[[image:/storage/reader-images/4996c45bf23a1328abf5106175c5328a26a203d9.jpg]]

[[image:/storage/reader-images/1954b3f09d50049ecf58ca8d8934c257880bbc92.jpg]]

[[image:/storage/reader-images/647a46df3cd77c254e1b06c99ee051375300d450.jpg]]

Глава 1.

Сцена 1. Марионетка с оборванными ниточками.

Перевод: Arakanis

В центре большого зала танцевала самая красивая женщина в

мире. Когда песня закончилась, она приветственно подняла руку. Люди так сильно зааплодировали

ей, что у некоторых пролилось из бокалов вино.

— Пожалуйста,

потанцуйте и со мной, Ваше Высочество!

— Ваше Высочество,

теперь моя очередь!

Эта женщина — Кайена

Хилл, первая принцесса Империи Элдаим и старшая сестра Императора Резефа.

— Теперь очередь

императора.

Резеф, который подперев рукой подбородок наблюдал за залом, подошел

к Кайене. Он стер с лица холодное выражение, улыбнулся и поцеловал тыльную

сторону ее ладони.

— С днем рождения,

сестра. Всегда оставайся столь же прекрасной, как и сейчас.

— Ты мне так льстишь!

— рассмеялась Кайена. Она любила подобные

комплименты.

Резеф внутренне усмехнулся. Его сестра всегда искала

подтверждение собственной значимости в этих бессмысленных комплиментах.

«Чтобы ты была полезной, ты должна оставаться красивой».

Единственными достоинствами Кайены были ее законнорожденность,

то, что она считалась самой красивой женщиной Империи и то, что она была

единственной принцессой в Императорской семье.

«Моя красивая и глупая кукла».

— Ох, Резеф, — Кайена притянула его к себе и поправила его воротник

своими длинными пальцами. — Ты все еще

ребенок.

На самом деле подобное поведение было, по сути, оскорблением

императора. Но Кайена все равно не понимала, что это было проблемой. Она считала

своего младшего брата кем-то ниже себя, кем-то, о ком она должна заботиться. Резеф

всячески потворствовал этому неправильному представлению.

— Тебе нравятся

подарки? — спросил Резеф.

— Очень! Особенно это

платье.

— Ты любишь розы, поэтому

я хотел подарить тебе платье, которое напоминало бы о них.

Он нежно заправил прядь ее волос за ухо, и Кайена привычно

приняла его прикосновение. Она давно привыкла к подобной доброте, ведь ее

любили многие.

— А теперь… Позволь

мне пригласить тебя на танец.

— С удовольствием.

Когда они заняли свои места, музыка заиграла вновь.

Сегодня, как и всегда, она всё танцевала и танцевала. Танцевала

в Большом зале и танцевала под дудку императора.

— Резеф!

Кайена вбежала в спальню императора.

— Как ты мог просто…

Слуги были изумлены ее дерзостью. Хоть она и принцесса, есть

правила, которые она обязана соблюдать. Даже Кайена, сколь невежественной она бы

ни была, не имела права звать императора по имени или входить в его комнату без

его разрешения. Ее безрассудное поведение со временем становилось лишь хуже, и

это в конце концов принесло ей погибель.

Рыцари попытались остановить ее, но Резеф поднял руку, заставляя

их отступить.

— Все в порядке, — сказал он.

Кайена с полными слёз глазами бросилась в объятия младшего

брата.

— Резеф, это

наверняка заговор. Заговор! Убей эту наглую дрянь!

Но Резеф лишь равнодушно смотрел на свою сводную сестру.

Не замечая его холодного взгляда, Кайена со злобой

продолжала проклинать ту женщину:

— Как эта грубая, грязная тварь посмела попытаться

соблазнить герцога Кедри? Это она во всем виновата. Он не был бы так холоден со

мной, если бы она...

— Кайена, — Резеф оттолкнул ее.

Используя Кайену как марионетку, Резеф убирал со своего пути

тупых мужчин-аристократов. Он также использовал ее отвратительный характер,

чтобы держать женщин-аристократок в узде. До сих пор она прекрасно справлялась

со своей работой... но постепенно становилась для него все большей помехой.

— Ты все еще не

понимаешь? Я знал, что ты идиотка, но не думал, что ты настолько тупа, что не

понимаешь, в каком положении находишься.

Его холодные слова достигли Кайены, и ее интуиция подсказала

ей, что что-то было не так. Она неосознанно сделала шаг назад, но Резеф схватил

ее, чтобы она не убежала.

— Ты даже не смогла

убить Оливию. А теперь ты бежишь ко мне, поджав хвост, и думаешь, что я помогу

тебе?

— Резеф!..

— Неужели мне

придется позаботиться о тебе самому? Что за пустая трата времени…

Он нежно погладил Кайену по дрожащей щеке.

— Да как ты... Как ты

можешь!..

— Жаль, что ты не

смогла соблазнить герцога Кедри, но его вассал, виконт Джиллиан, заинтересован

в тебе. Так что, по крайней мере, я могу отправить тебя ему. И тогда мы сможем

договориться.

Она недоверчиво посмотрела на него:

— Резеф, я твоя

сестра. Как ты можешь так поступить со мной?

Резеф вздохнул, глядя на свою сестру, которая все еще не

понимала, что происходит.

— Ты должна понять,

что вся твоя сила заимствована у меня. Ты больше не сможешь ничего с этим

сделать.

— Я отказываюсь! Как

ты смеешь оскорблять меня!

Кайена выглядела так, словно вот-вот сойдет с ума.

Ей казалось, что весь ее мир рушится вместе со всем, во что

она верила.

— Ты не можешь так

поступить со мной! Это я сделала тебя императором!

Резеф рассмеялся над ее возмущенными криками:

— Ты до сих пор не

поняла, что тебя просто использовали? Моя бедная, жалкая кукла.

— Но почему? Почему

ты это делаешь? Я что-то не так сделала? Ты сердишься на меня? Я правда не

понимаю, почему ты так поступаешь со мной. — Кайена сумела подавить свой гнев и попыталась как

можно более жалобней убедить его. Слезы никогда не подводили ее.

— Бедненькая Кайена.

Тогда тебе надо было убить Оливию.

Покачав головой, Резеф сел на диван.

— Так печально. Я не

могу поверить, что моя старшая сестра настолько ужасный человек.

— Что?..

— Герцог Кедри хотел

расследовать то происшествие. Что ж, я позволю ему.

— Резеф!

Он откинулся на спинку дивана и холодно посмотрел на Кайену.

— Заприте эту злодейку

в ее комнате.

Рыцари грубо схватили ее. Кайена, с которой никогда так не

обращались, закричала:

— Отпустите! Отпустите

меня! Что за безумие… Как вы смеете? Вы хоть знаете, кто я?

Она попыталась оттолкнуть руки рыцарей, но у нее было

слишком хрупкое тело, ведь ее защищали всю ее жизнь.

— Резеф!..

Кайена звала

Резефа, срывая голос. Но вскоре рыцари увели ее прочь, и дверь спальни

плотно закрылась за ней.

Женщина выключила экран своего мобильного телефона.

Она

часто перечитывала эту новеллу из-за судьбы злодейки. Было что-то

душераздирающее в том, как ей пришлось вести жалкую жизнь после того, как ее

продали виконту Джиллиану,

Она тоже испытала нечто подобное.

— У вас ведь совещание?

— спросил женщину ее подчиненный.

Женщина кивнула:

— Да, я уже иду.

Во время работы женщина никак не могла перестать думать о новелле.

У нее постоянно возникало странное чувство дежавю. Они со злодейкой были

похожи. Они обе — марионетки, которых

кто-то использует.

…

— Вы уже уходите с

работы?

Женщина редко уходила пораньше, но ее подчиненный спросил,

потому что она уже собрала свои вещи. Женщина молча кивнула и направилась к

лифту.

— Подождите-ка.

Это был исполнительный директор Ким.

— Давайте вместе

спустимся.

Дверь лифта закрылась.

— А вы сегодня рано,

- сказал он. Она ничего не ответила.

— Судя по

среднегодовому обзору, у вас очень хорошие показатели. Вы и вправду

компетентны.

Он положил свою руку ей на плечо. И ей показалось, что по

всему телу поползли насекомые.

— Я выйду первой, -

сказала женщина.

Как только открылась дверь лифта, она сразу же выскочила.

— Вы все еще

расстроены? — спросил директор.

Женщина остановилась.

— Благодаря мне вы

уже стали самым молодым руководителем команды, а вскоре можете стать и

заместителем директора.

«Ты должна понять, что вся твоя сила заимствована у меня. Ты

больше не сможешь ничего с этим сделать».

Женщина рассмеялась, вспомнив слова Резефа из новеллы. Она обернулась.

— Вы говорите это

лишь потому, что я снова вам нужна, верно?

Директор Ким ухмыльнулся и щелкнул пальцами:

— Ну, у меня ведь

только один руководитель команды.

Женщина усмехнулась и обернулась. Она устала жить как чья-то

кукла.

Тогда-то это и произошло.

— Кто вы такой?..

Кто-то стоял у ее машины со стороны водителя. На нем был черный

свитер и шляпа, которая скрывала его лицо. В этом было что-то зловещее.

Мужчина медленно повернулся к ней лицом.

— Это твоя вина.

Женщина отступила назад.

— Это из-за тебя я докатился

до такого!

Он бросился к женщине и ударил ее ножом в живот.

Директор Ким, следовавший за ней, увидел, как женщина рухнула

между двумя машинами. Странный мужчина покрепче схватил нож и напал и на него.

— Я и тебя убью!

Женщина

могла лишь наблюдать, как мужчина напал на директора Кима.

«Похоже, у всех злодеек один конец».

У нее потемнело в глазах.

«Умереть таким образом не так уж и плохо».

Это было последнее воспоминание женщины.

— Угх…

Ее голова раскалывалась. Ей хотелось пить. Женщина раскашлялась

и свернулась в калачик.

— Ха-а… Ха-а…

Она приоткрыла глаза. Кто-то приближался к ней.

— Ее Высочество очнулась!

Скорее, позовите врача!

Держась за раскалывающуюся голову, женщина огляделась.

Что случилось? Ее определенно ударили ножом.

— Ваше Высочество! Вы

понимаете нас?

Она почувствовала, что суетящиеся вокруг нее люди были очень

взволнованы. Она прищурилась, чтобы сфокусировать взгляд.

Старомодно одетая женщина-иностранка с тревогой смотрела на

нее. Она казалась удивительно знакомой.

Затем дверь открылась, и кто-то вошел внутрь.

— Его Императорское Высочество,

Принц.

— Сестра.

Это был молодой человек с золотистыми волосами. Он мгновенно

сократил расстояние между ними.

— Кайена, с тобой все

в порядке?

— Кайена?..

Он взял женщину за руку, и та раскрыла глаза от удивления

Да как такое возможно?

— Резеф…

От осознания этого ее будто поразила молния.

— Да, сестра. Я

здесь.

Мужчина аккуратно поцеловал ее руку и обеспокоенно посмотрел

на нее.

— Я вернулась, -

сказала она.

А потом потеряла сознание.

2 глава.

Перевод: Котлетка

Редактура: Arakanis

Кайена медленно открыла глаза.

«Я действительно вернулась».

Лежа на кровати, она думала об этой странной ситуации.

Кайена — злодейка в романе «Леди Черной Розы».

«Точно, это тот самый роман».

Однако ситуация оказалась не такой уж и простой, как

казалось на первый взгляд.

В романе она была настоящей злодейкой и в конце ее ждала

подобающая подобной роли смерть от рук безумного мужа.

Во второй раз она родилась в Корее.

Конечно, она ничего не помнила из своей жизни в теле Кайены,

но ей довелось прочесть роман под названием «Леди Черной Розы». И Кайена в этом

романе была довольно глупым и злобным персонажем.

На самом деле, большинство персонажей были такими. Все,

кроме главной героини, были могущественными, но безумными.

Резеф был социопатом, Генрих обезумел от власти, а Байел… А был

ли он вообще человеком?

И Рафаэль, главный мужской персонаж, среди них казался самым

нормальным, но и у него были проблемы с психикой.

«Роман был о том, как героиня влияла на всех персонажей».

Главная героиня была живым лекарством, которое исцеляло все

недостатки других персонажей.

Злодейка, движимая ревностью, пыталась отравить Оливию.

Но даже несмотря на то, что она была антагонисткой, Кайена

сама по себе не была достаточно злой, чтобы захотеть убить Оливию. Ее младший

брат-тиран просто использовал ее как марионетку.

Резеф хотел получить контроль над Оливией, и потому подбил

Кайену отравить ее.

Сначала казалось, что все прошло успешно.

Но Байел, могущественный волшебник и владелец Сада Черных Роз,

отдал Оливии свои силы и оживил ее. Именно поэтому роман назывался «Леди Черной

Розы».

А в последствии злые персонажи предсказуемо получили по

заслугам.

Однако, как читатель, она не была впечатлена историей

главных героев.

Ее больше привлекла жизнь злодейки-Кайены. Как оказалось,

причина, по которой ее так привлекала эта сюжетная линия, заключалась в том,

что это была ее предыдущая жизнь.

«Подумать только, я злодейка из романа».

По какой-то причине она вернулась в тело Кайены. Более того,

она перенеслась в то время, когда ей было всего 19 лет.

«Я, наверное, умерла, да?»

Она знала человека, который ударил ее ножом, только в лицо.

Она вспомнила, что в компании однажды разразился скандал — у

одного мужчины была интрижка. Из-за этого ему пришлось отказаться от проекта,

над которым он работал.

«Это уже в прошлом».

Возможно, она многое потеряла, но все же та жизнь была

несчастной.

Она была достаточно компетентной, чтобы быть полезной и

чтобы представлять угрозу для других.

Исполнительный директор Ким убедил ее следовать его приказам

и контролировал ее. Это чем-то напоминало жизнь Кайены.

«Как я снова вернулась?»

Резеф бросил ее и выдал замуж, а по сути, продал виконту

Джиллиану. А потом, в конце концов, она была жестоко убита своим безумным

мужем.

Внезапно она поняла, почему ее тело было в таком состоянии.

«Именно в это время я выпила яд».

Не так давно она была на банкете, где выпила немного

алкоголя, а потом неожиданно начала кашлять кровью. Большой Зал в тот день наполнился

криками и воплями.

«Кроме того…»

Почему она вернулась именно тогда, когда она чувствовала

себя ужасно плохо?

— Вы уже проснулись?

К ней подошла служанка.

Горничная вытерла ее лицо мокрым полотенцем и поправила

волосы, так, будто это было вполне естественно.

И это было ненормально. Она чуть не умерла, ее красота все

равно была в приоритете.

Однако она только вновь закрыла глаза, не имея ни сил

остановить служанку, ни причин для этого.

— Я вас сейчас оботру.

Служанки начали ее мыть и переодевать в чистую одежду, а Кайена

погрузилась в свои мысли.

Резеф был ужасным тираном и плохим правителем, а Кайена, как

его старшая сестра, не уступала ему в жестокости.

Они с рождения не были хорошими людьми.

Он был жесток, нетерпелив и дерзок. И Кайена погибла, потому

что не понимала, что такое поведение распространяется и на нее.

Резеф, ее младший брат.

«Ты никогда не считал меня своей семьей».

Кайена была всеми покинута.

— Принесите мне зеркало.

Служанки подняли большое зеркало и поставили его перед ней.

Голубыми глазами она посмотрела на себя в зеркало и коснулась

щеки своего отражения.

«Ужасно красивая».

Роман неоднократно описывал неземную красоту Кайены.

Однако, глядя на себя, она подумала, что такая красота — почти

талант.

«Но, в конце концов, эта прекрасная девушка будет лишь

куклой императора».

Сейчас Кайена годилась лишь для этого.

Не двигаясь, она посмотрела в зеркало на свои волосы

лимонного цвета.

«Все ведь будет хорошо, если я не стану жить как злодейка?»

Нет. Она все еще принцесса Империи.

Пока ее дети остаются потенциальными наследниками трона, ее

будут контролировать до конца ее жизни.

«Сейчас у меня нет никакой политической силы».

Все, что у нее есть — удивительно красивая внешность.

Она знала, что стоит не больше, чем редкий белый тигр.

«Красота — это не истинная сила».

Такова была реальность, которой научил ее Резеф.

Кайена поняла, что ее власть была всего лишь миражом, и

стоит Резефу пожелать, она мгновенно ее лишится.

«Я рада, что хотя бы вернулась в тот момент времени, когда

еще не поздно что-то изменить».

Их отец, Император, был еще жив. Это означало, что еще был

шанс сдержать Резефа.

«Но до того, как он займет трон, осталось совсем немного

времени».

Кайене нужно было как-то сбежать от Резефа.

«Единственный способ – выйти замуж».

Но, конечно, она не могла выйти замуж за такого безумца, как

виконт Джиллиан.

«Как же мне сбежать, обманув Резефа?»

Она больше не хотела жить как принцесса. Но даже так, она не

могла сбежать без плана.

«Брак…»

С того момента, как Кайена открыла глаза, у нее не было

времени злиться или колебаться из-за сложившейся ситуации.

Дворец был полон интриг и заговоров.

Она вернулась в отравленное тело, и ее сознание сразу же

тревожно встрепенулось.

«Мне нужен кто-то, кто сможет мне помочь».

Если она хочет повлиять на Резефа, ей нужен кто-то, кто

будет действовать от ее имени.

Однако все люди в ее окружении были приставлены ее младшим

братом.

Кайена одну за другой окинула взглядом всех служанок. Все

они были неподходящими кандидатурами.

Затем ее взгляд остановился на одном человеке — Вере, старшей

горничной.

Кайена вспомнила, что раньше здесь всем заправляла именно

она.

Вера тоже была из людей Резефа. Другими словами, милый

младший брат Кайены управлял ею еще до того, как она достигла совершеннолетия.

Кайена знала, что она уже стала танцующей марионеткой в его

руках.

«Здесь нет никого, кто не был бы одним из людей Резефа».

Она вспомнила, как часто Вера появлялась в романе.

Было бы полезно привлечь ее на свою сторону.

— А где же Резеф? – спросила Кайена.

— Я полагаю, что Его Высочество с самого утра расследует

покушение на вас.

Вера посмотрела на Кайену и добавила:

— Это серьезное происшествие. Я слышала, что ему удалось

значительно сузить список подозреваемых. Его Высочество никогда не простит

того, кто причинил вам вред.

Многие следили за принцем Резефом, который был очень

разгневан тем, что кто-то посмел отравить члена императорской семьи.

— Понятно, — серьезно ответила Кайена.

Вера передала мокрое полотенце и ведро стоявшей рядом

горничной и взглянула на принцессу.

Кайена откинулась на подушку с отсутствующим взглядом и

посиневшим лицом.

Ее спокойное выражение лица казалось довольно странным,

учитывая обычное для нее агрессивное поведение.

«Я ожидала, что она, по крайней мере, ударит меня», —

подумала Вера.

Кайену отравили не в ее комнате, а на приеме.

Однако, учитывая ее характер, было вполне вероятно, что она скорее

всего избила бы своих ни в чем не повинных служанок, считая, что те не

поддерживали ее.

Но Кайена не звала Резефа и не спрашивала, что он делает.

«Она настолько потрясена?»

Кайена не выглядела шокированной или испуганной.

Странно было бы считать, что она так себя ведет, потому что

пострадала из-за отравления, но Вера не могла никак иначе объяснить поведение

Кайены.

Старшая горничная не могла отделаться от ощущения, что

надвигается буря.

Ее разум был полон предположений и догадок.

— Вера, — ласково окликнула ее Кайена.

Вера вздрогнула, словно ее ударило током, и посмотрела на Кайену.

Была ли Кайена когда-нибудь так дружелюбна с одним из своих слуг?

‒ У тебя руки потрескались, ‒ сказала Кайена, хватая Веру за руку и оглядываясь по сторонам.

При виде прямых и тонких пальцев Кайены Вере захотелось спрятать руки за спину от стыда.

‒ Вы, должно быть, очень страдали.

‒ ...Вовсе нет, Ваше Высочество.

‒ Вы когда-нибудь слышали выражение «Жизнь, проносящаяся перед вашими глазами»?

Кайена притянула Веру к себе и усадила на кровать.

‒ В тот момент, когда я выпила яд, я действительно думала, что умру. Тогда я думала о людях, которые поддерживали меня. Тут я вспомнила о тебе, которая так много работала для меня все это время.

В душе Вера была в восторге от слов Кайены.

До сих пор она была верной служанкой Резефа, твердо веря, что однажды он признает ее. Она верила, что когда Резеф станет императором, он поймет и оценит ее истинную ценность.

Однако ее желание так и не исполнилось, и оно будет только откладываться.

Кайена была похожа на человека, который пришел прямо из сердца Веры и сказал ей слова, которые она так отчаянно хотела услышать.

‒ Я надеюсь, что не слишком поздно говорю это, но спасибо тебе, Вера.

Глаза Веры быстро покраснели.

‒ Какой абсурд…

Она подумала обо всех неприятностях, через которые ей пришлось пройти. Кайена нежно обняла Веру и похлопала ее по плечу, как будто понимала ее. Вера больше не могла сдерживать слез.

‒ Не плачь. Нам еще много времени осталось провести вместе. Я бы хотела, чтобы мы поладили.

Вера заставила себя проглотить слезы и икнула.

Кайена не оттолкнула ее, а продолжала обнимать и поддерживать. Затем она обратилась к другим фрейлинам в комнате, у которых тоже были красные от слез глаза, и попросила мокрое полотенце.

‒ Спасибо вам всем. Только благодаря вашим усилиям я все еще жива.

‒ Нет, Ваше Высочество!

Все дамы в комнате упали на пол, кланяясь.

Вера смутилась, что не может сдержать слез. Кайена заметила ее смущение, вздохнула и улыбнулась.

Она спросила у другой фрейлины:

‒ Хм. Есть здесь кто-нибудь, кто знает, как успокоить Веру?

Все расхохотались над ее замечанием. Атмосфера в комнате быстро стала теплой и мягкой.

‒ Все такие добросердечные, ‒ сказала Кайена.

Они неловко и застенчиво улыбнулись ее словам. Приятно было, когда их так горячо хвалил начальник. Тогда они поняли, что у Кайенны есть слабое место и что она будет милой.

Все было именно так, как задумала Кайена.

‒ А теперь, держу пари, тебе немного неловко смотреть на меня, так что можешь пойти отдохнуть, Вера. Но перед этим мне нужна новая одежда. Мои старые, кажется, превратились в носовые платки.

Все захихикали над ее шуткой, а Вера покраснела.

‒ Ваше, Ваше Высочество!

Кайена, смеясь и утешая Веру, вдруг свернулась калачиком и громко закашлялась.

Фрейлины вспомнили, что Кайена все еще была пациенткой. Испугавшись, они начали кричать.

‒ Ваше Высочество!

‒ Вызовите врача, быстро!

И снова они стали смотреть на Кайену как на пациента, за которым нужно ухаживать. Их чувства были такими поверхностными.

Кайена терпеливо следовала их инструкциям.

‒ Вы никогда не должны позволять себе перенапрягаться, ‒ сказал доктор, вошедший в ее комнату.

В этот краткий миг энергия Кайены была истощена до удивительной степени.

‒ Вам нужно немного отдохнуть, ‒ сказал доктор, как будто Кайена не была в тяжелом состоянии, но выглядела она ничуть не лучше, чем раньше.

Лица дам тоже потемнели. Если с принцессой возникнут какие-то проблемы, то они никак не смогут избежать выговора.

‒ Принцесса, вас хочет видеть принц Резеф. Должны ли мы позволить ему войти?

‒ Наконец-то он здесь.

Тот самый момент, когда Резеф попросил ее о встрече.

‒ Все в порядке.

Кайена снова поднялась с того места, где лежала. Все видели, что для нее это было слишком. Она не могла и не должна была вставать.

Но она должна была это сделать, потому что ей предстояло встретиться лицом к лицу с настоящим виновником инцидента с отравлением: ее младшим братом.

«Он не собирался убивать меня, но хотел подставить кого-нибудь».

Она действительно была использована Резефом. Прозвище марионетка ей очень шло.

Дверь открылась, и вошел красивый молодой человек с голубыми глазами и светлыми волосами.

‒ Объявляю Его Величество, Принц Резеф.

Все придворные дамы склонили головы и посмотрели на него беспокойными глазами.

Резеф Хилл был единокровным братом Кайены, вторым главным мужчиной и будущим императором Эльдаимской империи. Он был морально развращенным человеком, который убил Императора, чтобы занять трон.

Несмотря на свою красивую внешность, он был большим садистом, чем кто-либо другой.

Император был хладнокровен даже по отношению к своим детям. До такой степени, что если бы другие видели, как он общается с ними, они бы даже не подумали, что они его дети.

Особенно суров он был с Резефом. Император отказался поделиться своей властью с маленьким сыном.

Выросший под таким холодным обращением, Резеф, естественно, вырос тираном.

Оливия помогала Резефу, проявляя к нему нежность.

‒ Он бедный ребенок, жаждущий тепла и заботы.

Кайена злилась на него, но это было заметно.

Резеф выглядел так, словно должен был найти ее сразу после прогулки, одетый в пальто и эполеты.

‒ Как ты себя чувствуешь, Кайена?

Кайена чуть не расхохоталась. Это был такой странный вопрос, исходящий от человека, который сделал ее больной.

Она изобразила на лице улыбку.

‒ Я могу это вынести.

Резеф, ожидавший, что Кайена начнет жаловаться, на мгновение замер от неожиданной реакции.

Он никогда не видел, чтобы его сестра говорила так спокойно и мягко.

‒ ...Это так? Я рад это слышать.

Он подошел к ее кровати и сел, не спрашивая разрешения.

«Теперь я ясно вижу, как небрежно ты ко мне относишься».

Его тон был дружелюбным, но в нем не было ни уважения, ни вежливости.

Абсурдно было говорить, что они были близки. Резеф и Кайена не были способны на дружеские отношения.

Каждое его действие показывало, что он думает о Кайене.

‒ Я спросил доктора, и он сказал мне, что твое выздоровление идет полным ходом. Ты скоро совсем поправишься.

‒ Похоже, я напрасно беспокоила тебя.

‒ Не говори таких вещей.

Их разговор продолжался, и Резеф пришел в замешательство. Это был первый раз, когда он был способен говорить так спокойно с Кайеной.

Может быть, это из-за того, что она была больна, поэтому у нее не осталось сил.

«Что-то определенно отличается от обычного».

Он не мог точно сказать, что это было, но интуиция подсказывала ему именно это.

Более того, зрелое отношение Кайены заставляло его чувствовать, что он имеет дело с кем-то еще за ее маской.

Она не чувствовала себя его сестрой.

‒ Ты, должно быть, занят. Это нормально, что ты пришел сюда?

Резеф посмотрел на нее своими блестящими голубыми глазами, пытаясь понять, почему она ведет себя так ненормально.

На первый взгляд казалось, что Кайена просто устала от отравления и болезни.

‒ Я не мог успокоиться, покуда не убедился, что ты в безопасности. Пожалуйста, прости мою незрелость.

Резеф был озадачен. Она не ворчала и не раздражалась, как обычно.

«Если бы она была нормальной, то раз десять спросила бы, когда я поймаю преступника».

Ее губы, которые всегда были расслаблены, внезапно сомкнулись, как моллюск, и Резеф не мог прочитать выражение ее лица.

«Наверное, потому, что она больна. Она была отравлена, так что, конечно, испугалась бы».

Он понимал Кайену как свои пять пальцев, и ему было трудно думать о ней иначе.

Нет, точнее было бы сказать, что он не хотел думать о ней по-другому.

Он всегда считал ее красивой, но в остальном бесполезной женщиной, и так и должно было быть.

Поэтому он пришел к выводу, что слишком много думает.

‒ Я клянусь отыскать того, кто отравил тебя своими собственными руками, чтобы заставить его заплатить. Так что, пожалуйста, не волнуйся слишком сильно, сестра.

Сказав это, Резеф сжал руку Кайены, чтобы успокоить ее.

«Ты действительно видишь во мне не что иное, как инструмент для завоевания твоего трона».

Кайена улыбнулась, чувствуя себя отстраненной.

Получить подтверждение того, что она знала, было очень странно.

Прямо сейчас они оба выглядели как платонический идеал прекрасных родственных отношений.

Если бы кто-то не знал правды, они могли бы подумать, что они очень привязаны друг к другу.

Все потому, что ее красивый младший брат вел себя очень послушно и всегда делал то, что ее устраивало.

«Вот почему я никогда бы не подумала, что он меня отравит».

Но теперь Кайена прекрасно понимала, что ее противник - хищник, который прячет свои когти, притворяясь кошкой.

Именно Резеф, а не кто-то другой, пытался отравить Кайенну.

«Если быть точным, он пытался создать ситуацию, в которой я была бы явно отравлена».

Так что это было еще более порочно и зловеще.

Она тупо уставилась на Резефа.

‒ Перестань искать виновника, Резеф.

Она почувствовала, как он вздрогнул.

‒ ...О чем ты говоришь, Кайена?

По мнению Резефа, Кайена должна была бы бегать вокруг, приказывая ему выяснить, кто пытался причинить ей боль. Почему она сказала прекратить поиски?

Это было настолько невероятно, что у него на мгновение помутилось в голове.

Резеф обдумал сказанное, и выражение его лица слегка исказилось.

‒ Но Кайена, ты же понимаешь, что чуть не погибла.

Кайена слегка кивнула головой, принимая это заявление.

‒ Совершенно верно.

«Благодаря тебе».

Зная правду, Кайена ясно видела, как тщательно Резеф подбирал свои слова.

‒ Может быть, ты боишься возмездия? Если это так, пожалуйста, не волнуйся. Я обещаю, что ничего подобного больше не повторится.

Кайена устало покачала головой.

Поскольку она еще не полностью исцелилась, ей было очень тяжело вести такой трудный разговор.

Она уже потратила много сил на разговоры с фрейлинами.

Хоть Кайена и хотела бы отдохнуть, но этот разговор она должна была закончить, даже если в конце потеряет сознание. Таково было ее намерение.

‒ Нет. Я не боюсь.

Она выдохнула, лихорадочное дыхание вырвалось изо рта.

Резеф и фрейлины в комнате затаили дыхание. Этой печали они никак не ожидали услышать от нелепой Кайены.

‒ Нет никакой необходимости играть в игру, которую ты проиграешь, Резеф.

Резеф не понимал ее слов.

Именно он организовал применение яда, а также обеспечил себе подходящее алиби. Он уже выбрал, какие мишени уберет с помощью этой возможности, и все, что ему нужно было сделать, ‒ это отправить их на гильотину. Эта игра была полностью настроена в его пользу; не было никакого способа, которым он не мог бы выиграть.

По крайней мере, он так думал.

‒ Все, пожалуйста, покиньте это место на некоторое время.

По ее просьбе все ушли. Единственные, кто остался в комнате были Кайена и Резеф.

‒ Резеф, ‒ обратилась Кайена. Она говорила так тихо и спокойно, что Резефу стало не по себе.

‒ Тебе нельзя забывать, что происходит гораздо больше вещей, нежели ты видишь своими глазами.

‒ Что ты...?

‒ Ты знаешь, со сколькими людьми я танцевала в банкетном зале? И сколько людей принесли мне еду и напитки? При таких обстоятельствах очень трудно определить, кто меня отравил. С другой стороны… Эти обстоятельства идеально подходят для того, чтобы выбрать виновника.

Кайена изо всех сил старалась быстро вспомнить, что произошло в связи с этим инцидентом.

Резеф никак не мог предугадать, что это случится с его планом.

‒ Кажется, один молодой аристократ был одержим мной, не так ли?

Она вспомнила человека, которого Резеф привел на гильотину.

Это был ее предыдущий муж.

Она вспомнила, что Виконт Джиллиан еще не получил наследства, так что она просто назвала его «молодым дворянином».

‒ Это так…

‒ Ты собираешься казнить его и уничтожить всю его семью? Хорошо. Он один из вассалов Кедри. Это неплохой выбор.

Именно поэтому Резеф и придумал этот план.

Семья Джиллиан славилась тем, что держала великолепных лошадей. Цена одной из их лошадей превосходила цену особняка. А герцог Кедри имел такую семью в качестве своего вассала.

Семья Кедри была воинственной, держа самую большую и сильную армию в империи, поскольку они защищали западную границу. Они стояли на пути Резефа к трону, и он стремился уменьшить их влияние любым возможным способом.

Даже если герцог Кедри не был замешан в этом преступлении, слух о том, что один из его вассалов пытался совершить измену, вызвал бы у него сильное замешательство.

Мягко и убедительно Резеф ответил Кайене:

‒ Тут должно быть какое-то недоразумение, Кайена. Это не так…

Кайена не хотела, чтобы он прерывал ее. Несмотря на пульсирующую боль в голове, она продолжала:

‒ Однако, Резеф, яды, полученные на черном рынке, могут много раз переходить из рук в руки. Понятно, что в их бухгалтерских книгах будет две или три записи с черного рынка, но разве можно их осуждать на таких шатких уликах?

Резеф подумал, что Кайенна собирается сказать что-то удивительное, но сейчас он едва удержался от смеха.

‒ Я не совсем понимаю, что ты хочешь сказать, Кайена. Уже ясно, как яд попал в Императорский дворец. Мне нужно только предать огласке это дело, чтобы решить проблему, и тогда все будет кончено.

«Хоть я и не знаю, как она догадалась, что я пытаюсь впутать в это дело герцога Кедри, ее образ мыслей все еще прост».

‒ Может быть, ты ведешь себя так из-за Рафаэля Кедри, ‒ предостерегающе произнес Резеф, как будто она была нема. ‒ Если это так, то тебе не о чем беспокоиться.

Кайена едва не прикусила язык. Рафаэль был ее первой любовью. Он также был главным героем романа.

Резеф подумал, что Кайенна отговаривает его от своих действий из-за Рафаэля, что она пытается защитить человека, которого любит.

Именно так он объяснял ее поступки. В конце концов, она вела себя не так уж и по-другому.

Несмотря на то, что Рафаэль был первой любовью Кайены и что она любила его безответно, это было очень давно.

Кайена прожила слишком долго, чтобы испытывать это сладостное возбуждение.

‒ Мои бабушка и дедушка по материнской линии работают на черном рынке. Если ты попытаешься напасть на герцогство Кедри с их связями на черном рынке, вполне вероятно, что они будут контратаковать.

‒ …!

Это была причина, которую Резеф не мог предсказать от Кайены.

Герцогство Кедри не успокоится, если увидит гибель одного из своих вассалов.

В ходе расследования он выяснит, что графиня Гамель, родственница матери Кайены, покойной императрицы, присвоила имущество императора. Это привело бы к падению графа Гамеля, и Резефа некоторое время подозревали в манипулировании уликами и проведении необъективного расследования.

«Ты не можешь этого допустить. Граф Гамель станет для меня важной разменной монетой».

Потеряв связь с семьей своей матери, Кайена потеряла всю свою власть, не в силах ничего сделать без Резефа рядом с ней. Таким образом, ее одержимость Резефом продолжала расти, и Резефу стало легче контролировать ее.

«Подделка улик и расследование - не такая уж большая проблема. Дело об отравлении тоже закончится само собой».

Кайена не хотела, чтобы Гамели потеряли свою силу и таким образом не смогли помочь ей, но она не хотела, чтобы инцидент с отравлением был напрасным.

Она устало выдохнула и посмотрела на Резефа.

‒ Неужели тебе действительно нужно подвергать себя риску ради этого ничтожного шанса?

Выражение лица Резефа стало совершенно непроницаемым.

Ослабив напряжение, Кайена сказала:

‒ Ты слышал басню о ветре и солнце? Ветер не мог силой сдуть с человека пальто, но солнце было таким теплым, что у человека не было другого выбора, кроме как сбросить пальто.

‒ Да, ‒ ответил Резеф, удивляясь, почему Кайена вдруг заговорила о книгах с историями.

Кайена мягко улыбнулась, встретившись с ним взглядом.

Это было лицо, которое полагало, что динамика комнаты была изменена.

«...В этом нет никакого смысла».

На самом деле это не так. Резеф почувствовал, что она давит на него, словно ему нужно было избегать ее взгляда.

Он чувствовал себя ребенком, которого поймал с поличным взрослый, когда тот разыгрывал неприличную шутку.

Резеф прикусил губу изнутри.

Впервые он осознал, что Кайена - его старшая сестра, Принцесса императорской крови.

‒ Не пытайся уничтожить герцогство Кедри. Вместо этого сделай его своим.

Резеф мысленно вздохнул.

«Я хочу этого больше, чем кто-либо другой».

Резеф уже давно пытался использовать красоту Кайены, чтобы привлечь Рафаэля, следующего герцога семьи Кедри. И хотя Кайена влюбилась в него, Рафаэль остался непоколебим.

Резеф уже отказался от попыток манипулировать Рафаэлем через Кайену.

‒ Кайена, я не совсем понимаю, о чем ты говоришь. Какое отношение это герцогство имеет ко мне?

Кайена не обратила внимания на его слова и продолжала давать указания, как использовать инцидент с отравлением.

‒ Разве этот инцидент не дает нам повода для многих дел?

‒ Что ты хочешь этим сказать?

‒ Я хочу, чтобы у меня была фрейлина из достойной семьи. Кто-то, чью личность я знаю и кто не причинит мне вреда.

Резефа удивило неожиданное замечание Кайены.

«О чем именно ты думаешь, Кайена?»

‒ А как насчет Леди Оливии Грейс?

‒ Ты имеешь в виду леди, которую спонсирует семья Кедри?

Неужели она говорит серьезно? Резеф знал, как сильно Кайенна ненавидит Оливию, наблюдая за ней со стороны. Тот факт, что герцогиня Кедри сама решила спонсировать Оливию, оскорбил Кайену и заставил ее ревновать.

В высшем обществе не было никого, кто не знал бы, что Кайена ненавидит Оливию.

‒ Да. Леди Грейс - дворянка среднего ранга.

Она была недостаточно высока, чтобы быть придворной дамой принцессы, но у Оливии было очень много талантов.

‒ Ее семья также тесно связана с герцогством Кедри, что с таким же успехом может быть железной крепостью.

На самом деле было неясно, насколько герцогство Кедри ценило семью Грейс, но социальный мир признавал, что отношения между двумя семьями были необычными.

Кайена воспользовалась этим моментом, чтобы убедить Резефа. Но на самом деле была еще одна причина, по которой Кайена хотела видеть Оливию своей фрейлиной.

«Если этот мир будет следовать тому, что я знаю о его будущем, то именно в эту женщину влюбится Резеф».

Это было то же самое, что и в романе, и в первой жизни Кайены.

На этот раз Резеф тоже захочет Оливию. И если она предпочтет Рафаэля ему, он попытается убить ее.

Кайена продолжала говорить, делая вид, что хочет завоевать Оливию только ради Резефа.

‒ Общество истолкует действия семьи Грейс как продолжение намерений герцогства Кедри.

‒ ...Это действительно нормально? ‒ подозрительно спросил Резеф.

Кайена улыбнулась.

‒ Я не могу продолжать делать то, что мне нравится.

Это было то, что она предвидела, и было более эффективно держать Оливию рядом, чтобы она могла справиться с ситуацией.

Резеф был очень смущен.

«Это та самая Кайена Хилл, которую я знаю?»

До сих пор Кайена была как кукла, которую он мог крутить в своих целях, когда ему это было нужно. Однако теперь ему казалось, что к его груди приставили нож. Все его тело было холодным и напряженным.

Однако Кайена еще не закончила.

– Более того, – сказала она. – Мы должны сделать больший акцент на инциденте с отравлением, но в то же время уменьшить его важность.

Что это должно было значить?

Теперь Резефу не терпелось услышать, что она скажет.

– Я хочу, чтобы ты преувеличил тяжесть моего состояния, чтобы создать критическое положение касательно вопроса о престолонаследии. Если обо мне и отце пойдут слухи, что у нас плохое здоровье, министры начнут проявлять нетерпение.

Это было очевидно; это едва ли можно было даже назвать схемой. Резеф почувствовал легкое разочарование, но Кайена продолжила:

– Затем, сделай этот инцидент пищей для сплетен.

– Сплетни...!

Резеф, наконец, понял, что имела в виду Кайена, уменьшая важность инцидента.

– Если мы представим этот инцидент как скандальное дело, совершенное человеком, который влюблен в меня, общество наверняка обратит на него внимание. Таким образом, люди не будут уделять слишком много внимания самому инциденту, но все же обсудят эту тему.

Именно так они и поступят. Люди всегда были одержимы любовными историями. Резеф уже представлял себе, какие слухи они распространят.

«Кто посоветовал это моей сестре? Или это была ее собственная идея?»

Резефу оставалось только спросить ее.

Он пристально посмотрел на нее, пытаясь разгадать ее истинные намерения.

– О чем ты вообще думаешь?

Кайена не ответила. Она молча смотрела на него.

Однако это мгновение длилось недолго, так как она внезапно вылезла из постели.

– Кайена? – нахмурившись, спросил Резеф.

Затем она медленно опустилась на оба колена.

– Мой король.

– ...!

Кайена поцеловала край одежды Резефа, как слуга своего господина.

– Что ты делаешь?!

Ее действия легко можно было расценить как измену.

Резеф быстро встал, схватил Кайену за плечи и поднял ее.

– Кайена!

Это было имя, которое он называл много раз прежде, но оно казалось странным и незнакомым, как будто его текстура полностью изменилась.

Кайена не казалась обеспокоенной, когда почтительно держала и целовала тыльную сторону руки Резефа.

Тихо пробормотав, он сказал:

– Только почему..?

Только почему Кайена целует его руку и ведет себя так почтительно? И она сделала это так осторожно, схватив его за руку обеими руками, словно была всего лишь служанкой.

Резеф часто целовал тыльную сторону ладони Кайены, потому что хотел, чтобы она считала его благородным и ослабила бдительность, но даже он никогда не пользовался обеими руками. У него не хватало для этого искренности.

Но именно это Кайена и делала с ним.

– Ты единственный для меня, кто есть здесь, Резеф.

Именно это она всегда говорила ему.

– У меня есть только ты, Резеф.

– Ты мой младший брат. Моя единственная настоящая семья.

– Ты должна остановиться..!

Резеф выдернул свою руку из ее ладони. Он сжал свою руку – ту, которую только что поцеловали – так сильно, что она задрожала.

– Ты будешь следующим императором эльдаимской империи. Я всего лишь демонстрирую тебе свою преданность, как и в будущем.

Кайена явно сошла с ума. Неужели действие яда было настолько серьезным?

Резеф сердито посмотрел на Кайену.

– Что ты задумала?

– Ты мне доверяешь? – спросила Кайена. Она бесшумно улыбнулась. Даже ее улыбка казалась подозрительной.

– ... Что ты имеешь в виду?

– Я спрашиваю, действительно ли ты считаешь меня своей сестрой.

На мгновение Резеф потерял дар речи и не смог ответить.

Кайена продолжала задавать свои странные вопросы.

– Что бы ты сделал, если бы я больше не была тебе полезна?

– ...

– Нетрудно догадаться, что ты сделаешь. Ты продашь меня подходящему брачному партнеру, который будет работать в твою пользу, чтобы избавиться от меня, и тебе больше не придется иметь со мной дело, – затем она небрежно произнесла несколько ужасающих слов. – Ну, если только ты не выберешь не того мужчину, и я не выйду замуж за сумасшедшего мужа, который убьет меня.

Если ее снова заставят выходить замуж за Джиллиана, то она может снова быть убита после тюремного заключения и жестокого обращения.

Кайена вспомнила свое далекое прошлое. Ужасные воспоминания заставили ее почувствовать себя еще более одинокой.

– Я хорошо знаю свое положение.

На ее лице не было и следа веселья.

– Более того, я знаю, что ты нуждаешься во мне.

Резеф уставился на Кайену с таким же холодным выражением лица, как и у нее.

Как она и сказала, Резефу нужна была Кайена. Император был все еще жив, и поэтому его собственное положение было шатким. Общественное влияние Кайены было ему полезно. Хотя он мог бы обручиться и оставить эту роль своей невесте, было бы напрасно жениться так рано.

Кайена хорошо знала, что Резеф многое взвешивает в своей голове, чтобы оптимизировать ситуацию в свою пользу.

– Чего ты хочешь? – спросил Резеф.

Он решил сделать шаг назад и начать переговоры. Он мог бы также посмотреть, к чему это приведет.

Кайена сказала то, чего никогда не говорила, но чего так отчаянно желала.

– Свободы.

Кайена понимала, что, сказав это, она будет выглядеть нелепо, но это было самое искреннее слово, которое она произнесла с тех пор, как очнулась в этом мире.

Она хотела свободы, чтобы быть самой собой.

Она хотела свободы, чтобы не делать ничего из того, что ей приказывали другие.

Она хотела свободы, чтобы думать самой.

Все, чего она хотела, было именно это. Свобода.

Резеф закричал, не в силах сдержаться: – Свободы?!

Свобода, сказала она. Это слово совсем не подходило императорской принцессе!

– Ты действительно собираешься отказаться от этой жизни в богатстве и роскоши? Как ты думаешь, сможешь ли ты быть свободна, если просто внезапно уйдешь?

Он искренне и с жалостью посмотрел на сестру. Он нежно провел рукой по ее бледным щекам.

– Ты можешь чувствовать, что здесь душно, но это место подходит тебе больше всего, – сказал он, проводя пальцами по ее мягким волосам. – Бедность не прекрасна.

Кайена гораздо лучше его знала, что такое нищета.

В прошлой жизни ее воспитывала мать-одиночка. Поскольку доходов ее матери было недостаточно, она не могла даже посещать обычную академию.

Она была достаточно умна, чтобы получить корпоративную стипендию и закончить учебу, но это все.

«Это была жизнь, полная трудностей».

Кайена не могла сказать, какая из ее жизней была хуже. Это само по себе было довольно жалко.

Она просто хотела спокойно прожить остаток своей жизни. Неужели история мира не может продолжаться без одной злодейки?

Затем Кайена добавила еще одно условие, которое Резеф должен был понять.

– Позволь мне выйти замуж за того, кого я хочу. Это та свобода, которой я желаю.

Ее просьба была очень типичной для обычной Кайены, и Резеф потерял самообладание: – Ты говоришь о Рафаэле?

Кайена покачала головой: – Нет.

– ... Нет?

Это было неожиданно. Резеф хмуро посмотрел на Кайену.

– Ну, это не имеет значения. Старшая сестра, что ты можешь сделать для меня взамен?

Кайена не могла ответить ему сразу, на мгновение у нее закружилась голова.

«Я не могу упасть тут. Ещё нет».

Она почувствовала озноб, и ее зрение померкло, но она заставила себя выглядеть безмятежной.

В данный момент, это был единственный раз, когда Резеф был так потрясен. Она не могла дать ему времени спокойно подумать.

Ей не нужно было так нервничать, поскольку Резеф истолковал это молчание как многозначительное.

«Что она скажет, если ей придется так долго размышлять об этом?» – подумал он.

Как только она почувствовала, что может говорить ровным голосом, Кайена разомкнула губы.

– Я сделаю тебя Императором.

Она произнесла это так легко, словно трон был чем-то, что она могла подарить ему на день рождения.

Резеф был ошеломлен.

– Сестра, ты имеешь в виду меня?

Даже при том, что Кайена была полезна, одна ее поддержка не могла сделать его императором.

Он уже собирался исправить ее заблуждение, когда она продолжила:

– Я знаю, что ты сможешь занять трон и без моей поддержки. Однако, если ты это сделаешь, тебе придется поделиться своей властью.

– ...

Даже если бы он стал императором, ему пришлось бы дорого заплатить тем, кто помог ему стать им.

