Любовь — это очень удобно».

Ты сможешь получить всё, что захочешь. Не будет ничего, что тебе не по силам.

Любовь невероятна. Она создает счастье, а также другие, отличные от неё чувства.

Любовь красива. Не будь она прекрасной, её не называли бы «любовью».

Однако, нельзя назвать что-то любовью, основываясь лишь на её плюсах и минусах. Ведь если в неё закрадётся какой-либо недостаток, то как после этого называть её «любовью»? В противном случае, привлекательность не подвергалась бы насмешкам, а любовь к самому себе не осуждали.

Любовь должна быть священной. Каждый по-разному относится к «любви», но без сомнений, это самое дорогое и прекрасное чувство на свете.

Так я пришла к мысли: «Если я откажусь от своей красоты, перестану ли я быть Богиней Любви?»

Я надеялась, что, забыв о красоте, я избавлюсь от статуса «Богини Красоты».

Поэтому, я пыталась, как можно больше очернить себя.

Я уединилась в этой Божьей клетке, которую называла тюрьмой в окружении Богов и пожирала любое удовольствие, до которого могла дотянуться. Даже Богини, которых я приглашала, проходили через самые грязные непристойности, которые я только могла придумать. Квартал удовольствий просто детский утренник, в сравнении с этим. Во всем огромном Небесном царстве, полным скуки, единственным местом полным разврата являлся Великий храм, в котором меня заключили.

Я провела десятки, сотни тысяч лет, утопая в море похоти и плотских желаний.

Но в один момент, я почувствовала огромную усталость несмотря на то, что я — Богиня.

Я осознала, что во взглядах тех, кто смотрел на меня, была лишь страсть.

Они словно говорили мне:

— Ты никогда не изменишься! Ты никогда не станешь другой!

Какой бы грязной я ни была, эти взгляды будут преследовать меня целую вечность. Статус «Богини красоты» навсегда запечатан в моем теле!

Я закричала.

Впервые, отбросила всё, что делало меня Богиней, и сбежала из Великого храма.

Я пересекла горы, долины, океаны и звезды.

Использовав образ Сир, одно из сотен моих обличий, я продолжала скрываться от своих последователей, блуждая по бесконечному Небесному царству.

И местом, где я оказалась был прекрасный цветочный сад. Поле, на котором росло много прекрасных цветов красного цвета, утопающих в свете сумерек.

В этом море цветов, где исчезла граница между небом и землёй, я рухнула на колени, а затем и вовсе погрузилось в него. Я не хотела плакать, но слезы безостановочно лились из моих глаз. Мной овладело чувства осознания и безысходности, а мои бушующие словно море эмоции, превратились в сухую пустыню.

И хотя я уже не чувствовала грусти, я все равно закрыла лицо руками и заплакала, как маленькая девочка. Слезы из глаз превратились в дождь, который невозможно было остановить, словно золото он стекал по красным цветам, впитываясь в землю.

Не нашла. Так и не нашла. Я даже не поняла, что именно я ищу. Но уверена, что должна что-то найти.

Я должна найти то, что освободит меня от статуса Богини.

Капли слёз, в которых не было печали текли тысячу, две тысячи, а может и три тысячи ночей.

И когда лепестки опали, стебли погнулись, а дождь уже готов был утопить меня, появилась она.

Богиня Идунн.

Добрая и невинная богиня, чья внешность могла соперничать с красотой самих Богинь красоты.

Смахнув пот со лба, она сказала, что искала меня целую вечность и пришла отчитать меня за мое развратное поведение и научить «Юности», воплощением чего она является.

Она говорила, что связь между мужчиной и женщиной должна быть чистой.

А также, что радости и горести должны быть общими.

Поведала, что душа должна оставаться молодой, независимо от того, сколько времени прошло.

А затем, пожелала, чтобы мы обе так и остались молодыми в душе.

В тот момент я подумала, что задушу её.

Встав и обойдя её сзади, пока она без остановки общалась сама с собой, я уже почти приложила руки к её тонкой шее.

— Итак, Фрейя, давай найдем твоего Одра.

— Одра?

Я застыла на месте.

Богиня, будто не замечая, что её чуть не задушили улыбнулась и ответила.

— Где-то есть твой Одр, который полностью удовлетворит тебя. Поэтому, найди его и наслаждайся вечнозеленой весной вместе с ним. Я уверена, что он поможет тебе освободиться от статуса Богини.

Я рассмеялась, услышав столь глупую идею.

Неужели что-то подобное может существовать?

Тем не менее, я поверила в глупую идею Богини Идунн.

Ведь, я не могла доказать, что его не существует.

Мое возвращение в храм стало сенсацией для всех, и с тех пор у меня появилась страсть к коллекционированию. Я стала собирать всё, что привлекало мой взор, особенно души детей, в которых я находила приятные для меня черты.

Затем, когда все успокоилось, я снова и снова сбегала из храма.

Всё ради поисков своего Одра.

Словно одержимая, я принимала образ Сир и бродила по Небесному миру, раз за разом ловко ускользая от преследователей.

Однако, мои старания ни к чему не приводили, что с каждый разом вводило меня в более глубокое отчаянье. Не желая быть поглощенной ядом скуки и стремясь к своей цели, я продолжала странствовать, иногда отбиваясь от Богов, которые роились вокруг меня.

Примерно в это время, я снова встретила богиню Идунн.

При нашей встрече на её лице появилась ехидная улыбка, и она спросила меня:

— Ты так и не нашла своего Одра?

Я снова чуть не придушила её, но вдруг осознала одну истину: существует только одно, что мы, Богини Красоты, не можем получить.

Все потому, что мы куда прекраснее всего остального. И это не имеет отношения к любви.

Лишь на минуту, я задумалась, что думают об этом другие Богини красоты. Но тут же отмахнулась от этого. В конце концов, это пустая тратой времени.

Другие Богини Красоты никогда не страдали так, как я.

Они без сомнений признавали себя абсолютными королевами. Жаждали милости и подношений, как само собой разумеющееся. Думают, что являются высшими существами и не заботятся ни о чем другом.

Я завидую высокомерной Богине Иштар.

Завидую глупой Богине Афродите.

Ведь когда они находят это «что-то», то могут насмехаться над этим или забыть, как о затянувшейся ране.

Спустя много времени, я закончила поиски в Небесном мире.

Моего Одра не было в этом небесном океане. Значит придётся обратить свой взор ниже.

По чистому совпадению началась эпоха, когда Боги начали спускаться в Нижний мир.

Все ещё находясь на небесах, я мечтала о возможностях этого несовершенного мира, которые могли убить скуку, испытываемую мной в Небесном царстве.

Я жаждала погрузиться в эту чудесную неизвестность и найти своего Одра.

Нижний мир, во много раз меньший, чем Небесный, вскоре показал свои пределы, и мои молитвы превратились в отчаянье. У меня не заняло много времени обойти всю его поверхность. Оставалось лишь поддаться течению времени. К тому времени, когда я изрядно вымоталась, вокруг меня образовалась «Семья».

И сейчас, улыбаясь своим детям улыбкой королевы, я думала, что лучше бы заснула навсегда, будучи поглощенной ядом скуки.

Однажды, сумев сбежать от своей Семьи, я нашла одно место, которое напоминало мне место в моем родном мире — поле, усеянное красными цветами, утопающих в сумерках.

В самом центре этого поля, я упала на колени и начала рыдать.

Но на этот раз, это были слезы грусти. Почти смеясь над своей беспомощностью, мне приходилось подавлять отчаянье в сердце.

Наверное, это были первые и последние слезы, пролитые в нижнем мире.

— ...Нет, я ошиблась.

Ведь Сир тоже проливала слезы перед «ним».

----------

Путешествие к Богине - Хаос в Орарио.

[[image:/storage/reader-images/4347263580f5f7bbf5eb2cae76b6bed2dd96ea20.png]]
Глава 1 - Путешествие к Богине - Хаос в Орарио.

Мои волосы снова отросли.

Когда я это поняла, они стали длиннее шеи и касались спины.

Приподняв их рукой, легко заметить, как среди светло-зеленых прядей появились натурально-золотые нити.

Для того, чтобы скрывать мою истинную личность, она всегда успевала красить и подстригать их.

Тот добрый взгляд, который отражался в зеркале, теперь так далеко.

И я уже не могу вспомнить улыбку на её губах.

В конце концов, той, кто стригла мои волосы, больше не существовало.

В последней встрече, я отказала ей, а она лишь отвернулась и ушла. Теперь, мне кажется, что она и сама ожидала такого исхода

Но…

О чем она думала, когда подстригала мои волосы?

Какие чувства она испытывала, когда хвалила меня за их красоту?

Неужели, что все время проведенное вместе было ложью?

Уже в десятый раз, эти вопросы всплывали у меня в голове, смешиваясь с гневом и грустью.

Глядя на меня своими бледно-серыми глазами, она сказала, что всё это было “Ролевой Игрой”

И без каких либо сомнений заявила, что все происходящее в “Хозяйке Плодородия” было лишь развлечением.

Появилось множество вещей, которые я теперь не в силах понять.

И все эти мысли заставляли меня чувствовать боль.

Должна ли я кричать ей, что она предала меня?

Правильно ли будет плакать за то, что она обманула меня?

Или будет проще, лишь проклинать её, за то что она пользовалась моей наивностью.

Будучи запертой в подвальной части базы “Фольквангр” я продолжала размышлять над этими вопросами.

Но…. Я поняла, что ничего не изменилось.

Ведь она всегда была эгоисткой.

Говоря о том, как мы ей дороги, она ни разу не раскрыла своих секретов и ничего не говорила о себе.

Шутя и улыбаясь она всегда выскальзывала из наших рук, будучи свободной словно ветер.

И даже сейчас, она все такая же.

Легко заявив о том, что все было лишь игрой, она намеренно и эгоистично пыталась разорвать связь между нами.

Я все ещё мало, что понимаю её и не знаю чему верить.

Но, я ведь так…. И не говорила с ней, после тех событий.

Так что….

Я обязательно должна подойти к ней и сказать, что мне все равно.

Плевать на её слова о том, что все простая игра и ложь во имя развлечения.

Ведь мне ещё предстоит раскрыть хотя бы одну из её сокровенных мыслей.

Если ты хочешь отказаться от роли “городской девушки” и прикинуться эгоистичной королевой, то так тому и быть.

В таком случае, на этот раз и мне придется стать “Штормом”.

****

— Как ты и просила. Я подобрал его после той битвы.

Находясь за городской стеной, я забираю “Деревянный Обломок” у своего собеседника.

Поблагодарив лидера подземного города “Ревира” Я перевела взгляд вверх.

Небо находилось на границе между ночью и утром, когда солнце ещё не поднялось.

На бледном небе сияли яркие звезды.

Все ещё не отводя взгляд от неба, я приняла решение.

– Гермес-сама, передал, что “она” скорее всего в городе клинков Золигене, не далеко от востока.

Я с благодарностью кивнула подруге,  которая передала послание от её Бога-покровителя.

С её помощью, приготовление к моему пути уже были завершены.

Теперь, мне остается оставить этот город на какое-то время.

Перекинув взгляд на горизонт, где не виднелось никаких препятствий, я окончательно отдалилась от городских стен.

Ради беловолосого парня.

Ради девушки с голубовато-серыми волосами.

И ради себя, до сих пор скрывающей свои золотые волосы.

Я пойду и завершу последнюю часть своего очищения.

Посмотрев на все ещё сияющие звезды, я оставила удивительный блеск звезд, разносимый ветром позади себя, за городом..

-- Подожди меня, Сир. Я не успокоюсь, пока не смогу дать тебе хорошую пощечину.

***

Еще небывалая “Военная игра” уже объявлена.

Новость, словно волна накрыла все Орарио.

Жители Города-Лабиринта, которые все ещё не могли прийти в себя после очарования Богини Красоты, были в полном шоке от услышанного.

Семья Фрейи против Объединенного Альянса.

Находившемся во власти ситуации люди не знали, был ли это секретный план-компромисс, согласованный Гильдией и Богами, или же предложение самой Фрейи.

Но никто не сомневался в одном: Это будет самая большая “Военная игра” в истории города.

Новость о "Военной игре" проскользнула за городскую стену и взбудоражила даже тех, кто жил за пределами города.

— Да, что тут происходит!

Жители города кричали, не в силах полностью осознать происходящее.

Каждый, чье сознание было искажено, испытывал праведный гнев и был полностью согласен с вынесенным решением.

Но были и те, кто заявлял, что подобное слишком мягкая мера.

Тем не менее, большинство голосов исходило от тех, кто задавался вопросом : Что же будет дальше?

Только в этот раз, торговцев не волновала возможность заработать, а больше всего их беспокоила мысль «сохранится ли баланс города?»

Даже боги не были исключением.

Один за другим все они отказывались от своего легкомысленного поведения и всерьез задумались над будущем.

Другое множество богов, пыталось удержать своих разъяренных последователей, желающих присоединиться к военной игре.

В любом случае, не было никого кто бы мог оправдать деяние совершенные “Семьей Фрейи”.

И хотя все были удивлены тем, что все решится “Военной игрой”, но это также было хорошей возможностью выпустить весь гнев и негодование с момента разрушения “Квартала Удовольствий”.

Во всей этой ситуации, Королева Фрейя осталась одна.

Как не посмотри, сейчас, не было никого, кто бы мог встать на её сторону.

Кроме того, вряд ли найдется слишком много смельчаков, которые будут готовы сразиться с целой армией семей.

****

— Стой, что значит ты?....

Крик Гестии разнесся по помещению.

Это был самый центр зала, потолок которого поддерживали многочисленные колонны.

Им являлся 30-тый этаж Вавилонской башни, возвышающиеся в самом центре города.

И сейчас, здесь проходило экстренное “собрание богов”

— Почему, это ты не будешь участвовать в “военной игре” ?

*БАМ*

Ладони Гестии, ударили по круглому столу.

Локи, сидевшая по диагонали от нее скривила губы в явном раздражении.

— ......Ничего не поделаешь. Так и должно быть.

— Да, черт тебя подери!

После громкого крика Гестии, по залу разошелся оживленный гул.

Целью “Божественного собрания” являлось обсуждения деталей “Военной игры”, а также утверждения семей, которые вступят в “Альянс семей” во главе с “Семьей Гестии.

Нет нужды говорить, что “Семья локи” являлась лучшим кандидатом на роль борьбы с “Семьей Фрейи”, но как выяснилось, они отказались от участия.

Весь зал был в полном недоумении.

Шок, целой волной прокатился по всему “Божественному Собранию” на который прибыло наибольшее количество богов, чем когда либо.

— Твоя семья должна быть во главе тех, кто должен хотеть разорвать Семью Фрейи на части! И когда этот момент пришел, ты отказываешься?

— Идиотка, разве я гордо заявляла: “Давайте начнем “Военную Игру”!

— Я думала, что твоя огромная семья поможет нам. Я была готова положиться на Валлен-что-там и остальных! Без этого, я бы ни за что захотела

сражаться с ужасной “Семьей Фрейи”

— Значит, хотела полагаться на силу той, кого ты ненавидишь… и тебе не стыдно?

Локи с удивлением посмотрела на молодую Богиню, которая хотела победить любой ценой.

Но, Гестия, будучи той, кем она была не сдалась.

Наклонившись вперед, на расстояние, где Локи могла чувствовать её дыхание, Гестия закричала:

— Оглянись вокруг! После того, как ты отказалась участвовать, все кто хотел вступить в Альянс уже избегают этого.

В этот момент, Боги-покровители, наблюдавшие за каждый членом альянса, теперь отдалились от Гестии как морально, так и физический.

Каждый из них отодвинул свои стулья примерно на 5 шагов от круглого стола спрашивая себя:

“Значит Семья Локи отказалась от участия? Но кто тогда сдержит монстров вроде Оттара и остальных???

Каждый бог разделял эти мысли.

Если битва будет обречена на провал, то неважно человек или бог, каждый захочет избежать этого сражения.

Оглянувшись по сторонам, Локи неохотно ухмыльнулась и высказала то о чем думала:

— Раз так, то и я скажу кое-что... Тебе не кажется, что если моя семья вступит битву, то это превратиться в полноценное противостояние “Семьи Локи и Семьи Фрейи”?

Это была чистая правда.

— А...?!?

— От начала и до конца битва будет называться  “Семья Гестии против Семьи Фрейи”  Но основную работу придется делать нам? Это не наша война, где ты вступаешь в роли союзника, а твоя.

Вместо “Семьи Гестии и Альянса” против “Семьи Фрейи” это превратится в противостояние “Семьи Фрейи” против “Семьи Локи и Альянса”.

Вот, что имела в виду Локи.

Гестия полностью понимала это и была не в силах возразить.

По этой причине, Фрейя так спокойно поставила на кон все свои богатства, честь и даже гордость, все это было ужасной несправедливостью.

Но поскольку враг был ужасно силен и на кону стоял Белл, Гестия не могла надеяться лишь на свои силы и ей было все равно, как это будет выглядеть со стороны.

— Н-но, по крайне мере, позволь лишь некоторым членам твоей семьи вступить в бой!

— Нет, Гильдия сразу запретила это.

Несмотря на то, что это “Военная игра”, которую объявила сама Фрейя, на деле, это была лишь публичная казнь.

А целью Гильдии было предоставить все это, как справедливое противостояние.

— Но во время противостояния с Аполлоном, все было намного хуже.

Гестия пыталась возразить.

— Лишь ты виновата в том, что не успела завести новых последователей.

Локи снова привела разумный аргумент.

В конечном счете Гестии оставалось лишь стиснуть зубы.

И более того, это была особая “Военная игра” с участием одного против многих.

По этой причине, не было никаких правил и это было более чем разумно, но….

Гестия перекинула взгляд на одно из мест за круглым столом.

Прямо напротив неё находилось пустующее место.

Место принадлежащее Королеве, которая должна противостоять Гестии.

Фрейя не участвовала на этом “Собрании богов”

Тип битвы, правила, даже любое невыгодное положение.

Фрейя сказала, что примет все что угодно.

Богиня красоты, которая отказалась от права жить на самом высоком этаже Вавилона, теперь спокойно ожидала решения Альянса Орарио, сидя на троне в своем особняке.

Несмотря на то, что она поставила на кон всё, что построила, она все ещё являлась невозмутимой королевой.

—  Эта война может нарушить баланс в Орарио и Гильдия этого не допустит. У нас нету другого выбора, кроме как послушаться приказа и отказаться от участия.

— Эй, ты же не хочешь сказать, что у тебя есть какие-то слабости перед Фрейей…

— Что? Нет!

Слова Гестии заметно напрягли Локи.

А брови Гестии тут же поползли вверх.

— Я так и знала, что Локи, которая так любит побоища не начнет слушать Гильдию просто так!

— Да, что ты несешь…. Не то, чтобы у меня оставались какие-то долги взятые на небесах или же плащ из перьев, который я одолжила….

— Что и ожидалось от такой ужасной богини, как ты.

Локи и Гестия вскочили со своих мест, начав словесный поединок.

Такемиказучи, Гефест и Миах наблюдавшие за развитием событий, могли лишь испустить протяженный вздох.

Спустя некоторое время…..

Закончив длительную перепалку, Локи откинулась на спинку кресла.

--... Если бы мы могли могли вступить в бой, то обязательно бы вступили. В этот раз, эта извращенка действительно зашла слишком далеко. Я не могу позволить ей уйти от всего это просто так.

— Но тогда!...

— Но есть причина, по которой я не могу этого сделать.

Все было решено давно.

Локи нахмурила брови, словно показывая как трудно ей дался этот выбор.

Её божественная воля была непоколебима.

Нет, есть “причина” которая извращает её божественную волю, заставляя вернуть долг Фрейе.

И Локи явно не собиралась её раскрывать.

Гестии ничего не оставалось, как смириться.

Она и сама является такой же богиней и понимает, что это решение уже не измениться.

— Я понимаю… И больше не буду проситься тебя участвовать в битве. Но, хотя бы, не могла бы ты одолжить нам Валлен-что-то-там.

Помолчав некоторое время, Гестия снова вступила в переговоры.

Несмотря на то, что они не смогут сражаться вместе, Гестия все еще надеялась на её помощь.

— Белл и Валлен-что-то-там очень похожи в методике борьбы, поэтому… Пока не начнется военная игра, я хотела, чтобы она помогала нам.

Пытаясь не раскрыть происхождение редкого навыка перед собравшимися Богами, Гестия как можно расплывчатее озвучила свою просьбу.

Зная о истинной природе “Целеустремленного преследования” Гестия могла лишь догадываться, насколько сильно он заставит Белла подняться.

Точно также, как перед “Военной игрой”  с Аполлоном, тренировки с ней, заставили мальчика расти в безумном темпе и совершить великий переворот.

Гестия умоляюще уставилась на Локи, которая лишь покачала головой.

— Нет!

— Что? Но почему?

— Теперь, Айз не в силах сделать хоть что-то.

Гестия не поняла её слов.

Откинувшись на спинку кресла, Локи подняла взгляд вверх.

— В конце концов, она полностью связана контрактом.

****

Огромное "поле" окутано утренним туманом.

В это холодное осеннее утро, почти такое же, как зимнее, на землю не падал ни один лучик солнца.

В этом месте, Айз стояла лицом к лицу с Боазом.

— Я передаю слова Богини.

— …..

— “Пора вернуть долг”

— ….

— “Все, что от тебя требуется - бездействовать”

Сомкнутые губы Айз дрожали.

— “Не вмешивайся в дела Белла Кранелла”

— ….!

— “Крайний срок - окончание военной игры.  Кажется, это будет разумная ответная услуга”

— Но ведь я…

— Хочешь отказаться ?

— .....

— В конце концов, это лишь устное соглашение, и ты можешь нарушить его, если захочешь.

— Вы серьезно?

— Но в таком случае, твой меч сгниет.

—.......!

— Ведь меч,  который не способен сдержать обещание, просто не может оставаться целым.

Посреди зеленого океана растительности стояли лишь двое.

Новых слов от Оттара не последовало.

И уже через несколько мгновений, Воин-Боаз повернулся спиной к Айз и ушел,  скрываясь в густом тумане.

Оставшись одной, посреди “боевого поля” окутанного туманом, Айз подняла голову вверх.

— Белл…. Прости….

Это были единственные слова, которые смогла произнести Айз.

***

— Вы серьезно Ройман?

В голосе Прума звучало явное обвинение

Глава Гильдии, Ройман Малдир снова встретился взглядом с выражающими осуждение голубыми глазами Финна Деймне, но несмотря на напряжение от которого на его лбу выступал пот, он был полон решимости.

— Как вам уже сообщили. Гильдия не может позволить “Семье Локи” Участвовать в военных играх.

Сидя за одним столом, Прум и Эльф уставились друг на друга.

Место, где Финн и Ройман устроили тайную встречу, было обычным кафе на переулке главной улицы.

— Вы можете назвать хорошую причину для этого?

— Я не должен объяснять или убежать тебя в чем-то. Семьи “Локи и Фрейи” Это две основные силы Орарио, а также их зовут “Двойные правители города” И как это делали Семьи Зевса и Семья Геры в прошлом, вы должны оставаться на вершине, сохраняя Орарио в балансе.

Ройман повысил тон и основные намеренья стали ясны.

— Гильдия не позволит этим двумя семьям столкнуться и уничтожить друг друга.

Движимый лишь этой идеей, он намеревался залить эту накаленную “Военную игру” тазом холодной воды.

А затем каким бы не был тираничным способ, остановить её.

Ройман во что бы ни стало собирался завершить это дело до конца.

Доказательством этого была его рука, которая постоянно поддерживала и почесывала его выпуклый живот.

Даже его лицо показывало насколько ужасно его состояние.

Вероятнее всего, даже в самой гильдии не мало тех, кто недоволен решением руководства. Казалось, что из-за стресса, Ройман в любой момент начнет кричать от боли в животе.

В этом и крылась причина, по которой они собрались в этом тихом кафе.

Ройман до ужаса боялся, что их могут заметить.

Ведь если бы сам “Бравый” явится в Штаб-квартиру Гильдии для того, чтобы выразить свой протест, престиж гильдии упадет на землю, а недовольство работников лишь возрастет.

Общественное мнение также не останется в стороне.

И после всего этого, Ройман прогнется под тяжестью накопившегося стресса и их переговоры будут пустой тратой времени. Поэтому, Финну пришлось найти это тихое место, которое ему посоветовала эльфийка из его семьи.

Было нетрудно понять, что предложение Роймана было отчаянной просьбой.

Но Финна это не волновало.

Острый взгляд голубых глаз Финна, совсем отличался от его спокойного вида. Он тоже был одним из тех кто не поддерживал решение Роймана.

— Для чего тогда Военная игра и установка правил?  Разве не благодаря этому, сражение превращается в поединок, который ограничивает ущерб, которого вы так боитесь.

— Это все ерунда! Не думай, что я поверю заверениям от авантюриста!

Ройман решительно отвергнул слова Финна. В этом пункте, он решительно отказывался уступать.

— Мы много раз верили вам на слово, но разве это остановила смерти? Даже их минимальное количество окажется огромной редкостью.

Несмотря на любые правила по запрету на убийства членов враждующей семьи, жертв никак не избежать.

Таково было мнение Гильдии.

Даже если эта битва является Альянсом из богов, сражаться будут лишь кровожадные авантюристы.

А если их противники враждующее семейство, то ими будет двигать лишь неистовая битва, а любые запреты и ограничения выйдут за рамки разумного.

Но Финн не видел в этом ничего нового.

На протяжении всего времени, Гильдия много раз закрывала глаза на смерти во время военных игр.

Нет, правильнее сказать, что Гильдия и сама продвигала их.

В прошлом Гильдию не волновали цены военных игр, более того они поощряли их, ведь организованная битва куда лучше чем побоище на улицах города. Также одной из причин было то, что боги никогда не перестанут враждовать пока военная игра не будет организованна и не настанет чья либо победа или поражение.

Также, в расчет входит и то, что “Военная игра” может послужить способом для повышения уровня.

Говоря проще, “Военная игра” становится испытанием, где "награда" может превысить жертвы.

Хорошим примером этого служит битва Семьи Гестии и Аполлона.

Вопреки мнению большинства, Семья Гестии не желала проигрывать битву Аполлону и вместо этого, они совершили огромный скачок и вырвали судьбоносную победу.

После этого, Белл полностью утвердился, как полноценный авантюрист и обрел статус “юного новичка”. Более того, он стал кандидатом в “Герои”.

Ройман был уверен в своих словах:

— Это не тот дикий остров, где Амазонки-воительницы сражаются друг с другом целый день напролет, это Город-Лабиринт! И несмотря на то, что его второе название “Город- Героев”, будет неизбежно, что те кто хотят стать героями будут начинать конфликты между собой.

И все же.

— Даже я полностью понимаю это, Финн! Эта военная игра будет самой масштабной! Она станет настолько яростной, что любой авантюрист потеряет самоконтроль и первоклассные авантюристы не станут исключением. Вот, что означает ввести войну против Семьи Фрейи.

Самое главное, что причина этой военной игры была очевидной для всех.

Огромное количество людей и богов считали, что их достоинство разбито вдребезги  из-за “Очарования” и искажения воспоминаний.

— Богиня Фрейя совершила ужасный поступок и я признаю это! Но это и является главной причиной, по которой множество людей будет вести себя слишком безрассудно. Ты ведь и сам помнишь, как вел себя “Ванарганд”?

Сразу после того, как Гестия, Богиня домашнего очага выжгла очарование с каждого жителя города, Оборотень Бете ринулся на базу “Семьи Фрейи” чтобы забрать их головы.

И даже после того, как Гильдия объявила конец битвы, без Финна и остальных, его было бы невозможно остановить.

— Теперь, я не допущу ни малейшего риска! Перед походом на “Черного Дракона” Мы не должны потерять первоклассных авантюристов, особенно “Семью Локи”, Оттара и остальных.

Завершение третьего великого квеста - Порабощение “Черного Дракона” является главной обязанностью Города-Лабиринта.

Возможно, что если Финн, Оттар и остальные падут в битве, то эта цель станет куда более недостижимой, а сама надежда на её выполнение будет и вовсе утрачена.

Ройман опасался этого больше, чем кто-либо.

— Но если мы не вступим в битву, то Семья Гестии и Альянс точно проиграют.

Выслушав слова Роймана, Финн сузил глаза и высказал свое мнение.

— Ну и что? Воля Богини Фрейи, всего лишь передача Белла Кранелла в её руки. Он сменит одну семью на другую.

Закрыв рот, а затем снова открыв, Ройман холодно произнес:

— Поражение Семьи Гестии никак не повредит городской силе.

Прошло очень много времени, с тех пор как Финну хотелось цокнуть языком. Ведь сейчас, Гильдии, нет, плохая привычка Роймана вышла наружу.

Стремясь сохранить удобное положение дел, он привык игнорировать любую “человечность”

Как “Глава Гильдии” он отнюдь не являлся “Свиньей из Гильдии ” как его называют.

Но его чрезмерная сосредоточенность на самых важных вопросах, требующих решения, привела к тому, что он стал пренебрегать человечностью и даже моралью.

И этот раз не был исключением.

Чтобы не навредить Семье Фрейи, являющейся мощной городской силой, он пытался ограничить вмешательство Семьи Локи в этот конфликт, подставив Семью Гестии под удар.

Даже после искажения целого города, Ройман встал на сторону Фрейи.

И хотя он до сих пор напуган ужасами очарования, его железная воля будет продолжать исполнять главную цель Города-Лабиринта и всего мира - Завершение трех великих квестов.

Безусловно, это будет правильное решение для управляющего городом и самое мудрое, для того, кто пытается спасти нижний мир.

Но вместе с этим, большая несправедливость, которую не примет общество.

И это не убедит Финна или Бете, а также других членов Семьи Локи.

— Это клоунада, Ройман.

— Мы должны превратить это в клоунаду, Финн.

Две пары глаз сверлили друг друга.

Под взглядом “Храбреца” в глазах которого читались намерения близкие к убийственным, Ройман не отводил взгляд.

Этот жест смутно отражал его собственную решимость.

— ...... Формат и правила военных игр будут определены на “Собрании богов”. Мы постараемся быть справедливыми, чтобы победа могла достаться любом из этих двух. Мне и самому не хочется, чтобы Семья Гестии проиграла.

— Как думаете, сколько людей примут ваши слова и поступки? По крайней мере, никто из моей семьи этого не сделает. И я также не намерен принимать их.

Пока Эльф пытался сохранять спокойствие, слова Финна снова вывели его из себя.

И лицо Роймана тут же покраснело от ярости. А после, гнев сменился тяжким вздохом….

Скорчив лицо измученного старика, он достал из-за пазухи странный предмет.

— Финн… Посмотри на это!

— ?....

На стол был поставлен ледяной куб. Размером даже меньше ножа.

Но при детальном рассмотрении можно было понять, что в этом кубе таился замороженный кинжал со сломанным лезвием.

— Это….

Не обращая на удивленное лицо Финна, Ройман продолжил:

— Он был найдет в ледяном саду подземелья.

— "!"

Финн широко распахнул глаза.

Он перевел взгляд на Роймана, а затем на ледяной куб, метаясь туда-сюда.

— Были ли достигнуты какие-то результаты кроме “неё”?

— Всего лишь несколько реликвий.

.

— …Но где?

— В промежутке между 60 и 61 этажом. Сейчас, это все, что я могу сказать.

Финн неосознанно понизил голос. Но спустя несколько секунд все же спросил.

— Что насчет ключа?

— Не найден. По крайней мере, Зевсу и Гере не удалось отыскать его.

Кафе наполнила тишина.

Все это напомнило иллюзию, в которой мир застыл.

Но спустя несколько мгновений, Ройман перешел к делу.

— Если ты пообещаешь, что “Семья Локи” не будет участвовать в военной игре, я передам вам всю информацию по “Ледяному Саду”, которой располагает Гильдия.

"!!!"

— От подробного маршрута до расположения местности. Уже с этим можно начать двигаться вперед.

Финн был шокирован в несколько раз.

Не обращая внимания на полностью застывшего прума, Ройман продолжил говорить с горечью в словах:

— Даже Зевсу и Гере удалось отыскать лишь подобные мелочи ...... Но поскольку у “Семьи Локи” есть этот “ребенок”, то может быть, вы найдете ключ.

Слова Роймана почти прошли сквозь шок Финна.

Финн старался отмахнуться от “неверия” в происходящее и собирал всю информацию в одно целое...... Он не пытался узнать истинных намерений, Роймана, а потому решил спросить сейчас:

— Но почему вы решили раскрыть эту информацию лишь сейчас?

— Разве я должен объяснять? Упрямые вы ублюдки.

Ройман снова нахмурил брови.

— Все было спланировано давно! Эта информация должна была принадлежать Семья Локи и Фрейи одновременно. Я планировал ждать, пока эти две семьи станут союзниками, как Зевс и Гера! Если судить по информации, то  “Ледяной Сад” безумно опасное место! Но с каждым днем, отношения между вашими семьями становятся все хуже… А сейчас вы и вовсе хотите начать битву.

Бам*

С сильным грохотом, Ройман ударил кулаком по столу.

Он поднялся на ноги и кричал, словно выплевывая свои слова:

Раскрыть эту информацию лучше............ чем смотреть на то, как вы убиваете друг друга!!!

Тяжело дыша, Ройман вернулся на свое место, показывая что его речь окончена.

Это была отчаянная сделка, которая должна склонить чашу весов в его сторону.

В обмен на то, чтобы ограничить их от военных игр, он позволит “Семье Локи” отправиться в опасное место, которое предназначалось для двух сотрудничающих семей.

Вот что имел в виду Ройман.

"............"

Впервые за их диалог Финн затих, обдумывая предложение Главы Гильдии.

На самом деле, предложение Роймана являлось стрелой, которая могла поразить не только Финна.

Ведь эта информация была столь важна, что остальные члены семьи не могли бы её игнорировать.

По крайней мере, Риверия точно не станет молчать.

Узнай она эту информацию,  то она бы точно отказалась от военной игры, даже если бы ей пришлось пойти против Бете и остальных.

— Финн ...... Вы должны сокрушить "Черного дракона" во что бы ни стало.

"......"

— Шанса после вас уже не будет. Героев вроде вас, может и вовсе не родиться.

"......”

— Завершение третьего великого квеста необычайно серьезная и сложная задача….

Эльф, которому было больше ста пятидесяти лет, выражал свои слова с исключительной важностью и серьезностью.

— Когда придет время, походом на “Черного дракона” будешь руководить ты…. В конце концов, ты ведь никогда не хотел оставаться обычным авантюристом.

В его наставлении читалась мольба. И между двумя мужчинами повисло долгое молчание.

— Итак, я сказал все что нужно! Не суйся в военную игру, Финн!

Ройман снова вернулся к своему обычному виду. И Сделав еще несколько замечаний, он с осторожностью покинул кафе.

— Фух….

Финн выпустил сдерживаемый вздох.

Взяв ледяной куб, он поднял его к потолку и в течении нескольких секунд просто изучал.

А после, откинувшись назад заговорил:

— Все это было расчетом Богини Фрейи, Хедин?

— Не смей говорить со мной в такой манере, прум.

Раздался суровый голос. Он исходил с самого дальнего столика кафе, прямо напротив Финна.

За этим столиком, отделенным ширмой, сидел прекрасный эльф, отличавшийся от Роймана.

Эльфа с длинными золотыми волосами и книгой в руке звали Хедин Селланд.

Первоклассный авантюрист 6-го уровня из “Семьи Фрейи”

— Не думал, что ты часто бываешь здесь.

— В названии магазина есть то, что относится к Эльфам. Но вероятно, что об этом месте ты узнал от “Тысячи Эльфов”

Кофе называлось “Више”

Финн даже не догадывался, что именно в этом кафе Хедин вел диалог с похищенным беловолосым мальчиком.

И здесь же, Финн когда-то попросил Белла передать его предложение “руки и сердца” одной девушке-пруму из его семьи.

Ройман этого не заметил, но к тому времени, как они зашли в кафе, Хедин уже ждал их.

Хитрый от природы Финн знал о его присутствии и продолжал разговор в “сдержанной манере”, однако, не менее хитрый Белый эльф, наслаждающийся своим черным чаем, слышал весь их разговор.

— Приказ Фрейи-сама говорил о полном разгроме всей армии Орарио. Так что перестань строить идиотские предположения, которые оскорбляют Богиню.

Не отрывая взгляда от книги, Хедин говорил лишь чистую правду.

Играясь с ледяным кубом в правой руке, Финн решил задать риторический вопрос.

— Значит, если мы присоединимся к Альянсу, то вы разгромите и нас?

— Если против нас выступите вы, то придется разработать соответствующую стратегию и уничтожить нахальных зверей.

Прежде всего, Семья Фрейи это сборище воинов с огромной силой, которые сражаются лишь за Богиню.

Но, что будет если все эти “Сильные войны” объединятся ради Фрейи?

Ответ прост - Они станут неостановимой силой.

Проще говоря, если Семья Фрейи объединится под командованием куда лучше, чем Семья Локи во главе с Финном. То Семья Локи никогда не победит Семью Фрейи.

— О первоклассных авантюристах позаботится элита, а со всем остальным разберется Хейт и её отряд.

— Андхримнир…

— Не хочется этого говорить... но пока на нашей стороне Оттар, исход боя очевиден.

—  ......

Все верно. Если они вступят в битву с противником, которого не смогут победить, то все кончено.

Вот, что означает борьба с Семьей Фрейи, у которой есть “Сильнейший”.

Расклад был именно такой.

— Несмотря на весь разговор с Ройманом, я буду на стороне Семьи Гестии.

— И что планируешь делать?

— В конце концов, запрещено лишь вмешательство, а не помощь.

— На что ты намекаешь?

— Думаю, что было бы неплохо, если бы ты позволил мне дать несколько совет, одной девушке-пруму.

— .... Кажется,  с меня действительно хватит твоих планов неудачника, идиотский прум.

Оба авантюриста стояли спиной друг к другу и никто не видел взгляда своего собеседника.

— В конец концов, я был неплохо удовлетворен, наблюдая затем, как ты пошел на поводу у "Гильдейский Свиньи”

— Хах, возможно, так и есть…

Финн принял сарказм Хедина, который с неизменным выражением лица перелистывал страницы своей книги.

Ройман больше всего опасался падения городской мощи города и потому ему пришлось разыграть свой козырь.

Если хоть один член Семьи Локи будет участвовать на военной игре, Ройман ни за что не раскроет им информацию, которую так желает Финн и остальные.

— В такой ситуации Альянс обречен…

Лишь при участии Семьи Локи, шансы на победу были равны 50 процентам. Но сейчас, чаша весов полностью склонилась к стороне соперника.

Столь огромной была мощь “Семьи Фрейи”

То, с чем предстоит столкнуться Семьи Гестии, будет суровой и безнадежной битвой.

Финн выглянул в окно.

В его мыслях промелькнул образ девушки-прума.

— Интересно, сможет ли она остаться спокойной и не расплакаться?

*****

— БЕЛЛ-САМААА!!!!!!!

Ответ был отрицательный.

Желание Финна не оправдалось и Лилирука Арде стала похожа на плачущего ребенка.

— Лили…. Все уже в порядке….

— Простите, простите, простите, прошу простите Лили!

*** База ”Семьи Гестии” (Поместье Очага) ***

По возвращению, Белл тут же остановился посреди прихожей.

Точнее, ему пришлось остановиться.

С полными глазами слез, Лили крепко уперлась в живот Белла, словно пытаясь зарыться в него. Её постоянные мольбы о прощении напоминал звук заевшей музыкальной пластинки.

Из-за этой позиции, Белл потерял возможность двигаться.

Кроме того, извинялась не только Лили.

— Мне жаль Белл… Прости за то, что я сказала это…. Я недостойна быть твоим советником.

— Простите! Я отвергла героя, который спас меня… Как Харухиме может искупить свою вину?

По правой стороне Эйна. По левой Харухиме.

Пока полуэльфийка крепко сжимала правую руку, стоящий на коленях ренар, нежно обхватывала пальцы его левой руки.

Извинение исходящие сразу с трех сторон были полны горечи и боли.

Все было настолько серьезно, что по затылку Белла начинали скатываться капли пота.

Ко всему прочему, вид плачущей Эйны и Харухиме полностью ошеломил Белла.

14-летний мальчик испытал слишком большой шок, видя девушку, почти свою старшую сестру, проливавшую слëзы из-за него — нет, из-за самой себя.

— Мне очень жаль, Белл-доно...... Я не только забыла вас, но и оттолкнула ......! Даже будучи членом семьи, я не смогла помочь вам… Никаких извинений и поклонов не хватит, чтобы искупить вину.

— Мне жаль Белл…. Я тоже… я.

Все больше и больше

Белла полностью окружали Микото, Вельф и остальные.

Наза, Дафна, Кассандра, Оука и Чигуса из Семьи Такемиказучи, Айша и даже Морд.

За исключением богов, отправившихся на “Собрание” здесь были все кто попал под очарование и отвернулся от мальчика.

— Почему бы тебе не вмазать мне кулаком? Может, это хоть немного облегчит мою вину…

— Но что тогда делать мне......!

— Может, сеппуку?

— Эй, прекрати Оука!

— Нет, Белл-сан, я сделаю это!

— Вы слишком паникуете!!!!

—  А я вот не особо чувствую себя виноватой но…. Я подумала, что из-за меня ты мог сильно расстроится и вот я здесь…..

Извинения не заканчивались.

Все выглядели мрачными и подавленными, как будто не в силах взглянуть в глаза Беллу, а поочередные мольбы о прощении напоминали атмосферу поминок.

Гостиная их поместья, стала зоной извинений.

— Ах, что за бардак.

В голову Белла пришел образ Гестии, которая при виде такой картины, заведется, как ветряная мельница.

(Что же мне делать….) - Подумал про себя Белл.

Его сердце сжималось в груди.

Белл не являлся человеком, который мог бы почувствовать себя легче, заставив кого-то извиняться.

Вместо этого, он был тем, кто чувствовал себя неловко.

И кроме того, Лили и остальные были не виноваты.

Каждый кто причинил боль Беллу, попал под сильное очарование и считал, что не знает его.

Но сколько бы он не говорил: “Все в порядке”, “Вы не виноваты!”  Лица окружающих его друзей будут становиться лишь мрачнее.

Подняв взгляд к потолку, он закрыл глаза и нахмурив брови, размышляя над тем, что ему делать.

В момент когда он подумал, что было бы неплохо сбежать из этой напряженной реальности, возле живота Белла раздались очередные всхлипы.

— Лили… Лили, поклялась, что никогда не предаст Белла-сама ......!

Во время их первой встречи, Лили обратилась к Беллу с целью заработать и отомстить за свои эгоистичные обиды.

Но даже после того, как она обманула и предала его, Белл спас её и сделал своим первым и незаменимым помощником.

Факт того, что она вновь причинила ему боль, был для Лили самым непростительным поступком.

Она считала, что даже смерти миллион раз подряд, будет недостаточно для прощения.

Плачущий голос девушки-прума включал в себя глубокое сожаление и ненависть к себе, но вместе с этим и раскаянье, которые испытывали все вокруг.

В растерянности посмотрев на непрекращающиеся рыдания Лили, Белл принял решение.

Положив руки на её тонкие плечи, он опустился на одно колено, смотря ей прямо в глаза.

— Послушай меня, Лили! Даже если ты этого хочешь, я не буду наказывать тебя.

— Но… Ведь я….

Заплаканное лицо Лили исказилось от сильной грусти.

Слезы лившиеся из глаз орехового цвета не останавливались, сколько бы раз она не вытирала их.

Снова взглянув в глаза Лили, Белл заговорил достаточно громко, чтобы его могли услышать Эйна и остальные.

— Но… Даже без наказания, впереди нас ждут ещё более страшные вещи… И это касается не только Лили, но и меня.

"!!!"

Лили распахнула веки.

Признаки удивления показал и Вельф вместе с остальными.

Белл поднял брови и неловко улыбнувшись произнес:

— В следующей битве мне никак не справиться одному. Поэтому, я хотел бы положиться на твою помощь….

— Белл-сама……..

— Поэтому не извиняйся и просто пройди весь этот путь вместе со мной.

Пожалуйста, помоги мне Лили!

Его рубиновые глаза искренне просили этого и глаза орехового цвета снова наполнились слезами, но уже по другой причине.

Все ещё пытаясь вытереть непрекращающиеся слезы и шмыгая носом Лили множество кивала головой.

— Тогда...... Лили поможет и поддержит Белла-сама. За всю боль, которую причинила Лили… нет! Даже больше этого!

— ...... Спасибо тебе, Лили.

Наблюдая, как Лили приносит клятву, лицо Белла поразила яркая улыбка.

И когда Лили вновь увидела эту улыбку, она снова обняла его.

Пока Лили крепко прижималась к его шеи, он нежно поглаживал её по спине оглядываясь по сторонам.

— Вельф, Микото, Харухиме…. А также Эйна и остальные… Пожалуйста,  помогите мне!

А затем, смотря на удивленно раскрытые глаза Вельфа и остальных, шутливо добавил:

— Раньше я много раз втягивал вас в неприятности… Но с этим… Теперь мы может быть в расчете…

— Хотя даже так, не думаю, что смогу расплатиться с вами… - Добавил Белл почесывая щеку.

После этих слов, на лице Вельфа и остальных вновь появилась улыбка.

— Раз капитан сказал, то давайте сделаем это ребята!

— Если так, то… Мы поможем вам Белл-доно.

— Харухиме обязательно расплатится с вами, даже если мне придется погибнуть!

Вельф показал улыбку старшего брата, Микото смотрела на него серьезным выражением лица, а Харухиме, вытирая слезы с глаз, принесла свою клятву.

Наконец, Белл Кранел из “Семья Фрейи” вновь стал Беллом Кранелом из “Семьи Гестии” - Подумал Белл.

— Белл…. Теперь я буду трудиться над новыми зельями, даже над теми, которые раньше не удавались мне.

— Спасибо Наза!

— Тогда, я буду засыпать пока не увижу, как можно больше хороших снов с предсказаниями!

— Пожалуйста, не заставляй себя этого делать, Кассандра.

— Белл, я обязательно буду говорить тебе о любой тайной информации из Гильдии.

— Эйна-сан, это немного слишком….

Освободившись от оков вины благодаря Беллу, Наза и остальные подняли головы и высказали свои обещания.

Пока новые обещания все больше накаляли атмосферу, пот все активнее покрывал лоб Белла.

Но как вдруг, входная дверь распахнулась

— Черт, это бесполезно!... Нам не удастся убедить Локи и остальных.

Вид вернувшейся Гестии говорил о том, что она была в ярости.

Вернувшись с “божественного собрания”, она тут же начала ворчать и бросив перенесенные бумаги на пол, плюхнулась на диван.

— Как я и боялся… Семье Локи запретили участвовать.

С любопытством подняв и посмотрев на лист пергамента, Белл не смог скрыть своих опасений.

Белл знал, что с момента объявления военных игр, Гестия каждый день приходила на “собрание богов”, чтобы получить как можно больше удачных условий.

Поэтому, ему было несложно заподозрить к какому сценарию все идет.

— Фрейя не появляется на собраниях, но готова принять любые невыгодные для неё условия.

— Но теперь, когда Семья Локи отказалась от участия, другие семьи, которые были полны решимости, теперь могут передумать.

Вслед за Гестией, пришли Миах и Такемиказучи. К моменту когда появилась Гефест, лица членов семьи вокруг неё были полны страха и нерешительности.

— Может устроим соревнование кто больше съест?

— Ты правда думаешь, победителя будут определять с помощью этого?

Дафна прервала размышление Оуки, чувствуя сильную боль в голове. На самом деле, такой смешной ответ был единственным из возможных.

Слава Семьи Фрейи ушла настолько далеко, что сражение с ними означало отчаянье.

— Похоже, что даже работники Гильдии недовольны ограничениями для Семьи Локи, но кажется, что высшее руководство опасается, что Семьи Локи и Фрейи попросту перебьют друг друга.

После слов Эйны в гостиной воцарилась тишина.

Зачем вы согласились на военную игру?

Никто не задавал этот вопрос Гестии или Беллу.

Все понимали, что переполох и шумиха с Семьей Фрейи не закончится без военной игры.

Наконец отлипнув от Белла, успокоившаяся Лили посмотрела на Вельфа с лицом помощника.

— Вельф-сан!

— Знаю…. Как я и обещал Беллу, буду ковать Волшебные мечи Кроццо, пока есть время.

— Но, Вельф, ведь…

— Если это магические мечи Вельфа, то они должны попасть в умелые руки. И если часто использовать их против превосходящих по силе противников, то магические мечи просто сломаются…

Почувствовав на себе обеспокоенный взгляд Белла, Вельф покачал головой.

У магического меча Вельфа, созданного в последней экспедиции больше не было недостатка в недолговечности, а боевая мощь будет зависеть от силы пользователя.

Если Лили, которая теперь 2-го уровня использует новый магический меч, то его сила будет обладать мощностью 2-го уровня.

Но даже с этим ограничением, не найти более лучший и мгновенной боевой мощи для испепеления своих врагов, чем магические мечи Кроццо

Лишь в этот раз, Вельф был готов воссоздать то преимущество из-за которого Королевство Ракия, славилась своей несокрушимостью.

Вельф, который избегал ковки магических мечей своей семьи, решился на это.

Все понимали, что для победы придется воспользоваться любыми средствами.

— ......  Я разработаю стратегию. Внимательно изучу все методы и способы, чтобы у нас был хоть малейший шанс на победу.

После этого, напряженный тон Лили стих.

Айша, которая не присоединилась к группе извиняющихся перед Беллом, наконец заговорила.

— Почему бы вместо того, чтобы кланяться и извиняться перед Беллом Кранеллом нам просто не побить этих парней. Кого волнует, поможет ли нам Семья Локи или нет?

Прозвучали воодушевляющие и воинственные слова амазонки.

На этот раз, все авантюристы вокруг выразили свое одобрение.

— Да, Айша-сама, Харухиме сделает также.

— Белл-доно до сих пор сражался в одиночку, но теперь наш черед выложиться по полной!

За амазонкой последовали Микото и Харухиме.

Глядя на двух подруг детства на лицах Оуки и Чигусы появились улыбки.

После мотивирующих слов Айши, мрачная обстановка развеялась. И в конце концов, группа, в центре внимания которой была Лили, начали обсуждать военную игру..

— Это мило…

Наблюдая за энергичной Лили и остальными, на лице Белла появилась непроизвольная улыбка.

Эта улыбка была полна радости и уверенности в том, что Лили и остальные свободны от чувства вины.

Понаблюдав за ними некоторое время его улыбка сменилась на серьезное лицо.

Тайком оставив Лили и остальных, он выглянул в окно посмотрев на бледно-голубое небо, где солнце уже уступило место луне.

(Интересно, что она сейчас делает? .......)

В его сознании проплыли воспоминания о “Боевом Поле”, в котором он проводил свою ложную жизнь и “она” которая, показала ему множество эмоций, которых он не видел до этого.

Глядя на яркую и чистую луну, губы Белла сами произнесли имя некой девушки, настолько тихо, что этого никто не услышит.

*****

Темно-синяя ночь походила на водную гладь.

Её поверхность, отражающая яркие звезды дрожала. А пропавшая луна являлась одинокой лодкой.

Пронзая бледно-серые облака, она продолжала просвечивать яркий и чистый свет.

Словно ища того, кто находился далеко от лодки, лунный свет бледнел.

(Кого же я искала?)

Богиня, которая задала себе этот вопрос, остановилась.

Вырвавшись из нелепого моря сентиментальности, она прошептала имя мальчика.

— Белл…..

----------

После этой битвы мы поженимся

[[image:/storage/reader-images/992e637dd6888fdc700774d45f618a235f283755.png]]
Глава 7 : После этой битвы мы поженимся.

Уровень 4.

Сила: SS1033 → SSS1379

Выносливость: SSS1218 → SSS1501

Ловкость: SS1041 → SSS1383

Скорость: SS1089 → SSS1442

Магия: S965 → SSS1251

— …..

— …..

Глядя на мои финальные характеристики 4 уровня, мы с Богиней не могли выдавить и слова.

— Белл….

— А?

Пока лицо Богини выражало задумчивость, я не обращал внимания на то, что нахожусь без рубашки и спокойно смотрел на лист с обновлёнными характеристики в её руке.

— Насколько сильно тебя избивали на базе Семьи Фрейи?

— Настолько сильно, что это можно назвать самым жестоким моментом за всю мою жизнь… Разрушительно уничтожающим и не попровимым.

На самом деле, правильнее сказать, что самый жестокий момент моей жизни происходил на глубоких этажах, но....... Поскольку недавний ад длился куда дольше, думаю, что “Крещение” должно быть на самом верху.

После моего странного ответа богиня перестала что-либо говорить.

Вместо этого, она закрыла глаза и обняла меня так крепко, словно встретила ребенка, вернувшегося с войны.

Её руки нежно поглаживали спину, а затем переходили на затылок.

Несмотря на то, что мое лицо погрузилось в пышную грудь Богини, я продолжал сохранять спокойный вид.

Отпрянув друг от друга, Богиня издала протяжный вздох.

— Ах........... Прости, Белл! Я так и не смогла спасти тебя, и тебе пришлось страдать в этом ужасном месте до последней минуты.

— Все не так! Ведь, богиня все равно пришла за мной.

Гермес-сама и Асфи рассказали, как богиня сделала всё возможное, чтобы освободить город от чар.

Тогда я полностью был занят собой и не мог ничего поделать с этой “клеткой”.

Но Богине и остальным удалось разрушить ее, это поистине удивительно и я не сомневаюсь, что для этого им потребовалось немало времени.

Посмотрев на Богиню, которая с грустью опустила плечи,  я рассказал ей о своих истинных чувствах.

— Богиня… В тот момент, когда ты спустилась с неба чтобы спасти меня… Я был счастлив.

— ......!

Я продолжал говорить слово за словом, глядя как ее глаза наполняются эмоциями.

— Белл…

Затем, она вновь обняла меня.

На этот раз, вновь уткнувшись в ее мягкую грудь я смутился и покраснел от лица до ушей.

Через миг богиня отпустила меня, и, вытерев слезы с уголков глаз, вновь перевела взгляд на лист со статусом в ее руке.

— Что ж… Это действительно удивительный рост. Когда Фрейя говорила, что хочет забрать тебя, я не думала, что она будет настолько мучать тебя. Она настоящая садистка!

— Хах.

Богиня со злобой ругалась на ту, кого здесь не было.

Возможно, она была зла из-за того, что кто-то другой обновил члена ее семьи. А может быть, все из-за того, что она никак не могла помешать этому.

— Не могу сказать, что рада этому, но…. Твои характеристики вновь возросли на огромные числа.

— После твоего возвращения с глубоких этажей результат был удивительным, но этот даже выше.

Сумма характеристик выросла более чем на 1600 единиц.

Множество характеристик SSS ранга и возросшие “способности развития” также внушали удивление.

На мгновение, эмоции полностью покинули моё лицо, когда я вспоминаю крещения, проходившие с утра до вечера.

Затем, я перевел взгляд на богиню.

— Итак, богиня…

— Ах да, “повышение”, секундочку, Белл.

После этих слов, все приготовления были совершены.

Лежа на кровати я чувствовал, как богиня постучала указательным пальцем по моей спине.

По ощущениям это было похоже на то, как что-то стучится в глубине сердца и  пробивается к источнику души.

Спина превратилась в водную гладь, и тихая рябь постепенно распространилась по всему телу.

Такую картину выдавала моя фантазия. А после неё раздался звук.

Священные иероглифы на спине озарились светом и испускали тепло.

Испытывая необузданное ощущение, я затаил дыхание, пока богиня переносила мой обновленный статус на новый лист бумаги.

Белл Кранелл.

Уровень 5

Сила - I0

Выносливость - I0

Ловкость - I0

Скорость - I0

Магия - I0

Удача: F

Аномальное сопротивление: G

Побег: G

Цепная атака: I

Магия:

【Огненный Разряд】

Мгновенная магия.

Навыки

【 Аргонавт 】

Применяется при активном действии.

【Убийца Быков 】

Очень сильно увеличивает все способности при борьбе со врагами бычьего типа.

【Ванадис Тивер】

Анти-очарование.

Очень сильно увеличивает все способности при воздействии чар.

Постоянное восстановление физических и ментальных сил.

— Поздравляю, Белл, теперь ты 5 уровня! - сказала богиня, передав лист с обновлением.

Поскольку я имею всего 1 слот, новой магии, конечно же, не было.

Новый навык под названием【Ванадис Тивер】является специальным умением против очарования.

При соблюдении всех условий он должен быть очень сильным, но на “военной игре” он не будет иметь никакого значения.

Новой "развиваемой способностью", открытой с повышением, стала “Цепная атака”.

По информации из гильдии, которую мне рассказала Эйна, это ценная наступательная способность, которая увеличивает силу атак при их непрерывном повторении.

Но вся эта информация — лишь незначительная часть. Самым важным было число в самом верху бумаги.

Уровень 5.

Даже такой простой авантюрист, как я, прекрасно понимает весь вес этого числа.

Белл Кранелл стал авантюристом первого класса.

Хоть я и из самых низов, но я вступил в ряды самой могущественной силы, которой так гордится Город-Лабиринт Орарио.

И наконец, забравшись так далеко..... Я нахожусь на расстоянии, где могу прикоснуться к той, о ком мечтал.

(Но даже так…)

Но несмотря на всю радость, я не мог унять страх. Богиня, вероятно, чувствует тоже самое. Ведь после поздравлений она не произнесла и слова, сомкнув губы.

— Богиня…

—.... А, что?

— Как думаешь, смогу ли я противостоять Мастеру… И другим первоклассным членам Семьи Фрейи?

Этот вопрос включал себя дополнительную статистику, которую я получил до повышения уровня.

Словно пытаясь зацепиться за луч надежды, член семьи спросил ответ у своего бога-покровителя.

— …. Я не богиня битвы и не могу быть такой точной, как Таке…

— ......

— Но.

Лишь на мгновение, богиня сомкнула губы, а затем

— Я думаю… Что ты не сможешь противостоять детям Фрейи.

На самом деле, я не считал её слова жестокими. Потому что я сам испытал их неудержимую силу.

Уровень 5, который показывал все мои огромные достижения, был таким ненадежным.

Ведь там были те, кто достиг уровня 6 и 7

Другими словами, нас ждут “Сильнейшие”, выходящие за рамки любых стандартов.

*******

— …. И что нам делать?

Копаясь в море бумаг, завопила Лили.

В библиотеке поместья на полу и столе была разложена уйма бумаг. Все они являлись информацией о Семье Фрейи.

Пока Вельф заперся в своей мастерской, создавая магические мечи, Микото и Харухиме направились к Такемиказучи и Айше, чтобы как можно больше отточить свои техники и способности. Делая все, что в их силах, каждый член семьи готовился к “Военной игре”, а Лили, являющаяся мозговым центром семьи, собирала как можно больше информации о враге.

С помощью Эйны, которая являлась работником Гильдии, ей удалось собрать большое количество информации.

Но….

— Они слишком сильны… С этим ничего не поделаешь.

Чем больше она читала и анализировала, тем больше её настигло слово "отчаяние".

Непреодолимый разрыв в силе. Здесь не было разницы, как между собакой и львом, а скорее как между муравьем и драконом.

Несмотря на то, что Лили уже много раз слышала слова: “Сильнейшие в Городе”,  только в этот момент ей удалось осознать это на деле.

— В настоящее время Семья Фрейи состоит из 157 активных участников, если включить небоевых членов семьи и последователей, то их станет более 5000....... Не говоря о силе авантюристов первого класса, численность авантюристов второго класса огромна.

К тому же, количество целителей в Семье Фрейи было самым большим среди всех семей в Орарио.

Лишь от этих предоставленных цифр Лили становилось плохо.

А просто взглянув на сумму авантюристов 3 и 4 уровня, относящихся ко второму классу, ей хотелось собрать вещи и сбежать.

Лишь для того, чтобы понять весь разрыв между Альянсом и Семьей Фрейи, можно представить, что если семья Фрейи будет расформирована, то из второклассных членов этой семьи можно создать около 20 семей среднего класса.

Кроме того, авантюристы первого класса, включая “Сильнейшего”, стоят намного выше всех авантюрист второго класса.

— Лишь один залп сверхкороткого пения смог уничтожить армию монстров на нижних этажах?

Обычно, для членов любой семьи  утечка информации об их навыках и магии, будет фатальна.

Таким образом, гильдия также помогала тщательно скрывать их.

Поэтому информация, которую добыла Эйна, являлась лишь слухами от персонала гильдии и авантюристов. По этой причине, на бумагах встречались приписки “возможная способность”.

Но даже этих "возможных способностей" было достаточно, чтобы заставить Лили потерять волю к борьбе.

Широкий радиус и прорывная мощь магических залпов заставляли сомневаться в концепции “магических мечников”.

Командная работа прумов, способная побеждать на военных играх лишь вчетвером.

“Ноги Колесницы”, которые легко превосходят скорость Ванарганда. Их обладатель получил звание быстрейшего в городе.

А также интуиция зверо-человека, не раз выделившегося в "Темные времена".

Если помимо них Семья Фрейи скрывает какой-то “Козырь”, то, как командиру, Лили остается лишь сложить руки.

(Это безнадежно! У нас не хватает сил. И хотя я с самого начала осознавала всю пропасть между Семьей Гестии и Фрейи, но даже так......!)

То, что вызывало ужас ещё больше, то это тот факт, что даже с помощью семьи Гефест и остальных у них не было и шанса на победу.

Все как и в тот раз. Но милосердия, как во время нападения во время Фестиваля богинь, не будет.

— Хоть я и должна придумать стратегию……. Что я смогу сделать…?

От огромной разницы в боевой мощи её мысли бегали по кругу, а изо рта вырвался тот же печальный вздох, что и раньше.

Даже если она попросит помощи у Дафны, которая прямо сейчас занята изготовлением зелий вместе с Миахом, то ничего не изменится.

Вполне возможно, что прямо сейчас Дафна держится за голову и планирует побег из города.

Чтобы переломить ход битвы, потребуется куда более Опытный стратег, чем Лили и остальные …

— Помощница-аа!

В тот момент, когда Лили предстала на границе между побегом от реальности и отчаянием.

Гестия с грохотом распахнула дверь в библиотеку.

— Гестия-сама? В чем дело?

— У тебя посетитель… Хотя не знаю, можно ли его назвать посетителем, но он гость...

Несмотря на то, что Гестия была богом, на её лице читалось сильное удивление и Лили была поражена этим, но причина стала ясна, как только ей удалось увидеть внешность этого “посетителя”.

— Думаю, сказать что мы давно не виделись будет ошибкой, но… Приветствую, Лилирука Арде!

С подтяной рукой, в библиотеку вошел златовласый прум.

— Фи.. Финн-сама?

— Оу, неужели это все информация о Семье Фрейи? Вы собрали так много.

Не обращая внимания на удивленную Лили, Финн поднял с пола несколько листов с информацией.

С помощью взгляда, она пыталась спросить о том, что происходит у своей богини-покровителя, но Гестия лишь энергично покачала головой.

Казалось, что это был неожиданный визит, без какого-либо приглашения.

В конце концов, удивленная Гестия проговорила: Ну, думаю, вы и вдвоем справитесь. После чего поспешно скрылась.

Казалось, что богиня-покровитель пыталась свалить все проблемы на Лили. И, проговорив про себя “прости”, она подтвердила свой статус бесполезной богини.

— Забыв о сне, ты без устали собирала информацию о враге. Для того, кто занимает пост стратега, это действительно похвально.

— А… Спасибо!

Глядя на лицо Лили, под глазами которой накапливалась усталость, Финн улыбнулся.

Несмотря на то, что она все еще не понимала всю ситуацию, ей пришлось едва заметно кивнуть.

— Но теперь в этом нет необходимости.

— Что?

Подкинув собранные бумаги вверх, Финн заставил ореховые глаза Лили расшириться.

— Я дам вам информацию по всем необходимым аспектам: стратегии, которые использует “Семья Фрейи”, детали навыков и магии, которые мы запомнили. Вся эта информация от первоклассного авантюриста, сражавшегося с ними бесчисленное количество раз…

На этот раз Лили затаила дыхание. Информация от того, кто действительно имел с ними дело, сильно отличается от той, которую можно узнать из слухов и может стать абсолютным оружием.

И более того, проницательность первоклассного авантюриста сможет иметь большую ценность, чем факты. В конце концов, Семья Локи должна давно изучать своего врага в лице “Семье Фрейи”.

Вполне возможно, что с помощью Лили и остальных, они смогут воссоздать контрмеры.

— Я превращу тебя в уникального капитана. Командира, способного возглавить Альянс.

От столь сильных слов, полных мужества, сердце Лили затрепетало в груди.

Внутри неё возникло желание закричать от радости и прыгнуть на него, пуская слюни, но… Лили удалось остановить себя и с железным духом задать вопрос своему собеседнику, который являлся членом её же расы.

— Могу ли я задать вопрос? По какой причине вы хотите помочь нам?

— О, а тебе нужны объяснения?

Пока Лили пыталась сохранить спокойствие, Финн сузил глаза, будто смотря на то, что давно хотел.

А затем немного комично пожал плечами.

— Семья Фрейи..... Нет, богиня Фрейя нарушила запрет. Используя такой жестокий метод, она поработила наши достоинства и извратила нас.

— Но ведь, это…

— Конечно, этот поступок достоин суда. И хотя гильдия говорит, что все будет улажено, но чувство дискомфорта останется. Для тех, кто восхищается Беллом Кранелом, этот гнев будет разрастаться все больше.

…..

— Даже я нахожусь в ярости.

Финн был абсолютно прав. И в его словах не было лжи.

— Все из-за того, что гильдия запретила нам участвовать в военной игре. Поэтому я одолжу тебе свою мудрость до момента, пока не начнется игра...... Но если ты хочешь конкретики… Я хочу, чтобы ты преподала урок Оттару и богине Фрейе.

Закончил Финн с нотками детского озорства.

И сейчас он честно изложил свое “бравое дело” и обнажил истинные эмоции.

Бравый протягивает руку помощи как с точки зрения дела, так и с точки зрения эмоций.

Но Лили не могла принять решение сразу.

Потому-что односторонние интересы между семьями невозможны. И хотя он не был членом семьи мошенников, таких как Семья Гермеса, но здравый смысл предупреждал быть бдительными, когда им предлагают столь щедрые предложения.

Если она схватится за протянутую руку, попросит ли он о взаимной плате?

И разве это не должно решаться богиней Гестией?

Как помощник Семьи, Лили не решалась на предложение Финна.

— 70 баллов.

После этих слов, он взглянул на неё с улыбкой, похожей на усмешку.

— Лилирука Арде, ты заслуживаешь похвалы за свою осторожность, но что тебе предстоит сделать сейчас, так это точно не выяснять мои истинные намерения.

— Эээ?

— Вместо этого тебе следует использовать любые методы для победы в такой отчаянной битве, от которой захочет уйти любой храбрец.

— !!!

После такого несколько жестокого заявления, сердце Лили забилось с бешеной силой.

— По крайней мере, на твоем месте я бы сделал именно так. Даже если бы пришлось получить огромное количество информации от руководителя другой семьи

— ......!

— У тебя есть такая же робкая сторона, как у Белла Кранела. Я не говорю, что это минус, эта черта может стать добродетелью. Но сейчас ты должна беспокоится о том, что кое-кто важный может покинуть твою семью.

Эти слова стали последней каплей. Лили разжала кулак и протянула руку свою собеседнику.

— Мне очень жаль, что Лили показала себя с плохой стороны.

— Раз так, то ты...?

— Прошу вас, Финн-сама, одолжите мне свою мудрость.

В ответ на решимость Лили, Финн пожал протянутую руку.

Юная богиня, наблюдавшая за этим со стороны, также сжала кулаки от радости.

С этого момента, Семья Гестии вступила в сговор с “бравым”.

— Эм… Но…. как я и говорила, Лили и остальные мало что могут предложить вам взамен, поэтому мне бы хотелось, чтобы вы не ожидали многого за вашу доброту.

— Об этом не беспокойся. Как я уже говорил, если ты сможешь преподать урок Оттару и остальным, мое лицо и гордость будут спасены.

С улыбкой произнес Финн, наблюдая за напуганной Лили, ожидающей объявления ответной услуги, словно вся её бравада до этого была лишь иллюзией.

— К тому же… Ваша Семья очень популярна. Уверен, что кроме меня найдутся те, кто захотят протянуть вам руку помощи.

*****

— Эй! Почему нам не разрешают сражаться вместе с Аргонавтиком и остальными?

Громкий крик Тионы разнесся по округе. В гостинной “сумеречного поместья” на базе “Семьи Локи” девушка-амазонка продолжала свои гневные возгласы, попутно размахивая руками.

— Так много семей будут сражаться с Семьей Фрейи, а мы нет?

— Сколько раз повторять? Это строгий приказ гильдии. Прими его за какое-нибудь обязательное задание.

Тем, кто принялся успокаивать её, был дворф Гарет.

Даже такой опытный воин, как Гарет, имевший дело с Тионой, был похож на уставшего родителя. Сколько бы он ни пытался вразумить ее, Тиона продолжала топать ногами и кричать: “Не понимаю!”

— Но я хочу помочь Аргонавту! Я хочу отплатить ему за то, что наговорила столько ужасных вещей.

— Ни за что, возьми себя в руки.

— Почему….. Ты скупердяй!

Продолжая слушать громкие жалобы амазонки, Гарет состроил выражение лица, которое показывало, насколько он измучен.

— Ради бога, ты ведь одна из руководителей семьи…. Если ты не перестанешь жаловаться, мне придется успокоить тебя также, как я сделал это с Бете.

Лицо и толстые кулаки Гарета были покрыты свежими ранами.

Это было после того, как оборотень Бете впал в бешенство. Не послушав приказ и объявив о том, что он запинает семью Фрейи до смерти на военной игре, Гарету пришлось успокаивать его своей грубой силой.

Оборотень, который так и не смог успокоиться, выпалил: Черт возьми! И направился буйствовать в подземелье.

— Если для участия в военной игре мне придется победить Гарета, то я буду сражаться!

— Не говори так, будто я ничего не значу...... Даже если тебе удастся пройти через меня, то Гильдия не будет с этим мириться. Если ты ворвешься на Военную игру, то это станет нечестным поступком Семьи Гестии и они проиграют, в таком случае ты никогда не вернешь долг этому пареньку.

— Н-но…

Столкнувшись с логичным доводом от Гарета, Тиона взъерошила волосы и, направив голову вверх, стала крутиться на месте, исполняя причудливый танец.

А затем, словно не в силах больше наблюдать за такой картиной, её старшая сестра Тионе обратилась к дворфу.

— Гарет, поскольку это приказ командира, то я прислушаюсь к нему, но...... смириться с этим я не смогу. Даже если Рауль и другие члены семьи этого не говорят, но внутри они чувствуют тоже самое. И хотя это сказалось лишь на Белле Кранеле из Семьи Гестии, это не отменяет того, что наша память была испорчена.

Выслушав слова Тионе, которая откинулась на спинку кресла, Гарет закрыл глаза.

“Я думаю точно так же” — прямо перед тем, как эти слова сорвались с его губ…

—  Прекрати! Ты ведь знаешь, что это не вина Гарета.

— Риверия?...

— Ты тоже, Тиона. Перестань суетиться, в конце концов ты одна из лидеров Семьи.

— Аааааахххххх.

Встряхнув волосами нефритового цвета, в комнату заявилась высшая эльфийка Риверия.

Будучи вице-капитаном, она выдала наставления двум сестрам, после чего направила взгляд вниз.

— Если у кого-то из вас есть жалобы… Я здесь, чтобы выслушать их.

— Риверия….

Такое отношения заставило сестер посмотреть на неё снизу вверх, после чего Риверия направилась к дворфу.

— Прости, Гарет…. Все из-за моего эгоизма.

— Это связано не только с тобой. Если на кону стоят координаты ледяного сада, то мы не можем это проигнорировать.

Их разговор происходил шепотом.

Речь шла о сделке Финна и Роймана с “оплатой”, которую нельзя игнорировать. Риверия Лиос Альф просто не могла дать этой информации просочиться.

По этой причине они не могли доверить эту информацию Тионе и остальным, и Гарету пришлось объяснить им лишь то, что лежало на поверхности правды.

— Ах.. Если я позову Айз, то она скажет: “Извини, но я не могу…”.

Поворчав некоторое время, Тиона приняла решение.

— Пошли, Тионе!

— Эй, Тиона, куда направилась?

— К Аргонавтику-у!

Громко ответив на вопрос Риверии, Тиона направилась к выходу.

Показав язык, её сестра Тионе бросилась ей в след.

— Даже если я не смогу участвовать на военной игре, я могу помочь Аргонавту!

Придя к тому же решению, что и Финн, Тиона в ярости покинула сумеречное поместье.

— Семья Локи не участвует в военной игре.

***

— То есть, мы будем помогать Семье Вельфа?

Вопрос исходил от Цубаки Коллбранде, стоящей посреди огромной кузни.

Это место называлось “Вулкан Этна”, возвышающееся над деловым районом на северо-востоке города.

Штаб-квартира “Семьи Гефест”, сильно отличавшаяся от других мест внутри Вавилонской башни и на Улице авантюристов, именно там Девушка-полудворф, которая только что выковала свой “волшебный меч”, пристально смотрела на своего бога-покровителя.

— Верно. Когда подтвердилось, что Семья Локи не сможет участвовать на военной игре, лишь мы можем помочь Гестии и остальным.

С лицом, не выражающим никаких эмоций, Гефест подтвердила слова командира семьи и оглянусь вокруг.

Звуки молота раздавались снова и снова, кузнечная печь, растопленная на полную мощь, издавала смертельный жар.

И вот, один из членов семьи со страхом протянул вновь выкованный "волшебный меч”, но пройдясь взглядом по лезвию меча, богиня-кузнец лишь холодно произнесла: Не годится, сделай новый.

Даже гордый кузнец испытывал дрожь, чувствуя еще более строгий тон своего бога-покровителя, желавшего наилучшее качество оружия, которое будет использоваться для великой военной игры.

Наблюдая за этим, Цубаки пыталась скривить губы в улыбке, но ей не удалось.

— Война с Семьей Фрейи… Мне действительно интересно, сработает ли на них мое оружие… Но мне трудно унять дрожь.

Увы, она не испытывала трепет перед надвигающейся битвой.

В глазах высокоуровнего кузнеца 5 уровня, Эйнхерии из Семьи Фрейи не являлись простыми владельцами орудий, а настоящими берсерками, сражающимися до конца.

Она совершенно не понимала, каким образом выкованное ей оружие будет способно резать их на части и сколько оно должно пронзать, чтобы остановить их наступление.

— Но...... У нас нет выбора.

Застывшая Цубаки вновь замахала кузнечным молотом, ударяя по нагретому металлу, пытаясь отогнать страшные мысли, которые разъедали её тело.

Семья Гефест вступила в битву.

***

— Эй, сестрица! Почему нам не разрешают присоединиться к военной игре?

База “Семьи Ганеши”. В здании “Я-Ганеша”, вход в которое напоминал причудливую маску слона, вице-капитан семьи Илта Варма издавала жалобные возгласы.

— Потому что наш покровитель — это личность публики, а нас называют “полицией города”.

Глядя на то, как Илта продолжает изливать свой гнев не хуже, чем другая амазонка из Семьи Локи, изо рта Шакти вырвался измученный вздох.

— Тогда, раз уж мы полиция города, то нам стоит разобраться с парнями из Фрейи и наказать их за прошлые выходки! В конце концов, ты ведь знаешь, сколько вреда они принесли Орарио!

— Даже так Гильдия этого не одобрит.

— Но так нельзя! Разве им можно творить то, что вздумается, лишь из-за их силы? Почему столица Мира превратилась в поселение Амазонок, которое я так хорошо знаю!

Видя позицию Шакти, которая уделяла приоритет нейтральной политике, гнев Илты закипал ещё больше.

Несмотря на то, что сейчас она была на стороне порядка, по её первому прибытию в Орарио, она являлась главой разбойников.

Будучи амазонкой, она судила о добре и зле только с помощью силы и поступала так, как хотела. Пока однажды она не была побеждена Шакти и её сестрой.

Их сила, которая превосходила её собственную, и дух защищать более слабых, удивили и впечатлили Илту до такой степени, что это стало оттеснять её натуру амазонки.

После этого, она присоединилась к Семье Ганеши, где родилась редкая амазонка-защитница.

Именно по этой причине, она не могла стерпеть всю коррумпированность Гильдии, а также спокойствие Шакти и остальных.

— …. Ты ведь понимаешь, что масштаб этой военной игры, а также количество участников будет самым большим в истории?

— Да! Я прекрасно знаю это!

— Формат игры еще не определен, но местом проведения может стать обширная территория где-то за пределами города. И если все будет так, то никто кроме нас не сможет поддерживать и контролировать такое поле битвы.

Шакти вновь напомнила о том, что является капитаном Семьи с самым большим количеством участников.

— Вступая в роли наблюдателей на военных играх, нам стоит наблюдать за окрестностями, если мы этого не сделаем, то можем допустить вмешательство других стран и городов.

— …!!!

— Существует множество организаций, следящих за балансом сил и планирующими ослабить Орарио в будущем. К ним относятся и Злые боги, известные как “Эвилус”. Если их целью станет ослабшая Семья Фрейи или же Альянс семей, то это станет большим ударом для боевой мощи города.

Это было приоритетной политикой Шакти. Та точка зрения, которая ещё не присутствовала у Илты.

Будучи членом Города-Лабиринта, в руках которого находится судьба мира, Шакти полностью осознавала свои действия. Но Илта, которая озабочена лишь тем, что происходило вокруг нее, не понимала этого.

Что бы ни творилось в её сердце, как глава городской полиции, Шакти готова столкнуться с последствиями своих действий.

— И кроме того, в этой ситуации лишь мы способны выступить в роли “Судей”. Если хочешь наказать Семью Фрейи и обеспечить справедливость, то можешь сделать это лишь подобным образом.

— Но ведь…. Это…

Подготовка поля боя, зачистка от монстров и контроль территории. Чтобы организовать полноценную “Военную Игру” у Семьи Ганеши нет выбора, кроме как действовать за кулисами.

Столкнувшись с точкой зрения Шакти, Илта все больше и больше теряла свой настрой.

И в тот момент, когда она уже не могла мириться со своими чувствами…

— Эй, Илтаааа, может тебе стоит успокоиться? В конце концов, если мы не станем кураторами этой военной игры, то кого они найдут на роль ведущего? Тем кто разожжет слух толпы, будет “ОГОНЬ ПЫЛАЮЩЕГО АДА” ИБРИ!!!!

— Замолчи, Ибри! Ты взорвешь мои барабанные перепонки, идиот!

— Все в порядке, Илта-сан. И ты, Ибри, хватит чесать языком.

— Я спокойна, Мокада!

— Ну вот опять, осталось переставить одну букву! Меня ведь зовут Модака!

— Поиздеваться надо мной решил?

— Но мы ведь давно знакомы, неужели так сложно наконец запомнить!?

— Ты слишком громкий! И сам виноват, что твое имя сложное! Эй, может, наш бог-покровитель скажет свое слово?

— Я…… Ганешаааааааааааааа!

— Да вы все придуркиииииииииииииии!

Члены семьи, которые пытались ее успокоить, а также их бог-покровитель все больше и больше подливали масло в огонь, заставляя Илту взрываться от гнева.

Наблюдая за этой вспышкой ярости и раздражения со стороны, Шакти, которая оставалась спокойной и отстраненной, испустила тяжелый вздох.

Семья Ганеши не будет участвовать в Военной игре.

***

— Эй, ты серьезно, Морд?

Услышав громкие слова недовольства от членов своей же семьи, Гейла и Скотта, Морд Латро закричал в ответ.

— Да, мы поможем Семье Гестии!

В одном из баров на окраине города.

В то время, пока в городе царила информационная война, а многие из членов семей ещё не определились со своей позицией к военной игре, Морд был настроен серьезно:

— Я уже поговорил с этим придурошным богом Огмой, он сказал, что если мы подохнем, то он не будет тратиться на наши похороны, но меня это не волнует!

Я собираюсь поднять наши имена в битве, за которой будет наблюдать не только весь город, но и весь мир!

Морд, также как сидящие возле него Гейл и Скотт, принадлежали к Семье Огмы, имеющей ранг F

Имея при себе группу авантюристов 2 уровня, их имена не часто всплывали во время тем для разговоров, и хотя они не были на самом дне, Морд и остальные были недовольны, когда их называли средним звеном.

Но так было лишь до этого момента, и Морд с грохотом ударил деревянной кружкой по столу.

— Прежде всего! Если мы окажемся на стороне победителя, то часть богатств Семьи Фрейи будет наша. Если включить в нее стоимость их земли, то выйдет немногим больше чем маленькое королевство!

По правилам, сторона победителя сможет забрать у проигравшего все что захочет.

Следуя этому принципу, те кто сотрудничал с Семьей Гестии при победе над Семьей Фрейи, вправе требовать свое вознаграждение.

— Это станет хорошей компенсацией взамен на то, что она подделала нашу память, — громко утверждал Морд.

— Мы можем стать миллионерами! И забудем о тех днях, когда пили дешевое саке в захолустьях Города-Лабиринта......!

Даже если награду станут делить множество семей, тех богатств, которыми владела Семья Фрейи хватит, чтобы каждая сторона получила достаточную сумму на долгую и беззаботную жизнь.

Ухмылка на лице Морда была улыбкой негодяя, думающего о своей выгоде.

Однако Гейл и Скотт лишь переглянулись, а затем тяжко вздохнули.

— Хватит притворяться, Морд!

— Что ты сказал?....

— Расскажи нам настоящую причину!

Услышав слова Гейла, Скотт не мог не кивнуть головой.

Заметив, как Морд застыл в удивлении, авантюрист, который знал его долгое время, подметил несколько вещей.

— Ты ведь просто хочешь помочь Беллу Кранелу?

В этот момент лицо Морда ярко покраснело.

— Помню, каким ты был нервным во время того, как его ненавидел весь город из-за той глупости с девкой-драконом.

— В прошлом ты поставил все деньги во время его битвы с Семьей Аполлона.

— А когда чары развеялись, ты просто не мог успокоиться, зная что Кроличья Лапка был захвачен в плен и побежал на базу Семьи Фрейи. Ты переживал за него как отец или какой-нибудь старший брат.

— Хватит нести ерунду, все было не так!…..

При упоминаниях деталей прошло, Морд поднялся со своего места и громко кричал на своих собеседников.

Он собирался отрицать все эти их доводы, но под пристальным взглядом Скотта и Гейла ему пришлось отступить.

Откинувшись на стуле, он стиснул зубы, после чего недовольно пробурчал:

— …. Дело не в том, что я привязался к этому пацану… Просто… Он спас мне жизнь, а я так и не вернул ему этот долг.

Около полугода назад на 18 этаже подземелья появился Черный Голиаф.

Даже после того, как он прошел крещение от трех негодяев, Белл все равно спас одного из них. Поэтому Морд решительно объяснил, что происходящее было не дружбой, а долгом.

— Хах, да-да, мы все понимаем.

— Черт, тошно смотреть на то, как ты хочешь скрыть смущение. Тебе даже выпивка не помогает.

— Закройтесь, ублюдки!

Морд вновь вскочил со своего места, а Гейл и Скотт лишь засмеялись.

— Что ж, давайте сделаем это.

Их мощь невелика, но это лучше, чем ничего. Смирившись с этой мыслью, трое негодяев решили вступить на сторону мальчика.

Семья Огмы присоединяется к Военной игре.

*****

— Моди…. И Магни.

Такемиказучи неохотно обратился к двум богам.

— О, Такемиказучи, а с ним и Миах.

— Они здесь, чтобы пригласить нас в Альянс?

— Не спрашивай, если уже знаешь ответ.

Это тридцатый этаж Вавилонской башни, зал, который поддерживали бесчисленные колонны белого цвета.

Пока здесь проходило очередное божественное собрание, цель которого было выяснение правил и формата военной игры, Такемиказучи и Миах заводили разговоры с собравшимися вокруг богами. Все для того, чтобы хоть немного увеличить количество союзников и повысить силу Гестии.

В ответ на тяжкий вздох Миаха, Моди и Магни, сидящие в конце круглого стола, показывали яркие улыбки.

Каждый из двух богов имел крепкое телосложение, а глаза и волосы имели земляной цвет. Завершающей частью их внешнего вида были аккуратные черты лица, данные самой природой.

Но, как и других богов, их образ постоянно портили недружелюбные улыбки.

Из всей группы богов, эти двое были единственные, с кем не хотел связываться бог боевых искусств. Причина была проста, каждый раз они начинали насмехаться и гримасничать, вечно заставляя Такемиказучи хмурить брови от раздражения.

— Эй, Миах и Такемиказучи, на чьей вы стороне?

— Что за глупый вопрос. Очевидно, что на стороне Гестии.

— На самом деле и мы тоже. Думаю, мы должны помочь Беллу Кранелу за то, что создали ему проблем.

После того, как Миах и Такемиказучи подтвердили свое участие в Альянсе, Моди и Магни ярко улыбнулись.

— Вот как.

— Локи отказалась от участия, но Гефест все равно появится. Боги ещё не знают, насколько изменилась расстановка сил и не определились со стороной…. И это только нейтральные парни.

Моди утвердительно кивнул головой, принимая рассуждения Магни.

Такемиказучи и Миах, которые молча слушали их разговор, пододвинули свои стулья ближе к круглом столу, словно зажимая двух богов по бокам.

— И что вы решили? Будете участвовать в битве или же просто наблюдать со стороны?

— Было бы полезно, если бы ты просто пообещал не мешать нам, а точнее Гестии и всем остальным.

Услышав обвинение от Миаха, губы Магни изогнулись в ухмылке. Но в следующий момент, вместо него заговорил Моди.

— Миах, Такемиказучи, вы знаете причину, по которой божественное собрание длится так долго?

Божественное собрание, целью которого стало выяснение деталей военной игры, тянулось уже несколько дней.

Зачастую боги, которые любят активные действия и не любят скуку, принимают решения очень быстро.

Если их ждет веселье, то они сразу же соглашаются на все что угодно. Такова их жизнь.

И несмотря на то, что это была единственная в своем роде “великая военная игра”, тот факт, что даже детали выясняются несколько дней, был попросту невозможен.

— ….. Потому что кто-то вроде вас продолжает срывать божественные собрания своей бессмысленной болтовней.

Видя нахмурившегося Такемиказучи, Моди и Магни не скрывали своих подлых улыбок.

Голоса богов над круглым столом продолжали перелетать с одной стороны на другую.

В основном, когда богини предлагали удобные условия для Гестии и остальных, боги отклоняли их.

Подобное перетягивание каната повторялось уже сотни раз и тысячи раз.

Всё это заставляло Гестию пылать от ярости. Несмотря на то, что она присутствовала здесь с самого утра, все высказывания были проигнорированы, заставляя её кричать:

— Эй, почему вы игнорируете даже участника военной игры?

— Значит, вы тоже сторонники Фрейи?

— Гораздо лучше назвать нас фанатами!

— На самом деле мы преданы Фрейе-сама. И даже в такой момент мы хотим поделиться с ней своей силой, особенно…. Когда мы так одурачены её соблазнительностью.

Не секрет, что многие боги в Орарио были неравнодушны к богине Красоты.

И иногда ради её любви они совершают множество резких поступков, даже когда она не просит этого. Так происходит и сейчас. И они тайно поддерживают Фрейю из-за кулис.

— Разве вы до сих пор не поняли, какой непростительный поступок совершила Фрейя?

— Конечно мы это понимаем, но наша любовь к ней выше этого.

— На самом деле, нас все еще преследует мысль о том, что мы могли бы ухватить хорошую награду, если выложимся изо всех сил, но...... в конце концов, мы все еще хотим, чтобы Фрейя-сама так и оставалась нашей королевой.

Моди и Магни снова улыбнулись, но уже не той глупой улыбкой, что была до сих пор.

Такемиказучи оставалось лишь тяжело вздохнуть.

Вполне возможно, что лишь за исключением некоторых богов, таких как Миах, Такемиказучи и Ганеша, остальные боги мужского пола делают то же самое, что Моди и Магни. Сегодняшнее божественное собрание, которое так и не дало никаких плодов, олицетворяло противостояние сторонников Гестии против сторонников Фрейи.

— На самом деле мы не пытаемся добиться абсурдно благоприятных условий для Фрейи-сама… Уверен, она бы и не хотела этого…

— Но мы можем добиться правил, которые можно назвать справедливыми. Если учитывать соотношение сил, то ......6 к 4 или 7 к 3 в пользу альянса, нас устроит.

— А каких-нибудь глупых состязаний по типу “Кто больше съест” мы не допустим!

Моди и Магни дополняли слова друг друга, словно имея братское взаимопонимание. Оба бога дали понять, что это их компромисс, при котором они не дадут нанести вред репутации Фрейи.

— То же самое было и с Локи. Если бы гильдия не объявила о том, что они выходят из игры, мы бы никогда не допустили её участия. Неважно, что сказала бы Фрейя-сама.

— Хах, я согласен с тобой... Даже если бы Локи участвовала, то по началу игры, я бы тут же приказал начать беспорядки внутри Альянса, а затем будь то вы или Белл Кранелл, моя семья атакует вас.

Потому что это будет не только справедливо, но и разумно — хором ответили оба.

Миах и Такемиказучи серьезно посмотрели на Моди и Магни, объявивших об этом.

— …. Что для вас значит “разумно”? — Задал вопрос Такемиказучи.

— Неучастие Локи. — Моди отвечал кратко и ясно.

— Тебе не кажется, что это уже слишком?

Миах нахмурился.

— Какова мера этой разумности?

Моди пожал плечами.

— С Гефест всё в порядке. Они — кузнецы, и когда дело дойдет до боя, Семья Гестии примет командование. Всё будет зависеть от них.

— Но если на их стороне будет Локи, то всё будет вертеться вокруг её Семьи.

— …..

Миах и Такемиказучи не могли опровергнуть это.

— Командование, тактика, боевая мощь — всё будет украдено Семьёй Локи. Флаги Гестии будут лишь украшением. Альянс во главе с Семьёй Гестии превратится в Альянс, который захватила Семья Локи!

— Чтобы всё было честно, Локи самой стоило начать эту военную игру.

— Проще говоря, если бы всё пошло по такому сценарию, то это уже не военная игра, а простое оскорбление.

Поочерёдно проговорили Моди и Магни. А Миах и Такемиказучи наконец поняли.

Даже без вмешательства Гильдии, Локи бы не смогла принять участие в военной игре.

— Справедливость важна. Но главными участниками не могут быть кто-то другие, разве я не прав? В конце концов, это военная игра между Семьей Гестии и Семьей Фрейи.  Альянс должен объединиться лишь под началом Гестии.

Их суждения были правдивы. Богини, которые затаили злобу на абсолютную королеву Фрейю, пытались воспользоваться средствами, чтобы заставить ее пасть и покинуть город, но боги, ведущие о её любви, решительно препятствовали этому.

“Сражайтесь и уладьте дело как следует” — Такова божественная воля Моди и Магни.

— … Значит, вы собираетесь перейти на сторону Фрейи?

— Конечно же нет. Точнее, мы не сможем этого сделать. Ведь Фрейя-сама этого не захочет.

— Единственное, чего пытаются добиться её последователи — это честная битва, только и всего. Если кто-то из нас скажет, что мы будем сражаться за Фрейю-сама, нас не просто выгонят, а изобьют до смерти.

......

— Когда Фрейя-сама объявила войну, она хотела сражаться самостоятельно, так что мы не можем запятнать гордость богини.

Закончив свою речь, Моди и Магни приняли серьезные выражения лиц, которые подобали богам.

Миах и Такемиказучи лишились дара речи. Но вместе с этим, они стали больше понимать их.

Моди и остальные имели убеждения, которые можно назвать верой.

— Верно, но когда я уже решил, что буду оставаться наблюдателем, этот идиот Дормул…

— А, мой Лювис сказал: “Пришло время вернуть долг Беллу Кранелу!” и перестал меня слушать.

Но в следующий момент, Моди и Магни отбросили свою серьезность и начали жаловаться со слезами на глазах.

— Они все еще держат на нас обиду за ту выходку с малышкой Эйной! И сколько бы раз мы им ни говорили, они и не думают нас слушать и постоянно говорят: “Мы достаточно наслушались ваших приказов!”

— Ах….. Глупый Лювис!…. Глупый Дормул!

Увидев слезы на глазах Моди и Магни, Такемиказучи и Миах, которые были серьезны, потеряли дар речи.

— Это конец, наши Семьи уже мертвы!

— И всё по нашей вине….

Семьи Такемиказучи, Миаха, Моди и Магни присоединяются к военной игре.

— Эти идиотские боги! Они то и делают, что продолжают мешать нам.

— В этой ситуации самое время для появления “Союза богинь”! Сейчас самое время наказать ненавистную Фрейю!

Каждую ночь после очередного собрания, группа богинь, одетых в тёмные плащи, вели переговоры в тайном месте.

— Нет смысла полагаться на Деметру. Её семья и так пережила множество проблем, и это не говоря о том, что у неё хорошие отношения с Фрейей! Она единственная, кто могла пригласить её в священную купальню!

— Но самое главное — это её грудь!

— Да, эта её большая грудь…

— Непростительно, что они у неё такие большие. Вот почему она не достойна быть одной из нас.

— И так, Хатор, ты будешь нашим лидером!

— Нет-нет-нет, почему я?

Голос обратился к некой богине в маске коровы, которая имела хорошо уложенные тёмные волосы и молочно-белую кожу, которую украшали серьги и ожерелье в виде различных фруктов и цветов.

При своем росте в 155 сантиметров она была выше Гестии.

Богиней, чьё красивое лицо закрывала маска, была Хатор. Она богиня-столп, восседающая на одной из башен изобилия, и даже среди богов ходят слухи, что из всех трёх она обладает самым сильным материнским инстинктом.

— Ты ведь богиня плодородия, как Деметра и Фрейя!

— С исчезновением Иштар, которая возглавляла группу ненавистниц Фрейи, лишь ты можешь продолжить это дело.

— Но мне не особо хочется становиться врагом для богини красоты Фрейи. А мой статус богини плодородия лишь бонус…

Усевшись на скамью, Хатор продолжала отказываться, но богини не утихали..

— Разве не ты говорила “Я не прощу её за то, что она устраивала обратный гарем” или  “Я сама покажу ей, что значит обратный гарем!”

— Но ведь я неправильно выразилась….

— Просто сделай это!

— Эй, что вы делаете? Остановитееееееесь!

Союз богинь вступил в битву.

Проходил день за днём.

Божественное собрание проходило каждый день и каждую ночь, а обсуждения всё продолжались, заставляя людей, смотрящих на Вавилонскую башню, испытывать смутное беспокойство. Даже Гильдии оставалось лишь ждать решения богов.

А тем временем, число тех, кто захотел принять участие в войне и вносил свои имена в списки Альянса, неуклонно росло.

Глядя на список присоединившихся бойцов, даже среди сотрудников Гильдии стали проходить мысли о “Возможной битве”.

— Нет. Мы проиграем.

И всё же.

Спустя неделю, как богиня объявила о проведении военной игры, Гермес уселся на своё кресло.

Это была божественная комната на базе Семьи Гермеса.

Асфи, которая ждала возвращения Гермеса с божественного собрания, не сразу заговорила с ним, наблюдая, как он небрежно раскидывает принесённые бумаги на стол.

— …. Не рано ли делать такие выводы?

— Нет, Гестия, Белл и остальные точно проиграют.

Гермес резко отверг слова Асфи с серьёзным выражением лица.

— Неважно, сколько людей было собрано. Если нет силы, способной противодействовать, такой как Локи, то всё бессмысленно. Вот что значит сражаться с семьей Фрейи.

— Но…

— По крайней мере, если бы Айз-чан смогла стать нашей союзницей, то появился бы мизерный шанс на победу, даже если бы он был похож на маленькую песчинку...... Но даже тут Фрейя-сама сделала свой ход. При таких “условиях” мы находимся в максимально тупиковой ситуации.

В голосе Гермеса не было смирения или отстранённости, лишь чёткое осознание происходящего.

Услышав слово “условие”, Асфи задала интересующий её вопрос, приподняв брови.

— Тогда что будет делать Семья Гермеса?

— Если хоть один член семьи примет участие, это будет означать, что вся Семья присоединилась к Альянсу. И после своей победы, Фрейя захочет надеть “ошейники” на всех поверженных богов и богинь, чтобы избежать любых рисков для её отношений с Беллом. И я хочу избежать этого.

— Даже после всех жертв, которые вы перенесли для того, чтобы уничтожить клетку, вы решите сдаться?

— Я бог, а не герой. И не собираюсь ввязываться в дуэль, которая далека от любой азартной игры.

— ….

—  Хотя Айша не станет слушать, что бы ей не сказал...... Но поскольку, по липовым документам из Гильдии, она состоит в Семьи Плутоса, то проблем не будет.

Перед лицом Асфи, которое выражало явное обвинение, Гермес скривился как старик и просто пожал плечами.

Как бог-покровитель, он ставит защиту членов Семьи на первое место. Такой ход мыслей был правильным и Асфи не могла зацепиться за его слова или упрекнуть его за это.

— … Единственное, что способно изменить результат — это……..

Даже если сильно навострить уши, шёпот бога был слишком тихим, чтобы его услышать, а затем, так и не превратившись в звук, слова рассеялись.

Словно отказываясь выдавать желаемое за действительное, Гермес не хотел продолжать свои слова.

— Я…. Только на этот раз я хочу сражаться вместе с остальными…

Пока Асфи, напротив, раскрыла истинное желание своего сердца, хотя и считала, что это на неё не похоже.

— Это не потому, что я испытываю привязанность к Гестии-сама или Беллу Кранелу. Но, услышав решимость Лайон, мне хочется помочь ей, по крайней мере, пока она не вернётся.

И в следующий момент Гермес, который молча наблюдал за решимостью члена своей семьи, прервал её. По его лицу было видно, что он понимал её, но следующие слова дались ему с большой горечью.

— Прости, но Персей не будет участвовать. Я объявил это на божественном собрании.

При таком неожиданном приказе, глаза Асфи широко раскрываются и перед тем, как она хотела произнести “Почему?”, Гермес передал ей одну из бумаг, которые он ранее вывалил на стол.

— То есть….

У Асфи перехватило дыхание после увиденного решения.

****

— Эй, Вельф! Ты в порядке?

— А?...... Нет, я не в порядке…

В гостиной их базы Белл не мог не испытать шок, наблюдая за кузнецом, который с запозданием ответил на его вопрос.

Наступила ночь, и любые остатки солнца полностью скрылись за западом. Прошло несколько дней с тех пор, как они виделись, по лицу и телу молодого кузнеца можно заметить тень усталости.

— Это первый раз, когда я сковал столько волшебных мечей… У меня даже нет времени проклинать себя.

Его щёки были бледными, а голос был хриплый, словно горло давно пересохло.

По воспоминаниям Белла, те случаи, когда Вельф днями и ночами запирался в своей мастерской, были нормой. Но сейчас вид Вельфа, который пил целебные зелья даже не находясь в подземелье, заставил его покрыться холодным потом.

— Поскольку военная игра может быть объявлена в любой момент, каждый вкладывает все силы, чтобы подготовиться к ней… Ну и ещё… просто невозможно сидеть сложа руки, чувствуя такое беспокойство — сказала Лили с тёмными мешками под глазами.

Даже сидевшие на диване Микото и Харухиме, прилипшие плечами друг к другу, показывают последствия сильного ментального истощения.

Каждая из них сильно выкладывалась для того, чтобы повысить “точность” и эффект своей магии.

Чтобы отомстить членам Семьи Фрейи, которые имели огромный отрыв в уровне, единственным способом станет магия, которая являлась их козырем, но и вместе с тем — опасностью.

Несмотря на то, что их разговор так и не продолжился, это был первый раз, когда им всем удалось встретиться в гостиной их особняка.

Тело и разум каждого желали отдыха, но сознание отказывалось отключаться.

Сердцебиение отдается эхом по всему телу, побуждая к активным действиям.

Семья, носящая титул сильнейшей, уничтожала весь оптимизм Белла и всех остальных. И если они не будут делать всё, что в их силах, они так и не смогут поддерживать свой боевой дух.

— …. Кстати, ты сам в порядке, Белл?... Ты весь в ранах.

В ответ на обеспокоенный взгляд Вельфа, Белл иронично улыбнулся,  почёсывая щеку.

На открытых участках кожи, а также под одеждой было множество свежих ран. Всё это было необходимой процедурой и ценой, которую он платил. И, благодаря помощникам, он приводил свои тело и разум к синхронизации.

(Все так усердно работают, и много людей захотели помочь мне… Я должен победить, ведь, в конце концов, я хочу продолжать оставаться членом Семьи Гестии).

Именно так подумал про себя Белл, наблюдая за лицами Вельфа и остальных.

(Но самое главное, чтобы она…).

Затем он выглянул в окно и посмотрел на холодное ночное небо, словно отражавшее сердце одной холодной королевы.

Сжав кулаки, он собирался снова погрузиться в свои мысли, как вдруг…

— Решено! Решено!

За пределами комнаты раздался звук открывающейся двери. Первым, кто отреагировал, стал Белл, за ним обернулись Лили и Вельф, а затем Микото и Харухиме рефлекторно вскочил со своих мест.

И после того, как Белл покинул комнату, Лили и остальные последовали за ним.

Подойдя к прихожей, они увидели свалившуюся на пол богиню-покровительницу, уставшую не меньше своих последователей. Из последних сил оторвав своё тело от пола, ей удалось произнести:

— Детали военной игры решены!

— !!!!!!!!!

После того, как все члены семьи испустили удивленный вздох, Белл задал интересующий всех вопрос.

— Богиня, так какой же будет битва?

Поднимаясь благодаря протянутой руке Белла, вместо ответа, Гестия протянула свиток пергамента, который сжимала в руке.

Лили тут же бросилась раскрывать его, а Вельф и остальные смотрели со стороны.

Пять пар глаз скользили глазами по тексту, нанесённому на свитке, пока не достигли определённой строчки.

После того, как Белл и остальные широко распахнули веки, Гестия произнесла:

— Тип военной игры: “Поиск богини”.

******

— Детали Военной Игры определены, Фрейя-сама.

Голос Аллена разошелся по комнате богини.

Фрейя, которая продолжала восседать на своём кресле, спокойно приняла торжественно протянутую для неё бумагу и спокойно прочла её содержание.

“Дата проведения — через 6 дней. Место — Руины Города Орза..... Формат — Поиск бога.”

Пройдясь взглядом всего один раз, а затем, словно потеряв к ней интерес, богиня сжигает её с помощью свечи, стоявшей на столе.

— Гильдия сделала официальное заявление. Семья Локи не будет участвовать в военной игре.

— Вот как. Я думала, что Уран остановит Роймана, но….. Кажется, он собирается отсидеться в стороне.

В любом случае, это бы не имело значения. Пока Аллен продолжал свой доклад, мысли и выражения лица Фрейи оставались неизменны.

Как Хедин уже сказал Финну, намерением Фрейи была провокация Семьи Локи для их участия в военной игре.

Ее божественная воля была определена уже давно. Ей казалось, что станет неплохой возможностью сразиться с Семьёй Локи, которых называли одними из двух правителей города.

И неважно, кто присоединится к военной игре, её семья попросту уничтожит врага.

Просто сокруши армию Орарио и получи то, чего хочешь. Таков метод королевы Фрейи.

— …. Можно ли мне задать вопрос?

Но именно поэтому один из членов семьи заметил противоречие в божественной воле своей богини-покровителя.

— Почему вы хотите держать Принцессу Меча подальше от кролика?

— ......

Именно Фрейя заставила Оттара выйти на контакт с Айз и связать её с помощью “долга”.

Пытаясь добиться сражения со своим самым большим врагом, она выводит из игры лишь одну простую девушку.

В этом виднелось явное противоречие.

Могло показаться, что слова Аллена, сидящего перед ней на одном колене, критиковали неподобающий для королевы выбор.

Сделав небольшую паузу, Фрейя ответила

— Ты ведь хорошо знаешь истинную природу роста Белла?

— Да.

— Я опасаюсь, что после тренировок с Принцессой Меча, этот ребёнок начнёт расти ещё быстрее, чем до этого. Возможно, что с этим он получит ещё больше силы, чем он получил в крещении на боевом поле.

При создании “Клетки” все члены семьи были проинформированы о том, что Белл невосприимчив к чарам. Исходя из этого, Фрейя сообщила Аллену о возможных рисках.

— Вы действительно думаете, что кто-то вроде него сможет загнать нас в угол?

В этот момент Аллен поднял свой взгляд. Его глаза были похожи на глаза дикого кота, способного выпустить когти даже в своего хозяина.

— Я буду вашей собственной колесницей, которая способна доставить вас куда угодно и пройти через любые препятствия. Именно это я поклялся сделать это ещё давно, в тот момент, когда оставил эту дуру позади.

“И ты намерена оскорбить мою силу

Эйнхерии и мою давнюю клятву?”

Слегка обнажив острые клыки, он едва не задал этот вопрос.

— Для того, чтобы непременно заполучить его, — ответ богини был краток.

Лунный свет, поступающий из окна тускнел, когда его перекрывали темные облака.

Пристально смотря на богиню, Аллен позволил своему ледяному гневу рассеяться.

И не став настаивать, он поднялся со своего места.

— Извините, я позволил себе лишнего.

......

— На этом все.

Словно верный страж, охраняющий святилище, Аллен покинул комнату богини.

Оставшись одна в своей комнате, Фрейя приложила голову к спинке кресла.

— “Чтобы непременно заполучить его”?

Это было смешно.

Обратив взор к потолку, она начала смеяться над собственными словами.

— На самом деле, это…. Ревность.

Она хотела отдалить мальчика от его идола. Не хотела, чтобы Белл был рядом с Айз.

Именно с этими мыслями, Фрейя запретила любое вмешательства со стороны Принцессы Меча.

Белл и Айз тренируются на великой городской стене. Фрейя уже не помнила, сколько раз она наблюдала за этим с вершины городской башни. И мысль о том, что это может повториться, задевала её сердце.

Этот вид приносил иллюзию, словно меч с повреждённым и ржавым лезвием с силой впивается в её сердце. Раньше ей удавалось терпеть это, но уже не сейчас.

Желание владеть мальчиком единолично возросло до огромного масштаба, а оков, которые её сдерживали, больше нет.

Неконтролируемые чувства выводили характер, делающий её богиней красоты, куда-то в другую сторону водоворота чувств. Казалось, что-то вот-вот должно измениться.

Как будто она действительно превратится в простую девушку.

— Как жалко….

Она произнесла тихие слова, которые никто не услышит.

***

— Неужели Фрейя-сама не верит в нас?

Услышав слова четвёртого брата, Грера, остальные братья Гулливеры переглянулись.

Вдалеке от покоев богини на самом высоком этаже, они находились на первом этаже Фольквангра.

Вечерний пир воинов уже закончился и пустой зал показал свою ширину. И прямо сейчас, в этом месте можно было услышать голоса первоклассных авантюристов, доносящиеся со всех четырёх сторон.

— Почему она приказала Оттару сказать Принцессе Меча держаться подальше?

— Чтобы быть уверенной в победе. Разве могут быть еще причины?

— Но это кажется странным. Ведь не важно, кто будет врагом, мы раздавим каждого.

Грер, Берлинг и Двалинн говорили один за другим.

Это было странным зрелищем. Ведь братья, которые могли понимать друг друга без слов, продолжали цепочку вопросов и ответов, словно для того, чтобы убедить самих себя. Другими словами, они были удивлены решением богини и выражали неодобрение.

И в тот момент, когда трио с одинаковыми голосами пытались выяснить, что происходит в сердце Фрейи…

— Не сомневайтесь в решении Фрейи-сама. Это противоречит нашей преданности.

В спор вступил старший брат Альфригг. После его слов, Грер и остальные окончили спор.

Вывод был очевиден. Неважно, какие сомнения были в их головах, и даже если все остальные члены семьи чувствуют то же самое, исход будет один и тот же.

Ради богини Семья Фрейи будет сражаться рискуя жизнью. Всё будет именно так.

— Немного, но я могу понять чувства Фрейи-сама…

Раздался тихий голос.

Тёмный эльф Хогни, сидевший за столом рядом с братьями, откинулся на спинку стула и обнял одно колено.

— Я ненавижу, когда кто-то пытается забрать то… На что я положил глаз…

В его последних словах скользили нотки одиночества. Место перед его глазами было местом мальчика, которого сейчас нет.

Даже если их воспоминания были ложные и время, проведённое с ним, было недолгим, в глазах тёмного эльфа виднелась тоска по Беллу Кранелу из Семьи Фрейи.

— Я снова хочу заставить Белла Кранела расти… Не с помощью рук Принцессы Меча или кого-то ещё, а своими.

Даже если мальчик не обладал таким же талантом как Эйнхерии из Семьи Фрейи.

Но даже будучи отвергнутым миром, а затем попадя в “клетку”, где он начал сомневаться в своих же воспоминаниях…. Он продолжал противиться чарам богини красоты и другим трудностям.

Даже Хогни, который боялся сближаться с людьми и, прежде всего, являлся эльфом, нашёл в мальчике что-то интересное и новое.

Опустив взгляд, Хогни высказал свои истинные чувства, а затем понял, что взгляды Альфригга и его братьев были направлены на него.

— Сегодня ты особо разговорчив.

— И мы даже понимаем, о чём ты говоришь.

— Ты должен был говорить так всегда, застенчивый эльф.

Услышав слова Хогни, которые им удалось понять без перевода Хедина, четверо прумов произнесли хором:

—  Чего это ты такой сентиментальный? — а затем, четверо братьев начали безумный шквал осуждений.

Мгновенно покраснев, Хогни произносит: — Но, я… я.. — поднимая воротник своего плаща и пряча половину лица.

— Хогни, ты можешь поддаваться эмоциям, когда захочешь, но когда настанет время…

— Об этом не волнуйся. Это тело, найденное в бесконечной тьме, станет безжалостным слугой.

Пока остальные братья кидали на него холодные взгляды, Альфригг выдал предостережение.

В свою очередь Хогни, который притворялся спокойным, снова перешёл на свой непонятный тон.

А затем, перевоплотившись в облик холодного воина, произнёс безжалостные слова:

— Если мы встретимся на поле битвы, то я непременно использую этот меч, чтобы разрубить его на куски — всё ради богини!

Семья Фрейи не будет колебаться. И когда они окажутся на поле боя, им останется лишь принести победу для богини.

****

— Бесполезно. Она просто не просыпается.

На 5 этаже с западной стороны Фольквангра, эхом доносились жалобы девушки-целителя.

И вот, Оттар, который молча слушал её доклад, наконец заговорил

— Имеешь в виду, что было уже поздно?

— Думаете, я не рассержена, капитан? Даже для целителя, выполняющего абсурдные приказы, это слишком!

Подняв взгляд вверх, целительница Хейт бросила на него свой укоризненный взгляд.

Но Оттар, словно каменная глыба, не изменил своего устрашающего вида. Однако, вопреки серьёзному лицу, его кабаньи уши изогнулись.

Оттар не умел общаться с этой девушкой-целителем.

На самом деле, он чувствовал вину за то, что оставил крещение членов семьи на боевом поле в руки Хейт и остальных “абсолютных золушек”.

Несмотря на то, что Хейт была превосходным целителем, ей приходилось выполнять много тяжелой работы, из-за чего она затаила обиду на Оттара, который так и не выполнял обязанности командира семьи в полной мере. И в этот редкий момент в Семье Фрейи, где главенствовала лишь сила, целитель и капитан 7 уровня поменялись своими местами.

Представ перед авантюристом первого класса, Хейт ничуть не боялась высказать свое мнение и продолжала свой доклад со смесью вздохов и возмущений при виде боаза, который наблюдал за ней, как за капризным ребенком.

— Использовались все средства. Я до тошноты использовала свою магию, и её плоть и кровь вернулись в прошлое состояние. Дыхание и сердцебиение также в порядке. У неё нет причин не приходить в себя… Но по какой-то причине она не открывает глаза.

— …. Она находится в коматозном состоянии?

— Как целителю, мне трудно это предположить, но всё сводится именно к этому.

Сказала Хейт, переведя взгляд на койку.

— Ах…. Ты действительно хлопотная девушка, Хелун…

На кровати лежала молодая девушка. Помощница богини — Хелун.

Но сейчас её внешность была далека от той, которую помнили у сопровождающей богиню.

Распущенные голубовато-серые волосы свисали с плеч. И Оттар, и Хейт знали, что за плотно закрытыми веками находились глаза того же цвета, что и волосы.

Её внешность напоминала внешность городской девушки, которую звали Сир Фловер.

Магия, которая изменила её тело - “Вана Сейт”.

Исключительно редкая магия для нижнего мира, способная превращать её в полную копию богини Фрейи, исключая использование арканума. Именно благодаря этой магии Хелун приняла облик Сир, одно из лиц Фрейи.

— До сих пор не могу понять, почему же ты предала Фрейю-сама.

После того, как Фрейя создала “Искажённый мир”, именно Хелун вступила в контакт с Беллом, а затем раскрыла истинную связь между богиней и Сир.

Можно сказать, что именно она разрушила “Клетку” Фрейи. По крайней мере, так думала Хейт. Новость об этом обошла всю семью, и если бы не приказ богини, то члены семьи тут же бы превратили её в труп. Даже Хейт, которая работала с ней долгое время, не была исключением.

Лишь на момент глаза девушки, которая была верна богине, проскользили по бессознательной Хелун ледяным взглядом.

В то время как Оттар молча наблюдал за ничего не выражающим лицом целителя, которая, казалось, вот-вот приложит свои руки к шее Хелун.

А затем, собравшись с мыслями, Хейт прикрыла глаза.

— ...... Следуя воле Фрейи-сама, её жизнь была спасена. И какой бы бесполезной я не казалась, но на большее я не способна.

Голос Хейт разносился по окружающему пространству.

Это была элегантная белая комната с одной кроватью, которой была недостойна грешница, предавшая богиню.

Воздух вокруг напомнил церковное святилище или же чертог между небом и землёй, по которому блуждали духи.

А четырехугольная кровать, на которой покоилась дева, напоминала гроб.

Если бы возле неё лежали цветы, то каждый без сомнений ответит, что там лежит мертвец.

Словно персонаж из какой либо сказки, здесь покоилась девушка, которую когда-то звали Сир.

— Ты можешь установить причину, по которой она не просыпается?

— Это может быть предположение обычного человека, но…

— “Не важно” — такие слова подразумевает взгляд Оттара.

— Первое, что приходит на ум — это нежелание проснуться самой Хелун. В конце концов, она планировала самоубийство, и вполне логично, что она испытывает угрызения совести перед Фрейей-сама. И если дух желает спать вечно, то исцеление тела уже никак не поможет.

— А другая причина….

Изложив свою первую гипотезу, Хейт сделала небольшую паузу. И, после некоторых колебаний, продолжила объяснение

— Возможно, что она поддерживает Леди Сир, которую Фрейя-сама пытается похоронить.

В этот раз даже Оттар испытал удивление.

—  Рана, которую она нанесла, досталась собственному телу Хелун, но не телу богини. И теперь она в безопасности… Но из-за потери своего сознания, эта секретная магия не может быть отменена.

— .....

— Из этого можно предположить, что Хелун использовала магию для того, чтобы не потерять что-то важное….

Но спустя некоторые время, Хейт лишь покачала головой.

— Это всего лишь скучное предположение… Так что, пожалуйста, забудьте об этом.

— Хм…..

Взгляд Оттара обратился к девушке.

(Глубокие чувства богини, которые могла понять лишь Хелун ...... или скорее то, чего не смогла заметить богиня).

С помощью связи через магию “Вана Сейт”, забытые чувства богини могли возвращаться к Хелун.

Оттар слышал это из уст Фрейи.

О чем думала девушка, которая закрыла глаза и продолжала спать?

Мужчина не мог понять этого до конца и даже не пытался.

Все потому, что воин способен лишь сражаться.

И от сильнейшего требуется лишь сокрушить врагов богини.

Но понимая, что он не достоин, он всё же задаёт простой вопрос

— Что за сон ты сейчас видишь?

----------

Монолог VI

[[image:/storage/reader-images/845ddb67c4255e0da9676e6ad56890b4361699fe.png]]
Я вижу сон.

В нем воспоминания о “ней” которая была не похожа на нынешнюю меня, Хелун, и не на прошлую Сир

“Она” была очень одинокой. Даже если её всегда окружала  “любовь” это нисколько не удовлетворяло её.

Со стороны такое поведение может быть очень высокомерным и ужасно оскорбительным.

Но… Сколько людей в этом нижнем мире уже прожили свои жизни так и не познав любви?

Могу сказать точно, что мое прошлое “я” было одним из них.

И поскольку “она” знала о “Любви” намного больше чем кто либо, её преследовала пустота, которую никогда не почувствуют те, кто не испытывали любви вовсе.

Существуют два вида: Те кто жаждет любви и без неё они не могут быть удовлетворенными.

А также те, кто удовлетворены, но падая в ловушку любви, продолжая утопать в ней снова и снова.

Даже я не могу сказать, кто из них более несчастен.

Если и я могу, что-то сказать то - В масштабах вечности, даже любовь способна стать ядовитым адом.

Мои воспоминания снова показали, как “она” плакала сидя в цветочном поле.

Даже закрывая лицо руками, она не могла остановить поток слез, который превращал множества цветов залитых красно-сумеречным светом в море золота.

Не нашла. Не нашла. Эти мысли долго сокрушали её.

Но, как вдруг…. Ей явилась женщина. Это была дворфийка невысокого роста.

Дворфийка, чьей вид был довольно привлекательным была удивлена её красотой, а также слезами на её глазах.

А "она" тут же вскочила на ноги со словами :

— Ты все видела?

Её зрачки исчезли, вместо них вспыхнул серебряный свет.

Она пыталась использовать очарование, чтобы заставить её забыть о том, что она видела.

Однако, тело дворфийки задрожало и ринулось вперед и прямо перед тем, как она успела отдать приказ, был нанесен мощный апперкот

— Э-э-э?

Удар был столь силен, что даже во сне мне хотелось бросить все силы на то, чтобы откинуть тело назад.

Получив сильный удар по подбородку “она” упала на задницу. И к счастью, тем что подхватило её было цветочным полем, вокруг которого по воздуху разнеслись бордовые лепестки.

Придя в себя и потерев подбородок, “она” подняла взор вверх где увидела, Дворфийку смотрящую на неё со звериным оскалом.

— Если ещё раз попытаешься выкинуть свои странные трюки, то я отправлю тебя в полет!

Дворфийка, которая уже отправила её в полет была в ярости.

Даже если на её глазах все ещё были слезы и она слишком задержалась с использованием очарования, тот факт что она успела ударить её прежде чем она отдала ей приказ говорил, что эта дворфийка сильна.

Не отойдя от шока, она сказала :

— Ты ведь понимаешь, что я богиня???

Но дворфийка лишь фыркнула.

— Мне наплевать, кто ты!

Гордо заявив о том, что с самого рождения не поклонялась ни единому божеству, дворфийка заставила её разразиться смехом и "она" не могла сдержать эмоции.

Схватившись за живот, она снова погрузилась в цветочное поле и свернулась калачиком, словно зародыш.

Случайно и ненамеренно эта дворфийка создала её важный “первый раз”

Именно она стала первой женщиной, что ударила её.

Осознавая это, “она” продолжала смеяться.

— Скажи, как тебя зовут?

— Мия…

После этого, “она” решила следовать за дворфийкой, которая была явно раздражена этим.

Как оказалось, дворфийка родилась в шахтерском городке.

К тому времени, как они добрались, вокруг царила напряженная атмосфера, а шахты были почти истощены.

Всех мужчин отправили в работать в шахты и в городе остались лишь истощенные женщины и дети.

Чтобы прокормить их, дворфийка в одиночку управляла таверной, точнее, простой кухней, под названием “таверна”

И их встреча состоялась лишь потому, что дворфийка собирала еду для обедневших жителей города.

— Еда намного важнее богов. И я хочу наготовить много еды, которая наполнит желудки, а не какие нибудь драгоценности.

Дворфийка как никто знала о ужасах голода. И верила, что горячая еда куда важнее любых драгоценностей или прекрасной богини.

Это явление было слишком далеким от идеального небесного царства где не существовало голода и нищеты.

В тот момент она задумалась: неужели такова суть нижнего мира?

Из-за несовершенства нижнего мира в нем и рождаются “необыкновенные” и даже боги не могут предсказать их появление, такой была и дворфийка, которую “она” повстречала.

Если следовать этой теории, то самым необыкновенным из всех должен быть именно “Герой”

“Она” подумала, что её “одр” мог быть тем самым “героем”

— Может, ты мой герой?

— Не говори ерунды, глупая богиня.

Чувствуя на себе взгляд полный ожидания и надежды, дворфийка никак не отреагировала на него.

В отличии от ожидаемого “героя” дворфийка до разочарования являлась настоящей кухаркой или даже андхримнир, которая постоянно пачкает лицо и фартук в саже, наполняя животы людей.

А главное, что с их первой встречи, дворфийка ни разу не поклонилась ей.

Неважно сколько богов, включая даже великих, падут ниц, чтобы заслужить её благосклонность, деревенская дворфийка не осознавала свою ценность, которую в ней видели боги и даже не пыталась её осознать. На самом деле, ей было все равно.

Это заставляло задуматься, была ли их встреча случайностью или же инициативой бесстрашной дворфийки. Кажется, что все сразу.

Вот почему, дворфийка могла обращаться с ней, как угодно и даже заставить её упасть на задницу которую можно признать за сокровище нижнего мира.

Даже под взглядами сильных сильной охраны, она не изменяла своего отношения к ней. Столкнувшись с войнами, которые были намного сильнее её самой, она не отбросила своей гордости андхримнир.

Абсолютно все жители города почитали её и сжимались в комок наблюдая за ней, всякий раз когда она начинала готовить. Мия не обладала фалной, но у нее была сильная душа, которая не поддавалась божественной силе.

Она была поистине необычной. Встретив эту дворфийку, “она” почувствовала себя почти спасенной.

— Мия, я взяла на себя смелость спасти твой город.

—  .....

— Я дала им хороший способ заработка и город больше не будет в бедности. Так что тебе больше нет нужды готовить здесь.

— ......

— А также, надеюсь ты сможешь накормишь богиню, которая голодала весь день?

— Какая недалекая богиня….

Сильно увлекшись этой дворфийкой и приняв некоторые усилия, ей удалось склонить её в свою семью.

Чувствуя долг, за спасение своего родного города, дворфийка неохотно и ворчливо приняла её просьбу.

Однако, она ввела некоторые условия: “Я буду служить тебе лишь до момента, пока не выплачу свой долг!”

“И когда появятся такие же голодные люди, как в этом городе, то я немедленно отправлюсь туда и открою таверну, о которой давно мечтала” - Таковы были её условия.

И “она” приняла их, а также добавила свои:

— Знаешь, Мия. Я продолжаю искать своего “Одра”

— Я уже много раз слышала это. И не собираюсь им становиться или же помогать в его поисках.

— Так и знала, что ты это скажешь. Поэтому, я хочу чтобы ты заключила контракт.

— Контракт? В каком смысле?

— В конце концов, если я попытаюсь сделать то, что тебе не понравится, ты снова начнешь распускать кулаки, ведь так?

— ......

— Но ради своего Одра, я готова на все и могу стать святым духом и ядовитой ведьмой.

— ......

— Поэтому, какой бы я не стала, я хочу чтобы ты не стояла у меня на пути, Мия.

— ......

— Прошу, Мия!

— Хорошо…

Если кто-то и мог помешать её жалению, то только она.

Даже если это было лишь её догадкой, она предпочла заключить контракт, перед тем как принять её условия.

Неожиданно, но дворфийка быстро согласилась на это.

Было сложно не задаться вопросом, почему?

Как вдруг её осенило.

Дворфийке больше не хотелось видеть как она проливает слезы, словно простая девушка.

С тех пор, она продолжила поиски одра в сопровождении Мии

Путешествия по нижнему миру, куда меньшему чем небесное царство, “она” продолжала узнать о дворфийке все больше.

А затем, твердо решила, что больше никогда не использует на ней свои чары.

Дрофийки была очень добра. Не имея такой чести, как у эльфов и будучи жестокой и злой, она была честна, как никто другой.

И “она” ценила дворфийку, которая могла бросить ей вызов и несмотря на то, что она была невообразимо моложе неё, ей удавалось увидеть в ней старшую сестру.

Но даже так, она знала, что даже такая упрямая дворфийка, может сойти с ума из-за её красоты, если “она” этого захочет.

И если даже такая как она будет жаждать её любви, её надежды будут разбиты навсегда.

Путешествие продолжалось.

Её одр так и не был найден, что заставляло её опускать плечи снова и снова, пока, число последователей боготворивших её, продолжало расти.

Однажды ей довелось проиграть “худшей из богинь” и Город-лабиринт, стал её тюрьмой.

И даже так, живя в центре мира поиски одра не останавливались.

В одни из таких дней ей удалось найти маленького боаза.

С жестокого, но сказочного острова где темные и белые эльфы каждый день убивали друг друга, были освобождены два короля.

А также, продав свое тело в городе ремесленников, ей удалось забрать четырех прумов.

Затем, из заброшенного города были спасены двое котят.

И в один зимний день, из трущоб города была спасена я, Хелун.

Появлялось все больше и больше воинов, которые присягали ей на верность.

Но до сих пор, одр так и не был найдет.

Затем, ещё до наступления «темных времен» дворфийке пришлось покинуть нее

И с тех пор, бросив поиски своего одра и будучи поглощенной ядом скуки “она” принялась за“ролевую игру”

Таким образом, у неё появились друзья.

Ей удалось найти место, где она могла привязаться.

Смирение и яд скуки в сердце богини был нейтрализован.

Она наслаждалась каждым когда была в образе “Сир”

Интересно, смогла ли она это заметить?

Предполагалась, что это будет простой ролевой игрой, но каждый день в роли Сир, подпитывал её и лишал золота, лившегося из её глаз.

Именно Сир, помогала ей приблизиться к её желанию.

Но… К сожалению…

“Она” вновь оказалась там.

В фантастическом мире грез и прекрасном цветочном поле.

Не нашла, не нашла, она начала рыдать.

С того и по сей день плачь не утихал.

— Плачь-плачь.

“Потому-что меня там нет.”

“Цветочное поле, ярко-красные слезы, напоминающие золото.”

“Пусть невидимый свет, который раньше был неведом раньше ведет тебя и меня”.

— Смейся-смейся.

“Пусть сердце продолжает верить, что мы наконец встретимся.”

Где-то издалека слышится поэма полная слез.

Наконец должен появится ее герой, но она все ещё плачет.

А я, Хелун, могу лишь наблюдать за этим со стороны.

Кто нибудь, помогите ей! Спасите её!

Я молилась за это, но никто так и не смог её спасти.

И она собственноручно уничтожила часть себя.

А я не смогла её остановить и лишь помогла в этом.

Я слишком поздно заметила эти слезы.

Простите, Аня, Хлоя, Руноа, Рю

И… Мия.

Она извинилась со слезами на глазах. И я тоже извинилась перед ними.

Ничто не могло остановить слезы.

Золото продолжало стекать, а её тело таяло на моих глазах.

Я обняла её и сказала то, что она никогда бы не произнесла.

Прошу, остановите меня... Спасите меня!

----------

Война семей - часть 1

[[image:/storage/reader-images/b30f66b9adcd1598d04e738e664bb4efc8111b5c.png]]
Глава 8: Война семей

— Аня!!!!

— ......

—  Не слишком ли давно ты там сидишь?

— ......

—  Спрошу ещё раз. Сколько ещё ты планируешь грустить и прятаться в своей постели?

— Руноа, успокойня-ня!

— Замолчи Хлоя! Разве Аня не знает, что Богиня Фрейя - это Сир!?

—  Поэтому, мы просто обязаны поговорить с ней, даже если придется ввязаться в драку!

— Почему бы тебе не присоединиться к авантюристам и всем вместе вернуть Сир?

— .....

— Может, ты наконец заговоришь, идиотская кошка?

— Руноа, успокойся-ня!

— Вставай, или мне придется поднимать тебя силой!

— РУНОА!

— !!!!!

— ......

— ….. Ладно, я ухожу.

......

— А ты можешь остаться и гнить здесь до конца своих дней.

С сильным грохотом входная дверь была захлопнута.

Словно подражая чувствам спрятавшейся девушки, комната наполнилась дрожью, а внутри остались лишь двое.

— Аня, сегодня мы все-ня и даже остальные работники-ня, отправимся на военную игру.

— ......

—- Мы поклонились Деметре и Ньерду-сама, чтобы остальные коллеги могли получить их благословения.

— ......

— Не знаю, как Рю-ня… Но Я и все остальные собирается сражаться.

......

— Неужели одна Аня не хочет, чтобы все было как раньше?

— ......

— Лично я, этого хочу… Так что пойду вперед.

И вот в комнате осталась лишь она одна.

Входная дверь закрылась и, скрючившись, Аня обняла свои колени.

Руноа была сильна. Хлоя тоже была сильна.

Но Аня была беспомощна.

Её брат, Аллен, был ужасающим. Богиня Фрейя тоже была очень страшна.

И даже девушка, которая спасла её, стала для неё чем-то неизвестным.

Но она не могла найти смелости, чтобы разузнать об этом.

Руноа была права. Аня могла лишь оставаться гнить здесь до конца своих дней, словно брошенный котенок, неспособный сделать что-то в одиночку.

Разочаровавшись в самой себе, Аня окончательно поникла.

Как вдруг.

– Эй!

Входная дверь снова распахнулась, и кто-то небрежно подошел к кровати.

Грубый тон, а также повадки были очень знакомыми и напоминали того, кого Аня знала всю свою жизнь.

Плечи Ани, чье лицо было погружено в колени, затряслись.

— Старший брат?

Потерявшийся котенок в ужасе поднял голову.

***

Огромная городская стена возвышающаяся на востоке покрывалась тускло-белым светом

Пока светлеющее небо прогоняет тьму, по моему щекам стекают крупные капли пота.

— Чт!

Но мгновение спустя, огромные двойные клинки смахивают этот пот и прядь волос с моего лица, заставляя меня усо.

Не переставая двигаться, я все больше раскрываю глаза от шока, пытаясь восстановить дыхание.

Наклонив тело в сторону, и дважды пнув землю, словно в танце и используя инерцию от вращения высвобождаю удар "Хакугеном" в бравой руке.

– Хах-хах.

Численное превосходство переплеталось с силой и скоростью. На первый взгляд, это безумный шаг, который до сих пор был невозможен для меня.  Но со "способностями" 5-го уровня уклонение и атака гармонично переплетаются в одно целое.

— Не стоит полагаться на характеристики!

Но противник передо мной, разгромил мое сопротивление ещё более большей "абсурдностью"

Обладая поразительным кинетическим зрением, а также физической силой и смелостью настоящей женщины-амазонки, она перехватывает мое правое запястье, которые наносило удар и перебрасывает меня за спину.

— Ааааахг!?

Вместо того, чтобы просто пролететь по воздуху, я несколько раз отскакивал от земли словно мяч. Перед тем как упасть на землю, я ударяю рукой о посаженную вокруг траву. И в то же время, поправив свое равновесие, я отталкиваюсь от ближашей стены и отпрыгиваю в сторону.

Это произошло из-за рубящих атак напавшей девушки-амазонки с длинными темными волосами.

— Прыгая так много ты становишься похож на приманку!

— ....! Ггххххххх!

Два изогнутых клинка, "Кукри" непрерывно сверкали вспышками, и огромное двойное лезвие проноситься над головой  Испуская болезненный крик, я встречаю шквал ударов от сестер-близнецов.

Мы находимся на Базе Семьи Гестии, купающейся в утреннем свете.  Я уже и не помню сколько раз тренировался с Тионе и Тионой в этом дворе.

А все началось с того, что эти двое посетили наше “Поместье Очага” в котором, как я так и богиня были озадачены внезапным предложением  : “Я  собираюсь помочь аргонавту! “ После чего, Финн который стал учителем для Лили, посоветовал попросить их о помощи с "адаптацией" и с того дня мы сражались на этой базе.

Если собираться тренироваться, то возможно было бы лучше делать это на вершине огромной городской стены, как я делал это с Аис или же внутри подземелья, однако блуждание "Туда и обратно" через место отдыха и тренировок будет пустой тратой времени и по словам Тионе, возникло решение сражаться прямо по среди нашей базы.

— Начали!

К сожалению, из-за размеров внешний двор базы не мог служить местом, где могли буйствовать первоклассные авантюристы и итогом стало то, что вся трава в округе была выполата, а растения разорваны в клочья, и фонари из волшебно камня были сломаны.

Наверняка из-за затрат на ремонт и прочее гнев Лили поразит меня словно удар молнии, но сейчас мне не хотелось об этом думать. Сейчас, мое сознание не могло думать о чем-то подобном.

Несмотря на то, что это всего лишь тренировка, все сводилось к полноценной борьбе между первоклассными авантюристами.

— Поначалу лишь твое тело! Затем разум! С этим ты не сможешь удержаться в битве с первоклассными авантюристами.

— Натиск от Семьи Фрейи будет ещё более яростным.

Конечности скрипели от свежих ран. Тело дрожит и немеет до костного мозга.

Резкие и непрерывные удары изогнутых мечей и тяжелые удары большого двойного клинка сотрясали меня, заставляя уйти в оборону.

Вихрь атак, который можно описать как неистовые волны, снова и снова загонял меня в угол.

Почти 90 процентов моих ответных атак срывались, и единственным способом спасти свою жизнь стало лишь жалкое уклонение. Ударяя ногой, словно ядро из пушки, я не могу не думать об этом, как о кошмаре, ведь этот удар отбивается локтем противницы. Будучи авантюристами первого класса, Тиона и Тионе обладают гораздо высокими опытом и навыками. Поэтому результат наших тренировок был очевиден - Белла Кранелла громили каждый день.

— Вспомни о своих тренировках с Айз!

— Вспомни о приемах и тактике, которые были вбиты в твои руки и ноги! вспомни о них!

Но слова, произнесенные Тионой и Тионе, вновь продолжали подогревать мое тело и разум.

"— Не поддавайся влиянию статуса!"

"— Не упускай шанс."

Да,  это были те слова, которые говорила мне мой идол. Даже сейчас, когда я стал 5-го уровня, мне следовало вернуться к основам.

Объединить характеристики и опыт, чтобы орудие и техника стали одним целом и “сосуд” и “сердце” работали вместе.

– Расти! - [Учиденокадзучи]!

В этот момент, за моей покрытой шрамами спиной послышался голос "поддержки". В одном из углов базы стоящая на коленях Харухиме закончила пение заклинания.

Покрываясь потом ни меньше чем я, она выжимала все остатки ментальной энергии для того, чтобы даровать очередное повышение уровня.

— …!

Привыкая к резко поднявшемуся статусу, я начинаю яростную контратаку.

Ускоряясь вместе с красивыми частицами света, которые окутывали все мое тело, я сверкнул ярко-белым и темным как смоль кинжал, которые держал в обеих руках. Используя "технику", которая отклоняет траекторию движений оружия, нанося боковые удары, все удары Тионе отражаются.

Затем, я осмеливаюсь открыться и спровоцировать атаку, пользуясь мгновение пустоты вытянутым благодаря "тактике" и взмахиваю божественным кинжалом, который держал в правой руке.

--- Хаааааааааааааааааааааааааааааааааа!

Больший широкий взмах. Удар в котором буквально все, что у меня было.

Тиона, которая встретила его в лоб, улыбнулась и с широко раскрытыми глазами,  отбрасывается назад вместе с огромным двоим лезвием.

Произошел удар, который заставил дрожать сверхпрочный адамантитовый двойной клинок.

А за ним раздался приятный звук металла, который мне не доводилось слышать с самого начала тренировок.

Пронзительный звук, похожий на звук грома, эхом разнесся по внутреннему двору базы.

— Эй! Аргонавтик, как все прошло?

— …. Кажется, что сейчас….

Тиона, которая крутилась в воздухе, без труда приземлилась на землю и задала свой вопрос с некоторого расстояния от меня.

Все ещё пытаясь восстановить дыхание, я укладываю оба кинжала в ножны и крепко сжимаю руку в кулак.

— Ощущение “отдаления”... Исчезло.

При каждом повышении уровня, авантюриста ждет отдаление тела и разума. Другими словами, разум не может поспевать за резко возросшим статусом.

Возможно, из-за того, что я стал авантюристом совсем недавно и не имел большого опыта, мне всегда требуется много времени, чтобы заполнить этот пробел.

В экспедиции проходившей 2 месяца назад, эта проблема была решена в тот момент, когда мне пришлось столкнутся с быстрейшим монстром на низких этаж, Игуасу.

Поэтому, следуя совету Финна, целью наших тренировок стала “синхронизация” тела и разума, вместо того, чтобы пытаться стать сильнее до последней минуты.

— Кажется, ты закончила в последний момент, а я уж подумала, что опасность миновала…. С самого начала тренировок я продолжала следить за тобой и несколько раз слышала о тебе до этого, но твое колдовство удивительно.

— Я благодарна, но не стоит такое говорить…

Улыбка Тионы была направлена на Харухиме, которая едва держалась на ногах от истощения.

Помимо меня, повышение уровня в семье добилась и Харухиме, после этого она сопровождала меня в моей “настройке разума и тела” в течении нескольких дней.

В её случае, целью тренировок стало пробное использование магии повышение уровня, нежели тренировка физических способностей.

В процессе выяснилось, что после того как она получила 2-ой уровень, длительность её магии выросла с 15-ти минут до 20, и интервал между последовательным использованием  её магии снизился с 10-ти минут до 9. И, конечно же, количество хвостов с 5 увеличилось до 6.

Способности Харухиме, несомненно станут ключом к свершениям на военной игре.

Даже Лили, широко распахнув красные от недосыпа глаза, продолжала просить :

— Продолжайте экспериментировать, мы должны быть готовыми ко всему!

Благодаря этому, я получил возможность опробовать способности 6-го уровня, что было совсем неплохо.

Если к рассинхронизации, которую я получил на 5-уровне добавилось повышение уровня, то я бы без шуток мог превратиться в неистового быка.

На самом деле, это довольно странная метафора, но я испытывал большие проблемы с контролем, казалось что я превратился в могучего дракона. И благодаря помощи Тионы и Тионе, я смог адаптироваться к этому.

Боюсь, что подобная тренировка между первоклассными авантюристами, целью которой была синхронизация, не смогла бы пройти без помощи Тионе и Тионы, которые были 6-го уровня. Даже не знаю, как бы я мог отблагодарить их.

— Было бы неплохо, если бы и Айз помогала в тренировках Аргонавтика…Ты не расстроен из-за этого?

— Все в порядке. Я слышал, что у неё были свои причины для этого и уверен, что Айз будет поддерживать нас.

Сказал я, покачав, вспоминая Айз, которой здесь не было.

Даже если у неё были причины не появляться здесь, её учения крепко укоренились в моем сознании.

Они помогали мне в этой тренировке, а также тогда на “боевом поле”. И этими учениями я воспользуюсь на сегодняшней военной игре.

— Солнце взошло…. – Сказала Харухиме обратив взгляд вверх.

Даже во внутреннем дворе, который затмевал огромный особняк, я мог уловить свет восходящего солнца.

Потому-что небо стало красным. Казалось, словно наступили сумерки.

Сегодня состоялся уже третий день наших тренировок, а также день военной игры.

Роковой день, который вновь встревожил мое некогда спокойное сердце.

— Аргонавт….

В тот момент, глядя на красное небо в моей голове не было волнений, вместо них оставались лишь тревога и напряжение.

Тиона, Тионе и Харухиме, подошедшие ко мне, улыбнулись, а затем:

— Удачи!

— Выбейте весь дух из парней Семьи Фрейи!

Услышав язвительные и полные ободрения слова, а также увидев две лучезарные улыбки, мы с Харухиме смогли почувствовать настоящую поддержку.

Я улыбнулся, а затем кивнул за Лили, Богиню и остальных..

— Да!

*********

Место в котором мы находились было огромным следом, под названием история. Огромные каменные столбы, выстроенные в ряд, были на пути к скорому разрушению.

А под ними находились бесчисленные множества выцветших каменных плит. Поврежденная арка покосилась уже давно, но даже так продолжает стоять здесь уже много лет.

Многочисленные сооружения, напоминающие гробницы и святилища, постепенно смешивались с голой землей и валунами, а затем и вовсе покрылись зеленой растительностью, став частью природы.

Вид был поистине величественный, но при этом здесь царило одиночество.

Стоит отметить, что все это находится на берегу озера Кубочи.

Это место представляет собой остров, окруженный горами внешнего кольца. И плавающий по красивой воде зеленовато-нефритового цвета.

“Руины города Орза”.

Так называются огромные руины, оставленные на озерной впадите в западной части горы беол, к северо-западу от Орарио. И именно так называется арена, где пройдет военная игра.

История этого места может насчитать как минимум 2 тысячи лет.

Когда-то это был город-крепость, в которой велось противостояние с “Демонами”, вышедшими из “Большой дыры”

Учитывая его расположение, здесь никогда не было недостатка воды, а озеро являлось хорошим рвом для того, чтобы держать монстров на расстоянии.

Говорят, что из-за трудов эльфов и низших духов это место было самодостаточным и город мог спокойно существовать, до того как прилетели могучие монстры.

Но сегодня, это лишь заброшенные руины, хотя и на внешней части города, рисующей форму овала, сохранились остатки оборонительных стен и башен.

Неровная и волнистая земля усеяна булыжниками и разрушенными зданиями, но, даже спустя столько лет, это место все еще продолжает сохранять вид Города-Крепости.

А одним из самых больших остатков прошлого являлся “Храм”, расположенный в западной части острова.

В древние времена, ещё до прихода богов, жители города, находящиеся под сильным давлением от “демонов”, поклонялись мифическим богам, ища любого спасения с их стороны. Благодаря тому, что земли города Орза имели связь с духами, этот храм получил название “Дом Богов”, в который жители поместили статуи нескольких богов.

И одним из объектов их веры была одна богиня красоты.

— Дует холодный ветер, а на небе тут и там виднеются облака, но, как видите, небо чистое и солнечное. Для горной местности с переменчивой погодой такой день является идеальным моментом для битвы. Всем доброго утра! Как и в прошлый раз, за ведение комментирование военной игры отвечаю Я, Ибри Ача, маг пламени с титулом “Огонь пылающего пламени”, принадлежащий к Семье Ганеши!

— А я…. ГАНЕША!

— Да-да, другим комментатором также остался Ганеша-сама..

В Орарио, теперь уже очень далеком от нас, через “Экраны” отражаются окрестности города Орза.

Зеркала богов, настроенные для дальнего обзора, уже активированы. Под руководством полиции города началась прямая трансляция.

Однако в отличии от военной игры с Семьей Аполлона, которая проводилась 5 месяцев назад, город был спокоен, словно вовсе забыв о недавнем безумии.

Авантюристы, сидящие в барах, люди, вышедшие на главную площадь, чтобы посмотреть на военную игру, и даже Богини, сидящие в огромной башне, испытывали волнение уже до начала игры.

— Так, так, так! В этот раз нас ждет самая самое масштабное событие даже в истории Орарио! А именно Семья Фрейи, являющаяся сильнейшей в городе против Альянса во главе с Семьей Гестии! И на этот раз темой, а точнее событием станет - Поиск Бога!

Единственными, кто рассекал тишину громкими криками, были двое ведущих, которые будут  комментировать происходящее на битве.

Во дворе  Штаб-квартиры Гильдиии ведущий по имени Ибри продолжал кричать в свой микрофон из волшебного камня.

— Не могу расписать весь свод правил, но основное то…. что победит тот, кто найдет бога! Каждой Семье предстоит спрятать своего бога покровителя где-то в окрестностях руин Орза, а противнику нужно найти их, словно в обычной игре в прятки!

— Это... Ганеша!

— Да-да, как и сказал Ганеша-сама, это не совсем обычная игра в прятки ! При встрече с семьей противника начнется настоящая битва! И чтобы защитить своего бога или же найти бога другой семьи, прольются реки крови и оружия павших станут могильными плитами.

Эти слова не были метафорой. Каковы бы ни были правила в "Великой военной игре", в которой участвуют 47 Семейств и сражаются более восьмисот авантюристов, битва станет настоящей кровавой бойней.

Объяснение Ибри заставило людей затаить дыхание.

— Однако…. Для победы над Альянсом, Семье Фрейи предстоит найти каждого бога, входящего в Альянс семей, пока условием победы над Семьей Фрейи является нахождение Богини Фрейи! Кажется, что это большое преимущество для альянса, но вместе с этим большая несправедливость. Каково ваше мнение на этот, Ганеша-сама?

— Не могу сказать, что это слишком большое препятствие.

— Что? Неужели это первый серьезный ответ от Ганеши-сама!??

Пока живые голоса комментаторов подогревали градус волнения на поле боя, люди, находящиеся в разных уголках Орарио продолжали сидеть на своих местах, не меняя выражения лиц.

***

— Белл…

— Ты в порядке, Эйна?

В штаб-квартире гильдии, где над потолком парили божественные зеркала, Эйна продолжала дрожать и молиться, пока её коллега Миша продолжала аккуратно поддерживать её.

***

—  Согласно этому правилу, у меня, “персея”, которая способна застать правила военной игры врасплох, летая по небу и находя местонахождения бога, нет выбора кроме как не участвовать… Вот что вы имели ввиду?

— На самом деле, это относится к твоим ботинкам. Раньше лишь некоторые слышали о магических предметах благодаря которым можно парить в воздухе, но из-за того случая, когда вы с Гестией ворвались на базу Леди Фрейи, это стало достоянием общественности...... Не можешь с этим смириться?

— Сейчас уже бесполезно создавать шум… Кроме запрещенных летающих ботинок, я передала Лилируке Арде все свои магические предметы ...... Остается, только довериться ей и всем остальным.

На 30 этаже вавилонский башни Асфи, сидяшая возле богов, нахмурила брови, а Гермес пожал плечами.

— Асфи, понимаю, что это может быть трудно, но… Давай просто понаблюдаем за ними.

— Да…

***

На базе семьи Локи.

Айз, взявшая за руку Тиону, уверенно зашла в главный зал, подняв давно поникший взгляд.

Тионе, сидевшая на диване, Гарет, опирающийся на свои массивные руки, Риверия прикрывающая один глаз, и Финн, облизывающий свой большой палец, все смотрели на божественное зеркало, оставленное им их богом покровителем.

***

Битва вот-вот начнется.

— Так свободно…

Пробормотал я, глядя на огромный просторы, которые было невозможно осмотреть полностью, даже с моим зрением первоклассного авантюриста

— Значит, восточная сторона принадлежит Альянсу, а западная Семье Фрейи?

— Верно…. основная часть руин находится в центре, там же и граница.

Ответила Наза, которая следовала за мной, держа большой лук в качестве орудия.

Это место находится в уголке горы внешнего кольца, откуда виднелись Руины города Орза. Здесь же открывался и чудесный пейзаж на широкое озеро.

Будь я здесь для осмотра достопримечательностей, то был бы не в силах удержать полные удивления вздохи, смотря на водную гладь, ставшую отражением неба.

Это был уже второй раз, когда я пересекал гору Беол. И нынешнее место зовется “Впадина Беол”, которая находится в противоположной стороне от деревни Эдас, именно той деревни, на которую наткнулись Айз, Богиня и я во время вторжения Ракии.

Я и не подозревал, что такое удивительное место можно пересечь всего лишь за 2 часа, при этом неся Харухиме на спине. Даже если бы я не являлся авантюристом высшего класса, такой поход не занял бы много сил.

— Семья Фрейи пересекла Руины ещё утром........ полагаю, они прячут богиню где-то на западной стороне.

Посмотрев в указанную Назой сторону с вершины холма, я увидел руины огромного полуразрушенного храма, деливший поле битвы надвое.

Зона, где могут прятаться божества обозначены в правилах: Альянс - восточная часть, Семья Фрейи - Западная. Божества способны прятаться где угодно, если это находится в пределах указанной части.

Будь то башня на внешней окраине города или центральная часть, откуда открывается хороший вид на просторы города.

Место было так много, что сюда могло поместится даже часть Города-лабиринта и, лишь вступив на боле битвы, я тут же поймал себя на мысли, что нахождение бога станет крайне трудной задачей.

— Не ожидал, что военная игра будет проходить в настолько огромном месте.

— Здесь будут участвовать около пятидесяти Семей, так что это вполне разумно…

Глядя в сторону города и поправив играющиеся на ветру волосы, Наза отвечает на вопрос Оуки, который осматривал окрестности вместе со мной.

Не то чтобы я разделял мнение Оуки, но городские руины плавающие по озеру, кажутся каким-то отдельный миром.

То, что когда-то являлось Городом-крепостью станет ареной, где нам придется сразиться с самым могущественным врагом.

— …. Итак, думаю что все в порядке, спасибо что проводили меня! Давайте возвращаться.

Сдерживая эмоции внутри себя, я повернулся спиной к удивительному пейзажу и вместе с Оукой и Назой отправился в обратный путь.

Затем, спустившись по длинному и крутому склону, мы добрались до нашего лагеря.

Городские Руины Орза, расположенные к югу от лощины озера, имели лишь 1 мост, расположенный в южном конце, в то время как лагерь Альянса располагался на берегу.

Говорят, что помимо меня и Харухиме, тренирующихся до последней минуты, в палаточный лагерь, уставленный Гильдией и Семьей Ганеши, за эти 2 дня пришло немало авантюристов. Похоже, что Семья Фрейи пересекла городские Руины с помощью плота, приплыв с северной части озера.

По словам Лили, после начала военной игры этот лагерь станет пунктом первой помощи для пострадавших и по этой причине члены Семьи Диан Кехта виднелись то здесь, то там.

— Кажется, что у меня не хватает припасов…. Кто нибудь взял с собой запасные?

— Их готовит Семья Миаха. Подойти к их богу и получи всё, что нужно.

— Кто бы мог подумать, что мне доведется владеть волшебными мечами от Кроццо и Семьи Гефест…. До сих пор не могу прийти в себя.

Лагерь был окутан шумом и суетой. Голоса, полные возбуждения и волнения, доносились со всех сторон.

Зверолюди, осматривающие орудия. Дворфы, которые с помощью товарищей облачаются в тяжелые доспехи. Пока я молча наблюдаю за подготовкой на надвигающейся битве, меня окликает знакомый голос.

— Эй, Белл Кранелл!

— А?.... Лювис и Дормул?

Обернувшись, я заметил группу авантюристов.

Одними из них были Лювис из Семьи Моди и Дормул из Семьи Магни. Это были Дворфы и Эльфы, которые вели битву с улучшенным видом, которого мы встретили в экспедиции на нижние этажи..

— Значит, вы готовы сразиться вместе со мной?...

— Конечно. Когда-то, мою жизнь чуть не отняли вместе с моей правой рукой, но ты спас меня. Разве для возвращения долга может подвернуться момент получше?

Лювис, который носил лук и колчан стрел за спиной, осторожно коснулся правой руки.

.

Должно быть, под боевым костюмом и перчаткой там находится такая же серебряная рука, что и у Назы. Но несмотря на это, на лице Лювиса, потерявшего одну из рук, царила улыбка - прекрасная улыбка Эльфа.

— Пришло время исполнить клятву. Давай сразимся вместе, союзник эльфов.

— Клянусь именем Лювиса Лиликса, я отплачу тебе за ту великую услугу.

И тут я вспомнил слова Лювиса произнесенные в Ревире, после победы над усиленным видом. Позади него, Лана, благодаря протезу ноги крепко стоявшая на земле, показывала точно такую же улыбку.

— Вот это настоящий Союзник эльфов! Тогда Братья-дворфы тоже станут братьями по оружию для Семьи Гестии!

Крикнул Дормул, вмешавшись в разговор. Не обращая внимания на укоризненный взгляд Лювиса, Дормул не унимался и ударив кулаком по груди произнес:

— Мы тоже не забывали о том моменте. Даже если противники непобедимы, мы будем бороться до конца, брат!

Волна удивления полностью захлестнуло мое тело, видя беззаботного Дормула, улыбающегося вместо со своими товарищами Дворфами.

Мы трое встретились при особых обстоятельствах с Эйной, а затем помогали друг другу во время экспедиции, а теперь и вовсе будем сражаться бок о бок. Легко списать все происходящее за простые случайности, но… Я был очень благодарен судьбе за  встречу с Лювисом и теми, кто пришел мне на помощь, и, видя все это, я дал искренний ответ:

— Да! Огромное спасибо!

— Эй, Кроличья Лапка, не забывай, что мы тоже тут!

— Оооооооооооох

В следующий момент, большая рука обвила мою шею. Лювис и Наза удивились и чуть ли не поперхнулись от удивления, но когда обернулся я, то сразу увидел хитрую ухмылку опытного авантюриста.

— Морд-сан, ты тоже пришел?

— Конечно! В конце концов, если я выиграем у Семьи Фрейи, то я получу достаточно из их накопленных богатств, чтобы хорошенько оттянуться в Гранд-казино!

Даже в такой момент, Морд-сан оставался таким как прежде и улыбнувшись улыбкой негодяя, по крепче сжал руку на моей шее.

— Вау!

Немного дальше от него, находились Гейл и Скот.

— Кажется ты неплохо подготовился…

Удивленный Морд отпустил мою шею и с интересом осмотрел мое снаряжение.

Защитой служили новые доспехи, пьенкичи 6 версии, которые изготовил Вельф, а также совершенно новый боевой костюм.

В то время как оружием оставался божественный кинжал и Хакуген, а также обернутый вокруг шеи шарф голиафа.

В сумке на бедре лежали 3 двойных зелья восстановления, а также особо редкое зелье, разработанное Назой.

Ещё раз взглянув на доспехи подготовленные для боя, я кивнул в ответ.

— Давай победим, Кроличья Лапка!

— Да!

Заметив улыбку на лице Морда, которая отличалась от его прошлой улыбки негодяя, я улыбнулся в ответ.

— Боги и члены Семей, пожалуйста соберитесь! Это последний обмен информацией.

В тот момент, когда мы, люди из разных семей, проявили одну и ту же волю к победе, из глубины лагеря раздался голос Гестии-сама. Кивнув Оуке, Лювису, Морду и Назе, мы развернулись и направились к ней.

До начала битвы оставалось всего два часа. Последние мгновение перед тем как Ганеша-сама даст старт началу игры.

Пока Гестия-сама привлекала всеобщее внимание с центра лагеря, мы, наш лидер, а также боги выстраивались в первом ряду, в то время как Вельф, Айша, множество авантюристов, кузнецов, а также барберок собирались в полукруг.

— Прежде всего, богам необходимо взять один из расставленных на столе цветов. Закрепите его возле груди, но не в коем случае не прячьте! Это приказ Семьи Ганеши!

После этого, следуя словам Гестии-сама, каждый из богов взял один из цветов, расставленных на широком столе.

Такемиказучи-сама взял пурпурную хризантему. Миах-сама выбрал веточку шисо, усеянную золотыми цветами и листьями.

Гефест-сама выбрала бледно-красный Ирис.

Пока Боги усмехались, богини, которые считали себя врагами богини красоты прикладывали цветы к своей груди с решительным выражением лица.

— Подробные правила уже были изложены на божественном собрании, поэтому вы должны их знать, но на всякий случай ...... Если чей-то цветок будет захвачен или же потерян, то этот бог будет считаться выбывшим!

— Так значит даже если нашего бога найдут, мы все ещё будем в игре пока цветок не отберут?

— Да, Морд. Единственная цель детей - это забрать цветок. Если цветок определенного Бога-покровителя будет утерян, то будет исключена сразу вся семья, так что богам нужно прятаться и сопротивляться до самого конца!

Ответила Гестия-сама прижимая к груди красную и пышную Орхидею.

Существует основное правило, которое подразумевает собой запрет на причинение любого вреда богам или же убийства богов. И, по слухам, это самое правило было создано, чтобы обезопасить богов во время “захвата цветка”.

В правилах к военной игре также говорилось о запрете на прямое нападение на богов, и, если какой-то бог попадет в магическую бомбардировку и отправлен на небеса по чьей-то ошибке, то виновный член Семьи будет немедленно дисквалифицирован. Основная цель в том, чтобы не дать кому-либо устраивать пожары или магические залпы с целью зачистки богов в начале игры.

И теперь основные задачи полностью ясны.

Целью Семьи Фрейи стал захват цвета всех богов Альянса, а наша цель - захватить цветок, который находится у неё…

— Кстати, я не смог узнать об этом на божественном собрании, но какой диапазон нашего сопротивления? Могу ли я пользоваться боевыми искусствами?

— Заперты включают себя лишь использование божественной силы  и очарование Фрейи само собой также запрещено, но в случае с богом боевых искусств…

Услышав вопрос Бога боевых искусств, Гефест-сама удивленно задумалась, в то время как лицо Гестии-сама покрывал обильный пот.

Существуют определенные вещи за которые отвечают боги… В этом случае, боевые искусства станут хорошим орудием сопротивлением в руках Такемиказучи-сама, однако, остается вопрос” насколько далеко можно зайти”… В любом случае, я думаю что это очень тонкая грань.

— Эй, Таке, если твоими противниками будут дети Фрейи, то как далеко ты сможешь зайти?

— Если это авантюристы второго ранга, то не больше 20-ти человек, если первоклассный, думаю что смогу совершить один бросок.

— Значит, хочешь выйти на передовую….

Слыша как Такемиказучи-сама спокойно отвечает на вопрос Богини, боги под именем Моди и Магни переглянулись, словно услышали о чем-то жутком и непонятном.

Когда лица стоящих вокруг скривились от неверия, Микото и Оука гордо выпятили грудь.

— Что-ж, думаю тебе стоит сопротивляться до момента, пока тебя не объявят жуликом...... Самое важное касается формирования мест, куда будут прятаться боги.

В этот момент, пришедшая в себя богиня энергично помотала головой и оглянулась назад.

Там находился наш лидер, который тщательно всматривался в пергамент, разложенный на большом письменном столе.

Именно Семья Гестии была центром Альянса.

Это значило, что лидером, а также тем, кто отдает приказы должен быть член Семьи Гестии.

По-началу, из-за уже имеющегося капитана Семьи 5-го уровня было немало протестующих против её кандидатуры. Благо к нынешнему моменту количество несогласных полностью исчезло.

И теперь, словно некий “герой прум” она разглядывала карту раскинувшихся руин со спокойным лицом, напоминающим поверхность тихого озера.

Ещё до моего появления, Лили осматривала поле битвы и разрабатывала методику борьбы.

— ….. Места для пряток должны выбрать боги!

Возможно, собравшись с мыслями или поддавшись убывающему времени, она подняла голову, чтобы избавиться от колебаний, тут же поймав на себе множество взглядов.

— В случае если Лили будет делать все самостоятельно, все будет построено на моих привычках и информации, а также абсолютно каждое потайное место будет известно для Лили, чем могут воспользоваться противники. Поэтому, я хочу чтобы Лили не знала где находится боги и Богини.

— Что-ж, это разумно, помощница.

В этот момент никто не думал, что Лили просто отказывалась от своих обязанностей.

Лили спокойна оценила возможности и пыталась воспользоваться способностями всеведущих богов во благо.

Группа богов, которых я даже не знал, принялись радостно присвистывать девушке-пруму ставшей рядом с Богиней.

— Однако, есть то, что я должна сказать заранее. Лидер противников очень умен и намного умнее Лили. Если мы подготовим 10 различных планов, то 9 будут разбиты, а последний будет использоваться как ловушка против нас.

Лили, обвившая взглядом авантюристов, нисколько не преувеличивала.

В 9 из 10 случае, командовать обязательно будет  Хильдерслейф, “Посох белого демона”

Это был мастер, который обучал меня, Хедин Селанд.

Даже я слишком хорошо знаю, насколько он умен, рассудителен и жесток.

— А об Эинхериях и говорить не стоит. Несмотря на то, что наша общая мощь высока,  в прямом столкновении мы будем разбиты. И это не удивительно, ведь Лили говорит о монстрах из “Семьи Фрейи”

— Но, Лилирука…

— Честно говоря, если бы все не зашло так далеко, мне бы хотелось убежать как можно дальше.

В этот миг, Дафна встревожено перевела взгляд на Лили, которая спокойно раскрыла свои истинные намерения, слабость и безысходность.

Затем, лицо Лили теряет всякие эмоции на лице и опускает голову.

— Но Лили хочет победить.

Но….

Когда она вновь подняла голову в её глазах вспыхнула невероятная решимость, заставившая меня затаить дыхание.

— Я хочу победить Богиню Фрейю…которая поступила слишком непростительно, а что более важно, я не хочу расставаться с Беллом-сама! Лили ни за что не лишится важного для нее человека вновь.

Глаза Микото и Харухиме округлились от жарких и полных эмоций слов, уголки губ Вельфа изогнулись.

Дафна и Кассандра также не отошли от шока пока Айша, Морд показывали хищные улыбки.

Оука и Чигуса кивнули в ответ, а Наза, Лювис и Дормули прищурились.

А затем…

— Одолжите свою силу авантюриста, а Лили попробует привести вас к победе.

Эмоции, слова. Все это превратилось в клятву, в которой не предусматривался проигрыш.

В следующий момент авантюристы вспыхнули от эмоций.

—ДААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААА!.

Рев тех, кто поднял оружия над собой, вознесся в небо.

Сотрясшие небо громкие крики, вызванные решимостью девушки-прума, заставили Гестию-сама пошатнуться и чуть ли не упасть на землю.

— Да, давайте сделаем это!!!

— В конце концов, эта девочка прум высказала все, что мы хотели услышать.

— Мы защитим честь амазонок!

Боевой дух авантюристов, который затмевала тревога и напряжение был высвобожден с помощью яростной воли к победе.

— Эй, маленькая Лили, ты уж прости, что мы смеялись над тобой из-за твоей милой внешности.

— Думаю, что на следующем собрании богов нам стоит дать ей имя  “Наш милый ангелок”.

— Я тоже непременно выложусь для того, чтобы помочь Лили-сан.

Не только люди, но и боги, известные своим ветреным настроением, внезапно начали проявлять мотивацию.

Лагерь, который в одно мгновение захлестнули эмоции превратился в хаос...... Однако, продлилось это не долго.

В этот момент я и не подозревал, что мои щеки начали пылать красным, а на удивленном лице появилась улыбка.

— Кажется у тебя отняли право отдавать приказы, главный Капитан!

Прошептала мне на ухо Наза.

— Ха-ха-ха, кажется ты права.

Криво улыбнувшись, я ответил Назе смотрящей на меня с лихой ухмылкой.

Теперь любые слова и напутствия с моей стороны будут бесполезны и я опозорен как капитан, но…. Я счастлив. Очень счастлив, что аж не передать словами.

Она была моим первым помощником, девушкой, выступавшей в роли поддержки. Она сильно ненавидела искателей приключений, однако теперь сотрясает множество сердец и купается в аплодисментах.

Она действительно стала похожа на “бравого”,  - подумал я про себя.

Несмотря на то, что я не был таким же большим человеком, мое сердце наполняло гордость.

— А, Белл-сама.

Пока взбудораженные авантюристы один за другим покидали переднюю часть палатки, чтобы заняться последними приготовлениями, я отправился навестить Лили и Богиню. Теперь, когда она выполнила свою первоначальную задачу, которая должна была поднять боевой дух группы, она могла вздохнуть с облегчением, но, заметив меня, Лили начала улыбаться.

— Лили, ты действительно удивительна, ты была почти такой же, как Финн.

— Это все учения Финна. Он говорил: “Сначала использу милую внешность, которой у меня нет, чтобы выставить себя слабой, но затем зажги толпу решительными словами”.... Он говорил, что это должно сработать на авантюристах.

Затем со смущением, Лили выдает ещё один секрет: Он действительно хитер, настолько что прозвище “Хитрец” подходит ему куда больше, чем “Бравый” - таково было мнение Лили о Финне.

Я искренне посмеялся, а затем понял, что нынешняя Лили была очень надежной.

(Кажется, что теперь я могу поговорить с ней….)

Было просто необходимо рассказать ей об этом.

То самое чувство, “а может быть…” простая и абсурдна теория, возникшая из-за противоречий в моей голове.

— Лили…. Выслушай меня.

Белые облака и дуновение ветра пересекали море, отправляясь на восток.

После того, как множества богов и богинь покинули центральную часть лагеря, здесь оставались лишь Вельф, Я, Айша и люди, которые участвовали в экспедиции вместе с нами. Лили наконец выслушала меня, а затем нахмурила брови.

— Так сказал Белл-сама, поэтому я верю..... Нельзя просто исключить эту возможность. Но вероятность того, что “это” произойдет очень мала.

— Да, возможно ты права, Лили.

Но мне хотелось, чтобы она смогла сохранить эту мысль в своем сердце.

После того, как я озвучил свою просьбу, Лили улыбнулась и кивнула в ответ.

Кажется, что не стоило беспокоить командира, который несет ответственность за битву такими странными предположениями. На самом деле, так бы я подумал раньше.

Но, сейчас Лили выросла гораздо больше меня и я решил, что могу полностью довериться ей.

—Эммм, тогда… Ничего страшного если я немного поговорю с тобой?

Осторожно произнесла Кассандра сжимая в руках свой длинный посох.

— А? Кассандра, неужели ты хочешь обсудить свой очередной сон?

— Ах…… Дафна-тян, даже после того как ты и остальные доверились мне на нижних этажах….. Ты все ещё не можешь поверить в мои сны.

Под острым взглядом Дафны Кассандра скрючилась и пошатнулась на месте со слезами на глазах.

Поскольку взгляды Лили и остальных были направлены лишь на неё, я решил задать вопрос.

— Кажется, ты снова видела сон?

— Да, это так.

— И он чем он? - спросил я.

—- Страшный сон, о котором сложно говорить...... Кажется, что пути назад нет и исход уже определен ...... Земля и все что на ней окрашено красным ...... Эльфы и прумы ...... Боаз и Колесница......

Эти слова связанные с предстоящей игрой больше всего волновали меня......

Я покрывался потом, видя как Кассандра бледнеет и отчаянно путает слова, её взгляд продолжал блуждать то там, то здесь, пока она не сказала нечто решительное.

— Но, подует ветер…

Вместо того, чтобы быть считать её слова подозрительными, я находился в изумлении от произнесенных слов и взгляда который смотрел только на меня.

— Значит, это будет ветер.

— Но, что случится когда подует ветер?

— Я-я, не знаю, но ветер непременно будет дуть.

Харухиме удивленно склонила голову, а  мисс Айша задала вопрос, словно услышав что-то подозрительное, но Кассандра говорила одно и тоже.

Посмотрев в сторону Дафны и остальных уставших от её слов, я опустил взгляд.

— Подует ветер…

****

Под сияющим солнцем мягкий и теплый ветерок передвигал облака.

— Скорее начинайте опускать мост! Сосредоточьте членов Альянса в одном определенном месте!

До начала битвы оставался час.

По приказу капитана Семьи Ганеши, Шакти, семьи и работники опустили мост, ведущие к городским руинам Орза.

Увидев эти действия, авантюристы из Альянса с травой ожидавшие начало битвы в лагере, бросились вперед.

Дворфы с боевыми молотами, Эльфы-волшебники с длинными посохами, кузнецы с волшебными мечами, а также барберки откликнувшиеся на просьбу своей старшей сестры Айши - каждый побежал к месту, которое указала их командир - Лили.

— Какой сюрприз, Борс. Неужели и правда будешь участвовать в битве?

— Я же говорил тебе, “Циклоп”, я сражаюсь лишь когда это необходимо… Хотя кого я обманываю, я бы не пришел сюда даже если бы хотел!

Цубаки, держащая свой волшебный меч, заговорила с Борсом, который нес за спиной свой большой топор, как тут же, её собеседник посинел и покрылся холодным потом.

— Я собирался остаться в гостинице Ревиры и никуда не соваться! Но наша глупая богиня заговорила что-то о гордости и захотела отомстить Богине красоты… А потом меня притащили силой.

— Ха-ха, неужели это вся причина?

—.... Конечно нет.. Если бы не Кроличья лапка и Яростный ветер, то явно давно бы был мертв. Поэтому, я хочу вернуть должок, ведь предоставляется такая возможность.

Когда широкий мост задрожал от шагов огромного количества авантюристов, глава подземного города, который попал в переделку вместе с мальчиком, отчаянно перебирал слова, пытаясь отыскать оправдания.

— Ха-ха-ха, но тогда у тебя нет выбора, кроме как показать настоящий бой!

— Конечно! Если мы победим, то выиграем деньги! Выиграем славу! А также, чтобы похвастаться перед трусами, которые не пришли на битву.

Посмеявшись над почти слезными криками Борса, Цубаки пересекла мост и, взяв курс в определенное направление, отправилась туда. Остальные авантюристы последовали её примеру и отправились по разным местам.

Никто не говорил прощальных слов. Каждый знал, что против противника, ожидающего их впереди, не найти никакого спасения в словах, слезах или поддержке

— В чаще леса есть подземные помещения! Тут так много мест, что кажется что нас вообще никогда не найдут… Так пусто, что даже закат не увидеть.

Боги также пересекли мост и стали искать укрытия в восточной части..

— Хватит болтать и ищи себе место для пряток, Гестия. Неужели хочешь попасться и утащить своих детей за собой?

— Знаю-знаю. На самом деле, я так хорошо скрывалась на небесах, что даже там меня считали редкой личностью, - ответила Гестия, громко выпятив грудь.

— Впервые такое слышу, - ответила Гефест

— Разве, это не связано с тем, что ты постоянно сидела в храме и тебя никто не видел? - Ответил Миах

Пока Такемиказучи раздраженно наблюдал за болтовней Гефест, Гестии и Миаха, боги из других Семей в сопровождении горстки охранников, продолжали наблюдать за перемещением своих союзников и на основе наблюдений находить себе подходящие места для пряток.

— Все авантюристы и боги уже пересекли мост!

— Отлично, теперь перекрываем мост! Как и планировалось, за этой местностью будешь наблюдать ты, Илта.

После того, как все Боги и авантюристы смогли пересечь мост, Семья Ганеши тут же подняла его.

Огромные городские руины к югу от озера Кубочи. Одним из немногих способов попасть туда, это перейти по мосту расположенному к югу, даже если кто-то захочет отправиться вплавь, то они тут же будут обнаружены охраной, расставленной по четырем сторонам берега.

Другими словами, если произойдет вторжение монстров или же людей, то прорваться в городские руины будет невозможно, пока они не смогут одолеть авантюристов 4-го уровня, относящихся ко второму классу, а также первоклассных авантюристов 5-го уровня, которыми славится Семья Ганеши.

Пока цветы, находящиеся у богов из альянса семей или же цветок богини красоты не будет разбит и война не закончится, стальная стена, которую построила Шакти и остальные, не падет.

— Фрейя-сама….

Западная часть, где располагается основание Семьи Фрейи.

Оттар, одетый в свое боевое снаряжение, подошел к Богине, сидящей на каменном троне.

–  В чем дело, Оттар?

— Гильдия доставила цветок, закрепите его на своей груди.

Это был поднос на котором располагалась веточка с множеством маленьких цветов.

Ключ, захват или сохранность которого решала победу или поражение на военной игре.

То что она получила было фиолетовой сиренью.

—- …. Какая ирония…

Глядя на красивый фиолетовый цветок, Фрейя улыбнулась горькой улыбкой.

— … Вас что-то забеспокоило?

— Нет, ничего такого.

Взяв цветок в руки, Фрейя положила его себе на грудь.

Сейчас на ней не было того темного платья, имитирующего темное пламя.

Вместо него, на ней было элегантное белое платье, похожее на свадебный наряд.

И теперь, Богиня, одетая в белое одеяние, приказала своему слуге Боазу забыть о любых чувствах.

— Победи, Оттар.

— Да!

— Я обязательно хочу заполучить Белла, это единственный шанс… Выполни мою просьбу.

Воин кивнул головой. Каждый раз, на протяжении многих лет, он делал только это.

И каждый раз это означало выполнение просьбы его богини.

****

Красно-коралловые глаза смотрели в определенную сторону.

Когда длинные золотые волосы развевались на ветру, Хедин перевел взгляд на богиню, не меняя выражения лица

— Эй, насекомое, хватит стоять без дела.

— …. Помолчи, глупый кот, я всего лишь проявляю свою преданность.

Хедин повернулся в другую сторону, совсем не обратив внимания на Аллена, чье левое плечо было экипировано в серебряный наплечник, с которого свисал короткий плащ.

Повернувшись спиной к богине и поправив очки одной рукой, он посмотрел вниз.

— Мы вновь присягаем на верность богини. Следуйте моему голосу, как семья благородной богини.

С полуразрушенной возвышенности раздался голос командира и эинхерии закричали.

Их рев, стотрясший изумрудное озеро, словно рог оповестил о начале войны.

— Ку-ку-ку. Битва, означающая конец света вот-вот начнется…

Произнес темный эльф, сложивший в ножны свой длинный темный меч.

— Уже приближается.

— Пора…

— Пора.

— Пора!

Произнесли один за другим четверо братьев-прумов, облаченных в одинаковые доспехи.

— Приступайте к делу. Безделье ничего не решит. Мы должны раздавить противников!

Человек-кот, держащий серебряное копье, был окутан убийственной аурой.

— Рене и Ильда, после начала битвы вы обе должны помогать мне. Я уверена, что могу выйти из себя если встречу неприятелей, желающих навредить богине.

— Вас поняли, Хейт-сама.

Целители, известные как Андхримнир выровнялись, словно выражая почтение перед девой, которая сидела на обломках с закрытыми глазами.

— …. Приди, любимец Богини.

Прошептал Боаз, покинувший богиню и заинтересованный мальчиком.

***

— Начнем же Белл.

— …. Да!

Красноволосый кузнец и беловолосый парень сжали кулаки, услышав рев воинов.

— Совсем скоро! Военная игра вот-вот начнется.

Часовая и минутная стрелки пересеклись, встретившись наверху.

В городе-лабиринте, находящимся за городами от этого места прозвучал колокол, означающий начало битвы.

Объединенный Альянс семей vs Семьи Фрейи, тип игры : Поиск Бога

Условие победы - захват цветка у Бога или богов противника.

Крупнейшая военная игра в истории уже началась.

----------

Война Семей - Часть 2

Руины города Орза. Действительно оправдывает свое название.

Общая площадь огромных руин построенных на берегу озера, достаточно просторна чтобы вместить целый район Орарио.

Другими словами, даже если здесь находится около 50-ти семей, местность была достаточно просторна, чтобы принять на себя всю отдачу.

Данная местность была выбрана в качестве поля битвы только после того, как Гильдия спросила мнения у Семьи Гермеса.Которая являлась нейтральной семьей изучавшей эти руины в качестве хобби их бога покровителя, а целью этих походов является сбор информации и нахождение реликвий древних времен. И вот, когда из неё было вынесено достаточное количество древних исторических материалов и место стало напоминать пустую оболочку, она была готова для становление полем битвы для “Войны Семей”

Полуразрушенные стены и колонны купались в солнечном свете и откидывали густые темные тени. Статуи многих выдуманных богов потерявшие части лиц и рук,  продолжали стоять в безмолвии.

Руины большой общественной купальни, где исчезла крыша и даже стены, на протяжении многих лет копила дождевую воду став обширным и чистым источником.

Повсюду были разбросаны белые и серые рунические камни с изображениями вооруженых копьями богов и гигантских волков Эти драгоценные камни, поврежденные монстрами,  теперь невозможно интерпретировать правильно, а спрятанные погребальные сокровища были разграблены грабителями.

Картина показывающая смерть и падение.

На обоих концах весов, качалось величие истории и забытое временем одиночество.

Авантюристы, которые наблюдали за этой сценой тут же отвели взгляд назад.

Процветающий город в прошлом и ныне разрушенный, теперь вновь станет местом ожесточенной битвы.

— Видишь врагов?

— Нет! Кажется, что ещё никто не пересек границу между восточной и западной частью.

— Тогда возвращайся в штаб и доложи об этом!

Авантюристы из Альянса двигаются один за другим.

Эльфы во главе с Лювисом из Семьи Моди и большое количество зверолюдей были посланы в центральную часть городских руин в качестве разведчиков.

— Лили-доно, сообщаю что на Юго-восточной стороне врагов не обнаружено. Думаю, что противники еще не пересекли восточную территорию.

— Хорошо, Микото. Расставять отряд по горизонту и двигайся на запад. Осмотри Руины которые находятся впереди. Лили не сможет отправлять солдат в неизведанные места.

— Поняла!

Лили отдавала инструкции в кристалл из которого исходил голос Микото.

Это восточная часть руин принадлежащая Альянсу семей, почти в центре города.

В руинах огромной полуразрушенной торговой точки, возле уже обрушившихся оснований колонн, Лили обустроила собственный  импровизированный штаб.

Вокруг неё на подставках в виде оснований колонн размером с пень,  были разложены множество кристаллов и окулусов.

Это была картина, напоминающая командный пункт, который строила Гестия на вершине башни, во время битвы на Дедаловой улице в городе-лабиринте. Разложив карту руин, Лили без колебаний продолжала выслушивать отчеты и отдавать приказы.

— Л-лили-сан, с вами связывались так много раз, вы в порядке?

— Да. Все остальные будут сражаться с монстрами из Семьи Фрейи и Лили не имеющая боевых навыков не имеет право жаловаться на что-то.

В этот момент, Чигуса выступавшая в роли охраны, задала вопрос словно не в силах сдержать головокружение видя как множества кристаллов загораются один за другим, но даже не посмотрев в её сторону Лили продолжала концентрироваться на написании заметок.

Несмотря на то, что это место являлось импровизированным штабом, здесь находились лишь Лили и Чигуса. И поскольку спрятанным также нужна охрана, Лили серьезно ограничена в выборе сопровождающего. Но даже на случай если Лили выйдет из игры, её роль примут Дафна, Айша и Цубаки.

Поэтому потеря лидера не самое худшее, что может случится с альянсом. Больше всего главный приоритет должен быть отдан бегству от стратегий противника и защите богов.

Лили ришительно намекнула Чигусе о чем ей не стоит беспокоится.

Однако.

— Эй, девушка-прум. Центральная часть пуста, ждем дальнейший указаний!

— Лилирука, мы не обнаружили врагов в северной стороне, кажется нам не стоит опасаться атаки с тыла.

— Может нам стоит пересечь границу и ворваться во вражеский лагерь с задада!?

— Эй, Лидер в чем дело? Дайте нам новые указания!

(Ааааааааааааааааааааааааааааааааххххххх, черт возьми, какой бы храброй я не казалась, Лили не может запомнить такой объем информации)

Объем задачи которую ей предстояло выполнить, сильно отличался от той, которую она себе представляла.

Будь до громкий голос Борса, Вельфа, Амазонок и Эльфов ей хотелось оставить светящиеся кристаллы там где они есть и убежать.

В её сердце возникла обида на “Храбреца”  который с недоброй улыбкой вверил ей командование многогранным полем битвы со словами : “Уверен ты справишься с этим”

(Но, я должна сделать это!... Это единственный способ, как слабая Лили сможет помочь Беллу-сама! Помощи от Дафны-сан тоже не будет.)

Теперь Дафна, которая смогла достичь 3-го уровня после экспедиции на нижние этажи, являлось хорошей боевой единицей даже внутри Альянса. И она не могла помочь Лили.

С тех как пор, как Лили взяла на себя управление боевой силой, пути назад уже нет.

С налитыми кровью глазами и потом на лбу, Лили продолжала инструктировать авантюристов один за другим со взглядом, который напугал даже Чигусу. А затем, подробно заслушав информацию она записывала её на пергамент возле карты.

— Пожалуйста,  избегайте драк насколько это возможно! Главная задача разведчиков - нахождение вражеских сил и богини Фрейи!

Она ловко подхватила светящийся кристалл размером с кулак и четко озвучила свою просьбу.

В этой битве на “Поиск Бога” Лили отдала предпочтение наступлению нежели обороне.

Доказательством этой теории являлось соотношение разведчиков, прочесывающих вражескую местность и обороны, которая составляла 7 к 3

И причина довольно проста - Атаки Семьи Фрейи будет невозможно отразить.

Случись нападение первоклассных эинхерий и даже Финн из семьи локи скажет: Нам нужно избежать этого любой ценой! Неважно как много авантюристов будет стоять на защите, их попросту раздавят, это было ясно с самого начала. А оборона означала лишь скорое поражение.

И Лили, которая прекрасно понимала это пыталась использовать лучшую защиту - “нападение первыми” и создать ситуацию где противники примут мощную атаку и станут теми кто должен перейти в оборону, поэтому Лили решительно не допускала чтобы её собственная команда оказалась в принимающей позиции.

(Нам нужно все, любая информация! Как выглядят враги! сколько их! Даже если место, где находится Богини Фрейя хорошо спрятано у нас нет иного выбора, кроме как выявлять его с помощью расположения войск противника! И неважно насколько ловушек мы наткнемся в процессе!)

И хотя она не говорила об этом вслух, Лили считала, что отряд разведки способен достать эту информацию. Говоря иначе, Лили готова принять, неизбежные жертвы. Потому-что приближение к врагу было синонимом самоуничтожения.

Даже если бы битва проходила на равных уровнях, между авантюристами из Альянса и авантюристами из Семьи Фрейи существовала огромная разница в силах.

Как только их обнаружат, любые отряды, без сомнений, будут уничтожены.

— А-а-а? Неужели, Лили-сан использует разведчиков, как метательные камни?

— Сколько не думай, это все равно произойдет . Даже если за командование возьмется кто-то другой, исход будет тот же.

***

Вдали от разрушенного рынка, Дафна, прикрывающая уши от шума продолжала свои объяснение Кассандре.

— Если мы хотим победить на этой военной игре, то нам стоит отдавать предпочтение разведчикам и разведывательным отрядом, ведь наша главная цель найти богиню противников на таком большом поле битвы.

Даже если речь идет о монстрах из Семьи Фрейи условием их победы является уничтожение всех сил Альянса, что займет время.

— Независимо какие яростные атаки нас ждут, мы сможем держать ситуацию под контролем если узнаем местоположение богини Фрейи. И поскольку противнику нужно атаковать, он значительно уменьшит количество защиты на своей территории.

— Значит, противникам нужно узнать расположение всех богов и богинь из Альянса, а затем выделить основные силы на атаку, что рассеет их боевую мощь. Эта именно та лазейка, которой хочет воспользоваться Лили-сан?

— Так и есть.

Гляда на святищие окулсы на её поясе, Дафна раздумывала над чувствами Лили пытаясь перебирать слова..：

— Если она попытается ограничить урон, который получат её союзники, ей никогда не победить.

***

— Другими словами, она не должна избегать разрезанной плоти и сломанных костей?

— Верно. Это именно так поступит Лили-доно. На самом деле, приманкой являются не только разведчики, но и боги вроде Такемиказучи-сама и остальных.

В одной из разведывательных групп в лесу, переговаривались Оука и Микото.

Единственный способ добраться до сердца противника, это пожертвовать своей плотью. И неважно, насколько болезненно это будет.

Эти слова были произнесены Лили для Семьи Гестии сразу после того, как бы объявлен формат игры. Даже без слов Финна, эта девушка-прум прекрасно осознавала ход этой войны.

Двигаясь рядом с задумчивым Оукой, Микото решительно посмотрела вперед.

— Прежде чем падет последний бог из Альянса мы должны добраться до Фрейи-сама, даже если придется пожертвовать жизнью. Вот что от нас требуется.

***

— Поэтому, приоритет наших войск давно определен.

— Теперь она напоминает мне Финна. Её стратегия до отвратительного хитра.

Со смешком ответила Цубаки услышав слова Айши. Поскольку количество окулусов было ограничено. Лили пришлось делать строгий отбор на тех кому она способна передать столь драгоценное устройство связи. И в эту категорию вошли Айша и Дафна.

Как не посмотри Альянс это скопления огромного количества сил, поэтому намеренно или непреднамеренно, но найдутся те кто пропустит указания командиров мимо ушей. Таковыми является члены семьи из Альянса Богинь, который нацелены на голову Фрейи из-за личной неприязни.

Приняв во внимание эти факторы, Лили доверила околусы Айше, которая могла стать козырной картой или же хорошим орудием.

— Наша работа - командовать войсками в пределах нашего диапазона… Или же сообщать Лилируке о ситуации на поле боя. В общей сложности, нужно руководить сотней авантюристов.

— Что-ж, я не очень хорошо отдаю приказы, поэтому планирую выйти в авангард, а эту тяжелую работу возложить на тебя “Антианейра”

— Эй, здесь ты единственный авантюрист 5-го уровня, может возьмешь на себя немного работы, циклоп.

— Ты ведь лидер семьи! - Видя безответственный вид Цубаки, Айша не могла удержать жалобного вздоха.

Обернувшись и поняв, что отряд позади неё является группой бомбардировки несущей с собой уйму магических мечей, Айша обратилась к окулусу в своей руке.

— В центральном поле битвы тихо, Лилирука. Настолько тихо, что начинает пугать.

(Ни один из отрядов не может заметить даже малейшего передвижения врагов?)

Она все ещё находилась в штабе на развалинах рынка.

Получив отчет от Айши и остальных, Лили приняла задумчивую позу под пристальным взглядом Чигусы.

(Он пытается выведать наши планы? Но, даже если он узнает, у нас нет другого выбора кроме как продолжать разведку)

Со странным чувством, которое невозможно отпустить, Лили приказала отрядам вторгаться на вражескую территорию.

(Поскольку мы смогли “одолжить” достаточное количество окулусов у Фелса-сама мы намного впереди если это касается передачи информации чем семья фрейи. Чем дальше они будут находится от их командира Хедина, тем дольше до них будет поступать информация, даже если учитывать первоклассных авантюристов）

Всегда найдется лазейка, которой можно воспользоваться. Там думала Лили или скорее, молилась за это.

Даже если они будут пользоваться магическими световыми передатчиками, это ограничит их в передаче конкретной информации, а в некоторых участках битвы будет невозможно передать информацию вовсе. В формате игры “поиск бога” хрустальный кристалл окулус можно посчитать за настоящую фору.

(В конце концов, это своего рода “прятки” так что неважно сколько мы проиграем прямых столкновений, главное победить на решающем сражении）

Даже если члены Семьи Фрейи которые не могут получить инструкции от Хедина на расстоянии будут действовать самостоятельно, количество членов Альянса было слишком большим. Если они смогут сгруппироваться и атаковать укрытие Фрейи, то благодаря жертвенным войскам разведки, которые примут основную часть силы противника, у них будет шанс победить.

(Как только мы заметим построение противников, сразу же задействуем отряд бомбардировки с магическими мечами кротцо, а также поддержку в виде Харухиме и Белл-сама. Нельзя никого щадить, время враг Лили и всех остальных. Прежде чем мы потеряем 46 богов-покровителей мы заберем цветок Фрейи-сама…!!）

Думая о Харухиме и остальных оставшихся на готове, Лили сжала вспотевшую руку.

Как уже заметили Дафна и остальные, стратегия Лили включала в себя множество жертв. Однако, Лили все ещё хотелось узнать полную расстановку шахматной доски.

Сколько солдат находится в месте где спрятана богиня? Что делает колесница, которая сносит все на своем пути?А что будут делать темный и белый эльф, способные проводить магический обстрел издалека?А также, что сейчас происходит с четырьмя прумами, которые способны помешать любым планам благодаря своей командной работе? А что насчет “сильнейшего” который является охраной богини.

Ей хотелось получить эту информацию как можно скорее и взглянуть на всю местность с высоты птичьего полета. Даже если разведчики будут атакованы, передача информации об этом станет во вес золота и может стать ключом к победе на военной игре.

Поэтому, надев маску хладнокровного лидера, Лили подавляет внутренее чувство вины. Однако, её способность быть хладнокровной в критических ситуациях совсем не равнялась Финну, как бы она не выросла.

— На севере, никаких движений.

— На Юге,  никаких вторжений.

— Двигайтесь вперед!

В отличии от внутренней тревоги Лили на поле боя царила тишина.. По крайней мере, Альянсу приходилось сохранять эту тишину.

Все для того, чтобы попытаться найти нахождение Фрейи или же вражеского отряда, который направляется к их собственным богам. и таким образом большое количество разведчиков двигалось тихо, устраивая засады в различных точках.

Но когда же эта тишина будет развеяна? Проходило время и сердце находящееся в груди Лили билось все чаще. Но она продолжала ждать. Ждать момента, когда кто-то передаст ей заветную информацию. Ждала, когда разведчики будут кричать и предавать себя в жертву.

Она ждала и ждала, пока наконец… Одна аномалия была обнаружена. Здесь было тихо. Слишком тихо.

— Ли-Лилирука, мы вторгались на вражескую территорию.

Словно подтверждая опасения Лили, заговорил Лювис сбивчывым тоном.

А они находились на половине принадлежащей врагу. Это был факт, говорящий о том, что Альянс захватил уже более половины поля битвы. Однако, даже здесь по прежнему не виднелось вражеской тени. Все было слишком странно, ненормально и пугающе.

Действительно ли вражеский командир Хедин понимал суть "поиска богов"? А может вражеский командир вовсе не посылал свои войска на остров?

— Лили-доно, я совсем не могу обнаружить врагов!

— Эй, малышка Лили, что происходит? За все время мы ещё ни с кем не столкнулись!

— Они точно не прячутся. Мы используем предмет “Персея” и расставили сети по периметру. Будь они в прозрачном состоянии или скрыли свой запах, они бы точно не прошли мимо нас.

Видя как множество кристаллов загораются один за другим с единственным вопросом, Лили сотрясалась сомнениями и тревогой. Врагов нет? - глупости, это просто невозможно!

Но это самое невозможное, полностью отрицалось нынешней ситуацией. Отчет Айши также говорил о том, что они не пытались прятаться. Почему она испытывала дискомфорт?Почему её охватывал холод? Может, Лили уже попала в ловушку врага? Бесчисленные тревоги проносились в ее голове, прерывая сердцебиение, но Лили неохотно подавляла их железной волей.

(Мы уже на западной части…. Он планирует завести Лили на вражескую территорию? Но какой цели он добивается?Неужели он планирует растянуть наш строй по горизонтали и отдалить нас от Гестии-сама? Или, как я и думала, это ловушка для уничтожения Альянса семей…）

Не в силах унять дрожь в руке, Лили продолжила вести заметки на листе пергамента, обновляя информацию и вновь она снова и снова рассматривала различные возможности в своей голове, а затем тщательно изучала все факторы, выжигая свой разум и приводя в нерешительность свой боевой дух.

Нужно ли продолжать двигаться на запад?Следует ли временно остановить войска? Но что может случится если они остановятся? Без этой информации переходить в полное наступление или оборону не было смысла. Запутанная ситуация заставила мысли Лили застопориться и в момент бездействия произошло….

— Обнаружено! Местонахождение врага установлено!

— !!!!

Среди выстроенных в ряд окулусов озарился белым светом.Обладателем этого голоса был Лювис из Семьи Моди, руководившим отрядом из четырех авантюристов выдвинувшихся дальше всех. Лили плечи которой дрожали мигом схватила светящийся кристалл, подпрыгивая на месте.

— Где это место!

— З-запад, самая западная точка.

— Самая западная точка!？

Неверная трактовка информации, заставила Лили задуматься не ослышалась ли она.

— Что насчет количества? Какой масштаб вражеской армии?

Не сумев подавить желание расспросить своего собеседника о ситуации, Лили закричала от волнения, совсем позабыв о том, что Лювис  и остальные скрывают свое присутствие от глаз и ушей врага. Но даже спустя некоторые время ответы не было слышно.

Вместо этого их кристалла раздавались напряженные вздохи. И в тот момент когда на лице Лили появилось замешательство, Лювис открыл рот.

— Вся армия.

— Вся!!!!!!?

Дрожащим голос, Эльф обратился к девушке-пруму потерявшей ход времени..

— З-здесь вся армия Семьи Фрейи….

***

— Какого черта, они….

Морд замер от сцены произошедшей за пределами его глаз.

— Эй, эй

— Что они собираются делать?

Вельф несший волшебный меч и Дормул держащий свой щит были ошеломлены.

— С ума сойти, неужели эти парни….

Широко раскрыв глаз на котором не было повязки, Борс покрылся холодным потом.

— Развернуть всю армию на западной окраине, да должно быть шуткой!

Дафна, которая могла предсказать десятки ходов противника, стояла в безмолвии. Западная часть города, возле крутого утеса и водной глади впадающей лощины озера. Основной лагерь Семьи Фрейи находился именно там.

На площади усеянной большим количеством уже разрушенных храмов, расположилось около 150-ти солдат. Одетые в форму Семьи Богини красоты и держа наготове свое оружие, они создали ограждение, похожее на стальную клетку. Никаких признаков движений, воспевания заклинаний и суеты.

На западной окраине руин был воздвигнут “замок богини” охраняемый сильнейшей армией.

— Неужели, Фрейя-сама и главная позиция врага находятся там?

На развалинах рынка, Лили продолжала кричать в окулус меня выражение лица с одной на другое с головокружительной скоростью. Смятение, шок, растерянность и разочарование, а также страх наихудшего захлестнули Лили.

Она верила, что это могла быть простая ловушка или приманка с пустым троном и постоянно пыталась убедить себя в этом.

— Погодите… Она здесь! Богиня Фрейя находится прямо перед нами, в самом большом храме напротив озера!

Лювис, забравшись на самую высокую башню к юго-западу от руин не сумел удержаться в спокойствии и закричал в кристалл. Прищурив глаза, волшебный-лучник смотрел вперед видя огромный храм под названием “дом богов” с почти разрушенной крышей, а также богиню пребывающую в нем. Все это время богиня продолжала беззаботно восседать на своем каменном троне, сооружением её последователями, подперев лицо рукой.

Как вдруг, Эльф побледнел, увидев как серебряные глаза богини без каких либо сомнений были направлены в его сторону и смотрели на его лицо.

— Неужели основная часть сил не здесь? Может быть, все это большая ловушка где первоклассные авантюристы и андхримнир совершать атаку со спины,..

— Нет… Кажется, что основные силы такие как : Колесница Богини, Братья брингар, Меч темного демона и посох белого демона, а также… Оттар, ещё здесь.

Это был огромный храм, расположенный в самой западной стороне руин. Айша наблюдающая за этой картины с высокой башни выражала потрясение, пока Цубаки смотрящая на семью фрейи скривили лицо, будто прогрлотив горького жука.

— Неудивительно, что нигде ни мелькало вражеской тени.

С самого начала военной игры враг так и не покинул свой основной лагерь. За исключением Цубаки и Айши, разведчики, которые получили приказ вторгаться на вражескую территорию один за другим испытывали полный шок наблюдая за этой картиной со стороны.

Микото была ошеломлена. Рассмотрев строй противников, ей в голову тут же пришла тактика, которая использовалась в одной игре на дальнем востоке. Эта тактика была проста : Создайте крепость и защитите короля окружив его войнами и генералами.

— Не может быть, это же “Защита чемпиона” - Прокричал Такемиказучи.

В восточной части острова вдалеке от Микото, он мог наблюдать за сложившейся картиной через окулусы дарованые богам.

Их противник отрезал пути отступления, отказался от мелких хитростей и намереваясь нанести прямой удар по объединенному альянсу.

— Эй, да что происходит?

— Они игнорируют правила игры!...

Голоса исходили из города-лабиринта.

Сидя рядом с Тионой, которая была ошеломлена ситуацией, Айз затаила дыхание.

— Как я и думал, ты будешь использовать её.

Финн, находившийся в той же гостинной базы рядом с Айз и Тионо прищурил свои голубые глаза.

— Гермес-сама, неужели они….

— Нет, они не нарушают правила игры.

Когда вавилонская башня превратилась в хаос, Гермес хмуро отвечает на вопрос Асфи, словно заранее видя эту методику войны.

— Это стратегия, которую не способен реализовать объединенный альянс, но посильна для Семьи Фрейи.

Где-то в руинах. Крепко сжав окулус в правой руке, лицо Гестии скривилось от напряжения.

— Мастер…!

В этот момент, Белл, который следовал в одиночку не пересекаясь с врагом так и с союзникам, подумала о Эльфе, который затеял всю эту ситуацию.

— Неужели, кто-то мог подумать, что мы будем следовать глупым правилам этой игры. - Холодно произнес Хедин, находясь в углу лагеря Семьи Фрейи.

Это произошло в тот момент, когда поле боя и находящийся за горами город-лабиринт охватил шок. Стоя на вершине храма, где он мог видеть всех своих солдат, он поднял правую руку и поправил очки.

— Каждый кто будет слышать мой голос будет двигаться, как продолжение моих конечностей. Это самый эффективная расстановка и лучший способ передачи информации.

Заявил Хедин, пока его длинные золотые волосы развевались на ветру. Не говоря о авантюристов второго класса и ниже, даже первоклассные войны состроив хмурые гримасы щелкали языками, выражая молчаливое согласие.

— Немедленно дайте свой ответ, на выбор у вас есть лишь 2 варианта.

Стратегия Хедина была проста. Сосредоточение всех сил в одной точке и отказ от поисках богов. Даже Гестия понимала, что такую тактику могла использовать лишь Семья Фрейи.

Ведь если Альянс попытается повторить её, то они тут же потерпят крах и будут растоптаны. Такой метод борьбы был привилегией сильнейших. Именно потому что они могут быть Йоказуной сумо, как называет это Такемиказучи они способны пойти на возмутительный шаг и превратить поиск бога в решающую битву. Вся эта нечестная жесткость была истинным лицом врага, которую так опасался и ожидал объединенный альянс.

(Черт!…..)

Лицо Лили побледнело. Вместе со своей охранницей Чигусой, они покинули развалины рынка и направились к большому церкви где их ожидала Айша и остальные. После того, как она поняла тактику врага, казалось что даже сердце в груди застыло.

Она была слишком наивной. Даже услышав массу информации от Финна, этого было недостаточно для понимания ситуации. Она так и не поняла, как вражеский командир Хедин Селланд ненавидел бесполезные действия и каким жестоким был этот эльф. И ей снова напомнили насколько высока разница в классе вражеского командира и Лили.

(Он совсем не планировал хоть как-то соревноваться с Лили и был не намерен раскладывать фигуры по шахматной доске. Вместо этого, он наплевал на правила и принудил нас к прямому сражению）

Ситуация была сравнима с той, где вместо шахматной партии, Хедин воткнет нож в шахматную доску, а затем приказ достать и напасть на него. Изначально, поиск бога включал в себя много задач.

Где проводить разведку. Куда прятать богов. Где лучше устроить засаду. Нужно рассмотреть огромное количество вариантов и на их основе выработать соответствующую стратегию. Но Хедин изменил слишком неприятный для него формат “поиска богов” на удобное поле битвы.

И теперь, когда враг отказался от рассредоточения сил по разным местам, стратегия которая предполагала жертвы стала бессмысленной. "В поисках богов друг друга" такого никогда не произойдет.

После постройки этой крепости у Альянса осталось лишь два выхода, совершать суицидальную атаку или же нет.

(Это Эльф….Демон!）

Повторяя про себя эти слова, Лили начала замечать как её мысли начали ходить кругами. Ведь эти два варианта были самыми ужасными из всех. Но других вариантов кроме этих двух не было. По крайней мере, нынешняя Лили не могла найти других способов. И она полностью осознавала, что каждый выбор будет удобен для противника.

– Эй, что вы собираетесь делать командир!

Из окулусов раздавались встревоженные голоса Морда и Борса побуждающих её к действиям.

Начинать битву в долгосрочной перспективе нельзя.Семья Фрейи сосредоточила все свои силы в одной точке. В конце концов, разница в силах огромна, а разрозненные атаки со всех сторон будут перехвачены и принесут лишь ненужные потери. Если же армия будет бездействовать или попадет в засаду потеряв бдительность, альянс понесет еще большой урон.

Альянсу, который сильно уступает в силе Семье Фрейи ни в коем случае нельзя уходить в защиту. Даже если дело будет касаться провизии, то Альянс в котором находится большое количество людей, несомненно лишится еды первым. Из-за всех этих причин долгая битва была бессмысленна. У них нет другого выбора, кроме как столкнутся в решающей битве, пойдя на поводу у врага.

— Ли-Лили-сан

— Лили-сама.

Её охранник Чигуса, а также Харухиме и остальные, которые с опозданием подошли к большому храму, заметили огромное количество пота на лице Лили и окончательно встревожились.Не теряй решимость, не паникуй и продолжай командовать. Так думала Лили, но пот и учащенное сердцебиение было невозможно остановить. Айша, Цубаки и Дафна, ожидавшие приказа, также молча наблюдали за Лили, стоявшей в лабиринте размышлений из которого нет выхода.

Неужели у них не осталось выбора, кроме как отчаянно столкнутся с семьей фрейи на прямую?

Такое решение было совсем не в характере Лили, но разве были другие выходы? Если бы здесь был Финн, чтобы он сказал? Неужели, нет другого выбора кроме как отправить своих товарищей в это смертельное место. Ответственность и давление от командования почти раздавили Лили, как вдруг.

— Лили!

Белый окулус,висящий на поясе, засиял

— Давай действовать вместе.

С дрожью произнес парень, борясь с собственным страхом. “Давай действовать вместе” Сказанные слова, словно рука подтолкнули неподвижную Лили вперед. И теперь, в лабиринте без выхода пробился лучик света. Поток мыслей замедлился и стал яснее, а бушующее сердцебиение заглушилось решимостью. Рука девушки сжалась в кулак.

— Пожалуйста, соберите разделенные войска!

Пока капли пота продолжали стекать с лица, Лили пристально смотрела на базу врага произнеся:

— Собирайте войска как можно скорее. Нам нужны Лювис-сан и все остальные разведчики!

— Да! Вас поняли!

— Харухиме-сан, пожалуйста накиньте на себя прозрачную вуаль и оставайтесь внутри храма, враг не должен вас найти. Сразу после Айши, приготовься использовать повышение уровня в любой момент.

— Поняла!

Удивленная изменившимся видом и тоном Лили, Дафна пришла в себя и начала раздавать указания Кассандре и остальным. И теперь, Харухиме в окружении её охранниц барберок направились внутрь огромного храма.

— Чигуса-сан, достаточно сопровождать Лили. Отправляйся к Оуке-сану и остальным.

— Да, Лили-сан!

— Айша и Цубаки-сан, вам известно расположение вражеских целителей?

— С этого места нам не разглядеть.

— Кажется, что они тоже скрываются. И мы не узнаем о них пока не начнется битва.

— Что-ж, когда начнется битва обязательно отыщите их. Лили будет стараться придумать другие стратегии, но я отдам приоритет уничтожению жизненной силе врага… Также, пожалуйста, раздайте магические вещи Лювису и остальным.

Пока Чигуса продолжала кивать голов, Айша и Цубаки улыбались. Благодаря ровному и спокойному голосу, а также храбрости прума, Альянсу удалось избежать волнений и страха. Морд и остальные, получившие указание через окулус продолжали воодушевленно вскрикивать:

— Да. Положись на меня!

— Исключая разведывательные войска, мы разделим нашу армию на 3 части. Центром будет руководить Цубаки-сама. Правым крылом Айша, а Левым Дафна и Борс-сан. Нужно рассредоточить магические мечи так, чтобы их хватило на все 3 отряда.

В момент когда боевой дух армии возрос, Лили начала отдавать указания один за другим. Можно сказать, что преимущество в передачи информации через окулус, теперь полностью исчезло. Пока армия врага находится в пределах досягаемости голоса и слуха Хедина, его приказы настигнут каждого из его солдат. Даже если она имеет некоторую задержку по сравнению с окулусом. Полностью подконтрольная армия сможет компенсировать скорость окулуса. И теперь единственным преимуществом альянса остались лишь большое количество Магических Мечей Кротцо. У них не осталось выбора, кроме как разбить сильнейшую оборону врага с помощью  мечей, которые Вельф создавал дни напролет, а также помощи от Семьи Гефест.

(Не бойся! Не дрожи! Лили стоит здесь лишь ради Белла-сама）

Она должна сломать её. Нет, она обязательно сломает её. Помня всю ту печаль и гнев.

За то, чтобы отомстить Фрейе за очарование её семьи и причинение боли Беллу, а также для того, чтобы смыть позор остальных она должна разрушить вражескую крепость в пух и прах.

(Сейчас, Лили является командиром этой армии)

Лили насильно заставила себя возмужать, вытащить меч из шахматной доски и направить его на Хедина

— Я сделаю это!

***

— Проходной Балл.

Находясь в своем лагере и узнав о распределении сил между армией альянса, Хедин прокомментировал мужественное решение лили.

Если бы Альянс стал отступать или использовать бесполезные стратегии  из-за формирования Семьи Фрейи, Хедин планировал мгновенно уничтожить половину вражеских сил.

— Я ненавижу некомпетентность, но даже слабаки, которые пытаются стать компетентными достойны похвалы.

Будь это обычный капитан, то он бы точно впал в ужас от разница в силах и ни за чтобы не стал вытаскивать меч из шахматной доски. Но девушка-прум о которой говорил Финн смогла получить проходной балл, также как и мальчик.

— Думаю, что с тобой, я смогу устроить тот бой, который планировал.

Хедин, который неожиданно для себя признал девушку, дал указания.

— Готовьтесь к штурму, вместо защиты мы откроем атаку.

— Есть!

Пока член его семьи убежал донести этот приказ для других, белый эльф наблюдал за движениями альянса.

****

— Неужели, мы и правда столкнемся с Семьей Фрейи лицом к лицу.

— Да, будто мы попали в какой-то кошмар.

Получив инструкции от Лили, большая группа выдвинувшая из основного лагеря шли бок о бок. Услышав слова до ужаса бледного Гейла из семьи Огмы, Наза грустно улыбнулась.

— Эх, а я ведь тоже думала, что если противниками будут не монстры, то я тоже смогу сражаться… Но страх все равно не унять.

Её правая, серебряная рука, закрытая перчаткой дрожала. Враг был настолько силен, что лучше бы вместо него был босс этажа. Это был самый сильный враг, которого она могла себе представить. Даже вечно спокойная Наза не могла удержать страх.

— Но я не хочу убегать. Не хочу причинять боль Беллу ещё раз и хочу помочь ему.

Но тем не менее, она не собиралась сожалеть о своем выборе. Ведь Наза одна из тех авантюристов вроде Лили и остальных, решивших сражаться за Белла. В этот миг, Гейл, очарованный её улыбкой и скривил уголки губ и весело произнес: “Тогда, и я сделаю это!” После чего, даже не сказав “прощай”, они повернулись спинами друг к другу и разошлись.

Гейл, нёсший за спиной большой топор направился к разведчикам, а Наза носящая колчан стрел и большой лук отправилась в левое крыло.

— Центральная часть будет сосредоточена на обороне, собирая авантюристов которые будут действовать как авангардная стена, а два остальных крыла должны сосредоточиться на мобильности и состоять из эльфов и зверолюдей. Семья Магни состоящая из дворфов, пожалуйста направляйтесь в центр!

На вершине церкви где находилась лишь она одна, Лили продолжала отдавать указания через окулус в своей руке. На самом деле, рассредоточить авантюристов по способностям было очень сложно. Ведь если они не находятся в одной семьи им будет трудно прийти к молчаливому взаимопониманию. По этой причине в отрядах присутствовали все члены каждой семьи, за исключением Назы и остальных, способных работать самостоятельно.

Центр -  Вельф, Цубаки, Дормул из Семьи Магни, а также высшие кузнецы.

Правый фланг  - Дафна, целительница Кассандра, Оука и Чигуса, а также жители подземного города Ривира во главе с Борсом.

Левый Фланг - Айша и амазонки принадлежавшие к Семье Иштар. Количество магических мечей в сравнении с двумя другими флагами было меньше, но Лили пыталась компенсировать этот недостаток силой и масштабом “гравитационной магии” отправив туда Микото.

Сразу за тремя отрядами следовали маги и охранный отряд защищающий Харухиме. Наконец, все разведчики находят укрытие и переходят на позицию “засады”

— Эй, может нам стоит изменить свой места пока не поздно или что нибудь ещё?

— Теперь, мы, боги ничем им не поможем. Остается лишь затаить дыхание и наблюдать.

В одной из части руин, Гестия с серьезным лицом наблюдает за Лили через окулус в своей правой руке, пока Гефест рядом с ней,  сложила руки на груди прислонившись к стене. Прямо сейчас, в восточной части руин где прятались боги, исчезли все авантюристы за исключением тех, кто присутствовал там в качестве охраны. Настоящее поле боя разворачивалось к западу в самом центре руин. Прямо сейчас, Альянс воздвигший свою штаб-квартиру в большом храме, в центре западной стороны и Семья Фрейи расположившаяся в “Доме богов” в крайней точке западной стороны, находились напротив друг друга.

— Никогда не видел такой тихой Военной игры…

В городе-лабиринте, динамики из волшебного камня разнесли негромкое бормотание Ибри, который обычно вел себя шумно.  Как он и сказал, военная игра проходила в тишине. Единственными действием было смещение армии альянса на 3 группы. И кроме этого не слышалось ни столкновения клинов ни боевого клича. Боги спрятанные в руинах, как и жители города, молча наблюдали за развитием событий.

Но в конце концов. Настал момент, когда тишина была оборвана.

— Начинаем… Двигайтесь вперед!

После того, как армия альянса была готов, Лили отдала приказ в окулус, который держала в правой руке.. Оба лагеря находящиеся в поле зрения людей, превратиться в поле битвы,  где руины превратятся в море камней. Место, когда-то заполненное зданиями, станет пустыней с открытым видом на окрестности. Отряд, разделенный на 3 части затаил дыхание и с напряжением отправился к виднеющемуся лагерю Семьи Фрейи в краней западаной точке.

— Замрите.

Но Семья Фрейи даже не двинулась. Следуя холодным приказ Хедина, она стояли на своих позиций не совершая даже малейший движений. Некоторые, словно стати воткнули свои копья в землю, пока остальные держали свои мечи в ножнах.

— Двигайтесь вперед, без остановок!

Множество глаз смотрящих на разделенную армию со стороны, заставили альянс застопориться, пока Лили вновь не напомнила свой приказ. Единственное, что им нужно в этот момент, так это эффективная дальность поражения. И на помощь приходят “волшебные мечи” способные извергать пламя на дальнее расстояние и сжигать вражеский лагерь. Принимая мысли, что её отряд будет сокращаться с каждым шагом на территорию врагов, Лили отдала идти приказ вперед со стальным духом.

— Вперед!

Армия альянса наступала.

— Замереть!

Но Эинхерии оставались неподвижны.

— Вперед! Вперед!

С лица девушки-прума стекал пот.

— Замереть!

А вид эльф руководящего армией никак не изменился.

— Наступайте!

С подбородка девушки капал пот.

— Замереть!

Но в глазах стратега не было сомнений.

— Вперед!

Но в следующее мгновение.

— Уничтожить!

— УААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААА!

Рев воинов вознесся в небо.

— ИДУТ  - Закричал Борс, видя как Эинхерии словно волна вышли из своего неподвижного состояния.

— Приготовьте волшебные мечи!!....

Голос Цубаки исходящий из правого фланга заставил авантюристов почти съежившийся от страха поднять мечи.

— Ещё не время, не нужно начинать обстрел! - Сказала Айша, выжидая удобного момента для обстрела с левого фланга.

— Сохраняйте спокойствие! Враг не будет начинать магический обстрел из-за слишком большой дальности.

В правом крыле Дафна продолжает объяснять результаты своего анализа. В моменты сражения за богов, как только звучит сигнал к битве, вместо стрел тут же применялась магия. Но сейчас ситуация иная. Другими словами, враги опасались мощи магических мечей Кротцо, или скорее так думала Дафна и остальные.

— Эй, что происходит?

Но надвигающаяся угроза была реальна. Их орудия полные убийственных намерений, боевой клич подобный звериному реву и постепенное ускорение, состоящая из ужасающих способностей.

Не сосредоточенное нападение, которое не включало себя помощь и координацию со своим товарищами можно было описать как яростную волну. Члены Семьи Фрейи, который каждый день оттачивают свои сильные стороны на “поле битвы” не будут беспокоится о своих товарищах. Только для того, чтобы пронзить врага своим собственным орудием, каждый из возьмет на себя инициативу, чтобы загнать объединенный альянс в угол.

Видя как на них надвигается строй, напоминающий огромный меч, Оука и Чигусы невольно поддались волнениям толпы.

— Н-нет, ещё не время!

Видя эту леденящую сердце сцену, Борс и сам не мог сдержать дрожь в своем голосе. Они приближались, толкались и торопились. Чувствуя давление перед надвигающимися сильнейшими воинами, которые способны снести их за одно мгновение, каждый испытывал испытывал как их язык пересыхает, но даже так они выжидали бесчисленное количество мгновений.

— Еще нет, не сейчас!

А затем. Со вздутыми на лице венами, Борс отдал приказ брызжа слюной.

— Огонь……….!!!!!!!!!!!!

Приказ Борса прозвучал в одно время с приказом Цубаки.

Сразу после этого, бесчисленное  количество магических мечей извергает свою магию. Огненный взрыв, метель, гром и буря направились на наступающую армию врага.

— ……..!!!

Поток семицветного боевого огня слились в неистовый магический поток, заглушив кличи Семьи Фрейи получивших прямое попадание. Грохот и удар. Шифер, лежавший на земле, треснул, и все развалины города содрогнулись. Рев и шок. Руины сотрясаются, а каменные обломки повсюду уничтожается до основания. Взрыв за взрывом. Серия бомбардировки огромной силы в мгновение ока создала поток разрушений.

— А?

— Гххнхнххнхнхн!?

— Ахххххххх!

Неудержимое пламя поглотило зверолюдей наступающих в первом ряду, следом пошли люди, а после них эльфы. Попав под удар абсурдной и всепоглощающей скоростной бомбардировки, Семья Фрейи не смогла устоять на ногах. Знаменитые авантюристы второго класса становятся жертвами магических мечей и поглощаются магическими вспышками.

Каждый магический меч Кротцо, обладает силой, которые намного превосходят длинные заклинания высших магов. А в сочетании с магическими мечами Семьи Гефест огневая мощь увеличилась до предела. Словно огромный жар, способный подавить даже глубокие этажи подземелья. Сцены мгновенного уничтожения заставила содрогнуться даже пользователей этих магических мечей. Как тут,  удивление тут же сменилось страхом.

— Ооооооооооооххххххххххххх

Ведь враг стоял на ногах. Даже если они получат ожоги или потеряют оружие. Будь то оторванная рука или нога. Члены Семьи Богини красоты не остановятся

— К-как так….

Забыв о том, что они целитель, Кассандра прижимая посох к груди и издает жалобный крик. Ужасно обгоревшие фигуры авантюристов продолжали надвигаться. Дворф покрытый льдом, амазонка сжимающая остаток руки, срезанный ветряным лезвием, сколько бы ветра ни дуло, она будет подниматься с того места где упала и проходя по телам своих товарищей продвигаться к армии Альянса.

—  ЭИНХЕРИИ.

Не сумев сдержать эмоции, Дафна кричала. Армия которая надвигается даже в такой адской картине, можно было назвать лишь неистовыми берсерками. Не секрет, что Семья Фрейи не боится смерти. Точнее, они каждый день умирают и возвращаются к жизни, блуждая на грани жизни  и смерти на своей базе “Фольквангр” Каждый из них также способен испытывать боль и страх, но все это превращается в ничто перед верностью к богине и желанию сражаться.

Именно поэтому они не остановятся и будут продолжать надвигаться даже под огнем волшебных мечей следуя единственной цели - сражаться.  Именно поэтому, они и зовутся Эинхериями. Видя это страшное зрелище, лица авантюристов из альянса бледнели, а тела пробивала дрожь. Это было именно тем, на что были способны лишь челны Семьи Фрейи, оно же и являлось причиной по которой их зовут сильнейшей семьей.

— Эй, хватить боятся! Нужно сокрушить их! Продолжайте стрелять! Стреляйте!

Однако, рев Борса, наполненный ужасом и яростью принес свои плоды. Поскольку это был грубый и простой приказ, авантюристы рефлекторно подчинились ему.

Выстрел. Выстрел. Выстрел. Продолжая размахивать оружием снизу вверх и выпуская волны магического огня, они надеялись уничтожить врагов, которые не боятся смерти. Если магический меч треснет, а затем разлетится на осколки, то авантюрист ожидающий в конце строя выйдет вперед и использует свой новый магический меч.  Далеко за горами, плечи жителей города-лабиринта опускались и поднимались из-за звука похожего на извержение вулкана, который передавало божественное зеркало.

— Вау, это так страшно.

— Вот, что значит военная игра…

— Но только так, Гестия и остальные смогут победить.

— Так вот почему этот идиот, Арес, так одержим кузнецом этих волшебных мечей.

Помимо людей, которых охватил трепет, Боги находящиеся в вавилонской башни принялись озвучивать свои мысли. Даже сейчас, звук постоянных магических залпов вызывал дрожь, которая распространялась по всей ширине горы Беол. Монстры, которые вновь почувствовали как сотрясается поверхность горы пугались и отдалялись подальше от впадины огромного озера. А затем, когда количество магических мечей кротцо стало вдвое меньше. Когда огромное количество пыли, холода, ветра и множества разноцветных частиц развеялось, на земле ставшей полем боя под остатками множества каменных плит лежало множество воинов.

—  Хахахаххахахахаха! Смотрите во что мы превратили ублюдков из Семьи Фрейи.

Потребовалось ещё около десятка секунд, чтобы убедиться, что враг больше не встанет и Борс продолжал заливаться смехом держась за голову.

— Эинхерии не значат ничего! Пока у нас есть магические мечи Кротцо!

Когда его громкий хохот стал распространяться по округе, другие авантюристы находившиеся в напряжении стали расслабляться. Несмотря на то, что Эинхерии не боятся смерти, они не могли её избежать. Они не являлись потусторонними существами и их предел дал о себе знать. В данном случае, мощь Демонических Мечей Кротцо превзошла неукротимую силу эихерий.

— Дааааааааааааааааааааа! - Взревели члены Альянса.

Даже если среди врагов не было авантюристов первого класса, большая часть их живой силы уничтожена. Исход этого боя можно было описать как абсолютную победу в этом столкновении. И члены альянса семей ликовали подняв вверх сломанные магические клинки. Но несколько авантюристов так и остались хмурыми. Несмотря на то, что это был единственный способ борьбы, Айша и Дафна испытывали смешанные чувства из-за их методики борьбы, которую  даже нельзя назвать тактикой.

— Черт побери! Сколько ещё я буду видеть этот миф о непобедимости Королевства Ракии…

Стоя посреди ликующей толпы, который совсем недавно выпускал залпы магических мечей, нахмурил брови. Он вспомнил свою родину, Королевство Ракию, которая вела войны с множеством стран и с помощью бесчисленного количества Демонических  Мечей Кротцо превращали любую местность в выжженное поле.Ущерб нанесенный их силой заставил эльфов затаить на них глубокую ненависть, а также навлек на себя проклятье духов. Сцена развернувшаяся перед глазами Вельфа была точно такой же, как во время деяний Ракии, воздвигшей великий миф о своей непобедимости. По крайней мере, так это выглядело в глазах Вельфа.

— И в конце концов, я совершаю  тоже самое что и моя страна….

Вступив на тот же путь, что и его родное королевство, Вельф почувствовал отвращение к самому себе. Однако. Отвращение Вельфа было ошибочным. Суждение и восприятие тоже было слишком наивным.

— Ха-ха-ха, а что за….  - Громкий смех Борса прервался.

В его правом глазу отражалось куча каменных плит разбитых вдребезги и члены Семьи Фрейи лежащие на земле. А рядом с ними парили частицы золотого цвета, похожего на свет заходящего солнца.

— Моё имя золото. Рука богини, давшая обет бессмертия.

Следующем, было прекрасное пение донесшееся до авантюристов.

— Сгорая трижды, пронзенный навечно. В заточении под огненным копьем рождается свет, прогоняющий смерть.

Звук исходил из строя врага. Далеко впереди от альянса, за рассеивающейся туманом из пыли и песка, словно тени появляются девы.

— Андхримнир!?

Той кто первым узнала их была Лили. Её ореховые глаза запечатлели группу дев, одетых в белые одеяние похожие на наряды жриц. Из-за жестокого магического обстрела, который поднял массу дыма и пыли поднялась большая завеса, способная перекрыть поле битвы и командир, который слишком поздно заметил это издал жалобный крик.

— Празднуй. Празднуй. Празднуй. Моё тело - золото. Повелевая светом возрождения, здесь начнется бесконечная битва.

Длинные волосы, медового цвета были завязаны в два пучка, на ней было красное одеяние на котором почти не было брони, а поверх него, белый халат на котором выгравировано прозвище “Андхримнир”. Девушка, чьей наряд сильно отличался от остальных целителей звали Хейт Вельвет, именно она продолжала воспевать свое звучное заклинание держа в руках длинный посох украшенный золотом.

Посреди поле боя, на котором раскинулось множество трупов образовался золотой магический круг. Это невероятное зрелище заставило авантюристов застыть на месте, пока девушка не произнесла заклинание.

— Зео Гульвейг.

Это была целебное заклинание действующее на сверхширокую область. И сейчас, девушка, которая в одиночку поддерживала “крещения” на боевом поле активировала свою силу, воскресив павших воинов.

— Ч-что!?????

Купаясь в золотом свете исходящим из земли, обугленные туши людей и застывшие от холода тела зверолюдов приходили в норму. Амазонки и Дворфы восстанавливали свои конечности прижимая руки и ноги к оторванным участкам поднимая целебный пар и возвращая их на прошлое место. Словно бессмертные, они продолжают и продолжают вставать. Видя, как павшие воины встают один за другим, Борс и остальные потеряли дар речи..

— Фрейя-сама отдала приказ. Отныне, это место становится ещё одним “Боевым полем”

Авантюристы из альянса потеряли нить времени. И создательница этого зрелища Хейт, разнесла свои слова по ветру.

— Добро пожаловать, храбрые варвары.

Но вопреки её словам, её безжалостный взор видил в них лишь насекомых, нежели воинов. И теперь, со взглядом безжалостного врага далекого от той целительницы которую знал Белл, прекрасная девушка со внешностью сравнимой с красотой бога, вынесла безжалостный приговор.

— Пусть Богиня благословит вас!

В глазах оживших эинхерий загорелся блеск.

— Живее используйте магические мечи!

Девушка-прум кричала.

— Слишком поздно.

Так утвердил Хедин.

— Вперед, Эинхерии!

Ведьма отдала приказ Армии от имени их Богини.

— УОООООООООООООООООООООООООООООООООООООООООООООООООООО!

Начался второй раунд. И на этот раз, армия которая не боится смерти смогла атаковать объединенный альянс.

— Этого не может бы…..— ОАААААААААААААААААААААААААААААААААААААААА

Крики Борса перебились яростным кличем.

Их первое наступление срезало путь более чем на половину, а второе полностью сократило все расстояние и воспользовавшись моментом, Эинхерии одновременно обнажили мечи, копья, топоры и молоты, сталкиваясь с линией обороны альянса, которые подняли свои щиты.

— Оааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааа!

Кричал Дормул, перехватывая вражескую атаку. Поверхность его большого щита изменила форму, а его массивное дворфийское тело одетое в тяжелое снаряжение начало отступать назад.

— Гххх, мы не можем остановить их.

Их сопротивление длилось совсем немного. И оборона построенная Семьей Магни была разбита в пух и прах.

– АААААААААААААААААААААААААААААГХХХХХ

После того как защита была прорвана, болезненные крики авантюристов альянса были неизбежны. Столкнувшись с нападением Эинхерий, броня и даже оружие авантюристов альянса приходило в негодность и в следующий момент пролилось множество свежей крови. Жестокая разница в статусе, а также уровне послужили уничтожением для авантюристов низких рангов. Люди получали режущий урон. Зверолюдей пронзали. Эльфа стали мишенью для всеразличного метательного оружия, а амазонки были сметены в один миг. И даже дворфы Дормула, которые не выдержали напор врага, были повалены на землю и истекали кровью, будучи растоптанными кучей железных сапог. Внутри объединенного альянса воцарился хаос и паника, а отряд тут же рухнул.

— Проклятье!

Злобно прорычала Айша размахивающая большим мечом в пылу затяжной битвы. Та жа самая ситуации произошла с левым и правым крылом, оба были полуразгромлены всего за 1 столкновение. Линия фронта, включая “защитную стену” была разгромлена и погружена в безумие и теперь, клыки врага могли коснуться отряда состоящего из магов скрывающихся в тылу за которыми находится Харухиме. Некоторые авантюристы альянса использовали демонический меч кротцо, не беспокоясь о своих союзниках, но все было бесполезно. Даже если одно из углов наступления будет снесен, Семья Фрейи снова пройдет мимо павших товарищей и разрубит врага держащего волшебный меч. Ситуация напоминала кошмар, ведь даже если трое авантюристов попытаются перехватить одного из Эинхерий он будет в силах победить их. Это был закон “Качества” над “количеством” возникший в божественной эпохе.

Даже среди сотни солдат,  контролировать поле боя сможет лишь сильный. Авантюристы из объединенного альянса были беспомощны перед противниками чья техника и тактика были выше их собственных.

— Слишком сильны! Неужели каждый из них обладает такой силой?

Микото, которая была сосредоточена лишь на одном уклонении кричала, уворачиваясь от клинков которые разили  со всех сторон. Она была не в силах сразиться как мечник или самурай сражающийся в ближнем бою, а лишь спасала свою жизнь приемами шиноби. Вход применялось множество метательного оружия, включая дымовые шашки, ручные бомбочки, а также кунаи. Заранее подготовленное оружие использовалось с изнурительной скоростью.

И наконец, ей удается зарубить одного из авантюристов, но ощущение от его ударов подсказывало ей, что это лишь низкоранговый авантюрист 1-го уровня. Пока она осознала этот безжалостный факт ей почти отрубают голову и она вынуждена продолжить в битву в шоке и смятении.

— Сильнейшая Семья,

Предельно понятное звание, превратилось в немыслимую угрозу и заставила Микото содрогнутся.

— Харухиме-сан немедленно используй повышение уровня! Пусть целями станут Айша, Микото, Дафна, Борс и Вельфа-сан.

— Поняла!

Даже когда Эинхерии продолжали разъедать альянс, Лили не сидела без дела.  Прошлый предел был равен пяти магическим хвостам, но после поднятия уровня предел увеличился до 6, а также возросла и ментальная сила Харухиме. Во времена экспедиции на нижние этажи использование даже 5-ти вызывало у Харухиме ментальное истощение, но сейчас, о таком  можно не беспокоится. И теперь, чтобы удержать преимущество на поле боя она без сожалений пользовалась любыми грязными трюками.

— Пусть маги начнут обстрел! Семья Серкет, Семья Рэтли, пожалуйста, сосредоточьте огневую мощь на центральном фланге!!

Кроме того в ход применялся  “Командный вызов” Эффект этого нового навыка, который она получила при повышении, заключался в расширении области слышимости, когда её голос становится громче определенного порога. Другими словами, чем громче она кричит, тем лучше крик Командира будет слышен на ожесточенном поле боя. С помощью этого она могла раздавать инструкции даже тем кому не достались окулусы. Стоя на крыше огромного храма в самом дальнем конце поле боя, Лили не сдавалась и продолжала отдавать инструкции через окулус, а также с помощью своего нового навыка.

Но она не могла стереть тревогу с лица.

— Магический мечи сработали!?

— Нет, нас заставили  потратить их впустую.

Нападение Эинхерии и настоящая бойня началась не просто так. На первый взгляд, это было безрассудное нападение, но на деле оказалось ловушкой, где альянс потратил массу магических мечей. С самого начала Хедин и не думал игнорировать опасность исходящую от магических мечей созданных Вельфом и Семей Гефест и всегда был начеку. Сразу после того, как магические мечи имеющие передел были использованы,  андхримнир смогли нивелировать весь ущерб и нанести мощную контратаку.

— Андрхимнир…. Как и говорил Финн-сама с ними очень трудно иметь дело.

Столкновение, которые должно закончится победой альянса было сорвано, точнее их планы разрушила всего 1 девушка. .Это была связка из армии которая не боится смерти и второй лучшей целительницей во всем городе. Конечно же, это также являлось стратегией которую могла использовать лишь Семья Фрейи и без одного из этих двух элементов выполнить её не сможет никто.

— Но теперь их местоположение раскрыто!

Также как и первоклассные авантюристы, андхримнир являлось приоритетной целью. В обмен на жертвы, которые заставили её закрыть глаза Лили собиралась сокрушить Хейт и остальных любой ценой. И протянув руку она заговорила в один из окулосов, который до сих пор не издавал звуков.

— Лювис, Морд-сан, действуйте!

Вскоре отряд, подготовленный к засаде издал рев.

— Эй, все!

— Выдвигаемся парни!

Находясь на северо-западе, далеко от центральной части их сил где началась ожесточенная война между союзником и врагами, Морд и остальные разведчики энергично сбрасывали свои мантии выходя из прозрачного состояния, прямо сейчас они находились в стороне от группы “полных золушек” андхримнир расположившихся в ряд.

Все удалось благодаря волшебному предмету Фелса “Обратная вуаль”  Держа это в тайне, Лили успела передать некоторые количество этих предметов группе разведчиков. И теперь, обойдя основное поле боя где армия врага и союзников смотрели друг на друга, они готовили ловушку для “Андхримнир”

— А я все ждал момента...

Затаив дыхание, чтобы враги не смогли обнаружить их преждевременно, Морд и его отряд начали приближаться и не упуская идеальной возможности, пустились в бег. Именно сейчас, большинство врагов вынуждены отправиться на передовую, чтобы прорвать построение объединенного альянса. А раз так, то помощников оказывающих им поддержку на расстоянии никто не защищал. И видя перед собой отдаленный и уязвимый отряд целителей, Морд облизнул губы и достал “волшебный меч” который носил с собой все это время.

— Выкуситеееее!!!!!!!!!

Три магических залпа выпущенные Гейлом, Скоттом и Мордом поглотили отряд андрихмнир.

— Ещё раз!

И прямо сейчас, группа громил с хмурыми лицами выпускали волны магического огня для того, чтобы уничтожить группу прекрасных дев, даже не догадываясь что боги, наблюдавшие за ними через божественное зеркало, продолжали освистывать и подвергать их яростной критике.

— Эй, думаешь вы не далековато зашли!?

— Это Семья Фрейи. И, раз ты не можешь использовать этот волшебный меч или сделать с противником что-то похожее, то это делаем мы! Смотри на это зрелище!

Слишком жестокая сцена заставила Эльфа Лювиса напомнить о себе, но Морд пропустил его слова мимо ушей. Его сердце пылало от решимости. Им не двигало чувство справедливости, а скрытое рвение помочь беловолосому мальчику. Негодяи бушевали, словно желая расплатиться с мальчиком.

— Мы собираемся помочь Беллу Кранеллу.

Чувство всемогущества вызванное владением магического меча кротцо подталкивало их производить все новые массовые взрывы. В конце концов, рев пламени превратился в багровое море огня, поглощающее и сжигающее абсолютных золушек андхримнир. Совершенно неожиданное и удачное нападение лишило возможности отступить, а столь огромная огневая мощь сделала оборону бесполезной. И когда лезвие магических мечей треснуло и приближаясь к пределу, Морд и остальные пытались восстановить дыхание и наконец прекратили магическую бомбардировку.

— Ха-ха-ха, плевать сколько там вы можете вылечить, если вас атакует таким шквалом огня вы не сможете использовать свою магию!

Расплываясь в гордой улыбке Морд приложил волшебный меч к своему плечу. После огненного моря никто не смог устоять на ногах. Однако, даже огненный рев пронесшийся над полем боя никак не волновал Эинхерий сражающихся на поле боя. Даже Хедин смотрящий за этой сценой со стороны не вмешивался, словно в этом не было нужды. Вскоре, как Лювису и остальным до ноздрей Морда донесся неприятный аромат горелой плоти, заставивший его нахмурить брови.

— А может мы и вправду перестарались….? - Сказал Морд зажав нос своей большой рукой.

— Но я уверен, что все это было ради атаки из засады, которую мы должны были реализовать…

Однако он тут же замолк услышав голос раздавшийся из пламени.

— Вот значит как?

Медленно отдалив тело от раскаленной земли, девушка поднялась на ноги.

— Что…!?

Морд и Лювис не могли поверить своим глазам. Девушка все ещё продолжала гореть. Доспехи, которые защищали тело были разрушены, основная часть одежды сгорела дотла, а её белоснежная кожа окрасилась в бордовый цвет. Терзаемая адским огнем в море пламени, её тело было покрыто множеством безобразных ожогов. Но её тело продолжало самовосстановляться.

— “Асу Гульвейг” - Прости, но моя магия уже активирована.

Золотой свет стал отгонять адский огонь. А кожа девушки покрылась магическими линиями, похожими на решетку.

— М-Морд, это ведь….

— Как тогда на 18 этаже.

То, что возникло в мыслях побледневших Гейла и Скотта был черный голиаф с которыми они сражались вместе с Беллом и остальными. Кошмарная сцена перед ними напоминала аномального босса этажа, который смог восстанавливать свое тело с помощью саморегенерации даже после обстрела группой магов.

Это была саморегенерация. Целебный эффект, который непрерывно заживляет тело человека в течении определенного периода времени. Зная это, Хейт наделила этой магией всех абсолютных золушек, андхримнир включая её саму ещё до нападения от группы Морда и отправкой на поле боя. И словно следуя примеру Хейт, целительницы упавшие на землю вставали один за другим.

— Кто вы такие?....

Быть может, это сцена где феникс возрождается посреди огненного моря или же как мертвец поднимается после кремации. Но как бы то ни было, белоснежная кожа, которая совсем недавно была обожжена, сияет в золотых частицах и вновь принимает прежний вид. Две заколки, которые связывали её волосы полностью уничтожились распустив её длинные волосы, но даже они продолжали восстанавливаться несмотря на сжигающее их адское пламя.

Постепенно теряющий силу огонь больше не мог превзойти магическое восстановление и не наносил ни единого ожога. Единственное, что могло сделать адское пламя так это унизить девушек сжигая их одежду. Едва сохранившееся боевое снаряжение исчезло, обнажив плечи, живот, гибкую талию и бедра, а также хорошо сложенную нижнюю часть груди. Однако никто не испытывал похоти. Ведь силуэт Хейт, которая проходила сквозь адский огонь держа посох в правой руке, выглядел слишком божественно.

— Ну тогда погоди чудовище….!

— Эй! Успокойся Морд!

Морд, который увидел эту редкую магию о существовании  которой могли знать лишь члены Семьи Фрейи впал в бешенство. И не обратив внимание на крики Гейла и Скотта бросился на Хейт, вышедшую из пламени.

— Тогда я просто ударю тебя этим волшебным мечом прямо….!

Он собирался взмахнуть волшебным мечом, который висел за его спиной и выстрелить с ним с очень близкого расстояния, но….

— Как же мерзко….

Длинный посох, который она в держала в правой руке взмахнул со слишком большой скоростью.

— Какого!?

И словно боевой молот, обрушился на Морда уложив на землю. Раздробленный каменный тротуар встретился с лицом Морда отправив его в сон..

— Это отвратительно… Неприятно… Вы слишком грязны!

Пока Лювис, Гейл и Скотт не успели прийти в себя от того, что Морда повалили на землю. Девушка раздавила упавший волшебный меч одной ногой.

.

— До сих пор не понимаю. Как мусор вашего уровня смеет идти против великой богини. И если вы решили осквернить её, то я сомневаюсь в вашем здравомыслии…

Когда она подняла опущенную голову откинув темную завесу челки на вид показались малиновые глаза полные ярости.

— Позор вам преступники, нечистые приспешники, идущие против божественной воли Богини.

[[image:/storage/reader-images/d4bf890dd8cead71b06e939910a23b4a991915a0.jpg]]
— Я не позволю вашим вульгарным взглядам, дурному запаху и слюням коснутся её!

Её повседневная мягкая личность сменилась свирепым тоном и яростью. Увидеть это Белл, то он тут же пошатнется от столько резкой смены личности, но это не являлось чем-то необычным, как и все, эта девушка была поклонницей богини красоты.

Верность Хейт, которая была спасена богиней и поклялась ей в верности была не меньше чем у безумно-верующей Хелун.

— Все ради Богини! Прочь жалкие авантюристы!

Движимая яростью, девушка раскрыла свое убийственное намерение и желание сражаться. А то, что началось после было уничтожением.

— Гхаааааааааааааааааааааааааааааааааааааааа!

— Нееееееееееееееееееееееееееееееет!

Даже не позволив воспользоваться волшебным мечом, Гейл и Скот были сметены длинным посохом. Лювис тут же выпустил несколько стрел в плечо девушки, но когда их вытащили на месте ранения не было и шрама. А уже в следующий момент когда лицо Лювиса пыталось увернутся назад, его сознание было лишено ударом посоха.

Остальные эльфы также падали на землю из-за силы и движений девушки, которые совсем не походили на целителя. Исходом боя стало то, что простой целитель смог разгромить отряд высокуровнымх авантюристов включая разведчика 3-го уровня.

В божественном зеркале, отражающим безумную сцену теряли дар речь не только авантюристы и обычные люди. Даже обычные целители наблюдавшие за ней были покрыты холодным потом.

— Хейт Вельвет.

Среди группы членов Семьи Диан Кехта, которые избежали участие в военной игре Аирмид в благоговении сомкнула глаза.

Как и Хейт, Аирмид была известна одна из лучших целителей города. Их часто сравнивали между собой называя “серебряной святой” и “золотой ведьмой” нарекая двумя великими целителями, которыми гордится Орарио. То, что различало двух девушек занимающих первое и второе место в иерархии лучших целителей был диапазон исцеления.

Амид тоже могла использовать сверхширокую магию восстановления, но Хейт, которая прошла обучение на боевом поле Фольквангр была совсем на ином уровне. Даже если Амид выигрывала с точки зрения исцеляющего эффекта и действия магии у Хейт было преимущество в виде долго эффекта.

И ещё одним решающим фактором являлась боеспособность. В то время как  Аирмид имеет навыки ближнего боя ни больше чем у целителя, Хейт может в одиночку сокрушить второклассного авантюриста.

— История, как она стала целителем слишком ненормальна.

Это был слушок, который когда-то услышала Аирмид, на деле являющийся абсолютным фактом. Будучи эинхерией прошедшей крещение на боевом поле, она как и “брошенная кошка” почувствовала, что достигла своего предела как воин и впала в отчаянье. Однако благодаря своей верности к богине, она продолжила идти вперед и стала целителем раскрыв свой золотой талант.

Её текущий статус был 4-го уровня. А второе имя, данное ей было - “Золото Богини”

Имя настоящей боевой девы, которая руководит жизнью и смертью. Восхваляемая богами за золотое сияние её магии, а также за волю и магическую силу, которая никогда не умрет.

— Вся Семья Фрейи, это уникальная семья, получившая свои силы в суровых условиях… И также как с первоклассными авантюристами, не победив абсолютных золушек андрхимнир, альянс не сможет увидеть победы….

В то время как целители дрожала от страха, Аирмид уверена произнесла свое заявление.

— Черт возьми…. Продолжайте в том же духе!

Дафна думала точно также.

— Лилирука, можешь отправить других разведчиков?

— Я уже это сделала, но из-за магия восстановления “золота богини” слишком ненормальна.Мы никак не может преодолеть её.

В промежутке между отрядом эинхерий нападавших на основой строй в конце поле боя, едва заметно виднеется отряд разведчиков, пришедший после Морда и остальных, но даже им не удается сокрушить абсолютных золушек андхримнир. Работа других целителей и помощников также была необычна. Пока отряд разведчиков старался победить андхримнир, они уничтожали отряд магов, оставшийся в конце главного строя врагов.

И окулус, висящий на поясе Дафны явно передавал тревогу и нетерпение Лили.

— Если мы не сможем остановить абсолютных золушек, то сколько бы мы не сражались все пройдет впустую.

Даже эинхерии, которые были побеждены тяжелым трудом будут возрождены когда Хейт и остальные продвинутся вперед. Несмотря на то, что у них было преимущество в повышении уровня, то что один воин может возродиться снова и снова является кошмаром.

И Дафна не могла винить Лили в некомпетентности из-за её неудавшейся внезапной атаки. Поскольку враг раскрыл свой козырь под названием “самовосстановление” план с тем, чтобы уничтожить их до того как они смогут спеть свою магию разрушен. И будь Дафна на месте Лили, то тут же бы сошла с ума опрокинув поле боя.

— Сможешь нанести удар по абсолютным золушкам с правого фланга?

— Не проси ничего неразумного… Я делаю все возможное, чтобы удержать линию фронта.

Принимая командования правым флангом в разграр ожесточенного ближнего боя, Дафна отражает удар копья своим коротким мечом “Фенсит Лауриат”. Купаясь в золотых частицах дарованных “повышением уровня” которые распространялись по всему телу, ей с трудом удается оттолкнуть врага. Но времени на передышку не было.

— “Свет Души”

Но тем не менее, Дафна и остальные были хороши. Стоя за целителем Кассандрой, Оука, Чигуса и Борс продолжали вести отчаянное сражение. Став 3-го уровня в последней экспедиции на нижние этажи также как Дафна, целебная магия Кассандры демонстрировала возросшие возможности, без устали восстанавливая авантюристов, которые вот-вот рухнут на землю от ран.

Это была запутанная война где вражеский целитель продолжал мучать союзные войска, пока их собственный продолжал спасать их жизни. А самым жестоким было то, что в этой схватке целителей, объединенный альянс оставался далеко позади.

— Главный лагерь врага совсем рядом и если сюда придет группа магов, нас ждут проблемы! Если мы окажемся в пределах досягаемости их магии нам конец! Мы должны добраться до них раньше чем они доберутся до нас!

Не успевая вытереть пот с лица, Дафна которая продолжала сражаться, собиралась обратиться к Лили через окулус.

— А…………

Но словно получив удар током, голос Лили по ту сторону окулуса замер. Мгновение, и Дафна поняла причину.

— …..

Заметив это, её тело пробила дрожь и она замерла. Далеко за пределами поле боя в глубине вражеской базы на Дафну и остальных нацеливались громовые снаряды.

— Кажется ты немного ошиблась, вы уже в пределах моего диапазона.

Лицо Дафны побледнело, услышав шёпот белого эльфа который слышала только она, ей удалось осознать свою ошибку. В самом начале войны, враг слишком опасался магических мечей кротцо и на время застыл в оцепенении. Но все было не так. Мышление Дафны было ошибочным. Ведь, вражеский лидер намеренно сдерживал себя, заставляя их использовать демонические мечи кротцо

Основное поле битвы, расположившееся на этой местности и ставшей полем жестокой битвы, все время находилось в зоне досягаемости первоклассного авантюриста.

— Карус Хильдр!

Запуск и множество громовых снарядов прилетевших по воздуху осветили лица авантюристов и упали на поле боя.

— Гхааааааааааааааааааааааааааааааааааа

Бесчисленное количество молний пролетали над головами и падали на авантюристов словно бомбардировка. Громовой обстрел погрузивший поле битвы в хаос, был самой настоящей порочной армией. Она безжалостно поражала убегающих людей, сбивала  зверолюдей на землю и поражала электрическим током амазонок, защищающих своих товарищей.

Это была сверхточная бомбардировка даже не коснувшаяся воинов из Семьи Фрейи. Взгляд эльфа, словно глаз лучника, запечатлел каждую деталь поля боя и поражал лишь вражеский отряд и их магические мечи.

— Оука, защити Кассандру!!

Находясь под линией громового огня, со всех сил прокричала Дафна. Оука и Борс приняли отчаянный приказ отказаться от удержания линии обороны и отдать приоритет защите целителя, а жители подземного города подняв щиты последовали их примеру.

На глазах Кассандры, которую повалила на землю Чигуса, бесчисленное количество молний сталкиваются с щитами и исчезают с её глаз. Каменные столбы и обломки разлетаются на куски, а каменные осколки вздымаются вверх разрушая поле битвы.

— Количество этих нелепых магический мечей сокращено, пора.

Когда поле боя было наполнилось дымом и остатками потрескивающего электрического тока, Белый эльф, который создал всю эту трагедию, делает безжалостное заявление.

“Настоящее отчаяние” только начинало отсчет.

— Теперь ваша очередь, вступайте в перед, звери.

****

— Разве магический обстрел подобной силы возможен на таком большом расстоянии? Это же просто смехотворно….. - Произнесла одна из сестер близнецов, Тиона увидев зрелище отраженное в божественном зеркале.

Дальность поражения легко выходила за 500 метров, а масштаба было достаточно, чтобы разгромить около двухсот воинов. Громовой обстрел, который засыпал большую часть боевого поля вызывал холодный шок даже у членов одной из крупнейших Семей.

— Хедин Селланд…Если смотреть с точки зрения эффективности дальнего поражения, то он первый в Орарио.

— Эй-эй, но ведь Риверия, ты должна быть сильнее, разве ни тебя называют “сильнейшим магом в городе”?

— В зависимости от того в чем мы будем соревноваться, это звание может перейти к другому. Допустим, если меня втянут в сражение на сверх дальнем расстоянии или даже в ближний бой, то я проиграю.

Тряхнув своими нефритовыми волосами, девушка королевских кровей констатировала настоящие факты, пока Тиона удивленно выслушивала её анализ не веря в её поражение.

“Девять кругов ада” Риверия Лиос Альф прежде всего превосходна в мощности магии, атаке, защите и поддержке с широким спектром магических атрибутов. Как "Маг-арьергард" её способности очень хороши, чтобы никто не смог сравниться с ней.

Тем не менее, Хедин является “Магическим мечником” освоившим ближний бой и критерии сравнений были очень разные. Он добился идеальной скорострельности и благодаря своим навыкам ближнего боя, а также сверхкороткому пению можно сказать он является идеалом среднего полу-гвардейца.

И как показала военная игра, дальность поражения и мощь его атак шокировала сама по себе.

— Он уничтожил армию в 10 тысяч не используя ничего кроме магии. Не знаю ложь это или нет, но именно этот слух часто проносится из ”песчаного моря”. Но даже так, если есть слово способное полностью описать его, то он определенно звучит как “Мечник с магической артиллерией”

—  А ещё... Количество его ментальной силы, а также магическая выносливость определенно выше моей.

Количество ментальной силы Хедина была настолько велико, что даже сильнейший маг легко признавал свое полное поражение. И даже сейчас, шквал молний достигший каждого уголка поля боя, а также спокойное и холодное лицо на котором не было ни капли пота, являлось тому доказательством.

И пока сестры-амазонки были полны недовольства, Риверия посмотрела на божественное зеркало.

— Но есть ещё один эльф, в паре с ним они называются “Черно-белый мечник”

Все верно. В определенном месте, куда глядели изумрудные глаза эльфийки, вот-вот рассеется занавес из песка и пыли.

***

— Хаааааааааааааааааааааааааа

— Что!?

Резкий взмах поражает члена Семьи Фрейи. Большинство авантюристов принадлежащих к альянсу были оттеснены, но Цубаки Коллабранде, которая грубо вытирала запачканное кровью  и пылью лицо проявляла невероятную борьбу.

— Не бойтесь!  Если не могут справиться трое, то пусть пойдут пятеро! Если не могу пятеро, то пусть вас будет десять, если вы выиграете время, то я смогу разобраться со всем сама!

Яростный крик высшего-кузнеца 5-го уровня заставил авантюристов поднять боевой клич

— УООООООООООООООООО!

Место боя был центральный фланг. Вместо того, чтобы командовать, Цубаки взяла роль воина, который продолжал рубить врагов Даже могучие эинхерии падали на колени перед её силой первоклассного авантюриста. Количество пораженных ею врагов было бесчисленно и повсюду валялось множество вооруженных воинов.

(Все очень плохо! Темп противника нисколько не ослаб, неважно сколько противником мы зарубим они все равно будут бросаться на нас с клинками, чтобы мы не делали)

По лицу Цубаки стекал пот. Ругательство которое вертелось у нее на языке называлось “Боевые призраки”

(И пока целители все ещё в игре, те кто лежат на земле оживут…. Здесь ещё более гиблое место чем на глубоких этажа!!）

Вот почему трудно иметь дело с Семьей Фрейи и Цубаки не могла унять горечь в своих же мыслях.

Имея при себе поддержку в виде магических мечей высшие кузнецы едва продолжали сражение, однако большая часть уже была уничтожена магическим обстрелом Хедина. Теперь когда все поле боя была закрыто песчаным туманом кажется, что непрерывный обстрел прекратиться, но если он произойдет, то боевой дух союзников будет сломлен и возможно, что даже Цубаки не будет исключением.

В таком случае у них не было выбора кроме как уничтожить отряд Андрихмнир, пока волна дыма и песка не развеется, даже если им придется пасть вместе с ними. И как раз в тот момент, когда она собиралась выбрать нападение или защиту.

— ГХААААААААААААААААААААА

Прозвучал крик. Но её напугал не крик порезанного, а жуткий “Режущий звук!

— ….

И Цубаки хорошо расслышала его. Произошедшая за мгновение вспышка исходила от оружия, которым владел лишь самый устрашающий и искусный мечник.

— Хогни….

Словно атакованная мечом, она повернула голову в направлении запада. Вдалеке в самой глубине развевающегося облака пыли стоял темный эльф.

— Это Х-Хогни Рагнар..!????

— Первоклассный авантюрист…

— Он правда здесь!!

Крик Цубаки вызвал град воплей среди группы авантюристов. Без сомнений, это был он. Серебряные волосы, которые выглядели как лавандовые и смугло шоколадная кожа выдавала в нем темного эльфа. Зловещий темный меч в его руках все ещё был в крови, а глаза метались из стороны в сторону, словно выискивая добычу. А появившаяся на его лице холодная улыбка говорила о том, что он желал кровавого пира.

Это было настоящее столкновение с первоклассным авантюристом. Понимая в какой ситуации они оказались, каждый авантюрист объединённого альянса впадает в отчаяние. А что касается самого Хогни…

(Нет-нет, эти незнакомцы смотря на меня……)

Он впал в сильную панику.

Его острые глаза на уголках которых появились слезы, метались из стороны в сторону лишь потому-что он не хотел пересекаться взглядами ни с одним из них, а улыбка на его губах была лишь судорогой щек, из-за которых поднялись уголки рта. Сердце темного эльфа, который был очень застенчив и совсем не имел навыков общения с людьми билось с бешеной скоростью, превращая его в монстра с подозрительным поведением.

(Соберись, соберись, я должен это сделать...! Я член Семьи Фрейи и первоклассный авантюрист, который удивительный даже для Орарио. Если надо мной будут смеяться, то это будет оскорбление Фрейи-сама!)

Затем, он с усилием раскрывает губы, игнорируя дергающиеся щеки. И итогом стало то, что Хогни расплылся в злобной ухмылке.

— ….. Ку-ку-ку. Здесь вы встретите бездну, знаменующую конец… Древние обломки погрузятся в тишину, а багровый цвет станет бушевать, ибо мой меч жаждет жертв. Так что….. Вы сгинете….

Нервничая из-за множества непонимающих взглядов, направленных на него Хогни решил перефразировать.

— Я-я, отвечаю за это эту часть боевого поля и собираюсь убрать вас отсюда. Я уже пришел сюда, так что битва должна закончится, пожалуйста…. Будьте готовы.

Но реакция членов объединенного альянса была выражена драмой.

— Вау, что с этим парнем?!

—  Когда он так внезапно появился, а я уже думал, что он плохой парень!!

— А я не понимаю, что здесь происходит!!

— Хоть он и эльф, но ухмыляется как демон!

— Он должен извиниться перед всеми эльфами!

— Почему парень вроде него, это первоклассный авантюрист?

(Ахххххх, как же мне хочется умереть...）

Блестящие капли стали скапливаться в уголках глаз темного эльфа.

(Остановитесь, не смотри на меня так! Нет-нет-нет-нет! Черт, но вот почему я авантюрист первого класса? Мне совсем не нужно внимание, я просто хочу сражаться во тьме!  Смешаться с ней и стать самим воплощением тьмы! Как же это невыносимо, мне так хочется сбежать в лес…. Ох, хочу полежать на коленях у Фрейи-сама, нет, хочу чтобы она полежала у меня на коленях…!)

Хогни делал все что мог. Он изо всех сил старался выдержать давление от взглядов и собственный страх. Но когда он осознал, что это глупое представление будет показано на все Орарио через божественное зеркало, его душевное равновесие разлетелось вдребезги. Сильный стыд сжег его дух и почти подговорил на позорный побег.

(Больше не могу…. Мне придется воспользоваться ею）- То, что он имел ввиду было магией.

—  “Освободи королевский блеск, демонического меча”

Подобно рыцарю или же для того чтобы скрыть свое лицо, он держит меч двумя руками направляя острие меча к небу, пока под его ногами расцветает темный магический круг.

—  Немедленно! остановите его пение!!! - Непритворно выкрикнула Цубаки наблюдая за этой сценой.

Комичная происшествие в начале, привело её в небольшой ступор, но как только она услышала это заклинание, то сразу же забила экстренную тревогу. Зная истинное значение второго имени Хогни, она как можно скорее достает короткий волшебный меч закрепленный на поясе.

— “Пожертвуй рассудком и прими жертву кровавое подношение. Убивай пока не закончится пир.”

То что звучало, было коротким пением, которое уже невозможно прервать.

Лица авантюристов и высших кузнецов изменились и они  последовали решению Цубаки. А после, огромное количество взмахов волшебными мечами, стрел, а также метательного оружия направились к Хогни, который закрыл глаза.

— “Дайнслейф”

Магическое заклинание и магическая бомбардировка наложились друг на друга. И как только магический круг показал свое сияние, его поглотил шквал вражеского огня.

Облик темного эльфа также исчез из виду, а цветок из света расцвел, создавая огромный взрыв. Видя огневую мощь перед которой не смог бы выстоять первоклассный авантюрист, Цубаки и остальные закрывали лица руками затаив дыхание.

А затем.

— Гхаааааааааааааааааааааааааааааааа

Наружу вырвался звук. Это был яростный топочущий звук, который исключал любое милосердие или пощаду до такой степени, что у Цубаки заложило уши.

— …..

Как вдруг, перед взглядом безмолвной Цубаки по воздуху полетели кровавые брызги. Теми кто мгновенно пал на землю были три высших кузнеца. А рядом с ними стоит израненный темный эльф, окруженный рассеивающимся от  дымом от взрыва, словно доспехом.

— Мятежники идущие против воли богини. Я выслушаю ваши признания. Но платой станет ваша кровь.

Резко изменившийся тон и жестокий взгляд без робости, которая была до этого. Цубаки поняла, что он активировал магию, которую нельзя позволять активировать.

Это был” Дайнслейф” магия изменения личности, которой обладал Хогни. А также ритуал и спасательный ключ перевоплощавший темного эльфа, который боялся взглядов в настоящего воина.

В отличии от атакующей магии или магии чар, “Дайнслейф” действующий внутри сознания пользователя, является очень редкой магией. Её эффект заключается в фактическом изменении личности и поведения на абсолютно другого человека. Причина по которой Белл не верил, что нападавший на него тогда Хогни и тот которого он встретил раньше были одним и тем же эльфом, заключалась в этой магии.

Но с другой стороны, она не имела никаких эффектов повышающих статус. И изменение личности было единственной функцией из-за чего эту магию можно назвать лишь незначительным усилением.

— Он переключился с обыкновенного Хогни на “Меч темного демона.”

Однако, подобная магия действующая даже на душу, являлось самой настоящей трансформацией личности и не была со внушением. Другими словами, призванная личность будет эквивалента проявлению идеала. И проявляет его сильнейшее “я” из-за презрения к самому себе.

—  Я устал видеть твой содрогающийся вид. Я дарую тебе свое милосердие. Бери меч в руки и по крайней мере, я позволю тебе закончить как настоящему мечнику.

Цубаки покрылась холодным потом. Ещё в темный период Орарио Хогни использовал эту магию, чтобы уничтожить больше тысячи солдат зла и Цубаки прекрасно осознавала силу этой магии. Прищурив глаза, который впитали в себя свет магического круга и стали похожи на лавандовые, Хогни вынес безжалостный приговор.

— Умрите без следа вашего существования. Ведь паразиты, который мешают любви богини не годятся для жизни.

Всего на мгновение, тело темного эльфа наклонилось вперед. А затем произошел рывок, который можно принять за телепортацию. В один момент, когда темная тень, казалось промелькнула мимо, один из отрядов был уничтожен.

— Нееееееееееееееееееееееееееееееееееееет!

И сделано это было всего 1 взмахом меча. Проклятый меч в его руке расширяет радиус удара и уничтожает авантюристов в мгновение ока. Начался хоровод отчаянья и рубящих ударов.

Никаких колебаний и пощады. Робость-ограничитель, которая мешала его полной силе была удалена магией, позволим ему превратиться  воплощение рубящих атак, который заставлял даже его заклятого врага называть его : “Сильнейшим эльфов в ближнем бою”

Кровавая буря продолжалась, и как проклятый меч в его руке, пока меч не вернется в ножны вызвав множества жертв. Мгновение, и раненые авантюристы лежали на земле. Кузнецы также были уничтожены вместе с их волшебными мечами. В этих рубящих атаках не было эмоций. Подобно богу или тирану объявившему о конце света, он не делал различий между мужчинами и женщинами, пожилыми и молодыми.

— Быть жестоким не моя обязанность. Вина лежит лишь на тех, кто позволял себе остаться слабым.

Прозвище "Дайнслейф” полностью происходило от его магического имени. Это великая похвала от фанатичных богов, восхваляющих его за превращение из рыцаря тьмы в настоящего темного короля войны. Десять, а потом ещё десять авантюристов были поражены в ускоренном темпе. Стоя в шаге от боевого поля резни и уничтожения созданного темным эльфом, который стал жестоким и холодным Цубаки удается проговорить дрожащим голосом:

— Лилирука, дай мне то, что вы называете повышением уровня.

— А, что?

— Поторопись!

— Поняла-поняла!

Она позаимствовала имя, которым её называл её прошлый член Семьи Вельф и обратилась к Лили по ту сторону окулуса. И в тот момент, когда возле неё послышался странный звук. Мощная магическая сила поднялась далеко за спиной Цубаки и столб света, который можно описать как магический молот, навис над его головой.

— “Учиде-но-кадзучи”.

Дарованное магом  повышение уровня достигает Цубаки, поднимая её статус с 5-го уровня на 6. Но этого было недостаточно, чтобы Цубаки могла прекратить потеть. Все авантюристы за исключением её самой пали, образовав ярко-красную арену крови.

— Если здесь кто-то и может вступить со мной в смертельную схватку, так это ты “Циклоп”

— Хорошо, “меч демона”. Я позабочусь о том, чтобы сломать твой проклятый меч.

Пронзительный, словно острие меча взгляд Хогни посмотрел на Цубаки.Сейчас он уже не был похож на эльфа, скорее на темного демона. Позволив себе улыбнуться бледными губами после своей шутки, она тут же убрала её приготовив свой любимый меч “Багровый шторм” . Подул порыв ветра и плащ темного эльфа качнулся издавая небольшой шум. В апогей полного уничтожения центрального отряда, король войны и мастер-кузнец начинают противостоять друг другу.

— Указ непоколебим. Этот меч станет твоей надгробной плитой.

Через мгновение их фигуры исчезли из виду и последовали яростный удар клинка,

***

— Цубаки!

Услышав звук сталкивающихся клинков сзади, закричал Вельф. Это был танец клинков, который не мог разглядеть Вельф 2-го уровня. Темный как смоль меч, а также длинный красный меч столкнулись, а затем проскользнули мимо друг друга, образовав след из искр, который сообщал о том, что произошел рубящий удар. Битва двух уровней 6, заставила Вельфа затаить дыхание, а затем сжать кулаки.

(Даже если это битва 1 на 1, я просто обязан помочь ей! Лилирука говорила о магии “Дайнслейфа” и если так, то мое “злое заклятие” должно сработать!

Информация, которую Лили получила из уст Финна была передана другим и конечно же, там была и магия Хогни.  Магия смены личности всегда потребляет ментальную силу, для того чтобы поддерживать сильнейшего “короле битв”,а его тело должно источать магическую силу. Таинственный свет в его глазах и лавандовое сияние, окружающая его тело словно дымка, явно подтверждала это.

В таком случае, если оно имеет магическую силу, то анти-магическое заклинание Вельфа способно воспламенить и взорвать его изнутри. Подобная чарам, магия смены личности которая требует постоянного поддержания может стать идеальной целью для Вельфа.

— “Сожги его. Творение иного порядка”

Держа волшебный меч в левой руке, он вытягивает свободную правую руку вперед и для того, чтобы радиус действия был выше, вливает больше ментальной силы. Таким образом, он мог перекрыть весь радиус движений Хогни, даже если тот был слишком быстр для его глаз.

Он осмотрел всю арену на которой все ещё оставалась Цубаки и произнес сверхкороткое заклинание.

— “Злое Заклятие”

Однако. Подул легкий ветер. А также послышался звук словно трость ударяющая о едущее колесо. Словно проворный кот отталкивается от земли и движется дальше. За мгновение до того, как сверхкороткое заклинание было активировано, прозвучало звук “Быстрого перемещения” А затем.

- ..!!!!

Из плеча Вельфа вырвался кусок плоти. Сверхбыстрая серебряная линия прошла через его взгляд и отсекла часть его плеча. Из раны на его плече хлынула свежая кровь и в момент когда Вельф наконец ощутил поток времени и осознал, что на него совершили мгновенно нападение из его рта вырвался крик:

— ГААААААААААААААААААААААААААААААААААААААА

Его глаза налились кровью, а лицо покрылось обильным потом. Правая рука, которую он выставил повисла вниз, как это происходит у тряпичной куклы.

— Прекрати заниматься хренью, кузнец.

Услышав голос, Вельф немедленно повернул голову вправо, где увидел его..

— Опять… Ты!

Это был “Колесница Богини” Аллен Фромель. Авантюрист который легко прервал магию Вельфа находился справа от него, держа в руке серебряное копье.

Первое, что бросалось в глаза был серебряный наплечник, а также зеленоватый плащ свисающий со спины. Единственной броней на его тело был именно этот серебряный наплечник, а также металлические сапоги достигающие самых колен. Это было снаряжение того, которое не предполагал прямых попаданий и являлся доказательством того, что он “Быстрейший в городе” Хотя Вельф чье лицо было искажено жгучей болью и потом не понимал этого, но когда “Колесница богини” надевает свой плащ и наплечник, это означает лишь то, что он вступает в битву со всей своей мощью.

— Я собирался разобраться с тобой одним ударом, как сделал это раньше.

— А!???

— Но ты отступил назад. Неужели усвоил тот урок где я уничтожил тебя одним ударом?

Все было именно так. Ещё во время последнего дня “Фестиваля Богини” Вельф подвергся нападению Аллена. Как только он уловил леденящий звук “мгновенного перемещения” его тело бессознательно двинулось назад. Это был защитный инстинкт, который предотвратил его мгновенную смерть.

— Но как бы то ни было, ты просто тратишь мое время. Исчезни!

— Не шути со мной, муравей!!

Взгляд Аллена, который видел в нем лишь ступень преграждающую путь, ещё больше злил Вельфа. Однако рев Вельфа длился не долго и он снова ощутил жгучую боль, когда Аллен вновь оказался возле него. И то, что началось было яростной буйство  серебряного копья.

— Что ты. Гахаххахахахаха!?

Его гневные слова оказались не более чем пустословием. Все что мог сделать Вельф, чья правая рука чудом осталась на месте, это принять защитную стойку и выставить волшебный меч “Кадзуки” в качестве щита. Это была комичная поза ребенка, прячущегося за стволом дерева не способного полностью закрыть его тело. Его длинный волшебный меч был выставлен вперед, пытаясь защититься от наконечника копья, который разил как множество мечей.

Но его уничтожают. Снаряжение, кожа, тело. Кровь, сила хватки, воля к сопротивлению. Левая рука, держащая  волшебный меч  и плечо, которое прикрывал волшебный меч продолжали кричать от боли из-за удара, пробившего защиту. Мышцы начали рваться и даже кости треснули, постепенно разрушая все тело. Удары копья, которые можно описать как бушующий поток загнал Вельфа в угол.

(...Если так пойдет, то я сломаюсь….）

С другой стороны, на лице Аллена появилось удивленное выражение. Не смотря на то, что он сотрясал и атаковал его бесчисленное количество раз, волшебный меч Вельфа не разлетелся на куски. Обычные волшебные мечи являются лишь расходным материалом, но этот превосходил каждый из них, словно олицетворяя стойкость создателя.

Острый взгляд Аллена перестал видеть в нем ступень и теперь смотрел на него как на настоящее препятствие.

— Что это за волшебный меч?

— Простой волшебный меч…. Который создал я….

Вельф не начал гордится, услышав вопрос Аллена. С гордостью кузнеца, он подразумевал, что работа выкованная в подземелье, была лишь проходной точкой к чему-то более высокому.

.

— Раз ты не можешь сломать простой волшебный меч, то ты тоже не такая уж большая проблема…

Он продолжал свою браваду. Истекая кровью из множества ран по всему телу, Вельф смог натянуто улыбнуться. Однако, провокация кузнеца, насмехающегося над перволклассным авантюристом не вызывала недовольство Аллена и выражения его лица не изменилось.

— Я признаю твои навыки кузнеца.

Впервые, очень спокойно он признал Вельфа.

— Но на это все.

— …

Как вдруг Вельфа пронзил порыв убийственного намерения. А затем произошло высокоскоростное ускорение от которого булыжник поднялся вверх. И у простого кузнеца не было возможности среагировать на это.

Движения Вельфа стали подобны черепахе, а туловище Вельфа, половину которого прикрывал волшебный меч приняла внезапный удар ногой.

— А!?

Вельфу настал конец. Крутящийся удар правой ногой впивается в его бок, а его тело вместе с подошвой ботинок отрывается от земли. На мгновение, тело парня охватило ощущение полета, а затем его настиг крутящийся удар левой ноги.

На ребрах появились бесчисленное количество трещин, а сдутое ветром тело катиться по каменной мостовой впиваясь в землю. Волшебный меч, который он упорно не выпускал из рук вымачивается в крови и становится красным.

— Я уже говорил тебе, кузнец. Лучше бы ты заперся в мастерской и стучал молотом.

Это были презрительные слова Аллена, которые он произнес в тот день, когда Семья Иштар была уничтожена.

— Но ты так и не понял. Кузнецы-неудачники вроде тебя, бесполезны на поле боя.

Все, что удалось Вельфу, это остановить его менее чем на минуту. После чего, Аллен бросил презрительный взгляд на кузнеца и начал свою миссию.

— Уаааааааааааааааааааааааааа

— Это он! Это он!

Увидев “Колесницу Богини” сражающуюся на поле боя по приказу их лидера Хедина также как король войны Хогни, авантюристы из альянса издавали жалобные крики. Их строй был разбит настолько, что даже Лили наблюдавшая за ним с вершины храма бледнела, теряя боевой дух.

— Айша-доно, центральный отряд разбит!

— Проклятье! Черт подери этих первоклассных авантюристов.

Это был левый фланг. Как только поток пыли рассеялся, Микото и Айша издали мучительные крики, узнав что правый отряд был разгромлен Хогни и Алленом.

Согласно стратегии, из всех фланговых подразделений, центральный отряд должен быть самым плотным. А также был развернут вокруг Цубаки и мобилизовал в себя ещё больше боевой мощи включая авантюристов и кузнецов. Однако, этот отряд уже был на грани уничтожения. Зрелище в которой авантюристам альянса не удается даже сбежать, совсем не была похожа на обычную войну.

— Что нам делать!? Лили-доно сейчас погружена командованием центральным и правым флангом, но такими темпами… Нам точно конец.

— Переходить на центральный фланг! Если “Циклоп” действительно будет повержен, это будет означать конец! Возьми Харухиме и тех кто её охраняет и отправляйтесь на поддержку Дворфам.

После долгих мучений, Айша наконец дала ответ. Их левое крыло теперь также погружено в хаос и проход к центру невозможен, если не принести много жертв. Айша уже была готова встряхнуть с себя чувство вины и сказать двум амазонкам возле неё “пожертвуйте собой ”

— Гахааааааааааааааааааа

— ААААААААААААА

Но даже это решение потеряло смысл.

— Шарай, Эриза!

Две барберки находящиеся в углу отряда, были сбиты с ног четырьмя прумами. А в глазах ошелемнной Айши показались четыре тени.

— Бесполезный план.

— И на что они надеялись.

— А разве непонятно?

— Но все кончено, ведь мы уже здесь.

На них были шлемы и доспехи того  песочного цвета. И перед отрядом левого крыла предстал Молот, топор, большой меч и копье.

— Братья гулливеры… “Брингар”

Столкнувшись с дрожащей Микото, четверо братьев насмешливо скривили губы.

— “Вечная тень” и “Антианейра”

— Словно повторяется день фестиваля богинь.

— И вы снова падете перед нами.

Последним кто выразился сочувствие был старший брат Альфригг.

— Ради богини, просто падите прямо здесь!

— Не смейте смотреть на нас свысока.

Вслед за разъяренной Айшей вскрикнули кровожадные амазонки. Пламя волшебного меча, магическая гравитация, а также повышение уровня все это смешалось в амазонках и они начали битву против эинхерий возгловляемых четыремя прумами. Но несовершенность и неполноценность дали о себе знать.

Парящее над главной улицей зеркало прекрасно передавал суть этой ужасной войны и люди, боги, а также авантюристы заранее произносили : война уже закончилась. Широко раскрытые глаза людей наблюдали за односторонней бойней.

— Этот сильнейший идиот в ближнем бою уже находится в центре и вместе с глупым котом с хорошей мобильностью они сокрушают отряды авантюристов с волшебными мечами, а менее разрушенное левое крыло было перекрыто прумами… Ничего интересного.

Наблюдая за военной обстановкой с вершины своего лагеря, Хедин выразил скуку. Даже если бы он не сдерживался и отправил первоклассных авантюристов в бой с самого начала, исход был бы тот же.

Но Хедин принял меры предосторожности. Как военный стратег, он хорошо знал насколько смертоносным может быть  слово “падение первоклассного авантюриста” Если Хогни или Аллен падут, то даже боевой дух эинхерий, которые не боятся смерти упадет на самое дно. И вражеский командир Лили, безусловно стремилась к этому.

Но теперь, когда единственный элемент неопределенности в виде  “Волшебных мечей кротцо” был сокращен до умеренного количества, он выпустил их сильнейшее оружие, первоклассных авантюристов. И с точки зрения Лили и Дафны, это действие было настолько жестоко, что могло привести их в отчаяние.

— Основная боевая мощь объединенного альянса уже развернулась…. Но среди них нет кролика….

Глаза эльфа не пропускали ни одной их мельчайших деталей вражеского лагеря. Даже в разгаре такой крупномасштабной бойни он мог видеть, что беловолосый мальчик, которого он тренировал все еще  не появился.

— Даже если они соберут все накопленные боеприпасы и устроят бомбардировку в центральном фланге, они все ещё останутся в невыгодном положении из-за Хейт и её отряда.

Даже если они сохранят лишь одного авантюриста 5-го уровня, это никак не сможет спасти их ситуаци. Хедин знал, что кролик, которого множество раз уничтожали на боевом поле Фолькванг понимает это.

— Прежде всего…. Из-за условий победы на военной игре, они не смогут этого сделать.

Как бы то ни было, у объединенного альянса нет выбора, кроме как использовать основное поле боя в качестве приманки и пойти за королевой Фреей. Белый эльф который, словно демон предугадывал все мысли объединённого альянса поднял голову. Его глаза сузились и он смотрел на две западные стороны,  далеких от развернувшегося поле боля.

— Значит юго-запад или же… Северо запад.

****

Я продолжаю бежать по северо-западной части острова. Передвигаясь очень осторожно, но при этом используя максимум скорости, я в одиночку направляюсь в лагерь “Семьи Фрейи”

— Лили, я все ещё думаю, что должен драться со всеми остальными…

— Нет, Белл-сама! Вы должно направится к богине Фрейе пока ещё есть время…

Болезненные крики, ударяющие о спину и правое плечо, безусловно являлись криками союзников, которые заставляли меня повернуть назад, но даже если я сделаю это, голос Лили доносящийся из окулуса остановит меня.

После того, как волшебные мечи кротцо начали извергать огонь, я сумел обогнуть  основное поле битвы, где столкнулись силы альянса и семьи фрейи и пойти  в северо-западную часть острова. Это была стратегия Лили, которая предполагала использования основного поля битвы, как шанс приблизиться к лагерю врага.

— Во вражеском лагере противника ведь все еще остались “Хильдрслейф” и остальные ветераны.

— ….

— И мы никогда не добьемся победы не сокрушив “сильнейшего авантюриста в городе”

Лили была права. Сильнейший был настоящей вершиной. И я жестоко осознал это еще во время фестиваля богини, когда был болезненно уничтожен лишь одним ударом его руки. Пока сильнейшей все ещё стоит у трона своей хозяйки объединенный альянс будет разгромлен. Если мы не сможем найти способ борьбы с сильнейшим авантюристом 7-го уровня в городе у нас нет шансов победить!

— И если что-то и может справиться с “сильнейшим” то только “Аргонавт” Белла-сама.

Посмотрев на окулус приделанный к наручу левой руки, точно также как и во время инцидента  делалов районе города-лабиринта, я сжал правую руку где накапливался  энергетический свет и звон колокола.

Ещё во время моего нахождения в “клетке” искаженной очарованием информация о моем статусе и навыках доставшаяся Семье Фрейи просочилась в руки мастера. Если я начну использовать “Аргонавт” увидев врага, то я ни за что не успею зарядить его. Могучие эинхерии точно не допустят этого.

Поэтому, я должен заняться этим прямо сейчас. Другими словами, для того, чтобы сразу провести свою мощнейшую атаку я должен накопить силу  до встречи с врагом. И в связи с тем, моим заданием стало проведение атаки.

Постоянно скрываясь и перемещаясь я должен нанести удар максимальной мощности по их самой большой силе - Оттару. Лили пришла к выводу, что если атака магическими мечами кротцо пройдет напрасно, то этот метод остается единственным шансом победить “сильнейшего”

— Мы должны пожертвовать всеми для того, чтобы вы смогли добраться до Фрейи-сама. Если вы этого не сделаете мы не сможем выиграть эту войну.

Даже если их будет рубить Хогни, если их затопчет Аллен, если их разрушат Альфригг и его братья, даже если мастер поразит их своей молнией и их атакуют Хейт и её отряд, я не смогу помочь им пока не одолею Оттара и не доберусь до Фрейи-самы

Услышав слова Лили, которые были словами лидера, я сомкнул зубы. А звук колокола напомнил мне о том, что я должен сделать. Проигнорировать чувство, которое разрывало меня на части я продолжил подбираться к вражескому лагерю.

(Я должен быть осторожным, но и достаточно быстрым, чтобы меня не могли обнаружить)

Вдали от основного поля боя, северо-запад острова также представлял собой обширное скопление руин. Они полны большим количеством обрушившихся зданий, выложенных бульваров, а также огромных колонн без потолков. Пользуясь пейзажем, который вполне соответствует званию “городских руин”, я бегу к следующей точке, укрываясь и следя за признаками присутствия или взглядами врага. Даже если я находился в прозрачном состоянии из-за обратной вуали Фелса, я не мог позволить себе действовать смело.

Мои противники это Мастер и Семья Фрейи. Если они почувствуют хоть малейший чувство беспокойства, мне придет конец. Даже если используя пакетик с особым дезодорантом, который не могу уловить носы зверолюдей я не могу чувствовать себя в безопасности. А самое главное.

(Я должен хорошо осознавать звучание накапливающейся энергии...! Если сейчас он ещё не достает ушей противника, то когда я подойду ближе они обязательно услышат!)

Звук колокола, который продолжает усиливаться вместе с белоснежными частицами вокруг заставлял меня покрываться холодным потом. Каким бы скрытным не был разведчик, если он издаст какой либо звук, то сразу же станет идиотом выдавшим свое местоположение врагу. Но как бы то ни было, я должен стать именно таким идиотом и начать решительную атаку. И хотя я все ещё накапливаю энергию для победы над врагом, чувство потери скрытности незаметности заставляет мое сердце биться чаще.

(Снятие пределов…. Нет, я не могу позволить чтобы огромный колокол начал раздаваться по округе …!）

Если прозвучит звук огромного колокола, то враги точно его услышат, неважно на каком расстоянии они будут находится. А если ещё до вторжения в лагерь меня успеют перехватить эинхерии, то я потеряю наш единственный шанс.

Оставалось лишь подойти к лагерю с обычным пределом заряда.

(Но… Удасться ли мне проскользнуть мимо глаз Мастера?）

Снова и снова, лицо Мастер спокойно наблюдающего за ходом войны, всплывало в моей памяти. Этот эльф был очень силен и умнее всех нас вместе взятых. Неужели он не раскроет наш план?

Борясь со страшными сомнениями внутри и сдерживая дрожащее дыхание я рванул вперед так быстро, как только могу.

— Здесь….

И затем я наткнулся на огромные руины бывшего амфитеатра, похожего на колизей. Части внешних стен обрушились, а внутри можно увидеть зрительские места в виде ступеней, а также длинную сцену. Диаметр сцены составляет около 150 метров, а высота зрительного зала, который также включает в себя внешнюю стену, достигает 30 метров. Не сложно представить, как многие люди приходились в этот театр под открытым небом, дабы насладиться пьесой на острове, где было мало развлечений.

Я тут же отвел взгляд от упавших и выцветших колонн, которые навевали тоску. Но сейчас уже не было времени поддаваться эмоциям. Я должен обойти театр и двигаться дальше.

И в этот момент.

– Хах-хах-ха

Сверху промелькнула тень и над макушкой пронесся дождь из убийственной ауры. За секунду до того, как рев и двойные клинки вот-вот коснутся моего тела я успеваю поднять кинжал в левой руке.

— А!?

Два острых клинка и кинжал бога сталкиваются, но полностью защитится я не смог.

Несмотря на то, что я избежал прямого попадания, обратная вуаль на моем теле рвется и “прозрачное состояние” принудительно спадает. И меня тут же настигает удар ногой в корпус, которое все ещё не оправилось от шока после первого удара. И в связи с тем, что правая рука была неспособна действовать из-за накапливающейся энергии мое тело легко отбрасывается назад.

Тело само по себе несется в противоположную сторону и уменьшает инерцию вдвое сталкиваясь с амфитеатром. А он, перекатывается между сильно обрушившиеся стены, загоняя меня на сцену откуда нет выхода.

— Неужели ты думал, что сможешь использовать этот звон колокола и остаться незамеченым, Белл?

— Ван!?

Эинхерия полу-прум настигает меня и уверенно приземляется в центр огромной сцены, вновь упрекая меня за мои ошибки.

( Меня обнаружили!...)

Нападение провалилось, стратегия сорвана и настал конец истории. Были Ван единственным врагом? Или где-то есть остальные? Возможно ли все еще исправить ситуацию? Мой тайный маневр был раскрыт и возможно поэтому, Ван, заметивший тревогу на моем лице произнес:

— Я наплевал на инструкции Лорда Хедина и пришел сюда один! Мы так часто сражались с тобой на “боевом поле” что точно знал, что ты окажешься здесь!

— Как….

— Поэтому, я пришел сюда, чтобы преподать тебе хороший урок!

Неужели он видел все мои действия были прочитаны, нет неужели, это именно он в одиночку дожидался меня на северо-западной стороне? Я был потрясен, а Ван смотрел на меня так, будто увидел предателя.

— Ты отступник, который был благословлен Фрейей-сама, а затем отвергший волю богини! Неважно, что скажет Оттар-сама и остальные, я хочу лично разобраться с тобой!

Это был неподдельный гнев, настойчивость и негодование.

— Ведь в конце концов, я тот кто должен был заботиться о тебе.