Он не мог унаследовать трон в одиночку. Кайена вонзила острие еще глубже.

– Особенно тебе придется пополнить карманы семьи Эванс, которая выступает в роли твоего стратега.

Семья Эванс, которая владеет северными зернохранилищами, была уже чрезвычайно богата и занимала высокое положение. Резеф следил за этой семьей, и Кайена прекрасно знала об этом.

– ... Значит, ты назначаешь себя моим стратегом? – спросил Резеф.

Кайена мягко улыбнулась: – Я не прошу тебя доверять мне прямо сейчас, – сказала она. – Но не пора ли тебе подумать о том, что ты будешь делать после того, как займешь трон?

Никто никогда не говорил Резефу таких вещей. Другими словами, никто раньше не был для него подходящей взрослой личностью.

Затем тело Кайены пошатнулось.

– Сестра!

Резеф инстинктивно протянул руку, чтобы обнять и защитить ее. Все ее тело горело, как огонь.

«Довести свое тело до такой степени...!»

Лоб Кайены был мокрым от пота. Она потратила все свои силы на то, чтобы остаться в сознании и закончить разговор.

Только теперь Резеф понял, насколько серьезно было ее состояние. Он позвал горничную.

– Эй, ты там! Позови врача прямо сейчас!

Резеф положил Кайену на кровать. Затем, перед тем как окончательно потерять сознание, она нежно провела рукой по его голове.

– Ты добрый ребенок.

Она упала в обморок, оставив Резефа с потерянным детским выражением лица.

– Нам нужно заново расследовать покушение на императорскую принцессу, – сказал Резеф, развязывая завязки своего плаща. Он выглядел так, словно из него высосали душу. Резеф повернулся к своему адъютанту, Зенону Эвансу. – Сколько раз мы организовывали падение какого-нибудь аристократа? Выбери кого-нибудь из них, у кого есть семья, которую можно содержать, кого-нибудь, кто охотно пойдет на гильотину в обмен на деньги.

– Как прикажете.

Зенон Эванс подумал, что Резеф ведет себя довольно странно. Принц часто выглядел усталым или раздраженным после посещения Кайены, но Зенон никогда раньше не видел его таким подавленным.

– ...Кроме того, разместите побольше людей вокруг принцессы Кайены. Следите за каждым ее движением.

– Да, Ваше Высочество.

Чем больше Резеф думал об этом, тем более странным это казалось.

Резеф всегда считал, что Кайена находится под его контролем. Может быть, все было наоборот?

Он думал, что нет. Она не была ни умной, ни разумной, ни достаточно мудрой, чтобы сделать это.

«Значит, кто-то, кто рядом с ней дает ей советы?»

Это мог быть граф Гамель, но зачем ему раскрывать Резефу свои слабости?

Прежде чем Зенон ушел выполнять приказ, Резеф снова окликнул его.

– Найди мне информацию об Оливии Грейс.

– Как прикажете.

Зенон ушел. Мысли Резефа путались в голове, и он провел рукой по волосам.

– Что ты на самом деле задумала, Кайена?

Император был стар и болен. Он уже был почти мертв. Хотя у него были внебрачные дети, но Резеф и Кайена были его единственными официально признанными детьми. Единственным человеком, претендовавшим на трон, был сводный брат императора, эрцгерцог Генрих.

Обычно Генрих вообще не претендовал на трон, поскольку был незаконнорожденным ребенком, не признанным церковью. Кроме того, он страдал неизлечимой болезнью, и никто не обращал внимания на того, у кого в будущем была только смерть.

Но вдруг появился молодой аристократ, назвавшийся сыном Генриха. Его звали Йестер Генрих.

После того, как на него претендовал эрцгерцог, Йестер быстро поставил мать эрцгерцога на должность императрицы, и таким образом он был признан потенциальным законным наследником престола.

Люди разговаривали, задаваясь вопросом, не старость ли или болезнь императора заставили его действовать так иррационально. Но это было не так. Именно Йестер манипулировал императором и погубил его, взяв под свой контроль семью любовницы императора, Кэтрин Линдберг.

– Подумать только, что он возьмет ее в заложницы…

Император, вместо того чтобы оставить Кэтрин и ее семью на произвол судьбы, узаконил эрцгерцога Генриха.

– Если бы у меня была армия..!

Резеф чувствовал, как его гнев вспыхивает каждый раз, когда так называемая семья эрцгерцога Генриха делает его беспомощным. Семья? Это больше походило на банду.

Резеф подумывал использовать Кайену, чтобы отправить эрцгерцога Генриха в ад, но сегодняшние события заставили его пересмотреть свой план.

Резеф потратил много времени на то, чтобы сломать Кайену. Он медленно связал ее по рукам и ногам, заставил во всем полагаться на него, пока она не перестала что-либо делать сама. Он думал, что ему это удалось, но это было до того, как он поговорил с ней сегодня утром.

Резеф лег на диван. Он не мог забыть голубые глаза, которые смотрели прямо на него. Они совершенно отличались от ее ранее пустых глаз, которые видели только удовольствие. Резеф никогда не видел такого глубокого взгляда ни у кого из своих сверстников.

Неужели у его старшей сестры всегда были такие красивые глаза?

– Кайена...

Резеф прикрыл глаза рукой, заслоняя свет из окон. Затем он снова поднял руку. Это была та самая рука, которую целовала Кайена.

– Моя глупая, но красивая кукла.

Другой рукой он осторожно прикоснулся к тыльной стороне ладони. Затем, осмотрев руку, он медленно опустил ее, позволив ей коснуться его губ.

Ее глаза смотрели на него холодно и прямо.…

– Что мне с тобой делать? – прошептал он.

Сцена 2: Красота, которая призывает к смерти.

Лихорадка сменилась кошмарами.

– У тебя это хорошо получается, да? Подчиненный Юнга.

Кошмар представлял собой путаницу сцен из ее рабочего места и императорской семьи.

– И все же ты называешь себя императорской принцессой!

– Это ты во всем виновата!

– ...!

Внутренности Кайены скрутило от боли, когда она открыла глаза.

«...Это был всего лишь сон».

Она неподвижно лежала на кровати, тупо глядя, как слезы текут по ее щекам. Затем она пришла в себя.

Слезы были бессмысленны. Она уже оцепенела от горя и боли, вызванных воспоминаниями.

– Вы проснулись, Миледи?

Вера подошла к ней и стала вытирать слезы Кайены полотенцем, смоченным в теплой воде.

«Что за кошмар заставил ее так плакать?»

– Вам следует выпить воды, Ваше Высочество.

С этими словами она принесла немного лимонной воды для Кайены.

Прошло уже две недели с тех пор, как Кайена разговаривала с Резефом лицом к лицу. С тех пор Кайена была подавлена. Дело было не только в том, что она поправлялась. Ей нужно было вести себя скромно, чтобы развеять подозрения Резефа.

Резеф был по-настоящему зол. Он был тем, кто безжалостно убьет «преступника», отравившего Кайену. Ради собственной безопасности он без колебаний пожертвует другими.

Одной из типичных жертв такого поведения была сама Кайена.

«Мой брак не должен влиять на ход истории. Мне просто нужно найти позицию, которой было бы трудно манипулировать другим».

Только тогда она будет в безопасности, и история не рухнет без нее.

Резеф был подозрителен, и он будет продолжать проверять Кайену.

«Мне нужно помешать ему убить Оливию. Но я буду вмешиваться только до этого момента».

В любом случае именно Кайена пыталась отравить Оливию, обманутая Резефом. Хотя ее преступление было стерто с возвращением в эту жизнь, она не могла забыть того, что сделала.

Кайена больше не хотела, чтобы ею манипулировали. И она была искренна в своей просьбе к Резефу о выборе собственного мужа.

«Но человек, за которого я выйду замуж, не будет существовать в этом мире».

Кайена намеревалась выдумать человека, за которого она «выйдет замуж».

«А до тех пор мне просто нужно продолжать выживать и радовать Резефа».

– Ваше Высочество, говорят, что преступник арестован, – сказала Вера, прерывая ее размышления.

Кайена вытерла рот шелковым платком и ответила: – Неужели?

«Значит, он сделал так, как я ему сказала».

Кайена не торопилась. Ей оставалось только дождаться подходящего момента, когда Резеф начнет действовать так, как она хотела.

– Сегодня день его казни. Вы собираетесь посмотреть на это?

Кайена покачала головой. У нее не было ни малейшего желания смотреть на нечто столь ужасное.

В этот период времени, люди собирались, чтобы посмотреть на казни. Теперь Кайена чувствовала только отвращение к этой практике.

Аристократ, отравивший свою императорскую принцессу Кайену, стоял на коленях перед гильотиной. Все глаза были устремлены на него, пока он говорил.

– Я сделал это, потому что слишком сильно любил ее! Даже смерть не может остановить мою любовь к ней!

Преступник был неизвестным аристократом, который впал в немилость. Аристократы шумно переговаривались между собой, спрашивая, присутствовал ли этот человек в пиршественном зале.

«Подумать только, что он найдет кого-то, кто готов умереть всего за две недели».

Дворяне не решались говорить об отравлении, так как ходили слухи, что состояние принцессы было серьезным.

Сторонники Резефа подняли шум из-за того, что Резеф, несмотря на свою молодость, должен быть официально назначен наследным принцем.

Дворяне, поддерживавшие эрцгерцога Генриха, пытались замять и их, и инцидент: – Принц Резеф не единственный, кто может унаследовать трон! Мы не можем слишком торопиться.

Однако их слова потонули в своевременной статье в колонке светской хроники, описывающей, как красота принцессы Кайены привела к чьей-то смерти.

«Ему пришлось откупиться и от газет. Должно быть, он был очень занят».

Сплетни легко текли из уст людей, а люди эрцгерцога Генриха были преданы делу продвижения своих планов. Однако теперь этот инцидент вытолкнул Генриха из поля зрения общественности.

Люди Генриха были в тени, так как все гораздо больше интересовались разговорами о красоте Кайены.

– Вы всегда были красивы, но теперь люди стали обращать на это больше внимания, не так ли, Ваше Высочество?

Кайена рассмеялась над словами Веры.

Красота Кайены была уже известна, но теперь одного слова «красота», казалось, не хватало, чтобы описать ее.

«Красота, которая призывает к смерти».

Один журнал сплетен сравнил Кайену с розой с ядовитым шипом. Слухи и внимание, которые она получала, продолжали плавно расти, и когда Кайена отменила свои выступления на вечерах, которые она ранее запланировала, волнение превратилось в безумие.

Теперь рассказывали истории об отравлении, чтобы поддержать слух о красоте Кайены Хилл.

– Говорят, что дворяне с нетерпением ждут церемонии вашего совершеннолетия.

В церемонии будет участвовать беспрецедентное количество поклонников.

– Возможно, вы скоро с кем-нибудь обручитесь. Как вы думаете, Лорд Кедри будет хорошей партией? – осторожно спросила Вера.

Кайена знала, что ее ответ будет передан прямо Резефу. Она притворилась, что ничего не знает.

– Я не уверена. Похоже, что это может быть слишком хлопотно, учитывая, что Император этого не одобрит.

Вера широко раскрыла глаза.

Это был первый раз, когда Кайена проявила такую равнодушную реакцию на Рафаэля Кедри.

Ни для кого не было секретом, что отношения между императором и герцогом Кедри были плохими, и хотя неизвестно, почему они были такими, император был разочарован увлечением Кайены Рафаэлем.

– Если Лорд Кедри станет зятем императора, могут возникнуть проблемы со структурой власти.

Это было довольно простое утверждение, но это была проблема, которую Кайена, казалось, никогда не рассматривала до сих пор.

Вера тихо наполнила чашку чаем и взглянула на спокойный профиль Кайены.

Кайена спрятала спокойную улыбку за своей чашкой. Этот вопрос не просто дойдет до ушей Резефа. Ее замечания наверняка будут переданы и императору.

– До сих пор я была упрямой и недостойной, потому что не понимала воли императора.

Желание Кайены к Рафаэлю было пропорционально тому огорчению, которое она причинила своему окружению. Она врывалась в его дом и вызывала его во дворец. Ну, на самом деле император каждый раз вызывал Рафаэля во дворец по просьбе Кайены.

Конечно, это было не обязательно для Кайены, а скорее для того, чтобы унизить семью Кедри, сломив дух их следующего лорда.

– Должно быть, он прислушался к Вашим просьбам, потому что ваши действия были вполне уместны.

Кайена внутренне согласилась со словами Веры, но внешне нахмурилась.

– Как императорская принцесса, как я могла не знать, что мое поведение неуместно? Теперь, по крайней мере, я должна исправить то, что сделала.

– Что вы собираетесь делать?

– Во-первых, мне нужно заштопать платье для церемонии совершеннолетия.

Вера склонила голову набок, поскольку это заявление казалось совершенно не связанным с их обсуждением.

– Откройте гардеробную.

Скоро состоится банкет по случаю совершеннолетия Кайены. Платье, которое она собиралась надеть, было приготовлено давно, но Кайена хотела пересмотреть концепцию, чтобы использовать этот инцидент.

– Вы бы предпочли что-нибудь с глубоким вырезом на спине, чтобы показать свои плечи? – спросила Вера.

Увидев платье, Кайена покачала головой: – Нет, это слишком откровенно.

У нее в голове возник образ.

«Марионетка должна больше походить на марионетку».

Кайена хотела платье с причудливыми кружевными украшениями, в которые можно было бы наряжать своих кукол. Ей нужно было выглядеть так, будто она слишком заботится о красоте.

Кайена посмотрела на свое отражение в зеркале и кивнула.

– Как всегда, никто не будет прекраснее Вашего Императорского Высочества на пиру!

Люди вокруг Кайены были заняты тем, что заискивали перед ее внешностью. Но Вера думала про себя, помогая Кайене переодеваться: «Все рады, что Ее Высочество стала вести себя хорошо, но это никогда не было так просто».

Аура и образ Кайены полностью изменились. В последнее время Кайена вела себя очень тихо, и теперь все хотели оставаться рядом с ней.

Ее мягкость и бездействие выглядели так, будто она уступала инициативу своему противнику, но на самом деле это было больше похоже на то, чтобы дать ребенку закуску, которая быстро исчезнет. [1]

«После того как она выпила яд, даже ее речь стала более утонченной».

Сама Вера, казалось, была единственной, кто заметил эту перемену. Она молча и неотрывно наблюдала за Кайеной.

Кайена хорошо знала, что Вера взволнована.

«Вера верна, но честолюбива».

Ни одна из придворных дам в ее дворце не стоила того, чтобы ее использовать, за исключением Веры. Кайена намеревалась успокоить ее, поэтому она позволила Вере наблюдать за ней, как ей заблагорассудится.

Кайена примерила последнее платье. Это было платье, которое Кайена с огромной тщательностью подготавливала для церемонии совершеннолетия.

Кайена любила розы и поэтому любила носить платья, расшитые розами. То же самое относилось и к этому платью.

– Боже мой, вы выглядите совсем как кукла!

Ее фрейлины, как всегда, подняли шум. Это был тип комплимента, который Кайена любила больше всего.

Вера прикусила губу, чтобы сдержать смех.

Их госпожа больше не была довольна такой похвалой.

Как и ожидалось, Кайена спокойно улыбнулась, не выглядя ни гордой, ни самодовольной.

«Она действительно изменилась».

Вера гадала, что означают эти перемены. Ей все еще хотелось узнать истинные намерения Кайены.

Может ли Кайена быть хорошей госпожой для нее?

Было много случаев, когда целые семьи умирали за то, что поддерживали не того человека в императорской семье. Вера должна была быть осторожной.

Вера понимала, что, несмотря на все условия, Резеф однажды станет императором. Это было очень точное суждение.

И теперь блестящая проницательность Веры быстро переоценивала Кайену.

– Вышивка розами не чрезмерна и очень хорошо вписывается.

– Давай оставим все как есть.

– Остальное я пошлю к портному, Ваше Высочество.

Кайена кивнула. Затем она посмотрела в зеркало и подняла руку. Как будто к ее конечностям были привязаны веревки, манипулирующие ею.

Этот взгляд ей очень шел.

«Всю свою жизнь я была под чьим-то контролем».

Она не осознавала, что была чьей-то марионеткой, висящей на кукольных веревках. Она не знала, чью силу держит в своих руках.

«Когда-то я думала, что двигаюсь по собственной воле».

Но она слишком многому научилась, чтобы продолжать жить в этой иллюзии. Кайена не собиралась повторять ту же ошибку снова.

«Я буду жить сама по себе».

Она опустила руку, как будто веревка была перерезана.

– Мне нужно переодеться.

Кайена сняла платье и переоделась в повседневную одежду.

– Где Резеф? – спросила она.

– Он еще не вернулся, Ваше Высочество.

Резеф был очень занят в последнее время, поскольку он был в разгаре борьбы за власть с сыном эрцгерцога Генриха за должность наследного принца.

«Резеф, ты думал, что повышение моей ценности будет способствовать твоей собственной силе?»

Хотя Резефу в конечном итоге предстояло стать тираном императора, сейчас ему было всего 18 лет. Он был ребенком.

С другой стороны, Кайена носила только кожу молодой женщины; она уже прожила две жизни. Кайена испытывала ужасные вещи в своей жизни, и поэтому для нее Резеф был как маленький ребенок.

«Он упускает из виду тот факт, что есть и другие люди, которые могут одолжить мне свою силу в данный момент. Как глупо».

Кайена обратилась к Вере: – Я должна повидаться с императором.

Император Эльдаимской Империи Эстебан Хилл лежал в постели и пил лекарство. Затем он посмотрел на свою дочь Кайену безжизненными глазами.

– Подумать только, что ты первым делом пойдешь меня искать… Это должно быть что-то особенное.

При этих словах Кайена схватилась за подол своего платья. Приседая, она сказала: – Пожалуйста, простите меня за мое неуважение, Ваше Величество.

– Довольно.

Император был не из тех, кого тронули бы такие слова. Его голос был холоден, он знал, что его тон заденет гордость Кайены.

Его дочь была дурой. Он размышлял, когда же она придет в себя, как только снова заговорит.

– Хоть уже и поздно, но пожалуйста, взгляните с добротой на вашу дочь, которая сейчас пытается исполнить свой долг послушного ребенка.

Ее слова были сладки, как мед. Это были не те слова, которые обычно произносила Кайена.

Император удивленно приподнял брови. Кайена придвинулась к нему поближе.

– Должно быть, в последнее время я заставляю вас волноваться, – сказала она.

На самом деле не имело значения, был ли император обеспокоен или нет. Важно было, чтобы Кайена показала, что она думает о нем и его благополучии.

– Я пришла поприветствовать вас, так что вам не о чем беспокоиться. Я почти полностью выздоровела.

Кайена взяла блюдце с чайником и чашками, которые слуга принесла для императора. Она помогла ему выпить чай серебряной ложечкой, ее действия были столь же естественны, как и текущая вода.

«Слухи были правдивы?»

Ему доложили, что отношение Кайены значительно изменилось после инцидента с отравлением. Они говорили, что теперь в ее словах и поступках есть милосердие и великодушие.

Он не мог припомнить, чтобы его дочь когда-нибудь была доброй, разве что когда она была совсем маленькой.

В какой-то момент отношения между отцом и дочерью разошлись. Кайена чувствовала себя неуютно рядом с императором, а император начал испытывать к ней презрение.

Но теперь Кайена совсем не чувствовала себя неловко, сидя в кресле рядом с ним и заботясь о нем.

– Чей это заговор?

Император всю свою жизнь жил как правитель. Такого рода инциденты никогда не случались сами по себе.

Он начал задаваться вопросом, не был ли процесс поиска виновника, а также последствия инцидента сфабрикованы.

[1] Это всего лишь метафора; у Веры нет оснований думать, что у Кайены есть противник в этом моменте истории.

«Он знает, что Резеф – настоящий преступник?»

Чтобы выиграть время, Кайена взяла у слуги шелковый платок и аккуратно вытерла губы императора.

Вопрос императора был открытым и двусмысленным, как и следовало ожидать от опытного политика.

Настоящая Кайена наверняка попалась бы в ловушку. Но вместо этого она лукаво сказала:

– Пожалуйста, взгляните на меня милостиво.

Ее голос прозвучал неожиданно мягко.

Более того, ее сдержанная улыбка не была улыбкой незрелой молодой женщины, и император был внутренне впечатлен.

«Эта девочка всегда так умело скрывала свое истинное «Я»?»

Император недоумевал, какая перемена произошла с его дочерью, пока он болел.

«Она наконец пришла в себя?»

Его дочь изменилась.

Глаза императора вспыхнули: – Ты не возражаешь, если настоящего преступника не поймают?

Если бы Кайена захотела этого, император охотно помог бы ей найти настоящего преступника.

Ситуация еще не была ясна, но весьма вероятно, что виновником был Резеф. Император подумал, что сейчас самое время снова поставить Резефа на место.

«Он что, подозревает Резефа? Если сила Резефа уменьшится в данный момент, то я не смогу использовать его».

Кайена покачала головой.

– Резеф накажет настоящего преступника. Я подумала, что было бы лучше разобраться с этим инцидентом таким образом, а не подстрекать дворянство.

Император почувствовал искру восхищения своей дочерью: – Это очень впечатляет.

– Я боялась, что мои глупые мысли нарушат ваше состояние, Отец.

Даже когда Кайена раскрыла свою тактику, она приписала свои результаты императору.

– Вы все это время верили в свою старшую дочь и ждали ее, так что теперь я сделаю все, что в моих силах.

При этих словах Кайены император расхохотался.

Казалось, что ребенок короля рождается с королевскими способностями. С радостным сердцем он подумал, что должен дать Кайене какую-нибудь награду.

– Теперь, когда я думаю об этом, приближается церемония твоего совершеннолетия.

Кайена не ответила. Она просто передала чашку слуге.

Затем император сказал: – Я должен начать искать тебе хорошего партнера для брака.

Брачный партнер.

Услышав эту фразу, Кайена сразу же подумала о Рафаэле Кедри. Это было что-то вроде привычки.

Однако она изо всех сил старалась подавить свое волнение.

– Вы правы, Отец. Я скоро достигну совершеннолетия.

В своей первой жизни за Кайеной ухаживали многие, но у нее не было ни одного партнера по браку. В конце концов ее продали Висконту Джиллиану.

Император ушел, не проявив никакого интереса к ее браку. Резеф, с другой стороны, активно поощрял конкуренцию за место зятя императора.

Может, они и принадлежали к императорской семье, но как это можно назвать семьей?

«Я действительно твоя дочь?»

Вопреки своим холодным чувствам к отцу, Кайена спросила с улыбкой: – У вас есть кто-нибудь на примете?

Император не показал этого, но был удивлен.

Он был уверен, что Кайена упомянет Рафаэля Кедри, если он заговорит о замужестве.

Если бы она ответила так, как он ожидал, он бы снова разочаровался в ней.

Но Кайена даже не упомянула Лорда Кедри.

Похоже, она наконец поняла, что ее брак – это не та карта, которую можно растратить на любовь или желание.

На всякий случай Император спросил: – Ты хочешь сказать, что выйдешь замуж за кого-то другого после того, как потратила столько времени и сил на Рафаэля Кедри?

Вопрос заставил Кайену вспомнить о своей первой любви, как о далеком воспоминании.

«Во всяком случае, я не была создана для него».

Было бы ложью сказать, что она ни о чем не жалеет.

Даже если она не считалась со своими личными чувствами, Рафаэль был прекрасным брачным партнером.

Но Рафаэль презирал ее.

Она не хотела цепляться за того, кто ее ненавидел.

Кроме того, она должна была подружиться с Рафаэлем. Его роль была необходима ей, чтобы удачно выйти замуж.

«Если быть более точной, мне нужна сила герцога Кедри».

Кайена изобразила улыбку и спокойно сказала: – Поскольку у меня нет сестер, как я могла позволить себе поддаться минутному чувству и совершить такую ошибку? Я буду следовать вашей воле, Отец.

– Сегодня ты много раз удивляла меня, – сказал Император. И великодушно добавил. – Тщательно выбирай партнера. Потрать время, чтобы изучить свои варианты.

При этих необычных словах, слуги, которые находились поблизости, забыли о себе, опуская челюсти и задыхаясь.

«Теперь, если я смогу избавиться от интереса Резефа, то не будет иметь значения, за кого я выйду замуж».

Кайена сделала то, ради чего пришла сюда.

Она вежливо сказала: – Спасибо, что уделили этому вопросу внимание. Я позабочусь о том, чтобы мой партнер действительно подходил для вступления в императорскую семью.

Император кивнул и подозвал великого камергера. Это означало, что он собирается лечь и отдохнуть.

Кайена еще раз поздоровалась с ним и вышла из спальни, взяв с собой фрейлин.

– Похоже, повзрослев, она пришла в себя.

Великий камергер склонил голову в ответ на замечание императора и мягко улыбнулся.

– Принцесса уже выросла и возмужала, время летит так поразительно быстро.

Император улыбнулся.

– Ты искажаешь мои слова, – сказал он.

Когда Кайена выходила из комнаты императора, она столкнулась с кем-то неожиданным.

Естественно, ее шаги прекратились.

Она чувствовала настороженность приближающихся придворных дам, рыцарей и слуг.

Но, конечно, они были настороже. Тот, с которым она столкнулась, был хорошо известен как безответная любовь Кайены.

«Рафаэль Кедри».

Черные как вороново крыло волосы и алые глаза были символами герцогской семьи Кедри. Рафаэль родился с этими четкими чертами. Кайена, бледная блондинка, была очарована его живым присутствием.

На самом деле, несмотря на то, что Кайена была опытной и жила своей третьей жизнью, она думала, что он был замечательным и красивым человеком.

Рафаэль выделялся среди других аристократов своего возраста, начиная с его присутствия.

У него была тяжелая, яркая и подавляющая аура того, кто пережил поле битвы. В сочетании с его естественной красотой и фигурой, он был непревзойденным среди своих сверстников.

Кайена была просто еще одной девушкой, которая была беспомощна перед его редким обаянием.

«В моей первой жизни я думала, что он просто хороший человек».

Однако Рафаэль из романа был не просто джентльменом.

Он был одержимо дотошным в том, как он общался с людьми, и ему надоедало встречаться с ними и поддерживать социальные отношения.

Поначалу Оливия помогала ему справиться с принуждением, и Рафаэль влюбился в нее.

– Рафаэль Кедри приветствует Ее Императорское Высочество.

Рафаэль, находившийся в приемной, сухо приветствовал Кайену.

Внезапно Кайена почувствовала облегчение. Он не испытывал к ней такой ненависти, какой она ожидала.

Рафаэль сейчас думал о ней только как о помехе, а не как о явной ненависти к ней.

У нее было время исправить свои ошибки.

Теперь ей просто не нужно было делать все то, что она делала раньше.

Если бы она перестала притворяться, что находится рядом с ним и прикасается к нему, а также была осторожной, чтобы не быть грубой, у нее были бы гораздо лучшие отношения с ним, чем раньше.

Во всяком случае, она не хотела, чтобы ее первая любовь запомнила ее как ужасную женщину.

– Вы можете встать.

Кайена приняла решение.

– Давно не виделись, Лорд Кедри.

«...Лорд Кедри?»

Рафаэль выглядел озадаченным ее вежливым обращением, так как она обычно называла его «Рафи».

Если подумать, даже если Кайена и нашла его, она не подбежала к нему и не обняла за руку.

Он был не единственным, кто размышлял о ее поведении.

Все присутствующие смотрели на Кайену широко раскрытыми глазами.

«Что, почему Ее Высочество так себя ведет?»

Кайена обычно была очень грубой и раскованной.

Пока все были в замешательстве, Кайена огляделась вокруг и погрузилась в другие мысли.

«Хоть Рафаэль и пришел, но никто не объявил о его присутствии».

Было ясно видно, что император держит Рафаэля в узде.

– Вы пришли повидаться с Его Величеством?

– Да.

Если бы она была настоящей Кайеной, то уже бы говорила без умолку, чтобы привлечь внимание Рафаэля. Но Кайена хорошо знала свою роль.

Она была злодейкой, а не героиней.

«Теперь я знаю свое место».

Кайена позвала слугу.

– Передайте Его Величеству, что Лорд Кедри просит аудиенции.

Слуга на мгновение заколебался. Именно по воле императора он задержался с объявлением о присутствии Рафаэля.

– Чего ты ждёшь?

Когда Кайена перестала улыбаться и похолодела, слуге ничего не оставалось, как отправиться в покои императора. Для него было лучше сообщить императору о просьбе Рафаэля об аудиенции, чем иметь дело с суетой, если он осмелится проигнорировать принцессу.

Рафаэль с подозрением наблюдал за этой чередой событий. Хотя Кайена часто пыталась привлечь его внимание, это был первый раз, когда она действительно помогла ему.

Неужели она делает это, чтобы снова побеспокоить его?

Но Кайена, казалось, действовала осторожно после того, как отдала приказ слуге. Казалось, ей не хотелось даже встречаться взглядом с Рафаэлем.

Как странно. Обычно он мог ясно читать ее мысли, но Рафаэль не чувствовал никакого намерения за ее действиями.

Как будто ее благосклонность только что не имела никаких скрытых мотивов.

– В таком случае, я оставлю вас на этом.

Кайена вышла из приемной, взяв с собой своих фрейлин. Всем в комнате было ясно, что Кайена явно держится на расстоянии от Рафаэля.

Рафаэль чуть не позвал Кайену. Он посмотрел на нее, слегка нахмурившись, когда она проходила мимо, чувствуя себя странно.

Затем один из приближенных императора окликнул его.

– Лорд Кедри.

Только тогда Рафаэль отвернулся от двери, через которую только что вышла Кайена.

– Его Величество сейчас отдыхает, так что вам придется снова навестить его завтра, – неловко сказал слуга.

Слуги Рафаэля, находившиеся вместе с ним в приемной, были глубоко разгневаны.

– Ты говоришь правду? Ее Высочество только что покинула его комнату!

Они свирепо посмотрели на служителя и сжали кулаки.

– Прекратите.

Рафаэль приказал им остановить свою убийственную ауру.

– Мы находимся перед комнатой Его Величества. Не повышайте голоса.

– ... Да, Сэр.

Бродить по полю боя означало знакомиться с убийством. Слуги, только что столкнувшиеся со своей потенциальной смертью, вздохнули с облегчением.

Они считали, что Рафаэлю повезло, что он джентльмен, но их мысль была недальновидной иллюзией.

На самом деле, Рафаэлю нечего было терять от этого сценария. Он обладал значительной властью, и его не интересовала ссора из-за трона.

«Император Эстебан должен знать, что я не принимаю сторону ни одной из фракций».

И император не может вечно быть таким упрямым.

Рафаэль сейчас был снисходителен только потому, что не хотел утруждать себя этим.

– Тогда я возвращаюсь, – сказал он.

Служитель кивнул головой, вытирая носовым платком холодный пот со лба.

– Да, конечно. Пожалуйста, приходите позже.

Рафаэль вышел из приемной, но тут же остановился.

Кайена ждала его снаружи. Ах, он знал это… Он удивлялся, почему она так мягко отступила раньше.

– Как и ожидалось, Император не встретился с вами.

Цвет лица Кайены все еще был плохим, она еще не полностью оправилась от действия яда, но все еще стояла в коридоре, ожидая, когда Рафаэль выйдет.

Какое это было благородное поведение. На самом деле придворные дамы, которые прислуживали ей, выглядели так, словно их переполнял стыд.

Только одна из ее фрейлин, та, что была ближе всех к ней, казалась невозмутимой.

Взгляд Рафаэля быстро осмотрелся вокруг, прежде чем снова остановиться на Кайене. Но выражение ее глаз было каким-то незнакомым.

– Раз уж все так обернулось, не выпьете ли вы со мной чашечку чая?

Обычно Рафаэль без раздумий отклонил бы ее предложение. Он бы так и сделал, если бы не то, что она сказала дальше.

– Я думаю, что смогу помочь вам с некоторыми проблемами.

– ...Я не знаю, что вы подразумеваете под моими проблемами.

Глаза Кайены расширились: – Неужели? – спросила она.

Помощники Рафаэля откашлялись, очарованные ее прекрасной внешностью.

Она продолжила: – Это тесно связано с причиной, по которой вы хотели получить аудиенцию у Его Величества.

«Она знает, почему я хочу видеть Императора?»

Рафаэль хотел встретиться с императором, чтобы потребовать военного правления на Западе в обмен на его вклад в войну два года назад. Это была власть, которая могла быть предоставлена только герцогу, но у Рафаэля были свои причины желать этого.

«Она понятия не имеет, что я пытаюсь избежать давления со стороны своей семьи по поводу женитьбы».

Об этом еще не было объявлено, но Герцог и Герцогиня Кедри находились в самом разгаре развода.

Мать Рафаэля, Ноа Кедри, была кем-то, кто был воспитан как жена, а не как наследник герцогской линии. В этом не было необходимости, так как у нее было два старших брата.

Предыдущий герцог никогда не думал, что оба его сына погибнут на войне.

Из-за этого он поспешно приветствовал Лео Фрэнсиса как своего зятя. Однако Лео Фрэнсис изменил своей жене еще до того, как Рафаэль достиг совершеннолетия.

С тех пор он не ладит с гордой Герцогиней Ноа.

Они не могли расстаться, потому что Рафаэль был слишком молод, чтобы принять герцогство, но теперь они тихо подавали на развод.

Мать Рафаэля не хотела давать мужу никаких алиментов. И, учитывая некомпетентность Лео Фрэнсиса, Рафаэль мог незамедлительно стать герцогом.

Однако сначала вассалы его семьи должны были единогласно признать Рафаэля следующим главой семьи.

Была только небольшая проблема.

Среди вассалов тайно циркулировали слухи о сексуальной ориентации Рафаэля, в частности о возможности появления наследников. [1]

Это было потому, что он никогда даже не держал руку женщины за свои 23 года жизни.

Аристократы, которые хотели использовать его, заталкивали женщин в его спальню, но Рафаэль холодно прогонял их.

Этот слух дошел и до ушей матери Рафаэля. Она подталкивала его к женитьбе, чтобы развеять скандальные и беспочвенные слухи, ходившие о ее сыне.

Однако Рафаэль не хотел жениться, поэтому он хотел попросить Императора признать его военное завоевание Западной территории, честь, которая была бы предоставлена только герцогу.

Рафаэль подумал, что с такой властью вассалы признают его следующим главой семьи.

Как Кайена могла помочь ему в этом?

Но Рафаэль чувствовал в голубых глазах Кайены такую тяжесть, какой никогда раньше не видел.

«…Интересно».

У него было сильное предчувствие, что он должен принять приглашение Кайены.

– Спасибо за приглашение.

Рафаэль подошел к Кайене, чтобы проводить ее, и Кайена положила руку ему на плечо.

– У меня есть только чай для этого случая. Я думаю, что это будет соответствовать вашим вкусам.

Кайена безостановочно беседовала с ним, не говоря ничего существенного.

На первый взгляд казалось, что Кайена просто сделала еще одну попытку пообщаться с Рафаэлем, как она всегда делала.

Но что-то было не так.

Кайена часто грубо говорила в своей речи. Она игнорировала обычную вежливость и говорила о деликатных вопросах, прямо спрашивая о браке, имущественных проблемах и тому подобном. Но теперь она говорила о погоде, стандартах для чайных листьев и о том, как приготовить вкусные пирожные – хотя откуда она узнала рецепт, он понятия не имел.

«Она пытается разрядить обстановку?»

Глядя на расслабленные лица ее фрейлин, Рафаэль убедился в этом.

Кайена остановилась в саду на тропинке, ведущей к ее дворцу.

– Сегодня солнышко припекает, так что я бы выпила чаю в саду, – сказала она.

– Я пойду приготовлю его сейчас же, Ваше Высочество.

Кайена отпустила всех фрейлин, кроме Веры.

– А теперь, я полагаю, нам следует закончить обсуждение того, о чем я упомянула.

Рафаэль подумал о том, что она сказала ранее о его проблемах.

Какое решение могла бы предложить принцесса?

Кайена приоткрыла красные губы.

– Поскольку Милорд в таком возрасте, ваша семья, должно быть, хлопочет о вашем браке, верно?

Рафаэль начал думать, что она снова собирается сказать что-то обманчивое, например, сделать ему предложение.

Дело было не только в том, что он лично не хотел жениться на ней. Еще он не хотел, чтобы императорская семья и герцогство Кедри слились воедино. Оба они уже были слишком могущественны, и было бы трудно сделать так, чтобы интересы и власть двух семей оставались разделенными.

– У вас уже есть партнер по браку, да?

– Партнер по браку? – смутился Рафаэль.

– Ах, – сказала Кайена, прикрывая рот рукой. – Неужели вы еще не знаете..?

– ...Что вы имеете в виду?

Кайена лучезарно улыбнулась.

– Тогда я могу рассказать вам кое-что полезное о вашем брачном партнере.

Герцогство Кедри было правителем Западной части Империи. Воинствующая семья была единственной в Империи Эльдаим, у которой было достаточно власти, чтобы соперничать с семьей Хилл.

Таким образом, единственный сын семьи, Рафаэль, был похож на очень желанный плод.

Кайена улыбнулась Рафаэлю, который, казалось, был недоволен самой идеей брака. Она не была уверена, что он знает себе цену.

«Как это типично для главной мужской роли».

Читая роман, Кайена узнала, почему Рафаэль никогда ни за кем не ухаживал. Он просто ни к кому не испытывал привязанности. Слова «привязанность» и «преданность» были для него всего лишь неприятным раздражением.

Люди говорили, что Рафаэль был хорошо воспитан, но это было больше из-за психического расстройства, чем из-за его личного характера. [2]

– Благородная дочь, которая вполне могла бы стать хозяйкой дома.…

Лицо Кайены на мгновение стало задумчивым, как будто она пыталась вспомнить.

– Например, Долорес Эйвон.

В романе эта молодая леди действительно послала свой портрет в дом Рафаэля.

– Она очень искусна в вышивке и игре на пианино. Но она падает в обморок при виде крови – что она будет делать в суровых западных землях? Вы не можете просто оставить свою жену в столице.

Кроме того, кто знает, что случится, если он женится на совершенно незнакомой женщине? Она перешла к другому кандидату.

– В таком случае Рита из семьи Брукин может подойти лучше, поскольку она когда-то училась на рыцаря. К сожалению, ей не хватает знаний и мудрости. А еще она довольно жестокая.

Рафаэль сразу же понял, что общего у обеих женщин.

– Обе они из влиятельных семей, которым еще предстоит выбрать сторону наследника престола.

Кайена улыбнулась и похвалила его интуицию.

– Как и следовало ожидать, Лорд Кедри очень умен.

– ...

Кайена спокойно смотрела на Рафаэля, который был старше ее, как на младшего брата. Все онемели, не находя слов. Но такое отношение, как ни странно, вполне устраивало Кайену.

– Кроме того, это все женщины, на которых вы сможете жениться в течение двух лет.

Рафаэль сосредоточился на «двух годах».

«Скоро наступит совершеннолетие Кайены, но она рекомендует других кандидатов на брак?»

Возможно, это означало, что она больше не хочет выходить за него замуж.

Рафаэль начал находить этот разговор довольно интересным.

[1] Есть разные способы интерпретировать это: Рафаэль мог восприниматься как гей или асексуал. Первоначальный текст по этому вопросу неясен.

[2] Хотя и не идентифицированное, рассматриваемое расстройство может быть АСПД или антисоциальным расстройством личности. Антисоциальное расстройство личности (ASPD или APD) – это расстройство личности, характеризующееся длительным пренебрежением или нарушением прав других. Часто очевидны низкие моральные устои или совесть, а также наличие в прошлом преступлений, проблем с законом или импульсивного и агрессивного поведения.

– И наконец, Оливия Грейс.

Кайена назвала Оливию, главную героиню романа, последней.

Рафаэль узнал эту фамилию. Семья Грейс была одной из тех, кого поддерживала его собственная семья.

– Семья Грейс – самая скромная из трех. Однако, хотя у них нет ни богатства, ни власти, они имеют интересное положение, будучи спонсируемыми герцогством Кедри.

Поскольку у Рафаэля были уши, он знал, что Кайена на самом деле ненавидит Оливию. Но Кайена все еще упоминала о ней. Что, черт возьми, она задумала?

– Лично я считаю, что милорду следует встретиться с Мисс Оливией Грейс.

– Вы хотите сказать, что рекомендуете мне жениться на ней?

– Совершенно верно. Дама умна и наблюдательна. Она внимательна, но она также самостоятельна и сильна.

Кайена произнесла это многозначительно, как будто вела переговоры.

Рафаэль внимательно посмотрел на нее, чтобы понять ее истинные намерения. Оглядываясь на их историю, не было причин, чтобы Кайена говорила такое.

– Не понимаю, зачем вы это говорите.

На мгновение их взгляды встретились. Их взгляды были глубокими и безмятежными, как будто они смотрели друг на друга.

– Если вы Лорд Кедри, я думаю, вы знаете почему, – загадочно сказала Кайена. Судя по ее поведению, она не собиралась давать ему правильный ответ.

«Какую выгоду получит принцесса, если я встречусь с этой дамой?»

Рафаэль не мог даже предположить, что Кайена выиграет от этого.

Но, конечно, Рафаэль не мог знать. Рафаэль не знал, что это был роман, и не знал, что произойдет в будущем – и, конечно же, он не знал истинной цели Кайены.

«Поскольку они оба главные герои, они обязательно должны быть вместе. Так что будет лучше, если они подумают, что я помогла им организовать встречу».

Кроме того, Оливия скоро станет одной из ее фрейлин, и тогда Кайена, Оливия и Рафаэль свяжут свои судьбы, как веревочки.

– Прибывают другие фрейлины, – прошептала Вера, подходя к ним. Другими словами, пришло время закончить их нынешний разговор.

Теперь Кайена была уверена, что Вера, в некоторой степени, уже эмоционально отдалилась от других придворных дам.

– Вы немного опоздали с приготовлением чая, – мягко упрекнула Кайена.

Одна из фрейлин склонила голову.

Должно быть, они поспешили во дворец Резефа, чтобы сообщить ему об этой встрече.

Собственно, именно поэтому Кайена отослала всех фрейлин, кроме Веры.

– Прошу прощения, Ваше Высочество.

– Все нормально. Приготовь чай. Вы ведь позаботились о том, чтобы хорошо его приготовить, верно?

Кайена лично проверила состояние чайных листьев и чашек.

– Крепко заварите чай и смешайте его с молоком для Лорда Кедри.

– Да, Ваше Высочество.

Фрейлины положили немного угля в маленькую жаровню и поставили на нее чайник, чтобы разогреть его.

Кайена объяснила, что она делает, Рафаэлю, который пристально смотрел на нее.

– Я подумала, что вы пропускаете обеды, потому что слишком заняты работой. Смесь черного чая и молока хороша для таких ситуаций.

Любит ли она крепкий чай? Рафаэль просто кивнул, видя, что это не имеет большого значения.

Кайена часто готовила ему подарки или делала то, что соответствовало ее собственным вкусам. Это был просто еще один из таких случаев.

Наконец перед ним поставили крепко заваренный чай с молоком. Пахло не так уж плохо.

– ...!

Сделав глоток, Рафаэль широко раскрыл глаза от приятно распространяющегося аромата, который плавно потек по его горлу.

Это вполне соответствовало его вкусам.

– Ну как? – спросила Кайена. Она держалась непринужденно, словно была уверена, что ему это понравится.

– Очень вкусно, – ответил Рафаэль с легким удивлением.

Кайена улыбнулась, ласково и нежно: – Рада это слышать.

Рафаэль случайно задел рукой, державшей чашку, белое фарфоровое блюдце.

Кайена не осознавала этого, но это было первое «предпочтение», которое имел Рафаэль.

Внезапно ему пришло в голову, что пора вставать. Он чувствовал, что оставаться здесь как-то опасно.

– Поскольку сейчас ранняя весна, ветер довольно холодный.

Это означало, что они должны войти внутрь.

Фрейлины принесли толстое пальто и накинули его на плечи Кайены.

– Было очень приятно.

Она легко поздоровалась с ним. Она, казалось, не стремилась проводить с ним больше времени или беспокоить его, чтобы строить планы на будущее, в отличие от прошлого.

– Верно, – сказала Кайена.

Она выглядела так, словно только что что-то вспомнила.

– Если дела с Леди Грейс пойдут хорошо, надеюсь, вы не забудете, что я была первой, кто поддержала вашу встречу.

Улыбка на ее лице была довольно озорной.

Было бы полезно иметь такого рода одолжение в будущем.

– ...Пожалуйста, будьте осторожны на обратном пути, Ваше Высочество.

У Рафаэля не было другого ответа, поэтому он просто вежливо поздоровался с ней.

Экипаж на обратном пути к дому Кедри был тихим. Это было потому, что Рафаэль держал рот на замке, как будто он думал о чем-то.

– Это было немного странно, не так ли? – осторожно спросил помощник Рафаэля, Джереми. – Я имею в виду Ее Императорское Высочество. Она была совсем не такой, как обычно.

– Она была гораздо красивее, чем обычно, – согласился Бастон, рыцарь, сопровождавший их.

Затем Джереми нахмурил брови и выругался: – Я не это имел в виду. Я имею в виду, что ее атмосфера полностью изменилась.

– Вот почему она была намного красивее!

– ...Тебе следует замолчать.

Когда Джереми отчитал его, Бастон посмотрел на него так, словно считал это несправедливым.

Затем Рафаэль тихо открыл рот.

– Это правда.

Было неясно, с кем он соглашался – с Джереми или с Бастоном. Они только растерянно моргали и молчали, чтобы больше не прерывать его мыслей.

Рафаэль вспомнил образ Кайены, которая на короткое время полностью овладела моментом.

Это не было пугающим, но она определенно взяла инициативу в свои руки.

Кто была та Кайена, которую он видел раньше, и кто она теперь?

Карета подъехала к вилле и медленно остановилась. Несколько служащих, включая вассалов, увидели экипаж и вышли на улицу.

– Добро пожаловать домой, Господин.

Рафаэль кивнул и вывернул свою шинель, затем заколебался.

Там был неожиданный гость, который смотрел на него с другой стороны.

– Ты опоздал.

Это была его мать, Герцогиня Ноа Кедри.

Рафаэль обратился к матери, которую давно не видел, без тени приветствия.

– Что ты здесь делаешь?

Почему его мать оказалась в столице, а не в западном особняке?

«Вассалы скрыли от меня ее визит».

Они, должно быть, знали, что она приехала в гости.

– Ты даже не можешь предложить маме чашку чая? – спросила она.

Рафаэль велел служанке принести им чаю. Затем он внезапно позвал горничную обратно.

– Обязательно заварите один из них очень крепко.

– Да, Господин.

Затем они прошли в небольшую столовую с окнами, которые поднимались до самого высокого потолка. На столе стояли цветы и подсвечники.

Герцогиня увидела украшения и прищелкнула языком.

– Без жены управление этим домом очень плохое.

– Я просто не храню ничего, что мне не нужно.

– Это потому, что твой управляющий покупает только то, что покупают другие.

Рафаэль не ответил.

– Ты удивился, что я пришла так внезапно?

– Я не получал никакого уведомления.

– Я уверена, что нет. Я сказала им, чтобы они не поднимали шума.

По какой причине она явилась сюда так тайно, что приказала его людям молчать?

Рафаэль подумал, что его мать, вероятно, приготовила что-то, что ему не понравится.

И действительно, герцогиня подозвала свою фрейлину, которая неподвижно стояла позади нее, как восковая фигура.

– Изабель.

Фрейлина по имени Изабель осторожно поставила на стол ящик.

Рафаэль взглянул на черный деревянный ящик.

– Что это такое?

– Это твои предложения руки и сердца.

– ...

Время было действительно случайным. Он только что вернулся после разговора с Кайеной о своих потенциальных партнершах по браку.

Неужели она замышляла это с его матерью? Это была нелепая мысль, но его мать была тем, кто действительно мог бы сделать такое.

– Тебе нужно начать выбирать невесту.

Когда герцогиня поманила ее, Изабелла открыла ящик и достала портреты.

Брови Рафаэля взлетели вверх.

Ниже портретов были Долорес Эйвон, Рита Брукин и Оливия Грейс.

Это были именно те дамы, о которых ему рассказывала Кайена.

«Пинцесса ведь не обсуждала это с моей матерью, не так ли?»

Он нахмурился, добавляя это косвенное доказательство к своей гипотезе.

Не подозревая о его сложных мыслях, мать хвалила дам.

– Все они мудрые и добродетельные молодые женщины, – сказала она.

Рафаэль сделал глоток крепкого чая, чтобы увлажнить уста.

«Мудрая и добродетельная молодая женщина...»

Он вспомнил различные черты своих потенциальных партнеров, о которых упоминала Кайена.

Долорес Эйвон, которая прекрасно играла на фортепиано и вышивала, но упала в обморок при виде крови.

Рита Брукин, которая была жестокой и тренировалась как рыцарь.

И Оливия Грейс, которую опекала его мать и рекомендовала принцесса.

«Мне кажется, мне дали знак».

Принцесса сообщила ему очень точную информацию. И если ее слова были верны…

«Ни одна из них не годится на роль герцогини. Я в этом уверен».

Герцогиня указала на портрет.

– Что ты думаешь о леди Грейс? В ней нет недостатков, и она очень умна.

– Я не собираюсь жениться, мама, – ответил Рафаэль.

Но с точки зрения здравого смысла его мать была права. Самым важным для семьи было то, чтобы он укрепил свое положение.

Однако Рафаэлю претила мысль о том, что кто-то может им заинтересоваться, и он чувствовал отвращение к тактильному контакту.

Как он мог выбрать себе супругу вот так?

Если бы это был просто кто-то, с кем можно было бы посидеть за едой, он бы уже кого-то выбрал. Но Рафаэль не испытывал привязанности ни к кому, кроме самого себя. Он никогда не испытывал любви даже к собственной матери.

Ее присутствие на его территории вызывало у него огромное напряжение.

– Не может быть, чтобы ты это говорил всерьез, – сказала она. – Не забывай, Рафи, что быстрый брак – это ради твоей семьи.

Это было холодное напоминание, которое не подходило к дружескому прозвищу, которым она его наградила.

Герцогиня быстро встала, как только закончила говорить то, что должна была сказать. Затем она вышла, и дверь плотно закрылась за ней.

Рафаэль снова обратил внимание на портреты, все еще аккуратно расставленные на столе. Его взгляд остановился на портрете Оливии.

Она была впечатляющей красавицей с пшеничными волосами и зелеными глазами.

Как Кайена узнала об этом? Как получилось так, что она обсуждала с ним его потенциальную жену в самый подходящий момент?

Рафаэль обратился к дворецкому, вошедшему в столовую.

– Скажи Джереми, чтобы попросил аудиенции у Ее Высочества, Кайены.

– Да, сэр.

Ему было любопытно узнать о принцессе.

Как только Кайена прибыла во дворец, она заметила, что в ее спальне царит беспорядок.

– Я вижу, что вы не прибрали эту комнату.

– Прошу прощения, Ваше Высочество!

Молодая фрейлина, которая отвечала за уборку комнаты, была удивлена, и ее колени подогнулись под ней.

– Постарайся больше не повторять эту ошибку.

– Да, Ваше Высочество!

Фрейлины тайком переглянулись, видя, как Кайена великодушно проглядела ошибку.

Принцесса определенно изменилась. Теперь она стала намного взрослее.

И поскольку они были самыми близкими ей людьми, именно они видели, как сильно она изменилась.

– Я бы хотела немного отдохнуть, так что вы можете идти.

– Тогда, пожалуйста, простите нас.

Дамы вышли из покоев Кайены и направились в гостиную. [1]

Несколько горничных принесли чай и закуски для дамского перерыва. Продукты, которые они привезли, были гораздо более высокого качества, чем раньше.

– Лидия.

Вера позвала Лидию, фрейлину, которая отвечала за уборку спальни.

– Почему ты не выполнила свои обязанности должным образом? Ты не такая уж бедная фрейлина, чтобы совершить такую ошибку.

Лидия недовольно поморщилась, услышав упрек Веры.

– Ее Высочество простила меня, так почему же ты заговорила об этом?

Она тут же принялась ругать Лидию в ответ.

– Это всего лишь спальня. Просто потому что я пропустила ее сегодня—

– Что?

Вера была ошеломлена.

Лидия изначально вела себя так, потому что у Кайены был сильный характер, но на самом деле Лидия была высокомерной, потому что происходила из влиятельной семьи. Теперь, когда Кайена стала добрее и терпимее, Лидия быстро показала свою истинную личность.

– И тот, кто нанял меня, был Принц Резеф, а не Принцесса Кайена.

Среди всех, кто собрался здесь, кто не был?

Все они были приглашены Резефом в качестве фрейлин Кайены.

– Его Высочество Резеф защитит меня в любом случае. Ему нужна сила моей семьи.

Служанки вокруг Лидии начали соглашаться с ней, одна за другой.

– На самом деле, кто не должен забывать о нашей миссии, так это Вера. Мы – люди Принца Резефа.

– Разве ты не знаешь, что мы не можем позволить влиянию Принцессы Кайены стать слишком сильным?

– ...

Вера не могла вымолвить ни слова, слушая этот дурацкий разговор.

«Они это прекрасно осознают, но не понимают, почему нас назначили ее фрейлинами».

Причина была очевидна уже при виде Лидии Бенземан, которая происходила из самой влиятельной семьи среди них.

Они были похожи на куриные ребрышки. Другими словами, они не стоили много, но лучше иметь их, чем выбрасывать.

Вера потеряла всякое желание упрекать их. Они были глупы без равных.

– Зачем ты вмешиваешься и суетишься? – они перешептывались, проходя мимо Веры.

– ...

Она чувствовала себя подавленной. И теперь, когда она увидела истинную природу тех, кого когда-то считала своими коллегами, она почувствовала усталость.

«Как я могла подумать, что меня признают в этом месте?»

На самом деле большинство горничных, собравшихся здесь, целились к Резефу.

Он был единственным принцем Империи, а его мягкая и добрая внешность потрясла их сердца.

Им казалось, что они могут спасти его и растопить его холодную и жестокую натуру.

«Как будто это могло когда-либо случиться».

Вера знала, как это будет. Никто из них не мог сравниться с Резефом.

Что касается ее, то она просто хотела, чтобы ее признали за ее собственные ценности. Если бы она была признана, этого было бы достаточно, чтобы получить дворянский титул или установить влияние своей семьи.

«Я уверена, что Ее Высочество не просто так попросила меня остаться с ней сегодня».

Вера пребывала в смятении.

Отпустив фрейлин, Кайена удобно откинулась на спинку дивана.

«Из-за характера Веры она не станет пренебрегать своей работой».

Разделение между ней и другими придворными дамами шло по плану. Так было и в первой жизни Кайены.

В оригинале Вера усиливала свое влияние, обвиняя других фрейлин в некомпетентности и небрежности. Но сейчас ситуация была несколько иной.

«Она начнет понимать, что Резефу все равно».

Однако Резеф был уверен, что станет следующим императором. Это была главная причина, по которой Вера колебалась.

Так что Кайене нужно было успокоить смятение в голове Веры.

– Как лучше всего это сделать?

Услышав ее бормотание, служанки на мгновение подняли головы, прежде чем продолжить уборку спальни.

В отличие от ее фрейлин, горничные происходили из скромных семей. Они были относительно неподконтрольны Резефу, так как большинство из них не умели ни читать, ни писать.

Так что сейчас в комнате Кайены были только горничные.

– Не вычищайте вещи слишком тщательно. Сделайте вид, что вы не хотели этого делать.

– Да, Ваше Высочество.

Резеф доверил заботу о служанках своим фрейлинам, но проблема была в той даме, которая отвечала за них сегодня.

– Твоя сообразительность спасла себя.

Служанки, Донна и Энни, улыбнулись.

Как только Лидия приказала им не убирать сегодня спальню, они тайно сообщили об этом Кайене.

Кайена обнаружила, что горничные ненавидят Лидию.

– Ты можешь использовать мое имя, чтобы получить лекарство, которое тебе нужно.

Затем Донна распростерлась на полу.

– Благодарю Вас, Ваше Высочество!

Родители Донны были больны, но жалованья горничной было недостаточно, чтобы покрыть расходы на лекарства.

Донна подумала, что ей определенно хорошо быть на стороне Кайены.

Она сжала кулак. Об этом должна была позаботиться Лидия, ее непосредственная начальница.

Однако Лидия ненавидела саму мысль о том, чтобы просить что-то у Кайены.

Ее гордость была бы задета, если бы она обратилась к ней с такой незначительной просьбой, когда она могла бы стать следующей императрицей.

«Лидия станет еще более безрассудной и глупой».

В первой жизни Кайены Лидия в конце концов перестала бояться ее характера и отказывалась подчиняться ей, ведя себя непослушно до самого конца.

В ее обязанности также входило сообщать Резефу о каждом шаге Кайены.

«Для нее будет лучше убраться отсюда как можно скорее».

Лидию в конце концов казнили за Резефа. И хотя Кайена намеревалась отрезать ей хвост, она, по крайней мере, сохранила бы свою жизнь.

«Теперь, когда я сильнее и имею больше полномочий, я должна использовать эту власть».

Оригинальный роман начался с предложения руки и сердца Рафаэля Оливии.

Кайена должна была подготовиться к этому моменту. Ей нужно было согласовать время прибытия Оливии во дворец.

Кайена сказала Резефу, что хочет видеть Оливию одной из своих фрейлин. Однако Резефу будет трудно привлечь ее, поскольку Оливию спонсирует герцогство Кедри.

«Если она станет фрейлиной по просьбе Резефа, а не Императора, она отдалится от герцогства Кедри».

Тогда для Рафаэля и Оливии свадьба станет политической проблемой.

Кайена пыталась свести их вместе. Она не собиралась вставать у них на пути.

– Энни, принеси мне канцелярские принадлежности.

– Да, Ваше Высочество.

Кайена написала очень короткое письмо, не обращая внимания на витиеватые представления.

«Оливия не двинется с места из-за приказа Резефа. Я должна сделать так, чтобы она стала одной из моих людей, независимо от Резефа».

Семья Грейс была скромной, но преданной. Они никогда не предадут своих спонсоров, Кедри.

Прямо сейчас они делали вид, будто не знают, что Резеф просит их дочь, но в конце концов Резеф надавит на них.

Потому что Резеф ненавидел, когда ему бросали вызов или унижали. Он может рассердиться на то, что такая скромная семья осмелилась проигнорировать его просьбу.

Кайена позволила воску капнуть с красного подсвечника, а затем прижала его к столу безымянной печатью, чтобы запечатать.

Ее секретное письмо было закончено.

– Энни.

– Да, Ваше Высочество.

Энни, даже в такой униформе, как и у остальных, выглядела очень стильно.

Если бы она надела достаточно хорошее платье, то выглядела бы как аристократка.

– У меня есть для тебя поручение.

Кайена протянула запечатанное письмо Энни.

– Отнеси это в салон Маррет на Лоуренс-стрит.

А пока ей придется отвлечь Резефа. Кайена встала и сказала:

– Я пойду во дворец принца.

[1] Как комната отдыха для персонала, предназначенная для коротких перерывов между работой.

Пока Резеф слушал рапорт своего подчиненного, его рука перестала писать письмо.

– Его Величество Император говорил с принцессой так, словно разрешал ей самой выбирать себе мужа.

– Мой отец?

Резеф спросил, не всплывало ли что-нибудь о Рафаэле во время этого разговора.

Подчиненный покачал головой и сказал:

– Она сказала, что не хочет выходить замуж за Лорда Рафаэля.

– Неужели это так?

Кайена, должно быть, серьезно относилась к своему состоянию, желая выйти замуж за кого-то по собственному выбору.

Резефу было удобно, что Император давил на Рафаэля, используя Кайену в качестве предлога; ему было немного грустно, что этот предлог теперь исчез.

– Но говорят также, что Ее Высочество пила чай с Лордом Рафаэлем после аудиенции у Императора.

– ... Эти двое?

– Да. Мисс Лидия пришла и сообщила нам, что идет готовить чай.

– Ты хочешь сказать, что Рафаэль послушно согласился с этим?

– Да. Ее Высочество Кайена предложила помочь ему решить его проблемы, если он присоединится к ней за чаем.

Резеф нахмурил брови.

Затем в его мыслях возникла Кайена, которая смотрела прямо на него.

– О чем они разговаривали?

– Фрейлина по имени Вера сказала, что они говорили о партнерах по браку, и Ее Высочество критиковала дочерей этих семей. Однако она сделала комплимент леди Оливии Грейс.

«Она сделала комплимент Оливии Грейс… Потому что она станет одной из ее фрейлин? Было ли это ради меня?»

Резеф вообще не мог понять ее действий.

В эти дни Кайена казалась и похожей, и непохожей на ту сестру, которую он знал.

– ... Тогда ладно. Теперь ты можешь идти.

Он не мог уделять этому слишком много внимания, потому что у него было много дел в данный момент.

Нужно было позаботиться о многом, чтобы переломить ситуацию с покушением на убийство.

Тук-тук.

Как только раздался стук в дверь, в комнату вошел слуга.

– Ваше Высочество, Зенон Эванс просит вас о встрече.

– Впусти его.

Зенон Эванс вошел в кабинет и начал кланяться. Резеф поднял руку.

– В этом нет необходимости. Что случилось?

Седовласый человек подошел к Резефу, держа в руке серебряный поднос, полный писем.

– Со времени последнего разговора с Генрихом некоторые аристократы изменили свое отношение, – сказал Зенон.

При упоминании Генриха Резеф нахмурился.

Этот безумец продолжал подниматься, сколько бы он на него ни наступал, а внутри у него все болело.

– Что за чушь им наговорило это насекомое?

Только посмотрите на этот инцидент с Кайеной.

Этот тупой, безрассудный дурак, чья кровь даже не была связана с императорской семьей, требовал получить трон.

Резеф хотел ударить его и его сторонников огненной дубинкой и сбить их с ног.

Он отложил ручку и вскрыл конверт, чтобы проверить содержимое письма.

– Невежественная, незаконнорождённая дворняга!

Он в ярости вскочил со своего места.

Зенон тихо попятился, ожидая, что это произойдет.

– Эти идиоты решили встать на сторону Генриха?!

Это были письма от его бывших сторонников, которые заявляли, что решили объединиться с Генрихом.

Они утверждали, что Эрцгерцог Генрих был лично признан Императором, чтобы иметь право на трон, что он был законным реверсионером.

Это также было чем-то, что вызвало гнев Резефа.

Резеф не был сыном императрицы, а скорее любовницы Императора.

Если его биологическая мать не станет Императрицей, он останется незаконнорожденным ребенком.

Однако, если бы он был внесен при императрице в семейный реестр, то считался бы законным наследником.

Этого было бы достаточно, чтобы быть признанным церковью.

Но Император ничего не предпринял.

Люди Эрцгерцога утверждали, что усыновление Императорской семьей дает Генриху не меньше прав на трон, чем Резефу.

– Сколько я для них сделал, а они все еще предают меня из-за нескольких мин? Я настоящий наследник престола, а не этот грязный, фальшивый Генрих!

Грохот!

Резеф перевернул стол вверх дном.

– Когда я стану Императором, они все будут очищены! Эти твари даже не знают своего места!

Резеф грубо смахнул челку с лица и повернулся к Зенону.

– Неужели до сих пор нет ответа от семьи Грейс?

– Висконт Грейс все еще не ответил.

Резеф швырнул вазу в Зенона.

К счастью, он промахнулся. Она ударилась о стену и разлетелась на куски.

– Как же ты до сих пор не получил от них ответа?! Это из-за тебя эти ничтожные люди игнорируют меня!

Это было то, что он должен был ожидать с самого начала. Семья Грейс поддерживалась герцогством Кедри, так что они не смогут ответить с легкостью.

Но было ясно, что если Зенон скажет это Резефу, его шея будет перерезана начисто.

Зенон склонил голову, подавив вздох.

– ...Прошу прощения, Ваше Высочество.

– Вокруг меня нет ни одного полезного человека! Вот почему Генрих может бегать так дико!

Про себя Зенон подумал, что трудно сказать, кто хуже – Эрцгерцог Генрих или Резеф.

В этот момент в комнату вошел испуганный слуга и позвал Резефа.

– В-ваше Высочество.

– В чем дело?

Резеф посмотрел на слугу своими молодыми глазами.

Щелчок.

– Это я, Резеф.

Кайена открыла дверь и вошла внутрь.

Зенон сдержался, чтобы не прищелкнуть языком.

Он взглянул на Резефа, который сжимал кулаки и пытался сдержать свой гнев, и подошел к Кайене.

– Принцесса, я прошу прощения, но было бы лучше навестить его позже.

В ответ Кайена холодно взглянула на Зенона.

– Что ты собираешься делать, если Резеф поранится?

При этих словах неприятное напряжение в кабинете спало.

Это было похоже на то, как если бы этот жестокий беспорядок был сведен к детской истерике.

«С каких это пор у принцессы такая сильная воля?»

Зенон попятился из-за ее настойчивости.

Кайена улыбнулась, и грациозно прошла мимо него.

Она оглядела разгромленную комнату и медленно подошла к Резефу.

Пол был усеян осколками керамики и стекла.

Поскольку она была в тонких кожаных тапочках, наступив на что-то, она могла получить серьезную травму.

– Не подходи ко мне, Кайена, – сухо сказал Резеф с холодными запавшими глазами.

Но Кайена все равно подошла к нему, как ни в чем не бывало.

Она даже не смотрела на пол. Не было бы ничего странного, если бы она получила травму.

Раздраженный, Резеф снова предупредил:

– Я же сказал тебе не подходить!

– Но если я не подойду к тебе, ты останешься один.

– Что...?

Его лицо исказилось от этого нелепого замечания.

Затем Кайена наступила на что-то и споткнулась, потеряв равновесие.

– Ааа!

Если она упадет прямо здесь, то будет сильно ранена.

Резеф сглотнул и быстро схватил ее.

– Вот почему я сказал тебе не—!

Но прежде чем Резеф успел выпустить пар, Кайена легонько коснулась его щеки.

Ощущение покалывания заставило Резефа нахмуриться.

– Ты ранен, Резеф.

Когда он бросал вещи, он получил небольшой порез от куска, который отскочил от него.

– Что ты делаешь со своим красивым лицом? – Кайена вытерла кровь с его щеки рукавом.

Резеф только посмотрел на это с неодобрением. И все же гнев, бурливший в нем, как лава, начал утихать.

Это был первый раз, когда он увидел свою сестру, которая помогла ему избавиться от гнева.

Он взял Кайену на руки и отвел в более безопасное место.

Длинный диван, стоявший у кровати, был единственным нетронутым местом.

– Ты такой сильный! – воскликнула Кайена, пораженная его силой.

Какой бы легкой ни была Кайена, она не была листком бумаги. Резеф по-прежнему нес ее так, словно не был обременен.

Резеф каким-то образом почувствовал, как его энергия утекает из-за отношения Кайены.

Внезапно он почувствовал себя дураком, до сих пор действовавшим в гневе как сумасшедший.

//Текст не вычитан. Если найдёте ошибки, пожалуйста, укажите на них//

– Ты была где-нибудь ранена? – спросил Резеф.

– Нет, я в порядке.

Резеф снял с Кайены кожаные тапочки и осмотрел ее ступню.

Было бы ужасно, если бы она наступила на стекло, тем более что скоро ей придется танцевать посреди большого зала на праздновании своего совершеннолетия.

– Резеф, я в порядке. Сначала позаботься о своей ране.

– Я в порядке.

– Ну, меня это не устраивает.

Сказав это, Кайена велела слугам быстро прибраться в комнате.

– И принесите мне что-нибудь от пореза на щеке.

Слуги ожидали, что будут дрожать от страха, по крайней мере, в течение следующих двух дней, но теперь они были озадачены. Им особенно трудно было поверить, что именно Кайена сделала атмосферу такой мягкой.

– ... Мы сейчас же приготовим мазь, Ваше Высочество.

Они быстро ушли, опасаясь, что настроение Резефа снова изменится.

– Тогда, я покину вас так же, – сказал Зенон. Прежде чем выйти из комнаты, он подозрительно посмотрел на Кайену.

Кайена специально пришла сегодня к Резефу, зная, какие новости он получит от своих бывших сторонников. Она долго ждала, пока он выплеснет свой гнев на окружающих, а потом велела слугам доложить о своем присутствии.

Это было мудрое решение, поскольку оно дало Резефу некоторое время, дабы прийти в себя.

– Как бы ты ни злился, не действуй так опрометчиво. Твое тело драгоценно; ты – тот, кто однажды унаследует Империю.

Услышав ее слова, Резеф вспомнил, что его так раздражало, и прищелкнул языком.

Что касается ее, то Кайена слышала снаружи, что именно заставило Резефа взорваться.

И, на самом деле, это было то, что Кайена могла исправить.

– На мою церемонию совершеннолетия в столицу приедет гораздо больше людей.

Кайена нежно погладила Резефа по голове. Спокойный, нежный запах коснулся кончика носа Резефа.

Если подумать, ароматы во дворце принцессы изменились. Неужели это тот самый запах?

Может быть, это было из-за мягкого прикосновения, но Резеф чувствовал себя спокойно. Это было похоже на добрые объятия любящего опекуна или защитника.

Странно, но его сестра уже давно вела себя как взрослая.

Несмотря на то, что Резеф был способным, он все еще нуждался в помощи взрослого.

Кайена открыла рот, когда увидела, что изголодавшийся по любви Резеф стал послушным.

– Наш Отец разрешил мне самой выбирать, за кого выходить замуж, – сказала она.

Улыбнувшись, она продолжила:

– Слух об этом скоро распространится среди знати. Так что, разве они не подумают что-то вроде этого?

Кайена кокетливо захлопала глазами и заговорила драматическим голосом:

– Ах! Если бы мне удалось завоевать принцессу, я мог бы стать зятем Императора!

Резеф ухмыльнулся, отметая ее мысль как излишне оптимистичную.

– Все будут думать, что ты все еще целишься в Рафаэля.

– Если только Рафаэль не помолвлен.

– ... Помолвлен?

Почему она вдруг заговорила о помолвке Рафаэля? Были ли какие-нибудь подобные слухи?

Затем Резеф внезапно вспомнил, что говорили ему подчиненные — что Кайена за чаем подняла тему брака и раскритиковала нескольких дам, как потенциальных пар для Рафаэля. Было ли это как-то связано?

– Тебе просто нужно поприветствовать и поладить с дворянами, которые скоро приедут в столицу. А до тех пор твоя старшая сестра будет продолжать притворяться слабой.

Вскоре вошел слуга с лекарством.

Кайена отпустила слугу и сама начала накладывать мазь на рану Резефа.

«Значит, она действительно отказалась от Рафаэля?»

– Я не могу заставить Рафаэля Кедри жениться на тебе, даже если стану Императором, – сказал Резеф.

Он не мог избавиться от сомнений, что Кайена просто пытается выйти замуж за этого человека при поддержке императора.

Кайена усмехнулась.

– Это правда, что когда-то я хотела Лорда Кедри. Но только потому, что это было правдой в прошлом, не означает, что эта правда есть и сейчас.

Резеф сделал такое лицо, будто его ударили.

Он никак не ожидал, что Кайена будет говорить о Рафаэле так холодно.

– ... Разве ты его не любишь?

– Кто знает? Теперь я задаюсь вопросом, было ли это вообще любовью с самого начала. Как могут чувства остаться навсегда?

«Она говорит, что это могла быть и не любовь».

Кайена наблюдала за Резефом, пока он размышлял об этом, и его разум погрузился в хаос.

Сцена 3. Относительно роли злодейки

Как Кайена и сказала Резефу, она не покинула дворец, заявив, что слишком слаба для этого. И пока она вела себя как птица в клетке, общество находило новый источник развлечений.

– Я слышал, что Лорд Кедри получил несколько портретов.

Смысл свадебного портрета не в том, чтобы быть правдивым, а в том, чтобы льстить и украшать своему объекту. Поскольку каждый заказывал свои портреты у самых искусных художников, небольшое число художников доминировало на рынке. Поэтому слухи о том, кто на ком женится, быстро распространились.

Слухи о Рафаэле ходили еще чаще, поскольку он был самым завидным женихом в столице.

– Неужели Ее Высочество просто позволит этому случиться?

В последнее время ходили странные слухи об Императорской семье и нынешней ситуации. Например: «Принцесса больше не любит Лорда Рафаэля!».

Если это правда, то одна из дам, недавно сделавших портреты, действительно может стать женой Рафаэля.

Кто станет следующей герцогиней?

Дворянство обратило все свое внимание на этот новый вопрос в высшем обществе.

– Трудно найти хорошего жениха. Разве не так, Леди Грейс?

Перед началом полного светского сезона главные столичные семьи часто проводили небольшие, более интимные встречи. Оливия никогда раньше не бывала на таких сборищах, но когда распространился слух, что ее портрет отослали Герцогине Кедри, она получила множество приглашений.

Даже сейчас она присутствовала на одном из собраний, чтобы успокоить своих родителей.

– Чтобы найти нужного человека, нужно время, – неопределенно ответила Оливия.

Она сидела в литературном салоне Маррет на Лоуренс-стрит, чувствуя себя не в своей тарелке.

– Интересно, какую драгоценность ищет Принц Резеф?

– Лорд Зенон тоже не женат. Семья Эванс так же великолепна.

Но ни один из них не мог сравниться с Рафаэлем.

Дамы на собрании радостно обсуждали последние светские сплетни.

– Я слышала, что леди Грейс, возможно, скоро создаст хороший брак. Это правда?

Они думали, что Оливия определенно будет рада этой возможности.

Если Оливия выйдет замуж за Рафаэля, принцесса больше не сможет домогаться ее. Какая может быть более совершенная месть?

Кроме того, семья Оливии была бедной. У ее семьи было много ртов, которые нужно было кормить, и как старшая дочь – Оливия сильно страдала.

Если она удачно выйдет замуж, ее младшие братья и сестры смогут жить лучше.

– Вот как? – ответила Оливия, улыбаясь.

Затем дамы перестали разговаривать с Оливией, видя, что она не проявляет особого энтузиазма.

«Похоже, они не знают, что меня пригласили во дворец в качестве фрейлины принцессы».

Ее семья отчаянно пыталась сохранить эту новость в тайне.

«Принцесса просто не хочет, чтобы я была рядом с ней».

Оливия лучше всех знала, как сильно Кайена ненавидит ее.

Если подумать, время было довольно странным.

Вскоре после того, как она получила запрос из дворца, Герцогиня Кедри попросила ее прислать портрет, чтобы начать переговоры о браке.

«Скорее всего, это не совпадение».

Оливия могла думать об этом только как о просьбе Кайены о ее присутствии, потому что она предсказывала переговоры о браке.

Однако семья Грейс не могла выполнить ее просьбу из-за герцогства Кедри.

Герцогство Кедри сохраняло нейтралитет в битве за трон; поэтому семья Грейс не могла вмешиваться в политику. Их наполовину считали еще одним вассалом Кедри.

Если Оливия вошла во дворец принцессы по просьбе Резефа, люди могут увидеть в этом проявление намерения Кедри. Это будет выглядеть так, как будто они тайно протягивают руку через ее семью.

Правда, Оливия была бы вынуждена уйти, если бы принц Резеф приказал, однако в данный момент это была всего лишь просьба.

«Почему они спрашивают обо мне?»

Принцессы Кайена ненавидела видеть лицо Оливии.

«Не может быть, чтобы она просто помогла мне обрести социальный статус, назначив меня одной из своих фрейлин.»

Дамы, которые прислуживали Кайене, были самыми высокопоставленными среди придворных дам.

Даже если Кайена просто хотела следить за ней, должность, на которую ее пригласили, была очень высокой.

После окончания встречи Оливия ждала, когда карета отвезет ее домой.

– Вы Леди Оливия Грейс?

Пока горничная вызывала экипаж, к Оливии подошла незнакомая дама.

‒ Кто вы?

Лица женщины не было видно, так как она была в шляпе с сеткой вокруг лица.

Пока Оливия была настороже, женщина достала из сумочки конверт и осторожно протянула ей. За это короткое время Оливия взглянула на внутреннюю сторону сумочки. Неожиданно внутри оказался узор, похожий на фамильную эмблему.

«Корона? Значит на подкладке сумки вышита корона… Не многие семьи имеют такой символ.»

На конверте же не было никакой печати, кроме красного воска от свечи. Это было письмо, которое скрывало личность отправителя.

‒ Моя госпожа попросила меня передать это вам.

‒ ...Есть ли какая-то причина, по которой я должна читать это, когда я даже не знаю, кто это послал?

‒ Моя госпожа сказала, что, если мисс Грейс спросит об этом, я скажу вам вот что.

Женщина в вуали открыла рот.

‒ Такая умная и любопытная женщина, как ты, могла бы усомниться в последних событиях. Если ты это заметишь, это может немного помочь.

‒ ……

Оливия плотно сжала губы.

«Ко мне обратились с неофициальной речью.»

Это означало, что человек должен иметь более высокий титул и звание, чем она. Кто была эта госпожа, о которой говорит женщина? Как будто они хорошо ее знали.

Анонимное письмо. Корона на подкладке сумочки. Там было много намеков.

«Это принцесса Кайена.»

Оливия вежливо приняла письмо.

‒ Моя госпожа сказала, что вы определенно сможете определить ее личность. Похоже, она была права.

Вскоре подъехала карета. Это был наемный экипаж, а не личный.

‒ Можете не отвечать.

Сказав это, женщина забралась в карету и закрыла дверцу.

Собственный экипаж Оливии задержался из-за кареты этой женщины. Она поняла, что женщина сделала это нарочно, чтобы у нее были связаны ноги.

«Интересно, почему принцесса тайком прислала мне письмо?»

Оливия смутилась.

‒ Миледи?

Горничная открыла дверцу кареты и окликнула Оливию. Оливия спрятала письмо и поднялась на борт. Горничная ехала рядом с всадником, так что в карете была только она.

Оливия тут же вскрыла письмо.

「Для вашей семьи было бы лучше подождать, пока не поступит следующий приказ. Я бы предпочла, чтобы вы ждали как можно тише, не выдавая своего присутствия. Я с нетерпением жду встречи с вами в ближайшее время.」

‒ Ждать следующего приказа...?

И говорит, что с нетерпением ждет встречи с ней, хм.

«Похоже, это означает, что я не должна отвечать на просьбу принца и просто ждать.»

Но что это был за следующий приказ? Более того, она намекала, что они скоро встретятся.

«Она пытается издать императорский приказ?»

В этом было еще меньше смысла. Императора эти вещи не волновали. Кроме того, было хорошо известно, что у него были плохие отношения с принцессой.

Оливия посмотрела на письмо и нахмурилась.

‒ О чем ты думаешь?..

У нее было предчувствие, что она попала в бурю.

Вера обратилась к Кайене, которая читала, пока горничная расчесывала ей волосы.

‒ Ваше Высочество. Лорд Рафаэль просил сегодня еще раз встретиться с вами.

Кайена некоторое время молчала, потом ответила с прохладцей:

‒ ...Скажи ему, что я плохо себя чувствую и что ему следует прийти в другой раз.

‒ Я дам ему знать.

Она уже в пятый раз отказывала ему с тех пор, как они поговорили о партнерах по браку. Тем временем в обществе распространились слухи о женитьбе Рафаэля, и в столицу приезжали и уезжали многочисленные гости.

‒ А что сейчас делает Резеф?

‒ Его Высочество встречается с Графом Доминином.

‒ Тот, у которого сапфировая шахта? Прошло много времени с тех пор, как умерла его жена, не так ли?

‒ Да.

Аристократы, которые хотели вступить в брак с императорской семьей, постоянно посещали имперский город, и поэтому Резеф был занят.

Император не мог принимать посетителей, потому что был нездоров, а Кайена все еще притворялась слабой от яда.

Это была возможность, которую Кайена предоставила Резефу.

Тем временем Резеф строил отношения с могущественными, глубоко укоренившимися аристократами. Когда люди у власти говорят, политические интересы обязательно всплывают.

Брак Кайены предоставил Резефу очень хорошую возможность.

Резеф, который недавно был очень расстроен эрцгерцогом Генрихом, был очень доволен потоком людей, которых привела Кайена.

Он также открыто сказал, что она единственная, кто действительно заботится о нем.

В дополнение к похвалам, он даже увеличил бюджет дворца Кайены. На эти деньги Кайена покупала роскошные вещи для своих фрейлин.

Излишне говорить, что их отношения стали более небрежными.

‒ Я должна приготовить закуски для Резефа.

Вера, естественно, поняла это как приказ приготовить угощение и спросила: ‒ Что мне приготовить?

‒ Я сама приготовлю, ‒ сказала Кайена.

‒ ...Ваше Высочество согласится?

Никто из здешних фрейлин никогда не видел, чтобы она входила в кухню.

Они слышали, что, когда ее няня была в столице, они вместе готовили закуски, но, конечно, это была только история?

Даже если бы это было не так, это была не более чем детская игра. Озадаченная, она с Кайеной направилась на кухню.

‒ Приветствую вас, Ваше Императорское Высочество!

Кухонные слуги были поражены ее неожиданным визитом.

Какой случай привел принцессу в гости? Они обменялись взглядами.

Вера сказала слугам на кухне: ‒ Ее Высочество будет готовить закуски для принца.

Объяснение еще больше сбило их с толку.

«Мы что-то сделали не так?..»

‒ Продолжайте делать то, что делали, ‒ сказала Кайена. Она закатала рукава и проверила продукты, которые заказала лично.

‒ Пожалуйста, скажите, что вам нужно, Ваше Высочество. Я сейчас же принесу вам все, что вам нужно!

‒ Не нужно, спасибо.

Мужчина мгновенно смутился, увидев, что она ведет себя так по-взрослому.

Кайена достала муку, масло, сахар и корицу. Она выглядела так, словно привыкла работать на кухне, даже не спрашивая рецепта.

«Ни за что.»

Шеф-повар потер глаза.

Теперь он увидел Кайену, которая держала нож, разрезая яблоко и очищая его.

‒ Я сделаю это, Ваше Высочество!

‒ Как пожелаешь.

Кайена быстро протянула повару яблоко и нож.

Шеф-повар уже заканчивал чистить яблоко, когда вдруг заколебался. Кайена была из тех, у кого никогда не было причин держать нож, но она очень тонко его очистила.

«Это может быть просто совпадением.»

Очищая яблоко, он взглянул на то, что уже было приготовлено. Он осторожно спросил: ‒ Вы хотите попробовать испечь яблочный пирог?

Кайена похвалила повара так, словно очень им восхищалась.

‒ Ты все понял, просто взглянув на это. Как и следовало ожидать от шеф-повара.

Покуда повар варил яблоки, Кайена принялась за тесто. Пока шеф-повар продолжал помогать ей, он не мог не испытывать благоговейного трепета. Он не мог сказать, что принцесса была экспертом, но она определенно была талантлива.

‒ Я и не знал, что вы так искусны, Ваше Высочество.

Фрейлины заинтересовались, потому что Кайена, казалось, была искусна в этом деле. Но еще более странно было то, что шеф-повар похвалил ее.

‒ Вы очень искусны в обращении с ингредиентами. Ваша скорость так же похвальна.

При этих словах на лице Кайены появилось застенчивое выражение. Очарование надменной красавицы удвоилось от такого взгляда.

‒ Ты черезчур меня хвалишь, ‒ сказала она.

«В конце концов, в прошлой жизни я много лет жила одна.»

Она выросла в семье матери-одиночки и жила одна после того, как ее мать умерла от болезни, поэтому ей пришлось привыкнуть к работе на кухне. Ее мать была пекаршей.

‒ У тебя язык скользкий, как масло.

С кокетливым видом она отчитала повара. Шеф-повар разволновался и отрицательно замахал руками.

‒ Э-это не так, Ваше Высочество! Я действительно так думаю!

Конечно, это было лестное высказывание, поэтому фрейлины усомнились.

‒ Я дам тебе немного, даже если ты не будешь мне так льстить, ‒ укоризненно сказала Кайена, ставя два пирога с начинкой в разогретую духовку.

Шеф-повар был очень тронут словами Кайены. Принимать пищу, приготовленную членом императорской семьи, было честью, тем, чем могли похвастаться его дети и дети его детей.

Восторженный ответ шеф-повара еще больше убедил фрейлин, что он просто льстит Кайене. Было ясно, что шеф-повар просто очарован красотой Кайены.

«Я не хочу выглядеть талантливым человеком.»

Она должна была действовать так, чтобы это было приемлемо для других. Если она напрасно будет демонстрировать свои навыки во всем, это только увеличит их ожидания.

‒ Я испекла два пирога, чтобы все могли попробовать.

Глядя на солидно выглядевшие пироги, они начали волноваться.

‒ Как вы собираетесь доставить их принцу? ‒ спросила Лидия, думая, что это шанс увидеть лицо Резефа.

Кайена первоначально намеревалась послать Веру, чтобы доставить закуску. Но, слушая Лидию, она понимала, что многие из ее придворных дам жаждут этой чести.

«Если я отправлю Веру в этой ситуации, будет легче изолировать ее от группы, но…»

Она не сможет завоевать преданность Веры, используя такую злонамеренную тактику. Она рассудила, что для ее фрейлин будет лучше побороться за него.

‒ Любая из вас может идти.

При этих словах Кайены дамы начали переглядываться, борясь глазами.

Когда пирог был готов, Кайена переложила его на другую тарелку, чтобы остудить.

В этот момент ее неожиданно прервала чья-то рука.

‒ Я принесу это Его Высочеству!

Лидия схватила пирог, который двигала Кайенна.

‒ О, он...!

Лидия закричала, прежде чем удивленный повар успел ее остановить.

‒ Ах! Горячо!

Она обожгла руку и отшвырнула тарелку.

Пирог полетел прямо в руки Кайены, которая стояла прямо перед Лидией.

‒ Ваше Высочество!

Горячий пирог коснулся голой кожи Кайены, ибо она закатала рукава, когда готовила.

‒ Позовите доктора!

Вера вылила холодную воду на руку Кайены.

Кайена поморщилась от боли. К счастью, ожог не был сильным, потому что пирог лишь слегка коснулся ее, прежде чем упасть.

Лидия распростерлась на полу и умоляла Кайену о прощении.

‒ Я совершила преступление, достойное смерти! Пожалуйста, простите меня, Ваше Высочество!

Это было тяжкое преступление - оставить даже самый крошечный шрам на теле одного из членов императорской семьи. Но поджечь единственную принцессу императорской семьи — извинений было бы недостаточно, даже если бы Лидию немедленно выпороли.

‒ Лидия! Ты сошла с ума!

‒ Довольно.

Кайена остановила Веру.

‒ Я напрасно сильно вас всех шокировала. Это я виновата, что не объяснила, что пирог должен быть сначала охлажден, так что нет никакой необходимости делать это.

Как это может быть вина Кайены? Это было просто смешно.

Затем, тяжело дыша, вбежал доктор.

‒ Доктор прибыл, Ваше Высочество!

Кайена показала доктору свою красную руку. Это было немного болезненно, но в остальном все хорошо.

‒ Все будет в порядке, если вы просто нанесете мазь на несколько дней.

Все внутренне вздохнули с облегчением при этих словах.

‒ Я рад, что это всего лишь легкий ожог.

Возможно, это был не очень сильный ожог, но этот инцидент нельзя было легко пережить.

Однако Кайена любезно утешила Лидию.

‒ Ты, должно быть, очень удивилась, Лидия.

‒ Я, я не заслуживаю этого…

‒ Все в порядке. Вы еще молоды, поэтому, конечно, иногда можете ошибаться.

«Лидии столько же лет, сколько и Ее Высочеству.»

У Веры болела голова, вроде как слегка пульсировала.

‒ Раз уж мы его приготовили, я могу, по крайней мере, разделить оставшийся пирог пополам и отправить его Резефу.

Кайена увидела, что оставшийся пирог остыл, и приказала приготовить его вместе с другими закусками.

Кухонные слуги были глубоко тронуты ее спокойствием и великодушием.

‒ Это для тебя, как я и обещала.

Шеф-повар взял кусок обеими руками, восхищаясь терпимостью Кайены во время этого безумия.

‒ Благодарю вас, Ваше Высочество.

Кайена также сказала фрейлинам: ‒ Все, должно быть, были очень удивлены, так что возьмите Лидию с собой и идите отдыхать.

‒ ...Да, Ваше Высочество.

Вера справилась со всем остальным и отвела Кайену в ее спальню.

‒ Лидия не раскается в своих поступках, Ваше Высочество.

Вера упорно терпела плохое управление придворными дамами, но сегодня она не могла этого вынести.

‒ Почему вы так щедры к ним? ‒ спросила она. Она вздохнула и посмотрела на руку Кайены, завернутую в марлю.

Кайена мягко улыбнулась встревоженным словам Веры и взяла ее за руку.

‒ Я думала, ты знаешь, что на самом деле я дала им шанс не из доброй воли.

Вера помедлила с ответом.

«Мне показалось, что это почти спланировано, но...»

Она почувствовала озноб, когда Кайена подтвердила ее догадку.

‒ Разве вы не наблюдали за мной до сих пор?

‒ …!

Вера потеряла дар речи.

Откуда Кайена узнала? Неужели она настолько очевидна?

Вера успокоила свой ум и голос.

‒ ...Простите мое невежество, но я не понимаю, что вы имеете в виду, Ваше Высочество.

У Кайены было скептическое выражение лица, как будто она спрашивала: «Правда?»

Вера сглотнула. Во рту у нее пересохло. Затем—

‒ Ваше Высочество, закуски готовы. Что вы хотите, чтобы мы сделали? ‒ спросила горничная, входя в комнату.

Кайена дала Вере задание, словно проверяя, как она будет действовать сейчас.

‒ Иди, отнеси закуски Резефу.

‒ ...Да, Ваше Высочество.

Вера приняла приказ с непроницаемым выражением лица.

У Резефа не было аппетита с самого завтрака.

‒ ...Я устал.

В последнее время многие аристократы посещали столицу, и Резефу также приходилось держать эрцгерцога Генриха в узде. Было на что обратить внимание.

‒ Что сейчас делает моя сестра? ‒ спросил он своего адъютанта. Это стало почти привычкой.

‒ В последнем отчете говорилось, что она направлялась на кухню своего дворца.

Поскольку у него не было времени встречаться с Кайеной, общаясь со всеми посетителями, Резеф спрашивал о ней больше дюжины раз каждый день. Благодаря этому Зенон был уверен, что он знает местонахождение Кайены лучше, чем кто-либо другой в городе.

Резеф склонил голову набок, услышав о ее неожиданном местонахождении.

‒ На кухне?

Он не понимал, как это место могло заинтересовать Кайену.

‒ Что она там делает?

‒ Я не получил никаких подробных отчетов, потому что фрейлины были заняты обслуживанием Ее Высочества.

«Что она делает на кухне?»

Резефу стало любопытно.

Больше всего в эти дни его интересовала Кайена. Она полностью изменилась с тех пор, как потеряла сознание от выпитого яда. И именно Резеф извлек выгоду из этой перемены. В частности, он получил много преимуществ от подготовки к празднованию совершеннолетия Кайены.

Глубоко сидящие, упрямые дворяне начали шевелиться, думая, что у них есть шанс стать частью императорской семьи.

Как бы то ни было, Кайена была единственной принцессой императорской семьи, и ее ценность в последнее время тоже возросла. Как бы то ни было, Резеф сумел воспользоваться ситуацией.

На самом деле было много других положительных моментов, помимо политических преимуществ, которые произошли от ее перемен. Незаметно для него Кайена выросла, и когда он находился рядом с ней, его сердце успокаивалось. Он думал, что она просто глупая и красивая кукла, но он ошибался.

Резеф с удивлением понял, что проводить время с Кайеной оказалось приятнее, чем он ожидал.

С каких это пор она имеет на него такое влияние? Но это было бы не так, если бы это было плохо. Это был как раз тот уровень, на котором было бы стыдно видеть ее отбытие, когда она выйдет замуж.

‒ Прибыла одна из фрейлин Ее Высочества. Что нам с ней делать?

Он махнул рукой на слова адъютанта, приказывая ему впустить ее.

Вскоре в гостиную вошла Вера.

‒ Приветствую Его Императорское Высочество.

‒ Этого достаточно.

Он проявил нехарактерную для нее благосклонность, позволив ей пропустить ненужные процедуры и приветствия. Это было не из-за самой Веры, а скорее потому, что она была кем-то, кого послала Кайенна. Вера быстро поблагодарила его и протянула Эвансу серебряное блюдо.

‒ Это закуска, приготовленная самой принцессой.

Резеф в замешательстве нахмурил брови, услышав объяснение Веры.

‒ ...Моя сестра? Сама?

‒ Да.

Что это значит?

При этих неожиданных словах Зенон широко раскрыл глаза. Это было подозрительно. Он слышал, что она пошла на кухню, но что бы она приготовила закуски? Это было почти невероятно.

‒ Принеси его сюда.

Зенон поставил блюдо на стол. Едва он приподнял крышку, как почувствовал тонкий аромат яблочного пирога.

Горничная, которая пришла сюда вслед за Верой, принесла также печенье, булочки, джем и сливочный крем. Чайник был еще теплым.

Резеф ощутил неведомое тепло.

‒ Этот яблочный пирог был ручной работы Ее Высочества.

Резеф с сомнением посмотрел на яблочный пирог. Во-первых, все выглядело нормально. Запах тоже был хорош.

‒ Моя сестра действительно приготовила это?

‒ Да.

Спокойный ответ Веры заставил его уставиться на яблочный пирог, а затем быстро откусить.

Зенон, который собирался проверить яд серебряной иглой, вздрогнул.[1]

‒ Ваше Высочество!

Ему следовало бы знать, какие вещи можно было подсыпать в еду, но принц просто ел ее без всякой осторожности!

Более того, конкурентом была принцесса Кайена.

Эванс очень настороженно относился к Кайене, чьи намерения в последнее время оставались неясными.

Но Резефа это не волновало. Он был просто удивлен, обнаружив, что еда оказалась более вкусной, чем он думал.

Аппетита у него не было с самого утра, но умеренно свежий и не слишком сладкий вкус возбуждал аппетит.

‒ Что это за аромат? Не яблоко. Мне это даже нравится.

Несмотря на то, что это был яблочный пирог, от него исходил особый аромат.

Вера объяснила, стоя рядом с ним.

‒ Ее Высочество добавила корицу.

‒ А, корица.

Он любил корицу, с ее слегка горьковатым вкусом и ароматом. Его нервы, которые были немного напряжены от усталости, смягчились. Забавно, что одна закуска могла заставить его чувствовать себя таким расслабленным.

Вера налила ему теплого медового чая. Затем она опустила в чашку серебряную чайную ложечку, которую приготовила заранее. Никаких изменений.

‒ Неужели у моей сестры был такой талант?

Резеф съел два куска пирога и довольно улыбнулся.

Теперь у него было свободное время, и он хотел выпить чаю с Кайеной.

‒ А что сейчас делает моя сестра?

Вера не сразу смогла ответить. Она осторожно затронула эту тему.

‒ ...На самом деле на кухне произошел несчастный случай.

Резеф, вытиравший руки влажной салфеткой, замер. Он отложил салфетку и уставился на Веру.

‒ Несчастный случай?