Хотя все это происходило в искаженном мире, но мы жили на одной базе и ели из одного и того же котла. Мы много раз сражались во время “крещений” и иногда я получал от него много советов, чувствуя странную связь. Хотя все это был спектаклем, я действительно был членом Семьи Фрейи также как и они на протяжении 20-ти дней.

Глаза полу-прума были наполнены печалью, а затем и мои глаза наполнились исказились болью. Но уже в следующий момент, Ван бросается в нападение, словно желая сбросить с себя эти навязчивые эмоции.

— Я…я

— Давай, Белл! Сразись со мной!

Серебряные двойные мечи Вана снова и снова угрожали моей жизни. Если я не возьму себя в руки, то тут же буду похоронен. Его двойные мечи красноречиво сообщали мне о его решимости.

Два серебряных меча, которые вот вот должны вонзиться в мою грудь были отбиты божественным кинжалом. Я не мог позволить себе стоять на месте. В этом колизеи, я вновь скрещиваю свое оружие с Ваном, словно воссоздавая прошлые крещения.

Кинжал и двойной меч столкнулись. Раздалась волна искр. И раздался пронзительный металлический звук, похожий на болезненный крик.. Атака потеряла свою точность и была сорвана. Противоречия в реакции приводят к повторяющимся ошибках в оценке. Похоже моя привязанность к Вану и Семье Фрейи куда глубже чем я думал.

— Эй, хватит издеваться, используя лишь одну руку! С тех пор как ты стал таким могущественным думаешь, что можешь смотреть на меня свысока.

— Нет…!

— Используй ту энергию, которую ты накопил! Теперь, твой враг я!

Громкий крик снова и снова касался моих щек. И разгневанный на меня за то, что я до сих пор не используя накопленную энергию, он приходит в ярость и всерьез пытался убить меня. Меня переполняла сила, но то что я чувствовал было ни страхом и тревогой, а пустотой от которой у меня перехватило дыхание и печаль от которой хотелось кричать. Повышение уровня стало чем-то жестоким..

Движения Вана с которым я сражался бесчисленное количество раз во время крещений, иногда побеждая и иногда проигрывая были медленными. А его атаки видны так хорошо, будто оказались у меня на ладони.

И несмотря на колебания, мне удалось отбивать двойную атаку Вана. Для того, чтобы восполнить пропасть между телом и разумом после перехода на уровень 5, я упорно сражался с первоклассными авантюристами Тионой и Тионе. Так что у меня не было причин проигрывать.

— ….!!!!

Я до предела стиснул зубы и ринулся вперед. После все закончилось. Приблизившись вплотную к Вану, я нанес удар левой рукой в которой был зажат божественный кинжал.

— Гхааааа

Словно сжигая ярость и сентиментальность, я прокричал:

— “Огненный разряд!”

Магическая волна вырвавшаяся из кулака направилось в живот Вана. Ревущий огненный разряд подпалил его тело, а затем унес прочь к зрительским местам рисуя параболу своим телом.

— Я… Ахххх!

Спина полу-прума оторвалась от каменных ступеней после чего его тело упало вперед. Ван, чья губы были испачканы кровью протягиваю руку вперед, после чего теряет сознание.

— …..

Мое дыхание оставалось ровным и даже не сбилось. Уровень 4 и уровень 5, обе эти цифры говорили сами за себя и сражение не продлилось и минуты. Таким горьким способом, мне довелось осознать всю мощь вершины  под названием “первоклассный авантюрист” к которой я продолжал стремиться все это время.

— Ты здесь.

Однако.

— …..!!!

Хотя это и заняло меньше минуты, этого было достаточно чтобы “Сильнейшей” добрался сюда

— Ван был слишком самоуверен. Но это сэкономило мне время на поиски.

Прозвучал звук, чего-то приземлившегося на арену. Затем чьей-то серьезный голос. Затаив дыхание, я медленно обернулся к источнику звуков. Его волосы и глаза были одинакового цвета похожего на ржавчину, а тело было огромным и похоже на скалу.  В его руках было два огромным меча, а за спиной ещё более огромный тем меч. Столкнувшись с боазом, который стоял на вершине авантюризма я смог издать лишь слабый вскрик.

— Оттар…

Сильнейший в городе не участвовал на основном поле битвы… И вместо этого его целью было найти меня? До максимального заряда было ещё далеко. И когда я стал обнаружен, внезапное нападение будет невозможно. Мое собственное тело заставшее на месте постепенно теряет тепло и превращается в ледяную скульптуру. И даже тяжелое дыхание Лили, легко улавливалось через окулус.

На этот раз, это настоящий провал плана, ошибка из-за которой единственный шанс на победу был утерян. Два слова:  “Это конец” заполнили наши мысли.

— …..

Пока я все еще продолжал стоять в самом центре колизея, Оттар молча обвел меня взглядом и сосредоточившись на частицах света исходящих из моей правой руки, с интересом прищурил глаза. После чего ко мне был подброшен предмет. Меч, который был зажат в его руке оказался прямо перед моими глазами.

— ….!?

Прозвучал грохот и великий меч оказывается в пределах досягаемости моей руки  И я невольно, но пристально посмотрел на него.

Материал из которого он изготовлен - чистейший мифрил. Чья внутренняя острота и прочность точно являлись подлинными, без сомнений, это первоклассное оружие. Его жест был не нападением и даже не угрозой. Из-за его действие, которым он словно делился своим оружием со мной, я впал в ступор и не мог пошевелиться, пока Оттар, наконец не заговорил:

— Возьми его.

— … Что?

— Я сказал, возьми его.

Короткие слова заставили меня широко распахнуть глаза.

— Используй всю свою силу - Сказал сильнейший.

— Атакуй меня со всей силы  - Заявил он с достоинством настоящего короля.

— Это будет всего лишь 1 удар, который я приму.

Словно проверяя или пытаясь узнать, произнес он.

— Поставь на кон все что у тебя есть и нападай на меня. И я приму на себя всю мощь, Белла Краннела.

— …….!?

Я не мог произнести и слова. неужели он серьезно? И словно почувствовав эти слова внутри меня, Боаз вновь произнес :

- Нападай!

(Должно быть это ловушка…! Нет, для него это не имеет смысла）

Мой противник, это “сильнейший”. Чтобы вбить меня в землю ему достаточно лишь вступить в бой напрямую. И ему не нужно разыгрывать пьесы перед авантюристом более низкого уровня, которого он мог уничтожить в мгновение ока. Но таков был стиль “сильнейшего”

И я должен пройти испытание от сильнейшего члена семьи Богини красоты,

—  Б-белл-самааа!

Дрожащий голос вылетел из окулуса на левой руке. Лили была удивлена не меньше меня. Но даже в такой ситуации она продолжала наставлять меня. Это был единственный шанс и я не мог пропустить его. Даже если это милостыня поданная врагом, я не могу не ухватиться за неё двумя руками. В конце концов, если я пропущу эту возможность, то буду тут же раздавлен на месте.

С другой стороны, если я смогу одолеть Оттара прямо сейчас, то дорога к победе будет открыта.

— …..!

И я взял его. Моя правая рука уже держалась за большой серебряный меч передо мной.

— “Огненный разряд”

Затем присоединилась и левая рука, выпустив огненную молнию в корпус изысканного мифрилового лезвия. И уже в следующий момент белые частицы в правой руке передались через рукоять меча. Пламя, которое уже должно распространиться, сшиваеся с серебряной массой и жадно накапливает силу.

Это был двойной заряд с измененным и расширенным пределом заряда энергии. Количество ментальной и физической энергии сразу же снижается, поскольку диапазон раннее заряженной энергии от правой руки расширяется до большого меча. Но уже ничего не поделаешь.

Маленький звон колоколов уже не мог стать большой колокольней. Сейчас, уже невозможно решиться на снятие ограничений. Если бы я сделал это, мне бы пришлось остановить уже накопленный заряд энергии, потеряв большое количество физических и ментальных сил, после чего снова накапливать силу. После победы над Оттаром мне придется сразиться с эинхериями и я просто не могу позволить себе потерять ещё больше сил. И сейчас, я продолжал держать большой меч двумя руки продолжая накапливать энергию до полного заряда которого оставалась минута.

（Я действительно собираюсь ударить его этим? Даже если это противник, которого мне ни за что не победим обычными методами, я атакую его полным зарядом аргонавта!!）

Естественно, разрушительная сила навыка “Аргонавт” было тем, что я знал лучше всех. Даже кратковременный заряд, доведенный до предела могла уничтожить любого врага не оставив и следа всего одной косой атакой. С помощью этого навыка Белл Кранелл несколько раз сокращает разрыв в уровнях. богиня говорила, что он является моментом переворота и ударом героя.

И я должен нанести такой великий удар по живому авантюристу?...  Я посмотрел на боаза, стоявшего передо мной. Доспехи в которые он облачен очень легкие. На первый взгляд нагрудник на левой груди, а также перчатки закрывающие тыльную сторону и повязка на лбу, кажутся качественными, но закрывали они лишь ограниченную часть тела. Разве с таким легким снаряжением он не легко лишится жизни от косого удара с максимально накопленной энергией?

Нет… Мой враг это сильнейший авантюрист города. Это не тот противник против которого я могу быть небрежен и неосторожен и даже говорить об этом глупо. Но все равно. Нерешительность возникшая в груди заставляет сомневаться стоит ли мне наносить удар в полную силу.

Однако, словно для того, чтобы развеять мои опасения Оттар начал пение.

— “ Милосердие священной луны, дикие золотые поля. Этому телу отдан приказ стать диким кабаном войны”

Громкое песнопение заставляет мои глаза распахнуться до предела.

— “Иди до конца, неся божественную волю богини"

Несмотря на то, что заклинание было коротким времени, вопреки этому оно высвобождало ужасно огромную магическую силу.

— “Хильдис Вини”

Это был золотой свет, выжигающий мои глаза. Сияние подобное цвету заходящего солнца сосредотачивалось на мече “Сильнейшего”

— Ааа………!??

Это сияние заставило меня прищурить глаза, а затем вздрогнуть. Оружие купающееся в свете превратилось в золотой меч. Интенсивный магический свет, покрывающий поверхность большого клиника, подобен пламени хаоса. А его сияние было настолько ярким, что создавало иллюзию, будто клинок увеличился в размерах или покрылся золотым мехом гигантского кабана.

Это необычное увеличение магической силы…. Может это тоже самое, что и “Аргонавт”!? Нет, должно быть, это чистое сверх-усиление.

— Неужели, эта та самая магия о которой говорил Финн!?... Это золотое сияние, которым как говорят, он смог победить авантюриста 7-го уровня.

Уловив удивительное золотое сияние, Лили с содроганием произносит эти слова через окулус. Это было мощное усиление без необходимости накапливать энергию. Я смог понять это, опираясь на довольно ненадежную  информации от Лили которую получил за ранее.

Это простое усиление мощности. И в сочетании с “необычной силой Оттара, оно несомненно становится идеальным убийцей за гранью воображения. Чувствуя как холодный пот скатывается по моей щеке, я полностью отбросил нерешительность. Сила, скрытая в этом золотом мече была настолько необычной, что заставила меня полностью пойти на этот шаг.

— ............

Пока сила продолжала накапливаться, я медленно меняю свою позицию, словно стрела готовая выпрыгнуть из тетивы натянутого арбалета.. Крепко ухватившись за рукоять меча двумя руками, я немного наклоняю корпус и поворачиваюсь боком и словно отражение в зеркале, Оттар поступает точно также.

То оружие, которым я обладаю было одним из пары двойных двуручных мечей. Условия в оружии были равны и нигде не было преимущества или недостатков. То что определит победителя будет чистой разрушительной силой в сочетании с физической и магической мощью. Ревущее пламя против бушующего сияния.

Волны силы вытекающие из мечей заполняют колизей. Лили затаив дыхание наблюдала за происходящим. И благодаря божественным зеркалам, Айз наверняка наблюдает за этой сценой из города.

Крепко сжимая металлическую рукоять, я отчетливо чувствовал как на мне собираются взгляды тех кто не участвовал на поле боя. И потом время пришло. Пятиминутный заряд. После достижения 5-го расширенный лимит энергии звон колоколов достиг своего передела.

— Хааааааааааааааааааааааааа

Запуск. полная мощность. Замахнувшись двуручным мечом через правое плечо, я бросился на”сильнейшего”, который стоял прямо передо мной. Но, Оттар оставался неподвижен и этот факт приводил меня в ужас. Он словно превратился в настоящую скалу и молча наблюдал за моей прямой атакой.

Рассеянность, страх, дрожь. Сбросив все это, и испустив пламенный рев я высвободил священный огонь.

— Священный огонь - “Арго-веста!”

Вложив все силу и душу. Я произвел сильнейший удар, который только мог провести Белл Кранелл достигший 5-го уровня. Столкнувшись с этой смертельной атакой, боаз поднял рев

— Уоооооооооооооооооооооооооооооооооооооооооо!

Издав громкий рёв, который казалось сдвинулся меня назад одной силой своего голоса он высвободил неожиданно “свирепую силу”. Взмах золотого меча столкнулся с ударом священного огня, а затем.

— …………!!!!!!!!!

Произошел мощный удар, вспышка и грохот. Противостояние длилось всего несколько мгновений. Как только показалось, что меч покрытый золотым мехом смог сдержать священное пламя, оба двуручных меча достигли своего предела и развалились до рукояти отправив меня и Оттара в полет по разные стороны.

— Кха-Кха

От сильного взрыва я пронесся по сцене и врезался в мраморную стену позади. И с глухим звоном разлетелась на куски и пока легкие жадно хватали воздух по всему амфитеатру прошла дрожь, словно это был настоящий крик. По стенам и зрительским местам побежали трещины, а от каменных плит поднялась пыль.

Словно попав в иллюзию, я чувствовал что все городские руины замолкли в полной тишине. Будто каждый авантюрист и Эинхерия остановились и затаили дыхание после столкновения наших ударов.

— Кхе-кхе-кхе

От большого двуручного меча осталась лишь рукоять, которая вылетает из руки и я корчусь в агонии вызванной неизбежной отдачей, поразившей все тело. Чувствуя как мои руки поглощает судорога, я с трудом поднимаю голову вперед. Глубоко за слоем пыли и рассеивающегося дыма я смотрю на появившуюся тень, от которой моё дыхание дрожит.

— ….. Значит, они нивелировали друг друга.

Прозвучал грубый голос и краткие слова. Это был именно он. Поскольку его ноги были слишком большие и сильные он так и остался в той позе в которой врезался в стену позади, прочертив две линии по вымощенной каменной плиткой сцене. Оторвав спину от крошащейся каменной стены Оттар медленно перевел взгляд на меня.

— Нет… Учитывая разницу в уровнях, твой удар превзошел мой.

Это была чистая похвала. Его прищуриные глаза выражали восхваление священному огню, который был способен нейтрализовать его собственную магию. Но вопреки этой похвале мое лицо становилось все бледнее. Ничья? За счет разницы в уровнях? С “Аргонавтом”!? Неужели такое могло случится с ударом, который смог уничтожить когти аномального бедствия?

— Этот удар был хорош, но….

Несмотря на то, что я использовал все свои силы с единственным и последним шансом, мне так и не удалось поразить “сильнейшего”  Вдыхая дым от священного огня, который подпалил его тело, он спокойно шел вперед, словно не чувствуя никакого ущерба.

— Я обещал тебе всего 1 удар.

Отбросив рукоять двуручного меча, который превратился в жалкие обломки он достал из-за спины невероятно огромный черный меч. Из окулуса встроенный в один из наручей исходили крики. Я уверен, что они велели мне бежать как можно скорее, но…. Будучи охваченным дрожью, я уже осознал одну вещь. Если я повернусь спиной, то меня тут же убьют

Побег запрещен и у меня нет выбора, кроме как сразиться с “сильнейшим” пока не умру.

— С этого момента, это всего лишь обыкновенная борьба.

Я понял, что этот амфитеатр похож на колизей стал охотничьем полем безжалостного кабана.

****

Мелькнул рубящий удар. Вспышки серебряного клинка и свет угольно-темного меча обменялись яростными ударами.

— Гхаааааааааааааааааааа!!!

Подобный звериному рев, исходил от Цубаки. Вся её одежда уже была изрезана, а верхняя часть тела была обнажена, но девушка продолжала выть. Владея длинным мечом зажатым в две руки она множество раз наносила мощные атаки и контратаковала.

Тем кто противостоял одноглазому кузнецу превратившимся в “шуру” был Хогни.

(P.S Шура - одно из индийских божеств. Аббревиатура от Ашура)

В глазах темного эльфа, чьей темный плащ был изорван в клочья не было не было ни опасений ни призрения. И хотя все её тело покрывал золотой свет повышения уровня, женщина, которая все ещё пыталась зарубить его, была принята за грозного врага, и он с достоинством короля войны вступил в с ней лобовое столкновение. Серебристый и угольно-темный, золотой и темно-фиолетовый. Свечение меча и магии пересекались рисуя траектории их передвижений.

Их битва произошедшая по середине поля битвы усиливалась, переходя в схватку другого масштаба, которая могла заставить авантюристов и эихерий затаить дыхание.

— Хах-Хах-Хах-Хах!

— Гхаааааааа!

И решающий удар был нанесён. С права наносился мигеса-касагири, выполняемый с помощью высвобождения клинка из ножен изо всех сил.

А с другой стороны, произошел сверхскоростной взмах нанесенный так, словно скрещивался с другим. Цубаки и Хогни взмахнувшие клинками обменялись позициями и застыли в томительном ожидании.

— …!!!

И первым кто пришел в движения был Хогни, из плеча которого потекла свежая кровь. Пока ветер трепал его плащ, он коснулся маленькой раны появившейся на левом плече.

— Аахххх

И Цубаки осознала свое поражение.  Диагональный разрез поразил туловище из которого хлынуло кровь и полностью изрезанное тело вместе со срезанными лентами на груди повалилось на землю.

Длинные темные волосы связанные в один пучок вырвались на свободу став трепетать на ветру. И в то же время, свет, дарованный повышением уровня рассеялся словно сообщая о том, что время подошло к концу.

— … Гордись собой, Циклоп. Твой удар угрожал моей жизни - Произнес Хогни оглянувшись назад и держа свой меч в правой руке.

Цубаки упавшая на бок, с трудом оглянусь в его сторону своим правым глазом на котором не было повязки.

— Однако, этот меч жертва бездны и убийца авангардов… Ты стала жертвой демонического меча, как и все остальные мечники.

Любимый меч и первоклассное оружие Хогни это “Жертва Бездны” Оно также является проклятым оружием в создании которого принимал участие некий колдун, наделивший его способность расширять диапазон рубящих ударов в обмен на особую плату.

В бою 1 на 1, чем лучше зрение противника тем больше он будет сбиваться с темпа. А в боях против армий, он становится настоящим убойным атрибутом, способным убивать сразу несколько врагов. И если им владеет Хогни, обладающий самым высоким уровнем ближнего боя среди всех первоклассных авантюристов, то он становится императором демонического меча, который способен побеждать как в индивидуальных так и в массовых боях.

— Ты…..

Даже Цубаки, которая владела бесчисленными видами разных орудий была не в силах заметить темное лезвие проклятого меча “жертва бездны” и он множество раз разрывал её коричневую кожу, нанося множество ран. Несмотря на то, что её уровень и статус значительно возросли благодаря нечестным приемам, этого было недостаточно чтобы превзойти даже меч Хогни.

— Вот почему….. Я не хочу быть твоим противником….

Простите, Богиня…Вельфи… За мгновение перед тем, как сомкнуть веки она прошептала извинение своей богине и молодому кузнецу, который уже потерял сознание. Падение самой огромной силы Альянса, превосходного кузнеца 5-го уровня потрясло ситуацию до основания.

— “Циклоп”!....

При виде поражения Цубаки лицо Дафна приобрело бледный оттенок. Моральный дух объединённого альянса, который и без того находился в очень шатком положении упал ещё больше. И поражение первоклассного авантюриста Цубаки на центральном поле боя, имело большое значение.

— Эй, что нам делать!?

— Волшебных мечей больше не осталось!

— “Колесница Богини” и кузнецы…..!

Борс, Оука и Чигуса возглавлявшие отряд издавали серию криков. Как и было сказано, Аллен свободно передвигался по округе ,отдавая приоритет тем у кого были волшебные мечи кротцо. Правый фланг, левый, центральный, неважно где они находились. Быстрые ноги Аллена игнорировали расстояние и настигали оставшихся кузнецов из семьи Гефест и авантюристов подземного города. Даже Дафна, которая служила заместителем командира была не в силах принять решение не говоря о том, чтобы найти выход из ситуации. И в критический момент, когда они оставались на грани потери рассудка, перед ними безжалостно возник “король войны”

— Следующими жертвами станете вы.

—- …. Дайнслейф….

После уничтожения Цубаки следующей целью Хогни стала Дафна и остальные. Они были единственными кто едва сохранял видимость взвода и были расценены как самая большая угроза. Несмотря на то, что уровень их опасности достигал для него уровня муравья, Хогни серьезно и предано отправился на зачистку правого фланга.

— Д-Дафна-тян!

Кассандра, стоявшая в центре строя, побледнела, словно больной человек ощутивший собственную смерть. Дафна рефлекторно прикрыла её за своей спиной, защищая целителя, но больше всех понимая, что это было бессмысленно. По щекам девушки стекали обильные, липки струйки неистового пота.

— Эй, “Лаурус Фуга”  что нам делать!? Ответь что нибудь!

Борс, который лучше всех понимал все отчаяние при встрече с первоклассным авантюристом продолжает кричать в панике. И причина по которой он все ещё не убежал заключалась в том что он как и Дафна понимал, что это бессмысленно.

— Дафна-сан!

— “Лаурус-Фуга”!

Чигуса держащая наготове лук и стрелы и Оука вышедший на главную линию отряда схватив свой боевой топор Когоу, ожидали решения командира.

(Я не могу сделать это… Я не такой великий командир)

Мысли Дафны были заглушены сердцебиением.

(Я не похожа на “бравого” и мне не придумать оригинального хода）

Желание отказаться от всех обязанностей захлестнуло сердце Дафны.

(Но, Лилирука…)

Такова была воля Дафны. Но в последний момент, её сознании всплывает лицо некой девушки, заставляющий её остановиться.

(неважно какой бы была ситуация… Она бы не сбежала)

Ожившая в её разуме сцена была экспедицией на нижние этажи. Улучшенный вид в роли мохового гиганта, босс этажа амфисбена, а также жестокие моменты, которые продолжали накапливаться по мере спуска вниз.  Посреди этого моря отчаянье Лили продолжала бороться, даже когда её маленькое тело продолжало трястись от страха. И девочка, которую Дафна воспитывала в роли “мастера” никогда не сбегала.

(... Тогда у нас нет друго выбора, кроме как сделать это.）

Выплевывая эти слова в глубине своего сердце к глазам Дафны вновь вернулась сила. И хотя для девушки, эта была целая вечность для внешнего мира несколько мгновений смуты. Но как он и ожидал, Дафна вновь воспряла духом угрозы и Хогни резко сузил глаза.

— Вы все ещё боритесь. Это похвально. В таком случае я признаю вас своими врагами и буду охотиться за всеми вами без исключения, но уважительно и тщательно..

Король войны не теряет бдительности. Неважно как низок статус противника, его темный как смоль меч будет поражать любого противника. Дафна посмотрела на темного эльфа против которого у них не было ни единого шанса. То, что она видела было поднятым темным клинком, развевающийся темный плащ и активированная магия “изменения личности”

Наблюдая за всеми атрибутами врага, командир усваивала всю имеющуюся информацию, а затем останавливает свой взгляд на темном мече направленном на них.-

— …

А затем она закрыла глаза. Она осторожно схватилась за голубой окулус свисающий с её талии, словно доверив ему все.

— Пожалуйста, внимательно послушайте меня.

И словно тиран, Дафна открывает глаза и объявляет наихудший приказ:

— Пусть он продолжит резать.

— Что!???

****

— Айша-доно!

После ужасающего столкновении клинков женские стоны и крик девушки наложились друг на друга.

— Это конец.

Большой молот и большой топор приближались, словно сокрушая зрение Айши. Это была смертельная комбинация  от Двалина и Берлинга, которые являлись вторым и третьим братом по старшинству, которая не допускает защиту или уклонение. В ней двое братьев двигались по диагонали размахивая орудиями слева и справа в едином и беспощадном темпе, пытаясь уничтожить Айшу.

— Неужели нам снова мешают?

За мгновение до того, как это должно случится, прозвучали разочарованные голоса Альфригга и четверого брата Грера. А затем Дваллин и Берлинг, которые собирались убить Айшу отступили назад, словно разделяя взгляды своих братьев. И мгновение спустя в месте где стояли четверо братьев ворвался удар молнии.

— Наза-доно…. Премного обязана!!

— Черт возьми, сколько бы раз мы погибли если бы не она?

В образовавшемся краторе виднелся тонкий “демонический меч кротцо” А благодарная Микото тут же прыгает к нему и обрушивает его на четырех братьев Гулливеров.

— Снова неудача.

— Сколько раз это уже происходило.

— Десять и один.

— Другие авантюристы были сокрушены довольно легко, но “Вечная тень” и “ Антианира” все ещё сопротивляются.

Каждый из четырех братье делал замечания похожие на жалобы и в тоже время они легко уворачивались от громового залпа, который мог бы полностью поглотить их. Имея при себе много времени они продолжали избегать огромной мощи волшебных мечей. Это происходило к западу от городских руин и к юго-востоку от основного поля боя. Левый фланг объединенного альянса все ещё избегал полного уничтожения.

И боги наблюдавшие за битвой из города, без преувеличений восхваляли их за хорошую борьбу, которая даже превосходила натиск эинхерий во главе с братьями “брингар”

А все потому-что один из них был слишком осторожным и робким “лучником” чем кто либо ещё.

— Они слишком быстры…. Моя рука не успевает за ними.

Лучник находящийся на вершине ярусной колонны высотой в 100 метров за спинами Айши и остальных, жалобно завопил и в то же время достал новую стрелу из колчана, оказавшуюся очень тонким волшебным мечом. Это была дальняя стрельба с использование магических мечей кротцо. И этот снайперский обстрел сумел держать в узде даже первоклассных авантюристов продлевая жизнь Айше и остальным бойцам левого фланга.

— Ведение стрельбы магическим мечами и вместе с этим снабжение своих противников магическим орудием… Никогда не видел подобной тактики.

— Но прумы уже привыкают к ней, так что они должны быть осторожны и не дать украсть у себя волшебные мечи.

То чем стреляла Наза было тонким волшебным мечом похожим на стрелу. После того как выпущенный снаряд достигал цели и врезался в землю происходит мощный взрыв, заставляющий противников отступить, а затем Айша и остальные доставали эти демонические мечи и пополняли свое снаряжение. Постепенное пополнение вооружения оказалось одновременно и помощью и защитой. Благодаря этому, войскам левого фланга с большим трудом, но все же удавалось держать оборону. Айша также хорошо понимала, что если бы не эта поддержка они бы легко потерпели поражение. Но с помощью волшебного меча представленного назой, Микото смело атакует Альфригга и остальных.

— Циантроп! Ты должна защищать Айшу любыми способами.

— Пусть Эинхерий остановят барберки! Оааааааааааааааа!

И теперь Назе следовало сосредоточиться на прикрытии Айши и спасению её жизни, иными словами ей следовало взять под прицел четырех братьев Гулливеров. Другие силы врага, которые являются эинхериями пытаются уничтожить назойливого лучника, но сталкиваются с барберками, которые уважали Айшу и были полны решимости умереть за неё. И благодаря им Назе удалось сосредоточиться на перекрытии несмотря на такой шаткий баланс сил. А также много перемещаться по колонне, активно меняя снайперскую точку.

— У них есть очень хороший лучник.

— И такой осторожный..

— Черт, благодаря нему часть плана Хедина пошла наперекосяк

— Но они не должны расслабляться, потому-что все ещё находятся в ловушке.

Проявив некоторое спокойствие, четверо братьев гулливер искренне похвалили Назу. Стратегия Семьи Фрейи заключалась в том, чтобы истощить волшебные мечи кротцо до такой степени, чтобы в конце можно было их уничтожить. Но из-за такта Назы в этой стратегии произошли небольшие расхождения.

Все прошло так как предполагал Хедин и все войска кроме резервного в полной мере использовали свои волшебные мечи. Наза была единственной кто сохранил их. Она собственноручно отказалась от их козырной карты “использование волшебных мечей для атаки” и перешла к самообороне.

— Разве эти волшебные мечи  не являются нашим спасательным кругом? Я просто не могла пускать их в расход…. В конце концов, прошлом мне пришлось потерять руку из-за своей беспечности.

Наза Эрисус, которая перестала быть авантюристом уже около шести лет не вступала в бой без должной подготовки. Горе от потерянной от монстра руки, из-за её ошибки во время исследования подземелья лишило её мужества сражаться с монстрами, но вместе с этим сделало её мудрее и сильнее.

(Я знают что делаю…. Я хочу им помочь, так нужно сохранять спокойствие!）

Обливаясь потом Наза продолжает подсчитывать количество  стрел в виде магических мечей  не проявляя жадности и желая оказать поддержку остальным. Но даже так она совсем не верила, что им удастся одолеть первоклассных авантюристов. Также как и не думала, что станет героем. Но благодаря Назе левый фланг продолжал существовать. Именно её позорный опыт прошлого в итоге спасает её товарищей от уничтожения.

— Но это плохо…. Мы все понимаем чем это закончится!

Но вместе с этим Наза понимала, что это всего лишь отчаянная борьба на выживание. Когда они расстреляют все волшебные мечи, четверо братьев Гулливеров легко перейдут в контратаку и Айша, Микото будут убиты также легко как свернуть шею ребенку. И все время они вовсе не беспокоились, а просто ожидали когда равновесие между ними будет нарушено

На лице Назы промелькнули нотки горечи и обреченности. 8 ко 2. Это число, которое визуализирует текущее состояние на военных играх. И более того, оно контрастирует с дополнительной помощью оказанной альянсу.

Пока Боги продолжали молча наблюдать за происходящим, люди бледнели от продолжающегося буйства.  Односторонняя бойня подавляла любую охоту ликовать. И люди постепенно отворачивали головы от столь огромной разницы в силах и хотя в некоторых местах все ещё велось локальное сопротивление, оно было не в силах зваться хорошей битвой.

Авантюристы втянутые в водород настоящей битвы вкушали себя истинное отчаяние  несравнимое с отчаянием наблюдающих за ними людей людей, но все ещё продолжали сопротивляться. Теперь это было сражение силы воли. Враг был настолько абсурдно силен и непобедим, что каждый отчаянно пытался нанести хотя бы ответный удар. Им хотелось изводить их, даже если это будет всего 1 царапина, которая исказит их лица. Семья Фрейи была настолько сильна, что заставляла авантюристов трястись от гнева, а эинхерии были настолько храбры, что страх перед ними терял свой смысл.

Ведь больше всего им хотелось, чтобы враг перед ними начал яростно вопить. Потому-что козырь объединённого альянса ещё не погиб. Умные авантюристы догадались, что они являются лишь приманкой и командир использовал их, чтобы отправить одного белого кролика к богине. И даже если их линия на победу гораздо тоньше чем нить паука, надежда не угасала.  Так думали они.  Поэтому люди продолжали сражаться. Люди хорошо знавшие этого ” восходящего героя” затаили дыхание.

Айша все ещё могла двигаться, Микото, Наза, Дафна и Кассандра продолжали сопротивляться, а Харухиме продолжала петь заклинание покрываясь. большим сломаем пота.

Борьба все продолжалась и продолжалась пока…. Не родился “звук” похоронивший надежду

****

— ………

На поле боя образовалась тишина. В миг заревел “сокрушительный звук” который захватил сердце каждого и затмил любой рев..

Все бойцы сражавшиеся на городских руинах остановились, независимо от того были ли они союзниками или врагами. Каждый из них смотрел в определенное направление. И энхерии затаили дыхание. А лица авантюристов стали бледными.

Но выражение лиц первоклассных авантюристов не изменились, каждый из них лишь сузил глаза. Члены объединенного альянса пытались пытались притворится, что не слышали этого звука.

.

— Прекратите это - Эйна пролила первую слезу.

— Пожалуйста, остановите его….

— Э-Эйна…

Издав плачь, она вскочила со своего стула и встала перед зеркалом на котором отражалась эта жестокая “сцена” Она кричала пока крупные капли слез продолжали стекать с её глаз, но не в силах сделать хоть что-то, Эйна закрыла лицо руками не слыша свою коллегу Мишу.

— …!

Айз сжала кулаки до такой степени, что из них полилась кровь. Они проклинала себя за то, что не участвовала на том поле боя, а на её лице проявились нотки отчаяния. Пока все остальные первоклассные авантюристы продолжали молча, лишь Тиона понимала её.

— Белл-сама!!!

Последней закричала Лили. Это “падение” окончательно погрузила её в пучину отчаянье и по ментальной маске командира побежали трещины

Дрожащие ореховые глаза с ужасом наблюдали за огромной темной тенью внутри амфитеатра, которая отражалась в окулусе. Одинокий воин схватил голову мальчика и поднял его над землей.

— ……………..Гха……………..Уаааааа……….!?

Мальчик чей череп продолжал скрипеть видывал слабые фрагменты своего голоса.

Его тело представляло собой потрепанную тряпку, а доспехи уничтожены и разлетелись на куски. Его ноги, которые оторвались от земли беспомощно покачивались и выглядели так же надежно как маятник сломанных часов.

Белл Кранелл потерпел “полное поражение”.

— …….

А воин боаз молчал. Держа большой темный меч в левой руке и голову мальчика в правой, он не менял холодного выражения на своем лице. Но его глаза цвета ржавчины продолжали смотреть на мальчика превратившегося в ничто.

— Не сломай его, Оттар!

Произнесла прекрасная богиня, находящиеся в полуразрушенном храме под названием “дом богов” Заметив то, что произошло, она подпирает щеку левой рукой и закрывает глаза. На её лицо не было ни улыбки, ни радости она понимала, что происходящее было естественным результатом.

— Вставай.

— Гхаааа!?

Он слегка встряхнул правую руку. Однако, только одного этого действия было достаточно, чтобы тело Белла погрузилось в груду обломков.

И амфитеатр похож на колизей, повествующий об ожесточенной битве полностью преобразился. Охваченные огненными молниями, а также последствиями атаки стены и зрительские трибуны рухнули, а каменные плиты были разбиты во многих местах.

Это картина являлось доказательством того, что начинающий герой сопротивлялся изо всех сил.  И на этом поле боя, сообщившем о жестокой битве Оттар, на устрашение, оставался целым и невредимым.

Невероятный воин приносил отчаяние в сердце мальчика.

— Гхааааа… Аххххххххххх.

Из горла Белла вырвался вновь пробудившийся голос.

Собирая оставшиеся силы он поднимает израненное тело из которого хлынула кровь. С налиты кровью глазами, которые сделали его рубиновые глаза ещё более красноватыми он вытягивает дрожащую руку.

— Огненный разр-ряд…..

И огненная молния проносится через неё. Это мгновенная магия. Но Оттар не избегал кончика алой молнии несущейся на него. И даже не использовав свой большой меч, он отмахивается от неё, словно от насекомого.

Настал конец и магия мальчика рассеялась.

— ….

Но не дожидаясь пока окровавленный Белл потеряет дар речи,  его ноги отрывается от земли и огромное тело вздымается вверх над его головой. Однако, мальчик успевает оттолкнутся ногой от земли и несмотря на  серьезные раны ему все равно удается совершить оптимальный маневр для уклонения на который способен лишь первоклассный авантюрист. Но все было бесполезно. Крепкие и тяжелые ноги превратили пол в груду развалившегося щебня, а его рука схватила одну из ног убегающего Белла, ударив им о вымощенный каменными плитами полуразрушенный пол.

— Ахаааааааааааааааа.

Его задняя часть тела рухнула вниз, а сам Белл превратился в молот разбивший землю. Полный шок и мощный удар поразивший позвоночник словно гром, вышел за рамки боли.

Прямое осознание полученных повреждений не могли вырваться через крик и проявились в виде слез, а голубое небо перед его глазами перестает быть голубым. И в момент когда сознание Белла вот-вот погрузится в сон, тяжелый сапог безжалостно врывается в его живот.

— ……………ХА

Пробуждение. заточение. Ад.

Принудительное пробуждение через боль и шок заставляло его по настоящему скучать по исцеляющей магии целителя Хейт.

— Вставай.

Но на этом ничего не закончилось. Даже когда на изуродованном теле Белла не осталось ничего кроме отчаянья, крещение от воина продолжалось. Посмотрев на лицо мальчика залитое кровью и слезами своими холодными глазами, воин произнес:

— Запомни его. Именно так выглядит вкус “грязи”

— “Останов.... вись..."

Мужчина не слышал слабого голоса мальчика который просит его остановиться. Его огромная рука хватает его за остатки снаряжения на груди а затем с огромной скоростью снова метает его в землю.

Громкий звук и крушение. Стройное тело и белые волосы подпрыгивали словно на кроличьем трупе.

Перед обломками каменной стены, которая теперь разрушена на куски, лежал Белл похожий на куклу с обрезанными нитями. Его лицо теперь полностью уткнулось землю, а под его телом растекалась лужа крови.

При виде этого зрелища Эйна окончательно теряет силу в ногах и падает заливаясь громким плачем.

— ……

Наблюдая за этой сценой своими эльфийскими глазами Хедин не проявлял никаких эмоций.

— Белл-кун…

Гестия, которая разделяла ту же трагедию, что и Лили через окулус полностью застыла на месте.

— …!

— Эй, куда ты идешь Асфи?

— Вам не нужно спрашивать! И я не хочу слушать ваши слова о том, что это бесполезно.

Энергично поднявшаяся Асфи повернулась спиной к своему богу покровителю и схватив сияющий магический кристалл, рванула вперед.

— Но, Белл Кранелл….

— Разве, этот парень не 5-го уровня

— Даже быстрейший кролик в мире не может конкурировать с ним.

В одной из таверн в городе, группа опытных авантюристов, которые не принимали участие в военной игре не могли отойти от шока. Они держали дрожащие взгляды на божественном зеркале пока один из авантюристов не заговорил.

— Идиоты, за кого вы его держите!?

Опытный авантюрист, который пережил великое сражение 7 лет назад, заговорил с трепетом и благоговением :

— Этот парень, Оттар!

Таков был его ответ.  Абсолютные слова не требующие доказательств. Сильнейший в городе. 7 уровень.  Прозвище “сильнейший”. Все принадлежало ему.

Подергивающееся тело Белла падает набок, а в его затуманенном поле зрения отражается фигура короля.

— Если хочешь получить её благосклонность, то покажи, что способен превзойти это.

Мальчик проливающий слезы и кровь в бесконечном крещении осознал свой конец.

----------

Слова о цветах для тебя. Часть - 1

Слова о цветах для тебя.

Прости меня, Аня… Простите, меня Хлоя... Прости меня, Руноа... Прости меня, Рю.... Прости меня, Мия...

****

Продолжая сидеть на своем каменном троне, Фрейя зажмурила глаза и нахмурила брови. Приложив руку ко лбу, она пыталась заглушить неприятное чувство от серии непрекращающихся звуков и голоса, который эхом раздавался прямо изнутри её головы.

(Ты снова видишь “сон”?)

Парень и девушка, являющиеся её охранниками, смотрели на неё с беспокойством, но ответить им сейчас было слишком сложно. Мертвая девушка по имени Сир, нет, другая девушка, Хелун, видела сон. Это происходит из-за единственного “секретного метода” магии “Ванна Сейт”, благодаря которой Фрейя и Хелун разделяли между собой каждое из 5 чувств. И поскольку Хелун все еще находится в состоянии анабиоза, пока ее магия продолжает действовать, Фрейя частично ощущает сны, которая иногда видит девушка. И тем, что она видела перед собой было тьмой, а вокруг эхом отдавались бесконечные извинения.

В зависимости от чувств Богини, Хелун способна ощущать обратный поток её эмоций, в то время как ощущать подобное от Хелун Фрейя не могла. Она не ведала о мыслях и чувствах Хелун, а получала лишь “информацию”. И в данный момент, этой информацией был невыносимо неприятный “шум”.

Тот факт, что Хелун, которая гналась за эмоциями богини, продолжала произносить бесконечные извинения в своих снах, говорил о том, что её чувства отзеркаливали чувства самой Фрейи. И теперь, сокровенные мысли девушки Сир, которую пыталась похоронить Фрейя, были сохранены и полностью открыты.

(Воистину, слишком отвратительное зеркало)

Сгустки воспоминаний и эмоций происходившие на грани сна, не давали Фрейе полностью увидеть происходящее во сне Хелун. То, что стояло перед ее взглядом, было тьмой, что говорило о том, что девушка все еще спала. А капли влаги на ее щеках без сомнений являлись слезами.

Фрейя не обращала внимание на происходящее в военной игре, исход который был определен с самого начала и словно пытаясь избавиться от головной боли, она подавляет голос, который эхом отдается в ее голове. А затем.

— !!!!

Фрейя энергично поднялась на ноги. Словно её толкнули вперед, она сделала жест, который был лишен любого королевского достоинства. Пока двое охранников были ошеломлены, Фрейя раскрывает свои серебряные глаза.

— … Фрейя-сама….

— В чем дело?

— Скажите Хедину, чтобы он покончил с этим.

Голос богини прервал вопросы двух стражников. Она направила свой острый взор на двух членов семьи, которые перестали двигаться и выдала свой приказ.

— Сообщите ему, чтобы он немедленно окончил военную игру.

— Да! Да!

Тела двух стражников пробила дрожь, каждый из них едва лишился дара речи при столь редком крике их бога покровителя. А затем, парень и девушка поочередно выскочили из “дома богов”, направившись к своему командиру. В этот момент богиня, которая осталась в заброшенном храме, вновь села на трон и впервые в ее взгляде проглядывались раздражение и досада.

— Ты говоришь о том, что мы должны закончить дело раньше времени?

Обернувшись к собеседнику, спросил Хедин.

— Все верно, именно об этом говорила Фрейя-сама.

— Совсем внезапно…. Она сказала, что мы должны покончить с Альянсом Семей.

Хедин внимательно посмотрел на лица двух стражников, которые передавали послание их бога покровителя. В их обеспокоенных лицах легко читалась резкое перемена настроения Фрейи.

Все это говорило о том, что их слова были безошибочной божественной волей их богини. В ее сердце произошла заметная перемена, которая потребовала издать этот божественный указ. И он прищурил глаза, скрытые за стеклянными линзами очков.

— … Понятно. Тогда я беру общую армию под свой контроль. А вы, Раск и Ремилия, свяжитесь с руководителями, включая этого глупого кота, и сами введете их в курс дела. При столь внезапной смене направления, эти идиоты могут заподозрить неладное и не станут слушаться того, что им скажут.

— Есть, сэр!

Как командир, он составляет индивидуальные инструкции для первоклассных авантюристов и вверяет это дело в руки двух стражников. Парень и девушка, пришедшие со стороны Фрейи, без сомнений приняли поручение и отправились на главное поле боя, где члены объединенного альянса продолжали оказывать отчаянное сопротивление.

Молча наблюдая за их удаляющимися спинами, Хедин поднял взгляд.

— Все войска, немедленно перейти в наступление! Пусть будут задействованны войска с базового лагеря! Вы должны подчиниться! Это приказ богини!

— Он сказал “атаковать”?

Пронзив одного из кузнецов своим копьем со сверхвысокой скоростью, Аллен изогнул брови в непонимании. Когда волшебный меч кузнеца прокатился по каменным плитам, запыхавшаяся девушка, являющаяся членом семьи, кивнула в ответ

— Хах-хах, верно… Вся армия должна перейти в наступление!

— Все это было организовано для того, чтобы разгромить силы противников до основания прямо на этом месте. Чего добивается это насекомое, которые собирается изменить направление?

— Это указание исходило не от Лорда Хедина, а от Фрейи-сама! Она пожелала закончить военную игру как можно быстрее.

Как и ожидалось, Аллен высказал скептическую позицию и девушка, являющаяся членом семьи, обрушила на него заранее подготовленный ответ. И даже Аллен, на лице которого проскакивало сомнение, изогнул брови.

— Значит, это так?.... Ты уверена?

— Да, я и Раск слышали это. Этот приказ…. Фрейя-сама кричала, когда говорила его.

Как и Хедин, Аллен с удивлением вглядывался в лицо члена семьи, который пытался подобрать правильные слова. Раск и Ремилия были выбраны в качестве охраны “дома богов”. Можно быть уверенным, что их слова несли в себе божественную волю Фрейи. И тот факт, что эти двое находились на главном поле боя вместо того, чтобы охранять базовый лагерь, говорил о том, насколько эта ситуация ненормальна и эстрена.

Если бы это был приказ Хедина, который мог не понравиться Аллену, то он бы тут же отверг его, но если это было тем, чего хотела Фрейя, то ситуация была иной. Подавив в себе желание цокнуть языком, он обернулся и осмотрел окрестности своим острым взглядом зверолюда. Столкновение больше не является решающим. И победа или поражение были предопределены. Как бы ни сопротивлялся альянс семей, у них нет шансов на победу.

В таком случае, нет ничего плохого в том, чтобы подвинуть часовые стрелки и ускорить время ради божественной воли их богини. Первоклассный авантюрист, носящий звание “быстрейшего в городе”, нахмурил брови и принял приказ, исходящий с базового лагеря.

—...Тогда, придерживаясь плана этого насекомого, мы будем надвигаться с правого фланга. Собери всех, кто свободен!

— Есть!

Приказав девушке из его собственной семьи идти вперед, Аллен закончил миссию по уничтожению вражеского отряда, имеющего магические мечи. Из-за, казалось бы, бесконечных атак Аллена, кузнецы из семьи Гефест и авантюристы, владеющие магическими мечами Кротцо, находились на грани полного уничтожения и их волшебные мечи больше не являлись угрозой.

Аллен отходит от тела поверженного кузнеца и, наступив на лежащий перед ним длинный волшебный меч, поворачивает ноги в направлении правого крыла основного лагеря альянса семей

— ……. Хаааааааааа!

— С дороги, большой ублюдок.

Перед глазами Аллена предстал окровавленный Дормул, чьи руки упирались в землю.

Дворф, отвечающий за оборону авангардной стены, которая был растоптана натиском эинхерий, а затем разбита вдребезги бомбардировкой Хедина, пытается сделать все, что в его силах, чтобы остановить первоклассного авантюриста, желающего положить конец альянсу семей.

— Я не дам тебе пройти! Уаааааааааааааааааа!!

Сбрасывая треснувшую броню со своего тела, он обрушивает свой боевой молот на Аллена, попутно брызжа кровью.

Аллен, который и бровью не повел, избежал даже малейших брызгов крови, не говоря о боевом молоте. Двигаясь аккуратно, он прошел мимо Дормула, разбив оружие и стальное тело дворфа.

— Что!??

Теперь, колесница, которой было приказано развернуться, не проявляет интерес ни к одному из авантюристов, и он не обращает внимания на падающее тело дворфа позади него.

— Нападайте уже, идиоты.

Заметив, что армия уже собралась, Колесница начал безжалостное нападение.

— Эй, что происходит??? Неужели Семья Фрейи нападает! Это вторжение Семьи Фрейи!!!

В этот момент, Ибри был первым, кто дал живой комментарий. А его криков не было слышно с момента, когда началась бомбардировка магических мечей.

Ситуация, где Семья Фрейи от начала и до конца уничтожала своих противников, ошеломляла и лишала дара речи. У него не было выбора, кроме как молчать вместе со зрителями, наблюдая за ужасающей военной ситуаций, где комментарии не имели смысла. Однако, настал момент, когда зрители могли заговорить.

Другими словами, это было синонимом того, что Семья Фрейи переходит к окончанию матча.

— Войско, возглавляемое “Колесницей Богини”, двинулись через правый фланг и тут же отправились на восток! Конечно же, их целью станет недавно ослабшая основная база альянса семей!

Громкий крик ведущего, а также резкая перемена военной ситуации подняла шум среди жителей Орарио. Получив указания от Фрейи и Хедина, эинхерии собрались на североной стороне главного поля битвы. А шеренга во главе с Алленом пересекли северную часть с необычно высокой скоростью.

– Ах….!?

Лили была бессильна при виде множества вражеских теней, которые одна за другой проходили прямо через ее поле зрения. Правый фланг, который находился на грани разрушения, был настигнут в обход гигантской гробницы, расположенной в центре западной части острова.

Теперь, решение отправить Харухиме в “прозрачном состоянии” на помощь Айше и остальным в левый фланг, оказалось их гибелью. Аллен, нет, вражеский командир Хедин точно уловил расстановку, которая устроила Лили и одним махом разрушил поредевший и хрупкий правый фланг.

Лили, которая больше не имела ни козырей, ни войск для передвижения, могла лишь наблюдать за передвижениями противников с вершины огромной гробницы, пока Аллен и его солдаты продолжали игнорировать ее как командира и стремились закончить исход войны. Вражеские силы во главе с колесницей легко пересекли центральную границу и вторглись в восточную часть городских руин.

— Вражеские войска вторгаются в наш лагерь…!?

— Гестия-сама, пожалуйста, бегите!!!

И они направлялись захватить богов покровителей. При громком крике Лили, исходящим от окулуса, распределенного между богами, Гестия широко распахнула глаза.

— Эй! Подожди, подожди!! Мы сдаемся!!

— Мы на стороне прекрасной Фрейи!! Нас втянули сюда лишь из-за капризов наших детей! Думаешь, мы действительно хотели быть втянуты в это!?

— Заткнитесь.

— Агхаааааааааааааааааа

Моди и Магни были уничтожены в один миг. Двое богов, спрятавшихся в обшарпанных руинах, подняли руки и пытались сдаться, но тут же покатились по земле под напором сжатого ветра от движений Аллена, со вспышкой проносящегося вперед.

Наконечник копья коснулся лишь цветов, закрепленных на груди богов, разбросав по округе лепестки красного и оранжевого цвета.

— Семьи Моди и Магни выбывают!

Впервые видя, как выбывают боги, Ибри, находящийся в Орарио, немедленно объявил о том, что они больше не могут продолжать игру. Главным условием этой военной игры было то, что если цветок бога покровителя будет утерян или уничтожен, то выбывает и его семья.

Члены Семьи Моди и Магни, такие как эльф Лювис и дворф Дормул, потеряли право сражаться и должны покинуть остров как можно скорее. Однако скорость, с которой боги продолжали выбывать, была намного быстрее той, с которой члены семьи могли покинуть остров.

— Рассредоточьтесь! В развалинах вокруг их еще больше!

— Принято!

— Найдены!

— Ауаххх!?

Следуя приказам Аллена, члены семьи тут же разбрелись и хватали богов альянса одного за другим. Эинхерии-зверолюди, такие же как Аллен, с точностью определяли местонахождение богов благодаря своим превосходным пяти чувствам. То, как они прорывались через руины, не сбавляя своего темпа, было похоже на шторм или же молнию. Даже глаза жителей города, которые имели многогранный вид на поле боя с высоты птичьего полета благодаря божественным зеркалам, не могли угнаться за их передвижением.

— Гуааааааааааааааааа!

— Семья Огма выбывает!

Только живые комментарии Ибри, который едва следил за обстановкой своим динамическим зрением высококлассного авантюриста, продолжали зачитывать имена богов и выбывающих семей.

— Кьаааааааааааааааааааааааааааааааа

-– “Семья Селкет” выбывает!

— ….Разве это возможно?

— Семья Сомы выбывает!!

Цветы богов были разбросаны на каждом шагу.

Внутри руин, в тени колонн и в больших кувшинах. Время от времени, причудливые места, где прятался один бог, раскрываются, а цветок на груди богини, которая изо всех сил пыталась сбежать, разрываются на куски. Сопротивление членов семьи, оставленных там для охраны, не оказывает никакого эффекта.

— Прости, Лилирука Арде… - Даже тихое бормотание выбывших членов семей было похоронено.

— Капитан Шакти, члены Семьи Фрейи слишком быстры! Мы не можем вытащить столько авантюристов объединенного альянса!

— Пытайтесь вытащить столько, сколько сможете! Чтобы не вмешиваться в бой начните с тяжелораненых!

Пока боги выбывали один за другим, удаление членов их семей замедлялось. На данный момент лишь горстка авантюристов из альянса все еще продолжала стоять на двух ногах, пока большинство потеряло сознание и упало на землю. Семья Ганеши, которая находится на каждом из внешних краев острова в качестве судей, сумела унести столько авантюристов, не способных уйти самостоятельно, сколько было возможно в их поле зрения, после того, как боги покровители этих семей пали. Среди них также были Лювис, Морд и Дормул, которые потеряли сознание.

— Гестия! Убирайся отсюда!

— Бежать….. Но куда?

— Восточная часть острова больше небезопасна! Иди на фронт!

На восточной части руин, куда приближалось зло в виде Семейства Фрейи, реакции богов разделились на 2 типа. Либо оставаться и прятаться в укрытии, либо бежать при первой же возможности. Среди них Гефест, которая укрывалась в одной из частей руин вместе с Гестией, выбрали то, что в дальневосточной настольной игре называется “иритама”.

(P.S Иритама в Сёги это стратегия “Заход короля на вражескую территорию”)

— Беги как можно быстрее! Быстро доберись до западной части острова, где все еще находятся дети! И тебе стоит идти туда одной!

— Гефест, но что будешь делать ты?

— Я найду другое место! Если мы не разойдемся, то нас поймают вместе.

— … !?

— У каждой из нас есть авантюрист 5-го уровня, поэтому кто-то из нас должен остаться в игре! Если мы обе уйдем, эта военная игра потеряет все шансы на победу.

Гефест превратилась в тирана, который блокировал любой контраргумент Гестии. И она также догадывалась о ситуации. Реакция их командира Лили, которая раздавалась из кристалла, давала понять, что Цубаки пала. Она также понимала, что ее дети находятся на грани опустошения и пыталась действовать в качестве приманки ради Гестии.

В ситуации, где почти все боги пытались сдаться, она все еще отказывалась терять шансы на победу.

— Иди, пока Такемиказучи отвлекает их! Поторопись!

— Тц….. Прости!!!

Подгоняемая Гефест, Гестия выбежала из развалин, в которых пряталась.

— Кхааааааааа

— Га!?

— Подождитееееееееееееее! Нужно работать вместееееееееееееееееееее!

Тех, кто могли противостоять атакам Семьи Фрейи, было совсем немного. Точнее, был только он. Используя тактику, направляя врагов к цветку на груди, а затем перехватывая их руки с помощью техники, Бог боевых искусств использует бросок через спину. От импульса собственного статуса и скорости, один из эинхерий теряет сознание от сильного удара о землю после броска. Но как только их капитан зверолюд отдал приказ, все эинхерии тут же набросились на Такемиказучи, чье тело покрылось потом.

— Гуаххххххххх

Прозвучал отчаянный крик и борьба была бессмысленна, когда протянутая рука зверолюда, руководящего отрядом, похитила пурпурную хризантему с груди бога боевых искусств.

— ….Простите… Гестия, Гефест….

Такемиказучи нахмурил брови, роняя крупные капли пота на каменный тротуар и посмотрел в небо. Зверолюд, выхвативший цветок, а также двадцать одна эинхерия рухнули на землю, потеряв последние силы. Чуть дальше от них лежали остальные члены Семьи Такемиказучи, помимо Оуки и Чигусы. В этот день, сильнейшая семья понесла наибольший урон в виде частичной потери целого отряда, павшего от рук бога боевых искусств.

— Хатор! Оставь это место и убегай отсюда!

— Пока наш лидер все еще в игре, альянс богинь будет жить вечно! Не беспокойся о жертвах твоих наложниц.

— Хорошо, я сделаю это!

На самом восточном конце острова Альянс богинь, занимавший руины военной крепости, сделал свой шаг. Перед лицом надвигающихся эинхерий, пользуясь запретом на убийство богов, богини выстроились в ряд, образовывая щит, позволяя одной Хатор вырваться из крепости.

Но сопротивления альянса оказалось недостаточно.

– Семья Такемиказучи выбывает!

Их продвижение было слишком быстрым.

– Семьи Деллинга больше нет!!

Зачитывание беспомощно выбывающих семей не прекращалось ни на минуту.

Названия семейств зачитывались одно за другим без остановки.

— Семья Ратори…Выбывает…!!!

Тон Ибри постепенно терял силу, а вместе с этим…

— Семья Гефест…. Уничтожена…..!

А затем. Богиня ковки, чей цветок был уничтожен копьем безэмоционального Аллена, закрывает левый глаз, словно подавляя досаду внутри себя. Самая большая сила объединенного альянса была уничтожена и выбыла. Это событие повергло боевой дух членов альянса и дух зрителей на самое дно. Оставшиеся силы альянса составляли лишь четыре семьи.

Из начальных 46 семей выбыло 42 семьи. Поход Аллена и остальных опустошил восточную часть руин, а их вторжение уже достигло самого конца восточной части острова.

— Большой брат…. Гестия-сама…!

Это был детский приют, расположенный на деловой улице Города-Лабиринта. Там где голос человеческого мальчика Лайя потерял силу.

— Братик Белл, постарайся….Пожалуйстааааааааааааааааау!...

— Эй, Рюу…. не плачь

Полуэльф Ру начинает плакать, пытаясь произнести слова поддержки и даже зверолюд Финна не могла удержать слез. Мать Мария не находила слов и все, что она могла сделать, это обнять их. Реакция детей была искреной. Их чувства были более открытыми и честными, чем у взрослых, и они больше всего показывали, в каком отчаянии пребывает альянс семей.

Это был конец. Все сдались, ибо война уже проиграна. Никто не сомневался в ошеломляющей победе Семьи Фрейи. Все уже предрешено. Авантюристы, оставшиеся в городе, опустили плечи. Боги с грустью шептали, что уже ничего не изменится. На поле битвы царило смирение, однако той, кто проявлял эмоции помимо смирения, была….

(...Ах, как и ожидалось)

И это была Лили. Командир, который должен лучше всех понимать военную обстановку, все же сохранял душевное равновесие.

(Конечно, эта ситуация предполагалось с самого начала… Учитывая разницу между нашими силами, было бы странно, если бы этого не произошло… Но….Только не паниковать…!!)

Линия фронта уже прорвана, фигуры на шахматной доске почти уничтожены, и окончательный мат уже неизбежен. Как командир, она должны быть той, кого больше всего должны звать “некомпетентной” и все же, несмотря на многочисленные струйки пота, стекающие по ее щекам, она оставалась спокойной.

До недавнего времени она была в сильной панике, настолько, что чувствовала, что её сердце разорвется в клочья от уничтожения Белла. На глазах навернулись слезы и она была готова начать рыдать, но… По иронии судьбы, она продолжала слышать слабые крики богов, раздающиеся через окулус:

“Эййййййййййййййййййй”

“Гхааааааааааааааа”

Все это заставляло вены на её лбу пульсировать, а затем…— ПОМОЩНИЦАААААААААААА!

После крика Гестии во весь голос, она окончательно вышла из себя и в гневе ударила себя по щекам.. Вкус крови из пореза во рту парализовал эмоции Лили, словно наркотик.

— Гуаааа….. Хааааааааааааааа….!

И более того. В одном из далеких окулусов мальчик все еще продолжает бороться….

*****

— Ааааааааааааааа………..!!!

Пытаясь убедить свое тело, что звук порванных мышц внутри его тела лишь иллюзия, его руки упираются в землю. Из плоти сочилась кровь. Кости скрипят от повреждений, а сердце кричит: “Не смогу. Мне не победить, никогда не победить. Нужно бежать. Я не хочу терпеть это снова”.

Решительно сжав божественный кинжал, он принял волевое решение и отверг жалобы тела и разума, которые доносились в унисон.

(Нет, я не хочу .................. Хочу все прекратить… Но как….)

Когда он в последний раз произносил жалобные слова? С момента, когда Белл встретил Виену, ксеносов и остальных и после того, как он был повержен своим заклятым соперником Белл больше не позволял себе плакать. Также было и тогда, когда он провалился на глубокие этажи. Так же было, когда он оказался запертым в клетке богини красоты.

Сколько бы отчаяния он не испытывал и сколько бы мыслей о том, чтобы сдаться ни мелькало в его сознании, Белл Кранелл всегда говорил себе: “Я не могу позволить себе сдаться”, даже если он лгал самому себе. Это было похоже на детский эгоизм, где он бросал вызов препятствиям и стоял на своем. Не позволяя слабости звучать в его голосе.

Тот день, когда Белл Кранелл встретил ксеносов, стал днем, который каким-то образом сломил его. В тот момент его разум, тела и душа стали странными. Однако, хоть и не осознанно, он начинал понимать, что такая “странность” является испытанием для того, чтобы стать героем. Однако, стоящий перед ним воин вернул Белла Кранелла к нормальной жизни. Одной лишь своей физической силой и тяжестью одного удара он отправил Белла обратно в те времена, когда он был жалким новичком, которого травмировал разъяренный минотавр.

Он монстр. Чудище, а также сильнейший. Тот, чья сила превосходит кого либо и которая способна превратить “кандидата в герои” в простого ребенка.

(Слишком сильный…….. Слишком страшный….. Мне его не победить…...!!!)

Сколько раз он уже проигрывал до сих пор? Сколько раз был уничтожен до этого момента? Он не знал. И пытаться вспомнить тоже не хотел. Ему не хотелось думать о том, чья кровь растекается в багровом фонтане вокруг него.

Мир вновь шептал, что он “Белл Кранелл из Семьи Фрейи”, а крещение перед ним было еще хуже, чем крещение, которое он проходил в Фольквангре. Боль, страдания, уровень ада, все было другое. Даже если человек взберется на вершину, от которой побледнеет его лицо, он никогда не коснется громового раската, который проносится по небу. А если и коснется, то будет обречен на сожжение и уничтожение. И этот воин, который до сих пор смотрит на меня сверху вниз, несомненно является тем самым громовым раскатом. И для Белла, который до сих пор умел управлять лишь слабым огнем и молнией не оставалось шансов, кроме как быть сожженным.

“Кроличья Лапка” Белл Кранелл никогда не победит “Сильнейшего” Оттара.

(...... Но все же......!!)

Его руки продолжают дрожать. Колени отказывались слушаться, словно у новорожденного олененка. Но, тем не менее, он выплевывает сгустки крови и отогнав вспышки света в своем сознании, отрывает тело от земли.

Эйна, Айз, Тиона, Финн, Лай, Финна, Рюу, авантюристы и жители города, Гермес и боги до предела раскрывают глаза.

Вцепившись рукой в потрескавшуюся каменную плиту, он встает с кинжалом в руке.

— Да. Вставай.

Единственным, кто не изменил выражения лица, был Оттар. Не высказывая одобрений, он сделал простое утверждение. Ведь воин боаз уважал лишь тех, кто был достаточно храбр, чтобы сражаться.

— Если я не смогу победить тебя…. То мне не добраться до….. Фрейи-сама!?

— Верно.

С головой, которая все еще находится в полубреду и будучи не уверенным, находится ли он в сознании, он задает вопрос.

— И я не смогу…. Увидеть Сир-сан….?

— Верно

С телом мертвеца, покрытым кровью и ранами, он спрашивает вновь.

—- И я не спасу….. Её…?

— Я этого не позволю.

Теперь, Беллу оставалось пойти по единственному пути.

— Тогда….. Я должен…….

Находясь в бесконечном крещении, где осознание своего конца уничтожает его, он отбрасывает страх, преодолевает отчаяние и вновь обретает причину, по которой он должен сражаться. Истинный идиот, Белл Кранелл вспоминает девушку, которую заставил плакать.

— Одолеть…. Тебя….!!

Непоколебимым тоном произнес Белл, в чьи глаза вновь вернулся свет. Его мысли все еще находятся в беспорядке. Мерцающие вспышки света в его глазах отключали зрение, а сознание не прояснялось. Но в душе оставался лишь твердая воля к борьбе и решимость. Если его прошлое “я” осознало своей конец, то ему нужно стать сильнее того, кем был он секунду назад. Белл собирался пройти через это “сильнейшее крещение” и встретиться с “ней”.

— Хорошо. Тогда вперед.

Воин не улыбался.. Сильнейший последователь богини красоты держит свой меч наготове.

— Гхаааааааааааааааааааа

Яростный кролик обнажил клыки и напал на Кабана, извергая кровь и испуская рев.

— Белл-сама!

Кристал, зажатый в руках Лили, отображал вид израненного мальчика, истекающего кровью. Несмотря на то, что он тонул в страхе, Белл все еще стоял на ногах. И несмотря на то, что его уничтожало отчаяние, он все еще бросал вызов сильнейшему. В таком случае, если Лили не будет сопротивляться этой сильнейшей армии, то все ее слова окажутся ложью. Как помощник мальчика, она должна поддерживать его, иначе ее нахождение здесь будет бессмысленным.

(Поэтому я не могу сдаться! Даже если все остальные сдадутся, только Лили не сдастся!)

Заняв позицию, с которой она может наблюдать за полем боя с высоты птичьего полета, она деловито двигает своими глазами орехового цвета и обновляет информацию о безнадежном поле битвы.

(Нужен всего один! Один человек, один раз, всего лишь один!!! Ситуация может измениться, если кто-то сможет одолеть хотя-бы одного первоклассного авантюриста)

Исход такой битвы, несомненно, сломит волну поражения и принесёт приливную волну разворота. Но она прекрасно понимала, что даже одно поражение это слишком много. Ей не нужно было объяснять, она и так понимала, что в такой ситуации, это могло быть лишь сном, не больше, чем фантазией или бредовой теорией.

(Метод уже организован! А подготовка уже закончена! Первоклассный авантюрист, который станет целью уже определен! Остается только сделать ещё один ход! остался всего один поворот!)

Но тем не менее, Лили продолжала анализировать. Она перегревает свой мозг, заставляя мысли вращаться, даже если картина перед ее глазами приобретает тускло красный цвет. На вершине храма командир вел одиночную битву. Вельф и остальные были повержены, Белл изранен. Инстинкты и эмоции уже давно дали слабину, но разум все еще облачен в железную маску. Лили не переставала думать, в этой ситуации она была единственной, кто сохранял спокойствие.

(Помни-Помни!! В этой ситуации Лили должна “использовать” Хедина-сама)

Таков был совет Героя-Прума.

— Если ты собираешься стать командиром в этой битве, то ты должна быть готова отчаяться в самом начале.

Это было за пять дней до военной игры. Бессонная Лили, которая получала наставления, услышала от Финна следующие слова:

— Отчаяться…?

— Да. Какую тактику или прием ты можешь подготовить?

—- ….. Большое количество волшебных мечей Вельфа-сама, повышение уровня Харухиме, гравитационная магия Микото-сама и “Аргонавт” Белла-сама..... Затем, пойдет едва ли полезная магия превращения Лили, которую можно использовать для разведки или для поднятия беспорядка.

— Это хорошо, но совсем недостаточно.

Тон Финна, который говорил эти слова, не являлся саркастичным. И хотя она доверяла ему и даже рассказала о своей самой сильной карте под названием Харухиме, но эти слова заставили Лили безмолвно уставиться на него.

— … Мне больно, когда вы говорите эти слова с такой уверенностью.

— Это факт. И тебе придется столкнуться с реальностью, которая встанет у тебя на пути. С неразумной и абсурдной разницей в силах, которую нельзя обойти.

— !!!

То, о чем говорил Финн, сидящий на кресле напротив Лили, не было стратегией победы, а кое-что не менее важное: “мышление командира”.

— Лилирука Арде. Если ты хочешь стать командиром, то ты должна быть спокойнее чем кто-либо другой, независимо от ситуации. Гораздо спокойней, чем маг в арьергарде.

—- … Значит, мне нужно быть жестокой?

— Иногда. Но ведь это не то, чего ты хочешь?

Почувствовав, что он заглянул ее сердце, Лили неуклюже кивнула в ответ. Финн, который знал мысли Лили о том, чтобы быть с Беллом, на мгновение изогнул губы в улыбке.

— Я буду использовать все, что могу. Вдохновение, ситуацию и даже жертвы своих товарищей.

— …..!

— В таком случае, раз ты не любишь жертвы, то тебе придется использовать еще больше карт, чем мне. Полагаю, что больше козырных карт у тебя нет. Так что тебе придется превратить в карты даже камни, которые буду валяться поблизости. Ты должна думать и искать шансы на победу.

— Я, Финн, не смогу стоять с тобой на поле боя в тот день. И тебе, Лили придется искать их самой.

Когда настанет отчаяние, она должна отыскать луч света размером с тонкую иглу, иначе Альянс семей никогда не сможет победить. Ее приказы и решения должны привести их к победе. Навязав ей эти слова, он решительно утвердил.

— Лилирука Арде, позволь задать тебе еще один вопрос. Кто по твоему собственному мнению является врагом?

— … Вся Армия Семьи Фрейи.

— Это неплохой ответ. Но он неправильный.

Герой, который научился различными стратегиям, зашел еще дальше.

— Сейчас тебе стоит обращать внимание на того, кто является командиром так же, как и ты.

— !!!

В широко раскрытых глазах Лили был шок.

— Значит…

— Верно. Твой враг — Хедин Селланд. Военный стратег и безжалостный ум Семьи Фрейи.

Наставления Финна говорили о том, чтобы ограничить количество подозреваемых “врагов”. Он утверждал, что первоклассных авантюристов и других сложных противников стоит оставить на своих союзников, а самой Лили сосредоточиться на Хедине.

— Если бы Хедин и я соревновались в стратегии, то я бы проиграл 4 раза из 10.

— ….!?

— И мне удастся победить его только благодаря грязному трюку в виде “боли в большой пальце”.

Пожав плечами, Финн тут же сделал подобный вывод. Решение было простым, но для Лили это оказалось задачей не легче, чем добраться до глубины подземелья.

— Единственный способ, как ты можешь привести альянс к победе в качестве командира, то это использование Хедина.

— Лили, ты должна использовать его…! Как командир, тебе просто не удастся прочитать и победить его. Это невозможно.

Его опыт как стратега был совершенно на другом уровне. Разрыв в качестве и стратегическом уме также был иным.

Девушка-прум, которая командовала всего несколько месяцев, никогда не сможет победить долгоживущего эльфийского мудреца, вот что имел в виду Финн.

— Используй тактику Хедина, его стратегию и мышление. Ты должна идти за ним по пятам за его целью и двигаться в том же направлении, что и он вместо того, чтобы расставлять ловушки. Словно управляя неподвластной силой, которая разрушает твое собственное тело.

Наконец улыбнувшись в ответ ошеломленной Лили, он произнес:

— Идеальной стратегии не существует. Безошибочного плана или непобедимого строя нет. Все несовершенно.. Поэтому тебе стоит найти лазейку, истинное намерение, которое ловко скрывает Хедин.

(Финн говорил об этом ответе с самого начала…!).

Только на полпути к воспоминаниям, Лили наконец осознала то, что говорил Финн, испытав настоящий опыт. Идеальной стратегии не существует. Именно так и было. Но несмотря на безнадежную ситуацию на шахматной доске, где боги исчезают один за другим и где вот-вот наступит мат, Лили могла заметить путь, вымощенный в крови. “Безошибочного плана и непобедимого строя нет. Есть лишь истинный смысл цели, задуманной командиром. Поэтому все, что ей остается…"

(..... Нужно найти! Найти! Найти!!! Изменения на поле битвы, оставшиеся силы, все, что угодно! Нужно найти подсказки к цели, которой Хедин-сама пытался достичь в эту секунду)

Лили, которая до предела сжала время вокруг себя, продолжала накалять свой мозг, чувствуя вкус крови возле своего носа.

(Я должна заполучить цель Хедина-сама, я должна заполучить его мысли! А затем просто использовать их! Если я смогу заставить врага потерять контроль, то я смогу нанести удар сразу по двум!!!)

В этот момент Лили, которая широко распахнула свои ореховые глаза в сторону базового лагеря, где находился Хедин, девушка-прум замерла.

(Значит…..)

Это было очень маленькое, действительно крохотное изменения на поле боя. И это был истинный расклад поля боя, который могла понять лишь командир вражеской стороны — Лили.

— Почему расстояние между тыловой охранной и Хедином-сама такое близкое?

***

Крики авантюристов, продолжающих сопротивляться, смешивались с криками пойманных богов и богинь. Это был конец богов. Подобные слова ознаменовали скорое окончание войны. И хотя яркое солнце уже давно перешло за горизонт, до заката еще далеко. Хогни, чей взгляд был направлен на ясное голубое небо, медленно перевел взгляд на поле битвы.

— Аллен и его отряд приближают исход войны.

Вокруг темного эльфа, который прислушивался к восточной части острова повсюду виднелись изрезанные авантюристы. Это были Оука, Чигуса, Борс и жители подземного города Ривира. Место казни, где все до единого были изрезаны, а их доспехи и оружие уничтожены.

Большинство павших уже лишились своего бога покровителя, и даже если они встанут, им будет нельзя сражаться.

Взглянув на лица Оуки и остальных, которые так и не открыли век, Хогни обратил сияющий фиолетовым взгляд вперед.

— Несмотря на это, вы все еще не сломались.

В этом тихом месте казни, где безмолвные авантюристы были навалены друг на друга, на ногах стояло лишь двое людей.

— Дафна, Дафна-тян…..!

—- Кха….. Хааа…! Кассандра, исцеляй!!

Дафна, одетая в кровавый боевой костюм, кричит плачущей Кассандре позади нее. И не сводя глаз с короля войны с его черным мечом, она взывала к целительнице для того, чтобы получить исцеление. Сжимая пальцы, которые удивительным образом все еще оставались на руках, она достает меч и, держа его наготове, показывает решимость сражаться до конца.

Кассандра, которую раньше защищали Оука и Дафна, наконец произносит заклинание со слезами на глазах.

— Свет души!

Магический свет подобный солнечному тут же окутал Дафну, но затянуть все раны не удалось. Проблема была во второстепенном эффекте проклятого оружия Хогни “Жертва Бездны”. Длинный угольно-темный меч названный убийственным атрибутом, мог остановить заживление ран и задерживать исцеление.

— Спрошу ещё раз. Ты все еще будешь бороться?

— Первоклассный авантюрист, ты спрашиваешь меня о таких странных вещах….! Разве мы уже не пали…!?

Уже двадцать два. Столько раз Хогни порезал Дафну. Было удивительно и непостижимо, что Дафна, получившая повышение уровня и которая являлась авантюристкой второго класса, все еще стояла после удара от авантюриста первого класса, который являлся убийцей одним ударом.

Доказательством могли служить Оука, Чигуса и остальные поверженные на землю от одного или двух ударов, не оказав никакого сопротивления. Возможно, что милосердие Хогни и его попытки не убивать были тому причиной, но самым важным была выносливость Дафны.

Хогни прищурил свои глаза, в которых сияла актированная магия и энергично шагнул вперед.

— Гхааааааааа!

Дафна не могла заблокировать режущую вспышку своим мечом и решилась использовать свою левую руку в качестве защиты. А затем произошло загадочное явление. Ее левая рука, которая должна быть отрублена, приняла “Жертву Бездны”. При этом, раздался не высокий металлический звук, а глухой стук, словно лезвие попало в огромное дерево.

Не в силах парировать удар, Дафна безудержно покатилась по земле, а затем поднялась на ноги, держа безвольно свисающую левую руку, которая действовала защитой. Но, в то же время, поверхность ее левой руки, которая была прорезана, превратилась в древесную кору.

— Твоя способность…. Из-за нее ты нивелируешь порезы, которые были нанесены некоторые время назад, неужели это магия?

— … Это навык. Он проявился после того, как меня стал преследовать Аполлон-сама…. Сначала я думала, что это проклятье, но….

Насмешливым тоном произнесла девушка, которая пыталась выдавить из себя горькую улыбку, но вместо нее получилась лишь жалкая ухмылка. “Лавровый Венок” был редкий навыком, которым обладала Дафна. Эффект - мгновенное увеличение статуса “выносливости”, когда пользователь Дафна истощена или близка к смерти.

Область действия этого навыка произвольна, а при его активации начинается мутация кожи. Деревянная кожа, окрашенная узорами зеленого цвета, имитирующего листья, теперь покрывала левую руку Дафны, которая изменила свой вид. Подобно духу, превратившему себя в лавровое дерево, чтобы защитить себя, этот редкий навык помогал Дафне выдерживать удары Хогни.

— Когда я активирую его….. Это делает мою кожу грубой на какое-то время…. Поэтому мне не хотелось его использовать…!

— О подобных женских проблемах я знаю не больше, чем о тайнах луны.

Под боевым костюмом Дафны большая часть ее тела уже мутировала в древесную кору. Ее израненное тело с трудом поддерживало "Лавровый Венок”, а эффект древесной кожи уже переходит с шеи и с неприятным скрипучим звуком касается ее левой щеки.

— Дафна-тян, остановись! Если ты будешь использовать этот навык все больше….!!!

Видя, как слезы и крики Кассандры были проигнорированы, Хогни опустил свой меч и вновь заговорил.

— Если ты продолжишь в том же духе, то превратишься в безмолвное, человекоподобное дерево. Зачем ты отдаешь себя в этот ад и продолжаешь терпеть мои удары?

“Лавровый Венок" не смог полностью блокировать рубящие атаки Хогни. Часть древесной коры на левой руке, которая приняла удар, была выскоблена, а из нее вниз стекала кровавая субстанция — смешанные красная кровь и янтарный мед. То же самое было с ногой, с плечом, порубленным по диагонали, а также о торсе, по которому прошлась режущая вспышка. Даже под благословением лаврового дерева, Дафна не могла остаться невредимой. Нетрудно представить, что в тот момент, когда Дафна отключит свой навык, на нее падут ужасная боль и страдания. Но Дафна, чей взгляд был искажен болью, слегка слегка улыбнулась, словно это был бесполезный вопрос.

— Просто…. Я собираюсь отвлечь первоклассного авантюриста и выиграть немного времени…. Для Лили и остальных…. Так мы выиграем эту войну!

Следуя словам Дафны, Оука, Чигуса и остальные не сбежали и были изрезаны. В ответ на это, Хогни закрыл глаза, а затем открыл с уже более хмурым выражением лица.

— Вот как. Тогда все кончено. Здесь настанет конец твоих поверхностных планов.

Презрение к тем, кто не может быть воином и отказался от победы. И луч уважения к тем, кто был готов пожертвовать собственной жизнью ради преданности товарищам. Смешав все это на своем мече, Хогни прыгнул к Дафне и нанёс яростный удар.

— Дафна-тяяяяяяяяяян!?

Крик Кассандры рассеялся. Широко распахнув глаза, Дафна в недоумении наблюдала, как защита лаврового дерева на ее теле была сломана и как большое количество крови брызнуло наружу. Девушка пошатнулась и почти упала на землю, но подоспевшая Кассандра успела ее подхватить. В луже от количества медовой крови с ее рук она рухнула на каменные плиты.

— Кассандра…. Не надо…. Отойди…..!

— Не трать силы, Дафна-тян! Ты сейчас….

— Не смей двигаться.

Кассандра уже собиралась произнести заклинание, но к ее шее оказалось приставлено холодное острие меча. Подняв оцепеневший взгляд, она видела стоящего над ней темного эльфа с лицом жестокого короля войны.

— Если ты используешь свою магию, то я расценю это как готовность сражаться и продолжу резать вас на куски.

— Ах….!?

— Если хочешь спасти жизнь своей подруге, то сложи оружие и сдайся. Только так я позволю тебе применить исцеление.

Это был приказ. Последняя милость от темного эльфа, который может уничтожить Кассандру в любую секунду. Девушка затаила дыхание, а руки побледнели… Ее схватили изодранные пальцы.

— Касс-сандра…. Откажись… Быстро…

— Дафна-тян…..!

Отрывисто произнесла Дафна, едва находясь в сознании. Но, накинув на себя маску безжалостного, Хогни был не намерен ждать.

— Я жду три секунды. Три… Два… Один..

И Кассандра извинилась. Она извинилась перед Дафной, Беллом и остальными, а затем отбросила длинный посох, который держала в руках.

— Я сдаюсь..! Я не буду сопротивляться…! Оставьте Дафну-тян….!

Со слезами, струящимися из закрытых глаз, она обняла тело Дафны, которое пострадало больше всех, обеими руками. А Хогни молча убрал свой меч.

— Дура…..!

— Прости… Прости, Дафна-тян!!!

Ругая свою подругу за глупость, Дафна потеряла последние силы, словно исчерпав себя. Кассандра, которая снова и снова произносила извинения со слезами на глазах, и, собрав всю магическую силу и разум, она активирует лечебную магию.

— Здесь больше нет врагов… Но я потратил больше времени, чем думал.

Хогни отвернулся, словно теряя интерес к полю боя, где не осталось никого, кроме него. Все еще продолжая использовать лечебную магию, Кассандра наблюдала за удаляющейся спиной еще не высохшими от слез глазами.

(Наше правое крыло уничтожено. Теперь, когда заместитель командира Дафна-тян пала, Лили-сан не сможет переломить ход военной игры в одиночку!)

В западной части руин, правый фланг объединенных войск, расположенных к северу от главному поля боя, полностью замолк. В пределах зрения оставалось лишь левое крыло под руководством Айши и остальных, которое объединилось с оставшимися центральными силами. Но они могли угаснуть как свеча на ветру. Вскоре, когда четверо братьев уничтожат их, надежды девушки-прума будут разбиты.

(Главный лагерь врага цел, также как и отряд абсолютных золушек, Андхримнир! Даже Эинхерии, которые решили не нападать на восточную часть, все еще находятся в центре! Даже если бы здесь был Белл-сан, мы не сможем справиться…. Мы ничего не сможем сделать!)

Кассандра, которая добровольно отказалась от права бороться, чтобы спасти свою подругу, вновь пролила слезы. “Простите, я не смогла бороться до конца”. Но в таких извинениях уже не было смысла. Падет ли последний божественный цветок или же падет последний член объединенного альянса.

В любом случае, эта военная игра закончится победой Семьи Фрейи. Ведь Кассандра снова была бесполезна. Какая польза от пророческих слов, какая польза от такой прорицательницы. Как в том кошмарном сне о сумерках и конце света, который она видела накануне, Кассандра, трагическая проритаельница, так и не смогла изменить свою судьбу…

— Аа…!?

И в это время. Подул ветер. Это был легкий ветерок, который трепал длинные волосы Кассандры, пока та обнимала Дафну. Это был тот самый ветер, который часто дул в сторону Городских руин Орзы и впадин огромного озера. Обычный воздушный поток, ни авантюристы и ни эинхерии не обращали на него внимания. Вот почему это был пророческий поворотный момент, который могла понять лишь прорицательница Кассандра.

— Холодно…. Ветер… он уже здесь?

Она помнила. Это предсказание, которое было произнесено перед Беллом и остальными. Луч надежды, прорвавшийся через сумерки апокалипсиса, увиденного в кошмарном сне.

— Ветер… дует…

Кассандра подняла голову, словно что-то вело ее. Она видела голубое небо. Ослепительный солнечный свет. А далеко в небе была тень, похожая на птицу, расправившую крылья. Оттуда медленно спускался “ветер”.

— Подул шторм.

“СТУК”. С тихими шагами, штормовой ветер спустился на поле боя.

— …..!

Хогни обернулся. Темный эльф тут же распознал появившуюся ”главную угрозу”. Король войны, чей взгляд был прикован к этой фигуре, тут же выхватил из ножен свой темный меч.

— Кто ты?

Хогни, который уже собирался покинуть правое крыло объединенного альянса, мелькнул своим угольно-темным плащом и, развернувшись, снова оказался лицом к лицу с полем боя. Фигура перед ним была одета в темно-зеленый плащ. Это была одинокая эльфийка, которая прятала свое лицо за капюшоном, откуда выглядывали эльфийские уши и сияющие в темноте капюшона небесно-голубые глаза.

— Спрошу еще раз. Кто ты?

Шторм не отвечала на вопрос кто она.

— Я вступаю в бой, готов ли ты, мой собрат?

Вытащив из-за пояса темно-зеленый деревянный меч, она высвобождает свой боевой дух.

— Готов? О чем ты?

У шторма был только один ответ.

— Быть порезанным моим мечом.

— Нападай!!

И они столкнулись. Оба противника превратились в вихри божественной скорости, а затем деревянный темно-зеленый и угольно-темный длинный меч столкнулись перед взором изумленной Кассандры.

— А?

В мгновение ока, Лили и другие оставшиеся члены альянса семей, а также Хедин, Эинхерии и Андхримнир были удивлены оглушающим звуком от ударов мечей, заставив всех в изумлении перевести взгляды.

Началась жестокая битва на мечах. Длинный темно-зеленый и длинный темный плащ танцуют как вихрь, оставляя за собой зеленые и темные силуэты. Столкновение, разрушение, вспышки и отзвуки. Деревянный меч, покрытый бледно-голубоватой магический силой и темный проклятый меч снова и снова скрещиваются друг с другом, разбрасывая красивые, но зловещие искры.

— Пуф.

— !!

Взмах темного меча пронесся перед зрением эльфийки и избавляется от ее капюшона.

А тем, что выплеснулось, словно поток, были прекрасные золотые волосы.

Эльфийка Рю, отрастившая свои натуральные волосы до длины, где они достигали ее затылка, издала крик, собираясь начать контратаку.

— Хаааааааааааааа!!

— А…!?

Темно-зеленый деревянный меч отталкивает угольно-темный и отсекает часть плаща. Атак и защита не прекращались. В тот момент, когда авантюристы и эинхерии потеряли дар речи от внезапного поединка между эльфами, жители города испустили удивленные возгласы.

— Кто же это?

Начиная с громкого голоса Ибри, по Орарио прошлось цунами из вопросов.

Ошарашенные до этого люди и авантюристы наклонились вперед, наблюдая за прекрасными эльфами, отражающимися в зеркале.

— Эй-эй, что происходит?

— У альянса есть помощники?

— Авантюристка в маске… Черт возьми, неужели это Лион?!

— Неужели все забыли о той истори! Она больше не скрывается?

— А я думал, что “Штормовой ветер” мертва.

— Куда смотрит эта лживая гильдия, которая распространяется неверную информацию?

— Невероятно, она может сражаться с Дайнслейфом!

Из большинства именно боги продолжали возвышать свои глаза в радости и гневе. Это происходит на 30 этаже Вавилонской башни. Будь то богини, болеющие за объединенный альянс, будь то боги, поддерживающие Фрейю, все они один за другим вставали со своих мест и хватались за голову в непонимании. На лице эльфийки, передвигающейся на большой скорости, не было маски.

Эльфийка с прозвищем “Штормовой ветер” стояла на поле боя как настоящий эльфийский воин, не скрывая своей истинной сущности. Гробовая тишина, которая была совсем недавно, со взрывом сменились непонимающими возгласами, а также шоком и радостью богов, почувствовавших изменения.

(Она следует за моим фехтованием!?)

С другой стороны, тем, кто был удивлен происходящим на поле боя больше всего, был сам Хогни, который продолжал наносить рубящие удары.

Небесно-голубые глаза. Острое владение мечом. Он не забыл ее. Это была любимица Фрейи, эльфийка из таверны “Хозяйка плодородия” - “Штормовой ветер”. А этот случай отличался от их прошлого боя, где они сражались на фестивале богинь, в котором он одержал сокрушительную победу, не позволив противнику сделать хоть что-то.

Но теперь ей удавалось следовать.

Противник противостоял скорости и силе Хогни. На ней не было таинственного золотого света, который бы поднимал ее уровень. Это был истинный статус эльфийки перед ним. Лицо Хогни исказило удивление, а его клинок чертит вспышку из света. Отбрасывая Рю на расстояние, он громко произносит:

— Ты 6-го уровня!!!

Его слова разнеслись по всему полю битвы, заставив эинхерий и других, застывших на месте, не поверить своим ушам.

— Она была 4-го уровня и он сказал, что она смогла повысить уровень дважды!?

— Возможно! Весьма правдоподобно!!

Гермес издал залп аплодисментов, который не уступал крикам возбужденных богов вокруг него.

— Рю-чан продолжала сражаться. Даже после того дня, как “темные времена” подошли к концу! Даже после того, как тебя покинула Астрея, ты продолжала сражаться! Ты прошла через историю борьбы и совершила ряд подвигов, которые были также велики, как подвиги Айз-чан и других первоклассных авантюристов.

Уничтожение остатков сил зла в одиночку.

Общая победа над черным голиафом на 18 этаже.

Военная игра против Семьи Аполлона.

Многочисленные сражения во время ситуации с Ксеносами.

Смертельный марш по глубоким этажам вместе с Беллом.

А также столкновение с величайшей из разрушительных сил, Джаггернаутом.

Только Гермес и некоторые знали о том, сколько смертельных схваток пережила Рю. Это лестница подвигов, которые признают даже боги, и лавина испытаний, которые достойны любви и сожалений богинь. Пять лет назад, когда она собиралась исчезнуть, Рю была на вершине 4-го уровня. И витали слухи, что ее повышение к новому уровню уже близко. Учитывая время, которое потребовалось “принцессе меча” на повышение с 4-го уровня до 6-го, а именно 5 лет, не являлось для Рю невозможным сроком для достижения этого великого дела. Впервые в божественной эпохе произошло последовательное повышение уровня, которое можно назвать первым в истории. Это был подвиг, которого не смог достичь даже самый быстрый кролик-рекордсмен в мире. Даже Семья Локи и Айз, наблюдавшие за этим со своей базы, широко раскрыли глаза.

— По сей день она продолжала колебаться, но даже так она была готова пожертвовать собой ради справедливости, в которую когда-то верила, и этим она спасла Белла и других детей. И было не исключено, что она способна на последовательное повышение уровня!!!

Тот факт, что она продолжала сражаться в плену 4-го уровня, делал ее дела еще хуже. Если бы Рю была первоклассным авантюристом, то суровая реальность и величайшие трудности, которые выпали на долю Рю, были куда меньше. Количество и качество “великих подвигов”, которые продолжали набирать высококлассную экселию, породило неизвестность, которая перевернула нижний мир с ног наголову. Все потому, что эльфийка нашла свой праведный ответ под названием “надежда".

— Ты пришла вовремя, Рю-чан.

Гермес, который помогал Рю добраться до ее бога-покровителя Астреи перед военной игрой, улыбнулся столь долгожданному “подкреплению”.

— Я была беспомощна против тебя и “Сильнейшего” и потерпела полное поражение.

Под длинным зеленым плащом, который был хорошо знаком Беллу, находились короткие шорты и длинные сапоги древесного цвета. Рю, одетая в белоснежный боевой костюм на верхней части тела, заговорила, продолжая обмениваться ударами.

— После этого я уже не могла оставаться той, кем была.

Вот почему она покинула Орарио и отправилась к своему богу-покровителю — Астрее. Все для того, чтобы обновить свой застоявшийся статус и стать сильнее. Благодаря помощи Гермеса и Асфи она прибыла в город кузнецов “Золинген”. Это было место, где Богиня справедливости находилась в течение последних пяти лет, и это был ведущий город по производству мечей, где она верила что однажды сможет помочь Рю. Поэтому новое оружие в руках Рю была одновременно совпадением и результатом необходимости.

Ее прошлый деревянный меч “Альф Люмина” был уничтожен в битве с апостолом разрушения, а из звездной пыли возродился меч “Альф Джастия”. И, получив новое имя от Астреи, новый эльфийский меч стал называться ”Звездная дева справедливости”.

— На этот раз я не позволю тебе победить, “Дайнслейф”!

Ее спокойная решимость превратилась в бурю. Рю перешла в наступление на противостоящего ей удивленного Хогни. И нанесла серию атак, от которой трепетали ее длинные золотые волосы. Деревянный меч, который по длине не уступал длинному темному мечу Хогни, был заряжен магической силой и в сочетании с её навыком “ментальная перегрузка” Рю показывала силу, которая не была похожа на силу эльфийского воина. Рубящий удар Хогни, который должен быть сильнее из-за характеристики “силы”, был отражен, шокируя его смуглую руку.

— Эинхерии! Окружить эту эльфийку.

— !!!

И прямо в этот момент целитель, ожидавший в тылу, отдал указание. Это была Хейт. Она тут же воспринимает Рю, которая сражалась с Хогни, как помеху самовольно приказывает эинхериям вступить в бой.

— Хейт, ты... Смеешь мешать нашей дуэли!?

— Извините, но мне плевать на ваши игры, Лорд Хогни! Слава и победа Фрейи-сама превыше всего! разве я не права?

— Наша цель - немедленное устранение даже самой малейшей причины беспокойства, так мы сможем как можно скорее преподнести Белла в качестве подношения для нашей богини.

Отдалившись от Рю, Хогни тут же пришел в ярость, но при упоминаний почитаемой богини ему оставалось лишь скрипеть зубами. Несмотря на то, что Хейт была целителем, она была очень компетентна. Она приняла на себя командование от имени Хедина, который находился на вершине главного лагеря, чтобы позаботиться о том, чтобы никто не смог поднять дым контратаки. Правый и центральный отряд уже разбиты, поэтому эинхерии на главном поле боя быстро отреагировали и сосредоточили силы на Рю 6-го уровня.

— ….

Рю медленно оглядела клетку, организованную эинхериями. Стрелы, посохи, наконечники мечей и копий направленных на нее, стоящую в центре засады.

— …. Кладбище рыцарей, где запрещен честный бой. Будь проклято это место и эта судьба.

Прозвучал сигнал и множество видов оружия приближалось к эльфийке. Осознав результат, который развернется через минуту, Хогни с сожалением развеял свою стойку.

— Как же так……! Рю-сама!

— Альянс не получит даже искры для поднятия дыма. Я не позволю.

Это было разницей в оставшихся силах. С одной стороны была Лили, потерявшая фигуры для перемещения и способная лишь наблюдать, а с другой была Хейт, чья сильная армия все еще жива и здорова и с холодными взглядами наблюдала за местом казни эльфийки. Девушка целитель, связавшая веревки из остатков одежды, сожженной Мордом, вытянула руку и отдала приказ.

— Уничтожьте ее, эинхерии!

Вернее, она собиралась отдать команду, но прежде чем она успела это сделать, заговорила Рю.

— Я воспользуюсь ею, Астрея-сама.

“Да” - Словно с неба упал кусочек звезды, чей-то голос эхом отозвался в вытянутых ушах эльфийки. Это была улыбка богини. Это благословение звезд.

Держа меч из звездной пыли “Альф Джустия" в обеих руках и направив острие к небу, держа его словно рыцарь или звездная дева войны, она закрывает глаза и называет совершенно новое магическое заклинание.

— “Летопись Астреи”.

А через мгновение появилось сияние звезд.

— Что!?

— Магический круг!?

Нет, у ног эльфийки развернулся не магический круг мага, а большое количество иероглифов из света. Также как и статус выгравированный на ее спине, эти священные иероглифы представляют собой “меч и звездные крылья”.

— “Миссия завершена, баланс восстановлен.”

Из уст эльфийки сплеталась песнь праведности, подобная священному писанию.

— Пение?

— Это магия! Не дайте ей использовать ее!

В один миг эинхерии, которые были ошеломлены заклинанием, немедленно начали действовать. Серия стрел и залп волшебных мечей выпускались со всех сторон, но их остановило “сияние звезд”.

— Что за!?

Волна удивления напала на Эинхерий, Хогни и Хейт. Поле из света радиусом в пять метров, сосредоточенное возле Рю, блокировало дождь из стрел и демонические взрывы. Плавающие в пустоте кристаллы света и священные иероглифы покрывали Рю, как звездная пыль, образуя защитный барьер.

— Барьер? Нет, неужели это звездное святилище!?

Это был единственный способ описать это. Пока глаза Хогни раскрывались от удивления, эльфийка ускоряла свое пение.

— “Крепость порядка, корона невинности, свет, развевающий зло”.

Громкое пение, которое эхом отдается через купол из звезд, отражало все таки, заставляя эинхерий, сгораемых от нетерпения, ударять ногой по земле, чтобы выместить гнев. Они наносили прямые удары, размахивали и обрушивали свои мечи и копья на скопление святищихся иероглифов, но все было бесполезно. Пораженные взгляды наблюдали за тем, как их рубящие и колющие удары не могли пробить барьер и отбрасывались назад.

— “Во имя богини, пройдись по небу и прочерти звездный путь”.

— Хооооооооооооо

Наконец сам Хогни вышел вперед, превратившись в темную стрелу. Отбросив недавнее смирение и жалость, он взмахнул своим черным мечом, чтобы разрушить благословение звезд. Сверкнула вспышка из света и впервые светящийся щит дрогнул. Видя, как ослепляющий свет пытается оттолкнуть его, Хогни зажмурил глаза и прокричал.

— Хаааааааааааа

Прорвавшись через звездную защиту, которая была повержена рубящим ударом 6-го уровня, Хогни шагнул вперед и замахнулся на Рю, которая стояла в центре звездного поля.

— “Правосудие свершилось”.

Однако, Рю закончила быстрее и магия была завершена. Ее глаза резко распахнулись. А затем, когда ее небесно-голубые глаза открылись, удивленный Хогни увидел, как осколки звезд, кристаллы и светящиеся иероглифы двигались к Рю, а затем поглощались ею. Звездный пакт обмена был заключен. С ответом справедливости, к которому она пришла, Рю выкрикнула название.

— “Агарис Алвейсинт”!

— !?

Меч звездной пыли, который был покрыт сиянием алого пламени, отбросил Хогни. Огненный удар отталкивал Хогни назад заставляя его правую руку и обе ноги яростно молотить землю, чтобы остановиться. Авантюристы и эинхерии так же, как и боги, потеряли дар речи при виде этого алого сияния.

— Мощное магическое заклинание, дарующее пламя. Как оно может быть у тебя!

После громких слов Хогни началось оживленное обсуждение. Лишь те, кто знал эту магию, были поражены и в изумлении оставили непонимающих людей без ответа, создав вихрь замешательства.

— Ализе….!?

За пределами острова. Пробормотала первоклассная авантюристка Шакти. Ее глаза наполнились слезами, но прежде чем они полились, раздался громкий голос Хогни.

— Алая Харнел, Ализе Ловел!!

Это было именем апостола справедливости, погибшей 5 лет назад. Магия, представляющая собой алые лепестки, которыми управляла девушка, борющаяся со злом была выжжена в памяти многих.

И Хогни также знал и помнил ее. Блеск девушек из Семьи Астреи, которые прошли через “темные времена города”. Среди них была фигура Алой харнел, которая была особо яркой и пылающей. Хогни Рагнар тайно уважал пламя девушки, которое имело ослепительный блеск, которого не было у него самого и никогда не забывал о нем.

— Почему ты можешь использовать эту “магию”, Штормовой ветер!

Чувствуя бушующие эмоции Хогни, Рю ответила двумя словами, окутанными благородным пламенем.

— Путешествие окончено.

Это было долгое путешествие. Это был конечный путь эльфийки, которая застряла на одном месте, когда все товарищи кроме нее погибли и та, кто была поглощена пламенем мести, превратившись в пепел. За тысячекратной тьмой глубокого подземелья, вместе с мальчиком Беллом, она перешла на другую сторону света и нашла надежду, ответ справедливости самой Рю Лион.

— Затем я снова встретила Астрею-саму и уследовалав Волю Ализе и остальных. Вот и все.

Когда она наконец воссоединилась со своей богиней, все ее слова стали реальностью. Новая магия, которая была выгравирована в статусе Рю у нее на спине. Пламя на руках и ногах, а также в мече бушевало в ответ на справедливость эльфийки.

— Скажу еще раз. Каждый из нас приложит все силы и на этот раз мы победим!

А затем ее нога ударяет по земле. Подошвы ее ботинок вспыхнули слабым красным свечением и взорвали каменные плиты. В следующий миг алые лепестки расцвели и Рю превратилась в след красного лотоса.

— !?

Потрясая скорость реакции авантюриста второго класса, она мелькает в глазах поразительного мощного эинхерии и высвобождает рубящую атаку.

— Гхаааааааааааааа

Взрывное алое пламя вырывается наружу и наносится всего 1 удар, побеждающий авантюриста. Всего одним взмахом звездный меч, зачарованный мощной магией пламени, лишает авантюриста 4-го уровня возможности быть в сознании.

— Таммуз!?

— Не отвлекайтесь!

— Эти удары!?

Красный след не останавливался. Пламя, находящееся на ногах, действовало как зажигательное вещество. Рю повторила яростное взрывное ускорение “Алой Харнел” и нанесла удар по ошарашенной Семье Фрейи. Одна вспышка, две вспышки, затем проскочили три и сразу пять вспышек. Высокоскоростной меч, напоминающий ветер, сопровождался взрывами и разрушением.

Пятеро эинхерий, а затем и еще один пали от противоречивого и абсурдного смертельного удара. Она высвободила огневую мощь, которую можно назвать истинной сущностью огненной магии, которая превосходит чистую мощь, и будь то меч или щит, она сжигает и уничтожает врага вместе с его вооружением.

— О, Нееееееееееееееет!

Гневно кричали эинхерии, потеряв в мгновение ока уже шестерых товарищей. Они ожидали, что Рю попытается пробить один из углов и сбежит, но вместо этого она яростно понеслась прямо на них. Они поднимали свои двуручные мечи, нацеливали стрелы и пытались выпустить копья, но все было бесполезно. Любое нападение и защита были разрушены полетом эльфийки, покрытой алым пламенем.

— Хмф…!

Порыв ветра и рев пламени сплелись воедино. Эинхерии были оттеснены Рю и падали на каждом шагу. И сделать хоть что-то было нельзя. К изумлению богов и людей, наблюдавших за битвой, они терпели поражение один за другим.

Если кто-то посмеет указать на их ошибку, то проблемой непременно станет отсутствие командной работы в тот момент, когда они встретили противника. Если их командир Хедин был по близости или же это была Семья Локи, которая опиралась на командную работу, то они бы смогли принять меры, несмотря на распространившийся ущерб. Но как бы то ни было, они являлись эинхериями. Из-за ожесточенных противостояний внутри семьи они слишком закалили свою индивидуальную силу и могут лишь двигаться одновременно со своими союзниками, но не в силах использовать продвинутую тактику, чтобы выследить и помешать передвижениям эльфийки загоняя её в угол. И теперь, пока Рю повторяет этот процесс раз за разом, она никогда не будет побеждена.

Хогни был совершенно уверен в этом. В конце концов потому, что Хогни уже видел это. Позади Рю, наносящей удары на большой скорости, виднелся силуэт аловолосой девушки. Все это создавало иллюзию, словно Алая Харнел улыбается и сражается рядом со Штормовым ветром. Эльфийка больше не была одна. Алое пламя и Штормовой ветер кружатся в яростном танце, словно они всегда будут вместе.

— Это… Магия Ализе-чан!

Вавилонская башня в очередной раз была охвачена шоком. Здесь не было богов, которые могли бы не знать о Семье Астреи, которая была уничтожена пять лет назад. Забыв сесть на свои места, Боги продолжали кричать, смотря на Рю, которая использует мощное огненное зачарование.

— Она использует чужую магию!

— Не может быть…. неужели это призыв!

— Также, как у “Тысячи эльфов”!

Боги с неконтролируем рвением рассуждали о том, был ли это нечестный магический призыв для того, чтобы использовать чужую магию, также, как может делать одна из ее собратьев в нижнем мире, а атмосфера наполнялась шумом.

— Нет, это не призыв…

Однако, Гермес отрицал все их теории.

— Это “наследие” - Словно глядя на что-то ослепительное, утверждал Гермес.

Справедливость девушек вновь ожила. Воля Семьи Астреи, которая рассеялась и превратилась в свет звездной пыли, подобно бесчисленным сияющим огням в ночном небе, все еще живет в Рю. “Память о звездах Летопись Астрея”. Такой была новая магия Рю, которая она проявила, получив повышение на уровень 6.

Как и сказал Гермес, ее сила это “наследие справедливости” .Чудо-магия, которой обладает только Рю Лион, она позволяет ей наследовать магию 10 челнов семьи, имеющих ту же благодать богини справедливости Астреи, которая была выгравирована на ее спине.

Это крайне необычная ситуация, а также нерегулярность нижнего мира и особая “неизвестность”. Клятва мечей и крыльев справедливости была выполнена. Переживая самый захватывающий момент за весь день, Гермес улыбался и аплодировал в знак поздравления.

— Семья Астреи….

— Семья Астреи Вернулась!...

Это был центральный парк, расположенный под вавилонской башней в центре города.

Видя, как пламя справедливости отражается в божественном зеркале над головой, некий торговец не смог сдержать слез. Супружеская права, спасенная апостолами справедливости еще в темные времена, начала рыдать, обнимая свою дорогую дочь.

Все они были “результатами справедливости”. Они были лучшим доказательством, того, что честность и деяния девушек, отстаивающих справедливость, не забылись. Люди и боги не знали, что Рю делает на поле боя. Но была одна вещь, которую она была обязана сделать. И в конце концов, слезы людей превратились в град аплодисментов.

— “Приди, небо далекого леса. Бесконечные звезды, разбросанные по бесконечному ночному небу”.

А затем.

— "В ответ на мой глупую просьбу, еще раз благословите меня сиянием звездного огня. Пусть свет смилуется над теми, кто оставил его.”

Несмотря на то, что она унаследовала справедливость Ализе и остальных, первоначальная магию Рю ничуть не ослабла.

— Параллельное пение!

— Остановить ее!

Звонкое пение и нарастающая магическая сила заставили эинхерий потерять самообладаение и броситься на Рю. Но поймать ее не удавалось, а те, кто пытался приблизиться к ней и прервать ее пение слишком неосторожно, были отбиты взрывными ударами.

— Гхааааааааааа

Хогни, который до этого момента ошеломленно стоял на одном месте, уже изменил цвет своих глаз и напал на Рю. Он был первоклассным авантюристом, который отличался от других воинов, и даже Рю будет нелегко уйти от него.

— Пересеките небо и беги по пустыне, беги быстрее всего и всех! Уничтожь врага с помощью света звездной пыли!

Однако она отражала рубящие удары один за другим, неуклонно продолжая свое заклинание. Это было скоростное пение, поддерживаемое в скоростном бою. В тот момент, когда Рю продемонстрировала технику, превосходящую магических мечников, и в первую очередь смелость, которая не дрогнула перед лицом вражеских атак, лицо Хогни исказилось гневом. Все это говорило ему, что эта эльфийка привыкла к параллельному пению, как никто другой.

(У нее даже есть магический круг…!)

Под ее ногами образовалось темно-зеленое сияние, напоминающие лесные узоры. Это было доказательством того, что она является высшим магом, который поднял силу своей магии на более высокий уровень. Еще пять лет назад, когда “Штормовой ветер” была мертва, она не имела способности мага. Хогни понимал, что она сумела развить в себе новую способность, и что бомбардировка, которая вот-вот начнется, повергнет ситуацию в битве в хаос.

Но даже если противник является авантюристом 6-го уровня, это не является проблемой и Хогни может уничтожить противника, который посвящает себя пению.

Однако лепестки пламени помешали ему это сделать. Как раз в тот момент, когда он был в шаге от того, чтобы уничтожить стойку Рю, зачарованное пламя на мече Рю выпустило взрыв, в результате чего стойка и расстояние между ней и Хогни было разрушено. Даже те кто наблюдал за этим со стороны разделили неудержимый шок, который поразил его.

(Слишком быстро!)

Скорость эльфийки, за которой не могли поспеть ее собственные глаза, поразила Хейт.

(Она сильна)

Громкое звучание ее пения заставило Хедина понять, что она является эльфом, достойным стоять рядом с ним.

(Да что происходит!?)

Увидев невероятное зрелище, которое ошемило даже эинхерий, Лили отводит взгляд, не понимая, что происходит.

— “Приди, свет звездной пыли и уничтожь врага”.

А затем. Гордость эльфийки 6-го уровня и магическая бомбардировка были выпущены.

— “Светящийся ветер”!

Атакующий рой больших шаров света, овеянных ветром, поглотил главное поле битвы.

— Гуаааааааааааааааааааааааааааааааа!

После прыжка, магия широкого диапазона атаки была направлена сверху вниз. Сияние звездной были, обладающее огромной разрушительной силой в каждом снаряде, снесло всех эинхерий, находящихся в зоне поражения, без исключений. Они были разбиты и уничтожены, поглощенные светом и ветром. Бомбардировка, направленная не только на авангард, но и на тыл, попав в Хейт и ее отряд, столкнув андхримнир в водоворот шока.

— Что!?

— Эта магия… Не может быть!

— Рю-сама!

Четверо братьев Гулливеров были поражены взрывами света и ветра, исходящими с правого фланга объединенного альянса, который уже должен быть уничтожен, а Айша и Микото были поражены.

— … Рю.

В тот момент, когда она услышала цепочку взрывов, находясь в “доме богов”, далеко за пределами своей видимости, Фрейя, которая не имела возможности узнать о происходящем на поле боя, теперь также знала, что появился “Штормовой ветер”. А когда запаниковавшие охранники наконец вернулись, она прищурила свои серебряные глаза, состроив холодную гримасу, не давая никому понять, что у нее на уме.

Дрожь достигла Белла, который был уничтожен Оттаром. Грохот донесся до кошачьих ушей Аллена, охотившегося за богами. Потрясение ошеломило даже Гестию, которая отчаянно спасалась бегством.

Вмешательство одного эльфа смогло погрузить Городские Руины Орза в Хаос.

— Она сделала это….!

Хогни был единственным, кому удалось избежать мощного светового шторма.

Темный эльф, который использовал свое собственное ультракороткое пение, чтобы погасить большой шар света и избежал опасности, двигаясь отдельно от остальных, быстро осмотрел окрестности.

Ущерб по союзникам был серьезен. Эинхерии, пришедшие с основного поля битвы были почти полностью уничтожены, и хотя Хейт и остальные андхримнир, павшие от магический бомбардировки, пытались восстановится, они не смогут сразу же разобраться в линии битвы. Причиной этого стало большое количестве песка и пыли, поднятые магией “светящийся ветер”. Отголоски все еще были оглушительными, а позиция Хедина, который находился в тылу, пропала из виду.

Хогни, который демонстрировал достоинство первоклассного авантюриста, на котором не было ни единой царапины, кроме изорванного плаща, нахмурил брови, точно понимая истинные намерения Рю.

(Это был не концентрированный огонь, направленный только на меня, а бомбардировка на уничтожение с расширенным до предела радиусом действия! Она выбила всех остальных и убрала ненужные препятствия! Другими словами, она…!!)

Это значило, что на поле битвы осталось лишь 2 воина. И условия для боя один на один были созданы.

— Давай сразимся!

— !!!!

Прорвавшись через огромное количество пыли, сверху появилась Рю, окутанная алым пламенем. Прищурив глаза и подняв взгляд вверх, Хогни, принявший вид короля войны, атаковал звездный меч.

— Не недооценивай меня!

Угольно-темный проклятый меч и и багровый огненный звездный снова встретились.

Пыльное поле битвы по-прежнему окружено желтой завесой. И никто не мог вмешаться. Кладбища рыцарей, где запрещены одиночные бои, больше нет.

Теперь, темный эльф и белая эльфийка искреннее вложат всю свою душу и сердце для того, чтобы победить противника перед собой.

— Хааааааааааааа

— …!

— Медленно! слабо! Слишком жалко!

Хогни с гордостью обрушил свой меч на слишком самоуверенную эльфийку, которая была полна решимости одолеть его.

Он перехватывает огненный рубящий от Рю и мгновенно наносит ответный удар мечом, уничтожая как можно скорее появившуюся огненную перчатку противницы. Несмотря на то, что он был осыпан бесчисленными искрами, Хогни ни разу не получил прямое попадание от взрывных ударов.

Огненная магия, дающая абсурдную мощь, безусловно представляла угрозу.

Однако, Хогни уже изучил область действия и силу этого пламени во время их стычки с "параллельным пением”. И он точно определил, какие дыры есть в нынешнем боевом стиле Рю.

— Неважно, как пылает твой огонь, дарованный твоим другом, мой меч убийца воинов никогда не сгорит.

Если мощная огневая мощь неосторожно взорвется на близком расстоянии, то она всегда имеет шанс довести заклинателя до самоуничтожения. А главное, что Рю не умеет контролировать силу и эффект огненной мощи как “Алая Харнел”.

В таком случае, цель Хогни находится прямо перед ним. Самовольная решимость сгореть в огненной печи была выходом, через который не смогли бы пройти даже “Эинхерии”.

И лишь Хогни, занимающий 1 или 2 место в навыках ближнего боя в Семье Фрейи может найти подобные “дыры”.

— Разорви ее, моя жертва бездны.

И кроме того, сила проклятого меча “Жертва Бездны” все еще рядом с Хогни.

Острие все больше удлиняющееся от кончика меча, создает расширенный радиус поражения выходящий за пределы пламенных лепестков и неглубоко разрывает плечо Рю, успевшей отступить в последний момент.

Это был вакуумный клинок, который не способен остановить даже огненный взрыв.

И то, что его называют “Убийца авангардов” вовсе не пустые слова. И в сочетании с превосходным фехтованием Хогни он превращается в танец из рубящих ударов, через который невозможно пробиться.

— Не увлекайся, повысив уровень лишь дважды, ты все еще маленькая девочка, которая мне не ровня.

Совершив невиданный подвиг, двойное повышение уровня, враг идеально обладал своим сосудом. А также нисколько не поддавалась резко возросшему статусу. Неизвестно, чем именно она занималась до этого, но это безусловно достойно похвалы.

Но даже с этим, боевые навыки и опыт Хогни было непревзойти. Первоклассные авантюристы из других семей и первоклассные авантюристы из семьи Фрейи отличались.

Отточенные техники и тактики, а также решимость не бояться смерти и верность богине превращали их в воинов, достойных зваться героями.

Вот, что означало преодоление крещения, а также война внутри семьи и становление на вершину Эинхерий.

Сколько бы апостолы справедливости, Ализе и остальные, не одалживали свою силу Рю, у Хогни, вызвавшего свою сильнейшую личность с помощью магии, не было причин проигрывать.

Все так как и должно быть.

— Гха!?

Он смело выступил вперед и продолжил атаковать. Нанося раны на руках и щеке врага.

Но Хогни стали оттеснять. Взмах угольно-темного меча снова атакует Рю

Огненные лепестки бушевали. Постепенно они стали угрожать Хогни.

(Что происходит...!?)

Движения противника стали быстрее?.... Нет, замедлялась лишь реакция Хогни.

Его тело больше не могло поспевать за движениями, которые задумал его разум.

— Мы на военной игре! — сказала Рю, подняв свои небесно-голубые глаза вверх.

Видя, что тело Хогни сотрясается от изменений, Рю вступает с ответом.

— Мой собрат эльф, скольких противников ты уничтожил этим мечом до встречи со мной?

Как только он услышал слова, все тело Хогни охватил огромный удар.

(Черт, только не это!)

Пять пальцев, обхватывающих меч, дрожали, словно в конвульсиях.

Серо-оранжевый занавес в виде пыли спал.

Сдерживая нападение Рю, Хогни огляделся вокруг.

Павшие эинхерии - нет. Целители, которые лечили союзников - тоже нет.

Раненый капитан отряда Дафна, которая все еще спала в объятиях Кассандры - вот, что было ответом. Именно ее стратегия заключалась в том, чтобы ослабить Хогни.

— Проклятое оружие дает мощное преимущество, но за него нужно платить!

— Тц!?

— Главная плата - снижение статуса или же физических сил.

Как и сказала Рю, орудие Хогни являлось проклятым оружием. В обмен на расширение дальности рубящих ударов, убийственный атрибут истощал физические силы пользователя. Также, как и шрамы от проклятого оружия, их невозможно исцелить быстро, используя восстановительные зелья и магию. И Хогни неосознанно слишком злоупотребил проклятым оружием. Все из-за авантюристов из альянса. Из-за Дафны и остальных пустышек, которое опрометчиво решили бросить ему вызов.

— Те, кто сражался здесь до меня, уменьшили твою силу.

Глаза Хогни наполнились гневом, когда он услышал заявление Рю, прозвучавшее как болезненный удар.

“Пусть режет” - Оука, Борс, Чигуса и остальные жители подземного города получили этот приказ. А сама Дафна, которая это приказала, терпела рубящие удары Хогни столько, сколько возможно.

Все авантюристы, замаскированные под охотничью добычу, поглощали большое количество ударов Хогни.

— Дафна-тян….!

Кассандра, которая сидела на земле и наблюдала за ожесточенной битвой между Рю и Хогни проливала слезы, обнимая израненное тело Дафны. Все это было результатом “худшего тиранического приказа”.

В котором Дафна и остальные попали в ад, чтобы максимально уменьшить силу Хогни для своих союзников, вместо того, чтобы выигрывать время и сшивать свои силы против первоклассных авантюристов.

(Нелепо!)

Если бы это был обыкновенный Хогни, он бы не совершил такую глупую ошибку, как злоупотребление проклятым оружием. Но начиная с ожесточенной битвы против Цубаки, он сражался с основными силами альянса больше чем кто-либо еще в Семье Фрейи и неосознанно сбился с пути. Угрозы в виде демонических мечей кротцо, невероятное повышение уровня, которое смогло сделать кузнеца 5-го уровня уровнем 6. А также сопротивление Дафны и ее отряда, которые не побоялись пожертвовать собой ради общего блага. Все это нашло свою цель и все было связано.

Стратегия главного командира Лили и стратегия вице-командира Дафны, борьба Цубаки и ее отряда, отчаянная воля к победе от воинов, которые продолжали бороться, все было связано с этим моментом.

— Будь это честный бой, то кто знает, каким бы мог быть результат.

Меч, разящий на высокой скорости, пронесся по воздуху. А Хогни, чей меч наконец был выбит из руки, которая полностью потеряла силы, замер.

— Но сейчас мы победили.

А затем, с криками толпы, кончик меча прижался к груди Хогни. Правая рука и красное пламя, которым наделен звездный меч, было выпущено на полную мощь. Рю выкрикнула свое особое заклинание с огромным количеством магической силы.

— Арвелия!!

А затем произошел взрыв.

— Гхааааааааааааааааа

Все тело Хогни отправилось в полет от алого взрыва, выпущенного с минимального расстояния. Он горел, летел и врезался в обломки руин позади.

Его тело дымилось. Боевая одежда обгорела. Сознание ушло, а глаза были закрыты челкой. На поле боя образовалась тишина. Первоклассный авантюрист потерпел поражение от падающей звезды 6-го уровня.

В сильнейшей крепости появилась трещина, которой никогда не должно было случиться. Поначалу все замерли и перестали двигаться, а затем....

— Поражение! Дайнслейф был побежден!

— 6 уровень был побежден! Потрясающе! Я до сих не могу прийти в себя!

Сбитый с толку Ибри продолжал кричать. Не обращая внимания на то, как охрипло горло, он наклонился вперед и продолжал разносить свои крики. А авантюристы повторяли за ним. Даже боги продолжали кричать.

***

Город содрогнулся. Небо было потрясено, а земля пришла в дрожь, жгучие крики поджигали все и вся, создавая иллюзию, что центр мира взорвался от эмоций.

— Она победила! Она победила егооооооооооооооо!?

Не отрывая глаз от божественного зеркала, она схватила Айз за оба плеча, вызывая тряску и дрожь. Тиона, которая раскачивала Айз назад и вперед, впала в неистовство, не обращая внимания на разметавшиеся длинные волосы своей подруги.

— Она смогла пройти “Дайнслейфа”!!

Рядом с ней со своего места подскочила Тионе, которая поддалась своим бущуюшим эмоциям

— Она победила члена Семьи Фрейи….!

Глаза Риверии и Гарета раскрылись до предела от поражения первоклассного авантюриста.

— Это замечательно.

Также и Финн. Он улыбался девушке, которая смогла подтолкнуть их лидера к слабой, но выигрышной возможности

***

—.ААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААА!?

Богини и боги, которые поддерживали прекрасную богиню Фрейю и те, кто не поддерживал, вскакивали со своих мест на ноги и уставились на охваченное дрожью божественное зеркало, одновременно обнимая рядом стоящих богов.

Город неистово сотрясается.

----------

Слова о цветах для тебя часть 2

На поле битвы, где исход уже был предрешен, упал “метеор справедливости”, превратив весь Орарио в водоворот красного лотоса, который не перестал пылать.

— Даааааааааааааааааааааааааааааааа!

В этот момент Лили принимает позу победителя, поднимающего кулаки вверх, словно вознося их к небу. Девушка прум, которой удалось достигнуть минимального необходимого условия для победы, о котором говорил Финн - поражение первоклассного авантюриста, забыла о ситуации и принялась за неистовое ликование.

Это были не эинхерии и даже не андхримнир. Это падение первоклассного авантюриста, абсолютный и элементарный фактор, который стратегически необходим. А также цель, которая была выбрана заранее. Да, тот самый первоклассный авантюрист, к которому стремилась командир Лили, это Хогни Рагнар. Форма и Подготовка, которые были реализованы в результате борьбы Цубаки, Дафны и остальных стали основным элементом. А последний шаг был сделан подоспевший к месту происшествия Рю.

И это не было случайным и удачным ходом, это была “надежда” ради которой Лили и ее товарищи, которые были раздавлены отчаянием, но продолжали бороться.

— События меняются…! С этим ход событий изменится!

Всего одна победа, но для Альянса она является важнейший из всех остальных, а для Семьи Фрейи это будет самым тяжелым поражением. Поражение уникального воина-руководителя, а не простой армии солдат, несомненно, приведет к большим потрясениям.

На Главном поле боя, которое теперь было наполнено тишиной, отличавшейся от шумного Орарио, эинхерии и братья Гулливеры, занимающие левый фланг, стояли в полном ошеломлении.

— Лорд Хогни…. пал?....Как такое возможно!?

Моральный дух Семьи Фрейи был подорван и даже присутствие Хедина на роли стратега не могло восстановить его. Кроме того, все воины, которые находились на юго-востоке главного поля боя, были уничтожены магической бомбардировкой Рю. Шум и потрясение распространялись настолько быстро, что их можно было уловить даже в базовом лагере, где находилась богиня Фрейя.

— Х-Хейт-сама!

— Хогни-сама пал!? Что нам делать?

То же самое происходило и с отрядом целителей “Андхримнир”. Отряд целителей, состоявший из одних девушек, был переполнен растерянными голосами.

— Заткнитесь!

— !!!

Но громкий крик Хейт быстро обуздал весь хаос вокруг.

— Мы - отряд Андхримнир, которые наполняют умирающих воинов и исцеляют их! Не важно, сколько раз! Сколько бы ни пало воинов, нам нужно лишь исцелить их раны, разбудить и вновь отправить их на поле битвы.

Она больше не являлась той мягкой девушкой, которой ее можно увидеть в обычной ситуации, вместо этого, ее лицо обрело образ язвительной ведьмы, которая  поклонялась богине и закрывала глаза на все потрясение, грозящие охватить поле битвы.

— Я лично исцелю Лорда Хогни и он вновь поднимется на ноги! А моя помощница Рене и другие исцелят павших эинхерий! Не стоит колебаться, наша победа уже предрешена!

— Есть!

После нагоняя от Хейт, другие девушки-целители смогли восстановить самообладание. Подготавливая магию и инструменты, целители и травники работали вместе и готовились начинать лечение.

(Альянс и “Штормовой ветер”! Теперь они объединились! Но даже так, несмотря на то, что Лорд Хогни пал и боевой дух пошатнулся, я не сомневаюсь, что ситуация на войне до сих складывается в нашу пользу!)

Ее лицо исказилось от сильной горечи, словно она проглотила горького жука, но Хейт удалось успокоить свое сердце и принять решение. Лечение эинхерий, попавших под магический обстрел Рю, уже завершено. Им оставалось лишь восстановить линию фронта, используя все возможности отряда золушек “Андхримнир”, которые находились здесь. Они уже много лет поддерживали “боевое поле Фольквангр” и благодаря этому опыту они точно способны на это. Но для Лили этот факт являлся вершиной отчаяния, от которого хочется кричать. Боль от невозможности уничтожения Хейт и её отряда в начале войны теперь ощущается как можно сильнее, и они подавляли волнение еще до того, как искра превратится в пламя.

— Я не дам переломить ситуацию! Вам не видать надежды!

И теперь девушка, в сердце которой была лишь преданность богине, пыталась подобраться к павшему Хогни. Но в один момент….

— Кяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяя!

Отряд андхримнир наполнился криками. Даже Хейт не стала исключением.

— Что!?...... Происходит?

Они попали под бомбардировку. Дождь из магии продолжал обжигать их кожу и наносить урон. Однако, пока каждый член ее отряда продолжал получать урон, Хейт удавалось уклоняться. Изначально у них не должно было быть проблем. Ситуация была не лучшей, но достаточно хорошей. Однако проблемой оказалось то, что обстрел велся позади них, а то, что их атаковало, было снарядами из молний.

(........А?)

Противников позади быть не могло и поэтому никто не обращал внимания на собственный тыл. Покачиваясь, Хейт медленно оглянулась назад в направлении базового лагеря. Там стоял белый эльф. Держа при себе свой меч с длинной рукоятью и вытянув свободную левую руку, их командир стоял на том месте, будто так и было задумано. Само собой, это был Хедин Селланд. Начав свой магический залп не слишком далеко и не слишком близко, он оставил Хейт и ее отряд в пределах досягаемости максимального эффекта его магии.

(..................................Чт……………?)

В голове Хейт произошли помутнения. Наблюдая за девушкой, которая так и не могла принять эту информацию, Хедин произнес лишь одно.

— Воюйте вечно, несокрушимые громовые солдаты.

Это был приговор без каких-либо ложных утверждений.

— Карус Хильдр!

***

— Чтооооооооооооооооооооооооооооооо!?

Крик Ибри не прекращался. Его микрофон из волшебного камня чуть не упал на землю, когда он выражал мысли и чувства каждого жителя города.

— Стоп-стоп-стоп, подождите!! Я до сих пор не понимаю, что происходит, объясните, как это могло произойти!?

Город сотрясался снова и снова видя, как яростный шквал молний обрушился на отряд андхримнир. Город был в состоянии полного шока только при поражении Дайнслейфа, но непонятный поступок от Хильдрслейфа, который последовал за ним, превысил все, что могли усвоить головы жителей. Огромное количество информации, которое грозилась взорвать их головы, не давала полностью осознать ситуацию. Поначалу люди даже подозревали, что божественное зеркало сломано, но боги утверждали, что это невозможно, заставив авантюристов осознать, что это реальность. А затем начался Хаос.

— Промах!? Неужели Хильдрслейф совершил оплошность? Принял союзников за врагов….!!! Ганеша-сама, помогите нам, что тут, черт возьми, происходит?

— Я Ганешааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааа!?

— Господи, что же нам делаааааааааааааааааааааать!?

Разобраться в происходящем было невозможно. Ни от ведущего Ибри, ни от ведущего Ганеши не было толку, оба превращались в генераторы шума, которые попросту выкрикивали происходящее на поле боя. У людей, находящихся в Орарио, так же как и у богов, которые наблюдали за битвой в оцепенении, было лишь “одно слово”, описывающее происходящее. Но никто не мог поверить в это. Ведь единственная в своем роде Семья Фрейи, которая поклялась в верности своей богине, не могла допустить подобного исхода событий.

— ….Предательство….? - Пробормотал один из людей, находясь в оживленной толпе на центральной площади.

Эти слова постепенно превращались в ропот, который перерастал в огромный шум.

— Хильдрслейф предал их!

— Это восстание!

— Вранье!

— Что за чепуха!!

— Это не может быть правдой! Ведь это преданный Хедин Селланд!!

Центральным генератором криков была группа эльфов. Безжалостный, суровый и самый преданный из всех белый эльф восстал против своей семьи, и многие не могли поверить в это, даже видя ситуацию своими глазами.

— Прямо как в битве с Семьей Аполлона - Проговаривали люди, чувствуя сильное дежавю.

(Нет, все иначе)

Но Лили отрицала это. Видя эту невероятную сцену снова и снова, даже сомневаясь в своих глазах, она все равно утверждала, что это было совершенно иное. Предательство, которое происходило во время военной игры с Семьей Аполлона, произошло снова. Возможно, что такие мысли мелькали в головах жителей орарио и альянса семей. Но все было не так. В прошлом это было стратегией Лили, которая использовала свою магию трансформации. И прум по имени Луан никогда не предавал свою семью. Поэтому развернувшаяся сцена не была повторением прошлой военной игры. И это было настоящим безумием.

—- Значит то, о чем говорил Белл-сама, было правдой?

Удивленно пробормотала Лили, а ее сознание улетело на несколько часов назад.

***

— Эй, Лили… Выслушаешь меня?

Это было перед началом военной игры. После того, как Лили окончила воодушевлять альянс, беловолосый мальчик решил поговорить с ней, а вместе с этим поведать о важной мысли.

— Меня не покидает предчувствие, что Мастер….. То есть Хедин-сан поможет нам…

К удивлению Лили, а также Гестии и тех, кто собрался вокруг, Белл рассказал о своем предчувствии.

— Когда мир изменился после очарования и когда я был загнан в угол…. Я чувствовал, что мастер помогал мне, когда продолжал избивать меня на крещениях.

— Значит, тебя действительно избивали….

— Да…… Но все же! Он был единственным, кто обращался со мной не как с Беллом Кранеллом из Семьи Фрейи, а как с “настоящим мной”, или очень похоже на то, как делал это раньше…!

— “Неважно, лишился ли ты ума или нет. По-настоящему непростительно будет стоять на одном месте вместо того чтобы двигаться вперед.”

Именно эти слова были сказаны мальчику, который почти потерял себя. А также короткая улыбка, которую он показал на фоне сияния сумерек в боевом поле. Белл туманно выражал свое предчувствие о том, что Хедин продолжал сурово испытывать его на крещениях, будто он возился с непутевым учеником, пытаясь подтолкнуть его в определенном направлении.

— Я чувствовал, что Мастер чем-то отличался от Вана, Аллена и остальных… Но думаю, что будет невозможно, что он перейдет на нашу сторону….

После некоторых размышлений, бессвязных реплик к своему нелепому предположению, Белл поднял взгляд.

— …. Но я подумал, что еще до свидания с Сир…. Мастер начинал действовать только ради нее…. Может, так будет и в этот раз. Вот почему Мастер может использовать нас и одолжить свою силу.

Слова Белла походили на слова ученика, который мог догадаться о том, что происходит в сердце своего мастера. Естественно, что будучи главным командиром, Лили не могла просто принять эту историю “А что если” и не могла положиться на это. Поэтому, она произнесла: “Думаю, что вероятность этого ничтожна мала” Но Белл лишь улыбнулся, сказав, что хочет лишь чтобы она держала эту мысль у себя в голове.

— Догадка Белла-сама сбылась…..?

Лили вынырнула из моря воспоминаний и в ужасе посмотрела вперед. Дождь из громовых сфер все еще витал вокруг, надвигаясь на встречающихся вокруг Андхримнир. Даже наблюдая за этим с дальних руин легко было подтвердить тот факт, что догадка Белла стала реальностью. Лили не знала намерений Хедина. Истинная цель его поступка была скрыта в тени. Но если смотреть лишь на неопровержимые факты, то первоклассный авантюрист Хедин Селланд…

— Перешел на сторону Альянса!

****

— Аааааааааааааааааааааааааааааааааа!

В небе раздался крик Хейт, который не походил ни на рев, ни на гневный возглас. А залп грозовых молний продолжал падать вниз. Пока остальные целители и травники продолжали падать на землю из-за воздействия тока и взрывов, лишь Хейт продолжал трястись всем телом, бушуя от эмоций.

— Как это понимать? Что вы делаете, лорд Хедин?

Используя быстрое восстановление на своем собственном обгоревшем теле, она отмахнулась от удара молнии своим длинным посохом и с яростью посмотрела на стоящего перед ней.

— Вы атаковали целителей, неужели вы сошли с ума, напав на своих союзников?

Длинные волосы медового цвета, которые лишились заколки, колыхались на ветру, словно демонстрируя гнев девушки, но Хедин, который уже выпустил 78 громовых сфер, ответил спокойно.

— Я в здравом уме. И ни за что не допустил бы такой осечки.

— ….!

— Я самостоятельно принял решение уничтожить тебя.

Словно подтверждая его волю, возле магического круга под его ногами поднялась новая магическая сила. В его красно-коралловых глазах не было следов безумия. С мудрым и умным взглядом, который был хорошо знаком Хейт, Хедин продолжил свой варварский акт. Кулаки девушки сжимаются, когда уже сотня белых громовых сфер поднимается в воздух и нацеливается на нее.

— Значит, ты предаешь Фрейю-сама? Неужели кто-то настолько преданный вроде тебя сделал это! Я всегда верила, что даже если весь мир отвернется от нее, только ты и Капитан будете продолжать защищать ее.

— Не смей мерить меня под своим глупые стандарты, дура. Мне тошно от этого.

Говоря, что все ее слова являются полной чепухой, Хедин прекратил громкий крик Хейт.

— И кроме того, я не собирался вовлекать Фрейю-сама в какие-либо коварные планы.

— Чт…….

— Я совершил этот грех только из-за своей преданности. Вот, что я хотел сказать.

А затем, чтобы это могла понять даже Хейт, он пересказал свои слова более просто и понятно.

— Я последовал примеру помощницы богини, Хелун.

— …..

Так звали одну из коллег Хейт. Та, о которой она старалась больше не думать. Та, которую она считала неуклюжим ребенком и которую иногда опекала, но вместе с этим считала одной из немногочисленных подруг. Но сейчас это было именем предательницы.

— … Ты тоже…. Даже ты!!

Чувства, которые пробудились в ней, когда она узнала, что Хелун предала богиню, вновь захлестнули ее. В тот момент, когда Хейт поняла, что он такой же отступник, совершивший то же, что и Хелун, она отбросила все сомнения и вспыхнула пламенной яростью

— Позор тебе, предатель! Божественная воля Фрейи-сама абсолютна! Как ты можешь говорить о преданности, когда сам отвернулся от нее?

— Разговоры с безумными фанатиками богов утомительны. Это пустая трата времени, так что отправляйся спать.

И вновь возобновился громовой раскат. Несмотря на то, что Хейт был единственной, кто остался стоять на ногах, на нее вновь обрушился ужасный шквал молний.

— Вот как!!

Множественные удары обожигали и уродовали ее тело, конечности были почти разорваны, но узор света, распространяющийся по ее обгорелой коже, быстро стирал все повреждения Хейт.

— “Асу Гульвейг!” Даже первоклассный авантюрист не может уничтожить меня полностью! Я Хейт Вельвет, ведьма, получившая золотой дар от самой Фрейи-сама!

Излучая золотой магический свет, бездонный регенеративный эффект продолжал исцелять тело Хейт. Это было автоматическое исцеление, которое не смогло пересилить даже магический меч Кротцо. Несмотря на то, что эта магия была 4 уровня, эффект, который мог противостоять яростному огню магии “Карус Хильдр”, являлось угрозой, выходящей за рамки стандарта.

— Пока я здесь, ни один из эинхерий или андхримнир не умрут! Я буду защищать Фрейю-сама!

Хейт бушевала, а ее голова кипела от ярости. Уже много раз в нее попадали сферы из молний, заставляя ее пошатнуться, но она встала, пытаясь продвигаться вперед.

— Перестань, глупая свинья!

— Чт…..

Однако. Ей вновь ответил Хедин, который выглядел совершенно скучающим.

— Нельзя убить? Дура, твоя магия не вечна и у нее есть предел.

С выражением лица, которое говорило “Слишком утомительно”, он продолжил громовой обстрел.

— Всем известно, что для активации магии требуется ментальная сила.

Количество ментальной силы Хейт явно превосходило других целителей и магов того же уровня. А длительность сверхустойчивого  восстановления, которое превосходило подобное у целительницы Аирмид, было одной из причин, по которой альянс семей пострадал так сильно.

Однако…

— Как думаешь, на чьей стороны будет количество ментальной силы, на твоей или моей?

— ….

Перед ней был Хедин Селланд, мечник, обладающей целой магической артиллерией с самым большим запасом метательной силы, который признавала сильнейший маг города, Риверия Лиос Альф. В этот момент на пылающую яростью голову Хейт словно обрушилось холодная вода, и время вокруг замерло.

— Нет смысла говорить о том, кто первый исчерпает свой запас ментальной силы.

После этого, магический шквал набрал скорость. А затем рой громовых сфер превзошел восстановление Хейт. Она продолжала исцелять и исцелять, но гром и молния продолжали пронзать и сжигать ее тело. Золотая магия девушки скрипела и стонала, а ноги, которые двигались вперед, остановились, колени наконец коснулись земли.

Девушка, на которую без пауз обрушивались брызги громовых разрядов, видела, как ее тело отбрасывает назад, а вдали виднелось презрительное лицо красивого эльфа.

— Твое золото лишь второсортное подобие богини, куда меньшее, чем у помощницы богини, Хелун.

После горькой иронии от эльфа, глаза девушки распахнулись до предела и она закричала, обнажив в своей душе зависть к помощнице богини.

— Гаааааааааааааааааааааааааа!

Молния. Грохот. После того, как ужасающий обстрел закончился, на земле лежал лишь “золотой обломок”, который больше не был вечным.

***

— Хедин Селланд?

Рю была поражена. Все случилось в одно мгновение. Сразу после победы над темным эльфов Хогни, по небу пронеслась стремительная атака из молний, которая уничтожила группу андхримнир. Все это заставило ее застыть от неожиданности.

— Штормовой ветер, отправляйся на северо-запад!

Голос Хедина, который уже повалил ведьму Хейт, дал указания.

— В колизее впереди от тебя глупый кролик…. Кроличья Лапка сражается с Оттаром.

— !

— В одиночку ему не справиться. Иди туда и постарайся что-нибудь сделать!

Находясь на относительно близком расстоянии от Рю, Хедин без каких-либо сомнений отдавал ей свои указы. И поколебавшись несколько секунд, она задает вопрос.

— Ты хочешь сказать, чтобы я послушалась кого-то из вражеской семьи? А также, чтобы я поверила в то, что ты предал их?

— Я уже решил дело с целителями, которые так беспокоили вас всех. Неужели тебе все еще нужны доказательства?

Сразу после его слов, последняя сфера из молнии, которая парила возле его плеча пришла в действие, выйдя из состояния ожидания. Целью была не Рю, а стоящий позади нее враг. Подкравшийся к ней зверолюд издал боевой клич и набросился на нее, однако тут же упал на землю. Это был один из эинхерий, который сумел выстоять перед широкомасштабной бомбардировкой светящегося ветра благодаря тому, что использовал союзников в качестве щита.

Уловив быструю и точную атаку, которая ее защитила, Рю пришла в изумление.

— Мне трудно принять нынешнюю реальность…. Можно сказать, что я все еще не в себе.

— С моей точки зрения, ты более чем достаточное аномальное событие. Благодаря тебе я был вынужден продвигать свой план вперед.

Рю совершает прыжок, оказываясь рядом с Хедином и оставляя между ними некоторое пространство.

— Теперь он достаточно ценен и значим, чтобы я мог продвигать его вперед.

— ….

—- Я буду использовать тебя. Так что ты тоже можешь использовать меня.

— Позволь мне задать тебе один вопрос. Зачем ты это делаешь?

Но у Хедина был лишь один ответ.

— Очевидно, все ради Богини.

Небесно-голубые и кораллово-красные глаза встретились. Такие же, как у нее золотые волосы развевались на пыльном ветру поля боя. Вскоре Рю решила довериться глазам своего собрата.

— Я иду к Беллу. Что будешь делать ты?

— Мои молнии более эффективны в уничтожении, чем твой ветер. Я приду к вам после того, как проведу зачистку. Иди вперед.

Повернувшись спиной, Хедин развернул под своими ногами новый магический круг. Показывая свою внутреннюю решимость, он больше не смотрел на Рю.

— Это я был тем, кто совершил глупый поступок. Я тот грешник, который осквернил стопы богини и накопил кучу грехов. Но я никому не уступлю ее.

Произнеся это, Хедин начал обстрел базового лагеря Семьи Фрейи.

***

— Гхаааааа!?

— Тц, какого черта вы делаете, Лорд Хедин?

Дождь из громовых вспышек продолжал пронзать стоящих на готове эинхерий.  Оставив богиню в самой западной части острова в храме “Дом богов” и перенеся базовый лагерь в другую часть, он без колебаний начал свою размашистую атаку. Резервные силы Семьи Фрейи, оставшиеся позади были уничтожены так же, как и члены альянса, без единственного шанса увидеть свет.

Каменные плиты вокруг были взорваны, а по окрестностям пронесся шквал электрических разрядов.

— Ф-фрейя-сама!

— Лорд Хедин напал на наш базовый лагерь.

О необычном явлении было тут же доложено Фрейе. Но Фрейя была шокирована новостью, полученной от бросившихся к ней стражников.

— Неужели…? Хедин….?

Это событие стало неожиданным даже для самой Фрейи. Ведь она нисколько не сомневалась в верности Хедина. Еще перед военной игрой, находясь перед глазами бога, Хедин не лгал о своей верности.

— Я не буду просить прощения, Фрейя-сама. - Мысленно представив перед собой лицо  Фрейи, пробормотал Хедин.

— Это мое эгоистичное желание. В обмен на клеймо грешника, я позволю вам пройти через это.

Проявив решимость, Хедин усилил свою бомбардировку. Ослепляющие молнии поражали всех, не важно, враг или друг. Она охватила штаб и левое крыло. И эта размашистая атака, в зоне досягаемости которой оказались все основные поля битвы, довела ситуацию до абсурда.

— Что ты делаешь, Хедин!!!!!

Четверо братьев Гулливер пришли в ярость, уклоняясь от всех магических сфер, а также сбивая их своим оружием.

— Гуаааааааааааааааааааааааа…!?

Не в силах справиться с постоянными атаками молний, эинхерии падали на землю. Даже авантюристы 3 уровня и выше не смогут устоять на ногах перед сверхточным огнем с огромной разрушительной силой, направленной только на Семью Фрейи. Целителей, которые могли воскресить их, больше не было. Лишившись оживляющего благословения, они превратились в обыкновенных авантюристов. Сильнейшая расстановка воинов таяла на глазах. Вместо того, чтобы отвечать на гневные возгласы и рев, Хедин разговаривал сам с собой.

— Я же говорил, что это сильнейшая расстановка.

— “Каждый, кто будет слышать мой голос будет двигаться, как продолжение моих конечностей. Это самая эффективная расстановка и лучший способ передачи информации.”

Таковы были слова Хедина. Могучие эинхерии, которые выделяются своими индвидуальными способностями и будут двигаться под руководством абсолютного мозга. Такая формация безусловно обладает огромной разрушительной силой, которая может превзойти даже Семью Локи, которая преуспела в своей командой работе. Однако.

— Однако, если командир падет или же предаст их, то это тут же станет слабейшей расстановкой.

Другими словами, подобная формация Семьи Фрейи слишком зависела от Хедина, даже больше, чем Семья Локи от такого героя, как Финн. Простыми словами, если в их командом “мозгу” возникнет помеха, все развалится в мгновение ока. Координации уже почти нет. Эинхерии, которые слишком специализируются на честном бою, метаются туда-сюда, а эльфийский стрелок, точно знающий всю расстановку на шахматной доске, направляет на них свой снайперский огонь.

— В этой ситуации нет ничего странного. Это уже заранее подготовленный результат.

Кто обладал наибольшей магической мощью на военной игре? - Хедин

У кого была самая большая дальность магической стрельбы на этом поле боя? - Хедин

И кто знал боевую обстановку как противников, так и врагов и контролировал боевую ситуацию? - Это был Хедин.

— Предательство Хедина Селланда было единственной стратегией, которая способна ввергнуть боевую ситуацию в необратимый хаос.

— Я хорошо сохранил свою ментальную силу. Так что будьте уверены, я уничтожу вас всех до последнего.

Падение первоклассного авантюриста это сокрушительный удар по моральному духу всей армии, но что будет, если первоклассный авантюрист окажется предателем? Ответ был прост, полное отчаяние.

***

— Переворот!

Глаза Финна распахнулись до предела..

— Переворот!?

Гермес был ошеломлен.

— Произошел переворооооооооооооооооооооот!!

Как и ожидалось, Ибри был громче всех. Боевая ситуация, которая была в подавляющем большинстве склонена к Семье Фрейи, была перевернута с ног наголову одним демоническим эльфом. Затем произошел еще один яростный шквал магии. Взрыв за взрывом, бомбардировка накрывала все главное поле битвы. Наблюдая за непреодолимыми разрушениями, вызванными постоянной бомбардировкой магии “Карус Хильдр”, жителей города лабиринта охватил шок.

Даже неподготовленному глазу было ясно, что сильнейшая семья - Семья Фрейи понесла сильный удар. Подобный исход был неожиданным даже для Финна и такое не смог просчитать даже Гермес. И даже богиня покровитель Фрейя, не могла и подумать о такой ситуации. Но как бы то ни было, военная ситуация сдвинулась в другое направление.

— Остаток сил составляет около 50 процентов, первоклассные авантюристы за исключением ”Темно-Белого мечника” все еще в строю! Но победа над отрядом андхримнир означает, что у леди Фрейи больше не осталось времени.

В Вавилонской башне, откуда слышались аплодисменты и проклятия, Гермес неосознанно наклонился к божественному зеркалу. Многие из крупнейших богов альянса выбыли, осталось всего лишь 4 семьи: “Семья Гестии, Семья Миаха, Семья Хатор и Семья Палутоса. Количество членов семей, которые могут продолжать борьбу, составляет менее 30 человек, от альянса осталось только название и все они были близки к уничтожению. А что касается ситуации на стороне Семьи Фрейи, то их войска также были почти уничтожены за исключением отряда Аллена и тех, кто охранял дом богов, а также группы под командованием Братьев Гулливеров, которые все еще укрываются от взрывов.

В крайнем случае, если оставшийся отряд сможет задержать первоклассных авантюристов, Оттара и остальных и собрать силы для атаки дома богов, альянс сможет подобраться вплотную к королеве, чья оборона ослабнет.

— Ситуация больше не такая, как раньше. Здесь есть шанс на победу!

Глядя на лицо белого эльфа, отраженного в божественном зеркале, Боги начали громкие аплодисменты. И в то же время на базе Семьи Локи Финн также испытывал подобные впечатления.

— Повезло, что Оттар и Аллен разделились….!

В каждом слове Финна, сидящего на диване, сквозили нотки волнения. Если бы капитан и вице-капитан работали вместе, то даже предательство Хедина было быстро подавлено. Сильнейший в городе и быстрейший в городе при объединении являются огромной силой. Однако под руководством никого иного, как Хедина, Аллен был направлен в восточную часть острова. Если формация будет нарушена, то его путь будет максимально невыгодным. Более того, расстояние до Оттара, который прямо сейчас сражается на северо-западе от городских руин, нельзя перекрыть мгновенно даже для быстрейшего в городе.

— Заставив Аллена охотиться за богами, он выиграл и расстояние и время! Он перехватил провальную стратегию Лилируки, которая называлась “Жертвовать плотью и костями союзников”.

Подобный грабеж заставил Финна, смотревшего на шахматную доску со стороны, кричать. Но той, кто возмущался и кричал больше всех была девушка, чью стратегию только что успешно использовали.

— Да что тут происходит? Он смог идеально воспользоваться ею, - Выкрикнула Лили, сидящая на вершине храма.

Все так, как она и говорила. Стратегия, которую она продумала до мелочей, едва не погибнув от давления, была с легкостью позаимствована. Чувство поражения и неполноценности, а также то, что кому-то удалось без труда сделать то, что ей было не по силам, создали внутри ее маленького тела спираль из отрицательной энергии, которая привела к огромному взрыву эмоций.

— Ты никакой не привередливый и добродетельный эльф, ты настоящий дьявол с темным сердцем!

Это была неостановимая волна гнева. Дрожь в руках и ногах не могла остановиться. И в тот момент, когда Лили начала кричать со слезами на глазах…

— Я думаю, что ты кое-что упустила, но не пойми меня неправильно.

Предсказывая волну криков от девушки прума, пробормотал Хедин.

— Все это твоя заслуга. Ты отлично командовала. Гордись собой, этого было достаточно, чтобы я отвлекся.

Именно благодаря своему мастерству в расстановке, командовании и тактике Хедин смог перехватить план Лили. Говоря иначе, он решил, что ее стоит взять под контроль. Нынешняя ситуация была возможна только из-за Лили.

— Эй! Харухиме-сама, Айша-сама, выслушайте меня!! Пожалуйста, сгруппируйтесь с берберками и отступите назад! Вы должны игнорировать врагов! Иначе вы будете использоваться, как щиты от бомбардировки.

— Да, Лили-сама!

— Поняла! Не хочу попасть под удар такой абсурдной магии.

Доказательством этого являлись точные инструкции Лили, которые передавались через магические предметы. И она делала это еще до того, как стало известно о предательстве Хедина. И в данный момент эинхериям не удавалось даже схватить авантюристов альянса, чтобы прикрыться ими, как щитами. Не успев опомниться, Айша и ее люди быстро отдалились от левого крыла и присоединились к резервной группе Харухиме, которые собирались перегруппироваться перед большим храмом. Именно в этом месте находился центральный отряд, в который входили Цубаки и остальные уничтоженные воины. Позиция, где они не смогут помешать артиллерийскому огню Хедина.

— Ты хорошо поняла меня. Но так и должно быть.

Командир объединенного альянса Лили предвидела такую ситуацию и хорошо подготовилась к предательству Хедина. Точнее, сам Хедин заставил ее подготовиться к этому, подав секретный сигнал в самом начале. Подняв позицию основного лагеря выше, чем нужно, а также пустив отряд Андхримнир вперед, он намекал о возможном предательстве, о котором мог понять только командир, наблюдавший за местом действий. Он не опирался на способности вражеского командира Лили, которую совсем не знал. Он доверял стоящей позади нее тени жалкого героя Финна.

— Если тебя обучал Бравый, то ты должна быть в силах понять это.

Хедин воспользовался даже этим. Он использовал информацию, согласно которой Финн собирался обучать Лили во время их разговора в кафе “Више”. Он не стал договариваться с Финном заранее. Это было собственным решением Хедина. Ведь он просто не мог поделиться своим планом по “предательству”, ибо для полного успеха необходимо обмануть как врагов, так и союзников. Если бы Хедин и Лили попытались устроить тайную встречу, Аллен или остальные зверолюди с особым нюхом могли учуять это и заподозрить неладное.

В этот момент, за божественным зеркалом, тот самый герой прум, который наконец догадался об этом, показал спокойную улыбку.

(Лилирука Арде….. Вероятно, начиная с того момента, как Хедин стал сохранять свои ментальные силы, ты и заподозрила возможность предательства).

За исключением первого магического обстрела, который застал Лили и Дафну врасплох, Хедин намеренно воздержался от повторного обстрела. После этого, он поручил уничтожение врагов Хогни и остальным и все это время копил свои ментальные силы. Лили была в ужасе, ожидая бомбардировки, которая могла начаться в любой момент, но казалось, что она и вовсе не возобновится, отчего ей стало не по себе. Она соединила все элементы, ведущие к этой точке и догадалась о его “намерениях”. Ей пришлось бороться с огромным давлением, но она была готова следовать неподтвержденной догадке, чтобы использовать Хедина. Таким образом, Лили смогла прийти к такому решению без контроля Хедина, а также благодаря совету Белла, который стал решающим фактором.

— Ты набрала проходной балл, гордись собой. У тебя есть способности для этого, девушка-прум. Ты гораздо проницательнее этого глупого кролика.

Поправляя очки, Хедин сделал Лили самый большой комплимент. Если бы это услышал мальчик, то он бы точно упал на землю в слезах. Однако, здесь была не только помощь Лили, ведь божественная воля Фрейи, которая говорила о том, чтобы скорее изменить направление действий, также была использована Хедином, хотя он считал такой поступок очень грубым. Но благодаря этому Хедину удалось отстранить Аллена от главного поля боя, без этого указания Хедина могли вызвать недовольства или, что еще хуже, дать лишние подозрения в его предательстве. Хедин не упускал ни единой лавины “произошедших событий”, включая подкрепление со стороны “штормового ветра”.

— Пришлось пожертвовать большей частью Альянса, чтобы этот момент настал. Если подсчитать ущерб, то ситуация становится не очень благоприятной.

Ставки были высоки. Даже Хедину пришлось сыграть в “азартную игру” подобно королю, который пошел на авантюру, которая бы стоила его жизни. Настолько была сильна семья Фрейи.

— Но способные все еще остались в игре.

Карты, необходимые для победы, включая Семью Гестии, все еще находятся под рукой. В таком случае, шанс победить все еще был.

— Для того, чтобы исполнить мое желание, а также для того, чтобы заставить ее осуществить свое желание, я одолжу вам свою силу. Сражайтесь отчаянно, авантюристы.

***

— Хедин! Ты!!!

Альфригг и его братья были в ярости. Тот, в чьей верности они никогда не сомневались, совершил предательство. И гнев четырех прумов преодолел любые границы.

— Что удумал этот чертов очкарик!

— Насколько же он должен сойти с ума.

— Сломаю….

— Я лично задушу его.

Череда вспышек из молний даже в эту секунду продолжала угрожать жизням их отряда. А уничтожение спасательного круга эинхерий  - отряда андхримнир, стало большим ударом. Чаша весов сдвинулась. Великое преступление, которое совершил Хедин, неизмеримо. Под истошные крики, как со стороны врагов, так и со стороны союзников, четверо братьев пренебрегли воинами альянса и пытались наброситься на ненавистного эльфа. Однако.

— Гхаааааааааааааааааааааааааааааааа!

Затем раздался звук, похожий на удар кулака.

— Ааааааааааааааааааааааааааааааааах

Мощный и сокрушительный удар, раздробивший землю, смел эинхерий, которые пытались спастись от громовых снарядов, а нападение сзади заставило четырех братьев остановиться.

— Гр, что на этот раз?

Они резко оборачиваются назад видя, как несколько теней отвечают на их недовольный возглас.

— Кто? Это Мия и другие. Мы союзники справедливости-ня! И мы приложим все силы, чтобы встать на сторону апостола справедливости Рю!

— Да какой из тебя союзник справедливости? Кошка с черным сердцем!

За слоем пыли виднелась фигура зверолюда с кинжалами в руках. А за ней вставала человеческая тень, которая вытаскивала свой кулак из земли. Ветер, ворвавшийся на огромное поле боя, сдул песчаную завесу и раскрыл вид этой группы.

— Мы здесь, чтобы отплатить вам той же монетой, четверо братьев!!

— Уаааааааааааааааааааааааааааааааа!

Ударив правым кулаком по левой ладони, Руноа Фауст взревела. После объявления битвы крики Хлои и остальных прошлись по полю боя и привлекли свое внимание.

— Это….! Руноа и Хлоя-сан!

— Официантки из бара…!

Вслед за Харухиме, которая все еще продолжала скрываться в “прозрачном состоянии”, изумление накрыло и Айшу.

— Хозяйка плодородия!!!! - Со злобой проговорили четверо братьев.

Здесь находились работники таверны “Хозяйка Плодородия” в полном составе. Однако, в отличии от их привычных образов, на них не было униформ цвета молодых листьев, их сменило настоящее боевое снаряжение. Руноа носила короткий наряд, открывающий нижнюю часть ее живота, а Хлоя — короткий плащ с капюшоном. Остальные работники таверны также несли с собой различные орудия, не относящиеся к тяжелому типу и были полны боевого настроя.

— Подкрепление…? Сразу же за Рю-сама!

Лили также узнала работников “Хозяйки плодородия”, появившихся на юго-восточной части главного поле боя. Не говоря о Руноа, которая была 4 уровня, другие работники показывали вид опытных авантюристов. Здесь оказались работники “сильнейший таверны” в городе-лабиринте Орарио.

— Вау, мы добирались сюда в спешке, но враги и союзники уже сильно пострадали-ня.

— Нам пришлось опоздать. В конце концов, все из-за глупой кошки, которая выскочила в самый важный момент.

В ответ на слова Хлои, которая осматривала окрестности, виляя хвостом, Руноа сердито изогнула губы. В эту же секунду из-за спин группы появилась девушка коточеловек.

— Я вернулась назад-ня. Мой старый дом, Семья Фрейи.

Длинное золотое копье с золотыми узорами, а также золотой наплечник, который отражает солнечные лучи. Немногие оставшиеся эинхерии были удивлены знакомым видом.

— Вана Альфи….

— Аня Фромель.

Удивленные возгласы были направлены в сторону бывшего члена семьи — Ани Фромель. И эта суматоха быстро добралась до восточной части острова, которая находилась вдали от главного поля боя.

— Лорд Аллен! Тот громоподобный свет, который до сих пор продолжается несколько минут, действительно оказался от Лорда Хедина, который атаковал союзников.

— Это насекомое….. Что он, черт возьми, себе позволяет?

Аллен и эинхерии, которые охотились на богов, тут же заподозрили что-то неладное в своем базовом лагере. После того, как разведчики, отправившиеся на главное поле, вернулись обратно, Аллен пришел в ярость. Однако, последующая за этим информация еще больше изменила цвет его лица.

— Кроме того…. Мы также подтвердили подкрепление от работников “Хозяйки плодородия”. Одной из них была “Вана Альфи”....

— Ч-что???

Уловив выражение лица, которое выражало ненависть, выходящую за рамки ярости, разведчик не мог вымолвить и слова. Все эинхерии затаили дыхание, когда он схватил свое серебряное копье так, словно оно вот-вот сломается.

— Идиотка…

***

Взгляды воинов, которые когда-то символизировали ее собственный ад, пронзали тело Ани. Она была уверена, что ее брат, который также находится где-то на острове, узнал о ней и стал похож на бушующее пламя. Но Аня, которая была окружена собственной эмоциональной травмой, без какой либо дрожи смотрела вперед.

— Чертова брошенная кошка! Неужели ты так и не можешь усвоить урок!?

— Разве Аллен и Фрейя-сама, а точнее Сир-сама не рассказали тебе всю правду и сломали тебя?

Это случилось, когда город превратился в клетку под воздействием чар. Это был второй удар судьбы. Самое страшное откровение богини, из-за которого Аня на самом деле была разбита и заперлась в своей комнате, чтобы гнить в ней до конца своих дней. Видя четыре укоризненных взгляда от братьев, Аня спокойно кивнула в ответ, подтверждая слова Альфригга и Двалинна.

— Да, мое сердце было разбито-ня. Нет, на самом деле я потеряла себя, я настолько запуталась в себе, что уже ничего не понимала.

Ее тихий и немного тоскливый голос заставил Руноа и Хлоя молчать.

— Но я больше не потеряю себя.

В следующий момент она подняла взгляд и решительно посмотрела вперед. То, куда она смотрела, находилось далеко за братьями Гулливер. Ее взор направлен на самую западную точку острова, туда, где находился храм “дом богов", там, где находилась девушка Сир.

— Я-ня пришла спасти Сир!

Со спокойным лицом, которое перечеркнуло весь прошлый мрак, она решительно проговорила свою цель.

****

Некоторое время назад.

— Эй, что ты здесь делаешь, чокнутая богиня?

— Что делаю? Это же бар…

Это происходило еще до военной игры. В таверне Хозяйка плодородия, на которой уже давно висит табличка “закрыто”, непринужденно выпивала сакэ некая богиня-столп, сидящая за длинной стойкой. Не было смысла подтверждать, что это была Локи. А единственной кто находился в таверне помимо нее, была хозяйка таверны Мия.

— Слушай, мама Мия... Не хочешь пойти на военную игру?

Богиня, которой отказались наливать, принесла свой собственный алкоголь и смотрела на нее снизу вверх. Но даже когда на нее пристально смотрели ее алые глаза, Мия оставалась непоколебимой.

— Возвращайся домой. Сколько бы раз ты ни пришла, ответ будет тот же.

Подтверждая слова Мии, Локи приходила в Хозяйку плодородия каждый день. Точнее, она пыталась применить способ “убеждения” еще до того, как определился формат военной игры.

— Мы не можем участвовать, но гильдия не запрещает нам бродить вне поле боя. Конечно, я хочу делать это ради того парня, но я решила сделать секретный ход, чтобы на этот раз победить Фрейю.

— Это не мое дело.

— Бете и другие члены моей семьи в ярости. А Финн уже делает все возможное, чтобы вставить палки в колеса Фрейи.

Мия сердито нахмурила лицо, говоря, что уже много раз слышала это. Перестав слушать Локи, она продолжила вытирать чашку, словно у нее не было времени возиться с пьяным посетителем.

— Эй-эй, Мама Мия. Ты хоть представляешь, какой коэффициент в азартной игре богов, которая будет проводиться во время военной игры?

— Не знаю.

— 100 к 0. Все ставки однотипны.

— ….

— С таким раскладом, ставки становятся уже совсем не азартной игрой, поэтому организаторы отказались от нее. Сегодняшняя война закончится так быстро, как только это возможно. И благодаря этим идиотами из гильдии, она превратится в публичную казнь.

Локи не скрывала своего негодования. Говоря о словах роймана про 3 великих квеста и об остальном, она продолжала жаловаться.

— Однако, есть условие, с которым коэффициент может стать 99 к 1.

В этот момент Богиня откинула свое прежнее легкомысленное поведение и подняла голову.

— И этим условием является вступление Мамы Мии в Альянс семей.

— ….

— Бывший капитан Семьи Фрейи, авантюристка 6 уровня, Мия Гранд…. Или же “Деми Имир”. Большинство считает, что если ты вступишь в бой, то у них будет шанс.

Так было еще до того, как Оттар стал капитаном. Она была той, кто смог наполовину покинуть Семью Фрейи и с достоинством пройти суровое крещение. Мия знала о Семье Фрейи все, и если бы она присоединилась к Альянсу, то она могла бы стать не только ценной боевой единицей, но и настоящей козырной картой.

Однако Мия продолжала молчать. Ситуация отличалась от той, когда Фрейя построила свою клетку. Раньше, перед лицом Фрейи, которая была готова пойти на все ради получения Белла, Мия не могла двигаться беспечно, это можно было увидеть по трудностям Гестии и Гермеса, которые пытались разрушить очарование и продумывали все свои действия на 100 шагов вперед. Но теперь все было иначе. Фрейя не могла использовать очарование. И у Мии не было причин быть пассивной.

— Хоть ты и дала тому мальчику хороший толчок вперед, ты не собираешься помогать ему?

Мия продолжала вытирать чашку. Все, что она делала, это просто вытирала посуду без каких-либо слов. Это было не в ее характере. Наконец, больше не в силах выносить пристального взгляда всевидящих глаз бога, а также собственную глупость, она издала протяжный вздох.

— … Между мной и этой богиней заключен контракт.

— Какой еще контракт?

— В тот момент, когда она встретит своего “одра”, я не должна вмешиваться в ее дела.

Опустив подробности, Мия рассказала старую историю о былых временах. О цветочном саду, где встретились юная дворфийка и богиня.

— Одр…. Значит, этому мальчику суждено стать тем самым выдуманным партнером?

— Думаю, что так и есть.

— Невозможно…. Почему кто-то вроде тебя так послушно следует такому контракту? Ты ведь Мия Гранд!?

Мия не могла винить Локи за ее реакцию.  Мии и самой не нравились действия богини, поэтому она проявила свой “бунт”. Что-то внутри нее проявило сочувствие к Беллу, который продолжал сопротивляться, даже будучи загнанным в угол, поэтому она подтолкнула его вперед. Но она также понимала одну вещь. Если бы она тогда ничего не сделала, то богиня смогла бы получить своего одра. Даже если бы он был искажен и уничтожен изнутри, часть ее желания была бы исполнена.

— Как думаешь, что делала богиня, когда я впервые встретила ее?

— …? Вероятно, она появилась перед тобой и сказала: “Стань членом моей семьи”,

будучи такой же высокомерной и могущественной, как сейчас.

— Нет, она сидела в цветочном саду и плакала, закрыв лицо руками.

— !!!

Мия отвела взгляд от Локи, которая не могла поверить своим ушам.

— Той, кого я встретила и той, кто общался с мальчиком, была не богиня. Это была простая девушка.… такой была ее истинная сущность.

Образ Сир, которая в одиночестве рыдала на сумеречном цветочном поле, до сих пор запечатлелся в ее глазах. Тогда Фрейя еще не заключила контракт с Хелун и у нее не было внешности Сир. Но именно этот образ отражался в глазах Мии в тот сумрачный день. Богиня, которая плакала в цветочном поле, была всего лишь обыкновенной девушкой.

— Хлоя, Руноа и Аня…. Эти глупые девчонки, которые хотели помочь, были хорошенько отделаны, поэтому я разозлилась и подтолкнула мальчика.

— ….

— Но тем не менее, та глупая нимфоманка, о которой ты говоришь, также является одной из моих глупых девчонок.

— ….

— Я думаю, что если предам ее еще раз и ударю ее своим кулаком, эта идиотка…. окончательно сломается.

Оставив чашку, которую она вытирала, Мия покачала головой. Это была растерянность и нерешительность, которую могла проявить лишь та, кто контактировала с Сир больше всех. Она вновь посмотрела на кулак, который когда-то со всех сил ударил богиню, и который был не в силах подняться вновь, а затем закрыла глаза.

— Что-ж, теперь я понимаю что ты не можешь бросить ни Фрейю, ни Сир-чан.

—- …..

— Но, Мия. Ты ведь знаешь, что я общаюсь с этой нимфоманкой дольше, чем ты?

Язвительно улыбнувшись, она вспоминала дни, проведенные в небесном царстве.

— На самом деле она была непокорной и вспыльчивой королевой. Говоря проще, если она уже не может ничего поделать и натворила много дел, она думает, что у нее просто нет другого выбора, кроме как идти вперед до конца.

— … Что ты хочешь сказать?

— Если сама Фрейя захочет пойти на компромисс, ты поможешь остановить ее?

Не желая поддаваться речам богини, Мия не изменила своей воли.

— Пока эта глупая девчонка сама не попросит о помощи, я никуда не пойду.

В этот момент Локи улыбнулась, словно клоун, чья добыча заглотила наживку.

— Так ты сказала это.

— О чем ты?

— Я ловлю тебя на слове.

После этих слова, Богиня поднялась со своего места.

— Пойдем со мной, Мия.

В день, который подавал начало военной игры, многие члены Семей уже покинули свои базы. Не стоит говорить, что все они направлялись в Городские Руины Орзы. Начиная с Семьи Гестии, многие другие Семьи обратились к Семье Ганеши с просьбой охранять их дома. Некоторые обращались к Семьям, которые не участвовали в военной игре, или же оставляли нескольких из своей же Семьи. Семья Фрейи относилась к последним. Никто, включая Гильдию, не мог открыто вступить в союз с теми, кто исказил город. И даже Фрейя не считала нужным просить помощи в такой момент. Таким образом, на “боевом поле” Фольквангр осталось всего около 20 младших и старших авантюристов.

Сейчас Фольквангр, чья охрана стала очень слабой, представляла собой настоящий клад, но все же ни один дурак не осмелится войти туда. Большая часть города, а особенно боги были уверены, что победителем станет Семьи Фрейи. Даже если они станут ворами, которые будут красть золото и серебро, их обязательно уничтожат жестокие войны, которые вернутся после сокрушительной победы. Поэтому ни один смельчак не попытается ворваться на их основную базу, не говоря уже о том, чтобы напасть на них. Никто кроме “них”.

— Отпу….Сти….Ня!!!!

Раздались громкие крики Ани. Тот, кто нес дрыгающую ногами кошку, был одинокий оборотень Бете.

— Отпусти меня, Ванарганд! Ты похитил человека, нет, ты похитил настоящую кошку-ня!! Как ты посмел имитировать голос старшего брата, злой придурок-ня.

— Да кому вообще нужно подражать этому тупому коту. Хватит шутить, глупая кошка.

Тем, кто вошел в комнату Ани после ухода Хлои и Руноа, был Бете. Грубое поведение, дикие жесты и дикий тон. Оборотень имел те же черты, что и ее старший брат. Аня, которая решила, что ее навестил Аллен, ошарашено подняла голову, после чего ее насильно вывели из таверны. И то, куда ее вели, было ничем иным, как боевым полем Фольквангр.

— Лучше бы вам поспать!!!

— Гхаа!!!!!?

Члены Семьи Фрейи тут же бросились к этой шумной компании, но их мгновенно вырубил пинок Бете. Даже когда он нес Аню на правом плече и одна из его рук была занята, минимального количества не высокоуровневой охраны было недостаточно, чтобы остановить авантюриста 6 уровня.

— Ты собираешься проникнуть в Фольквангр-ня….!?

Лицо Ани становилось бледным. Даже будучи бывшим членом семьи, дерзкая попытка вторгнуться на базу Семьи Фрейи заставляла ее вздрогнуть. Нет, именно потому, что она была бывшим членом семьи, ее кровь леденела.

— О нет, он еще более дикий, чем мой старший брат, он хуже всех-ня…..

— Сколько тебе еще говорить, чтобы ты не сравнивала меня с этим чертовым котом! Мне и самому не нравится создавать такие проблемы.

Бете разъяренно кричал на Аню, которая съежилась на его плече.

— Моя чертова богиня… Попросила меня об этом!

Несколько дней назад Бете был в бешенстве от того, что не сможет участвовать на военной игре, а после того как метод “Железный кулак” от Гарета заставил его замолчать, он пытался выместить свою злобу в подземелье. Как вдруг, его нашла его богиня-покровитель, выдвинув предложение.

— Есть способ заставить Фрейю морщиться от ярости, хочешь поучаствовать?

Несмотря на то, что Бете был так зол, он до сих пор винил себя за то, что был не в своем уме. Он понимал, что богиня лишь использовала его.

— Куда ты так отчаянно направляешься-ня! Даже я еще никогда не заходила сюда раньше!

В похожем на дворец особняке было очень тихо. По широкому, длинному и белому коридору раздавались лишь шаги Бете, говоря о том, что вся немногочисленная охрана была обезврежена.

— Не знаю, просто следую за запахом!

— …. “Запахом”?

Следуея своему отличному обонянию зверолюда, Бете поднялся вверх по длинной лестнице, достигнув 5 этажа особняка. И прежде чем сомнения Ани успели рассеяться, они подошли к огромной комнате на западной стороне особняка. Это было белое помещение со священной атмосферой, напоминающей храм. Под высокими потолками была лишь одна кровать. А на ней лежала девушка с голубовато-серыми волосами.

— Аа…

Опущенная на пол Аня не находила слова. В комнате, напоминающей пространство между небом и землей, где блуждают духи, находится Сир, которая продолжала спать, словно мертвая.

— Сир-ня!?

— Не шуми!

Протянутая рука Бете закрыла ей рот. Его бог-покровитель Локи давно знала о связи между Богиней Фрейей и ее членом Семьи Хелун. Вот почему Бете, который слышал эту историю, также узнал истинную личность этой девушки, еще раньше чем увидел ее вживую. Его бог-покровитель Локи заранее попросила его доставить Аню сюда, и теперь взгляд Бете намеренно просил ее не поднимать шума. Аня, чей рот был прикрыт, едва заметно кивнула в ответ.

— …. Это же Сир-ня?.. Но ведь Сир…это Фрейя-сама-ня!?

— … Это что-то вроде зеркала. Все ее слова ничем не отличались от истинных чувств той девки из бара.

При использовании секретного метода, магии “Вана Сейт”, Фрейя и Хелун делят между собой каждое из пяти чувств. Бете, который не любил сложных объяснений, высказал все так, как оно есть, но при этом очень тихо, чтобы не дать Богине Фрейе понять, что происходит с ними в этот момент. Аня недоверчиво взглянула на образ Сир, нет, это была настоящая Сир, которая лежала в кровати, напоминающей гроб. Девушка, которая плотно сомкнула глаза, казалось, погрузилась в вечный сон. Грудь Ани сжалась от боли, казалось, что она вот-вот рухнет на пол. Аня прекрасно поняла, зачем этот буйный оборотень привел ее сюда.

— Спроси ее - Сказал он.

Что правда, а что ложь. Узнать, каковы были ее истинные намерения в том, чтобы сломать Аню. Но она не могла. Даже сейчас, Аня все еще боялась ее. Она не хотела, чтобы богиня Фрейя снова высмеяла ее. Она не хотела, чтобы вновь предала Сир. Если там скрывается такая же жестокая правда, то Аня уже никогда не сможет стоять на ногах. Подавляя руками свое горло, которое грозило вырвать все ее рыдания изо рта, Аня безмолвно стояла возле кровати, напоминавшей гроб.

— Прости… Аня

— …..

После слов, сорвавшихся с губ девушки, Аня перестала замечать ход времени.

— Эй, Роззи, неужели то, что Аню похитил “Ванарганд” правда-ня?

— Да! Мей сама сказала, что видела это…!

— Какого черта он творит в такое-то время!

В большом коридоре стало шумно. По нему шли Хлоя, Руноа и другие работники таверны, которые пришли искать Аню. Дойдя до большой белой комнаты, Хлоя и остальные уже собирались закричать, но как только они тоже увидели это зрелище, то тут же застыли на месте, потеряв нить времени.

— Прости, Хлоя… Прости, Руноа.

В священном белом пространстве, где они услышали эти слова, не было лжи.

— Прости… Рю…

Ее глаза дрожат, дыхание прерывается, а грудь сотрясается от тоски по эльфийке, которой здесь не было.

— Прости… Мия…

Мия, которая только что добралась сюда вместе с Локи, широко распахнула глаза.

— Си……р

Глаза Ани больше не могли сдерживаться. С одного глаза стекала слезинка, а ее язык не мог вымолвить ни слова.

— Пожалуйста… Остановите меня….

А затем, словно разделяя переживания вместе с ней… Через закрытые веки Сир стекает слеза.

— ….Спасите меня….

Льющиеся слезы Ани упали на щеку девушки. Нежно приложив дрожащую руку к ее щеке, Аня вытирает их две смешавшиеся слезы. Бете не стал ее останавливать. Даже Локи, которая понимала, что Фрейя почувствует это, ничего не предприняла. Затем Аня медленно обернулась к Хлое и остальным, которые безмолвно наблюдали за ней. Повернувшись спиной к девушке по имени Сир, она склонила голову перед Мией и остальными.

— Хлоя, Руноа… Все… И Мама Мия.

К их ногам упало несколько капель слез. Прозрачные капли растекались и блестели на мраморном полу.

— Я-ня…. Боюсь своего старшего брата. А Фрейя-сама ещё страшнее-ня….

Ее голос все еще дрожал. Рыдания кошки не утихали. Когда Аня подняла взгляд, перед ней предстала Руноа, которая проливала слезы, за ней была Хлоя, чья челка закрывала глаза, а также Мия, которая смотрела на нее.

— Но… Сир…. Попросила помочь ей.

Слезы продолжали стекать со всех глаз, когда-то брошенная кошка рыдала, но ее лицо было решительным.

— Я глупая-ня. Я не знаю, что правда, что ложь….. Я ничего не знаю… Но мне все равно!

Печальные и влажные переживания кошки сменились решимостью и она проговорила:

— Я хочу спасти свою семью!

Наконец, по залу, где не могло быть лжи, разнеслось единственное желание кошки. Руноа, Хлоя и остальные не могли сказать и слова. В конце концов, других слов и не нужно было.

—- …. Что собираешься делать, Мия?

И богиня снова задала вопрос. Дворфийка, наблюдавшая за слезами Ани, плотно сомкнула веки. Словно подталкиваемая решимостью своей дочери Ани, а также отвечая на желание своей другой дочери Сир. Она молча сжала кулак, а затем с силой распахнула глаза.

— Я ухожу.

***

Возвращаемся к настоящему

— Сир, ты меня слышишь-ня? Неважно, будет лишь ты меня слышать или нет-ня. Я все равно буду кричать!

Держа копье в правой руке и приложив левую руку к груди, Аня направила свой голос к “Дому богов”.

— Скоро я помогу тебе-ня! Даже если Фрейя-сама скажет мне уйти, я обязательно приду!

В глазах, где уже не было слез, была решимость. Прервав свои колебания, кошка испустила героический крик.

— Ведь, в конце концов, Мия и все мы слышали истинные слова Сир!

Затем она направила острие совего золотого копья на эинхерий и братьев “Брингар”, которые стояли у нее на пути.

— Победить всех! Выиграть битву! Остановить Сир!

Но ответ героев был очевиден.

— Тебе никто не позволит….

Четверо братьев, а также немногие оставшиеся эинхерии были охвачены яростью. Видя, как на них надвигается сильнейшая армия, размахивая воим оружием, Руноа ударила кулаками, Хлоя облизнула губы, а Аня вихрем прокрутила свое копье над головой. Работники Хозяйки плодородия были полны боевого настроя.

— Прочь с дророгииииииииииииииииииии!

Произошло столкновение. Словно начиная битву, предвещающую конец, Эинхерии и работники “Хозяйки плодородия” столкнулись. Каждая из сторон выражала желание богини, но каждый сражался ради “ее” определенной стороны. Золотое копье сметало врагов. Кулак, который умел только крушить, разбивал броню своих врагов. Подлый отравленный кинжал с отравленным лезвием заставлял Эинхерий кашлять кровью.

— Сир, мы идем к тебе-ня!

***

Бам! - Тонкая рука богини взметнулась вниз и ударила подлокотник трона.

— …..Как же далеко мне надо зайти, чтобы вы оставили меня?

Каменная поверхность слегка подрала ее драгоценную кожу, откуда сочилась кровь. Но Фрейя не обращала на это внимания, вместо этого она сердито нахмурила брови. Такое было впервые. Впервые королева Фрейя была настолько расстроена, что стала проявлять агрессию на окружающих вещах. Земля и даже небеса дрожали от ярости разоблаченной богини, а из храма “Дом богов” исчезли все звуки. На глазах у ошеломленных охранников, Фрейя пылала яростью.

— Как долго ты собираешься меня терзать - Сир!!

Было ли это намеренной провокацией Хелун, девушки, которая называла себя Сир. Или же, возможно, это было проклятье “другого я” которое, следовало похоронить окончательно. Она не просила помощи. Аня и остальные слышали лишь результат смеси снов и эмоций Хелун. Пытаться помочь было ошибкой. Богиня настаивала на этом. Она никогда не признает, что это возможно. Чувствуя себя неуправляемой и вышедшей из-под контроля, Фрейя пришла в ярость.

— Хелун, Хедин и все остальные… Зачем вам это!? Почему вы так хотите вернуть девушку Сир!?

Вместо наконец прекратившегося залпа молнии, из-за пределов храма раздался громкий крик Ани, словно эхо в ее голове. Несмотря на то, что ее решение было использовано предателем Хедином, божественная воля, гласящая о как можно скором уничтожении Альянса оказалось правильной. Эта контрмера была принята на случай наихудшего варианта развития событий, прихода подмоги от третьей силы - Хозяйки плодородия. Все произошло из-за того, что Хелун, нет, сама Сир обманула Фрейю. С самого начала Фрейя думала, что извинения перед Аней и остальными это лишь чувства, которые она улавливала еще несколько минут назад и которые эхом отдавались прямо внутри ее головы, были лишь содержанием сна. Она думала, что Сир, которая все еще спит, шепчет продолжение своего сна, словно в полубреду. Но все было иначе.

Это было послание для Ани и остальных, всех, кто мог навестить девушку по имени Сир. Скорее всего их послала Богиня-клоун Локи. Она была единственной, кто знала точную связь между Фрейей и девушкой Сир. Вся эта карусель была устроена только для того, чтобы отомстить ей. И теперь, как опасалась Фрейя, военная игра перешла в область, где уже невозможно определить исход. Ведь они пришли. Аня и остальные. И даже ее подруга.

— Мия!

***

— Белл!

Одновременно с появлением Ани и остальных, в амфитеатре, напоминающем колизей, появилась Рю.

— Рю…..Сан….?

— Штормовой ветер. Я знал, что ты придешь.

Увидев подобную картину, Рю подняла брови и тут же ринулась вперед, превратившись в ветер. Она подхватила Белла, который находился перед Оттаром, когда тот не показывал никаких намерений помешать ей и оттащила его в отдельное место, дабы исцелить.

— Мне очень… Жаль….

— Ничего не говори. Тебе нельзя напрягаться..

— Ты…. Пришла на помощь…

— Да… Но прости за то, что так поздно.

Обнимая мальчика за плечи, эльфийка испытывала сильное сожаление о том, что заставила его терпеть до этого момента. И хотя пустила в ход свою исцеляющую магию “Ноа хилл”, тело Белла не могло восстановиться полностью. Посреди полуразрушенного колизея, который словно пережил настоящую магическую бомбардировку, было разбросано множество пробирок и контейнеров. Белл находился в тяжелом состоянии даже после того, как израсходовал множество зелий восстановления и специальный улучшенный эликсир, изготовленный Назой. Прижимая исцеляющий свет магии поближе к телу мальчика, Рю хмурила брови. Оттар был слишком сильным противником. Даже Рю, которая стала 6 уровня, не может увидеть будущей победы над ним. Однако в момент, когда эльфийка наблюда за “сильнейшим” с замиранием сердца, послышался голос.

— Хватит стоять у меня на пути.

Появление и звук ее шагов, сотрясающих землю, создавал иллюзию, словно это были шаги великана.

— …. Мама Мия!

— Мия…

Появление уже второго незваного гостя заставило Рю удивиться, а Оттара прищурить глаза. Это была Мия в том же образе, что и всегда. На ней был одет знакомый всем белый фартук, без какой-либо брони или снаряжения. Но единственным отличием от обычного было ее оружие. Это была лопата. Стальной ковш, настолько огромный, что его можно принять за топор. С легкостью держа ее на плече, Мия гранд впервые за долгое время вышла на поле боя, прихватив с собой ее специальное оружие.

— Вижу, что ты не удивлен, кабанчик.

— Я также ждал и твоего появления.

Рю и Белл не могли поверить своим ушам услышав о том, что кто-то зовет авантюриста 7 уровня простым словом “кабанчик”.

— Но…. Ты решила пойти сюда, а не к Фрейе-сама?

— Не говори бессмыслицы. Даже если бы я пошла туда, ты бы все равно отправился за мной.

Мия была права. Если бы кто-то приблизился к Богине, Оттар бы тут же остановил крещение Белла и отправился на защиту. Это последний барьер, через который должны пройти члены альянса вместе с Беллом, а также Рю, Мия и остальные члены “Хозяйки плодородия”.

— Рю! Я уберу этого кабана с твоего пути! Быстрее подними мальчика на ноги и возвращайся сюда, в конце концов, у тебя тоже есть то, что ты хочешь сказать Сир лично!

— … !!!

— Эй, и не забудь отхлестать эту глупую девчонку по щекам за меня!

— Да!

Услышав громкий и смелый возглас Мии, сердце Рю обожгло что-то пылающее, отличное от решимости и боевого духа.

— Мальчик!!! Ты тоже не лежи просто так! Неужели ты забыл о том, что я тебе сказала?

— …!!!

— Лишь тот, кто будет стоять на двух ногах до конца, будет победителем!

То же самое было и с Беллом. Мальчик, который лежал на руках у эльфийки, широко распахнул глаза, а сердце глубоко в груди начало пылать.

— Да….!

Поддерживаемый рукой Рю, мальчик сумел подняться на одно колено, заставив Мию улыбнуться.

— Давай, Мия.

Подул порыв ветра и гигантский темный меч взметнулся вверх. Оттар принял боевую стойку, которую ни разу не принимал во время того, как стоял перед Беллом.

— Не смей смотреть на меня свысокаааааааааа!!

Ударив ногой и раздавливая каменные плиты, дворфийка превратилась в огромное пушечное ядро и напала на Боаза.

****

— Там Мама Мия-чаннннннннннннннннннннннннннннн!

Неожиданное прибытие “Демир Имир” уже непостижимое количество раз превращает наблюдателей из Орарио в толпу восторженных слуг. Однако реакция толпы была разной. Относительно молодые авантюристы и жители, которые приехали в Орарио недавно были озадачены, а те немногие, кто знал настоящую личность дворфийки, издали громкие аплодисменты. Не было смысла говорить, что боги, которые сотрясали вавилонскую башню, делились на два типа ликования: Те, кто застал темные времена и те, кто не застал. Но был один факт, который объединял всех. Та дворфийка, которая сражается против “Сильнейшего”, невероятно сильна, так же как и удивительно сильная девушка в компании двух девушек-кошек. Вот почему никто больше не мог ничего осознать. Авантюристы и люди были в смятении, будучи не в силах предсказать, в каком направлении развернется игра. Авантюристы, сидящие в барах, не сводили глаз с божественного зеркала, некоторые кричали: Убей его! А многие из тех, кто смотрел на божественное зеркало с главной площади, складывали руки в молитвенной позе. Среди богов появлялись те, кто пытался возобновить закулисные пари. Даже те, кто был “предан” Богине красоты Фрейе, все крепче и крепче впивались в свои места, не давая взгляду оторваться от божественного зеркала ни на секунду.

— К-командир Шакти! Что нам делать?

С другой стороны, были и те, кто не могли позволить себе отдаться волнению. Таковыми были члены Семьи Ганеши. Военная полиция, расположившаяся вокруг гигантского озера-впадины, оказалась в центре хаоса. Не успев отойти от полной доминации Семьи Фрейи и как можно скорой эвакуации авантюристов, произошло неожиданное подкрепление. Рю, которая приземлилась на поле битвы с неба, стала непредотвратимых появлением, но самым позорным было то, что один из углов осадной сети озера-впадины был прорван. Единственный мост, расположенный к югу от центральной грани, разделяющей восточную и западную часть острова, был насильно прорван работниками “Хозяйки плодородия”. И даже военная полиция города была бесполезна. Ведь если Деми Имир ведет прорыв, то даже Семья Ганеши была раскидана в клочья.

— Даже если можем закрыть глаза на  “Деми Имир” и “Вана Альфи”, которые являются членами семьи Богини Фрейи…. Все остальные не являются членами альянса семей, верно? Разве это не нарушение правил, командир?

Снаружи острова перед мостом, где все еще лежали бессознательные тела авантюристов 5 уровня, пошатываясь, поднялся молодой лидер Модака, указывая на внутреннюю часть острова. Шакти, которая наконец прибежала сюда после наблюдения за другой точкой, сделала крайне задумчивое лицо.

— Не шути, Морсага! С ними ребята из Фрейи будут выть от разочарования! Просто закроем на это глаза!

— Но разве не мы являемся судьями, Илта-сан!? Кроме того, меня зовут Модака!

Пока девушка-амазонка Илта и Модака продолжали спор, Шакти перебирала свод правил в своей голове. “Участвовать могли лишь авантюристы, чьи боги находятся на острове”. Опираясь на это, участие “Штормового ветра” было хорошо зарекомендовавшим себя фолом. Вероятно, что есть несколько членов семьи, такие как Илта, которые не могут простить Семью Фрейи и готовы закрыть на это глаза. Однако Шакти и остальные члены семьи все еще должны оставаться членами военной полиции и блюстителями порядка. На самом деле, ей и самой хотелось встать на сторону Рю, апостола справедливости, который сражался рядом с ней во время “темного периода”, но она должна выполнять свои обязанности как член Семьи Ганеши. Даже если ее будут проклинать за упрямство.

— …. Мадаши прав, участие “Штормового ветра" на военной игре противоречит правилам, которые были установлены во время божественных собраний. Участвовать могут лишь те авантюристы, чей бог-покровитель находится на острове и исключений нет. В противном случае на Альянс семей будут возложены штрафные методы.

С искаженным горечью лицом Шакти пыталась принять строгое решение, которое в данной ситуации могло привести к немедленному поражению альянса.

— Тогда если бог-покровитель своего члена семьи будет на острове, то все в порядке, Шакти?

Но за мгновение перед тем, как это произошло, позади Шакти прозвучал прекрасной голос богини.

— !!!…. Этот голос!

Словно подгоняемая силой, Шакти резко обернулась назад. Прежде, чем она успела подумать “не может быть”, вспоминая знакомый голос, она рефлекторно произнесла имя знакомой богини, которая предстала перед ее глазами.

— Астрея-сама!!!

У нее были длинные волосы орехового цвета, ниспадающие до спины, а также белоснежный наряд без каких-либо примесей, а ее голубые глаза походили на море звезд и были еще ярче, чем голубые глаза Рю.

— Почем Вы здесь…

— Рю получила свой ответ и пришла ко мне. Теперь я хочу помочь ей. Вот и все.

Богиня справедливости, покинувшая Орарио пять лет назад по просьбе Рю, которая была полна решимости отомстить, теперь ярко улыбалась, смотря на старую знакомую с чистотой в глазах. Позади Астреи показались еще несколько девушек, которые, судя по всему, оказались ее новыми членами семьи. А кроме них…

— Спасибо за помощь, Асфи. Благодаря тебе мы успели вовремя.

— Нет, Астрея-сама. Я просто сдержала обещание, данное Лион, - Произнесла Асфи, чьи голубые волосы развевались на ветру.

Именно она наблюдала за военной игрой с вавилонской башни вместе с Гермесом, а затем на полпути отправилась помогать им. Место, из которого вернулась Рю, Астрея и остальные, назывался ”Город клинков” Золиген, расположенный далеко от Орарио. Все было обговорено заранее. Как только информация о подробных правилах и дате проведения военной игры будут определены, то вся эта информацию тут же достигнет города Золинген, и если Рю и остальные не успеют прибыть во время, то в таком случае они использует магический предмет, который был вручен Рю еще перед отъездом, и когда он подаст особое сияние, означающее “сигнал”, Асфи использует свои “летающие ботинки” и лично заберет их. К тому времени, как Богиня и остальные достигли места, откуда можно увидеть город-лабиринт, Асфи первым же делом подхватила Рю, а затем высадила ее прямо с неба посреди Руин города Орза, а затем немедленно вернулась, чтобы доставить вновь возрожденную Семью Астреи, высадив их у основания огромного озера-впадины.

— И про нас не забудь, Шакти!

— Хлоя и остальные так ничего и не сказали, поэтому мне было интересно, что произойдет.

— Деметра-сама…. И бог Ньерд…

Помимо Астреи и остальных, внезапно появились два бога. Первой была Деметра, которая управляла основной промышленностью Орарио, а вторым был Ньерд, который управлял рыболовством в портовом городе Мерен

— Все дети из “Хозяйки плодородия” уже носят нашу фалну.

— ….!

— Теперь все они члены наших семей. В таком случае если мы будет участвовать в битве, то проблем не будет, верно?

Слова двух богов поразили Шакти. Когда Руноа и Хлоя склонили головы перед Деметрой и Ньердом, работники “Хозяйки Плодородия” завершили свое получение благодати еще за день до начала военной игры. И как только оба бога вступят на остров, то никаких противоречий правилам уже не будет.

— Рю рассказала мне об их ситуации. Я и представить себе не могла, что между Фрейей и этой девушкой могут быть такие отношения. Но… Даже если придется преодолеть божественное намерение Фрейи, Рю сказала, что будет сражаться. Она сказала, что собирается поговорить с ней, как она сделала во время того, когда она потеряла подруг и должна была умереть.

Астрея, смотрящая вдаль, не скрывала своих эмоций. И все же, словно родитель, наблюдающий за взрослением своего ребенка, она высказала свою решимость.

— Прямо сейчас, правосудие Рю состоит в том, чтобы спасти и остановить своих друзей. Поэтому я хочу осветить будщее звездным светом, чтобы ее крылья могли свободно летать…. Поэтому мы присоединимся к Альянсу семей.

— Астрея-сама…

— Можем ли мы перейти этот мост, Шакти?

Качнув волосами орехового цвета, Астрея улыбнулась. Шакти посмотрела на богиню, а затем на ее последователей. На эмблеме семьи, которую они носили на своей одежде, изображались меч и крылья справедливости, имитирующие весы. Именно она являлось доказательством праведности, которой Шакти и остальные члены семьи до сих пор подражают по собственной воле. И теперь Шакти, за которой наблюдали боги, а также затаившие дыхание члены семьи, продолжала раздумывать. В следующий момент она отошла от богов и уступила им путь.

— Прошу вас, проходите. Вы имеете право пройти по  этому мосту.

— Спасибо, Шакти.

Модака был шокирован, в то время как Ильта и остальные начали ликовать. Не дожидаясь приказа командира, члены семьи подготовили “цветы” и раздали по одному каждому из богов. Выстроившись в ряд и открыв им дорогу, члены семьи Ганеши, а также Асфи и Шакти пристально наблюдали как Астрея, Деметра и Ньерд входят в Городские руины Орза.

— Поздновато для приветствий, но как давно мы не виделись, Астрея?

— Все хорошо, Деметра. Я рада, что вы с Ньердом выглядите счастливыми.

— На самом деле, мне бы хотелось отпраздновать воссоединение, но…. сейчас мы не в том положении.

Пройдя через мост, три бога которые, были знакомы еще до темных времен улыбались, а затем остановились, достигнув южного края острова. Как только они вступили на остров, с каждым их шагом звуки битвы становились все более яростными. Это были звуки смертельной битвы, в которую не мог вступить никто, кроме авантюристов Орарио.

— Мне жаль, что пришлось брать вас с собой из Золигена, простите меня, Сесил и остальные.

— Все в порядке! Мы последователи Астреи-самы и обязательно будем защищать вас! Кроме того, для нашей “Семпай” это очень важно.

Девушки, которые присоединились к ее семье пять лет назад во время ее ухода из Орарио, весело улыбались. Взглянув на своих последовательниц, которые считали себя младшими членами семьи в сравнении с Рю, Астрея улыбнулась и перевела взгляд на западную часть руин, откуда все еще раздавались отзвуки битвы.

— Мы имеем права смотреть, но у нас нет силы, чтобы сражаться. Так что давайте просто понаблюдаем за ними отсюда, - Произнесла Богиня, наблюдающая за судьбами Рю и остальных, прищурив свои голубые глаза.

— Черт!!!! Мы забыли включить правила на запрет семей за пределами города….

— Простите нас, Фрейя-сама-а-а-а!

Наблюдая за Астреей и остальными, среди богов-мужчин, поддерживающих Фрейю, стали исходить гневные возгласы. Подобные фанаты думали, что в военной игре против Семьи Фрейи не будет подкрепления извне Орарио, более того, они и сами говорили, что с участием какого-либо подкрепления, битва будет даже веселее, за что и поплатились. Поскольку в действующих правилах существовали лазейки, всеведущие боги не могли винить Астрею за то, что она вступила в битву в самый неожиданный момент, так же как и Шакти, которая пропустила их. Пока от богов продолжали исходить яростные крики, одинокая богиня беззаботно пересекает 30 этаж вавилонской башни.

— С этим, наконец, настанет настоящая битва. - Произнеся эти слова серьезным тоном, Локи уселась на свободное место. По другую сторону присел Бете, которого заставили прийти сюда.

— Да ты шутишь. Мы правда будем спорить о битве в окружении всех этих сумасшедших богов?

Не обращая внимания на жалобы, Локи скрестила ноги и смотрела в огромное божественное зеркало, развернувшееся над ее головой.

— Эй, хитроумный клоун. Какой магией ты уговорила Мию?

— Ты и сам не хуже. Кто бы мог подумать, что ты доставишь сюда Астрею и сделаешь еще много всего.

Локи фыркнула в сторону Гермеса, который поднял руку в знак приветствия. Истинная сущность двух богов заключалась в том, чтобы быть “теневыми сторонниками”. Несмотря на то, что каждый из них понимал о безнадежности Альянса, каждый шел до конца из-за своих личных причин: Желание защитить Белла и неприязнь к королеве Фрейе. И благодаря поддержке Финна и тех, кто не мог участвовать в битве, Альянс смог достичь этого переломного момента.

— У тебя остались скрытые карты в кармане?

— Нет. С этого момента начнется решающая битва без каких-либо уловок.

Все карты уже были разыграны. Победа или поражение. Все зависит от авантюристов и богов на поле боя.

— На самом деле, меня совершенно не волнует, что станет с этой лоли… Но она лучше, чем нынешняя Фрейя. В несколько раз лучше.

После этих слов богиня с алыми волосами продолжила наблюдать за зеркалом.

— Я уже подготовила почву… Пора побеждать, малявка.

— Вау…!? Прежде, чем я успела что-то осознать, произошло нечто невероятное….!!

Не подозревая о том, что на нее прямо сейчас смотрела Локи, Гестия высказала полное непонимание происходящего. Даже в пределах видимости атмосфера поражения сменилась на бушующий гром и буйство работников “Хозяйки плодородия”, откуда часто слышалось мяуканье кошек.  Чтобы на тратить жертвы Гефест и остальных выпустую, Гестия была вынуждена бежать со всех ног.  Самопровозглашенной королеве пряток удалось ускользнуть от рук Аллена и его отряда. Точнее, правильнее сказать, что именно из-за богини-кузнеца Гефест и бога боевых искусств Такемиказучи ей удалось найти достаточно времени для того, чтобы вырваться из их сети.

— Благодаря пахучему шарику, который мне дал Миах, мне удалось избежать погони от зверолюдей…!

Большую помощь оказал и предмет, который создали Миах и Наза. Понимая, что многие из вражеских сил были зверолюдьми, которые склонны полагаться на свое обоняние, Гестия сразу же повесила этот предмет себе на шею. Благодаря этому зверолюди, направившиеся по следу молодой богини, впали в замешательство из-за внезапно пропавшего запаха и им ничего не оставалось, кроме как сменить цель. Молодая богиня, которая заботилась о том, чтобы скрыть лицо, а не грудь, не подозревала о том, что из тени руин торчат две горы-близнецы, а затем украдкой посмотрела по сторонам.

— …. Враг отходит на запад…?

Далеко позади руин в воздух взметнулось огромное облако пыли, а после него раздался звук мощного порыва, словно копыта лощади, ринувшейся вперед. В ответ на затруднительное положение Фрейи Аллен и его отряд тут же остановили свою охоту на богов. Вздохнув с облегчением, Гестия смотрела, как враги движутся от востока на запад.

— Но что же теперь делать….!? Прятаться здесь или двинуться дальше?… Похоже, что подкрепление пришло с Юга…. Может, правильнее будет пойти туда….?

Гестия, обладавшая пониманием, но не имевшая представления о поле битвы была обеспокоена. Меньше всего ей хотелось активировать свой окулус, чтобы не слышать громкий рев девушки-прума, которая отчаянно отдавала приказы с налитыми кровью глазами. К тому же, если она активирует свой окулус и резко раздастся громкий крик или же звук, то местоположение Гестии будет сразу раскрыто. И в тот момент, когда она подумала, что богов кроме нее почти не осталось.

— Гестия!

— Нуа-ах! А, Миах! Я так рада, что ты цел!

Услышав внезапно раздавшийся голос, все тело пробила дрожь, но когда она заметила фигуру знакомого ей бога с раскачивающимися синими волосами, Гестия издала радостный возглас.

— Кажется, что и тебя тоже спас пахучий шарик?

Поскольку Гестии удалось сбежать благодаря использованию пахучего шара, то логично, что Миах, обладающий таким же, смог похожим образом уйти от преследования. Оба бога проверили цветы на своей груди и похвалили себя за безопасность.

— Миах, что нам теперь делать? Дети Фрейи вернулись на запад, нужно решить, куда именно мы будем убегать.

— На запад!

— А!?

— Мы должны пойти на запад, Гестия!

— Чтоооооооооооооооооооооооо!?

Гестия была удивлена, когда Миах поддержал заранее исключенный ею вариант.

— Игра в прятки больше не имеет смысла! Если Наза, Белл и остальные падут, то оставшиеся станут легкой добычей.

— …

— Я видел происходящее на поле битвы с высоты! На западе каждая из сторон сражается ио всех сил! Мы должны победить, а поэтому даже такие некомпетентные боги, как мы, могут кое-что сделать.

— Обновление статуса?

Понимая божественную волю Миаха, Гестия продолжила свою мысль.

— Думаешь, что можно использовать экселию, которая успела накопиться за эту военную игру, чтобы пусть даже незначительно, но поднять характеристики Белла?

— Верно. Однако… Мы просто не можем допустить риск того, что наши цветы будут утеряны.

Если бог-покровитель потеряет свой цветок, то члены его семьи не смогут участвовать в битве. Лицо Миаха напряглось, когда он осознал все риски потери своего цветка. Однако…

— Ты прав. Мы не можем оставаться в безопасной зоне и сидеть сложа руки!

— Гестия…

— Поможем Назе и Беллу! Давай станем богами победы, Миах!

— Хах. В конце концов, мы боги-покровители наших детей.

Улыбнувшись, оба божестве приняли важное решение и отправились на западное поле битвы, где находились члены их семей.

***

Чем чаще тяжелые и сильные удары оружий сталкивались между собой, тем сильнее их звучание превосходило громовые раскаты. Авантюристам впервые удалось увидеть это вживую.

— Ах…Гх

Огромный черный меч и круглая стальная лопата продолжали сталкиваться. Грохот и разрушения заставили полупрума Вана, лежащего на зрительских местах колизея побледнеть. Сражение было настолько яростным, что полупрум Ван, который был без сознания, тут же очнулся и потерял дар речи.

— Уаааааааааааааа!!

— ……!!

Белл и Рю также не могли вымолвить и слова. Оставив их в другом месте, у них не было другого выбора, кроме как наблюдать за происходящим, как каменные статуи.

Сражение продолжалось и темный меч Оттара ловит направленную атаку сверху. Тот, кто защищался, остался невредим, но местность подобного выдержать не могла. Две большие ноги, большие, как два бревна, раздавили каменную мостовую и погрузились в землю, заставляя амфитеатр, похожий на колизей, кричать от разрушений. Темный меч, который отбил атаку, откинул Мию назад, заставив дворфийку-великана  со взрывом приземлиться на мраморные колонны, которые упали на землю. Возникшее облако пыли создало мгновение застоя, но сразу после этого она снова атаковала Оттара. Произошло новое разрушение и сокрушительное столкновение. Вся область наполнилась мощным топотом. Яростная и напряженная битва не уничтожила ни одного из противников, а лишь их окружение.

— Тц…

Так и не сумев пробить защиту огромного темного клинка, вместо круглой лопаты Мия с грохотом обрушивает на противника жесткий кулак, словно желая выплеснуть свой гнев. Из свободной от оружия руки вырвался отталкивающий апперкот. Видя это, Оттар также принимает этот удар только одной рукой и отлетает назад. Одна из колонн на внешнем краю колизея начинает обрушиваться и весь колизей вздыхает от облегчения от наступившей короткой передышки.

— Пока меня не было, ты стал немного сильнее.

— … Вот как…

Услышав слова Мии, которая давно покинула Семью, Оттар без эмоций перекинул свой меч на плечо. На лице воина отразилось убеждение о естественном результате и следующее за ним “разочарование”.

— А ты стала слабой, Мия.

— …

— В конце концов, так и должно быть. Ты остановилась, а я шел дальше. Но даже так… Теперь я нахожусь на вершине, а ты внизу.

Уровень 7 и уровень 6. Даже смотря на простые цифры становится ясно, что Оттар уже превзошел ее по уровню. Мия, которая пыталась игнорировать очевидную разницу в уровнях и вступила в ближний бой, приняла странное решение. Но даже несмотря на эти факторы, Оттар все еще называл её слабой. Он жалел, что не было никого сильнее его, и выражает запутанные чувства из-за "стены” своего прошлого.

— До того, как ты покинула “Фольквангр”, мне ни разу не удавалось победить тебя в бою. Именно поэтому я так желал одолеть тебя…. Но теперь этого мало. Я больше не буду зацикливаться на этом.

В необычно большом для него количестве слов он отбросил свою навязчивую идею. Реакция Мии, которая выслушала это, была очевидной, она была в ярости.

— Не наглей, кабанчик!

Начался второй акт и битва возобновилась, заставляя колизей кричать от новых разрушений. Наблюдая за битвой двух монстров, которые несомненно находились на вершине города, Белл и Рю не могли нормализовать дыхание.

— Я ожидал, что Мия будет удивительной, но…. Она такая сильная!

— Да, но даже так… Сильнейший слишком силен.

Восхищаясь силой хозяйки паба, Белл и Рю все равно осознавали, к чему приведет битва. Она не сможет открыть дыры в подавляющей технике и тактике. И теперь неизвестно, что станет первым: Момент, когда Оттар сменит защиту на атаку или же момент, когда Мия устанет? В любом случае, если они не смогут преодолеть абсолютную защиту, то им не удастся пошатнуть непобедимость сильнейшего. Птенцы, которые имели право называться авантюристами первого класса, имели достаточно проницательности, чтобы разглядеть это.

— Рю, мы должны идти! Кажется, я уже могу двигаться!

— Еще нет. Твои раны еще не зажили.

Все еще сидя на коленях, она пыталась удержать Белла, который пытался выпрыгнуть из своего положения на одном колене. Зеленый свет, напоминающий солнечное сияние, просачивающиеся сквозь листву деревьев, рождалось из левой руки, обнимающей правое плечо мальчика, а также правой, которая держала его талию,  даже в этот момент этот свет продолжал исцелять израненное тело.

— Ты сможешь продолжить битву только после полного выздоровления, иначе только потащишь Маму Мию вниз.

— ….!

— Потерпи, Белл. Я закончу как можно скорее.

Ноа Хилл, исцеляющая магия Рю, могла восстанавливать выносливость и даже закрывать раны, но она отличалась от эффекта лечебных зелий и эликсиров своим не мгновенным действием. Несмотря на то, что эта магия очень полезна, ее недостаток заключался в том, что для полного восстановления требовалось много времени. И в связи с теми огромными увечьями, нанесенными авантюристом 7 уровня, полное восстановление было ещё очень далеким. После этих слов Белл перестал сопротивляться. Он просто не мог себе этого позволить. До прихода Рю и остальных он был поражен абсолютной разницей в силах и был никем иным, как простым Беллом Краннелом.

— Белл… Прежде, чем мы отправимся в бой, я бы хотела кое-что спросить, - Осторожно шепнула на ухо Рю, пока он пристально наблюдал за битвой.

И Белл впервые заметил, насколько мало расстояние между ними. До этого он был похож на безжизненный труп и у него не было времени беспокоиться о том, что промежуток между их телами исчез. На мгновение он вспомнил о том, что произошло на глубоких этажах, но как Белл, так и Рю не могли испытывать смущение перед жестокой битвой. Их чувства онемели. Словно рыцарь, защищающий свою принцессу или словно держа кролика, который вот-вот вот выпрыгнет из объятий, Рю прижалась к нему всем своим телом и устремила взгляд на Мию, задавая вопрос.

— Что ты собираешься делать с Сир?

—- … Что собираюсь делать?

— Именно, я собираюсь дать ей хорошую пощечину и вернуть обратно.

— Гха…

Забыв о положении, Белл серьезно испугался неожиданному заявлению. До сих пор Белл и представить не мог, что Рю будет относиться подобным образом к своей дорогой подруге Сир. Но Рю никогда не простит высокомерную богиню, которая пыталась притвориться настоящей Сир.

— Уверена, что Аня и девочки чувствуют тоже самое. Поэтому я обязательно притащу ее к нам…. И спрошу, кем мы были для нее все это время.

— …!

— Но что насчет тебя? После битвы… Что ты собираешься делать с Сир?

Гестия, Боги и авантюристы, сражались за победу на военной игре. Каждый из них участвовал в военной игре либо для того, чтобы защитить Белла, либо для того, чтобы отомстить Фрейе. Но Белл, Рю и работники из “Хозяйки плодородия” отличались от остальных. Белл и остальные смотрели лишь на “нее”, которая ожидала спасения. Вот почему Рю спросила о чувствах Белла еще перед тем, как рассказать ему о правде с “ней”

— Член Семьи Фрейи, Хелун, сказала мне…. Нет, это была Сир.

Сделав небольшой вздох, Белл медленно разомкнул губы.

“Я не хочу сойти с ума из-за любви… Прошу, спаси меня”

— …!

— Поэтому я помогу ей, но уверен, что этим я причиню ей боль….

Словно вскрывая собственные раны он стиснул зубы, чтобы произнести уже готовый ответ.

— В конце концов, именно я загнал ее в угол.

Все было очевидно. Именно Сир была началом всего, а Белл был спусковым крючком. Сир, Богиня и мальчик Белл. Она настолько изранена собственным “я”, что не в силах найти ни единого места, откуда бы не текла кровь.

— Она все еще страдает по моей вине.

Если бы она не страдала из-за него, то Беллу бы не пришлось переживать это. Если бы девушка Сир любила кого-то другого или же ей просто не нравился Белл, то Белл чувствовал бы только неловкость и некоторое облегчение от того, что она не была такой упорной. “Да, давай снова станем друзьями”. Причина, по которой таких слов не могло быть заключалась в том, что Фрейя была очень упряма, а Белл уже отверг ее…

— Вот почему вместе нам всегда будет больно… Пока этот человек не улыбнется как раньше, я продолжу помогать ей.

Это не было виной Белла. Он никак не может быть виноват. Получив наставление от Вельфа он долго мучился, но решил пойти за своим “идолом”. Виновата была только Богиня Фрейя, которая самостоятельно устроила все это. Но добрый Белл пытался взвалить на себя бремя ее грехов.

— …. Белл. Ты очень жестокий.

Но Рю лишь обвинила доброту мальчика.

– Ты ужасный лицемер.

Они находились на расстоянии, где при любой ошибке их губы могли коснуться друг друга. Небесно-голубые глаза смотрели только на него.

— Верно, я лицемер.

Он снова посмотрел на Рю и улыбнулся болезненной улыбкой.

— Вот почему я буду придерживаться своего лицемерного эго.

Брошенные кости уже разбиты, эти двое могли лишь сталкивать между собой свои эго, причиняя боль друг другу, проливая кровь и слезы. Белл и остальные уже находятся в точке невозврата.

— Даже если я снова причиню ей боль… Я все равно остановлю ее.

Багровые и небесно-голубые глаза смотрели друг на друга. Их взгляды и чувства переплелись. А затем. Рю улыбнулась.

— … Восстановление закончено, пойдем.

Зеленый свет померк и раны Белла были исцелены. Благодаря Рю, которая встала первой, Беллу удалось поднять пошатывающееся тело. Стоя бок о бок, они смотрят в сторону поля битвы, где сталкиваются воин боаз и дворфийка.

— Белл. Сначала я бы хотела кое-что сказать.

— Конечно.

— Я тебя люблю.

— Гхм……… Как?

Мальчик, который собирался сделать шаг вперед, споткнулся. Ему удалось удержаться на ногах и ошарашенно оглянуться.

— Люблю тебя… Как мужчину.

У стоящей рядом Рю была такая же улыбка, как у городской девушки. Ее лицо не краснело, оно было очень спокойным. Но Белл, который понял, что это не слуховая галлюцинация и не ошибка, покраснел и обнажил свое глупое лицо.

— Теперь все справедливо. С этим я могу ударить Сир по щеке.

Затем она прищурила глаза, словно озорной ребенок и направилась вперед. Белл, который остался позади словно солдат, которого заставили нести страшнейшую бомбу, а его замешательство усугубилось волнением, но он энергично помотал головой из стороны в сторону.

“Сейчас нужно сосредоточиться на текущей битве. Сейчас нужно думать, только о ней.“ Проговорив эти слова в своей голове, он надел личину авантюриста готовящегося к решающей битве. Он стал лицемером, который реализует свое лицемерное эго. Наклонив тело, он пустился бежать за спиной Рю, бегущей впереди и погружаясь в жестокую схватку.

----------

Слова о цветах для тебя часть 3

Со стороны колизея раздался громкий рев, напоминающий громовой раскат. По мере того, как происходящее внутри колизея становилось все более напряженным, эинхерии нисколько не робели, продолжая свое сопровождение.

— Эта идиотка!

Он делает рывок, который превосходит скорость ветра. Полный ярости Аллен, который без метафор двигался быстрее всех на поле боя, был полон ярости. В нем горит огонь, граничащий с ненавистью к авантюристам, продолжающим угрожать богине, к непокорным насекомым, а также к "сестре", которая появилась так неожиданно. Все эти эмоции становились топливом для его скорости.

— Быстрее-быстрее!

— Нельзя, чтобы мы отстали от Лорда Аллена.

За удаляющимся Алленом отчаянно следовали эинхерии-зверолюди. Самый скоростной отряд эинхерий стремился к главному полю боя, где столкнулись Братья Гулливеры и работники “Хозяйки Плодородия".

— Хлоя, Руноа-ня! Сюда идет мой старший брат!

Аня первой заметила прибытие боевой группы во главе с “Колесницей”. Резко навострив кошачьи уши, словно уличная кошка, она тут же начала кричать, глядя на восток.

— Поторапливайтесь, нам нужно приготовиться!

— А!?

— Еще этого парня нам не хватало-ня!

— Гррррррр

Руноа рычала от ярости, разбивая нагрудник дворфа своим железным кулаком, а Хлоя отравляет эльфа, заставляя его рвать кровью от ее отравленного кинжала.

— Айша-сама! Мы атакуем вместе с Руноа и остальными!

— Я бы поняла это и без твоих слов.

— Сзади!? Гхааааааааааааааааааааааааааааа

Произошла еще одна атака со стороны альянса. Соединившись со всеми резервными отрядами, бывший левый отряд Айши и ее люди перегруппировали свои силы в восточном центре "главного поля боя". В свою очередь, Аня и остальные, которые пересекли мост на остров, наступают с южного направления, зажимая вражеские силы во главе с четырьмя братьями Гулливерами с разных сторон. Члены Семьи Фрейи, которые пришли сюда и подверглись атакам спереди и сзади, не могли выдержать подобный напор.

— Эй, дальневосточная девушка-ня! Раздай это своим друзьям.

— Это серьги? Для чего они, Хлоя-доно?

— Волшебный предмет, который ранее изготовила “Персей” из отряда справедливости Рю и остальных! Я принесла все, что были, мы позаботимся об этом месте сами, так что быстрее распредели их!

— Я не очень понимаю, зачем, но… я сделаю это, Хлоя-доно!

Вскоре, благодаря магической бомбардировке Хедина, а также подкрепления со стороны работников “Хозяйки Плодородия”, все эинхерии на главном поле боя пали. Им удалось уничтожить сильную группу, состоящую из уровней 3 и 4, оставляя лишь “четырех рыцарей золотого пламени”. Однако.

— Сдохните!!!!

— Няяяяяяяяяяяяя!!!

Одновременные атаки с четырех сторон уничтожили четверку котолюдей. При виде своих коллег, которые были сбиты с ног в одно мгновение, лица Хлои и Руноа приобрели болезненный оттенок. Игнорировать их было невозможно. На главном поле боя остались лишь Альфригг и его братья, которых не смогла затронуть ни магическая бомбардировка эльфа, ни силы работников “Хозяйки Плодородия”. Их доспехи и оружие были испачканы кровью. Даже назвать их “кобольдами” будет слишком мягко, каждый из них являлся бурей из гнева, сжатой до предела. А работники “Хозяйки Плодородия” продолжали уничтожаться четырьмя братьями, демонстрирующими невероятную связь.

— Гхаааааааааааааа.

— Лиша!?

То же самое происходило с боевой группой барберок. Амазонки, которые пытались уничтожить их как можно скорее, были перебиты одним махом, а силы альянса тут же сократились до Айши, Микото и Назы, а также резервной группы, которая защищала Харухиме, находившуюся в прозрачном состоянии. Ситуация оказалось противоречивой, пытаясь загнать противника в угол, они сами оказались загнанными. Болезненным фактом было то, что единственными оставшимися силами являлись “Четыре рыцаря золотого пламени”, а мощной магической бомбардировки эльфа больше не было. Какой бы жестокой ни была вражда между ними, Альфригг и Хедин знают ходы друг друга. Четыре брата прекрасно понимали природу магии “Карус Хильдр” и могут использовать Айшу, Руноа и остальных в качестве щитов, чтобы отсечь линию огня. Во-вторых, даже при точной стрельбе Хедина, крайне сложно попасть в первоклассного авантюриста, находясь на расстоянии несколько сотен метров.

— … Вот как…

Прищурив глаза, пробормотал Хедин, находясь к северу от "основного поля боя", подальше от Альфригга и его братьев.

Поняв, что это атака уже неэффективна, он прекратил огонь прямой наводкой и переключился на “поддержку”. Запустив молнию высоко в воздух, нарисовав большую параболу, он направил ее на Альфригга и его братьев сверху. Разумеется, никто из братьев не попал под столь небрежный обстрел. В то время, как Айша и остальные, которых рассматривались как "щиты", не пострадали, а лишь в лучшем случае были задеты дымом и грохотом взрыва. Теперь командир Лили, чье лицо было искажено отчаяньем, не могла надеяться на магическую бомбардировку Хедина. В этот раз на ее пути стояла “полная” сила первоклассных авантюристов.

— Если бы не этот золотой свет, все было бы очень плохо-ня…!

— Ее не видно, но я думаю, что это работа той бывшей проституки из квартала… Надо быть осторожной, иначе меня тут же захлестнет возросший статус.

Причина, по которой им удалось выстоять под натиском четырех разъяренных братьев и избежать мгновенной гибели, заключается в силе повышения уровня. Благодаря точным инструкциям Лили, Харухиме наделила Айшу, Хлою, Руноа и остальных золотым светом, который поднял их до уровня 5. Если смотреть только на цифры, то это был такой же уровень, что и у Альфригга и его братьев. Однако причина, по которой альянс был загнан в угол заключалась в том, что они недооценили “Координацию” противников и поставили все на одну единственную атаку с разных сторон.

Однако, даже эта патовая ситуация не похожа на “соперничество”. Ведь “колесница” уже пересекла центральную полосу острова и приближается к главному полю боя.

(Если они соединятся с “колесницей богини", то все будет кончено….!”)

Лили, наблюдающую за происходящим сверху вниз, потревожил стук ее сердца. На некотором расстоянии от храма, где она находилась, разворачивались ожесточенная атака и оборона. Если бы Аллен и его отряд вступили в бой здесь, фронт легко бы рухнул. По лбу Лили начали струиться струйки пота, когда она заметила надвигающуюся группу воинов.

(Мы должны одолеть “Четырех рыцарей золотого пламени” прямо сейчас! Иначе шансы на победу исчезнут!)

Лили отбросила все мысли и смотрела только на Альфригга и остальных. Яростные атаки четырех братьев, их движения, а также сама “координация”. Она должна изучить все. Привычки, слабости, дыхание. Вместе с информацией, предоставленной финном, она тщательно анализировала четырех братьев “Брингар”. Предельная концентрация заставила ее выйти за пределы ее мышления и ускорила ее мысли. И вывод, который сделала Лили…

(Никаких лазеек!)

Это была самая жестокая реальность. Безграничная командная работа. Хорошо известные четверо братьев не имели между собой пробелов. Все четверо дополняют друг друга и не открывают никаких лазеек. Третий брат Берлинг уничтожает работников таверны, старший брат Альфригг отражает снайперский огонь Назы, а второй и четвертый брат Двалинн и Грер разнесли клещевую атаку Айши и Руноа.

Слова о том, что их четверых будет достаточно, чтобы превзойти любого первоклассного авантюриста, не будут преувеличением.

(Пока эти четверо вместе, “лазеек” не будет!)

Отчаяние захлестнуло Лили. А наступающий срок приближался все ближе.

— Я раздавлю вас!

Колесница со свирепым взглядом все больше приближается на расстояние, на котором его можно разглядеть очень отчетливо. Аллен все больше набирал скорость, надеясь сбить с ног всех членов альянса, Руноа, Хлою, а также Альфригга и остальных.

— Серое небо, исчезнувшие дома, падающая чернота и море руин.

В тот момент прозвучало пение.

— ….

В тот момент, когда его уши уловили эту песнь, его мысли прекратили свой ход на несколько секунд.

— Вопрос от обезглавленной, бронзовой статуи. Что с тобой? Как ты? Потерянный котенок, слоняющийся, словно колесо. Я слуга рыданий и слез.

Пыль рассеялась и открылся вид на брошенную девушку-кошку. Воткнув копье в каменную мостовую, она кладет обе руки себе на грудь, закрывает глаза и продолжает свое пение.

— Я спрашивала о доме. Но ответа нет. Даже ворон молчит. Я ничего не понимаю. И поэтому я плачу. Думая о семье, я пою, сидя на твоей спине.

Отзвуки взрывов стихают. Четверо братьев отличило слышали почти завершенное “пение”, раздавшееся ранее.

— Аня-сама поет…..!? Не может… Значит, магия Хедина-сама была лишь для завесы!

Только Лили, в одиночестве наблюдавшая за ходом сражения с вершины храма поняла, что происходит на самом деле.

От поддержки со стороны Хедина, который без нужды выпустил молнию высоко в небо, поднялось облако пыли и взрыв, за которым скрывалась Аня, сосредоточившаяся на песнопении. Это была единственная магия Ани, бывшей участницы семьи, которая была хорошо известна Аллену, Альфриггу и его братьям, и, конечно, Хедину. Песнопение, которое так ошарашило коточеловека и братьев прумов было уже невозможно остановить.

Лили не могла не восхититься видом Ани, простой кошки, которая продолжала свое пение, словно святая дева, которую она не могла представить, видя ее в обычном образе.

— Поторапливайтесь и наденьте затычки для ушей!

— Приближается полная катастрофа-няяяяяяяяяяяя!

— А, что!?

В стане союзников с другой стороны, лица Руноа и Хлои исказились и они тут же заткнули уши, сбивая с толку Микото и остальных.

— Пожалуйста, не оставляй меня - “Ремист Феррис”.

Прозвучало магическое заклинание, а затем…

— Гхаааааааааааааааааааааааааааааааааааа!

Раздалась чудовищно-огромная звуковая волна.

— Кьяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяя!

Лили, у которой не было возможности получить волшебные затычки для ушей от Хлои, которая вверила их Микото, корчилась в агонии, пострадав от “сверхшумного бедствия”, которое ничуть не являлось священным.

Аллен, который как можно быстрее закрыл уши, так же как и эинхерии, последовавшие его примеру, подверглись воздействию ее пения. В то время как Альфригг, Дваллин, Берлинг и Грер пострадали без какой-либо защиты. Даже Гестия и Миах подскочили от шума. Это была сверширокая магия, которая могла поглотить любого.

Первой заметила изменения Лили, которая с трудом удерживала верхнюю часть тела дрожащими руками. Не только Хедин, крепко заложивший указательные пальцы в оба уха, чтобы не попасть под воздействие последствий, но даже наблюдатели из Орарио, имевшие доступ к зеркалу, была шокированы, когда "сила" магии начала проявляться.

Первой, кто заметила странности была Лили, которая поднимала верхнюю часть тела дрожащими руками.

— А….? Что с моими силами…?

Это было чувством слабости, которое отличалось от истощения. Это не походило на случай, где ты носишь тяжелый груз, это чувство, словно все тело стало слабее. А если внимательно присмотреться, то можно заметить, как все тело источает красный магический свет.

— Неужели это… Аномальная магия анти-статуса!?

Лили пришла к правильному ответу, распахнув свои ореховые глаза.

— Оно ослабляет статус!?

Такова была суть магии Ани “Ремист Феррис”. Как и предполагала Лили, его эффектом был магический анти-статус. Оно было полной противоположностью повышения уровня Харухиме и вызывало значительное снижение статуса, что можно назвать движением вниз. Все, что затронет голос Ани, будет охвачено мощным понижением статуса, а также сильным оглушающий эффектом, независимо от врагов или друзей.

Лили, не понаслышке знавшая о магических эффектах, которые можно блокировать только с помощью специального магического предмета, подняла взгляд. Внизу, на поле боя, каждый из эинхерий, так же как “братья Брингар” и “Колесница богини”, оказались в ловушке красного магического света.

— Идиотка, ты серьезно!?

Аллен гневно прокричал, проклиная магию “Потерянного Котенка”, которая все еще эхом звучала в его ушах, мучая его.

— Кха-Кха…. Теперь мой брат и все остальные станут куда слабее.

Аня, которая только что активировала свою сверхширокую “анти-статусную магию”, которую можно использовать лишь один раз в бою и должно пройти не менее полусуток перед ее повторным использованием, потерла истощенное горло. Конечно, оно не понижает статус на целый уровень, однако среди множества магий анти-статуса, оно имеет довольно сильный эффект, и добавок ко всему снижает действие навыков и магии.

Зная, что последнее было куда более неприятным, чем первый эффект, ее старший брат Аллен посмотрел на свою сестру, словно на кровного врага.

— Старший брат… Я так боялась тебя-ня. Даже после того, как ты бросил меня, я хотела вновь стать частью семьи, поэтому всегда боялась… Не желая расстраивать тебя.

Аня не испугалась острого блеска глаз Аллена. После вступления в Семью Фрейи она не хотела быть брошенной и постоянно лишь наблюдала за ним, но сейчас она смотрела прямо ему в глаза.

— Честно говоря, даже сейчас мне все еще хочется стать семьей с моим братом, но…. У меня есть еще один член семьи-ня. Помимо Рю, Хлоя, Руноа! Помимо Мамы Мии и остальных, которые часто помогали мне, есть еще один член семьи, который спас меня!

Глупая Аня не знает, почему "она" спасла ее. В тот дождливый день Сир нашла и спасла Аню, когда Аллен и даже богиня Фрейя бросили ее. А затем она дала ей место в "Хозяйке Плодородия". Возможно, как она и говорила, это была лишь божественная прихоть. Может быть, это была страшная забава бога, который излечил сломанную Аню, чтобы снова уничтожить. Но….

— Спасите меня! - Аня уже слышала истинные чувства девушки Сир.

— Вот почему-ня, мы собираемся забрать Сир!

Аня была глупа и была простой брошенной кошкой, которая боялась одиночества. Ей нужна семья потому, что она знает, каково быть одинокой. Но именно поэтому она ценит свою семью больше всего на свете. Так что она будет сражаться даже со своим кровным братом, чтобы защитить члена своей семьи.

—- Если понадобится, то я одолею брата! Только сейчас! Я стану твоим врагом!

— ИДИОТКА!!!

Вызов Ани заставил Аллена закричать так громко, как только он мог.

Не обращая внимания на аномальный магический анти-статус, он бросился вперед со своим серебряным копьем, намереваясь пронзить свою сестру. Аня также подхватила свое золотое копье и бросилась вперед, в мгновение ока сократив расстояние между ними до нуля.

— Мы тоже идем!

— Ора Ора, будьте готовы-ня!! Жертвы катастрофы. Вас ждет сольный концерт кошачьего яда “Аня рецитал”.

Тем временем Руноа и Хлоя сняли магический предмет в виде наушников и воспользовались хорошей возможностью для атаки. Первоначальным названием этого магического предмета было "Бесшумная лира". Она была разработана “Персеем” для предотвращения риска услышать пение сирен и русалок, после чего была модифицирована самой Асфи для противостояния сильному врагу с мощной звуковой магией в “темный период”. Руноа и Хлоя, которые были почти уничтожены кошачьей катастрофой, умоляли персонал таверны массово производить эти предметы с интересной историей в компании Асфи.

— Грррррррррр!

Руноа и остальные, сумевшие избежать снижения статуса, тут же бросились вперед и напали на ошеломленных братьев.

— Это же….!

Магия Ани привела к полному изменению ситуации в бою. Четверо братьев Гулливер, которые были ошеломлены от начала и до конца, впервые проявили признаки защиты в ответ на атаки Руноа, Хлои, Айши и остальных, усиленных повышением уровня. Эинхериям-зверолюдям не удавалось и на шаг приблизиться к скоростной битве Аллена и Ани, поэтому они поспешли прийти на поддержку “Четырем рыцарям золотого пламени”.

(Эинхерии тоже ослаблены аномальной магией! Но барберок и работников таверны осталось мало, но даже так….!)

Ситуация была 50 на 50. По крайней мере, пока Аня 5 уровня сдерживает Аллена, “благодатные условия” для битвы с четырьмя братьями Брингар созданы.

— В таком случае, осталось лишь разобраться с “координацией” “четырех рыцарей золотого пламени”.

Лили, которая глядела на поле боя с вершины храма, направила все оставшиеся силы в мозг начала думать. Нельзя терять ни секунды. Она должна как можно скорее разработать план, который был бы осуществим и имел наибольшую вероятность успеха. Девушка-командир, постоянно жертвовавшая своими товарищами, в эти несколько секунд рискует своей жизнью.

— Айша-сама, Микото-сама, Наза-сама! Мне нужно рассказать вам о своей стратегии.

Это было сообщение, отправленное последней основной силе альянса, которая должна собраться вокруг предмета Назы. Сообщение было кратким и лаконичным, не требующим подробных объяснений, ведь все уже знали силы друг друга.

— Эй.....! Подожди, Лили-доно! Такой маневр будет стоить… вашей жизни!

— До сих пор я пожертвовала множеством авантюристов и богов! Теперь и сама Лили пожертвует собой!

— …!

Пока Микото возражала против ее задумки, циантроп Наза, которая слушала ее стратегию, с задумчивым лицом заговорила.

—- …. Хорошо. Я пойду.

— Наза-доно!?

— Стрел…. Больше нет.

— Насколько я понимаю, я не могу сражаться отсюда, так что я тоже сыграю за “приманку”.

Наза, находившаяся в тыловой поддержке, но имевшая множество повреждений на своей боевой одежде и броне, улыбнулась.

— Микото…. Воспользуйтесь этим с пользой…. Давайте разогреем первоклассных авантюристов.

—- …..Да!!!

Решимость Лили и Назы была такова, что Микото уже не могла им помешать. Девушки решительно кивнули друг другу, а молча наблюдавшая за ними Айша приоткрыла рот.

— Я передам это работникам бара. Не провались, Лилирука!

— Да!

Кристалл, названный окулусом, в последний раз озарился ярким светом и прозвучало последнее указание.

— Эффект повышения уровня скоро истечет! Следующее заклинание Харухиме будет сигналом к началу операции!

— Нога! Нацельтесь на вражеские резервы.

Громкий приказ Альфригга разнесся по полю боя.

— Здесь есть маг или колдун, использующий абсурдную магию усиления! Прикончи его!

— Я позабочусь об этом!

Член группы, оборотень Нога, немедленно последовал указаниям авантюриста первого ранга. Взяв с собой оставшихся эинхерий, он выдвинулся на берберок, собравшихся в гробнице. Айша, чье лицо побледнело, и Микото с остальными пытались остановить их, но координация четырех братьев прумов не давала этого сделать. Решение Альфригга было точным. Даже будучи загнанным в угол, он демонстрировал присутствие первоклассного авантюриста, обладающего превосходным интеллектом и интуицией. В то же время это означало, что братья Гулливеры, ранее стремившиеся уничтожить своих врагов силой и как можно скорее, прибегли к "тактике". Это было наглядным подтверждением того, что первоклассного авантюриста загоняют в угол.

— Стреляйте!

— Вхааааааа

В мгновение ока эинхерии приблизились к резервной группе, приветствуя своих врагов залпом магических мечей. Амазонки, защищающие одинокую девушку, выдвинулись вперед, чтобы прикрыть ее, как щиты, но напор ветра, окрашенный огнем и молниями, достиг Харухиме, которая находилась в центре резервного отряда.

— Харухиме! Я вижу тебя! Разве это нормально!?

— …. Магический плащ Фелса-сама.

Слова бросившейся к ней амазонки Лены удивили Харухиме. Экипированная ею "мантия Голиафа" защитила саму Харухиме, но прозрачная тканевая обратная вуаль, которой она была накрыта, пострадала и осталась в лохмотьях. Это был волшебный предмет, позаимствованный у некогда мудреца, но теперь с его помощью войти в “прозрачное состояние" будет невозможно.

— Лена, что произошло?

— Самира, Харухиме больше не может стать невидимой! Ей не удастся использовать магию в таком состоянии.

В тот момент когда битва между барберками и эинхериями была в самом разгаре, в зал вбежала пепельноволосая амазонка Самира, командующий резервным отрядом.

— Эта битва открыта для всего города! Если она использует магию, то секрет Харухиме будет раскрыт!

— Тц……

— Что же нам делать? Просто бежать, как велела Айша? Но похоже, что кроме нас союзников больше не осталось….. богиня Хатор все еще в игре, но вдруг….

Самире не удавалось сразу же дать какие-либо указания, пока слова Лены становились все более и более вялыми. Повышение уровня - самый таинственный ритуал из возможных. Это настолько абсурдная техника, что даже богиня Иштар была в восторге от нее, и если о ее существовании станет известно, всегда найдутся желающие сделать ее своей. Именно поэтому заклинательницу Харухиме будут преследовать бесконечно, и она никогда больше не увидит ни одного дня мира и спокойствия. Так что перед началом военной игры Айша отдала строгий приказ. Если появится риск, что процесс повышения уровня будет раскрыт, то они прекратят колдовство и просто убегут.

(Но если я сейчас убегу вместе с Харухиме, то Айша и остальные будут….!)

Как и сказала Лена, единственной поддержкой остались члены семьи Хатор, включая Самиру. Большинство богов-покровителей выбыли из-за охоты на богов Аллена и остальных, а многие амазонки из резервного отряда уже выбыли. И более того, если в этих обстоятельствах они лишатся магии повышение уровня Харухиме, то баланс между Айшей, Руноа и остальными рухнет. Стоит ли ей слушаться указания Айши или же поддержать линию фронта? Вспотевшая Самира разрывалась между противоречиями.

— Я начну петь.

Поднявшаяся Харухиме не стала ждать их решения.

— Скоро эффект магии исчезнет… Мне следует снова применить повышение уровня…!

— Эй, эй, ты хоть понимаешь, насколько это плохо, Харухиме!? К тому же у нас будут проблемы с Айшей, когда она узнает об этом, даже у Харухиме будут серьезные проблемы, ты готова к этому!?

Лицо Харухиме, которое больше не скрывала невидимость, заливал не останавливающийся пот. Это был признак ментального истощения. И к этому моменту все зелья для восстановления ментальных сил, набранные в большом количестве перед началом игры, уже были потрачены. Для того, чтобы без пауз поддерживать линию фронта для авантюристов, она использовала комбинацию коконоэ и повышение уровня, сильно истощая себя. Без Харухиме ни стратегия Лили, ни текущая ситуация на поле боя не могла бы случиться. Именно она была теневым героем на этой военной игре.

— Даже в таком случае, я буду петь.

Именно потому, что она не может сражаться напрямую, не может командовать и не в силах помочь иначе, она собиралась продолжить пение. Но этого было достаточно, чтобы бывшие амазонки из Семьи Иштар затаили дыхание.

— Харухиме… Ты ....

Самира серьезно посмотрела на девушку-лису.

— … Как и сказала Лена, если твое повышение уровня будет раскрыто, то уже ничего не поделаешь.

Она неосознанно забыла про бой и задала вопрос.

— Возможно, тебя будут ждать еще более худшие времена, чем у Иштар-сама… Но ты все равно уверена!? - В следующий момент Самира повысила свой тон.

— Мне все равно!

— …!!!

— Подобное меня не волнует, Самира-сама и Лена-сама! Мне все равно на безопасность этого тела.

Крикнула Харухиме, словно уже давно приняла решение.

— Насколько ценной может быть девушка, которую только и защищают!? Как может женщина, не считающаяся со своими товарищами и даже бросившая своего любимого господина, иметь право греться под весенним солнцем?

— Харухиме….

— Белл-сама будет украден! Семья Гестии-сама будет опечалена! Я не хочу этого! Мне это совершенно не нравится! Харухиме, которую постоянно защищали и спасали, больше нет.

Это была не та девушка, которую знали Самира и остальные.

— Я больше не буду символом порочности. Я не плачущая проститутка! Я Харухиме из Семьи Гестии!

Проститутки, которая когда-то оплакивала свою судьбу, больше не было. Вместо нее перед ними стоял маг.

— ….. Харухиме. Раньше я ненавидела тебя - Сказала Самира, пока Лена застыла на месте.

Это было правдой. В отличие от Айши, которая не смогла противиться из-за "очарования" богини красоты Иштар, а также Лены и остальных, которыми манипулировали угрозами, Самира, отвечавшая за подготовку к ритуалу, активно участвовала в процессе ритуала “убийственного камня”. Причина была проста, ей было все равно. Она не обращала внимания на слабую женщину, которая плакала и не могла сделать хоть что-то сама. Она думала, что лучше воспользоваться жизнью не понравившейся ей девушки и получить удовольствие, сражаясь с с сильными самцами Семьи Фрейи. Но теперь все иначе.

— Но нынешняя ты…. Действительно хороша.

— Самира-сама….

Самира широко улыбнулась девушке, которая смотрела на нее своими зелеными глазами. Она ударила кулаком о ладонь и сказала понравившейся ей сильной женщине…

— Хорошо, тогда начинай петь! Мы защитим тебя, Харухиме!

— Эй, Самира!? Разве это нормально?

— Конечно! Если на эту девку нападут грязные парни, мы сможем ее защитить!

— Это не хорошо! Кажется, нам придется защищать Харухиме, пока наши жизни не закончатся!?

Повернувшись спиной к Харухиме, Самира побежала к Барберкам, которых подавляли Эинхерии. Пока улыбающаяся Лена бежала за ней, пепельноволосая амазонка повернулась лицом к удивленной девушке-лисе, произнеся:

— Сделай это, Харухиме!

Харухиме оствалось лишь улыбнутся и кивнуть в ответ.

— Коконоэ.

Особая магическая сила начала накапливаться. Впервые колдовство, которое было закрыто защитной невидимостью, попало под солнечные лучи.

— Любимый белый снег. Любимый малиново-красный цвет. Любимый белый свет.

В "зеркалах", отражающих сцены поля боя, золотой свет сразу привлек внимание людей. Авантюристы города и боги были привлечены магией девушки-лисы, которая появилась раньше, чем о ней успели подумать.

— Прошу, позволь мне остаться рядом с тобой. Ты любовь, которую я отыскала спустя 2 тысячи ночей.

Ее тело было окружено золотым светом и пламенем. Взоры всего поля боя были прикованы к пению, которые воспевалось без остановки.

— Мое имя демон-лис, символизирующий мой прошлый крах. Мое имя древняя баллада, означающее прошлую тоску. Ради того, кто порхает в небе, как птица, это тело будет носить в себе девять демонов.

И эинхерии нашли свою цель. Они поняли, что это та самая "лисица", которую нужно убить. Затем в ход пошел страшный магический огонь для того, чтобы уничтожить эту лису.

— Давайте послушаем золотую песнь, поэзию слуги. Белолицый с золотыми волосами, король девяти хвостов.

Барберки издали рев. Они задыхались, но не позволяли помешать своей бывшей сестре. Если даже эта лиса-бунтарка кричит так громко, то они должны кричать ещё громче.

— Пожирающий все, исполняющий желание, хвост благородного зверя.

Самира билась изо всех сил. Она била своих врагов больше, чем кто-либо другой, пинала и крушила их, ломала себе конечности, и все равно сражалась более яростно, чем кто-либо. Вместе с Леной они образовали черту на разрушенной земле, не давая эинхериям переступить ее.

— Будь больше.

Песнопение изменилось. Окончание магического заклинания, расширяющего диапазон, переключилось на пение, которое Самира и остальные слышали много раз.

— Эта сила, этот сосуд. Много желаний, много блага. До того, как подскажет звон колоколов, будьте горд, будьте смиренны. Расти.

Оно ускорялось. Песня, которая воспевалась уже множество раз, облекается в броню скоростного пения и несется сквозь время.

— Это тело, вкусившее божественную жертву. Этот золотой свет, отданный богам. К молоту и обратно на землю, пусть падет благословение.

Эинхерии подняли все свои силы. Они кричали, чтобы остановить эту мощь. Барберки тоже приложили все свои силы, не давая врагам пройти. Даже те, кто пал, хватались за их ноги, не давая воинам идти вперед. И они не могли идти дальше. Их не могли опустить. Они не могли дотянуться до нее. Им не позволяли этого сделать. Однако, злобная вспышка вырвалась наружу. Самира, чье плечо было поражено ударом копья, чья сила намного превосходила ее собственную, рассмеялась. Смеясь, а затем хватая зверолюда за грудь, она бьет его своей головой. Амазонка-воин рычала, падая на землю вместе со зверолюдом с разбитым шлемом, окровавленным лбом и опустевшими белками глаз. А пение продолжалось.

— Расти.

Таков был ответ Харухиме. С образом сестер, которые защищали ее, и со слезами на глазах девушка-лиса произносит свой козырь.

— УЧИДЕНОКОЗУЧИ.

То, что спустилось с неба, было чудом высшего порядка. Аня, Хлоя, Руноа, Микото, Наза и Айша. Все шесть хвостов, наделенных повышением уровня, использовались для максимального поднятия сил собственных воинов. Авантюристы с хорошей интуицией и всеведущие боги мгновенно поняли, что именно эта "уловка" с самого начала войны обеспечивала колоссальный прирост сил для альянса семей. Пути назад уже не было. Подражая решимости Харухиме, Лили схватилась за окулус и прокричала…

— Начинаем!

Прозвучал последний приказ. Сигнал, вспыхнувший вместе с ярким золотым светом, призывал к первому броску. Затем, окрашенный в черный цвет шар вырвался из рук Лили и был брошен в четырех братьев, вступивших в бой с Руноа и остальными. Шар пролетел сквозь щель между авантюристами и упал на каменную мостовую, взрываясь с огромной силой.

— Дымовая завеса!?

— Дымовая бомба!

Это было изобретение Фелса, черный туман, который мог перехитрить даже семью Локи во время спасания ксеносов. Черный туман представлял собой странный черный дым, который извивался и корчился, как живое существо, окутывая конечности, из-за чего Альфригг потерял из виду Руноа и остальных, да и самих братьев тоже.

— Это их маленькая хитрость.

— Они пытаются помешать нашей командной работе.

Вязкий струйчато-черный туман блокировал любую информацию. Не только зрение, но и обоняние потеряло свою работоспособность. Лишь слух все еще продолжал функционировать. Даже четыре брата, придерживающиеся принципа "единства ума и сердца", в этот момент оказались изолированы один за другим.

— Фуцуномитама.

В следующий миг на них обрушилась мощная гравитация. Тела четырех братьев тут же погрузились в землю под огромным давлением, нахлынувшим сверху.

— Гхааааааааааааааааааа!

Это была магия Микото, специально подготовленная с помощью повышения уровня. Даже авантюристы 5 уровня, ослабленные анти-статусной магией, были вынуждены отложить свои действия и всеми силами сопротивляться магии 3 уровня. В такой причудливой ситуации, когда магический темный дым сжимался под действием гравитации, координация между собой становилось все более затруднительной. Их травмы накапливались. Но они все еще могли уйти. Подобная клетка не могла удержать “четырех рыцарей золотого пламени”. Проблема была в том, в какое направление нужно бежать. В девяти случаях из десяти противник ждал, когда Альфригг и остальные прорвутся сквозь эту тюрьму тьмы и тяжести. Если они будут выпрыгивать по отдельности, это может привести к тому, что их победят одного за другим. Они должны вырваться оттуда вчетвером. И в тот момент, когда внутри Альфригга и остальных проросли семена разочарования от того, что огромная сила тяжести угрожала разьесть их выносливость…

— Два часа! На северо-востоке противников не видно! - Это был голос Берлинга.

Альфригг, Двалинн и Грер беспрекословно следовали указаниям третьего брата, обладавшего лучшими поисковыми способностями среди братьев. Первоклассные авантюристы, которые еще до того, как их заперли в черной клетке, точно знали, где они находятся и в каких направлениях могут двигаться, использовали ужасающую силу своих ног, чтобы вырваться из ловушки. Больше не поддаваясь гравитации, из клетки выскочил Двалинн, затем Грер, Альфригг и наконец Берлинг.

— Они здесь! Атакуем с разных сторон!

Но на них тут же набросились авантюристы. Следуя голосу Айши, Руноа и Хлоя начали атаку с трех сторон. Конечно же, это был естественный результат. Ведь голос третьего брата, Берлинга, также слышали и их противники. Хотя это не было засадой, но они отреагировали мгновенно, без времени на проверку ситуации. Впрочем, для “четырех братьев брингар” это не являлось проблемой. Если они видят друг друга, то каждый уже знает, какой шаг предпримут остальные братья. И опираясь на это они также будут знать, какой шаг стоит предпринять. Мгновенная передача информации была секретом безграничной командной работы.

Старший брат Альфригг перехватывает подао амазонки своим копьем. Большой молот второго брата вдребезги разбивает кинжал девушки-кошки. Большой топор третьего брата разрубает девушку и ее кулачный натиск. А затем уже четвертый брат Грер взмахнет своим двуручным мечом и поразит всех трех противников одним размашистым ударом. В один миг представив эту сцену у себя в голове, “Четыре рыцаря золотого пламени” исполнили ее в действии.

— Хааааааааа!

— Бесполезно!

Копье старшего брата Альфригга отбило большое подао Айши.

— Няяяяяя

– Бесполезно!!!

Большой молот второго брата Дваллина отбивает кинжал девушки-кошки, разнося его вдребезги.

— Рааааааааа!

— Мы же говорили, что бесполезно!

Затем, Руноа, которая собиралась напасть на четвертого брата Грера, будет разрублена большим топором третьего брата Берлинга. Это был конец. Такой исход и должен быть.

— Раааааааааааааааааааааааааааааааааааа!

— Что!? Гхаааааааааааааааааа!

Затем, железный кулак Руноа вонзается в ребра четвертого брата, Грера, который готовился к атаке. Время замирает. В головах братьев возникает возникает жуткий смертельный шум. Именно в этот момент “безграничная координация” была нарушена.

— Что ты делаешь, Берлинг!?

Поворачиваясь к задней части строя, Альфригг гневно прокричал. Мгновение спустя Альфригг увидел это. Он увидел Берлинга, который двигался в другом направлении, в шлеме и доспехах песчаного цвета, но без оружия. Затем, сознание Альфригга охватило мгновение пустоты.

— ……………..!?

Черный туман задрожал, а в нем он видит фигуру третьего брата, Берлинга, попавшего в центр тяжести, который не давал ему повысить голос.

— ….

Мгновение пустоты, а также обрывки информации тут же передрались и второму брату Дваллину и четвертому брату Греру. Все подстроено намеренно. Выход Альфригга, Дваллина и Грера из клетки был преднамеренным. Эта черная гравитационная клетка, которая с самого начала была нацелена на ограничение лишь одного из братьев, а не всех четверых. Это был ящик, который использовался для замены “настоящего” на “подделку”. От потрясения ему потребовалось всего полсекунды, чтобы полностью осознать ситуацию. Глядя на замедленный мир, в котором время было сжато, Альфригг закричал:

— Кто ты, черт возьми!?

Длинное копье тут же прочертило косую линию. Существо в облике его брата, насторожившись от приближающегося удара сбоку, тут же потянуло левую руку к лицу, чтобы защититься. Сразу после этого, превысив допустимый урон, магия была отменена. Бесчисленные частицы света рассеивались, а под серым магическим светом появилась девушка-прум.

— Лилирука Арде!?

Это была магия трансформации “пепельная золушка”. Детский трюк, на который была способна только Лили. Однако, этот детский трюк, покрытый пепельной магией, вот-вот приведет к переломному моменту.

(Нет… Нет.. )

Пока Альфригг потерял дар речи, дрожащие глаза Лили налились кровью. Ее ноги оторвались от земли, тело наклонилось в сторону и спустя мгновение ее собственное хрупкое тело отправилось в полет с огромной силой. Раздробленные кости и разорванная плоть заставила ее левую руку источать жгучую боль. Но Лили не плакала.

(Не плачь!)

Она проглотила крики и слезы, которые пролила на “фестивале богинь”, когда этот же прум Альфригг сломал ей руку прямо на ее глазах, а затем сомкнула губы, потянувшись к “возможности для победы”, которую она наконец вырвала.

(Ведь Лили это командир!!)

Она приносила авантюристов в качестве жертв и богов в качестве приманок. Она пожертвует своим бесполезным телом и станет последней, кого она использует. Теперь звуки, выражающие слабость, не допускались. Слезы и сомнения были отброшены. В качестве игровой карты она будет использовать даже саму себя. Поэтому Командир, перенявший уроки от “Бравого” в свое разум и тело, будет рваться к победе.

(Пока эти четверо вместе, лазеек нет)

Такова точка зрения Лили, к которой она пришла некоторое время назад. Безнадежный вывод, который стоял за координацией четырех братьев.

(Но если убрать хотя-бы одного, то откроется “лазейка”!!)

И вот к какому простому ответу пришла Лили после безнадежного вывода. Если из четырех вычесть только одного, то "безграничная командная работа" превратится в "конечную". Мир прумов попросту рухнет. Быстрое мышление, присущее только ее расе и ускоренное восприятие времени - все это закончится. Правая рука Лили, уже охватившая сумку на поясе, достает “это”. Альфригг, Двалин и Грер уже осознали критичность ситуации и собирались перегруппироваться, но движение правой руки Лили было быстрее. Не обращая внимания на Айшу и остальных, прямо в центр места, куда собирались сгруппироваться трое братьев, упал “пузырек”.

— Гах!!!

Они разлетелись в трех направлениях. Распустившийся цветок взрывного пламени посылает трех прумов в разные стороны - на восток, юг и запад. В то время как Лили тоже катилась по земле под воздействием взрыва, “четыре рыцаря золотого пламени” были полностью разделены. И это была прекрасная возможность для удара.

— Ты хорошо справилась.

— !?....

Восточная сторона. Перед Грером, который опирался на свой большой меч в качестве опоры, предстала девушка. Ее бежевые волосы трепались на ветру, а сжатые кулаки были обмотаны кровавыми перчатками. Мстительница Руноа, которая терпела поражение от “четырех рыцарей золото пламени” до сих пор, смотрела на своего ненавистного врага, нахмурив брови.

— Я верну тебе должок за все, что происходило раньше!

— Думаешь недооценивать меняяяяяяяяяяяяяяя!?

Грер также бросился на встречу Руноа, которая неслась прямо на него. Он взмахнул своим огромным мечом, чтобы сразить ее, прямо как на фестивале богинь. Но в ответ на это Руноа просто остановилась на месте.

— …..

Не отойдя от разделения с братьями и будучи раздраженным, он торопился закончить бой как можно скорее, не упуская остановившуюся Руноа из виду, поспешно взмахивая своим большим мечом в воздухе. Однако боец перед ним продемонстрировал выдающуюся тактику, выпуская столь долгожданный шквал кулачных ударов.

— Гуааааааааа!!!

Левый кулак нанес удар по корпусу. Затем удар, словно вычерпанный из земли, ударил в живот Грера, откуда раздался болезненный сокрушительный звук, напоминающий взрыв. Кулак, вонзенный в живот прума, выгибает его тело до предела, а серия кулачных ударов продолжает смелеть. Началось шоу из взрывных ударов. Прямые удары, боковые, апперкоты и локтевые удары, обратные удары кулаком, все это пронзало тело Грера с разных сторон, разрушая выскользнувший из рук меч, а также сминая его шлем и разрывая доспехи, уничтожая его самого. Тело прума не возвращалось на землю, а продолжало подвергаться шквалу ударов, находясь в воздухе.

— Гхааааааааа!!!

В те времена, когда Орарио был охвачен хаосом, существовала одна "охотница за головами".

Она пришла из другого города, прославилась благодаря своим кулакам, убила множество высокоуровневых авантюристов и хвасталась своей непобедимой репутацией, пока не встретила “четырех рыцарей золотого пламени”.

Она была одержима рукопашной битвой, из-за чего ее кулачное снаряжение окрашивалось в красновато-черный цвет от крови ее жертв. Отсюда и произошло ее второе имя - “Черный кулак”. Она настоящий боец сверхближнего боя, побеждающий своих врагов, используя лишь выдающиеся силовые показатели, без применения магии.

— К черту тебяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяя!

Последний удар врывается в грудь Грера, вминая его в землю и раздрабливая каменные плиты.

— Гха……аахххххх…

Закопанного в утоптанную землю прума рвет кровью. Потерявший шлем теряет сознание, а веки закрываются, теряя силы.

— Тссс!! Ты видел это!

Она проводит пальцем по шраму, который когда-то был рассечен огромным мечом, и сжимает кулак. На лице девушки, которая больше всех на свете любила сражаться, появилась победная улыбка.

— ГРЕР!

Западная сторона. Видя, как его брат тонет в стремительных атаках, Двалинн закричал.

— Ты все еще можешь беспокоиться о своем брате в такой момент-ня?

— Хм!?

За его спиной раздалось мяуканье кошки. С улыбкой, которую можно было бы принять за издевку или насмешку, Хлоя набрасывается на прума.

— Довольно!

Взрывной заряд, вызванный взрывным маслом, породил песчаное облако. В следующий миг из него вырвалась внезапная атака, но Двалинн успел среагировать. Огромный молот, который следовало назвать огромным железным шаром, сокрушает оступившуюся кошку. Да, буквально все тело Хлои было раздроблено на “мелкую пыль”.

— !?

— ”Ферес Круз.”

Волшебное заклинание, которое ненадолго прозвучало в ушах Двалинна, пока он находился в удивлении от раздробленной на куски девушки-кошки. Истинна природа ультракороткой магии, которая уже использована, была…

(Иллюзорная магия!?)

Кошка, исчезнувшая, как пятно магической силы, удивила Двалинна и на этот раз к нему направлялась уже настоящая внезапная атака.

— Ах, ах, ах!

Но даже на этот раз первоклассный авантюрист Двалинн среагировал и раздробил Хлою, напавшую сверху. Он снова измельчил ее.

— Три-ня. Иллюзия может распространяться на три тела.

— Гуа!

Пока он был сбит с толку двумя иллюзиями, настоящая Хлоя легко выпрыгнула из песчаного облака вместе с иллюзией. И вынужденный нанести второй удар, Двалинн, который находился в неустойчивом положении, получает рассечение на спине. Кинжал, которым был нанесен удар, отличатся от кинжала, который он разнес раньше, он имел жуткий фиолетово-темный оттенок.

— Эту малышку зовут Виолетта-ня! Особое приспособление-ня, которое я заставила поглотить смертельный яд монстров с нижних этажей подземелья!

Пока девушка-кошка хвасталась своим необычным орудием, прум, которому удалось удержаться на ногах, пытался ответить. Он пытался прокричать, что первоклассный авантюрист не может свалиться от чего-то вроде смертельного яда.

— Гааааааааааахххххххх!

Но он не смог. Изо рта Двалинна вырвалась ярко-красная кровь.

— Хотел сказать, что яд не действует на “аномальное сопротивление” первоклассных авантюристов города?

Но Хлоя лишь издала очередное “ня”. На ее лице появилась жестокая, коварная, садисткая и язвительная ухмылка, полная злодейского смеха.

— Катастрофическая звуковая магия Ани также снижает и силу “способностей развития”.

— ……………..

Двалинн замер, когда услышал информацию о бывшем члене семьи, которая пропала без вести. А губы девушки-кошки исказились в форме полумесяца, когда изо рта прума стало вырываться все больше алой крови.

— Как только он подействует, даже я-ня смогу избить тебя до полусмерти.

— Граааааааааааааааааааааааааааааааааааа!?

Смертельный ядовитый кинжал стал танцевать. Нити колющих ударов направились на прорехи в доспехах. Конечности Дваллнна разрывались на 8 кусков. Тело прума разъедало все больше токсинов, кровь начала хлестать из каждой раны, пока он не падает на землю.

— Кха, Кха, Грааааааааааааааааааа…!?

Затем на щеку Дваллина, рухнувшего на потрескавшиеся каменные плиты, опустился каблук девушки-кошки.

— Эй-эй, и как ты теперь себя чувствуешь?

— Гаааааааааааааах….!?

— Что ты чувствуешь, когда с тобой обращаются, как с мелкой сошкой, которую ты сам когда-то считал мелкой сошкой?

Одновременно с "Черным кулаком” существовал некий ассасин. Эта девушка тщательно скрывала свое истинной лицо, не используя прямолинейные тактики, вместо этого прилагая все усилия, чтобы заманить или завлечь свою жертву в ловушку, именно она внесла большой вклад в городскую историю убийств. Танцующий ядовитый клинок и кошачий хвост. Если вместе с этим вы услышите звук “ня”, то это предзнаменование смерти. В противовес “черному кулаку” ее прозвали “черная кошка”.

От чувства, когда она топтала лицо первоклассного авантюриста, по ее спине проходила дрожь. Ее радостный вид, когда она держала руки на краснеющих щеках был, мягко говоря, сущим злом.

— Я чувствую себя превосходно.

***

— Уооооооооооооооооо!!

В пределах барьера. Собрав всю силу своего тела, Берлингу наконец удается прорваться сквозь гравитационную магию “Фуцуномитама", которая была сжата до предела. Магическая сила взрывается и вместе с разрушенной гравитационной клеткой рассеялся и черный туман. Им стоит немедленно возобновить командную работу.

— Тени движутся. Тьма опускается. Мое тело без рук, это венец упадка.

— !!!

Но потом. Попытки Берлинга спасти своих братьев пресекались пением, которое отличалось от пения Микото.

(Тот циантроп-снайпер!!)

Это была неизвестная магия, впервые примененная Назой, которая сосредотачивалась на стрельбе с расстояния. Волнение вспыхнуло. И Берлинг внезапно изменил свой курс, думая о том что они собираются выкинуть очередной трюк.

— Злобные насекомые, пожирающие плоть, и измученное и униженное сердце. Звук вибрирующих крыльев будет наказан мучительным серебром…!

— Замолчи, мусоррррррррр!!

Расстояние между ними мгновенно исчезает. Огромный топор, который он так и не выпускал из рук, с размахом обрушивается на Назу. Пение было завершено, но удар прума был быстрее. Он не позволит ей продолжить. Но будто предвидя эту решающую атаку Берлинга, Наза, играющая роль приманки, выставляет правую руку.

— ?

Несмотря на то, что его статус был понижен, удар первоклассного авантюриста должен был отправить ее руку в полет вместе с ее телом. Однако, он был остановлен твердой текстурой.

— Серебряный протез!?

То, что показалось изнутри разорванного рукава и перчатки, было металлическим блеском. Это искусственная рука, не состоящая из плоти и крови. Это была серебряная рука “аргетрам”. Берлинга, который не изучил информацию о “мусоре”, пронзает шок. И теперь серебряная рука Аргетрама, разрубленная пополам и получавшая от удара несколько повреждений, обвилась вокруг большого топора, словно серебряная змея.

— Хорошо, можешь забрать ее.

Наза, которая избежала решающего удара, пожертвовав протезом руки, внимательно сосредоточила взгляд на разлетающихся осколках, посчитав это платой. Циантроп, подарившая свой протез, на котором все еще висел огромный долг, использовала свою единственную магию.

— Дарв Даол!!

Образовалось огромное количеств угольно-темных частиц. Из сломанной серебряной руки вырвался рой устращающих крупинок темного света, напоминающих рой насекомых. Сверхблизкое расстояние не давало времени на уклонение и потерявший дар речи прум был полностью поглощен. Повреждений не было. Вместо них в его теле накопилась огромная усталость.

(Не может быть… Снова Анормальная магия анти-статуса!?)

Магия Назы “Дарв Даол”. Ее природа была такой же, как у магии анти-статуса. Проявившаяся у девушки, которая потеряла правую руку и была ослаблена как физически, так и психологически. По иронии судьбы, именно чувство вины за то, что ее собственная семья оказалась в кризисном положении и за то, что заставила страдать ее бога-покровителя, повлияло на появление этой магии.

— Неужели вы будете выкидывать подобное один за другим!?

Почувствовав, что его статус еще больше снизился из-за накопления аномальных анти-статусных магий, Берлинг пришел в бешенство. Отбросив серебряную руку аргетрам, которая обвила его топор, он собирался убить Назу. Однако.

— Я в долгу перед вами, Наза-доно!

Пролетающая над его головой Микото кладет руку на свои ножны. Все это время Наза была лишь приманкой. Она намеренно громко воспевала свою магию, чтобы не дать Берлингу объединиться с Альфриггом и остальными, намеренно направив его гнев на себя. В то время как Микото, которой доверили “последний удар”, делает свой ход, приложив все свои силы.

— Зекка-Зекка!

— Гхааааааааааааа!?

Вспыхнувшая рубящая атака пронзила тело Берлинга. Техника “Иай, но Вазо”, переданная ей богом боевых искусств, нанесла смертельный удар первоклассному авантюристу, чей статус был снижен до предела. Вместе со звуком падения прума послушался и звук падения Назы, которая лишилась протеза руки и получила сильную отдачу от магии. Наконец, дальневосточная девушка, чье сердце бешено колотилось, убрала меч в ножны.

— Грер, Дваллин, Берлинг!

Наконец события переносятся на юг. Удивление охватило и Альфригга, который признал индивидуальное поражение своих братьев.

(Все было просчитано с самого начала!!)

Начиная с превосходных способностей третьего брата Берлинга к поиску врагов среди братьев, Лили определенно усвоила информацию о особенностях “четырех братьев золотого пламени” от “Бравого”. Более того, эта девушка, должно быть, хорошо следила за их повадками во время военной игры. В противном же случае, Альфригг и остальные бы точно разглядели фальшивку, даже если она была в образе их брата.

(Даже тот рейд на фестивале богинь, который она видела с близкого расстояния, превратился в информацию для ее маскировки… Она действительно одурачила нас!?)

Используя свое единственное оружие, “магию трансформации”, Лили выждала момент для “лазейки” между Альфриггом и его братьями. Вид лежащей в углу глаза обессиленной девушки на этот раз не оставил Альфригга равнодушным.

— Приди, отважный чемпион!

— !?

Тело Альфригга, все еще не способное выйти из смятения, было атаковано большим мечом и свирепым “параллельным пением”. Айша отбросила беспечность и самодовольство, вложив все сердце и душу в победу, созданную Лили и всеми остальными. Три брата уже пали и остался один Альфригг. План Лилируки Арде "победить каждого из них в отдельности" открыл брешь в "безграничной связи". На этот раз девушка-прум, которую они встретили на фестивале богинь, наконец смогла положить “четырех рыцарей золотого пламени” на землю.

— Мой голодной клинок зовут - Ипполита!

Вскоре после этого раздался громкий крик Айши, чье тело было покрыто ранами от сопротивляющегося копья.

— Хелл Кайос!!

— Грхххххх!?

Вертикальный удар пронесся сверху вниз. Не медля ни секунды, длинное копье занимает защитное положение по горизонтали. И скрестив орудия, копье перехватывает большой меч. Однако, на этом ничего не закончилось. От большого клинка, пойманного копьем, вырвалась красно-малиновая рубящая волна.

Гигантский магический клинок, превышающий его собственный рост, решает судьбу Альфригга. Вместе с копьем, которое разделилось надвое, его откидывает и вбивает в стену ближайшего храма.

— Я сделала его, Лилирука!

Торжественно прокричала Айша, окончательно одолев “четырех рыцарей золотого пламени”. Луноа, Руноа, Хлоя, Микото и Наза также последовали за ее криком, а Харухиме, сидевшая на земле, улыбнулась, вытирая лицо от пота.

— Спасибо всем…….!

Лили, которая была на грани потери сознания из-за сильной боли от раздробленного перелома, пришла в себя от победной песни. Оторвав лицо от земли, в которую уткнулась ранее, Лили осмотрела окрестности. Резервные отряды за исключением Харухиме были уничтожены. Барберки также пали, сражаясь с эинхериями. Теперь, когда Альфригг и его братья пали, остался лишь Аллен, который все еще сражался с Аней.

— …. Кто нибудь…!

Остались последние первоклассные авантюристы. Здесь они смогут справиться сами. Возможно, придумают какой-то план. Поэтому Лили, которая поддерживала неподвижную правую руку, поднесла окулус к своему рту. Выдавливая из своего покрытого кровью и пылью тела самый громкий голос, на который была способна, она обратилась ко всей армии объединенного альянса:

— Есть те, кто все еще способен двигаться!?

****

— Основные силы противника почти уничтожены! Остались лишь “Король Битв” и “Колесница богини”.

Голос девушки-прума эхом разнесся по городским руинам.

— О “Короле битв” позаботится отряд Белла-сама, а “Колесницей Богини” отряд Лили.

Командир взывал к своим союзникам через окулусы, которые были разбросаны по полю боя.

— Если вы еще можете двигаться, идите на запад! Идите к лагерю Фрейи-сама, чтобы помочь Беллу-сама! Это наш первый и последний шанс! Цветок богини станет нашей победой! Пожалуйста… Кто-нибудь!!

Голос Лили разносился среди разбитых снаряжений и авантюристов, которые уже давно потеряли сознание. Авантюристы, которых ещё не эвакуировала Семья Ганеши, а также эинхерии не могли даже пошевелиться, каждый был похож на труп или же бездушную куклу. Вокруг оставалась лишь тишина заброшенных руин.

— Если есть кто-нибудь… Отзовитесь!

— Лили-сан….!

Проливающая слезы Кассандра была единственной, кто слышал сообщение, передающееся через окулусы. Она уже потеряла право на бой. Чтобы спасти Дафну, ей пришлось пойти на сделку с Хогни. Проклиная и жалея себя за то, что не пыталась бороться до конца, как говорила ее подруга, она поднимает и обнимает тело Дафны, которое все это время покоилось в ее руках. Голос девушки, отчаянно стремящейся к победе, впивается в лазурное небо, покрывающее руины.

— ……………………………….

И в тот момент, “он” медленно открыл веки. Борясь с желанием утонуть во тьме, он заставил себя проснуться. У него нет сил отвечать на голос девушки. Но тем не менее, это желание должно быть удовлетворено.

Поэтому он начал двигать телом. Но это не срабатывало. Он был таким же полумертвым, как и окружающие его авантюристы, у которых кончились силы. Удивительно, что ему вообще удалось очнуться. Его сознание отключалось снова и снова, а время дробилось на мелкие кусочки. Поэтому он решил воспользоваться своим снаряжением. Затем он медленным движением достал элексир, который, как говорили, усовершенствовала “циантроп” Наза. Но несмотря на это, единственным движением, которое бы он мог себе позволить, было движение головой в лежачей позе. Поэтому не оставалось ничего, кроме как вылить содержимое на камни и погрузить в него свои щеки. Словно измученный жаждой воды человек, он погрузил свои губы в лужицу с элексиром. И в конце концов его жизненные силы вернулись, не полностью, но вернулись.

Значит, он может двигаться вперед. Даже если он не может стоять, то он просто поползет по земле, подхватив под руки боевое оружие, лежащее на земле, он начал ползти, жалко, но верно продвигаясь к месту, где находится богиня.

***

Хедин молча наблюдал за этой сценой. Он не вмешивался. Не помогал, но и не мешал.

Если волевой человек готов ползти, он не остановится, как бы невыносимо это ни было. Это было хорошим показателем человека, который изо всех сил старается быть компетентным.

По этой же причине он не стал вмешиваться в ожесточенную схватку Лили, Айши и остальных.

Сначала ему хотелось вмешаться. Но они оказались гораздо способнее, чем предполагал Хедин. Благодаря своим способностям они победили Альфригга и его братьев. И сейчас у них осталась только одна “колесница”. Теперь он знал, куда ему стоит идти. И в тот момент, когда он уже обернулся и почти ушел…

— Хе….Дин.

Его остановил темный эльф с израненным телом. После купания в алых лепестках верхняя часть его боевой одежды была сожжена дотла. Его стройная, но хорошо натренированная грудь и пресс были обнажены. Его коричневая кожа также сильно обгорела. Это был вид проигравшего. Задыхаясь от сильной боли, которую принесли эти повреждения, Хогни смотрел на Хедина убийственным взглядом.

— Почему? Почему ты посмел предать Фрейю-сама…!?

— Я уже ответил на этот вопрос во время разговора с Хейт.

— Говори!! Сейчас!!

Поддерживая свое раненное тело, Хогни издал сердитый голос. Магия меняющая сознание была отключена. И вместо короля битвы, который топтал врагов на поле боя к без эмоциональному эльфу обращались слова Хогни Рагнара.

— Хватить глупостей, Хедин….! Наша родина, проклятый остров “Хьядингавиг”, где все убивали друг друга…. Оттуда нас спасла именно Фрейя-сама!

— …..

— Она освободила нас от проклятья королей!

Воспоминания о далеких днях, где они присягнули на верность богине, взбудоражили стоявшего перед ним эльфа. Недавно очнувшийся Хогни, который понял, что Хедин предал их, был потрясен больше чем кто либо. На глазах темного эльфа, высплескивающего свой гнев, появились слезы и крепко сжал дрожащие кулаки.

— Но ты все равно сделал это….

Раздался глухой звук. Щека Хедина стала красной от удара израненной руки, от которой с легкостью мог увернуться первоклассный авантюрист. Однако. Кулак темного эльфа, пережившего то, что и Хедин, имел право нанести удар, который отправил его очки на землю.

— Мы должны быть единственными, кто не должен предать ее.....

— Не наглей, идиот!

— Гхааааааааа!

Но это было лишь один раз. Демон-эльф безжалостно объявил, что тот имел право лишь на одну атаку и нанес ответный удар. Хогни, который находился на грани смерти, едва не упал в обморок от удара железным кулаком.

— После того, как проиграл той эльфийке, думаешь, что теперь сможешь мне что-то сделать?

— Тц, боже мой!? Ты знай свое место Хедин!? Гха! Черт возьми! остановись, немедленно остановись!!

В завершении, он выбивает ноги Хогни из под него заставляя его катиться по земле и обрушивая на него свой ботинок. Крики темного эльфа были направлены на Белого эльфа, на лице которого не было ни боли, ни слез.

— Почему я совершил это преступление? Потому, что я должен был.

— Что......?

— Если ничего не изменить, то Фрейя-сама будет потеряна. Она потеряет надежду, которую будет уже невозможно получить.

Услышав слова Хедина, который прекратился пинаться, ошеломленный Хогни поднял взгляд.

— Я пришел к выводу, что Фрейя-сама будет спасена лишь этим кроликом.

— !!

— Вот почему я тренировал его. Продолжал вносить изменение в планы, чтобы отчаяние "клетки" не успело его поглотить. Каким бы ни был исход, будущего за пределами “любви” не будет. Любовь богини не даст ей того, чего она хочет.

Поэтому он решил придать Беллу мужества. Когда была создана клетка, он стал притворяться таким же жестоким воином, как Аллен и остальные, тренируя и закаляя его тело и душу до предела. Хедин понимал, что эти навыки несомненно пригодятся ему, даже если “искаженный мир” не будет разрушен. Хотя он и не ожидал такой Войны Семей, в желаемом видении будущего Хедина Селланда, Белл Кранел должен был отвергнуть "любовь" богини, тем самым сумев спасти.

Мощный толчок в спину и отправка мальчика в ад. Постоянное наблюдение, чтобы его сердце не успело разбиться. Намеренное отстранение наблюдателей, а также нежелание вмешиваться в его взаимодействие с Мией. Все это было намеренно. У него не было причин быть с ним жестоким. Ведь именно с такими намерениями Хедин подошел к Беллу впервый раз. Его план, начавшийся с построения свидания на “фестивале богинь”, завершился. И Фрейя не могла сомневаться в преданности Хедина. Потому, что в его продолжающемся предательстве нет ничего “лживого” и он действует в интересах самой богини.

— Спасти….? Надежда….? О чем ты говоришь!?

— Хватит прикидываться дураком!

— !?

— Ты сам догадывался об этом с самого начала.

Даже если он не понимал его намерений, Хогни, который был таким же подобием короля, как и он, должен был почувствовать это. Красно-коралловые глаза продолжали пронзать безмолвного Хогни.

— Никто кроме этого кролика не сможет ее освободить. Почему? Да потому, что она выбрала именно его.

— ….!!!

— Не знаю, сможет ли он ее спасти. В конце концов, этот идиот уже много раз ранил ее. Однако… Мы не можем сделать что-то сами. У нас нет выбора, кроме как довериться этому кролику.

Бесчувственные слова Хедина, произнесенные холодным тоном, заставили руки Хогни дрожать.

— Да что ты такое несешь, Хедин!?

— Я говорю лишь факты.

— Не глупи! Разве не мы должны защищать ее!? Точно так же, как делали это раньше и до сих пор! Мы снова можем стать орудием богини!

— Не бойся признаться в этом!!!

— !!!...

Словно блокируя все пути к отступлению, Хедин схватил Хогни за изорванный воротник и притянул к себе.

— Ты ведь тоже понимаешь это! Мы можем защищать богиню, но мы не способны спасти ее.

Глаза Хогни расширились до предела.

— Не пытайся скрыть это, говори только правду! Ты просто не хочешь отдавать любимую богиню кому-то другому.

— …!?... Откуда ты знаешь…

— Это очевидно, ведь я и сам такой же, как ты.

Взволнованный тон Хедина и его истинные чувства лишили темного эльфа возможности отступить.

— Почему он? Почему не я? Я ведь тоже хочу быть особенным для нее!

Когда он впервые увидел Сир и мальчика вместе, сердце Хедина дрогнуло при виде одной улыбки. Невинная улыбка с оттенком радости, будто бы она не была богиней. Эта улыбка была ее настоящей улыбкой, и вместе с шоком он понял этот факт. Хедит был потрясен поняв, что это была истинная “она”, но вместе с этим испытывал ревность к Беллу Краннелу. Почему именно этот мальчик? Но потом он понял. Именно богиня дарила любовь Хедину и остальным. Она изливает океан любви, которым не может насытить только одного и изливается на тех, кто этого желает, широко и глубоко. Однако, любовь именно человека может быть направлена только к одному. Она Богиня любви. Но вместе с этим всего-лишь неуклюжая девушка, которая управляла любовью, не понимая ее.

— Это невозможно! Мы поклоняемся богине! Мы, спасенные богиней и преследующие ее, никогда не сможет освободить ее.

Уставшая от любви Богиня борется за то, чтобы получить любовь. Это уводило ее от реальности, удерживало ее от истинного желания. Чем больше она хочет быть богиней, тем больше желание Фрейи отдаляется от нее. Сейчас она даже не способна вспомнить свою истинную цель.

— Если ты не можешь понять желание своей госпожи, то какой из тебя вассал? Что ты можешь говорить о верности? Что значит твоя любовь, если ты не хочешь защитить ее улыбку?

Руки Хогни нервно дрожат, когда он видит близкий взгляд, полный решимости.

— Помоги мне, Хогни! Если тебя обмануло мое безумие, то просто одолжи свою силу!

— ….

— Я хочу помочь ей. Освободить от статуса богини!!

Холодное выражение, словно маска, исчезло с белого эльфа, лишившегося очков. Хогни, который чувствовал его не искренние чувства, застыл. Руки потеряли силу и повисли вниз.

— Раз так…. То ты обманул меня, Хедин.

В тот миг. Хогни рассмеялся.

— Я идиот. Я не знаю, что правильно, а что нет. Я был бесполезным королем, который просто плыл по течению.

Жил-был странный король. На уединенном острове эльфов, где темные и белые эльфы убивали друг друга и призывали править. Темный эльф пугался и не мог противиться своему народу, проклиная себя выполнять поставленные цели. А белый эльф, который презирал некомпетентность, находился во власти гордыни и не мог отказаться от обязанностей короля, став марионеткой этого маленького мирка.

Оказавшись в ловушке своего проклятья “королей”, они хотели победить короля противоположной фракции, придав смысл своему рождению. Темный хотел уничтожить белого, а белый хотел уничтожить темного. Это было их единственным желанием.

— Простите. Я разрушила ваш мир.

Но богиня спасла их. Уничтожив проклятый остров эльфов, богиня освободила двух королей. Сколько ее не называли ведьмой, эти два эльфа поклонялись ей. Ведь, чтобы снять их проклятие “королей”, ей пришлось стать ведьмой только для них.

Хогни и Хедин, которым больше не нужно было быть королями, встали на колени и поклялись в верности этой богине. С того дня титул король умер и родился темно-белый мечник.

— Да, я действительно не хотел ничего менять, доверяя свою судьбу другим… Но…

Он накрыл руку Хедина, которая держала его воротник и крепко сжал ее своей правой рукой. Глядя ему прямо в глаза он сказал ему о своей решимости.

— Все же, я никогда не думал, что Сир способна так улыбаться!

Как и Хедин, он вспомнил лицо девушки, которая улыбалась на глазах мальчика и укрепил свою решимость.

— Если она способна так улыбаться, то я хочу, чтобы она продолжала улыбаться всегда! Поэтому ты смог обмануть меня, Хедин!

При виде темного эльфа, который перекрикивал его так, словно соревновался, губы белого эльфа скривились в улыбке. Это была искренняя улыбка, которую мог видеть только Хогни, улыбка, которой он улыбался очень редко.

— Ты должен пойти на юг. Позаботься об Аллене. Для той группы он будет слишком тяжелой ношей.

— Хорошо…. А что будешь делать ты, Хедин?

— Только одно.

Доставая из подсумки универсальное зелье и сжав его в руке, Хедин поднимает упавшие на землю очки. Поворачиваясь спиной к своему другу, Хедин смотрел в направлении северо-запада.

— Нужно разделаться с самым большим препятствием.

— Хлоя, быстрее! Нужно помочь Ане!

— Знаю-ня!

Восточная часть "Главного поля битвы". Перед храмом, где пали сильные воины эинхерии, берберки и братья Гулливеры, эхом отдавались голоса Руноа и Хлои. Их единственным врагом остался - Колесница Богини. Аня все еще держится, но ее постепенно оттесняют назад. Как бы ни упали возможности противника, это просто чудо, что она смогла продержаться так долго против противника 6 уровня. Однако. Когда Руноа и остальные уже собирались направиться к Ане, в них был запущен наконечник копья.

— Ты!

— Какого черта-ня!?

Руноа, которая успела отпрыгнуть назад, была поражена броском, который разбил вдребезги то место, где они находились секунду назад. То, что было брошено, было частью разрубленного на пополам копья. А бросившим оказался прум.

— Кх, я не пропущу вас…..

Альфригг поднял свое тело, которое непостижимым образом все еще могло двигаться. На его доспехах, которые были рассечены вместе с копьем рубящей волной от магии “Хелл Кайос”, виднелась вертикальная глубокая линия шрама, начинающаяся от правой груди и красная рваная рана, которая пятнала его боевую одежду. Часть шлема была отколота, а закрытый левый глаз, из которого капала кровь, выглядывал наружу. В сочетании с маленьким телом он напоминал игрушечного оловянного солдатика, который может сломаться в любой момент. Но был единственным “Рыцарем золотого пламени” который все еще мог стоять.

— Ты….! Почему ты еще не умер!

При виде казалось бы бессмертного воина Айша не могла вымолвить и слова, в то время как Руноа и остальные быстро пришли в движение.

— Не стой на пути! Лучше ложись обратно!

— Я дам тебе совет-ня! Лучше бы тебе не терять свою жизнь!

Даже если он приближается к смерти, они не могли позволить себе повернуться спиной к первоклассному авантюристу, поэтому Руноа наносит удар, а Хлоя, которая произносит свою злодейскую реплику, следует за ней. Безоружный Альфригг потянулся за орудиями своих братьев, которые лежали на земле, словно могильные плиты. Затем, большой меч в его правой руке и большой топор в левой взмахнули, словно молния.

— !

Удар, который мог бы ее убить, ошарашил Руноа, а самообладание Хлои мгновенно исчезло. В воздухе раздается лязг, и тела двух воинов, которые защитились кулачным снаряжением и кинжалами отбросило в стороны.

— Вы двое!?

— Да что с этим парнем…!

После слов Назы, Айша бросилась в атаку. Микото также вытащила свою длинную катану “шун-сан” и бросилась за ней. Руноа и Хлоя, чьи лица заметно исказились, немедленно поднялись и побежали вперед. Авантюристы рассредоточились вокруг прума, желая поскорее забыть о своей беспечности и принести ему очередное поражение.

— Не пройдете…..

Но он не падал.

— Не пройдете…!

Вместо этого он наносит рубящий удар по двум девушкам и оттесняет амазонку и девушку-кошку большим топором.

— Я не дам пройти!!

Будь то удар в спину или ранение в плечо, прум не падет.

— Пока я здесь, вы никогда не пройдете к Фрейе-сама!

С ревом, похожим на клятву, Альфриг превратился в окровавленного “Шуру”. Его взгляд был пустым, никто не знал, в сознании он или нет. Его вид напоминал призрака. Однако здесь он демонстрирует удивительную скрытую силу, которая произвела на Айшу и остальных огромное впечатление.

(Одержимость… этой четверки)

На фоне этой причудливой сцены Лили, недавно потерявшая сознание, увидела это. За спиной Альфригга виднелись силуэты его братьев Двалинна, Берлинга и Грера, которые должны были лежать на земле. Держа в руках оружие своих братьев, он продолжает сражаться, как прежде могли “четыре рыцаря золотого пламени”. Даже после воздействия аномального магического анти-статуса и потери безграничной координации, они все еще бледнели перед стеной под названием первоклассный авантюрист, стоящей перед ними.

— Все… С меня достаточно-ня!

— Мы должны добраться до Сир!

Хлоя и Руноа кричали, набрасываюсь на прума, который продолжал атаковать их. И в тот миг произнесенное “имя”, словно спусковой крючок, выпустило гнев Альфригга.

— Хватит нести чуть!!! Какая еще девушка по имени Сир!? Она всегда была богиней Фрейей!

Руноа и остальные ошарашено смотрели на Альфригга, чьи сверкающие глаза выдавали его разъяренный вид.

— Она навсегда останется богиней! Она не станет простой городской девушкой!!

— Члены семьи вроде тебя не должны решать за нее! Все это время с нами была именно Сир!

— Даже если это прихоть богини, таково желание самой Сир-ня! Все твои слова лишь пропитаны эгоизмом-ня!

Вместе со словами, Руноа и Хлоя пустили в ход свои кулаки и кинжалы, но его воля не дрогнула.

— Даже если так! Если она останется простой “девушкой”, ей будет больно!

— !!!

— Даже сейчас она все еще испытывает боль!

Руноа и хлоя невольно потеряли дар речи, при вырвавшихся словах Альфригга, члена семьи, который догадывался о том, что творится на душе у своей богини.

— Если бы она была "богиней", ей бы не было больно! Какой бы жестокой или своевольной она ни была, то все равно останется абсолютной королевой! Настоящая “богиня” не станет проливать ни единой слезинки!

Айша, Микото и Наза перестали двигаться и слушали его слова в опаленном молчании.

— Но если она останется девушкой, то причинить ей боль будет слишком легко! Ведь так устроены женщины! Так устроен нижний мир! Если она не будет богиней, то вскоре она просто сломается!!

Альфригг, лишившийся как физических, так и ментальных доспехов, выдал мысли, которые хранил глубоко в своем сердце.

— Этот парень… Белл! Он обязательно причинит ей боль! Так же, как и вы! Все вы обманете ее, а в конце концов и вовсе сломаете! Тогда мы, гх! Мы хотим, чтобы она была богиней!

Такова была открытая решимость Альфригга и трех его братьев. Бешеный накал эмоций сломал замок его сердца. Глаза потеряли грань между настоящим и прошлым и отражали сожаление всех четырех братьев.

— Мы осквернили ее!!....

На этом же поле битвы, под глубиной шлемов, из глаз всех павших братьев одновременно потекли капли слез.

— Из-за нас она была осквернена!

Жили-были четверо прумов. Родившись в городе промышленности, братья были одаренными ремесленниками. Это была обычная история, где жадные люди окружают и "используют " талант невежд. Прислуживая некому хозяину дворфу, который являлся посредником их работы, братья самоотверженно трудились и не знали ничего, что было дальше стен своей мастерской. Они даже не понимали, что их перегружают работой, а плата не являлась даже компенсацией за их труд. Но вдруг, перед ними появилась богиня.

— Я хочу ваше ожерелье. Пожалуйста, не могли бы вы сделать такое для меня?

Будучи почтенными и довольными такой честью, они обещали сделать ей самое лучшее ожерелье через четыре дня. Но через четыре дня богиня так и не появилась. Вместо нее явился хозяин-дворф и сказал, что освобождает их. На что братья лишь удивленно склонили головы. Дворф, одарив их ехидной улыбкой, ответил, что взамен на их свободу, Богиня провела с ним четыре ночи.

Все просто. Богиня договорилась об освобождении братьев из столь порочного окружения, и от нее не требовалось ничего, кроме как быть богиней. Она не стала использовать насильное владение ими с помощью очарования, которое так ненавидела. Ведь если бы она не заплатила за братьев ту цену, которую они заслуживали, она бы стала таким же существом, как и дворф-хозяин лавки. Ибо богиня прекрасно знала, что души братьев очень ценны. И когда братья обо всем узнали, они тут же убили дворфа. Охваченные яростью, они затащили его в мастерскую и стали избивать молотами и различными инструментами. А затем, красные от крови, они с плачем просили прощения у явившейся за ними богини.

— Для того, чтобы получить вас, провести время со скучным мужчиной было достаточно дешево.

Богиня выглядела грустной, но потом улыбнулась. Она сказала, что желаемым ожерельем были они сами. Любовь богини была равной для всех четверых, и она была готова покрыться грязью ради каждого из них. Поэтому братья были преданы ей. А их спасение стало "грехом", который они будут нести до конца своих дней. Даже если бы богиня сказала, что им нет нужды беспокоиться, они продолжали бы проклинать себя до конца своих дней. Они клялись избавить себя от всего, что мстит, оскверняет или ранит богиню.

Независимо от того, хотела этого богиня или нет. Даже если богиня покарает их, четверо братьев Гулливеров будут защищать "ее" тело и душу. Все из-за преданности и искупления собственного греха.

— Мы не позволим осквернить ее вновь! Мы не позволим причинить ей боль!

Чистая одержимость. Две стороны непоколебимой преданности. Именно такая мотивация движет Альфриггом и его братьями. Они всегда будут ненавидеть себя. Но вместе с этим продолжать молиться за безопасность богини. Из его левого глаза потекла красная капля и Альфригг громко вскрикнул.

— Почему из-за того, что вам хочется увидеть девушку Сир, она должна страдать!?

Это крик того, кто знает, что такое сожаление. Эмоции того, кто умоляет о прощении..

Привязанность братьев к Богине Фрейе не меньше, чем их привязанность к девушке по имени Сир. Его нельзя унять. Руноа и остальные не смогут победить вставшего на их пути прума. Четыре авантюриста, чей путь перегородили четыре прума, вынуждены разобраться в клятвах и одержимостях.

— Что ты делаешь, идиотка!!

— Ня, гхааа….!!

Руноа и хлоя не могли прийти на поддержку и на поле битвы осталось лишь двое зверолюдей. Два копья пересекаются снова и снова, продолжая ускоряться, пока золотое копье не стало подавляться серебряным.

— Я сказал не мешать мне! Почему ты все еще здесь!?

— Гуаа… Ня..!?

— Не можешь понять того, что я говорю!? Как же сильно ты меня раздражаешь!

В разгаре боя шквал оскорбительных реплик постоянно осыпал Аню. Копье бушевало от ярости. Но благодаря этому Ане удавалось жить. Если бы Аллен был хоть немного спокоен, Аня была бы убита за считанные секунды, даже если он был под воздействием аномальной магии. Это было хорошим показателем, насколько был зол ее брат. Аня стиснула зубы и выпалила все свои слова вместе с ударом копья, которое держала в руке.

— Ай, я уже сказала-ня… Старший брат! Мы хотим спасти Сир! Она спасла меня так же, как это делал брат, когда я была очень маленькой!

— !!

Аллен с силой распахнул глаза. Следующий удар копья был таким, от которого Аня не могла защититься.

— Не напоминай мне об этом проклятом позоре!

Словно для того, чтобы стереть воспоминания о прошлом, смертельный удар направляется к Ане. Как бы они ни старалась защититься, удар достиг ее правого плеча, заставляя лицо исказиться от горечи, но в тот момент…

— Позвольте мне поучаствовать.

— !!!

Вмешалась темная тень, отразив серебряное копье рубящей вспышкой. Воспользовавшись блестящими искрами, Хогни подхватывает тело Ани и отступает назад.

— Хогни….! Что ты делаешь!?

— Прости, Аллен…. Наверное, ты и правда можешь злиться на меня.

Галантно появившийся Хогни едва ли не со слезами на глазах извинился перед Алленом, внутри которого пылала ярость. А Аня, которую все еще держали на руках, в удивлении округлила глаза.

— Хогни-сама-ня…!? Почему вы…!?

Во время пребывания в "Семье" Аня, которая стремилась только к связи с братом, крайне мало общалась с другими членами Семьи. Также она не общалась и с Хогни, который уже в те времена считался кандидатом в лидеры. Нахмурившись, глядя на свое ноющее от ран тело, Хогни медленно опустил Аню.

— Я делаю то же самое, что и ты.

— А!?

— Я тоже хочу спасти ту девушку… Сир.

В то время, пока оба члена семьи смотрели на него, не отводя взгляд, в глазах Аллена пылало адское пламя.

— Хогни… Как ты посмел!

— Прости уж, Аллен! Я намеренно дал Хедину обмануть себя, но….

Хогни, который обменялся взглядами с Алленом, не стал спорить, а лишь извинился за свой грех.

— Я такой же! Я думаю, что улыбка девушки по имени Сир была так драгоценна! Я хочу, чтобы она продолжала так улыбаться.

Темный эльф, представляющий собой массу пессимистического негатива, тем не менее, все равно крикнул в ответ.

— Поэтому мне больше не за что извиняться! Я помогу твоей сестре, а затем и Беллу. Я так же, как и Хедин, поставлю на этого парня. Веря, что он сможет ее освободить.

Не став прибегать к магии смены сознания “Дайнслейф”, Хогни высказал собственную решимость такой, какая она есть. Это была никчемная вежливость, а также милость со стороны провинившегося и опозоренного темного эльфа. Когда он понял, что тот уже стряхнул с себя вину, гнев Аллена на это “предательство” продолжал накаляться.

— Да что, черт возьми, каждый из вас делает! Почему ты поверил этому насекомому? Что за девушка по имени Сир!? Все это простая игра капризной богини!

— Неправильно-ня!!! Брат, Сир это….!

— Заткнись! Я не для того затеял этот фарс, чтобы видеть, как ты и тебе подобные ведут себя так глупо! Если бы я знал, то уже давно запер тебя в клетке!

Аллен всегда был охранником "девушки Сир". Но он никогда не скрывал своего недовольства. Он неоднократно называл ролевые игры богини простым развлечением, был слишком жестким в выражениях и поведении.

— Меня и того кабана спасла “Богиня”!

— Аллен.

— Та, которой я поклонялся, была богиней, а не простой девкой!!

Жили-были два кота. Сестра, которая зависела от своего старшего брата и старший брат который до сих пор ненавидит младшую сестру. В пустом мире, где оставались лишь они двое, их нашла богиня. Богиня принесла спасение и дни борьбы. После чего брат погрузился в водоворот битв. А младшая сестра, объятая ужасом, отчаянно шла за его спиной. Прошло время и младшая сестра начала слезы, оплакивая то, что её брата отняли. А что касается брата, который её бросил….

— Я слушаюсь богиню потому, что она обещала дать мне силу! Все, чего я хочу, это того, чтобы она оставалась абсолютной богиней, которая делает меня сильным!

— !!!

— И вы хотите, чтобы она перестала быть богиней!? Я не позволю этого сделать. Я никогда не признаю какую-то обыкновенную девку!

Аллен бросился вперед, не желая позволять стоящим перед ним превратить богиню в городскую девушку. Он обрушил свою ярость на Хогни и Аню, которые были наготове.

— Той, кто украла мое сердце, была высокомерная, безжалостная и более сильная чем кто-либо другой Богиня!!!

***

Жил-был один паренек. Он был брошенным ребенком. Его самыми ранними воспоминаниями были ледяные морозы, обжигающие кожу, и темнота безжалостной, злой ночи. В детстве он не осознавал своего одиночества и смирился с тем, что его жизнь будет окончена в безлюдной подворотне.

— Эй, ты тут один!?

И появилась богиня. Злая тьма рассеялась и воцарился серебристый свет, словно нимб. В тот миг неокрепшее сознание ребенка проросло серебряным светом.

— “Как меня зовут”? Даже если я хочу, я не могу на это ответить.

— Тогда я сама дам тебе имя, - Видя улыбку богини, он не мог не кивнуть.

Для него, не знающего ни своей личности, ни даже самого себя, Богиня, которая подняла его вверх, представляла для него целый мир. Она все для него.

— Ты Оттар!

После этого дня, Сильнейшего стали звать Оттар.

***

— Руаааааааааааааааааааааааааааааааааа!

Черный меч сталкивается с встречной мощной атакой дворфийки.

— Ххааааааааааа!!!

— Огненный разряд!

Звездный меч, которым владеет эльфийка и огненные молнии, выпущенные кроликом, все отбивалось всего-лишь одной рукой. Оттар ловит и отражает все удары Мии и остальных, которые поочередно атакуют его. У этого мужчины не было слов, чтобы говорить. Этот мужчина умеет только драться. Для Оттара не существует границы между прошлым, которое является его истоком, и настоящим, которое расстилается перед его глазами. Почему ты сражаешься? Никто не задавал ему этот вопрос, да и он сам никогда не задавал его себе. Сомнениям не было места. Все было просто. Ибо сражение было единственным, на что он способен. Он был грубым, неумелым, простодушным парнем, который никогда не сможет отплатить той, которая дала ему все. Вот почему ответом была сила. Он может отплатить богине только своей силой и проявить себя только в бою. Поэтому,

— Нуаа!!

— А!?

Оттар проводит испытание. Оттар задает вопрос. Оттар хотел быть уверенным. Помогут ли они богине, которая была для него всем. Смогут ли простые, но красивые слова принести ей спасение. Огромный черный меч, взметнувшийся вниз, раскалывает землю и отбрасывает Мию, Рю и Белла. Этот удар обратился к трем душам, которые полюбила богиня.

(Если вы не сможете победить меня…)

То просто погибнете прямо тут. Те, кто не могут преодолеть его тело, не могут спасти Богиню. И тем более простую девушку.

— Оааааааааааааааааааааааааааааааааааа!!

Лишь этого будет достаточно, чтобы убедить Оттара. Это не фантазия, не сон и не бред. Это сила. Если они не покажут силы, то победа богини будет неоспорима. Самые сильные воины, оставшиеся на поле боя, кричат и следуют своей решимости. Никто не делал ничего плохого. Они попросту следуют своим убеждениям ради Богини или ради собственного эго. Чтобы спасти ее, защитить, связать и наградить, члены семьи прекрасной богини бушуют в неистовом потоке.

— Эй, помощница! Я, богиня победы, прибыла сюда зарядить вас энергией и собственной силой!! Вижу, что тебя уже достаточно побили, ты похожа на потрепанную мышь.

Было слишком шумно. Уловив голос молодой богини, который был громким от начала и до конца пути, Лили, которая все еще покоилась на земле, пришла в ярость, а ее лоб покрылся венами.

— Эй, ты все еще жива, помощница!? Я могу тебе помочь!? Неужели у вас не осталось предметов для лечения!?

— В этом нет необходимости… Микото-сама и остальные имеют больший приоритет для лечения, чем Лили, которая не умеет сражаться…!

Оторвав верхнюю часть тела от земли с помощью Гестии, Лили удалось присесть, но пот продолжал капать со лба. Гестия пристально смотрела на покрытую ранами Лили, в основном на ее жестко развороченную левую руку. Она уже собиралась открыть рот, чтобы что-то сказать, но взгляд командира заставил ее проглотить слова. Оказав первую помощь, по крайней мере, в той степени, в какой это было возможно, Гестия стукнула кулаком по своей большой груди.

— И так, как я уже говорила, я пришла поддержать вас. Покажите мне свои спины и я обновлю статус Микото и остальных…!

— Этого не требовалось! Зачем вы пришли сюда!?

— Стоп, стоп, стоп! Не говори так после всех усилий, которые я потратила, чтобы пройти весь этот путь!

Услышав то, что ее чуть ли не выплюнув назвали лишней, глаза Гестии округлились. В углу поля зрения она видела Миаха, который с криком: “Наза!” обнял члена своей семьи, в то время как сама Наза бросилась к своему богу со слезами на глазах. Но между Гестией и Лили все было иначе. Все еще в пределах зрения Гестии Миах укрывается в тени, дабы божественное зеркало не смогло запечатлеть кожу девушки из его собственной семьи и начинает обновление статуса. В то время как девушка из Семьи Гестии продолжает вопить, не в силах сдержать ярость.

— Лили! Леди Гестия!

В тот миг Харухиме, которая не могла сражаться напрямую, ошарашено бросилась к ним. Узнав фигуру приближающейся, Лили убрала окулус, словно собираясь сэкономить время.

— Гестия-сама, Харухиме! Вы должны идти к Беллу!

Продолжая терпеть боль, Лили объяснила свои мысли двум удивленным лицам.

— Лили и остальные сделают что-нибудь с этим местом! Гестия и Харухиме должны направиться на северо-запад и найти Белла-сама и остальных! В конце концов, если мы не сможем победить “сильнейшего”, то победа на военной игре нам не светит!

Сказать, что на главном поле боя было достаточно сил, будет ошибкой. Ситуация не позволяет смотреть с оптимизмом ни на Альфригга, который еще не пал, ни на Колесницу богини. Однако с неожиданным появлением “Дайнслейфа” патовая ситуация изменилась. Скорее всего, его прислал вражеский командир Хедин. Имея одинаковый с Лили взгляд на происходящее, оба понимали, что если Оттар останется не побежден, то все падет прахом. Когда Лили и остальные победят Аллена и Альфригга и двинутся к Богине Фрейе, Оттар неизбежно сметет Белла и остальных и помешает им. Пока “Сильнейший" защищает трон королевы, объединенный альянс не сможет победить.

— Харухиме-сан, ты все еще можешь использовать “коконоэ”? Нам нужно три, нет, можешь ли ты усилить четырех человек одновременно!?

— ….Могу. Я обязательно сделаю это!

— Раз так, то повысь уровень госпожи Рю и остальных! Гестия-сама, вы должны обновить статус Белла!

— …. Помощница. Не говори мне, что ты с самого начала планировала это…!?

— Я уже говорила! Самый эффективный способ повысить уровень сил, это использовать господина Белла! Оставьте Лили и остальных… Идите вперед!!!

Пытаясь не дать наблюдателям за божественными зеркалами узнать правду, Лили тайно намекает о навыке “Лиарис Фриз”. Повышение статуса на поле боя для Лили, Микото и Харухиме 2 уровня, вероятно, не превысит и 100 очков, в отличие от особого обновления Белла 5 уровня, которое может принести больше пользы в военной ситуации. Глядя на затаившую дыхание и истекающую кровью Лили, Гестия наконец приняла решение.

—… Пошли, Харухиме!

— Да!

Скрепя сердце, она решительно отворачивается от серьезно раненой Лили и продолжающей сражаться Микото. Оставив Лили и Миаха следить за ситуацией, она устремилась к колизею на северо-западном конце острова.

— Ха, Хах, Хаааааааа….!? Черт возьми, я бегаю уже весь день!

Однако, она двигалась слишком медленно. Путь от восточного района городских руин до главного поля боя, а затем до северо-западной окраины было слишком большим расстоянием для бога, который обладал физическими возможностями не больше, чем у обычного человека. Даже если не учитывать медленные ноги, Гестия продолжала чувствовать сильную усталость. А вместе с этим.

—...!

Колени члена ее Семьи подогнулись.

— Эй, Харухиме!?

Упершись руками о землю, Харухиме остановилась на месте, ее зеленые глаза были раскрыты до предела, а тело жадно глотало воздух. Она все еще обливалась обильным потом, стекающим с ее светлой кожи, образовывая мокрые пятна на каменной мостовой.

— Харухиме… Твои тело и разум….

Это был явный признак ментального истощения. Слова, сказанные при Лили, вероятнее всего подкреплялись ее духом, а может быть и решимостью посвятить всю себя помощи товарищам. Однако у Харухиме не оставалось сил, чтобы использовать “Коконоэ”. Сомнительно, что они вообще смогут добраться до Белла и остальных.

— … Нет, нет! Харухиме может встать!

— Ха-Харухиме, ты!?

Положив руку на спину девушки, Гестия находилась в отчаянии, не в силах сделать хоть что-то.

— Харухиме может бежать, даже держа Гестию-сама на руках!

К огромному удивлению, Харухиме мгновенно вскочила на ноги, подхватив Гестию за бока. Тряхнув своими блестящими золотыми волосами и покрываясь потом, Харухиме с азартом побежала вперед.

— Стой, Харухиме, ты в порядке!? Разве я не слишком тяжела для тебя!?

— Я уже второго уровня!! И большая увесистая грудь Леди Гестии не помеха!

— Эй! Чью это грудь ты назвала увесистоооооооооооой!?

Юная богиня повысила голос, в то время как два подпрыгивающих холма выступали перед глазами Харухиме, загораживая обзор. Не в силах раздумывать о словах Гестии, а также о ее подпрыгивающей груди, она побежала вперед. Как это уже сделали Микото, Самира и остальные, ей предстояло выйти за свои пределы, и она отправилась на северо-западную окраину острова.

***

— Давай!!

Дворфийка ударила со всей силы, но удар был перехвачен взмахом огромного черного меча.

— Хмф.

Все непрерывные удары, нанесенные двумя кинжалами парня, блокируются тыльной стороной меча, сводя их на нет.

— Люминос Винд!!

А затем, используя все эти действия как приманку, эльфийка выпускает магическую бомбардировку из семидесяти двух шаров света.

— Слишком слабо.

Но даже эта атака сбивается огромной рубящей волной от удара, а последний снаряд был схвачен и раздавлен в правой руке.

— ….Гх!?

Защита. Защита. Он продолжал обороняться. Не бурная атака, а бурная защита. Защита, которую не могут пробить даже Мия, Белл и Рю. Великая защита, использующая черный меч и сильные части тела. Поразив всех троих неожиданным ударом, Оттар не меняет выражения лица и нейтрализует все возможные атаки. Это была абсолютная защита. Воины, подобные Оттару, имеют тенденцию сосредотачиваться на атаках, которые сокрушают все, но его истинная цель была в защите. Его ноги и спина оставались так же крепки, как корни огромного дерева. Умения позволяют реагировать на любую атаку за миллисекунды, а глаза способны видеть сквозь тактику противника, словно предсказывая будущее. В сочетании с невообразимой характеристикой “Выносливости“ он становится подобен божественному щиту, превосходящему все атаки. Магические усиления или же усиления от навыков просто не нужны. Отточенные навыки и тактика были отполированы до совершенства. Так выглядел “Король битв”.

(Ее невозможно разрушить......!?)

(Здесь ничего нет! Ни одного слепого пятна!!!)

В доказательство этого, Оттар ни на шаг не сдвинулся от центра колизея. Это также понимали Белл и Рю, которые были повержены на “фестивале богинь” и отправились в нокаут всего после 1 удара. До сих пор Оттар даже не пытался "бороться" с ними.

(Этот дрянной мальчишка..! Как упорно он тренировался с тех пор!!)

Даже Мия, единственная, кто может сразиться с Оттаром лицом к лицу, тоже выплескивала свой гнев, выкрикивая проклятия и гадая, как такое могло произойти. Она не знала, что с тех пор, как она покинула семью, тренировки стали еще более сложными и продолжительными. Хотя он следовал за богиней Фрейей как ее личный охранник, он ни разу не пренебрег своими тренировками. Даже во время ролевой игры, когда Сир заходила в таверну рано утром, все оставшееся время было проведено в саморазвитии. И он больше не заходил на боевое поле “Фольквангр”. Ибо не было никого, кто мог бы противостоять ему. Даже Аллен и остальные, которым запрещено сражаться на боевом поле, не представляли для него угрозы.

Также Оттар уже давно не посещает подземелье. Он знает, что простое исследование больше не повысит его характеристики ни на йоту и что его нынешний "сосуд" достиг своего предела.

Оттар был сильнейшим. Других, кто мог бы сделать его сильнее, в городе-лабиринте Орарио больше нет. Поэтому Оттар погрузился в свое собственное сердце. Он проводит дни в одиночестве, орудуя мечом, представляя в своем воображении могущественных врагов прошлого, совершенствуя свои "технику" и "тактику". До того дня, когда он получил разрешение от богини и смог пройти через “испытание”, рискуя собой, он испытывал себя как “воина” до крайней степени. В этом его отличие от истребительницы монстров “Принцессы меча”, которая уничтожает монстров в подземелье.

— Абсолютная защита…. Мы так и не смогли ее сломить.

— Да….! Даже если бы мы попытались все вместе, это было бы невозможно!

Находясь в “Сумеречном поместье”, базе семьи Локи, Тиона пристально смотрела в божественное зеркало, а ее сестра Тионе могла лишь кивнуть ей в ответ и вздохнуть. Лидер враждебной Семьи Оттар и Семья Локи сражались множество раз. И это была та самая защита “Короля битв”, которую не смогли разрушить обе девушки-амазонки. То же понимала и Айз, которой удалось уйти от преследования от “Сильнейшего” только благодаря Тионе и остальным. В этот миг светловолосая и светлоглазая девушка продолжала сжимать кулаки, которые упирались в ее колени, ведь понимала, что Беллу придется преодолеть эту жестокую “Абсолютную защиту” только втроем.

— Он уже на пике.

— … Финн.

— Да, Гарет, Риверия. Я знаю, о чем вы.

Рядом с затаившими дыхание Айз и остальными, Гарет бормочет что-то невнятное, Риверия щурит глаза, а Финн кивает, подтверждая догадку.

(В конце концов, Оттар уже близок к 8 уровню….)

Глаза героя-прума воспринимают безжалостный факт для Белла и остальных. Семьдой уровень, который был максимально близок к 8. Воин, который наконец достигает вершины некогда сильнейших воинов Богов Зевса и Геры. Герои признавали его. А боги уже объявили. Никто не сможет сравниться с “Королем битв”. В конце концов, именно он является вершиной авантюристов.

— Гуаааааааааааааааааааааааааааааа!

Поэтому жестокая и суровая битва неизбежна. Урон, наносимый Мии, увеличивался ускоренными темпами, ведь сколько бы атак она ни нанесла, темный меч продолжит отражать их и наносить контратаки. Причина, по которой Беллу и Рю удалось дойти до сего момента заключалась в Мии, именно она сделала этот бой возможным. Если бы абсолютный авангард и авангардная стена в лице Мии, способной вступить в лобовую схватку с Оттаром, рухнула, поражение было бы предрешено немедленно. Сейчас Рю и Белл придерживаются стиля боя ориентированного на “Ловкость”. Они хороши в скоростном бою, но не могли соперничать с Оттаром, который специализировался на “Силе” и обороне. Сколько бы они ни использовали приемы "удар на удар", сколько бы ни пытались перевернуть ход боя, пока они не могут прорвать защиту противника, шансов на победу нет. Рю и Белл продолжали обливаться потом, двигаясь по разным сторонам и поддерживая Мию, не давая ей упасть. Начиная с сильной дворфийки, авантюристы делали все, что в их силах, чтобы сражаться в смертельной битве. И в тот миг, когда он наконец признал их битву. Воин-боаз произнес “это”.

— Милосердие священной луны, дикие золотые поля.

Прозвучало пение. Боевая песнь, доносившаяся до ушей, поразила Рю больше, чем кого либо другого.

— Параллельное пение!?

Но это было не совсем так. Оттар не обладает таким же мастерством песнопения, как Хедин, Хогни и другие первоклассные эльфы. Он не мог совмещать атаку, движение, уклонение и пение одновременно в реальном бою, как это могла делать Рю. Из-за этого он ограничил количество действий до двух, как это делала Микото во время военной игры с Аполлоном. Если используемая магия не включает в себя множество строк и время для песнопения коротко, то даже Оттар, который не является магом, может осилить подобный трюк. Единственным отличием от Микото было то, что Оттар использовал защиту вместо движения в одном из двух действий. Левая нога, на которую установлен центр тяжести, прижимается к земле и абсолютная защита и песнопение смешиваются в одно.

— Магия……!?

Хильдис Вини. Магия чистого усиления, которая смогла свести на нет полный заряд максимально накопленной энергии Белла. При виде этой картины мальчик вздрогнул а лицо дворфийки искажается. Вместе с напуганной эльфийкой они устраивают атаку с трех сторон.

— Мы должны остановить его!!

Его было не остановить. Подобно барьеру, который превосходит здравый смысл, он отражал все рубящие атаки, болезненные удары и огненные молнии.

— Этому телу отдан приказ стать свирепым кабаном войны.

Оттар не жалел средств. Он не совершит глупость, скрывая свою единственную магию, которая гордо называется "сильнейшей атакой" или "козырной картой". Даже при большом потреблении ментальной силы. В обычных случаях он может сокрушить врага своей собственной силой и не пользоваться магией с крайне высоким расходом топлива регулярно. Поэтому он использует ее лишь тогда, когда это потребуется.

(Как бы ни атаковали, он не перестает петь!)

Противники, ради которых Оттар использует свою магию, являются теми, кого он не смог покорить свой чудовищной силой и “абсолютной защитой”. Так что момент, когда “Сильнейший” использует свою магию, был честью. Поэтому Белл мог гордиться собой. Ведь это уже второй раз, когда он заставил Оттара использовать магию. Но мальчик мог только отчаиваться. Эта атака стала смертельным приговором без каких-либо сомнений.

— Хаааааааааааа!

У Мии не было иного выбора, кроме как идти вперед. Даже если она знала, что почти законченное песнопение это "приманка", которую подвешивают перед ними, смертельная бомба из “магии” взорвется, если они ее не остановят. Зная, что противник приглашает ее вступить в "лобовое столкновение", она начинает самоубийственную атаку.

— Слишком слабо.

Мия использовала всю свою мощь, пытаясь разрушить его защиту, но Оттар лишь констатировал факт. Теперь защита “Сильнейшего” также включает в себя нападение. Темный меч, который сталкивается со стальной лопатой, не дает им вцепиться вновь и рассекает ее грубой силой.

— Гхааааааа!

— Мия-сан!!

— Мама Мия!

Рубящая волна, которая прошла через стальную лопату, также коснулась и Мии, чертя диагональную линию на ее теле. И в тот миг, когда его противник брызжал кровью, безжалостный Оттар наносит прямой удар ногой спереди. Мии едва удается блокировать его, однако, когда она отшатнулась назад, то заметила, как на правом правом плече, на котором покоился темный меч, начинают вздуваться стальные трапециевидные мышцы и вены. А в следующее мгновение раздался мгновенный удар, подобный бомбардировке.

— !!!

Видя приближающийся удар, способный разрубить Мию напополам, Белл совершает рывок, который способен бросить вызов течению времени. Он активировал навык “Аргонавт”, накапливая заряд всего полсекунды. Собрав зерна света в правой ноге, он взрывает землю и врывается в пространство между Мией и Оттаром. Кинжал Гестии приставляется к большому темному мечу, который стремился вперед. Благодаря работе обеих рук, где левая рука держала рукоять, а правая поддерживала основу клинка, кинжал, поддерживаемый двумя руками, точно предотвращает удар. Несмотря на огромную мощь, божественный клинок не разделился на куски, но лезвие издало скорбный крик.

— Гаааааааааааааааааа!

Кинжал, приставленный к мечу, впивается в живот Белла, заставляя его извергать огромное количество крови.

— Пххх!

Белл, действующий в виде “подстраховки”, отрывается от земли и даже Мия, которая поймала тело мальчика, получает мощный удар, отлетая назад вместе с ним.

— Иди до конца, неся божественную волю богини.

Как и ожидалось, за этим последует беспощадное преследование. Прозвучали последние строчки распева. Оттар собирался сокрушить врагов своей главной и единственной магией.

— Хильдис Вини.

Родилось сияние. Огромный черный меч одет в золотой мех, который ничуть не отличался от того, что помнил Белл. Прицелившись в Мию и Белла, которые врезались в одну из стен северной стороны колизея, Оттар наносит рубящий удар золотым мечом.

— Если я собираюсь уничтожить вас, то это должно подойти в самый раз.

“Хильдис Вини” была простой магией усиления. Она не несла в себе магического зачарования и у нее не было возможности наносить атаки на дальнем расстоянии. Однако, что произойдет, если магическое усиление “Силы” будет объединено с чудовищной силой мышц? Ответ прост, разящий удар легко преодолеет расстояние.

— …..

Рубящий золотой свет, который намного превосходит “Хелл Кайос” женщины-амазонки Айши, проносится вперед. Удар режет пространство, а видение окровавленных Белла и Мии окрашивается в красный, подобный цвету сумерек, свет.

— Гхаааааааааааааааааааааааааааааааа!

Рю мгновенно выскочила вперед. Передвигаясь со скоростью, достойной звания штормового ветра, она группируется с Беллом и изо всех сил старается сбежать. Через мгновение после того, как свернувшиеся тени скрылись за пределами досягаемости, раздался звук рубящего удара.

— ….

Цунами, несущее с собой звуковую волну и удар, вырвалось наружу. Пытаясь уйти от него, Рю и остальные многократно ударялись телами о землю, а затем перекатывались по ней снова и снова. Ван, который был не в силах пошевелиться из-за толчков, сотрясающих колизей, издал приглушенный крик. Звук быстро исчез. Никаких последствий не осталось. Простой разрушительный удар не вызвал вторичных разрушений, как это делает высокоуровневая магия, а лишь сдул все, что находилось на его пути.

— Как….

Вскрикнул поднявший голову Белл, а поднявшиеся Мия и Рю не могли найти слов.

Стены, колонны, зрительный зал высотой с холм и весь северный угол постройки исчезли. Разрез, уничтоживший сам театр, пробил руины города снаружи и достиг внешней стороны, выйдя за пределы острова. Стала видна прекрасная изумрудно-зеленая гладь гигантского вдавленного кратерного озера.

— … Кажется, это не так умело, как у Леона?

Бормотание, сорвавшееся с губ воина, слилось в волнообразный звук. Поверхность озера, вырубленная на пути рубящим ударом, с шумом наполняется вновь. Белла и остальных объяла дрожь. Ван, рухнувший в южной зрительской зоне и избежавший повреждений, тоже побледнел. Все жители города, видевшие это через зеркало, застыли вместе с авантюристами. Весь мир потерял свой ход при виде разрушения, сметающего все на своем пути.

— Следующий.

А "золотой мех" все еще не исчез.

— Что!!??

Второй удар. Огромный черный меч, все еще окутанный светом Золотого Руна, безжалостно опускается вниз. Словно отматывая прошлую сцену назад, рубящий свет вырывается наружу. Это конец. Сердца Белла, Рю и даже Мии осознавали приближение конца.

— Воюй вечно, несокрушимый громовой генерал.

Однако, конец был прерван звонким заклинанием.

— Вариан Хильдр.

Раздался мощный громовой раскат. Это был не шквал снарядов, а сосредоточенный удар.

Огромная молния, способная поглотить даже “Босса этажа”, приблизилась с востока и ударила в бок рубящего света. Перед Беллом и остальными вспыхнула уничтожающая искра, но сразу после этого, рубящий золотой свет сменил направление с северо-востока на северо-запад. С другой стороны Белл и остальные, которые чудом остались в живых, резко оглянулись..

— Сколько же ментальных сил нужно было, чтобы просто изменить курс. Полный абсурд.

С места выстрела огромной молнии по зрительским местам шел одинокий белый эльф. Держа в руках свой длинный меч “Ромфея”, Хедин Селланд раздраженно поправляет свои неправильно посаженные очки.

— ..........Мастер? Почему!? Неужели то, что я думал… Правда?

— Не делай такого глупого лица, кролик. Ты должен был понять это сразу после того, как я тебя спас.

Проходя крещение от Оттара и не зная о предательстве Хедина, Белл на мгновение усомнился, но сразу же вспомнил то чувство, о котором поведал Лили еще перед началом игры, после чего его лицо было окрашено удивлением. Лицо Хедина исказилось в отвергающей гримасе, словно он видел что-то грязное, но от радости, связанной с его появлением… Мальчик одаривает его притворной, но запоздалой улыбкой. Теперь он больше не безжалостный Хедин Селланд, уничтожающий Белла Кранелла из Семьи Фрейи, а Мастер, который много раз спасал его от “клетки”. Хедин неловко фыркнул в ответ на улыбку мальчика, который легко мог пролить слезы, если бы ситуация была более подходящей.

— Вижу, у тебя здесь полный беспорядок, Мия.

— …. Ты слишком шумный. У меня был большой простой

— Тогда поторопись и заполни его как можно скорее. Если ты будешь беззаботной, то просто угробишь как себя, так и всех нас.

Хедин, бросающий Мии вслед не меньше ругательств, подходит через зрительские места и бросает возле нее две склянки. Это были последние зелья в его распоряжении. Используя их на себе, чтобы закрыть рану на теле, она вылила оставшуюся часть высококлассного зелья прямо на головы Белла и Рю. Ошеломленный Белл тут же вскочил на ноги, но понял, что сопротивляться бесполезно.

— Хедин....

— Ты тоже не нуждаешься в объяснениях, Оттар.

— Хах.

Узнав, что их стратег Хедин находится на стороне врага и даже заблокировал его удар, Оттар не проявлял никаких признаков волнения. Перекинув через плечо большой темный меч, который уже потерял магическую силу, он обменялся взглядами с эльфом.

— Позволь задать тебе один вопрос.

— Какой?

— Как много ты понимал?

Стоя спиной к Беллу и остальным, Хедин, который находился лицом к лицу с Оттаром, задал равнодушный вопрос.

— Я делал все возможное, чтобы обучить этого кролика. Я смог подговорить Хогни и других, чтобы они также испытывали его до полусмерти. Все для того, чтобы сделать его полезным.

(А?)

Белл забыл о возникшем волнении и превратился в каменную статую, слушая заданный вопрос.

— Но ты был единственным, кто отказался от моих указаний.

Это произошло после того, как “Клетка” богини начала трескаться, прямо в тот момент, когда Хедин намеренно усилил свое крещение. Хедин утверждал, что Белла нужно немедленно загнать в тупик, и пытался добавить к крещению всех руководителей Семьи.

— “Оттар, это относится и к тебе. Срази этого глупого кролика своим мечом."

— “Мне нет нужды участвовать в этом. Доверяю это дело тебе, Хедин."

Но лишь Оттар решительно отказал ему.

— В тот момент ты уже предвидел мое предательство и то, что я собираюсь выступить против тебя?

Все это время Хедин действовал из тени, так что даже богиня Фрейя не заметила подвоха. Однако лишь этот воин сторонился него, словно осознавая его план.

— …Я не так же умен, как ты. Я не знал, что произойдет в будущем.

После этих слов глаза цвета ржавчины посмотрели на Хедина и Белла позади него.

— Однако в тот момент я видел “картину”, где ты вместе с этим мальчиком стоишь передо мной….. Именно эту “картину” я сейчас вижу перед собой, - От этих слов лицо Хедина исказилось.

— Не стоит разгадывать тактики опираясь только на свои чувства, закаленный в боях идиот.

Инстинкт боаза, который можно назвать “интуицией воина”, заставил его цокнуть языком. Он смотрел на свою полную противоположность, которая действует, опираясь на чувства и в конце концов наполняется боевым духом.

— Это все?

— Хах, верно. Нужно уничтожить тебя как можно раньше. Иначе сюда прибежит тот глупый шумный кот.

Словно заканчивая сеанс вопросов и ответов, Хедин перешел в состояние боевой готовности, собрав всю ментальную силу. А Белл продолжал терпеливо ждать.

— М-мастер, вы собираетесь сражаться вместе с нами!?

— Разве в этой ситуации можно найти другой выход? Больше никаких разговоров, дурак.

— … Мы были беспомощны. У вас есть какая-то стратегия против “Короля битв”?

— Скорее, я бы лучше спросил вас о том, почему вы ничего не подготовили. Что вы собирались делать, когда сталкивались лицом к лицу с настоящим монстром? Разве вы не должны должны придумать план и исчерпать все возможные уловки? Это то же самое, что идти в бой 1 на 1 с боссом этажа.

Он небрежно общался с побитым Беллом и с презрением обратился к Рю, которая задала последующий вопрос. Даже не взглянув на них, Хедин подразумевал, что их ждало то же самое, как битва с монстром-рексом, королем подземелья.

— Мия, я буду арьергардом. Возьми этого глупого кролика и вновь займите ближнюю позицию.

— … Ты понимаешь, что мы не сможем скоординироваться достаточно быстро, чтобы адаптироваться к твоим указаниям?

— Я не ожидал ничего подобного.

Мудрый генерал, который смотрел на неподвижно стоящих воинов, отдал только один приказ.

— Идите и выиграйте мне немного времени. Десяти секунд будет достаточно.

В следующий миг он высвободил магическую силу, объявляя, что битва возобновилась,

— Воюйте вечно, несокрушимые солдаты грома.

Пение эльфа послужило спусковым крючком, и Белл тут же приготовился, а Рю начала параллельное пение. Оттар также впервые продемонстрировал “атакующую позицию” вместо “оборонительной”. Это был прямой выпад.

— Ахххххх!

— Хмф!

— Не недооценивай меня!!

Словно у него не было никаких причин принимать магическую бомбардировку Хедина, выступающего в роли “полузащитника”, он помчался вперед. Боаз с волосами цвета ржавчины легко отбрасывает Рю и Белла в стороны, но только Мия могла сопротивляться. Словно показывая принадлежность своего тела к расе “дворфов”, она ловит тело боаза, цепляясь подошвами своих ботинок в каменную мостовую и издирая их в клочья. Всего на секунду, но большой черный меч и круглая лопата вновь сцепились друг с другом. Но этой секунды было достаточно чтобы эльф пришел в движение. Хедин, который успешно использовал Мию в качестве щита, начал двигаться.

— ….!

Он передвигался по зрительским местам колизея с помощью бега и прыжков, делая круговые движения по всему периметру. А во время его высокоскоростных передвижений рождалось множество громовых сфер. Вместо того, чтобы сразу же направиться к цели, громовые снаряды, издающие шипящий звук, продолжали парить на востоке, северо-востоке и севере, продолжая ожидать. Он быстро понимает намерения противника и с силой отмахивается от Мии, пытаясь разбить Хедина.

— Огненный разряд!

— Агарис Алвейсинт!

Но два пламени помешали ему это сделать. Белл выпустил скоростной залп огненной молнии, а Рю вновь окутала себя в алые лепестки пламени. Их первая атака сорвалась, так как они не могли его остановить, но вторая мощная атака использовала их сильную огневую мощь. Огненные молнии, не оставаясь на одном месте, быстро перебегали с одного места на другое, загораживая его обзор молнией и пламенем, а обошедшие с фланга взрывы вынуждали Оттара перехватывать их. И хотя они не смогли преодолеть абсолютную защиту, боаз был вынужден остановиться на месте. Но даже когда он игнорирует огонь Белла и отправляет Рю в полет, Мия вновь приходит в себя и снова атакует его. В тот миг, когда Мия и остальные продолжали безжалостную атаку, вспыхнувшие молнии одна за другой устремились на северо-запад, запад и юго-запад. И наконец.

— Обещанные десять секунд. Ваши усилия достойны награды.

После последней фиксированной установки на юго-востоке появился Хедин.

— Это......!

— Опоясывающая громовая сеть!?

Как уже сказали изумленные Белл и Рю, которые оглядываясь по сторонам, сцена колизея была окружена бесчисленными молниями, парящими в воздухе. И сейчас “громовые снаряды” находились в “состоянии ожидания” благодаря свойствам магии. Хедин, который обладал способностями 6 уровня и выдающимся магическим контролем, мог фиксировать и размещать громовые снаряды в точках своих движений. Даже Рю, достигшая такого же уровня, не могла сделать подобного. Громовые сферы, установленные в форме круглого купола, напоминали опасное звездное небо. В то же время это была и "клетка", в которую заключили свирепого кабана. Общее количество установленных сфер из молний: 978. Увидев, что каждый снаряд без каких-либо исключенный направлен на него, Оттар прищурил глаза.

— Не стесняйтесь буйствовать как того захотите, авангард. Об остальном позабочусь я.

Авантюристы, которые приняли инструкции Хедина благодаря интуиции и чутью, начали атаку, как и было приказано.

— Хааааааааааааааааааа!

Белл берет инициативу в свои руки и его кинжал наносит боковой удар. Оттар встает в позу для “абсолютной защиты”, готовясь даровать ему почетную смерть героя. До этого момента атаки и нападения оставались такими же как прежде. Но то, что происходило после, было совершенно иным.

— Три громовых солдата.

Снаряды из молний, установленные на востоке, двинулись в такт с тем, как Белл вступил в близкий контакт с противником.

— ?

Оттар был ошеломлен. Три магических снаряда приблизились со спины противоположно атаке Белла. Рука и верхняя часть тела, которые должны перехватить мальчика быстро перестроились, чтобы отбиться от них, но как только это произошло, “Кинжал Гестии” был готов показать свои клыки. Раздался металлический лязг. Обернутая в броню левая рука боаза без паузы заблокировала обратный выпад. Однако.

(Он смог отбить! Но я атаковал!!)

Глаза Белла распахнулись, а спина впервые за весь день начала дрожать от первого столкновения. Следуя стратегии "удар-отскок", он быстро отступил назад, не успев получить контратаку от Оттара. Затем, словно сменяя Белла, в атаку бросается Рю уже с противоположного направления. Наклонив свое тело как можно ниже, она резко взмахивает своим покрытом огнем мечом из нижнего положения за пределами поля зрения Оттара, рост которого превышал 2 метра. Однако Оттар реагирует на эту ловкую вспышку меча с нечеловеческой быстротой.

— Семь громовых солдат.

И на этот раз молнии вновь были выпущены прямо в его спину, подлетев с юго-западного направления. Словно показывая, что один и тот же прием не сможет сработать дважды, его крепкая рука со вздувшимися венами совершает два быстрых удара, отбивая атаку Рю и молнии, но затем резко появляется Мия.

— Хаааааааааааааааааа!

— А!?

После отражения раздался мгновенный разрыв. Огромная лопата взметнулась в самый подходящий момент, ударяя гиганское тело боаза.

— Попала!?

— Потрясающе!

Боги, которые наблюдали за этой битвой от начала и до конца на 30 этаже вавилонской башни были невыносимо возбуждены. Наконец, сильнейший покинул центр колизея, вызывая эмоции, независимо от врагов и союзников.

— Отлично! Прямо когда авангард атакует, он выпускает свою убийственную магию в самый нужный момент!

— Кроме того, он регулирует количество и эффект так, чтобы она не навредила Беллу и остальным.

Локи и Гермес, наблюдавшие за ходом сражения, подняли одобрительные возгласы. Глаза всеведущих богов быстро разгадали "задумку" Хедина.

— Это же односторонняя поддержка! Поскольку временная команда не может добиться хорошего сотрудничества, лучшее, что они могут сделать, так это атаковать вовремя! Поэтому их арьергард дополняет их действия, оказывая поддержку и помощь!

Одновременная с авангардом атака. Такова задумка Хедина. Он мог видеть движения Белла, Рю и Мии, которые служили как авангард, а затем манипулировать снарядами из молнии, которые направлены во все стороны, словно это были его руки и ноги, чтобы успеть атаковать вместе с Беллом и остальными. Он не совершит глупость, бросив все свои громовые снаряды, число которых может достигать почти тысячи. Даже если он будет ранен, "Абсолютная защита" Оттара выдержит один залп со всех сторон. Поэтому он использовал “одновременную атаку". В сочетании с хорошей атакой от авангарда они смогут превысить защитные возможности Оттара. Не будет иметь значения, нанесут ли они при этом урон или нет.

Перекосы времени, препятствие концентрации и расхождение между атакой и защитой будут накапливаться и приведут к падению “Абсолютной защиты”. Это было расширенным выбором одного из двух. Либо он, либо они.

— Даже одного магического снаряда будет достаточно, чтобы ввергнуть в ступор авантюриста второго класса. А об атаках Мии и других авантюристов первого класса и говорить не стоит. У Сильнейшего нет другого выбора, кроме как отвечать на каждую атаку.

— Они использовали тактику, ориентированную на защиту в своих интересах. Белый эльф с лицом как у девчонки на самом деле настоящий изверг! Этот паренек сделал опасный ход…. Но Оттар получил урон! Эй, ты видел это, Бете!?

— Тц…. С таким арьергардом любой сможет опустить его лицом в грязь, - Поморщился Бете, находясь рядом с шумными Гермесом и Локи

Он был упрям и не любил признавать кролика Белла, но вместо этого ему пришлось признать заслуги Хедина, что делало его еще более недовольным.

— Оттар, этот “строй” я подготовил, чтобы сжечь тебя досмерти. Изначально я отбросил его, ибо в одиночку не смог бы реализовать одновременные движения спереди и сзади… Но использовать его здесь будет как никогда правильно.

Проговорил Хедин, который продолжал манипулировать магией, находясь на восточной стороне колизея. И вновь плохие отношения между членами Семьи дали о себе знать. Жестокая внутренняя конкуренция между членами одной Семьи не обходит даже первоклассных авантюристов. Поэтому Хедин придумал этот громовой “строй” несколько лет назад, чтобы когда-нибудь свергнуть Оттара.

— Гм….!?

Тактика воображаемых боев Оттара имела выдающийся эффект. Громовые снаряды, которые "атаковали одновременно" с Беллом и остальными, казалось, обладали собственной волей. Это было волнообразной атакой солдат из молний, управляемых королем Хедином, и даже Оттару не оставалось ничего, кроме как обратить внимание на бесчисленные снаряды, словно это громовые клинки и копья. Хедин был умел. Иногда он действовал скупо и не выпускал солдат из молний, расставленных во всех направлениях, в том числе и над головой, а иногда смело пускал их вперед. Когда казалось, что он вел направленную атаку только в его спину, он открывал огонь спереди и по бокам от его поля зрения, подстраиваясь так, чтобы Оттар не мог понять, что громовые снаряды вот-вот нанесут точный удар по его огромному телу. Используя атаки Белла и остальных в качестве приманки или применяя 30 громовых снарядов в качестве отвлекающего маневра, угол обстрела, скорость и порядок залпов рассчитывались с точностью и аккуратностью, и даже если им не удалось пробить защиту, они все больше нагружали его мышление. Вдобавок ко всему, громовые сферы вызывали эффект "электрического тока" при блокировании темным мечом или защитной перчаткой, продолжая накапливать повреждения на теле зверолюда.

Поддерживая атаки авангарда, Хедин являлся настоящим “дирижером”, который манипулировал магией со своей позиции. Однако вместо дирижерской палочки в его руках был первоклассный меч с длинной рукоятью под названием “Ромфея”. Это длинное орудие было изготовлено из ветвей священного древа, и как “Альф Джастия” имело эффект посоха, который усиливал магию эльфов.

— Эй, Рю, мальчик! Соберитесь!

Постепенно Белл, Рю и Мия приспособились к поддержке от молний и уже не менялись местами, а совершили почти одновременную атаку. А затем, когда “Абсолютная защита” пошатнулась, авантюристы воспользовались этим.

— Орааааааааааааа!

Мия пошла в лобовую атаку. В ответ на это Хедин отдал приказ.

— Двадцать громовых солдат! Легион региос!

После этого все громовые сферы, расположенные на севере, разворачиваются и обрушиваются на спину Оттара.

— Тсссссс!!

Столкнувшись с атакой с двух направлений, спереди и сзади, Оттар упорно отказался от уклонения. Отказ от абсолютной защиты это именно то, что нужно Хедину и убедившись в том, что его загоняют в угол, словно охотничью собаку, "Сильнейший" начинает раскручивать верхнюю половину своего огромного меча, создавая бурю. Пользуясь тем, что длина черного меча может достигать всей длины тела Оттара, он сметает Мию и бесчисленные громовые сферы, так же как и все, что приближалось вокруг. Мия, которая прикрылась огромной круглой лопатой, едва успела отступить, однако ее губы мгновенно скривились в подобии улыбки.

— Пройдись по небу и прочерти звездный путь.

Раздалось параллельное пение. Рю, которая сбросила свои огненные лепестки, топороливо напевает наследственную магию “Летопись Астреи”. Теперь, когда он уже использовал все свое тело, после того, как вращение будет остановлено, невозможно, что он не откроет брешь для удара. Приближающаяся фигура “Штормового ветра”, которая стремилась в атаку, удивила Оттара, но даже такое было ему по плечу.

— Неееееееееееееееееееееееееееееееет!

Не обращая внимания на инерцию своего тела и отдачу, решающий удар, который заставляет его мышцы кричать, вот-вот разразится. Он использовал аномальную скорость реакции. А также источник своей чудовищной силы, которая превосходит гигантов. В тот миг небесно-голубые глаза Рю отражали угольно-темное лезвие гильотины, которое вот-вот опустится прямо на нее.

— Впереееед!

— !?

Был выпущен шарф того же угольно-темного цвета. Развернув его с шеи, Белл бросил его в сторону Оттара. В отличие от магического огня это была не прямая, а волнистая, словно змея атака. Она обвивается вокруг темного меча Оттара, блокируя удар обезглавливающей гильотины. Но даже так, уровень 7 против уровня 5. Победитель в перетягивании каната был очевиден. Но серия опрометчивых позиций при резком вращении создает мгновение, в котором он теряет равновесие. И этого мгновения оказалось достаточно.

— Правосудие свершилось.

После того, как песнопение с изречением от “Штормового ветра” было завершено, Рю пускает в ход свою магию. Она применяет особую "технику йай-йай” со звездным мечом у пояса. Ее левая рука принимает вид несуществующих ножен, а “техника” и “магия” сплетаются воедино.

(Кагуя, одолжи мне свою силу!)

То, что было совершено - было секретной дальневосточной техникой, используемой ее соперницей, а вместе с этим и товарищем Годзено Кагуей.

— Гокоу!!!

В тот момент, когда звездный меч двигался в такт с “йай-йай”, родилось пять магических атак.

— !?

Слева, справа, спереди, сзади и над головой, пять видов косых ударов беспорядочно смешиваются между собой. Произошел взмах меча вниз над головой, рубящий удар слева и справа, а также горизонтальные вспышки спереди и сзади. Словно “йай-йай” разделил меч на пять частей, каждая его часть впивается в тело Оттара.

— Гххххххх!?

Такова была магия “Годзено Кагуи” под названием “Гокоу”. Эта магия создает “магический удар” с любой позиции, но в сочетании с техникой “йай-йай” она становится смертоносным клинком, от которого невозможно уклониться или защититься. Даже если попытаться неожиданно перехватить его, все будет заблокировано. Магия способная превзойти даже Алый цветок "арвелии" её подруги Ализе. Именно из-за этой уверенности, Рю воспользовалась смертельным ударом “Гокоу”. Но, как и ожидалось, сильнейший заблокировал передний разрез с помощью брони на своей руке, после чего был пойман оставшимися четырьмя вспышками света. Разделенный магический клинок уже разрушил нагрудник, тыльную сторону его наручного снаряжения вместе с повязкой на лбу и несколько частей доспехов “Сильнейшего”. Багровый магический свет, словно грозди цветущего амариллиса заплясал перед глазами истекающего кровью воина.

— Давааааааааааааааааааай!

Белл тут же оттягивает свой черный шарф Голиафа и выхватывает окутанный им темный меч. Рукоять меча была вырвана из крепкой руки Оттара и огромный меч заплясал в воздухе. Глаза Хедина пронзили воина словно острие меча и он издал громкий крик.

— Огонь, глупый кролик.

— !!!

Освободив шарф от руки, он создал бушующее пламя в своей левой ладони и выпустил магический залп вместе со своим мастером, который управлял молниями.

— Огненный разряд!

— Все солдаты, залп “Карус Хильдр”.

Огненные молнии и громовые снаряды, установленные в виде купола были развернуты и хлынули, словно волна. Огромная магическая буря поглотила Оттара.

— Хах, хах хах хах!!

Групповая магическая бомбардировка огнем и молниями началась сразу после того, как отступила Рю. В дополнение к залпу из более чем 500 оставшихся громовых снарядов, скоростная магическая бомбардировка огненных стрел смогла подорвать эту огромную магическую мощь. Боаз был заключен в самом центре вихря грозового пламени, не давшего ему вырваться. Громовые разряды продолжали реветь, а мальчик с криком продолжал огненный залп. Он принял решение разобраться с Оттаром на этом месте. Даже когда огромный черный меч, взлетевший в воздух, с грохотом вонзился в землю словно могильная плита, Белл и Хедин не ослабили своего обстрела.

— Воюй вечно, несокрушимый громовой генерал, — Вариан Хильдр!

Как только все громовые снаряды были запущены, Хедин быстро сплел заклинание и призвал великого громового генерала. Это было заклинание, которое должно прекратить магическую атаку. И словно огромное пушечное ядро, оно быстро врывается в центр колизея.

— ………………………!

Огромный шок и взрывной ветер устремились к Рю и Мии. Электрический ток и огненные искры разлетались во все стороны. Пытаясь отдышаться, Белл наконец отпускает вытянутую левую руку, но тут же достает свой кинжал. Это был шквальный обстрел, который точно уничтожит даже авантюриста первого класса. Однако их враг выходил за рамки любых стандартов. Беспечность и самодовольство должны быть отброшены. Вместе с Хедином, который держал в руках свой меч с длинной рукоятью, они вглядывались в глубь рассеивающегося дыма.

— …. !

За дымом, в центре обстрела показалась большая тень. Оттар был жив. Огромные руки словно стволы деревьев были скрещены, а обе ноги крепко стояли на земле. Подобно Беллу и остальным, его стальное тело извергало кровь, но вместе с этим было обожжено и глубоко повреждено.

(Ранен…….)

(Недалеко от смерти……)

(Мы сможем победить его…..!!)

Непрерывный луч надежды озарял мысли Белла. Убедившись, что он сможет победить такого Оттара, он сделал шаг вперед. Он поднял голову и посмотрел в искривленные словно клыки зрачки зверя, который сцепил руки для защиты.

— ….

Его сердце и инстинкты были сжаты орлиной хваткой. Свет надежды в их мозгу сменился "величайшим тревожным звонком". Рю и Мия затаили дыхание, а Хедин, чей цвет лица изменился, без раздумий начал кричать.

— Остановите его!

Однако в ответ раздалась масса звуков и рев, который перекрыл его собственный.

— Уоооооооооооооооооооооооооооооооо!

Яростный крик пронзил небо. Нет, его следовало назвать ревом зверя. Белл и остальные, кто попал под этот крик, отшатнулись и откинули свои тела назад, а люди, услышавшие его через зеркало, рухнули на землю. Даже авантюристы в ужасе падают со своих стульев и боги широко раскрывают глаза. Это был ревущий вой чудовищного монстра, ужасающая песня свирепого кабана. Он выполнил вынужденную остановку, которая связала его тело и душу первобытным чувством несмотря на человеческую натуру. Это может означать лишь одно. Воин превратился в зверя. Всего один рев смог лишить таких первоклассных авантюристов, как Белл и остальные возможности управлять своим телом. И в тот момент глаза зверя, устремленные в небо, направились вперед. Он посмотрел на свою жертву. После того, как тело и разум Белла издали крик, началось настоящее уничтожение.

— Уооооооооооооооооооооооооооооооооооо!

Кабан взревел. Затем произошел яростный рывок. По каменной мостовой, на которой стояли его ноги, прошлась взрывная волна, а затем началась мощная атака, равносильная жесткому напору. Не допуская уклонений, перехватов и сопротивления, огромное плечо словно смертоносное оружие впивается в белого эльфа.

— Гхххххххххххххххххххххххххх!!!

Крик, лишенный даже тени достоинства вырвался наружу и Хедин отправился в полет. Пока Белл и остальные не могли среагировать и стояли на месте, его тело врезается в стену колизея. Повсюду поднялись каменные осколки, сознание мерцало в темно-белых цветах, а дыхание на секунду прекратило свою работу. Это был абсурдный, жестокий, сокрушительный удар, не имеющий ничего общего ни с тактикой, ни со стратегией. Мощь, превосходящая даже магический шквал, заставила Хедина плевать кровью, а тем, что он увидел далее оказалась огромная ладонь.

— Нуааааааааааааааааааааааа!

— Гхххххххх!?

Ладонь впилась в его лицо. Пять пальцев словно клыки кабана полностью закрыли его обзор, как и все лицо. Очки, которые были на нем, разлетаются вдребезги, осколки стекла и металлической оправы пронзают его белоснежную кожу, опустошая его красоту. Но все это мелочи. Это смехотворные мелочи. Зрение и мозг вздрагивают, когда пять пальцев впиваются в его скальп. Ракурс стремительно смещается. Небо и Земля меняются местами. Блестящий ум приходит к глупому выводу, что его подбросило со слишком невероятной скоростью, что тело закрутилось. И сразу после этого его тело пробивает землю, как пушечное ядро.

— ……………. Агх!?

— Мастер!

— Черт возьми!

Хедин, отброшенный с края колизея прямо в центр, поднял облако пыли и наконец привел в ход застывшее время. Авантюристы, которые осознали ситуацию, быстро пришли в движение. Белл, Рю и Мия встали перед “зверем”, чтобы защитить свой арьергард в лице Хедина от зверя, который стал одной большой массой инстинктов и собирался напасть на свою жертву, однако их авангардная стена была разбита вдребезги.

— ……А.

Молот под названием кулак небрежно опустился вниз, уничтожая Мию. Когти на руках, подобные ручным клинкам рассекли тело Рю. И те же самое ручные клинки в виде пяти пальцев прошли по диагонали, вонзаясь и прорубая плоть Белла вместе с его боевым снаряжением. Погрузившуюся в землю дворфийку рвало кровью. Эльфийка начала брызгать кровью прямо во время уклонения несмотря на то, что удар по ней был простым взмахом когтей. Человек, который был искорежен пятью когтями, превратился в тряпичную куклу с красным платьем из крови. Это был воин, который обезумел от инстинктов, забыв о фехтовании, боевых приемах, технике и тактике. Жестокость, которую он направил на них, не принимала ни защиты, ни уклонений. Теперь это "Абсолютная атака". "Абсолютная защита" поменяла свое значение и превратилась в клыки, которые разрывали врага. Зрелище под названием слабые против сильного перестало быть битвой между авантюристами и зрители побледнели.

— Это….

Аирмид побледнела.

— Не может быть….

Губы Асфи дрогнули.

— Зверификация….! – Финн прищурил глаза.

Настоящий козырь ”Короля битв”.

— Но ведь должен быть предел тому, насколько свирепым и сильным он может стать!?.... Иначе это выходит за любые рамки.

Гермес и Локи, наблюдавшие за той же сценой в Вавилоне, не могли не закричать. зверификация. Это явление, имеющееся только у ограниченного числа рас среди зверолюдей, и оно является самой сутью боевого инстинкта. Как сказала Локи, освобождая скрытую в них звериную сущность и силу, они увеличивают свои физические способности. Наглядный пример - оборотни. Купаясь в лунном свете они обретают “Зверификацию” и получают такую силу, что говорят: “Ни одна другая раса не сможет соперничать с оборотнями под лунным светом".

— Нет… В отличие от нас, оборотней, “Зверификация” этого здоровяка не нуждается ни во времени, ни в месте.

Бете, стоящий позади Локи, выплюнул эти слова с ненавистью. Во время получения божественной благодати (фалны) Зверификация, которая является особенностью расы зверолюдей, тесно переплетается с навыками. Для того, чтобы перейти в звериное состояние, всегда есть какое-либо условие или же риск опасности. Однако триггер Зверификации в виде “навыка”, который есть у Оттара, вероятнее всего был активным. В отличие от оборотней, которые могли перейти в состояние “зверя” только ночью и под луной, он мог использовать “Звериификацию” днем и даже в подземелье. Бете, который наблюдал за сражением “Сильнейшего”, ясно видел это.

— Эффекты у других отбросов даже не могут сравниться с тем, что у этого борова. Зверификация этого дикого кабана не простое усиление…. Он настоящее чудовище.

Оборотень, который признал, что “Зверификация” Оттара равна или превосходит его собственную, искажает лицо вместе с татуировкой на щеке. Зверь, который отражался в зеркале, явно отличался от воина, которого они видели совсем недавно. Как ни странно, это было очень похоже на сцену, вызванную повышением уровня Харухиме. В то время как многие люди рухнули на землю, а город погрузился в состояние беспорядка, бледные авантюристы бормотали….

— Получается, нынешний “Сильнейший”...

— ….8 уровня.

Никто не стал этого утверждать. Ибо если это правда, то следить за нынешней битвой уже не будет смысла.

— О, гххххххххх!!! Воюй вечно, несокрушимый…. громовой генерал….!

Поддерживая дрожащее тело, Хедину удалось подняться, вытянув одну руку, пока Белла и остальных разбрасывали и кромсали на куски. Он призвал "магию" на максимальной силе, потеряв все самообладание на окровавленном лице.

— Вариан Хильд..........

Но было уже слишком поздно. Боаз, почувствовавший призыв молнии, тут же поднял к нему свой большой каменный кулак. В глазах Белла, Рю, Мии и Хедина, которые не могли стоять на ногах, появилось отчаяние. Мускулистая рука превращается в настоящий изогнутый клык и в следующий миг вонзается в землю.

— Уооооооооооооооооооооооооооооооооо!

Он опускается вниз. Очень большой и жестокий кулак снес все, что было на пути.

— ……………………………………..Он.

Отголоски хриплого голоса то ли Белла, то ли Хедина вырвались наружу. Центр колизея погрузился в яростный взрыв. Удар свирепого кабана, который создал много трещин и расколол землю, заставил ее издать мелодию разрушения. Ударное цунами, разлетевшееся во все стороны, поглотило, оттолкнуло и похоронило всех без исключения авантюристов под обломками. Внешние стены театра рассыпались, забывая свой первоначальный вид. Даже скалы, окаймляющие озеро, рушатся, изменяя рельеф острова. Самый сильный грохот этого дня охватил "Городские руины Орзы". Его кулак вырывается из множества каменных осколков, которые уже не являлись частями каменных плит.. В момент, когда пыль рассеялась, на виду остался лишь “зверь”, а безоблачное небо с жалостью смотрит на поле боя, где лежат неподвижные авантюристы, которые даже не шевелятся. Слабый и быстротечный солнечный свет дня уже вот-вот превратится в свет сумерек.

***

Солнце склоняется к западу, а земля дрожит. Сильная тряска покрыла все руины, заставив Бога Плутоса и Богиню Хатор выскочить из своих укрытий, но члены семей продолжали сражаться. Они обязательно должны победить противника перед ними.

— Хватит этого дерьма!!

— Н….!! Нет, я не остановлюсь ня-я! Я не проиграю своему брату!

Золотое копье без устали впивается в серебряное копье, пытающееся рассечь его пополам. Сколько бы раз она ни был ранена, сколько бы раз ни подвергалась оскорблениям, Аня без страха приближалась к нему. Вид настойчивой и неуклюжей сестры заставил его наполниться убийственным намерением и на этот раз он собирался раздавить ее, однако…

— Не пытайся уйти от меня, Аллен!

— Тц!! Хогни!

Темный разрез, пришедший сбоку, снова остановил его. Несмотря на то, что он смог избежать воздействия “аномальной магии”, вид темного эльфа, который наносил удар с еще не восстановленным от ран телом, будоражил сознание Аллена.

— Я же говорил не мешать мне! Прочь с дороги, чертов эльф!

— Нет уж, я продолжу тебе мешать. И одолею тебя. И к тому же…. Почему вместо того, чтобы кричать, ты просто не перепрыгнешь через нее, как делал это раньше?

Отдача от проклятого оружия мешала Хогни восстановить полные физические силы и обеим сторонам не хватало решающего фактора против друг друга, но даже так Хогни, который не мог скрыть своей усталости, показал необычную улыбку.

— Ты устал, Аллен? Наверное нет, дело в другом.

Хогни удалось устроить “встряску” благодаря упору на “ключевую точку”.

— С некоторых пор копье, которое ты направляешь на свою сестру, притупилось.

— !!!

— ….Что?

Больше всего эти слова затронули Аню, нежели Аллена. Кроме брата, который широко распахнул глаза, Аня застыла на месте в вялой позе.

— …. Не неси чепухи!!!

Скрыв гнев, который всего на секунду появился на его лице, Аллен тут же бросается на него, чтобы он больше никогда не заговорил. Видя приближающееся копье, лицо Хогни все еще сохраняло форму улыбки.

— Демонический меч, принеси вечное разрушение!

А затем он заканчивает ультракороткое пение, которое произносил перед этим. Лицо Аллена окрасилось удивлением. Уже изорванный воротник темного плаща идеально скрыл губы темного эльфа. А реакция человека-кота, который не мог видеть движение его губ, была смертельно запоздалой.

— Берн Дайн!

— Гххххххххх!?

На расстоянии, где уже неважно, могло ли долететь копье до своей цели или нет, взрывается огненное пламя, произведенное на близком расстоянии. Несмотря на то, что оно обладала очень коротким радиусом, магия, специализирующаяся на силе и способная уничтожить множество врагов в пределах своего диапазона без проблем сдувает легкое тело Аллена, отправляя его в полет по диагонали. Колесница, которая так и не получила ран, успев оттолкнуться ногой в последний момент, извергала темный дым.

— Смотри, кажется, я попал в самую точку. Кто бы мог подумать, что ты попадешься на такую простую провокацию?

Будь ты обыкновенным, то должен был избежать этого. Хогни равнодушно указывал на это.

— Старший брат…. Это правда…?

— Не показывай мне свое глупое лицо! Как ты могла поверить в это!?

Каждый раз, когда она слышала сердитый голос брата, ее тело тряслось и даже хвост сворачивался в клубок. Гнев Аллена, который ничем не отличался от того, что она помнила раньше заставлял ее вздрогнуть, но она все же крепко сжала руки на груди. Она была нерешительна и много раз колебалась перед тем, как открыть рот.

— Перед тем, как я пришла сюда… “Ванарганд” сказал мне-ня.

— …О чем ты….!

Посмотрев на своего брата, в котором смешивались гнев и замешательство, Аня вспомнила события, произошедшие несколько часов назад.

***

— Отпусти меня уже-ня! Старший брат и Сир уже бросили меня-ня! Им все равно, что случится со мной-ня!

Продолжая буйствовать и кричать, Аня находилась в отчаянном и эмоционально неуравновешенном состоянии. И словно действительно устав от нее, оборотень наконец скривил губы.

— Черт возьми, мне всем сердцем не хочется это признавать, но…. Этот дерьмовый кот очень похож на меня.

— Аа?

— Будь ты мне не нужна, то я просто убил бы тебя. Даже если ты бельмо на глазу и шумный червь.

— Но я….

Бете, который уже выразил бесполезность Ани, сказал следующие слова.

— Но раз он оставил тебя…. То это должно что-то значить.

Глаза Ани были широко раскрыты. Оборотень, который продолжал смотреть вперед и бежать договорил то, о чем думал. После этого он перестал отвечать на вопросы Ани.

***

— Старший брат… Ты ненавидишь меня-ня?

— Конечно ненавижу!

— Старший брат… Ты бросил меня только потому, что ненавидишь….?

— Что за бред ты несешь? Будто ты сама этого не понимаешь!!

— Тогда почему ты не убил меня-ня?

— !!!

Глаза Ани, которая отнюдь не была умна, дрожали и с жалким выражением лица она превратила свои душевные “почему” в слова.

— Ты всегда говоришь, что убьешь меня… Но почему не убил?

— !!

— Почему..?

На глаза Ани навернулись слезы, а гневный голос Аллена затих. Хогни, который до сих пор молча наблюдал за паузой между братом и сестрой, медленно перебил их.

— … Она права, Аллен.

Хогни решил рассказать ему о “главной точке”, к которой пришел сам.

— Если ты любишь, то просто не можешь от нее отказаться.

— ….

— Поэтому тебе придется ее ненавидеть.

Мгновение спустя чувства в сердце кота были обнажены. Широко раскрытые глаза двух зверолюдей встретились. Губы Аллена дрогнули. Но ни одного оскорбления не последовало. Все его лицо было наполнено эмоциями, которые уже невозможно описать всего одним словом “гнев” и он сделал шаг вперед к эльфу, который произнес этот бред.

— Прости… Аллен….

Прежде, чем он успел издать крик. И прежде, чем он успел наброситься на него. Хогни опускает взгляд и произносит настоящий “факт”.

— Ты сказал, что служение богине делает тебя сильнее, но… Ты стал слабее.

— !!!

Услышав эти неожиданные слова, Аллен потерял дар речи. Эльф, такой же авантюрист первого класса, как и он, продолжил свои слова со взглядом авантюриста, обладающего такой же силой.

— Хедин говорил то же самое, что и я. Помнишь….? Когда пришло время выбирать нового вице-капитана, Хедин просто отказался от этого поста и передал его тебе.

Это было много лет назад. В те времена, когда Аня все еще находилась в "Фольквангре". Хедин, который был назначен вице-капитаном, был непреклонен и навязывал этот пост Аллену.

— В то время Хедин понимал, что ты сильнее его… И отдал этот пост тебе. Его гордость не позволила бы слабому парню стоять на вершине Семьи.

— …!

— Однако…. Потеряв свою сестру, ты стал слабее… И без той, кого ты бы мог защитить…. Ты начал слабеть.

Он говорил не о статусе или уровне. Если бы речь шла о них, то Аллен уже давно превзошел прошлого себя. Хогни говорил о выдержке, духе и воле. Он намекал на то, что перед тем, как он бросил сестру и после этого была определенная разница.

— Вот почему Хедин сказал, что “разочарован”… Он был зол…. На то, что не должен был отдавать пост вице-капитана тебе.

Аллен был поражен фактом, которого не знал и даже не догадывался, А Аня была ошеломлена словами эльфа, который так долго молчал. Темный эльф, которого богиня умоляла ни о чем не говорить, пока он сам этого не заметит, склонил голову.

— Черт возьми….. Это чушь…. Ерунда…. Заткнись уже….

—- Я не могу, Аллен…. Больше невозможно этого отрицать.

Хогни выглядел очень виноватым, борясь с чувством самонаказания, но ведомый совестью, которая заставляла его хоть немного сочувствовать кошке, положил этому конец.

— Мы эинхерии, которые раскрываются только в бою, не думай этого отрицать.

На этот раз Аллен застыл вместе со временем. Это было доказательством, что как бы он ни ругался и не бушевал, Аллен никогда не сможет этого отрицать. Эинхерии никогда не пойдут на уступки в своей силе. И никогда не станут обманывать о ней. Это была откровенная оценка силы от “героя", который стоял рядом с ним плечом к плечу.

— Старший брат…..

Аня также это поняла. Она понимала, что не просто так ей удалось избежать смертельных ран в этом бою. Вероятнее всего, сам Аллен избегал этого. До того, как пришел Хогни, убойный удар, которым ее хотели вывести из строя, был направлен только на ее “правое плечо”. Это был не характерный ему удар, направленный в золотой наплечник, что значительно снижало его убойную силу. Только благодаря этому битва между братом и сестрой заходила так далеко.

— Я никчемный король, у которого никогда не было семьи….

Темный эльф, оставивший свою гордость на дне подземного мира, с усмешкой посмотрел вперед.

— Аллен, я думаю, что ты ведешь себя….. неправильно.

Подул ветер. Вместо звуков столкновения орудий между двумя зверолюдьми и эльфом пронесся влажный ветерок. Звук тишины, отрезанный от поля боя и ветер, который взъерошил их волосы, закрыв глаза кота.

Жил-был один кот. Его любовь к родственнику была неразрывно связана с ненавистью. Когда он был маленьким и слабым, погребенным в мире руин, он не мог сказать, сколько раз ему хотелось поднять руку на свою единственную младшую сестру. Не мог вспомнить, сколько раз сердце замирало от желания оттолкнуть и бросить ее. И все же, кот продолжал защищать свою сестру, которая была простой плаксой, неисправимой идиоткой, паршивой певицей и постоянным источником его раздражения. Потому-что его сестра продолжала напевать свою паршивую, потерянную, но не одинокую песню.

"— Я буду продолжать бороться за эту идиотку. Так что, пожалуйста, откажитесь от нее".

В тот момент, когда он был спасен богиней и прошел через “дни крещения", он оказался на развилке между двумя путями. Увидев свою сестру, которая чуть не погибла вместе с ним, кот впервые проклял собственную слабость. Он решил, что должен стать сильнее, и в то же время готов отказаться от своей любви.

— Пожалуйста, удалите ее из мира и поля битвы, где слабые не смогут выжить.

Потому что кот прекрасно все понимал. Когда он будет расплачиваться за спасение богиней, его медленная, глупая и нерасторопная сестра, которая следует за ним, обязательно когда-нибудь умрет. Кот понимал, что темный период не простит слабых и наивных. Понимал, что даже если эпоха "темных времен" пройдет, его сестра все равно не будет счастлива, если продолжит сражаться.

— Я тоже порву связь с этой идиоткой. Мне нужна только вы, богиня. Я обещаю вам это. Поэтому….

Хотя его привлекала божественность Фрейи, отношения, которые он хотел породить с ней, были “условные”. Он бросит сестру, а “она” приведет ее в таверну, где она сможет создать еще одну семью, место, где она сможет остановиться. Кот обещал быть преданным. Отдал все, что у него было, чтобы защитить сестру. Он превратился в "Колесницу". Как бы он ни ранил сестру, он решился быть одиноким и дальше оставаться “Колесницей Богини”, чтобы уберечь сестру от того, что приносит смерть и несчастье. Его ненависть и любовь были одинаковы что в прошлом, что сейчас. Аллен Фромель мог лишь молиться о счастье своей сестры, превращая свою любовь, в то что ненавидит.

— …..

Аллен поднял голову вверх. Лазурное небо было так прекрасно, что на глазах наворачивались слезы. Также он посмотрел и на жестокий свет красного неба, который приближался с западной стороны.

— Старший брат… Неужели ты всегда думал обо мне-ня..?

Из глаз Ани, которая была тронута истинными намерениями своего брата, неистово стекали слезы. Не разорванная связь и существование Семьи заставляют ее сердце замереть.

— Брат….! Я все еще хочу остаться семьей вместе с тобой! Вместе с Сир и остальными, вместе с моим братом…

Аня наклонилась вперед. А Аллен лишь вытянул свою левую руку, выставив ладонь.

— Достаточно.

— !!!

— Не говори.

Это не гневный крик. Это был тихий, искренний и добрый голос. Голос старшего брата, который заботился о своей сестре.

— Я не могу позволить богине исчезнуть.

— …! Но почему, брат!

— Потому что верность богине делает меня сильным. Мой контракт с ней делает меня сильнее.

Аня слезно взывала к непоколебимой воле старшего брата.

— Моя борьба не закончится, пока я не убью “Черного дракона”, который уничтожил нашу родину.

— !!!

— Пока этот “дракон” все еще здесь, твое счастье снова будет разрушено и…. Ты обязательно будешь следовать за мной, даже когда я пойду на край света.

Услышав реальную цель Аллена, Хогни и Аня были ошарашены. Аллен смотрел на сестру взглядом, в котором не было ни злости, ни ненависти. Справа золотой наплечник Ани, а слева серебряный наплечник Аллена. Их копья также имели золотой и серебряный цвет. Словно два зеркальных отражения. Левое и правое колесо Фромелей тянут колесницу с богиней вперед. Проклятье золота и серебра, заставляющее Аню бросаться в бой, узы железных цепей, которые невозможно разорвать, как бы Аллену этого ни хотелось.

— Чтобы защитить тебя, сестра моя, мне придется уничтожить твое колесо.

Появилось еще одно желание, которое он хотел от богини. Он подумал про очарование, власть красоты. Подумал о том, чтобы подарить своей глупой и неразумной сестре забвение о своем старшем брате так же, как все забыли о “Сир”, когда Орарио был в “клетке”. И когда богиня избавится от своего "хрупкого эго", она избавится от причины, по которой избегала того, чтобы очаровать его младшую сестру. Если это произойдет, желание когда нибудь услышать одну из её отстойных песен будет похоронено. Колесница Аллен решил переехать колесо Ани, которая теперь знала о его “любви". Поэтому богиня никогда не должна исчезнуть.

— Золотое колесо, серебряный ошейник.

И Аллен начал напевать песню колесницы.

— Пение!?

— Брат, ты поешь магию!?

Хогни был ошеломлен, а Аню захлестнуло волнение. Сестра не знала, что ее брат владел магией. Ведь эта магия проявилась только после расставания с ней. И к тому же Аллен никогда не пел это заклинание перед ней.

— Любовь из ненависти, иллюзия из краха, судьба предрешена. Исчезни, золотое колесо, пока колея не уничтожила тебя.

Ужасное заклинание, отражающее глубины его сердца, которые невозможно скрыть ненавистью и гневом. Настоящая правда о его чувствах к сестре.

— Эй…! Немедленно останови егоооооо!

— Аа!

Услышав резкий голос пришедшего в себя Хогни, Аня перестала колебаться и оттолкнулась ногой от земли. Ведь если все так и продолжится, она потеряет свою подругу Сир, а вместе с ней и своего брата Аллена. Видя эту по настоящему мощную магическую силу она с силой подавляет противоречие, которое не хотело наносить вред ее брату, чтобы не потерять его.

— Плеть славы, уста благосклонности, цена уже уплачена. Вращайся, серебряное колесо, пока не упадет эта шея.

Однако меч Хоги не мог попасть по нему. Копье Ани не могло его остановить. А он все продолжал петь и двигаться. Это были всего 2 параллельных действия. Просто-напросто ударяя ногой по земле, он отступал назад. И он продолжал повторять это. Ведь только от этого легкое тело Аллена отлетело на несколько сотен метров назад словно перышко, унесенное порывом ветра. Атаки и защиты не требовалось. Нужно лишь жалко убегать, пока заклинание не будет завершено. Ведь после окончания этой песни на поле боя не окажется ничего, кроме колеи.

— До той поры, пока после смерти, за дальними небесами, ты не услышишь песню о серебряном колесе - беги, неся божественную волю богини.

Последние три такта. Лица Ани и Хогни застывают, когда все их атаки лишь рассекают воздух и песнопение завершается. В следующий миг активировалась самая быстрая атака колесницы.

— Гранелизе Фромель.

Взметнувшееся тело Аллена облачилось в бледно-серебряный свет.

— Гхаааааааааааааа.

Поток света, который вероятно, не смогут остановить ни рубящие удары, ни магия, отшвырнул Хогни, отправив его в полет. Супер-скорость. Постепенное ускорение. Чем больше он бежал, тем сильнее ускорялся. Словно колесо, словно колесница, несущаяся по полю боя, “Вана Фрейя” буквально проносится во всех направлениях.

— Старший братттттттттттттттттттттттттттттттттт!?

Даже Аня была отброшена и получила урон, но движение Аллена все ещё не прекращалось. В тот самый момент, когда тело Хогни превратилось в тряпичную куклу после одного удара, он перебегает на другое поле битвы.

— Что!?

— Кто это!?

— Ня!? Немедленно убегайте!!!

Вспышка света пролетела сквозь Айшу и остальных, вступивших в схватку с Альфриггом. Даже Аллен не мог контролировать собственной скорости и двигался по извилистой траектории, как длинная ось сидящего дракона, которая мгновенно превращается в колею. Быстрый ход колесницы, который безжалостно поглощал авантюристов, не позволял спастись, не говоря уже о уклонении. Большое подао Айши разбилось вдребезги и она врезается в стену одного из храмов;.Микото и Наза так же, как Хогни были отправлены в полет высоко в небо, а Руноа и Хлоя снесло силой потока.

— Аллен, Ты….!?

И даже Альфригг был подхвачен и втянут полосой света вместе с тремя братьями, которые лишились сознания. Гралинезе Фромель. Это единственная магия Аллена, которая является “сверх усилением” скорости и преобразованием этой самой скорости в силу. Другими словами, чем больше ускоряется Аллен, тем большее возрастает разрушительная сила. Верхнего предела нет. Теоретически, пока скорость Аллена растет, сила его штормового рывка будет наполняться неисчерпаемой мощью. Облаченный в свою броню из света, Аллен способен снести все на своем пути. Это настоящая колесница, способная переехать даже Босса этажа.

— Чтоооооооо!?

— Гхаааааааааааааааааак!?

Цветок на груди Миаха рассыпается сразу после того, как возле него проехалась колесница и он был отправлен в полет также как Лили. Хрустальный окулус выпадает из руки девушки, трескаясь от инерции удара. Наступление, которое толком не могли разглядеть, сметает все препятствия на пути. Все, через что прошел Аллен, превратилось в колею, в которой утонули все руины и обломки.

****

С запада надвигались сумерки. Небо над головой, все еще имеющее голубоватый оттенок, совсем скоро окрасится в красный цвет. Цвет конца. Для воинов “Фольквангра” подобный красный свет всегда ознаменовал окончание битвы. Оттар поднял огромный темный меч, лежащий у его ног и медленно посмотрел на запад. На холме, где возвышался “Дом богов”, проявлялся сумеречный свет.

— ….

— …Ах…..

В полностью разрушенном колизее стоял только Оттар. Погребенные под обломками эльфы, дворфийка и человек двигали телами, словно вспоминая как дышать или же насекомые, которые были перевернуты на спину. Такой исход ознаменовал конец. Именно так думал безэмоциональный боаз.

— …. Кха….Ах….аа..!

Издав звериный рев, кто-то поднялся из-под обломков. Его длинные золотистые волосы покрыты пылью и грязью. Лицо в крови и шрамах не оставило и следа от его былой красоты. Лишь его красно-коралловые глаза продолжали цепляться за свет, но казалось, что даже они могут угаснуть в любой момент.

— Хедин…

Эльф, едва державшийся на ногах, много раз находящийся на грани потери сознания, делает несколько неуверенных шагов и вглядывается в боаза, который смотрел на него сверху вниз.

— Это то, чего ты добивался?

Эти слова были провокацией. Но губы Хедина скривились в едва заметную улыбку.

— Ну…… А как это должно выглядеть….. с твоей стороны?...

— По крайней мере не так, как с твоей.

Все еще находясь в звероподобном состоянии, где его глаза остаются искаженными, он отвечает грубым, но сохранившим рассудок голосом.

— Если бы ты заботился об эффективности, то мог бы зайти дальше и выиграть эту битву.

— Хах..! Выиграть. В битве…!

С ухмыляющихся губ капала кровь.

— Это всего лишь глупая военная игра… ! После того, как я решился на предательство, это уже могло бы значить конец…. Все что было нужно, так это уничтожить "её" цветок.

Это была абсолютная правда. Когда главный лагерь был разрушен, Хедину оставалось лишь войти в “Дом Богов” и забрать цветок Фрейи. После этого военная игра, которая получила грандиозное название “Война Семей”, закончилась бы без особых проблем.

— Но в этом…. Нет никакого смысла…! Все будет зря!

— ….

— Это не то, чего я добиваюсь.

Его слова начали накаляться, его дух оттолкнул пределы израненного тела и превзошел их.

— В прошлый раз я был освобожден от обязанностей “короля” ее рукой! Значит, в этот раз именно я должен сместить ее с престола королевы!

Оттар безмолвно слушал его монолог.

— Необходимо освободить ее от “ярма” богини.

Хедин мог догадываться о том, что творится в сердце богини, но не мог понять этого, как ее помощница Хелун. И все же его сердце, которое было отдано своей королеве, знало о несчастье богини. Он видел улыбку “девушки” и уже знал, каково ее “истинное желание”. Эти крики не могли достичь богиню, сидящую на троне. Но те, кому еще предстоит подняться, проникаются его волей.

— Ты и остальные догадывались об этом! О лице богини, которая искала любви, но лишь мучилась от нее!

Это произошло в божественной комнате. Маска потерянной в любви богини, которая безмолвно смотрела на украшение для волос в виде духа. Пальцы дворфийки впились в каменные щепки.

— Ты и остальные понимали это! Хоть она и отказалась от всего, кроме любви, она продолжает страдать в образе простой девушки.

Мальчик слышал это. Чувства девушки, которая хотела лишь сердца мальчика, но при этом тащила за собой узы изобилия. Послышался треск и рука эльфийки схватила деревянный меч.

— Вы осознавали это!! Осознавали, что ее щеки все еще мокрые от слез.

Это был последний стимул. Кулаки мальчика дрожали, словно языки пламени.

— Эй, если ты все еще в сознании, то как можешь проиграть!? Если проиграешь эту битву, то ее слезы не прекратятся до конца твоих дней!! Одиночество от победы даст ей ненужную любовь, и она навсегда останется богиней!

Громкие слова сотрясают окрестности снова и снова, поражая их сердца. Они укрепляли их ноги, которые пытались крепко удержать тело.

— В таком случае!! Ты должен лично вымазать ее лицо грязью. Должен заставить ее отказаться от статуса благородной богини.

— … Даже если Фрейя-сама не одобрит этот поступок?

— Чего стоит вассал, который не способен услужить госпоже свою преданность!!! Если он не готов к праведной ненависти, то что это за член Семьи?

И тогда он сказал.

— Такова моя “преданность” ей.

Именно по этой причине он верный рыцарь - Хедин Селланд. Тот, кто обладает глупой волей, способной направить острие меча против богини, неся клеймо грешника на спине. И все ради нее.

— Поэтому…

Он очень эгоистичен, самодоволен и вдохновлен благородным грехом. Эльфийка поднимается. Дворфийка отрывает свое тело от земли. Три пары глаз смотрели на “стену” на своем пути.

— Ты должен исчезнуть.

— Вы должны исчезнуть.

— Ты должен освободить путь.

Воля Хедина, воля Рю и воля к борьбе Мии пронзили Оттара.

— …Ты.. Проиграешь…!

Наконец, поднялся и мальчик.

— Я пойду к Сир…!

Воины, которые стояли рядом с ним. Воины, которые продолжают бороться. Глядя на души, которые запечатлела Богиня, Оттар прищурил глаза.

— Несмотря на то, что богиня одарила вас своей благосклонностью, вы отказываетесь и сопротивляетесь…

Он смотрел не только на мальчика, но и на тех, кого любила богиня.

— Хорошо, начнем.

Держа наготове свой огромный меч, он еще раз взглянул на них своими звериными зрачками. Это была последняя схватка, она и объявит конец битвы. Шансов на победу нет. Выхода также не было. Но как бы то ни было, авантюристы это те, кто не сдаются и продолжают бороться за спасительный свет. Именно поэтому “Золотое сияние” неизбежно найдет тех, кто поднялся на ноги.

— УЧИДЕНОКОЗУЧИ-ТАНЦУЙ!

Лисьи хвосты, которые превратились в шары из света, опустились с неба и окутали Хедина, Рю и Мию. А в изумленных глазах группы тут же отразилось появление незваного гостя.

— Белл! Эльфийка!

— Богиня-сама!?

Из пролома внешней стены, которая была уничтожена взрывом, вылезла облитая потом Гестия. Позади нее на обломках с юго-западной стороны стоит Харухиме, которая использовала свою магию. Следуя указаниями Лили, две девушки с трудом добрались до Белла и остальных.

— Белл, открой свою спину!

— Чт….!

— Я сделаю последнее обновление статуса! Превращу полученную тобой экселию в твою силу!

Громко вскрикнула Гестия, прижимаясь к запаниковавшему Беллу.

— Я слышала твои слова! Ты ведь собираешься победить этого самого “Сильнейшего”, разве не так!?

— !!

— Ты ведь хочешь пойти к ней! К той Девушке-Фрейе!!

Белл с широко открытыми веками энергично кивнул в ответ. Оглянувшись, он заметил лица Рю и Мии, которые с улыбкой поглядывали на него сбоку.

— Мы подождем тебя, Белл.

— Я собираюсь пошуметь здесь!

А Хедин даже не взглянул на него. Но за его спиной раздались слова.

— Поторопись и иди сюда. Глупый кролик.

— …Да!!

Белл поверил словам Хедина и остальных и опустился на одно колено. Тело мальчика, потерявшее броню и покрытая свежими ранами спина заставили Гестию посинеть. Но длилось это лишь мгновение, после чего она быстро применила свою божественную кровь, чтобы сделать “Обновление статуса”. Оставив мальчика, авантюристы и “зверь” превратили разрушенный колизей в “поле битвы”.

— Уоооооооооооооооооооооооооооооооо!

Первый удар был за Оттаром. Уклоняясь от взметнувшегося в высь темного меча, Рю и остальные разбегаются, рассредотачиваясь в трех направлениях.

(Мы можем ответить на атаку! Но…)

(С этим светом повышения уровня я становлюсь похожа на чертовски резкую лошадь! Если не быть осторожной, меня тут же захлестнет возросший статус.)

(Но даже так, если мы не сможем контролировать это, то победы не будет!!)

В отличие от Рю, которая имела опыт во время инцидента с ксеносами, Мия и Хедин, впервые испытавшие “псевдо-повышение”, были немного удивлены дрожью от резко возросшего статуса 7 уровня. Лишь благодаря их ментальным силам они перехватывают контроль в свои руки и атакуют “сильнейшего” с трех сторон, используя тактику.

— Миссия завершена, баланс восстановлен.

Рю выбрала воздушный бой. Без крыльев её свобода была бы ограничена, поэтому она без страха проносится над головой Оттара, мешая его видимости. Рю хотела получить контроль над воздухом. Она задумала провести “клещевую атаку” с воздуха и земли. Подобно фее, летящей на сияющих крыльях, она разделяла зрение Оттара между небом и землей, и смело обрушила своей звездный меч сверху вниз. Однако, столь резкий удар "падающей кометы" лишь раздражал Оттара. Без труд защищаясь и уклоняясь, он раздраженно сверкает своим темным мечом, заставляя вздрогнувшую Рю в полной мере воспользоваться своим орудием “Кодачи Футаба”, проскользнув над ударом противника. Затем, разлетелось огромное количество искр и несмотря на то, что удар, казалось бы, расплющил ее тело, она смогла отклониться от него с помощью своего статуса 7 уровня.

— Эй, куда ты смотришь, кретин!

И, конечно же, в ход вступила Мия, которая была наземным бойцом, противоположным Рю.

Она не позволила преследовать эльфийку, которую он ударил и нанесла мощный удар лопатой в бок. Оттар защищается и от этого. Он попытался сокрушить Мию в лобой атаке, но вновь оживший звездный меч сверху мешает ему это сделать. Разделив зрение врага на небо и землю, они замедляют скорость его реакции и предотвращают их сокрушение. Мия, поняв намерения Рю, сыграла роль мощного авангарда и принимала на себя силу “зверя”.

— Правосудие свершилось! - Реа Вандемия!

То, что использовала Рю, было магией полного восстановления, которая была унаследована от единственный целительницы в Семье Астреи - Марью. Магия, которой обладала Рю, Ноа Хилл, была очень эффективна, но не давала немедленного эффекта, а к тому же могла быть направлена только на одного. По этим причинам Рю решила положиться на силу, которая способна исцелить всех. Фиолетовые частицы звезд направились даже к Беллу, который все еще обновлял статус и исцелили раны на его коже.

— А ты заботлива, Рю!

Боль стихла и Мия, которая набралась сил, наносит еще один мощный удар. Неподалеку от нее стоял Хедин, который точным взглядом смотрел на шахматную доску в виде поля боя.

— Даже если нам удалось залечить раны, ментальные силы на исходе! Мы не можем затягивать игру надолго!

Хедин взял роль универсального полузащитника. Концентрация на позиции "поддержки" больше не имел смысла ведь из-за нехватки рук, "разъяренный кабан" вытеснит их, даже когда они находятся в усиленном состоянии. Он наносит удар длинным мечом “Ромфеей”, который не уступал по мощности удару первоклассному "авангарда" и полосует Оттара. Он также решительно наносит магические удары на любом расстоянии, активно заполняя брешь между Рю и Мией. Он в полной мере балансирует между ролями "Универсального полузащитника” и “Магического мечника”. Его лицо, которое потеряло очки, больше не было лицом мага поддержки, а лицом настоящего воина, и вместе с Мией и остальными он продолжал атаковать Оттара.

— Уоооооооооооооооооооооооооооооо!!

С другой стороны Оттар, сменивший “Абсолютную защиту” на “Абсолютную атаку”, только и жаждал столкновения. Отдавшись проявлению звериной натуры, но при этом сохранив разумность воина, он вступил в смертельную схватку. Охота не доставляла ему удовольствия. Он будет сражаться с авантюристами, которые горят боевым духом и издают рев слабых. Абсолютную атаку, которую нельзя обойти уклонением или защитой, удалось преодолеть благодаря тактике, опыту и мгновенной проницательности. Если они осознают, что следующий их шаг принесет им верную гибель, они просто не совершат его. Благодаря магии им удалось содрать “Абсолютную” броню. Теперь атаки с трех направлений с целью сместить дистанцию и сорвать прицел закончились нанесением удара. Потерпев всего одно поражение авантюристы адаптировались, став умнее и сильнее.

А нечестная техника в виде повышения уровня в качестве попутного ветра перемен создала соперничество в бою.

— …Удивительно, - Пробормотал Белл, увидев это.

Вид авантюристов, которые стояли далеко на вершине в отличие от мальчика, который совсем недавно достиг 5 уровня, ошеломил его.

— Все не так уж и плохо! Скоро ты тоже присоединишься к ним.

— Богиня…

— Ты собираешься стоять бок о бок с такими удивительными авантюристами, так что…

Позади Белла, который стоял на коленях, Гестия продолжала чертить “священные иероглифы”. В ситуации, где промедление недопустимо, она обливается большими каплями пота, заставляя плясать светящиеся буквы и начиная писать историю о приключении, которое вот-вот начнется.

Белл Кранелл.

Уровень 5.

Сила: I 41 → G 222 Выносливость: I 39 → F 340 Ловкость: I 49 → G 245 Скорость: I 77 → F 311 Магия: I 4 → I 98

Удача: F Аномальное сопротивление: G Побег: G Цепная атака: I

Полная сумма возросших характеристик превышает 999. Огромный рост всего за 1 битву. Но этого недостаточно. Совсем недостаточно. Даже с таким уровнем роста вершина под названием “Сильнейший” была безнадежно недосягаема.

— Вот почему… Не проиграй, Белл!

Богиня встряхнула собственное сердце, как и сердце мальчика, проговорив.

— Ты должен победить, Белл!

— ДА!

Белл энергично поднялся на ноги. Божественный клинок в его руке принял рост своего владельца и засветился сиянием от собственной силы.

— Пожалуйста, Белл-сама, одержите победу!

Золотоволосая лисица улыбнулась и протянула мальчику последний оставшийся у нее хвост. Это было резкое и принудительное повышение статуса всего на 20 минут. Даже если Харухиме погрузится в глубокий сон, чудо золотого света не прекратится. Поэтому девушка, окруженная обжигающими глаз частицами света и использовавшая все свои силы, медленно рухнула на спину, теряя сознание. Но она также успела пожелать удачи мальчику.

— Я иду!

Мальчик оттолкнулся от земли и направился вперед под наблюдением богини, которая держала на руках потерявшую сознание девушку. Охваченный голосами всех жителей города, которые он ни за что не сможет услышать, он бросается на поле битвы.

— Хааааааааааааааааааааааааааааааа!!

Приближался истинный конец. Боевое поле “Фольквангр” вместило в себя всех, кто мог сражаться и издало рев. Даже жители Орарио, находившиеся за горами, обратили оставшиеся силы в аплодисменты авантюристам, бросая вызов “вершине неба”. Началась яростная атака и оборона. Пламя и гром, яркие белые и черные вспышки рубящих атак. Когда песнь справедливости подходит к концу, звездный меч облачается в алые лепестки и звездная пыль, окутанная зеленым ветром, падает словно дождь, множество громовых солдат атакует по команде, а наземный авангард, присоединившийся к боевой линии, приходит в атаку. Все это создает трещину в темном мече. Во главе с королем, управляющим молниями, четыре союзника переплетаются в поток силы и скорости, который атакует со всех сторон. Но несмотря на это свирепый кабан, который противостоял им, был непоколебим. Не важно, насколько кролик обнажит клыки, не важно, сколько будут петь эльфы, независимо от того, сколько мощи приложит дворфийка, “Король битв” продолжит оставаться на вершине. Он взмахивает своим темным мечом, словно глядя на землю сверху вниз, превращает свое тело в щит и вырисовывает слово “Сильнейший” брызгами своей кипящей крови.

— Один уровень 6…! Три уровня 7!!!

Прокричала Асфи, смотря в зеркало и потеряв свое обыкновенное спокойствие. Непревзойденная мощь. Такого состава было бы достаточно, чтобы легко прорываться через глубокие этажи подземелья. Не было ничего, что нельзя победить.

— И все же...

— Им не победитттттттть!!

В этот момент горестный крик Эйны, находившейся в штаб-квартире Гильдии и крик Ибри в переднем дворе накладываются друг на друга. Авантюрист псевдо-6 уровня пущен в ход. Финальный рывок с добавлением безумного белого кролика с возросшей скоростью должен быть совершен. Но даже при этом оплот “Сильнейшего” не рухнул.

— Мо-су!! Как его можно победить!?

— Откуда мне знать!

Кричала старшая сестра, пытаясь заткнуть младшую сестру Тиону, которая продолжала кричать.

— Лазейка есть!

— Зверификация Оттара не непобедима!

Гарет и Риверия кричали об одной единственный лазейке, сосредоточив взгляд на одной сцене.

— Такой мудрый генерал, как Хедин, должен понять! Продолжайте атаку!

Финн, который сбросил маску лидера, выкрикивает ответы, не поддерживая образ “Храбреца”.

— Только вперед!!

Айз сжала дрожащие руки на груди.

— Победите!

Светловолосая и светлоглазая девушка пожелала о таком исходе глядя на мальчика, покрытого шрамами.

— Не проиграй!

Крикнула девушка-эльф, покачивая своими короткими волосами. Люди, дворфы и амазонки один за другим поднимали свои голоса, создавая огромную звуковую волну. Голоса хрипели, они подбадривали их, сжимая поднятые кулаки.

— УОООООООООООООООООООООО!!

Но рев дикого кабана отвергал все их мольбы. Это был рев, не допускающий никакой надежды. Народ бледнел, теряя дар речи. Поддержать мужчину было некому. И даже если кто-то найдется, то их голоса будут негромкими и слабыми. Однако даже на таком одиноком поле битвы “Сильнейший” на мгновение улыбнулся призрачной улыбкой.

— ….

Услышав пронзительный рев, Фрейя впервые встает со своего трона. Богиня красоты, не имеющая возможности использовать ни божественное зеркало, ни окулус, не имела возможности быстро охватить детали поля боя. Однако услышав этот рев “зверя”, который до сих пор отдавался отголосками, она понимала, что ее последователь продолжает поддерживать “Зверификацию”

— … Остановись, Оттар.

Это был один из двух навыков Оттара - Вана Аргантура. Как и заметил оборотень Бете, он связан с “Зверификацией” с активным триггером. Он способен призвать мощное усиление “способностей”, включая развитые способности и наделить такой силой, что ее можно принять за повышение уровня. Однако есть и недостаток. С каждой активацией навыка происходит сильное снижение физических и ментальных сил. Чем дольше пользователь находится в состоянии “Зверификации”, тем больше будет износ тела, который не может быть восстановлен полностью даже при наличии развитых способностей к восстановлению. В этом и было отличии от “Зверификации” оборотней, которые способны облачаться в “зверя” безо всякого риска, пока они в досягаемости лунного света.

— Немедленно прекрати, Оттар!

Если все будет продолжаться в подобном духе, то в конце концов он лишится сил. Пока этого не произошло, ему следует вернуться и восстановить силы. Одна из стен давно рухнула и Фрейя начала кричать, зная, что не сможет дотянуться до колизея на северо-западе.

— Эй, Эй….! Ауууууууууууу!

Оттар, который продолжал сражаться, принес извинения Богине внутри своего сердца. Сейчас он уже не мог послушаться божественной воли, которая должна беспокоить его. Воин со звериными зрачками взревел, словно говоря, что не может отвернуться от воли тех, кто пытался победить его.

— Гух-ух-ух-ух!

Лица Белла и остальных исказила дрожь, когда свирепость противника возросла еще больше. Воин перед ними был ранен, как и они сами. Глубокий урон, нанесенный перед "звериным превращением", все еще оставался на его теле, и даже сейчас, имея дело с авантюристами псевдо-7 уровня, такими как Мия и остальные, он не мог остаться невредимым. Его стальное тело определенно загнано в угол. Но тем не менее, он не падал. Как в кошмарном сне, он продолжает наносить удары, рассекающие все вокруг. Мальчик, на которого оказывали давление, был в ужасе. Но несмотря на это он был полон решимости, не желая проигрывать. Он наносит удар во всю силу. Но противник легко отражает его специальную атаку, которая сейчас срубила бы даже гиганта с дубиной в руках.

(Он чудовище…)

Перед ним стоял настоящий воин. Он пережил эпоху Зевса и Геры, как никто другой искупался в "грязи и унижениях" и вот-вот раздавит их благодаря силе, которую он получил, никогда не сдаваясь. Даже когтей на его руках будет достаточно чтобы перерезать ему горло. Именно его можно назвать проигравшим, который стал победителем. Даже несмотря на все приложенные усилия, он не мог победить его. Нет, даже если он выйдет за пределы, он не сможет его победить. Мальчик почувствовал самый глубокий страх из всех, что он испытывал за всю свою короткую жизнь, когда предстал перед существом, которое издавало рев, пускало слюни вперемешку с пузырьками крови и пыталось сожрать его и его товарищей.

(Но даже так!!)

Все приемы были использованы. Тактика, разумеется, была бесполезна. Все способности уступали противнику. Теперь, когда все условия для поражения были созданы, единственным оружием Белла Кранелла оставалась его воля.

(Сир, я ведь!!!!!)

Он вспомнил девушку, которая, как говорят, уже умерла. Она та, кто всегда поддерживала его и помогала ему, а он тот, кто решил причинить ей боль, а затем спасти собственными руками. Накапливая этот никчемным эгоизм и превращая в бесконечную волю к борьбе, он преобразует ее в решающий удар. Хакуген взмахивает. Внутри пылало громовое пламя. Словно для того, чтобы изгнать страх, он сжигает все свое тело в решимости.

— Я обещал, что спасу ее!

Кинжал Гестии выпускает фиолетовую полосу, нанося удар по верхней части меча Оттара.

— .....!!!

Хедин, который все еще пытался отдышаться, видел это. Он не мог перестать потеть, что было очень неприятно. Ментальное истощение, которое он не испытывал уже несколько десятилетий, неминуемо приближалось. Начиная с уничтожения отряда “андхримнир” он использовал магию больше, чем кто-либо другой и Хедин, который мог похвастаться самым большим количеством ментальных сил, вот-вот истощится. Хедин понял, что скоро он станет бесполезным и повернул взгляд. Он увидел фигуру мальчика, грязного и израненного, который до тошноты наивен и неприглядно глуп настолько, что продолжает сражаться. Хедин не обладал глазами Богини и не знал о цвете его души. Он не знал, что означает его сияние. Но он понимал, что источник такого искреннего крика был прозрачным.

— Неприятно…. Ты оставляешь мой рассудок…!

Несмотря на то, что он был слабее, чем кто-либо другой в этой группе, его желание бороться с “Сильнейшим” было выше, чем у кого-либо. Рю и Мия также следовали за ними. Вид его израненной и покрытой шрамами спины притягивал авантюристов к себе. Сцена напоминала корабль, плывущий по самому великому и героическому морю.

(Этот глупец…. Ни за что не выберет роль “Одра”)

Нет, дело не в выборе. Если бы он уже выбрал эту роль, то все бы не зашло так далеко. Но именно потому, что он отказался от этой роли, он был единственным, кто мог привести ее к осознанию. Это будет слишком невыносимо, настолько, что может дойти до ненависти. Но все же. Он глупый мальчишка, но вместе с этим и героический дурак, который спасет “ее”, как и надеялся Хедин.

— Хорошо… Я признаю.

Хедин рассмеялся. Рассмеялся в такой обстановке и месте, где люди, авантюристы и боги ни за что это не увидят.

— …!! Хедин, уходи!

Но тут же вздрагивает, когда слышит крик Мии. Тем, кто приближался к нему, был никто иной, как дикий зверь. Оттар прорвался через авангард чтобы первым, кого он сокрушит был Хедин, который достиг предела своих возможностей.

— Воюй вечно, несокрушимый громовой генерал.

Но этого и следовало ожидать. Хедин знал, что Оттар не упустит возможности уничтожить “бесполезного” его и быстро сплел ультракороткое заклинание.

— Вариан Хильдр!

Громовая магия была выпущена с очень близкого расстояния. Из-за использования Хедином себя в качестве приманки охотник попадается на громовую молнию, от которой не сможет увернутся.

— Прямое попадание.

— Сработало!!!

Услышав голос Рю, которая наблюдала за происходящим, на лице Белла появилась улыбка и он крикнул от радости.

— ….

А время вокруг Хедина замерло. Окутанный мутным потоком электричества, захлестнувшим его, перед ним возник удар кабана.

— ОООООООООООООООООООООООУ.

Оттар, который прорвался сквозь магическую атаку, нанес ужасающий удар. А Хедин, который почти с божественной скоростью горизонтально прикрылся своей “Ромфеей”, был прорублен вместе со своим орудием.

— Гаххххххх……!!

Смертельное попадание. Это была диагональная рваная рана, которую смогла выдержать дворфийка Мия, но не смог выдержать Хедин. Эльф, чья спина впилась землю, не верил, что мог истекать таким количеством свежей крови, а затем увидел “зверя”, который собирался нанести уже второй рубящий удар.

— Мастерррр!!

Силуэт Белла превратился в свет. Несмотря на весь риск он рванул со всей своей скоростью, вытягивая руку помощи, чтобы спасти упавшего. И первым, что коснулось плеча Хедина был не опущенный меч, а кончики пальцев мальчика.

— …………………………….!?

Удар меча, который не смог зацепить эльфа, удар, похожий на взрыв, сотрясал слух. Удар зацепил и самого Белла, который оттолкнул Хедина.

— Белл!

— Хедин!!!!

— Белл-кун!

Голоса Рю, Мии и Гестии затерялись за толщиной поднявшейся пыли и взрыва. Белл, который несколько раз перекатывался по разрушенному колизею, поднимается на ноги, держась за голову, в ушах которой все еще стоял звон, осматривается во всех четырех направлениях, потеряв местоположение Хедина.

— Кх….. Мастер! Мастерр!

Он был растерян, будто потерявшийся ребенок и множество раз передвигал тело, пока пыль не рассеялась первой. В центре его зрения спокойно стоял боаз. Рю и Мия находились в левых и правых концах колизея, а Гестия и Харухиме были позади них. Они кричали, но он не мог их услышать. Не мог он и игнорировать взгляд “зверя”, который был направлено прямо на него, но даже в этом случае, пытаясь проверить безопасность Хедина, ему удается обернуться назад, где он наконец замечает его.

— Смотри вперед….

— …

В мире, где не звучали звуки, послышались единственные отчетливые слова.

— Иди и спаси ее…!

Дрожащая рука касается спины Белла так, словно в ней не было сил наказывать его. Голос, который в любой момент мог сорваться, напевает “пение”, которое он прокручивает в своей голове.

— Давай петь вечно…. Несокрушимая святая дева….!

Затем он произносит магическое заклинание.

— Лаурус Хильдр….!

Удар. Молния. Восстановление. Белл, который был подпален громовым светом понимал, что эти ощущения отличались от тех, что он чувствовал в прошлом. Он был наделен магическим зачарованием от которого все его тело окуталось в броню из молнии. Это был “Лаурус Хильдр”. Третья и последняя магия Хедина. Редкая магия, которая исцеляет раны субъекта, на котором ее используют, подобно святому целителю, который дарует благословение молнии. Ее главная особенность в том, что она не может быть использована на самом заклинателе Хедине, а дается лишь тем, кого признает горделивый эльф.

Сила, доверенная ему за счет последних ментальных сил белого эльфа заставила Белла до предела раскрыть глаза.

— Вперед… Глупый ученик.

— ………… А!!

Он почувствовал сильный жар. Эмоции, застывшие в груди и голове мгновенно стряхиваются благодаря молниям, которые защищают все его тело. Слезы не проливались. И он даже не оглядывался на поверженного мастера позади. Ладонь, которая подтолкнула его в спину, посылала его идти до конца. Мальчик превратился в настоящего “Громовержца”.

— Хаааааааааааааааааааааааа!!

[[image:/storage/reader-images/5f7449e951a2e3a3cd28aca3042e02e324d95174.png]]
Он прорвался. В один миг расстояние между ним и “Сильнейшим”, который стоял перед ним исчезло, а его двойные громовые клинки сверкнули светом.

– Ха!?

– Уах!!

Оттар тут же использовал большой темный меч в качестве щита, чтобы прикрыться от моря громовых атак, которые были нанесены на полной скорости. А после этого родились огромные вспышки грома и молний. А вместе с этим и необыкновенная “скорость”. Белл, постоянно оставляющий искры электрических разрядов превратился в само воплощение молнии и атаковал Оттара со скоростью, которая превышала даже скорость Рю, ставшей псевдо-уровня 7. Это была яростная атака белого кролика, Кроличий натиск - “Раика Хильдр”. Громовой след наполнял ярко-белый и фиолетово-синий блеск ярким сиянием. Происходила серия яростных рубящих ударов. Непрерывные удары левой и правой руки со скоростью, при которой они превращались в разводы, мгновенно порождают 44 рубящих удара. Однако “Король битв”, который смог защититься даже от этого понимает, что решение выбрать “Абсолютную защиту” было ошибочным.

– Гха, ооооооооооооо…!?

Ведь он был поражен электрический током. Молния, заключенная в его рубящих атаках продолжала пронзать огромное тело Оттара даже через его черный меч, который был выставлен для защиты. Особенность последней магии эльфа Хедина, о которой не знал ни один член Семьи Фрейи, а лишь их Богиня-покровительница, заключалась не только в скорости, но в “мощи”, а также “проникающей силе”. “Наихудший состояние” Хедина, которое произошло в обмен на все оставшиеся в нем ментальные силы могло похвастаться мощностью, заметно отличающейся от обычных магических зачарований, а также обеспечить мощную защиту “субъекта”. Это была громовая броня, которая специализировалась на атаке и скорости и была равна или сильнее, чем “Ариэль”, броня ветровая броня Аис

— Ай, каждый раз, когда Белл атакует, все становится слишком светлым, я не могу ничего увидеть…..!

Первоклассные авантюристы в виде Мии и Рю, которые обладали выдающимися зрительными способностями, могли видеть все без каких-либо ошибок, а юной богине Гестии приходилось прикрывать лицо руками, отчаянно пытаясь подсмотреть хоть что-то. Один взмах, окутанный молнией, был эквивалентен по мощи одной сфере громового солдата “Карус Хильдра” . Даже если Оттар попытается уклониться, в сочетании со “скоростью” Белла они превращаются в косу из молний, которая блокирует отступление.

(Они стали выше! Как скорость передвижения, так и скорость атаки выросли! Скорость реакции также повысилась! Я могу ясно видеть движения Оттара!)

Почувствовав силу магии своего мастера, Лаурус Хильдр, которая воздействовала не только на скорость действий, но и на увеличение функций восприятия, Белла охватило чувство всемогущества, отличное от повышения уровня. Его тело уже полностью восстановилось. Извивающиеся гром, дарованный святым благословением возвращает миру былой цвет и звук. Поле зрения, окутанное брызгами электрических разрядов, было ослепительно ярким. Казалось, что Белл может чувствовать присутствие Хедина рядом с собой, и его дух вышел за пределы громового раската. В таком случае, теперь он может двигаться в любом направлении. Сможет победить любого врага. Нет, он должен победить. Вместе с ревущим громом вокруг, Белл поднял яростный крик.

— Хааааааааааааааааааааааааааааааааа!

Он направился по смелому пути, словно бушующая громовая волна. “Хакуген” и “Кинжал Гестии“, ставшие громовыми клинками, увеличили свой радиус действия до размеров одноручного меча. Лихорадочное напряжение города достигло своего апогея, когда пред ними предстала фигура “Рыцаря громового меча” из сказки о героях.

— Ты можешь! - Вскрикнула Айз при виде пробудившегося Белла.

— Смелее!

Эйна искренне желала уверенности для мальчика, который бежал к победе.

— Братец Беллллллллллллллллллллллллллллл!

Видя образ идущего вперед начинающего “Героя” в его спине, сирота Лай и его друзья начали подбадривать его.

— Уоооооооооооооооооооооооооооааааааааа!!

Однако перед ним все еще оставалась “вершина”.

— А!?

— ААААААААААААА!

Несмотря на то, что все его тело было обожжено, он отталкивает громовую волну назад. Он отбросил “Абсолютную защиту” и, несмотря на раны, потребовал “битвы быков”, которая игнорировала оборону. Несмотря на то, что Белл успевает среагировать и уклониться от мощного удара меча, чистая чудовищная мощь, заключенная в нем, угрожала телу мальчика. Даже когда он был вынужден оказаться в такой ситуации, он в полной мере использовал собственные навыки и тактику загоняя мальчика, который уступал ему в мастерстве, в угол. В нем все еще сохранялись взгляд и жестокость “зверя”, а вместе с ним умения и сила духа настоящего воина. Всего несколько ударов и полностью восстановившееся тело Белла начало болеть, заставляя его глаза дрожать. “Сильнейший”, который стоял перед ним, не падал даже после того, как он совершил повышение уровня, а также получил благословение святой девы от громовержца. Золотой свет и молния меркли перед яростью “Короля битв”. Теперь это решающая битва, в которой он ставит на кон каждую частичку души и сердца.

— ………………………….Аххх!

Мальчик, окруженный громовым сиянием от своего мастера, издал жаждущий победы громовой рев. А хранитель, который всегда оберегал богиню, продолжает клясться в её Абсолютной защите. Клинки молний, огромный меч, огонь и молния, а также огромные кулаки издали грохот прорыва и разрушений. Белл бушевал. Оттар бушевал еще больше. Наконец-то он превращает свое положение и судьбу в топливо жизни, вкладывая все свои силы в победу над врагом, который стоял перед ним. Они продолжали сталкиваться друг с другом, разбрызгивая собственную кровь, которую мгновенно сжигают громовые раскаты.

(Я знаю… Я помню…. Это чувство…!)

Свирепый минотавр, а также его великий соперник. Корень, который породил авантюриста Белла Кранелла, находился в войне перед ним. Игнорируя любые причины, теории и предположения, Белл понимал что именно здесь началось его “мужское” начало, и вытащил из своей души еще больше боевого духа. Проигрыш недопустим. Ему всем сердцем не хотелось проигрывать. Он не хотел быть поверженным своим противником. Как бы сильно его не ранили, как бы не загоняли в угол, он должен одолеть воина перед собой в одиночку из-за обещания “стать сильнее”, которое он высказал на городской стене. Именно сейчас он может изменить ход прошлой битвы со своим “соперником”.

— Рю!

— Знаю!

Рю и Мия начали одновременную атаку рубящими ударами и кулаками. Они также как и Белл стремились к победе над “Королем Битв”. В конце концов, это не могло быть личной битвой одного Белла. Как ни крути. Эта “Война” для того, чтобы остановить и спасти “ее”. И для этого им придется растоптать личные “мужские” чувства и напомнить о ему о его лицемерной клятве. И поэтому. Белл стиснул зубы и снова посмотрел в глаза цвета ржавчины. "Прости, что я слаб". "Мне жаль, что я не могу сражаться в одиночку". "Прости, но мы победим тебя вместе". С этими извинениями и непреклонной решимостью в глазах он снова посмотрел в глаза воина. А затем. Хотя это было не так, но ему казалось, что Оттар усмехнулся. Он вспомнил о 15 годах ранее.

— Прооооооооооооооооооооооооооочь!!

Как бы сильно он не пострадал, воин не упадет. Не уступит дорогу Беллу и остальным. Он походил на “Неприступную стену замка”. Мысли и слова были бесполезны, ведь чтобы отпереть неприступные ворота потребуется только сила. А за неприступной стеной ждет принцесса с голубовато-серыми волосами. Точнее, уже нет. Принцесса уже не продолжает свое жалкое существование. Там, за стеной, ждала ведьма. Злая, эгоистичная и несдержанная, дикая ведьма. Та, которая заперла Белла в клетку, дурачила Рю и искажала мир, при этом не понимая, почему плачет та одинокая девушка Сир. Поэтому…

— !!!

Параллельный энергетический заряд начал накапливаться. Благодаря силе молнии он продолжал двигаться на сверхскорости, фокусируя частицы белого света в своей правой руке, которая держала кинжал Гестии. Раздавшийся звук не был звоном колокольчиков, он был звоном большой колокольни. Пределы были отключены. Оттар тут же понял, что Белл использует “Аргонавт”. Познав вкус этого “удара героя” еще в их первой битве, он понимал, что теперь, когда он был ранен, этот удар способен убить его. Поэтому свирепый кабан сменил свою цель и развернулся.

— Уах!?

— Черт!

Стена из Рю и Мии, которая встала на пути воина, выдержала несколько сильных ударов, но в конце концов была пробита. Но даже так они успели выиграть время для накопления энергии.

— Мия-сан! Рю! Я начинаю!

— !

Заметив мчащегося к нему Оттара, Белл принял решение. Он остановил ноги, опустил бедра и приготовил “Кинжал Гестии”. Двадцатисекундный заряд пропел. Обменявшись взглядами с Оттаром, который держал в руке свой огромной черный меч, он рванул вперед ускоренным шагом.

— Уаааааааааааааааааааааааааааа!

— ОООООООООООООООООООООа!

Расстояние между ними, которое неуклонно сокращалось, теперь полностью исчезает. Белый свет собирается в правой руке. А рукоять меча сжималась так сильно, что вены на огромной руке начали вздуваться. Мгновение спустя их удары столкнулись.

— Ах!!!

Плечи Рю затряслись.

(Правая рука поднялась…!)

Вредная привычка, которая проявляется во время спешки, была замечена еще во время отчаянной борьбы на “глубоких этажах”. В решающий момент битвы разоблачение своих предварительных движений становится смертельной ошибкой. И Оттар не упустит такой случай. Он наносит удар справа, прекрасно читая траекторию атаки. Мощная рубящая вспышка вырывается со стороны боаза и обрушивается на тело Белла.

— Ааххххх!!

— БЕЛЛ!

В тот момент, когда рубящая вспышка и крик Рю произошли одновременно.

(Сработало!!!)

Белл проигнорировал свою вредную привычку правой руки и изменил свою атаку.

— !?

В следующий миг реакцией Оттара и Рю стал шок. Атакующая стойка, при которой должен наноситься удар правой рукой, сменилась на скользящий выпад ногой по уже заранее установленной траектории. Рубящая вспышка боаза успела найти лишь не успевший уйти Кинжал Гестии, заставляя его отскочить от правой руки мальчика. Но в это время левая нога Белла понеслась к правой ноге Оттара. А затем молниеносный удар ногой впивается в правое колено Оттара, которое оказалось незащищенным.

— Хмп!!

— Ссс!?

Произошел чистый, болезненный удар. Мощная атака ногой, усиленная повышением уровня и мощью священного грома “Лаурус Хильдр” лишает Оттара равновесия.

(Это...)

При виде этой сцены… Ван, который находился на южных зрительских трибунах застыл в одиночестве, находясь в полулежачем состоянии.

"— Белл, у тебя ведь есть привычка поднимать правую руку, верно!?"

"— Ах, да? Я поднимаю ее во время спешки, разве я все еще делаю это, не пытаясь исправить?"

"— Напротив. Пока ты подсознательно пытаешься исправить это, противник может легко прочитать твои предварительные движения."

Это сцена из прошлого. Совет Вана, данный мальчику, который находился в “клетке”, созданной богиней красоты.

"— Не бойся отказаться от привычки. Вплетай это как в защиту, так и в нападение. Это полезная стратегия против людей. И хотя этот прием нельзя использовать слишком много раз, но для победы над первоклассным авантюристом надо использовать все, что есть."

И он действительно сделал это. Оставил свою привычку, связанную с движением правой руки и использовал ее как “приманку”, чтобы открыть первоклассного авантюриста, Оттара, для своей атаки. Даже совет “ложного” члена Семьи Вана был превращен в пищу для роста и был применен в крупной битве.

— Вот же ублюдок!

Ван сжал правый кулак, а на его лице появилось выражение искренней ненависти. Губы, которые кривились от гнева, казалось, приобретали подобие улыбки. Стратегия полу-прума смогла обмануть первоклассного авантюриста, открывая его под роковую брешь. Нижняя часть тела “Сильнейшего”, которая ни разу не колебалась, задрожала и наступил решающий момент.

— Молодец, парень!

Мия, которую Белл окликнул первой перед началом своего нападения и единственная, кто поняла намерения Белла, уже приближаясь. Она пристально смотрит в глаза воина и обрушивает всю свою мощь на Оттара, который даже не мог использовать Абсолютную защиту.

— Агааааааааааааа!!

— Гххххх!?

Круглая стальная лопата врывается в его правый бок. Огромное тело боаза отрывается от земли и начинает лететь по воздуху. Из его рта брызнула кровь, а “звериные" глаза начали подрагивать. Почти одновременно с этим круглая лопата, вонзившаяся в стальное тело, отламывается у основания. А Мия тут же отпускает ее. И словно для того, чтобы отплатить за все, что было раньше, крепкие кулаки обрушились на него, будто настоящий дождь.

— Гхххххххххххххххххххххххххххх!!

— …………Ххх!?

Дождь из сжатых кулаков, подобных пушечным ядрам обрушивается на лоб, щеки, грудь, плечи и живот Оттара. Единственная дворфийка в этих городских руинах, которая способна нанести урон Оттару голыми руками начала яростный односторонний рукопашный бой.

— Пересеки небо и пробеги по пустыне, беги быстрее всего и всех! Уничтожь врага с помощью света звездной пыли!

Рю, которая испытала полное удивление, плавно переместилась в позицию для магической бомбардировки. Образовался темно-зеленый магический круг и вся ментальная сила, вложенная в него, полностью развернулась. В тот момент, когда ей представилась возможность, которая может уже не предвидиться, она призвала свою магию звездной пыли, вложив максимальное количество магической силы.

— Люминос Винд!

На смену Мии, которая нанесла последний удар и отступила назад пришел огромный шар света, уносящий Оттара прочь. Весь залп попал в цель, не совершив ни одного промаха. Залп “Штормового Ветра” вырывает большой черный меч из рук боаза и отправляет его в один из дальних углов зрительских трибун.

— Гу…..а….х!?

И как только изнутри вихря, наполненного большим количеством магических элементов появляется израненный Оттар.

"Звон", "звон", "звон"

— ……

Раздалось звучание колокола. Под раздавшийся звук огромной колокольни, правая рука, которая лишилась кинжала, высвобождает белый свет.

Шестидесятисекундный заряд.

Он делает шаг навстречу замершему Оттару и разжимает правый кулак.

— Ааааааааааааааааааааааааааааооо!!

Это был клык громового кролика. Прямой удар в грудь заставляет глаза Оттара раскрываться до предела, а затем…

— ОГНЕННЫЙ РАЗРЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯД!

[[image:/storage/reader-images/d3594f059389962ac96a1199c2a17bf48a7c9c83.png]]
Пушечный выстрел. Это была гигантская громовая молния, окутанная накопленным зарядом энергии. На этот раз гигантское тело Оттара было снесено магический взрывом с нулевого расстояния. Стремительное пламя, поглощающее все на своем пути, обрушивается на западную часть колизея и открывает огромную дыру в стене вместе со зрительскими местами. Остров содрогается. Руины дрожат. Сумеречное небо требует знать, кто оказался победителем.

— Хах….. Хах…….!

Свесив правую руку вниз и нервно вздыхая в полную грудь, Белл пристально смотрел в ту сторону, в которой исчез Оттар. Сильная боль ни на миг не отступала от правой руки, которой он ударил изо всех своих сил. Биение сердца заставляло его зрение дрожать, казалось, что глаза вот-вот выскочат из орбит.

(Теперь, если, если даже это не способно его победить…..!)

Белл больше не в силах сражаться. Рю и Мия, едва стоящие на ногах, также были полны ран. Взмаливаясь, Белл посмотрел в сторону, откуда клубился дым. Обнимающая потерявшую сознание Харухиме Гестия затаила дыхание, ожидая рокового момента…. Тень начала колебаться.

— ….

Дым, который словно дрожал от ужаса, расходился по левую и правую сторону, пока не появляется стальной гигант, которого можно назвать “разрушенным”. Но несмотря на это “король битв” твердо оттолкнулся от земли двумя ногами и вернулся в центр колизея.

— ……………А………………

Стиснув зубы, мальчик едва остановил сердце, которое было готово разорваться на части. И то, что хотя-бы его челюсти сохраняли силу уже было чудом. Перед лицом этого кошмара по лицу Рю неудержимо стекал пот, а Мия хмурила брови, проявляя все морщины на лице, которые только могла. Гестия побледнела, потеряв все силы. В Орарио также царило отчаянное молчание при виде медленного приближающегося “Сильнейшего”

— ……

Однако. Словно большое дерево, которое получило слишком глубокий порез, он медленно падает на землю. Тело Оттара наклонилось и одно колено, упирающееся вниз, заставляло землю дрожать. Белл вдыхает холодный воздух. Рю, Мия, Гестия также показали удивленные лица. Боаз, который истекал кровью и дышал, опустив плечи, потерял свой доминирующий вид.

— ОНИ ПОБЕДИЛИИИИИИИИИИИИИ! “СИЛЬНЕЙШИЙ” ПАЛЛЛЛЛЛЛЛ!

Крик Ибри, который достиг даже огромной впадины озера, поднялся в небо. В то время как Орарио охватило громкое ликование с аплодисментами, в руинах колизея царила неестественная тишина. Перед ними все еще был Оттар. Даже сейчас он все еще будет сражаться. Опасаясь этого, Белл и остальные были начеку и проводили время в размышлениях, задержав дыхание.

— Эй, Оттар, мы ведь победили?

Твердо спросила Мия, держа в голосе решимость и мужество. Белл и Рю одновременно перевели взгляд, а Гестия робко наблюдала за происходящем. Вместо залитого кровью правого глаза, его левый глаз смотрел на застывшего на одном месте мальчика.

— ….. Сможешь ли ты освободить ее?

— Аа…?

Глаза цвета ржавчины и рубеллита обменялись взглядами.

— Ты сможешь спасти ее?

В этот миг глаза Белла широко распахнулись.

— ……. Да.

Единственным ответом мальчика был кивок. Глядя на избитое и покрытое шрамами тело мальчика, Оттар медленно закрывает глаза.

— Пять минут.

— …?

— Подожду только пять минут.

Услышав это заявление Белл и остальные, за исключением Мии, были удивлены.

— Когда мое тело восстановится, я приду и остановлю тебя. А пока…. Докажи свой ответ.

Вскоре удивление переросло в понимание. Он не станет лгать. Как только тело Оттара обретет способность двигаться, Оттар снова нападет на Белла и остальных. И было бы бесполезно уточнять, действительно ли ему потребуется всего пять минут на восстановление. Белл уже продемонстрировал свою силу Оттару. Стена, которая защищала ведьму, распахнула свои неприступные ворота.

— Это победа? Мы ведь правда смогли победить? Мне больше не хочется наблюдать за такой жестокой битвой со стороны!

Гестия, которая не умела читать атмосферу битвы, держала в руках божественный кинжал и придерживала Харухиме, направляясь к остальным. Девушка-лиса, которую тащили двумя руками, волочилась по земле своим хвостом и задницей, продолжая стонать, словно она находилась в кошмарном сне. Рю, которая подошла к Беллу и Мия, которая держала Хедина на руках, улыбнулись и кивнули в ответ.

— Этот кабанчик не нарушит своего слова… Тем более, мальчик. Ты все можешь бегать?

— Ех?

— Мне жаль это говорить, но… нормально двигаться мы больше не можем. Кажется, мы не сможем добраться до Сир.

Белл был потрясен поняв, что пытаются сказать Мия и Рю, едва стоявшие на ногах. Белл, которого поставила на ноги магия “Лаурус Хильдр”, был единственным, у кого оставались силы. Правая рука, которая накапливала заряженную силу, теперь будет бесполезна, но даже так он все еще может дойти до “Дома Богов”.

— Белл, ты должен идти! Миах и его семья уже…. уничтожена.

— ....!

— Кажется, это работа “Колесницы Богини”....

Побледневшая Гестия, которая узнала ситуацию о главном поле битвы через окулус, направляла его вперед, Если поджидающий его “Быстрейший в городе” догонит его, это будет конец. В схватке с нынешним Беллом он обязательно одержит верх. Поэтому мальчику нужно добраться до богини быстрее, чем он сможет пронзить его спину.

— Поторопись, мальчик. Богиня будет под нашей защитой, мы не настолько глупы, чтобы дать ей потерять свой цветок.

— Пожалуйста, уходи, Белл.

— …Я понимаю!

Мия и Рю бросают взгляд на безмолвного Оттара и отчаянно пытающегося встать Вана, пока мальчик немедленно завершает свои приготовления. Начав с угольно-темного шарфа Голиафа он снимает броню, которая могла помешать бегу. Наконец, Гестия протягивает “Божественный Кинжал” уже более проворному Беллу.

— Прости, Белл. Тебе придется пройти через это одному. И…. я сама попросила тебя.

— Да!

Он посмотрел на Гестию, Рю, Мию и Оттара. Затем увидел Харухиме, которая была без сознания и Хедина, который все еще спал. С телом, в котором все еще витало повышение уровня и раскаты священного грома, Белл начал свое движение.

***

— ….Оттар?

Аллен, находившийся в восточной части главного поля боя, посмотрел в небо. Громкий рев “зверя”, эхом отдающийся вокруг раньше, теперь полностью исчез. В обычной ситуации он бы не сомневался в победе Оттара. Однако перед тем, как наступила тишина, Аллен услышал знакомый звук огромной колокольни. За пределами острова, за внешним кольцом озера, атмосфера вокруг лагеря “Семьи Ганеши” также казалось какой-то оживленной.

— Неужели этот ублюдок…. облажался!

Вновь разозлившийся Аллен повернул на северо-запад. Он повернулся спиной к “колее”, в которой лежали истерзанные авантюристы и работники таверны. На ногах оставался только эинхерия, Аллен. Он был единственным, кто не сражался за богиню, а сражался за сестру, какой бы ни была ситуация. В этом и заключалась разница между светом и тьмой. И результат был виден наглядно. Только его убежденность в том, что он хочет сохранить богиню ради своей сестры не была отравлена, потеряна или поколеблена.

— …Старший… Брат…

Устранив все препятствия на пути, Аллен всего один раз взглянул на свою младшую сестру, веки которой дрожали. Прищурив глаза, будто пытаясь закрыть их, Аллен пустился в бег. Голос Ани, который потерял силы, больше не достигал его.

***

— Им удалось победить Оттара!..................Но.

Тиона, которая подняла оба кулака вверх и уже в очередной раз была в восторге, состроила серьезное лицо.

— Но какова ситуация!? Сколько еще союзников имеет Аргонавтик!? Сколько еще врагов!?

— Бежать может лишь Белл! А враг - “Колесница Богини”, а вместе с ним….

— “Дом Богов”.... А точнее, четыре стража богини Фрейи…

Айз, которая продолжала смотреть в божественное зеркало, подняла резкий голос, отвечая шумной Тионе, а Риверия дополнила ее. Остальные члены Семьи за исключением руководителей также были ошеломлены перед подвигом, который можно сравнивать с победой над гигантом.

— У противника еще пять врагов….!? Но тогда “Кроличья лапка”……

— Нет. Охранники будут в лучшем случае 4 уровня, и пока эта странная магия и громовая броня Хедина все еще с ним, паренек сможет пробиться через них. Если Аллен не сможет догнать, то он справится.

Растерянная Тиона выслушала спокойный анализ Гарета.

— ….А что, если он догонит?

Сузивший веки Финн тут же ответил на пропитанный страхом вопрос от Тионы.

— Если догонит, то все кончено. Если его поймают…. почти наверняка это будет конец.

Финальным матчем будет примитивная игра в “погоню”. Именно это подразумевал Герой-прум.

****

— И после этого…. что же будет дальше!?

— ….Б-Белл, удачи.

— Вот черт!

— Но даже несмотря на это, у Фрейи-сама остались охранники!

— Бегите, Фрейя-сама!

Даже боги, находящиеся в Вавилонской башне, были воодушевлены неожиданным развитием событий. Кто-то не ожидал, что игра зайдет так далеко, кто-то старался сделать спокойное лицо, но все равно ерзал от волнения, а кто-то был настолько увлечен "неизвестностью" от детей, что невольно отходил от поддержки прекрасной богини. Можно с уверенностью заявить, что подобное поведение легкомысленных богов встречалось крайне редко. Ситуация, в которой за “Королевой Фрейей” велась охота, стала настоящим шоком для богов.

— Итак, что будешь делать дальше, беловолосик?

— …Локи, ты ведь знаешь, что когда дети в чем-то нуждаются, они возносят молитвы к богам? Тогда если мы, боги, захотим помолиться кому-нибудь, то кто это будет?

— Вероятно, какие-нибудь глупые боги-столпы или же бог, который тебе нравится?

— Нет, старый добрый Зевс не подходит. Абсолютно не подходит. Он бы просто смеялся и веселился. Хорошо, тогда пусть Астрея, Артемида и на всякий случай Афина…! Пожалуйста, помогите Беллу.

— Хотя они действительно лучшие, но твои вкусы слишком склонны к важным персонам….

Смотря на лицо молящегося Гермеса, который крепко сцепил руки, лицо Локи исказилось раздражением, а член его Семьи Асфи и вовсе была ошеломлена. Бете, который наблюдал за зеркалом, находясь по диагонали за Локи, цокнул языком.

— ….Какая жалость, Гермес.

Локи перевела взгляд на члена своей Семьи, потом снова на божественное зеркало, а затем проговорила следующие слова напряженному Гермесу.

— Не жизнь, а смерть. Похоже, у тебя нет другого выбора, кроме как поставить ее на эту погоню.

На острове, который можно обозревать с высоты птичьего полета виднелась “Колесница”, приближающаяся к своей цели с невероятной скоростью.

****

— Быстрее, быстрее, быстрее! - Повторял Белл, двигаясь с юго-запада. В дали его поля зрения, в самой западной точке острова находился его пункт назначения - “Дом Богов”. Но расстояние все еще давало о себе знать. Нынешний Белл сможет преодолеть это расстояние меньше, чем за три минуты, но в данной ситуации даже меньше трех минут было слишком долгим сроком. Он уже вошел в ту часть, в которой находилась аллея разрушенных храмов. Многие постройки уже рухнули и препятствий, которые могли закрыть обзор, больше не было.

(Это будет концом! Если “он” найдет меня, то все кончено!)

Белл прекрасно это понимал. В той “клетке”, где он принимал жестокое крещение от Хедина и остальных на боевом поле "Фольквангр". Ему уже удалось познать силу владельца “Быстрейших ног в городе”, который попросту не дает себя увидеть, пронзает, и никогда не упускает. Ему страшно оглядываться по сторонам. И даже скрываться будет самоубийством, ведь нос зверолюда легко учует его. Так что. Все, что оставалось, это рвануть вперед со всех ног, попутно молясь богам. Однако. Подобно тому, как люди в городе быстро впадали в отчаяние, вскоре и Белл был настигнут этим отчаянием.

— ………

Искать врагов больше не было нужды. По иронии судьбы мальчик, ставший чувствительным к взгляду от Богини красоты с сожалением почувствовал полный убийственного намерения взгляд.

— ….

В горле пересохло. Язык сохнет вместе с ним. Но при этом обильно выступает пот. Белл поддался волнению и оглянулся.

— ……………..Ахх.

Угроза приближалась. Эхом отдается звук крутящихся колес. “Быстрейшая” колесница приближалась.

— Я нашел тебя.

Не раздумывая ни секунды, ноги мальчика двинулись с максимальной скоростью…

— Белл! Бегиииииииииииииии!

Гестия громко кричала при открывшемся ей виде, когда они с Рю и Мией покинули колизей и поднялись на крышу обвалившегося здания.

— БЕГИ!

— БЫСТРЕЕ!

Айз и Тиона кричали, повысив свои голоса до предела, понимая, что в этом все равно не было смысла.

— Уххххххххххххххххххххххххххххххххххх!!

Соревнование по крику началось. Громкие голоса тех, кто могли наблюдать за городскими руинами из Орарио, начали взрываться. Два члена противоположных Семей начали судьбоносную погоню, топтаясь своими ботинками по разбитой каменной дороге.

— Не приближайся, не приближайсяяяяяяяяяяяяяяяяяяя!

— Беги!

— Кроличья лапка! Сделай уже что-нибудь!

За пределами острова, в пункте первой помощи, организованном Семьей Диан Кехта, Морд, Гейл Скотт, которые очнулись после исцеления от Аирмид и остальных кричали, глядя в божественное зеркало и едва вновь не лишились сознания от прилива крови в их головы. Белл, который не подозревал, что множество людей осыпает его всевозможными криками, продолжал бежать. Он тратил столько сил в свои ноги, что просто не успевал обрабатывать внешнюю информацию.

(Быстрее! Прямо за мной, преследует меня!)

Курс Аллена вел его на северо-запад к колизею, но затем он поменял свой путь. Когда он уже приближался к северо-западной части и хотел броситься к Оттару, зрение первоклассного авантюриста уловило, что Белл направлялся к “Дому Богов”, из-за чего Аллену пришлось поспешно изменить свой курс. Худшей новостью для Белла стало и то, что влияние аномальной анти-статусной магии уже сошло на нет из-за падения заклинателя Ани. Присутствие преследователя, который был невидим для его глаз, оказывало на беглеца непреодолимое давление и загоняло его в угол. Он размахивал руками. Энергично раскачивал тело и сильно топтал землю, отбрасывая перерытую моховую почву назад. Но даже это не могло избавить его от звука мчащихся "колес". Вместо этого расстояние между ними постепенно и жестоко сокращалось.

(Дыхание… Он все ближе)

Главным оружием Белла Кранелла была его “Быстрота и ловкость”. Испытывая первый опыт, когда его загоняли в угол с помощью “скорости", которая превосходила его собственную, конечностям Бела угрожал шок, который он никогда раньше не испытывал.

— Белл, впереееееееееееееееееееед!

Окулус, из которого периодически доносился громкий голос богини, заставил Лили проснуться.

— Белл-сама….!

На каменной пустыне, где никто не мог подняться, Лили удалось избежать смертельных ран. Возможно, что Аллен посчитал ее недостойной того, чтобы даже пнуть и просто задел её. И в таком положении, только очнувшейся Лили, которая была не в силах двигаться оставалось только доносить свой шепот до окулуса который она держала в своей правой руке. Она даже не заметила, что треснувший кристалл уже не мог передать ее голос кому-либо…

— Кто нибудь… Белл….. Помогите ему.

Ответа не последовало. Она прекрасно понимала это. Когда-то давно она уже просила об этом. Но даже так все, что она могла, это лишь отчаянно молить о помощи

— Западный конец острова… Около “Дома Богов”... В районе храма. Кто-нибудь!

Слишком ужасно. Слишком жалко. Она уже не была командиром. Лили превратилась в простую девочку со слезами на глазах, которая переживала за мальчика и продолжала шептать своим тонким голосом. Ее левая раздробленная рука отдавала жгучей болью. Сознание вот-вот впадет в сон. Руки, плечи, живот и грудь, ноги, спина, все пылало огнем, она не понимала, как она сейчас может говорить. Но тем не менее, молясь и передавая информацию, Лили продолжала просить.

— Кто-нибудь…! Кто-нибудь…!

Словно дрожа от собственного бессилия, священные иероглифы на ее спине начали сверкать

***

— Долгожданная большая развязка игры наступила! Не знаю, как вы, но я ждал ее!

Покрытый обильным потом Ибри продолжал кричать. Забыв о роли комментатора в прямом эфире он говорил только о своих собственных чувствах и издавал радостные возгласы рядом с богом Ганешей, который наблюдал за ним со стиснутыми зубами.

— Не важно, будете ли вы кричать или же смеяться, все равно настанет конец! Происходит великое соревнование между “Кроличьей лапкой” и “Колесницей Богини”!! Это что-то невероятноеееееееееееее!? Кто мог знать, что такое произойдееееееееет!?

Микрофон из волшебного камня, который продолжал впитывать бушующие эмоции Ибри, наконец достиг своего предела и превратился в металлическую побрякушку. Но несмотря на это парень продолжал кричать. Вместе с жителями города его голос начинало наполнять отчаяние. Все, кто поддерживал мальчика бледнели при виде Аллена, который быстро поглощал всю фору, полученную на раннем старте и приближался к Беллу.

— ….

Белл набрал максимальную скорость, настолько, что его белые волосы начали вдавливается от напора ветра. По обе стороны дороги, вымощенной камнем, доносился шум неумолкающих возгласов. Красный свет продолжает покрывать руины, развевая тени словно флаг на ветру. Сумеречное небо полыхает красным огнем, словно предвещая исход гонки. Золотой свет и громовые молнии толкают вперед мальчика, который продолжает бежать уже в забытом одиночестве. Покрывающий его свет дает невероятное усиление предельной силы бега. Но даже при всей мощи Лисицы и святой благодати молнии, победа ему не улыбается. Даже со всей этой абсурдной силой он не мог избавиться от преследования “Колесницы”.

(Может, “Аргонавт” зарядит мои ноги энергией…. Нет! Бесполезно! В тот миг, когда мгновение ускорение прервется, я буду пронзен вместе с ударом от отдачи!)

Никакие мелкие уловки не помогут. Единственное, что имело смысл - бег. Все напоминало сражение с Оттаром. Как когда он не мог противостоять “Сильнейшему в городе”, даже использовав все возможные приемы борьбы, так и сейчас он будет пронзен насквозь “Быстрейшим в городе”.

— Не пытайся сбежать.

— Тц…!?

Сквозь шум ветра, диагонально позади него наконец послышался голос преследователя. Кролик изо всех сил оттолкнуться ногой от земли. А кот не отпускал его и следовал за ним. По руинам пронеслась бушующая волна света и ярости, траекторию которой можно было разглядеть только с помощью “божественного зеркала”. Это было похоже на падающую звезду. Золотые частицы повышения уровня тянулись, словно лучи, а полоса света от “Лаурус Хильдр” прочерчивала свет по беспросветной пустыни руин. А по этой траектории словно хвост следует “Колесница”, которая бежит по пути и неоднократно повторяющая свой разгон.

(Я не могу от него оторваться….!!)

Не только взгляд и не только дыхание, но даже звук его шагов уже раздается за его спиной. Колесница не стала размахивать руками, как это делал Белл, вместо этого он выжидал момент, когда его копье, которое он держит в одной руке, сможет пронзить спину мальчика. Сердце бьется слишком быстро. Жестокое давление едва не заставляет его рухнуть.

(Но это еще не все!!!) .

Несмотря на сильное разочарование, Белл еще не поддался “исходу поражения”. Среди бегунов есть 2 железных правила. 1. Не оглядывайся назад 2. Не думай о “неудаче". Первое всего-лишь бесполезная трата времени, о чем и говорить излишне. В этом есть и стратегическая сторона, но сам факт того оглядывания назад показывает возможность для прорыва, которой можно воспользоваться и воодушевить тех, кто приближается позади. Второе также само собой разумеющееся. Те, кто продолжают бегать будут побеждены лишь тогда, когда их сердца сдадутся, даже если это случится всего на мгновение. И Белл понял это инстинктивно. Нет, мальчик, который не думал ни о чем другом, кроме как спасти “ее”, мог лишь продолжать сохранять скорость даже в трудную минуту. Бегуны третьего сорта бегут лишь ногами. Второклассные бегут, работая руками. А первоклассные бегут сердцем. В таком случае авантюрист должен бежать всей душой. Белл хотел сгореть. Он решил превратить себя в пепел. Потому что он уже видит свою цель. Даже в такой безнадежной ситуации та важная цель, которая его ждет, находится совсем рядом. А значит остается только бороться. Приключения всегда одинаковы. Победит тот, кто будет бороться до конца. Нельзя ждать, пока богиня победы улыбнется. Победа это то, что он должен взять своими ногами.

(Поехали...)

Физические силы оставались. Дыхание в норме. Даже ноги способны двигаться. Сердце, легкие и ноги делают то, что велит Белл. А все, что он говорил, было - “бежать”. С щелчком что-то внутри Белла вырвалось наружу. Часть его спины начала пылать. Ему казалось, что он слышал голос Лили.

— "Я здесь, Белл", - Бормотала она. А мальчик превратил себя в машину для бега.

— "Эта игра".

Белл и Аллен одновременно приходят в финальное ускорение.

— Финальное ускорениееееееееееееее!

Рев Ибри готовился возвещать о победе. Осталась последняя прямая линия, которая ведет к “Дому Богов”. Мальчик и Колесница мчатся по пустой каменной дороге, проложенной среди кучи развалин. Перехватывать их было некому. Таких самоубийц не нашлось бы. Подобно звездам, пересекающим небо, они будут пылать, пока не выгорят.

— Это бесполезно.

Когда расстояние между ними практически исчезло, Аллен прищурил глаза.

(Еще три шага)

Без жара и гнева, среди ветра и холодного воздуха, бьющего о его тело, он приходит к этому безжалостному выводу. Это будет расстояние, через которое мальчика настигнет серебряное копье. Расстояние, на котором “Колесница” раздавит и убьет кролика, сколько бы он ни пытался ускориться.

(Два шага)

Промежуток сокращается. Его спина становится ближе. Сокращая последнее расстояние, он использует мальчика как защиту от сопротивления ветра.

(Один шаг)

И в тот самый миг, когда он уже собирался выпустить свое копье на максимальной скорости.

— ...А?

Аллен почувствовал, что что-то не так. Копье дало осечку из-за расстояния. Он быстро скорректировал свои расчеты и пытался сократить разрыв в 2 шага.

— Что за!?

Аллен снова почувствовал несоответствие с планами. Ошибка в расстоянии увеличивалась. От двух шагов к трем, от трех шагов к четырем, к пяти, шести шагам, семи шагам, восьми шагам, девяти шагам, десяти и она не останавливалось! Разница, которой не должно было быть, становится “Абсолютной дистанцией” и идет дальше.

(Эй...)

Длинное серебряное копье дрожит.

(Подождите-ка...)

По колесу пробегает трещина.

(Что за шутка?)

Сумеречное небо яростно дрожит.

— Ублюдок!

В тот момент, когда Аллен осознал, что от него начали отрываться, его веки раскрываются от удивления.

— Быстроооооооооооооооо!!

Белый луч, который помчался дальше заставил крики богов прозвучать, словно взрыв. Ноги мальчика мгновенно превратились вспышку. Произошел стремительный рывок, разрывающий даже ветер. Рубеллитовые глаза, оставляя за собой блики, смотрят только вперед и поддаются дальнейшему ускорению. В этот момент максимальная скорость Белла действительно превысила предельную скорость Аллена. Именно в этот момент максимальная скорость в городе была полностью разорвана максимальной скоростью в нижнем мире.

— Да ты издеваешься!!

Это быстрейший кролик в мире - Кроличья Лапка. Широко раскрытые глаза Аллена наливаются кровью от ярости. Что только произошло. Как понять сложившуюся ситуацию. В тот момент, когда он вошел в положение “побега”, скорость Белла возросла.

— Что произошло!?

— Не знаю! Но!!

Локи и Гермес тут же поднялись со своих мест, вот-вот взрываясь от волнения.

— Вперед!

Бете сжал кулаки.

— Беги Беги, Бегииииииииииттии!!

Тиона вырвалась из рук своей сестры Тионе и схватилась за зеркало.

— БЕЛЛ!! - Закричала Айз.

— Белл!!

Вскрикнула Эйна.

— Белл! Вперееееееееееееееееееееееееед!

Последней, кто приободрил мальчика, была Гестия. Подхватив чувства богини, Белл увеличил свою скорость в качестве последнего толчка.

— Да черт возьми!?

Сколько бы ругательств он ни произнес, догнать мальчика не удавалось. Даже со своей полной мощью он все еще не приближался к нему. Сильные взмахи руками, широкий шаг, при котором подошва поднималась до высоты бедер. Но его спина уходила от него. Отчаяние, которого никогда не испытывал быстрейший в городе Аллен, предстало перед его глазами...

— А, Аллен-сама!?

— И Белл!?

Они спустились по длинней лестнице, ведущей от “Дома Богов” на холм и были поражены открывшемуся зрелищу.

— Тц… Раск, Ремилия! Пойте заклинания!

Отчаяние, охватившее его тело, тут же переросло в ярость и боевой кот испустил рык. “Дом Богов” будет достигнут всего за считанные мгновения. Предвидя, что нынешний Белл, который бежит быстрее него, легко прорвет стену из охранников, Аллен отдает приказ использовать магию.

— Золотое колесо, серебряный ошейник!

Аллен ругался и проклинал сам себя за то, что произнес такой абсурдный приказ, но будучи поглощенным убийственным намерением все же отказался от собственной гордости. Даже проигрывая битву, он выиграет войну, поэтому, купаясь в море унижения, он начинает воспевать свою магию. Гралинезе Фромель является самой быстрый магией, которая превратит его в настоящую колесницу. Если он активирует ее, то сможет протаранить спину Белла.

— Пробеги, неся божественную волю богини!

"Дом Бога" уже находится в 50 метрах от них, но он еще может успеть. Аллен замедляет темп, чтобы произнести заклинание и активировать свою магию, а затем переехать и убить мальчика….

— Выжигай до тла, творение иного порядка.

В следующий момент Аллен и остальные члены Семьи взорвались.

— Гхм…!?

— Кьааааааааааааааааааааааа!

Аллен и вся охрана, которые готовили свою магию как можно скорее, превратились в бомбы. Это был взрыв магии “игнис фатус”. До того, как упасть, дымящийся Аллен, выведенный из равновесия не сбоем в магическом контроле, а внешней силой, заметил в углу своего поля зрения источник мерцающего сияния, которое было выпущено, чтобы сбить его с пути мальчика.

— Кажется, я вовремя…. Лилирука.

Перед “Домом Богов” виднелась тень разрушенного храма. Там стоял молодой парень, вытянувший руку вперед и оставивший свое тело на поддержание ближайшей колонне. Этим парнем был Вельф Кротцо.

— ….

Рыжеволосый кузнец, который пал от рук Аллена, получил сообщение от Лили с помощью окулуса. Найденный Хедином, он неуклюже пополз вперед до тех пор, пока небо не обрело вечерний окрас. Победным фактором, который позволил ему добраться до Белла, стал “Командный вызов”. Это навык, который получила Лили, достигнув 2 уровня. И благодаря нему те, кто носят такую же фалну, как у нее, могут слышать ее слова на расстоянии.

“— Западный конец острова… Около “Дома Богов”... В районе храма. Кто-нибудь!”

Вместо разбитого окулуса желание и информация от Лили связали троих членов семьи.

— Твой настрой…. Дошел до меня…...

Кузнец, который давно знал чувства девушки еще до того, как она надела маску командира, откликнулся на ее зов. Связь между ними тремя дала им шансы на победу против сильнейшей Семьи.

— Посмотри-ка, кот-неудачник…. Что-то не так?

На довольном, залитом потом лице Вельфа появилась злобная улыбка. А после, впервые уловив блеск “волшебного меча”, который был вытащен из-за пояса, Аллен вскрикивает от переполняющей его ярости.

— Тыыыыыыыыыыыы!!

Ответом Вельфа оказался один взмах.

— Шико Кадзуки!!

Бушующее пламя смело всех, кто стоял на пути мальчика.

***

Он продолжал бежать. Пробегая по пламенной дорожке, созданной его другом Вельфом, он проходит мимо падающих эинхерий и достигаяет входа на длинную лестницу. А затем в один рывок взбирается вверх.

— !!!

Фрейя стояла перед троном. Он скоро придет. Мальчик скоро придет сюда. “Любовь”, которую искала богиня, появится “Доме Богов”, чтобы остановить ее.

— ….Сир.

“Стук”.

С шумом появившийся мальчик поднимается по лестнице и наконец предстает перед богиней. Однако, имя произнесенное его устами, заставляет лицо Фрейи исказиться. Теперь защитить королеву было некому. эинхерии, прумы, эльфы, колесница и Сильнейший молчали. С помощью своих друзей мальчику удалось преодолеть все эти трудности. И более потрепанный и израненный, чем все остальные, наконец добрался до “нее”.

— ….

— ….

Их взгляды встречаются и на мгновение наступает тишина. Красный свет струится сквозь потолок разрушенного храма, а стены обветренной колоннады были окружены сумеречным небом. Если посмотреть на запад, то можно увидеть, как сияющее озеро словно иллюзия отражает красное небо. Лишь едва ощущая прохладный ветер, Белл бесшумно делает шаг вперед. Он подходит к Фрейе, плечи которой тряслись словно у беспомощной девушки.

— Белл…

Фрейя улыбнулась. "Иго“ богини давило на нее, пытаясь отрицать эту ситуацию. Сила “красоты”, непроизвольно вытекшая наружу, обрамляет ее глаза бледно-серебристым светом, пытаясь очаровать его. Но он не останавливался. Ноги Белла не останавливались. Мальчик, который никогда не поддавался “красоте” богини, пытался стереть расстояние между ними, хотя и исчезновение расстояния будет стоить конца их любви. Улыбка Фрейи дрогнула. Ее плечи вздрогнули и она опускает взгляд, а вместе с ним падают и пряди волос.

— ….Почему?

Слова упали на каменный пол. Белл впервые остановился, оставляя расстояние, которое исчезнет всего через менее чем 10 шагов.

— …Почему!?

Фрейя подняла взгляд.

— Почему ты не можешь быть моим!?

Она трясет своими длинными серебряными волосами, словно ребенок, у которого началась истерика. Она обняла свое окутанное в белое одеяние тело, о котором мечтали все и приложила свою чистую словно алебастр руку к собственной груди.

— Я Фрейя!? Красота, богатство, слава, власть! Почему ты отказываешься от моей любви, если она может дать тебе все!?

Она походила на высокомерную королеву. На ведьму, которая проклинала рыцаря, не получив его расположения. Хоть она и не хотела такого говорить, но не имея возможности получить что-либо, ей остается лишь цепляться за свое имя и авторитет, выставляя напоказ свое уродство и слабость, доходя до стыда. Она обнажает свое сердце.

— Девушка Сир была недостаточно хороша и мне пришлось выбрать богиню Фрейю!

“Девушка Сир была недостаточно хороша и мне пришлось выбрать богиню Фрейю!!”. У неё не было другого выбора, кроме как утверждать, что любовь была для неё всем.

— Но, что же мне делать теперь!?

Фрейя этого не заметила. Она не замечала, что кулаки мальчика сжаты до кровотечения и он не меняет выражения лица.

— Почему….!

Ее голос дрожит, как и глаза. Серебристые глаза богини мерцали бледно-тусклым светом.

— …Я уже не понимаю, кто я.

А затем.

— Та, кого я не знаю больше всего, это я сама!!!

Она произнесла слова исповеди, которые где-то и когда-то уже слышались.

— Даже если я расскажу тебе всю правду о себе… Я не смогу избавиться от этой боли! Даже если я прошепчу тебе о “любви”, боль никуда не уйдет!

Лицо Белла исказилось. На лице мальчика, который был терпелив слишком долго, появились искривления.

— Я не хочу любить тебя, об этом мне постоянно говорит мое сердце!

Противоречие, которое долгое время таилось в сердце, наконец обнажилось. Она не хотела признавать, что любовь, которую она хотела получить, бросая своих друзей: Рю и других, была тем, что ей не нужно. Она не могла смириться с тем, что глубоко внутри своей души она все еще плачет в том “цветочном поле”. Как потерянной девушке ей не оставалось ничего другого, кроме как идти за своими чувствами.

— Я люблю тебя, Белл…

Она крепко обняла свою грудь обеими руками и наклонилась вперед.

— Я люблю тебя. Хочу всегда быть с тобой. Я хочу, чтобы ты выбрал меня!

Серебристые, бледно-голубые глаза увлажнились.

— Мне больно! Я хочу, чтобы ты обнял меня! Я не хочу тревожиться о завтрашнем дне!

Даже сама богиня не понимала, почему на ее глазах стали накапливаться слезы.

— Я не хотела этого познавать, и все же мне хочется узнать, что находится за пределами этих чувств, вот, что я хочу сказать!

Уязвленное самолюбие рвалось на части, сотрясая все, что есть в мальчике.

— Я люблю тебя, Белл.

Белл опустил голову. Мальчик сдерживает крики сочувствия, грозящие вылиться из его разорванных ран, и вместо этого продолжает извергать кровь. Он разрывает собственное сердце. Оттягивает слова, который больше не сможет услышать. Прощается с глазами, которые отражает только его. Небо, которое было закрыто пепельными облаками, теперь такое яркое и красивое. Все вокруг было таким хрупким, что казалось, что судьба этих двоих уже предрешена. В мире, где не было никого кроме этих двух, Белл сделал шаг вперед.

— Я не буду твоим.

Он сталкивает свое уязвленное эго с ее уязвленным эго.

— Я не могу быть твоим “Одром”.

С глаз богини начали капать слезы

— Я!!

Он снова и снова отрывал ноги от пола, обливая сердце кровью, чтобы подойти и встать прямо перед ней. Вместе со своим лицемерным эго он нашел ответ, который искал все это время.

— Единственное, что я могу, это прекратить “твою” любовь!

Любовь было её желанием. Конец любви ознаменует единственный способ причинить ей боль и спасти.

— …..Ах.

Рука мальчика дрожит держа божественный клинок. Затем эта же рука так отчаянно и героический поднимается вверх. Звук ветра, который подхватил взметнувшиеся лепестки достиг ушей.

Лезвие пролетело поверх “цветка” на ее груди, не задев кожи.

Белл поднял взгляд вверх. На него смотрели слезящиеся глаза богини. Лепестки фиолетовой сирени рассеиваются по темно-красному небу. Вместе с этим рассеялась и ее “первая любовь”.

----------

Эпилог - Двойной состав

[[image:/storage/reader-images/73db18472741d6e4a27c60f342d76407b07b2a14.png]]
— Ты уже поняла, чего “желала”? - Спросил голос, который так долго доносился из пустоты, сбивая меня с толку.

Это был голос девушки по имени Сир, которую я считала мертвой, и перестав использовать Хелун как оправдание, мне оставалось только признать это. То, чего я хотела было не любовью, а “влюбленностью”. Я всегда жаждала “любви”, которую не смогу получить потому, что являюсь богиней любви. Моя красота способна очаровывать. Те, чьи сердца украдены мной предложат мне все, что я хочу, а если я откажусь, они с грустными лицами повинуются мне. Подобные отношения - это “искаженная любовь”, близкая к подчиняющей любви. Они никогда не любят меня по-настоящему, также как и я их. Ведь кто сможет влюбиться в того, кто полностью тебе подчинен? Сколько бы ни делали для меня Хелун, Хейт и Оттар, Семья и остальные дети, которые стараются быть яркими, сильными и прекрасными, как бы я ни восхищалась их милотой и не пыталась испытывать к ним любовь, это было привязанностью.

Все говорят, что любовь куда выше и богаче, чем влюбленность. И это правда. Какой бы безумной я ни была, я знаю, что нет ничего более нестабильного, чем любовь. Однако только в ней есть порыв, который может сделать мир таким ярким. Любовь - это земля изобилий, а влюбленность - Цветочный сад, который я всегда находила. Вместо земли, чья почва вечно удобряется и благословляется руками людей, цветы в момент своего цветения способны окрасить мир ярче, чем что-либо другое. Я бы хотела быть цветком, который живет лишь мгновение, а не вечность.…. Если говорить начистоту, я устала любить и быть любимой.

Поэтому я мечтала о “влюбленности”.

Словно маленькая, нетерпеливая и ничего не знающая об этом девочка, я мечтала о чувстве, которое было более глубоким и неустойчивым, чем “любовь”. А затем “любовь”, которую я встретила, действительно изменила мой мир. То, о чем я мечтала, переросло в надежду. Единственным человеком, в которого я могла влюбиться, был мальчик по имени Белл. Во всем нижнем и небесном мире лишь он единственный мог исполнить мое “желание”. А в тот момент, когда я узнала что тот, кто меня привлекал, был неподвластен моим чарам, то и вовсе несказанно обрадовалась. Мне казалось, что с Беллом я смогу пройти от “влюбленности” к “любви”, узнав о чувстве, о котором я никогда не ведала. Но тот факт, что он не поддавался моему “очарованию” означал, что хоть в это и действительно трудно поверить, но он испытывал чувства и мог тосковать по кому-то другому настолько, что это не дает ему подчиняться моей власти.

Это была ирония судьбы. Я могу влюбиться только в того, кто уже не может влюбиться. В таком случае по итогу меня могло ждать лишь разбитое сердце. И поскольку я ищу “влюбленности”, то точно окажусь опустошенной. Существовала ужасная богиня. И теперь, когда ее спасли, я могу признать, что она была хлопотливой и очень беспокойной женщиной. И так, моей “надеждой” была…. “Первая любовь”, которая так и не сможет сбыться.

“— И это все?”

— ......?

А разве должно быть что-то еще? Нахмурив брови на постоянные вопрос со стороны девушки по имени Сир, она услышала недоверчивый вздох.

“— Как же хлопотно. Не в силах отбросить собственную гордость, приходится притворяться бесчувственной. Если так будет и дальше, то это может перерасти в болезнь".

Вздох сменился голосом некой богини. Это было странно. Ведь богиней Фрейей все время была “я”. Это двойная роль, которую исполняла Богиня Фрейя и Девушка Сир. Но затем заметила. Кто все-таки была “одной единственной”, кто играла роли Фрейи и Сир.

“— Пожалуйста, расскажите мне о настоящей себе”, - Так сказал мне Белл.

Это те слова, которые он произнес перед тем, как была объявлена военная игра.

(Настоящая я?)

(Но кто была настоящей мной?)

“— Разве твое тело уже не является ответом?”

Передо мной раскинулось поле цветов. Наступили сумерки, а земля была усеяна большим количеством темно-красных цветов. Я -  это та, кто сидит в море цветов, проливая прозрачные слезы, которые больше не являлись золотом. Легкий ветер треплет мои тускло-сероватые волосы. Посреди цветочного поля, до которого я наконец добралась, я открываю свои тускло-сероватые глаза.

“— Не сожалей об этом”

Богиня уходит. Ярмо исчезает. С того дня я не видела продолжение того фантастического сна.

***

Первая в истории “Война Семей” окончилась победой объединенного альянса. Новости о поражении “Семьи Фрейи” заставили мир вздрогнуть и взорваться в эмоциях. Равновесие нарушено, расстановка сил переписана, родился новый "герой", вызвавший большой переполох во всем нижнем мире. Величие победы над  Сильнейшей Семьей наводило на множество мыслей о будущем и даже боги предчувствовали, что "времена меняются".

И, конечно же, Орарио, который стал эпицентром потрясений, никак не мог забыть об этом. Авантюристов, триумфально вернувшихся из "Городских руин Орза", встречали ликованием и аплодисментами. Город-лабиринт охватило такое неистовство, что юная богиня Гестия была перевернута с ног на голову, а на улицах произошел внезапный праздник в виде поздравительного марш-парада. Народ торжествовал. Авантюристы были в восторге. Боги встречали их всеобщими аплодисментами. Даже после окончания игры последствия ожесточенной битвы не утихали ни на миг и город суетился, забыв о границах между утром и ночью. И вот, утром третьего дня после военной игры, измученный дневной суетой город наконец опустил веки.

***

— Интересно, почему же я проиграла? - Прошептала Фрейя, ткнув тонкими пальцами в пустой бокал.

На дворе раннее утро, когда Солнце еще не успело взойти. Мии оставалось лишь удрученно вздыхать общаясь с богиней, которая словно ребенок кладет голову на длинную стойку в совершенно пустой таверне.

— А как иначе, все из-за того, что против тебя ополчились все и вся.

— И все же я думала, что смогу победить. Даже если бы присоединилась Локи и ее дети, это бы не стало проблемой и мы добились своего. Мы должны были получить Белла.

Мия по-прежнему смотрела на Фрейю, которая не была удовлетворена исходом военных игр, а точнее, глубоко озадачена им.

— Разве это не значит, что так много людей захотели защитить мальчика?

— И это все?

— ….Ну и еще, разве к этому не присоединились твои обожатели, которые доставили тебе много хлопот?

Фрейя сомкнула губы и перестала тыкать в стакан. Говоря начистоту, то даже сейчас она верила, что могла победить даже при Хедине, Хелун и остальных, но Фрейе пришлось вести войну за “любовь”. Поэтому можно сказать, что её проигрыш произошел из-за любви.

— Эй, Мия, может представим, что эта выпивка была твоим угощением?

— Не неси ерунды, глупая богиня. Ты разбудила меня в такую рань, так что хотя-бы позаботься о том, чтобы заплатить за себя.

— Но у меня больше ничего нет.

Семья Фрейи, которая потерпела поражение в военной игре, была расформирована. И хотя это не было приказано лидером объединенного альянса, Гестией, но Фрейя и остальные вели себя слишком высокомерно и непочтительно, включая инцидент с “клеткой”. Богини из числа многих, кто принимал участие в войне, требовали не допускать эгоизма Фрейи, которая демонстративно настаивала на военной игре. А члены Семьи, которые являются инструментами тирании Фрейи, должны быть уничтожены и расчлелены.

Сторонники или же поклонники в виде мужских божеств и "фанатики" в виде людей, которые поклонялись Фрейе тут же принялись возражать, но были насильно подавлены словами “Заткнитесь!”. Вполне естественно, что победители в войне имели большее право голоса чем те, кто ничего не делал, и многие из людей боялись власти богини красоты, из-за чего не пытались остановить богинь. Ройман, цвет лица которого изменился до удручающей тысячи оттенков от поражения Семьи Фрейи, пытался защитить их, но не смог переломить требование победителей и общественного мнения. Даже внутри Гильдии происходила внутренняя атака и Ройману ничего не оставалось, кроме как неохотно объявить о изгнаний Богини Фрейи, основанном на общем мнении штаб-квартиры Гильдии, а также устоявшихся правилах города Орарио, после чего предотвратить уход городской силы города в виде эинхерий и остальных.

— Оттар и остальные не будут подчиняться никому другому, кроме как своей госпоже, Богине Фрейе…! Это будет похоже на уход бога Аполлона…!

Вопил совершенно измученный “Свинья из Гильдии”. Наряду со всем прочим, все огромное имущество Семьи Фрейи было конфисковано. Лишь “боевое поле” Фольквангр осталось на попечение Гильдии, а все остальное было поделено между победителями и теми, кто участвовали в альянсе семей. Говорят, что семья Огма, которая до этого находилась в состоянии упадка, теперь прыгают от огромной радости. Но если смотреть с точки зрения проигравшей Фрейи, то ситуация не такая веселая. На самом деле она думала, что ее немедленно отправят в изгнание, и с точки зрения Фрейи это довольно мягкая мера.

“— Унижение, стыд, уничтожение. Вкуси позор поражения”

Должно быть, “Лига богинь” уже давненько думали и желали об этом. Весь мир знает, что она уже стала голой королевой. Теперь, когда Семья распущена, гнусные слухи и насмешки могут преследовать ее еще несколько сотен лет. В заявлении гильдии говорилось, что Фрейя не будет отправлена на небеса за счет своего вклада в развитие Орарио, чего было более чем достаточно из-за изъятия имущества, однако Фрейя догадывалась, что некоторые “доброжелатели”, вероятно, пошли на хитрость ради этого.

— Я говорила, что поставлю все… Поэтому ничего не поделаешь, вот и остается сидеть без гроша в кармане, верно?

Все, что осталось у Фрейи это наряд, который прямо сейчас находится на ней. Все ее члены семьи уже получили слова: "— Не нужно идти за мной. Оставайтесь героями в этих землях."

Хейт и остальные члены Семьи, которые никогда не выступали против Фрейи отчаянно пытались сопротивляться, но когда им было сказано, что если они не послушают ее приказа, то будут очарованы и привязаны к Орарио, многие свалились на земли и начали реветь. Только пришедшая в себя Хелун терпеливо опустила голову, словно не имея права грустить. Поэтому Ройману не придется переживать за падение городских сил. К тому же, военная игра прошла без каких-либо жертв. Фрейя следила за тем, чтобы члены ее семьи не убивали своих противников. Эта война началась из-за собственного эгоизма и если бы на ней погибали  чужие дети, то это могло бы сниться ей в кошмарах, а главное, ей казалось, что если произойдут смерти, то Белл никогда не будет принадлежать ей. С другой стороны был альянс семей, которые, вероятно, пришли с намерениями убить их, но она доверяла Оттару и остальным, также как Хейт с отрядом андхримнир настолько, что верила, что все они выживут.

— ….Тогда ты должна работать у меня и зарабатывать деньги, как ты делала до этого.

— Так не пойдет. Высокомерной и проблемной богине было велено убраться отсюда к сегодняшнему дню.

Мия пристально посмотрела на Фрейю, когда та поднялась со своего места. Казалось, что ее взгляд пытался не показывать эмоций.

— …Я слышала, что какая-то маленькая богиня проговорилась о том, что ни в коем случае не пропустит через себя ни одну Богиню красоты, но если это будет “городская девушка”, то все в порядке.

Она остановилась прямо перед выходом.

— ….Нет. Это было бы слишком жалко.

Однако, как и ожидалось, улыбающаяся Фрейя не изменила своей воли.

— И так. Прощай, Мия. Все проведенное с тобой время было очень веселым.

По спине Фрейи, одетой в мантию с капюшоном, ударил протяжный вздох. Сделав вид, что ничего не заметила, она вышла за дверь и направилась на главную восточную улицу. Ее встречала бледно-голубая тьма, отличавшаяся от ночи.

— Интересно, как давно я здесь….

Этот вид уже был слишком привычным. Казалось, что до сегодняшнего дня прошло много времени, но в то же время кажется, что все прошло так быстро. Чувствуется холодный утренний ветер. Когда она в последний раз с нетерпением ждала начала дня? Теперь долгая осень и сезон плодородия подошли к концу. Тогда до зимы богине нужно уйти, собрав хороший урожай. Окинув взглядом пустые улицы, Фрейя направилась к городским воротам. Вернее, она уже пыталась повернуться туда, но….

— Сир!

Она остановилась на месте перед парнем, который словно ожидал только ее.

— ….Что-то не так?

Это прозвучало прозвучал немного жестко и холодно. В конце концов, он был одним из последних людей, которых она хотела бы видеть в этот миг.

— Ты уходишь?

— Конечно. Таковы правила.

— Но мы….

— Что, опять решил меня обмануть? Ты был самодоволен и уже дважды отвергнул меня из-за своего эгоизма.

— Ну….!?

Словно это ее последняя месть, она начала язвить. Но, конечно же, ее слова не были искренними. Той, кто поступал по своему самолюбию, была она сама, ввязавшаяся в поток нижнего мира для того, чтобы развлечься.

— …Все в порядке.

— А?

— Лишь благодаря тому, что ты положил конец моей “любви”, я была по-настоящему спасена.

— !

Фрейя улыбнулась, обменявшись взглядами с широко раскрытыми малиново-рубелитовыми глазами, которые наблюдали за ней. Здесь не было жестокой и необузданной богини, также как и ведьмы, познавшей яд и чудеса любви больше, чем кто-либо другой. Здесь была лишь познавшая боль и горечь любви девушка с белым сердцем.

— Я больше не буду сходить с ума из-за любви и больше не буду искать ее. В конце концов ты, моя первая любовь, пострадал гораздо больше меня и потом оборвал затянувшиеся чувства.

Это была нескрываемая искренность. В обмен на сердечную боль, которую ей подарил Белл, Фрейя больше не будет монстром, извращающим мир вокруг себя и больше не причинит зла ни себе, ни другим. Благодаря тому, что никто иной как “он” причинил ей эту боль, он разделял ее вместе с ней поровну. Это не было пробуждением кошмара. Отличалось от ощущений пробуждения. Это чувство очень одинокое и в какой-то степени освежающее. Чувство утраты, от которого до сих пор на глаза наворачиваются слезы, лучшее доказательство того, что Фрейя хотела мальчика и доказательство того, что она “превзошла” любовь, проклявшую ее.

— Я проиграла тебе…

Это расстраивало ее. И хотя это было очень стыдно и она не хотела в этом признаваться. Фрейя была спасена. Фрейя безо всякого смысла еще раз улыбнулась безмолвному мальчику, который наблюдал за ней.

— Люблю тебя, Белл. Очень люблю.

— ….

— Буду думать о тебе, пока не устану и мне это не надоест.

Для богини, искавшей своего “Одра” десятки тысяч и даже сотни миллионов лет, такой день никогда не наступит. Тем не менее, величайшее наказание для Фрейи - это продолжать удерживать эти чувства, которые не смогут найти ответ.

— ….Ну, тогда.

Прежде, чем у нее появились какие-либо сожаления, она быстро покинула это место.

И даже когда она прошла мимо него, мальчик ничего не сказал. Это немного удивило ее. В конце концов, внутри все еще таилась девичья досада, которая хотела, чтобы он ее окликнул, но удивление было сильнее. Ведь она знала, что Белл всегда был чрезмерным ребенком.

— Сир.

Но вскоре ответ подошел с другой стороны.

— !!!

Это была Рю. А с ней Аня, Хлоя и Руноа, а также все остальные работники “Хозяйки плодородия”. Прежде, чем она успела понять, девушки, которые были облачены в униформу цвета молодых листьев, образовали единую стену на главной улице. Фрейя не могла найти слов и перестала двигаться. В итоге она снова накинула капюшон и попыталась протиснуться между ними.

— Подожди-ка.

И, конечно же, будучи такой жестокой девушкой, они бы ни за что не допустила подобного. Строгий голос, который она никогда не применяла на девушке по имени Сир, остановил богиню.

— Разве тебе нечего нам сказать?

— ......

Фрейя остановилась, нет, остановилась именно “она”. Закрыла глаза и остановилась. Рю выкрикнула имя “городской девушки”, а значит богиня не должна отвечать. Это окончальный ход богини, которая дошла до финальной концовки. Не обращая внимания на суетящийся разум, она открыла веки и посмотрела на каменный тротуар своими тускло-серыми глазами. Богиня исчезла, а та, кто стояла там, была “Городской девушкой”.

— …..Прости.

*Шлеп*. После этих слов от её щеки раздался резкий звук. Сняв капюшон, Сир широко распахнула глаза и коснулась своей покрасневшей щеки.

— Да ты издеваешься!!!

Прокричала Рю, ударившая по щеке с такой скоростью, что лица Хлои и Руноа побледнели.

— Если ты собираешься извиняться, то будь добра загладить вину!

— Ах..?

— Когда мне хотелось умереть, ты была той, кто спасла меня! Так теперь возьми ответственность за то, что я сейчас здесь!

Услышав эти слова, Сир слегка вздрогнула. Сердце екнуло, а в тускло-серых глазах смешиваются эгоизм, нежелание чувствовать себя смущенной и желание ни о чем не сожалеть. Разгневанная Рю, должно быть, сразу поняла, о чем думала Сир. Нахмурив брови, она еще плотнее приблизилась к ней, словно желая с силой притянуть ее за воротник.

— Не хочешь, чтобы тебя больше унижали? Не глупи! Я буду унижать тебя до конца своих дней! Я заставлю тебя платить до конца твоих дней!

— ….

— Оставайся с нами до конца!!

Слезный крик Рю заставил тускло-серые глаза распахнуться.

— Я даже знать не хочу, что такое эта “гордость” богини-ня.

— Верно. В конце концов перед нами не богиня, а простая коллега по работе.

Хлоя ухмыльнулась, а Руноа засмеялась.

— К тому же, ты так плохо готовишь, что точно не обманешь тем, что это именно ты, не правда ли?

Они продолжали произносить подобные унизительные вещи, заставляя лицо Сир краснеть от смущения. Она снова и снова размыкала губы, но было слишком неловко что-то говорить. А остальные работники просто хихикали, пожимая плечами. А вскоре, без паузы, вперед вышла брошенная кошка.

— …….Фрея-сама….. Сир……

— Аня…

Она была так поражена и шокирована, что не могла найти слов в ответ. После того, как она обманула и причинила ей боль в той “клетке”, что она могла ей сказать? Стоя перед неподвижной Сир, Аня много раз вертела своим хвостом, словно была напугана. Она много раз открывала и закрывала рот, смотря на землю.

— ….Не хочу расставаться-ня!

Она заплакала и обняла ее. Кошка набросилась на застывшую Сир.

— Хоть я ничего и не понимаю-ня…! Но мне не хочется расставаться с Сир…!!!

Глупую Аню было невозможно переубедить. Остроумных слов найти она также не могла. Сомнительно, что она вообще понимает связь между Сир и Фрейей. Но именно поэтому она честно призналась в своих чувствах и обняла ее. Удивленные глаза Сир начали накапливать слезы.

— Сир-сан.

Заговорил Белл, наблюдавший за ней из-за спины все это время. Хлоя медленно оттаскивает Аню, а Сир быстро оборачивается в его сторону и опускает лицо, не желая показывать свое смущение. И поскольку она не могла решиться…. Болезненный толчок Руноа подтолкнул ее в спину. Сделав шаг вперед и едва не упав, она упирается в переднюю часть Белла.

— ………….

— Ум…..Гм……..

По какой-то причине поведение заикающегося Белла казалось Сир странным. Когда она задалась этим вопросом, мальчик резко раскинул руки, будто принял решение. А вид мальчика, который выглядел так,  будто он собирался ее обнять, заставил Сир распахнуть веки. Мгновение и раскрасневшийся Белл тут же садится на корточки. Через некоторое время он поднимается на ноги и, словно смирившись с чем-то, нежно берет правую руку Сир, приобретая красный цвет на лице. А затем.

— …Ты была плохой кошечкой! Я присмотрю за тобой, чтобы ты больше не проказничала! Готовься, аххх!!!

Подул ветер. Наступила тишина. Руноа и остальные бросали на него холодные взгляды. Особенно холодными были глаза Рю, которые могли убить Белла простым взглядом.

— Ах…..

Смотря на потемневшего мальчика, покрытого потом, Сир кое-что вспомнила.

“Белл, если я сойду с ума, что ты сделаешь?”

Это слова, сказанные во время фестиваля богинь. Боясь того, что она сойдет с ума из-за любви, между ними произошел шуточный диалог.

"Сожмешь ли ты меня в своих объятьях и скажешь":

— "Ты была плохой кошечкой. Я присмотрю за тобой, чтобы ты больше не проказничала".

"После этого, ты бы сказал "приготовься" и отвел домой"

"Нет, я не буду этого делать!?"

В тот раз он и Сир лишь посмеялись над этим. А сейчас, вместо объятий, мальчик крепко держал её правую руку.

— …Сир, я уже говорил это в прошлый раз.  Чтобы ты никому не навредила, я остановлю тебя.

Гляда на ошеломленную и смущенную Сир, Белл смог выдавить кривую улыбку.

— Не дам причинить вред себе или кому-то другому.

После этих слов. Потянувшись к карману в её сжатую в объятьях руках, было вложена "вещь"

— …..

Это было серебряная заколка, инкрустированная бледно-синими камнями. Часть парного украшения, одну из которых разбила богиня.

— Я присмотрю за Сир.

— Ах…..?

— Я прослежу, чтобы ты не делала ничего плохого…. Для того, чтобы ты могла смеяться вместе с Рю и остальными.

Рука девушки по имени Сир дрожала.

— Я не могу стать твоим “одром”.

Сознание покинуло тело и схватилось за украшение для волос.

— И я не “Фулланд”.

Посмотрев на девушку с дрожащими губами, мальчик застенчиво улыбнулся.

— Но, думаю, я могу стать рыцарем…. Рыцарем, который разделяет причиненную боль вместе с тобой и защищает тебя.

Из глаз Сир потекли слезы.

— А теперь, Сир. Пожалуйста, сдержи обещание!

Наконец, мягким, но настойчивым тоном, Белл обратился к плачущей девушке.

"— Пожалуйста расскажите о настоящей себе" - Ты сказала, что если мы победим, то ты прислушаешься к моей просьбе.

Ее горло дрожит. Она вот-вот разрыдается. Но как богиня Фрейя, она не может позволить этого! Но несмотря на это слезы, льющиеся из тускло-серых глаз, говорили обо всем. Это напоминало ей о том фантастическом сне, который она увидела, придя на “цветочное поле”. Она уже знает, кто “настоящая она” и каково ее  “истинное желание”. “Она” была той, кто породила богиню Фрейю, а также той, кто породила девушку Сир. Единственная, кто всегда плакала в том “цветочном поле”.

— ……Я хочу перестать быть богиней!

Вот почему она рассказала о своем настоящем “я”. Проговорила об истинной “я” в сторону места, где была освобождена от “ярма” богини.

— Я хочу быть девушкой Сир рядом со всеми вами!

Белл расплылся в улыбке. Рю заплакала и улыбнулась. Аня со слезными криками набросилась на нее, а смеющиеся Хлоя и Руноа положили руки на ее правое и левое плечо. Работники таверны ликовали. Прислонившаяся к таверне дворфийка, наблюдающая за происходящим, приподняла губы. Город начал медленно просыпаться от радостных возгласов, раздававшихся с раннего утра. Восточная городская стена сияла. Появлялись фрагменты утреннего солнца.

— Прости, Аня….

Это было ее наказанием.

— Прости, Хлоя… Прости, Руноа…!

Наказание за эгоизм и самолюбие ведьмы, которая не являлась святой.

— Прости меня, Рю…!

Каждый раз, когда она будет сталкиваться с этими девушками, она будет сгорать от стыда и корчиться в смущении, заглаживая свою вину всю оставшуюся жизнь.

— Прости меня, Мама Мия….!

Она больше не будет творить плохие вещи.

— Все вы….. Спасибо вам.

Потому, что рядом с ней был рыцарь, который продолжает присматривать за ней.

— …..Насекомое, и ты доволен этим?

Послышалось крыше одного из зданий. Среди членов Семьи, которые наблюдали за сценой разворачивающейся внизу был был Аллен, который задавал этот вопрос с явным недовольством.

— Не знаю.

— Ах!?

— Не знаю, лучший ли это исход.

Хедин как можно короче изложил то, что чувствовал. После того, как на него уставились не только Аллен, но и четверо братьев Гулливер и остальные члены семьи, за исключением Оттара и Хогни, на его лице появилась спокойная улыбка.

— Но этот..... довольно неплох

В конце концов, этот глупый мальчик не стал ее “одром”. Точно также он и не стал ее героем-одром. Вместо этого мальчик выбрал роль Рыцаря-одра. Мальчик наконец определился с выбором.

Духом все это время была - городская девушка. Святой девой  - ведьма. Девушка Сир и Ведьма Фрейя сплетаются в двойной состав, который состоит из одного существа. Это и была настоящая “она”. Теперь "она" больше не будет сходить с ума из-за любви и не будет раздавлена “любовью”. Она уже не богиня, а простая девушка, спасенная тем, кто отвергнул ее любовь. Пока он будет продолжать оберегать ее рядом с собой, она будет свободна. Ее истинное желание уже здесь.

— Проходной балл… Глупый ученик.

Солнце восходит. Оно согревает девушек, которые обнимают друг друга. Поля цветов нет. Цветут лишь свежие молодые листья, в цвет униформы которые они носили на себе.

— Действительно…. Какой жестокий человек, - Раздался голос прокомментировавший эту сцену.

Помощница богини, Хелун, которая смотрела на “рыцаря”, не произнесла ни одного гневного слова. Вместо этого она, проливая слезы, улыбалась радостной улыбкой.

— Спасибо, что спас нас…. Белл.

Она произнесет первую и последнюю благодарность в восходящее утреннее небо. Мальчик, наблюдавший за девушками со стороны улыбнулся. Осень закончилась. Богиня уходит вместе с плодородием. Девушка, рожденная от разрушенного “ярма”, смеялась словно цветок, взращенный слезами.

----------

Начальные Иллюстрации

[[image:/storage/reader-images/4de2c175b237962df1f83ffd7d5ae79b67530bbf.png]]

[[image:/storage/reader-images/f3e931d325d8eeb9fcf29e484a67880e98035c28.png]]

[[image:/storage/reader-images/0d8cfa94e547e1b399ccd6cbf6d96600d8e1203a.png]]

[[image:/storage/reader-images/52adb7ce514641328e518661ab49b1a31bce4eda.png]]

----------

Пролог: Повесть нагрянувшая с моря

[[image:/storage/reader-images/e023f08efbf8d7d26245bf0fe515476d02740783.png]]
Пролог: Повесть нагрянувшая с моря.

— Это было невероятно! - Закричала Миша.

Эйна уже не знала сколько раз ей доводилось слышать громкие возгласы, которые становились все громче возле неё.

— Военная игра между Семьей Гестии и Семьей Фрейи! —- Это потрясающе!

— М-Миша, тебе нужно вести себя тише…

Множество авантюристов отправилось в подземелье и ко второй половине дня количество посетителей штаб-квартиры гильдии заметно уменьшилось. Эйна, которая продолжала собирать документы за своим рабочим столом, остановилась, чтобы окликнуть свою коллегу продолжающую шуметь в кабинете рядом со приемной стойкой, но все оказалось бесполезно.

— Ничего страшного, все вокруг кивают в знак понимания! В конце концов, все было так потрясающе!

Оглядываясь по сторонам, можно увидеть, как другие работники гильдии и секретари часто кивали головами, как и говорила Миша. Всякий раз когда у них было свободное время, они обсуждали одну и ту же тему, раз за разом. Этой темой являлась военная игра, которая состоялась всего пять дней назад. Битва века, между объединенным альянсом и сильнейшей семьей.

— Каждый момент был захватывающим, а все первоклассные авантюристы казались чудовищами! А посреди всего этого, твоему брату и остальным удалось одолеть “сильнейшего”.

Тряхнув своими розовыми волосами и разводя руками, Миша радовалась как маленький ребенок. Она стала такой сразу после того как увидела ту грандиозную битву. Похоже, что волнение от произошедшего все ещё не улеглось.

— Пришло подкрепление от “Штормового ветра”, а затем БАХ!

— А шокирующие действия “Хильдрслейфа” заставили меня оцепенеть.

— “Сильнейший” слишком силен!

— Но, в конце концов, твой брат был самым крутым-!

Так далее и тому подобное продолжалось. Миша часто вспоминала о сценах того дня и обнажала свои чувства по отношению к ним. И Эйна могла понять её чувства. На самом деле, даже сейчас, всевозможные авантюристы и жители, вероятно также взволнованы той грандиозной битвой. Может быть, так происходит и в других городах за пределами города. В конце концов, победа над Семьей Фрейи, была настоящим подвигом и заслуживала такого внимания. Даже Эйна полностью понимала это. Понимаю, но….

— Эйна, должно быть ты очень гордишься успехом своего брата, не так ли?

—- Должна гордиться… Только не я, я ведь ничего не сделала.

.

— Врешь!! Я уверена, что зарплата Эйны, которая все это время отвечала за своего “брата” возрастет! Эх, я так завидую!

Без какой либо тени негатива, Миша расхваливала Эйну. Другие секретари также одобрительно укоряли её, называя : “Эй, самый успешный секретарь”. А Эйна могла лишь горько улыбнуться.

— Я не могу радоваться или чувствовать себя приободренной, ведь я так и не смогла найти возможность поддержать его.

— Эйна ...?

— Даже спустя столько времени, я все ещё просыпаюсь с тревогой и страхом, что все это было сном… Как бы то ни было, сейчас на душе именно это.

Она рассказала о своих искренних чувствах. Авантюрист за которого она отвечала был тем самым человеком, который находился в центре всеобщей суматохи ещё до военной игры и произошло слишком много событий, не дающих её телу и разуму отдохнуть. день изо дня её сердце нисколько не успокаивалось, а поспать ночью не удавалось. И когда подошло время начала военной игры, она не переставала бледнеть на протяжении всего безнадежного боя, какая-то часть её тела постоянно дрожала, а слезы стекали с её лица бесчисленное множество раз. И даже в тот миг как была объявлена безусловная победа Белла и остальных, Эйна  с тяжестью опустилась на пол, сжавшись на одном месте.

И даже теперь, когда все кончено, она все ещё терзалась сомнениями, не были её воспоминания искажены, как некоторое время назад. По итогу, у неё не оставалось сил радоваться, также как Мише и остальным. Напряжение и стресс заставили её сильно истощится из-за недавнего.

— Что-ж, но даже так. Эйна ведь все равно любит своего младшего брата!?

— Да, Люблю его…..М-миша!

Неизвестно, знала ли Миша о чувствах Эйны, но на её лица была радостная улыбка, когда лицо эйны становилось красным, а голос более резким.

— В таком случае, нам необходимо отпраздновать это! Эйна ведь  все это время болела за победу “Кроличьей Лапки!

Услышав такой благовидный предлог, который казался правильным, Эйна оказалась ошеломленный и сжатой.  Ей хотелось надуть губы но как только…. то она сразу же расслабила щеки.

(Конечно, в прошлый раз я была слишком рассеяна, чтобы встретиться…. В следующий раз, когда я вижу Белла, то точно на говорю ему кучу похвал, все ведь будет именно так? )

После битвы, Белл, который был участником войны и Эйна, работница гильдии, которая была занята устранением последствий от этой битвы, не могли повидать друг друга. И, было бы неплохо подумать о том, что она скажет ему при следующей встречи.

Может, что-то безобидное: “Это было отличная работа” ?

Или же “я так волновалась”?.

А может “Это было потрясающе”?

Или…. Может….

“Ты выложился на полную” .

“Ты выглядел великолепно”

Ты мне очень нравишься…

— Стоп, что, я только что!!?

—  Эйна….!

Миша была поражена увидев как Эйна рухнула на свой рабочий стол, обхватив голову руками. Удивление не обошло и остальных работников гильдии, которые были поражены таким странным поведением. То о чем она думала в последнюю очередь, было неправильным, и она не знала почему, но она была уверена , что если она и Белл в этот миг будут смотреть прямо друг на друга в упор, то будет шанс того, что она отступиться. Но в любом случае, бушующие эмоции могут взять верх и броситься обнимать его.

Если бы Белл стал собственностью Богини красоты, Фрейи, то мысли Эйны точно бы переросли в сожаления, от которых бы она не смогла избавиться и которые будут преследовать её до конца жизни. Поэтому, уже ничего не поделаешь и придется определиться с маршрутом выбора один из которых будет содержать возможность обнять его, произнеся исповедальную фразу или даже, его приглашение на ужин, где будут только они вдвоем.

(В любом случае, мне нужно подумать о том, как бы не выкинуть ничего странного)

Эйна, чьи остроконечные эльфийские уши и щеки слегка покраснели, наконец подняла взгляд и поправила положение очков.

— И кроме того, пока ты продолжаешь медлить нагрянет момент со  “школьным округом”.

А затем. Эйна, которая думала только о мальчика, застыла, услышав слова Миши.

— Когда “школьный округ” окажется здесь, все сотрудники гильдии будут завалены работой!

—- ….

Внезапно, Миша изменила свой веселый вид и начала издавать жалобные звуки. А все ещё застывшая Эйна, молча посмотрела в окно.

— Ясно…. Сейчас, почти то самое время..

Календарь близился к порогу первого дня зимы. Температура в самой западной части Орарио начала падать, подавая признаки наступления зимы.

Когда последние лучи осеннего солнечного света проскальзывали с голубого неба, Эйна прищурила своим темно-изумрудные глаза за линзами очков, словно вглядываясь вдаль.

— Она…. Скоро будет в Орарио.

***

Я вижу башню. Эта огромная многоэтажная башня, которая устремляется в лазурное небо и выглядит так, словно вот-вот пронзит небеса. Сооружение, которое носило божественное имя, Вавилонской башни и считающееся самым длинным в мире, хорошо виднелось даже над морем.

Под этой башней находилась “Столица, Город Героев”. Центр мира и единственный город-лабиринт существующий в нижнем мире. Место где находится “она”, которое по моим надеждам, что-то изменит, но на деле не хотела посещать.

— Вот он, Орарио….

Это был гигантский корабль, смело пересекающий море. Девушка, стоявшая на палубе корабля, печально прищурила свои зелено-изумрудные глаза.

— Старшая сестра….

----------

Празднование победы

[[image:/storage/reader-images/de705af17f25290b80b353167301cc3b7cdac119.png]]
Глава 1 -  Празднование победы

Наступила ночь и последние солнечные лучи опустились за западные горы.

Свет ламп из волшебного камня освещает город так же ярко, как звезды, сияющие над головой, рассказывая о причине, по которой Орарио называют городом, который никогда не спит. Причина, по которой город еще более яркий и громкий, чем обычно, несомненно, заключается в том, что эмоции от великой военной игры еще сохранялись.

На всех восьми основных улицах раздавались громкие крики и радостные возгласы. Авантюристы и боги продолжают есть, пить и смеяться, а каждая таверна подает им своим фирменные напитки и блюда, поддерживая суету в оживленном городе. И “Хозяйка Плодородия”, где мы находились сейчас, была одной из них.

— Давайте отпразднуем победу в Военной игре, поехалиии!!

— Дааааааааааааааааааааааааааааааааа!!

С криком Гестии-самы со своих мест поднялись бесчисленные стаканы. Большое количество людей и богов заполняли таверну. В этот вечер, таверна “Хозяйка Плодородия” была полностью забронирована для Семьи Гестии и дружественных к ней семей. Не думаю, что стоит говорить о том, что это связано с празднованием победы на военной игре.

— Эй, “Юный Новичок”, выпьешь с нами….!?

— Нет, мы ведь только начали…! А еще, Морд, мое нынешнее второе имя это “Кроличья Лапка”.....

— Глупец! Если не начать пить сейчас, то когда вообще стоит начинать!?

Мой сдавленный голос обращался к владельцу большой руки, обвившей мою шею, а на лице чувствовалось дыхание, разящее алкоголем. Краснолицый Морд, который удерживал меня, поднял правую руку со стаканом выпивки высоко вверх.

— Мы смогли, Семья Фрейи повереженааааааааааааааааааааааааааааааааааа!!

— Даааааааааааааааааааааааааааааааа!!

Услышав громкий крик Морда, Гейл, Скотт, Борс и жители подземного города Ривиры, а также Дормул и другие дворфы из Семьи Магни дружно закричали. Многие авантюристы, которые оказали помощь в “Войне Семей”, уже с самого начала проявляли энтузиазм. И я могу понять, почему они так счастливы. Любой должен понимать, что мы совершили великий подвиг. Победа над крупнейшей Семьей Города - Семьей Фрейи, которая стоит рядом с Семьей Локи. Я слышал, что даже за пределами города весь мир находится в смятении. А вместе с этим я никогда не видел, чтобы лицо Борса, который имеет долгую историю авантюриста и является главой подземного города, таким счастливым. Все, кто сражался, имеют полное право упиваться завоеванной победой.

…Однако, мне кажется, что все заходит слишком далеко…

— Сегодняшний день за мой счет! Теперь у меня много денег от Семьи Фрейи!!! Давайте, ребята, ешьте! Пейте как можно больше!!

— Дааааа!

— Как и ожидалось от Борса!

Награда за военную игру, которой стало распределенное богатство Семьи Фрейи, заставило Борса, Морда и остальных полностью развязать свои кошельки. Наблюдая за Борсом и его друзьями, наслаждающимися выпивкой, я мог лишь горько улыбнуться.

— Такими темпами его награда закончится в мгновение ока. Уже вижу, как он хватается за голову от отчаяния.

— Ах… Это ты, Лювис.

— Не беспокойся о них. Давай и сами насладимся победой, союзник эльфов.

Подошедший Лювис протягивает свой бокал, наполненный “альв Феи” со льдом и примесью чистейшей воды. И я легонько прислонился к его чашке, чувствуя легкую щекотку. Я еще недостаточно взрослый, чтобы пить восхитительное вино победы, однако… Могу разделить эту радость с теми, кто сражался рядом со мной.

— Еда готова!

— А что насчет алкоголя!? Мне не хватает выпивки-ня!

Благодаря помощи Лювиса мне удалось вырваться из компании Морда и остальных, где наткнулся на девушек-кошек, которые казались очень занятыми. В отличие от своих обычных дней, сегодняшний вид “Хозяйки Плодородия” представлял собой так называемый “фуршетный стиль”. Все стулья были убраны, создавая пространство, которое придает ощущение просторности. Если бы оно не было таким, то не смогло вместить всех гостей.

Участники этого банкета являлись союзниками Семьи Гестии, включая жителей подземного города Ривира, однако строгого контроля не было. Среди гостей, вместе с которыми мы сражались на военной игре, были знакомые нам люди и боги, которые пришли навестить нас. Думаю, что не считая денатус, на котором присутствуют боги, такое сочетание членов разных семей было редким зрелищем.

— Оука, Чигуса, Аска и остальные. Огромное спасибо за помощь в военной игре!

— Не стоит! Мне очень жаль, что нам не удалось помочь тебе в самый важный момент.

—  О, да. В конце концов, нас вырезали по приказу нашего командира “Лаурус Фуги”.

— Минуточку! Не говори это так, будто тебя атаковала я! Я и сама была разрублена “Дайнслейфом”!

— Успокойся, Дафна-тян!

Подойдя к Семье Такемиказучи и поблагодарив их, я увидел, как Чигуса торопливо замахала руками, Оука с хмурым видом выразил свое разочарование, а Дафна которая сидела рядом, с криком вскочила со своего места так, что могла выплеснуть свой напиток. Видя, как сидящая рядом с ней Кассандра пытается ее успокоить, я едва сдержал смех и посмотрел дальше.

— Ум, Наза, Миах-сама… Что насчет сломанного протеза руки…?

— Все в порядке… Мы сможем получить новый “аргетрам серебряной руки” с полученной частью разделенных денег.

— Я все еще не могу выплатить тот ранний долг, но думаю, эта ситуация плюс-минус-ноль. Нет, если я помогла своим близким - Беллу и остальным, думаю, что это достаточно выгодная ситуация.

Наза, которая завязала манжет месте правой руки, мягко улыбалась рядом с Миахом-сама.

Все это не могло не заставить меня испытать облегчение, ведь я узнал, что ее серебряная рука была сломана в военной игре. Если бы не все это, я бы думал о том, чтобы продолжать трудиться в подземелье, чтобы платить за протез руки.

— Досадно отдавать эти деньги Аирмид и ее семье, но…. Миах-сама прав, нашей доли хватит, чтобы расплатиться. К тому же, Я получила третий уровень!

— Чтоо? Это правда!?

— Да. Так что давайте отпразднуем это. Правда…. Думаю, от этого будет мало толку, ведь я не могу сражаться с монстрами.

Видимо, она говорит о том, что после “повышения уровня” количество получаемой экселии уменьшается вдвое.

По словам Назы-сан есть немало других авантюристов, которые подняли свой уровень, в их число входили и боевые проститутки, Лена и Самира. Помимо полученного вознаграждения и славы от военной игры, они получили и другие “крупные достижения“. Я был ошеломлен неожиданным откровением и в очередной раз осознал, насколько особенны люди, с которыми я сражался.

— Белл Кранелл? Тебе ведь не обязательно приветствоваться со всеми вокруг, не так ли?

—  Ага. Ты был тем, кто пострадал больше всех и боролся до конца больше, чем кто-либо другой.

— Не кружись и остановись на одном месте!

— Но…. Я все еще хочу сказать "спасибо" людям, которые мне помогли....... В конце концов, это была великая битва.

Собрав все чувства, что были на сердце, я как можно правильнее выразил их ответом для Гефест, Цубаки и Такемиказучи. В этом жесте не было морали, мне просто хотелось выразить свои чувства. Казалось, что Гефест-сама улыбнулась, но потом тут же изогнула брови, сказав:

– Тогда пусть это делает Гестия! Она ведь богиня-покровитель!

Приняв неподвижное вертикальное положение, беспомощному мне не оставалось ничего, кроме как сказать “Да!”.

Освободившись от компании смеющегося Такемиказучи-самы и остальных, я подошел к другим гостям, чтобы поприветствовать их. Среди множества людей, среди которых в основном присутствовали авантюристы, я нигде не видел Эйны.

Похоже, что работникам Гильдии не подобает присутствовать на подобных сборищах авантюристов, а точнее сборищах разных семей. Также отсутствует Гермес-сама и остальные члены его семьи. Они отказались приходить, поскольку не принимали непосредственного участия в военной игре. Вместо этого мы получили довольно дорогое вино с сообщением: “Насладитесь банкетом в честь победы!”

Помимо Гермеса-самы и остальных, нам очень помогли Фелс, Финн, Тиона и Тионе…. которых здесь нет.

— Как и я, Айз очень сильно подбадривала тебя, да так, что у нее охрипло горло! Теперь у нее смешной голос и ей неловко говорить с тобой. Так что, когда ей станет лучше, она встретится с аргонавтиком!

…Вот, что Тиона сообщила мне об Айз.

Я никогда не должен забывать, что благодаря этим людям вся эта сцена перед моими глазами стала явью. В конце концов, мы не могли быть настолько самонадеянными, чтобы победить в одиночку.

— До сих пор не могу поверить, что мы действительно вырвали победу у Семьи Фрейи! В тот момент, когда я проснулась, мне казалось, что это всего лишь сон, наполненный мыльными пузырями.

— Пожалуйста, не надо говорить ничего о том, что такое несчастье мне, Микото-сама! Это меня заставили совершить эту сумасшедшую прогулку по натянутому канату бессчетное количество времени, и мне пришлось совершить четыре круговых путешествия между адом и подземном миром! Я больше не хочу этого делать! И не буду этого делать! Лили бы никогда не сделала ничего подобного, никогда-никогда-никогда-никогда!!!!!!

— А, пожалуйста, успокойтесь, Лили-сама!

Поприветствовав всех, я вернулся к столу в центре таверны и увидел Микото, которая все еще была взволнована, Лили, которая пребывала в состоянии громкой истерики и Харухиме, которая отчаянно успокаивала свой голос.

Несмотря на победу на военной игре, в последнее время Лили часто мучают кошмары, связанные с той смертельной битвой, и похоже, что ее выводит тот факт, что она может напиться алкоголем в этот день. Несмотря на то, что она начала избегать алкоголя после инцидента с “божественным вином”, сейчас она думает “а смогу ли я обойтись без алкоголя?”. Таково было ее душевное состояние.

— Хам, Хам….Ух! Эта битва была великолепна! Мы должны были победить любой ценой, я даже рисковала своей жизнью!

Видя, как кивающая богиня протягивает руку к еде, словно говоря “кто первый пришел,  первым и обслужен”, я расплываюсь в широкой улыбке.

Все так, как и должно быть, но я также понимаю, о чем говорила Лили. Если бы я мог… То точно не хотел бы вспоминать произошедшее. Кажется, что я приобрел психологическую травму, потому что был уничтожен и разорван в клочья сильнейшим авантюристом в городе - Оттаром. Говоря точнее, у меня условный рефлекс, при котором даже нынешняя улыбка на моем лице является спазматической судорогой.

— Ну, по крайней мере, сейчас все хорошо….

— Ничего хорошего!!

Вельф, который не обращал внимания на истерику Лили, опрокинул свой стакан и отвел взгляд в сторону.

— …Почему некоторые из проигравших здесь?

Лили, которая, как и мы, старалась не смотреть в ту сторону, проследила за взглядом Вельфа. Там стояло четверо прумов, которые держали в руках множество блюд и бутылок с выпивкой.

— Это ведь простая услуга?

— Разве это не простое унижение?

— Я никогда не забуду этого унижения.

— Белл не имеет прощения…

— А почему я!?

Четыре голоса, которые произносятся одним тоном, напоминают тот же тон, с которым они обращались к Беллу Кранеллу из Семьи Фрейи.

Четверо братьев Гулливеров, а в частности Альфригг, с большим шумом выполняли свои служебные обязанности, будучи одетыми в фартуки поверх их устрашающих доспехов и шлемов. И нет, здесь были не только Альфригг и его братья, а почти вся Семья Фрейи.

— Это судьба проигравших и цена, которую мы платим...... Это наш грех… Мы оказались рабами банкетного стола. Ку-ку-ку, я не могу позволить себе унижаться перед стольким количеством разных взглядов. Я должен сбежать на священную кухню….! В-возможно ли это?

— К сожалению, нет. На кухню уже подоспели другие. Кто бы мог подумать, что работа в этом баре такая же тяжелая, как на “Боевом поле Фольквангр”.

Целительница Хейт, которая плавно переносит тарелки с едой, сразу же отвергает мольбы Хогни, застенчивого темного эльфа, достигшего пика своего странного поведения.

У Хейт, которая выглядела так, словно уже привыкла к подобной работе, виднелись глаза уставшего старика, такие же, какие я видел некоторое время назад в “Фольквангре”.

— Ну, работать стало легче обычного! Хотя и совсем чуть-чуть.

— Именно так! Благодаря невольникам, которые у меня появились, я чувствую облегчение немного больше, чем обычно! Отработайте от моего имени-ня!

Руноа и Хлоя ухмылялись, наблюдая за тем, как Альфригг и Хогни-сан работают вместе…

Именно так это и происходило. Членов Семьи Фрейи принудили к работе на праздничной вечеринке в честь Альянса Семей, победившего на военной игре.

После фактического роспуска Семьи Фрейи Мия воспользовалась случаем и забрала членов семьи, особенно Хейт и остальных целителей - Андхримнир, для выполнения принудительных работ. Нет, если быть точным, она заставила их сделать это, сказав:

— “Эта глупая богиня сделала все, что ей вздумается, а ее идиотские последователи изрядно помучили моих глупых девочек. Вы должны за это заплатить!„

Кажется, это было именно так. Хотя это вполне в характере Мии-сан, но иметь возможность без колебаний использовать Эинхерий и первоклассных авантюристов…. Поистине потрясающе. Хотя отсюда и не видно, но кухня, где работают остальные целители, за исключением Хейт, также была чем-то невероятным.

Кстати говоря, мужских униформ не было, поэтому мужчины, включая Хогни-сана и остальных, носили свое обычное боевое снаряжение, и только женщины были облачены в фирменную униформу цвета молодых листьев, которая символизировала “Хозяйку Плодородия”.

Внезапно, самая сильная семья - Семья Фрейи, стала работниками таверны, создавая неоднозначную реакцию у гостей. Некоторые, как Вельф, были встревожены или напуганы. Некоторые, такие как Морд и остальные, ухмылялись и хихикали от восторга. Многие из них были рады видеть Хейт и других прекрасных женщин из ее отряда, которые обслуживали их, но даже в пьяном состоянии Борс и остальные не смели пересекать черту, ведь как только они поднимут руку, чтобы дотронуться, то их тут же прихлопнут. Было похоже, что они искусно сдерживают свое вожделение, не вытягивая носа и обливаясь холодным потом.

— На что это ты уставился, вытянув свой нос, грязь? Ты поистине отвратительное создание. Отправляйся в ад после того, как раздавишь свои глаза, похотливое чудовище.

— Я не уставился! И ничего не вытягивал! Так что, пожалуйста, перестаньте смотреть на меня с убийственным намерением, которое может уничтожать людей, Хелун…!

Сразу же после этого ужасающе холодный голос пронзил меня в область виска и, догадавшись о личности этого человека, не видя ее лица, я тут же обернулся, выкрикнув ее имя. У нее длинные пепельные волосы, скрывающие правую половину лица, и, несмотря на холодную гримасу, она по-прежнему выглядит прекрасно. Хелун, которую по виду можно назвать “ученицей ведьмы”, была одета в униформу таверны, как и Хейт, которая стояла прямо позади меня.

Обычно она одета в темное платье, поэтому милая зеленая униформа в цвет молодых листьев, которую она сейчас носит, выглядит настолько прекрасно, что я очарован ею. И пока по шее струится пот, а щеки двигаются под давлением ее взгляда…. Мне удается выдавить дружелюбную и неуклюжую улыбку.

— Хе…Хелун, вам оно тоже идет, не так ли? Это платье….

Сразу после этого ее глаза расширились и она закричала. Она покраснела так сильно, что я почти услышал, как это звучит.

— Развратный зверь! Похотливый зверь! мерзкое животное!

— Но почему!?

— Как ты смеешь смотреть на мой вид с таким вульгарным выражением лица, прекрати!! Ах, но почему я так одета.....! Независимо от слов Сир-сама, в этом наряде я никак не могу выглядеть хорошо…..!

— Мы все равно проиграли из-за твоего предательства, так что вполне справедливо, что ты первой примешь на себя наказание. Так что, пожалуйста, работай усердней, Хелун.

— Хейт….! Нооооооооооооооо!!!

Вместе со своими криками Хелун пытается подтянуть подол своей отнюдь не короткой юбки вниз, отчаянно пытаясь скрыть свои стройные ноги, обтянутые черными колготками. Однако Хейт безжалостно обрывает ее. Хелун пыталась посмотреть в глаза своей рыжеволосой коллеге, но, не в силах ничего сказать в ответ, осталась краснеть и дрожать.

Хелун, которую в своей семье считали “предательницей”, похоже, была прощена словом богини. И хотя она была прощена, но Хейт и остальные настаивали на том, что она должна получить по заслугам, и была вынуждена стать работником в “Хозяйке Плодородия” раньше всех остальных. Поскольку она являлась помощницей богини, которая редко появлялась на публике, то с некоторых пор привлекает к себе любопытные взгляды. И восхвалялась в основном богами-мужчинами, которые называли ее “Модельно-красивая девушка из разряда яндере!”

— В конце концов, это все твоя вина! Все потому, что ты все еще жив!! Позор тебе!

— Ауу!?

Я отчаянно вскрикнул, когда Хелун со слезой на левом глазу и чьи длинные волосы теперь завязаны на затылке, приближалась ко мне.

В момент когда она, казалось, собиралась заставить себя умереть столовой вилкой…

— Так-так, тебе пора уйти.

Вмешавшись, Хейт потащила ее за собой, но ее пристальный взгляд все еще выглядел так, будто она пыталась убить меня на расстоянии.

— Я все еще думаю, что это не те люди, которых стоило выбирать… Беспокойство о них не дает мне напиться.

Пока мое лицо было бледным, Вельф, жалобно поддерживающий меня одной рукой, вздохнул.

— Ну, все не так плохо. Помимо присмотра за этой таверной, они полезны и для других целей.

— И то верно! После окончания Военной игры Харухиме стала настоящей мишенью! Если бы Семья Фрейи не была с ней в качестве “сопровождения”, то кто знает, что могло бы произойти.

С улыбкой проговорила берберка Самира, а такая же амазонка Лена указала на нее жестом. То, о чем они говорили, несомненно было повышением уровня Харухиме.

— Как только повышение уровня было раскрыто на военной игре, то подосланные убийцы стали ежедневным явлением. Вот поэтому я говорила тебе не высовываться, глупая лисичка.

— Ааааах–. Мне очень жаль….!

Пока ее голову вместе с золотыми волосами взъерошивала рука Айши, Харухиме съеживалась на месте, словно шар. Во время военной игры, за которой наблюдал весь город, Харухиме множество раз использовала “Учиденокозучи”, так что ее повышение уровня стало широко известным фактом. И даже после определенного отрезка времени никто не хочет отказываться от колдовства, способного повысить вас на целый уровень…. Различные злые намерения и неприятности, такие как похищения, захват или заключения, стали собираться вокруг Харухиме.

Я, Микото, Айша, Самира и остальные боевые простутки берберки продумали тщательную систему безопасности, а Семья Фрейи действовала как “сопровождение” в подобных этому случаях.

— Это есть судьба...... Бедной лисе суждено быть принесенной на жертвенный алтарь. Наша вина и беззаконие создали корень этой катастрофы и нужно разорвать спираль причины и следствия…

— О чем это ты?

Вельф перевел свой пустой взгляд на Хогни, который проходил мимо и бормотал себе под нос. Думаю, он говорил: причина, по которой Харухиме стала мишенью, заключается в нашей битве против вас, поэтому они возьмут на себя ответственность и защитят ее. Возможно, он имел в виду это….

— Эм, Хогни-сан? Кстати, сколько раз Харухиме подвергалась опасности…?

— Сложно сказать…. До сегодняшнего дня мы с Хедином присматривали за ней попеременно….. Если считать только с моей стороны, то это будет семьдесят семь и один раз.

— Гхм.

С момента окончания Военной игры прошло меньше недели, но количество атак, хоть и остановленных, заставили меня издать странный звук. Помимо того, насколько удивительна сила повышения уровня Харухиме, это напомнило мне, насколько Орарио по-прежнему остается опасным местом. Но я также думаю, что здесь замешаны и силы за пределами города…

— …Как и Хогни-сан… Самира и остальные, спасибо вам за то, что вы защитили Харухиме.

— Хмп...... Все в порядке, тебе не нужно быть таким торжественным, это смущает.

Хогни-сан, который старался не говорить при мне странных слов, отвел взгляд в другую сторону, а его щеки слегка покраснели.

— К тому же… Если хочешь кого-то поблагодарить, то тебе стоит сказать это “ей”, а не нам. Все потому, что именно она попросила нас сделать это.

Мне не нужно было следить за его взглядом, чтобы понять, о ком он говорил. Это была девушка, которая трясла своими тускло-серыми волосами и с недавних пор трудилась в этой таверне больше всех.

— Эй, Сир-тян! Можно мне еще кусочек этого томатного пирога?

— Да! Деметра-сама!

— Сир, мне еще выпивки!

— Да, пожалуйста! Ньерд-сама!

— Сир-тян! Налей нам вина!

— Аа! Поняла!

Сир, которая носится вокруг и хлопает в ладоши, принимая заказы от приглашенных на эту вечеринку богов, начинает отвечать настолько устало, что может показаться, что вскоре запрокинет голову вверх от отчаянья. Глядя на эту сцену Гефест-сама злобно улыбалась, словно чувствуя себя довольной, а Такемиказучи и Миах-сама просто смеялись.

Богини красоты, которая исказила город, больше не было. Она уже покинула это место. Именно так многие считают. Возможно, из-за побочного эффекта масштабного и мощного “очарования”, очень немногие жители сохранили воспоминания о том, что происходило до и после превращения Орарио в “клетку”. Иными словами, лишь немногие, включая нас, знают, что Богиня Фрейя - это городская девушка по имени Сир.

С другой стороны, истинная личность девушки Сир теперь хорошо известна богам. Хотя город-лабиринт больше не боится угрозы очарования, только боги приходят дразнить и высмеивать Сир, состроив невинные лица. Несмотря на то, что Гестия-сама, которая является представителем альянса семей, принимает существование Сир, похоже, такой уровень позора заслужен. И Сир это понимает.

До сих пор ей приходилось извиняться перед многими богами, многие из них также ругались на нее и даже ударяли по щеке, и она все еще находится в процессе своего наказания. Кажется, что есть множество богов, в основном богинь, которые называют это легкой мерой…. Но у нее больше не осталось ни статуса, ни чести, ни даже богатства в руках.

В таком случае ей следует загладить вину как “городская девушка”, а не как богиня. Думаю, что причина, по которой люди из Семьи Фрейи работают в этом баре заключается не только в том, что они вынуждены следовать за Мией-сан, но и в том, что они пытаются максимально облегчить бремя Сир. Разделить наказание как верные последователи семьи, которые верны ей.

— Сир…..!! Где мой старший брат-ня? Сегодня самое время поговорить с ним как следует-ня! А затем вернуться к нормальной жизни в семье-ня!

— Умм, разве он не должен быть на крыше? Я думаю, что он следит за приближением плохих людей.

— Ладно-ня! Тогда я пойду к своему брату и пропущу работу-ня! Позаботься тут вместо меня, Сир!

– Аа? Аня, подожди! Я уже на пределе! Пожалуйста, остановись, Аня!?

С криком “нет!!” Аня выбежала из таверны. После это с потолка начали слышаться: “Бам-Бам-Бам”.

Вслед за звуком шагов, которые были не похожи на кошачьи, эхом отдавались громкие голоса, совсем не похожие на кошачье мяуканье. Они звучали как “Не подходи ко мне!” “Не обнимай меня!” и “Старший брат!” или что-то в этом роде.

Вскоре голоса стихли, поэтому я думаю, что две кошки, вероятно, начали гоняться друг за другом по крыше. Благодаря Сир Аня также полностью восстановила свою энергичность. Не думаю, что все вернется к тому, как было раньше, но… Таверна “Хозяйка Плодородия” возвращается к своей к повседневной жизни.

—…Сир, могу ли я помочь тебе?

Видя какой занятой она выглядела, я не мог не улыбнуться и не спросить об этом.

— Нет, Белл-сан. Кто-то ведь говорил, что будет просто присматривать за мной, верно?

Но Сир лишь вежливо отказалась.

— Я не смогу быть “хорошей девочкой” и снова превращусь в ведьму, если Белл-сан исчезнет. Поэтому продолжай наблюдать за мной, пока я усердно работаю, хорошо?

Это обещание. Ее рыцарь-Одр. Вот о чем говорила Сир. Затем она весело рассмеялась, как настоящая девушка, забывшая о богине. ….И я должен защищать эту улыбку.

Точно так же, как и обещание, данное ксеносам, Виене и остальным, это мое собственное лицемерное решение, которые я никогда не должен поколебать. В таверне, где вечеринка была в самом разгаре, я и Сир веселились и смеялись друг над другом, как в день нашей первой встречи.

— Правильно, Белл!! Ты не можешь быть так мягок с Сир, которая приносит еще больше проблем, чем докучливая Валлен-как-ее-там!

— Гуах!?

Затем я получил скоростной толчок сбоку и тут же схватил тело богини в свои руки.

— “Некая–некая-Сир”, тебе лучше быть осторожной! Белл не твой Озун или что-то в этом роде, он простой мальчик! Он мой! Потому, что он Белл!! Его очень легко обмануть. Но даже если ты попытаешься соблазнить его, то я буду той, кто снова очистит его!

Богиня, которая цеплялась за меня, как ребенок за свою мать, не называла имени богини Фрейи, но вместо этого со злобой называла ее “Некая-некая-Сир”. Причем в грубой манере. И когда Гестия-сама начала торжественно улыбаться, даже Сир чувствовала себя неловко.

— Кхе-Кхек, Богиня-сама, Сир тоже раскаивается, так что  не стоит так говорить….

— Ох, милый Белл! Милый и сладкий даже больше, чем кремовый джага мару кун с красной фасолью! Эта “Некая-Сир” ничем не отличается от финального босса. Как только представится удобная возможность, она щелкнем пальцами и на тебя нападет тот устрашающий “Король”!! Тебя снова похитят!!

— Хах. Это неправда.

— Хихи, верно. Но… Ах, мой палец соскользнул.

В тот миг, когда когда я рассмеялся от острой, как меч защитной реакции богини, послышался щелчок. С широкой улыбкой на лице Сир аккуратно щелкнула пальцами.

— Это дополнительное блюдо. Извините, что заставил вас ждать.

Сразу после этого перед нами, словно телепортировавшись, появился гигантский боаз.

— Уах, неужели она всерьез захотела затеять провокацию–!? Или мне поверить, что это действительно официант с таким-то огромным телом, не дури нас, “сильнейший”!!

— Бу-ку–бу-ку-бу-бу-ку!!

— Эй, Белл!?

В тот момент, когда передо мной появилось гигантское скалоподобное тело с подносом в руках, мое сознание со стремительной скоростью погрузилось во тьму. Основная причина бесконечных кошмаров с “оглушительным смертельным ударом”, “оглушительными ударами на крещении” и “оглушительной смертельной схваткой”, непрерывно всплывающих в моей памяти.

— Что вы делаете, Гестия-сама!?

— Глаза Белла-самы побелели, а изо рта идут пузыри!!

— Кажется, он серьезно травмирован!?

— Бе-Белл-сама!?

Казалось, что после крика Богини я мог слышать крики Лили, Микото, Вельфа и Харухиме, но не мог убедиться в этом, ведь лежал на полу лицом вниз.

— Белл-сан в тяжелом положении! Кажется, он не дышит! Я сделаю ему искусственное дыхание!

—  Ээээй, думаешь, я это позволю! Я так и знала, что “Некая-некая Сир” ни капли не раскаивается!

— Фре… Сир-сама! Вы не должны целовать, это грязное существо. Я-я, грешница, буду той, кто понесет бремя такого худшего греха…!!

— Все в порядке, Хелун. На всякий случай рядом находится целитель. Давай же сделаем чмок, Белл.

— Эй, что вы пытаетесь сделать под предлогом “На всякий случай”!? Вельф-сан, сожгите всех этих ведьм дотла и не оставляйте пепла!!

— Я не смогу…

Потеряв сознание во время конвульсий, я уже не знал, что происходило после. Не знал ничего о произошедших конфликтах или драках.

***

— Как долго ты будешь спать, идиот?

— Мха!?

Я очнулся, когда почувствовал беспощадный удар по щеке. Поняв, что в меня вбивалась чья-то передняя часть ботинка, я поднял верхнюю часть тела, словно в прыжке. Сделав это, я пристально посмотрел налево и направо и тут же заметил перед собой пару глаз, смотрящих на меня сверху вниз.

— Аа, Мастер!?

— Сейчас же поднимайся. Не утомляй меня, глупый кролик.

Я испытываю неописуемое облегчение, видя Мастера в его обычной манере, но в то же время нервно оглядываюсь по сторонам. Празднование все еще продолжалось, Борс и его друзья уже в который раз поднимают очередной тост. Интересно, много ли времени прошло после того, как я потерял сознание. Все это время я лежал у стены, а рядом был только один Мастер.

— Эм….  Мастер, почему вы…. Оказали мне помощь? Зачем вам это?

— Потому, что меня посчитали как наиболее нейтрального по отношению к тебе. Больше не создавай мне таких проблем, идиот.

Нейтральное......? Что они имели ввиду? Должно быть, это лишь жестокая спартанская ошибка….

— О чем это ты размышляешь?

Получив еще один пинок, мне стало очень больно, но потом, хоть и с опозданием, я осознал один факт. Красивое, как у женщины, лицо Мастера было покрыто свежими ранами.

— А, что… Насчет, откуда эти раны….?

— От Аллена и других лидеров, а также Хейт и остальных. Я просто принял наказание за то, что испачкал грязью лицо нашей госпожи.

— Эм….

— И со второго хода начал контратаковать.

— Эмм….

— Я был снисходителен только к одному удару, но терпеть что-то после него не было смысла.

Что-ж… Если это произошло с Мастером, то все так и есть. То, что ситуация обострилась и переросла в смертельную битву на боевом поле…. Кажется наиболее вероятным исходом. Я и сам догадывался, что Альфригг и остальные были тяжело ранены, хоть и скрывали это за своими доспехами. Видимо, так и произошло.

(Но…. Как бы то ни было. Я рад присутствию Мастера)

Мастер… Точнее, Хедин-сан, заслужил обиду членов своей семьи и даже подверг себя риску вплоть до получения травм, благодаря чему мы смогли выиграть военную игру. Конечно, это не единственная причина нашей победы, но без него мы бы проиграли и не смогли бы спасти “ее”.

— …Мастер, спасибо вам. За то, что помогли нам тогда.

— Не пойми меня неправильно, глупец. Я просто использовал вас и это не было помощью.

— Тем не менее, спасибо.

Я оставался на полу, а Мастер продолжал стоять на ногах. Сидя спиной к стене, я наблюдал за Гестией-сама, и остальными устраивающими суету в центре таверны, а также за Сир, которая была вовлечена в это. Даже когда она выполняет все эти абсурдные поручения, она все еще улыбалась.

— В конце концов, если бы не Мастер…. Не думаю, что Сир могла бы так улыбаться.

Наступило мгновение тишины, когда мы оба наблюдали за ней, не переводя взглядов на друг друга. Вскоре после этого, Мастер фыркнул.

— Глупый кролик.

Чуть-чуть, совсем чуть-чуть. Но мне казалось, что Эльф улыбался, однако я не мог это подтвердить потому, что смотрел только вперед. Вскоре Мастеру надоело и он отошел от стены, на которую опирался.

— Рядом с тобой глупость берет верх. Я ухожу.

— Да.

— Не отступай от обещания, которое ты ей дал.

— …. Да.

После этих слов Мастер тряхнул своими длинными золотистыми волосами и направился на кухню. Эта болезненная и жестокая война наконец подошла к концу во всех смыслах. Сейчас я чувствую именно это.

— Выпивка уже на столе? Дальше я расскажу вам историю о своей доблести!

— Нееееееееееееееееееееееееееет!

Праздник авантюристов и богов не заканчивался. Все еще не оправившись от восторга после победы, Морд и остальные хохотали, выпивая алкоголь. Должно быть, это...... продлится до утра. Я медленно поднимаюсь с места, глядя в сторону авантюристов и богов, которые веселились изо всех сил.

— Белл..

Меня окликнул прохладный голос. Обернувшись, я увидел эльфийку, которая была одета в дорожную одежду вместо униформы паба.

— Рю….

Я не мог не заметить, что она только что вернулась в бар, а также как ее небесно-голубые глаза мягко смотрели на меня.

— Могу ли я занять твое время?

****

— Все в порядке, Рю-сан? И… Ваша богиня…. тоже…..

Пройдя некоторое расстояние после выхода из “Хозяйки Изобилия”, мы дошли до глухого переулка. Когда смех и суета в таверне вместе с шумом главной улицы стихли, я выдержал некоторую паузу и обратился к той, кто шла впереди.

— Да. Я уже попрощалась с Астреей-сама.

Рю остановилась и обернулась. Некоторое время назад Астрея-сама, богиня-покровитель Рю, пришла, чтобы помочь нам в военной игре. Чтобы проводить свою богиню, которая больше не проживает в городе-лабиринте, а точнее, сопроводить ее до нынешней базы Астрейи-самы, Рю ненадолго покидала Орарио. Все это происходило вместе со вторым поколением Семьи Астреи.

—  Мне удалось безопасно сопроводить ее в город клинков, Золиген. Это было той обязанностью члена семьи, которую мне было позволено проявить.

Они вышли за пределы города благодаря Гермесу и остальным. Рю с жестокостью произнесла, что это был последний акт эгоизма. Как волевая женщина, она сопроводила свою богиню-покровителя и остальных в их последнем путешествии.

Может быть, она никогда не вернется? - Я думал об этом, поэтому, хоть и испытывал облегчение, когда Рю вернулась, но просто не мог не задавать вопросы.

— Ты уверена, что все хорошо? В конце концов, вы не вернулись к Астрее-сама….

Фална Астреи-сама, все еще выгравирована на спине Рю. Неважно, каким болезненным было ее прошлое, она была сторонником справедливости и могла бы последовать за своей богиней. Если бы я был на месте Рю, то точно был бы встревожен. Я и представить не могу о том, чтобы попрощаться с Гестией-сама.

— Так должно быть лучше. С моей стороны было бы слишком эгоистично просить Астрею-сама держаться подальше, а потом просить принять меня обратно.

— Н-но! Как же так!

— А еще она нашла себе новое место. Новую семью, людей, которые ее обожают.

Когда я попытался непроизвольно наклониться вперед от удивления, Рю нежно улыбнулась, говоря со мной, как старшая сестра.

— И я тоже нашла себе новое место для жизни. С Сир и тобой. Это мой выбор, Белл. Я хочу быть здесь.

— Рю….

— Я хочу быть рядом с людьми, которые меня спасли.

Вместо того, чтобы остановиться и оглянуться назад, Рю ясно сообщила, что она выбрала будущее. Раньше ее волосы были окрашены. Казалось, что больше не скрываемые натурально-золотистые волосы, которые теперь доходили до спины, и означали ее ответ.

— Кроме того, это ни в коем случае не является расставанием на всю жизнь. Если кто-то из нас вдруг подумает об этом, то может прийти и встретиться. А еще мы обещали начать обмениваться письмами с сегодняшнего дня.

Связь между Астреей-сама, Ализе и остальными никогда не исчезнет.

Рю закончила говорить, нежно взглянув в сторону своей спины, на которой отпечатывалась божественная кровь богини. Это лицо той Рю, которое я никогда раньше не видел. На нем не было ни малейшего намека на мрачность. Никакого замешательства. Никто иная, как Рю, приняла это решение вместе с Астрейей-сама.

Поэтому я перестал говорить об этом. И теперь я могу сказать только одно. Я выпрямился и улыбнулся, глядя ей в лицо.

— С возвращением, Рю.

— ….Я дома, Белл.

Мягкий свет, излучаемый лампой из волшебного камня, освещает наши улыбки. В тусклом переулке, где было двое человек, стало светло и очень тепло.

— Итак, к главной теме. Белл.

— Ах, да. Кажется, нам нужно было о чем-то переговорить. О чем же?

После некоторых мгновений улыбки Рю-сама вежливо сообщила о важном деле, и я тут же вспомнил про него. Из-за этого мы намеренно покинули паб и остались наедине. “Кажется, это должно быть что-то важное”? “Возможно, она не хотела, чтобы кто-то услышал” -  и в тот момент, когда я подумал об этом, мои плечи затряслись.

— "Белл. Сначала я бы хотела кое-что сказать".

— "Конечно".

— "Я тебя люблю…”.

— “Гхм…….Как?”.

Произошло столько всего, что я забыл о признании от Рю!

— "Люблю тебя… Как мужчину".

Она произнесла это настолько решительно, что было невозможно принять эти слова по отношению к другу или домашнему питомцу, кролику.

Вжух!

В мгновение ока температура моего лица взлетела вверх. Быстро осознав, что я нахожусь наедине с очень красивой и более старшей эльфийкой, мое сердце стало биться чаще.

— И в то же время цвет моего лица окрасился в синий.

В сознании всплывает сцена, где я отверг Сир на Фестивале богинь. Настоящий идиот, Белл Кранелл, не мог отказаться от своего “идола”. И если меня попросят ответить на это признание, то ответ мог быть только один!

Очевидно, что я стал склонен опасаться чувств от противоположного пола. Конечно, мне не следует так говорить, и, может, я просто не зрел в этом вопросе, но, кажется, я был эмоционально травмирован "отказом от чувств" в инциденте с Сир. Если бы здесь был мой дедушка, то наверняка сказал бы что-то вроде этого:

– “Не выделывайся, эх, вот бы поменяться местами, я так завидую!”

Что ни говори, но все это трудно и болезненно. Небесно-голубые глаза Рю не сводят с меня взгляд.

Пути к отступлению нет! Нет-нет, даже если выход есть, не стоит убегать!!

—…. Наверное, мне следовало попросить Гестию-сама выслушать это вместо тебя.

Неужели она собирается просить одобрение у Богини……!?

Пока я задавался вопросом, заметила ли она цвет моего лица или нет, глупые мысли разбегались по голове, а Рю смотрела на меня с серьезным выражением лица. В глубине этого каменного переулка были только мы вдвоем. Во вполне подходящей ситуации для секретной беседы, она поднимает свои тонкие губы.

— Белл…

— А, пожалуйста, подожди, я должен быть морально готов!

И на фоне моего слишком жалкого голоса Рю рассказала мне о “главной теме”.

— Я хочу присоединиться к твоей Семье.

— ……………………………………..А!?

Не стоит говорить, что я выставил себя полный дураком.

***

— Рю-доно хочет присоединиться к Семье Гестии?

На следующее утро. Удивленный голос Микото пронесся по ясному голубому небу.

— Да. Я уже получила разрешение на переход от Астреи-самы.

Не только Микото, но и Лили, Вельф, Харухиме и Богиня были поражены решительным заявлением Рю. Место, где мы находилось, было внутренним двором базы Семьи Гестии в “Поместье Очага”. Будучи руководителем Семьи, я выступил посредником и мне было позволено организовать место для переговоров.

— Я знаю, что ты очень сильная и чересчур храбрая эльфийка, и я как богиня-покровитель должна принять тебя с распростертыми объятиями, но….

— Это должно означать, что ты собираешься покинуть таверну, так ведь? Как эта дворфийка сможет допустить такое?

— Сир… Нет, сама мама Мия уже когда-то говорила мне: если у тебя есть, куда пойти, то немедленно покидай таверну.

Пока Гестия-сама и Вельф думали о страшной хозяйке бара, Рю поведала им о сообщении, озвученном некоторое время назад, примерно во время инцидента, связанного с Виеной и ксеносами:

— “У меня проблемное чувство справедливости, поэтому я из тех, кто не может остановиться на месте".

Кажется, Мия-сан много ворчала, когда Рю неожиданно покидала паб, чтобы оказать нам помощь. В этих частых разлуках есть и наша вина, и мне жаль, но… После окончания военной игры Рю рассказала Мии-сан о своих намерениях.

— Если наконец нашла, где остановиться, то убирайся отсюда. Глупая девчонка.

Дворфийка, владелец таверны, произнесла эти слова, продолжая готовить еду и даже не взглянув в ее сторону. А Рю, напротив, глубоко поклонилась ей.

— В данный момент, благодаря целителям - Андхримнир, у вас должно быть достаточно рабочей силы.…. И, похоже, они более умелы, чем я.

Добавляя это, она с неловкостью перевела взгляд вниз, заставляя меня слегка улыбнуться, а затем подняла голову, словно вернув себе самообладание.

— Я уже завершила свое очищение с помощью Астреи-сама. Я - эльфийка, которая совершила много ошибок, но если вы не против…. Я бы хотела, чтобы вы приняли меня в эту Семью.

Выгравированная на ее спине благодать (фална) уже завершила свое расставание с Астреей-сама. Можно сказать, что ее статус не запечатан, а находится в состоянии “перехода”. И даже после обращения в новую Семью божественная кровь Астреи-сама останется на спине Рю. “Узы справедливости” с ее близкими вроде Ализе и остальных никогда не будут разорваны.

Рю, которая легонько придерживала левое плечо своей правой рукой, смотрела прямо на нас. И Микото была первой, кто отреагировал.

— Конечно! Для меня большая честь быть в одной семье с Рю-доно и вместе отправляться в приключения.

Микото, которая восхищалась способностью эльфа использовать параллельное пение с тех пор, как та сражались с “Черным Голиафом” на 18 этаже, горела от волнения с окрашенными как у ребенка щеками.

— Не думаю, что есть Семьи, которые могли бы отказаться от добавления к себе первоклассного авантюриста, верно же говорю?

— Конечно! И к тому же, Рю много раз помогала нам, так что у нас нет причин отказывать!

— К нам присоединяется уровень 6, а Белл-сама уже 5 уровня… Ранг Семьи… Налоги от Гильдии…. Ах, моя голова…!

Вельф и Микото с улыбками на лицах выражали свое согласие. Только вот была  и одна помощница прум, которая со стонами держалась за голову, но…. Думаю, с ней все будет в порядке. Нет нужды упоминать, что решение о присоединении нового члена семьи было единогласным.

– Отлично, значит, все решено! Церемония перехода состоится позже - Добро пожаловать в нашу “семью”, эльфийка!

Наконец и богиня начала громкое приветствие. Глядя на всех нас, которые не могли сдержать свой восторг, включая Микото, Рю прищурила глаза.

— Лилирука.

— А?... Ах, да!

Лили пришла в удивление, когда к ней вдруг стали обращаться по имени вместо уважительного: Арде-сан. То же самое  произошло и с нами.

— Вельф, Микото, Харухиме… Белл и Гестия-сама. С этого момента, рада познакомиться с вами ближе..

Думаю, это было личным правилом Рю. Для членов Семьи, которые вместе живут под одной крышей, не должно быть слишком почетных обращений, и все должны быть одинаковы с любой точки зрения. Понимая, что Рю нежно называла нас по именам, также как она делала это с Ализе и остальными членами Семьи Астреи в прошлом, мы не не могли не чувствовать смущение на своих лицах. Отныне эта прекрасная, действительно сильная и более праведная чем-то кто либо другой девушка станет нашим товарищем. Рю присоединилась к Семье Гестии. Наша Семья стала еще больше.

— Эльфийка, ты действительно очень праведная! Что и требовалось ожидать от последовательницы Астреи! В отличие от некой кошки-воровки, тебе я могу позволить позаботиться о Белле.

— Эй, почему это вы смотрите на меня, Гестия-сама!

— А разве не ты пытаешься переиграть меня за внимание Белла при каждой удобной возможности! Это касается и Харухиме, хотя она делает все искренне и без злого умысла, от этого оно становится еще хуже!

— Ик!?

— В этом плане эта женщина замечательна и честна. Эльфийка, если тебе что-то понадобится, то не стесняйся, только дай знать! Я приобрету это!

Пока Богиня высоко оценивала справедливую Рю, оскалившаяся Лили пробормотала:

— Неравенство в обращении слишком ужасно.

После чего началась перепалка, в которую каким-то образом была втянута и Харухиме. Микото поспешно пыталась остановить их, в то время как ошеломленный Вельф немного волновался о том, сможет ли серьезная Рю адаптироваться к такой атмосфере.

— ..Прошу прощения за поспешность, но в таком случае, разрешите одну просьбу?

Рю обратилась к Богине, которая резко перестала двигаться.

— Это насчет проблемы с моим вступлением… хотя скорее это просьба от гильдии, но суть в том, что они хотят, чтобы я сменила свою фамилию.

— Аа? Зачем им это?

— Потому, что я, “Штормовой ветер”, официально считаюсь мертвой.

Богиня удивленно наклонила голову, а я каким-то образом понял, о чем она говорит.

В инциденте с Джаггернаутом “Штормовой ветер” уже считается погибшей. Однако во время военной игры, которая транслировалась по всему городу, Рю наделала много шуму…

— По сути, эта ситуация сбивает с толку, но… в интересах высшего звена гильдии, которые уже сделали официальное заявление, было бы предотвратить регистрацию авантюриста Рю Лион с ее настоящим именем.

Похоже, что богов и богинь лишь забавляла такая ситуация, а жители подземного города Ривира всячески прикрывают Рю, говоря:

— “Штормовой ветер” мертва, так что уверен, что это была не “Штормовой ветер”, не стоит нести ерунды.

Кажется, так и должно быть, но о произошедшем догадалось уже немало людей. Несмотря на то, что она считалась мертвой, для Гильдии было бы крайне плохо, если бы кто-то из темного списка опасных людей вел бы себя открыто. Поэтому из-за вклада в “темные времена” и по политическим причинам, по которым они не могли держать в запасе сверхценный уровень 6, Гильдия попросила ее: “По крайней мере, хотя бы смените фамилию”.

— Короче говоря, поэтому ты хочешь солгать о своей фамилии в регистрационном списке авантюристов? Стать начинающей авантюристкой с неизвестным прошлым вместо прошлого члена Семьи Астреи.

— Начинающая авантюристка 6 уровня, даже звучит абсурдно….

— Но думаю, что все не так плохо, верно? Твоя настоящая фамилия не изменится только потому, что бумаге будет записана другая.

На фоне Микото, которая проливала холодный пот, Лили высказывает свое согласие, а богиня относится к этому с пониманием. У нас с Вельфом также не было никаких возражений и после того, как Рю сказала “спасибо”, мы начали придумывать фамилию для нового члена Семьи.

— Хм, нам же нет необходимости изменять имя и фамилию полностью, верно?

— А разве фамилия это не единственное, что имеет вес? Я бы хотел избавиться от Кротцо, если бы мог…

— Да, от Рю Лион-самы нужно изменить только фамилию.

— Как насчет того, чтобы позаимствовать фамилию Мии-доно и создать Рю Гранд..?

— Ну, кажется, это звучит немного грубовато….

— Эй, эльфийка, у тебя есть какие-нибудь пожелания?

На лужайке во внутреннем дворе базы, где проходит обсуждение между мной, Микото и Вельфом, богиня задает этот громкий вопрос. В это время Рю, которая сидела передо мной, замерла и бросила в мою сторону пронзительный взгляд… После чего начала вести себя подозрительно. Она часто перегоняла взгляд из стороны в сторону, а ее щеки покраснели.

— Рю, Рю… Рю Кранелл.

Взмах!

С молниеносной скоростью проскользнув за спину Рю, сандалия богини, зажатая в ее правой руке, на суперскорости прошлась по затылку Рю, издав пронзительный звук.

— А я-то думала, что хоть ты не будешь такой как остальные!

— Н-но это не так. Если я собираюсь присоединиться к Семье, то брать за основу имя богини будет слишком странно и мне следует взять имя лидера Семьи…!!

— Я ясно вижу твои лживые мысли, бестолковая эльфийка!!

— Пожалуйста, успокойтесь, Гестия-сама!?

Рю, которая потирала затылок, отчаянно объяснялась перед богиней, которая кричала и размахивала сандалией.

Кажется, слова Рю имеют смысл…. Но услышать такое было странно.

[[image:/storage/reader-images/28ad9a98f898cca79eb730df5249787916a3153e.png]]
Микото тут же начала останавливать богиню, которая выглядела так, словно собирается выгнать Рю, хотя она только присоединилась к Семье.Лили, к удивлению, была на стороне богини, а Харухиме в растерянности металась взглядом по сторонам.

Во внутреннем дворе базы становилось слишком шумно. Не знаю почему, но Рю, которая все еще пыталась объясниться и до недавних пор вела себя очень сдержанно, холодно и великолепно, внезапно чувствует себя неуклюжей.

— …Похоже, она впишется в коллектив быстрее, чем я думал.

— Ага….

Сказал я, кивнув Вельфу в знак согласия.

***

— Рю Астрея… Не думаю, что стоит это говорить, но таким ничего не скрыть.

С поникшей улыбкой произнесла Эйна, получив от меня документы нового авантюриста. Место, где мы находились, было штаб-квартирой гильдии, в комнате для переговоров. Я слышал, что работа над последствиями военной игры наконец-то пошла к концу и решил посетить Эйну, чтобы посоветоваться и сообщить о различных вещах.

— Да, в конце концов мы решили, что было бы неплохо почтить память Астреи-сама, ее первой богини.

Находясь поперек стола в комнате с хорошей звукоизоляцией, которая часто нас выручала и после мгновения улыбок между нами двумя, я снова выпрямился на своем месте.

— Эйна. Итак… Отныне наша Семья будет….

— …Да. Официальное уведомление от гильдии.

Пока я выглядел, как обвиняемый, который ожидал приговора судьи, Эйна обеими руками протянула лист пергамента, на котором виднелось прочно штампованное клеймо высшего звена Гильдии, а то, что там написано…

— Ранг Семьи Гестии повышен до B. Поздравляем.

— …B.

— ...С ранга D сразу на ранг B…

— Даже если считать Рю, в нашей семье всего шесть человек…

— Да, я знаю это, но… Мы не можем считать Семью, где находится два первоклассных авантюриста, не говоря уже о том, что один из них 6 уровня, Семьей ниже C ранга...

В тот момент, когда я робко задаю вопрос, словно цепляясь за проблеск надежды, Эйна, которая раньше была в благоговейном восторге от официального извещения, приобретает совершенно обеспокоенное выражение лица.

— Было множество мнений, что это должен быть Ранг, А, а не B, теперь понимаешь, в чем дело?

После этих слов я уже ничего не мог сказать. Если посчитать, что крупнейшая Семья в городе, Семья Локи имеет ранг S, а ныне не действительная семья богини красоты Иштар имела ранг А, можно легко понять, насколько тяжелый ранг B. Семья Локи и бывшая Семья Иштар были велики во всех отношениях, а количество и качество их последователей было значительным.

Крайне маленькая, но элитная семья. Судя по всему, сейчас Семья Гестии находится именно в таком положении.

(А всего некоторое время назад это была лишь очень маленькая семья). Хотя даже сейчас у нас все еще огромный долг (Хотя богиня утверждает, что это лишь ее личный долговой заем…).

В любом случае, налоги от гильдии снова взлетят до небес. Трудно представить лицо Лили, которая будет плакать от отчаянья.  Как лидер Семьи, я несколько раз рассматривал бухгалтерскую книгу Семьи, и все, что там можно увидеть, заканчивается смехом. Начиная с серебряного протеза руки для Семьи Миаха, многие из наград в военной игре были переданы другим Семьям.

— Помимо уровней структуры и состава участников, главной причиной все еще было… То, что Богиня Фрейя стала подчиненной богом Богини Гестии….

Несмотря на то, что она прекрасно знала о том, что это комната хорошо изолирована от подслушивания, Эйна, которая приблизила свое лицо к моему, говорила шепотом. Это было верным решением. Ведь официально предполагается, что Семья Фрейи была расформирована, но на самом деле правильнее сказать, что Фрейя-сама, нет, скорее Сир, попала под контроль Гестии-сама. Все потому, что с точки зрения города, гильдия не может отказаться от огромной боевой мощи могучих Эинхерий. Но богиня красоты, Фрейя, которая очаровала весь город, внушала страх. И компромиссом между двумя решительными  идеями стало: “Сделать ее подчиненной Гестии, девственной богини”.

Гестия-сама, которая смогла сжечь “клетку очарования”, могла служить предохранителем для “богини красоты”, и даже если что-то пойдет не так, пока Сир прислушивается слов Богини, пусть даже формально, Оттар и остальные не разбредутся за пределы города и могут быть полезны в исследовании подземелья. На первый взгляд они выглядят как “жуткие работники бара” или же авантюристы, ожидающие перехода в новую семью, которую никогда не выберут, но…. В любом случае, похоже, что высшее руководство Гильдии сошлось именно на таком варианте. Поскольку здесь идет речь о политике, не думаю, что смогу понять даже половину.

Говоря проще и не так затянуто, великая мощь Семьи Фрейи была поглощена Семьей Гестии. Конечно, мы не можем сражаться вместе, не говоря о том, чтобы отдавать приказы… Или же, скорее, мы слишком напуганы, чтобы это делать. И если оценивать это точно, то Семья Гестии, похоже, имеет ранг B (S). Из официальной информации это все еще ранг B, но внутри высшего руководства гильдии этот ранг трактуется как S. Все еще не до конца понимаю, как это устроено, но похоже, что именно так.

— Кажется, что подобная система распространена в королевствах Ракия и других национальных семьях, но редка в городе-лабиринте Орарио… Скорее, я думаю, что впервые слышу о таком у нас. Полагаю, это значит, что Семья Фрейи, богини красоты, слишком удивительна.

— Если вспомнить, то ты говорила о том, что и Семья богини красоты Иштар также имела различные проблемы с Гильдией?

— Верно.… Итак, каков конечный итог? Какие у вас отношения с Семьей Фрейи?

Немного обеспокоенно спросила Эйна. И дабы успокоить ее, я с улыбкой опускаю брови.

— Не думаю, что мы когда-нибудь будем исследовать подземелье вместе… Но в остальном они были очень полезны.

Больше всего я обязан за “сопровождение”, о котором велся разговор еще на позавчерашнем празднике победы. Сир лично попросила Хогни, Мастера, Альфригга и остальных охранять территорию вокруг базы, особенно вокруг Харухиме, целыми сутками. Кроме того, люди, узнавшие, что “Штормовой ветер” жив, регулярно пытаются отомстить Рю… Но поскольку это все еще входит в приказ Сир, Мастер и остальные уничтожали все помехи. И мы всегда были в полной безопасности, даже не зная о том, что произошло.

Другими словами, Семья Гестии находится под постоянной защитой Эинхерий, включая первоклассных авантюристов. В связи с тем, что боевое поле “Фольквангр” попало под попечение Гильдии и с тем, что его теперь невозможно использовать, полу-прум Ван и остальные перенесли свое основное поле боя в подземелье, где они ежедневно исследуют подземелье, а в свободное время даже присматривают за “Поместьем очага”, или, скорее, служат скрытой охраной.

На самом деле, сказать, что нынешнее Поместье очага является самым безопасным местом в мире, не будет преувеличением. Не сомневаюсь, что это самая грозная военная охрана.

— Это не попытка искупления или что-то вроде того, просто стараюсь не отличаться моралью.

Сказав это, Сир так и не приняла мою благодарность...... благодаря ней Харухиме и Рю могут проводить свою спокойную повседневную жизнь на солнечном свете. В другом случае Рю было бы крайне трудно присоединиться к Семье Гестии без помощи Сир и остальных.

— Так что не волнуйся. Благодаря Сир у нас не должно быть никаких проблем.

— Вот как? В таком случае, все в порядке.

Я заметил, что на лице Эйны появилось немного хмурое выражения лица, когда я признес имя Сир. Боюсь, она все еще находится в замешательстве, в том числе из-за “клетки очарования”. Понимаю, что есть вещи, которые нельзя забыть или отдалить. Ведь ни Эйна, ни я, не являемся просвященными. Вот почему я одарил Эйну извиняющейся улыбкой.

— ….Мне очень жаль. Если Белл и остальные удовлетворены решением, я не должна волноваться. Что-ж, давай поговорим о том, что будет происходить дальше.

— Да! Пожалуйста!

Сказал я и энергично кивнул Эйне, которая воспрянула духом и разложила на столе целую книгу с иллюстрациями по подземелью. Конечно, то, что мы собираемся обсудить, было исследованием подземелья.

— Итак, что ты думаешь о намерениях Семьи?

— Я довольно долго не заходил в подземелье после фестиваля богинь, поэтому переговорил со всеми о том, чтобы для начала привыкнуть к “средним этажам”. Я подумал, что было бы неплохо отправиться на 18 этаж и побыть в подземелье некоторое время.

Я, Лили и Харухиме уже повысили уровень и к тому же к нам присоединилась Рю 6 уровня. Ситуация с Семьей Гестии до и после фестиваля богинь, а точнее двух фестивалей, включая Элегию, сильно отличалась. Чтобы определить то, что мы можем и то, чего не можем с нашими нынешними способностями, текущая политика Семьи Гестии предполагает проводить исследование на безопасных этажах.

“— Каждый раз, когда к Семье присоединяется новый человек, следует обновлять тактики и командную работу”.

Так говорила опытная авантюристка Рю, а командир Лили полностью согласилась с этим. Эйна также подтвердила это словами:  — Да, думаю, так будет лучше всего.

— Лион-сан… Вернее, теперь Астрея-сан, какова ее позиция? Она все еще “магический мечник”?

— Хммм… Она говорила, что может сделать почти все, что в ее возможностях и занять любую отсутствующую позицию в отряде. Она может быть и авангардом, и арьергардом, а также, вероятно, целителем, хотя в этом она просила не возлагать на нее надежд.

— Ум-хм…. Она действительно удивительная авантюристка.

Когда я неловко выпалил всю информацию, Эйна, делающая заметки с помощью пера, быстро поправила свои очки, которые могли вот-вот соскользнуть с лица. Рю уже владела магией исцеления, но с недавно полученной магией наследия “Летопись Астреи” она может может использовать магии прошлых членов Семьи Справедливости, Ализе-сан и остальных. Одной из них была широкомасштабная магия исцеления от целителя. Грубо говоря, Рю действительно может делать все в одиночку. Хотя мы оба являемся первоклассными авантюристами, между ней и мной, который может сражаться только впереди отряда, есть определенная разница в калибре.

Можно сказать, что с появлением Рю состав Семьи Гестии стал более надежным.

(Однако Лили также говорила, что хотела бы получить чистого "мага" или "целителя-лекаря", чтобы Рю могла двигаться более свободно… Но я думаю, что это было бы слишком много для нас).

В любом случае, благодаря Рю мы получили хорошую и дальнобойную огневую мощь, а также важное исцеление. Если дополнить это магическими мечами Вельфа и зельями Назы, то места для всего остального просто не останется. И этого достаточно.

— Белл, а что ты думаешь сам?

Я решительно отвечаю Эйне, которая, словно видя мое сердце насквозь, задает интересующий ее вопрос.

— Я хочу зайти на новый этаж… за пределы 27 этажа, вот, что я думаю.

Во время инцидента с Джаггернаутом мы не смогли полностью изучить “Водную столицу”, но уверен, что сейчас мы способны на это. Если Харухиме сделает массовое повышение уровня, то почти вся команда будет на 3 уровне и выше. Даже если ориентироваться по рекомендованным стандартам уровня от гильдии, то команда будет достаточно сильна, чтобы без опаски продвинуться до 36 этажа, перед границей  глубинных этажей.

Благодаря знаниям и опыту Рю, которая уже достигала 41-этажа еще вместе с Семьей Астреи, мы сможем избежать ошибок даже на новых этажах. К тому же, в отличие от меня, Лили и остальная часть нашей группы уже смогли добраться до 37 этажа при помощи поддержки ксеносов, а также ознакомиться с тяжелой атмосферой глубоких этажей.

Конечно же, я не собираюсь перегибать палку. Я не могу позволить себе двигаться вперед, подвергая Лили и остальных опасности. Поэтому нужно хорошенько подготовиться. А также проанализировать слаженность действий отряда в подземелье. Я снова доверил Эйне свои намерения в том, чтобы двигаться безопасно, умеренно и неуклонно.

— …Верно. Общая мощь отряда выше  проходного уровня, вернее сказать, она чрезмерна выше. Включая тебя, в отряде будет два авантюриста первого класса. Это многое значит. Выйти за пределы безопасного 28 этажа и подняться на 29 не будет чем-то неправильным.

Название области начиная с 29 этажа называется “Густое лесное ущелье”. Это обширные лесные джунгли, отличающиеся от “Великого Лесного Лабиринта”, где начинают появляться сильные монстры типа “динозавр”, такие как “кровавые динозавры”. Абсолютным условием для боевой зоны является уровень 3. В тот момент, когда я кивнул и улыбнулся, вспомнив информацию об этажах, которой меня учили на специальных лекциях, Эйна, у которой было загадочное выражение лица, улыбнулась.

— Сложно поверить, что всего более полугода назад ты поднимал шум, убегая от минотавра на 5 этаже.

…Говорила ли она о том, что все произошло так быстро? Или как кажется, что это было слишком давно? Не сумел я спросить ее об этом, как Эйна продолжила медленно говорить.

—  За это время с тобой произошло много всего, в том числе и такого, о чем я не знала.... Но Белл, ты воистину полноценный авантюрист.

Спокойный, немного тоскливый взгляд ее глаз отличается от взгляда старшей сестры, которая рада видеть, как растет ее младший брат.... Возможно, его можно описать как взгляд на ребенка, покидающего родительское гнездо. Прежде, чем успел осознать, я уже был заворожен ее зелеными, изумрудного цвета глазами.

— Думаешь, невежливо говорить такое первоклассному авантюристу?

— О, нет…! Честно говоря, даже не чувствую, что я стал первоклассным авантюристом.

— Ха-ха… Кажется, я тоже.

Посмеявшись, Эйна в конце концов смирилась со своими мыслями и произнесла:

— Думаю, мои советы тебе больше не нужны.

— !

— Честно говоря, не думаю, что смогу чем-то тебе помочь. Я могу дать тебе знания из книг, но теперь, когда ты…. первоклассный авантюрист, ты можешь мыслить и придумывать ответы самостоятельно.

“ — То, о чем я могу размышлять, можешь и ты. Я могу поведать только о незначительных вещах.” - Вот, что имела ввиду Эйна, не сказав это.

— Вот и все!!

—  В конце концов. Я не авантюристка.

— !!

— Как авантюрист… Как первоклассный авантюрист, ты можешь видеть вещи с иной стороны.

Я не мог отрицать ее слов, произнесенных с мягкой улыбкой на лице. Эйна, которая не является авантюристкой, и я, особенно продвинутый авантюрист, вероятно, разделены в наших мышлениях.

“ — Авантюрист не должен рисковать”.

Слова Эйны, которые были золотым правилом для авантюристов низкого уровня, постепенно стали менее применимы к авантюристам, которые достигали больших высот. Все потому, что такие как мы знаем: “День, когда придется отправиться в приключение, непременно настанет”. Инстинктивно понимая, что этого не избежать, мы продолжает погружаться глубже в подземелье, имея перед собой цель.

Достопримечательности и пейзажи, которые мы с Эйной видим в книге сейчас, определенно отличаются от того, что видел я

— Ну, я не говорю, что тебе нужно делать именно так, но…

Эйна, которая понимала этот факт более ясно, чем я, наконец произнесла следующие слова, словно извиняясь.

— Почему бы тебе не сделать перерыв? Что думаешь, Белл?

— Ам….?

— В последнее время произошло так много всего, и ты, вероятно, побывал в большем количестве приключений, чем кто-либо, поэтому я надеюсь, что… Ты сможешь отдохнуть.

Эйна продолжала говорить, широко распахнув глаза.

— Я ведь знаю о том, что у тебя есть цель, верно?… Я была первой, с кем ты заговорил о твоем восхищении и желании следовать за Айз Валленштайн. И понимаю это.

— ….

— Так что, даже совсем немного будет достаточно. Но если ты продолжишь напрягаться, наступит момент, когда твое сердце будет разбито, а ты даже не осознаешь это. Особенно, когда ты в хорошей форме и продолжаешь добавлять к себе новые цели.

После инцидента с ксеносами и даже после возвращения с “глубоких этажей”, я некоторое время отдыхал от походов в подземелье, но то, о чем она говорит, было чем-то другим. Эйна хотела сказать о чем-то большем…

— Лично мне нравится вознаграждать себя… И пробовать “что-то новое”.

— “Что-то новое”…

— Да, это мой личный опыт. Когда дела идут не очень хорошо, или если ты слишком много работаешь, то нужно пробовать что-то другое. Это расширит твой кругозор и приведет к достижению цели.

Почему бы тебе не посмотреть на вещи за пределами подземелья? - Вот, что имела ввиду Эйна.

— Отныне Семья Гестии, чей ранг стал B, получит ряд обязательных экспедиций и еще точно успеет бросить вызов подземелью. Так что лучше не торопиться и постараться расширить свой кругозор… Я чувствую, что следует поступить именно так.

Думаю, что будет крайне сложно полностью отказаться от исследований подземелья, особенно после поднятия ранга семьи и проблем со сбором налогов. Теперь, когда я на пятом уровне, я уже могу видеть спину той, к кому стремился уже давно, поэтому у меня все еще есть желание двигаться вперед. Но именно поэтому, возможно, имеет смысл сделать глубокий вдох и на мгновение оглядеться вокруг. После "Войны Семей" я неосознанно оказался на переднем плане, взяв на себя титул авантюриста первого класса..

— Прости. Я очень волновалась и видимо сказала кое-что, что тебя разочаровало.

— …Нет, это не так.

Эйна состроила виноватый взгляд, и я покачал головой. Наверное, после того, как я стал авантюристом первого класса, Эйна чувствует себя неловко передо мной, думая, что уже не может меня ничему научить, как она только что и говорила. Но это не так. Независимо от того, насколько высоко я поднимаюсь, факт остается фактом: с тех пор, как я стал авантюристом, прошло всего полгода. По сравнению с Айз и другими первоклассными авантюристами я гораздо менее опытен и испытываю недостаток знаний. Так что мне еще многому предстоит научиться. А Эйна была той, кто больше всех заботилась о самом неопытным первоклассном авантюристе среди всех.

— Именно из-за Эйны… Я многое понял.

Но если так сказала именно Эйна, которая походила мне на старшую сестру и знала меня лучше, чем я сам, также как и богиня. То я могу доверять ее словам и быть убежденным, что все так и есть.

— Я рад, что решил советоваться с Эйной.

Превращая слова из своего сердца в мысли, я улыбнулся. Зелено-изумрудные глаза Эйна за линзами очков распахнулись, а затем она потеряла самообладание. Некоторое время мы смотрели друг на друга, а затем резко отпрянули, словно нас ударило током.

— Но что-то новенькое…. Вероятно, это должно быть что-то хорошее?

— Тебе ведь не нужно заставлять себя что-то придумывать, верно? Будет достаточно если ты обратишь внимание на что-то, что тебя интересно.

В данный момент я и остальные занимаемся тем, чтобы настроить свои тела, а также анализировать командную работу нашего отряда. Я еще не ставил других целей. И определившись с направлением, мы с Эйной вместе покинули переговорную. Вскоре после полудня в штаб-квартире гильдии было просторнее, чем обычно, видимо из-за того, что авантюристы направились в подземелье, и посетителей стало меньше. И в тот миг, когда Эйна посмотрела на меня с улыбкой на лице, я тут же начал волноваться.

— !!!

— Белл? Что случилось?

Я уловил некий звук и выглянул в окно.

— …Звук “свиста”? Нет, это…

Я не мог не проговорить это, когда уловил звук, который ни разу не слышал с того дня, как приехал в Орарио. Эйна не могла этого услышать, ведь только слух первоклассного авантюриста, неоднократно поднявшего свой уровень, мог уловить слабый, но глубокий басовый звук и в этот момент зверолюд-сотрудник гильдии ворвался во вход в комнату.

Как только он что-то прошептал девушке-администратору за длинным столом, остальные сотрудники гильдии сразу пришли движение Даже малочисленные авантюристы не стали исключением. Подметив что-то, они выбежали и покинули штаб-квартиру гильдии, словно желая на что-то посмотреть.

— Что случилось? Такое ощущение, что все вокруг стали беспокойными.

Когда я был озадачен внезапностью ситуации, Эйна пробормотала:

— Ах… "Школьный округ" вернулся.

Школьный округ? Это незнакомое слово… Которое я где-то уже слышал. Если я правильно помню, то о нем говорили Лай и остальные, когда я впервые посетил детский приют на деловой улице Орарио…?

— Хочешь пойти посмотреть?

— А?

— Возвращение “Школьного округа” в порт является праздником для Орарио. Уверена, что передняя часть городских стен теперь открыта.

Возвращение в порт? Через городскую стену? Когда я состроил ничего не понимающий вид, Эйна засмеялась.

—  Я также должна поприветствовать его должным образом.

Она неловко улыбнулась, словно беспокоилась о своих собственных чувствах. Вершина городских ворот, где я много раз тренировался с Айз, и где знал незаблокированные входы и выходы, находилась в северо-западном направлении.

Но городская стена, открытая гильдией, находилась в юго-западном направлении....

***

— Вижу! Вижу!

— Уже как 3 года прошло.

Из "штаб-квартиры гильдии" на северо-западе города мы с Эйной отправились на юг и поднялись по длинной лестнице на огромную городскую стену, где до наших ушей донеслись радостные возгласы множества людей. Среди них были обычные люди, авантюристы, купцы и путешественники. Потрясенные огромным количеством людей, собравшихся на окраине города, нам удается дойти до средней части оборонительной стены.

— Это же…!

Мой взгляд направлен дальше, на юго-западную часть городской стены, куда указывали люди. За крупным портовым городом находится огромное солоноватое озеро. Дальше простирается океан. И на горизонте виднелся "крупный контур", хорошо видимый глазу обычного человека.

— Город плывет!?

Выпалил я, уловив каждую деталь этого “контура” зрением авантюриста. Я видел, как блеск металла отражал солнечный свет. Он подавляюще огромен и величественен, как будто три "больших диска" наложены друг на друга. А на этих дисках сгруппированы хорошо распознаваемые здания и гигантская “башня”. Судя по распложенной внешне “окружению из синих перьев” или же "оперению", которое выделялось на фоне неорганической городской структуры, создавалось впечатление, будто город построен на спине морского дракона.

Это городская улица? Нет, может, Город? Или страна? Только не говорите, что это… Корабль…

— Название этого корабля - “Хрингхорни”, самый большой корабль в мире, не имеющий себе аналогов.

Эйна, стоящая рядом с безмолвным мной, прищурилась, словно смотря на свою вторую родину.  А я, ахнув от произнесенных ею слов,  кое-что понял. Звук, который я услышал в штаб-квартире Гильдии, был не простым свистом, а “сигнальным свистком судна”. Его издавал большой паровой свисток, изготовленный из нестандартного материала и стал “изделием из волшебного камня”!

— Официальное название - Морская особая академическая зона, широко известная как "Школьный округ".

Почти одновременно с произнесением этих слов энтузиазм людей, собравшихся на вершине городской стены, вспыхнул.

— “Школьный округ” вернулсяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяя!

Город-лабиринт с аплодисментами приветствовал гигантский корабль. Вместе с этим мои глаза широко распахнулись, а щеки покраснели от волнения. Может быть, это природа авантюриста? Или все из-за “неизвестности”, которую я вижу впервые? В любом случае, при виде появления нового мира, о котором я раньше не знал, мое сердце начинает биться чаще.

----------

Школа Рай и Ад

[[image:/storage/reader-images/99a144d3ed1b09802bfd443e9d33ca84a9967bd8.jpg]]
Глава 2. Школа Рай и Ад

Портовый город Мелен. Расположенный в 3 километрах к юго-западу от Города-Лабиринта, на берегу озера, он, как и следует из названия, является портом.

Прилегая к огромному пресноводному озеру Лолог, соединенному с морем, Мелен служит "морскими воротами" в Орарио, находящийся на самой западной оконечности континента. Каждый день сюда прибывает бессчетное количество иностранных судов, доставляющих людей и грузы в "центр мира". И наоборот, корабли, груженые магическими предметами, отправляются в открытое море.

Я слышал, что основной путь торговли магическими изделиями, монополизированной Орарио, пролегает не по суше, а по воде. Неудивительно, что здесь собираются суда со всего света.

Хоть я и бывал в Мелене раньше, но всякий раз ощущаю себя словно в чужой стране. Для меня, выросшего в горной деревне, запах от смеси пресной и соленой воды в озере, более мягкий, чем запах морских приливов - совершенно непривычен. Как и оживленные главные улицы, похожие на восточные базары, и свежие морепродукты в многочисленных лавках.

Загорелые рыбаки, иностранцы с островов и пустынных земель, боги - все это напоминает о том, что я в портовом городе. Будучи с рождения окруженным высокими горами, я почти забыл, как близко на самом деле море. Обычно я бы глазел по сторонам, словно деревенщина в большом городе, ошарашенный видами порта. Но сегодня все иначе.

-Ого-о!..

Гигантский корабль ювелирно вошел в пролив и оказался в озере Лолог. От этого зрелища захватывало дух. Недавно отчалившие лодки - на самом деле, большие галеоны длиной за 40 метров - спешно меняли курс, а он, покачивая лазурным оперением, грациозно, словно морской дракон, приближался к порту.

Его тень накрыла бесчисленные каменные склады и дома вдоль береговой линии. Приходилось задирать голову до боли в шее, чтобы охватить взглядом весь его силуэт. Хотя западная гавань и могла вместить сотни кораблей, сейчас ее до отказа забило одно-единственное циклопическое судно.

Пока я стоял, глупо разинув рот, над заливом разнеслись приветственные крики.

-С возвращением, "Школьный район"!

-Какие приключения на этот раз?

-Добро пожаловать в Мелен!

Это был сущий праздник. Ликование людей кружилось в хороводе под ясным небом портового города. Овации не стихали с того момента, как "Школьный район" вошел в озеро, и сейчас достигли апогея.

Казалось, что все жители города собрались вдоль бухты. Множество людей и полулюдей махали руками и флагами, некоторые даже играли на музыкальных инструментах. Глядя на носящихся туда-сюда детей, я замер посреди толпы, ошеломленный этим зрелищем.

-Потрясающе... Прямо как фестиваль какой-то.

-В каком-то смысле так и есть. Для Орарио возвращение "Школьного района" раз в три года - большое событие.

Услышав мой комментарий, пояснила стоящая рядом Эйна. После того как мы увидели гигантский корабль со стены, она предложила:

-Кстати, можем съездить в порт, если ты хочешь.

Так я и оказался здесь, в Мелене. Если точнее, Эйна просто не выдержала, глядя на меня, сияющего глазами как ребенок, и с усмешкой внесла такое предложение.

Обычно выход из Орарио строго контролируется, особенно для авантюристов и богов, считающихся боевой силой города. Чтобы покинуть его, требуется пройти множество формальностей. Но... похоже, когда "Школьный район" возвращается, действуют особые правила.

Подробностей я не знаю, но, видимо, на это время юго-западные ворота, ведущие прямо в портовый город, остаются открытыми. Стражники из семьи Ганеша все равно проверяют авантюристов, но в этот раз мне удалось избежать досмотра, сославшись на то, что сопровождаю сотрудницу Гильдии Эйну. Так что я прибыл сюда вместе с толпой горожан, хлынувших из Орарио.

-Эм... Так что такое этот "Школьный район" вообще?

-Ну, если говорить просто... это самая большая школа нижнего мира, путешествующая по всему свету.

После того как супергигант пришвартовался в западной гавани, я еще долго любовался им, пока отовсюду по-прежнему неслись приветственные крики. Спустя какое-то время люди начали двигаться, и мы тоже пошли, увлекаемые толпой, по направлению к этой огромной "школе".

-"Школьный район" - это мобильное образовательное учреждение, действующее при поддержке Гильдии. Во время плавания они активно набирают и принимают детей от шести до восемнадцати лет со всего мира, желающих учиться.

-Со всего мира? Зачем такое делать?

-Во-первых, таково желание спонсоров, то есть Гильдии. Орарио, известное как "центр мира", привлекает множество людей и богов, но одного этого недостаточно. Для функционирования города... и в особенности для выполнения трех великих испытаний, Гильдии постоянно нужны выдающиеся кадры.

Похоже, Эйну позабавило мое вопиющее невежество. Словно довольная тем, что ей снова приходится опекать меня, как ребенка, она подняла указательный палец и начала объяснять.

-А еще это божественная воля... или скорее энтузиазм богов, управляющих "Школьным районом".

-Э? Богов... То есть на этом корабле...

-Да. "Школьный район" совместно управляется несколькими семьями. Это своего рода альянс фракций.

Альянс фракций. Услышав эти слова, я широко раскрыл глаза. И в то же время почувствовал, что это проясняет некоторые мои сомнения.

Я слышал, что среди паств, помимо исследовательского и коммерческого типов, существует еще и "академический". Такие семьи управляются за счет платы за обучение, предоставляя знания всем желающим, особенно детям. Если встречается кто-то перспективный - сразу приглашать в свои ряды для обучения, так они и работают.

Насколько я знаю, академические паствы тесно связаны с местами своего базирования. Они взращивают таланты и обучают своих студентов востребованным навыкам, так что их охотно поддерживают города и страны, где располагаются их учебные заведения. Но по сравнению с другими фракциями, академическим труднее функционировать, ведь им нужно набирать компетентных наставников. Для молодых семей это самый рискованный путь.

Возможно, это просто предрассудки малообразованного деревенщины вроде меня, но я всегда думал, что школа - это для богачей и аристократов. Хотя на деле существуют академические паствы, где можно учиться за небольшую плату. Жаль, что в Орарио таких нет... хотя нет. Может, все-таки есть?

Вдруг все академические фракции города собрались там, на этом гигантского образовательного учреждения? "Школьный район" - это объединение академических паств?..

-Там не смотрят на расу, происхождение или опыт. Нужно лишь желание учиться.

Сказала Эйна, глядя на проходящих мимо нас детей.

-То есть жажда исследования, желание узнать, кем ты можешь стать. Вот единственное условие для студентов "Школьного района".

Независимо от происхождения. И даже денег не нужно. Достаточно признать свое несовершенство и захотеть стать учеником - с явной гордостью говорила Эйна.

-...Ого, Эйна, ты так много знаешь про "Школьный район". Впечатляет.

-Хе-хе. Вообще-то я сама когда-то там училась.

-Чего?! Так вот оно что!

Этот неожиданный ответ поверг меня в шок, и я невольно вскрикнул. Идущие рядом люди обернулись, отчего мое лицо вспыхнуло... Но куда больший стыд я испытал от осознания того, что совсем не знаю Эйну, хотя она так мне помогает...

Но теперь понятно. Эйна такая эрудированная не просто потому, что работает в Гильдии. Множество знаний, полученных в этой огромной школе, она раз за разом передавала нам, искателям приключений. Меня вдруг охватило чувство благодарности к "Школьному району", а также острый интерес. Конечно, теперь я авантюрист и уже не смогу стать учеником, но... интересно, что же это за место, тот корабль?

-Ага, как бывшей ученице... с возвращением "Школьного района" Гильдия поручила мне курировать основные процедуры, но...

-...Эйна?

И тут, лицо Эйны, только что лучившееся гордостью, омрачилось тенью. Я попытался разглядеть ее выражение, но толпа неожиданно остановилась. Мы вместе с людским потоком достигли западной гавани. Хотя точнее будет назвать ее гигантским доком.

Все рвались вперед, желая рассмотреть пришвартованный "Школьный район" поближе. Сотрудники Гильдии и авантюристы из семьи Ганеши сдерживали толпу, не давая подойти слишком близко. Похоже, сейчас туда не подобраться даже авантюристам и богам, не говоря уже о простых людях.

-Мы вернулись, портовый город Мелен!

-Мы дома!

-Рад знакомству! Портовый город Мелен и Город-Лабиринт Орарио!

Пока крики не стихали, на возвышающемся более чем на 60 метров краю "Школьного района" - наверное, это называется "палуба" - тоже собрались юноши и девушки, люди и полулюди, приветственно маша руками.

Парни и девчонки в одинаковой форме, многие, похоже, моего возраста - это и есть ученики "Школьного района"?

-...

Эйна, прищурив изумрудные глаза, смотрела на учеников с печалью во взгляде. Нет, скорее... в нерешительности? Меня это озадачило, но я набрался смелости, чтобы спросить, что случилось...

-Мммф?!

Но тут чья-то рука зажала мне рот и утянула вглубь толпы.

-...Белл, прости. Мне уже пора приступать к работе... Белл? Белл?!

-Ммммгмф?!

Одной рукой закрывая мне рот, а другой обхватив за плечи, кто-то насильно тащил меня сквозь толпу. Я чуть не споткнулся, шагая спиной вперед в попытках не упасть, и лишь вырвавшись из людского моря, был отпущен.

-Пха?! Г... Гермес?!

-Ах, Белл! Встретить тебя здесь - не иначе как судьба!

Щелк! Он щелкнул по полям своей фирменной шляпы с пером. Глядя на Гермеса, который с показным драматизмом изображал глубокое волнение, я тяжело вздохнул.

-Похоже, ты здесь потому, что, увидев "Школьный район" из города, как и подобает авантюристу, неосознанно устремился к неизведанному... я прав?

-Уф...! Д-да, все так и есть...

Ощутив на миг божественное давление, я не смог вырваться из захвата, а теперь под пристальным взглядом бога мне оставалось лишь чистосердечно признаться. Я недоуменно захлопал глазами и спросил:

-Всевышний Гермес, а вы что здесь делаете?

-"Школьный район" вернулся, и как владелец паствы я, разумеется, обязан лично посмотреть на это!

Гермес приобнял меня за плечи и вполголоса, будто делясь секретом, произнес:

-Глянь-ка. В толпе, на крышах зданий... видишь затесавшихся среди детей богов и авантюристов?

-А, и правда...

В указанном Гермесом направлении действительно виднелись боги - наверное, главы паств - со своими последователями. Все они пялились на "Школьный район", перешептываясь с какими-то нехорошими лицами. То, что это вызвало у меня ощущение грядущих неприятностей, видимо, означало, что я уже пропитался духом Орарио... И пока я предчувствовал недоброе, Гермес озвучил "ответ".

-Все они явились вербовать новичков в свои паствы.

-Вербовать? Вербовать учеников "Школьного района"? Но зачем...

-Потому что "Школьный район" - это сокровищница талантов!

Сжав кулаки, с пылом провозгласил Гермес и, бросив "давай-ка поболтаем", потянул меня в сторону. Впрочем, мы просто нырнули в узкий проход между зданиями, откуда был виден вход в переулок, ведущий к "Школьному району".

-Ты ведь в курсе, что "Школьный район" - это образовательное учреждение, путешествующее по всему свету?

-А, да. Эйна мне говорила...

-Тогда объяснить будет проще. "Школьный район" очень знаменит и потому часто вляпывается во всевозможные неприятности. Если города просят, они идут истреблять монстров, а иногда даже вмешиваются в конфликты между государствами.

-Ко… конфликты?

-"Меч воли, посох знаний и венец победы". "Школьный район" сам охотно в них ввязывается. Это называется "практикой" и служит для роста учеников.

Да что же это за место такое, этот "Школьный район"?! Звучит как скопище хулиганов!

-На таком фоне, пусть и не сравниться с Орарио, "Школьный район" предоставляет среду, где недостатка в вызовах не бывает. Ученики сами собой достигают второго уровня, а в последнее время, говорят, и третий уровень уже не редкость.

-Третий?!

Я поражался с самого начала, но тут уж не сдержался. В Орарио здравый смысл сильно смещается, но в реальности Возвышение - это нечто из ряда вон. Если в деревне или небольшом городе найдется хотя бы один такой человек, никакая орда наземных монстров не сможет ее одолеть, настолько это выходит за грань здравого смысла.

С тех пор, как спустились боги, нынешнюю эпоху описывают как "качество превыше количества". Один возвышенный способен в корне переломить ход сражения. Пройти два возвышения и достичь 3-го уровня за пределами города - значит стать абсолютно сильнейшим. Говорят, такие люди нарасхват у крупных организаций.

Город-Лабиринт с сотнями высокоуровневых авантюристов - исключение, в остальных местах 3-й уровень уже из ряда вон. Так что с боевой точки зрения, "Школьный район", даже без среды подземелья взращивающий авантюристов 2-го и 3-го уровней, действительно можно назвать сокровищницей талантов.