‒ Одна из фрейлин случайно опрокинула пирог на руку Ее Высочества и обожгла ее.

От этих слов глаза Резефа похолодели.

[1] Серебро всегда использовалось для обнаружения ядов, таких как мышьяк, поскольку металл тускнеет в присутствии сульфидов. Это определенно не все, но это может помочь обнаружить один из самых распространенных ядов.

‒ Обожгла?

Прежде чем Вера успела сказать что-нибудь еще, вошел доктор и попросил у Резефа аудиенции. Это был тот самый доктор, который лечил раны Кайены.

Он вздрогнул, когда вошел, ибо почувствовал странное настроение в воздухе.

‒ Я пришел доложить о ранениях Ее Высочества.

Холодные голубые глаза Резефа сосредоточились на докторе.

Доктор почувствовал, как по спине у него побежал холодный пот. Взгляд Резефа был таким, каким он смотрел, когда был не в хорошем настроении.

‒ Неохлажденный пирог коснулся ее левой руки, но на самом деле ожог размером с кулак. До тех пор, пока она будет наносить мазь в течение следующих нескольких дней, у нее не будет шрама.

‒ Почему пирог коснулся руки моей сестры?

‒ Это…

Поскольку доктор не мог ответить, Вера открыла рот.

‒ Придворная дама, Лидия Бенземан, уронила тарелку с пирогом. Он коснулся ее руки и упал на землю.

Учитывая, что она причинила вред императорской семье, Кайена имела полное право потребовать смерти Лидии.

Однако это было бы пустой тратой времени, так как семья Бенземан была весьма полезной. Кроме того, семья Бенземан была близка к семье Эванс, поскольку именно она управляла складами Империи.

‒ Но… Ее Высочество простила ее и сказала, что с ней все в порядке.

На лице Зенона появилось недоверчивое выражение, когда Вера сказала, что вспыльчивая Кайена простила свою фрейлину.

Действительно, недавняя принцесса Кайена была слишком странной. Во всяком случае, ему повезло. Зенон стоял позади Резефа, так что он не мог видеть лица принца.

‒ Семья Бенземан все еще имеет много пользы. К счастью, инцидент остался незамеченным.

Но Резеф думал по-другому.

Он ненавидел тех, кто не знал своего места. Это напомнило ему эрцгерцога Генриха.

Резеф встал и холодно сказал: ‒ Я иду во дворец Кайены.

Чтобы попасть во дворец принцессы из дворца принца, нужно было пройти долгий путь по коридору между ними.

Резеф прошел это огромное расстояние на своих длинных ногах, плащ развевался у него за спиной.

Он не бежал, но шел очень быстро.

Его помощники и Вера спешили вслед за ним.

Резеф нашел комнату, где отдыхали фрейлины Кайены, и толкнул дверь собственной рукой.

‒ Ваше высочество! Я сделаю это!

Один из его помощников, успевший догнать его, вздрогнул и попытался отговорить. Резеф не ответил, только открыл комнату, которая была второй по качеству во дворце после комнаты Кайены. Дамы, отдыхавшие там, удивленно вскочили.

‒ Ваше, Ваше Высочество?

Его взгляд был прикован к чрезмерно красочному интерьеру и закускам с чаем на столе, которые, казалось, были им не по карману.

От курильницы исходил дорогой аромат, которым раньше пользовалась Кайена.

Это был элитный аромат, импортируемый в Империю лишь в небольших количествах. Запах был уникальным, поэтому Резеф хорошо его знал.

Простая придворная дама никогда бы не воспользовалась таким ароматом.

Они наслаждались роскошью, которой не могли наслаждаться в качестве фрейлин.

Резеф этого не допустил бы.

Фрейлины поспешно поправили свои наряды и склонили головы.

‒ Мы приветствуем Его Императорское Высочество.

Резеф не велел им поднимать головы. Вместо этого он сел на витрину рядом с ним. Его взгляд скользнул по служанкам.

Вера и его помощники попытались войти в комнату, но их ноги замерли в странной тишине.

‒ Я думаю, что человек может делать глупые суждения, ‒ начал он. ‒ Я думаю, что человек тоже может ошибаться.

Придворные дамы переглянулись, не понимая, о чем он говорит.

‒ Однако я ненавижу тех, кто не знает своего места.

Только тогда придворные дамы бросились на пол.

‒ Мы совершили нечто достойное смерти, Ваше Высочество!

При этих словах Резеф расхохотался.

‒ Да! Вы правы.

Его голубые глаза убийственно сверкнули.

‒ Ты должна быть мертва за свои грехи.

Резеф большими шагами пересек комнату и грубо схватил придворную даму.

Это была Лидия.

‒ Я никогда не слышал, чтобы служанка обожигала члена императорской семьи. А ты как думаешь?

Лидия побледнела.

‒ Ваше Высочество, пожалуйста, простите меня!

От страха она даже заплакала.

‒ Это была ошибка, Ваше Высочество! Принцесса тоже сказала, что все в порядке, и...!

Но ей не следовало этого говорить.

‒ Ааааа!

Резеф крепче сжал руку Лидии, словно собирался сломать ее.

‒ Неужели мне придется отрезать тебе руку, чтобы ты поняла всю серьезность своей ошибки? Сколько я должен отрезать тебе?

Сшиииинг‒

Он вытащил из-за пояса меч.

Придворные дамы коротко вскрикнули. Разве кто-то не должен остановить это? Но никто не вышел вперед.

‒ Ваше Высочество.

Зенон выступил вперед из числа помощников, чтобы отговорить его. Но, увидев выражение лица Резефа, он щелкнул языком и попятился.

В таком состоянии Резефа никто не мог отговорить. В таком случае не было бы ничего удивительного, если бы это стало большим инцидентом.

‒ Резеф.

Затем ясный голос прорвался сквозь зловещий воздух. Кайена явилась лично, услышав шум.

Резеф остановил руку, которая уже собиралась взмахнуть мечом.

‒ Прекрати.

При этих словах Резеф ослабил свою хватку на Лидии, как будто он вообще не собирался причинять ей боль.

Он опустил меч.

Когда Лидия, высвободившись из его рук, опустилась на пол, все перестали дышать. Наступила тихая тишина.

«...Что только что произошло?»

Кайена только что успокоила разъяренного Резефа одним лишь словом!

Кайена прошла мимо беспомощных помощников и вошла в комнату. Меч был направлен в землю, но у Резефа все еще был безумный вид.

Лидия, казалось, основательно нажала на спусковой крючок Резефа.

«Знай свое место.»

Так император Эстебан воспитал Резефа.

Казалось, что Резеф, который был неуравновешен, не совсем понимал, почему он так зол.

Кайена подошла к Резефу, который все еще держал меч так, словно хотел что-то разрезать.

Люди считали эту картину убийственной. Но это не то, что видела Кайена.

Он нервничал.

Кайена узнала о ситуации, которую пережил Резеф в романе. Поэтому, хотя Резефа считали непростительным злодеем, она могла понять, почему он стал таким.

Если бы он не был неизменно признан принцем, его можно было бы немедленно отстранить.

Так сказал ему сам император.

Вместо того чтобы наслаждаться своим положением принца, он был лишен многих вещей.

Во-первых, он был лишен семьи.

‒ У тебя нет семьи. У тебя есть индивидуальность и независимость только тогда, когда ты принц.

Резеф был основательно брошен в самом великолепном и прекрасном месте Империи.

‒ Помни, что я всегда могу выбросить багаж. Если ты не докажешь свою ценность, твое существование будет стерто с лица земли.

Для него завоевание трона было простым делом выживания.

У него не было семьи, и все люди вокруг него принадлежали императору. Они игнорировали Резефа, незаконнорожденного ребенка.

Поэтому первое, что он сделал, это убрал их.

Вот что случилось, когда ему было всего восемь. Это была часть его прошлого, которую Кайена не знала.

Но он все еще был ее младшим братом.

Кайена стояла перед ним, чувствуя некоторую ответственность. Она взяла меч из рук Резефа и протянула его Зенону, стоявшему рядом.

Зенон растерянно посмотрел на нее и взял меч.

Фрейлины дрожали, и она слышала, как Лидия задыхается от рыданий.

Это был жалкий поступок.

Кайена посмотрела на Резефа нормальными глазами, как будто ничего не изменилось.

Ему нужен был кто-то, кто вел бы его.

Она строго отчитала его.

‒ А что, если ты навредишь себе, разозлившись? Ты будешь часто охотиться, когда начнется светский сезон.

‒ ……

Резеф постепенно начал приходить в себя.

Придворные дамы и адъютанты, не подозревая об этой перемене, просто мрачно смотрели на Кайену.

Неужели ее Императорское Высочество сошла с ума?

Они сглотнули, чувствуя, как во рту пересохло.

Они боялись, что может сделать рассерженный Резеф.

Кайена повернулась к слугам, ошеломленно стоявшим вокруг.

Хладнокровно, она спросила:

‒ Почему вы просто стоите там и смотрите?

Хотя она не повысила голоса, но они услышали силу за ее словами и преклонили колени.

‒ Приносим свои извинения, Ваше Высочество!

Они и раньше видели, как она сердится и устраивает истерики, но сейчас она впервые критиковала их так холодно.

Они опустились на колени и попросили прощения. Им казалось, что они должны это сделать. Даже Резеф стоял с ошеломленным видом.

‒ Очистите территорию.

Только тогда слуги начали прибирать и наводить порядок в комнатах. Кайена прищелкнула языком от слабой дисциплины.

‒ Вера.

Кайена многозначительно посмотрела на Веру, словно приказывая ей увести остальных фрейлин.

Вера сразу все поняла и быстро вошла в комнату, чтобы проводить дам.

‒ Если бы я знала, что ты сделаешь это, я бы немедленно уволила Лидию, ‒ сказала Кайена. Она закатала рукав и ослабила повязку на левой руке, обнажив красную рану. ‒ Никто не захочет войти во дворец, если мы сурово накажем их за то, что не оставит даже шрама.

Резеф осторожно взял бледную руку Кайены и посмотрел на ярко-красный ожог.

Все было не так плохо, как он думал, но он все еще злился. Как смеет эта женщина оспаривать власть императорской семьи?

‒ Ранить тело императорской семьи ‒ это lèse-majesté, сестра. (Lèse-majesté - это «оскорбление достоинства правящего государя» или государства.)

Он был уверен, что, если Кайена захочет, он выследит Лидию и перережет ей горло.

Но Кайена лишь бросила на него суровый взгляд.

‒ Это был всего лишь несчастный случай.

‒ И все же. Должно быть, это очень больно.

При этих словах Кайена пренебрежительно рассмеялась.

‒ Если бы не было больно, то не осталось бы и следа. Но мне просто нужно нанести мазь на несколько дней.

В ответ Резеф уговаривал:

‒ Почему бы тебе не отправить ее в прачечную?

Посылать защищенную дворянку в прачечную было очень суровым наказанием. Это был сущий ад, даже для простолюдинов.

Кайена нахмурилась.

‒ Я ценю твою заботу, но ты ведешь себя ужасно.

Резеф медленно моргнул в ответ на ее замечание, затем улыбнулся, как будто сдался.

‒ Я тебя напугал?

‒ Нет, ни капельки.

Резеф рассмеялся над ее кокетливым ответом. Кайена покачала головой.

‒ Теперь ты успокоился?

‒ ...Да.

‒ Давай вместе выпьем теплого чая.

Кайена взяла его за руку и легонько потянула за собой. Это было как смутное воспоминание детства, когда они вместе исследовали дворец.

Резеф ответил на прикосновение мягко, словно перышко. Ему потребовалось всего мгновение, чтобы она подхватила его. Пусть у него были няньки, придворные дамы и помощницы, которые заботились о нем, но в Кайене все было по-другому. Начнем с того, что она была первой, кто так его ругал. Ощущение, что его ругают, было довольно странным.

‒ Пожалуйста, отдай это мне.

Резеф взял марлю из рук Кайены и осторожно обернул ее вокруг ее руки.

Не было ничего необычного в том, чтобы получить травму во время тренировки. Таким образом, Резеф научился перевязывать раны.

Кайена смотрела, как он осторожно перевязывает марлей ее ожог. Она заметила, что он успокоился.

Когда он бушевал, люди вокруг него всегда волновались и наказывали его жертву за то, что она его расстроила.

Никто не пытался наставить Резефа на путь истинный.

Вот почему Резеф был нетерпелив и легко злился. Потому что он всегда поступал так, как ему нравилось, не получая ни наказания, ни сопротивления.

После получения признания от императора его поведение только ухудшилось. Кайене было нетрудно подумать о том, каким одиноким он, должно быть, был.

Она подняла свободную руку и начала гладить Резефа по голове.

‒ ……

Руки Резефа на мгновение дрогнули, затем он продолжил обматывать марлю.

Странно, но он чувствовал себя так, словно его похвалили. Он заключал торговые сделки с другими королевствами для семьи Хилл и брал богатства могущественных дворян в государственную казну. Всего этого от него ждали, и хвалить его было не за что.

Поэтому он не мог поверить, что его хвалят за то, что он просто наложил повязку.

Резефу показалось смешным, что Кайенна пытается вести себя как сестра. Но… ему это нравилось.

‒ Ты очень занят? Я думаю, что было бы неплохо пойти в сад и выпить чаю.

Он мягко улыбнулся, и сердце его внезапно сжалось.

‒ Я все сделаю, как ты говоришь, Кайена.

Резеф снял плащ и накинул его на плечи Кайены. На ней было только тонкое платье.

Кайена завернулась в плащ и тихо вздохнула.

Если бы она пришла чуть позже, Лидии действительно отрезали бы руку. В жестокости Резефа не было пощады.

Она обратилась к Энни, служанке, которая прислуживала ей.

‒ Приготовь чай и закуски на столе в саду за домом.

‒ Да, Ваше Высочество.

Резеф почувствовал легкость на душе, словно совсем забыл, что Лидия его расстроила.

Он с нежностью проводил Кайену, положив руку ей на поясницу.

Стражники и помощники отступили назад и расступились, оставив путь открытым. Они выглядели сбитыми с толку, как будто думали, что все, что произошло, было всего лишь сном.

Это было вполне естественно. Это был первый раз, когда они стали свидетелями воздействия, оказанного словами и действиями Кайены на Резефа.

Зенон Эванс, в частности, имел мрачное лицо из-за этого открытия.

Несмотря на то, что Резеф был грубым ублюдком, его все же было легче контролировать, чем Генриха.

Скорее, Зенон был рад, что Резеф был таким неуправляемым, поскольку это поднимало его положение помощника.

Но Кайена вдруг оказала на Резефа странное влияние.

«Мне придется приглядывать за ней.»

Зенон внимательно следил за принцессой.

Несмотря на все взгляды, устремленные на нее, Кайена спокойно удалилась вместе с Резефом, все еще исполнявшим роль ее эскорта.

«Во всяком случае, слухи о сегодняшнем инциденте будут распространяться. Это будет выгодно во многих отношениях.»

Кайена была принцессой, у которой не было реальной власти.

В дополнение к тому, что у нее был плохой характер, она была кем-то, кого можно было легко отрезать от Императорской семьи. Было очевидно, что она не наслаждалась бы роскошью, которой обладала, если бы не ее выдающаяся красота.

Однако та же Кайена успокоила гнев Резефа, словно стала дрессировщицей зверей.

Было ясно, какую рябь вызовет этот инцидент.

«Даже император оставляет в покое Резефа, напоминающего дикого коня.»

Но был ли Резеф здесь единственным диким конем? Кайена была почти такой же. В этом аспекте они действительно были братом и сестрой.

«Я рада, что, по крайней мере, пришла в себя», - подумала Кайена.

Императорский дворец был рассадником власти, и позже он стал оружием для Резефа.

В своей первой жизни Резеф убил бесчисленное множество невинных людей, включая Оливию, с помощью этой силы. Кроме того, он сам стал причиной своей гибели.

Теперь Кайена могла предотвратить эту трагедию.

На самом деле, в первой жизни Кайена никогда не думала, что империи придет такой конец, поскольку она была убита Джиллианом до того, как Резеф был убит Рафаэлем.

Она не испытывала особой привязанности к своей семье.

Хотя ей было жаль Резефа, они не были близки, как родные брат и сестра. В конце концов, он использовал ее и бросил.

«И все же...»

Она чувствовала некоторую ответственность, потому что он все еще был ее младшим братом.

«Пока я не выберусь отсюда, я решила вести себя как настоящая принцесса.»

Разве одной из ее обязанностей не будет забота о непокорном младшем брате?

Сидя за столом в саду, Кайена наконец смогла рассмотреть лицо Резефа в деталях.

- Ты выглядишь так, словно за последние несколько дней немного похудел.

Костлявая фигура Резефа казалась чуть более заметной.

По его глазам было ясно, что он пропустил обед, потому что в последнее время был занят работой.

Поэтому она приготовила яблочный пирог с большим количеством корицы, специй, которые он любил. Если бы она не читала роман, то не знала бы, что у него есть такие предпочтения.

‒ У меня не было аппетита.

Сказав это, Резеф вспомнил яблочный пирог в своем кабинете.

Он вызвал помощника.

‒ Принеси сюда яблочный пирог, который испекла моя старшая сестра.

‒ Как прикажете.

Кайена сделала глоток только что принесенного чая и спросила:

‒ Пирог пришелся тебе по вкусу?

‒ Именно так.

У Резефа была нежная улыбка, расслабленная и приятно освежающая, как весенний ветерок.

У него было красивое лицо, и когда он так улыбался, он был прекрасен, как картина.

Вскоре на стол поставили тарелку с яблочным пирогом, который испекла Кайена.

‒ Не пропускай слишком много еды, даже если у тебя нет аппетита. Это особенно важно, поскольку ты тоже тренируешься с мечом.

‒ Да, сестра.

Резеф ответил точно так же, но внутри он чувствовал себя странно. Странно, но она, казалось, хорошо его знала.

Она была из тех, кто мало интересуется другими. Для нее было необычно знать, что у Резефа скоро будет много охотничьих мероприятий из-за предстоящего сезона и что он постоянно тренируется со своим мечом.

Но теперь она, казалось, хорошо его знала. Она даже испекла пирог, который идеально подходил его вкусу.

Впервые в жизни ему показалось, что на этой планете есть место, где он может просто дышать.

«Я не ожидал, что Кайена когда-нибудь заставит меня чувствовать себя так.»

Ее таланты никогда раньше не выделялись.

«Вот каково это - найти драгоценный камень?»

Ее лимонного цвета волосы блестели, как драгоценный камень, а длинные блестящие ресницы были подобны произведению искусства.

Ее безупречная кожа и идеальная костная структура делали ее похожей на куклу.

Но теперь он почувствовал в ней явную живость.

Это было так непохоже на то, что было раньше, как будто Бог вернул куклу по имени Кайена к жизни.

Она всегда была такой красивой?

Резеф вдруг понял, что ждет чего-то от Кайены, которая всегда казалась ему «другой».

Он никогда не испытывал такого удовлетворения, когда получал в свои руки сокровища или когда причинял боль Генриху, которого ненавидел.

‒ Моя сестра действительно очень красивая.

Поэтому он сказал это с непривычной благодарностью.

Кайена поставила чашку и широко раскрыла глаза. Она посмотрела на него. Ее глаза изогнулись в нежной улыбке.

‒ Ты не должен так говорить. В следующий раз я все равно испеку тебе еще один яблочный пирог.

Она отмахнулась от его слов как от шутки. Резеф расхохотался.

«Моя кукла.»

Нет, называть ее куклой было уже неуместно.

Резеф нашел новое слово, которое очень ей подходило.

«Мой покой.»

Мой нежный и прекрасный покой.

Столичные придворные придумали для Кайены новое прозвище.

«Дрессировщица зверей.»

Хотя неуважительное прозвище не было произнесено в открытую, оно все еще распространялось за закрытыми дверями. Вот как шокировало то, как она смогла успокоить Резефа.

Кроме того, новость о том, что она простила свою фрейлину после того, как та обожгла ее, распространилась как лесной пожар.

Император Эстебан тоже услышал эти слухи в мгновение ока.

Он с любопытством посмотрел на дочь, которая принесла ему закуску, приготовленную своими руками.

— Как идут приготовления к празднованию твоего совершеннолетия?

— Все идет гладко благодаря вашей помощи, – спокойно ответила Кайена.

Но как все могло пройти гладко?

Кайена была отравлена и обожжена в мгновение ока. Неприятности были бесконечными, до такой степени, что казалось, будто она была проклята невезением.

Однако во дворце царил мир, несмотря на постоянные инциденты. Это было доказательством того, что Кайена хорошо справляется со своими обязанностями.

Император улыбнулся, глядя на Кайену. Когда-то он думал, что она жалкая, но, похоже, его кровь текла верно.

— Ты станешь взрослой только один раз в жизни, так что ты должна быть особенно осторожна.

Слуги, стоявшие в очереди позади них, вежливо протянули Кайене то, что было у них в руках.

— Немного поздновато, но я хочу тебе помочь.

Предметы предназначались для ее банкетного бюджета.

Бюджет банкета был скудным, потому что первоначальная Кайена потратила большую его часть на свой гардероб.

Император знал это и подарил ей дополнительные драгоценности.

Кайена быстро поднялась со своего места и поклонилась отцу.

— Я не забуду вашей доброты, Ваше Величество.

— Этот праздник важен для тебя.

По его словам, празднование совершеннолетия было очень важным.

Это было потому, что Кайена Хилл, единственная принцесса Империи, устраивала полноценный банкет, чтобы найти жениха.

— Как твоя рана?

Это был вопрос, который он, обычно, никогда бы не спросил. Император подумал, что он, должно быть, постарел, так как обычно был более строг.

— Мне нужно только старательно наносить мазь.

— Императорская семья не будет обеспокоена, даже если мы избавимся от семьи Бенземан.

Кайена спокойно улыбнулась и положила принесенный пудинг в маленькую хрустальную чашу.

Если бы Кайена всерьез попыталась наказать семью Бенземанов, ей бы сделали выговор за чрезмерную реакцию.

— Это не слишком сладко, так что, пожалуйста, попробуйте.

Пудинг, который приготовила Кайена, также вполне соответствовал его вкусу.

Был ли кто-нибудь, кто так радовал его в последнее время?

Императору показалось, что он понял, почему хулиган Резеф был так послушен со своей сестрой в эти дни.

— Может быть, сейчас тебе кажется, что твои фрейлины ниже тебя, но очень важно иметь подчинённых, – посоветовал он.

— Как ваш камергер, Люден?

Люден, стоявший рядом с ними, мягко улыбнулся и склонил голову.

— Вы мне льстите, – нахально сказал он.

Император рассмеялся.

— Люден – самый влиятельный вассал в моей жизни.

— Я прислушаюсь к вашим словам, Ваше Величество. Я тоже думала, что мне нужны новые фрейлины, но не знала, как это сделать.

Император хорошо знал, что все придворные дамы во дворце Кайены находятся под контролем Резефа.

Он не придавал этому особого значения, но сейчас ситуация немного изменилась.

Это был первый раз, когда Кайена сказала, что хочет привлечь кого-то самостоятельно.

«Но даже если ты приведешь нового человека, она попадет в руки Резефа.»

Император положил серебряную ложку на тарелку.

«Ты не можешь избавиться от всех без должной причины.»

В этом аристократическом обществе предлог и оправдание имели большое значение.

Никто не доверял бы Императорской семье, если бы они пользовались своей властью без причины.

С этим вопросом Кайена должна была справиться сама.

Хотя Император был снисходителен к своей дочери, он не любил ее.

Кайена прекрасно это понимала. И все это было лишь основой для того, что ей предстояло сделать в будущем.

«В любом случае ей придется заменить всех своих фрейлин.»

Была разница между тем, чтобы сказать ему, что она хочет это сделать, и тем, чтобы сделать это на самом деле.

Это покажет ему, как она ведет себя в критический момент.

Кайена улыбнулась, как будто ничего не знала. Это была та часть ее мудрости, которую она должна была показать. Сейчас было не самое подходящее время для того, чтобы раскрывать свою глубокую проницательность.

Вместо этого она рассказала о том, как готовила пудинг.

Для других было не важно знать это о ней. Ей пришлось притвориться, что ее интересует что-то другое, отвлечь внимание от перемены в поведении. Она притворялась девушкой, которую интересовало только то, чтобы выйти замуж и завести семью.

Пожилые слуги императора радостно наблюдали, как Кайена исполняет свой долг дочери.

Все они были старыми, поэтому им было неловко от того, как мало его дети навещали его, даже если император был холодным отцом.

Кайена воспользовалась этой старомодной идеей.

Люден намекнул императору: — Будет очень тихо, когда Ее Высочество выйдет замуж и покинет дворец, Ваше Величество.

Кайена перевела взгляд на Людена. Он слегка улыбнулся и подмигнул.

«Похоже, он собирается мне помочь.»

Она усмехнулась про себя.

Император кивнул в ответ на слова Людена.

— Совершенно верно. Как только ты станешь взрослой, то скоро выйдешь замуж.

Кайена притворилась, что ничего не замечает.

— Мне нужно спешить? К тому же, мне нравится быть рядом с тобой и выходить замуж тогда, когда придёт время.

Ее брак, который приведет нового принца в Императорскую семью, скорее всего, будет использован для дальнейшего политического союза.

Люден улыбнулся Кайене, которая дала правильный ответ.

— Тебе будет нелегко получить помощь в подготовке к свадьбе, потому что у тебя нет сестер.

— Хммм...

Император понял, что у него нет никого, кто мог бы помочь Кайене организовать ее брак.

Изначально у Кайены была няня, чтобы заботиться о таких проблемах.

Этой женщиной была Баронесса Кларенс Эливан, но Резеф давным-давно изгнал ее, заявив, что она обманула императорскую семью.

После этого няня Резефа начала ухаживать за Кайеной, но Кайена вскоре перестала с ней видеться, потому что она ей не нравилась.

«Все придворные дамы во дворце сейчас – одинокие молодые женщины.»

Обычно знатные женщины узнавали о супружеской жизни от компаньонки, няни или крестной.

Но не было никого, кто мог бы сыграть такую роль для Кайены.

— Теперь, когда я думаю об этом, во дворце принцессы не так уж много служащих.

— Этого достаточно.

Император Эстебан прищелкнул языком, решив, что был слишком невнимателен.

— Разве тебе не следует взять компаньонку перед церемонией совершеннолетия?

В своей первой жизни Кайена проводила церемонию без сопровождения.

Резеф рекомендовал свою няню в качестве компаньонки, но она отказалась.

Замужние женщины во дворце отказались заботиться о дикой Кайене.

Затем Люден сказал:

— Баронесса Кларенс Эливан позаботится о свадебных приготовлениях Ее Высочества, как о собственном ребенке.

Эти слова заставили остальных слуг замереть.

Даже рука Кайены на мгновение замерла, когда она убирала тарелки с пудингом.

«Я никогда не думала, что он сразу упомянет мадам Эливан.»

Мадам Эливан, молочная сестра покойной императрицы и старая няня Кайены, была идеальной компаньонкой. (молочная сестра – дочь кормилицы по отношению к вскармливаемым ею чужим детям.)

Кайена вспомнила свое детство, когда она полагалась на мадам Эливан вместо своей матери, которая умерла в раннем возрасте.

— ... Я скучаю по мадам Эливан.

Когда она сказала это, слуги в комнате посмотрели на императора.

Император согласился с Резефом в его решении изгнать Баронессу Эливан. Это было из-за того, что он не хотел держать Мадам Эливан во дворце, так как она напоминала ему императрицу, которая предала его.

«Течение времени мимолетно.»

Эстебан, лежа на смертном одре, несколько раз оглядывался на свою жизнь.

В процессе он умудрялся прощать вещи, которые, как он думал, никогда не простит, и горевал о вещах, о которых не знал, что будет сожалеть.

Его хладнокровная натура стала гораздо терпимее.

Люден читал мысли императора и говорил такие озорные вещи, чтобы помочь Кайене.

«В молодости ты была очень похожа на императрицу, но теперь я вижу в тебе что-то похожее на меня.»

Красота Кайены была в основном унаследована от императрицы.

Однако ее надменные, ледяные голубые глаза напоминали Императора Эстебана.

Император не собирался менять всех придворных дам в императорском дворце для Кайены.

И все же он мог хотя бы пригласить ее няню во дворец.

— Отменить изгнание Баронессы Кларенс Эливан.

Кайена быстро выразила свою благодарность.

— Благодарю вас, Ваше Величество.

Император махнул рукой и сказал:

— Теперь мне нужно отдохнуть.

Кайена помогла ему лечь в постель и вышла из спальни. Люден лично проводил Кайену.

— Спасибо, Люден.

— Ваше Величество сейчас в хорошем настроении благодаря Вашему Высочеству. Так как же я могу вам не помочь?

Люден непринужденно улыбнулся.

«Если я хочу нацелиться на императора, то, похоже, мне нужно завоевать расположение Людена.»

Кайена подозвала придворную даму, которая ждала ее с корзинкой.

— Я приготовила много пудинга, так что каждый может попробовать его.

Камергер быстро принял корзину.

— Благодарю за внимание, Ваше Высочество.

Кайена усмехнулась.

— Нет, спасибо тебе.

Не все могли быть благосклонны к императору. Умелый, хитрый Люден сразу увидел потенциал Кайены.

Когда двери в гостиную открылись, Кайена приподняла подол платья и пошла дальше.

Затем она внезапно остановилась. Это было потому, что глаза встретились с Рафаэлем, который сидел в кресле в коридоре.

«...С моей стороны было немного жестоко отказываться встречаться с ним пять раз подряд.»

Однако она не думала, что Рафаэль найдет ее в таком состоянии.

Он сам пришел к Кайене, которая когда-то присосалась к нему.

Рафаэль, нашедший Кайену, поднялся со своего места и поприветствовал ее совершенно официально.

— Рафаэль Кедри приветствует Ее Высочество.

Кайена снова притворилась, что ничего не замечает.

— Рада вас видеть, Лорд Кедри. Вы здесь, чтобы увидеть Его Величество?

— Нет.

Рафаэль не стал спрашивать о ее делах, сразу перейдя к следующим словам.

— Я пришел повидаться с тобой.

«Способ, которым он вызывает недоразумения, все тот же.»

Его грубая манера говорить позволяла другим людям легко неверно истолковывать его намерения. И, как и ожидалось, все придворные дамы, стоявшие позади Кайены, ахнули. Они обменялись взглядами, гадая, не является ли это признаком романтического интереса.

Но Кайена, получившая его пояснение, вовсе не ошиблась.

— Похоже, вам понравился чай, который я подала в прошлый раз.

— Чай был определенно восхитительным, – ответил Рафаэль.

— ...Я не спрашивала вашего мнения.

— Я подумал, что должен сделать вам подарок в благодарность.

Когда Рафаэль кивнул, слуга протянул Вере коробку, завернутую в ткань. Она открыла коробку. Внутри находились три серебряных цилиндрических контейнера. Изящно сделанные контейнеры были прекрасны. На ручке крышки был рубин, вырезанный в круг.

«... Разве эти чайные листья нельзя купить только на аукционе?»

Кайена сразу узнала упаковку. Это было так хорошо известно.

Этот сорт черного чая считался труднодоступным даже за деньги, потому что объем производства был невелик.

Это казалось слишком большим подарком, но это не было плохим предлогом для их воссоединения.

— Уберите все это, – приказала Кайена, обращаясь к слугам, чтобы те убрали чайные листья, а также драгоценности, подаренные ей императором. Несколько ее фрейлин и слуг ушли выполнять ее приказания.

— Похоже, то, что я сказала вам в прошлый раз, было весьма информативно, учитывая, что вы даже приготовили ответный подарок.

Она только посоветовала ему встретиться с Оливией, но Рафаэль еще не встречался с ней. И, технически, это не решит его проблем, как она утверждала.

— Я еще не встречался с Леди Оливией Грейс.

— Вот как? – Кайена выглянула в окно. – Сегодня хороший день. Почему бы нам не прогуляться?

Этим она приглашала его выйти на улицу и поговорить.

Рафаэль кивнул.

— Как пожелаете.

Как только они договорились пройтись, Вера сказала:

— Тогда я приготовлю зонтик, Ваше Высочество.

— Все в порядке. Иногда полезно немного позагорать.

Рафаэль подошел к Кайене и предложил ей руку.

Как и прежде, Кайена держала его за руку очень свободно.

«Потому что он ненавидит прикасаться к людям.»

Она не заметила странного взгляда Рафаэля, потому что сосредоточилась только на этой части.

— Пойдемте в сад за домом.

В одном углу заднего сада была тропинка, украшенная, как тихая проселочная дорога.

Именно это место предложила ему Кайена. в начале дорожки Кайена оставила своих фрейлин.

— Вы все должны подождать здесь.

— Да, Ваше Высочество.

Даже Рафаэль велел своим слугам не следовать за ним.

Они вдвоем пошли по уединенной тропинке. Как только последовавшие за ними взгляды исчезли, Кайена убрала руку.

Рафаэль помолчал, потом опустил руку.

— Удивительно, что Сэр Кедри не пытается избежать встречи со мной наедине.

На этих словах взгляд Рафаэля скользнул вниз, к профилю Кайены.

Не задумываясь, он перевел взгляд на ее золотистые волосы, которые нежно касались ее щеки.

— Есть ли какая-то причина, по которой я должен избегать вас?

Кайена повернула голову и встретилась с ним взглядом. Ее взгляд, казалось, спрашивал, почему он задал такой очевидный вопрос.

— А что, если я буду раздражать вас, держась рядом, как когда-то?

Он знал, что она изменилась, но не знал, что она будет так горько описывать свое прошлое. Как будто она говорила о ком-то совершенно другом. Конечно, дело было не в том, что он неосторожно относился к Кайене.

Однако Кайена не перестала говорить только об этом.

— Не думаю, что вы сразу мне поверите, но, несмотря на это, я хочу извиниться перед вами.

Она остановилась.

Между ними было расстояние примерно в два шага. Он был на достаточно приличном расстоянии.

— Надеюсь, вы простите меня за все мое неуважение.

Может ли человек так быстро изменить свое отношение?

Обычно – нет. Поэтому Рафаэль не беззаботно принял искренние извинения Кайены. Он бы нисколько не удивился, если бы она вдруг обернулась и назвала его по прозвищу.

Однако акт извинения был осмысленным, независимо от того, был ли он искренним.

«Это политический жест.»

Поскольку Кайена была из императорской семьи, ей позволяли некоторые вольности, когда она кого-то любила. Это было правдой, даже если объектом ее привязанности был молодой хозяин герцогства Кедри.

Если ее интерес к Рафаэлю остынет, она будет вести себя так, будто никогда им не интересовалась. Однако Кайена отказалась это сделать и извинилась, говоря открыто. Это означало, что у нее была причина избегать того, чтобы он затаил на нее обиду.

«И что же это за причина?»

Он подумал, что это может быть продолжением ее последней попытки решить его проблемы.

— Я говорю искренне, так что, пожалуйста, примите мои извинения.

Рафаэль начал обороняться.

Кайена, казалось, ожидала этого, поскольку на этот раз поставила на кон свою честь.

— Клянусь честью, что больше так не сделаю.

В этот момент Рафаэлю стало очень любопытно. Что именно она хотела выторговать для себя, чтобы сделать все это?

Он понял, что должен принять это извинение, чтобы узнать, чего хочет от него Кайена.

— Это вода под мостом. Теперь вам не о чем беспокоиться.

Рафаэль подумал, что это политический ход, но извинения Кайены были, на самом деле, наполовину искренними.

Такое извинение и прощение немного облегчили чувство вины, оставшееся в сердце Кайены. Это была остаточная вина из ее жизни до перерождения, хотя Рафаэль не мог вспомнить её.

— Благодарю вас.

Поэтому она смогла улыбнуться, почувствовав облегчение. Ветер слегка трепал ее распущенные золотистые волосы.

Приятно было видеть эту улыбку. Для Рафаэля было немного странно думать о таких вещах.

Как эта улыбка заставила его так себя чувствовать?

Он слегка наклонил голову. Он не понимал ни этой ситуации, ни этого настроения, ни своих чувств.

— Тогда, я уверена, вы заметили, что у меня были другие намерения. Сейчас я вам их расскажу.

Его прежнее чувство длилось недолго. Это произошло потому, что Кайена снова сосредоточилась на бизнесе. Улыбка на губах Кайены исчезла, когда она снова стала серьезной.

Рафаэль странным образом почувствовал сожаление.

— Я попросила вас встретиться с Леди Грейс. Она сама гениальность, но для этого есть и политические причины.

Когда они направились обратно в сад, она объяснила почему.

— Я собираюсь вскоре выбрать Леди Оливию в качестве одной из моих фрейлин.

Хотя Резеф уже просил ее прийти в качестве придворной дамы Кайены, этого было недостаточно, чтобы это произошло.

— Если так, то не могли бы мы приблизительно предсказать реакцию Герцогини Кедри?

— Она откажется от поддержки семьи Грейс и будет вести себя так, будто брачных переговоров никогда не было.

— Вот именно. Но что имеет значение, так это то, что это не только Леди Оливия.

— Вы хотите сказать, что две другие дамы, которые вели переговоры с моей матерью, также будут выбраны в качестве ваших придворных дам?

Кайена покачала головой.

— Нет. Вместо этого будут другие причины для того, чтобы не иметь возможности выбирать их семьи.

Причины, по которым он не сможет выбрать их семьи?

Рафаэль сказал первое, что пришло ему в голову:

— Вы собираетесь поддержать принца или Эрцгерцога Генриха в качестве следующего императора?

— Если бы я могла сделать такую вещь, это был бы отличный метод. Но это немного трудно сделать за такое короткое время.

Кайена прочитала оригинальный роман и получила довольно много информации.

Например, семейная коррупция или скандал.

— Поскольку дворяне не работают, они часто теряют чувство реальности. Они думают, что деньги растут на деревьях.

— Вы говорите, что они передают облигации и закладываются другой семьей. Если это так, то глава семьи будет заменен.

Это было редкое событие, но все равно довольно скучное.

— Трудно сказать наверняка, если не заглянуть в бухгалтерскую книгу, – сказала Кайена. – Узы семьи Эйвон скоро исчезнут, и их существование окажется под угрозой. Ваше герцогство потенциально может погасить долг. Но что, если в этом деле замешан Эрцгерцог Генрих?

— Эрцгерцог Генрих...?

Несравненно хитрый старый лис активно использовал чужие долги для роста своей власти. Он довел семью до банкротства и поставил ее под свой контроль. Таким образом, он быстро становился сильнее.

— Тогда последним оставшимся вариантом будет семья Брукин. Но я уверена, что брачные переговоры с ними тоже закончатся.

— Почему вы в это верите?

— У Риты Брукин наследственное безумие. Эта новость пока остается в ее семье, но я уверена, что скоро она станет достоянием благородного общества.

В аристократическом обществе это был смертельный удар по перспективам брака, ведь нужно родить наследника, который унаследует семью.

— Так вот, это сделало бесполезными все семьи, которых выбрала Герцогиня Кедри. Поздравляю вас с разрывом помолвки, Сэр Кедри.

Среди этих инцидентов единственным, на что непосредственно повлияла Кайена, была ее попытка завоевать Оливию Грейс.

«Потому что эти двое должны быть вместе. В других семьях должны быть недостатки.»

И благодаря этому Кайена смогла использовать эту информацию для собственной безопасности.

— Судя по вашим словам, какое-то время мне не велят жениться.

— Совершенно верно.

— Тогда к чему же вы стремитесь, Ваше Высочество?

Кайена ответила без колебаний:

— К вашему доверию.

Рафаэль замолчал при этих неожиданных словах.

Его доверие? Зачем ей это нужно?

— Теперь вы можете поверить, что я надежная интриганша?

Чтобы убедить оппонента, нужно было сделать выгодное предложение, будь то эмоциональное или материальное.

Теперь Кайена должна была убедить Рафаэля, предложив ему эмоциональную выгоду.

— Вы говорите, что вам нужно мое доверие. Что бы ни случилось дальше, это то, что нужно Вашему Высочеству?

— Как и ожидалось, вы умны.

Он не был так ошарашен, как в прошлый раз, потому что уже получил нелепый комплимент.

— И эти слова, без сомнения, являются проверкой того, может ли Ваше Величество доверять мне.

— Уверяю вас, я не причиню вам вреда, Сэр Кедри. Если вы понесете какой-либо ущерб из-за моей просьбы, я возмещу вам его.

Слово принцессы служило отличной гарантией, но Рафаэль не понимал конечной цели Кайены.

Если это должно было помешать Резефу стать императором, ее метод не имел смысла. Это было также неэффективно. Гораздо лучше было не привлекать семейство Кедри, имевшее плохие отношения с императорской семьей, а заручиться помощью других влиятельных семей.

Но Кайена выбрала его.

Так, может быть, это никак не связано с наследованием трона? Почему принцесса зашла так далеко?

Когда Рафаэль посмотрел на легкую улыбку Кайены, ему показалось, что она не скажет ему.

— О, но я действительно имела это в виду, когда сказала, что вы хорошо поладите с Оливией Грейс.

Еще одна странность заключалась в том, что Кайена, казалось, поощряла его общение с Оливией. Она тоже говорила вполне искренне.

— Судя по тому, что вы говорите, мои брачные переговоры скоро будут отменены. Разве это не значит, что мне не придется ни с кем встречаться?

То, что он сказал, было правдой.

Если бы Кайена не знала, что они с Оливией связаны, она бы сказала ему делать все, что он захочет.

— Я не хочу навязываться вам. Но если ваша мать попытается вас принудить, я рекомендую встретиться с Мисс Оливией Грейс.

— Я думал, Ваше Высочество ненавидит Леди Оливию Грейс, – сказал Рафаэль.

Кайена кротко призналась в этом. Потому что это было правдой.

— Ну, так оно и было. Но я просто почувствовала, что все это бесполезно.

Она не сказала этого, но Рафаэль мог догадаться, что ее слова также относились к ее старой привязанности к Рафаэлю.

«Она говорит правду?»

Неужели она говорит, что действительно положила конец своей долгой одержимости им и вычеркнула его из своего сердца?

Рафаэлю было трудно в это поверить, поскольку у него были давние и давние воспоминания о страданиях из-за нее.

Но она поклялась, что не будет так обходиться с ним в будущем.

Это была клятва, принесенная без нотариуса. И все же Рафаэль впервые увидел, как Кайена клянется чем-то.

— Сейчас было бы лучше вернуться. Нехорошо быть вместе в таком месте слишком долго.

— Да, Ваше Высочество.

Кайена глубоко вздохнула и обернулась.

Честно говоря, идти по немощеной грунтовой дорожке из-за ее туфель было тяжело.

Дорога была плохо ухожена, и маршрут был более трудным для перемещения из-за сорняков. Кайена специально выбрала тропу по этим причинам, так как это означало, что по ней никто не пойдет.

Однако высокие каблуки и громоздкие платья совсем не подходили для этого места.

— Ах!

Когда Кайена споткнулась о камень, Рафаэль поддержал ее за талию, чтобы помочь. Так уж получилось, что она оказалась в его объятиях.

— Будьте осторожны, Ваше Высочество.

Кайена отстранилась от него, словно обожглась. Бровь Рафаэля поползла вверх от такого чрезмерно чувствительного отношения.

«Черт.»

Кайена старалась избегать контактов как можно больше, потому что знала, что Рафаэль ненавидит прикасаться к людям.

«Даже если и нет, я только начала восстанавливать свой имидж. Я не могу допустить, чтобы он снова пострадал.»

Позже Кайене понадобится полноправная помощь Рафаэля, чтобы создать фальшивого мужа.

«Потому что я планирую заключить брак в западном герцогстве.»

Кайена подумывала создать там вымышленного человека. Он будет богатым, молодым, красивым мужчиной, который станет ее мужем.

— Дорога немного неровная. Извините.

Кайена произнесла это как оправдание и посмотрела на Рафаэля, но выражение его лица было немного странным.

«...Он доволен, что помог мне с этой мелочью?»

На самом деле Рафаэль был созерцателен по противоположной причине. Он знал, что земля неровная и что Кайена ходит на каблуках.

«Но почему она не принимает мое предложение сопровождать ее?»

Даже сейчас она снова схватилась за подол своего платья и не попросила его сопровождать её.

Никто не знал, что он ненавидит общение с людьми. Это было состояние, о котором не знали ни его мать, ни Джереми, наблюдавший за ним наиболее пристально. Он хорошо знал, что в повседневной жизни ему приходится подавлять свое недовольство. Это было его нормой. Он мог быть терпеливым, даже если чувствовал отвращение и западню, когда сопровождал других всего на мгновение.

Рафаэль с готовностью протянул руку.

— Я буду сопровождать вас, Ваше Высочество.

Это был здравый смысл и обычное поведение. Вот что он подумал. Нт в какой-то части его сознания мелькнула эта мысль:

«Неужели я делаю это только потому, что от меня этого ждут?»

Ему не пришлось заставлять себя сопровождать Кайену раньше. Однако Кайена не собиралась обижать его еще больше, поэтому отказалась.

— В этом нет необходимости.

Рафаэль был убежден ее поступком. Принцесса почувствовала к нему отвращение.

«Разве я ей не нравился?»

Это было не только в его воображении.

Трудно было бы найти в Эльдаиме человека, который не знал бы, что Кайена любит Рафаэля.

Как может такой ум измениться в одно мгновение?

Думать об этом было странно. Казалось, что Кайена, которую он встретил после долгого времени перед спальней императора, была такой же только снаружи.

«Она все это время притворялась?»

Если это было так, то это было страшно. Сравнивая ее прошлое и настоящее, они не были одним и тем же человеком. Ее манера говорить и действовать была многозначительной, как у опытного политика. Это было похоже на человека, который жил несколько раз.

«... Это нелепо.»

Рафаэль подумал, что делает излишнее предположение.

Кайена снова шагнула вперед, не заметив едва заметной перемены в выражении лица Рафаэля.

«Я должна сказать им, чтобы они избавились от моих высоких каблуков и сменили их на туфли на низком каблуке.»

Она нахмурилась, глядя на свои неудобные туфли.

В своей прежней жизни она не чувствовала дискомфорта на высоких каблуках, потому что гуляла только по красивым ландшафтным садам. А все туфли Кайены были на высоких каблуках.

Рафаэль заметил, что Кайена смотрит в землю, слегка нахмурив брови. Вместо того чтобы сопровождать ее, он шел медленно, подстраиваясь под ее шаг. Поскольку они были сосредоточены только на том, чтобы идти без разговоров, им потребовалось всего мгновение, чтобы добраться до входа.

Фрейлины Кайены и слуги Рафаэля быстро подошли к ним. Увидев своих хозяев, они обменялись недоуменными взглядами. Это было из-за того, что атмосфера почему-то казалась странной.

«Почему они вернулись с неловкостью?»

Разве принцессу не сопровождали, когда они вышли на тропу?

Но теперь они были на некотором расстоянии друг от друга.

«А слухи правдивы?»

О том, что Кайена пять раз отказала Рафаэлю в просьбе встретиться с ним, ходили тайные слухи не только в императорском дворце, но и в светском обществе.

Они также привели это как одно из доказательств того, что Кайена больше не заботилась о Рафаэле.

Несмотря на то, что эти двое провели сегодня время, будут ходить слухи, что Кайена шла далеко от него.

Они шли к замку, все еще держась на умеренном расстоянии.

Вдруг Кайена сказала:

— Я хотела бы предложить вам чашку чая, так как мы закончили прогулку, но мне придется отпустить вас, так как вы, должно быть, заняты, Сэр Кедри.

Первоначально такого рода встречи требовали подачи чая и охлажденных напитков и даже совместного ужина. Тем более Кайена получила в подарок чайные листья, и сказать гостю, чтобы он возвращался, не попробовав их вместе, было действием, которое можно было истолковать негативно.