-К тому же многие нынешние высокоуровневые авантюристы - выпускники "Школьного района". "Тысяча эльфов" из паствы Локи - наглядный пример.

"Тысяча эльфов"... эльфийка с волосами цвета ямабуки... уф, голова кругом!

-В конце концов, "Школьный район" - это образовательное заведение. Подавляющее большинство учеников рано или поздно выпускаются и идут своей дорогой. Конечно, найдутся и желающие стать авантюристами. А боги горят желанием их завербовать! Вот так обстоят дела.

-А.. ясно...

Ну да, понятно... Неудивительно, что боги так рьяно этим занимаются. Держу пари, если Гестия об этом узнает, у нее тоже глаза загорятся - побежит новичков вербовать...

-И ограничения введены не только чтобы охладить пыл простолюдинов, но и не подпускать к ученикам орарийских богов и паствы.

-В-вот как?

-Ага. Никаких "рекрутов" и "интернов". Это запрещено заранее.

"Рекруты"? "Интерны"? Я склонил голову набок от незнакомых слов, а Гермес крепко сжал кулак.

-Но! Перспективных детишек-то хочется заполучить всеми правдами и неправдами! Как капитан паствы, ты должен понимать!

-А.. ага...

Его внезапный напор чуть не сбил меня с ног, но я кое-как кивнул. Хоть ничего предосудительного мы не делали, но, может, оттого, что говорили шепотом, я почувствовал какую-то неловкость, будто мы и правда затеяли что-то нехорошее...

-Так что, Белл, пойдем-ка проникнем на "Школьный район"!

-С чего бы это?!

Ой, чувство вины резко возросло!

-Паства Гермеса всегда приветствовала перебежчиков или, точнее, стремилась заполучить готовых бойцов! Мы не можем позволить другим фракциям опередить нас в золотом руднике талантов - "Школьном районе"!

-Но с какой стати мне вам помогать?! П-почему бы вам не попросить Асфи или кого-то еще...

-Асфи я... отправил в отпуск. Слишком уж она много работала...

А... Услышав, как Гермес это произнес, глядя вдаль, я и сам невольно устремил взгляд вдаль.

Как и целительница Хейт, а может, даже больше нее, Асфи из-за своих способностей постоянно перерабатывала, и ее безжизненные глаза уже стали легендой среди людей в Орарио - вот уж кто самый загруженный человек во всем городе...

-Скажем так, если бы не отправил ее отдыхать - она бы меня убила. Я собирался дать ей выходной на Фестивале богинь, но опять... ну, ты понимаешь, разразилась вся эта история с богиней красоты.

-Уф!..

-Асфи в буквальном смысле сбивалась с ног, на сердце прямо больно. Ее телу передышка точно не помешала бы.

Он заговорил о тех событиях, причиной которых во многом был я - от этого мне стало так гадко, будто я надкусил гнилой фрукт. Похоже, отдых для капитана Асфи послужил толчком и остальные члены паствы разошлись в отпуска. По крайней мере в этот раз рядом с Гермесом не было никого, кто мог бы помочь ему в очередной авантюре.

-Не хочу так говорить, но... Белл, в том, что я в гордом одиночестве, даже без паствы, есть и твоя вина, а?

-Уф?!

-На Военной игре я ведь здорово помог Гестии...

Ой-ой... Это же манипуляции бога красноречия Гермеса!

-Кстати, Белл, как ты думаешь, а кто исподтишка прилагал огромные усилия, чтобы убедить враждебных к госпоже Фрейе богинь оставить малышку Сир в городе? Может, кое-кто хочет меня отблагодарить, а?

Гермес ухмыльнулся, прикрыв один глаз. Я обреченно повесил голову. Конечно же, Белл Кранел так и не смог отказаться от "просьбы бога".

Обычно вход посторонним на "Школьный район" строго-настрого запрещен. Кроме учеников, учителей, богов и связанного с ними персонала, любой, кто проникнет туда - члены других фракций, других организаций или просто люди без допуска - будет немедленно схвачен. Причина в том, что сам "Школьный район" - это совокупность секретов, таких, как производство сверхпрочного очищенного металла "орихалка", к примеру.

Среди выпускников "Школьного района" было множество выдающихся магов, алхимиков и прочих специалистов, а потому там накоплены уникальные технологии, знания и нечто, называемое "механизмами". Чтобы не допустить их использования не по назначению, "Школьный район" строго препятствует утечке информации. Чужакам, желающим ступить на его борт, требуются такие же сложные процедуры и время, как и для входа в Орарио. Будь то величайший король или сильнейший человек, например, авантюрист первого класса Орарио - исключений ни для кого нет. Так мне объяснил Гермес.

В общем, я хочу сказать, что проникнуть на "Школьный район" чрезвычайно трудно. В порту за всем пристально следят не только связанные со "Школьным районом" лица, но и элитные высокоуровневые авантюристы семьи Ганеша. Даже если ты невидимый, тебя непременно обнаружат по ауре. А досмотр доставляемых материалов и вовсе тотальный. Проникновение с суши совершенно невозможно.

Ну а как насчет вторжения с моря? Увы, тоже очень сложно. Стоит лишь маленькой лодке приблизиться - ее тут же заметят, а даже если каким-то чудом удастся подобраться к супергиганту вплотную, придется карабкаться по пугающе высокому корпусу. Пусть я и пятого уровня, но пробраться незаметно, да еще и с богом на руках - это, пожалуй, чересчур...

Цепляясь за последнюю надежду, я робко озвучил эту мысль, но Гермес лишь хихикнул и бодро ответил. Он сказал - тогда проникнем с неба!

-Уууаааааа!

Я позорно завопил, летя по воздуху с Гермесом на руках. Совершенно забыв о том, что нельзя привлекать внимание "Школьного района", я истошно орал, вторя завываниям ветра.

-Как хорошо, что я одолжил у паствы волшебные предметы - "Черный шлем Аида" и "Крылатые сандалии Талария"!

-И что в этом хорошего-о-о?!

-Ну как же! Мы ведь благополучно проникли сверху, так что дальше управляй как следует, Белл!

-Да я понятия не имею, как управлять-а-а-ать!

Мы что было сил перекрикивались, стараясь пробиться сквозь ветер, грозящий лишить нас слуха. А я, которого заставили надеть "Крылатые сандалии Талария" - запасные от Асфи - блаженно падал вниз.

Эти непонятные магические предметы на мне уже минут десять. Надев подозрительный шлем, мы с Гермесом стали невидимыми и, пошатываясь, взлетели высоко в небо, где, оставшись незамеченными, добрались до "Школьного района"... но на этом чудеса закончились. И теперь мы с Гермесом, как идиоты с растаявшими восковыми крыльями, падали с высоты около 500 метров!

-Говорят, Гестия с Асфи втихаря устроили небесную прогулку! Вот и нам нужно совершить захватывающую мужскую посадку!

-Сейчас не время для подобных разговоров-о-о-ов!

Гермес, которого я держал на руках, заливался смехом мне на ухо, пока ветер трепал мои волосы и одежду! Это совсем не походило на падение с Лазурного Водопада - сейчас первобытный страх разливался в животе, а из уголков глаз катились крупные слезы. Едва появившись, они тут же уносились прочь!

Словно боги в небесах потешались, глядя на меня, погружающегося в панику, рукотворная земля стремительно приближалась...

-Га-а-а-а-а!

Я удачно изменил траекторию, так что теперь мы падали в уголок "Школьного района", заваленный ящиками и прочим - в зону хранения материалов. За миг до жесткого столкновения, будто отзываясь на мой вопль отчаяния, "Крылатые сандалии" распахнули четыре крыла и резко затормозили, но этого было недостаточно. Не сумев полностью погасить инерцию, я врезался ногами вперед в гору деревянных ящиков, произведя изрядный грохот.

-...Жи...вой...

-Вот это да, и впрямь пятый уровень! Я в роли багажа совсем не пострадал, прогресс налицо, Белл!

Я изо всех сил старался уберечь бога, в итоге на Гермесе не было ни царапины, и он явно пребывал в отличном настроении. Приподнявшись с кровати из щепок, в которые превратились ящики, я уже собирался нервно рассмеяться, но тут...

-Что это был за звук?!

-Наверняка опять вторженцы из Орарио! Скорее туда!

Бии-ии! Вместе с пронзительной сиреной вокруг внезапно поднялся шум.

-Ай-яй-яй! Это... да вы издеваетесь...

-Вторжение раскрыли. Ну еще бы, такой-то грохот.

Само собой! Мысленно вскрикнув и хлопнув себя по щекам, я поспешно вскочил на ноги.

-Д-давайте убежим, оставаясь невидимыми! Так нас не должны заметить...

-Ох, а я уже давно пробирался сюда с помощью Черного Шлема. И в результате в "Школьном районе" разработали магический предмет, позволяющий видеть невидимых.

-Чем вы тут занимались?!

В смысле, был уже прецедент?! Неудивительно, что "Школьный район" так строго охраняется, включая порт! Пока мы так препирались, кто-то уже приближался к зоне хранения!!

-Что ж, Белл, приступим к операции "приманка"!

-У меня дурное  предчувствия... Что это за операция?

-Ты отвлекаешь, я сбегаю! Все, я договорил!

-Гермес, стойте... а-а-а?!

Не успел я возразить, как Гермес сорвал с меня шлем - магический предмет, который даже после падения с неба сохранял невидимость - и с силой толкнул. Я перелетел через обломки ящиков и плюхнулся задом на металлический пол.

-Прости, - извинился невидимый Гермес и бодро добавил: - Ну, дальше сам! - после чего его присутствие мигом испарилось! Еще и "Крылатые сандалии" забрал, только мои ботинки и кинул!!

Гермес, как же так! Мысленно испустив столь жалкий вопль, я услышал:

-Эй ты!

Студенты в униформе, парни и девушки, появились подобно палачам. Я едва успел натянуть обувь и застыл, обливаясь холодным потом. На душе было прямо как у загнанного к обрыву вора! И тут...

-Ты попал под взрыв?! Не ранен?!

-Н-нет... со мной все в порядке.

-Не видел никого подозрительного?! Знаешь, куда они побежали?!

-Э-э... видел. Вон... вон туда...

Я торопливо поднялся, девушка-человек участливо склонилась ко мне, а парень-получеловек, с беспокойством глядя на меня, покрытого пылью, расспросил о направлении, куда скрылись злоумышленники. Стараясь не встречаться с ними взглядом, я опустил голову и указал в сторону, прямо противоположную той, куда ушел Гермес.

-Туда, значит!

-Тебе не повезло! Сразу иди в медпункт!

-Опять Паства Гермеса! Чтобы вторгнуться с неба, нужны предметы бога-покровителя путешествий!

Студенты не стали меня подозревать, напротив - утешили, а затем побежали в указанном мною направлении. Когда силуэты полулюдей окончательно скрылись из виду, я уже по-настоящему обессилел и осел на пол.

-Спа...сся...

Пробормотал я, и долгий выдох облегчения вырвался у меня после напряженных минут. Посидев на полу и с минуту поглазев на синее небо, я неуверенно поднялся и осмотрел себя.

-Так вот для чего Гермес велел мне надеть униформу...

Сейчас на мне была не повседневная одежда и не боевой костюм, а такая же форма "Школьного района", как у давешних студентов. Белый костюм с бордовым галстуком, который мне повязал Гермес. Нижний край, как и у фрака, который я носил на балу Аполлона, разделен на две длинные части. Можно сказать, это облегающая модель с длинными рукавами и штанинами, или как выражаются боги - обтягивающий силуэт... В общем, прямо скажем, этот костюм отлично подогнан по моей фигуре.

Неужели Гермес... с самого начала планировал, чтобы я надел эту одежду, то есть изначально собирался втянуть меня? Иначе с чего бы ему заранее готовить такую униформу?

Я задумался об этом, утирая пот, и меня вдруг осенило. Пусть подозрений я и избежал, но продолжать торчать на месте аварийной посадки слишком подозрительно. Если меня начнут расспрашивать, не уверен, что смогу убедительно солгать. Поэтому я поспешно покинул это место. И вскоре меня ждало настоящее изумление.

-Ого!..

Покинув запутанные переулки - я увидел пейзаж, настолько впечатляющий, что заставил забыть о том, что мы все еще на корабле. Множество зданий из белого камня с синими крышами. Один лишь симметричный дизайн создавал атмосферу красоты, словно у произведения искусства, наводя на мысли о соборах и храмах. Раз уж это "Школьный район", все эти здания - "учебные корпуса"?

Шагая по безлюдной мощеной улице, я то и дело озирался по сторонам. Стоящие вдоль тротуара фонари из магического камня отличались изысканным дизайном, не уступающим орарийским, с надписью "Выпускная работа, Факультет ремесел, 42 выпуск" - похоже, дело рук студентов. Как и другие строения, изящные арки и статуи богинь!

С интересом разглядывая окрестности, я издал долгий восхищенный вздох. Наверное, любой, кто увидел бы меня сейчас, сразу понял бы: "Да этот парень точно не студент".

-Да тут хоть на сушу все это перевози, обычный город.. я бы и не заметил разницы.

"Школьный район" был настолько обширен и при этом так аккуратно распланирован. Казалось бы, ограниченное пространство корабля до отказа забито зданиями, но благодаря искусной планировке, здесь совсем не чувствовалось тесноты. Помимо рукотворных строений, повсюду росли вечнозеленые деревья, радуя глаз. Еще виднелись магазинчики, явно не похожие на "учебные корпуса" - сейчас закрытые, но все равно создающие ощущение, будто гуляешь по недоступному мне ранее кварталу бутиков или элитной жилой зоне.

Вот он какой... "Школьный район". И ведь это все на борту корабля!

-...!

Не в силах сдержать нарастающее возбуждение, я сорвался на бег. Прямо как полгода назад, впервые попав в Орарио, я оказался в плену нового мира! Даже забыв о своем положении, я мчался по дорогам, взбегал по ступенькам, пока не достиг сравнительно высокой точки. Опершись руками на перила, я обозревал "Академию", перед глазами раскинулось поистине захватывающее зрелище.

-Поразительно...

Куда ни глянь, повсюду белоснежные здания с синими крышами. Даже видимая часть этих изящных учебных корпусов насчитывала более пятидесяти. Воистину рай посреди моря и неба. Несколько широких улиц лучами расходились от центра, разделяя территорию на отдельные кварталы.

Среди безупречно ровных архитектурных ансамблей, где белый и синий цвета создавали прекрасный контраст, особенно выделялось сооружение, напоминающее арену. Материалом служил белый адамантит - добываемый в Подземелье металл, годный и для изготовления оружия. На мой, авантюристский взгляд, это было единственное по-настоящему величественное здание среди прекрасных улиц.

А в глубине пейзажа, ближе к корме, виднелось зеленое пятно... неужели парк? Судя по одной только площади, там могло бы поместиться три таких арены.

(Но если говорить о самом впечатляющем...)

Это, конечно, возвышающаяся в центре, сразу бросающаяся в глаза Башня. Пусть и не такая высокая, как легендарная Вавилонская башня, эта исполинская конструкция тоже вздымалась в небеса, и чтобы охватить взглядом все строение целиком, приходилось сильно запрокидывать голову. Как и другие учебные здания, прекрасная белая башня имела синюю крышу - скорее величественную, чем грандиозную. Глядя на нее, невольно думалось, что весь "Школьный район" похож на город, выстроенный вокруг гигантской центральной башни. Даже ничего не зная наверняка, нетрудно представить, что эта башня играет важную роль на борту супергиганта. И в то же время в ней было что-то знакомое.

-Планировка... напоминает Орарио?

Я мысленно вернулся к тому, как выглядел "Школьный район" с высоты, прежде чем мы рухнули вниз. Если отбросить бесчисленные "лазурные перья", окаймляющие сам гигантский корабль - видимо, служащие "парусами", то "Школьный район" представлял собой идеальный круг. Прямо как Город-Лабиринт, окруженный огромной стеной. Эйна говорила, что он находится под патронажем Гильдии, плюс возвышающаяся в центре гигантская башня и расходящиеся от нее главные улицы...

Возможно, мои догадки верны и его действительно строили по образцу Города-Лабиринта. Этакий миниатюрный Город-Лабиринт. Или, если угодно, брат-близнец Орарио. Только еще более аккуратный и прекрасный. И раз он производит такое впечатление, значит один - "Город авантюристов", а другой - "Студенческий город". Вот я и подобрал им ярлыки.

Перегнувшись через перила, насколько позволяло тело, я запечатлевал в памяти пейзажи "Школьного района".

-Ты и правда потрясающая, Нина!

-Говорят, ты заняла первое место на контрольной! Давай уже переводись из класса отстающих обратно на педагогический факультет!

И тут до моего слуха долетели громкие голоса, привлекая внимание. Это была вымощенная камнем дорога напротив лестницы, ведущей наверх. Прямо подо мной. Девушки разных рас шли по ней, оживленно переговариваясь.

-Да просто повезло. Как раз те темы попались, которые я учила.

Я посмотрел на ту, что была в центре обсуждения, и округлил глаза. Длинные каштановые волосы, перехваченные у спины лентой. Уши длиннее человеческих, но не такие заостренные, как у эльфов. Полуэльфийка с прядью изумрудного цвета надо лбом, будто подчеркивающей ее благородное происхождение. Глаза тоже изумрудно-зеленые. Даже с такого расстояния я видел, что у нее миловидный профиль правильной формы. Но важнее этих банальных наблюдений...

Я невольно уловил в ее облике тень той самой женщины.

-...Эйна?

Без очков и другого роста. С непривычной прической и атмосферой. И все же я произнес имя той девушки.

-...

Она никак не могла услышать мой тихий шепот. Но вдруг остановилась и, словно ведомая ветром, мчащимся над морем, обернулась в мою сторону. Мои темно-красные глаза глядели вниз. Ее изумрудно-зеленые глаза смотрели вверх. В безоблачном синем небе наши взгляды встретились.

-Срочное сообщение! Срочное сообщение! На территории Школьного района обнаружены следы вторжения!

И тут, словно разрывая становящийся все прозрачнее воздух между нами, по "Школьному району" разнесся громогласный усиленный голос.

-По данным Алхимического факультета, вторженцев двое! Один - бог, другой - его последователь! Согласно рапорту Дисциплинарного комитета, последний, вероятно, проник под видом студента, переодевшись в нашу форму!

Источником объявления служили установленные на зданиях и столбах громкоговорители из магического камня. Словно желая покарать нечестивцев, вторгшихся на священную землю, голос девушки-диктора становился все яростнее, а мое лицо - все бледнее.

-Раса - человек, пол - мужской! Особые приметы - белые волосы, красные глаза! Повторяю, совершенно белые волосы, как у безумного кролика, и глаза красные, будто налитые кровью, как у конченого извращенца!

Да это уже какая-то клевета! Но мне было некогда возмущаться по этому поводу. Если поначалу на меня пялилась только полуэльфийка, то теперь все больше и больше взглядов устремлялось на меня со всех сторон, окутывая плотным частоколом.

-Белые волосы, красные глаза...

-Постой, это же... вон тот парень...

Пробормотали идущие по дороге студенты - спустя пять секунд. Пот скатывался по щекам до подбородка - спустя секунду. Вокруг сгустилась недобрая атмосфера - спустя полсекунды.

-Нашли злоумышленника!!!

И вот наконец раздался рев. От громогласного вопля учеников плечи полуэльфийки испуганно дернулись, а я мигом развернулся и дал деру. Хлынули ручьи пота, заливая лицо и спину, но я мчался вперед что было сил!!

-Объект побежал!!

-С шестого квартала движется на север, к девятому кварталу! Пусть люди из столовой "Ясное небо" отрежут ему путь!

-Запросить у префектов разрешение на применение оружия и магии в пределах школы!

-А ну стой!!

Студенты, конечно же, бросились в погоню, не меньше двух десятков. Каждый раз, пробегая улицу, я видел, как к ним из переулков присоединяются все новые преследователи, отчего у меня голова шла кругом, но все равно я не сбавлял бешеный темп. Как и холодный пот с бешеным сердцебиением!

Мгновенно став "беглецом Школьного района", я совсем побелел от ужаса!

-Опять вторжение этих бессовестных орарийских авантюристов!

-Не подумали, что раз уж вы нарушили запрет на контакты со студентами, мы не станем принимать ваши приглашения?!

-Хватайте его! Отправим в Орарио, пусть привлекут к ответственности за халатное отношение Паству, к которой он принадлежит!

Погодите, разве я уже не преступник? Даже если не поймают, "Школьный район" ведь подаст на меня в суд, и меня посадят в тюрьму Гильдии?! От нахлынувших мрачных мыслей и отчаяния я едва не грохнулся без чувств, но тут вдруг осознал кое-что.

-Стоять, кому говорят!!

Стоило мне завернуть за угол на другую улицу, как я обнаружил, что студенты выстроились передо мной живой стеной. Я что, забежал туда, где много учащихся? Нет... меня намеренно сюда заманили?!

-Как и планировалось! "Группа Бальдра" окружила цель!

-Пути отступления отрезаны! Хватайте его!

Студенты, обнаружившие меня, держались позади на некотором расстоянии, угрожающе надвигаясь, и быстро отдавали указания окружающим, сформировав ловушку в том месте, куда меня заманили. И все это всего за пару минут, вот это слаженность у учеников! Глядя на их четкие действия - особенно в сравнении с Городом-Лабиринтом, где сложно преодолеть барьеры между Паствами - я невольно проникся уважением. И это уважение напрямую касалось моей безопасности!!

-Хм!

Поэтому я резко развернулся или, скорее, решительно совершил "большой прыжок".

-Чт...

-Он взлетел?!

Со всей силы оттолкнувшись от мощеной дороги, я по-акробатически извернулся всем телом и высоко перемахнул через крыши учебных корпусов высотой 10 метров, выстроившихся вдоль улицы, перелетев в соседний квартал. Я исчез за учебными зданиями по параболической траектории, краем глаза заметив, как студенты, собиравшиеся зажать меня с двух сторон, ошеломленно задрали головы, глядя на мой силуэт.

-Бы... быстрее за ним!

-Да что он такое?!

-Он же просто перепрыгнул через корпус?!

Мне повезло приземлиться на безлюдную улицу, и заняло это меньше пяти секунд. После короткого оцепенения, с соседней дороги на другой стороне здания раздались растерянные вопли. Их голоса настигли меня, силой прорвавшегося через окружение и уже пустившего со всех ног, вновь ударив в спину.

Увы, навыки побега от толпы преследователей, которые я волей-неволей приобрел в Подземелье, а также во время стычек с Паствами Аполлона и Иштар, пусть это и было довольно унизительно, сейчас пригодились на полную! Явив "способность к бегству", история Белла Кранела превратилась в рассказ одного лишь побега, дальнейшее опустим!!

И еще разница в уровнях. Гермес говорил мне кое-что раньше, и теперь я убедился - физические возможности гнавшихся за мной студентов и правда не уступали высокоуровневым авантюристам. Плюс слаженность их действий, без сомнений, представляла угрозу.

Однако сейчас я пятого уровня. Пусть и приходится напрягаться, но в моих нынешних силах... После состязания с быстрейшим в городе Алленом... Я точно не проиграю в чистой погоне. Это не самоуверенность, а факт.

Двое студентов выскочили из переулка, но я, наклонившись вперед, промчался мимо них. Лишь от этого они меня упустили и начали озираться по сторонам. Пусть обстоятельства и особые, но я вновь ощутил, что действительно стал авантюристом первого класса. Будь это нынешний я, возможно, смог бы ускользнуть от облав Паств Аполлона и Иштар в одиночку. Только вот...

-Этот человек случайно не Белл Кранел?!

-"Сверхскоростной Белый Кролик"?! Тот, кто поднялся до пятого уровня?!

-Белые волосы, красные глаза... Точно он! Быстрейший в мире кролик!

(Меня раскрыли?!)

Известность авантюриста неизбежно влечет за собой определенное бремя, словно расплату, и сейчас мне тоже пришлось это испытать. В данной ситуации маскировка под студента полностью утратила смысл. Студенты с криками гнались за мной.

-А я так хотел с тобой встретиться после приезда в Орарио!

-Я даже немного тобой восхищался!

-Похоже, ошибся в тебе!

-Как разочаровывает!

-Незаконный вторженец!

-Преступник!

-Так вот ты кто на самом деле - просто недостойный авантюрист!

(У...ууааа?!)

Яростные вопли и порицания, донесшиеся сзади, заставили меня закатить глаза, нанеся удар по самолюбию! Прямо как тогда, когда из-за Ксеносов пострадали сироты, в общем, мой дух всячески подрывался, я едва ноги волочил.

Со слезами на глазах я метался туда-сюда по "Школьному району". И сколько мне еще бегать?! Может, уже пора сигануть в море и сбежать?! Хотя бросить Гермеса и улизнуть в одиночку как-то... Зажатый между угрызениями совести и смятением, я замешкался из-за своей нерешительности, видимо, на добрые полминуты. И тут, словно не выдержав моей безостановочной беготни, на подмогу хлынули новые студенты из учебных корпусов!

-А ну стоять!!

-Ый-й-й-й?!

Все, приплыли! Их слишком много, бежать некуда! Студенты набегали отовсюду, что с мощеных улиц, что с крыш, загнав меня в самый центр "Школьного района". Теперь не спрыгнешь с борта в море! Может, я и мог бы силой пробить брешь в окружении, но... Если поранить студентов из-за этого, то точно стану преступником!

Раз нельзя действовать грубо, остается лишь один путь - укрыться в высящейся в центре "Школьного района" Башне.

-Он забежал в храмовую башню "Бреидаблик"!

Я ворвался в башню через распахнутые двери и, не глядя по сторонам, ринулся вверх по гигантской винтовой лестнице. Студенты, конечно же, тоже хлынули внутрь, вынуждая меня подниматься все выше. На каждом этаже люди, похоже, студенты и преподаватели, вскрикивали, завидев меня, на всех парах взбегающего по ступеням. Мысленно повторяя "простите!", я бормотал себе под нос: "Приехали". Без сомнений, так недолго и в тупик забежать. Значит, остается лишь попытаться спрятаться где-нибудь...

Значительно оторвавшись от студентов, я первым достиг верхнего этажа. Миновав безлюдный коридор, я распахнул створки дверей из белой древесины в дальнем его конце.

-...А?

И вот. Ворвавшись в комнату, в поле моего зрения предстал одинокий бог.

-О-о? Да это же ты...

Этот бог был очень красив. Хоть он и мужчина, но прекрасен, словно богиня. Золотистые волосы насыщеннее, чем у леди Айз, нежная белая кожа. Никогда не видел столь изящную фигуру, наверное, потому я и решил, что он "прекрасен, как богиня".

Однако ростом он сильно меня превосходил. На нем были священные одеяния с длинным подолом, правое плечо и рука оставались обнажены, являя взору белоснежную кожу. А корона на голове, она из омелы? Глаз его не было видно. Закрытые веки скрывали зрачки.

И все же этот бог определенно "видел" меня. Ошеломленный столь величественным обликом, я осознал одну вещь. Этот бог, несомненно, повелевает чем-то священным, связанным со "светом". Невидящие глаза обратились ко мне, и бог мягко улыбнулся.

-Всевышний Бальдр!

Дверь распахнула одна из учениц. То, как она это сделала, едва ли можно было счесть грубым, но и вежливостью тоже не назовешь. Наверное, она смогла сохранить минимально допустимый этикет в такой критической ситуации потому, что являлась ученицей "Школьного района". Словно возвещая о чрезвычайном происшествии, девушка спросила изменившимся лицом:

-Не забегал ли сюда беловолосый человек?!

-Нет, а что случилось, Алиса?

-Не пришел на верхний этаж? Неужели спрятался где-то на лестнице по пути...

На миг задумавшись, отчего качнулась повязка на ее руке, девушка тут же опомнилась и, приняв надлежащую позу, ответила:

-Прошу прощения, к нам вторглись!

-Орарийские силы снова напали на нас! И на сей раз вторженец - не кто иной, как быстрейший в мире Кролик, Белл Кранел!

-Вот как.

-Мы непременно схватим его! Ждите нашего отчета!

С видом, будто она поставила на кон престиж "Школьного района", девушка покинула комнату.

-Все в порядке.

-О...огромное спасибо...

Затаив дыхание, я слушал весь этот разговор, спрятавшись в тени стола, и теперь обессиленно осел на пол. Ворвавшись ранее в комнату, я сумел здесь укрыться лишь благодаря милости бога, стоявшего предо мной.

-Но... но почему вы мне помогли... эм...

-Бальдр. А ты - Белл Кранел. Хоть последовательность и нарушена, приятно познакомиться. Новая надежда Орарио.

-На...надежда?.. А, нет, что вы, это я! Рад... рад знакомству!

Пока я стоял с виноватым видом, господин Бальдр слегка улыбнулся и неторопливо поприветствовал меня. Я сперва ошарашенно уставился на него, а затем поспешно склонил голову. Как ни странно, чувства вины и напряжения постепенно рассеивались. Словно в присутствии этого бога само течение времени замедлилось... Как бы это сказать? Казалось, достаточно лишь заговорить с этим ровным голосом, и на душе воцарится покой.

Дождавшись, пока моя поза перестанет быть скованной, словно улучив нужный момент, господин Бальдр ответил на мой недавний вопрос.

-Что до причины, по которой я укрыл тебя... перед тем, как мне сообщили о вторжении, мы как раз говорили о тебе.

-И говорил с ним я!

-Уа-а?! Г...Гермес?! Так вы были здесь?!

Когда Гермес показался из-под сдвинутой в сторону секции пола под широким ковром, я по-настоящему перепугался. Похоже, прежде чем я сюда добрался, он спрятался под половицами.

-После того, как мы разделились, я тоже случайно забрел на этот капитанский мостик... то бишь в "храмовую башню". Ну и укрылся у старого приятеля Бальдра!

-Ох уж... только когда тебе что-то нужно, ты так сладко поешь.

Гермес закрутил шляпу на пальце, подходя ближе, а господин Бальдр лишь безмятежно рассмеялся. Я не знал, насколько тесные отношения связывают Гермеса с господином Бальдром, но... cудя по одному лишь их общению, чувствовалось, что знакомы они очень давно.

-Помимо вербовки студентов, я хотел и личный божественный разговор с Бальдром провести. Сейчас самое время!

-Если бы ты прислал бумаги, я бы выкроил время для встречи... Ты все такой же, налетаешь внезапно, как ветер.

-А что поделать. Пойди я официальным путем, вы бы тянули до бесконечности, а потом Гильдия сообщила бы, что встреча назначена через месяц. Сейчас в "Школьном районе" страшная запарка... А у тебя, как у бога-директора, и подавно.

Глядя то на Гермеса, заявившего о неких делах, то на господина Бальдра, я, полностью выпав из разговора, невольно пробормотал: "Э?".

-Ди...директор, в смысле?..

-В прямом. Бальдр здесь самый главный бог. ...И если копнуть глубже, именно он предложил идею создать "Школьный район".

Бог, выдвинувший идею... То есть, основать этот "Школьный район"?! Пораженный, я уставился на господина Бальдра, но он, по-прежнему не открывая глаз, скривил губы, будто горько усмехаясь.

-"Главный" - не совсем верное слово. В конечном счете "Школьный район" - это всего лишь альянс академических паств. Все боги-главы имеют равное право голоса. ...Хотя, когда случается что-то серьезное, командовать остальными и нести ответственность приходится мне. В этом смысле меня действительно можно назвать высшим начальником "Школьного района".

Я и сам должен был догадаться - если покои бога расположены на вершине такой высокой центральной башни, его положение явно незаурядное... Услышав о его должности, я вновь занервничал. Запоздалые опасения, как со мной теперь поступят, сделали мое поведение крайне подозрительным. Пусть он и укрыл меня только что, но я ведь незаконно вторгся, да еще и стою тут собственной персоной...!

-Ну так что, Бальдр? Ты согласен на ту “просьбу”, о которой я говорил?

Пока я весь извелся от волнения, Гермес невозмутимо задал свой вопрос. “Просьба”?.. Интересно, о чем это они беседовали до моего прихода? И почему вообще господин Бальдр упомянул, что они говорили обо мне, Белле Кранеле?

-Что ж...

Пока я стоял столбом, господин Бальдр посмотрел на меня. Хоть я и терялся в догадках, вскоре бог изогнул брови в мягкой улыбке и произнес:

-Ладно. Белл Кранел, не хочешь ли стать учеником "Школьного района"?

На миг время будто замерло. Затем до меня, застывшего на месте, дошел смысл его слов, и я громко вскрикнул:

-Че-е-е-его-о-о-о-о?!

-Пойти учиться в "Школьный район"?! Господин Белл?!

Ох, опять я вляпался в неприятности! Услышав полный отчаяния вопль Лили, в котором явно читался этот подтекст, я невольно съежился.

-Вы ушли в Гильдию и пропали, я уж не знала, что и думать! А вы такое приглашение вы получили?!

-Да нет же, какое там приглашение... скорее уж сделка... вернее, Гермес все решил по своему произволу...

-Ну конечно! Опять Гермес что-то удумал!

Под вечер, в общей столовой "Поместья Очага". Когда я во всех подробностях поведал о случившемся в "Школьном районе", Вельф, сидевший рядом со мной за обеденным столом, лишь обреченно вздохнул, а Лили, сидевшая напротив, сердито вскрикнула, того гляди грохнув кулаками по столу. Самому же мне, выдавшему это нелепое объяснение в духе "сам не заметил, как так вышло", было невероятно стыдно.

-Белл, уточню на всякий случай - это ведь не "вербовка" и не "практика" в паству, так?

-Э-э... Прости, Гермес тоже упоминал эти слова, но что такое "вербовка" и "практика"?

-"Вербовка" - это вербовка паствами новых членов. А "практика" - это временное пребывание в пастве... как бы ее испытательный срок. Оба эти понятия относятся к методам, которыми фракции заманивают таланты из "Школьного района", господин Белл.

Вельф и Лили принялись просвещать меня, по-прежнему невежественного в том, что творится за пределами Подземелья. Если говорить прямо, "вербовка паствами", похоже, подразумевает ярмарку вакансий от фракций Орарио, проводимую в установленные даты. Разумеется, с одобрения "Школьного района". Представители семей Орарио устраивают в "Школьном районе" что-то вроде дня открытых дверей, рекламируя себя и привлекая студентов. Орарио получает талантливых новичков, а "Школьный район" демонстрирует ученикам разнообразные карьерные возможности.

Орарио славится как "центр мира", и принадлежащие ему семьи, причем не только исследовательские, но и всех прочих видов, по уровню явно превосходят другие города и страны. Естественно, в "Школьном районе" найдется немало желающих к ним присоединиться. У этой взаимовыгодной для Орарио и "Школьного района" практики, похоже, уже довольно долгая история.

-Во время "вербовки паствами" фракции также могут, по приглашению "Школьного района", направлять своих членов для долгосрочного пребывания там... то есть, в качестве "вербовщиков". Так им проще тесно общаться со студентами, лучше рекламируя свои семьи. Господин Вельф, наверное, спрашивал как раз про вербовщиков.

Услышав пояснения Лили, я понимающе кивнул. Чем крупнее семья, тем выше вероятность, что ее выберут для отправки "вербовщиков" - со стороны "Школьного района" это обосновывается тем, что "многие студенты хотят вступить в данную паству".

Другое же понятие, "практика в Пастве", еще проще - это когда ученики "Школьного района" принимают участие в деятельности Орарийских семей. Таким образом Паствы Орарио могут познакомить студентов со своими порядками, ну и заодно подстраховаться от ситуаций, когда после вступления ученик понимает: "Все не так, как я думал!".

В отличие от обычного трудоустройства, присоединение к Пастве и получение "божьего благословения" - очень ответственный шаг (ведь целый год придется состоять в одной фракции, а порой бывает трудно ее покинуть или сменить бога-покровителя, прямо как у Лили), так что я прекрасно это понимал. И в то же время подумал: "Как предусмотрительно". Пусть до моих мытарств до встречи с Гестией и не дотягивает, но все равно... как бы это сказать, слишком уж обходительно и любезно что ли... ага, вот оно - чересчур вежливо. Сам факт, что я способен так рассуждать, доказывает, что я окончательно превратился в авантюриста Орарио. Хотя нет, может, это из-за того, что таланты из "Школьного района" настолько выдающиеся, что за них идет ожесточенная борьба. По сравнению с парнем, выросшим невесть в какой деревне, это, пожалуй, вообще некорректное сравнение.

В общем, "вербовка Паствами" и "практика в Пастве", по-видимому, играют важнейшую роль в налаживании связей между Орарио и "Школьным районом". А меня сейчас просто приглашают стать студентом, без какого-либо отношения к вышесказанному, так что я решительно замотал головой.

-И зачем вообще становиться студентом? Разве нельзя просто пойти как авантюристу?

-Ну, тут такое дело... Похоже, слухи о моем вторжении в "Школьный район" успели широко разойтись... Боюсь, теперь мне вряд ли будут рады... скорее даже категорически против...

-То есть, "Сверхскоростной Белый Кролик" и семья Гестии теперь во вражде с ними, я правильно поняла?

-Уф... п-прости, Лили!

Невнятно ответив на вопрос Вельфа, я тут же машинально извинился перед вздохнувшей Лили. Стыдно, что я, будучи капитаном, опять создал проблемы. Да и, в свете всего услышанного о "вербовке Паствами", я запоздало осознал, какую серьезную ошибку совершил. Терзаемый двойным чувством вины, я понуро опустил голову.

-Мне правда очень жаль... Если из-за меня семья Гестии лишится возможности участвовать в вербовке Паствами, то...

-А, об этом можешь не беспокоиться. Тут все в порядке.

-А?.. В по...порядке?

-Ага. Мы уже обсудили с Гестией, что раз к нам присоединилась супер-читерная новенькая по имени Рю, с вербовкой в "Школьном районе"... вернее, с привлечением новичков в принципе пока можно повременить.

-В...вот как?

-В конце концов, мы же недавно поднялись до ранга B и приобрели вдобавок незаслуженную славу. Сейчас, на волне торжеств после Военной игры, может показаться, что мы на хорошем счету, но... другие семьи, особенно сильные фракции, наверняка исподтишка нас избегают.

Я совершенно этого не заметил, так что удивленно ответ Лили заставил меня удивленно заморгать.

По словам Лили, их с Гестией позиция звучала примерно так: "Теперь с вступлением шестого уровня нам хватит и этого. Поэтому мы не будем соперничать с другими за рекрутов из "Школьного района".". Если говорить конкретнее, пожалуй, как-то так: "У нас все члены семьи выше второго уровня, так что специально зазывать никого не нужно. Но если кто-то сам захочет вступить - не препятствуй".

После скандала с задолженностью Гестии долгое время никто не хотел к нам присоединяться, так что я думал, она ухватится за шанс и начнет долгожданную вербовку на волне победы в Военной игре. Поэтому такое решение меня озадачило. Но, выслушав объяснение, я все понял.

После моего вступления, семья Гестии, бывшая микросемьей, начала расти пугающими темпами, так что другие паствы, упорным трудом добивавшиеся своего положения, явно смотрели на это не лучшим образом. Чувства, вроде недовольства или ревности были не редкостью.

-По крайней мере, одно можно сказать точно - если так продолжим наращивать силы, на нас точно серьезно разозлятся. Хоть за нашими спинами стоят грозные последователи Фрейи, вроде Оттара, и другие семьи не посмеют затевать распри, но... издеваться им никто не помешает. Например, в Подземелье.

Мы не хотим провоцировать ненужные конфликты и противоречия между паствами - отчетливо заявила Лили, и тут:

-Торчащий гвоздь забивают первым. Вроде так говорят на Востоке?

-А, Рю.

Из кухни появилась Рю, ловко расставляя ужин перед беседующими нами. Сегодня готовкой для семьи Гестии занимались Рю с Микото. Честно признавшись, что по части готовки чуть получше Сир (и смущенно за это извинившись), Рю взяла на себя сервировку, а саму готовку оставила Микото. Еще и Харухиме помогала.

Каждое движение Рю, прошедшей выучку в "Щедрой Хозяйки", было безупречным, и даже простой фартук поверх домашней одежды не мешал ей быть настолько ослепительной, что я невольно залюбовался. В дни без авантюристских дел вроде исследования Подземелья, Рю подрабатывала в "Щедрой Хозяйке" - для нее эта таверна много значила и она хотела продолжать отдавать долг Сир и Мии - так что, выходит, наш семейный стол украшала настоящая официантка. Даже не знаю, не чересчур ли это роскошно, но... от такой атмосферы невольно выпрямляешься на стуле.

-Я не так давно присоединилась к семье, но... не думала, что новая встряска подоспеет так скоро. Ты и впрямь никогда не даешь заскучать.

-П-простите...

Расставив приборы для Вельфа, передо мной тоже поставили блюдо с небольшим количеством еды - овощи с рисом (Микото действительно постаралась, и хоть мяса с рыбой там не было, получилось потрясающе вкусно). Сконфуженно извинившись, я услышал легкий смешок Рю.

-Нет. Тебя винить не в чем, причина в другом. Для авантюриста первого класса... самого быстрого в мире кролика судьба уготовила именно такой путь.

Может, ты родился под такой звездой - с улыбкой произнесла бывшая “Шторм” из паствы Астреи, и это прозвучало настолько серьезно, что мне оставалось лишь нервно рассмеяться.

-Но если по сути - бывали ли случаи, чтобы авантюрист становился учеником "Школьного района"?

-Наоборот - бесконечно много, а так... по крайней мере, я ни о чем таком не слышала.

Микото, хоть и была на кухне, видимо, прислушивалась к нашему разговору. Вместе с Харухиме она принесла запеченную рыбу и мисо-суп, любимое блюдо Вельфа и присоединилась к беседе. После ответа Рю, самой опытной авантюристки из нас, Лили, уроженка Орарио, тоже закрыла глаза и согласно кивнула.

-В конце концов, это лишь своевольное предложение Гермеса, так ведь? Значит, еще ничего не решено.

-Вот именно! Нам-то, семье Гестии, никакой выгоды, да и непонятно, что там задумали боги "Школьного района"! Откажитесь, господин Белл!

Вельф совершенно прав, да и доводы Лили весьма разумны. По сути, если дело и впрямь выгорит - придется действовать тайно от Гильдии. Пусть я и стал первоклассным авантюристом, Гильдия вряд ли позволит мне бездельничать... однако.

-...А ты сам что думаешь, Белл?

Расставив блюда, Рю с Микото уселись за стол. В униформе горничной села и Харухиме - все они внимательно всматривались в мое лицо. И не только они. Под пристальными взглядами Лили и остальных я задумался о Гестии, которая наверняка сейчас тоже это обсуждает, и поднял глаза к потолку.

-Я…

-Ха-а-а... ну ты даешь, раз за разом втягивая нас в неприятности.

-Да ладно тебе, Гестия, я же объяснял уже - какие там неприятности!

Услышав ворчание развалившейся на кушетке Гестии, сидевший напротив нее Гермес замахал руками.

-"Школьный район" - сад знаний, бороздящий весь нижний мир. Белл не знает ничего, кроме своего тесного мирка с Орарио в придачу, так что для него это наверняка будет полезным опытом.

-Я же сказала - хватит думать о том, чтобы во что бы то ни стало его развить. С каких это пор божья воля вмешивается в его дела? Пусть живет, как ему захочет сам.

-Да я лишь толчок ему даю. И вообще, вы с Беллом только выиграете от этого!

Измотанная подработками Гестия только вернулась домой, а тут Гермес нагрянул. Хоть она и привела его в свободную комнату на втором этаже, от усталости ее манеры стали попроще. Вздохнув, она приняла позу внимательной слушательницы.

-Белл достиг пятого уровня, причем с небывалой скоростью. Теперь он - полноценный кандидат в герои. Гильдия ведь уже поднимала с тобой этот вопрос?

-...Ага. Недавно Уран вызывал меня поговорить об этом. Сказал, что позволит нам передохнуть, но потом мы должны будем отдавать больше сил на исследование Подземелья.

Это случилось сразу после Военной игры. В подземном храме Гильдии Гестия вела с пожилым богом такую беседу. Уран поблагодарил Белла с Гестией, за все, что они сделали во время конфликта с семьей Фреи, выразил им свою признательность, но при этом четко обозначил, что нужно двигаться дальше. Паства Гестии, воспользовавшись "Войной семей", оказалась в центре внимания, причем очень большого. Теперь она - часть "волны эпохи, сотрясающей нижний мир" - так намекнул бог-прародитель Гильдии.

-Когда настанет черед последнего из трех великих испытаний, что выполняет Город-Лабиринт - убийства Черного дракон, Белл непременно примет в этом участие.

-...

-Потому я хочу, чтобы он повидал мир не только в виде подземелий внутри Орарио, но и за его пределами. Хочу, чтобы он расширял и углублял свои познания. Ведь Дракон Конца обитает именно за пределами Орарио.

Хоть он и не говорил прямо, но Гермес уже не скрывал намерения сделать из Белла нового героя. Полгода назад, когда Белл с товарищами оказались в беде на Средних Этажах, а для их спасения собирали отряд, Гермес уже проявлял легкий интерес к парню. Тогда Гестия не удержалась от укоризненного взгляда.

"Миру нужен герой" - Гестия знала истинный смысл этой фразы. Однако...

-...То есть, по-твоему, "Школьный район" - это первый шаг для него в деле расширения кругозора?

-Там он сможет познакомиться хотя бы с общей ситуацией в мире. Куда эффективнее, чем колесить по свету с богом-покровителем путешествий вроде меня. ...Если, конечно, не хочешь узнать о плачевном положении нынешнего нижнего мира.

Атмосфера слегка потяжелела. Гестия смолкла, а Гермес, видимо, решившись на попытку, произнес в сердцах:

-Самое главное - еще один седьмоуровневый. Я хочу свести Белла с ним.

После этих слов Гестия удивилась сильнее, чем за весь разговор.

-Кроме того громилы есть еще седьмые уровни? Да еще и в "Школьном районе"?

-Ага. Я рассчитываю, что "он" сможет задать Беллу трепку. "Он" - выдающаяся личность, которую величают новым героем.

Гестия сошла с небес совсем недавно и мало что знала о положении в нижнем мире. Известие о том, что есть еще одна аномалия вроде Оттара, потрясло ее. Да еще и новый герой - узнай Белл, наверняка бы загорелся от возбуждения.

-И возможно, это будет последняя передышка для Белла.

-...Не каркай.

Спустя долгое время Гестия наконец выдавила из себя ответ, словно потратив последние силы. Но скорее всего так и есть. Как и сказал Гермес, Беллу уже не избежать участия в истреблении дракона, на которое нацелен весь Орарио. Отныне парню суждено выживать посреди неизбежных яростных потрясений. "Стать авантюристом первого класса" означало оказаться в самом центре этой эпохи.

-Впрочем, в конечном счете все зависит от желания Белла. Если не хочет - настаивать не стану.

Гестия прожигала его сердитым взглядом. Еще до того, как провести Гермеса в эту комнату, она уже выслушала от Белла обо всем случившемся сегодня. И расспросила его о душевных терзаниях.

-Э-э... на самом деле, мысль о твоем поступлении в "Школьный район" очень волнует меня.

-Я уже говорил об этом с Эйной. И подумал - если и совершать что-то новое, сейчас самое время.

В коридоре, где были лишь двое, Белл взволнованно, но прямо и честно изложил свои мысли.

-Если можно сделать небольшой отдых... Я бы хотел взглянуть на "Школьный район".

И, добавив, что если это доставит хлопот семье, он откажется, Белл произнес это как капитан. Белл уже не ребенок, но Гестия желала, чтобы, если позволят время и место, он сохранил детскую непосредственность - таковы были ее истинные чувства как его бога-опекуна. Да и, по правде говоря, в последнее время не происходило ничего, требующего больших усилий. Скорее даже наоборот, она хотела, чтобы Белл больше отдыхал вдали от Подземелья. Сам он этого не осознавал, но постепенно становился зависимым от приключений. Гестия думала, что в тот день, когда в его резюме авантюриста будет написано "специализация: покорение Подземелья", она лишь сокрушенно вздохнет и станет богиней скорби.

(Да и вообще, Белл собрался в школу... Прямо ностальгия пробирает.)

Как с точки зрения богини-главы, опекающей его, так и богини, питающей к нему чувства. Хоть ей и претила мысль плясать под дудку Гермеса, раз уж Белл стал первоклассным авантюристом, ему и впрямь нужна небольшая передышка, чтобы накопить силы.

-"Школьный район"... А что сказал по этому поводу Бальдр?

-Его поступление туда будет своего рода сделкой. Ему особым порядком разрешат тайно вступить, а взамен он присмотрит за местными проблемными учениками. Сам Белл об этом не знает.

Иными словами, взаимовыгодный обмен - "ты мне, я тебе". Услышав, что там есть не менее аномальная личность, чем громила Оттар, Гестия сочла "Школьный район" местом, подобным пастве Фреи, собравшей невероятных воителей, однако... Она хорошо знала Бальдра в роли директора, как и божественную сущность прочих богов. Отправить туда Белла точно не навредит ему.

(Похоже, я тоже слишком балую детей своих детей.)

Может, для бога-опекуна, обзаведшегося детьми, это и есть нормальные чувства. Гестия вновь вполглаза глянула на ухмыляющегося Гермеса, вздохнула и решила уважать выбор своего ребенка.

-Что ж, ладно. Я согласна отпустить Белла учиться в "Школьный район".

Вновь облачившись в ту самую униформу, я ощутил, как бешено забилось сердце.

-Ха-ха-ха! А тебе идет, Белл!

-Да уж, весьма к лицу.

Гермес и господин Бальдр нахваливали меня, отчего я покраснел от смущения. Спустя три дня после приглашения в "Школьный район". Ранним утром, заручившись согласием Гестии и Лили, я поспешил в "Школьный район" и переоделся в покоях бога, расположенных в центральной башне - или, точнее, в кабинете директора. Форма "Школьного района", в основном белая, и впрямь очень изысканна, так что мне, обычно не заморачивающемуся с одеждой, было не по себе. Но сейчас меня беспокоило кое-что еще.

-Эм, в этой маскировке я почти ничего не вижу перед собой... Вы уверены, что все в порядке?

Я то и дело трогал свисающую до самых глаз каштановую челку и смотрелся в зеркало. В отражении блестящего зеркала был не беловолосый человек, а коричневоволосый зверочеловек! На каштановом парике красовались длинные кроличьи ушки, а из-под форменных брюк выглядывал пушистый короткий хвост. Челка почти закрывала глаза, скрывая темно-красные зрачки. Надев маскировочный костюм, приготовленный Гермесом, Белл Кранел превратился в кролика!

-Ну как же, о недавнем переполохе знает вся школа. Сейчас заявись туда как Белл Кранел со словами "привет, я новенький", и на тебя точно будут коситься. Поэтому нам нужен грандиозный план: притвориться не Беллом Кранелом!

Гермес щелкнул пальцами, а я криво усмехнулся, разглядывая себя в зеркале. С первого взгляда никто не признает во мне Белла Кранела. Этот магический предмет ручной работы - или, вернее, проклятый аксессуар в виде звериного парика - надежно скрывал мои особые приметы. По словам Гермеса, на него наложено легкое проклятие помрачения рассудка без всяких побочных эффектов. Если человек хорошо меня знает, то, возможно, и раскусит, но студенты, что гнались за мной в прошлый раз, ни за что не смогут распознать... по крайней мере, я надеюсь.

Я ведь и правда сказал Гестии, что хочу пойти в "Школьный район", но теперь эта почти шпионская маскировка вызывала у меня чувство вины и вообще... было как-то не по себе.

-Пока ты в "Школьном районе", твое новое имя - Рапи Флемиш.

-Рапи Флемиш ... п-понял!

-Твоя легенда такова: до возвращения в порт Орарио ты сдал вступительные экзамены в городе Бейран, но из-за семейных обстоятельств смог попасть на борт только в портовом городе Мелен.

Я повторял про себя новое имя "Рапи", и тут меня прошиб пот от волнения. Видимо, почуяв мое состояние, господин Бальдр мягко улыбнулся и приложил палец к губам.

-Будь так добр, тщательно скрывай свою личность и силу. Если правда раскроется, мне как директору тоже здорово влетит.

Он сохранял святой облик, но в то же время в нем проскальзывало что-то озорное. У меня сложилось впечатление, что господину Бальдру даже нравилась эта ситуация...

-Что ж, позволь поприветствовать тебя вновь. Добро пожаловать, Белл... Нет, Рапи. Ты хочешь узнать, кем можешь стать, и "Школьный район" гостеприимно распахивает пред тобой двери.

Пока Гермес наблюдал за нами, бог с улыбкой прикрепил к моей груди значок. Эмблему школы с изображением луча света и огромного корабля - герб "Школьного района". Под этим сияющим значком мое сердце бешено колотилось от напряжения и возбуждения.

-Прошу прощения.

И тут в дверь тихонько постучали. Господин Бальдр велел войти, и мужчина, толкнув створки из белого дерева, зашел внутрь. Рыжевато-золотистые волосы, прикрывающие шею. Глаза того же цвета. Он был высоким, и с первого взгляда казался худощавым, но в то же время его тело ни капли не выглядело ненадежным. Правильные черты лица, отличные от черт эльфов, производили впечатление нечто среднего между брутальностью и изяществом. На вид лет двадцать с чем-то. Такой зрелый мужчина, на которого даже представитель того же пола посмотрит и подумает: "Хочу когда-нибудь стать таким же". Определение красавчик тоже наверняка подошло бы ему, но тут было что-то другое. Для его описания больше годились такие слова: целеустремленный, честный... Прямо как рыцарь.

(Си... силен.)

Я инстинктивно это почувствовал, и мои глаза широко раскрылись.

-Я рассказал ему всю ситуацию. Можно сказать, это человек, который будет тебя оберегать, а заодно и твой классный руководитель.

Мужчина кивнул улыбающимся господину Бальдру и Гермесу и подошел ко мне. На рукавах, высоких сапогах и левой штанине красовалась золотая вышивка в виде меча. За правым поясом в кожаных ножнах торчало несколько мелков и тонкая указка, похожая на короткий жезл. Одетый во фрак - форму учителя - мужчина улыбнулся и протянул мне руку.

-Леон Варденбург. Приятно познакомиться, Рапи.

Я в ошеломлении ответил на рукопожатие. В этот день я вступил в "Школьный район" не как Белл Кранел, а как Рапи Флемиш.

----------

Школьная жизнь в ином мире

[[image:/storage/reader-images/5834999829d26ea73e35c7fe3eaf5cf5aa34ceb8.jpg]]
Глава 3. Школьная жизнь в ином мире

-Доброе утро, учитель Леон!

-Доброе утро!

Под голубым небом повсюду звучали приветствия. Это была главная улица "Школьного района", вымощенная белым камнем. По ней шли представители разных рас. Люди и дворфы с портфелями и книгами, зверолюди и амазонки в слегка помятой одежде, полурослики, спешно завтракаюшие в кафе, и отчитывающие их эльфы - всех их объединяло то, что каждый был в школьной форме и красном галстуке. Должно быть, это и есть неведомое мне прежде зрелище, именуемое "поход в школу".

Залитый утренним солнцем "Город-Академия" обладал совершенно иной атмосферой, нежели Город-Лабиринт Орарио.

-Доброе утро, Ним, Инда. Только не опаздывайте сегодня на уроки!

-Хорошо!

Господин Варденбург поприветствовал девушек в развевающихся юбках, проходящих мимо нас в толпе, и те радостно загомонили, что звучало почти как возбужденные визги. После того как мы покинули кабинет господина Бальдра в центральной башне, я видел подобные сцены уже не раз. С нами здоровались все - и парни, и девушки, и люди, и полулюди. Несомненно, мой спутник очень популярен.

-Это кто такой рядом с Леоном? На нем значок "Класса Бальдра".

-Никогда его не видела. В портовом городе Мелен еще не проводили вступительных экзаменов, так что новичков быть не должно.

Само собой, я легко заметил, как только что прошедшие мимо девушки с любопытством поглядывали на меня, шепотом переговариваясь. Судя по всему, это издержки, а точнее привилегии статуса авантюриста первого класса. После перехода на новый уровень мое восприятие обострилось, так что даже тихий шепот за спиной я слышал предельно четко, не говоря уже о пристальных взглядах. Не только они, но и прочие студенты с интересом поглядывали на меня, незнакомого человека... вернее, зверочеловека-студента, идущего рядом с господином Варденбургом. Это чистое любопытство, не то что ободряющие взгляды высокоуровневых авантюристов, к которым я привык в Орарио.

(Дедушка вроде говорил: "Милый переведенный ученик, привлекающий всеобщее внимание - неизменный элемент школьных историй". Наверное, сейчас происходит нечто похожее?)

После истории с ксеносами, обо мне стали отзываться как о том, кто повзрослел и изменился в лучшую сторону. Но стоило мне покинуть привычную среду "авантюристов" и "Подземелья", как сразу нахлынули природная робость, нервозность и смущение - я сам разочаровался в себе. Конечно, немалую роль играл и страх, что моя истинная личность раскроется... или, может, любой, попав в незнакомую обстановку, ощущает что-то подобное? Я никак не мог успокоиться и шел, напряженно ссутулившись, и тут...

-Нервничаешь?

Внезапно прозвучал голос, и со мной заговорили. Я машинально извинился и увидел, как господин Варденбург с развевающимися золотисто-рыжими волосами остановился и повернулся ко мне.

-Ты еще немного зажат, Рапи. Разве сейчас ты не студент "Школьного района"?

С улыбкой спросил он, намеренно обратившись ко "мне нынешнему" по имени студента. Это привело меня в чувство.

-Тогда как твой учитель позволь задать тебе, только что прибывшему в "Школьный район", один вопрос. "Как ты сейчас хочешь обращаться к Леону Варденбургу?" Ну же, отвечай.

Этот мягкий вопрос вогнал меня в краску. Произнести это вслух оказалось на удивление щекотно... Ощущая легкий зуд в горле, я набрался храбрости и попытался ответить на свой первый школьный вопрос.

-"Учитель Леон".

-Верно. Из тебя выйдет хороший ученик, Рапи.

Он весело и искренне рассмеялся, и я, краснея и моргая, тоже невольно хихикнул. Благодаря этому напряжение в плечах ушло. "Учитель Леон" улыбнулся еще шире. Я начал понимать, почему столько учеников им восхищаются.

-Глядите, учитель Леон уже очаровал незнакомого студента!

-Чего и ждать от "Рыцаря и ультра-пажа"!

-Сочетание скрывающего глаза кролика-дворецкого и господина Леона... Одобряю!

Кажется, я услышал что-то странное, но предпочел это полностью проигнорировать. Воображаемая Лили у меня в голове тоже вопила: "Ни в коем случае нельзя слушать!". Похоже, лучше и правда не вслушиваться. Точно-точно.

-Ты ведь получил у господина Бальдра и портфель?

-А, да, вместе с формой.

-Тогда потом не забудь заглянуть внутрь. Там лежит руководство по школьной жизни. Если что-то будет непонятно, включая выбор предметов, сразу спрашивай меня.

Учитель Леон пошел вперед, и я зашагал рядом, закинув на плечи полученный прямоугольный портфель на тонком ремешке. Он немного походил на мою сумку, которой я пользовался еще до встречи с Лили, и, кажется, вмещал куда больше, чем можно было представить снаружи.

-Что ж, не возражаешь, если я объясню тебе все на ходу? Во-первых, твой студенческий номер - 4646B3333, факультет - "Боевые искусства". Как и я, ты принадлежишь к "Классу Бальдра".

-Студенческий номер? "Боевые искусства"? И "Класс Бальдра"?

Я внимательно слушал пояснения господина Леона, но значения большинства терминов оставались для меня загадкой. Это смущало, однако я все же решился спросить о том, чего не понимал.

-Простите, многое прозвучало непонятно... Для начала, что такое "класс"?

-Хороший вопрос. "Классы" - это система, уникальная для "Школьного района".

Хоть я и хотел здесь учиться, но совсем ничего не знал. Однако господин Леон, нисколько не раздражаясь, принялся обстоятельно объяснять.

-Ученики "Школьного района" - "те, кто учится", но в то же время и "те, кто рано или поздно покинет гнездо". Хорошим примером служит вербовка Паствами. Определившись с дальнейшим путем, студенты вступают в другие фракции или такие организации, как Гильдия. И нельзя допустить, чтобы к ним прилип ярлык уже побывавших в Пастве. Вот для чего и сделана эта система.

-А, понятно...

После вступления в Паству об этом легко забыть, но широкая публика и правда придает ярлыку "Паства" большое значение. Паствы наделяют своих членов нечеловеческими физическими способностями, поэтому люди со стороны или на рабочих местах зачастую считают нас опасными (Хотя Город-Лабиринт Орарио - особый случай, где опасности случаются постоянно, так что жители к ним привыкли). Даже одно лишь упоминание в биографии слова "Паства" может вызвать неадекватную реакцию. А в случае перехода из одной фракции в другую в худшем случае тебя могут даже заподозрить в шпионаже. Поэтому студенты "Школьного района" делятся на школьные классы, а не божественные Паствы - отсюда видно, как "Школьный район" заботится о своих учениках.

Кроме того, может быть, дело еще и в репутации. Студент приходит в родную семью не переводом из другой фракции, а просто выучившись всему в академии. Так его не будут лишний раз воспринимать как чужака. И богам-главам с рядовыми членами тоже будет проще наладить с ним отношения.

(Видимо, "Школьный район" твердо придерживается роли "образовательного учреждения", просто взращивающего таланты...)

Пока я рассуждал про себя, учитель Леон добавил:

-"Школьный район" функционирует силами небольшого числа богов, учителей вроде меня и множества учеников. Даже просто для работы необходимы "божьи благословения". Их получают все - и учителя, и ученики.

-И не только от господина Бальдра, но и каждый от своего бога?

-Именно. Эта система очень похожа на государственные Паствы. Просто господин Бальдр - лишь номинальный представитель "Школьного района", директор, а положение всех классов равное.

Сравнение с государственными Паствами помогло мне лучше все представить. На первый взгляд здесь учатся явно больше тысячи студентов, так что управлять всем "Школьным районом", особенно обновлять "статусы" и тому подобное, одному богу практически невозможно. Наверное, чтобы все шло гладко, используется система вроде "главных и подчиненных богов", как в семьях-государствах, где у каждого свои обязанности. Разве что если между Гестией и Сир, заключившими такой "подчиненный" договор, непременно возникнут отношения госпожи и слуги, то здесь, как только что сказал мне господин Леон, все боги-главы и классы имеют равные права голоса.

К слову, похоже, помимо "Класса Бальдра" есть еще "Класс Идунн", "Класс Браги" и другие, всего десять. Различаются они по значкам на левой стороне груди формы. Прямо как эмблемы Паств. У меня на груди красовался знак "света и корабля", символизирующий "Класс Бальдра".

-Если тебе трудно понять отношения между классами, просто представь их как Паствы. Учителя вроде меня - это капитаны и другие должностные лица фракций, а ученики - рядовые члены.

Ого! Я даже рот приоткрыл от внезапной ясности. Наверное, это сравнение также отражает разницу в силе между учителями и учениками. Чтобы направлять других, наставникам вроде господина Леона определенно нужны и знания с моральными качествами, и недюжинная мощь.

-Студенческий номер нужен для учета информации об учащихся "Школьного района". А насчет твоего факультета, "Боевых искусств"... Давай я объясню, когда придем на место.

Когда в центральной башне раздался звон, похожий на подготовительный звонок, а вокруг стало заметно меньше студентов, шагающий по дороге господин Леон вошел в одно из зданий... В "учебный корпус".

Как и другие здания, учебный корпус тоже имел синюю крышу и белые каменные стены, а внутри царила чистота. Я, точно деревенщина в большом городе, с любопытством озирался по сторонам. Коридоры здесь тоже были очень светлыми, но отделка отличалась от замковых интерьеров "Поля битвы". Пройдя еще немного, учитель Леон остановился перед одной из дверей.

-Ну вот, пришли. За этой дверью люди, которые станут твоими одноклассниками.

Э? Я вытаращил глаза, но господин Леон лишь ободряюще улыбнулся, мол, пойдем. Запоздало опомнившись, я вошел вслед за открывшим дверь учителем. Это помещение как раз и называлось "классной комнатой".

-О!

Просторное. Чем-то напоминало небольшой амфитеатр. Кафедра и доска располагались в дальней части комнаты, а длинные столы из красного дерева полукругом охватывали их. Места для учеников поднимались ярусами, в форме чаши. Наверное, ассоциация с амфитеатром была верной. В такой "классной комнате" уже сидело много студентов. Люди, звери, эльфы, дворфы и амазонки - здесь собрались представители разных рас, все подросткового возраста. Больше пятидесяти человек. Парни и девушки в форме "Школьного района" дружно посмотрели на вошедших - учителя Леона и меня. Я невольно дрогнул, а господин Леон направился к кафедре в передней части класса, так что я поспешно последовал за ним.

-По плану сегодня у нас краткий инструктаж перед стажировкой в Городе-Лабиринте. ...Однако прежде позвольте представить вам нового товарища.

Услышав, как он вновь мягко произнес мое вымышленное имя "Рапи", я понял. Мне предстояло представиться классу. Сейчас начнется мой путь "ученика". Осознав это, я мгновенно занервничал. Студенты с интересом разглядывали меня. У меня возникла паранойя, будто в любой миг послышится: "Что это еще за чудик?". Ноги едва не затряслись. С волнением, отличным от того, что я испытывал при исследовании Подземелья, я собрался с духом. Сделав глубокий вдох, шагнул вперед от кафедры.

-...Эм, а.

Окруженный взглядами учеников, я почувствовал давление - должно быть, все из-за нервов. Подумать только, учителя вроде господина Леона каждый день выступают в таких условиях - мое уважение к ним возросло. Поглупев от попыток сбежать от реальности, я через силу выдавил:

-Я Белл Кра... Бе-Белл... Рапи Флемиш, из города Бейран! Пр-прошу любить и жаловать!

Я чуть не назвался настоящим именем, облажался по полной, обильно вспотев. Резко поклонившись, я попытался замять конфуз. Хорошо, что успел услышать от господина Бальдра выдуманное место происхождения, иначе совсем крышка! Я ощутил, как учитель Леон горько вздохнул, и нерешительно поднял голову. И тут...

-Привет, земляк!

-Да ты не нервничай так!

-Мужик должен расправить плечи и смотреть прямо!

Парень-зверочеловек поднял руку, девушка-человек окликнула меня, а рыжеволосая амазонка пошутила - остальные ученики дружно рассмеялись. П-похоже, все в порядке... Хоть я и опозорился, но по крайней мере не раскрыл, что являюсь тем самым незаконным вторженцем, Беллом Кранелом...

-Рапи сдал экзамены в своем предыдущем порту приписки, городе Бейран. Но по личным обстоятельствам немного припозднился с поступлением, поэтому добирался сам до этого портового города Мелен. Он совсем не знаком со "Школьным районом", так что отныне, как его одноклассники, прошу вас обучить его всему. Прямо как когда вы сами впервые сюда прибыли.

-Да!

Учитель Леон подытожил мое самопредставление, и ученики охотно закивали. Едва меня начало охватывать облегчение, господин Леон произнес: "Что ж, Рапи, присаживайся на свободное место" - и я тонким голосом ответил:

-Е-есть!

Снова послышались смешки, и я, покраснев, сошел с кафедры. Поднимаясь по ступенькам в поисках места, я все еще ощущал на себе любопытные взгляды одноклассников. Хорошо, что челка скрывает глаза - подумал я. Мои темно-красные глаза так и бегали, наверное со стороны я выглядел ужасно подозрительным и нелепым.

(Так, свободное место... свободное место...)

Со стыда я понурился и не мог толком оглядеться, кто где сидит. Слоняясь между заполненными рядами точно слепая муха в поисках места, я услышал:

-Здесь свободно!

Девушка подняла руку. Прямо посередине класса. У прохода между рядами и правда было одно незанятое место. Я с благодарностью направился туда... и, оказавшись перед этой девушкой, застыл как вкопанный.

-Ты...

Чуть заостренные уши, каштановые волосы, собранные лентой. Прядь надо лбом цвета нефрита. И главное - похожие на чьи-то изумрудно-зеленые глаза. Я ее помнил. Та самая полуэльфийка, которую я увидел, впервые вторгшись в "Школьный район"!

-Меня зовут Нина Тулле. Приятно познакомиться, Рапи.

Тулле? Так она и правда родственница Эйны...

-...Что такое? Неужели я позволила себе слишком фамильярное обращение по имени?

-А? Нет-нет, что вы! Очень пр-приятно... Тулле!

Слегка заикаясь, я кое-как ответил на приветствие. События развивались стремительно, растерянный, я поспешно сел, чтобы скрыть замешательство.

-Как сказал учитель Леон, если что-то непонятно - спрашивай. Я с радостью помогу.

-Огро... огромное спасибо...

Видимо, из сочувствия к моей нервозности Тулле продолжала приветливо улыбаться, даже когда я сел рядом. На ее груди красовался значок "света и корабля" - как и у меня, "Класс Бальдра". Правильные черты лица притягивали взгляд, но... я то и дело возвращался к мысли о ее сходстве с Эйной. Унаследовав кровь эльфов, известных своей щепетильностью, Нина держалась очень мягко и по-доброму. Надежная, но дружелюбная атмосфера. Хоть очков и не носит, а все равно здорово напоминает Эйну. Разумеется, я не мог пялиться на нее постоянно, лишь иногда поглядывал украдкой. Ее это озадачивало, но она неизменно отвечала мне улыбкой. Сейчас у меня другая внешность, да и переглянулись мы в прошлый раз лишь мельком, так что Нина вряд ли раскусила, кто я... Но подумать только - вот так нам и суждено было познакомиться.

-Хоть она и добра ко всем, не думай, что к тебе особое отношение, новичок. Нина - наша умница-отличница.

-Мили! Не говори глупостей! Учитель Леон уже начал объяснения!

Сидящая впереди девушка с собранными в пучок золотистыми волосами - тоже эльфийка - видимо, не так поняла мою реакцию и с улыбкой бросила мне эту фразу. Смутившись, я услышал, как Нина велела нам смотреть вперед. П-пожалуй, стоит быть поосторожнее. При всем любопытстве, нужно сосредоточиться на уроке!

-Итак, как и было сказано на общешкольном собрании на днях, "Школьный район" благополучно вернулся в этот портовый город. И для вас, учащихся факультета "Боевые искусства", предстоящие дни важнее, чем для прочих факультетов.

От кафедры разнесся звучный голос. Стоило учителю Леону заговорить, как царившая в классе легкая суматоха мигом стихла.

-Как следует из названия, на факультете "Боевые искусства" вы изучаете боевые навыки, связанные с ними техники и образ мыслей. Уверен, многие из сидящих в этой аудитории планируют выбрать военную карьеру.

Словно желая, чтобы студенты вспомнили о своих целях, учитель Леон рассказывал о факультете "Боевые искусства". Наверное, это пояснение также предназначалось и мне. Интересно, Гермес посоветовал записать меня на этот факультет? В любом случае, думаю, это правильный выбор. Если меня спросят, чего я хочу научиться, чтобы усилиться, первым делом я отвечу: "Боевые знания" и "Боевым приемам", полезным для исследования Подземелья.

-Имперские рыцари, морские пехотинцы островной страны Дисара, придворные боевые маги магической державы Альтина... и авантюристы Города-Лабиринта Орарио. У вас много вариантов, но раз вы стремитесь к этому, опыт в Подземелье, одном из "трех величайших лабиринтов мира", станет крайне ценным. Можно сказать, на этом и сосредоточена наша, учительская оценка.

Слова учителя Леона дали понять, что для факультета "Боевые искусства" посещение Города-Лабиринта - важное событие. Студенты напустили на себя серьезный вид, видимо, это передалось и мне, так что я выпрямил спину.

-Через три дня вам разрешат отправиться из "Школьного района" в Орарио. С этого дня вы сможете и проходить практику в Паствах, но для вас, учащихся факультета "Боевых искусств", приоритетной станет "Особая стажировка".

Тут учитель Леон вытащил мелок из кожаного чехла на правом поясе. Доска заскрипела.

-Каждый отряд должен будет исследовать этажи Подземелья, соответствующие вашим способностям, и принести оговоренные трофеи, выпавшие с монстров. За достижения в Подземелье, определенные правилами, вы получите академические баллы.

Хоть меня и заинтересовали термины "отряд" и "академические баллы", пока придется воздержаться от расспросов. Продолжая говорить, учитель Леон вывел на доске изящным почерком общий язык и прямоугольную схему.

-Разумеется, потребуется и письменный отчет. Хоть я и верю, что вы на такое не пойдете, но если просто купите трофеи у авантюристов и сдадите их - это не засчитается. Если обнаружится, что студент так поступил - баллов он не получит, да еще и строго накажут.

-Учитель! А что, если кто-то так поступит?

-И такое бывало. Как-то раз один студент так сделал, и мне пришлось лично провести с ним трехдневную отработку в Подземелье. Когда мы вернулись на поверхность, он со слезами радости на глазах произнес: "Оказывается, солнце такое прекрасное!".

Учитель Леон вставил эту поучительную историю, и часть студентов не сдержала смешков. Тряхнув золотисто-рыжими волосами, он вновь повернулся к ученикам. Он закончил писать на доске, теперь там красовалась простая схема - прямоугольник с указанием уровней и подходящих им этажей Подземелья. Критерии расписаны очень подробно: обладатели начального 1 уровня могут добраться максимум до 5 этажа, у продвинутые 1 уровня способны дойти до 9. После 10 этажа разрешено идти лишь группам 2 уровня, предел для них - 15.

(Куда строже стандартов уровней для каждого этажа, установленных Гильдией...)

Гермес как-то говорил мне, что студенты "Школьного района" весьма сильны, многие уже подняли уровень. Если так подумать, ограничения кажутся довольно жесткими, даже чрезмерно... однако... Тут до меня дошло - люди в этом классе не авантюристы. В Подземелье, хоть цифры уровней и важны, но еще важнее наличие опыта. Сколько раз ты сталкивался с неизвестными опасностями и преодолевал их - вот что в конечном счете решает, выживешь ты или умрешь. Лили, сумевшая еще на уровне 1 поддержки действовать возле 10 этажа - хороший пример. Есть и обратные случаи. Говорят, нередко бывает, что высокоуровневые авантюристы, удовлетворяющие всем требованиям, гибнут на Средних Этажах. Если так посмотреть, у студентов катастрофически не хватает опыта в Подземелье, естественно, что к ним нельзя применять те же стандарты, что и к авантюристам, зарабатывающим исследованиями на жизнь. Должно быть, "Школьный район" разработал эти нормы, поставив безопасность учеников на первое место.

-Во время стажировки мы, учителя, тоже будем дежурить на разных этажах. Хотелось бы приглядывать за каждым из вас, но... Подземелье слишком обширно. Имейте в виду, мы будем следить не за всеми уголками.

-...!

-Не говоря уже о непредвиденных ситуациях, не исключены конфликты не только с монстрами, но и с авантюристами. Если немного оплошаете, случится непоправимое, и вы окажетесь в безвыходном положении.

От его серьезных слов атмосфера накалилась еще сильнее. Сидящая рядом Тулле и другие ученики затаили дыхание. Учитель Леон обвел взглядом класс.

-На полевых исследованиях и боевых заданиях до сих пор вы, студенты факультета "Боевые искусства", закалялись духом и телом. Многие уже поднялись в уровне. Но я должен со всей ясностью заявить. Подземелье отличается от всех полей сражений, что вам доводилось повидать.

Голоса смолкли резко. Я отчетливо чувствовал напряжение и боевой настрой учеников. После короткой паузы учитель Леон слегка улыбнулся.

-Прошу вас, запомните мои слова и отнеситесь к стажировке в Городе-Лабиринте соответственно. Не волнуйтесь. Если не терять бдительности и хорошенько подготовиться, все непременно получится. Вы ученики "Школьного района", справитесь.

-Да!

За этим последовала небольшая вспышка воодушевления. Не боевой дух, не любопытство... это и есть "воля к познанию неизвестного"? Я и сам воодушевился. Желание чему-то научиться, испытать неизведанное - с такими желаниями я прибыл в "Школьный район". Но раз я на факультете "Боевые искусства", видимо, тоже приму участие в этой "особой стажировке". Надо будет запомнить то, что сейчас услышал. Хоть и странно как-то отправляться в Подземелье, скрывая, что я авантюрист.

После этого учитель Леон продолжил подробно рассказывать конкретное расписание и правила, ориентируясь на записи на доске.

-На этом вводный инструктаж закончен. Обычно дальше идет время для вопросов, но... сегодня к нам присоединился новый товарищ. Так что давайте сменим тему и послушаем его мнение.

...А? Что-то назревает...

-Рапи, а у тебя есть какие-нибудь идеи?

-Я-я...? Ч-чего?

Еще не привыкнув к новому имени, я не сразу понял, что обращаются ко мне, и инстинктивно вскочил. Учитель Леон посмотрел на меня с кафедры. Взгляды всего класса скрестились на мне. Едва успокоившееся сердце опять забилось как бешеное!

-Ты ведь хочешь стать авантюристом, верно? В таком случае, я бы хотел услышать, есть ли у тебя соображения, как сделать эту "особую стажировку" еще более поучительной.

Да я, вообще-то, действующий авантюрист, а не просто хочу им стать... Ладно, в общем, видимо, такова моя "легенда". Даже придумай я фальшивую предысторию, не уверен, что смогу безупречно ее изложить. А значит, и правда лучше придерживаться этой простой "легенды" - меньше шансов себя выдать. Наверняка учитель Леон с господином Бальдром специально это продумали ради меня. Забота обо мне - это, конечно, здорово, но... что же мне говорить?!

-Рапи, в "Школьном районе" очень важно высказывать свое мнение. Не страшно, если ошибешься. Не беда, если скажешь совсем не в тему. Я хочу, чтобы ты всегда находил собственные ответы, не прекращал задаваться вопросами, сомневаться и в себе, и в окружающих.

-...!

-Мы, учителя, так постепенно узнаем, что по-настоящему значит "учиться".

Ощутив на себе взгляд "учителя", отличный от взгляда богов - меня будто озарило. Должно быть, учитель Леон наставляет меня. Излагает правила и нормы поведения в "Школьном районе", некий местный образ жизни. Он собрался провести для меня первый "урок".

-Как по-твоему, к чему нужно стремиться на пути к становлению авантюристом? Можешь поделиться с нами своим мнением?

Ласково спросил учитель Леон. Застыв на месте, я невольно покосился на Тулле. Она ободряюще мне улыбалась, шепотом сказав: "Вперед!". Пристальные взгляды учеников не отпускали... я сцепил свои руки, с трудом шевеля губами.

-А-авантюрист никогда не должен... р-рисковать...

Я сам удивился, насколько громко прозвучал мой голос в повисшей тишине. А потом класс загудел.

-Что это значит?..

-Разве "авантюрист" и "не рисковать" не противоречат друг другу?

-Странно как-то... Что он хотел этим сказать?

Обостренный после повышения уровня слух четко различал их перешептывания, отчего меня прошиб холодный пот, но тут...

-Превосходно.

Учитель Леон улыбнулся.

-То, что сейчас сказал Рапи, на первый взгляд кажется противоречивым образу авантюриста, но, по моему мнению, это и есть истина.

Взгляды учеников переместились с меня обратно на кафедру.

-В Подземелье безрассудство не приветствуется. Скорее наоборот, чем трусливее авантюрист, тем больше шансов защитить себя и своих товарищей.

-...!

-Верно оценивать момент для отступления и не ввязываться в опасные ситуации. Для авантюристов, исследующих столь суровую среду, как Подземелье, это важнее всего.

На удивленных лицах учеников в той или иной мере проступало понимание. Теперь весь класс, не отвлекаясь, внимал каждому слову учителя Леона.

-Если собираетесь спускаться в Подземелье, тщательно изучите образ жизни авантюристов. Благодаря Рапи мы все стали немного мудрее. Поаплодируем ему!

В тот же миг классная комната взорвалась громом аплодисментов. Одобрительные голоса учеников окружили меня, застывшего от неожиданности. Парень-полузверь, девушка-человек, рыжая амазонка - все они смотрели на меня уже иначе. А сидящая рядом Тулле сияла улыбкой и хлопала громче всех.

...Вот он какой, "Школьный район". Здесь приветствуют честные мнения и обоснованные взгляды, без всякой дискриминации. Стеснение и непонятно откуда взявшийся восторг распирали меня изнутри. Но хвалили меня отнюдь не потому, что я сказал нечто выдающееся. Учитель Леон специально преподнес это так, чтобы было понятно остальным ученикам. Он тщательно разобрал мои слова, вскрыл подтекст, убедился, что все осознали смысл. Справился куда лучше, чем я. Наверняка он намеренно предоставил мне этот шанс, чтобы я, новичок, смог влиться в "Школьный район". Хоть мы и знакомы совсем недолго... он по-настоящему заботится обо мне. Учитель Леон - вот кого называют "замечательным взрослым". Кажется, в моем окружении почти нет таких людей. Во мне пробудилось искреннее чувство уважения.

-Рапи, можно ещё вопрос? То, что ты сказал, это твой собственный вывод?

Спросил учитель Леон, когда аплодисменты стихли. Впервые за все это время я с гордостью ответил чистую правду:

-Нет. Меня научил этому один очень важный для меня человек.

"Авантюрист никогда не должен рисковать" - слова Эйны. Наставление, спасшее меня, когда я, ещё неопытный авантюрист, начал зазнаваться.

-Вот как... Ясно...

Кажется, Эйна сама когда-то училась здесь. Может, эта врезавшаяся ей в сердце истина тоже изначально пришла из "Школьного района"? Пока я думал об этом, учитель Леон, подперев рукой подбородок, несколько раз задумчиво кивнул.

-Я бы ещё развил тему, обсудил подробнее, но... следующий урок уже скоро. На этом вводный инструктаж окончен. Если что-то непонятно, подходите ко мне.

Учитель Леон сверился с карманными часами, которые достал из-под черного учительского мундира, и вновь поднял взгляд. Точнее, посмотрел на мою соседку.

-Нина, не могла бы ты провести для Рапи экскурсию по школе?

-Конечно! У меня сегодня только вводный инструктаж и больше никаких уроков, так что без проблем.

-Спасибо. Рапи, я зайду за тобой после занятий. Приходи в этот же класс.

-Х-хорошо, понял!

Стерев с доски записи, учитель Леон объявил об окончании урока и покинул класс. Мне было как-то не по себе оттого, что он ушел, но у него ведь наверняка следующее занятие... да я в целом понимал, чего он добивается. Наверное, хочет, чтобы я активнее общался с другими и обзавелся друзьями среди учеников.

-Эй, новичок, чем ты занимался до поступления сюда?

-Э-э... помогал родителям в поле...

-То есть, ты вырос в столице Бейран, но работал фермером? А боевой опыт у тебя есть? Ты ведь сказал, что хочешь стать авантюристом.

-Н-ну, совсем немного есть...

-А уровень у тебя сейчас какой?

-.......................П-первый?

-Почему ты спрашиваешь? Разве ты не получил благословение от господина Бальдра?

Я выдавал один уклончивый ответ за другим на сыплющиеся вопросы. Стоило учителю Леону уйти, как меня тут же обступили пять-шесть учеников. Приятно, что я их заинтересовал, и они решили заговорить со мной, но так я попал в затруднительное положение. Я совершенно не продумал биографию Рапи-студента...

В попытках любой ценой скрыть, что я Белл Кранел, первоклассный авантюрист, я в панике ляпнул уровень, совсем противоположный моему пятому - и понес какую-то околесицу, мешая правду с выдумкой. В итоге одноклассники лишь насмешливо бросили: "Ну и чудак!" - и были совершенно правы...

-Знаешь, Рапи, это было здорово. Учитель Леон так тебя расхвалил!

Сидящая рядом Тулле радостно меня подбодрила.

-Он ведь говорил про чувство меры, чтобы не рисковать, и сдержанность в желаниях, да? Я тоже осознала это только когда учитель объяснил.

-А, да нет, это я просто повторил чужие слова... Я всего лишь учусь у других...

Пока я смущенно махал руками, окружившие меня ученики согласно закивали, не переставая улыбаться. Наверное, Тулле просто сменила тему, видя, как я нервничаю.

(Пусть сравнивать их как-то нетактично, но... она тоже очень добрая, как и Эйна.)

Я пока не был до конца уверен. Рапи-студенту, который не авантюрист, странно спрашивать у нее: "У тебя кто-то из родственников работает в Гильдии?" Но глядя на Тулле, я невольно вспоминал свои первые дни в Орарио. Вспоминал доброту Эйны, которая не раз приходила мне на выручку, когда я только начинал путь авантюриста и ничего не знал.

-Ничего особенного. Стоит учителю Леону взяться за дело, и любое самое бестолковое мнение превратится в "превосходный учебный материал".

И тут у меня за спиной раздался насмешливый голос. Обернувшись, я аж подпрыгнул от удивления.

-Иглин.

На месте, отстоявшем от нас на несколько рядов, лихо откинув челку, сидел... дворф! Парень в безупречно сидящей на нем униформе. Само собой, как и полагается дворфу, роста он был небольшого, но довольно широкий в обхвате. На подбородке красовалась борода. Однако на груди у него была приколота роза. ...Что это ещё за чудо в перьях? Тот, кого Тулле назвала Илином, смерил меня уничижительным взглядом и ухмыльнулся.

-И повел себя неподобающе, и уровень всего лишь первый. Любопытно, зачем ты вообще приперся на факультет боевых искусств.

-Так ведь все новички в "Школьном районе" такие! К чему ты это говоришь?

-Да он же выглядит откровенным слабаком. До "особой стажировки" рукой подать, а нам в нагрузку дают полного профана. Только хлопот прибавится.

Иглин не переставал ухмыляться, несмотря на возмущенные протесты Тулле. А я лишь потрясенно раскрыл рот. За обликом смазливого красавчика скрывался бородатый дворф. Наверное, не очень-то вежливо так говорить, но его поведение и раса катастрофически не сочетались!

-Сочувствую отряду, к которому его определят. Смотри не отставай там от нас, ушастик.

-А, х-хорошо, я постараюсь...

Иглин встал со своего места и элегантно удалился из класса, небрежно смахнув челку. А я машинально поклонился ему вслед, ещё не оправившись от потрясения.

-Н-не принимай близко к сердцу, Рапи! Иглин со всеми поначалу так себя ведет!

-П-правда?..

Тулле принялась меня утешать, но я чувствовал не столько обиду, сколько смятение от встречи с неизвестным - прямо как авантюрист, столкнувшийся с чем-то за гранью его понимания.

“Так вот он какой, "Школьный район"... плавильный котёл, где смешалось множество разных рас!!”

Пока я предавался таким бестолковым мыслям, прозвенел звонок. Остальные ученики тоже встали. В классе остались только мы с Тулле.

-...Ну что, пойдем?

Она горько усмехнулась, словно пытаясь разрядить обстановку. Я тоже криво улыбнулся в ответ, наконец придя в себя.

Мы покинули учебный корпус и вышли на солнечный свет. Перед глазами предстали здания с синими крышами и белыми стенами, широкие улицы - совсем не похоже, что мы на корабле. А еще слегка пахло морем. Окруженный небом и пресноводным морем "Школьный район" чем-то напоминал курорт.

-Чтобы обойти весь "Школьный район" и дня не хватит, так что сегодня покажу тебе только Учебный ярус.

-Учебный ярус?

Я вновь залюбовался прекрасными синими и белыми пейзажами, машинально повторяя за ней. Тулле кивнула с улыбкой.

-"Школьный район" разделен на три больших яруса: Технический, Жилой и Учебный.

-Ярусы? То есть... вроде этажей в Подземелье?

-Ха-ха. Не совсем, но можешь представлять так.

Тулле засмеялась по-доброму, как взрослая сестра, и принялась популярно объяснять. По ее словам, "Школьный район" состоит из трех гигантских дисков - "ярусов", наложенных друг на друга. Самый нижний, Технический ярус, вмещает множество больших установок из магического камня - в частности, генераторы невесомости, совсем как в подъемниках Вавилонской башни. Там же сосредоточены машинные отделения и лаборатории - сердце корабля. Посередине расположен Жилой ярус - общежития для студентов и учителей. Ну и наконец...

-Верхний из трех ярусов - Учебный. Тут мы сейчас и находимся. Как видишь, тут сосредоточены учебные корпуса, тренировочные площадки и прочие объекты для занятий.

Похоже, отличительная черта "Школьного района" в том, что каждый ярус отвечает за свою сферу... вернее, такое устройство необходимо супергиганту для кругосветных плаваний. Включая персонал, число пассажиров превышает десять тысяч, так что я хорошо понимаю, зачем нужно четко разделять зоны корабля. Еще когда я смотрел на него из порта, то заметил - судно не только очень длинное, но и высокое, приходится запрокидывать голову, чтобы охватить взглядом. Три огромных яруса, наложенных друг на друга - из-за этого величественного зрелища его даже прозвали "трехслойным блином". А еще "часами со стрелкой" и "мощным драконьим хребтом" - весь нижний мир превозносит невероятный корабль.

(Насчет "часов со стрелкой" я примерно представляю. Когда мы с Гермесом вторгались сверху, я видел длинную... видимо, носовую часть, торчащую подобно стрелке.)

Ну а под "мощным драконьим хребтом", видимо, подразумеваются лазурные перья, окаймляющие край Учебного яруса. Когда мы с Эйной смотрели со стен Орарио, и впрямь казалось, будто люди возвели город на спине гигантского морского дракона - должно быть, другие думали так же. Сейчас эти развевающиеся одеяния тоже мирно сияли, создавая ощущение, будто бы даже синева неба им обязана.

(Сияют почти как магические светильники... нет, скорее даже световые фильтры? Потом надо будет расспросить.)

Заворожено поглазев на прекрасные перья, мы с Тулле вышли на дорогу, вдоль которой выстроились учебные здания.

-Один только Учебный ярус - целый лабиринт улиц, прямо как город. В брошюре напечатана карта, советую всегда носить ее с собой, особенно поначалу! Я сама, как только поступила, то и дело терялась.

-Ха-ха... Тут и правда слишком уж много всего.

-Если забыл карту и боишься заблудиться - гляди на таблички фонарей из магического камня. Там пишут "3-я дорога" или "17-й переулок" - твое текущее местоположение. Иди по уменьшению цифр, так точно доберешься до мостика с центральной башней... то есть "Храмовой башни".

Тулле ненавязчиво поведала интересный факт, разрядив обстановку. Ее палец указывал на башню в центре, где я встретил господина Бальдра. Самое высокое здание Учебного яруса, однозначно очень важный объект.

-И еще вон там, ближе к корме, есть парк.

-А, так это все-таки парк был.

Я вспомнил школьный пейзаж, открывшийся мне с высоты, когда я вторгся несколько дней назад. И тут...

-Ни-ина! Чем занимаешься?

Мы с Тулле обернулись на голос. Позади стояли три девушки. Все - зверолюди: собака, енот и корова.

-Бетти? Ты не на уроке?

-У нас третьей парой только начнутся.

-Ладно, проехали! Нина, а это кто такой?

-Неужели твой парень, Нина?!

Три девушки непринужденно с ней болтали - видимо, подруги. Тулле слегка покраснела и, запротестовав: "Да нет же!", отрицательно замотала головой. Я тоже опешил и занервничал.

-Это Рапи Флемиш. По семейным обстоятельствам он смог прибыть в "Школьный район" только сегодня.

-Ого, вот оно что... Чет он хилый какой-то!

-Ага, совсем ненадежный!

-Гх?!

Девушки, собака и енот, разразились хохотом. Тулле, возмущенно вскрикнув: "Да вы что!", обиженно надула губы, но... ну да ладно, особо не важно. По крайней мере, лучше, чем если бы меня раскрыли. После этого подруги Тулле удалились, бросив нам: "Ну, гуляйте тут, голубки". Такое незатейливое общение - тоже часть школьной жизни?

-...?

-Что такое, Рапи?

Что-то невольно привлекло мой взгляд, озадачив Тулле.

-...Еще утром обратил внимание. В этих магазинчиках студенты подрабатывают?

Сейчас мы как раз подошли к роскошным улочкам с бутиками и прочими шикарными лавками. Большая часть зданий была закрыта хрустальными витринами, но одно распахнуло двери, являя взору небольшой работающий магазин. За прилавком стояла девушка-зверочеловек, поверх школьной формы на ней красовался милый передник.

-Ага, все верно. Любой, кто набрал определенное количество баллов на факультете "Коммерции" и сдал квалификационный экзамен, может открыть свое дело.

-Л-любой? Здорово...

-Я тоже удивилась, когда впервые об этом услышала. Только вот свободные места под магазины надо еще поискать, так что обычно начинают с подработки в лавках старшекурсников.

По словам Тулле, это тоже часть учебной программы. Своего рода практика для студентов, планирующих связать будущее с торговыми фракциями или управленческими должностями. На борту "Школьного района" - этой модели мира с населением в десять тысяч - очень важно научиться чувствовать рынок.

-Каждый месяц подводят итоги по объемам продаж, победителей награждают боги. Так что студенты факультета "Коммерции" всегда полны энтузиазма. Постоянно выпускают новые товары, мы тоже с нетерпением их ждем!

"Школьный район", видимо, не такой суровый и дисциплинированный, как мне представлялось. Атмосфера здесь скорее непринужденная, невольно думалось мне. Сейчас еще уроки, так что персонала в магазинчиках мало, большинство закрыто. К вечеру тут становится оживленно. Помимо ресторанов, есть еще одежда, галантерея, да все что угодно. Ну а конкретно про тот открытый магазин...

-...Картофельные шарики?!

-А, точно. Картофельные шарики ведь родом из Орарио, да? В "Школьном районе" они тоже популярны.

Меня потрясла вывеска на всеобщем языке. По изысканному интерьеру и декоративной табличке совершенно не скажешь, что здесь продают картофельные шарики! Поразительно! Так вот что имела в виду богиня, когда, подняв большой палец, заявила: "Картофельные шарики - они worldwide, Белл!" Правда, я не знаю, что это значит.

-Раз уж мы тут, хочешь взглянуть?

-Д-да!

Пусть еще и не проголодался, но как житель Города-Лабиринта я не мог сдержать любопытства. Точь-в-точь как моя обожаемая леди Айз, я, пошатываясь, двинулся к лавке с картофельными шариками.

-Добро пожаловать.

-Доброе утро, Миша. Что будешь, Рапи?

-А, э-э... Тулле, выбирай первая!

Приветствие продавщицы, в отличие от изысканного интерьера магазина, прозвучало как-то вяло, отчего я занервничал и уступил Тулле право заказа. На меню из овечьей кожи значились сплошь незнакомые слова, я терялся, что же выбрать. Как говорила леди Гестия, в чужой монастырь со своим уставом не ходят. Так что буду действовать по ее совету - сначала посмотрю, что закажет Тулле, а там и сам определюсь.

-Хм-м, и что же взять... Обед скоро, так что много нельзя... О, придумала!

Тулле, все это время мило и безупречно меня опекавшая, задумчиво приложила палец к подбородку, сменив выражение лица. Наверное, мое личное впечатление, но в такие моменты она выглядит настоящей ученицей, на нее приятно смотреть. Я невольно улыбнулся, и тут...

-Большая порция картофельных шариков с какао-крошкой и карамельный фраппе с обезжиренным молоком и шоколадным соусом!

Что она сказала? На миг мне почудилось, будто я ослышался, но следом раздался обреченный голос продавщицы: "Поняла-а", - и вскоре она поставила перед нами нечто невообразимое. В хрустальной креманке красовались сливки с обильным количеством десертных сиропов, а из них торчала порция картофельных шариков... Нет, погодите. Основное блюдо тут явно десерты с напитками, картофельные шарики сюда вообще не вписываются... Увидь такое богиня с леди Айз, небось в один голос бы возмутились: "Это уже никакая не классика!" Ну и вообще, Тулле, ты ведь только что сказала, что много есть нельзя. Десерты что, за отдельное блюдо считаются? Приятное чувство мигом сменилось замешательством. В общем, культурный шок - вот как это называется!

-Что будете?

-...Порцию картофельных шариков с пряным чаем.

Едва я произнес это, нервно дергая щекой, продавщица хмыкнула с видом "а ты знаешь толк". Да нет же, я просто не люблю сладкое. К тому же от заказа Тулле у меня уже расстройство желудка...

-Миша, с нас сколько за два?

-Двести лагун.

Шарики, которые вынесла продавщица, были самой обычной формы, разве что с непривычной приправой, так что я успокоился. Но тут Тулле достала милый кошелек и вытащила две "бумажки". Неужели банкноты? В "Школьном районе" расплачиваются не золотыми монетами, а бумажными деньгами? Стоп...

-П-подожди, Тулле! Я заплачу!

-Но у тебя ведь еще нет местных банкнот, Рапи? Чтобы обменять валисы на них, надо сходить в студенческий банк.

-А, д-да?! Н-ну, я, конечно, не разбираюсь во всем этом, но позволить девушке платить никак нельзя!

Если точнее, мой наставник меня в труху порвет! Небось еще и рявкнет что-нибудь вроде: "Я что, зря тебя, тупого кролика, столько времени воспитывал? Исчезни!" - и применит свой коронный залп громовых стрел "Каелус Хильдр"!

-Ничего страшного! Пошли!

-Ува-а?!

Тулле ловко всучила продавщице банкноты и, не дав мне больше и слова вставить, схватила за руку и умчалась прочь. Махнув нам на прощание, та проводила нас взглядом. А я, ощутив мягкость и тепло ладони Тулле, невольно покраснел.

-Это в честь твоего поступления, Рапи!

-В-в честь поступления?

-Ага! Пойдем съедим в парке!

Мы с Тулле легкой трусцой неслись по безлюдным улицам. Она, не выпуская моей руки, оглянулась - ее улыбка сияла ярче, чем чудесное голубое небо над головой.

-С поступлением, Рапи! Давай не подведем друг друга как одноклассники!

Хоть она и похожа на Эйну, но все-таки это не Эйна. Серьезная, но в то же время по-детски беззаботная. Сам не заметил, как эта добрая девушка заставила меня, всего-то недавно еще хмурого, тоже улыбнуться.

В просторном тихом парке мы закатили маленькое празднество в честь моего поступления.

После этого в "Храмовой башне" пробило около двух, и из учебных корпусов повалили толпы студентов, наполняя Учебный ярус ликующим гвалтом, точно на карнавале. Полдень, и всех мучит зверский голод. Подростки на стадии активного роста спешили утолить аппетит.

-В-вкуснятина!..

-Правда же! Это моя любимая столовая из всех, "Ясное небо"!

Рыбья икра на моей маленькой порции пасты сверкала будто драгоценные камни, сильно меня поразив. За одним столиком под зонтом от солнца сидела Тулле, с блаженным видом отправляя в рот то же самое блюдо. Мы находились в студенческой столовой в середине высоченной "Храмовой башни". На просторном балконе тоже стояли столики, за которыми расположились и другие учащиеся, создавая оживленную атмосферу.

-Заведения, которыми управляют студенты - платные, но в столовых, где работает персонал "Школьного района" и боги, почти все бесплатно. "Ясное небо" среди них самая популярная, сюда трудно попасть, даже если нет уроков! Нам сегодня очень повезло!

В это верилось с трудом - такая вкуснота, и задаром. Но, разузнав подробнее, я выяснил, что в "Ясном небе" готовят собственноручно боги "Школьного района". На обед есть всего пятьдесят порций, кто успел - тот и съел. Может, конечно, показалось, но голос сидящей напротив Тулле будто стал чуть выше. Неужели она такая фанатка еды? С ироничной улыбкой подумал я, тоже быстро умяв свою пасту. К слову, поскольку мы уже наелись картофельных шариков, то не стали брать большие порции.

-Ну вот, "Ясное небо" - последний главный объект Учебного яруса. Я хотела до обеда все тебе показать, так что мы спешили. Ничего?

-Нет, ты очень выручила! Спасибо огромное, Тулле.

С распахнутого балкона видно весь Учебный ярус, открывается изумительная панорама, дует прохладный, но приятный ветерок. "Ясное небо" стало чудесным завершением нашей школьной экскурсии. Я от всей души поблагодарил ее, а Тулле, не переставая улыбаться, вдруг... уставилась на меня в упор.

-Нина.

-А?

Она резко вскинула указательный палец.

-Зови меня Нина. Я ведь тоже зову тебя Рапи. Мы же одноклассники!

Вот что она предложила. Видимо, это не давало ей покоя - я аж вздрогнул от неожиданности. И сам не заметил, как в этой школьной атмосфере "Школьного района" ляпнул то, о чем думал:

-Н-но ведь ты поступила раньше меня, Тулле... Обращаться так к старшей...

Тут ее неизменно приветливое лицо чуть посуровело.

-...Рапи, а сколько тебе лет?

-Возраст?.. Ну, четырнадцать...

-А мне - тринадцать.

-А-а-а?!

Да ладно?! Услышав мой возглас, та, что назвалась младше, уже по-настоящему нахмурилась.

-Ага, все так реагируют! Ну и пусть, подумаешь, выгляжу взрослой!

-Н-нет, ты не так поняла!

Может, из-за сходства с Эйной я и ошибся... видимо, ее и раньше принимали за другой возраст - она недовольно зажмурилась и отвернулась.

-П-правда, я совсем не то имел в виду! Просто удивился очень - ты ведь совсем не похожа на ребенка, гораздо серьезнее меня... да и красивая к тому же!..

Я так разволновался, пытаясь ее утешить, что брякнул все как на духу, залившись краской. И тогда...

-...Вот как.

Она приоткрыла глаза и скосила их на меня. А потом, точно шаловливый ребенок, ухмыльнулась и вновь заулыбалась, как ни в чем не бывало.

-Ладно, на первый раз прощаю.

-Фух...

-Тогда попробуй позвать меня по имени. И без всяких "вы", хорошо?

-...Э-э... Н-нина.

-Молодец.

Нина продолжала улыбаться и кивнула. Какое-то радостное, щекочущее чувство просочилось в уголки рта, я невольно почесал щеку. Пусть сейчас тут столовая, но раньше "Ясное небо", похоже, было комнатой отдыха в центральной башне - студенты, даже поев, не спешили расходиться и шумно болтали. Мы с Тулле, ставшие теперь однокашниками, тоже так делали - сдав посуду, уселись под зонтом и непринужденно трепались.

-...Рапи, может, я лезу не в свое дело, но... ты уже завершил "Регистрацию курсов"?

-"Регистрацию курсов"?..

-Ага. Ну, выбрал предметы, которые будешь изучать в "Школьном районе".

А, точно, учитель Леон тоже что-то такое говорил... Я подтащил к себе портфель, висевший на спинке стула. Внутри лежали путеводитель, несколько книг, письменные принадлежности вроде пера и свиток, скрепленный сургучной печатью с гербом "Школьного района". Наверное, Нина имела в виду как раз его. Сорвав печать, я развернул пергамент - он был сплошь исписан всевозможными "учебными дисциплинами".

-Ого! И это все предметы в "Школьном районе"?!

-Если точнее, факультативы. Есть еще и те, которые на первом году не преподают...

Я положил свиток на стол и растерянно выдохнул, а Нина ткнула в него пальцем и принялась объяснять:

-Курсы делятся на два типа - обязательные и элективные. Для факультета "Боевые искусства" обязательные - это "Военное дело", "Полевые исследования", "Боевые задания" и тому подобное. "Полевые исследования" и прочую практику сейчас заменяет "особая стажировка", так что о них можешь не думать...

А вот с элективными надо разбираться, продолжила Нина.

-На "Боевых искусствах" в принципе много обязательной практики, но даже так нужно набрать еще шесть элективных курсов, чтобы хватило кредитов. Лучше всего выбирать то, что тебе интересно или в чем, по-твоему, ты будешь хорош.

-А, кстати, если кредитов не хватит, то что будет?..

-Наверное, не сможешь выпуститься. В худшем случае вообще отчислят. Впрочем, не припомню, чтобы кто-то специально поступал в "Школьный район", а потом не ходил на занятия...

Ого... значит, надо хотя бы старательно учиться, иначе придется волноваться не только о том, что раскроется моя личина студента. Не знаю, сколько я пробуду в "Школьном районе", но раз уж у меня есть шанс чему-то здесь научиться, то хочется заниматься всерьез и вдумчиво выбрать курсы. Так, сейчас из того, что можно взять... "Магология", "Заклинания", "Эволюция магии", "Духоведение", "Синтез", "Алхимия", "Гармония", "Кулинария", "Фармацевтика", "Ковка", "Дрессировка монстров", "История рас", "Древняя история", "Новейшая история", "Теология эпохи богов", "Теология последней битвы", "Всеобщий язык", "Язык эльфов", "Язык дворфов", "Язык ящеров", "Языки звероподобных рас А", "Языки звероподобных рас Б", "Язык полуросликов", "Язык амазонок", "Сценическое мастерство", "Актерское мастерство", "Музицирование", "Музыковедение", "Поэзия", "Фехтование", "Копейный бой", "Лучный бой", "Бой на топорах", "Рукопашный бой", "Бой на посохах", "Комплексные единоборства"... да тут целая куча!

У меня зарябило в глазах от этого пергамента, который я держал обеими руками.

-М-м-м... и что же выбрать?!

-Н-ну, особо не заморачивайся, бери то, что тебе интересно.

-То, что интересно... о, а вот "Комплексное богословие" - это про что?

-Предмет, связанный с богами. Там учат смыслу и чтению "божественного письма", но...

-Правда?! Тогда, наверное, запишусь на него!..

-Этот курс я не очень рекомендую... говорят, его сдает меньше десяти процентов... а уж тех, кто реально может читать "божественное письмо", еще меньше.

-Д-десять процентов?!

Хоть Нина и подсказывала, я все никак не мог определиться, лишь хмурился и вздыхал. Для начала отметил в списке "Историю героев", а потом... с боевыми техниками у меня проблем быть не должно, наверное, стоит их взять для надежности? Но сейчас мне надо скрывать личность, лучше поменьше давать поводов раскрыть информацию о моих характеристиках... и что же делать! Я ведь без определенной цели, просто с расплывчатой идеей поучиться в "Школьном районе" - неужели это кара за такие легкомысленные мысли? Схватившись за готовую лопнуть от напряжения голову, я услышал:

-...Рапи, можно я попробую?

Нина взяла у меня пергамент и перо.

-Рапи, ты уже решил, каким оружием будешь сражаться, когда станешь авантюристом?

-А? Ну-у... кинжалами, наверное.

-Значит, это класс коротких мечей, так что "Фехтование" подойдет. А история у тебя хорошо идет?

-М-м, вроде бы неплохо...

-Тогда бери "Древнюю историю" и "Новейшую историю". Ведущий их учитель Адлер часто повторяет пройденный материал, для закрепления, поэтому даже если поначалу что-то упустишь - легко нагонишь. А вот для "Теологии эпохи богов", наоборот, нужна база, ее лучше не брать.

-О, хорошо.

-Если у тебя есть предрасположенность к магии, советую еще "Заклинания", но... это уж как сам решишь. А если останутся силы на языки, с "Языком эльфов" я могу помочь.

Ошарашенный, я только и мог, что таращиться на Нину, которая что-то там писала. В конце концов она вернула мне пергамент - под некоторыми "учебными дисциплинами" красовались волнистые линии.

-Это, м-м... что?

-Можно сказать... курсы, которые я тебе советую. Просто студентам, которые, как ты, переводятся сюда зимой, когда занятия уже в разгаре, кажется, что они безнадежно отстают от остальных... приходится прикладывать огромные усилия, чтобы их догнать.

Тут Нина чуть покраснела - похоже, ей было неловко.

-И еще... я подчеркнула предметы, которые сама изучаю. Чтобы мы могли ходить на них вместе, и я бы тебе там помогала.

Я широко раскрыл глаза.

-С чего ты ко мне так добра...

Она вскинула голову, сияя улыбкой.

-Понимаешь, я ведь когда-то была такой же, как ты.

-Такой же?..

-Когда только пришла в "Школьный район", я совсем ничего не знала, на занятиях куча всего было непонятно... но многие мне помогли.

Нина зажмурилась, погрузившись в воспоминания.

-Помнишь Мили, эльфийку, которая сидит передо мной? Ты видел ее сегодня утром на вводном инструктаже.

-А, да, припоминаю.

-Вот Мили и научила меня всему-всему. Бывали и тяжелые моменты, и те, от которых голова шла кругом, но благодаря ей и другим я полюбила "Школьный район".

Поэтому, продолжила она, прямо глядя на меня...

-Я тоже хочу, как Мили и остальные, помогать новичкам, которые только-только сюда поступили. ...Хотя, наверное, просто лезу не в свое дело.

Нина горько усмехнулась, но я поспешно возразил:

-Вовсе нет!

-Ты мне очень помогла, Нина! Я, конечно, не очень хорош в учебе... но теперь тоже хочу постараться!

Это были мои истинные чувства. Никакой лжи. Ее доброе, участливое отношение тронуло меня, начисто развеяв страхи и тревоги. Напротив, теперь я и сам думал: "Хочу еще больше полюбить этот "Школьный район". Не знаю, сумел ли я донести это, но лицо Нины тут же просияло, словно солнышко, а ее острые ушки дернулись.

-Вот и отлично! Я так рада это слышать!

-Ага! Кстати, если будет время, научишь меня заниматься? Хотя бы подскажешь, что почитать для подготовки...

-Правда?!

Я радостно спросил, увлекшись ее настроением, и Нина просияла еще сильнее.

-Тогда давай прямо сейчас!

-Чего, прямо сейчас?

-Ну так ведь тебе с завтрашнего дня уже ходить на занятия! Подготовка очень важна!

-И верно, к тому же я и понятия не имею, что мне учить... Нина, поможешь мне?

-Положись на меня!

Хоть я и удивился, но Нина права. Соваться в Подземелье неподготовленным - все равно что самоубийство, не говоря уж о снаряжении. Я с готовностью согласился на ее стремительное предложение провести "учебный час", и Нина одарила меня очаровательной улыбкой.

-Рапи, пойдем в тот класс, где утром был вводный инструктаж! Сегодня там уже вряд ли кто-то будет! А я сбегаю в библиотеку за справочниками!

И вот...

Ба-бах!!

На стол передо мной рухнула "гора книг", грозя продавить столешницу своим супертяжелым весом. Я только и мог, что выпучить глаза.

-М?

-Маловато, конечно, но если освоишь этот материал - проблем не будет!

-М?

-Сперва пять часов усердных занятий, а потом небольшой тест! Вопросы я придумаю сама!

-М?

Я превратился в сломанную куклу, способную лишь мычать, а Нина сияла безмятежной улыбкой. В ней не было ни капли злого умысла, ни тени коварства - чистая, беспощадная, невинная улыбка. Мое тело мигом прошиб холодный пот.

-Н-нина, тут, по-моему, слишком много всего, да и времени мало, к тому же для меня это чересчур сложно...

Сейчас, после обеда, мы находились в пустом классе, где утром я слушал вводный инструктаж - там же, где мы и договорились. Я пришел первым, в одиночку дожидаясь Нину, а она приволокла гору книг, никак не меньше десяти штук. Эта подозрительно знакомая картина заставила меня нервно передернуться, а полуэльфийка на год младше меня лишь недоуменно склонила голову.

-Так ведь ты же сдал вступительные экзамены? И прошел собеседование с богами?

-С-собеседование?.. Ну да, я виделся с господином Бальдром, мы разговаривали...

-Тогда все в порядке! В "Школьный район" принимают лишь тех, у кого есть "воля к учебе"! Если ее нет, боги раскусят любую ложь - ни за что не поступишь!

А, выходит, вот какая тут система поступления... И верно, Эйна тоже говорила: чтобы стать студентом "Школьного района", нужна "воля к учебе". Перед ликом высших существ ложь смертных из нижнего мира раскусывается на раз, так что собеседования с богами - своего рода "лучший и эффективнейший тест на пригодность". Здесь собрались те, кто по-настоящему жаждет учиться, потому "Школьный район" и зовется величайшей академией в мире. Только вот, по-моему, страсть к знаниям не равна бесстрашию перед этой убийственной горой заданий!

-Я и сама не очень хорошо учусь, но... разве тебя не терзала бы тревога, если бы ты этого не делал? Так что давай постараемся вместе!

Жуть. Впервые в жизни улыбка юной девушки показалась мне такой пугающей.

-Не волнуйся, я как следует тебя погоняю!

Да это же Эйна! Эйна собственной персоной! Прямо как на тех жутких спартанских занятиях по Подземелью! Коронный прием фирменной тотальной муштры полуэльфов из Гильдии - "Эльфийское испытание"! Так вот откуда это зловещее ощущение дежавю! Похоже, Нина и Эйна и впрямь сестры!!

-Ну что, начнем!

И, само собой, мне, трясущемуся от пота и судорожно сжимающему перо, оставалось лишь покориться судьбе.

-Потрясающе!

Из окна класса уже окончательно скрылось закатное солнце. Рядом со мной, распластавшимся по столу без сил, Нина держала в обеих руках наспех сделанные контрольные листы и, сияя от радости, расхваливала меня:

-Ты правильно решил половину тестов, которые я приготовила!

-И это... много?..

-Конечно, много! Рапи, ведь тебе совершенно незнакомы эти предметы, ты никогда их раньше не учил! А сумел за такое короткое время наполовину все сделать!

Я лишь слабо простонал в ответ, а Нина пылала энтузиазмом. Несомненно... все благодаря моему опыту занятий с Эйной. Она всегда устраивала проверочные после лекций. К тому же многие вопросы были не на вычисление или анализ, а на запоминание - по истории и тому подобному. После перехода на 5 уровень память тоже... да нет, в любом случае, дело не в этом. Просто для авантюриста очень важно иметь хорошую память - если собираешься бросить вызов неизвестному, то как минимум нужно освежить в голове все известные сведения, от этого зависит твоя жизнь - вот я и привык подтягивать к себе все, что когда-либо видел и слышал. Вот и получилось наполовину правильно.

-Рапи, ты теперь быстро освоишься на завтрашних занятиях! Подожди, я сбегаю в библиотеку, верну эти книги!

Нина искренне порадовалась за меня и, с легкостью подхватив целую гору фолиантов, выскочила из класса. Разумеется, у Нины тоже были характеристики, пришло в голову мне, погрузившемуся в полуобморочное состояние... И как только она ушла, в класс вошел тот, кто все это время ждал снаружи.

-Закончили?

-Учитель Леон...

Его золотисто-рыжие волосы покачивались в такт шагам. Увидев меня в таком измотанном состоянии, он горько усмехнулся.

-Я-то мог вмешаться, но решил понаблюдать, думал, для тебя так будет полезнее. ...Хотя и не ожидал, что все настолько затянется. Совсем забыл про учебную одержимость Нины.

Извинился учитель Леон, поглядывая в потемневшие окна. Я заметил, когда он пришел сюда после уроков, как мы и договаривались, но и мысли не возникло его в чем-то упрекнуть. Тогда я подумал: раз уж Нина так старается ради меня, а учитель Леон это не останавливает - значит, для Рапи Флемиша, студента "Школьного района", это и впрямь необходимо.

-Ничего страшного.

Ответил я с кривой усмешкой, и учитель Леон улыбнулся.

-Ну и как тебе первый день в школе?

-Сказать по правде... Поначалу я не сразу отзывался на имя "Рапи", требовалось время, чтобы понять, что обращаются ко мне, но теперь уже привык. И еще... мне было очень весело. Я многое узнал про "Школьный район".

-Вот и отлично.

Учитель Леон одобрительно кивнул, а я смущенно признал то, в чем стоило покаяться:

-Но вел я себя для ученика не очень... слишком нервничал.

-Зато ты отлично вписался.

-П-правда?.. По-моему, другие студенты считают меня довольно странным...

-Да нет же, я имел в виду, что никто не заподозрил в тебе авантюриста первого класса.

-!

Только тут до меня дошел смысл его слов. Мои глаза под свисающей челкой широко распахнулись.

-Наверное, ты и сам заметил, что я не раз присматривался к тебе и твоему окружению на переменах. И никто не усомнился в твоей силе.

Ведь он же выглядит откровенным слабаком.

Да уж, совсем ненадежный!

Так отзывались обо мне студенты, с которыми я сегодня встретился. Не считая этого, я пересекался со множеством учеников в коридорах и на улице. Но никто из них не признал во мне авантюриста первого класса.

-Как тебе известно, многие студенты "Школьного района" прошли через повышение уровня. В них нет и толики наивности. По балансу, осанке, движениям тела они способны на глаз определить истинную силу.

В силу особенностей благословения богов у тех, кто сражается, есть золотое правило: "Никогда не суди по внешности, даже если перед тобой младенец". По крайней мере, студенты "Школьного района" не оценивают последователей богов по возрасту, комплекции или тому, насколько "хилыми" те выглядят, продолжал учитель Леон. И все же подразумевалось, что я сумел это скрыть, не выдав себя ученикам. ...Как он и сказал, весь сегодняшний день я только и делал, что со скрипом играл роль. Маскировал свои способности. Применял отчаянные уловки, лишь бы никто не догадался, что мой уровень - 5.

-Могу я спросить, как именно ты это делал?

-...Я делал все наоборот тому, чему меня учили разные люди.

Леди Айз, леди Рю, наставник. Я все больше становился полноценным авантюристом благодаря их заветам, так что если пойти против этих уроков, выйдет вылитый новичок? Так я по-дилетантски и рассудил. Особенно полезными оказались позы и движения, которым научил наставник, пусть даже это было ради свиданий. Стоило мне лишь нарушить вбитые в тело той жесточайшей спартанской муштрой заветы - и моя осанка расползлась, а центр тяжести стал шататься, как у обычного человека, удачно создав впечатление ненадежности. Очевидно, на сей раз это сработало, раз уж я с грехом пополам сумел обмануть взгляды студентов "Школьного района". Хотя опытные авантюристы высоких уровней из Города-Лабиринта, хотя бы второго класса, наверняка раскусили бы меня. Как и сидящий передо мной человек, с легкостью это понявший.

-Маскировка силы... Похоже, ты и впрямь авантюрист, сведущий в стратегии.

"Да ничего подобного. Я просто изо всех сил старался не выдать себя", - хотел было возразить я. Но почему-то, глядя в его лицо с непринужденной улыбкой - безупречной улыбкой без малейшей бреши - смог лишь промолчать.

-Рапи. Ты ведь сегодня сказал: "Авантюрист никогда не должен рисковать".

Стоявший на столе портативный светильник на магическом камне остался единственным источником света. В его свете лицо учителя Леона внезапно сменило выражение.

-...Да.

-Дальше я спрошу не как учитель, а просто из личного интереса...

От этого резкого перехода я слегка опешил, а он продолжил:

-Я считаю, что для каждого наступает день, когда он просто обязан рискнуть.

-...!!

-Независимо от своих желаний. И неважно, авантюрист ты или нет. ...Что думаешь?

В отличие от "учителя", его взгляд сейчас стал острым, словно клинок. И в то же время полным... предвкушения, что ли. Воцарилась тишина, наши взгляды скрестились. Я широко распахнул глаза... и не спеша, неторопливо облек в слова мысли, родившиеся в душе:

-...Я тоже думаю, что когда-нибудь неизбежно наступит день, когда придется рискнуть.

В памяти всплыла дуэль с минотавром. Столкновение с черным великаном Голиафом на 18 этаже. Новая схватка с могучим врагом после встречи с Ксеносами. Катастрофа, жестокость Глубинных Этажей и Военная игра с Паствой Фреи. Да и кроме того, я пережил немало приключений, размышлял я, продолжая говорить:

-Сколько ни избегай риска... как бы ты ни выбирал безопасный путь, рано или поздно наступит день, когда придется принять вызов.

Я вовсе не отрицал слова Эйны. Без сомнения, это важное наставление, удерживающее от безрассудства авантюристов, одержимых жаждой неизведанного. Но где-то в другом месте обязательно наступит день, когда нам волей-неволей придется стать "авантюристами".

-И что ты будешь делать?

Ответ на это у меня уже был.

-Готовиться заранее. Непрерывно расти над собой, чтобы встретить что угодно во всеоружии.

Слепая храбрость и безрассудство - это неправильно. Но непременно настанет день, когда придется рискнуть. Может, через год, может, уже завтра, а то и через пару секунд, и чтобы тогда суметь все преодолеть - нужно развиваться. Развивать в себе все на свете. Ежечасно, ежеминутно искать наилучшее решение, готовиться заранее, закалять свой дух. Именно так, должно быть, и поступают люди, ставшие авантюристами первого класса. В том числе и для того, чтобы ни о чем не жалеть. Это были убеждения, которые я обрел после схватки с паствой, быстрейшим в мире, во время моей первой экспедиции. И теперь я изложил их без утайки.

-Вот оно что. Значит, таков твой ответ как авантюриста.

На миг. Всего лишь на один миг. Мне почудилось, будто учитель Леон смотрит уже не на ученика Рапи, а на "Белла Кранела".

-Ты уже решил, какие дисциплины будешь изучать?

-А... да.

Я машинально кивнул, слегка озадаченный внезапным вопросом.

-Можно взглянуть?

Я в замешательстве протянул правую руку и извлек из портфеля лист регистрации курсов, который мы заполнили с Ниной. Пробежав глазами по пергаменту, учитель Леон почти сразу достал перо из кожаного чехла. И снова принялся что-то писать в моей учебной карточке.

-"Новейшая история" и "Теология последней битвы". Эти занятия тоже лучше послушать.

-...Что?

-"Я весь сегодняшний день присматривался к тебе". Мы с Бальдром так и договаривались.

Прежде чем я успел осознать происходящее, учитель Леон будто что-то для себя решил и улыбнулся, словно рыцарь.

-Ты прав, нужно готовиться. К неизбежной битве с последним врагом, которая когда-нибудь да грянет.

Ошеломленный, я принял у него учебную карточку. К последнему испытанию нижнего мира, через которое всем нам рано или поздно предстоит пройти. Пусть разум и не ведал, что он имеет в виду, но в глубине души я безотчетно это понимал. Учитель Леон, возвышаясь надо мной, сидящим на стуле, вновь улыбнулся как наставник.

-Через пару дней официально объявят состав отрядов для стажировки. Тогда и узнаешь, в какой тебя определили.

-Отрядов?..

-Да. Это тоже распоряжение господина Бальдра... и я сам очень хотел направить тебя именно туда.

И наконец, пристально глядя на меня золотисто-рыжими, словно у льва, глазами, он многозначительно произнес:

-Ты попадешь в "Третий отряд", где состоит и Нина. Надеюсь, ты непременно укажешь им верный путь.

----------

Учиться, проверять, пробовать, идти вперед

[[image:/storage/reader-images/72464f77b7d8fb04c106fdf80b1c9a511d52cdde.jpg]]
Глава 4. Учиться, проверять, пробовать, идти вперед

-В этом году в "Школьном районе" изготовлено на 40% больше орихалка, чем в прошлом! Это огромный прорыв!

-План господина Роймана вот-вот осуществится!

-Хоть им в "Школьном районе" не по душе выполнять требования по договору, заключенному при основании, они вынуждены ему следовать! Мы тут главные! - с радостным воодушевлением обсуждали положение вещей управляющие Гильдии.

Изумрудно-зеленые глаза Эйны ошеломленно взирали на их лица, так и светившиеся от восторга.

“Правда ли мне стоит тут находиться…”

Сейчас Эйна ерзала на роскошном стуле, съежившись от дискомфорта. Она находилась на втором этаже Главного здания Гильдии в просторном зале заседаний, где собрались глава Гильдии Ройман и другие служащие высоких чинов.

-...Начальник Леммель, почему меня, рядовую сотрудницу, позвали на второй этаж? Я ведь не подхожу на должность начальницы или высшего руководства...

-Ты в кратчайшие сроки вырастила авантюриста первого класса. Разве этого не достаточно для продвижения?

-Ч-что... н-начальник!- смущенно пискнула Эйна, совсем как ее подопечный Белл.

В ответ ее обычно строгий начальник-ящер усмехнулся. В Главном здании Гильдии, огромном и величественном, словно храм всех богов, второй этаж имел особое значение. Как правило, Эйна и другие рядовые сотрудники работали с клиентами на первом этаже. На второй этаж и выше могли подниматься лишь руководители и начальники, командующие персоналом первого этажа. Эйна поднималась туда, только если ее вызывал Ройман или кто-то другой из руководства. Между первым и вторым этажами главного здания Гильдии пролегала строгая грань, обозначающая классовое различие. В общем, простой сотруднице стойки регистрации нельзя было заходить туда когда вздумается.

-Для Орарио это собрание станет поворотной точкой, способной сильно повлиять на город. Так что нужен человек, который хорошо понимает авантюристов. А раз дело касается "Школьного района"... -  начальник Леммель вполголоса обратился к Эйне, продолжая следить за совещанием, - Ты как его выпускница можешь сильно нам помочь.

-Но ведь и Миша училась в "Школьном районе"... - возразила Эйна.

-С Флотт не выйдет. Она же все собрание перевернет с ног на голову, - безапелляционно заявил Леммель.

Эйна не нашлась, что ответить, только деревянный стул под ней жалобно скрипнул под стать настроению.

“Конечно, начальник меня сюда сам позвал... но глава Гильдии недавно так на меня зыркнул, будто приказал не говорить лишнего…”

Уже начав уставать, Эйна скосила глаза. За длинным столом из черного дерева расположилось десять человек, а во главе восседал Ройман. Как раз сейчас он с энтузиазмом обратился к присутствующим:

-Что ж, с этим проблем не будет. Наконец-то можно приступать к проекту "Шахта", соединяющему поверхность и глубинные этажи Подземелья!

Пока жаркое обсуждение продолжалось, Эйна еще раз просмотрела лежащие перед ней документы. В них говорилось о проекте по строительству в Подземелье шахты с большим подъемником. Своего рода короткий путь для авантюристов.

-Стоит завершить проект "Шахта" - и эффективность исследований взлетит до небес. Особенно хорошим подспорьем это станет для паствы Локи. Мало того, что им будет проще добывать ценные ресурсы, так еще и Финн с товарищами получат мощный стимул для роста!

В словах крайне воодушевленного Роймана была своя правда. Исследование Подземелья, даже экспедиции авантюристов высокого класса, неизбежно начинается с 1 этажа. Чтобы добраться до нужного этажа, нужны время, усилия и, самое главное, затраты. Пока группа дойдет до 51 этажа, часть ресурсов будет безвозвратно потрачена, да и авантюристы устанут и не смогут сражаться в полную силу. В этом даже сильная паства Локи не исключение. Сейчас для любой паствы экспедиция - рискованное предприятие, которое может пойти под откос из-за любого непредвиденного обстоятельства. То есть крайне неэффективное. Но если план с “Шахтой” удастся, авантюристы смогут пропустить этап спуска, не тратя силы зря. А при более продуктивных исследованиях возрастет и польза для Города-Лабиринта. То, что раньше считалось сверхрискованной авантюрой с небольшими шансами на успех, превратится в эффективный и надежный источник дохода. Для Роймана и других начальников, управляющих городом, такой проект обладает высшим приоритетом.

-Материал для громадной шахты - высокопрочный металл орихалк, произведенный Алхимическим факультетом "Школьного района"! Без малейших примесей адамантита! Теперь нечего бояться, что монстры ее разрушат! Если проложить шахту подальше от мест, где появляются боссы этажей, все точно будет в порядке!

Производством беспримесного орихалка займется Алхимический факультет "Школьного района" - заведение по очистке редких высокопрочных металлов, которое обладает глубочайшими в мире техническими знаниями. Путешествуя по миру, “Школьный округ” собрал на борту ресурсы и таланты, а также усовершенствовал техники производства, и теперь ему нет равных в сфере очистки драгоценных металлов. Они даже наладили стабильное производство крупных объемов орихалка - самого редкого и прочного металла в мире. Поэтому Орарио продолжает вкладывать в "Школьный район" огромные средства. Без поставок высокопрочного металла оттуда нельзя построить громадную шахту, которая осталась бы невредимой в Подземелье. А благодаря нынешнему возвращению "Школьного района" в порт, Орарио получил нужное количество металла.

-Если план осуществится, это событие не уступит по значению возведению Вавилонской башни! А если еще и рост авантюристов ускорится, сбудется и заветная мечта Орарио! Господа, близится новая эра!

-Ура! Ура! Ура!

Атмосфера в зале заседаний достигла точки кипения. Управляющие уже грезили несметными богатствами и великой славой. В доводах Роймана было зерно истины. Наверное, услышав об этом плане, многие авантюристы высокого класса тоже одобрят его. И все же пока этот проект существует лишь на бумаге. Эйна покосилась на соседа. Молчаливый Леммель делал вид, будто его это не касается. Эйна истолковала это как: "Делайте что хотите".

-Что ж, теперь давайте проголосуем за утверждение плана...

-Прошу прощения. Можно мне кое-что сказать? - не сдержалась Эйна и, набравшись смелости, подняла руку.

Сбитый с толку Ройман покосился на нее с раздражением: мол, не влезай.

-В чем дело, Тулле?

-Проект "Шахта" действительно дает авантюристам возможность спускаться на глубокие этажи кратчайшим путем. Это и впрямь идея, которая кардинально все меняет. И все же, может, стоит лучше продумать меры безопасности?

-К чему ходить вокруг да около. Говори прямо, что хочешь сказать.

-...До сих пор в Подземелье погибло множество авантюристов. На нижних и глубинных этажах обитают аномалии, с которыми трудно справиться даже первоклассным исследователям. Соединять их с поверхностью напрямую через Подземелье... по-моему, не слишком безопасно.

Люди с трудом управляют Подземельем благодаря Вавилонской башне, которая играет роль крышки, и молитвам бога-основателя Урана. Однако десли шахту захватят, монстры ринутся на поверхность и последствия будут ужасны.

-Если внедрить в Подземелье инородное тело, боюсь, Подземелье может отреагировать непредсказуемым образом.

-Да мы уже сто раз все обсудили! И решили, что проблем не будет! Уран тоже дал свое согласие! И вообще, тебе ли не знать: у нас уже есть образец искусственного лабиринта, от которого Подземелье с ума не сходит!

Информация о Кноссе была строго засекречена, и потому обычные сотрудники Гильдии вроде Эйны о нем не знали. Зато после обнаружения искусственного лабиринта проект "Шахта" стал продвигаться семимильными шагами. Руководство рассуждало так: раз Подземелье  не реагирует на громадный искусственный лабиринт, то еще одно подобное сооружение погоды не сделает. А главное - при содействии паствы Гефест почти все двери из орихалка удалось демонтировать, и теперь их используют в шахте. Это вторая причина, по которой план строительства шахты продвинулся так сильно.

“Глава Гильдии упомянул искусственный лабиринт, но подробностей я не знаю…”

Однако из-за случая с вооруженными монстрами и слухов среди авантюристов о неком искусственном лабиринте, напрямую соединяющем улицу Дедала с Подземельем, Эйна догадалась о его существовании. Нахмурившись, она попыталась зайти с другой стороны:

-И еще одно: когда шахту построят, авантюристы больше не смогут исследовать Подземелье постепенно, перемещаясь с этажа на этаж...

-Да нужно просто ограничить пользование шахтой в зависимости от ранга паствы! Разделим экспедиции по обязательным квестам и обычные вылазки - и проблем не будет! Мы лишь должны помочь авантюристам добраться до самого глубокого исследованного района, 71 этажа и ниже - чего не случалось со времен бога Зевса и богини Геры! - с готовностью выдал ответ Ройман.

Эйне как новичку в подобных дебатах было нечего возразить столь опытному оратору.

-И потом, мы ведь не собираемся сразу проводить шахту до средних и глубинных этажей! Сперва верхние этажи, потом средние, за ними 18-й этаж - Подземный город! Будем действовать предельно осторожно, шаг за шагом, наблюдая за процессом!

-...

-Охрану шахты и подъемника лучше поручить семье Ганеши! Правда, это скажется на обороноспособности города, поэтому потребуется набрать полицейских из других паств. Тулле, ты тоже продолжай воспитывать авантюристов и наращивать боевую мощь города!

До чего скользкий тип! Он уже весь в мыслях о своем драгоценном проекте, а на меры предосторожности ему наплевать. Эйна с возмущением воззрилась на него своими изумрудно-зелеными глазами. Ройман, похоже, прекрасно понял, о чем она думает, и покраснел от злости. Под конец Эйна высказалась уже не как сотрудница Гильдии, а как выпускница "Школьного района":

-В документах сказано, что на строительство пойдет весь орихалк “Школьного района”, и начнется оно немедленно. Но очищенный высокопрочный металл нужен и для укрепления брони супер-линкора "Эйленхоэни". ...Гильдия, конечно, вложила средства, но, по-моему, если мы присвоим все запасы орихалка, это вызовет протесты со стороны "Школьного района". Особенно у неравнодушных учеников...

-Ох! Заткнись уже, Тулле! Этот план - величайший проект столетия! А ты узнала о нем только сегодня! Не смей вмешиваться! - рявкнул Ройман, бросив попытки убедить Эйну.

Другие тоже его поддержали: "Новенькая, не лезь!". Эйна умолкла, лишь сидящий рядом Леммель смиренно вздохнул, приняв тот факт, что проекту "Шахта" ничто не помешает, и бросил на Эйну извиняющийся взгляд.

-К тому же на то воля бога Урана! Никаких “нет”!!

Да, это проблема. Как бы Эйна ни пыталась воззвать к здравому смыслу, проект "Шахта", одобренный главой Гильдии богом Ураном, уже не отозвать.

“Если всеведущее божество дало добро, может, я и впрямь  зря себя накручиваю. Но неужели Подземелье и вправду никак не отреагирует на огромный металлический гвоздь в своем теле?”

Эйна не могла отделаться от тревоги. Подземелье, поглотившее немало авантюристов под ее началом, было для нее воплощением ужаса. А теперь эта шахта… Ройман самодовольно глянул на Эйну, и утвердил проект, поставив печать на пергамент, после чего управляющие, ликуя, начали пожимать друг другу руки. Дорога ли это к богатству и славе или же ловушка, ведущая в царство мертвых? Орарио, отметив тысячелетие с основания, решил шагнуть в новую эру.

“Интересно, почему всевышний Уран одобрил этот план?..”

…

Подземное святилище в главном здании Гильдии, молитвенный зал, где восседает на троне всевышний Уран.

"Ты уверен, что согласен с проектом "Шахта", Уран?” - раздался из окулуса, лежащего на подлокотнике, голос преданного слуги верховного бога, Фелса.

"Из-за этого Ройман станет еще заносчивее. Да и скептики будут высказывать недовольство. "Школьный район" точно будет против", - будто предрек будущее Фелс, выражая явное недоверие.

Забавно, что как раз в это время Эйна размышляла о том же в зале заседаний.

-Я предпочитаю готовиться к трудностям, а не зацикливаться на них. К грядущим испытаниям, что поджидают впереди, - как обычно бесстрастно ответил Уран.

"Хм?"

-Чем больше козырей в рукаве, тем лучше.

"Когда ты, бог, такое говоришь, я лишь сильнее волнуюсь", - из кристалла послышался тяжкий вздох.

Однако, несмотря на тревогу, Фелс не стал расспрашивать дальше. Хоть он был не согласен с решением своего покровителя, в воздухе витало ощущение божественной воли. Фелс предпочел довериться словам Урана, из кристалла доносились лишь звуки, будто он чем-то занят.

-Как у тебя дела? - спросил Уран.

“Весьма недурно. Благодаря искусственному лабиринту я заполучил магическую мастерскую, о какой и не мечтал. Теперь и давние исследования сдвинутся с мертвой точки” - ответил Фелс. В этот раз его голос звучал радостно, как у ребенка, получившего новую игрушку.

Юго-восток города, далеко от подземного святилища Гильдии в искусственном лабиринте под улицей Дедала Фелс с энтузиазмом устанавливал оборудование.

-Как-никак, мои исследования можно вести лишь в просторном помещении. Спасибо, Уран, за то, что ты велел Ройману запечатать весь этаж и отдал его мне.

Лабиринт, где когда-то истязали Белла и Вельфа, преобразился до неузнаваемости. Мрачный зал освещала лампа с магическим камнем. У стен высились горы книг, под потолком на насесте-колонне дремала белая сова. Измерители расхода маны, созданные по технологиям магической империи, бесчисленные колбы и пробирки, доверху наполненные загадочными растворами. Прямо-таки зловещая лаборатория, настоящая обитель колдуна.

-Хе-хе-хе, надо будет еще тут прибраться. От предвкушения прямо кровь вскипает, хоть я уже мертв...!

После инцидента с ксеносами искусственный лабиринт полностью перешел под контроль Гильдии, точнее, Урана. А древний бог отдал его бывшему Мудрецу. Убежище Ивилов пришлось очень кстати. Во-первых, огромный лабиринт достигал средних этажей Подземелья. Во-вторых, в нем обнаружились тайные комнаты, оборудованные для изготовления магических артефактов вроде кнута укротителя Джуры. Для Фелса это было все равно что найти сундук с сокровищами. Древнее творение рук человеческих, имеющее выход в Подземелье, стало идеальным тайным укрытием и источником ресурсов. Заполучив лабиринт в свои руки, Фелс решил сконструировать магические инструменты для бесперебойного производства лекарственных трав и снадобий. Он даже планировал привлечь к исследованиям бедную Асфи, лишив ее законного отпуска.

-Такой огромной магической мастерской у меня не было даже при жизни. Да что там, и на моей ненавистной родине тоже.

"Ты пока жив."

-Ха-ха, разве можно назвать живым скелет без кожи и мяса? Считай, наполовину мертв, - иронично улыбнулся Фелс.

Пусть ныне Фелс лишь груда костей, в душе он остался Мудрецом - безумным чародеем былых времен, чьи знания никуда не делись. Теперь искусственный лабиринт не только играл роль второго входа в Подземелье, но постепенно превращался в личную цитадель Фелса.

"А как обстоят дела с возрождением?"

-Знания и теории у меня все в голове... точнее, в душе. Что до оборудования, нужно лишь воспользоваться магическими кругами эльфов, что еще сохранились в этом лабиринте, и тогда устройство будет доведено до совершенства. Увидишь, результат будет не хуже, чем в подземном дворце магической империи Алтины.

Фелс собирался пустить в дело все, что под руку подвернется, даже магические технологии лабиринтов, оставшиеся после Ищеек. Окажись здесь Рю, она бы скривилась от отвращения.

"Школьный район" тоже вернулся. Материалы, за которыми я посылал Леона... Древняя драконья сера, звездное серебро из недр, пепельные кристаллы Элписа... С этим мы получим все нужные нам материалы”

-"Школьный район" здорово выручил, - молвил Фелс, и его черный плащ колыхнулся. Для магов вроде него исполинский корабль, путешествующий по нижнему миру, был своеобразным ключом для получения громадного количества ресурсов. Верно. Все ради спасения мира.

-...Само возрождение уже началось.

Фелс подошел к некоему устройству. Гигантские колбы, до краев наполненные растворами из пяти пробирок. В каждой колбе, излучая зловещий красноватый свет, плавали сияющие самоцветы.

"Успеешь в срок?"

-Спешка лишь навредит. Но к охоте на черного дракона... нет, к назначенному времени я непременно закончу.

“Как-никак, колесо времени уже завертелось…”

Бормотание облаченного в черное колдуна стихло во мраке.

Так как на второй день моей (временной) учебы в "Школьном районе" для меня еще не успели подготовить комнату в общежитии, я переночевал в учительской Леона-сенсея. И теперь наконец-то начиналась настоящая студенческая жизнь. Верно, сегодня мой первый урок. Встретившись с Ниной в центре учебного яруса перед Храмовой башней, мы направились к корпусу. Моя первая пара - древняя история.

-Все готовы?!! Наслаждаетесь весной юности?!!

-Да-а-а-а-а-а-а!!!

Так должно было быть. Но почему-то в аудитории был полумрак, и только луч света освещал кафедру, где с утра пораньше бодро стояла ослепительно прекрасная златовласая богиня.

-Тело и душа всегда должны быть молоды! Давайте же усердно грызть гранит науки и наслаждаться историей юности!☆

-Давайте наслаждаться историей юности!!!

Когда миловидная богиня подмигнула, восторженные вопли студентов достигли апогея. Я уже уселся за парту, и с серьезным видом покосился на понурившуюся соседку.

-Нина, что происходит?

-Да так... иногда боги приходят на занятия и устраивают невесть что!.. Обычно уроки ведет Адлер-сенсей, он придерживается более традиционного подхода! Почему же богиня юности Идунн решила заявиться к нам сегодня!.. - ответила Нина, хоть услышав, как я обратился к ней просто по имени, закрыла ладошками покрасневшее до кончиков ушей лицо.

Хоть мне было ее немного жаль, она выглядела очень мило. Богиня... то есть, госпожа Идунн с развевающимися волосами, похоже, была весьма популярна среди учеников, и ее невинное юношеское поведение находило в них горячий отклик. Накалив атмосферу до предела, богиня Идунн сказала: "Что ж, начнем урок!", сразу зажгла свет и начала самую обычную лекцию. И зачем было так всех заводить?

-В эпоху, предшествующую Эре Богов, северо-восток континента часто страдал от голода. Как вы думаете, почему? Кого же спросить… точно! Я надеюсь, что ты усердно готовился к уроку, юный новичок Рапи! Отвечай!

-А? Э-э?!. - я в растерянности вскочил с сиденья.

-Рапи, из-за драконьих налетов, - шепотом подсказала Нина.

-И-и-из-за драконьих налетов!

-Правильно! В следующий раз постарайся ответить сам! - со смехом заметила госпожа Идунн.

Остальные студенты тоже хихикнули, а я понурившись сел на место, обменявшись с Ниной горькой улыбкой. Предмет был трудным. Пока богиня что-то написала на доске, я изо всех сил старался перенести все в тетрадь. Вдобавок госпожа Идунн то и дело рассказывала о событиях с  точки зрения богов и спрашивала, почему история, написанная обитателями нижнего мира, расходится с истиной, ведомой всезнающим богам. Нина с остальными активно задавали вопросы, стараясь усвоить материал, а я едва поспевал за ними.

…

-Сегодня я познакомлю вас с полевыми исследованиями, которые собрали старшекурсники с факультета боевых искусств.

После первой пары наступил небольшой перерыв, и я сразу пошел на следующую. Предмет - теология последней битвы, который рекомендовал Леон-сенсей. На кафедру поднялся низкорослый дворф в монокле - учитель Адлер, и с помощью магического проектора, который разработал алхимический факультет "Школьного района" совместно с магической державой Алтина, стал показывать в затемненной аудитории разные изображения.

-...

Перед глазами замелькали сожженные дотла деревни, руины поселений эльфов, разрушенные города и огромные толпы беженцев.

-Как вам известно, в последние годы в Драконьей долине один за другим появляются могучие монстры. Эти драконоподобные существа могут проникать сквозь барьеры "Школьного района" и нанести большой урон. Если кто-то из присутствующих собирается в будущем жить в Орарио, прошу помнить о трагической участи других земель...

Вполуха слушая наставления учителя и не отрывая взгляда от жутких картин, я спросил у Нины:

-...До прибытия в портовый городок тебе доводилось видеть подобное?

-М-м... да. Многие страдают в полном бессилии, было тяжко… - сказала она, печально прикрыв глаза. - До поступления в "Школьный район" я и не знала... каков нынешний мир.

Я тоже. После прибытия в Орарио я старался выжить на стезе авантюриста, поэтому до поступления в “Школьный район”, где Леон-сенсей посоветовал взять этот предмет, совершенно не представлял, что творится в мире. Прямо сейчас передо мной проносились картины бедствий, постигших нижний мир, с которыми нам неизбежно предстоит столкнуться. А в конце урока учитель-дворф сурово возвестил, что миру нужны герои.

-Рапи, ты готов? - раздался из-за двери голос Нины.

-П-погоди секунду! - я поспешно натянул штаны с кроличьим хвостиком, приготовленные господином Бальдром и всевышним Гермесом, несколько раз поправил челку и, убедившись, что с накладными ушками все в порядке, открыл дверь.

-Ого! Боевой костюм тебе очень идет! - улыбнулась Нина, всплеснув руками.

Красно-белый костюм для учеников факультета боевых искусств был изготовлен из тонкой, легкой и мягкой ткани, и по защитным качествам не уступал боевому облачению авантюристов. Даже ножны для кинжалов имелись, видимо, стараниями предусмотрительного всевышнего Гермеса. Я невольно ухмыльнулся. К слову, чтобы скрыть личность, я сдал все снаряжение кроме “Ножа Гестии”, который постоянно таскал с собой в сумке. На Нине красовался похожий красно-белый костюм, только вместо брюк была юбка. Судя по посоху, у нее за спиной, Нина занимала позицию в арьергарде.

-Кстати, а какой у тебя уровень, Нина?

-У меня? Второй.

-В-второй?!! - в шоке воскликнул я?

Вот так сюрприз. Не думал, что родственница Эйны - авантюристка среднего класса. Нину моя реакция, похоже, удивила. Вот так мы - я, ошеломленно пошатываясь, она - с недоумением на лице - по тропке с магическими фонарями вышли на широкую солнечную площадку, посыпанную кирпичной крошкой. Это был стадион из белой стали с белоснежными трибунами, расположенный поодаль от учебного яруса.

-Все в сборе. Что ж, начнем урок комплексных единоборств.

Облаченные в боевые костюмы ученики столпились вокруг Леона-сенсея в привычном учительском одеянии. В отличие от теоретических дисциплин, где корпишь за партой, здесь начнется практика, а именно тренировка тела. Чтобы закончить факультет боевых искусств, за год нужно набрать минимум три таких практических курса по выбору. По совету Нины я взял фехтование, рРукопашный бой и эти самые комплексные единоборства. Как следует из названия, здесь обучают не отдельным приемам, а боевым искусствам в комплексе.

-В преддверии особой стажировки сегодня прошу вас вспомнить азы сражений с монстрами. Затем разделимся по отрядам и заново рассмотрим вашу тактику. Будьте начеку, - Леон-сенсей объяснил всем ученикам план урока.

Я чувствовал себя не в своей тарелке: здесь учились представители разных рас, и все они, как и Нина, уже хотя бы раз повысили уровень... Ученики источали ауру такой силы, что, объединившись в паству, стали бы одной из сильнейших фракций города… Пока я размышлял об этом кто-то из ребят вдруг сказал:

-Учитель, можно вопрос?

-Да, Кейт?

-Мне бы хотелось узнать, на что способен новичок!

-...Чего?! - я аж дернул плечами от неожиданности.

Тут же раздались голоса: "Я тоже хочу знать!", "Раз он выбрал боевые искусства сразу после перевода, должен быть в себе уверен!" и "Мне тоже любопытно!". Мои глаза под челкой расширились, и лишь одна Нина вступилась за меня перед остальными:

-Стойте! Что значит "узнать, на что способен", что он, по-вашему должен показать? Если это опасно, я против!

-Да в боевых искусствах безопасного ничего и нет.

-Хотя он с виду такой хлюпик, что твои опасения вполне понятны. Но не слишком ли ты его опекаешь?

-Н-ну и что...!

От возражений других учеников Нина порядком растерялась. Видимо, я столько раз показывал показывал себя в неприглядном свете, что она привыкла заботиться обо мне. Помнится, она еще говорила, что просто не может оставить меня без присмотра. И что теперь делать? Чего бы они ни хотели, нельзя, чтобы они узнали, кто я такой. Лучше вообще  увильнуть, если получится...!

-Если не ошибаюсь, он ведь 1 уровня. В тренировочном бою Нина наверняка опять раскудахчется...

-Новичок, а магией ты пользоваться умеешь?

-А? Ага, умею! - немного дергано ответил я.

-Рапи, ты ведь только что получил благословение от господина Бальдра, так что магия, наверное, еще не пробудилась? - прервал нас Леон-сенсей.

-А? Да нет, пробудилась уже… - озадаченно ответил я. С чего он решил вмешаться?

Леон-сенсей скривился, будто от головной боли, и горько усмехнулся.

-Так у тебя есть магия?!

-Чего ж ты раньше молчал! Покажи нам, сразу станет ясно, на что ты способен!

-Если умеешь колдовать, то даже 1 уровень сгодится в тыловой поддержке!

“...Чего?!”

С чего это они так воодушевились? А… До меня вдруг дошло, что магия - мощный козырь в рукаве. Среди других способностей она занимает важное место, а если еще и приносит пользу всему отряду, востребованность авантюриста повышается в разы. Нина с изумлением посмотрела на меня, а студенты, только что подшучивавшие надо мной, теперь сгорали от любопытства. Похоже, теперь от проверки не отвертеться! Выходит, Леон-сенсей попытался помочь мне, замяв эту тему с магией! Пока я стоял, ломая голову над тем, что мне теперь делать, вперед вышел дворф с зачесанной челкой по имени Иглин, одетый в обтягивающий костюм, и засыпал меня вопросами:

-Хм, подумаешь... Что у тебя за стихия? Какой вид магии?

-Э-э, ну... о-огненная… - еле слышно ответил я.

-Значит, атакующая магия. Тогда я поставлю барьер, а ты жахни по нему со всей силы, - вызывающе ухмыльнулся Иглин.

Теперь уж никак не скажешь: "Я соврал" - да мне бы и не дали.  Отойдя подальше, Иглин занял позицию в центре площадки и повернулся ко мне, вытянув руки. После краткого заклинания взметнулась земляная светящаяся стена!

-Вот оно, коронное умение Иглина, "Каменный вал"!

-Сейчас будет что-то интересное!

-И когда он уже поумнеет...

-Эй, новичок, давай быстрее!

-Иглин покрепче любого щита, не бойся! Бей в полную силу!

Может, хватит? Я и так чувствую себя между молотом и наковальней. Нехотя шагнув вперед, я покрылся холодным потом и поглядел на свою ладонь. Они, конечно, сказали не сдерживаться, но...

"УУАААААА, активирую "Аргонавта"! Начинаю накапливать энергию! Вжжжжжж! Накопление достигло максимума! Вперед, огненная стрела-а-а-а-а-а-а!!!"

"Гха-а-а-а-а-а! Я повержен!"

"Иглина снесло!"

"Прям как у авантюриста первого класса!"

"Так это и есть мощь авантюриста первого класса!"

"Это же Белл Кранел!"

...Нет-нет-нет! Ни в коем случае!!! Ударю всерьез - наврежу Иглину и вызову хаос! Чтобы не выдать себя, нужно подавить силу до минимума! Я протянул трясущуюся руку, целясь в выставившего барьер Иглина. Стараясь не ранить его, я постарался вложить в заклинание как можно меньше маны.

-Эй, давай уже, читай заклинание! Колдовать будешь или нет?! - недовольно крикнул какой-то ученик.

-...А? Заклинание?

Тут я невольно запаниковал. Т-точно. Для магии же обычно нужны заклинания! Если я скастую короткое заклятие "Огненная стрела", это точно вызовет подозрения! Перед лицом новой угрозы мой мозг закипел. Что же делать?! Перед глазами все поплыло, а ноги подогнулись под тяжестью навалившейся ответственности. Не обращая внимания на встревоженную Нину, я отчаянно пытался придумать фальшивое заклинание, и наконец выдал:

-...”Сгинь в пламени, скверна извне”!

В итоге я просто позаимствовал формулировку у Вельфа, и… Это был провал. Тщетно подыскивая заклинание для магии огня, я влил в него совсем немного духовных сил, чтобы уменьшить мощь, но в итоге просто контроль над маной.

-А-а-а...

Магия повела себя как необузданный скакун и вырвалась в поисках выхода. Впервые в жизни каст провалился, а перед глазами замелькали лица старших товарищей.

“Это ж то самое, что Вельф всегда проделывает с другими…”

В следующий миг бум-м-м!!!

-О-ох?!

-В-взрыв маны?!

-Да ну нафиг!

-Рапи?!

Иглин за барьером, Нина и остальные - все закричали, когда прогремел взрыв, сопровождающийся яркой вспышкой. А когда дым рассеялся... Увидели лежащего на спине обугленного меня, который в прострации пялился в синее небо.

“...Можно ли меня после такого позора считать авантюристом первого класса?...”

Завалить такое простое заклинание… Какой же я дурак! Увидев, как ко мне на всех парах несется Нина, я пожелал раствориться в небесной синеве и исчезнуть. Да что угодно, лишь бы не вспоминать свой позор. В этот день загадочный новичок Рапи Флемиш так перенервничал, что вызвал взрыв маны и заслужил прозвище полного профана и неумехи.

-Итак, Рапи войдет в третий отряд класса Бальдра, - огласил Леон-сенсей свое решение после того, как меня подлечила Нина.

-Да быть того не может!!

Ну, после провала огненной магии реакция моих будущих товарищей по команде была ожидаемой. Конечно, они яростно протестовали против того, чтобы я стал частью их группы.

-Почему я должен быть в отряде с этим профаном, сенсей?! Он даже в спаррингах не участвовал, только попытался магией пальнуть - и сразу взрыв маны! Он нас всех потянет вниз! - громче всех негодовал дворф Иглин, в пылу спора забывший откинуть челку.

Да, вы совершенно правы...

-Нас... уже четверо... обуза... не нужна... на крайний случай... еда или мясной щит… - еле слышно пробормотала темная эльфийка, чью нижнюю половину лица скрывала металлическая маска.

Блин, да что она такое говорит?!

-А-а-а! Вот и настало новое божественное испытание! Фиана, богиня моего народа, завидуя моей силе, наслала на меня бедствие! - театрально провозгласил полурослик одного роста с Лили.

Вот так просто взял и назвал меня бедствием… Или назвала… Стоп… А это парень... или девушка?.. Наверное, все-таки парень.

-П-правда, Леон-сенсей? Рапи... станет частью нашего отряда?..

-Да. Возможно, это увеличит нагрузку на тебя как на лидера, но я надеюсь, он тебе очень поможет. Рапи должен стать тебе надежной опорой, Нина.

Завершив лечение, Нина поднялась на ноги и с изумлением произнесла:

-Потрясающе... Но теперь я, кажется, поняла. Наверное, Леон-сенсей так и задумывал, потому и попросил меня показать Рапи школу.

Я и сам так подумал. Похоже, таков и был изначальный замысел Леона-сенсея и господина Бальдра. Только вот...

-...Э-э, прости, Нина. Этот упомянутый вами "отряд" - это ведь...

Я примерно догадывался, что речь о боевых группах.

-На факультете боевых искусства ученики формируют команды по четверо для полевых исследований и боевых заданий вне кампуса. Но порой бывает набор или наоборот слишком много участников, поэтому бывают и отряды по пятеро...

В "Школьном районе" столько же классов, сколько богов. А отряды - подразделения внутри классов. Говорят, формирование отрядов в пределах одного класса упрощает обновление характеристик. С точки зрения учебной системы отряды постоянно теряют и набирают участников, но поскольку состав определяют боги и учителя, члены команд обычно неплохо дополняют друг друга. Однако...

-...Боюсь, в дальнейшем я буду тебе в тягость. Прости, Нина...

-Что ты такое говоришь?! Ничего подобного! Я даже рада, что мы с тобой в одном отряде, Рапи. Окажись ты в другом, я бы, наверное, все время за тебя тревожилась, -  тряхнув копной каштановых волос, Нина рассмеялась.

Я попытался вернуть улыбку, но получилось не очень. До чего же она добра. Прямо вылитая Эйна.

-Только вот… - Нина с досадой посмотрела в сторону.

Проследив за ее взглядом, я увидел Иглина и остальных членов отряда, которые все еще пытались оспорить мое назначение у Леона-сенсея.

…

-Ни пуха ни пера, худший-отряд-в-истории.

-Если опять не наберете баллов, вылетите.

-Не смейте нас так называть! Гадство!

Под звон колоколов на центральной башне, возвещавших об окончании занятий, со стадиона выходили юноши и девушки. От их насмешек над нашим отрядом я в растерянно захлопал глазами и покосился в сторону Нины. Похоже, она тоже приуныла.

“Неужели у нашего... у третьего отряда настолько дурная слава?...)

Пока я об этом думал, Иглин, который так и не сумел изменить решение Леона-сенсея оставить меня в отряде, широкими шагами подошел ко мне и ткнул в меня толстым пальцем:

-А ты будешь помощником, ясно?!

Есть, никаких возражений…

"Супер-сэндвич с тройной начинкой" - так прозвали три яруса. Жилые помещения располагались на втором. В просторной комнате между техническим и учебным ярусами не было никаких ширм и перегородок, а потолок подпирали несколько массивных колонн, одновременно служивших подъемниками. Солнечный свет туда почти не проникал, его заменяли огромные магические лампы. Освещение менялось в зависимости от времени суток, совсем как в безопасной зоне на 18-м этаже. Только вместо красот Подземелья - помещения из стали и камня. В отличие от учебного яруса, расположенного в круглой Храмовой башне, так похожий по планировке на Вавилон Орарио, жилой ярус больше напоминал сеть. Многочисленные общежития для учащихся и преподавателей теснились на равном расстоянии друг от друга. Причем каждый корпус отличался по стилю: были как настоящие произведения искусства, так и  причудливые по форме постройки. Моя комната находилась в "Общежитии № 3", а комнату отдыха этого здания третий отряд использовал для собраний.

-Знакомиться? Мы вроде уже… Ладно. Я Иглин - недовольно буркнул гном с растрепанными светло-каштановыми, на тон светлее чем у Нины, волосами.

Сейчас весь отряд собрался по настоятельной просьбе Нины. Иглин был ниже меня, примерно 150 сантиметров. Сразу видно - настоящий коротконогий гном с массивным торсом. Из-под его франтоватого наряда с розой, приколотой на груди, выступали крепкие мускулы.

-Реки... темная эльфийка…- пробормотала не снимавшая маски даже в помещении Реки.

Смуглая кожа, рыжие волосы, рост около 160 сантиметров. Кажется, чуть выше Нины. Немногословная и невозмутимая, одетая по форме эльфийка уткнулась в толстенную книгу, подтянув колени к груди. Даже как-то неловко смотреть на нее. Чудачка со странной манерой речи - вот какое впечатление она на меня произвела, пока я боролся со смущением.

-А я - Кристия Эрувия! Можно просто Крис! Спящий лев, о котором мир пока не знает! Уровень - второй! - бодро представился парень из племени полуросликов...

Нет, девушка... Нет, похоже, все-таки парень - на нем же мужская форма. Как представитель расы полуросликов, ростом он был куда ниже остальных членов отряда. Однако, несмотря на размер, этот полурослик с изящно стянутыми в хвост аквамариновыми волосами просто лучился самоуверенностью.

-Погоди, второй уровень?! Но ведь ты полурослик?!

-Ага-ага, ожидаемая реакция! В том-то и дело, что я - гений, затмевающий героев! Гордость и краса "Школьного района"! Хе-хе!

Одного уровня с Лили, пережившей экспедицию?! Пусть это прозвучит невежливо, но полурослики по своей природе совсем не силачи, оттого и слывут слабейшей расой. Конечно, есть авантюристы первого класса вроде господина Финна или господина Альфрика, но полурослики, повысившие уровень - большая редкость. А он к тому же получил 2 уровень без походов в Подземелья... То ли "Школьный район" настолько хорош, то ли Крис так талантлив. К слову, все участники третьего отряда, включая Иглина и Реки, были 2 уровня. Видимо, я не смог сдержать изумление, потому что Крис довольно прищурился и гордо выпятил грудь, уткнув руки в бока.

-Это все неважно, салага! Только не путайся под ногами на специальной стажировке! Держись поближе к той полуэльфийке! - походя прервал Криса Иглин.

Нина в ответ на это гневное заявление нахмурилась:

-Иглин, не надо считать Рапи обузой. Мы теперь товарищи по отряду, так что давайте ладить друг с другом...

-Какие еще товарищи! Нужен он нам как телеге пятое колесо! Если будет лезть куда не следует во время вылазки в Подземелье, проблем не оберемся!

Как бы мне ни хотелось поддержать Нину, возразить на его слова было нечего... Здорово я облажался. Реки, которая все это время читала, будто ее это не касается, еле слышно обронила:

-Улучшать отношения, уже поздно... Наша командная работа, дерьмо...

-В-вот почему нам и нужно все обсудить...! И следи за языком, Реки! - попыталась призвать Реки к порядку Нина.

-Друзья, не бойтесь! Куда бы я ни шел - там и дорога! Не робейте и ступайте за мной! - невпопад пробубнил себе под нос Крис.

...Да что ж такое, сплошной разброд и шатание. Сразу видно, что члены группы не в ладах друг с другом...

-Эм... А что значит "худший отряд в истории", как нас недавно обозвали?  - нерешительно спросил я.

Нина, Иглин и Реки сразу стали мрачнее тучи. Единственный, кого эта кличка не задела - все так же сиявший Крис. Иглин скривился, будто съел что-то горькое.

-В буквальном смысле! Что в классе Бальдра, что на факультете боевых искусств мы плетемся в самом хвосте! И все из-за этих остолопов, виснущих у меня на шее...!

-Отряд, не расформировали, удивительно... И обуза, это ты...

-Так, хорошо, друзья! Я освещу ваш путь! Сия-я-яй!

......Может, мне как временному товарищу не пристало такое говорить, но ничего хорошего не выйдет. Глядя, как каждый из них тянет одеяло на себя, я покосился на Нину и  увидел, как эта добрая приветливая девушка впервые тяжко вздохнула.

Время в “Школьном округе” летело стремительно. С помощью Нины я кое-как успевал по предметам. По утрам перед завтраком в общежитии мы с Ниной повторяли материал и готовились к урокам, днем ходили на занятия, а вечером повторяли то, что было на парах. Я не такой способный, как другие студенты, поэтому пришлось брать усидчивостью. Правда, рано вставать я уже привык - сказывались ранние тренировки на стене с леди Айз и бои в кровавых полях. Ложился я позже всех, а вставал раньше всех, и даже во сне, терзаемый кошмарами, не переставал думать об учебе. Поразительно, но несгибаемая стойкость авантюриста первого класса и способность долго не спать даже здесь пригодилась. Я был безмерно благодарен Нине, которая по доброй воле помогала мне с занятиями. Но куда больше учебы меня тревожили отношения в третьем отряде. Во время спаррингов мы с ней не раз пытались обсудить проблемы в команде, но ничего не вышло. Сколько бы Нина ни звала, они отмахивались, говоря, что будут тренироваться сами. А Леон-сенсей лишь молча наблюдал за нами со стороны. И вот настал четвертый день студенческой жизни и начало специальной стажировки.

Мы прошли через юго-западные врата Орарио, представители Города-Лабиринта и “Школьного района” обменялись разрешениями, и ученики ступили под сень высоченных стен.

-Ого-о-о!!! Вот это да-а-а!!! Не думал, что нас здесь так встретят! - восторженно воскликнул Крис.

Его восторг был понятен: едва мы оказались внутри, нас осыпали лепестками цветов, а издали доносилась приветственная музыка, будто в городе устроили фестиваль в честь гостей из “Школьного района”… Это что еще за новости?

-Ничего себе, какой нарядный Орарио! Я здесь впервые, до чего круто! Рапи!

-Д-да уж… - поддакнул я со слабой улыбкой.

Нина в ответ озадаченно склонила голову. После приезда в Орарио мне тоже было все в новинку, но тогда город больше походил на обитель авантюристов и не был так украшен... А фестивали, если и бывали, не длились по много дней кряду. Изысканные кондитерские, где продавалась вкуснейшая нуга и мед, кофейни с редкими книгами - на центральной улице будто собрались заведения, зазывающие студентов. А куда подевались прежние магазинчики?.. Даже глухие переулки были вычищены до блеска. На миг я подумал, что каким-то чудом попал в другой город. Разумеется, не только паствы, но и весь Город-Лабиринт жаждал заполучить лучшие кадры "Школьного района"... То есть все это устроено, чтобы произвести впечатление на учеников?

Я будто наяву услышал ворчливые объяснения Лили:

“Кое-кто из студентов уже скупается... Может, хотят навариться на нас?”

Жаль, ее здесь нет...

-Ну вот, опять школяры приперлись.

-Пока они не уедут, о нормальной охоте в Подземелье можно забыть.

...Краем уха я услышал перешептывания наблюдавших за нами авантюристов. Пока Нина и остальные возбужденно вертели головами, с любопытством озираясь по сторонам, внутри меня нарастала тревога.

-Чтобы пройти специальную стажировку, студенты должны оформить документы в главном здании Гильдии... Рапи, не мог бы ты сходить?

-А? Ну, мог бы... А ты, Нина?

-Я тут вспомнила, что забыла кое-что купить. Так что хотела сперва заглянуть в местные лавки.

-Тогда давай вместе!

-Пусть Гильдия узнает будущего героя! Пожалуйста, Рапи!

Как ни странно, Нина отказалась. Иглин с товарищами тоже захотели пройтись по разным лавкам. Условившись встретиться позже перед входом в Вавилонскую башню, мы разделились. Я направился к главному зданию Гильдии, беспокоясь, как бы не раскрыть себя и не попасться на глаза знакомым. Вопреки опасениям, все прошло гладко: я оформил документы на стойке Гильдии, получив разрешение на стажировку. К слову, бумаги выдала Миша. Так и не узнав меня, она лучезарно улыбнулась, пожелав на прощание удачи юным талантам. Встретившись у входа в Вавилонскую башню, мы вошли внутрь, спустились по извилистой подземной лестнице в Лабиринт, и специальная стажировка наконец началась.

Каждый кто спускается в Подземелье в первый раз, чувствует, как отличается здешняя атмосфера от той, что на поверхности. Правда, после постоянных вылазок привыкаешь, но студенты, впервые увидевшие Подземелье - совсем другое дело. Какими бы способными они ни были, неизвестность действует на нервы, поэтому то и дело озираются на пустую дорогу и стены, проверяя, не лезут ли из нее монстры. Наблюдая за товарищами, я поправил громадный рюкзак за спиной.

-Только не лезь на рожон, салага! Твое дело - собирать добычу! - резко прикрикнул на меня Иглин.

-Есть, понял… - удрученно ответил я. После того взрыва маны я чувствовал себя с ним не в своей тарелке.

Третий отряд дружно топал по широкому проходу на 1 этаже Подземелья, не обращая внимания на другие группы.

“Нервничает только Нина, а те трое идут плечом к плечу как ни в чем не бывало. Впечатляюще, что говорить…”

Наша группа шла строем в виде буквы Т: в конце я, в центре - Нина, впереди - трое бойцов... Третий отряд разительно отличался от других студентов, которые держались начеку. Никакого напряжения. То ли нахальства в избытке, то ли просто беспечности, естественно, я бы сказал. Хоть я еще не видел их в бою, эта уверенность в своих силах уже была силой сама по себе.

“Леон-сенсей сказал, что хочет, чтобы я указал Третьему отряду верный путь, но…”

Само собой, мне хотелось оправдать его надежды. Да только получится ли, пока я вынужден скрывать свои способности? Впереди шагал Иглин с молотом за спиной. Реки - мечница с парными клинками на поясе и наконец Крис, который то и дело хватался за меч размером почти с него самого. Нина пользовалась посохом - похоже, целительница. Ну, с целителем в отряде на 1 этаже Подземелья даже группа новичков должна легко справиться. Наверное... Похоже, в нашем отряде я нервничал больше всех.

Миновав длинный коридор, мы свернули несколько раз, и наконец наткнулись на толпу гоблинов и кобольдов.

-Гобб!

-Р-р-р-р-р-р!!!

Все бойцы приготовились сражаться, и тогда вперед выступил Иглин.

-Смотри и учись, салага! Сейчас я покажу тебе, что значит биться по-умному!

-А, есть! Надеюсь на тебя!

Иглин картинно потянулся к молоту за спиной, но, стоило ему сомкнуть пальцы на рукояти, как он преобразился:

-Ур-р-ра-а-а-а-а!!! Сейчас я вам задам, ё-ма-а-а-ать!!! Убью, сволочи!!!

-А-а-а-а?!

Мигом растеряв манеры заправского щеголя, Иглин издал боевой клич, от которого содрогнулись и монстры, и я. Дворф ринулся в атаку в одиночку, со свистом размахивая молотом, вздувшиеся мышцы распирали костюм. Гоблины с кобольдами разлетались на куски с жалобным визгом, но он и не думал униматься, молотя железякой снова, снова и снова!!! Стоп, ты же хотел сражаться по-умному?!

-Ч-что это?!

-Как только Иглин берется за молот, он меняется - со страдальческим видом произнесла Нина.

-Да ладно?! - я невольно вскрикнул.

Гном будто стал воином до мозга костей. К куда только подевались его джентльменские замашки?!

-Силен, Иглин! Но настоящий герой здесь я!

-Я тоже... иду.

Следом, будто не желая уступать Иглину, в бой кинулись Крис и Реки. А дальше началось светопреставление.

-Ва-а-а-а-а?! - пискнул я, будто раздавленная лягушка. И было от чего: передо мной развернулось настоящее побоище.

-Иглин, не забегай вперед! Реки, Крис, тоже не лезьте!

Замыкающая Нина, одновременно выполняющая роль лидера, выкрикивала один приказ за другим, но никто ее не слушал! Иглин в одиночку напал на стаю муравьев-убийц, Реки, будто выискивая новые охотничьи угодья, сигала над его головой. Крис, не желая им уступать, выкрикнул: "Я проложу путь!!" - тоже ринулся в гущу сражения. Всего один тыловик и три бойца на передовой - уже ненормально, так еще строй растянулся так, что указания не доходят, да что ж такое-то?! Какой там групповой бой - каждый из четверых действовал сам по себе!

…

-Ребята, вы ведь и вправду впервые на этом этаже... в Подземелье, так? - ой, чуть не оговорился.

-Угу, впервые... Но даже в Подземелье они ведут себя как обычно...

Нина помрачнела - похоже, подобное случалось и раньше. Сейчас мы на 7 этаже Подземелья. В первый же поход мы зашли так далеко! Пусть это верхние этажи, а ребята все 2 уровня, но чтобы за полдня  спуститься сразу на 7 этаж... Жуть какая!! Соваться в незнакомые места так опрометчиво - у меня мороз по коже!! От их безрассудства я чуть в обморок не упал. Да ни один опытный авантюрист на такое не решится!

-На прошлых полевых исследованиях и боевых заданиях та же история. Все носятся поодиночке, но они такие сильные, что худо-бедно справляются... А потом начинаются всякие накладки. Я-то надеялась, что здесь, в Подземелье, они сплотятся, но...

По изможденному и растерянному лицу Нины было понятно, сколько усилий она приложила, пытаясь исправить ситуацию в8 отряде. Сколько раз с начала похода она тяжко вздыхала… Я вновь перевел взгляд на наших бойцов.

-Прочь с дороги, эльфийка и коротышка! А то раздавлю ненароком!

-Дворф, болван...

-Не дрейфьте, други! Рази враго-о-ов!

Троица умчалась далеко вперед, и их голоса гулким эхом разносились по Лабиринту. Я же застыл посреди прохода, заваленного тушами монстров - они даже камни маны не собрали - и вместе с Ниной лишь растерянно хлопал глазами.

Большую часть дня мы с Ниной были заняты тем, что выслушивали жалобы других студентов и авантюристов за то, что мешаем пройти, извинялись за товарищей и до самого вечера убирали туши. Закончив дела, мы отправились в “Школьный район”, и в студенческом общежитии на жилом ярусе наконец-то отловили Иглина, Реки и Криса. Заняв уголок в столовой, мы принялись выслушивать объяснения уже одетых в домашнее участников отряда.

-Почему нет координации? Да потому что эти дикари вечно под ногами путаются!

-Так и лезут под мой молот, я же из-за них легендарной фамильной реликвией толком помахать не могу!

-Дикарь, мешаешься... туша, огромная, тварей, нормально, не зарубишь.

-Я же великий полурослик, так что должен лупить во главе всех!

...Нехорошо, конечно, говорить, что им не хватает слаженности, но каждый из троицы упрямо стоял на своем, так что у меня тоже голова разболелась. Сходились они разве что в том, чтобы согласно правилам "Школьного района"  ходить в Подземелье в составе отряда. А как завидят монстров, сразу кидаются на них. Доверие, вера и чуткость - этих качеств очень не хватает нашему отряду, чтобы каждый мог положиться на другого.

“...Ну, может, это я загнул…”

Лили и Вельф тоже с характером, но как же здорово у них налажено взаимодействие. Раздоры внутри отряда - обычное дело для авантюристов. У каждого свои причуды, свое мнение и методы. Как привести все к общему знаменателю и наладить командную работу - вечная головная боль авантюристов и помощников. Только сейчас я в полной мере осознал, как повезло в этом плане пастве Гестии.

-Из-за вас мне даже позаниматься некогда! Эй ты, салага! Накатай-ка за меня отчет!

-А?! - я ошарашенно уставился на брошенные мне бумаги.

-Погоди, Иглин! - сердито крикнула Нина. Видимо, даже такую добрячку достало его поведение.

-Этот недотепа только и может, что камни маны с трофеями собирать! Пусть лучше спасибо скажет, что благодаря нам баллы зарабатывает! Вот и пусть старается, коль на что-то сгодился!

Из его слов следовало, что это мне надо благодарить их за то, что позволили остаться в отряде. К сожалению, мне даже сказать было на это нечего, так что я приуныл. Ведь я и впрямь толком не справлялся с обязанностями товарища по команде. Иглин ушел, прежде чем Нина не успела его остановить.

-Я... закончила. Сдашь... за меня, - Реки положила свой отчет поверх бумаг, что мне вручил Иглин.

-А я еще не сделал! Нина, напиши за меня отчет, ну пожалуйста! - вцепился в Нину Крис, целуя носом землю. И откуда только такого нахватался?

Нина, собравшаяся было догнать Реки, задержалась из-за Криса и уныло повесила голову. Худший отряд в истории. Осознав, за что нас так прозвали, я подумал: да уж, нелегкая мне предстоит работа.

-Леон-сенсей, можно?.. А, господин Бальдр?

Едва успев дописать отчет до отбоя, я заверил Нину, что сам отнесу бумаги в учительскую. Однако, к моему удивлению, вместе с Леоном-сенсеем там сидел и пил чай неожиданный гость.

-Давненько не виделись, Рапи. Ну как, привыкаешь к "Школьному району"?

-Ох... новая жизнь дается нелегко, - ответил я с горькой усмешкой. - Хоть и нелегко... зато вокруг столько нового, что голова кругом идет.

Это правда. Учеба выматывала, но узнавать что-то новое было здорово, особенно если тема интересная. Дискуссии с эрудированными учителями, открытие и освоение новых боевых приемов, огромная библиотека и прекрасно оборудованный стадион - "Школьный район" создал благоприятную среду для оттачивания навыков. Для моей небольшой передышки, как называли мы с Эйной это относительно спокойное время, лучше места было не сыскать. И это не говоря о ежедневных сражениях за ограниченный запас особых блюд в столовой! В общем, жизнь в “Школьном округе” сильно отличалась от жизни в пастве, так свежо и захватывающе. Если процитировать госпожу Идунн: "Аохару в чистом виде☆". Выслушав мою откровенную речь, господин Бальдр с улыбкой промолвил: "Вот оно что", - и прикрыл глаза.

-Ах да, Леон-сенсей. Вот отчет...

-Спасибо, Рапи. Я еще просмотрю его подробно, а Иглину передай, чтоб завтра спозаранку ко мне зашел.

- Хорошо, - смущенно пробормотал я.

Разоблачили... Леон-сенсей с первого взгляда раскусил, что отчет писал я.

-Как там Третий отряд? Все-таки первый поход в Подземелье.

-Э-э... Скажем так, у всех и впрямь ве-есьма своеобразный нрав, - осторожно сказал я.

Плечи господина Бальдра затряслись от сдерживаемого смеха.

-...Леон-сенсей, господин Бальдр. А почему вы определили меня в отряд к Нине и остальным? - задал я наконец вопрос, который не давал мне покоя. И тотчас...

-Потому что если они и дальше будут так проходить специальную стажировку, полягут все до единого, - без обиняков ответил Леон-сенсей.

Признаться, я удивился, ведь в этом наши с ним мысли совпадали.

-Все участники третьего отряда кроме Нины раньше состояли в других группах, но и там постоянно создавали проблемы. Поэтому после многочисленных перестановок мы и решили собрать их в одном отряде.

-...В своего рода штрафной батальон?

-По крайней мере, студенты воспринимают их так. Мы-то знаем, что у них есть сильные стороны, только координации катастрофически не хватает, - перебивая друг друга, пояснили господин Бальдр и Леон-сенсей.

Ну еще бы, с их-то характером. Иглин с товарищами не желают подстраиваться друг под друга, но, с другой стороны, действуя каждый сам по себе, они бодро продвигались по Подземелью. Даже по сравнению с авантюристами 2 уровня из разных паств их личная боевая мощь поражает. Правда... как бы сильны они ни были, действуя поодиночке в Подземелье, они рано или поздно распрощаются с жизнью. Та же участь постигла немало авантюристов высокого класса.

-Сами мы не можем сопровождать их, это выглядело бы как особое отношение. Ребятам это не пойдет на пользу, да и кадров сейчас катастрофически не хватает.

Во время специальной стажировки почти все учителя присматривают за учениками в Лабиринте. Но Подземелье так огромно, что их хватило только на ключевые маршруты. Чтобы вовремя отреагировать на непредвиденные ситуации, учителя должны находиться там, где будет легче оказать помощь ученикам, а не прочесывать дальние закоулки. К тому же им надо разрешать конфликты между авантюристами и студентами "Школьного района", которых первые недолюбливают, считая избалованной элитой...

-Расформировать третий отряд - не выход: в какую группу их не определи, они везде будут приносить проблемы. Я хотел по возможности снизить риск обострения дел в Подземелье. И как раз когда я ломал над этим голову... в "Школьном районе" объявился ты, Рапи. Нет, Белл Кранел, авантюрист первого класса.

-!

-В итоге мы с Гермесом заключили сделку:я временно приму тебя на курс, а ты присмотришь за третьим отрядом.

Я ошеломленно выслушал Леона-сенсея. Меня и раньше удивляло, почему при поступлении в “Школьный район” я не платил за учебу. То, что меня сюда приняли лишь по милости господина Бальдра, тяжким грузом лежало на моей совести. Но раз взамен на возможность учиться нужно было просто выполнить поручение, меня все устраивало. Плату я уже принял, и теперь мне остается лишь оправдать ожидания господина Бальдра и остальных учителей.

-Ну как, справишься? Мможешь гарантировать безопасность третьего отряда?

-А, да. Если запахнет жареным, я выложусь по полной и не дам никому умереть, - твердо ответил я.

Пока мы будем на средних этажах, я непременно их уберегу. Услышав мой ответ, Леон-сенсей прищурился.

-Прошу прощения, что снова обращаюсь к тебе с просьбой, но не мог бы ты кое-что еще для меня сделать?

-Что же?

-Трудности не только у Иглина и двух других. Нина тоже переживает непростой период.

Его слова были для меня как снег на голову. У приветливой и всеми любимой Нины, которая всегда готова мне помочь, тоже есть какие-то проблемы?

-Будь добр, помоги ей тоже, пожалуйста.

-...А что за проблема у Нины?

-Я бы предпочел, чтобы она сама с тобой поделилась. Нехорошо, если о ее тревогах расскажу я.

Теперь понятно. Учитель Леон с остальными не думали пускать дело на самотек, просто решили, что Нине должен помочь тот, кто стоит с ней на равных.

-Сейчас она в чувствительном возрасте, к тому же ее терзают сомнения в одном важном вопросе. Если мы, взрослые, бестактно вмешаемся, боюсь, последствия будут плачевны, - пояснил Леон-сенсей..

-А ты, познавший и силу, и слабость, обладаешь тем же взглядом на мир... когда Гермес рассказал о тебе, я так и подумал, - подхватил господин Бальдр.

-Поэтому мы посовещались и решили, что ты сумеешь направить ее и как студент, и как авантюрист.

Слова бога меня смутили, я почесал затылок. Вряд ли я такой выдающийся человек. Но отказывать учителям в их просьбе из ложной скромности тоже не хотел. Нина столько для меня делает, и я просто решил отплатить ей за помощь. К тому же для школьного друга это нормально.

-...Понял. Постараюсь изо всех сил.

-Спасибо, - сказал учитель Леон.

-Премного благодарен, - присоединился к нему господин Бальдр.

Я почесал нос, и мы втроем рассмеялись.

-Вообще-то, можно бы попробовать школьную экскурсию, совместив с отдыхом... Но сама образовательная система "Школьного района" - это, считай, непрерывная экскурсия, так что вряд ли сработает.

-Школьная экскурсия?..

-Небольшое путешествие, во время которого студенты расширяют кругозор и набираются опыта в новой обстановке.

Пока мы болтали, в общежитии почти наступил отбой. В классах “Школьного района” есть такие старосты, дежурные - что-то вроде кандидатов в офицеры у паств. Если попадешься на горячем - живо скрутят. Надо уйти до отбоя, чтобы такого со мной не случилось. Я уже направился к выходу, как меня окликнул Леон-сенсей:

-Рапи, можно напоследок задать тебе один вопрос? Как ты думаешь, где Третий отряд застрянет?

Я обернулся и мысленно сверившись с условиями для зачета на каждом этаже, ответил:

-Думаю, на 12-м.

-Проклятье! - отчаянный голос Иглина перекрыл стаю пищащих виверн.

Сейчас мы находились на 12 этаже Подземелья, окутанном белым туманом. Добравшись до последнего из верхних этажей, наш отряд в очередной раз увяз в безнадежной битве.

-Да прикончите уже этого дракона!

-Нет сил... выдохлась я.

-Даже такому супергерою, как я, с ним не совладать! Простите, други!

Перед троицей наших бойцов, окруженных полчищами виверн, маячил размытый в тумане силуэт дракончика длиной свыше четырех метров.

-Гр-р-р-р-р-р-р-р-р-р-р-р-р!!!

Рык детеныша дракона, этакого босса верхних этажей, равно как его умение использовать части ландшафта как природное оружие, выбили третий отряд из колеи. Длинный, покрытый прочной чешуей хвост хлестнул по толстенным засохшим деревьям, попав по жалобно визжащим вивернам. Троица наших бойцов едва успела отпрыгнуть, уклоняясь от удара, но двигались они недостаточно проворно.

-”Качнется священный цветок, белоснежное дуновение. Вознесите хвалу на холме очищения под песню цветов. Святилище природы!”

Белоснежные лепестки - нет, крупицы белой маны - подхваченные ветром, окутали тела передового отряда. Исцеляющая магия Нины. Размахивая посохом, она изо всех сил старалась поддерживать троицу с тыла, но ее сил явно не хватало. Пусть магия и вернула бойцам крохи бодрости и Иглин с товарищами удалось избежать атаки дракона, было видно, что они сильно устали.

-...Нина, отступаем. В этот раз уже...

-...Угу! - Скривившись, будто от боли, Нина решительно скомандовала: - Все, отходим! Отступаем в зал на юге, как условились! Бегом!

-Чего?! Еще чего, я пока не...! - тут же вскинулся Иглин, но тут же осекся. Он лучше других знал, каково это - сражаться из последних сил в авангарде. Затягивание боя сулило  беду. Если из глубин этого зала набежит новая орда монстров и навалится на нас вместе с драконом...

-Буу-у-у-у-у!!!

-О-о-о, да это же орки! Мерзкие то какие! Прям неохота с ними бодаться!

-...Тактическое отступление. Ничего не попишешь.

Завидев, что на нас, точно четыре стены, надвигаются четыре орка, Крис и Реки пустились наутек. Иглин тоже с руганью припустил за ними.

“Эх, была бы у меня подходящая магия.”

Пока мы убегали от дракона, за нами гнались виверны и орки. Озираясь по сторонам, я прикинул расстояние до них, на ходу роясь в рюкзаке. Потом отстал от Нины и пристроился рядом с замыкающей строй Реки. Надеюсь, все получится.

-Реки, можешь магию подготовить?!

-...На заклинание времени нет.

-Устрой ловушку у того третьего дерева впереди! Идет? - улыбнулся я ей.

Увидев предмет в моей руке, темная эльфийка пробормотала:

-...Ладно, послушаюсь на сей раз.

Ускорив темп, она добежала до третьего дерева, как я и просил, присела на одно колено и начала читать заклинание. Убедившись, что все идет по плану, я оглянулся на монстров и бросил то, что держал в руке... Мешочки с ядовитой пыльцой фиолетовой моли, которые я купил в лавке перед походом в Подземелье. Лили часто ими пользовалась, когда исследовала верхние этажи.

-Кха, кха?!

-Гр-ба-а-а?!

Под воздействием распыленного яда наступление монстров замедлилось. Конечно, окончательно оторваться от них не вышло, но нам удалось выиграть время.

-”Скрытая молния”!.. Готово.

Установив возле дерева магический круг, Реки, касаясь земли рукой, снова рванула с места. Я тоже со всех ног - на пределе сил для 1 уровня - обогнул дерево и припустил за Ниной. И вот когда орки, наседая на виверн, бросились за нами широкими прыжками...

-”Черный Взрыв”, - Реки выкрикнула команду для детонации. Сработала магия взрыва, и мы наконец сбросили монстров с хвоста.

-Гр-р-р-р-р-р-р-р-р-р-р!!!

…

-Черт!

Иглин в гневе швырнул шлем наземь. Раздался громкий металлический лязг, однако никто его не упрекнул. Все, включая Нину, еще тяжело дышали после погони.

-Который это уже раз, четвертый?! Опять провал!

Прошло четыре дня с начала специальной стажировки. Третий отряд трижды штурмовал 11 и 12 этажи, но так и не сразил детеныша дракона, обозначенного "Школьным районом" как условие для зачета. Продвижение на следующий этаж разрешалось лишь после предъявления трофеев от убийства указанных монстров. Третий отряд в первый же день умчался вглубь аж на 7 этажей, зато теперь топтался на месте.

-Кроме вон того профана мы все второго уровня! По данным Гильдии, такого дракона нам завалить раз плюнуть! - с досадой продолжал ругаться Иглин. Несмотря на то, что мы оторвались от монстров, главное дело так и осталось несделанным. - Мы же одними из первых спустились на 12-й этаж кроме после седьмого отряда, так почему...! Какого черта другие отряды нас обставляют!

Причина... проста. Нет слаженности в командной работе. Третий отряд ужасно неэффективен. Хоть мы шли кратчайшим путем по проторенным тропам, 12 этаж оказался куда сложнее, чем рассчитывали мои товарищи.

По пути к цели боев не избежать, а это влечет за собой трату сил. Поэтому третий отряд, где почти все пренебрегают командной работой и полагаются на личные способности, расходует куда больше физических и душевных сил по сравнению с другими группами. В прошлой стычке третий отряд, несмотря на то, что все ребята уже перешли на 2 уровень, не справился с детенышем дракона и прочими монстрами - банально не хватило сил и выносливости.

“И это после того, как на этот раз по предложению Нины мы сперва пополнили припасы по прибытии на 12 этаж и лишь затем ринулись в бой…”

Усталость, конечно, можно снять с помощью магии, а ману пополнить, выпив зелье. Но детеныш дракона - очень редкий монстр, и даже на обширных этажах их водится не более пяти штук. Недаром его считают грозным боссом верхних этажей, где настоящего босса нет. Учитывая еще и конкуренцию между отрядами, завалить дракона будет очень сложно...

Просто наткнуться на него - уже большая удача. Пока отряд прочесывает этаж в поисках дракона, это изматывает его физически и душевно. Поэтому третий отряд докатился до нынешнего состояния.

Начиная с 10 этажа, обстановка в Подземелье резко меняется: врагов становится в разы больше, а в боях приходится участвовать чаще. Да и виверны, окружающие детеныша дракона плотным кольцом, тоже доставляли много хлопот.

“Специальность Нины - лечение и поддержка, так что несмотря на ее 2 уровень, бойцом авангарда она быть не может…”

Без ее помощи передовые бойцы могут даже погибнуть. Эликсиры для восстановления маны уже на исходе, а нам еще возвращаться на поверхность. Да уж, положение - хуже не придумаешь. Если бы задача состояла лишь в покорении 12 этажа, третий отряд, возможно, и справился бы. Но убийство детеныша дракона сильно усложняло наше задание. Опытные авантюристы, возможно, сумели бы компенсировать техникой недостаток сил и ресурсов, но Иглин и остальные в Подземелье только четыре дня, еще совсем новички. С другой стороны, эти новички за те же четыре дня почти покорили верхние этажи, что говорит об их невероятном таланте... Вот только без эффективной стратегии в Подземелье никакой талант не спасет.

Тщательно подбирая выражения, я осторожно обрисовал им эту ситуацию, но услышал в ответ лишь: "Раскомандовался тут, профан!". Прошу прощения...!

-...На сегодня, пожалуй, хватит. Припасы на исходе, продолжать поход опасно, - сказала Нина.

Детеныш дракона попадается и на 11 этаже, но там за его голову идет настоящее сражение - все рвутся выполнить задание. Неудивительно, что после слов Нины ребята, специально спустившиеся на 12 этаж, чтобы убить дракона, едва ли не впали в отчаяние. Не найдя, что возразить, они уже готовы были возвращаться в “Школьный район”, но тут я, мысленно извинившись, решил вмешаться.

-...Нина, извини, но… может, еще раз попробуем?

-А?

-Третий отряд еще способен продолжать.

Я чувствовал, что такой шанс упускать нельзя. Сейчас, когда ребят изрядно помотало, но силы еще есть, третий отряд сможет пересмотреть свою тактику. До сих пор Иглин с товарищами выезжали на грубой силе, поэтому просто не понимают важность командной работы.

И теперь, если им предложить новую стратегию, и они добьются успеха, то непременно извлекут для себя урок. А потом смогут применить этот опыт снова. Как-никак, они же ученики "Школьного района".

“Здесь не обойтись без... знаний и смекалки.”

Именно они выручили нас с Рю, когда мы застряли на глубинных этажах. С помощью разных хитростей мы не только выбрались оттуда живыми, но и я набрался полезного опыта. Если удастся воссоздать ту ситуацию хотя бы отчасти - все получится. "Окажешься припертым к стенке - используй это, чтобы стать сильнее", теперь я уже не мог не думать в подобном ключе. Хотя в Подземелье этот подход может выйти боком, поэтому нужно применять его с осторожностью...

-Для вашего отряда это пока что и не риск вовсе... так что все будет в порядке, - улыбнулся я, глядя на ребят из-под челки, падающей на глаза.

Нина, Иглин, Реки и Крис от удивления впали в ступор. Хотя я и заявил на уроке, что авантюрист не должен рисковать, это явно не тот случай. Каждый из них был силен, проблема была лишь в сплоченности. Если третий отряд решит ее, то сможет продвинуться дальше. Уверен, Леон-сенсей и остальные преподаватели это понимали, потому и не расформировывали отряд.

-Т-ты заявил, что мы можем попробовать еще раз... что ты удумал?! До сих пор у нас вообще ничего не выходило!

-Э-э, ну, я все это время наблюдал за вами, и придумал новую тактику...

В семье Гестии я всегда на передовой, ну разве что иногда меняюсь с Микото в центре построения, поэтому наблюдать с тыла для меня впервые. За время специальной стажировки я подметил немало важных моментов, например: "Эх, такой удачный был момент для атаки". Или: "Сместись они немного туда - Крису бы было легче". А еще: "Что бы я предпринял на передовой в такой ситуации?" Сделав несколько мысленных заметок во время боя, я стал лучше понимать других участников отряда. В семье Гестии я даже в роли тыловика никогда не испытывал ничего подобного, потому что командная работа у нас отлажена до совершенства. А тут, на примере бойцов-новичков, я много чего подметил.

-Вздор! С чего это нам слушаться тебя, профан?! Напортачим тут - и всем крышка! - возмутился Иглин, сжимая молот в руке.

Ну, иного я и не ожидал. Все это время я был пятым колесом в телеге, не внося никакого вклада в командную работу. Конечно, они мне не доверяют и не примут от меня никаких тактических планов. Сам виноват. Будь здесь Лили, она бы, наверно, вздохнула: "Господин Белл, вы еще такой неопытный".

Пока я лихорадочно соображал, как быть...

-Я... не против, - подала наконец голос Реки. - Послушаю... о тактике.

-Ты что... несешь?! - накинулся на нее с упреками Иглин.

-Твой недавний приказ... отступать... был толковым... Лучше... чем окрики гнома, лезущего на рожон… - Реки невозмутимо парировала, скрывая лицо за черной маской.

Иглин поник, а Крис, чей взгляд метался меж нами, вдруг уперся руками в бока и выпятил грудь.

-Я тоже не против! У Рапи ведь пушистые ушки и хвостик! Стало быть, план наверняка будет что надо!

Одно с другим никак не связано, да и уши с хвостом фальшивые, но Крис отчего-то проникся ко мне доверием. Пока я удивлялся, Нина, пристально глядевшая на "Рапи Фламиша", который внезапно проявил инициативу, заулыбалась.

-Я тоже хочу послушать план Рапи.

Трое против одного, не считая меня. Смирившись с исходом голосования, Иглин умолк. Правда, мое предложение он принял не до конца и недовольно пробубнил себе под нос:

-Но если план окажется так себе, слушать тебя не стану!

Да, сложная штука - работа в команде. И тепло вспомнил Лили и Вельфа, ведь благодаря их помощи я и дожил до сегодня. Ладно, раз уж удостоился доверия... нет, веры, остается ответить тем же - так я решил и кивнул, пряча улыбку под длинной челкой.

-Ну так и что нам делать, Рапи?

-Хм, да ничего особенного...

Собравшись в кружок, ребята придвинулись ко мне. А я, как следует обдумав вопрос Нины, привел мысли в порядок. Хоть мы с Лили проделывали такое всего пару раз, но...

-Как насчет небольшой охоты?

"Используйте с умом особенности местности". Это основа тактики, которой я научился на лекциях Эйны. И вот теперь мы с третьим отрядом тоже решили последовать этому принципу.

-Эй, точно прокатит?! - прорычал Иглин.

Стоя в окутанном туманом зале, я проглотил рвущееся с языка "наверное". Я бы с удовольствием присоединился к авангарду, но моя роль - подавать снаряжение, к тому же тыловик 1 уровня не должен лезть на рожон. Остается лишь довериться Нине и остальным. Затаив дыхание, мы принялись ждать добычу, молясь, чтобы все получилось. И небеса вняли нашим молитвам... Издали послышался нарастающий грохот, а почва задрожала, возвещая о приближении огромного существа.

-Гр-р-р-р-р-р-р-р-р-р-р!!!

Точно пробивая стену, явился детеныш дракона. Впереди него неслись полуэльфийка с полуросликом!

-Ребята, сработало!

-Еще бы! В роли наживки я тоже превосходен!

Как они и сказали, Нина с Крисом, взявшие на себя роль приманки, со всех ног бежали к нам. Я попросил их разведать местность из-за расовой особенности Криса. Кроме того, что он отличный боец авангарда, он обладает острым зрением, присущим всем полуросликам. Так что отыскать дракона в тумане, окутывающем весь этаж, ему легче всего.

После попыток Лили украсть "Нож Гестии" я понял: зрение полуросликов действует безотказно даже здесь. А Нина как хороший лидер в случае чего должна была позаботиться о безопасном пути для отступления. Вдвоем они выследили детеныша дракона, от которого мы убежали раньше, и заманили его сюда. Конечно, за драконом увязались орки, виверны и прочие монстры, но теперь мы не сдрейфили. Конечно, в открытом бою мы вряд ли выдержим их напор, однако...

-"Скрытая молния"!

-Гр-р-р-р-р-р-р?!

Повсюду в зале были расставлены магические мины Реки. Пока Крис с Ниной отвлекали монстров, мы сделали столько ловушек, сколько могли. Орки и виверны, едва коснувшись невидимых магических кругов, разлетались в клочья под грохот черных вспышек. Детеныша дракона ими, правда, прикончить не удалось, но левую переднюю лапу ему оторвало. В нужный момент Нина с Крисом ринулись в разные стороны от прохода, отступая в безопасные зоны зала. Благодаря нашей подготовке мы превратили зал в территорию, которую мы можем использовать с выгодой для себя.

-Ур-ра-а-а-а!!!

-Гр-ра-а-а-а-а-а-а-а?!

Монстров, что избежали мин, с остервенением крушил Иглин, а детеныш дракона, попытавшись призвать рыком сородичей, так никого и не дождался. Разрушенные стены начали восстанавливаться, так что новые враги не прибывали. По этой причине я и остался в этом зале: пока Реки закладывала мины, мы с Иглином крушили стены Лабиринта. Теперь зал превратился в огромное минное поле, став нашими охотничьими угодьями. А нам как заправским охотникам оставалось только приманивать врагов и убивать их из засады. Поодиночке мы ничего не могли сделать, но стоило ребятам научиться работать в команде, и их возможности сразу возросли.

“Все же опыт - великое дело.”

Для этой тактики я использовал все, чему научился как авантюрист первого класса. Пускай ментор из меня не такой хороший, как Айз и остальные, это мне вполне по силам:

-Окружай, окружай его-о-о-о!!!

Наконец все монстры кроме дракона были убиты. Среди клубов тумана и пороховой гари, создававших в зале фантастическую, почти потустороннюю атмосферу, третий отряд окружил израненного детеныша дракона и загнал его в угол. И тогда...

-Получа-а-а-а-а-а-ай!!!

Воспользовавшись тем, что дракон отвлекся на Нину и остальных, Иглин, оттолкнувшись от засохшего дерева, взмыл ввысь, целясь по моей подсказке молотом в спину дракона…

-Гр-ра?!

…и нанёс сокрушительный удар, пробив его чешую и позвоночник, как раз там, где находился магический камень. Запрокинув голову и выгнув туловище, детеныш дракона издал предсмертный вопль и рассыпался облаком праха. Ну же...!!! Мы с Ниной неотрывно смотрели на него, надеясь, чтобы наши молитвы были услышаны...

Дзынь! Острый клык детеныша дракона выкатился на землю.

-Е-есть!!! Трофей от дракона!!! Наконец-то!!! - вскинув руки, ликующе закричал Крис.

-Смогли-и-и-и-и-и-и-и!!! - не отставал от него Иглин.

Реки стянула маску, являя миру лучезарную улыбку. А затем ко мне, застывшему на месте, подлетела Нина.

-Рапи, это было потрясающе! План сработал идеально!

-А, да, здорово... ой, Нина, прости, что втянул тебя в такую передрягу.

-Ничего! Все хорошо, мы победили!

Я впервые видел Нину в таком восторге: она сжимала мои руки и без конца их встряхивала. Я застенчиво улыбнулся, а тут и Иглин с товарищами, прижимая к груди клык детеныша дракона, подошли к нам.

-Профан!.. Нет, Рапи! А ты молодец!

-Да ну, просто все постарались на славу, я тут ни при чем...

-К чему ложная скромность! Да ты, поди, все про Подземелье знаешь наизусть! Все твои советы прям в точку! Потому ты и поступил к нам, да?! Признавайся! - громко сказал Иглин и весело хлопнул меня по спине с такой силой, что я невольно поморщился.

-А? А-ха-ха-ха...

Я ведь и впрямь авантюрист, так что он попал в яблочко.

-Рапи, ну и везучий ты кролик! С этого дня будешь моим талисманом на удачу!

-В-вот как? Спасибо.

-Урра-а-а-а-а!!!

-У-урра-а-а-а?

Крис и Реки тоже так и лучились от радости. Глядя на ребят, чуть не прыгающих от радости, я торжественно сказал:

-Огромное вам спасибо, господа Иглин, Реки, Крис! Спасибо, что поверили в меня...

-Просто Иглин, идет?

-А?

-Зови меня Иглин! И давай без формальностей!

-Я тоже! Можешь звать меня по имени! С этого дня ты - мой закадычный дружбан и по совместительству оруженосец!

-Зови меня... по имени.

Смотря на улыбающихся Иглина и остальных, я невольно и сам улыбнулся. Одна победа - а мы стали куда ближе друг другу. Ничто так не объединяет, как успех, который вы делите вместе с товарищами. Даже пережитые тяготы пошли впрок, ведь после них победа была еще слаще. В этом и есть прелесть командного боя в Подземелье. Я и сам чувствовал невероятный душевный подъем: вот уж не думал, что возвращение к истокам может доставить столько радости. А теперь надо бы закрепить достигнутый результат.

-...Нина.

-...М? - поняв, что я от нее хочу, она кивнула и, подойдя к остальным произнесла с серьезным видом, - Ребята, послушайте. Я считаю, что эта тактика лучше всего подходит для боя в Подземелье. Если мы не будем действовать заодно, дальше не продвинемся.

Иглин с товарищами, раньше пропускавшие ее слова мимо ушей, теперь внимательно смотрели на нее и внимали каждому слову.

-Поэтому я надеюсь, что мы и дальше будем работать сообща, чтобы нас больше не называли худшим отрядом. ...Согласны?

И в ответ послышалось: "...Ладно", - все еще не слишком охотно.

-Ради моей мечты, да и без баллов будет тяжеловато. ...в общем, я тебе помогу.

-Я только за! Действовать так гораздо эффективнее, чем в одиночку! Надо бы повторить!

-Дворфы и полурослики такие простодушные... ну хорошо, я не против.

Услышав их ответы, я с облегчением вздохнул, а Нина, похоже, растрогалась до слез.

Мы аккуратно погрузили добытый трофей в мой рюкзак и покинули Лабиринт. На поверхности уже наступил вечер и солнце клонилось к закату. Под влиянием чувства свершения лучи заходящего солнца казались мягкими и удивительно теплыми. Сияющий улыбками Третий отряд направился не прямиком в "Школьный район", а к Главному зданию Гильдии.л

-...Эм, может, не надо? Обменять магические камни можно и в Вавилонской башне...

-Сегодня знаменательный день, когда мы покорили верхние этажи! Как можно сдавать трофеи в крохотном обменнике?! В главном здании Гильдии и покрасоваться можно вволю! - Иглин откинул свой боевой молот за спину, вновь превратившись в достопочтенного джентльмена. Я от его слов невольно скривился, а Нина почему-то помрачнела.

-Но ведь...

-Нина, разве не ты призывала нас действовать согласованно? Вот и веди себя соответственно!

Нина, не найдя, что возразить на слова Иглина и Криса, умолкла. А я мне все равно до и после каждой нашей вылазки в Подземелье проверял сведения на доске объявлений Гильдии, так что согласился... Хоть и опасался встретить знакомых. Но почему Нина не хочет заходить в Гильдию? Странно…

Впрочем, причина прояснилась очень скоро. Добравшись до главного здания Гильдии, мы без проблем обменяли добычу в углу холла, и тут...

-...Нина, это ты?

-!

Когда Нина уже направилась к выходу, ее окликнула никто иная как Эйна.

-...Ты ведь Нина, да? Это я, Эйна! Помнишь меня?!

Девушки с одинаковыми изумрудно-зелеными глазами встретились взглядами. Нина на мгновение застыла, а затем отврнулась и снова пошла к выходу.

-П-постой, Нина!

Нина сбросила руку Эйны и выбежала наружу. Вместе с Иглином и остальными я оторопело переводил взгляд с расстроенной Эйны на удаляющуюся спину Нины и, скрепя сердце, рванул вслед за одноклассницей, что вела себя явно странно.

-Нина, постой! Что случилось?!

-Ха... ха...

Я мчался по вечерним улицам, лавируя в людском потоке, и едва поспевал за ней. Наконец, на Центральной площади Нина остановилась, и я подбежал к ней. В северо-западной части площади полуэльфийка, прижав руки к груди, застыла перед фонтаном.

-...Прости, ничего особенного.

-Но... но ведь...

-Правда, все в порядке... просто я почувствовала себя такой ничтожной… - потупившись, произнесла Нина, и на ее лице промелькнуло выражение, какого я еще не видел. Глядя на ее профиль, озаренный багрянцем, я не посмел ни расспрашивать дальше, ни утешить ее.

-...Я пойду в "Школьный район". ...Извини, Рапи.

С этими словами Нина свернула на юго-западный проспект, ведущий в портовый город, и затерялась в толпе. А я остался на площади, притягивая внимание прохожих, которые глазели на ученика "Школьного района" в приметной красно-белой форме, и с недоумением переводил взгляд с проспекта, куда ушла Нина, на Гильдию и обратно.

-...Может, я и лезу не в свое дело, но...

Они точно сестры, и обе столько для меня сделали. Потому я принял решение. Развернувшись, я понуро поплелся обратно, и, сказав, что у меня срочное дело, попросил Иглина присмотреть за моим рюкзаком и прочими вещами.

-Ха-а...

Небо уже усыпали звезды, когда я увидел Эйну, которая со вздохом вышла через черный ход главного здания гильдии, и окликнул ее:

-Эйна.

-А?.. Б-белл?! - Эйна удивленно посмотрела на меня.

Я почувствовал укол вины из-за того, что напугал ее. Парика на мне уже не было. Я снял и униформу "Школьного района", запихав ее в заранее припасенную сумку. Расставшись с Иглином и остальными, я тайком прокрался в переулок на северо-западной улице авантюристов. Убедившись, что вокруг никого, я спустился в подземную лавку “Тайное пристанище ведьмы”. Ту самую лавку волшебницы, где я укрывался во время боев в квартале развлечений и моего побега на свидание с Сир. Если пойдут слухи, что ученик "Школьного района" наведывается в штаб-квартиру семьи Гестии, жди беды... Поразмыслив, я решил, что хозяйка лавки госпожа Ленор - женщина надежная и не станет любопытствовать из-за моего наряда. Так и вышло: она просто впустила меня со словами: "Опять ты".

Извиняясь, я раз за разом кланялся, затем купил одежду на монеты, полученные от Иглина, и переоделся. Из лавки вышел уже не ученик Рапи, а авантюрист Белл, и сразу направился прямо в главное здание Гильдии.

-К-как ты здесь очутился? Еще и в таком красивом наряде? Обычно ты такое не носишь...

-А, а-ха-ха...

Меня немного смутило, что наспех купленную одежду сочли щегольской, но я решил перейти сразу к делу.

-Видите ли, на закате я был в Гильдии и увидел вас... с девушкой, очень на вас похожей… - виновато сказал я.

Лицо Эйны тотчас омрачилось, что лишь усугубило мое чувство вины.

-В общем, я забеспокоился... и прождал, пока вы освободитесь... Подумал, может, расскажете мне, почему... вот.

Я прекрасно понимал, что лезу не в свое дело, но не мог оставить все как есть. Ни в отношении Нины, ни Эйны. Эйна выглядела растерянной, но наконец подняла взгляд и слегка кивнула.

-Ту девушку зовут Нина... это моя младшая сестра.

…

Если авантюриста увидят вместе с одетым по форме работником Гильдии в общественном заведении , могут пойти неприятные слухи. Поэтому мы сперва зашли к Эйне домой. После того, как она переоделась, мы отправились в приличный ресторан в северной части города. Не в таверну с деревянными ставнями для авантюристов, а в заведение с роскошными большими окнами из стекла: сам вид ее говорил о том, что здесь могут со вкусом пообедать люди высшего сословия. Сделав заказ, Эйна не спеша начала свой рассказ:

-Мы с Ниной родились с разницей в шесть лет... Но, по правде сказать, я почти не помню ее.

-А?.. Н-но почему? Даже если она младше вас на 6 лет, не может быть, чтобы не было совсем никаких воспоминаний?.. - возразил я.

-Сразу после ее рождения я уехала в "Школьный район".

-!

-У нашей мамы всегда было слабое здоровье. Без лекарств она не могла обойтись, отец работал в поте лица, но... Я тогда была совсем маленькой, но все думала, как помочь родителям. Вообще, я хотела просто найти работу и зарабатывать деньги, но мать настояла, чтобы я хотя бы отучилась в "Школьном районе"...

Услышал историю Эйны, я был поражен. Ведь она поступила в "Школьный район" всего в шесть лет. Едва Нина появилась на свет, Эйна уже шагала по пути наук и знаний в одиночку. По завершении учебы она устроилась в Гильдию из-за хорошего жалованья - чтобы, как смущенно призналась она, посылать деньги родителям.

-Я даже не могла навещать родных, Нина, наверное, и не помнит меня. Она, конечно, знает, что у нее есть старшая сестра, но, нверное, я для нее чужая.

-Д-да быть такого не может...!

-...Может, это звучит странно, но мы и впрямь как неродные. Я и сама едва-едва помню Нину еще младенцем... а когда я наконец смогла приехать домой, Нина уже училась в "Школьном районе".

Я с изумлением слушал рассказ Эйны о том, как они с сестрой оказались разлучены и временем, и пространством. Нина, судя по всему, поступила в "Школьный район" с той же целью, что и Эйна. Желая помочь родным, она рассталась с ними. В Нижнем мире такое случается сплошь и рядом, но у меня невольно защемило сердце.

-Я ведь и письма писала. Не только матери, но и Нине в "Школьный район": “Ты, наверное, удивишься, но я твоя старшая сестра, если что - пиши”. Когда пришел ответ, было много ошибок, но я так обрадовалась...

Тут Эйна, все это время грустно улыбавшаяся, вдруг помрачнела.

-Но потом... в какой-то момент письма перестали приходить... И я думала... может, она так занята, может, ей не хочется писать, а может... может, она возненавидела меня за то, что я называю себя старшей сестрой, хотя мы ни разу не виделись и я для нее ничего не сделала... Поэтому я и сама перестала писать ей, - с горечью призналась Эйна. - Мать с отцом убеждали меня, что это не так, что Нина очень дорожит мной, но... я очень боялась. Когда в этом году из "Школьного района" вернулись ученики... я не смогла от души порадоваться. Нет, если честно, я даже испугалась. Ведь Нина была на том корабле.

...Ах вот оно что. Когда речь заходила о "Школьном районе" или о портовом городе, я замечал, как лицо Эйны омрачается. Оказывается, она тогда думала о Нине.

-...Так что когда я увидела ее сегодня, для нас это была скорее первая встреча, а не воссоединение сестер.

-Э?.. Н-но ведь ты сразу поняла, что это Нина... твоя сестра? И сама окликнула ее...

-Ну конечно, узнала. Она ведь была в униформе "Школьного района"... и так похожа на маму.

При этих словах Эйна слегка улыбнулась. Хоть она и говорит, что Нина - копия матери... по-моему, про них с Эйной можно сказать то же самое. Сразу видно - настоящие сестры.

-Но Нина будто бы не хотела меня видеть...

-...!

-Она ведь сбежала сразу... значит правда ненавидит меня, - пересиливая себя, попыталась отшутиться Эйна.

Что ж, теперь мне хотя бы понятно, что между ними происходит. Хотя Нину, по словам Леона-сансея, тоже что-то тревожит. Может, дело как раз в отношениях с Эйной? Леон-сенсей советовал мне самому все разузнать у нее... Но можно ли спросить ее в лоб? Настаивать на том, чтобы она поделилась сокровенным, точно не стоит. Мне почему-то кажется... что переживания Нины куда запутаннее, чем у Эйны. Да и вправе ли я лезть в отношения сестер? Сначала нужно самому как следует все обдумать. Но так или иначе, сейчас...

-Я думаю, что ваша сестра... нет, я точно знаю, что она вас не ненавидит.

-А?

-При взгляде на вас нее было очень измученное лицо, но на ненавистного человека так не смотрят, - твердо сказал я, глядя в изумрудно-зеленые глаза Эйны, так напоминавшие сестрины.

Я ясно помнил тот момент: как Нина застыла при виде Эйны, будто громом пораженная, какое у нее было выражение на лице, озаренном закатными лучами, когда она выбежала наружу. Это было что угодно, только не ненависть.

Эйна застыла, потом ее глаза увлажнились, но теперь в них не было тоски, а на губах заиграла улыбка.

-Спасибо, Белл…

-А, нет, не стоит благодарности... Это мне стоит извиниться за то, что лезу не в свое дело... - спохватился я, но Эйна лишь покачала головой.

-Нет-нет, все в порядке. Я... очень рада,  - с мягкой улыбкой сказала она, а ее щеки порозовели.

Какая же она красивая… Смутившись, я неловко улыбнулся в ответ, и Эйна прикрыла рот ладонью, тихонько рассмеявшись.

Будто  чтобы подчеркнуть трогательный момент, к нам подошел официант и подлил Эйне в бокал янтарного вина. Я как ученик из "Школьного района" не стал налегать на алкоголь и пил сок. Поблагодарив официанта, мы одновременно подняли бокалы, но едва наши губы коснулись стекла...

БАМ! Кто-то ударил в окно, рядом с которым был расположен наш столик... Повернувшись на звук, я увидел Гестию и Лили, прижавшихся лбами к стеклу, которые беззвучно звали меня по имени.

-Ва-а-а-а-а-а-а-а?!

-Кья-я-я-я-я-я-я-я-я?!

Мы с Эйной вскрикнули и от удивления чуть не свалились со стульев. Приглядевшись, я увидел, что позади Гестии и Лили стоят Вельф, Микото, Харухиме, Рю - в общем, вся семья Гестии в полном составе, отчего я мысленно возопил: "Почему?!" Пока мы с Эйной судорожно озирались, Гестия с Лили перестали колошматить в окно, быстро направились ко входу ресторана и, не слушая причитаний официанта, ворвались внутрь!

-Чем это ты тут за-ни-ма-ешь-ся, Белл?!

-В-Всевышняя?! Как вы здесь оказались?!

-Не отвечайте вопросом на вопрос, господин Белл! Разве вы не должны быть в "Школьном районе"?!

-Л-лили, все не так, я просто ненадолго выбрался повидать Эйну по делу...! - задрожав от их давления, начал оправдываться я. Да что я такого сделал?!

И тут... брови Гестии и Лили взмыли ввысь.

-Ври больше! - в гневе закричали они так, что я аж съежился.-Вырядилась, значит, чтобы соблазнить Белла, да, советница?!

-Н-ничего я не соблазняла, госпожа Гестия! Я переоделась, потому что форма Гильдии не к месту, только и всего...!

-Врешь! Да у тебя взгляд с поволокой, как у настоящей искусительницы! Небось мечтаешь затащить в свое логово чистого и невинного господина Белла! Лили тебя насквозь видит!

-Ничего подобного, Лили!!

Девушки набросились на покрасневшую Эйну, а я окончательно растерялся. Умоляю, кто-нибудь, объясните, что происходит?!

-Видите ли, господин Белл, на самом деле... хмурая леди Хьерн передала в поместье послание от леди Сир... - смущенно начала Микото, вошедшая следом за Гестией с Лили. - В нем говорилось, что господин Хедин увидел вас с какой-то подозрительной особой, и с этим требовалось немедленно разобраться. Он даже карту приложил.

-Что?!

-Поскольку господин Хедин отказался заниматься этим и защищать вас, господин Белл, то госпожа Гестия с остальными решили действовать сами...

-За мной следил Мастер?! Как ему удалось?! Я совсем не чувствовал, что за мной наблюдают! Откуда Хедин знает, как не спугнуть кролика?! В "Школьный район" проникнуть невозможно, значит... я был под наблюдением, пока гулял по городу?! Чем вообще Сир занимается?!

-Ту ненормальную скрутила и вырубила хозяйка таверны. И хорошо, а то она как одержимая попыталась пробраться на кухню за ножом... - устало продолжил слегка помятый Вельф.

Его слова повергли меня в доселе неведомый шок. Представив разъяренную Хьорн, я почувствовал, как у меня холодеют руки и ноги, а кровь отливает от лица! Она что, реально хотела меня прикончить?! Эйна продолжала громко препираться с Гестией, а Харухиме, которая казалась самой нормальной из всех, беспомощно озиралась по сторонам, бормоча "ой-ой-ой". Даже Рю была пугающе молчалива и лишь прожигала меня взглядом!! И тут Гестия принялась за меня:

-Белл, ты там часом не бегаешь по девкам, пока не дома?

-Нет, нет же! Я прилежно учусь!!

-А правда ли это, господин Белл?! Может быть, господин Гермес и впрямь плохо повлиял на господина Белла!

-Да поверь ты мне, Лили!

-И вообще, Белл, ты так и не ответил на мое признание.

-А-а-а-а-а-а-а-а-а?! - взвыл я. Рю, ну почему именно сейча-а-а-а-а-а-а-а-ас?!

-Чево-о-о-о-о-о?!

-Б-белл, это правда?! Она призналась тебе в любви... а, точно, припоминаю, на Военных играх вы и впрямь о чем-то таком говорили...

-Ага, я помню, это еще транслировалось на весь Орарио через "Зеркало богов"... Ой, леди Рю?! Почему вы упали на колени?!

-У нее лицо стало как спелая клубника!

-На глазах у всего города... на весь мир... признание... все слышали... позор на века... Алиса, спаси...

-Вот дура, подлила масла в огонь, а теперь сама сгорает со стыда?!

-Белл, ты мне все сейчас объясни-и-и-и-и-ишь!!

-Из-ло-жи-те! По-дроб-но! А иначе Лили вас не отпустит, господин Белл! И вообще, сейчас же  возвращайтесь домой!!

-Прости, Белл... надо было тебя остановить... прости, я кретин...

Эйна, которая уже тянулась ко мне, но, видать, кое-что припомнила и застыла на месте; Микото, в шоке смотревшая на грохнувшуюся на пол Рю; Харухиме, сама не своя от пунцовых щек Рю, будто та вот-вот вспыхнет; Рю, от нахлынувшего стыда закрывшая лицо руками; гневный окрик Вельфа; вопли Гестии и Лили. А под конец мне послышались извинения лорда Хедина. Я в полной растерянности от творящегося хаоса, был на грани от того, чтобы не упасть в обморок, закатив глаза.

В общем, мы доставили немало хлопот ресторану и, несколько раз извинившись перед персоналом, пообещали больше там не появляться.

Когда я в растрепанных чувствах вернулся в "Школьный район", была уже глубокая ночь, почти раннее утро. Обычно в это время разводной трап, соединяющий пропускной пункт с причалом, уже убран, но сейчас он все еще был на месте. Возле него меня ждала встревоженная Нина.

-Рапи!

Она подбежала ко мне, а я, уже надевший парик и униформу в лавке госпожи Ленор, постарался принять бодрый вид и выдавил из себя кривую улыбку.

-Где ты пропадал?! Ушел и не возвращаешься! Я так волновалась!

-Прости, правда... В Орарио столько всего случилось...

-...Из-за меня? Я доставила тебе неприятности - встревоженная Нина тут же сникла.

-Н-нет, нет же! Дело совсем не в тебе! Ты ни в чем не виновата, Нина!

Я сам решил сходить к Эйне. Если уж кто заслуживал упреков, то я, решивший устроить нечто вроде тайной слежки. Ну а потом я задержался из-за переполоха, устроенного Гестией и остальными, но опять же по моей вине...! В общем, я хотел сказать, что ей совершенно не в чем себя винить, но Нина будто что-то почуяла и пробормотала:

-...Ну и врун. - В ее голосе слышалась обида и упрек, почему-то смешанный с радостью. -...Я тоже доставила хлопот и тебе, и остальным, так что мы квиты.

-Н-ну, я бы так не сказал, но... если ты так считаешь, ладно, - Почесав затылок, честно ответил я.

Теперь Нина рассмеялась уже по-настоящему. Увидев ее улыбку, я наконец успокоился.

-Пойдем в общежитие? Завтра нет спецстажировки, но тренировка будет.

-Насчет этого... Нина, можно мне завтра сходить на практику в одну паству?

После случившегося в ресторане Гестия строго наказала мне явиться домой. В "Школьном районе" каждый ученик может подать заявку на практику в одной из паств в Орарио. Достаточно предоставить учителям убедительную причину - и разрешение в кармане. А после можно отправляться в любое время. Говорят, многие ученики уже побывали на практике до рекрутского набора. Мне было неловко пропускать тренировку с третьим отрядом, но в этом не должно быть ничего странного. Однако в ответ на мою просьбу лицо Нины исказилось.

-Р-рапи... ты уже решил, куда пойдешь дальше?

-А? А, ну, в целом думал стать авантюристом, так что примерно представляю направление… - поспешно вспомнил я придуманную Леоном-сенсеем легенду. Надеюсь, дальнейших расспросов не будет…

Опустив глаза, Нина горько прошептала:

-Вот как...

-...Нина?

-...! П-прости. Пойду попрошу их запустить подъемник! А потом вместе пойдем выслушивать нотации от старосты Алисы! - пытаясь выдавить из себя улыбку, Нина громко зашагала по трапу.

Доносился отдаленный плеск волн - это необъятное море билось о Великое пресноводное озеро. Нина прошла дальше в пропускной пункт, а я лишь молча смотрел ей вслед.

-М-м-м, эх, молодость!

-...Леди Идунн?

-И сладость, и горечь - все это останется с тобой на всю жизнь! А ну, вместе со мной: Ао-ха-ру☆! - сияя, златовласая богиня выпорхнула из-за трапа.

-А-аохару?.. - Я поднял руку к ночному небу и повторил ее жест.

Должно быть, она хлопотала за нас с директором Бальдром, а потом и трап опустила. Я от души поблагодарил богиню за доброту, гадая про себя, что же такое это "юношеское аохару". А потом принялся за объяснительную...

-Атака с фланга! Держитесь! - резко скомандовала Лили.

В покрытом древесной корой лабиринте отовсюду слышалось хлопанье крыльев, и вся семья, преисполненная боевого духа, развернулась в указанном направлении.

-Снайперских стрекоз беру на себя. Вельф, будь добр, займись шершнями-убийцами!

-Есть!

Решив разделить задачи авангарда, я как боец с дальнобойной атакой, занялся снайперскими стрекозами, а Вельф под эффектом повышения уровня от Харухиме ринулся на появившихся гигантских ос. Сейчас я был одет как заправский авантюрист: "Шарф Голиафа" и новые "Кроличьи латы" от Вельфа. Форма "Школьного района", конечно, хороша, но в этом облачении я чувствовал себя привычнее. Ощущая, как по телу струится сила 5 уровня, я дал ей волю. Не тратя времени на “Огненную стрелу”, я мигом настиг стрекоз и, ударив по круговой, за ра располовинил всю стаю. Рискни я раньше так ворваться во вражеский тыл, подверг бы опасности Лили с Харухиме, но теперь...

-Харухиме, пригнись.

-Д-да! - выполнила команду Харухиме, и Рю метнула один из двух своих кинжалов в покрытую корой стену.

…У нас появился "несокрушимый центр" - леди Рю! Когда стая бешеных жуков напала сбоку, она вихрем пронеслась перед ними, и, одним легким взмахом своего нового клинка - "Элвис Юстиции" - с грохотом превратила жуков в облака праха. Завязалась свалка. Пока я глазел по сторонам, Рю убивала жуков, целясь точно в магические камни, чтобы не допустить их поглощения другими монстрами и появления улучшенных видов. Мне лишь оставалось в шоке наблюдать за точностью и мастерством, с каким она их крушила, демонстрируя мощь 6-го уровня. Когда Харухиме пригнулась после окрика Рю, эльфийка метнула один из двух кинжалов. Он просвистел над Харухиме и воткнулся в пустую стену, покрытую корой. Промах?.. Но тут древесная кора треснула, и из стены вывалился монстр, в груди которого торчал кинжал.

-Кьяу-кха?!

Ящер, издохший в миг своего рождения, явил истинную "жизнь и смерть". Как лучше всего разделаться с монстрами в Подземелье? Однажды мы обсуждали этот вопрос дома и подметающая в тот момент холл леди Рю невозмутимо заявила:

-Покончить с ними, когда они появляются из стены. Или даже чуть раньше.

Вот так. И впрямь, тогда монстры ничего не успеют сделать. Однако засечь зарождающихся в стене лабиринта монстров с такой точностью - уму непостижимо. По крайней мере, нам такое не по зубам. Пожалуй, лишь Микото с ее "Черным вороном" худо-бедно справится. Но интуиция Рю по точности ничуть не уступает этому навыку. Она действительно сильнейшая в семье Гестии!

“Благодаря леди Рю наш строй теперь почти ничто не может нарушить!”

Теперь она могла пресекать атаки и удары с флангов и защищать находившихся в тылу Лили и Харухиме. Безупречная оборона вкупе с резко возросшей атакующей мощью. Авангард безо всяких опасений мог сосредоточиться на монстрах спереди, отчего пробивная сила отряда сильно возросла. Я с благодарностью взглянул на леди Рю, но она тут же потупилась. Даже за маской было видно, как вспыхнули ее щеки и покраснели даже кончики ушей. Я и сам изнывал от стыда и слегка кружащейся головы.

22 этаж, Лабиринт гигантских деревьев. Как я и предполагал, заявку на практику одобрили, так что я из Рапи вновь стал Беллом, вернулся в "Поместье Очага", где всевышняя Гестия, поджидавшая меня с утра пораньше, учинила подробный допрос. Вместе с леди Рю мы сидели на коленях. Мы вдвоем краснели, пока, судорожно отвечая на вопросы, не запутавшись. Наконец богиня сказала: "О-ох, ладно, продолжим вечером!", после чего ушла на подработку. И правда, нехорошо получилось с признанием от Рю. Надо решиться и дать ей ответ... В общем, оставшийся день был полностью свободен и, раз уж выпала такая возможность, я отправился с ребятами исследовать Подземелье и заодно посмотреть, как Лили и другие улучшили работу в команде. Не прошло и четырех месяцев с тех пор, как мы впервые ступили на этот этаж, но теперь семья Гестии может спокойно спускаться на 20-й и ниже.

-Господин Белл, леди Рю! Не отвлекайтесь во время боя! Хватит глазеть друг на друга как школьники с юношеской аохару! - сурово пресекла Лили наш с Рю обмен взглядами.

-П-простите!

-Виновата!

Аохару что, в моде? От смущения я чуть не разрыдался, но тут подоспела новая волна монстров.

-...?

Тут, сам того не желая, я глянул за спину.

-Эй, Белл, ты куда смотришь?! - окликнул меня Вельф.

-...Господин Белл? - Микото с недоумением нахмурилась.

Кажется, даже леди Рю, отбивавшая нападение с фланга, покосилась на меня. Извинившись, я с Вельфом ринулся монстров спереди. Одним ударом располовинил оленеподобного рогатого мечника, а потом вместе с Вельфом сокрушил стоящего поодаль массивного глупого мамонта, благополучно завершив бой. Пока остальные переводили дух, а с Лили собирала магические камни и трофеи, я обратился к Микото:

-...Кстати, Микото. Можно кое-что сказать? - спросил я, набирая воды во флягу.

-Что такое, господин Белл?

-После боя я подумал, что, раз уж леди Рю заняла позицию бойца в центре, может, тебе стоит присоединиться к нам в авангарде, - поделился я пришедшей в голову идеей. Мне показалось, что так мы улучшим наше построение.

-Конечно, и нынешнее построение удачное, но если ты, Микото, выйдешь вперед, я смогу продвинуться дальше и перетянуть все внимание врагов спереди на себя. Тогда сражаться станет еще безопаснее... как-то так.

-Понимаю, и правда... Прошу прощения, я не додумалась.

-А, нет-нет, я же не в укор тебе...! Это мне стоит извиниться, что полез со своими предложениями!

До вступления в отряд леди Рю именно Микото была нашим бойцом-универсалом и защищала Лили и Харухиме, предсказывая приближение монстров с помощью "Глаза черного ворона". Что, если я обидел, перечеркнув ее работу, когда она так часто жертвовала собой... В такие моменты я как никогда хорошо осознавал, что не гожусь на роль лидера, но... Лили глядела на меня с явным удивлением.

-Лили? В чем дело?

-...Нет, ничего, просто Лили собиралась сказать то же самое, что и господин Белл, вот и удивилась  слегка...

-Э?! П-прошу прощения!

-Да ничего страшного. К тому же я хотела только предложить Микото перейти в авангард, а о том, чтобы господин Белл перетягивал на себя внимание врагов - нет - Лили окинула меня взглядом с головы до ног. - Господин Белл... Такое чувство, что вы поумнели.

-...?

Ее неожиданные слова застали меня врасплох, я ошеломленно заморгал.

-И госпожа тоже так подумала. Господин Белл сегодня кажется на удивление сообразительным...

-С-сообразительным?..

-Ха-ха, вот что значит стать авантюристом первого класса.

-Н-неужели?..

Я с сомнением обдумал слова Харухиме и Вельфа. Неужели с поднятием уровня и голова лучше работать начинает…? Может, это и правда так... Пока я размышлял, склонив голову на бок, Рю, наблюдавшая за нами чуть поодаль, заметила:

-Твой кругозор расширился.

Услышав ее бесстрастный звонкий голос, все повернулись к ней.

-Белл, твой личный кругозор уже почти сформирован. Помнишь то чувство, когда мы вдвоем провалились на глубинные этажи, и ты научился заманивать врагов и отражать атаки из слепых зон? Это тот же случай.

-...Не то чтобы я себя переоцениваю, но раз уж вы так говорите, наверное, это правда. Уроки Айз и твои объединились, и наблюдательность улучшилась. Если это и есть кругозор, о котором вы говорите, то я и впрямь заполучил новое оружие. Думаю, крещение Альфрика на “Поле битвы” помогло отточить чутье, и теперь я могу почувствовать угрозу даже из слепых зон.

Рю продолжила:

-А теперь ты научился использовать знания из этой базы не только для себя, но и для всего отряда.

-То есть теперь он может оценивать обстановку с позиции в тылу? - уточнила Микото.

-П-погодите, но тогда зачем нужна я как координатор?! - запаниковала Лили.

-Не волнуйся, Лилирука. Твое руководство и его интуиция - разные вещи, - объяснила как самая опытная Рю. - Говоря точнее, это тактическое зрение.

-Тактическое зрение?..

-Такой координатор, как Лилирука, оценивает обстановку на поле боя в целом, направляя весь отряд, а Белл, исходя из ситуации, выбирает то, что выгоднее для отряда, и делится этими сведениями.

В общем, Лили анализирует общую картину, а мой кругозор помогает оценивать обстановку на конкретном участке боя. И если вдруг Лили не успеет сориентироваться, авангард с центром подстрахуют, а нагрузка на командира снизится, что улучшит взаимодействие между членами группы, - подытожила Рю. - Тогда истреблять монстров станет проще и быстрее, что пойдет отряду на пользу. Важно, чтобы люди на близких позициях видели одну картину. Если командир увидит действия передовых с тыла, это еще больше расширит тактические возможности, появится куда больше вариантов.

Выслушав ее пояснения, Вельф с Микото понимающе закивали. И правда, до сих пор я как боец авангарда думал лишь о том, как бы разделаться с монстрами. После вступления в отряд Рю наше построение стало более устойчивым, вот голова и освободилась для других мыслей, а у меня появился этот самый “кругозор”. Наверное, леди Рю узнала об этом понятии еще в семье Астреи. Способность бойца авангарда мыслить самостоятельно, не дожидаясь указаний товарищей из центра или тыла. Сила, способная стать для отряда то ли маслом, то ли шестеренкой.

-Думаю, твой кругозор расширился благодаря учебе в "Школьном районе".

-!

-Я считала, что, пребывая там, ты сможешь хорошенько отдохнуть от последних битв, но... похоже, ты умудрился даже такой отдых обратить себе на пользу, - улыбнулась Рю.

Я смутился от похвалы, но в то же время обрадовался. Время в "Школьном районе" прошло не зря. Возможно, я сумел скоординировать третий отряд на охоте во многом благодаря опыту поддержки с последних рядов в семье Гестии, а также урокам военного дела. К тому же получается, что не только меня, но и Нину с остальными похвалили, что было особенно приятно.

-С Беллом взаимодействие тоже проверили. Пора возвращаться. Обратный путь занимает много времени.

-Точно, магических камней и трофеев прям завались! С господином Беллом-счастливчиком и урожай богаче!

-Ха-ха-ха...

После этого мы провели еще несколько боев и покинули Лабиринт гигантских деревьев. Я хотел вернуться в поместье до прихода богини. Сегодня за домом приглядывали авантюристы первого класса во главе с господином Альфриком - они же отпугивали охотников за Харухиме - так что я слегка тревожился. А вечером мне надо было вернуться в "Школьный район". И вот, когда я, ощущая приятную усталость и удовлетворение от слегка беспокойной двойной жизни студента и авантюриста, приближался ко входу в пещероподобный скалистый лабиринт 13 этажа...

-Ах вы... молокососы из "Школьного района"! Не задирайте нос!

-Поучились бы сначала манерам! Все авантюристы - хамье!

...мы стали свидетелями жаркого спора. Приглядевшись, я увидел группу авантюристов и отряд "Школьного района", готовых чуть ли не вцепиться друг в друга. Может быть, монстров на кого-то скинули или добычу не поделили? И то, и другое - дело дрянь. Не выдержав, я сорвался с места.

-Простите, тут что-то стряслось?

-А?! Тебе-то какое де... К-Кроличья Лапка?!

-Авантюрист первого класса?!

Узнав меня, разъяренный человек-авантюрист отпрянул. Остальные тоже шарахнулись, будто перед ними выскочил монстр с глубинных этажей. Эх, а я ведь просто хотел помочь... Не ведая, о чем я думаю, авантюристы выпалили: "Н-ничего не случилось!", - и тут же смылись. Остались лишь я и ошарашенные ученики. Я их не знал, но на грудной нашивке красовалась арфа и книга... Похоже, ребята из "Класса Бракен".

-Самый быстрый кролик в мире!

-Белл Кранел! Нахал, вторгшийся в "Школьный район"!

-Неужто решил заступиться за нас?!

-Но нам и впрямь помогли, так что спасибо тебе!

-Премного благодарны за помощь! Тьфу!

Четверо бойцов поблагодарили меня, а затем так же дружно сплюнули на землю. Глядя на их четкие, будто у солдат, движения, я чуть не разрыдался. Похоже, нельзя допустить, чтобы Нина с остальными узнали, кто я такой...

-Ученики "Школьного района", значит. И тебя они невзлюбили.

-Нет, тут я сам виноват... ничего не попишешь.

-Даже не разберешь, они поблагодарить вас хотели или наоборот...

К нам подошли Вельф с Лили, наблюдавшие за всей сценой. Пока я понуро думал о случившемся,  Харухиме спросила:

-Кажется, только что разгорелся спор... что-то произошло?

-Между учениками из "Школьного района" и бузотерами-авантюристами как всегда не все гладко... С тех пор, как "Школьный район" вернулся в порт, такое случается сплошь и рядом. Что на поверхности, что в Подземелье.

-Авантюристы понятия не имеют о правилах хорошего тона, правилах и приличиях, то есть тому, что ученики "Школьного района" обучаются со дня поступления...

-Впрочем, обычное дело.

Похоже, Рю, Лили и Вельф не первый раз видят подобное зрелище. Мы с Микото - авантюристы-новички, лишь недавно прибывшие в Орарио, и Харухиме, которая большую часть жизни прожила запертая в квартале удовольствий, удивленно протянули "во-о-о-от как". Понятно. Значит, грубияны-авантюристы и ученики "Школьного района" не ладят...

-Наглые молокососы... ну погодите у меня, - злобно пробормотал один из авантюристов, направляющихся вглубь Лабиринта.

Я покосился ему вслед, не в силах избавиться от дурного предчувствия.

----------

Моя мечта

[[image:/storage/reader-images/7de741e5c365b375b1d2ab1b0838301f90ad2009.jpg]]

Глава 5. Моя мечта

-Хм-м-м… - растерянно вздохнула Нина, с тоской взглянув на гору учебников и справочников, разложенных на парте.

Было раннее утро, когда почти никого из учеников еще не было в классе.

-Доброго утра, Нина, - поздоровалась с ней эльфийка Миллилия, которая была старше Нины на 3 года.

-А, Мили.

В знак дружбы Миллилия позволяла обращаться к себе сокращенно. Эта эльфийка состояла в седьмом отряде "Класса Бальдра", который, в отличие от “худшего в истории” третьего отряда числился на боевом отделении среди лучших. И Мили как представитель элиты и эльф старательно опекала полуэльфийку-Нину.

-Какая редкость. Нина-отличница, а сидит за партой с таким растерянным видом. Что-то непонятно?

-А, нет, не в этом дело. Я как раз собиралась составить конспект для Рапи.

-Рапи? Этого новичка? - удивилась Миллилия.

Нина с сияющей улыбкой ответила:

-Да! Рапи очень способный! Ему не хватает знания основ, но он очень старается не отставать от других! И даже успевает за мной... Я впервые встретила такого человека!

-В-вот это да...

Нина отлично понимала, что взяла гораздо больше предметов, чем другие. Даже студенты, проявившие завидное рвение в учебе, взвыли бы от количества изучаемых ею материалов. Ни один из них не мог угнаться за Ниной по объему занятий, считая неэффективным так распылять силы.

Поэтому Нину очень удивляло, умиляло и даже тревожило, как новичок Рапи вовсю старается поспевать за ней. Иногда он ложился спать даже позже Нины и вставал раньше, справляясь с гораздо большей, чем у нее, нагрузкой. Миллилия, прекрасно знавшая о страсти подруги к учебе, округлила глаза, признав усилия Рапи.

-Сейчас я хочу поддержать Рапи, чтобы он мог по мере сил не отставать от программы, вот и решила составить для него конспект...

Нина частенько писала заметки и конспекты для подготовки к занятиям и повторения. Не то, чтобы она гордилась этим, но благодаря ее стараниям Рапи пока что кое-как успевал за ходом учебы. Поначалу она опекала его по просьбе Леона-сэнсэя, но, узнав его получше, прониклась к нему симпатией и стала помогать уже по собственной воле.

“Хотя вряд ли нас уже можно считать закадычными друзьями…”

Скорее уж два колеса зацепились друг за друга. В общем, Нина с Рапи на удивление поладили.

“И еще... Почему-то он немного похож на папу.”

Хоть глаза Рапи было трудно разглядеть из-за длинной челки, своей застенчивой улыбкой и готовностью кинуться на помощь он напоминал отца Нины, которого она обожала. По этой и другим причинам мягкосердечная и заботливая Нина все больше хотела поддерживать Рапи.

-Мили, а ты что думаешь о Рапи?

-Сложно сказать. Мы с ним почти не общались, а в "Школьном районе" он и десяти дней не пробыл.

-Вот именно! Всего каких-то десять дней! А он уже сплотил третий отряд! Тот самый, который прозвали худшим за всю историю школы! И это при том, что я в этом не преуспела, только ревела в туалете!

-Н-нина... ты не слишком разоткровенничалась?

Хоть Иглин этого не признает, сейчас Рапи - опора третьего отряда. Хоть он и застенчивый, но обожает Подземелье и проявляет там чудеса смекалки. Даже Нина, лидер отряда, невольно прислушивается к его мнению. Он никогда не лезет вперед, обычно лишь наблюдает со стороны, но стоит Нине с остальными попасть впросак, тут же предлагает мудрое решение. Благодаря этому третий отряд набрал столько учебных баллов, что выбился в лидеры. Рапи Флемиш. Поистине удивительный юноша. Замкнутый и стеснительный, робкий и безотказный. Но при этом старательный, добрый и непоколебимо верный своим убеждениям. Нина расхваливала Рапи, и ее изумрудные глаза ярко сияли. Миллилия вдруг хихикнула.

-Тебе нравятся кролики, да?

-...Что-то мне подсказывает, что твой вопрос с подвохом.

-Да нет, тебе кажется.

В тот же день после уроков и другие ученики убедились, что Нина не просто так его нахваливала.

-Эй, народ с боевого отделения! Нужен ваш совет!

Когда учитель Леон закончил с объявлениями, и ученики боевого отделения начали готовиться к практике, в класс вбежали двое парней-людей с кузнечного отделения, держа мечом наперевес.

-Мы сходили к семье Гоибниу на практику, и нам опять поставили “незачет”! Что ни делали, все равно нас завернули!

-Так мы в гильдию ни за что не вступим! И в прошлый приезд в Орарио все попытки вступить в гильдию кузнецов провалились!

Здоровяки-старшеклассники бросили клинок на парту и, чуть ли не плача, взмолились о помощи. Ученики боевого отделения с любопытством столпились вокруг, и каждый стал делиться своим мнением:

-Меч механический, вроде бы хороший...

-Угу, неплохое оружие, я бы и сам с таким в бой пошел.

-Хм, а я бы получше сковал.

-Иглин, захлопнись уже! Тупой коротышка-дворф, молчи в тряпочку! - наперебой загомонили ребята.

Иглин же схватил меч и явил клинок магического света, на который я уставился с изумлением:

-А?! Ч-что это за меч...?

-Да обычный меч с механизмом... а, ну да. Рапи же в первый раз такое видит. В третьем отряде механизированным оружием пользуюсь только я, да и то в Подземелье не доставал.

-Это совместная разработка алхимического и кузнечного отделений. Впитав ману владельца, он может значительно повысить дальность и мощь атаки, - Иглин лихо взмахнул клинком.

Из рукояти Меч породил магический клинок толщиной сантиметров в 30, облачив лезвие словно в доспех света. Мощь тоже возросла пропорционально влитой мане. Рапи, впервые видевший такое устройство, смотрел на него во все глаза.

-В Орарио составное оружие мало кто носит, так что это очень ценная штука! И против монстров из Подземелья отлично работает!

-Только почему-то его никак не признают… а господин Гоибниу молчит и не дает никаких подсказок.

Услышав горестные вздохи учеников кузнечного отделения, ученики боевого тоже стали бурно обсуждать, в чем может быть причина отказа, но нормального ответа так и не нашли. Пока все ломали головы...

-Рапи, ты что-то хочешь сказать?

-А?! - юноша замялся.

-Да ты точно что-то сказать хочешь. Говори давай! Ты же мой оруженосец, будь смелее! - самодовольно заявила полурослик Крис. Весь класса посмотрел на юношу, отчего тот сильно смутился, но все же робко ответил:

-Н-ну, в общем... Механическое оружие ведь легче ломается, разве нет...?

-Хм? Новичок, ты это о чем вообще?

-Прочность одобрена учителями. Это оружие прошло проверку на стажировке, и ни одно не сломалось, между прочим! - возмутились ученики с кузнечного отделения.

Рапи, еще больше смутившись, пролепетал: "Н-нет, я не то имел в виду...!", но потом собрался с духом и, осторожно подбирая слова, продолжил:

-В это механическое оружие... Наверное, встроены магические приспособления и изделия из магических камней...?

-Ага, все так. Совсем другая конструкция, чем в обычном оружии.

-Но ведь такая сложная конструкция менее долговечна... я прав?

-...По сравнению с обычным оружием - да. Но разница-то всего ничего?

-Да, я понимаю. И все же... в Подземелье даже такой малости может хватить, чтобы все закончилось катастрофой.

Ученики кузнечного отделения невольно нахмурились, а Рапи прямо заявил:

-Я слышал, что... сломать меч в Подземелье - все равно что потерять половину тела.

-...!!

-Даже если взять несколько механических клинков на замену, их число все равно ограничено... авантюристы Орарио куда больше ценят оружие, которое не ломается даже после долгих сражений.

Оружие орарийских кузнецов очень качественное, обладает превосходными характеристиками, в том числе и долговечностью. Ведь их клиенты-авантюристы считают, что жертвовать долговечностью ради силы - роковая ошибка. Вот что значили слова Рапи. Это правда, что механическое оружие из "Школьного района" прошло проверку и техническую, и боем. Но в Подземелье даже такая маленькая разница может оказаться решающей и привести к смерти в непредвиденной ситуации. Шокированные открывшейся истиной ученики, как и Нина, некоторое время молчали, широко раскрыв глаза.

-Для тех, кто не слишком часто вступает в ближний бой - например, для магов - механическое оружие подойдет идеально... но других авантюристов, видимо, отпугивает то, что даже самые мощные такие клинки в решающий момент могут сломаться… я думаю, - несмотря на робость, Рапи подвел итог, как настоящий авантюрист, привыкший обсуждать подобные вопросы с коллегами.

Какое-то время ошеломленные ученики молчали, переваривая его ответ.

-...Понятно. Для авантюристов Орарио главное не сила, а долговечность оружия... То есть силу, позволяющую сражаться долго. В конце концов, в Подземелье часто бывают затяжные бои!

-И правда, во время экспедиции, скажем, на глубинные этажи нормально починить снаряжение не выйдет. А механическое оружие требует более тщательного ухода, чем обычное...

-Даже если в походе участвует кузнец, без специальных инструментов много не сделаешь.

-Значит, механическое оружие лучше годится на роль запасного! То есть надо учитывать не только характеристики, но и удобство для владельца, да?!

Очень скоро ученики вновь затеяли жаркую дискуссию. Особенно двое с кузнечного отделения, которые наперебой благодарили Рапи, хлопая его по плечам. После его объяснения класс оживился - такое сильное впечатление на учеников произвело мнение со стороны.

-...Рапи. В следующий раз говори увереннее, не стесняйся предлагать идеи!

-А... Н-нина?

-Учитель Леон ведь тоже говорил? Очень важно высказывать свое мнение! Благодаря тебе, Рапи, мы все стали чуточку умнее! Это потрясающе! - радостно сказала Нина, подойдя к Рапи.

Остальные из третьего отряда поддержали ее:

-Если ты ошибешься, мы тебя тут же поправим. Так что не бойся промахов!

-Угу, мы же элита из "Школьного района"...

-Рапи, ты молодчина, достойный оруженосец! Вот увидишь, с нами ты станешь еще умнее!

Так сказали Иглин, Реки и Крис, а поначалу растерявшийся юноша радостно кивнул: "Угу, угу!".

“Рапи и правда удивительный…- подумала Нина, уже выходя из класса и направляясь в раздевалку, чтобы сменить обычную форму на боевую для практики..

Она привыкла видеть в Рапи младшего брата, о котором нужно заботиться, но временами он больше походил на надежного старшего брата. В этом крылось его очарование. Вот почему Нина все сильнее привязывалась к нему. Машинально поискав его взглядом, она наконец нашла его и тут же спешила к нему.

“И кто из нас с Рапи старший, а кто младший?.. - Нина с горечью усмехнулась про себя. - ...Хотя с настоящей сестрой я и поговорить нормально не могу”.

Почувствовав презрение к себе, Нина помрачнела и вышла из учебного корпуса. У выхода она наткнулась на проходивших мимо подруг.

-Нина! На стажировку?

-А... Ага. Бетти, вы учиться?

-Ага! Последний рывок перед экзаменами!

Это были знакомые Рапи - девушки из расы полулюдей: собака, енот и корова. Все трое прижимали к груди учебники - видно, что всерьез готовились к экзаменам. И тут, переглянувшись, решительно спросили:

-Нина, может, все-таки сходишь с нами в Гильдию?

-...

-Ты столько старалась, будет обидно упустить шанс. Может вернешься в общеобразовательное отделение?

-...Но на пробных экзаменах в Гильдии я получила только ранг С...

-Да у меня еще хуже! И потом, раз уж пять лет назад в Гильдию приняли даже "Чудо Флотт", с рангом Z, у тебя точно получится!

Нина потупилась, из последних сил выдавила улыбку и с сожалением ответила:

-...Простите, девочки. Я уже сдалась. И теперь я на боевом отделении... давайте в другой раз поговорим.

С этими словами она ушла. Чувствуя их печальные взгляды, Нина свернула в ближайший безлюдный переулок и уже там прислонилась к стене, изо всех сил сдерживая захлестнувшие ее эмоции.

-...Рапи уже решил, куда пойдет дальше… - от ее тихих слов так и веяло одиночеством.

Ее младший товарищ уже обрел цель и мечту, а она... Осознание этого простого факта погрузило Нину в уныние и отчаяние.

-...

Она подняла голову к небу, такому глубокому, что, казалось, в нем можно утонуть. Но, сколько бы Нина ни смотрела на эту прекрасную лазурь, желаемого ответа она так и не нашла.

После возвращения из семьи Гестии в "Школьный район" мы с третьим отрядом очень продуктивно провели время. После трудной, но сладкой победы над детенышем дракона в Подземелье все воспряли духом и во время учебы в "Школьном районе" оттачивали командную работу. Во время стажировки мы успешно покоряли лабиринт и сейчас уже были готовы спуститься на 14 этаж. Другое поручение учителя Леона - разобраться с проблемой Нины - я пока что не смог выполнить, поэтому решил пока что выложиться на стажировке и упорно трудился вместе с Иглином и остальными. И вот наступил десятый день моей учебы в "Школьном районе" и седьмой день стажировки.

-Сегодня непременно дойдем до 15 этажа! - заявил Иглин.

Дух третьего отряда был как никогда высок, все горели желанием пройти установленный "Школьным районом" самый глубокий этаж Подземелья. Поэтому никто не возразил против призыва Иглина. Сейчас "Школьный район" проходил полную диагностику на огромной верфи, так что мы с утра собрались у главных ворот, кивнули друг другу и двинулись в Орарио. Как обычно, прошли через юго-западные врата и направились в штаб-квартиру Гильдии оформлять документы для стажировки. Нина не пошла с нами, а осталась у входа. Мы уже привыкли ни о чем ее не спрашивать, веря, что когда-нибудь она сама нам все расскажет. Я заметил мисс Эйну, которая явно искала сестру среди учеников "Школьного района", но сейчас не мог с ней заговорить. Мысленно извинившись, я направился к большой доске объявлений Гильдии.

-Есть какая-нибудь полезная информация? - спросил Иглин, облокотившись на мой рюкзак.

-Нет, в основном заявки от авантюристов.

Сейчас третий отряд считал Рапи Флемиша одновременно замыкающим и гидом по лабиринту:  "не боец, но мозги что надо". Пожалуй, меня можно было назвать тактиком, но до Лили мне было как до луны. В общем, мои товарищи решили, что я как гид буду усердно собирать сведения, поэтому, несмотря на то, что им не терпелось добраться до Подземелья, дали мне время проверить доску объявлений.

-...Хм?

При сборе информации о Подземелье нужно учитывать сведения не только о месте назначения, но и как минимум о трех этажах ниже и выше него. Лили делала это каждый день, и я как замыкающий третьего отряда следовал ее примеру. Просматривая сообщения на доске, я наткнулся на одно необычное.

-Что-то не так?

-Да нет, просто тут написано про минотавра-затворника, это меня беспокоит...

Кое-что в информации о боссе средних этажей Голиаф, который появляется примерно раз в две недели, показалось мне странным. В объявлении было написано, что следующее он появится через два дня, но...

“Военные игры ведь закончились, и последний банкет был четырнадцать дней назад…”

После этого Фелс с остальными вернулись на 18 этаж. Из-за близости к безопасной зоне Голиафов обычно истребляют жители Ривиры, но время его появления совпало с “Войной семей” почти все паствы были на поверхности, поэтому с ним наверняка разобрались Фелс и ксеносы.

Однако объявление гласило, что Голиаф был повержен двенадцать дней назад. Если бы следующее появление босса планировалось завтра, тогда, учитывая интервал, это еще могло быть погрешностью. Но надпись "через два дня" - это как раз тот коварный предел, который заставит исследователей средних этажей потерять бдительность.

-Зачем тебе информация про босса с 18 этажа? Мы же собираемся на 15-й, на 18-й мы все равно не попадем.

-Ну да, но...

"На всякий случай", - хотел сказать я, но Иглин уже отошел в сторону. Пока он и другие члены третьего отряда отдалялись, я снова посмотрел на доску объявлений.

“Я слышал, что даже когда жители Ривиры одолевают Голиафа, им частенько лень сообщать об этом на поверхность, поэтому информация о появлении босса бывает неточной…”

Хотя случалось и обратное: авантюристы спускались в подземелье, уверенные в том, что Голиаф жив, а потом выяснялось, что жители Ривиры прикончили его три дня назад. Может, и в этот раз просто очередная неувязка, по крайней мере я так подумал. Тем более по слухам у Гильдии есть связные, которые за плату курируют между 18 этажом и поверхностью, докладывая точную дату истребления Голиафа...

“Наверное, я надумал себе лишнего... но все равно стоит запомнить эту информация, просто на всякий случай.)

-Ха!

Увидев, как звероподобный ученик отходит от доски объявлений, группа мужчин презрительно хмыкнула. Это и были авантюристы-люди и звери, что в этот раз выступали "связными". Те самые старшие авантюристы, что как-то сцепились с учениками "Школьного района", но тогда влез авантюрист первого класса (Белл Кранел), и теперь им некуда было деть клокочущую в душе злобу.

-Идите послушайте этот жуткий рев, обделаетесь со страху.

Авантюристы глумливо ухмылялись, глядя свысока на "паиньких деток" в бело-красной форме, что сновали по холлу.

-У-у-у-у-у-у-у-у!

-Нина, на развилке "Адские гончие"!

-Реки, Крис, займитесь ими! Не дайте им дыхнуть!

-Поняла.

-Положись на меня!

После моего предупреждения - я внимательно следил за тылом позади Нины - Третий отряд плавно рассредоточился. Реки, темная эльфийка, скача от стены к стене и потолку, отвлекала на себя стаю черных псов, наседавших с трех сторон, а выманив их из строя, нанесла удар. Едва враги раскрылись, полурослик Крис, почти что стелясь по земле, подобралась к ним, и ее двуручный клинок, длиной почти с его рост, сверкнул горизонтальной молнией. Раздался упоительный звук, разом располовинивший всех монстров, и почти в тот же миг Иглин, оставшийся в главном коридоре, тоже ринулся в атаку при магической поддержке Нины.

-О-ра-а-а-а-а-а-а-а-а-а!

-Га-ги?!

Обрушился удар молота, в куски разметав трех богомолов со стеклянными телами, "Хрустальных богомолов". Боевой клич Иглина, принявшего облик "Воителя", все еще эхом отдавался в "Лабиринте скал", но бой уже благополучно завершился.

-Отлично! И 15-й этаж - легкотня!

-Трофеи. Собрать. Быстро.

-Рапи, я тоже помогу собрать "магические камни".

-Спасибо, Нина.

Иглин победно вскинул молот, а проворчавшие что-то Реки с Крис живо бросились подбирать "выпавшие предметы", и Нина, вернув на пояс короткий меч, "магический клинок", принялась помогать мне поднимать магические камни с пола. Послебоевые процедуры тоже шли очень гладко. Этот Третий отряд, что прежде только и умел, что рваться вперед в одиночку, и правда потрясающий. Добравшись до 15 этажа, я проникся этой мыслью. Они с легкостью одолели врагов "Средних этажей", которых прозвали "первым рубежом смерти", и были готовы идти еще глубже. Хоть нам пока не встречались громадные монстры вроде "Минотавров", боевое мастерство Третьего отряда неуклонно росло, и теперь им уже не требовалось мое вмешательство. Похоже, сегодня мы управимся быстрее и заберемся в Подземелье глубже любого другого отряда.

-Такое чувство, будто нам сейчас все по плечу! Может, вот так прямиком до 18-го дойдем?

-Дерзай. Один.

-Мы с ребятами из шкуры вон лезли, так что "учебных баллов" еще 2 должно хватить с лихвой! Где эти бычары минотавры?!

Все в ударе. Уверенность без самонадеянности, высокий боевой дух - все на высшем уровне. Пожалуй, сейчас Третьему отряду в "Лабиринте скал" нет равных.

-...

-Рапи? Что-то не так?

Но. Помимо состояния группы, еще кое-что не давало мне покоя.

(Сегодня Подземелье какое-то не такое... неприятное какое-то...)

Спроси меня, в чем именно дело - и я смогу ответить лишь "что-то", и это меня страшно бесило. Я раз за разом озирался по сторонам, вглядывался в окружение, так что даже Нина встревожилась, и тут...

-Гья-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я!

-Ой! Я чуть не обделалась!

По округе разнесся пронзительный вой монстров. Это была огромная стая "Зловещих летучих мышей", от рождения которых с потолка шарахнулась Крис.

-...

Увидев знакомых по "Верхним этажам" крылатых монстров, Третий отряд выдохнул с облегчением, но в моей голове взвыл сигнал тревоги высшего уровня. А затем.

-Гья-я-я-я-я-я...!

-Пи-пи-и-и-и-и-и-и-и-и-и-и-и!

-И-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я!

Будто разом грянул нестройный хор, весь этаж наполнился громогласным диссонансом.

-Ч-что это?!

-"Зловещие летучие мыши", визг звуковых атак, так много...!

-Неужели массовое появление?!

Слыша бесчисленные наслаивающиеся вопли монстров, Нина с Реки зажали уши, а Иглин заозирался по сторонам. Главное оружие крыланов "Зловещих летучих мышей" - "звуковые атаки", мешающие действиям противника. Этот ни с чем не спутать визг возвещал, что прямо сейчас в Подземелье массово рождаются десятки, если не сотни мышиных стай.

("Неправильность" в том, что… здесь не было ни одной “Зловещей летучей мыши".)

Я нашел разгадку. В "Лабиринте скал" летучие мыши обязательно таятся во мраке, но сегодня я ни одной не видел!

(Плохо дело!)

Ответ на загадку неправильности прямиком привел к запоздалому осознанию "кризиса". Со всех направлений, со всех сторон загрохотали взрывы скальной породы. Рождение монстров, прорывающихся сквозь камень. Подземелье плодило и извергало невероятное количество "Зловещих летучих мышей" не из "стен", а с "потолка", и в результате... 15-й этаж будто обрушился, потеряв равновесие.

-Чт...?!

-У-у-у-у-у-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а?!

Над нашими головами рождались огромные стаи мышей, и продырявленный потолок тоже осыпался. Вот-вот хлынет огромная лавина валунов!!

-!!

Все нервы авантюриста первого класса, все способности 5 уровня взвыли в унисон. Я отшвырнул оцепеневших Реки с Иглином, обхватил Нину и Крис и из последних сил прыгнул прочь из-под обвала. Чудовищная дрожь объяла весь "Лабиринт скал", непрерывно грохотало, раскатами не уступая грому, Подземелье испустило жуткий вопль.

-Госпожа Гестия?!

Вроде бы на Центральной площади как-то шумновато. И когда Гестия, подрабатывающая в лавке "фри", прислушалась к этой суматохе, к ней подбежала перепуганная Лили.

-Кажется, на "Средних этажах" Подземелья случился обвал! Завалило огромную площадь, похоже, зацепило и учеников "Школьного района"...!

-Обвал?!

Гестия вскрикнула, позабыв о подработке, а Лили дрожащим голосом продолжила:

-Сейчас семья Ганеши и семья Локи вместе со "Школьным районом" спешно разбирают завалы... Но, говорят, дело плохо.

-А где Белл?! Где он сейчас?!

Словно в подтверждение скверного предчувствия богини, ее семья скорбно поникла.

-Госпожа Рю только что ходила узнавать новости в Гильдию... и сказали, что Третий отряд во главе с господином Беллом тоже проходил “практику” на 15 этаже...

Она резко обернулась, впившись взглядом в высящуюся башню и Подземелье под ней. Благословений не убавилось. С Беллом должно быть все в порядке. Однако зрачки Гестии беспокойно заметались, ее окатило необъяснимой тревогой, и она пробормотала:

-Застрять на 15 этаже, опять... ну Белл...!

И еще нахлынуло сильное чувство дежавю.

-Не выйдет! Тут тоже завалило!

Встревоженный голос Иглина, в одной руке сжимающего молот, разнесся эхом. Дорогу впереди напрочь перегородила груда камней и земли. Увидев, что и дворф, прозванный "дитя земли", беспомощно развел руками, Нина, Реки и Крис сразу же побледнели. Место действия - 15-й этаж Подземелья. Третий отряд едва избежал смертоносного каменного дождя, не потеряв ни одного бойца, но расплатой стало другое злоключение. А именно - пути отступления отрезал масштабный обвал.

(И обходной путь не сработал...)

Я поставил красный крест пером на карте этажей "Средних этажей", купленной в Гильдии - это было перо "Эликсир на все случаи жизни", изготовленное госпожой Асфи за мой счет. Все ученики "Школьного района", включая нас, отступали по регулярным маршрутам этажей, но сейчас все пути завалило. Даже разветвленная сеть мелких дорожек, похожая на сплетение тончайших сосудов, тоже пала жертвой. Коридоры, ведущие с 15 на 14 этаж, оказались начисто отрезаны. Попадались участки, где из-за осыпающихся каменных плит полностью изменился рельеф, и даже просто стоять там и осматриваться было бы крайне опасно.

(Похоже, путей вернуться на поверхность уже не осталось...)

По крайней мере, сейчас. Без авантюристов со спецснаряжением, посланных с поверхности разбирать завалы, на возвращение можно не надеяться. Хоть я и стал авантюристом первого класса, но понимал: даже если я грубой силой ударю заряженной Огненной Стрелой и проломлю завал, сотрясение вызовет вторичные обрушения и только ухудшит положение. Без специальных знаний, один лишь разрушительной мощью эту беду не одолеть. Если бы на 15 этаже случайно оказались учителя "Школьного района" и сумели воссоединиться с нами, это стало бы невероятным везением, но надежда на такую удачу, должно быть, самая неразумная.

(Возможно, кроме нас тут застряли и другие, и я очень за них волнуюсь, и хотел бы помочь, если получится, но... Нина с остальными так устали, что водить их повсюду в таком состоянии... я не могу.)

Если я так поступлю, у Третьего отряда быстро иссякнут силы. Чтобы искать раненых неизвестно где, надо хотя бы сперва отвести Нину с остальными в "безопасное место".

-Рапи, других дорог правда не осталось?!

-...На юго-западе еще один совсем узкий проход, но раз уж здесь завалило, то там наверняка тоже. Это еще и сил отнимет, так что я не советую даже ходить проверять...

-Как же так...

Пусть даже итогом станет крушение надежд Нины с остальными, я честно ответил на вопрос Иглина. Я решил поделиться реальным положением дел. Путей к отступлению нет. Окружены со всех сторон. Предоставлены сами себе.

(Как же обидно... И перед ними мне очень стыдно.)

Если бы я раньше обратил внимание на странности с “Зловещими летучими мышами”. Если бы я почуял предвестники “аномалии”, Нине с остальными не пришлось бы страдать. Похоже, я и правда совсем еще слаб. Будь на моем месте леди Айз, Рю, господин Финн или наставник, они бы мигом учуяли запах опасности и увели отряд в безопасное место. Я болезненно осознал, что даже став авантюристом первого класса, Белл Кранел все еще остается неопытным “новичком”. Нужно действовать осмотрительнее, стараться прилежнее, использовать все органы чувств, чтобы защитить и себя, и товарищей. Я глубоко врезал в сердце сожаления и самобичевания, и сразу поменял мысли, и тут.

В отряде, объятом давящей тишиной, подала голос Реки:

-Командир Нина... что будем делать?

-А?..

-Определиться. С курсом.

На что нацелить отряд. Реки бескомпромиссно, даже жестоко потребовала от управляющего отрядом лидера ответа. У Нины перехватило дыхание, она не знала, что ответить.

-...Если подумать, есть два варианта. Ждать спасения с поверхности на главном маршруте...

-Или как Рапи сказал - уповать на удачу и искать другой путь. Я так вот лучше бы спасения подождала! Не, ну а что, вдруг пойдем искать, а там тупик, я так расстраиваться не хочу, не-а!

Иглин с Крис напомнили ей о выборе. Крис еще и внутренние переживания вывалила. У Нины затряслись губы и дыхание, она глянула на меня.

-Рапи-кун... а сколько у нас еды... и воды... и припасов?..

-...Если на всех поделить, еды хватит меньше, чем на полдня. Припасов - 4 лечебных, 3 для маны и 2 высших лечебных зелья...

Чтобы всем было видно, я вывалил все из рюкзака и разложил на земле. Запасного оружия - два коротких меча, пригодятся Реки или Крис. Иглин с остальными тоже показали свои припасы. Нина верно решила проверить количество снаряжения у всех. Не зря она отличница, могу поставить высший балл. Но именно поэтому она будто сама себе петлю на шею накинула. Считать снаряжение - все равно что пересчитать в цифрах сколько осталось жить. Потеряешь хладнокровие - и холодные цифры будут вертеть тобой как хотят. У меня был такой опыт. Если сравнивать с моими нынешними ощущениями - «да сейчас все просто замечательно», наверное, благодаря тому безнадежному походу в «Глубины». Я задвинул бесполезные для текущего положения воспоминания, сложил припасы обратно в рюкзак и покосился на Нину. Ее заливал пот, дыхание становилось все чаще и поверхностнее. Не удивительно, ведь на нее резко свалилось такое давление. На Нину устремились взгляды товарищей, она неизбежно должна принять ключевое решение, от которого зависит судьба отряда. Глядя на ее облик, я - пусть сейчас это прозвучит не к месту - увидел в ней тень себя полгода назад.

(Лили тогда была в таком же состоянии?..)

Вельф ранен, я в полной растерянности блуждаю в темноте, покрываюсь холодным потом. В той безысходной ситуации, казалось бы, самая слабая среди нас сохраняла самообладание лучше всех. Лили сейчас здесь нет. Значит, на этот раз мне, кого тогда выручила Лили, придется помочь Нине с остальными.

-Сперва успокойся.

Я процитировал слова Лили в тот раз. Все очнулись, обернулись на мой голос, а я направился к Нине.

-Нина, не могла бы ты вдохнуть?

-А?..

-Вдохни поглубже, а потом медленно выдохни. Вши-и-их, ха-а-а... вот так, стало лучше?

Я с улыбкой изобразил утрированный глубокий вдох-выдох, затем слегка поразмыслил и взял Нину за мизинец, как сделала Рю, когда мы провалились в «Глубины». Ее рука сперва дрогнула, а потом расслабилась. Нина встретилась со мной взглядом и, не отводя глаз, тихо задышала - вдох, выдох, снова и снова, пока дыхание не выровнялось. Я так же шагнул к Иглину и протянул руку, но он фыркнул: «Ну уж нет!» - и, кажется, чуть язык не высунул, отмахиваясь от меня. Реки тоже спрятала обе руки за спину и бросила: «Пас». Крис отозвалась: «Я хочу!» - и протянула обе руки, так что я ответил: «Ладно-ладно» - и пожал их. Настроение стало немного странным, но куда лучше, чем раньше. Все расслабились.

-Насчет курса отряда, помимо двух предыдущих, должен быть еще один вариант.

Закончив, я увидел, как Нина с остальными постепенно удивляются. Я не торопился - поблизости не чувствовалось монстров, так что пока можно не опасаться нападения - и, по-прежнему вспоминая слова Лили, высказал это предложение.

-Сейчас почти нет надежды вернуться на верхние этажи. Так что можно наоборот - спуститься на нижние... укрыться на 18-м этаже.

От шока Нина с остальными онемели.

-На 18-м монстры не появляются, это безопасная зона. Там есть и город авантюристов, стоит туда добраться - и для начала наши жизни будут в безопасности.

Разумеется, ребята из отряда забросали меня яростными возражениями и вопросами.

-Погоди, Рапи! Мы же на 15-м, да? До 18-го целых три этажа, да у меня даже с моей суперсилой кишка тонка будет!

-Здесь есть «Колодцы». На «Средних этажах» полно глубоких провалов, найти бы такой да спрыгнуть - и можно за раз спуститься на нижний этаж.

-А этажный босс... как же? Голиаф с 17 этажа...

-Если информация с доски объявлений Гильдии сегодня верна... то до его следующего появления должно быть еще два дня.

-Р-рапи-кун, а карта у тебя есть?..

-Угу, я подготовил вплоть до 18-го этажа.

На слова Крис, вопросы Реки, уточнение Нины я отвечал без запинки. Иглин, видимо припомнив, как я разглядывал доску объявлений в штаб-квартире Гильдии, ошарашенно спросил:

-Погоди, ты что, знал, что так случится?..

-Нет, не знал. Но я был уверен, что нужно подготовиться на крайний случай... так всегда делает лучший из известных мне тактиков.

Я с горькой усмешкой ответил ему и тут же расстелил карту 16-го и 17-го этажей. Лили ради нас, авантюристов, всегда носила туго набитый рюкзак, всегда готовилась всерьез. С тех пор, как я решил стать помощником Третьего отряда, я во всем брал с Лили пример.. Поэтому я с гордостью расправил плечи, прославляя эту величайшую из помощников. Иглин с остальными затаили дыхание, а я повернулся к Нине.

-Нина, неважно, что ты выберешь.

-А?..

-Третий отряд очень силен. Так что каким бы путем мы ни пошли, мы точно вернемся на поверхность.

Улыбнувшись, я закончил, и Нина широко раскрыла изумрудные глаза. Я всего лишь слегка их подтолкнул, а выбор оставил Нине и Третьему отряду. Мне почему-то казалось, что сейчас выбор должен делать не я. Это не должно быть решение Рапи. В этом и есть смысл моего тут пребывания. Не как капитана паствы, не как авантюриста первого класса, а как “Рапи Флемиша” - вот зачем я здесь. Я ни за что не сочту себя тем, кто способен их направлять, но, видимо, по достижении 5 уровня я уже не смогу просто мчаться вперед в одиночку, как раньше. “Кругозор”, о котором говорила Рю, нужен мне, чтобы делиться со всеми, помогать всем. Иначе говоря - источать свет надежды. Может, всевышний Гермес, господин Бальдр и учитель Леон хотели через “Школьный район” показать мне это? Теперь у меня возникло такое ощущение.

-...

Заколыхались длинные каштановые волосы вместе с прядью изумрудного цвета, свидетельству благородного происхождения. Нина, словно в молитве сжимая посох, решительно вскинула голову.

-Вперед.

Иглин с остальными изумились, я улыбнулся.

-Мне кажется, если сдаться на полпути... это будет не в стиле Третьего отряда!

Услышав это заявление, Иглин с Крис тоже заулыбались. Реки, приподняв щеки под маской, наверняка сделала то же самое.

-Отлично! Значит, идем, на 18-й этаж! Пусть те, кто нас недооценивал, проглотят язык! И надо же стряхнуть славу “худшего отряда”!

-Моя героическая сага станет только ярче! И, Иглин, позор не “стряхивают», а возвращают с процентам”!

-Крис, ты... редко... так подкалываешь... Дальше... пойдет только легче.

Иглин с остальными были верны себе в реакциях, но их воля обратилась к одной цели, и Нина просияла. Она поглядела на меня, я кивнул в ответ. Курс проложен. “Третий отряд” двинулся к 18 этажу.

-Эй, беда... Ребята, что вернулись, говорят - ниже 15 этажа пройти нельзя...

-Привычные к исследованиям авантюристы попробуют добраться до 18-го... Мелюзга из "Школьного района" точно так же сделает. Ох, раз уж мы подделали информацию об этажном боссе, куча народу огребет...!

-Д-да какое нам дело! Я просто хотел их попугать, откуда мне было знать, что так получится!

Уши Леона уловили этот разговор авантюристов, но теперь уже без толку, поэтому он не обратил внимания, лишь взирая на высящуюся перед ним "Вавилонскую башню".

-Не думал, что ученики застрянут в Подземелье в такой ситуации.

Центральную площадь окутала невообразимая суматоха. Авантюристы всех паств, учителя "Школьного района" сновали туда-сюда, а посреди них - мужчина, верхнюю половину тела которого облегал серебристый доспех. За спиной у него висел "длинный меч". По иронии судьбы, сегодня он как раз не дежурил в Подземелье, и Леон, вздыхая от фатального невезения, зашагал к Белой башне.

-Это тоже аохару... Сейчас так говорить не время. Леон, умоляю, эти дети должны воспевать юность, спаси их!

-Дела плохи, я не смею утешать вас. Но я приложу все силы, леди Идунн.

Сильнейший из сильнейших, поклявшись словно рыцарь, приложил все силы, а умоляющая богиня одарила его доверчивой улыбкой и поведала уже известные факты:

-Из учеников в Подземелье еще остаются Седьмой отряд из "Класса Бальдра" и Третий отряд. Первые - элита, так что должны справиться, но за вторых, этих "худших в истории", я очень волнуюсь...

Идунн - не богиня войны и не богиня судьбы. Ощутив ее явное беспокойство и "панику на пустом месте", Леон улыбнулся.

-Касательно этого я могу заверить вас. Не стоит переживать.

-Э?

Чтобы через миг ринуться вперед со скоростью, превосходящей все сущее, он копил силу в мощных ногах и провозгласил:

-В Третьем отряде есть "кандидат в герои".

-Р-р-р-р-р-р-р-р-р!

-С дороги-и-и-и-и-и-и-и-и!

Крупный монстр "Саблезубый лев" преградил путь, и молот Иглина ринулся ему навстречу. "Однорогого кролика", возникшего следом, приняла на себя темная эльфийка, "Подземного червя", вырвавшегося из пробитого пола - двуручный меч полурослика, и двое раз за разом обрушивали на врагов остро отточенные удары.

-Так держать!!

Видя это, Нина высвободила из "магического меча" режущий ветер и сразу применила исцеляющую магию. Благодаря поддержке из тыла трое передовых бойцов воспряли духом. Теперь Нина выступала еще и координатором, и ее оценки были точны. В условиях, когда нельзя растрачивать ни физические, ни душевные силы впустую, она безошибочно улавливала ту критическую черту и колдовала, беспрерывно поддерживая Иглина с остальными на передовой. После горького опыта на 12 этаже она даже вооружилась "магическим мечом", и теперь, не говоря уж о целителе, ее квалификация лидера отряда стремительно росла.

(После того как мы свалились в Колодец на 16 этаж, давление монстров возросло! Реки из центра тоже пришлось выдвинуться вперед, резервов больше нет!!)

Поэтому Нина ясно осознавала: сейчас решающий момент и "кризис". Они уже превысили лимит времени на исследование лабиринта, установленный перед выходом из "Школьного района". Третий отряд непрерывно обновлял рекорд количества боев подряд, иными словами - беспрестанно бросал вызов пределу возможного, и теперь, как многие старшие авантюристы до них, лично постигал "крещение Подземельем". Истощение способности к затяжным боям. С физической усталостью можно справиться магией, так что это не проблема, но беспрерывные стычки приводят к перегрузке мозга, а значит - к расстройству внимания. Единственный промах приведет к краху боевых порядков, это пограничное состояние понемногу сужало пространство для маневра учеников, будто тщательно очищая кожуру плода. А когда к этому прибавится безжалостный накат волн монстров, разразится тяжкий бой, невиданный даже в "Школьном районе". По лбу раненого Иглина, по обнажившемуся из-за разорванного рукава смуглому плечу Реки, по забрызганной вражеской кровью шее Крис струился пот. А Нине приходилось хуже всех. На ней, чаще всех применявшей магию, сказывалось огромное бремя духовного истощения, крупные капли пота не раз стекали по коже. Если бы Рапи, державшийся позади, не снабжал ее в самый нужный миг зельями на восстановление маны, она бы уже впала в душевное изнеможение.

(Мы движемся вперед, даже если это все равно что идти по канату! И Рапи-кун нам помогает, стоит перетерпеть - и мы со всем справимся! Потом передохнем еще разок, а там уже и 18-й этаж!!)

Рапи оказывал поддержку собственноручно изготовленными предметами вроде мешочков с ядом от ночных бабочек, и теперь весь Третий отряд, включая его самого, мог сражаться как единое целое. Сейчас этот отряд проявлял колоссальную силу.

(Так что прошу, пусть так и дальше будет...!)

Врагов впереди можно обойти. Лобовых противников одолеют при ее поддержке три передовых бойца. Если опасность грозит с одной стороны - они справятся. Потому она молила: пусть так и дальше будет, пусть ничего больше не случится. Но, будто глумясь над ее мольбой, лабиринт призвал косу смерти.

-Нина, сзади!!

Крис из авангарда резко обернулась. Полурослик, что обычно невозмутима, в волнении выкрикнула ее имя.

-Минотавры!!

Оглушающий рев ударил в спину, на миг у Нины перехватило дыхание. Она кое-как повернула голову, и вот уже три свирепых быка ворвались в ее изумрудные глаза.

-У-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у!!

Огласив округу ревом, почти парализующим жертву, крупные монстры "Минотавры", впервые встреченные так не вовремя, ринулись в атаку со страшным напором. Нина, объятая ужасом, выставила вперед "магический меч". И тут пришел конец. Изумрудное лезвие, превысив лимит использования, пошло трещинами и с треском разлетелось.

-......

Нина застыла. Крис с остальными лишились дара речи. Будто нарочно подгадав худший миг, врезался "двусторонний удар". Иглин с товарищами выбивались из сил, просто сдерживая толпу монстров перед собой. Броситься на выручку - верная смерть. А значит, первой добычей быков станет беспомощный помощник-полузверь в самом хвосте. Не боец, слабосильный юноша.

-А......

Отчаяние разинуло огромную пасть. Лабиринт расхохотался. И в миг, когда на лицах Иглина, Реки и Крис отразилось внутреннее смятение перед лицом поражения, Нина истошно завопила:

-Беги, Рапи!!

А юноша ответил на этот вопль так:

-Все в порядке.

Руки выскользнули из лямок рюкзака.

-Я разберусь.

Огромный рюкзак с шлепком упал на землю. Юноша без запинки выхватил два запасных коротких меча. И стал вихрем.

-......

В мгновение ока, сжатая до предела, Нина увидела. Прямо перед столкновением, за миг до того, как "Минотавр", изготовившись к броску, занес могучую ладонь. Силуэт юноши превратился в туман. В долю секунды он с мгновенным перемещением, похожим на мираж, очутился во чреве быка, и правая рука вспыхнула серебром. Бабах!! - пророкотал немыслимый удар. Из центра груди "Минотавра" донесся пронзительный, можно сказать "пушечный" треск, а затем грянул взрыв. Черная тень не сбавила ходу. Набрав скорость, отчего вслед за ним полетел черно-пепельный дождь, он устремился ко второму быку, оцепеневшему после гибели товарища, и на сей раз, в миг, когда они вот-вот разминутся, полоснул серебристой вспышкой уже левой рукой. Дыра в груди, короткий меч пронзил насквозь, второй взрыв.

-Р-р-р-р-р-р-р-р-р-р-р-р-р-р?!

Последний бык, вопя устрашающе, высоко вскинул и обрушил вниз свой каменный топор. Земля взорвалась, пыль взметнулась. Но силуэта Кролика-палача там уже не было. Рискуя жизнью, он увернулся, скользнул под лезвием топора, очутился за спиной и покончил со всем.

"Минотавр", чей "магический камень" пронзила атака в спину, еще не успел постичь свою участь, как обратился мешаниной пепла и растаял без следа.

-...А?

В мгновение ока. В такое мгновение, что и не поймешь, подавляющая ли это победа. Даже величие его силы не успело явить себя. Лабиринт, только что глумившийся, будто захлопнул пасть и умолк. Нина, Иглин и остальные, да и другие монстры - все застыли. С губ полуэльфийки сорвались осколки шепота, темная эльфийка первой опомнилась и второпях прикончила оставшихся врагов.

На сей раз бой наконец завершился.

-Ха... Ха-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а?!

Тут же Иглин во все горло заорал и подбежал к юноше-полузверю.

-Ч-что это сейчас было?!

-Э... я попробовал ваншот по магическому камню...

-Движения совсем не такие, как у первых уровней...!!

-Ну, я в последнее время уровень повысил...

-А чего ж не сказал-то?!

-О-очень извиняюсь.

Реки с Крис тоже окружили Рапи, и втроем наперебой засыпали его вопросами, а он - юноша, который вынужден был сдерживаться, чтобы не выдать себя, но из-за навыка "Инстинкт быка" невольно проявил всю мощь и показал сцену расправы в разы круче, чем сам ожидал - лишь нервно посмеивался и извинялся. Нина, застывшая на месте, тоже опомнилась, подбежала и чуть ли не кинулась обнимать, начав ощупывать Рапи.

-Ты... ты как, Рапи-кун?! Не ранен?! Точно все хорошо?!

-Я... я в порядке, Нина! Лучше вы... не обо мне, а сами отдохните!

-А?

-Восстановитесь и давайте дальше! Нападения монстров прервались, сейчас самое время!

Услышав призыв Рапи, Третий отряд скорчил совсем уж недоуменные лица, но все же дело не терпело отлагательств. Юноша говорил дело, да и усталость притупила рассудительность, так что Нина с остальными не стали настаивать и спешно устроили краткий привал. Использовали снаряжение, залечились и сразу двинулись дальше. Крис, все увереннее осваивающаяся в роли разведчика, шла впереди, осторожно, но как можно быстрее. По счастью, мы сразу наткнулись на "Колодец", так что Третий отряд попал уже на 17 этаж.

-Хоть многое так и осталось непонятным, но... теперь до 18-го рукой подать! Да еще и Рапи может сражаться, теперь уж за тыл волноваться не придется!

-И монстры почти не попадаются! Богини удачи точно нам улыбаются!

Главное, что неожиданная доблесть Рапи воодушевила Третий отряд. В час бедствий эта перемена послужила им попутным ветром, подняла боевой дух. Редкие двух-трехголовые монстры валились один за другим под их клинками, и вот уже отряд добрался до "Большого коридора", что считается центральным проходом 17 этажа.

-Рапи, дорога!

-...Дальше просто идите по ней. Так доберемся до глубин 17-го этажа.

Услышав от Реки просьбу указать дорогу, Рапи, расстеливший карту, лаконично ответил. На лицах ребят из Третьего отряда забрезжила надежда, Нина крепко стиснула посох.

-Получится...! Так мы справимся!

(Ага, справимся. Вот только...)

Слушая голос Нины, я осматривался. Огромный коридор, широкий вширь и такой высокий, что, казалось, нет ему конца. На этом исполинском тракте, где запросто пройдет великан, теперь и вовсе не видать ни одного монстра. Как тихо. Даже слишком тихо. Даже если предположить, что Подземелье из-за грандиозного обвала, сокрушившего 15 этаж, в первую очередь занято восстановлением ландшафта и потому не порождает новых монстров, но здесь царила настолько густая тишина, что аж уши закладывало. И я знал, что это за "безмолвие".

-...?

Нина с остальными тоже почуяли неестественность. Пока бежали, они с тревогой озирались, Нина, Иглин, Реки и Крис то и дело оглядывались. А я, замыкающий, по-прежнему кивал им, показывая: "Только вперед". Объятый гнетущими предчувствиями, я снова посмотрел вперед и зашагал. Монстры не в том смысле не появлялись. А в том, что не выходили. Будто чего-то ждали... или боялись рождения чего-то.

(Неужели... информация с доски Гильдии...)

От мощного ощущения дежавю заныла затылочная часть. Я нахмурился, но не сбавил шагу вместе с Третьим отрядом. Из-за отсутствия прочих звуков дыхание Нины с остальными звучало на диво отчетливо. Чей-то башмак пнул камень, тот со стуком взлетел и растворился в гнетущем сумраке. Дрожь понемногу одолевала всех в ничего не подозревающем отряде. Крис во главе будто уже не могла выносить зыбкую атмосферу и ускорила бег. Нина с остальными тоже поддали газу. Прямо как начинающие авантюристы, полгода назад проходившие здесь, они убеждали себя, верили: пока безмолвие не нарушено, еще не поздно. И тут.

-!!

-Это же "Стена вздохов"...!

Мы добрались до громадного зала. Стены и потолок образовывали гигантские валуны причудливых очертаний, и лишь левая стена резко отличалась, и от этого зрелища у Реки с Иглином отнялась речь. Для авантюристов та стена с идеально ровной поверхностью и была самим "вздохом".

-Крис, не останавливайся! Вперед...

Я единственный окликнул отряд, но тут, будто поклявшись на сей раз нас добить.

Трррресь.

-...

Раздался этот звук. Нина с остальными испуганно покосились. На исполинской стене сверху вниз протянулась громадная трещина, чертя молнию.

-Бегом!

Будто подстегнутые моим воплем, Нина с остальными рванули с места. Мы стремительно понеслись через зал. Но жестокие трещины, играя "мелодию рождения", неслись быстрее. Тррресь, тррресь, трескотня учащалась. Долбящие по перепонкам звуки иссушили лица Нины с остальными дочиста. Треск, напоминающий то ли вздохи, то ли стоны, наконец перешел в раскатистый грохот, а под конец - в оглушительный рев крушения. И в следующий миг.

С куда более мощным грохотом оно явилось на свет.

-У-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у!!

"Король лабиринтов" - Голиаф!! Едва народившись, этот чересчур огромный младенец, узрев прямо у себя под носом этих бледных как мел учеников, испустил громоподобный рев.

-......!!

И с воплем великан тоже ринулся вперед. Толстенные, что древесные стволы, ноги при каждом шаге дробили почву, порождая сотрясения земли, оглушая ревом.

-Бы... быстрее а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а!!

Иглин надрывно взвыл. Нина с остальными, вложив последние силы в источающие пот тела, мчались вперед на пределе возможного. Погоня "Голиафа". Рейд смертников, пережитый полгода назад, повторялся вновь!! Но мозг сохранял полную ясность. По всем правилам я сосредоточенно улепетывал. Ни в коем случае нельзя вступать в бой. Безопасность Третьего отряда - самое главное. Даже если сейчас мне незачем скрывать личность, в такой ситуации остается лишь избегать этажного босса. Пусть я и выше уровнем, но сражение с этажным боссом отличается от обычной схватки с монстрами. Может случиться непредвиденное. И если я решу прикрывать тыл, а Третий отряд без меня попадет в беду уже впереди, это ни к чему хорошему не приведет. Нужно полностью исключить риск. Сейчас не время для "авантюр". Замыкающим я с точностью измерял расстояние от пялящегося гиганта до нас, без конца высчитывая стремительно тающий запас времени, чтобы спастись. Бежать. Бежать. Бежать. Нина с остальными в буквальном смысле бежали сломя голову, спасаясь от наседающей громадины, давящей мощью и жаждой убийства. Позабыв про усталость, думы, страхи, они мчались к маячившему впереди выходу. Но тут один из полуросликов споткнулся от подземных толчков и растянулся на земле.

-Аух!

-Крис?!

Лицо Крис исказилось от ужаса. На лицах Нины с остальными проступило отчаяние. А я, ни секунды не медля, скинул рюкзак.

-Ай?!

-Бегите, живо!

-!!

Замыкая отряд, я, не сбавляя ходу, подхватил крохотное тельце. Прижав к груди оторопевшую Крис, что вцепилась в меня мертвой хваткой, я что было мочи гаркнул на Нину с остальными, что замерли на миг. Третий отряд с изумлением снова устремился вперед, истратив все до капли силы. Я тоже, прижимая к себе пунцовую Крис, шпарил по каменному полу.

-Бежим, бежим, бежи-и-и-и-и-и-и-и-и-и-и-и-им!!

Вопли Иглина заглушил грохот исполина, и в то же мгновение мне, замыкающему, пришлось принять чудовищное решение.

...Не успеем.

...Та заминка стала фатальной.

...Голиаф обрушит удар раньше, чем мы нырнем в коридор связи.

Обе руки заняты. Снайперскую "Огненную Стрелу" не применить. Моя ошибка.

-У-у-у-у…

Сзади налетел мощный ветер. Донеслось ощущение занесенной исполинской длани. Вот-вот грянет сокрушающий удар. Нина, Иглин, Реки уже не оглядывались, их отчаянное дыхание доносилось до моих ушей. Крис, кажется, уже не могла терпеть и крепко зажмурилась, вцепившись в мою боевую фому. Поэтому я, воспользовавшись мимолетным мигом, когда никто не заметит, ударил в "колокол". Миг на подготовку. Чистые белые частицы облепили правую ногу. Не успеет разрушительный молот с огромной высоты обрушиться и прикончить нас, как моя правая нога врезалась в пол.

-Летим!!

Прогремел взрыв. Я, разнеся в щепки пол и разогнавшись до предела, обратился "снарядом", преодолевая разрыв, что не могли одолеть Нина с остальными при всем старании. В тот самый миг, когда я врезался Иглину в спину и отшвырнул Нину с остальными...

...разрушительный удар грохнул прямо за моей спиной.

-У-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у!!

Ударная волна и прямо-таки свирепый ветер швырнули нас, выкидывая в коридор связи в дальней части зала.

Нас отбросило. Не сказать чтоб мне хотелось вспоминать о том, как меня мотало по тесной пещере, но сейчас повторялось в точности то же самое.

-А-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а?! Рапи-и-и-и-и-и-и-и!!

Прижав к груди верещащую по-девчачьи Крис, я два, три раза перевернулся в воздухе. Нина, Иглин и Реки тоже то пролетали мимо, то кувыркались, и так, кувыркаясь, мы неслись вглубь пещеры. От ударов, сыплющихся со всех сторон, на сей раз я не потерял сознание, прокатился по пологому спуску кубарем и наконец...

-У-у-у-у-у-у?!

Б-а-а-ах!!

Единым махом. Третий отряд, точно дробь, вылетел из выхода коридора связи и шмякнулся оземь. Отдуваясь от удара о землю, мы еще и проехали кувырком по земле, пока наконец не остановились. Нина, глядя в небо со слезами на глазах, Иглин, распластавшийся на земле и обнимающий ее в слезах, Реки, чья маска слетела от удара, являя миру ее жалкое личико, пребывали в прострации. А я, отброшенный сильнее всех, щурясь от боли в спине, разжал объятия. Полурослик, даже ниже, чем Лили, закатила глаза и отключилась.

(...Похоже, сейчас "день".)

Щурясь от льющегося сверху "света", я прикидывал, какое на этаже время суток. Будто в ответ на это я поднялся, и, узнав зеленые деревья перед глазами и хрустальные хризантемы, распустившиеся на далеком потолке, пробормотал:

-Подземный город...

Пока распростершийся без движения Третий отряд кое-как начал шевелиться, прошло целых десять минут - я уже успел раздать последние исцеляющие зелья.

-Как это понимать?! Почему нам нельзя здесь переночевать?!

По деревянно-хрустальным улицам разнесся разъяренный вопль Иглина в "благородном облике". Пусть он и студент, но дворф, все тело которого покрывали бугрящиеся мышцы, однако его собеседник, главарь квартала постоялых дворов с повязкой на левом глазу, не дрогнул перед этой яростной атакой.

-Ну-ка скажи мне, в какую гостиницу пускают переночевать гостей, которым нечем платить? А?

-Да вы что, какие еще пятьсот тысяч валис за ночлег?!

-Ривира - место для высших слоев общества. Здесь рай, а не какая-нибудь дешевая гостиница с поверхности. Не нравится - проваливайте, молодые господа из "Школьного района".

-Гх...?!

Почесывая мизинцем в ухе, господин Борс небрежно осадил Иглина, отчего на лбу того вздулись вены. За его спиной Реки и Крис разочарованно что-то бубнили, а я, приглядывая за прислоненным к спине огромным молотом, исподтишка горько усмехался.

Обессиленный Третий отряд долго стоял столбом, а когда мы наконец, волоча ноги, добрались от прохода связи на юге этажа до Улицы Ривира, что раскинулась средь озер и обрывов на западе, почти уже наступила "ночь". Фосфоресцирующий свет хризантем на потолке начал меркнуть, округу понемногу окутывал полумрак, и тут совершенно разбитый Третий отряд вознамерился заночевать. Но получилось вот так. Похоже, господин Борс - да и все жители Ривиры - питали отвращение к ученикам из "Школьного района". Всерьез их никто не воспринимал. Или даже если бы восприняли - заломили бы бешеную цену.

-Вот если бы вы отдали мне ваше оружие, доспехи и одежду, тогда, так и быть, пустил бы переночевать.

-...Да вы что! После этого нам еще возвращаться из Подземелья! Нам оружие с доспехами позарез нужны!

В ответ на это предложение Иглин разразился гневной тирадой, брызжа слюной, и отвернулся от господина Борса. Нина с остальными с расстроенным видом отправились искать другую гостиницу, затаив слабую надежду. Крещение Подземелья... похоже, оказалось слишком жестоким. Тем более в такой ситуации.

Дождавшись, пока Третий отряд скроется из виду, я, склонившись к господину Боросу, принявшемуся за починку оружия, тихо окликнул его:

-Эм... господин Борс.

-А? Ты чего это по имени меня зовешь, молокосос из "Школьного района"? Да я вас, желторотых... а?

Правой рукой я приподнял челку, закрывавшую глаза, оборвав его на полуслове.

-Так это... Кроличья лапка?! Ты чего это, зачем так вырядился?!

-Ш-ш! Беда будет, если узнают...! Не дайте Нине с остальными услышать...!

От моей просьбы, произнесенной шепотом, глаза у господина Борса чуть не вылезли из орбит, но он тут же ухмыльнулся. Он провел меня за прилавок, в глубину лавки.

-Опять вляпался в какие-то неприятности, а?

-Да нет, не то чтобы прям неприятности... Просто так сложились обстоятельства.

-Уже то, что приходится нянчиться с мелюзгой - морока похлеще, чем обычные авантюристские задания.

Мои плечи сотрясали могучие хлопки его ручищ, отчего горькая усмешка на моем лице стала еще горше. Эх, вел бы он себя так же и с Ниной и остальными...

-Ну? По какому делу пожаловал?

-Ах да. Я потом обязательно заплачу, так что можно нам одну ночь переночевать?

-Ох. Ну, тому наглецу-то я отказал, но по правде, уже все комнаты заняты. Вы ведь тоже тут из-за обвала укрылись? Тут и те, кто спустился сверху, и те, кто уже закончил исследования и поднимался, да не смог пройти - короче, все набились, и свободных комнат больше нет.

А, ну да... Если подумать, все верно. Глянув на весь этот кошмар на 15-м, я сразу подумал, что раз путь на поверхность отрезан, авантюристам только и остается, что укрыться здесь, на 18-м этаже.

-Тогда, может, продадите мне снаряжение для лагеря? Как найдем безопасное место, сами уж как-нибудь...

-О, ну это запросто. Я ж твой должник. Сделаю хорошую скидку!

Господин Борс показал пальцами кружок, я про себя хмыкнул: "Хоть так говорит, но скидка-то совсем крохотная скорее всего", - и с улыбкой завел речь о другом, не менее важном деле.

-Господин Борс, а что там с Голиафом, который на 17-м появился? Сюда должны еще беженцы подтянуться, так что его бы лучше прикончить...

-Вот уж не знаю, то ли ты такой сердобольный, то ли работящий. Да не переживай ты. Со стороны 17-го этажа ни грохота, ни другого шума - скорее всего сдох уже. Один приятель, Морд который, слышал от тех, кто сбежал сюда - вроде как эта ваша школота с ним сразилась...

-А, так господин Морд тоже здесь?

На то, чтобы добраться до Ривиры - то есть довести обессиленный Третий отряд до этого "безопасного места" - ушло порядком времени, так что возвращаться на 17-й этаж было некогда, но слова господина Морда меня успокоили. Мы, наверное, первыми спустились на 18-й, так что, видимо, пока двигались к Ривире, нас обогнал господин Морд с товарищами. В конце концов, мы ведь не пошли кратчайшим путем на запад, прямиком к озеру, а сперва двинулись в центр этажа, в степи, выбрав самый безопасный маршрут. Я-то хотел оставить Нину с остальными на господина Борса, а сам вернуться сражаться...

-Да тут главное в другом - после того как Голиаф побушивал, проход завалило. Я уже послал парней разгребать, но там прямо целая пещера обвалилась, так что, чтоб пробиться, время нужно.

-То есть... одним словом, пока придется побыть на 18-м этаже.

-Ага. Если лагерь разобьете, я бы посоветовал у озера, прямо за Ривирой. Монстры-то все по лесам, где еды вдоволь, шастают, так что нападения можно не бояться. А можно и в лесу встать, как ребята из семейства Локи, если добывать еду не в напряг...

-Ха-ха... тогда и продукты мне тоже продайте, пожалуйста.

-Лады! Заметано! Само собой, раз уж ты с ними, так где угодно становись лагерем!

Господин Борс по-прежнему радостно хлопал меня по спине, я снова горько усмехнулся и купил у него снаряжение для лагеря и продукты. Он не попросил с меня расписку от паствы, видимо, веря, что я непременно заплачу. Когда господин Борс ушел на склад за покупками... И только я, глядя в потолок, подумал: "И все-таки надо пойти", - собираясь мысленно перенестись на верхний этаж, как вдруг.

"А ты все никак не угомонишься, Белл Кранел".

-Ой!

От неожиданно прозвучавшего в пустоте голоса я аж подскочил. Постойте, этот голос... уж не...

-...Господин Фелс? Вы сейчас невидимы...?

"Да. Я пришел взглянуть, как тут дела, по указанию владыки Урана. Как-никак, масштаб нынешней аномалии немалый. И тут увидел одного ученика, на удивление похожего на Белого кролика, поэтому и отправился сюда."

Похоже, ставший невидимкой благодаря магическому предмету господин Фелс был прямо передо мной. Должно быть, у господина Фелс мастерски развита маскировка, я даже присутствия не ощутил. Может, из-за того, что добрался до безопасной Ривиры, я уж слишком расслабился.

-Ой, а как вы сюда попали? Ведь после 15-го этажа все пути завалены...

"Я воспользовался искусственным лабиринтом".

Ах да... Совсем из головы вылетело. Но раз господин Фелс с "ключом" здесь, то через искусственный лабиринт...

-...Не могли бы вы рассказать подробнее, что там сейчас творится?

"Всех, кто оказался в ловушке в "Лабиринте скал", уже спасли отряды во главе с Леоном. Я тоже вырубил часть авантюристов, и теперь они под защитой в искусственном лабиринте. Что же до учеников, остальные уже в безопасности, вы - последние. Так что тебе больше незачем стараться, Белл Кранел".

Господин Фелс, догадавшись, что я собрался вернуться в Подземелье, сказал, что не о чем волноваться. Я лишь смог выдавить "угу", онемев.

"Как только расчистим проход между 17-м и 18-м этажами, все маршруты восстановятся. Пока же отдохни в этом райском местечке. Если бы ты был один, я бы провел тебя через искусственный лабиринт до поверхности, но вот пускать туда ничего не подозревающих учеников никак нельзя. Прости".

-Что вы, все в порядке. Огромное вам спасибо, господин Фелс.

Едва я поблагодарил его, как вернулся господин Борс с возгласом: "Прошу прощения за ожидание!"

"Ну, я пойду", - еле слышно произнес господин Фелс, и его присутствие постепенно растаяло, а я, забрав разное снаряжение для лагеря, покинул лавку.

Значит, отдохнуть в "райском местечке", да... Ладно, для начала надо воссоединиться с Ниной и остальными.

-Рапи-кун, ты точно в порядке...? Мы взяли столько снаряжения для лагеря...

-Не беспокойся. Я хорошенько с ними поговорил, и они нам все отдали.

Разбив по совету господина Бороса два простеньких шатра у озера - в прошлый раз, во время экспедиции, мы тоже ночевали в палатках, так что управились быстро - я ободряюще улыбнулся встревоженной Нине, выкручиваясь. Над головой окончательно стемнело, и тут и там засияли кристаллы, заменяя звездное небо. Только я задумался, глядя на фантастический ночной пейзаж Подземелья, как Нина потупилась, уставившись себе под ноги.

-Вот если и правда так... мы все время полагаемся на твою.

Нина выглядела подавленной, и мне показалось, что она раскусила мой обман, отчего на сердце стало тревожно, и тут -

-Нина-а! Рапи-и! Я приготовил очень вкусный ужин для лагеря-я!

Со стороны костра, за который отвечала Крис, донесся голос. Хоть мне и было неловко перед Ниной, я с облегчением двинулся на зов. Под наш лагерь мы выбрали северный берег озера, где изгибался полумесяц. Палатки стояли на границе между берегом и лугом, а костер развели на берегу, и возле него уже ждали Крис, Иглин и Реки.

-Но... ты и правда молодец, Рапи.

-А? С ч-чего это вдруг?

Крис приготовила простое, но сытное блюдо из риса с тушеными овощами и теплый яичный суп, из кубиков сухпайка. Пока мы ужинали, сидя вокруг костра, Иглин вдруг заговорил очень серьезно. Все почему-то уставились на меня.

-Мы уже привыкли ночевать в лагере во время полевых исследований и боевых заданий, но... ты не только так хорошо справляешься, но еще и выпросил снаряжение у этих мерзких авантюристов.

-Да, впечатляет...

-В чем секрет переговоров?!

-Ну... наверное, в том, чтобы не отставать с просьбами?

Реки кивнула, а Крис аж подалась вперед от любопытства. Я долго ломал голову, как бы увильнуть, но в итоге выдал лишь неубедительную отговорку. Иглин буркнул: "Что за чушь", - а Крис расхохоталась: "Рапи как всегда в своем духе!" Когда все поели, будто переходя к главному, Иглин спросил:

-Ты ведь говорил, что хочешь стать авантюристом? Уже решил, куда пойдешь?

-А п-почему ты спрашиваешь?

-Да любопытно же. Пусть ты меня и бесишь малость, но все же. Ты ведь типа поддержки, но такой умелый... вот и интересно стало.

Я удивился его прямолинейному взгляду и растерялся, не зная, что ответить. Не думал, что Иглин вдруг задаст такой вопрос... Видимо, это можно считать признанием меня как полноправного члена отряда. Но ведь... я и так уже авантюрист... Если бы был вопрос: "Если бы я был учеником", - то ответ семейство Гестии, но я ведь не могу раскрыть личность... После долгих терзаний я назвал паству, в которую хотел бы вступить вторым номером.

-Эм-м, наверное, в семью Локи...?

Мне показалось, или уши Нины на миг встрепенулись. Иглин, ничего не заметив, продолжил:

-Ну да, все ж хочешь быть авантюристом. Говорят, туда трудно попасть из-за конкуренции, но, думаю, тебя-то, Рапи, возьмут точно. Если не возьмут, значит, семья Локи слепая.

-С-спасибо...?

Я не ожидал такой похвалы и смутился, чувствуя, как лицо запылало. Чтоб не ляпнуть чего, я срочно перевел тему на него.

-А, м-м, Иглин, а ты уже решил, куда пойдешь?

-Буду кузнецом.

-А?! Разве ты не по "Боевым искусствам"?!

Увидев, что я аж подпрыгнул, Иглин с гордостью начал рассказывать:

-Величайший кузнец Нижнего мира сейчас - Цубаки Коланд. Говорят, этот кузнец высшего класса изрек: "Нельзя создать хорошее оружие, если не спустишься на глубины проверить его в деле". Вот и я тоже учусь и кузнечному делу, и владению оружием, стремлюсь стать кузнецом высочайшего класса!

Госпожа Цубаки, следите пожалуйста за словами...!

-М-м-м... а ты, Реки?

-Я стану... ассасином.

-М-м?!

Не зная, как реагировать, я спросил другую союзницу, но от ее ответа онемел еще больше!

-Я всегда... ждала. Короля. С темной стороны. Когда-нибудь, победит светлых, станет величайшим.

-А? Э-э?

-Поэтому не собиралась... сближаться. Хотела силы сама по себе. Но в Подземелье... не выстоять одной.

-!

-Лучше много людей, чем в одиночку. Могучих - естественно. Я поняла. Поэтому... спасибо, Рапи, всем вам.

-Реки...

-Теперь я... хочу тренировать солдат.

Полагаясь на интуицию перевода, развитую в общении с господином Хегни, я понял, что Реки, видимо, из рода темных эльфов, который жаждет вернуть господство, и стремится стать ассасином, чтобы победить многократно превосходящих по числу светлых эльфов. Не знаю, как она поступила в "Школьный район", но в этой особой стажировке она, прежде жаждавшая сражаться в одиночку, осознала, как это ненадежно. Поэтому хочет стать инструктором и тренировать солдат... вот что она, похоже, хотела сказать.

-Я хочу стать имперским рыцарем! Эта прогнившая страна давно растеряла славу Гомака и честь Алстера, только и знает, что угнетать колонии, но я изменю ее изнутри!

Крис вдруг полная решимости выпалила это, хотя ее еще и не спрашивали, и ее стремления были самыми амбициозными или даже возвышенными, так что я просто ошарашенно таращился на нее.

-Я верну доброе имя рыцарского ордена, олицетворявшего славу моего народа! Сделаю что-нибудь покруче, чем "Храбрец"!

-К-круче, чем господин Финн? Это будет очень непросто...

-Да раз плюнуть! Я ведь единственный полурослик, достигший второго уровня, хи-хи! Но если "Герой" настойчиво позовет, так и быть, вступлю в семью Локи! Тогда вместе с тобой буду, Рапи, ты и дальше будешь моим верным оруженосцем!

Видя, как Крис с зажмуренными глазами гордо вздернула подбородок - в точности как при первой встрече - я невольно заулыбался. Наконец, все взгляды скрестились на ней.

-Кстати, у тебя ведь мы так и не спросили. Нина, а к какой цели стремишься ты?

-...

Нина потупилась, глядя на недоеденный суп в своей миске. Немного погодя, она подняла голову и как-то тоскливо улыбнулась.

-У меня, наверное, и нет особой цели...

-...

Над отрядом сгустилось тяжелое молчание. Среди нас она одна походила на заблудшего ребенка.

Ровно 10 минут. Я с Иглином дежурили час до этого, потом нас сменили, и я, сомкнув веки, задремал. По сравнению с пятиминутными привалами в "Глубинах", здесь, на спокойном 18 этаже, эти 10 минут можно назвать роскошью. Мысли стали на диво ясными, словно мутная вода в голове превратилась в прозрачный ручей. Да и тело не особо-то устало. Вот что такое 5 уровень. Стараясь не разбудить похрапывающего Иглина, я тихонько выскользнул из палатки... и увидел у костра одинокую хрупкую фигурку. Там сидела девочка.

-Нина.

-Рапи...? Дежурство ведь только что сменилось?

-Что-то не спится мне. ...А где Крис?

-В нашей палатке. Смотрю, она все моргала и моргала, видно, совсем сонная была, вот ее и отправила спать.

В палатках-то мы разделились по полу... Ну да ладно, с Крис все будет в порядке.

Каштановые волосы девочки колыхнулись, когда она обернулась, и снова уставилась на озеро перед собой. Заручившись согласием Нины, я сел рядом с ней, соблюдая дистанцию.

-Нина... что-то случилось?

-...

-Мне показалось, что ты сейчас... была какая-то подавленная.

Нина ничего не ответила. В "Школьном районе" она была такой жизнерадостной, ко всем относилась с солнечной теплотой, но сейчас была тихой, холодной и отстраненной, совсем как озерная гладь, на которую она неотрывно смотрела.

-Если тебя что-то гнетет... пожалуйста, расскажи мне. Ты ведь столько для меня сделала.

Я набрался смелости и решил вмешаться. Захотелось отблагодарить ее за доброту. Я так ей и сказал. Замершая Нина вдруг опустила голову, уткнулась лбом в колени, затем медленно подняла взгляд, и прядь волос с изумрудным отливом качнулась.

-Я... не могу найти свою "мечту".

-А?

Я обернулся, а Нина по-прежнему смотрела вперед и слабо улыбалась. Эфемерно и зыбко, будто вот-вот исчезнет.

-Я думаю, люди, которые приходят учиться в "Школьный район", на самом деле все несут в себе какую-то "неуверенность". Не знают, кем могут стать, не видят своего будущего... Но таким ученикам "Школьный район" показывает разные "мечты".

-..."Мечты"?

-Да. Виды разных стран, культуру, профессии, науку и исследования... показывает, каков мир. И ученики находят себе цель, думают: "Хочу этим заниматься!" - и один за другим покидают это место.

Снова и снова звучащее слово "мечта" эхом отдавалось в ушах, и Нина тихо произнесла:

-Поэтому... тем, кто пришел сюда учиться без какой-либо цели, приходится очень нелегко.

И на этот раз улыбка Нины будто бы даже высмеивала ее саму.

-Вообще-то... у меня есть старшая сестра.

-...Та, что работает в Гильдии?

-Да. Ее зовут Эйна, она - сестра, которой я очень горжусь.

Я знаю. Но сейчас мне нужно притвориться, что не знаю.

-Хотя нет... наверное, сестра, которой гордятся все.

И на этот раз в улыбке Нины и впрямь промелькнула тень.

-Когда я только-только начала осознавать себя, сестра уже училась в "Школьном районе". Я не знала, как она выглядит, ни разу не слышала ее голоса. Так что та встреча в Гильдии была для меня "первой".

-...

-Но я знала, что сестра очень способная. Люди в городе много чего рассказывали. Какая сестра умная, какая одаренная. Каждый раз, слыша это, я так гордилась, будто меня саму хвалят. И отец с матерью тоже... наверное, они тоже считали Эйну дочерью, которой можно гордиться.

Интересно, она сама понимает, какое у нее сейчас лицо? Хватит ли ей духу взглянуть на водную гладь, где отражается ее облик?

-Наша мама... у нее очень слабое здоровье. Ради мамы и ради папы, который изо всех сил работал ради мамы, сестра и поступила в "Школьный район". Чтобы найти хорошую работу. Может, у сестры и не было "мечты", зато была четкая "цель".

А у меня ничего такого нет - вот что она хотела сказать.

-Я поступила в "Школьный район", потому что так делала сестра. Раз уж сестра так поступила, значит, и мне нужно просто пойти по ее стопам... только с такими поверхностными мыслями я и сдавала вступительные экзамены в "Школьный район".

Мои глаза расширились. Она просто шла по дороге, проторенной госпожой Эйной. Вот что говорила Нина.

-Я очень сожалею, что пришла сюда с такими легкомысленными мыслями, поступила в "Школьный район" и с тех пор еле-еле плетусь по жизни...

Слово "сожалею" в устах Нины потрясло меня до глубины души. Неужели Нине, которая так любит учиться, так усердна и прилежна, настолько тяжело жить в "Школьном районе"?

-Рапи, ты знаешь, какой предмет я начала изучать первым?

-...Прости, не знаю.

-"Общую теологию".

-!!

Меня будто молнией поразило. Это тот самый предмет, от которого Нина деликатно отговаривала меня, когда я выбирал "учебный курс".

-Все так нахваливали то, что сестра сдала этот предмет. Вот я и попробовала. Думала, у меня тоже получится.

-...

-Но я ошибалась. Ничего подобного. Я совсем не могла. Не могла выучиться читать "Священные письмена" так, как сестра.

Нина будто вспарывала себя, будто до сих пор переживала ту боль, изливая мне свое прошлое.

”Этот предмет... я бы не очень советовала…”

”Говорят, процент сдавших - меньше десяти... А уж тех, кто действительно может читать "Священные письмена", и того меньше.”

Прозвучавшие тогда предостережения были не просто рассказами со стороны, а личным опытом самой Нины.

-Я тоже пробовала сдавать пробные экзамены в Гильдии. Тогда я снова хотела догнать сестру. Но сколько бы я ни училась, никак не могла получить высокий ранг. Мне было не угнаться за сестрой. Поэтому я снова сбежала, как тогда, с "Общей теологии".

-...

-Сестра такая способная, даже после выпуска из "Школьного района" ее многие помнят. Так же, как и в нашем родном городе. Поэтому я всегда подражала сестре, всегда шла по тому же пути... но не могла добиться тех же результатов. По сравнению с кем-то вроде меня, сестра куда талантливее.

В ее глазах постепенно скапливалась влага. Будто противясь нахлынувшим мыслям и рвущимся словам, подрагивающие изумрудные глаза копили слезы.

-Все, что делала сестра в детстве, делала и я. Поэтому я всегда гналась за сестрой. Думала, так будет легче. Но... все совсем не так.

-...

-Постоянно подражать сестре, самой ни на что не решаться... я и правда ничтожество.

...Нет. Наверное, Нина что-то не так поняла. Если предположить, что боги "Школьного района" вроде господина Бальдра проводят собеседования, выслушивают помыслы желающих поступить, проверяют, нет ли в них "лжи", распознают, годятся ли они. Тогда Нина смогла поступить в "Школьный район", потому что...

-И еще, я ведь сначала училась на "Курсе общего образования"... а потом перевелась на отделение "Боевых искусств".

-А?

-Просто так получилось... Леон-сэнсэй случайно увидел, как я изучаю магию, и заговорил со мной. ...Он сказал: "Возьми этот посох и попробуй произнести заклинание". И я сотворила магию. И в спорте оказалась сильнее, чем сама думала. ...И тогда многие меня похвалили.

-...И ты перевелась на "Боевые искусства"?

-Да... Говорят, у сестры со спортом не очень... вот я и ринулась с головой. Не из-за "мечты" или интереса, а просто чтобы оправдать свое место, я и тренировала боевые навыки.

Наверное, это и было величайшим "грехом" Нины. Не имея такой цели, как у госпожи Эйны, или "мечты", как у Иглина с остальными, а лишь с целью "сбежать", она не покидала "Боевые искусства", и стыдилась себя за это больше, чем кто-либо другой. Все ради того, чтобы оправдать свое существование, самоутвердиться. Поэтому, должно быть, каждый раз, когда мы заговаривали о "дальнейшем пути", ей казалось, что лишь она одна стоит на месте.

-Я поначалу еще писала ответы на письма, что сестра присылала в "Школьный район", но... после всего, что случилось, уже не могла их писать.

-...

-Я, всегда подражавшая сестре, сама себе так опротивела, изо всех сил цепляясь за то, что не удавалось сестре, лишь бы удержаться за собственное "я"... мне было так невыносимо противно от самой себя...!

-...

-Я не могла написать ни строчки в ответ на письма моей доброй сестры...!

С губ Нины наконец сорвался всхлип. Бесчисленные прозрачные капли потекли из уголков глаз, покатились по щекам, закапали на чересчур хрупкие ножки. Уткнувшись лицом в колени, она содрогалась плечами, пальцы впились в руки. Излив то, что сдерживала до сих пор, обычная девочка, уже не отличница, беззвучно плакала. А я не мог вымолвить ни слова. Не мог подвинуться ближе, обнять за плечи, утереть слезы. У меня нет младших сестер. Нет и старших. Из родных - лишь дедушка. Я ни капли не мог постичь ее печалей и горестей, не говоря уж о том, чтобы посочувствовать или пожалеть. Но.

-Ах...

Я снял куртку и набросил поношенную боевую форму Нине на плечи. Озеро колыхалось. Будто подул ветерок. И температура, похоже, понизилась. Так что нельзя было дать ей замерзнуть. Совсем чуть-чуть я и правда придвинулся ближе и сел рядом.

-Нина... Даже если ты и правда ненавидишь себя...

Я вспомнил каждый день, что учился до сих пор в "Школьном районе". И произнес в открытую свои незамысловатые мысли.

-Не забывай одного: благодаря тебе мне было так весело учиться.

-!!

-Благодаря тебе я познал радость учебы. Благодаря тебе... я снова обрел новую "цель".

Я ни за что не стану смотреть в сторону, а буду сидеть, скрестив ноги, не сводя глаз с озерной глади, и изливать свои чувства.

-И в этой стажировке Иглин с остальными много раз выручала именно ты, Нина.

-...!!

-Совсем как твоя сестра... ты, Нина, относишься ко всем с добротой, и потому смогла стольким помочь.

Будто звезды спустились с небес - упал сверкающий свет. Кристаллы сверкали с потолка этажа, и по озерной глади пошли круги, один за другим расходясь все шире. Маленькие, но нескончаемые круги. Словно прекрасные слезы. Вновь потупившись, со срывающимся дыханием, Нина... медленно подняла голову и посмотрела на меня. На ее лице расцвела слабая, но отчетливая улыбка.

-Рапи... ну ты и мастер доводить девушек до слез.

-...Прости.

-Ничего... просто немного удивилась.

-...Прости.

-Хи-хи, ты-то чего извиняешься?

-...Не знаю, но прости.

-Да не извиняйся ты. Я... очень рада.

"Спасибо тебе, Рапи."

От этих слов Нины, на чьем лице со следами слез расцвела улыбка, я крепко стиснул губы. Мои глаза неотрывно смотрели вперед, но лицо залилось краской. Нина тоже заметила мое состояние и рассмеялась, содрогаясь плечами. Она чуть подвинулась в мою сторону, так что я тоже немного отодвинулся, чтобы соблюсти дистанцию, но она ухватила меня за руку, так что пришлось смириться. Мое лицо по-прежнему пылало от смущения. Я отдал ей свою куртку, так что верх остался лишь в майке, но тело почему-то горело. Вот бы богиня Идунн пришла и что-нибудь сделала - думая о таких глупостях, мы вдвоем не отрываясь смотрели на озеро, мерцающее лазурным сиянием.

-Я тут подумала.

Вдруг Нина заговорила уже другим, не таким, как раньше, голосом.

-Наверное, те, кто нашел дело по душе - по-настоящему счастливые люди.

-А?..

-Конечно, случается и много неприятного, и любимые занятия порой становятся в тягость. Но, думаю, у всех так.

Я повернул голову и посмотрел на Нину в профиль. Она уже не глядела на озеро, а запрокинула голову, созерцая хрустальное море вместо звездного неба.

-Просто брести куда глаза глядят, наобум принимать решения, наугад делать выбор... Те, кто идет вперед по прямой, куда круче тех, кто плетется по такому бесцельному пути. Поэтому я думаю, что ты, Рапи, куда способнее кого-то вроде меня.

-...

-Может, это просто пустая болтовня полукровки-полуэльфа без всякой "мечты".

Девочка, неспособная гнаться за мечтой, вскинула голову к искусственным небесам и слабо улыбнулась.

-И все же мне кажется, что те, у кого есть "мечта"... счастливые люди, которыми хочется восхищаться.

На мой взгляд, она выглядела немного печальной... или даже опустошенной.

-...

Я тоже поднял голову, прищурился и уставился на искусственное, но прекрасное хрустальное небо над нами.

-Утро следующего дня. Лазурные кристаллы на потолке этажа начали слабо мерцать, словно рассвет на земле, понемногу светлея. Нина уснула, положив голову мне на колени, а я все это время в одиночку нес стражу., поддерживая костер, чтобы она не замерзла.

-...Аохару-★

-...Аохару-☆

Реки вышла из палатки и, едва приблизившись к нам, бесстрастно поприветствовала меня на языке госпожи Идунн. Глядя вдаль, я ответил на приветствие.

-...Эм, Реки. Если потом получится устроить небольшое "приключение", ты бы хотела пойти?

Реки не поняла, к чему я спрашиваю, слегка склонила голову, но все же поправила маску и чуть кивнула.

-Парк развлечений в Подземелье... Редкая возможность... Свежие впечатления... Хочу посмотреть... Вместе со всеми.

Я улыбнулся и поблагодарил ее. Стараясь не разбудить Нину, я передал ее на попечение Реки и направился в Ривиру.

-Ну ты даешь.

Примерно выслушав мою просьбу, господин Борс произнес это с некоторым недоумением.

-Как думаете, получится?..

Горько усмехнувшись, я чуть приподнял взгляд с мольбой, и главарь Ривиры растянул губы в улыбке.

-Да все равно сегодня проходы между этажами не расчистят. Целый день делать нечего, так что побуду с вами! Я ж уже говорил, сколько раз - я еще не отплатил тебе за многие услуги!

С этими словами господин Борс приобнял меня мощной рукой за шею и показал пальцами кружок.

-Но уж денежки-то я возьму как положено! Сделаю все по правилам, будто авантюрист, которому поручили вас сопровождать!

Я возложил свою руку на крепкую руку Борса, стискивавшую мне шею, и выразил благодарность. Вернувшись на поверхность, придется усердно работать и самому за все заплатить.

Вернувшись из квартала постоялых дворов, я рассказал им об этом, и тут же на лицах Нины и остальных проступило изумление.

-"Школьная экскурсия"?!

-Ага. Раз уж мы здесь, на 18 этаже, почему бы не сходить посмотреть на нижние этажи?

-Я понимаю твое желание, но... Если пойдем дальше вниз, Подземелье же станет совсем не таким, как раньше?!

-Говорят, были отряды, что из-за непредвиденных обстоятельств попадали на 18 этаж, но чтобы студенты спускались исследовать еще ниже - такого не бывало! М-м?! То есть для меня это шанс совершить беспрецедентный поступок?!

-В Подземелье... хочу. Говорила уже... Но, опасно?

-В-вот именно, Рапи. Мы и так из последних сил добрались сюда...

В целом все были против. Но, похоже, многие, как Крис или Реки, испытывали чувство: "Если это безопасно, то хотелось бы немного посмотреть".

Поэтому...

-Я сходил в Ривиру и услышал, что группа старших авантюристов собирается спуститься вниз. Они сказали, что если мы согласимся помогать, то нас проведут...

-...!

-И подумайте, если мы принесем какие-нибудь трофеи, может, получим "учебные баллы"...

-...!

Услышав мои объяснения, Нина с Крис, Иглин с Реки прониклись. Даже я сам понимал: "Ну и бред я несу". Если бы госпожа Эйна узнала, небось сильно бы меня отчитала. Но в то же время я чувствовал, что это будет вполне безопасно. Обычно, как ни велика разница в уровнях, впервые посещаемый этаж очень опасен, но я твердо верил, что если нас будут охранять привычные к исследованиям авантюристы второго класса вроде господина Борса, то мы сможем спуститься и на более глубокие этажи. Если еще я, авантюрист первого класса, как следует помогу, то, может, Нине с остальными удастся увидеть "неизвестные виды".

-Эге-гей! Мы идем!

-Похоже, авантюристы собираются выдвигаться... Ну что, пойдем?

Старшие авантюристы, не меньше двадцати человек, махали руками, направляясь к лагерю. Увидев это зрелище, ребята из Третьего отряда переглянулись, долго мучились сомнениями, но решили отправиться вместе.

-Ух ты... Вот это оружие! Они столько им молотят, и ни царапины!

Дворф Иглин, сжимающий в руке огромный молот, не скрывал восхищения, глядя, как жители Ривиры лихо расправляются с крупными монстрами "мамонтовыми ленивцами". Больше всего его интересовало оружие авантюристов.

-Не стоит недооценивать оружие Орарио. По сравнению с вашими навороченными "механизмами" из "Школьного района", мое будет понадежнее!

-То есть упор делается не на остроту, а на износостойкость? Хотя нет, мощь тоже весьма впечатляет...!

Иглин снова и снова разглядывал оружие зверолюдей, усердно "обучаясь". Как и подобает будущему кузнецу, он не мог пройти мимо. Не только он - Крис с Реки тоже наблюдали за экипировкой и боевыми приемами авантюристов и все время о чем-то переговаривались.

-Это восстановительное зелье куда эффективнее тех, что выдают в "Алхимическом отделении"! Хоть и очень горькое!

-Стоп... Что это они только что сделали?

-Просто подожгли скопившееся в монстрах пламя. Все зависит от того, как применять оружие и предметы.

То и дело Третий отряд изумлялся знаниям и мудрости авантюристов, которых порой презирали как "неудачников". Господин Борс хоть и недолюбливал учеников, но все же это была просьба авантюриста, так что он не издевался над ними, а держал ребят в центре, чтобы защитить в случае опасности. Я не собирался говорить, что это увеселительная прогулка, но пока что все шло неплохо.

-Ой, Рапи! Что это?! Гриб больше дома!

-Похоже, это ядовитый гриб. Говорят, если достаточно высокая устойчивость к аномалиям, его можно есть...

-Его можно есть?!

Нина тоже всякий раз громко ахала, увидев новые виды Подземелья. На уроках в "Школьном районе" информация по Подземелью давалась лишь до "Лабиринта скал". Для нынешней Нины неизведанное Подземелье, должно быть, было полно удивительного и будоражило любопытство. Даже в одном походе по Подземелью задействовано множество профессий и людей. Даже в одном пейзаже лабиринта таится бесчисленное множество тайн и всевозможных фантазий. Я хотел, чтобы они это поняли. Может, это и самонадеянно, и просто мой каприз, но я надеялся, что у Иглина с остальными, да и у Нины это вызовет интерес. Наверное, именно это и есть та самая "школьная экскурсия", о которой говорил Леон-сенсей. Такой шанс мог бы стать поводом обрести некую "цель" или "мечту".

-Слушай, Нина. Ты вчера сказала, что всегда подражала сестре и у тебя нет никакой "цели"... Но я думаю, это не так.

-А?

Мы были на 24 этаже. Это самый нижний из "Средних этажей", поэтому Реки с остальными явно нервничали, и я, спускаясь по подернутой лазурью пещере, сказал идущей следом Нине:

-Наверное, ты... хотела стать кем-то другим, не сестрой Эйной.

-!

За моей спиной, устремленной вперед, послышался сдерживаемый вздох. Нину, должно быть, с детства постоянно сравнивали с госпожой Эйной. Ее то и дело сравнивали с ней, сопоставляли с неизвестной ей на вид и голос способной старшей сестрой. Маленькие дети очень чувствительны, порой замечают куда больше, чем думают взрослые. Даже если взрослые ничего такого не имели в виду, совсем юная Нина, более смышленая, чем другие дети, наверняка тонко ощущала, что ее "сравнивают", и поэтому испытывала такое давление. Я не думаю, что взрослые желали ей зла. Но когда ее постоянно с кем-то сравнивали, Нина, сама того не замечая, стала тревожной, до нее уже не доходили слова родителей, как бы они ни старались, и она отправилась в "Школьный район". Но тут, наверное, Нина ошиблась. Она решила, что во всем виновата она сама, раз у нее нет никакой "мечты", и потому все время шла по стопам старшей сестры Эйны - но на самом деле она просто изо всех сил старалась, чтобы окружающие увидели: она способнее сестры Эйны, чтобы ее признали. Дух соперничества со старшей сестрой Эйной, зависть к ней и восхищение ею. Нина снова и снова терпела неудачи и разочарования, но не сдавалась.

-Поэтому не нужно ненавидеть себя.

Она верила: стоит ей набрать больше баллов, чем сестра Эйна, добиться большего, чем она - и люди скажут, какая способная "Нина", а не "Эйна". Ей наверняка хотелось во весь голос заявить миру: "Я - Нина Тулле!"

-Выпрями спину, гордись тем, в чем ты сильна. Ведь ты, Нина - девочка, не уступающая госпоже Эйне.

-А...

У самого входа в пещеру я обернулся - Нина стояла как вкопанная. Она застыла на месте, Третий отряд тоже притормозил, шедшие впереди господин Борс с товарищами удивленно оглянулись. Я протянул руку, приглашая ее, не решавшуюся шагнуть с места.

-Пойдем? Именно потому, что ты, Нина, сама считала, будто все время бежишь от чего-то, ты и трудилась до сих пор, и дошла сюда.

Спустя какое-то время. Поразмыслив, она осторожно, нерешительно протянула мне руку, я взял ее за и повел вглубь пещеры.

-...

Перед нами раскинулся крупнейший водный объект Подземелья - Лазурный Водопад.

-П-потрясающе!!

-Вот это кроте-е-е-ень!!

-...Невероятно.

Иглин, Крис и Реки содрогались от восторга. Нина так же широко раскрыла глаза, застыв, захваченная этим величественным зрелищем. Лазурно-изумрудный водопад пронзал этаж, словно заполняя собой весь мир. Бесконечные брызги бесчисленно отражались от кристаллов, как если бы здесь рождалась океанская картина из мифов. Лазурный цвет повсюду, мерцающий и сияющий. Прекрасный, жестокий и величественный. Появившийся в далеких глубинах новый мир - водная столица Подземелья.

-Потрясающе...

Очарованная грандиозным водопадом Нина долго стояла неподвижно, но даже когда они перешли в закрытую часть лабиринта, все продолжали восхищаться. В отличие от 18-го этажа, здесь возвышались голубые кристаллы, словно высеченные из глубин океана. Вечные потоки, где плавали белые водяные змеи и похожие на них русалки, водяные кораллы и лазурно-голубые цветы сакуры - эти фрагменты фантазии потрясали, заставляя сердца учащенно биться. Все, до чего можно было дотянуться, несло ауру "неизвестности", трогавшую души учеников. Авантюристы второго класса, защищавшие их, действовали безупречно. Боевой процесс, основанный на опыте, подавлял монстров прежде, чем дело доходило до бойни. Более того, на этот раз целью было не "исследование" ради получения магических камней или добычи из монстров, а "обучение" с целью показать ученикам новые пейзажи. Поэтому мы выбрали кратчайший путь и устремились вперед, заглядывая в иной мир. К счастью, монстры встречались нечасто, и вот мы на удивление быстро достигли "Заводи Водопада" на 25-м этаже.

-Как красиво...

Как вид вниз от прохода связи с верхней части этажа, Лазурный Водопад выглядел величественно, так и вид снизу вверх от Заводи был поистине восхитительное зрелище. Даже объехав весь мир, в "Школьном районе" нельзя было увидеть ничего подобного. Нина, похоже, поняла, почему Подземелье, где так часто соседствует смерть, так притягивает авантюристов.

-Нина, ну как тебе?

-Рапи... это...

-Считай... наградой?

-А?..

-Это награда за все ваши старания, за то, что ты, Нина, и Иглин с остальными так трудились.

Юноша, обычно похожий на младшего брата, зачесал челку, скрывая глаза, и улыбнулся, как старший брат.

-Ты столько старалась, проливала слезы, нашла то, в чем сильна... А теперь говоришь, что не можешь найти "мечту". Так вот это - маленький подарок от нас для тебя.

-...!

-Именно потому, что ты вступила в Третий отряд, и он стал еще сильнее, мы смогли показать тебе этот мир.

Это было доказательством ее роста. Пусть и не достигнув "успеха", снова и снова терпя неудачи, именно потому, что ты сама стала сильнее, мы смогли привести тебя сюда, в новый мир, - так сказал юный кролик, ставший их проводником.

-Нина. Я не могу свысока указывать тебе, что должно быть твоей "мечтой", а что "целью". Но я думаю... если человек встретит что-то, что его по-настоящему тронет, значит, он уже получил награду.

-Тро...нет?

-Да. Когда чувствуешь восторг, радость, когда сжимается сердце, хочется плакать... в такие моменты хочется поднять голову и подумать: "Постараюсь-ка я еще немного".

Он подбирал слова, словно оглядываясь на собственный опыт, тщательно осмысляя каждую его часть.

-Я был бы очень рад, если бы эта награда... придала тебе, Нина, хоть немного смелости.

-Рапи...

В конце юноша неуклюже улыбнулся. Даже несмотря на скрывавшую глаза челку, было видно, какой неловкой и смущенной вышла эта улыбка. В груди Нины что-то сжалось. Она ощутила невыразимое тепло вместо вчерашней печали. Губы не слушались, и она прижала правую руку к груди.

-О-о! Вот вам и удача! Это же "Лазурный дракон"!

В этот миг господин Борс, разглядывавший Великий водопад, ниспадавший выступами через Заводь, громко закричал. Вглядевшись, Нина с остальными тоже на миг заметили вдалеке внизу, перед 26-м этажом, как в воздухе плывет и поднимается вверх нечто продолговатое.

-Прячьтесь!

Господин Борс скомандовал, и недоумевавшие Иглин с товарищами, как и засуетившиеся авантюристы, последовали приказу и укрылись в тени кристаллических глыб, возвышавшихся тут и там подобно валунам. Вскоре они увидели, как дракон поднялся в Заводь 25-го этажа, а затем взмыл еще выше, над их головами. Нина и Белл лишились дара речи.

-Это... полярное сияние?!

Длинное тело, достойное называться драконом. Общая длина, должно быть, составляла около 10 метров. Гладкая чешуя лазурно-белых тонов, длинные плавники медленно взмахивали, словно крылья - он парил в воздухе, будто в морских глубинах. Но больше всего привлекали взгляд лучи света красного, зелено-белого и сине-фиолетового цвета, остававшиеся там, где пролетал этот дракон.

-"Лазурный дракон"...! Редкий вид с "нижних этажей"!

-Да. Его прозвали полярным драконом. По редкости примерно как "Гемобестии", дракон, которого нечасто встретишь.

Белл хоть и знал о нем, но, видимо, тоже видел впервые - он не скрывал изумления на лице. Господин Борс, также укрывшийся в тени кристаллов, ухмыльнулся. Нина с Иглином, да и прочие старшие авантюристы, само собой, не отрывали глаз. Сияние чертило траекторию, будто бы шествуя бок о бок с величественным “Лазурным водопадом”, и его блеск казался прекраснейшим зрелищем на свете. Бесчисленные брызги и осколки сияния мешались, словно резвящиеся феи.

я-Увидеть полярное сияние в подземном лабиринте... невероятно...

-Лазурный дракон испускает из хвоста ману, словно экскременты. Она отражает свет здешних кристаллов этажа, оттого и выглядит так красиво.

-Поясне...ние. Ужас...но.

-Но все равно так красиво, что дух захватывает!

В стороне от ошеломленного Иглина зверолюд-авантюрист дал пояснения, отчего Реки сразу помрачнела, а Крис в конце просияла и ловко вскрикнула, понизив голос. Длинное тело словно избавилось от силы гравитации, паря в воздухе - чем-то похоже на редкий вид "Вихреимператорскую рыбу" с 27-го этажа, но изяществом они не сравнимы. Круглые глаза были кристально чисты, и дракон непрестанно испускал сияние, озаряя авантюристов и учеников.

("Трогающий" миг...)

Нина, не отрывая взгляда, прижала руки к груди. Звучащее в ушах сердцебиение и недавние слова Белла породили в ней трудноописуемый жар. Нина еще не знала, какой ответ вызреет в ее душе, она лишь запечатлевала в глазах эту, казалось бы, неземную красоту.

-Гхы!

-Ох, увах! Монстр, еле успел!

И тут. За спинами Иглина с товарищами, зачарованно глядевших вперед, "лазурный краб" подкрался и внезапно набросился. В последний миг Иглин заметил, в панике обернулся и обрушил на него свой молот. Монстр рухнул на землю, но крепкий панцирь не разлетелся в щепки, так что он ударил снова. И снова. Бум! Бум! Оглушающие взрывные звуки. Наконец гигантский краб затих. И вот взгляд дракона скользнул вниз.

-.....А.

В момент, когда он отчетливо различил укрывшихся в тени авантюристов и учеников, круглые прозрачные глаза сделались пронзительно-алыми и полными жажды атаки, пасть с бесчисленными острыми зубами распахнулась.

-Вот зараза-а-а!!

Первыми из тени выскочили господин Борс с авантюристами. Следом, оцепенев на миг, сорвался Белл. Он оттолкнул онемевший, застывший на месте Третий отряд от кристаллов. И тут же ослепительный "вихрь сияния" вырвался из пасти дракона.

-...!

Ослепляющий до боли в глазах всплеск сияния. Световые вихри с яростной силой обрушились туда, где секунду назад стояли Нина с товарищами, и кристаллы начали распадаться.

-Что?!

-Кристаллы гниют и осыпаются?! Те...тепловой луч?!

-Нет! Это магическое "дыхание"! Свет, что изрыгает этот дракон - коктейль из таких "аномальных эффектов", это яд, вызывающий паралич!

Иглин с Крис застыли в шоке, господин Борс на бегу, брызжа слюной, ответил им. Невероятно чарующее сияние, но его жестокая суть - вызывать у добычи гниение и распад разными недугами, "светоэрозия". Подобно "Амфисбене", этажному боссу, что изрыгает красный туман, наличие особенного дыхания - черта монстров, обитающих в этой "водной столице". При виде прекрасного и загадочного яда Подземелья Нина с товарищами потеряли дар речи.

-Кха-кха-кха-кха-кха-кха-кха-кха-кха!!

"Лазурный дракон" парил в вышине, что позволяло ему действовать как вздумается. Он, не торопясь, целился и стрелял дыханием по разбегающейся добыче с огромного расстояния, не менее 20 метров. Оставляя гнить и осыпаться кристаллы, даже водная гладь окрасилась жутким цветом, от нее заклубился зловонный дым.

-Бе...бежим! В Заводи он прицельно атакует! В лабиринт, вглубь...!!

-Нельзя! Надо тут с ним разобраться!

-А?!

Уворачивавшийся от световых вихрей Белл так воззвал, но господин Борс тут же осадил его.

-У этого дракона длинное тело! Не то что этажный босс Амфисбена, он сможет проникнуть за нами даже в узкие проходы!

-...!

-Получать "дыхание" раз за разом в тесном лабиринте куда страшнее! Сражаться здесь будет легче!

Господин Борс и жители подземного города сперва указали Беллу, полному знаний, но без боевого опыта, на его неопытность, а затем дружно вскинули большие пальцы.

-Так что дальше уж сам разбирайся!

-Э, чего?! Р-разве мы не будем сражаться вместе?!

-Не-не, у нас же нет ни луков, ни магических мечей.

-Это не входит в условие задания! Так что выкручивайся сам, наниматель!

-Да как же так?!

Господин Борс с компанией до восхищения искусно его бросили, затем ловко укрылись в безопасной зоне у входа в лабиринт, отчего Белл издал неожиданный вопль. А тем временем сияющее дыхание продолжало обрушиваться, вынуждая Белла непрестанно отпрыгивать по земле.

(Он совсем не собирается спускаться... Запрыгивать, отталкиваясь от стен - это уж слишком, похоже, и правда придется использовать только магию...!)

Господин Борс с товарищами рассудили верно. "Лазурный дракон" висел так высоко, что рубить его напрямую было явно невозможно, одолеть его можно было лишь дальнобойными атаками вроде лука со стрелами или магии. И в глазах господина Борса с компанией, знавших об истинной личности Белла, скорее применить Огненную Стрелу и засыпать молниями было вполне законной просьбой.

(Но я не могу раскрыться перед Ниной с остальными...!)

Белл на миг заколебался, вспомнив о договоре с Бальдром, но тут же отмел эти мысли. Он вскинул правую руку, нацелив дуло на длинного дракона.

-Гори... "Да сгинет грех извне законов божьих"!

Раз уж надо постараться, он произнес поддельное заклинание и выпустил огненное копье. Однако багровая молния не поймала извивающееся длинное тело и пролетела мимо.

(...!! Он движется быстрее певчих и гарпий!)

Даже непрерывные выстрелы вслед за ним уклонялся от них один за другим. В конце концов, противник принадлежал к сильнейшему виду монстров, "драконьей породе". Его потенциал и способность летать находились на совершенно ином уровне по сравнению с крылатыми тварями того же этажа. Но хуже всего было расстояние между ними - как раз та дальность, с которой Белл справлялся хуже всего. До сих пор, даже в Подземелье, он применял Огненную Стрелу для подавления врагов в ближнем бою, много - на средней дистанции. С дальними дистанциями у Белла были самые большие трудности. А раз противник еще и ловко маневрировал высоко в небе, сложность возрастала многократно. Заменить точнейшую стрельбу Пики быстрой магией было непросто, по крайней мере, для Белла, не являвшегося чистым магом или мечником-магом.

(Надо ж было обнаружить проблему в такой момент...!!)

Белл мысленно отругал себя, и тут.

-У-ва-а-а-а-а-а-а-а?!

-...?! Иглин!

Смертоносное сияние настигало не успевшего сбежать дворфа. Белл пнул кристаллический берег, отшвырнул в сторону массивное тело товарища - и на этом все. Он сам не успел выбраться из обширной зоны поражения и был поглощен "светоэрозией".

-Гх...?!

Он скрестил руки перед собой для защиты. Короткие мечи в руках тут же осыпались. Он широко раскрыл глаза, пытаясь немедленно вырваться, но на этот раз начал гнить уже сам берег.

(...?! Земля под ногами стала как болото!)

Поймав добычу и повысив мощь, сияние стремительно разъедало Белла и все вокруг. Не имея точки опоры и даже увязая ногами, Белл нахмурился.

(Тело еще выдержит...! Главное - снаряжение...!)

Тело авантюриста первого класса с высокоуровневой "устойчивостью к аномалиям" выдерживало "светоэрозию", раздражая дракона. Лишь кожа потрескивала, неприятно зудя. Но второй короткий меч и даже боевая форма постепенно разлагались, словно изъеденные насекомыми. Кто бы мог подумать, что он столкнется с таким на "нижних этажах". Как бы ни повышался уровень авантюриста, Подземелье и "неизвестное" все равно будут угрожать им, Беллу и прочим.

-Рапи?!

Тем временем Нина вскрикнула, глядя на силуэт в глубине светового вихря, детали которого уже было не разглядеть. Побледневший Иглин сидел, шлепнувшись на землю, Реки с Крис лишились последних красок, а Нина рядом с ними без колебаний рванулась вперед, но ее удержала за предплечье мощная рука.

-Стой, не ходи туда! С этим мальчишкой-кроликом... как его там, Рапи, все будет в порядке!

-Как это в порядке?! Пустите, прошу вас, пустите!

Господин Борс с товарищами, сдерживая Нину, прикрывали и Иглина с остальными. Эти авантюристы-неудачники не отказались лишь от той части поручения, что касалась "защиты учеников", и пытались унять бушующую девочку. Господин Борс с компанией поняли. Цель "авантюриста первого класса". Это было "состязание на выносливость". Но Нина этого не поняла. Что естественно. Нина не знала того "авантюриста первого класса", которого признавал господин Борс с товарищами. Она знала лишь того нежного душой юношу, который привел ее сюда, был ей как младший и старший брат.

-"Спи под песню ветра, колыбель цветов".

Поэтому она запела.

-...!! Ты... ты чего удумала?!

Оставив позади изумленных господина Борса с товарищами, она пропела благородную песнь, дарованную ей.

-"Былое величие, прежнее великолепие. Защити чистейший город матери, превыше мириада цветочных холмов".

Для сосредоточения маны она закрыла глаза, и под сомкнутыми веками возникли истоки полуэльфийки. Город без стен, с величественными плато, где колышутся бесчисленные цветы, а в лазурных небесах реют белоснежные лепестки - родной город девочки, наполненный прозрачным воздухом. После отъезда, претерпев множество неудач, она не раз тосковала по родным местам, но горько вздыхала, что теперешняя она, ничего не добившись, недостойна возвращаться. Утоляя тоску по дому слезами на подушке, она являла эту темную сторону Нины, что была и ее отправной точкой.

-"Цветы, распускайтесь. Вместо меня, неспособной взойти, распускайтесь. Сияние, воспой. Воспой во славу благородных странников".

Не в силах представить собственное будущее, девочка завидовала и восхищалась теми странниками, что гнались за мечтой, думая, что по крайней мере сможет вознести молитвы об их грядущем пути. Следуя текущей в ней благородной крови, она желала отдавать себя ради других. Мечты, которых она не могла найти, те страстные устремления, что не могла воплотить - она вверила их другим, бессознательно возложив на других свои надежды. Песня эльфийки, с ее наивными и до глупого чистосердечными желаниями.

-"Лазурь, воспари. Белизна, очисти. Развей чадный смрад, яви же сюда венок цветов".

Так она и жертвовала собой, наивно и по-дурацки, а потом встретила его. Юноша, которого она встретила, сказал ей, что до сих пор она, неспособная стать странницей, гонящейся за мечтой, жила путем отнюдь не пустым и глупым, а очень даже достойным.

(Я столькому научилась у Рапи!)

Юноша говорил, что это она ему помогала. Но все совсем не так. Напротив, это Нине всегда помогал он.

(Я еще ничем не отплатила ему!)

Поэтому Нина решила и впредь всячески помогать юноше. Оставаться подле того юноши. Учить его новому и самой учиться у него. В этом и было теперешнее желание Нины.

-Ого-о?!

-Нина?!

Почувствовав прилив маны - и встревожившись ее взрывом - господин Борс спешно отпустил руку Нины. Благородная дева вскинула посох так решительно, как никогда прежде, отчего Крис застыла. В следующий миг Нина побежала.

-"Расцветайте все, Второй Одухотворенный..."

Подражая недавно изученному "параллельному чтению заклинаний", она устремилась к сиянию, по-прежнему разъедавшему юношу. "Хочу ему помочь" - лишь с этой единственной мыслью она начала свое "приключение". И в миг, когда собралась нырнуть в вихрь, Нина прокричала заключительные строки:

-"...Имя мне - Альв"!

Прядь изумрудных волос озарилась светом маны, высвобождая это заклинание.

-"Святилище Ллеругиль"!

[[image:/storage/reader-images/feb893d39abc1d8c73deadb6350d06c9db7c0157.jpg]]

"Святилище Белых Цветов" развеяло зловещее сияние. Перед ошеломленным взором длинного дракона она заслонила спиной столь же ошарашенного юношу, явив область света, где витали белые перья и лепестки.

-Ч-что это?!

-"Магия очищения"! Барьер Нины, способный защитить от любых аномалий!..

Господин Борс застыл в изумлении, Крис с остальными гордо вытянули шеи. "Святилище Ллеругиль". Редкая магия, подвластная целительнице Нине. Как и выкрикнула Крис, ее сила - "очищать всевозможные аномалии". Способность создавать "Святилище Фей" - защитный барьер средних размеров, способный не только блокировать и исцелять яды, паралич и прочие "аномальные состояния", но даже проклятья и ментальные атаки. Под влиянием помыслов девочки, молившей, что когда-нибудь непременно исцелит свою любимую мать, прикованную к постели болезнью, вместо чисто белого сада Альвхейма родилось это.

-Нина!..

Очищенное тело Белла уже полностью исцелилось. Помимо нейтрализации яда, свет очищения даже наделил всех в зоне действия эффектом "постоянного исцеления", тщательно смывая всю скверну. Даже "светоэрозия" "лазурного дракона" с его куда более высоким потенциалом не стала исключением.

-М-м-м-м!..

Колени Нины дрожали. Извергаемое сияние грозило пробить чистейшие владения, ниспровергнуть защиту Нины. Но она не могла уступить. И верила, что не уступит. Сейчас, впервые в жизни, сердце Нины было преисполнено таким чувством долга. Ведь у нее была "цель" - "Защитить дорогого человека до конца". Видя, что чисто белый сад нисколько не дрогнул, длинный дракон утратил терпение. Он прекратил источать полярное сияние и стремительно ринулся вниз, намереваясь разорвать врага острыми клыками. Глаза Нины широко раскрылись. "Святилище Ллеругиль" - не "барьер", оно не защитит от прямых атак и заклинаний. И в миг, когда изумрудные глаза уже готовы были зажмуриться...

-Спасибо тебе, Нина.

Тонкие руки поддержали спину Нины, уже падавшей назад. Полуэльфийка завершила начатое ею "состязание на выносливость", и юноша поблагодарил ее, встав впереди. То, что он выхватил с пояса - "черный нож", который всегда носил с собой.

-Ррра-а-а-а-а-а-а!

В миг, когда острые клыки оказались перед его лицом, юноша яростным ударом отразил их, защищаясь, а затем на глазах у Нины вскарабкался на длинное тело дракона. Полярный дракон вновь стремительно взмыл ввысь, но юноша не разжал рук, ухватился за плавник и тоже взлетел в заоблачную высь.

-...

Эта картина глубоко впечаталась в глаза Нины. Образ юноши, взмывающего вместе с драконом в пространстве водопада и кристаллов, рисуя грозно-прекрасное полярное сияние. Сказочное, загадочное, прямо-таки геройское "приключенческое зрелище" потрясло ее сердце.

"Нина. Мы не можем дать ответ твоим метаниям."

Так сказал ей однажды Леон-сэнсэй. Когда она, не находя выхода, благодаря обстановке "Школьного района" зашла в тупик и ей посоветовали перевестись на Отделение Боевых Искусств, слова Леон-сэнсэя были: "Чаще спрашивай себя, чего ты хочешь". Ни Леон-сэнсэй, ни господин Бальдр никогда не скажут: "Делай то-то" или "Стремись к тому-то". Ведь тогда Нина сможет подавить чувства и слепо стараться, действуя по указке. Но наставники "Школьного района" не собирались превращать Нину в "марионетку".

"Если тебе так нужен совет - Нина, когда придет тот миг, послушайся своего сердца."

Они лишь желали, чтобы когда-нибудь она нашла то, чего так жаждет

"Когда сердце непреодолимо трепещет - значит, ты встретила свою мечту."

Мечта зажгла величественное "пламя".

-"Огненная Стрела"!

Отброшенный извивающимся драконом, Белл оказался над ним и влил багровое пламя в черный кинжал. Тут же зазвенел колокол. Звук утих вместе с белыми искрами, и клинок бога облачился в массивные огненные доспехи. Вздымающийся жар испугал дракона, он распахнул пасть-дуло, чтобы выпустить последнее сияние. Четыре секунды на зарядку. "Авантюрист", увлекаемый вниз силой тяжести, в упор встретил драконье дыхание и нанес удар.

-”Арго Веста”!

-...?!

Сосредоточенный удар священного пламени поглотил полярное сияние, стерев дракона во взрыве. От вспышки пламени и ударной волны Нина с остальными, задрав головы, невольно зажмурились. Этаж содрогнулся, даже Лазурный Водопад испустил дрожащий рев. Черный пепел пролился дождем.

В миг, когда тело дракона рассыпалось мириадами пылинок - бум! Увидев, что юноша благополучно приземлился на берегу Заводи, Нина, широко размахивая плечами, подбежала к нему.

-Молодец!

Господин Борс с товарищами и Иглин с остальными тоже с приветственными возгласами столпились вокруг.

-Рапи!

-Нина... ты в порядке?

Юноша отер лицо. Его одежда изорвалась в клочья, а он все равно тревожился за других. Обычно Нина бы разозлилась на него, но сейчас она решила последовать трепету, не унимавшемуся в груди. Глядя на эту улыбку, ощущая эту нежность, думая об этой "мечте", сердце Нины было охвачено неудержимой дрожью, и она произнесла:

-Я хочу стать авантюристкой.

Перед изумленным юношей она выкрикнула:

-Я хочу увидеть еще более удивительные места вместе с тобой!

-А?

-Э-э?

Белл, весь Третий отряд, и даже господин Борс с товарищами застыли, уставившись на полуэльфийску. Нина, осознав, что сказала, покраснела, но сразу же после этого…

С головы юноши, чье снаряжение, одежда и оружие истрепались от драконьего сияния - вжик! - съехал парик.

-А…

-А?..

Юноша с девушкой поменялись местами, теперь девушка широко распахнула глаза. Темно-алые глаза, обычно скрытые челкой, открылись внешнему миру. Длинных кроличьих ушей тоже не стало, лишь ярко засияли волосы цвета первого снега, омытые брызгами водопада. Белл... то есть Рапи застыл как громом пораженный. Третий отряд тоже застыл в странных позах. Господин Борс и прочие жители Ривиры пожали плечами, и тут всю округу потряс громовой вопль.

-А-а-а-а?!

-----------------------------------

Я очень сильно извиняюсь за такую задержку с выходом главы. Новый семестр начался и чисто физически времени не было что-либо сделать, поэтому заливаю главу полуредаченной. Буду очень сильно благодарен, если в коммах напишите про ошибки и непонятные моменты, чтобы я успел их исправить. Вот вам за ожидание арт с эджлордом Рапи, великим авантюристом пятого ранга, который скрывается в виде обычного школьника. Никто из одноклассников даже не подозревает насколько он на самом деле силен. Пока они учились в школе и наслаждались своими жизнями, он проходил суровые испытания, которые им даже и не снились. Теперь он взял под контроль группу обычных ребят и все они пляшут под его дудку. Хех...

И еще, неожиданно для меня Крис оказалась девочкой. Сам это выяснил на моменте с палаткой. Я сначала окуел (мягче не скажешь), когда увидел, что он(а) в палатке с Ниной, а потом дошло. Я постарался исправить, но мог что-то пропустить, поэтому если будет путаница с полом, тоже пишите. Спасибо.

[[image:/storage/reader-images/048b6cf7833ae9d1202212ace04c8f8d616992d7.png]]

----------

Эпилог

[[image:/storage/reader-images/379a331902d6b3e8632fc7b10cb0da5f5481a96c.jpg]]

Эпилог

Я бежал ранним утром, когда солнце еще не показалось. Долгое время проведя в Подземелье и испытывая легкую дезадаптацию, меня вызвали в "кабинет директора".

-Спасибо за "спецстажировку".

В храмовой башне на самом верхнем этаже. Господин Бальдр, сидя за большим столом из белой древесины напротив, выразил благодарность, а я смущенно потупился.

-В итоге моя личность все-таки раскрылась...

-Да, я слышал. Но удивительно, что Третий отряд ни словом не обмолвился об "авантюристе первого класса", появившемся на 25-м этаже. Так что, пожалуй, даже слухов не пойдет.

Он явно намеренно притворялся, и я засомневался, стоит ли об этом говорить, но, услышав такие слова от божества света, невольно улыбнулся. На 25-м этаже, после того, как моя личность раскрылась, обвалы на 18-м и в "Лабиринте Скал" полностью расчистили, и Третий отряд вернулся на поверхность. По дороге никто не проронил ни слова, с моей точки зрения, ситуация давно вышла за рамки неловкости, однако... никто не стал упрекать "Рапи" за маскировку. Просто не знали, как теперь друг с другом общаться. Атмосфера царила именно такая.

-После всех бедствий в Подземелье устроить "школьную экскурсию"... Прекрасная идея. Это потому, что ты авантюрист из Орарио? Или потому, что это именно ты?

Последний в кабинете, кроме нас, учитель Леон, читая отчет, горько усмехнулся. Я слышал, что он больше всех старался и спас множество пострадавших. И забрал на 18-й этаж нас с остальными именно Леон.

-Ты не только расширил кругозор Нины, но даже раздвинул горизонты ее желаний. Как я и ожидал.

-Как вы и ожидали?

-Да. Как я и ожидал, ты превзошел мои ожидания.

Я вытаращил глаза, и тут учитель Леон с лицом, какого я у него еще не видел, по-мальчишески лукаво прищурился и ухмыльнулся мне. Неужели Леон так высоко меня оценил? За то, что я стал авантюристом первого класса? Или за то, что меня прозвали "Быстрейшим в мире Кроликом"? Истинную причину я не знал. Но напоследок Леон-сэнсэй сказал мне:

-В следующий раз я и сам хотел бы отправиться с тобой в приключение, Белл.

Будто заключил со мной этакое "обещание".

-Кстати, вы с Ниной потом поговорили?

-А, ну... Как-то неловко было, так что ничего особенного...

Смущенно пробормотал я на вопрос господина Бальдра. Но добавил: "Однако..." - и мои губы растянулись в улыбке.

-Она эмоционально сказала: "Мне надо повидаться с сестрой!"

Я посмотрел в окно. На начинающее светлеть небо и в сторону Города-Лабиринта, где наконец-то смогут встретиться сестры.

Осень миновала, уже настала зима. Должно быть, большинство людей еще нежились в постелях - в парке не было ни души, и, в одиночку шагая по нему в Гильдию на работу, Эйна выдыхала белые облачка пара. Теперь уже необходимы были шарф и перчатки. Сможет ли она к весне, когда схлынут холода, сблизиться со своей дорогой родной сестрой? Когда она размышляла об этом...

-Сестра.

-!

Этот миг настал раньше, чем она ожидала. Через этот парк пролегал кратчайший путь в Гильдию. Немного расспросив, можно было узнать, что здесь ходят на работу многие сотрудники. Нина, поджидавшая Эйну, в форме "Школьного района" не спеша приблизилась к ней. По обе стороны дороги выстроились почти облетевшие деревья, безмолвно взирая на двух полуэльфиек. Сестры старшая и младшая замерли посреди дороги, глядя друг на друга.

-...Эйна... Сестра.

-...Да.

-...Прости. Я и правда ничего не помню.

Потупившись, честно призналась младшая сестра, но тут же вскинула взгляд, встретившись глазами с Эйной, и криво улыбнулась.

-Так что... "Рада знакомству". Я - твоя младшая сестра, Нина.

От одного лишь этого глаза Эйны, того же оттенка, что у Нины, увлажнились, и на ее лице расцвела прелестная улыбка.

-Я помню тебя еще младенцем, так что... "Давно не виделись". Я - твоя старшая сестра Эйна.

Кровные сестры начали свою встречу приветствиями, словно чужие люди. Однако, пусть и разные по возрасту, но очень похожие лицом, они невольно улыбнулись друг другу.

-Сестра, прости меня. Я не отвечала на твои письма., хотя всегда была так рада им. Но у меня не хватало духу ответить.

-Вот как?

-Да. Я все время подражала тебе. Гналась за тобой, накручивала себя, так переживала.

Старшая сестра с безмятежной улыбкой слушала ее рассказ, а Нина с сияющим лицом поведала обо всем, что случилось до сих пор. Как все время подражала Эйне. Как любила учиться, но училась не так хорошо, как она. Как терпела неудачу за неудачей. Какая она на самом деле спортивная. Как поняла, что никогда не стать ей "Эйной Тулле". А теперь, будучи "Ниной Тулле", обрела "мечту".

Нина говорила и говорила, повторяя то, что не смогла написать в письмах, не смогла ей ответить. Столько всего изливалось из глубин ее души, что не уместилось бы и на множестве листов бумаги. Отчего-то на ее глазах выступили слезы, да и не сводившая с нее взгляда Эйна тоже едва сдерживалась.

-Так что на “спецстажировке” я столько всего для себя открыла! Дорогой мне человек научил меня очень многому!

-Да?.. Похоже, ты обрела чудесного друга. Этот дорогой тебе человек - твой однокурсник из "Школьного района"?

-Нет, это господин Белл Кранел!

-...Э?!

Младшая сестра взорвала бомбу. Безмятежное до сих пор время разлетелось вдребезги от вскрика изумленной Эйны. Нина склонила голову набок, но ей так хотелось рассказать родной сестре, что щеки ее раскраснелись уже не от холода, и она затараторила:

-Господин Белл Кранел... Нет, Белл - потрясающий авантюрист! Он столько раз нам помогал, всем стало ясно, что он и вправду авантюрист первого класса...!"

-П-погоди, Нина! Ты что, в Белла...?!

-Ага, я решила! Сестра, я хочу вступить в паству Гестии!

-А-а-а-а-а?!

Не замечая паники сестры, погруженная в свой мир, создавая вокруг себя ауру юности, Нина с лучезарной улыбкой помахала рукой.

-Поэтому, сестра! Пожалуйста, зарегистрируй меня как авантюристку! Сможешь?

-Ст-стой, Нина! Умоляю, погоди! Белл восхищается Валленштайн, и она такая, ну ты понимаешь, в общем, лучше бы тебе сменить цель...?!

-Я хочу увидеть с ним еще множество удивительных мест!

"Ни-и-и-на-а-а-а?!"

Стенания сестры так и не достигли ушей по-прежнему ничего не подозревающей Нины. Она отвернулась и побежала. С белыми облачками пара изо рта, раскрасневшимися щеками, по широкой прямой дороге, к своей "мечте". К неизведанным землям "приключений", где ждут не только сверкающие диковины, но наверняка и неудачи, однако несомненно сокрыты и бесценные сокровища.

-Надо постараться! Стать потрясающей авантюристкой!

И девочка, нашедшая свою мечту, пустилась бежать.

----------

Начальные иллюстрации

[[image:/storage/reader-images/5c58929d6454b1e6c2f53b381f2a18e3243ab0de.png]]

[[image:/storage/reader-images/74754c6be6911e5f26cb80fd931f53a73aa3b9b6.png]]

[[image:/storage/reader-images/ecda62aae46b5137d0ab62595034d3ae4d715ac5.png]]

[[image:/storage/reader-images/bdfda354ff13f36384ca317f55e180eb30d872b0.png]]

----------

Пролог: Остаточное сияние героя

Я увидел «Героя».

На границе неба и моря, тёмной и мрачной, как во время конца света.

В бездонных водах, где отчаяние и гибель следуют друг за другом.

Среди всепоглощающей тьмы, я видел сияние героя, прорезавшееся сквозь грохот и боевой клич искалеченных.

— «Корень благословения, родовое проклятие. Первородный грех, что пожрал половину моего тела».

Даже слова «бурная волна» казались недостаточными, чтобы описать ярость морского удара, крушащего всё вокруг — удар, от которого мельчайшие частицы воды разлетались, словно осколки снарядов. Но человек, стоящий на воде, смотрел на всё это с непомерным высокомерием.

Морская крепость, которая в будущем станет известна как «школа», находилась в катастрофическом состоянии. Опоры корабля напоминали разбитый плот, переживший не одно крушение.

Но даже среди гибельной глубины бескрайнего моря свет героя не мерк. Он был выгравирован в моих глазах, пока я, цепляясь за обломки, растерянно поднимал взгляд.

— «Нет очищения. Нет искупления. Нет спасения. Звон, доносящийся с небес — мой грех».

Длинное песнопение. Огромная магическая сила. Все это принадлежало пепельноволосой ведьме, что отвергала проливной дождь и свирепый ветер.

Её губы, окрашенные свежей кровью, но она продолжала петь, скользя по воздуху, среди зловещего вихря искажающего разум.

На дне моря, подобно мёртвым водорослям, лежали тела опытных воинов. А уничтоживший их морской владыка поднял рев ужаса— Одно из великих чудовищ, способное похвастаться огромным телом,способным поглотить весь свет, и способным создавать сокрушительную волну одной лишь встряской собственного тела, боялось пения героя.

— Горн богов. Арфа духов. Мелодия света. Всё это — клеймо вины.

Бурные волны вздымались. Морской удар, который поглощает и убивает все живое, перехватывается другими кричащими воинами. Всего один взмах руки женщины-героя и тысячи вспышек света начинают сбиваться от выстрелов. Сокрушительное нападение морского владыки, способное разбить мир, сбивается обратно в море, всего одним ударом большого меча одного героя-мужчины. Магия членов семьи, уцепившихся за плот, разбивает чешую. Воины, погружались в море, которая являлась синонимом смерти и метали гарпуны, пронзая гигантское тело.

— Малый сад, любимый судьбой, разлетайся на куски. Я ненавижу тебя.

Кровь не переставала литься. Крики не умолкали. Эхо песнопения вскоре превратилось в похоронную песнь.

И всё же эта трагическая мелодия стремилась стать гимном победы. Она сотрясала мое тело, которое больше не могло и пальцем пошевелить.

Сияние героев разогнало тьму. Оно отразилось во всех направлениях, обжигая мои глаза и сердце.

— «Это моя цена. Уничтожь всё сущее, чтобы доказать грех. Кричи, священный колокол!».

Магическая сила, достигшая предела, была освобождена.

Благословение святого разрушения обрушилось на олицетворение конца, что угрожал миру.

Тёмный мир стал белым. Экстремальное разрушение, лишённое даже крупицы красоты, окутало всё вокруг. Прежде чем моё сознание готово было угаснуть посреди этого безмолвного белого мира, я услышал крики героев, одолевших великое чудище.

Ткачи чудес и надежд, которые смогли превратить невозможное в реальность.

Это оно? Действительно оно?

Чтобы осветить этот мрачный мир. Чтобы спасти мир, который я так ненавидел. Неужели действительно нужно это сияние?

Я видел Героя. И я не мог позволить, чтобы распространяющийся свет надежды, угас. Это ослепительное зрелище должно возродиться, когда настанет моя очередь.

Мир нуждается в героях. Это истина.

Так же, как устроен мир, образ и храбрость героев навсегда останутся в глазах и сердцах людей.

Я уверен, что буду продолжать стремиться к этому образу и желать его.

Для рождения нового Героя. Для рождения как можно большего числа Героев. Нужен проводник, вселяющий надежду.

***

— Леон.

Небо простиралось чистым и голубым.

Солоноватое озеро, раскинувшееся перед глазами, мерцало, как обычно, забыв о тёмном море, которое он помнил из своих времён.

Леон, наблюдая за «школьным округом» с мостика «купольной башни», возвышавшейся в центре гигантского корабля «Хрингхорни», прислушивался к крикам морских птиц. Он обернулся на голос бога, который обратился к нему.

— В чём дело, Лорд Бальдр?

— Из «Большого барьера» поступило сообщение: из долины доносится храп.

Зимний воздух, который обычно был спокоен, лёгкой струёй проникал в гавань. На мгновение атмосфера вокруг Леона стала напряжённой.

— Есть ли те, кто выбрался?

— Кажется, один. Причём большой. Вероятно, он запутался в барьере нашего «школьного округа». Но когда он освободится, это лишь вопрос времени.

Леон молча выслушал новость, которую ему передал директор школьного округа, а по совместительству — его бог-покровитель. На мгновение он погрузился в раздумья и отвёл взгляд.

Он устремил глаза на север — на солоноватое озеро, раскинувшееся в его поле зрения, и горы, сплетающиеся в хребты напротив моря.

— Я хотел бы узнать Ваше мнение, как Бога. Сколько, по-Вашему, у нас осталось времени?

— Хотя это лишь мои догадки. Но, думаю, что десять и два дня.

Ответ Бога на вопрос смертного был краток и ясен. Леон не выразил ни тени сомнения, лишь медленно кивнув ответ.

— В таком случае я займусь этим. И, если позволите... Я хотел бы взять с собой одного человека.

— Ты про «него»?

— Да!

Веки Бога, что обычно оставались закрытыми, едва приоткрылись, образуя мягкую улыбку. Леон ответил ему той же теплотой и, в последний раз обернувшись, устремил взгляд вдаль.

Перед ним простирался город героев, защищённый массивными городскими стенами, а в центре возвышалась меловая башня, касавшаяся самого неба.

— Обещанное нами приключение... Я хочу воспользоваться этим шансом, чтобы помечтать о рождении нового героя.

----------

Хаос в Орарио

Глава 1. Хаос в Орарио

[[image:/storage/reader-images/a72e4c4d5e3a485cbbb08ff329d47fb8c43509d4.png]]

— Меня зовут Нина Тулле, и я из [Класса Бальдра] в школьном округе! Я надеюсь поработать с вами в рамках этой стажировки, чтобы получить опыт работы в вашей Семье, начиная с сегодняшнего дня! — взволнованно воскликнула она.

У Нины были каштановые волосы с несколькими прядями, окрашенными в нефритовый цвет. Энергично кивнув головой, её темно-красный галстук-бабочка колыхнулся вместе с решительным жестом.

Белл, Гестия и остальные наблюдали за ней из гостиной резиденции Семьи Гестии.

— Никогда бы не подумала, что из "Школьного округа" действительно придут ученики... — прокомментировала Микото, явно удивленная.

— Впечатляет, что вас даже искали, Белл-сама! — добавила Харухиме, сложив руки в жесте восхищения по отношению к Беллу.

— Я ничего такого не сделал... на самом деле... — ответил Белл, почесывая затылок, смущенный похвалой.

Прошло три дня с тех пор, как Белл закончил свое обучение в школьном округе, маскируясь под ученика. Теперь, вернувшись в качестве первоклассного авантюриста и члена [Семьи Гестии], он испытывал горько-сладкое облегчение. Хотя директор Бальдер предлагал ему остаться в академии, Гестия настояла на его возвращении.

Однако Белл все еще чувствовал себя неловко. Его настоящая личность была раскрыта во время «Специальной подготовки в подземелье». Раньше его знали как «Рапи Флемиш», псевдоним, скрывавший его сущность авантюриста «Кроличья лапка». Теперь же ученики из «Третьего отряда», которых он возглавлял, знали, кто он на самом деле.

Пока он размышлял обо всем этом, голос Нины вывел его из задумчивости.

— А... — робко сказала она, опуская голову, осознав, что Белл наблюдает за ней.

Белл тоже отвел взгляд, вспоминая, как однажды, поддавшись порыву, сказал ей: «Я хочу увидеть много пейзажей вместе с тобой». Хотя он не произнес это как признание, теперь ему казалось это неловким.

С другой стороны, Нина видела в Белле надежную фигуру, почти как старшего брата. Хотя она была отличницей в школьном округе, её простое и теплое отношение к нему заставляло его чувствовать себя комфортно.

Гестия, наблюдая за их взаимодействием, решила вмешаться.

— ...Мы приветствуем тебя в качестве стажера в нашей Семье, Нина-кун. Я не знаю, захочешь ли ты в будущем присоединиться к нам, но для нас будет честью, если ты это рассмотришь. Надеюсь, тебе понравится здесь! — сказала она с улыбкой, протягивая руку Нине.

— Да! Большое спасибо! — ответила Нина, взволнованно пожимая руку богини.

Тем временем Микото и Харухиме наблюдали за сценой с легкими улыбками. Гестия же выглядела так, словно только что откусила горькую сливу, что вызвало у остальных сдерживаемый смех.

— Итак, стажер останется в главном доме? — спросила Микото, оценивая атмосферу в гостинной.

— Да, если [Семья] позволяет это. Гильдия предлагает им остаться в штаб-квартире, чтобы облегчить знакомство, — ответила Эйна, поправляя очки.

— На самом деле, Бальдер-сама уже одобрил это, и... — Нина помедлила мгновение, прежде чем добавить с легкой улыбкой. — Я уже принесла свой багаж. Он сейчас стоит снаружи. Сейчас мы сходим за ним с сестрой!

— А, я тоже помогу тебе, Нина, — сразу же предложил Белл.

Однако ответ Нины удивил его.

— Все в порядке, Белл-сэмпай!

— Б-Белл-сэмпай? — переспросил он, озадаченный внезапным титулом, который она ему присвоила.

Юная полуэльфийка просто улыбнулась, с легким румянцем на щеках, пока Белл пытался осмыслить случившееся.

Он перестал двигаться, казался немного расстроенным и жаловался, словно попробовал какое-то странное лакомство, от которого у него все зудит и он сходит с ума.

— Ну, нет нужды так удивляться. Просто зови меня, как обычно...

— Как обычно... ты зовешь меня Рапи-кун...

— Тьфу!?

На мгновение Нина вернулась к тону, который использовала, когда разговаривала со своими одноклассниками, и посмотрела на Белла.

Псевдоним Рапи-кун, конечно, плохой.

Как в том смысле, что это смутило бы любого, кто этого не знает, так и в сознании Белла.

Увидев Белла, который лишился дара речи, Нина не показала ни малейшей застенчивости и даже казалась счастливой.

— Если ты авантюрист, я твоя младшая, должна ли я называть тебя сэмпай?... Нет, пожалуйста, позволь мне звать тебя так!

— Э-э, да... я понимаю, Нина...

— Спасибо! Ну, я пойду за багажом!

Смеясь, Нина вышла из комнаты со своей сестрой.

Белл, казалось, был в хорошем настроении, и, глядя на её длинные каштановые волосы, которые подпрыгивали, как хвост животного, он положил руку на затылок.

— Ты кажешься хорошим парнем, «сэмпай».

— О, хватит, Вельф.

— Подумать только, что наступит день, когда тебя будут называть «сэмпай»... это заставляет меня чувствовать себя очень взволнованной.

— Рю-сан!

Вельф, облокотившись рукой на его правое плечо, нахмурил рот в шутливой гримасе.

Слева стояла Рю с улыбкой на лице.

Чувствуя себя полностью обессиленным, Белл еще раз посмотрел в сторону двери, куда ушли Нина и Эйна.

— А-а-а-а! Я так нервничала!

Идя по коридору особняка, Нина приложила руку к груди и глубоко вздохнула.

Эйна, шагавшая рядом с ней, чувствовала себя счастливой и спокойной одновременно. Было странно видеть Нину, всегда такую уверенную в себе, проявляющей такую уязвимость. Эйна нежно улыбнулась, испытывая великую радость, видя эту сторону своей сестры.

— Спасибо за твой тяжелый труд. Но ты сказала, что все в порядке, верно? Богиня Гестия — божество, а Белл-кун и остальные тоже...

— Я почувствовала облегчение, потому что Бальдер-сама тоже рассказал мне об этом, но... Назвать его "Белл-сэмпай" было очень трудно! Хотя я притворялась сильной, для меня Рапи-кун всегда будет Рапи-куном...

— А, там?..

— Ах, мое сердце все еще трепещет, когда я смотрю в эти красные глаза! Я уверена, что они всегда будут там! Не мог бы он хотя бы надеть парик, который он носил, когда был Рапи-куном?

— Я не думаю, что это возможно, но...

Нина, чье лицо постоянно менялось между темно-красным и нежно-розовым, повторяя разнообразие выражений Белла мгновение назад, заставила Эйну сдержать вздох.

«Я узнала все подробности о "Рапи-куне" и очень хотела отругать его за то, что он проник в "Школьный округ", не раскрыв свою личность, но если директор Бальдр и мой наставник Леон тоже были причастны, то я больше ничего не может сказать. Что они оба делают? Сплошная головная боль».

В моей усталой голове я думала о том, как моя любимая сестра была той авантюристкой, за которую я отвечала... и так далее, когда Нина остановилась и повернулась ко мне.

— И все же, я никогда не ожидала, что даже моей старшей сестре понравится Белл-семпай... Отныне мы соперницы!

«Вау, значит, моя сестра и я думаем одинаково!» — подумала Эйна, ненадолго уходя от реальности. Поспешно она поправила очки, которые сползали.

— Я-я не то чтобы люблю Белл-куна или что-то в этом роде!

— Ты лжешь, сестра! Ты вся покраснела. И кроме того, я прекрасно понимаю, что тебе нравится Рапи-кун... то есть, Белл-семпай. Мы же сестры.

Получив выговор от своей младшей сестры, Эйна замялась. Нина приложила руку к груди и кивнула. «У нас одинаковые вкусы. На самом деле, в нашей семье Тулле есть слабость к таким мужчинам. Мама и папа — доказательство. И прямо сейчас ты собираешься сказать то же самое!» Увидев, что её сестра собирается что-то сказать подобное, Эйна покраснела и попыталась закрыть рот рукой.

— Кроме того... Белл-семпай — первоклассный авантюрист. Даже если я не такая, найдется много людей, которые попытаются привлечь его внимание.

Это правда, Белл уже полноправный 5-й уровень. Было бы странно, если бы он не был популярен.

Однако «разум старшей сестры», тот надоедливый, он заботился о Белле с самого начала, кричал мучительным криком: «(Белл другой... Я не хочу, чтобы на него так смотрели...) Я хочу, чтобы Белл был больше таким, больше таким!».

Тем временем Нина, с любопытством глядя на свою старшую сестру, которая закрывала рот рукой, а затем начинала мучиться, приняла боевую стойку.

— Но я не сдамся! Ни перед моей сестрой, ни перед кем другим!

«Ах, о, я стала такой спортивной...» — подумала Эйна.

Глаза Эйны были серьезными, а её сердце было чистым, но на мгновение она закрыла глаза, чувствуя себя счастливой и грустной, видя свою младшую сестру, которая, сама того не зная, заразилась "школьным округом".

В конце концов, есть кое-что, что нужно сказать.

Когда я поняла, было уже слишком поздно, и я собиралась сдаться.

«Настоящий враг находится в другом месте».

— Эм... Нина?

— Что, сестра?

— У Белл-куна, есть кое-кто, кем он восхищается... кто ему нравится...

— Ч-ч-ч-т-т-о-о-о-о?!

Услышав крики младшей сестры, Эйна вставила пальцы в свои тонкие заостренные уши.

«Кажется, я слышала какой-то крик...» — подумал я.

В гостиной особняка, я посмотрел на дверь, ведущую в коридор, чувствуя, что весь вспотел.

После ухода Нины и Эйны, атмосфера в гостиной немного расслабилась, все сидели на диванах и общались друг с другом.

— Однако получить обратное назначение со стороны "Школьного округа"... было неожиданно.

— Мы также сообщили Гильдии, что поиск рекрутов будет приостановлен на некоторое время, верно?

— Ах, эльф-кун присоединилась к нам, поэтому я сказала ей перестать увлекаться. Ну, я думала, что буду счастлива, но...

— В любом случае, набор из «Школьного округа» был невозможен, так что это была счастливая случайность, верно?

— Я чувствую то же самое. Не существует Семей, которые могли бы приобрести целителя 2-го уровня, кроме членов-основателей. Мы должны воспользоваться этой удачей.

— Как и следовало ожидать, Белл-сама — удачливый кролик!

— Хм... если подумать, то именно я положила конец заявкам о наборе, которые казались невозможными, так что я даже не знаю, что и сказать...

Лили прислонила свое тело к спинке сиденья с озадаченным выражением лица, Микото-сан смотрит в сторону, Гестия-сама отвечает, скрестив руки, Вельф пользуется случаем, чтобы высказать мнение, Рю-сан кивает, а Харухиме-сан выглядит счастливой. На её лице появляется улыбка.

Хотя я беспокоился о том, что происходит в коридоре, я иронично улыбнулся и сказал кое-что, что не давало мне чувствовать себя полностью счастливым.

— На самом деле, учитывая славу Семьи Гестии после поражения Оттара и остальных, нынешняя ситуация слишком уж хороша, чтобы быть правдой.

Сир предлагает мне вкусную чашку чая с паром и ароматом:

— О, спасибо.

— Полагаю, это правда, но... честно говоря, вокруг Белл-куна слишком много детей.

— Ну, Белл-сан тоже первоклассный авантюрист, не так ли? Он на прямом пути к тому, чтобы стать Героем.

— Это мне совсем не нравится.

Пока чай разливали между всеми, богиня сделала большой глоток из своей чашки, глубоко вздохнула, и в этот момент…

— Что ты здесь делаешь—?!

Крик эхом разнесся по комнате.

Раздался громкий звук. Теперь мы все испугались, увидев серо-волосую девушку, которая незаметно присоединилась к нам и подавала чай, как будто это было самое обычное дело. Тем не менее, мы заметили, что она была в форме таверны — это была Сир.

— Что в этом плохого? Позвольте мне присоединиться, пожалуйста~.

— Что ты говоришь?! Что случилось с твоей работой в таверне?!

— Хорн и остальные делают всю работу, поэтому я просто зашла сюда, пока ходила по магазинам~.

Гестия-сама кричала, а Сир уклонялась от её слов с хитростью, в то время как Харухиме, одетая в служанку, была шокирована, говоря:

— Мне что, отменили работу?!

По какой-то причине Сир часто так поступала. Из-за необходимости защиты Харухиме, Рю и остальных, и с постоянным присутствием бывших членов [Семьи Фрейи] в резиденции [Семьи Гестии], Сир обычно появлялась без предупреждения (конечно, их доступ был свободным).

Однако богиня Гестия была совсем не довольна этой ситуацией. Говорили, что, если Сир почувствует себя слишком комфортно, она может принять резиденцию Семьи Гестии за свой собственный дом. Сир, похоже, действительно жаждала провести тут ночь...

— Возвращайся домой!

— Зона боевых действий в Фольквангре сейчас находится в руках Гильдии, так что я больше не могу входить свободно. Пожалуйста, позволь мне остаться здесь~!

— Мне все равно! Спи в таверне, если хочешь!

— Я уже зажата на месте Хорн, Ани, Хлои и остальных! Я перехожу с кровати на кровать, сжимаясь с ними! Ууууух!

— Я тебе уже говорила! Наличие тебя, спящей рядом с Беллом, еще опаснее, чем позволить Айше присоединиться к нашей Семье. Уходи, Сир!

— Нельзя просто звать меня Сир-сама?..

Пока Сир и Гестия спорили, Лили вздохнула с покорностью.

Наконец, после долгих уговоров, Сир согласилась время от времени оставаться в резиденции Семьи Гестии, постепенно снижая свои требования. её стратегия ведения переговоров была ясна: просить много вначале, а затем снижать ожидания. Хитрость, которую когда-то объяснил мне Гермес.

И пока богиня Гестия тяжело дышала, Лили и остальные вздыхали: «Нет никакой возможности, чтобы Гестия-сама выиграла в споре против Сир-сама».

— Э? Чай закончился?

— Тогда я его приготовлю. Сир-сан... и Харухиме-сан, похоже, сегодня нелегко.

Я взял белый керамический чайник, который передал Вельф.

Сир и богиня все еще спорят, Сир говорит: — Спасибо, богиня-сама! — и богиня отвечает: — Ты тоже! Я все еще не люблю тебя! Перестань меня обнимать! — Тем временем Харухиме, одетая в служанку, пытается успокоить ситуацию вместе с Лили и Микото.

«Я не хочу превращаться в человека, который ничего не делает дома только потому, что он лидер. Ответив на слова Вельфа, который сказал: «Мне жаль», я направился на кухню».

Пока готовил магический камень для зажигания огня, я начал мыть использованные чашки. Потом…

— Позволь мне помочь тебе, Белл.

Это была Рю-сан.

Теперь, в своей домашней одежде, которая уже стала нам привычной, она подошла с естественностью работника таверны.

— Ах... спасибо, Рю...

— Не за что. Это мой долг, поскольку я новичок.

— Это не обязательно...

— По крайней мере, когда я присоединилась к Астрее-сама, все было так.

Я сдержал свое удивление и каким-то образом сумел поблагодарить её. Рю покачала головой и улыбнулась.

С этого момента мы разделили обязанности. Я поставил чайник на огонь, а Рю взялась за мытье посуды.

Мы оказались рядом друг с другом естественным образом, стоя плечом к плечу. Я ощутил неловкость, почувствовав аромат, исходящий от её красивых золотистых волос.

Только Рю и я.

«…Это трудно».

Я чувствовал себя очень неловко. Пока присутствовали Лили и остальные, все было хорошо, но сейчас, когда мы были наедине, все становилось более напряженным. Причина была ясна.

«Я люблю тебя».

«Я люблю тебя, как мужчину».

Слова, которые она сказала мне во время войны фракций, эти простые слова все еще бродили в моем сознании и сердце, терзая меня. Я не мог двинуться вперед, не знал, как ответить, и понятия не имел, что делать.

Рю, она действительно не знает?

Я искоса взглянул на нее, пытаясь успокоить напряженную шею. Рю оставалась такой же спокойной, такой же безмятежной.

«…Я не могу этого сделать».

Я должен быть честен.

Я не хочу её ранить, но должен прояснить, что я чувствую. Мое сердце продолжало метаться между эгоистичными чувствами и решением поступить правильно.

— Рю… я хочу сказать тебе кое-что…

Но…

— Не говори этого, Белл.

Мои слова были прерваны. Этими небесно-голубыми глазами, казалось, читавшими меня насквозь, Рю остановила меня.

— Если у Сир не получилось, то неудивительно, что и у меня тоже, не получится, — сказала она, а её глаза смягчились.

— !..

— Все в порядке, я понимаю.

Рю добавила эти слова со спокойной улыбкой. Мое лицо покраснело, словно все, что я пытался скрыть, было обнажено. Казалось, она поняла меня полностью, как и на Фестивале Богинь, когда увидела меня в моем наиболее уязвимом состоянии. И теперь мое сердце, полное неуверенности, хотело что-то сказать, но я не мог.

Рю мягко посмотрела на меня и шепнула:

— Но… я хочу продолжить любить тебя еще немного.

Это было, если я правильно помню, когда мы встретились на улице Дедала в городе-лабиринте, чтобы спасти девочку-дракона Вине и её друзей.

Приложив палец к моим губам, она напомнила мне тот момент. Все произошло так быстро, что я не мог не покраснеть снова.

Наконец, упрямая эльфийка была искренна. «Так что… ничего, если я продолжу поддаваться этим чувствам, верно? У эльфа жизнь долгая, так что я могу позволить себе, еще немного поддаваться этой страсти».

Перед лицом этой мольбы, гордость и мужская внешность были лишь тривиальными и незначительными вещами.

— Все в порядке? — спросила она.

Я неловко кивнул, не торопясь. Это было все, что я мог сделать.

— Спасибо.

Сказав это, она ушла. Она позаботилась о том, чтобы приготовить достаточно чашек и аккуратно их расставить.

Я не мог последовать за ней. Каким бы бесчувственным я ни был, я понимал, что в этот момент не должен идти за ней. Словно чтобы усугубить ситуацию, чайник на магической каменной плите начал кипеть. Какое-то время я стоял как вкопанный, прежде чем медленно выключить огонь.

Я заваривал чай не задумываясь о том, какой он температуры. Мастер наверняка меня пнет. На самом деле, я почти желал этого. Быть мужчиной и чтобы кто-то заботился обо мне… нет, это не все. Может, мной манипулирует старшая сестра?

Закрывая лоб и пытаясь успокоить раскрасневшееся лицо, я понял, что она заставила меня принять её способ привести вещи в порядок.

«…………»

Выйдя из кухни, Рю почему-то не вернулась в гостиную; вместо этого она вышла в коридор. Двигаясь вперед с идеально выверенной скоростью, она завернула за угол, с силой рухнула на пол!

Она уткнулась лицом в колени, её заостренные эльфийские уши были совершенно красными.

— Ты очень хорошо справилась, Рю.

Именно тогда, внезапно...

Неизвестно, с какого момента она там была или откуда наблюдала, но Сир высунула голову из тени коридора. Она подошла к Рю и с улыбкой начала её утешать. Рю медленно подняла лицо, такое же красное, как и её уши.

— Сир…

— Ты сейчас грустишь? Или смущена?

— …Второе.

— Я знала. Я удивлена, насколько зрелой ты была, Рю.

Сир, теперь сидевшая рядом, обняла её и начала нежно похлопывать по спине. Удивительно, но Рю даже не сопротивлялась и, с все еще красным лицом, начала бормотать в свое оправдание.

— На Войне Семей я призналась в своих чувствах, чтобы привести вещи в порядок, а не потому, что хотела, чтобы он меня принял. Я уже знала, каким будет его ответ, так что сейчас мне не о чем жалеть…

— Да-да.

— Кроме того, хоть я и сказала ему это, я тоже… не женщина для удобства. Когда-нибудь меня привлечет другой человек и… когда я выберу себе спутника…

— Понимаю, понимаю. Но Рю, ты такая же, как та Богиня любви. Ты зациклишься на своей первой любви, не сможешь её забыть и навсегда останешься в ней пленницей.

— Это ведь твое описание!

Рю быстро заговорила, повышая голос, обвиняя девушку из города, которая подняла тему высшей богини тяжелых любовей, Фрейи, как будто это не имело к ней никакого отношения.

— Теперь мы подруги, отвергнутые Беллом!

— Я еще не была отвергнута прямо!..

— Ох, Рю, а ты хитрая! Но я тебя понимаю. Как мужчины, так и женщины, становятся неудержимыми, после такого отказа.

— Я никогда не получала отказа, так что слышать это от тебя, той кто правит любовью…

— Кстати, даже если от Белла останется лишь душа, я продолжу следовать за ним, и когда он возродится, я снова приду к нему. Я на шаг впереди тебя, Рю!

— Перестань говорить глупости!

Рю, наконец-то среагировавшая, попыталась отчитать подругу за её абсурдное видение любви, которое выходило за пределы жизней и границ. Она отстранилась от Сир, лица обеих были раскрасневшимися, и бросила на нее предостерегающий взгляд. Сир, однако, широко улыбнулась. Она была счастлива иметь возможность вести такие разговоры с подругой.

— …Может, получить место рядом с Рапи труднее, чем найти работу в Гильдии?!

— Вот почему я тебе сказала…

Пара полуэльфиек наблюдала за всем этим, с другой стороны коридора.

Неся свои ноши, Нина дрожала, высунув лицо из-за стены, а Эйна глубоко вздыхала. Обе понимали, что их собственное будущее тоже полно трудностей.

***

— Что нужно, чтобы быть лидером Семьи?

Однажды я задал этот вопрос Финну, лидеру Семьи Локи, самой могущественной фракции в городе.

Это было после инцидента с помолвкой полуросликов. Мы пересеклись на улице и начали короткий разговор.

В то время я был начинающим лидером, который постоянно сомневался, справляюсь ли я со своей должностью. Я думал, что, возможно, Лили или Вельф были бы лучше меня, в этой должности.

Финн, уважаемый ветеран, ответил без колебаний:

— Способность организованно разрешать личные конфликты.

Помню, как я вспотел от холода, потому что думал, что он скажет о блестящем интеллекте или лидерстве.

По словам Финна, в жизни сообщества естественно возникновение негативных чувств между товарищами, и даже самые мелкие недопонимания могут повлиять на сотрудничество группы. Явные конфликты и недоверие страшнее монстров.

— Раннее выявление и устранение недопониманий — это то, что мы можем оставить богам, пока находимся на поверхности, но в Подземелье это не так. Поэтому я наблюдаю за действиями членов с помощью Риверии и Рауля.

Финн видел в богах истинных лидеров Семьи, но добавил:

— В частности, будьте осторожны с любовными путаницами.

Это заставило меня еще больше задуматься о моих отношениях с Рю.

Она сказала, что все останется по-прежнему, но… я все равно чувствовал, что не справляюсь.

— Ну, меня тоже преследует кто-то с безудержной преданностью, так что я не могу много говорить… Но в твоем случае…

Финн сказал мне тогда:

— Вести, всегда идя впереди всех. Такой лидер тоже может существовать.

Для меня тогдашнего и для меня нынешнего его слова были как свет маяка в темноте.

***

— Фух!

Поэтому лидер Семьи Гестии сделал такой сильный шаг, что земля треснула, и бросился на орду монстров.

Прокладывая путь сквозь оглушительный рев и яростные атаки когтей и клыков, я провел комбинацию из семи точных ударов. Толстая чешуя трех чудовищных «Спино Аксов» не выдержала и разорвалась, вызвав крики агонии у существ.

— Мы следуем за вами Белл-сама!

— Осторожнее! Эти динозавры обладают огромной силой!

Окутанные светом от «повышения уровня», Микото и Вельф побежали за мной. Чтобы минимизировать их нагрузку, я скорректировал свои движения и встретил этих новых врагов, монстров-динозавров, широкими и стратегическими маневрами.

Текущее местоположение: 29-й этаж.

Регион известен как «Каньон Глубоких Джунглей».

Пройдя «Водный Город-Лабиринт», который простирается до 27-го этажа, мы оказались в огромном тропическом лесу внутри Подземелья. Здесь колоссальные деревья возвышаются, насколько хватает глаз, растущие настолько густо, что образуют непроницаемую стену. Однако главный путь определяется V-образной формацией с лесами по обе стороны, что и дало название «Каньон» внутри «Джунглей».

С 29-го по 32-й этаж Подземелье имеет структуру из трех или четырех ступенчатых уровней, с впечатляющим видом, позволяющим видеть от верхнего входа до соединения с нижним уровнем. Это величественное и уникальное зрелище, возможно, одна из причин названия этого региона.

Однако эта новая территория низких уровней, кишащая могущественными монстрами-динозаврами, — это место, куда мы решили отправиться в приключение как часть Семьи Гестии.

— ОРРООООААРРРР!

— Ургх!..

— Не сталкивайтесь с ними напрямую! Даже с «Повышением уровня», вас может отбросить, если не будете осторожны!

Микото пыталась отклонить атаку «Алмарозавра», существа с тремя головами, используя свою катану. Однако удар был настолько сильным, что её ноги оторвались от земли. В отличие от внушительного и могучего «Альмиразавра», проворные «Теневые Рапторы» использовали атаки в стиле «бей-беги». Даже Вельф, который долго спорил с Лили об использовании «Магического Меча», наконец, поджал губы и выхватил «Магический Меч» без колебаний.

(П.П.: по поводу «Алмарозавра» и «Альмиразавра» не знаю, это одно и тоже или разное. На вики не нашел инфы про них. Оставил так же, как в испанской версии)

Адский огонь «Первого Сияния, Яркой Луны» поглотил левый фланг группы вместе с нападавшими.

— Когда я проходил здесь в прошлый раз, я тоже так подумал! Очевидно, что у группы 2-го уровня или ниже нет ни единого шанса против этого!

Вельф в отчаянии кричал, атакуя своего следующего врага, я был полностью согласен с ним.

Во время нашей предыдущей экспедиции, когда нам с Рю нужна была помощь, остальная часть Семьи Гестии пересекла этот «Каньон Глубоких Джунглей», чтобы добраться до 37-го этажа. В тот раз они сделали это под защитой Ксеносов, включая Ридо и его группу. Хотя их и сопровождали, они наверняка видели разрушительную силу этих динозавров, поэтому их напряжение отличалось от моего еще до прибытия сюда.

Угроза динозавров.

Согласно публичной информации Гильдии, так же как на 13-м этаже, где авантюристы 1-го уровня не могут преодолеть «Первую Смертельную Линию», категорически утверждается, что эта область 29-го этажа непроходима без команды 3-го уровня или выше.

Основная причина — появление монстров-динозавров в этой зоне.

— ГРААААА!

— РОООАРРР!

Их рев, со звуковой мощью, сотрясает барабанные перепонки. Их внушительное присутствие и давление, которое они оказывают, похожи на драконьи, а их шаги отдаются эхом, как гром, возвещая о их приближении.

За исключением боссов этажей, монстры, с которыми мы сражались до сих пор, даже отдаленно не сравнимы по размеру и весу с этими существами, чья простая мышечная структура увеличивает разрушительную силу их атак.

Покрытые твердой чешуей, их тела практически невосприимчивы к легким атакам. Единственное преимущество в том, что, как и другие враги, они уязвимы к магии.

Однако без «повышения уровня» даже Вельф и остальные не смогли бы избежать поражения. По слухам, даже команды опытных авантюристов, долгое время застревали здесь, не в силах продвинуться.

Смертельный вызов.

Статистика, собранная Гильдией, предельно ясна: в этой зоне самый высокий показатель полного уничтожения команд.

Не только география или ловушки Подземелья повышают сложность. Это подавляющий потенциал динозавров, чья грубая сила не может быть преодолена хитрыми стратегиями или обходными путями.

Это «вид динозавров», и он на порядок отличается от монстров 27-го этажа и выше.

— Хаа!

— Аги—!?

Именно поэтому я атакую без отдыха.

— Микото, нужна поддержка! Враг на двух часах!

— Прекращаю его продвижение! Поняла!

— Вельф!

— Можешь даже не говорить! Все, что придет сверху, я сожгу!

Пока я сражал шестерых врагов, обмен словами был минимальным. Быстрее, глубже и сильнее, чем когда-либо, передний фронт продвигался с почти идеальной синхронизацией. Чувствуя неописуемую радость от общения с товарищами, я превратился в «Тень Кролика-Убийцы», оставляя за собой след света в своем взгляде.

Прямая атака.

Движение было таким низким, что казалось, будто я ползу по земле.

Воспользовавшись моментом, когда Теневые Рапторы потеряли меня из виду, я разрезал их туловища, а проходя мимо, обезглавил Алмарозавра, который попытался ответить немедленно.

Не теряя скорости, яростно сделал крутой поворот и в одно мгновение разорвал группу врагов, которых Микото удерживала с помощью своих кунаев.

Цепочка взрывов серой пыли. Не давая передышки, горячий поток Магического Меча Вельфа взмыл в воздух надо мной. Гейл Птерасы, которые выслеживали мою голову, были сожжены без следа и каких-либо предметов.

— Не только Белл-сама, но и Вельф-сама и Микото-сама!.. Все трое просто невероятны! Белл-сама находится в центре, но вместе они сокрушают этих монстров-динозавров!

— У них словно общее «зрение»! Следуя за Белл-сама, Микото-сама и остальные улучшили свою координацию на переднем фронте! Опыт полученный в «Школьном округе» действительно приносит плоды!

На этот раз именно Рю предложила обойтись без тыла — она сама сосредоточилась исключительно на своей роли защитной стены — и с позиции тыла Харухиме и Лили не переставали болеть.

— Белл-сама тоже улучшился в том, как он отдает приказы и использует боевые команды! Его интеллект вырос, прямо как когда боги говорят: «Отлично, теперь я умный!»

— Л-Лили-сама, если так говорить, значит раньше…!

На мгновение я почувствовал, что услышал что-то слегка расстраивающее... Нет, я ничего не слышал!

— Хотя похоже, что у меня, как у командира не так много дел, это заставляет меня чувствовать себя немного опустошенной…

— Это не так. Как ты и предвидела — идут еще.

Сразу же что-то изменилось в направлении семи часов группы, прямо за тылом.

Как только Рю встала, чтобы защитить Лили и остальных, Веноцератопс ворвался, проломив стену джунглей.

— Враги сильны и многочисленны! Этот этаж — настоящий ад!

— Вельф, Микото, соединитесь с Лили и остальными! Я займусь передним флангом!

— Благодарю тебя, Белл-доно!

Хотя оставлять Рю не было бы ошибкой, я решил усилить заднюю оборону, чтобы Вельф и остальные могли восстановиться.

Внимательно наблюдая за новыми группами Теневых Рапторов, незаметно появлявшихся из леса, я в лоб столкнулся с непрекращающейся атакой динозавров. В уголке сознания у меня еще оставалось место, чтобы размышлять о том, как мы попали на этот этаж.

— Уже, почти наступил, крайний срок «Принудительного задания».

Все началось с недовольного комментария Лили, которая, казалось, была полностью выведена из себя.

Неизбежная судьба Семей, исследующих Подземелье.

Как только Семья достигает определенного ранга, она должна отправиться в «экспедицию», чтобы внести вклад в развитие исследования Подземелья. Как и следовало ожидать, Семья Гестии, сформировав альянс с Айшей и остальными, должна была бросить вызов новым глубинам лабиринта.

— Наконец-то время пришло... но в то же время я чувствую, что оно пришло слишком быстро. Теперь, когда мы пережили поступление в Школьный Округ, эти чувства одинаково сильны.

На самом деле, прошло уже три месяца с последней обязательной миссии. Несмотря на такое событие, как военная игра против Семьи Фрейи, похоже, Гильдия не намерена оставлять Семью Гестии без дела надолго.

Теоретически, наша предыдущая экспедиция считалась провальной. Однако, просто достигнув 25-го этажа, мы могли бы выполнить одно из условий успеха: обновить наш достигнутый этаж... но...

— «Ваш ранг повышен до класса B, так что минимальная цель — 29-й этаж. Жалобы не принимаются».

— Э-это вольная интерпретация? Верно, Лили?..

— «У вас есть два первоклассных авантюриста, так что это будет проще простого. Кроме того, у вас есть этот трюк с «повышением уровня». Усердно работайте!» — продолжала Лили бесстрастным тоном.

— Это вольная интерпретация, верно?! Верно?!

Пока Лили читала письмо с приказами Гильдии, она старалась не смять бумагу от разочарования. Мне пришлось отчаянно вмешаться, чтобы остановить её посреди этой сцены в особняке.

— Кажется, за этим стоит и воля Урана... Он говорил что-то о том, чтобы дать нам отдых, но едва мы закончили, как уже снова в деле. Я не удивлюсь, если он действительно захочет, чтобы Белл участвовал в миссиях по защите мира или в какой-нибудь Великой Адской Авантюре Максимальной Сложности...

Даже богиня, бормоча что-то про себя, казалось, была на грани нервного срыва.

В общем, по словам Лили, миссия, которую навязала нам Гильдия, была произвольной и абсурдной. Не формируя Альянс Семей, как в прошлый раз, мы должны были продвинуться к 29-му этажу.

— Но, хоть Лили и недовольна, я не думаю, что этот вызов иррационален.

— Рю-сан, расчистите передний край, а затем используйте свою магию для врагов в тылу!..

— «Сияющая звезда, свет небесной пыли, уничтожь моих врагов! — Luminos Wind!»

— Так быстро?! Параллельный напев?! Спасибо!

Прежде всего, Рю невероятно сильна.

Как авантюристка 6-го уровня, она уже бесчисленное количество раз пересекала этот Лесной Каньон за время, проведенное с [Семьей Астреи]. Она — наш столб как в атаке, так и в обороне, и, вместе с тактической поддержкой Лили, устраняет почти любую опасность. Если Рю с нами, то естественно, что Гильдия думает: «Вперед и закончите по-быстрее!»

Я не хвастаюсь, но наличие первоклассных авантюристов действительно имеет огромное значение.

На любом этаже, кроме самых глубоких, чувствуешь, что «каким-то образом, но мы справимся». Конечно, Подземелье всегда пытается нас убить, независимо от нашего уровня, и ошибки всегда могут случиться, поэтому мы никогда не должны терять бдительность... но ничего не поделаешь: чистой грубой силой мы можем пробиться.

Если не гнаться за эффективностью, на этом этаже первоклассный авантюрист может в одиночку взять на себя наступление или оборону. Если бы я был один, это было бы все еще тревожно, но с Рю — другое дело.

Я на переднем крае, она в тылу, и благодаря этому безопасность всей группы обеспечена. Это построение, которому должны завидовать другие авантюристы: сэндвич с первоклассными авантюристами по краям.

— Харухиме-сан, нам нужно еще одно «повышение уровня»!

— Время действия прошлого улучшение еще не закончилось, но лучше перестраховаться!

— Не волнуйтесь! У меня еще есть один хвост!

Кроме того, Вельф и остальные уже бывали на этом этаже раньше, что является преимуществом.

Хотя тогда их защищали Цубаки и Ридо, все они лично испытали угрозы этого уровня. У них есть не только знания, но и опыт, и это уменьшает сомнения и позволяет лучше подготовиться.

У Вельфа есть его мощный магический меч, Харухиме обеспечивает своим «повышением уровня», а Микото точно использует свою способность поиска. Даже если Айши и остальных нет, Семья Гестии готова столкнуться с 29-м этажом.

Харухиме запустила новое улучшение своей золотой силой, обновив лимит времени для Микото и Вельфа, которые с уверенностью двинулись в бой.

— Нина-сан, начинайте напев! И восстанавливайте сразу же, как закончите!

— Д-да!

Кроме того, на этот раз Нина тоже пошла с нами.

— Пожалуйста, разрешите мне тоже пойти!

Когда мы обсуждали на нашей базе, стоит ли Нине остаться с богиней для безопасности, она сама настояла на своем участии в миссии.

Эйна пыталась остановить её изо всех сил, и Лили также выразила свое неодобрение. Она утверждала, что вести новичка без достаточной координации на нижние этажи слишком опасно и может повлиять на тактику.

Однако Рю неожиданно вмешалась:

— Даже если она превратится в статую посреди боя, целитель в группе значительно повышает общую безопасность.

Рю спокойно объяснила полезность наличия целителя. её обширный опыт авантюристки [Семьи Астреи] научил её ценности роли поддержки. Она также упомянула, что важно как можно скорее определить возможности и пределы Нины.

— На 29-м этаже её присутствие не помешает защите. Кроме того... с целителем расходы на восстанавливающие предметы значительно сократятся, Лилирука.

Убежденная последним аргументом, Лили, будучи стратегом, быстро приняла решение, к разочарованию Эйны.

Я пообещал Эйне, что защищу Нину любой ценой... но в глубине души я верил, что она справится.

На одном уровне с Лили, в группе под названием «Худший отряд в истории», известном как «третий отряд», Нину постоянно бросало в экстремальные ситуации, и она самоотверженно выполняла все необходимые роли.

Находясь в тылу, она была выдающейся ученицей, способной точно выбрать «то, что она могла сделать». её целительная сила всегда оказывалась бесценной поддержкой для нас и никогда, ни при каких обстоятельствах, не была бы обузой.

— «Колеблющееся Священное Кольцо, белое дыхание. Цветы поют на чистом холме... Подготовка завершена!»

— Вельф-сама и Микото-сама! Осторожнее, иначе случайно можно исцелить раны монстров!

— Э? С такого расстояния? Может, вы немного отойдете назад, чтобы я могла исцелить вас из более безопасного места?..

— Нет на это времени! Это ты сказала, что у целительной магии гибкий радиус! Если это Кассандра-сама, то ты сможешь! Работай быстро и без ошибок!

— Кто такая Кассандра-сан?

— Предвосхищай траекторию движения переднего края. Не целься прямо в двух человек, просто помещай исцеление в точки, куда они будут двигаться.

— Э, э, э?.. Д-да! — Ма, «Магия Крис»!

...Но, впрочем, требования Лили были чрезвычайно высокими.

Даже Рю-сан, совершенно естественно, проявляла неумолимую спартанскую дисциплину. Неужели в [Семье Астреи], известной своим чувством справедливости, обучение новых членов было таким суровым?

Зажатая между строгими приказами и криками двух близких людей, Нина как могла отвечала на требования. Ей каким-то образом удалось рассчитать предполагаемые точки движения, где пересекутся Вельф и Микото-сан. Белые фрагменты магической энергии, похожие на лепестки, окутали тела обоих. И, как водится, никто её не похвалил. Они продолжали сражаться, как ни в чем не бывало.

— «Я попала в такую невероятную «Семью»!..»

«Бедная Нина...»

В своей школьной боевой форме, крепко обнимая посох и слегка дрожа, Нина выглядела так хрупко, что я не мог не смотреть на нее с выражением сочувствия. Мне хотелось похвалить её за адекватный вклад в бой на переднем крае, но, честно говоря, я был слишком занят, чтобы это сделать.

Пока я разбирался со стаей «Драконов с Каменной Головой» сетью ударов, что-то начало появляться.

— ГУОООООООХХХХХХХХХХХХХХ!!

Плотные джунгли раскололись, словно взорвались.

Обломки деревьев, размером с камни, полетели в воздух.

Высокая трава громко задрожала, сотрясаемая огромным багровым телом.

Раскрыв гигантские челюсти, самый грозный «хищник» этой зоны испустил оглушительный рев.

— «Бладзавр»!

— Так вот какой этот опасный монстр-динозавр, о котором говорила Лили!

— Его размер совсем не сравнится с теми, что мы встретили в «Джунглях Теоро»!..

Микото-сан, Вельф и Лили по-своему отреагировали на внушительную фигуру.

Монстр гигантского класса — «Бладзавр».

Хищник, способный целиком пожирать людей своими огромными челюстями и острыми клыками, его тело покрыто кроваво-красной чешуей и невероятно выносливо. Его размер превышает 10 метров, сравнимый с боссом этажа. Согласно тому, что сказала Лили, наземный Бладзавр, с которым мы столкнулись во время миссии авантюриста Наазы в Джунглях Сеоро, был около 5 метров в длину, а этот монстр был вдвое больше. И он не только огромен, но и невероятно ловок, что делает противостояние ещё сложнее.

Это существо высшего класса в Каньоне Джунглей, чрезвычайно опасное, и имеет высшую оценку угрозы по классификации Гильдии. Если объяснить быстро: это как Минотавр среднего уровня. Дормул и его группа говорили, что уровень его угрозы даже превышает обычные оценки: «Это звезда вне шкалы».

Поскольку эти монстры рождаются в больших количествах с 30-го этажа, их даже нельзя считать редкими видами. Они — одна из самых больших несправедливостей этого региона.

И сейчас их было трое одновременно.

— ГоОоОоОоОо!

— Гвааах!?

Появление доминантов зоны заставило авантюристов и монстров на мгновение остановиться. Ближайшие Теневые Рапторы были первыми, кого сожрали. Даже Спиноаксы, тоже крупные монстры, почти не сопротивлялись, перед тем, как быть проглоченными огромными челюстями.

Жестокая сцена идеально отражала суровый закон сильнейшего, царящий в этом регионе. Рядом со мной Нина побледнела, услышав звуки жевания, а налитые кровью взгляды Бладзавров, испачканных мясом и кровью, теперь устремились на нас.

— Багровый хищник Бладзавр имеет тенденцию становиться «усиленным видом», пожирая себе подобных. Будьте осторожны.

Предупреждение Рю было ясным, как и её непосредственная цель: в центре трех монстров был один побольше, лидер. Даже среди «усиленных видов» это был вожак.

«Обычный этаж появления Бладзавра — 30-й. Если он поднялся на 29-й, значит, он голоден, отчаянно ищет пищу...»

Я мысленно перебирал информацию, которую узнал от Эйны-сан, быстро листая страницы своей памяти. Я не хотел, чтобы Вельф и остальные сейчас сражались. Значит, оставалось только одно, что я должен был сделать как лидер.

Я сильно наступил на землю, бросаясь вперед.

Это было широкое и эффектное движение, привлекшее взгляды плотоядных.

Разгоняясь, я обменялся быстрым взглядом с Лили: её карие глаза встретились с моими алыми, как рубины. Больше ничего не требовалось. Я доверял ей.

— Лилирука!

— Поняла! Харухиме-сама, подготовьте поддержку своей атакой. Сколько бы мы ни стреляли, Белл-сама от всего увернется!

— Д-да!

Рю крикнула из тыла , Лили кивнула, а Харухиме приготовила свой магический веер. Всё, что я узнал в экспедициях и студенческой жизни «Школьного округа», оставалось актуальным: одним взглядом в сторону я мог понять, как движутся остальные.

В нужный момент выстрела я быстро скользнул в сторону, исчезая из поля зрения монстров.

— ГвааААааааааааххххххх!?

Взрывы и порывы ветра ударили по Бладзаврам. Лили метнула свой выстрелила огнём из своего магического меча, в то время как режущий ветер магического веера-меча Суйран с силой ударил по монстру.

Двое из монстров взревели от боли, но вожак почти не дрогнул. Его подчиненные послужили щитом, блокируя урон. Требовался второй прямой удар.

Предвидя мои движения, вожак Бладзавр быстро развернул свой огромный хвост, создавая разрушительный вихрь. Порыв ветра разнес землю и разбросал обломки и куски его собственных подчиненных по всему этажу. Деревья вылетели из земли, как стрелы.

— Рапи-кун!

— Я в порядке!

Высоко подпрыгнув, чтобы избежать атаки, я снял с шеи шарф Голиафа. Сверху тень Бладзавра подняла взгляд, но было уже слишком поздно.

Я вытянул левую руку, направив её прямо вниз.

— «Огненная стрела»!

— ГяяяяяяяААААААХ!!

Три последовательных выстрела.

Хотя «Огненная стрела» была быстрой и маломощной магией, запущенной с силой первоклассного авантюриста, она была достаточно мощной, чтобы разорвать великана.

Пламя и молнии пронзили багровую чешую и обожгли тело вожака, заставив его взреветь в агонии. На его груди показался «ярко-фиолетовый свет» — магическое ядро монстра.

Я не хотел еще исчерпывать свою магическую энергию, поэтому доверил остальное свободному падению. В самый разгар спуска я метнул свой шарф, как хлыст.

Ткань, усиленная Голиафом, точно пробила ядро монстра.

Бладзавр взорвался дождем серого пепла, а я приземлился и снова повязал шарф.

— …Невероятно…

Я услышал шепот изумления. Возможно, это была та девушка, которая мечтала увидеть новые пейзажи в качестве авантюристки.

После еще двух битв мы остановились передохнуть. Лили достала добычу из своего рюкзака и начала раскладывать выпавшие предметы, словно ценные ископаемые.

— Сколько нам нужно предметов монстров, чтобы выполнить миссию, Лили-доно?

— Мы уже набрали достаточно клыков Бладзавров, так что технически мы уже справились… но, скорее всего, Гильдия скажет что-то вроде: «О, значит, этажи до 30-го не проблема! Следующая экспедиция должна быть как минимум до 31-го!» Так что нам нужно как минимум десять выступов Алмиразавра или лезвий топоров Спиноаксов…

В зоне отдыха Микото ела пайки, а напротив неё Лили, всё ещё с трепетом выстраивала «выпавшие предметы», словно имела дело с драгоценными ископаемыми. Возможно, она думала, сколько они будут стоить и какую принесут прибыль.

После того, как я закончил свой дозор и вернулся ко всем, Вельф протянул мне флягу с водой:

— Но возвращаться на 28-й этаж для отдыха — это морока.

— Возможно, но другого выхода нет… Отдыхать в «Каньоне Джунглей» означает, что динозавры придут немедленно, и никто не сможет расслабиться. У нас поблизости есть безопасная точка, так что мы должны ею воспользоваться.

— Думаю, ты прав.

***

Перед ними возвышались многочисленные внушительные синие кристальные столбы.

У их подножия расстилалось красивое поле разноцветных цветов, контрастирующее с внушительной структурой. Бледные цветы глицинии, известные как Вистерия, свисали с высокого потолка, излучая таинственный свет, заливавший окрестности. Весь этаж, освещенный этим светом, казалось, имел синее, фиолетовое или белое сияние, создавая мистическое пространство, словно притягивающее душу.

Чистые и холодные источники, разбросанные по всей территории, отражали эфирный свет, заставляя поверхность воды мягко колыхаться.

«Подземный сад лабиринта»

Это было название второй безопасной точки уровня, расположенной после «Рая Лабиринта», на 18-м этаже.

— Я слышал, ты проходил через это место, когда возвращался на поверхность из глубин, но… совсем не помню его, — сказал один из товарищей, оглядываясь по сторонам.

— Ты и тот парень едва не умерли, когда упали на 37-й этаж. Неудивительно, — ответил другой серьезным тоном.

(П.П.: тут повествование немного конфузит. Как я понял, Белл с группой вернулись на 28-й этаж и встретили других авантюристов. Иначе я объяснить это не могу. Сверил все с испанским переводом, там точно так же)

Это была безопасная точка в нижней области. Учитывая её расположение на 28-м этаже, она, похоже, часто посещалась группами авантюристов, таких как они, которые покоряли «Каньон Джунглей».

28-й этаж был необычен среди структур Подземелья, которые увеличивались по мере спуска. Более узкий и маленький, чем «Рай Лабиринта», он все же был достаточно просторным, с открытым обзором, что создавало ощущение цветочного сада на земле, с прекрасным видом. Кристаллические столбы и свет цветов, свисающих сверху, создавали фантастическую атмосферу.

— Это место может показаться скорее загадкой, чем цветочным садом, словно лес эльфийских фей, — заметил другой авантюрист, внимательно осматриваясь.

— Я слышал, что количество пищи, которое можно собрать, меньше по сравнению с «Раем Лабиринта», но если разбить синий столб, иногда можно получить «Сахарные кристаллы», редкий фрукт, — объяснил другой с любопытством.

— Вода из источника тоже пригодна для питья и, на самом деле, имеет легкий цитрусовый привкус, похожий на лимон.

Образ места оставался райским, пока не появлялись монстры. Пока они оставались бдительными к угрозам, исходящим с верхних и нижних этажей, нервы всей группы расслаблялись, находясь в этом месте.

Каждый раз, когда им нужно было отдохнуть, они направлялись в этот «Подземный сад Лабиринта».

После восстановления они продолжали свое продвижение по «Каньону Джунглей».

Это было бы немного сложно, но мы планировали перемещаться между 28-м и 29-м этажами.

— Ты готов к организации лагеря? Сегодня будет ещё один или два спуска на этажи ниже, верно? — спросил один из товарищей.

— Монстры с других этажей могут прийти и уничтожить его... Если мы оставим там мешок с сильным запахом Морбула, это был бы хороший план на случай прибытия другой группы авантюристов... — ответил другой, тревожно оглядываясь.

— Разве не удобнее оставаться в тени после «Войны Семей»? Такие вещи заставляют меня думать, что «Город Ривира» был удобен по какой-то причине... Хоть я и не хочу этого признавать, но видимо так оно и есть, — сказал другой, глядя в пол с горькой ухмылкой.

Наполняя свою бутылку водой из источника, он горько улыбнулся Вельфу, который казался раздраженным разговором.

У «Подземного сада» не было почтового города-лабиринта, как «Города Ривира» у «Рая Лабиринта».

— Разве вы не хотели заниматься торговлей на 28-м этаже? — с любопытством спросил я.

— Уровень слишком глубокий. Клиентов мало, так что невыгодно, — ответил господин Борс с отсутствующим взглядом.

Это похоже на правду. По сравнению с 18-м этажом, где авантюристы быстро приходят и уходят, количество групп, способных пройти через «Водный Лабиринт Мияко» и достичь 28-го этажа, было довольно ограниченным. Для этого требовался средний или более высокий уровень навыков среди членов [Семей] города-лабиринта Орарио. Продавцам, таким как господин Борс, было трудно туда добраться.

Самым страшным, однако, было то, что если произойдет что-то необычное, 28-й этаж может стать твоим концом. Даже если удастся сбежать на 18-й этаж, уже может быть слишком поздно.

Несмотря на все это, ходили слухи, что некоторые [Семьи] вели торговлю на 28-м этаже, продавая товары по непомерно завышенным ценам. Даже говорили, что некоторые группы отправлялись туда на «экспедиции» и получали огромную прибыль, просто исследуя место.

— Первоклассные авантюристы выносливы в таких местах… — подумал один из членов, глядя вдаль.

План состоял в том, чтобы разбить лагерь на 28-м этаже, поскольку глубина этажа делала невозможным однодневный поход. Было запланировано разбить лагерь внутри Подземелья на две ночи, рассматривая это как обычную «экспедицию».

Как упомянул Вельф, сегодня они, вероятно, совершат еще один или два спуска, прежде чем разбить лагерь.

— Однако благодаря вам, первоклассные авантюристы, кажется, мы легко сможем покорить 29-й этаж. Это хорошо для [Семьи], но… боюсь, у вас сложится неправильное представление. Я не думаю, что мы сможем обойтись без трудностей, — прокомментировал один из членов с задумчивым выражением лица.

— Хорошо иметь такое понимание. Ты не можешь ничего сделать в одиночку… Вероятно, лучше всегда так думать в Подземелье, — ответил Вельф, кивая.

В этот момент Рю-сан, отправившаяся вглубь дорожки, вернулась с обеими руками, полными красных плодов.

— Это мясистые фрукты, Милутсы! — с энтузиазмом воскликнула она.

Роскошные ингредиенты, которыми они лакомились на 20-м этаже в «Скрытой Деревне Еретика Ксеносов».

— Я не знал, что их можно собрать и здесь, в «Подземном саду Лабиринта», — прокомментировал один из членов с удивленным выражением лица.

— Кундзи-кун, не волнуйся. Это не так часто случается, но, пожалуйста, будь бдителен. В «Каньоне Джунглей» опаснее, чем кажется, — предупредила Рю-сан.

— Что такое? — спросил один, с любопытством подняв взгляд.

— Ну, это происходит довольно редко, но может случиться так, что гигантская змея, Ламбтон, появится из глубин, пока вы сражаетесь со стаей динозавров, — ответила Рю-сан, серьезно глядя на группу.

— Ох! — воскликнули некоторые, удивленные информацией.

С благодарностью принимая плоды Милутсов, один из авантюристов издал возглас.

— Тото!? — сказал он, вспомнив ситуацию из «Глубин».

Несмотря на то, что он был первоклассным авантюристом, он не мог не закричать.

Вельф расхохотался, и Рю-сан тоже улыбнулась, наблюдая за реакцией.

— Кажется, у тебя нет достоинства первоклассного авантюриста… — подшутил Вельф.

Смеясь, тема разговора сменилась на угрозы, подстерегающие в «Каньоне Джунглей».

— У этого места довольно сложная структура, или, скорее, угрозы. Если подняться по гигантскому стволу и прыгнуть на вершину дерева, можно обойти лабиринт и напрямую попасть на следующий уровень. Но... летающие монстры будут нападать на нас сверху, — прокомментировала Рю-сан.

— Но небо — это охотничьи угодья «Гейл Птер» и других крылатых видов. Даже самые опытные авантюристы менее эффективны в бою на неустойчивых верхушках деревьев по сравнению с землей, а в воздухе они вообще не могут свободно двигаться. Если бы они попали на вечеринку летающих монстров, рождающихся с высокого потолка, им был бы конец. Даже если бы этого не произошло, «Гейл Птеры» всегда целятся в нас сверху. Без авантюриста, который сбивает их магическим обстрелом, или кого-то вроде Асфи, способной свободно летать с помощью магических артефактов, всей группе будет невозможно передвигаться по верхушкам деревьев.

— Хотя я думаю, что первоклассные авантюристы вроде Айз и остальных могли бы прыгать с верхушки на верхушку по деревьям… — задумчиво пробормотал другой.

— Есть также подземная пещера как альтернативный маршрут, хотя это длинный обход. Но он позволяет избежать джунглей и проблемных монстров-динозавров, — добавила Рю-сан, осторожно оглядываясь.

— Говорят, здесь так же появляются монстры со «смертельными ядами».

«Действительно, дойдя досюда, уровни Подземелья становятся гораздо разнообразнее по сравнению с верхними уровнями… Если я уже так думаю, то представляю, как Нине трудно организовать свои мысли…»

Один из членов группы отвел взгляд от Вельфа и остальных и сел на цветочном поле. Это была полуфея, полуэльфийка, которая молча наблюдала.

— Эх… — пробормотала она, глядя вдаль, принимая еду и бутылку воды от Харухиме.

Хотя её, внезапно, занесло в разные места на «нижних уровнях», она была далека от наслаждения тайнами Подземелья. Даже если она стремилась стать авантюристкой, её энтузиазм начал угасать.

— Я получила своего рода «крещение» от Семьи Гестии… в частности, от Лили и Рю.

«Это претендент на вступление в нашу Семью. Я хочу, чтобы она присоединилась к нам, а даже если и нет, я хочу хорошо заботиться о ней как о друге, с которой мы вместе учились в «Школьном округе». В отличие от «Третьего Отряда», она впервые сталкивается с таким, поэтому ей может быть неловко».

Я подумал об этом, направляясь к ней.

— Простите, минуту. В предыдущем бою было что-то странное, что нельзя игнорировать…

Микото подняла руку, чтобы привлечь внимание.

Очевидно, она решила, что должна поделиться информацией, и привлекла взгляды всех.

— Был момент, когда эффект «Поднятия уровня» от Харухиме оставался даже после двадцати минут…

Достигнув 2-го Уровня, время действия «Учиде но Кодзучи» Харухиме увеличилось с пятнадцати до двадцати минут. Видимо, Микото имеет привычку засекать секунды в бою, поэтому она сообщила, что эффект продлился примерно на пять минут дольше.

Даже Вельф, почесывая подбородок рядом со мной, прокомментировал с некоторым сомнением:

— Теперь, когда ты это упомянула… да, на этот раз это длилось дольше…

Несомненно, это ситуация, которую трудно игнорировать (в хорошем смысле).

В то время как командующая Лили выражала удивление, а Харухиме недоуменно склоняла голову, мы собирались обсудить это, когда…

— Это… наверное, из-за меня…

— Э? — ответили мы все в унисон.

Нина, робко подняла руку. Она встала, обнимая одной рукой свой посох, и со слегка поникшими ушами объяснила:

— Моя «Магия Крис» имеет способность продлевать эффекты непрерывной магии или усиливающих предметов, инструментальных и т.п.

— Э-э-э?! — крикнула Семья Гестии в унисон, особенно Лили.

Пока Нина съеживалась от реакции, Микото, Лили и Харухиме буквально изменили блеск своих глаз.

— Продление эффектов улучшения?! Это значит, что магия Харухиме может… вот так… а затем…! Л-Лили!

— Да, это комбинация с «Повышением уровня», которая просто чересчур мощная! Чрезвычайно полезная, слишком полезная! Для маленькой, но талантливой Семьи Гестии это как найти дракона, которого мы должны заполучить любой ценой! Но! Эта женщина — «воровка», которая пытается украсть Белл-сама! Но… но!.. Аргх, неважно! Немедленный набор, другого выхода нет!

— Если Нина присоединится, то Харухиме сможет снизить расход своей умственной энергии и помочь нам еще больше…!? Кон!

Три девушки начали быстро и эйфорично говорить, полностью поглощенные своими планами. Но… я понимаю.

— Неужели Нина талантлива не только как целитель, но и как поддержка?

Даже Рю выразила удивление. Тем временем Нина, ошарашенная, была быстро окружена Микото, Лили и Харухиме.

— Нина, пожалуйста, присоединяйся к Семье Гестии!

— Ты уже прошла стажировку, это решено! Мы не вернем тебя в «Академию»!

— Пожалуйста, пожалуйста, нам нужна твоя сила, о небесная фея!

— Э-э?! Подождите, что происходит?!

Окруженная и полностью ошеломленная, Нина была поглощена тесным групповым объятием Микото, Лили и Харухиме, словно они были готовы подбросить её в воздух в честь праздника.

На некотором расстоянии Вельф наблюдал за сценой с ухмылкой.

— Кажется, она адаптируется быстрее, чем мы думали. Не о чем беспокоиться, верно, капитан?

— Хаха… кажется, да.

— Она более общительна, чем я. Уверена, все будет хорошо, — уверенно добавила Рю.

Я улыбнулся расслабленному комментарию Вельфа, в то время как Рю твердо кивнула. С другой стороны, Нина, окруженная и счастливая оттого, что в ней нуждаются, не могла скрыть улыбки, отражающей её радость.

***

Три дня спустя, во время экспедиции в глубины Подземелья…

На вершине Подземелья, во внушительной белой башне Вавилон, боги собирались отпраздновать долгожданный праздник.

— Это Денатус! — с энтузиазмом крикнул кто-то.

— Юху, юху!.. Хотя, разве он не задержался на этот раз?

— Прошло уже больше трех месяцев с последнего.

— Конечно! Мы были заняты Войной Семей!

— И поражения Фрейи было достаточно для празднования! Банкеты с её унижением в качестве основного блюда были восхитительны!

— Бесконечные вечеринки и смех дни напролет! Пфф, Богиня Любви осмеяна! Не правда ли, Хатор?

— Не втягивай меня в это! Меня просто затащили в ваши глупости. Я не хочу больше ненависти от этой дочери простолюдина!

— Кроме того, это совпало с возвращением Академии.

— Точно! Торговцы с тех пор не останавливались. Торговые Семьи были переполнены работой.

— Все хотят набрать лучшие таланты из Академии!

— Как грустно это говорить! Но ладно, мы здесь! Пусть начнется событие, Магни и Моджи!

— Переходим сразу к Церемонии Присвоения Имени!!

— ЙЕЕЕЕЕЕЕЕ!

Боги кричали, приветствовали и смеялись в большом зале на 30-м этаже Вавилона, начиная Денатус. Хотя они жаловались на задержку, посещаемость, вероятно, была самой высокой, какую Гестия когда-либо видела.

Почему присутствовало так много богов?

Почему атмосфера была такой хаотичной и эйфоричной?

С мрачным и острым выражением лица Гестия уже догадалась.

— …Все это вина Белла, который снова повысил уровень.

— Еще одно повышение уровня с последнего Денатуса! Авантюрист-баг!

— И это второй раз!

— Как его зовут?!

— БЕЛЛ!!! БЕЛЛ, ты невероятен!! Ты стал первоклассным авантюристом!! Я люблю тебя, Белл, больше, чем Фрейю, больше, чем кого-либо! Прими мою любо—!!

— Заткнись.

— Кто-нибудь может его заткнуть?

— Еще один Аполлон?! Нет, спасибо!

— Но признаю, Белл был впечатляющ в Войне Семей.

— Было здорово, как он сражался вместе со всеми, чтобы победить. Я хотел бы его поздравить.

— Хатор, ты только что говорила серьезно?!

Боги продолжали кричать и праздновать, в то время как Гестия, все еще с острым и мрачным лицом, затыкала уши и бормотала про себя:

— Не называйте его, так небрежно, Белл-кун… И нам не нужен второй Титул…

Рядом с ней Гефест, Миах и Такемикадзучи могли лишь смеяться с покорностью.

«По крайней мере, Локи занята своей экспедицией… но я не могу расслабляться» — подумала Гестия, вздыхая.

Достижение 5-го уровня уже достаточно, чтобы превратить любого авантюриста в идеальную добычу для богов. Но если к этому добавить впечатляющее достижение войны фракций.

Дело не в том, что Белл был единственным, кто произвел впечатление в этой битве, но он, вместе с Гестией, бросил вызов Богине Любви и нанес последний удар, так что было очевидно, что он станет центром внимания.

В предыдущих повышениях уровня отголоски его достижений едва ощущались в центре Орарио. Конечно, рекорд самого быстрого кролика в мире уже достиг других мест, но еще не вызвал всемирного фурора. Однако на этот раз все иначе: поражение Семьи Фрейи столь шокирующее и значимое.

Гестия ощущает это кожей: слава Белла Кранела, первоклассного авантюриста, достигает своего пика как внутри, так и за пределами города.

Короче говоря, божественное безумие, развернувшееся перед её глазами, было не более чем следствием на реакции в мире смертных.

— Оставьте это! Время церемонии именования! Давайте решим, какой будет следующий псевдоним Белла!

— У меня есть блестящая идея! — «Гипер Ультра Охотник-Следопыт Теней»!

— Возможно, Беллу понравится, но нет никакого шанса…

— Уже все равно, если Белл будет счастлив.

— Это неизбежно, мы на пути к Экстра-сложному Черному Дракону, так что хотя бы это…

— Не говори так, словно это подарок к его путешествию в загробный мир… Это грустно… «Жених Подземного Мира Тартара»?

— Тебе слишком весело.

— Отлично! Мой муж, Белл Флауер!

— Убирайся, Сир!

Пока боги, как всегда, выходили из-под контроля, молодая девушка в нефритово-зеленой униформе (которой богини со злорадной улыбкой приказали подавать им чай) вздыхала, заменяя пустые чашки.

Игнорируя Гестию, которая уже тяжело дышала, Денатус продолжал набирать температуру.

— Я хочу дать Беллу хорошее имя, но…

— Да, ничего не остается, кроме как быть осторожными. Это довольно беспрецедентно.

— Помимо «Войны Семей», нет ли еще новой информации?!

— По слухам, красивая полуэльфийка из академии уже безумно влюблена в него.

— Он Король Завоеваний или что?

— Он слишком быстро движется!

— Не обязательно быть самым быстрым в мире, да?

— По крайней мере, он не НИКОПО и не НАДЕПО.

П.П.:

Никопо (ニコポ) — от "Никоっ" (улыбка) + ポーズ (поза) «Милая улыбочка» или «Улыбка-позочка»

Надепо (なでポ) — от "Надэру" (гладить/поглаживать) + ポーズ (поза) «Поза для поглаживания по голове» или «Момент, когда хочется погладить по голове»

Японские мемы про клише в ромкомах.

— Не оскорбляй его!

— Он наш любимец! Осторожнее с выражениями! Получишь!

— Тогда как насчет… «Новое Поколение Зевса»?

— НЕТ!!!

— Это прямое оскорбление…

На лбу Гестии запульсировала вена.

— Вы навредите репутации Белла больше, чем когда-либо!

— Не напоминайте мне об этом старом дураке…

— Но чем больше я слышу, тем больше убеждаюсь, что нет лучшего варианта…

— …Выбираем «Новый Зевс»?

— Ни в коем случаеееееееееее!!!

Рев маленькой богини сотряс круглый стол. Теперь, когда Семья Гестии поднялась до ранга B (почти S), слишком сильно дразнить её могло заставить даже богиню домашнего очага потерять терпение. Боги-мужчины, которые до этого момента презирали Гестию, могли лишь цокнуть языком и скрипнуть зубами.

— Но, честно говоря… неужели мы действительно собираемся сейчас менять псевдоним Белла?

— Через три месяца, на следующем Денатусе, он снова повысит уровень.

— Да, достигнет 6-го уровня. Не будет как раньше… Ах, это из-за опыта, полученного в Войне Семей?

— Не будет ли пустой тратой времени, если мы сейчас его изменим?

— Если хотя бы произойдет какое-нибудь забавное событие, мы могли бы его связать…

— Давайте, вы боги или кто?! Взбодритесь!

— Это драгоценная возможность отметить историю Белла!

— Я предупреждаю вас, я не допущу никаких позорных «темных эпох»!

— Отлично, я, Магни, предлагаю отложить это! Маленькая богиня уже все ясно сказала.

— Я, Моджи, предлагаю отложить решение. Жалоб не будет, верно? Лучше сначала закончим с остальными именами.

Благодаря вмешательству Магни и Моджи, дебаты о новом псевдониме Белла приняли неожиданный оборот и были временно отложены.

Удивленная Гестия решила придерживаться своей цели: сохранить прежнее имя «Кроличья Лапка» и защитить своих последователей.

— Итак, псевдоним Лили будет… «Маленький Маршал»!

— А у Харухиме… «Носительница Шести Золотых Светов»! Для 2-го уровня у нее присутствие, достойное финального босса!

С помощью Гефеста, Миаха и Такемикадзучи им удалось избежать самых абсурдных имен и получить приемлемые титулы. Псевдоним Лили был данью старому титулу Белла, «Маленький Новичок», и вызывал нежность. С другой стороны, псевдоним Харухиме вызвал интенсивные споры в начале, с предложениями типа «Непобедимая Ловушка-Лисица» и «Сверкающий Смертельный Хвост». Однако под давлением Гестии боги приняли серьезное решение.

Наконец, было принято имя «Носительница Шести Золотых Огней», отражая «Повышение уровня», раскрытое в Войне Семей. Хотя Гестия желала более милого и элегантного имени для Харухиме, она пошла на компромисс.

— Угх, эта коротышка-богиня раздражает.

— Да, лоли с большими атрибутами мешает. Шесть месяцев назад она еще была нашей игрушкой.

— Почему вы бунтуете против меня, а не против Локи или Фрейи?!

Спустя некоторое время боги все еще бормотали с покорностью.

Но затем…

— Эй, это ещё что?!

Двери зала распахнулись. Ворвался бог, задыхаясь, и срочно указал наружу.

— Снаружи происходит что-то грандиозное!

Однако его довольная улыбка выдавала, что, помимо срочности, он нашел новый способ развлечься.

***

15-й уровень Подземелья.

Собрав достаточно «выпавших предметов» и выполнив требования принудительной экспедиционной миссии, Семья Гестии возвращалась на поверхность.

Пройдя через «Каньон Джунглей», «Водный Лабиринт» и «Лабиринт Великого Древа», достигнув «Лабиринта Скалистой Пещеры», атмосфера в нашей группе стала спокойнее. Хотя мы не должны были терять бдительность, так как даже опытные авантюристы могут совершать ошибки в этой области. По сравнению со сражениями с динозаврами, Вельф и остальные выглядели гораздо более расслабленными. Теперь, не используя «повышение уровня», я и Рю, как первоклассные авантюристы, находились в конце построения.

— Нина, ты отлично справилась. Едва присоединилась к группе, и уже невероятно.

— Нет, ничего особенного. Я не смогла помочь непосредственно в бою…

Я обратился к Нине, идущей прямо передо мной, сохраняя бдительность по сторонам. Юная и многообещающая целительница прижимала свой длинный посох к груди, явно смущенная. Я встал рядом с ней и улыбнулся.

— Как ты знаешь, роли в Подземелье очень важны. Твоя целительная магия была огромной помощью для группы.

— Серьезно?

— Да, она давала спокойствие тем, кто был в авангарде, и позволяла Рю, которая обычно нас поддерживает, сосредоточиться на сражении. Спасибо.

— Вау… как здорово.

Искренне выразив свои мысли, Нина улыбнулась и покраснела. её манера поведения немного смягчилась, проявив улыбку и речь, которую она обычно использовала со своим одноклассником, Рапи.

Улыбаясь этой сцене, я указал прямо вперед.

— Кроме того… посмотри на лицо Лили.

— Она действительно сияет… — пробормотала Нина.

— Да, это потому, что благодаря Нине нам не пришлось использовать ни одного лечебного зелья.

Даже издалека было видно, насколько довольна Лили. Она словно сияла, покачивая своим рюкзаком, набитым припасами, словно в любой момент хотела пуститься в пляс.

Нина и я посмотрели друг на друга, сдерживая смех.

— Внимание, враги спереди! «Адские Гончие» и «Лайгерфанги»!

Голос Микото прорезал воздух спереди.

Монстры, которых не было видно, начали выходить из боковой норы.

— Вельф, Микото! Займитесь самыми крупными. Харухиме, Нина! Их немного, так что Лили и остальные смогут здесь набраться опыта.

— Поняли!

— Д-да!

Лили мгновенно изменила выражение лица и начала отдавать приказы. Она достала свой ручной арбалет, в то время как Харухиме приготовила веер, а Нина посмотрела на мой кивок, прежде чем последовать за ними. Мы с Рю ничего не делали; наблюдали за боем сзади, как сказала Лили: это было время набираться опыта.

Если бы что-то случилось, мы бы вмешались немедленно, но не было причин беспокоиться. Все пятеро в их группе были 2-го уровня; их силы было более чем достаточно для этого этажа.

Все стали такими сильными, что больше не нуждались в нашей помощи.

— Её магия сравнима с магией членов королевской семьи, — прокомментировала Рю, остановившись рядом со мной, пока мы наблюдали за боем Нины и остальных.

— Э? Рю? — спросил я, удивленный.

— Нет… ничего. Просто важно, чтобы Семья признала исключительный талант, которым она обладает.

На мгновение её небесно-голубые глаза казались полными уважения. Однако она слегка покачала головой. На её лице осталась лишь дружелюбная улыбка, обращенная к будущей соратнице.

— Я с нетерпением жду того дня, когда она официально присоединится к Семье.

— Да!

Я улыбнулся и кивнул.

После этого мы провели еще несколько боев, но Лили и остальные легко справились с ними. Семья Гестии покинула «средний уровень» и поднялась на «верхний уровень». Мы быстро продвинулись через безопасную зону и, наконец, вернулись на поверхность.

— Хм?

— Что такое? Кажется, на «Улице Авантюристов» шумнее обычного…

Ощущение, что происходит что-то странное, настигло нас вскоре после этого.

Мы вышли из «Вавилона», пересекли Центральную Площадь и направились на северо-запад города, чтобы сдать добычу и предоставить отчет о миссии.

Но застыли на месте, увидев происходящее.

«Улица Авантюристов», одна из главных артерий северо-запада, была переполнена людьми. Толпа была настолько плотной, что едва можно было пройти. Казалось, люди со всех концов города собрались здесь.

— Еще один бог творит какую-то глупость?

— Хотя это больше похоже на толпу любопытствующих, все выглядят сбитыми с толку…

Пока Вельф и Микото спорили, мы пытались продвинуться, как могли.

Однако по мере приближения к штаб-квартире Гильдии гул становился оглушительным. Пройти по главной улице было невозможно, поэтому, следуя совету Лили и Рю, мы пошли короткой дорогой по переулкам, пока не увидели Пантеон, здание Гильдии.

— Пусть выйдет ответственный!

— Требуем полной информации! Это наше право!

Шум толпы отдавался эхом, превращаясь в крики протеста.

«Это ненормально…»

Хаос и гнев, которые ощущались, не соответствовали обычному Орарио. Инстинктивно мы ускорили шаг, но затем я увидел, как Нина начала бледнеть.

— Нина, ты в порядке? — обеспокоенно спросил я.

— Это чувство… Неужели… все из «Школьного Округа»…

Она, казалось, даже не слышала меня, и её слова были слышным бормотанием. Не не нужно было спрашивать, что это означало. Ответ пришел сам собой.

Следуя за Рю, которая перепрыгивала между зданиями, мы оказались на ближайшей крыше. То, что мы увидели оттуда, лишило меня дара речи.

— Мы не допустим притеснения от Гильдии!

— МЫ НЕ ДОПУСТИМ!

Перед нами была толпа. Люди, люди и еще люди, все одеты одинаково: белые рубашки и темно-красные галстуки. Форма «Школьного Округа».

Вход в Гильдию был забит студентами.

— Что это, черт возьми?!

— Это все студенты «Школьного Округа»?

Лили и Харухиме воскликнули в изумлении. Я чувствовал то же самое.

Перед штаб-квартирой Гильдии несколько сотрудников и членов Семьи Ганеши безуспешно пытались сдержать студентов. Изнутри здания я видел авантюристов, парализованных изумлением, и толстого эльфа, директора Гильдии, с открытым ртом.

— Мы протестуем против принудительного изъятия Орихалка!

— ОООООООООХ!

Во главе толпы девушка-человек в очках подняла магический усилитель. её голос громко раздавался, подстрекая остальных.

— Это… — пробормотал я.

— «Студенческая революция»… — сказала Нина дрожащим голосом.

Ее руки дрожали, пока она сжимала свою униформу, символ «Школьного Округа». Её зеленые глаза, так похожие на глаза Эйны, были прикованы к сцене.

— Когда великие державы или регионы угнетают студентов, «Школьный Округ» всегда поднимает свой голос и мобилизует общество… Это происходило везде в мире.

— И теперь это происходит в Орарио?..

Я нервно кивнул на испуганное утверждение Нины.

Я не знал деталей студенческих демонстраций, но не нужно было много понимать, чтобы знать, что протест с таким количеством участников нельзя воспринимать легкомысленно.

Что произойдет сейчас?

Случится что-то серьезное?

Или все разрешится без последствий?

Однако голоса студентов ответили на мои сомнения почти сразу.

— Требуем отозвать приказ об изъятии Орихалка! Если наши требования не будут услышаны, мы приостановим наборы, стажировки в семьях и рассмотрим возможность разрыва связей с Орарио!

— Э… Э-э-э-э!? Среди изумления Лили и остальных, громкие крики Нины и мои пронеслись по вечернему небу.

----------

Лев и Принцесса Меча

Глава 2. Лев и Принцесса Меча

[[image:/storage/reader-images/9f233add244393116b59371652720cfcaec33d61.png]]
П.П.: были изменены псевдонимы Лили и Харухиме

Лили: «Маленькая Великая Мастерица» → «Маленький Маршал»

Харухиме: «Носительница Шести Золотых Светов» → «Носительница Шести Золотых Огней».

Так же паллумы заменены на полуросликов

***

«Герои — чертово дерьмо».

По крайней мере, в том, что касалось их искаженного характера и чрезмерного насилия, которое, казалось, росло пропорционально их безумию.

Ещё до того, как король земли или властитель моря из числа великих зверей были побеждены. В так называемом городе-лабиринте, что именовал себя Городом Героев, их деспотизм и жестокость достигали невыносимых уровней.

Если ты сопротивлялся, тебя отправляли в полет.

Если ты бунтовал, тебя пинали.

Если ты их оскорблял, тебя впечатывали в потолок.

Если ты был слаб, тебе ничего не было дозволено.

«Герои» под началом главных богов Зевса и Геры никогда не признавали существование слабых. Любой, кто носил меч, щит или посох, сталкивался с унижением и презрением. Не было ни одного авантюриста или воина, жившего в ту эпоху, который не испытал бы их насилия. В то время город-лабиринт насчитывал только две фракции: Зевса и Геры. Этого было достаточно, чтобы их сила считалась непревзойденной.

«Герои — чертово дерьмо».

Среди двух главных фракций хуже характером и принципами была фракция Геры. Но каждый раз, когда подчиненные Зевса создавали проблемы, подчиненные Геры начинали охоту.

Мы, конечно, были втянуты в самый центр этих апокалиптических распрей.

«Черт, пусть идут к дьяволу».

— Я возьму тебя в мужья через десять лет.

Императрица Гера блокировала мой удар, своим мизинцем и, усмехаясь, бросила эту фразу.

Я поднялся, весь в крови, с дрожащими губами. «Лучше уж связать жизнь с этим чертовым минотавром…». Очнувшись, я осознал, что пролетел сквозь десятки домов и врезался в гигантскую городскую стену.

— Отличная работа! Это касается и тебя, и того вепря.

Выдающийся подчиненный Зевса завыл с такой силой, что сломил мою волю к контратаке. Игнорируя приказы своего главного бога остановиться, с жалко дрожащими ногами, крича, я снова бросился в атаку.

В следующий раз, когда я пришел в сознание, я лежал на земле, сплевывая кровь и глядя на небо, искаженное собственными слезами.

Каждый раз, одно и то же.

Вместе с кабанами, гномами и эльфами нас сбивали снова и снова. Если ты их злил, тебя стирали в порошок. Если ты им противостоял, тебя сокрушали. Результат никогда не менялся.

«Герои — чертово дерьмо».

— Хотя ты не маг, ты должен быть способен преодолеть этот «холмик». Твой меч — просто украшение?

Седовласая ведьма сказала мне это на ходу, уничтожив нас только за то, что мы слишком расшумелись, сражаясь с монстрами. Самым раздражающим было то, что, несмотря на то, что она была магом, она своими хрупкими руками взяла мой меч и разрезала этот «холм» одним ударом. Её ошеломляющий талант делал мои оскорбления бесполезными.

Сколько раз я был на грани того, чтобы взорваться от гнева и унижения? Сколько раз я проклинал свою слабость, ни на кого не обращая внимания, и снова бросался против них? Сколько бесчисленных поражений я претерпел?

Гномы, кабаны и другие, кто падал рядом со мной, называли это унижение «грязью». Но я называл это «дерьмом». Всё это было уж слишком погано, чтобы называться таким элегантным словом «грязь».

— Вернулся? Вульгарный мальчишка. Уже смог разрезать тот «холмик»?

И все же, когда я думаю об этом сейчас, те «герои» всегда подталкивали нас за пределы грязи и дерьма. Как будто говоря: «Стань сильнее», они бросали нам постоянные вызовы, и когда нам удавалось преодолеть это унижение, мы находили что-то большее. Они презирали нас, как незначительных, но никогда не наносили последний удар. Они принимали нашу ревущую слабость и подстрекали её, не заботясь о причинах или мотивах.

Бессмыслица и насилие, обрушивающиеся на нас. Разрушение и импульс.

Когда эти монстры исчезли из города, то, что осталось, было ощутимой силой внутри нас самих. Эти глаза и сердца, что преследовали оставленные ими тени.

«Герои — дерьмо, но они указали нам путь».

Они всегда были сильны, всегда указывали на надежду и вызовы. Если ты слаб, тебе ничего не позволено. Ты должен быть сильным. Даже сейчас, когда конец света приближается, их послание сохраняется. Побежденные «Последней Тьмой», они начертали на этой земле свои последние слова:

«Преодолейте нас».

Теперь наш черед достигнуть их и превзойти.

Или, возможно, те, кто последуют за нами, должны преодолеть вершины, которые мы называем «героями». Но у нас недостаточно силы. Недостаточного численности. Мы не понаслышке знаем, насколько хрупка воля без силы. Времени недостаточно, задачи ошеломляющие и отчаянные.

Но все же.

Теперь, наконец-то, эти руки могут с легкостью разрезать что-то такое маленькое, как тот «холмик».

Студенческий Бунт.

Его последствия быстро ощутились в городе-лабиринте.

— Отменили набор из «Школьного округа»!?

Как и было объявлено, «Школьный округ» официально заявил о бессрочной приостановке своего набора. Семьи Орарио, которые планировали отправиться на гигантский корабль Флингхорн для вербовки студентов, вынуждены были всё отменить.

Для Семей города эта новость стала опустошительной.

Прибытие студентов из «Школьного округа» представляло собой золотую возможность заполучить новые таланты. Даже если они были неопытны, студенты Академии обладали несравненным потенциалом.

Отмена долгожданного мероприятия по набору вызвала хаос среди Семей Орарио:

— Что, черт возьми, делает Гильдия?!

— Проклятые свиньи, идите к черту!

— Ход со стороны Академии был чрезмерным, но и Гильдия действовала слишком поспешно. Я обращаюсь к тебе, свинья.

— Позор для наших собратьев!

— Казнить Роймана!

Эти и другие голоса, полные гнева, раздавались в равной степени среди членов Академии и богов.

Перед лицом неожиданного развития событий Гильдия немедленно направила послов в Академию, но их вялые переговоры лишь ещё больше разозлили представителей студентов, которые без церемоний выгнали их. Гнев Академии не утих, и они покинули портовый город Мерен. Магическая держава Альтена — со смехом объявившая, что «уже готова их принять» — стала для Академии попутным ветром, намекнув на возможность смены принадлежности, полностью отделившись от Гильдии.

Члены гильдии были в панике. Хотя они попытались возвысить голос и критиковать этот «произвол», Академия ответила с презрением, говоря: «Вы это начали». Даже боги, не имеющие никакого отношения к ситуации, пожимали плечами, утверждая:

«Воля Академии — не что иное, как голос студентов».

Среди всех самым бледным был Ройман, лидер Гильдии.

«К-как всё дошло до этого…!?»

Не в силах поверить в уровень враждебности, который они нажили, он корчился от боли, удваивая количество принимаемого лекарства для желудка.

Тем временем полуэльфийка — бывшая студентка Академии и сотрудница Гильдии, которая выступала против реквизиции Орихалка — могла лишь смотреть в небо и бормотать:

«Я же вам говорила…»

Так называемый «особый экономический эффект Академии» был прерван в тот самый момент. Через какое-то время Семьи Ганеши разогнала всех, кто бунтовал у порога Гильдии. С того дня, студенты — которые обычно оставляли в Орарио большие суммы денег — все, без исключения, исчезли. Преподаватели и другие связанные с Академией лица также покинули стены города, что привело к неизбежным последствиям.

Критика, со стороны торговцев, не заставила себя ждать.

Несколько торговых ассоциаций, которые арендовали помещения, предназначенные специально для студентов, остались пустыми и понесли колоссальные убытки. Экономический удар затронул даже рабочий люд, в то время как Мерен, портовый город — всегда считавшийся подчиненным городом Орарио — начал процветать, создавая парадоксальную ситуацию.

«Это было предсказуемо… Но как ты собираешься отвечать за последствия, Уран?»

«Крепись, Ройман».

«Это на грани жестокости…»

Говорят, что эти слова— а может, и нет — были произнесены в подземном святилище Гильдии между магом в чёрных одеждах и пожилым богом.

В результате «студенческая война» стала серьезным делом и полным бедствием, затронувшим граждан, торговцев, Семьи и даже другие нации. Трещина между Академией и Гильдией стала непоправимой, и главный орган управления городом, столкнулся с худшим публичным осуждением за последние годы.

Все члены Академии были отозваны обратно, найдя убежище в портовом городе Мерен, где стоит на якоре гигантский корабль Флингхорн. Это касается и студентов, участвовавших в программах стажировки в Семьях.

***

— А-а-а-а!! Мисс Нину увезли обратно!! Мы потеряли такого ценного человека!! Незаменимого целителя, который вносит вклад в экономическое исследование нашей Семьи!!

Душераздирающий крик Лили разнесся по всей гостиной резиденции. Как ни странно, никого, так сильно, не задело отсутствие Нины, как её. Она лежала на диване лицом вниз, размахивая руками и ногами, словно плавала в океане. Но не она одна грустила, Микото и даже Харухиме тоже разделяли её чувства.

— Стажировки отменили! Нину-доно тоже заставили вернуться!

— Т-ты думаешь, это значит, что мисс Нина не сможет присоединиться к Семье Гестии?

— Это было бы ужасно! Разве ты не говорила, что она необычайно талантливый человек?

— Это больше, чем просто талант, она незаменима! Учитывая комбинацию повышения уровней и усиления способностей, мы никогда не сможем вернуться к тому, что было после того, как узнали о её невероятной силе!

Гестия решительно наклонилась вперед, в то время как Лили подняла голову с дивана с таким же серьезным выражением лица. Все трое — плюс богиня — сгруппировались, чтобы с причитаниями бормотать о «потере многообещающей новичка» и «абсолютной необходимости этой целительницы в нашей команде», до такой степени, что невозможно было не почувствовать их боль со стороны.

— Они такие с тех пор, как Академия пришла за этой полуэльфийкой,…

— Понятно. Её навыки и характер действительно были восхитительны. Даже я с нетерпением ждал её вступления.

— Да… Если нам действительно придется расстаться вот так, мне тоже будет очень грустно.

Наблюдая за остальными, мы вместе с Вельфом и Рю, тоже чувствовали беспокойство. Благодаря бурным реакциям Лили и остальных, как ни странно, мне удавалось сохранять спокойствие.

Академия говорила всерьез.

Даже вызвав недовольство у принимающих Семей, они насильственно приостановили стажировки и текущую деятельность. Орарио был слишком взволнован, чтобы думать том, что ситуация может легко разрешиться.

Пока я с тревогой размышлял об этом, по воздухе поплыл легкий аромат черного чая, словно пытаясь успокоить меня.

— Сир… что именно произошло, пока мы были в экспедиции?

— Хм… Мы только заметили, что портовый город Мерен был немного взбудоражен, но сразу после того, как вы ушли, похоже, Гильдия начала изымать Орихалк.

Сир, снова принесшая нам чай, положила тонкий палец на подбородок и начала объяснять.

— Насколько я слышала, Бальдр и другие пытались мирно договориться, но директор Гильдии, Ройман, был слишком агрессивен. Он говорил что-то вроде: «Академия существует благодаря поддержке города, поэтому естественно, что мы получаем её ресурсы» или «Уран уже дал своё одобрение!». В итоге они практически силой забрали Орихалк в Орарио.

Студенты — только что вернувшиеся со стажировок и Специальных тренировок в Подземелье — стали свидетелями всего этого, и именно тогда началось бедствие.

Сир рассказывала нам всё это по слухам, через знакомых из портового города, но даже так объяснение было совершенно логичным. В ответ на авторитарные требования Гильдии, боги со стороны Академии, возглавляемые Бальдром, ответили твердо:

— Делайте, что хотите. Но мы не несем ответственности за последствия.

Было очевидно, что Бальдр и другие боги Академии предвидели такой исход. Столкнувшись с военным давлением Орарио, Академия решила разыграть свои карты и ответить адекватно. Хотя богам и не пришлось повышать голос, студенты Академии, известные своей сильной волей, никогда не допустят несправедливости. В конце концов, даже я, за своё короткое время в качестве студента, понял это на собственной шкуре.

«Так же, как с Ниной… Что теперь будет между Академией и Орарио?»

Неопределенность была ошеломляющей. Принадлежа одновременно и Орарио, и в некотором роде Академии, я мог лишь желать, чтобы все разрешилось мирно. Пока я думал, могу ли я что-то сделать…

— Не может быть! Неужели нет способа это исправить?!

— Даже если бы мы хотели, у нас слишком мало информации! По крайней мере, мы должны расследовать ситуацию в Академии или найти какой-то компромисс…

— Но говорят, что Академия полностью закрыла свои двери. Если кто-то захочет узнать, это должен быть студент, одобренный богами Академии…

Гестия-сама, Лили и Микото спорившие всё это время… вдруг остановились.

— Э? — Харухиме с любопытством склонила голову. В этот момент все трое, в унисон, оглянулись на меня.

— Э?! — Мои плечи вздрогнули от испуга. Затем, все трое, разом сказали:

— Белл-кун.

— Белл-сама.

— Белл-доно.

— Не мог бы ты снова проникнуть в Академию и посмотреть, что там происходит?

Само собой разумеется, моё лицо исказилось от ужаса. Также не стоит упоминать, что Сир уже приготовила полный комплект маскировки с формой Академии, прежде чем я успел возразить.

***

— Рапи-кун!

Пока соленый запах моря и холодный ветер озера окутывали меня, ступени трапа громко заскрипели, когда Нина сбегала по ним вниз, ко мне. Я был одет не как Белл Кранел, а в белую студенческую форму и кроличий парик, снова став Рапи Флемишем.

— Прости, Нина… Я появился так внезапно.

— Нет, нет, я рада, что ты пришел! Я тоже не хотела вот так расставаться…

Хотя я извинялся, чувствуя вину, Нина несколько раз покачала головой. Её глаза выглядели немного влажными, словно она была на грани слез. Удивленно смотря на неё, сам того не заметив, я тоже мягко улыбнулся.

«Хорошо! Бальдр-сама объяснил старшим, что отправляет меня с поручением по личным причинам».

После того, как мы поднялись по трапу, ведущему в порт, он с громким шумом начал закрываться. Академия, в нынешнем её состоянии, была практически закрыта для внешнего мира. Если бы я не замаскировался под Рапи, меня бы, наверное, забросали камнями.

— Ты пришел один, Рапи-кун?

— Да. Лили и остальные предпочли остаться на базе, чтобы не вызывать подозрений.

Пока мы двигались вглубь гигантского корабля, Нина объясняла мне ситуацию. Маскировка Гермеса, которую я испортил во время школьной экскурсии на 25-й этаж, теперь была как новая, любезно предоставленная Сир.

«Как она её достала? Она что, знала, что так случится? Это пугает…»

Нина, казалось, что-то вспомнила и пробормотала с улыбкой:

— Ах! Я не могу называть тебя «Рапи-кун», верно? Мне следует говорить «Белл-сэмпай».

— Н-нет, «Рапи» будет лучше! Если назовешь меня Беллом, то нас точно раскроют.

— Правда? Значит, я могу продолжать называть тебя Рапи-кун?

— Э? Д-думаю, да… нет проблем.

Нина радостно хлопнула в ладоши и потянула меня за руку вперед.

«Зачем она это спросила? Ну… неважно. Она выглядит счастливой, и этого достаточно».

Мы наконец вышли на верхний уровень Академии, где нас окутал солнечный свет. То, что я увидел, было бурлящим котлом деятельности.

— Усильте комитет обороны против Гильдии!

— Сопротивляйтесь до конца! Орихалк — гордость Академии! Мы никогда его не отдадим!

— Не будем вести переговоры со свиньями из Гильдии! Мы хотим, чтобы Уран лично явился на диалог!

— Свяжитесь с союзными городами Академии! Окажем давление извне!

Всё, что я видел, подтверждало мои подозрения. В Академия введён режим военного положения.

В каждом уголке группы студентов кричали, бегали и организовывались в комитеты. Оружие и инструменты были свалены на импровизированные полки, словно они готовились к настоящему конфликту.

— Они готовятся к войне?..

«Воля в мече! Знание в посохе! И неудачи как корона!»

«Защищай округ! Вместе с кубком и источником знаний!»

«Вместе с кубком и источником знаний!»

Я остановился и обернулся. Там были студенты, образовавшие круг и поднявшие руки, объединившие свои голоса в крике, который разнесся по небу. Это была фраза, которую я никогда раньше не слышал. Но кажется, Гермес-сама упоминал нечто подобное до того, как мы проникли в округ.

— Этот боевой клич…

— Да, это девиз округа, фраза, восхваляющая сад знаний и мудрости…

Студенты пытались защитить права округа, даже бросив занятия, чтобы обрести знание и мудрость. Даже учителя присоединялись к ним.

Действительно, дела стали очень серьезными. Возможно, мирное разрешение конфликта уже невозможно… Видя разнообразные сценарии, разворачивающиеся по всему верхнему ярусу, я чувствовал себя подавленным. С растущим чувством тревоги мы направились в пустую аудиторию, ту самую, где я впервые представился Нине и остальным на «Отделения Боевых Искусств», чтобы тайно поговорить и разобраться в ситуации.

— Ах!

Я увидел три очень знакомых лица.

Гном, темный эльф и полурослик.

Иглин, Реки, Крис… все из «Третьего отряда»!

— Т-ты!..

— Скрытый шпион?

— Нет, это не так! Ах, ну… может, и похоже, но…

С лицом, полным удивления, Иглин указывает на меня, в то время как Реки своим обычным спокойным и прямым тоном задает короткий вопрос. Я рефлекторно отрицаю, но тут же осознаю, ведь то, что я делаю, не слишком отличается от действий шпиона, поэтому моё выражение лица становится неловким. Нина тоже парализована внезапной ситуацией, и когда атмосфера начинает становиться странной…

— Эй, почему все так неловко себя чувствуют? Мы же должны радоваться этой встрече!

— …Крис!..

Крис, из маленького городка полуросликов, встает в центре нашей группы и, надув свою крохотную грудь от гордости, говорит:

— Даже если настоящая личность Рапи — авантюрист, даже если его уши и хвост фальшивые, это не меняет того, что он один из нас! Потому что сердце Рапи мягкое и теплое, как плюшевая игрушка!

Мы разинули рты от абсурдной, но уверенной логики Крис, но только на мгновение. Сначала Нина тихонько хихикнула. Затем Иглин расслаблил плечи и улыбнулся, и даже я в итоге тоже заулыбался. Я даже заметил, что губы Реки изогнулись под её черной маской.

— Мы самый жалкий отряд в истории, худший из всех. То, что «фальшивый авантюрист» оказался проблемой — неудивительно.

— Но то, что ты исчез без объяснений... это было неправильно. Я даже почувствовал себя… немного одиноко.

— …Простите меня, Иглин, Реки, Крис. За то, что вас втянул в это — мне действительно стыдно.

— Не волнуйся! Я же попросила Нину, которая проходила стажировку во фракции, присмотреть за Рапи. Хотя в итоге все обернулось вот так...

— …Спасибо.

По правде говоря, я всегда чувствовал вину. С тех пор как я стал «Рапи», то что я им лгал, не переставало грызть меня изнутри. Эти слова «взять паузу, чтобы разобраться в себе», были всего лишь отговоркой. Наверное, я просто сбежал от них. Поэтому возможность вернуться в «Третий отряд» делала меня неописуемо счастливым. Посреди враждебной атмосферы, окутавшей «Школьный округ», эта классная комната, где мы все собрались, казалась очень уютной.

— Ну и что? Почему ты пришел? Если ты с Ниной, это значит, что это не очередная проделка Орарио, верно?

— Да, я беспокоился о том, что происходит в Академии… Как вы сами к этому относитесь?

— Как видишь. Все в режиме «разъяренных Темных эльфов»…

— Хотя студенческие бунты не редкость для «Школьного округа», этот самый крупный с тех пор, как они пытались забрать профессора Леона! Кажется, все ненавидят Орарио!

Ответив на вопрос Иглин, Реки и Крис без колебаний высказывают свои мнения. Крис даже говорит, что чувствует от всего сердца:

— Мне тоже не нравится нынешний Орарио! Думаю, я начинаю его немного ненавидеть!

— Согласен…

— Если «Город Героев», Орарио, так же тираничен, как любое другое королевство или город, я могу лишь чувствовать разочарование.

Слушая чувства троих, я замолкаю.

Нина, опечаленная их словами, тоже опускает взгляд.

Хотя они хотят присоединиться к Семье Гестии, все ещё существует обида, которую они не могут игнорировать. И я их понимаю. На этот раз даже я не могу защитить Орарио. В конце концов, это похоже на то, как если бы у них отняли цветок, который они заботливо растили, или сокровище, которое они с таким трудом накопили.

«Это не похоже на то, что скоро всё разрешится… Я даже не знаю, сможет ли кто-нибудь это решить…»

Снова услышав намерения «Школьно округа» от Нины и остальных, я остаюсь в раздумьях, что же мне делать… или, вернее, что я сам хочу сделать. Именно тогда…

Дверь аудитории, которую занимали только мы, распахнулась.

— Вот ты где, Рапи.

— Ах!.. Профессор Леон?

С прямым, как меч, станом и львиной гривой, одетый в черную форму преподавателя, в класс входит профессор Леон. Пока Нина и остальные смотрят разинув рты, удивленные его внезапным появлением, он говорит мне:

— Бальдр-сама рассказал мне, что ты прибыл в Академию. Я оставил совещание по стратегии Орарио моим коллегам Малику и компании, и пришел за тобой.

— За мной?.. — смущенный, я смотрю на профессора Леона, который, как настоящий рыцарь, протягивает мне руку.

— Пойдем, Бальдр-сама хочет поговорить с тобой наедине.

Конечно, Крис и Реки запротестовали: «Мы хотим пойти с тобой!» — что было совершенно понятно. Однако после долгих извинений с моей стороны и слов благодарности и убеждения от профессора Леона, Нина и Иглин наконец проводили меня со словами: «Будь осторожен!» Они даже попросили, чтобы я потом рассказал им, о чем мы говорили, хотя я не мог этого обещать. Я ответил лишь ироничной улыбкой.

В кабинете на последнем этаже «Храмовой Башни Брейдаблик», самого высокого здания и центрального командного пункта «Школьного округа», я встретился с господином Бальдром.

— Спасибо, что пришел, Рапи. Или мне теперь называть тебя Белл?

— Ах, нет, Рапи нормально…

— Нынешняя ситуация нехороша ни для «Школьного округа», ни для Орарио. Обе стороны зависят друг от друга, но действия Орарио были опрометчивы, и теперь студенты разгневаны… — серьезным тоном произнёс Леон-сенсей.

— А преподаватели тоже недовольны?

— Именно так. На этот раз даже мы, преподаватели, разделяем сомнения учеников.

— Профессор Леон… что вы думаете? — спросил я, с некоторой опаской.

Хотя я не провел с ним много времени, слышать плохие отзывы и сплетни об Орарио из уст профессора Леона, человека, на которого я хочу равняться, было больно. Тяжело быть разочарованным или обманутым тем, кого уважаешь, и хотя это не касается меня напрямую, быть презираемым все равно больно в сердце. Возможно, это эгоистичное желание, но я не хочу видеть мастера, который всегда почтенен, справедлив и добр, в таком состоянии.

Как и Нина мгновение назад, я робко поднял взгляд с опаской… и профессор Леон, подперев подбородок рукой, ответил, ничуть не изменив выражения лица.

— Как член «Школьного округа», я тоже должен чувствовать негодование… но это сложно.

— Э?

— У меня есть свои мнения на этот счет, но это не чистый гнев… скорее я бы назвал это «тревогой». Словно чувствую, что мы не должны тратить время на это. Особенно сейчас, когда «Долина» так взволнована.

«Тревогой?»

«Не должны тратить время на это?»

«И ещё… Долина взволнована?»

— Оттар продолжит погружаться в свои тренировки? Финн решит отдать приоритет своим собственным амбициям?

Слова профессора Леона, звучавшие как монолог, лишь ещё больше сбили меня с толку.

«Почему он сейчас упомянул Оттара и Финна?»

«Что он говорит?»

«Что он видит?»

«Что он наблюдал до сих пор этими львиными глазами, казалось, смотрящими куда-то вдаль?»

— Верно, у всех свои заботы, но по крайней мере для нас, богов, и для Леона цель одна: как можно скорее разрешить эту ситуацию и вернуть отношения Орарио и «Школьный округ» в здоровое состояние.

Директор Академии, сидевший по ту сторону стола, сказал это с таким спокойствием, что я наконец почувствовал некоторое облегчение. Хотя, конечно, у него тоже есть свои мысли на этот счет, меня успокаивает знание, что как боги, так и профессор Леон обеспокоены текущей ситуацией.

— Однако проблема здесь в том, что оспаривается причина, которую отстаивает Гильдия. Действительно ли необходим так называемый Проект «Вертикальная шахта»? Говорят, они могут быть ослеплены богатством и славой, двигаясь к собственной гибели.

— Пр-проект «Вертикальная шахта»?..

— Это амбициозный план, разработанный Гильдией. Сбор Орихалка, — лишь вершина айсберга этого проекта.

Пока я шатался от этих незнакомых слов, профессор Леон ясно объяснил мне: проект заключался в том, чтобы вонзить гигантскую «колонну» из Орихалка в Подземелье, построив таким образом лифт, который позволит быстро спускаться на нижние и глубокие уровни.

Услышав объяснение, я оцепенел.

— Это наверняка вызвало бы много противоречий... — пробормотал я, слегка исказив лицо. Одна только мысль о том, чтобы сделать «дыру» в Подземелье, пугала…

Если Эйна-сан слышала об этом в штаб-квартире Гильдии, уверен, она подумала то же самое.

— Чем больше слушаю, тем всё меньше кажется, что они смогут примириться…

Если бы Гильдия просто извинилась и вернула Орихалк, все было бы проще, но если у них такой амбициозный план, они не могут пойти на попятную и сделать вид, что ничего не произошло. Пока я чувствовал себя опустошенным, Бальдр-сама, который оставался с закрытыми глазами, улыбнулся.

— Не волнуйся. Всё не останется просто так.

— Э?

— Ситуация скоро начнет меняться. Боги не упустят что-то настолько «забавное».

Словно все предвидя, он заявил об этом с абсолютной уверенностью. И в подтверждение его предзнаменования громко разнесся усиленный голос.

— Этот конфликт передается в руки богов!

«А-а-а-а-а?!»

Оглушительный крик разнесся со стороны города.

Не только я вздрогнул и подпрыгнул; тут же распространившийся ропот сказал мне, что Нина, Иглин и другие студенты Академии тоже в шоке. Я уверен, что в Орарио все должны были заткнуть уши — прелюдия, возвещающая о безумии.

— Э-этот голос… Гермес-сама?

Вздрогнув, я бросился к балкону, выступавшему из кабинета директора.

— Мы глубоко обеспокоены! Почему Гильдия и «Школьный округ» должны противостоять, если оба имеют своё происхождение в одном городе Героев? Несомненно, герои прошлого тоже должны сожалеть об этом с небесных морей!

Началось откровенно театральное — нет, скорее подозрительное — представление. Я скривился, представив измученные лица Лили и остальных в Орарио, представив Асфи-сан и остальную часть Семьи Гермеса с изможденными лицами. И, конечно, я отчетливо представил себе самого господина Гермеса, не скрывая улыбки, кричащего изо всех сил в магический усилитель голоса.

— Поэтому! Чтобы положить конец этому конфликту, предлагаю противостояние между Орарио и Академией! «Фестивалю городских состязаний Орариада»!

— Ч-ч-ч-т-т-т-о?!

Крики изумления студентов под балконом и мой собственный крик неверия слились в унисон.

Речь идет не о «Военной игре» между двумя отдельными Семьями, а о битве между городом Орарио, включающим множество Семей, и Союзом Семей «Школьного округа».

Не знаю, что это будет за соревнование, но… это звучит как «Великая Война Семей»!

— Будет разыграно пять различных типов противостояний! Кто выиграет три из них, станет победителем! Выигравшая организация сможет навязать проигравшей любые условия! Она может забрать Орихалк, вернуть его или даже потребовать вечного повиновения, если пожелает! Продемонстрируйте свою силу и давайте разрешим это раз и навсегда!

Вдалеке я почувствовал, будто весь обнесенный стенами город Орарио задрожал.

Эйна и Гильдия были сбиты с толку: «Что, черт возьми, они несут?!».

— Это противостояние священно! Именем богов клянусь, что все сказанное будет исполнено! Под надзором Совета Богов мы превратим это в эпический и захватывающий фестиваль!

Вершина изобретательности богов, жаждущих развлечений. Их надоедливая способность — превращать любые наши тревоги в банальный «фестиваль».

— Да начнется Фестиваль Городских Состязаний «Орариада»!

После этого оглушительного объявления, разнёсшегося под ясным небом, наступил миг абсолютной тишины. Но в следующее мгновение из двух разных точек — Орарио и школьного округа — поднялся оглушительный рев.

— О-о-о-о-о!

Это был крик, смешивающий недоумение, возбуждение, презрение и пыл. Своего рода коллективный возглас, сочетающий все эти эмоции.

Посмотрев с балкона, я увидел, как студенты вскидывают кулаки и кричат с энтузиазмом. Хотя они презирали такое дикое объявление войны, в них чувствовался вызов, словно они говорили: «Если хотите драки, вы её получите!»

— Это… это действительно произойдет? Серьезное противостояние между Орарио и «Школьным округом»?

— Ну, похоже, что так и будет, — прокомментировал Бальдр

— Это было неизбежно. Это характерный стиль города героев, Орарио, — пробормотал Леон

Оба говорили с абсолютным спокойствием, контрастирующим с моим состоянием растерянности. Я повернулся к ним, всё ещё находясь в шоке, и заметил, что Бальдр-сама слегка покачивается от смеха, видя моё выражение лица.

— Раз уж дуэль кажется неизбежной, могу я спросить, на чьей стороне ты будешь?

— Э?..

— Официально ты авантюрист Орарио, но также, недавно стал студентом школьного округа. Было бы неудивительно, если бы ты сражался на стороне Академии.

Мои глаза расширились, услышав это, и я почувствовал, как кровь с ужасающей скоростью отливает от лица. Ощущение будто меня столкнули с края пропасти!

— Ты не присоединишься к «Школьному округу», Рапи-кун?

— Стойте, подождите! Вы не можешь спрашивать меня об этом так внезапно!

— Если бы твои товарищи из «Третьего отряда» узнали, что ты их бросил, они были бы полностью разбиты этим.

— Это удар ниже пояса!

Комментарий Бальдра, который спокойно вышел на балкон, заставил меня отчаянно закричать. Сначала я думал, что он добрый бог, «бог света». Но нет, он оказался таким же озорным, как и любой другой! Его невинная улыбка скрывала лукавство, которое не переставало меня беспокоить.

Я не могу предать Гестию-сама и Орарио, но и отворачиваться от товарищей из Академии я не хочу. Что же мне делать?

— Перестаньте шутить, Бальдр-сама. Рапи похож на кролика, которого только что пронзила стрела.

— Хе-хе, прости. Просто, я не могу удержаться, он такой забавный.

Леон-сенсей вмешался, чтобы остановить Бальдра, который наконец извинился с улыбкой и сделал шаг назад. Я поблагодарил его за этот жест, хотя его вмешательство также лишило меня возможности сбежать, ведь он продолжал называть меня «Рапи».

Не лучше ли просто остаться в стороне от всего этого и наблюдать как простой зритель? Хотя… смогу ли я игнорировать это, будучи первоклассным авантюристом?

— У тебя неприятности, Рапи?

— Х-х-и-и-ик! Д-да!

Леон-сенсей, внимательно наблюдавший за мной, задумчиво задал вопрос. Несмотря на нервозность, я быстро кивнул, надеясь найти какой-нибудь выход.

— Если мне удастся предложить решение, чтобы утихомирить эту шумиху, не прибегая к твоему участию, ты будешь сотрудничать со мной?

— Э? Это возможно?

В ответ на его вопрос я энергично кивнул.

— Буду сотрудничать! Пожалуйста, позвольте мне помочь!

Леон-сенсей улыбнулся моему ответу, но что-то в его взгляде заставило меня почувствовать, будто я совершил ошибку, ответив так поспешно.

«Неужели я поторопился?»

Пока я чувствовал, как капли пота стекают по шее, Бальдр-сама молча наблюдал за нами со спокойным выражением лица, как отец, который понимает своих детей.

Наконец, Леон-сенсей, чьи золотистые волосы развевались на солнце, произнес слова, которые определят мою судьбу:

— Тогда пришло время выполнить то обещание о «приключении». Мне нужна твоя помощь, Белл.

***

Покидая «Школьный округ», я незаметно переоделся в укромном уголке порта Мерена. Когда я вернулся в город, Орарио был в полном хаосе.

— «Фестиваль Городских Состязаний «Орариада»»! За кого они себя принимают?!

— Таковы боги, всегда делают, что им угодно.

— Мы едва оправились после боя с Семьей Фрейи!

В то время как одни жаловались на шумиху, другие казались более воодушевленными:

— Вот именно! Наконец-то кто-то остановил этих высокомерных студентов!

— Мы покажем им, кто здесь главный, и заодно заберем их богатства!

Многие члены Семей Орарио пылали энтузиазмом, хотя обычные горожане скорее были в замешательстве. С другой стороны, ощущалась также странная фамильярность с хаосом, Своего рода принятие, подтверждающее, почему Орарио называют «центром мира».

«Если бы я мог быть простым зрителем… Но мне не везет на такое, верно?»

Что же будет со мной, с Орарио и «Школьным округом»?

Несмотря на то, как я был взволнован, став первоклассным авантюристом, теперь этот титул давил на меня. Остаться в стороне от этого безумия было невозможно. Воспоминания о шутках Бальдра-сама смешались с чужими словами, когда-то назвавшими меня «летучей мышью». Этот образ заставлял сжиматься от страха,

«А что, если они узнают, что я играю за обе стороны?»

Я снова их разочарую... И, скорее всего, получу тумаков — особенно от Морда и компании. Не обойдётся без горы упрёков и освистаний. Хотя Мастер Леон, кажется, что-то задумал, он так и не объяснил до конца свой план. Что же на самом деле произойдёт?

«Пугает лишь одно... Мастер Леон не сказал, что не будет участвовать в фестивале... Неужели я начал везде видеть подвох под влиянием Лили и Гермеса-сама?»

Не знаю, признак ли это личностного роста или я просто становлюсь более извращенным. С учащенным сердцебиением, неся сумку со школьной формой, которую, я надеюсь, не обнаружат, я пересекаю более оживленную, чем обычно, главную улицу, стараясь остаться незамеченным. Я сворачиваю на главную улицу на юго-западе, ведущую в шестой район города, где находится Особняк Домашнего Очага.

Пока я медленно плёлся, немного растерянный от всего произошедшего, я заметил женщину, которая так же идет, опустив голову, на углу впереди.

— Кто это там…? — бормочу я.

Удивительное совпадение — обнаружить кого-то с таким же настроением, как у меня. Это была красивая женщина, с настолько яркими золотистыми волосами, что они словно гипнотизировали. Она выглядела ослепительно…

«…Стойте-ка!»

— Айз-сан?!

— Ах.

Я издал пронзительный крик, словно падающая с неба звезда рухнула прямо на меня.

Айз-сан, с золотистыми волосами и глазами, обернулась с немного удивленным выражением лица. Но в мгновение ока фигура, шедшая медленно, исчезла, она побежала ко мне легким проворным бегом, присущим лучшей авантюристке.

Я мгновенно покраснел, слегка отступив.

— Д-доброе утро… то есть, добрый день!

— Привет, Белл… наверное, уже добрый день, да?

— Д-да, добрый день!

Мой мозг не успевал обрабатывать ситуацию, и в итоге я обменялся неловким диалогом.

«Успокойся, успокойся!»

В конце концов, в последнее время все говорят, что я выгляжу более уверенным и изменившимся. Мой мастер много тренировал меня, так что мне следует сохранять спокойствие перед Айз-сан.

С трудом мне удалось продолжить разговор:

— Что-о… что вы здесь делаете? У вас есть какое-то незаконченное дело?

— Да. Я ходила к тебе домой…

— Э?

Её ответ полностью сбил меня с толку. Почему Айз-сан ходила ко мне домой?

— С горлом у меня уже все хорошо, и Лефия тоже поправилась, так что я подумала, что сейчас самое время навестить вас.

Казалось, она неправильно истолковала мой пристальный взгляд, потому что Айз-сан слегка покраснела, объясняясь.

«Ч-какая милая…! Нет, стоп!»

Это правда, что после «Войны Семей» Тиона-сан упоминала, что Айз-сан потеряла голос.

Но… «навестить нас»? Кого именно?

— К-кого именно вы хотели навестить?

— Тебя.

— Меня?

— Да, Белла.

— Я, Белл?

«…Что?»

— Но тебя не было. Богиня Гестия сказала мне это и попросила уйти, так что… я просто бесцельно ходила. Но теперь я рада, что нашла тебя.

Айз-сан, не замечая моего недоумения, мягко улыбнулась.

Эта улыбка, как цветок на вершине горы, окруженной синим небом, заставила меня полностью покраснеть.

— Эй, Белл.

— Д-да?

Я был так потрясен, что не мог отвести взгляд от её губ, ожидая её следующих слов.

— Потренируемся?

«О нет!»

«Не могла бы ты снова учить меня сражаться?»

Я спросил это у неё, после битвы в Дедале против Ксеносов. После проигрыша тому грозному врагу и всем сердцем желал победить в реванше. Я хотел стать сильнее, и дал обещание перед Айз-сан, что достигну этого.

Она помнила это обещание.

— Много чего случилось, и это отняло больше времени, чем я думала…

— Ничего. Я слышал, что Семья Локи была очень занята. Да, и у нас тоже были свои проблемы…

Теперь мы находились у северной границы городской стены, в районе, который практически стал нашим личным тренировочным полигоном.

Семья Локи, включая Айз-сан, — самая крупная в городе, их график гораздо насыщеннее нашего. Мы же, в свою очередь, сталкивались с экспедициями, фестивалями и «Войной Семей». Недавно мы внедрились в «Школьный округ».

Я так долго был вне дома, что уже начинаю чувствовать себя виноватым. Однако, эта вина ничтожна по сравнению со счастьем и волнением, которые я испытываю в этот момент.

Радость от того, что Айз-сан помнила наше обещание.

Волнение от возможности снова сразиться с ней.

С того самого рассвета, когда я вновь начал бежать вперёд, я мучился вопросами:

«Стал ли я сильнее? Приблизился ли к Айз-сан? Или, наоборот, отстал ещё больше?»

И теперь мне не терпелось это выяснить.

— Тренировочный бой, как раньше?

— Да!

— Я буду использовать ножны своего меча, а ты можешь использовать свой кинжал.

Нам не нужны были дополнительные слова.

Она прислонила свой меч, все ещё в ножнах, к стене.

Я уверенно взял «Кинжал Богини» в руку.

Мы приготовились, встав друг напротив друга в центре прохода.

Обмен взглядами.

Изучая друг друга, мы искали слабости в позах и признаки того, куда направлены наши силы. Я уже не чувствовал себя запуганным или подавленным, как в первый раз, когда мы тренировались. Уже одно это было большим прогрессом. Но моя цель была выше этого.

Я хочу приблизиться к этому человеку. Не для того, чтобы смотреть ему в спину, а чтобы идти плечом к плечу. Я хочу достичь этого восхищения, этого стремления.

«…Правая сторона свободна».

Левая сторона Айз-сан, или, с моей точки зрения, её правая сторона.

Там существует, пусть и едва заметный, небольшой «пробел».

«Но… чувствую, это «ловушка».

Это такое ничтожное пространство, что его не заметил бы даже опытный авантюрист. Но если речь идет об Айз-сан, она не проявила бы ни малейшей неосторожности. Поэтому это наверняка «испытание».

Оно для того, чтобы увидеть, смогу ли я обнаружить эту лазейку и, даже обнаружив её, смогу ли я не поддаться на приманку и атаковать решительно.

Словно подтверждая мою интуицию, Айз-сан не подает признаков того, что будет атаковать первой. Она остается неподвижной, выжидая. Её стойка полностью оборонительная. С невозмутимым взглядом она наблюдает за моими движениями, оценивая мою реакцию.

Мы уже начали эту ментальную игру. Она измеряет мой текущий уровень, проверяет меня.

«Каков же мой ход?»

Возможно, я уже прошел первое испытание. Тогда какое второе?

Притвориться, что попадаюсь на приманку справа, и атаковать слева? Или пойти прямо вперед?

Может быть, низкая атака из максимально наклоненной стойки? Или попытаться удивить её сверху?

Или даже что-то настолько дерзкое, как применить заклинание, Огненную стрелу?

Но я чувствую, что всё это… она уже предвидела.

— …

— ……

— ……… Хорошо.

Я решил.

«Это будет «правая» сторона».

Я собираюсь вцепиться в приманку изо всех сил. Уверен, Айз-сан думает, что мне удалось пройти первое испытание. Возможно, у меня получится использовать её же доверия, против неё. Это лучшая «ментальная игра», которую я могу вести как «первоклассный авантюрист», Белл Кранел.

Это простая, прямая стратегия, но я максимально использую свою скорость, своё главное оружие.

Четыре секунды.

Всего столько времени мне потребовалось, чтобы принять решение.

Если бы я колебался дольше, она бы могла что-то заподозрить. Мои мысли, быстро вращавшиеся, полностью проясняются. Вся моя энергия теперь сосредоточена в теле.

В тот момент, когда моё сжатое внутреннее время истекает, без каких-либо предварительных действий, я просто…

Побежал.

— !

Я сосредоточил все свои силы в этой атаке. Вложил всю свою душу в удар, направленный на «правую» сторону, словно хотел не просто проглотить наживку, но полностью её уничтожить.

Глаза Айз-сан широко раскрылись.

— Э-э-э-э!

Приблизившись к пределу максимально быстро, я взмахнул «Кинжалом Богини».

Это был сухой удар, без искр.

Ножны меча, которые Айз-сан использовала для блокирования моей атаки, полностью остановили мой удар.

Но… не было «контратаки».

Мне удалось заставить великую Принцессу Меча принять исключительно оборонительную стойку!

Это было испытание, но каким-то образом мне удалось его преодолеть. Моя «стратегия» смогла, хотя бы на мгновение, превзойти Айз-сан.

— Ха-а-а-а-а!

Пройдя второе испытание, я продолжил свой натиск.

За долю секунды я нанес серию последовательных ударов, казалось, рассекающих само мгновение.

Мы начали «дуэль мечей», в которой она превосходила всех. Я, без колебаний, старался показать всё, на что был способен.

— М-м-м-м!

Айз-сан приняла мой вызов в лоб. С легким вздохом она начала подавляющий ответ, блокируя каждое моё нападение божественной техникой. Однако, всё ещё, не могла перейти в наступление. Моя неумолимая серия атак не позволяла ей взять инициативу.

На мгновение её золотые глаза отразили удивление.

«Продолжай атаковать! Не защищайся! Не наблюдай! Продолжай давить!»

Моя первоначальная стратегия была успешной. Но разница в технике очевидна. У меня есть только один шанс. В этот единственный момент я отдаю всё, что у меня есть, всё, что я строил, как Белл Кранел, чтобы бросить вызов этой фигуре, которой так восхищаюсь.

— Ах!

— Ах!

Айз-сан удалось отклонить мой кинжал в сторону, заставив меня повернуться вокруг собственной оси. Я оперся на левую ногу, закручиваясь в правую сторону, создавая вихрь. Айз-сан ответила похожим движением.

Мы оба нанесли удар с разворота сверху.

— Э!

Наши пятки столкнулись.

«Я вложил все в скорость, чтобы атаковать, но в конце концов все сводится к разнице в наших чистых навыках. Моя «сила» 5-го уровня превосходит силу Айз, даже не смотря на её 6-й уровень!»

Звук её дыхания, сбившегося от удивления, был отчетливо слышен. Айз-сан, потеряв равновесие, акробатически отступила, избегая любых попыток добить с моей стороны.

Между нами образовалось большое расстояние.

Снова ветер напомнил о своем присутствии, свистя на высоте.

Айз-сан приземлилась на вершину городской стены. Её золотистые глаза все ещё отражали изумление, когда она пристально смотрела на меня.

«Неужели я… переиграл её? Пусть и случайно... Айз-сан?»

Даже будучи скромным, могу сказать, что да. Конечно, она была застигнута врасплох. Кроме того, она использовала ножны вместо настоящего оружия. Но даже так, все мои усилия достигли Айз Валенштайн.

Приближаюсь!

Сейчас, я намного ближе, к этому недоступному цветку, чем когда-либо мог себе представить.

— …Впечатляет.

Моя рука невольно сжалась на «Кинжале Богини», и радость с волнением вырвались из моих губ. Я слышал, как Айз что-то пробормотала. На её губах появилась легкая улыбка.

«…………»

Затем Айз, которая оставалась в позиции приземления, выпрямила ноги и встала на парапет. Слегка взглянув в голубое небо, она задумалась. Озорной ветерок колыхнул её длинные золотистые волосы и юбку. Из-под развевающейся юбки показались её ослепительные бедра, и я вдруг почувствовал себя неловко.

Стоя на парапете, она была выше меня, что означало, что моя линия обзора была почти на уровне её талии. Я не мог не отвести взгляд, и… да, в итоге посмотрел под её юбку. Хотя под ней были надеты небесно-голубые шорты, я не мог отделаться от чувства вины. Моё лицо неизбежно зарделось, и я изо всех сил постарался отвести взгляд.

Несколько секунд, пока я странно смотрел в сторону, Айз-сан созерцала небо.

— Белл.

Она позвала меня, снова обратив на меня взгляд, закончив свои размышления.

— Могу я стать немного «серьезнее»?

— Э?

Она предложила то, что застало меня врасплох.

— Ах, да… Да, хорошо!

Она, должно быть, признавала мою нынешнюю силу. Поэтому, попросила разрешения перестать, так сильно, сдерживаться.

Поняв, что означают её слова, я наклонился вперед и с энтузиазмом кивнул.

Настоящая серьезность Айз-сан!

Ни на тренировке восемь месяцев назад, ни во время подготовки к Военной игре против Семьи Аполлона, ни даже в битве в Дедале для защиты Вьен, Айз-сан не сражалась в полную силу. Но теперь она была готова сделать это против меня.

Я почувствовал, как мой дух снова взмыл вверх. Это было, словно спина, которую я всё это время преследовал, впервые обернулась, чтобы посмотреть на меня.

С трудом скрывая улыбку, я нарочито подготовился, держа «Кинжал Богини» обратным хватом. Айз-сан, в свою очередь, легко улыбнулась, словно что-то показалось ей милым, прежде чем закрыть глаза.

Сосредоточив разум, она преобразила своё присутствие из девушки в авантюристку, произнося эти слова.

— Пробудись, Буря.

Раздалось имя её магии.

— Ариэль.

«!!»

Ветер!

Вокруг неё образовался видимый вихрь, окутывая её. Моя белая челка отлетела назад. Воздух давил на моё тело, вынуждая отступить. Мои алые глаза широко раскрылись.

«Магия зачарования ветра…»

Зачарование наделяет тело или оружие атрибутом вроде ветра или огня, давая защиту, увеличивая силу атаки и улучшая скорость. Даже Рю-сан, во время Войны Фракций, использовала магию зачарования огня, взятую взаймы у Алисы-сан. Но та магия покрывала только её конечности и оружие.

Ветер Айз-сан, напротив, окутывал все её тело.

Хотя атрибуты были разными, её охват напомнил мне благословение молнии, дарованное моим мастером, Лаурус Хилдр.

Охват зачарования не обязательно определяет его силу, но…

«Я знаю это, потому что чувствовал магию своего мастера…»

Этот «ветер» соперничал даже с магией максимального усиления уровня моего мастера.

Мои восторг и радость были сметены, сменившись каплей холодного пота, стекающего по моей щеке.

— Я иду.

Золотые глаза Айз-сан медленно открылись и устремились на меня.

И затем она исчезла.

Цок.

Первое, что я услышал, был легкий звук её туфель, оттолкнувшихся от парапета.

Бум!

Вторым был звук разрывающейся, словно ураган, атмосферы.

В одно мгновение Айз-сан появилась… у меня за спиной!

— Ч-ч-ч-т-т-т-о?!

Чистый рефлекс и инстинктивная реакция заставили меня развернуться и нанести удар своим ножом. Мне едва удалось отклонить её атаку ножнами меча. Холодный пот струился по моему телу, когда я осознал, что одним движением она зашла мне за спину. Не было времени это осмыслить.

Я едва выдержал первый удар, но моя стойка оказалась полностью открытой.

— Угх!

— Ещё нет.

Пока моё тело покачивалось, пойманное хаосом ветра, Айз-сан обрушила на меня шквал атак ножнами меча.

Я не мог ничего сделать, кроме как попытаться увернуться. Нет, даже не этого. Я едва мог сопротивляться. Только первые три удара я заблокировал правильно. После этого моя защита рухнула. Мои плечи, ноги, бока и руки были поражены ветром, поверхностно разрывая кожу. Избежать прямого попадания было чудом, случайной комбинацией инстинкта и чистой удачи.

Она появлялась передо мной, затем рядом, затем сверху, и снова передо мной.

Она была несравненно быстрее, чем раньше.

Ветер, окутавший Айз-сан, вывел её за пределы любых человеческих возможностей.

«Она быстрее Рю-сан!»

В уме я сравнивал скорость Айз-сан со скоростью Рю-сан, известной как «Шторм». Но Айз-сан определенно превосходила её.

Пока я был полностью подавлен, сверху обрушился нисходящий удар. Мне удалось заблокировать его, но по какой-то причине Айз-сан остановила своё движение.

Её золотые глаза были слегка прищурены, почти с неодобрением, когда она наблюдала за мной.

— Ты думал о другом человеке?

— Э? Н-нет, совсем нет! Почему вы так говорите?!

— Я просто почувствовала. Ты должен сосредоточиться… или не получится.

Мы были так близко, что я чувствовал её дыхание, наши оружия все ещё скрещены.

Хотя у меня не было причин чувствовать себя виноватым, интенсивность её взгляда заставила меня внутренне съежиться. С ощущением, будто меня отчитывает окружающий её ветер, я неоднократно кивнул.

Мы отступили, наши оружия столкнулись при отходе, а затем снова встали друг против друга.

Хотя я изо всех сил старался, результат был тот же.

Пойманный «ветром» Айз-сан, я не мог делать ничего, кроме как бесполезно бороться, пока моё тело страдало от её атак.

«И это не только скорость! Каждый удар обладает колоссальной силой!»

Ножны, окутанные потоками воздуха, обладали силой и ударом, сравнимыми с боевым молотом гномов, а возможно, и чем-то большим.

Я не мог ни чисто отклонить атаки, ни изменить направление ни одного удара.

Техника защиты, которой Айз-сан меня научила, позволяющая ударом сбоку отклонить оружие, была бесполезна, потому что я не успевал её применять. Если бы я попытался, был бы большой риск, что моё тело целиком унесет сильным потоком ветра, пока я пытаюсь защититься.

Каждый её удар был таким. По сравнению с уклонением или сокращением дистанции, моя способность защищаться была настолько слаба, что я становился похож на лист дерева, забавляющийся с бурей.

Я не мог представить никого, кроме Оттара, сильнейшего в городе, способного остановить этот вид яростного натиска ветра.

Если это с ножнами, я даже не хочу представлять, что было бы, если бы она превратилась в свою истинную форму: меч!

— Угх, агх!

Вскоре мои опасения подтвердились.

Моё тело, больше не способное выдерживать этот натиск, было отброшено сокрушительной силой «ветра», мои ноги оторвались от брусчатки. После леденящего душу ощущения невесомости меня выбросило за пределы стены…

— Осторожнее!

— Э?..

Прямо перед падением, Айз, которая, предположительно, отбросила меня ударом, настигла меня с абсурдной скоростью и протянула руку. Она схватила меня за запястье и швырнула обратно на вершину городской стены. Но вместо этого мы поменялись местами, и именно она перелетела через парапет, падая с гигантской стены в сторону…

— Айз-сан!

Я отчаянно подбежал к парапету и наклонился, высунув голову, чтобы посмотреть, что с Айз-сан и в этот момент…

— Ах!

— Ах?..

Снизу быстро поднялась тень и ударила меня по голове.

Используя силу «ветра», она оттолкнулась от стены и без усилий вернулась обратно. Видимо, увидев меня, свесившегося, её инстинктивной реакцией было махнуть ножнами, нанеся мне прямой удар по голове. С широко раскрытыми от удивления глазами она ударила меня с такой точностью, что моё сознание быстро угасло.

«…Я нисколько не приблизился… совсем…»

Наш бой закончился тем, что я висел на городской стене, словно футон, которые Микото-сан и Харухиме-сан развешивают в солнечные дни. Моё тело, лишенное сил, безвольно висело над парапетом, словно сушилось на солнце.

Теряя сознание, я ощущал непостижимую пропасть, между нами. Последнее, что я услышал, был голос Айз-сан, опечаленный и обеспокоенный.

— Ты в порядке?

Нежное и теплое ощущение распространялось по затылку. Это было то, чего я давно не испытывал, настолько, что казалось почти ностальгическим.

Тонкие пальцы нежно перебирали мою челку, щекоча, пока сладкий голос шептал рядом. В моем поле зрения появились голубое небо и обеспокоенное лицо Айз. Через три секунды моё сознание полностью вернулось.

— Хья-а-а-а-а?!

Как ошпаренный, я отскочил от её колен, на которых отдыхал.

— Ах… — пробормотала Айз.

Я перекатился по брусчатке, быстро отдалившись, пока не оказался на некотором расстоянии. Моё лицо горело, я тяжело дышал, хотя только очнулся. Все было как прежде! Я сражался, потерял сознание и оказался отдыхающим на её коленях! Даже будучи первоклассным авантюристом, я ничуть не изменился! Я совсем не вырос!

— …Хе-хе.

Пока я метался, закрыв голову руками, эмоционально потрясенный, Айз-сан, которая пристально смотрела на меня, тихонько рассмеялась.

— Хотя ты стал сильнее, ты все такой же, Белл.

В яблочко! Её слова, полные восхищения, пронзили мою грудь.

«Хотя ты стал сильнее» звучало особенно многозначительно, отчего я корчился от смущения. В конце концов, я схватился за грудь, не в силах справиться с вихрем эмоций, пока она недоуменно склоняла голову.

— Отдохнем?

— …

Айз похлопала себя по коленям, но я решительно завертел головой. Тогда она похлопала по земле рядом с собой, и я медленно подошёл к ней, не произнося ни слова. После тренировки, во время которой я неоднократно перемещался между небом и землёй, я сел рядом с ней, скрестив ноги с бунтарским видом, словно пытаясь выглядеть более мужественно.

Айз села, как раньше, обняв колени, и с любопытством посмотрела на меня снизу вверх.

— …

— …

— Э-это…?

— Что?

— У меня что-то на лице?

— Нет.

— Э-тогда почему… вы так на меня смотрите…?

— Просто смотрю.

Айз произнесла эти слова под зимним небом с удивительной простотой. В её голосе звучала какая-то новая нотка, окутанная добротой, которую я не замечал, когда мы познакомились весной.

Её золотистые волосы отражали солнечный свет, и пока она нежно улыбалась мне, я не мог удержаться от тихого:

— Айз-сан…

«Айз… ты изменилась».

Эти слова не сошли с моих губ. Может, я и не изменился, но в ней точно, что-то поменялось. Я не знаю, что произошло и почему я так думаю, но глядя в её глаза и на её улыбку, у меня сложилось такое впечатление.

— Я, что?

— ?

— О, нет… ничего.

Айз с любопытством смотрела на меня, желая узнать больше, но я быстро сменил тему.

— А, точно! Кажется, скоро начнется «Фестиваль Городских Состязаний Орариада»! Ваша Семья тоже будет участвовать?

— Скорее всего нет…

— Э?

Хотя смена темы была немного резкой, полученный ответ лишил меня дара речи, широко раскрыв глаза.

— Сроки совпадут с нашей экспедицией.

— …Семья Локи отправляется в экспедицию?!

— Да. Мы уже довольно давно готовились к этому …

Я слегка расширил глаза от удивления, но, поразмыслив, понял, что в этом нет ничего необычного. Как у нас, есть обязанность выполнять принудительные экспедиционные миссии, так и у Семьи Локи, крупнейшей в городе, также должна отправляться в глубины лабиринта.

Последний раз Семья Локи отправлялась в экспедицию примерно восемь месяцев назад, как раз тогда, когда я победил Минотавра и поднялся на 2-й уровень. С тех пор прошло много времени, и капитан Финн, вероятно, захочет завершить эту принудительную миссию, прежде чем она затянется ещё больше.

«Хотя, если это так, не окажется ли «Фестиваль Городских Состязаний Орариада» в серьёзной опасности?..»

Изумлённый этой неожиданной информацией, я начал ощущать тень беспокойства, нависшую над Орарио.

— И… хотя до экспедиции ещё есть немного времени, я уже закончила свои приготовления. Поэтому сейчас я свободна…

Айз-сан, немного колеблясь и осторожно подбирая слова, робко посмотрела на меня.

— Всего на два дня, но… хочешь продолжить тренироваться, со мной?

— !!

— Ты бы хотел?

— Д-да, конечно!!

Прежде чем Айз-сан успела закончить говорить, я, не задумываясь, ответил, почти перебив её. В тот момент я полностью забыл о ситуации в Орарио, о своём обещании мастеру Леону и обо всех других важных делах.

Айз-сан, слегка удивленная, прищурила глаза и произнесла:

— Хорошо… Надеюсь, мы сможем потренироваться вместе.

Эти слова прозвучали как обещание, и я почувствовал, как на моём лице расцветает широкая улыбка, а сердце переполняет неописуемое счастье.

Тренировка с Айз-сан!

Пусть даже всего на два дня, но я снова буду тренироваться с ней!

Когда я возвращался в Орарио из «Школьного округа», моё лицо было совершенно серьёзным. Но теперь, когда я бежал по улицам города, я не мог сдержать эмоций. Хотя я и признаю, что могу быть непостоянным, после прощания с Айз-сан я спустился с городских стен и с энтузиазмом направился домой, в особняк нашей Семьи.

Был уже закат.

С приходом зимы солнце садилось гораздо раньше, окрашивая западное небо в прекрасный багровый оттенок.

Все уже, должно быть, беспокоятся о моей задержке, так что лучше поторопиться.

«Насчет моего обещания с мастером Леоном: он попросил меня не рассказывать об этом никому, кроме Богини. Кроме того, я должен передать это письмо, которое дал мне Бальдр-сама. С другой стороны, я могу поделиться со всеми тем, что испытал в «Школьном округе», но… насчет Айз-сан… об этом не стоит упоминать, верно?»

Ну, в конце концов, ведь так есть?

Это не то, что следует всем рассказывать.

Не совсем уместно, чтобы лидер и выдающийся член из разных фракций тайно встречались, не так ли? Я вовсе не в восторге от того, что храню наше обещание в тайне! Совсем нет! С этой безупречной логикой и всё ещё в состоянии эйфории, я вошёл в особняк.

— Белл-сама, садитесь.

— Белл, сядь прямо сейчас.

По какой-то причине я оказался сидящим на коленях в центре гостиной, под холодным взглядом Лили и Рю-сан.

С вспотевшими руками я опустил взгляд и задумался.

— Кажется, ты что-то от нас скрываешь. Скажи нам правду!

— Я уже всё рассказал! Просто есть вещи, о которых я могу говорить только с Богиней…

— Но есть и что-то ещё. Возможно, ты ходил на тайное свидание с другой девушкой, о чём нам не сообщил?

— Почему ты так уверена в этом?

Я вернулся всего лишь час назад. После ужина, на котором я рассказал о том, что произошло в «Школьном округе», и помощи с уборкой, меня без предупреждения отвели в гостиную. Там Рю-сан допрашивала меня, словно судья, а Лили делала выводы с точностью детектива.

Испуганный и видя, что они правы, я не мог перестать дрожать.

— Белл, я ценю в тебе твою честность и прямоту. Однако бывают моменты, когда твои поступки требуют исправления. Этот случай именно такой.

— Короче говоря, твой секрет слишком очевиден, так что быстро признавайтесь, Белл-сама! Неужели вы флиртовали с какой-то другой девушкой в Академии?

— Н-не делал я ничего такого! Честное слово, не делал!

— Хм… Он не лжет, но кажется, скрывает что-то гораздо более серьёзное.

— Почему Сир до сих пор здесь?!

Пока я пытался оправдаться перед Рю-сан и Лили, внезапно появилась Сир и положила руку мне на плечо. Мой крик был неизбежен.

Вельф, прячась за углом, с недоверием наблюдал за происходящим. Харухиме была встревожена, а Микото пыталась успокоить её, не позволяя подойти ближе.

Не надеясь на чью-либо помощь, я затаил дыхание, оценил ситуацию и, как лидер, пусть это и было самым худшим решением, которое я мог принять… решил сбежать.

— Мне нужно в комнату Богини!

— А-а-а-а-а! Белл-сама-а-а-а! — услышал я за спиной крики Лили.

«Финн-сан, я, очевидно, не создан для роли лидера… Хотя, кажется, уже слишком поздно это понимать!»

Разочарованный собой за свой побег и осознавая, что лишь оттягиваю неизбежное, я поспешил подняться по лестнице.

«Белл-кун, подойди в мою комнату позже».

Вспомнив слова Богини, сказанные во время ужина, я почувствовал, что в её комнате буду в безопасности и решительно постучал в дверь.

— Хорошо, Белл-кун, а теперь расскажи мне всё, что ты скрываешь.

И вот, я оказался в безвыходном положении.

Войдя в комнату, первое, что я услышал, был приказ Богини, которая уже ждала меня, с сияющей улыбкой. Смирившись, я, не сдерживая слез, рассказал об инциденте с Айз, снова сидя на коленях.

«В итоге, сменилось только место казни», — подумал я.

— Значит, это эта самая Вален-как-её-там пригласила тебя на тайную тренировку наедине?! Ни в коем случае! Я этого не допущу! — взревела в ярости Гестия.

— Я знал, что так и будет! — ответил я с обреченностью.

— Даже после того, как я выгнала её с нашей базы! Её настойчивость поразительна. Появляется, когда меньше всего ждешь, пытается соблазнить и… Пока мои глаза открыты, я никогда не позволю тебе тренироваться с ней наедине!

Было очевидно, что Богиня, как и Лили с остальными, заметила мой секрет с самого начала. Как и в случае с Сир, бесполезно пытаться лгать богам. Пока я опускал голову, уже смирившись с тем, что моя тренировка с Айз будет отменена, Гестия вздохнула и пробормотала:

— Хотелось бы мне так сказать… Ну и момент.

Когда я осторожно поднял взгляд, я увидел, что она держит в правой руке письмо и вздыхает, пристально глядя на него.

— Это письмо, которое Бальдр-сама попросил меня передать вам, верно? Что в нем написано? — с любопытством спросил я.

— В нём говорится о «приключении», которое ты обещал Леону, и о какой-то «коммуникации между родителями» среди богов, — ответила она, отводя взгляд.

Я уловил нечто странное в её реакции: чёрные косы Гестии-сама беспокойно колыхались, а её взгляд метался между письмом и мной. Наконец, после глубокого вздоха, она объявила:

— Хорошо. Я даю тебе разрешение тренироваться с этой Вален-как-её-там.

— Э?! — воскликнул я удивлённо.

— Я поговорю с остальными и объясню причину. Сосредоточься и тренируйся в полную силу.

— Правда?! Вы серьёзно? — моё изумление было очевидно.

— Но! Ничего странного! Разрешение только на тренировку. Если вы сделаете что-то неподобающее, я отправлю Сир с сильнейшими воинами, чтобы положить этому конец.

— Да, понял! — быстро ответил я, испуганный угрозой.

Это заставило меня мгновенно пообещать, что я буду подчиняться. Хотя я был рад продолжить тренировки, я не мог перестать думать о письме Бальдра. Что же он написал, чтобы убедить Гестию?

Богиня положила письмо на полку приставного столика, но тут же достала что-то ещё — это была игла.

— Белл, давай обновим твой [Статус], — произнесла она.

— Обновим статус? — спросил я, чувствуя себя неловко.

— В последней экспедиции ты побывал на 29-м этаже. Пришло время зафиксировать приобретённый опыт. Это было моей первоначальной целью.

Не найдя причин для отказа, я кивнул и, сняв куртку, собирался сесть на стул, но Гестия остановила меня.

— Ложись на кровать, — сказала она.

Я лег в её комнате, испытывая неловкость, и в этот момент почувствовал, как Гестия начала обновление.

— Почему сегодня мы обновляем статус здесь, а не в гостиной? — спросил я.

— Потому что Сир, очевидно, попытается шпионить за нами. Мне и так стоило немалых усилий защитить тебя, когда ты был «очарован» ею. Я не позволю ни единой царапине коснуться твоей спины, не говоря уже о чем-то большем! Я Богиня Целомудрия, и я защищу твою невинность!

— «Царапина»? Это звучит немного… — пробормотал я, пытаясь успокоить её.

Гестия была очень сердита и протестовала, когда капля её божественной крови упала мне на спину. Она вела себя очень активно и беспорядочно, и мне было неловко. Но я был благодарен ей за заботу. Она относилась ко мне с особым вниманием.

— Кстати, вот это сюрприз с «Орариадой» от Гермеса, не так ли? — она внезапно сменила тему.

— Да, это было неожиданно… Но ведь это не вина богов, не так ли? — ответил я, стараясь её успокоить.

— Отчасти ты прав. Мы все переживали за тебя, боялись, что ты попадёшь в ловушку между проблемами города и школы.

Пока Гестия обновляла мой статус, мы непринуждённо болтали о пустяках. Это время, проведённое с ней, пусть и не содержало в себе ничего особенного, было для меня бесценно. Когда процесс был окончен, я получил лист с обновлёнными статистическими данными.

[Белл Кранел]

Уровень: 5

Сила: G222 → 258

Выносливость: F340 → 349

Ловкость: G245 → 287

Проворство: F311 → 368

Магия: I98 → H107

Удача: F

Сопротивление аномалиям: G

Уклонение: G

Множественная атака: I

Магия:

[Огненная стрела] — Магия быстрой атаки

Навыки:

[Желание Героя: Аргонавт] — право на зарядку для активного действия.

[Инстинкт Тореадора: Убийца Быков] — значительное увеличение всех характеристик во время боев против быков.

[Очаровывающее Сопротивление: Ванадис Тевере] — благословение Богини, активирующееся при нарушении эффектов очарования. Значительное увеличение всех характеристик и автоматическое исцеление, которое восстанавливает физическую и ментальную силу.

После завершения «Войны Семей» у меня было время на отдых. Однако благодаря практике с «Третьим отрядом», экспедиции на 29-й этаж и небольшой тренировки с Айз сегодня, я смог набрать около 150 очков характеристик по всем способностям. Мои навыки значительно улучшились, но...

По сравнению с прежними темпами роста, они стали менее заметными (хотя Лили и другие могут сказать, что я стал сильнее, чем раньше). Особенно это похоже на тот рост, который я испытал, исследуя верхние этажи после встречи с Айз.

Дело не столько в том, что я достиг предела своего развития, сколько в...

— Барьер 5-го уровня... граница между авантюристами второго класса и первого.

— Да...

Когда член семьи «возвышает» своё тело до этого уровня, ему, вероятно, будет гораздо сложнее расти, чем раньше. Чтобы перейти на следующий уровень, им потребуются ещё более сложные испытания и достижения.

Богиня склонилась над моим плечом, глядя на меня, пока я рассматривал лист обновления, сидя с обнаженным торсом.

Я разделял мнение Богини.

Помимо этого чувства всемогущества, которое охватило меня, есть и другая сторона жизни «первоклассного авантюриста». Моё тело, которое я имел до 4-го уровня, теперь казалось сильно увеличенным в ширину и глубину, когда я достиг 5-го уровня.

Количество опыта «Экселия», необходимого для дальнейшего развития, возросло в геометрической прогрессии. Отныне даже простое увеличение одного очка навыка станет непростой задачей. Несмотря на моё необычное последовательное повышение уровней, я чувствовал, что с кем-то вроде Рю-сан мог бы разделить эти новые ощущения и, возможно, даже обсудить это. Несомненно, это был путь, который также прошли другие первоклассные авантюристы, такие как Айз-сан.

— Интересно, насколько ещё ты сможешь улучшиться с этими тренировками с Вален-как-её-там… Мы должны попросить помощи и у Вельфа.

Её слова сбили меня с толку.

Когда я обернулся, удивлённый упоминанием Вельфа в этом контексте, Богиня лишь иронично улыбнулась и произнесла:

— Не стоит беспокоиться. Белл-кун, почему бы нам не отдохнуть здесь вместе сегодня ночью?

— Что вы имеете в виду?

— Я хочу сделать для тебя нечто особенное, чего даже Вален-как-её-там не сможет.

— Это что, какое-то соревнование?! Нет, я не могу согласиться на это!

Взволнованный, я быстро отказался от её предложения, в то время как Богиня падала на меня, словно желеобразный слизень с мягким телом.

Пока я размышлял о её странных идеях, мой разум не переставал блуждать над тем, что же это может быть за «приключение», о котором упомянул Леон-сенсей.

***

Рассвет окрашивал всё в теплые цвета, а в воздухе раздавался резкий металлический звон. Тренировочным ножом, который я сам подготовил, мне приходилось блокировать удары ножен Айз-сан. Крупные капли пота падали со лба, а моё дыхание были сбитым и тяжелом.

— Наверное, немного однообразно.

— Угх!

— «Приманка», которую ты бросил правой рукой, была очень хороша… но, если повторять её слишком часто, она теряет смысл.

Шёл второй день моей тайной тренировки с Айз-сан.

Во время нашего сегодняшнего тренировочного поединка я попытался заманить её в ловушку, используя движения правой рукой как приманку. Однако она без труда предвидела мой план и, лишив меня возможности отступить, обезоружила меня с помощью ножен.

Несмотря на то, что я пытался перехватить её атаку левой рукой, меня отбросило назад, а Айз-сан, не прилагая особых усилий, продолжала удерживать меня на расстоянии.

— Если приберечь эту тактику на потом… она могла бы быть более эффективной.

— Большое спасибо! Пожалуйста, ещё раз!

Поблагодарив её за совет, я вытер пот и снова повернулся к ней с ножом.

Со второго дня я уже не получал преимущества в бою.

Айз-сан перестала использовать свой «ветер» и блокировала все мои атаки исключительно за счёт техники и стратегии. Она была живым примером авантюриста, который превращает «неизвестное» в «известное». Она разгадывала каждое движение моего, недавно приобретённого, стиля боя «первоклассного авантюриста».

С другой стороны, я всё ещё не мог понять даже малой части её стиля боя.

«Полгода назад всё было гораздо хуже, но теперь, когда я немного продвинулся вперёд, я ещё больше осознал, чего мне не хватает».

Разница между мной, Айз-сан и другими первоклассными авантюристами была очевидна: «опыт».

Будь то опыт или количество сражений, я не мог сравниться с Айз-сан, которая пять лет совершенствовала свой стиль, в то время как я провёл в Орарио всего лишь год.

Если представить, что мои навыки — это «сосуд», то мне, явно, не хватало «ядра», которое должно было их наполнять.

Возможно, это было побочным эффектом того, что меня называли «самым быстрым кроликом в мире».

«Ты не можешь сделать больше, чем написано в книгах, если только не окажешься в безвыходной ситуации».

«Не обязательно быть ярым бунтарем, но научись, хотя бы иногда, нарушать правила».

«В бою главное — неожиданность!»

Когда я был в Семье Фрейи, Ван и Хёгни часто говорили мне об этом. Однажды я спросил, что они имеют в виду, и они сразу же привели в пример Аллена. Их объяснение было предельно ясным.

«Достоинство авантюриста».

Возможно, это то, чего от меня будут ожидать в дальнейшем. Моё присутствие, которое поможет восполнить недостаток опыта.

— Твой кругозор расширился.

— Что?

— Ты стал сильнее, во время атаки… Поэтому, когда переходишь в оборону… Оп!

— Ой!

— Ты неплох в обороне, но… разница между атакой и защитой огромна…Ты начинаешь зажиматься и перестаешь быть пугающим.

В этот момент я почувствовал на своей ноге удар ножен, который обозначил разницу между атакой и защитой. Этот удар был воспринят мной как «отсутствие достоинства». Хотя я и не упал, мне пришлось отступить, чтобы восстановить свою стойку.

Мастер тоже упоминал об этой разнице, и Рю-сан также говорила мне о ней.

Кстати, Мастер не объяснял мне ничего; он не указывал на слабости, а просто избивал меня, пока я сам их не обнаружу. Рю-сан заранее указывала на области для улучшения и заставляла меня физически их понять, также избивая меня. Думаю, стиль обучения Айз-сан ближе к стилю Рю-сан, чем к Мастеру.

— …

— …Что-то случилось, Айз-сан?

В этот момент я понял, что бой остановился, и вернулся из своих мыслей. Айз-сан пристально смотрела на меня. Затем с легким недовольством прошептала:

— В том, как ты сражаешься, я чувствую… кого-то ещё, помимо меня.

— Э?

— Тебя учил кто-то ещё?

Ошеломленный, я тут же всё понял. Я думал о своих мастерах, поэтому дал ей ответ.

Не обращая внимания на выражение её лица, я продолжил говорить:

— В последнее время я тренируюсь по утрам с Мастером… ну, с Хедином и с Рю-сан. Думаю, поэтому.

***

Не только Мастер, но и остальные члены «Семьи Фрейи» поселились в свободных комнатах нашего поместья, чтобы обеспечить безопасность Харухиме и Сир. В рамках нашего соглашения, я смог договориться с Мастером о ежедневных утренних тренировках в центральном дворе, который напоминал уменьшенную версию Фолькванга. Хотя, возможно, это сравнение было не совсем уместным.

С тех пор, как Рю-сан, снова, начала работать в таверне, она всегда была готова составить мне компанию на утренних тренировках, когда у неё было свободное время. Мы устраивали тренировочные бои на заднем дворе «Хозяйки Плодородия». Теперь, когда мы стали частью одной Семьи, она воспринимала наши совместные занятия как нечто само собой разумеющееся.

Всё шло хорошо до того дня, пока мы втроём случайно встретились в центральном дворе. Это был настоящий хаос! По какой-то причине ни Мастер, ни Рю-сан не желали сотрудничать. Вместо этого они начали спорить о том, кто будет меня тренировать, и ситуация быстро переросла в напряжённый «почти военный» конфликт.

— Этот кролик мой, и я сам буду его воспитывать!

— Нет, я буду тренировать Белла по утрам!

В то время оба они были непреклонны. Я же, как наивный ученик, мог лишь нервно смеяться.

«Все хотят сказать: «Это мой ученик».

«…Стоп!»

Внезапно я вспомнил слова моего дедушки: «Любовь учителя сильна, строга и иногда даже обременительна».

Хотя я уже испытывал это во время тех изнурительных утренних тренировок, я не осознавал, что, возможно, раскрыл слишком много информации. Приложив руку ко рту, я нервно посмотрел на Айз.

***

Её лицо было бледным, и на нём читалось нечто большее, чем просто отчаяние.

— Ты тренировался с кем-то ещё, кроме меня?.. Значит, я больше не нужна?..

— Нет, это не так! Ты ошибаешься!

— Белл… Ты… С двумя людьми? Тремя? Ты меня обманул?..

— Неправда, Айз-са-а-а-а-а-а-а-н!!

Айз, смотрела на меня с недоумением и грустью. Я попытался подойти, чтобы объясниться, но она опустила голову, а затем подняла её с выражением детской обиды на лице, совершенно рассерженная.

— Белл, в конце концов… ты все-таки преступник.

— Разве я похож на Аллена или Бете?!

— Неважно. Тебя ждёт наказание.

Хотя я отчаянно пытался оправдаться, решение, отраженное в её золотых глазах, было непоколебимо. Стиснув меч, она твёрдо заявила:

— Белл, я твоя учительница, ты не забыл?

Её комментарий заставил моё сердце биться чаще, но это чувство длилось недолго. В конце концов, Айз-сан выбила из меня все силы. Она не прощала меня до тех пор, пока я не упал на колени четыре раза.

— Кстати…

Когда солнце наконец поднялось над горами на востоке, мы сделали перерыв. Несмотря на боль в теле, я воспользовался возможностью поздравить её:

— Поздравляю Финна, Риверию и Гарета с их [повышением ранга].

— Спасибо… Я им передам.

После окончания «Военной игры» и возвращения «Школьного округа» в порт, новость о повышении трех лидеров «Семьи Локи» до 7-го уровня потрясла весь Орарио.

До сих пор Оттар был единственным с таким уровнем, но с добавлением Финна, Риверии и Гарета картина резко изменилась. Все трое поднялись одновременно!

Хотя «Семья Фрейи» оставила сильное впечатление в недавней битве. Однако, достижения «Семьи Локи» вызвали бурные споры среди горожан о том, кто из них сильнее.

Вспоминая об этом, я бросил взгляд на Айз-сан. Хотя обычно её лицо не выражает особых эмоций, в этот момент она казалась искренне счастливой за достижения своих товарищей.

«…Интересно, знает ли она что-нибудь о мастере Леоне?»

Мысль о «сильнейших в городе» заставила меня задуматься о «сильнейших в Академии».

Когда я впервые встретил мастера Леона, я почувствовал, что он невероятно сильный человек. Хотя я не могу судить о навыках кого-либо, просто смотря на него, но его присутствие ничем не уступало присутствию Оттара.

В конце концов, я решил спросить:

— Айз, ты знаешь что-нибудь о мастере Леоне… Леоне Вендерберге?

— Леон… Ты имеешь в виду Первозданного Рыцаря?

— Первозданного Рыцаря?

П.П.: 原初の騎士 (Gensho no Kishi) — первобытный рыцарь, на англ «The Knight of Knights» - рыцарь рыцарей. решил адаптировать так, но выбор есть ещё Перворыцарь, Проторыцарь, Иделаьный рыцарь, Изначальный рыцарь. мне показалось, что Первозданный — самый удачный вариант и самый близкий к япу.

Она кивнула и объяснила:

— Это его титул. Как и Финн с остальными, он 7-го уровня.

— Что?!

— Я как-то видела, как он сражался… Он невероятно силен. Возможно, даже сильнее, чем я сейчас.

«Мастер Леон тоже 7-го уровня! Да и к тому же… Он сильнее Айз-сан?»

Хотя я и раньше ощущал, что его присутствие было необычным, осознание этого факта поразило меня. Как мог человек, который не исследует Подземелье, достичь такого же уровня, как Оттар и другие авантюристы?

Пока я терялся в догадках, она взглянула на меня и произнесла:

— Финн и другие утверждают, что мир до сих пор находится в состоянии гармонии благодаря Первозданному Рыцарю.

— …

— Поэтому все называют его «современным героем» или «героем современной эпохи».

— …

Окончательное раскрытие его репутации лишило меня дара речи.

Герой… современной эпохи.

Что это значит? Что это на самом деле значит?

Это было похоже на… да, на персонажа, который появился из историй о героях, которые так меня увлекают.

«Профессор Леон, человек, которым я так восхищаюсь… герой?»

Внезапно моё сердце начало сильно биться.

Я ясно вспомнил внушительную фигуру профессора Леона, всегда такую восхитительную и олицетворяющую тип взрослого, которым я хотел стать.

Это было не просто восхищение или зависть; это был подавляющий интерес.

Не в силах сдержаться, я наклонился вперёд и спросил:

— Ах, э! Вы знаете что-нибудь ещё о профессоре Леоне?

— Я мало что знаю о Первозданном Рыцаре… Но Риверия и остальные упоминали, что он был в Орарио ещё до исчезновения богов Зевса и Геры.

До того, как боги Зевс и Гера ушли?.. То есть более пятнадцати лет назад? Профессор Леон уже был в этом городе?

Неужели Леон-сенсей родом из Орарио?

Пока я пытался осмыслить услышанное, Айз-сан вдруг сменила выражение лица — теперь в нём читалась лёгкая неловкость. Помедлив пару мгновений, она всё же решилась сказать то, что, судя по всему, давалось ей с трудом:

— По словам Риверии... прежний Первозданный Рыцарь был как Бете-сан.

— Э?

— Бете-сан.

— Бете-сан, которого мы знаем?.. «Проблемный»?

— Да. Именно тот Бете-сан.

Прежний профессор Леон... был «проблемным», как Бете-сан? Грубым и резким, как Аллен-сан?

Моё замешательство мгновенно достигло апогея.

Информация, которой она поделилась, не имела абсолютно ничего общего с профессором Леоном, которого я знал. Он, всегда такой добрый, элегантный и харизматичный, не мог сравниться с кем-то таким устрашающим и грубым, как Бете-сан или Аллен-сан.

В этом сравнении нет никакого смысла.

— Поэтому я подумала, что, возможно, Первозданный Рыцарь был грубым человеком…

Она закончила своё объяснение с некоторой неловкостью, в то время как на моем лице по-прежнему отражалось недоумение.

«Нет смысла… Если я продолжу думать об этом, я не приду ни к какому выводу, только ещё больше запутаюсь».

Не поговорив напрямую с профессором Леоном или с господином Бальдром, который хорошо его знает, эта загадка не будет раскрыта.

Чтобы изменить странную атмосферу, которая образовалась, я решил задать вопрос, который давно меня беспокоил:

— Э… если Леон-сенсей, такой сильный, как говорят, будет участвовать в «Орариаде»… не станет ли это проблемой для города?

— Если «Семья Фрейи» или Финн не будут принимать участие… возможно, так и будет, — ответила она, слегка наклонив голову

Я снова уточнил то, что уже спрашивал раньше:

— Значит, «Семья Локи» уже точно не будет участвовать?

— Да. Финн сказал, что ему всё равно, кто выйдет победителем.

Похоже, эта новость уже стала достоянием общественности.

В этот момент планируемая экспедиция «Семьи Локи» взбудоражила весь город. С четырьмя авантюристами 7-го уровня многие в Орарио полагали, что они с лёгкостью одержали бы победу. Их внезапный отказ выглядел как потеря самого грозного оружия города.

«Чем же это всё… закончится?»

— С отсутствием Финна, возможно, все возложат свои надежды на Белла.

— Э?! Н-нет, я не думаю, что это случится!

Неожиданно Айз сказала нечто, что меня буквально поразило.

— В Войне Фракций все поддерживали Белла… включая меня.

— …

— Я думаю, Белл — это авантюрист, который воодушевляет других.

Говоря это, она снова улыбнулась. Искренняя, детская и полная чистоты улыбка.

Я чувствовал себя совершенно беспомощным. Это тепло словно наполняло меня щекочущими ощущениями, и в конце концов я смутился. Если я действительно стал таким авантюристом, как она говорит, то я невероятно счастлив.

Подняв глаза к голубому небу, я сидел рядом с Айз-сан, и мои мысли невольно обратились к «Орариаде» и к тому, как меня могут воспринимать другие.

***

— Мы победим в этом соревновании любой ценой! — воскликнула Алиса Лагаст с горячностью, ударив по столу обеими руками.

Место — Центральный Студенческий Совет, расположенный на Академическом Уровне «Школьного окргуа», между воздушной столовой и кабинетом директора в храмовой башне Брейдаблик.

— Важно то, что это мероприятие организовано Денатусом, а не Гильдией. Если бы это было делом рук Гильдии, они бы нарушили своё слово, но боги Орарио всегда уважают правила своих развлечений.

Алиса Лагаст, куратор «Класса Бальдра», была представителем студентов, наделённым полномочиями налагать санкции на других учащихся. Её роль можно сравнить с ролью кандидата в лидеры в Семье.

Поправляя очки, Алиса наблюдала за кураторами других классов и членами студенческого совета.

— Боги Орарио жаждут сильных эмоций и действий. И они всегда вознаграждают тех, кто предлагает их в избытке!

— Тогда, Алиса…

— Именно! Если мы выиграем, наши требования почти наверняка будут выполнены. Даже Гермес-сама дал обещание под присягой!

— О-о-о!

— И тогда мы вернём Орихалк!

— Мы сделаем это! Покажем Орарио, на что мы способны!

Уверенность Алисы вдохновила студентов, и их боевой дух взлетел до небес. Тем временем Нина, наблюдавшая за происходящим со стороны, чувствовала себя всё более неуместно.

«Алиса-сэмпай и все остальные так полны энтузиазма... Теперь, когда я тоже втянута в это, мне бы хотелось, чтобы Академия победила, но... что будет с Рапи и остальными?»

Не сумев отказаться — из-за нехватки персонала и собственной доброй натуры — она в итоге стала временным секретарём и принимала участие в экстренном совещании, посвящённом «Фестивалю городских состязаний Орариада».

Сидя за столом в углу, она прилежно водила пером, записывая детали обсуждения, хотя её мысли снова и снова уносились к Рапи — юному Беллу, её старшей сестре Эйне и членам Семьи Гестии.

— Нина! Что насчёт переговоров с Денатусом?

— Э... Адлер-сенсей и остальные этим занимаются! Вместе с формой заявки на проведение игр они также согласовывают даты и места в Орарио... Даже богиня Изун сопровождает их!

— Отлично! Пока содержание соревнований не будет вредить нам, мы справимся.

Совещание студентов стремительно продолжалось, не обращая внимания на растущее волнение Нины. Молодая женщина-человек с рыжевато-золотистыми волосами, из «Класса Бальдра», которая была принуждена присоединиться к Комиссии по Нравственности, делала свой отчет, пока Алиса отмечала и вычеркивала пункты из списка на доске.

Староста возвысила голос, провозглашая стратегию победы округа:

— Подтверждено, что «Семья Локи» примет участие в экспедиции! Если нам удастся перенести сроки, они не смогут принять участие. А с распадом «Семьи Фрейи» у нас есть реальный шанс на победу! В конце концов, у нас есть профессор Леон!

Даже Нина знала об этом.

Если бы в соревнованиях участвовали только студенты, они никогда не смогли бы конкурировать с Орарио. Однако, если в качестве представителей выступят преподаватели Академии, известные своим мастерством, ситуация кардинально изменится.

В терминах Орарио это было бы равносильно участию в соревнованиях лидеров среднего уровня Семей. А в случае Леона студенты округа были убеждены, что его мастерство соперничает с мастерством легендарного Оттара.

— Среди ключевых участников, за которыми стоит следить, — первоклассные авантюристы из «Семьи Ганеши», такие как Посох Слона Анкуша. Кроме того, есть эта странная — Рю Астрея. Недавно поднявшаяся «новичок 6-го уровня».

Пока Нина обдумывала услышанное, следующее замечание Алисы, произнесённое с нахмуренным лицом, заставило её вздрогнуть. Это было имя, которое уже крутилось у неё в голове.

— И не забудем о преступнике, незаконно проникшем в нашу школу — суперновичке Белле Кранеле!

***

— Нас подставили! В последнее время они вели себя спокойно — я потерял бдительность! О-о-о-о, Денатус, вы всегда подбрасываете нам испытания и головную боль!

В зале заседаний на втором этаже Гильдии Ройман держался за голову, пока игривые и неугомонные боги Денатуса торжественно объявляли: «Фестиваль городских состязаний Орариада» остаётся в силе.

Попытки Гильдии изменить это решение оказались тщетны. В ответ на их возражения следовали лишь колкие и насмешливые реплики:

— Значит, у вас есть идея получше?

— Мы просто в восторге от новых талантов округа.

— Если будете продолжать ныть, почему бы нам не перебраться в округ?

Они даже начали намекать на неблагоприятные условия.

— Сколько бы взяток мы ни предлагали, они настаивают на честности соревнований! Мы смогли повлиять на пару алчных богов, но этого недостаточно. Судя по содержанию состязаний, Орарио вполне может проиграть!

У Роймана не оставалось иного выбора, кроме как признать: жребий брошен.Но это ещё не означало, что он собирался сдаваться.

— Леон — это серьёзная проблема!

Леон Вендерберг — главный учитель в Академии. Он является фактическим лидером «Класса Бальдра», и Ройман хорошо осведомлён о его способностях.

Он был одним из самых ярких представителей своего поколения, наряду с Финном и Оттаром, пятнадцать лет назад, когда в Городе Лабиринтов царствовали бог Зевс и богиня Гера. В те времена он был в центре внимания, подобно Беллу Кранелу сейчас.

— Хотя мы ведём переговоры с Денатусом, они продолжают отказывать сильнейшим воинам в участии…

— Официально Семья Фрейи распущена, поэтому «Доблестные Эйнхерии» — просто авантюристы без принадлежности. Сколько бы мы ни утверждали, что они должны принадлежать к Семье Гестии, нам отказывают!

— Семья Локи продолжает свою экспедицию! Сильнейшие лидеры, такие как «Одноглазый Гигант» Гарет и «Святая Поля Боя» Риверия, будут их сопровождать. Они даже не рассматривают возможность перенести дату своего отправления!

— Без сильнейших воинов и доблестных героев мы не сможем остановить Первозданного Рыцаря!

— Господин Ройман, что же нам делать?!

Совещание погрузилось в хаос. Даже самые опытные авантюристы и великие Семьи начинали терять самообладание. Неудивительно, что все вели себя так. Сила Леона Вендерберга, считающегося сильнейшим в «Школьном округе», была ужасающей.

— Он на одном уровне с Оттаром. Хотя официально заявлено, что трое лидеров Семьи Локи достигли седьмого уровня, Леон — это нечто совершенно иное.

В это же время, в другом месте, Эйна — как и Нина — вела протокол совещания в зале заседаний. Записывая очередной пункт, она тихо пробормотала:

— Всё тот же… мастер Леон.

Даже Эйна, которая не стремилась к карьере воина, знала о могуществе и впечатляющих способностях Леона.

О нём ходило много легенд:

— Он рассёк пополам целый замок.

— Он поверг армию из тысячи человек одним ударом.

— Первозданный Рыцарь.

Леон был не только бывшим наставником Эйны — он был личностью, чьё имя оставило глубокий след в сердцах всех.

Теперь, когда они столкнулись с ним как с врагом, их ситуация сильно ухудшилась.

— Созовите Семьи Ганеши и Гестии! Особенно Белла Кранела! Нам нужны известные фигуры, чтобы завоевать поддержку общественности.

Когда Ройман произнес имя Белла, сердце Эйны встрепенулось. Это чувство было невозможно игнорировать. В то время, как её младшая сестра, в зале студенческого совета, отреагировала испугом, Эйна сохраняла спокойствие.

— Это правда… — пробормотала она. — В конце концов, Белл уже первоклассный авантюрист…

Этими словами она признала очевидный факт.

В отличие от Нины, она ясно осознавала, что, несмотря ни на что, юношу будут втягивать в центр конфликтов. Однако она не могла не беспокоиться о его безопасности.

***

В последний, третий, день моей тренировки, утром, я попросил Айз-сан, снова, использовать «ветер» в своей атаке, на что она с улыбкой согласилась. Мне хотелось ощутить хотя бы немного её силы и понять, насколько далеко я от неё.

Как и ожидалось, я был полностью побеждён.

— Ты в порядке? — спросила Айз, беспокоясь обо мне. Её голос звучал тихо, пока я лежал на земле, задыхаясь от усталости и не в силах произнести ни слова. Это было довольно жалкое зрелище.

Расстояние между нами было огромным. Я всё ещё был очень далеко. Однако оно было не настолько большим, чтобы заставить меня потерять надежду. Отныне я буду двигаться вперёд с большей решимостью, чтобы догнать эту спину, которая всё ещё казалась такой далекой.

— Действительно, ты стал сильнее… — произнесла она, протягивая мне руку, чтобы помочь подняться.

Даже когда я поднял взгляд, сияние рассвета за её спиной не позволяло разглядеть выражение её лица. Но я почувствовал, как лёгкая улыбка мелькнула в её голосе.

— Ты усовершенствовал свои навыки, увидел свои сильные стороны… Поэтому вместо того, чтобы действовать напролом…

Со второго дня я начал это замечать. Как я старался быть прилежным учеником, Айз-сан стремилась стать хорошей учительницей. Она старалась изо всех сил. Несмотря на то, что однажды она сказала, что не умеет подбирать нужные слова, она изо всех сил старалась найти их, чтобы научить меня, направить меня на верный путь. Я был очень благодарен ей за это.

— Подумай о том, как ты можешь заставить своего противника сражаться по твоим условиям… Просто, попробуй это обдумать.

— Да! — приняв её мощь и поднявшись, с энтузиазмом ответил я.

— Спасибо за все, Айз-сан. Сегодня ведь начинается ваша экспедиция, верно?

— Да.

— Пожалуйста, будьте осторожны. Возвращайтесь целыми и невредимыми…

Я понимал, что не стоит так обращаться к сильнейшей Семье города, но всё же не смог промолчать.

Как и в прошлый раз, когда мы были на 18-м этаже «Подземного рая Лабиринта», я попытался выразить ей своё беспокойство.

Айз-сан прищурила глаза и кивнула с лёгкой улыбкой.

— Давай как-нибудь снова потренируемся вместе, — предложила она.

— !

— Когда я тренируюсь с тобой, Белл, я тоже узнаю много нового.

— Да!

Я едва сдержался, чтобы не подпрыгнуть от радости, и с энтузиазмом принял её предложение. Хотя, я не смог сдержать широкой улыбки.

— Тогда… до следующего раза, — произнесла она, развернулась и направилась к выходу из города.

Я некоторое время наблюдал за ней, пытаясь побороть охватившее меня чувство ностальгии. Затем я тоже развернулся.

«В следующий раз я буду сильнее».

С этой решимостью в сердце я сделал шаг, потом ещё один — и побежал. Я тоже отправлюсь в путь, как Айз-сан и остальные, навстречу настоящему приключению.

Вернувшись в особняк, я принял душ, а затем, ещё полусонный, откликнулся на просьбу бога обновить статус. Надев боевую форму, указанную профессором Леоном, я замаскировался париком и накидкой, чтобы не привлекать внимания в городе.

Никем не замеченный, я попытался тихо выйти через заднюю дверь. Но Гестия-сама спешно подошла ко мне:

— Что-то случилось, богиня?

— Я чуть не забыла... Возьми это с собой!

Взъерошив волосы, богиня вручила мне тяжёлый свёрток, обёрнутый в белую ткань.

Внутри свертка были большой меч и красный кинжал.

— Это работа Вельфа?

— Да, я попросила его подготовить это для тебя.

Едва я моргнул, как ощутил лёгкое напряжение.Меч передо мной оказался истинным шедевром — я никогда прежде не встречал ничего подобного, а кинжал был не просто магическим оружием, а воплощением легендарной «Магии Кротцо».

Эта мощь снаряжения невольно заставила меня задуматься:

«Какое испытание ждёт меня впереди?»

— Белл-кун, то, что тебе предстоит пережить, будет по-настоящему необходимым, — произнесла Гестия-сама, чьи глаза казались всевидящими.

— …

— Признаюсь, меня немного раздражает, что всё идёт по плану Бальдра и остальных... но в глубине души я чувствую то же самое.

К моему удивлению, она говорила искренне.

— Нехорошо раскрывать тебе, что произойдёт или о чём думает Леон-кун. Я сама считаю, что лучше этого не делать.

— …

— Я хочу, чтобы ты увидел всё своими глазами, прочувствовал это сам.

С полной откровенностью Гестия-сама поделилась со мной своими мыслями. И у меня был лишь один ответ:

— Понял. Я пошёл!

Не колеблясь, я был готов отправиться в путь. Если богиня, за которой я до сих пор следовал, говорит так, то нет места для сомнений. Даже если меня ждёт что-то невероятно трудное, я поверю её словам и встречусь с этим.

С улыбкой на лице я взял оружие, которое мне вручили, и, попрощавшись с Гестией-сама, покинул особняк.

— Эй, сюда, сюда!

На рассвете я направился по почти пустынной главной улице на северо-восток города. Поскольку городские ворота были закрыты в целях предотвращения шпионажа, связанного с «Фестивалем Городских Состязаний Орариада», Гестия-сама заранее обратилась за помощью к Семье Гермеса.

Семья Гермеса — одна из немногих, кому разрешено свободно входить и выходить из города. Благодаря Лулу, девушке-собаке из этой семьи, я, с лёгкой дрожью в груди, прошёл контроль у ворот без задержек.

Поблагодарив Лулу и её спутников, я устремился к подножию гор Беор на северной окраине города. По указаниям на карте, приложенной к письму, я шёл к отметке в виде креста и услышал:

— Ах, Рапи-кун!

«Нина? Что ты здесь делаешь?»

Напротив заброшенной бревенчатой хижины — выбранной как ориентир — я обнаружил Нину. Она была в той же красно-белой боевой форме, что и я, с боевым посохом в руках и большим походным рюкзаком за спиной.

Я изумлённо разглядывал Нину, когда рядом прозвучал спокойный голос:

— Это я её позвал. Я попросил её помочь нам в этом деле.

— Леон-сэнсей...

Фигура со львиной гривой выступила вперёд, и при виде его величественного облика мой голос дрогнул. Он был одет не в привычную чёрную униформу учителя, а в сияющую серебряную броню, к поясу которой был прикреплён длинный меч в ножнах. Развевающийся на ветру плащ, прикреплённый к доспехам, завершал образ истинного рыцаря.

Я затаил дыхание, глядя на его внушительную фигуру. Леон-сэнсей слегка улыбнулся и произнёс:

— Пора отправляться. Наша долгожданная «выездная практика на свежем воздухе» начинается прямо сейчас.

----------

Мир, Фестиваль и Правда

Глава 3 — Мир, Фестиваль и Правда

[[image:/storage/reader-images/fa2dc4ebe1c54d90f1950436fa1c4563cf9c72df.png]]

— Герой? Это значит, разрубать холмы, быть завоевателем.

— Разрубать холмы? О чем ты?

Перед их недоверчивыми глазами Воин в черной броне заявил:

— Будь то замок или гигант, его надо разрубить. Если ты не можешь этого сделать, не смей называть себя рыцарем, сопляк.

В глубинах лабиринта, на далеком 36-м уровне, воин одним ударом разрубил босса этого этажа, известного как «Темный Король Руин». Глядя на располовиненое тело, мужчина фыркнул:

— Ты позволил Серой Ведьме Альфии уговорить тебя прийти сюда? Я всегда считал тебя недалеким, но оказалось, ты безрассудный дурак, который даже не ценит собственную жизнь.

Раздраженный собственной неспособностью преодолеть тот холм, он последовал за ним в лабиринт.

Он знал, что тот Воин — один из двух лучших мечников среди последователей Зевса и Геры. Хотя это было безрассудное решение, он принял его с намерением изучить его технику. Он хотел ощутить этот «сокрушительный удар» всеми своими чувствами, поэтому последовал за ним, отправившись в самоубийственное путешествие, которое едва можно было назвать совместным походом.

В конце концов, когда я был на грани смерти, Воин невредимым достиг величественного белого дворца и одним ударом разрезал пополам одинокого гиганта. Это был необычайный поступок, настолько разрушительное движение, что любой предыдущий удар казался лишь легким прикосновением.

— Зачем становиться настолько сильным? — спросил он, с дрожащими губами.

Ответом был вздох, полный разочарования. Из щели шлема Воин бросил взгляд, полный презрения:

— Насколько же ты глуп?

«Мы авантюристы, а это место — «Город Героев».

Было очевидно, что нужно делать, словно это было нечто совершенно естественное:

«Нужно рубить холмы, разрушать замки и, в конце концов, охотиться на великих зверей. Вот и всё».

Для него всё было тренировкой. Даже те дни в лабиринте были лишь фрагментами более крупной миссии. Он заявлял, что эти техники существуют исключительно как средство для победы над тремя великими зверями. Именно в этот момент он осознал, насколько внушительна была фигура, несущая на себе желания нижнего мира. Его собственный бой, вызванный личными эмоциями, показался ничтожным в сравнении.

— Я показал тебе всё, запомни это, — сказал мужчина, словно предлагая пустяковую плату.

— У тебя и у этого кабана есть талант. У гнома, эльфа и полурослика другие роли: пронзать, стирать или сокрушать. Но истинный акт разрубания — в руках вас двоих.

Затем, ни в чем себя не сдерживая, он заявил:

— Попытайся украсть у меня. Если сможешь овладеть моей техникой, я сожру тебя. Это станет моей силой, необходимой, чтобы рубить тех зверей.

Воин был ненасытен. Собственный голод толкал его за любые пределы, видя даже тех, кто овладеет его техникой, как пищу для достижения новых высот.

Герой — это завоеватель.

Тот, кто выбирает продвигаться по безжалостному пути завоевания, готовый использовать всё и всех ради уничтожения великих зверей.

Зевс и Гера воспитали героев, которые были не более чем завоевателями. В конце концов, тот воин смог разрубить одного из трех великих зверей. Однако он не был свидетелем того легендарного удара, который покончил с «Королем Земли». Он услышал лишь рассказ кабана, который говорил скупыми словами:

— Это был удар, достойный завоевателя. Высшая техника, но настолько жадная, что она запечатала его судьбу. Было очевидно, что он никогда больше не обнажит меч.

Зрелище героев, уничтожающих «Короля Моря», вскоре после этого запечатлелось в его глазах.

Герой — это завоеватель, и в конце этого пути завоевания ждет гибель.

Наследие, которое должно быть продолжено.

Наследие, которое должно быть передано.

Холмы, замки — всё должно быть разрублено, чтобы наконец столкнуться с оставшимся драконом. Сияние той высшей техники не должно угаснуть. Потому что эти чертовы герои, эти завоеватели, несомненно сказали бы:

«Дерзайте превзойти даже гибель, малявки!»

Вот такое жестокое наследие оставили герои — учение, рожденное из их образа жизни.

***

— Выездная практика — существенная составляющая обучения. Это один из ключевых элементов системы образования «Школьного округа».

Она заключается в посещении места, являющегося предметом изучения, и проведении практических исследований, а не в обращении к вторичным источникам, таким как книги или документы. Информация собирается из первых рук и доставляется обратно в «Школьный округ» для всестороннего обсуждения и анализа.

Как сказала бы Микото: «Лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать».

В настоящее время мы проводим эту Выездную практику, идя по равнинам далеко от Орарио и «Школьного округа».

— Зачем проводить Выездную практику в это время года?

— Я знаю только, что это часть занятий, как сказал Профессор Леон…

Я шёл рядом с Ниной, которая несла большой рюкзак, трясущийся при каждом шаге. Несмотря на моё предложение помочь, она вежливо отказалась, напомнив мне, что я уже помог ей в Подземелье, и теперь её очередь нести снаряжение.

Зимнее небо кажется высоким и ужасно ясным. Хотя случайный ветер холоден, голубое небо и зелёные поля настолько спокойны, что я почти расслабляюсь.

Для Нины, которая не знает всех обстоятельств, должно быть странно и тревожно, что мы проводим Выездную практику в такое время, несмотря на то, что сейчас происходит в городе. Ну, я и сам мало понимаю в этих обстоятельствах…

Может ли эта Выездная практика быть тем «приключением», о котором говорил Мастер Леон?

— У меня есть «тема исследования», которую мне нужно изучить во что бы то ни стало. Сейчас это имеет наивысший приоритет, для меня. Не волнуйтесь, я успею к началу Фестиваля.

Профессор Леон, шедший на шаг впереди нас, кажется, заметил наши беспокойные взгляды. Нина испустила вздох облегчения, услышав его ответ.

Как член «Школьного округа», она не могла оставаться равнодушной к «Фестивалю Городских Состязаний Орариада».

— Профессор Леон, куда мы теперь направляемся? — спросил я, воспользовавшись случаем, чтобы продолжить разговор.

Высокий мастер, чья безупречная осанка была очевидна даже сзади, продолжал смотреть вперёд.

— На север, — ответил он.

«На север?..»

Наш курс, оставив Орарио позади, действительно был на север. Слева от нас, на северо-западе, возвышались внушительные горы Беор, а на северо-востоке, справа от нас, едва различался огромный хребет — горы Арв, известные как священные пики эльфов. Издалека эта величественная горная цепь простирается бесконечно на север. Что могло быть в этом направлении?

— Ну, хотя удалиться от суеты и насладиться природой неплохо, давайте воспользуемся случаем, чтобы по дороге немного поболтать, — Профессор Леон говорил, не останавливаясь, тоном, который казался почти естественным для человека его профессии.

Я заметил, как Нина, шедшая рядом, спокойно и без напряжения выпрямила спину.

— Что вы считаете незаменимым сокровищем? Неважно, объект это или концепция, — продолжил он.

— Со… сокровище? Ну… — пробормотал я, несколько смущенный.

— У этого вопроса нет единственного правильного ответа, — пояснил Профессор Леон, словно предвидя мою реакцию. — Отвечайте так, как считаете, основываясь на своём опыте.

Он легко улыбнулся, его выражение лица отражало искреннее удовольствие. Во время моего короткого пребывания в «Школьном округе» я понял, что Профессор Леон любит взаимодействовать с учениками задавая им вопросы. Поэтому я серьёзно размышлял, несмотря на сомнения, и в конце концов, после долгих раздумий, мы с Ниной ответили в унисон:

— Встреча с кем-то… — сказал я неуверенно.

— Связь с кем-то, достойным моей преданности! — заявила Нина, твёрдо подняв руку.

Профессор Леон улыбнулся и глубоко кивнул.

— Великолепно. Вы оба цените существование других — это нечто существенное для человечества, как социального вида. Если бы у меня здесь был оценочный лист, я поставил бы вам высший балл.

Я почувствовал облегчение от удовлетворительного ответа, но Нина не успокоилась и, словно это была часть обычного спора, задала ему ответный вопрос.

— Каким будет ваш ответ, Профессор?

— Это простой ответ, почти банальный, но для меня это время.

Профессор и мы остановились, встав рядом. Перед нами расстилался широкий зелёный склон. Находясь на самой его вершине, у наших ног простирался крутой и опасный, но в то же время впечатляющий склон. Неприкосновенная равнина колыхалась на ветру, украшенная цветами, цветущими даже зимой. Вдали двигались маленькие тени, вероятно, монстры этого региона.

— Чтобы что-то взрастить, нужно время. Даже отношения, о которых вы упомянули, тоже требуют этого, — объяснил Профессор Леон, наблюдая за пейзажем.

Это была правда. Как семена встреч, которые я упомянул, так и ростки уз, которые ценила Нина, нуждались во времени, чтобы расцвести. Время, возможно, было универсальным сокровищем, равномерно распределённым и неразрывно связанным со всем.

— Время, как мы знаем, не бесконечно. Каждый прожитый миг невозвратим… Однако, осознавая это, мы часто тратим его впустую, что нередко приводит к непоправимым последствиям.

Тон Профессора Леона стал серьёзнее: «Не тратить впустую сокровище, которое есть время». Возможно, это была одна из философий, поддерживающих его убеждения.

Пока я погружался в его слова, Профессор Леон повернулся к нам с игривой улыбкой.

— Короче говоря, я хочу сказать, что… у нас не так много времени.

— Э?

— Если мы не поторопимся, «Орариада» закончится раньше, чем мы осознаем. Так что теперь мы пойдём немного быстрее.

Прежде чем мы успели среагировать, Профессор Леон взял рюкзак Нины и взвалил его на одно плечо.

— Нина, за кого ты предпочитаешь держаться? За меня или за Рапи?

— …!?.

Пока я пытался понять вопрос, Нина, которая, кажется, уловила его смысл, тут же покраснела, словно цветок, расцветший на глазах. Она посмотрела на мастера слева от себя, затем на меня справа, и после нескольких переглядываний, опустила голову и робко ущипнула меня за рукав формы.

— Э? Что… что это значит?

— Ах, молодость! — воскликнул Профессор Леон, произнеся фразу, достойную богини Идунн.

Не дав нам времени что-либо осмыслить, Профессор Леон понесся вниз по склону.

— Что?!

Это был склон, крутой как утес, но он пересекал его, как крылатый лев, за которым невозможно было угнаться, если только не бежать изо всех сил.

— Нина!

— Д-да! О-очень приятно…!

С раскрасневшимся лицом Нина схватилась за мою руку. Подняв на руки и прижав её к себе, мы помчались вслед за Профессором. Твёрдо ступая, отталкиваясь в воздух, мы бежали, как ветер, вслед за удаляющейся на полной скорости фигурой рыцаря.

***

«Х-а-а-а-а! Добрый день всем! За этот захватывающий эфир снова отвечаю я, Ибрис Арчер! Уже знакомый — Господин Комментатор! Но на всякий случай, позвольте объяснить, я член Семьи Ганеши, под псевдонимом «Взрывающийся Огонь…». Взрыв пламени, пылающего, как адский огонь преисподней! Так вопит эта огненная магия, когда горит во всем своем великолепии. Я так взволнован, что буду снова вести трансляцию, спустя столько времени, после Великой Войны Семей!»

«Я — Ганеша-а-а-а! Я здесь, чтобы всё объяснить!»

С этими двумя мощными и шумными голосами, звучащими под ясным небом, Орарио погрузился в эйфорию, хотя и несколько вынужденно.

Сцена: круглая арена «Амфитеатр»

«Превратите свою волю в мечи! Превратите своё знание в посохи! Венценосите свои неудачи! Вместе с кубком и источником знания! Приложи максимум усилий, округ!»

Расположенный в восточной части города, этот колизей вмещает до 50 000 зрителей. Однако в настоящий момент не все присутствующие — жители Города Лабиринта. В одной из частей трибун сидела группа, одетая в элегантную белую форму и бордовые галстуки. Хотя ее численность была менее десятой части от общего числа зрителей, она сильно выделялась.

С других трибун авантюристы непрерывно выкрикивали насмешки:

— Какая наглость прийти сюда, сопляки из «Школьного округа»!

— Мы раздавим вас и отправим обратно в школу плакать!

На что студенты отвечали вызывающе:

— Какие вы грубые и дикие!

— Мы победим вас, но соблюдая правила и на сцене!

Крики наполняли атмосферу напряжением, в то время как студенты, как настоящая группа поддержки, готовились подбадривать своих в предстоящем соревновании.

«Напряжение на арене настолько сгустилось, что его уже можно потрогать! Но, пожалуйста, авантюристы, ведите себя прилично! Каждый раз, когда вы себя так ведете, общественное мнение о нас резко падает!»

«Я — Ганеша-а-а-а!»

«Ну что ж, давайте оставим наши заботы в стороне и дадим старт долгожданному городскому фестивалю состязаний: Орариада!»

Этим объявлением оглушительный крик заполнил амфитеатр и распространился по всему Орарио. Те, кто не смог попасть на арену, собрались в тавернах, на площадях и главных улицах, наблюдая за событиями через «Зеркала Богов». Даже в «Школьном округе», расположенном в порту Мерена, студенты, не присутствующие на месте, собрались перед плавающими зеркалами, чтобы болеть за своих.

Зрителями были боги, авантюристы, студенты и мастера — все с нетерпением ждали начала соревнования.

Члены «Семьи Гестии», сидя на своих местах, были охвачены тревогой, обсуждая свои опасения.

— Неужели противостояние между Орарио и «Школьным округом» действительно начнется?

— Да, но где Белл? Даже госпожа Гестия не может дать нам ясных ответов…

— Успокойся, Лили. Я уверен, что он снова куда-то вляпался.

— Вельф, ты же создал магический меч! Может, ты что-то знаешь?

— Не могу я оставаться спокойной! Я чувствую, что что-то происходит!

Пока Гестия была занята продажей «Джагамару-кунов» на прилавках, а Рю временно работала в «Хозяйке плодородия», оставшиеся члены не находили себе места.

Тем временем в кабине трансляции:

— А теперь, чтобы официально открыть мероприятие, я представляю особого гостя: господин Гермес, представитель праздничных богов! Проходите!

— Спасибо, Ибрис! Теперь позвольте мне быстро рассказать вам об этом фестивале: «Орариада» состоит из пяти раундов между представителями Орарио и «Школьного округа». Тот, кто выиграет три раунда, станет победителем, а проигравший должен будет выполнить все условия, предъявленные победителями. Мероприятие продлится шесть дней, так что приготовьтесь насладиться им по полной! Так же, этот фестиваль предоставлен вам нашими спонсорами, то есть нами, Божественным Советом Денатус!

После своего объяснения Гермес с озорной улыбкой добавил:

— Но хватит слов! Пришло время объявить команды и перейти к первому раунду!

С фейерверками, озаряющими небо, на сцену поднялись представитель студентов Алиса и авантюрист, вынужденный участвовать, Ройман, который держал в руке флакон с лекарством для желудка.

// проверить кто взошел на арену

Под сияющим взором любящих развлечения богов начался «Фестиваль Городских Состязаний Орариада».

***

— Й-а-а!

С криком Нины сверкнул её длинный посох, оставив «светящийся след». Это «механическое оружие», изготовленное в «Школьном округе». Его специфическое название — «Вар Де-Анимстиль». На острие посоха, где расположен нефритовый кристалл, в части, напоминающей лезвие алебарды, появилась полоса магического света толщиной примерно в 3 сантиметра. Посох мага превратился теперь в «длинное древковое оружие». «Механическое оружие», заточенное и усиленное магией, с легкостью разрубило «Серого Волка».

— Гваа-а!

— Вау, ты можешь сражаться и в ближнем бою?!

— Всё благодаря урокам Профессора Леона!

Во время походов в Подземелье с «Третьим отрядом» Иглин и остальные всегда хотели быть в авангарде, поэтому я видел Нину только в роли поддержки. Но она такая же ученица «Школьного округа», как и они. Даже учитывая, что наземные монстры имеют меньший потенциал, чем те, что водятся в Подземелье, её навыки достаточно хороши.

Улыбнувшись Нине, я направился к другому «Серому Волку». Одолев его, я посмотрел на другого участника нашего отряда.

— Массовое появление Серых Волков… нет, скорее организованное движение.

Однако снова мне не удалось увидеть его бой.

Вокруг Профессора Леона, который только что вернул свой меч в массивные ножны, лежал круг из поверженных монстров, разделенный на две части. Он завершил поединок за считанные мгновения.

«Айз говорит, что он определённо 7-го уровня».

Когда я впервые услышал это, то не мог поверить своим ушам. Но теперь у меня не осталось сомнений. Несмотря на то, что он не является частью Орарио, этот рыцарь, превосходящий даже Айз и её группу, внушает мне благоговейный страх и любопытство, которые я не в силах подавить.

— Эм, Нина… насколько хорошо ты знаешь Профессора Леона? — спросил я, пока мы занимались остатками монстров после боя.

Наклонившись друг к другу, я пробормотал как можно тише:

— Знаешь, из какой он страны или не человек ли он с кровью какого-нибудь легендарного рыцаря?

— Человек? Профессор Леон — гном.

— Э?!

Неожиданный ответ заставил меня вскринуть.

— Г… гном? Как Иглин? Такой гном?

— Ну да, такой…

— Н-но Профессор Леон высокий, у него длинные руки и ноги, у него не густая борода, и он не смеется «Гахахаха!», попивая пиво!

В своем замешательстве я выпалил почти оскорбительное замечание, полное предрассудков о гномах. Простите, гномы всего мира!

Нина странно посмотрела на меня, но вскоре рассмеялась.

— Родители Профессора Леона… его отец, и мать — полугномы.

— Полугномы?..

— Помнишь уроки по истории рас, которые мы вместе брали?

Видя моё замешательство, Нина подняла указательный палец и с энтузиазмом объяснила:

— Мы изучали «доминантное наследование», верно? У гибридов человека и получеловека есть скрытые характеристики обеих рас. Допустим, человеческий ген — 1, а гномский ген — 2.

— Ах… да, кажется, что-то припоминаю.

Нина продолжила, объясняя так, словно учила младшего брата:

— Если у двух полугномов рождается ребёнок, возможные комбинации генов — 1-1, 1-2, 2-1 и 2-2.

— …Значит, 25% вероятности, что родится человек (1-1), 50% — что будет полугном (1-2, 2-1), и ещё 25% — что родится полный гном (2-2), верно?

— Верно!

Благодаря её объяснению урок стал возвращаться в мою память.

— Профессор Леон родился в семье полугномов, но есть одна важная деталь, о которой стоит упомянуть, — осторожно произнесла Нина, украдкой взглянув на Профессора Леона, который с тревогой осматривал окрестности. — Дети гибридов могут унаследовать человеческие черты, которые не являются типичными для полулюдей, такие как высокий рост или длинные конечности.

— …!

— Это происходит крайне редко, но, несмотря на то, что Профессор Леон — гном, его рост и пропорции тела выглядят как у человека. Это настоящее генетическое чудо.

Услышав об этом уникальном феномене, я наконец осознал.

Профессор Леон, без сомнения, истинный гном. Его статус должен предполагать высокие показатели силы и выносливости, однако его внешность унаследовала типичные человеческие черты. Это не зависть или что-то подобное, но фраза «высокий и сильный гном с длинными конечностями» звучит так несправедливо, что это почти похоже на шутку.

— К-кстати, возможно, у гибридов с людьми тоже могут рождаться дети. Например, если полуэльф женится на человеке, то вероятность рождения ребёнка, который будет наполовину человеком, а наполовину эльфом, составляет 50 на 50!

— Э? Ах, да, думаю так и есть.

По какой-то причине Нина добавила эту информацию, краснея от смущения, но я просто кивнул и посмотрел на Профессора Леона.

Монстры были уничтожены, и теперь он смотрел на север. Его фигура была слишком внушительной, чтобы ассоциировать её с гномами. Хотя Профессор Леон — гном, это не меняет моего к нему отношения. Однако я не могу не задаваться вопросом, как человек может стать таким правильным, благородным и восхитительным взрослым, как он.

— Вы двое. Извините, что прерываю вас, но возьмите оружие в руки. Приближается другая группа монстров.

— !

По зову Профессора Леона мы оба быстро встали.

Монструозная тень, видимая только глазами 7-го уровня, вскоре появилась и в поле нашего зрения. Мы с Ниной переглянулись и, кивнув, приготовились к следующему бою.

С тех пор как мы оставили позади Город Лабиринтов Орарио, мы сражались один раз.

Четырежды мы сражались, неся Нину на руках.

Семнадцать раз — с тех пор как небо сменило цвет с голубого на серое.

В общей сложности мы сражались с наземными монстрами бесчисленное количество раз.

— …

— Что происходит, Рапи?

Нина, которая, наверняка, встречала больше наземных монстров, чем я, в своих путешествиях, с удивлением смотрела на меня, пока я молча смотрел на тела поверженных чудовищ.

Я единственный, кто чувствует эту «странность»?

«…Мы встречаем всё больше и больше монстров».

В начале пути их было всего несколько. Но спустя полдня количество боёв удвоилось, как по частоте, так и по числу монстров.

«Это поверхность. Нет смысла сравнивать с Подземельем. И всё же…»

Мои чувства притупились после стольких сражений в Подземелье, и я едва могу вспомнить, как часто монстры появлялись в моей родной деревне.

Это считается нормой на поверхности?

«Поэтому Нина и не спрашивает? Или, возможно, это просто совпадение?»

И всё же… это кажется мне странным.

Словно исследуя глубины Подземелья, враги не перестают появляться по мере нашего продвижения. Это явление стало более очевидным по мере того, как мы шли дальше. То есть, чем больше мы идём на «север», тем больше монстров появляется.

— Что там на севере? — пробормотал я себе под нос тоном, который Нина не могла расслышать.

Профессор Леон молча смотрел на меня, ничего не говоря.

***

«Первый раунд «Фестиваля Городских Состязаний Орариада»! Дуэль Магов! И победитель — Профессор «Школьного округа»! Из «Класса Бальдера», уровень 5, Малик Алфорт!»

Под чистым голубым небом на круглой арене Орарио, Амфитеатре, раздавались дружные возгласы и крики.

— Мы справились!

— Профессор Малик! — кричали студенты, полные эмоций.

В центре боевой арены красивый эльф, одетый в мантию мага, махал рукой шумным трибунам, полным учеников. Студентки, приветствовали его с ещё большим пылом.

— Вот так так! Мы проиграли первый бой дня.

— Хотя нет ни «Семьи Локи», ни «Семьи Фрейи»…

— Несмотря на то, что противником была Нелнатти, чудо-маг из «Семьи Хатор»…

— Хотя она занимает второе место в рейтинге «Лучших Магов» и третье в рейтинге «Самых милых Эльфиек»…

— Наша Нерти…

Шёпот продолжался, пока группа богов и авантюристов оплакивала поражение своей фаворитки. Несмотря на достижение 5-го уровня после последней Войны Семей, и радость, которую она тогда демонстрировала, теперь она лежала без сознания на сцене.

— Ну, она потихоньку старалась ещё со времён богов Зевса и Геры, но в итоге оказалась проигравшей своей эпохи. Эта смуглая девушка цвета пирамиды, которая отчаянно пытается скрыть свой истинный возраст, притворяясь шестнадцатилетней, — не более чем фальшивка.