Но Кайена сказала ему уйти лишь потому, что она думает о Рафаэле.

Это было потому, что она знала, что Рафаэль не был человеком, который любил проводить время так, как он не делал в прошлом, когда ему было неудобно с ней.

«Не знаю, то ли она заботлива, то ли неловка.»

Рафаэль планировал встретиться с Кайеной только сегодня, поэтому в его расписании ничего не было. Когда он думал об обычной Кайене, он предполагал, что она будет держать его за обедом, а также во время послеобеденного чая. Но вдруг, после короткой прогулки, она велела ему идти.

— ... Я в порядке, Ваше Высочество.

Даже если ему придется уйти, потому что он действительно занят, он должен ответить «да» на любезность, предложенную принцессой.

Но сказала ли она это из вежливости или действительно считала, что все в порядке?

Кайена

решила, что Рафаэль ведёт себя так просто из вежливости.

— Я

отправлю вам приглашение, когда смогу заварить самый вкусный чай из тех

листьев, что вы подарили мне сегодня, так что не нужно заставлять себя ждать.

Находившиеся

поблизости люди не смогли скрыть своего удивления, услышав слова Кайены. В

частности, больше всего был поражён помощник Рафаэля, Джереми.

До него

доходили слухи, что принцесса полностью изменилась, но он не ожидал, что она

станет такой.

«Неужели

у принцессы всегда был такой такт?»

Она не

обещала ему определенную дату, а только то, что пришлёт ему приглашение до того

как закончится чёрный чай.

Даже

если это и был отказ, её послание содержало соответствующий уровень уважения.

Джереми

не мог поверить, что это произнесла Кайена.

Он

взглянул на Рафаэля. Выражение лица Рафаэля итак было трудно прочитать в

обычные дни, а сегодня оно было ещё более нечитабельным.

«… Я

никогда не видел такого выражения»

Оно

было одновременно суровое и мягкое, совершенно незнакомое лицо. Во всяком случае

Джереми никогда не видел у него такого выражения лица.

«Конечно,

господин кажется тоже заметил странные изменения в Её Высочестве»

— Тогда

в следующий раз я приготовлю вам освежающий напиток в подарок.

Рафаэль

подошел к Кайене, опустился на одно колено и протянул руку.

Кайена

знала, что он хотел поцеловать её руку.

«Должна

ли я сказать, что теперь он не обязан проявлять ко мне подобную любезность?»

Кайена

подумала, что это было бы чересчур для неё.

«Всё

будет не так уж и плохо, потому что я в перчатках»

Она

вздохнула и неохотно протянула руку.

Она

только надеялась на то, что этот поступок не обидит его.

— Это

была большая честь для меня.

Сказал

Рафаэль, сжимая её руку.

До

недавних пор его разум захватывало недовольство, когда ему приходилось

совершать подобные действия. Он думал только о том, как бы не потерять терпение

и поскорее покончить со всем этим.

«Такая

маленькая и хрупкая рука»

Но этот

контакт оказался более терпимым, чем он думал.

Нет,

это было не просто терпимо. Как ни странно, всё было прекрасно.

Может

быть он просто чувствовал себя более комфортно, потому что она не приставала к

нему как обычно?

Внезапно

он осознал, что рука Кайены была такой маленькой в его собственной руке.

«Когда

мы сегодня разговаривали, я не думал, что она такая маленькая»

Возможно,

благодаря своему природному достоинству и грации, она никогда не казалась

слабой или маленькой.

Он

склонил голову и поцеловал руку Кайены. Тонкие, гладкие чёрные

волосы ниспадали вниз.

У

Кайены мелькнула странная мысль, что если она погладит его в этот момент, то он

почувствует себя приятно.

Это

произошло тогда, когда губы Рафаэля оторвались от её руки и он только встал.

—

Значит ты была здесь, сестра.

Услышав

этот знакомый голос, Кайена и Рафаэль повернули свои головы.

К ним

приближался Резеф за которым следовал слуга.

«Но он

должен был быть занят подготовкой к охотничьему сезону»

Это

было время для общения с влиятельными аристократами и их преемниками.

Кайена

думала, что он будет занят, ибо ему нужно было приобрести новое оружие, но оказалось,

что он пришёл повидаться с Рафаэлем.

— Мы

приветствуем Его Императорское Высочество.

Все

склонили головы в его сторону.

Рафаэль

тоже вежливо склонил голову в его сторону.

—

Рафаэль Кедри приветствует Его Высочеств, Принца.

—

Поднимите головы.

Резеф

мило улыбнулся.

Он

поспешил, когда услышал, что Кайена гуляет с Рафаэлем.

— Вы до

сих пор прогуливаетесь с моей сестрой?

Герцогская

семья Кедри была семьей, которую он должен был привлечь на свою сторону.

Слабость

Резефа заключалась в том, что у него не было военной силы, тогда как эрцгерцог

Генрих привлёк на свою сторону несколько семей с солдатами.

Конечно,

даже после их объединения они не могли сравниться с герцогством Кедри.

Так

было потому, что герцогство Кедри являлось элитой среди элиты, военной семьей,

которая долгое время охраняла границу Империи.

«На

моей стороне маркиз Эванс с самой большой сельскохозяйственной зоной»

Несмотря

на слабую военную мощь, Резеф обладал сильной экономической мощью, основанной

на богатых житницах семьи Эванс.

Семья

Эванс полностью поддерживала Резефа и он мог бы решить проблемы снабжения

Кедри.

Если бы

эти двое заключили союз, то они могли бы компенсировать слабости друг друга.

— Я

пришел в поисках своей сестры, поскольку подумывал о том, чтобы попить с ней

послеобеденный чай. Но я не знал, что вы будете с ней.

Проделав

весь этот путь досюда в поисках Рафаэля, Резеф не мог не знать, что тот был

здесь.

— Я как

раз собирался уходить.

— Ах,

вот как? Какая досада.

Кайена

торопливо заговорила, опасаясь, что Резеф велит Рафаэлю остаться на чай.

Рафаэль

тоже почувствовал эту настойчивость. Его взгляд остановился на боковом профиле

Кайены.

—

Счастливого пути, сэр Кедри.

В

отличие от прошлого, сейчас прямо таки казалось, что она пыталась заставить его

уйти поскорее. Рафаэль медленно перевёл взгляд на неё из-за её странного

поведения.

—

Тогда, я ухожу, Ваше Высочество.

Резеф

переводил взгляд с одного на другого.

Почему-то

их отношения выглядели совсем не так как он себе представлял.

Кайена

не заигрывала с Рафаэлем, а Рафаэль...

«Атмосфера

здесь не такая уж плохая»

Было

неясно, что служило причиной, то ли это из-за хорошего поведения его сестры, то

ли из-за того, что Рафаэль сегодня был в исключительном настроении.

В любом

случае, было бы к счастью, если бы их отношения и дальше оставались такими

доброжелательными.

«Моя

сестра постоянно находит оправдания, чтобы связаться с ним»

Хотя

семья Грейс не ответила на его письмо, в котором говорилось, что их дочь была

выбрана в качестве одной из фрейлин Кайены, это было лишь вопросом времени.

«Она

сказала, что ему следует вступить в брак с Оливией Грейс, я верю в это»

Резеф

подошел к Кайене и увел её. Кайена схватила его за руку и без колебаний

прижалась к нему.

Рафаэль

посмотрел на эту сцену странным взглядом, прежде чем развернуться и уйти.

«Что

это был за взгляд сейчас?»

Резеф

слегка нахмурился.

«Хмм…»

Пока

Резеф тихо бормотал, Кайена подняла голову.

— Что

случилось?

Резеф

посмотрел на сестру.

Она

была красивой и заботливой сестрой, которая могла растопить ледяное сердце в

мгновение ока.

Он

надел знакомую маску.

—

Ничего страшного.

В любом

случае, он решил, что ему придется присматривать за Рафаэлем.

— Отец!

Крикнула

Лидия, подбегая к графу Бенземану, который пришёл в Императорский Дворец.

— Что

сказал Его Высочество Резеф? Всё прошло хорошо, верно?

Других

причин для посещения Императорского Дворца у него не было.

Всё это

из-за инцидента, когда Лидия ранила принцессу некоторое время назад.

Даже

если это был всего лишь титул, Кайена все равно была частью императорской

семьи. Кто мог бы подумать, что Лидия обожгёт её вот так…

Граф

Бенземан часто разочаровывался в своей глупой дочери. Но на этот раз она

совершила ужасную ошибку.

— Об

этом позаботился сэр Эванс. Ты не должна вести себя так опрометчиво впредь. Ты

понимаешь?!

Лидия

не выказала ни малейшего признака раскаяния несмотря на его выговор.

— Это

слишком угнетающе, отец. Когда Эвансы порекомендуют меня в качестве кандидата в

невесты принцу?

Граф

прищелкнул языком и взглянул на раскрывающуюся истинную натуру дочери.

«У

семьи Эванс тоже есть завидный жених. Я не могу игнорировать его и пытаться

протолкнуть мою дочь в императорскую семью»

Он

посмотрел на свою дочь, которая не сомневалась, что станет принцессой.

«Этого

будет достаточно, если она станет руками и ногами принца Резефа»

Они не

могли вызвать гнев семьи Эванс будучи слишком жадными.

Тем не

менее, по отношению к ней произошли перемены, поэтому граф Бенземан сказал это,

чтобы его дочь не пострадала.

— Не

будь слишком нетерпеливой. Для начала, у тебя должны быть хорошие отношения с

императорской принцессой.

— Эта

женщина специально заставила меня уронить пирог! Посмотри на мою руку, отец!

Многозначительно

сказала Лидия.

Голова

графа раскалывалась от боли.

— Что

значит “эта женщина”, Лидия?

Она

схватила тарелку с горячим пирогом и слегка обожгла палец. Лидия подозревала,

что все это подстроила Кайена.

— Она

поощряла придворных дам соревноваться, приказывая нам доставить закуску Его

Высочеству! Кто кроме слуг на кухне мог знать, что нам нужно остудить пирог?

Эта

часть её обвинения содержала правду.

— Она

нарочно расхаживала вокруг, обнажая руки, и ждала прямо перед пирогом. Она

сделала это, чтобы заслужить сострадание Его Высочества Принца Резефа.

— Следи

за своими словами! Ты забыла, что это Императорский Дворец?

Лидия

была разочарована своим излишне пассивным отцом.

— Отец,

пожалуйста. Эти наглые твари продолжают игнорировать меня.

В

последнее время Лидии приходилось нелегко.

Другие

служанки и, естественно, Вера, проявляли осторожность, чтобы их не увидели с

Лидией, и Лидия была в ярости.

Граф

попытался урезонить дочь.

— Они

вернутся к нормальной жизни, как только твой отец скажет своё слово. Так что

береги своё сердце и внимательно следи за принцессой.

Лидия

вздохнула, услышав слова отца.

— Здесь

не на что смотреть. Я даже не выхожу из Императорского Дворца и все время

нахожусь только в спальне. Бюджет уходит, а она даже не собирается устраивать

вечеринку.

— Ты

говоришь, что она не собирается устраивать вечеринку даже с таким большим

бюджетом?

Если

подумать, то со времени попытки отравления прошло уже два месяца.

Была ли

у неё какая-то причина так изолировать себя?

Кроме

того, церемония совершеннолетия Кайены состоится, когда розы будут в полном

цвету.

Осталось

чуть больше месяца. Конечно это было странно, что она до сих пор ничего не

предприняла.

— Она

больше ни с кем не встречалась?

Спросил

граф Бенземан.

— Я

несколько раз видела с ней сэра Рафаэля Кедри. Но это были лишь короткие

встречи.

Ответила

Лидия.

— Хмм.

— В

последнее время она больше всего времени проводит с Его Высочеством Резефом. Приятно

иметь возможность чаще видеться с Его Высочеством, но, как ни странно, он уже

не тот кем был раньше. Вы слышали нелепое прозвище «дрессировщик зверей»? Я

была шокирована!

«Что-то

тут не так»

Он

слышал, что принц Резеф в последнее время стал весьма покладистым.

Ему

сказали, что это из-за влияния принцессы Кайены. Он не слишком доверял слухам,

но слушая рассказ дочери, понял, что в них есть доля истины.

Он с

подозрением относился к намерениям и поведению принцессы. Возможно она пыталась

заполучить пост регента, когда принц будет коронован.

«Может

быть и так»

Исторически

очень часто случалось, что мать, сестра или жена наследника – использовали его

власть, словно она была их собственной. Даже у Кайены был выдающийся граф

Хамель по материнской линии.

Принц

Резеф внезапно стал послушным, когда услышал слова Кайены. Что бы это могло

значить?

И

сейчас пока он думал об этом, то ему показалось кое-что странным, когда он

разговаривал с Зеноном Эвансом об инциденте с Лидией.

У него

было ощущение, что Зенон Эванс внимательно наблюдает за принцессой Кайеной.

Граф

Бенземан не мог избавиться от ощущения заговора.

Он взял

Лидию за плечо и сказал украдкой.

— Принцесса

Кайена подозрительна. Понаблюдай внимательно, не контактирует ли она с

кем-нибудь. Это могут быть подарки или что-нибудь в этом роде!

— Эмм.

Она получает так много подарков несмотря на…

— Разве

не будет прекрасно, если ты прикажешь другим придворным дамам помочь? Твой отец

отчитает их и они последуют за тобой.

Лидия

не очень обрадовалась, получив задание так внезапно. И всё же ей понравилось сообщение

отца о том, что он заставит других придворных дам снова повиноваться ей.

— Я

понимаю.

Кайена

с серьёзным выражением лица смотрела на бухгалтерскую книгу в то время как

солнце светило в окно.

Не то

чтобы в этом была какая-то конкретная проблема.

«У меня

в бюджете осталось слишком много денег»

Резеф

был тем, кто имел право контролировать бюджет. Причина заключалась в том, что

это была роль Кайены – выполнять эту работу вместо императрицы, но она была

некомпетентна.

На этот

раз Резеф привнес беспрецедентные коррективы в бюджет дворца принцессы.

Это был

простой, но верный способ показать, что он заботится о Кайене.

«Если

бы здесь была настоящая я, то я бы веселилась, покупая так много вещей, что

даже этого бюджета было бы мало»

Или,

может быть, она разобрала бы и переделала сад или свою спальню. Она могла

купить море цветов, которые завянут и с которыми будет трудно справиться через

несколько дней или устроила бы вечеринку.

Сейчас

же, когда у неё не было вечеринок или встреч, то ей не нужно было покупать ещё

больше одежды, так что Кайене не на что было тратить деньги.

В

последнее время самой большой статьей её затрат была замена обуви.

—

Подача закусок немного запоздала.

Вера,

которая прислуживала Кайене в одиночестве пока другие служанки отсутствовали, перестала

вышивать.

— Мне пойти

и посмотреть что случилось?

Кайена

улыбнулась и покачала головой.

— В

этом нет необходимости.

Это

факт, выполнение каждого дела требует времени.

В эти

дни все фрейлины, за исключением Веры, покидали спальню Кайены при любой

возможности.

Вера

сказала, что они вроде заняты какими-то поисками.

Из-за

этого они стали более пренебрежительно относиться к своим обязанностям. Кайена

их совсем не ругала, так что им было уже всё равно.

Кроме

того, Кайена не выходила из дома и не принимала гостей, так что фрейлинам нечем

было заняться.

— Время

послеобеденного чаепития почти закончилось, Ваше Высочество.

— Так

оно и есть. Тем не менее всё в порядке, ведь у меня ещё есть масляные печеньки,

которые я испекла [1].

— Вот

только сладкое вредно для вашего организма. Я сама принесу вам закуски.

После

этих слов Вера вышла из спальни.

В

последнее время она не ладила с другими придворными дамами. Всё выглядело так,

как будто над ней издевались.

Но Веру

это не волновало.

—

Сейчас канун перед взрывом.

Вера

была непосредственной свидетельницей перемен, произошедших с Резефом.

Она

воочию увидела как резко изменилось его отношение к Кайене.

Кайена

продолжала осторожно давить на Веру. Вера почувствовала едва уловимое желание

поскорее принять чью-то сторону.

«У меня

такое чувство, что она заменит всех фрейлин»

Но как

Кайена этого добьётся?

Даже Император

не мог избавляться от людей без обоснований. Как может принцесса осуществить

подобное?

В это

время служанка принесла Кайене закуски. Это была Донна.

Что

случилось с фрейлинами? Почему вы приносите закуски Её Высочества?

Донна

ответила.

— Они

сказали, что раз вы здесь, то всё будет хорошо. Они дали мне закуски для Её

Высочества и ушли.

«Что-то

здесь не так»

—

Передай мне их.

Донна

передала Вере серебряный поднос с закусками.

Она

проверила закуски в гостиной, прежде чем войти в спальню.

— …

Лицо

Веры помрачнело.

— Эти

сумасшедшие женщины…!

Ореховое

печенье было перемешано с закусками.

У

Кайены была аллергия на орехи.

Фрейлины

должны были тщательно проверить, есть ли в пище орехи, прежде чем подавать это

Её Высочеству.

Другими

словами, это был серьезный случай халатности.

Щелчок—

Дверь

спальни открылась и из неё вышла Кайена, одетая в лёгкое домашнее платье.

—

Почему ты не возвращаешься?

— Приношу

извинения. С закусками возникла проблема, поэтому я приготовлю их снова, Ваше

Высочество.

— Ах, в

этом нет необходимости.

Кайена

широко улыбнулась.

— Это

очень хорошо приготовленная закуска.

—

…Простите?

Кайена

подошла к столу, на котором стоял поднос. Затем она специально взяла ореховое

печенье.

— Ваше

Высочество, это...

— Это

печенье с орехами.

— …?

—

Пожалуй, я съем его.

Неужели

она собиралась покончить с собой? Вера ничего не понимала.

— Иди и

отдай Резефу закуску, которую я приготовила к послеобеденному чаепитию. Поскольку

ты выполняла мои поручения, то ты и понятия не имела, что орехи были смешаны с

закусками.

— Ваше

высочество.

— Я

буду в одиночестве лежать в комнате и Донна будет шокирована. Она немедленно

вызовет доктора. Конечно, эту новость нужно будет сообщить моему отцу. Донна

поможет. Но тебе не следует знать об этом.

Вера

наконец поняла.

—

Справишься с этим, хорошо?

Вера

поняла, что её выбрали.

Кайена

планировала избавиться от всех придворных дам за один приём, используя эту

уловку. Все, за исключением самой Веры, будут изгнаны.

Вера

тут же опустилась на колени и склонила голову.

— Я

буду покорным слугой Вашего Высочества.

При

этом Кайена весело улыбнулась.

— Я

рада это слышать.

Резеф

проверил меч, лук и свои новые эполеты [2].

—

Шпионы, которых мы отправили на сторону эрцгерцога Генриха, сообщают, что он

купил копьё.

—

Копье?

Почему

эрцгерцог Генрих купил копье?

— Это

будет проблемой, если лошади будут напуганы, когда будут брошены копья. Посмотри,

что он пытается сделать.

— Да,

Ваше Высочество.

Резеф

снял плащ и сел на диван. После чего слуги начали убирать оружие со стола.

— Как

поживает моя сестра?

Зенон

поднял голову, работая за другим столом.

— Она в

своей спальне.

В эти

дни принцесса, как ни странно, не занималась странными делами.

По

словам врача, она должна была полностью оправиться от яда.

«Я не

знаю о чём она думает»

У него

было плохое предчувствие по этому поводу.

— Ваше

Высочество, вас хочет видеть фрейлина принцессы.

—

Впусти её.

Вера

взяла с собой только одну служанку.

— Мы

приветствуем Его Императорское Высочество.

Резеф

улыбнулся, глядя на серебряный поднос в её руке.

Тык

было потому, что он понял, что это были закуски, приготовленные и отправленные

его сестрой.

— Её Высочество

приготовила это для вашего послеобеденного чаепития.

—

Принеси всё сюда.

Сейчас,

подобные события больше не казались чем-то странным.

Зенон

встал, взял поднос и дал попробовать закуски слуге.

Убедившись,

что ничего не отравлено, Резеф попробовал масляное печенье.

—

Кстати, кажется ты часто приходишь в последнее время.

— Её Высочество

доверила мне это дело.

— Это

так?

Он

смотрел на неё голубыми глазами, словно просверливая её, чтобы заглянуть внутрь.

Вера невольно

посмотрела ему в глаза и ей стало страшно.

— Чем

занимается моя сестра?

— Только

что у нее болела голова, потому что бюджет дворца принцессы был слишком велик.

При

этих словах Резеф рассмеялся.

— Если

она хочет тратить деньги, пусть тратит столько, сколько захочет.

Он

собирался пойти поговорить с сестрой, используя это как предлог, когда

произошло это.

В этот

момент в гостиную торопливо вошел слуга.

— Ваше

Высочество, случилось что-то серьезное!

— В чём

дело?

— Внезапно

Её Высочество упала в обморок, а в её дворец вызвали доктора!

— Что?

Моя сестра упала в обморок?!

Резеф

побежал во дворец принцессы.

[1] Масляное печенье (англ. butter cookies) – датское печенье,

представляет собой пресное печенье, состоящее из масла, муки и сахара. Его часто

называют «хрустящим печеньем» из-за их текстуры, отчасти вызванной содержанием

масла и сахара.

[2] Эполеты – наплечные знаки различия

военных чинов и воинского звания на военной форме. Эполеты были распространены

в армиях и флотах европейских государств в XVIII—XIX веках, особенно в период

наполеоновских войн, но к середине XX века практически вышли из обращения.

— Это

симптом аллергии, вызванный употреблением орехов.

Доктор

подумал, что в последние дни довольно часто его посещают плохие новости.

Все

началось со дня отравления Кайены. Если он не не спас бы её, то ему отрубили бы

голову.

К счастью,

это не был смертельный яд и она не приняла смертельную дозу, поэтому после

приёма лекарств она поправилась.

Затем

внезапно её обожгла придворная дама.

Принцесса,

которая как он думал набросится на него с бешеной яростью, вела себя довольно мирно,

в то время как Резеф был в ярости.

Но

теперь, съев ореховое печенье, она упала в обморок, будучи находясь в комнате без

единой придворной дамы.

Аллергия

была серьезной и даже могла привести к смерти.

«Печенье

с орехами. Куда смотрели придворные дамы, упустив это из виду?»

Доктор

вздохнул, глядя на тарелку рядом с собой.

«Всё не

должно быть настолько плохо, чтобы она вот так упала в обморок.… И сыпи тоже

нет…Это из-за её недавней слабости?»

Кроме

того, что принцесса Кайена была без сознания, она была вполне здорова и не

проявляла никаких других признаков анафилактической реакции.

Но говорить,

что это было странно было бы неуместно в этой мрачной атмосфере.

Доктор

проверил, нет ли на печенье следов от укусов.

Возможно

она отломила кусочек прежде чем съесть его, так как следов зубов не было. Но

недостающий кусочек был очень мал.

Что ж,

он был просто рад, что ничего особенного не произошло.

Он не

придал особого значения этому инциденту.

— Она

съела совсем немного, так что скоро ей станет лучше.

Доктор

взял в руки медицинское оборудование, глядя в странно спокойные глаза Резефа, рядом

с которым на полу лежали ниц все придворные дамы Кайены.

Резеф

сидел на диване рядом с кроватью, не выражая ни одной эмоции. Это была

напряженная, взрывоопасная ситуация.

— Оставьте

нас.

С

разрешения Резефа доктор немедленно вышел со своей медицинской сумкой.

В

спальне воцарилась леденящая кровь тишина.

— Ты.

Он

указал на Веру.

—

Встань и разъясни ситуацию.

Вера

осторожно поднялась со своего места и сообщила ему.

— Пока

я доставляла закуски Вашему Высочеству, ореховое печенье было подмешано к

закускам для Её Высочества. Пожалуйста, убейте виновника.

— Так

значит угощение принцессы не проверили должным образом…

По

правде говоря, это была самая основная из задач придворных дам.

В

последнее время их дисциплина ухудшилась. Фрейлины перестали быть осторожными

во всём и не обращали должного внимания к своей работе.

Вот

почему они не знали, что Донна, служанка, которая следовала за ними, подала

ореховое печенье вместе с закусками.

— Всё в

порядке. Допустим, ореховое печенье было подмешано случайно. Но почему моя

сестра была в спальне в одиночестве?

Никто

не ответил на сдержанный вопрос Резефа.

Как они

могли сказать, что все они отправились расследовать поведение принцессы?

—

Почему вы все молчите?

— …Приносим

свои извинения, Ваше Высочество.

Резеф

швырнул стеклянную вазу, стоявшую неподалёку.

Грохот—

— Кяаа!

Он

раздраженно откинул волосы назад и повторил.

— Я

спрошу ещё раз. Почему моя сестра была одна в спальне? Если бы её никто не обнаружил

вовремя, то последствия могли бы оказаться фатальными.

При

этих словах все закрыли свои рты.

— Нечто

подобное случалось и раньше в императорском доме. Случай, когда аллергия на

орехи была использована для убийства члена императорской семьи.

Резеф

сердитым тоном сказал фрейлинам.

— И этим

человеком была Императрица!

Придворные

дамы пришли в ужас от этих слов.

Такими

темпами их семьи могут быть стерты с лица земли за государственную измену.

Они отчаянно

взывали к Резефу, чтобы остаться в живых.

—

Пожалуйста, помилуйте, Ваше Высочество! Мы никогда не хотели, чтобы всё так

обернулось!

Лидия

указала на Донну.

—

Должно быть это дело рук служанки. Она пытается подставить нас!

В этот

момент Донна тут же опустилась на колени.

— Я

только взяла поднос и принесла его сюда. Кухонные слуги могут поручиться за мою

невиновность.

Донна

подняла голову с таким лицом будто с ней поступили неправильно.

— Я

своими глазами видела как эти печенья достали из коробки, присланной

эрцгерцогом Генрихом!

—

Эрцгерцогом Генрихом?

— Не

может быть!

Закричали

придворные дамы.

Затем

кто-то указал на Лидию со слезами на глазах.

— Лидия

Бенземан сказала, что поведение Её Высочества было подозрительным. Она

попросила нас помочь ей в расследовании! Она запугала нас, сказав, что, если мы

не послушаемся, то она не оставит нас в покое, Ваше Высочество!

Лицо

Лидии было совершенно бледным от предательства её соратницы-фрейлины.

Она не

могла взять на себя такую вину.

В любом

случае, она была Бенземан, так что её голос будет важнее, чем их.

Она

сразу же начала кричать.

— Меня

подставили! Ваше Высочество, не слушайте этих глупостей. Это уловка, чтобы

подорвать власть Вашего Высочества. Среди них должен быть шпион!

Резеф

пришел в ярость, когда увидел, что фрейлины обвиняют друг друга без всякого

уважения.

Это

было жалко и отвратительно.

— Ясно,

что среди вас есть шпион, поскольку вы ни разу не сказали мне правды.

Резеф

поднялся с дивана и направился к фрейлинам.

Он

схватил и потянул за собой одну из дрожащих дам.

— Ахх!

— Это

ты? Ты шпион Генриха?

— Ваше

высочество! Этот ребенок никак не может быть шпионом!

— Тогда

кто? Ты?

— Кьяя!

Резеф

грубо схватился за украшение для волос придворной дамы.

—

Видится мне, что вы все насмехаетесь надо мной!

—

Пожалуйста, пощадите нас!

— Мы

сожалеем о наших действиях, Ваше Высочество!

Это

случилось, когда Резеф взял из камина железную кочергу и попытался замахнуться

на них.

— Его

Величество Император!

Сквозь

хаотичную атмосферу они услышали голос привратника.

Вскоре

дверь спальни широко распахнулась и в комнату вошел бледнолицый Император,

поддерживаемый Великим Камергером Люденом.

— Мы

приветствуем Его Величество Императора!

Резеф

положил железную кочергу в руку и опустился на одно колено.

—

Приветствую Ваше Величество.

Император

перевел взгляд на Кайену, лежащую в постели, на распростертых на полу

придворных дам, на Резефа.

Затем

он произнес одно слово.

—

Жалкий.

— …

Император

не дал Резефу, стоявшему на коленях, разрешения встать.

Он позвал

Людена, который помогал ему передвигаться.

—

Люден.

—

Слушаю вас, Ваше Величество.

—

Выпороть всех этих фрейлин, выгнать их из императорского дворца и издать

приказ, запрещающий им возвращаться в столицу.

Фрейлины

заплакали.

Это

случилось тогда, когда их вытаскивали рыцари.

—

Освободите эту даму.

Сказал

Император, указывая на Веру.

Вера

тут же склонила голову.

—

Спасибо, Ваше Величество.

— Я

слышал, что вы поступили мудро. Дайте этой даме награду.

— Повинуюсь.

Наконец,

Император посмотрел на Резефа, который всё ещё стоял на коленях.

— Неужели

ты думаешь, что я ничего не знаю о твоих действиях только потому, что не

реагирую?

Он

знал, что Резеф был виновником, отравившим Кайену.

Он

проигнорировал это только потому, что Кайена использовала эту кризисную

ситуацию как возможность проявления хорошего поведения.

Резеф

стиснул зубы.

— Заприте

принца Резефа в его дворце пока он не раскается в содеянном.

Резеф

медленно опустил голову.

— ...Повинуюсь.

— Я

выберу фрейлину для принцессы. Знай это и немедленно покинь это место.

Резеф

снова поклонился и покинул спальню.

Все

сглотнули от его нелояльности.

Император

беззаботно сказал Вере.

— Я

пришлю ещё служанок, а пока постарайся управлять дворцом принцессы

самостоятельно. Если нужно, я дам тебе соответствующее звание.

— Это

будет честью для моей семьи, Ваше Величество.

Император

кивнул и, взяв с собой своих слуг, вышел из спальни.

В

спальне остались только Кайена и Вера.

Вера

встала и произнесла.

— Все ушли, Ваше Высочество.

Кайена,

со всё ещё с закрытыми глазами, усмехнулась.

С тех

пор как Кайена вернулась, во дворце принцессы царила тишина, словно зверь

выжидал своего часа.

Те, кто

не совсем понимал значение этого молчания, говорили, что всё было спокойно.

Вера

была другой. Она приспособилась к тишине и чутко использовала глаза и уши.

Она

ждала, когда во дворце разразится буря.

И в тот

момент, когда ей представилась такая возможность, она не упустила её.

Кайена,

которая казалось потеряла сознание после того как съела ореховое печенье, встала

с кровати, как будто это было нормально.

Энни и

Донна охраняли дверь. Окна были закрыты занавесками и свечи освещали комнату.

— Вера.

Кайена

обратилась к Вере.

Вера

быстро подошла к кровати, опустилась на колени и взяла Кайену за руку.

— Я

знаю, что твоя семья поддерживает Резефа, даже ценой своего существования.

Вера не

удивилась, услышав слова Кайены о том, что та уже знала, что она является

человеком Резефа.

Она

почему-то верила, что если бы это была новая Кайена, то она, конечно, знала бы.

— Я

намерена сделать Резефа императором.

— …

Вера

сглотнула, в её рту пересохло.

Могут

ли слова быть более пугающими, чем эти? Однако Кайена произнесла

это так спокойно, как будто размышляла о том, чем бы перекусить во время послеобеденного

чаепития.

— Это

значит, что если ты последуешь за мной, то не предашь ни свою семью, ни Резефа.

—

...Ваше высочество.

— Резеф

не хитрый ребёнок. Даже если ты будешь бегать перед ним голышом, он не даст

тебе титула.

Это

было больно слышать.

Она так

далеко зашла, преследуя надежду получения титула.

Она

всегда волновалась. Реалистическая мысль о том, что всё это может быть

напрасно, терзала её разум.

Всякий

раз, когда это случалось, она отворачивалась, обвиняя своё собственное слабое

сердце.

— Получение

звания и получение титула – это совершенно разные вещи.

Получить

титул было не так-то просто. Это не закончится тем, что кто-то просто скажет: “А

сейчас я назначаю вас бароном.”

Нужно

пройти через сложный юридический процесс.

Однако

Вера отчаянно нуждалась в титуле, достаточном, чтобы справиться с этой трудной задачей.

— Я

знаю, что твоя семья пыталась выдать тебя замуж за твоего кузена, и что ты

стала моей придворной дамой, как будто пыталась сбежать.

—

Как...!

Вера с

удивлением посмотрела на Кайену.

— Я

знаю, что этот бесстыдник хочет сделать тебя хозяйкой дома, а твоих младших

сестёр наложницами.

На её лице

не было и следа дискомфорта.

То, как

она спокойно рассказала о прошлом Веры, было жутким. Вере захотелось прикусить

язык.

— Ты

собиралась получить титул и забрать с собой своих младших сестёр, верно?

Кайена

погладила Веру по голове как будто она всё знала.

Эта

компетентная и искренняя придворная дама также оказалась слишком ответственной.

Она

восстала против своих недалеких родителей и, чтобы защитить себя и своих сестёр,

вошла в этот бессердечный дворец.

Ей было

всего 25 лет. Она была ещё слишком юна для такой ноши.

Кайена

тоже была в трудном положении в своей второй жизни.

Она

вспомнила как изо всех сил пыталась заботиться о своей больной матери. Хотя в

то время она была «женщиной», она была слишком молода, чтобы заниматься всем в

одиночку.

Итак,

Кайена с радостью объявила себя защитницей Веры.

— Тебе

больше не о чем беспокоиться.

Вера

закрыла глаза.

По её

щекам потекли слезы и её сердце наполнило чувство облегчения.

—

...Мои сестры ещё так юны.

—

Понимаю.

— Мой

отец видит в своих дочерях только собственность.

Это

была распространенная мысль среди большинства аристократов.

Вера

произнесла с залитым слезами лицом.

— Ни я,

ни мои младшие сёстры – не инструменты для поддержания дома.

Она

была убеждена, что будь это Кайена, то она поймет её лучше, чем кто-либо

другой.

Потому

что внутри императорской семьи Император и принц Резеф также изолировали Кайену

и манипулировали ею как хотели.

Кайена

улыбнулась. Это была настолько болезненная улыбка, что Вера подумала, что возможно

Кайена была более жалкой, чем она сама.

Она, по

крайней мере, могла заполучить свободу получив титул.

Но что

насчёт Кайены?

Вера

взяла себя в руки и, когда её слезы высохли, спросила.

— Ваше

Высочество, что вы собираетесь делать теперь?

Её голос

был решительным и нетерпеливым.

Кайена

сказала, что она уже разработала следующий план.

— Есть

ли у меня платья, которые выглядят потрёпанными?

Придворные

смотрели вниз с перил.

Там

стояла на коленях Кайена в скромном платье, похожем на пижаму или одежду для

игр.

— Ваше

высочество, вам не следует делать это здесь...

Именно

это и сделала принцесса, которая, по слухам, упала в обморок из-за

аллергической реакции, как только открыла глаза.

Придворные

и рыцари были смущены. Принцесса стояла на коленях посреди замка, так как же

они могли пройти перед ней?

Они

оказались в ловушке. Это была ситуация с захватом всех присутствующих в

заложники.

Кайена

продолжала стоять на коленях с печальным лицом. Она была похожа на слабую

принцессу, потерявшуюся без младшего брата.

Рядом с

ней её поддерживала Вера, единственная оставшаяся придворная дама.

— Ваше

Высочество, это действительно может навлечь на вас большие неприятности…!

Когда

они увидели, что принцесса ни за что не отступит, придворные в смущении

отступили.

Разумеется,

больше всего этой новости обрадовались аристократы, поддерживавшие Резефа.

Зенон

проводил экстренное совещание из-за бессрочного заключения Резефа.

Именно

во время этой встречи один аристократ поделился этой хорошей новостью.

— Это

странно. Почему принцесса так внезапно оказала нам помощь?

Кайена

и раньше помогала им, но это было результатом собственных манипуляций Резефа.

Это

было впервые, когда это были собственные действия Кайены, направленные на

помощь им.

Только

глаза Зенона ярко сияли, когда все радовались неожиданной удаче.

«Это

действие действительно для поддержки принца Резефа?»

Если бы

это была Кайена в прошлом, то Зенон мог бы рассчитывать на её искренность без

особого беспокойства.

Но

теперь всё было иначе.

В этом

случае все её фрейлины были изгнаны, а влияние Резефа сильно уменьшилось.

Вдобавок,

Резеф попал под гнев Императора и был приговорен к испытательному сроку.

Кайена ничего

не потеряла в этом инциденте.

Скорее,

она могла заполнить свой дворец придворными дамами, которых сама выбирала.

Это был

самый разумный ответ на вопрос почему Кайена устроила эту ситуацию.

«Она вообще

по-настоящему ела печенье?»

Даже

такие мысли вертелись в голове Зенона.

«Нет,

это бессмысленный ход мыслей. Всё уже случилось»

В любом

случае, поскольку теперь она подаёт прошение от имени Резефа, то это может быть

возможностью.

— Как

отреагировал Его Величество?

— Говорят,

что Император не хочет ничего предпринимать.

Они

серьёзно задавались вопросом, придётся ли им ждать пока утихнет гнев

Императора.

Зенон

выступил вперед и произнёс следующие слова.

— Если

мы не решим эту проблему сегодня, то преимущество получит сторона эрцгерцога

Генриха.

— Совершенно

верно. У нас нет времени, чтобы тратить его впустую, так что все приготовьтесь

действовать!

— Ваше

Величество, что вы будете делать?

Этот

вопрос был задан относительно Кайены, которая всё ещё стояла на коленях снаружи

в прошении.

— Как

долго она этим занимается?

— Уже

как три часа.

Кайена,

в своём тонком и поношенном платье, уже три часа стояла на коленях.

—

Доктор сказал, что если она не прекратит, то может навредить себе.

Затем в

спальню вошел слуга и сказал.

— Ваше

Величество, некоторые аристократы просят аудиенции.

Затем, он

начал перечислять имена влиятельных аристократов, в том числе Зенона Эванса.

— Я

вижу, что они хватаются за любую возможность.

Это

явно была возможность, созданная Кайеной. Император кивнул и сказал.

—

Впустите их.

Как

только дверь открылась, в комнату ворвались двенадцать аристократов. Все они

откинули плащи и опустились на одно колено.

— Ваше

Величество! Пожалуйста, сжальтесь над Её Высочеством принцессой!

Холодные

голубые глаза Императора взглянули на аристократов.

— Вы

думаете, что вы в том положении, чтобы говорить, что находите принцессу жалкой?

— Все

это недоразумение! Конечно, Его Высочество совершил ошибку, не сумев справиться

с идиотизмом придворных дам, но это уже слишком!

— Так

ты говоришь, что я переусердствовал с наказанием?

Они не

так боялись заходящего солнца как раньше.

В их

глазах этот отец, заключивший в тюрьму своего сына, заслуживал упрека.

— Пожалуйста,

подумайте ещё раз, Ваше Величество!

Они

склонили головы и закричали в унисон. Это была их демонстрация силы.

Даже

император не мог полностью игнорировать слова влиятельных аристократов,

собравшихся здесь.

В это

время вбежал слуга и прошептал старшему служителю.

Служитель

склонил голову, словно сожалея, и произнёс.

— Ваше

Величество, Её Высочество снова упала в обморок. Доктор сейчас осматривает её.

Дворяне

начали плакать от горя.

— Ваше

Величество!

Император

открыл рот, наблюдая за их отвратительными действиями, все они действовали с

одной мыслью в голове.

— Я ещё

не решил как наказать принца.

— Ваше В–!

Прошу прощения?

Дворяне

на мгновение остолбенели.

Император

повернулся к Людену и сказал ему.

— Резефу

назначается испытательный срок на десять дней.

Затем,

обращаясь к дворянам, он произнёс.

— Скоро

эта новость будет оглашена. Вы свободны.

Они

были готовы к долгой битве.

Однако...

Они только обменялись взглядами, сбитые с толку поведением Императора. Он

изменил наказание как будто ждал этого момента.

Затем, они

сразу же опустили головы.

— Да,

Ваше Величество.

Аристократы

покинули покои Императора.

Принцессы

Кайены больше не было на прежнем месте, где она стояла на коленях.

— В

последнее время отношения между Его Величеством и Её Высочеством были хорошими.

Это очень выгодно, не так ли?

Сегодняшняя

заслуга определенно принадлежала Кайене.

Зенон

посмотрел на них так, словно они были жалкими. Они были так рады лёгкой победе.

«Разве

они не помнят кто был виноват в том, что принц Резеф вызвал гнев Императора?»

Только

их семьи были великолепны. Как люди, они были несравненными идиотами.

Было бы

преувеличением сказать, что Кайена упала.

— Я три

часа стояла на коленях и не могла встать.

Когда

они увидели, что она опустилась на пол, люди запаниковали, подумав, что Кайена

упала.

Её тонкая

одежда, а также посиневшие губы и бледное от холода лицо, вызвали

недоразумение.

— Вы хорошо

потрудились, Ваше Высочество.

Сказала

Вера, массируя ноги Кайены.

— Ты

тоже усердно работала ради меня.

— Всё

совсем не так.

Кайена

носила самую простую одежду, которая у неё только была.

Она

стояла на коленях в вышедшем из моды платье с которого были сняты все

украшения.

— А как

бы вы поступили, если бы Его Величество не передумал?

Согреваясь

горячим чаем, Кайена произнесла с улыбкой.

— Мой

отец не смог бы отдать такой приказ, если бы действительно не намеревался держать

Резефа подальше от короны.

— Я ...

я полагаю что это так.

Услышав

это, Вера подумала, что так и должно быть.

Если бы

его посадили на “бессрочный испытательный срок”, то это означало бы, что Резеф

не будет рассматриваться в качестве вероятного наследника.

Учитывая

холодный нрав Императора, ему было бы удобнее отстранить Резефа от битвы за

корону.

— Это

была проверка. Он должно быть наблюдал как я справляюсь с этим.

Неужели

она действительно продумала всё в тот момент?

Вера

закрыла рот. Кайена смогла сохранить хладнокровие не проливая ни крови, ни

слез.

Кровь

императорской семьи несомненно текла не так как у простых людей.

Затем

ей вдруг стало любопытно.

— Если

это так, Ваше Высочество прошли проверку?

Вместо

ответа Кайена ярко улыбнулась.

В это

время раздался стук и в комнату вошла Энни.

— Ваше

Высочество, вас хочет видеть Великий Камергер Люден.

—

Впусти его.

В этот

момент в комнату вошёл старый камергер императора, Люден, держа в руках завёрнутую

в ткань шкатулку.

— Как

вы себя чувствуете, Ваше Высочество?

—

Прекрасно.

Он

протянул коробку перед собой.

Вера

быстро подошла к нему и взяла её.

—

Испытательный срок Его Высочества рассчитан на десять дней.

— Я потрясена

великодушием моего отца.

Вера

открыла коробку и протянула её Кайене. Внутри лежал украшенный драгоценными

камнями ключ.

— Оглашаю

Императорский Приказ.

При

этих словах Кайена опустилась на колени. То же самое было и с Верой, которая

опустилась на одно колено.

— Внемлите,

Кайена Хилл, Первая Принцесса Эльдаима.

Люден

выпрямил спину и передал Императорский Приказ.

— Первый

принц Эльдаима, Резеф Хилл, был признан неспособным управлять фрейлинами,

поэтому во время его испытательного срока его власть над внутренними делами

этого дворца будет временно передана Первой Принцессе, Кайене Хилл.

Сама того

не ведая, Вера крепко сжала коробку в руках.

«Это

временно, но впервые принцесса получила реальную власть!»

Кайена

была невозмутима несмотря на то, что впервые за 19 лет получила реальную

власть.

— Благодарю.

Нет, за

какие 19 лет?

В своей

первой жизни она не могла получить никакой реальной власти, даже когда умирала.

Одним

из её прозвищ было "Бумажная принцесса", так что она могла видеть насколько

глубок был позор.

— Мои

искренние поздравления, Ваше Высочество.

Люден

низко поклонился и поздравил Кайену.

Кайена

поднялась с помощью Веры и взяла ключ из коробки.

Это был

богато украшенный позолоченный ключ. Ключ, которым пользовались поколения

императриц и ключ, который когда-то держала её мать.

— Я всё

ещё слишком юна и мне не хватает знаний во многих областях, поэтому я надеюсь

на ваше покровительство.

— Ваше

Высочество, у вас всё получится.

Люден

ещё раз похвалил её.

—

Пожалуйста поймите, что в нынешней ситуации это всего лишь небольшие, временные

перемены в вашей власти.

— Как я

могла этого не знать?

Люден

ласково улыбнулся и, извинившись, вышел из комнаты.

— Ваше

Высочество.

Вера

посмотрела на Кайену как будто она была ошеломлена.

Кайена

положила ключ обратно в шкатулку и сказала, дразня Веру.

— Это только

начало. Неужели тебя так пугает эта крошечная власть?

— Но…

Испытательный

срок длился всего десять дней.

За это

время люди Резефа могли позаботиться о дворце.

Не было

необходимости менять ответственного человека таким образом. Однако Император

передал власть Кайене.

«Он

официально заявляет, что она обладает способностью управлять»

Как и

сказала Кайена, это было только начало.

—

Кажется, я правильно ответила.

Вера

боялась, что прошение принцессы к Императору могло перейти черту.

Но видя

результаты, она сожалела, что осмелилась усомниться в принцессе.

Её интересовал

следующий ход Кайены, так как первый был исполнен идеально.

— Каков

ваш следующий ход?

Кайена

вздохнула, услышав этот вопрос.

Работы

было навалом.

Если

она не позаботится о них в должном порядке, всё будет испорчено.

«И все

цели очень важны»

— Для

начала, я должна сама выбрать себе фрейлину. Я официально выберу Оливию Грейс

указом Его Величества.

Вера

удивилась, услышав это имя.

— Разве

эта дама уже не завербована Его Высочеством Резефом?

— Семья

Грейс поддерживается герцогством Кедри. Так как же они могли подчиниться

просьбе Резефа и сделать её моей фрейлиной?

Она

даже послала письмо через Энни, чтобы та отказалась.

Всё

ради этого дня.

— Если

она прибудет по просьбе Резефа, то это будет означать, что Кедри прямо или

косвенно поддерживают его как наследника. В связи с этим они будут тянуть время

как можно дольше.

— Но всё

было бы иначе, если бы речь шла об указе Его Величества.

Услышав

слова Веры, Кайена улыбнулась и нежно посмотрела на неё.

— Да,

ты права.

Выбор

новых фрейлин и их появление во дворце были очень важной задачей.

Это

было связано с тем, что нужно было учитывать с какой семьей женщина будет

контактировать и какой властью она будет обладать в будущем.

«Оливия,

главный герой этого мира и самая могущественная карта, она должна стать моим

человеком»

Кроме

того, было бы неплохо предложить ей защиту, поскольку Оливия была беззащитна,

как корабль в открытом море.

Резеф и

Генрих не смогут легко прикоснуться к ней, если она станет придворной дамой

Кайены.

Кайена

отпила ещё немного тёплого чая.

— Чай

очень вкусный.

Хладнокровие

Кайены, казалось, сделало Веру ещё более нетерпеливой.

— Испытательный

срок Его Высочества продлится всего десять дней. Чем ещё вы займетесь в это

время?

Кайена

поставила чашку на столик рядом с собой.

— Я

настрою их друг против друга.

Говоря

это Кайена слегка рассмеялась.

Друг

против друга … Разве это действительно не грязный трюк?

Это был

трюк, который заслуживал того, чтобы его считали мерзким и грязным, но это также

было возможностью за получения крупной прибыли.

— Настроить

их ... друг против друга?

Вера

предположила, что одним из тех, кому Кайена могла бы помешать, был Резеф.

Однако

ей было нелегко определится с тем, кого она от него отлучит.