— Нерти всегда будет нашей вечной юной девой! Не смейте её оскорблять!

— Замолчи, пока я не наложил на тебя проклятие, глупец!

«О нет! Это уже похоже на религиозную войну между богами Орарио!»

Настроение достигло предела, и споры переросли в массовую драку между представителями различных фракций. Зрители из Орарио с разочарованием и негодованием наблюдали за катастрофическим финалом, высказывая комментарии о сцене, на которой лежала побежденная тёмная эльфийка.

— Вот почему нужно было с самого начала отправить «Семью Фрейи»!

— Они всё ещё в городе, верно? Было бы проще простого, если бы мы взяли «Магический Посох Белого Духа Хильдслейва»!

— Этот ангелоподобный садистский эльф снёс бы их всех!

— Проклятый нахал!

— Работай!

— Оскорбляй меня!

— Топчи меня!

— Каурус Хильд!

— Гья-а-а-а-а!

Расстроенные поражением, они начали оскорблять могучих воинов Эйнхерии, которые не могли участвовать из-за правил. Однако загадочный порыв молний с миллиметровой точностью поразил источник оскорблений. Невероятная точность и способность слышать всё заставили авантюристов и богов побледнеть, закрывая рты руками и дрожа. С тех пор никто не осмеливался жаловаться на могучих воинов Эйнхерии.

В уголке трибун Микото с напряженным выражением лица наблюдала за происходящим и слегка откашлялась перед тем, как заговорить:

— Не сражаясь всю жизнь в Подземелье, достигнуть 5-го уровня… Какими тренировками они достигают этого?

— Должно быть что-то большее, чем просто суровые тренировки. Возможно, они прошли через испытание другого типа, отличное от Подземелья.

— Испытание другого типа? — спросила Лили, нахмурившись, пока Харухиме и Вельф добавили:

— И где находится такое испытание?

Хедин, который слышал даже эти разговоры, свысока смотрел на круглый амфитеатр. Белый эльф Малик, заметив наш взгляд, поднял глаза и посмотрел в направлении, куда ушли неизвестные, никем не замеченные, ребята.

— Не кто иной, как Школьный округ, подавил разрыв на севере вместо Орарио, — пробормотал Хедин.

Позади него Альфриг и четверо братьев Гулливеров, держа «Джага Мару-куна» в руках, также молча смотрели на север. Вскоре усиленный голос Ибриса разнесся по колизею, где все еще царили возбуждение и уныние.

— Первый раунд «Фестиваля Городских Состязаний Орарио» окончен, спасибо за ваши усилия! Следующий представительский бой будет через два дня, и это будет «Большая Групповая Битва»! Пожалуйста, страстно обсудите будущее представительских боев, пока идут приготовления!

***

Наше путешествие продолжалось, а по обеим сторонам от нас возвышались горы: Беор на западе и Алв на востоке.

Профессор Леон, возглавлявший наш отряд, мчался вперед, за ним бежал я с Ниной на руках. Его стремительный бег и львиная грация внушали спокойствие и уверенность, создавая ощущение защищенности. Мне было достаточно просто следовать за ним, чтобы чувствовать себя в безопасности.

Время от времени на нашем пути возникали монстры, и Леон останавливался, чтобы сразиться с ними. Он тщательно следил за тем, чтобы ни один из врагов не ускользнул к ближайшим деревням. Именно тогда я наконец смог оценить его мастерство владения мечом.

Удар был настолько стремительным и мощным, что не поддавался описанию. В тот момент, когда он выхватил меч, всё вокруг словно остановилось.

Его удары отличались от стиля «Иай» Рю — они были невидимыми, молниеносными и сокрушительными. Каждое движение, от взмаха меча до возвращения его в ножны, было превосходно! Это была техника настоящего рыцаря, внушающая не только уважение, но и непоколебимую уверенность.

Даже если враг падет под его мечом, он сделает это с честью.

«Я разрублю тебя на части».

Эта мысль, доведенная до совершенства, была основой его стиля.

Впервые я осознал, что значит быть абсолютно уверенным в каждом ударе. В то же время я заметил, что идеальный удар профессора Леона превосходил даже абсолютную защиту Оттара. Именно так я воспринял этот «абсолютный удар».

— Мой меч? С «того дня» я ни разу не отводил взгляд и не забывал о цели, размахивая своим мечом... Могу лишь сказать, что это привело меня к текущему моменту.

Во время короткого перерыва я не смог сдержаться и задал ему вопрос. Мастер Леон ответил мне искренне, не утаивая ничего.

На самом деле, всё, что делал Мастер Леон, было очень простым и упорным — он, без устали, повторял это миллионы, возможно, миллиарды раз.

В этот момент моё уважение к нему стало еще глубже. Как у ребенка, который мечтает о героях.

— Рапи, есть ли что-то на западе?

— Да, там находится деревня, где я вырос. Она напоминает мне о доме.

— Правда?! Это твоя родина? Я бы хотела туда съездить! Ну… не сейчас, а когда-нибудь…

— Ха-ха-ха, возможно, когда-нибудь, когда мне удастся собраться с мыслями.

Путешествие продолжалось, а я не мог отвести взгляд от Мастера Леона. Каждое его движение притягивало меня, словно магнит.

Прошло всего два дня с тех пор, как мы покинули Орарио, и вот уже горы Беор скрылись из виду, уступив место живописным горным хребтам. Отсюда равнины были не видны, но я не мог не смотреть в сторону далёких гор, чувствуя щемящую ностальгию в сердце.

Не прошло и года с тех пор, как я покинул родную деревню. Посещение могилы моего дедушки казалось таким далёким.

Оторвав взгляд от горизонта, я обратил внимание на священные горы востока — хребет Алв, простирающийся на север. Возможно, именно там, на краю этих гор, находится цель «Выездной практики», о которой упоминал Мастер Леон. Эта мысль пришла мне в голову, когда я посмотрел на его фигуру, шагающую впереди.

***

Прошло три дня с тех пор, как мы отправились в путь. Небо оставалось серым, а облака не рассеивались. Казалось, что эта серость никогда не закончится.

— …Это… что?..

И вот, на нашем пути на север, перед моими глазами предстало первое «впечатление». Это был комплекс руин, мертвый город, место, где не осталось и следа человеческой деятельности или смеха. Только море обломков.

— Этот город… Нет, наша академия не смогла его защитить.

Мы прошли между обрушившимися стенами и вышли на то, что когда-то было главной улицей. Профессор Леон говорил это, не меняя выражения лица.

— Когда мы получили призыв о помощи, академия была занята на востоке, сражаясь с захватчиками и монстрами. Я решил отправиться один, чтобы исправить ситуацию, но, увы, опоздал.

— Что здесь произошло?

— Появился дракон. К тому времени, как Финн и члены Семьи Локи прибыли, половина местных жителей уже вознеслась на небо.

— Как же так?

— Дракон был уничтожен Финном и его группой. Однако с тех пор все поселения к северу от этого места исчезли. Кроме одного племени… Люди были вынуждены бежать на юг, покидая родные земли со слезами на глазах.

Услышав этот холодный и беспристрастный отчет, я затаил дыхание.

Мертвый город своим безмолвным присутствием говорил о том, что реальность не обманывает.

— Эльфы из деревни Фаначе, соратники «Белого Льда», — единственные, кто остался в близлежащем лесу, чтобы следить за любыми изменениями. Они готовы первыми принять на себя удар и доставить сообщение в Орарио, если что-то произойдёт, — произнесла Нина, опуская глаза.

Реальность «севера», которую невозможно было игнорировать, становилась очевидной.

Эту сцену… я уже видел раньше. Не в жизни, а в учебных материалах.

На уроке «Дискуссия о Конце» в Академии, магическая проекция показывала изображения: сожжённые деревни, разрушенные эльфийские поселения, рухнувшие города и бесчисленное количество беженцев.

Изображённые на тех слайдах были невероятно похожи на то, что я теперь видел перед собой.

Профессор Адлер тогда объяснил, что такие сцены не исчезают, потому что существуют могучие существа, которые спускаются из «определённого места». Да, из «определённой долины».

— Скоро стемнеет. Сегодня мы заночуем здесь.

— Профессор Леон, это же…

— Спасибо за беспокойство обо мне, Белл. Но я не могу отвести взгляд от этого города. Я не хочу повторять те же ошибки. Прежде чем раскаяние того дня угаснет, я должен запечатлеть его ещё глубже в своём сердце.

— Профессор Леон…

— Прошу простить мне, мое упрямство.

Профессор Леон, не отрывая взгляда от города, обернулся ко мне и, словно упрекая себя, покачал головой.

— Я не хочу навязывать вам свои идеи. Скажите, что вы сами об этом думаете?

— Я согласен разбить лагерь здесь. Это место защитит нас от ветра и дождя, и оно лучше, чем лес, где мы не знаем, когда может появиться монстр.

— …Я тоже согласна.

— Тогда, если нет возражений, приступим. Нина, поищи место для костра. Рапи, собери дрова. Я постараюсь сделать постель более удобной, чем на земле в лесу.

Профессор Леон и Нина начали действовать, получив четкие указания. Я, немного поколебавшись, решил последовать за мастером.

— Мастер Леон, насчёт того, что вы упомянули раньше…

— Хочешь дополнительный урок, Рапи?

— …Да.

— Понимаю. Ты действительно можешь стать отличным учеником.

Эти слова, которые я слышал и раньше, были сказаны без тени иронии.

Затем мастер с редкой лёгкой улыбкой добавил:

— Но быть мрачным перед учениками — это недостаток, не так ли? С точки зрения богов, таких как Господин Бальдер, я, возможно, ещё не достиг зрелости.

— Ах, нет, нет же! — я попытался утешить его, хотя мои слова были не совсем уместными. — Моя семья… то есть мои товарищи всегда говорили, что они предпочитают видеть рядом с собой человека, который не боится показать свои слабости и иногда может быть небрежным, а не идеального. Так что…

Впервые я заметил удивление на лице Мастера Леона.

А затем он рассмеялся.

— Ха-ха, понимаю. Я возьму это на заметку. Не знаю, идеально ли «человек с недостатками» подходит на роль учителя, но это стоит обдумать.

Его смех, мелодичный и искренний, наполнил комнату. В то же время моё лицо залилось краской от смущения.

«Почему я всегда говорю такие неуместные вещи?» — мелькнула у меня мысль.

— Тогда, Рапи, пойдём вместе… справлять нужду на улице? — предложил он.

— Что-о-о?! — вырвалось у меня.

— Разве не ты говорил, что иметь недостатки — это номарльно? Моя «изначальная природа» ведь довольно небрежна, — продолжил он с улыбкой.

— Не могу в это поверить… — пробормотал я, ошеломлённый.

— Ух ты, оказывается, быть учителем не так-то просто, Рапи, — заметил он с лёгкой иронией.

Эта внезапная близость сильно смутила меня, но Мастер Леон, казалось, наслаждался моментом. Выказывая лишь небольшое беспокойство, он одновременно позволял мне увидеть его собственные слабости.

Учитель должен быть справедливым, но иногда ему приходится подстраиваться под каждого ученика. С кем-то он может быть строгим и требовательным, а с кем-то — более дружелюбным и расслабленным.

Но так он не может быть одинаково справедливым для всех. Это как будто он разрывается между тем, чтобы помочь ученикам с их проблемами, и тем, чтобы быть учителем.

Мастер сказал, что это трудно, и я понял, что он имеет в виду.

— Может, это и трудно, но то, что вы сейчас так откровенны со мной... Это делает меня счастливым, — сказал я искренне.

Мастер Леон остановился и посмотрел на меня с улыбкой на лице. Он протянул руку и потрепал меня по волосам.

Мне казалось, что я разговариваю со старшим братом или с близким другом. Это было тёплое и немного щекочущее чувство.

Когда я поделился своим ощущением, Мастер Леон снова улыбнулся, прищурив глаза, и приложил палец к губам, как бы говоря мне:

— Пожалуйста, не упоминай об этом при ученицах.

— Почему? — спросил я.

— Однажды, кто-то увидел, как я погладил по голове одну из учениц. После этого ко мне обратилась целая толпа студенток с просьбой сделать то же самое.

Я громко рассмеялся, услышав его ответ.

— Хорошо, возвращаясь к нашему разговору. Возможно, это уже не мнение учителя, но…

— Да…

— «Тот, кто не учится на своих ошибках, обречён вечно повторять их». Это моё убеждение. Путь, который человек проходит, не исчезает. События, произошедшие в жизни, оставляют след… Только сам человек может оглянуться назад и найти в них смысл.

После прогулки по городу в поисках полезных материалов мы вышли на площадь, которую я хорошо знал. Это место напомнило мне о царившем здесь когда-то ужасе: полное опустошение. Не осталось ни зданий, ни укрытий — лишь обломки.

— Я думаю, это место очень важно для того, чтобы мы могли заглянуть в будущее, — сказал мастер Леон, остановившись и созерцая линию горизонта.

— Что здесь произошло? Что сейчас происходит в мире? — спросил я.

Я уже догадывался, каков будет ответ, но хотел услышать его от мастера Леона. Мне хотелось перестать быть учеником, который «считал, что понимает», и стать тем, кто столкнётся с истиной как активный участник.

— Продолжим наш путь. Думаю, будет лучше, если ты сам все увидишь. Позволь мне продемонстрировать тебе фрагмент «конца».

Пункт назначения нашей «выездной практики» был совсем близко. Скоро мы поймём истинное значение этого «приключения».

***

Всплеск эмоций на поле битвы.

— Мы захватили флаг противника!

— Да!

— У нас получилось, Люк!

Ликование студентов разнеслось по замку Шрим месту, которое когда-то было ареной войны. Более полугода назад это место стало свидетелем напряженного противостояния между Семьей Гестии и Семьей Аполлона в ходе военной игры. Теперь же оно превратилось в импровизированное поле битвы для второго раунда фестиваля «Орариада».

— Да-а-а-а! Хотя седьмой отряд и обошёл нас, мы всё же выиграли, и это самое важное!

— Мы справились. Мы действительно внесли свой вклад в общую победу.

— С Ниной и Рапи мы могли бы стать лучшим отрядом. Хотелось бы, чтобы они увидели, как я проявил себя, прямо как «Отважный Герой»!

Даже «Третий отряд», известный как худший в Академии, не остался в стороне от элитных команд. Иглин, Реки и Крис разделяли эйфорию студентов, их боевая форма была слегка повреждена, но они были полны удовлетворения.

— Однако… они были слабыми, честно говоря.

— Точно! Их координации была никакущая, в сравнении с нашей. Мои приказы были невероятны!

— Когда именно ты отдавал приказы? Впрочем, похоже, это правда, что семьи Орарио не ладят.

Иглин, переключившись в свой «режим принца», вздохнул, осматривая разрушенный лагерь противника.

Авантюристы Орарио лежали в изнеможении, их фигуры выражали полное истощение.

Даже зрители, наблюдавшие за трансляцией в «Зеркале Богов» в Орарио, были охвачены волнением.

Комментатор Ибрис эмоционально выражал свои мысли, в то время как бог Ганеша принимал забавные позы. Гермес, почетный гость, с искренним восхищением аплодировал победителям.

Граждане и авантюристы, присутствовавшие на колизее, не могли сдержать своих эмоций:

— Как же стыдно проиграть этим юнцам!

— Вы уже дважды проиграли, идиоты!

— Что с вами случилось?

— Не возвращайтесь в Орарио!

— Какое жалкое зрелище вы здесь устроили! Мой Орарио…!

— Заткнись, Ройман!

Условия участия во втором раунде «Большой Групповой Битвы» таковы: в ней могут принимать участие только последователи 3-го уровня и ниже. Чтобы победить, необходимо не просто одолеть врага, а захватить его флаг на территории противника. Эти правила были установлены Божественным Советом Денатус, чтобы обеспечить справедливое участие не только первоклассных авантюристов и мастеров, но так же фракций и отрядов среднего и низкого уровня.

Однако, как вы можете видеть, результатом стала блестящая победа «Школьного округа». Они разработали тщательно продуманные и дерзкие тактики и ловушки, что привело к сокрушительному поражению Орарио. Оскорбления в адрес плавающего в небе «Божественного Зеркала» сыпались с такой интенсивностью, что Лили и остальные зрители были вынуждены зажать уши, чтобы не слышать их.

— Мор-р-р-д!

— Проклятые сопляки... Каждый из вас по отдельности не представляет ничего особенного, но когда вы начинаете действовать сообща, происходит что-то непонятное!

Гайл, Скотт и Морд, участники «Большой Групповой Битвы», осознали, что эти слова были адресованы им. Они потирали свои ноющие тела или с трудом передвигались. Эти трое, что отчаянно пытались достичь 3-го уровня, накапливая «Экселию», рухнули изможденные на обломки.

— Хотя, честно говоря... даже особого желания не было.

— В «Войне Фракций» хотя бы было благое дело...

— Да, а теперь...

Апатичные голоса Гайла, Скотта и Морда звучали один за другим.

— Эти сопляки из школьного округа невыносимы, но... если Гильдия получит по заслугам, меня это совсем не расстроит.

— К тому же, ждать чего-то вроде «Войны Фракций» снова... невозможно.

— Без «Кроличьей Лапки» нет шансов.

Все трое делились своими самыми сокровенными мыслями, словно лишившись всякой мотивации и цели. Для них «Война Фракций» была почти чудом.

Представить, что авантюристы с сомнительной репутацией могут работать сообща, преодолев разногласия между фракциями, было почти невозможно. Они не были похожи на «идеальных детей» из школьного округа.

Единственной причиной, по которой это единение произошло, было то, что их врагом стала Семья Фрейи. Высокомерие этой богини достигло предела, но, самое главное, потому что он, этот юноша, был в центре всего.

Морд прекрасно осознавал это, хотя никогда бы не признался в этом вслух.

— И всё же, мы уже дважды проиграли. Если Орарио потерпит поражение… это будет унизительно, не так ли? — сказал Гайл, смотря на чистое небо и, почёсывая затылок.

Морд перевёл на него взгляд, и на его грубом лице появилась хитрая ухмылка.

— Не беспокойся. Наверняка он уже в пути…

С внутренним трепетом он мысленно вернулся к образу «Самого быстрого новичка», «Кроличьей Лапки».

***

— !

В тот миг, когда я увидел это, меня охватило второе по силе впечатление с начала нашего путешествия. Оно было даже более ошеломляющим, чем при виде разрушенного города.

— Стена больше, чем у Орарио…

Когда вершины горы Алв, родины эльфов, остались позади, под почерневшими облаками появилась эта огромная стена. Каменное сооружение значительно превосходило по высоте и толщине стену Орарио. Внушительная, она тянулась без перерывов с запада на восток.

— Она разрушена?..

Перед нами, на участке примерно в 50 метров, стена, казалось, была уничтожена, словно её растоптал великан.

В окружении огромных беспорядочно разбросанных обломков я молча осматривал как колоссальное сооружение, так и разрушение, обрушившееся на него.

— Это так называемая «Великая драконья стена». Она была создана, чтобы отделить зону обитания человечества от негостеприимных земель, начинающихся дальше к северу. Это «Великий барьер».

Я был в полном ошеломлении, а профессор Леон, приложив руку к стене, начал свой рассказ:

— Это сооружение было возведено при участии Орарио и множества других фракций, включая Семью Тора. Это поистине грандиозное строительство.

Профессор, двигаясь к обломкам, оставшимся после видимого разрушения на севере, обернулся и посмотрел на меня.

Словно марионетка без собственной воли, я последовал за ним вместе с Ниной. Мы прошли через проход, образованный обрушившейся стеной, и оказались на другой стороне… по ту сторону «Великого барьера».

Перед нами раскинулась опустошённая пустошь, окрашенная в неопределённый оттенок между чёрным и фиолетовым.

— Эта стена простирается от самого западного до самого восточного края континента, — произнес Леон.

— С одного конца до другого?..

— Именно так. Это был грандиозный проект, начатый около 900 лет назад в ответ на повторяющиеся «Набеги Драконов». В настоящее время строительство и ремонтные работы продолжаются, а завершение всё ещё не предвидится.

Я был в смятении, но, несмотря на это, проследил за его взглядом, устремлённым на восток.

Как он и говорил, «Великая драконья стена» простиралась до самого горизонта, словно граница между севером и югом континента.

Этот пейзаж действительно создавал впечатление, что барьер достигает края света.

«Так, значит, эта стена отделяет северные земли от остальной части континента?» — подумал я, представляя карту мира в голове, чтобы подтвердить свои догадки. Орарио находился на самом западном краю континента, точнее, на северо-западе, на высокой широте. Оттуда мы продвигались на северо-восток, и то, что ждало нас впереди, казалось… концом севера. Местом, от которого человечество веками старалось отделиться.

— Профессор Леон, что там, впереди?

— «Драконья долина».

Наконец, я услышал название того, о чем уже догадывался.

— Это последняя из трёх великих миссий. Миссия, которую не смогли завершить ни бог Зевс, ни богиня Гера: «Чёрный Дракон». Эта стена была возведена, чтобы защитить мир от его тёмного конца.

— Это все последствия его нападения?

— Нет. «Дракон Апокалипсиса» всё ещё заперт. Те земли населяют «малые драконы».

На мгновение я подумал, что разрушения — дело рук Чёрного Дракона, но, к счастью или к сожалению, я ошибался.

— «Драконья долина», как следует из её названия, служит убежищем для драконов различных видов. Помимо «Чёрного Дракона», там выжили и другие древние драконы.

— Вот оно что!

— Именно эти малые драконы и представляют угрозу. Хотя они различаются по силе, но, каждый раз, спускаясь из долины, они сеют хаос и разрушения. Именно поэтому «Великий барьер» до сих пор строится, несмотря на то, что прошлу уже более 900 лет.

Причина была очевидна: на барьере виднелись глубокие следы от когтей наступающих драконов.

Я быстро обернулся, чтобы рассмотреть разрушения позади нас — следы отчаянной битвы с силами зла.

— Дракон, который пробил этот участок стены, был тем же самым, что разрушил город, через который мы прошли.

— !

— Это было мощное существо, сравнимое с 5-м или даже 6-м уровнем. Хотя драконы такого калибра появляются нечасто, эту стену они преодолели с легкостью.

Дракон, обладающий силой, сравнимой с 5-м или 6-м уровнем… Подобных существ можно встретить только в глубинах Подземелья или среди Монстров-Рексов.

Я слышал различные упоминания о «Драконьей долине»: предупреждения Гермеса и других богов, рассказы о «Черном Драконе», даже на занятиях в Школьном округе об этом упоминали.

Но теперь, когда я увидел все это своими глазами… Угроза, которая все еще существует в мире, оказалась гораздо страшнее, чем я мог себе представить.

«Как я мог подумать о том, что мы живём в мире…? Это была правда нижнего мира».

Проблема нападений драконов с севера, люди и полулюди, вынужденные покинуть свои дома, и бремя, которое ложится на Орарио с «Тремя великими миссиями авантюристов» — всё это проносится в моей голове, словно в калейдоскопе.

То, что раньше казалось мне далёким и неважным, теперь сливается в единую линию, рисующую холодную и суровую реальность. Обломки разрушенных защитных барьеров словно смотрят на меня, осуждая моё невежество.

— Рапи, ты уже несколько раз казался немного растерянным. Особенно из-за того, что монстров было так много, не так ли?

— Нина…

— Это уже было известно всем в нашей группе. На этом континенте, чем ближе к северу, тем чаще встречаются монстры. Всякий раз, когда драконы долины ревут, монстры в ужасе бегут на юг…

Нина, которая до этого хранила молчание, развеяла сомнения, накопившиеся у меня за время этого путешествия. Увеличение числа монстров при приближении к северу было неслучайным; они тоже были вынуждены покинуть свои дома. Даже они испытывают страх перед эхом рычания самых могущественных драконов, доносящимся с далекого севера. Подобно людям, они в ужасе бегут прочь.

— Говорят, что в последние годы проблема нападений драконов стала особенно серьезной. Во время наших миссий мы сами неоднократно посещали затронутые районы, где сталкивались с драконами вместе с нашими профессорами.

— Ты имеешь в виду Иглина и других?

— Да, хотя нам и доводилось вступать в прямые схватки с драконами долины лишь пару-тройку раз. Обычно нам доставались самые слабые из них, а более крупные... с ними разбирались профессора. Мы же могли лишь наблюдать за происходящим издалека, находясь в безопасном месте.

В то же время я осознал нечто важное. Теперь я понимаю, почему Нина и остальные студенты Школьного округа так сильны. Хотя им и не хватает опыта в глубинах Подземелья, многие из них быстро достигли новых уровней. Профессора Школьного округа, включая Профессора Леона, обладают силой, сравнимой с фракциями Орарио. Это происходит потому, что они постоянно сталкиваются с живыми испытаниями, которые выходят из «Драконьей долины».

— И всё же… Мне было страшно. Настолько сильно, что я чуть не сбежала. Драконы долины… они ужасны.

Дрожащая рука Нины, прижатая к груди, отражала страх, который она всё ещё испытывает. Казалось, она говорит от имени всех тех, кто продолжает страдать.

— Повреждение этого защитного барьера было проигнорировано из-за относительной близости Орарио. Сейчас приоритетом является ремонт и строительство барьеров к востоку от гор Алв.

Услышав это, я осознал, как мало времени и ресурсов у нас осталось. Чувство вины усилилось.

«В случае экстренной ситуации авантюристы Орарио будут направлены для решения проблем в этот регион.

Нижний мир в опасности, он продолжает искажаться. А я проводил дни, преследуя свои мечты, погружаясь в глубины Подземелья, не замечая, как за пределами огромных городских стен раздаются крики о помощи».

Как я мог быть настолько наивен и безразличен к происходящему?

— …У нас действительно есть время на что-то вроде этого «Городского фестиваля»?

Тяжесть раскаяния и реальность, стоящая передо мной, заставили меня произнести эти слова. Профессор Леон, услышав их, обернулся и улыбнулся.

— Я рад это слышать.

— Э?

— Сам факт того, что ты осознал правду мира и хотя бы немного изменил свой образ мышления, делает эту «Выездную практику» поистине ценной.

Профессор Леон продолжал улыбаться, а я поднял голову.

— Рапи, я не собирался терзать твою совесть или упрекать тебя. Я просто хотел, чтобы ты знал. Чтобы смог использовать это знание для опрделения своего пути.

— Моего пути?..

— Да. «Преодолевай недопонимание, постигая суть. Человеческое общество — это серия таких процессов». Это то, что я всегда говорю своим студентам.

Взглянув на барьер, а затем обратив свой взор на север, Профессор Леон продолжил:

— Преврати свои сомнения в уверенность, найди свою цель и оцени своё нынешнее положение. Речь не о том, что ты должен или обязан делать, а о том, что бы ты хотел делать. Найди свой ответ.

Профессор Леон уверенно зашагал вперед, оставляя позади опустошенный мир на пути к «Драконьей долине». Хотя я не мог понять, зачем Профессор Леон хотел привести меня туда, я осознавал, что должен следовать за ним.

— Рапи, — раздался позади меня нежный голос, и чья-то рука мягко коснулась моего плеча.

— Не стоит винить себя за то, чего ты не знал, хорошо?

— Нина… но…

Она покачала головой, прерывая мои слова.

— Рапи… хотя ты и не осознаешь этого, ты уже стал силой для Нижнего мира.

— Что?..

Нина изменила тон, обращаясь уже не к студенту Рапи, а к авантюристу Беллу.

— «Самый быстрый кролик в мире»… Хотя некоторые знают Белла Кранела только по слухам, они всегда мечтали о тебе. Каждый раз, когда ты становишься сильнее, они думают, что пришёл герой, и это дает им надежду.

Глаза Нины сияли, когда она рассказывала о том, как эти слова звучат в городах и странах по всему миру.

— И не только ты, но и другие авантюристы Орарио, которые продолжают развиваться. Мы все еще надеемся на вас. На свет, который вы нам показываете. На то, что на этот раз вы сможете преодолеть темный конец…

«Мир жаждет героев».

Слова, сказанные Сир на «Мосту героеев», я впервые смог осознать, только пережив этот опыт.

— …Пойдём.

Нина, улыбаясь, протянула мне руку, и я больше не мог сомневаться.

Вместе с ней мы последовали за рыцарем на север. Не ради искупления, а чтобы своими глазами увидеть, что находится на краю мира.

***

— У них получило-о-о-ось! Они смогли! В третьем раунде фестиваля пара из Орарио одержала победу над соперниками из Школьного округа в парной битве! Наши герои Ильта и Шакти Фарма-а-а-а — это настоящая гордость для нас!

— Я Ганеша-а-а-а-а-а!

— Ах, эти ребята, моя гордость, моя любимая семья!

— Мы прервали череду двух поражений подряд! Да-а-а-а! Ильта, капитан, я буду следовать за вами всю свою жи-и-и-изнь!

Прошло уже два дня с момента второго раунда, известного как «Большая Групповая Битва». Теперь, чтобы восстановить справедливость, третий поединок состоялся на стадионе Школьного округа.

И вот, наконец, Орарио смог одержать победу. Даже поддержка зрителей не смогла переломить ситуацию в Академии.

— Этого не может быть…

— Не могу поверить, что Профессор Миранда проиграла!

— Это же «Палуза, Рыжий Леопард» и «Анкуша, Посох Бога Слона»! Сильнейшая гвардия Орарио!

Это поражение на домашней арене, а не на вражеской территории, оказало огромное влияние на студентов.

В этот раз событие освещали только комментатор Ибрис и аналитик Ганеша, так как студенты запретили участвовать Гермесу.

В центре стадиона гордо стоял Ильта, победивший двух профессоров Школьного округа, гордо выпятив грудь. Шакти, напротив, едва ли проявлял интерес, закрыв глаза.

Увидев эту сцену, студенты наконец осознали, с кем они имеют дело. Они были авантюристами, обладающими самой могущественной силой в мире, которые постоянно бросают вызов самому опасному и жестокому Подземелью Нижнего мира.

— Ура-а-а-а! Теперь у нас одна победа и два поражения!

— Отличная работа!

— Эй, гвардеец, извини, что считал тебя помехой все это время!

Авантюристы, которые наблюдали за происходящим с трибун, затаив дыхание, разразились праздничным настроением. Напряженная атмосфера, которая была похожа на похоронную, полностью рассеялась, и возгласы начали разноситься по всему амфитеатру.

— Но раз Анкуша вышел сейчас… кто будет следующим?

— Люди Локи в экспедиции, а бывшие члены Семьи Фрейи не могут участвовать…

— Тогда остаётся только Семья Гестии, верно?

— Неужели настанет очередь этого мальчишки?

В ожидании следующего поединка в воздухе витали сомнения. Даже такие люди, как Морд, начали надеяться на появление некоего авантюриста.

***

К северу от «Великой Стены» простиралась суровая земля, которую можно было описать не иначе как «землю смерти». Скалы и почва были опустошены, а небо — было мрачно-серым и чёрным, лишенным солнечного света. Всё вокруг было сухим, без капли влаги. Это негостеприимный край, где человеческая жизнь казалась невозможной. В воздухе ощущался явственный привкус токсичности, и не было видно ни единого признака жизни. Земля была изранена, покрыта трещинами и сплющена.

Профессор Леон заметил, что в древности окрестности Орарио были похожи на эту мертвую землю. Согласно записям, мир того времени, где монстры правили на земле, море и в воздухе, был немногим лучше ада.

По пути мы столкнулись с группой летающих драконов. Их способности различались, но один из них обладал силой 3-го уровня. Когда я заметил эту деталь, по моему телу пробежал озноб.

Хоть мы и находимся на поверхности, сражения здесь все равно требуют навыков и снаряжения, эквивалентных навыкам продвинутого авантюриста, который сталкивается со средними или низкими уровнями Подземелья.

Я сражался, защищая Нину, и побеждал каждого дракона, который пытался позвать подмогу. Я не мог позволить никому из них пересечь «Великий барьер».

Профессор Леон заметил, что нам не повезло. Даже в обычных условиях встретить таких сильных драконов было редкостью. Однако он также предупредил, что если это продолжится, драконы могут с легкостью пересечь границы.

«Черная пустошь». Так называют этот регион, который простирается от «Великой драконьей стены» до «Драконьей долины». Даже в эпоху богов это было чрезвычайно опасное место, напоминающее человечеству о конце и разрушении.

Мне казалось, что моё сердце бьётся в такт неприятной мелодии этого места, наполненного отчаянием.

— Сегодня мы разберём лагерь здесь, — сказал Профессор Леон.

Его слова прозвучали в самом сердце леса, окружённого чёрными, словно пепел, скалами. Группа остроконечных скал, выглядящих неестественно, служила надёжной защитой от ветра. Решение Профессора было верным. Однако затхлый, словно наполнный миазмами, воздух, который преследовал нас с момента нашего появления в «Черной пустоше», был невыносимым. Ощущение было такое, будто мы постоянно вдыхали медленный яд. Обычные люди, вероятно, серьёзно заболели бы и не выжили, просто находясь в этой области.

— Меня зовут Ааруве — Рагриэл Кришайм!

Благодаря очищающей магии Нины, окружающая территория стала чище, и мы наконец смогли найти подходящее место для отдыха.

Профессор Леон и я, оставаясь настороже, наслаждались трапезой.

Нина выглядела очень уставшей. Она всё ещё была на 2-м уровне, что значительно усложняло её пребывание в этом опасном месте. С тех пор как мы вошли в «Чёрную пустошь», она не может расслабиться. Поначалу она пыталась сопротивляться, но когда мы уговорили её лечь, вскоре она тихо засопела.

Даже ночью небо оставалось чёрным. Облака не пропускали ни солнечный, ни лунный свет на эту землю.

— Профессор Леон…

— Что такое?

Этот скалистый лес мог быть древним археологическим памятником, построенным в далёком прошлом. Пока я смотрел на группу скал, потерявших свой цвет и форму из-за бушующих зедсь ветров, и размышлял об этом, я обратил свой взгляд на Профессора Леона, который сидел по другую сторону костра.

— Всё ли будет в порядке, если Орарио… авантюристы продолжат так жить?

— Ты задумался об этом, увидев, в каком ужасном состоянии находится мир?

— …Да.

— Ты думаешь, что мы больше не сможем вернуться к нашей повседневной жизни?

— …Я не знаю. Но я чувствую, что мы не можем продолжать в том же духе…

Чем больше я узнавал о реальности Нижнего мира, видя все своими глазами, а не со стороны, тем сильнее меня охватывало чувство кризиса и неотложности.

Я не уверен, что способен спасти мир, если вдруг решу встать на его защиту. Однако пока я нахожусь в Орарио, я не должен игнорировать причины, приведшие Нижний мир в такое состояние, и обязан что-то предпринять относительно драконов уже сейчас.

Это чувство, которое начало зарождаться в глубине моего сердца, заставляло меня действовать.

Профессор Леон, освещенный пламенем костра, пристально наблюдал за мной, словно пытаясь разгадать мои мысли.

— То, что ты начинаешь замечать вещи, которые раньше не замечал, — это хороший знак. Это свидетельствует о том, что твои знания расширяются. Студенты из Школьного округа, которые также были свидетелями мировых несчастий, часто испытывают чувство безотлагательности, подобное твоему, и склонны спешить в жизни.

— Значит ли это?..

— Однако есть и факт, что спешить не следует.

— Не следует?..

— Вот именно. После того как бог Зевс и богиня Гера были побеждены пятнадцать лет назад, за нами больше никого нет.

— !

Я сразу понял, к чему он клонит.

— Если мы потерпим неудачу в следующей миссии — победе над «Чёрным Драконом», нет никаких сомнений, что человечество не сможет оправиться. Свет надежды, который мы возвращали пятнадцать лет, будет потерян, и на этот раз мы погрузимся в отчаяние, что приведет к концу света. Чтобы избежать этого, и авантюристы, и мы должны тщательно подготовиться.

Провал в одной из великих миссий нижнего мира: «Триада Поручений Авантюристам». Профессор Леон продолжал объяснять, что последствия тогда были слишком серьезными.

— «Герои» пятнадцатилетней давности были невероятно сильны и грандиозны. Поэтому их гибель оказалась слишком болезненной. Настолько болезненной, что мир, казалось, застыл и погрузился в бездействие.

Мы не должны повторить эту ошибку.

Профессор Леон говорил с глубоким чувством и убеждением, как будто он был живым свидетелем той эпохи. У меня было множество вопросов, которые я хотел задать ему, но после долгих колебаний я решился на следующий:

— Профессор Леон, вы были знакомы с «героями»? С семьями Зевса и Геры?

Костер затрещал, и искры закружились в воздухе. Золотые, словно львиные, глаза, пристально смотревшие на меня, опустились и прищурились, словно в поисках утраченных воспоминаний в пылающем огне.

— Можешь ли ты сказать мне, в чём заключалась «Триада Поручений Авантюристам»?

— Э? Ну, это… Победа над Бегемотом, царем земли; Левиафаном, владыкой моря; и Черным Драконом, верно?

— Однажды я проник на битву с Левиафаном, владыкой моря.

— Что?!

От этого неожиданного откровения я вскрикнул.

Я тут же закрыл рот рукой и взглянул на Нину, которая мирно спала рядом. Её маленькое тело слегка пошевелилось, но, похоже, она не собиралась просыпаться. С облегчением я снова повернулся к профессору, не убирая руку ото рта. Он с легкой улыбкой пожал плечами и сказал:

— Можно сказать, что вся Академия принимала участие в битве с Левиафаном.

— Что?.. Что вы имеете в виду?..

— Академия... Её предшественник, Хрингхорн, был настоящей «плавучей крепостью». Он был создан как база для борьбы с Левиафаном.

Я был в полном изумлении.

Профессор Леон рассказал мне, что для борьбы с гигантским драконом, который властвовал над морем, было крайне необходимо создать огромную плавучую базу. К такому выводу пришли авантюристы и Орарио в те времена.

Сколько бы огромных кораблей ни было, одно движение монстра создавало гигантские волны, которые топили их. Величие монстра, известного как Левиафан, владыка моря, было настолько велико, что авантюристам из Города Лабиринтов понадобилась огромная «земля» над океаном, чтобы иметь возможность сразиться с ним. Поэтому под руководством гномов и с помощью Семьи Посейдона была разработана «гигантская круглая плавучая база».

— Значит, сама Академия — это то, что осталось от «плавучей базы», которую использовали в битве с Левиафаном? Поэтому у неё круглые уровни?..

— Это остаток её первоначального дизайна. Кроме того, помнишь «голубые перья» корабля? На самом деле это трофеи: «голубые плавники» Левиафана.

— !

В этот момент все мои мысли и сомнения, которые я испытывал, наблюдая за Академией, сложились в единое целое, как части головоломки. Я понял, что академический, жилой и контрольный уровни имеют круглую форму, потому что первоначальный проект представлял собой «плавучую базу».

«Голубые перья», которые я считал устройством для управления светом, оказались мистическим сокровищем, добытым с великого монстра. Они сыграли значительную роль в поддержании гигантского сооружения. Кроме того, они стали символом того, что человечество преодолело один из надвигающихся кошмаров — одновременно эмблемой и знаменем.

Теперь я осознал все прозвища, которые слышал об Академии:

- Гигантский «трёхэтажный блин».

- «Величественная спина дракона».

- Некоторые даже называли Академию «самым большим кораблём в мире».

Эти титулы были связаны с тем, что она олицетворяла победу над Левиафаном, владыкой моря.

— Хотя в то время альянса Семей, известного как Академия, ещё не существовало, нельзя отрицать, что битва с Левиафаном заложила основу для его формирования. Многие из моряков и инженеров, участвовавших в той битве, до сих пор работают на контрольном уровне, поддерживая Академию.

Значит, вот что имел в виду Профессор Леон, когда говорил, что Академия участвовала в битве.

Я не мог сдержать эмоций и наклонился вперёд:

— Значит, Профессор Леон, вы видели «героев» в той битве? Возможно, даже сражались плечом к плечу с ними, чтобы победить Левиафана!

— Я? Нет, я только пробрался туда как безбилетник.

— Э?

— Я хотел посмотреть, как глупо и смешно будут выглядеть эти «герои».

— ... ...Э?

Мои ожидания услышать невероятный подвиг были быстро развеяны.

— Я думал, что посмеюсь над ними, если они умрут, как собаки. Хотя, честно говоря, я также хотел победить Левиафана своими руками и кое-что им доказать.

— Что вы говорите?!

Нина пробормотала что-то во сне, и я, вздрогнув, снова закрыл рот рукой.

Когда я взглянул на Профессора с удивлением, он грустно улыбнулся.

— В то время я… был настоящим хулиганом. Я совершил много глупостей, за которые мне теперь стыдно.

— Это какая-то бессмыслица!

Леон, которого я знал, был ответственным, добрым и восхитительным — таким взрослым, каким я всегда хотел стать.

— Хотя теперь, когда я вспоминаю об этом, эта история кажется мне знакомой…

Внезапно я вспомнил, что недавно Айз рассказывала мне о Профессоре.

— Айз говорила мне, что в прошлом вы были… э-э, «бунтарем».

— Ха-ха-ха! «Бунтарем»? Ну, это не так уж далеко от правды.

Профессор рассмеялся необычным смехом и глубоко кивнул. Теперь уже не просто слух, а факт, что Профессор Леон был «проблемным».

Однако, несмотря на то, что мы уже перестали обсуждать «героев», у меня всё ещё оставался один незаданный вопрос, который меня давно мучил.

— Скажите, профессор Леон, почему вы были таким… проблемным? Я не могу представить вас таким, это совершенно не соответствует вашему нынешнему образу.

— Мне приятно слышать такие слова от тебя, но в то же время они меня немного смущают. Ты спрашиваешь, почему я был бунтарем? Хм…

Профессор поднёс руку ко рту, словно пытаясь подобрать подходящие слова. Было странно слышать, как он использует такие выражения, как «проблемный парень», не только потому, что они не соответствовали его внешности, но и потому, что это звучало как абсолютное недоразумение.

— Причин много… но главная из них в том, что я был «гномом, не похожим на гнома».

— Гномом, не похожим на гнома?..

— Именно так. Ты ведь говорил с Ниной по пути, верно? Мои родители — полугномы.

— Ах… Вы… слышали об этом?..

— Можешь считать, что от учителя ничего не утаишь, — с лёгкой улыбкой произнёс Профессор, пока я пытался скрыть своё смущение.

— Хотя я гном, у меня высокий рост, длинные конечности, а также нет густой бороды и обильной растительности на теле. Я обладаю больше человеческими чертами, чем гномскими. Из-за этого в моей родной деревне мои соплеменники не принимали меня. Они завидовали мне, бросали камни и издевались надо мной. В общем, я стал жертвой травли.

— Э?!

— Тогда я мог только плакать, пока издевательства не коснулись моих родителей. В тот момент я не выдержал. Поднялся и бросился на обидчиков и, прямо скажем, оставил их в полуживом состоянии. После этого меня изгнали из деревни.

Слова Профессора о том, что он был жертвой травли, поразили меня сильнее, чем я ожидал. Я не мог переварить всю эту информацию и молчал. Было странно видеть, как он запинается, когда говорит, но я не мог найти в себе силы отреагировать.

— После этого я и стал «бунтарем». Сначала я испытывал ненависть только к гномам, которые плохо со мной обращались. Но когда я переехал в другие города, то столкнулся с тем, что другие расы тоже относились ко мне с недоумением. Надо мной смеялись и показывали пальцем… И там я тоже создавал проблемы. Я спрашивал себя, почему у меня такое тело, и даже начал обвинять своих родителей, которые всегда были рядом. Я оскорблял их и вёл себя жестоко.

— ...

— Я заставлял их плакать.

Улыбка, которую Профессор продемонстрировал тогда, была полна самопрезрения — такой улыбки я никогда раньше у него не видел. Она была маленькой, но полной грусти.

— Не выдержав больше, я покинул родителей и отправился один в Орарио, Город героев… В то время я наивно верил, что это место, где «всё прощается, если ты сильный». Я ненавидел весь мир и думал, что смогу избить любого, кто мне не понравится.

Путь, который прошёл Профессор Леон, предстал в моём воображении как неизведанный океан.

Когда я впервые оказался в Орарио, то с восхищением смотрел на его величественные стены и ворота. Интересно, какое выражение лица было у профессора Леона в тот момент?

— Нет, думаю, скорее… Я просто хотел быть принятым. Я стремился найти место, где чувствовал бы себя своим, где все признали бы меня.

Несмотря на то, что он рассказывал о болезненном опыте, он говорил без тени сомнения. Его слова глубоко тронули меня.

Внезапно я осознал кое-что важное.

Профессор Леон, вероятно, стыдился своего мятежного прошлого. Он чувствовал унижение из-за своей слабости и нес это раскаяние. Однако он никогда не бежал от этой части себя. Он принял свою слабость, не скрывая её и не притворяясь. Он мог открыто говорить о ней. Такая честность — признак по-настоящему сильного человека.

— Тогда… что же произошло потом? — с трудом выдавил я.

Профессор закрыл глаза, но на его лице всё ещё играла улыбка, которая уже не была полна самопрезрения.

— Я повстречал Господина Бальдра, который, не моргнув глазом, даровал мне своё «благословение». Однако вместо благодарности я плюнул ему под ноги. После этого я отправился на поиски приключений в Подземелье.

— Вы плюнули под ноги Господину Бальдру?!

— Да, в то время я был полон бунтарского духа и в нем мне не было равных. Я был настолько поглощён собой, что считал, что смогу противостоять любому, кто мне придется не по душе. Но… это оказалось не так.

— Э?

— Те, кто встал на моём пути, были настоящими «героями».

Пока я пребывал в изумлении, Профессор с лёгкой улыбкой продолжал рассказывать свою историю. Словно став бардом, что своим рассказом вызывает в моём воображении картины прошлого, которые я никогда не видел.

— Это было ужасно. Настоящее безумие. Идиоты из семейки Зевса постоянно создавали проблемы, в то время как женщины паствы Геры постоянно несли какую-то ахинею. Оттара, Финна и меня постоянно втягивали в их разборки.

В моём сознании всплыли картины взрывов, сотрясающих Орарио, и Оттар с Финном, катающиеся по земле после того, как их подбросило в воздух. Это… было трудно представить.

— Я не совсем понимаю, о чём вы говорите…

— Это естественно, но это правда. Сколько бы я ни злился и ни пытался сражаться с ними, я всегда проигрывал. Мои заботы и разочарования были для них ничем — они просто подавляли их, словно те не имели значения.

Когда моё лицо исказилось от негодования, как будто это было чем-то само собой разумеющимся, Профессор открыл глаза. Казалось, он не злился на те времена, а скорее смотрел на огонь костра, словно вспоминая дорогие моменты.

— Поэтому я сражался с этими героями, пока крики преследования и насмешки, которые я испытал, не стали бессмысленными.

— !

— «Мерзавцы!» — с досадой восклицал я, пытаясь заставить их упасть в грязь. Преследуя их бесконечные спины… а затем я погрузился в битву с Левиафаном, владыкой морей.

Разговор, который когда-то отклонился от темы, вновь вернулся к ней, описывая широкую дугу.

— Там я и увидел «героев», — сказал он, заканчивая свой рассказ. — Я осознал истинное значение этого слова. Сила, благородство и стойкость, которые я когда-то презирал, навсегда запечатлелись в моих глазах и сердце.

Он сказал, что это было ужасно. Он сожалел, что поспешил за ними. Перед лицом бескрайней и темной поверхности моря, которая двигалась, словно конец света, и необъятного тела владыки, он осознал, что мир вот-вот поглотит его, и отчаялся. Однако, по его словам, там была надежда — надежда, которая превосходила это отчаяние.

— Я увидел «сияние героев», спасающих мир, который когда-то ненавидел.

Воины, не склонившиеся перед рёвом моря. Ткачи песен, отражающие разрушение. Спина «героя», наносящего последний удар морскому дракону, превосходящему человеческий разум.Сознание Профессора Леона, наблюдавшего за величественными пейзажами прошлого сквозь пламя, медленно возвращалось в реальность.

Он взглянул на меня, стоящего перед ним в этот момент.

— Бог Зевс и богиня Гера пали перед «Черным Драконом». Но сияние, запечатлённое во мне, «блеск» героев не угас.

— Профессор…

— Я думаю, что должен возродить эту сцену. Нет, мне нужно зажечь свет героев, который будет блесстать ещё ярче.

«Живой свидетель» той эпохи, облачённый в рыцарские доспехи, объявил об этом мне.

Небо над нашими головами было тёмным и чёрным, без луны и звёзд. Вместо магического барьера, созданного девушкой, появился «эльфийский эсклисс», окутанный эфирным светом. Белые фрагменты света танцевали вместе с искрами, словно лепестки, парящие в воздухе.

Лагерь, защищённый святилищем, оставался тихим и ясным.

Напряжённость эмоций Профессора Леона была настолько сильной, что, казалось, передавалась и мне.

— Я всегда желал, как сейчас, так и в прошлом, чтобы таких «героев» стало ещё больше, — сказал он с твёрдым взглядом, который, казалось, пронизывал меня насквозь.

Его золотые глаза, напоминающие львиные, смотрели на меня так, словно уже причисляли к «героям».

— Ты понял цель этой «Выездной практики»?

— «Драконья долина»?

— Нет. Цель — это ты.

— Э?!

Неожиданный ответ ошеломил меня.

— Я хотел понаблюдать за тобой вблизи. Увидеть, как реагирует «кандидат в герои» вроде тебя, сталкиваясь с реальностью мира и скрытыми истинами. Какие эмоции зародятся в твоём сердце.

— Я — «кандидат в герои»?..

— Извини, если это звучит высокомерно, но это мои самые искренние мысли.

Профессор Леон хотел узнать больше обо мне, о Белле Кранеле. Хотя он не был богом, он искал способ испытать меня. Не стесняясь, он поделился со мной своей настоящей целью, словно справедливый учитель, идеальный рыцарь и герой, искавший новых товарищей.

Поддерживая свой взгляд, устремленный на меня, Профессор Леон произнес:

— Завтра «Выездная практика» завершится. Я хочу, чтобы мы вместе отправились в «приключение». Позволь мне оценить твой потенциал.

***

— Четвертый раунд «Фестиваля Городских Состязаний Орариада»: групповой бой 3 на 3! Победитель — Орарио! Боги, какая сокрушительная победа! Они невероятно сильны! — энергичный голос комментатора Ибриса наполнял амфитеатр, провозглашая о триумфе Орарио.

Был полдень последнего дня фестиваля, и волнение в городе превзошло даже то, что царило в первый день.

— Теперь, когда она достигла 6-го уровня, она действительно неудержима, — с восхищением заметил кто-то.

— Просто угнаться за её движениями уже большая проблема для нас.

— Нет, если вы можете поспевать за мной, значит вы уже исключительно талантливы, — ответила Рю.

В порту города Мерен, превращенном в поле боя, где единственным ландшафтом были несколько маленьких лодок, эльфийка Рю, одетая в капюшон и белое одеяние, амазонка Айша и человек Асфи обменивались легкими комментариями.

Победа над учителями округа, вступившими в магическую битву, была настолько очевидной, что некоторые зрители не могли сдержать радости. Однако другие, оставаясь в недоумении, не могли поверить своим глазам. Шутки, которые раздавались между тремя участниками, резко контрастировали с изумлением зрителей, наблюдавших за сокрушительной победой над профессорами Школьного округа.

— Они действительно победили?..

— Да, это правда…

— Разве возможно, чтобы новичок 6-го уровня одержал такую победу?

— Сама эта мысль кажется абсурдной.

Несмотря на сомнения, имена Рю и её товарищей глубоко запечатлелись в памяти зрителей.

Тем временем члены Семьи Гестии старались оставаться незамеченными. Хотя им нечего было стыдиться, зрелище было настолько впечатляющим, что они чувствовали себя неловко.

Однако постепенно внимание стало переключаться на другого человека.

— Если «Быстрый Ветер» 6-го уровня уже здесь, то финальный бой, вероятно, будет…

— Белл Кранел!

— Несомненно!

Волна голосов, сливаясь в едином порыве, призывала беловолосого юного авантюриста.

— Белл-нии-ча-а-а-а-а-н!

— Твой черед!

— Не подведи нас!

— Ну же, кролик, выходи!

Среди всеобщего ликования звучали голоса детей из приюта и громкие возгласы суровых авантюристов. Да, были и насмешки, но также и искренние улыбки. Все, пусть и неохотно, признавали, что только беловолосый юноша, который часто бывает искалеченным, но всегда тверд и решителен, мог достойно завершить фестиваль.

«Кандидат в герои», которым так гордился Орарио.

— Тьфу, какая чепуха… — пробормотал он.

— Гордитесь, Мастер Хедин? — с насмешкой спросил Альфригг.

— Он просто создает шум, вот и всё, — ответил эльф, поправляя очки с неизменным выражением лица.

Услышав бесконечные крики восторга, Аллен, который присутствовал только на последнем матче, цокнул языком:

— Я участвовал в планах Бальдра, но… хотел бы, чтобы ты услышал эти возгласы.

С комментаторской будки Гермес наблюдал с ностальгическим выражением лица, играя со своей шляпой:

— Это удивительно…

Наконец, в толпе маленькая богиня, которая изменила свой рабочий график, чтобы присутствовать на фестивале, пробормотала:

— Никогда бы не подумала, что ты станешь таким невероятным авантюристом, Белл…

Гестия с гордостью улыбнулась, ощущая, как «ободряющие аплодисменты» наполняют её душу. Голоса продолжали звучать в её сознании, вспоминая схватки в военных играх, поединок с чёрным Минотавром и ожесточённые бои в Войне Семей. Весь Орарио был наполнен именем одного юноши, чья впечатляющая история заставляла студентов округа затаить дыхание.

Владелец прозвища «Самый быстрый кролик в мире», двигался по пути «героя».

***

Сначала я подумал, что это оптическая иллюзия, но по мере нашего продвижения на север она рассеивалась, открывая свою истинную форму.

Подул ледяной ветер, и воздух наполнился резким звуком. Гравий, подхваченный ветром, бил по нашим щекам, словно предупреждая: «Держитесь подальше отсюда!»

Это было нечто огромное, способное пронзить небо.

[[image:/storage/reader-images/ec7bee0513128061130ca7a0bab4737af74c03f4.png]]

— Смерч?.. — пробормотал я в недоумении, чувствуя, как ветер развевает мои волосы.

Огромный вихрь, казалось, отталкивал все вокруг. Неистовая и непрерывная спираль, резко поднималась к небесам. Она пронзала почерневшее небо и облака, возвышаясь как столб, пронизывающий небесный свод. Этот символ был настолько подавляющим, что не требовал пояснений. Он напоминал мне такую же внушительную Башню Вавилон в Орарио. Но самое ужасное было то, что даже городская башня казалась незначительной, рядом с этой «бурей».

Смерч занимал пространство радиусом не менее километра. Он мог бы поглотить не только большой город, но и целые территории. Его масштабы были за пределами человеческого понимания. Перед лицом этого сверхъестественного явления, я испытал сильнейшее, за всё это путешествие, потрясение.

— Что… это? — спросил я, дрожа от волнения.

— Это «Духовная буря», которая сдерживает «Чёрного Дракона», — ответил учитель, не вдаваясь в подробности.

Нина, тоже была ошеломлена этим видом. Мы оба стояли, прислушиваясь к завыванию ветра, пытаясь осознать смысл сказанного рыцарем.

— Этот «ветер» — словно столб, который останавливает часы конца. Благодаря ему Чёрный Дракон остаётся привязанным к этому месту, и мир всё ещё существует.

— !

— Немногие в мире знают о том, что этом, что эта буря — «Великая печать ветра», созданная на границе между древней эпохой и эпохой богов.

Слова Леона были подобны удару молнии. Наконец, я осознал истину.

Хотя мир объявил, что «Триада поручений авантюристам» невыполнимы, часы конца ещё не пробили, потому что эта буря была здесь, удерживая всё в равновесии.

Эта «Великая печать ветра» представляла собой своего рода «механизм выживания» для нижнего мира.

— Кто же мог создать нечто подобное? — спросил я, все еще пребывая в изумлении.

— «Великий Дух» древности, — последовал ответ. — Ты, вероятно, хорошо знаком с тем, кто противостоял Чёрному Дракону и изгнал его из Орарио, не так ли?

— …Король Наемников Вальдштейн?.. Нет, Великий Герой Альберт?

Сначала я назвал менее известное имя, но быстро исправился, вспомнив героя, чье имя звучало в истории подобно молнии.

— Именно так. Одноглазый дракон, прилетевший с самых дальних западных земель, потерял глаз в схватке с сильнейшим героем и был запечатан на этой земле великим духом, который пожертвовал собой.

Я почувствовал, как постепенно начинаю понимать. Хотя я и не мог полностью осознать все детали, что-то внутри меня словно пыталось связать воедино разрозненные части. Однако, не в силах ясно мыслить, я не мог до конца уловить эту связь.

— Чёрный Дракон, ослеплённый героем, спустился в эту долину и отдал «приказ». Говорят, он призвал своих собратьев-драконов, обитавших в нижнем мире, присоединиться к нему.

— !

— Боги утверждают, что он искал «пищу», чтобы исцелить свой потерянный глаз. В тот момент, когда большинство драконов откликнулись на его зов и собрались на этой земле, Великий Дух создал эту бурю. Так он заточил самых свирепых существ, опустошавших нижний мир, вместе с их Королём.

— Значит, это место… что?..

— Именно. Это то, что мы называем «Драконьей долиной».

Гигантские масштабы смерча охватывали всю «Долину Драконов». Внешний мир был полностью изолирован от того, что происходило внутри бури; не было даже возможности наблюдать за тем, что там происходило. Я мог только представить себе: «сад драконов», где бесчисленные свирепые существа обитали в первобытном состоянии, в месте похожем на ад.

«Если… если это правда… в этой буре всё ещё живы древние драконы…»

Эти драконы обладают потенциалом, сравнимым с потенциалом изначальных видов, рождённых Подземельем, и, к тому же, за долгие годы накопили огромную силу. Если бы в буре оказалось несколько таких «древних драконов»…

Мир был бы обречён.

Если существа, сопоставимые с хозяевами этажей Подземелья, вырвутся на свободу, почти всё человечество, за исключением, возможно, Орарио, будет уничтожено.

— На уроках по «Теории Конца» мы изучали историю о драконах, которые выходят из долины и приносят с собой страшные разрушения. Это…

— Это «храп» Чёрного Дракона, спящего под печатью. Иногда его храп сотрясает бурю, позволяя некоторым драконам сбежать. Это явление, которое мы называем «спуск дракононов из долины», по-прежнему является главной причиной возникновения набегов.

Я затаил дыхание и всё понял. Эта буря, несомненно, была истинным источником существования нижнего мира.

«Великая печать ветра» не только создала этот мир, но и оставалась его последней защитой.

— Это… «Апокалипсис».

Угроза конца света, с которой нижний мир сталкивался с самого начала.

— У основания этой бури установлены барьерные устройства, созданные Академией для поддержания и усиления печати. Мы не сможем подойти ближе, поэтому не получится увидеть их воочию.

Я вспомнил, что слышал что-то подобное на уроках Теории Конца, которые вёл Профессор Адлер. Но даже так, эти слова произвели на меня глубокое впечатление. Вероятно, эти устройства были установлены мастерами, такими как Леон, в ходе рискованных миссий.

Однако была не только буря, оставалась ещё «Великая стена», которую мы видели по пути сюда. Мир в нижнем мире сохранялся благодаря усилиям множества людей и духов, но он был так же хрупок, как пламя свечи, которое могло погаснуть от малейшего дуновения.

— Нина, ты можешь достать «Кристалл», который я тебе дал? — спросил Мастер Леон.

— Ах, д-да! — воскликнула Нина, ещё не отойдя от удивления.

Она начала доставать из рюкзака оранжевый кристалл — магический артефакт, который вместе с устройством, напоминающим пьедестал, стала устанавливать на земле.

Мы находились на скалистой возвышенности, вдали от «Драконьей долины». Расстояние между двумя местами составляло не менее пяти километров, и, вероятно, мы были на безопасном расстоянии, чтобы не спровоцировать драконов. Но даже на таком расстоянии, было подавляющее ощущение, удушающее давление, исходившее изнутри бури.

— …? — вдруг что-то привлекло моё внимание вдалеке.

На краю облаков, где смерч терялся в небе, что-то, казалось, сверкало, как искрящиеся молнии.

«Может быть, это игра моего воображения?» — подумал я.

Я был так сосредоточен, что мне казалось, будто я вижу свет, который вспыхивает каплями. Но это было лишь иллюзией, и ничего не произошло. Возможно, я был слишком взволнован, впервые увидев «Долину драконов». Не осознавая этого, я напрягся. Затем, издав легкий вздох, я расслабил плечи.

— Это… это то, что вы хотели показать мне в рамках… «Выездной практики»? — тихо спросил я, не отрывая взгляда от ревущего смерча, который наполнял воздух своим мощным звуком, создавая бесконечное эхо.

За моей спиной раздался голос Мастера Леона:

— Именно так. И с этого момента… начинается наше приключение.

Именно тогда это и произошло.

— …!!

В воздухе раздался звук лезвия, вынимаемого из ножен. Этот безошибочно узнаваемый и величественный звук я уже слышал несколько раз за это путешествие.

— Профессор Леон?! — воскликнул я, не веря своим глазам.

— Отличная реакция! Прежде всего, я должен извиниться. С этого момента я последую зову крови гномов, которая течет в моих жилах.

Я быстро обернулся после того, как завершил манёвр уклонения. Прямо передо мной стоял «рыцарь», олицетворяющий справедливость, беспристрастность и скромность, держа в одной руке огромный меч. Мои глаза расширились от изумления, и Нина, также ставшая свидетелем всего произошедшего, застыла, парализованная и ошеломлённая.

Казалось, всё было предначертано, чтобы довести нас до предела. Кристалл, установленный на земле, начал сиять, и луч света, поднимаясь к небу, словно отправлял наше «местоположение» куда-то вдаль.

«Это ощущение… Неужели, Божественность?»

Не может быть!..

Хотя вокруг нас больше никого не было, я чувствовал присутствие множества взглядов. Это знакомое ощущение «бесчисленных взглядов», которое я испытывал как во время военных игр, так и в масштабных битвах между фракциями.

«Зеркало Богов» было открыто, транслируя наше изображение в другие места.

— Белл, достань своё оружие. Пришло время обещанного, — сказал Мастер Леон.

В моей голове эхом разносился рёв несуществующих возгласов, как призрачное эхо. Он пристально смотрел на меня, держа свой большой меч в одной руке, словно ожидая поединка между нами.

— Орарио и Школьный округ определят, кто является лучшим. Однако, пользуясь этой возможностью, позволь мне сразиться с тобой в этом захватывающем приключении.

Словно высвобождая свой неукротимый дух, сильнейший рыцарь оскалился в яростной улыбке, открывая истинную силу своего боевого пыла, который до сих пор сдерживал.

----------

Послесвечение рыцаря

Глава №4 — Послесвечение рыцаря

[[image:/storage/reader-images/77051a7e700a5ac83d1434b84b170cba3426dd5b.png]]

«Героя» больше нет.

Последнее из трёх великих заданий для авантюристов... Миссия по уничтожению «Чёрного Дракона», провалилась. Герои, которые внушали страх, восхищение и надежду, были безжалостно повержены и поглощены мраком.

Я не мог в это поверить. Не хотел смириться с этой утратой. Мой разум, подобно миру, погрузился в отчаяние, сокрушённый этим ударом.

Если того сияния было недостаточно, если те чемпионы не смогли достичь цели, то кто же сможет противостоять концу? Нет света ярче их, нет пути завоевания более совершенного, чем их. Я знаю это, потому что был сформирован, направлялся и побежден ими бесчисленное количество раз.

Нижний мир обречён.

Даже боги, которые обычно хранят молчание и погружены в свои мысли, объявляли это своим видом.

— И всё же…

— Теперь наша эра.

Юный герой из племени маленьких полуросликов заявил об этом с уверенностью.

— Мне не нужен конец. Я ещё не видела всего, что может предложить этот мир.

Дерзкая принцесса высших эльфов провозгласила свою позицию.

— Моя кровь кипит! Пусть начнётся следующая великая битва!

Гном, всегда готовый прийти на помощь, рассмеялся, как истинный сын земли.

— Мы сожрём ваше пламя!

Кабан, лучше всех знакомый с грязью поля боя, яростно зарычал.

— Идите, птенцы!

Произнес некогда непобедимый воин, который превратился в скорбную однорукую фигуру.

Сражённый «Чёрным Драконом», он, почти исчерпав свои силы, впал в отчаяние. Всё, что у него оставалось, — это надежда на встречу с «новым поколением».

— Отдай мне свою жизнь, герой Максим. — Ради нас. Ради грядущей эры.

Я, истекая кровью и издавая крик, вонзил свой меч в землю, прощаясь с теми, кто был здесь раньше.

«Героя» больше нет, но новый «герой» уже издал свой первый крик жизни.

В этом и заключается суть героической легенды: когда один герой уходит, другой занимает его место.

Воля не ослабевает, пламя передается.

Это бесконечное путешествие, начатое героями с древних времён.

Внезапный удар грома прогремел далеко за пределами небес, словно предвещая новый этап.

Теперь наша очередь.

С уроками, которые столь многие герои оставили нам, окрашенные кровью, мы встретим свой конец.

«Герой» мог исчезнуть, но «легенда о героях» не исчезнет.

Пока есть те, кто наследует их мечты, пока учения не будут забыты, те, кто идет по их следам, будут продолжать свой путь.

— Я стану «мастером».

После того как бывшая «Морская крепость» стала «Академией», я, ведомый своим главным богом, перестал быть бунтарем и обрёл своё предназначение.

— Я хочу, чтобы мастерство тех героев, их сияние… это «Послесвечение» было передано как можно большему числу людей.

Блеск, исходящий как от воинов, так и от ведьм, стал символом нашего времени — незабываемое сияние той морской битвы.

— Я могу сражаться только ради своей богини, — признался я кабану, когда мы были наедине. — Наставление предоставляю тебе, Леон.

— Хах, какой эгоист.

Этот человек, который испытал на себе влияние воинов, также был в поиске своего пути. Его самоотверженность была именно тем, что позволяло ему двигаться только по пути мастерства.

Я рассмеялся и пообещал новую схватку.

— Ты мастер? Какой странный мир! — воскликнул он.

— Я впечатлён наставлениями бога Бальдера.

— Как и следовало ожидать от бога света, не так ли? Насколько же он отличается от нашего главного бога.

Во время моих путешествий по нижнему миру я встретил множество учеников. Не прекращая свои тренировки, я всегда был открыт для новых знаний и совершенствовался как инструктор. Я уважал каждого, направляя в город-лабиринт только тех, кто действительно хотел туда попасть. Благодаря этому, я стал свидетелем появления множества многообещающих авантюристов и могущественных магов, которые впоследствии присоединились к легендарным героям.

Однако... никому из них удавалось овладеть «Послесвечением». Казалось, невозможно повторить подвиги этих невероятно сильных героев. В своей борьбе с концом я опасался, что наследие может угаснуть в моих руках.

Именно в тот момент мир нашел тебя. Увидел, как ты поднимаешься по лестнице героизма с такой скоростью, с которой не могли сравниться даже боги Зевс и Гера.

«После исчезновения героя, в конце легенды, я нашёл тебя».

***

— О-о-о-о! Наконец-то, после стольких ожиданий, связь установлена! — в момент наивысшего ликования голос комментатора Ибриса прогремел особенно громко.

Все в Орарио и в «Школьном округе» обратили свои взгляды к небу. В пустоте возникло огромное «Зеркало Богов», в котором отражался рыцарь, стоящий перед юношей.

— Вот они!

— Это «Белый Кролик» и «Первозданный Рыцарь»! Как мы и ожидали!

— Если бы это были не они, всё было бы напрасно.

— Но этот мальчишка, почему на нём форма «Школьного округа»?..

— Пф, какая разница! Это просто маскировка!

— Ничего не понимаю, но если это маскировка, то всё в порядке.

— Эй, важнее… то место…

— Ах да. Это же «Граница севера», разве нет?

— Не может быть! Это знаменитая «Драконья долина»? Невероятно, никогда её не видел!

Хотя ещё ничего не началось, Колизей Амфитеатр уже вибрировал от переполняющего возбуждения.

Некоторые зрители, увидев образы Белла и Леона, улыбались и выкрикивали приветствия. Другие, напротив, хмурились, сбитые с толку их одеждой или позами. Реакция была такой же разнообразной, как и сама публика.

— Наконец-то кристалл координат Асфи заработал! Теперь мы можем вести трансляцию без каких-либо проблем.

— Когда они слишком далеко, нам приходится прикладывать больше усилий! Но если мы знаем координаты, затраты минимальны и эффективны! И мы совсем не хотим беспокоить дракона «Долины»!

— Спасибо за объяснение, Ганеша. Но тебе не обязательно объяснять всё детям, и, пожалуйста, давай потише.

— Ой, простите. Ганеша-а-а-а-а!

В комментаторской кабине Гермес и Ганеша разыграли небольшую комедийную сценку.

Пока бог-слон с громкими жестами описывал происходящее, Гермес, прикрыв ухо пальцем, не мог сдержать озорной улыбки. Затем он поднялся, поставил ногу на стол, взял магический микрофон и, усилив голос, обратился к присутствующим:

— Благодарю за терпение, господа! Мы подошли к финальному поединку! Как вы можете видеть, Божественный Совет Денатус выбрал для этого события край света — окрестности «Драконьей долины»!

Это название мгновенно распространилось среди зрителей, и на мгновение в колизее воцарилась полная тишина. Однако, словно по заранее отрепетированному сценарию, бог продолжил:

— Здесь первоклассные авантюристы смогут продемонстрировать всю свою силу без каких-либо ограничений! Никаких правил, сдерживающих их могущество! Давайте вместе станем свидетелями этого грандиозного противостояния — битвы без правил, чистого поединка!

Амфитеатр вновь содрогнулся от бурных аплодисментов зрителей. Крики, почти такие же громкие, как во время войны фракций, разнеслись по всему городу.

— Господин Белл — последний представитель? Нам никто об этом не говорил!

— Ну, честно говоря, я подозревал это, раз мы его не видели…

— Всё будет хорошо, господин Белл?

— Значит, оружие, приготовленное Леди Гестией, было для этого…

Лили, Микото, Харухиме и Вельф, сидя в среднем ряду трибун, с удивлением и тревогой обсуждали происходящее. Однако Вельф, взглянув на товарищей, улыбнулся.

— В конце концов, — сказал он, повысив голос, — давайте поддержим его! Мне безразличен результат этого фестиваля, но он — наш капитан.

Группа обменялась взглядами и кивнула в унисон. Голоса их были достаточно громкими, чтобы перекрыть шум, когда они обратились к «Зеркалу Богов».

— Господин Белл! После этого будет взбучка, так что скорее выигрывай и возвращайся!

— Сохраняй спокойствие! Твой противник не показывает слабостей!

— П-постарайся изо всех сил! Господин Белл!

— Не проиграйте, Белл-доно!

Возгласы Семьи Гестии добавили накала моменту, пока авантюристы, боги и граждане наблюдали за происходящим, не упуская ни секунды.

В это напряжённое время комментатор Ибрис взял слово:

— Дорогие друзья, финальное противостояние «Орариады», которое держалось в тайне даже от нас, — это не что иное, как поединок! Сильнейший мастер «Академии», Леон Вендерберг, сразится с главным бузотёром Орарио, Беллом Кранелом!

В этот момент не было места для сомнений или пессимизма. Город героев с жаром устремлялся к северным границам, словно в поисках новых приключений.

— Сражаться? Профессор Леон и Белл здесь? — с явным замешательством спросила Нина, пытаясь осмыслить происходящее.

Белл испытывал ту же неопределённость, стоя перед Леоном. Зачем им нужно сражаться? В чём был смысл?

Несмотря на сомнения, что-то внутри него принимало эту идею.

«Я хочу отправиться с тобой в приключение, Белл. Позволь мне увидеть величие твоего духа».

Его слова намекали на то, что он уже давно желал сразиться с Беллом, чтобы узнать его истинную силу. Возможно, профессор с нетерпением ждал этого момента, когда сможет оставить свою роль «учителя» и стать, хотя бы на короткое время, простым «рыцарем».

— Полагаю, у меня тоже есть обязательства. Но в этой ситуации и студенты, и боги позволят мне взять в руки оружие.

—!

— Повторяю, Белл. Это «дуэль».

Эти слова словно эхом отдались в его голове. Понимая сказанное, он не мог отказаться.

«Однако есть часть меня, которая хочет сразиться с Мастером Леоном».

Он уже давно ощущал его силу, такую же недосягаемую, как и сила Господина Оттара. Даже будучи первоклассным авантюристом, он всё ещё был вне его досягаемости. Но это желание бросить вызов росло всё больше, пока шло их совместное приключение.

— Я не могу сбежать, верно?

— Нет.

— И не могу отказаться?

— Правильно.

— Тогда могу я бросить вам вызов?

— Конечно.

Короткий обмен словами, за которым последовали едва заметные улыбки.

Белл понял, что настало время перестать задаваться вопросом, почему он так стремится к бою. Пришло время следовать зову своего сердца и достичь поставленных целей. Он вытащил «Кинжал Гестии», а Леон молча занял боевую позицию. Бросив последний извиняющийся взгляд на Нину, Белл решительно бросился вперед.

— Ха-а-а-а! — воскликнул он, и звон столкнувшихся меча и кинжала возвестил о начале эпической битвы.

***

В своей первой атаке я потерпел поражение. Физическая сила расы гномов, уже знакомая мне, сотрясла меня вместе с кинжалом. Мои глаза широко распахнулись, а потовые железы мгновенно активировались. Я осознал разницу в наших способностях. Однако это было ожидаемо с самого начала. Это испытание для моего будущего. Иначе я бы не рискнул встретиться лицом к лицу с противником 7-го уровня и вступить в бой.

Не в силах противостоять мощи огромного двуручного меча, я был отброшен или, скорее, скользнул над головой Мастера Леона под острым углом. Мне некуда было бежать, и мои движения в воздухе были скованы. На эшафоте, где не было строительных лесов, я поднял руку, не проявляя ни малейшей спешки.

— «Огненная стрела»!

В мгновение ока я выпустил залп огня и молнии. Шквал из десяти выстрелов обрушился на Профессора Леона. Однако лицо Профессора не дрогнуло перед лицом алого ливня молний, заряженных огромной магической силой. Громкий звук «сокрушительного удара» разнесся в воздухе. И этим ударом все молнии были разбиты на тысячу осколков.

— …!

— Фронтальная атака для отвлечения внимания, а затем ливень магии из слепой зоны. Хорошая неожиданная тактика. Кто тебя ей научил?

— Мой мастер, безжалостный и жестокий эльф, но красивый, как женщина... Тот самый, который применял её на мне.

— Хедин. Я понял.

Я воспользовался рассеянными искрами, чтобы скрыть свой силуэт во время приземления. Увеличив расстояние между нами, я принял низкую стойку, словно поджидающий зверь. Леон, напротив, медленно повернулся ко мне и слегка улыбнулся. В ходе единственного обмена ударами — кинжалом и магией — я осознал, насколько велика разница в нашей силе. И всё же я ответил на его улыбку, хоть и вынужденно, с потом, стекающим по моей щеке.

Я знаю это чувство. Без сомнения, 7-й уровень. Та же самая недосягаемая вершина, что и у Оттара. Даже перед лицом этой непреодолимой стены нелогичности и абсурда я не позволил улыбке сойти с моего лица. Если бы я это сделал, мне оставалось бы только жалко дрожать от страха. Оставив парализованную Нину позади, профессор Леон и я снова вступили в схватку.

***

— Что это за «магия» такая?! Дешёвый трюк! — воскликнула Алиса, куратор и представитель студенчества в «Божественное Зеркало».

На поле боя, которое отражалось в зеркале, меч сталкивался с молниями и пламенем. Поединок, который, как ожидалось, должен был завершиться быстро под неумолимым натиском меча Леона, затягивался из-за мгновенной магии, не требующей напева. Белл, используя возможность применять магию без напева, что привело бы в ярость любого другого мага, демонстрировал всю свою силу.

Студенты, включая Алису, не могли сдержать своего возмущения:

— Но профессор Леон гораздо сильнее!

— Профессор Леон — наш лучший профессор!

— Вперёд, профессор Леон!

На арене кампуса, разительно отличающейся от Колизея Орарио, не смолкали овации. Студенты, воодушевлённые и преисполненные восхищения, выражали полную уверенность в Леоне Вендерберге, самом сильном преподавателе школы. Бой проходил без каких-либо правил и ограничений, и победа Леона казалась неизбежной. Никто на арене не верил, что он может потерпеть поражение.

— Но Белл Кранел действительно настойчив. Он всего лишь пятого уровня, и всё равно продолжает сражаться!

— Он обменялся множеством ударов с Профессором Леоном! Возможно, рекорд самого быстрого кролика в мире — не миф, но он всё равно остаётся нарушителем.

Хотя сначала студенты презирали его, они начали признавать усилия и мастерство Белла в противостоянии Леону. То, что Белл смог продержаться дольше трёх секунд — невероятный подвиг. Пока Леон защищался только мечом, Белл не скупился на использование магии и атак кинжалом, заслуженно получая некоторое признание, хоть и неохотное.

— Хм-м-м… Хм-м-м…

— Миса, что случилось? Обычно ты витаешь в облаках, почему у тебя такое серьезное лицо?

— Возможно, это из-за его формы, но… Мне кажется, я уже видела его раньше. Возможно, когда мы с Ниной ходили покупать картофельные шарики…

— Иглин, придумай что-нибудь!

— Что я могу сказать? Я понятия не имею!

— Доверься мне! Миса, этот Белл Кранел похож на Рапи, нашего товарища из «Третьего отряда», но на самом деле он полностью…

— Замолчи, замолчи, замолчи-и-и-и!

Иглин, покрывшись холодным потом, прервал катастрофическое замечание Крис прежде, чем она всё испортила. Вспышка гнома привлекла холодные взгляды студентов, в то время как Реки, темная эльфийка из того же отряда, оставалась совершенно равнодушной к ситуации.

— Черт побери! Кого мне поддержать?

Иглин почесал затылок обеими руками и снова посмотрел в зеркало.

На арене сражались профессор Леон, которого он глубоко уважал, и Белл… или, вернее, Рапи, личность которого они теперь знали.

— Нет, это должен быть профессор Леон! Я должен его поддержать! Но…

Реки, сохраняя спокойствие на лице, постоянно поправляла маску. Крис же нервно оглядывалась по сторонам. Внутренний конфликт Иглина в полной мере отражал смятение, царившее в сердцах членов «Третьего отряда».

И тут...

— Нина? — прозвучало имя их товарища, и студенты в изумлении переглянулись.

Они посмотрели в зеркало и с недоумением увидели, что происходит:

— Почему Нина использует магию лечения на Белле Кранеле?!

Лучшая ученица кампуса накладывала лечебное заклинание на авантюриста из Орарио.

***

— Простите! Я так сильно извиняюсь, профессор Леон! — донеслось до моих ушей, когда я пошатнулся, почти упав на колени.

Это извинение сопровождалось белым и тёплым светом, который окутал моё тело, восстанавливая силы. Хотя и ненадолго, техника лечения в движении, которую я упорно тренировал под руководством Лили и Рю, приятно меня удивила.

— Но всё равно, я не могла смотреть, как Белл страдает! — вырвалось из уст Нины, и я почувствовал себя неловко.

Профессор Леон, стоя без единой царапины, на мгновение опустил свой огромный меч и посмотрел на Нину золотистыми глазами, не выражая никакого укора.

— Я понимаю, что это поединок один на один, но… Я ничего не могу с этим поделать! — произнесла она с решимостью в голосе.

— Ничего страшного. На самом деле, Нина, я попросил тебя сопровождать меня именно по этой причине.

— Э?!

— Честно говоря, это не в моих интересах. Без твоей помощи было бы абсурдно, чтобы 7-й уровень сражался один на один с 5-м.

Профессор Леон с легкой улыбкой кивнул Нине, признавая её стремление действовать по собственной воле.

— Белл, возможно, для тебя это унизительно, но…

— Нет, всё в порядке. Принять помощь может быть и не очень изящно, но я привык.

— Понятно. Тогда атакуй изо всех сил вместе с Ниной.

— Да!

Физически истощённый, я почувствовал прилив сил и с жаждой битвы бросился в атаку.

Нина, освобождённая от чувства вины, казалось, приняла решение. Она расставила ноги на ширине плеч и полностью сосредоточилась на контроле своей магии, напевая заклинание:

— «Колеблющееся Священное Кольцо, белое дыхание. Цветы поют на чистом холме... — Магия Крис».

Нина накладывала магию лечения на точки, через которые я проходил, стараясь не мешать моим действиям. Благодаря этому моя выносливость значительно возросла, позволяя мне преодолеть пределы своих возможностей.

Теперь оставалось только понять, сколько умственной энергии я смогу сохранить для использования «Огненной стрелы». Как только я подумал об этом, моя энергия, которая была на грани истощения, начала восстанавливаться. Удивлённый, я обернулся и увидел Нину, с усилием улыбающуюся мне.

— Лечащая магия Нины способна также передавать часть её ментальной энергии цели, — объяснил Профессор Леон, проходя мимо меня, пока наши мечи скрещивались, высекая искры.

Этот акт преданности Нины тронул моё сердце. В то же время я осознал, насколько многогранна её личность. Она была не только талантливым целителем, но и ценной поддержкой. Без сомнения, работая вместе с Харухиме, лучшим духовным магом, она могла бы принести огромную пользу Семье Гестии. Представляя это будущее, я ощутил прилив сил.

«Если мы одержим победу на Играх Орариады, Нина без труда сможет присоединиться к нам».

Теперь у меня появилась ещё одна причина, чтобы победить. Я сосредоточился на Профессоре Леоне и ринулся в бой с удвоенной энергией.

Вдохновленный целительной силой Нины, я перешел к непрерывному стилю боя, в котором стремительные атаки сменяются молниеносными отступлениями. В одно мгновение я оказывался перед противником, а в следующее — уже на его фланге, за спиной или даже над головой. Каждый мой удар, словно лавина, сметал землю под ногами, пока я создавал вокруг него смертоносный барьер.

Впервые я заметил, как глаза Профессора Леона слегка расширились от удивления.

— Чёрт!

Хотя я и касался его защиты, он без усилий отбросил меня прочь. Всё моё тело дрожало от его удара, когда я приземлился позади него, но исцеляющий свет Нины уже ждал меня там. Рыцарь, пристально наблюдавший за мной, расслабил позу и убрал длинный меч в ножны за спиной.

— Белл, ты гораздо сильнее, когда сражаешься вместе с кем-то, чем в одиночку.

— Э?

— Твоя смелость превращается в свет и вдохновляет окружающих. Это качество бесценно в борьбе с «Концом». Без преувеличения, я считаю его благородным.

Пока я пытался осознать смысл его слов, профессор Леон вонзил ножны своего меча в землю и продолжил:

— Поэтому я хочу ещё больше раскрыть твой потенциал.

Смущённый, я заметил, что он убрал оружие, и приготовился к тому, что должно было произойти. С невозмутимым спокойствием он начал напевать:

— «Буйствуй, грохочущая молния. Восстань, лев двенадцати престолов».

Перед моими недоверчивыми глазами в его руке начало концентрироваться сияние.

— «Пламя Круга».

С ослепительным блеском поток магической энергии собрался в его левой руке, принимая форму меча из золотого света.

«Магия зачарования?.. Нет, это магия, способная создавать оружие из чистой магической энергии».

Мои опасения усиливались, и я заметил одну необычную вещь.

Хотя меч света в руках Профессора Леона выглядел внушительно, он не вызывал того ощущения «решающего удара», которое обычно ассоциируется с использованием магии. На самом деле, длинный меч, который он применял ранее, имел больший радиус действия и создавал большее давление.

Вспомнив свою недавнюю тренировку с Айз, я кое-что понял:

— Он сильнее, когда атакует.

Я решил действовать, пока не потерял инициативу. Не обращая внимания на отчаянный голос Нины, доносившийся издалека:

— Нет, Белл! Магия Профессора Леона!..

Мгновенно в моей руке появился меч, который оказался более управляемым, чем огромный двуручный клинок. Однако моё оружие превосходило его в маневренности. Я быстро вытащил длинный кинжал «Хакугэн», который держал про запас, и ударил в бок светящегося лезвия, слегка отклонив мощный удар меча.

Лёгкость оружия несколько сбила меня с толку, но я использовал её, чтобы сократить дистанцию и высвободить заряд, накопленный за две секунды. Мой кинжал окутал белый свет, и я, ведомый «Аргонавтом», обрушил его на светящийся меч противника.

— Ха-а-а-а!

Сокрушительный удар, окутанный частицами белого света. Хотя это была лишь доля секунды, кинжал обрёл невероятную силу и впервые пробил защиту Мастера Леона. Лезвие света разлетелось вдребезги, словно лопнувшее стекло.

В ответ на мгновенный выброс силы, не уступающий даже физической силе 7-го уровня, Мастер Леон спокойно, без спешки, заявил:

— Невероятно. Теперь следует второе испытание.

— Э?

Я попытался обрадоваться, но в следующий миг частицы света быстро собрались в его руках, превращаясь в два парных меча света.

— Что?!

Профессор Леон стремительно приблизился ко мне, начав неумолимую атаку, не оставляя мне времени на реакцию.

— Гу-у-у-ух?!

— Ты успешно прошёл «первое испытание — Персил». Теперь тебя ждёт «второе испытание — Гэвел».

Я резко отступил назад, и противник тотчас же начал наступление. Я ловко уклонялся от его стремительных атак и сразу же отвечал на них.

«От огромного двуручного меча к одноручному, а затем к парному владению двумя мечами?! Три стиля боя в этой короткой схватке! Невероятно!»

Обладая навыками, напоминающими универсальный стиль Микото, он был поистине страшен. Даже когда он использовал парные мечи, его давление и свирепость не уменьшались. Он овладел всеми этими стилями боя в совершенстве!

— А-а-а-а-а!

Я ускорился до предела, готовясь к следующему удару. Его движения, словно зеркало, отражали мои удары, создавая бурю атак, которые танцевали в яростном бою, словно юла, вращаясь снова и снова.

«Что именно представляет собой «магия» Профессора Леона? Не является ли это просто «магией вооружения»? Возможно, у неё есть двойной эффект, создающий отдельные виды оружия? Но… с недавнего времени его скорость значительно увеличилась!»

Я не мог постичь истинную природу магии Профессора Леона, и это вызывало у меня тревогу и страх. Однако в разгар этого стремительного боя было не время для догадок и размышлений. Я едва мог сосредоточиться на том, чтобы избежать поражения.

Золотое сияние освещало линии ударов. Магическое оружие — «Кинжал Богини» и «Хакугэн» — загрохотало, наполняя воздух энергией. Давление его присутствия было настолько сильным, что я ощутил, как мое дыхание остановилось. Через мгновение его правый кинжал был направлен прямо мне в грудь. Я понял, что проиграл бы, если бы не сопротивлялся. Несмотря на риск навредить себе, я выпустил луч пламени из острия «Кинжала Богини», целясь в землю.

— «Огненная стрела»!

Взрыв отбросил нас обоих в воздух. Хотя я получил ожоги и временно оглох, мне удалось избежать смертельной раны, ограничившись лишь поверхностным порезом на боку. В отличие от меня, профессор Леон легко приземлился, не получив ни единого повреждения.

Стремясь выиграть время для восстановления, я начал стрелять магией во все стороны.

— А-а-а-а-а!

Двадцать выстрелов подряд — все они были легко отклонены. Я знал это, но продолжал стрелять, чтобы выиграть время. Однако вместо того, чтобы уклоняться от моих атак, профессор Леон решил встретить их лицом к лицу. Своими «парными мечами света» он уничтожил каждый мой выстрел. Восстановив баланс, я направил больше пламени и молний в противника. У меня не было другого выхода. Я должен был противостоять профессору Леону, чтобы получить ответы на свои вопросы. После семидесяти семи последовательных выстрелов его мечи, наконец, не выдержав, разбились.

— Ты успешно прошёл «второе испытание — Гэвел». Теперь я перейду к «третьему испытанию — Далбазар».

—!

И снова повторилась та же сцена. Профессор Леон, словно поглощая свет, собрал его частицы, и из них появился огромный боевой топор, окутанный золотистым сиянием.

Мои глаза расширились от изумления, я не мог сдержать восторг.

— Белл! Магия Профессора Леона — это не «магия вооружения», а «магия усиления»! Каждый раз, когда одно из его одиннадцати светящихся орудий разрушается, его характеристики становятся всё сильнее!

— Что?!

Голос Нины наконец донёсся до меня, и я не мог поверить в это. С тех пор как я уничтожил его первый меч, я ощущал, как мне приходится двигаться всё быстрее, но теперь я знал, что это не просто иллюзия, а неотъемлемая часть его магии.

— Он становится сильнее… во время боя?..

Это было похоже на сказку — историю о героях, которые, несмотря на все испытания, одерживают победу. Профессор Леон, словно неукротимый рыцарь, смело шел вперед, встречая вызовы судьбы.

— Моя магия, «Цикл Двенадцати Мечей», как известно, не очень эффективна. Чтобы достичь максимальной силы, я должен позволить разрушиться всем своим одиннадцати орудиям.

— !

— Каждое испытание увеличивает определенную характеристику: скорость, ловкость, силу, выносливость, магию и другие. В отличие от «Озверения» Оттара, которое повышает все его характеристики одновременно, моя магия делает это постепенно.

Холодный пот струился по лбу. Его слова были правдой: его магия действительно была неэффективной, но и абсолютно безрисковой. По мере продвижения он становился сильнее, не тратя ни капли сил. Еще страшнее было представить, какую силу он высвободит, когда все двенадцать орудий будут полностью освобождены. Его магия могла преодолеть даже пределы стандартного ранга, достигая запретных уровней.

— Каждое оружие уникально. Этот «Топор третьего испытания — Далбазар» не так прост в обращении, как предыдущие, но его удар поистине разрушителен.

Профессор Леон, слегка наклонившись, поднял огромный топор, накапливая силу в плечах. Хотя это было магическое оружие, его вес даже на расстоянии внушал страх.

— Сможешь ли ты остановить это, Белл? — спросил он, опуская топор по диагонали. В тот же миг появилось гигантское лезвие света, озарив воздух своим ослепительным сиянием.

Я почувствовал, как на меня нахлынуло дежавю, словно я снова оказался на «Битве Семей».

Неудержимая атака стремительно приближалась, и я сосредоточился на уклонении. Отбросив накопленную магию, я прыгнул вправо, одновременно выстрелив лучом влево. Взрыв, который я создал, придал мне ускорение. Удар был сокрушительным. Земля задрожала, и ударная волна отбросила меня на землю, заставив несколько раз перекатиться.

Когда я наконец остановился, то поднял взгляд и увидел Нину, которая сидела на земле, испуганная. Причина была очевидна: половина холма, на котором мы находились, полностью исчезла. На его месте зияла глубокая трещина, уходящая до самого основания.

— …Магия Оттара никогда не была настолько разрушительной…

Он не может сравниться с Леоном. Когда мы сражались с Рю и тремя другими, я наконец понял значение слов, которые произнес тот человек. Это «Послесвечение» — начало и исток. По сравнению с Оттаром и его «абсолютной защитой», Мастер Леон обладает «абсолютной атакой».

Теперь я понял, что когда-то слышал. Профессор Леон не просто владел «абсолютным ударом» — он сам был им.

***

— У-у-а-а-а! Начало-о-о-ось! Истинная сущность Леона Вендерберга! Его безумная и невероятная техника разрубания, «Разрушитель Замков»!

— Лицо Белла Кранела мгновенно побледнело.

— Я тоже в полном шоке!

Крики публики в колизее Амфитеатра заглушались душераздирающими воплями Ибриса. То, что начиналось как овации в адрес юноши, превратилось в трепет и страх перед рыцарем. Это было похоже на сцену из Войны Семей, когда жестокая манера боя настоящего воина передавалась из поколения в поколение.

— Техника «Первозданного Рыцаря», известного как тот, кто «разрубил замок». Атака, символизирующая сильнейшего рыцаря! — пробормотала Асфи, которая только что прибежала в колизей вместе с двумя своими подругами после поединка представителей, наблюдая за этой сюрреалистичной сценой.

Слава этого рыцаря, который теперь считается одним из величайших героев нашего времени после того, как он и Школьный округ спасли мир, неразрывно связана с историями о его разрушительном «Послесвечении».

Ни Рю, ни Айша, которые не так хорошо осведомлены о событиях за пределами своего мира, как Асфи, не могут произнести ни слова, поражённые этой впечатляющей сценой.

— За исключением богов Зевса и Геры, единственным, что смогло преодолеть Абсолютную Защиту Оттара, был Послесвечение Леона…

— Проклятье!.. Этот помешанный на рыцарстве фанатик стал ещё сильнее!

Даже Хедин и Аллен, первоклассные авантюристы, которые обычно спокойно анализируют ситуацию, не могут не признать величие силы этого рыцаря.

С точки зрения мирового признания, Леон — ближайший кандидат на звание последнего героя.

— Не строй такую глупую рожу, тупой кролик! Сейчас тебя испытывают.

Хедин, явно расстроенный, отчитывает своего глупого ученика, который стоит перед магическим зеркалом, парализованный страхом.

***

— Эту технику я называю «Послесвечение».

Холодный пот стекает по моей щеке. Краем глаза я замечаю гигантский светящийся шрам, оставленный в земле. Пока в моей голове стучит пульс, Леон с топором света спокойно идёт ко мне.

— Обычно усиливающие заклинания, такие как мои или Оттара, лишь увеличивают силу тела и оружия. Они не должны быть способны наносить удары, как выстрелы.

Не глядя на меня, рыцарь медленно подходит к Нине, которая всё ещё не может встать.

— Однако, в сочетании с этой техникой, расстояние становится неважным, и цель оказывается разрушенной.

— Что?..

— Это навык, который мы, ставшие жертвами несправедливости богов Зевса и Геры, украли, словно жалкие воры.

«Навык богов Зевса и Геры? Техника двух великих фракций, правивших Орарио на протяжении тысячи лет?»

Действительно, «Послесвечение» Леона, который он только что продемонстрировал, поразительно напоминает «Золотой разрез» Оттара. Если эта техника была разработана ими обоими пятнадцать лет назад, во времена существования семей Зевса и Геры, до их поражения Черным Драконом, то всё становится на свои места!

«Однако, даже используя похожую технику, Леон кажется куда страшнее Оттара!»

Сравнивая недавнюю атаку с Войной Семей, я заметил, что Оттар использует свою невероятную силу для усиления техники, но Леон, благодаря исключительному мастерству, значительно превосходит его. Он выбрал путь рыцаря, который специализируется исключительно на наступательных и разрушительных техниках. Его искусство может сравниться с выстрелами лучших магов и первоклассных авантюристов. Именно поэтому его называют «Первозданным Рыцарем» и «Современным Героем»!

— Чтобы усовершенствовать эту технику, по-моему, необходимо выполнить два условия. Во-первых, нужно быть экспертом в рубящем оружии, таком как мечи или топоры.

Леон останавливается перед Ниной и галантно помогает ей подняться, затем подходит к рюкзаку, лежащему на земле.

— А во-вторых, необходимо обладать каким-либо навыком или магией, связанными с усилением.

Из рюкзака Леон достает большой меч, завернутый в белую ткань.

— Другими словами, Белл... У тебя тоже есть все необходимое, чтобы овладеть «Послесвечением».

— Что?!

Не совсем осознавая смысл его слов, я с недоумением смотрю, как он с лёгкостью бросает меч перед собой. Меч вонзается в землю совсем рядом со мной.

— Это не предложение, а приказ. Возьми его.

— Э?..

Глаза Леона, полные решимости, пристально смотрят на меня, пока мой разум все еще находится в смятении.

— Ещё до того, как объявили о начале «Фестиваля», я договорился с магом в черной мантии, чтобы он показал мне записи Войны Семей на магическом кристалле.

— Что?!

— Я даже поговорил с Оттаром о его впечатлениях. После всего этого я убежден: звук колокола, который ты издаешь... Твой героический навык, безусловно, может привести к такому же мастерству.

В этот миг Леон словно растворяется в воздухе. Прежде чем я успеваю осознать происходящее, он оказывается прямо передо мной. Инстинкт подсказывает мне действовать, и я, не раздумывая, вытаскиваю меч, чтобы блокировать надвигающийся на меня топор света. Первый удар я едва выдерживаю, как и второй. Но с третьим ударом моя позиция начинает колебаться, и меня отбрасывает назад. С трудом приземлившись, я оборачиваюсь и вижу Нину, которая с изумлением смотрит на меня.

— Используй свой навык! Я дам тебе время на перезарядку!

— Что?! — спрашиваю я, не в силах поверить в происходящее.

— Попроси исцеления у Нины и звони в свой колокол изо всех сил! Мы сразимся! — повторяет он, и это заявление лишает меня дыхания.

«Сразиться с ним?! С его «Послесвечением»?! Что именно он хочет, чтобы я сделал?..» — думаю я, не зная, как правильно поступить.

Возможно ли воспроизвести технику, о которой я даже не имею представления? И смогу ли я её использовать? Знает ли богиня Гестия, подготовившая для меня это оружие, о том, что произойдёт? Чего она хочет добиться?

Сомнения появляются и исчезают, усиливая мою растерянность. В конце концов, я могу лишь задать вопрос.

— Я скажу вам своё самое сокровенное желание. Я хочу освоить эту технику!

Его взгляд, прямой и твёрдый, как меч, пронзил меня с неумолимой решимостью.

— Я разрубал холмы и замки. С помощью этой техники я должен победить «Дракона», — сказал он.

— Что?! — воскликнул я в изумлении.

— Если верить учениям бога Зевса и богини Геры, я должен сразиться с тем, кто овладел «Послесвечением». Мы должны развиваться вместе и победить его, чтобы мой меч достиг нового уровня силы.

В его словах не было лжи. Я знаю это, я чувствую это. Мастер Леон говорит искренне. Если бы это было не так, Нина, которая знает его гораздо дольше меня, не дрожала бы от страха позади. В тот момент я смог увидеть в нём «проблемного ребёнка», который не вписывался в образ рыцаря, о котором мне рассказывали.

— Белл, приготовься! — произнёс он.

— …

— Я не намерен решать эту проблему иначе.

Словно изложив все свои мысли, Мастер Леон обеими руками сжал свой сияющий боевой топор, приняв естественную позу. Он был готов к атаке в любой момент. Да, он ведет себя как абсолютный победитель, готовый ждать моего заряда сил.

— Неужели нет другого выхода?

— Нет, другого выхода нет.

Я вышел из леса сомнений и лишь однажды усомнился в своих силах. На этом испытании, которое было замаскировано под городской фестиваль, экзаменатор, профессор Леон, уже предоставил все необходимые методы и условия для его решения. Моя задача — не встать со своего места, чтобы усомниться в своих силах, и не разорвать лист ответов в порыве отчаяния. Я должен взять свой меч (свою ручку) и сразиться с этой сложной задачей, пока не прозвенит последний колокол. Я должен понять намерения экзаменатора и найти ответ, вспомнить студенческий дух, которому научился в Школьном округе.

Поправляя свою боевую форму, которая всё ещё была на мне, я опустил центр тяжести, готовясь к бою. Звон колокола возвестил о начале, и я начал накапливать энергию в своём большом мече.

— Белл?!

— Прости, Нина… Одолжи мне свою силу.

Не отрывая взгляда от рыцаря передо мной, я извинился перед девушкой сзади и попросил о помощи.

— Я хочу оправдать ожидания профессора Леона.

И, если это возможно, превзойти их.

Моё сообщение, похоже, достигло её. Нина, потеряв дар речи, после минутного колебания кивнула. Она отошла в сторону, чтобы не мешать, и за моей спиной раздался звук, с которым она готовила свой посох.

— …

Когда я собирал частицы белого света в большой меч Вельфа, в моей голове возникали сложные формулы, которые вызывали у меня сомнения. Я был уверен, что, независимо от того, насколько сильно я заряжу меч энергией, мой удар не сможет достичь цели на расстоянии. Я не использовал его ни против Голиафа, ни даже против могучего Оттара. Каждый раз, когда я применял энергию своего большого меча, мне приходилось приближаться, чтобы нанести решающий удар.

«Неужели мне нужно подражать технике Профессора Леона и Оттара, пытаясь воспроизвести её на свой лад?»

Но это было невозможно. Я не настолько искусен. С самого начала я понимал, что потерплю неудачу.

«Может быть, существует способ сократить расстояние с помощью магии? Могу ли я использовать «Огненную стрелу» с накопленным зарядом, чтобы компенсировать этот недостаток?» — размышлял я.

Нет, профессор Леон ожидает, что я продемонстрирую его технику «Послесвечения». Он стремится к совершенству в своём искусстве, и я буду его свидетелем. Он сам говорил, что не владеет магией. Мастер разрубания ищет прежде всего меч, способный «разрубить дракона».

Кроме того, с базовой силой быстрого заклинания, такого как «Огненная стрела», я никогда не смогу повторить мощь «Послесвечения». Если что-то и может это сделать, то лишь удар, основанный на физической силе и остроте меча Вельфа.

— Тогда, если неудача неизбежна, насколько ещё мне нужно зарядить свой меч, прежде чем я буду готов? — спросил я, обращаясь к пустоте.

По моим щекам стекал холодный пот, но я не сдавался.

«Минута. Ещё минута. Я не отступлю от своей решимости. Я найду ответ своими руками».

Профессор Леон, вероятно, испытывал те же чувства, что и я. В своей борьбе, сражаясь бок о бок с богом Зевсом и богиней Герой, он должен был двигаться вперёд самостоятельно, пока не достиг силы, способной разрубить замок. Услышав его истории, я понял, что не имею права отступать. Пока мои губы произносят «я хочу быть героем», я не могу отказаться от своей цели.

— Это будет твоим первым ответом? — спросил он, его взгляд словно читал мою стойку, уровень энергии и намерения.

Я почувствовал, как невидимая сила сдавила моё сердце и горло, затрудняя дыхание. Но я не позволил себе испугаться и крепко сжал рукоять большого меча, демонстрируя свою решимость. Я осознал, что не должен полагаться только на силу своей энергии. Прежде всего, я должен понять, в чём суть этой техники. Какие законы управляют полётом удара, подобного «Послесвечению»?

Основываясь на богатом опыте сражений с неведомым в Подземелье, я собрал все свои знания и мудрость, медленно поднимая огромный меч. Словно зеркально отражая мои действия, Мастер Леон поднял свой сияющий боевой топор на уровень плеча.

— Ха-а-а-а-а!

Заряд энергии, который накапливался в течение минуты, взорвался мощным диагональным ударом от плеча. Я вложил в этот удар всю свою силу, и он нашёл точки соприкосновения между нашими стойками.

«Вот…»

[[image:/storage/reader-images/c7735fb2d9dda47afa525556a5a34a19099005aa.png]]

«Слабак».

Рыцарь одним ударом победил его. Несмотря на своё невыгодное положение, он бросил вызов естественному порядку времени, используя только силу и мастерство. Прежде чем я успел что-либо предпринять, он обрушил на меня грозный Послесвечение.

—!!

Как и в прошлый раз, ослепительное сияние полностью лишило меня зрения. Послесвечение Леона пробил звуковой барьер, стремительно приближаясь ко мне. Однако мой удар не достиг цели!

— Гах!

Прямо передо мной мощный заряженный удар столкнулся с Послесвечение и ударил в землю. Результат столкновения был очевиден. Техника рыцаря находилась на другом уровне, и его превосходство было неоспоримо. Несмотря на частичное смягчение удара, меня отбросило назад вместе с моим большим мечом, который я не выпустил из чистого упрямства. И я оказался прямо перед Ниной.

— Белл?!

— Гух… А-а-а-а!..

Нина, наша целительница, подбежала ко мне и сразу же начала использовать свою магию, чтобы исцелить меня. Под разорванной боевой формой моя покрытая ранами кожа начала быстро восстанавливаться.

«Один удар, даже непрямой, нанёс столько урона! И всё же… он сдерживался!»

В первый раз, когда я увидел «Послесвечение», он снёс половину холма. А этот удар оставил только глубокую трещину в земле. Он не уничтожил меня!

— Белл, перестань обо мне волноваться.

—!!

— Пока ты будешь испытывать это беспокойство, ты никогда не сможешь победить мое «Послесвечение».

Даже небольшое беспокойство по отношению к Мастеру Леону включило в моём сознании внутренний стоп-кран, что было проявлением недостатка уважения к рыцарю. Эта боль и моя ситуация ясно показывали, как я ошибался.

— Нина, отойди!

Я встал и, оттолкнув свою подругу, которая исцелила моё тело, снова начал накапливать энергию. Нина, с обеспокоенным выражением лица, отошла в сторону, хотя, кажется, хотела что-то сказать.

Я держал в руках большой меч, звенящий, как колокол, готовясь к бою.

Рыцарь поднял свой сияющий топор.

И вот, как и предсказывал Леон-сенсей, началась жестокая битва с обменом ударами. Буря рубящих светов, в которой, казалось, только меня разрывали на части.

— Га-а-а-а!

Моя двухминутная зарядка энергии была прервана.

— Ещё раз.

Три минуты.

— Ещё раз.

Четыре минуты.

— Ещё раз.

Пять минут.

— Снова.

Результат всегда был один и тот же.

Как бы я ни старался понять суть техники «Послесвечение», мне не удавалось даже приблизиться к её пределам. Тем временем мой навык «Аргонавт» увеличивал свою мощь, но каждый раз его разрушали.

Ошмётки моей боевой формы полетели в разные стороны. Брызнула кровь. Мои кости начали трещать. Если бы не самоотверженность Нины, которая как целительница постоянно поддерживала моё тело и разум, я бы уже не стоял на ногах.

В какой-то момент мне удалось вызвать звук Большого Колокола. После трёхминутной подготовки чистый белый луч света смог заблокировать и отклонить Послесвечение рыцаря. По крайней мере, я так думал. Рыцарь снова взмахнул топором. Его атака была непрерывной и не давала возможности усомниться в её эффективности. Безупречное исполнение, без лишних движений и предварительных действий, заслуживало повторения, продолжения и даже усиления.

Я старался отразить первые три удара Послесвечения, но когда четвёртый достиг цели, мой «Большой Колокол» оказался бессилен. Меня отбросило назад, и моё тело, не выдержав потока света, с печальным звуком упало на землю.

Снова отброшенный, я не мог остановиться. Встав, я с ещё большей силой бросился вперёд, но внезапно на моём пути возникла преграда. Нина, отбросив посох, смело встала передо мной, встретив меня лоб в лоб. Хотя удар был тяжёлым, она не отпустила меня. Мы перекатились вместе по земле, окутанные остатками Послесвечения, пока энергия не иссякла окончательно.

Земля, уже повреждённая, пострадала ещё больше. Скалы испарились, а выжженный ландшафт дымился вокруг нас. Из защитных объятий Нины, с трудом заставляя себя открыть глаза, я увидел рыцаря, величественно стоящего вдалеке.

***

— Ух ты-ы-ы! Постойте, это же… Настоящее избиение?! — комментатор Ибрис потерял дар речи при виде этой сцены.

«Чёрная пустыня», известная как край света, была полностью преображена.

Снова и снова рыцарь обрушивал на врага мощь своего Послесвечения, сравнимую с самым мощным ударом. Страх охватил зрителей, и они застыли в полной тишине. Даже в отдалённом Школьном округе студенты с ужасом взирали на Мастера Леона, чьё безжалостное поведение они никогда прежде не видели.

— Пожалуйста, скажите нам, что сделал Белл Кранел, чтобы заслужить такое! — воскликнул Ибрис, пытаясь нарушить оглушительную тишину. Его пронзительный голос разносился по округе, но был бессильно поглощён бескрайним небом.

— Он ступил на лестницу, ведущую к героизму! — воскликнул кто-то.

— Всего лишь, — ответили братья Гулливер, Альфригг и остальные, равнодушно воспринимая звучный крик мужчины.

— Этот чёртов кролик всегда в конце концов оказывается изорванным в клочья, не так ли? — произнес Аллен, как всегда, с высокомерием, презирая ситуацию.

Могучие воины Эйнхерии, закалённые в суровых битвах на поле Фольквангр, остаются невозмутимыми в этом необычном месте. Лишь Хедин, наблюдая за мальчиком, стоящим перед зеркалом, испытывает смешанные чувства раздражения и бессилия.

— Хотя в этом мече есть примеси мифрила, он выкован из адамантита — сверхтвёрдого металла… И он уже начал трескаться?!

Пока Лили, Микото и Харухиме в страхе бледнели, Вельф, с проницательным взглядом кузнеца, оценивал состояние огромного меча, который держал в руках юноша. Этот меч был создан специально для Белла в качестве награды за победу в войне кланов. Выкованный из адамантита самим богом-кузнецом Гефестом, он должен был стать уникальным творением. Однако, видя через зеркало признаки разрушения на этом шедевре, Вельф не мог не поморщиться, поражённый силой рыцаря и его «Послесвечением».

— Неужели Богиня Гестия знала об этом и всё равно отдала мой меч Беллу? — воскликнул он с упрёком, но его крик не достиг ушей богини.

Тем временем, вдали от них, в укромном проходе на трибунах, Гестия крепко сжимала перила обеими руками.

— Белл… — прошептала она.

— Ты уверена, что правильно поступила, подвергая Белла такому сложному испытанию? — раздался голос Сир. Она появилась рядом, одетая в светло-зелёную форму.

— Я тоже не предполагала, что будет так сложно! В послании Бальдера упоминалось лишь о том, что требуется помощь в «Долине» и для «кого-то, кого нужно победить». Ах да, и ещё предлагался способ наладить отношения между Орарио и академией!

— Ах, эти отговорки. Бедняга Белл…

— Сир, меньше всего я хочу это слышать от тебя! Ведь именно ты отправила его на своё дурацкое поле!

— Прошу, не напоминай мне. Мне ещё достанется от Мии позже…

— Так и знала, что ты лентяйствуешь!

Шумная перепалка между двумя богинями начала привлекать недовольные взгляды ближайших зрителей.

Сделав глубокий вдох, Гестия снова подняла взгляд к зеркалу наверху.

— …Рано или поздно ему всё равно пришлось бы туда отправиться.

— …

— Даже Гермес сказал: Белл неизбежно будет призван встретиться с «Чёрным Драконом».

— Он уже «кандидат в герои», в конце концов.

— Тогда сейчас самое время узнать, что его ждёт, и как можно лучше подготовиться к этому. Я считаю, что это будет правильно…

Испытания, наложенные Леоном, являются частью этой подготовки, но Гестия не произносит эти слова вслух.

— Хотя мне бы хотелось, чтобы хорошие моменты длились вечно… Если мы сейчас не сделаем то, что должны, Белл и я… Вероятно, мы пожалеем об этом.

Сир, понимая истинные чувства, стоящие за этими словами, молча кивает. Обе, несмотря на разные роли и характеры, разделяют одинаковое беспокойство о юноше, который проходит суровое испытание прямо у них на глазах.

***

— Пожалуйста, прекратите, профессор Леон! — воскликнула Нина, обнимая меня сзади в попытке защитить. Её голос был на грани слёз.

Несмотря на её отчаянные мольбы, Леон не дрогнул. С холодным выражением лица, скорее напоминающим лицо рыцаря, чем мастера, он лишь пристально смотрел на меня, а его пальцы слегка дрожали.

— Это не урок! И даже не бой! Это… — не могла успокоиться Нина.

— Ты права, Нина. Это не урок и не бой. Это «крещение». — произнёс Леон с уверенностью в голосе.

— …?!.

— То же самое, что боги Зевс и Гера заставили нас пройти пятнадцать лет назад. То, с чем он рано или поздно столкнётся. Я лишь приближаю этот момент.

— …

— Если он не пройдёт это испытание, то значит он не заслуживает звания героя. Он не оправдает надежд этого мира. — слова Леона разрезали воздух и впились в меня, словно осколки стекла.

Возможно, во время наших путешествий с Ниной и другими, или моих подвигов на 29-м этаже, я тешил себя мыслью, что уже стал первоклассным авантюристом. Но теперь я осознал: с точки зрения кого-то вроде Леона, я далёк от того, чтобы считаться достойным. Я ещё ребёнок.

— Ты не собираешься подниматься, Белл? Я ещё не окончательно тебя победил. Я разрушал холмы и замки, победил дракона, но никогда не встречал такого, как ты.

Это необычное давление. Его можно даже назвать необъяснимым. Я никогда не стремился к подобному. Рубить холмы, замки и драконов мечом — это звучит абсурдно. Возможно, «герои» Богов Зевса и Геры, о которых я ничего не знаю, были такими же странными людьми.

— …Я ещё не встречал героя, подобного тебе, который способен превратить «сияние» в «свет надежды».

Но я осознал. Я понял, в чём суть этой жестокости. Я осознал истинный замысел, скрытый в этом «крещении». Я уже слышал его старые истории и знал, что он чувствует.

— Я всегда хотел, чтобы появилось больше «героев». Как в прошлом, так и сейчас.

Эти слова произнёс рыцарь, стоя по ту сторону пылающего костра.

«Ждёт… Он всё ещё ждёт».

Больше пятнадцати лет он ждал с тех пор, как ушли боги Зевс и Гера. Он ждёт меня. Он ждёт нас, будущих героев. Он ждёт, чтобы как можно больше героев появилось и последовало за ним. Поэтому я, превозмогая боль, опустил дрожащие руки на землю и встал.

— Белл!

— Нина! Пожалуйста… используй свою лечебную магию!

Я произнёс эти слова с трудом, и они смешались с каплями крови.

— Это будет последняя…!

Я собрал в кулак всю свою волю и остатки сил. Чтобы не отступить от цели, я вновь посмотрел в глаза рыцаря, которые были похожи на глаза льва. Даже кровь, текущая по моим венам, казалась мне горячей.

— Я хочу стать «героем»…!

Эти слова прозвучали, словно раскат грома, и я повторил их, провозглашая на чёрной и пустынной земле:

— Этот человек тоже ждёт одного из героев! Клянусь, я спасу этот мир, которому угрожает опасность! Клянусь, я стану тем, кого не мог разглядеть раньше! — Я даю это обещание с твёрдой решимостью, и теперь уже не смогу взять свои слова обратно.

Вдали... я замечаю рыцаря, который спокойно улыбается мне.

— «Колеблющееся Священное Кольцо, белое дыхание. Цветы поют на чистом холме...» — «Магия Крис»!

Моя собственная решимость, не навязанная извне, также была оценена Ниной. Сдерживая слезы, она громко произнесла заклинание, дарующее чистое белое исцеление. Хотя мои физические и ментальные силы были далеки от полного восстановления, моё тело и сердце нашли утешение.

Этого было достаточно.

Я извинился перед своим большим мечом, созданным из разорванных лоскутов, умоляя его одолжить мне свою силу ещё раз, а затем я призвал гром пламени.

— «Огненная стрела»!

— !

К удивлению Нины и остальных, я наложил заклинание на огромный меч, который держал обеими руками. В тот же миг раздался звон большого колокола.

«Двойной заряд».

Адамантий — сверхпрочный металл, смешанный с очищенным мифрилом, — вступил в реакцию с пламенем, блокируя поток магии. Однако, несмотря на это, я заставил его подчиниться и покрыл огромный меч «огненной броней».

«Я ещё не могу использовать «Послесвечение», как Мастер Леон. Это не та техника, которой я пока владею. Однако, если я использую свойства дистанционных заклинаний и усилю их до предела, то…»

Если мне нужно лишь преодолеть расстояние, то магии будет достаточно. Быстрое заклинание «Огненная стрела» не может сравниться по мощности с «Послесвечением». Я хорошо это понимал.

Тогда я решил объединить характеристики обеих техник, чтобы компенсировать эти ограничения. Я наделил огромный меч псевдо-«свечением». Эта идея была безумной, импровизированным экспериментом, ставкой на всё. Однако, по моему глубокому убеждению, она имела самую высокую вероятность успеха. Инстинкт настойчиво подсказывал мне, что это правильный путь. Поэтому я решил довериться своему предчувствию.

В отличие от профессора Леона и других, мне не хватает технических навыков, креативности и, возможно, даже решимости. Поэтому я использую всё, что у меня есть. Мои навыки, моя магия, весь накопленный опыт — даже наивную детскую креативность.

— Ты собираешься отказаться от совершенства техники, чтобы увеличить радиус действия своей магии, Белл? — спросил он с проницательностью.

Ему всё стало ясно с первого взгляда. Будет ли это означать поражение? Разочарование?

Но рыцарь, с улыбкой, полной дикой силы, ответил:

— Это не беспринципная ставка. Это стремление к победе, основанное на мудрости и решительности. Это… это твой истинный характер, — сказал рыцарь с улыбкой, в которой ощущалась необузданная мощь.

Вот как обстоят дела!

Вот кто я теперь!

То, чему я научился у Айз и многих других, то, что я приобрёл, сталкиваясь с неизвестностью... Теперь я Белл Кранел, первоклассный авантюрист. Внутри меня словно раздался крик, заставляя большой колокол звенеть ещё громче.

Внутри нарастающего белого света яростно металось багровое пламя. Держа огромный меч, я увидел, как Мастер Леон прищурил глаза. Как будто обрадованный тем, что встретил достойного героя истории, как взрослый с сердцем ребёнка.

— Мне бы хотелось сразиться с тобой в поединке в полную силу, — пробормотал он с некоторым сожалением. — Но... уже слишком поздно.

Затем рыцарь повернулся и поднял взгляд. Небо, покрытое тёмными облаками, прогремело.

— О-о-о-о-о! — Колоссальный рёв донёсся откуда-то извне.

— ?! — Мы с Ниной, ошеломлённые, посмотрели в сторону «долины».

То, что мы увидели, было ослепительным ливнем света, мерцающим, словно молнии, и исходящим из трещины в тёмных облаках, разошедшихся от смерча. Из темноты появилось нечто огромное, настолько длинное, что сразу сложно было понять его форму.

— Что… это?

— Огромная сороконожка? — пробормотала Нина, стоя позади меня в немом изумлении.

Я же, как опытный авантюрист, сосредоточил свой взгляд и, не в силах сдержать удивление, начал описывать то, что видел: кожа существа была тёмно-фиолетовой, а тело — более 50 метров в длину, состоящее из множества сегментов. С каждой стороны торчали десятки коротких и тонких, словно когти, ног, которые двигались с тревожным хрустом, напоминающим жужжание насекомого. Его гротескная голова имела деформированные челюсти и длинный заострённый вырост, напоминающий жало комара. По бокам головы торчали органы, напоминающие крылья, а тело было покрыто чешуёй, такой же прочной, как у дракона.

— Этого не может быть… — мелькнула мысль в моей голове, и тут же её озвучил Мастер Леон:

— Это дракон.

Прежде чем эти слова успели прозвучать, дракон, который двигался по небу, сфокусировался на нас. С презрением к насекомым, осмелившимся нарушить его территорию, он выпустил луч света из своего выроста.

Чууу-и-и-ин!

Место, где стоял Мастер Леон, поглотил взрыв.

— Профессор Леон!

— Это… «Дракон Небесной Ядовитой Сороконожки».

Прежде чем крик Нины затих, рыцарь вырвался из столба дыма и благополучно приземлился перед нами. Нина, все еще в шоке, смотрела на эту сцену, а я затаил дыхание, увидев гигантский кратер, мгновенно образовавшийся на земле.

Расстояние между нами и этим существом составляло около пяти километров. Огневая мощь, способная достать с такого расстояния?

— Если мне не изменяет память, это создание с 67-го этажа, открытое богами Зевсом и Герой, — продолжил Мастер Леон, не отрывая взгляда от монстра.

— Что?!

Эти сведения были поразительны. Драконы, обитающие в «Долине», — это древние существа, некогда бежавшие из Подземелья в мир. Поэтому существование монстра такого уровня не было чем-то невероятным, но всё же это казалось чем-то из ряда вон выходящим.

— Почему такой монстр оказался здесь?

— Около десяти дней назад мы узнали о «Драконьем Реве». Возможно, он сбежал из-за искажения в Печати.

— Что?..

В то время как Нина была охвачена тревогой, Профессор Леон сохранял спокойствие и ясно оценивал ситуацию. Я наблюдал за ним и задавался вопросом: «Неужели он уже знал об этом тогда?.. Неужели Профессор Леон…»

Прежде чем эти сомнения переросли в уверенность, рыцарь в серебряной броне начал точно анализировать ситуацию:

— Похоже, «Барьер» также был прорван. Хотя дракон все еще связан «Сетью Молний», если ему удастся освободиться, он без колебаний нападет на нас.

— !

Как отметил Профессор Леон, «Дракон Небесной Ядовитой Сороконожки», сражающийся в тёмных облаках, все еще испускал вспышки света, похожие на молнии. Присмотревшись внимательнее, можно было увидеть, что крылья дракона были запутаны в «чрезвычайно тонкой сети света». Когда я пришёл сюда, первое, что я увидел, были эти вспышки… Дракон боролся, чтобы освободиться от барьера!

Этот барьер, вероятно, был создан «Школьным округом» и простирался через всю «Долину Драконов». Как следует из названия, «Сеть Молний» оплела дракона, мешая ему двигаться. Чем больше он сопротивлялся, тем сильнее запутывался, и если бы ему удалось вырваться, он оказался бы в магической сети, которая задержала бы его, дав время для прибытия сил уничтожения… Это было поистине впечатляющее устройство.

— Ч-что же нам делать? — спросила Нина, пытаясь скрыть дрожь в голосе.

Наши взгляды обратились к опытному рыцарю, который уже сталкивался с драконами в прошлом.

— «Фестиваль Городских Состязаний Орариада» отменяется! Немедленно начинаем уничтожение дракона! — громко объявил он, словно желая, чтобы и город Орарио, и Школьный округ могли услышать его через зеркало.

Затем профессор Леон спокойно повернулся, посмотрел на огромный пылающий меч, который я держал в руках, и… его взгляд остановился на мне.

— Белл, — произнёс он уверенно. — Ты его победишь.

— Что?!

— Используй против него «Послесвечение». Если ты сделаешь это сейчас, то у тебя всё получится.

Его золотые глаза смотрели на меня с непоколебимой уверенностью. На мгновение я застыл, но он, не теряя времени, повернулся и сделал шаг вперед.

— Если боги Зевс и Гера не просто шутники, «Дракон Небесной Ядовитой Сороконожки» обладает потенциалом, оценённым на 7-й уровень.

— Что?!

— Но не волнуйся. Насколько я могу судить… он слабее мастера глубин, Удэуса.

— Но… но я никогда не сражался с мастером глубин, Удэусом?!

В отчаянии, когда мне казалось, что на меня обрушилась лавина слов, я увидел, как спина Профессора Леона, который продолжал двигаться вперед, словно озорно улыбается, как это было много раз до этого.

Каким-то образом напряжение в моем теле ослабло.

— Я позабочусь о том, чтобы выиграть время.

С этими короткими словами уверенности рыцарь ринулся вперед с огромной силой. Почти одновременно «Дракон Небесной Ядовитой Сороконожки» полностью прорвал барьер света и бросился на нас.

— О-о-о-о-о!

Чудовищный дракон, извиваясь, как змея, скользил по воздуху, словно зловещая тень. Из его пасти вырывались пучки фиолетового света, напоминающие лазерные лучи. Профессор Леон, вооружённый световым топором, без труда уклонился от первых двух выстрелов. Однако, когда к нам направился третий, мы словно застыли на месте.

— Профессор Леон?! — воскликнули мы в ужасе.

Звук взрыва фиолетового света пронзил нас до глубины души. Но…

— «Испытание меча три, Далбазар» пройдено! «Испытание меча четыре, Файрол» разблокировано! — раздался гордый голос.

Плащ рыцаря развевался, словно знамя, появилась новая, светящаяся броня. Топор света, столкнувшись с лучами, превратился в гигантский щит. Профессор Леон спокойно улыбнулся, словно желая вселить в нас уверенность.

С возросшим статусом он без колебаний продвигался вперёд, словно ослепительный свет, встречая дракона в яростной битве. Монстр седьмого уровня не смог заставить его отступить ни на шаг. Он без страха принимал все лазерные лучи света своим щитом, а затем из-за него доставал кинжал света, разрывая части дракона, словно пытаясь их оторвать. Дракон, видя силу кинжала, изогнулся, чтобы увернуться от удара. С раздражением он злобно смотрел на Профессора Леона, сосредоточив на нём всё своё внимание. Это была образцовая тактика авангарда, которая привлекала внимание врага!

— Чёрт!

Сейчас не время восхищаться им! Я взял свой меч и начал заряжать его заново.

В воздухе разнеслись большие колокола, и в то же время дракон начал раздувать каждую часть своего тела, словно воздушный шар. Не сводя глаз с Профессора Леона, дракон выпустил из своего тела большое количество «миазмов».

— Нина, используй очищающую магию «Кришайм»!

— Э?!

— Драконы 5-го уровня и выше в «Долине» испускают «заражённые миазмы»! Этот яд может разъедать раны и значительно снижать эффективность лечащей магии! Защити Белла!

— «Колыбельная ветра, Цветочная колыбель»! — произнесла Нина, услышав призыв профессора Леона и увидев чёрные миазмы, надвигавшиеся на нас подобно чёрной волне.

Она стояла передо мной, и хотя её умственная энергия была почти на нуле, она продолжала напев. В тот момент, когда тьма начала рассеиваться, вокруг меня появилась зона света, защищая от опасности.

— «Рагриэл Кришайм»! — воскликнула Нина, и в третий раз я увидел «Зону Белых Цветов».

Чёрные миазмы столкнулись с этой светлой зоной, создав впечатляющую искру. Несмотря на то что миазмы окутывали всё вокруг, они не могли проникнуть в священное место фей.

— Гух…?! — колени Нины начали медленно подгибаются.

— Нина!

— Всё в порядке! Всё в порядке, Рапи!

По какой-то причине она неправильно произнесла имя, но не было времени исправлять ошибку. Вся её энергия была направлена на поддержание барьера.

Как только мы вступили в жестокую схватку с драконом, за мгновение окружающий ландшафт был полностью разрушен; скалы, попавшие под воздействие ядовитой энергии, превратились в хрупкие кристаллы. В одно мгновение возвышенный пейзаж рухнул, и всё, что не находилось под нашими ногами, потеряло всякий смысл.

Это была ужасающая сцена, словно конец света. И я, стоявший в тылу, и Нина, исполнявшая роль поддержки, и Мастер Леон, сражавшийся в авангарде — все мы осознавали, что если не отдадим все свои силы, наши жизни будут безжалостно поглощены. Это край света, на самом дальнем севере! Это место не похоже на Подземелье, но мир здесь совершенно иной!

***

— Таких драконов… Их там много…?!

— Враги, подобные этому… Внутри этого смерча их бесчисленное множество…?!

Вид трёх авантюристов и рыцарей, безмолвно стоящих друг напротив друга, пока все мы наблюдали за ужасающей битвой с драконом, лишил нас дара речи.

— Вы это заметили? Надеюсь, вы осознаете, что у нас не так много времени.

Гермес, коснувшись края шляпы, оглядел арену, не произнося ни слова.

— Я надеюсь, вы чувствуете это. Конец приближается с севера. У нас нет времени даже на сражения друг с другом.

С самого высокого балкона Храмовой Башни Бальдер смотрел на дрожащую арену, и его слова падали на нас:

— Мы должны объединиться, и пусть больше, чем один из нас, станет героем.

В подземном алтаре Гильдии Уран, сидя на своём троне, глубоко вздохнул и прошептал:

— Это враг, с которым нам предстоит столкнуться...

Наконец, чтобы удостовериться, что её послание достигло адресатов, Гестия поделилась с ними своим видением будущего.

Все боги наблюдали за битвой с непроницаемыми лицами.

«Это… враг, с которым нам предстоит столкнуться».

***

Пока я укрывался в поле белых цветов, большой колокол продолжал звенеть, и в глубине моего сердца зазвучали слова Леон-сенсея, которые он повторял мне на протяжении всего путешествия. Я снова осознал, почему мир так нуждается в «героях», и снова проникся этим пониманием.

«Мы должны найти больше «героев», больше товарищей. Иначе нам не победить в этой последней битве».

Я крепче сжал рукоять меча. Ещё раз, и всегда, когда это будет необходимо, мы проявим нашу решимость. Чтобы остановить этот конец, мы будем сражаться вместе.

«Значит… давайте рубить».

В этот момент я вспомнил о «героях», которые оставили за собой свет, и о «рыцарях», которые доверились этому свету, желая превратить его в надежду.

Я осознал, чего от меня ждали, и понял, чего хотел.

Приняв наследие легенды о героях, от самых первых до последнего, мы будем проявлять волю до тех пор, пока не настанет этот момент.

— Ха-а-а-а!

«Аргонавт» сработал, и я представил образ Леона Вендерберга, современного героя, который, несмотря на свои поражения от других героев, всегда был готов защищать мир. С глазами, устремленными на благородного рыцаря, который пытался выполнить свою миссию, я поднял меч, окутанный пламенем. Мысленно увидев фигуры непобедимых рыцаря и воина, я воспроизвел их позы в своем теле, еще слабом, но уже непоколебимом.

Я отдавал себе отчет, что мне не хватает мастерства, но сила пламени заполняла этот пробел. Всё, что мне было нужно — это сила, магия и несгибаемая воля. Разрубить холм, разрушить замок, победить дракона.

«Значит… я могу рубить».

Я пристально посмотрел ему в львиные глаза. Его взгляд не дрогнул. Он уже унаследовал свет. Раздался звон большого колокола. Пять минут. Полный заряд завершен.

Я оценил расстояние — слишком большое, чтобы дотянуться мечом. Но затем я изрыгнул поток пламени, который с ревом пронзил воздух, устремляясь к дракону, который с недоумением наблюдал за ним.

«Послесвечение священного пламени «Арго-Веста»!» — мысленно воскликнул я.

Летающий огненный клинок, нарушив тишину, мчался, словно молния. Превратившись в ослепительное сияние, он направился к изумлённым глазам дракона. Словно «новый свет», который не был похож на свет рыцаря, он разрезал зловещего дракона пополам.

— А-а-а-а-агх! — душераздирающий крик раздался в воздухе, когда огромная фигура «Дракона Небесной Ядовитой Сороконожки» была рассечена.

[[image:/storage/reader-images/4d65edeae18771967a1c45b5df2b2b38d5845341.png]]

Рёв пламени вскоре поглотил его последний вздох. Со стороны разорванного тела языки пламени полностью поглотили его. И когда хаотичное течение огня достигло «магического камня», который был его сердцем, расцвёл впечатляющий цветок красного огня. Пепел, словно снег, падал с неба. Огненный меч, который разрубил дракона, продолжал движение, достигая чёрных облаков, покрывающих северные земли.

Тьма рассеялась.

В «Чёрной пустыне», где, казалось, не должно быть солнца, лишь тонкий луч голубого света и ослепительная небесная лестница спустились вниз. Вместе с Ниной я завороженно смотрел на этот солнечный свет, настолько прекрасный, что казался почти знакомым.

— …Нам удалось. — тихо прошептал я.

Преодолев себя, я уронил гигантский меч, покрытый трещинами и обугленный. Частично пригнувшись, я держался за тело, которое, казалось, готово было рухнуть, но я все еще ощущал возбуждение, не совсем понимая его причины.

— У тебя получилось! — раздался голос рыцаря.

Профессор Леон, чья серебряная броня была лишь слегка обожжена, остановился перед нами с Ниной, всё ещё ошеломлёнными, и улыбнулся.

— Спасибо, Белл. Благодаря тебе, мы смогли победить дракона.

Услышав слова благодарности, я наконец-то улыбнулся.

— Ты невероятен, Рапи! Нет, Белл!

Нина, с раскрасневшимися от эмоций щеками, поспешила ко мне. Но я уже не мог держаться, нить напряжения оборвалась и моё тело рухнуло ей на руки. Я не смог сдержать горькую улыбку, вызванную счастьем.

— Это было действительно впечатляюще. Я… рад, что мы пережили это «приключение».

Профессор Леон, наблюдавший за нами с доброй улыбкой, поднял голову и прищурившись, посмотрел на луч солнца, проникавший сквозь разорванное небо. Казалось, он уважал наши достижения в этом приключении.

Смотря на это я вспомнил, о чем подумал перед сражением с драконом. Профессор Леон, наверняка, уже знал о существовании дракона, сбежавшего из под печати, и о его рёве. Уверен, он мог бы победить его в одиночку. Значит, именно поэтому он привёл нас сюда. Чтобы победить дракона, я должен был изучить «Послесвечение».

И тут...

— «Фестиваль Городских Состязаний Орариада» больше не имеет смысла, не так ли? Белл, ты хочешь продолжать сражаться?

— ...Нет.

— Понимаю. Хотя это была череда сюрпризов, я признаю свою ошибку и объявляю эту битву «ничьей». Противостояние между Орарио и Школьным округом не закончилось.

Глядя на бесстыдное выражение лица Профессора, я не мог сдержать улыбку. Нина, которая поддерживала меня, тоже, казалось, всё понимала и, с присущей ей серьезностью, изо всех сил старалась не рассмеяться.

— Если я предложу «решение» этой неразберихи, не вовлекая ни Орарио, ни Школьный округ, ты будешь готов сотрудничать?

Теперь я осознал, что имел в виду Мастер Леон, говоря о «решении».

Вместо того чтобы завершить финальное состязание «Фестиваля Городских Состязаний Орариада», мы превратили дракона, существо, которое должны были победить, во «вторгшегося». Таким образом, мы создали ситуацию, при которой окончательный исход противостояния между Орарио и Школьным округом остаётся неопределённым.

Но все ли согласятся с этим решением?

Пока я размышлял об авантюристах и студентах, наблюдавших за нами через «зеркало», Профессор Леон вновь заговорил:

— Белл, теперь, когда ты невольно столкнулся с драконом из «Долины», я хотел бы спросить: как ты считаешь, что нам следует предпринять?

— Что предпринять?

— Как ты думаешь, смогут ли авантюристы Орарио самостоятельно победить драконов? Сможем ли мы, опираясь только на силу Школьного округа, продолжать защищать нижний мир?

Это был, вероятно, последний вопрос, который профессор Леон задавал в рамках своего исследования. Через это путешествие он хотел узнать, какой ответ я могу дать на этот вопрос. Нина, затаив дыхание, наблюдала за моим лицом. Я уже принял решение.

— Даже если появится великий «герой», он не сможет победить в одиночку.

С улыбкой я посмотрел на девушку, которая открыла глаза, на рыцаря, который тоже улыбнулся, и на всех людей, наблюдавших за нами через «Зеркало Богов».

— Если мы одни, мы не можем совершить ничего. Но если нас двое, мы можем сделать гораздо больше. Если нас трое, то ещё больше. И если нас много… мы можем достичь всего.

Без помощи профессора Леона и Нины я бы никогда не победил этого дракона. Даже профессор Леон в одиночку не смог бы уничтожить всех драконов, запертых под этой печатью. У каждого из нас есть свои пределы. И именно здесь, в этот момент, я смог это осознать. Поэтому я хочу крикнуть и попросить о помощи. Потому что «много героев» безусловно сильнее, чем «один герой».

— Эти слова из истории о героях?

— Да. Это фраза из книги, которую очень любил мой дедушка… и она пришла мне в голову внезапно.

Это была фраза героя из книги, которую мой дедушка читал мне в нашей родной деревне. Эти слова всегда были у меня в сердце, и теперь, в этот момент, я почувствовал, что настало время их произнести.

— Я думаю, что без вас всех я не смогу победить… Вот что я думаю.

Профессор Леон, услышав мой ответ, глубоко кивнул, словно поставил мне высший балл.

— Я тоже так считаю.

— Профессор Леон…

— В мире ещё много тех, кто противостоит друг другу, много конфликтов. Но однажды я хочу, чтобы мы объединились. Те из нас, кто сражается с одним и тем же концом… Нет сомнения, что мы смотрим в одном направлении.

Когда он протянул мне руку в разгар нашего разговора, я уже знал свой ответ. Улыбаясь, я крепко пожал ему руку. Нина, внимательно наблюдавшая за нами, тоже улыбнулась. Хотя небо снова пыталось закрыться темными облаками, тёплый свет солнца продолжал освещать нас до конца.

***

Среди долгого молчания, божественный голос разнесся по Орарио и Школьному округу.

— Как отметил «Первозданный Рыцарь», кажется, что окончательный исход не достигнут… Орарио и Школьный округ, что теперь будем делать?

Голос Гермеса, в котором слышалось равнодушие, эхом разнёсся по амфитеатру и арене через магический усилитель. Все на трибунах сидели с серьёзными лицами или со скрещёнными на груди руками, погружённые в свои мысли, в то время как боги беззаботно беседовали.

— Это было страшно, не правда ли? «Долина Дракона» ужасает. Кто-то должен подчинить себе такое место. И пока они ссорятся, никто не сможет этого сделать. Это божественное послание.

Мир нуждается в героях…

В храмовой башне, возвышавшейся в Школьном округе, бог света, улыбаясь с закрытыми глазами, тоже пробормотал:

— Если вы опустите поднятые кулаки, мы, боги Денатуса, станем посредниками между Орарио и Школьным округом и найдём конструктивный компромисс… Что думаете?

Всё в руках богов.

— Это ужасная шутка! — авантюристы и студенты в один голос выплюнули.

Но никто не стал возражать, однако никто и не принял с улыбкой протянутую руку богов.

[[image:/storage/reader-images/967ce927725c034730687ec8963716ad8e4b8d96.png]]

----------

Эпилог: Прекрасный Мир

Глава 5. Эпилог: Прекрасный Мир

[[image:/storage/reader-images/f0617afc025ef96e88e22d70fe96527053eec263.png]]

Спортивный фестиваль «Орариада» подошёл к своему завершению. Результатом стала ничья: две победы, два поражения и один несыгранный матч.

На протяжении всего соревнования Леон уверенно превосходил Белла. Если бы очки начислялись за презентацию, то «Школьный округ» мог бы одержать победу. Однако никто не хотел тратить время на пустые споры. «Школьный округ» показал силу, равную силе Орарио.

Как и предвидел Гермес, требование о сборе всего Орихалка при посредничестве богов в Денатусе было отклонено. Вместо этого «Школьный округ» согласился принять участие в «Проекте вертикальных тоннелей», который возглавляла Гильдия.

— Если этот проект направлен на спасение мира через исследование Подземелья, мы с радостью присоединимся к нему. К тому же, если алхимический отдел нашей Академии примет участие в проектировании тоннелей, количество возможных несчастных случаев значительно снизится. Разве это не идеальная ситуация? — произнес Бальдр, директор Академии, с безмятежной улыбкой на лице.

Гильдия, хоть и с неохотой, но согласилась на сотрудничество. Они даже предложили дополнительные выгоды, такие как возобновление набора в Семьи, что представляло собой слишком заманчивую возможность, чтобы от нее отказаться. Глава гильдии Ройман был вынужден подписать соглашение со слезами на глазах, оставив позади свои амбиции о монополизации славы и власти в этом «проекте века».

Чтобы смягчить напряжённость между Орарио и Академией, было организовано необычное событие: боги Денатуса убедили основателя Орарио Урана публично встретиться и пожать руку директору Бальдру. Эта сцена произвела такой фурор, что газеты по всему континенту написали о ней статьи, а взволнованные художники запечатлели этот момент на широко распространяемых картинах.

— Это была полная победа Урана, — сказал маг в чёрной мантии, расстроенный, но признающий безупречную игру пожилого бога, которая обеспечила полное сотрудничество Академии.

С другой стороны, стоя на городских стенах, Гермес с удовлетворением констатировал:

— Всё прошло даже лучше, чем я ожидал. Белл стал ещё сильнее. Бальдр, после того как я оказал тебе помощь в твоём плане, я надеюсь на достойную награду.

Среди молодых людей Академии были и те, кто не сразу согласился с общим решением, но в итоге всё же присоединился к соглашению. Они, как никто другой, осознавали опасность, с которой столкнулся мир, и, вдохновлённые упрямой смелостью Белла, авантюриста, которого раньше презирали, решили немного повзрослеть.

Количество заявок на стажировки в Семьях значительно возросло, что является явным признаком того, что исследование Подземелья входит в новую фазу.

В это время Гильдия приняла важное решение: присвоить Беллу Кранелу новое имя — «Сияние Льва и Кролика». Это имя, унаследованное от Зевса и Геры, символизирует надежду и олицетворяет связь между прошлым и будущим. Кроме того, Белл официально стал первоклассным авантюристом, что значительно повысило его авторитет в глазах окружающих. Орарио торжественно отметил это событие, а Академия с радостью приняла Белла. Мир словно замер в предвкушении новых горизонтов, полных возможностей.

***

— Прости, что заставил тебя пройти через это, Белл.

— О, нет, все хорошо! Это было необходимо для примирения Орарио и школьного округа. К тому же, это было гораздо более гуманно, чем на поле боя Фольквангр… Так что… ха-ха… — с улыбкой ответил Белл.

Белл прогуливался с Леоном и Ниной под ясным небом, наслаждаясь красотой цветущих лугов.

— Профессор Леон… Вы смогли увидеться с родителями?

После небольшой паузы Леон ответил с застенчивой улыбкой:

— Да, я навестил их после того, как стал учителем. Когда они меня увидели, то расплакались от радости. Мне было немного неловко, но я был очень счастлив, — сказал Леон с застенчивой улыбкой.

Услышав это, Белл тоже искренне улыбнулся.

— Я так устала... Как вы думаете, все будут сердиться, что мы покинули «Школьный округ» без предупреждения? — спросила Нина, потягиваясь, проходя через высокие городские ворота.

Они находились на главной улице на севере. Вернувшись из «Чёрных земель», Белл и его спутники вновь оказались под тёплыми лучами солнца.

— Наверняка они будут волноваться, но не беспокойся об этом. Я сам поговорю с ними и извинюсь позже.

— Э? Я не могу позволить вам сделать это в одиночку! — воскликнула Нина.

— Ха-ха... Сперва я должен извиниться перед друзьями Белла, — с улыбкой произнёс Леон, как всегда честный и серьёзный. Его слова заставили Нину поспешно замахать руками, в то время как Белл неловко улыбнулся, словно тоже не мог остаться в стороне.

Под ясным небом он прищурил свои рубиновые глаза. В этот момент Белл осознал, что его сердце изменилось за время этого путешествия. Он вновь укрепил своё решение никогда не отступать от голубого неба, скрытого за тёмными пустошами севера, наполненными миазмами.

«Я должен стать сильнее, гораздо сильнее, чем сейчас. С помощью богов, моей семьи, Айз и других…»

В последний раз поблагодарив Леона за то, что он нёс багаж — его собственный и Нины, — Белл отправился к штаб-квартире Гильдии, чтобы подготовить различные отчёты. Когда он вернулся, горожане встретили его словами поддержки и восхищения, ведь он снова вернул жизнь в город, однако эта сцена быстро померкла в его памяти.

В городе воцарилась странная тишина.

Однако в тот же миг по улицам начал быстро распространяться неясный шепот. Белл и его спутники остановились, охваченные недоумением перед этим необычным Орарио.

— Что это за чувство?.. Разве Орарио всегда был таким?.. — спросила Нина, нервно озираясь по сторонам.

— …Кажется, в центре города что-то происходит, — ответил профессор Леон, используя свой слух 7-го уровня, чтобы определить источник шума.

— ..? Идём! — воскликнул Белл, ощутив дурное предчувствие в груди.

Горожане, авантюристы и даже боги — все, кого они видели, перешептывались между собой с озабоченным выражением лица, направляясь в том же направлении, что и они: к подножию великой белой башни.

Белл и его спутники перешли от быстрого шага к бегу, словно их вела какая-то неведомая сила. Чем ближе они подходили к центру города, расположенному на юге, тем громче становился шёпот, перерастающий в крики. Дурное предчувствие, возникшее в груди Белла, сменилось сильнейшим страхом. Его спокойствие, которое он только обрёл, сменилось тревогой.

«Что же произошло? Что здесь происходит?!»

Вскоре они достигли Центральной площади. Обычно это место было пустым, так как все авантюристы отправлялись в Подземелье, но теперь оно было заполнено постоянно прибывающими людьми. Не оставалось сомнений, что произошло нечто важное. Протискиваясь сквозь толпу, Белл устремился в самое сердце этого хаоса — внутрь гигантской башни, Вавилона.

И тут…

— Б-Белл!..

— Сестра! Что случилось? — спросила Нина, увидев Эйну, которая по какой-то необъяснимой причине стояла там неподвижно.

С бледным лицом Эйна пристально смотрела на Белла, не обращая внимания на голос младшей сестры. С дрожащими глазами она едва смогла пробормотать:

— Уходи отсюда… — умоляла она его.

Сердце его бешено колотилось.

В воздухе витал запах крови.

Затаив дыхание, Белл осторожно отвёл слабую руку Эйны и, протиснувшись сквозь толпу отчаявшихся людей, оказался среди залитых кровью авантюристов. Некоторые из них были тяжело ранены, другие — с изувеченными частями тела.

Это была разрушенная Семья.

Эмблема шута на их знамени, теперь разорванном и покрытом кровью, выдавала их принадлежность.

— Экспедиция провалилась! Провалилась! Союзная группа была уничтожена на 60-м этаже! — в отчаянии кричал юноша с чёрными волосами.

Его тело было залито кровью, он держался за раненую руку и со слезами на глазах молил о помощи:

— Помогите! Нам нужно подкрепление! Наши товарищи, наши лидеры всё ещё в глубинах!

В божественной башне воцарилась тишина.

Белл, с широко раскрытыми глазами, огляделся вокруг.

Её не было.

Не было девушки с золотыми волосами.

Среди израненных искателей приключений он не мог обнаружить её силуэт.

Надежда, словно в насмешку, уступила место отчаянию:

— Семья Локи была уничтожена.

----------

Начальные иллюстрации

[[image:/storage/reader-images/d4018262784dcd074c9abfe39408ff8c18468e50.png]]

[[image:/storage/reader-images/76e69946b796266fdb602dd9048dd2917edc8cd0.png]]

[[image:/storage/reader-images/73200bfcdb295029ed4f9b407fa5ca270ad6e135.png]]

[[image:/storage/reader-images/68bb30da40c67092a0e27cf589deee43bc54347a.png]]

----------

Пролог: Театр причудливого мира

Пролог: Театр причудливого мира

[[image:/storage/reader-images/1e08baf438dd785432a79bab72cd3844c1b2e1b5.png]]
Айз стояла в кромешной тьме, не имея ни малейшего представления о том, где она находится и как сюда попала. Оглядевшись по сторонам, она с удивлением обнаружила, что её тело претерпело изменения. Маленькие, округлые ручки и ножки, мягкая кожа — она словно вернулась в своё детское тело. Простая, но такая ностальгическая одежда напоминала ей о прошлом.

Прошлое? Когда же это было? Айз всегда ощущала себя ребёнком, но в этот миг ей показалось, что это не так. Сколько бы она ни размышляла, ответа на свой вопрос найти не могла. Она была одна в этом безмолвном и холодном пространстве, и ей стало очень одиноко. И вот, когда она уже начала бояться остаться одной в этой тишине и холоде, рядом с ней появились её верные друзья.

Куклы-сестрички, плюшевый волк, оловянный гномик, сильная глиняная фигурка, парящая в воздухе фея из светового шара, остроголовые и кошачьи солдатики — все они собрались у её ног. Айз знала, что, хоть они и меньше её, но были сильными и надёжными.

— Конечно, я же искательница приключений! — воскликнула она, схватив деревянный игрушечный меч и щит, и вместе со своими многочисленными друзьями отправилась в путь.

Сумрачный лабиринт был полон опасностей, и из его глубин возникали многочисленные монстры. Однако Айз не испытывала страха. Её друзья, крошечные, но могучие воины, смело вступали в бой, и монстры падали один за другим, поверженные их короткими ручками и ножками. Парящие вокруг феи светились изумрудным и оранжевым сиянием, освещая путь своей радужной магией. Айз тоже не отставала: стоило ей опустить меч с криком «Эйя!», как монстры теряли сознание и падали к её ногам. Теперь бояться было нечего, и они могли смело идти куда угодно.

— Ну что, споём песню? — предложила Айз.

Её друзья с радостью подхватили песню, хлопая в ладоши и топая ногами. В такт музыке звучали трубы и барабаны, а меч, многократно пронзая воздух, создавал ритм. Веселое хихиканье молота сопровождало их, словно танец, а маленькое и милое святое дитя подбадривало всех своим звонким голосом.

— Давайте поймаем ритм! — воскликнула Айз. — Становитесь в ряд! Все вместе!

Они встали в строй, ведомые Айз, и начался марш храбрецов. Рум-пака, рум-пака — весело играя и помогая друг другу, они спускались всё ниже и ниже, даже когда тьма сгущалась вокруг них.

Ниже и ниже.

Ниже, ниже и ниже. В самую глубь.

Вместе мы спустились вниз ровно 60 раз, когда внезапно подул ветер. Это был холодный ветер. Айз инстинктивно придержала волосы и зажмурилась. Вдруг она услышала странные звуки: что-то чавкало и брызгало на неё.

«Что это?» — подумала она, открывая глаза, и тут же заметила, что звуки исчезли. Песня, которую они пели вместе, больше не звучала.

Вместе?

Она медленно обернулась и перед ней предстал кровавый фонтан. Руки и ноги её «друзей» были вывернуты. У одной из девочек, с которой она дружила, оторвало правую руку. Все они были пронзены, раздавлены и разорваны, из них сочилась алая вата, яркие и отвратительные внутренности. Из сломанных пуговичных глаз стекали багровые капли. То, что брызнуло на Айз, было свежей кровью её товарищей.

«...»

Айз застыла. Всё её тело похолодело, остыло, кончики пальцев на руках и ногах заледенели. Что-то выло совсем рядом с ней. Направив на это дрожащий взгляд, она наконец поняла, что кончик её меча окрашен в красный цвет. На нём запеклась кровь её «друзей», словно шепча: «Это твоих рук дело».

Холодный ветер, завывая, закручивался вихрем вокруг лезвия меча.

— А-ха-ха, у-фу-фу, и-хи-хи.

Смех.

Кто-то украл голос Айз и рассмеялся. Это был ветер, который, смеясь над застывшей Айз, превратился в бурю. В одно мгновение он сдул всё вокруг, кроме неё самой, а её «друзья», свалившиеся в кучу, взмыли высоко в воздух и... взорвались.

Пошёл красный дождь, ярко окрашивающий тьму. Дождь из крови и плоти, обливающий заледеневшую Айз. Она стояла, с ног до головы залитая алым, её зрачки сузились до предела, а затем, вырвался крик. Крик, полный ужаса и отчаяния.

— А-а-а-а-ах?!

Схватившись за голову обеими руками, её колени чудовищно подогнулись, и она рухнула. Вокруг вздымались ледяные столбы, словно образуя тюрьму, замораживая сердце девочки, или же купол, который защитит его, расколотое на части.

На этот бесконечный кошмар сверху вниз взирало «нечто зловещее».

— И-хи-хи-хи… А-а-ри-я-а-а-а.

Это ужасное, огромное существо, обнимая «ледяную птичью клетку», в которой была заперта девочка, издавало сладострастные звуки, словно в экстазе, и скользило по клетке длинным языком.

----------

Сигнал бедствия Айз

Глава 1: Сигнал бедствия Айз

[[image:/storage/reader-images/6054793193032785507ecf4caf49072d75678364.png]]
— Экспедиция провалена! Экспедиция провалена! На шестидесятом этаже объединённые силы были уничтожены!

Этот горестный вопль, казалось, нёс в себе сильный запах железа, словно вырвавшийся из самого оружия. Вокруг на полу лежали многочисленные, залитые кровью тела авантюристов. Ни отчаянные крики, ни густой аромат крови, ни разбросанные повсюду оторванные конечности — ничто не казалось реальным. Всё это выглядело как дешёвая, дурно сыгранная трагедия.

— Скорее! Подмогу! Наши товарищи, командиры, они всё ещё на «глубинных уровнях»!..

Но крик черноволосого юноши, зажимавшего искалеченную руку, не позволял мне укрыться в спасительном отрицании реальности.

Семья Локи... уничтожена.

Когда эти слова были произнесены, мир содрогнулся от удара.

— Крупнейшая семья города... разгромлена?..

— Хочешь сказать, «Храбрец» и остальные не вернулись?!

— Эй, а что с кузнецами, целителями и другими группами?! Это же была «объединённая экспедиция»! Как они могли проиграть?!

— Так вы просто сбежали, поджав хвосты?!

Первый этаж Вавилонской башни захлестнула буря голосов. Смятение, ужас, тревога и гнев. Обвинительные выкрики были порождением растерянности, попыткой выплеснуть бушующие эмоции, чтобы сохранить остатки разума. Это была настоящая паника.

Несмотря на то, что мы стояли на твёрдой земле, буря не утихала. Мне чудился погребальный звон, возвещающий о падении города героев. Авантюристы, горожане, сотрудники Гильдии и даже боги, сбежавшиеся на шум, были ошеломлены.

Реакция разделилась надвое. Одни кричали и вопили, сея ещё больший хаос. Другие застыли на месте, словно лишившись души.

Я же... был среди последних.

Словно идиот, я просто стоял, забыв, как дышать, и смотрел на разворачивающуюся сцену.

«Айз...»

Мои глаза, пульсировавшие в такт с сердцем, вглядывались в группу выживших, что без сил опустились на пол. Девушка-маг в пропитанной кровью мантии рыдала, прижимая к себе чью-то вещь. Зайцелюд, покрытый ранами, бился в конвульсиях, его постоянно рвало. Эльфийка с волосами цвета розы, которая, не поддаваясь всеобщей панике, стойко смотрела прямо перед собой. Мне показалось, что наши взгляды встретились.

Но среди этих авантюристов не было той, к кому я так стремился.

«Айз?!»

Её не было. Нигде. Сколько бы я ни искал, её не было! Недостижимого цветка на вершине, Айз Валенштайн, не было нигде на этой земле!

— Где Айз?!

Хотя я уже должен был всё понять, я закричал и бросился вперёд. Я хотел подбежать к черноволосому юноше из Семьи Локи, который наконец окончательно выбился из сил и упал на одно колено, и потребовать ответа.

— Белл, подожди!

— !

Внезапный толчок в спину. Это была Эйна. Её слабые, не принадлежащие даже к роду богов руки обхватили меня. Для авантюриста первого класса это не было преградой. Но холод её тела, прижавшегося к моей спине, и хрупкость, с которой она, казалось, вот-вот рухнет, если я её не поддержу, заставили меня остановиться.

— Они же еле живы!.. Им даже дышать больно! Поэтому, прошу, давай уйдём отсюда!..

«Пожалуйста, выведи их из этого мучительного хаоса», — читалось в её глазах.

Эйна, знавшая многих авантюристов, не вернувшихся из Подземелья, отчаянно умоляла. Её лицо было смертельно бледным от ужасной новости, но она единственная не винила Семью Локи, а пыталась дать им покой.

Миша и другие сотрудники Гильдии, стоявшие рядом, поступали так же. Не имея ни шанса против толпы авантюристов, они отчаянно пытались выстроить оцепление, чтобы оттеснить зевак и помочь выжившим. Только работники Гильдии по-настоящему понимали, что значит «вернуться живым из Подземелья».

Словно ушат холодной воды вылили на голову. Но пламя внутри тут же вспыхнуло вновь.

Глядя на готовое расплакаться лицо Эйны, я и сам, почему-то, почувствовал подступающие слёзы и, словно младший брат, капризничающий перед сестрой, закричал:

— Но... Айз! Финн и остальные!..

Пустота, оставшаяся на месте людей, которыми я восхищался и которых уважал, выбила меня, ещё даже не осознавшего всей ситуации, из эмоционального равновесия.

Я обернулся и увидел, что лицо Эйны исказилось так же, как и моё, словно отражение в зеркале. В этот момент на моё плечо легла большая ладонь. На этот раз это был мастер Леон. Его рука не была холодной, как у Эйны, а была тёплой, как спина льва, согретая солнцем.

— Успокойся. Авантюрист первого класса не должен терять самообладание.

Он не сжимал моё плечо со всей силой гнома. Но его рука была тяжёлой. Очень тяжёлой. Это была тяжесть взрослого, учителя, тяжесть 7-о уровня. Она взывала к моему сознанию, напоминая о «долге и сдержанности авантюриста первого класса», не давая мне снова превратиться в ребёнка.

— Рапи... — Нина, которая до этого могла лишь стоять рядом, тоже смотрела на меня побледневшим лицом.

На этот раз жар окончательно покинул моё тело. Увидев в глазах Нины отражение своего безрассудства, я наконец внял словам мастера Леона и самоотверженности Эйны.

Метавшийся, как жалкий кролик, я стиснул зубы, сжал кулаки, и осторожно коснулся руки Эйны. Объятия разомкнулись. Дрожа всем телом, Эйна, которая была гораздо слабее меня, прошептала еле слышное: «Прости».

— Прости…

— Простите, — лишь смог я беззвучно прошептать в ответ.

— Дорогу! Не дайте умереть остальным!

— Ещё носилки! Окажите первую помощь и несите в лечебницу!

Пока мы стояли неподвижно, сквозь толпу прорвался отряд целителей и начал оказывать помощь членам Семьи Локи. Авантюристы, только что извергавшие проклятия, теперь с тревогой смотрели на кровавое зрелище.

Я чувствовал то же самое. Я разделял со всем городом осознание «невиданного кризиса», нависшего над Орарио. Пока я с болью смотрел, как одного за другим уносят раненых и тяжелораненых...

— Белл!

— Господин Белл!

Подбежала богиня вместе с Лили и остальными.

***

— Пропали без вести на шестидесятом этаже...

Богиня и остальные практически под руки отвели меня на второй этаж Вавилонской башни. Большинство выживших из экспедиции были отправлены в госпиталь Семьи Диан Кехт, так как нуждались в специальном уходе. Поэтому лечебница, где мы когда-то лежали с Рю после отчаянного бегства с тридцать седьмого этажа, была пуста. Несмотря на возвращение крупнейшей семьи города из экспедиции, здесь царила зловещая тишина.

В комнате собрались все, кроме Эйны, которую отозвали по служебным делам: полный состав Семьи Гестии, а также мастер Леон и Нина.

Лили, казалось, лучше всех понимала серьёзность ситуации — на её лице вот-вот должны были выступить капли пота. Вельф и Микото сидели нахмурив брови, а беспокойство и страх Харухимэ выдавал часто виляющий лисий хвост. Только Рю, как и мастер Леон, сохраняла спокойствие или, возможно, лишь делала вид.

В такой обстановке, услышав от богини число «шестьдесят», я снова побледнел.

— Что произошло на «глубинных уровнях»?.. Что, чёрт возьми, случилось, пока мы были в «Драконьей долине»?!

Я снова терял самообладание, хотя мастер Леон только что отчитал меня за это.

Гестия уже собиралась что-то сказать, когда...

— На шестидесятом этаже был «монстр».

— ...?! Госпожа Локи?..

В комнате появилась богиня с алыми волосами. Глава Семьи Локи, богиня Айз и остальных, но она была не одна. Вслед за ней вошла Сир... и даже мой наставник!

— Из-за монстра, с которым не сравнятся даже хозяева этажей «глубинных уровней», элитный штурмовой отряд... почти полностью уничтожен. Авантюристы второго класса, отрезанные от первоклассных, с риском для жизни отступили из подземелья, чтобы доставить эту информацию. Вот что произошло.

В словах Локи, пока она произносила «почти полностью уничтожен», чувствовались сложное переплетение горечи и испепеляющей ярости. От её утверждения, что монстр был несравним с хозяевами этажей, Нина и Харухимэ испуганно задрожали.

Как глава семьи, Гестия смотрела на неё с сочувствием.

— Локи... разве тебе не следует быть рядом со своими детьми?

— Они все так изранены, что и говорить не могут. Нет смысла просто стоять и смотреть, как их лечат.

В нынешней Локи не было и следа той беззаботности, которую я знал. Это было доказательством того, что даже боги не могли сохранять спокойствие в такой ситуации.

— Выжившие вернулись, но Айз и остальные всё ещё в подземелье... нужно немедленно их спасать.

— !

Моё тело, до этого момента холодевшее, встрепенулось от этих слов.

«Нужно немедленно спасать Айз и остальных».

Это означало...

— Госпожа Локи, значит ли это, что Принцесса Меча и остальные ещё живы?

— Верно. «Благословение» у Айз и других не иссякло. Они сейчас в полной изоляции, стиснув зубы, продолжают держатся.

Сир, словно чтобы успокоить меня и всех остальных, уточнила у Локи, и мы обрели надежду.

«Значит, Айз и остальные ещё живы!»

Глава Семьи может по количеству «Благословений», дарованных с помощью божественной крови, определять число живых членов. Так же, как больше полугода назад, когда мы с Лили и Вельфом заблудились на «средних уровнях», Гестия была уверена в том, что мы живы, полагаясь на реакцию «Благословения»!

Внутри меня всё вспыхнуло. Я отбросил отчаяние. Да, я непостоянен, но это неважно. Если есть шанс спасти Айз и остальных, я готов на всё, прямо сейчас!

— Госпожа Локи! Пожалуйста, позвольте мне пойти спасать их! Включите и меня в «спасательный отряд»!

Тот факт, что мой наставник, часто выступающий в роли стратега, появился вместе с Локи, говорил сам за себя. Благодаря его тренировкам мой мозг стал работать немного лучше, и я первым упомянул о «спасательном отряде». Локи, на мгновение забыв о текущей ситуации, посмотрела на меня с изумлением.

— Я вообще-то пришла просить вас о помощи, склонив голову. Так с чего ты-то кланяешься?..

— Будь благодарна моему чистому и невинному Беллу, Локи!

— Фу-фу, как хорошо, госпожа Локи. Вы ведь так переживали, как же будете просить о помощи после всего своего высокомерия, да?

— Заткнитесь, мелочь и помешанная богиня!

На горделивый выпад Гестии и улыбку Сир Локи лишь разразилась криком, а затем яростно почесала в затылке. Благодаря тому, что богини немного разрядили обстановку, на лицах Вельфа и Микото появились улыбки, а мастер Леон, уже с другим выражением, хлопнул меня по плечу и рассмеялся. Только наставник, закрыв глаза и поправив очки, словно ставя мне оценку «пятьдесят баллов», заставил меня рефлекторно скривиться.

— Из-за этого глупого кролика мы перескочили через несколько этапов... но мы начинаем «спасательную операцию», — вскоре объявил наставник. — Поскольку этот самонадеянный «Храбрец» потерпел неудачу, командовать буду я. Такова воля всех богов Орарио. Немедленно поступить в моё распоряжение.

Главнокомандующий спасательной операцией — наставник?!

Локи посмотрела на него так, словно готова была вцепиться в него зубами — хотя, если честно, я не понимал, как можно обрести такую стальную выдержку, чтобы спокойно дерзить главе другой Семьи, — но сейчас, в отсутствие Финна, только он мог разработать и возглавить крупномасштабную операцию. Это было очевидно ещё со времён «Военных Игр», где он управлял могучими воинами, словно он был с ними единым целым.

Наставник, на лице которого не отражалось и тени бремени командования, устремил свой кораллово-алый взгляд в основном на меня и мастера Леона. На силы, что только вернулись из «Драконьей долины».

В нас нуждаются. Нас просят. Нам разрешают!

Великий отряд авантюристов первого класса. И я займу в нём своё место!

— Наставник! Что мне делать?

— Тебе – спать.

— Э-э-э?!

Мой боевой дух, рвавшийся наружу, мгновенно иссяк, и я застыл в дурацкой позе, словно статуя. Я решил спросить напрямую, чтобы сэкономить время, хоть и думал, что меня тут же накажут за то, что я не думаю своей головой, но такой неожиданный приказ заставил меня издать странный звук. Меня полностью обескуражили.

— Ч-что вы имеете в виду?..

— Немедленно отключись и полностью восстановись от усталости, накопленной в «долине», идиот.

— Что, что?! Н-но спать в такой ситуации, это же просто невозможно!..

— Даже если невозможно, сделай это. Ты хоть чему-нибудь научился на моих тренировках, глупый кролик?!

— Угх?!

Стоило мне только попытаться возразить, как длинная нога наставника нанесла удар! От толчка, сравнимого с ударом копья, я согнулся пополам, схватившись за живот. Тут же он оказался у меня за спиной и... схватил за шею одной рукой!

— Не заставляй меня тратить время, тупица.

— А-а-а, искрит! Ваша рука искрит?!

Неужели это прямой электрический удар в продолговатый мозг?! От такого убийственного разряда с нулевого расстояния даже авантюрист первого класса может умереть!

— Подождите, мастер?! Умоляю, подожди...!

— Просто сдохни.

— А-а-а-а-ах?!

Разряд, прошедший через продолговатый мозг до самого темечка, с ужасным треском... насильно оборвал моё сознание.

Мне показалось, что я услышал крик богини: «Бе-е-елл?!», но я уже ничего не мог поделать, погружаясь в полную темноту...

***

— Р-Рапи?! — Нина закричала не хуже богини, когда мальчик мешком рухнул на пол.

Ошеломлённая жестокостью, немыслимой для соратника, девушка-полуэльф и шагу ступить не могла. Она было бросилась на помощь, но... её опередили.

Ближе всех оказавшаяся златовласая лисица заботливо уложила голову юноши на свои мягкие бёдра. Опоздавшая на шаг уличная девчонка с досадливым «кх!» принялась смазывать обожжённую шею принесённой с собой мазью. Оставшиеся не у дел полурослик и эльфийка с хмурыми лицами занялись подготовкой постели, после чего продемонстрировали профессиональный подход, подав жалобу на «эльфа-изверга» за «вопиющее беззаконие». Глядя на девиц, которые, окружив лежащего ничком юношу, бессознательно вели себя так, будто были его жёнами, юная богиня затряслась, не до конца занеся кулак и разрываясь между желанием взорваться от гнева и попытками сдержаться.

В этом плотном кольце окружения вокруг Белла не было и сантиметра свободного пространства, и отставшая на круг новенькая лишь потеряла дар речи. Одна лишь Микото, положив руку на плечо Нины, с видом «опыт решает всё» сочувственно покачала головой.

— Чёрт, да этот парень слишком популярен!.. Такое чувство, что он превзойдёт даже того Великого бога, который нравился только самым проблемным женщинам!..

— Пожалуйста, не надо таких мрачных пророчеств о его будущем...

Локи с досадой смотрела на кролика, окружённого красавицами и милашками, а Вельф помрачнел, словно говоря: «Да у него и так уже одни проблемные женщины».

Хедин, который с полным безразличием игнорировал эту сцену вокруг своего глупого ученика и застывшую в ужасе и отчаянии девушку, что бормотала: «Так вот каковы будни Рапи?..», перевёл взгляд на Леона.

— Ты ведь тоже надышался «Ядовитыми миазмами» в «долине»?

— Да. Нина защитила нас своей очищающей магией, но не могу сказать, что мы совсем ничего не вдохнули.

При этих словах Леона Нина, до того пребывавшая в оцепенении, резко пришла в себя.

— Нельзя допустить, чтобы он, переоценив свою сверхчеловеческую природу пятого уровня, оказался бесполезен в решающий момент. До тех пор, пока не восстановится, этот болван будет спать.

Первоклассные авантюристы обладают невероятной выносливостью и могут этого не ощущать, но сейчас силы Белла восстанавливались гораздо медленнее, чем он сам думал. Хедин это понял и перешёл к решительным действиям.

Ошибка в оценке собственного физического и ментального состояния, вызванная чувством всемогущества. Это «ловушка для новичков пятого уровня», в которую легко попадают первоклассные авантюристы, способные переносить любые нагрузки.

В особенности этот «Самый быстрый кролик в мире», который достиг пятого уровня с беспрецедентной скоростью, из-за чего его навыки контроля за состоянием тела и духа были слабее, чем у других первоклассных авантюристов. А если учесть внешний фактор в виде «Ядовитых миазмов», то и подавно.

Хедин тут же щёлкнул пальцами. В тот же миг появились Нааза и Миах и, осторожно сняв Белла с бёдер обеспокоенной Харухимэ, перенесли его на кровать. Они зажгли благовония из «Сонной травы», обладающей усыпляющим эффектом, и вдобавок ко всему заиграла самозвучащая тростниковая флейта «Сонный Аргос», разработанная Асфи для борьбы с бессонницей.

— Нааза, Миах... — отсутствующим взглядом пробормотала Гестия, глядя, как её соседи уже прислуживают эльфу-извергу. А Хедин лишь фыркнул, глядя на юношу, который, закатив глаза, уже отправился в мир снов.

— Главное, что когда он не спит, от него слишком много шума. То впадает в уныние, то приходит в себя. Пустая трата сил. План операции я вобью в него прямо перед началом.

— А ты стал вылитый наставник, Хедин.

— Заткнись, варвар. Не навязывай мне свои ценности. Аж тошнит, — бросил Хедин и одарил его «многозначительным взглядом».

Леон легко разгадал его намерения.

— Мы с Ниной отправимся в «Школьный округ», чтобы отдохнуть, используя их оборудование. Это очистительное сооружение, разработанное специально для борьбы с последствиями «Драконьей долины». Мы устраним этот повод для беспокойства, чтобы вы не волновались. Однако... не то чтобы я хочу придираться, но это несколько неожиданно.

Теперь уже Леон решил прощупать почву.

— Я полагал, что даже в чрезвычайной ситуации вы с Финном и его людьми продолжите враждовать.

— Этих глупых кошек в расчёт не берём, но я не могу позволить себе такую неэффективность, как разбрасываться боевой силой перед битвой с Чёрным драконом. Даже если речь идёт о тех наглых героях. Более того... среди отважных воинов, что отправились с ними в «экспедицию», были жертвы.

— !

Нина вздрогнула и не поверила своим ушам. Леон резко сузил глаза.

— Уничтожение тварей, что высокомерно попрали собственность богини... одного этого более чем достаточно, чтобы у нас появился веский повод для вступления в бой.

От эльфа, словно дым, исходил еле сдерживаемый, но отчётливо ощутимый гнев.

Среди тех, кто молча наблюдал за этим разговором, Гестия и Рю с беспокойством посмотрели на одного человека. Это была Сир, опустившая глаза, словно скорбя по собственным детям.

— С ними было немного наших, но три души уже вернулись на небеса… Мелуна, Рестан и Таана.

С её губ сорвались имена членов «Семьи Фрейи», которые с разрешения Сир и Хедина присоединились к «союзу фракций» «Семьи Локи». И в то же время это были имена эльфов, которые, пусть и временно, были соратниками Белла. Они не были его наставниками, но не раз сталкивались с ним на поле боя и многому научили юношу.

— ...Правильно мы сделали, что уложили его спать, — пробормотал Вельф, когда воцарилась гнетущая тишина.

Он смотрел на слишком доброго и чувствительного к чужим потерям юношу, что сейчас лежал в кровати.

Хоть кузнецу и было трудно принять замашки Хедина, возомнившего себя дрессировщиком, но, учитывая, какой душевный удар получил бы Белл, это решение в данных обстоятельствах было самым верным. С этим согласились и остальные члены «Семьи Гестии», хранившие молчание.

— ...Госпожа Гестия вкратце рассказала нам, что произошло, но я до сих пор не могу в это поверить. «Семья Локи» потерпела поражение, а господин Финн и остальные первоклассные авантюристы оказались заперты на шестидесятом этаже... — тяжело проговорила Лили, к которой до сих пор не вернулись краски.

«Храбрец» Финн Димун.

«Девять кругов ада» Риверия Льос Альф.

«Несгибаемый герой» Гарет Ландрок.

«Амазонка» Тионе Хирюте и «Рассекательница» Тиона Хирюте.

«Свирепый Волк» Бете Лога.

«Кинеко» Анакити Отаму.

И, наконец, «Принцесса Меча» Айз Валенштайн.

От седьмого до пятого уровня — состав, что ничем не уступал руководству «Семьи Фрейи». Настоящая команда мечты.

А если учесть, что их сопровождали ещё и первоклассный кузнец из «Семьи Гефест» Цубаки Коллбранде и известная, как лучший целитель города Амид Тесанаре из «Семьи Диан Кехт», которые помогали им в «Битве фракций», то их общая мощь превосходила даже отряд первоклассных авантюристов из числа отважных воинов.

Тот факт, что даже такой элитный отряд не смог вернуться на поверхность, означал, что если бы «Семья Фрейи» в одиночку отправилась на штурм, то, скорее всего, была бы полностью уничтожена.

— Оттар по просьбе Финна находится на сорок девятом этаже, а Хёгни, как телохранитель Риверии, застрял на шестидесятом. Оба, похоже, живы... но они не вернулись, — поделилась новой информацией Сир.

Экспедиция была уничтожена, даже несмотря на помощь «Короля». Эта новость нанесла Лили и остальным удар невообразимой силы.

Пока комнату вновь окутывало тяжёлое напряжение, Нина, не знавшая истинную личность Сир, колебалась, стоит ли ей задавать вопрос. Но её опередил Леон.

— Откуда у вас столько информации? Чтобы знать о битве, произошедшей в глубоких уровнях Подземелья, нужно было использовать как минимум «Зеркало Богов».

— Мы просто дали Финну и остальным «Окулус», который коалиция использовала в «Битве фракций». Они поддерживали с нами связь всё время, пока были в «глубинных уровнях». Так что мы в курсе всего, что происходило до тех пор, пока его не разбили в бою с врагом.

— И эту информацию они тут же передали нам. Гораздо раньше, чем отряд Локи вернулся на поверхность, — добавила Гестия.

Леон удовлетворённо кивнул: «Ясно». Нина же не поняла и половины, но, выслушав объяснения Гестии, смирилась с итогом. Она осознала, что между ней, только что вернувшейся в город, и Лили с остальными, кто заранее получил сообщение от Локи, была огромная разница в осведомлённости.

— Как и было приказано, мы подготовили всё необходимое... Мы готовы выдвигаться в любой момент.

— Я тоже подготовил столько «магических мечей», сколько смог, включая те, что были в запасе. Все они у госпожи Гефест... дальше делайте с ними, что хотите.

Видимо, они уже получили указания от Хедина. Микото, хоть и не могла скрыть напряжения на лице, сделала спокойный вдох и решительно заявила о своей готовности. Вельф же с вызывающим видом протянул Хедину записку, в которой нацарапал количество и типы своих «Магических мечей Кротцо». Хедин выхватил её.

«Они... вся их Семья... собираются сражаться».

Харухимэ сжимала руки на груди, Лили была бледнее всех, а Рю внимательно изучала своих союзников, оценивая их силу. Почувствовав их «решимость и боевой дух», Нина невольно задрожала и не сдержала вопроса:

— П-простите! Нам ведь нужно отправляться как можно скорее, да? Что мы будем делать?..

Говорят, что первоклассные авантюристы могут продержаться в Подземелье неделю, если у них есть доступ к росе. Но проблему еды и воды никто не отменял. К тому же, число «60» для Нины была чем-то совершенно «неизведанным». После того как она во время стажировки спустилась до 29-го этажа и в полной мере ощутила угрозу Подземелья, одна мысль о такой глубине вызывала у неё головокружение. Это был «другой мир». Она не имела ни малейшего понятия, как добраться до таких страшных глубин и, как провести спасательную операцию.

— Лили, вы тоже будете сражаться? Но ведь... число тех, кто может отправиться на 60-й уровень для спасения, ограничено!.. — воскликнула она, невольно подавшись вперёд.

И в этот момент Хедин, закончивший свои расчёты, поднял голову от записки.

— «Ограничено»? Что за глупость? В такой ситуации у нас нет лишних сил, чтобы держать их без дела.

Его кораллово-алые глаза пронзили Нину, и она замерла на месте. Тогда эльф, чей ум в Орарио уступал разве что богам, объявил свой план:

— Мы используем «всю армию Орарио».

***

— Ну вот я и покойница... Смерть от переутомления гарантирована...

Хейз сжимала в правой руке приказ «Меча», а в левой — «Щита», и истерически хохотала. Она находилась в деревянной раздевалке таверны «Хозяйка Плодородия». Её светло-зелёная униформа была распахнута, полностью открывая вид на бледно-розовое нижнее бельё, но ей было всё равно. «Фу-фу, а-фу-фу-у...» — смеялась она, глядя в потолок пустым взглядом, словно проклятая кукла.

— Госпожа Хейз?! — всполошились вокруг неё прекрасные целительницы. — Возьмите себя в руки!

Виной всему был «боевой приказ», который ей с невероятной спешкой доставил подчинённый сразу после изнурительной смены в таверне. Хейз, и без того измученная до смерти хозяйкой, посмотрела на содержание документа, и её глаза, до этого пустые, как у мёртвой рыбы, расширились, словно от удара молнии. С тех пор она пребывала на грани нервного срыва.

— Рона, Ильде, похороните меня под кроватью госпожи Фрейи... нет, госпожи Сир...

— Ещё не решено, что вы умрёте!

— И прекратите говорить такие непочтительные и жуткие вещи!

Её заместители — эльфийка и человек, — прикрывая её нижнее бельё снятой униформой, отчаянно пытались её образумить, сжимая в руках приказ «Щита». Но для Хейз слова «ещё не решено, что вы умрёте» звучали так же нелепо, как если бы капитан-Кабан с широченной улыбкой бодро приветствовал всех: «Доброе утро! Давайте и сегодня устроим день битв!».

Зная, что репутация белого эльфа после «Битвы фракций» упала ниже плинтуса, она то впадала в отрицание реальности с пустым смехом: «Он ведь точно использует нас как пушечное мясо, ха-ха-ха...», то с серьёзным лицом изливала свою ненависть: «...Я никогда не прощу этого очкастого изверга». Этим она приводила своих подчинённых в замешательство и пугала их.

— Ха-а-а-а… — вскоре она издала протяжный вздох.

— Это битва не ради богини... но как для «авантюриста» – это неизбежное сражение.

Она сложила приказы «Меча» и «Щита» вместе и засунула их в ложбинку между грудей, поддерживаемую бельём. Затем она подняла взгляд от пола, решительно вскинула изящные брови и изменилась в лице.

— К тому же... Мелуна и остальные погибли. Мы должны свершить правосудие над той падалью, что посмела посягнуть на собственность богини.

Движимая той же «волей к уничтожению», что и ненавистный ею Хедин, но в её случае основанной исключительно на преданности богине, Хейз обвела взглядом своих людей.

— А заодно подберём и «Семью Локи»... Готовьтесь, «Андхримнир».

— Да!!! — хором ответили целительницы и аптекари, начиная готовиться.

Хейз тоже быстро переоделась. Она сбросила униформу на пол, сунула приказы за пазуху своего сестринского облачения и откинула длинные волосы за спину. Достав из узкого деревянного шкафчика свой золотой длинный посох, она вышла из раздевалки и увидела знакомое лицо.

— Что-то случилось, Хёрн?

— ...

Глава прислуги с пепельными волосами, ожидавшая её, смотрела на неё так, словно сверлила взглядом кого-то, кого здесь не было.

— ...Я не боец, так что не смогу пойти с вами.

— Естественно.

— ...В этой операции от меня будет мало толку.

— И?

— Поэтому, Хейз... эм... пожалуйста...

Она крепко сжала предплечье, её взгляд забегал, и она начала мямлить, не в силах закончить фразу.

Хейз немного подождала, но, видя, что дело не сдвинется с мёртвой точки, вздохнула. Ей не нужно было дослушивать до конца, чтобы понять, о чём хочет попросить её «коллега по несчастью».

— Я защищу вашего любимого Белла. Не беспокойтесь.

— К-кто это сказал, что он!..

Её пунцовое лицо было красноречивее любых слов.

***

— Значит, мы тоже выступаем, — в унисон произнесли братья.

— Кстати, Хёрн такая шумная...

Альфриг с отвращением слушал пронзительные крики девушки, доносившиеся из коридора, не обращая внимания на своих братьев, бросивших приказ «Меча» на круглый стол в главном зале «Хозяйки Плодородия».

За окнами сгустилась ночная тьма, посетителей уже не было. Братья Гулливеры, пользуясь отсутствием хозяйки, творили всё, что им вздумается.

Братья разложили на круглом столе доспехи песочного цвета, шлемы и своё оружие, после чего, словно заправские мастера, принялись за их обслуживание. «Н-м», «ага», «эй», «держи» — обмениваясь обрывками фраз, они понимали друг друга без слов и слаженно работали, приводя всё снаряжение в состояние, неотличимое от нового.

— Хёгни и Оттар, значит, отправились с «Семьёй Локи»... Они что, погибли?

— Ну, слабого духом эльфа не берём в расчёт, а вот этого кабана и смерть не возьмёт.

— Кстати, Хедин, похоже, собирается мобилизовать всех авантюристов. И стражу, и вообще всех.

— Да ладно?! — хором воскликнули братья.

— Вроде как он ещё и рыбаков из портового города вызвал, а порядок в городе собирается поддерживать с помощью «Очарования» Хёрн.

— «Очарование» — это нечестно, да? — в унисон протянули они.

Не отрываясь от работы, второй брат задал вопрос, третий ответил, а старший сменил тему, и четвёртый тут же его поддержал. Когда старший брат поделился дополнительной информацией, сцена повторилась.

Хедин требовал от этой «спасательной операции» прежде всего «скорости». Мобилизация стражи могла привести к беспорядкам, но он намеревался поддерживать «минимальный» порядок с помощью сотрудников Гильдии, её филиалов в портовом городе и, что самое главное, Хёрн, которая своей магией трансформации «Очарование» могла подавлять любые волнения. В конечном счёте, если стремительно добраться до 60-го уровня и так же стремительно вернуться на поверхность вместе со спасёнными, то всё можно будет списать, будто ничего и не было.

Если новость о «полном уничтожении Семьи Локи» — событии, по своей катастрофичности сравнимом с «поражением богов в битве с Чёрным Драконом», — не просочится, то и весь мир не содрогнётся от ужаса. А если враждебные Орарио государства, особенно Королевство Ракия, ничего не прознают, то и опасаться вторжения не придётся. А после всего можно будет небрежно заявить: «Да так, было небольшое приключение».

Судя по тому, что все городские ворота были наглухо закрыты, а наружу не выпускали ни единой души, полностью блокируя утечку информации, можно было сказать, что планы Гильдии и Хедина идеально совпали.

«Так и должно быть», — подумал Альфриг, мысленно пожав плечами.

— Но я всё равно недоволен.

— Меня это просто бесит.

— Подтирать задницу за этим самозванным героем, возомнившим себя представителем всей расы...

— Прекрати. Это желание госпожи Сир. К тому же...

Увещевая своих вечно недовольных братьев, Альфриг, не отрывая взгляда от оружия в руках, бросил в сторону:

— Даже «эта капризная кошка» сказала: «Будет плохо, если мы не убьём Чёрного Дракона. Поэтому я тоже пойду, хоть и не хочу».

— Заткнулись, полурослики. Руками шевелите, а не языками чешите, — раздался голос со стороны круглого стола, где, закинув на него ногу, развязно сидел черноволосый коточеловек.

Это был Ален, сверливший их убийственным взглядом.

— Я вас, способных только ковыряться в железках, и так использую. Так что живо заканчивайте с подготовкой.

— Он спихнул на нас своё снаряжение, и ещё что-то вякает? Совсем оборзел.

— Простите его, это его способ сказать «спасибо».

— В отличие от нас, братьев, понимающих друг друга с полуслова, с ним и за десятки лет общий язык не найти. Опыт не тот.

— Сдохнуть захотели?!

Хвост кошкочеловека дёргался из стороны в сторону, выдавая его раздражение, но второй, третий и четвёртый братья, продолжая переговариваться, даже не удостоили его взглядом. Братья Гулливеры, чьи кузнечные навыки намного превосходили умения обычных мастеров, занимались обслуживанием и снаряжения Алена, который также был включён в «спасательную операцию».

Скрывая вздох от перепалки братьев с Аленом, Альфриг закончил работу и бросил ему серебряное копьё.

— Одна сплошная головная боль. И этот герой, и Оттар — все они облажались...

Ален ловко поймал копьё правой рукой и цыкнул языком. В его левой руке был зажат приказ «Меча», и казалось, он вот-вот его раздавит.

— Братик!!! Мяу тоже идёт на «спасательную операцию»!

— А-а-а?! Какого чёрта!

Его лицо исказилось, когда в зал ворвалась его сестра Аня, с порога заявив о своём участии.

— Проваливай, бестолочь! От такой обузы, как ты, толку не будет!..

— Меня попросила Сир! Попросила одолжить ей мяу силу!

— !!

Ален вскочил и взревел так, как не ревел ещё за весь день, но Аня не дрогнула. Более того, она перебила его и продемонстрировала приказ «Щита», полученный от уличной девчонки.

Хлоя и Луноа, которых она притащила за собой, тоже устало заговорили:

— Я тоже не в восторге от лишних проблем, но... «Семья Локи» — наши постоянные клиенты, как-никак.

— Терять такой источник дохода жалко! Нет истреблению наших кошельков! А, но все опасности мы, конечно, оставим первоклассным авантюристам! Так что не беспокойтесь, мяу!

Алена охватила жажда убийства по отношению к своим коллегам, человеку и кошкодевушке, которые даже не попытались остановить его глупую сестру. Гнев в нём закипал и на уличную девчонку, и на белого эльфа за их самоуправство.

Зная или нет, что творится в душе у брата, на лбу которого вздулись вены, Аня с сияющими глазами гордо заявила:

— Мяу спасёт братика! Потому что мяу любит свою семью так же сильно, как и братик!

Хрусть!

На этот раз приказ «Меча» в руке мужчины был окончательно смят. Трое его братьев скривили губы.

— Что ж, поздравляем. Теперь у тебя есть причина участвовать, братец-сестролюб, — в унисон произнесли они.

— Заткнулись, твари-и-и-и!!!

Несмотря на то, что они были в процессе подготовки, Ален перевернул стол своих братьев. Те, ничуть не смутившись, продолжали его провоцировать. Хлоя и Луноа, не сумев увернуться от разлетевшегося снаряжения, скорчились от боли. Аня же сохраняла самодовольное выражение лица.

В таверне стоял такой шум, что и не скажешь о подготовке к экстренной операции. Лишь Альфриг, в одиночестве сидя на стуле, продолжал что-то мастерить.

— ...Может, научить тебя, как обращаться с сёстрами, Ален?

Понимая, что его вряд ли услышат, он всё же сказал это — отчасти и за свои собственные страдания.

— Просто смирись с некоторыми вещами. Ты ведь «старший брат» — пробормотал старший из братьев, на чьих плечах лежала забота о младших, куда более несносных, чем Аня.

***

— Что ж, тогда я на вас рассчитываю.

И вот, под доносящиеся из-за толстой стены звуки потасовки, которая позже неминуемо закончится тумаками, Сир протянула ей приказ.

Такой же приказ «Щита», как и у Ани.

— Только в этот раз не ждите их возвращения, а пойдите и встретьте их... мама Миа.

С улыбкой, но настойчиво умоляя, «глупая дочка» вручила приказ хозяйке таверны. Миа приняла его, изогнув одну бровь и не преминув съязвить:

— Подумать только... «Город героев» просит помощи у какой-то таверны.

***

— Мы выступаем сразу за людьми Ганеши! Готовы?!

На центральной площади, под звёздным небом, перед воротами «Вавилона» раздался зычный голос Айши, державшей на плече широкий меч «Зага».

Перед ней стояло более тридцати боевых блудниц. Амазонки в откровенных, как у танцовщиц, нарядах, словно сжигая своей энергией зимний холод, в унисон взревели:

— О-о-о-о!!!

— Девочки! Быстрее, быстрее, быстрее-е-е-е!!! Мой любимый ждёт меня!

— Нас всех от предвкушения битвы трясёт, а ты одна о своём, Лена...

Помимо вечно шумной Лены и ошарашенной Самиры, здесь собрались и другие выдающиеся воительницы, которые после помощи Беллу и его друзьям в «Битве фракций» достигли 3-го и 4-го уровней. Даже после расформирования «Семьи Иштар» эти женщины из разных семейств вели себя так, будто для них никогда не существовало никаких границ, и сейчас они не скрывали своей жажды битвы. Все они готовились выступить в Подземелье по приказу главнокомандующего.

— Госпожа Айша!

В тот момент, когда Айша, залитая прощальным светом звёзд, уже собиралась шагнуть в «Вавилон», её окликнул голос. Это была Харухимэ в красном кимоно.

— Госпожа Айша, и все остальные... вы сейчас...

— Мы — «Щит». Мы должны идти первыми.

Харухимэ затаила дыхание, увидев, как Айша показывает ей приказ «Щита».

— Харухимэ, а ты ведь «Меч»... «основной отряд», так?

— ...Да.

— Я так и думала. Этот эльф-изверг ни за что не упустит возможность использовать твоё «Повышение уровня».

Айша усмехнулась, услышав тяжёлое подтверждение от девушки-лисицы, но тут же нахмурилась, и её лицо стало серьёзным, как у воина.

— Послушай, Харухимэ, если станет совсем туго — беги. Обещай, что выполнишь это. Ты ведь была в «экспедиции» и знаешь, что «глубокие уровни» — это не шутки.

Когда-то, в бытность её в «Семье Иштар», её использовали, словно вещь. Харухимэ насильно таскали вглубь Подземелья, и она знала, какого там. Она знала ужас монстров глубинных уровней. Предостережение Айши всколыхнуло в ней те воспоминания, и хвост девушки-лисицы едва не задрожал от страха, но она сдержалась и с улыбкой посмотрела на Айшу.

— Я не убегу.

Словно и не было той робкой девушки из прошлого, она не согласилась с наказом своей «старшей сестры».

— Пока мы не достигнем победы, я не отступлю!

Айша рассмеялась в ответ.

— Ах ты... Сначала была такой робкой, а теперь стала «упрямицей», да?

Она щёлкнула Харухимэ по лбу. «Ой?!» — вскрикнула та и, со слезами на глазах потирая ушибленное место, услышала со всех сторон голоса:

— Харухимэ, провожаешь нас? Скажи нам что-нибудь на дорожку!

— Для поднятия боевого духа! У вас же на Дальнем Востоке есть какие-нибудь такие штуки на удачу!

— Самира права, ты стала такой смелой!

— С такой, как ты сейчас, я бы в любое приключение пошла!

Лена канючила, Самира требовала невозможного, а остальные восхищались дерзостью Харухимэ. Все они смеялись. Никто больше не смотрел на неё с презрением, как на унылую и слабую девчонку. Все они признали её. Она наконец поняла, что эти «старшие сёстры», которых она так боялась во времена своей бытности в Квартале удовольствий, приняли её в свой круг.

Впереди их ждала ужасная битва. Но в этот миг, отдавшись чувствам радости и воодушевления, Харухимэ с раскрасневшимися щеками провожала своих «сестёр».

— Да сопутствует вам ратная удача, мои дорогие!

***

— Не хочу идти-и-и! Я точно умру-у-у!!

В штаб-квартире «Семьи Гермеса», «Приюте путника», царил небывалый переполох. Все члены семьи метались туда-сюда, готовясь к «спасательной операции». Среди всей этой суеты, не обращая внимания на истошные вопли вечно шумной девушки-собаки Лулуне, Асфи обратилась к своему богу.

— Господин Гермес... мы действительно участвуем в «спасательной операции»? Мы ведь сообщили Гильдии, что все члены нашей семьи «второго уровня», чтобы уклониться от налогов... Если мы спустимся в «нижние» или «глубокие уровни», это не просто раскроется… понимаю, что сейчас не время для таких разговоров, но... — добавила она с крайне недовольным лицом. В её словах, как и в воплях Лулуне, сквозил пессимизм: «Если бы можно было, я бы не участвовала!..», «Сколько жизней ни имей, всё равно не хватит!..».

Гермес, развязно сидевший на рабочем столе в своём кабинете с настежь открытой дверью, просматривал боевой приказ и ответил, даже не поднимая головы:

— Ситуация критическая. Об этом подумаем позже. Если мы сейчас потеряем «героев», нижний мир обречён.

— ...Вы правы.

Пока Асфи удручённо вешала голову, бог с внешностью красавчика, словно что-то вспомнив, достал один документ.

— Ах да, Асфи, у тебя «особое задание». Вот, это приказ от «Хильдслейва».

— «Особое задание»?..

С тяжёлым предчувствием она взяла протянутый ей документ, который Гермес даже не потрудился посмотреть, и, с опаской пробежав его глазами, издала неприличный для благородной девицы вопль:

— Что-о-о?!

***

— Какая к чёрту «спасательная операция» «Семьи Локи»?! А что будет со «Школьным округом»?!

Воскликнул гном Иглин в школьной форме. Гигантский корабль «Хрингхорн», носивший имя «Школьный округ» и бывший крупнейшей академией нижнего мира, стоял на якоре в портовом городе. Сейчас он, как и сам город-лабиринт, отделённый от него огромной стеной, был охвачен шумом и суетой.

Иглин, вместе с полуросликом Крисом и тёмной эльфийкой Реги из третьего отряда «Класса Бальдра», собрались в общежитии жилого сектора.

— Говорят, все учителя отправляются в Подземелье!

— Студенты боевого факультета тоже... Остальные — на защиту города. Все до единого.

— Только что закончился городской спортивный фестиваль, и на тебе!.. Вечно в этом Орарио не бывает спокойно!

Новость о полном разгроме «Семьи Локи» уже достигла «Школьного округа», и множество студентов, ожидая указаний от богов, терялись в догадках и предположениях. Одни, побледнев от известия об уничтожении крупнейшей фракции города, были на грани потери боевого духа, другие же активно собирали информацию. Иглин и его товарищи принадлежали ко вторым.

— А! Нину и мастера Леона, как только вернутся, сразу засунут в «Лечебно-очистительную капсулу»! А потом мы все вместе идём в Подземелье! И ещё, ещё, сказали подготовить «доспехи для Рапи»! Это сообщение от Алисы-сэмпай!

— Так с этого и надо было начинать, дурёха!

Иглин невольно накричал на Крис, которая почему-то сообщила это, вскинув руки в победном жесте. Этот излишне самоуверенный и оптимистичный полурослик тоже был на взводе, что выдавало его беспокойно бегающий взгляд. Что до Реги, то тут было неясно. Она, как обычно, скрывала половину лица под чёрной маской и смотрела в пустоту. Слегка досадуя на отсутствие их командира отряда в такой момент, Иглин прижал кулак ко лбу и отчаянно пытался упорядочить информацию.

— Мобилизовать всех студентов и учителей... Что вообще Орарио собирается делать?!

В «Школьный округ», по слухам, прислали один приказ «Щита». Иглин понятия не имел, что это значит, но, поразмыслив, он вдруг произнёс:

— А Рапи... что будет с ним?

Реги, до этого смотревшая куда-то в сторону, перевела на него взгляд.

— Это очевидно. У него будет самое важное задание. Самое главное.

— ...Точно. Ведь Рапи в нашем отряде, и он очень сильный авантюрист!

Реги знала не больше Иглина, но в её голосе звучала непоколебимая уверенность. Крис, до этого суетливо дёргавшаяся, замерла и медленно улыбнулась. Словно речь шла о ней самой, она выглядела гордой и полной уверенности.

5-й уровень. Первоклассный авантюрист. «Сияние Льва и Кролика».

Он был незаменимым товарищем из их третьего отряда. Перебирая в уме всю информацию о беловолосом юноше и вспоминая лицо вечно смущённо улыбающегося зайцечеловека, Иглин крепко сжал кулаки.

— Если ему, как и мастеру Леону, доверят такую невероятно важную роль... то будет плохо, если мы не выложимся на полную. Верно, третий отряд?!

— О-о-о! — Крис вскинула руку, хоть и не до конца понимала ситуацию, но больше не колебалась.

— О-о-о... — хоть и с меньшим энтузиазмом, но Реги последовала примеру полурослика.

— Хватит сидеть сложа руки и тратить время! Я на кузнечный факультет! Готовить оружие!

— А я пойду разомнусь, помахаю мечом!

— Собирать... снаряжение...

Студенты, не дожидаясь указаний взрослых, начали действовать по собственному усмотрению.

***

— Финн и остальные... уничтожены?.. Уничтожены?.. Эта наглая, незаменимая, наша последняя надежда?.. А-ба-ба-ба-ба!!!

Глава Гильдии Ройман, закатив глаза, начал трястись в роскошном кресле. Проходившая мимо регистраторша Миша закричала:

— Эйна! Глава Гильдии выглядит так, будто из него душу вынули!

— Оставь его! У нас ещё куча дел! Я им позже займусь!

С тех пор как пришла весть об уничтожении «Семьи Локи», Ройман периодически «ломался», и Эйна уже даже не обращала на это внимания. Словно жалея каждую секунду, она носилась по коридорам с охапками пергаментов и инструментов.

— Готовьте «оперативный штаб», быстрее!

Первый этаж штаб-квартиры Гильдии. Пантеон, который можно было назвать центром всего города, гудел, как растревоженный улей, — пожалуй, это было самое оживлённое место в Орарио. Все сотрудники готовились к выполнению невероятной «спасательной операции», предложенной Хедином. Она уже стала «принудительной миссией» — операцией крупнейшего масштаба, в которую, независимо от указаний Хедина, были втянуты все семьи Орарио. И пусть они не могли сражаться, как авантюристы, но, как члены Орарио, Эйна и остальные вкладывали все свои силы в то, что могли сделать.

— Ой, ой, ой! Эйна, смотри!

— Миша, подготовка ещё не...

Эйна, тащившая «воду и еду на всех регистраторш» в один из залов, хотела было отчитать Мишу, которая махала ей рукой из-за стола, заваленного документами. Но она заметила, что вокруг Миши собралась толпа и других сотрудников, и оттуда доносились возгласы удивления, трепета и, самое главное, возбуждения. Заинтересовавшись, Эйна подошла ближе и взяла пергамент, который ей тут же сунули в руки.

— Это же...!

— Окончательный список элитного «основного отряда»! Говорят, только что доставили от «Хильдслейва»!

В списке значились имена прославленных авантюристов. Без сомнения, это были герои, представлявшие весь нижний мир.

— Это круче, чем в «Битве фракций»!

— Тогда было противостояние, а сейчас — действительно все силы, за исключением «Семьи Локи»!

Ни мужчины-сотрудники, ни регистраторши не могли скрыть своего восторга. Для тех, кто работал в управляющей организации города, этот список был тем, что неразрывно связанным с волнением. «Команда мечты», которую каждый хоть раз представлял и обсуждал. «Высшая точка», достигнутая городом героев на данный момент, о которой все мечтали, хоть и понимали, что из-за природы семей богов такое невозможно.

Найдя в этом списке имя юноши, за которого она отвечала, Эйна, как и все вокруг, не смогла скрыть своего возбуждения и прошептала:

— Сильнейший отряд героев...!

***

В это время далеко внизу, под землёй, раздавался яростный голос.

— Как вы посмели бросить мою Амид и сбежать?! Какая к чёрту крупнейшая фракция города, вы просто сборище неудачников! Бери ответственность, Локи-и-и!!!

Яростные обвинения старого бога, словно пулемётная очередь, гремели в «Подземном алтаре» штаб-квартиры Гильдии. Локи, которую Диан Кехт забрызгивал слюной, заткнула уши указательными пальцами и, с трудом сдерживая скрежет зубов, покорно сносила его гнев.

— А конкретно: страховка за погибших членов моей семьи, компенсация за лечение и тысяча лет жизни твоих авантюристов, если вы не спасёте Амид, а-а-а-а!!!

— Мы так ни до чего не договоримся! Ганеша!

— Я — Ганеша-а-а-а-а!

— У-о-о! Что ты творишь, извращенец качок в маске слона?! Отпусти, я сказал, отпусти! Ну-о-о-о, Локи! Ты обязана спасти Амид! Слышишь меня-я-я-я?!

Бесконечный поток обвинений прервался, когда у Гефест лопнуло терпение. Мышцы Ганеши пришли в движение, и он, взвалив на плечо Диан Кехта и скрылся на лестнице, ведущей наверх. Гефест вздохнула, глядя, как двое из собравшихся здесь глав влиятельных семей – причём двое самых шумных – покинули собрание.

— Ты в порядке, Локи?

— Очень хочется ответить, но не могу. Будь я на месте этого старого маразматика, я бы поступила так же... даже ещё хуже. Жизнь ребёнка – это очень серьёзно.

Локи вытерла забрызганное слюной лицо рукавом и, хоть и с кислой миной, произнесла это на удивление серьёзно. Она понимала, что после провала «экспедиции», да ещё и в качестве лидера «союза фракций», такие обвинения были вполне заслуженными. В ответ Локи молча посмотрела на Гефест. «А ты сама-то как?» — читалось в её взгляде.

— Мне тоже горько из-за потерянных членов семьи, и я беспокоюсь за Цубаки, но... ...это расплата за то, что мы всё время спихивали на твою семью освоение «неизведанных территорий». Если уж говорить об ответственности, то и нас, сидевших у вас на шее, тоже нужно винить.

Именно «Семья Локи», как исследовательская фракция, всегда была на передовой, и именно от них весь Орарио ждал, что они превзойдут рекорды, установленные богами прошлого. Именно на них ложился самый большой груз экспедиций, самая большая ответственность и самый большой риск. Забыть об их вкладе и этой, своего рода, «неблагодарной доле» и громко их обвинять — на такое честная глава кузнецов была не способна.

Если бы здесь была «одна уличная девчонка», которая и отпустила отважных воинов на произвол судьбы, она бы, скорее всего, отвернулась и с невинным видом показала язык. Но Деметера и другие присутствующие боги лишь кивнули или пожали плечами, а Уран закрыл глаза, словно показывая, что никаких возражений быть не может. Локи скривила губы. Такое отношение, без ругани и оскорблений, было для неё куда более неловким.

— Я так тронут, что могу видеть вас, Локи, в таком смиренном образе.

— Заткнись, фальшивый святоша!

Но даже в такой ситуации Локи не удержалась и с неподдельным раздражением зыркнула на директора «Школьного округа», который был неотъемлемой частью «спасательной операции».

Бог хаоса Локи против Бальдра, бога света, символизирующего добро.

По своей природе они были совершенно несовместимы, и Локи, будучи землячкой Бальдра по небесному миру, считала его своим врагом. Однако это было одностороннее чувство, а Бальдр, казалось, даже получал удовольствие от её прямолинейных высказываний. Не желая доставлять удовольствие этому богу света, полной своей противоположности, она цыкнула языком.

— Ладно, хватит. Возвращаемся к делу. Что касается «спасательной операции», то от нас тоже кое-кто поучаствует. Заставлять их, только вернувшихся с 60-го уровня, снова отправляться в ад — я бы этого не хотела... но сколько бы я ни говорила, их не остановить.

Локи негласно дала понять, что её дети не смирятся с таким положением дел, и объявила об участии вернувшихся на поверхность авантюристов второго класса, которые также послужат проводниками.

— Действуем по плану этого эльфа-изверга. План, конечно, дьявольский, но он наиболее быстрый.

— «На войне скорость решает всё», да? Так часто говорит Такемиказучи.

— Ага. У них там, наверное, мало что осталось, но еда и вода у Финна и остальных есть. Учитывая сверхчеловеческую выносливость первоклассных авантюристов, в плане снабжения у нас ещё есть время. Но...

— Но?

— ...если подумать об Айз... времени на промедление нет.

Гефест согласилась с её мнением о скорости, а Бальдр поторопил её с продолжением. Атмосфера вокруг Локи стала напряжённой, и она твёрдо заявила:

— Каковы твои расчёты, Локи?

— Три дня. Это наш крайний срок.

Уран, видимо, разделявший её мнение, промолчал, а остальные боги с серьёзными лицами погрузились в молчание.

— Понятно. А что насчёт полного состава тех, кто остался на 60-м уровне?

— Число первоклассных авантюристов не уменьшилось. Сверив с числом жертв среди вернувшихся, в этом можно не сомневаться.

— Моя Цубаки тоже там. Диан Кехт говорил, что и «Святая Поля Битвы» жива.

Пока Гефест дополняла ответ на вопрос Бальдра, который не участвовал в «экспедиции», Локи впервые запнулась.

— Но... есть одна «странная реакция».

Она была уверена, что это не просто аномалия, а «дурное предзнаменование».

— Жив ли он, или уже всё, или, может, с ним случилось что-то «ещё хуже»... есть одна реакция, по которой ничего не понятно.

Говоря о сигнале, который она получала через божественную кровь, дарованную её детям, Локи опустила взгляд на свою правую руку и крепко сжала кулак. Эта её уверенность была в то же время и готовностью к худшему. Боги, поняв это без слов, не стали ни обнадёживать её, ни утешать.

— ...Сейчас уже поздно, но я всё же хочу спросить. Что за существо смогло уничтожить даже тех героев, которыми гордится Орарио? — наконец спросил Бальдр, понимая, что это была не просто угроза Подземелья.

Локи и Гефест, участники «экспедиции», молчали. Вместо них ответил Уран, до этого взиравший на них со своего божественного трона.

— Чудесное создание, обратившееся в монстра... «осквернённый дух».

***

Я вижу сон. Во тьме я вспоминаю первоклассных авантюристов, которые всегда были впереди меня.

«Не нужно так напрягаться, расслабься. Хоть мы и авантюристы, но в такое время должны помогать друг другу».

Господин Финн, полурослик. Человек, до которого мне как до луны. И как авантюрист, и как капитан «Семьи». Он много раз помогал мне и давал советы. Хотя порой мы и были врагами. Он был так же умён, как мой наставник, а может, и умнее, но в то же время в нём было что-то озорное. Я узнал это во время той суматохи со сватовством к Лили. Мне хочется крикнуть, что теперь наша очередь спасать тех, кто столько раз спасал нас.

«Можно извиниться перед юношей за то, что втянули его в это, но права превращать это в застольную байку у вас нет. Постыдитесь».

Госпожа Риверия, эльфийка. Как мне рассказывала Рю, она — благородный эльф, королевских кровей, что выделяется даже среди гордых эльфов. Мы общались с ней меньше, чем с господином Финном. Но в тот день в таверне, который стал для меня отправной точкой, она раньше всех отчитала их и заступилась за меня. Её строгие слова и благородный взгляд до сих пор живы в моей памяти. Стыдно признаться, но она была воплощением того идеального образа эльфа, которым я восхищался в детстве.

«Ясно, Финн, Риверия, этот юнец и вправду интересен!»

Господин Гарет, гном. Великий воин, чьё имя всегда всплывало, когда речь заходила о лучших защитниках Орарио. Мы общались с ним примерно столько же, сколько и с госпожой Риверией, но, если я не ошибаюсь, мне кажется, он приглядывал за мной. Интересно, что же он видел во мне за своей добродушной улыбкой?

«А ты неплох, раз завалил Минотавра».

Госпожа Тионе, амазонка. Она была поразительно красива, но при этом так откровенно одета, что я, помнится, вечно не знал, куда девать глаза. Но её сила была настоящей, и она очень помогла мне во время тренировок перед «Битвой фракций». Она даже поучаствовала в небольшом спектакле перед военной игрой с «Семьёй Аполлона». Я в неоплатном долгу и перед ней, и перед господином Финном. Смогу ли я на этот раз отплатить им?

«Ого, это же и вправду Аргонавтик!»

А это её сестра, госпожа Тиона. Наверное, после госпожи Айз она была самым добрым ко мне человеком в «Семье Локи», настоящим солнышком. Сколько раз её светлая улыбка спасала меня, когда я начинал паниковать или отчаиваться. Она много раз тренировалась со мной и так любила героические сказания, что даже прозвала меня «Аргонавтик». Может, именно из-за этой чрезвычайной ситуации мне так сильно хочется поговорить с ней о героях, как когда-то с госпожой Харухимэ. И всё же, я хочу смеяться и говорить с ней о многом.

«Слабак не пара для Айз Валенштайн».

Господин Бете, оборотень. Он очень быстр и, кажется, в ужасных отношениях с быстрейшим в городе, с которым они сцепились при первой же встрече. С ним у меня связаны очень яркие, но совсем другие воспоминания, чем с госпожой Тионой. И неудивительно. В тот день в таверне он так унизил меня, что я, жалкий, слезно убежал оттуда. Но именно благодаря тому жгучему стыду, а не только восхищению, я стал тем, кто я есть. Всё очень сложно, но в этом я уверен. Мне до сих пор страшно при мысли о нём, и, честно говоря, я не знаю, как с ним себя вести. Но тогда, когда мы сцепились с господином Гиацинтом в таверне, он заступился за меня. Или это просто мои наивные фантазии?

«Что ж... ещё увидимся».

...А она. О госпоже Айз и говорить нечего. Моя цель, моё восхищение, недостижимый цветок на вершине скалы. Первое, что всплывает в памяти, — это наши последние слова и вид с городской стены на рассвете. Я хочу, чтобы она была жива. Хочу её увидеть. Хочу спасти. Каждый раз, когда я представляю её лицо, эти желания становятся лишь сильнее. До безумия. Я обязательно спасу и её, и великих авантюристов. Я должен поклясться в этом здесь и сейчас, в этом тёмном сне.

«...до... ...ли?»

...

...Кстати, говоря… был ведь ещё кое-кто. Ещё один человек, которого я не мог игнорировать.

Этот человек был таким же добродушным, как господин Финн, но в моём присутствии — таким же пугающим, как господин Бете. Он был прекрасен, как госпожа Тионе, и, хоть и не так дружелюбен, как госпожа Тиона, но вежлив. Как и господин Гарет, он, вероятно, в какой-то степени признавал меня и, так же, как и я, восхищался госпожой Айз.

Это был эльф, как и госпожа Риверия, и я, в немного дурном смысле, часто боялся с ним столкнуться, а сердце моё колотилось.

«Долго вы собираетесь спать?»

В тёмном сне над головой пробился луч «ярко-жёлтого света». И пока незнакомый голос эхом разносился по миру, моё сознание начало медленно всплывать на поверхность.

***

— ...Кх...

Я медленно открыл глаза. Первым вернулось зрение, и в расплывчатом поле зрения показался незнакомый потолок. Затем, миновав слух, вернулось обоняние. Вместо тишины я ощутил сладкий цветочный аромат, снова манящий в мир снов. «Магический предмет, наверное», — подумал я, одними лишь глазами заметив вазу, стоявшую на полке рядом с подушкой, возле музыкальной шкатулки.

Комната была светлее, чем во сне, но всё же погружена в полумрак. За окном царила ночная тьма, и единственным источником света был проникающий внутрь бледно-голубой лунный свет. Некоторое время я просто лежал, утопая в мягкой постели, но потом...

— !! В-время! Что со спасательной операцией?!

Я вскочил в одно мгновение. Воспоминания о том, что было до и после того, как я провалился в сон, нахлынули, и я запаниковал, не понимая, что происходит. Едва сев, я уже собирался выпрыгнуть из кровати, но тут...

— Срок ещё не вышел. Успокойтесь.

Раздался голос, подобный звону колокольчика. Совсем рядом со мной. После зрения и остальных четырёх чувств, моё всё ещё сонное шестое чувство наконец-то проснулось, и я ощутил чьё-то присутствие. Удивлённый, я обернулся.

— А... вы...

Прямо передо мной, у самой кровати, на которой я застыл, оперевшись руками о белые простыни, стояла она. Залитая лунным светом, она была похожа на лесную фею. Её ярко-жёлтые волосы казались ещё прекраснее в синеватом полумраке комнаты. На ней было магическое одеяние в бело-красных тонах, а посох на поясе выдавал в ней настоящего мага. Её тёмно-лазурные глаза, похожие на глаза Рю, но более насыщенного оттенка, смотрели на меня сверху вниз.

— Вы ещё не совсем проснулись? Может, мне представиться?

Она слегка качнула головой, и её волосы, коротко остриженные на уровне шеи, колыхнулись. В её взгляде не было ни дружелюбия, ни презрения — она смотрела на меня просто как на другого авантюриста. И, видя моё ошеломлённое лицо, она приоткрыла свои изящные губы.

— Я Лефия Виридис. Маг из «Семьи Локи». Я пришла, чтобы попросить вас о помощи.

В комнате, где больше никого не было, она – госпожа Лефия – прижала правую руку к груди, словно волшебница, что так долго ждала своего героя.

----------

ЭКИДЕН-ЭКСПРЕСС

[[image:/storage/reader-images/eb94264f98e9af151d46563b51966ac81afca20b.jpg]]

ЭКИДЕН-ЭКСПРЕСС

Моя первая встреча с Лефией произошла более восьми месяцев назад.

— Спасибо. И... Простите — я не смотрел, куда иду.

Это было ранним утром, в одном из тихих переулков. Мы столкнулись на самом углу — и бум! — со всей силы ударились лбами. С этого всё и началось. Мы оба повалились на пятые точки, и, когда мы поспешно вскакивали на ноги, я помню, как оказался совершенно очарован.

В те времена её волосы янтарного цвета были настолько длинными, что спускались ниже талии. Хотя солнце ещё не взошло, казалось, что они сияют своим собственным внутренним светом — это было неописуемо красиво. Её заостренные ушки слегка дернулись — верный знак того, что она эльфийка. Лицо её не просто поражало красотой — оно было благородным, но в то же время мягким, располагающим к себе и почти хрупким. Но больше всего меня удивило то, как естественно она протянула руку и помогла мне подняться. Эльфийка, не скованная жесткими обычаями эльфийских лесов, подобно Рю — чистая, нежная и честная до глубины души.

Эта искренняя, невинная улыбка полностью обезоружила меня. Этот дурак — я сам — не мог не покраснеть. Иными словами — она была живым воплощением эльфа из сказки! Того самого типажа, о котором дедушка рассказывал мне каждую ночь — «прекрасная девушка-эльф, которая добра только ко мне». Она действительно существовала!

— Ты! Ты что-нибудь знаешь об Айз?!

— И вот так, всего за одну минуту и тридцать секунд, мой сладкий идеал был вдребезги разбит. Потому что она оказалась... фанаткой Айс Валленштайн!! (Вероятно!!)

— ПОСТОЙ — ТЫ, ТАМ — А НУ СТОЯТЬ!!

— Э-э-э-э-э-э-э-э!?

Конец моей фантазии ознаменовал начало бесконечной погони — издание «Смертельный заезд». Та прекрасная, хрупкая эльфийка, что была передо мной мгновения назад, превратилась в свирепого лесного стража, взирающего на меня, словно охотник на варвара. Лефия неустанно преследовала меня по всем городским улицам.

Тот день, по воле случая, был первым днем моих тайных тренировок с Айз. Скорее всего, Лефия заметила, как Айз рано выскользнула из штаба семьи, и отправилась за ней из беспокойства. Её навыки выслеживания и чувство опасности были настолько острыми, что это пугало. В то время я был еще первого уровня и всё еще называл её «мисс Валленштайн». Эльфийка третьего уровня, обрушившаяся на меня тем утром, казалась не чем иным, как божественной карой. Честное слово, я сражался тогда отчаяннее, чем во время инцидента с Серебряной Спиной...

Благодаря чистой удаче и лихорадочным раздумьям мне каким-то образом удалось сбежать и добраться до великой городской стены, где меня ждала Айз. Но это было лишь началом моих судьбоносных столкновений с Лефией.

— Я тебе не проиграю!!

Вот что она прокричала в тот день, когда мы случайно встретились у врат Вавилона после возвращения из Подземелья, по какой-то причине пылая духом соперничества.

— А-а — это ОПЯТЬ ТЫ-Ы-Ы-Ы-Ы-Ы-Ы-Ы-Ы-Ы-Ы-Ы!!

— П-ПРОСТИТЕ-Е-Е-Е-Е-Е-Е-Е!!

Затем последовал «Смертельный заезд II», сразу после того, как я случайно стал свидетелем того, как Айз и остальные принимали ванну на 18-м этаже — бесконечная погоня, сотканная из ярости и извинений.

— Ты... ТЫ-Ы-Ы-Ы-Ы-Ы-Ы-Ы-Ы-Ы-Ы-Ы-Ы-Ы-Ы-Ы-Ы-Ы-Ы!!

— П-ПРОСТИТЕ-Е-Е-Е-Е-Е-Е-Е-Е-Е-Е-Е-Е-Е-Е-Е-Е-Е-Е!!

И «Смертельный заезд III», после побега из лап куртизанки Фрини и её приспешников — когда на обратном пути через улицу Дедала, рядом с кварталом удовольствий, я случайно пролил зелье выносливости, данное мне Гермесом, прямо на голову Лефии. Результат: крик и рев, способный сотрясти небеса.

...Секундочку. Если подумать... разве она не преследовала меня снова, и снова, и снова!? Ох... все воспоминания, которые я до сих пор запечатывал глубоко внутри, хлынули обратно мощным потоком! Всё то, о чем я старался не думать, теперь вырывается наружу сквозь стену отрицания!

Ну, справедливости ради, я сам был идиотом, который пошел просить совета по тренировкам у элитного члена другой Семьи, так что, честно говоря, ворчание Лефии было вполне оправданным. После инцидента с купанием и катастрофы с зельем выносливости я уверен, что её мнение обо мне пробило абсолютное дно... Да. Это... это более чем справедливо.

Как бы то ни было — мы с Лефией не были чужаками. Между нами много чего произошло. Внутри «Семьи Локи», после Айз и Тионы, она, вероятно, была той, с кем я взаимодействовал больше всего.

И теперь — та самая Лефия, которая наверняка питала ко мне самые сложные и противоречивые чувства, стояла передо мной и говорила:

— Я хочу занять у тебя силы.

— Лефия... — проигрывая в голове наши воспоминания, я пробормотал её имя в каком-то полузабытьи.

Лефия изменилась. Не только внешне, но и самой аурой, окружавшей её. Словно красное пламя, ставшее синим, она стала спокойной, собранной, резкой и полной достоинства. И, несомненно, я тоже изменился. После всего, что произошло с Ксеносами, Глубокими Этажами, Сир и остальными. Мы оба, закаленные собственными испытаниями, теперь стояли под лунным светом, и наши взгляды встретились. Это ощущалось не просто как воссоединение, а как судьбоносная встреча — нечто, достойное слова «кайкоу».

— Сначала возьми это.

Пока я стоял, ошеломленный, Лефия оставалась совершенно невозмутимой, протягивая мне нечто. Это была мерцающая алая нательная рубашка, слабо светящаяся разрозненными частицами света... и боевое облачение, на котором были выгравированы рунические знаки?

— Это специальная «Защитная Ткань», сотканная с использованием маны всех духов стихий — Саламандры огня, Ундины воды, Сильфа ветра и других. Она была разработана Академией, и Леон поручил передать её тебе.

— ...Леон передал?

— Выбор снаряжения остается за тобой, но это необходимо для спасательной миссии. Обязательно надень её под доспехи.

И рубашка без рукавов, и боевой крест были изготовлены из одного и того же особого материала по уникальной технологии. Это изделие всё еще находилось на стадии прототипа и называлось «Мастер Духов: Ткань Всех Духов». В теории она даровала сопротивление ко всей стихийной магии и атакам, происходящим от самих духов. Пока Лефия кратко объясняла, я слушал лишь в пол-уха, мои мысли путались из-за всего происходящего вокруг. Поэтому в итоге я ляпнул первый пришедший в голову вопрос:

— Почему ты знаешь о Леоне?

— Я тоже была студенткой Академии — до тех пор, пока три года назад не выпустилась.

Она ответила непринужденно, без тени сомнения. Это напомнило мне о том, что я слышал раньше: «Среди действующих авантюристов высокого ранга много выпускников Академии. "Тысяча Эльфов" из Семьи Локи — один из самых ярких примеров». Именно это сказал Гермес во время нашего последнего визита в Академию. В отличие от меня, «полуфальшивого» приглашенного студента, Лефия была настоящей — подлинной выпускницей. Неудивительно, что она называла его «профессор Леон» с таким почтением... возможно, она даже училась в классе Бальдра.

— Эм... а почему ты здесь, Лефия?

Её темно-синие глаза впились в меня, спокойные, но пронзительные, и под этим взглядом я не мог не озвучить вопрос, который тяготил меня больше всего. Честно говоря, я чувствовал себя неловко. Я наделал немало ошибок, и уверен, что Лефия тоже не питает ко мне лучших чувств. Так что сказать, что проводить время наедине было не неловко... было бы ложью.

— Я уже всё сказала ранее.

Казалось, она умеет читать мои мысли. Или, может быть, она чувствовала то же самое. Лефия тихо выдохнула.

— Леон просил меня доставить тебе это снаряжение. И еще... — Она снова встретилась со мной взглядом, и её глаза были пугающе серьезными. — Как эльф, который бросил Айз и остальных, я бесстыдно желаю занять у тебя силы.

— ...!

Меня удивило не её смирение или слова. А то, что она, так глубоко обожавшая Айз, использовала слово «бросила».

— То, что я видела на 60-м этаже... то, что я там сделала... я расскажу тебе всё.

Голос Лефии был тихим. Или, может быть, она подавляла свои эмоции, чтобы они не выплеснулись наружу. Рассказ занял не более пяти минут. Но история, которую она поведала — об их отступлении с 60-го этажа, нет, об их невообразимой борьбе за выживание — казалась вечностью.

— Если бы я могла вернуться назад, я бы изменила прошлое. Но это бессмысленно. Мы выжжем удобные иллюзии, сожаления, что цепляются за нас — и вернем то, что было украдено, как можно быстрее.

Я даже не мог соображать здраво. Моя голова и сердце были в полном смятении. Настолько ужасной, настолько непостижимой была рассказанная ею история. Но она была права. У нас не было времени на то, чтобы утопать в сожалениях или конфликтах.

— Пожалуйста... Я умоляю тебя. Помоги нам.

Передо мной, пока я сидел на краю кровати, Лефия опустилась на одно колено. Омываемая бледно-голубым лунным светом, льющимся из окна, она выглядела как рыцарь. Я никогда не видел эльфа столь чистого, столь благородного, столь отчаянно жаждущего искупления. Затем она подняла лицо — и протянула командную карту. Директиву Меча. Я еще не понимал, что это значит.

— Я помогу.

Ответ был предрешен заранее.

— Так что, пожалуйста, и ты одолжи мне свою силу.

Я взял командную карту из её тонких пальцев и твердо кивнул.

— Давай спасем Айс и остальных — вместе.

Вероятно, это Гестия — или, может быть, мой мастер — устроила всё это для меня. Поверх ткани «Мастера Духов», которую принесла мне Лефия, я начал надевать свое снаряжение: нож от моей богини, доспехи, шарф Голиафа и всё остальное. Когда я закончил, мы вышли из лазарета.

— ...

— ...

Мы были на втором этаже. Поскольку магические лифты Вавилона начинались с третьего, нам пришлось спускаться по лестнице. Потолки были высокими, поэтому лестничный пролет казался бесконечным, и мы с Лефией шли бок о бок.

— ...

— ...

Судя по всему, на Лефии под её боевым облачением была такая же ткань «Мастера Духов». Раз она ждала моего пробуждения, значит, сама уже была более чем готова. Помимо посоха, у неё на поясе висел кинжал, и каждая деталь её экипировки выглядела дорогой, высококачественной и отполированной — именно то, чего и следовало ожидать от Семьи Локи.

— ...

— ...

...Да. Я достиг предела в попытках убежать от реальности. Наш разговор давно заглох, оставив лишь эхо наших шагов на лестничной клетке. Тишина причиняла почти физическую боль.

(Я понятия не имею, как мне вообще начать разговор...)

Особенно после того, как я услышал об этой отчаянной борьбе на 60-м этаже. Если я буду молчать, атмосфера между нами продолжит сгущаться, становясь тяжелой, как болото. Этого нельзя было допустить. Гнетущие мысли роились в голове, сердце не переставало колотиться, но я знал, что эта тишина — плохой знак. Нам предстояло вместе отправиться в самую глубь Подземелья. Нам нужно было хоть немного света, а не этот мрак. И, конечно, я почти слышал в голове голос своего наставника:

«Не можешь даже нормально поговорить с девушкой? Для чего, по-твоему, я перестраивал твои мозги, никчемный кусок мусора? Сгинь».

В ужасе перед воображаемым «Дисциплинарным Ударом Грома», я лихорадочно искал, что сказать. Я огляделся по сторонам, пытаясь найти безопасную тему — что-то, что не выбесило бы Лефию. И тут я заметил её волосы — янтарные пряди, касающиеся затылка.

— Т-так, эм, Лефия! Ты подстриглась! Тебе... тебе очень идет!!

Даже такой идиот, как я, мог заметить, что она сделала стрижку короче, поэтому я похвалил её от чистого сердца — хотя моя улыбка вышла натянутой и неловкой. Это была техника, которой меня учил мастер: стиль комплимента «Я просто хочу увидеть твою улыбку»!

— ...

Лефия посмотрела на меня так, как смотрят на самое глупое существо во вселенной. Словно жрец, собирающийся провозгласить: «Для этой грязи спасения нет». Словно призыватель, вкладывающий в свой взор абсолютную комбинацию отвращения, разочарования и презрения. Уровень пренебрежения, который мог бы превзойти даже взгляд Хорн. Эльфы — нет, люди — действительно способны состроить такую мину, а...

— Омерзительно.

— Гха!?

Самый прямой и беспощадный удар — нет, слово — пронзил мою грудь навылет! Она вовсе не выглядела счастливой! Напротив, выражение её лица было настолько холодным, что могло бы в мгновение ока испепелить остатки моей репутации!

— О чем ты вообще думаешь в такое время? Ты что, какой-то безмозглый, извращенный любитель «счастливых обедов» на цветочном поле? Мы должны спасать Айс, а ты пытаешься заигрывать со мной? Ты хоть понимаешь, каким врагом всех женщин это тебя делает?

— Угх — блегх!?

И всё это — совершенно справедливо! Град чистой логики, настолько сокрушительный, что у меня даже не было времени покаяться в своей глупости! У-учения моего мастера не работают! Лефия... неужели она — «совершенная женщина»!?

Я почти окончательно потерял опору под ногами, застыв на месте, пока она вздыхала и продолжала спускаться. Пока я хватался за грудь, отчаянно пытаясь собрать воедино то, что осталось от моей гордости...

— ...Прости.

— ...?

До меня донесся её голос — лишенный раздражения или презрения. Это было извинение. Я поднял взгляд и увидел, что Лефия продолжает спускаться по ступеням, одну за другой, стоя ко мне спиной.

— Я слишком погрузилась в собственные мысли. Я знаю, что вела себя напряженно... и теперь тебе приходится беспокоиться обо мне.

— Лефия...

— Но всё равно, пожалуйста, не делай вещей, к которым ты не привык. Я не совсем понимаю, как на это реагировать.

— А, точно.

Она видела меня насквозь. И я понял — Лефия была гораздо взрослее меня. Один этот короткий обмен фразами сделал это до боли очевидным.

— Ты презираешь меня?

— ...Что?

— За то, что я оставила Айз и остальных.

Вопрос застал меня врасплох. Сначала я не понял, что она имеет в виду. Но когда она продолжила, мои глаза расширились. Это было, вне всякого сомнения, честное признание, которое она прятала глубоко в своем сердце. Будь я на её месте, меня преследовали бы те же сожаления и та же боль. Её стройные эльфийские ноги остановились. На середине длинной лестницы она обернулась ко мне — теперь она была на несколько ступенек ниже, глядя вверх. Каким-то образом получилось, что я оказался выше по лестнице, а она стояла внизу. Её лазурные глаза смотрели снизу вверх, встречаясь с моими. Её лицо было таким неподвижным — почти чересчур неподвижным — лишенным эмоций, она просто ждала моего ответа.

Я молчал мгновение, глядя на неё сверху вниз. И затем...

— ...Погоди. Ты что, на самом деле хочешь, чтобы тебя презирали?

— ...Ха?

Я даже не понял, что именно сказал — слова вырвались прежде, чем я успел себя остановить. Лефия удивленно моргнула, её лицо застыло в выражении где-то между замешательством и недоверием. Видя такую реакцию, я не смог сдержать слабой, неловкой улыбки и почесал затылок.

— Нет, просто... это как будто я в зеркало смотрю.

— В зеркало...?

— Я имею в виду, что я тоже часто лажаю. Иногда мне почти хочется, чтобы люди отругали меня за это. А когда вместо этого они проявляют доброту, я чувствую себя еще более никчемным.

Я вспомнил всё, что произошло — сколько неприятностей я доставил Гестии и остальным. И я знал, что, вероятно, буду доставлять их и впредь. Но каждый раз, когда это случалось, мне только сильнее хотелось всё исправить — защитить их, отплатить за их доброту. Пока я издавал короткий, самоироничный смешок, настала очередь Лефии широко раскрыть глаза.

— Но, — продолжил я, делая еще шаг вниз по лестнице.

Я не пошел рядом с ней. Я прошел мимо. И когда я оказался на ступеньку ниже, я повернулся к ней лицом.

— Винить тебя сейчас было бы неправильно. Это я знаю точно.

Теперь я стоял внизу, а Лефия — вверху.

— Потому что ты и твоя семья вернулись — ради них. И теперь ты здесь, с нами, готовая снова спуститься туда и спасти Айс и остальных.

Я посмотрел на неё — не с жалостью, а с восхищением. Я не облек это в слова, но имел это в виду всем сердцем. Я уважал её — за то, что она выжила, и за то, что решила вернуться. То, что сделала Лефия и остальные, было не чем иным, как проходом сквозь ад... только для того, чтобы развернуться и снова встретиться с ним лицом к лицу. Ради кого-то. Ради своих товарищей. Ради своих идеалов. Как кто-то может осуждать такое?

— Так что, прости, — тихо произнес я. — Но я не смогу тебя презирать, Лефия.

Возможно, я еще недостаточно повзрослел, чтобы понять абсолютно всё. Но, будучи всё еще тем ребенком, коим я оставался, я мог, по крайней мере, говорить от чистого сердца.

— ...Какой же я была дурой, раз спросила тебя об этом, — пробормотала Лефия, выдыхая с тихим раздражением.

Однако её губы изогнулись в едва заметной, нежной улыбке — улыбке, что расцвела, подобно прекрасному цветку.

— Я больше не скажу ничего столь жалкого. Поэтому позволь мне повторить еще раз.

Её янтарные волосы качнулись совсем рядом со мной, и сапфировые глаза встретились с моими.

— Пожалуйста, одолжи мне свою силу.

— Да!

И вот так, в один миг, все сомнения внутри меня бесследно исчезли.

Зимние ночи холодны. Для авантюристов, неоднократно повышавших свой ранг — чьи тела стали крепче, устойчивее к жаре и стуже — онемение пальцев или неуклюжий хват оружия почти невозможны. И всё же холод есть холод. Хочется натянуть одежду поплотнее. Но для тела, которое только начинает разогреваться, такая погода могла быть идеальной. В тяжелой тишине, давящей на барабанные перепонки, мой пульс всё еще был высок. Это было затишье перед бурей. Последний миг спокойствия перед началом спасательной операции.

— Ты здесь, Белл.

— Рю.

Спустившись вместе с Лефией, мы достигли первого этажа Вавилона. Свет не горел. Лунное сияние лилось сквозь вечно распахнутые врата в главный зал, окрашивая всё вокруг в тот же бледно-голубой цвет, что и в лазарете. Рю направилась прямо к нам. На её поясе висели меч звездного света «Альвс Юстиция» и пара коротких клинков, именуемых «Футаба». Она была облачена в белый боевой крест и длинный плащ глубокого зеленого цвета — полностью экипирована, как и мы.

— Как ты себя чувствуешь?

— Я в порядке. Могу выступать в любой момент.

Она ушла сразу после пробуждения, но чувствовала себя хорошо. И голова, и тело работали идеально. Приказ мастера отдохнуть был верным решением. Если не считать напряжения, почти физически давящего на плечи, она была в лучшей своей форме.

— Э-э, Рю. Это все, кто отправится в Подземелье...?

Кое-что другое беспокоило меня. Даже на первый взгляд количество людей, собравшихся для операции, казалось небольшим.

— Выглядишь крепким, Аллен. Я ознакомился с отчетами о Войне Семей — твои навыки владения копьем улучшились, это хорошо.

— Заткнись, коротышка. Не смей строить из себя учителя передо мной. И не вздумай вставать впереди меня.

— Если ты встанешь рядом с высоким и стройным учителем, жестокая реальность разницы в росте станет слишком очевидной...

— Какая неожиданность! Это же гном — мясной танк!

— Сдавайся; мне и так нормально быть коротким — около 160 сантиметров мой предел, мелкий кошак.

— Это вы обрубки, кучка никчемных карликов — хотите, чтобы я вас порешил!?

— Аллен, извинись, и прекрати. Если ты продолжишь в том же духе, Сир снова в нас разочаруется...

В центре зала Леон, Аллен и Двалин уже были на грани драки; Альфригг был единственным, кто сохранял усталое лицо старшего брата.

— Харухиме, ты ничего не забыла?! Лечебные средства?! Магический меч Вельфа?! Возьми Джагамару, на случай если проголодаешься!! Не перенапрягайся, хорошо?!

— Д-да, Гестия. Харухиме ко всему готова...

— Но я так волнуюсь!! Асфи, пожалуйста, присмотри за нашей Харухиме!!

— Я сделаю всё, что в моих силах...

У ворот моя богиня неистово размахивала руками, занятая «проверкой готовности» Харухиме. Рядом Асфи выглядела совершенно измотанной — нет, скорее поглощенной отчаянием и смирением, поскольку её тоже загнали в угол для досмотра. В другом конце зала мой мастер вел стремительные переговоры через свой окулярный кристалл, а вокруг него стояли высокоранговые авантюристы Семьи Локи, включая черноволосого мужчину и остальных.

Ни Лили, ни Вельфа, ни Микото нигде не было видно. Как и членов других Семей. Даже считая меня, Лефию и Рю, здесь не набиралось и двадцати человек.

— Полагаю, мне не нужно спрашивать, но... Белл, какую командную карту тебе дали?

— А? Э-э... «Меч», но... — Рю спросила, взглянув на Лефию, которая передала мне её ранее. Когда я показал ей карту, она кивнула и вытащила точно такую же из своего плаща. — У всех присутствующих здесь есть командная карта «Меч». Мы — основная ударная группа.

— Основная группа?

Судя по размеру отряда, казалось, что мы направимся на 60-й этаж малым элитным подразделением. Тем не менее состав был экстраординарным. Не считая Харухиме — баффера высочайшего класса — все были 4-го уровня или выше. Во главе с профессором Леоном 7-го уровня, остальные были первоклассными авантюристами. Из того, что Лефия рассказала мне в лазарете — что само по себе было шокирующим — и Оттар, и Хегни всё еще оставались заперты на Глубоких Этажах после того, как помогли великой экспедиции Семьи Локи. Это означало, что, за вычетом Айз и остальных, это была практически «группа мечты», состоящая из величайших героев города.

Но всё же... 60-й этаж? Это безумная глубина. Обычно туда отправляются только с масштабными экспедициями, такими как у Семьи Локи.

— Время вышло. Выдвигаемся.

Приказ моего мастера резко прервал мои размышления. Все повернулись к нему, и группа начала движение — к подвальному уровню, соединяющемуся с входом в Подземелье. Погодите... разве не должно быть стратегического брифинга? Я что, единственный, кто не знает, что происходит?!

— Э-э, Мастер! Вы мне еще ничего не сказали — что я должен делать?!

— Бежать. Это всё.

— А?

— Объясню по дороге. Слушай на ходу.

Э-э-э — ?! Не слишком ли это беспечно — или даже откровенно безрассудно?!

Но прежде чем я успел додумать эту мысль, мой мастер, как всегда прочитав мысли своего глупого ученика, на ходу отвесил мне изящный, но жестокий пинок, выбивший из меня недостойное «Гху!?».

— На данном этапе даже время, потраченное на объяснения тебе, слишком ценно. Всё должно происходить параллельно. Двигайся, тупой кролик.

Повернутый на эффективности мастер исчез на лестнице, не проронив больше ни слова. Стоная от боли, я пошатываясь поднялся на ноги. У основания лестницы, ведущей под землю, стояли профессор Леон, Рю, Харухиме, Асфи и Лефия, которая смотрела на меня со смесью жалости и раздражения. А прямо передо мной была моя богиня.

— Белл, возьми это с собой.

— Это... кристалл Окулуса?

— Ага. Я умолила Урана позволить мне одолжить один — специально для тебя.

Должно быть, он уже был модифицирован Вельфом, потому что с легким щелчком кристалл идеально вошел в углубление на наруче моей левой руки. Словно родитель, суетящийся над ребенком перед дальним путешествием, богиня заботливо поправила его, а затем подняла кристалл того же цвета в своей руке, показывая мне «большой палец» с яркой улыбкой.

— Через Окулус я буду наблюдать за твоим приключением. И буду давать советы прямо отсюда, с поверхности — божественное наставление в реальном времени!

— ...!

— Сделаем это, Белл! Мы вернем ту девчонку Валлен-как-её-там и остальных вместе!

Хотя боги обычно не могут сражаться, их поддержка ощущалась ближе и теплее любого оружия. Настоящая спасательная миссия — та, где боги и их Семьи сражаются как одно целое. Неважно, как далеко мы друг от друга, слова «сражаться вместе с моим богом» звучали невероятно обнадеживающе. Нервозность, которую я чувствовал, испарилась, как туман. Больше всего на свете я ощущал, как в груди раздувается мужество.

— Так что давай выложимся на полную! И... проследи, чтобы все вернулись живыми!

— Да! — Я улыбнулся, ответив твердым кивком.

Мы бросим вызов невозможному — вместе, со всеми, с моей богиней — в величайшем приключении, чтобы вернуть то, что мы потеряли.

Операция началась с прыжка — а затем с падения.

— В бой не вступать до 50-го этажа! Бегом!

С первого подвального уровня Вавилона мы нырнули прямо в середину огромной вертикальной шахты Подземелья — «Великой Пропасти». Игнорируя винтовую лестницу, высеченную вдоль стен шахты, авантюристы разом спрыгнули на первый этаж. Даже вздрогнув от приказа, вырвавшегося из уст Хедина — приземлившись, мы тут же сорвались на бег.

Впереди, разумеется, был самый быстрый человек в городе — Аллен Фромель. Следуя за его серебряным копьем, словно за атакующей колесницей, мы ворвались в великий проход, известный как «Путь Начала».

— Э-эта скорость... слишком высокая с самого начала!?

— Забудь об этом кошачьем идиоте! Держись за спиной Леона!

При виде пугающе быстрого стартового спринта Асфи — летевшая в хвосте с Харухиме на руках и сияющими сапогами «Талария» — издала панический возглас. Хедин, бежавший спокойно в середине строя, ответил так, будто этот хаос был обыденным делом.

Нашим назначенным ведущим был Леон, бежавший вторым в колонне. Бело-серебряные доспехи рыцаря и длинные ножны меча за спиной были нашим ориентиром. Мощно взмахивая руками, Леон поддерживал почти идеальный темп — достаточно быстрый, чтобы заставить нас работать на пределе, но стабильный, чтобы сохранить сплоченность отряда. Для любой обычной группы высокоуровневых авантюристов это уже был бы «марш смертников». Но для нас — «основной группы», направляющейся на 60-й этаж — это была наша максимальная боевая скорость. Я ясно видел, как в глазах Лефии, бежавшей рядом и подстраивавшей дыхание под других членов Семьи Локи, вспыхнула острая сосредоточенность.

(Серьезно, Аллен просто невероятен...! Хотя это и не удивительно!!)

Мы всё еще были на верхних этажах, а его фигура уже скрылась впереди. Еще больше пугало то, что Хедин, казалось, ничуть не обеспокоен — он словно ожидал этого. А группа Альфригга, бежавшая так, будто это была легкая прогулка, заставляла мою кожу покрываться мурашками.

— Я слышал, люди говорят, что Семья Локи на голову выше всех остальных в экспедициях по Подземелью...

Теперь я понял. Координация? Нет. Командная работа? Отсутствует. Только чистая, беспощадная мощь движения. Я был так рад, что не присоединился к экспедиции Семьи Фрейи.

— Следовать только стандартными маршрутами! Двигаться к цели кратчайшим путем!

Этот приказ Хедина — вероятно, предназначенный для меня, так как я всё еще был меньше всех осведомлен — прояснил план. Мы неслись через светящиеся залы Подземелья, наши тени мелькали в фосфоресцирующем свете. Грохот сапог отдавался громом. При такой скорости казалось, что мы достигнем 60-го этажа в мгновение ока... хотя разум напоминал мне, что это невозможно. Несясь так быстро и шумно, не было сомнений — монстры скоро услышат наше приближение.

— ...а?

Именно тогда мой заторможенный мозг наконец заметил неладное.

(Монстров... их нет...?)

Несмотря на целый отряд авантюристов, с грохотом проносящихся через Подземелье, мы не встретили ни одного монстра. Нет — они были здесь. Я чувствовал их присутствие повсюду в лабиринте. Более того, до моих ушей доносились далекие отголоски воя, криков и звона стали.

— Они здесь!

— Основная группа! Основная группа идет!

Прежде чем появились монстры, первыми показались другие авантюристы. Группа искателей приключений низкого уровня, чье оружие было залито кровью — доказательство битвы, которую они только что пережили — увидели нас и в панике закричали, прежде чем развернуться и исчезнуть за углом. Что происходит? Что это вообще значит? Я что, единственный, кто не понимает!? Поднимая облака пепла, разбросанного по земле, я мог только спотыкаться в замешательстве.

Но прежде чем я успел осознать хаос — ответ пришел ко мне сам. Преследуя спину серебряного рыцаря, я завернул за следующий угол — и увидел это.

— О-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о!!!

— ГР-Р-Р-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!!!

Растянувшись далеко вдаль, целая колонна авантюристов вела ожесточенный, непрерывный бой с волнами монстров.

— Чт— что?!

Мои глаза не верили увиденному. Мозг замер. Зрелище было настолько ошеломляющим, что ноги почти остановились сами собой. Затем — хлоп! — легкий толчок в поясницу.

— Не останавливайся!

Левая рука Лефии подтолкнула меня сзади, заставляя снова прибавить скорость. Следуя за темно-зеленым плащом Рю, я огляделся, чтобы охватить взглядом всю картину. Две линии — обе стороны коридора были забиты авантюристами, вырубающими гоблинов и кобольдов, которые валили валом. Из боковых туннелей, со склонов внизу, монстры бесконечным потоком хлынули на основной маршрут!

— Это же...?!

— Это «Псевдо-шахта», Белл!

— Богиня!

Из Окулуса на моем наруче раздался голос Гестии. Должно быть, она сама куда-то ехала, потому что на фоне я слышал стук колес повозки, пока она говорила тоном опытного полевого оператора.

— Весь этот план придумал тот садист-эльф! «Великая Шахта» Гильдии, может, и сделана из орихалка — самого твердого металла в мире — но эту «Псевдо-шахту» построили сами авантюристы! Отсюда и до самых Глубоких Этажей они расчищают кратчайший путь для тебя и основной группы!

— Шахта, построенная авантюристами?!

Нет — что еще важнее, она идет до самых Глубоких Этажей?! Мои глаза расширились, не в силах переварить поток информации за один раз, и я быстро снова окинул взглядом сцену. Зверочеловек-танк сдерживал нескольких монстров своим огромным щитом, в то время как гномьим молотом он разносил их в щепки. Маги и лучники обрушивали заклинания и стрелы, чтобы остановить врагов, пытающихся вылезти из трещин в стенах. По самой середине этого защищенного коридора бежали Леон, я и остальные — несясь прямо вперед, беспрепятственно и не встречая сопротивления.

Если центральный путь, по которому мы бежали, был «главной дорогой», то другие авантюристы, сражающиеся по бокам, были «обочиной». Они сформировали живые баррикады по обоим краям маршрута, защищая нас от каждой атаки монстров!

(Это зрелище... оно правда тянется до самых Глубоких Этажей?!)

Тогда да — это действительно была шахта. Если шахта — это «кратчайший путь», который доставляет авантюристов вглубь Подземелья невредимыми, то даже если это не был вертикальный туннель или лифт, этот отчаянный, построенный людьми проход всё равно оставался таковым!

— Не останавливайся для боя, глупый кролик. Неважно, кто падет — продолжай бежать.

Голос Хедина прозвучал резко и холодно рядом со мной, пока я смотрел на всё это, ошеломленный.

— Оставь всю пустяковую работу другим Семьям... всей армии Орарио.

Он хотел, чтобы мы запечатлели это зрелище в своей памяти — объединенную мощь Города Героев, собравшуюся внутри самого Подземелья.

— Дорога свободна, как вы и просили!

— Колесница Вана Фрейи уже прошла!

— Шевелитесь! Мы никогда так раньше не сражались, черт подери!

Крики поддержки, отчеты о ситуации, даже проклятия пролетали мимо нас, пока мы бежали. Судя по их снаряжению и движениям, это были авантюристы низкого уровня — 1-го уровня, которые обычно не спускались ниже верхних этажей. И всё же даже они были мобилизованы, удерживая линию, чтобы защитить этот единственный маршрут.

Вот почему Лили и остальные не были с нами. Вот почему в Орарио было так жутко тихо перед нашим уходом. Все они ушли вперед — в Подземелье — чтобы проложить этот путь для нас!

— Командные карты «Меч» обозначают основную группу, направляющуюся на 60-й этаж для спасения! Карты «Щит» назначают оборонительный корпус, который поддерживает этот маршрут и защищает жизненно важную линию связи основной группы!

Голос Гестии объяснял всё через светящийся кристалл, собирая все кусочки пазла воедино. Присмотревшись, я увидел, что на доспехах каждого сражающегося авантюриста — там, где обычно находится эмблема Семьи — была выгравирована командная карта «Щит».

«Мечи» были элитной ударной группой.

«Щиты» были массивным оборонительным корпусом, охраняющим путь.

Так вот что значили эти две карты!

Всё это было сделано ради одной цели: сберечь силы основной группы для спуска на 60-й этаж.

(Теперь я понимаю...!)

Почему Хедин вырубил меня. Почему меня заставили отдыхать после возвращения из Долины Драконов. Всё это время было необходимо им, чтобы подготовить эту Псевдо-шахту. Даже ограничившись стандартным маршрутом, переброска такого количества людей вглубь Подземелья для обеспечения быстрейшего прохода требовала колоссального времени и невероятных усилий. Авантюристы всего города объединились, чтобы воздвигнуть эту «Псевдо-шахту». Безрассудная, отчаянная, но грандиозная рукотворная операция!

— Ради спасения леди Риверии и остальных время — наш злейший враг. Мы должны достичь 60-го этажа за один день.

— З-за один день?!

Только я начал осознавать масштаб плана, как Хедин буднично сбросил еще одну информационную бомбу. Когда-то, когда я отправлялся в экспедицию на нижние этажи с Айшей, у нас ушел целый день только на то, чтобы добраться до 24-го этажа. А теперь нам предстояло преодолеть в два раза большее расстояние — и всё за одни сутки?! Даже если избегать каждой драки, даже с этим массивным коротким путем, как такое вообще возможно? Говорили, что Глубокие Этажи шире, чем весь город Орарио!

— Наша миссия не заканчивается достижением 60-го этажа, — продолжил Хедин, обрывая мои сомнения. — Мы должны забрать Семью Локи и вернуться на поверхность прежде, чем Подземелье поглотит нас.

— ...!

— Это касается как основной группы, так и оборонительного корпуса, поддерживающего эту шахту.

Иными словами — путь вниз и путь назад. Это был не марафон, где ты добегаешь до финиша и останавливаешься. Даже тем, кто выстроился вдоль маршрута — «зрителям» — приходилось сражаться, ставя на кон свои жизни.

— Беги, проклятый кролик!

— Поторапливайтесь и возвращайтесь скорее! Мы не сможем удерживать позиции вечно!

Время, в течение которого эту рукотворную шахту можно было поддерживать, было строго ограничено — обратный отсчет до её обрушения уже запущен, словно часовой механизм. Грубые выкрики, летевшие нам вслед, пропитанные кровью и потом, в конце концов тоже затихнут. Достижение Глубоких Этажей не было финалом. Ради всех тех, кто защищал путь туда и обратно, мы обязаны были вернуться на полной скорости. Адская эстафета на длинную дистанцию, где сами жизни служили эстафетной палочкой. Мы должны были пронести этот невидимый талисман жизни и передать его дальше. Даже если цель впереди казалась абсолютно безнадежной.

У меня перехватило горло — но в этот миг совсем рядом раздался тихий шепот:

— Именно так всё и должно быть.

Тонкие губы янтарноволосой эльфийки, которая уже давно всё для себя решила. Я взглянул в сторону. Её сапфировые глаза встретились с моими. «Потому что Айз и остальные ждут нас». Вот что говорил её взгляд. И одного этого было достаточно. Я глубоко вздохнул, отбросил все лишние мысли и окончательно утвердился в своей решимости. Ради каждого, кто поддерживает наш бег — ради Айс и её спутников — мы спасем их и вернемся так быстро, как только сможем.

— Они быстрые, слишком быстрые?! Они еще даже не добрались до алтаря — !

Соскочив с кареты, мчавшейся на полной скорости, Гестия кубарем выкатилась прямо перед штаб-квартирой Гильдии. Её завязанные в хвосты черные волосы дико подпрыгивали, когда она сорвалась на бег.

— В таком темпе у меня даже не будет времени сесть и нормально поработать оператором!

— А? Вы что-то сказали, Богиня?

— Ничего подобного!! — отчаянно прокричала она в ответ голосу Белла, эхом доносившемуся из Окулуса, не сбавляя яростного темпа.

Несмотря на то, что она мчалась из Вавилона со всей возможной скоростью, «основная группа» Белла уже проносилась сквозь Верхние Этажи — так быстро, что она едва поспевала за ними даже с поверхности. Если она хотела продолжать поддерживать их, ей нужно было выжать из своего тела всё до предела. Следуя знакомым маршрутом вниз, она чуть не столкнулась с несколькими сотрудниками Гильдии, спешащими в противоположном направлении, быстро извинилась и пронеслась по длинной лестнице в подземный храм.

— Опаздываешь, коротышка!

— Ха... ха... я бежала так быстро, как могла! Кха — гве-э!?

— Не вздумай блевануть, идиотка! Ты сама сказала, что хочешь проводить детишек! Я тоже хотела отправить Лефию и остальных, но сдержалась, слышишь?!

Первым, что встретило её в подземном алтаре, был громовой крик Локи. Всё еще кашляя совсем не по-божески, Гестия уперлась руками в колени и попыталась отдышаться, прежде чем поднять взгляд. Божеств здесь оказалось меньше, чем она ожидала. На каменном троне восседал Уран, рядом всё еще кричала Локи, Гефест наблюдала за этим с раздражением, Гермес небрежно помахал рукой, а Бальдр стоял неподвижно со своей обычной мягкой улыбкой. И тут...

— Ты припозднилась, Гестия.

— Ва — ?! Фрейя?!

Не в облике официантки Сир, но во всем своем величии как Богиня Красоты.

— Почему ты в этом облике?! Мы же договорились, что ты останешься замаскированной под Сир, чтобы не поднимать шум!

— В подземный храм допускаются лишь немногие из нас, богов. Всё в порядке.

— Ты слишком своенравна! И этот наряд — серьезно?!

Гордая и властная богиня, чьи серебряные волосы сияли, была одета — из всех возможных вариантов — в униформу таверны. Если быть точным, это было просто светло-зеленое цельное платье, без передника или чепчика. На Сир оно сидело идеально — но на божественной и пышной Фрейе оно было слишком тесным. Пуговицы на груди опасно натянулись, готовые лопнуть в любой момент. Это было совершенно не подобающее богине Фрейе одеяние, и зрелище казалось почти сюрреалистичным.

— Это всё, что мне осталось надеть, — спокойно произнесла она.

— Не говори вещей, из-за которых ты кажешься беднее меня, ведя себя при этом как королева!

Пока Гестия кричала, в неверии потирая виски, Фрейя просто подняла Окулус в своей руке — его синий свет мерцал — и плавно заговорила:

— Так лучше «подбадривать» их. Вид меня в таком состоянии поднимет боевой дух Ваны. И кроме того... — Она начала передавать сообщение через Окулус, её глаза были спокойны и полны уверенности. — Аллен. Остановись на 12-м этаже. Встреться с Хедином и остальными перед входом на Средние Этажи.

— Я отказываюсь. Эти крылатые насекомые слишком медленные.

— Нет. Ты не можешь ослушаться меня, богиню — не официантку Сир.

— ...Тч!

С раздраженным цоканьем языком связь прервалась. Фрейя сладко улыбнулась, почти как невинная девушка.

— Видишь? Если я не буду вести себя так, Аллен и слова не послушает.

— О чем ты вообще с ним переговаривалась всё это время...? — Гестия простонала, наполовину испытывая отвращение к бесстыдному тону богини.

Тем не менее, она не могла отрицать, что Фрейя в чем-то права. Оглядевшись, она увидела, что Гефест и Гермес либо пожимают плечами, либо криво усмехаются, Бальдр сохраняет спокойную улыбку, а Уран хранит молчание — молчаливое одобрение. Только Локи проворчала: «Хотя бы держи этого пса на привязи, ладно!». Деметра и несколько других богов, судя по всему, были на поверхности, стараясь успокоить напуганных горожан, и никто из присутствующих не был склонен оспаривать выбор облика Богини Красоты.

Решив, что читать ей нотации бесполезно, Гестия переключила внимание. Она быстро вытащила свой Окулус, подключаясь к линии Белла.

— Белл! Всё готово, так что я начну объяснять детали операции! Слушай на бегу!

— Я-я постараюсь!

— Оставь поддержку мне!

Чтобы сэкономить время и силы, Гестия сменила Хедина, передавая тактическую информацию напрямую Беллу. По мере развертывания операции две богини — Гестия и Фрейя — объединили усилия в качестве божественных операторов, направляя всю свою поддержку на отчаянную Спасательную Миссию.

Пока авантюристы низшего ранга отважно сражались по краям пути, наше продвижение не подавало признаков замедления. Мы продолжали спускаться по межэтажным переходам снова и снова — бесконечный натиск. Даже для так называемой «Группы Мечты», состоящей из героев высшего класса, это было слишком быстро. Я и не подозревал, что прорыв через кратчайшие маршруты Подземелья при полном игнорировании всех возможных стычек может ощущаться настолько ошеломляюще.

Пока я впитывал каждое слово информации, которую Гестия посылала мне через Окулус, трепет не покидал мой разум. Вдоль маршрута авантюристы, удерживающие линию с обеих сторон, выкрикивали — не совсем приветствия, а скорее боевые кличи, которые обрушивались на меня волнами.

— Вперед, спасательный отряд! Я удержу оборону здесь! Это я — Пылающий Боевой Боец Рассветных Рыцарей Святого Дракона!

— Предоставьте это великой Виоларте Прекраснохвостой!

Поразительно — разные Семьи сражаются плечом к плечу! Даже если их командная работа грубовата, их дух безупречен... хотя, вау, все правда горят желанием похвастаться своими титулами.

— Лефия-семпай, вперед!

— Пожалуйста, вернитесь живыми!

— Обещаю. Обязательно.

Даже студенты из Академического Района! Одетые в свои красно-белые боевые формы, они окликали свою старшую, когда та проносилась мимо. Лефия не замедлялась и не оборачивалась, но я услышал, как она тихо прошептала: «Спасибо». Вид этих храбрых студентов — когда-то так яростно выступавших против авантюристов во время Орариады — сражающихся теперь плечом к плечу, почти вызвал слезы у меня на глазах. Я не мог плакать, не здесь, но увиденное поразило меня до глубины души. Мы были свидетелями чего-то большего, чем даже Война Семей.

Но... (Мы не можем позволить себе просто поддаваться эмоциям!)

Мы были всего лишь на десятом этаже, а здесь уже были развернуты студенты Академии и даже авантюристы 2-го уровня. Для студентов это имело смысл — у них были высокие показатели характеристик, но ограниченный опыт в Подземелье, что идеально подходило для охраны верхних ярусов. Но использование опытных авантюристов старших классов здесь? Это значило нечто иное. Либо командование хотело быть абсолютно уверенным в том, что ничего не пойдет не так... либо Подземелье стало настолько опасным, что даже ветеранам приходилось удерживать эти этажи.

Я украдкой взглянул вперед. Мой мастер, Хедин Селланд, держал Окулус в одной руке, спокойно слушая голос на другом конце — вероятно, Лили. Даже сейчас, посреди хаоса, выражение его лица было холодным и точным, как всегда. Всё, что я мог делать — это доверять его суждениям и проглатывать свое беспокойство.

— Вперед!

— Мы рассчитываем на вас!

— Выложитесь на полную!!

Крики авантюристов и студентов вокруг нас наполняли туннели, пока мы прорывались дальше. С невероятной скоростью мы миновали одиннадцать переходов и достигли двенадцатого этажа — Туманного Лабиринта. Коридоры здесь были широкими, залы — огромными, туман кружился густыми клубами вокруг нас, но риска потерять группу не было. Рев авантюристов, удерживающих линию, не стихал, а сияющие магические лампы вели нас сквозь мглу, словно маяки.

— О, наконец-то вы добрались!

— Ах — ! Морд!

Сквозь туман проступило знакомое грубое лицо. Морд, Скотт и Гил — словно водоносы на марафоне — пробежали рядом с нами несколько шагов, пока мы проносились мимо. Наша команда держала ровный темп, но Морд и его люди уже были на пределе — они неслись во всю прыть, судорожно хватая ртом воздух.

— Ха-а, ха-а...! Черт возьми — Кроличья Лапка, нет, постой — Регулус Арне, Сияющий Лев-Кролик — а-а, к черту! Ты слишком часто меняешь прозвища!

— П-простите!

Скотт и Гил уже начали отставать, выкрикивая «Слишком быстро!», прежде чем скрыться из виду. Только Морд, с налитыми кровью глазами, брызгая слюной от напряжения, продержался рядом со мной еще несколько секунд, яростно работая руками. И я мог только извиняюще склонить голову. И еще... погодите, мой титул снова изменился?!

Даже покидая свой назначенный пост, Морд вытащил из кармана небольшой флакон и сунул его мне в руку.

— Давай, Белл! Поторапливайся и верни этих ублюдков из Локи живыми!

— Есть!

Это был самый громкий и искренний выкрик, который я издал за весь день. Я высоко поднял руку, салютуя Морду, пока он оставался позади, а его фигура уменьшалась — Эликсир, который он мне передал, был крепко зажат в моей ладони. Он не мог стоить дешево. И всё же он добыл его для меня. Я никак не мог притвориться, что это не задело меня за живое.

Возможно, этот огонь в моем сердце передался и остальным — потому что сразу после этого вся наша основная группа прибавила скорость, ныряя прямиком в Средние Этажи. Даже в первой по-настоящему опасной зоне Подземелья — Лабиринте Каменных Пещер — наш темп не дрогнул. Быстрейший копейщик Аллен, который каким-то образом поджидал нас впереди, снова влился в строй, и под защитой высокоранговых авантюристов, формирующих псевдо-шахту вокруг нас, мы продолжали ускоряться, уходя всё глубже.

— Киуи!

— Гр-р-р-а-а-а!!

Но была одна вещь, за которой стоило следить — бреши стали появляться чаще. Каменный топор, брошенный Альмираджем, просвистел у самого моего лица, а огненное дыхание Адской Гончей едва не опалило замыкающих. За исключением чистых специалистов-танков, большинство авантюристов не привыкли к таким оборонительным построениям. Удерживать коридор под постоянным натиском — это жестокая работа даже для ветеранов. И теперь, когда мы вошли на Средние Этажи, где дальние атаки стали обычным делом, нам приходилось продвигаться вперед без единой паузы.

— Четвертая шахта впереди — прыгайте!

Каким-то образом у мастера Хедина в голове была запечатлена вся карта Подземелья. Каждый раз, когда он выкрикивал приказ, тот был безупречно точным. Мы бросались очертя голову в вертикальные шахты, открывавшиеся вдоль основного маршрута — так было уже четыре раза. Каждый раз авантюристы, поддерживающие шахту внизу, с недоверием смотрели вверх, когда мы падали вниз, идеально рассчитав время. Невероятно. Мы преодолевали этажи быстрее, чем когда-либо на Верхних Уровнях. Воздух содрогался от эха нашего спуска —

── О-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о ──

Основная группа была пугающе быстрой. Настолько, что если бы это было мое первое погружение на Средние Этажи, я бы, наверное, замер в шоке. Этаж за этажом проносились мимо сплошной полосой — пока громовой рев Гигантов не начал звучать всё ближе.

— Леон! И... Рапи!

Наконец мы достигли 17-го этажа. Пробежав сквозь огромные туннели, достойные владений Гигантов, мы ворвались в обширный зал в самой глубокой части этажа — туда, где стоял измотанный Третий Отряд: Иглин, Крис и Леги!

— Очисти и омой — святой клинок правосудия! Рази, призрачный меч покорения — !

Не только они. Там были и другие студенты Академии — и Микото тоже! Вся Семья Такемикадзучи! И враг, с которым они столкнулись...

— Р-Р-Р-О-О-О-А-А-А-Р!

— Г-в-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о!!

Единственный король Подземелья — Монстр Рекс Голиаф! Чтобы он появился сейчас, в такой момент...?! Наряду с беснующимся великаном, по полю боя носились другие монстры крупного класса, такие как Минотавры и Клыки Райгера. Огромный зал, Стена Плача, превратился в сцену абсолютного хаоса!

(Босс этажа? Но ведь Голиаф, с которым сражались я и группа Иглина, должен был быть побежден всего четыре недели назад...) Неужели следующий появился и был оставлен без внимания всё это время? Могло ли такое вообще случиться? Или интервал возрождения как-то сбился? Я ошибся? Нет — сейчас это не имеет значения...!

— Борса и остальных здесь нет!

Всё еще на бегу, Белл в мгновение ока окинул взглядом поле боя — и замер от потрясения. Никого из авантюристов Ривирии, тех, кто привык сражаться с Голиафом, нигде не было видно. Неужели их перебросили на другую линию фронта? Здесь был сводный отряд из разных Семей — в основном 2-го уровня!

— У-о-о-о-о-о-о-о-о!!

— Ока, назад!

Бойцы авангарда — Ока и остальные — яростно целились в ноги великана, чтобы свалить его, в то время как Чигуса и тыловое прикрытие выпускали стрелы и заклинания в поддержку. Там также были студенты из Академии в своих красно-белых боевых формах: седовласый мальчик-фехтовальщик, девочка-маг с клубнично-светлыми волосами — скорее всего, авантюристы 3-го уровня.

Включая Иглина и остальных бойцов Третьего отряда, все они, вероятно, были лучшими учениками «Специальной подготовки в Подземелье» при Академии, получившими это назначение за выдающиеся успехи. Они атаковали отчаянно, на пределе сил — но этого было недостаточно! Им было не под силу пробить живую крепость, коей являлся Голиаф!

— Соберитесь, олухи! Освободите путь для Рапи!

— Предоставь это мне! Смотри на меня, Рапи! Узри мой изящный Танец Шахты!

— «Темная мина»!!

Не сбавляя скорости на Стены Плача, основная группа услышала рев Иглина из самого центра битвы, где он стоял, весь в крови, высоко подняв два молота. Обильно истекая кровью, Крис исполнила резкий, грациозный танец, разрубая магический камень огромного монстра, а Леги в ответ активировал целую сеть взрывных ловушек.

— Основная группа проходит!

— Уберите этого огромного ублюдка с дороги!

Авантюристы, сражаясь не на жизнь, а на смерть, расталкивали Минотавров, чтобы расчистить путь — и каждая их жертва окрашивала воздух в красный, а горячая кровь брызгала Беллу на щеку. Но угроза не исчезла. Самый ужасающий враг Подземелья оставался на месте — сам Босс Этажа! Хуже того, его массивные руки сметали союзников, словно сухие листья на ветру, угрожая разорвать искусственную шахту, воздвигнутую авантюристами!

— ...Мастер Хедин! Нам нужна поддержка!

Белл больше не мог этого выносить — увидев, как рядом падает авантюрист, кашляя кровью, он закричал. Хотя бы один прицельный выстрел магией, хоть что-нибудь, чтобы помочь отразить натиск этого великана-стены — чтобы спасти их!

— Не останавливайся. Беги сквозь!

Но голос мастера Хеддина оборвал его, словно удар хлыста. Это прозвучало безжалостно — но на деле всё было совсем иначе.

— Твои товарищи не заслуживают даже капли доверия?!

— !!

Кораллово-красные глаза даже не взглянули в мою сторону — они были устремлены строго вперед, непоколебимые.

— Этот мусор... они будут стоять до самого конца.

Четверо братьев-паллумов тоже подали голос — признавая, в своей презрительной манере, силу авантюристов, против которых они когда-то сражались в Военной Игре. И тогда —

— Божественное Боевое Покорение!

С сакральной молитвой на устах, пурпурные боевые одежды взметнулись высоко в воздух.

— Оставь это место нам, Белл!

Словно желая разорвать путы нерешительности, всё еще сковывавшие меня, Микото издала рев, полный магической силы.

— Фуцуномитама!

— Г-г-г-х-х-х-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-х!

К тому моменту, как основная группа достигла поля боя, магия Микото была полностью заряжена — её ультимативное заклинание, «Гравитационная Клетка», обрушилось на колоссального Голиафа, пригибая его колени к земле, а затем вминая гиганта еще глубже. Под ним затрещали каменные плиты, и весь зал содрогнулся. Казалось, сама Стена Плача закричала, покрываясь трещинами от пола до потолка, будто Подземелье могло обрушиться под этой тяжестью.

— Зарга Амальда-а-а-а!!

— Магические мечи — огонь, сейчас!!

Маги Академии обрушили шквал заклинаний, пока Ока, Чигуса и остальные выхватывали свои «Магические Вестники» — магические мечи массового производства, предоставленные Академией. Это не были легендарные клинки Кроццо, созданные Вельфом, но они всё равно обладали внушительной силой. Чтобы гарантированно уничтожить гиганта, они берегли заряды оружия до этого самого мгновения. В идеальной координации с гравитационным полем Микото, грянул гром, взревело пламя и завыли вихри — все стихийные силы сошлись в одной точке внутри этого сокрушительного барьера.

Голиаф, объятый кипящей энергией, подобно бурлящей магме в котле, был поглощен этой объединенной мощью. Его предсмертный крик расколол воздух, а тело разлетелось на куски. Как раз в тот момент, когда наш строй вошел в зону поражения, ядро монстра разлетелось вдребезги. Гравитационное поле рассеялось, высвобождая шторм искр, молний и облаков пепла.

Мы пронеслись сквозь серую бурю, устремляясь вперед под торжествующие крики и слова поддержки, звучавшие за спиной.

— Иди вперед, Белл! Рю!

— Двигайся, Белл Кранел! Не останавливайся!

— Выложись на полную!

— Возвращайся целым, Рапи!

— Мы будем ждать!

— И я тоже!

— Лефия-семпа-а-а-а-й!

— Профессор Леон!!

Микото, Ока, Чигуса, Крис, Иглин — даже Леги — все они кричали во всю мощь своих легких, провожая нас, и к ним присоединялись студенты Академии, чьи крики наполняли пылающую, усыпанную пеплом каверну. Как и сказал мастер, мне стало стыдно за то, что я хоть на мгновение усомнился в этих невероятных людях. Но сейчас, больше чем стыд, я чувствовал, как сила вливается в меня от голоса Микото и криков остальных. Сжав кулаки, я вложил всю энергию в ноги и рванул вперед, к 18-му этажу!

— Стой!

Первый безопасный этаж, Курорт Подземелья, Рай Лабиринта. Сейчас здесь было «дневное время». Под голубым небом, созданным сияющими лазурными кристаллами, наша основная группа вырвалась из спускающегося прохода соединительного туннеля и впервые остановилась перед великим центральным древом в середине 18-го этажа.

Иными словами — пришло время для короткого отдыха.

— Восстановление и гидратация! У вас две минуты!

Приказ мастера прогремел, и в его голосе читалось: «Пренебрежете пополнением запасов здесь — и я лично вас прикончу». С карманными часами в руке он не допускал ни секунды задержки — его тайм-менеджмент был абсолютным. Он был скорее не командиром, а демоническим тренером, ведущим форсированный марш.

— Ха-а, ха-а...!

— Вы двое в порядке, Нарви, Алисия?!

— Да, мы еще... справимся...!

Только что достигнув 5-го уровня, я лишь слегка вспотел, но высокоранговые авантюристы Семьи Локи 4-го уровня уже были насквозь мокрыми от пота, стараясь отдышаться любым доступным способом. Лефия шумно выдохнула и вытерла лицо рукой. Даже если не брать в расчет разницу в характеристиках, они только что вернулись из экспедиции. Среди всех участников этой спасательной операции их бремя было самым тяжелым — особенно с теми массивными сумками поддержки, которые они тащили. Ради них и ради нас, авантюристов первого класса, эти выверенные перерывы были жизненно необходимы.

— Каждый восстанавливает силы индивидуально!

— Если нужно обработать раны, мы используем зональную лечебную магию!

— Вода здесь!

У подножия центрального древа нас ждала группа лекарей — члены Семьи Диана Кехта и студенты Академии. Они омывали каждого из нас светом исцеляющей магии, пока другие травники, выступавшие в роли медбратьев, раздавали специально приготовленные восстанавливающие напитки.

— Всё это организовал тот безжалостный эльф, — прозвучало быстрое объяснение Гестии через кристалл связи на моем запястье. — Он установил всего четыре точки отдыха на всём пути до 60-го этажа!

Очевидно, во время подготовки Псевдо-шахты мастер разместил «группы восстановления» на определенных этажах — используя безопасные уровни, подобные этому, в качестве передовых медицинских баз. После нашего ухода эти точки также будут служить базами для поддержки оборонительных отрядов, удерживающих шахту — принимая раненых и направляя малые группы целителей туда, где они нужнее всего. Казалось, целители вместе со своей охраной выдвинулись сюда, на 18-й этаж, как раз перед тем, как на 17-м появился Голиаф, временно отрезав их от тыловых сил. Но теперь Ока и остальные должны иметь возможность безопасно получить помощь.

Тем не менее, как только мы покинем это место, останется всего три точки отдыха. Много это было или слишком мало — я не мог решить. Пока эта мысль вызывала дрожь напряжения при мысли о чудовищном расстоянии до 60-го этажа —

— Белл-семпай!

— — Нина!

Девочка-первокурсница из Третьего отряда, распределенная на 18-й этаж, подбежала к нам с посохом в руке.

— Почему ты здесь?

— Меня назначили сюда из-за моих способностей к магии! По приказу Лили-семпай! Я займусь твоим восстановлением, Белл-семпай!

— Нина, всё в порядке. Моей выносливости должно...

Моих сил хватило бы до следующей точки отдыха. Поэтому я хотел, чтобы она поберегла энергию и ману для тех, кому это нужнее. Именно это я и собирался сказать.

— Пожалуйста, позволь мне! Я хочу быть твоим целителем! — Но младшая твердо пресекла мои возражения. — Я пока не могу сражаться рядом с тобой... или Рапи!

— ...Нина.

— Но я всё равно хочу быть той, на кого ты сможешь положиться!

— «Магия Крис»!

Универсальное исцеляющее заклинание вернуло мою исчерпанную выносливость к максимуму. Окутанный белым светом, словно облаком из лепестков цветов, я улыбнулся Нине, которая в разочаровании поджала губы.

— Мы сражаемся вместе, даже сейчас.

— !

— Потому что ты и остальные удерживаете линию, мы можем идти вперед. Потому что вы выкладываетесь на полную... мы сможем вернуться.

Это не было пустым утешением. Я говорил это от чистого сердца. Изумрудные глаза девочки расширились, затем её щеки вспыхнули, и она расплылась в яркой улыбке.

— Спасибо, Нина. Я вернусь.

— — Да! Я буду сражаться и ждать здесь! Я буду ждать твоего возвращения — всегда!

Нина улыбнулась в ответ, и как только её заклинание закончилось, она поспешила прочь. Вероятно, ей придется лечить Микото и остальных после боя с Голиафом; целителей никогда не бывает много. Глядя вслед моей искренней и надежной младшей, я почувствовал легкую гордость.

— Не соблазняй детей из Академии, — сказала Лефия.

— Л-лефия?

Место Нины заняла эльфийка, чьи длинные золотистые волосы качнулись рядом со мной.

— У тебя уши ярко-красные... Ты сходишь по ума по Айс, а потом планируешь завести гарем или вроде того?

— Э-э... Лефия, думаю, ты не так поняла.

Пока основная группа завершала подготовку к отправлению, Лефия бросила на меня взгляд своих глубоких синих глаз. Чувствуя давление, но не сдаваясь, я громко запротестовал:

— Нина полагается на меня... она относится ко мне как к старшему, как к брату! У меня и в мыслях нет ничего странного!

Это я мог сказать с полной уверенностью. Честно говоря, подозрения Лефии были просто эльфийской придирчивостью — верно же? Ха! Но Лефия смерила меня взглядом настолько холодным, что он мог бы искромсать бумагу, а затем, почему-то, сжала правый кулак.

— Гестия. Можно мне сейчас ударить одного члена твоей Семьи?

— Почему?!

— Конечно!

— Че-е-е-е?! — Потрясенный внезапным заявлением о «железном кулаке», я вскрикнул от мгновенного ответа Гестии через Окулус.

На краткий миг эльфийский кулак Лефии 4-го уровня вспыхнул и зажужжал, словно готовый принести кролика в жертву — ?!

— А-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а!?

Из Окулуса донесся милый, но страдальческий вопль её ребенка, и Гестия закрыла глаза, сложив руки в притворной молитве.

— В моей Семье богини-девственницы гаремы — это грех, Белл. А гарем из недотёп — еще более тяжкий грех, Рапи.

— Меньше часа, чтобы добраться до 18-го этажа?!

— Хах, это безумие!

Повернувшись на шум в центре подземного алтаря, можно было увидеть, что самый большой смотровой Окулус, установленный на длинном постаменте, буквально ожил от гула голосов. Даже Гефест выглядела потрясенной, а Гермес начал удивленно хлопать в ладоши. Это было похоже на дистанционное наблюдение за классом — боги с гордостью смотрели, как проявляют себя их дети.

— Их темп невероятен...!

Гестия была среди них, сдерживая волнение и присоединившись к кругу вокруг кристалла.

— У них получится, у них получится! В таком темпе они действительно достигнут 60-го этажа за один день! Эта «Группа Мечты» из героев просто не может проиграть!!

Пока Белл всё еще кричал от своего предполагаемого «божественного наказания», основная группа закончила двухминутный отдых точно по расписанию и снова выдвинулась в путь. Ворвавшись в Лабиринт Великого Древа с 19-го этажа, их импульс не ослаб — и Гестия, которая до этого ликовала, медленно позволила улыбке сойти с лица, оглянувшись через плечо.

— ...Мне хочется так думать. Но ведь всё не будет так просто, верно, Локи?

— ...Да.

Когда обычно шумная богиня-трикстер замолкала, это значило только одно. Видя её серьезное выражение лица, Гестия и остальные перестали праздновать. Узкие багряные глаза Локи полуоткрылись, когда она заговорила — та, кто знала ад 60-го этажа лучше любого из них.

— Они идут, — тихо произнесла она. — Щупальца врага.

— Н-новый вид?!

Вскоре после погружения в растительное подземелье, напоминающее внутренности колоссального дерева, по основному маршруту разнесся крик, возвещающий о «нештатной ситуации». Следом раздался громоподобный рев —

— Гр-р-р-р-р-р-О-О-О-О-О-О-Х-Х-Х-Х-Х-Х-Х-Х-Х-Х!!

— Ч-что это за чертовщина — гха?!

Впереди секция маршрута псевдо-шахты взорвалась от яростного удара. Несколько авантюристов были отброшены в стороны шквалом щупалец. Прорываясь сквозь стены, похожие на кору, появились возвышающиеся фигуры — настолько высокие, что их можно было принять за гигантских змей. Но то, что расцветало на концах их длинных тел... было гротескным, разноцветным цветком.

— Это новый вид растений-людоедов! Ребята из Ганеши, что ходили глубже, говорили, что они начнут появляться! — хрипло закричал один из старших авантюристов, рубя щупальца.

Желто-зеленые тела были вовсе не змеями, а стеблями. У жутких голов не было ни глаз, ни носа — только чудовищная пасть, полная зазубренных десен и зубов. Зрелище заставляло кожу покрываться мурашками — гигантский плотоядный цветок прямиком из ночного кошмара. Его не было в компендиуме монстров Гильдии — неподтвержденный вид.

— Виолы...! Они уже появляются! — раздался резкий голос из рядов Семьи Локи, стоявшей в хвосте основной группы.

Имя «Виола» было им хорошо знакомо — они сталкивались с этими существами на 60-м этаже. Подробная информация об этом новом виде уже была передана Лефией и остальными мастеру Хедину и разошлась среди всех авантюристов, участвующих в миссии.

— Черт бы всё это побрал!

— Мы ни за что не удержим шахту в таком состоянии!

И всё же — этой твари не место в Лабиринте Великого Древа! Её сила совершенно не соответствовала этому этажу — её потенциал намного превосходил местных монстров. Эквивалент 3-го уровня? Может, даже 4-го? Независимо от индивидуальных различий, она была абсурдно сильна. Группа обороны не успевала среагировать. Несмолкающая какофония её рева наполняла коридоры, жажда убийства Лефии вспыхнула — и если бы кто-то не взял командование на себя немедленно, основная группа — мы — была бы вынуждена вмешаться.

— Да успокойтесь уже!

— О-Р-Р-Р-А-А-А-А-А-А-Х!!

Раздался влажный треск — «ГО-ГАКК!!»

И этот краткий момент паники был мгновенно подавлен. Вспышкой своей рапиры Дафна искромсала щупальца в ленты, в то время как Борс обрушил свой массивный топор одним ударом, разрубив голову цветка надвое — остановив хаос прежде, чем он успел распространиться.

— Вспомните инфу от Семьи Локи! Их слабость — рубящие и магические атаки! И их притягивают источники магии! Магические фехтовальщики, работайте приманками! Можно ломать строй — просто уводите их подальше от шахты!

— П-понял!

Ловко разделываясь с очередным цветком-людоедом, Дафна выкрикивала приказы один за другим. Её четкие, резкие команды мгновенно вернули буйных авантюристов к дисциплине. Несколько бойцов средней дистанции вышли из линии псевдо-шахты и начали параллельное чтение заклинаний. Всплеск магической силы, который они высвободили, заставил скопление цветов-людоедов повернуть головы к источнику, влекомых инстинктом. Дафна атаковала их открытые спины — уже вычислив расположение их магических камней — и одним чистым движением превратила их в пепел. Та самая женщина, которая когда-то обучала Лили искусству командования, теперь стояла здесь как новоиспеченный авантюрист 3-го уровня, показывая, почему она заслужила этот ранг.

— Идиот! Я же говорила, что дробящие атаки не действуют на этих уродов! Режьте их или жгите! Нас больше — просто сосредоточьтесь и прикончите их!

— Это не Босс Этажа, так что не теряйте головы!

— В-виноват, Борс!

Тем временем Борс, куда более опытный авантюрист 3-го уровня, сам превратился в настоящий ураган разрушения. Своим массивным топором он кромсал щупальца и стебли направо и налево, зычно прикрикивая на подчиненных, чтобы те не теряли бдительности. Линия Псевдо-шахты, которая начала было рушиться, была быстро восстановлена, а натиск врага полностью отражен.

— Авантюристы из Ривирии действительно знают свое дело! Мы оставим этих хлопотных людоедов вам! Остальные — займитесь обычными монстрами!

— Не сваливай всё на нас, ублюдок — Лаурус Фуга! Черт возьми, я это припомню!

Теперь, когда обстановка разрядилась достаточно, чтобы оценить поле боя, стало ясно: «силы обороны», сосредоточенные вокруг авантюристов из Ривирии, превосходно удерживали позиции. Возможно, из-за того, что они жили внутри Подземелья, у Борса и его команды были наготове всевозможные средства противодействия новым видам — или, быть может, они уже сталкивались с этими растениями раньше. Так или иначе, они ответили на аномалию с поразительной силой. Лидерство Дафны и грубая мощь Борса вместе удержали катастрофу на расстоянии.