Когда

она серьёзно задумалась, Кайена преподнесла ей ответ.

— Зенон

Эванс.

Лейтенант

Резефа и одна из ключевых фигур фракции Имперского принца.

Он

станет целью её планов.

Следующий

день был ясным. Кайена остановилась перед комнатой Резефа.

—

Приветствуем Её Высочество, Принцессу!

Рыцари,

в том числе и те, что охраняли дверь, встретили её с образцовой воинской

дисциплиной.

—

Можете встать.

Её голос

был таким нежным, что даже величайшая певица Империи была не чем иным, как

неприятным шумом рядом с ней.

Рыцари

сглотнули, увидев захватывающую дух красоту Кайены.

Сегодня

она велела уложить ей половину волос небесно-голубой лентой, в то время как остальные

волосы мягко ниспадали на плечи.

На ней

было голубое платье со сверкающими украшениями, а сама она обладала сказочно

красивой фигурой.

Для них

Кайена определенно выглядела «красавицей, доводящей до смерти».

— Я

хочу видеть Резефа.

Сказала

Кайена, встретившись взглядом с рыцарем перед ней.

Уловивший

её взгляд рыцарь, замер.

Он был

так рассеян, что даже не заметил как задрожал от напряжения.

— Э, это

запрещено, Ваше Высочество.

— Но я

так волнуюсь за своего младшего брата…

Легкая

нахмуренность на её лбу, полуприкрытые голубые глаза и тихий голос. Все

беспокойно переглянулись.

Они не

могли допустить, чтобы испытательный срок был нарушен, так как это было

приказом Императора. Но они также не могли твердо стоять перед Кайеной.

«Она

просто хочет увидеть своего младшего брата. Неужели мы действительно должны

препятствовать ей…?»

Вот о чём

они думали.

Если бы

Кайена пыталась разыграть или принудить их, то рыцари, возможно, быстро

вспомнили бы о своих обязанностях.

Прекрасно

понимая это, Кайена решила не вести себя подобным образом.

— Это…

Это так…

Они

волочили ноги, потому что не могли сказать «нет», когда раздался другой голос.

— Я

почтительно приветствую Её Высочество.

Лейтенант

Резефа, Зенон Эванс, вежливо приветствовал принцессу.

Кайена

медленно повернулась, чтобы посмотреть на него. С первого взгляда она поняла

выражение его лица: Зенон был настороже.

—

Здравствуйте, сэр Эванс.

— Для

меня большая честь, что вы помните моё имя.

«Это не

случайность, что Кайена получила право выбрать себе новых фрейлин. Тем не

менее, она всё же нагло пришла сюда, во дворец принца»

Зенон

считал Кайену отвратительной.

Его

разум понимал, что Кайена теперь противник, которого он не должен игнорировать.

Но его

сердце не могло принять этого факта.

До

этого момента Кайена была просто глупой женщиной с красивым лицом.

— Я

рада, что вы здесь. Пожалуйста, откройте мне дверь. Я так беспокоилась о

Резефе, что даже не могла спать по ночам.

Зенон

чуть не рассмеялся над её очевидной попыткой манипуляции.

«Я

никогда не позволю принцу и Кайене встретиться»

Зенон

вежливо попросил её понять.

— Прошу

прощения, но я не могу. Пожалуйста, учтите, что я не могу ослушаться приказа

Его Величества.

— Как

сейчас Резеф? Вы ведь это знаете, верно?

— Его

Высочество в порядке. Однако ему может быть прийтись не сладко, если Ваше

Высочество останется здесь намного дольше.

Кайена

с тревогой скрестила руки.

Поскольку

она выглядела такой несчастной, рыцари бросали на Зенона неприязненные взгляды.

Не мог бы он выражаться помягче?

«Никто

в здравом уме не поступил бы так»

Зенон

начал разочаровываться в их жалком поведении.

— Я…

Кайена

взглянула на плотно закрытую дверь с выражением покорности.

Зенон

мысленно прищёлкнул языком.

«С

такой красотой она может вызвать катастрофу. А может даже и что-то большее»

Фактически,

только Зенон в этот момент единственным мужчиной, который не был околдован

Кайеной.

— Я

понимаю. Я только что доставила вам лишние неприятности.

— Н-нет,

вовсе нет, Ваше Высочество!

— Этого

не может быть!

Рыцари

хотели сделать все возможное, чтобы хоть немного улучшить настроение этой

прекрасной особы.

И чем

больше они ощущали подобное, тем больше враждебности испытывали к Зенону.

— Тогда,

Сэр Эванс. Не возражаете, если я попрошу вас сопроводить меня?

—

…Простите?

Зенон

невольно отступил из-за неожиданной просьбы.

Кайена

спокойно произнесла.

— На

обратном пути я хотела бы услышать как поживает Резеф.

— Это…

Увидев

нерешительную реакцию Зенона, рыцари закашлялись и уставились на него.

— Кхм. Настоящий

джентльмен будет сопровождать Её Высочество. Вы согласны, мистер Эванс?

В

настоящее время Кайену сопровождали одна придворная дама и две служанки,

которых было недостаточно, чтобы соответствовать прогулке принцессы.

Если

Зенон, ближайший помощник Резефа, будет сопровождать её, то это прекрасно дополнит

их образ.

—

...Это большая честь. Ваше Высочество.

Зенон

уступил социальным нормам.

Вокруг

было слишком много глаз и если он сейчас отступит, то наверняка разочарует

принцессу и её поклонников.

Зенон

подавил вздох и подошел к ней.

Кайена

взяла его за локоть.

Дворец

принцессы находился по другую сторону императорской резиденции. Замок был

больше в длину, чем в ширину, поэтому, чтобы добраться до него, нужно было

немного пройти пешком [1].

— Зная

его характер, этот ребенок должно быть ругает своих людей. С вами всё в

порядке?

Зенон

вспомнил спальню принца.

Придется

ли ему менять комнату десять раз за десять дней?

Его

голова пульсировала от боли.

— Ваши

невзгоды, должно быть, велики.

— Вовсе

нет, Ваше Высочество.

Кайена

успокаивала его.

Зенону

показалось, что она смеётся над ним.

— Если

бы я была немного осторожнее, то не отправила бы фрейлин в таком виде.

Выражение

её лица отражало искреннее раскаяние.

Зенон

говорил про себя, что его не одурачить, но даже он не понимал, серьёзна ли

Кайена.

Вот насколько

её чувства ослабили его сердце.

«Тск.

Если бы она вела себя получше, то действительно была бы миленькой»

В этот

момент Кайена повернула голову и встретилась с ним взглядом, как будто заметила,

что Зенон принижает её в своём взгляде.

Зенон непроизвольно

сглотнул, встретив нечитаемый взгляд Кайены.

— Разве

вам не нужно быстро выбрать новых придворных дам? Церемония вашего совершеннолетия

очень близка.

Произнёс

он, избегая её взгляда.

«Это вы

избавились от всех людей Резефа. Так кого вы собираетесь поставить на их место?»

В самом

деле ему было любопытно, что скажет принцесса Кайена.

— Даже

не обращая внимания на вопрос с придворными дамами, в наши дни это так хлопотно.

Но сэр Эванс, кажется я слышала, что у вас есть младшая сестра?

Эванс

удивленно поднял брови при этих неожиданных словах.

— …Да.

Её зовут Джулия Эванс и её возраст примерно соответствует возрасту Вашего

Высочества.

— А

какая она? Было бы лучше, если бы моя фрейлина происходила из семьи людей,

которым можно доверять.

«Людей,

которым можно доверять?»

Зенон

был озадачен.

Неужели

она избавилась от людей Резефа только ради того, чтобы привести кого-нибудь из

семьи Эванс?

«Неплохо.

На самом деле это отличная возможность»

Семья

Эванс надеялась, что Резеф и Джулия свяжут себя узами.

Поскольку

это была возможность произвести на свет следующую императрицу, они не могли не

быть жадными.

Однако

до сих пор им редко удавалось встретиться.

Если

его младшая сестра станет фрейлиной Кайены, у неё будет много возможностей

встретиться с Резефом во время работы.

«О чём

вы только думаете, Принцесса?»

Неужели

она и в самом деле всего лишь легкомысленная, глупая женщина?

Дворец

принцессы приближался в то время как Зенон яростно обдумывал мысли в своей

голове. Он слегка прикусил нижнюю губу.

«Мне

нужно ещё немного времени»

В этот

момент Кайена заговорила.

— О, и

кстати. Я приготовила закуску, чтобы отдать её Резефу. Вы не составите мне

компанию за чаем?

Это

было откровенное предложение позволить ему проникнуть в её разум.

Зенон

попытался что-то прочесть в её невинной улыбке, но не смог.

—

Погода хорошая, а в саду за домом расцветают цветы, так что было бы неплохо

попить там чаю.

«…Хорошо.

Я узнаю, о чём именно вы думаете»

Он

думал, что сможет разгадать истинные намерения Кайены.

— Я

буду следовать вашей воле, Ваше Высочество.

Кайена

ярко улыбнулась.

Высокомерный

человек, который слишком самоуверен в своих силах и верит в свою мудрость,

неизбежно падёт из-за собственных уловок.

[1] «Замок» включает в себя все дворцы

и сады. Типичное различие между замком и дворцом состоит в том, что замок

укреплен или предназначен для защиты. Дворцы являются независимыми зданиями в

замке. Дворцы предназначены для пышных приемов и торжеств с приглашением

множества гостей. Оборонительную функцию они не выполняют.

Они

сели за маленький столик в саду за домом.

Разглаживая

юбку, Кайена лукаво спросила.

— Сэр

Эванс, вы всё ещё одиноки?

— Да,

так и есть.

— Почему

у такого выдающегося человека как вы до сих пор нет невесты? Неужели Маркиз

Эванс не волнуется по этому поводу?

Зенон

был вторым сыном маркиза Эванса, владевшего одним из крупнейших зернохранилищ в

Империи. Для кого-то вроде Зенона было редкостью оставаться незамужним.

Это

было особенно необычно для младшего брата землевладельца.

— Я

упустил момент.

—

Как-то не верится, сэр Эванс. Вы всё ещё в расцвете сил.

Ему

было только под тридцать.

Несмотря

на его холодный взгляд, в целом он был красивым человеком. Усердные

тренировки сделали его тело крепким и придали ему некое мужское обаяние.

— Я тронут

вашими словами.

Зенон

думал о женщинах только как о людях, которые свяжут его по ногам и рукам.

Не

существовало женщины, которая подходила бы второму сыну маркиза.

Если у

неё была красивая внешность, ей не хватало ума, а если она была умна, её семья

обладала слишком низким социальным положением.

— Было

бы неплохо, если бы вы нашли свою пару на банкете по случаю моего

совершеннолетия. На нём будет много юных аристократок.

— Будет

ли уместно в моём случае искать себе пару на мероприятии, где Ваше Высочество будет

искать свою?

Кайена

беззаботно ответила.

— Возможно

ли нам найти свою судьбу за столь короткий срок, если мы так придирчивы?

— …Как

романтично с вашей стороны, Ваше Высочество.

—

Любовь – это чувство с которым можно столкнуться внезапно, в

мгновение ока, это больше похоже на случайность.

Голос

Кайены был спокойным и каждое слово успокаивало.

Когда

он посмотрел на Кайену, им овладела жажда, как будто его горло горело.

«Неужели

это та самая девушка, которая вот-вот достигнет совершеннолетия?»

Он был

намного старше её. Как ни странно, Кайена совсем не чувствовала себя моложе.

Да, она

заставила его почувствовать себя молодым человеком, полным страсти и жизненной

силы.

«Это

действительно странно»

Он

никогда не ожидал, что почувствует такое напряжение, имея дело с принцессой

Кайеной.

Но

глядя на себя сейчас...

Беседовать

с Кайеной было куда интереснее, чем с его старшим братом, неудачником востока.

— …Ваше

Высочество нашло такую любовь?

Этот

вопрос явно относился к Рафаэлю.

Кайена

засмеялась.

— Я не

ищу её.

Это произошло,

когда Эванс слегка нахмурился.

Кайена

положила руки на стол и слегка наклонилась.

— Я

жду, когда она найдет меня.

Кайена

посмотрела на Зенона с непонятной улыбкой. При этой улыбке Зенон сжал кулак под

столом.

Высокомерная

принцесса провоцировала его.

«Я дам

тебе шанс, так что постарайся поухаживать за мной, если сможешь»

Вот что

она говорила.

Она не

пыталась его завоевать, а скорее давала ему шанс.

Это

было смешно, но он чувствовал, что хочет победить.

«Принцесса»

Он

никогда не думал о Кайене как о потенциальном партнере по браку.

Дело

было в том, что несмотря на свою красоту, она была ещё менее подходящей

партией, чем дамы из низшей знати.

Но

теперь, Кайена была другой.

«Как

забавно»

Где-то

в глубине его души возникло желание ответить на эту провокацию. Он облизнул

губы от такого давления.

Если он

женится на Кайене, то ему не придётся кланяться Резефу.

Но он

не мог просто безрассудно броситься в это болото.

Чем

больше он с ней разговаривал, тем яснее становилось для него.

Принцесса

Кайена была опасна.

Она

была подобна туману, женщине, с которой вы не можете определиться с вашим

следующим шагом. Кроме того, болото было неведомой глубины.

Он был простым

мужчиной, таким же, как и другие, которые были очарованы красивой

представительницей противоположного пола. Причина, по которой это не было

раскрыто до сих пор, заключалась в том, что ни одна женщина в замке не

соответствовала его вкусу.

Но в

этот момент, чувство собственности поразило его сердце, словно случайность.

— Ваше

Высочество, вы меня смущаете.

Кайена

широко раскрыла глаза и рассмеялась, она была подобна цветку, колышущемуся на

ветру.

— Вы

сбиты с толку только потому, что не знаете. Не будет никакой путаницы, если вы узнаете

правильный ответ.

Таким

образом, суть их отношений прояснилась.

Зенон

встал и подошёл к Кайене.

Он опустился

на одно колено, взял её руку и долго целовал.

— Я

обязательно найду вас.

Зенон

принял её провокацию. Он был уверен, что победит.

Как бы

она не старалась, Кайена была принцессой только по титулу. Она не

знала, что её титул был всего лишь глупой иллюзией.

Кайена

отклонила его предложение сопроводить её во дворец.

«С

высокомерным человеком легко иметь дело»

Подумала

она с бесстрастным лицом.

— Я

должна выбрать фрейлин как можно скорее.

Вернувшись

в свои покои, Кайена написала письмо с обращением к Императору.

Она

намеревалась нанять только четырех фрейлин, включая Веру.

Это

должно было укрепить представление о том, что быть фрейлиной дворца принцессы –

высшая привилегия.

Существовала

веская причина, почему она решила, что у неё будет только четыре фрейлины.

Это

было связано с тем, что обязанности её дворца можно было разделить на четыре

основные категории.

Одна

леди будет отвечать за повседневные дела и процедуры, такие как приём гостей и организацию

вечеринок и встреч.

Одна

леди будет отвечать за все аспекты того, что она ест, то есть за питание и

лекарства.

Одна

леди будет заведовать её гардеробом, жилыми помещениями и состоянием.

Одна

леди будет следить за поведением и обязанностями всех служащих дворца принцессы

и при необходимости наказывать их.

«Это

негласный закон, что власть приходит только к тем кто работает»

До этого

момента Резеф вмешивался во всё что можно было во дворце принцессы, потому что

обладал властью над внутренними делами.

Фрейлины

дворца принцессы были только для вида, были лишены какой-либо реальной власти.

Кайене

необходимо было исправить это в первую очередь.

У неё было

совсем немного времени, но она устроит свой дворец так, чтобы Резеф не мог

вмешиваться в дела дворца, когда его восстановят.

— Вера.

Отныне я даю тебе полномочия следить за поведением и обязанностями фрейлин и

служанок, принадлежащих к этому дворцу.

Среди всего,

что предстояло сделать её фрейлинам, эта задача требовала наибольшей

осмотрительности.

Вера

идеально подходила для этой работы.

— Я

буду поддерживать Ваше Высочество всем своим сердцем.

Что же

касается остальных целей, то она уже рассматривала своих идеальных кандидатов.

Оливия

будет действовать как её посланник, развлекая и принимая гостей Кайены.

«Я

помогу увеличить влияние Оливии в обществе»

Оливия,

как героиня, была от природы наблюдательной и проницательной. Она определенно

подходила для этой работы.

Теперь

Кайене предстояло выбрать двух других.

— Я

выберу Джулию Эванс и Сьюзан Лепор в качестве фрейлин.

Вера

слегка нахмурилась от неожиданных имён и задумалась.

Драгоценная

дочь Маркиза Эванса, Джулия, и вторая дочь графа Лепора, Сьюзен…

— С

точки зрения их домов, они обе безупречно прекрасны, но я сомневаюсь в их

компетентности как личностей, Ваше Высочество. Особенно в случае с Мисс Джулией

Эванс.

Резеф

не будет против, если Джулия Эванс войдёт во дворец принцессы.

Скорее,

он будет рад, если они примут её. Он подумает, что Кайена выбрала одного из его

людей.

Однако

было неясно, сможет ли единственная дочь семьи Эванс, которую называли

правительницей востока, хорошо выполнять эту работу в качестве фрейлины.

Кроме

того, как быть со Сьюзен, второй дочерью графа Лепора? Она точно также бы никогда

в жизни не стала работать.

И

Сьюзен была совершенно…

— Она известна

своей эксцентричностью.

В

отличие от графа Лепора, у которого был спокойный характер, Сьюзен была

известна как гадюка с мечом во рту.

Она

была умна и обладала большим талантом, но легко списывала людей со счетов, словно

ничтожных. Она не стеснялась в выражениях, поэтому не пользовалась особой популярностью

в светском обществе.

— Кстати,

примет ли Его Высочество Резеф леди Сьюзен?

Граф

Лепор был родственником эрцгерцога Генриха по материнской линии.

Однако,

существовала причина из-за Кайена настаивала на этом.

«В моей

прошлой жизни Сьюзен Лепор стала непревзойденной подругой Оливии»

До

возвращения Кайены, Сьюзен была из тех, кто даже осмеливался поливать Кайену

вином и над смеиваться над ней.

— Хотя

её семья связана с эрцгерцогом Генрихом, она для него как чужая.

Семья

Лепор также была одной из тех семей, которые ещё не заявили о поддержке

кого-либо из наследников.

Однако,

поскольку граф был родственником эрцгерцога Генриха, все думали, что он его

поддержит.

— И

Сьюзен сильно ненавидит эрцгерцога Генриха.

Конечно,

она также ненавидела и Резефа. Во многих смыслах было хорошо переманить её на

сторону Кайены, когда представилась такая возможность.

— Семья

Лепор лояльна и нейтральна, так что другим будет полезно увидеть Сьюзен здесь.

И насколько это было бы важно, если бы люди Резефа, люди Генриха и люди Кедри

собрались бы в одном месте?

Вера

пришла в восторг от этого замечания.

Всё

было именно так как она и сказала, когда Вера задумалась. Три наиболее

представительные силы Эльдаимской Империи будут собраны во дворце принцессы.

И хотя

Сьюзен на самом деле не принадлежала к людям Генриха, в глазах общества она

являлась таковой.

Кайена

расправила бумагу и приготовилась писать.

「 Моя дорогая Мадам Эливан.

」

Она перестала

писать.

Оригинальная

Кайена любила демонстрировать свои писательские навыки, продолжая бесполезные

приветствия. Однако эта витиеватая риторика ей больше не подходила.

Во второй

жизни она укоренилась в деловом жаргоне. Конечно, это было кратко и формально.

Но она не могла написать своей няне что-то вроде «Пишу вам по поводу

неприятностей во дворце».

«... Давайте напишем

это искренне»

「 Как ваше самочувствие?

Я боюсь, что

вы возненавидите меня или почувствуете, что я стала чужой для вас. Прошло 10

лет с тех пор, как мы перестали общаться.

Интересно,

ждали ли вы, что я свяжусь с вами. Скоро у меня будет день рождения и я стану

взрослой. Впрочем, возможно вы уже слышали об этом.

В последние дни…

」

Кайена снова

перестала писать.

Трудно было

писать о том, чем она занималась в последние дни.

Она была

отравлена, перевоплотилась и вернулась, и даже посадила своего младшего брата

на испытательный срок. Она не могла написать этого в письме.

「 В последние дни я пеку пироги

и печенье, чтобы вернуть воспоминания о моём детстве. 」

На самом деле

это было тем, чему она научилась у матери во второй жизни, но нужно было

немного приукрасить и подкорректировать воспоминания.

「 Я помню как мы устроили

беспорядок на кухне, Мадам Эливан. В то время, кажется, я превратила ваше зелёное

платье в совершенно белое от муки.

Но, несмотря

на все эти воспоминания и моё сильное желание увидеть вас, я буду уважать выбор

Мадам. Ничего страшного, если вы не хотите возвращаться в императорский дворец.

Однако я была

бы очень счастлива, если бы мы могли хотя бы изредка сидеть бок о бок в столичной

кофейне и вместе наслаждаться чаем.

Я скучаю по

вам. Моя последняя мать. С тоской, Кайена. 」

Няня Кайены

была аристократкой и давней знакомой покойной императрицы.

Когда ребенок

мадам Эливан умер в раннем возрасте от детской лихорадки, она воспитывала

Кайену как своего второго ребёнка.

Её последняя мать.

Это было очень подходящее выражение.

«Мадам Эливан

была ко мне более нежна, чем мой отец»

Кайена

перечитала своё письмо и была поражена странной признательностью.

Она не знала сколько

времени прошло с тех пор, как она по-настоящему скучала по кому-то.

Она положила

письмо в конверт и позволила воску для свечи стечь над складкой. Затем она

запечатала его печатью с выгравированным императорским знаком.

Сегодня она

выполнила два важных дела. Теперь пришло время для решения следующей важной

задачи.

— Мне нужно в

императорскую библиотеку.

— …Библиотеку?

Если бы

кого-то попросили найти место, которое совершенно не связанно с Кайеной, то первым

делом они выбрали бы библиотеку.

Вера не

понимала.

Разве это не

золотое время для Кайены, когда каждый день был драгоценен?

Разве она не

должна проводить это время, встречаясь с влиятельными аристократами, чтобы

укрепить власть? Вера в замешательстве наклонила голову.

Кайена

пояснила.

— Мне нужно

собрать очень важную информацию для моих будущих шагов.

Императорская

библиотека Эльдаима была построена рядом с Императорской Академией.

Библиотека

была доступна только аристократам и студентам академии, а также являлась самой

большой библиотекой в столице. Она содержала много информации в которой

нуждалась Кайена.

Кайена

намеренно надела шляпу с вуалью, потому что хотела избежать хлопот. Но,

несмотря на все её усилия, следом за Кайеной в библиотеку потянулась вереница

слуг, привлекая внимание всех, кто находился в библиотеке.

В тот же миг

к ним подошёл библиотекарь.

— Могу ли я

спросить, откуда вы прибыли?

— Это Её

Высочество, первая принцесса.

Сказала Вера библиотекарю.

— …

Библиотекарь

моргнул своими большими глазами.

В империи

была только одна принцесса, так что женщина под вуалью перед ним, должно быть,

и есть та самая принцесса Кайена.

Вот почему он

не мог в это поверить.

«Она могла бы

пойти в театр, но я никогда не подумал бы, что она придёт в библиотеку…»

Это было

обоснованное сомнение.

Кайена

протянула руку.

— Подтвердит ли

это мою личность?

На руке было

кольцо, которое доказывало, что она законная дочь императора.

Библиотекарь

широко раскрыл глаза. Неужели это действительно принцесса? Даже глядя на

доказательства, в это трудно было поверить. Возможно, это было впервые, когда

принцесса воспользовалась императорской библиотекой.

После чего

Кайена приподняла вуаль.

На мгновение

библиотекарь забыл как дышать из-за её красоты. Его челюсть отвисла. Кто в

столице не узнает лицо Кайены?

— В-В-Ваше

Высочество!

Он долго

заикался, после чего сразу же опустился на пол, чтобы поклониться.

— Я не хотела

бы поднимать шум в библиотеке.

Затем

библиотекарь неуклюже вскочил. Его лицо было ярко-красным, как будто оно

вот-вот лопнет.

Кайена

улыбнулась и снова опустила вуаль.

— Как я вижу,

моя личность подтверждена.

Вера слегка

закашлялась, увидев, что библиотекарь выглядит так, словно его дух был готов

покинуть его тело.

— Пожалуйста,

покажите нам место, подходящее для Её Высочества.

Только тогда

библиотекарь пришёл в себя. Он проверил занятые поблизости места.

— Стол для

переговоров сейчас не используется, пожалуйста, следуйте за мной.

Вера кивнула,

осмотрев длинный стол в дальнем углу.

— Полагаемся на

вас.

Конференц-стол

был достаточно длинным, чтобы вместить 20 человек, но Кайена заняла его

единолично.

Услышав шум, администраторы

и библиотекари бросились к ней. Вглядываясь в туманный

силуэт под сетчатой вуалью, они вежливо спросили.

— Какую книгу

вы ищете?

Они думали,

что Кайена, должно быть, пришла сюда в поисках чего-то удивительного.

Резеф,

кандидат на престол, подвергся испытательному сроку на десять дней и власть над

внутренними делами временно перешла к ней.

Все в

обществе сосредоточились на её действиях. Только с какой целью принцесса посетила

императорскую библиотеку?

Они молча ждали

ответа Кайены.

— Принесите мне

путеводитель по Империи Эльдаим.

Произнесла

вскоре Кайена.

При слове

"путеводитель" не только библиотекари, но и Вера с сопровождающими

странно посмотрели на неё.

— …Пожалуйста,

подождите минутку.

Как бы то ни

было, такова была воля принцессы, поэтому они быстро разыскали путевые заметки в

своей коллекции.

Вскоре

библиотекари сложили книги на столе, разделив их по регионам.

Рыцари,

сопровождавшие Кайену, встали перед ней стеной, загораживая взгляды тех, кто

смотрел в её сторону.

Кайена слегка

откинула вуаль в сторону и начала читать.

«Мне нужно

найти место для жизни, как только я покину Императорский дворец»

Это было

очень важно для неё.

«Я должна привести

в порядок землю, которую унаследую, пока мой отец жив»

Предполагалось,

что Кайена унаследует одни из лучших земель, принадлежащих семье Хилл. Однако

проблема заключалась в том, что большая часть наследуемых земель находилась на

востоке.

«Я не могу

поехать на восток из-за семьи Эванс»

Какое место

было вдали от столицы и относительно свободно от влиятельной знати?

Фактически,

сначала она думала скрываться, переехав на запад.

«Но Рафаэлю и

Оливии может оказаться некомфортно находиться со мной там»

Ей нужно было

место, где она имела бы полный контроль, чтобы создать фальшивого мужа и выйти

за него замуж.

Для этого ей

нужно было заранее найти место и обустроить его.

Было бы

неплохо иметь крепкий и чистый особняк, небольшой сад, чтобы выращивать

какие-то травы и море или озеро в нескольких минутах ходьбы.

Конечно, у

Кайены были и более веские причины для посещения императорской библиотеки в

этот период.

«Мне нужно

ослабить их бдительность»

Слишком много

людей было сосредоточено на ней сейчас, которые пытались раскрыть её намерения

в каждом её движении.

Но насколько

это оказалось бы запутанным, если бы это виднелось так, словно Кайена искала

место, чтобы сделать перерыв в предстоящем светском сезоне?

Это было

очень похоже на Кайену в былые времена, но это также было противоположностью её

недавних действий.

Она

пролистала путевые заметки, как будто не воспринимала их всерьёз.

Затем, когда

появились иллюстрации, она посмотрела на них очень внимательно. Это было

притворство, чтобы выглядеть так, как будто она была здесь только ради

иллюстраций, а не для чтения.

Однако, вопреки

их мнению, Кайена читала всё.

Все

представители её поколения в её второй жизни должны были сдавать тесты SAT, а

это значит, что они научились быстро читать отрывки и понимать их основное

содержание [1].

Эта черта всё ещё была в ней.

Пока она

строила планы на будущее, в библиотеке стало появляться всё больше посетителей.

Весть о присутствии принцессы Кайены уже распространилась.

Вера

почувствовала себя неприятно, потому что в библиотеке к принцессе относились

как к редкому зрелищу.

— Ваше

Высочество, сегодня пасмурно, так что лучше вернуться во дворец.

При этих

словах Кайена отвернулась от книги и посмотрела в окно. И действительно, небо

за окном было серым.

— Давай проверим

кое-какие книги и уйдем.

Кайена посчитала,

что общество будет обсуждать всё, что она возьмёт, поэтому она выбрала

подходящую книгу.

— Похоже, людей

стало больше.

Она заметила,

что из-за неё здесь стало многолюдно. Вера предложила уйти в нужный момент.

— Хм.

Снаружи

стояли экипажи, полные аристократов, приехавших навестить принцессу. Вера тихо

неодобрительно цокнула.

— Не хотите ли

подождать в комнате отдыха?

Спросила она

Кайену.

— Нам придётся

ещё немного подождать, так что давай немного прогуляемся.

— Вскоре может

начаться дождь. Всё ли будет в порядке?

Услышав её слова,

Кайена повернула голову и указала в сторону.

— Мы можем

пройти по крытым коридорам.

Она медленно

пошла рядом с Верой.

— Сегодня я

читала путевые заметки, потому что мне нужно было отвлечь внимание. Если вы

выглядите слишком амбициозным после приобретения власти, кто-то обязательно

придёт и остановит вас.

— Они

непременно так поступят.

— Разве не

характерно для меня искать летний курорт, как только мне дали какие-то

полномочия?

Вера не могла

почтительно согласиться и закрыла рот. На самом деле, это было действие,

которое было бы естественным для оригинальной Кайены.

Её вуаль,

которая колыхалась, когда она шла, постепенно спадала, открывая её глаза.

— Ваше Высочество,

следует ли мне поправить вашу вуаль?

Зажим

казалось ослабел, когда Кайена несколько раз поднимала и опускала вуаль.

Вскоре ей

предстояло вернуться во дворец в карете, но она кивнула, увидев приближающихся

аристократов.

— Пожалуйста,

поправь её.

Вера

расстегнула вуаль от шляпы.

Она как раз

пыталась крепко застегнуть её, когда они услышали голос.

— Ваше

высочество!

Кто-то сзади

радостно окликнул её. Услышав знакомый голос, Кайена оглянулась.

— Прошло много

времени, Ваше Высочество.

Лицо Кайены

стало мертвенно-бледным.

Это было

знакомое лицо. Темно-каштановые волосы, мрачные чёрные глаза и тонкие губы.

Лицо

помоложе, чем было в её воспоминаниях. Да, это было лицо, которое она не могла

забыть.

«Хенвертон

Джиллиан»

Он был бывшим

мужем Кайены, который надругался над ней и убил.

[1]

SAT

Reasoning Test — стандартизованный тест для приёма в высшие учебные заведения

в США. Утверждается, что SAT оценивает те навыки грамотности и письма. Экзамен

состоит из трёх разделов: анализ текста, математика и письмо.

Когда она его

увидела, туманные воспоминания из далекого прошлого внезапно всплыли перед её

глазами.

Её руки задрожали.

Письма,

которые она посылала Резефу, умоляя его спасти её. Длинная одежда, которую она

вынуждена была носить даже летом, чтобы скрыть синяки. Воспоминания о том, как

она пряталась в самых тёмных уголках его замка, словно играла в прятки.

Кайене больше

не к кому было обратиться. Резеф окончательно бросил её. Так что в конце концов

она написала письмо Рафаэлю.

Письмо с

просьбой о милосердии даже не дошло до герцогства Кедри.

Его обнаружил

Джиллиан.

«Да. В тот

день Джиллиан убил меня, спросив, остались ли у меня давние чувства к Рафаэлю»

Страх глубоко

запечатлелся в сердце Кайены. Она сжала вместе дрожащие руки.

— Из какой вы

семьи?

К счастью,

она могла говорить спокойно.

Лицо

Джиллиана выглядело любезным, но он не мог скрыть своего разочарования.

— ...Хенвертон

Джиллиан приветствует Её Высочество, принцессу.

Даже просто

слышать его голос причиняло ей боль.

Почему она

раньше ничего не подумала о Джиллиане? Не потому ли, что это было настолько

ужасно, что она подсознательно подавляла эти воспоминания?

Кайена

притворилась невозмутимой и произнесла.

— Так значит, вы

сын виконта из Виконтства Джилианн.

— В прошлый раз

мы танцевали вместе в банкетном зале. Разве вы меня не помните?

Спросил он, сделав

шаг в сторону Кайены.

«Я не знаю

как он поступит, если я попытаюсь избавиться от него и сказать, что не помню»

Кайена

распознала безумие в его глазах. Она почувствовала рвотный позыв.

— Теперь, когда

вы упомянули об этом, кажется, я припоминаю.

Услышав её

ответ, Джиллиан сделал ещё один шаг в её сторону.

Между ними

оставалось всего три шага.

— В то время вы

танцевали со мной дважды. Я с нетерпением ждал встречи с вами с того самого

дня, но не ожидал, что мы встретимся вот так сегодня.

Это был

смехотворный комментарий.

Было очевидно,

что он примчался сюда услышав, что Кайена была в библиотеке.

Кайена не

хотела продолжать разговор.

Наблюдавшая

за ситуацией со стороны Вера, решила вмешаться.

— Ваше

Высочество, похоже карета прибыла. Нам пора уходить.

Жуткий взгляд

Джиллиана обратился к Вере.

Кайена

попыталась уйти, но почувствовала, что может упасть, если сделает хоть шаг.

«Не теряй

концентрации. Ничего из этого сейчас не произошло»

Она пыталась

сохранять хладнокровие, думая в таком ключе.

Теперь

Джиллиан не сможет ни удержать её, ни ударить, ни пронзить мечом. Но чем больше

она думала об этом, тем больше ей казалось, что она не может дышать.

Если бы

только вуаль закрывала её лицо.

Она и так уже

потратила много сил, притворяясь, что всё в порядке и сохраняя бесстрастное

выражение лица.

— Мне пора

уходить.

Джиллиан

никогда не отступит, если Кайена не уйдет первой.

Но когда

Кайена попрощалась, Джиллиан подошёл ближе и протянул ей руку.

— Тогда, я буду

сопровождать Вас, Ваше Высочество!

Это ощущалось

так, словно это было ужасной угрозой для Кайены.

В этот момент

его образ перекликнулся с пожилым мужчиной, который пронзил её мечом, сверкая

глазами, в её прошлой жизни.

Кайена

поспешно отступила.

В этот момент

она потеряла все свои силы и чуть не упала, когда—

БАМ!

Крепкие руки

обхватили её.

Её спина упала

в чьи-то широкие объятия и вместо того, чтобы самой упасть на землю, упала

только её шляпа.

— С вами всё в

порядке?

Кайена

медленно повернула голову в сторону и увидела мужчину, держащего её.

Его красные

глаза, смотревшие на неё сверху вниз, были очень ясными.

Она назвала

его по имени, словно вздохнула с облегчением.

— …Рафаэль.

Изначально, Рафаэль

посещал Императорскую Академию.

— Ты слышал?

Это было

странным событием.

В обычной

ситуации он не стал бы слушать, как прихлебатели сплетничают с его слугами.

Но сегодня,

как ни странно, их взволнованные слова привлекли его внимание.

— Что

происходит?

Спросил

Бастон, который любил посплетничать не меньше последователей.

— Принцесса

Кайена посетила Императорскую Библиотеку по соседству!

— Что? Принцесса?

Рафаэль,

заполнявший документы о проблеме с одной из стипендий герцогства, остановился.

— Так что

теперь студенты сходят с ума, пытаясь попасть в библиотеку. В последнее время

она никуда не выходила.

— Это правда.

Но подумать о том, что спустя долгое время она придёт в Императорскую Библиотеку

в качестве своего первого выхода в свет…

Бастон

нахмурился и склонил голову набок. Библиотека не очень подходила Кайене.

— Что за шум?

Спросил

Джереми, входя в гостиную.

— Джереми! Ты

слышал? Сейчас в Императорской Библиотеке…

— Вы мешаете

работать господину Рафаэлю.

Прихлебатель

взглянул на Рафаэля и плотно закрыл рот, а Джереми подошёл к Рафаэлю.

— Вам придётся

немного подождать, чтобы понаблюдать за обучением фехтованию. Чем бы вы хотели

заняться?

— Как долго мне

ещё ждать?

— Это займет 40

минут.

Рафаэль на

мгновение выглянул наружу.

Через окно он

увидел Императорскую Библиотеку. Поскольку она была неподалёку, возможно, сейчас

самое подходящее время для короткого визита.

— Я подожду в

Императорской Библиотеке.

Глаза

последователя и Бастона заблестели.

Потому что

они знали, что он собирается встретиться с принцессой Кайеной.

— Следует ли мне

приготовить экипаж?

Спросил Джереми.

При этих

словах, последователь быстро рассказал ему ту информацию, которую он слышал.

— Извините, но

говорят, что к Её Высочеству выстраивается очередь экипажей. Поездка на карете,

вероятно, займет много времени.

— Раз уж это неподалёку,

я просто пройдусь пешком.

— Я пойду с

вами!

Бастон

поспешно последовал за Рафаэлем. Красные глаза Рафаэля посмотрели на Бастона.

— Я пойду один.

Затем, не

дожидаясь ответа, он ушел.

— Ах...

Действительно, не ведёт ли наш господин себя немного странно?

Бастон

взглянул на спину Рафаэля, когда тот уходил.

После чего Джереми

ударил его по голове какими-то бумагами и отругал.

— Вероломный

варвар! Не используй свой рот для таких бесполезных комментариев.

— Разве я

сказал что-то не то...? Это уже второй раз, когда он собирается навестить Её

Высочество.

— Конечно он

собирается её увидеть. Разве ты не знаешь, что и общественные, и политические

круги в наши дни обращают внимание на каждое действие принцессы?

Джереми

критиковал Бастона таким образом, но на самом деле он также сомневался в своих

собственных словах.

Рафаэль

никогда не говорил этого, но Джереми знал, что он не хотел связываться или

иметь дела с людьми.

Но он обращался

к принцессе во второй раз и это было довольно необычно.

«Принцесса в последнее

время немного изменилась, но...»

Снисходительное

отношение, которое Джереми видел до сих пор, оставалось сильным в его

впечатлении о ней.

«Если мадам

узнает об этом, она наверняка ещё сильнее подтолкнет его к женитьбе»

Он почесал

между бровей и вздохнул.

Рафаэль шёл

по тропинке от Императорской Академии к библиотеке.

— Кажется скоро

пойдет дождь.

Утром на небе

начали собираться тучи и теперь небо было тёмно-серым. Вероятно, через час

пойдет дождь.

«Скорее всего

принцесса уже собирается вернуться во дворец»

Он ускорил

свой шаг.

Он хотел

встретиться с Кайеной. Конечно, он сказал себе, что это не из-за каких-то

личных чувств.

Просто из-за

политики. В противном случае у него не было причин думать о принцессе.

Как и все

остальные, он всегда следил за императорской семьей, поэтому был в курсе

последних событий.

Он слышал,

что Кайена упала в обморок из-за аллергии и что все фрейлины были изгнаны по

приказу Императора.

Кроме того,

он слышал, что принц Резеф был подвергнут испытательному сроку.

«Говорят, она

три часа ходатайствовала за принца и всё это время стояла на коленях»

Затем

Император временно передал ей власть над внутренними делами.

И сейчас, аристократы

спорили, было ли это спланировано или просто совпадением.

Рафаэль

полагал, что всё это было связано с махинациями Кайены.

«Это не так

широко известно, потому что общественность была отвлечена принцессой, но один

из кандидатов на свадьбу исчез, как она и предсказывала»

Графство

Эйвон было поглощено эрцгерцогом Генрихом, потому что они не могли выплатить свои

долги.

Инцидент был

гораздо менее интересным, чем волнения в Императорском дворце, поэтому люди

говорили об этом лишь мгновение, прежде чем о нём совсем забыли.

Рафаэль шёл

по крытому проходу и увидел знакомую фигуру.

«Это

принцесса... И сын семьи Джиллиан?»

Кроме них на

тропинке никого не было.

Но что-то в

этой атмосфере было странным.

В выражении

лица Джиллиана, когда он приблизился к принцессе, чувствовалось принуждение.

Более того,

это выглядело не очень хорошо, когда он сделал угрожающий шаг в сторону Кайены.

Рафаэль,

который замедлил шаг, снова ускорился.

Джиллиан

протянул руку к Кайене и та отступила назад.

Если так

пойдет и дальше, она упадет.

БАМ!

Рафаэль

быстро схватил Кайену в объятия. От неё исходил едва уловимый аромат.

— С вами всё в

порядке?

В то время

как Рафаэль держал её, тело Кайены слегка дрожало.

«Что

произошло?»

Когда ему

пришла в голову эта странная мысль, Кайена повернула голову в его сторону и

посмотрела ему в глаза.

Её лицо было

бледным. Она была в ужасе. Лицо Кайены было пронизано страхом, когда она

встретилась глазами с Рафаэлем, но быстро сменилось выражением облегчения. Это

было драматическим изменением, которое заставило его почувствовать себя

надежным союзником.

— …Рафаэль.

Его имя в её устах

звучало странно незнакомым.

Не потому ли,

что в последнее время она называла его сэром Кедри?

Кайена

поднялась на ноги с помощью Рафаэля.

Она выглядела

немного рассеянной и всё ещё держала Рафаэля за руку, но, казалось, не замечала

этого.

Рафаэль также

не осознавал, что не чувствовал никакого дискомфорта от этого контакта.

Вера яростно

набросилась на Джиллиана с сердитым лицом.

— Что это за неуважение?!

В этот момент

появились сопровождающие рыцари, ожидавшие чуть поодаль.

— Что здесь

происходит?

— Уведите этого

человека немедленно. Он решил попытаться навредить Её Высочеству!

Они знали,

что Джиллиан является наследником аристократа, но до того как он получит реальную

власть оставалось ещё четыре месяца, так что они не слишком опасались.

Они тут же

схватили Джиллиан и начали уводить его.

— Что? Я только

предложил сопровождать её. Что вы делаете?!

Закричал

Джиллиан с горящими глазами.

— Никогда не

видела такого не по-джентльменски вежливого эскорта! Вы угрожающе протянули к

ней руки!

Вера с

презрением посмотрела на Джиллиана, словно хотела дать ему пощечину.

Джиллиан

быстро избавился от гнева на его лице.

— Вы

ошибаетесь. Я увидел, что Её Высочество была со служанкой, но без сопровождения

и предложил сопроводить её по доброй воле моего сердца. Это правда, что я грубо

подал руку, потому что я нервничал, но у меня никогда не было дурных намерений.

Поскольку это

было вполне правдоподобное оправдание, рыцари озадаченно переглянулись.

Рафаэль,

который спокойно наблюдал за ситуацией, заговорил.

— Хенвертон

Джиллиан.

После чего

взгляд Джиллиана остановился на Рафаэле.

На мгновение

Рафаэль заметил, что его взгляд остановился на руке Кайены.

— Я тоже видел

ситуацию, находясь позади. Вы говорите, что у вас не было дурных намерений, но

вы несомненно действовали не из уважения к леди.

— ...Сэр Кедри.

Я не говорю, что я не виноват. Я сожалею о своей ошибке.

Джиллиан

выглядел раскаявшимся, хотя всё ещё ничтожным.

Кайена

вспомнила, что он вёл себя как джентльмен вне дома, но оскорблял её, когда возвращался

домой.

Он хорошо

умел лгать.

— ...Думаю, я слишком

остро отреагировала, потому что в последнее время много чего произошло.

Сказав это, она

слегка приподняла руку всё ещё перемотанную бинтом.

Принцесса не

так давно обожглась горячим пирогом, поэтому она поддерживала мысль, что именно

по этой причине её удивило его неожиданное поведение.

— Я считаю, что

господин Джиллиан предложил сопровождать меня с добрыми намерениями. И всё же,

может ли императорская принцесса обходиться без сопровождения?

— Это моя вина,

Ваше Высочество. Я прошу прощения.

Рыцарь тут же

поклонился и признал свою ошибку.

Кайена

покачала головой.

— Нет. Я

понимаю. Большинство джентльменов были бы удивлены и не подошли бы к женщине,

которая гуляет без сопровождения кого-либо, кроме служанки.

Она указала

на грубость Джиллиана, делая вид, что прощает рыцарей, которые должны были

сопровождать её.

— Вы, должно

быть, тоже удивились, господин Джиллиан, когда подошли ближе.

Джиллиан

улыбался, но он упорно смотрел на Кайену жуткими глазами. Он вежливо

ответил.

— Простите,

Ваше Высочество. В следующий раз я как следует поздороваюсь.

Джиллиан ушёл

и Кайена почувствовала как тепло возвращается в её холодные пальцы.

— В конечном

итоге я всегда полагаюсь на тебя.

Сказала она

Рафаэлю с сожалением.

Её поведение снова

было спокойным и ясным. Но её рука по-прежнему крепко сжимала руку Рафаэля.

Он схватил

Кайену за руку.

— …!

Именно тогда

Кайена осознала, что всё ещё держится за Рафаэля.

Это произошло

тогда, когда она попыталась вырвать свою руку из его хватки, чтобы отпустить

его.

— Прошу

прощения, что вассал моей семьи так вас удивил.

Её голубые

глаза снова воспряли. Рафаэль почему-то пребывал в странном настроении.

— Я провожу вас

до кареты.

И тут он

осознал.

Её тепло в

его руках вовсе не было неприятным.

Сцена 6. Новый

Облик

Цвет лица

Кайены по-прежнему оставался бледным.

Её руки

начали нагреваться. Дрожь в её теле постепенно утихла.

«Есть ли у

неё какая-то причина так бояться Хенвертона Джиллиана?»

Было почти

жалко смотреть как сильно она притворялась, что всё в порядке.

Может быть,

поэтому Рафаэль не обиделся на её прикосновение и почувствовал, что должен

сопроводить её до кареты.

Кайена знала,

что не сможет идти одна. Поэтому вместо того, чтобы упрямиться, она

поблагодарила его за любезность.

— Тогда, я

надеюсь на вашу заботу.

Вера и рыцари

были позади и следовали за ними.

Кайена

постепенно почувствовала как к ней возвращается рассудок. Её разум стал более

устойчивым и даже когда она вспомнила сверкающие глаза Джиллиана, она не

колебалась.

Она

посмотрела на руку Рафаэля. Похоже, это из-за Рафаэля.

«Не знаю,

почему я почувствовала такое облегчение, когда увидела лицо Рафаэля»

Так было и

сейчас. Единственное, что изменилось по сравнению с прошлым, так это

присутствие Рафаэля, но она чувствовала, что это место стало полностью

безопасным.

На самом

деле, аристократы, которые ворвались в императорскую библиотеку, чтобы увидеть

Кайену, даже не могли думать о приближении.

На их лицах

отразилось явное разочарование.

«Разве не

говорили, что она больше не любит Рафаэля?»

Они надеялись

стать зятем императора или получить какую-то другую услугу через Кайену. Это

были люди, у которых всегда были ожидания и желания. Но она нежно шла вместе с

Рафаэлем.

Никакой

аристократ, независимо от того, умел ли он летать или ползать по земле, не мог

сравниться с Рафаэлем Кедри.

«Но почему

здесь Рафаэль?»

Кайена была

озадачена внезапным появлением Рафаэля.

— Сэр Кедри,

могу я спросить, зачем вы пришли сюда?

Она снова

обратилась к нему таким вот образом.

Думая, что к

Кайене вернулся рассудок, он произнёс.

— У меня были

дела в императорской академии.

Это имело

смысл, потому что академия находилась рядом с библиотекой. Но неужели он

проделал весь этот путь один?

— Я пришёл

сюда, потому что услышал, что Ваше Высочество была здесь.

— …

У него по-прежнему

была такая прямолинейная, серьёзная манера говорить, которая могла вызвать

недопонимание.

Кайена

рассмеялась, как будто это было абсурдно, затем добавила объяснение.

— Определенно,

во дворце происходило много всего, что могло вызвать у вас любопытство. У вас

есть ко мне вопросы?

Рафаэль

искоса взглянул на щеку Кайены, к которой теперь полностью вернулся цвет лица.

— Кажется,

сейчас неподходящее время для этого.

Кайена

моргнула, потому что не думала, что он будет беспокоиться о её состоянии.

Затем она

улыбнулась с искренней благодарностью.

Это была

освежающая улыбка, совсем не соответствующая пасмурной погоде.

Затем с неба

начали падать капли дождя и она внезапно посмотрела на Рафаэля, который не

привел с собой никаких слуг.

— Дождь начался.

С вами всё будет в порядке? Вы взяли экипаж?

— Нет. Я пришёл

пешком, потому что это было рядом.

На самом деле

его не волновало, если он немного промокнет, поэтому он сказал это так, как

будто ему было всё равно. Кайена слегка нахмурилась.

— Весной легко простудиться,

поэтому вам следует быть осторожным.

Она позвала

слугу.

— Возьмите

зонтик из библиотеки.

— Да, Ваше

Высочество.

Карета Кайены

уже прибыла.

Слуга пошёл взять

зонтик, но она не могла уйти первой, поэтому стояла неподвижно и ждала.

«Думаю, теперь

я могу отпустить руку…»

Кайена

посмотрела на свою руку так, словно ей было неприятно.

Рафаэль как

джентльмен крепко держал её за руку, чтобы она могла идти, шаг за шагом.

Она была

благодарна ему за помощь, но больше не хотела раздражать его.

— Я очень ценю

вашу помощь сегодня.

Сказав это,

она, естественно, убрала руку из того положения в котором она была пока её сопровождали.

Рафаэль снова

почувствовал, что Кайена намеренно дистанцируется. Он не мог понять почему.

Она вела себя

как человек, которому неприятно контактировать с людьми. Похоже, у неё были те

же симптомы, что и у него.

Это было

странно.

Но нет. Не то

чтобы она чувствовала себя неловко от прикосновений. Разве она не с легкостью

приняла сопровождение Резефа? И когда она вышла из него раньше, то первой

обняла его.

«Похоже, она

очень внимательна ко мне»

Как будто она

знала, что он действительно ненавидит прикасаться к людям.

«… Я слишком

много об этом думаю»

Этого не

может быть. Адъютант, служивший ему долгое время, может смутно догадываться об

этом, но он никогда не признавался в этом вслух. Как она могла знать то, о чём

не знали даже его собственные родители?

Затем

появился слуга с зонтиком и Кайена с облегчением отошла от Рафаэля.

— Тогда,

увидимся в следующий раз.

Рафаэль

смотрел как Кайена садится в карету и уезжает, как в сказке о женщине, которая

убежала, прежде чем магия могла быть развеяна.

Рафаэль

поднял руки перед собой и со спокойным взглядом уставился на них. Он был похож

на учёного, столкнувшегося с серьёзной проблемой.

Он посмотрел

на свои руки, не понимая, что крепко заваренный чай на столе уже остывает. Он

был настолько сосредоточен, что даже не заметил как Джереми начал странно

смотреть на него со стороны.

Вот как

сильно это повлияло на него.

Сегодня он

пережил событие, изменившее его жизнь и был сильно обеспокоен.

«Прикосновения

не были неприятными»

Для Рафаэля

это заявление имело серьёзное значение.

Это было

впервые, когда он чувствовал что-то подобное, а человеком, который заставил его

почувствовать это, была принцесса Кайена.

«Мне теперь

лучше?»

Может быть он

больше не испытывал отвращения от прикосновения к людям? Он тут же начал

экспериментировать.

— Джереми.

Джереми, с

подозрением наблюдавший за необычным поведением Рафаэля, был застигнут врасплох.

— Д-да!

—

Подойди.

Рафаэль

протянул ему руку.

Джереми на

мгновение попытался понять, что означает этот жест.

Хм. Понятия

не имею.

Он отказался

от интерпретации и спросил.

— …Вы хотите,

чтобы я дал вам что-то?

— Возьми меня

за руку.

Джереми

смутился.

В

эксперименте участвовали только эти двое. Странное поведение его господина и

его странная просьба…

Джереми

осторожно протянул руки. Двое мужчин держались за руки. Любой, кто увидел бы эту

сцену, счел бы её странной.

— …

Рафаэль

почувствовал раздражение по всему своему телу.

Он отдёрнул свою

руку так, словно больше не мог терпеть этого.

Джереми,

чувствуя себя каким-то обиженным, с горечью убрал руку.

Это было

впервые, когда Рафаэль попросил его взять его за руку с тех пор, как он стал

его помощником.

«Почему он

вдруг так поступил?»

Довольно

часто его господин действовал по прихоти. Это было определенно потому, что у

него была странная сторона.

«Что-то

случилось с Её Высочеством?»

Джереми

слышал, что Рафаэль сопровождал принцессу Кайену.

Он повернулся

в сторону Рафаэля, гадая, увидит ли он вокруг него какую-то розовую, цветочную

атмосферу, но его господин был так же сух, как и обычно. Не было того самого сладостного

волнения от первой юношеской любви.

Чёрные

волосы, красные глаза и идеально отполированное, практичное лицо. Выражение

лица без намёка на улыбку. В совокупности, это выглядело словно крайне сухая пустыня.

Бастон

неоднократно утверждал, что между Рафаэлем и Кайеной что-то есть.

Джереми

покачал головой.

«Этого не

может быть»

Рафаэль

влюблен? Он даже не мог себе этого представить.

— Джереми.

— Да, господин.

На этот раз

он не ведь не попросит подержать его за руки, не так ли? Джереми молча ждал

следующих слов Рафаэля.

— Ты что-нибудь

знаешь о Хенвертоне Джиллиане?

— Хенвертон

Джиллиан?

Конечно он

знал. Хенвертон Джиллиан был сыном одного из вассалов Кедри и следующим

приемником виконта Джиллиана.

— Да. Он

старший сын виконта Джиллиана. Я слышал, что в эти дни он берёт уроки, чтобы

подготовиться к наследованию.

— Холост ли он?

— Так и есть. У

него была невеста, но они расстались около двух месяцев назад. Вероятно, это

произошло после того как он потанцевал с Её Высочеством Кайеной в банкетном

зале…

Ответил

Джереми. После чего он нахмурился.

— Также я слышал,

что сегодня наследник Джиллиана вёл себя неуважительно по отношению к Её

Высочеству.

Во-первых, он

никогда по-настоящему доброжелательно не относился к семье Джиллиан.

Виконт

Джиллиан, как известно, был распутным и имел более пяти любовниц.

А его сын,

Хенвертон, был известен тем, что общался с дурной компанией.

— Узнай

побольше об этом человеке.

Это было

неожиданно, но Джереми вскоре ответил, склонив голову.

— Слушаюсь.

Было

естественно, что Рафаэль нуждался в сведениях о Хенвертоне Джиллиане, приемнике

вассала герцогства.

Разумеется,

Рафаэль никогда не приказывал ему собирать информацию о ком-либо, не имея на

это оснований.

«Что, черт

возьми, сотворил Хенвертон Джиллиан?»

Рафаэль не

мог забыть выражение страха, которое сегодня показала Кайена.

— …

Что-то внутри

его тела зудело.

Кайена очень

устала после долгого пребывания на улице. В тоже время даже начался дождь, поэтому

она ещё сильнее вымоталась.

— Я пойду

приготовлю ванну.

Вера заметила

её усталость и ушла за водой и продуктами.

В то время

как Кайена облокотилась на диван и коснулась лба.

Внезапно

всплыло неприятное воспоминание, связанное с Джиллианом.

«Не будем

думать о бесполезных вещах»

Лучше забыть

плохие воспоминания.

Во всяком

случае, она не собиралась связываться с ним в этой жизни. Она собиралась

создать иллюзию и выйти за неё замуж, а затем оставить позади свою роль главной

злодейки в мире.

Семья виконта

Джиллиана оказывала сильное влияние на империю, потому что разводила лошадей

для армии. Она не могла трогать Джиллиана, если хотела сотрудничать с Рафаэлем.

«Но если бы

мне пришлось, я бы смогла убить его»

За то

короткое время, что Кайена жила как виконтесса Джиллиан, она обнаружила

несколько проблем в семье.

«Но я не хочу

увеличивать времяпровождение во дворце, выбирая этот путь»

Она просто

хотела спокойно прожить остаток жизни в сельской местности, где пейзаж был бы

умиротворённым, а восход и закат прекрасными.

Она прошла

через слишком многое.

В пустой

спальне Кайена посмотрела на гобелен на стене и со слегка подавленным голосом

произнесла.

— Почему бы

тебе не остановиться сейчас, Резеф?

После того

как Кайена потеряла сознание из-за того, что съела ореховое печенье, Резефу

назначили испытательный срок на неопределенное время и заперли в его спальне.

Рыцари были

расставлены от самой гостиной до коридора, чтобы предотвратить побег.

Он вспомнил

взгляд Императора, который смотрел на него, считая его жалким.

— Когда-нибудь

я убью их всех!

— Ваше Высочество!

Говорить такие вещи…!

Резеф не мог

побороть свой гнев. Он начал кричать и крушить всё в комнате.

— Ааа!

Один за

другим слуги падали, будучи пораженными предметами, которые он бросал.

Резефу было

всё равно. В любом случае, они были расходным материалом. Только люди

благородной крови могли считаться людьми.

— В-Ваше Высочество!

Пожалуйста, успокойтесь!

Раненые слуги

с разной степенью тяжести ран продолжали вываливаться из спальни Резефа. Однако

каждый раз на смену пострадавшему слуге приходил новый слуга, ведь комнату

принца нельзя было оставлять без присмотра.

Люди вокруг

слуг даже говорили им оставить завещание, так, на всякий случай.

— Если Его

Величество услышит об этом, всё станет только хуже.

Зенон впервые

видел, чтобы принц так сходил с ума. Как бы то ни было, нельзя было

игнорировать вероятность того, что принц, которого он поддерживал, будет

свергнут Императором. Этого никогда не должно было случиться.

— Заткнитесь!

Резеф был

агрессивен и жесток. Казалось, ничто не могло его остановить.

«Он ведёт

себя как жалкий нищий…»

Зенон вышел

на улицу, чтобы позвать аристократов.

Резеф едва

успокоился после того, как всё пошло наперекосяк. Слуги, затаив дыхание, начали

заниматься уборкой комнаты.

«Что, черт

возьми, пошло не так?»

Должен ли был

он убить императора Эстебана раньше, даже если это было неразумно?

Он не

чувствовал ни капли привязанности к отцу. Вот почему он без колебаний думал о

чём-то столь хладнокровном и жестоком.

Однако, вскоре

его неопределённый по времени испытательный срок был сокращён до десяти дней.

— Говорят, что

Её Высочество стояла на коленях посреди замка, чтобы подать прошение

Императору.

Сказал Зенон,

имевший доступ в покои Резефа.

Он также

сообщил, что вскоре после этого власть над внутренними делами была временно

передана Кайене.

Как будто всё

было спланировано и шло по плану.

Его влияние

уменьшалось.

— Император…!

Власть,

которую он приобрел, не была иллюзией.

И всё же, Император

обращался с Резефом так, словно у него не было никакой власти. Если бы он

действительно был его сыном, он бы так не поступил. Он обращался с ним как с результатом

позорного проступка, но разве не сам Император совершил ошибку?

Взгляд

Императора всегда был холодным.

Он презирал

его. Резеф не мог этого понять, когда был ещё ребенком. Но теперь он и не

собирался понимать.

«Мне даже не

нужно ждать. Я сам займу трон»

Прошел день с

тех пор как он находился взаперти.

Он услышал

новость о том, что его сестра приходила навестить его.

«Да, это

естественно. Кайена не может жить без меня»

Она будет той

самой свечой, которая будет гореть, чтобы освещать Резефа.

Однако Кайена

не отказалась от своей власти. Это было странно. Она бы никогда так не

поступила, правда ведь?

Но это ещё не

всё. Зенон вернулся в покои Резефа после долгого отсутствия.

Резеф

почувствовал знакомый запах исходящий от него.

Это был

запах, который использовали для курильницы в спальне Кайены.

— ...Значит,

ты встречался с моей сестрой.

«… Как он узнал?»

В настоящее

время у Резефа не было слуг, которые могли бы доложить ему о внешней

обстановке. Даже стоявшие снаружи его комнаты рыцари, не осмеливались входить в

его покои без причины.

Но Резеф смог

определить, что Зенон встречался с Кайеной.

По спине

Зенона пробежали мурашки.

В данный

момент он находился под влиянием Кайены. Но прямо сейчас это было больше похоже

на то, что он взвешивал свои мысли. Он не собирался уступать ей. Конечно, он

также не собирался помогать ей укреплять отношения с принцем Резефом.

Однако у него

было сильное предчувствие, что Резеф без колебаний обнажит свой меч в

зависимости от его ответа.

— Её Высочество

приходила к вам ранее.

Он просто

должен был представить положение Кайены немного в более выгодным свете для

Резефа.

— Она искала

вас, беспокоясь о вашем здоровье и текущем состоянии. Поскольку рыцари преградили

ей путь, она вернулась в свой дворец.

Это было

забавно. Раньше он игнорировал принцессу, потому что она была женщиной, но

теперь он защищал её, даже когда той не было здесь.

— …Это так?

Резеф был

нетерпеливым и вспыльчивым, но не глупым. Он понял, что поведение Зенона было

странным.

Что-то

случилось с Кайеной?

Он внезапно

осознал, что что-то медленно ускользало от него, словно песок сквозь пальцы.

— Я позову тебя,

если мне что-нибудь понадобится, так что уходи.

— Прошу

прощения.

Спустя долгое

время после того, как Зенон покинул комнату, Резеф позвал к себе ещё одного

помощника.

— Не спускай

глаз с Зенона Эванса.

—

Слушаюсь.

Как по

привычке, Резеф спросил у него.

— Чем сейчас

занимается моя сестра?

— Её Высочество

отправилась на прогулку.

— Тогда разве

ты не думаешь, что тебе стоит сказать мне куда она ушла?

— Прошу

прощения, Ваше Высочество. Я сейчас же разузнаю об этом.

Не выражая

эмоций на лице, Резеф схватил и швырнул ближайший подсвечник.

Медный

подсвечник ударил помощника по голове, но тот остался в согнутом положении, даже

не дрогнув.

Затем, как ни

в чем не бывало, Резеф продолжил беспечным голосом.

— Выясни смысл

в действиях моей сестры.

—

Слушаюсь.

— И я

предполагаю, что вы всё ещё постоянно подмешиваете яд в чай моего отца?

— Да.

Император

всегда смывал горький вкус лекарств сладким чаем.

Резеф

уже придумал трюк с серебряной ложкой.

Эта

ложка не потускнеет, если опустить её в чай. Вот почему Император так и не

исцелился.

—

Увеличьте дозу.

Помощник

склонил всё ещё кровоточащую голову.

Он

вышел, чтобы выполнить приказы и Резеф спокойно закрыл глаза.

Это

было ещё терпимо. Он мог быть терпеливым. Он всё ещё верил, что Кайена,

несомненно, принадлежит ему.

Мир и

счастье, которые она показывала ему до сих пор, не могли быть фальшивыми.

Она

хотела, чтобы он помог ей выйти замуж за того, кого она хотела? Он поможет ей в

её просьбе.

Хотя он

не знал как долго её партнер сможет спокойно дышать и жить.

Кайена принадлежала

ему. Она всегда находилась под его влиянием, да и сейчас тоже.

— Она

встречалась с Рафаэлем в Императорской Библиотеке…

Помощник,

который следил за Кайеной, сообщил ему об этом.

Рафаэль

Кедри.

Этого

человека Резеф не мог трогать, даже если бы он был императором.

Если

Кайена станет его женой, то она выйдет из сферы влияния Резефа.

Неужели

она всегда собиралась ударить его ножом в спину после того, как заставила его

ослабить бдительность?

Резеф

согласился, что было бы неплохо привлечь Рафаэля на свою сторону в качестве

союзника. Это был поистине превосходный план.

Однако

Резеф не мог позволить этому человеку забрать то, что принадлежало ему. Его

охватила безумная одержимость.

Он открыл

вход в потайной ход, который вёл из дворца принца. Он должен был немедленно

подтвердить самые сокровенные чувства Кайены.

Он вошёл

в покои принцессы через потайной ход.

Их

разделял только один гобелен. В это время Кайена, почувствовав его присутствие,

окликнула его слегка подавленным голосом.

— Почему

бы тебе не остановиться сейчас, Резеф?

Она

посмотрела прямо туда, где он скрывался.

Резеф

послушно вышел. Уже некоторое время шёл дождь и после того как он вышел из

коридора, то попал под него, так что теперь его волосы были совершенно мокрыми.

Она встала

со своего места, взяла сухое полотенце, которое было у неё в комнате и подала

его ему.

Резеф

лишь холодно посмотрел на Кайену сквозь мокрые волосы.

Кайене

ничего не оставалось как попытаться самой высушить его волосы.

*Шлепок!*

Резеф

шлепнул её по руке и полотенце беспомощно упало на пол.

Словно

вздохнув, Кайена произнесла.

— Ты

простудишься.

Резеф

издал смешок, а затем усмехнулся.

— Или

ты предпочитаешь тёплый чай?

Было

очевидно, что он откажется, но она всё равно спросила.

Разумеется,

Резеф холодным голосом осудил её.

— Как

ты можешь говорить что-то подобное сейчас?

Кайена

устала.

Впервые

за долгое время она покинула покои и вышла наружу только для того, чтобы

встретиться со своим бывшим мужем. Воспоминания о том, как она писала Резефу,

мучительно умоляя его спасти её, всплыли во всех подробностях. Она вспомнила как

отчаялась, когда Резеф не ответил ни на одно из бесчисленных писем, которые она

посылала ему каждый день.

Но она

постаралась выбросить это из головы. Этого прошлого здесь не существовало. Она

могла просто рассматривать это как наказание за то, что вела себя как злодейка и

подавила поднимающийся гнев.

Она

сказала себе, что в детстве им было слишком больно и они не могли с этим ничего

поделать.

Её брат,

тот, что стоял сейчас перед её глазами, был ещё молод. Она должна была

поверить, что он может измениться.

Их

обоих можно спасти.

Они

могли быть просто братом и сестрой с немного скверным характером, а не злодеем

и злодейкой.

Вот о

чём она думала.

— Тогда

что же я должна сказать?

Спросила

Кайена самым заботливым тоном.

Она

попыталась достать чистое полотенце, но Резеф крепко схватил её за руку, не

давая сдвинуться с места.

Кайена

нахмурилась от боли.

— Ты

действительно хочешь выйти замуж? Поэтому ты пошла сегодня на встречу с

Рафаэлем?

— Это было

простым совпадением.

— Конечно

это было совпадением, сестра.

Это

было выражение лица, которое совсем ей не верило.

Кайена

осознала, что Резеф полностью отвернулся от неё в гневе и недоверии.

— Почему

ты больше ничего не говоришь? Нужно всего лишь сказать, что всё прошло по

плану. Точно так же, как ты избавилась от всех людей в своём дворце.

«Включая

меня»

Но он

не стал добавлять последнюю часть.

Резеф

крепче сжал её руку и она издала легкий стон.

— Мне

больно, Резеф.

Он

разразился недоверчивым смехом и отпустил её руку. Вместо этого он схватил её за

шею.

Их

взгляды встретились.

— Моя

прекрасная старшая сестра. Мне не нравится, когда мой авторитет ставится под

сомнение.

Об этом

Кайена уже хорошо знала.

— Я не

могу оставлять рядом с собой кого-то, кто может представлять для меня угрозу.

Его

пальцы начали сжиматься вокруг тонкой шеи Кайены.

— Если

я захочу, твоя жизнь может просто стать ничем. Потому что следующий император

никто иной, как я.

Будучи

всё ещё удушаемой, Кайена произнесла.

—

Хорошо. Тогда, убей меня.

Рука Резефа

на мгновение замерла.

—

...Что?

— Ничего

страшного, если ты меня убьешь. Как ты и сказал, ты можешь убить меня в любое

время, когда захочешь. Это я тоже хорошо знаю.

Кайена

слабо улыбнулась.

Затем

она взяла своими обеими руками его руки, которые обвились вокруг её шеи и сжала

их. Она сжала их так сильно, что под её нежной белой кожей стали видны кости.

— ...

Ты сошла с ума?!

Крикнул

Резеф и оттолкнул её руки.

На её шее

уже расцвела красная метка.

Кайена

несколько раз кашлянула, потом заговорила с младшим братом так, словно давала

ему урок.

— Почему

ты кричишь? Разве ты не знаешь, что будет, если узнают, что ты сбежал сюда?

Её спокойствие

было жутким.

Резеф

подумал, что Кайена стала совсем взрослой. Он чувствовал, что она стала

спокойной, милой и доброй.

— Ты в

своём уме?

Он

задал этот вопрос со всей искренностью.

Она бы

ни за что не сделала этого, если бы не была сумасшедшей. Безумие и гнев,

поднявшиеся до кончика его головы, начали остывать.

Кайене

было всё равно. Она снова взяла Резефа за руку, как бы говоря ему поторопиться

и задушить её.

Он

грубо оттолкнул её руку и Кайена, подтолкнутая силой, упала на пол.

—

Прекрати!

Она

встала и пригладила волосы, которые растрепались.

Её

пустые глаза были пугающе сухими.

— Что с

тобой? Почему ты меня не душишь?

— …

Резеф

не мог ответить.

Они

стояли лицом к лицу. Атмосфера стала какой-то странно напряжённой.

Глядя

на старшую сестру, Резеф обнаружил неловким и абсурдным то, что он был так

напряжен.

На него

определенно давила воля Кайены. Она же, напротив, была спокойна. На её лице не

было и следа насмешки.

«Почему

бы тебе не задушить меня?»

Он был

из тех, кто без колебаний обнажал свой меч, когда злился. Но

теперь он не мог дотронуться до Кайены даже кончиком пальца.

Этот

факт задел его гордость. Это также сбивало с толку.

«Похоже,

они заметили, что Резеф внутри»

Было

ясно, что её талантливые слуги догадались о ситуации внутри.

Резеф

несколько раз громко кричал, но никто не вошёл в комнату, чтобы проверить.

Более

того, Вера, которая сказала, что собирается приготовить воду для ванны, ещё не

вернулась.

Казалось,

что она сама справляется с ситуацией снаружи.

Кайена

не хотела продолжать это бесполезную конфронтацию.

Она спросила

умиротворяющим голосом.

—

Теперь ты хочешь поговорить?

Резеф

упрямо не раскрывал рта. Кайена могла приблизительно догадаться, почему он так

себя вёл.

Вероятно,

потому, что она не отказалась от своей власти над внутренними делами,

обеспечила независимость дворца принцессы, а также встречалась сегодня с

Рафаэлем Кедри.

— Присядь.

Сказала Кайена

и направилась к курильнице.

Когда она

открыла крышку курильницы и немного отодвинула её, от сгоревших углей

распространился лёгкий аромат.

Первоначально,

Кайена любила использовать аромат, который обладал ясным и ярким присутствием.

Если она

использовала особый аромат, то казалось, что она как будто становилась живым

цветочком. Но всё это было в прошлом.

Аромат, на

который она сейчас перешла, успокаивал нервы. Умиротворяющий и тонкий аромат

хорошо сочетался с нынешней Кайеной.

Причиной

выбора такой комбинации был Резеф.

Она достала

новое полотенце вместо того, что упало на пол. После чего она усадила на стул

Резефа, который стоял до этого рассеянный. Она накрыла его влажные волосы

полотенцем и принялась осторожно их сушить. Это выглядело так, словно она

говорила ему сохранять спокойствие.

Теперь

казалось атмосфера стала более открытой для диалога. Не переставая сушить его

волосы, она начала говорить.

— Я не знаю почему

ты чувствуешь себя преданным мной.

Резеф

вздрогнул, когда Кайена своими губами упомянула о предательстве.

Она уже

предсказала, что этот инцидент расстроит Резефа. Также она давно размышляла о

том как справиться с этой ситуацией.

— Честно говоря,

власть над внутренними делами – это не та власть, которая принадлежит принцу.

Император

Эстебан дал ему эту власть вместо истинной власти.

Отчасти это

было из-за того, что Кайена не справилась со своей ролью принцессы, но была и

более серьёзная причина.

— Разве ты не

знаешь, что власть – это всего лишь иллюзия?

Император

намеренно передал управление внутренними делами Резефу, чтобы ему не пришлось

давать ему много настоящей власти. Как и сказала Кайена, это было сделано для

того, чтобы обмануть его глаза.

— Поскольку ты

потерял эту власть, то этот пробел необходимо заполнить чем-то новым.

Кайена

заметила, что в любом случае он не мог вечно удерживать в своих руках

управление над внутренними делами. Это был вполне разумный аргумент.

— То есть ты

хочешь мне сказать, что для меня это возможность, которой я должен

воспользоваться сам?

— Это

прекрасная возможность, Резеф.

Она положительно

отреагировала на его сарказм.

— Я же уже

говорила. Я намерена сделать тебя императором.

Кайена

перевернула полотенце и снова вытерла ему волосы.

— У тебя есть возможность

показать отцу, что ты изменился.

Резеф схватил

её за запястье, не давая вытереть волосы. Это было осторожное движение, в

отличие от его прежних грубых действий.

— Что ты имеешь

в виду?

— Как только

твой испытательный срок закончится, иди к отцу и попроси прощения. Затем скажи ему,

что было бы неплохо внести леди Кэтрин Линдберг в семейный реестр графа Хамеля.

Кайена

упомянула любовницу императора, которая так и не смогла переступить порог императорского

дворца.

Услышав её имя,

Резеф наморщил лоб. Он многое знал о любовнице императора.

Незадолго до

того, как заболев император слёг в постель, он встретил Кэтрин Линдберг на

охоте. Кэтрин Линдберг была достаточно красива, чтобы одним взглядом привлечь

внимание императора.

— Ты хочешь

сказать, что я должен своими руками увеличить число претендентов на трон?

У этой

женщины был тринадцатилетний сын от императора Эстебана.

Благодаря

этому она привлекла к себе всеобщее внимание.

— Согласна,

было бы хлопотно, если бы императрицей стала Кэтрин Линдберг. Но этому не

бывать.

Эрцгерцог

Генрих проглотил семью Линдбергов, как будто он дискредитировал и подчинил себе

семью Эйвон из-за долгов.

Отец Кэтрин

был убит под видом несчастного случая и Генрих назначил своего человека главой

семьи.

Кайена была

убеждена, что бывший патриарх Линдберга не погиб в результате несчастного

случая, потому что она видела, как это было подозрительно представлено в

романе.

Эрцгерцог

Генрих мог бы превратить Кэтрин Линдберг в простолюдинку.

Император

предотвратил это, признав мать эрцгерцога Генриха членом императорской семьи и

приняв приёмного сына эрцгерцога Генриха в качестве потенциального наследника

престола.

— Почему ты так

уверена?

Озадаченно

спросил Резеф.

— Ты действительно

думаешь, что эрцгерцог Генрих позволит Кэтрин Линдберг что-нибудь сделать?

Скорее всего,

Генрих возражал против добавления ещё одного законного преемника больше, чем Резеф.

— Как ты думаешь,

примут ли это Хамели, родная семья покойной императрицы?

Было

очевидно, что граф Хамель не хотел бы, чтобы влияние Кайены как единственной

леди императорской семьи уменьшилось.

— Но конечно,

для них было бы намного лучше принять любовницу Императора как дочь, чем потерять

контроль над чёрным рынком.

Кайена снова

напомнила Резефу о существовании чёрного рынка.

— ...Мои сторонники

не будут бездействовать.

— Это не повод

для беспокойства. Посмотри какие шаги предпринимает император, чтобы лишить

тебя власти. Естественно, аристократы, которые поддерживают тебя, будут чувствовать

такую же угрозу, как и ты.

Более того,

Сьюзен Лепор, которую Кайена на этот раз выбрала придворной дамой, будет иметь

для них большое значение.

— А если леди

Кэтрин удочерит Граф Хамель, что может сделать её сын? Люди уже объявили свою

сторону в битве за трон.

— …

Все, что она

говорила было правдой.

Резеф подавил

первоначальное отвращение и серьезно обдумал её слова.

Самым любимым

ребенком императора не была ни Кайена, ни Резеф.

Это был сын

Линдбергов. Вот почему он даже признал притязания Генриха на трон, чтобы не

беспокоить семью Линдбергов.

Однако даже

такими мерами его любовница не смогла войти в императорский дворец.

Так было

потому, что слишком много людей держали её под контролем и Кэтрин пришлось

скрываться в своем особняке, чтобы спастись.

«Её сын

должно быть сейчас студент Императорской Академии»

— Вы будете признаны

и в то же время получите великолепного заложника.

— Хотя можно

пригрозить графу Хамелю чёрным рынком, чтобы заставить его усыновить

Линдбергов, но она стала моей заложницей, это совсем другое дело.

Граф Хамель

несомненно воспользуется ситуацией с Кэтрин, если она попадет в его руки.

Кайена

усмехнулась.

— Граф Хамель

относится к моей семье по материнской линии. Какие могут быть с этим проблемы?

На Кайену

сильно повлияла та жизнь, которую она прожила до этого. Во второй жизни она

была спокойна, но в ней также была и тёмная и дотошная сторона.

Это не

означало, что внутри неё исчез мерзкий, словно как у злодейки темперамент.

У неё определенно

был дурной характер. Она просто лучше скрывала это, чем Резеф, который не

стеснялся хвастаться и злоупотреблять своей властью. Она легко могла манипулировать

кем-то вроде графа Хамеля.

«Неужели это

не было заранее спланировано? Могла ли она всё это спланировать именно сейчас?»

Резеф был в

замешательстве.

Это

действительно исходило из головы Кайены?

«Как это

возможно? У неё не должно быть доступа к большому объему информации»

Он полностью

осознал, что Кайена была намного полезнее, чем он думал.

Кайена сняла

полотенце с его головы и наклонилась, чтобы привести в порядок его волосы.

— Мы закончили

ссориться?

— … Хах.

Резеф не

хотел отвечать, но, не раздумывая, засмеялся. Кайена увидела его улыбку и

сопоставила её со своей.

— ... У тебя

холодные руки.

Он вдруг

вспомнил, что руки сестры были холодны, как лед, и взял их в свои. Её руки всё

ещё оставались холодными.

— Хорошо быть

молодым, хах. Даже после дождя твои руки такие тёплые.

— У нас всего

лишь год разницы в возрасте. Ты также должна заниматься спортом.

Как получилось,

что его безумный гнев, из-за которого ему хотелось убить всех, исчез в одно

мгновение?

Сейчас же он

чувствовал себя таким спокойным, что его прежний гнев казался ничем.

Кайена всё

ещё была его заботливой сестрой. Его покой не исчез.

«Но эта

сообразительность может быть немного опасной»

Резеф решил,

что необходимо усилить контроль над сестрой.

Спустя некоторое

время в спальню вошла Вера.

— Ванна ещё

тёплая, Ваше Высочество.

— Спасибо.

Кайена была полностью

истощена. Она пошла в ванную, окунулась в мраморную ванну и после отправилась

на массаж.

В конце

процедур Кайена, которую продолжали молча обслуживать, надела платье и

позволила служанкам уйти. После чего она обратилась к Вере.

— Пожалуйста,

приобрети серебряную ложку самого лучшего качества для Его Величества

Императора. Чем больше она будет украшена, тем лучше.

Император

принимал лекарства каждый день.

Приняв

лекарство, он делал несколько глотков сладкого чая, используя серебряную

ложечку.

Она подумывала

о том, чтобы самой приготовить для него серебряную ложку.

«Мне нужно

подготовиться, прежде чем Резеф отравит императора»

Если бы форма

была более яркой и гламурной, её нельзя было бы заменить другой ложкой,

поскольку это было бы заметно с первого взгляда.

Серебряная

ложка, которую в настоящее время использует император, не была сделана из настоящего

серебра. Резеф заменил её поддельной ложкой, чтобы он мог отравить Императора,

когда захочет. Она ни за что не могла позволить императору умереть по воле

Резефа.

— Я подготовлю

её как можно скорее.

Кайена

кивнула Вере.

Императорский

указ достиг виконтства Грейс. Семья скорбела, ведь они больше не могли отказать

в просьбе императорской семьи.

Виконт Грейс

повернулся в сторону своей дочери с печальным выражением лица.

— Мы ничего

больше не можем поделать. Это воля Его Величества.

«Всё точно

так, как было написано в письме»

Подумала

Оливия.

Она

надеялась, что это было ложью, но, увидев, что это было правдой, она немного

прикусила нижнюю губу.

«Это определённо

то, что имела в виду принцесса Кайена»

Кроме того, до

Оливии дошла новость о том, что все существующие фрейлины во дворце принцессы

были изгнаны. Во дворце происходили масштабные перестановки.

Оливия советовалась

с Марией, единственной близкой подругой с которой она могла поговорить.

— Ясно как

день, что Её Высочество меня ненавидит. Разве это не странно, что она выбрала

меня в качестве своей фрейлины?

Оливия сидела

на качелях и пинала землю. Всё это было слишком запутанно.

— Это правда. Ах,

это действительно удивительно, что она выбрала тебя в качестве фрейлины.

— Интересно,

зачем я понадобилась ей?

Мария

рассмеялась над подругой, которая была серьёзно обеспокоена принцессой Кайеной.

— Ты

действительно думаешь, что в этом должен быть какой-то глубокий смысл? Мне

кажется, она пытается следить за тобой.

Судя по её

тону, она была убеждена, что за действиями принцессы Кайены не стоят никакие

особые мотивы. Всё общество знало, что Кайена ревновала и опасалась Оливию.

Но Оливия не

думала, что всё так просто.

— Если бы она

была таким человеком, то давно бы так поступила.

А поскольку

она отослала всех фрейлин из дворца принцессы, она будет заполнять их места

новыми людьми.

Какой тип

людей нанимали во дворце принцессы?

У Оливии не

было возможности узнать об этом, поэтому она была разочарована.

«Для начала,

лучше как можно раньше отправиться во дворец и разобраться в ситуации»

Оливия сразу

же начала действовать в соответствии со своим решением.

У неё было не

так уж много вещей. Она хотела взять с собой служанку, но это слишком сильно

подорвало бы состояние семьи. Как старшая дочь, она должна была подавлять свои

желания.

— Тебе не

обязательно отправляться так рано. Почему бы тебе просто не поехать завтра?

Но она уже

вызвала экипаж.

Оливия взяла

свою сумку и попрощалась с семьей.

— Со мной всё будет

в порядке. Не беспокойтесь обо мне.

Держа указ в

руке, она направилась к императорскому дворцу.

Отсюда попасть

в замок было несложно.

«Это

потрясающе...»

Императорский

дворец ошеломлял прямо со входа.

Не говоря уже

о его размерах и великолепии, сама атмосфера внутри была захватывающей.

«Здесь я

останусь в будущем. Я должна быстро адаптироваться к обстановке»

Заручившись помощью

придворных, она направилась во дворец принцессы.

— Я получила ваше

сообщение ранее, мисс Грейс.

Аккуратно

одетая фрейлина ждала её у входа во дворец принцессы.

— Приятно

познакомиться с вами. Меня зовут Оливия Грейс.

— Я Вера

Лекстон. Можешь просто звать меня Верой.

Должно быть,

она была старшей фрейлиной.

Оливия была

уверена, что все существующие придворные дамы были изгнаны. Была ли она кем-то,

кто пережил чистку?

«Если так, то

весьма вероятно, что она одна из людей принцессы Кайены»

Вера

проводила Оливию до её комнаты.

Это была отдельная

комната, которая была намного лучше, чем спальня родителей Оливии, являвшейся лучшей

комнатой в особняке Грейс. Оливия поставила сумку и с восхищением оглядела

комнату.

«В комнате

фрейлины даже есть зеркало в полный рост»

Вера вкратце

изложила её будущие задачи.

— Всего будет

четыре фрейлины, включая меня и вас, Мисс Оливия. Таким образом, вам будет предоставлено

много прав и полномочий, но работа также будет очень важна.

Оливия немного

удивилась, услышав, что всего будет четыре фрейлины.

Вера

объяснила, что она сама ответственна за фрейлин дворца принцессы.

— Мисс Оливия

будет в первую очередь отвечать за приём гостей Её Высочества в будущем. Кроме

того, вы будете управлять расписанием приема гостей, общими церемониями и

процедурами.

Это была

слишком хорошая позиция, чтобы предоставить её Оливии, у которой наверняка была

самая скромная семья из собравшихся здесь.

Помимо того,

что она позволяла ей обладать влиянием в светских кругах, она занимала во

дворце принцессы второе место по важности после Веры, а может быть, и самое

важное.

«О чём именно

она думает?»

В этот момент

принцесса казалась какой-то таинственной фигурой.

— А теперь

приготовьтесь. Мы должны пойти и поприветствовать Её Высочество.

Вера имела в

виду, что Оливия теперь может переодеться в красивую одежду, если захочет.

Однако на Оливии уже было лучшее платье, которое у неё было, не считая

праздничных.

У неё не было

одежды, чтобы «подготовиться», поэтому ей пришлось приготовить что-то ещё.

— Есть ли

что-нибудь, с чем я должна быть осторожна?

Вера

улыбнулась на вопрос Оливии.

— Не

беспокойтесь, Мисс. Скоро вы узнаете, что вам следует делать, а чего не

следует.

— ...Понятно.

Слова Веры

показались ей вполне осмысленными.

Прежде чем

пойти поприветствовать Её Высочество, Оливия проверила свой вид и последовала

за Верой.

Даже двери в

покои принцессы были необычными. Огромная дверь была украшена золотом и

изображала какую-то историю. Кажется, это сцена из какого-то мифа.

Когда дверь,

похожая на произведение искусства, открылась, она увидела красный ковер с

гламурными узорами на нём.

Идя по

мягкому полу, они вскоре добрались до спальни.

— Наконец-то.

Наконец двери

спальни открылись.

Первое, что

пришло в голову Оливии было то, что в комнате приятно пахло. Присутствовал очень

тонкий и успокаивающий аромат, который казалось снимал её напряжение.

Сама комната

тоже походила на произведение искусства и соответствовала статусу принцессы.

Внутри комнаты на диване сидела принцесса, которая выглядела как величайший

шедевр из всех. Она отвернулась от книги и посмотрела на гостей.

«Вау…»

Оливия на

мгновение растерялась.

У неё перехватило

дыхание, когда она встретилась взглядом с невообразимо красивой женщиной с

бледно-лимонными, почти платиновыми волосами.

Кайена мило

улыбнулась, глядя на неё.

— Ах, верно.

Оливия

очнулась от оцепенения и быстро поприветствовала её.

— Оливия Грейс

приветствует Её Высочество принцессу.

«Она

определенно немного отличается от прежней себя»

Оливия

никогда не была хорошо знакома с Кайеной, но не могла не задавать вопросов.

— Я думала, фрейлины

приедут завтра.

— Я пришла во

дворец на день раньше, потому что узнала, что у Вашего Высочества не фрейлины,

которая могла бы вам помочь.

Оливия вела

себя прилично, чтобы не казаться несдержанной.

Кайене

понравилась её сообразительность. Кроме того, ей было приятно видеть блестящие

волосы цвета пшеницы и сверкающие зелёные глаза Оливии. Это было несравнимо с

ослепительной красотой Кайены, но уникальная спокойная и интеллигентная

атмосфера Оливии просто притягивала к себе.

— Приятно познакомиться,

мисс Оливия Грейс.

— Теперь, когда

я одна из людей Вашего Высочества, пожалуйста, не стесняйтесь обращаться ко мне

неофициально.

С самого

начала и до конца это было безупречно вежливое отношение. Кайена едва

сдерживала улыбку при виде её поведения.

Оливия

продолжила.

— Спасибо, что

выбрали меня. Я несведуща во многом, но я буду служить Вашему Высочеству всем

сердцем.

Кайена

подошла к Оливии, которая склонилась на одно колено. После чего она взяла её за

руку и помогла ей встать.

— Надеюсь, в будущем

мы хорошо поладим.

Они перешли в

гостиную пить чай.

— Ты должно

быть была очень удивлена, когда тебя выбрали в качестве фрейлины для дворца

принцессы.

Улыбаясь

произнесла Кайена со взглядом, который казалось видел тот факт, что Оливия

проявляла осторожность.

— Надеюсь, мы

сможем преодолеть прошлые раны, которые я ранее причинила тебе.

— Как мне

следует их преодолеть?

— Твои слова

успокаивают мой разум. Сколько сейчас тебе, двадцать?

— Да,

так точно.

— Значит, у

тебя уже была церемония совершеннолетия? Я не помню, чтобы слышала об этом.

Должно быть, я была слишком невнимательна.

Оливия говорила

откровенно, не чувствуя стыда за то, что происходила из бедной семьи.

— У меня не

было отдельного празднования по случаю моего совершеннолетия, ведь у меня много

младших братьев и сестер, а у нашей семьи не хватает денег. Вот почему Ваше

Высочество не слышали об этом.

Слуги

поблизости ахнули от удивления, либо закашлялись при словах Оливии.

Кайена широко

улыбнулась.

— Тогда мы

сможем отпраздновать наше совершеннолетие вместе.

Не переставая

говорить, Кайена открыла гардеробную. Она сразу же начала выбирать платье для

Оливии, чтобы надеть его на церемонию.

— К счастью, у

нас похожее телосложение, так что ты можешь надеть одно из моих платьев.

Оливия была

поражена. Она тут же опустилась на одно колено и произнесла.

— Это намного

больше, чем я заслуживаю, Ваше Высочество.

— Как я могу

быть гордым членом императорской семьи, если не могу позаботиться своих людях хотя

бы так? Пожалуйста, не отказывайся, хотя бы ради чести твоей госпожи.

Стоявшая

рядом с ними Вера, помогла Кайене, сказав.

— Вам позволено

воспользоваться добротой Её Высочества.

—

…Спасибо вам.

Кайена, с

которой Оливия несколько раз встречалась в светском обществе, теперь выглядела

совершенно другим человеком.

В её

действиях отражалось благородное достоинство, а в словах – естественная

властность.

Она

действительно была принцессой империи.

Только

внешность казалось осталась прежней, внутри она совершенно изменилась.

Кайена

остановилась перед своими апартаментами и посмотрела на Оливию.

— На сегодня

достаточно. Иди и отдохни.

В конце

концов, это было бы пустой тратой времени отвечать на её вопросы.

Кайена

неторопливо улыбнулась, глядя на Оливию, которая похоже глубоко задумалась.

Вера

взглянула на Кайену, которая читала книгу на досуге после короткого разговора с

Оливией.

В руке она держала

путеводитель по северным регионам страны.

«Она могла бы

по крайней мере пойти и встретиться с сэром Кедри»

Стоя бок о

бок в императорской библиотеке, они прекрасно подходили друг другу, как

принцесса и рыцарь из сказки. Кроме того, в тот день Рафаэль пришел навестить

Кайену. Разве это не признак того, что он что-то чувствует к ней?

Но в последнее

время Кайена держалась от него на расстоянии. Она никогда не говорила о том

каким классным он был, как рассказывала раньше.

— В северном

регионе больше не на что смотреть. Там будет некомфортно жить.

Она отложила

путеводитель и заговорила о пустяках.

— Ваше

Высочество, вы искренне желаете, чтобы между мисс Оливией и сэром Кедри всё

сложилось хорошо?

Неожиданно

спросила Вера.

— Действительно

ли я желаю, чтобы у них всё сложилось хорошо?

Кайена

постучала ладонью по обложке книги, после чего открыла её на первой странице,

словно приняв решение.

—

Разумеется.

Если выражаться

точнее, то она надеялась получить хоть что-то из этой ситуации, ведь они всё

равно отлично поладят.

В

оригинальной истории, Рафаэль и Оливия впервые встретились на праздновании

совершеннолетия Кайены после разговоров о браке. Всё это разворачивалось как судьбоносная

любовная история, но в то же время это также было прелюдией к трагедии Кайены.

На этом

вопросы Веры не закончились.

— Ваше Высочество,

как бы вы поступили, если бы сэр Кедри влюбился в вас?

Кайена была

удивлена неожиданным вопросом. Положив книгу на колени, она произнесла.

— Что за

нелепое предположение.

Она просто

отмахнулась.

— Сэр Кедри уже

ведёт переговоры о браке с Оливией. Надеюсь, об этом больше не зайдёт и речи.

— Прошу

прощения, Ваше Высочество.

Кайена покачала

головой.

— Я не ругаю

тебя. Я понимаю почему ты спросила это.

Вера сжала

губы, немного смущённая своими домыслами.

Было бы

здорово, если бы Её Высочество смогла наладить отношения с любимым человеком.

Вера

почувствовала ещё большее сожаление, ведь она слышала, что Кайена планировала и

мечтала примерно о 50-летнем будущем с Рафаэлем.

«Хотя,

несомненно, мисс Оливия красива…»

Вера подумала

об Оливии. Кайена сказала, что она сообразительная и умная леди. Она также

сказала, что с ней будет комфортно работать, так как они хорошо поладят. При

этой похвале Вера заметила, что принцесса очень уважает эту женщину.

«Неужели она настолько

талантливый человек?»

Разумеется, её

представление было превосходным. За исключением своего дома, Оливия, казалось,

не имела никаких видимых недостатков. Вера не знала точно, какой была личность

Оливии, но её репутация в обществе была неплохой. Это было действительно

впечатляюще, что её репутация не была плохой, учитывая, что всё знали как сильно

Кайена ненавидела и опасалась её.

— Вера, ты

определилась со своими людьми?

Вопрос Кайены

вывел её из задумчивости. Кайена имела в виду людей, которые будут помогать Вере

с её обязанностями.

— Да, Ваше Высочество.

Прежде всего, я хотела бы назначить Энни.

—

Хороший выбор.

Вера тайно

реорганизовывала рабочую силу во дворце принцессы, чтобы её могла использовать

Кайена.

— Остальные две

фрейлины прибудут завтра.

Кайена

выглянула в окно. Весенний дождь всё ещё шёл.

— Я хочу, чтобы

ты помогла Оливии адаптироваться к работе.

— Да, Ваше

Высочество.

Кайена

подумывала о создании своего рода ранга среди них. Ранг покажет другим кого

принцесса любит больше. Когда Кайена примет Оливию, люди будут более осторожны

с ней. Как только Оливия получит приличное влияние, Резефу и эрцгерцогу Генриху

будет трудно достать её.

Таким

образом, Кайена могла создать среду, в которой они могли бы выживать, прежде

чем покинуть императорский дворец.

Когда Вера

вышла, в спальне осталась только Кайена. Она закрыла книгу. Читать о западном

регионе было неловко, поскольку родной город виконта Джиллиана находился на

западе. Она выпустила книгу из своих рук так, словно та была покрыта шипами.

С её губ

сорвался вздох. Она думала, что исцелилась от ран прошлого. Однако это

убеждение было разрушено после того, как она встретила Джиллиана. Будет ли она

в порядке, когда снова встретится с ним лицом к лицу? Она не была уверена.

— Не лучше ли

принять меры…?

Есть ли

какой-нибудь способ развалить виконтство Джиллиан и уничтожить их дело с

боевыми конями?

«Но

герцогству Кедри было бы очень неприятно, если бы на их территории образовалась

брешь»

Было

опрометчиво и трудно сломить силы герцога Кедри.