(Кажется, я начинаю понимать...)

Я слышал через Окулус стратегию, которую передавала моя Богиня, но я начал осознавать более глубокую структуру — истинный план мастера Хедина, скрытый внутри построения. Он расставил ключевые фигуры — «лидеров отрядов» или «ядра» — на каждой глубине.

На верхних уровнях до 12-го этажа были Морд и другие ветераны 2-го уровня. 17-й этаж, «Пещерный Лабиринт», был доверен Микото, Оке и их смешанной группе. 18-й этаж служил главной базой восстановления, сосредоточенной вокруг целителей вроде Нины. И теперь «Лабиринт Великого Древа» находился под командованием тактика 3-го уровня Дафны, а Борс и авантюристы Ривирии служили её руками и ногами.

Каждая деталь, каждый человек — вплоть до студентов Академии — были намеренно встроены в эту систему Псевдо-шахты. Авантюристы Орарио, вундеркинды Академии — все были учтены. Мастер Хедин действительно был невероятен.

— Продолжайте прорываться вперед!

— Дафна!

Оставив командование в руках Борса, Дафна перепрыгнула через выступающую ветку дерева, чтобы бежать рядом с нами. Я не переставал восхищаться тем, насколько она надежна, но вблизи её лицо было мокрым от пота, а в глазах читалась тяжелая усталость. Прежде чем я успел что-то сказать, она окатила меня холодной реальностью своих слов.

— Мы уже раз за разом меняли позиции, едва удерживая строй! Извини, но как только вы достигнете Нижних Этажей, мы, возможно, больше не сможем поддерживать полноценную шахту!

— ...!

— Группа Антианейры впереди! Но там гораздо опаснее! Будьте начеку!

Времени на ответ не было. Осушив зелье прямо из бутылки, Дафна взмыла в воздух — её меч чисто вошел в лоб беснующегося Мамонта-Шута. Пока массивное существо замертво валилось на землю, Аллен и Леон ловко перемахнули через его тушу, а мы последовали за ними в коридор, ведущий на следующий этаж.

Конечно, чем глубже мы спускались, тем тяжелее становилась нагрузка на тех, кто поддерживал Псевдо-шахту. Пока мы бежали, предупреждение Дафны врезалось мне в память. Я остро осознал, что само время — срок жизни этой операции — на исходе. Жители Ривирии и несколько семей среднего звена с авантюристами 3-го уровня в качестве основной силы выказали необычайную решимость, удерживая линию без потерь, пока мы пересекали еще три этажа.

Лабиринт Великого Древа подошел к концу. Прохладный, влажный воздух начал господствовать в соединительном туннеле, хлеща меня по волосам, словно мы были где-то рядом с открытой водой. И вот, наконец, мы прорвались ко Второй Линии Смерти: Нижним Этажам.

────────

В следующее мгновение волна обжигающего пара и жара ударила в нас — безошибочный след «Синего Напалма»!

— Это же...!

— Амфисбена?!

— О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О!!

Рев двуглавого дракона заглушил наши с Рю возгласы потрясения. Даже издалека одного присутствия Босса Нижних Этажей было достаточно, чтобы выжать воздух из наших легких. Но хуже страха было замешательство, скручивающее внутренности.

— Это невозможно... Амфисбена была побеждена перед экспедицией!

Это была Лефия, озвучившая то неверие, которое разделяли мы все. Она была права — Амфисбена была убита всего две недели назад не кем иным, как Семьей Локи. Я сам видел отчет на доске объявлений Гильдии перед тем, как отправиться в Долину Драконов. Сроки возрождения — совершенно неверные.

Какой бы «ошибкой» ни казалось появление Голиафа до этого — это выходило за любые рамки. Это было явное, неоспоримое противоречие! Что, черт возьми, происходит?!

Пока тревога и сомнения терзали нас, наши наставники и старшие — Эйнхерии, закаленные воины — реагировали лишь с ледяной, железной решимостью.

— Двигаемся.

С этим единственным словом рыцари бросились с обрыва на краю прохода — полностью игнорируя яростного дракона.

— !?

Краткая пауза, взятая для оценки ситуации, была мгновенно стерта их ужасающим вертикальным прыжком. Аллен, Леон, Альфригг и мастер Хедин — все они исполнили это без малейших колебаний.

«Это Подземелье. Думать бессмысленно». Их спины будто говорили это, и я не мог не смотреть, широко раскрыв глаза. Лефия была такой же, но в отличие от меня, она не потратила ни секунды, прежде чем начать действовать. Разница между нами — количество битв не на жизнь, а на смерть, которые она пережила, и опыт следования за великими предшественниками — была очевидна. Пока я оставался позади в это краткое мгновение нерешительности, Рю, уже принимая позу для спуска, крикнула мне:

— Следуй за мной, Белл!

— — !!

Я последовал. Отбросив шок, страх и сомнения, я бросился вниз вслед за ними — прямиком в тот самый самоубийственный, плавящий мозг и обожаемый гравитацией вертикальный полет, от которого еще полгода назад я бы грохнулся в обморок!

— Б-Белл-л-л-л-л-л-л-л-л-л-л-л-л-л-л?!

Через долю секунды после ощущения невесомости пришло сокрушительное притяжение гравитации, тащащее меня камнем вниз. Моя челка взметнулась, внутренности скрутило, а голос Гестии из кристалла Окулуса заверещал вместо моего собственного горла! Но я не мог остановиться — это больше невозможно было прекратить! Это свободное падение без страховки!

──────────────────────────!!

Я бежал. По утесу настолько крутому, что слово «склон» казалось оскорблением. Практически вертикальная стена из кристалла. Отталкиваясь изо всех сил, вбивая стопы в скользкую поверхность, я как мог имитировал ветеранов впереди. Я даже не мог кричать — лишь рваные вздохи срывались с моих губ. Дрожащее зрение, бешеное сердцебиение, пот, который проступал и тут же срывался ветром — всё, абсолютно всё было моим врагом. У меня не было столько жизней для такого!

Но если бы я не довел себя до такого состояния, я бы не имел права смотреть в лицо тем, кто рисковал собой в группах обороны. И больше всего — если бы я не мог за этим поспеть, то спасение Айс и остальных осталось бы лишь несбыточной мечтой. Поэтому я действовал. Мгновенно адаптировался, и мыслью, и телом. Каждую секунду превращая неизвестное в известное — доказывая, что я могу стоять в одном ряду с Авантюристами Первого Класса. По сравнению с полем битвы в Фолькванге, это было ничто — !

— Следуй по следам Рыцаря Рыцарей! Смотри на него — пусть он ведет тебя!

Голос Рю гремел даже сквозь воющий ветер. Сфокусировав зрение, я впился взглядом в фигуру в сияющих серебряных доспехах. Подошвы тяжелых поножей Леона высекали глубокие выемки в стене утеса, как и сказала Рю. Эти шаги образовывали тропу — якорь — для меня и Лефии. Даже то, как он двигался, эта непревзойденная техника бега, превращала самоубийственный спуск в урок движения — ориентир, за которым нужно было гнаться сквозь шторм.

— Тч!

Я услышал цоканье языком в своей голове. Или, по крайней мере, мне хотелось верить, что это лишь мое воображение. Слишком снисходительно. Слишком мягко. Вот что сказал бы мастер Хедин — и наверняка готов был выплюнуть это прямо сейчас. Я едва не закатил глаза и не рассмеялся вслух.

(Но... если я могу так шутить, значит, я всё еще соображаю ясно!)

Наличие самообладания означало, что я наконец могу осознать происходящее вокруг. Удерживая в поле зрения спину Леона, я бросил быстрый взгляд на весь Город Воды.

— А-Айша!! Основная группа здесь!! О-они правда спускаются по утесу, как ты и говорила?!

Первым, что я заметил, был величественный Великий Водопад. А затем, внизу — десятки воительниц Берберы, втянутых в бой с двуглавым драконом Амфисбеной! Среди них воительница-амазонка Лена указывала на нас, и её челюсть буквально отвисла.

(Амфисбена бушует в бассейне Великого Водопада — на 26-м этаже!)

25-й, 26-й и 27-й этажи образовывали массивную, соединенную вертикальную каверну. Двуглавый дракон устроил свое гнездо прямо посреди неё. Между тем мы прорезали путь с 25-го этажа прямиком к 26-му — это был не просто короткий путь, а нечто куда более безумное. Головная группа — Аллен, Леон и остальные — планировала преодолеть всё расстояние до выхода на 27-й этаж, к следующему стратуму, одним махом!

— Черт, не выходит! Мы не можем заманить её обратно в лабиринт! Почему именно сейчас?!

Разочарованный голос Самиры донесся снизу, пока мы пролетали три этажа за раз. Обычно правильной стратегией для боя с Амфисбеной было заманить её в специальный зал за Великим Водопадом, где была твердая почва. Но поскольку она бесчинствовала в этой огромной открытой каверне, не было никакой возможности выстроить надлежащий маршрут Псевдо-шахты через лабиринт. У воительниц Берберы не было выбора, кроме как встретиться с Боссом Этажа лицом к лицу в этом смертельно опасном открытом пространстве.

(Неужели она пытается заблокировать путь тем, кто идет глубже...? Если это так, то у нас нет выбора, кроме как прорваться!)

Мастер Хедин и остальные, должно быть, поняли это в одно мгновение. Нет, возможно, группа Аллена с самого начала планировала именно такой способ «прямого спуска». Как только поддержка Псевдо-шахты стала невозможной, они выбрали этот самоубийственный путь, чтобы не терять время.

— Вперед, девочки! Отвлеките её на нас!

Взмахивая своим массивным клинком-дао, Айша взревела и бросилась в атаку. Как только построение Псевдо-шахты рухнуло, она немедленно адаптировалась — прекрасно зная, что основная группа, скорее всего, выберет спуск прямо по утесу. Внизу бассейн мерцал замерзшими островками. Магия льда и зачарованные клинки создали их. Это была та же техника, о которой Вельф и остальные хвастались раньше — и теперь эти расколотые ледники стали опорой. Используя эти шаткие подпорки, Айша и другие амазонки начали свой штурм Амфисбены, чтобы прикрыть наш спуск!

Но —

— ── !!

Дракон заметил. Две головы. Четыре глаза. Два широких поля зрения. Левая голова с холодными голубыми глазами змеей изогнулась в нашу сторону. Она заметила основную группу, бегущую прямо по стене утеса к переходу на 27-й этаж.

— Не дайте ей вы-стре-лить-ь-ь-ь-ь!!

Айша и воительницы Берберы закричали со всей силой, что была в их легких. Но понимая, что им не успеть, левая голова дракона широко распахнула массивные челюсти — внутри них сконцентрировался свет, сияние «Синего Напалма», его аннигилирующего зажигательного пламени. Правая голова с пылающими багряными глазами отражала отчаянный натиск амазонок, изрыгая красный туман, чтобы рассеять их заклинания и защитить близнеца. Его неистовство разрывало каверну, словно живой ураган.

— Гха-а-а-а — !?

— Бе-Белл — это — очень — плохо — !!

Попав под вспышку синего огня, авангард — Аллен и остальные — взвинтили скорость еще на один уровень. Мы сделали то же самое, подавляя каждый инстинкт, призывающий затормозить, переходя на скорость, где одна ошибка означала смерть. Мое натужное дыхание, рев дракона, боевые кличи амазонок — всё это заглушало божественный голос, потрескивающий из Окулуса.

Вон там! Проход!

— Голодающий Клинок, Ипполита — ХЕЛЛ КАЙОС!!

Звук единственного, яростного удара разорвал воздух — за ним последовал предсмертный крик дракона. Я видел это — среди клубящегося жара над водой — его правая голова, отсеченная в мгновение ока, повалилась в сторону. Но этого было недостаточно. Даже с одной уничтоженной шеей, оставшееся орудие продолжало заряжаться. Амазонки тянулись к ней — на шаг медленнее, чем нужно. Я уловил проблеск ослепительного света, раздувающегося внутри левой пасти дракона.

— О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О!!

Мы достигли дна 27-го этажа — приземлились и жестко перекатились прямо перед входом в туннель. К тому времени, как мы подняли взгляд, Синий Напалм достиг критической точки. Времени не осталось. Поток огня хлынул прямо на нас —

— УХОДИТЕ!!

Стена из массивных гномьих спин выросла между нами и пламенем.

— — Дулмулл?!

Взрыв Синего Напалма встретил четыре колоссальных щита лоб в лоб. Мир вспыхнул бело-голубым; я едва мог соображать — но мгновенно понял, кто это. Гномы Семьи Магни! Они вырвались из прохода впереди — чтобы защитить нас!

— Мы запаслись зельями против огня и лекарствами целителей — ! Мы в порядке, черт возьми...!! Так что просто иди, Белл Кранел!

Они никак не могли быть в порядке. Их щиты плавились на моих глазах. Их кожа покрывалась волдырями, сгорая. Но Дулмулл лишь улыбнулся — пот градом катился по его лицу — и вместе с остальными, стоявшими рядом, с ревом толкнул меня вперед.

— Беги, глупый кролик!!

Приказ мастера Хеддина никогда не менялся. Жестокий в своей неизменности, он требовал, чтобы мы продолжали двигаться вперед. Мы — носители командной карты «Меч» — должны были доверять тем, у кого была карта «Щит», что они выполнят свою роль. Таково было обещание этой миссии.

Рука Рю схватила мою, потянув вперед — и я не сопротивлялся. Я сжал свободный кулак, развернулся лицом вперед и побежал, чувствуя, как тяжесть невидимой эстафетной палочки жизни сдавливает мне грудь.

— СПАСИБО-О-О-О-О-О-О!!

Это было всё, что я мог сделать — прокричать это изо всех сил, что у меня остались. Гномам, всё еще сдерживающим ад дракона. Амазонкам, которые сражались с ним лицом к лицу, чтобы мы могли выжить. Даже чувствуя, как жар и крики приближаются за спиной, основная группа проталкивалась вперед, оставляя 27-й этаж позади. Я стиснул зубы, влил больше силы в ноги и рванул через хрустальный туннель, ведущий на 28-й этаж.

— Белл! Ты в порядке?!

— Богиня!

— Как только пройдете 27-й, вы достигнете второй точки отдыха! Кассандра и её группа ждут там!

Голос Окулуса наконец снова зазвучал отчетливо, отдаваясь эхом в бледно-голубой пещере. Мое тело, разум и сердце — всё горело по-своему, и я изо всех сил старался охладить себя. Сохраняй спокойствие. Думай. Мы не прошли еще и половины пути до 60-го этажа. Если я хочу соответствовать своему мастеру... мне придется быть холоднее всех остальных.

28-й этаж, где ждала следующая группа целителей, должен был быть безопасным. Хоть он и не был полностью свободен от монстров, уровень их угрозы там резко падал. Мы должны были отдохнуть, восстановиться и успокоить наши мечущиеся сердца и тела —

«Но следующий "безопасный этаж" — это плохо!! Там что-то совершенно неизвестное — какой-то монстр, которого я никогда раньше не видела!!»

— А?

Как раз когда я пытался прийти в себя, голос Гестии вильнул в сторону, которой я никак не ожидал. Через сеть Окулуса она, должно быть, увидела то, что лежало впереди.

Её отчаянный тон — то, о чем она пыталась предупредить нас еще со времен «Водной Столицы» — ударил по мне, словно пощечина. Но времени на ответы не было. Прежде чем какое-либо объяснение успело дойти до нас, основная группа вырвалась из конца туннеля.

Второй рай Подземелья — Подземный Сад, «Цветочный Сад Лабиринта» — должен был встретить нас своим покоем. Вместо этого —

«Метеорный рой».

— ...Что?

Заклинание, прозвучавшее как смертный приговор, пришло вместе с ошеломляющей волной магии. То, что я увидел в следующий миг, заставило меня замереть на месте: дождь из черных светящихся метеоров, обрушивающийся сверху!

— Н-не-е-е-е-е-е-т?!

Обсидиановые огненные шары несли за собой тотальное разрушение. Взрывы следовали один за другим по цепной реакции. Ударные волны разрывали воздух. Пространство перед проходом, стертое с лица земли этой бомбардировкой, превратилось в шторм из обломков и дыма. Мы бросились в стороны — влево, вправо, вверх — куда угодно, лишь бы не оставаться на месте. Нас отбрасывало, крутило, царапало о камни — но каким-то чудом мы приземлились живыми. Никто не получил прямого попадания.

Тем не менее, впервые за всё время продвижение основной группы полностью остановилось.

— Что... это такое?!

Когда я поднял взгляд, я увидел его — возвышающееся над раздавленными цветочными полями чудовище, непохожее ни на что, виденное мною ранее.

«Уфуфу! Ахахаха!»

Его нижняя часть тела напоминала массу растительных ужасов — словно десятки цветков-людоедов, с которыми мы сталкивались в «Лабиринте Великого Древа», слились в одну колоссальную форму. Над этим гротескным фундаментом возвышался женский торс — абсурдно маленький по сравнению с огромной нижней половиной. Зрелая фигура, короткие зеленые волосы до плеч, лицо прекрасное, как у богини — и всё же эта красота лишь делала её более ужасающей в сочетании с нечеловеческим растительным телом внизу. Её кожа и волосы были цвета сочной листвы, глаза — пустыми, без зрачков, наполненными лишь мутным золотистым сиянием.

Я забыл, как дышать. Рядом со мной Лефия и остальные сверлили существо яростными взглядами, бормоча в горьком узнавании:

— Деми-Дух... Двойник Духа!

Словно отвечая на звук своего имени, массивное создание изогнуло губы в полумесяце улыбки.

— М-монстр правда может использовать магию?!

Шок был неоспорим. Как и говорила Гестия — этот монстр использовал магию. Интонации и заклинания были священным доменом разумных рас — наследием одних лишь эльфов и людей. Это было проявление мудрости, то самое чудо, которое вообще позволяло нам противостоять монстрам. То, что подобное существо владело той же силой... это было не просто неправильно. Это было невозможно. Если бы нас не предупредили заранее, я мог бы впасть в отчаяние от одного этого зрелища.

«Всё-таки вылез, высокомерный "Деми-ублюдок"! Мы уже говорили вам подробности, но эта штука выплевывает огромные бомбардировки в мгновение ока! Даже Финну и остальным пришлось с ней несладко!»

Голос Локи зазвучал из Окулуса Лефии. Я уже слышал детали о «Деми-Духе» напрямую от Лефии в лазарете после того, как очнулся. Но слышать это снова сейчас, стоя перед самой тварью — это было ошеломляюще. Это был не просто какой-то монстр. Называть её так казалось почти оскорблением самого слова.

Безопасный этаж превратился в руины. Цветочные поля были выпотрошены, их лепестки разбросаны и сожжены в пепел. Гигантский магический круг, запустивший метеорный рой, опалил глициниевые огни, свисающие с потолка; безмятежная, похожая на небо яркость этого священного места стала тусклой и зловещей, напоминая сумерки проклятого заката. «Цветочный Сад Лабиринта» — теперь не более чем кладбище.

— Угх...!

— Основная... группа! Мне так жаль!

Повсюду вокруг нас лежали целители и авантюристы, едва пережившие взрыв. Каким-то образом они выстояли; тут и там начали звучать песнопения исцеления и подниматься мягкий восстанавливающий свет.

— Это... это тот враг, с которым сражалась Принцесса Меча?

Рю быстро оценила ситуацию, настороженно следя за Деми-Духом. Так вот оно что — один из врагов, уничтоживших группу Айс. Почему она здесь? Появлялись ли цветы-людоеды из-за этой штуки? Я хотел знать — но времени не было. Мы не могли отдохнуть или пополнить запасы, пока эта тварь не исчезнет!

«Скорость возрождения тоже совершенно ненормальная! Это настоящий босс-раш прямиком из ада!» — раздался сдавленный крик Гестии из канала связи.

Когда последние клочья дыма рассеялись, взгляд монстра встретился с нашим.

«Явись, о пламя...»

Мерзкое существо, носящее имя «духа», сузило глаза — и начало петь.

«Пылай, пылай, пылай — о, вихрь пламени, о, багряная стена, о, ревущий пожар!

Заимствуй мощь ветров и запечатай мир в огне!

Горящая земля, горящее море, горящий источник, горящая гора, горящая жизнь —

обратите всё в выжженную пустыню!

Пусть гнев и скорбь звучат моим подношением —

ценой за героя, которого я любила!»

Заклинание. И слишком быстро — вот оно, то самое сверхскоростное чтение, о котором предупреждала Локи! Следующий залп уже был на подходе —

— Мы должны остановить её!

Ведомый чувством срочности, я бросился вперед — но —

— Не двигайся, кролик.

— !?

Древко копья внезапно преградило мне путь, остановив на полушаге. Рядом со мной стоял Аллен, сжимая в руке свое серебряное копье горизонтально. Он даже не взглянул на меня — просто смотрел вперед с плоским, скучающим выражением лица. Его неожиданное вмешательство привлекло все взгляды. Даже Лефия, начавшая собственное заклинание, чтобы прервать врага, замерла. Семья Локи, Рю, Леон — все в замешательстве повернулись к нему. Единственным, кто казался совершенно невозмутимым, был мой мастер — он поправил очки, будто это был самый обычный день.

— Я чую железо.

Перед моими ошеломленными глазами авантюрист-оборотень коротко и осознанно принюхался.

— Она здесь, не так ли... эта штука.

Он выплюнул эти слова, словно яд, кипя от едва сдерживаемой ярости, рожденной из памятного унижения.

«Именем моего Заместителя повелеваю — имя моё дано, я Дух Огня, Саламандра, Воплощение Пламени, Королева Огня — !»

Заклинание достигло апогея. Сформировался огромный магический круг, монстр в восторге улыбался, готовясь обрушить аннигиляцию — и в следующее мгновение тень, подкравшаяся вплотную, вырвалась из укрытия и вытянула руку.

— Блуждающий Огонек!

Оглушительный взрыв.

«──────────────ГИ-И-И-И-И-Я-А-А-А-Х-Х-Х!?»

Гигантский магический круг сдетонировал прямо в лицо существу — мощнейшее саморазрушение. Причина: «Ignis Fatuus» — неистовая магическая отдача! Эта техника...!

— Вельф!!

— КАЗУКИ, ГОРИ!!

Даже мой радостный крик утонул в реве Вельфа, когда он обрушил свой огромный клинок. Багряное пламя хлынуло из-за его спины, поглощая Деми-Духа и поджигая его. Цветочное нижнее тело забилось в агонии, вся монструозная форма содрогалась, пока пламя пожирало её. Повсюду авантюристы, прикрывавшие целителей, подняли оружие для контратаки.

— Сейчас! Добивайте её!!

— — — У-О-О-О-О-О-Х-Х-Х-Х-Х-Х-Х-Х!!

По команде эльфа Лювиса элитные авантюристы бросились в атаку со всех сторон. Половина её тела сгорела, горло обгорело так, что она больше не могла петь — у Деми-Духа не было пути к спасению. Сталь и стрелы пронзали её со всех сторон, и, как и предсказывал Аллен, монстр был убит без лишних церемоний.

«Блуждающий Огонек» Вельфа — Антимагический Огонь. Заклинание, которое нарушает саму ману, смертоносное как для магов, так и для монстров — идеальный убийца магии. Если существовали монстры, способные владеть магией, это был их естественный хищник. Вот почему Аллен и мой мастер были так спокойны — они знали, что Вельф на этом этаже.

— Они победили Деми-Духа, даже не задействовав основную группу...?

— Сначала та война фракций, теперь это! Белл Кранел и этот кузнец просто безумны — что это вообще за Семья Гестии?! — изумленно выкрикнул авантюрист из Семьи Локи, наполовину восхищенно, наполовину возмущенно.

Аллен, ранее пострадавший от рук этого существа, лишь пренебрежительно цокнул языком. Мне хотелось гордиться Вельфом — правда, хотелось — но из-за хаоса и дыма было трудно даже подобрать слова. Как только я убедился, что Деми-Дух окончательно затих, я проигнорировал всё остальное и рванул прямо к нему. Рю последовала за мной.

— В-Вельф!

— Ты в порядке?

— Жив — но едва-едва! Не смог остановить первое заклинание, так что да, чуть не поджарился!

Он тяжело рухнул на землю, усевшись, широко расставив ноги, и судорожно глотая воздух. Кимоно-Спектр, в которое он был одет, прогорело в нескольких местах — слова «чуть не умер» явно не были преувеличением. Должно быть, он не успел заблокировать тот первый, сокрушительный магический взрыв.

— Белл! Вельф! И Рю!

— Ах — Кассандра!

Пока я думал, как подбодрить Вельфа, вытирающего пот с подбородка, к нам подбежала Кассандра, прижимая длинный посох к груди. Как и говорила Гестия, она была распределена на этот этаж — хотя «длинный предмет, обернутый белой тканью», который она несла вместе с посохом, привлек мое внимание.

— Я займусь лечением вас троих! Пожалуйста, не двигайтесь!

Она положила длинный сверток, подняла посох и начала заклинание. Несмотря на то, что её собственное лицо и плечи были ранены, она игнорировала себя и продолжала: «Свет души!»

Было даже как-то неловко сравнивать, но её «групповое исцеление» было куда сильнее, чем у Нины — наша выносливость восстановилась почти мгновенно, а ожоги Вельфа исчезли, будто их и не было. Во всем городе едва ли наберется горстка целителей 3-го уровня. Этот титул был не просто для красоты; она действительно доказала это делом.

— Э-э, времени совсем мало, так что, пожалуйста — Рю! Возьми это!

— Мне?

Всё еще смущенная, Кассандра подхватила длинный сверток, который отложила в сторону, и протянула его Рю, которая выглядела искренне удивленной тем, что обратились именно к ней.

— Мне приснился еще один ужасающий, отвратительный, выворачивающий нутро пророческий сон — и он был так похож на тот кошмар, что я видела раньше — и я просто знаю, что не всего можно избежать — но я подумала, это то, что я должна сделать!

Слезы выступили у неё на глазах, когда она заговорила всё быстрее и быстрее. Даже не вслушиваясь, было ясно, что её слова путаются — за ними невозможно было уследить. Она то и дело переводила взгляд с Рю на меня, а затем пробормотала маленьким, дрожащим голосом: «М-мне правда жаль, Белл, но мое пророчество назвало это "Гаремом Кроличьей Бойни"…»

Фраза была настолько зловещей, что по моей спине пробежал холодный пот. Рю выглядела не менее растерянной, не зная, стоит ли принимать вещь, которая может стать лишь обузой. Её небесно-голубые глаза встретились с моими. Моя спина — мой Статус — ощутила легкое тепло. Я открыл рот.

— Рю, пожалуйста, прими это.

Я сам настоял на этом. Во время нашей прошлой экспедиции, когда я отправился спасать Рю, Кассандра дала мне Шарф Голиафа. Это снаряжение спасало меня столько раз, что и не сосчитать. У меня не было доказательств, но я верил, что её чувства снова защитят нас. Коснувшись черного кашне, всё еще обернутого вокруг моей шеи, я сказал ей об этом. Глаза Кассандры расширились — затем наполнились слезами, когда она дрожащим голосом назвала мое имя. Рю, наблюдавшая за мной, наконец кивнула.

— Поняла, — сказала она и приняла длинный, обернутый белым сверток.

Кассандра снова и снова кланялась, что-то объясняя, Рю внимательно слушала, а я слабо улыбнулся, прежде чем взглянуть в сторону группы наших наставников, стоявших поодаль. Другие целители занимались Лефией и Семьей Локи, так что отправление займет еще немного времени. Авантюристы, сражавшиеся с Деми-Духом, обрабатывали раны и стояли на страже под руководством эльфов. Лювис и другие члены Семьи Моди явно были здесь «лидерами отрядов», командуя охранным подразделением целителей — вероятно, той же группой, в которую должны были входить Дормул и его товарищи.

Наконец отдышавшись, Вельф пошатываясь поднялся на ноги.

— Черт возьми, мой пост должен был быть выше! Белл, вся эта операция — безумие!

Он начал ворчать, очевидно, пропустив всё, что только что произошло с Кассандрой, и я не смог сдержать тихий смех. Быть заброшенным на нижний этаж вот так, без Магического Усиления — просто как 2-й уровень — это действительно был кошмар.

— «Твоя магия будет эффективна», да? Эта чертова Лили! Так изменить мое назначение...!!

— Лили...? Кстати говоря, ты не знаешь, где она, Вельф?

Я её еще не видел. Когда я спросил, Вельф бросил на меня сомневающийся взгляд.

— Лили-пискля осталась на поверхности.

— Э?

Я замер, полностью застигнутый врасплох. Мгновение спустя взволнованный голос Гестии донесся из кристалла: «Ах — я забыла упомянуть об этом...»

Вельф вздохнул, его лицо снова приняло кислое выражение, и он пробормотал с явным раздражением:

— В этот раз она снова «командующий».

—

И история отматывается назад.

— Что... что это такое...?

Столкнувшись с открывшимся зрелищем, Лили пробормотала в оцепенении — это был наполовину нервный срыв, наполовину отчаянное отрицание реальности.

Место действия: штаб-квартира Гильдии, первый этаж, большой зал.

Временное название: «Оперативный штаб».

Ряды столов заполняли пространство, заваленные высокими стопками отчетов на пергаменте. Сотрудники Гильдии — Эйна и её коллеги — теперь выступавшие в роли диспетчеров «Великой операции по спасению Семьи Локи», с тревогой ожидали прибытия Лилируки.

— Мисс Арде, нам немедленно нужны ваши распоряжения!

— Фа—!?

— Директива от Хильдрслеф! Она сказала: «В отсутствие меня и того героя ты должна посвятить всё свое существо поддержанию линии шахты!»

— Что... ЧТО ТЫ ТОЛЬКО ЧТО СКАЗАЛА?!

Иными словами: авантюристы, сражающиеся в Подземелье — лидеры подразделений вроде Дафны и другие капитаны отрядов — каждый имел при себе кристалл связи, передавая отчеты с фронта в реальном времени.

«Пришлите подкрепление!» «Нам не хватает людей!» «Мы отдыхаем в точке ретрансляции!» «Закройте дыру в нашей линии!» — Поток срочных запросов лился без остановки.

И человек, ответственный за обработку этого потока, анализ, принятие решений и отдачу приказов вместо Хедина... исполняющий обязанности командующего, незаменимый в этой операции...

...был не кто иной, как Лилирука Арде, пятнадцати лет от роду! Драгоценный боец 2-го уровня, застрявший в безопасности на поверхности в качестве «командующего», не делающий ничего, кроме отдачи приказов — легкая, непыльная кабинетная работа!

Какая божественная милость от лорда Хедина Селланда!

— ДА ЧЕРТА С ДВА!!!

— Ва-а-а-а?! Она уже теряет самообладание, даже ничего не сделав!

Насильно усаженная в кресло командующего Эйной и остальными, Лили закричала во всё горло. Крошечная регистраторша Миша вскрикнула от испуга, но Лили это нисколько не заботило.

Лилирука Арде, руководящая объединенными силами Орарио — за вычетом Семьи Локи — вместе с войсками Академии? Тысячи под её началом? Война Фракций — это одно, но это было нежелательное ультра-повышение прямиком в ад высшего руководства!

— Этот проклятый эльф... он сам дьявол...!

Ударив обоими кулаками по столу, она выплюнула те же слова, что когда-то использовала во время Войны Фракций — но на этот раз ненависть, стоявшая за ними, была на порядок глубже. В своем воображении она видела этого демона в очках, поправляющего их с самодовольным: «А теперь работай, мой маленький паллум», и её сжигало желание ударить его прямо в лицо и разнести эти линзы вдребезги.

— Где Фелс?! Он обожает такие вещи — идеальный шанс для него пошнырять в тенях!

— Кто такой Фелс?!

— У нас нет такого авантюриста!

— Ах да, точно, это же легенда для прикрытия, верно?! Тот «совершенно-не-подозрительный» тип в черном балахоне! Ну, погодите у меня, я это припомню!!

Попытка Лили взмолиться о помощи к бывшему мудрецу была мгновенно пресечена Эйной. Лили зарычала, словно загнанный в угол зверь, и обвела комнату лихорадочным взглядом.

— Семья Ганеши достигла 37-го этажа! Группы снабжения развернуты согласно приказу штаба Хильдрслеф!

— Массовое появление новых монстров в центре Лабиринта Великого Древа! Продвижение шахты отстает от графика!

— Ч-что...? Босс этажа?! Это невозможно — !

— Обходите босса и продолжайте спуск! Поддержание шахты в приоритете!

Еще до того, как основная группа успела выступить, Оперативный штаб превратился в бушующий водоворот хаоса. Стол каждого регистратора был оснащен магическим кристаллом связи — тем самым устройством, которое было раскрыто во время Войны Фракций. Эльфийка с нежно-фиолетовыми волосами торопливо записывала донесения с полей от оборонительных отрядов; человек передавал информацию об аномалиях на весь зал; юная девочка-енот — клерк Гильдии и студентка общеобразовательного курса Академии — впала в панику при виде босса, а прекрасная женщина-оборотень выхватила её коммуникатор, чтобы выдать четкие тактические приказы.

Это больше не был мирный холл Гильдии. Это было еще одно поле битвы — на самой поверхности. И Лили чувствовала, как каждая мышца на её лице дергается, пока она смотрела на этот пандемониум.

— Арде! Мы поддержим вас всем, чем сможем! Пожалуйста, нам нужна твоя помощь — помоги Беллу и остальным, помоги авантюристам!

— Пожалуйста!

Эйна умоляюще сложила ладони, и Миша вместе с другими регистраторами присоединилась к ней. По профессии все они были опрятными, красивыми девушками, и Лилирука — всегда комплексовавшая из-за своего маленького роста — поперхнулась словами, когда на неё уставились эти полные надежды лица. Этот оперативный штаб был одним из критических узлов, определяющих успех крупнейшей городской операции по спасению Семьи Локи.

Конечно, она не хотела этой ответственности. Конечно, ей хотелось сбежать. Но она также знала, что не может. Хедин назвал именно её; если Лилирука Арде, прозванная «Маленьким Маршалом», должна была продемонстрировать все свои способности, то это поле боя было именно тем местом.

— Она действительно не хотела этого делать! Если бы Белл и остальные не были в этом замешаны, она бы с радостью всё бросила!

— Ладно, хватит! Можете не говорить — я и так знаю!! Помощь Беллу и остальным — это, по сути, всё, что я могу сделать!

— Арде!

— Докладывайте всё о текущей ситуации! От разведданных по авантюристам до дислокации — абсолютно всё!

Эйна не смогла сдержать улыбки, кивая, а затем вместе с Мишей обрушила на стол гору бумаг. Лицо Лилируки дернулось, но она разок хлопнула себя по щекам обеими руками и, опережая Белла и компанию, начала свою собственную битву.

И вот, настоящее время.

— Шахту до 17-го этажа свернуть! Все боеспособные силы, особенно 2-го уровня и выше, выдвигаются на 18-й этаж! Соответствующие студенты Академии следуют за ними!

— Что? Вы собираетесь перенести точку сбора так далеко уже сейчас?! Но это план Хильдрслеф...

— Молчать! Теперь я здесь командующий, и я буду делать всё по-своему! Повинуйтесь!

— Ва-а-а! Все, мы выдвигаемся на 18-й этаж!!

Отметая возражения Миши подобно тирану и пресекая всякое нытье, Лилирука приняла единоличное решение перенести точку сбора для возвращения Белла с 1-го этажа на 18-й. Учитывая ограничения кратчайшего пути, искусственный лабиринт Кносс нельзя использовать при спуске, но при возвращении им можно пренебречь. Если потратить время, они смогут благополучно вернуться на поверхность с 18-го этажа.

Благодаря этому такие мощные силы, как Микото и Ока, могли быть отправлены на более глубокие уровни. Хедин, вероятно, назвал бы решение Лилируки «верным» постфактум — «Ты должна была заметить это и без подсказок», сказал бы этот тиран в очках — но это не мешало Лилируке скрежетать зубами при одной мысли об этом.

(Все эти приказы — ради Белла и остальных. Превыше всего, я выжму каждую каплю силы из того, что у нас есть.)

(Из Лабиринта Великого Древа подтверждено появление вражеских сил, которые загнали Локи в угол... Начиная с 19-го этажа начинается сущий ад.)

Прося прощения у Микото и других, Лили направляла каждую освободившуюся силу в нижние слои. Отряд Микото должен был усилить Дафну, а группа Дафны — рвануть на следующий уровень. Это была операция по принципу насоса: людских ресурсов никогда не бывает достаточно. Подобно ворчливому Вельфу, Лилирука не уклонялась от радикальных передислокаций. Подземелье — это сокровищница аномалий. Разумно подготовить запасные планы десятками. Иначе это спасение не увенчается успехом.

— Я вложу в это всё, что у меня есть. Все вы, сражайтесь так, будто от этого зависит ваша жизнь!

— Слушаемся!

С горящими глазами Лилирука зашагала вперед с суровой решимостью, а Эйна и другие регистраторы протянули ей руки в знак солидарности.

Под командованием Хедина отряд выступил незамедлительно. Отсюда ландшафт сменился «Каньоном Джунглей», начинающимся с 29-го этажа. По просьбе Вельфа Белл держал при себе магический меч с коротким багряным клинком — тот самый, что дала ему Гестия перед путешествием в Долину Драконов, выкованный Вельфом неохотно, но с величайшим тщанием. Белл почти не пользовался им раньше, но теперь плотно закрепил его на поясе как талисман и последний козырь.

Марш через густой каньон начался на полной скорости. Следуя приказам Хедина, элитное формирование игнорировало обычные туннели и взбиралось высоко на возвышающиеся деревья, несясь по массивным ветвям прямиком к следующему проходу. Это была та же безрассудная изобретательность, которую они использовали, чтобы «спуститься по утесу» ранее.

Небо над кронами деревьев кишело крылатыми монстрами — Буревестниками-Птерами — но «оборонительный отряд», расположенный впереди, испепелял их заранее подготовленной магией. Команда сохраняла максимальный импульс, перепрыгивая со ствола на ствол без какой-либо стационарной Псевдо-шахты для поддержки. Согласно дистанционному брифингу Гестии:

— Начиная с Нижних Этажей размеры Подземелья расширяются за пределы всякого разума! Даже если бы все авантюристы Орарио объединились, мы не смогли бы построить непрерывную сеть шахт по всем официальным маршрутам!

Отсюда и импровизация. Скорость значила больше, чем построение. Стратегия Хедина требовала гибкости — мгновенной адаптации вместо того, чтобы цепляться за идеальную структуру. Главный приоритет: основная группа должна достичь цели невредимой и в кратчайшие сроки. «Путь назад», пояснил он, будет зеркальным: оборонительные отряды, размещенные на каждом уровне, смогут слиться с возвращающейся группой по мере её подъема, формируя новые цепи поддержки. В этом смысле «грубость» текущей системы шахт имела смысл — она была построена для прогресса, а не для совершенства.

— Авангард, расчищайте путь! Сбивайте каждого монстра, который приблизится!

— Леон! Не дай Подземелью обогнать тебя!

К этому моменту только элита 3-го уровня или ветераны 4-го уровня могли удерживать линию в качестве защитников. Среди них были знакомые лица — не только те, кто повысил ранг после Военной Игры, но даже инструкторы из Академии. С их поддержкой команда Белла пронеслась через 32-й этаж за считанные мгновения.

В канале связи раздался рев.

— Ого-го-го! После этих огромных джунглей начинается пустыня?!

— Заткнись, креветка!

С 33-го этажа и далее простирались новые владения — Лабиринт Пустыни, Страна Песков. Как и следовало из названия, это была бескрайняя, бесконечная пустыня. Никаких туннелей-лабиринтов, только открытое пространство золотого песка, катящиеся дюны и редкие искореженные растения, похожие на кактусы. Над головой колоссальный красный кристалл сиял, словно солнце, запекая всё внизу в удушающей жаре, которая казалась невозможной для подземного мира. Весь регион представлял собой единое открытое поле — прямой путь от южного входа к северному проходу. Простой по форме, но абсолютно беспощадный по своей природе.

Зыбучий песок поглощал их шаги, превращая каждую попытку продвинуться в битву. Монстры вырывались из-под земли без предупреждения, превращая весь этаж в живое минное поле засад. Хуже того, пропитанные маной миражи мерцали по всему ландшафту, искажая восприятие и путая направление — жестокая ловушка, которую могли преодолеть только ветераны или обладатели особого снаряжения. Говорили, что даже опытные авантюристы часто теряли здесь дорогу и жизни. Но для Белла и основной группы это было лишь очередное препятствие, раздавленное под ногами.

— Основной отряд здесь-и-и-и-и!! Мне выстрелить сигнальной ракетой? Или, может, выпустить звук моего горящего сердца — Огненный Инферно-Пламенный Взрыв! Нет? Тогда слушайте мой рев — пылающий дух самой стали! Узрите, Ледяной Мост!

— Заткнись, Ибири-и-и-и!!

В унисон бойцы авангарда перекричали возбужденную волшебницу Семьи Ганеши, пока она и её подразделение выпускали объединенное заклинание. Десятки магов льда пели в гармонии, и в следующее мгновение огромная линия замороженной магии прорезала пустыню. Колоссальный, неровный мост из твердого голубого льда поднялся над дюнами — магистраль через инферно.

Отряд Белла бросился вперед без колебаний. Монстры вырывались из песков или прыгали с боков, но ледяной мост давал им опору и направление. Даже когда части его разлетались под ударами, авантюристы прыгали с блока на блок, словно в танце, несясь вперед. По сравнению со «спуском по утесу» или «переходом через джунгли», это было практически легко. Редкие монстры, такие как Василиски и орды цветов-людоедов, атаковали, но Семья Ганеши, бегущая параллельно по ледяному пути, превращала их в пепел.

Сама пустыня трансформировалась в сверкающую голубую тропу — «Ледяную Шахту», сияющую под багряным солнцем. Если бы это не было полем боя, Белл бы остановился просто для того, чтобы восхититься этой красотой. Но даже он понимал: тактика такого грандиозного масштаба могла существовать только в операции подобной величины. Город Героев, Орарио — поистине невероятно.

『Остальное за вами, Грррррупппа Мечты-ы-ы-ы!!』

Даже внутри подземелья магически усиленный голос Ибирис громом разносился в воздухе. Белл поднял большой палец в знак признательности и двинулся дальше. Этажи 34 и 35 пали так же — пройдены без пауз. Массивная Семья Ганеши, крупнейшее воинство Орарио, продемонстрировала всю свою мощь в поддержке.

Наконец настал 36-й этаж, где палящее солнце наверху внезапно уступило место ледяной «ночной пустыне». Жестокий перепад температур мог бы убить обычного человека, но продвинутые авантюристы просто прорывались сквозь него, проходя мимо оазиса — зоны отдыха — не останавливаясь. Неумолимое продвижение продолжалось, всё глубже и глубже — к Истинному Пределу.

Глубинные Этажи.

37-й этаж — Белый Дворец, тот беспощадный лабиринт, который когда-то довел и его, и Рю до грани смерти. Теперь они вернулись.

— Лефия...! Ты в порядке?!

— Ха-а... ха-а...! Не обращай на меня внимания! Продолжай! Я... я буду поспевать, несмотря ни на что!

Легкие Белла горели; даже он теперь тяжело дышал. Но Лефия и другие обладатели 4-го уровня были насквозь мокрыми от пота, их выносливость была доведена до предела. Расстояние, которое они пробежали от поверхности — с 1-го по 36-й этаж — было за гранью понимания. Они спринтовали через расширяющиеся нижние страты, без отдыха, без пауз, сохраняя скорость первого класса всё это время. Это был самоубийственный марафон через ад. Никого нельзя было винить за обморок.

И всё же Лефия отказывалась сдаваться. Её решимость сияла ярче, чем усталость, затуманивающая глаза. То же самое касалось и остальных из Семьи Локи — величайшей экспедиционной силы в Орарио. Как бы тяжело они ни дышали, они отказывались отставать. Их руки работали, ноги кричали от боли, и всё же каждый из них продолжал бежать, глядя вперед с непоколебимой целью. Увидев среди них черноволосого юношу — его выражение лица было неизменным — Белл проглотил свои сомнения. Это были не просто знаменитые авантюристы. Это были легенды, всё еще сражающиеся, чтобы оправдать свое имя.

— Где Шторм? — рявкнул Аллен из авангарда.

— Поворот направо впереди! Зал с тупиком! — крикнула в ответ Рю.

Они резко свернули, скользя по гладкому белому камню. Белл узнал это место — ту самую комнату, где он и Рю когда-то нашли свой путь к спасению. Группа Аллена быстро обнаружила скопление кварцеподобных кристаллов, вросших в дальнюю стену, и разбила их. Появилась лестница, уходящая спиралью вниз, в самую бездну.

— Они используют Подземный Поток как короткий путь...!

Пока они ссыпались вниз по ступеням, Рю на бегу повернулась к Беллу, и её бирюзовые глаза сверкнули. Белл кивнул с кривой ухмылкой, разделяя их общее негласное воспоминание. Внизу их ждал чисто-голубой коридор текущей воды — Лазурный Путь. Священная подземная река, через которую они когда-то ползли, окровавленные и отчаянные, теперь стала спасательным кругом для всего воинства.

— Ребята из Ганеши действительно это сделали. Все припасы здесь.

— В таком хаосе? Я впечатлен.

— Грер, кинь мне зелье.

— Держи.

Шум текущей воды был спокойным, почти слишком нежным для места, находящегося так глубоко в Подземелье. Впереди, сложенные горой в углу туннеля, лежали бесчисленные деревянные ящики — медицинские и вспомогательные предметы, оставленные Семьей Ганеши несколькими днями ранее. Это была их третья точка отдыха — скрытая база снабжения, где не требовалось присутствие целителя. Белл выдохнул, мгновенно узнав её. Это была та самая уединенная пещера, в которую он и Рю наткнулись во время их обреченной борьбы против Джаггернаута. Скрытая зона безопасности, не обнаруженная даже Гильдией, пока Фелс не подтвердил её надежность позже.

— Даже когда я впервые услышал об этом месте, я не мог поверить, что оно существует, — сказал один гном.

— Неизведанная область, прямо у нас под носом.

— Весьма любопытное открытие.

— Хорошая работа, парень.

— Ха-ха... с-спасибо, — пробормотал Белл, неловко улыбаясь и принимая зелье от Альфригга.

Рядом с ним кончики острых ушей Рю покраснели, когда она взглянула на текущий голубой свет реки. Потому что именно в этом месте — в этой скрытой лощине — они когда-то цеплялись за жизнь, полуголые и полумертвые, в объятиях друг друга.

— Почему ты так ерзаешь?

— Б-без причины! — пискнул Белл.

Пока остальные шумно занимались припасами, только они двое сгорали от личного смущения. У края потока Лефия опустилась на колени, её изящные руки зачерпнули прохладную, чистую воду и поднесли к губам. Колышущееся сияние отражалось в её глазах, пока она пила — молчаливая, решительная, готовящая себя к тому, что лежало ниже.

Передышка не могла длиться долго. Дальше их ждали Глубинные Этажи, где спасения уже не было. Её янтарные волосы, влажные от пота и прилипшие к раскрасневшимся щекам, были заправлены за ухо — жест настолько изящный и зрелый, что мое сердце пропустило удар. Но у меня не было возможности смущаться прямо сейчас. Я быстро отвернулся от её недоуменного взгляда, присел чуть поодаль от всех и погрузил лицо в поток.

Прохладная вода успокоила мою перегретую голову. Я жадно сделал несколько глотков, испустил удовлетворенный вздох и медленно открыл глаза —

(Белл!)

(Бвух-х?!)

— Только для того, чтобы прекрасная русалка появилась передо мной, словно поднявшись из глубин! Так близко, что наши губы могли бы соприкоснуться, улыбающаяся девушка — Мари, русалка из Ксеносов — сияла, глядя на меня, а я поперхнулся, выпустив струю пузырьков прямо ей в лицо!

— Пва-а?! Кха-кха — М-Мари?! Почему ты здесь?!

— Черноплащник-Фелс сказал мне!

— Сказал, что если я подожду в этом потоке, то смогу встретить Белла!

Я резко выпрямился, отплевываясь от воды, и в панике огляделся по сторонам. Лефия и остальные на берегу ничего не заметили. Убедившись в этом, я перешел на свистящий шепот. Мари, высунув из воды лишь голову, невинно хихикнула, как озорная девчонка, а затем придвинулась к самому моему уху и тихо заговорила. Услышав, что её прислал Фелс, я всё понял.

После того как я передал Фелсу информацию о Лазурном Пути, он и Лидо решили превратить это место в убежище Ксеносов. Мари, должно быть, привели сюда именно они, и теперь она была одной из хранительниц этого святилища.

— ...Мари. А как же Вина и остальные? Лидо и все прочие?

— Они ушли. Давно. Спустились еще глубже.

Я уже спрашивал об этом Богиню Гестию по пути, но всё же... значит, они и правда были ниже. Ксеносы присоединились к экспедиции Семьи Локи и теперь сами участвовали в спасательной миссии. Я не мог не беспокоиться. Кристалл связи, который мы им дали, больше не отвечал... Действительно ли Вина и Лидо в порядке?

— ...Белл, вот.

Мари посмотрела на меня ясным, добрым взглядом и протянула что-то, зажатое в обеих ладонях. Маленький флакон, наполненный багряной жидкостью, которая мерцала, словно морская жемчужина. Погоди...

— Это... твоя кровь, Мари?

— Угу! Я хотела отдать её Беллу!

Кровь Русалки — редчайший предмет. Она обладает невероятной исцеляющей силой, способной полностью залечить раны и восстановить выносливость. Дали ли её Мари друзья Лидо или она сама нашла её в Водном Городе — я не знал. Но этот флакон, добытый ценой её собственной плоти, был доказательством преданности Мари. Я осторожно принял его и крепко сжал в руках.

— Постарайся, Белл, мой любимый!

Понимала ли она всю опасность того пути, на который мы ступали, или нет, но глаза Мари светились глубоким чувством — а затем, чмок. Она подалась вперед и нежно поцеловала меня в щеку.

Я застыл. Мари улыбнулась в последний раз, а затем грациозно скользнула обратно в поток — невеста водного города, возвращающаяся в свой дом под толщей течения. От неё остался только я, превратившийся в пунцовое изваяние.

— Белл.

Я вздрогнул так сильно, что плечи подскочили вверх, и одеревенело повернулся на голос. Рю стояла прямо за мной, глядя сверху вниз без тени выражения на лице. Она определенно это видела. Всё еще полусидя у кромки воды, я почувствовал, как выпитая жидкость выходит из меня холодным потом. Рю смотрела на меня мгновение, затем тихо вздохнула и протянула руку.

— Пошли.

— ...Е-есть!

Я почти физически услышал измученный вздох Гестии, эхом отозвавшийся в Окулусе. На этом основная группа возобновила марш.

Подземный водный путь был прямой дорогой — здесь невозможно было заблудиться. Нам с Рю когда-то пришлось войти сюда через обрушившийся Колизей, но Фелс и остальные уже нашли официальный выход во время своих изысканий. Следуя указаниям богов, мы быстро оставили Лазурный Путь позади. Прорыв сквозь стену из кварцеподобных минералов вывел нас в Зал Воинов. Эта область лежала между второй и третьей кольцевыми стенами, неподалеку от Колизея. Отсюда нам оставалось лишь двигаться к Тронному Залу внутри первой стены, где ждал переход на следующий этаж.

Белый Дворец состоял из пяти массивных кольцевых стен. Благодаря Лазурному Пути мы миновали три из них целиком — колоссальное сокращение пути, которое к тому же сэкономило оборонительным отрядам уйму времени и сил на поддержание вертикальной шахты.

— У-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О!!

— Гух!?

Семья Ганеши, размещенная здесь заранее, удерживала рубеж, формируя оборонительную Псевдо-шахту и отбивая волны Спартоев и Элитных Людоящеров — монстров, которые раньше доставляли мне бесконечные проблемы. Это были Глубинные Этажи; даже здешние рядовые враги были пугающе сильны. Но видя, как Семья Ганеши сконцентрировала свои силы на этом узком маршруте от Зала Воинов до Тронного Зала, я ощущал невероятное чувство безопасности.

Всё шло гладко — или мне хотелось в это верить. Но воспоминания о 37-м этаже, о том, как это место однажды сломило меня, не давали мне расслабиться. И словно в подтверждение этой тревоги, весь этаж начал содрогаться.

— ...!

Эпицентр был еще далеко, но вибрации отчетливо передавались через землю. Мы с Рю и Лефией одновременно поморщились, когда по дворцу разнесся глубокий, леденящий душу вой. Это был звук чего-то необъятного... издающего свой первый, чудовищный крик.

— Хедин! На 37-м этаже появился Босс Этажа...!!

Голос Лили резко прозвучал в Окулусе мастера Хедина. Атмосфера вокруг него — а он бежал чуть впереди меня — мгновенно стала настолько острой, что рядом с ним было опасно даже дышать. Все участники основной группы замолчали, и даже окружавшие нас бойцы Ганеши не могли скрыть шока. Прежде чем мы успели полностью осознать ситуацию, мы достигли Тронного Зала.

— О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О!!

В центре этой огромной залы — невообразимо широкой и высокой — поднялось нечто колоссальное. Гигантский черный скелет, нижняя часть тела которого была погребена в земле. Он возвышался примерно на десять метров, его пустые глазницы горели жутким синим пламенем, а под шеей, подвешенный между ребрами и грудиной, парил массивный магический камень. Одинокий король лабиринта 37-го этажа — его Босс, Монстр-Рекс, известный как Удайос.

— Га-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а?!

— Ты, должно быть, шутишь, ублюдок — гах!?

В тот момент, когда мы опознали Босса, члены Семьи Ганеши, поддерживавшие Псевдо-шахту внутри зала, были стерты с лица земли одним взмахом этой почерневшей руки. Сила Удайоса соответствовала как минимум 6-му уровню. Даже авантюрист первого класса 5-го уровня не смог бы пережить прямого попадания, не говоря уже о 4-м. И быть застигнутым врасплох тем, кто не должен был появиться — это было фатально.

— Что, черт возьми, случилось с интервалом возрождения...?

— Еще со времен Амфисбены стало ясно, что думать об этом бессмысленно, — спокойно ответил Двалин на яростное ругательство Аллена.

Тревога, нараставшая с Нижних Этажей, наконец достигла пика — циклы возрождения были полностью нарушены. Пыталось ли само Подземелье остановить спасение Семьи Локи?

— О-о-о-о-о-О-О-О-о-о-о...

Закончив расправу над авангардом Ганеши, Удайос обратил свои пылающие глаза-огни на нас. Побег был невозможен. Коронная атака скелетного короля — «Reverse Pile» — уже назревала. Я слишком хорошо помнил этот ужасный прием: острые костяные шипы, вырывающиеся из земли, подобные тем, что использовали Черепа-Овцы, но теперь покрывающие весь зал. Атака ударила из-под наших ног, вонзаясь во всех направлениях с убийственной точностью, лишая всякой свободы маневра. Даже попытка обойти это массивное тело привела бы лишь к тому, что нас насадили бы на бесчисленные колья, вырывающиеся из земли подобно черным копьям.

И не успел я закончить эту мысль — тух-тух-тух-тух! Позади нас и у дальнего выхода из зала взметнулись стены из тех самых черных шипов, запечатывая оба пути. Отступление было отрезано. Не осталось времени бояться этого нового ужаса Глубинных Этажей. Окруженный лесом обсидиановых копий, я почувствовал, как пот катится по моей щеке. Если мы хотим двигаться дальше... у нас нет другого выбора, кроме как убить Удайоса.

— Тч!

Мастер Хедин цокнул языком — резче обычного — так как тщательно выстроенный план был полностью разрушен. Атаки новых видов — тех же цветов-людоедов — подобные аномалии, не нарушающие правил Подземелья, наверняка входили в его расчеты. Но «худший сценарий последовательного босс-раша» мастеров этажей? Нарушение законов Подземелья такого масштаба не предсказал даже мастер Хедин. Это было не просто несправедливо — это было жульничество постфактум.

Гнев, исходящий от моего наставника, пугал до такой степени, что воздух вокруг него казался застывшим, но... я понимал его чувства.

(Нам придется смириться с потерей времени и прикончить его как можно скорее...!)

Даже если основная группа понесет потери — если мы этого не сделаем, план нельзя будет восстановить. Как раз в тот момент, когда я потянулся к Ножу Богини, готовый присоединиться к Аллену и остальным, пока те поднимали оружие и воздух наполнялся жаждой крови —

— Твой план рухнул, Хедин?

Один-единственный рыцарь шагнул вперед, словно останавливая нас всех.

— Если так, я сам с этим разберусь.

Он не стал ждать разрешения. Будто уже зная, каков будет ответ мастера Хедина, рыцарь — Леон — бросился в самую гущу боя. Мы с Алленом и Двалином могли лишь смотреть на это, широко раскрыв глаза. Мастер этажа шевельнулся, его массивные кости заскрежетали в ответ. Безрассудный прыжок сократил дистанцию между Леоном и самим Удайосом до каких-то пятнадцати метров — достаточно близко, чтобы приковать к себе всю ненависть и внимание монстра.

— «Звучи, Остаточный Свет — так говорит двенадцатое престолье доблести!»

Даже не обнажая длинного меча за спиной, он произнес заклинание усиления. Это стало сигналом к битве. Для простого авантюриста использовать магию прямо перед ним — нет, объявлять войну в его присутствии — король-скелет не потерпел бы такой дерзости.

— О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О!!

Ужасающий шквал «Reverse Pile». Сорок четыре костяных вертела со всех сторон — спереди, сзади, слева, справа. Рыцарь срубил их все взмахами меча, которые были быстрее, чем мог уловить глаз.

— Наш стратег скуповат, когда дело касается управления ресурсами.

Его клинок цвета золотого льва сплел барьер из света и росчерков стали. Слишком быстро, чтобы разглядеть — но сам клинок не мог выдержать такой мощи.

— Поэтому... достаточно одного удара.

После того как он прорубился сквозь двадцать костяных копий, его одноручный меч разлетелся вдребезги. Но разлетающиеся искры света мгновенно переформировались в парные клинки. Когда и эти клинки закончили рассекать оставшиеся двадцать четыре шипа, они тоже взорвались — и из фрагментов образовался сияющий боевой топор.

— «Первое испытание — Персиль». «Второе испытание — Гавель». Оба пройдены.

── «Третье испытание — Дарбазаль», высвобождение.

Он призвал третье оружие из Двенадцати Клинков Круга.

( — Ах.)

Холод пробежал по моей спине. Сцена была слишком знакомой — настолько, что кожа покрылась мурашками. Эта гордая, непреклонная спина... она заставила мое сердце трепетать. Рядом со мной голубые глаза Лефии расширились в таком же шоке.

— Возможно, это подходящая возможность, — произнес рыцарь. — Увидеть, как далеко я продвинулся. Как близко я подошел к тому, кем был когда-то.

Король-скелет, ошеломленный, не мог постичь смысла его вызывающих слов — этой литании клятв, запечатленных в битве. Словно стремясь прогнать свой первый вкус страха, чернокостный гигант взмахнул своей массивной рукой. И в ответ рыцарь вскинул световой топор за спину — и промолвил:

«Прежде чем холм будет рассечен, прежде чем замок будет повержен, прежде чем дракон будет сражен — сначала я разделаю тебя, босс этажа».

Взмах его руки высвободил единственную вспышку.

— Остаточный Свет.

Ослепительное сияние выжгло свой след в моих глазах, и глубоко в сердце я прошептал его имя. Поток света окрасил всё вокруг в яркие, живые тона. Он аннигилировал дистанцию, снес могучую руку монстра и прошил Удайоса насквозь, заморозив само время. Сияющий удар льва стер верхнюю часть тела Босса Этажа вместе с его предсмертным криком, раздробив даже магический камень, защищенный доспехами ребер, и превратив его в ничто в шторме великолепия. Возвышающиеся стены массивного зала — и даже костяные пики, запечатывавшие выходы — были уничтожены вместе с ним, оставив после себя лишь парящий пепел.

Световое оружие исчезло из рук рыцаря, исполнив свой долг.

— У-у-у-у-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а!! Ни хрена себе-е-е-е-е-е!!

Охваченный благоговением и восторгом, я потерял всякий контроль, крича как сумасшедший. Мастер ударил меня ногой. Аллен, Альфригг, Двалин, Берлинг и Грер — все они пинали, колотили и толкали меня локтями. И всё равно — я орал! Рядом с Рю, застывшей в шоке, и Лефией, прижимающей руки к трепещущей груди, я ликовал, глядя на представшее предо мной зрелище — на этот невероятный подвиг.

Поразительно. Абсолютно поразительно. Босс этажа — сражен одним ударом! Это и есть Рыцарь Рыцарей! Истинный герой нынешней эпохи!

— Если мы с профессором Леоном... со всеми вами... мы справимся!

Мы доберемся до Айс и остальных! Словно ребенок, встретивший героя из своей любимой сказки, я раскраснелся, а на глазах почти выступили слезы, когда я взирал на эту сияющую надежду.

— Невероятно-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о!!

Богиня Гестия закричала точь-в-точь как её последователь-ребенок. Подземный храм взорвался одобрительными возгласами при виде зрелища, проецируемого через кристальную сферу. Фрея, элегантно восседая в своем кресле, захлопала с непритворной улыбкой; Гефест пробормотала: «Ты такая шумная, Гестия», но не смогла скрыть собственного волнения; Бальдр спокойно наблюдал рядом с ними, а Локи поджала губы в досаде.

Среди них всех глаза Гермеса сияли ярче чьих-либо.

— Я вижу это...! Ясно как день! Сами спины Зевса и Геры!!

Две великие семьи, что когда-то царили в Орарио — герои, носившие титул сильнейших в каждую эпоху. И теперь герои этого поколения приближались к ним. Ведь даже среди богов «победа над боссом этажа одним ударом» была чем-то почти немыслимым.

— Сразить Удайоса одним ударом — такое удавалось только легендарному Максиму или воину Зальду!

— Хе! Моя Айс одолела этого так называемого слабейшего из Четырех Королей, Удайоса, совсем одна! И на 5-м уровне к тому же! Не такое уж большое дело!

— Не начинай соперничество, Локи...

— И кроме того, вы когда-нибудь слышали, чтобы кто-то из шайки Зевса соло завалил босса этажа? В записях Гильдии такого нет! Бьюсь об заклад, это просто сказочки!

— Зевс и Гера всегда были настолько небрежны, что, вероятно, никогда не утруждали себя отчетами... Их детям, похоже, тоже было всё равно, — вздохнула Гефест.

Пока Гермес продолжал рассыпаться в похвалах, соревновательный дух Локи вспыхнул с новой силой, Гестия застонала от изнеможения, а Гефест покачала головой, предаваясь воспоминаниям о былых временах.

— Я бы хотела сказать это тебе прежнему — что через твои разочарования и стремления твое будущее "я" наконец достигло цели. Поздравляю, Леон.

Только Бальдр, собственный бог Леона, смотрел на профиль рыцаря без гордости или высокомерия, просто даруя тихое благословение.

— ...Завораживающее зрелище, — резко произнесла Фрея, сузив глаза и глядя вверх. — Но Уран — как далеко ты планируешь позволить этому зайти? Все эти аномалии, эти вопиющие нарушения правил... как долго ты будешь закрывать глаза на злобу Подземелья?

Её голос прорезал шумный гам ликующих богов. Пронзительное обвинение в её взгляде заставило высоко восседающего Урана в тишине закрыть глаза.

— Вместо того чтобы называть это злобой, — медленно проговорил Уран, — было бы точнее сказать... Подземелье встревожено.

Это не было прямой защитой, но его слова были взвешены и тщательно подобраны.

— Никогда за последние тысячу лет такое огромное количество авантюристов не вторгалось в Подземелье одновременно.

— ...Так оно паникует? — Гестия склонила голову набок. — И в своем замешательстве оно насильно порождает более сильных монстров?

— Именно.

— Оно верит, что на него напали — еще до того, как настало обещанное время.

Кивок старого бога нес в себе странную тяжесть, которую могли почувствовать только небожители. Из всех присутствующих лишь Уран, не прекращавший своей безмолвной молитвы, мог по-настоящему постичь волю Подземелья и тонкие сдвиги в его настроении.

— «Худший последовательный босс-раш», значит… — пробормотал он.

Наконец открыв глаза, он устремил свой взор — глубокий и бесконечный, как само небо — на авантюристов внизу. Он наблюдал, как Белл и его товарищи движутся вперед, делясь остатками припасов с павшими членами Семьи Ганеши, прежде чем снова уйти в бездну.

Благодаря краткому, но блестящему выступлению профессора Леона, мы благополучно прорвались через 37-й этаж. Тем самым мы невольно установили новый личный рекорд глубины и перешли на 38-й этаж. «Белый Дворец» существует только на 37-м, так что отсюда окружение полностью меняется — но не успели мы начать беспокоиться о новых опасностях или открытиях, как перед глазами предстало совершенно неожиданное зрелище.

— Наконец-то вы здесь! Эй, пошевеливайтесь уже!

Там стояла Лулуне из расы собак и остальные члены Семьи Гермеса —

— Гуа-а-а-а!

— Агу-у-у-у-х!

— прямо рядом с группой крылатых виверн.

Я был ошеломлен. Это не просто вода и масло — это вода и порох! Почему авантюристы и монстры выстроились вместе вместо того, чтобы сражаться?!

— Гу, гуа-а-а.

(Подождите — этот голос... Каменный Дракон Грос?! Он тоже здесь?!)

Это Ксеносы! Все эти монстры там — Ксеносы! И Грос, что это за подозрительное рычание?! Ты же делаешь это слишком очевидным!

— Воу-воу! Погодите! Не нападайте! Помните, что было в плане Хедина?! Эти виверны — ваш «транспорт», чтобы проскочить эту зону!

Пока Лулуне в панике вскидывает руки, она отчаянно пытается успокоить Лефию и остальных, которые по привычке были готовы обнажить оружие. Теперь, когда она упомянула об этом, я вспомнил слова Гестии о том, что «транспорт ждет впереди», но всё же…!

— Короче говоря, эти монстры были приручены Семьей Ганеши!

(Значит, такова официальная версия...)

— Они полностью объезжены и обучены, так что на них можно летать даже без укротителей! П-Правда!

(Да уж, в этом объяснении полно дыр...)

Прирученные монстры должны слушаться только своих укротителей! Это полностью противоречит здравому смыслу!

«Тэйм! Тэйм!» (Приручен! Приручен!)

Прекратите это шумное скандирование! Вы же выдадите себя! Виверны начали реветь «тэйм, тэйм», словно понимая, что происходит, и я начал паниковать так сильно, что покрылся потом. Затем через кристалл связи Гестия неистово прошептала: «Б-Белл, сделай с этим что-нибудь!» Сделать что?!

В смятении я взглянул на Лефию и остальных — и увидел лишь их вздохи.

— Ксеносы... мы знаем о говорящих монстрах.

— Э?

— Да, мы знаем.

— Конечно.

— Почему ты так удивлен?

— Ты единственный, кто не в курсе.

— Э-э-э-э-э?!

Мы с Гестией издали глупый возглас удивления одновременно. Но если подумать — это имело смысл. Айс уже видела меня с Виной на улице Дедала, так что, естественно, вся Семья Локи уже была в курсе. Что касается Альфригга и других из Семьи Фрейи, что ж... видимо, леди Фрейя приказала провести расследование в моем отношении, и в процессе они получили информацию от самого Гермеса — вероятно, когда копались в инциденте «Ксеносы против Охотников». Так что они тоже всё знали с самого начала.

«...Расследование в моем отношении»? Звучит пугающе.

— Угх-х-х, да ладно вам! Значит, мы зря ломали комедию, Гермес!

Лулуне запрокинула голову и закрыла лицо рукой, сокрушаясь в изнеможении, в то время как остальные члены Семьи Гермеса тоже начали ворчать. Затем через кристалл донесся голос самого бога:

— Ну, в общем, да, — сказал Гермес, — но помните, здесь есть люди из Академии, которые не совсем знают о наших... особых обстоятельствах, верно?

— Ах.

Все до единого — я, Лефия, Лулуне и её группа, даже Грос и другие Ксеносы — повернулись в одну сторону. Профессор Леон, который всё это время молча слушал, на мгновение замер... а затем слегка пожал плечами.

— Притворимся, что я ничего этого не слышал.

Это был идеальный ответ взрослого человека. Я весь покрылся испариной и чуть не рухнул от облегчения. Лефия выглядела не менее неловко, явно осознавая, насколько безрассудными мы были. Профессор Леон усмехнулся нашей реакции, его плечи слегка подрагивали от забавы.

— Когда я был ребенком, я восхищался рыцарями на драконах. Приятно видеть, что эта мечта наконец исполнилась.

— И я однажды слышал слух, шестнадцать лет назад, о говорящих монстрах.

Последнюю часть он пробормотал почти про себя. Я хотел спросить больше, но сейчас было не время. Семья Гермеса удерживала проход, царапая стены и запечатывая единственный выход, пока они отчаянно отбивались от волны монстров. Под острым взглядом нашего наставника мы поспешили закончить приготовления.

Все Ксеносы, которые пришли на помощь, были крылатыми — в основном виверны. Каждая могла нести максимум двоих наездников. Рю и Лефия поехали вместе. Альфригг и его братья, будучи паллумами, разместились по двое на виверну. Мой мастер и Аллен настояли на том, чтобы лететь поодиночке. Трудно было сказать, было ли это высокомерием или просто плохой совместимостью между ними... скорее всего, и то, и другое.

К слову, Аллен поначалу заявил: «Я пойду на своих двоих», но после спокойного «Аллен?», прозвучавшего голосом богини, он немедленно сдался. Это не был голос Сир — что меня удивило — но почему-то это казалось совершенно логичным.

— Значит, мне остаешься... ты, Грос.

— Прости меня, парень. Моя спина — не самая удобная поверхность.

Беспокоясь о своем каменном теле, Грос слегка опустил голову, но я покачал своей и улыбнулся.

— Вовсе нет. Я просто счастлив, что ты пришел нам помочь. Спасибо, Грос!

— Хмпф... тогда держись крепче. Взлетаем!

Обнажив клыки в чем-то, что почти напоминало ухмылку, Грос позволил мне обвить руками его толстую шею. Затем с невероятной легкостью он поднял нас обоих в воздух и мгновенно ускорился.

— Удачи вам там!!

— Не переусердствуй, Асфи!

Под крики Лулуне и тигрочеловека Фальгара, доносившиеся сзади, мы взмыли над заблокированным проходом, который удерживали авантюристы, служившие живыми стенами и щитами. Мы с Гросом возглавляли строй, за нами одна за другой следовали виверны.

— Если подумать, Грос — значит, ты в порядке!

— Верно. Во время экспедиции Семьи Локи мой пост был на 50-м этаже. Но я получил приказ от черноплащника Фелса через кристалл Окулуса. Он поручил мне одолжить вам свою силу.

Способность Ксеносов летать была ничем иным, как революцией. Это не только сохраняло нашу выносливость, но и позволяло пересекать огромное подземелье буквально со скоростью полета. По сравнению с верхними уровнями, Глубинные Этажи имели проходы и потолки достаточно обширные, чтобы сделать это возможным. Особенно вдоль основных маршрутов открытые пространства были достаточно велики для полноценного воздушного путешествия. Иными словами, такой маневр «полета сквозь подземелье» был бы невозможен где-либо выше Нижних Этажей — только с этой глубины и далее это вообще могло сработать.

При поддержке Семьи Локи — особенно Гроса, который сражался на 50-м этаже, чтобы прикрыть отступление Лефии и остальных — он собрал всех крылатых Ксеносов, которых смог найти. Их назначенной точкой рандеву был 38-й этаж. Взвесив все факторы, это был тот вывод, к которому, должно быть, пришли мой мастер и остальные.

Крича, чтобы меня услышали сквозь режущий ветер, я задал вопрос, который жег меня изнутри еще с тех пор, как я встретил Мари.

— А как же Вина и остальные?!

— Если обрывочная передача была правдой, людоящер Лидо и его группа ушли ниже 50-го этажа. Они отправились спасать тех, кто остался... и помогать Семье Локи.

Мои руки крепче обхватили толстую шею Гроса. Я не мог перестать беспокоиться — об Айс, о Вине, обо всех них. Страх не исчезал. Но я знал, что Грос чувствует то же самое. Вместо того чтобы поспешить воссоединиться с Лидо и остальными, он ждал здесь — доверился нам. Ради этого друга, который поверил в нас, я должен был продолжать путь и спасти всех впереди.

— Грос, ты можешь лететь еще быстрее?! Забудь обо мне — просто выложись на полную!

— ...Что ж! Не пожалей об этом!

С ревом, который, казалось, расколол воздух, Грос ускорился, будто пробивая дыру в самом небе. Монстры на земле в шоке задирали головы, пока летный отряд Ксеносов проносился мимо, оставляя позади каждый огненный шар и каждый кнутообразный усик, брошенный в их сторону.

— Белл Кранел! Ты, наверное, уже знаешь, но отсюда маршрут Псевдо-шахты разрывается! Оборонительные группы внизу прикроют вас — следите, чтобы вас не сбили!

Начиная с Глубинных Этажей, где каждый уровень простирался шире, чем весь город Орарио, не могло быть непрерывного маршрута шахты. Просто не хватало авантюристов 4-го уровня и выше, чтобы отражать монстров, которые здесь рождались. Вот почему с этого момента Оборонительные группы сосредоточились исключительно на обеспечении воздушного коридора. Каждая группа располагалась в ключевых точках вдоль основного маршрута, сбивая монстров, способных на дальние атаки или представляющих массивную воздушную угрозу. В сочетании с летным отрядом Ксеносов эта новая сеть шахт должна была радикально сократить наше время в пути.

Это не было безопасным путешествием в коем случае — но это ощущалось как полет на самом ветру.

Мы пролетели мимо «Подмостка из Пепла» 39-го этажа, перевалочного пункта, не обозначенного как зона безопасности. Затем владения 40-го этажа — «Кладбище Великанов». Затем вперед, за 44-й этаж, через «Багряные Горы». Всё это исчезало под нами в размытом пятне скорости.

Конечно, опасность возникала снова и снова. Особенно в Багряных Горах, где дождем сыпалась взрывная магия огня от таких монстров, как Огненные Камни, а колоссальный зверь по имени Вермилион чуть не поймал нас в воздухе. Пока —

— Иди вперед, Белл!

— Ван?!

Ван и Эйнхерии бросились в бой, их клинки пронзили Вермилиона и расчистили путь.

— Не теряй мужества из-за такой мелочи! Если ты еще раз покажешь мне это жалкое лицо, я сам затащу тебя обратно в Фолькванг и выбью из тебя дурь, пока в тебе снова не проснется боец!

— Е-есть!!

— Я ненавижу тебя больше всех на свете, парень! Тот, кого я раздавлю — не монстр, а ты! Не забывай об этом!!

Не отставая от летящего Гроса и виверн, Ван двигался быстрее взгляда, срубая каждого монстра, который осмеливался приблизиться к нам. Его выкрикиваемые оскорбления и подбадривания били по мне, словно огонь, и я отвечал ему снова и снова — точно так же, как когда-то, когда я был Беллом Кранелом из Семьи Фрейи.

— Присмотри за Хогни вместо меня!

— С Оттаром всё должно быть в порядке!

Другие, такие как Ласк и Ремилия, выпускали магию и разрывали на части рои цветов-людоедов. Что бы ни бросалось на них, они уничтожали всё. Несмотря на то, что командная работа не была их сильной стороной, они безупречно соблюдали одно правило — защищать нас. Грубые, дикие, но абсолютно решительные — Эйнхерии Фрейи двигались с такой подавляющей мощью, что я не мог не трепетать от благоговения. Всё, что произошло в «Саду», могло быть не более чем фальшивой связью. Но эта связь — эти чувства — теперь превращались во что-то настоящее, во что-то гораздо более драгоценное. Вот что я чувствовал глубоко внутри.

— Продолжайте движение вперед!

— Капитан Шакти ждет вас!

— Профессор Леон! Не проиграйте тем авантюристам там!

Объединенные усилия Семьи Фрейи, Семьи Ганеши и старшего преподавательского состава Академии — трех сильнейших организаций Орарио — сформировали самую мощную на данный момент Псевдо-шахту, благополучно вынося нас из вулканического лабиринта.

И затем — за точкой, где были размещены последние защитники шахты — лежал 49-й этаж. Единая колоссальная палата, бесконечно уходящая во тьму: Великая Пустошь Мойтра.

— Э-эт-то... что это такое...?

Заброшенный ландшафт, достойный названия «пустошь», открылся перед нами — и мой взгляд был прикован к зрелищу, которое доминировало в нем. Далеко за кружащейся серой пылью и песчаными бурями буйствовало нечто огромное. Каждый его рев сотрясал воздух. Каждый взмах его титанических рук посылал вибрации, разрывающие треснувшую землю, стряхивая со скрытого потолка наверху камни, падающие дождем из обломков. И когда дымка пепла начала рассеиваться — проступила его истинная форма.

Это был одноглазый великан. Его шея была длинной — настолько длинной, что он почти казался драконом. Я даже не мог сказать, подходит ли ему слово «великан». Его конечности были искореженными и гротескными, кожа была испещрена зазубренными белыми шипами, торчащими наружу, словно оголенные кости. Тело под ними было неестественно раздутым, нижняя часть поддерживалась странными суставчатыми отростками, которые выглядели наполовину как ноги насекомого, наполовину как конечности существа из морских глубин. Пропорции были невозможными — одно только туловище легко достигало десяти метров в высоту, заставляя даже «Удайоса» с 37-го этажа казаться маленьким. Сходство с тем скелетным монархом было очевидным — нижняя половина, погребенная в земле — но этот монстр был еще крупнее. Всё его тело было пепельно-серым. А в центре лица застыл один огромный алый глаз, сияющий погибелью.

— Босс этажа... Балор, — прошептала Рю, её голос унес сухой ветер.

Посреди огромного ковра из серой пыли и пепла суверен этого слоя стоял в одиночестве. Мы все знали, что должно последовать: нам понадобится каждая капля стратегии и силы, чтобы хотя бы подумать о том, чтобы повалить эту тварь.

Но прежде чем кто-либо из нас успел начать планировать — мой взгляд поймал нечто, что заставило меня усомниться в собственном зрении. Мне хотелось протереть глаза, чтобы убедиться, что мне не померещилось — но на спине Гроса это было невозможно.

Потому что на этом поле битвы отчаяния... Маленькая тень — такая крошечная по сравнению с великаном — стояла против него.

— О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-Х-Х-Х!

Рев босса этажа громом прокатился по пустоши. Его когти и костяные шипы пронеслись, словно косы демона. И всё же каждый удар был парирован — каждый выпад отражен — звоном могучего меча. Эта «тень» двигалась с захватывающей дух скоростью и силой. Каждый взмах его клинка раскалывал землю, распахивая багряные раны на нижней части тела великана и окрашивая бесплодную землю в красный цвет. Там, на бескрайней красно-коричневой равнине, где ничего не могло расти, два существа в одиночку сражались не на жизнь, а на смерть.

— ...О-Оттар…

Имя сорвалось с моих губ дрожащим шепотом. Он никак не мог меня услышать. Но воин-боаз взревел, подобно зверю, обрушивая удар гораздо более свирепый, чем всё, что было до этого.

— О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-Х-Х!!

— А-А-А-А-а-а-А-А-А-А-а-а-а-А-А-А-А-А-А-А-А-а-а-а-А-А-А-А-А-А-А-А-а-а-А-А-А-А-а-а-а-А-А-А-А-А-А!?

С этим боевым кличем уже наполовину отсеченная рука Балора была окончательно оторвана, и его оглушительный крик агонии эхом разнесся по Великой Пустоши Мойтра.

Он жив! Я слышал, что он пропал без вести вместе с Хогни, но он жив! Только — что он делает?!

— Погоди... он всё еще сражается здесь внизу...? Всё это время, просто чтобы сдерживать его ради нас?

Мой рот приоткрылся. То, что я видел, было еще одной схваткой один на один против босса этажа — отличной от битвы профессора Леона, но столь же невозможной.

Со спины летящего дракона я услышал чей-то ошарашенный шепот. Обернувшись на голос, я увидел прекрасное лицо Лефии, застывшее в немом шоке.

Он сражается здесь всё это время, с самого момента их отступления? Это не день и не два — прошла уже целая неделя! Даже для 7-го уровня — как быть с водой и едой?! Биться с Боссом Этажа в одиночку — это уже чистое безумие, но откуда у Оттара вообще берутся силы, чтобы продолжать?!

— Этот чертов кабан! Какого хрена он там застрял?!

— Кончай с ним уже, придурок, живо!

— Ты сам хотел дуэли, дебил!

— Чего ты там возишься, качок?!

— Не халявь, ты, твердолобый любитель бездумных таранов!

А Аллен и остальные? Они бесились по причинам, которые вообще не поддавались логике! Согласно тому, что леди Фрейя передала нам через зеркальный кристалл:

«Аллен и его группа уже побеждали Балора раньше, так что они его не особо-то и боятся».

Даже если так — это всё еще босс Глубинных Этажей! Его расчетный потенциал — 7-й уровень, а в зависимости от вариации может дотягивать и до 8-го!

— ...Этот Босс Этажа, Балор... он уже второй.

— Что?

И тут Грос сбросил настоящую бомбу. Его глубокий, мрачный голос был полон такой тревоги, что казалось, даже сам Ксенос выбит из колеи.

— Когда я проходил через этот этаж раньше... тот воин-боаз уже одолел Босса Этажа Балора.

— ...

— Так что то, что он сражается сейчас... означает, что этот Балор — заново возродившийся.

— ......

Паттерн «непрерывного спавна боссов», игнорирующий обычные интервалы восстановления — худший из возможных «Босс-рашей». И как и в случае с остальными, Оттар, должно быть, прикончил первого Балора... только чтобы сразу после этого появился другой, ненормальный, вынудивший его немедленно ввязаться во вторую битву.

В голове всё помутилось. Мысли, слова — даже выражение моего лица стерлись, когда до меня дошло. Круживший в воздухе пепельный шторм... серая пыль, устилающая пустошь... Это была не просто пыль от мелких монстров, вылезающих из земли — это были останки первого Балора.

(Я реально сейчас снова в обморок упаду...)

Абсурдность ситуации ударила по мне кувалдой, вытаскивая на свет кошмары времен Военной Игры; глаза закатились, и я едва удерживал сознание. Аллен, Альфригг и остальные скрежетали зубами с такой яростью, что это было слышно, а их глаза пылали от бессилия и гнева. Рю потерла висок, явно изнуренная происходящим, в то время как Лефия пробормотала что-то совершенно неуместное:

— Если бы только у меня была такая мощь...

— Такой же неудержимый, как и всегда, — произнес наконец профессор Леон, слабо улыбнувшись — той самой улыбкой, которой одаривают соперника, который никогда не меняется.

— Двигаемся, — скомандовал мастер Хедин, холодный и непоколебимый. — Тратить время на беспокойство об этом помешанном на битвах дураке — непозволительная роскошь.

Летя на полной скорости с 38-го этажа, измотанные Ксеносы снова выжали из себя максимум. Весь летный отряд рванул единым строем, рассекая небеса Великой Пустоши Мойтра.

Силуэт Балора, дрожащий в мареве, становился в нашем поле зрения всё больше и больше. Оттар, который раньше казался крошечной точкой, теперь был достаточно близко, чтобы мы могли отчетливо его разглядеть. И тогда гигант, правивший этой пустошью, заметил нас. Даже на огромном расстоянии по моей спине пробежал холодок, когда он начал собирать колоссальную магическую мощь. Его серое тело вспыхнуло зловещим багряным светом, сияние становилось всё ярче, пока не стало ослепляющим.

— О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О!!

— Гх—!?

В следующее мгновение вырвался поток красного света. Из этого пылающего единственного глаза ударил массивный луч разрушения — прямо в нас. Грос и другие Ксеносы среагировали с нечеловеческой быстротой, изгибая тела, чтобы уклониться, но одноглазый великан повел шеей, размахивая лучом, словно косой, чтобы испарить нас одним движением —

— Хильдис Вини!! (Hildis Vini!!)

— и был остановлен массивным кабаном, окутанным золотым мехом. Черный двуручный меч Оттара, усиленный его смертоносной магией усиления, врезался в открытый бок Балора и вырвал огромный кусок плоти.

— ────── ГА-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!?

Издав крик, похожий на конец света, потерявший равновесие титан пошатнулся назад, его голова и единственный глаз задрались вверх. Красный луч вместо нас ударил в небо, врезавшись в потолок и вызвав оглушительный взрыв — ливень из камней и пыли заставил «Великое Падение» казаться детской забавой.

Пока мы еще отходили от этого катаклизма, Грос и остальные вложили все силы в свои крылья, отчаянно ускоряясь.

— Гу-у-у-у-у-х-х-х-х!? ...Оттар!

Уворачиваясь от смертоносного дождя падающих валунов, «основная группа» прорвалась к переходу на следующий этаж. Цепляясь за каменную шею Гроса, я обернулся. Великан-боаз — уже покрытый ранами гораздо более страшными, чем кто-либо другой — стоял во весь рост, непоколебимый, как гора. И когда небо над нами раскололось, он один раз повернул голову, бросив на меня единственный взгляд.

— Иди.

Запечатлев этот образ в своей памяти — вид того, как он снова бросается в битву, которая всё еще не закончена — мы прорвались на 50-й этаж. Вылетев из прохода на полной скорости, мы потеряли высоту в неровном, зигзагообразном спуске и совершили жесткую посадку на вершине массивной каменной плиты, возвышающейся в центре этажа.

— —!!

— Грос!

Сброшенные со своих «скакунов», Лефия, Рю и я сильно ударились о землю, прокувыркались и замерли, прежде чем обернуться. Крылатые драконы, которые несли нас так далеко, тяжело хрипели, высунув языки и издавая слабые крики «Кх-х-х-х...»

— Прости... малыш. Я... больше не могу нести тебя...

— Нет... спасибо тебе! Ты спас нас!

Гросу удалось ненадолго приподняться, прежде чем он снова осел, совершенно истощенный. Я глубоко поклонился Ксеносам, которые доставили нас сюда с такой невероятной скоростью. Лефия шагнула вперед и нежно погладила одного из измученных драконов по щеке. Тот закрыл глаза, издав слабое, довольное урчание.

— Где мы...?

— Это было... наше базовое лагерь. По крайней мере, когда-то.

Вместе с мастером Хедином и профессором Леоном мы впервые за полдня ступили на твердую землю, осматривая окрестности. Как и сказала Лефия, местность была усеяна поваленными палатками и брошенными грузовыми контейнерами, которые когда-то использовались для перевозки припасов. 50-й этаж был зоной безопасности, этажом, где не рождались монстры. Семья Локи основала свою базу на этом десятиметровом каменном плато, совершая экспедиционные вылазки в более глубокие, неизведанные слои элитными ударными группами — то, на что была способна только огромная сила численностью более пятидесяти человек.

— ...

Лефия стояла, глядя на руины того, что когда-то было их лагерем. Запустение, царившее здесь, было доказательством поражения — и я видел, как сильно сжаты её тонкие руки, а костяшки пальцев побелели. Я не мог найти слов, чтобы утешить её. Поэтому вместо этого, как товарищ-авантюрист, я сосредоточился на оценке обстановки. Согласно тому, что сказала мне богиня, это должна была быть последняя точка ретрансляции...

— О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О!!

— !!

Чудовищный рев — и звон битвы. Не успел я среагировать, как профессор Леон и остальные уже рванули на звук. Я последовал за ними, несясь с восточной стороны скального образования на западную. Там, за остатками баррикад —

— Капитан Шакти! Северо-западная оборона вот-вот будет прорвана!

— Черт побери...! Стенное подразделение, назад!

Авантюристы завязли в ожесточенном бою с роем монстров! По отвесной скале карабкались гротескные, ярко окрашенные существа — огромные гусеницеподобные твари в шокирующем количестве. Они плевались коррозийной жидкостью, которая плавила и баррикады, и щиты, заставляя авантюристов уйти в глухую оборону. Во главе их стояла Шакти, командующая элитой Семьи Ганеши — но даже их прижали к самому краю.

— Нет... они прорываются!

— Гух!

Защитники на северо-восточной стороне были окончательно смяты, и монстры начали переваливать через угол плато. Желая помочь Семье Ганеши, я уже собирался нарушить приказ мастера Хедина и выстрелить «Огненной Молнией», как вдруг —

— ЗАТКНИТЕСЬ!!

Гномье пушечное ядро рухнуло сверху — врезавшись прямо в монстров и разбросав их в стороны одним громоподобным ударом.

— М–Миа!?

На полпути к тому, чтобы вскинуть руку, я застыл в шоке, когда гномиха с ревом вступила в дело. Она не просто разнесла часть утеса, отправив монстров в свободное падение — она размахивала своей массивной металлической лопатой, ударяя и подбрасывая тварей, словно тряпичных кукол. Когда гусеницы ответили залпом кислотной жидкости, она просто с силой вогнала лопату в землю, возведя каменную стену, чтобы заблокировать обстрел.

Пока Миа буйствовала, служа живой приманкой, Шакти выкрикивала приказы, и маги, которые до этого читали заклинания, обрушили в ответ скоординированный шквал магии — окончательно сокрушив наступление врага.

— Долго же вы возились, малец! И ты тоже, Рю!

— П–простите за задержку...?

— Забудь об этом, Мама Миа! У тебя руки плавятся!

— Ба! Немного зелья — и всё будет пучком!

Может и так — но всё же! В отличие от тех цветов-людоедов, эти гусеницы атаковали с дистанции и разбрызгивали едкую жидкость, которая продолжала жечь даже после контакта. Несмотря на невероятную скорость и выносливость Мии, от её обнаженных предплечий, куда попала кислота, шел пар.

— Не волнуйся, Белл~ Мы её мигом подлатаем~ ...Угх, как же мне надоело работать сверхурочно.

— Хейд! И...!

— Бра-а-а-а-атик!! Мя и остальные были в бо-о-о-ольшой беде, ня-а-а!!

— Слезь с меня, ты, ходячее недоразумение!

Пришла не только Миа — волна магии массового исцеления накрыла ряды Семьи Ганеши. Обернувшись, я увидел Хейд — её глаза были тусклыми, как у дохлой рыбы, от истощения — вместе с другими перепачканными сажей целителями Андхримнира; все они выстроились в ряд и в унисон читали заклинания.

Золотая вспышка пронеслась мимо Хейд и остальных — размытая тень летела прямо на нас. Это была Аня. Отбросив свое золотое копье, кошкодевочка бросилась вперед, чтобы обнять Аллена, но тот перехватил её голову одной рукой, а на его виске вздулась вена.

— Этот бесконечный марш смерти и ультра-сложная битва на выносливость были такими утомительными, ня~.

— Раз уж авантюристы здесь, значит, нам осталось только найти Семью Локи — и дело в шляпе, верно?

— Хлоя, Луноар!

И они были не одни. Официантки из «Хозяйки Изобилия», которые участвовали в Военной Игре, тоже были здесь! Вместе с Мией, которая только что прилетела на плато, они, должно быть, защищали северную сторону базового лагеря. Одетые в боевое снаряжение — форму боевого креста вместо фартуков — каждая из них носила на груди командную карту с эмблемой щита. Неужели мастер Хедин вызвал их — или это была закулисная договоренность Сир?

— Похоже, и на севере, и на юге всё наконец утряслось~. Если кому-то нужно исцеление, заходите в магический круг~ ...то есть, скорее всего, вообще всем~.

Пока пошатывающаяся, полуобморочная Хейд и чумазые целители Андхримнира латали бойцов, авантюристы начали стекаться с обоих направлений. Руины старого лагеря Семьи Локи были преобразованы в то, что теперь явно стало ядром спасательной операции — передовым командным пунктом.

Сюда допускались только «топы» — элитное собрание, какого мир еще не видел.

— Илта, как там наше запасное снаряжение?

— Всё тип-топ, сестренка! Оружие держится благодаря неразрушимым «Рукам Гоибниу» — Дурандалям! А вот со щитами... могут быть проблемы.

Среди Семьи Ганеши была капитан Шакти — а той воительницей-амазонкой, должно быть, была Илта. И это были не единственные знакомые лица; здесь собралось несколько других авантюристов первого класса.

— Малик, извини, что заставили ждать.

— Я просто рад видеть тебя в безопасности, Леон. Окруженный всеми этими авантюристами, ученый из Академии чувствует себя немного не в своей тарелке.

Тот эльф — профессор Малик — был одним из лучших магов Академии, авантюристом 5-го уровня и, по словам лорда Бальдра, близким другом профессора Леона. Были и другие из разных фракций, все 4-го уровня или выше — каждый из них был либо сильнейшим, либо вторым по силе в своей группе.

— Госпожа Хатхор~ Я так больше не могу-у-у~! Это совсем не то, чем должна заниматься айдол (стажерка)~!

— Не плачь, Нернатти! Смотри, вон там — Регулус Арне, Сияющий Лев, кандидат №1 в мужья мечты всего Орарио, твой фаворит! Идеальный шанс произвести впечатление~!

— — Я постараюсь на все сто!!

Это что... случайная трансляция голоса по линии Окулуса? Что бы это ни было, у меня не было времени раздумывать — в голову пришло только одно слово: «Вау». Этот состав, эта огневая мощь — это было на голову выше любой шахты или ретрансляционного пункта, которые мы видели до сих пор. Но это значило лишь одно: это было то самое поле боя, которое требовало такой подавляющей мощи просто для того, чтобы удерживать строй.

— Прости, Хедин. Это наш предел. Мы не можем тянуть шахту дальше.

— Я и не ожидал большего. Того, что вы выполнили мои требования, достаточно.

Здешняя командующая, Шакти, говорила сквозь стиснутые зубы, в её голосе сквозило разочарование. Мастер Хедин не стал ни хвалить её, ни упрекать — он просто признал проделанную работу.

— В обычных обстоятельствах я бы хотел видеть тебя в основной группе. Но раз уж ты остаешься, проследи, чтобы путь для отступления был открыт, Миа.

— Дважды повторять не надо.

Миа огрызнулась без тени страха, как всегда дерзко. По тону Хедина было ясно, как сильно его раздражает необходимость оставить её в оборонительной линии — но выбора не было.

— Предсказание Хильдрслеф было верным — если это передовая Оборонительных Сил...

— Значит, мы наконец-то можем разгуляться.

«Основная группа», не запятнанная отчаянием или сомнениями, уже была в полной боевой готовности. Когда Рю заговорила, Альфригг и остальные вскинули на плечи свое массивное оружие — копье, молот, топор и меч. Ни в одном из них не было и капли страха. Рю, Лефия и я тоже были полны решимости.

Впервые с момента входа в подземелье профессор Леон обнажил свой двуручный меч. Аллен тем временем впихивал рыдающую Аню — которая вопила: «Братик, мяу-у! Я тоже иду, ня-а-а-а!» — в руки Хлои и Луноар.

— Хейд. Как и было приказано, ты идешь тоже.

— А-а-а-а, я так и знала... Я пахала без остановки, и теперь еще это... Ты серьезно заслуживаешь того, чтобы хоть разок сгореть в аду, ты в курсе?

И этим беспощадным призывом Мастер заставил последнего члена основной группы вступить в строй. Хейд, которая пряталась за спинами своих помощниц, Лоны и Ильде, вышла вперед с лицом женщины, окончательно разочаровавшейся в жизни — бормоча проклятия под нос, она поплелась за нами. В её руках были два командных символа: один за Меч, другой за Щит.

— Т-два значка?! Она одновременно и Оборона, и Основная Группа?!

Такое я видел впервые в жизни.

— Белл~. Я дам тебе 500 вали, если ты пристукнешь этого эльфийского демона с добрым лицом, ладно~?

— Этого мало! Да я бы и не смог, даже если бы захотел!?

Темные круги под её глазами дернулись, когда она рассмеялась мертвым смехом, ни капли не улыбаясь. Затем она на какое-то время привалилась ко мне, словно я был стеной, пока её подчиненные-целители не подтащили измотанных виверн.

Одним взмахом посоха она коснулась их —

— ГРА-А-А?!

— Что... что ты только что сделала?!

— Форсированное Воскрешающее Исцеление, вот что. И, кстати, отличный шепот, мистер Ксенос~.

Хейд свысока взглянула на Гроса, который распластался на земле рядом с вивернами, ошарашенно моргая, пока их окутывал целебный свет.

— Пока мы не доберемся до самого 60-го этажа, эти ребята будут нашим такси. Разбудите их, когда придет время~.

— ГРА-А-А?!

— Че-е-е-его-о-о?!

Её заявление вызвало еще один хор полных ужаса криков — и от виверн, и от самого Гроса. Что ж... если мы несемся на 60-й этаж, полет и правда самый быстрый способ, но это её «Форсированное Исцеление» было за гранью безрассудства. Даже будучи 4-м уровнем, я понимал, почему Мастер притащил её с собой. Хейд была тем самым недостающим звеном в построении основной группы.

И всё же это доказывало одно: она и Мастер были слеплены из одного теста. Хронически переутомленные, запредельно сильные и абсолютные фанаты «черных компаний» в душе.

— Аллен, тебе тоже подогнать драконье такси~?

— На кой мне сдались крылья, которые медленнее моих собственных ног?

— Так и знала~. Тогда, Белл, я заберу себе этого каменного дракона-гаргулью~. Он выглядит самым крепким~.

— Э-э... ладно...?

Прежде чем я успел возразить, Хейд — прихлебывая зелье маны, как энергетик, — уже всё решила за меня, оставив Гроса рядом со мной в немом шоке. Аллен без лишних слов двинулся на север.

— Кончайте тормозить. Выдвигаемся.

И мы последовали за ним. Силы обороны проводили нас до самого края, прощаясь, как с товарищами, уходящими на фронт.

Бум. Бум.

Дрожь земли продолжала доноситься из глубин внизу. Мы всё еще не знали, что нас там ждет. Но эти бесконечные толчки не давали расслабиться — они пробуждали инстинкт авантюриста в каждом из нас, твердя лишь одно: битва еще не окончена.

— ...Ты всё еще можешь остаться ради своей сестры, Аллен.

— Да черта с два. Я вытащу этих так называемых героев и раздавлю любого врага на пути.

Тихие слова Альфригга долетели до головы колонны, где Аллен шагал без малейших колебаний.

— Этот идиот приносит одни проблемы, если дать ему сидеть на месте.

Его спина, обычно излучающая только угрозу, теперь внушала что-то иное — надежность. Глядя на Аллена, который шел вперед лишь с мыслью о том, чтобы вернуться к сестре, я не мог не думать о своей собственной семье... и о ней.

Спаси их. Вернись живым. Это всё, что имеет значение.

Авантюристы снова оседлали своих летучих драконов.

— ── ОООООООООООООООООООООООООООООО-О-О-О-О-Х!!

— С запада приближаются три монстра женского типа!

— Мы разберемся! Основная группа, продолжайте движение!

— Само собой. Это не наше поле боя.

Земля раскололась, извергая Полудухов — те самые искаженные пародии на духов, с которыми мы когда-то сражались на 28-м этаже. Пока их массивные тела рвались к нам, соратник профессора Леона, маг-темный эльф, обрушил на них сокрушительную магию вместе с самим профессором.

Это стало нашим сигналом. Аллен спрыгнул со скального выступа, и крылья драконов синхронно ударили по воздуху.

— Пошли!!

Крик Мии эхом разнесся, как пушечный выстрел, выталкивая всю основную группу вперед, словно залп стрел. Мы пронеслись мимо извивающихся, горящих женских фигур — прямо к огромной дыре, зияющей на западном краю. К входу на следующий этаж, где нас ждало настоящее поле битвы.

Драконы плотно сложили крылья, пикируя вниз по отвесному склону. За провалом соединительного туннеля открылся новый мир — чистый лабиринт, стены которого были цвета черного графита. И из этого огромного подземелья хлынул поток монстров, чтобы «поприветствовать» незваных гостей.

— Цепей больше нет. Буйствуйте, звери.

Впервые мастер Хеддин отдал приказ — без ограничений. Он даже не закончил фразу, а первое «копье», Аллен, уже был в деле.

— С дороги.

— Г-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-Х-Х-Х-Х!?

Прежде чем летучие драконы успели последовать за ним, он прорвался сквозь стаю атакующих Черных Носорогов. Его серебряное копье мелькало быстрее мысли, шинкуя их на куски и оставляя после себя лишь фонтаны крови. Серебряная колесница, буйствующая в багровых брызгах, аннигилирующая всё на своем пути — слишком быстрая, чтобы за ней уследить. Даже здесь, на Глубинных Этажах, казалось, будто я наблюдаю за его тренировкой на первом уровне.

— Виолы и Вилги валят из развилок! Огромное количество—!

— Целус Хильдр (Caelus Hildr).

Предупреждение даже не успели договорить, а угроза была стерта. Восседая, как король на войне, Хедин выпустил шторм молний, которые испепелили каждого монстра в поле зрения, не оставив ничего, кроме парящего пепла. Разведчик-человек из Семьи Локи, который выкрикивал цели, мог лишь замолкнуть в немом благоговении.

— Из-за этого кота и эльфа мне вообще нечего делать.

— «Наконец-то можно разгуляться» — что это вообще значит в их понимании?

— Благодаря тому, что Аллен прорубает нам путь, похоже, мы сможем сберечь силы.

Пока Аллен возглавлял атаку, Альфригг и остальные ворчали верхом на своих драконах, а профессор Леон внимательно следил за окружением. Двигаться в одиночку по Глубинным Этажам было немыслимо, но следовать по «следам» Аллена и правда делало задачу намного проще.

— Совершенно абсурдно, — пробормотала Рю в восхищении, и я слышал в её голосе то же изумление, что чувствовал сам.

Она тоже это видела — Аллен и мастер Хедин уничтожали магические камни каждого монстра с хирургической точностью, гарантируя, что никакие «усиленные виды» не успеют родиться. Делать это с такой аккуратностью и на такой скорости — несмотря на всё взрывное зрелище — было за гранью понимания. Буквально божественная техника. Честно говоря, до сих пор не укладывалось в голове, как мы умудрились выиграть Военную Игру против таких людей.

— Эй, Гаргулья — поаккуратнее, ладно? Я так спать не могу.

— Ты... женщина...!

Пока Мастер и Аллен разносили врагов впереди, в хвосте колонны Хейд возлежала на руках у Гроса, жалуясь так, будто её несли как принцессу. На каменном лице Гроса, казалось, вот-вот вздуются вены, будь оно из плоти. То, что она вообще могла думать о сне в такой ситуации, было выше моего понимания — или, может, это просто показывало, насколько сильно её заездили.

У меня же на спокойствие времени не было. Разумный летучий дракон, на котором я ехал — Ксенос — делал большую часть работы, но я всё еще не привык к вожжам. Контроль над таким высокоскоростным полетом отнимал все мои силы.

— Белл, такими темпами вы скоро достигнете 52-го этажа! Ты помнишь, что я тебе говорила?!

— Да! Начиная с 52-го этажа... Горнило Дракона!

Пытаясь унять дрожь в руках, я повторил информацию, которую в меня вдалбливала Гестия. С 52-го этажа начинался новый регион, известный как «Горнило Дракона». Свое название он получил из-за дальнобойных бомбардировок, которые вели драконы из глубокой бездны — а именно с 58-го этажа, где обитали огромные «Варгганские драконы», которых еще называли «Драконами-Пушками». Эти колоссальные твари выпускали массивные огненные шары — вспышки, которые прошибали этажи и потолки между слоями, долетая до самого 52-го этажа, чтобы поразить авантюристов.

Разрушительная мощь этих выстрелов была за гранью веры. Вспышки проделывали дыры прямо сквозь пласты Подземелья, нарушая одно из главных правил лабиринта — разделение между этажами. Это был, буквально, «межэтажный беспредел».

(Если бы такое случилось на Верхних или Средних этажах, ты бы сдох на месте...)

Чтобы вы понимали масштаб — это как если бы меня, когда я исследовал 11-й этаж, внезапно приложило атакой Голиафа, босса 17-го. Это было даже хуже кошмара со змеем Ламптоном, который преследовал меня раньше. Когда я впервые услышал об этом, я не поверил своим ушам. Но вскоре мне пришлось это принять.

— «Информация о Нижних и Глубинных этажах, особенно ниже 50-го, строго ограничена Гильдией».

— «Говорят... если ты узнаешь об этом слишком много, ты начнешь терять надежду. Это мир, слишком далекий от нашего».

Я вспомнил, что Лили и Айша говорили мне около четырех месяцев назад, когда мы сформировали Альянс Фракций и предприняли экспедицию на Нижние Этажи.

— «Ходят слухи, тамошние драконы пробивают целые этажи. Они наравне с боссами уровней... и их там тьма».

И вот, я наконец прибыл в этот «другой мир», о котором они говорили. Место, где все известные мне правила Подземелья больше не действовали. Настоящий ад.

— Радиус взрыва вспышки — около десяти метров, и ты услышишь рев дракона прямо перед выстрелом...!

— И учитывая, что там внизу несколько Драконов-Пушек, жди несколько залпов подряд! Понял?!

Адская бомбардировка с глубины в шесть этажей угрожала не только авантюристам — она разрывала само Подземелье. Дыры, которые они оставляли, соединяли этажи с 52-го по 58-й, позволяя роям крылатых виверн хлынуть вверх. Кошмар из драконьего племени, заполонивший небеса — вот как этот регион заслужил свое имя, «Горнило Дракона».

Я еще раз прокрутил детали в голове вместе с Гестией, готовясь к встрече со своим страхом. До 52-го этажа оставалось еще немного времени. Мне нужно было привести мысли в порядок, чтобы выжить в этом аду. С этой «Командой Мечты» из сильнейших героев, когда-либо собранных вместе, я искренне верил, что мы справимся.

И в этот момент — как раз когда я так подумал — это случилось.

«Ра-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-ра»

Слабая, искаженная песня донеслась откуда-то из-под земли. Высокая, надтреснутая, она долетала обрывками, будто пробиваясь сквозь бесчисленные слои камня.

— ...Что...?

Через кристалл Окулуса я понял, что слова моей богини оборвались на полуслове. На мгновение все звуки внутри наступающего отряда исчезли. В Подземелье всё, что выходит за рамки известных знаний, всегда является предвестником аномалии. Словно верно следуя этому правилу, багровые руны артиллерии начали подниматься из земли прямо под нашими ногами.

— ────────────────────────────

Мастер Хедин. Профессор Леон. Альфригг. Двалин. Беринг. Грер. Рю. Лефия. Хейд. Все в группе — каждый до единого — замерли, пойманные в тишине между одним мгновением и следующим. Даже я, сидя верхом на драконе, оказался в зоне этого красного сияния.

Я не мог пошевелиться. Я не понимал, что происходит. Но я знал, что сейчас начнется. Все предупреждения и ожидания будут перечеркнуты — сам ад разверзался перед нами.

(Мы всё еще на 51-м этаже...)

Это не 52-й.

(Этот радиус взрыва — он больше ста метров...)

Забудьте про десятиметровый радиус, который должен был быть пределом.

(Всё сгорит — пламя —)

Багровые руны расширились, раздуваясь, как живое существо. И в этот миг я почти увидел это — иллюзию искаженных губ, застывших в издевательской ухмылке. Символ был не просто знаком — это был магический круг.

А затем земля взорвалась.

— Астрея Рекорд!! (Astraea Record!!)

Прежде чем взрыв успел превратить нас в пепел, прозвучал яростный голос Рю. Заклинание, которым когда-то владели апостолы справедливости — Алиса и остальные — было призвано не для атаки, а как барьер. Сияние бесчисленных звезд окружило группу, образуя купол чистого света.

Но он разлетелся вдребезги почти мгновенно.

— Гх—!

Мир содрогнулся. Жар был невыносимым — настолько интенсивным, что, казалось, сам воздух начал плавиться. Звездный домен рассыпался осколками звездной пыли, но он выполнил свой долг. Большая часть адской огневой мощи была рассеяна, ослаблена. Это было всё, что он мог сделать. Прямой залп, который должен был нас испарить, распался на тысячи фрагментов — алые осколки вперемешку с раскрошенным камнем превратились в шторм горящих обломков.

Мастер Хедин уклонился с божественной точностью. Профессор Леон тоже избежал удара. Альфригг, Двалин, Беринг, Грер, Рю, Лефия и даже Хейд — всем удалось избежать прямого попадания.

Только я не смог.

— —

Мой контроль над вожжами не шел ни в какое сравнение с мастерством Хедина. И моя позиция... была худшей из возможных. Багровые фрагменты и летящие камни сошлись на мне с демонической точностью, разрывая крыло дракона, а затем и само его тело.

Добросердечный Ксенос, который прикрыл собой только меня, издал короткий, сдавленный рев —

— Гух!

— и разлетелся на куски. Чистая дыра в центре груди — магический камень уничтожен. Смертельная рана. Всё тело дракона превратилось в пепел, и взрыв отшвырнул меня последним импульсом.

Меня выбросило — прямо в пустоту.

— Уа-а-а-а-а-а!?

— Парень!!

— Белл?!

Мир, который, казалось, двигался в замедленной съемке, снова обрел скорость, и меня с силой швырнуло в хвост построения. Я беспомощно кувыркался по полу Подземелья, пока меня наконец не вынесло за пределы радиуса круга. Грос и Рю выкрикивали мое имя. Я видел — они пытались повернуть назад за мной.

— Не останавливаться!!

— Белл, беги!!

Мастер запретил им, а профессор Леон выкрикнул мне предупреждение. Новый набор багровых знаков загорелся на полу, фиксируя цель и на основной группе, и на мне.

— !?

Я рванулся в сторону от остальных, вслепую убегая в противоположном направлении, в то время как Рю и остальные на полной скорости рванули вперед. Мгновение спустя — двойная детонация. Близнецы-взрывы сработали почти без паузы; хотя я едва успел покинуть радиус, ударная волна снова ударила мне в спину, и меня, как мяч, зашвырнуло вглубь лабиринта.

— Гх—! Ха... ха...!? У-уа-а-а-а-а!!

Мое тело врезалось в землю — боль взорвалась внутри. Легкие судорожно сжались, и прежде чем я успел сообразить, ноги уже несли меня. Я вскочил и припустил, бежа на одном лишь истеричном крике инстинктов. Неумолимый обстрел начался — беспощадный, оглушительный.

— Белл!!

Голос Гестии вырвался из кристалла Окулуса, но тут же утонул в реве инферно. Я не смог защитить Ксеноса. Я позволил ему погибнуть. Голова и грудь, казалось, вот-вот расколются — но едкий запах горелой плоти, поднимающийся от моего тела, не давал мне утонуть в чувстве вины.

«Не трать впустую жизнь, которую он спас», — выл мой уродливый инстинкт выживания.

Тогда о чем мне думать? Что мне делать — что я вообще могу сделать —

(Что происходит?! Что, черт возьми, творится?!)

Я не знал. Я не знал ничего! Меня отрезало от основной группы! С каждой секундой я оказывался всё дальше и дальше! Но я не мог остановиться. Если я остановлюсь — я труп. Если я остановлюсь — я превращусь в горстку пепла. Это не 52-й этаж — это 51-й! Так почему бомбардировка уже началась?!

Замешательство заполнило голову до отказа. Все остатки спокойствия испарились; остались только «почему» и «как». Плохо. Плохо. Плохо. Кипящая паника лишила меня даже способности здраво мыслить. Жалкий ужас — полная изоляция.

Это было неправильно. Это была смерть, идущая по пятам. В слепом бегстве нет спасения. Первый настоящий срыв, который я когда-либо чувствовал как авантюрист первого класса, сорвал с меня маску — обнажив под ней паникующего новичка Белла Кранела.

Здесь не было вертикальных шахт. Никаких путей отхода наверх. Надежные авантюристы, глаза богов через кристаллы — никто из них не дотягивался до этого места. Я не мог знать, что происходит или что ждет меня впереди. В отличие от всего, что было раньше, здесь не было ни предупреждений, ни предсказаний.

Значит... меня сейчас просто сожрет эта неизвестность...

Я на пороге того, чтобы исчезнуть в этой бездне...

— Соберись, Белл!!

— Я проложу твой маршрут — просто делай то, что я говорю!!

— !!

В тот самый миг, когда я уже готов был окончательно утонуть в этом глубочайшем мире под землей, отчаянные голоса богини Гестии и богини Локи буквально отвесили мне пощечину. Вырвавшись из оцепенения, я вцепился в свои мысли, в свой разум — и спустил курок собственной воли.

Спокойно, спокойно, спокойно!!

Я один, но я не одинок! Боги здесь! Они смотрят на меня! Их божественное провидение всё еще озаряет своего ребенка! Значит, ситуация всё еще дерьмовая — но не безнадежная!

Багровый свет тех рун всё еще обжигал мне кожу, но я взмахнул руками изо всех сил, уворачиваясь от каждого взрыва за долю секунды до удара, и прокричал, наполовину пытаясь закалить собственный дух:

— Пожалуйста — ведите меня!!

Я почувствовал их облегчение через кристалл — и навигация началась.

— Направо! Сворачивай направо, живо!

— Продолжай в том же духе — впереди точка эвакуации!!

Даже надрывая свои божественные глотки, их голоса почти терялись под непрекращающейся канонадой. Слова Локи то и дело превращались в помехи. Внутри зоны поражения шириной в сотню метров я выжимал из своего первоклассного тела абсолютный максимум просто чтобы продолжать бежать, просто чтобы остаться в живых. Такими темпами весь этаж может обрушиться...!

Эта артиллерия... она началась с 51-го этажа. Неужели та тварь внизу и правда Дракон-Пушка?

И тут, прорезая гром взрывов —

— — УООООООООООО-О-О-О-О-О-Х-Х-Х-Х...!

Крик новорожденного монстра ответил на мой вопрос.

Когда намеченный путь уже был разбомблен и огромный кратер заставил нас сделать крюк, раздался вопль — и я инстинктивно вскинул голову. То, что пробивало пол, не было чистой огненной вспышкой — это был «снаряд», окутанный пламенем. Из потолка 51-го этажа — а значит, из самой земли 50-го этажа над нами — что-то глубоко вонзилось; зазубренная черная оболочка была испещрена светящимися красными линиями. От поверхности валил пар, вызывая ассоциации с расплавленной породой или метеоритом.

Но его истинной формой был гротескно деформированный бутон. Внешняя оболочка с резким звуком треснула, и изнутри показался уродливый «Полудух» — одна из тех монструозных баб, что бесчинствовали на 50-м этаже.

— —!

Даже сейчас я почувствовал холодок, когда детали пазла встали на свои места. Я всё гадал, как такие массивные туши добрались до верхних этажей снизу. Я ошибался — они не карабкались вверх.

Их туда выстреливали.

Запускали из самых глубин — они пронзали скалу, пока не застревали внутри 50-го этажа.

«Женский тип», вырвавшийся на 51-й этаж, зафиксировал свое безглазое, лишенное черт лицо прямо на мне и выпустил рой извивающихся щупалец.

— Кх—!

Я полоснул по ним божественным ножом, но это было не то, с чем я мог реально сражаться. Я развернулся, чтобы бежать со всех ног — но из другого коридора хлынул поток цветов-людоедов, отрезая мне путь. И тут под моими ногами вспыхнул очередной магический круг.

— Белл!?

Голос Гестии в панике вскрикнул через Окулус. Я пробивался сквозь рой цветов — но не успевал. Вместе с этими мерзкими тварями меня поглотил ослепительный свет разрушения. Прежде чем отчаяние успело овладеть мной, я скрестил руки для защиты — и тут —

— Серебряная Лоза! (Silver Vine!)

— !?

Плеть из зеленого света обвилась вокруг моего правого запястья и с чудовищной силой выдернула меня из зоны взрыва. Цветы-людоеды и даже монстр женского типа были стерты в порошок последовавшим взрывом. Тем временем я в очередной раз кувыркнулся по полу подземелья, жестко приземлившись.

— Да!

— Получилось!

Я слышал радостные крики Локи и Гестии через кристалл, прижимая ладони к полу. Погодите — это была не плеть. Это... магическая лоза? Лоза исчезла, и прежде чем я успел среагировать, кто-то схватил меня за руку и рывком поставил на ноги. Когда я поднял глаза, мой взгляд встретился с глубокими синими глазами.

— Беги! Быстрее!

— Лефия!

Даже не сомневаясь в том, что я жив, она сорвалась с места. Я бросился за ней. Позади нас обрушился очередной раунд яростной бомбардировки, сотрясая сам воздух. Сердце колотилось как бешеное, но я каким-то образом умудрялся держаться рядом с ней.

— Почему ты здесь?!

— Я пришла спасти тебя! И точка!

— Одна?!

— Какие-то проблемы?!

— Н-нет, никаких!

Её тон так и говорил: «А как иначе?!» — и даже в этом хаосе я был в шоке. А она еще и зыркнула на меня за это. Так вот эта «точка эвакуации», о которой говорили боги... это была она!

— Но почему...?! Ты бросила основную группу совсем одну...!

Я не мог не спросить. Я хотел сказать ей, что это опасно — что наверняка были другие, кто подошел бы лучше. Ни за что на свете даже Мастер не отдал бы такой приказ.

Лефия, которая явно ушла по собственной воле, бросила в ответ:

— Я тебя не потеряю!

— !

Она сказала это, глядя строго вперед — уверенно и непоколебимо.

— Я больше никогда никого не брошу, чтобы просто идти дальше!

Это было заявление, рожденное из горького сожаления. Обет стать сильнее, родившийся из боли того момента, когда ей пришлось оставить Айз и остальных, возвращаясь на поверхность. Я смотрел на её гордый эльфийский профиль, и всё замешательство и страх, что я чувствовал мгновения назад, испарились без следа.

— Спасибо, что спасла меня, Лефия!

С теплом, разливающимся в груди, я поблагодарил её. Она бросила на меня быстрый взгляд, затем снова отвернулась — её лицо застыло где-то между раздражением и смущением.

— Мы оставляем попытки воссоединиться с основной группой! Будем пробиваться к 58-му этажу сами!

— Есть! ...Погоди — что?!

Мужество и решимость в её голосе зажгли меня, и я ответил со всей энергией — а потом до меня дошло, что она сказала, и я издал какой-то нечленораздельный звук от неверия.

— Это еще что за реакция?! — снова прикрикнула она.

— П-прости!

Через Окулус мне показалось, что я услышал, как боги сухо пробормотали:

— Сложно всё у них, а...

— Ага... капец как сложно...

А затем, в унисон:

— Реально как брат с сестрой...

— Белл, Тысяча Эльфов...!

Голос Рю дрожал от досады, когда она увидела, как Белл оказался отрезан от группы, а Лефия без колебаний спрыгнула с летучего дракона. Это она должна была пойти. Она хотела пойти. Оправдание, что она была той, кто держит вожжи, ничего не значило. Даже сейчас Рю разрывало желание повернуть назад и броситься за Беллом — но Хедин не позволил бы. Он заявил, что позволить и ей, и Лефии — обладательницам мощных барьеров — действовать вместе было бы тактической ошибкой.

Как закаленный авантюрист, разум, чувство долга и ответственности Рю удерживали её на месте. Фрустрация жгла её изнутри, но она не могла позволить себе стать «эгоистичным ребенком», как Лефия.

— Хедин, там внизу что-то есть, — произнес профессор Леон, прерывая внутренний конфликт Рю.

Хедин даже не потрудился взглянуть, прежде чем выплюнуть ответ.

— Как утомительно... опять этот шумный «дух».

Позади основной группы, всё еще защищенной заново сотворенным Звездным Доменом, гремели бесконечные взрывы — ударяя ровно в те места, где они находились секундами ранее. Взглянув на взрывы, Хедин немедленно отдал новые приказы.

— Рассредоточиться. Разделиться на три отряда. Сбившись в кучу, вы — просто мишени.

Прежде чем Рю или Семья Локи успели возразить, он осадил их тоном командира, не терпящим споров.

— Это касается и Глупого Кролика с Тысячей Эльфов. Пока один из отрядов отвлекает огонь на себя, остальные рванут прямиком к пятьдесят восьмому этажу.

Это был безжалостный приказ, который даже боги, наблюдавшие через Окулус, не могли оспорить. Четыре брата-паллума крутили свое оружие так небрежно, будто это была обычная рутина.

— Глупая Кошка достигнет пятьдесят восьмого этажа первой. Когда обстрел ослабнет — это наш шанс. Не просрите его. Уничтожьте источник до того, как нас всех поджарят заживо.

В голосе Хедина не было доверия — только презрение, скрытое за железной решимостью. И его слова, обращенные к Рю, несли негласное послание: «Если собираешься колебаться — иди и убей причину. Это повысит шансы Глупого Кролика на выживание».

Рю поняла тогда, как и всегда, что никогда не сможет полюбить этого человека. И всё же она подняла свои острые глаза и приняла приказ.

— Яви единственный луч света — Лук Священного Древа!

Заклинание Лефии эхом отдавалось вокруг нас без остановки. Как и я со своим божественным ножом и «Белым Фантомом», она сражалась с короткой палочкой и кинжалом, ни на секунду не прерывая чтение.

— Передовая — оставь её мне, — прошептала она рядом со мной.

Я никак не мог проигнорировать такое доверие. Я взял на себя фронт, а Лефия прикрывала тыл. В смертоносных глубинах подземелья, где построение из двух человек вообще не должно существовать, мы поставили всё на спины друг друга, чтобы выжить.

Монстры лезли бесконечно — Черные Носороги неслись по коридорам, Пауки-Деформисы ползали по стенам и потолкам, плетя паутину, чтобы поймать добычу, и даже крылатые виверны с нижних этажей вырывались вверх через зияющие вертикальные дыры, оставленные бомбардировкой. Каждое существо, появлявшееся перед нами, было ярко окрашенным, отвратительным и достаточно сильным, чтобы заставить потерять сознание даже авантюриста пятого уровня.

— Ха-а!

Клинок сверкнул. Конечности носорога были отсечены, его движение замерло. Паук, упавший на Лефию, был разрублен надвое моим фиолетовым ударом.

Я мог сражаться на пятьдесят первом этаже. Пока я контролировал количество врагов, Белл Кранел всё еще мог биться. С «финтами и чтением наперед», которым Рю научила меня на тридцать седьмом этаже — техниками, граничащими с предвидением, — я всё еще мог это делать. Всё, чему я тренировался, всё, чему научился до сегодняшнего дня — я использую всё.

(Но здесь нет места, чтобы возиться с магическими камнями...!)

Даже мои смертельные удары — чистые попадания, которые должны превращать монстров в пепел — срабатывали не всегда. Совершенно новый этаж, новые враги, которых я никогда раньше не видел, и очевидная нехватка опыта — всё это замедляло меня. Как бы жалко это ни было, я заставил себя принять это. Я признал свою неадекватность и решил доверить эту часть Лефии.

(Что сейчас важно, так это — !)

Черные Носороги, мощные и защищенные, но неповоротливые; Пауки-Деформисы, хитрые охотники, полагающиеся на паутину, но хрупкие при попадании; цветы-людоеды, появлявшиеся еще на Средних этажах — со всеми ними можно было совладать. Настоящей проблемой были быстрые твари, швыряющие огненные шары — Илл-виверны — и...

— ОООООООООООООООООООООООООООООООООООООО!!

...массивные монстры «гусеничного типа»!

Семья Локи называла их Гигантскими Червями, Вилгами. Они не были особо быстрыми или запредельно сильными — но что делало их ужасающими, так это их коррозийная жидкость. Их дыхательная атака была достаточно хлопотной, но еще хуже было то, что происходило, когда ты их ранил: жидкость, брызгающая из ран, плавила всё, чего касалась — доспехи, оружие или плоть. Если боец передовой неосторожно бросится в атаку, он за считанные секунды превратится в полусгнившую кучу.

О «Белом Фантоме» не могло быть и речи; я не мог рисковать потерей драгоценного оружия. Но божественный нож — тот, что рос в силе вместе со мной — он выдержит. Я знал, что выкованный богом клинок не расплавится. Но всё равно, его кромка могла затупиться.

— Я уже сто раз говорила, пацан! Следи за этими чертовыми червями!

Голос Локи донесся через Окулус, снова предупреждая меня. Эта коррозийная жидкость не раз мучила Семью Локи. Потеря или ослабление моего главного оружия до того, как мы достигнем шестидесятого этажа, была бы фатальной. Я не мог позволить себе сдерживаться — но мне пришлось сменить тактику.

— Огненная Молния!

На меня неслись три Вилги. Колеблясь, стоит ли подходить вплотную, я вместо этого выпустил очередь быстрой магии. Четыре залпа пламени и молний прорезали воздух — но этого было недостаточно.

— —!?

Один готов, но не чисто. Ведущий червь принял на себя основной удар и рухнул, его обгоревшая плоть шипела, но двое оставшихся потеряли лишь часть голов и брюха. В очередной раз я вспомнил о недостатке «Огненной Молнии» — её слабой разовой мощности. С мокрым, тошнотворным хлюпаньем расплавленная ткань закапала с обгоревшего тела твари, растворяя каменный пол под ней. Затем пасть второго червя широко распахнулась —

И я двинулся, затаив дыхание.

— — Пронзи метко, верная стрела.

Без колебаний я сместился в сторону, освобождая ей линию огня. Пока коррозийная жидкость разлеталась брызгами, эльфийка рядом со мной подняла свой короткий посох и развернула сияющий магический круг.

— Аркс Рей! (Arcs Ray!)

Спокойное воззвание взорвалось ослепительным лучом света. Залп поглотил и кислоту, и червей, и вообще всё. Не только Вилги, но и каждый монстр на пути исчез, а дальняя стена разлетелась вдребезги от удара. Даже бесчисленные оставшиеся магические камни, которые я не смог уничтожить как следует, были аннигилированы.

Это был уже четвертый раз.

(Моя «Огненная Молния» даже близко не стояла к такой мощи. Неудивительно, что леди Локи называла её мана-идиоткой).

— Именем Више, я взываю к тебе!

Пока мое лицо застыло в недоумении, Лефия просто продолжала бежать, уже вплетая слова в свое следующее заклинание.

(Серьезно — сколько эта женщина может наколдовать за день?!)

Как только заканчивалась одна битва, она тут же начинала новый стих. Может, это была привычка, выжженная в костях, но она никогда не переставала петь — всегда готовая к следующей схватке, её прекрасный голос эхом разносился по подземелью.

Да, Рю творила заклинания быстрее. Но объем — само количество заклинаний, которыми жонглировала Лефия — был на другом уровне. Больше, чем у Рю, больше, чем у Харухиме, намного!

— Огонь на подходе!

Я догнал её как раз вовремя, чтобы услышать предупреждение. Багровые руны вспыхнули по всему полу, и мы оба без колебаний припустили вперед. Мы миновали стометровую зону взрыва на волосок до того, как жар и ветер ударили нам в спины, словно из печи.

— Угх—!?

Отброшенный к Т-образному перекрестку, я споткнулся — и замер. Слева, поджидая нас, парил рой Илл-виверн. Их пасти светились красным, и дождь огненных шаров обрушился на нас —

— Щит святости, чаша, отражающая нечестивых!

На мгновение я подумал, что это всё — что нам крышка. Но то, что достигло моих ушей, было не финальной нотой, а священным ритмом молитвы.

— Дио Грейл! (Dio Grail!)

Барьерное заклинание невероятной силы. Лефия шагнула передо мной, выставила вперед свой короткий меч, и адское красное марево исчезло — подавленное чистым белым сиянием.

— Залп — огонь!

Каждый выстрел был отражен. На сотовом щите не появилось ни единой трещинки, и не успел я выдохнуть, как она прошептала следующую строку. Магическое кольцо на её правом запястье раскрылось, в мгновение ока призвав новый круг, фиксируясь на ошеломленных вивернах сверху.

— Фузилэйда Фалларика! (Fusillade Fallarica!)

Сокрушительный шторм огненных стрел. Виверны бросились в маневры уклонения — но это было бессмысленно. Сотни пылающих болтов заполнили коридор, прошибая хвосты, крылья и черепа. Одним сияющим взрывом весь рой был разнесен в клочья, оставив после себя лишь дождь трофейных камней и парящий пепел, заполнивший туннель светящейся дымкой.

Моя челюсть снова дернулась, пока я пытался поспеть за Лефией, которая уже бежала вперед, напевая свой следующий стих так, будто ничего не произошло.

— Л-Локи! Эта твоя эльфийка просто маньячка! Если считать то заклинание, которым она спасла Белла, это уже четвертое подряд!

Окулус ожил прежде, чем я успел вставить слово — и голос в нем взорвался от чистейшего раздражения.

— Почему ты вообще ничего не знаешь, тупая ты малявка?! Нашу Лефию зовут «Тысяча Эльфов»! Когда дело доходит до эльфийской магии, она может призвать любое заклинание с помощью «Магии Призыва» — она невероятная девчонка, моя гордость и радость!

— Че-е-е-его-о-о?! То есть она реально может юзать тысячу разных заклинаний?! Это же имба — читерство чистой воды!

— Сказала та, у кого в Семье затесался «Рекордсмен»! Заткнись, лицемерка!

— Между прочим, Лефия — выпускница Академии. Я ею весьма горжусь. Фу-фу.

— А ты не лезь только ради того, чтобы похвастаться, напыщенный директор!

Голоса Гестии, Локи и Бальдра заполнили кристальную связь шумной перепалкой. У меня даже не было сил вклиниться — но даже я знаю про «Тысячу Эльфов», богиня...

Обычно авантюрист может использовать максимум три заклинания. Но Лефия нарушает это правило. Пока она платит должную цену временем произношения и магической энергией (Разумом), она может призвать любое существующее эльфийское заклинание — именно поэтому ей дали эпитет «Тысяча Эльфов». Её считают преемницей великого эльфийского мага Риверии, прославленной как одна из сильнейших волшебниц Орарио!

Но по-настоящему мое внимание привлекло не это —

— Лефия, ты что, только что прочла два заклинания подряд?!

Продолжая бежать вперед, я не удержался и выпалил это в полном недоумении. Она только что использовала барьер, а затем сразу же бахнула атакующим заклинанием по площади — без единой паузы на чтение! Использовать два заклинания одно за другим вот так должно быть невозможно!

— Если вкратце, то всё дело в моем Навыке. Если я произнесу заклинание заранее и переведу его в режим ожидания, я смогу активировать его, когда захочу.

Подняв правое запястье, она показала мне магическое кольцо — маленькое кольцо света, вращающееся вокруг её руки — абсолютно спокойным тоном. Значит... это не одновременное чтение, а отложенная активация? Она готовит одно заклинание заранее, а затем начинает петь другое. Таким образом, она может удерживать два заклинания одновременно и выпускать любое из них — или оба сразу — в зависимости от ситуации. Со стороны это выглядит точь-в-точь как двойное колдовство. Вот почему она поет всё время — это не просто привычка, это тактика. Она постоянно поддерживает свои заклинания «в режиме ожидания» через непрерывное пение.

И всё же...

— Это... это читерство...

— Кто бы говорил! Тот, кто палит магией вообще без слов, права голоса не имеет!

Её обычно спокойное лицо исказилось от праведного негодования, будто она говорила от имени всех магов мира. Взгляд, которым она меня наградила, мог бы резать стекло.

— П-прости!! — извинился я на рефлексе, как провинившийся ученик перед учителем. Каков бог, таков и ребенок...

Но теперь я понял секрет подавляющей мощи Лефии. Несмотря на то, что она всего лишь 4-го уровня, её эффективность затмевала мою. Её сила и правда соответствовала элите Семьи Локи. При обычном исследовании авантюристы передовой тащат на себе всю группу. Но на Глубинных этажах или во время хаоса именно арьергард — маги — определяют, выживете вы или нет. Наличие кого-то вроде Лефии за спиной в разы повышает шансы и на победу, и на выживание. Даже на таком незнакомом этаже, единственная причина, по которой я всё еще был жив — это она.

— Цветов-людоедов оставь мне! Разберись с остальными!

Перехватив короткий клинок обратным хватом, Лефия рванула вперед. Верная своему слову, пока я сражался с Черными Носорогами, она с изяществом шинковала тентакли цветов — убивая их быстрее, чем я успевал моргнуть. Когда я повернулся, чтобы добить последнего «Огненной Молнией», она уже вступала в бой со следующим. Маг, который бережет ману для действительно важных моментов. Воин с грацией и рефлексами опытного мечника.

Она не была той Лефией, которую я знал когда-то. Она двигалась не как хрупкий кастер задней линии — а как мой мастер Хедин или Хогни: истинная Магическая Мечница, «Высший Балансир», способная атаковать и защищаться в одно мгновение.

(Она стала намного сильнее...)

Я не знал, через что ей пришлось пройти. Но я видел: она несла в себе грусть, дала обет и выжала себя до предела. Лефия Виридис стала авантюристом, которым можно гордиться. Заметив, что мои глаза прикованы к ней даже после окончания битвы, она оглянулась на меня —

— Ты ведь такой же, верно?

В её взгляде было всё без слов. Она уже точно знала, о чем я думаю.

『Белл, там тупик! Сворачивай налево!』

Проглотив сложные эмоции, которые я не мог облечь в слова, я старался избегать прямых стычек без необходимости. Прямо сейчас самым важным было не сражаться с монстрами, а не попасть под следующий раунд бомбардировки снизу. Какой бы способной ни была Лефия или каким бы быстрым ни был я, мы не могли позволить себе самоуверенность. Следуя навигации богов через кристальную связь, мы продолжали бежать, огибая тупики, чередуя бегство и прорывы силой.

— Гх... гр-р-р-а-а-а-а-а-а!?

Сам пол содрогался и разлетался на куски под ударами артиллерии. Мое тело швыряло из стороны в сторону, но я стискивал зубы и продолжал двигаться. Когда я оглянулся, нормальных проходов уже не осталось — только обсыпающиеся уступы, на которых едва можно было устоять, похожие на самодельные висячие мосты. Авторемонт Подземелья не поспевал; канонада превратила всё в хаос. Это больше не было «Горнилом Дракона» — это было ущелье. Мы только что сбежали из «Долины Драконов», и вот мы снова здесь, заперты в другом невозможном каньоне, выкованном самим Подземельем.

— Ха... ха... а? Лефия?

Потерявшись в хаосе своих мыслей, тяжело дыша, я заметил, что Лефия замедляется. Она дышала тяжелее меня, вытирая пот со лба. Затем она полностью остановилась перед огромной ямой. Из глубины поднимался пар, густой, как дыхание вулкана. Я вообще не видел дна. Она мгновение смотрела вниз — а потом заговорила.

— Прыгаем.

— ...А? Что... ЧТО-О-О?!

— Прямиком на 58-й этаж.

Её голос ударил по мне сильнее любого взрыва — абсолютно спокойный, без тени страха.

— Интенсивность обстрела явно падает. Это значит, что «Колесница Вана Фрейи» уже достигла 58-го этажа. Они сражаются с источником всего этого.

Её рассуждения были острыми и логичными. Кристальная связь богов подтвердила это молчанием. Пока я стоял столбом, Лефия спокойно сотворила заклинание — «Вуаль Дыхания» (Veil Breath) — окутав нас зеленым светом. Защитное заклинание, скорее всего, чтобы уберечь от атак монстров или смягчить удар при падении — спасательный круг в последнюю секунду. Затем, словно расчищая путь, она выстрелила массивным лучом прямо в один из «бутонов», застрявших в потолке, аннигилировав его. Не сбиваясь с ритма, она начала новое пение и вызвала еще один магический круг вокруг запястья — а затем вытащила зелье.

— Я бегала кругами, чтобы Подземелье перестало спавнить монстров. Теперь условия готовы, можно падать.

Я ахнул, когда до меня дошло.

— Подземелье приоритизирует ремонт, а не генерацию монстров, когда оно сильно повреждено...

Это одно из его фундаментальных правил. 51-й этаж, всё еще развороченный и едва держащийся на честном слове, не производил новых монстров поблизости. Стычки полностью прекратились уже какое-то время назад. Последние, с кем мы дрались, были не местными видами вроде Черных Носорогов — это были заблудшие цветы-людоеды, принесенные откуда-то еще. Даже летучие драконы снизу — Илл-виверны — стали появляться реже. Тот факт, что мы могли вот так стоять и разговаривать, был лучшим доказательством. Она вовсе не бегала наугад. Она намеренно тянула время — ждала, когда восстановление Подземелья замедлится.

— Прыгнуть отсюда... мы реально можем это сделать?!

Это звучало как самоубийство. Не так, как когда мы падали в Великое Падение — это было гораздо хуже. Даже по сравнению с сегодняшним спуском по скале, это было нечто совершенно иное. Глубины Подземелья были слишком огромны — прыжок вниз на семь этажей. Масштаб буквально не укладывался в голове. А внизу ждал шторм из палящих огненных шаров и клыков летучих драконов. Несложно было представить, как нас разрывают в клочья еще до того, как мы коснемся земли.

— Я прыгала столько раз, что и не сосчитать — с Тионой и остальными. Прорвемся.

Не обращая внимания на мой ужас, Лефия одним привычным движением осушила бутылочку магического зелья и сказала это так, будто это самая естественная вещь в мире — словно она просто воссоздавала знакомый вид, который видела раньше. Но я-то этого вида никогда не видел. Ни разу.

— Мы не можем больше терять время. Нам нужно добраться до Айс и остальных, и быстро.

Её сапфировые глаза — чистые, непоколебимые — ни на секунду не отрывались от зияющей бездны впереди. Я не мог вымолвить ни слова. Дело было не в том, могу я или нет. Ради Айс и остальных — я был обязан. Это я понимал. Я уже принял решение. Но всё же...

— ...Но если я тебя замедлю... если я ошибусь —!

Вот что пугало меня больше всего. Воспоминание о моем собственном срыве на этом этаже, жалкая потеря контроля всплыли перед глазами. Моя голова еще соображала достаточно ясно, чтобы понимать, почему она двигалась лучше меня — потому что она уже была здесь раньше. Снова и снова. С Финном и остальными — чаще, чем даже Семья Фрейи. Она бы, наверное, назвала это просто разницей в опыте. Но каждый авантюрист знает, насколько тяжела эта «разница» на самом деле. Не имея такого опыта, раз за разом швыряемый Подземельем... на что мне было полагаться? Во что я мог верить, чтобы сделать этот шаг в бездну?

Мое сомнение вырвалось наружу прежде, чем я успел его остановить — но Лефия не стала меня ругать. Она просто повернулась, посмотрела на меня, всё еще вросшего в землю, и сказала:

— Я это сделала. Значит, и ты сможешь.

В её сапфировых глазах не было ни капли сомнения, когда она это заявляла.

— ......

Прежде чем я смог подобрать слова, я осознал: она доверяла мне, Беллу Кранелу, больше, чем я сам себе.

— Идет?

Она изогнула губы в легкой, понимающей улыбке. Не как друг. Даже не как товарищ. А как соперник — тот, кто всегда наблюдал за мной со смесью вызова и гордости.

— ......

Я сжал кулаки. Жалкая слабость внутри исчезла — её сменило нечто новое. Я встал рядом с ней, принимая ту же позу, и твердо ответил:

— Впервые в жизни... я не хочу проигрывать тебе, Лефия.

— Поздно спохватился. Я чувствую то же самое с самого начала.

Её ответка была быстрой и колкой — и она заставила меня улыбнуться. Наши выражения лиц зеркально отражали друг друга. Нам больше не нужны были слова. С оружием в руках мы посмотрели вниз, в инфернальный кратер, служивший гнездом драконов.

— Я готов.

Вместе мы подались вперед. Чудовищный рев бездны поднялся навстречу двум безрассудным душам, осмелившимся бросить ей вызов.

— Именем Више, я взываю к тебе —

Окутанные сияющим пением эльфийки, мы нырнули — в приключение, которое принадлежало только нам двоим и никому больше.

— ──────────!!

Рев налетающего ветра ударил по ушам. Дикий жар обжег щеку и лоб. Это ощущение — отличное от парения — было чистым, неумолимым падением. Это было так близко к отчаянию, как только можно почувствовать. Как бы я ни пытался храбриться, резкие вдохи страха всё равно срывались с моих губ. Но это было всё. Мои глаза были открыты, тело слушалось, сердце колотилось как огненный насос, без колебаний качая кровь.

Значит, я справлюсь. Ощущая её присутствие рядом, я оставил страх позади и впился горящим взглядом в то место, куда нам нужно было попасть — и в то, с чем нам предстояло столкнуться. В следующее мгновение, за кружащимися углями и поднимающимся паром, блеснули десятки драконьих глаз.

— Лефия, внимание!

Из боковых туннелей, соединенных с массивной, похожей на муравейник шахтой, разом вырвались стаи Илл-виверн. Яростные взмахи их крыльев насмехались над нами, двумя смертными без крыльев, а клыки и когти обещали лишь бойню.

— Кольцо Эльфа! (Elf Ring!)

Голос эльфийки соткал в воздухе золотой круг — «Магию Призыва», воплощающую само имя «Тысячи Эльфов». Магический круг вспыхнул, сменив цвет с янтарного на глубокий синий, окрашенный стихией, которую она призвала. Её пение вторило гимну невидимой эльфийской сестры.

— О, замерзшее небо, лазурный дождь небес,

О, белый иней, украшающий лес —

срази мерзких варваров.

Ты, наследующий волю священных пиков,

ты, продолжающий суровые владения!

Песня опережала саму атаку драконов. От одной только мощи её магии монстры дрогнули, их глаза расширились от страха — но было уже поздно.

— Свяжите их, цепи зимы!

Сине-белое сияние взорвалось, поглощая шторм атакующих крыльев. Повернувшись всем телом к глубинам внизу, Лефия раскинула руки, и за её спиной расцвела массивная светящаяся сфера.

— Ледяная Пыль! (Hail Dust!)

Бесчисленные пули изо льда — мерцающий сине-белый град — вырвались из сферы, описывая дуги, углы и спирали, осыпая всё вокруг во всех направлениях. Вперед, назад, влево, вправо, вверх, вниз — обстрел на полные триста шестьдесят градусов накрыл каждую Илл-виверну в радиусе поражения и заморозил их замертво.

— А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!!

Пронзенные и обледеневшие, их тела разлетались штормом ледяных осколков. Крылья, испещренные дырами, торсы, пробитые насквозь — они превращались в пепел, не успев коснуться земли. Непрекращающаяся метель магии поглотила инфернальный кратер, превращая раскаленный воздух в королевство инея и алмазной пыли, замораживая даже крики драконов на лету.

И она еще не закончила.

— Я проложу нам путь!

— Понял!

Град ударял в град, сливаясь и образуя длинные, тонкие ледяные мосты вдоль стен кратера — арки и крюки из застывшего синего света. Подошвы сапог вгрызались в скользкую поверхность, пока мы неслись прямо по небу.

— Ха-а!

— Га-а-а-а-х!?

Одним ударом я рассек ошеломленную виверну надвое, затем в прыжке перемахнул на другую ледяную опору, снося голову следующему дракону, пока мы погружались всё глубже в бездну. Отталкиваясь, прыгая, срываясь на бег — каждый шаг чертил ломаную линию яростной молнии, пока я на лету разил драконов. Когда они улетали слишком далеко, я швырял «Огненные Молнии» — копья палящего пламени.

Черный нож в правой руке, алое пламя, танцующее в левой — клинок и заклинание работали как одно целое, заполняя бреши между ледяными залпами Лефии.

— Руку!

— Знаю!

Наша координация и ритм не давали сбоев. Она скользила вниз по узкому ледяному склону, я протягивал руку — и её ладонь перехватывала мою. В воздухе мы кружились вместе, исполняя акробатические трюки, достойные цирковой труппы. Уворачиваясь от огненных шаров, вылетающих один за другим из боковых туннелей каждого этажа, мы изгибали тела, отвечая огнем сквозь ледяные кольца. Её золотые волосы разрезали ветер, пока она полосовала тело виверны своим коротким мечом. Это было больше, чем командная работа — больше, чем инстинкты. Вправо, влево, по диагонали — мы вились в воздухе, как пара танцоров, два бескрылых фейри, спиралью уходящие вниз сквозь шторм мороза и пламени.

— ──!! Варгганский Дракон!

Прорвавшись сквозь вихрь летающих тварей, мы наконец увидели финал нашего падения — колоссальный багровый дракон, чья чешуя напоминала живой огонь. Чудовищная пасть ждала внизу, готовая испепелить нас своим палящим дыханием. Даже на первый взгляд он был гораздо крупнее, чем я слышал — вариант, или, возможно, усиленный вид. Его ревущий залп пламени разрывал Подземелье в клочья, не оставляя даже пыли.

— Залп — пли!

Но это не имело значения. Я не собирался уступать.

С резким криком она активировала уже заготовленное заклинание, пробуждая парящий перед ней магический круг; её губы стремительно шептали короткое воззвание:

— Сокруши их — Священный Гром Очищающего Посоха! (Holy Thunder of the Purging Staff!)

Вспышка света собралась в её руке, а рядом со мной послышался едва уловимый звон колокольчика. Я активировал навык «Аргонавт» — пять секунд зарядки. Этого было достаточно.

Пасть дракона вспыхнула. Огненный шар, который он выпустил, был колоссален, он поглощал всё на своем пути. Бок о бок, едва дыша, мы вытянули руки вперед — её короткий посох и моя левая ладонь, пылающая божественным светом.

— Огненная Молния! (Firebolt!)

— Дио Тирс! (Dio Thyrsos!)

Белое пламя и белый гром переплелись — две струи чистоты столкнулись с инферно дракона и, не замедляясь, прошили его насквозь!

— ГРА-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-Х-Х-Х!!

Пламя и гром поглотили Варгганского Дракона, разрывая его в клочья взрывом света. Почти одновременно мы вырвались из нижней части кратера.

— Ку-у-ух!!

Я выпустил серию быстрых залпов «Огненной Молнии», замедляя наше падение отдачей. Притянув Лефию к себе, я сгруппировался прямо перед столкновением. Удар последовал мгновением позже. Даже при попытке перекатиться, боль пронзила мой позвоночник. Никто не назвал бы это «приземлением» — это было крушение, грубое и некрасивое. К счастью, земля была покрыта толстым слоем пепла — останками убитых нами монстров, — достаточно мягким, чтобы смягчить падение.

Сквозь поднимающийся дым я издал дрожащий вздох облегчения.

— ...Почему ты меня прикрываешь?

— Э-э, ну... потому что ты девушка?

— Как идиотично.

Прижатый ею к земле — она сидела прямо у меня на животе, — Лефия смотрела сверху вниз, полуприкрыв глаза от изнеможения. Я ляпнул то же самое оправдание, что когда-то давал Лили, и получил тот же результат: нагоняй. Не успел я даже ухмыльнуться тому, что всё еще жив, как она встала и протянула мне руку, пробормотав смущенное, почти нежное: «...Спасибо».

Я схватил её ладонь и поднялся. Мы сделали это — мы на 58-м этаже.

Но времени на празднование не было. Воздух всё еще сотрясался от рева, лязга клинков и взрывов магии. С оружием в руках мы с Лефией бросились сквозь серую дымку — и то, что предстало перед нами за ней, заставило нас обоих ахнуть.

— ...!

— Это же —!

Перед нами возвышалось существо крупнее любого, что мы когда-либо видели — монстр настолько огромный, что само слово «гигант» обретало новый смысл. Девять драконьих голов росли из его тела, словно у гидры. Лица этих драконов были точь-в-точь такими же, как у «Варгганских Драконов», которых мы с Лефией только что победили.

Я даже не знаю, правильно ли называть эту чудовищную массу, похожую на гидру, его «нижней частью тела», но из самого центра этого переплетения извивающихся драконьих шей — подобно Сцилле, наполовину женщине, наполовину осьминогу — поднималась искаженная женская фигура около пяти метров высотой. Сомнений быть не могло: «Полудух». На 28-м этаже у него было растительное тело, но сейчас... он, должно быть, поглотил нескольких «Варгганских Драконов», чтобы создать это чудовище.

— ОООООООООООООООООООООООО-О-О-О-О-О-Х!!

Три драконьи головы одновременно издали леденящий кровь рев, их пасти раскрылись, являя зловещие «рунные круги» — узоры, слишком хорошо знакомые, чтобы чувствовать себя спокойно. Мы с Лефией сорвались на бег, как раз когда массивные багрово-черные огненные шары — снаряды, пылающие невероятной магической силой — были запущены, словно метеориты. Ударная волна, достаточно мощная, чтобы сотрясти всё Подземелье, захлестнула 58-й этаж.

Даже судя по нашему опыту на 51-м этаже, радиус взрыва составлял не менее 300 метров. Это была атака такого масштаба, выжить в которой могли надеяться лишь авантюристы выше 4-го уровня. Всё вокруг — цветы-людоеды, гигантские насекомые Вилги, даже другие Варгганские Драконы — было сметено, пока мы с Лефией кубарем катились по земле.

— Это и есть причина аномалии!

Теперь я был в этом уверен. Не Варгганские Драконы вели обстрел — это был тот «Полудух» гибридного типа. Именно он был в ответе за превращение «Горнила Дракона» в «Ущелье Дракона». Пепельная равнина, раскинувшаяся по всему этажу и смягчившая наше падение, была результатом аннигиляции бесчисленных монстров в ходе этих бомбардировок. Артиллерийский огонь, подпитываемый колоссальной магией Полудуха, уничтожал всё — и друзей, и врагов — каждый раз, когда его выпускали.

Полудух, созданный из слияния девяти Варгганских Драконов, был настолько огромен, что превосходил даже Голиафа, Амфисбену, Удея — возможно, даже самого Балора. После стольких битв с боссами подряд мое чувство масштаба уже притупилось, но этому существу как-то удалось заново определить значение слова «колоссальный». Здравый смысл давно был разбит вдребезги — я едва мог осознать то, что видел.

И всё же, это чудовищное существо фактически теснили назад, его массивное тело получало тяжелые повреждения.

— Заткнись, переросший ты ублюдок!!

— Ты даже в одну чертову цель попасть не можешь, тупоголовая ящерица!!

— Г-Я-А-А-А-А-А-А-Х-Х-Х-Х-Х-Х!?

Это был Аллен. И Альфригг с остальными. Они атаковали его — бесстрашно нанося удары по этой колоссальной мерзости! Подобно слаженному шторму, они носились вокруг гигантского тела гидры, кромсая его без остановки. Их серебряное оружие прорубало чешую, сдирая и разрывая плоть, пока гейзеры крови извергались из каждой раны. Копье Альфригга и двуручный меч Грера выбивали глаза, в то время как молот Двалина и топор Беринга крушили чешую под челюстью другого дракона. Каждая голова вопила в агонии, извиваясь, словно обладая собственной волей.

Истинное тело, управляющее гидрой — Полудух — перешло в стойку для колдовства, запевая с невозможной скоростью, что было верхом несправедливости.

— Явись, явись, явись из земной коры!

Сияющее сокровище черного железа, молот звезд!

По завету созидания, выверни мир —

Сожги небеса, сокруши землю,

Соедини небо и твердь воедино,

Низвергнись, о секира небес, бедствие разрушения!

— Идиот. Целус Хильдр (Caelus Hildr).

— Г-Я-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-Х-Х!!

Из арьергарда Мастер выпустил беспощадный точный залп — пули-молнии разорвали лицо Полудуха, испепеляя его прямо посреди заклинания. Магия была подавлена. Тело Полудуха забилось в конвульсиях, когда его собственная магия сдетонировала внутри (Ignis Fatuus) — пламя вырвалось из глаз и рта, пока он корчился в чистейшей адской муке.

Ч–что это вообще за чертовщина...?!

— Не удалось прикончить его с верхних этажей, а. Как только он подпустил их близко, судьба этого монстра была решена, — произнесла Локи.

— Л–леди Локи...

— Молодцы, что пробрались сквозь этот бардак вдвоем, Лефия, и ты тоже, пацан.

Пока я стоял, застыв перед сценой, которую можно было бы назвать «Война Кайдзю: Люди — вот настоящие демоны», голос Локи раздался через кристалл. Тон её звучал почти облегченно — будто этот этаж уже стал «безопасной зоной».

— Как стационарная артиллерия, это было чертовски мощное оружие, способное подавить целую армию. Но эта огневая мощь стала его погибелью — стоило кому-то подойти вплотную, как оно оказалось хрупким, словно стекло.

Следом раздался спокойный серебристый голос Фрейи, отметившей, что противостояние с командой Аллена было для монстра слишком невыгодным.

Через визуальный поток из кристалла Мастера боги, наблюдавшие сверху, объяснили произошедшее, заполняя пробелы. Аллен, быстрейший человек в мире, проскользнул сквозь обстрел, игнорирующий границы этажей, и спустился до самого 58-го. Орды монстров Глубинных уровней, вроде Черных Носорогов, были аннигилированы той же бомбардировкой, расчистив ему путь. Несмотря на подавляющую огневую мощь Полудуха, Аллен сократил дистанцию невредимым, сбив ему прицел. Затем, пока обстрел ослабевал, Мастер и остальные последовали за ним, усиливая натиск.

На таком расстоянии даже свои массивные пушки нельзя было использовать безопасно — один неверный выстрел уничтожил бы самого себя. Поэтому они продолжали жать вплотную, по кусочкам разбирая оборону монстра, как крепость, лишенную своего главного калибра. Что касается его магии, то прицельный снайперский огонь Мастера полностью её блокировал. Для монстра эти люди, должно быть, казались настоящими «аномалиями». Больше не было сомнений — именно Аллен и остальные были причиной того, что бомбардировки, угрожавшие 51-му этажу, прекратились.

— Семья Фрейи и правда нечто... — вздохнула Лефия, на мгновение забыв о хаосе вокруг.

Даже если ситуация играла им на руку, вид Аллена, Альфригга и Мастера, атакующих свободно, без видимой координации — каждый в своем ритме, — заставил мага Семьи Локи сделать сложное лицо. Я слышал, что в битвах с боссами контроль за мелкими монстрами — это постоянная головная боль, но с огневой мощью этого гибридного Полудуха он и так испарял всё вокруг. Мастер, по-видимому, зачищал всех, кто приближался, как бы между делом, сосредоточившись на подавлении магии. Подумать только, всего шесть человек смогли захватить преимущество на Глубинных этажах против аномалии такого уровня.

— Но при обычных обстоятельствах, — произнес безмятежный голос Бальдра, — они бы не одержали верх так легко. Орариовское «колдовство» и правда ужасает, Белл.

— А?

Сначала я не понял, что он имеет в виду — пока не заметил мерцающие золотые частицы, окружающие Аллена и остальных. Мои глаза расширились.

— Утидэ-но Кодзути! (Uchide no Kozuchi) — Танцуй!

Этот знакомый, грациозный голос эхом разнесся над полем боя, подтверждая мою догадку. Пока молниеносный залп Мастера удерживал Полудуха на месте, Аллен и остальные — хоть и с явным недовольством — получили благословение сильнейшего усиления. Это было «Повышение Уровня» Харухиме.

— А-а-а-а-а!? Заряд маны в «Голове Аида» (Hades Head) только что кончился! Я–я сейчас сдохну!!

— П–пожалуйста, успокойтесь, леди Асфи!?

Посмотрев вверх, я увидел, как прозрачность исчезает, и заклинание Невидимости рассеивается — являя парящую на крылатых Талариях Асфи, которая держала Харухиме на руках.

Теперь, когда я об этом подумал, я не видел ни одну из них во время продвижения основных сил. Неужели они следовали за нами всё это время — летя незамеченными благодаря комбинации магических предметов? В этом был смысл. На Глубинных этажах даже одно попадание могло стать фатальным для Харухиме, самого хрупкого члена экспедиции. Их стратегия заключалась в том, чтобы защищать её любой ценой. И всё же... после всего, что произошло, я практически забыл о её существовании!

— Видимо, этот чертов Хильдр сказал Асфи убедиться, что она прихватит тебя с собой, а, — усмехнулся Гермес через кристалл, явно забавляясь, несмотря на хаос.

Следом за этим, получившие усиление Аллен и Альфригг высвободили свою полную мощь — демонстрируя силу псевдо-7-го и 6-го уровней. Даже я забыл, ошеломленный зрелищем, что выносливость гибридного Полудуха была экстраординарной. Его огромная туша делала это очевидным. Пар шипел из его ран, показывая, что, подобно «Черному Голиафу», он обладал бесящей способностью к регенерации. Из девяти голов пять уже погасли, не подавая признаков восстановления. Урон накапливался быстрее, чем монстр успевал регенерировать — и всё благодаря заклинанию повышения уровня Харухиме.

С точки зрения разрушительного присутствия, этот Полудух гидридного типа легко соперничал — или даже превосходил — Балора. Одна ошибка могла в мгновение ока перевернуть ход всей битвы. Их преимущество существовало только потому, что Аллен, Харухиме и остальные были там все вместе. Сейчас было не время расслабляться.

Доказательством тому служило то, что один лишь Мастер не получил заклинания повышения уровня. Харухиме, всё еще паря в воздухе, держала один из своих «Хвостов Света» в резерве — на всякий случай.

— Белл~ я так рада, что ты жив~ Что до лорда Хейд и остальных... ну, они всё равно не умрут~

— Хейд! И Грос!

— Опоздали!

В этот момент Хейд появилась из вертикальной шахты, широко раскинув крылья, пока Грос нес её вниз. Заметив краем глаза прибывшее подкрепление, Мастер, не сводя глаз с Полудуха, прокричал:

— Кролик, дуй вперед!

Из-за этого ходячего бедствия в лице Полудуха уже было потеряно слишком много времени. Я вздрогнул, осознав, что скрывалось в этом резком приказе.

— Мы закончим здесь! Как авангард —!

Как только он это сказал, отряд Альфригга и остальных отсек еще одну драконью голову. Одна из оставшихся голов, решив самоликвидироваться, выпустила залп в упор — но Двалин бросился ей под подбородок, раздробил челюсть своим молотом и снес её вверх жесточайшим апперкотом. Пасть дракона задралась к небу, и запоздалый огненный шар вылетел вверх. Его разрушительная мощь была невероятной, он прошиб не только потолок, но и слой за слоем над нами. Залп был настолько яростным, что нам пришлось закрыть лица руками. А затем —

Подземелье закричало.

──────────────────────────────

Холод прошил меня насквозь. Каждый волосок на моем теле встал дыбом; позвоночник задрожал, будто он принадлежал кому-то другому. Повреждения Подземелья были настолько серьезными, что процесс регенерации не поспевал за ними. Даже внутри этих огромных владений, называемых Горнилом Дракона — достаточно больших, чтобы вместить целые города, — более двадцати процентов территории было стерто с лица земли.

Это сделали не мы. Но Подземелью было плевать. Стон агонии прорвался сквозь преисподнюю, настолько мощный, что даже Аллен и остальные замерли — а затем раздался хруст. Фатальный звук. Несомненная прелюдия к отчаянию.

И Харухиме, и я побледнели; по ту сторону Окулусов я слышал, как ахнули боги. Всё произошло в мгновение ока — мгновение, в которое оно родилось. Из трещин в потолке сочилась вязкая жидкость, нечто более темное и гнусное, чем околоплодные воды. И из неё что-то выпало — родилось в этот мир.

Нет. Это плохо — эта тварь... Эта катастрофа не должна была существовать.

— — Ах.

Бедствие, принявшее облик бога смерти, приземлилось с громоподобным грохотом — и исчезло. В следующее мгновение оно появилось перед ближайшим авантюристом, которого Грос только что опустил на землю.

Хейд.

Оно сократило дистанцию мгновенно. Даже я, знавший его природу, не мог осознать эту невозможную скорость. Целитель никогда не смог бы среагировать вовремя. Безжалостный удар — «Раздирающий Коготь» (Rend Claw).

Разрушитель: Джаггернаут.

Прежде чем я успел даже вскрикнуть, иссиня-черное бедствие разрубило Хейд.

— Не бывать этому.

Кошмар был разбит единственной вспышкой эльфийского клинка. Это было обратное предсмертной галлюцинации — её движение переписало будущее, стирая видение смерти прежде, чем оно успело произойти.

— !!

— — Р-Рю!!

Джаггернаут был отброшен прочь, врезавшись в землю. И пока он приземлялся, Рю — достигшая 58-го этажа в тот самый момент — крутанулась в воздухе и легко коснулась пепельной земли. Посланница правосудия, совсем как на 37-м этаже, была окружена бесчисленными светящимися сферами ветра — «Люминос Винд» (Luminous Wind) — и в упор смотрела на Джаггернаута. Она успела к Хейд вовремя благодаря взрывному ускорению с помощью тех самых сфер.

А тем, что заблокировало «Раздирающий Коготь» Джаггернаута, было оружие, которого я никогда раньше не видел — из-под её разорванного белого плаща блеснул серебряный длинный меч.

— Когда «Пессимист Мирабилис» умоляла меня об этом, я гадала, что она задумала...! Но этот остаток неразрушимого Дурандаля (Durandal) оказался не напрасным!

Услышав голос Гефест из кристалла Окулуса, мои глаза расширились.

Я мгновенно осознал, что произошло.

— Кассандра!

Она снова спасла нас. Пока Мастер и остальные были скованы боем с Полудухом, вся экспедиция могла быть стерта в порошок — и всё же её пророческий дар в очередной раз защитил нас!

— ────────────────────────!!

Джаггернаут, чьи совершенные когти теперь были надломлены неразрушимым Дурандалем, направляемым мощью «Люминос Винд» Рю, издал яростный рев. Это давление... его былая скорость... этот Джаггернаут был куда сильнее того, с которым я столкнулся на Средних этажах. Достаточно силен, чтобы мгновенно аннигилировать даже авантюриста 6-го уровня... а при определенных условиях — возможно, и 7-го!

— Дай «Повышение Уровня» Гале! Живо!

— Е-есть!!

Мгновенно оценив угрозу, Мастер приказал использовать последнее усиление. Асфи и Харухиме среагировали незамедлительно; золотой свет окутал Рю, наделяя её божественной силой.

— Иди, Белл.

Я замер на мгновение, не зная, как поступить. Но Рю, всё еще стоя лицом к монстру, который был воплощением её прошлого кошмара, мягко улыбнулась — будто пытаясь приободрить меня.

— Пожалуйста, позволь мне самой покончить с этим врагом.

— ...Хорошо!

Я не мог — не должен был — пытаться остановить эти слова, полные решимости. Вместо этого я бросил ей кое-что: черный шарф, повязанный у меня на шее. Если то серебряное оружие было её мечом, то это — Шарф Голиафа, сотканный из шкуры гиганта, — станет её щитом.

— Спасибо...

Свернутый черный шарф развернулся в воздухе, аккуратно обернувшись вокруг руки Рю. В тот же миг сферы ветра — «Люминос Винд» — разошлись вокруг неё и Джаггернаута, образуя куполообразный барьер. Это была контрмера, блокирующая как сверхскоростное перемещение, так и отражение магии — звездная клетка, которая не позволит ни одному из них сбежать из этой дуэли один на один.

Затем оба исчезли. Джаггернаут растворился в смазанном движении, и псевдо-7-й уровень Рю последовал за ним. Раздался оглушительный грохот, за которым последовала череда ломаных ударов, слишком быстрых, чтобы человеческий глаз мог их уловить.

— Ох... я что, только что была трупом? Жуть какая... — бледная Хейд пробормотала это, поспешно перегруппировываясь с нами, всё еще не оправившись от встречи со смертью.

А затем —

— Мои извинения. Мне пришлось сделать крюк.

— Профессор Леон!

Профессор Леон, верхом на виверне, достиг 58-го этажа — лишь на мгновение позже Рю.

— Леон! Забирай дураков с собой! Не забывай о своем долге авангарда!

— Понял. Буду ждать впереди.

С появлением Джаггернаута ситуация в корне изменилась. Чтобы снизить риск полного уничтожения и не терять больше ни секунды, Мастер приказал основным силам разделиться. По его резкому тону я понял, что за этим приказом стоит нечто большее — его собственная решимость.

— Рю, Мастер... все, пожалуйста, не проиграйте!

— Шевели копытами уже! — рявкнул он на меня, выпуская каскад молний. Я развернулся и припустил прочь.

Рядом со мной бежали профессор Леон, Лефия и Хейд. И —

— Я остаюсь здесь.

— Грос...!

— Эта лисица — она сердце. Кто-то должен её охранять.

Асфи, лишившаяся невидимости и державшая Харухиме на руках, не могла защитить её в одиночку. Скользя рядом с нами, Грос набрал высоту, будто прощаясь.

— Доверяю тебе своих товарищей. Не вздумай сдохнуть, парень!

— Ты тоже, Грос!

Оставив позади виверн, которые отчаянно махали крыльями, пытаясь не отстать, Грос повернул обратно к Асфи и Харухиме. Наш отряд теперь был пугающе мал, но мы не останавливались. Мы неслись через истерзанное поле боя, пересекли проход и спустились по гулким ступеням, пока, наконец, не достигли нашей следующей цели: 59-го этажа.

— Это и есть...?

То, что раскинулось перед нами, было густыми джунглями, не похожими ни на что на Нижних этажах. Огромные деревья. Поля синей травы, усеянные ядовитыми, ярко окрашенными цветами. Далеко впереди со всех сторон вздымались зеленые стены, с которых свисали бесчисленные бутоны разных размеров, похожие на зловещие плоды. Однако самым поразительным отличием был сам воздух — тяжелый от красно-черных спор, заполнивших весь этаж.

— Всё... изменилось, — мрачно пробормотала Лефия, которая наверняка проходила здесь во время предыдущей экспедиции.

Споры — слишком крупные, чтобы называться грибной пылью — слабо мерцали, окрашивая весь уровень в темно-багровый оттенок. Они были насыщены магической энергией и наверняка токсичны, но спокойный анализ Леона — «Нам это не должно навредить» — придал нам достаточно смелости, чтобы идти дальше.

В центре джунглей находилось нечто, что невозможно было игнорировать: массивный магический круг диаметром около 400 метров. Толстые зеленые столбы из живой плоти выстроились по его периметру. Это напоминало руины древнего храма — или величественный ритуальный алтарь, готовящийся пробудить нечто ужасное.

(...Стартовая площадка?)

Или, быть может... ствол орудия.

Даже без твердых доказательств я чувствовал это — что-то глубоко внутри подсказывало мне, что так оно и есть. Пока профессор Леон хранил молчание, голос Локи раздался из Окулуса, решительный как никогда: «Сжечь всё к чертям». Мы повиновались без колебаний. Лефия вызвалась заняться этим сама, приложив все силы, чтобы от этого жуткого магического круга не осталось и следа. Никаких признаков регенерации не последовало.

— Виверн оставляем здесь, — произнес профессор Леон, когда мы продвинулись вглубь этажа и восстановили силы и ману с помощью предметов. — Отныне их долгом будет транспортировка любых выживших членов Семьи Локи, которых мы найдем, обратно в безопасную зону. Но учитывая то, что ждет нас на 60-м этаже — где мы даже не знаем, что нас подстерегает, — наших нынешних сил не хватит, чтобы защитить еще и их.

Поняли ли они его слова или нет, виверны ксеносов тревожно опустили головы. До сих пор на этом этаже не появилось ни одного монстра, и не похоже было, что они появятся. Тот факт, что мы так легко сожгли таинственный магический круг, лишь подтверждал это. Боги, наблюдавшие через Окулус, объяснили, что те разноцветные монстры, появлявшиеся в Горниле Дракона — и даже Полудух, встреченный нами на 28-м этаже, — скорее всего, пришли из «кладовых» с 51-го по 57-й этажи.

В каком-то смысле эта область была нашей последней точкой отдыха. Единственной оставшейся безопасной зоной. Оставить виверн здесь было единственным верным решением.

— Для Хедина и остальных, кто прибудет позже, нам нужно держать «транспорт» наготове. Что до нас... мы исполним свою роль авангарда.

Долг авангарда — собрать как можно больше информации о 60-м этаже, превратить неизвестное в известное. И, если возможно, пробиться в самую глубокую точку — найти пропавших членов Семьи Локи. И сокрушить того, кто виновен в их гибели.

Но для этого наш отряд был слишком мал, наши силы слишком ограничены.

Боец передовой 7-го уровня.

Аномальный разведчик 5-го уровня, лишенный опыта.

Маг 4-го уровня и целитель.

Мы знали, насколько это безрассудно. И всё же мы с Лефией приняли решение. Мы спасем Айз и остальных — и мы сразим причину всего этого кошмара.

Профессор Леон ничего не сказал, глядя на наши полные решимости лица. Его львино-золотые глаза слегка смягчились, будто он был доволен увиденным.

— Ну, похоже, я застряла в роли целителя и вьючного мула, — с натянутой улыбкой произнесла Хейд. — Сомневаюсь, что буду много сражаться... к тому же выжившие из Семьи Локи, которых мы найдем, наверняка будут изголодавшимися и измученными жаждой~.

Она запихала еду, воду и припасы из седел виверн в большой рюкзак, взвалив его на плечи с коротким кряхтением. Её тон был легким, но та игривость, которую она обычно источала, исчезла без следа.

— Выдвигаемся, как только Лефия закончит заклинание, — приказал профессор Леон.

Мы стояли перед «вратами» на следующий этаж — массивным разломом, похожим на рану, высеченную в живых растениях. Из его глубин вырывался неестественный ветер, тяжелый от странной магической силы. За ним — наша цель. Всё ждало нас на 60-м этаже.

— Имя мое Альф — Лив Илузио. (Alf — Liv Ilusio.)

Иное барьерное заклинание, отличное от того, что было на 51-м этаже, окутало всех четверых, даруя ускоренное восстановление и сопротивление аномалиям — благословение Великого Священного Древа. Оно станет нашим доспехом против того, что ждет впереди. Как только последние приготовления были завершены, профессор Леон повел нас вперед.

— Ну и компашка у нас собралась, конечно, — Хейд намеренно пыталась шутить. — Ты ведь защитишь меня, правда, Белл? ...Белл?

Она пыталась разрядить обстановку, но я не мог ответить.

— Ты весь взмок, знаешь ли. Тебя что, отравили?

— ...Нет.

Верно. Я потел. Её замечание напомнило мне вытереть лицо. Подол моего плаща Мастера Духов влажно лип к коже.

— Белл, ты в порядке? — голос Гестии донесся из Окулуса.

— ...Да.

Это было всё, что я мог сказать — пустые слова, за которыми ничего не стояло. Внутри меня грудная клетка неистово содрогалась. Сокрушительная волна тревоги, неуверенности и ужаса, которую я больше не мог игнорировать. Всё это время я был сосредоточен только на том, чтобы двигаться вперед — но теперь правда, от которой я бежал, тяжелым грузом сдавила мой разум. Я точно знал, почему чувствую себя так.

— Это... 60-й этаж.

Потому что перед входом в Подземелье... я спрашивал, куда делся мой «идеал» — то, к чему я так долго стремился.

— Эта магия...

То, что открылось перед нами, было лабиринтом, похожим на кладбище драконов. Воздух казался холодным — неестественно холодным. Я знал это. Я уже чувствовал этот ветер раньше. В тот день — на городских стенах.

— То, с чем мы сражались... было Оскверненным Духом.

Перед началом экспедиции — в лазарете, залитом лунным светом, — Лефия объяснила мне это, как только я пришел в сознание. Что с ними случилось. Что случилось с Айз и остальными.

— Оскверненный Дух...? — повторил я.

— Когда-то это был небесный посланник, ниспосланный богами, — тихо сказала Лефия. — Но его поглотили монстры, и он жил внутри Подземелья более тысячи лет... падший, оскверненный великий дух, ставший монстром.

Пока она говорила, её голос дрожал. Память была еще слишком свежа. Её левая рука так сильно вцепилась в предплечье, что костяшки побелели, будто она пыталась удержать саму себя от того, чтобы не рассыпаться на куски. Эта хрупкая, тонкая эльфийка — всё её тело казалось готовым сломаться в любой момент — и всё же в её глазах пылали горе и ярость.

— Мы попали в его ловушку... сама судьба ополчилась против нас. Мы были отрезаны от Капитана, от леди Риверии и других первоклассных авантюристов. Мы отступили с поражением, в то время как Капитан и остальные пали в глубины 60-го этажа...

Затем она сделала медленный, дрожащий вдох — зажмурилась на мгновение, собираясь с силами. И, наконец, произнесла слова, от которых мое сердце болезненно забилось в груди.

— Айз... была похищена Оскверненным Духом.

----------

Пандемониум

Пандемониум

Айз плакала.

Её крохотное тело сжалось в комок, она бессильно опустилась на землю, закрыв лицо руками. Внутри этой ледяной клетки — похожей на замерзшую темницу для птиц — ей оставалось лишь позволять слезам течь бесконечным потоком.

За бледно-голубыми прутьями раскинулось море крови. Её маленькие куклы — её единственные друзья — лежали вповалку, их красные внутренности бесформенными пятнами расплылись по полу. Багрянец на фоне тьмы был настолько ярким, что её тошнило. Теплый голос, когда-то звавший её по имени, исчез навсегда.

Во всём была виновата Айз. Та Айз, что жила внутри неё, сломала их всех. Губы девочки дрожали; взор застилала пелена слез. Отчаяние, стоящее далеко за пределами простой грусти или боли, грызло её тонкие руки и ноги. Деревянный меч, который она когда-то сжимала, исчез незаметно для неё самой, лишив возможности пронзить собственную маленькую грудь.

Затем раздалось: дзынь, дзынь.

Что-то сверху методично ударяло по ледяной клетке — снова и снова, почти играючи. Пошли трещины. Посыпались осколки. Золотистые волосы Айз качнулись, когда она в ужасе подняла взгляд.

— Прекрати.

Она всхлипнула, как беспомощный ребенок.

— Нет…

Качая головой, расплескивая слезы, она крепко обхватила себя руками.

— Не ломай её!

Её невинный, молящий крик лишь раззадорил то, что было снаружи. Ведь если эта клетка разобьется, всё закончится. Ужасное «что-то» извне пожрет её — и число этих красных, сломанных кукол только вырастет. Та Айз, что внутри неё, та, что отняла у неё всё... этот чудовищный ветер — он снова станет острым, блеснет, как лезвие, и причинит боль всему живому.

Поэтому не надо. Нет — пожалуйста, не надо. Пожалуйста...

— Тебе нельзя сюда приходить!..

Лицо её было залито слезами, когда она посмотрела сквозь прутья клетки. И там, ступая прямо в море крови, показалась еще одна кукла — её любимый плюшевый кролик.

Это был день, полный драконов.

Чем глубже ты проникаешь в Подземелье, тем неизбежнее становятся встречи с драконами — сильнейшими из всех монстров. Это истина, которую должен принять каждый авантюрист. Но даже при этом «владения», в которые мы ступили, превосходили всё, что я мог себе вообразить.

— Кости дракона?..

Первое, что бросилось мне в глаза, — окаменевший дракон, огромный, словно кит. По всей огромной пещере лежали полузасыпанные останки и скелеты драконов. У одних были крылья, у других — нет. На ком-то еще висели ошметки плоти и шкуры, а другие полностью превратились в камень. У некоторых внутри грудных клеток всё еще слабо пульсировали сердца, а иная чешуя тускло поблескивала во тьме.

Но у них была одна общая черта: каждый труп, каждое ископаемое было пробито в лоб или в грудь чем-то, похожим на «меч из плоти», словно само их существование было кем-то отвергнуто.

— Уф… что это за место?

— Лефия?

— Оно… изменилось, — Лефия нахмурилась. — Этот 60-й этаж тоже. Когда я была здесь в прошлый раз, это была каверна с синими стенами из живой плоти. Сейчас всё иначе.

Хейд даже не пыталась скрыть своего отвращения. Леон тем временем подтвердил наблюдение коротким вопросом. Планировка Подземелья чем-то напоминала известняковую пещеру со сталактитами и каменными колоннами повсюду. Потолок взмывал вверх минимум на пятьдесят метров, а открытое пространство тянулось, пожалуй, на целый километр. Массивные колонны стояли хаотично, напоминая колоннаду какого-то безумного храма. Сравнивая это с прошлым отчетом Лефии — тогда это место походило на ледяную пещеру — трансформация была пугающей.

— Это похоже на… кладбище драконов.

Слова вырвались у меня прежде, чем я успел их обдумать. Хотя я и называл это пещерой, меня не покидало ощущение, что мы идем по бесплодной пустоши. Потому что здесь до сих пор жили звуки. Поток воздуха коснулся моих волос. Холодный ветер гулял среди бесчисленных драконьих туш, оставляя их на растерзание стуже. Со зловещим завыванием этот ветер нес в себе головокружительную плотность магической энергии.

— Это вам не обычное Подземелье, — раздался голос Локи из кристального передатчика. — Весь лабиринт превратился в тело этого проклятого Оскверненного Духа… считайте, что вы в утробе монстра.

— …!

— Этот ублюдочный дух делает всё возможное, чтобы поглотить силу Айз, — продолжала Локи. — И в процессе он впитывает её разум, её воспоминания… её глубочайшие эмоции. Именно это превращает структуру этажа в такой бардак.

Пока Леон вел нас вперед, голос Локи заполнял тишину. Я едва мог поверить в услышанное. Но одна деталь полоснула меня по сердцу, как кинжал.

Айз всё еще пожирали. Медленно, внутри этого проклятого лабиринта. Этот «ветер» был тому доказательством. Доказательством того, что её поглощают, по кусочку за раз.

Нет — нет, этого не может быть. Мой желудок сжался. Мне хотелось кричать, швырять «Огненные Молнии» во все стороны, пока весь этот кошмар не рухнет. Я стиснул зубы до боли, заставляя себя сохранять спокойствие.

— Меня ввели в курс дела, — ровным тоном произнес Леон, — но почему такой монстр так зациклен на силе Принцессы Меча? Любой другой авантюрист был бы просто поглощен и забыт.

Даже когда мои мысли путались, резкий вопрос Леона прояснил ситуацию. Это было простое, разумное сомнение. Голос Локи вернулся после короткой напряженной паузы.

— В жилах Айз течет кровь духа.

— !!

— Вот оно как, — тихо сказал Леон. — Значит, обезумевший монстр-дух ищет силы своего сородича. В этом есть смысл.

Пока я пребывал в шоке, Леон принял это как простой факт, его тон не дрогнул. Мрачный голос Локи и опущенные глаза Лефии подсказали мне, что в этой истории есть нечто большее, но никто из них не решился продолжать.

(У Айз… кровь духа? Как у Вельфа?..)

Мой разум тут же обратился к древнему сказанию Эпохи Героев — о кузнеце Кроззо, который спас духа и получил взамен «мистическую кровь». Вельф, его потомок, унаследовал эту «кровь духа», а вместе с ней и навык ковать магические мечи невероятной мощи. Неужели Айз такая же? Тот необъятный «ветер», что я видел на городских стенах… был ли это силой духа?

— Что произойдет… если Принцесса Меча будет полностью поглощена?

— Всё закончится, — отрезала Локи. — Точно так же, как Бравер и его команда не вернулись на поверхность — вас всех тоже сотрут в порошок. Орарио, Город Героев, падет.

Её тон был абсолютным — божественное провозглашение краха, от которого у меня задрожало горло.

— У Айз осталось около двадцати четырех часов до того, как она будет полностью поглощена. Просто интуиция, но это ваш лимит времени.

Это всё, что у нас было. Я почти видел песок, просачивающийся сквозь песочные часы — десятки часов в моей голове крутили стрелки с безумной скоростью. Четко обозначенный дедлайн для конца света. Даже Лефия рядом со мной резко выдохнула, в её дыхании слышалась паника. Наши шаги стали неосторожными и неровными, пока спокойный голос Леона не разрезал напряжение:

— Ясно. Тогда приступим к покорению этажа в установленном порядке. Даже если тело этого монстра замышляет погибель — если это всё еще Подземелье, то долг авантюриста остается неизменным.

— !!

Мы с Лефией ахнули. Этот твердый, полный достоинства голос подействовал как магия, приводя нас в чувство. Вид его спины, рыцарски прямой и непоколебимой, успокаивал лучше любых слов. Он не был похож на Мастера или Финна — его сила лежала совсем в другой плоскости. Присутствие Леона утишило наш страх и вернуло способность мыслить. 7-й уровень не был единственной причиной его мощи. Он провел годы в качестве инструктора, направляя учеников и взращивая их. Этот опыт сформировал его уникальный навык «учителя» — дар, которым не обладал обычный авантюрист. Это было похоже на заклинание, возвышающее сердце.

Мы с Лефией обменялись короткими взглядами, а затем снова посмотрели вперед. Паника и отчаяние исчезли — осталась лишь тихая решимость. Да. Если мы собираемся спасти Айз, мы должны вести себя как авантюристы больше, чем когда-либо прежде.

— Богиня, — позвал я через кристалл, — не могли бы вы взять на себя картографирование? У нас, скорее всего, не будет времени рисовать самим.

— Поняла, Белл — предоставь это мне! … Так, Гермес, твоя очередь!

— Честно, Гестия, ты выставляешь меня в не лучшем свете, — донесся забавный ответ Гермеса. — Ну да ладно, я сделаю это.

— Лабиринт полностью изменился, — добавила Лефия. — Я не могу гарантировать, насколько применимы мои прошлые разведданные, но я поделюсь всем, что помню.

Пока боги переговаривались по связи, Лефия начала набрасывать свои заметки — живую, выстраданную информацию. Мы должны были перестроить мышление. Относиться к этому как к неисследованной территории — пограничному этажу, который еще никто не зачищал. Мы будем использовать всё, что сможем. И если сами боги могут нам помочь, мы с радостью на них положимся. Под тихим присмотром доброй улыбки профессора Леона мы продолжали собирать информацию с предельной осторожностью.

— Эта область Подземелья иногда сама творит заклинания. Не монстры — стены и полы. Признак — формирование магического круга. Единственная контрмера — уничтожить круг и окружающую структуру примерно за три секунды.

Поручить кому-то вне Подземелья картографирование было, мягко говоря, безрассудно, но, как и следовало ожидать от бога — существа над логикой — перо Гермеса начало без усилий выписывать линии на его карте. От того, как спокойно Лефия выдавала столь дикую информацию, я вздрогнул. По просьбе Гермеса — «Белл, покажи мне окружение в деталях», — я поспешно повернул свой Окулус на запястье, чтобы дать обзор.

— Атмосфера здесь чудесная, — легко сказала Хейд, идя позади группы. — Все работают вместе… мне даже немного жаль леди Фрейю, но, честно говоря, я бы осталась в этой группе навсегда.

Я не знал, что на это ответить. Обычно смешанные группы разных Семьи были напряженными, полными недоверия — и всё же она говорила это так жизнерадостно… Она поправила рюкзак с легким вздохом, а затем скривилась, на цыпочках обходя массивное ископаемое дракона, вросшее в землю.

— Кажется, эти штуки могут ожить в любую секунду, — пробормотала она, стараясь держаться чуть поодаль от меня, пока я шел сзади, охраняя её.

Я не мог её винить. С потолка свисали десятки драконьих голов — от некоторых остались только кости, другие пугающе сохранились с ошметками гниющей плоти. Трудно было отделаться от ощущения, что их пустые глазницы внезапно вспыхнут и выпустят огненный шар. Постоянный вой ветра в пещере только усиливал иллюзию. Весь этот этаж был сетью ветряных туннелей — звук, наполнявший воздух, походил на хор драконов, стонущих от боли. Помня сравнение Локи, и правда казалось, что мы блуждаем во чреве дракона. Этот бесконечный, отдающийся эхом крик невидимых зверей заставлял кожу покрываться мурашками.

— Еще одна опасность, с которой мы столкнулись, — холодно продолжала Лефия, — это «Пыль Очарования». Любой, у кого показатель сопротивления аномалиям ниже H, будет очарован, если вдохнет её.

— Пыль очарования… ах, это, должно быть, она.

Хейд посмотрела вверх, подняв руку, словно пытаясь поймать падающий снег. Мягкое синее мерцание собралось в её ладони — слабые частицы света, дрейфующие повсюду в воздухе. Источником, казалось, были цветы с синей плотью, цветущие на стыках стен и потолка. Теперь, когда она упомянула об этом… мое тело и правда ощутило странное тепло.

— Мы наложили защитную магию перед входом, так что всё должно быть в порядке, — тихо сказала Лефия. — Но во время нашей экспедиции даже первоклассные авантюристы направляли оружие друг на друга.

— !

И Хейд, и я в шоке посмотрели на неё. Первоклассные авантюристы сражаются друг с другом? Это была не битва. Это был кошмар.

— Подземелье здесь не просто ослабляет незваных гостей, — тон Лефии стал ледяным. — Оно забирает их — захватывает — и превращает в инструменты.

Её рука скользнула к кинжалу на бедре, обнажив его одним плавным движением. А это значило —

— Другой метод, — мрачно произнесла она, — это одержимость.

И тогда — началось.

Шаг профессора Леона замер. Из воздуха исчез всякий намек на расслабленность. Само Подземелье, доселе безмолвное, выслало свой авангард.

— У-фу-фу…

— А-ха-ха…

Эхом разнесся смех — невинное хихиканье маленьких девочек, играющих на цветочном поле. Но в этом месте звук был неправильным. Совсем неправильным. В нем чувствовалось дыхание магии, чуждой и гнусной. Голоса доносились впереди, из-за массивной колонны. И там, выходя из теней, показались несколько человеческих силуэтов. Каждый из них перекрывался… чем-то еще.

— …Что?..

Ужасное чувство пронзило меня — непреодолимое предчувствие трагедии. Прямо передо мной профиль Лефии застыл, её выражение лица окаменело от ужаса. Хейд прищурилась и пробормотала: «Худшее из возможного». Леон молча поднял свой двуручный меч. Из тени колонны в поле зрения показался враг.

— Добро пожаловать.

Голос — человеческая речь. Но это не был тот звук, который можно было бы спутать с речью ксеносов. Это был неприятный, насмешливый щебет, который пробирался под кожу. Оно улыбалось нам.

[[image:/storage/reader-images/1a889cd09075a4daf205c01ba8088df9eb5195fb.jpg]]

— Мои новые мясные марионетки, мои новые друзья.

Стоял труп. У одного не хватало руки. У другого — впалые глазницы, а изо рта хлестала кровь. А у одного и вовсе не было головы.

Цепляясь за спины авантюристов — за эти безжизненные тела, — они паразитировали на них.

──────────────────────────────

Из талий и спин павших авантюристов прорастали гротескные верхние части тел. Это были женские формы, кожа которых лоснилась градиентами зеленого, синего и фиолетового — гладкая, влажная и неестественно красивая в том смысле, от которого сам воздух сладко гнил. У каждой было по три пары рук, всего шесть, движущихся с медленной, змеиной грацией, которая одновременно манила и вызывала отвращение.

У одних были короткие волосы, у других — длинные, у кого-то — волнистые, и все окрашены в глубокий фиолетово-синий цвет. Телосложение разнилось; возможно, их размер зависел от силы или жизненной энергии носителя, которого они заразили. Мой разум отказывался это осознавать, но инстинкты авантюриста всё равно обрабатывали детали — холодно, автоматически. Это вызывало тошноту.

Их лица были пугающе человеческими — носы, рты, губы — но глаза выдавали их: красные фасеточные глаза, несомненно монструозные. Существа, использующие трупы авантюристов в качестве своих сосудов.

Мой голос пропал. Горло перехватило. Время остановилось. Колени едва не подогнулись.

— Ки-ха-ха!

— А-хи-хи-хи-хи!

Они смеялись — невинно и порочно. Их шесть рук скрипели при движении. Нижняя пара нежно обхватывала грудь мертвой женщины-авантюристки. Пальцы средней пары потянулись вверх, вдавливаясь в её пустые глазницы — чвяк. Паразит поднес вырванное глазное яблоко к своим губам, смакуя его, как конфету. У их ног сновали паукообразные существа размером со щит. Они были тех же тошнотворных радужных оттенков, что и цветы-людоеды. Теперь всё стало ясно: эти пауки вцеплялись в спины авантюристов, зарывались внутрь, и из них расцветали и развивались эти ужасающие монстры с женскими телами.

Это были «Насильники» (Violators) — чудовищные женщины-пауки, которые терзали тела авантюристов, оскверняя и пожирая всё, даже их достоинство.

— …Семья Локи…

На боевой форме носителей красовалась эмблема шута. Жертвы экспедиции… товарищи Лефии.

— …Сволочи.

Божественный голос, сорвавшийся с Окулуса, так и брызгал яростью — жаждой убийства Локи.

Молчание Гестии, жалость в голосе Гермеса — всё это казалось далеким, нереальным.

— Осквернить даже их трупы... Я никогда не прощу их.

Той, кто пылал сейчас самым синим пламенем ярости, была Лефия. Она подняла кинжал и короткий посох, её глаза горели. Эта решимость привела меня в чувство. Сражаться с ними? Против тел наших собственных союзников? Мы ведь даже не знали, действительно ли они мертвы!

Но гротескные женщины-пауки не дали времени на раздумья. С тремя парами рук — а учитывая конечности носителей, их было восемь — они раскинули их в стороны и бросились в атаку.

— А-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха!

— Ух —!?

Огромный прыжок, дуга в воздухе, и на нас обрушился шторм рубящих ударов. Я действовал на инстинктах, бросившись вперед, чтобы защитить Хейд. Я принял удар единственным взмахом Ножа Гестии, удерживая его обратным хватом — но боги, как же это было быстро! Когти монстра, заточенные словно лезвия, били в тандеме с беспорядочными взмахами меча авантюриста, который всё еще был зажат в мертвой руке.

Дзынь-дзынь-дзынь-дзынь-дзынь! — оглушительный лязг заполнил пещеру, сталь визжала, сталкиваясь с когтями и оружием. Перед моими глазами мириады искр рассыпались, словно фейерверки.

— Белл!!? — закричал голос Гестии из Окулуса.

...Я видел эти атаки. Вопреки панике в её тоне, моя голова была холодной и ясной. Это было воплощение дикого, неконтролируемого насилия — никакой техники, только голые мышцы и скорость. Но при такой мощи и темпе это всё равно была смертельная угроза.

Однако сейчас — именно сейчас, Белл Кранел мог выстоять против этого.

И всё же давление было подавляющим. Я застрял в обороне, не в силах вернуть ритм. Нож Гестии дрожал в моей руке, мои ответные движения были вялыми, открытыми для удара. Я не мог бить в ответ. Монстр надрывался от хохота надо мной, а пустые, безжизненные глаза авантюриста, которым он кукловодил, вонзались мне прямо в сердце. Мое колебание — мой отказ сражаться в полную силу — сковали меня цепями.

— Фу-фу-фу-фу!

Резкий металлический звон — Нож Гестии вылетел из моей руки. Ошибка, недостойная авантюриста. Пока я смотрел на это широко раскрытыми глазами, изогнутый коготь рванулся ко мне — вместе с четырьмя перекрестными ударами меча в идеальной последовательности.

— Их потенциал... примерно Пятый уровень.

— — Э?

В мгновение ока три правые руки монстра и правая рука авантюриста, сжимавшая меч, отлетели в сторону в брызгах синей крови. Золотистые волосы вспыхнули перед моими глазами. Серебряные доспехи засияли. Всё замедлилось, когда я увидел того, кто вмешался — Леон. Уже сразив женщину-паука, с которой столкнулся сам, рыцарь пришел мне на помощь.

Тварь заверещала, размахивая оставшимися руками — но каждая из них была отсечена. В мгновение ока все восемь конечностей вместе с оружием авантюристов были срезаны. Подвиг, достойный называться «Совершенной Техникой» — удар рыцаря, не имеющий равных.

— Знаю, это самонадеянно, — спокойно произнес Леон, прищурив глаза, — говорить о морали с бестиями, лишенными цивилизации и культуры. Но всё же...

Из шести обрубков струями, похожими на пар, ударила синяя кровь. Леон исчез, появившись позади паразитического уродства. Его голос был низким, ровным и пылающим праведным гневом.

— — Не смейте осквернять мертвых.

Ослепительный диагональный росчерк —

— Г-г-г-х-я-а-а-а —!?

Двуручный меч чисто рассек только женщину-паука, не задев тело авантюриста. Разрубленный от макушки до талии, монстр издал сдавленный крик, прежде чем рассыпаться пеплом. Освобожденный авантюрист повалился вперед, задев мое плечо губами в безмолвном извинении, и безжизненно сполз на землю.

— Леон! Где магический камень монстра!?

— В брюхе паука, не в носителе. Я знаю — Лефия!

Пока я стоял там, заляпанный красным, как пролитой краской, Леон уже переключился на следующую тварь, а Лефия вступила в бой с другой. «Женщины-пауки» визжали голосами, которые казались почти соблазнительными. Лефия, не будучи бойцом передовой, едва успевала отражать своим кинжалом три последовательных удара. Она отпрыгнула назад, отчаянно уворачиваясь — её лицо исказилось от напряжения, — но даже так, её нерешительность уже была раздавлена. Стоя лицом к товарищам, носившим эмблему Семьи Локи, эльфийка выставила вперед короткий посох.

— ...Простите меня.

— — Стой!

Мой крик, молящий не видеть того, что последует дальше, остался неуслышанным. Она выстрелила.

— Дио Тирс!

— Г-я-а-а-а-а-а-а-а-а-х-х!!

Ослепительная белая молния пронзила насквозь и торс авантюриста, и женщину-паука, приросшую к его спине. Монстр забился в конвульсиях, выжженный священным громом, и рухнул — оставив лишь хрупкие останки тела авантюриста, повалившиеся навзничь.

— Подождите — пожалуйста, подождите! Они ведь могут быть еще...!

— Это уже невозможно, Белл.

Клинки Лефии и Леона вспыхивали снова и снова, срезая одну извращенную пару за другой. Один за другим марионетки-авантюристы падали, словно сломанные куклы. Я кричал, как ребенок, впавший в истерику, но Хейд подошла сзади и остановила меня.

— Ты должен отпустить эту надежду, — тихо сказала она. — Мысль о том, что они могут быть еще живы... или что их можно спасти.

Я обернулся к ней, онемев. Она осторожно взяла мою левую руку и вложила в неё поднятый Нож Гестии, крепко сжав мои ладони своими.

— Даже если бы они были живы, — её голос был тверд, — ты не смог бы их разделить. Слияние зашло слишком глубоко — и телом, и душой.

Уверенность целителя. Милосердный, но окончательный диагноз.

— Будь здесь «Святая Дева» (Dea Saint), возможно, она смогла бы что-то сделать. Но я — нет.

Это была жестокая правда, сказанная без тени жестокости — просто факт, принятие и скорбь. И я не мог её винить. Я не мог винить никого. Хейд долго смотрела на меня, а затем мягко улыбнулась.

— Ну, если тебе сейчас слишком тяжело, просто отдохни немного, — легко бросила она. — Позже тебе наверняка придется хуже, так что я не буду ругать тебя за безделье сейчас. — Она добавила с легкой ухмылкой: — Честно говоря, это может быть твой единственный шанс перевести дух.

Я не понимал, как она может так улыбаться — чтобы утешить меня или чтобы самой не развалиться на части. Но затем её голос стал низким, спокойным и твердым.

— Так что поторапливайся и принимай решение.

Хейд была в ярости.

— Если скажешь, что не можешь этого сделать, — холодно произнесла она, — тогда я сделаю это вместо тебя.

Её рука уперлась мне в плечо, когда она шагнула мимо, занимая мое место впереди. Когда мы проходили мимо друг друга, я мельком увидел её лицо — лицо ведьмы: спокойное, беспощадное и непоколебимое, устремленное на фигуры впереди.

— Сколько бы раз меня ни резали на части, сколько бы крови я ни пролила, я верну их, — сказала она. — Столько раз, сколько потребуется.

Я обернулся, чтобы посмотреть. И снова впал в отчаяние. Перед нами стояли три эльфа. Их одежды несли эмблему преданности своей богине — знак Семьи Фрейи, — гордые воины, известные как Эйнхерии.

— Мелуна...

Её золотистые волосы были спутаны и пропитаны кровью, полуприкрытые глаза казались впалыми, губы измазаны темно-красным. Одной руки не было вовсе — оторвана, свидетельство жестокой последней битвы. Я знал их. Мелуна, Рестан, Танна... Они не были мне так близки, как Ван, Ласк или Ремилия — слуги из того «Сада», — но я говорил с ними, тренировался под их началом. Они ругали меня, направляли, лепили из меня бойца. Гордые эльфы, которые когда-то учили меня, что значит сила.

— Я уничтожу их, — сказала Хейд, её голос дрожал от ярости. — Паразитов, посмевших осквернить собственность Фрейи.

Но я понимал. Называть их «собственностью» вместо «товарищей» не было проявлением жестокости. Это была скорбь — отчаянная попытка скрыть разбитое сердце за гордостью. Чтобы оставаться слугой, достаточно сильной для своей богини.

— Белл.

Мое имя прозвучало из кристалла. Голос Фрейи.

— В этих телах не осталось душ. То, что ты видишь сейчас... лишь оболочки, связанные монстрами.

Бог знает. Через узы Фалны они чувствуют, горит ли еще пламя души в их детях. Поэтому, как бы я ни хотел отрицать это, как бы ни молил о другой правде — жизни перед моими глазами уже угасли. Это был божественный указ, милосердный и жестокий одновременно.

— Они бы возненавидели то, что их видят такими, — прошептала Фрейя.

И пока она говорила, я увидел её — Лефию. Её золотистые волосы сияли, словно солнечный свет, когда она бросилась в атаку. Она прорубала путь сквозь рой пауков, кромсая их кинжалом. Её плечо было разорвано в схватке, лицо исказилось от боли — но она не останавливалась. Она вонзала клинок в своих бывших товарищей из Семьи Локи.

Простите меня... все вы.

Её губы беззвучно шептали слова, которые я не мог вынести. Она не плакала. Но невидимые слезы всё равно падали на землю. Я сжал челюсти и склонил голову.

— ...Вот почему, — мягко сказала Фрейя, её голос был полон печали и сострадания, — кто-то должен даровать им свободу.

Её божественный голос коснулся моего уха — теплый и траурный. Я разжал дрожащие пальцы, один за другим. А затем, когда Хейд сделала шаг вперед, чтобы действовать, я протянул руку и схватил её за ладонь.

— ...Я сделаю это.

Я поднял голову.

— Я буду тем, кто сделает это.

И, наконец, я принял это. Среди этой группы я был самым жалким, самым нелепым, тем, кто колебался больше всех — самым слабым. Мое сердце было незрелым; так я не смог бы спасти ничего. Поэтому я решил оставить свою ярость и скорбь здесь и сейчас. Чтобы стать «авантюристом», который продолжит сражаться в этом аду.

— Понимаю.

Хейд без колебаний отступила. Чтобы она могла исполнять свой долг целителя. Она будто даровала мне право освободить наших товарищей — Мелуну и остальных.

— Белл...

Я сжал Нож Гестии. Я закрепил его в руке так, чтобы больше никогда не выпустить, и одним взмахом повернулся к трем эльфам. После того как война фракций закончилась, даже когда я стоял, заливаясь краской перед Хорном, в форме официанта «Хозяйки Розори» — я сказал «прощай» тем, кто ругал меня за улыбку.

— А-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха!

Монстры — одни из самых уродливых созданий в мире — заливались хохотом. Они держали бледных, пропитанных кровью эльфиек, словно кукол, и планировали превратить этого глупого мальчишку с единственным ножом в новую инкубационную кровать, используя острые клинки и забавные магические трюки.

И затем, вот так просто, бой закончился.

— ─── Хм?

В тот миг, когда он прыгнул — словно кролик — головы полетели с плеч. Одним взмахом Ножа Гестии, зажатого обратным хватом, беловолосый юноша пронесся за спинами Мелуны и остальных. Три головы «пауков с женскими телами» взмыли в воздух. Их фасеточные глаза, еще не осознав произошедшего, уставились на мальчика в онемевшем неверии.

Бам, бам, бам — три головы ударились об пол. А затем, будто вспомнив, чем они являются, синяя кровь хлынула из обрубков шей. Взрывная волна мощи — далеко за пределами того, что должно быть возможно для Пятого уровня. Схватка завершилась почти разочаровывающе быстро. Глаза Хейд расширились, но, почувствовав ярость и скорбь мальчика, она не ощутила истинного удивления.

Свалив троих, мальчик приземлился, обернулся и протянул правую руку, его взгляд был полон тихой печали.

— Огненная Молния.

Три острых, тонких копья пламени и молнии сорвались с пальцев, пронзая брюха безголовых «пауков». Это был конец. Паразитические монстры, пораженные в самые магические камни, рассыпались пеплом, не успев даже вскрикнуть. Даже их гротескные головы рассыпались в прах. Освобожденные тела эльфиек рухнули на пол подземелья. Последнюю эльфийку, всё еще качавшуюся на ногах, Белл осторожно подхватил, сделав шаг вперед.

— Хейд... пожалуйста, позаботься о Мелуне и остальных.

— Конечно.

Хейд молча приняла холодные пустые оболочки и уложила их на землю.

— Я иду.

Не дожидаясь конца, мальчик сорвался с места. Чтобы уничтожить каждого обитателя этого проклятого домена — пауков-паразитов, цветов-людоедов, гигантских червей.

— С возвращением домой, Мелуна, Рестан, Танна. Спите спокойно.

Она уложила остальных эльфов рядом с ними, закрывая им глаза. Освобожденные от битвы, получившие наконец разрешение уснуть, доблестные воины теперь лежали неподвижно. И девушка из Семьи Андхримнир, присматривавшая за павшими, одарила их маленькой нежной улыбкой.

— Посмотрите на него. Белл, которого вы тренировали... он стал таким сильным...

Хейд подняла голову. Перед ней мальчик, вооруженный кинжалом и громом, ревел без слез. Его неистовство почти сравнялось с самим Леоном, далеко превосходя силу и скорость Лефии. Этого было достаточно, чтобы она удовлетворенно кивнула — пока не поняла, что что-то не так.

— ...Погоди. Стой, стой, стой — он перебарщивает!

Наконец Хейд заметила перемену. Белл убивал слишком многих. Становился слишком сильным, почти теряя контроль. Торжественная атмосфера мгновение назад была отброшена, когда в её голосе зазвучала паника.

— Останови его, Тысяча Эльфов!

Лефия, вздрогнув от крика Хейд, обернулась — и её шок стал отражением ужаса целительницы. Одним ножом Белл скосил троих врагов разом, а затем обрушил поток магии — семнадцать последовательных «Огненных Молний» взорвались по всему подземелью, аннигилируя целый сектор. Потеряв дар речи, Лефия сорвалась с места, покинув Леона, и бросилась вперед.

— Что ты творишь!? Это же так неэффективно — успокойся!

Даже когда слова сорвались с её губ, она почувствовала, насколько они бессмысленны. А затем — громоподобный крах. Нож обрушился вниз, вдребезги разнося пол и монстров на нем. Не осталось даже ни одного магического камня — только дымящийся кратер, оставленный подавляющим, безрассудным «оверкиллом» Белла. Ударная волна и порыв воздуха едва не заставили Лефию отшатнуться назад.

— Ха-а... ха-а...!

Наконец опустившись в стойку, Белл тяжело дышал. Разумеется — такой стиль боя измотал бы любого. И всё же, пугающе скоро его дыхание выровнялось. Выражение лица, поза — всё вернулось в норму с неестественной скоростью. Была ли это ярость, заставившая его потерять контроль? Она знала, как абсурдно быстро он становится сильнее, но... был ли он когда-нибудь настолько могущественным? Гнев, что когда-то пылал глубоко внутри него — неужели он уже исчез? Смятение охватило Лефию, когда она поспешила к нему.

— ...Что это за глаза, Белл Кранел?

— Э?

Наконец он тоже это осознал. Оба глаза мальчика светились, окрашенные в глубокий, пылающий алый цвет, словно само священное пламя. Казалось, он не понимал. Будто пытаясь подтвердить это для самого себя, Белл поднял руку к собственным глазам —

— Г-г-ух!

Ископаемое дракона, вросшее в пол, внезапно рванулось вверх — и в мгновение ока пронзило живот мальчика насквозь.

────────

В защиту чести Леона — расстояние между ним и мальчиком было просто слишком велико. Строго говоря, это была не неосторожность, а запредельная отдача самого Белла, граничащая с состоянием берсерка, которая заставила его слишком сильно оторваться в погоне за монстрами. Он выскользнул из зоны поддержки Леона. Треугольная формация — Белл, Лефия и Хейд — должна была поддерживаться любой ценой, но так как Леон в одиночку сдерживал бесчисленных врагов, он не успел добраться до мальчика вовремя.

И тогда — злоба лабиринта явила себя. Адский лабиринт, безмолвный, как неподвижное море до этого момента, выбрал худший из возможных моментов, чтобы активировать одну из своих ловушек. Хозяин этого проклятого царства — какой-то невидимый Гейм-Мастер, затаившийся в его глубинах, — расхохотался, словно намереваясь разбить сердце эльфийки. Он намеренно целился в её драгоценного кролика.

Наказание было чистейшей жестокостью.

Из пола, из колонн, с самого потолка — повсюду начали извергаться бесчисленные трупы драконов. Их окаменевшие части, острые как копья, пронзили Белла, подбрасывая его тело высоко в воздух; они вгрызались в него со всех сторон.

— ────г-г-г-х-х—!

Один, два, три, четыре, пять, шесть, семь, восемь, девять — чудовищные оболочки смыкались, заключая его в костяную клетку. Это напоминало паутину — огромный кокон смерти, который целиком проглотил мальчика, скрыв его из виду Лефии и остальных. Лишь теплые брызги крови дождем окропили застывшее лицо эльфийки. Раздался влажный, раздавливающий звук — звук сминаемой и разрываемой плоти. Одна тонкая рука безжизненно повисла снаружи этой массы, качаясь из стороны в сторону, словно маятник.

Мертв.

Боги знали это. Для Гестии само время остановилось.

— ────Белл Кранел!?

Бесславный конец. Всего лишь та же трагическая участь, которую до него постигли бесчисленные авантюристы. И как раз в тот миг, когда Лефия закричала изо всех сил, на которые только были способны её легкие, — груда драконьих останков, возвышавшаяся над полом, разлетелась на осколки и пыль.

— А?

Вспыхнул массивный багровый цветок. Взрыв прогремел изнутри, разбрасывая пылающие фрагменты костей, которые покатились по полу к ногам ошеломленных Лефии и Хейд. Леон первым осознал, что произошло: мальчик, который должен был быть раздавлен насмерть, детонировал пламя и молнию прямо изнутри кокона. Не заботясь о собственной безопасности, он выпустил десятки залпов подряд в одно мгновение — самоубийственная контратака, уничтожившая всё вокруг.

Его доспехи разлетелись вдребезги, и что-то черное, дымящееся, с глухим стуком упало на землю перед Лефией. Фигура — четыре конечности, конвульсии — что-то едва напоминающее человека. А затем —

— — Г-ха!?

Прямо на глазах у потрясенной Лефии Белл ожил. Его обугленное тело будто повернуло время вспять: кожа и мышцы регенерировали с немыслимой скоростью, когда он рывком выпрямился, ведомый силой своего духа. Хейд, которая в панике бежала вперед, чтобы исцелить его, споткнулась на ровном месте от неверия. Даже Леон замер, потеряв дар речи, словно наблюдая за мифическим существом.

— П-погодите... что? Я... не умер?..

Его доспехи были полностью уничтожены, но на плоти не осталось ни единой раны. В этом не было никакого смысла. Сидя на земле, Белл широко раскрытыми глазами смотрел на свои руки, совершенно потерянный.

— Ах! Лефия, ты вся в крови! Ты в порядке!?

— ...

Она молча подняла дрожащую руку в его сторону. «Это твоя кровь», — говорил этот жест за мгновение до того, как она влепила ему пощечину.

— За что!? — взвизгнул Белл, хватаясь за щеку. Его глаза всё еще светились тем самым глубоким алым цветом.

«...Ах».

Из кристалла связи донесся тихий голос Гестии — голос богини, которая с нервным смешком и замиранием сердца осознала: время, которое должно было остановиться навсегда, только что пошло снова.

— «Ванадис Тевере»... навык специализации на анти-очаровании... Я совсем забыла, что он у него есть...

В подземном алтаре Гильдии Гестия пробормотала это, пока по её щеке скатывалась капля пота. В то же время Локи, буквально вгрызаясь в кристальную сферу, орала:

— Какого черта сейчас произошло!?

Каждый бог в зале — даже Фрейя — повернулся к Гестии.

— Ха-а!? Специализация на анти-очаровании!? И какой эффект!?

— Э-э... если я правильно помню... всякий раз, когда на него действует какой-либо эффект очарования, все его характеристики взлетают до небес, а тело и Разум (Mind) просто... продолжают восстанавливаться без остановки?

— ЧТО-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О!?

Крик Локи сотряс алтарь сильнее, чем рев любого монстра.

— Если у него есть такой чертов навык против очарования, ГОВОРИ ОБ ЭТОМ СРАЗУ, ТЫ, ИДИОТКА!

— Фу-гю-ю-ю!? Я-я совсем забыла, ясно!? Белл тоже забыл! Это не наша вина, просто случая не представлялось!

— Твой пацан — растяпа, а богиня — еще большая, ты, тупица с мозгами осьминога!

Она вцепилась в круглые щеки Гестии, и обе немедленно зашлись в привычной перепалке. Даже поняв объяснение, другие боги не могли быстро прийти в себя. Четвертый навык Белла, [Ванадис Тевере], действительно работал так, как описала Гестия: он активируется при воздействии помех типа очарования, вызывая взрывной рост всех параметров способностей.

Ужасающее самовосстановление, лишившее дара речи богов и Лефию, тоже проистекало из этого навыка. Пока условие активации сохраняется, здоровье Белла, физическая регенерация и даже восстановление Разума продолжаются бесконечно — по сути, «сломанная» способность. «Зачарованная пыль», пропитавшая этот оскверненный домен, идеально выполнила роль триггера. Его прежнее неистовство, выходящее за рамки разумного, было вызвано не только яростью и скорбью, но и тем, что его тело не успевало за столь масштабным скачком Статуса.

— ...Невероятно, — вздохнула Гефест. — Ты слышала всю информацию, которую Локи собрала о 60-м этаже, и до сих пор не поняла, что у твоего ребенка идеальное преимущество?

— Я же сказала, что забыла, Гефест! Не начинай и ты-ы-ы! — запричитала Гестия, готовая расплакаться.

Навык [Ванадис Тевере] проявился прямо перед Войной Фракций — жестокий дар, рожденный испытанием в Саду Искушений. Фрейя, мгновенно поняв это без лишних слов, коснулась рукой щеки и улыбнулась.

— Значит... именно мои узы с Беллом спасли его, верно? Фу-фу-фу♪

— Ты даже сейчас в режиме пьяных фантазий о любви, богиня с цветами вместо мозгов! Спустись с небес на землю! — гавкнула Локи.

— Это не ты! Это я! Я! Мои узы с ним! Он получил этот навык только из-за того бардака, который ТЫ устроила, Фрейя-я-я!!

Фрейя покраснела как девчонка, пока Гестия извергалась рядом с ней, и их крики заполнили зал. Авантюристы, слушавшие через Окулус, достаточно поняли ситуацию — хотя они всерьез подумывали отключить связь, пока громогласность богов не выдала их местоположение монстрам. Пока Гефест и Бальдр отчаянно пытались удержать троицу от того, чтобы они не растерзали друг друга, Гермес лишь пристально смотрел на изображение Белла в кристалле — и уголки его губ поползли вверх.

— Но Фрейя не совсем неправа! То испытание в итоге спасло Белла! Нет — даже больше того!..

Локи, оттолкнув глубоко недовольное лицо Гестии, выпрямилась с новой силой. Искра неожиданной надежды ярко вспыхнула в её глазах, когда она ударила кулаком в ладонь и яростно кивнула.

— Точно! Внутри этого проклятого домена пацан фактически получил ультра-бонус «Бесконечная Прокачка»! Он — идеальное боевое подразделение против босса!

Теперь сомнений не оставалось — Белл Кранел стал козырем в покорении этого кошмарного этажа. Осознав это, боги больше не могли сдерживаться — алтарь взорвался ликованием и криками, настоящий божественный переполох, рожденный из чистого облегчения и азарта.

«Позиции Леона и мальчика изменились — Белл забирает авангард! Справится ли он!?»

Пока мы отбивали очередной натиск монстров и остановились для быстрого цикла восстановления и пополнения запасов, голос Локи резко прорезал связь. Последняя битва уже доказала то, что не передать словами: внутри этого подземелья Белл Кранел просто так не умрет. Мало того, усиление статуса под которым он находился, было абсурдным. Боги увидели шанс и не собирались его упускать.

— Мы назовем это операцией «Бессмертная канарейка в шахте»! План прост — пускаем пацана напролом, пусть утюжит орды как берсерк, впитывает хаос и расчищает путь. Остальные держатся за прикрытием, и шансы на выживание взлетают до небес!

— Кто это тут «бедная жертвенная птичка», которую ты первой толкаешь со льдины!? Ты не превратишь моего милого Белла в какую-то одноразовую пташку, сволочь!

— Заткнись, коротышка! Мы используем то, что можем и когда можем! Это стратегия!

Пока боги препирались через кристалл, мы слушали молча. Только Лефия смотрела на меня очень противоречивым взглядом — в нем смешались тревога и недоверие.

— Прелесть этого плана проста: чистый, грубый прорыв. Если сможете переварить риск, это кратчайший путь к Айз и остальным. Сейчас скорость — это всё.

Из-за всего этого хаоса тщательно выстроенный график Мастера Финна полетел к чертям. Но если мы сможем прорваться здесь, возможно, мы еще успеем — логика Локи имела смысл. И всё же, как и опасалась Гестия, это был план, который фактически приносил меня в жертву.

— Локи, подожди. Даже если мы на это пойдем, должен быть более безопасный...

— Я сделаю это.

Я перебил Лефию прежде, чем она успела договорить. Мой ответ уже был готов. Повернувшись к ней — не к богам — я произнес прямо:

— Я хочу добраться до Айз хотя бы на секунду раньше. В этом всё дело, Лефия.

При упоминании этого имени, ставшего для неё пределом мечтаний, она замерла, а затем резко уставилась на меня. В её глазах не было восхищения — там было разочарование, мольба не быть безрассудным. Я слабо улыбнулся.

— Спасибо.

Это было всё, что я мог сказать.

На этом обсуждение закончилось. После всего одной минуты отдыха наступление возобновилось.

— О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-Х-Х!!

— Г-Я-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-Х-Х!!

— Ха-а!

Я один бросился в бесконечный поток гротескных монстров. Цветы-людоеды были разорваны в мгновение ока, массивные гусеницы-переростки испепелены градом скорострельных «Огненных Молний» — и с самого первого столкновения сила «Ванадис Тевере», моего козыря, проявила себя в полной мере.

— Г-вух!?

— Бу-бу-а-а!?

— Ух!?

Одним взмахом ножа, который даже не должен был иметь такой дистанции поражения, огромные цветы-людоеды были разрублены надвое. Черви, на которых на 51-м этаже требовалось несколько попаданий, теперь дохли от одной «Огненной Молнии». Тела лопались прежде, чем я успевал это осознать; серый пепел сыпался на мое лицо, пока я в шоке пялился на результат вместе с монстрами.

(Это... совсем как «Повышение Уровня» Харухиме!)

Мой Статус взлетал до небес! Если бы я уже не привык к силе чар Харухиме, этот внезапный скачок полностью выбил бы меня из колеи. Усиление было ранга повышения уровня — мощь уровня смены класса целиком! Мое зрение обострилось. Конечности двигались раньше, чем я успевал подумать. Даже быстрые заклинания превращались в ковровую бомбардировку. Людоеды, черви — ничто не могло стоять на пути.

(В глазах тепло... нет, мои глаза горят, как священный огонь!)

Пока это продолжается, я могу сражаться так вечно!.. Я не мог позволить себе утонуть в опьянении силой навыка — но сейчас я использовал каждую его каплю. Помня, как безрассудно я сражался раньше, на этот раз я крепко сжал поводья и направил эту мощь с ювелирной точностью.

— Белл! Не переусердствуй!

— Простите, Богиня! — пробормотал я под нос, продвигаясь вперед.

Быстрее, быстрее, быстрее — только не останавливаться. Я прорывался сквозь самое сердце этого ужасного Кладбища Драконов. Ловушки, активируемые самим подземельем — шевелящиеся драконьи кости, водяные змеи, вырывающиеся из стен, — уже были нам известны. Я разрубил одну в прыжке, располовинив окаменевшее тело дракона на три части. Прорываться. Давить. Крушить снова. Азарт был почти чрезмерным — это напоминало тот кайф от тестирования одного из новых препаратов Наазы.

— Г-ух!?

Возможно, именно поэтому я потерял бдительность. Залп едкой жидкости брызнул от червей. Моя кожа зашипела, плоть под ней начала плавиться, а воздух наполнился зловонием... Но затем —

— ...Полностью исцелен!

Жар волной разошелся от моих глаз, багровый свет окутал меня — плоть восстановилась в мгновение ока. Монстры дрогнули. Теперь я боялся только поломки оружия; всё остальное не имело значения. Я прикрывал свои парные ножи телом, несясь вперед и поливая врагов «Огненными Молниями». Даже если меня ранят, я восстановлюсь немедленно. Возможно, даже статусные эффекты не прилипнут. Это было совсем как состояние регенерации «Святой Битвы» (Heith) из Военной Игры... Нет, эта отдача... она приближалась к уровню Черного Голиафа!

— Пожалуйста — сражайся осторожнее!

— Я справлюсь!

— Справишься он...! Получай! «Аркс Рэй»!

Не в силах больше на это смотреть, Лефия закричала, выпуская свою магию параллельного пения. Её ослепительный залп ударил точно в цель, испаряя массу людоедов, спускавшихся сверху. Наш строй изменился: я впереди, Лефия и Хейд на средней линии, Леон замыкает. Если быть точным, я был одиночным авангардом, а позади — тройка из группы Леона. Я ушел далеко вперед, пока два мага сзади обеспечивали постоянный прикрывающий огонь под защитой непоколебимой обороны Леона, которая пресекала любую засаду сбоку или с тыла. Если не считать моей собственной безопасности, в этом строю не было ни единого слабого места — совершенство в своей красоте и эффективности. Строй, ставший возможным только после подтверждения эффектов «Ванадис Тевере».

Раньше даже в роли фронтовика Леон был вынужден защищать всю группу в одиночку. Но теперь... теперь настала моя очередь тянуть лямку.

— Пожалуйста, только не паразитическая инфекция, о которой говорила Тысяча Эльфов～! Всё остальное я потом исправлю буквально за секунду～!

Голос Хейд, протяжный и ленивый как всегда, донесся сзади — хотя он был адресован не только мне, но и Леону с остальными. И она была права — это было то самое, чего мы должны были избегать любой ценой. Будто подземелье ждало её слов, впереди из-за колонн высыпал рой — нет, армия — более чем из сотни Пауков-Паразитов.

— Ги-джа-а-а-А-А-а-а-А-А!!

— Тогда — вперед!

Я вытянул руку, словно пушку.

— Получайте!!

Прежде чем Лефия успела даже начать пение, я обрушил шквал такой интенсивности, что боги, наблюдавшие через Окулус, прошептали: «Это же практически человеческий Гатлинг». Придерживая правую руку левой, я прошелся пламенем по залу веерообразной дугой. Сто сорок четыре последовательных выстрела — после этого я сбился со счета.

Я никогда раньше не выпускал столько «Огненных Молний». Доведя свое бессловесное колдовство до предела, я превратил его в псевдо-заклинание массового уничтожения — чтобы стереть каждого Паука-Паразита до того, как они доберутся до нас. Обычно такой безрассудный спам магией высушил бы мой Разум до нуля за считанные секунды...

(Но моя выносливость бесконечна, мой Разум неисчерпаем! Я могу стрелять «Огненной Молнией» вечно!)

В таких условиях этот Навык действительно безумен...

— Я бы и сама могла провернуть план «Бессмертная канарейка», — размышляла Хейд между заклинаниями, пока её рюкзак покачивался на спине. — Автоисцеление и всё такое... но нет, спасибочки. Я не горю желанием снова быть ходячим датчиком мин～. Не в этот раз～.

— Мы не можем позволить нашей милой целителю Хейд-тян делать такие опасные штуки!

— Зато Беллу можно, да!?

— Давай будем честными — посылать целителя вперед это тактическое противоречие. Успокойся, Гестия.

Даже издалека я слышал расслабленный тон Хейд через релейный кристалл Лефии вперемешку с перепалками богов. Роль целителя — поддерживать, а не возглавлять атаку, и уж тем более не служить приманкой. Вот почему эта работа — моя. Я для неё подхожу.

— И всё же... — голос Лефии долетел до меня, напряженный от беспокойства даже сквозь рев битвы.

Мне хотелось сказать ей: «Всё хорошо». Но я не мог тратить дыхание. Поэтому мне придется показать это. Сражаясь. Продвигаясь вперед. Если я смогу это сделать — значит, я смогу стать тем, кто им нужен. Жертва? Возможно. Подопытный для этого подземелья? Плевать. Я искупаюсь в неизвестности, чтобы Леон и остальные могли превратить её в знание. Используйте меня как острие авангарда.

— Чт— г-ха!?

— Белл Кранел!?

В тот самый миг, когда эта мысль промелькнула у меня в голове, само Подземелье отреагировало так, будто я вызывал у него отвращение. Перед нами вспыхнули десятки магических кругов. Предупреждение Лефии о «контратакующей магии» сбылось. Пламя, молнии, лед — все стихии обрушились на нас разом.

Сзади раздался голос Лефии: она воздвигла барьер, чтобы защитить Хейд и Леона. Да… я так и думал, что тактика скоро изменится. Это Кладбище Драконов не похоже ни на одно подземелье, с которым мы сталкивались. Оно расчетливое, злобное… живое. Принадлежит ли эта воля самому «Оскверненному Духу», я до сих пор не знал.

Но я чувствовал, что что-то грядет. Именно поэтому я втихомолку копил энергию в правой руке — и теперь я выпустил её на волю.

— Огненная Молния!

Сто двадцать секунд накопленной мощи, высвобожденные за один миг. Результат был не чем иным, как катаклизмом. Совокупная сила долгого заряда, помноженная на колоссальный скачок характеристик от «Ванадис Тевере», превратилась в сверхмощную бомбардировку, которая аннигилировала каждый магический круг на нашем пути.

— ────────────────────────────А-а-а-а-а-а-а-х-х!?

Взрыв на этом не остановился — он испепелил и монстров, поджидавших за магической завесой. И всё же я не прекращал движения. Принимая удар за ударом, уклоняясь только от смертельных атак, я продолжал прорубать просеку в этом демоническом царстве. Я не просто позволял Навыку нести меня — я адаптировался к нему, оттачивал контроль, превращая каждую секунду боя в рост. Быстрее, резче, сильнее. К тому времени, как показался конец этой огромной пещеры, Кладбище Драконов впервые за долгое время погрузилось в тишину.

— Угх…!

— Ты как там, Белл～?

Мое тело качнулось вперед. Не потому, что я расслабился — просто бесконечный пар самоисцеления, всё еще валивший от меня, отказывался исчезать. Авторегенерация не прекращалась с момента взрыва. Магический обстрел нанес больше урона, чем я думал, и даже сейчас мое тело тратило энергию на починку самого себя.

Ноги наконец подкосились, и я упал на колени, тяжело дыша и упираясь руками в камень. Подошла Хейд, её глаза были полуприкрыты, но взгляд оставался бдительным.

— Атаки прекратились… Либо это затишье, либо они что-то готовят. Лефия, ты можешь использовать заклинание обнаружения, которому научилась у Малика?

— Да. И я заново наложу защитные чары.

Лефия кивнула, каждые несколько секунд поглядывая на меня; в её сапфировых глазах мелькало беспокойство. Она развернула под ногами золотой магический круг, начиная долгое параллельное пение Заклинания Призыва. Пока она работала, Леон стоял на страже неподалеку, а Хейд осталась рядом со мной, оказывая помощь.

(Я не могу восстанавливать выносливость, Разум и раны одновременно…)

Истина наконец прояснилась. Мой Навык лечил всё — но не бесконечно быстро. Он распределял ресурсы между всеми тремя направлениями: физической силой, магической энергией и травмами. Если истощалось всё сразу, полное восстановление резко замедлялось. Чем тяжелее урон, тем дольше задержка. Состояние «лага регенерации». Смертельно в затяжном бою. Даже с этим «автохилом» безрассудно подставляться под удары всё равно было опасно. Возможно, дело было в комфорте от наличия этого Навыка — или в уроках Фольквангра — но я понял, что слишком привыкаю принимать боль на грудь. Нужно это исправлять.

Пока я переваривал это в голове, мое тело окутал теплый золотистый свет. Хейд протянула ко мне руку.

— Хейд? Всё в порядке, правда. Раны сами заживают—

— Такое исцеление даже за усталость не считается～. Не бери в голову.

Она сладко улыбнулась, и сияние с её ладони переплелось с ожогами и разрывами, которые всё еще затягивались на моем теле. Она была права — если я не смогу сражаться, я буду только тянуть группу на дно. Я позволил себе принять помощь, на этот раз. А затем — она наклонилась ближе.

— Так удивительно, Белл. Ты стал таким сильным～. Уверена, леди Фрейя была бы в восторге.

— Хейд…?

Её лицо было совсем рядом, она улыбалась — слишком сладко. Улыбка за улыбкой, слой за слоем. И когда эта рука снова потянулась ко мне…

— Да… воистину. Всё, чего я когда-либо желала, прямо здесь.

Её голос был тихим — почти нежным, — когда её рука метнулась вперед и сомкнулась на моем горле.

— …?

— Насилие героя, разрушающего всё перед собой… бессмертный свет, восстающий снова и снова с края могилы… Ты, Белл Кранел, и есть истинный Эйнхерий — совершенный воин, рожденный служить богам и быть ими любимым.

Её вторая рука присоединилась к первой, сдавливая мои сонные артерии. Хейд всё еще улыбалась. Но её глаза — эти мягкие красные глаза — стали совершенно мертвыми. Боги что-то кричали через кристалл связи, но я их больше не слышал. Мой мир сузился до этого взгляда, этого давления, этого медленного сокрушительного веса, карабкающегося вверх по шее в самый череп.

Тук. Тук. Тук.

Стук сердца в ушах заглушил всё остальное.

— Почему я не могу сражаться так, как ты? — прошептала она. — Почему моё золото — лишь неудавшееся отражение золота богини?

Она смотрела на меня сверху вниз, словно видя нечто божественное и невыносимое. Сражаться, падать и восставать вновь — вечно. Она завидовала этому. Завидовала мне.

— Как же это ненавистно. Как же искренне, глубоко ненавистно.

В её глазах горел огонь — темный и впалый, мерцающий за спокойной маской. Почему-то я подумал о Хорн. Как же они были похожи, эти женщины — два зеркала, треснувшие по-разному. Её хватка усилилась—

— — Шучу.

И внезапно её руки отпустили меня. Воздух хлынул в легкие. Я закашлялся и ловил ртом воздух, зрение затуманилось, перед глазами заплясали белые искры.

— Это ложь, Белл. Конечно же, я спасу тебя. Я из Семьи Андхримнир, та, кто насыщает и очищает.

Она снова улыбнулась — ярко, беззаботно, будто последних нескольких секунд и не было. Вместо того чтобы ломать мне шею, её руки обняли меня.

— Ты в порядке, Белл? Было больно? Бедненький. Теперь всё хорошо, всё в норме. Я бы никогда не убила тебя случайно.

Опустившись на колени, она прижала меня к себе — моя голова оказалась у неё на груди, её руки бережно поддерживали мой затылок и позвоночник. Тепло её тела просачивалось сквозь зазоры в наших доспехах. Её длинные нежно-розовые волосы колыхались вокруг меня, словно мягкий занавес, отрезающий мир. Мерный ритм её сердца стучал у моей щеки — ровный, безмятежный, слишком безмятежный. Любой другой на моем месте покраснел бы от такого контакта. Я же просто замер, чувствуя, как по спине ползет ледяной холод.

Это сердцебиение — оно не успокаивало. Оно ужасало. Она могла даровать жизнь и оборвать её одним и тем же прикосновением. Истинная безумная святая. Её рука любовно погладила меня по волосам.

— Да… я не дам тебе умереть. Ты — рыцарь леди Фрейи… возлюбленный Ода нашей Сир.

Затем, как ни в чем не бывало, она отпустила меня. Встала, повернулась к Лефии и остальным и пошла прочь. Только когда она отошла на несколько шагов, меня наконец накрыла волна запоздалого страха. Холодный пот пропитал спину. Мое тело — полностью восстановленное, без единого следа боли — было доказательством её мастерства.

— Хейд и правда, кажется, тоже любит Белла, а?

— — КАК ТЫ МОЖЕШЬ ТАКОЕ ГОВОРИТЬ!? Что это за «любовь», при которой душат человека!? Твоя Семья абсолютно сумасшедшая, ты в курсе!?

Голоса богов наконец вернулись в кристалл, хаотичные и громкие. Мое сердце всё еще не замедлялось. Ладони стали влажными. Тут подошел Леон, сменив ушедшую Хейд.

— Ты в норме, Белл?

— Леон…

— Она немного… эксцентрична, но — Вана Мардолл — должна быть в порядке. По крайней мере, характер у неё лучше, чем у Аллена. Пока леди Фрейя присматривает за ней, она не сойдет с ума окончательно.

«Немного эксцентрична»? «Характер лучше»? Серьезно? Леон опустился на одно колено, чтобы наши глаза оказались на одном уровне; его тон был ровным, осторожным — так говорят с кем-то, чтобы тот не сломался. Но я не совсем понимал, что он имеет в виду. Хотел ли он сказать, что сотрудничать с Семьей Фрейи настолько трудно? Или просто для этого нужна вот такая ментальная броня?

…Честно говоря, наверное, хорошо, что Лефия стояла с закрытыми глазами, концентрируясь на заклинании. Если бы она видела, что произошло с Хейд, у меня было чувство, что она бы просто взорвалась. Никаких доказательств — просто нутряная уверенность. Да… Семья Локи и Семья Фрейи действительно были как лед и пламя.

Всё еще сидя на полу в прострации, я уставился на Леона. Он слабо улыбнулся и положил руку мне на правое плечо.

— Полевые испытания твоего навыка завершены, — сказал он. — Я увидел то, что мне было нужно.

— !

— Справишься?

— …Разумеется.

Я встретился с ним взглядом — этими острыми глазами цвета львиной гривы — и твердо кивнул. Он задержал взгляд на мне, а затем тихо произнес:

— Белл. Отныне я сосредоточусь на защите тыла — Лефии и остальных.

— …!

— Теперь ты можешь выжить в этом подземелье самостоятельно. Я вмешаюсь только в самый последний момент… Понял?

Это прозвучало холодно, может быть, даже жестоко — но это не было так. Это был его способ признать меня. Довериться мне. Был только один ответ, который я мог дать:

— Да, сэр!

Он улыбнулся, протянул руку и помог мне подняться.

— Обнаружение завершено, — сказала в этот момент Лефия, открывая глаза. — Нарушений не найдено.

Краткая передышка закончилась. Мы перестроились и двинулись дальше — наши шаги были быстрыми, почти безрассудными, но уверенными. Монстров не было. Демонический мир будто затаил дыхание.

(…Этот плащ Хозяина Духов — он почти не порван…)

Жуткая тишина давала простор для случайных мыслей. Я окинул себя взглядом; несмотря на всё пережитое, зачарованная ткань была почти цела. Только части, обгоревшие или забрызганные едкой жидкостью, обесцветились. Лефия упоминала, что плащ устойчив к магии духов. Если эти монстры несли в себе оскверненную ману «оскверненных духов», возможно, это объясняло, почему мои травмы были легче, а снаряжение так хорошо держалось. Возможно, мастера и саппорты в тылу спасли мне жизнь, даже не находясь здесь. Я прошептал им безмолвное «спасибо», когда мы перешли в следующую зону.

— …Это место…

Узкое ущелье открывалось в очередную массивную каверну, всё еще напоминавшую сталактитовый собор — но ископаемые драконов исчезли. Вместо них стены и колонны сверкали встроенными драгоценными камнями — огромными, даже самые маленькие из которых были больше моего торса. И каждый из них сиял золотом. Воздух стал густым, плотным от магии. Я чувствовал, как она течет.

— …………

— В чем дело, Тысяча Эльфов? — легко спросила Хейд.

Но даже издалека было очевидно — лицо Лефии исказилось от отвращения. Нет, не просто отвращения. От ярости.

— Белл Кранел, — её голос разрезал тишину. Она окинула взглядом пространство так, будто уже знала, что нас там ждет. — Они идут.

И то, как она это сказала — словно пророчество — подсказало мне, что она права. Я почувствовал, как мои глаза расширяются, когда понял, что именно она имела в виду.

— Белл — фронт!

Предупреждение Хейд прорезало дымку, резкое и срочное. Я вскинул взгляд вперед — как раз вовремя, чтобы увидеть, как из золотого тумана вырывается волна переливающихся монстров. Тело среагировало раньше мысли: ноги уперлись в пол, Нож Гестии поднят для встречи врага — и тут всё исчезло в реве.

— Г-ух!?

Весь мир детонировал. Монстры, земля под ними, даже мое собственное тело были отброшены единой катаклизмической ударной волной.

— Что—!?

Плоть, камень и воздух слились в единое пятно; существ разрывало прямо в прыжке, их кровь разлеталась цветным дождем. На мгновение я увидел Хейд, Лефию и Леона, подхваченных тем же невидимым взрывом, кувыркающихся в воздухе. Браслет, на котором держался Окулус, разлетелся вдребезги — и голоса богов смолкли.

Боль вспыхнула на каждом дюйме моей кожи, а затем была заглушена всплеском багрового света — активировалось автоисцеление. Кровь и ошметки монстров кружились вокруг меня в замедленной съемке, пока удар швырял меня по коридору из рушащихся колонн.

(Что— что это было!?)

Невидимый взрыв? Какая-то бесцветная магия—? Нет… это давление, эта режущая кромка — ветер. Ударная волна, рожденная им, достаточно плотная, чтобы крушить камень. Мир вращался, пока с оглушительным треском я не протаранил несколько колонн и не замер. Пыль забила легкие, когда я заставил себя поднять голову — и оцепенел.

— Белл.

Она была там. Та, ради встречи с которой я молился, сражался и истекал кровью.

— …………

Волосы как расплавленное золото. Глаза им под стать. Красота настолько нереальная, будто её изваяли сами боги. Айз Валленштайн.

— Белл, — повторила она снова — и она была совершенно обнажена.

Её длинные золотистые волосы спадали вперед, едва прикрывая грудь, бледная кожа сияла в слабом свете каверны. Она мягко улыбнулась и протянула руку. Мой разум опустел.

«Ты в порядке?»

Те самые слова, которые она когда-то сказала мне — в самом начале. Будто само время повернулось вспять. Эта рука снова потянулась ко мне, дрожа от тепла — и тут из её груди вырвался клинок.

— — гх!?

Кровь хлынула из её грудины, с её губ; горячие капли окропили мое ошеломленное лицо. Улыбка исчезла. На мгновение всё — мое дыхание, мои мысли, даже мир — остановилось.

— Л-Лефия…?

Слова сорвались с моих губ в неверии. Прямо за моей спиной стояла эльфийка — её золотисто-янтарные волосы блестели, как обнаженный клинок, а в глазах горел гнев, которого я никогда раньше не видел. Короткий меч в её руке пронзил грудь Айз насквозь. Её голос дрожал от ярости, а не от нерешительности.

— Не смей осквернять наш идеал.

Одним плавным движением она вскинула колено — удар в корпус, который проломил ребра иллюзии, — и отправила золотую девушку в полет, прочь из моего поля зрения. Как только её сапоги снова коснулись земли, посох Лефии уже был поднят.

— Аркс Рэй!

Заклинание детонировало в воздухе. Столб ослепительного света целиком поглотил фальшивую Айз, стирая её настолько полно, что даже пепла не осталось.

— Соберись! Я же говорила, что такое может случиться!

Резкий хлопок расколол воздух — её ладонь по моей щеке. Жжение вернуло меня в мое тело, в мир, который всё еще вращался в хаосе. Лефия стояла передо мной, прикрывая фронт, её лицо было сосредоточенным и яростным, пока она сканировала поле боя.

И через её плечо… они появились. Десятки — сотни — золотистоволосых, зологлазых девушек. Каждая — зеркальное отражение Айз Валленштайн. Каждая улыбалась той самой нежной улыбкой, превратившейся в насмешку.

— Это подделки! — закричала Лефия. — Копии, созданные оскверненным духом!

Мое сердце сжалось. Прежде чем я успел вдохнуть, армия двойников Айз в унисон захихикала — звук, похожий на звон битого стекла. В тот же миг далеко наверху божественная аудитория ахнула. Кристальный алтарь Семьи Гестии задрожал, когда Гестия, широко раскрытыми глазами, прижала обе руки к водной глади зеркала. Другие боги вокруг неё недоверчиво шептались.

— Копия Принцессы Меча? Эта тварь скопировала дитя богов?

— Невозможно… даже для великого духа подражать божественности смертного.

— Это не подражание. Это кощунство.

Гефест поморщилась, тон Бальдра стал жестким, а Гермес лишь издал тихий свист. На изображении в кристалле поле боя уже превратилось в шторм. Каждая копия Айз выпускала лезвия ветра, которые кромсали монстров, камни и авантюристов — ураган зеркальной красоты и смерти.

Фрейя, сидя со скрещенными ногами, наблюдала, как украденное лицо её собственного творения искажается в насилии. Её голос, спокойный, но режущий, проскользнул сквозь божественный шепот.

— Как безвкусно. — Последовала кривая улыбка. — Хотя вряд ли мне стоит об этом судить, — пробормотала она про себя.

Рядом с ней Локи дрожала от ярости.

— Эти чертовы куклы…! Вот из-за них Тиона и остальные полегли!

— Использовать лицо Айз... лицо моей малышки... чтобы разорвать мою Семью на части?!

Эти слова прозвучали подобно раскату грома. Каждый присутствующий бог умолк под тяжестью её ярости. И сквозь это гнетущее молчание взгляд Гестии вернулся к мальчику в зеркале — к Беллу Кранелу, чей дрожащий профиль заполнял поверхность кристалла. Его лицо не было спокойным. Оно было измученным, потрясенным и отчаянным — буря эмоций, которую едва удавалось сдерживать.

— Белл... — прошептала она.

Рев ветра заглушил все мысли. Сквозь завывающий вихрь до меня едва донесся панический крик Хейд:

— Это уже слишком! Нас же в клочья изорвет в таком темпе!

Внутри замкнутого подземелья подобный шторм не был просто ветром — это была сама смерть, обретшая форму. Мы едва могли двигаться, не говоря уже о том, чтобы сражаться. Каждая попытка вздохнуть заканчивалась тем, что вихрь вырывал воздух из легких.

— Фузилад Фалларика!

Голос Лефии прорезал хаос; её заклинание широкого радиуса действия обрушилось, словно шторм из пылающих стрел. Ветер искажал их траектории, разбрасывая по всему полю боя, но даже так — повсюду расцветали взрывы. Каменные своды рушились. Колонны падали. Одна из фальшивых Айз оказалась погребена под обломками, её улыбающееся лицо навсегда замолкло в каменных тисках.

— Вблизи она слаба! Действует на инстинктах, а не разумом! Выманивайте атаку, и она ударит по своим!

Эльфийка неслась сквозь этот мальстрем, её кинжал прочертил чистую дугу. Вскрытое горло, брызги крови, и прежде чем тело успело упасть, она уже ушла в перекат — используя суматоху, чтобы обратить их собственный строй против них самих. Гнев Лефии пылал ярче её магии. Даже будучи четвертого уровня, она прорубала себе путь сквозь доппельгангеров, словно воплощенное бушующее пламя.

— Белл! Перегруппироваться!

Голос профессора Леона разнесся над полем. Он один держал оборону — каждый взмах его двуручного меча рассекал и клонов, и режущие порывы ветра. Хейд и Лефия рванулись к нему, их формация снова сомкнулась, в то время как я...

...я всё еще был один, отброшенный в дальний конец огромного зала.

(Что... что это за место?)

Вокруг меня то же самое золотое видение истекало кровью и падало. Лицо Айз, глаза Айз, голос Айз — каждый образ разбивался на куски перед моими глазами, только чтобы новые заняли их место. Я не мог кричать. Не мог думать.

Затем стены начали пульсировать. Вмурованные в камень золотые самоцветы — эти сияющие ядра — начали загораться одно за другим. Из них что-то начало выползать.

Она начала выходить наружу.

Десятки тел в форме Айз, грациозно разворачиваясь в воздухе, мягко приземлялись с приглушенным звуком босых ног по камню. Свет играл в их волосах, отражался в улыбках, на безупречной коже. Это должно было казаться божественным. Но красота, возведенная в бесконечность, становится гротеском. Сотня священных ликов слилась в единый кошмар.

И я... я мог только дрожать.

— У-а-а... А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!

Крик вырвался из горла прежде, чем я успел это осознать. Ветер швырял меня, как мусор, но я всё равно вытянул руку вперед.

— Огненная Молния!

Заклинание взорвалось — за ним еще одно и еще. Бесконечные залпы красных молний врезались в орду. С усилением от «Ванадис Тевере» моя магия не иссякала. Молнии сыпались без ритма и сдержанности, каждый взрыв был отрицанием того, что я видел перед собой. Пламя ревело. Ударные волны пожирали пространство пещеры. Земля трескалась, а воздух раскалился до такой степени, что я больше не мог видеть их лиц — пока не смог спрятаться за штормом, созданным моими собственными руками.

Я не хотел видеть. Не хотел видеть, как замирают эти знакомые золотые глаза. Не хотел видеть, как она умирает снова и снова. Я сражался, чтобы выжить — и в то же время не мог вынести мысли о том, что убиваю их. Жалкое противоречие. Истина труса. И всё же, всё, что мне оставалось — продолжать огонь.

Запах её волос был сладким — почти до боли. Теплое дыхание коснулось моей шеи, а за ним последовало медленное, намеренное прикосновение губ. Всё мое тело содрогнулось.

— Ах... ты и правда такой теплый, — прошептал голос за спиной.

Тот же голос. Тот же тон, которым она когда-то звала меня по имени под рассветным небом. Но теперь он был пропитан чем-то ядовитым — нежность превратилась в одержимость, мягкость извратилась в голод.

— Хватит...!

Я попытался вырваться, но её руки лишь крепче сжались. Объятия, которые должны были утешать, казались цепями. Мягкое прикосновение её тела к моей спине превратилось в невыносимое давление, будто она хотела поглотить меня, вжать в саму себя.

— Почему ты сражаешься со мной, Белл...?

Шепот изменился — стал низким, траурным, но при этом насмешливым.

— Ты ведь когда-то желал этого тепла, не так ли?

Её пальцы очертили линию моей челюсти. Последовал тихий гул — концентрация магии. Воздух задрожал.

— Гх-х!..

Я всем весом рванулся вперед и развернулся, полоснув ножом позади себя на чистом рефлексе. На мгновение время замерло. Лезвие задело её щеку — и из неглубокой раны брызнула не кровь, а ветер. Иллюзия рассыпалась. Её золотистая кожа треснула, как стекло, края засветились бледным светом, пока то, что осталось, перестало быть ею. Пустая подделка, оболочка, набитая штормом и ненавистью.

— —— Белл!

Голос Лефии прорезал хаос. Долю секунды спустя алая полоса света — её магия — ударила клона прямо в грудь. Лицо доппельгангера исказилось от удивления, прежде чем оно взорвалось пеплом и вихрем. Взрывная волна толкнула меня вперед. Я споткнулся, заходясь в кашле; медный привкус крови густо осел на языке. Каждый вдох обжигал.

Когда я поднял взгляд, в дымке стояли еще десятки — одинаковые улыбки, одинаковые глаза, одинаковая любовь, превращенная в злобу. Я снова поднял нож дрожащей рукой и прошептал сквозь стиснутые зубы:

— ...Я знаю. Ты — не она.

И всё же — мое сердце кричало каждый раз, когда мне приходилось это доказывать.

Это было не более чем иллюзией. Губы, целовавшие мою шею, впились в неё, разрывая плоть, и ужасный «ветер» хлынул внутрь меня. Мои сосуды и органы разрывало на части — коллапс изнутри. Активировалось автоисцеление. Чистым рефлексом я напряг каждую мышцу шеи, запечатывая рану, чтобы не лопнуть, как переполненный воздушный шар.

Первой «лопнула» Айз. Харкая темно-красной кровью вперемешку с ошметками плоти, я упал на четвереньки. Появились бесчисленные тени. Десятки Айз.

— Белл.

— Белл!

— Белл?

— Бе-е-елл.

— Белл, Белл, Белл!

— Белл, Белл, Белл, Белл, Белл, Белл, Белл, Белл, Белл, Белл, Белл, Белл, Белл, Белл, Белл, Белл, Белл, Белл, Белл, Белл, Белл, Белл, Белл, Белл, Белл, Белл, Белл, Белл, Белл, Белл, Белл, Белл, Белл, Белл, Бе-е-елл—

Они цеплялись за меня. Они прыгали на меня. И каждый раз — они взрывались. Самоуничтожение «ветра» стирало всё, чем был я.

— Г-а-а-а-х-х-х-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!?

Я был прижат к земле, раздавлен ими, моя плоть сдиралась слоями. Тепло их кожи душило каждый дюйм моего тела, резало и рвало без конца. Я не мог видеть, не мог чувствовать ничего, кроме агонии. Протянув руку между их скользкими телами в поисках помощи, я почувствовал, как её мягко прикусили — и разнесли в щепки порывом ветра.

Райский гарем, о котором я когда-то грезил. Ложь. Это был гарем из самого ада.

(Я умираю умираю умираю умираю умираю умираю умираю умираю умираю умираю умираю умираю умираю умираю умираю умираю умираю умираю!!)

Регенерация не поспевает! Это конец — моей жизни!! Мое тело превращается в прах, моя душа вот-вот разлетится вдребезги!! От рук фальшивого идола моих собственных желаний — это финал—

(Айз... сан—)

Золотые воспоминания вспыхнули перед глазами. Цветок, до которого слишком высоко тянуться, качающийся во тьме. Я услышал вой. Не блеск косы жнеца, приближающейся ко мне, а крик волка — пришедшего направить мертвых. Всё это было иллюзией. Преемственность мыслей оборвалась, и сознание, едва привязанное к этому миру, начало угасать — в тот самый последний момент.

— С дороги.

Это был не голос моего идола — это был рев, яростный, как лесной пожар. Раскат грома. Ударная волна. Нечто колоссальное прорезало воздух, сметая шторм из конечностей и ветра, который поглотил меня. Бесконечная тьма разбилась, и ослепительный свет обжег глаза.

— Ах... хх—?

Освобожденное от бесконечного разрушения, святое пламя внутри меня дико рванулось вверх — исцеляя и возрождая меня бурным потоком. Я не мог говорить членораздельно. Я заходился в рвотных позывах снова и снова, выплевывая густые сгустки крови. Но прежде чем зрение прояснилось, мое рваное дыхание начало восстанавливаться.

— Профессор... Лео—н...?

Всё еще обливаясь кровью и слезами, я потянулся сквозь пелену перед собой — к фигуре, которая спасла меня, стоя там, словно герой.

— Кончай свои гребаные мечтания.

— Э—

Этот грубый, едкий голос заставил мою руку застыть на полпути. Кровь из носа, ушей и глаз наконец перестала течь; на пороге смерти чувства вернулись к жизни. Воздух всё еще хранил следы магии фальшивых Айз. Там, где их тела были разорваны этим единственным сокрушительным ударом, в воздухе танцевал лишь пепел.

— Белл!

— Белл Кранел!

Голос Леона, голос Лефии и звук сапог Хейд, спешащей на помощь.

— Белл. Отныне я сосредоточусь на защите Лефии и остальных в тылу.

Верно. Профессор Леон говорил это. Он верил в меня — жалкого, как я есть — и защищал Лефию и Хейд от тех ужасающих поддельных Айз, только теперь пробившись к нам. Значит, тот, кто стоял передо мной — тот, кто спас меня, взирая сверху вниз своими острыми янтарными глазами...

— Даже после победы над теми твердолобыми ублюдками, малявка остается малявкой, а?

Металлические сапоги гудели от бушующего ветра, будто он поглотил магию самих фальшивых Айз. Поцарапанные наручи, боевая куртка, порванная и обгоревшая в яростных схватках. Татуировка в виде синей молнии на щеке. Пепельно-серые волосы. Уши и хвост того же цвета. Оборотень.

Будто подтянутый за ниточки инстинктом, я приподнял торс над землей. Сидя там, мои полностью исцеленные глаза наконец встретились с реальностью, вместо того чтобы бежать от неё. Ошеломленный до предела, я прошептал имя того, кто спас меня:

— ...Бет.

Одинокий волк, пришедший на помощь вместо рыцаря, лишь цокнул языком, глядя на мое жалкое состояние.

----------

Цена чуда

Глава 4: Цена чуда

Крик Айз прорезал тишину.

Там, за пределами ледяной клетки, в которой она была заточена, завывал ветер — и море крови, приведенное в движение, зловеще мерцало алым в непроглядной тьме.

В этом кровавом море стояли несколько юных дев, и у каждой было лицо Айз.

Они выглядели невинными — и всё же были куда более жестокими, чем любой монстр.

Они издевались над «плюшевыми кроликами», что забрели в это место.

Они отрывали кроликам лапы.

Они вгрызались в них, разрывая на части.

Игнорируя крики агонии, то и дело раздававшиеся со стороны игрушек, они весело смеялись, разбрасывая повсюду пропитанные красным клочья ваты.

— Перестаньте!

Айз кричала, захлебываясь слезами.

Она просовывала свои маленькие, дрожащие ладони сквозь прутья железной решетки, умоляя их прекратить, перестать причинять им боль.

Но девочки, выглядевшие в точности как она сама, не слушали.

Они гонялись за «эльфами», трепещущими в воздухе,

охотились на «кукол-ведьм», пытавшихся сбежать,

и забавлялись с «куклой-львом», пока тот отчаянно рычал в борьбе —

они смеялись с чистой детской радостью, повелевая ветром,

приподнимали подолы своих платьев, шлепая по кровавой воде,

и их круглые ступни выстукивали игривый ритм.

— Не обижайте их!

— Не ломайте!

Её отчаянные мольбы эхом разлетались в пустоту.

С «плюшевым кроликом» уже было покончено.

Он стал ужасающе красным; всё его тело опустело, а изорванная оболочка превратилась в кровавое месиво.

Зрение Айз затуманилось от слез. Смех девочек сливался воедино, становясь всё громче. Не в силах больше этого выносить, Айз закрыла глаза и зарыдала —

— и в этот миг раздался вой.

Ветер стих. Звуки этой жестокой игры исчезли.

Когда Айз нерешительно опустила руки и подняла заплаканное лицо, девочки лежали на полу без сознания.

Это было делом рук потрепанного «плюшевого волка», что таился в море крови.

«Волк» стоял над поверженными девочками и, словно подавая сигнал ракетой, издал могучий вой.

Но даже этот голос не смог утешить сердце Айз.

Потому что её драгоценный «плюшевый кролик» уже никогда не вернется.

Этот сломленный, изувеченный друг больше никогда не приляжет к ней на колени.

Грудь сдавило так, что стало больно, и как раз в тот момент, когда она снова начала всхлипывать —

— «плюшевый кролик», неподвижно лежавший на земле, внезапно резко сел.

Айз вздрогнула, затрепетав от шока. Слезы всё еще стояли в её круглых глазах, когда она застыла, не отрывая взгляда.

«Плюшевый кролик», покачиваясь на нетвердых лапах, начал собирать разбросанную по полу вату.

Мять. Давить. Запихивать.

Он втискивал вату обратно в свое разорванное тело, заталкивая её снова и снова.

Айз побледнела — на этот раз по совсем иной причине.

Затем, всё еще пошатываясь, «плюшевый кролик» медленно обернулся.

«Эльф», «ведьма», «лев» и «волк» — все плюшевые друзья присоединились к нему, встав рядом и молча глядя на Айз.

Айз, чьи слезы еще не просохли, не могла пошевелиться.

Но ей казалось, что глаза-пуговки «плюшевого кролика» пытаются ей что-то сказать.

— Еще немного… пожалуйста, подожди еще совсем немного.

Вот что он, казалось, говорил ей.

— Кха-а! Кха-афф!

Он буквально пожирал еду.

Ел как изголодавшийся зверь, жадно глотая воду в перерывах между укусами. Он опустошал рюкзак Хейд, расправляясь с пайком и запасами воды, словно человек, спасенный с необитаемого острова — или, что точнее, словно хищный волк, наконец вырвавшийся на свободу.

— Пожалуйста, не съедай всё сразу, ладно? Это вообще-то на всех рассчитано~, — пропела Хейд.

— Заткнись. Живо гони Эликсир Разума!

— Честное слово… ты меня вообще слушаешь~?

Одарив его скучающим взглядом полуприкрытых глаз, Хейд тяжело вздохнула.

— Такой же типаж, как и Аллен — ожидаемо~.

Это, наконец, вызвало реакцию у волка. Рыча, он выхватил зелье прямо из её рук.

— Уо-о-о-о-о-о-х-х-х — Бет!! Я так и знал, что ты жи-и-и-и-в!! Ты всё такой же милый, шумный, живой и ворчливый! Мой мальчик жив — это просто блаженство-о-о!!

— Да заткнись ты уже! Сколько раз ты собираешься повторять одно и то же?!

Как раз в тот момент, когда он собирался поднести флакон к губам, голос Локи снова взревел из Окулуса — магического устройства связи с богами, — заставив шерсть на загривке Бета встать дыбом.

Всё это время так и продолжалось.

Теперь, когда битва с «фальшивой Айз» закончилась и Бет наконец присоединился к ним, он спешно уничтожал припасы, пока остальные восстанавливали силы. Я закреплял разбитый наруч, в котором держался мой Окулус, в то время как Лефия и Хейд залечивали раны магией исцеления.

Несмотря на то, что Бет провел на этом проклятом 60-м этаже Подземелья почти десять дней, он оставался собой — грубым, дерзким и источающим первобытную энергию.

Тем не менее, это означало, что мы выполнили одну из ключевых задач, поставленных нашим мастером: нашли одного из первоклассных авантюристов Семьи Локи.

— Бет…

— Что за взгляд? Опять разнюнишься как девчонка? Я-то думал, ты хоть немного подкачалась, а ты всё та же плакса, да?

— Я-я не плачу!

— Тогда продолжай тявкать в том же духе.

Глаза Лефии заблестели от нахлынувших чувств, но Бет, осушив флакон с зельем, лишь одарил её насмешкой и поднялся на ноги. Лефия надула губы и огрызнулась в ответ, нахмурив брови. Возможно, это был его способ подбодрить её. Грубая, неуклюжая доброта одинокого волка. Не могу сказать, что я до конца её понимал, но мне хотелось верить, что это именно она.

Затем золотые глаза Бета переместились на меня.

— Ох...

— Тц.

Я вздрогнул.

Мне хотелось поблагодарить его за спасение, но само давление его взгляда заставило меня инстинктивно отступить. Он возвышался надо мной — высокий, широкоплечий и пугающий, словно зверь, выслеживающий добычу.

— Такому слабаку, как ты, не место рядом с Айз Валленштайн.

Это воспоминание — то самое, что когда-то разожгло огонь в моем сердце — остро отозвалось в сознании. Всё началось тогда, в «Хозяйке Плодородия». Я до сих пор помню это отчетливо. До сих пор иногда вижу это во снах. И даже сейчас, стоя перед тем же человеком, я не мог не сжаться — как забитый ребенок перед своим мучителем.

Я ждал, что он скажет что-то едкое, но вместо этого Бет просто скривился, и его губы дернулись над зазубренной синей татуировкой на щеке. Он смотрел сверху вниз, явно раздраженный — возможно, даже не тем, что я был здесь, а самим фактом моего существования.

— Ванарганд, раз уж ты закончил набивать утробу, пора перегруппироваться. Чем ты вообще занимался до этого момента?

— Чё ты там вякнул, коротышка? Не смей строить из себя моего учителя. Я тебе, мать твою, не студент.

Это отношение… этот тон… чистейший хулиган. Даже зная об этой его черте, я всё равно невольно вздрогнул. Кто вообще так разговаривает с Леоном?! Пока я стоял столбом, изумленно глядя на это напряжение между ними… лицо Леона покраснело.

— Эй! С чего это ты вдруг закраснелся?! Выглядит до жути крипово!!

— Н-нет… это просто… словно смотрю на самого себя в прошлом. Темные времена моей юности проносятся перед глазами…

— Что за хрень ты несешь?!

Леон прикрыл пылающее лицо рукой, бормоча что-то о «испанском стыде», пока Бет орал на него, пребывая в полном замешательстве. Совсем не так я представлял их первую встречу.

Я вспомнил, что однажды сказала Айз во время тренировки на стене Орарио — что «Леон в молодости был в точности как Бет». Сам Леон признавал, что еще лет пятнадцать назад был тем еще смутьяном. Так что, возможно, для него видеть Бета сейчас действительно было всё равно что смотреть в зеркало.

…Постойте, так профессор Леон и правда был хулиганом?

Лефия тем временем выглядела совершенно потерянной — словно ученица, ставшая свидетелем того, как её учитель ведет себя абсолютно не в характере. Судя по всему, даже она об этом не знала.

— Бет, хватит валять дурака, начни уже говорить! У нас мало времени, нам надо спасать Айз! Я тоже хочу послушать!

Голос Локи прервал перепалку. Раздраженно цокнув, Бет наконец сдался и заговорил:

— …После той стычки с духом пол провалился. Финн приказал нам затаиться. Сказал, что Рауль точно приведет подкрепление, так что велел ждать.

— !

— Потом я услышал тот шум, что вы, утырки, подняли, и пришел. Это всё.

Короткое, отрывистое объяснение всё равно повергло нас в шок. Он явно опускал кучу деталей, но даже этого было достаточно.

— А что насчет капитана Финна и остальных? — спросила Лефия, подавшись вперед.

— Понятия не имею. Мне надоело ждать, и я пошел вперед один.

Её плечи поникли. Этот резкий ответ сказал о многом — он проигнорировал прямой приказ и ушел в одиночку. Значит, он отделился от группы Финна задолго до того, как мы вообще достигли 60-го этажа.

Леон, спокойным голосом, но с острым взглядом, задал ключевой вопрос:

— Тогда скажи мне вот что — как ты и остальные из Семьи Локи выживали до этого момента?

Это было самое важное «почему» из всех. Бет мог спрятаться, это верно, но выживание на этом адском этаже — в этом живом лабиринте — не было чем-то, что можно просто «переждать».

— Лазурный Сад Тысячи Талий.

— …Талий?

Название было незнакомым. Я огляделся; даже Хейд пожала плечами, выглядя столь же растерянной. На лице Лефии читалось то же самое. Но Леон… сузил глаза, в глубине которых промелькнуло узнавание. Даже боги, наблюдавшие через Окулус, замолчали.

— Времени нет. Двигаемся.

Бет оборвал разговор — не из желания что-то скрыть, а из-за спешки. Вся его концентрация была сосредоточена лишь на том, чтобы вызволить Айз из этого проклятого места.

— Бет, постой~! Перед этим мы начинаем «Вечеринку Совместных Усилий По Спасению Нашей Сладкой Айз»! Так что ты должен это сказать, окей? «Спасибо, что пришли спасти меня! Давайте все ладить~!» Скажи это мило и нежно для меня!!

— Сама это скажи, черт тебя дери!!

Плечи Бета поникли на полушаге, пока голос Локи радостно хохотал из Окулуса. Даже отсюда я чувствовал, как вспыхнула его ярость. Локи явно забавлялась — но я понимал, что она делает. Она пыталась разрядить обстановку, особенно между Бетом и Хейд из Семьи Фрейи, чтобы заставить нас работать вместе.

И всё же… видеть, как Бетом так помыкают, было сюрреалистично. Лефия лишь обреченно вздохнула — видимо, уже привыкла к такому, — в то время как я застыл где-то между замешательством и жалостью.

В конце концов, Бет так сильно стиснул зубы, что я готов был поклясться — сейчас полетят искры. Затем он крутанулся на пятках и взревел:

— СПАСИБО, МАТЬ ВАШУ!!

Волк бежит.

Не обращая внимания на цунами монстров, одинокий серый волк несется вперед.

— Г-А-А-А-Р-Р-Р-А-А-А-А-А!

Бет, силой пробиваясь вперед, чтобы сравняться со мной в авангарде, издает боевой клич, пока его удары ногами в клочья разрывают калейдоскоп чудовищ.

— Бет, не будь безрассудным!

— Целитель же здесь, так? Прорвемся!

Игнорируя крик Лефии из тыла лишь дерзким ответом, оборотень выглядит по-настоящему пугающе. Его оружие — пара мечей из орихалка, металла высшей прочности, в руках и металлические сапоги на ногах. Особенно эти сапоги — его удары ногами свирепы; он одним махом давит нападающих паразитических пауков и выводит из строя плотоядные цветы, которые считаются «устойчивыми к дробящим атакам», единственным точным ударом.

Он и я формируем двойное острие в этой тактике «канарейки в угольной шахте». Сокрушительным натиском, который, кажется, насмехается над самим понятием неизведанного, он силой тащит всех нас за собой.

(Моя пробивная мощь в разы выше, чем когда я был один!)

Раньше мне приходилось пробиваться вперед, даже получая серьезные повреждения, но если препятствия можно смести одним взмахом клыков, то, выдерживая удары и не теряя равновесия, ты можешь двигаться гораздо быстрее.

Подхватив инерцию рывка Бета, я ускоряюсь. То, что выглядит как жестокая, безрассудная атака, на самом деле является двигателем всей группы. Поразительно, но при такой скорости он не оставляет без внимания никого — он вырезает каждого монстра, облегчая ношу тыловых рядов.

Движения, отточенные до совершенства, чтобы исключить любую ненужную трату сил: боевой стиль, где скорость порождает мощь, первобытный и дикий стиль боя. В отличие от меня, полагающегося на грубую силу навыка Ванадис, его способности подкреплены реальным опытом и закаленным телом и духом.

— Надо же было именно сейчас темпу продвижения группы так возрасти…! Это бесит, но это потрясающе, Белл — последователи Локи и правда нечто!

— Да!

Теперь я понимаю, почему мастер приказал нам разыскать элиту Семьи Локи. Поиск выживших на пути напрямую укрепляет мощь отряда! Если мы продолжим находить первоклассных членов Семьи Локи и они присоединятся к нам… может быть, у нас получится. Одолеть Оскверненного Духа и вернуть Айз!

— Белл—

— !!?

Мои проблески надежды стираются в пыль, когда поддельная «Айз» появляется вновь. Копии Айз спавнятся — на этот раз их семеро, — они выходят из-за колонн с тонкими улыбками.

Наш порыв колеблется. Ко мне не только возвращается нерешительность перед атакой существа с лицом Айз, но и кошмарный гарем из прошлого вновь врывается в мое сознание.

Как только мой напор ослабевает—

— Я их убью.

Волк оскаливает клыки.

Как и у Лефии, вид того, как помыкают его товарищем, разжег в нем жажду убийства — и с еще большим ускорением, чем прежде, Бет сорвался с места рядом со мной.

— Аха-ха.

Фальшивки вытянули руки, выпуская потоки яростного ветра. Я скрестил руки, чтобы заблокировать смертельный урон, но удар выбил меня из равновесия, швырнув на землю. Бет, однако… уже был в воздухе.

Он уклонился от неистовых порывов и спикировал на фальшивых Айз сверху. Но они сами были повелительницами ветра. Смять зверя в воздухе, прежде чем его клыки достигнут цели, для них не составило бы труда. Как раз когда они выпустили свой вихрь, Бет выставил металлические сапоги вперед—

Ужасающий ветер был поглощен сапогами, в которые были инкрустированы драгоценные камни!

(Он впитал их магию?!)

Словно Айз, когда она окутывала себя зачарованным ветром, Бет обратил сам этот шторм себе на пользу, и, пока фальшивки застыли в шоке—

— Сдохните.

Круговой удар ногой, состоящий из чистого ветра. Он широко развернул корпус, и штормовой вихрь от этого удара разорвал всех семерых подделок в клочья. Среди разлетающейся серой пыли его пепельный мех яростно колыхался.

— Ванарганд.

Титул, дарованный Бету. И глядя на его свирепую манеру боя, я наконец осознал происхождение этого имени. Эти длинные, мощные ноги были самими клыками волка! Он только что уничтожил грозных двойников Айз одним-единственным ударом…!

— Чё ты там валяешься внизу?

Глаза волка обратились на меня; его взгляд был полон абсолютного презрения к моему жалкому виду.

— Даже достигнув пятого уровня, ты остаешься чертовым слабаком.

— …!

Выплюнув эти слова, Бет снова сорвался с места — врезаясь в новую орду монстров, в одиночку разрывая их на куски. Я остался позади, охваченный стыдом.

— Не бери в голову.

— Лефия…

Среди тылового дозора, который быстро нагнал нас, Лефия схватила меня за руку и помогла подняться на ноги. Эльфийка не позволила мне утонуть в болоте собственной неполноценности, заставляя бежать рядом с собой, пока она продолжала говорить:

— Я думаю, он уже признал тебя, Белл. Еще с тех самых Военных Игр — а может, сейчас даже больше, потому что ты продолжаешь становиться сильнее, и он чувствует в тебе соперника.

Она поделилась этой утешительной мыслью, пытаясь угадать, что творится в сердце её старшего товарища. Я не мог не засмотреться на профиль Лефии.

— Что такое?

— Просто… рядом с Бетом ты кажешься очень доброй.

— И что это должно значить?!

— П-прости!!

Судя по всему, у меня настоящий талант злить Лефию. Слова вылетели сами собой, и я поспешно извинился.

Она сверлила меня взглядом, метая молнии, пока голос Локи не вмешался: «Остынь, остынь, Лефия. Я всё понимаю, но притормози», и ситуация наконец улеглась.

Закрыв на мгновение глаза, Лефия выдохнула всё напряжение долгим, тяжелым вздохом.

— Вообще-то, в последнее время я училась боевым техникам у Бета. Кажется, я начинаю его понимать.

Для меня это стало новостью, но в то же время всё внезапно встало на свои места. Навыки ближнего боя Лефии были выкованы в бесчисленных тренировочных дуэлях с Бетом. Не только её владение коротким мечом — даже в её ударах ногами прослеживалось его неоспоримое влияние, если знать, куда смотреть.

— Этот человек — абсолютный сторонник меритократии, — объяснила она. — Он не терпит слабости ни в себе, ни в других. Именно поэтому, по-своему, он тот, кому можно доверять.

Слушая её, я перевел взгляд вперед.

Далеко впереди спина Бета казалась недосягаемо далекой. Трудно было поверить, что он хоть немного признает меня. Расстояние между нами на поле боя ощущалось как мерило той дистанции, что разделяла нашу силу.

…Мне хотелось проявить себя после того унижения в «Хозяйке Плодородия».

Я бы солгал, сказав, что эта мысль никогда не посещала мою голову.

Но когда дело касалось погони за моим идеалом — погони за ней — подобный «крюк» казался бессмысленным. Я был недостаточно силен, чтобы отводить взгляд от цветка, находящегося слишком высоко над моей головой. Тогда, даже не осознавая этого, я, должно быть, верил, что превращение моего разочарования в движущую силу — единственный верный путь.

А теперь?

Теперь, когда я стал немного сильнее… Теперь, когда я начал осознавать, что на самом деле означает истинная сила первого класса и что за ней стоит — что я чувствую к Бету Логе?

(…Честно говоря, я до сих пор не знаю, с каким лицом мне следует находиться рядом с ним).

Эта часть меня не изменилась.

Но я точно знал, что хочу понять.

Его силу. Его слова. Его причину сражаться.

Пусть только на время, мы будем сражаться плечом к плечу — пока не спасем Айз, Финна и всех остальных.

С этой мыслью я сильнее оттолкнулся от земли, оставив позади слабую улыбку Лефии, и рванул вслед за серым волком, пока тот не убежал слишком далеко.

— Я прямо за тобой!

— …Ха. Попробуй не отстать.

Бет тут же прибавил скорости, словно подначивая меня сорваться.

Но я не сдался. Я мчался за ним, сталкиваясь с монстрами по мере нашего продвижения. Я всё еще пропускал удары, всё еще был на волосок от смерти — лишь для того, чтобы восстановиться и снова подняться, шаг за шагом заставляя себя перестать быть обузой для остальных.

Вместе с Лефией и другими мы пробивались всё глубже в недра.

— Ах… аромат юности, — промолвила богиня Идунн, заимствуя собственные слова, в то время как Бальдр мягко улыбнулся, не открывая глаз.

Рядом с ними стояли Гестия и Локи; обе скрестили руки на груди, глубоко и хмуро задумавшись.

— Юность? Вот это? — пробормотала Локи. — Весна — штука сложная… — эта фраза практически читалась на их лицах.

Пока две богини ломали голову над смыслом сказанного, Гефест обратилась ко всему подземному святилищу:

— Ну, и как это выглядит? Им требуется время, но отсюда кажется, что они продвигаются уверенно.

— Если отчет дитя Локи точен, — ответила Фрейя с кислым выражением лица, — то останки Мелуны и других были оставлены на 30-м и 40-м этажах. То, что они появились на 60-м, означает, что «Оскверненный Дух» использует тех паразитических монстров для транспортировки трупов.

— Да, — добавил Гермес, делая пометки для своей карты даже во время разговора. — Те пауки не могут жить за пределами той области. Использовать тела павших союзников в качестве носителей — отвратительно, но это показывает, что враг в отчаянии и готов собирать силы любыми средствами.

Фрейя сузила глаза, явно раздраженная. Гермес продолжил, отметив, что стратегия с паразитами также была направлена на то, чтобы психологически сломить Белла и его группу. И всё же и он, и Фрейя соглашались: ситуация была не самой худшей из тех, что они себе представляли.

Во многом это была заслуга Семьи Локи, чье предыдущее наступление ослабило линии снабжения врага.

— Честно говоря, всё было куда хуже, когда группа Финна пробивалась вперед, — мрачно признала Локи. — Тогда еще не было копий Айз, но ловушки и бои с боссами были просто безумными.

Тем не менее, она ясно дала понять: этот этаж никогда не был местом, которое группа всего из пяти человек могла бы зачистить так гладко.

Неожиданный навык Белла против очарования и прибытие Бета, безусловно, помогли, но даже это не объясняло всего до конца.

— «Оскверненный Дух» приоритетной задачей ставит поглощение Принцессы Меча, — наконец нарушил молчание Уран. — Станет ли этот сдвиг для нас удачей или катастрофой… еще предстоит увидеть.

Когда голос старшего бога затих в каменном зале, Гестия повернулась к остальным:

— Локи сказала, что лимит времени истекает примерно через шестнадцать часов. Что вы все думаете?

Прошло восемь часов с тех пор, как Белл и его группа вошли в оскверненные владения. Теперь Гестия хотела услышать интуитивные догадки остальных.

— Небесная плутовка уже всё сказала, — рассмеялся Гермес. — Я бы доверился этому расчету.

— Тогда я скажу — двадцать четыре часа, — безмятежно произнес Бальдр. — С Локи вечно случаются… происшествия.

— Нарываешься, смазливый клоун?! — гавкнула в ответ Локи.

— Я дам десять часов, — пробормотала Гефест. — Просто предчувствие.

Пока Уран хранил молчание, все взгляды обратились к Гестии, когда кто-то спросил: «А ты?».

— Э-э… — Гестия нахмурилась, явно обдумывая ответ, но тут воздух прорезал другой голос.

— Три часа, — отрезала Фрейя.

Её тон был холодным, почти небрежным.

— Плотность ветра внутри подземелья… концентрация душ растет. Она становится почти невыносимо густой.

Богиня, способная видеть свет смертных душ, заявила, что оскверненная область полыхает сиянием столь же яростным и искаженным, как и сама душа Айз.

В зале воцарилась тишина. Взоры всех богов обратились к Фрейе. Почувствовав это, она перебросила прядь серебряных волос через плечо и слабо, пренебрежительно пожала плечами.

— Не воспринимайте это слишком серьезно, — сказала она. — Моя интуиция в последнее время подводит. — Она горько улыбнулась. — В конце концов, мне только что отказала моя первая любовь.

Никто в святилище ни на мгновение не поверил, что интуиция Фрейи ошиблась.

Предупреждения не было.

Это просто случилось — внезапно подул встречный ветер.

— …?

Мы шли против ветра с самого момента входа в это место, но почему-то этот порыв ощущался иначе.

Это не был просто обычный ветер — это была её магия. Магия Айз.

Я чувствовал её прилив, её интенсивность, становящуюся всё сильнее и острее.

В то же время ветер словно бы плакал.

Словно за всем этим монструозным смехом, наполнявшим проклятые владения, на мгновение промелькнул след слез.

— Копии становятся сильнее, — пробормотала Хейд, продолжая исцелять нас на ходу.

— Другие монстры тоже, — добавил Леон, глядя на только что поверженного зверя.

— …Нам нужно двигаться быстрее.

— Да!

Не было причин медлить — ни сейчас, ни когда-либо.

И всё же даже такого небольшого изменения было достаточно, чтобы напряжение достигло предела. Чувствуя ту же тревогу, что и Лефия, я кивнул, и мы прибавили шагу.

Бет ничего не говорил. Он просто рвался вперед — пока внезапно не замер.

— Бет?

— ….

Он один раз принюхался, сузив золотые глаза и глядя в коридор впереди. Сначала я не понял, почему он остановился. Но вскоре даже я, чьи чувства были куда слабее, чем у оборотня, тоже услышал это.

Звуки битвы.

Дрожь от ударов. Крики погибающих монстров.

Это означало… что здесь был кто-то еще, и этот кто-то сражался.

— Вперед!

Я оглянулся; Лефия встретилась со мной взглядом и решительно кивнула. Мы сорвались на бег, Хейд и остальные последовали за нами. Искра надежды вспыхнула в моей груди — почти радость, — но резкий, нечитаемый взгляд Леона и хмурое лицо Бета заставили меня не расслабляться.

Мы покинули огромный открытый зал и вошли в нечто, наконец-то напоминающее лабиринт. Потолок стал ниже, стены сомкнулись, появились разветвления. Тем не менее, пространство всё еще было огромным — почти как в Белом Дворце на 37-м этаже, — так что чувства замкнутости не возникало.

Источник шума находился совсем рядом, за вторым поворотом. Перед нами раскинулась тускло освещенная каверна, по форме напоминающая гигантский каменный чертог.

— Стоять.

Голос Бета прорезал воздух. Звук крушения — плоти и костей, перемалываемых в труху, — доносился из глубины. Шторм чистой ярости отзывался эхом в камне, а крики монстров захлебывались тишиной. Этот брутальный ритм привел нас сюда — и единственная команда Бета заставила нас застыть на месте.

Его тон был резким, пропитанным предупреждением… и чем-то еще, скрытым внутри.

Затем мы все это увидели.

В этой спине было что-то неправильное. Несмотря на то, что монстры уже были мертвы, фигура продолжала наносить удары снова и снова — ломая то, что уже было сломлено.

Кто-то стоял один посреди пещеры.

— …а…

Лефия попыталась заговорить, но слова застряли в горле. Её губы дрожали, и вырвался лишь сухой хрип. У этой тени было две ноги. Две руки.

Её ладони были босыми — как и ступни. Длинное парео было обернуто вокруг талии, оставляя большую часть тела открытой. Кожа была глубокого бронзового оттенка, короткие волосы — черными.

Я уже знал.

Даже в тусклом свете мое обострившееся зрение авантюриста высокого уровня позволило узнать этот силуэт. Поза, телосложение, то, как она стояла — это безошибочно была воительница-амазонка.

Но что-то чуждое вцепилось в неё. Вещи, которых не должно быть у амазонки — «трубки» и формы, похожие на «лепестки», прорастающие прямо из её тела.

Это зрелище ударило по мне волной такого сильного дежавю, что разум едва не помутился. Я уже чувствовал это — тогда, когда мы только вошли в эти адские владения и увидели мертвецов, чье достоинство было осквернено, а тела превращены в уродливые насмешки.

Всё было не так. Всё было в корне неправильно.

Щелк.

Этот звук — мои собственные зубы застучали от дрожи, прошедшей по телу. Мое сердце колотилось так яростно, что готово было взорваться. Каждый инстинкт вопил об опасности, пока разум отчаянно пытался отвергнуть увиденное.

Потому что я знал этого авантюриста. Эту искаженную фигуру.

— …Тиона.

Лицо Лефии стало еще бледнее моего, её голос дрожал, переходя в шепот, едва сохраняющий форму.

Женщина обернулась к нам — медленно.

— …угх…

Её одежда, её парео — всё было пропитано кровью, окрашено в ярко-красный, сочащийся цвет. Её кулаки, содранные до мяса от того, скольких монстров она забила до смерти, обнажали живую плоть и кости.

— …сух…

На её обнаженном животе, там, где был виден пупок, распустился гротескный цветок. Её правая рука раздулась в комок пульсирующей плоти, кожа стала деформированной и глянцевой, усыпанной от локтя до запястья уродливыми когтеобразными наростами. А из её спины прорастали коричневые «трубки», похожие на вены или усики — оскверняющие божественное благословение, начертанное там богами.

— …Ис…уу…

Наконец, её лицо. Глаза закрывали два огромных, отвратительных, полностью распустившихся цветка.

— Ах… Ис… у…

Я чуть не упал на колени. Глаза Лефии наполнились слезами. Перед нами женщина, когда-то известная как Тиона — а теперь ставшая носителем для монстра-паразита, — продолжала звать Айз по имени.

— Тиона… — прошептала Локи.

Никто другой не нашел в себе сил заговорить. Только она — та, кто когда-то вела эту девушку, — позволила имени своей бывшей подопечной сорваться с губ. На её лице не было гнева. Ни горя. Ни сожаления, ни унижения, ни ненависти, ни ярости. Только безбрежное, выжженное спокойствие — словно пустыня, лишенная всех чувств.

Локи знала это с самого начала. В тот миг, когда она узнала о монстрах паразитарного типа, она уже поняла, что существует такая возможность — столь жестокая, что она может сделать сам мир невыносимым.

«Живы они, мертвы или страдают от чего-то похуже смерти — мы не можем знать. Есть один такой сигнал». Это были слова самой Локи перед началом спасательной миссии. Она давно приняла тот факт, что худшее уже могло произойти. Она могла догадаться, кто это будет, но не смела искать подтверждения.

— …

Гефест опустила свой открытый глаз. Бальдр молча стоял рядом с Локи. Фрейя и Гермес не отрывали глаз от кристальной сферы. А Уран закрыл свои. Один из четырех факелов, освещавших подземный алтарь, затрещал, рассыпая искры. Гестия наблюдала за этой короткой вспышкой, затем перевела взгляд на профиль Локи и мягко произнесла:

— Значит, во время первой экспедиции Локи… одно из её детей было повержено Оскверненным Духом, захвачено и превращено в носителя для монстра — верно?

— Да. Среди тех, чью судьбу мы подтвердили, «Великий Рассекатель», амазонка, пострадала тяжелее всех. Её выживание было практически невозможным.

Ответил Уран вместо Локи. Он добавил, что оставить её тело в покое означало бы смерть, и что теплящийся след божественного благословения, поддерживающий в ней жизнь сейчас, был самой жестокой иронией, которую только можно вообразить.

— …Времени нет. Мы должны проигнорировать «Великого Рассекателя» и двигаться дальше, к сердцу оскверненных владений—

— Невозможно.

Рациональное предложение Гефест было прервано Гермесом.

— Они не могут просто оставить её. Не эту девочку. — Он печально и меланхолично улыбнулся взглядом, в котором сквозила усталость и скорбь.

Он не предупреждал о тактическом риске оставить врага за спиной или об опасности для подкрепления. Он констатировал простую истину: если Белл и остальные сейчас отвернутся от этой девушки, их путь вперед — их само будущее — будет потеряно. Герои, которые отводят взгляд от невзгод, которые бегут от своих испытаний, не смогут спасти ни мир, ни Айз.

Все присутствующие это понимали. Богиня, которая слишком сильно любила своих детей, снова опустила глаза.

— …Это не паук.

Когда тишина вернулась к алтарю, Фрейя вгляделась в кристальную сферу на девушку, чье лицо цвело кошмарными цветами. Её серебряные глаза сузились, в их глубине блеснуло холодное отвращение.

— Этот паразит… он не такой, как остальные.

— Тиона…

Голос Лефии казался далеким. Низкое, гудящее жужжание пронзило мои барабанные перепонки. Мы должны были продолжать движение — должны были спешить вперед, найти остальных и улыбаться вместе, когда спасем Айз. Вот что мы должны были делать. Но зрелище перед нами было не чем иным, как беспощадным приговором.

— Тиона!!

Слезы брызнули из глаз Лефии, когда она закричала. Она попыталась броситься вперед к женщине, что неуверенно покачивалась перед нами, но профессор Леон поймал её за руку без лишних слов.

— Пустите меня! Пустите меня, профессор Леон!!

— …

— Пожалуйста!!

Её бывший учитель лишь нахмурился, его лицо слегка исказилось от скорби, пока Лефия билась в его руках, как ребенок в истерике. Хейд уже смотрела на Тиону настороженным взглядом человека, столкнувшегося с врагом.

Что до меня — я едва держался. Если бы не вспышка Лефии, удерживающая меня в реальности, я бы, наверное, выронил нож или вовсе рухнул.

А Бет—

— Эй.

Он тихо шагнул вперед.

— Эй!

На этот грубый окрик Тиона отреагировала. Её темная кожа, изуродованная венозными корнями под ней, заскрипела при движении. Ослепительный свет в её глазах погас, а солнечная улыбка, которую она когда-то носила, была скрыта за теми чудовищными цветами, распустившимися на лице.

— Ай… з… у…?

Раздался хриплый голос, и в следующее мгновение — словно зверь, Тиона бросилась в атаку.

— Отвечай мне, тупая амазонка!!

Бет прыгнул ей навстречу, и их столкновение отозвалось громовым грохотом. Плечи Лефии дернулись, когда она ахнула, а мой взгляд замер, не в силах оторваться.

— Ай... зу...?

— Да очнись ты уже, идиотка! Я не Айз!!

Бет уже всё для себя решил.

Он принял представшую перед ним трагедию, задавил её глубоко внутри и переключил сознание в режим авантюриста — того, кто без колебаний убивает неизведанное. Это было жестокое, но необходимое оружие; ментальная броня, нужная для выживания в этом беспощадном Подземелье.

Первый же удар разнес его налокотник, словно стеклянный. Отбросив осколки, Бет предстал перед Тионой как перед врагом — одинокий зверь, готовый сразить другого.

Резкий удар ногой пришелся ей по голени.

Тиона перекувыркнулась в воздухе, перевернувшись вниз головой, и обрушила свою чудовищно мутировавшую правую руку, словно молот. Даже блокируя удар одной рукой, Бет получил порез — сила столкновения заставила его отступить.

Затем, пока Тиона зависла в воздухе, её спина содрогнулась. Коричневые, пульсирующие трубки, оскверняющие божественное благословение, рванулись вперед, выстреливая подобно щупальцам.

Вид этой атаки — такой нечеловеческой, такой неправильной — вытянул все силы из моего тела.

Но Бет был силен.

Не теряя яростного блеска в глазах, он выхватил оба своих меча из орихалка и в мгновение ока перерубил каждое щупальце.

— А-а-а — а-а-А-А-а-А-а-А-а-а-а-а-х-х-х?!

Это был первый раз с тех пор, как мы её нашли, когда Тиона закричала — её голос разрывался между агонией и отчаянием. Она тяжело приземлилась, вонзаясь пальцами в землю, выгнулась назад от боли, а затем снова согнулась, изрыгая темно-красную кровь, окропившую каменный пол.

Корни, вздувшиеся под её темной кожей, запульсировали, словно насилуя её изнутри; затем трубки, которые Бет только что срезал, разом вернули свою прежнюю длину, будто высасывая питательные вещества прямо из тела Тионы.

Бет стиснул острые клыки, еще сильнее нахмурив брови. Лицо Лефии исказилось от слез.

Тиона — всё еще ведомая монстрами, словно игрушка — внезапно «раскрылась» вдоль лба, будто старая рана разошлась по шву; потекла кровь. Цветы, покрывавшие её лицо, ловили эти капли и влажно поблескивали. Наконец, трубка скользнула по её затылку и высунулась из-за уха — извивающаяся трубка с вживленным в неё глазным яблоком.

Никогда в жизни я не желал так сильно истребить монстров.

— Локи! Если мы убьем эту тварь, что будет?! — Бет догадался, что ядро паразита находится в трубках на спине Тионы, и прорычал это, бросаясь в атаку.

— …Тиона тоже умрет. Паразит тянет носителя за собой в могилу, забирая и дарованную Фальну. Такова реальность.

Бесстрастный приговор из Окулуса прозвучал в ушах; лицо Бета очистилось от всех эмоций, кроме раздражения. Тиона корчилась и блевала кровью, всё еще пытаясь сражаться с Бетом. Невероятно, но она стала сильнее — и даже быстрее. Как и в случае с теми пауками-паразитами, которых мы встретили первыми, эта тварь, похоже, добавляла свою мощь к характеристикам авантюриста.

— Ты просто размахиваешь кулачищами!! Твой стиль боя — это же!! — Но Бет, полагающийся на технику и тактику, едва уклонялся от этих ударов грубой силы и продолжал методично отсекать части монстра.

В «технике» и «игре разума» Бет был на голову выше. Даже несмотря на то, что Тиона — под управлением паразита — проявляла некое подобие мастерства, Бет подавлял её, следуя памяти об их прошлых битвах и пресекая её действия на корню.

Это было иронично до горечи. Время, проведенное в сражениях на одних и тех же полях боя, гарантировало Бету преимущество. Но ценой этого были раны Тионы.

— Айз, Айз… да заткнись ты уже, тупая баба! Хватит махать своими дерьмовыми кулаками и начни уже серьезно! Попробуй свалить меня, как ты всегда делаешь — и посмотрим, что будет!!

Лефия перестала биться в истерике; она лишь безмолвно рыдала, впившись взглядом в этих двоих, издавая тихие звуки и отчаянно ища хоть что-то, что она могла бы сделать.

Леон уже расцепил руки, скрещенные на груди.

— …Хейд.

— Я же говорила тебе, Белл. Когда доходит до такого, я бессильна.

Слова Хейд были беспощадны. Перед лицом такой трагической схватки между членами Семьи Локи я оглядывал наш отряд, словно потерянный ребенок. Хейд была жестокой — и в то же время более милосердной, чем кто-либо, в своей честности.

— Положите этому конец поскорее. Я советую это, чтобы монстры не продолжали глумиться над её достоинством.

Возможно, именно она сочувствовала Тионе больше всех.

Как ребенок, я не мог этого принять, не хотел — и вместо этого посмотрел на единственного человека, способного на всё.

— Профессор Леон..!

Рыцарь, прославленный как «герой современности», сильнейший из нас — я и Лефия вцепились в него умоляющими взглядами.

Леон не стал отделываться утешительными банальностями.

— Если за дело возьмемся я и Ванарганд, мы похороним её за десять секунд.

Это был внезапный смертный приговор. Холодный. Просто констатация факта.

— Белл, Лефия. Остались только вы двое. Прямо сейчас единственные, кто забыл о своей миссии и, подобно эгоистичным детям, желает спасти Тиону Хирьют — это вы.

Непоколебимый перед лицом реальности, скованный железным разумом, который никогда не отклоняется от того, что должно быть сделано. Глаза профессора Леона цвета львиной гривы, которые тихо наполняли нас отчаянием, медленно переместились — с Бета и остальных на нас.

— Вот почему… у вас есть три минуты, чтобы решить.

— Э..?

— Если вы намерены бросить вызов реальности, тогда скажите мне — что вы выберете?

— …!?

Внезапно — это число. Три минуты.

Лефия замирает. Я понимаю, что он имеет в виду. Профессор Леон хочет, чтобы мы сами приняли решение. Он дает время нам двоим, тем, кто не может ничего, кроме как озвучивать свои эгоистичные желания. Он пытается даровать нам милость — возможность бороться до самого конца, восстать против реальности и искать чудо.

Ради нас самих.

— Чтобы покорить эту проклятую бездну, любая дальнейшая нерешительность станет роковой. Мы должны решить немедленно.

Словно насмехаясь и подтверждая его слова одновременно, яростный ветер взревел из глубин лабиринта. Мои белые волосы и янтарные волосы Лефии неистово затрепетали, шепча о том, что время для сантиментов уже вышло.

Голова заныла от боли. В глазах закололо.

В моем сознании возникли две чаши весов —

На правой: Тиона.

На левой: Айз.

Или, быть может… обе чаши опустеют.

А может быть —

Невыносимо короткие и в то же время бесконечно долгие три минуты конфликта и решения. Несмотря на это, обливаясь потом, мы должны были продолжать думать — отчаянно, неустанно. Холодный ветер, проскальзывающий между нашими ногами, пожирал поток времени, всё еще тихо посмеиваясь, проносясь мимо…

— Двадцатый этаж — вспышка монстров!

— Сектор Е, вертикальная шахта нестабильна! Сообщают о временном отступлении!

— Монстры приближаются к точке ретрансляции на восемнадцатом этаже! Плотоядные цветы не останавливаются!!

Штаб-квартира Гильдии — Операционный зал. Отчаянные крики клерков разлетались повсюду, как вопли проклятых. Лилирука затаила дыхание, перерабатывая этот хаос; тяжесть всей спасательной операции давила ей на плечи.

Слезный доклад Миши ознаменовал начало краха всей операции.

— Госпожа Арде! Подтверждено появление «Деми-Духов» — фрагментов духов — от нижних до глубоких этажей! Многие наши отряды уже отрезаны! В таком темпе…!

— …!!

На отчет Эйны, граничащий с криком, и без того бледное лицо Лили исказилось в еще больших муках. Предел был близок. С самого начала они знали — подавляющая нехватка боевой мощи. Никакая стратегия не могла заполнить эту пустоту. Операция уже переросла возможности её контроля. Сжимая один из кристальных окулусов связи, Лили закричала:

— Леди Гестия, сколько еще?!

— Малышка-саппортер..!

На отчаянный крик Лили Гестия смогла лишь разочарованно простонать. Они должны были продвигаться сквозь оскверненные владения — ради Лили и остальных, кто зависел от них. Но глядя на Белла и его группу сейчас, как она могла сказать: «Немедленно пожертвуйте девушкой по имени Тиона»?

Подземный алтарь резонировал от страданий детей. Даже сами боги были вынуждены решать, каким может быть правильный ответ.

— Боги, присутствующие здесь. Я прошу вас об одном.

В этот момент заговорил Гермес.

— Обещайте мне: ничего не говорите, ничего не направляйте, никогда не раскрывайте путь, который видите вы сами. Оставьте выбор целиком на детей, которые идут по нему.

— …!

— Это их история. История этих юношей и девушек.

Даже сейчас, в этот запредельный момент, его слова налагали еще одно испытание. Это был взгляд того, кто смотрел в сторону грядущего финала. Обет принять любой сделанный выбор — и разделить его судьбу. Божественная декларация: почтить историю детей и запретить всеведущее вмешательство.

На тихую команду бога, чей взгляд был прикован к одному юному мальчику, ни один из небожителей — включая Локи — не возразил.

Тридцать секунд. С тех пор как профессор Леон дал нам три минуты, прошло именно столько времени — и всё же казалось, что прошло всего лишь столько.

Короткая стрелка часов не сдвинулась. Песок в песочных часах отказывался останавливаться. Слишком мало. Слишком много. В промежутке между нашими колеблющимися мыслями время само отказывалось течь равномерно, отказывалось даровать нам справедливость и лишь продолжало играть с нами.

И в этот промежуток Бет и Тиона продолжали сражаться.

— Ай... зу...?

— —!

— Гд... е... она...?

Даже сражаясь с Бетом, Тиона искала. Она искала Айз. Её тело и разум поглощались, но она всё еще пыталась найти дорогую подругу, похищенную оскверненным духом — тянулась к ней сквозь тьму.

Видя её такие блуждания, вены вздулись на лбу Бета.

— Айз здесь нет!!

— Ах…

— Мы собираемся вернуть её, черт возьми!!

— Ах…

— Так приди уже в себя, наконец!!

Он уклонялся от её вялых ударов — теперь они едва задевали его — затем бил сам, наносил удары ногами и ревел.

— Если ты так в ярости, то иди и убей меня!!

С каждым криком он вкладывал в удары всё больше силы.

— Рычи, черт подери! Глупая баба!!

Резкие, безрассудные слова — достаточно жестокие, чтобы их можно было принять за ярость — но каждое из них было призывом, отчаянным и первобытным.

И тогда движения Тионы замедлились. Буквально на мгновение — показалось, что она остановилась. Секунду спустя мощный левый хук врезался ей в плечо, и её тело отлетело назад. Её голова, нетвердо державшаяся на шее, задрожала, когда один из лепестков оторвался и улетел.

— Тиона.

— Бет…

— …!

Тиона каким-то образом приземлилась на ноги — как раз в тот момент, когда порыв ветра предупредил о новом появлении. Из глубины коридора вышла еще одна фальшивая Айз. Смеющиеся копии протянули руки — и в тот самый миг, когда ярость Бета была готова вырваться из-под контроля, Тиона шевельнулась. Она нанесла дикий удар наотмашь, впечатывая кулак прямо в подделок.

— !!

— Бе… те…

Их отбросило, впечатало в стену, и они лопнули, рассыпаясь серым ветром. Пока мы все наблюдали, широко раскрытыми глазами, Тиона — истекающая кровью — четко произнесла имя Бета.

И затем —

— Она—

Она молилась.

— Айз... спасите её...

Она вверяла это нам.

По лицу, покрытому цветами, потекла тонкая струйка крови. Она выглядела как алая слеза.

Лефия остановила время. Бет сделал то же самое. Коричневые трубки, словно взбешенные буйством Тионы, вырвались наружу — но Тиона перехватила одну с нечеловеческой рефлекторной быстротой. Она вонзила её в собственный живот, затем схватила две, три другие с мрачной решимостью. Пошатываясь назад, распыляя кровь из суставов, словно туман — такова была цена сопротивления контролю — она позволила себе стать жертвой палача.

При виде своего товарища в таком состоянии… Бет позволил гневу, который он изливал, утечь прочь, подобно ветру, отступающему от спокойного моря. Он на мгновение закрыл глаза, словно отводя взгляд. Когда он открыл их снова, авантюрист, который когда-то убивал неизведанное, исчез.

— …Я убью.

Перед нами был зверь, который решил нанести смертельный удар. Абсолютное намерение убийства, вознесенное луне, которой не было видно. Это была клятвенная охота раненого волка. Одинокий волк решил взвалить всё на свои плечи.

Профессор Леон и Хейд ничего не сказали на это решение; Лефия — которая уже собиралась шагнуть вперед — теперь опустила голову, как марионетка, у которой перерезали нити, наблюдая за тем, как Тиона отчаянно сдерживает монстра-паразита. Из-под шафрановых волос Лефии выкатилась слеза. Прозрачная капля, омочившая этот демонический мир.

И я —

Я шагнул вперед, встав рядом с Лефией. Я подошел вплотную к этой спине, согнутой под тяжестью решимости. Я принял мольбу Тионы и сжал руку Бета — ту самую руку, что склонила чаши весов.

— А?

Глаза-близнецы волка пронзили меня. Я думал, что буду убит. Даже не превращаясь в зверя, его глаза были распахнуты изнутри, не выражая ничего, кроме желания убить.

— Отпусти.

— Нет.

— Я раздавлю тебя.

— Я не хочу, чтобы кто-то умирал.

— Ты хочешь, чтобы тебя разорвали на куски?!

Крик, который был краснее крови, вырвался наружу. Все взгляды — профессора Леона, Хейд — обратились ко мне. Лефия и остальные смотрели, широко раскрыв глаза. Купаясь в жажде убийства, которая, казалось, вот-вот разорвет меня на части, обливаясь потом каждой порой, я всё равно не отпускал запястье Бета.

— Иди играй в героя где-нибудь в другом месте!! Это тебе не книжка со сказками!! Не существует таких геройских историй, о которых мечтают дети!!

Слова, которые разрывали меня — мальчика, который когда-то жаждал стать героем. Крик, который ранил глубже любого клинка, направленный в меня и в Тиону, которая любила те самые сказки, а теперь пыталась пожертвовать собой ради других.

— Чудес не бывает!!

Реальность ударила меня, как сокрушительный удар. Даже когда клыки волка впились в меня, я продолжал смотреть — не на Бета — а только на Тиону.

Обратный отсчет продолжался. И всё же с каждой секундой мой разум становился острее. Зрение — четче. Я начал понимать, что на самом деле означают запредельные условия.

Тиона всё еще страдала. Её кровь не останавливалась — тело говорило, что ей остались секунды. А Глаз — паразит, укравший всё — продолжал наблюдать за нами, словно судя, словно смеясь над глупцами, посмевшими бросить ему вызов.

Наконец, мои пальцы коснулись этой безрассудной идеи — безумной искры, которая могла бы достичь её.

— Леди Локи. Тиона всё еще жива?

— …?

— Она ведь не такая, как Мелуна? Её душа — она ведь еще не вернулась на небеса, верно?

Кристальное око, наблюдавшее за нами, заколебалось, а затем ответило:

— Да... душа Тионы всё еще перед нашими глазами. Тот факт, что счетчик нашего [Благословения] не уменьшился, доказывает это.

— Этого достаточно.

Увидев мои глаза — потемневшие от страха, но горящие непоколебимой решимостью — глаза Бета впервые расширились. Как бы он ни был в ярости, он не стряхнул руку, которую я сжимал так крепко. Я поднял взгляд на него.

— Отпусти меня.

Я разжал пальцы на его запястье. Бет ничего не сказал. Он не шевелился. Только наблюдал.

— Иди, — сказал за него профессор Леон.

Я не оборачивался. Я не хотел видеть их лиц. Мне показалось, я услышал шепот Лефии: «Подожди». Но я не мог ждать. Этот акт безрассудства и лицемерия — я не мог позволить никому другому взять его на себя. Если бы я передал это кому-то другому, всё закончилось бы трагедией. Так что я сам стану той комедией, которую так любила Тиона — Аргонавтом.

— Боги... пожалуйста, скажите мне.

— Если это то, на что мы можем ответить.

Шаг за шагом я приближался к Тионе. Тут же раздался голос Гермеса — готового предоставить «материалы», если не «ответы».

— Этот монстр — он ведь хитрый, верно?

— Вне всяких сомнений. Среди всех порожденных духом щупалец в этих адских владениях, он стоит особняком как необычайно умный.

Мои шаги ускорились — мягкая поступь перешла в бег. Затем раздался второй голос — Бальдра.

— Этот монстр... он ведь другой, верно?

— Да, несомненно, аберрантный тип. Вероятно, рожденный от паука-монстра, эволюционировавший в уникальную форму. Он обрел самосознание, искал могущественного носителя ради самого себя и пустил корни, ускользнув от взора Оскверненного Духа.

Мой бег перешел в спринт.

Голос Фрейи, ответившей последней, прозвучал странно — он напомнил мне Сир, ту самую девушку, чье лицо всегда расплывалось в кроткой улыбке.

Я бросился к страдающей Тионе.

— Нет—

— Ха-а-а-а-а!!

Наконец, трубки, которые она больше не могла сдерживать, вырвались наружу; конечности Тионы, окончательно подпав под контроль монстра, начали яростно молотить воздух. Я встретил их грудью.

— О чем думают монстры, какие «чувства» они в себе несут?

— Туманное понимание начало обретать форму.

Может, дело было в том, что я встретил Ксеносов-изгоев, а сразу после столкнулся с усиленным Мшистым Огром — разумом, сошедшим с ума от жажды крови. Возможно, Джаггернаут-разрушитель, одержимый мною, тоже приложил к этому руку. Бывали моменты, когда монстров было легче прочесть, чем людей. Это был взгляд на вещи, которым вряд ли обладали Бет или профессор Леон. Иными словами — это был безрассудный ход, который мог прийти в голову только мне.

Я мобилизовал все истории и встречи, что случились со мной до сегодняшнего дня.

— Угх—!?

Я получал удары. Меня резали. Урон накапливался. Я слабее Бета. Я не могу просто отмахиваться от ударов Тионы, не могу предугадать её технику. «Глаз», затаившийся в тени моих ушей, искривился в насмешке. Теперь я видел это отчетливо. Более того, у «Глаза» тоже были проблемы с Тионой. Она уничтожала не только фальшивых Айз, но и других монстров, открыто попирая приказы паразита. Что должен думать паразит об авантюристе первого класса, который отказывается повиноваться, и которого сами боги официально признали «хитрым»?

Что мне использовать?

— Ар-го-навт...?

— Аргонавт!

Всё было просто. Быть честным в том, что я чувствую.

— Белл.

И всё же это трудно. Быть честным — значит желать вещей, которые слишком драгоценны и находятся слишком далеко, чтобы коснуться их кончиками пальцев. Ты должен заплатить чем-то, чтобы ухватить их, и часто даже этой цены не хватает. Так что, если ты честно решишь, что хочешь получить и то, и другое, ничего не принося в жертву, тебе придется использовать всё, что у тебя есть. Не в качестве жертвы, а изливая всего себя без остатка — и, возможно, если судьба полюбит тебя сверх меры, только тогда это будет дозволено. Это, несомненно, то, что люди называют «чудом». Если я не хочу отпускать солнечную улыбку и ту золотую мечту, то сначала я должен поставить на кон всё.

Поэтому—

— Прости меня, Тиона!! — проревел я.

В обмен на то, что моё плечо было глубоко рассечено чудовищной правой рукой Тионы, я в упор всадил в неё «Огненные стрелы» — пылающие молнии моего гнева.

«!?»

Шесть выстрелов один за другим. Я продолжал палить. Осторожно, так, чтобы пламя не только опалило кожу Тионы, но и достигло трубок за её спиной. Сегодня моя магия горела подобно жертвенному костру; она была беспощадна.

— А-а-а-а-а-а-ах!

«Нож Гестии» и «Белый призрак». Я вонзил их в ладони Тионы — те самые ладони, которыми она пригжимала меня, — буквально пришвартовав их на месте. Я пригвоздил её к полу, лишив возможности двигаться. Нижняя часть тела Тионы металась, как у дикого зверя. Тем не менее, я удерживал её. Я придавил её хрупкое тело коленями, отбросил все колебания и обхватил обеими руками её тонкую шею.

— Угх!?

Скажи это! Скажи, скажи, скажи — слово, которое я никогда не хотел произносить! Запретное слово, которое я не позволял себе выговорить, сколько бы раз ни слышал его от других — скажи ту ужасную вещь, которую я абсолютно, категорически не хотел говорить! Мои руки уже сжимали её. Так скажи это ради неё!

— Я убью тебя!!

Я посмотрел на лицо Тионы, покрытое цветами, распахнул глаза в яростном реве и закричал:

— Я никогда тебя не прощу!! Я… убью тебя!!

Мои руки, сжимавшие её горло, горели. Я приготовил «Огненные стрелы» на упор. Удушение пламенем. Её смуглая кожа начала обугливаться; дым и искры вырывались наружу. Я давил так сильно, что кровь постыдно брызнула из всё еще открытой раны на моем плече.

Паразит, спрятавшийся за моим ухом, задергался в агонии. С такого расстояния тебе не уйти!! Я выжгу тебя вместе с собой!! Ты уже знаешь вкус моей самой жестокой магии!! Так выходи!!

— А-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-х!!

Пока я издавал этот звериный боевой клич, намереваясь взорвать магию внутри сопротивляющейся, задушенной Тионы, трубка «Глаза» со свистом вырвалась из тени за моим ухом.

— Угх—?

Трубка вонзилась в моё залитое кровью плечо, пробивая рану насквозь. Уродливый звук вырвался из моего горла. Тварь проникла в моё тело. Шок, отвращение и боль заставили мои глаза закатиться. Врагом была вовсе не змея, а похожий на кордицепс паразит — насекомое-гриб. Ярко окрашенный аберрантный подвид, который паразитирует на хозяине, высасывает питательные вещества и расцветает в плодовое тело. Неправильный «магический камень», рожденный в этих адских владениях, прячется внутри трубки и зарывается глубоко в носителя — поближе к сердцу. Это делает удаление монстра практически невозможным. Как только хозяин умирает, магический камень превращается в смертоносный пепел и разъедает органы, включая сердце. Смерть монстра означает смерть носителя.

Корни мгновенно расползлись по моему телу; вторжение поглощало меня, и инстинкты прошептали истину: став носителем паразита, ты обречен. Как и Тиона, которой Бет уже вынес смертный приговор. А это значило, что я—

(—Я победил).

В битве умов—

Не зверь, следующий инстинкту убивать, а хитрый монстр, способный на сделку и ментальный поединок. Используя каждую крупицу опыта, полученного в битве с Мшистым Огром, я выиграл это сражение на выносливость. Мои глаза, закатившиеся в агонии, снова с силой сфокусировались. С налитым кровью вниманием, настолько острым, что оно, казалось, издавало звук, я впился взглядом в собственное плечо — в ярко-красную рану, куда монстр-кордицепс всё еще пытался зарыться, — и прижал к ней левую руку. Пора начинать.

— ОГНЕННАЯ... СТРЕЛА-А-А-А!!

Я направил поток пламени и молний прямо в собственное тело. Крик боли, вырвавшийся из моей груди, слился с визгом монстра в единую, отвратительную симфонию мук. Я сжигал себя изнутри — собственной рукой. Боль, которую я никогда не смел себе вообразить, стала реальностью, и я сломался. Огонь распространился наружу, воспламеняя всё моё существо. Я скатился с Тионы, корчась в предсмертных судорогах.

(Я снова умираю — на этот раз по-настоящему, я умру, умру, умру, умру—!)

Но я не умру. Мой навык исцелит меня. Пока я не испепелил сердце или голову, я буду возрождаться! Но ты… ты другое дело!! Мой навык лечит только меня. Он не лечит никого другого! Неважно, как глубоко ты пустил корни, как далеко ты вторгся в мою плоть, мою кровь, мои органы, мои нервы — ты, захватчик, единственный, кто не исцелится! Ты сгоришь дотла, в то время как моя плоть, моя кровь, мои органы и нервы — всё это восстановится после! В обмен на этот инферно, на это пограничье между жизнью и смертью!

— Угх-а-а-а-а-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!!

Моё горло обгорело, пламя вырывалось изо рта. «Глаз» испарился. Моё тело и разум потеряли равновесие. Было больно. Было больно больно больно больно больно больно больно больно больно больно больно больно больно больно больно больно больно больно больно больно больно больно больно — так жарко, так жарко жарко жарко жарко жарко жарко жарко жарко жарко жарко жарко жарко жарко жарко жарко жарко жарко жарко жарко жарко—!!

Но теперь я наконец понял — что я сделал с тем Минотавром в моем первом приключении! Было именно так больно. Именно так ужасно. Теперь мы квиты. Может быть, я стал чуть ближе к тебе, черный бык Астерий — черт, я умираю. Я уже сам не понимал, зачем я это делаю. Нужно было остановиться, иначе я превращусь в пепел — и моя душа, и сами боги кричали об этом. Но я не мог. Не пока ты не сгоришь окончательно.

— ГЬЯ-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!!

Тому, что сбежало и зарылось во мне, больше некуда было бежать. Это был крематорий — наша общая священная печь, которая сожжет тебя и меня вместе.

— ...Ар...го...навт...?

Мне показалось, я услышал чей-то голос. Голос, который я больше всего хотел услышать. Но еще рано. Я должен сжечь всё — ради тебя. Профессор Леон ждал меня. Бет отпустил меня. Лефия плакала. Значит, я должен довести это до конца. Адская боль, адская агония, адское пламя — так это и есть ад? Не смешите меня. Слишком нежно.

(Если это ради спасения Тионы — если это ради того, чтобы свершилось чудо—!!)

Я использую всё. Мне плевать на жертвы. Чаши весов больше не качнутся— Я разнесу всё это равновесие в щепки собственными руками. Это и есть та великая комедия, которую она любила — Аргонавт!

— ГОРИ-И-И-И-И-И-И-И-И-И-И-И-И-И-И-И-И-И-И-И-И-И-И-И-И-И-И-И-И-И-И-И-И-И-И-И-И-И-И-И-И-И-И-И-И-И-И-И-И-И-И-И-И-И-И-И-И-И-И-И-И-И-И-И-И-И-И-И-И-И-И!!

Я продолжал вливать огонь в себя, ревя от ожогов, вычищая последние следы заразы внутри. Предсмертные крики во мне отзывались диким диссонансом до самого конца — а потом магический камень сгорел. Корни, вцепившиеся в мои нервы, были испепелены, пепел внутри меня уничтожен. Только тогда я остановил поток пламени и молний, который отказывался ослаблять до самого конца.

Всё, что осталось — это замолчать, подобно марионетке с перерезанными нитями. Обугленный внутри и снаружи, я рухнул навзничь, дрожа, когда алый свет стремительно окутал всё моё тело — и, находясь в полузабытьи, я почувствовал это. Мои пять чувств уже должны были восстановиться — и всё же я не мог разобрать ни слова от людей, которые бросились ко мне, отчаянно крича. Моя душа была в оцепенении, придавленная телом и разумом, всё еще объятыми очистительным пламенем.

Значит, и такое бывает, да? Еще одно знание, которое я никогда не хотел получать. Только одно беспокоило меня. Только одно я хотел знать. Дрожащей рукой я потянулся в сторону — даже не будучи уверенным, что она всё еще там.

— Тио… на…?

Мои пальцы не коснулись какого-то там «чуда». Они достигли чего-то куда более ценного. Слабое ответное пожатие сжало мою ладонь. Я почувствовал присутствие кого-то улыбающегося.

— …Что такое, Аргонавт…?

Она улыбнулась. Она кашляла, но всё равно улыбалась — и плакала при этом. И хотя моё тело больше не могло проливать слезы, я улыбнулся в ответ, неуклюже и сломленно, точно так же.

— Быть не может.

Боги были ошеломлены. Один из них когда-то задумал такой метод. Точнее: каждый из присутствующих здесь хотя бы раз пробегал глазами по Навыку мальчика и думал об этом. Но никто из них не смог бы завести его так далеко. Не было никакой гарантии успеха. Мальчик мог сгореть заживо. И всё же он сделал это. Буквально используя всё, что у него было, мальчик разбил чаши весов.

— Молодец.

Гермес рассмеялся. Он хвалил мальчика, который следовал своим путем вопреки божественной воле. Если чудо — это то, чего не должно было случиться, то тот, кто заставляет его случиться, венчается богами как герой. Это была, без сомнения, история героя. Боги наблюдали, изумленные и тронутые, как разворачивается новая глава легенды Семьи. Богиня-покровительница мальчика без сил рухнула на землю, богиня красоты — хоть и слишком поздно — приняла невозмутимый вид, словно ничего не произошло, владычица пламени протянула руку божественному другу, а бог света позволил себе мягкую улыбку.

— В глазах Леона тот же блеск, что и раньше.

Там, куда смотрела богиня, рыцарь из Семьи приподнял уголок рта — словно видя продолжение того героического отсвета, который он наблюдал когда-то давно. Он сжал кулаки, пытаясь сдержать радость, сотрясавшую его тело. И всё же глаза выдавали его; они были честны. Его губы шевельнулись.

«Прекрасно», — беззвучно произнес он.

— …Черт возьми. Не могу не признать этого.

Наконец, бог-плут выдал горькое, ворчливое признание. Рядом с девушкой, спасенной и смеющейся сквозь слезы, и мальчиком, пребывающим в забытьи и выдавливающим неуклюжую улыбку, Локи позволила себе одну маленькую улыбку.

— Не благодари меня пока. Еще рано.

Разбились ли чаши весов на самом деле, оставалось неясным. И хотя ей не хотелось об этом думать, возможно, золотая мечта была раздавлена в обмен на солнце. Поэтому — она поклялась — она скажет «спасибо» только после того, как всё закончится. Это она обещала. Локи не могла сдержать улыбку, глядя на пару, лежащую бок о бок. За их спинами духи Семьи плакали от радости. Глаза раненого волка — как и глаза богини-покровительницы — сузились и смягчились.

----------

Новичок исчез

Глава 5: Новичок исчез

«Плюшевый кролик» не останавливался.

Напуганный лаем «плюшевого волка», он всё равно изо всех сил прорывался вперед.

Плюшевый кролик всегда получал раны.

Даже под защитой магии его ранили снова и снова, плавили снова и снова, он плакал и плакал от нестерпимой боли.

Капли крови превращались в следы; его обожженные ступни шлепали по земле — шлёп, шлёп.

Хватит. Довольно.

Айз заговорила.

От одного вида этой фигурки у неё щемило в груди, ей хотелось разрыдаться.

Тебе больше не нужно стараться!

Её дрожащий голос не достигал цели, поэтому она закричала во весь голос — посылая его в полет, оседлав ужасный ветер, что выл за пределами ледяной клетки.

Но плюшевый кролик не остановился. Вместе с феями он упорно шел вперед.

Мимо внушающих ужас монстров, мимо девушек, которые выглядели точь-в-точь как Айз — преодолевая всё на своем пути.

И тогда случилось чудо.

В море крови, где её драгоценная подруга-кукла лежала разбитая вдребезги, плюшевый кролик собрал осколки и поднял их, объединив силы со всеми остальными.

Айз вцепилась в ледяные прутья, её глаза широко распахнулись.

Хотя она не могла выбраться, по её лицу бежали слезы — слезы, рожденные не печалью или болью, а чем-то совершенно иным.

Кто ты?

Она хотела узнать имя.

Но не могла вспомнить.

Впервые в её душе зашевелилось нечто, кроме грусти—

и в этот момент клетка треснула.

Она ахнула.

Прямо сверху эхом донесся жуткий голос.

— Еще… самую малость~

Сквозь рушащийся потолок она увидела его — массивный, пульсирующий глаз.

Что-то пыталось поглотить её.

Внезапно ей стало нечем дышать.

Ей всегда было больно, но это было хуже всего.

Силы покинули её. Она повалилась на бок, свернувшись калачиком, словно ребенок.

Энергия утекала. Телу стало невыносимо холодно. Само её существование, казалось, угасало.

Я исчезаю.

Так подумала Айз. И, находясь в полузабытьи, она решила — это нормально.

Её драгоценная подруга была в безопасности. Этого достаточно.

Но тут — она услышала голос.

Айз почувствовала на себе взгляд — тот, что не давал ей уснуть, не давал ей уйти в небытие.

Когда она обратила свои дрожащие глаза в ту сторону, то сквозь затуманенное зрение увидела, что плюшевый кролик всё еще там.

Неся свою драгоценную подругу-куклу на спине, бежа бок о бок с феями и волком, он кричал—

— Я иду спасти тебя! Я иду спасти тебя!

Обжигающее чувство, вспыхнувшее в груди Айз — она не понимала, что это.

Она лишь снова почувствовала слезы.

Среди холодного ветра, всё еще дующего вокруг неё, она ощущала его: трепетное дыхание того, кто непременно должен прийти и спасти её.

— Зео Гулльвейг!

Активировалась исцеляющая магия Хейд.

Золотистый свет вырвался вперед, окутывая Тиону, которая едва цеплялась за жизнь.

Её смуглое тело, ссутулившееся и едва способное сидеть прямо, начало восстанавливаться.

Но в следующее мгновение её голова резко дернулась вперед, словно от удара, и её вырвало.

— Ге-е—!? Кх... Гха! Угх-х-х...!

— Тиона!

— ...Как я и боялась, моей магии недостаточно. Я могу залечить любую внешнюю рану, но я не могу удалить корни, сросшиеся с её нервами.

Лефия отчаянно поддерживала тело Тионы, когда та повалилась, заливая темной, почти черной кровью пол и руки эльфийки. Хейд глубоко нахмурилась, продолжая процесс исцеления.

(Это в точности как тогда, когда Чигуса была заражена омелой Мшистого Огра...!)

Тогда любая попытка залечить её раны или восстановить силы лишь подпитывала паразитирующий нарост внутри.

Сейчас происходило то же самое — корни раздувались и извивались под коричневой кожей Тионы, дергаясь, словно живые, и посылая невыносимую боль по всему её телу.

Особенно правая рука — распухшая и скользкая от слизи, её выступы затвердели, приняв форму когтей. В битве с Оскверненным Духом руку Тионы, очевидно, один раз уже отсекли, но она была заново присоединена гифами монстра-кордицепса, искавшего сильного носителя.

Гротескное слияние человеческой и монструозной ткани — её правая рука стала самой деформированной частью тела.

Через наблюдающий Окулус донесся едва слышный шепот кого-то из богов:

Жестокая ирония — её потерянная рука, возвращенная по прихоти монстра, теперь мучает её, словно затяжное проклятие.

Но во время боя с Мшистым Огром, стоило уничтожить основное существо, как инфекция омелы исчезла сама собой.

Однако сейчас — даже после того, как монстр-кордицепс был полностью испепелен — его корни остались.

— Это дело рук Оскверненного Духа, — произнес один из богов. — Пока источник — существо, порождающее этих радужных монстров, — не будет уничтожен, корни в теле амазонки никогда не исчезнут.

Радужные монстры были щупальцами Оскверненного Духа.

Сколько бы щупалец ни было отрублено, они регенерировали — на их месте всегда вырастали новые.

Пока они не нанесут удар в самое начало всех щупалец — ничего не закончится.

Голос Гестии донесся через Окулус; её логика не оставляла нам выбора, кроме как в ярости стиснуть зубы.

— Хе-хе, хе-хе-хе...! Если это Святая Амид, она как-нибудь это исправит...! Она вылечила Алисию и остальных — ну, знаете, когда ими завладели монстры, как и мной...!

Тиона, всё еще потея и тяжело дыша, подняла лицо к нам, собравшимся после битвы.

Её губы были в крови, дыхание было горячим и рваным, но она заставила себя храбро улыбнуться.

Это зрелище было настолько болезненным, что я даже не мог найти слов утешения, но вместо меня заговорила Лефия.

— ...Тиона права. Если мы доберемся до Амид, она сможет её вылечить.

— Деа Сейнт тоже была частью экспедиции, — заметил профессор Леон. — Если она всё еще отрезана вместе с группой Финна на 60-м этаже, то шансы не нулевые… но.

— А пока она будет только замедлять нас, верно? Мне ненавистна сама мысль о том, чтобы оставить её здесь, — сказала Хейд с неохотным реализмом, — но мы могли бы связаться через Окулус, чтобы тыловой отряд забрал её.

Леон задумался; предложение Хейд было холодным, но обоснованным. При их нынешних силах и ситуации кто-то должен был озвучить практичный выбор — даже если он звучал бессердечно.

Это было жестоко, и всё же ситуация была за гранью отчаяния.

Тем не менее, я не мог этого принять. Лефия подалась вперед, собираясь возразить вместе со мной—

— Пойдешь с нами.

Бет прервал её, не оставляя места для споров.

— Этот чертов кролик сохранил тебе жизнь. Значит, теперь твоя очередь защищать его.

Грубые слова, безрассудная логика — но его взгляд был твердым, непоколебимым, прикованным к Тионе, которая всё еще корчилась от боли.

— Будь щитом, будь кем угодно, черт подери. Если сдохнешь, я тебя там и оставлю. …Ты же не из тех баб, что не могут шевелиться только из-за того, что им «больно», а?

— —!

Тиона стиснула зубы под его презрительным взглядом — и, к нашему шоку, заставила себя подняться на ноги.

Игнорируя наше изумление, она, пошатываясь, сделала шаг вперед, пока не оказалась прямо перед ним, и сердито посмотрела снизу вверх.

— Я смогу! Конечно, смогу! Я не слабачка вроде тебя, Бет!

— Тогда перестань тянуть нас на дно! Надо было делать это с самого начала!

— Заткнись! Я просто отдыхала! Ах ты, пес шелудивый!

— Что— эй! Не брызгай на меня слюной, когда орешь!?

От её крика полетели капли крови, и Бет в раздражении отшатнулся.

Глядя на то, как они препираются — Тиона снова стояла на ногах и кричала, — профессор Леон негромко рассмеялся, и его глаза потеплели от облегчения.

Хейд вздохнула, пробормотав: «Амазонки и гномы… всегда одно и то же, да?»

Лефия прижала руку к виску, явно привыкшая к этому хаосу.

Я стоял, опешив, но чувствуя то же облегчение — и всё же, беспокоясь достаточно, чтобы подойти ближе.

— Тиона…

— Я в порядке, Аргонавт…! Обидно признавать, но Бет прав… и к тому же! У меня есть этот потрясающий Навык, который включается, когда я по-настоящему приперта к стенке!

Тиона накрыла рукой рану на боку — всё еще пульсирующую и мокрую, — пряча её и улыбаясь.

— Так что я могу помочь! Нет — я буду помогать!

Хотя она страдала больше всех, хотя она едва держалась на ногах, она улыбалась, как солнце, стараясь всех успокоить.

Поэтому я не стал больше ничего говорить. Я просто твердо кивнул, не проронив ни слова.

«…Не хочу портить момент, но время действительно на исходе. Шевелитесь!»

При звуке голоса Локи, раздавшемся из Окулуса, группа двинулась без колебаний.

Мы не могли сбавлять темп.

Мы бежали почти на полной скорости. Тиона, обливаясь потом, работала руками, сражаясь за возможность не отстать.

— Тиона!

— Не волнуйся, Лефия! Угх—! Я… я точно не отстану…!

Бежавшая сразу за ней Лефия не могла перестать обеспокоенно оглядываться.

Забота о старшей подруге в итоге подтолкнула её к действию — она сняла золотой браслет с правого запястья и протянула его ей.

— Лефия, это же…

— Ты ведь знаешь, как им пользоваться, верно? Пожалуйста — возьми его вместо меня.

— …Ага. Спасибо, Лефия!

Тиона улыбнулась и застегнула браслет на своей всё еще человеческой левой руке.

Я, отставший, чтобы прикрывать её фланг, молча наблюдал за этим обменом — затем, поборов в себе сомнения, стоит ли спрашивать, всё же заговорил.

— Эм… Тиона. Ты знаешь, что на самом деле представляет собой Оскверненный Дух?

— …А?

— Оскверненный Дух… как ты думаешь, чьим духом она была раньше?

Даже во время бега — и даже при том, что вопрос мог лишь обременять Тиону, когда она едва держалась, — я не мог избавиться от чувства, что должен это знать.

Тиона удивленно моргнула, не в силах ответить сразу, поэтому вместо неё спросила Лефия.

— О чем ты говоришь?

— В прошлом… особенно древние духи, они часто жили бок о бок с героями — и умирали вместе с ними.

«Духи, спускающиеся с небес — спутники героев».

Так говорилось в одном из героических эпосов, что я читал.

— Так что, если Оскверненный Дух живет здесь с давних пор… кем она была до того, как пала и стала монстром? И какой герой когда-то стоял рядом с ней?

При этих словах Тиона — которая, как и я, обожала легенды о героях — кажется, поняла, к чему я клоню.

Она на мгновение задумчиво опустила взгляд, затем слегка покачала головой.

— Прости. Я не знаю. Этот Оскверненный Дух… она сожрала тонны других духов. Все они перемешались внутри неё.

— Понятно…

Так же, как она поглотила Айз, Оскверненный Дух до этого сожрала бесчисленное множество других. Лефия объясняла это еще в лазарете. Я надеялся, что если кто-то и мог что-то знать — какую-то зацепку, погребенную в старой легенде, — то это была бы Тиона. Но… видимо, нет.

— Но, — Тиона начала говорить, и хотя я хотел попросить её замолчать, видя, как тяжело ей даже дышать, она выглядела измученной, словно пыталась вытолкнуть из себя то, что беспокоило её всё это время. — Она продолжала называть Айз «Арией». И она сказала… «младшая сестра».

— !

— И когда она — когда монстр — был внутри меня, когда я теряла рассудок… я думаю, это говорил Оскверненный Дух, но… я слышала голос, произносящий: «Я хочу видеть небо».

От этого мои глаза расширились. Мои мысли погрузились в глубину, словно камень, брошенный в колодец.

Ария… Великий Дух Ветра из «Оратории Подземелья», божественной хроники?

Почему она называла Айз этим именем? Причина неясна, но если она называла её сестрой, то это делало бы Оскверненного Духа старшей — возможно, той, кто существовал еще до сошествия Великого Духа Ветра, Арии.

Это означало бы, что она принадлежала к еще более древней истории — той, что предшествовала легенде об Арии.

И «Я хочу видеть небо».

Действительно ли она тосковала по открытому воздуху? Или «небо» было метафорой — Небес? Или чего-то совсем иного?

Я пролистал в памяти каждую сказку о героях, которую когда-либо читал. Подходили только две.

Одной был плачущий дух ветра Сильфида, брошенная на поверхности и тоскующая о возвращении на небеса.

Другой…

…Кто же это был?

— …Белл Кранел. Мне не нужно этого говорить, но тот дух…

— …Да, я знаю. Мы не можем позволить кому-то еще закончить так же, как Мелуна и остальные… и мы должны спасти Айз.

Лефия, которая тихо наблюдала, не перебивая, заговорила тогда — её слова были мягким предупреждением, чтобы мои мысли не уносились слишком далеко на опасную территорию.

Я перестал размышлять, кивнул один раз и всё понял.

Никакой жалости. Никакого милосердия.

Даже если она не произнесла этого вслух, я молча поклялся в том же.

Даже если Оскверненный Дух когда-то была чистым и нежным духом, эти адские владения были слишком жестоки — кто-то должен был положить этому конец.

На мой ответ Лефия умолкла и опустила взгляд, оставив всякие протесты.

Да. Речь шла не о жалости или сочувствии.

Если бы мы смогли определить, чем на самом деле является Оскверненный Дух, возможно, мы нашли бы зацепку — какой-то способ победить.

Расчетливая мысль, пожалуй. Но если даже боги хранили молчание, возможно, это действительно было лишь принятием желаемого за действительное…

— —!

Внезапно дунул ветер.

Сильнее, чем когда-либо прежде.

Это был не просто воздух, скользящий по коже — он взвыл в наших ушах, словно вот-вот разразится буря.

— Что за—!

— Она пожирает ветер Айз! Черт возьми!

Из глубин оскверненных владений на нас обрушился порыв насыщенного магией ветра. И Бет, и я вздрогнули, нахмурившись.

Десятки вкрапленных кристаллов вдоль стен и колонн начали яростно вспыхивать. На этот раз копии не появлялись, но всё Подземелье, казалось, содрогнулось, живое и трепещущее.

Сила оскверненного мира нарастала — ощутимо!

Присутствие слез исчезло.

Мы должны добраться до Айз, немедленно!

— …Владения снова смещаются!

После того как мы пробились через длинный коридор, Подземелье изменилось.

Сталактитовые пещеры Кладбища Драконов и Залов Драгоценных Камней исчезли—

сменившись чем-то гротескным.

Стены, потолок и пол — всё это превратилось в пульсирующую фиолетовую плоть.

Было отчетливое ощущение, что мы находимся внутри тела монстра.

Эта гротескная сцена подтверждала истину: мы в буквальном смысле шли через чрево существа.

Хейд застонала от отвращения.

Но реакция Семьи Локи была совершенно иной.

— Мы близко!

— Похоже на то место, где раньше было ядро Оскверненного Духа!

— Айз — она прямо впереди…!

Их взгляды обострились. Багровый свет моего «Сопротивления очарованию Огненным пламенем» (Ванадис Тевере) яростно вспыхивал от эмоций.

Далеко впереди — между двумя крутыми фиолетовыми стенами — разливался жуткий свет.

Это оно. Я чувствовал это. Магия была такой густой, что кожа шла мурашками.

Конечная точка оскверненного мира — едва ли в ста метрах от нас.

Наш отряд рванулся вперед как один, ускоряясь к цели—

— когда уши Бета внезапно встали торчком.

Он посмотрел вверх, напряженный, словно пораженный молнией—

— и тогда это случилось.

Массивный выброс магии взревел над нами.

Высоко над головой.

Там, куда метнулись глаза Бета.

За долю секунды до взрыва я тоже увидел это—

Одиночный, гигантский золотой кристалл, достаточно большой, чтобы закрыть собой весь потолок.

Золотые осколки рассыпались в воздухе — дождь из сверкающего света.

И из этого сияния спустилась не золотовласая девушка, а женщина — зрелая, её волосы были выкрашены в иссиня-черный цвет.

— Ария-а-а—

Из глубин оскверненных владений голос выкликнул это имя — словно кто-то благоговейно шептал название величайшего шедевра.

В следующее мгновение тьма вырвалась на свободу.

— ―――――――――――――――――――――――――――――――――!!

Всё исчезло.

Без преувеличения — стены, колонны, пол — всё в радиусе примерно трехсот медолов просто перестало существовать.

Черный ветер, непохожий ни на что, виденное нами прежде.

Яростный угольно-черный вихрь аннигилировал всё на своем пути.

— Гха!?

Я увидел, как Бета смело в сторону, и стены рухнули вместе с ним.

— Н-н-а-а-а-а-а-а-ах—!? Агх—!?

Крик Хейд оборвался — а затем что-то лопнуло с тошнотворным звуком, похожим на звук раздавленного фрукта.

— Уа-а-а-а-а-а-а-х-х-х-а-а-а-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-Х-Х-Х-Х-Х-Х—!?

А затем Лефия, Тиона, профессор Леон и я — все мы были поглощены обрушившимся полом и рухнули вниз.

Даже когда мы падали, сотни похожих на плети жгутов черного ветра впивались в нас. Если бы не мой навык «Сопротивление очарованию Огненным пламенем» (Ванадис Тевере), одна только эта турбулентность разорвала бы нас в клочья.

Прикрывая грудь, шею и голову обеими руками, я успел заметить вспышку движения — профессор Леон бросился на Лефию и Тиону, закрывая их собой от яростного натиска.

«Бе—!! Бе—!!»

Голоса богов обрывались, растерзанные в клочья ревом шторма.

Затем последовал удар — наши тела врезались в нижний этаж, расположенный далеко внизу.

Бесконечный шок прошил мой позвоночник; я даже не смог закричать.

Но я исцелюсь.

Обливаясь потом, дрожа от очередной встречи со смертью, я заставил себя подняться, словно разорвавшийся снаряд.

— Профессор Леон!!

— Гх—!?

Леон лежал, распростертый поверх Лефии и Тионы; его состояние было тяжелым.

Серебряные доспехи, что всегда так надежно высились за нашими спинами, были расколоты и залиты багрянцем. Его конечности, голова — всё кровоточило. Тело становилось холоднее с каждой секундой.

Я двинулся немедленно. Кобура на ноге — всё еще на месте!

Я потянулся за Эликсиром, который дал мне Морд, но—

«Мальчик—!! Сверху!!»

Нет времени вливать его ему в горло.

Я вскинул голову, широко распахнув глаза—

—как раз вовремя, чтобы увидеть, как на меня опускается очередная волна черного разрушения.

— Гхх—!!

Она прошила меня в воздухе, снова в клочья разрывая конечности и отшвыривая, словно тряпичную куклу, к стене.

То же самое случилось и с остальными — профессор Леон, Лефия, Тиона — каждого отбросило в сторону, их тела были исполосованы свежими ранами.

— У-у-а-а-а-х-х-х-х-х—!?

— —ах—ах—ах—!?

Наши крики разлетались во все стороны.

Лефия вцепилась в свою руку, борясь со слезами.

Тиона, и без того тяжело раненная, снова и снова харкала кровью, её дрожащие пальцы впивались в землю.

Пока моё «Авто-исцеление» пыталось восполнить достаточно крови, чтобы я оставался в сознании, сквозь пелену я, наконец, увидел её.

Черная Дева.

Её руки были слегка вытянуты, её волосы — длиннее её собственного роста — и одежды, во что она была облачена, дрейфовали в воздухе, покачиваясь, словно живые тени.

Медленно спускаясь сверху, она была настолько захватывающе красива, что, если бы не агония, пожирающая моё тело, я мог бы смотреть на неё вечно.

[[image:/storage/reader-images/81974d5c9c1e2b4a5b994fab82a70009add59057.jpg]]

Её божественная фигура была стройной, но формы — грудь, бедра — были полными и точеными, облаченными в одежды настолько тонкие, что они были почти невидимы.

Материал этих одежд напоминал крылья только что вылупившегося насекомого, еще бледные и полупрозрачные, мерцающие слабыми оттенками, переливающимися от зеленого к синему в зависимости от угла падения света.

Её волосы, спадающие далеко за пятки, были такого глубокого черного цвета, что, казалось, способны поглотить все краски и свет мира.

Её лицо — настолько совершенное, что могло быть отлито с лика богини — было скрыто лишь челкой, прятавшей глаза.

Телосложением она была примерно на размер выше и статнее Айз — если бы не цвет волос, она могла бы быть самой Айз, ставшей взрослой: воплощение божественной красоты во плоти.

— Копия… Великого Духа!?

— Неужели монстр считал воспоминания Айз — её происхождение как духа ветра — и воссоздал её!?

Голоса богов достигали моих ушей, но не задерживались в сознании.

— Высший страж — не просто привратник, а истинный Тюремщик Подземелья! Они сгустили каждое испытание, с которым должны были столкнуться Белл и его группа, в одно единственное существо!

Даже голос Гермеса, дрожащий от благоговения, едва доходил до меня.

Присутствие существа перед нами сковывало саму душу — абсолютное, подавляющее.

Она не была простым монстром.

Для нас она была воплощением богини смерти.

Я стоял застыв, с пустым разумом, пока инстинкт — чистый инстинкт выживания — не взял верх.

Моя левая рука начала самостоятельно накапливать энергию.

Это был не тревожный звоночек, а великий, резонирующий звон, отдающийся эхом в моем теле—

и пока он нарастал, Черная Дева медленно посмотрела на меня… и улыбнулась.

Дрожь прошла по мне так яростно, что едва не переломила позвоночник.

Нет времени на колебания. Ни секунды.

Я отбросил все следы страха и взревел:

— Огненная Стрела!!

Семнадцать секунд накопленной мощи—

с активированным «Сопротивлением очарованию Огненным пламенем», этой силы хватило бы, чтобы пробить даже босса этажа.

Но—

— Х-у-у-у-х…

Она выдохнула.

Подняв свою хрупкую на вид левую руку к потолку, она издала слабый вздох—

—и одно это породило вихрь.

Мой пылающий заряд молнии и пламени отклонился от курса, отрикошетив в небо, словно сама реальность искривилась.

Последовал колоссальный взрыв.

Куски плоти Подземелья посыпались дождем—

и всё же её черные ветры отразили всё, оставив её неприкосновенной в её абсолютных владениях.

Всё еще улыбаясь, Черная Дева снова подняла левую руку—

и мягко указала на меня указательным пальцем.

— Та-ан.

Копье ветра.

Иссиня-черная вспышка, быстрее мысли.

В моем плече образовалась дыра.

— Г-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А—!?

Удар, предназначенный пронзить грудь навылет — там, где должно быть сердце.

С погрешностью меньше вдоха, я успел вывернуть тело в последний момент—

и наградой мне стала рука, едва не оторванная напрочь.

Но ветер не остановился.

Каждый легкий взмах её запястья посылал очередное черное копье, с воем прорезающее воздух.

— Та-ан, та-ан, та-ан~♪

Мои руки, ребра, бока, шея, виски, бедра, голени—

всё пробивалось так же легко, как бумага.

Ударные волны швыряли меня, словно тряпичную куклу.

Это было чудо, что мне не отсекло уши или пальцы.

Даже моё «Авто-исцеление» не поспевало; само существование по имени «Белл Кранел» стиралось по частям.

Я больше не мог даже кричать.

Подобно фальшивым Айз до неё, Черная Дева играла без эмоций—

забавляясь, жестоко, убивая меня так, словно играла с поломанной куклой.

— Дуга Луча!!

Великая вспышка света взорвалась за её спиной—

заклинание, призванное спасти меня,

чудо воли мага—

но для неё это было не более чем детской шалостью.

— Х-у-у-у-х…

Её дыхание снова превратилось в вихрь,

и луч отклонился к небу,

безобидно взорвавшись в потолке.

— Светящийся Арио!!

Но прежде чем заклинание успело удариться о стены, оно изогнулось — резко вильнув в полете.

Самонаводящаяся магия! Та же черта, которую я когда-то видел у Гиацинта, ребенка Аполлона, в Военной Игре!

Это грандиозное заклинание не должно было обладать такой точностью—

и всё же оно преследовало, настигло и детонировало прежде, чем она смогла отклонить его во второй раз.

Принудительный триггер самодетонации заклинания.

— Ха… ха—!?

— Л-Лефия…!

Лефия стояла там, едва держась прямо, посох дрожал в её окровавленных руках, она судорожно глотала воздух.

Освобожденный от танца смерти, я рухнул, конечности дергались в конвульсиях—

— Фу-фу.

— —!?

Сквозь затихающий взрыв и рассеивающуюся пыль она вышла — невредимая.

Черная Дева.

Черный поток ветра струился вокруг её тела, подобно чарам Айз, но темнее — гораздо темнее.

Эта кружащаяся аура превратила сильнейшую магию Лефии в не более чем жестокую шутку.

Ты, должно быть, шутишь — что это за тварь такая!?

— Резонансный Развей Ка—!

— Огненная Стре—!

— Ветер.

Мы двинулись в идеальном унисоне, выбрасывая руки вперед для атаки — но мы всё равно были слишком медленными.

Черные ветры сдетонировали.

Шторм, рожденный внутри Подземелья, растерзал всё — меня, Лефию и всё остальное, что еще стояло на ногах.

— А—!

Это было безумие. Хаос. Чистое, всепоглощающее разрушение.

Неужели Оскверненный Дух действительно был способен породить такое воплощение смерти?

Нет — это мы дали ему время родиться.

Те три минуты, что мы потратили на спасение Тионы — теперь мы платили за них.

И даже когда черный ураган рвал нас на части,

я чувствовал это — хотя мы были далеко друг от друга, наше отчаяние было общим.

Лефии, Тионы и моё.

Наша безнадежность резонировала как одно целое.

По всему мясистому фиолетовому пространству Подземелья всё выгрызалось и разрывалось в клочья.

Раздался тошнотворный, мокрый всплеск.

Тело — изувеченное, превращенное в красные лохмотья — ударилось о землю.

Было ли это удачей или жестокостью, но нас с Лефией отбросило рядом, в то время как Тиона рухнула чуть поодаль.

Обе они едва дышали.

Между тем моё тело — бесстыдное, как и всегда — уже начинало исцеляться.

Но я не успею вовремя.

Черная Дева протянула руку.

Смерть улыбнулась.

Наши с Лефией окровавленные лица должны были стать последним, что мы увидим—

—когда еще один голос прогремел издалека.

— Резонируй, Остаточный Свет — вы, доблестные Двенадцать Престолов!!

Массивный двуручный меч, брошенный подобно молнии, ударил в Черную Деву.

«—!!»

— Пламя Раунда!!

Клинок был отклонен барьером черного ветра—

но сама сила броска гнома расколола этот щит и заставила её пошатнуться.

В этот короткий просвет сверху посыпался дождь из световых мечей.

Фигура — уже находящаяся в движении после произнесения заклинания — спустилась вместе с ними,

обрушиваясь на Деву с неудержимой силой.

— Вперед, Белл! Лефия!!

Это был профессор Леон.

Даже после того, как он закрыл собой Лефию и Тиону, даже после того, как его отшвырнуло через всё Подземелье полумертвым—

он вернулся, чтобы сражаться. Истинный рыцарь.

— Не вините себя!!

— !

— Ваш выбор никогда не был ошибочным!!

Черная Дева ударилась о землю с титанической силой,

но ветер взметнулся под ней, позволяя ей замереть в дюймах от поверхности—

и Леон продолжил натиск.

Его клинок света, выкованный чистой волей и колоссальной магией,

столкнулся с её штормовой броней, рассыпая каскад сияющих искр.

Он сам был штормом—

одинокий рыцарь, несущийся напролом в невозможное.

— Дуэль!? — выдохнул я.

— Те три минуты — это я был тем, кто дал их!

Если за это нужно платить, то платить будем мы, взрослые!

Так и должно быть!!

Дева нахмурилась, когда он отказался отступать.

Она нанесла удар, и черный ветер отшвырнул его в сторону—

но рыцарь превратился в льва, с ревом прыгнув обратно,

прорезая шторм кровью и яростью.

— Белл — благодаря тебе я тоже хочу совершить чудо!!

— Профессор…!

— Неважно, сколько реальности мы повидали,

решимость таких детей, как вы —

она всегда потрясает нас до глубины души!!

Даже посреди бури света и ветра,

профессор Леон говорил как учитель, всё еще наставляющий своих учеников.

— Никогда не привыкайте бросать других.

— У вас, детей, есть право гнаться за мечтами — гнаться за идеалами.

Каждый взмах его сияющего меча, казалось, нес в себе этот урок.

— Вот почему я никогда не мог перестать быть учителем!!

И даже в этой смертельной схватке он улыбался.

Черная Дева подняла руку.

Часть его серебряных доспехов разлетелась вдребезги—

его голова была рассечена от удара.

Меч света разбился.

— Второй Меч Испытания — Габель!

Третий — Дальбазар!

Четвертый — Филон! Пятый — Семелат! Шестой — Алуон! Седьмой — Мельветор!!

Парные световые мечи, пылающий топор, сияющий щит, лучистое копье, мерцающий молот, жнущая коса—

один за другим божественные доспехи рыцаря разбивались со звонкой ясностью.

каждый звук был подобен крику героев далекого прошлого—

словно неугасающий блеск их неповиновения.

— Восьмой Меч Испытания — Залдор!!

Свет сошелся вокруг всего тела рыцаря, сгущаясь в чистое сияние—

а затем вырвался наружу как воплощение тлеющей доблести, живое послесвечение самого героизма.

Выкованный из святого блеска, но окутанный чем-то свирепым и ужасающим,

Великий Меч Света засиял—

и впервые выражение лица Черной Девы дрогнуло.

— Вперед, юнцы!!

«—!!»

Она выставила вперед обе руки, ветер завыл, когда гигантский клинок опустился.

Стена шторма поднялась для защиты — её самый сильный барьер на данный момент.

В мгновение, когда их силы столкнулись, трещины поползли по мечу света,

но столкновение удерживалось — борьба равных сил, подобная дуэли богов.

— Я прикрою ваши спины — чего бы это ни стоило!!

Среди бушующих черных вихрей, что рвали воздух подобно неистовствующим драконам,

его львиного цвета глаза повернулись к нам — глаза профессора Леона.

Моя грудь затрепетала.

Глаза горели не от крови, а от чего-то более глубокого.

Я хотел броситься к нему — к спине этого героя.

— Белл Кранел!!

Я стиснул зубы и подавил нахлынувший в груди жар.

— Спасибо, профессор!!

Я прокричал это только в своем сердце.

Затем, вместе с Лефией, я побежал — к Тионе, подняв её, и бросился вперед.

Мы оставили позади человека, который дал нам разрешение — продолжать гнаться за нашими идеалами.

«—!!»

Черная Дева повернулась к отступающим юношам, убийство кружилось в её ветрах — готовое обрушить смерть на них.

Но великий меч света поднялся ей навстречу, отбивая атаку.

Хотя его доспехи были разбиты, а тело было полумертвым, Рыцарь Шуры становился только сильнее с каждым ударом сердца.

Впервые с момента своего создания Черная Дева почувствовала нечто чуждое — беспокойство.

— Изыди, реальность! Не застилай глаза тем, кто смеет мечтать!!

Лев взревел.

Рыцарь провозгласил.

Леон рассмеялся — диким, величественным смехом.

— Если взрослый не может защитить решение детей — то какое право я имею называться таковым!?

Если я не могу постоять за них, то что я за учитель!?

Любого, кто посмеет встать у них на пути —

я раздавлю всех!!

Трещины разошлись по великому мечу света.

Клинок завоевателя прижался к черным ветрам.

По всем законам Дева должна была победить—

но закаленный воин внутри неё почувствовал нечто иное.

Страх.

Послесвечение героев достигло новой высоты.

С той знакомой озорной ухмылкой, которую он носил в своей безрассудной юности, Леон взревел:

— Восьмой Меч Испытания — Залдор, пройден!!

Девятый Меч Испытания — Альфиар — высвобождение!!

Бежать.

Неся Тиону на руках, я мчался бок о бок с Лефией.

Оглушительный рев битвы грохотал позади нас, отдаляясь с каждым отчаянным шагом. И всё же тяжесть слов рыцаря врезалась в мою спину, отзываясь дрожью при каждом вдохе.

— Лефия! Нам нужно где-то подлечиться—!

— Продолжай бежать! Если мы остановимся, этот ветер нас догонит!

Даже если профессор Леон сдерживал её, сила Черной Девы была за гранью разума.

Из всех врагов, с которыми мы столкнулись сегодня, она, без сомнения, была сильнейшей.

Шторм, обретший человеческую форму.

Если мы задержимся хоть немного, этот ветер затянет нас, разорвет на части и ничего не оставит. Сама мысль об этом не отпускала нас.

Лефия поймала мой взгляд и немедленно начала параллельное чтение, подготавливая свое следующее заклинание призыва.

Я поудобнее перехватил Тиону на спине и нащупал предмет в своей сумке. Моё «Авто-исцеление» поддержит во мне жизнь — но Лефии и Тионе лечение нужно было прямо сейчас.

Однако мне так и не представилось возможности.

— —!?

Перед нами возникли десятки новых порождений кошмара.

Безголовые, безрукие женские тела, парящие в воздухе. Из их спин разворачивались многослойные крылья, похожие на лепестки массивного цветка. Их плоть — подобная фиолетовой ткани самого подземелья — была скрыта такой же почти прозрачной одеждой, как и у Черной Девы. Они были прекрасны и в то же время гротескны, словно ожившие мраморные изваяния.

— Остатки Духов — Самос Фракия!?

— Белл, беги!!

Мы не знали, что они такое и на что способны, но панических криков богов было достаточно, чтобы я насторожился.

Безголовые, безрукие тела запульсировали. Их формы вспыхнули красными, синими, желтыми, белыми и черными символами — магические круги расцветали прямо на их плоти. Затем, в один миг, они высвободили волны чистой разрушительной силы.

— Гха—!?

Пол, стены и сам воздух разлетелись вдребезги. Это был не ветер — это было чистое давление. Сила, подобная магии гравитации Микото, но высвобожденная во всех направлениях каждым из них одновременно. Безумие.

Моя правая нога подкосилась — плоть скрутило, кость хрустнула. «Авто-исцеление» сработало немедленно, но Тиону вырвало из моих рук, и она беспомощно покатилась по коридору.

— ...Резонансное Высвобождение: Канон! Залп Фалларики!!

Сквозь хаос Лефия — едва удерживающая равновесие после того, как её отбросило в сторону — вскинула свой посох. То самое кольцевое заклинание, которое нам не удалось сотворить против Черной Девы, теперь вспыхнуло жизнью — и шторм пылающих стрел заполнил воздух, сходясь со всех сторон. Пламенные багровые снаряды дугой прорезали воздух, один за другим врезаясь в парящих над нами уродов — но те не падали.

— Они не падают!?

Остатки Духов — Самос Фракия оставались невредимыми; их тела дымились, но сохраняли форму. Их сопротивляемость магии была неестественной. Они были духами — нет, они были практически тем же самым, что и Духовные Одежды, которые мы носили, воплощением самой магической защиты.

— ......

Не имея ртов, чтобы говорить, жалкие порождения вместо этого засияли цветами — красным, синим, желтым, белым и черным — каждый из которых представлял свою стихию. Затем они начали дико извергать волны энергии во все стороны.

— ———!?

Это была летающая артиллерия. Слишком сильные, слишком многочисленные. Десятки, появляющиеся разом — сущий абсурд. Неумолимое продолжение после Черной Девы; само Подземелье издевалось над самим понятием «баланса этажей». Демоническое Царство решило полностью отбросить честность.

Ударные волны крушили всё — тела, камень и волю. Мы с Лефией закричали, когда нас разнесло в противоположные стороны. Её крылья — и без того изорванные — тщетно били по воздуху, но эльфийка всё равно поставила всё на последнюю карту.

— Предвестник конца, белый снег пред сумерками, ныне закружи ветры!

— !

Длинная инкантация — она решилась на длинное заклинание. Даже здесь, в этой смертельной ловушке, она собиралась прорваться. Значит, моя роль ясна — поддержать её, чего бы это ни стоило. Перекатившись по обломкам камня, я выбросил вперед правую руку, на инерции продолжая движение, и выстрелил.

— Огненная Стрела!

Пылающий шквал. Даже когда я восстановил равновесие, я вбил свою исцеленную ногу в пол, используя её как якорь, и продолжал стрелять вверх — без устали. Двести восемьдесят шесть выстрелов на данный момент — и счет продолжал расти. «Авто-исцеление» не справлялось с нагрузкой, но это не имело значения. Мне было плевать, если я промахнусь — мне нужен был объем, хаос, подавление.

Наконец, одно из порождений вспыхнуло и рухнуло. Это было возможно. Они не были непобедимы — но на их убийство уходило слишком много времени. Нужны были физические атаки, а не магия. Но если бы я попытался прыгнуть и ударить, меня бы просто сбили в воздухе. Даже если бы я прикончил одного, я не смог бы защитить Лефию, пока она читает заклинание.

Так что я просто продолжал стрелять.

— Аргонавт!

Затем—

— Лефия!

Крик прорезал хаос.

— Гх—!

Холодный, мокрый звук. Паразитический Паук. Он подкрался сзади, вонзая свои зазубренные клыки в мой левый бок.

— ...ах...

Задушенный крик прервал песнопение Лефии. Я не понимал, что произошло — знал только, что это фатально.

(...)

Игра окончена. Многогранные глаза паука блеснули жестоким весельем, когда время, казалось, остановилось. Я чувствовал это — сущность монстра вливалась в мое тело, его корни прорастали сквозь мою плоть. Раздутое брюхо существа раскрылось, словно распускающийся бутон — рождая искаженную женскую форму, ту самую проклятую фигуру, что когда-то мучила Мелуну и остальных. Отчаяние вот-вот должно было расцвести вновь.

Но в это застывшее, бесконечное мгновение я знал одно наверняка. Этот человек — Лефия — никогда не сдастся. И потому что я знал это — я тоже не сдамся.

— ОГНЕННАЯ СТРЕЛА!! —

Я выстрелил сквозь часть собственного тела, и—

— МОЁ ИМЯ — АЛЬФ—!! —

Она продолжала петь во весь голос.

— Гья-а!?

Паразит в моем боку и органы вокруг него были испепелены. Решение, принятое за доли секунды. Мгновенный упреждающий удар, прежде чем моим телом завладеют. Я выжег брюхо начисто без секунды колебаний благодаря брутальному чувству дежавю — быстрее, чем когда Джаггернаут пронзил меня своей сваей. Я не позволю этой гротескной «женской форме» родиться. Я не отдам и свое тело. Налитые кровью глаза, мучительный жар — до самого костного мозга — и всё же я полностью испепелил паразитического паука.

— Реа Лаватейн!!

Тут же из пола взметнулся столб багрового пламени. Из огромного красного магического круга изверглись десятки — сотни — алых столпов. Каждый столб взмывал более чем на десять метров в высоту. Каждый по силе превосходил обычную «Огненную Стрелу». Они поглощали причудливую стойкость монстров, охватывая и полностью испепеляя их.

С нашей стороны—

— Угх-а-а-а-а—!? Лефия—!?

Я рухнул на обожженный пол жалкой кучей, вцепившись в свежеисцеленную дыру в боку и корчась от боли, и наблюдал, как адские колонны поднимаются между мной, Тионой и Лефией. Столбы образовали теперь непроницаемую стену пламени, отрезавшую нашу позицию от них. Все монстры вокруг нас были уничтожены — но барьер огня оставался.

(Неужели... на той стороне всё еще есть враги? Она разделила нас, чтобы не подпустить их к себе!?)

Столбы горели так, словно собирались полностью поглотить жизнь этого человека — океан жертвенного огня, образующий границу. Его яростный жар просто освещал лица Тионы и моё.

Я, наконец, оторвал себя от пола и закричал вслед эльфийке, скрывшейся за огненной стеной.

— Лефия!? Почему... что ты делаешь!?

Лефия опустилась у основания пульсирующей фиолетовой колонны, прижавшись к ней спиной и испуская неглубокие, рваные вздохи. Мысль о том, что из мясистого столпа может вырваться монстр — или одна из фальшивых Айз, — промелькнула у неё в голове, но у неё больше не было ни сил, ни концентрации, чтобы это её заботило. Она просто прислонилась там, неровно дыша, её тело дрожало от истощения.

— Лефия!

Сквозь бушующее инферно, которое она призвала, ей показалось, что она слышит голос мальчика. Нет… не показалось — она действительно слышала. Даже сквозь рев пламени голос этого ребенка достигал её, плачущий и кричащий, словно упрямый малыш, отказывающийся оставаться позади.

Но ничего не поделаешь. Даже за пределами радиуса её «Реа Лаватейн» эти злосчастные «порождения» продолжали спавниться бесконечно. Если кто-то хотел спасти свою «любимую», значит, кто-то другой должен был остаться в этом аду. И Лефия просто решила, что эта роль будет её. Она слабо, болезненно улыбнулась, принимая это.

— ...Лефия, ты—!

Голос её богини донесся из кристалла — голос Локи, натянутый от тревоги. Сделав вид, что не заметила резкого вдоха на другом конце, Лефия подняла маленький кристалл одной дрожащей рукой.

— Локи... ты можешь передать ему мои слова?

— Белл!!

Даже когда я хрипло кричал сквозь кровь в горле, пришло сообщение от богов. Но я не мог их слушать — не сейчас. Потому что за этим пламенем была она. Соперница, что сражалась бок о бок со мной с самого начала. Та, кто помогала мне снова и снова. Та, кто пообещала: «Давай спасем Айз вместе». Лефия была за этим пеклом—!

— Белл… Кранел…

— !!

Не голос богов остановил меня, когда я, шатаясь, шел к огненной стене. Сквозь рев пламени до меня донесся её голос — голос Лефии. Тогда я понял: Окулус Гестии был связан с моим, а Окулус Локи — с её. Две богини соединили их, позволяя нашим голосам пересечься через оба магических устройства.

— Лефия! Пожалуйста, подожди! Я иду—!

Я отчаянно закричал в кристалл, но её слабый, дрожащий голос прервал меня.

— Тот, кто спасет Айз… это буду я.

— ──────

Это был вызов. Намеренная провокация.

— Я собираюсь опередить тебя, Белл Кранел… Я буду той, кто доберется до Айз.

Даже при том, что мы обещали спасти её вместе. Даже при том, что она собиралась встретить всё это в одиночку. Я понял. Она делала то же самое, что и профессор Леон. Пыталась подтолкнуть меня вперед. Заставить меня идти дальше, используя нежную ложь. Я мог бы сказать, что это ложь. Я мог бы отказаться поддаваться на её провокацию. Но даже сейчас — Лефия пыталась сдержать наше обещание. Спасти Айз, чего бы это ни стоило. Даже если наши пути разошлись, эта связь осталась неразрывной.

Искры, похожие на пепел, сыпались вниз багровым снегом. Каждая из них — частичка жизни эльфийки, её преданности.

Тогда… если это то, что она дает мне—

Тогда я точно знаю, что должен сказать.

— Нет! Ты ошибаешься… это буду я! Я спасу Айз!!

Сквозь помехи я услышал едва уловимый вздох смеха — тихий, гордый.

— Тогда… это гонка, не так ли?

— …Да!!

Я ухмыльнулся сквозь дым и кровь, потому что знал — где-то там, за пламенем, она тоже улыбается. Отгоняя прочь каждый порыв, я ударил себя по ногам, чтобы выбить даже малейшее колебание — и повернулся спиной к бушующей стене огня. Я сорвался на бег, неся Тиону на спине; её лицо исказилось от боли. Вместо крика её дрожащая рука потянулась через моё плечо, крепко вцепившись в мою грудь сквозь ткань — словно говоря мне: «Иди».

С глухим стуком Лефия выронила магический кристалл из руки, завершая разговор с мальчиком. Медленно она посмотрела на себя.

— …Мы закончили одинаково, да…

Её левой руки больше не было. Локтя и всего, что ниже — кровь капала непрерывно, отказываясь останавливаться. Во время параллельного чтения она попала под ударную волну. Второе поле ударило под другим углом, выкручивая её предплечье до тех пор, пока оно не оторвалось начисто — словно сорванный с ветки плод. Руки не было, и она никогда не восстановится. Чувствуя прерывистое, полное ненависти дыхание Локи через кристалл, Лефия почти нежно коснулась кровоточащей культи и слабо улыбнулась.

— …Еще нет.

Её тело было избито сверх всякой меры — покрыто кровью и холодным потом, силы уходили с каждым вздохом. И всё же Лефия стояла. Она подошла к одному из оставшихся столбов пламени и прижгла рану об него, подавляя крик, рвущийся из горла.

Остатки Духов, Самос Фракия — безголовые, безрукие чудовища, рожденные в результате кормления оскверненного духа. Вот… что ждало Айз, если её поглотят. Её душа, изжеванная в ничто, её мечта, превращенная в разбитую скорлупу. Непростительно. Глаза Лефии пылали; теперь не было места для пределов. Она осталась здесь не для того, чтобы умереть. Она осталась, потому что она и этот мальчик дали обещание — вместе спасти их общего идола.

— Я не проиграю… этому человеку!

Глядя на прилив приближающихся чудовищ, однорукая эльфийка глубоко вдохнула — и снова начала петь.

Я использовал Эликсир Морда — на Тионе. Даже так она всё еще не могла нормально двигаться. Я продолжал бежать, неся её на спине, пробиваясь вперед к Айз ради всех тех, с кем нас разделили — ради тех, кто отправил нас дальше.

Но тут—

— Ах… гух…!

Тошнотворный звук прошел под моей кожей, когда эти гнусные «корни» снова начали прорастать. Невыносимое ощущение ползания, словно что-то скользит прямо под плотью, сопровождаемое резкой, трескучей болью, разливающейся во мне. Я уже выжег «паразитического паука», но корни, которые он вбил в мой левый бок, всё еще были там — всё еще извивались внутри меня. Тонкая струйка крови тихо потекла из моего носа.

— то же состояние, что и у Тионы сейчас.

Хейд предупреждала нас снова и снова: это было абсолютное табуированное состояние, Плохой Статус, которого ни в коем случае нельзя допускать. Сколько бы раз ни срабатывало моё авто-исцеление, «корни» не исчезали. Они ползли сквозь меня, словно яд, поедая меня заживо изнутри. Такова была цена того фатального слепого пятна — одного мгновения неосторожности, позволившего им проникнуть внутрь.

С влажным звуком изо рта выплеснулся полный рот темно-красной крови. Я упал на одно колено. Мой левый бок не двигался как надо, словно всю половину моего тела сводило судорогой. Корни раздувались под кожей — вверх по левому плечу, вдоль шеи.

— Ха-а… ха-а… ха-а!?

Я должен был сделать это снова — Я должен был еще раз влить «Огненную Стрелу» внутрь собственного тела. Тот пылающий ад, который я пережил раньше — ужас, боль — ничто из этого теперь не имело значения. Мое тело кричало: «Хватит!» Но мне было плевать. Это был единственный способ полностью выжечь корни. В моем нынешнем состоянии выжить в этом проклятом мире иначе было бы шуткой.

Но где—? Тогда, когда я очищал себя пламенем, чтобы спасти Тиону, после этого я едва мог пошевелиться. Сделать это снова сейчас, в одиночку, когда профессор Леон не может меня прикрыть — было бы самоубийством. И я не мог втянуть в это Тиону. Не тогда, когда она сама едва цеплялась за жизнь.

Должен ли я сделать это сейчас? Или попытаться сначала добраться до Бета и остальных, и очиститься уже после того, как мы перегруппируемся?

— ...Голоса богов разделились три на три, Белл, — божественный голос Гестии эхом отозвался в моем сознании, словно читая мои мысли. — Уран воздержался. Ты должен решить сам.

— ……Прости, Аргонавт… это моя вина…

— !

Её голос — слабый, дрожащий — раздался прямо у моего уха. Губы Тионы были бледными, дыхание — прерывистым. Улыбка исчезла. Осталось только сожаление — болезненное, сокрушительное сожаление.

— Я глупее, чем Тиона и остальные…

— Поэтому я всегда стараюсь улыбаться, что бы ни случилось…

— Потому что, если я смогу заставить улыбнуться и всех остальных… может быть, всё вокруг останется светлым.

Этот тон — такой знакомый. Волна дежавю захлестнула меня. Рю. Тот же взгляд, что был у неё тогда, в Колизее — когда она умирала у меня на глазах, но всё еще пыталась защитить кого-то другого.

— Но теперь…

Значит — Есть только одна вещь, которую я должен сделать.

— Я буду улыбаться.

— ...Э?

Я сотру эту тьму — это отчаяние, — вцепившееся в неё и в само Подземелье.

— Сколько бы они ни издевались надо мной, как бы громко ни смеялись, я всё равно скривлю губы и улыбнусь!

— ...!!

— Потому что, если я этого не сделаю — ни духи, ни богиня судьбы никогда не улыбнутся в ответ!

— Эти строки…

— Это из «Аргонавта»! Сказание о герое, которое ты так любила, Тиона!

Если для того, чтобы заставить её улыбнуться, нужно быть дураком, клоуном — пусть так и будет.

— Если ты действительно думаешь, что я похож на Аргонавта, тогда улыбнись! Пожалуйста, Тиона!!

— !

— Покажи мне свою сияющую улыбку — улыбку, подобную солнцу! Дай мне сил!

Тиона тихо ахнула. Её губы задрожали, приоткрываясь и смыкаясь в такт дыханию, хрупкие и влажные от эмоций. Я продолжал идти, шаг за шагом. Даже с опасностью повсюду вокруг нас я кричал — чтобы заглушить страх, чтобы прогнать отчаяние. Я хотел, чтобы она чувствовала себя в безопасности. Поэтому я продолжал улыбаться.

— ...Эй, Белл. Тебе нравится комедия об Аргонавте?

— Честно говоря, не очень!

— Правда?

— Да!

— Она мне вовсе не противна, но я всегда предпочитал истории вроде «Стража Священного Царства», «Эпиметея» или «Легенды о Короле Льве»! Те, где герои скашивают монстров одного за другим — я всегда на это равнялся!

— Значит, ты всё-таки мальчишка, а?

— А как же ты, Тиона?

— Я... больше всего на свете люблю «Комедию об Аргонавте». Я всегда думала: если бы такой герой существовал на самом деле... я бы очень хотела встретиться с ним.

— Значит, ты тоже мечтательница, Тиона?

— Может быть... да, наверное, так и есть.

Всё это превратилось в какое-то признание в любви к любимым историям — и через магическую связь я почти чувствовал, как Гестия и Локи удивленно моргают. Раздался тихий смешок — скорее всего, это был Гермес или, может быть, Бальдр.

Но горе Тионы испарилось. Вместо него зазвучал нежный, спокойный голос, коснувшийся моих ушей.

— Я правда очень люблю «Комедию об Аргонавте»... Когда мне было больно, когда мне было грустно — эта история всегда заставляла меня снова улыбаться.

Её грудь, прижатая к моей спине, была теплой, а сердце колотилось так дико, что это почти причиняло боль. Когда на мою шею упала одинокая слеза, я сделал вид, что не заметил.

— Ты и правда... так похож на героя Аргонавта, с которым я всегда мечтала встретиться.

Я поудобнее перехватил её на спине, крепче сжав руки под её коленями. Шаг за шагом я пробивался вперед — каждый мой шаг был наполнен силой и решимостью. Вкус крови наполнял горло. Тело вопило от боли. Корни, ползающие под кожей, пульсировали и извивались. Но я раздавил всё это жаром, полыхнувшим из самой глубины моей груди.

— Будем улыбаться?

— Да!

— Я тоже буду улыбаться.

— Обязательно!!

Я принял решение. Я не стану снова выжигать свое тело. Если я не смогу сражаться, я просто оставлю её одну. Поэтому я буду смеяться вместе с ней — превращу и трагедию, и ужас в комедию. Из самой глубины моей души вырвался громоподобный смех — и «Героическое желание: Аргонавт» пробудилось.

Что-то внутри меня вырвалось на свободу. Я чувствовал это. Правая рука, левая рука — белые искры света закружились, эхо колокольного звона отозвалось во мне — две комедии зазвучали в унисон.

Привлеченные этим шумным началом пьесы, явились вестники трагедии.

— Белл, остатки духов — Самос Фракия — приближаются!

Новые порождения кошмара обретали форму перед нами, преграждая путь, словно актеры, которым достались роли злодеев в нашем фарсе. Они были полны решимости не дать дуракам, решившим спасти принцессу, двинуться дальше.

Десять... двадцать... еще больше. Бесконечно. Подземелье больше не скрывало свои клыки.

Я опустил Тиону на землю. Никто из нас не будет под защитой — мы будем сражаться плечом к плечу. Мы оба сплюнули кровь, встретились взглядами и рассмеялись. Я передал ей «Белого Призрака», она отдала мне «Нож Гестии».

Держа теперь в руках эти две комедии, я сосредоточился и замер. Шестидесятисекундный заряд. Глядя на сияющий рой монстров, мы взревели и бросились в атаку.

Нам не нужна трагедия.

Мы хотим комедию!!

О-о-о-о-о-о-о-о-о-о...

Комедию... мы ведь хотели её, верно?..

О-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о...

Я и правда хотел комедию... но...

— О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О!!

И вот тогда комедия действительно явилась.

С верхних ярусов стен, почти у самого потолка, прорвался огромный черный титан, с сокрушительной силой врезаясь в остатки духов. Парящие монстры разлетались, как игрушки под натиском дракона — один за другим они были разорваны в клочья. Черный гигант наступил на один из трупов, используя его как опору, и снова прыгнул, сея хаос так, как ему вздумается.

Он был похож на быка-«финального босса», которому не терпелось дождаться клоунов, пришедших спасать принцессу — он ворвался в сцену, совершенно не заботясь о декорациях.

— ...А...

Мы с Тионой застыли, глядя вверх с полуоткрытыми ртами. Остатки духов рвались, как мокрая глина. Нет — эти твари не были слабыми. Просто этот бык был слишком силен. Каждый раз, когда взмахивала окровавленная Лабрис, очередной монстр разлетался на куски. Каждый последующий рев заставлял всё Подземелье — и саму мою душу — содрогаться.

БУМ!!

Иссиня-черный шторм смерти с громоподобным грохотом приземлился посреди широкого прохода, сокрушив последнего из врагов.

— ...Астерий, са...

В тот миг, когда я начал произносить его имя, эта массивная, бугрящаяся мускулами фигура обернулась — и в его глазах блеснула вспышка узнавания.

— НУ-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!!

— Э—

Бык взревел, вскинул свой обоюдоострый топор и бросился прямо на нас. Колоссальная тень поглотила меня и Тиону целиком. Мой рот смог издать лишь глупый звук — и прежде чем я успел пошевелиться, этот огромный, неизбежный, абсолютно смертельный удар обрушился на нас. Я был слишком изломан, чтобы среагировать; это был бы тот самый комедийный финал, от которого мой дед помер бы со смеху...

— Стой!!

— ...Ну?

Прямо перед ударом между нами скользнула маленькая фигурка. Две тонкие руки, раскинутые в стороны, черный плащ, капюшон того же цвета. Голубая кожа, выглядывающая из-под подола — и голос, который я никогда не смогу забыть. Мои глаза расширились сами собой.

— Нельзя здесь драться! Какой толк в победе, если ты так поколотишь бедного Белла, Астерий!?

— ...Ну-у-у...

Прежде чем я успел осознать происходящее, минотавр, готовый нанести удар, застыл на месте. Могучий Астерий, получив нагоняй от крошечной фигурки, издал низкое ворчание и медленно опустил топор. Вид грозного соперника, жаждавшего реванша, который внезапно надулся под строгим выговором, окончательно взорвал мне мозг.

Но затем, когда ветер сорвал её капюшон, обнажив длинные сине-серебристые волосы, я увидел её лицо — и ахнул.

— Вина!

— Белл!!

Она бросилась в мои объятия, и я крепко подхватил её. Я больше ничего не понимал. Облегчение, радость, неверие — всё это нахлынуло разом, и я почти заплакал. И прежде чем я успел вымолвить хоть слово, еще две фигуры спрыгнули через дыру, проделанную Астерием.

— Белл! Ха, а ты всё-таки жив!

— Лид!

Ксенос-воин, ящеролюд, ухмыльнулся, его янтарные глаза изогнулись полумесяцами, и он подскочил к нам со своей обычной энергией.

— Фелс сказал нам, что ты направился на шестидесятый этаж раньше нас, но, мужик, мы и не думали, что правда тебя найдем!

Даже голос Гестии через божественную связь не мог скрыть её радости от этого неожиданного подкрепления. Но прежде чем я успел это отпраздновать, я выпалил вопрос:

— Как вы вообще узнали, что мы здесь?..

— Ну, очевидно, потому что наш парень Астерий не мог дождаться встречи с тобой! — Лид хихикнул. — ...А, шучу, шучу! Не бледней ты так, ну же...

— Я слышала его! Звон колокола! Так я и узнала!

Шутка Лида была совсем не к месту, учитывая обстоятельства, но когда Вина подняла голову от моей груди, её заостренные драконьи ушки резко дернулись. Конечно — необычайный слух девушки-дракона, Виверны! Колокол, давший начало этой комедии, не просто призвал монстров... он позвал и наших союзников.

— Спасибо, что спасли нас! Я правда, правда счастлив — так счастлив, что вы пришли!

— Э-э, я не совсем понимаю, — наконец подала голос Тиона, прерывая долгое молчание, — но... вы двое всё это время были здесь, на шестидесятом этаже?

Она и раньше слышала о Ксеносах, но даже так — в подобной ситуации даже кто-то вроде Тионы не совсем понимал, какое выражение лица ей стоит принять. Лид казался искренне в восторге от самой возможности поговорить с кем-то не из «Семьи Гестии», его голос звучал живо и энергично.

— Ага. После того как мы помогли твоим приятелям из «Семьи Локи» отступить на поверхность, Астерий никак не желал успокаиваться, так что мы просто рванули за ним! Кристалл связи разбился, так что мы не могли ни с кем связаться... но каким-то образом нам удалось найти хотя бы вон того.

— Воного?

Лид и Вина повернулись в ту сторону, и мы проследили за их взглядами — только для того, чтобы обнаружить одинокую фигуру, стоящую поодаль.

Он стоял там, как человек на вечеринке, который никого не знает — наблюдает, как его друг весело болтает с другими приятелями, которых он никогда не видел, слишком неловко, чтобы присоединиться, и изо всех сил пытается исчезнуть в углу комнаты.

Это был темный эльф, Хёгни.

— Фу... фу-фу... быть спасенным по прихоти монстра... такова судьба, дарованная мне... мне, который никогда не был кроликом, достойным спасения...

— Х-Хёгни!?

Зрелище было настолько сюрреалистичным, что я едва мог его осознать. Обычно холодный и невозмутимый Хёгни — весь оборванный, картинно позирующий с закрытыми глазами — покосился на меня краем глаза... и внезапно его глаза наполнились слезами.

— У-у-а-а-а-а-ах!! Почему я единственный, кого спасают монстры!? Я не справляюсь, я не просто застенчивый — я монстро-застенчивый! Это слишком, всё кончено, я пропал!! Но спасибо, что пришел спасти меня, Белл!!

— Ва-а!? Х-Хёгни, успокойся, пожалуйста!?

Прежде чем я успел опомниться, он бросился ко мне, крепко вцепившись в мою талию и рыдая, каким-то образом умудрившись при этом увернуться от Вины. Тиону оттолкнули с испуганным «Ой-ёй!?», а я — уже держа Вину на руках — был в полном замешательстве. Даже Астерий, теперь притихший, стоял и молча смотрел на меня, и его взгляд был достаточно тяжелым, чтобы я снова занервничал.

Затем—

— Я рада, что ты в безопасности, Хёгни. Я всегда верила, что ты дашь мне снова услышать свой голос.

— Э-э — а!? Госпожа Фрейя!? Не Сир, а Фрейя!? Где!? Э-э — так точно, госпожа, я в порядке, жив и здоров!!

Внезапный голос самой Фрейи донесся из кристалла связи. Хёгни мгновенно выпрямился, застыв в жестком приветствии, словно солдат, застигнутый врасплох. Услышав теплый тон Фрейи впервые с начала операции, я тоже не смог сдержать улыбки. Но прежде чем мы успели насладиться облегчением...

— ...! Что-то страшное приближается!

Драконьи ушки Вины резко дернулись. Как она и предупреждала, новые скопления остатков духов — Самос Фракия — начали появляться повсюду вокруг нас. Их было гораздо больше, чем раньше.

— Идите.

— А?

Тиона поднялась на ноги, пока вся группа готовилась к бою — но первой вперед вышла массивная черная фигура.

— Я возьму их всех на себя.

— Что? Ты хочешь сказать, что останешься здесь и будешь их сдерживать, Астерий!? Ты не пойдешь с нами!? — закричал Лид.

Ответ Астерия был кратким и уверенным.

— Если я останусь рядом с Беллом... я нападу на него. Я не смогу это контролировать.

Я мысленно похвалил себя за то, что удержал лицо и не скривился. Он слишком хорошо знал свои инстинкты — он не мог доверять себе, зная, что может потерять контроль в присутствии своего соперника.

— ...Что ж, в этом есть смысл, — признал Лид, пожав плечами.

Астерий шел на единственный компромисс, который мог предложить — не дать собственному желанию разрушить наше.

— Белл.

Черный бык протянул ко мне свою массивную руку. Он вложил мне в руки обоюдоострый топор, Лабрис.

— Когда придет время — у нас будет реванш.

Мои глаза расширились, и прежде чем я осознал это, я крепко сжал в ответ это массивное оружие. Черный минотавр отбросил слова, возвращаясь к зверю внутри себя.

— У-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О!!

С громоподобным ревом он бросился вперед — его истерзанная броня и израненное тело всё еще несли на себе груз бесчисленных сражений.

— Идите! Все вы! Берите эту группу и двигайтесь к финальному боссу! Это ваш последний чертов шанс!

Голос Локи прозвучал в тот момент, когда Астерий столкнулся с новоявленными духами. Он сбил четверых в воздухе еще до того, как остальные начали светиться, подготавливая свои ударные волны — но мы не могли оставаться и смотреть. Нам нужно было уходить. Восстановление подождет. Приоритетом было выбраться отсюда, пока мы не стали обузой для Астерия.

— Самое страшное впереди! Я чувствую, как воет ветер!

— Спасибо, Вина!

— Молодчина, Вина! — добавил Лид, явно понимая, почему её взяли с собой.

Необычайные чувства девушки-дракона были жизненно важны — её слух и восприятие, вероятно, помогли им спасать потерявшихся союзников и ориентироваться в этом хаотичном мире. Она была и детектором, и компасом в этом проклятом лабиринте. Я всё еще не мог не беспокоиться — такому хрупкому телу, как у неё, не место в такой опасности. Но прежде чем я успел что-то сказать...

— Погоди, Вина—!

— Получай!!

Она боднула одну из павших оболочек духа, которую пропустил Астерий, разнеся её на куски одним чистым ударом. Все мы — даже боги, слушавшие через кристаллы — застыли в шоке.

— Вина стала по-настоящему сильной! Она продолжала есть магические камни, даже несмотря на то, что ей противен их вкус! — закричал Лид, разрубая последние ошметки своей ятаганом.

Я даже не знал, какое выражение лица мне принять. Всё еще потирая голову в том месте, где она ударила монстра, Вина гордо улыбнулась.

— В этот раз я хотела помочь Беллу! Я хотела отплатить за доброту, поэтому... я очень старалась!

— В-Вина, ты так выросла... я сейчас в обморок упаду...

Голос Гестии дрожал от эмоций — и облегчения — идеально передавая тот беспорядок чувств, который я не мог облечь в слова. На данный момент я не мог этого отрицать: Вина, возможно, действительно стала самой сильной в нашей «Семье».

— В любом случае! Пошли, Белл! Мы победим этих духов и спасем ту девушку, Валлен-как-её-там!

— Верно!

Это было единственное, что имело значение. Как один, мы устремились глубже в бездну — направляясь прямо к сердцу преисподней.

— О, прежде чем мы пойдем — можно я по-быстрому выстрелю в себя заклинанием?

— Что?

— Во мне еще остались эти корни. Мне нужно их выжечь. Это не займет много времени!

— ...Белл, даже монстры бы так не поступили... — пробормотал Лид с совершенно серьезным видом.

— Какое нелепое везение!

Из динамика кристалла доносилась смесь хаотичной болтовни, рева пламени и крика кролика. Глаза Локи не отрывались от изображений, мелькающих внутри хрустальной сферы.

— Нет... не везение, — произнесла Фрейя, и в её голосе зазвучали нотки тихого веселья. — Это кульминация всего, что Белл и эти дети строили до сегодняшнего дня.

Богиня красоты наблюдала с восторгом — каждая неудача, каждый безрассудный выбор теперь сплелись воедино в этом моменте. Провальная экспедиция «Семьи Локи», отчаянное спасение на 60-м этаже, безумное решение объединиться с Ксеносами... даже её собственные махинации — тот «сад» и та «война», что она развязала — всё это привело к этому.

— Жаль, что мы не можем стать свидетелями каждой главы их истории воочию, — пробормотала Гефест, сузив свой единственный глаз на пылающую сцену. — Но прямо сейчас...

— Да, — сказала Фрейя, и её улыбка стала глубже. — Теперь наступает испытание — истинный экзамен, чтобы увидеть, смогут ли они отразить настоящий «конец», спящий в этой бездне.

— Уран, — позвала Локи через божественный круг, — на чью сторону ты ставишь? Ты достаточно долго играл роль стороннего наблюдателя.

— ...Нужно ли вообще спрашивать? — низко пророкотал голос старого бога.

Бальдр слабо улыбнулся. Гефест подалась вперед, её взгляд был полон ожидания. Гермес склонил голову с хитрой ухмылкой. И, закрыв глаза, Уран возложил свою веру — свою ставку — на саму надежду.

Подземелье содрогалось от аномалий и нарушений, великая шахта едва держалась, а «демоническое царство» под всем этим извивалось в зловещем движении. Проблемы всё еще громоздились до небес, как горы. Но посреди этого хаоса боги чувствовали это — пульс нового мифа, который вот-вот должен был родиться.

— Победи, Белл... — прошептала Гестия, крепко сжав свой маленький кулачок. — Пожалуйста... победи.

Все их молитвы, все их истории сошлись в одном желании — чтобы борьба мальчика дала начало легенде о герое, способной бросить вызов самому концу света. Подгоняемые волей своей богини, авантюристы собрались вместе — чтобы встретить финальную битву.

— Ла—лала—ла-а-а—♪

Словно вспоминая о недосягаемом небе. Словно снова мечтая о песне земли, которую она когда-то слышала.

«Она» тихо напевала неуклюжую мелодию.

— Я хочу увидеть небо.

Таково было её желание.

С тех пор как она начала тосковать по тому далекому небу, погребенному в бесконечных глубинах памяти, её сила продолжала расти даже после того, как она обратилась в чудовище. Она нападала, захватывала, пожирала, пила, сокрушала, смеялась, поглощала себе подобных, подвергалась угрозам, защищалась и становилась еще сильнее. Она строила королевства, расширяла свои владения, нашла последний ветер и добралась сюда.

Оставалось лишь полностью поглотить этот великий ветер — и пробить брешь. Разорвать все шестьдесят печатей над головой, проломить тяжелый свод и вырезать в мире огромную зияющую рану. Тогда все её желания исполнятся. Там, за небом, по которому она так тосковала, она будет играть без удержу и воздвигнет прекрасный райский ад.

— Я просто хочу увидеть небо.

«Она» рассмеялась.

Мгновение «разжевывания» и «проглатывания» было уже близко. Её мощь раздувалась невыносимо, и, устав от пения, она подняла взор вверх, нежно облизывая губы.

Именно тогда она это почувствовала — приближение чужого присутствия.

Тень зверя.

Даже после того, как его разлучили с товарищами, первым, кто вошел в «Глубины Демонического Царства», где она поджидала, был избитый волк.

— Я вернулся... чертова тварь.

Бете остановился и окинул взглядом представшее перед ним зрелище — видение настолько масштабное и гротескное, что оно лишало всякого смысла.

Зал был огромен. Слишком огромен.

Пол, стены и потолок — всё состояло из пульсирующей фиолетовой плоти, залитой болезненным лиловым светом. Это было похоже на то, как если бы ты шагнул внутрь вскрытого тела живого монстра. С потолка свисали массивные фиолетовые колонны — их нельзя было назвать иначе как «деревьями плоти», — десятки таких столбов укоренялись в высоком своде. Бете не нужно было даже присматриваться: эти деревья состояли из кричащих женских лиц — духов, поглощенных и искаженных до этой мерзкой формы.

Стены демонических владений пульсировали яростнее, их оттенки стали темнее и ядовитее, чем прежде. А в самом центре этого необъятного пространства покоился колоссальный «мозг». Он свисал с потолка, словно гротескный алтарь, раздутый сверх всякой меры — как обезумевшая злокачественная опухоль. Глубокие борозды на его поверхности придавали ему вид гигантского, бьющегося церебрума из сине-фиолетовой плоти. В самый центр был вживлен единственный огромный глаз — вращающийся, пульсирующий, влажный и живой, бесконечно дергающийся.

Плотные потоки магии образовывали светящиеся нимбы вокруг центра залы — кольца света, сплетенные из маны так туго, что они пульсировали, словно живые вены. От этого органа управления демоническим царством расходились позвоночные отростки — змеевидные, гротескные, извивающиеся, точно гигантские змеи из плоти.

И на конце одного из таких массивных «позвоночников» ждала она.

У нижней части её тела не было ног; вместо этого она бесшовно сливалась с этой позвоночной массой, принимая облик получеловека-полузмеи — нечто вроде ламии. Её гладкая бледно-фиолетовая кожа сияла чувственным блеском, способным сбить с толку и смертного, и монстра. Маленький аккуратный пупок над упругим животом; грудь, достаточно большая, чтобы заполнить обе ладони, казалась почти чрезмерно налитой жизнью. По её гибким рукам, плечам и верхней части тела шли бесчисленные строки священного письма — знаки, напоминающие божественные иероглифы. С головы ниспадали длинные иссиня-черные волосы, водопадами струясь по обе стороны до самого пола.

Красота, способная околдовать и человека, и зверя — и в то же время несущая вонь запустения. Вестница порчи, облаченная в божественное очарование. Куда более изысканная, более соблазнительная и бесконечно более ужасающая, чем любой «Деми-Дух».

Её знали как Оскверненного Духа.

— Ну надо же — снова пришел, да~?

Глядя сверху вниз на маленького оборотня, Оскверненный Дух тихо рассмеялась, и её голос был подобен переливчатой песне певчей птицы, полной издевки. В дополнение к двум алым глазам, в её лбу был посажен третий — огромный одиночный глаз, в точности такой же, как тот, что был вживлен в гигантский мозг над ней. Все три глаза сузились в гипнотическом веселье. Вокруг этого центрального глаза проросли четыре роговидных выступа, образуя гротескную корону, подобающую так называемой Королеве Подземелья.

Во всём её божественном облике выделялась одна кошмарная деталь: её левая рука больше не была человеческой. Она превратилась в массивную, искривленную конечность, похожую на тело многоножки — сегментированную, хитиновую и многосуставчатую. Рука дергалась и шипела, изгибаясь под неестественными углами, а её конец широко раскрывался в зияющую пасть, усаженную зазубренными клыками.

— Ты стала еще уродливее, — выплюнул Бете. — Аж тошнит.

Левое полушарие огромного «мозга» над ней тоже изменилось — его регенеративные способности взбесились, образовав опухолевидный нарост, сросшийся с боком. Его можно было назвать вторым мозгом, поменьше и еще более перекрученным, чем первый. Это был не просто шрам, оставленный штурмом «Семьи Локи» — это было нечто новое, свежий орган, который Оскверненный Дух вырастила в ответ на атаку.

Две вещи в этом гротескном центральном зале всё еще были неведомы Бете.

Одной из них были бесчисленные трубки, змеящиеся по всему пространству — пронзающие стены, потолок и пол во всех направлениях, словно жилы из плоти.

[[image:/storage/reader-images/a02dc0985472aac3bd94317a75daad0ee247a219.jpg]]

От возвышающихся «деревьев плоти» расходились бесчисленные нити — они пронизывали всё вокруг, напоминая жуткую сеть капилляров. Каждая вена ритмично пульсировала, проталкивая слабо светящийся голубой свет — поток маны ветра, который циркулировал по огромному залу, как кровь в гигантском живом организме.

А затем открылся второй ужас — источник, от которого исходило сердцебиение этой маны ветра.

Чудовищное сердце, вживленное высоко в дальнюю стену каверны — почти в пятидесяти метрах над землей — билось в болезненном, органическом ритме.

— ...Тц!

Даже сейчас пульсирующая масса колотила, как живой барабан. Вокруг неё парили шесть Остатков Духов (Самос Фракия) — крылатые мерзости, вставшие стражами вокруг своей королевы. Они были трофеями Оскверненного Духа — доказательством её власти, добычей в её кровавой жатве. Через бесчисленные вены, соединенные с ним, сердце качало ману вовне, питая свою госпожу, пока та купалась в удовлетворении.

И внутри этого гротескного сердца, сквозь мембрану живой плоти, Бете мог разглядеть слабый силуэт девушки — свернувшейся, как плод в утробе. Её золотые волосы и золотые глаза было невозможно не узнать.

Айз Валленштайн.

Ярость и жажда убийства вспыхнули в нем, раздирая внутренности, удерживаемые лишь титаническим усилием воли. Оскверненный Дух наклонила голову, её голос звучал певучей издевкой:

— О-о-о? Ария говорит, что ты ей больше не нужен~ Так почему бы тебе не убраться отсюда?

— Заткнись, гребаная тварь, — прорычал Бете. — От одного твоего дыхания меня тянет блевать.

Даже когда она играла с ним, используя человеческий язык, сам факт того, что этот монструозный правитель подземелья — истинный суверен бездны — мог так бегло изъясняться, только углублял гротескную абсурдность происходящего. Но Бете не дрогнул. Его железная воля была непоколебима, пока глаза сканировали зал, собирая информацию с холодной и смертоносной точностью.

Он зафиксировал взгляд на деревьях из плоти, этих омерзительных стволах, слепленных из голов и торсов духов. Их искаженные, кричащие лица — каждое было записью того, как она их поглощала. Каждое из этих лиц принадлежало Великому Духу, которого сожрала эта тварь.

И среди них лица Айз пока не было.

Её тело плавилось, переваривалось, впитывалось — но еще не было поглощено окончательно.

Это значило, что её еще можно спасти.

Разум Бете, отточенный годами в качестве авантюриста первого класса, начал просчитывать способ вырвать её оттуда — пока существо не решило кое-что ему показать.

— О, но это правда~ Вот, посмотри.

Её массивная правая рука — достаточно большая, чтобы раздавить человеческую голову — лениво поднялась. Раздались влажные, хлюпающие звуки. И прямо из ладони этой огромной руки начало формироваться лицо девушки.

— —

Длинные волосы, закрытые глаза, тонкие черты — несмотря на то, что всё лицо было окрашено в болезненный фиолетовый цвет, Бете узнал его мгновенно.

Это было лицо Айз.

— ...Бете, — заговорило оно.

Веки медленно поднялись, открывая безжизненные, стеклянные глаза — глаза куклы.

— Не приходи... Мне больше никто... не нужен.

Голос был неправильным. Пустым. Грубая имитация. Трюк чревовещателя. Айз никогда бы такого не сказала.

Но это не имело значения.

Бете сорвался. Окончательно и бесповоротно потерял контроль.

Играть с кем-то из его «стаи» — осквернять её образ перед ним — одного этого было достаточно, чтобы волк вышел за пределы ярости.

— Видишь? Она сама сказала~

А затем—

Хлюп.

В тот миг, когда лицо девушки было раздавлено — как горсть малины — что-то внутри Бете лопнуло. Последняя преграда, сдерживавшая его ярость, разлетелась вдребезги. То, что последовало за этим, было не гневом, а чистой, нефильтрованной жаждой убийства.

— Я убью тебя.

Бете исчез.

Пол взорвался под его ногами, когда он взмыл вверх, как серебряная пуля — живое копье, нацеленное прямо в Оскверненного Духа, парящую более чем в тридцати метрах над землей.

— Аха-ха~♪

Монстр хихикнул. Позволив кровавым ошметкам имитации Айз стечь с её ладони, она просто улыбнулась. Огромный красный магический круг материализовался перед ней — мгновенно, без заклинаний и жестов. Он превратился в сияющий огненный барьер, без усилий поглотив удар Бете, нанесенный в полную силу.

— Тц!

Металлические сапоги столкнулись с пылающими рунами, высекая снопы искр. Посреди этого ослепительного столкновения издевательская улыбка Оскверненного Духа ни на миг не дрогнула.

Затем над Бете появился еще один магический круг.

— Пока-пока.

— —!

Громовой залп молний обрушился вниз. Лишенный крыльев, Бете успел лишь скрестить руки перед собой, прежде чем взрыв впечатал его в землю, словно метеор. Электричество жгло всё тело, каждый нерв вопил от боли. Даже барьер «Дыхания Вуали», который Лефия заново наложила на него после спасения Тионы, не смог смягчить удар — его жизненные силы ополовинились в одно мгновение. Если бы не это заклинание, он был бы мертв. Сквозь стиснутые зубы вырвался сдавленный рык.

— Гх—!

— Это всё~?

Сам воздух задрожал. Открылось еще больше «орудийных портов» — множественные магические круги расцветали, словно грозовой фронт. Огонь. Лед. Тьма. Каждая стихия вырывалась каскадной бомбардировкой.

— Проклятье—!

Волк мчался сквозь хаос, уклоняясь от каждого взрыва на волосок. Оскверненный Дух смеялась, пребывая в восторге.

— Аха-ха-ха-ха-ха!

Это была не битва — это была игра. Внутри этого необъятного пространства она могла призывать магические круги везде, где пожелает. Её залпы были бесконечными, беспорядочными и жестокими. Даже первоклассный маг не мог и мечтать о такой огневой мощи. Это была не точность — это был чистый садизм.

Один из извивающихся усиков скользнул из плоти внизу, обвиваясь вокруг ноги Бете.

— Тц!

Он выхватил оба клинка, полосуя каждое щупальце, тянувшееся к нему — разрезая, разрывая и прорываясь сквозь живой лабиринт. Но в этот момент Оскверненный Дух выдохнула, почти лениво. Волна огня пронеслась по залу — настолько широкая и огромная, что она испепелила сам воздух.

— Га-а—!

Пламя поглотило его целиком. Масштаб её силы был за гранью понимания. Она не была существом — она была экосистемой, всем шестидесятым этажом, воплощенным во плоти. Сражаться с ней было всё равно что пытаться бросить вызов самому Подземелью. Даже авантюрист первого класса шестого уровня был для неё не более чем игрушкой.

Тело волка рухнуло на регенерирующий пол из плоти, его доспехи были опалены, мех дымился. И всё же он был жив.

— Какой упрямый~, — пропела Оскверненный Дух. — Тогда я сделаю тебя своей новой марионеткой.

Обожженная, раздавленная земля под её телом мгновенно исцелилась. Её губы изогнулись в форме полумесяца, когда она подняла руку, обрушивая ливень щупалец прямо на павшего волка.

Но прежде чем они достигли цели—

— Огненная Стрела!

Всплеск багровых молний вспыхнул между ними, рассекая и сжигая щупальца в пепел. Оскверненный Дух застыла, её лицо исказилось. Пламя и гром принадлежали одной фигуре — беловолосому юноше, сжимающему длинный меч и божественный кинжал, сияющий от жара. Рядом с ним стояли воительница-амазонка, ящеролюд, темный эльф и девочка-дракон — каждый сжимал свое оружие в унисон.

Глаза Бете расширились.

— Вы, идиоты...

— Ты в порядке, Бете!? — крикнул в ответ Белл, крепче перехватывая меч.

Время одиночества закончилось. Окруженный этой разношерстной, хаотичной группой, Белл Кранел занял позицию перед волком, встречая Оскверненного Духа лицом к лицу.

— Какого черта ты творишь, Бете!? Ты выглядишь как груда металлолома! Броситься в одиночку вот так — ты просто напрашивался на роль козла отпущения!

— У нас нет времени, если мы собираемся вернуть Айз! И кого это ты называешь козлом отпущения!?

— Ой, да ладно, после всех этих крутых речей тебе наваляли по первое число, дворняга! Слабак здесь только ты — кха, кха, кха!

— Ты уж определись! Либо издевайся, либо захлебнись кровью, тупая амазонка!!

Воздух наполнился визгливым смехом Локи, доносившимся из Окулуса, смешиваясь с поддразниваниями Тионы, пока Бете, уже снова поднявшийся на ноги, яростно огрызался в ответ. Белл попытался проверить состояние волка, но, поняв, что шумная перепалка «Семьи Локи» делает это излишним, просто вытер пот и вместо этого протянул последнее зелье, что у него было.

— Мы тоже сражаемся! Пожалуйста, позволь нам сражаться вместе с тобой, Бете!

— ...Похоже, я теряю хватку — никогда не думал, что буду объединяться с монстрами.

Выхватив зелье у Белла, Бете вылил его себе на голову, бросив короткий взгляд на Лида и остальных; раздражение на самого себя жгло его изнутри. Но он не отказался. Сейчас был только один приоритет: спасти Айз. Ради своей «стаи» волк мог проглотить и грязь, если потребуется. Тем временем Вина сжалась, напуганная репутацией этого буйного авантюриста, прячась за спину Белла.

— О-о-о-о? Вас теперь больше? Вы тоже пришли поигра-а-ать~?

— Это Оскверненный Дух...

Длинная, похожая на позвоночник нижняя часть тела существа гротескно извивалась, пока она возвышалась над ними, глядя сверху вниз с издевательской улыбкой. У Белла кожа поползла мурашками. Говорящий монстр — не Ксенос — такого не должно существовать. Один этот факт приводил в ужас. Для Белла, который подружился с Ксеносами, это было нечто иное — это был не интеллект, рожденный добротой, а зло, мимикрирующее под человечность.

И всё же она не казалась абсолютно чуждой. Он помнил Деми-Духов, паразитического паука, получеловеческие формы, что изрыгали слова ненависти и скорби. Эта тварь была их кульминацией — высшей «порчей» всех тех, кто был до неё. Топор, вверенный ему Астерием, стал тяжелым в его руках.

Рядом с ним Хёгни пробормотал из-за плеча Белла дрожащим голосом:

— Я никогда не хотел видеть эту штуку снова...

— ...Бете, где Хейд?

— Откуда мне, черт возьми, знать? Её отшвырнуло неизвестно куда — у меня не было времени искать.

— Что!? Хейд здесь, но пропала? Ух, типичный Хедин — вечно он не вовремя...

Даже не спуская глаз с мерзости над ними, Хёгни не смог сдержать стона отчаяния. Потерять лучшего целителя в битве с боссом такого масштаба было сущим кошмаром. Но Бете нельзя было винить — поиски могли стоить им всего. Если бы они потратили хоть минуту, они могли бы упустить единственное окно возможностей перед самым концом.

— Если тебе дорога Хейд, тогда срази этого падшего духа, Белл. Как только её не станет, каждый хроматический монстр здесь исчезнет.

— Ты спасешь не только Айз, но и всю группу обороны шахты.

— Понял...

— Эта девчонка похожа на тебя — у нее есть «Авто-исцеление». Если она не будет лезть в драку, то продержится. Даже если в нее впился один из тех пауков, это может пойти ей на пользу: они не нападают на то, что уже пометили как свою добычу.

— Я не знаю, утешительно это звучит или ужасающе!

— Если она будет осквернена, я лично буду обнимать её до тех пор, пока она обо всём не забудет. Я сделаю так, чтобы каждое пятнышко казалось пустяком.

— Что—!?

От совершенно нефильтрованного голоса Фрейи, раздавшегося из Окулуса, Белл застыл, а по его шее скатилась капля пота. Хёгни же закрыл глаза руками, и его лицо залила густая краска. Бете выглядел так, будто был в секунде от того, чтобы врезать Беллу просто за факт его существования.

Но тон Фрейи не был шутливым. Она пыталась удержать их внимание на главном — и её слова несли важный смысл.

Хейд жива.

Это всё, что им нужно было знать.

— Тогда иди поиграй, Белл~, Ария тоже~♪

— ...!

Оскверненный Дух раскинула руки, и её голос эхом разнесся по залу. Гигантское сердце, вживленное в дальнюю стену, яростно забилось, сотрясая всё пространство. Даже если они не понимали значения имени «Ария», они знали главное — Айз внутри этого сердца.

— Айз! Держись — мы идем!!

Времени на раздумья больше не осталось. С криком Белла герои бросились в атаку. Финальная битва началась.

Так называемая «Группа Мечты из Сильнейших Героев» была какой угодно, только не обычной — абсурдная смесь авантюристов, монстров и изгоев, — но они стояли плечом к плечу против Оскверненного Духа.

— Локи! Используй кролика! Вы, боги, берете командование на себя!

— Вот это я понимаю — безрассудное делегирование полномочий, хе-хе!

Бете первым бросился в атаку, выкрикивая указания Беллу, единственному обладателю Окулуса. Он уже раскусил главную слабость их команды — все были бойцами ближнего боя. Координация обещала стать кошмаром. Вместо того чтобы тратить время на попытки выстроить боевые порядки с враждующими фракциями и монстрами, он передал тактический контроль божественным наблюдателям. Даже с учетом задержки связи, всевидящий взор богов был лучшим вариантом.

В конце концов, их враг был порождением небес. Немного божественного вмешательства было правилом честной игры.

Так Локи и остальные начали «дистанционно управлять» Беллом, приказав ему начать зарядку силы.

— Ха-а... хах...! Эй, дайте мне оружие!

— Ты уверена!? Ты выглядишь так, будто сейчас копыта отбросишь!

— Неважно! Я не могу просто сидеть и ничего не делать!

— Ладно! Длинный меч или ятаган — выбирай!

— Тот, что побольше!

Позади Бете Лид бросил длинный меч Тионе, одновременно обнажая магический клинок за своей спиной — последнее уцелевшее оружие из скрытой деревни Ксеносов.

— М-мне всегда не везет... тело почти не слушается...

— На! Зелье Фелса!

— ...Спасибо.

Хёгни, единственным настоящим союзником которого здесь был Белл, выглядел несчастным. Снова встретиться с монстром, который его травмировал, было худшим испытанием для его психики. Но невинная улыбка Вины — чистая, яркая, которой невозможно было отказать — не оставила ему пути к отступлению. Приняв флакон, он молча выпил особое зелье «Знак Дурака», вытер рот и отшвырнул стекло. Затем, сжав свой любимый клинок «Victim Abyss», он рванул вперед.

— Ледяной Клинок!

Оскверненный Дух ответила мгновенно. Вокруг нее расцвели сорок четыре синих магических круга. На одном дыхании она выпустила шторм морозных лезвий, заполнивший всё небо.

— Проклятье, проклятье, проклятье! Ненавижу сражаться с этой тварью!!

Воин-ксенос Лид выкрикнул то, о чем думали все. Повидав немало хроматических монстров и деми-духов, даже он понимал: это совершенно иной уровень. Артиллерийская дуэль за гранью разума.

Они не могли продвинуться. Не могли даже приблизиться. Один неверный шаг — и они закончат как Бете до этого: будут раздавлены еще до того, как доберутся до нее.

Это был бой не против личности, не против армии и даже не против крепости.

Это была битва против самого мира.

Сколько бы их ни было, её магия топила их, словно океан смерти. Их первое наступление было захлебнулось в зародыше.

— Ванарганд, пробивай!

— Сам знаю!!

Он оттолкнулся от земли, и его голос взорвался вместе с яростью. Поток льда разбился перед ним, когда его металлические сапоги — «Frosvirt», та самая пара, что когда-то ошеломила Белла, — вспыхнули силой. Драгоценные камни в их основе поглотили пламя Оскверненного Духа, выпущенное ранее, воспроизводя эту стихийную мощь, пока он прорывался сквозь атаку.

Он превратил её «Огненный Барьер» в свое оружие — огонь встретился со льдом, хаос встретился с хаосом. И этим рывком волк проделал брешь в шторме.

Безрассудный первый удар Бете вовсе не был безрассудным — он был расчетливым. Он намеренно использовал подавляющую магическую мощь врага, чтобы создать преимущество, превратив чистое разрушение в тактическую ступеньку.

Пока глаза Оскверненного Духа слегка расширились — ровно настолько, чтобы выдать раздражение, — богиня Цубаки Коллбранд, Гефест, торжествующе сжала кулак, наблюдая через Окулус.

— Мальчик! Начинай с залпа!

— — Огненная Стрела!

По приказу Локи Белл выпустил заклинание, которое заряжал целую минуту. Ревущий поток пламени и молний сорвался с его руки, устремляясь к парящему в небе чудовищу. Оскверненный Дух немедленно отменила свой следующий залп, изгибая длинный змеиный торс, чтобы уклониться.

Удар чистой мощи 6-го уровня — усиленный полным зарядом Белла — прошил огромный зал, поток раскаленной энергии достиг самых дальних глубин. И цель была ясна: гигантское «сердце», которое всё еще пульсировало, выкачивая силы из Айз.

Но—

— Что!? Заблокировано!?

Шесть остатков духов — стражи Самос Фракия — синхронно задвигались вокруг массивного сердца, проецируя огромный шестиугольный барьер. Огненная Стрела врезалась в эту сотовую стену и рассыпалась бесполезными искрами.

— Разумеется, заблокировано.

— Это «Абсолютный Щит» Оскверненного Духа! Ух, как раздражает!

Пока Белл стоял в шоке, голоса богов оставались спокойными. Этот щит — «сильнейшая грудная клетка» — был создан для защиты запечатанного сердца Айз. Чтобы спасти её, им нужно было сначала пробить эту защиту.

Фрейя и Гестия хладнокровно анализировали ситуацию, и Локи снова вступила в дело:

— Забудь об этом пока! Снова заряжайся, парень!

— П-понял!

Белл подчинился немедленно, сосредоточившись на восстановлении энергии. С его неисчерпаемой выносливостью и маной Белл был ключом к победе — незаменимым якорем всей операции. Даже против существа такого масштаба всевидящая позиция богов позволяла видеть четкий путь вперед.

— Перемещайтесь во внутреннюю залу.

— Встаньте так, чтобы это гигантское сердце было у вас за спиной — используйте его как укрытие!

Воспользовавшись брешью, пробитой Бете, и атакой Белла, группа рванула вперед. Следуя божественным командам, передаваемым через Белла, они проскользнули мимо массивного «мозга» и змеиного позвоночника, соединяющего его с телом Оскверненного Духа, расположившись так, чтобы «сердце» оказалось позади них.

Глаза Оскверненного Духа дернулись.

— Даже такой безумный монстр не станет рисковать, нанося удары по собственному сердцу. Её атаки теперь будут ограничены, — произнес голос Бальдра — безмятежный, но властный.

Благодаря этой божественной проницательности они нашли лазейку в броне размером с мир.

— Ваш враг может призывать магические круги в любой точке этого пространства, но теперь не все углы обстрела для неё доступны. У вас будет больше места для маневра — пользуйтесь этим.

Боги в очередной раз вывели своих детей из лап верной смерти. Белл прошептал в благоговении:

— Они... невероятны.

Для авантюристов голоса богов, которые так редко удавалось услышать напрямую, были лучшим подкреплением, какое только можно представить. Моральный дух команды вырос сам собой.

— Рассредоточиться!

По команде Локи они разорвали строй. Бете бросился прямо вперед, в то время как остальные разошлись вверх и в стороны — кто-то карабкался по живым венам, тянущимся по стенам, кто-то бросался в атаку с флангов.

— Кья-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а!!

Оскверненный Дух взвизгнула, её гротескное тело задрожало от ярости. Магические круги расцветали в воздухе, на полу и даже на пульсирующих венах. Щупальца хлестали, молнии дождем сыпались из мозга наверху — казалось, весь мир ополчился против них.

Но они адаптировались.

Огненные удары Бете отбивали молнии в сторону. Тиона и Хёгни уклонялись с ювелирной точностью. Лид набрал полные легкие воздуха и взревел, выпуская испепеляющую струю пламени, которая в мгновение ока превратила тянущиеся усики в пепел. Шторм атак продолжался, но впервые герои сражались против самого кошмара на равных.

— Эй, боги! «Мозг», «сердце» или этот «дух» — во что нам бить первым!?

— Мозг, если хотите нарушить систему управления этим подземельем. Духа, если метите в убийство с одного удара, — ответил Гермес на вопрос Лида, пока тот бежал рядом с Беллом.

Они бы всё отдали, чтобы освободить Айз из великого сердца, но если сосредоточиться только на разрушении «абсолютного щита», их атакуют со спины. Оставалось два варианта. Боги определили «мозг», сросшийся с потолком, как центр управления подземельем, в то время как «дух» управлял его сознанием и разумными функциями — и они уже видели, что именно в последнем кроется ключ к победе.

— Тогда это точно «дух», без вопросов!

Оторвавшись от Белла, Лид рванул вперед. Бете, Тиона и Хёгни также атаковали с разных сторон.

— Ха-а, ха-а...! Я никогда не прощу тебя за то, что ты сделала с Айз!

Тиона, всё еще избитая и далекая от пиковой формы, полагалась на свои инстинкты закаленной в боях амазонки и ловкость 6-го уровня, чтобы уклоняться от атак. Но «дух», наблюдая, как она карабкается по одному из пульсирующих «сосудов», хищно улыбнулась. Она подняла одну тонкую руку и согнула палец.

— Гха—!?

Мгновенно «корень», всё еще сидевший внутри Тионы, пронзил её бок. Она кашлянула кровью — но её яростный взгляд не дрогнул. Прежде чем упасть с «сосуда», она обломила корень у основания и метнула его, как копье.

— Получай, чертов монстр!!

— !?

Импровизированный снаряд закрутился в сторону Оскверненного Духа. Это была настолько абсурдная атака — такая неожиданная, что никакая магическая защита не успела сработать. Существо едва успело прикрыться четырьмя рогами, торчащими из головы, но удар потряс её череп и заставил отшатнуться.

И в этот момент трое ударили разом.

— Умри!

— Сдохни!

— Серьезно, просто сдохни уже.

Бете, Лид и Хёгни вместе атаковали пошатнувшегося духа — пламя, изогнутый клинок, проклятый меч. Дух, так любившая играть со своей добычей, внезапно почувствовала прикосновение смерти. Она закричала.

— Дистилляция — Разряд!!

— А-а!?

— Гха-а — горячо!!

— Да уж, я всё еще ненавижу эту штуку!

Её гладкая фиолетовая кожа вспыхнула отвратительным светом, и наружу вырвался поток электричества — зачарование молнией, сотворенное без слов и жестов. Взрыв разбросал первоклассных бойцов Орарио, как тряпичных кукол. Лид среагировал рефлекторно, взмахнув своим громовым мечом, чтобы нейтрализовать ток, пока он и остальные отступали.

Оскверненный Дух скрестила руки, защищаясь, а затем посмотрела своим третьим глазом — и выпустила концентрированный луч смерти.

— Всем назад!!

Цепляясь за «сосуд» и истекая кровью, Тиона закричала. Игнорируя приказы богов, Белл вытянул руку вперед, готовый выпустить ответный залп...

Но шестой член их группы оказался быстрее.

— Вина!! — закричал Лид, и девочка-дракон бросилась вперед, её тень неслась подобно вспышке света. Черный плащ Вины взметнулся за спиной, когда из её спины вырвались два драконьих крыла, и она прыгнула между группой Лида и лучом света.

— М-м-м-н-н-н-н-н-н-н-н!!

Её маленькое тело широко расправило эти огромные крылья, скрестив их и образовав настоящий двухслойный щит. Трескучий свет обжигал воздух — з-з-з-з-т! — но усиленные крылья выдержали, отражая смертоносный луч.

Бете и Хёгни, наконец восстановив равновесие на одном из пульсирующих «сосудов», уставились на это в неверии.

— Было так больно!

— Красава, Вина!

— Но мне больно, Лид!

Ящеролюд, обхватив сосуд хвостом для устойчивости, выкрикнул похвалу, пока почти расплавленные мембраны крыльев Вины светились докрасна. На её глазах выступили слезы, когда Лид легко подхватил её при падении, отбегая в сторону как раз в тот момент, когда сверху обрушилась новая волна лучей.

— Вина... невероятно!

— В-Вина, ты правда стала сильной! — Голос Гестии сорвался от избытка чувств.

Белл и его богиня только сейчас поняли, почему Лид взял её с собой. Раса Виверн специализировалась на скорости и защите, чтобы оберегать красный камень, вживленный в лоб. Лид и другие Ксеносы тренировали Вину, чтобы еще больше развить эти сильные стороны. Её атака могла быть самой слабой в группе, но как мобильная стена, как защитный боец, она оказывалась бесценной. Даже в этой кошмарной битве против Оскверненного Духа она помогала переломить ход событий.

Оскверненный Дух больше не улыбалась. До этого момента она смотрела на этих авантюристов свысока. Монстр, считавший Айз своим «сокровищем» и уничтоживший экспедицию, наконец был вынужден признать: даже без нефритовой эльфийки, маленького героя, несгибаемого гнома или самой Айз... эти авантюристы способны убить её.

Было ли это рассудком или инстинктом, но Оскверненный Дух перестала играть и начала сражаться всерьез.

— Ветер!

— Гх—!?

Впервые она призвала стихию ветра — силу, которую она всё еще развивала, поглощая магию Айз, но даже сейчас это был грозный козырь. Порыв пронесся по залу, буквально снося с ног Хёгни и остальных, пытавшихся подобраться поближе. Вены, пронизывающие воздух, лопались одна за другой, изрыгая бирюзовый свет и густую, вязкую кровь.

Затем появились новые враги: безголовые оболочки духов, остатки Самос Фракия.

— Опять пушечное мясо!?

— Боги, это уже издевательство!

— Черт!

Воющий шторм и натиск оболочек духов нещадно избивали их. Группа Лида бросалась в укрытие, где только могла, но даже крылья Вины могли заблокировать лишь часть атак. Боги помрачнели — битва резко обернулась против них. Само Подземелье навалилось всей своей тяжестью, чтобы раздавить их. Будучи владыкой всего этого этажа, Оскверненный Дух могла использовать саму окружающую среду как оружие.

Лид выругался, в ярости метнув свой сломанный магический меч — но тот так и не достиг цели. Вращающийся ветряной барьер духа отразил удар и разнес клинок в щепки.

— Проклятье, это просто нереально! Без мага это невозможно!!

— Отсутствие арьергарда действительно бьет по нам... и всё же они сражаются отлично, учитывая обстоятельства!

Локи и Гефест в унисон ругались через канал связи. Обычно битва с боссом этажа опиралась на четкое построение: авангард держит строй, пока тыл ведет магический обстрел. Но у импровизированной команды Белла не было такой роскоши. Ни мага, ни целителя, ни баффера. В обычных условиях любой авантюрист бежал бы без оглядки от такой безнадежной битвы — но эта группа и не думала отступать.

Даже боги — игроки, взирающие со своего небесного пьедестала — оказались втянуты в отчаянную партию. Неважно, сколько сотен ходов вперед они видели на доске; текущая битва была игрой в «камень-ножницы-бумага», где у их стороны на руках была всего одна карта.

Финальный босс без точек сохранения, без права на перезагрузку — идеальный шторм из ограничений. Локи скрежетнула зубами: будь здесь их арьергард в лице Лефии, шансы были бы куда выше. И всё же единственной причиной, по которой группу Белла еще не стерли в порошок, была быстрая реакция и тактическая координация богов.

Но даже для всезнающих божеств нехватка грубой силы была препятствием, которое нельзя устранить одним лишь желанием.

— Магу не докричаться до чуда. А значит...

Но отчаяние было чуждо богам, собравшимся перед подземным алтарем.

— Остался только один ход — «Удар Героя»!

Их козырь всё еще был в игре.

Слова Фрейи подхватила Гестия. И пока Белл метался среди хаоса, перебегая от одной разрушающейся вены к другой и злясь на то, что не может встать в авангард, он молча вел обратный отсчет в своем сердце:

(Тридцать секунд до полного заряда...)

Белый свет и пламя собирались вокруг массивной обоюдоострой Лабрис, покоившейся на его левом плече.

«Двойной заряд».

«Удар Героя» ждал своего мига.

— ...Этот звук. Ненавижу его, — прошипела Оскверненный Дух.

Даже в гневе она заметила резонирующий звон Великого Колокола — её насмешки исчезли, внимание теперь было приковано к «белому свету», который действительно мог её убить.

— Громовой Луч!

Безмолвное заклинание.

Она выбросила руку вперед, выпуская выкованное штормом копье молнии — громовой луч с ревом пронесся через огромный зал. Она ухмыльнулась. «Белый свет» еще не был достаточно силен, чтобы убить её, а топор мальчишки даже не был поднят для защиты. Надоедливый колокол сейчас замолкнет навсегда — так она верила.

— Сейчас, Белл! Пали вторым! — раздался голос Локи.

И из-за Лабрис вспыхнул «другой белый свет».

Оскверненный Дух застыла.

Белл держал топор перед собой, скрывая за ним правую руку — маскируя свой второй заряд. Он вытянул правую руку вперед, выпуская секрет, который берег до этого момента.

Эволюционировавшая форма его навыка — «Аргонавт» — теперь позволяла заряжать две точки одновременно.

«Вторая комедия — Дорогой Аргонавт».

Он научился этому на горьком опыте, вдохновленный одним человеком:

— Техника сдвоенных пушек Лефии.

— «Если бы я мог сделать это... с Аргонавтом...»

Эта мысль преследовала его со времен битвы на 51-м этаже. Через постоянные испытания Белл толкал себя вперед как авантюриста, расширяя границы своего навыка. И теперь, в этих экстремальных условиях, возможность стала реальностью.

Без малейшего колебания он выстрелил.

— Огненная Стрела!!

Пылающий удар грома разорвал сам шторм. И копье молнии, и яростный ветер были поглощены единым массивным всплеском пламени.

— ГЬЯ-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!!

Оскверненный Дух закричала, когда её рука, поднятая для удара, была охвачена огнем и уничтожена. Полностью заряженный выстрел прошил её шторм, пробив дыру в её абсолютном слиянии нападения и защиты. Схватившись за обожженное плечо, дух попятилась, паника пробилась сквозь её высокомерие. Смятенный разум исказил её магию, и шторм обезумел, кромсая всё на своем пути — и своих, и чужих.

— Твою ж направо!?

— Бежим!

Вина рванула Тиону за руку, увлекая её прочь от неистовствующего вихря. Буря была настолько яростной, что даже разрывала на части призванные оболочки низших духов — Самос Фракия. «Великое сердце», всё еще впитывающее магию, мучительно застонало, и его свет начал лихорадочно мерцать. Сама Оскверненный Дух вопила от боли, дико извиваясь.

— А-А-А! У-у-ух, больно! БОЛЬНО—!?

Когда буря наконец начала стихать, Оскверненный Дух — с растрепанными волосами и горящими глазами — всё еще дрожала от замешательства.

Звон Великого Колокола не прекратился.

Двойные источники света — белое пламя и Лабрис, связанная с силой минотавра — всё еще были нацелены на неё. Осознав это, дух широко распахнула глаза. Она лихорадочно огляделась.

— Где!?

Прямо под ней.

— Пять минут.

Полная мощь. Максимальный заряд.

Белл стоял внизу, в самом затишье — в «глазу бури», который он предсказал, единственном месте, не тронутом яростными ветрами. Над ним возвышалась сбитая с толку Оскверненный Дух и пульсирующий «мозг», управляющий подземельем.

— Сейчас, Белл! — услышал он зов богов через кристалл.

Это был прием, который он едва освоил, сырой и неотточенный, но его потенциал был неоспорим — удар, достойный истинного рыцаря. Удар, способный сносить холмы, крушить замки и убивать драконов.

— Остаточное пламя—

Вихрь огня и святого света закружился вокруг Лабрис. Белл сжал её обеими руками и издал рев.

— Аргонавт Священного Пламени — Арго Веста!!

Ослепительный росчерк устремился вверх — одновременно клинок и пламя, свет и ярость. Летящий удар белого огня испепелял всё на своем пути. Купаясь в обжигающем сиянии, Оскверненный Дух и «мозг» были поглощены этим лучезарным инферно. Каждая защита рассыпалась. Каждый фрагмент сгорел в пепел. Синергетический взрыв заклинания и навыка — «Остаточное пламя» — прошил духа насквозь и врезался в потолок каверны самого Преисподнего мира. Последовал громоподобный удар, сотрясший весь этаж сверху донизу.

Бете и остальные с трудом удерживались на ногах, а Вина с мягким глухим звуком приземлилась рядом с Лидом.

— ...У него получилось.

Когда толчки утихли, и монструозный дух, и извивающийся мозг исчезли из виду. Глядя вверх, Вина засияла. Она вскинула руки, прыгая от радости.

— Белл, ты сделал это!

— Ты крут, Белл!

Ксеносы торжествующе закричали.

От изможденного тела Белла поднимался дым, смешанный со слабыми искрами — послевкусие его огненного удара. Двойные лезвия Лабрис дезинтегрировались от такой нагрузки, и его тело, истощенное физически и ментально, держалось теперь только на бешеном пульсе «Авто-исцеления».

Вина и остальные побежали к нему...

Но вдруг—

Шаг за шагом их бег замедлялся, пока они окончательно не остановились.

— Белл...?

Юноша смотрел в одну точку, его профиль оставался напряженным.

— Сердце всё еще бьется...

Айз всё еще была в ловушке. Вина и другие проследили за его взглядом к огромному «великому сердцу», вживленному в дальнем конце зала. Как и сказал Белл, масса плоти, удерживающая Айз, пульсировала — тук-тук — перекачивая магию, словно кровь через Бездну. Вокруг него шесть остатков духов, Самос Фракия, замерли неподвижно, как тюремные надзиратели.

— Монстры тоже не исчезли...!

— Разве подземелье не должно вернуться в норму после гибели Оскверненного Духа!?

— Не может быть...

Бете нахмурился, Тиона вскрикнула, а Хёгни со слезами на глазах не опускал гарду. Никто из них не убрал оружие.

Этот этаж, шестидесятый, изначально был «Ледниковым Доменом» — ледяным лабиринтом. Но после того как Оскверненный Дух пустил здесь корни, это место за пятнадцать лет превратилось в этот демонический ландшафт. Мясной лабиринт, напоминающий нутро чудовища, был делом рук духа. Если бы дух и «мозг», служивший ядром этажа, действительно исчезли, то по логике (и по советам богов) цветные монстры и щупальца должны были начать вянуть и разваливаться. Лид и Вина тяжело сглотнули.

Но «великое сердце» всё еще зловеще пульсировало.

Голубой свет — магия ветра — бежал по сети капиллярных трубок, омывая авантюристов. Самос Фракия молча смотрели сверху вниз.

В канале связи боги вели себя странно тихо. Дыхание Гестии, когда Белл его услышал, показалось ему горьким. Раздался смешок, тихий и небрежный.

В реальном мире прошла лишь секунда. Белл обменялся взглядом с Бете и, намереваясь броситься вперед и вырвать Айз из «великого сердца», прежде чем случится что-то еще, сделал шаг — но смешок пригвоздил его к месту.

Настороженность авантюристов взлетела до предела. Ксеносы оглядывали все углы огромного зала.

— Фу-фу... ах... гу-хи-хи.

Смех нарастал. Звук заполнил пространство — нет, казалось, само пространство ухмылялось. Волчьи уши Бете первыми уловили аномальное предчувствие. Он задрал голову вверх, широко раскрыв глаза.

— Что за—!?

— Потолок—

— ...Там наверху что-то есть—

Тиона и Хёгни тоже увидели это. Белл и остальные увидели: там, где потолок выдержал удар Белла, куски плоти и мембраны отслаивались, как битая яичная скорлупа, обнажая нечто злокачественное, скрытое за ними.

Для Белла время остановилось.

— ...Не достал.

Локи—

Всеведущие боги видели это. Они заметили злобу, притаившуюся в потолке. Они планировали использовать это слепое пятно для идеального сюрприза: дать своему избранному герою ударить изо всех сил и одним рубящим ударом вынести духа, «мозг» и сердце разом. Таков был план.

И снова всё уперлось в чистую мощь. Даже сильнейшей техники Белла — «Послесвечения» — оказалось недостаточно. Прочность Оскверненного Духа превзошла даже удар героя. Простая формула: само подземелье, усиленное ветром, который оно выкачивало из Айз, оказалось крепче его абсолютного удара.

Глыбы плоти падали с потолка, как обломки, вокруг Лида и остальных. Но никто не шевелился. Их глаза были прикованы к тому, что начинало проявляться.

— Хе-хе... ги-хи-хи-хи...

Оскверненный Дух извлекла урок.

В первой битве она уничтожила «Семью Локи» — и всё же многим удалось спастись. То выживание было доказательством скрытой силы первоклассных авантюристов, их блеска как «неизвестных». Хотя она украла девушку Айз, их контратака была яростной — святой и неумолимой. Она почти оказалась прижата к стене.

Поэтому на этот раз, опасаясь, что нечто подобное повторится, Оскверненный Дух приняла меры предосторожности.

Она использовала свою жертву — Айз — не только для выкачивания магии, но и для того, чтобы раскопать её воспоминания, сожрать её до мозга костей, прозондировать глубины её существа. И там она нашла это. Она подготовила это.

То, что она создала, вложив огромное количество времени и ресурсов, было «Черной Девой» — а теперь она распечатывала «Мерзость».

Это было существо, которого Айз боялась больше всего. Самое сильное, что она когда-либо видела.

Внутри «великого сердца», продолжавшего высасывать её силы, приглушенный крик девушки превратился в конвульсию света и пульса.

И тогда, безжалостно, настал этот миг.

Белл встретился с ним взглядом — массивным левым глазом. Плоть отваливалась пластами; показалось огромное тело — тонкая шея и конечности, но слишком большая голова, его черная чешуя сияла потусторонней тьмой.

Правого глаза не было.

Когда последний слой плоти с потолка упал и открылась колоссальная форма, одна из девушек прошептала:

— Дракон.

Он был похож на древнее ископаемое. Погребенный в фиолетовой плоти, с поджатыми длинными конечностями и хвостом, сгорбленной переразвитой головой, он застыл в жуткой позе эмбриона. Но его размеры — его гротескная необъятность — опровергали любую мысль о младенчестве. От него исходили черные, похожие на туман миазмы.

Вина неудержимо дрожала. Лид в ужасе отступил. Авантюристы могли только смотреть. Ксеносы больше всех понимали, кто стоит перед ними — Король Монстров.

Низкий, сотрясающий землю рокот прокатился по залу, словно простонала сама земля. Белл напрягся, и к нему пришло осознание.

Тот звук, который он слышал с самого входа на этаж — глубокое, далекое «гво-о-о-ох» — это был не вой ветра.

Это был рев.

Оскверненный Дух скрывала крик дракона.

«Кладбище Драконов».

«Путешествие через чрево».

Все улики, что он чувствовал по пути, сложились в одну истину. Всё вело к этому Плачущему Дракону. И через кристалл боги произнесли его имя, шепча правду о том, что они видели.

— ...Черный Дракон.

Последовавший за этим рев был не просто звуком — это было разрушение во плоти.

Воздух взорвался. Само пространство, казалось, забилось в конвульсиях. Черный шквал, выпущенный «Духом Дракона», прошил огромный зал, разрывая саму плоть подземелья, словно бумагу.

Боги, наблюдавшие через кристалл, больше не могли говорить. Даже божественные чувства помутились перед этой подавляющей силой — рожденной не из ненависти или голода, а по естественному праву того, кто стоит на вершине всего сущего.

Черный Дух Дракона спустился, его тело извивалось, как воплощенный шторм. Каждый вдох искажал мир. Остатки стен, вены и даже свет засасывало в него, затягивало в эту бездонную воронку, окружающую его форму. Белл и остальные больше не сражались в подземелье. Они стояли внутри владений дракона.

Один взмах его массивных крыльев расколол землю. Следующий высосал весь воздух, сокрушая легкие и волю.

И всё же—

Сквозь сокрушительный вес, сквозь ураган смерти, хриплый голос Белла прорвался вверх, необработанный и неумолимый:

— Верни её...! Верни Айз!!

Единственный левый глаз дракона шевельнулся. На долю секунды что-то древнее и полное ненависти — а возможно, и слабой печали — посмотрело вниз на мальчика.

Затем мир снова взревел. Рев, провозглашающий конец всего сущего.

Магия, выкачиваемая напрямую из «сердца», хлынула вверх, и всё тело Духа Дракона начало мерцать от массивного зачарования. Воздух замерз. Даже у опытных авантюристов перехватило дыхание — инстинктивная реакция на абсолютную мощь.

— Магия Айз...

Шепот Тионы утонул в завывании ветра. Из мясного потолка донесся гротескный звук «рождения». Десятки оболочек духов — Самос Фракия — посыпались, как опавшая чешуя, паря вокруг Духа Дракона, прежде чем скрутиться, истончиться и заостриться в спиральные копья ветра. Они обретали форму копий чистой злобы — в дань уважения самой трагедии.

Дух Дракона опустил взгляд, и эти бесчисленные копья задрожали от жажды убийства.

Затем—

— Темпест... Лиль Рафага.

Всего одна фраза. Одиночное заклинание, резонирующее глубоко в груди дракона. Та же атака, которую когда-то пела Принцесса Меча. Теперь она была выпущена голосом оскверненного бога.

Десятки — нет, сотни — ветряных копий пришло в яростное движение. Шторм «Лиль Рафага» обрушился, поглощая авантюристов целиком.

На этот раз не было криков. Даже боги ничего не услышали. Сам звук был пожран ревущим ураганом. Пронзание. Кромсание. Дробление. Ветер принес всему — каждому живому существу, каждой надежде — конец.

— ...а...

Когда дрожь утихла, и последние отголоски бури замерли, на земле остались лишь сломанные тела — раздробленные конечности, пропитанные кровью лохмотья, которые когда-то были героями и монстрами. Единственным ритмом, оставшимся в этом мире, была пульсация «Великого Сердца», бьющаяся в такт тишине.

И тогда Дух Дракона начал меняться.

— Ги-хи-хи... ги-хи-хи-хи! Аха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха!!

Из разрушенного правого глаза дракона распустился цветок из плоти. Из этого постыдного бутона показалась верхняя часть тела Оскверненного Духа. Человеческие руки, искривленный торс и трехглазое лицо. Бездушный дракон был её сосудом — её телом.

И теперь королева преисподней — обезумевшая от восторга и опьяненная собственным творением — рассмеялась. Она смеялась бесконечно, пока сам этот звук не затопил собой весь мир.

— Белл! Белл, ты слышишь меня?! Пожалуйста, ответь!

Голос Гестии сорвался на крик; она кричала в кристалл, сжимая его дрожащими руками. Ответа не было. Только статика. Изображение поля боя, когда-то четкое, теперь превратилось в месиво из красного тумана и мерцающего света — искаженный ландшафт из плоти и руин, тянущийся до самого горизонта. Но она продолжала звать, охрипшая и отчаявшаяся, не в силах остановиться, даже когда голос начал подводить.

Вокруг нее в подземном святилище боги застыли в мрачном молчании. Их взгляды были прикованы к последнему, едва различимому образу в кристалле: колоссальной фигуре Духа Дракона.

— ...У меня было плохое предчувствие, — пробормотала Локи, и её лицо напряглось. — Но подумать только, что козырем Оскверненного Духа окажется макет «Черного Дракона»... Даже для репетиции конца света это слишком жестоко.

— Локи, — тихо спросил Гермес, его обычное легкомыслие испарилось, а поля шляпы скрывали лицо. — Этот дракон... он ведь из воспоминаний Айз, верно?

Бальдр тоже повернулся к ней с тем же немым вопросом. Гефест и остальные последовали его примеру — тяжесть осознания давила на каждого. Рыжеволосая богиня медленно выдохнула.

— ...Да. Эта гнилая дурища копнула глубоко в память Айз — до самого дна. Нашла то, что пугало её больше всего... и воплотила в жизнь, чтобы бросить в детей.

«Черная Дева» была высшим символом ветра.

«Черный Дракон» — воплощением мощи и ужаса, спящим в душе девушки.

Оскверненный Дух нашла это, прогрызая тело и разум Айз, пока не обнажила погребенный образ и не дала ему форму.

— ...Это не настоящий Черный Дракон, — ровным, низким голосом произнес Уран. — Форма не та. Это лишь имитация — отражение того, что Принцесса Меча помнит как абсолютное существо. Манифестация её ярости, её страха... её отчаяния.

И действительно, Дух Дракона всё еще был окутан слабыми черными миазмами. Его края дрожали и расплывались, будто он был соткан из теней и памяти, а не из плоти.

Гестия оторвала взгляд от замолкшего кристалла, её глаза горели бессильным гневом.

— Тогда откуда — откуда эта Айз Валлен-как-там-её вообще знает о Черном Драконе?! Эта тварь должна была появиться только в Древнюю Эру, и с тех пор она запечатана в Долине Драконов! Как этот ребенок мог вообще видеть такого монстра?!

Её голос сорвался на крик, дрожа от ярости и неверия. Но никто из богов не ответил. Ни Уран. Ни Локи. Никто. Воцарившаяся тишина была невыносимой. Гестия прижала кристалл к груди, зажмурившись, словно в молитве.

— Белл... — прошептала она дрожащим голосом. — Пожалуйста... будь жив.

— ...Гх... ааагхх—!

Ему показалось, что он слышит её голос. Он почувствовал слезы — теплые, божественные слезы, которые не были его собственными. И тогда, залитый кровью, Белл заставил себя подняться.

Неумирающее пламя, существующее только в этом проклятом подземном мире, снова вспыхнуло, в мгновение ока затягивая смертельные раны. Каждая разорванная мышца, каждая сломанная кость, каждая растерзанная вена — всё срасталось воедино, словно само тело отказывалось позволить ему умереть. Он был единственным, кто еще двигался. Все остальные затихли — сломленные, без сознания или хуже.

Он попытался встать в полный рост.

— У—!?

Но тело не слушалось. Белл глянул вниз — и замер. Дыхание перехватило. Ниже колен ничего не было. Его левая нога отсутствовала полностью от колена и ниже. Половина правой икры — тоже. Он видел их в нескольких метрах от себя; они лежали на земле, как выброшенные запчасти от куклы. Это было абсурдно. Слишком абсурдно. На мгновение даже боль показалась чьей-то чужой проблемой. Он просто смотрел пустыми глазами, пока сверху доносился смех.

— А-ха-а-а!

— Гху!?

Прежде чем он успел среагировать, из пульсирующих вен над головой выстрелили щупальца, обвив его руки.

— Гху—!?

Они вздернули его вверх, как тряпичную куклу, не обращая внимания на хруст вывихнутых плеч. Подвешенный в воздухе — в десяти метрах под извивающейся плотью потолка — Белл оказался лицом к лицу с ней. С Оскверненным Духом.

— А-а-а, потрясающе! Сколько бы раз я тебя ни ломала... ты возвращаешься в норму!

— Гх—!?

— Почему?

— Гху!?

— Почему? Почему?!

— Гх—?!

— Почемупочемупочемупочемупочемупочемупочемупочему!?

— АаааАААААААГХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХ!!!

Её визгливый смех слился с криками Белла. Снова и снова хлестали щупальца. Ребра крошились. Органы разрывались. Одну руку оторвало. Куски плоти и кожи слезали с его лица. Его шея хрустнула — и тут же вправилась с ужасным звуком. И всё же он не умирал. Даже на пределе его псевдо-тело 6-го уровня отказывалось сдаваться. Смертельный шок, потеря крови, коллапс — ничего не наступало. Его тело регенерировало быстрее, чем он успевал истечь кровью. Каждый раз, когда сердце должно было остановиться, тот адский свет вспыхивал вновь, возвращая его в сознание.

Оскверненный Дух была очарована. Как ребенок, разбирающий игрушку, чтобы посмотреть, как она устроена, она наслаждалась процессом его разрушения и восстановления. Она не понимала, что причина этого — чуда выживания — в ней самой. Миазмы, пропитанные очарованием и заполнившие воздух, активировали навык Белла «Vana-Ardis», сопротивление пламени анти-очарования, которое теперь бесконечно горело внутри него, подпитывая авто-исцеление. Осознай она это, возможно, она бы остановилась. Пойми она, что сама является причиной его нескончаемого возрождения, возможно, она бы убила его быстро. Это неведение было единственной милостью для Белла.

Но это не было милостью. Боль превышала всё, что может вынести человеческая жизнь. Каждый нерв вопил. Все сигналы в его мозгу переполнились, пока даже агония не превратилась в бессмысленный шум.

— ...а...гх... гхх... г...ухх...

— Ахаха! Ты ведь совсем как мы, правда?!

Его тело — уже едва ли человеческое — висело мешком. Двух конечностей нет, одна вывернута так, что не узнать. Двигалась только правая рука. И всё же пламя не гасло. Его тело — признанное Хейд телом истинного воина, эйнхерия — всё еще светилось слабым огнем. Оскверненный Дух наклонилась ближе, её три глаза сузились в восторженном любопытстве.

— Если я съем и тебя тоже... увижу ли я небо?

— ...а...

— Будет ли рай под этим красивым синим небом?

— ...гх...

— Наше королевство! Твои глаза мне тоже нравятся!

Её слова были белибердой, бессмыслицей, почти детским лепетом. Но в этом безумии — искаженном болью, тоской и порчей — она шептала о своей мечте. О небе, которого ей никогда не достичь. О рае, построенном на горе из крови. И Белл, истекающий кровью, сломленный, всё же услышал, как её голос дрожит от чего-то, что звучало почти... по-человечески.

Пустые алые глаза Белла источали кровавые слезы. Его челюсть задрожала, когда он медленно поднял голову, глядя на мерзость перед собой — на монстра, который когда-то был духом. Одно из извивающихся щупалец отделилось от мясной стены с влажным, рвущим звуком. Оно раскрылось, как гротескный цветок, обнажая зияющую пасть с неровными клыками. Оскверненный Дух, уже не довольствуясь превращением монстров в своих слуг, уже не просто стремясь ассимилировать других в свое тело, просто улыбнулась с невинностью жестокого ребенка. Её налитые кровью глаза сияли от предвкушения; она готовилась отправить рожденную в пламени жемчужину — живой уголек, коим был Белл — в глотку, иную, нежели та, что поглотила Айз.

Но—

Щупальце метнулось к нему, но было отбито в сторону. Одной рукой. Правой рукой, окутанной жгучей молнией.

— !

— ...т...ы...

Белл вырвал мясной шип, пригвоздивший его руку к стене, и выставил дрожащую ладонь вперед. Вспышка — «Огненная Стрела!» — и щупальце взорвалось дождем обугленной плоти. Дух наклонила голову, её губы изогнулись.

— Что это было?

Её улыбка сохранялась до тех пор, пока она не увидела свет, вновь разгорающийся в умирающих глазах Белла. Он выдавил слова, хрипло, но твердо:

— Спирит... Кингдом... Сфир...

Оскверненный Дух застыла. Её ухмылка разлетелась, как треснувшая маска. Впервые воцарилась тишина. Одно лишь это имя — имя человека — несло в себе вес эпохи, погребенной давным-давно. Герой Древней Эры. И этим именем Белл ударил в самую суть забытой личности монстра.

— Тебе никогда не стать ей! — взревел Белл, его голос прорывался сквозь кровь и пламя. — Тебе никогда больше не быть тем духом, что служил королю Сфиру! — Его горло, восстановленное священным огнем, рокотало от ярости.

Все эмоции — гнев, горе, отчаяние, любовь — давно выгорели. Осталась только его убежденность, пылающая против существа, которое потеряло всё, кроме голода и ненависти.

Где-то в этом хаосе мелькнуло воспоминание:

— «Интересно, кому когда-то принадлежал этот дух», — сказал он Лефии всего несколько часов назад после спасения Тионы.

— «В прежние времена», — ответила она, — «духи жили и умирали рядом со своими героями».

— «Тогда, если эта выжила с Древней Эры... кем она была? Что за герой стоял подле неё?»

Он не мог перестать думать об этом. Даже когда Лефия предупреждала его не жалеть такое зло, не колебаться, Белл не мог не задаваться этим вопросом. Теперь, слушая безумный смех Оскверненного Духа, он узнавал фрагменты — всполохи — того, чем она когда-то была. Эти обрывки слов, эти разбитые мечты о «небе» и «рае» были остатками клятвы. И с этими фрагментами он пришел к ответу, который не должен был найти. Он, читавший лишь дедушкины сказки о героях, почему-то чувствовал себя так, будто прожил их — каждую встречу, каждую радость, каждое обещание, каждую трагедию. И он понял.

— Сколько бы из нас ты ни пожрала... тебе никогда не восстановить Королевство Духов! — крикнул он. — Тебе никогда не создать тот рай, который ты обещала своему герою!

Его крик донесся даже до богов через треснувший кристалл. Гестия и Уран закрыли глаза. Старый бог знал правду всё это время — он видел, кем когда-то был Оскверненный Дух. Но он хранил это в тайне. Потому что для неё не осталось спасения. Потому что раскрыть её имя сейчас означало бы лишь углубить трагедию. Потому что даже бог мог только жалеть то, что когда-то было духом, а теперь стало ничем иным, кроме как порчей.

Богиня красоты, Фрейя, вспомнила свою встречу с мальчиком. Ту ночь на Мосту Героев, когда она посетила его в облике своей дочери, Сир. Среди статуй героев — потомка Короля Волков Саруона, королевы амазонок Иверды, Неумирающего Лорда Гарзанева, Копья Власти Сида и Короля Духов Сфира — он тоже стоял среди них, невзирая на годы, разделявшие их смерти.

И там другая «Сир», та, что с пепельными волосами, прижала правую руку к глазу, глядя на это изваяние. Повелитель духов, окруженный множеством дев... Какая из тех дев пала, превратившись в чудовище, Хорн сказать не могла. Но, всё еще связанная слабыми отголосками тайного искусства Вана Сейд, звеном между богиней и дочерью богов, она пришла той ночью одна к Мосту Героев. Опустившись на колени перед статуей, она сложила руки. Хотя её вера принадлежала лишь великой богине, в тот момент она молилась — не богам, а глупому мальчишке. Тому, кто осмелится достучаться до духа героя.

— Тогда верни её — верни Айз!!

Рев Белла эхом разнесся по глубинам демонического царства. Сознание вернулось к Тионе и остальным; они в шоке подняли головы — и увидели, как Дух бьется в конвульсиях, а её язык дергается. Все её глаза были широко распахнуты, кроме чудовищного третьего глаза на лбу. Радость, издевка, самообладание — всё исчезло. Плоть на её щеках задергалась; её тело задрожало, сначала тихо, но отчетливо, словно какой-то шторм эмоций, которых она не понимала, раздирал её изнутри.

Она не понимала, что говорит этот кусок плоти перед ней. И всё же — почему её тело ныло так, будто его кусали клыки дракона?

Налитые кровью глаза расширились, и Оскверненный Дух, ведомая неконтролируемой яростью, издала пронзительный, нечеловеческий вопль.

— Исчезни!!

— Гха—!!

Щупальца обрушились вниз, дробя кости.

— Исчезни, исчезни, исчезни!! Сгинь, сгинь, сгинь — СГИНЬСГИНЬСГИНЬСГИНЬСГИНЬСГИНЬСГИНЬ!!

Она била его снова и снова бесчисленными отростками, размазывая ненавистный комок мяса. Её десять пальцев впились в собственный череп, пока кожа не лопнула и не потекла кровь; её длинные волосы дико хлестали, пока она кричала:

Отвратительно. Отвратительно, отвратительно, отвратительно!

Она била всё сильнее, пока вены, удерживавшие её саму, не лопнули, и она не рухнула вместе с этим комком плоти на землю. Потеряв рассудок, она швыряла всё новые щупальца.

Окровавленная масса на полу подняла дрожащую правую руку — и ответила пламенем.

Она должна была стереть это. Это пятно на полу — она должна была сжечь его прежде, чем оно снова задышит!

— Приди, о Пламя!

Массивный магический круг развернулся над её головой.

— Гори ярко, гори ярко, гори ярко! Сожги небеса! Сожги землю! Сожги источники, горы и жизни, обитающие на них! Как цена за время и жизнь героя, которого я когда-то любила—!!

Она была потрясена. Она распадалась на части. Духу не было нужды произносить заклинание вслух. Но она силой заставляла магию существовать, её фрагментированное заклинание связывалось в грубую инвокацию — манифестацию её хаоса. Магический круг, перегруженный избыточной мощью, полыхал так интенсивно, что даже авантюристы — едва способные шевелиться — могли только кривиться, тщетно пытаясь сопротивляться шторму безумия, который опережал их отчаянную борьбу.

— Огненный шторм!!

Море багрового пламени поглотило всё вокруг, пожирая сам мир.

И в то же мгновение—

— Вариан Хильдр.

Вспышка молнии пронзила зал, пробивая магический круг как раз в тот момент, когда он готов был извергнуть свое адское пламя. В следующую секунду неконтролируемый выброс маны сдетонировал мощным взрывом.

— ГИИИИИИИААААААААААААААААААААААА!?

Вспышка псевдо-маны — Игнис Фатуус — взорвалась в упор, окутывая Духа пламенем. И Оскверненный Дух, корчась в агонии, и авантюристы, застывшие в шоке, повернули головы к источнику молнии.

Там, посреди бойни, в разорванных черно-белых одеждах, с золотыми волосами, сияющими даже сквозь грязь, стоял Белый Эльф. Левая рука вытянута вперед, всё его присутствие излучало спокойную власть.

— Ма... стер...!

— Хедин!?

Крик вырвался у окровавленного Белла и у Хёгни, который заставил себя подняться. Отряхнув нечистоты со своих безупречных волос, Хедин Селланд издал короткий, пренебрежительный смешок.

— Вставайте. Живо, ничтожества.

По его приказу — приказу, не терпевшему возражений — золотой магический круг разошелся в стороны, отличаясь от сияния прежней молнии.

— С этого момента эта земля станет Фольквангом — Полем Битвы. Вы будете сражаться вечно, пока эта мерзость не будет уничтожена.

Сияющее поле развернулось, окутывая Белла, Хёгни, Тиону, Бете, Вину и Лида — каждого раненого бойца в пределах досягаемости. А затем Эльф запел.

— Моё имя Золото, правая рука неумирающей богини. Трижды сожженный, пронзенный навечно.

Из инферно копий рождается сияние света,

И сама смерть оказывается сражена.

Вся каверна вспыхнула золотым сиянием — достаточно ярким, чтобы осветить даже далекого Духа Дракона, возвышающегося в центре.

— Радуйтесь, радуйтесь, радуйтесь!

Я — возрожденное золото.

Под этим воскресшим светом да начнется бесконечная битва!

Это было ничем иным, как насилием исцеления — силой, доступной лишь Золотой Ведьме.

— Зео Гулльвейг!

Даже Оскверненный Дух застыла в неверии, когда хлынуло золотое сияние, восстанавливающее раны не только авантюристов, но и Ксеносов.

— Мои раны... они исчезли!

— Это безумие...!

Лид и Вина изумленно закричали; Бете и Тиона в ошеломленном молчании смотрели на свои исцеленные тела; Хёгни просто издал долгий, облегченный вздох — такой бывает только у тех, кто прошел по самому краю бездны.

Наблюдая за ними, Хейд, чья белая накидка и красное платье медсестры развевались, пока она с усталым вздохом взмахивала длинным посохом, театрально простонала:

— Вы, ребята, копались слишком долго! Если бы вы явились раньше, мне бы не пришлось принимать помощь от того, от кого я меньше всего хотела её получать — от самого лорда Хедина!

Она вышла из-за его спины, бросив на красавца-эльфа колкий взгляд и выдав нарочито затянутую жалобу.

— Но не волнуйтесь, — добавила она, и её губы тронула усмешка. — Этот садист не единственный, кто примчался на помощь.

Не успела она договорить, как еще одна вспышка золотого света — и порыв ветра — ворвались в зал.

— Утидэ-но Кодзути — Пляши!

— Светозарный Ветер!!

— —!!

— Гху—!?

Лучи сияния окутали Бете, Тиону, Хёгни, Лида и Вину один за другим — «Повышение Уровня» хлынуло в их тела. В то же время массивная сфера ветра и света ударила в регенерирующего Оскверненного Духа, прерывая её восстановление.

Сквозь золотые частицы спустилась Асфи, несущая Харухимэ, а сверху Рю спрыгнула с улетающего летающего дракона — и Грос, каменный дракон, взмыл в бой рядом с ними.

Подкрепление прибыло.

— Харухимэ!

— Мальчик-эльф! Ты успел вовремя...!

— Грос! Ты всё-таки пришел!!

— Стал бы я оставлять девчонку-дракона и этого твердолобого мужлана! Принимайте — ваше последнее оружие!

Лицо Вины просияло, она замахала обеими руками Харухимэ, которую Асфи несла по воздуху. С земли голос Гестии задрожал от волнения при виде зеленого плаща, развевающегося вокруг Рю, пока та спускалась, а Грос грубовато прорычал приветствие Лиду — чьи янтарные глаза заблестели от эмоций — и сбросил своему товарищу-ящеролюду запасной длинный меч.

Это стало возможным благодаря карте, которую составляла группа Гермеса. Используя данные разведки, оставленные авангардом Белла, арьергард Хедина был проведен через глубочайшие пределы лабиринта на максимальной скорости — прибыв как раз к финальной битве. Их авантюра с прорывом вперед не была напрасной.

— — Мальчик! Рауль перегруппировался с отрядом Финна! Аллен и Четверо Братьев, даже дети Фрейи — все в безопасности! Мы берем это на себя!!

— !!

— Локи...!

— Сосредоточься на враге перед тобой! Объединяйся с Хедином и остальными — спаси Айз!!

Крик Локи протрещал через треснувший кристалл Окулуса, позади него был слышен судорожный вздох Гестии. Слова летели одно за другим, призванные закалить их дух и заставить двигаться вперед. Группа Хедина была единственной здесь — все мгновенно поняли почему.

Для Бете и Тионы тень, терзавшая их разум, наконец исчезла. Их товарищи — Финн и остальные — были живы. Это было всё, что им нужно. Теперь оставалось только сражаться.

— —!

Воссоединенной передовой — долгожданному подкреплению — не нужны были призывы к бою. Обменявшись кивками, они поднялись, сила приливала к мышцам, божественный свет пылал в их телах. Каждая пара глаз — авантюристов и Ксеносов — была прикована к Оскверненному Духу и чудовищному Духу Дракона, которого она породила.

Из храма внизу Гестия набрала воздуха и вместо Локи ударила в гонг:

— Раунд второй!!

Финальная битва началась заново. По объявлению богини все авантюристы разом рванули вперед.

— Хроники Астреи!

Пока Бете, Хёгни и остальные запрыгивали на огромные пульсирующие вены, опутавшие зал, — несясь к парящему Духу Дракона, — Рю в одиночку начала песнопение. Развернулся священный домен, и песня её рода обрела форму. Окутанная звездным светом, сияющая эльфийка наступала, в то время как Оскверненный Дух, всё еще не отошедшая от слов Белла, взвизгнула от ярости:

— Сгиньте!!

Во всех направлениях — сверху, снизу и отовсюду — сотни магических кругов возникли в шторме света. Это была бомбардировка, предвещающая конец света, которую могла выпустить только владычица этого оскверненного царства. Даже Асфи, державшаяся низко в полете на самом краю зоны поддержки Харухимэ, вскрикнула от ужаса. Каждый из них находился в радиусе поражения — даже Хейд поморщилась от абсурдности происходящего. Мгновенный смертный приговор. Шторм уничтожения.

Но—

— Кайлус Хильдр.

— на этом поле боя теперь было кое-что еще. Сильнейший магический посох Орарио вступил в игру.

Оскверненный Дух застыла. Через весь зал девяносто девять магических кругов вспыхнули жизнью — только чтобы быть встреченными девяноста девятью ударами молний. Равное количество громовых выстрелов с хирургической точностью пронзило каждый магический круг, разбивая их до того, как они успели сработать.

Как и прежде, разорванные магические формации вызвали цепную реакцию взрывов — девяносто девять вспышек света, вспыхивающих одна за другой, поглощая воздух в ослепительных детонациях. Оскверненный Дух вскинула руки, закрывая лицо, её выражение застыло в шоке.

— Сколько раз, по-твоему, я наблюдал, как ты портишь одно и то же топорное колдовство? Я не позволю существовать такой жалкой магии.

В течение трех секунд после визуального контакта — из фиксированной тыловой позиции с полным обзором поля боя — каждый магический круг был уничтожен в безупречной последовательности нечеловечески точным огнем молний. Подвиг, возможный только благодаря идеальному сочетанию мастерства заклинаний, мгновенного суждения и божественной точности.

Заклинание, известное как «Кайлус Хильдр» — «Легион тысячи громовых солдат», — доказало, что является прямым противодействием так называемой магии духов. Один человек в одиночку смог полностью подавить артиллерийский обстрел Оскверненного Духа.

Даже те, кто едва выжил — Лид и остальные, — почувствовали, как по телу пробежал холодок от того, насколько подавляющей была поддержка Хедина. Обладая самой большой дальностью и величайшей ментальной силой во всем Орарио, Высший Эльф не сдал ни на йоту даже в этой финальной, апокалиптической битве. С невозмутимым изяществом он просто поправил очки.

— Я прикрою. И потяну время, пока вы возитесь со своей тактикой.

Его кораллово-красные глаза повернулись к полю звездного света, всё еще сияющему впереди — «Астральному Домену» Рю. Пользуясь минутным шоком Оскверненного Духа от заградительного огня Хедина, Рю выкрикнула имя святой, которую почитала:

— Иливуте!

Из «Хроник Астреи» она призвала магию, которой когда-то владела волшебница Риана Лиц — «Магическое Пламя». Беловолосая эльфийка взмахнула своей короткой палочкой, её фигура была окружена видением её старшей соратницы по Семье Астреи. Шторм пылающих огненных бомб обрушился вверх, проливаясь дождем на Оскверненного Духа, парящего Духа Дракона и на всю каверну. Застигнутый врасплох, даже Дух Дракона, чья чешуя обычно отражала все атаки, был вынужден принять удар на себя.

«...!?»

Оскверненный Дух немедленно почувствовала это — аномалию. Там, где ударило магическое пламя, на теле дракона появились бледные ожоги-стигматы, выкачивающие его силу.

— Пламя Рианы карает нечестивых! Магическая сила Духа падает!

Риана Лиц из Семьи Астреи была родом из магической нации Альтена. Некогда изгнанная и клейменая как вольная волшебница, её магия родилась из отчаяния по родине — и решимости усмирить её безрассудную жажду власти. Её пламя было манифестацией этой воли — «Магическое Пламя Сдерживания», сила, ослабляющая саму магию.

Осознав, что истинной формой врага является сам мир этого этажа, Рю запечатлела огненные стигматы по всему огромному залу. Она кратко передала эффекты своей магии остальной группе — сила её товарищей, одолженная ей, всё еще текла сквозь неё, — а затем подняла свой «Alvs Iustitia», решительно шагнув на передовую.

Атакующее заклинание, которое к тому же несло дебафф-эффект — «понижающее зачарование», — было последним, чего кто-либо ожидал. Пока авантюристы в сердцах молча аплодировали ей, даже боги в подземном святилище (кроме Урана) взорвались криками радости.

— Хороша! — закричали они в унисон. Даже тайная фанатка Галеи, сама богиня Фрейя, похвалила её действия.

С подавляющим баффом Харухимэ и теперь неожиданным дебаффом Рю, расклад сил был полон. Вместе с непревзойденным арьергардом в лице Хедина и бесконечным целителем Хейд, условия для финальной битвы — последнего боя с боссом — наконец сложились. Боги, игроки в этой великой игре, чувствовали, как их кровь закипает от возбуждения.

— Не уверена, слышите ли вы меня там внизу, но-о-о-о...! Обрушьте на них волновую атаку!!

Голос Локи прокричал через трещащий кристалл Окулуса. Дошло сообщение или нет, авантюристы и Ксеносы услышали зов и бросились к Духу Дракона.

— Гр-р-р-а-а-а-а-а-а-х!

Бете, Хёгни и Лид предприняли одновременные атаки с нескольких направлений.

— ──Р-Р-Р-Р-Е-Е-Е-В!

— Что—!?

Дух Дракона ответил единственным ревом.

— Ува-а-а-а-а-а-х!?

— Я сейчас умру, умру, умру, умру, умру-у-у-у!?

— Гху—!? Один только рев обладает такой силой!? Невероятно...!

Ударная волна ветра отправила Бете и остальных в полет быстрее стрел. Даже вдали от дракона Харухимэ закричала, прижав уши от порыва ветра, а Асфи потеряла управление в полете и чуть не разбилась. Позади них Рю едва удалось выдержать удар, хотя её плащ и плечо были рассечены; кровь потекла по её губам, пока она дрожала от шока. В самом тылу только Хедин чисто уклонился — но всех впереди захлестнула чистая мощь ветра.

И тогда—

— Поле Битвы, Фольквангр.

— !?

Золотой магический круг снова вспыхнул под ними, свет рванул вверх. Упавшие Хёгни и остальные поднялись совершенно невредимыми, будто никаких травм никогда и не было — словно бессмертные воины, восстающие из смерти.

— Я буду исцелять вас столько раз, сколько потребуется, так что, пожалуйста, разберитесь с этим жутким духом — и с этим мерзким подземельем заодно!

Магия исцеления Хейд с её абсурдно широким радиусом была такой же «сломанной» силой, как и магия Харухимэ. Будь то Война Семей, битва с боссом этажа или даже это сражение против самого мира, её магия восстановления была неостановима. Подобно ведьме, накладывающей вечное проклятие жизни, она вращала свой длинный посох, излучая золотой свет. Оскверненный Дух, чье лицо исказилось в отвращении, в ярости полоснула одной рукой по горизонтали.

Мгновенно через весь зал — прямо под ногами Хейд — мясные щупальца выстрелили вверх.

— Что—!?

— Не стой столбом!

— Ого—!

Копьеобразное щупальце уже готово было пронзить её, когда сверху спикировала тень — Грос, каменный дракон, вовремя подхвативший её. Он вцепился когтями в её плечи и взмыл в небо, унося её вверх вместе с Асфи и Харухимэ.

— Здесь нигде нет безопасной зоны! И всё же, хорошая работа, Горгулья! Просто продолжай охранять свою любимую целительницу — ой-ой-ой! Твои когти впиваются мне в плечи!

— Терпи пока!

Пока шумный арьергард кричал и суетился на заднем плане, три фигуры продолжали бежать без остановки — Тиона, Вина и Белл.

— Кх—! Кашель! Кха! ...Аргонавт!!

— Белл!

Тиона харкала кровью, «корни», всё еще зарытые в её теле, не могла удалить даже магия Хейд. Она уложила мальчика, которого несла, на мясную землю. Вина, которой удалось отыскать оторванные ноги Белла на адском поле боя, сжала их дрожащими руками, слезы наворачивались на её глаза. Покинув передовую, чтобы оставить её Бете и остальным, Тиона и Вина расставили приоритеты в пользу спасения Белла, пока внимание Оскверненного Духа было приковано к другому — им нужно было действовать сейчас.

— Ноги Белла — как нам приделать их обратно!? Я не хочу, чтобы он разваливался на части! Белл, пожалуйста...!

— Вина...! Мой подсумок на ноге...! Там внутри кровь Мари!

— !

Даже после купания в широкообластной магии исцеления Хейд, отсутствующие ноги Белла не регенерировали. В ужасе от того, что она держит то, что раньше было его частью — и всё же не желая это терять, — Вина крепко прижала конечности к своей груди. Услышав его слова, она встрепенулась и бросилась к кожаному подсумку, пристегнутому к его левому бедру. Работая вместе, она и Тиона приложили оторванные конечности к культям, крепко удерживая их на месте, и поливая раны содержимым маленького флакона — Живой Кровью Русалки.

— Гх... а-а-а...!

Белый дым поднялся от обеих ног. Белл зажмурился, стиснув зубы от боли, пока Вина поддерживала его спину. Он уже сталкивался с потерей конечностей раньше — в битве против Джаггернаута — и знал восстанавливающую силу крови Мари не понаслышке. Она могла не соединить кости и мышцы идеально, но этого было достаточно, чтобы двигаться. С остальным он справится благодаря своему телу 6-го уровня. Как только они выберутся на поверхность, целители Семьи Диан Кехта подлатают его как следует.

Молча Белл поблагодарил добросердечную русалку и поднял взгляд, в котором зажегся свет его Священного Пламени, обратно на поле боя.

— Белл...

— Прости, Вина. Одолжи мне свою силу еще немного, ладно?

— Арго...

— Тиона — пойдем спасать Айз.

Он был избит сильнее всех, и телом, и душой, находясь на грани краха. Тиона и Вина больше всего на свете хотели, чтобы он перестал сражаться. Но Белл притворился, что не замечает их негласных мольб, мягко отклоняя их доброту. С могучим навыком «Анти-очарования», пылающим внутри него, этот мальчик не мог — и не хотел — падать. Не раньше, чем он спасет девушку, которой восхищался больше всех.

Вина и Тиона обменялись печальными взглядами, затем решительно кивнули и побежали обратно в гущу битвы.

────────────────

— Проклятье—! Эта штука слишком сильна, ей нет конца!!

— Я же говорил, что это невозможно...!

Даже с возвращением Белла чаша весов в битве не склонилась. Сколько бы заклинаний духа ни перехватывал Хедин, мощь черного дракона была подавляющей. Лид и Хёгни бросались в атаку снова и снова, каждый раз восстанавливаясь магией Хейд, но обычный рев дракона или взмах его крыльев создавали режущие вихри, кромсающие всё вокруг. Зачарованные ветры отбрасывали всех, кто осмеливался приблизиться.

— Тц.

— Кх!

Между залпами контр-заклинаний Хедин выпускал штормы молний, в то время как «Светозарный Ветер» Рю взрывался параллельными кастами во время её стремительных маневров в воздухе.

И все же, даже под их совместным натиском Дух Дракона оставался совершенно невредимым. Лица эльфов исказились в отчаянии. Что бы они ни пробовали, этот аватар разрушения, созданный Оскверненным Духом, не желал ломаться.

— Дебафф Рю всё еще активен, и он всё еще настолько силен?!

По правде говоря, только благодаря тому, что Рю ослабила магию Духа Дракона, группа вообще выжила. Если бы она не урезала его мощь, тот первый рев — «штормовой крик», вырвавшийся в упор, — мгновенно убил бы Бете, Лида или Хёгни. Локи, наблюдавшая за этим через Окулус, не смогла сдержать напряженного шепота. Белл и остальные чувствовали тот же ужас.

(Даже с поддержкой Рю мы не можем его пересилить... Он слишком силен!)

Мощь врага была подавляющей. Даже с заградительным огнем Хедина, баффами Харухимэ и чудесным исцелением Хейд — идеальным составом поддержки — они не могли найти ни единой лазейки. Был ли этот черный дракон сильнее «Последнего Бедствия», запечатанного в Долине Драконов? Или это лишь бледная тень по сравнению с истинным «Одноглазым Драконом»? Если верно последнее... то какое же отчаяние должен нести тот, настоящий монстр?

Одна эта мысль едва не лишила Белла концентрации. И что хуже—

— Ветер...!

С каждой секундой мощь шторма росла. Даже Хедин, подавляющий заклинания врага точечными молниями, заметил это. Даже Рю, запечатывающая его магию своим пламенем сдерживания, почувствовала это. Все осознавали — этому вихрю нельзя позволить подняться выше. Конец приближался.

Осталось десять минут до полного поглощения Айз.

Когда «Великий Ветер» полностью перейдет под контроль духа, это будет означать поражение Орарио. Через шестьсот секунд златовласая девушка с золотыми глазами исчезнет — и вся группа Белла будет стерта из будущего, которое последует за этим.

(Времени нет! Я должен начать зарядку — сейчас!)

Это был предел — момент для начала длинного песнопения. Даже с учетом всех возможных помех, чтобы достичь полного заряда за пять минут, он должен был начать звонить в Великий Колокол немедленно. И более того—

— Я обещал.

Той янтарноглазой эльфийке. Они поклялись бежать вместе — чтобы спасти ту, которой оба восхищались. Айз была прямо здесь, на расстоянии вытянутой руки. Не спасти её сейчас было бы непростительно.

— Вот почему—!

Чтобы сдержать обещание, данное Лефии, Белл поднял окровавленное лицо, его глаза ярко горели. Он выставил вперед свое оставшееся оружие — полусломанный Нож Гестии, заряжая его «Огненной Стрелой». Резонирующий перезвон Великого Колокола эхом разнесся по полю боя, вселяя мужество в сердца Тионы и остальных даже посреди хаоса. Этот непоколебимый ритм — звук неповиновения — вновь разжег волю каждого авантюриста.

И этот же звон впился в нервы Оскверненного Духа.

— Заткнись!!

Дух Дракона взревел, выпуская массивный поток ветра. Самый мощный удар на данный момент — «Выстрел, Убивающий Героев».

— Уклоняйся, глупый кролик!! — крик Хедина запоздал.

Рю и Вина среагировали инстинктивно, но их защита не успела сформироваться. Штормовой луч нацелился на Белла. Мир стал белым. Поток разрушения поглотил его целиком—

—но сквозь него крик его непоколебимой решимости достиг каждого на поле.

— Я не позволю вам потерять надежду.

Ослепительное сияние — нет, свет истинного рыцаря — вспыхнуло над полем боя. Из-за спины Хедина вырвался другой поток разрушения, столкнувшись лоб в лоб с ветром, который готов был поглотить Белла, и полностью нейтрализовав его.

— ...Остаточный свет...

Даже авантюристы — и сам Оскверненный Дух — застыли в изумлении. Белл мог только смотреть в неверии, бормоча слова, словно во сне. Он повернулся к источнику этого света — к входу в огромный зал—

И там стояла одинокая фигура, сияющая, как столп решимости.

— Профессор Леон—!!

Но подкрепление не ограничилось одним лишь рыцарем.

— Вперед, вперед, впере-е-е-ед!!

Первый боевой клич раздался не с Глубоких Этажей, а гораздо выше, со Средних. На грани краха вертикальная шахта была наводнена ярко окрашенными монстрами, разрывающими рушащуюся оборону Корпуса Безопасности — пока не прибыло подкрепление.

— Ока! Стри!

— Кто они...? Какая Семья!?

Ока и Тигуса, отчаянно сражавшиеся бок о бок с учениками Академического Дивизиона в Лабиринте Великого Древа, были спасены лавиной прилетевшего оружия, которая смела монстров перед ними. Среди ошеломленных защитников первой эмблему на побитых доспехах прибывших узнала Микото.

— Семья Локи!?

Авантюристы с эмблемой шута рванули вперед — элита высших классов, прорубающаяся сквозь орды монстров и цветов-людоедов с безрассудной отвагой. Их координация и сила ставили их на голову выше обычных авантюристов того же уровня. Даже Дафна и Борс, чьи отряды были на грани уничтожения, стояли в оцепенении.

— «Экспедиционный отряд», который отступил...!? Они же должны были быть полумертвыми!

— Да ни за что на свете!?

Всего пятьдесят два человека. Не только Семья Локи, но и элитные кузнецы Семьи Гефест, целители Семьи Диан Кехта и другие ведущие авантюристы из союзных Семей, присоединившиеся к экспедиции — все они вернулись в бой. Большинство были далеки от полного исцеления. Зверолюди с пропитанными кровью бинтами, однорукие гномы, одноглазые эльфы — каждый издавал боевой клич, восстанавливая оборону шахты с взрывной энергией. Даже Дафна, обычно образец холодного прагматизма, почувствовала, как жар пробежал по спине при виде такого мужества.

— Если мы будем отлеживаться, всему конец!

— Ради леди Риверии — мы тоже идем!

— Больно, страшно, но... мы не можем оставить всё на Лефию и остальных!!

Раненый кузнец проревел свой вызов. Эльфийка, когда-то потерявшая гордость, выпустила стрелу. Человеческий маг, выплакавшая все глаза после потери друга, теперь снова стояла в строю, роняя слезы ради тех, кто всё еще сражался. Никто не отдавал им приказа. Даже их боги. Они вернулись в ад по собственной воле, чтобы свести счеты — чтобы вернуть свою гордость. Это было безрассудно, даже самоубийственно, но в их фигурах горело безошибочное пламя героев. Их решимость — этих шутов Семьи Локи, которые теперь походили на истинных воинов — вдохновила даже измотанных бойцов-куртизанок с нижних этажей.

— ОТБРОСЬТЕ ИХ НАЗА-А-А-АД!!

— Гх—!! Прочь с дороги, Кадзуки Пылающей Луны!!

Громовой крик Айши разнесся повсюду. Вельф, находившийся на грани обморока, снова зажег свет в глазах и высвободил полную мощь своего магического меча. Со Средних этажей... к Нижним... и эхом до самого Глубокого этажа — рев авантюристов сотряс само подземелье, заставив и монстров, и лабиринт дрожать от страха.

— Подкрепление!? Семья Локи!?

— Да...! Они помогают авантюристам на каждом этаже!

Внезапное изменение условий боя достигло командного пункта штаб-квартиры Гильдии. Доклад Эйны лишил Лилируку дара речи, её уши почти отказывались верить услышанному. Стратег, которая еще мгновение назад была загнана в угол, мгновенно ожила, её взгляд обострился, когда она начала перерасчет.

(Адаптивность Семьи Локи на другом уровне! Их бойцы, их маги — они все абсурдно сильны! Неужели эти радужные монстры им уже «знакомы»? Или они просто едут на чистом адреналине? ...Неважно! Я использую это в любом случае — пора пустить их в дело!!)

То, что должно было быть невозможной, неучтенной переменной, внезапно стало тем самым козырем, которого жаждала Лили — элитной мощью самого Орарио. Их опыт, их напор, всё было иным. Даже раненые, а возможно, именно потому, что раненые, их скрытая сила была неизмерима. В то же время она знала, что это чудо, которое не может длиться долго — мимолетный «волшебный час».

(Все боссы этажей уже побеждены. Если мы справимся с этими радужными монстрами, с остальными иррегулярами будет покончено! Останутся только обычные монстры подземелья! Чем растягивать это в медленное поражение...!!)

Закончив расчеты за секунды, Лили приняла решение от имени Хедина и Финна, отсутствовавших в штабе.

— Продвигайте шахту вперед! Это ва-банк!!

Всеобщее наступление по всем фронтам. Полная переброска сил на нижние этажи. Используя вновь обретенный импульс и боевой дух, поднятый возвращением Семьи Локи, Лили сделала свой ход — такой же дерзкий, как во время Военной Игры.

— Передайте подразделению обороны 50-го этажа спускаться на нижние этажи! Оставьте всё остальное подкреплениям, идущим сзади!

Это было три часа назад.

— Мама Миа, ты уверена в этом, ня-а-а!? — сейчас, в настоящее время.

Оставив свою базу на 50-м этаже, Хлоя и остальные из «Хозяйки Изобилия» спустились в бездну 60-го этажа. Область, всё еще восстанавливающаяся после катастрофических разрушений, вызванных появлением Джаггернаута, едва держалась. Кратеры и разорванный камень из «Горнила Дракона» делали проход возможным только потому, что подземелье еще не закончило регенерацию. Отбиваясь от волн радужных монстров, девушки из таверны кричали и сражались за свои жизни.

— Где мой братец, ня-а-а!! Это моя работа, Мя-ня, спикировать и спасти его в трудную минуту, ня-а-а-а-а!!

— Аня, ты еще тупее, чем обычно! Эти фрики мерзкие и тупо сильные! Ого — паразит-тарантул на подходе!?

— Хватит ныть и сосредоточьтесь! И не забывайте регулярно пить зелье анти-очарования Асфи!

— Это-то ладно, но если мы потеряем 50-й этаж, нас окружат сверху и снизу! Мы не закончим как Семья Локи до их отступления!?

Пока доносилось неистовое мяуканье Ани и Хлои, лопата Мии прорубалась сквозь массу оскверненных щупалец, а кулачный боец Люноир боролась с пачкой цветов-людоедов. Вместе с членами Семьи Ганеши, Академии и других союзных групп женщины из «Хозяйки Изобилия» яростно сражались — когда внезапно группа целителей и травников закричала сквозь хаос.

— Мы знаем, что нас все ненавидят!

— Но, пожалуйста — хоть в этот раз, доверьтесь лорду Вану и его воинам!

Это был «Андхримнир», перемазанные сажей подчиненные Семьи Фрейи. Даже в отсутствие Хейд целители продолжали поддерживать отряд Мии. Вице-капитаны Рона и Ильде умоляли поверить в Вана и эйнхериев, укрепивших 50-й этаж. Капитан Шакти, зная о скрытой помощи Ксеносов, хранила молчание — но Мия лишь ухмыльнулась, положив лопату на плечо и слушая отчаянный призыв целителей.

— Вот как она говорит. И честно говоря, мы держимся лучше, чем я ожидала, а?

— Ну... да, пожалуй, это правда.

— Такое чувство, что здесь не так много монстров или ловушек, ня... На 50-м этаже было куда хуже...

— Это потому, что дети громят всё внутри. Даже у этого «Оскверненного Духа» сейчас нет времени продохнуть.

Мия стояла как несокрушимая передовая линия, прикрывая Люноир и Хлою, пока те переводили дух спина к спине. Взмахом, рассекающим воздух, она отправила извивающегося червеподобного монстра в полет. Тот врезался в мясную колонну и лопнул, но она даже не удостоила его взглядом. Вместо этого её глаза скользнули по кристаллу Окулуса на поясе. Уличная девчонка, которая когда-то давала ей здравые тактические советы — а теперь богиня сама по себе — заслужила слабую улыбку Мии, прежде чем та цокнула языком и пробормотала под нос об их отсутствующем «грузе».

— Я прошла через все эти трудности, сопровождая этого идиота сюда, лишь бы он не дрался... но как только он чует битву — всё та же чертова история. Этот «упрямый сопляк» никогда не изменится.

— Леон!

Зрелище, представшее перед глазами Белла, заставило его затаить дыхание. Его доспехи были в трещинах, волосы слиплись от крови, но его львиный взгляд всё еще горел — не тронутый тенью. И рядом с ним стояла другая колоссальная фигура, гигант, чей силуэт излучал доминирование. Воин, способный стоять плечом к плечу с самим рыцарем.

— Оттар!!

Этот человек-гора — его массивная стать, его свежие раны, его чистая, подавляющая мощь — превращали даже шрамы в украшение. Он был силой, обретшей плоть. Белл хотел заплакать от облегчения, что Леон как-то в одиночку усмирил «Черную Деву» и догнал их, но момент был украден тяжестью чужой ауры. Лев и вепрь. Рыцарь и король воинов. Белл не знал зрелища более внушающего трепет, видения, от которого по спине бежали бы такие мурашки. Ни один герой, ни один ученый, ни одна душа в Городе Героев или Академии Знаний никогда не видели «сильнейших» более великих, чем эти двое.

— Они здесь-и-и-и-и-и-и-и-и-и-и-и-и-и-и-и-и-и-и-и-и-и-и-и-и-и-и-и-и-и-и!!

Долгожданное прибытие сильнейших заставило богов — Локи, Гермеса и Гестию — пуститься в неистовое празднование, соперничающее с хаосом самого Денатуса. Пока Бальдр и Фрейя улыбались, Локи наклонилась к Окулусу и взревела:

— Повышение Уровня!!

Её крик идеально совпал с голосами её детей — и с громовым приказом Хедина, отданным со скоростью и точностью божественных рефлексов. Сорвавшись с места, Харухимэ уже знала, что грядет.

— Ха... ха... Пляши!!

Текущая длительность повышения уровня: двадцать минут. Перезарядка между использованиями: пятнадцать минут. Это узкое пятиминутное окно истощения — мгновение ускользающей грации лисицы — она преодолела одной лишь волей, поддерживая первые баффы и одновременно сплетая новые золотые хвосты силы для сильнейших среди них. Обливаясь потом, дрожа всем телом в руках Асфи, она протянула ладонь к полю боя и озарила двоих золотым светом.

Леон принял его с легкой улыбкой. Оттар просто закрыл глаза, выглядя слегка недовольным.

— Потерпи пока, Оттар, — донесся мягкий голос Фрейи из Окулуса.

Он, предпочитавший переходить на следующую стадию — Уровень 8 — на собственной силе, мог принять это только под её командованием.

Уровень 8. Вершина могущества Орарио.

— Смотри, Оттар, — спокойно сказал Леон. — Дракон, окутанный тьмой.

— Я вижу.

— Такое чувство, что мы смотрим прямо на конец света.

— Не смеши меня.

Леон держал свой двуручный меч с невозмутимой уверенностью, в то время как Оттар закинул свой массивный черный клинок на плечо с легкой силой. Они даже не взглянули друг на друга, их слова были короткими, холодными — но связанными запахом соперничества, витающим между равными. Два абсолютных титана, окровавленные и несломленные, делили мимолетный миг тишины перед штормом.

— Им всё еще далеко до Зевса и Геры.

Затем — он прыгнул. Силой своих чудовищных ног боаз швырнул себя в небо.

— Э?

В одном прыжке, превзойдя даже пределы нелюдей, залитое золотым светом тело Оттара в мгновение ока преодолело огромное расстояние, взмыв высоко над полем боя — прямо над головой Духа Дракона. Это было ничем иным, как лобовой атакой — за исключением того, что она исходила от Уровня 8.

Тишина разлетелась вдребезги, как стекло.

Глаза Оскверненного Духа расширились до предела, когда колоссальный человек-кабан рухнул с небес, падая быстрее и яростнее любого метеора.

— Броня Ветра — Ариэль!!

— ООООООООООООООХХХХХХХХХХ!!

Дракон взревел, когда дух воззвал к штормовому барьеру — тому самому яростному вихрю, который снова и снова отбрасывал Бете и остальных. Но Оттар лишь бросил:

— Слишком мягко.

И прорвался сквозь него.

— ────────ГХХХХХХХ!?

Плоть разошлась. Доспехи лопнули. Кровь брызнула фонтаном. Ему было плевать. Одним взмахом своего черного двуручного меча он рассек воздушные потоки и обрушил клинок на череп Духа Дракона. Мир взорвался от звука. Дракон не был разрублен надвое, но его чешуя разлетелась вдребезги, и от громового толчка — впервые — ужасающий плачущий дракон рухнул вниз более чем на тридцать метров.

— А ты прибавил, я гляжу!

Пока вепрь парил в воздухе, словно зверь, несущий свою богиню к небесам, лев мчался по земле. В мгновение ока Леон оказался подле него, его нога взорвала похожую на плоть почву, когда он нанес удар, способный рассечь всё сущее.

— АААААААХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХ!!

Рев дракона исказился в визг «Оскверненного Духа», словно раздирали шелк. Подбрюшье Духа Дракона лопнуло, и впервые густая черная сукровица — магическая кровь — брызнула фонтаном. Прежде чем наблюдавшие боги успели хотя бы обрадоваться чистому попаданию, двое взревели в унисон:

— ОХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХ!!

Они не дали Духу Дракона ни единого шанса на восстановление. Несясь по земле, взмывая в воздух, разрывая веноподобные щупальца на своем пути, двое обрушили шквал ударов, за которыми не мог уследить ни один смертный — беззаконный шторм атак, отрицающий всякую логику. Ни молниеносные лезвия ветра дракона, ни его мощная торнадоподобная защита не могли их замедлить.

— Прочь с дороги, Леон!

Спустя более чем полмесяца в Подземелье — после двух поверженных боссов этажей и такого количества убитых монстров, которое никто не смог бы сосчитать, — истинная вершина Орарио наконец вступила в бой. Причина, по которой Оттар мог продолжать выдавать такую подавляющую мощь — цифры, существующие на совершенно ином плане, — заключалась в его навыке: «Stortus Ottar». Его эффект специализировался на затяжном бою, повышая каждую способность развития до сверхчеловеческого уровня. Вместе с его Зверофикацией это было основой монструозной мощи Оттара — редким навыком, позволявшим ему совершать невозможное: в одиночку отправляться на Глубокие Этажи и возвращаться живым.

— Хоть раз сработай со мной сообща, Оттар! Не заставляй меня говорить подобные глупости!

Сила Леона соперничала даже с этим. Источником его разрушительной мощи был, конечно же, «Blaze of Round». Теперь он призвал его девятое сияние — «Девятый Испытательный Меч: Алфиар». Форма оружия была поразительной: перчатка из света. Надев эти сияющие перчатки, Леон мог сражаться голыми руками, нанося удары, заряженные святым сиянием, или выпускать ударные волны из ладоней, подобно магу. С этим он бросился прямо в защиту «Черной Девы», превращая мастерство и «тактику» в простые игрушки, и в жестокой драке, напоминающей худшие образцы гномьего ближнего боя, он разнес её на куски.

Это был истинный образ сильнейшей ведьмы — одной из Семьи Геры, — которая когда-то сеяла хаос своими кулаками. Для Леона этот Девятый Испытательный Меч, рожденный из той памяти, был и оружием, и шрамом на его душе. Свет, который он излучал, перетекал в его парные длинные мечи — Великие Клинки Погибели Повелителя Драконов, — еще больше усиливая их мощь. По своей природе, как чистое заклинание усиления, оно напоминало «Арго Весту» («Аргонавта») Белла, когда тот сражался двуручным мечом.

И Леон кромсал. Он прорубался сквозь чешую дракона, сквозь миазмы, кружащиеся с ветром, сквозь черную плоть, пропитанную плотной магией.

— Я не буду сдерживаться.

И снова — остаточный свет. Преодолевающее пределы сияние его удара стерло еще одну часть дракона, которая казалась неприкосновенной. Оба мужчины, когда-то потерпевшие горькое поражение от Зевса и Геры, теперь сражались бок о бок, выплевывая презрение:

— Не смей притворяться, что эта жалкая пародия на дракона может сравниться с теми, кто погубил наших богов.

Удар за ударом. Разрушение за разрушением. Их натиск не прекращался.

— Чертов боров!!

— Рыцарь Рыцарей...!

— О-Оттар!!

Неудержимый напор этих псевдо-Уровней 8 вновь зажег сердца остальных — Бете, Рю, Хёгни и каждого авантюриста, что еще стоял на ногах. Спина Оттара, массивная и непоколебимая, заставляла кровь каждого гордого зверя-мужчины закипать. Самый ненавистный из сильных — стена, о которую разбился каждый боец, — любимая заноза прекрасной богини в сердцах каждого. И всё же вид этой непобедимой вершины, стоящей непоколебимо даже в самом аду, стал величайшей искрой для всех воинов Орарио.

— Обнажись, о Король Магических Клинков! Разум в жертву, кровь в подношение — пока пир не кончится, убивай и убивай снова!

Хёгни, истощая остатки ментальной силы, высвободил «Дайнслейф». Превратившись в Короля Войны, не знающего страха до конца битвы, он бросился вперед, а за ним Бете и Рю, ревя от яростной решимости.

— Глупый кролик! Не лезь на передовую!! Ты только—

— Я коплю силы! Я нанесу финальный удар!!

— Не наглей, идиот!!

— Так точно, виноват!!

Пока Хёгни свирепствовал, и само присутствие Оттара раздражало его еще сильнее, оскорбления Хедина летели в три раза громче обычного. Белл, совершенно серьезный, выкрикнул в ответ извинения и сосредоточился на зарядке. Стоять на месте, собирая энергию, было самоубийством — весь огромный зал находился в зоне поражения врага. В любой момент щупальца или магические круги могли вырваться из земли или пустоты. Даже оставаясь начеку, удары Великого Колокола гремели над полем боя, подпитывая ярость и ужас «Оскверненного Духа».

Хейд, чьи огромные запасы ментальной энергии были почти исчерпаны, продолжала исцелять передовую сквозь пот и истощение. Лид, Грос и Вина — вместе с остальными Ксеносами — прикрывали авантюристов, нанося удары и защищая там, где это было необходимо. Не только защищая Харухимэ, Асфи бросала в бой все магические предметы, что были в её распоряжении, мешая движениям оскверненного духа.

Оттар, Леон, Бете, Хёгни и Рю — авангард, достойный стоять в эпицентре шторма, — продолжали атаку под поддержкой Хедина, толкая Духа Дракона к его пределу. Всё — абсолютно всё, до последней капли — было брошено в этот натиск. Они подняли боевой клич и ударили, ревя от желания спасти девушку, запертую в великом сердце в глубинах зала.

— Уууууууууууууу — ААХ!!

Но Оскверненный Дух решительно отвергла жалкое сопротивление авантюристов. Она черпала еще больше магической силы из великого сердца и из всего демонического царства, выпустив титанический порыв ветра. Как раз в тот момент, когда казалось, что Оттар и остальные вытеснили её из своей среды, она немедленно выкрикнула название своего завершающего приема.

— Темпест — Лиль Рафага!!

Спиральная стрела ветра была выпущена снова. В этот раз их количество не шло ни в какое сравнение с первым залпом. Десятки и десятки штормовых снарядов, сформированных из остатков духов, призванных Оскверненным Духом, пронеслись, словно вестники конца, ко всему живому.

— — Кайлус Хильдр!!

Хедин прекратил все другие действия и выпустил отчаянный, предельный залп. Было призвано почти тысяча ударов молний. Хедин пытался погасить шторм этим ослепительным шквалом, тратя огромное количество магии и ментальной силы — но буквальный ураган духа разорвал даже ливень грома. В лучшем случае им удалось притупить часть силы или отклонить несколько траекторий.

Пока они бросались на предотвращение мгновенной смерти, бесчисленные спирали оскалили клыки на авантюристов.

— Га-а-ах!!

— Гу-у-у-у-у-у-у-у-у—!?

Бете задело взрывом при приземлении, а плоть Рю была разодрана в клочья.

— Давай!!

— —!!

Леон парировал клинком, но его всё равно отбросило; даже Оттар, обладавший абсолютной защитой, был вынужден резко отступить, вспахивая пол ногами.

— Защищайте лисицу!

Хедин выкрикнул приказ, даже когда его самого отшвырнуло в сторону: прикрыть Харухимэ и Асфи. Грос и Вина бросились вперед, как живые щиты.

— Ва-а-а-ах!!

— Вина!?

Вина использовала свое единственное крыло и вместе с каменным гигантом Гросом образовала стену — они и те, кого они укрывали, рухнули далеко вниз на землю. То, что последовало для Белла, было спиральной стрелой, усиленной убийственным намерением.

— ———

Смерть отразилась в его глубоких рубиновых глазах. Если он прервет удар Аргонавта, который сейчас заряжал, чтобы погасить этот ветер, он потеряет свой финальный, решающий ход. Даже если он выживет здесь, путь к победе будет потерян. Этот острый, верный инстинкт — признак того, кто достиг ранга авантюриста первого класса, — сейчас вел Белла всё ближе к смерти. Его реакция на защиту катастрофически запоздала.

И прямо перед ним в поле зрения ворвалось нечто коричневое—

— Тиона!?

— Лефия-а-а-а-а-а!! Одолжи мне свою силу!!

На вытянутом запястье Тионы блеснуло снаряжение, данное ей Лефией: «Браслет Магиуса». Аксессуар, всегда наполненный магией Лефии, вспыхнул, расходясь кругом золотого света. Спиральная стрела ударила, столкнувшись с сияющим барьером. Последовавшая ударная волна взорвалась яростными искрами — и свет разлетелся вдребезги.

Взрыв ударил в землю рядом, отбросив и Тиону, и Белла. Застежка, удерживающая Окулус на перчатке Тионы, лопнула, и кристалл улетел, вращаясь в воздухе.

— Ува-а-а-а-а-а-а-ах!?

— Проклятье!!

Крик Лида и яростный рев Хёгни отозвались эхом, когда шторм разрушения наконец утих. Передовая авантюристов рухнула. Воздух заполнил дым, густой от маны. И в этом хаосе Оскверненный Дух и Дух Дракона отступали. Игнорируя побитых авантюристов, распластанных в поражении, они оставили центральный трон и отошли в самую глубокую часть огромного зала — прямо перед Великим Сердцем, где была заточена Айз.

Дух Дракона расправил крылья перед пульсирующим ядром, и впервые с начала спасения под ним появился огромный магический круг — самый большой из всех.

— Дистанционное Разрушение, Земля Обетованная, Спасение Небес — Словом Богов, я призываю Тебя...!!

Лицо Оскверненного Духа исказилось в мрачной решимости, когда она начала свое первое длинное песнопение. В этом царстве она должна была иметь возможность творить заклинания безмолвно и без усилий, но она выбрала пение — доказательство того, что то, что она плела, было ничем иным, как заклинанием аннигиляции, не оставляющим шансов на восстановление.

В то же время шесть духов-остатков, охранявших Великое Сердце, поплыли на новые позиции, выстраиваясь по периметру огромного круга. Образовалась структура, похожая на шестиконечное кольцо.

— Шесть Колец Духов!?

— Это тот же ритуал, что используется для призыва столпов с небес! Не говорите мне, что они превращают его в пушку!?

— Мощность упадет, раз в качестве замены используются остатки духов... но уничтожить всё это пространство не составит труда, — в ужасе и в унисон произнесли Гефест, Локи и Бальдр.

— Все, вы не можете позволить ей выстрелить этим!! — крикнул голос Гестии из упавшего на пол Окулуса.

Рю и Хедин, избитые и едва способные стоять, заставили свои тела подняться и произнесли заклинание в унисон:

— ...Светозарный Ветер!

— Кайлус Хильдр!!

Бесчисленные сферы света и яростный гром ударили в круг — и были с легкостью отражены.

— Барьер!? Сам круг является защитой!?

— Даже заклинания Хедина и Рю не заставили его дрогнуть...!

Пока Рю и остальные в шоке смотрели на это, Асфи — едва спасенная Виной и Гросом — и Хёгни, отталкивая тело Лида в сторону, мрачно подняли глаза. Теперь огромный магический круг сотворил купольный щит с сотовым узором, обернувшись вокруг Духа Дракона и Великого Сердца, как массивный круглый щит. Это был Абсолютный Барьер — призванный защитить грядущий удар вымирания.

И что еще хуже, Дух Дракона издал долгий, пронзительный рев, призывая восемь массивных торнадо, которые скрыли его облик из виду.

— Так теперь оно прячется, да!?

— Проклятье, оттуда лезет еще больше этих мерзких монстров...!

Хейд, всё еще на земле, стиснула зубы, используя свое автоматическое исцеление и магию восстановления широкого радиуса, чтобы подлатать группу. Лид, заставивший себя встать рядом с ней, тоже слышал это — гротескный звук раскалывающихся стен зала, когда новые остатки духов, Самофракии, начали выползать на свет.

Оскверненный Дух, загнанный в угол, оставил все игры и милосердие. Он не будет сдерживаться.

В северном конце огромного зала — там, где пульсировало Великое Сердце — враг отступил. Авантюристы без всякого плана или команды собрались в самом центре, где когда-то восседал Дух Дракона. Это был жест отчаяния — рожденный не из мужества, а из безнадежности настолько полной, что она превратилась в неповиновение.

— Что нам теперь делать!?

Асфи, полностью осознавая, как мало времени осталось, озвучила вопрос, которого все боялись. Даже зная, что это только углубит чувство безотлагательности, она должна была спросить. Ответил Леон, отстегивая от руки ставший бесполезным наруч:

— Мы идем в атаку.

Похожий на вепря воин рядом с ним — такой же побитый — уставился в шторм и, казалось, согласился:

— Все атакуем разом. Мы прорвемся сквозь шторм — и уничтожим этот магический круг.

— Ты предлагаешь нам пойти в самоубийственную атаку!?

— У меня нет привычки умирать зазря, — ответил Леон с сухой улыбкой. — Но если мы не сможем одолеть это, то победа над Черным Драконом — не более чем мечта.

Асфи прикусила губу. Слова рыцаря не несли в себе логики или тактических доказательств — только железную решимость. Но никто не спорил. Планировать было больше нечего, и каждое потерянное мгновение приближало их к концу. В арьергарде Хедин поправил очки, молча давая знак согласия.

— Кто еще может двигаться? — спросила Рю, оглядывая группу.

— Проще посчитать тех, кто не может, — отрезал Хедин.

Белл всё еще лежал поодаль, пытаясь подняться, Нож Гестии был зажат в его дрожащей руке, пока он продолжал бить в Великий Колокол. Бете и Тиона тоже были едва в сознании — неясно, смогут ли они вообще снова сражаться.

— Но... они придут, — пробормотал Хедин с уверенностью. И действительно, несломленная воля мальчика отзывалась каждым ударом колокола. Он еще не сдался. Еще нет.

Взгляд Рю смягчился, и даже у Хёгни — несмотря на безумие одержимости Дайнслейфом — проскользнула слабая, нежная улыбка.

— Дай этому глупому кролику Повышение Уровня, — велел Хедин. — Передай ему, чтобы пока не лез. Он — наш финальный аккорд.

— А до тех пор, — сказал Леон, — мы, его союзники, исполним прелюдию к его победе.

— Да...!

На слова белого и черного Харухимэ кивнула с убежденностью. Это был конец их краткой передышки. Из каждой стены и трещины рои остатков духов — Самофракий — хлынули вперед, устремляясь к авантюристам, собравшимся в центре.

— Выдвигаемся.

С Харухимэ и Хейд, обеспечивающими свою непревзойденную поддержку, с Асфи, Виной и Гросом, охраняющими фланги, авангард — Оттар, Леон и остальные — бросился вперед. Плакать или смеяться больше не имело значения.

Финальная битва началась.

— Гху…!

Звук всё еще гремел — песня сражения, бесконечным эхом разносившаяся по бездне.

Вокруг него Оттар и Леон вращали свое колоссальное оружие с громоподобным размахом; Хедин и Рю слаженно выпускали магию, прорубаясь сквозь волну за волной остатков духов — Самофракий, — несясь вперед с дикой решимостью, чтобы ухватиться за последнюю оставшуюся нить победы.

На юго-восточном краю огромного зала Бете пошатнулся. В тот момент, когда его нога коснулась земли, колено подогнулось, и он упал на одно колено.

— Проклятье…

Кровь некрасиво потекла из носа. Сколько бы ран ни закрывало исцеление Хейд, сколько бы выносливости ни восстанавливалось, его тело вопило в бунте. Каждый нерв и мускул, сражавшийся в этом бесконечном аду подземелья, был на пределе.

Это не было просто истощением — это была эрозия души. Его разум и дух истончались от неестественного цикла ранений и стремительных восстановлений. С момента их первого поражения он ни разу по-настоящему не отдыхал. По сравнению с мальчишками, рискнувшими жизнью на 37-м этаже, бремя, которое нес Бете, было куда, куда тяжелее.

Оттар всё еще мог сражаться как несокрушимый зверь — и это приводило его в ярость. Разница между ними была простой и жестокой: Оттар был сильнее, а он — нет.

— Да чтоб… вас… всех!

Он поднял взгляд. В северном конце зала высилось Великое Сердце, и перед ним Дух Дракона готовил свою катастрофическую атаку. Их группа разошлась лучами от этой точки — даже Хедин выдвинулся на передовую теперь, когда Оскверненный Дух, поглощенная песнопением, заставила замолчать свои остальные заклинания.

Это было лезвие ножа между катастрофой и возможностью — безошибочный поворотный момент. Но Бете не мог сражаться, а другая участница Семьи Локи рядом с ним, сколько бы исцеления она ни получала, тоже не могла подняться.

«Корни», наводнившие её тело, распространились повсюду, заперев Тиону в мучительном пространстве между жизнью и смертью.

— Проклятье…!

Пот градом катился с её дрожащего тела, пока она лежала, согнувшись пополам, не в силах даже нормально встать на колени. Наблюдая за её борьбой, Бете мог только скрежетать зубами — потому что её жалкий вид зеркально отражал его собственный.

— Бете…! Ты еще жив!?

Металлический лязг привлек его внимание — перед ним упала перчатка, отброшенная ударной волной битвы. Через встроенный в неё кристалл — Окулус — донесся дрожащий голос его богини.

— Бете…

Вставай. Продолжай сражаться. Я хочу видеть тебя в лучшей форме. Это то, что Локи обычно говорила бы, смеясь и подначивая его.

Но не в этот раз.

Потому что он пал слишком низко. Потому что его слабость заставила её замолчать. Богиня-обманщица небес, которая всегда шутила и играла со всеми, теперь звучала… по-человечески. Мягко. И от этого его тошнило от самоненависти. Его голова поникла. Кровь мерно капала из носа, окрашивая мясной пол в красный цвет.

И тут—

— Эй! Волчонок!

Другой голос оттолкнул Локи в Окулусе — высокий, свирепый, безошибочно принадлежащий маленькой девочке.

— Не сиди просто так — возьми на себя ответственность!

— А!? Коротышка!?

— Да давай уже!

— О чем ты, черт возьми, несешь!?

— Белл здесь из-за тебя!

В её словах не было смысла — но татуировка на его щеке слабо задрожала.

— Я никогда не говорила Локи, но знаешь что, волчонок? Я тебя ненавижу! Я злилась на тебя с той самой ночи в таверне!

Воспоминание ударило как молот. Ночь празднования после «Экспедиции». Пьяный и сквернословящий, он насмехался над слабым маленьким кроликом, пока тот не сбежал из бара. Никчемный, дрожащий новичок, которому нечего было делать в Подземелье — и который вернулся на рассвете избитый и окровавленный.

Жалкая, смехотворная история. Та, над которой даже Бете тогда глумился.

— Из-за тебя Белл и та девочка начали бежать! И они не остановились!

Слова обжигали его изнутри. Мальчик, который когда-то был никем — жалким кроликом — бежал вперед, отказывался останавливаться и стал чем-то, над чем Бете больше не мог смеяться. Широко раскрыв глаза, Бете снова поднял голову.

Вдалеке он увидел беловолосого мальчика, который уже поднялся — уже бил в великий колокол, уже был готов к финальной битве, даже раньше самого Бете. Более упрямый, более волевой и более непоколебимый, чем Бете в этот момент — он был мужчиной, который перестал быть слабым.

— Возьми на себя ответственность за то, что ранил этого ребенка! Возьми на себя ответственность за то, почему он здесь — сейчас!

Ему было стыдно? Хорошо. Богиня не сказала бы этого Бете сейчас. Вечное священное пламя подгоняло Бете именно потому, что этот мальчик не был одним из его собственных последователей. Оно подстегивало Бете тем же импульсом лесного пожара, который он сам когда-то обрушил на Белла в ту ночь в таверне.

— — Гах…!! Ответственность, ответственность — заткнись уже…!

Из кристалла вырвался вздох. Это был голос Локи.

— Хочешь, чтобы я извинился? Как прискорбно.

Его согнутое колено выпрямилось. Он не должен был иметь возможности двигаться — у него не было на это права — но он всё равно шевелился.

— Кто, черт возьми, собрался извиняться?!

С этими словами он вырвал драгоценный камень из своего бронированного сапога.

— Я не сделал ничего плохого!!

Поток полных ненависти слов мог быть направлен на богиню, на мальчика или на него самого. Кровь текла свободно, пока волк выплевывал неприкрашенную правду, которую он никогда бы не исказил:

— Одним слабаком меньше!

Боль под татуировкой пульсировала — исток Бете, сильного человека, который когда-то был таким же слабым, как этот мальчик.

— Одним никчемным слабаком меньше—!!

Он свирепо посмотрел на мальчика, который всё еще сражался.

— Ту идиотку — ты спас её!!

Он взглянул на девушку-амазонку, которую Бете всегда был способен только убить.

— Дальше—! Дальше ты попытаешься вернуть женщину, в которую влюбился!!

Он уставился на клетку из плоти, в которой томилась златовласая девушка с золотыми глазами. Всё то, что Бете не удалось сделать — в тот день мальчик, над которым Бете издевался, перестал быть слабаком и стал сильным; благодаря этому должно было родиться чудо, называемое «героем».

Тогда у Бете оставалось только одно дело. Одинокий волк, высмеивающий слабых, презирающий слабаков и признающий только сильных, имел лишь один путь.

— Верно!! С этого момента ты и Белл объедините силы и спасете этого ребенка!

Богиня прильнула к кристаллу, произнося истину, которую хотела донести.

— Так одолжи нам свою силу!! — Тогда мы будем считать твой долг погашенным!

— Заткнись! Ты вообще кто такая?!

— Богиня, очевидно же!

К тому времени, как прозвучал ответ, Бете уже двигался. Крепким шагом он шел к мальчику. Он прошел мимо девушки, всё еще лежавшей там, где она упала.

— — Вся пропиталась ядом. Играешь в Финна, да?

Оставив девушку позади, Бете стиснул зубы, остановился и отшвырнул то, что сжимал в руке. Это был вырванный им камень.

— Эй, идиотка! Я иду вперед!

Камень покатился и замер рядом с девушкой, чья щека прижалась к полу.

— Если ты из тех слабых сучек, которых может спасти только мужчина — тогда гний здесь и подыхай!!

С этими словами Бете рванул вперед. Девушка — чья кожа была осквернена инородными захватчиками под ней — сильно прикусила губу. Скрытая под волосами, застилавшими глаза, она стиснула зубы так же, как и волк, и её дрожащие пальцы сомкнулись вокруг камня.

Не видя этого, Бете прыгнул вперед и ударом ноги вдребезги разнес остаток духа Самофракии, который бросился на мальчика, застигнув врага врасплох.

— …! Бете…

— …

— С… спасибо…

Голос Белла звучал неловко, когда он благодарил человека, только что спасшего ему жизнь в последний момент. Бете посмотрел прямо на него, затем медленно открыл рот.

— «Такому слабаку, как ты, не место рядом с Айз Валенштайн».

— !

Он повторил слова, которые когда-то стали поворотным моментом во всей жизни Белла. Столкнув его с правдой, которой Белл долго избегал, Бете сузил свои острые глаза.

— Ты больше не слабак.

— …а?

На мгновение голос Белла стал ошеломленным, почти тихим. Бете оскалил клыки и взревел:

— Тогда докажи это! Покажи мне, что ты можешь спасти Айз Валенштайн!!

Последовавшая тишина длилась лишь миг. Тело Белла яростно задрожало, когда он принял эти слова всем своим существом — будто он наконец преодолел рану, которая преследовала его, будто его наконец признал тот, чьего признания он всегда желал.

Он один раз стиснул зубы, его щеки вспыхнули от жара.

— Мы прорубим путь! За мной!!

— …Да!!

— Ты тот, кто сразит этого чертова дракона!!

— Да!!

Их рев, крик двух воинов, разнесся по полю боя. А издалека голос Локи донесся через брошенную хрустальную сферу.

— …Бесит это признавать, но я уже давно знала… ты ведь признал его, а, Бете?

Это было еще во время битвы с Минотавром. Уже тогда волк перестал называть мальчика «Помидоркой». С того дня, как и Лефия, Бете всегда наблюдал за Беллом. Во время Военной Игры против Семьи Аполлона. Во время Войны Семей. Всё это время.

— Среди моих детей ты самый упрямый и азартный… Ты всё-таки сказал это, а.

Серый волк и белый кролик — Локи наблюдала за их первым настоящим «совместным боем», который выжигался в её памяти. Взоры богов обратились к центру огромного зала. Окруженный Виной и остальными, сражавшимися за защиту Харухимэ и Хейд, Бете шагнул вперед, лишь на шаг опережая Белла, который продолжал заряжать свою атаку.

— Скованный, король проклятых волков — Фрос…

Началось — песнопение. Повернувшись лицом к Оттару, Леону и мерзкому духу впереди, Бете начал собирать ту малую толику магической силы, что осталась в нем.

— Бете… читает заклинание…!?

Белл был потрясен. Он всегда считал, что Бете — чисто физический боец. Даже Хедин, Хёгни и Оттар — поглощенные боем — бросили в его сторону удивленные взгляды.

— «Одна рана, сдержанность — Гергья. Две раны, вопль боли — Гьёрр. Три раны, вбитый кол — Свидр. Слюна голода, единственная надежда. Построй реку, смешай с кровью и смой слезы».

Это было само воплощение подсознания Бете — проклятое заклинание, которое он ненавидел каждой фиброй своей души. Подобно черному боевому коту боевой колесницы, Бете ненавидел свою собственную «магию», словно она была ядом. Этот «козырь» он выпускал лишь несколько раз за всю свою жизнь.

— «Незаживающие раны, не забывайте. Эта ярость, эта ненависть — они ваша немощь и ваше обжигающее пламя».

Это было проявление его гордости.

— «Ненавидь мир, прими его законы, и пусть каждая слеза высохнет».

Это было зеркало, отражающее глубины его души.

— «Преврати свои раны в клыки, свои крики в вой — сделай кровь и плоть, что ты потерял, своей силой».

Это была сама форма боли волка, высеченная бесчисленными потерями. И то, что это заклинание было произнесено вслух — было доказательством того, что Бете нашел нечто, ради чего стоило отбросить свою гордость. Нечто, чего он желал. Нечто, что он должен был защитить. Он разорвал цепи, сковывавшие его, отбрасывая всё — ради девушки по имени Айз и мальчика по имени Белл.

— …гх…

Это песнопение достигло даже Тионы. Она уже харкала кровью — так много, что теперь черное смешивалось с болезненно-зеленым. Это было отвратительно. И всё же, несмотря на это, она крепко сжала свою дрожащую руку. Потому что она отказывалась проигрывать этому упрямому волку.

Эти тонкие ноги — почти уже не её — поднялись. Монстры подземелья, Оскверненный Дух, все игнорировали её теперь. Она больше не стоила даже внимания. Корни, распространившиеся по её телу, делали её больше похожей на монстра, чем на человека. Остатки духов — Самофракии — принимали её за одну из своих, за одно из щупалец Духа.

В таком темпе она могла по-настоящему стать монстром. И всё же — авантюристы и Ксеносы всё еще сражались, сражались за то, чтобы Тионе больше никогда не пришлось сражаться. Беловолосый мальчик всё еще стоял против ужасного существа, чтобы спасти Айз, чтобы защитить Тиону. Это было похоже на ожившую историю о героях.

— Айз...

Привлеченная видом его спины — окутанной белым светом и окруженной искрами — Тиона подняла руку. Она была избита, но еще не осквернена. Эта красивая левая рука потянулась к нему.

— Я... я нашла своего героя.

Она улыбнулась. Как ребенок, который знал только любовь и тоску в сказках.

— Я...

Её лицо озарилось яркой усмешкой — как у девочки, которая наконец встретила того, о ком мечтала в своих историях.

— Я встретила... своего героя, Аргонавта.

Её глаза замерцали, как солнечный свет на ряби воды. Как рассказчица, которая когда-то попрощалась со своим сокровищем, но теперь снова прижала его к сердцу. И в сторону девушки, всё еще заточенной впереди — её дорогой спутницы, лучшей подруги и, во многих смыслах, младшей сестры, которой она дорожила — Тиона прошептала мягко:

— Так что, Айз... ты тоже—

Она сделала шаг вперед. А затем еще один. Магический круг Золотой Ведьмы, Хейд, мерцал — каждая волна исцеления, которую она выпускала, пожиралась корнями, высасывающими её силы. Одной ногой она уже переступила в царство смерти, но отказывалась отпускать жизнь. Как бы близко ни подбиралась тень смерти, свет никогда не покидал её глаз. Были вещи, которые она хотела защитить — сокровища, которые она хотела удержать. Был кто-то, до кого она хотела дотянуться.

— Айз… тебе нужно перестать делать такое грустное лицо, — пробормотала она тихо. — Пусть Аргонавт заставит тебя снова улыбнуться.

Её губы мягко изогнулись — желая, чтобы эта улыбка расцвела вновь, как цветок высоко в горах под синим небом. Даже сейчас она улыбалась печальному «ветру», словно говоря ему, что боль прошлого больше не связывает её — что она забыла те далекие печали и засияет снова, как солнце.

— …Мы идем спасать тебя. Вместе с Аргонавтом.

Её брови сошлись. Тело наклонилось вперед. И с последними силами, оставшимися в ней, Тиона потянулась к финальной мощи — своему последнему козырю.

— Оттар! Сколько еще раз ты можешь использовать Зверофикацию!?

Поле боя содрогалось без пауз. Молнии, огонь и ветер — сплетенные воедино фейри — слились в единую волю к наступлению. Леон, срубая назойливые фрагменты Самофракий, стоявшие на их пути, крикнул воину рядом с собой.

— …Столько, сколько потребуется.

— Значит, только один раз! Понял!

Одна вспышка. Затем другая. Каждый «Остаточный свет», который он выпускал — одна из самых разрушительных техник даже в битве против оскверненного духа — озарял воздух божественным блеском. Будто в знак протеста, сам шторм дрожал от безудержного использования дварфом высших техник богов — парных божественных искусств Зевса и Геры.

Леон выпустил еще один «Остаточный свет», словно парируя: «Кто бы говорил», и два из восьми массивных торнадо были развеяны. Его резкое, рыцарское лицо исказилось, приняв первобытное выражение. Его сила угасала. Бесконечные битвы — особенно испытание с «Черной Девой» — взяли слишком большую цену.

Оттар, сражавшийся еще дольше, был в не лучшем состоянии. Они всё еще не достигли «Великого Барьера» оскверненного духа, который продолжал свое мерзкое песнопение.

— Больше никаких «Остаточных огней» вполсилы. Следующий будет моим последним.

— …

— В таком темпе даже мой «Двенадцатикратный Меч Раунда» не дойдет до конца. Оттар — одолжи мне свою силу.

Уклоняясь от очередной ударной волны, рыцарь в доспехах и воин с львиным сердцем прижались спинами друг к другу, плечом к плечу. Оттар взглянул на руки Леона, сжимающие меч.

Перчатки, некогда сиявшие первозданным светом, теперь были испещрены трещинами.

— Если мы проиграем здесь, некому будет продолжить этот бой.

Леон слабо улыбнулся.

— У нас достойные преемники, не так ли? Тот самый, кому удалось одолеть тебя.

— Я не был побежден.

С яростным рывком, оттолкнувшись друг от друга после столкновения, они снова бросились вперед. Пятнадцать лет назад они были вспыльчивыми юнцами. Теперь же, возвышаясь как непоколебимые столпы, на которые взирали их последователи, мужчины вложили каждую крупицу сил и магии в свой следующий удар.

Лев пробивался сквозь орду монстров, его кулаки полыхали. Вепрь начал свое грубое, гортанное песнопение. Чтобы не отстать, эльфы и ящер высвободили всё, что у них было.

— Арвеллия!

— Кайлус Хильдр!

— Жги, Дайн!

— Фу-у-у-у-о-о-о-о-о-а-а-а-р-г-х-х!!

Взорвался поток огня и молний. Священное пламя Рю, громовые разряды Хедина, темный огонь Хёгни и опаляющее дыхание Лида переплелись, развеивая два последних торнадо.

Но затем—

— Откройся — снизойди, явись — Эмпирей Высших Небес!

Скрытое за ревом шторма, омерзительное песнопение подошло к концу. Массивный магический круг, уже достигший критической мощи, вспыхнул жизнью.

— !!!

— О нет!!

Предупреждающий крик Рю — и даже вопли ужаса богов — запоздали. Оскверненный Дух тоже поставила на этот удар всё. Черпая каждый последний фрагмент силы, который могло дать демоническое царство, она завершила величайший грандиозный ритуал. Её искривленные губы разошлись в гротескном полумесяце — финальной, торжествующей улыбке, — когда она призвала катаклизм, чтобы положить конец всему.

— Небесная Катастрофа!!

Суд Небес — казнь, которая должна была аннигилировать само мироздание. Высшее заклинание, которое должно было быть божественным возмездием, под извращенным влиянием демонического царства и порочности самого духа превратилось в орудие вымирания. Столп ослепительного света вырвался вперед — копье аннигиляции, обещающее только забвение.

Всё тело Рю, глаза Вины, сам огромный зал — всё было залито черно-синим сиянием. Всё, чего касался свет, распадалось, растворяясь в небытии. В тот миг, когда всё должно было превратиться в элементарные частицы—

— УООООООООООООООООООООООООООХ!!

Зверь взревел.

— Десятый Испытательный Меч — Альфиар, предел пройден!!

Сияющие перчатки Леона разлетелись вдребезги — и вспыхнули, обретая высшую форму. Трансформация Оттара взорвалась в тандеме: Зверофикация и Усиление Рыцарского Раунда. Всё их существо — тело, душа и воля — рванулось за предел Уровня 8, чтобы бросить вызов вершине, некогда принадлежавшей самим богам.

— Хильдис Вини!!

— Десятый Испытательный Меч — Регнант, высвобождение!!

Лев, окутанный золотым мехом, и вепрь, сжимающий свою проклятую алебарду, высоко подняли оружие — и явили наследие героев.

— Остаточный свет!

Два голоса взревели как один. Темно-фиолетовый и золотой столкнулись — осквернение против сияния, разрушение против доблести. Мир содрогнулся. Оглушительный треск расколол саму реальность.

Свет против тени. Конец против продолжения. Столкновение противоборствующих абсолютов породило поток света, поглотивший всё перед собой. Фрагменты духов Самофракий были дезинтегрированы; Рю, Хедина, Хейд и Лида отбросило, словно листья в урагане; даже Вина и остальные, находившиеся вдали от взрыва, были сметены его яростью.

Сама Оскверненный Дух застыла в неверии, когда волна света захлестнула её монструозное тело, и даже Дух Дракона содрогнулся под ослепительным сиянием. Демоническое царство кричало. Мир трепетал. Само Подземелье отшатнулось.

И в конце всего этого, когда небесный суд должен был провозгласить вымирание — раздался иной вердикт.

— Нейтрализация.

Высшие техники героев отменили конец света.

— —!!

Совместный удар двух легенд, их пересекающиеся лучи света вдребезги разнесли вспышку аннигиляции. Массивный магический круг взвыл под тяжестью собственной отдачи, в то время как Оттар и Леон попали в эпицентр афтершока — их с силой отбросило назад, они пробили стены из плоти и камня, их доспехи рассыпались в пыль.

Натиск прекратился. И всё же, хотя её финальное оружие было остановлено, Оскверненный Дух застыла, оглушенная — потрясенная до самой глубины души несокрушимой силой смертных, посмевших бросить вызов богам.

Тогда она услышала это — нечто за пределами отчаяния. Даже среди этого апокалиптического столкновения света — пока мир содрогался между руинами и выживанием — голос продолжал петь.

— Цепи разорваны, небеса ревут. Род ярости, пожри луну вместо меня и проглоти всё перед собой.

Сквозь слепящее сияние, сквозь шторм разрушения, два силуэта всё еще стояли твердо там, где герои прорубили путь. И в этот финальный миг — когда взор духа дрогнул — начал проявляться огненный зверь.

— Этими клыками пламени — пожри.

Пробил колокол. Великий Колокол, возвещающий зарю героев, прозвонил вновь, его звучный призыв слился с поднимающимся пламенем. В его отблеске янтарные глаза серого волка горели убийственной решимостью. Воля к разрушению, обет триумфа — и имя, которое он бросил в бездну:

— Хати.

Само слово стало огнем. Пламя завыло. Клыки пылающего багрянца окутали его руки и ноги, превращая их в челюсти всепожирающего инферно. Пожар вырвался из тела оборотня — чары чистой аннигиляции. Алое пламя вздыбилось, неистовствуя и взрываясь, принимая форму колоссального огненного волка.

Оскверненный Дух, застывшая даже внутри собственного царства, увидела — в сиянии пожара глаза мужчины несли обет абсолютной охоты, обещание истребления для всех перед ним. Пламя запульсировало, разлетаясь искрами, подобными частицам солнца. Затем раздался рев — звук настолько яростный, что он разорвал неподвижность времени духа.

— ГРА-А-А-А-А-А-А-А-А-Х-Х-Х-Х-Х-Х-Х-Х-Х-Х-Х-Х-Х-Х-Х-Х-Х-Х-Х-Х-Х-Х-Х-Х-Х-Х!!

Рывок испепеляющей ярости. Ничто на его пути не выжило. Поток пылающего гнева опалил плоть подземелья, разорвал сам воздух и понесся с божественной скоростью — прямо к ненавистному духу и её драконьему носителю.

Беловолосый мальчик следовал по пятам, заставив замолчать даже собственное благоговение, влекомый этим монструозным пламенем. Оскверненный Дух закричала, её голос был пронзительным от ужаса и неверия.

— АААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААА!?

Ибо она понимала — лучше кого бы то ни было — что означает этот огонь. Отчаянно она собрала каждую крупицу существующей магии. С кончика её дирижерской палочки вырвались легионы заклинаний; шторм стихийной смерти, рой фрагментов Самофракий — каждый взрывался огненными шарами и дугами молний, преграждая путь волку.

Но пылающие челюсти пожирали всё.

— !?

Изумление Оскверненного Духа сменилось ужасом — волк не дрогнул. Он питался каждой атакой, и с каждым укусом он рос — становясь больше, ярче, свирепее. Воплощение разрушения стало неудержимым пламенем. Чем больше магии ударяло в него, тем сильнее рвалось и горело его тело — и тем громче выло пламя.

— Урон… поглощается!?

— Нет, присмотрись—!

— И то, и другое! Поглощение магии и Поглощение урона!

В небесных залах наблюдения боги закрывали глаза от ослепительного зрелища внизу. Даже когда их божественное зрение с трудом осознавало происходящее, воцарилась тишина — тишина, рожденная не из благоговения, а из жалости.

Запретное искусство Бете, «Хати», пожирало магию, жаждущую его убить, и даже раны, высеченные на его плоти, потреблялись, превращаясь в еще большую огневую мощь — проклятая, редкая магия, рожденная из неповиновения и краха. Это было воплощение самих ран.

Всю свою жизнь он искоренял слабость, презирал бессильных и отказывался прощать того хрупкого себя, каким был когда-то. Каждый шрам, каждая потеря, каждая неудача — всё было пожрано, переплавлено в силу этим саморазрушительным пламенем. Мощь этого инферно теперь превосходила даже яростный напор «Боевой Колесницы», величайшего из его соперников.

— Бете!

— ГрррррАААААООООООХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХ!!

Чем сильнее оно горело, тем меньше жизни у него оставалось. Каждое мгновение силы покупалось его собственным телом. Вражеские взрывы разрывали его плоть, жилы обугливались, кости крошились — но волк не останавливался. Позади эхом раздавался крик Белла, но Бете не отвечал — он не уступит другому ни единой раны. Перезвон Великого Колокола — воля Белла — не должен затихнуть.

И волк принимал каждый удар на себя, его когти разрывали потоки пламени, его голос был ревом неповиновения угасанию его света.

— Да хватит уже ныть!!

Белл бросился в пламя, чтобы спасти Тиону — чтобы бросить вызов самой смерти. Разве мог Бете сделать меньше? Оступиться сейчас было бы предательством самого кредо, определившего его жизнь. Если он не сможет превзойти даже это, он действительно окажется не более чем слабым дураком, над которым когда-то насмехался.

Этого он никогда не допустит. Ибо Бете Лога рожден пожирать крики слабых — воплощать хищника, который отказывается сдаваться.

— Если этот чертов кролик может— то даже не думай, что я не смогу!!

Его рев прорезал инферно — декларация, разорвавшая грохочущий пульс подземелья. И далеко позади, с пузырящейся кровью на губах, истерзанная амазонка подняла взгляд — её глаза ярко горели.

— Это… моя фраза…

Харкая багрянцем, Тиона оскалилась, её дух вспыхнул, вторя духу волка. Если он отказывался склоняться перед отчаянием — она тоже не станет. Не желая больше оставаться сторонним наблюдателем, девочка, нашедшая своего героя, сама восстала как герой, её душа дышала тем же огнем.

— Яростный жар—!

Тиона низко пригнулась, дикий оскал исказил её губы, когда она выдохнула опаляющее алое дыхание. Это дыхание вскоре вспыхнуло живой аурой, обернувшись вокруг всего её тела — жар настолько неистовый, что даже монстры подземелья отпрянули в инстинктивном страхе.

«Яростный жар» (Intense Heat) — редкий навык Тионы. Его эффект: массивное усиление всех способностей, когда она находится у порога смерти. В сочетании с «Берсерком», повышающим её силу каждый раз, когда она получает урон, Тиона Хирьют была тем типом воина, который становился лишь сильнее, чем ближе подходил к гибели.

Искаженное зеркало волка, с которым она так часто спорила — сходство с силой самого Бете не укрылось от неё. Когда она однажды сказала Беллу об «очень крутом козыре, который срабатывает, когда я в отчаянии», она имела в виду именно это.

Даже когда корни осквернения когтями впивались в её вены, высасывая жизнь изнутри, она ухмылялась и плевала на них, используя их вторжение как топливо. Затем она впилась пятками в землю — и камень под ней треснул.

— Погнали.

Вытянутая рука Вины так и не коснулась её. Амазонка сорвалась с места в мгновение ока, превратившись в размытое пятно из чистых мускулов и инстинктов, звероженщина, которую больше не заботили разум или сдержанность. Воздух взорвался позади неё, когда она рванулась к ревущему впереди пожару — к мужчинам, сияющим, как само пламя колокола.

И затем—

— Угх — п-прочь от меня-а-а-а-а-а-а-а-а!

Пылающий волк несся прямо на Оскверненный Дух. Даже в этой безлунной бездне его пламя, казалось, пожирало саму идею света — словно зверь, пытающийся проглотить полную луну целиком. Он мчался вверх по пульсирующим венам зала, игнорируя каждый взрыв, каждое заклинание, каждое отчаянное щупальце, брошенное на его пути. Дух кричала от непонимания, неспособная осознать продвижение того, что не должно было существовать.

— ОООООООООООООООХХХХХХХХХХ!!

Дух Дракона, защищенный массивным «Великим Барьером», взревел в ответ, черные ветры взорвались вовне — ветры, которые бесчисленное количество раз отбрасывали Бете раньше. Но не сейчас. Вихрь встретился с огнем — и был пожран. Он прорвался сквозь шторм, его клыки сияли, как крошечные солнца, сжигая, разрывая, прокладывая путь одной лишь грубой силой.

— РРРРРРРРА-А-А-А-А-А-А-А-А-Х-Х-Х-Х-Х-Х-Х-Х-Х-Х-Х-Х-Х-Х!!

Пылающие челюсти Бете ударили в барьер. Затем— БУМ!

Всплеск ослепительного огня извергся, и один из шести Остатков Духов, поддерживающих «Абсолютный Щит», рассыпался пеплом. Не один — а многие.

БУМ! БУМ! БУМ!

По часовой стрелке они разлетались один за другим, пока не осталось всего два. Трещины пошли по некогда идеальной сотовой структуре Великого Барьера. Крепость божественной геометрии дрогнула, и в огненном сиянии, окрасившем зал в красный цвет, на искаженном лице Оскверненного Духа, некогда уверенном и жестоком, наконец запечатлелся страх.

Ни магия Рю, ни молнии Хёгни или Хедина не смогли даже поцарапать этот барьер — и вот теперь все трое во все глаза смотрели на пылающее инферно, поглощающее поле боя. Даже Леон и Оттар, эти образцы могущества, могли лишь наблюдать в молчаливом признании. Лев, вепрь — оба были затмлены одним-единственным пылающим волком. И этот волк ревел, требуя возвращения рожденной ветром девочки.

— ────Ах… Ах… АаАААХХ──────!!

Даже дракон, чье лицо до сих пор было холодным и механическим, вздрогнул от инстинктивного страха. Но пока «Великий Барьер» трепетал, Оскверненный Дух почувствовала иной ужас, куда больший, чем волк. За огненным зверем шел звон колокола. Приближалась фигура — более грозная, чем лев, более пугающая, чем вепрь, более неумолимая, чем волк.

Жалкий кролик? Не будьте абсурдны. Это был — герой, способный убивать драконов.

— Заткнись заткнись заткнись — ЗАТКНИ-И-И-ИСЬ!!!

Падший дух не могла понять — этот мальчик, призвавший имя героя Сферы, тот, кто потряс её саму душу, напоминал ей о нем. О герое, которого она когда-то любила — о том, кому было суждено уничтожить монстра, которым она стала. И сердце этого затаившегося духа теперь вопило: Не дай прозвонить этому погребальному колоколу!

Дух завыла, когда мальчик поднял клинок божественного света — её собственный реквием, выкованный в пламени и сиянии. Она отбросила всю концентрацию, попрала каждый рациональный инстинкт и выбрала единственный возможный ход: бросила защиту от волка, чтобы аннигилировать приближающегося мальчика.

— —!!

Бесчисленные магические круги вспыхнули в воздухе, сотворенные из собранной маны — артиллерийские порты чистого разрушения, все нацеленные на него.

— Белл!! — закричала Рю.

— Белл!! — плакала Вина.

— Белл!! — даже божественный голос Гестии дрогнул.

Но волк—

— — Тиона!!

Он взывал не из страха, а из уверенности. Потому что знал — она придет. Потому что так поступают товарищи.

— ААААААААААААААААААААААААААААААААА!!

Навык «Яростный жар» вспыхнул — порыв красного ветра окутал её, сливаясь с собственным ветром её подруги, с духом самой Айз. Тиона рванулась вверх по пульсирующей плоти «вен», одним прыжком обойдя Белла — и взмыла ввысь. Тиона прыгнула прямо на путь аннигиляции. Гром погибели обрушился вниз — и она выставила вперед свой монструозный правый кулак.

— Тиона!!

Этот хрупкий человеческий кулак никогда не смог бы устоять против такого божественного разряда. И она, и Белл должны были быть стерты в то мгновение, когда свет ударил. Крик Локи разорвал поле боя — но, как и у Бете, это не был крик отчаяния. Это был божественный приказ, боевой клич веры.

В следующее мгновение — гром сошелся в правой руке Тионы.

— —!?

Дух в неверии отпрянула. Амазонка стиснула зубы, всё её тело дрожало, когда она заставила эту мощь замереть.

И в её хватке засиял единственный камень — металлическая вставка с сапога Бете, «Флосвирт».

Его истинная функция: магический проводник. Вплавленный в него самоцвет поглощал заклинания и зеркально отражал их стихийную природу. Перед своим рывком Бете вырвал этот камень из поножи и швырнул его ей — обещание, заключенное в его словах: «Мы прорубим путь».

Вместе он и Тиона должны были гарантировать, что Белл доберется до Айз.

— Больно до чертиков — НО Я ЗНАЮ, ЧТО АЙЗ КУДА БОЛЬНЕЕ!!

Один лишь камень никогда не смог бы выдержать этот гром. Тот разряд должен был стереть в порошок её руку, тело, саму её душу. Но мутировавшая правая рука — плоть, оскверненная собственными тентаклями духа, — не сгорела. Этот гротескный отросток, пропитанный маной и сопротивляемостью, стал её броней. Паразитическое проклятие, которое терзало её, которое оскверняло её тело и издевалось над её волей, теперь стало щитом, позволившим ей нанести ответный удар.

Сами боги замолчали перед лицом такой иронии. Вся жестокость этого проклятого подземелья теперь обернулась против своего создателя.

Лицо духа побледнело. Нечеловеческая рука Тионы вспыхнула молнией — и она рванулась вперед, живая молния рядом с пылающим волком. Она высоко подняла свой трещащий кулак. И с яростью амазонской воительницы она взревела:

— ПОГНААААААААААЛИИИИИИИИИИИИ!!

«Великое Разрушение — Ульга!»

Удар достиг цели. Навык «Яростный Жар» и поглощенный гром слились в одну катастрофическую атаку. Её Громовой Кулак столкнулся с пылающими клыками Бете — и вместе они аннигилировали последние ядра духа. Последние Остатки Духа разлетелись в шторме из пепла и синих молний. Сотовый барьер закричал, треснул и разлетелся, словно стекло под божественным огнем.

— ...Бете, Тиона — спасибо.

Сквозь каскады света и обжигающую пыль голос мальчика прозвучал отчетливо. Белл Кранел прыгнул сквозь распадающееся сияние, мимо волка и амазонки — к Оскверненному Духу и Духу Дракона, чтобы покончить со всем этим. Священный огонь взревел, белые искры света закружились в его кильватере. Белл достиг полного заряда — каждая крупица воли, каждая капля духа были сконцентрированы в одной точке.

Не осталось места для защиты, не осталось зазора для уклонения. Только удар героя.

— Арго Веста!!

Он обрушил клинок своей души на ложный «конец».

— ООООООООООООООООООООООООООООООХХХХХХХХХХ!!

— ААААААА────ХХ!!

Катастрофический удар прошил Духа Дракона насквозь. Его тело содрогнулось и дезинтегрировалось, безмерный свет разрывал его изнутри. Оскверненный Дух попыталась бросить форму дракона, вырываясь на свободу — но взрыв поглотил её целиком, отбросив изуродованную верхнюю часть тела назад, к пульсирующему Великому Сердцу.

Пепел посыпался вниз, словно серый снег. Богини и боги ликовали; авантюристы и Ксеносы кричали от триумфа — но Белл не остановился, чтобы услышать хоть что-то из этого. Он ухватился за толстую, пульсирующую вену, тянущуюся от Великого Сердца, спрыгнул и приземлился.

Его глаза впились в слабый лазурный свет глубоко внутри багровых стен.

— Айз!!

Он протянул руку — рука дрожала, голос срывался — к девушке, запечатанной в этом коконе синего сияния.

— ТЫ... ЕЁ... НЕ... ПОЛУЧИШЬ!!

Оскверненный Дух, окровавленная и наполовину уничтоженная, вцепилась в Великое Сердце. Третий глаз на её лбу блеснул ядовито-красным.

Башу—!

Плоть сердца содрогнулась. Она вздулась. Треснула. Массивная, зияющая пасть — органическая яма из клыков и мышц — открылась перед Беллом.

Время остановилось. Бете и Тиона, всё еще падающие после своего последнего удара, застыли в воздухе. Лид, Рю и остальные, слишком раненые, чтобы двигаться, могли только в ужасе наблюдать.

И затем—

Мир стал алым. Извивающееся мясо поглотило его целиком.

— АХАХАХАХАХАХАХАХАХАХАХАХАХАХАХАХАХАХАХАХАХАХАХАХА!!

Смех духа эхом разнесся повсюду — безумный и торжествующий. Сияние священного огня исчезло из виду. И Тиона, осознав, что только что произошло, первой закричала, её горло и грудь дрожали от отчаяния:

— Аргонавт!!

Было тепло — тошнотворно тепло. Ощущение было отвратительным. Белл был в ловушке, замурованный в плоти. От ступней до макушки не осталось ни единой щелочки — каждый дюйм был запечатан живым, пульсирующим мясом. На мимолетное мгновение он задался вопросом, не это ли чувствует младенец, возвращаясь в утробу матери — но тут же отбросил эту мысль.

Это не было колыбелью любви. Это был желудок цветка-людоеда, растворяющий свою добычу в блаженном экстазе.

(Я не могу... это невозможно...)

В этом море плоти даже Авто-лечение было бессмысленным. В тот миг, когда его здоровье и разум восстанавливались, они тут же высасывались снова. Его тело, его магия, даже его воля — всё откачивалось. Его кожа уже начала срастаться с живыми стенами. Липкая текстура, давящая на него, заставляла разум балансировать на грани краха. Он чувствовал, как плавится, словно мягкое содержимое кокона перед выходом бабочки.

Руки, ноги, лицо — всё превращалось в месиво. Он становился не более чем комком растворяющейся плоти, который когда-то был Беллом Кранелом. Бесконечное исцеление или нет, его поглощали — впитывали в саму Оскверненный Дух.

(Я... ничего... не могу... сделать...)

Ни ножа. Ни магии. Ничего не осталось, чтобы дать отпор. Его зрение затуманилось; мысли померкли, погружаясь в сиропный, опьяняющий ритм плоти. Теперь он понимал — тюрьмой, высасывавшей силы его любимой Айз, было это место. Это мерзость.

Смех проскользнул сквозь красную пустоту.

— Ахихи... фуфуфу... ха-а...

Не колыбельная. Смех издевки — нет, экстаза. Это было злорадство Духа над своей финальной победой. Или, возможно, стон радости от того, что она наконец стала единым целым с тем «героем», которого желала.

(Ничего... не изменится...)

Побега не было. Решения не было. Пульс разрушения бился вокруг него — густой, влажный, неудержимый. Когда его сознание начало угасать, Белл наконец признал, что его собственных сил недостаточно.

(Не... в одиночку...)

И он потянулся за чужой силой. Его дрожащая рука нащупала что-то за спиной — сжав кинжал, который он спрятал поближе к животу перед тем, как его проглотили.

Магический меч Кроццо.

Ему не нужно было подпитывать его магией. Ему не нужно было замахиваться. Клинок, выкованный его дорогим товарищем, ответит ему, на каком бы расстоянии они ни находились — пока жива их связь.

И тогда—

— ──Вельф──!!

Он выкрикнул имя друга всеми остатками своего существа. В следующее мгновение багровый клинок вспыхнул жизнью.

— ──Гх! Ах... АААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААХ!!

Тюрьма из плоти воспламенилась изнутри тем же глубоким красным пламенем, что и глаза самого Белла. Соблазнительный смех Духа превратился в вопль адской агонии. Живые стены горели и пузырились, слияние плоти и души было разорвано, и инфернальное пламя вырвалось наружу, словно вулканический поток багрового огня.

— !!

И те, кто остался в огромном зале — Рю и остальные — стали свидетелями этого. Оскверненный Дух, цепляющаяся за Великое Сердце, внезапно исказилась в ужасе. Прижимая дрожащие руки к животу над пульсирующим пупком из плоти, она могла только кричать, когда—

Словно солнечный протуберанец, Великое Сердце взорвалось яростным потоком багрового пламени.

Снизу Бете и Тиона в шоке подняли глаза, их лица были освещены красным. Через кристалл Окулуса даже боги расширили глаза; грохот горения и вопль духа эхом разнеслись по огромному залу с оглушительной силой.

Оскверненный Дух снова просчиталась. Белый кролик, которого она поглотила, не был ни жалкой трапезой, ни тем ложным героем, которого она когда-то любила — он был живым пороховым погребом. Благодаря его активному навыку сопротивления пламени «Anti-Charm», этот безрассудный поступок стал худшим из возможных противодействий для духа.

— А-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а — Айзу-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у!!

— ГЬЯ-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!!

Внутри пылающего Великого Сердца два голоса столкнулись в гротескном дуэте агонии — один голос неповиновения, другой — мучения. Даже сам Белл не был пощажен. Жар, давление, боль — всё разрывало его на части. Но он не остановился. Движимый чистым отчаянием, он карабкался и проталкивался вперед, пробивая себе путь сквозь слои плоти. Он плыл сквозь море огня, нырял в море плоти и грязи. К первому он уже привык — он делал и похуже, чтобы спасти Тиону. Со вторым он столкнулся, имея в запасе лишь чистую силу воли.

Если и было время показать грубую мощь авантюриста Первого Класса, то это время настало сейчас. Стена перед ним была монструозной — более десяти метров в толщину, крепость из мышц и жил. Он прорывался сквозь неё, рвал её, сжигал её — снова и снова, пока—

Сквозь дым, кровь и огонь он увидел его. Тот самый прекрасный голубой свет.

Он протянул руку. И, наконец— его рука коснулась её.

Её щека прижалась к холодному ледяному полу. Разрушающаяся птичья клетка больше не могла её удерживать. Её силы уже угасли; она знала, что когда клетка окончательно разлетится вдребезги, окружающая тьма поглотит её целиком. Это она понимала. Даже страх был ей больше недоступен. Она не могла найти в себе сил позвать кого-либо. Её веки начали смыкаться—

И тут что-то маленькое коснулось её руки. Книга.

Там были книги об ужасающих драконах и другие — о духах, которые мать когда-то читала ей давным-давно. Они были словно фрагменты её сердца — воспоминания, обретшие форму, бесчисленные книжки с картинками, разбросанные в пустоте. Её дрожащие пальцы коснулись одной из них. Это была история о храбрых, могучих героях — таких, каким когда-то был её отец. Лежа на замерзшем полу, она перевернула страницу последними остатками сил.

Но то, что ждало её внутри, было чистым листом — девственно белым, как нетронутый снег. Пустота на весь разворот. Словно сама книга шептала ей: «Для тебя нет героя, Айз».

Её золотые глаза дрогнули. Слезы готовы были брызнуть из глаз.

Но затем. Но затем. Но затем—

Кролик шел.

— ...Ах.

За пределами чистого листа — на краю её угасающего зрения — Айз увидела, как из-за пределов клетки приближается потрепанный плюшевый кролик. У него не было лапы. У него не было ноги. Его било током, его отшвыривало прочь, осколки синего льда вонзались в его спину. Каждый раз кукла-кролик падала на землю. Каждый раз она покачивалась и заставляла свое разорванное тело собраться воедино, сшивая себя чистой волей — а затем снова вставала. Шаг за шагом, волоча ноги, шлеп... шлеп... скрежет..., он шел прямо к ней.

Дрожащие губы Айз разомкнулись. Её собственное тело начало двигаться, словно увлеченное этой хрупкой настойчивостью. Собрав последние силы, она поползла вперед по замерзшему полу. Она добралась до железных прутьев своей ледяной клетки, вцепилась в них и приподнялась. Заплатанный кролик с глазами-пуговицами подковылял ближе — достаточно близко, чтобы дотронуться.

Но как только она протянула руку—

Красное щупальце из плоти метнулось сверху и обхватило его шею. Кролика дернуло вверх, он взлетел в черную пустоту над головой. Его обмякшие лапы раскачивались, пока он висел там. Из тьмы наверху раздался голос — искаженный и злорадный.

«Нет. Никогда. Я его не отдам».

— ...Ах...

Увидев висящего там кролика, Айз не выдержала, и слезы потекли из её глаз. Надежда разбилась. Конечно, всё должно было закончиться именно так. Она причинила боль стольким своим друзьям. Её ветер ранил их всех. Кто-то вроде неё не заслуживал спасения. Эти мысли рассыпались тихими рыданиями, застилая зрение—

И тут кролик вспыхнул.

— ...Э?

Короткие лапки забились, и из-за пояса маленькая фигурка выхватила спичку — вжик!

В мгновение ока он высек пламя. Кукла-кролик подожгла себя. Айз могла только смотреть, ошеломленная, как ревущий огонь перекинулся на красное щупальце и помчался вверх сквозь тьму.

— ──УААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААХ!?

Жуткий смех превратился в пронзительный крик. Горящий шнур лопнул и развалился. С тяжелым глухим ударом! кукла-кролик рухнула на землю перед Айз. Нет — к тому времени это уже была не кукла. Это был человек — кто-то с длинными руками и ногами — носивший голову кролика как маску. Он был выше её. Маленькая Айз отпрянула, испуганная. Но прежде чем она успела отступить, он поднял руку и снял маску кролика.

Волосы, белые, как свежевыпавший снег, рассыпались по плечам. Глаза глубокого багряного цвета — как драгоценные рубеллиты — встретились с её глазами. Айз была заворожена их светом.

— ...Прости, что заставил ждать.

Опустившись на колени по другую сторону прутьев клетки, мальчик извинился.

— Я пришел, чтобы забрать тебя домой.

Его тело было истерзано, лицо покрыто кровью и пеплом, но он улыбался — нежно и непоколебимо.

— С помощью всех остальных... я пришел спасти тебя.

Мягко. Спокойно. Слезы наполнили глаза Айз и покатились по щекам.

— ...Кто ты? — забыв даже вытереть слезы, прошептала она вопрос.

— Я... авантюрист.

Трещина расколола тьму. Мир теней начал рушиться, и из-за распадающейся черноты хлынули лучи света.

— Я просто авантюрист... который когда-то восхищался героем — тобой.

Айз покачала головой, её дрожащий голос был едва слышен.

— Я... не герой.

И тогда она спросила его еще раз — тихо, пока клетка рассыпалась вокруг них.

— Ты... станешь моим героем?

Глаза мальчика расширились. Сквозь замерзшие прутья маленькая девочка и мальчик смотрели прямо друг на друга. Золото встретилось с багрянцем — её глаза, похожие на солнечный свет, и его, похожие на пламя рубеллита. Их взгляды переплелись, безмолвные, трепещущие. Наконец мальчик заговорил.

— ...Я хочу быть героем.

Он не отрывал от неё взгляда, его голос был тверд, и он протянул руку сквозь ледяные прутья.

— Я хочу быть твоим героем.

Айз судорожно вздохнула. Её маленькие пальцы потянулись вперед — коснувшись его руки. Ледяная клетка разлетелась вдребезги. Тьма растворилась. Мир кошмаров рухнул в ничто. И когда всё было залито ослепительным белым светом под прекрасным голубым небом — Айз упала вперед, мягко, в руки мальчика.

Тепло, которое он вернул себе — он больше никогда его не отпустит.

— ───!!

Плоть горела, лопалась и отваливалась. Вернувшись из иллюзии, Белл падал вниз головой сквозь воздух — крепко прижимая к себе золотоволосую девушку с золотыми глазами, которая лежала без сознания у него на груди.

— С-СТОЙ... Э-Э-Э-Э-Э!?

Оскверненный Дух, разорванная изнутри и изрыгающая фрагменты Великого Сердца, испустила крик, похожий на конец света, и бросилась к ним. Даже лишившись своего могучего Ветра и превратившись в лохмотья, она всё еще неистовствовала — монстр до самого конца. Водопад плоти хлынул вверх, щупальца щелкали в воздухе, отчаянно пытаясь снова заполучить девушку. Они тянулись к Беллу и Айз — слишком быстро, слишком близко. Не было времени бить в колокол. Тиона и остальные были слишком далеко, чтобы вмешаться. Его должны были разорвать на части, а девушку вырвать из его рук. Это было неизбежно.

И всё же — Белл не дрогнул. Потому что он верил.

«Если я смог это сделать...»

«Тогда и ты сможешь».

«Если я смог добраться до неё — значит, и ты сможешь тоже».

— ──Лефия-а-а-а-а-а-а-а-а!!

Крик нес в себе их общее обещание, их обет никогда не отставать друг от друга.

И тогда—

──Лучевая Дуга (Arcs Ray)──

Звук света. Ослепительный рев света выстрелил вверх, пронзая мясной пол далеко внизу и поднимаясь к небесам. Луч пронзил землю — эльфийское заклинание, выпущенное с этажа ниже — пронеслось мимо Белла, устремляясь ввысь.

Пронзительный вопль Оскверненного Духа эхом разнесся по залу, когда магический разряд в клочья разорвал её щупальца и смел большую часть её тела, разбрызгивая кровь в воздухе.

Белл крепко прижал Айз левой рукой, а правую вытянул вперед. Он прицелился прямо в третий глаз монстра — в ту древнюю душу, что была заточена в этом темном лабиринте более тысячи лет. И именем своей богини он выпустил очищающее пламя, чтобы даровать свободу всему сущему.

— Файерболт! (Firebolt!)

Столп белого огня и молний вырвался наружу. Соединившись с восходящим светом эльфийки, он пронзил Оскверненный Дух — то самое воплощение нечистоты. В этом сиянии, когда мир стал ослепительно белым, она — дух — посмотрела на мальчика, обнимающего девушку. На мимолетное мгновение на её лице отразились печаль, зависть и умиротворение… словно она увидела в них отражение самой себя, потерянной давным-давно.

Ведомая светом эльфийки и громовым пламенем, она возвращалась — её душа наконец возносилась к небесам, по которым она так тосковала. Окутанное этим финальным блеском — светом не изгнания, но освобождения — существо, когда-то звавшееся Оскверненным Духом, исчезло навсегда.

Падающих мальчика и девочку прямо в воздухе подхватили руки Бете и Тионы, которые прыгнули следом за ними.

— …Б-Белл…

— …Я здесь.

Её дрожащий голос встретился с его ответом, и радостные крики богов и авантюристов заполнили рушащийся зал. Послышались спешные шаги — их союзники, Ксеносы, все, кто сражался ради этого мгновения, бежали к ним.

Когда их осторожно опустили на землю, Белл и Айз почувствовали, как на их щеки падают слезы — слезы бесчисленных друзей и товарищей. Их пальцы потянулись друг к другу, ища опоры в дрожащем воздухе, пока тонкий безымянный палец и маленький мизинец не сплелись вместе.

Только сейчас — ни один из них не разомкнет хватку.

Пока мир нижнего царства начинал рушиться с траурным ревом, Белл держался за это тепло и вспоминал… тот утренний свет на вершине городской стены, так много времени назад. Те слова, которые он хотел сказать ей с тех самых пор.

— С возвращением… Айз.

И в его плывущем взоре ему показалось, что её губы едва заметно дрогнули в улыбке.

Оскверненный Дух — повержена.

Принцесса Меча, Айз Валенштайн — полностью спасена.

Само время, казалось, замерло, но нижний мир продолжал жить, связанный надеждой. С далекого алтаря над подземельем боги восхваляли и благословляли историю Семьи, которая преодолела первый конец времен.

[[image:/storage/reader-images/3e815bddddba25d44eb0856b827bfcdde6db9e5d.jpg]]

----------

Эпилог: Прекрасный мир II

[[image:/storage/reader-images/2aa13214af5f345da9a8ad805995d4d92915155b.jpg]]
Эпилог: Прекрасный мир II

Израсходовав каждую каплю сил и пережив путешествие сквозь непостижимое «неведомое», Белл и его союзники наконец достигли того, что когда-то казалось невозможным — покорения Оскверненного Духа.

— Однако их приключение было далеко от завершения.

Их не ждал удобный финал в духе «победи финального босса и смотри титры». На самом деле то, что лежало впереди, было, пожалуй, истинным испытанием — адский путь назад. Это ознаменовало заключительную фазу операции по спасению Семьи Локи.

Ускользнув из рушащегося нижнего мира лишь чудом после гибели Оскверненного Духа, основная группа Белла воссоединилась со спасенными членами Семьи Локи у прохода, соединяющего с 59-м этажом. При мощной поддержке Мии и её команды они нацелились на 50-й этаж, где группа Оттара и арьергард удерживали оборону.

Отступление быстро превратилось в хаос. Они попали под постоянный снайперский огонь «Драконьих Кувшинов», и поскольку Белл в этот момент уже не мог пользоваться преимуществом навыка Vanadis Tevere, он был доведен до своего абсолютного предела. Добравшись до временной безопасной зоны по пути, группа получила лишь самую минимальную экстренную помощь — большую часть которой оказали медики «Андхримнира», включая Хейд, которая выглядела совершенно выгоревшей, с остекленевшими глазами — прежде чем немедленно возобновить побег на полной скорости.

Проще говоря, это был марафон смерти. Даже Оттар и Леон избегали прямых столкновений, мчась сквозь рушащееся подземелье с мрачной решимостью — зрелище настолько сюрреалистичное, что Белл начал сомневаться, не спит ли он.

Тем временем Семьи Фрейи, Ганеши и инструкторы Академического округа, строившие вертикальную шахту для подъема, подтвердили проход группы Белла и начали собственный отход всего через минуту. Результатом стал массовый, бесконечный исход авантюристов. Те, кто когда-то стоял на обочине, подбадривая бегунов, теперь сами присоединились к бегству ради выживания.

— Это похоже на кошмар... — слабо пробормотала Хейд со спины помощника, который её нес, будучи морально и физически сломленной от истощения. (В этот момент Ксеносы, помогавшие экспедиции, отделились, направляясь обратно в свой скрытый анклав, а не присоединяясь к отступлению).

Растущее число авантюристов неизбежно привлекло внимание Подземелья. Верхние этажи превратились в настоящий фестиваль хаоса: орды монстров хлынули к массе отступающих людей. Силы обороны, охранявшие шахту, вопили под натиском, и то, что начиналось как неразбериха, вскоре переросло в чистую пандемонию.

Это, конечно, означало, что нагрузка на командиров взлетела до небес — особенно на одного очень маленького, но очень громкого командира: Лилируку Арде.

— Можно мне уже наконец сдать титул Маленького Маршала-а-а-а-а-а-а-а-а-а?!

Несмотря на сокрушительную усталость, она сохраняла хриплый голос и четкость команд, координируя действия с Финном и вечно саркастичным Хедином, которые и сами были перегружены логистикой отступления. Благодаря чистой силе воли и гениальному тактическому чутью, руководство Лили граничило с божественным. Её координация была настолько жизненно важной, что позже её прозвали «Теневым MVP» всей операции.

И когда она наконец подтвердила, что команда Белла благополучно достигла 18-го этажа — она рухнула на месте. Её крошечное тело 2-го уровня не выдержало мозговыносящего стресса, перегрева от обработки данных и нехватки кислорода из-за постоянных криков. Теряя сознание, она поклялась отомстить Финну и, в особенности, садисту Хедину.

После этого некоторые авантюристы подумывали воспользоваться коротким путем на поверхность через искусственное подземелье Кносс, но этот план был быстро отвергнут из-за безрассудного предложения одного бога.

— Ну же, разве не будет гораздо драматичнее, если вы совершите грандиозное возвращение подобающим образом? Ну, знаете, просто подниметесь через Подземелье ради меня, а?

Голос Гермеса из коммуникатора чуть не довел каждого измотанного авантюриста до жажды убийства. Тем не менее, они нехотя последовали божественным «указаниям». Единственным утешением было то, что Асфи, его многострадальный капитан, немедленно пообещала очень суровое наказание для своего идиота-бога, как только они вернутся домой.

— Ха! Проделав такой путь, срезать углы перед самым финишем было бы неправильно! Вы будете жалеть об этом вечно, если не доведете дело до конца как подобает! — Громовой смех Гарета наполнил туннели, но в ответ раздалось лишь дружное «Нам плевать!» от четырех братьев Гулливер. Впрочем, к тому моменту уже не имело значения, знает ли кто-то о Кноссе. Каждый авантюрист хотел одного: закончить начатое.

Чтобы избежать пробок между этажами, отступление шло организованными волнами, каждую из которых вел отряд Корпуса Обороны с картой управления, отмеченной знаком «Щита». Никто не хотел допустить ни единой жертвы теперь, когда конец был близок. Так, смешанные формирования семей среднего уровня, Семей Фрейи и Ганеши начали медленный, скоординированный подъем — невероятная коалиция, которая, возможно, больше никогда не разделит одно поле боя.

Группа за группой — примерно по тридцать авантюристов за раз — они покидали 18-й этаж, направляясь к свету поверхности. Когда последняя волна приготовилась покинуть Ривиру, Белл стоял среди них. Рядом с ним были верные члены Семьи Гестии (кроме Лили, которая всё еще была в отключке после командного выгорания), кузнец Вельф и его товарищи из Семьи Локи. И, конечно, те, кто врачевал его раны с заплаканными лицами — Нина, медики Третьего отряда и многие другие — провожали их взглядом, когда последняя группа покинула Город Авантюристов, отправляясь домой.

— Эй.

— Бете?

— …сделал это.

— …?

— …Ты сделал это.

— …Да, сэр!

С 17-го этажа на 13-й, с 9-го на 5-й — то ли само Подземелье выдохлось, то ли просто признало их триумф, но новых аномалий не появлялось. Шаг за шагом Белл и остальные поднимались уровень за уровнем в тишине и облегчении.

— «Ты не закончил, пока не вернулся живым», да? Никогда эта фраза не била по мне так сильно.

— Ха-ха... да, аналогично.

— И правда, все — спасибо за ваш тяжелый труд.

— Хару — рановато для этого, — мягко пожурила Рю.

— Рю-доно права! Вперед! Давайте закончим это красиво!

Таким диалогом обменялась Семья Гестии, достигнув первого этажа. Все были избиты, грязны и слишком истощены, чтобы даже выдавить улыбку — именно поэтому те редкие улыбки, что им удавались, были такими искренними.

Белл поискал глазами Айз. Она еще не пришла в себя, отдыхая на руках королевской высшей эльфийки, окруженная и защищенная членами Семьи Локи. Он желал ей безопасности. Больше всего на свете он надеялся — он молился — чтобы с ней всё было в порядке.

— Спасибо.

Ему показалось, что он услышал это — шепот на грани звука. Обернувшись, он на мгновение увидел их — златовласую эльфийку и другую, в белых одеждах, с мягко струящимися черными волосами. Они улыбнулись ему, прежде чем исчезнуть в сиянии.

— …И вам спасибо, — прошептал Белл в ответ. Лица эльфиек просветлели нежными улыбками, и они растаяли впереди.

А затем — он увидел это.

Свет. Проблеск поверхности. Гул голосов сверху.

Они миновали Великую Дыру, поднялись по рукотворным залам, пересекли врата—

и были ослеплены сиянием солнца, благословением поверхности.

— Семья Локи-и-и-и-и-и-и-и-и-и-и-и!!

— С возвращением!!

— Слава богам, вы в безопасности!

— Авантюристы и Академия — невероятно!

— Вы это сделали!

— Чемпион! Рыцарь Рыцарей!

— Лев и Кролик Света — Регулус Арне-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е!!

Крики горожан наполнили Центральный парк, омывая каждого волной света и облегчения. После мрачных первых отчетов об «Операции по спасению» город охватило отчаяние — но именно из-за этой безнадежности возвращение величайших героев Орарио довело толпу до слез. Люди кричали и рыдали, аплодируя до хрипоты. Среди призывов к Оттару и остальным звучали и выкрики нового псевдонима Белла — но так как мальчик совершенно забыл, что его титул обновили во время возвращения из Долины Драконов, он даже не понял, что зовут именно его.

В данный момент у него были более насущные проблемы. Дочь богини, Хорн, бросилась на него с такой силой, что едва не проткнула ему живот своими объятиями, повалив его на землю. Окруженный свистом и поддразниваниями прохожих, Белл оказался прижат в центре яростной стычки между заплаканным паллумом и растрепанной эльфийкой, которые только что проснулись и были крайне эмоциональны. Хаос на его животе соперничал с полем битвы Оскверненного Духа, и Беллу оставалось только терпеть, пока его друг-кузнец наконец не пришел на помощь.

Но помимо всего этого... Прежде всего... Небо было синим. Солнечный свет наверху, приближаясь к зениту, сиял невозможно ярко.

— Я не буду извиняться, — сказал Финн, шагнув вперед перед собравшейся толпой граждан, авантюристов и студентов. — Я уверен, есть те, кто хотел бы увидеть, как высокомерный паллум склоняет голову — но сейчас позвольте мне вместо этого выразить благодарность.

Он повысил голос так, чтобы его слышал весь Орарио.

— Спасибо, Город Героев. Благодаря вам мы смогли бросить вызов желанию Нижнего Мира. Мы вернем этот долг — на самом краю Севера.

Вспыхнула вторая волна ликования. Толпа свистела, хлопала и смеялась сквозь слезы, требуя сдержать обещание. Одно великое свершение было завершено, и, по крайней мере, в этот миг все позволили себе праздновать.

— …Мы дома.

Спустя пять с половиной дней после начала операции долгое приключение Белла наконец закончилось. Холодный зимний ветер ощущался — впервые — как нежное прикосновение весны. Он вдыхал аромат поверхности, нежился в солнечных лучах и слушал крики людей. Затем, закрыв глаза, он улыбнулся в последний раз.

— С возвращением…

За кругом зрителей, там, где толпа расступилась, образуя путь света, Гестия и собравшиеся боги мягко улыбались, наблюдая за своими вернувшимися детьми.

Радость и возбуждение всё еще витали в воздухе, даже когда время тихо шло вперед.

— О? Финн, сегодня один?

Когда паллум появился в её личных покоях, Локи взглянула на пергамент, на который она до этого свирепо взирала — затем небрежно отбросила его на стол, на котором сидела, скрестив ноги и с бутылкой вина в руке.

— Да. Риверия отправилась в резиденцию Семьи Гестии. Она хотела выразить благодарность вместе с Гаретом и остальными.

— Пф... Я так и знаю, что эта мелкая девчонка будет вся так и сиять от гордости. Ух, аж кожа чешется.

Даже после «Операции по спасению» дни для Семьи Локи не были мирными. Айз и другие тяжелораненые находились под строгим приказом отдыхать, в то время как все остальные были заняты визитами к бесчисленным фракциям, присоединившимся к кампании. В конце концов, количество задействованных семей — плюс участие «Академии» — легко превзошло масштаб великой «Военной Игры».

Локи уже уладила божественную дипломатию и репарации между божествами, но её последователи во главе с неизменно честной и благородной принцессой высших эльфов всё еще настаивали на том, чтобы лично загладить вину и выразить благодарность. Были понесены потери; никакой героизм не мог этого стереть. И даже если Гильдия и бог-основатель города Уран официально провозгласили противодействие «Оскверненному Духу» миссией высшего приоритета, доверенной исключительно Семье Локи — «секрет Полишинеля» к этому времени — это не меняло того факта, что они несли бремя последствий. Ради единства в «Городе Героев» они встречали каждое обвинение и обиду лицом к лицу, в отличие от одной соперничающей семьи богини, живущей на севере.

— Так вот, — наконец спросила Локи, теряя свою обычную ленивую манеру речи, — к чему это всё?

— Ты ведь уже догадываешься, Локи?

Тон паллума был спокойным, но решительным. Он оставил дипломатические визиты другим и пришел сюда один — для одного последнего подтверждения. Богиня не ответила. Острые глаза Финна скользнули к пергаменту, который она отбросила. Это был разведывательный отчет — депеша из-за границы, описывающая потрясения далеко за стенами Орарио. «Долина» в смятении. Мольба к городу в центре мира.

— «Мир взывает к герою». Это были твои слова, слова богов. И он представил доказательства.

Локи молчала. Но её молчание не было отрицанием. Финн слишком хорошо её знал — это было молчаливое согласие.

— Последний ключ к убийству Черного Дракона… это он.

Храбрый паллум заявил об этом прямо. Уже провозглашенный избранным героем этой эпохи, он, тем не менее, склонил голову в знак признания. Ценности этого мальчика. Права этого мальчика. Авантюриста, доказавшего себя кровью и огнем. Встретившись взглядом со своей богиней, Финн объявил о своем решении.

— Локи — давай заберем Белла Кранела в нашу семью.

[[image:/storage/reader-images/d2828727d92510f332bd1cecd4dd9619f92f38a1.png]]

Перевод статуса из изображения:

[Белл Кранел]

Принадлежность: [Семья Гестии]

Раса: Человек

Род занятий: Авантюрист

Глубочайший достигнутый этаж: 60-й этаж

Оружие: [Нож Гестии], [Хакуген]

Средства: 2 750 400 Валис

《Мастер Духа》

Мантия духа, дарующая сопротивление всем стихийным атрибутам. Беллу досталось багряное боевое облачение, украшенное знаками, напоминающими иероглифы или священные руны. Прототип, разработанный Академическим округом, еще не выпущенный в открытый доступ — единственный в своем роде шедевр. Его защитные способности против магии намного превосходят обычную броню. Хотя изначально мантия предназначалась для других целей, она была наделена мощным сопротивлением магии духовного типа и задействована в недавней битве с Оскверненным Духом. Её антимагическая стойкость — достаточно высокая, чтобы выдержать «Файерболт» всем телом и не превратиться в пепел — подтверждена личной рекомендацией Бальдра.

Статус:

Ур. 5

Сила: E477 | Выносливость: D698 | Ловкость: E491 | Скорость: D689 | Магия: F399

Удача: F | Аномальное сопротивление: G | Побег: G | Комбо-атака: I

《Магия》

* 【Файерболт】 — Магия быстрого прочтения.

《Навыки》

* Liaris Freese (Стремление)

* Ускоряет рост.

* Эффект сохраняется до тех пор, пока длится чувство стремления.

* Чем сильнее стремление, тем больше эффект.

* Argonaut (Аргонавт)

* Активное действие: Позволяет накапливать заряд для усиленной атаки или действия.

* Ox Slayer (Убийца Быков)

* Дает экстраординарный бонус ко всем способностям при сражении с монстрами бычьего типа.

* Vanadis Tevere (Ванадис Тевере)

* Благословение Девы Гестии.

* Активируется под воздействием эффектов очарования.

* Значительно повышает все параметры способностей.

* Автоматически восстанавливает физические и магические силы (Авто-регенерация ОЗ / Разума).

----------

Послесловие

Послесловие

Наконец-то на сцене появилась последняя из героинь-эльфиек (та, что в золотисто-желтых тонах).

В ней действительно чувствуется аура новой героини, не так ли? Хотя, судя по её виду, кажется, будто она уже довольно давно неистовствует в какой-то побочной истории — но это наверняка лишь мое воображение. (Кстати, упомянутый в этом томе «инцидент с афродизиаком Бичи» произошел не в Sword Oratoria, а в «Сборнике коротких историй II». Даже если вы его не читали, ничего страшного).

Этот 21-й том основной серии получился весьма необычным.

Я и раньше смутно представлял себе инцидент такого масштаба, но благодаря существованию Sword Oratoria он в итоге превратился в «ужасающий том, от написания которого мне хотелось сбежать». Пожалуй, это первый раз, когда я написал целый том, который представляет собой непрерывный экшен от начала и до самого конца. И всё же, по сравнению с мучительным трудом над «Войной Фракций» в 18-м томе, этот дался мне не так болезненно — возможно, я немного поднял свой уровень. Мне хочется в это верить, и я не могу не поддаться легкой сентиментальности по этому поводу.

Возвращаясь к сути: этот том — точка пересечения «лицевой» стороны основного сюжета и «обратной» стороны побочной истории. Тем не менее, я постарался сделать так, чтобы им можно было насладиться, даже не читая спин-офф. Тем же, кому любопытно взглянуть на «изнанку», милости прошу — 16-й том Sword Oratoria вышел одновременно с этим.

Честно говоря, я выгорел, и в голове у меня абсолютная пустота. Сначала я написал «лицевую» часть основной истории, а затем «обратную» часть побочной — но выпускать их обе одновременно — это нечто запредельное. Это совсем другой вид нагрузки, нежели выпуск томов один за другим. Вдобавок к основной серии и Sword Oratoria, в октябре 2025 года состоялся одновременный релиз «Хроник Семьи: Эпизод Асфи». Проверка корректуры сразу трех книг довела мой мозг до состояния «панпакапа-а-ан» (полная перегрузка). Это действительно было жестко.

И всё же, сравнивая 1-й том основной серии с этим, 21-м... я не могу сдержать эмоций, осознавая, как далеко мы продвинулись с той самой первой сцены в таверне.

«Мелочи» больше не осталось. Вся «мелочь» исчезла! Вот такое у меня сейчас чувство.

Благодарности

Моим редакторам, господину Накамидзо и господину Цукуи — огромное спасибо за поддержку в работе над таким тяжелым томом сразу после смены редакторского состава.

Иллюстратору Ясуде Сузухито-сэнсэю: в этом томе так много сцен, которые я обожаю, но Белл на иллюстрации ко второй главе — мой абсолютный фаворит! Ребята, давайте все вместе смотреть «Хаконэ Экидэн»!

Также в этот раз нам удалось выпустить различные специальные издания — включая основную историю, побочную и даже подарочный набор из трех томов — и всё это благодаря усилиям всех причастных. Позвольте выразить здесь мою искреннюю признательность. И всем читателям, купившим этот 21-й том — огромное вам спасибо.

Финальная арка, «Заключительная глава», берет свое начало с этого тома — но, разумеется, она будет продолжаться.

В следующий раз мы наконец углубимся в дела «Фракции Клоуна», в самое сердце Трепета и Стремления.

Госпожа Вален-кто-то-там, мне искренне жаль, что я заставил вас ждать так долго.

Даже если она — цветок на слишком высокой вершине, я собираюсь бросить вызов и ей тоже.

Спасибо, что дочитали до самого конца.

На этом я откланиваюсь.

— Фудзино Омори

----------