Резеф и

Генрих очевидно были бы счастливы, если бы влияние Кедри уменьшилось. Но, для

начала, было неблагоразумно сеять раздор с герцогством без всяких на то оснований.

«Здесь много

противоречивых интересов»

Дело Джиллиана

по разведению боевых коней было очень важным. Возможно, она могла бы уменьшить

его влияние, если бы правительство взяло его под контроль или если бы на рынке

было больше конкуренции…

Она

продолжала думать об этих запутанных интригах, как вдруг, остановилась. Не было

никакой нужды заходить так далеко.

— Мне просто

нужно заменить Хенвертона новым человеком.

И это больше соответствовало

навыкам Кайены.

К счастью,

Хенвертон Джиллиан не был рожден с особенно хорошим характером или

способностями, а его друзья были ещё хуже.

— Хмм.

Однако ей

нужно было сотрудничать с Рафаэлем, чтобы осуществить этот план.

Она не могла

так легко избавиться от вассала Кедри.

Каким-то

образом она продолжала оставаться связанной с Рафаэлем. Она не испытывала к

нему ненависти, но боялась, что он почувствует себя неловко.

Кайена хотела

жить иначе, не так как в прошлом.

Она спокойно

смотрела на свои дрожащие руки. Хенвертон Джиллиан был одержим ею и в этой

жизни.

Он может

последовать за ней, если она убежит, и сделать то же самое, что и в прошлый

раз.

Её

воспоминания о жестоком обращении были не совсем ясны. Её воспоминания об

убийстве также были туманными. Но даже намёки на эти воспоминания, заставляли её

тело дрожать подобным образом.

Реакция её

тела сильно отличалась от её хладнокровия и рассудительности.

«Я должна избавиться

от того, что не могу контролировать»

Джиллиан был

элементом, который она не могла контролировать. Так что у неё не было причин

колебаться, чтобы избавиться от него.

Вера взяла с

собой только одну служанку, чтобы та сопровождала её и направилась в

центральную часть замка, чтобы проверить еду принцессы.

Эта кухня

была самой важной в замке, потому что именно здесь занимались готовкой блюд для

императорской семьи.

Несмотря на

то, что за этим местом тщательно ухаживали, Вера всегда входила и выходила из

центральной кухни из-за аллергии Кайены. Кроме того, Кайена не могла есть еду с

сильным запахом рыбы, поэтому её фрейлинам приходилось уделять особое внимание

блюдам из морепродуктов.

«Её Высочество

делает вид, что это не так, но со вчерашнего дня она так слаба и встревожена.

Мне нужно приготовить еду, чтобы помочь ей восстановить силы»

Однако

шеф-повар всегда выглядел недовольным, когда Вера заходила и вмешивалась в

приготовление пищи. Он открыто подверг Веру остракизму, отказался сотрудничать

и пытался выгнать её как можно быстрее. Как будто ему было что скрывать.

«Он слишком

сильно настроен против того, чтобы впускать сторонних лиц на кухню. Человек с

чистой совестью не стал бы так поступать»

Фыркнув подумала

Вера. Если она обнаружит что-нибудь подозрительное, то сразу же сообщит об этом.

Но Вере преградили

путь у входа во дворец принцессы. На её пути стояли придворные и среди них Вера

увидела знакомое лицо.

Это была

госпожа Совенин, правая рука госпожи Хельер, старшей горничной, отвечавшей за

всех служанок императорского дворца. Кроме того, она была членом фракции Резефа

и враждебно настроена против Кайены.

Вера

поприветствовала её.

— Миссис

Совенин, могу я спросить, что вы здесь делаете?

Госпожа

Совенин усмехнулась.

— Держу в узде

служанок дворца.

— Под этим вы

подразумеваете…

— Куда ты

сейчас направляешься?

— Я шла к центральной

кухне. Мне необходимо проверить еду Её Высочества.

При её словах

госпожа Совенин свирепо посмотрела на Веру.

Выражение её

лица показывало, что она победит Веру несмотря ни на что.

— Это место

является самым строго управляемым из всех подразделений. Вы не профессионал. Чем

именно вы можете там заниматься?

Вера поняла,

что госпожа Совенин пытается придраться к ней.

Поскольку её

соперница занимала более высокое положение, чем она, шансы Веры на победу в

этом бою были невелики. И всё же она не могла держать рот на замке. Отношение

Веры было отражением Кайены. Она выпрямила спину.

— Я

единственная старшая фрейлина во дворце принцессы. Если не я позабочусь об

этом, то кто?

Затем пять старших

фрейлин выстроились рядом с миссис Совенин, как будто ждали, что она скажет

это.

— Несмотря на

это, старшая горничная велела мне выбрать и прислать новых старших фрейлин,

потому что во дворце принцессы недостаточно фрейлин.

При этих

словах Вера прищурилась.

— Но Её Высочество

уже определилась с фрейлинами, которые будут управлять её дворцом.

— Довольно этой

чепухи!

Женщина сразу

же заглушила слова Веры, как будто они ничего не значили.

— Фрейлины

для дворца принцессы должны быть тщательно отобраны. Как такие необразованные

дамы могут служить Её Высочеству?

В словах

госпожи Совенин не было ничего неправильного. Но они были и неправдивы: целью

женщин было явно шпионить за Кайеной.

— Более того,

ваше отношение к делу весьма проблематично. Разве вы не знаете, какой ущерб вы

наносите руководству, выходя за рамки на центральной кухне?

Вера нахмурила

брови от недоумения, а выражение её лица постепенно утратило любезность и остыло.

— Что вы имеете

в виду под “выходя за рамки”?

— Разве вы не вмешиваетесь

в уникальные компетенции кухонного персонала? Центральная кухня много раз

жаловалась старшей горничной!

Её

раздражение стремительно росло.

Выходит за

рамки?

Вера только

проверяла еду, чтобы узнать, были ли какие-нибудь блюда, которые принцесса не

могла есть и были ли использованы ингредиенты, которые ей были не по вкусу.

Естественно,

это было тем, чем она должна была заниматься в качестве её фрейлины. Другие же

фрейлины, назначенные во дворец принцессы и раньше вели себя расслаблено, но с

поведением Веры подобных проблем больше не возникало.

«Я не думаю,

что она просто пытается завязать ссору, используя этот предлог ... Поведение

старшей горничной, вызывает подозрения»

Вера окинула

взглядом госпожу Совенин и других приближённых.

Она ожидала,

что старшая горничная будет недовольна властью Кайены над внутренними делами.

Но Вера не знала, что та вскоре попытается надавить на Кайену.

Вера скрыла

свой гнев и ответила как можно спокойнее.

— Её Высочество

недавно серьёзно заболела из-за аллергии на орехи. Так что я должна проверять

продукты, доставляемые Её Высочеству.

Госпожа

Совенин ухватилась за её слова и использовала их против неё.

— Вы думаете шеф-повар

готовит еду, не зная об этом? Как вы смеете сомневаться в его способностях и оскорблять

его подобным образом!

Вера закусила

губу, после чего ответила.

— …Я не это

имела в виду.

Она проиграла

этот раунд.

Она была опечалена,

но была вынуждена пассивно склонить голову. Госпожа Совенин торжествующе улыбнулась.

— Эти женщины

будут подавать еду Её Высочеству, так что можете возвращаться.

Вера сжала

кулаки.

Похоже их

волновал испытательный срок принца Резефа.

«Она с трудом

получила хоть какую-то власть…»

Принцесса

обладала лишь временной властью над внутренними делами, но силы принца уже были

направлены против неё.

Если подобные

мелочи могут одолеть её, то это ничем не будет отличаться от того, когда на

Кайену смотрели свысока, словно на бумажную принцессу.

Вера

почувствовала злость и обиду. Она не могла немедленно вернуться в спальню

принцессы.

«Как Её

Высочество каждый раз сохраняет спокойствие?»

Даже такого

рода давление заставляло Веру чувствовать себя расстроенной и несчастной.

Как мог этот

маленький, кажущийся хрупким человек, может быть таким сильным?

Госпожа

Совенин надавила на неё и Вера была беспомощно разбита.

Её положение

и семья были слабыми по сравнению с другими, так что она никак не могла

победить.

Что мог бы

сделать кто-то вроде неё, чтобы помочь Кайене?

Вера никогда

не считала себя некомпетентной. Но это было её ошибкой.

Как только

власть Резефа будет восстановлена, Вера станет не более чем бессильной,

неприметной старшей фрейлиной.

«Если я не

буду действовать умнее и увереннее, они и дальше будут смотреть на меня свысока»

Она должна была

стать полезной.

Это было навязчивой

идей Веры с тех пор, как она начала работать в замке.

Для Веры

Кайена была единственной надеждой на спасение. Если бы на сторону Кайены встали

более полезные и компетентные люди, Веру могли бы бросить из-за её бедной

семьи.

Она должна

быть более полезной.

Вера

остановилась в комнате отдыха, которую использовали фрейлины, после чего

внезапно подняла голову.

«Центральная

кухня…»

Она вспомнила

как шеф-повар слишком настороженно относился к посторонним.

В этом было что-то

подозрительное.

Если она

проведет расследование, что-нибудь обязательно выяснится.

— Мне нужно

найти кого-нибудь, кто мне поможет.

Вера грызла

ногти, когда раздался какой-то звук.

Щелчок.

В этот момент

дверь в комнату отдыха открылась и в комнату вошла девушка.

— Ой, я и не

думала, что здесь кто-нибудь будет.

— ...Мисс

Оливия?

Этой девушкой

была не кто иная, как Оливия Грейс.

— Мисс Оливия.

Сожалею, что начинаю с просьбы об подобной услуге.

Вера незамедлительно

обратилась за помощью.

Это была несложная

просьба.

— В центральной

кухне есть что-то подозрительное и я пытаюсь выяснить, что именно. Не могли бы

вы привлечь внимание к кухне, притворившись, что проходите какое-то

практическое обучение?

—

Звучит не так уж и сложно.

Увидев, что

Вера одета как служанка, Оливия с тревогой спросила.

— Всё ли

пройдёт хорошо?

— Служанки

всегда в масках, так что всё будет хорошо. И, к счастью, у меня распространённый

цвет глаз и волос.

Оливия тихо

вздохнула. Она и не думала, что ей придется в первый же день исследовать всё интриги

императорского дворца.

— За складом в

центральной кухне всегда кто-нибудь следит.

Склад был

соединен с двором и все материалы, импортированные во дворец, хранились там.

Осмотрев

кухню, Вера увидела охранников, строго охранявших дверь склада.

В прошлом она

думала, что имеет смысл взглянуть внутрь его, так как там хранилось достаточно

много дорогих ингредиентов. Но сейчас она чувствовала что-то странное. Разве

такой уровень осторожности не означает, что происходит что-то подозрительное?

Вера, долгое

время находившаяся при императорском дворце, могла примерно предсказать какая

там творится коррупция.

Должно быть, шеф-повар

растрачивает деньги. Глаза Веры резко заблестели.

— Пойдём.

В это время

Кайена просматривала книги о путешествиях.

«Милхен на юго-западе

выглядит неплохо. Он умеренно беден и изолирован»

Она

собиралась решить где жить после того как выйдет замуж за своего воображаемого

мужа.

«Хотя это немного

близко к герцогству Кедри»

Но его

близость к герцогству Кедри могла быть и преимуществом, так как Резеф и другие

силы не смогут запросто побеспокоить её.

Затем она

услышала стук в дверь.

— Входите.

Дверь открылась

и в комнату вошла Энни. Но выражение её лица было несколько странным.

— Ваше Высочество,

ваша еда готова. Но…

Кайена

отложила книгу. Будучи в недоумении, она спросила.

— Что

случилось?

— Я впервые

видела фрейлин, которые приготовили еду для Вашего Высочества. Что я должна

сделать?

— Где Вера?

— Я не видела

её поблизости.

Другие

фрейлины кроме Веры?

Вера не стала

бы посылать кого-то другого, не сказав ни слова.

Взгляд Кайены

на мгновение стал острым, а затем выражение её лица вернулось к своему обычному

виду.

— Впусти их.

Вскоре вошли

незнакомые старшие фрейлины.

— Мы почтительно

приветствуем Её Величество принцессу.

Вошедшие дамы

занимали исключительно высокое положение даже среди старших фрейлин. Кайена

приказала им накрыть на стол.

— Вы не их тех

людей, которых я обычно вижу в своём дворце. Как вы прошли, чтобы принести мне

еду?

— Число старших

фрейлин в вашем дворце на удивление невелико, поэтому мы были назначены сюда. В

будущем мы будем отвечать за заботу о Вашем Высочестве.

— Ах. Так ли

это?

Кайена сразу

же распознала их явные намерения.

«Следует ли мне

просто оставить их в покое?»

Она только

что установила систему, чтобы её дворец не трогали, но люди уже пытались

держать её под контролем. Более того, было нелепо, что её игнорируют и

назначают старших фрейлин без её разрешения. Это было доказательством того, что

они верили в силу своего покровителя, Резефа – нет, семьи Эванс.

«Если я буду

вести себя враждебно без всякой причины, это вызовет ссору. Если я этому не

помешаю, то всё будет так же, как и прошлом...»

Ещё не

прибыли все фрейлины, которых она сама выбрала.

Когда завтра

Сьюзен и Джулия прибудут во дворец принцессы, они, возможно, смогут вытеснить

остальных влиянием своих семей.

«С точки

зрения семейного древа, они благороднее»

— Сегодня на

центральную кухню прибыла партия свежей рыбы, так что её приготовили на гриле.

Несмотря на

то, что Алькием, столица Кайены, располагался во внутренней части империи,

достать рыбу было нетрудно благодаря соседнему портовому городу. Однако рыба

обычно не входила в меню Кайены, потому что ей не нравился вкус рыбы.

«...Я уверена,

что Вера не проверяла эту еду»

Вера была не

из тех, кто исчезнет, оставив свою работу незаконченной, поэтому Кайена

забеспокоилась ещё больше.

Она взяла нож

и обратилась к фрейлинам, которые стояли в линию, наблюдая за ней.

— Почему вы до сих

пор здесь?

— Нам было

приказано помочь Вашему Высочеству…

Грохот!

Нож ударился

о тарелку и издал пронзительный звук. Фрейлины задрожали.

Кайена, всё ещё

улыбаясь, сказала им.

— Разве я только

что не сказала вам убраться прочь?

Ходили слухи,

что в последнее время Кайена стала спокойнее. Однако жестокость, которую она

демонстрировала до сих пор, оставалась ясной в умах фрейлин. Они боялись, что она

бросит нож, который держала прямо сейчас в руках, если они не смогут успокоить

её. Они с содроганием отступили.

— ...Пожалуйста,

позовите нас, когда мы вам понадобимся, Ваше Высочество.

Фрейлины ушли

и Кайена немедленно подозвала Энни.

— Иди и найди

Веру.

Энни сразу же

ушла.

Кайена ещё некоторое

время ковырялась в супе, но на всякий случай отложила ложку. Вскоре вернулась

Энни, приведя с собой ещё одну служанку.

— Это служанка,

которая пыталась пройти с Верой на центральную кухню.

«Пытались пройти?»

Служанка старательно

объяснила, что произошло во время их столкновения с госпожой Совенин.

Тогда Кайена

поняла, что фрейлины пытаются показать свой силу перед Верой.

— Она отослала

меня, а сама удалилась в комнату отдыха для фрейлин.

— Однако там

никого не оказалось. Когда я спросила привратника, то он сказал, что она ушла с

новой фрейлиной, которая приехала сегодня.

— Ты хочешь

сказать, что она ушла вместе с Оливией?

— Да. Оливия

также заявила, что собирается заняться практическим обучением для работы в

замке.

— Неужели?

Кайена слегка

нахмурилась, размышляя над ситуацией.

Их поведение

было подозрительным.

Она была

уверена, что именно сегодня эти двое впервые встретились. И что это было за

практическое обучение?

«Если

подумать, в романе Вера была независимой личностью, которая часто строила

заговоры и действовала сама»

Если это так,

то Вера возможно действовала на интуитивном уровне.

Кайена

коротко вздохнула.

Она просто

хотела, чтобы всё шло гладко, прежде чем она оставит всё ради своего фальшивого

брака. Даже если у неё и была власть над внутренними делами, она была лишь

временная. Не было никаких причин враждовать с Резефом.

Она

раздумывала над дальнейшими действиями, когда в спальню ворвалась Донна.

— Ваше Высочество!

Вера сейчас противостоит шеф-повару на центральной кухне!

Кайена снова

вздохнула.

— Что ж. Пойдём

туда.

С тех пор как

покойная императрица скончалась от аллергической реакции, дворец долгое время

был лишён женщины, обладавшей реальной властью. Поскольку большинство женщин в императорской

семье покидали дворец после замужества, Резеф уже давным-давно взял на себя

управление внутренними делами.

Обладая этой

силой, он заполнил дворец своими людьми. Среди тех кто поддерживал Резефа, была

миссис Хельер, которая жестоко и деспотично управляла слугами.

— Проявлять

такую небрежность в управлении людьми дворца не есть хорошо.

Заявила

госпожа Хельер с мрачным, но решительным видом.

— Только

императрица, которая занималась и училась этому с тех пор как была кронпринцессой,

может должным образом заниматься внутренними делами.

— Вы совершенно

правы, миссис Хельер.

Добавила госпожа

Совенин, занимавшая более низкую должность, чем старшая горничная.

— Все ли вы слышали,

что принцесса Кайена выбрала для своего дворца только юных и неопытных дам?

Более того, она разделила всю власть между четырьмя дамами.

Все смеялись

и издевались, за исключением одного человека. Фрейлина по имени Коллин,

обладавшая способностью к рациональному мышлению, склонила голову набок.

— Дворец принцессы

должен заботиться только о Её Высочестве, так что разве это число не подходит

для этой задачи?

Глаза миссис

Совенин заострились от замечания Коллин.

— Довольно этой

чепухи! Если вы видели одну, вы видели их всех. Ясно, что эти фрейлины не

соответствуют установленным стандартам, также ясно и то, что невозможно

руководить этим огромным дворцом вчетвером.

Госпожа Хельер

успокаивала рассердившуюся вместо неё госпожу Совенин, нежно взяв её за руку.

— Успокойтесь.

Сейчас мы здесь, чтобы уладить ситуацию. И даже если бы это было не так, я бы

преподала урок фрейлинам этого дворца в то время, пока бы присматривала за

ними.

Сказала

миссис Хельер.

Даже если

принцесса сейчас и контролирует внутренние дела, ничего не изменится. В императорском

дворце большинство людей были связаны с Резефом, поскольку они были по защитой семьи

Эванс.

— Попросите

каждый отдел не действовать опрометчиво вопреки указаниям Её Высочества. Как

только принц Резеф восстановит власть, всё вернется на свои законные места, так

что не нужно делать лишних движений.

— Как скажете,

госпожа Хельер.

В этот момент

в комнату отдыха фрейлин ворвался слуга.

— Её Высочество

устроила переворот на центральную кухне! Шеф-повар задержан!

— Что?

Центральная кухня?

— Почему она

внезапно задержала повара?

Неужели

принцесса услышала какой-то нелепый слух?

Испуганные

фрейлины вскочили со своих мест.

— Скорее, на

кухню!

После этих

слов, слуга, сообщивший эту новость, махнул рукой.

— Сейчас её нет

на центральной кухне.

— Тогда где же

она?

Как будто

огрызнувшись спросила госпожа Хельер.

Госпожа

Хельер была из тех, кто всегда прикидывалась элегантной и она редко так

откровенно раздражалась. Это означало, что поступок принцессы застал её

врасплох.

— Она сказала,

что проверит все закрытые пристройки замка.

Произнёс

слуга.

Кровь

отхлынула от их лиц.

Алекс,

заместитель шеф-повара центральной кухни, взял небольшой перерыв после

подтверждения того, что блюда для императорской семьи были приготовлены. Как

только будет доставлена дневная посылка, кухонный персонал займётся подготовкой

ингредиентов для ужина.

Центральная

кухня должна была готовить еду только для трёх человек, но так как все трое

были членами императорской семьи, им приходилось готовить самые разнообразные

блюда.

Алекс курил

сигарету возле погрузочной платформы.

Он взглянул в

сторону. Рядом с центральной кухней была ещё одна кухня, отвечавшая за

приготовление пищи для сотрудников. Это место было настоящей зоной военных

действий.

— На это стоит

посмотреть после того, как станешь успешным.

Алекс был

помощником шеф-повара. Благодаря удачному времени он стал заместителем

шеф-повара центральной кухни, которая требовала наименьшего количества труда

среди всех кухонь. У этой должности было ещё одно преимущество.

Значительная

сумма денег была получена здесь неофициально. Шеф-повар даже дал ему немного этих

грязных денег, которые он мог бы положить в свой карман.

— О?

Внезапно

Алекс заметил странную фигуру.

«Служанка?»

Для служанки

женщина держалась хорошо. Её волосы блестели и хотя она скрывала лицо под

маской, Алекс мог догадаться, что она привлекательна. Кроме того, она выглядела

молодо. Служанки обычно были очень старыми или очень молодыми, поскольку

женщины в расцвете сил предпочитали работать обычными горничными.

Алекс погасил

сигарету. Как заместитель повара центральной кухни, он легко мог обольстить служанку.

Его

распутство росло.

Служанка

неуклюже несла вещи с погрузочной площадки на центральную кухню. Когда она

вошла в этот уединенный уголок дока, Алекс последовал за ней.

—

Похоже вы новенькая здесь.

— …

Служанка

остановилась и обернулась.

— Это

центральная кухня и здесь готовят еду для императора. А я здесь помощник

шеф-повара.

Он медленно

подошёл к служанке.

— Вам не тяжело?

—

Совсем нет.

Служанка

опустила голову.

Алексу тоже

понравился голос служанки. Её манера речи казалась утонченной, как у молодой

аристократки.

Чем больше он

лицезрел её, тем больше желал.

— Если вы

будете добры ко мне, я устрою вас на центральную кухню. Вы сможете служить

непосредственно императорской семье.

— Нет,

благодарю вас.

После

перерыва Алекс должен был позаботиться о дневной доставке. Он думал, что сумеет

соблазнить горничную до работы.

Затем его

нашел слуга.

— Алекс!

— Что?

— Старшая фрейлина

из дворца принцессы желает начать практическое обучение.

— Опять дворец

принцессы? Хорошо. Я всё понял, так что иди и разберись с этим первым. Я выдвинусь

за тобой позже.

Алекс

торопился, поэтому резко ответил и отослал слугу.

— Вам не о чем

думать. Если вы упустите свой шанс сейчас, то упустите возможность стать слугой

на центральной кухне.

— Господин, я в

этом не нуждаюсь!

— Хватит

скромничать!

Служанка

сделала шаг назад и Алекс грубо схватил её.

— Кьяа!

Отпустите!

Подойдя

ближе, он заметил, что служанка определенно красавица. Он сорвал с неё маску и

удивленно воскликнул:

— Э-это ты!

Это была фрейлина

из дворца принцессы, которая в последнее время каждый день доставляла

неудобства центральной кухне.

— Как вы смеете

принуждать беспомощную служанку своей фальшивой властью? Вы даже не имеете права

влиять на кадровые решения!

Вера впилась

взглядом в Алекса.

Хотя поначалу

он и был удивлен, но быстро взял себя в руки.

— Ха! Ну, это вы

крадетесь здесь под видом служанки… И где ваши доказательства? Я просто ловил

подозрительного человека.

Алекс злобно

рассмеялся.

— Любой человек

всё поймёт, когда увидит подобное. Подозрительный человек замаскировался и

спрятался на погрузочной платформе.

— Как вы смеете!

В этот момент

на погрузочной площадке раздался раздраженный голос:

— Алекс! Чего

ты тут бездельничаешь?

Это был

шеф-повар. Шеф-повар шагнул на погрузочную площадку и остановился.

—

Господин!

Алекс

поспешно подбежал к шеф-повару и указал на Веру.

— Вы только

посмотрите. Фрейлина принцессы переоделась в служанку и решила прокрасться!

С убийственным

выражением лица шеф-повар повернулся в сторону Веры.

— А по какому это

делу вы здесь?

Вера сильно

прикусила губы.

— Похоже, вам следует

поведать нам кое о чём.

Мужчина повёл

Веру на кухню.

Оливия,

которая просила обучить её делам на кухне с целью отвлечь внимание, казалось,

была в отчаянии. Её лицо исказилось.

— Ха. Вы пришли

шпионить за центральной кухней?

— Я пришла не

для того, чтобы заниматься чем-то подобным.

— Тогда как это

понимать? Сначала отвлекаете наше внимание, а потом шпионите?

Он угрожающе сделал

шаг в сторону фрейлин.

— Вы посмели

устроить хаос на моей кухне.

Вера чувствовала

тревогу, словно сгорала изнутри. Её ошибки привели к страданиям Оливии из-за от

этого унижения.

— Есть ли вам

что сказать в свою защиту? А?

Ситуация складывалась

не в лучшую сторону для дам.

Если бы всё

прошло так как планировалось, то именно шеф-повар, а не она, был бы прямо

сейчас потрясён.

— Я не могу оставить

незамеченным этот инцидент! Вы не можете следить за нами, трудолюбивыми поварами,

потому что относитесь ко дворцу принцессы! [1]

— Что это значит,

я слежу за вами? Заместитель шеф-повара пытался силой навязать себя беспомощной

женщине!

— Это ложь!

Незамедлительно

возразил заместитель шеф-повара.

— Я последовал

за ней только потому, что она выглядела подозрительно. И посмотрите как всё

обернулось. Я раскрыл эту закулисную придворную интригу!

— Закулисную

придворную интригу…

Вера была

ошеломлена.

Шеф-повар

яростно набросился на них, словно хотел прогнать их с кухни.

— В любом

случае, похоже, вы пытались саботировать центральную кухню. Обратимся к старшей

горничной. Разве вы не знаете, что мы просто развлекали вас до сих пор?

И в этот

момент.

— Я зашла слишком

далеко. Я даже не подозревала, что вы меня развлекаете.

Кайена

появилась на центральной кухне в сопровождении нескольких рыцарей. Когда

шеф-повар увидел принцессу, его лицо слегка исказилось и он поклонился.

— Я почтительно

приветствую Её Высочество, принцессу.

Кайена

взглянула на шеф-повара.

Она только

что видела как он угрожал Вере и Оливии.

— Эта дама исполняла

мои приказы и следила за делами на кухне. А ваше отношение кажется довольно

грубым.

Шеф-повар

понял, что Кайена лгала, чтобы прикрыть свою фрейлину.

— Если вы

хотите доложить о ней старшей горничной, давайте, действуйте.

Кайена

склонила голову и с холодным выражением лица произнесла следующие слова.

— Вы жалуетесь,

потому что уверены, что на центральной кухне всё в порядке. Правильно?

— Естественно, Ваше

Высочество. Центральная кухня контролируется наиболее строго из всех существующих

отделов. Эта работа – гордость моей жизни.

Вежливо и с

достоинством произнёс шеф-повар.

На первый

взгляд, он действительно выглядел благородным человеком.

Кайена лукаво

улыбнулась.

—Тогда,

давайте проверим.

— ...Простите?

— Мне следует рассмотреть

как же управляется центральная кухня, поскольку она является примером для всех остальных

отделов. Я увижу ваши старания и вознагражу вас.

Лицо

шеф-повара сморщилось. Он не ожидал такой реакции от принцессы.

Однако он не

мог остановить её и показать своё чувство вины.

«Но что принцесса

может разузнать, даже если она осмотрится?»

Она только

что взяла на себя управление внутренними делами. Что она вообще может знать?

Шеф-повар

проводил Кайену на кухню.

Вера была

уверена, что с центральной кухней что-то не так.

Однако время

шло, но она так ничего и не раскрыла и начала нервничать.

Кайена

казалась очень собранной. Она уже знала, что имперские владения находились в

упадке.

— Принесите

бухгалтерскую книгу.

Слуги на

кухне настороженно переглянулись, но всё же принесли книгу, так как не могли

воспротивиться воле принцессы.

Они немного

нервничали из-за того, что принцесса внезапно попросила разрешения о встрече с руководством,

но внутренне чувствовали себя непринужденно. Некоторые из них даже смотрели

свысока на принцессу, которая ещё не достигла совершеннолетия.

— Хм. Вы ведете

хорошие записи. Вы правы, что гордитесь своей работой.

— Я могу быть

только благодарен вашему признанию.

Шеф-повар уже

было начал чувствовать облегчение, но всё изменилось, когда Кайена заговорила

снова.

— Однако доля

выброшенных ингредиентов для пищи составляет более 80 процентов.

Уровень

утилизации, превышающий 30 процентов, был достаточным, чтобы нагрузить бюджет.

Однако это было не 30 процентов, даже не 50 процентов, а 80 процентов. Другими

словами, большая часть еды выбрасывалась.

Выражение

лица шеф-повара стало суровым. Он думал, что всё это сойдёт ему с рук с помощью

искусных речей.

— Состояние Его

Величества Императора сейчас чрезвычайно серьёзное, поэтому материалы должны

быть тщательно отобраны…

Кайена швырнула

бух книгу на землю.

— Я с нетерпением ждала

проверки центральной кухни, поскольку её руководство, как говорили, было довольно

строгим. Но вы хотите мне сказать, что казна империи растрачивается таким вот

образом?

— Ваше

Высочество.

— Похоже, вы не

в курсе того, что если отходы превышают 40 процентов, ответственное лицо будет

наказано по закону.

Теперь

шеф-повар понял, что принцесса не собиралась смотреть свозь пальцы этот

инцидент.

Выражение его

лица исказилось.

Причина, по

которой уровень утилизации отходов на центральной кухне был высок, заключалась

в том, что руководство утверждало, что покупает больше еды, чем на самом деле.

Поскольку они

уже давно растрачивают средства таким образом, он немного позабыл о законе.

«Как

принцесса Кайена узнала об этом, если даже принц Резеф не знал?»

Шеф-повар

попытался убедить Кайену нежным голосом.

— Конечно, так

гласит закон, Ваше Высочество. Однако нельзя отрицать, что закон часто

отличается от ситуации на местах. Особенно это касается центральной кухни, где

готовят еду для Его Величества, Вашего Высочества и принца.

Еда для

императорской семьи, конечно, должна быть выдающегося качества. В посуде не

могло быть никаких изъянов. Учитывая такую логику, расточительные аристократы

обычно и глазом не моргнули бы.

Шеф-повар

подумал, что ему легко удастся обмануть молодую леди. Но Кайена была

невозмутима, поэтому он не мог прочесть ни одной мысли по её лицу.

Шеф-повар

продолжил, убеждая себя, что он слишком много рассуждает.

— В этом месте

мы всегда должны использовать лучшие ингредиенты. Если есть что-то

подозрительное или что-то не так с их доставкой, то ингредиенты будут

немедленно выброшены.

— Понятно.

Без особого

энтузиазма произнесла Кайена.

— Но скажите мне

вот что…

Шеф-повар

невольно сглотнул.

— ...Где

отходы?

— ...Простите?

— Если

вы избавились от них, то где же выброшенные продукты? В бухгалтерской книге

записано, что только сегодня утром было выброшено много еды.

Он не думал,

что она спросит, где находятся выброшенные продукты. Он не мог

сразу придумать ответ и колебался.

Затем он

снова улыбнулся.

— Мы их уже выбросили,

Ваше Высочество.

— Тогда иди и

найди их.

— Хм?

— Я проверю

записи в бух книге, так что иди и принеси остатки еды сюда.

Её отношение,

казалось спрашивало, почему он всё ещё здесь.

Он никак не

мог найти и принести остатки еды. Они уже написали в бухгалтерской книге, что

заплатили за ингредиенты и выбросили их вместе с поставщиком ингредиентов. Но

они сделали это, фактически не получив ингредиенты.

«Это впервые,

когда кто-то из императорской семьи спрашивает об отходах!»

Он наконец

осознал насколько ужасной была ситуация.

Шеф-повар

хотел выплеснуть свой гнев на окружающих.

Но холодное

выражение лица Кайены сковало его и он не мог пошевелиться. Он проглотил

проклятия.

— Кто отвечает

за утилизацию?

Опять же, не

существовало человека, ответственного за утилизацию. Он должен был спасти себя,

выбрав подходящую жертву. Шеф-повар схватил и подтолкнул вперед скромного

слугу.

— Этот сопляк, Ваше

Высочество. Роше, расскажи Её Высочеству, что ты сделал с отбросами.

Самый молодой

слуга, Роше, понял, что его выбрали для того чтобы он взял вину на себя.

Он слегка

прикусил губы. Было очевидно, что он будет жестоко наказан, если возьмёт вину

на себя.

Но что будет,

если он скажет правду?

«Все, включая

шеф-повара, знают, где живёт моя семья»

Компания,

которая доставляла продукты, была не просто бизнес-группой. Кроме того, они контролировали

гангстеров. Говорили, что они и глазом не моргнули бы на избиение человека до

смерти. По правде говоря, любой, кто бросал вызов шеф-повару, на следующий день

даже не мог встать и пойти на работу.

— Я, я виноват

в этом, Ваше Высочество.

Принцесса

Кайена была членом императорской семьи. Семья смотрела на простолюдинов

свысока, как на насекомых; она никак не могла защитить его.

— Ах, так это

только твоя вина?

Ее тон был

очень мягким. Руки Роше дрожали, но он поднял голову, словно был очарован её

спокойным голосом.

— Что ты сегодня

сделал с остатками еды?

Пока Роше колебался,

шеф-повар тихо убеждал его.

— Роше, раскрой

ей всю правду.

— Это…

Он закрыл

глаза и упал на пол.

— Я совершил проступок,

достойный смерти, Ваше Высочество!

— Проступок, достойный

смерти? Я не понимаю, что ты имеешь в виду.

— Я осмелился

украсть остатки еды, потому что моя семья переживает тяжелые времена…

Произнёс он

заикаясь.

Лицо

шеф-повара покраснело, но затем быстро стало суровым.

— Ах ты,

дерзкий дурак! Как ты смеешь воровать у священной императорской семьи?

Он схватил Роше

за воротник.

Именно в этот

момент Кайена подняла руку.

—

Прекратите.

Она ласково

обратилась к Роше, который снова задрожал.

— Ты сказал,

что тебя зовут Роше? Я очень люблю людей, которые берут на себя

ответственность. Нет никого более заслуживающего доверия, чем тот, кто так заботится

о своей семье.

Сказала

Кайена, улыбаясь.

У Роше было

предчувствие, что принцесса не собиралась его казнить. Шеф-повар почувствовал

странную атмосферу и обратился к Кайене.

— Ваше Высочество,

вы должны наказать этого ублюдка, ведь он посмел прикоснуться к запасам

императорской семьи!

— Какое

наказание было бы подходящим?

— Это, согласно

закону…

— Вы хотите

сказать, что я должна конфисковать всё его имущество и лишить титулов, а также выпороть

каждого члена его семьи?

Шеф-повар

закрыл рот. По его спине струился холодный пот.

«Я должен

сохранять спокойствие. Нет никаких доказательств. Она никогда не назначит мне

порку!»

Посреди напряженной

атмосферы, из-за двери кухни появился слуга и осторожно произнёс.

— Прибыла

дневная партия, сэр. Следует ли нам принести всё внутрь?

Сердце

шеф-повара остановилось.

— Её Высочество

сейчас здесь. Как мы можем позволить скромному торговцу войти во дворец в её присутствии?

Уведите его отсюда!

Он не мог

позволить Кайене встретиться с поставщиком. Как обычно, квитанция содержала огромное

количество несуществующих продуктов.

— В этом нет

необходимости.

Кайена встала

со своего места.

— Давайте

вместе поощрим торговцев, которые так усердно трудились, чтобы доставить

продукты.

Лицо шеф-повара

стало совершенно мрачным.

[1] Имеется в виду, что за персоналом

кухни следуют повсюду, куда бы они ни направлялись, максимально усложняют им

жизнь, например, в целях отчуждения, унижения, изоляции.

Торговец

Пастор чувствовал себя странно, потому что склад центральной кухни казался с

виду пустым.

Он не мог

заглянуть внутрь склада, поэтому позвал заместителя повара.

— Эй, Алекс!

Но появился

не только заместитель повара. С ним было много незнакомых людей, в том числе

обезумевший шеф-повар. Один из этих людей привлек его внимание.

«Боже мой»

Парсон

впервые в жизни увидел настолько красивую женщину.

Она была так

прекрасна, что казалось, будто она излучает свет. Она вышла из тёмного склада

на солнце. В этот момент придворная дама рядом с ней заявила.

— Приветствуйте

Её Высочество, принцессу.

Торговец осознал,

что женщина перед ним и есть та самая принцесса Кайена.

Парсон,

совершенно сбитый с толку её красотой, пал ниц.

— Сей скромный

человек приветствует Её Императорское Высочество!

Над его низко

склоненной головой раздался прекрасный голос.

— Встаньте.

Парсон

неловко и с трудом поднялся со своего места.

«В любом

случае, почему Её Высочество пришла сюда…?»

— Как же я была

равнодушна. Я даже не знала в лицо того, кто обеспечивал едой нашу семью.

Парсон ещё больше

растерялся.

«Это правда?»

Он не

понимал, что происходит и просто стоял, не поднимая головы.

— Благодарю

вас, Ваше Высочество!

— А теперь,

почему бы нам не проверить ингредиенты?

Услышав её слова,

Парсон поднял голову и посмотрел на шеф-повара.

Выражение его

лица исказилось.

«…Я не должен

показывать ей квитанцию»

Он начал

выносить товар, не вынимая квитанции. Шеф-повар проверил качество и количество ингридиентов.

Казалось, что всё пройдёт гладко.

— Похоже, вы

занимаетесь доставкой без квитанции.

Парсон

вздрогнул от слов Кайены, как будто его обожгли.

— Прошу

прощения? Ах, так, эм. Я забыл сегодня принести квитанцию!

Вслед за этим

вмешался и шеф-повар.

— Этот человек

просто немного глуповат, Ваше Высочество. Тем не менее, мы уже давно сотрудничаем

и у нас сформировалось сильное взаимодоверие, так что заменить простую квитанцию

не составит большого труда.

— Да, да. Всё

верно.

Добавил Парсон.

Кайена рассмеялась.

Все были

сбиты с толку, на мгновение забыв о торжественной обстановке из-за освежающего

смеха.

Кайена

значительно преобразилась благодаря влиянию своей прошлой жизни. Она научилась

быть дотошной и рациональной, у неё вошло в привычку молчать до того момента, пока

она не будет готова действовать. Тем не менее, Кайена изначально была

злодейкой.

— Похоже, я

была слишком великодушна.

— ... Прошу

прощения?

Каждый мог

сказать, что что-то здесь не так.

— Арестуйте

торговца и обыщите повозку.

Шеф-повар

побледнел от страха.

— Ваше Высочество!

Вы не можете так поступать по отношению к своему слуге, не имея на то оснований!

Кайена

ответила холодным голосом.

— На колени.

— Ваше

Высочество!

Рыцари,

стоявшие позади, схватили шеф-повара и торговца, после чего приступили к обыску

повозки.

— Ваше

Высочество, я нашёл квитанцию!

Даже с

первого взгляда было очевидно, что в квитанции значилось намного больше товара,

чем перевозилось.

Лица торговца

и шеф-повара побледнели.

Кайена

протянула Вере руку и та, в свою очередь, сняла с её руки кольцо и перчатки.

После этого

Кайена подошла к шеф-повару, стоявшему на коленях.

— В-Ваше Высочество!

Вы ошибаетесь. Я невиновен…!

Пощечина!

Лицо шеф-повара

повернулось в сторону.

— Ваше Высочество!

Вы не можете так поступать! Сам принц назначил меня...!

Он

почувствовал, что с такой скоростью всё закончится для него не лучшим образом, поэтому

упомянул Резефа.

Шлепок!

Кайена ударила

его ещё раз, после чего он закрыл рот.

— Мало того,

что вы притронулись к сокровищнице, так вы ещё и обманули мою семью. Моё сердце

обливается кровью из-за вашей бессердечности.

Поначалу

рыцари были озадачены действиями Кайены. После, они стали свидетелями

шокирующей ситуации и пришли в ярость.

— Как вы смеете

обманывать Её Высочество! Этот человек даже не заслуживает того, чтобы ему

отрубили голову, Ваше Высочество!

Обман

императорской семьи был прежде всего тяжким преступлением.

— Вы угрожали слуге

по имени Роше прямо на моих глазах. Я и не думала, что сама лично стану

свидетелем такого ужасного поступка.

Кайена

покачала головой из стороны в сторону.

— Если так дела

обстоят на центральной кухне, которая, как говорят, наиболее строго

управляется, то как же обстоят дела в других отделах?

При этих

словах слуга поспешно покинул свое место и убежал. Кайена не стала его

останавливать. Она начала осмотр с намерением встряхнуть императорский дворец.

— Посадите их в

тюремную камеру и допросите.

— Ваши приказы

будут исполнены!

Императорский

дворец стоял на ушах. Начиная с шеф-повара центральной кухни, все были

отправлены в тюрьму под сопровождением рыцарей. Фигуру шеф-повара видели

многие. Во всей этой суматохе, только Кайена держалась в стороне, когда шла по

замку.

Вера, опустив

голову, последовала за Кайеной.

— Прошу

прощения, Ваше Высочество.

Кайена

остановилась и посмотрела на Веру и Оливию. Она слегка вздохнула и в этот

момент плечи Веры сжались ещё сильнее. Оливия также выглядела немного

напуганной.

— Вера, твой

взгляд также великолепен, как и твоя проницательность, но… Ты была безрассудна

сегодня.

Вера тут же

опустилась на колени.

— Даже если бы

у меня было десять ртов, я не смогла бы оправдаться. Своей глупостью я

доставила неприятности Вашему Высочеству и даже подвергла мисс Оливию

опасности.

Оливия также опустилась

на колени рядом с ней.

— Я помогла ей

по собственному желанию, Ваше Высочество. Я тоже заслуживаю наказания.

Кайена снова

вздохнула, переводя взгляд с одной на другую. После чего она собственноручно

помогла им встать с колен.

— Если вы опрометчиво

переступаете границы дозволенного, могут произойти неприятные вещи. Я не хочу,

чтобы с вами что-либо случилось.

Вера крепко

сжала губы. Она чувствовала, что вот-вот расплачется.

— И в конце

концов вы двое оказались правы. Они преступники. Они осмелились красть из

императорской казны. Следовательно, вы поступили правильно.

— Прошу

прощения…

Кайена

погладила Веру, глаза которой наполнились слезами.

Оливия

осторожно спросила.

— Но Ваше Высочество,

вы действительно осмотрите и другие места?

Вера едва

успокоилась, прежде чем снова забеспокоилась.

— Разве теперь

аристократы не будут более бдительными?

Прошло всего

три дня с тех пор как Резеф был приговорен к испытательному сроку.

Но она, по

сути, обнажила свой клинок, чтобы приструнить центральную кухню.

Аристократы,

поддерживавшие Резефа, не стояли на месте.

— Поскольку я

уже вытащила клинок, это может привести к ответному удару, если я наполовину

вставлю его обратно в ножны.

Теперь, когда

дело дошло до этого, лучше было сразу организовать внутренние дела и установить

дисциплину.

Кайена

попыталась успокоить их, сказав, что всё не так уж и плохо.

— Такая работа

– типичная часть домашнего хозяйства. Просто думайте об этом как о том, что я

практиковалась до замужества.

— Я полагаю…

— Я лучше

сделаю всё правильно и воспользуюсь этим.

Если она

пресечёт кражи из казны и защитит богатство императорской семьи, она будет

щедро вознаграждена.

После

завершения этой работы Кайена получит награду, эквивалентную бюджету, который

она сберегла.

В этот

момент, кто-то криком позвал Кайену, направлявшуюся в отдельный дворец.

— Ваше

Высочество!

Группа

придворных, которые, должно быть, сговорились, собралась, чтобы поговорить с

Кайеной.

Цвет их лиц был

совсем нехорошим.

Кайена

равнодушно взглянула на них. Её холодные голубые глаза обладали строгим

достоинством, которого они никогда не видели до сих пор.

— Наконец-то вы

вернулись.

Она засмеялась.

— Даже если бы вы

не возвратились, я отправился бы на ваши поиски, но мы все пришли сюда в одно и

то же время.

Миссис Хельер

стояла прямо, смотря вперед с суровым выражением лица.

— Ваше Высочество,

я слышала, что вы проводите инспекции без предварительного уведомления. Боюсь,

это будет выглядеть так, будто вы не доверяете верным слугам замка.

Миссис Хельер

низко поклонилась.

— Вы правы.

Пренебрежительно

подтвердила Кайена.

«Довольно

замечательно, что Её Высочество смогла таким образом изменить положение вещей»

Миссис Хельер

мысленно рассмеялась над Кайеной.

Неожиданно

центральная кухня была поднята на уши, но её управляющий сильно раздражал

миссис Хельер.

В конце

концов, он имел дело с бандитами, которые не пренебрегали даже убийствами.

«Но подобные

действия не могут происходить и дальше»

Как обычно,

она выпрямила спину, словно воплощение аристократа.

Для Кайены

она выглядела просто нелепо.

Кайена уже

знала, что старшая горничная не только притрагивается к казне, но и торгует

должностями и престижем ради личной выгоды. Она взяла достаточно значительное

количество взяток.

— Как всегда,

вы были образцом для других придворных и указали на то, о чём я не подумала.

Сказала Кайена.

— Я благодарна

вам за то, что вы понимаете, о чём я говорю.

Строго ответила

миссис Хельер.

— У вас также

весьма проницательный глаз на вещи.

— ...Что вы

имеете в виду?

Кайена стояла

лицом к лицу с миссис Хельер.

Её взгляд

достиг сережёк, которые носила миссис Хельер.

— Ваше

жалованье из императорского дворца должно быть выше, чем я предполагала, учитывая,

что вы носите драгоценности старой королевской семьи.

Миссис Хельер

сложила руки в удивлении.

Старинные

жемчужные серьги, которые особым образом отражали свет, были одним из сокровищ

королевской семьи Мадрена.

Затем Кайена

указала на её кольцо.

— А это кольцо

с рубином – первое обручальное кольцо, которое носила семья Полин.

На этот раз

все взоры обратились к руке миссис Хельер. На ней был тёмный и красивый рубин

цвета крови.

— ...Это просто

подарок от моего мужа.

Кайена

холодно посмотрела на миссис Хельер, как на дурочку, упомянувшую о своём муже,

не зная, откуда взялась взятка.

— Кажется, граф

Хельер часто пользуется чёрным рынком, а?

— ...Прошу

прощения?

Она было подумала,

что ослышалась.

— Не может быть

такого быть, чтобы старшая горничная, хорошо знающая имперские законы, не

знала, что торговля на чёрном рынке незаконна.

Миссис Хельер

почувствовала как на ней сфокусировались взгляды. Её ноги дрожали, но выражение

лица было таким же спокойным, как и у хитрой аристократки.

— Ваше

Высочество, это недоразумение. Оно не может быть с чёрного рынка, так как пришло

с подтверждением подлинности.

— Вы

когда-нибудь запоминали печать на письме?

Миссис Хельер

отчаянно думала о письме.

Из какой он

семьи? Она подумала, что на гербе могли быть мечи и львы.

— Был

ли это рисунок с мечом и двумя львами? С лаврами, окружающими

их.

— ...Совершенно

верно.

Это было

подозрительно точно. Как принцесса узнала об этом? Это был дизайн, который миссис

Хельер не могла вспомнить и она поняла, что что-то пошло не так.

— Итак, в

императорский дворец проник шпион.

Произнесла Кайена.

— …Прошу

прощения?

Ответила миссис

Хельер.

— Шпион?

Кайена отдала

приказ рыцарю.